/
Текст
АКАДЕМИЯ НАУК СССР ИНСТИТУТ ИСТОРИИ СССР ДРЕВНЕЙШИЕ ГОСУДАРСТВА НА ТЕРРИТОРИИ СССР ИЗДАТЕЛЬСТВО •НАУКА
Академия наук СССР Институт истории СССР ДРЕВНЕЙШИЕ ГОСУДАРСТВА НА ТЕРРИТОРИИ СССР МАТЕРИАЛЫ И ИССЛЕДОВАНИЯ 1975 г. Издательство «Наука» Москва 1976
Статьи сборника посвящены, анализу относящихся к античности и средневековью повествовательных, географических и правовых — греческих, древнееврейских, латинских, арабских, скандинавских, немецких и литовских — источников, содержащих^известия по исто¬ рии Древней Руси и других народов нашей страны (Прибалтики, Севера, Поволжья, приморского и степного Причерноморья, Кавказа). Ответственный редактор доктор исторических наук, профессор В. Т. ПАШУТО Древнейшие государства на территории СССР Материалы и исследования. 1975 г. Утверждено к печати Институтом истории СССР АН СССР Редактор В. Л. Фонкич. Редактор издательства С. А. Левина Художник В. К. Бисенгалиев. Художественный редактор Н. Н. Власик Технический редактор Л. В. Каскова Корректоры И. Р. Бурт-Яшина, Л. Ф. Кривенко Сдано в набор 27/Х 1975 г. Подписано к печати 17/IV 1976 г. Формат 60x9О'/ю» Бумага № 2. Уел. печ. л. 13,25. Уч.-изд, л. 15,2. Тираж 7500. Т-09006. Тип. зак. 727. Цена 98 коп. Издательство «Наука». 103717 ГСП. Москва, К-62, Подсосенский пер., 21 1-я типография издательства «Наука». 199034,-Ленинград, В-34, 9 линия, д. 12 10604-100 Д 042 (02)-76 16-75 0 Издательство «Наука», 1976 г.
ПРЕДИСЛОВИЕ Настоящий сборник статей представляет собой первые ре¬ зультаты разработки нового направления в исторической науке — исследование древнейших судеб нашей родины и населявших ее народов. О научной значимости этого направления свидетельст¬ вует создание в системе Института истории СССР АН СССР специ¬ ального сектора истории древнейших государств на территории Советского Союза, сотрудники которого и подготовили публикуе¬ мый сборник. В нем сделана попытка углубить изучение отечест¬ венной истории, спустившись в ее античный период и связав древность со средневековьем. Новая проблематика, конечно, должна иметь под собой как можно более крепкую источниковедческую базу. Надо расширять круг привлекаемых источников и разрабатывать методику их изучения, исходя из тех достижений, к которым уже пришла советская и зарубежная медиевистика. Эти задачи ставили все авторы сборника. Источники, которыми приходится пользоваться при исследо¬ вании древнейших судеб нашей страны, преимущественно иност¬ ранного происхождения и написаны на иностранных языках. Это обстоятельство выдвигает перед исследователем ряд требова¬ ний: надо обладать хорошей филологической подготовкой, знать древние языки и в то же время использовать филологическое образование для исторического и историко-социологического подхода к материалу. Необходимо перекрестное рассмотрение иностранных и русских памятников прошлого в конкретных усло¬ виях времени и места. Характерной чертой настоящего сборника является сочетание в нем задач источниковедческих и исторических. В каждой статье анализ (текстологический, терминологический, дипломатический ит. д.) определенного источника или группы источников откры¬ вает путь к постановке и решению проблем социально-экономи¬ ческого, политического, этнического порядка. В сборнике 17 статей. Расположены они в хронологической последовательности тех памятников, которым посвящены. Тема¬ тика статей разносторонняя. Л. И. Грацианская делает попытку источниковедчески оценить известия о Боспоре, содержащиеся в «Географии» Страбона (I в. до н. э. — I в. н. э.). Она отмечает 1* 3
тенденциозность в отборе привлекаемого Страбоном материала, субъективный подход автора к современным ему событиям, ставит вопрос о том, в какой мере осведомленность Страбона нашла от¬ ражение в его произведении. А. В. Подосинов провел контекстуальный анализ этнонимов «скифы», «сарматы», «геты», содержащихся в «Печальных элегиях» и «Посланиях с Понта» Овидия (I в. н. э.). Это помогло ему уточ¬ нить этнический состав населения Малой Скифии. Р. А. Гусейнов дал краткий обзор сирийских источников (нарративных, художественно-литературных, юридических, эпи¬ графических) II—XIV вв. и показал их значение для изучения средневековой истории народов СССР. Объектом исследования А. П. Новосельцева является древне¬ армянский перевод Библии (V в.), сделанный, как думает автор, с Септуагинты (греческого перевода древнееврейских священных книг, который был осуществлен в Египте). Терминологический анализ памятника (вместе с древнегрузинским переводом Библии) приводит автора к выводу о наличии в Закавказье рассматривае¬ мого времени института частной земельной собственности, кото¬ рый типологически можно определить как раннефеодальный. И. С. Чичуров проанализировал два фрагмента «Хронографии» Феофана (VIII—IX вв.) о протоболгарах (условно названные им «Описание» и «Экскурс»), сопоставил их с «Бревиарием» патриарха Никифора (VIII—IX вв.) и сделал некоторые наблюдения, касаю¬ щиеся истории протоболгарских племен. С. Г. Зетейшвили дал комментированный перевод фрагмента «Хронографии» Феофана об аланах. М. В. Бибиков, используя новый византийский источник, вы¬ являет некоторые прежде неизвестные сведения по истории Се¬ верного Причерноморья. Т. М. Калинина осуществила перевод географических известий Ибн Хаукаля (X в.) (с вариантами из разных рукописей), а также его источника — произведения ал-Истахри — и показала, чтб они даюг для изучения походов древнерусского князя Святослава. М. Б. Свердлов произвел текстуальный анализ Хроники Тит- мара Мерзебургского (X—XI вв.) по публикации ее оригинала — Дрезденской рукописи, написанной разными писцами под дик¬ товку Титмара и содержащей добавления последнего в тексте, между строк и на полях. Удалось сделать новые наблюдения относительно хода работы автора над текстом, по-новому интер¬ претировать некоторые известия Хроники о Руси. Н. И. Щавелева осуществила перевод с латинского языка на русский письма краковского епископа Матвея (в соавторстве с Петром Властовичем) к аббату Бернарду Клервоскому (XII в.) и раскрыла значение этого письма как источника для изучения крестоносной католической агрессии на Русь. С. А. Большакова перевела с латинского языка на русский 10 булл 1246—1248 гг. папы Иннокентия IV на Юго-Западную 4
Русь, преимущественно галицкому князю Даниилу Романовичу. Источник проливает свет на взаимоотношения в годы татаро-мон¬ гольского нашествия Древней Руси с папской курией, у которой Даниил тщетно искал военной поддержки против Золотой Орды. B. И. Матузова рассмотрела ряд повествовательных англо-нор¬ мандских источников XII—XIII вв. и выбрала из них данные о кон¬ тактах Древней Руси с Англией и Скандинавией. Е. А. Мельникова привлекла произведения географического и этнографического характера, написанные в Исландии в XII — XIV вв., и систематизировала содержащиеся в них сведения о Древ¬ ней Руси: наименования страны, городов, морей, рек, соседя¬ щих народов. C. В. Завадская, исследуя термин «тиун», привлекает для характеристики скрытого за ним института греческие, немецкие и латинские источники. В статье Е. Л. Фридберг поднят вопрос о становлении феода¬ лизма в Латвии и Эстонии. Источником для изучения этого во¬ проса служат древнейшие правовые кодексы прибалтийских народов, дошедшие в немецких записях XIII—XVII вв. Автор вскрывает черты вещного и наследственного права, права собст¬ венности на землю, характер сельской общины. И. П. Старостина дала детальное археографическое обоснова¬ ние списков Судебника Казимира 1468 г. и восстановила историю публикации памятника. Я. Н. Щапов и Ю. А. Лимонов опубликовали текст по истории Древней Руси, взятый из хронографической компиляции рубежа XVI—XVII вв., принадлежавшей анонимному западноукраин¬ скому автору. Компиляция представляет интерес для характери¬ стики украинской историографии времен Возрождения и церков¬ ной унии. Краткий обзор содержания сборника показывает прежде всего широкие хронологические рамки, в которых велась исследователь¬ ская работа. Статьи охватывают и древнюю историю и средне¬ вековье. Столь же значителен и диапазон территориальный: Причерноморье, Закавказье, Западная Украина и т. д. Разнооб¬ разны привлекаемые источники (хроники, правовые кодексы, географические описания, Библия и т. д.) и проблемы их анализа (текстологические наблюдения, внешняя критика, критика досто¬ верности, смысловая интерпретация, сравнительно-исторические сопоставления и т. д.). Результаты филологических и исторических изысканий, из¬ ложенные в ряде статей, важны для подготовки Корпуса иност¬ ранных источников по истории Руси, который готовит сектор истории древнейших государств на территории СССР. Публикуемый сборник подготовлен силами молодых сотрудни¬ ков сектора, являющихся историками с хорошей филологической подготовкой, или филологами, прошедшими историческую школу. Академик Л. В. Черепнин
МЕСТО ПОЛИТИЧЕСКОЙ ИСТОРИИ БОСПОРА В «ГЕОГРАФИИ» СТРАБОНА Л. И. Грацианская «География» Страбона неоднократно привлекалась в истори¬ ческих исследованиях о Боспорском государстве, причем стало обычным, вслед за М. И. Ростовцевым1, отмечать ее «механическую» компилятивность и соответствующим образом оценивать сообщае¬ мые в ней факты. Работа по выявлению источников компиляции интенсивно проводилась в основном европейскими учеными на рубеже XIX—XX столетий 2. В дальнейшем сведения Страбона воспринимались в историографии всецело как сведения его источ¬ ников 3, будь то Эратосфен, Эфор или Гипсикрат. Ни один из историков не рассматривал «Географию» как единое литератур¬ ное произведение, обладающее определенными художественными особенностями, несущее в себе долю литературного обобщения и отпечаток личности автора. Соответственно не возникало вопро¬ сов, без решения которых не представляется плодотворным даль¬ нейшее использование текста как исторического источника 4. 1 М. И. Ростовцев. Скифия и Боспор. Критическое обозрение памятников литературных и археологических. Л., 1925; М. Rostowzew. Scythien und der Bosporus, Bd. I. Berlin, 1931. Автор не анализирует труд Страбона как единый исторический источник и тем более как цельное литературное произведение, наоборот, скорее предостерегает от такого анализа. Отдавая дань заслугам географа в сопоставлении и подборе материала («Скифия п Боспор», стр. 9—10, 41—42, 100 и др.), он отмечает, что «в контаминации своих источников он (Страбон. — Л. Г.) не- проявил ни особого таланта, ни особого желания скрыть швы» (стр. 41). Подобное гиперкритическое отношение к Страбону-художнику, характерное, впрочем, для всей историо¬ графии античности XIX—начала XX в., появилось отчасти как реакция на некритическое использование в монографии Э. Миннза (Е. Minns. Scythians and Greeks. Cambridge, 1913) «Географии» как однородного источника. Взгляд М. И. Ростовцева поддержал С. А. Жебелев («Источники для изучения истории античной культуры Северного Причерноморья». — Сб. «Античные города Северного Причерноморья», т. 1. М.—Л., 1955, стр. 8). 3 Полную библиографию этих трудов см. в указ, работе М. И. Ростовцева, стр. 33—41. 8 Например, М. И. Ростовцев объясняет все политические симпатии и анти¬ патии географа исключительно настроениями его источников («Скифия и Боспор», стр. 128 и др.). 4 Во всех вопросах филологического и текстологического порядка читателя обыкновенно отсылают к новейшим работам западногерманского страбоно- веда В. Али: W. Aly. Strabon von Amaseia. Bonn, 1957; idem. Strabonis Geographica in 17 Buchem, vol. I. Bonn, 1968; vol. 2, Bonn, 1972. Однако В. Али историей Боспора не занимался и всегда, когда речь идет о Север¬ ном Причерноморье, ссылается на труды М. И. Ростовцева (см., например, 6
Попробуем наметить круг этих вопросов. Компилятивный ха¬ рактер «Географии» отмечается всеми исследователями, но ни разу в этой связи не был поставлен вопрос о круге социальных воззре¬ ний автора, его субъективных симпатий и антипатий, а следова¬ тельно, о степени субъективной переработан- ности компилируемых источников, тенден¬ циях при их выборе и отборе материала внутри них. Не ставился вопрос об особенностях страбо- новского мировосприятия и мышления, которыми обусловлива¬ ется отбор материала для исторических, этнографических и прочих ассоциаций, тогда как именно ассоциативный материал составляет большую часть приведенных Страбоном сведений по политической истории Боспора. Ассоциации по единству места, времени, сход¬ ству обстоятельств и т. д.5 — характернейшая черта страбо- новского изложения. Установить механизм возникновения ассо¬ циаций у географа необходимо для оценки сведений о Боспоре. Важно также проследить некоторую тенденциозность «Географии», а в связи с этим не только степень осведомленности автора в том, о чем он пишет, но и меру использования этой осведомленности в изложении. Наконец, необ¬ ходим тщательный сопоставительный анализ терминологии Стра¬ бона, как гео-, топо- и этнографической, так и политической. Целесообразно и терминологическое исследование, даже внутрен¬ нее, без сопоставления с другими литературными источниками, с учетом образа мыслей писателя как личности и как представителя определенной социальной среды. Некоторые из этих вопросов мы постараемся частично рас¬ смотреть на материале страбоновских сведений об образе правле¬ ния на Боспоре. О Страбоне мы знаем весьма мало, сведения эти почерпнуты большей частью из его труда 6. Страбон — состоящий на римской службе малоазийский грек знатного происхождения 7, представи¬ тель образованнейшей части эллинской интеллигенции 8, проник¬ шийся проримскими настроениями 9 в связи с убеждением в по¬ лезности имперской государственности. Он — человек практи- «Strabon von Amaseia», S. 103). Поэтому его работы могут быть полезны для решения вопросов, связанных с Боспором, лишь в самом общем виде. 6 Ассоциации бывают и трудно объяснимые, с потерянными промежуточными звеньями; такие ассоциации обычно приводят или к панегирику Риму, или носят вставной характер (см. например: Strab., XVII, 1, 10; XIII, 4, 3 и др.). 6 Сводку античных свидетельств о Страбоне дает В. Али в новом критическом издании «Географии»: Strabonis Geographica, vol. I, S. 1*—8*. 7 Strab., X, 4, 10; XI, 2, 18; XII, 3, 33. 8 Strab., XIV, 1, 48; 5, 4; XII, 3, 16; XVI, 4, 21; 2, 24. Страбон был знаком с образованнейшими людьми своего времени: Strab., XII, 6, 2; II, 5, 33; 12; XVII, 1, 46. О естественно-научной ценности труда географа см.: G. Aujac. Strabon et la science de ses temps. Paris, 1966. 8 Strab., XIV, 5, 2; XVI, 1, 28; XVII, 3, 24; IX, 1, 20; XIII, 1, 27; 4, a; особ. VI, 4, 2. 7
ческого ума, сторонник активной государственной деятельности, декларирующий в своем труде утилитаризм (т| ^peioc) 10 и безусловно порицающий никчемность (т) ooSevta). Цель «Географии» — спо¬ спешествовать деятельности сильной и активной личности, пред¬ приимчивому вождю п. Этим и объясняется во многом подбор фактов в труде географа: Страбон тенденциозен, подбор факти¬ ческого материала обнаруживает его идеал общественного дея¬ теля — цепкого, умного, предприимчивого утилитариста эпохи ранней Империи 12. К прочему материалу он относится с изряд¬ ной долей равнодушия, если не пренебрежения. Страбон — выразитель смешанной эллино-римской культуры рубежа нашей эры. В труде его нет явного греко-римского анта¬ гонизма 13. Тем не менее, образованием своим и воспитанием географ связан именно с греческой средой, ее славой, историей и мифологией. Страбон-литератор является носителем определен¬ ных идей, характерных для его эпохи 14, и «География» в какой-то мере эти идеи выражает, несмотря на свое главным образом землеописательное содержание. Не будем здесь касаться жанро¬ вых особенностей труда географа, это отдельная проблема. Ука¬ жем только, что произведение это — жанрово сложное. Оно являет собой сплав фактического 15 и мифологического 16, данных в целях 10 Strab., I, 1, 16. 11 Адресат «Географии» — человек высокопоставленный: ирод. . . р.<Ша- та , . . тоид ev тсад бтсеромсд («в основном по отношению к высокопоставлен¬ ным») — Strab., I, 1, 23. 12 Strab., I, 1, 1, 16, 21, 23. Целью такого деятеля должно быть — собрать мир «под одну власть и государственное устройство и править» (ocoi 86va- vcai y5jg %ai $аЫттт]д ap^eiv, I&v?] тсб/Uig auvd'Yov'csg etg puav £|ooaiav %ai SlOtHTjClV TO/U'cnnrjv.) — I, 1, 16. 13 Однако грек в нем часто дает себя знать: он не слишком высоко ценит рим¬ ских писателей (III, 4, 19), использует их как источник гораздо реже гре¬ ческих, иногда зло иронизирует в адрес римлян (V, 3, 8), критикует рим¬ скую администрацию (XI, 2, 12). 14 О Страбоне как выразителе идей эллинизма пишет В. Али: «Strabon von Amaseia», S. 396 слл. 15 Научная сторона произведения географа была оценена не сразу. Непо¬ средственные его последователи на него не ссылались (есть несомненное цитирование Страбона лишь Афинеем: см. Athenaei Naucratitae Dipnosop- histarum libri XV, rec. G. Kaibel, vol. 1—3. Lipsiae, 1887—1890). Но впо¬ следствии труд этот стал так популярен, что более поздние авторы назы¬ вают Страбона просто ■уеш'ура^од, подобно тому как сам Страбон называет Гомера просто ттаы^д. 16 Проблема мифического в «Географии» имеет много аспектов. Для нас важно отношение Страбона к мифологии и реальное присутствие ее эле¬ ментов в сочинении. Декларативно географ четко отграничивает мифы от реальности, пишет, что мифы нужны лишь для развлечения (I, 1, 19; XI, 6, 3 и др.), хотя и чувствует их рациональное зерно, пользуется ими для подтверждения своих теоретических положений (например, в XI, 2, 18 говорит, что мифы о Ясоне и Фриксе поясняют «знаменитость этой земли (Колхиды. — Л. Г.)»—ogtjv liu^dveiav sa^eiv т; X“Pa aUTirj bfjXooaay oi fiuSoi. Реально же географ верит мифам, часто передает их как действи¬ тельное, особенно в части, касающейся материковой Греции (IX, 3, 14 и др.). Подобное несоответствие теоретических положений реаль-
утилитарных или развлекательных17 с вытекающими отсюда определенными художественными достоинствами18. В процессе изложения все время происходит своеобразная творческая борьба: то Страбон-фактограф вытесняет Страбона-теоретика, то Стра- бон-художник — Страбона-фактографа, хотя чаще они мирно сосуществуют. Что же такое Боспор в представлении образованного грека, поддержанном литературной традицией, да и действительным положением вещей на протяжении многих веков? Это — хлеб, рыба, отчасти промышленное сырье и рабы, страна диких, но благодушных полуварваров, место отдаленное и глухое, с суро¬ вым климатом. Наконец, это — арена действия многих, дорогих его сердцу, мифов. Момент остро политический, начиная с Перик- ловых времен, здесь почти не присутствует. Для римского же администратора рубежа нашей эры, придер¬ живающегося официальной государственной линии 19, Боспор — далекая политическая полуварварская окраина, утомительная заноза, не дающая покоя, а подчас и открыто угрожающая. Несмотря на все асандровы реверансы в адрес Рима 20, Боспор этого времени все-таки остро ему враждебен, хотя, как отмечает Страбон 21, и подчинен. Это чувствуется в «Географии», периоди¬ чески прорываясь сквозь декларированную беспристрастность. В труде Страбона уделено достаточно места описанию Боспора, преимущественно географическому и этнографическому 22, и до странности мало, отрывочно и путано дана политическая его история, в частности вопросы управления. ному изложению, весьма характерное для Страбона, следует учитывать при использовании «Географии» как исторического источника. 17 Например, встречаются новеллистические мотивы, которые носят раз¬ влекательно-ассоциативный характер (XII, 8, 17 — о содержателе при¬ тона и женщинах во время землетрясения), фольклорные мотивы (IV, 2, 2 — о Луерии, разбрасывающем деньги). 18 В спорах о фактическом составе «Географии», который считался с истори¬ ческой точки зрения наиболее актуальным, ее художественная сторона игнорировалась и даже отрицалась. Тем не менее представляется неправо¬ мерным лишь на основании плачевного состояния текста не признавать художественной цельности этого произведения. Страбон сам говорит о ней как о произведении художественном, указывая, что ее форма сходна (op-ost- Ц?)) с формой его «Исторических записок» (I, 1, 23). 19 То, что Страбон этой линии лишь придерживался, но не отражал ее це¬ ликом, отмечено, в частности, М. И. Ростовцевым («Скифия и Боспор», стр. 11). 20 См. например, «Корпус боспорских надписей». М.—Л., 1965, № 30, а также статеры первых трех лет правления Асандра с головой Августа, позже — Антония, на лицевой стороне и титулом архонта [А. Н. Зограф. Античные монеты. М.—Л., 1951 (МИА, № 16), стр. 189 и табл. XLIV, 4]. 21 VI, 4, 2; VII, 4, 4, 7. 22 Что неоднократно отмечалось исследователями и объяснялось сугубо практическим характером труда географа как руководства для римских офицеров. См., например: В. О. Латишева. «Географ1я» Страбона як дже- рело з icTopii Боспору. — «Бiсник Харшвського ушверситету» № 62, 1971, icTopiK, вил. 5, стр. 84 слл. 9
Можно объяснить это спецификой труда географа 23, но ведь она не мешает ему дать достаточно последовательные очерки поли¬ тической истории дружественной Риму Армении 24, а также Пер- гама 25, Египта 26, Каппадокии 27, Сирии 28, к этому времени включенных в состав Римской империи. Да и сомнительно, чтобы специфика труда, по словам самого автора, написанного к пользе государственных деятелей 29, не позволяла говорить о вопросах политических. Кроме того, Страбон не видиг резкой границы между географией и политикой 30. Отсутствие интересующих нас сведений можно объяснить простым незнанием, что вероятнее, но, как будет показано ниже, не является основной причиной этого. Незнание, кажется, не так велико, как это явствует из текста «Географии». Можно объяснить эго утерей второй части седьмой книги, где могли сохраниться более подробные сведения. Но, судя по эксцерптам из нее, там больше говорилось о Западном Причерно¬ морье, нежели о Северном. Можно объяснить это малым политическим весом Боспора страбоновского времени, его весьма низким статусом. И наконец, можно объяснить это какими-то соображениями самого географа, нарочно умалчивающего о боспорской полити¬ ческой истории, говорящего о ней почти всегда вскользь, по ассо¬ циации, намеренно небрежно. На этом предположении хотелось бы остановиться подробнее. О форме власти на Боспоре и его правителях Страбон пишет весьма мало и путано, останавливаясь на отдельных эпизодах и тщательно избегая общей картины, несмотря на свою исходную мысль о необходимости широких полотен 31. Он часто пользуется описанием деятельности боспорских владык как материалом для исторических параллелей и доказательств, приводя эпизоды, где наиболее отчетливо проявляется их активность и предприимчи¬ вость. Географ, обычно умело и конкретно описывающий образ правления государственных образований, в разделе о Боспоре 23 Это весьма распространенный аргумент (см., например, указ, статью В. А. Латышевой). 24 XI, 4, 6; 14, 5, 10, 12, особ. 15; XII, 3, 28—29 — о Малой Армении. 26 XIII, 4, 1—2. 26 XVII, 1, 10—11. 27 XII 2. 11* 3 34. 28 XIII, 4, 2; XIV, 5, 2; XVI, 1, 2; 2, 4, 10, 14 и др. Римско-сирийские разно¬ гласия середины II в. до и. э. нашли отражение в «Географии» (XIV, 5, 2, где порицается никчемность (oubsveia) сирийских правителей этого вре¬ мени) . 29 I, 1, 22-23. 30 I, 1, 16, где говорится, что «большая часть географии относится к предме¬ там политическим» (тт|? увшурауиа? то тъХеом sgti про? та? x.peta? та? до/Uti- wq), «вся геграфия имеет отношение к делам управления» (у) увсоураун-/.^ тсааа ети та? upa^ei? avayeTai та? г;увритха<;). Ср. W. Aly. Strahon von Amaseia, S. 398. 31 I, 1, 23. 10
оказывается словно совершенно беспомощным. Тем не менее попробуем проанализировать часть страбоновых сведений о бос- порских властителях, объединив их в две группы хронологически близких друг другу правителей 32: данная система разбора под¬ сказана, как будет показано ниже, самим географом. Из всех упоминаний первых трех боспорских правителей 33 не носит характера ассоциативной вставки и подчиняется общей си¬ стеме изложения Страбона, выявленной М. И. Ростовцевым 34, лишь одно, где говорится об управлении Пантикапея и окрестных поселений, т. е. территориально — Боспора «властителями из среды Левкона, Сатира и Парисада»: sp-ovap^eixo 8s itoXov ^povov отоз Sovaaxwv xwv itspi Asoxoova xai Eaxopov xai IIaipi,aa?nr]v аохт] те xai at TT^Tjaio^oopoi xaxoixtat Traaat. a't rcepi to axopta xriq MatamSo? exaxepod'sv ps^ot IlaiptaaSoo xoo MtO-ptSaxig itapaSovxo? xtjv ap^Tjv. ’ExaXoovxo 8e xopavvoi, xatTcep oi Tzkeiooq eTuteixeic; ysTov°t£<= txpEap,evot атто IlaiptadSou xai Леохо)vo?. Па1р1аа8т]с; 8s xai Феб? vev6p.taxat*xo6x(p 8e op-covoptoc; xai 6 oaxaxo?, oq ofy, oioq xe cbv avxe^etv тсрб? xoo? fiapftoLpooq cpopov, ттраххо- jxsvoo? p-etCoo xoo Tcpoxepov МсФрФахчд хф Eoruaxopt ттареВшхе xt]v dp^Tjv’e| sxetvoo 8’ 7] [BaatXeta 'Pcoptatot? vnrjxooq35. Прежде чем приступить к разбору этого фрагмента в целом, сравним часть его с фрагментом VII, 3, 8, некогда вызвавшим разные толкования, на основании которых были сделаны два противоположных вывода о происхождении боспорских Спарто- кидов. Имеется в виду цитата из Хрисиппа о боспорских прави¬ телях, приведенная Страбоном в рассуждениях о благодушии варваров в качестве одного из примеров такого благодушия: opa 8s xai a Xeyst Хрбзгтггсо? itepi x65v той Воатиброо pastXeov xffiv irepi 32 1) Левкои, Сатир и Парисад (-{-последний Парисад) и 2) Фарнак, Асандр, Полемон. Мы намеренно не касались Митридата Евпатора на Боспоре в изображении географа, считая это предметом отдельного исследования: личностный момент в отношении к этому царю, отчасти вследствие частных связей с ним семьи Страбона, проявляется гораздо сильнее, чем в расска¬ зах о других боспорских правителях. Соотношение «Страбон—проримски настроенный администратор — Страбон—сторонник {Митридата Евпа¬ тора», т. е. соотношение двух диаметрально противоположных моментов, должно быть выявлено в дальнейшем. 33 Которых Страбон в VII книге называет Suvdatai (властители), не об¬ наруживая, таким образом, характера боспорского правления этого вре¬ мени. 34 М. И. Ростовцев. Страбон как источник для истории Боспора. — «Сборник Харьковского историко-филологического общества в честь проф. В. П. Бу- зескула». Харьков, 1913—1914, стр. 368. 35 «(Пантикапей) единолично управлялся долгое время властителями из среды Левкона, Сатира и Парисада, также и все окрестные поселения у (вокруг) устья Меотиды до. . . передачи Парисадом власти Митридату (после многоточия — возможно, корректура автора, по ошибке вставлен¬ ная в текст или лакуну; об этом см. ниже. — Л. Г.). Они назывались ти¬ ранами, хотя в большинстве были справедливыми, начиная от Парисада и Левкона. Парисад был даже назван богом. Одноименным ему был послед¬ ний [властитель], который, не будучи в состоянии сопротивляться варварам, требующим дань, большую, чем прежде, передал власть Митридату Ев- яатору. После него царство подчинилось Риму». — VII, 4, 4. И
Aeoxcova («Смотри также, что говорит Хрисипп о царях Бо- спора из среды Левкона»). В. Ф. Гайдукевич подкрепляет ана¬ лизом этого фрагмента теорию негреческого происхождения Спартокидов 36. К тому же выводу приходит и Д. П. Калли¬ стов 37. (Возможно, оба невольно находятся под влиянием пере¬ вода этого места Ф. Г. Мищенко 38 и С. В. Мирошникова39.) Т. В. Блаватская, наоборот, предлагает понимать данный отрывок не перифрастически, как В. Ф. Гайдукевич и Д. П. Каллистов, а «аттически», считает его аргументом в пользу эллинского проис¬ хождения Спартокидов. Она переводит — «царей из окружения Левкона» 40, имея в виду при этом варварских царей северочер¬ номорских племен, подчинившихся Боснору. Этих-то царей, а не Левкона и приводит якобы Страбон в качестве примера благо¬ душия варваров. Не будем касаться сколь насущного, столь и сложного вопроса о происхождении Спартокидов, отметим лишь, что чтение Т. В. Блаватской представляется весьма убедительным в конструк¬ тивном плане, однако с той оговоркой, что понимать в данном от¬ рывке SaaAecjov как «варварских царей из окружения Левкона» вряд ли возможно но следующим соображениям. Сравним два аналогичных текста: а \eyei Хрьаткос, тазД xwv той Воатсороо PaaiXsoov xcov тгер! Aeoxoova (VII, 3, 8) и ep-ovap^elxo 8s itoXov j^povov бтсо 8uvaax6)v xajv itepl Aeoxcova xai Eaxupov xai naipiadBrjv (VII, 4, 4). Второй фрагмент, несомненно, является модификацией первого: в этом убеждает в первую очередь перенесение из VII, 3, 8 в в VII, 4, 4 довольно необычной для данного лексического наполне¬ ния конструкции PaaiXecov / Suvaaxffiv xffiv itepi Aeoxcova, т. e. (ЗазАей; из VII, 3, 8 и Bovaaxai из VII, 4, 4 — одни и те же лица. Относительно [BaaiXecov из VII, 3, 8 следует отметить, что, во- первых, к трем ранним боснорским правителям Страбон применяет только термин Sovdax^g и глагол Bovaaxeostv (властвовать)41. Во-вто¬ рых, к варварским вождям в VII книге применяется термин Tjyepcov (вождь): о! 8s 'PcoEoXavoi . . . b^oyisq 7]Yep°va Taacov. (3, 17)42; Aaiaixiaxai, cov Baxcov 'rj'ppcov (5, З)43; Ео6^ар,(3&01 . . . MeXcova e^ovxsc 36 «Боспорское царство». M.—Л., 1949, стр. 55 (ср. немецкое переработанное издание этой работы «Das Bosporanische Reich». Berlin, 1971, S. 66). 37 «Очерки по истории Северного Причерноморья античной эпохи». Л., 1949, стр. 200. 38 «География» Страбона. М., 1879, стр. 303: «... о царях Боспора, именно о Левконе». 39 SC, I, стр. 113: «... о боспорских царях, именно о Левконе». 40 «Очерки политической истории Боспора в У—IV вв. до н. э.» М., 1959, стр. 39—40, где перевод С. В. Мирошникова отнесен к В. В. Латышеву, хотя имела место лишь его редакция, которая могла не распространиться на данный фрагмент. 41 VII, 4, 3; XI, 2, 7, а также, VII, 4, 5, где термин Buvdaxif]? относится как к ранним, так и к современным Страбону властителям. 42 «Роксоланы . . . имеющие вождем Тасия». 43 «Десигнаты, у которых вождь Батон». 12
He'pfJ-oovTO? те Xir]pouaxa)v 7]YefX(ov 45; T®v ^^p°o- oxo)v фуецоуо? 46; Оохрорл)рои г}иуат7]р Tj^sp-ovo? Хаттшу47 (все — 1, 4),— и глагол ap^eiv (править)48: Bopeptaxa? Tjp^e x®v Гетйу (3, 5)49; ’Атеа? Ss Soxei xwv TuXetcxcov apEai xwv таоттд Pap^apoov (3, 18)50. ('Нфе- [xovt'a у Страбона — видимо, синоним политического устройства вообще, включая политическое руководство без определения его сущности, без подведения под какие-либо должностные ранги)51. Термин paatXeu? (и (3aatXe6eiv — царствовать) применительно к европейским, в частности, северопричерноморским варварам встречается только в Ватиканских эксцернтах из VII книги 52, на передачу которыми терминологической оригинальности Стра¬ бона положиться трудно, а также по отношению к гету Дроми- хету 53 и трибаллу Сирму 54. В упоминании сообщения Геродота о безымянном скифском царе, с которым воевал Дарий 55, термин j3aaiXsu? принадлежит самому Геродоту 56. Таким образом, во-первых, термин (Заайещ, как не свойствен¬ ный VII книге Страбона при обозначении как боспорских прави¬ телей, так и северных варварских вождей 57, объясняется непере- работанностью текста Хрисиппа, для которого как эллинистичес¬ кого автора конца III в. до н. э. он весьма обычен. Во-вторых, нельзя считать (ЗаскХешу т<оу тгер! Аеохшуа «варварскими царями из окружения Левкона». 44 «Сугамбры. . . имеющие вождем Мелона». 46 «Сегимунт. . . вождь херусков». 46 «Сын Сегимера, вождя херусков». 47 «Дочь Укромера, вождя хаттов». 48 Глагол Sovaazsusiv применяется один раз по отношению к варварскому вождю Марободу, которого облагодетельствовал Август (VII, 1,*"3). 49 «Биребиста правил гетами». 50 «Кажется, большинством тамошних варваров правил Атей». Относительно поспешности вывода на основании этого фрагмента о распространении на все Северное Причерноморье «царства Атея» см.: Д. П. Каллистов. Свидетельство Страбона о скифском царе Атее. — БДИ, 1969, № 1, стр. 124 слл. Nsi 61 XVI, 2, 11; ср. I, 1, 16 (. . .та? upcast?. . . Tj'Yep.ovixd?. . . как «вопросы управления»); XII, 1, 2 и др.; см. также В. В. Латышев. Краткий очерк истории Боспорского царства. — Сб. «Поутпкх». Изборник научных и критических статей по истории, археологии, географии и эпиграфике Ски¬ фии, Кавказа и греческих колоний на побережьях Черного моря». СПб., 1909, стр. 84—85. 52 Exc. vat., 47. 53 VII, 3, 8, 14. 54 VII, 3, 8. 55 Ibidem. 56 Herodot., 127. 57 Чего нельзя сказать, например, в отношении вождей азиатских — южно- понтийских, малоазийских, индийских и др., где этот термин в данном зна¬ чении весьма распространен: ’AXxaiSapvo? 6 тйу 'РарДоисоу [teatXsu? (Алхедамн, царь рамбеев) — XVI, 2, 10; XV, 1, 36, где вождь прасиев Сандрокотт назван (ЗааьХвбоута и др. Мало того, в книгах, посвященных азиатским странам, даже северные (европейские) вожди получают титул fiaaiXeo?: в XI, 5, 8 так названы вожди аорсов и сираков Спадин и Абеак, в XIII, 4, 2 — Диегил, вождь фракийских кенов. 13
Сказать же из контекстов VII, 3, 8 и VII, 4, 4, каких правите¬ лей «из окружения (представляется более нейтральным перевод «из среды») Левкона. . .» имел в виду Страбон, вряд ли возможно. Теоретически не исключается, что под ними подразумеваются какие-то придворные магистраты или правители областей: ведь именно в таком смысле присуще Страбону употребление конструк¬ ции с тсерi 58 в соответствующем контексте. Наконец, не исключено понимание «властителей из рода Левкона. . .» 59. Следует, однако, отметить, что обычным для Страбона наименованием по родо¬ начальнику является суффиксальное отыменное образование oi AxxaXixol (ЗаслХеТ? (цари из рода Аттала, Атталиды) 60, oi ТГсоХе[Ш1хо1 (ЗаснХеТ? (цари из рода Птолемея, Птолемаиды) 61, oi Aa-fiSai (цари из 'рода Лага, Лагиды) 62 и т. д. В целом фрагмент VII, 4, 4 представляет собой удивительно беспомощно 63 скомпонованный набор фактов и повторов, весьма неточно оформленный в языковом отношении. Так на протяжении нескольких строк Страбон дважды говорит о передаче последним Парисадом власти Митридату Евпатору: . .. [хеэдх IlaipiadBou хоо Mi&piSaTTQ TcapaSovxo? ttjv ap^i/jv. . . и . . . тобхш 8s opwvupo? xai 6 oaxaxo? o? oo^ olo? xe oov dvxs^eiv тиро? too? |3ap|3dpou? cpopov Tupaxxopsvoo? pet^co too Trpoxepov MiDoi Вахид тф Eoruaxopi napsScoxe xpv dp^Tjv 64, — совершенно, казалось бы, забыв о том, что немногими строками выше он этот 68 6968 Ср., например, XVI, 2, 10: тй ftaaiXe! y.ai тоТ? TC£pi auxov («царю И царедворцам»), а также XIV, 2, 23 и др. 69 Именно так переводят VII, 4, 4 Ф. Г. Мищенко (стр. 312) и С. В. Мирошни- ков (стр. 125). Однако перевод аналогичного места VII, 3, 8 звучит у них так: «. . . царях . . . именно о Левконе» (соответственно стр. 303 и ИЗ). Любопытно, что у Г. А. Стратановского (Страбон. «География» в 17 кни¬ гах. Л., 1964) — наоборот: VII, 4, 4 — «властители, как Левкои, Сатир и Парисад» (стр. 283), а VII, 3, 8 — «о боспорских царях из династии Лев¬ кона» (стр. 276). 60 XII, 3, 8; 4, 3; 5, 1, 3; XIII, 1, 14, 54; 3, 5; VI, 4, 2. 61 II, 5, 12; XVII, 1, 5, 25. 62 XVII, 1, 10. 63 По поводу этого места М. И. Ростовцев замечает, что компилируется ми¬ нимум два источника («Скифия и Боспор», стр. 124). 64 Из сравнения определений величины владений боспорских правителей (VII, 4, 4 и 4, 5) возможен вывод, что первое упоминание из двух в VII, 4, 4 (после [Аехр1) о передаче Митридату власти Парисадом носит характер вставки, причем, возможно, нестрабоновской, так как канва изложения скорее наталкивает на пространственное понимание предлога рёхР1 (как в VII, 4, 5 Ttpotspov sl^ov oXifTijv [rev x^]v тсро? xw axdpaxi x^j? Maiwxi?io<; %ai хф Памхшатаим pixp1 0ео8о<на<; «Прежде они (боспорские правители. — Л. Г.) владели малым (полуостровом) у устья Меотиды и Пантикапея до Феодосии») с дальнейшей лакуной, в которую могло быть встав¬ лено замечание в Genetivus absolutus. Такое чтение снимает фактическую тавтологию о Парисаде в VII, ^4, 4, однако повтор VII, 4, 3—4 остается. Другим объяснением первого упоминания о последнем Парисаде в VII, 4, 4 может быть ошибочное внесение древним издателем корректуры умер¬ шего к тому времени автора в текст с оставлением и старого варианта; ср. W. Aly. Strabon von Amaseia, S. 396. 14
факт уже сообщил 65,£!тогда как, повторяя что-то даже через боль¬ ший интервал географ всегда сопровождает это замечаниями типа <о£ elitov («как я сказал»), 3>q ev ... еГрт)та1 («как говорится в...»), соатер xal ате8ес£ар.еу («как мы показали»), тар! об puxpov крба- Oev e(j,vTqa^7](j,ev («о чем мы немного выше упоминали»), хайатер еГр- 7]xat, («как сказано»), etp-rjxai 8s таб(Г фр-Ь xal Trpoxepov («как сказано у нас ранее»), xaftdxcep eircop.ev («как мы уже сказали»)66 и т. д. Далее, если конструктивно принимать чтение Т. В. Блават- ской'—«властителей из среды Левкона, Сатира и Парисада», то неуместен глагол sjxovapyetxo, предполагающий единовременно одного, а не нескольких властителей67 68 69. К тому же конструкцией 8ovaox(ov xffiv те pi Aeoxtova Страбон как бы отделяет этих Bovdaxai от Левкона, Сатира и Парисада, а следующей фразой: exaXoovxoSe xopavvoi хоитер ol nXecouq emeixelq yeyovozeq dp|ajj,evoi and llaipioaBoo xal Aeoxoovo? объединяет их. Построение фрагмента обнаруживает, кажется, не его непо¬ средственную компилятивность, а, наоборот, известную [перерабо- танность, самостоятельность, пропуск фактического материала через память. VII, 4,4 — единственное место, говорящее о ранних боспорских правителях, которое Страбон писал сразу, вспоми¬ ная 68, а не списывая непосредственно с источников, на что ука¬ зывает, в частности, то, что им упомянуты основные боспорские династические имена этого времени, но перепутана их последо¬ вательность (Aeoxoov, Баторо?, ПафкзаЗт]?). О том же говорит меха¬ нический повтор конструкции Хрисиппа с терС, костяк которой из-за ее специфического оттенка Страбон не счел возможным изменить, поставив, однако, вместо хрисипповского (ЗаслХеб^ свое собственное dovaazrjq69. 65 VII, 4, 3: Воаиброо хатёатт] хорю? тсар’ sxovxo? XaPcbv Ilatpiaagou гои хахё- pvtos — «(Митридат) стал господином Боспора, получив его по доброй воле от управляющего (им) Парисада». 66 Например, X, 2, 1; VIII, 2, 1; XI, 1, 2; 3, 2; XII, 3, 22, 33; III, 4, 19; XVI, 1, 19; 2, 5 и т. д. Иногда Страбон, собираясь впоследствии вер¬ нуться к чему-либо, заранее предупреждает об этом, например: Пер1 pev oov TpiiLToXepou 8f]Xtoaop.ev sv xot? Supiaxol? auxixa — «О Триптолеме рас¬ скажем сразу же в описании Сирии» (XVI, 1, 25). 67 Н. G. Liddle—R. Scott. Greek-English Lexicon. Oxford, 1940, s. v. 68 О роли вспоминания в «Географии» см.: В. Ф. Смолин. К вопросу об источ¬ никах Страбона к Боспорскому царству. — «Известия Таврического об¬ щества истории, археологии и этнографии», т. 3 (60). Симферополь, 1929, стр. 66 слл. 69 Этот термин по отношению к Боспору характерен для всей VII книги на¬ столько, что даже в справке о современном ему положении дел (i^ooai 8’ avxrjv ol той Воатсброи Suvaaxai — «владеют ИМ (Крымским полу¬ островом. — Л. Г.) властители Боспора»; 4, 5) Страбон называет поздних боспорских правителей тоже 8i>vaaxai, тогда какщ XI книге они чаще всего именуются (о чем ниже) BaaiXsT?. Впрочем, еслиТречь идет о современных географу римских ставленниках на Боспоре, употребляется термин fkai- ХеТ? (xal vuv итсо хоТ? xwv BoaTWpavwv PaaiXsuaiv, оис av 'PwpiaToi xaxaa- x^cKjoaiv otKavxa eaxiv — «А теперь вся (эта страна) находится под властью боспорских царей, которых ставят римляне»; VII, 4, 7). 15
Остальные сообщения о ранних боспорских правителях носят характер ассоциаций, местных (XI, 2, 7) 70 или доказательно¬ ситуативных (VII, 4, 6) 71, т. е. по замыслу автора функционально не являются чисто информирующими. Очевидно, что политический статус ранних боспорских прави¬ телей не совсем ясен Страбону 72, да и не слишком его интересует. Ни одно из сообщений о них, кроме разобранного VII, 4, 4, не является самоцелью, но лишь результатом ассоциаций. Отбор материала для ассоциаций ведется с достаточным знанием частных фактов боспорской истории (например, обожествление одного из Парисадов, точная цифра поставки Лев коном хлеба в Афины и др.), причем автор руководствуется всегда в этом^отборе крите¬ риями литературными, а не политическими. Наличие (отсутствие) тех или иных сведений о раннебоспорских правителях диктуется в данном случае не политической тенденциозностью географа, а композиционной необходимостью, чего не скажешь по поводу сообщений Страбона о трех современных ему 73 боспорских ца¬ рях — Фарнаке, Асандре и Полемоне. Речь о них идет в основном в XI книге и дальше 74. Хронологическую последовательность 70 ’Evtsu&sv S’ kid то Еатброо p-vljaa Ivsv^ovxa axa-Stor tooto b’ laxtv втс* тар a? tivo? '^coaxov av&po? t£>v втскрамш? SovaaxEoaavxwv too Воатороо «Отсюда (от Ахиллия) до памятника Сатира 90 стадий. Это — (находящийся на каком-то мысе курган мужа из (кисла) славно правивших на Боспоре». Asirawva §ё срааiv та тт]? 0so§oata? ’АлЬркиок; ТЕффон piuptaSa? (XsSipivoov biaxoaiai xal §таа — «Говорят, Левкои послал из Феодосии афинянам 2100000 медимнов (хлеба)». 72 Представляется, что одним из доказательств этой неясности является упо¬ требление географом вышеупомянутой конструкции с itepi (VII, 3, 8; 4, 4). Аналогичная конструкция употреблена ш в VII, 4, 3 в сообщении о войне Митридата Евпатора со Скилуром и его детьми (тсро? Be too? E*6&a? ётаАё- [ASt SttiXoupov -re Tta't той? ЕтчХоорои Ttai&a? too? Kepi ПаХтаоу— «Воевал со скифами, Скилуром и детьми Скилура, один из которых — Па- лак») , точного количества которых он не знает. Переводят это место по-раз¬ ному: Ф. Г. Мищенко (стр. 311) — «начал войну со скифами, состоявшими под предводительством Скилура, сына его Палака и братьев»; С. В. Ми- рошников (стр. 123) — «стал воевать со скифами, бывшими тогда под властью (курсив С. В. Мирошникова.—Л. Г.) Скилура и его сыновей с Палаком во главе»; Г. А. Стратановский (стр. 282) — «начал войну со скифами, не только со Скилуром, но также и с сыновьями последнего — Палаком и прочими». Кажется, предлог тар! и здесь выполняет ту же функ¬ цию, что в VII, 3, 8; 4, 4, чисто грамматическим приемом присоединяя к из¬ вестному Страбону Палаку остальных, неизвестных ему поименно сыно¬ вей Скилура, без указания на их управленческую иерархию. Также и в VII, 3, 8; 4,4, не будучи уверен в политическом статусе боспорских вла¬ стителей, он употребляет специфическую «затемняющую» конструкцию, которая вполне отвечает цели его сообщения: упоминает известные ему имена, не ставя точек над i. 73 XI, 2, 17 (xa&* was). 74 Фрагмент VII, 4, 6 об Асандре приведен в качестве доказательства посылки о способности людей, уверенных в своих силах, не платить дань кочевни¬ кам, но сопротивляться, т. е. не является самоцелью. Фрагмент XI, 2, 3 о разрушении Танаиса Полемоном является, вероятно, позднейшей встав¬ кой в готовый текст, как отмечает Д. Б. Шелов в монографии «Танаис и Нижний Дон в III—I вв. до н. э.» (М., 1970, стр. 234), ссылаясь на мне- 16
их правления, как было в первом случае 75, автор уже не пу¬ тает 76. Представляет он их в XI, 2, 11, называя нейтрально ’Yjysp.ovsc, причем далее этого обозначения не придерживается, предпочитая термин (Заайеб?, что позволяет предположить не терминологическое, но художественное, обобщенное употребление в XI, 2, 11 7]YS[xove? без акцента на их правовой (политической) сущности 77. Об этом же говорит применение несколькими стро¬ ками выше термина (ЗааАеб? по отношению к одному из правите¬ лей данного ряда — к Полемону. Обычно этих правителей Стра¬ бон называет (ЗаасХеГ? 78, что соответствует их титулатуре, за¬ свидетельствованной эпиграфически 79. Относительно времени, с которого географ считает нужным употреблять этот термин к боспорским владыкам, любопытно сообщение VII, 4, 4 о последнем Парисаде в ряду ранних прави¬ телей — Suvasxai. При описании передачи Парисадом власти Митридату Евпатору употреблен термин ар^т] (власть), не выходя¬ щий за логический ряд SuvaaxTfjg—ар^т). В следующем же пред¬ ложении о переходе Боспора от Митридата к Риму присутствует уже термин (3aaiXe{a (царство) 80, т. е. хронологическую границу Suva ахтг]? (полунейтральное обозначение правителей) — paadeog (политический термин, подразумевающий определенную совокуп¬ ность прав властителя) географ чувствует. Отношение Страбона к современным ему Фарнаку Асандру и Полемону отнюдь не безразличное, как это было в случае с пер¬ выми тремя владыками. О римском ставленнике Полемоне Страбон всегда говорит от себя и с полной уверенностью в достоверности сообщаемых им фактов. Так происходит в XI, 2, 11, где даются некоторые под- ние С. А. Жебелева и А. Салача. Заметим, что употребление vjv после aiLsi&ouaav может свидетельствовать как в пользу позднейшей переделки этой части текста после вставки сведений о Полемоне (elvai на Ijv), так и о вставном характере всего фрагмента о содержании торговли в Танаисе До TCpf5xe LXCC L ж 76 VII, 4, 4. 76 XI, 2, 11 (о\ oaxaxoi c&apvdxT)? xa'i ’"AaavSpo? %al Потерю™ «последние: Фарнак, Асандр и Полемоя»). 77 См. выше стр. 13. Ср. также XIII, 4, 8, где император Тиберий назван Tj'Yepicov, и IV, 3, 2, где упомянуты oi xwv 'Pwpiaicov T^spiovs? — «вожди римлян». 78 Формально этот термин не стоит у Страбона при имени Асандра, но упо¬ минание этого правителя в одном ряду с Фарнаком и Полемоном, неодно¬ кратно названными (ЗаснХеб;, позволяет считать, что Страбон относит этот титул и к нему. Кроме того, здесь возможен намеренный пропуск титула в связи со специфическим отношением Страбона к Асандру (о чем ниже). 79 См. «Корпус боспорских надписей», № 28, 29, 30, 979 — Фарнак, № 30 — Асандр; характерно, что эпиграфических сведений о Полемоне на Бое- поре не засвидетельствовано, есть лишь две надписи из Херсонеса, одна из которых (IOSPE, I2, № 419), возможно, относится не к этому Полемону, другая (там же, № 704) — обломок с началом письма Полемона, где он называет себя fktuXeus. 80 VII, 4, 4. 2 Древнейшие государства на территории СССР 17
робности его приемов в войне с аспургианами и гибели у них 81, тогда как обыкновенно за сведения такого рода о Боспоре Страбон целиком на себя ответственности не берет. Например, факт за¬ топления Фарнаком дандариев передается в неуверенной форме: Фаруахт]? . . . Хеуетои . . . хатахХоаоа Trjv ^copav — «говорят. . . Фарнак затопил землю» 82. Почти во всех упоминаниях о Полемоне не забывается 'его офи¬ циальный титул (ЗаспХеб? (XI, 2, 3, 11; XII, 3, 38; aop,|3aacXe6ecv— XII, 3, 29) или форма езуе. Этот титул, по-видимому, в связи с недавним и, надо сказать, весьма сомнительным с правовой точки зрения получением требовал постоянного напоминания о себе. Страбон даже счел нужным передать всю историю получения «царства» (jBaatXeca?) Полемоном от Антония и подтверждения титула Августом, отмечая, что боспорец y||uo'&t] Sia та? aySpayaQ-ia? («был удостоен (царства) за добропорядочность») 83. Основная масса сведений о боспорских владыках, современ¬ ных Страбону, — это именно сообщения о Полемоне, правление которого было весьма кратким (немногим более пяти лет) и не слишком заметным, так что даже не отражено боспорской эпи¬ графикой и нумизматикой 84, где засвидетельствовано имя первой жены его Динамии 85, в надписях которой всегда подчеркивается верноподданническое отношение к Риму^86. Реально же проримские симпатии Динамии оставались в области деклараций, почему, вероятно, Страбон ее совсем не упоминает. Тем не менее на шесть упоминаний более чем пятнадцатилет¬ него правления Фарнака (и одно упоминание его детей) и три упоминания тридцатилетнего правления Асандра, пребывание которых на Боспоре зафиксировано эпиграфически и нумизмати- чески 87, приходится восемь упоминаний Полемона. Кроме того, сведения о Полемоне информативно насыщенны, отражают разные стороны его деятельности (XI, 2, 3 — разрушил Танаис; XI, 2, 11; XII, 3, 29 — воевал с аспургианами, взят в плен и погиб; XI, 2, 18 — владел Колхидой; XII, 3, 38 — взял крепость Сагилий в области амасийцев; XII, 6, 1 — владел город¬ ком Иконий; XII, 8, 16 — удостоен царского сана Антонием и Ав¬ 81 Об этом же факте сухо сообщается в XII, 3, 29. 82 XI, 2, 11. То же можно сказать о сведениях такого рода об Асандре (VII, 4, 6 — со ссылкой на Гипсикрата), о Левконе (там же — в форме Леохш- va . . . cpaaiy . . . «говорят, Левкои послал»). Что же касается подобных сведений (в частности о затоплении), например, о каппадокийских царях, история которых изложена весьма последовательно, то они передаются уверенно и от себя (например, XII, 2, 8 — о перекрытии Ариарафом ущелья Меласа и затоплении близлежащей равнины). 83 XII, 8, 16 (амВрогуагКа — видоизмененная калька римского vir bonus). 84 См. выше прим. 79, а также А. Н. Зограф. Указ, соч., стр. 191. 85 «Корпус боспорских надписей», № 30, 31, 38, 978, 979, 1046; см. также А. Н. Зограф. Указ, соч., стр. 191. 86 В титулатуре употребляется эпитет cpiXopwpiaioc. Динамия обращается к жене Августа Ливии как к susp^exic (благодетельница). 87 А. Н. Зограф. Указ, соч., стр. 188—191. 18
густом), в то время как сведения об Асандре и Фарнаке (не считая фрагмента, общего для трех правителей) слабо отражают их практическую деятельность, а если и отражают, то не являются самоцелью изложения (VII, 4, 6 — доказательно-ассоциативное сообщение об Асандровом вале; XII, 3, 8 — информация об уничто¬ жении Асандром Митридата Пергамского и убийстве Фарнака в фрагменте о Митридате Пергамском; XI, 5, 8 — уточнение времени посылки Абеаком и Спадином всадников: фч'ха Фаруахт]? tov Boaruopov slje — «Когда Фарнак владел Боспором»; XI, 2, 17 — местно-ассоциативное упоминание об ограблении оракула Фрикса Фарнаком; XII, 3, 14 — местно-ассоциативное упомина¬ ние об осаде им Амиса [Пирея1). |Это свойство сообщений о Полемоне, видимо, и позволило Д. Б. Шелову заметить, что, как фрагменты о разрушении Танаиса Полемоном (XI, 2, 3) и гибели его у аспургианов (XI, 2, 11), так и «все другие места страбонова труда, где упоминается Поле- мон или его вторая жена Пифодорида . . . являются позднейшими вставками в уже готовый текст» 88. Нельзя согласиться, что все места о Полемоне — позднейшая вставка; например, отрывки о взятии Сагилия Ликомедом и Полемоном (XII, 3, 38), о награж¬ дении Полемона царским титулом (XII, 8, 16), о Полемоне и Пифо- дориде (XI, 2, 18 и XII, 3, 29) вряд ли имеют вставной характер. Тем не менее очевидно, что частично сведения о Полемоне до¬ бавлялись после завершения основного текста труда, что весьма показательно, так как говорит о тенденциозности при доработке «Географии»: внесением дополнительных сведений Страбон пы¬ тался увеличить удельный вес сообщений о римском ставленнике на Боспоре. Несколько иной характер носят сведения о Фарнаке, который, хотя и был в конце концов признан Римом в лице Помпея 89, однако принес до того Риму немало хлопот. Так, титул (ЗаспХеб? применяется по отношению к нему всего два раза (XII, 3, 38: ot, тсайед фарvaxou too (ЗааАеюд^—-«дети царя Фарнака» и XIII, 4, 3: био. . . Фаруащч avsXovto? tov |3aai- леа—«убившим царя Фарнака»). Он осадил дружественный Риму Амис (Пирей), который Божественному Цезарю пришлось от него освобождать (XII, 3, 14), в то нремя как Полемон взял крепость Сагилий с согласия Рима (оотсо yap Siststocxto Пор, тиф о? — «Так при¬ казал Помпей»—XII, 3, 38). Асандр, сведения о котором у Страбона ничтожны 90, вообще лишен титула. Его тридцатилетняя деятельность (кроме доказа¬ тельно-ассоциативного сообщения VII, 4, 6 об Асандровом вале) 88 Д. Б. Шелов. Указ, соч., стр. 234. 89 Арр. Mithr., 113=SC, I, р. 536—537; Dio Cass, XXXVII, 14, 2=SC, I, p. 617. В 'эпиграфике Боспора он не имеет эпитетов <pi Хорошей о; и cpdoxaiaap. 90 Но, видимо, одновременны написанию соответствующих книг. Например, если предположить, что в VII, 4, 6 сведения об Асандре — вставка, раз¬ рушается логическая фигура посылка-доказательство. 2* 19
замалчивается. Сообщается о нем только в общем ряду современ¬ ных Страбону боспорских правителей (XI, 2, 11) и в краткой справке об уничтожении им друга Цезаря (cptXo? Kacaapi) Мит- ридата Пергамского, убийстве Фарнака и захвате власти на Бое- поре (хатеХбгЦ 8’ бтго ’AadvBpoo той ха!- c&apvdxirjv dveXovTO? tov (ЗаслХеа xai шхаоуочхо<; tov Boarcopov — «[Митридат Пергамский} был уничтожен Асандром, убившим царя Фарнака и захва¬ тившим Боспор» — XIII, 4, 3). Несмотря на то что в боспор- ской надписи 91 Асандр назван cptXop<op.aios, следов доброго отношения Рима к нему в труде Страбона нет, что соответствует действительному положению вещей 92. Таким образом, даже из беглого обзора сведений о боспорских правителях явствует тенденциозность Страбона в отборе компи¬ лируемого материала. Очевидно, что степень использования в со¬ чинении осведомленности географа в боспорской истории гораздо ниже этой осведомленности, в чем можно также усмотреть опре¬ деленную тенденцию изложения. Ясно, что современные Страбону события, несмотря на объявленную беспристрастность, встречают с его стороны гораздо более избирательный и осторожный подход, чем события давние: это относится и к Боспору. Несмотря на свод¬ ный характер и дробность изложения, сочинение Страбона не яв¬ ляется «механической», чистой компиляцией. Личностный момент достаточно представлен в «Географии». 91 «Корпус боспорских надписей», № 30. 92 В нумизматическом материале ярко отражены взаимоотношения Асандра с Римом. Так, первые три года своего правления он еще чеканит на лице¬ вой стороне статеров портрет Августа, а затем Антония. С четвертого же года эти портреты исчезают, появляется изображение неизвестного в цар¬ ской повязке, обычно принимаемое за идеализированное изображение самого Асандра. Титул apx«v первых лет заменяется на paaiXsos. Монеты датируются годами правления Асандра. Все это можно расценивать как несомненный вызов Риму. См. А. Н. Зограф. Указ, соч., стр. 189—190,, табл. XLIV, 4—6.
СКИФЫ, САРМАТЫ И ГЕТЫ В «TRISTIA» И «EPISTULAE EX PONTO» ОВИДИЯ А. В. Под осиное Для изучения Северного Причерноморья в античную эпоху большой интерес представляет история областей, прилегающих к нижнему течению Дуная, так как именно Дунай и междуречье Дуная и Днестра на протяжении веков служили естественной границей, разделявшей два крупнейших этнических образования — скифосарматские (иранские) племена Северного Причерноморья и фракийские племена Балканского полуострова. Граница эта, конечно, не была неизменной: мы знаем периоды, когда скифы распространяли свою власть к югу от Дуная (на¬ пример, Добруджа под властью царя Атея в IV в. до н. э.) и когда, наоборот, северофракийские племена гетов проникали далеко на север по побережью Понта (царство Биребисты, зани¬ мавшее в середине I в. до н. э. огромную территорию от Балкан до Буга). Однако в целом район нижнего Дуная всегда оставался местом стыка и взаимодействия двух этнических культур — иранской и фракийской, что прослеживается также на археологи¬ ческом материале. Понятие об Истре как юго-западной границе скифских племен было весьма распространено в античной историографии и сохра¬ нялось долго, даже тогда, когда реальное расселение племен за¬ падного Понта уже не соответствовало этой схеме г. К началу нашей эры этническая ситуация на территории Нижнего Дуная (современная Добруджа) представляла собой довольно сложную и подвижную картину. Большие этнические перемены, совершавшиеся в степях Северо-западного Причерно¬ морья (распространение сарматских племен далеко на запад от Дона, усиление могущества гетов при Биребисте, вторжение бастарнов в междуречье Днестра и Дуная, сокращение границ скифского государства до территории Крыма), затронули и ни¬ зовье Дуная. Для определения этнического состава варварского населения этого района в начале I в. н. э. неоценимое значение имеют сви¬ детельства римского поэта Овидия, имевшего редкую возможность 11 Ср. Plin. NH, IV, 80: «К северу от Истра, вообще говоря, все племена счи¬ таются скифскими, но прибрежные местности занимали разные племена, то геты, у римлян называемые даками, то сарматы, или по-гречески савро- маты. . .» 21
непосредственно наблюдать жизнь варварских племен в низовьях Дуная: поэт десять лет (8—18 гг. н. э.) находился в ссылке в гре¬ ческом городе Томи, что на западном побережье Понта, недалеко от Дуная. «Печальные элегии» («Tristia») и «Послания с Понта» («Epistu- lae ex Ponto»), написанные Овидием в период ссылки, содержат большое количество сведений, передающих названия многих припонтийских племен, наиболее употребительными из которых оказываются этнонимы «скифский», «сарматский», и «гетский» 2. При всей ценности сообщаемых Овидием известий существен¬ ную трудность для их исторической интерпретации составляет то, что автор был прежде всего поэтом и созданные им в период ссылки произведения — это элегии со всем набором поэтических атри¬ бутов. Им присущи, следовательно, такие особенности поэтиче¬ ского текста, как метонимия, чередование эпитетов, этнонимиче- ское разнообразие, жесткие рамки ритмической структуры раз¬ мера и т. д. Все это подчас затемняет смысл сказанного. Кроме того, неоднократно отмечалось некоторое преувеличение поэтом отрицательных сторон своей жизни в изгнании, что объяс¬ няется, во-первых, поэтической спецификой его произведений, ибо жанр «Тристий» требовал крайне концентрированного изо¬ бражения страданий и неустроенности лирического героя, разлу¬ ченного с родиной, друзьями и семьей, во-вторых, стремлением Овидия разжалобить Августа и смягчить его гнев, что также при¬ водило к намеренному сгущению красок в описании климата и тягот жизни среди воинственных варваров. В качестве иллюстрации к вышесказанному можно привести следующий отрывок: «Quamque dedere mihi praesentia mimina vitam Non adimat stricto squalidus ense Getes. Denique, si moriar, subeant pacatius arvum Ossa, nec a Scythica nostra premantur humo. Nec male compositos (ut scilicet exule dignum) Bistonii cineres ungula pulset equi. Et ne, si superest aliquid post funera sensus, Terreat et manes Sarmatis umbra meos» (Ер. I, 2, 107 sqq.)* («Проси [у Августа] » . . , чтобы грязный гет обнаженным мечом не отнял жизни, которую даровали мне земные божества. Наконец, если я умру, то пусть сойду под более мирную землю и пусть моих костей не давит скифская почва. И пусть копыто бистонского коня не топчет праха плохо погребенного, как и подобает ссыльному. И если после смерти остается какое-либо чувство, то пусть также сарматская тень не пугает моей души»). 2 Так, в пяти книгах «Тристий» и четырех книгах «Посланий» они упомина¬ ются в общей сложности 140 раз. 22
В одном контексте, при описании одного события — своей возможной смерти — Овидий приводит сразу четыре племенных названия — скифов, бистонов, сармат и гетов, причем примерно в одном значении. И трудно сказать — то ли Овидий из поэтиче¬ ских соображений чередует названия различных племен, то ли для окрестностей Томи действительно была характерна такая разноплеменность и Овидию на самом деле приходилось сталки¬ ваться со всеми этими племенами. Ниже мы попытаемся на основе контекстуального анализа скифского, сарматского и гетского этнонимов определить, какова сущность этих наименований, насколько их употребление у Ови¬ дия отображает реально сложившееся расселение племен в районе нижнего Дуная 3. Эти этнонимы взяты нами для рассмотрения потому, что, с одной стороны, они наиболее часто употребляются Овидием, с другой — имеют прямое отношение к истории Север¬ ного Причерноморья. Насколько нам известно, в отечественной историографии проблема контекстуального анализа этнонимов, содержащихся в понтийских элегиях Овидия, ставилась последний раз более 120 лет назад. Мы имеем в виду вышедшую в середине прошлого века работу Р. Минцлова 4, которая, во многом устарев, содержит все же немало верных наблюдений. Написанная на латинском языке, она осталась малоизвестной современному исследователю. Кроме того, накопленный за 120 лет богатый археологический материал и множество монографических исследований по антич¬ ной историографии заставляют по-новому взглянуть на этногра¬ фические сведения, содержащиеся у Овидия. Поэтому мы считаем необходимым заново воспроизвести и проанализировать всю сово¬ купность овидиевых текстов, содержащих эти три этнонима. Скифия. Овидий дает 29 наименований, связанных со скифским этнонимом. При беглом просмотре бросается в глаза, что среди такого количества скифских наименований не встречается ни од¬ ного собственно этнонима, т. е. обозначения самих скифов, скиф¬ ского населения. Скифское наименование употребляется Овидием в основном как обозначение местности, куда он приехал, — Scythia (5 раз), 3 Мы сознательно ограничиваемся в данной статье лишь текстологическим исследованием свидетельств поэта, не беря во внимание археологический, эпиграфический и нумизматический материал, сопоставить который с этно¬ графическими сведениями Овидия — задача следующего этапа работы. 4 R. Minzloff. Recensio populorum Ponticorum, quos Ovidius exul notos ha- buit. — Tire du «Bulletin de la classe historico-philologique de l’Academie Imperiale des Sciences de St.-Petersbourg», t. X, 1853, N 20—21, p. 243—274. Недавно появилась интересная статья Н. В. Вулих «Тристии» и «Послания с Понта» Овидия как исторический источник» (ВДИ, 1974, № 1, стр. 64— 79), посвященная оценке достоверности свидетельств Овидия о местном климате, пейзаже, городе и взаимоотношениях поэта с местным населением. Хотя статья и затрагивает проблемы этнической ситуации, описанной Ови¬ дием, задача контекстуального анализа этнонимов здесь не ставится. 23
и как метонимическая передача названия Скифии в поэтической речи — Scythica juga, Hister, Pontus (2 раза), paludes, orbis, fretum (2 раза), humus, orae, regio, locus, fines, а также местного климата — Scythica aura, coelum, frigus, и оружия — Scythicae sagittae, arcus, pharetra. Обнаруживается странное противоречие: поэт приезжает в Скифию, разрезая кормой корабля скифское море (fretum); страдает от скифского климата (coelum), от жестокого скифского холода (frigus); хочет покинуть скифские пределы (fines); тяго¬ тится «жизнью между скифских стрел» (sagittae); шлет в подарок другу стрелы в скифском колчане (pharetra); не желает быть похороненным в скифской земле (humus) — и почти ничего не го¬ ворит о скифах как обитателях этого края, моря, Истра, владель¬ цах оружия, т. е. как о реальном населении этой «Скифии» 5. Имени скифов — Scythae — мы не встретим у Овидия нигде. Единственные места, дающие скифские названия, которые могли бы быть поняты как относящиеся к конкретному скифскому населению, — Scythicus hostis (Ер. II, 8, 36) и Scythicae gentes (Tr. V, 10, 48) — при ближайшем рассмотрении также оказыва¬ ются лишенными реальной основы и употребляются метони¬ мически. В первом случае Овидий молит Августа: «На малейшую часть облегчи и сократи мое наказание и дай место, которое было бы далеко от скифского врага» («Daque, procul Scythico qui sit ab hoste, locum»). Как видим, упор здесь делается на просьбе ото¬ звать его из скифской страны, название которой он, чтобы под¬ черкнуть враждебность ее обитателей, заменяет метонимическим понятием «скифский враг». Характерно, что скифское имя вы¬ ступает и здесь как прилагательное, а не существительное, чего никогда не бывает с обозначением гетов или сармат 6. Во втором случае, жалуясь на опасность жизни среди воин¬ ственных, не знающих латыни варварских племен, и подводя грустный итог, поэт говорит: «Сетую я, что лишен лицезрения родины и вас, друзья, и что я нахожусь здесь, среди скифских племен» («Atque hie in Scythicis gentibus esse queror»), опять-таки понимая под ними всю совокупность живших на территории ови- диевой «Скифии» племен, нравы которых он, не называя их имен (barbara turba — Tr. V, 10, 28), до этого описывал. Что же касается «Treicum Scythicumque os» (фракийская и скифская речь; Tr. III, 14, 47) и «vulgus Scythicum bracataque turba Getarum» (скифская чернь и толпа одетых в штаны гетов; Tr. IV, 6, 47), то сочетание скифского этнонима с фракийским и 5 Еще Минцлов справедливо указывал, что scythicum nomen есть понятие географическое, а не этнографическое (R. Minzloff. Op. cit., р. 249). 6 Минцлов предлагает понимать определение «скифский» в сочетании «скиф¬ ский враг» только в отношении характера и обычаев этого врага (скифский= дикий, варварский), а не его происхождения, тем самым также отвергая этническое значение этого названия (R. Minzloff. Op. cit., р. 258). 24
гетским создает здесь дополнительный смысловой оттенок, зна¬ чение которого мы обсудим немного ниже. Напрашивается вывод, что к началу нашей эры скифов как самостоятельного этнического целого на территории нижнего Дуная уже не существовало. Откуда же в таком случае взялось название «Скифия», которое Овидий прилагает к этой местности? Минцлов полагал, что скиф¬ ское имя употребляется Овидием не для обозначения какой-то определенной местности, а подразумевает весь варварский северо- восток античного мира, как если бы поэт сказал: «страна северных варваров» 7. Однако могут быть и иные толкования значения скиф¬ ского этнонима у Овидия. Нам представляется, что истоки такого использования скиф¬ ского имени для обозначения территории нижнего Дуная надо искать в глубокой древности, когда скифский царь Атей распро¬ странил к середине IV в. до н. э. границы своего царства от Мео- тиды до Гема, включив в состав «Скифии» также и территорию Добруджи 8. И хотя держава Атея просуществовала недолго, пав под ударом македонского царя Филиппа в 339 г. до н. э., однако, по мнению Т. В. Блаватской, «это не означало ухода скифов из Добруджи. . . Какая-то часть скифов осела на житель¬ ство в Добрудже и в предпоследнее десятилетие IV века играла там немаловажную роль» 9. В дальнейшем на этой же территории образуется скифское царство, существовавшее, судя по нумизматическим и эпиграфи¬ ческим данным, в III—II вв. до н. э. и включавшее греческие города Томи и Одесс, где чеканились монеты скифских царей 10. Эта Скифия, по-видимому, не была связана непосредственно со Скифией Северного Причерноморья, поскольку известно, что междуречье Дуная и Буга в это время занимали нескифские пле¬ мена (бастарны) 11. Нижнедунайская Скифия для разграничения ее со старой, северопричерноморской Скифией получила у греческих географов название Малой Скифии 12, впоследствии закрепившееся за ней надолго 13. 7 R. Minzloff. Op. cit., р. 258. 8 Strab. VII, 3, 18; Just., IX, 2; Clem. Al. Strom., V, 5, 331. Впрочем, сущест¬ вует точка зрения, согласно которой царство Атея ограничивалось лишь территорией Добруджи (Д. П. Каллистов. Свидетельство Страбона о скиф¬ ском царе Атее. — ВДИ, 1969, № 1, стр. 126—130). Это обстоятельство, однако, не имеет существенного значения для нашего изложения, поскольку в любом случае присутствие скифов в рассматриваемое время на территории Добруджи несомненно. 9 Т. В. Блаватская. Греки и скифы в Западном Причерноморье. — ВДИ, 1948, № 1, стр. 209. 10 Там же, стр. 210—211; Т. Д. Златковская. Мезия в I—II веках нашей эры. М., 1951, стр. 11. 11 Т. В. Блаватская. Указ, соч., стр. 210. 12 Strab., VII, 4, 5. 13 Еще в конце III в. н. э. в официальном списке провинций (Nomina рго- vinciarum omnium, 4) среди фракийских провинций фигурирует также 25
Конец II в. и I в. до н. э. характеризуются последовательным разрушением скифского владычества в Малой Скифии сначала под ударами бастарнов, затем, в середине I в. до н. э., — гетов, возглавляемых Биребистой, и, наконец, — римлян, приведшее к почти полной ассимиляции и уничтожению скифов как этниче¬ ского целого, что, как кажется, отразилось уже у Овидия. Однако память о былом названии Добруджи, о Малой Скифии или просто Скифии могла остаться надолго у жителей Томи и дру¬ гих греческих городов, веками находившихся в тесных контак¬ тах со скифами; по-видимому, именно на этой местной греческой традиции и основано столь частое и столь странное употребле¬ ние Овидием названия «Скифия». Не исключено, что Овидий знал и настоящую, северопричер¬ номорскую Скифию, в то время ограниченную пределами Крыма и которую современник поэта Марк Випсаний Агриппа в качестве единственной Скифии обозначает на своей карте как ScytMca Taurica 14. Об этом говорит, на наш взгляд, любопытный эпизод из второго послания III книги. Однажды, когда поэт беседовал с гетами и сарматами (разговор шел о верной дружбе), из толпы выступил некий старец и в свою очередь рассказал легенду о культе таврической девы и о дружбе Ореста и Пилада, начав свою речь такими словами: «Est locus in Scythia, Tauros dixere priores, Qui Getica longe non ita distat humo. Нас ego sum terra (patriae non poenitet) ortus» (Ep. Ill, 2,45—47). («Есть в Скифии местность, которую древние назвали «Тавры» и которая не так далеко отстоит от гетской земли. Я родом из этой земли и родины своей не стыжусь»). В конце рассказа старый скиф заметил, что такая дружба двух юношей до сих пор пользуется большой славой в Скифии — in Scythia (96), подразумевая, очевидно, под ней Скифию Таври¬ ческую. Рассказанный миф производит большое впечатление на мест¬ ную толпу, так что поэт восклицает, обращаясь к своим римским друзьям: «Что же должны делать вы, рожденные в Авсонском го¬ роде, коль такие поступки оказывают воздействие на грубых ге¬ тов»—cum tangant diros talia facta Getas (97—102). Таким образом, единственный раз у Овидия появляется ре¬ альный скиф, и тот оказывается не местным уроженцем, а при- название Скифии: «Dioecesis Thraciae habet provincias numero VI: Europa, Rhodope, Thracia, Haemimontus, Scythia, Moesia inferior». Cp. также Plin. NH, IV, 44, который замечает, что всю часть теперешней Фракии от впадения Истра в Понт с городами Истрополь, Томи, Каллатия, Дио- нисополь раньше занимали скифы: «totum eum tractum Scythae Aroteres cognominati tenuere». 14 Plin. NH, IV, 81—91.
шельцем из Скифии 15, которая, как мы видим, «не так далеко отстоит от гетской земли» (налицо противопоставление); распро¬ страненная скифская легенда, рассказанная здесь (Нас ога — 99), удивляет и вызывает похвалы, трогая сердца местных варваров- гетов (movet barbara corda — 100). По нашему мнению, такое противопоставление Таврической Скифии и «гетской земли» 16, приехавшего скифа и местной гето- сарматской толпы, скифской легенды и сочувствия ей местных слушателей не случайно и отражает тот факт, что ко времени Овидия скифов как реально и отдельно существовавшего этни¬ ческого целого на территории Малой Скифии уже не было, на¬ сколько можно судить об этом по его произведениям. Сарматы. Сарматский этноним встречается у Овидия 31 раз. Овидий был одним из первых в римской литературе, наполнив¬ шим это имя конкретным этнографическим содержанием. Термин для обозначения прежней территории Скифии — Сарма- тия — и название новых племен, расселившихся на ней, — сар¬ маты — стали входить у римлян в обиход, насколько известно, с конца I в. до н. э. Первые упоминания о них мы находим у импе¬ ратора Августа, столкнувшегося в своей экспансии на северо- восток с этим народом 17, и у составителя известной карты августовского времени Марка Випсания Агриппы, расположив¬ шего справа от Дакии Сарматию и Скифию Таврическую 18. Сразу отметим, что собственного названия для обозначения страны, населенной сарматами, — Sarmatia — у Овидия не встре¬ чается, в отличие от хорошо известного ему — Scythia. Вместо этого Овидий дает около десятка эпитетов, подобных скифским и обозначающих метонимически всю местность вокруг Томи, населенную варварами, — короче, Малую Скифию; это — Sar- matis tellus, Sarmatici sinus, juga, loca, ora (4) solum, mare. В таком же расширительном смысле употребляются и обозначения сарматского оружия: Sarmaticae sagittae, spicula, arcus. Характерной чертой, отличающей употребление сарматского этнонима от скифского, является приложение его к людям, к конкретному населению, которое, очевидно, составляло часть 16 Не отзвук ли это страбоновской легенды о переселении скифов из Таврики за Истр? 16 Подобное же противопоставление Скифии придунайской и северопричер¬ номорской видно из следующих строк: «Bosphoros et Tanais superant Scythiaeque paludes, Vix satis et noti nomina pauca loci» (Tr. Ill, 4b, 49— 50), где речь явно идет о северопричерноморской Скифии, смежной с Та- наисом и Боспором. Следует отметить, что до своего прибытия в Томи Овидий знал только одну, северопричерноморскую Скифию — заснеженную, в которой бушует Борей, соседнюю Кавказу, Танаису и Меотийским болотам, где «живут вялый Холод, Бледность, Дрожь и тощий Голод» и где находится «царство скифской Дианы» (см., например: Metamor., I, 64—65; II, 204; VIII, 787—791, 796—798; XIV, 333; Heroid., VI, 105—109; XII, 27). 17 RGDA, 31, 1. 18 Plin. NH, IV, 81, 91. 27
варварского окружения Томи19. Так, поэт часто указывает, что он живет среди савромат и других племен (Tr. II, 198; III, 3, 6; 10, 5; V, 1, 74). Обилие бытовых деталей, сопровождающих упоминания сармат, подтверждает их существование: так, сарматы-волопасы гонят через замерзший Истр скрипящие повозки (Tr. III, 10, 34; 12, 30); большая толпа их, смешанных с гетами, разъезжает по улицам Томи (Tr. V, 7, 13); поэт сетует на то, что ему прихо¬ дится лицезреть вместо Цезаря сармат (Ер. II, 95); Августу не¬ досуг интересоваться тем, что делают сарматы (Ер. I, 2, 79); сам Овидий, римский поэт, вынужден, чтобы быть понятым, говорить на языке сармат (Tr. V, 7, 55—56), который он успел невольно выучить вместе с гетским (Tr. V, 12, 58; Ер. III, 20, 40); сарматы могут (потенциально) оказаться читателями овидиевых творений (Tr. IV, 1, 94); и, наконец, мы видим, как они беседуют с Овидием, выслушивая его рассказы о верных друзьях из Рима, и одобряют их верность изгнаннику (Ер. III, 2, 37). Такое разнообразие сведений о сарматах подтверждает, что они были одним из сильнейших племен Малой Скифии времени Овидия, или, по крайней мере, жили неподалеку за Петром и со¬ вершали набеги на местности, прилегающие к Томи, а в мирные времена имели доступ и в город. Присутствие сармат в придунайском районе в начале I в. н. э., засвидетельствованное Овидием, становится вполне возможным, если мы вспомним, что еще около 15 г. до н. э. римляне были вынуж¬ дены бороться против их набегов из-за Дуная 20, а в 6—9 гг. н. э. римскому полководцу Цецине Северу пришлось направить свои легионы, занятые подавлением паннонско-далматинского восста¬ ния, в Мезию, подвергшуюся нападению даков и сармат 21. Оче¬ видно, в последние десятилетия I в. до н. э. активность сарматских племен, кочевавших в степях северо-западного Причерноморья, возрастала, отдельные племена достигали Дуная и даже вторга¬ лись, в союзе с другими племенами, на территорию, расположен¬ ную ниже Дуная. О том, что сарматы были серьезной силой, могущей противо¬ действовать распространению римского владычества на нижне¬ дунайские области, говорит поход, который Гней Корнелий Лентул, легат Паннонии, предпринял в 10—11 гг. н. э. по пору¬ чению самого Августа против даков и сармат, отогнав их от Ду¬ ная 22. Отзвуком этого похода является упоминание Августом в пе¬ 19 В сочинениях, предшествующих изгнанию Овидия, этот этноним не встре¬ чается. Тем более вероятно, что их упоминание — явление не литератур¬ ного характера. 20 Dio Cass., LIV, 20, 3: «ev <evj Орахт] upoxepov piv Марход AoXkws. . . Вт]ааой? хатеахр ефато, lueixa Se Аоихю? ГаЕ? Saupopaxas ex xvjs аохт)? a’txiae xpaxTfjaas итсер xov "Iaxpov алееoaaxo. . .» 21 Dio Cass., LV, 30, 3; см. также T. Д. Златковская. Указ, соч., стр. 39—40. 22 Flor., II, 28, 29; Тае. Ann., IV, 44. О датировке этого похода см.: Т. Д. Злат¬ ковская. Указ, соч., стр. 42—44. 28
речне своих политических заслуг прибытия в Рим посольств от бастарнов, скифов, сармат и прочих племен с просьбами о дружбе и мире 23. О савроматах по эту сторону Дуная упоминает и совре¬ менник Овидия Страбон 24 25. Овидий уже застает сармат, населяющих нижний Дунай; очевидно, миграция к Дунаю сарматских племен, занявших, по сообщению Диодора 2&, во II в. до н. э. почти всю территорию прежней Скифии, была процессом, стремительно нарастающим, так как уже писатели, жившие немногим позже Овидия, назы¬ вают страну, примыкающую с севера к Дунаю, Сарматией, и во¬ обще имя сармат прочно входит в номенклатуру северопонтийских варварских племен, употребляемую римскими авторами. Так, Помпоний Мела, писавший свою «Хорографию» около 44 г. н. э., говорит о Сарматии, «доходящей до реки Истра и населенной сарматами» 26, Квинт Курций Руф в 40-х годах того же века называет скифские племена к северо-востоку от Фракии частью сармат, полемизируя с теми, кто считает их отличными от сармат и им сопредельными 27, а Сенека (середина I в. н. э.) прямо говорит о Дунае, который «разграничивает сарматские и римские пре¬ делы» 28 и «сдерживает сарматские вторжения» 29. Плиний даже упоминает о сарматах, живущих к югу от Дуная 30. Таким образом, сведения Овидия о сарматах оказываются в общем русле развития античной (римской) этногеографии сар¬ мат, и поэтому присутствие их в низовьях Дуная, засвидетель¬ ствованное поэтом, не вызывает никаких сомнений. И наконец, о форме сарматского этнонима. Любопытно, что для обозначения людей поэт ни разу не употребил форму «Sarma- tae», используя для этого каждый раз форму «Sauromatae»31, и наоборот, эпитет «сарматский» везде выступает у него в форме sarmaticus или sarmatis и нигде — sauromaticus. Попробуем разобраться в таком странном на первый взгляд употреблении, казалось бы, совершенно синонимичных форм. Греки издавна знали «савромат» и сначала только их, еще когда те жили около Танаиса. После того, как савроматы со II в. до н. э. распространили свою власть на все Северное Причерно¬ морье, это новое племенное объединение получило название 23 RGDA, 31: «Nostram amicitiam petierunt per legatos Bastarnae, Scythae- que et Sarmatarum qui sunt citra flumen Tanais et ultra reges. . .» 24 Strab., VII, 3, 13. 25 Diodor., II, 43, 7. 26 Pomp. Mela. De chor., Ill, 4, 33. 27 Curt., VII, 7, 3. 28 Sen. Nat. Quest., Prologus, 9. 29 Ibid., VI, 7, 1. 30 Plin. NH, IV, 41. 31 В тейбнеровском издании «Р. Оvidius Naso ex iterata R. Merkelii recogni- tione», vol. III. Lipsiae, 1911, по которому даются цитаты в настоящей статье, единственное место в Ер. III, 2, 27, читавшееся в других изданиях как Sarmatae, было справедливо исправлено издателем на Sauromatae. 29
«сармат», которое, будучи вариантом савроматского имени, часто выступало и как синоним последнего. Римляне, столкнувшись непосредственно с сарматами у Дуная и зная их больше по военно¬ политическому опыту, чем по историческим трудам греков, естественно, лучше усвоили себе это новое название, нежели^ ста¬ рое, звучавшее в это время почти мифологически 32. Поэтому-то первые упоминания сармат в римской литературе у Випсания и Августа, как известно, говорят о сарматах, а не о савроматах. И после Овидия еще по крайней мере целый век римские авторы употребляют форму «сарматы». О савроматах впервые после Ови¬ дия упоминают только Мела и Плиний, которые, естественно, для своих целей должны были изучать греческую историко¬ географическую литературу и, вероятно, оттуда получили све¬ дения о савроматах. Мела упоминает савроматов только три раза и, в полном согласии с греческой традицией, описывает их жи¬ вущими у Танаиса 33, отличая их от сармат, соседних германцам 34 и сопредельных с Петром35. Плиний тоже постоянно говорит о сарматах, однажды объяснив обнаруженный им в греческих книгах этноним Eaupop-dmi как греческий вариант латинской формы Sarmatae 36; савромат же он, как и Мела, помещает у Та¬ наиса к северу от Меотиды 37, считая их одним из сарматских племен 38. Интересно, что в первой книге «Тристий» все три упоминания сарматского наименования—это: Sarmatis tellus (I, 2? 82), Sarmatici sinus (I, 5, 62), Sarmatica juga (I 8. 40) и ни разу — Sauromatae. Если мы вспомним, что первая книга «Тристий» была написана Ови¬ дием еще по пути из Рима в Томи 39, то станет понятным, почему только со второй книги на сцене появляются Sauromatae, кото¬ рые, по словам поэта, сопредельны римской территории, кончаю¬ щейся около Истра 40. Вероятнее всего, Овидий позаимствовал этот этноним у за¬ паднопричерноморских греков, среди которых юн, по-видимому, был еще в ходу для обозначения как древних савромат, живших в древности на Дону, так и новых кочевников, дошедших во вто¬ рой половине I в. до н. э. до Дуная. Местное греческое население вполне могло сохранить древнюю «савроматскую» традицию греческой историко-географической литературы. 32 Ср. К. Kretschmer. Sarmatae. — R.-E., II. Reihe, 1. Bd., 2. Hlb. Stuttgart, 1920, S. 2542 — 0 б'чше частом употреблении этнонима «савроматы» у гре¬ ков, «сарматы» — у римлян. 33 Pomp. Mela. De chor., I, 2, 14; 19, 115—116; II, 1, 2. 34 Ibid., I, 3, 19. 35 Ibid., Ill, 4, 33. 36 Plin. NH, IV, 80: «Sarmatae, Graecis Sauromatae». 37 Ibid., IV, 88; VI, 16, 19; VII, 12. 88 Ibid., VI, 19. 39 См. Tr. I, 11, 1—2: «Litera quaecunque est toto tibi lecta libello, Est mihi sollicitae tempore facta viae». 40 Tr. II, 197—198. 30
О греческом источнике овидиевых савромат говорит также форма именительного падежа единственного числа Sauromates 41 от греч. 2аорор.ат7]е, вместо Sauromata, более обычной для латин¬ ского языка формы 42. Непоследовательность в употреблении прилагательного Sar- maticus вместо ожидаемого Sauromaticus объясняется просто: Sauromaticus с тремя краткими слогами подряд не умещается в размер элегического дистиха с его стопой /—^-''«-7, поэтому в качестве эпитета везде выступает форма Sarmaticus, известная Овидию еще с Рима и легко укладывающаяся в данный размер. Следовательно, постоянное употребление эпитета «сарматский» по отношению к «савроматам» указывает, что Овидий не видел какой-либо разницы между сарматами и савроматами; употребле¬ ние же- местного греческого варианта этого этнонима вызвано, скорее всего, понятным желанием поэта передать редкий для латинской речи этноним, щегольнуть местными экзотическими названиями племен, показать, среди каких малоизвестных и отда¬ ленных варваров он живет. Геты. Гетский этноним у Овидия — самый употребительный. Он встречается в «Тристиях» и «Посланиях» гораздо чаще, чем скифский и сарматский, вместе взятые (81 раз). Уже один этот подсчет подсказывает, что именно геты составляли основное вар¬ варское население Малой Скифии, с которым пришлось столк¬ нуться Овидию в изгнании. Подобно скифскому и сарматскому, эпитет «гетский» прилага¬ ется к следующим понятиям: Getici sinus, litus (5), fines (2), fons, arva, loca, humus, служащим метонимическим названием места ссылки поэта. Синонимичность этих понятий можно про¬ иллюстрировать, взяв для сравнения слово locus — «место, мест¬ ность, страна», которое сочетается со всеми тремя этнонимами. Так, в Ер. И, 2, 111—112 поэт, обращаясь к Мессалине, говорит: «Mite, sed iratum merito mihi, numen adora, Eximat ut Scythici me feritate loci». («Умоляй снисходительное, но справедливо разгневанное на меня божество, чтобы оно изъяло меня из дикой скифской страны»). В Тг. IV, 8, 15—16 Овидий сетует: «Non ita dis visum, qui me terraque marique Actum Sarmaticis exposuere locis». («Но не так решили боги, которые меня, гонимого по морю и на суше, поместили в сарматской местности»). И наконец, в Ер. I, 10, 32, описывая положение, при котором он не может в Томи найти себе никакого занятия, Овидий с иро- 41 Тг. III, 12, 30. 48 Ср. у Марциала (Epigr. liber, 3, 4) — «Sarmata». 31
нией замечает, что здесь нельзя предаться даже чревоугодию, поскольку «. . . est tamen in Geticis copia nulla locis», т. e. «гет- ские края не предоставляют изобилия» для этого. Как видим, Овидий попеременно пользуется всеми тремя этнонимами для обозначения одного и того же — варварской страны, в которой он вынужден был жить. При этом скифское название страны обладает значительно большей степенью абстрак¬ ции, чем два другие, для него существует собственное имя Scythia, чего нет у других 43. Об этом же говорит приложение скифского названия к таким широким понятиям, как Pontus, mare, fretum, regio, orbis, coelum, frigus и т. д. Такое различие в употреблении этнонимов можно объяснить большей разработанностью терминологии, связанной со скифами, из-за давности историко-географической и, на ее основе, литера¬ турной традиции, хорошо знавшей скифов и часто покрывавшей (по крайней мере в художественной литературе) этим названием многие другие племена и народы юго-востока Европы. Отсюда — скифский климат и скифский Понт, скифские холода и скифский край (orbis). К таким же понятиям, употребленным по принципу concretum pro abstracto, относятся упоминания гетского оружия: Getica arma (2), arcus, sagittae. Частое утверждение поэта, что он живет среди гетов (inter Getas, in mediis Getis, in Getis), дополняется довольно подробной характеристикой их внешнего вида и нравов. К гетам — и только к ним — мы находим у Овидия эпитеты. Геты у него extremi — крайние, pharetrati — носят колчаны, bracata turba Getarum — одеты в штаны, pelliti — и шкуры, hirsuti — заросшие, intonsi — нестриженные, squalidi — грязные; это люди воинственные — Matricolae (2) (букв, «почитающие Марса»), infesti — враждебные, male (non bene) pacati (3) — плохо замиренные, inhumani (3) — бесчеловечные, duri — бесчувственные, crudi — суровые, rigidi — неумолимые, truces — страшные, feri — дикие, feroces — не¬ обузданные, diri — ужасные, saevi (2) — свирепые. Поэт видит, как они движутся на конях по улицам города с ножами у бедра (Tr. V, 7, 12); геты насмехаются над латинской речью Овидия, считая ее варварской (Tr. V, 10, 38), беседуют с ним (Ер. III, 2, 37) и сочувствуют его несчастью (Ер. II, 7, 31); сражаются с фракийским царем (Ер. I, 8, 15—16) и с римскими отрядами (Ер. IV, 7, 21; 9, 75 sqq.); выслушивают стихотворение Овидия, сложенное на гетском языке (Ер. IV, 13, 17 sqq.). # Под влиянием речи гетов, распространенной вокруг Томи и внутри него, язык местных жителей — греков сильно исковеркан (Tr. V, 2, 68) и стал почти варварским (Tr. V, 7, 52). Гетский язык звучит везде, так что поэт поневоле выучивает его (Tr. V, 12, 57; 43 Если не считать одного места из «Тристий», где Овидий посылает своему другу привет «е Getico» (litore? loco? orbe? solo?), — Tr. IV, 13, 1. 32
Ер. II, 40) и даже сочиняет на нем оду, восхваляющую Августа, за что получает среди гетов имя поэта (Ер. IV, 13, 17). Эта разносторонняя информация о гетах возможна лишь при условии непосредственного общения поэта с ними и отражает тот факт, что геты составляли преобладающее население нижне¬ дунайского района. То, что геты жили на территории нижнего Дуная с давних пор, засвидетельствовано многими авторами, начиная с Геродота и Фукидида 44. Непосредственно перед Овидием их присутствие в Малой Скифии было зафиксировано Страбоном 45. Однако событием, имевшим решающее значение для той этниче¬ ской ситуации, которую застал Овидий, было возникновение в середине I в. до н. э. могущественной гетской державы Биребисты, которая объединила под своим господством огромную территорию от Буга до Балкан 46. Гетами были захвачены и разграблены мно¬ гие греческие города Западного Причерноморья. «Геты взяли ее (Ольвию) и остальные города по левому берегу Понта вплоть до Аполлонии», — рассказывает Дион Хрисостом. — «Вследствие этого дела тамошних эллинов пришли в крайний упадок: одни города совсем не были восстановлены, другие — в плохом виде, и при этом нахлынула в них масса варваров» 47. Драматическую картину борьбы с наседающими варварами — гетами рисуют эпиграфические находки из западнопонтийских городов Месембрии, Томи, Истрии, Одесса: стены городов раз¬ рушались, сами города безжалостно разорялись, жители выну¬ ждены были их покидать, оставшихся уводили в плен. Царство Биребисты просуществовало недолго, распавшись после смерти своего создателя на небольшие части, однако гет- ское засилье в греческих городах, куда «нахлынула масса варва¬ ров», ощущалось еще много времени спустя, о чем свидетель¬ ствуют показания Диона Хрисостома 48-49. На территории Малой Скифии в последней трети I в. до н. э. мы застаем гетские племена, во главе которых стояли мелкие царьки: Рол — на юге Добруджи, Дапиг — в центральной ее части и на севере, поблизости от дельты Дуная — Цирак. О Ди¬ раке и Дапиге известно, что они оказывали упорное сопротивле¬ ние Марку Лицинию Крассу, в 29—27 гг. до н. э. покорявшему гетские племена нижней Мезии. Рол, перешедший на сторону 44 Herod., IV, 93; Thuc. II, 96—98. 45 Strab., VII, 3, 14. 46 Ibid., VII, 3, 5. Подробнее о царстве Биребисты см.: Т. Д. Златковская. Племенной союз гетов под руководством Биребисты (I в. до н. э.). — БДИ, 1955 № 2. ‘ 47 Dio Chrys. Or. Borysth., XXXVI, t. 2 (ed. Dindorf), 49. 48-49 Дион Хрисостом, побывавший в Ольвии в конце I в. н. э., застал здесь печальную картину упадка и запустения города, за 150 лет до этого взя¬ того гетами и с тех пор не оправившегося от их разрушительных набегов. Низкая непрочная стена, смешанное население, варваризмы в языке и варварская одежда ольвиополитов, наконец, постоянная!угроза набегов — все это чрезвычайно напоминает то, что рассказывал Овидий о Томи. 33 Древнейшие государства на территории СССР 33
римлян, потом еще около десяти лет правил объединенными под его началом гетскими племенами на большей частя Малой Ски¬ фии50. Однако вскоре после похода Красса территория Малой Скифии переходит под власть фракийского государства одрисов, зависи¬ мого от Рима; эта зависимость сохранялась до 46 г. н. э., когда Фракия стала римской провинцией, а Добруджа вошла в состав провинции Мезии. Геты, очевидно, не смирились с властью одрисских царей и неоднократно восставали. Об этом свидетельствует сам Овидий. Так, город Эгипс (Aegypsus), расположенный в дельте Дуная, дважды становился ареной борьбы гетов с одрисами. В 12 г. н. э. город, хорошо укрепленный и расположенный на высоком месте, был захвачен гетами в результате неожиданного нападения (ino- pino Marte), однако выступивший против них фракийский царь Реметалк, разбив гетов, возвратил себе Эгипс (Ер. I, 8, 15 слл.). Но через некоторое время геты снова взяли Эгипс, и понадоби¬ лось прибытие римского дунайского флота под командованием Вителлия, чтобы потопить в крови восстание гетов (Ер. IV, 7, 19 слл.). То же самое произошло, когда геты взяли расположенную на нижнем Дунае крепость Тросмис (Trosmis). Проконсул Мезии Флакк, который «держал в верном мире мезийские племена и устрашал своим мечом крепких луком гетов (fisi arcu Getae), своей доблестью скоро отнял захваченный варварами Тросмис и окропил Данувий кровью дикарей» (infecitque fero sanguine Danuvium - Ер. IV, 9, 75-81). P. Минцлов пишет: «Ясно, что племя гетов в это время было чрезвычайно сильно, коль они осмеливались завоевывать укреп¬ ленные крепости и сражаться с римлянами, возобновляя сраже¬ ния» 51. Что же касается формы гетского этнонима, то здесь мы снова, как и в случае с сарматским наименованием, можем отметить предпочтение, отдаваемое Овидием греческому варианту этого имени. Хотя в римской литературе наряду с «даками», название которых считается, римским новшеством, употреблялось и тра¬ диционное греческое название — «геты»52, именно «Дакия» и «даки» привились в официальной римской номенклатуре се¬ верофракийских племен 53, в то время как греки еще долго назы- 80 Dio Cass., LI, 24, 67; 26, 1, 2, 5. Подробнее см.: Т. Д. Златковспая,. Мезия, стр. 26—28. 51 R. Minzloff. Op. cit., р. 272. 52 В основном в поэзии см., например: Verg. Geogr., Ill, 460; Horat. Сапп., IV, 15, 21. 63 Cp., например, Агриппу, который в своей карте располагал к западу от Сарматии Дакию — VIII область из 24 областей orbis Romani, что, по мнению М. И. Ростовцева («Скифия и Боспор». Л., 1925, стр. 44), отражает более раннее время «наибольшего расцвета царства гетов или даков, т. е. время Биребисты». 34
вали эти же племена гетскими. Характерна в этом смысле ремарка Плиния, подобная той, которую он делает в отношении сармат — «Graecis Sauromatae», относительно гетов, которые живут в при- понтийских районах около Дуная и «у римлян называются да- ками» — Daci Romanis dicti 54. Видимо, традиционное греческое название гетов (так же, как и савромат) было воспринято Овидием от местных западнопонтий- ских греков, знавших их только под этим именем, тем более что, по свидетельству Страбона 55, даками называлась западная часть северофракийских племен, расположенная к северо-востоку от Малой Скифии, в которой жили собственно геты. Поэтому, очевидно, римская военно-политическая администрация, по¬ скольку власть Рима распространялась к побережью Понта с за¬ пада на восток по Истру, познакомилась прежде всего с даками, включив затем в это понятие родственных и, возможно, часто союзных гетов. Греческое происхождение овидиевых «гетов» косвенно подтвер¬ ждается также формами именительного и винительного падежей единственного числа: Getes 56 из греч. Гетт]? вместо лат. Geta и Geten 57 из греч. Гетт^ вместо лат. Getam 58. Таковы сведения, которые можно извлечь из овидиевых упо¬ минаний гетов. * * * Наш анализ скифского, сарматского и гетского этнонимов был бы неполным без рассмотрения соотношений между ними 59. Анализ соотношений этих трех этнонимов удобнее провести на текстах, содержащих эти этнонимы, сопряженные в одном кон¬ тексте, по отношению к одному понятию; этот принцип оказы¬ вается особенно эффективным в приложении к языку. Ведь язык, его наличие или отсутствие — важный критерий для определения 64 Plin. NH, IV, 80. 55 Strab. VII 3 12. 66 Ер. R2, 108; 5, 62; 7, 12; 8, 6; 8, 16; II, 1, 66; IV, 2, 2; 7, 48; V, 13, 18. 57 Тг. V, 3, 32. 58 Известно, что латинский язык иногда сохранял в словах греческого про¬ исхождения особенности греческого склонения, однако это случалось не так часто и, как правило, в именах собственных. О существовании в латинском языке латинизированной формы Geta свидетельствует про¬ звище римского императора, младшего брата и соправителя Каракаллы Публия Септимия Геты (Geta); см. также Terentius. Phormio, 35: «amicus summus meus et popularis Geta heri ad me venit». 59 Недостаточно внимательное изучение этих связей и оппозиций, равно как и некорректное их истолкование, может приводить к совершенно противо¬ положным и в равной мере неверным, на наш взгляд, выводам. Так, Т. Д. Златковская считает, что «Овидий постоянно упоминает гетов наравне со скифами (!) и сарматами близ Томи» и «употребляет термины «Scythae»(!) и «Sauromatae» как синонимы» («Мезия», стр. 11—12). Р. Минцлов, исследовав эти оппозиции, приходит к выводу о том, что геты есть не что иное, как. . . сарматы по происхождению (Op. cit., р. 262). 3* 35
реального положения того или иного народа в составе варвар¬ ского населения, обитавшего на нижнем Дунае. Первое упоминание о местных языках встречается у Овидия в третьей книге «Тристий» (14, 47), где поэт говорит, что вокруг него звучит почти только фракийская и скифская речь (Threicio Scythicoque fere circumsonor ore). Малоупотребительный у Овидия фракийский этноним и обоб¬ щенный, внеэтнический характер скифского заставляют думать, что поэт употребил эти два названия не в прямом смысле, а в ро¬ довом, генетическом что ли, или просто метонимически. Анализ других текстов, содержащих пары этнонимов применительно к языку, дает следующее сочетание: в Тг. V, 12, 58 поэт призна¬ ется, что он выучился говорить по-гетски и по-сарматски (Nam. didici Getice Sarmaticeque loqui), и затем точно в таких же выра¬ жениях подтверждает этот факт в Ер. III, 2, 40. О реальном существовании этих двух языков говорят много¬ численные упоминания о них: так, поэт считает ненужным отде¬ лывать свои стихи, потому что читать их будет некому, разве только гетам и сарматам (Tr. IV, 1, 94) — тем самым именно их Овидий считает носителями иных, собственных языков; гетский язык так распространен в округе, что варваром здесь уже кажется Овидий и над его латынью смеются геты (Тг. V, 10, 37), а если поместить в эту страну Гомера, то и он бы стал здесь гетом (имеется в виду‘‘стал бы писать по-гетски — Ер. IV, 2, 21—22); греческий язык стал варварским под влиянием гетской речи (Getico sono — Tr. V, 7, 52; 2, 58); самому Овидию кажется, что он «уже может писать гетскими размерами» (Geticis modis — Tr. Ill, 14, 38), а через некоторое время со стыдом признается, что вынужден по большей части говорить по-сарматски (loqui plurima Sarmatico more — Тг. V, 7, 56), но, очевидно, гетский язык все же более рас¬ пространен, так как Овидий настолько овладевает им, что пишет Getico sermone книжку (Ер. IV, 13, 17—23) 60. Знание сарматского и гетского языков позволило Овидию об¬ щаться с носителями их, о чем свидетельствует эпизод с рассказом «скифа из Таврики (Ер. III, 2, 97—102), а также сочувствие, про¬ являемое гетами к страданиям изгнанника (Ер. II, 7, 31). При таком исключительном внимании к гетскому и сарматскому едва ли Овидий знал еще какие-нибудь языки, которые были бы столь же распространены в окрестностях Томи и о которых можно было бы сказать, что они звучат вокруг беспрерывно, как поэт выразился о «скифском» и «фракийском». Поэтому нам представляется позволительным под фракийской ш скифской речью понимать именно гетский и сарматский языки, тем более что в дальнейшем Овидий нигде не вспоминает о двух первых. 00 Это любопытное свидетельство, если только оно достоверно, указывает на довольно высокий уровень развития гетского языка, коль скоро образо¬ ваннейший римский поэт в состоянии писать на нем стихи. 36
Довольно легко можно доказать, что под фракийским языком Овидий подразумевал гетский, а под скифским — сарматский. Для этого достаточно рассмотреть соотношение этнонимов «скиф¬ ский» и «гетский». Контекст показывает, что они для Овидия суть два разных этнических качества; так, в Tr. IV, 6, 45—47 поэт говорит, что он лишен родины, друзей и жены, которые находятся далеко от Томи, зато «vulgus adest Scythicum bracataque turba Getarum». «Скифская чернь» и «толпа одетых в штаны гетов», помещенные рядом, доказывают, что эти два понятия не отожде¬ ствляются, а, напротив, разделяются поэтом. Такого же харак¬ тера места из Tr. III, И, 55; Ер. I, 7, 9—12; II, 1, 65—66. Таким образом, противопоставление гетского и скифского этнонимов доказывает, что под фракийской речью имелся в виду гетский язык. Овидию, скорее всего, было небезызвестно, что геты являются одним из фракийских племен (мнение, довольно рас¬ пространенное среди древнегреческих авторов) 61. Об этом должны были знать западнопонтийские греки; кроме того, личные наблю¬ дения над их языком и обычаями давали ему материал для такого рода сопоставления 62. В Tr. V, 7, 13—14 есть такие слова: «Sarmaticae major Geticae frequentia gentis Per medias in equis itque reditque vias». Употребление сарматского и гетского этнонимов, аналогичное тому, что мы видели выше (vulgus adest Scythicum bracataque turba Getarum), заставляет думать, что в последнем случае скифский этноним по какой-то причине использован вместо обычного сармат¬ ского, тем более что именно противопоставление гетов и сармат было существенным для Овидия 63. Напрашивается вывод, что под скифской речью, упомянутой вместе с фракийской (=гетской), подразумевается язык сармат. Каковы же причины такого сопоставления сарматского и скифского этнонимов? Весьма заманчиво было бы, помня слова Плиния о том, что «имя скифов везде переходит в имена сармат и германцев» 64 *, предположить, что Овидий «путает» сармат со скифами, послед¬ ние же скрываются под именем сармат, которое стало синонимич¬ 61 См., например, Herod., IV, 93—97: «геты, самые храбрые и честные среди фракийцев». Писавший примерно в одно время с Овидием Страбон указы¬ вает, что геты — «племя, говорящее на одном языке с фракийцами» (оро- If^coTTOv zoic, @pa|iv I&voc;): Strab., VII, 3, 10, cp. также VII, 3, 2. 62 Кстати, этноним «фракийский» Овидий, так же как «савромат» и «гет», дает в его греческой форме: Thre'icius (Tr. I, 10, 20; Ер. II, 9, 52). 63 См., например, кроме цитированных языковых сопоставлений, следующие места, дающие сочетания этих двух этнонимов: Tr. I, 5, 62; III, 3, 6; 10, 5—6; VI, 10, НО; V, 3, 8; Ер. I, 2, 78—80; Ibis, 637. 64 Plin. NH, IV, 81; ср. также Curtius Rufus, VII, 7, 3; «Скифское племя. . . не сопредельно с сарматами, как полагают некоторые, а составляет часть их». 37
ным скифскому. Однако подобное утверждение было бы все же- преждевременным, так как прямых свидетельств об отождествле¬ нии скифов и сармат у Овидия нет. Примеры, указывающие на связь скифского и сарматского этнонимов, позволяют предположить, как и в случае гето-фракий- ской параллели, что Овидий слышал об этническом родстве савро- мат и скифов и о близости их языков; это тоже составляло древ¬ нюю традицию греческой историографии; еще Геродот утверждал, что «савроматы говорят по-скифски» 65. Чисто умозрительное сопо¬ ставление этих двух этнонимов у Овидия не может служить дока¬ зательством того, что под сарматами поэт подразумевал реальных скифов или употреблял эти термины синонимически. Обратимся к точке зрения Минцлова. Он считает маловероят¬ ным, чтобы Овидий, который боялся, что ему придется выучить местный варварский -язык, постиг не только гетский, но и еще какой-то язык, и на этом основании, поскольку тот не раз сообщал, что говорит Getice Sarmaticeque, приходит к следующему выводу: сарматы и геты говорили на одном языке, который поэт якобы отличает от фракийского и называет синонимически то сарматским, то скифским 66. Но как раз такое непосредственное изучение гетского языка делало, на наш взгляд, возможным и овладение сарматским, зву¬ чавшим вокруг Овидия почти наравне с гетским, для этого поэту не нужно было делать особых усилий — в общении с местными варварами Pontica verba сами собой проникали в его речь и даже, чего он боялся, в стихотворения (Tr. III, 14, 47—50). Затем, тезис Р. Минцлова о языковом и, следовательно, об этническом родстве гетов и сармат не согласуется ни с показа¬ ниями самого Овидия (как это видно из анализа соответствующих пар этнонимов), ни с точкой зрения других авторов. Излюбленное Овидием сопоставление гетов и сармат говорит о том, что именно эти два народа составляли тогда основное население Малой Ски¬ фии и были связаны друг с другом 67 не только соседством обита¬ ния, но и неким союзом или по крайней мере мирными отноше¬ ниями 68. Однако некоторые признаки позволяют думать, что геты жили непосредственно вокруг Томи, в то время как сарматы наезжали на эту сторону Дуная из-за реки. Так, несколько раз поэт упоми¬ нает о переправе сармат через замерзший Дунай со своим скотом 66 Herod., IV, 117; ср. В. Штифтар. Овидий и Геродот. — ЖМНП, 1910, май, отд. V, стр. 242: «Из сравнения данных обоих писателей мы можем за¬ ключить, что Овидий был знаком с «Историей» Геродота, и, если не заим¬ ствовал из него прямо, что трудно было бы доказать, то, во всяком случае, на мировоззрение римского поэта это знакомство оказало известное влияние и оставило следы на его произведениях». 66 R. Minzloff. Op. cit., р. 261—262. 67 Ibid., р. 259. 68 Tr. I, 5, 62; III, 3, 5; 10, 5—6; IV, 10, 110; V, 3, 8; 7, 13—14. 38
и повозками: «Perque novos pontes subter labentibus undis Ducunt Sarmatici barbara plaustra boves» (Tr. Ill, 10 , 33) 69. Из последую¬ щего контекста, рассказывающего о варварах, которые совершают из-за Дуная жестокие, разорительные набеги, видно, что речь здесь идет именно о сарматах. В то же время о гетах, переходящих Дунай, упоминаний почти нет, если не считать одного темного места, которое, кстати сказать, в критическом издании Меркеля вообще опущено как сомнитель¬ ное; оно говорит о языгах, колхах, некой метерейской толпе и гетах, едва сдерживаемых водами Дуная 70. Зато Овидий неодно¬ кратно упоминает о гетах, от которых его отделяют только город¬ ские стены и крепостная стража (custodia muri, clausa porta) 71. Таким образом, есть основания полагать, что если геты насе¬ ляли территорию самой Малой Скифии и даже жили (со времени Биребисты) в греческих городах, то сарматы все еще находились в движении, получая постоянно подкрепление из-за Дуная, куда, очевидно, подходили все новые орды кочевников 72, К одному из таких сарматских племен относятся языги, при¬ сутствие которых на берегах Дуная впервые в античной литера¬ туре отмечено именно Овидием 73. О том, что Овидий относил их к сарматам (как это делает и его современник Страбон, впервые назвавший имя языгов) 74, свидетельствует следующее: дважды упомянув о переправе сармат через Дунай и видя, что его римские корреспонденты не очень-то доверяют этим сообщениям, в Ер. IV, 7, 9—10 он призывает в свидетели Весталия, побывавшего в ни¬ зовьях Дуная, чтобы тот подтвердил его показания: «Ipse vides, onerata ferox ut ducat Iazyx Per medias Histri plaustra bubulcus aquas». Почти текстуальное совпадение с выражениями первых двух сообщений показывает, что языги для него — те же сарматы, вероятно, названные так для разнообразия поэтической речи. Относить же всех сармат, упоминаемых поэтом, именно к племени языгов, представляется необоснованным, поскольку сведения о нем у Овидия крайне скудны и малочисленны. Такое же метонимическое использование названия языгов вместо сармат можно видеть в Ibis, 135, где говорится, что фра- **9 Ср. Tr. III, 12, 29—30; Ер. IV, 7, 9—10. 70 Tr. II, 191. 71 Tr. III, 14, 42; IV, 1, 67-80. 72 Я. Харматта, опираясь на сообщение Страбона о кочевании сармат между Доном и Дунаем и ссылаясь на неоднократные свидетельства Овидия о пе¬ реправе их со скотом и скарбом через замерзший Истр, приходит к выводу, что Добруджа была постоянной зимней квартирой сармат, искавших зи¬ мой пастбищ для своего скота (/. Harmatta. Studies in the history and lan¬ guage of the Sarmatians. Szeged, 1970, p. 25). 73 Cm. Tr. II, 191; Ер. I, 2, 79; IV, 7, 9; Ibis, 135. Strab., VII, 3, 17. 39
кийцы (Thraces) сражаются луком, а языги копьем. Зная, что фракийский этноним служит у Овидия для обозначения гетов, мы снова получаем хорошо знакомую оппозицию: сарматьюи геты. * * # Подведем некоторые итоги. Рассмотрение контекста упоминаний, содержащих названия скифов, сармат и гетов, показало, что основное варварское насе¬ ление Малой Скифии ко времени ссылки Овидия составляли геты и сарматы, языки которых были распространены в варварском обиходе в окрестностях Томи. Однако геты, жившие, по-видимому, в самой Добрудже, и их язык преобладали над сарматским насе¬ лением и языком. Основным местом обитания сармат, несмотря на их распространенность в Малой Скифии, были, очевидно, задунай¬ ские степи, откуда они совершали свои вторжения. Скифское наименование выступает в основном как обозначение страны, местности, что было, очевидно, следствием долго существо¬ вавшего (еще со времен Атея) скифского царства в Добрудже, память о котором могла сохраниться у местных греков. Сыграло при этом роль и соседство широко известной в античном образо¬ ванном обществе некогда мощной северопричерноморской Скифии. Однако скифов как таковых Овидий не знает и ни разу не упоми¬ нает о них как об обитателях нижнего Дуная. Для обозначения места своего пребывания Овидий использует наряду со скифским наименованием гетское и сарматское почти без всякого различия, разнообразя таким чередованием этнони¬ мов свою поэтическую речь. В понтийских произведениях Овидия есть признаки, позволяю¬ щие предположить, что автору были известны отношения этниче¬ ского родства, существовавшие между гетами и фракийцами, ски¬ фами и сарматами, сарматами и языгами. Предпочтение, оказываемое Овидием греческим вариантам племенных названий гетов—даков, савромат—сармат и т. д., изобличает знакомство поэта с местной греческой традицией, хорошо осведомленной о племенах и народах Западного Понта. Сведения Овидия, основанные на знаниях западнопонтийских греков и на личном знакомстве с племенным миром Малой Скифии, не противоречат данным античной этногеографии и служат важ¬ ным и в достаточной мере достоверным источником для истории варварских племен нижнего Дуная в начале нашей эры.
МЕСТО И РОЛЬ СИРИЙСКИХ источников В ИЗУЧЕНИИ ИСТОРИИ НАРОДОВ СССР1 Р. А. Гусейнов Сирийская христианская литература появилась во II в. и просуществовала до XIV в.2 В течение двенадцати столетий сирий¬ цами, самым передовым из восточнохристианских народов, по выражению В. В. Бартольда 3, было создано большое количество сочинений. Это литература как оригинальная, так и переводная — с греческого, пехлевийского и арабского. Сирийская культура была, по определению Н. В. Пигулевской, тем связующим звеном, «которое сомкнуло античное знание с новым периодом расцвета уже средневековой культуры у арабов» 4. Сирийцам «была из¬ вестна античная традиция, они усвоили греческую образованность, но своеобразно ее переработали, создали свою культуру, они ока¬ зались учителями армян и просветителями тюркских племен, они приобщили арабов к точным знаниям» 5. Сирийская историографическая школа берет свое начало в V в. С тех пор появилось большое количество трудов, имеющих не¬ маловажное значение для средневековой истории ряда стран и народов (для периода с первых веков н. э. и до XIV в. включи¬ тельно). В частности, как считает Н. В. Пигулевская, для периода раннего средневековья сирийские хроники содержат то, что не могут дать ни торжественные надписи персидских владык, ни официальные записи византийских историков, ни граффити ара¬ бов 6. Широкие и разносторонние связи, умение осваиваться в раз¬ личных условиях, мобильность и восприимчивость сделали сирий¬ цев наблюдательными и осведомленными. Принимая активное 1 Статья имеет характер обзора, основное назначение которого — привлечь внимание медиевистов к памятникам сирийской письменности как к источ¬ никам по средневековой истории народов СССР. 2 В. Райт. Краткий очерк истории сирийской литературы. Перевод с ан¬ глийского, под редакцией и с дополнениями П. К. Коковцова. СПб., 1902; W. Wright. A short history of Syriac literature. London, 1894; R. Duval. La litterature syriaque. Paris, 1907; A. Baumstark. Geschichte der syrischen Literatur mit Ausschlus der christlisch-palastinischen Text. Bonn, 1922. 5 В. В. Бартольд. Сочинения, т. VI. M., 1966, стр. 153. 4 Н. В. Пигулевская. Города Ирана в раннем средневековье. М.—Л., 1956, стр. 130. 5 Н. В. Пигулевскаяf Итоги и перспективы советской сириологии. — «Се¬ митские языки», вып. 2, ч. 1. М., 1965, стр. 81. 113 Там же, стр. 78. 41
участие в экономической, политической, дипломатической, куль¬ турной и идеологической жизни своего времени, они распростра¬ нились на обширной территории Передней и Средней Азии, Кав¬ каза, Индии и Дальнего Востока, проникли в Европу. Вместе с ними широкое распространение получили сирийский язык,, письменность и христианство (в форме несторианстваияковитства).. В течение ряда столетий сирийский язык был средством общения в культурном, торговом и дипломатическом мире средневекового- Востока. В силу условий своего существования и деятельности после потери политической независимости в III в. (к тому же, нередка за пределами своей родины — Сирии и Месопотамии) сирийцы были двуязычны. Помимо родного сирийского, как правило, они знали еще греческий, или персидский, или арабский, или один из тюркских языков, что позволяло общаться с большим кругом людей, открывало доступ к иноязычным источникам и давала возможность сопоставлять мнения и толкования различных групп историографических памятников. Вот почему сведения сирийских историографов — обычно из первых рук; они дают первостепен¬ ной важности материал, порою неповторимый; нередко входят в подробности, которые свидетельствуют о том, что они были очевидцами или участниками описанного. Принадлежа к числу местных жителей или зная местные условия и язык, сирийцы могли более верно оценить и довольно точно зафиксировать происходя¬ щее. И вместе с тем, по замечанию Н. В. Пигулевской, сирийские авторы являлись выразителями неофициальной, т. е. негосудар¬ ственной точки зрения, которая была ближе к народным массам. Свидетельства сирийцев привлекают внимание также потому, что в силу своего своеобразного положения на стыке «чисто» вос¬ точной и «чисто» западной средневековой историографии они за¬ нимали промежуточные, с многих точек зрения, позиции, что не- могло не отразиться на характере интерпретации материала. Следует отметить их известное стремление к объективности и терпимость, простоту и ясность изложения, точность в хронологии и достоверность. К тому же ряд сирийских авторов является дей¬ ствительно историками, которые осознавали свои задачи как уче¬ ных, понимали важность описанного, пытались осмыслить взаимо¬ связь времен, событий и действий героев своего повествования, хотели донести до читателя причинность явлений. Поэтому в целом сочинения сирийцев являются ценным вкла¬ дом в средневековую восточную историографию. Они сохранили важный и познавательный материал по средневековой истории народов СССР, который касается таких ареалов, как Русь и Север¬ ное Причерноморье, южнорусские степи и Кавказ, Северный При- каспий и Средняя Азия, и позволяет осветить социально-экономи¬ ческие, политические, этногенетические, конфессиональные и идеологические вопросы, взаимоотношения с Византийской импе¬ рией и Сасанидским государством, тюркскими каганатами и хали¬ 42
фатами, сельджукскими и монгольскими государствами, а также многогранные связи с сирийцами и переднеазиатским миром. Важен и полезен не только материал о народах СССР, но и тот, что касается упомянутых государств: эти политические системы в отдельные периоды средневековья и по различным каналам ока¬ зывали влияние на судьбу народов, населявших территорию СССР. Таким образом, данные сирийской историографии не только являются дополнением к другим группам памятников письмен¬ ности, но и служат авторитетом при воссоздании полной картины жизни в средние века ряда народов СССР. «Поэтому, — заключает Н. В. Пигулевская, — сирийская историография должна войти н круг источников советского историка» 7. Интерес к сирийской историографии появился в XIX в. в связи с изучением истории народов Востока 8. В то время усилиями петербургских востоковедов было положено начало отечественной •сириологии как науке 9. Ее становление и развитие тесно связано с созданием в 1855 г. Факультета восточных языков Петербург¬ ского университета. Первым среди отечественных сириологов должен быть назван основоположник русской семитологической школы Д. А. Хвольсон 10, который занялся разбором сирийских и сиро-тюркских эпиграфических памятников, открытых в Средней Азии, в Семиреченской области. Им была воссоздана картина хри¬ стианско-сирийской (несторианской) культуры семиреченских тюрок XII—XIV вв. Так появилось одно из направлений в сирио¬ логии — сиро-туркика. В том же XIX в. были опубликованы сирийские надписи из азербайджанского города Салмаса, а затем появилась работа 06 эпиграфическом памятнике с армяно-сирийской надписью. Несколько позднее были использованы данные сирийских нарра¬ тивных источников о походах русов на восток, о захвате в 1122 г. Тбилиси грузинским царем. Этим было положено начало еще од¬ ному направлению в сириологии — сиро-кавказике. Таким образом, в XIX в. была доказана необходимость обра¬ щения к сирийской историографии для изучения средневековой истории народов СССР. Среди ученых, отдавших много сил развитию отечественной сириологии, нужно назвать уникального в истории отечественного востоковедения семито лога-энциклопедисга П. К. Коковцова, который, в частности, продолжил работу своего учителя Д. А. Хвольсона в области сиро-туркики, а также во многом спо¬ 7 Н. В. Пигулевскаяi Месопотамия на рубеже V—VI вв. н. э. Сирийская хро¬ ника Йешу Стилита как исторический источник. М.—Л., 1940, стр. 15. 3 В обзоре не затронута зарубежная сириология; это тема специального исследования. 9 «Обозрение хода успехов преподавания азиатских языков в имп. Казанском университете». Казань, 1842, стр. 7; И. Ю. Крачковский. Избранные со¬ чинения, т. V. М., 1958, стр. 420. 10 А. Н. Кононов. Восточный факультет Ленинградского университета. — УЗ ЛГУ, I960, № 296, Серия востоковедческих наук, вып. 13, стр. 19. 43
собствовал изданию русского перевода работы В. Райта о сирий¬ ской литературе. Особо следует выделить деятельность ученицы П. К. Коков¬ цова — Н. В. Пигулевской, которая долгие годы возглавляла со¬ ветскую школу сириологов. Она впервые широко использовала данные сирийских источников для изучения отечественной исто¬ рии, доказала их важное значение для раннесредневековой исто¬ рии народов СССР, в том числе для истории Руси. Вместе с тем Н. В. Пигулевская способствовала развитию сириологии на местах, там, где в свое время проходила деятельность сирийцев и где они жили бок о бок с местным населением. Благодаря ее стара¬ ниям, кадры сириологов ныне имеются на Кавказе и в Средней Азии. Таким образом, интерес к сирийской историографии все время нарастает. Об этом же свидетельствует включение сирийских источников в план-проспект «Корпуса древнейших источников по истории народов СССР». * * * Сирийские источники по истории народов СССР распадаются на две группы. Первая включает источники II—X вв. До VIII в. судьбы Северного Причерноморья, Руси, Северного Прикасшпц южнорусских степей, Кавказа и Средней Азии были связаны с исто¬ рией Византийской империи, Сасанидского государства 11 и тюрк¬ ских каганатов, а позднее — с халифатами Омейадов и Аббасидов. Все это с достаточной полнотой отражено сирийскими авторами, сочинения которых имеют для периода первостепенное значение: для V—VI вв. надо принять во внимание крайне ограниченное число исторических памятников на пехлевийском языке, много¬ кратную переработку и интерполяцию армянских источников,, а для времени до середины IX в. — отсутствие арабской и персид¬ ской историографии 12. Повествовательные источники Хотя принято считать, что сирийская историография начи¬ нается с V в., тем не менее можно говорить о ее зачатках в пред¬ шествующие столетия. В связи с этим следует отметить двух сирийских писателей, которые стоят во главе плеяды сирийцев- историографов. 11 Ср. замечание Н. В. Пигулевской («Сирийские источники по истории на¬ родов СССР». М.—Л., 1941, стр. 29), которая писала, имея в виду период раннего средневековья: «Вопрос о северной и северо-восточной границах Ирана является в сущности вопросом об одном из периодов истории на¬ родов СССР». 12 Н. В. Пигулевская. Месопотамия на рубеже V—VI вв., стр. 7; она же~ Сирийские источники по истории народов СССР, стр. 3; она же. Сирийский источник VI в. о народах Кавказа. — ВДИ, 1939, № 1, стр. 107; И. Адонц. Армения в эпоху Юстиниана. Ереван, 1971, стр. XI—XIII, 344. 44
Бар Дайсан, или Вардесана (154—222), является основоположником сирийской христианской литературы и пер- вым ее представителем. После упразднения римлянами Сирийского государства Осроэны он посвятил себя миссионерской деятель- ности. Так Бар Дайсан появился в Закавказье, где проповедовал христианство «среди горцев Армении». Позднее он удалился в Ани и здесь составил «Историю Армении». Это сочинение утра¬ чено, фрагменты из него дошли в «Истории Армении» Моисея Хо- ренского, который пользовался трудом Бар Дайсана в греческом переводе. В частности, им приведены сообщения сирийского автора о периоде со II в. до н. э. по II в. н. э., в том числе о дея¬ тельности ряда армянских царей, а также различных племенах, проникавших в Закавказье через Дербендское ущелье 13. Кириллона (конец IV—начало V вв.) в своей поэме «О саранче и наказании (божьем), и о нашествии гуннов» говорит о нападении гуннов в 395 г. на страны Закавказья, куда они прошли из южнорусских степей через Дербендский проход, а затем ушли в Малую Азию. Этот же автор рассказывает о проникнове¬ нии гуннов через Северное Причерноморье на Балканы 14. «Хроника города Карха-де-бет-Се- л о х» 15 — анонимный памятник V—VI вв. Ценными являются сведения о военно-политических событиях в Сасанидском госу¬ дарстве в середине V в., в правление Иездигерда II (438—457). Имеются данные по истории предшествующего периода, в част¬ ности, по истории Мидии, судьба которой была тесно связана с древней историей народов СССР. Рассказано о восстании царя мидян Арбака (VIII в. до н. э.), который, укрепившись, превра¬ тился в «терний для царя Асура». Хроника связывает деятель¬ ность этого мидийского царя с Азербайджаном, сообщая, что он «построил крепостную стену Арбак, то есть Адорбад в царстве мидийцев, названную по его имени Адорбайган»16. Приведены сведения о манихействе, которое имело много сторонников среди населения Кавказа и Средней Азии 17. «Хроника Адиабены»18 Мешиха-Зеха (вторая по¬ ловина VI в.) важна для изучения истории проникновения христи¬ анства на восток от Тигра, в частности в Парфянское и Саса- 13 В. Райт. Указ, соч., стр. 21—22; «История Армении Моисея Хоренского». Пер. Н. О. Эмина, кн. II. М., 1893, гл. 61—66; Barhebraei Gregorii Chroni- con ecclesiasticum, ed. J. B. Abbeloos et T. J. Lamy, t. I. Parisiis—Lovanii, 1872, p. 147. 14 В. Райт. Указ, соч., стр. 29. 16 Ныне Киркук в Иракском Курдистане. 18 Адорбайган — обычная сирийская форма передачи названия Азербайд¬ жана. 17 Н. В. Пигулевская. Города Ирана в раннем средневековье, стр. 37—49, 138—141; «Acta martyrum et sanctorum», ed. P. Bedjan, t. II. Parisiis, 1891. 18 Адиабена — историческая область в Иракском Курдистане с центром в Арбеле (ныне Ирбиль). 45
нидское государства, в состав которых одно время входили страны Кавказа и Средней Азии 19. «Хроника» Йешу Стилита завершена в 518 г.; основное место в изложении отведено событиям, современным автору. Содержит интересный материал о взаимоотношениях Саса- нидского государства времени Пероза (457—484) и Кавада I (488—531) с Византийской империей, в том числе об ирано-визан¬ тийских войнах начала VI в., в которые были вовлечены страны Кавказа и Средней Азии. Автор сохранил сведения об антисаса- нидском восстании в Закавказье при Каваде и о его походе сюда летом 502 г.; о торговле, о ценах на продукты первой необходи¬ мости; имеются многочисленные данные по исторической геогра¬ фии, топографии, археологии, искусству. Рассказано о движении маздакидов, которое охватило ряд районов юга СССР, приведено название учения Маздака — зарадуштакан. Сочинение Йешу Стилита является одной из лучших историо¬ графических работ на сирийском языке, содержащей ценный ма¬ териал о гуннах. В связи с этим можно отметить его сообщение о войнах Сасанидского государства с гуннами и о захвате части их земель, о субсидировании военных действий Византийской им¬ перией, которая также страдала от воинственных кочевников, обитавших в тот период на территории Средней Азии, Северного Прикаспия, южнорусских степей, Предкавказья, Северного При¬ черноморья. В целом работа охватывает «комплекс событий, историческое развитие которых касалось народов, населявших Закавказье и живших между Каспийским и Аральским морями» 20. «Э д е с с к а я хроника» — анонимное сочинение, за¬ вершенное в 540 г. В ней сохранены сведения по истории раннего христианства на Кавказе, распространением которого здесь впервые занимались сирийские миссионеры; о великом гонении на христиан в 40-е годы IV в. при Шапуре II (309—379) Сасаниде. Имеется материал о гуннах и Мани, о византийско-сасанидских взаимоотношениях 21. «Хроника» Захарии М и т и л е н с к о г о, или Ри¬ тора — сочинение византийского автора первой половины VI в., дошедшее в сирийском переводе в историографическом своде второй половины того же столетия. «Хроника» охватывает 436— 491 гг .; она является одним из главных источников на сирийском языке по раннесредневековой истории народов СССР. Здесь 19 A. Mingana. Sources syriaques, t. I. Leipzig, 1908. 20 H. В. Пигулевская.. Месопотамия на рубеже V—VI вв.; «The Chronicle of Joshua the Stylite, composed in Syriac A. D. 507». Ed. and transl. by W. Wright. Cambridge, 1882. 21 H.B. Пигулевская. Эдесская хроника. Краткая летопись (История и пере¬ вод). — ПС, вып. 4 (67), 1959; «Chronicon Edessenum». — «Chronica mi¬ nora», I, ed. I. Guidi. — CSCO, scriptores syri, series tertia, t. IV, facs. 1. Parisiis, 1903. 46
имеется описание Кавказа и южнорусских степей, Руси и других земель. В частности, автор рассказывает о населении Кавказ¬ ской Албании, об Армении и Грузии, об образе жизни гуннов, угрожавших Закавказью с севера. Он говорит о многолетней мис¬ сионерской деятельности клириков Албанской церкви, которые насаждали христианство среди племен, живших «в гуннских пре¬ делах» за Дербендской стеной — в южнорусских степях и Север¬ ном Прикаспии. Весьма интересны сообщения об изобретении в на¬ чале VII в. для этих племен албанским епископом Кардостом и тремя его клириками письменности, о составлении «писаний» на их языке, об обучении грамоте некоторых из гуннов. «Хроника» сообщает, что впоследствии проповедью христианства среди этих племен занимались также армянские клирики. Среди племен и народов, живущих за «Каспийскими воротами», т. е. севернее Дербендских укреплений, автору известны булгары, аланы, авары, эфталиты и ряд других. Он приводит описание «народа рус», который обитал в VI в. в причерноморских степях. Иными словами «имя «Русь» для племен, населявших южнорусские степи, оказывается засвидетельствованным еще в VI в. сирийской хроникой». Приведены сообщения о деятельности Сасанидов Пероза и Кавада I, а также василевса Анастасия (491—518) в связи с Кав¬ казом и гуннами, которые проходили сюда с севера, и теми из них, что доходили до византийских пределов 22. Иоанн Эфесский (VI в.) — один из крупнейших си¬ рийских писателей. Его «Церковная история» принадлежит к числу главных сирийских источников по раннесредневековой истории народов СССР. Труд охватывает I—VI вв. Наиболее важна заключительная, третья часть, в которой имеются сообще¬ ния о восстаниях в Закавказье против Сасанидов, о походах сюда шаханшахов, о военных действиях между Византийской империей и Сасанидским государством на территории закавказских стран, о гонениях на местных христиан. Часть сведений была получена Иоанном Эфесским от местных клириков, с которыми он беседовал в Константинополе. Специальные рассказы посвящены аварам и славянам; описан их образ жизни, воинская выучка. Имеются свидетельства о контактах между Византией и Тюркским кага¬ натом, в частности об отправке на восток посольства при василевсе Юстине (518—527) 23. 22 Н. В. Пигулевская. Сирийские источники по истории народов СССР; она же. Авары и славяне в сирийской историографии. — СВ, т. II, 1941; она же. Имя «рус» в сирийском источнике VI в. н. э. — «Академику Бо¬ рису Дмитриевичу Грекову ко дню семидесятилетия». М., 1952; «The sy- riac Chronicle known as that of Zachariah of Mytilene». Ed. and transl. by T. J. Hamilton and E. W. Brooks. London, 1899. 23 А. П. Дьяконов. Иоанн Эфесский и его церковно-исторические труды. СПб., 1908; он же. Известия Иоанна Эфесского и сирийских хроник о славянах VI—VII вв. — ВДИ, 1946, № 1; Н. В. Пигулевская. Сирийские источники по истории народов СССР; loannis Ephesini Historia ecclesiastica, pars 47
Сирийская легенда об Александре Маке¬ донском— анонимная версия греческого свода, составленная в VI—VII вв. Содержит исторический материал о гуннах, ранних тюрках, о построении Дербендской стены и ворот, о народах Кав¬ каза и южнорусских степей. Сирийскому варианту известна кре¬ пость, возведенная на Кавказе при Сасанидах. Аноним сообщает о вторжении гуннов в Закавказье в 514/15 г. и хазар в 628/29 г., куда и те и другие прошли с севера. Поэтому не случайно, расска¬ зывая о Дербендских укреплениях, безвестный автор отмечает, что они были возведены «против северного ветра», т. е, против кочевников, которые проникали из Северного Прикаспия ч южно- русских степей в Закавказье и далее уходили отсюда в Иран и Малую Азию. Там же дано описание гуннов, их образа жизни и военных обычаев 24. Анонимная сирийская хроника о вре¬ мени Сасанидов — сочинение второй половины VII в., в котором зафиксированы события конца VI—первой половины VII в. Хроника интересна для изучения раннесредневековой исто¬ рии Кавказа и Средней Азии. Здесь говорится о тюрках на восточ¬ ной границе Сасанидского государства, которых использовали в качестве наемников в борьбе с Византийской империей, о гоне¬ ниях на христиан в Закавказье при Хосрове I Ануширване (531 — 579), о манихеях. Автор говорит, что в VII в. при несторианском епископе Мерва Илие некоторые тюркские и другие племена Сред¬ ней Азии были обращены в христианство; там же дано краткое описание города Мерва 25. Иоанн Бар Пенкайе — писатель конца VII в., один из первых сирийских авторов, оставивших свидетельство о началь¬ ном этапе периода арабского господства. Его «Всемирная история» (известная также под названием «Книги вопросов», или «Краткого исторического изложения») содержит материал по истории хри¬ стианства в Сасанидском государстве до VII в. и в начальный пе¬ риод Халифата. Описаны различные религиозные движения и секты, в том числе и те, что были распространены на Кавказе и в Средней Азии, например, манихейство и борбориты. Последняя была гностической сектой (иначе ее именуют сектой бар-бурину) и имела последователей в Азербайджане и Армении в IV—V вв., сна оказала влияние на учение павликиан 26. tertia, ed. Е. W. Brooks. — CSCO, scriptores syri, series tertia, t. III. Pari- siis, 1935—1936. 24 H. В. Пигулевская. Сирийская легенда об Александре Македонском (Ис¬ следование и перевод). — ПС, вып, 3 (66), 1958; The History of Alexan¬ der the Great, being the syriac version of the Pseudo-Kallisthenes. A Chri¬ stian legend conserning Alexander, ed. and transl. by E. A. W. Budge. Camb¬ ridge, 1899. 25 H. В. Пигулевская. Анонимная хроника о времени Сасанидов. — ЗИВАН СССР, т. VII, 1939; «Chronica minora», I, ed. I. Guidi, J.-B. Chabot. —CSCO, scriptores syri, series tertia, t. 4, fasc. 1. Parisiis, 1903. M A. Baumstark. Eine syrische Weltgeschichte des siebten Jahrhunderts. — RQCAK, Bd. XV, 1901. 48
Яков Эдесский — автор VII в., наиболее знаменитый среди сирийских писателей периода раннего средневековья. В его «Хронике» изложена преимущественно история Византий¬ ской империи, Сасанидского государства и сопредельных стран, а также арабов. Материал Якова Эдесского был широко исполь¬ зован последующими сирийскими историографами 27. Фома Маргский — автор IX в., составивший «Историю монахов», или «Книгу начальников» (т. е. глав несторианской церкви), в которой изложена история Сасанидского государства, Халифата, а также христианства раннего средневековья. Имеется ценный материал о связях сирийцев-несториан с Каспийским побережьем, Ираном и Средней Азией. Для истории Кавказа и Средней Азии большой интерес представляет пятая книга, посвя¬ щенная миссионерской деятельности ряда несторианских еписко¬ пов, рукоположенных католикосом Тимофеем I (780—823) для местностей на Каспийском побережье. В своих же «Письмах» этот иерарх сообщает о принятии христианства «царем тюрок». Излагая биографии клириков, деятельность которых протекала в южных и юго-западных областях Прикаспия, Фома Маргский приводит сведения, интересные для историков СССР 28. Малые хроники — три анонимные сочинения, соста¬ вленные в 813, 819 и 846 гг. Последнее по времени частично вобрало в себя материал из двух первых. Содержит политическую историю Византийской империи и арабов в 679—728 гг., а также церковную историю VIII в. Для истории Кавказа конца VII—начала VIII в. ценны сведения, касающиеся похода халифа Омейада Абд ал-Ма- лика (685—705) против хазар 29. Юридические памятники Традиции юридического характера, письменное законодатель¬ ство и его истолкование имеют у сирийцев-христиан многовековую историю. Первые кодексы законов в переводах с греческого появи¬ лись уже в V в. Среди них привлекают внимание те, что в средние века были распространены на обширной территории, в том числе на Кавказе и в Средней Азии, переведены на местные языки и оказали влияние на местное законотворчество. Это — Сирийский законник и Сборник Ишо-Бохта. Составленные для повседневных практических нужд, они являются важными источниками при исследовании экономики и социальных отношений, содержат ре¬ шения сложных вопросов, связанных с правом наследования и владения, купли-продажи, браком и опекой, фиском и рабством. 27 «The Chronological Canon of James of Edessa». Ed. and transl. by E. W. Bro¬ oks. — ZDMG, Bd. 53, 1899. 28 «The Book of governors: The Historia monastica of Thomas, bishop of Marga, A. D. 840». Ed. and transl. by E. A. W. Budge. London, 1893. 29 «Chronica minora», ed. E. W. Brooks et J.-B. Chabot. — CSCO, scriptores syri, series tertia, t. IV, fasc. 2. Parisiis, 1904. 4 Древнейшие государства на территории СССР 49
Сирийский законник (последняя четверть V в.) является изложением на сирийском языке византийских доюсти- ниановских кодексов; в свою очередь, послужил образцом для армянского и грузинского законоуложений. В частности, Мхитар Гош (XII в.) использовал Законник при составлении своего «Су¬ дебника»; позднее грузинский царевич Вахушти (XVIII в.) вклю¬ чил его в составленный им «Сборник законов». Особо следует отметить, что в Сасанидском государстве статьи Сирийского законника легли в основу податной реформы Хосрова I Ануширвана, действие которой распространялось на Кавказ и Среднюю Азию как составные части его владений. Эта же система обложения впоследствии получила распространение в халифатах, т. е. по-прежнему имела силу в указанных регионах. Сборник Ишо-Бохта — составленный в первой поло¬ вине VIII в. несторианским митрополитом Сасанидского государства законодательный кодекс на пехлевийском языке, в основу кото¬ рого был положен «хМатикан-и хазар датастан» («Сборник тысячи решений»), оформившийся в VI в. и имевший определенную связь с Сирийским законником. В конце VIII—начале IX в. был исполнен анонимный сирийский перевод с пехлевийского ориги¬ нала Сборника Ишо-Бохта, вскоре утраченного. Этот юридический памятник был сводом гражданских зако¬ нов, по которым должно было судиться христинское население Сасанидского государства в епископальном суде. Он не потерял своего значения и впоследствии, и в арабское время им продолжали руководствоваться несториане Азербайджана 30. Феодор Бар Хони — автор VIII в., «Книга схолий» которого содержит много важных сведений об идеологической жизни и борьбе в период раннего средневековья. Наиболее ин¬ тересна заключительная, одиннадцатая часть труда, в которой описаны девяносто две дохристианские и христианские секты и ереси, оказавшие определенное влияние на духовную жизнь и классовую борьбу в I—VIII вв. и имевшие своих последователей на Востоке, в том числе на Кавказе и в Средней Азии. В связи со средневековой историей народов СССР привлекают внимание сведения о маге Зороастре и его учении, имевшем широкое распро¬ странение в южных районах СССР еще до н. э., а также описание гностической секты бар-бурину или борборитов, распространен¬ ной в IV—V вв. на Кавказе и оказавшей влияние на учение павли- киан, движение которых охватило Армению и ряд других стран. Много места уделено ересиарху! Мани (III в.) и его учению — 30 Н. В. Пигулевская. К вопросу о податной реформе Хосроя Ануширвана. — ВДИ, 1937, т. 1; она же. Сирийский законник (История памятника). — УЗ ЛГУ, 1952, № 128, Серия востоковедческих наук, вып. 3; она же. Юридические памятники эпохи Сасанидов. — «Памяти академика Игнатия Юлиановича Крачковского». Л., 1958; Н. Bruns und Е. Sachau. Syrischro- misches Rechtsbuch aus dem V. Jahrhundert. Leipzig, 1880;i£. Sachau. Syrische Rechtsbucher, Bd. 1—6. Berlin, 1907—1919. 50
манихейству, последователи которого были известны как на Кав¬ казе, так и в Средней Азии. Бар Хони впервые описал дохристиан¬ скую секту кантеев, имевшую в V в. сторонников на Кавказе, как и родственная ей секта неригитов (обе они имеют связь, как и секта бар-бурину, с гностицизмом) 31. * * * Вторая группа сирийских источников по истории народов СССР включает памятники XI—XIV вв., периода, когда судьба этих народов, в отличие от предшествующего времени, была больше связана с пришельцами с востока — сельджуками и монголами. Для понимания хода истории и механизма происходивших про¬ цессов немалое значение имели события, относящиеся к государ¬ ствам, созданным сельджукскими и монгольскими завоевателями, в состав которых вошел ряд южных районов СССР. Хотя теперь уже существовало большое число источников на арабском и персидском языках, хотя уже имелись тюркские источ¬ ники и немалое количество сочинений на местных языках, труды сирийцев продолжали занимать достойное место в средневековой восточной историографии. Повествовательные источники (Историческая и художественная литература) Илья Бар Шинайа — автор XI в., составивший свои «Анналы», или «Хронографию» параллельно на сирийском и араб¬ ском языках. Наиболее ценен параграф «Хронология памятных событий» (25—1018 гг.), в котором приведены сообщения о Саса- нидском государстве, Византийской империи и халифатах в связи с Кавказом, о вторжениях тюрок в Закавказье, о восстаниях «магов». В этом же сочинении имеются обширные синхронистиче¬ ские таблицы, в которых сопоставлены различные системы летосчис¬ ления, существовавшие на Востоке. В основном таблицы предназна¬ чены для перевода эры хиджры в эру Селевкидов и обратно — с 747 г. до н. э. до 2089 г. н. э. — с указанием соответствий для менее известных систем летосчисления 32. «Хроника» Михаила Сирийца (1126—1199) — сочинение одного из крупнейших сирийских историографов; существуют армянский (XIII в.) и арабский (XVIII в.) переводы этого важного труда. «Хроника» носит характер всемирной исто¬ 31 Theodores Bar Koni Liber scholiorum, ed. A. Sher, I—II. — CSGO, scrip- tores syri, series secunda, t. 65—66. Parisiis, 1910—1912; H. Pognon. In¬ scriptions mandaites des Coupes de Khouabir. Paris, 1898. 32 Eliae metropolitae Nisibeni Opus chronologicum, I—II, ed. E. W. Brooks et J.—B. Chabot. — CSCO, scriptores syri, series tertia, t. 7—8. Parisiis, 1909—1910; La Chronographie d’Elie Bar Sinaya, metropolitan de Nisibe, trad, par L. J. Delaporte. Paris, 1910. 51
рии и содержит изложение событий с древнейших времен до конца XII в. Имеются сведения об антисасанидских восстаниях на Кавказе, о движении Бабека, начавшемся в Азербайджане и затем охватившем в первой половине IX в. многие районы Перед¬ ней Азии. Одна из книг «Хроники» посвящена описанию образа жизни и верований тюркских племен раннего средневековья; при этом автор говорит об их постепенном передвижении с вос¬ тока в Среднюю Азию, о созданных ими каганатах. Основное внимание уделено движению огузов, в котором Михаил Сириец отмечает два этапа — до XI в. и после, когда была создана дер¬ жава Сельджукидов. Вместе с тем говорится о взаимоотношениях тюрок с местным населением, с Сасанидским государством, Визан¬ тийской империей, халифатом Аббасидов. Главное место в изложении занимают события 1050—1199 гг., когда огузские и другие тюркские племена под руководством Сельджукидов участвовали в завоевательном и миграционном дви¬ жении из Средней Азии и частично из Дешт-и Кипчака на запад, т. е. в период, когда они стали известны под собирательным име¬ нем сельджуков. Михаил Сириец описал походы султанов Тог- рул-бека (1038—1063), Алп-Арслана (1063—1072) и Маликшаха (1072—1092), при которых держава Сельджукидов находилась на подъеме. Рассказано о вторжениях огузов, занимавшихся грабе¬ жом, угоном жителей в плен. Описана битва при Манцикерте (1071 г.), победа в которой над Византийской империей позволила Сельджукидам подчинить себе Закавказье. Автор сообщает о дру¬ гих феодальных владетелях, деятельность которых так или иначе касалась Кавказа. Имеется немало сообщений о тяготах податного сословия, о его реакции на поборы и притеснения. Михаил Сириец говорит о налоговом обложении, поземельных отношениях, при¬ водит цены на продукты первой необходимости, в частности на зерно, а также на лечебные снадобья, скот. Он специально остана¬ вливается на эпидемиях и голоде, которые порою охватывали, по его выражению, «всю ойкумену». В разделе церковной истории рассказано о распространении сирийцами христианства на Востоке, в том числе на Кавказе и в Средней Азии, о конфессиональной политике Византии, Сасани- дов, халифов, сельджукских султанов. В «Хронике» имеется ряд приложений, в которых приведены списки сирийских церковных иерархов и отмечена их деятель¬ ность в восточных областях, указаны восточные диоцезы сирий¬ ской церкви, в том числе кавказские и среднеазиатские. Одно из приложений содержит краткую историю Армении 33. Анонимная хроника 1234 г. посвящена светской и церковной истории, изложение которой начато с древнейших времен. Основное внимание уделено периоду X—первой половины 33 Chronique de Michel le Syrien, patriarche jacobite d’Antioche (1166—1199), t. I—IV, ed. et trad, par J.-B. Chabot. Paris, 1899—1924. 52
XIII в., хотя весьма ценны также сообщения по раннесредневеко¬ вой истории. Анонимный автор много рассказывает о Византий¬ ской империи, Сасанидском государстве, халифатах, владениях Сельджукидов, а также о начальном этапе монгольского завоева¬ ния. В связи с Кавказом интересен материал о попытках эмиров Данишмендидов и султанов Айубидов закрепиться в этом регионе. Имеются сведения о положении местного населения, в частности приводятся сообщения об увеличении джизьи (подушной подати) при халифе Аббасиде Рашиде (786—809), о гонениях на христиан. Рассказано о движении Бабека, причем автор сообщает, что под его влиянием начались восстания в различных областях Передней Азии. Часть сведений касается тюркских племен, главным обра¬ зом огузов 34. «Всеобщая история» Бар Эбрея А б у - л - Фара д ж а (1226—1286) — сочинение выдающегося предста¬ вителя не только сирийской, но и всей переднеазиатской средне¬ вековой культуры. Занимая в яковитской церкви пост мафриана Востока 35, он побывал в ряде стран Передней Азии; много лет провел в Азербайджане, где в городе Мараге и составил свой ис¬ ториографический труд. Пребывание Бар Эбрея в Закавказье, его деятельность здесь являются одной из ярких страниц в исто¬ рии многовековых сирийско-кавказских культурных и научных связей. Сочинение Бар Эбрея состоит из двух разделов. Первый — «Светская история» —наиболее ценен для периода средневековья. Для монгольского же" времени это источник первоклассного зна¬ чения, содержащий весьма ценный материал о завоевателях, с ко¬ торыми в течение ряда столетий была связана судьба Руси, Сред¬ ней Азии и Кавказа. Говоря о сельджуках, Бар Эбрей относит их первые рейды из Средней Азии на запад, в том числе в Закавказье, к первой четверти XI в. и считает, что к 30-м годам того же столетия у сель¬ джукских предводителей созрело решение о завоевании терри¬ торий, лежащих западнее Хорасана. В этом разделе немало сведе¬ ний о социально-экономической, политической, военной и этниче¬ ской истории огузов. У Бар Эбрея сохранено уникальное описание танца, известного ныне па Кавказе как «лезгинка». Основное место занимает история монгольского времени, на¬ чиная с возвышения Чингис-хана (1206—1227). Рассказано о дея¬ тельности хорезмшаха Джалал ад-дина (1220—1231), который дол¬ жен был бежать из Средней Азии под натиском монголов и ряд летЧгровел в Закавказье; о завоеваниях монголов, опустошениях 34 Anonymi auctoris Chronicon ad A. C. 1234 pertinens, ed. J.-B. Chabot. — CSCO, scriptores syri, series tertia, t. XIV—XV. Parisiis, 1916—1937. 35 Мафриан (примас, первосвятитель) — в яковитской церкви следующий после патриарха сан; ему были подчинены диоцезы на восток от Тигра^ в том числе на Кавказе и в Средней Азии. 53
и захвате земель, о взаимоотношениях с местным населением, в том числе о конфессиональной политике монгольских ханов. Заключительная, одиннадцатая часть посвящена событиям, современником или очевидцем которых был Бар Эбрей. Главное внимание уделено истории государства ильханов Хулагуидов, при дворе и в столицах которых он провел много лет. Сведения осо¬ бенно ценны и потому, что центр владений этой монгольской династии находился в Азербайджане, а главными резиденциями были азербайджанскиеТгорода Табриз и Марага. О важности «Светской истории» и внимании к ней уже со сто¬ роны современников свидетельствует перевод ее самим Бар Эбреем, «по просьбе мусульман Мараги», на арабский язык. Эта редакция известна как «Сокращенная история династий» и является само¬ стоятельным историографическим сочинением. Второй раздел — «Церковная история» касается судеб восточ¬ ного христианства. Здесь интересны сведения о распространении христианства на Востоке, в том числе на Кавказе и в Средней Азии, о местных диоцезах и епископах; в частности, приведены имена клириков, рукоположенных для кавказских и среднеазиат¬ ских областей 36. «История мар Ябалахи III и раббан С а- у м ы» — сочинение анонимного автора XIV в., в котором имеется богатый материал о социально-экономической, политической и церковной жизни, а также по исторической географии Централь¬ ной и Средней Азии и Кавказа второй половины XIII—начала XIV в., когда важное значение для судеб ряда народов СССР имел их контакт с монгольским государством ильханов Хула¬ гуидов. Одним из достоинств «Истории» является то, что неизве¬ стный составитель показал жизнь широких социальных групп. Изложение охватывает 1246—1317 гг., когда два несторианских монаха-уйгура отправились из Ханбалыка на запад и после дол¬ гих и опасных странствий добрались до Мараги; впоследствии один из них был рукоположен в католикосы несториан под именем Ябалахи III и жил в Мараге, а другой — Саума — находился около него. В целом памятник не имеет параллелей на других языках, ибо является как бы комбинированным сочинением: здесь и путе¬ вые записи (что сближает его с итинерариями), и описание исто¬ рических событий (что позволяет говорить об этой работе как историографической). Например, интересен маршрут, которым 36 Barhebraei Gregorii Chronicon syriacum, ed. P. Bedjan. Parisiis, 1890; Bar- hebraei Gregorii Chronicon ecclesiasticum, t. I, II, III, ed. J. B. Abbeloos -et T. J. Lamy. Parisiis—Lovanii, 1872—1877; The Chronography of Gregory Abul’Faraj, commonly known as Bar Hebraeus being the first part of his political history of the world, t. I—II, ed. and transl. by E. A. W. Budge. London, 1932; Ibn al-Ibri. Tarih muhtasar ad-duval, A. Salihani. Beirut, 1890. 54
двигались эти монахи по Центральной и Средней Азии, а также- описание городской жизни столицы Хулагуидов Мараги37. Часть произведений поэзии и художественной прозы сирийцев была создана ими на территории СССР. В некоторых из них нашла отражение повседневная жизнь местного населения. Среди из¬ вестных сочинений подобного рода следует отметить «Книгу за¬ нимательных историй» Абу-л-Фараджа Бар Эбрея (XIII в.)г составленную в бытность его в Азербайджане. Это — образец средневековой занимательной и поучительной прозы. В книгу вошли изречения, афоризмы, забавные анекдоты, поучения, со¬ веты, пословицы, приметы. Значительная часть материала носит фольклорный характер. Ряд рассказов содержит критику прави¬ телей, в других описано бедственное положение крестьян, третьи, проникнуты духом свободомыслия 38. Эпиграфические памятники Они должны сыграть важную роль в разработке ряда вопросов средневековой истории и истории культуры народов СССР, в пер¬ вую очередь Средней Азии. Эти памятники делятся на двеЧ’руппы. Сиро-тюркская эпигра фш к а — особая группа памятников письменности, которая найдена только на территории. СССР, в Средней Азии. Сирийское письмо неоднократно оказывало воздействие на тюркскую письменность, что может служить подтверждением глу¬ бокого и длительного влияния сирийцев^на тюрок. Особое место- в истории этой письменности занимают эпиграфические памятники XII—XIV вв., найденные в Семиречье. Они принадлежат тем тюркским племенам, что приняли христианство от несториан,. языком и письменностью которых был сирийский. Так появилась своеобразная сиро-тюркская письменность, не имеющая аналогии за пределами Средней Азии, памятники которой могут служить историческим источником, а также базой для изучения наречий тюркских племен этого!региона в XII—XIV вв. В частности, они могут оказаться полезными для исследования истории развития из сирийского письма уйгурского, для изучения распространения христианства в Средней Азии, которое, завоевав здесь прочные позиции еще в VIII в., продолжало существовать, как подтверж¬ дают найденные эпиграфические памятники, до XIV в. вклю¬ чительно. 37 «История мар Ябалахи III и раббан Саумы». Исследование, перевод с си¬ рийского и примечания Н. В. Пигулевской. М., 1958; «Histoire de mar Jabalaha, de trois autres patriarches, d’un pretre et de deux laique nestoriens», ed. par P. Bedjan. Paris, 1895. 38 Абулъ-Фарадж. Книга занимательных историй. М., 1957; The Laugable stories collected by Mar Gregory John Bar-Hebraeus,"’the^Syriac text and English translation, by E. A. W. Budge. London, 1897. 55,
Эти источники важны для^изучения исторического развития тюркских языков в Средней Азии; например, лингвистическое исследование тюркских текстов, записанных на основе сирийского алфавита, помогает установить языки или диалекты, существо¬ вавшие в тот период, проливает свет на происхождение и историю лексики многих из них. Наконец, сиро-тюркская эпиграфика интересна для истории пребывания сирийцев в Средней Азии и их контактов с местным населением. Вместе с тем она подтверждает тот факт, что, благо¬ даря торговым и миссионерским целям, в Средней Азии возникли поселения (фактории) сирийских купцов и ремесленников. Это способствовало укреплению "положения и дальнейшему распро¬ странению как самих сирийцев, так и их влияния и культуры, языка и письменности, обрядности и религии. Анализ сиро-тюркских эпиграфических памятников поможет уточнить, какие именно тюркские племена находились в тесном контакте с сирийцами, а через них — с сирийским и вообще сред¬ невековым восточным культурным кругом. Сиро-кавказ с^к а я э п и г рза ф и к а. Наличие па¬ мятников этой группы служит подтверждением существования тесных многогранных связей сирийского культурного мира с на¬ родами Кавказа. Хотя памятников сиро-кавказской эпиграфики известно гораздо меньше, чем эпиграфических находок из Средней Азии, они также свидетельствуют о длительных контактах сирий¬ цев с местным населением, об их пребывании на этой территории на протяжении ряда столетий 39. Итак, обзор показал, что сирийские источники — необходи¬ мый компонент дальнейшей разработки средневековой истории пародов СССР. 39 Д. А. Хволъсон. Предварительные заметки о найденных в Семиреченской области сирийских надгробных надписях. — ЗВОРАО, т. I, 1886; он же. Сирийско-тюркские несторианские надгробные надписи XIII и XIY сто^ летий, найденные в Семиречье. — «Восточные заметки». Сборник статей Факультета восточных языков СПб. университета. СПб., 1895; Н. Я. Марр. Надгробный камень из Семиречья с армяно-сирийской надписью 1323 г. — ЗВОРАО, т. VIII/3-4,1893—1894; П. К. Коковцов. Христианско-сирийские надгробные надписи из Алмалыка. — ЗВОРАО, т. XVI, 1905; он же. К сиро-турецкой эпиграфике Семиречья. — ИАН, 1909; Ч. Джу магу лов. Язык сиро-тюркских (несторианских) памятников Киргизии. Фрунзе, 1971; D. Chwolson. Syrische Grabin-schriften aus Semirjetschie. — MAS, serie Vile, 1886, t. XXXIV, N 4; idem. Syrisch-nestorianische Grabinschrif- ten aus Semirjetschie. — MAS, serie Vile, 1890, t. XXXVII, N 8; R. Du¬ val. Inscription syriaque de Salmas, en Perse. — JA, serie VIII, t. V, 1885.
ДРЕВНЕАРМЯНСКИЙ ПЕРЕВОД БИБЛИИ КАК ИСТОЧНИК ПО ИСТОРИИ НАРОДОВ ЗАКАВКАЗЬЯ (НЕКОТОРЫЕ ПРЕДВАРИТЕЛЬНЫЕ ИТОГИ ИССЛЕДОВАНИЯ) А. П. Новосельцев В самом конце IV или в начале V в. в Армении стараниями- великого просветителя Месропа Маштоца и под покровительством католикоса Саака была изобретена письменность. Ее появление — эпохальный этап в истории национальной культуры армянского народа 1 2. Прежде в Армении, как и в других закавказских стра¬ нах, в государственном делопроизводстве употреблялись чужив (греческий, арамейский и среднеперсидский) языки. Их знание было уделом немногих лиц. Армянская письменность возникла в христианских кругах, стоявших в оппозиции к зороастризму — официальной религии Сасанидского Ирана, под власть которого попала большая часть Армении после раздела Армянского царства между Ираном и Римом в 387 г. Не удивительно, что одной из задач ранних армян¬ ских просветителей стал перевод на древнеармянский язык основ¬ ной христианской литературы и в первую очередь Библии, книг Ветхого и Нового Заветов. Библейские книги Ветхого Завета — это кодифицированный в VIII—VI вв. до н. э. свод древнееврейских литературных па¬ мятников разного содержания: так называемой Торы (Закон), куда вошли книги Бытия, Исхода, Левит, Чисел и Второзакония,, а кроме того, обработанных еврейскими жрецами исторических и эпических сочинений, бытовавших в Израиле и Иудее в IX— VI вв. до н. э., книг Пророков и так называемых Писаний (книги псалмов, Притчи Соломона и др.). К этому старому циклу древне¬ еврейской литературы позже был добавлен ряд памятников, со¬ ставленных в V—II вв. до н. э. (книги Эзры, Нехемии, Даниила и т. д.). Весь этот кодекс священных для евреев книг не оставался в дальнейшем неизменным: наоборот, он редактировался многими поколениями так называемых хранителей, передатчиков библей¬ ских текстов (масоретов) и в их обработке дошел до наших дней 3. 1 Об истории армянской письменности см.: Я. А. Манандян. Критический обзор истории армянского народа, т. II, ч. 1. Ереван, 1957, стр. 243—275 (арм. яз.). 2 Домасоретские редакции некоторых библейских книг дошли до нас в ре¬ зультате кумранских находок («Тексты Кумрана», вып. 1. Перевод с древне¬ еврейского и арамейского, введение и комментарий И. Д. Амусина. М., 1971). 57
В III—II вв. до н. э. в Египте коллегией ученых древнееврей¬ ские священные книги были переведены на наиболее распростра¬ ненный тогда литературный язык — греческий. Согласно тради¬ ции этих переводчиков было 70, отчего и плод их труда получил название Септуагинта. Древнееврейский язык, на котором написана большая часть Ветхого Завета 3, в то время уже исчезал из обихода, хотя пола¬ гают, что кое-где в сельских местностях Палестины на нем гово¬ рили во II—IV вв., а возможно, и позже4. Для большин¬ ства же образованного населения Средиземноморья Библия как памятник культуры и сборник священных книг была приемлема именно в греческом переводе (вспомним, что им пользовались и образованные евреи, пример тому — Иосиф Флавий). После возникновения христианства были записаны книги Нового Завета (Евангелия, Деяния апостолов и др.) — на сей раз, по-видимому на греческом языке. Они также не оставались неизменными^— некоторые памятники были канонизированы, другие позже исключены или даже уничтожены. Христианская церковь канонизировала и книги Ветхого За¬ вета, а так как основными литературными языками времени ран¬ него христианства были греческий и латинский, то уже в III или даже во II в. н. э. с Септуагинты был выполнен и латинский перевод, так называемая Вульгата. Вскоре с того же греческого перевода библейские книги стали перелагаться и на другие языки *(коптский, готский, сирийский, армянский, грузинский и др.) 5. Древнеармянский перевод Библии, сделанный в первой по¬ ловине V в., принадлежит к числу ранних памятников армянской литературы. Армянская церковь с самого начала была связана ,с греческой и сирийской церквями, причем трудно точно устано¬ вить, какая из этих связей преобладала в пору возникновения , армянской письменности 6. Еще Г. Халатьянц установил, что пер¬ воначально священные книги переводили с сирийского 7. Это легко .объяснить и близостью Сирии к Армении, и давними армяно-си¬ рийскими связями, а также тем, что деятельность первых пере¬ водчиков протекала в персидской части разделенной Армении. Иранское правительство едва ли благосклонно смотрело на рост связей подчиненных областей с враждебной Римской, а затем Византийской империями. Сохранившиеся отрывки из «Гирк мнацордац» (Паралипоменона) доказывают, что армянские пере¬ водчики первоначально взялись переводить Библию с сирийского 3 Отдельные разделы написаны на арамейском языке (в книге Даниила и др.). 4 Б. М. Гранде. Введение в сравнительное изучение семитских языков. М., 1972, стр. 31. 5 «Vetus testamentum graece juxta LXX interpretes», t. 1. Lipsiae, 1869, Pro¬ legomena, p. XVII. ■ 3 H. Адонц. Армения в эпоху Юстиниана. Ереван, 1971, стр. 351—353. 1 Г. Г. Мелпонян. Из истории армяно-сирийских отношений (III—У вв.). Ереван, 1970, стр. 29 (арм. яз.). 58
языка. Но, очевидно, работа не была завершена, и уже перевод¬ чики старшей школы обратились к Септуагинте и Новому Завету на греческом языке, как к более ранним и авторитетным редак¬ циям. Мы полагаем, что канонический древнеармянский перевод библейских книг сделан с Септуагинты. Тому немало доказательств. Прежде всего транскрипция библейских имен и названий, которая, как правило, совпадает с греческой и отличается, как и последняя, от древнееврейской. Лишь в тех случаях, когда то или иное имя уже бытовало в армянской среде, будучи ранее заим¬ ствованным из сирийского языка, его форма находится в древне¬ армянской Библии, как, например, собственное имя Шмавон (вместо греческого Симеон). Гораздо важнее, однако, текстологическое сличение Септуагинты и древнеармянского перевода. Приведу примеры. Возьмем § 12 главы 16 книги Бытия. В древнееврейском оригинале здесь нахо¬ дим: -Ьз "bjJI 12 Ь'2 11 Ь'Э2 11* D1K K1S П\Т *0.11 («он будет [как] дикий осел между людьми, руки его [будут} на всех и рука всех на нем, а жить он будет перед лицом братьев своих»)8. В Септуагинте же данная статья звучит так: ooxoq кахал осуроио? ау&рожо?, оа ^elpe? аотоб etu тоАта?, хал ai ^etpeg ndvxcov in abxovf хал хата irpoaomov navTcov tcov aSeAcpffiv абтоб xaiourjasi. («он будет человеком диким, руки его будут на всех, и руки всех будут на нем, а жить он бу¬ дет перед лицом братьев своих»). В древнеармянском переводе мы Читаем: Д %ш uijp i^utjpunj. А/гир %прш fnufl/hLu[iCU. U t!Ьп.р unPLrculr ipnfli fs %ш. Il jiubp.jnfш% uufy^Uuijii Lrppuipp jn-pnp 'piMuiljlrup[i, т. e. текст буквально соответствует редакции Септу¬ агинты. Далее. Там, где в древнееврейском оригинале идет речь о фи¬ листимлянах (флиштим), обитателях побережья Палестины, в Се¬ птуагинте стоит, как правило, aXXocpoXoi (чужеземцы). В древнеар¬ мянском переводе в этих случаях встречаем термин кальку с греческого aXXocpuXot.9. Таких примеров можно привести много. Тем не менее встает вопрос: только ли с греческого переведен древнеармянский текст Библии и знали ли армянские перевод¬ чики V в. древнееврейский оригинал? Обратим внимание на по¬ рядок библейских книг в Септуагинте и Астуатсашунче (бук¬ вально «Божественное вдохновение» — таково армянское название Библии). Обнаруживается, что он не одинаков. В Септуагинте «Книги Маккавеев», дошедшие до нас только на греческом языке 8 Такой перевод дается и в русских канонических переводах Библии, но¬ вейшие из которых имеют в основе древнееврейский текст с учетом, однако, и вариантов Септуагинты. 9 Древнеармянские переводчики иногда даже там, где в Септуагинте оставлен термип «филистимляне», ставят шлшччЬ^\ см* «Книга судей», X, 11. 59
(древнееврейского оригинала либо не было, либо он утерян), помещены в самом конце Ветхого Завета, и после них идет лишь один из вариантов книги|Даниила да еще две небольшие проро¬ ческие книги. В древнеармянском же тексте Библии «Книги Мак¬ кавеев» находятся между «Книгой Эстер» и «Книгой Иова». В древнеармянской Библии уже после книг Нового Завета поме¬ щена так называемая «Четвертая книга Езры», та, что в русском каноническом переводе именуется «Третьей книгой Езры». Эта ветхозаветная книга не сохранилась ни в древнееврейской Библии, ни в Септуагинте. На русский язык ее перевели с латинской Вуль¬ гаты 10. Следовательно, древнеармянские переводчики, стремясь получить на своем языке как можно более полный (но в то же время канонический, включавший дозволенные христианскими соборами книги) текст Священного писания, добавили и не во¬ шедшую в Септуагинту упомянутую книгу Езры. Каким же текстом они пользовались в данном случае? Едва ли Вульгатой, так как нет никаких данных, подтверждающих знание армянскими переводчиками V в. латинского языка. Возможны два решения этого вопроса. Во-первых, армянские переводчики могли пользоваться древнееврейским оригиналом этой книги, который в то время еще мог существовать (масореты закончили свою работу много веков спустя). Во-вторых, в их распоряжении мог быть греческий перевод данной книги Езры, который тогда существовал (ведь и Вульгата переводилась незадолго до этого с греческого). Какому же из этих вариантов отдать предпочтение? Здесь уместно вспомнить, что в заглавиях библейских книг древнеар¬ мянского перевода, кроме их армянских названий, даны, хотя и не в точных формах, их древнееврейские наименования. Так, пер¬ вая книга Библии (Бытия), наряду с армянским названием «Гиркк тснндоц», имеет подзаголовок «ор эст ебрайецюцн аси Бэрэсит» («которая по-еврейски называется Бэрэсит»). Слово же «Бэрэсит» есть несколько измененная передача древнееврейского названия первой книги Торы «Брэйшит». Точно так же и для второй книги Библии рядом с ее древнеармянским названием «Гирк елиц» приведена опять-таки несколько измененная форма древнеев¬ рейского названия ее — «Вээлле сэмот» (древнееврейская форма ч<в ейле шмот») и т. д. Уже беглый взгляд на приведенные формы позволяет определить, что они взяты не из древнееврейского ори¬ гинала и не из сирийского перевода, а из греческого, в чем убе¬ ждает замена семитского «ш» на «с» (в греческом языке звука «ш» нет). Очевидно, в каких-то вариантах греческого перевода при¬ водилась транскрипция древнееврейских названий библейских книг и оттуда они заимствованы древнеармянскими переводчи¬ ками. С такой же степенью вероятности можно говорить и о том, 10 «Библия». М., 1968, стр. 963. 60
что существовал еще в V в. и греческий перевод упомянутой книги Езры, затем изъятый из Септуагинты. Следовательно, нет оснований утверждать, что древнеармян¬ ские переводчики пользовались древнееврейским ори¬ гиналом Ветхого Завета 1Х, хотя еврейские колонии в Закавказье были многочисленны и имели давнюю историю 11 12. Тем не менее при изучении социальной терминологии привле¬ чение древнееврейского оригинала к работе над текстом древне¬ армянской, а также древнегрузинской Библии абсолютно необ¬ ходимо 13 14. И здесь перед исследователями — поистине непочатый край работы, ибо текст древнеармянской Библии с этой точки зрения использовался в научных трудах лишь фрагментарно и. Подводя некоторые предварительные итоги работы над древ¬ неармянским текстом Библии, мы ограничимся самой краткой ха¬ рактеристикой тех сюжетов, для изучения которых он дает обиль¬ ный и свежий материал. Но прежде хочется указать, что хотя текст древнеармянской Библии (в отличие от древнегрузинской) публиковался многократно, критического издания с учетом ру¬ кописной традиции (такого, как, скажем, издание Септуагинты или Biblia hebraica) до сих пор нет. Необходимость такого изда¬ ния очевидна, ибо оно откроет путь интересным сопоставлениям, вроде тех, что можно уже сделать при работе над текстом древне¬ грузинской Библии. Сличение канонического текста последней с фрагментами древнейшей рукописи, изданными А. Г. Шанидзе, обнаруживает весьма существенные терминологические разли¬ чия 15. 11 Сказанное не исключает, однако, знакомства в Закавказье с ори¬ гиналом Библии {А. П. Новосельцев, В. Т. Пашуто, Л. В. Черепнин. Пути развития феодализма. М., 1972, стр. 88). В этом убеждают некоторые при¬ меры. Так, в армянской Библии употреблено древнееврейское слово «емэк» (долина), см. «Иисус Навин», VII, 24, 26. В другом случае обнаружи¬ вается, что вместо ’ЕрЕ^аррдр, Септуагинты в древнеармянском переводе вторая часть этого названия, означающая собственно «виноградники», передана по-армянски как «айгестан» (место, изобильное виноградниками); см. «Книга судей», XI, 33. Впрочем в последнем случае переводчики могли исходить из аналогичного сирийского слова. Названные примеры могут быть истолкованы как признак знакомства древнеармянских переводчиков с древнееврейским языком, а возможно, и с соответствующим текстом Биб¬ лии, но не опровергают сделанного выше заключения о переводе древне¬ армянской Библии с греческого языка. 12 А. П. Новосельцев, В. Т. Пашуто, Л. В. Черепнин. Указ, соч., стр. 58. 13 Надо иметь в виду, что целый ряд книг Ветхого Завета является ценнейшим источником по Ахеменидскому Ирану и странам Передней Азии эллини¬ стического времени. Древняя же Армения была сатрапией Ахеменидского Ирана, затем входила в состав Селевкидского государства, а потому биб¬ лейские материалы по истории упомянутых государственных образований важны и для истории Закавказья. Надо сказать, что в этом плане материалы библейских книг еще изучены весьма слабо. 14 В трудах С. Т. Еремяна, Г. X. Саркисяна, С. С. Костаняна, в упомянутой книге «Пути развития феодализма» и др. 15 Например, древнегреческие термины, обозначавшие различные типы под¬ чинения (пайс, ойкетес и др.) в каноническом тексте древнегрузинской 61
Терминология древнеармянского перевода Библии (разуме¬ ется, в сравнении с другими памятниками армянской литературы, а также среднеперсидскими, древнегрузинскими; сирийскими и иными источниками) дает обильный материал по самым различ¬ ным вопросам истории Закавказья, в первую очередь Армении и Албании 16. Здесь и термины, первоначально связанные с кровно¬ родственными отношениями, но в данную эпоху изменившие или менявшие свое значение (азг, цел, алх, тохм и др.), термины, относящиеся к социальной структуре общества (тер-теарн, тсарай, спасавор, паштонеай, струк, ынтотсин и др.), а также ряд слов, в целом относящихся к предыдущей категории, однако весьма специфичных по своему социальному значению (екн, пандухт, нждех и др.). Анализ этой последней группы терминов, думается, может дать особенно много для изучения структуры древнеармян¬ ского общества, так как они служили для обозначения лиц, не принадлежащих к данной коренной общине-народу, людей пришлых, но уже как-то связанных с ней. Особенно желательно сравнение данных терминов с их древнегреческими и древнееврей¬ скими эквивалентами, относящимися к обществам, известным нам гораздо лучше, нежели древнезакавказские. \ Плодотворен и анализ терминологии, относящейся к государ¬ ственному строю древней Армении. В качестве примера сошлюсь на термин «хазарапет», по происхождению иранский. В библейских текстах он встречается в двух значениях: в этимологическом, первоначальном, обозначая тысячника, командира тысячи воинов, и во вторичном — так в древних Иране и Закавказье именовался один из высших государственных чинов. Любопытен и термин «татшарапет», встречающийся весьма редко (например, «Бытие», XXI, 22). Этимологически он происходит от иранского «тат- шара» — храм, дворец, значение же его в Армении V в. еще надо выяснить. Однако, пожалуй, особенно важны библейские тексты для ис¬ следования проблемы земельной собственности. И здесь в настоя¬ щее время нельзя ограничиваться частичным анализом термина «агарак», как это до сих пор обычно делалось 17. Термин этот да¬ леко не единственный в древнеармянской Библии для обозначения пахотного поля, участка^земли, хотя и его всестороннее изучение Библии (по крайней мере, в ее первых книгах) чаще всего переведены по¬ средством «крма», тогда как в старейшей рукописи стоит «мона» («Библия», ч. 1. Тбилиси, 1884; «Книги Ветхого Завета по рукописи 978 года», т. I, вып. 1. Тбилиси, 1947). 16 Древнейшие памятники по истории Кавказской Албании написаны на древнеармянском языке. 17 Этот термин изучался Я. А. Манандяном, X. Самвеляном, С. Т. Еремяном, Г. X. Саркисяном, автором"этих строк и другими учеными. Любопытно, однако, что другой важный социальный термин этой категории — «даста- керт» (см. о нем: А. П. Новосельцев, В. Т. Пашуто, Л. В. Черепнин. Указ, соч., стр. 111—121) в дневнеармянской Библии отсутствует, что подтвер¬ ждает мнение С. Т. Еремяна о тождестве его с термином «агарак». 62
может дать много нового по сравнению с тем, что уже достигнуто в трудах С. Т. Еремяна, Г. X. Саркисяна и др. Обычно поле (включая и пахотное) в древнеармянской Библии называется «анд» (ш^); в прочих памятниках термин встречается менее часто. Видимо в V в. он был основным для обозначения па¬ хотного поля вообще, и это требует специального изучения 18. Для исследователя земельной собственности в наше время весьма актуальной является задача уяснить, как понимался ин¬ ститут собственности, и в частности земельной, в данной стране, в конкретную эпоху. И здесь библейская терминология окажет немалую помощь. Уже древнееврейская Библия, отражающая условия преимущественно VIII—V вв. до н. э. в Ханаане, Иране, Месопотамии и других странах, дает обильный терминологический материал о собственности на землю (общины, отдельных лиц) как реальном, огражденном правом общественном институте. Древнеармянские переводчики Библии пользовались терми¬ нологией своего языка, характеризуя этот институт. Сопоставле¬ ние этих групп терминов, думается, позволит определить характер земельной собственности в позднеантичной и раннесредневековой Армении, а также в Албании. Эта работа требует систематической сводки соответствующих терминов, и мы ограничимся их перечнем, а также некоторыми соображениями, связанными с их оценкой. Наиболее употребительны термины: «стацоватс» (буквально — приобретенное, полученное, купленное, от глагола «станал»), «каловатск» (владение, захваченное, удержанное), «жарангутюн» (от глагола «жарангел» — наследовать, в древнем языке — овла¬ деть; термин имеет оттенок «захваченное и передаваемое по наслед¬ ству»). Любопытен и термин «витшак» (буквально — удел, надел): есть основание считать, что этим термином в ту пору обозначался всякий земельный надел, в том числе и крестьянский (типа ал¬ лода и временного держания). Все эти термины употребляются в\Библии очень часто, порой взаимозаменяя друг друга; исследо¬ вать закономерности таких замен — одна из ближайших задач. Притом их необходимо тщательно сравнить с терминологией Сеп- туагинты и древнееврейского оригинала. Уже предварительный анализ этих терминов по первым кни¬ гам Библии показывает, что в Армении V в. институт земельной собственности, в том числе и частной, был достаточно развит. Собственность, характеризуемая этими терминами, была наслед¬ ственной, с правом отчуждения, а сравнение с местными истори¬ ческими памятниками той же эпохи убеждает, что земельная собственность этого вида определяла социальное лицо закавказ¬ ских обществ раннего средневековья. 18 Возможно, он урартского происхождения, ср. урартское «a(n)dani» — область (Г. А. Меликишвили. Урартские клинообразные надписи. М., 1960, стр. 389; ср. Гр. Ачарян. Этимологический коренной словарь армянского языка, т. 1. Ереван, 1971, стр. 186). 63
В странах Востока, включая и Закавказье, проблема земли и, конечно, прежде всего, земли орошаемой или, иначе, культивиро¬ ванной всегда играла доминирующую роль с тех пор, как на смену собирательным видам хозяйства пришли типы экономики, связанные с производс т в о м. Поэтому вопрос об отсут¬ ствии здесь земельной собственности (разумеется, разных видов) не может даже возникать, настолько определенны имеющиеся в распоряжении исследователя древние и средневековые доку¬ менты. Другое дело, если речь идет о соотношении коллективной, государственной и частной собственности. В этом случае решение зависит от конкретных особенностей развития того или иного общества и в немалой мере от природных условий, создававших больший или меньший простор возникновению и развитию ин¬ ститута частной земельной собственности. Терминология древнеармянского, а также древнегрузинского переводов Библии дает основание полагать, что для Закавказья V в. н. э. времена господства коллективной или государственной собственности на землю уже прошли; в странах этого региона существовал достаточно развитый институт частной земельной собственности, который типологически можно определить как ран¬ нефеодальный.
ЭКСКУРС ФЕОФАНА О ПРОТОБОЛГАРАХ И. С. Чичуров В 679 г., когда еще не успели высохнуть чернила договорной грамоты, скрепляющей тридцатилетний мир Византии с арабами, когда каган аваров и «вожди западных народов», услышав о до¬ говоре с Моавией (661—680), поспешили в свою очередь заклю¬ чить мир с ромеями, когда, наконец, показалось, что «великое спокойствие как на западе, так и на востоке» 1 все же наступило, северная граница империи (в который уже раз!) не выдержала натиска варваров: в 679 г., преследуя византийское войско, через Дунай переправляются протоболгары во главе с ханом Аспарухом. С этого момента начинается история становления Первого болгар¬ ского царства. Важность случившегося хорошо понимали и совре¬ менники; недаром неизвестный автор, труд которого лег в основу повествования хрониста Феофана (ок. 752—819) и патриарха Никифора (?—829) о событиях VII—VIII вв., прежде чем при¬ ступить к рассказу о вторжении протоболгар, замечает: «Но сле¬ дует рассказать и о древности гунногундуров, булгар и котра- гов» 2. Для Феофана и Никифора, современников блистательных побед Константина V (741—775) и сокрушительных поражений империи — при Никифоре I (802—811) и Михаиле I (811—813) — в войнах с болгарами, интерес к их прошлому вполне понятен. Исследователю это обстоятельство сослужило хорошую службу, предоставив в его руки уникальный в буквальном смысле слова экскурс о судьбах протоболгарских племен до перехода ими Дуная 3. Условимся для удобства называть географическое отступление Феофана Описанием, а общий с «Бревиарием» Никифора рассказ 0 расселении протоболгарских племен, начиная со слов «от са¬ мого же озера. . .», — Экскурсом. Экскурс и Описание хорошо известны в историографии, сви¬ детельством чему — немалое количество работ, посвященных их 1 Theophanis Chronographia, rec.1 С. De Boor (далее — Theoph. Chron.), vol. I. Lipsiae, 1883, 356. 7—8. 2 Theoph. Chron., I, 356. 19—20; cp. Nicephori archiepiscopi Constantinopoli- tani opuscula historica, ed. C. De Boor Lipsiae, 1880 (далее —Niceph. Brev.), 33.13—14. В «Бревиарии» Никифора эта фраза передана в несколько иной форме: «Но пора уже рассказать о происхождении так называемых гуннов и булгар, и их положении». 3 Theoph. Chron., I, 356. 18—359.26; cp. Niceph. Brev., 33.13—35.25. 5 Древнейшие государства на территории СССР 65
комментированию 4. И все же в рассказе Феофана еще остаются неясные места. К ним мы относим в первую очередь географическое Описание хронистом Северного Причерноморья. Обратимся к переводу Описания. «В северных, противополож¬ ных частях Эвксинского Понта, у озера, называемого Меотидой, в которое впадает величайшая река, стекающая вниз от океана по земле сарматов и называемая Атель, в который (Атель. — И. Ч.) впадает река, называемая Танаис, сама вытекающая от Ивирий- ских ворот, что в Кавказских горах, а от слияния Танаиса и Ателя выше уже названного Меотидского озера, когда Атель разделяется, течет река, называемая Куфис, и впадает в край Понтийского моря поблизости от Некропил у мыса, называемого Баранья Морда. А от уже названного озера (течет) подобное реке море и впадает в море Эвксинского Понта через земли Босфора и Киммерия; в этой реке ловится (рыбка), называемая мурзули и ей подобная; а у восточных частей озера, у Фанагории и живущих там евреев, располагаются многие народы; от самого же озера к названной Куфисом реке, где ловится булгарская рыбка ксистон, распола¬ гается древняя Великая Болгария и так называемые котраги, их (болгар. — И. Ч.) соплеменники» 5. 4 В добавление к работам, учтенным ГИБИ («Гръцки извори за българската история»), где фрагмент лишен подробного комментария (т. III. София, 1960, стр. 261—264), укажем исследования, появившиеся за последние годы: N. Banescu. ”0ylos — Qglu. Le premier habitat de la horde d’Aspa- ruch dans la region du Danube. — Byz., XXVIII, 1958, p. 433—440; И. Дуй- чев. Обединението на славянские племена в Мизия през VII в. Към въпроса за възникноването на българската държава. — «Изследвания в чест на Марин С. Дринов». София, 1960, стр. 417—428 (перепечатка в кн.: И. Дуй- . чев. Българско средновековие. София, 1972, стр. 70—86); И. Венедиктов. AvXrj.—ИИБЕ, т. XVI, 1968, стр. 111—115; R.Vulpe, I. Ватпеа. Din istoria Dobrogei, vol. II: Romani la Dunarea de Jos. Bucuresti, 1968, p. 441; M. А. Андреев, Д. Ангелов. История на българската държава и право. Со¬ фия, 1972, стр. 73; Р. Diaconu. Le probieme de la localisation de l’Onglos. — «Dacia», NS, XIV, 1970, p. 325—334; I. Barnea, $t. fitefanescu. Din istoria Dobrogei, vol. Ill: Bizantini/romani §i bulgari la Dunarea de Jos. Bucuresti, 1971, passim; V. Besevliev. Die Berichte des Theophanes und Nikephoros iiber die Thronwirren in'Bulgarien 763—765. — JOBG, Bd. 20, 1971, S. 67 — 82; Д. Ангелов. Образуване на българската народност. София, 1971, стр. 193—194, 197—200. Пользуясь случаем, приносим искреннюю благо¬ дарность болгарскому коллеге И. Божилову, обратившему наше внимание на новейшие исследования, посвященные локализации Огла. 5 Theoph. Chron., I, 356.20—357.11. Сравнение оригинала с русским пере¬ водом В. И. Оболенского и Ф. А. Терновского обнаруживает ряд неточно¬ стей перевода: «к этой Дюке приближается река Танаис» не соот¬ ветствует ei? ov (Атель. —pf. Ч.) etad-feTat 6 Хеуор-вуо? Таva'i? лотар-б?, в которую впа; а е т (дословно «вводится», ср. латинский перевод Ана¬ стасия Библиотекаря: fluens infertur) река, называемая Танаис; «от слияния Танаиса и Ателя, кот о р ы|е выше Меотийского озера расхо¬ дятся в разные стороны» — ало В! тт)? рд(|еа)<; той Tava'i xa't той "Axel avco&sv т^? KpoXe^freiaTji; MatcoTiBo? Xlp-vf]?, a)(i£op,evou той "Axel, т. e. от СЛИЯНИЯ Танаиса и Ателя выше уже названного Меотидского озера, когда Атель разделяется; «против мыса Бараньего лба» — eis то ахрсода то Xe^op-evov Крюо Просалив, т. е. у мыса, называемого Баранья Морда; «у Боспора Киммерийского»—Bia т^? уу}<; Boa^opou %ai Kipuspiou, т. е. через 66
Даже беглое знакомство с фрагментом вызывает у современ¬ ного читателя недоумение: Атель (Волга) впадает, по Феофану, в Меотиду (Азовское море), а не в Каспий; Танаис (Дон) впадает не в Азовское море, а в Волгу, к[тому же его истоки — у Ивирий- ских ворот на Кавказе; Куфис (Кубань) берет начало от слияния Дона и Волги и впадает в Черное море у Некропил'(Каркинитский залив); добавим к этому, что Волга над Меотидой разделяется. Убедившись, как это может показаться с первого взгляда, в не¬ осведомленности Феофана, едва ли следует ограничиваться кон¬ статацией факта. Не разобравшись в Описании хрониста, мы не сумеем, хотя бы приблизительно, так, как это представлялось византийскому книжнику, очертить границы5 Великой Болгарии хана Куврата. Вместе с тем важно выяснить, чем объясняется столь странный характер Описания. Скудость источников, осложненная зачастую неопределенно¬ стью содержащихся в них данных (как это было в случае с сочи¬ нением Феофана), породила в историографии неадекватные ло¬ кализации Великой Болгарии. К. Патканов помещал ее к северу от Кавказа и Кубани 6, И. Маркварт — не только у Кубани, но и вокруг Азовского моря 7. В. Златарский значительно расши¬ рял пределы державы хана Куврата: от низовий Днепра до Ку¬ бани 8. С. Рэнсимэн близок к локализаций !!. Маркварта: к мо¬ менту смерти Куврата Великая Болгария занимала земли по ниж¬ нему течению Дона и на юг к Кавказу 9. Согласно Н. Я. Мер- перту, в 30—40-х годах VII в. под контролем протоболгар нахо¬ дились обширные территории как к востоку, так и к западу от Азовского моря, но ядром было восточное Приазовье, земли между Доном и Кубанью 10. Д. Моравчик сужает границы Великой Бол¬ гарии: район Азовского моря и Кубани 11. По А. П. Смирнову, земли Босфора и Киммерия; «за тем озером, выше' реки Куфиса» — ато Be ttjc auTijs Пру»]? ети tov Xepop,evov Koucpiv тажф.бч, т. е. ОТ самого же озера до реки, называемой Куфис; ср. перевод Анастасия: ab eisdem autem paludibus usque in amnem, qui dicitur Cuphis. Theoph. Chron, II, 225.26—27. См. А. В. Мишу лил. Древние славяне в отрывках греко-рим¬ ских и византийских писателей до VII в. н. э. — ВДИ, 1941, № 1 (14), стр. 277. 6 К. Патканов. Из нового списка географии, приписываемой Моисею Хо- ренскому. — ЖМНП, 1883, № 226, стр. 24, 26, прим. 2. 7 J. Marquart. Die Chronologie der alttiirkischen Inschriften. Leipzig, 1889, S. 85. 8 В. Златарски. История на българската държава през средните векове, т. I, ч. 1. София, 1970, стр. 139, 153, 159; ср. стр. 73,434, 138, 140, 150. 9 S. Runciman. A History of the First Bulgarian'Empire. London, 1930, p. 15. 10 «Очерки истории СССР. Ill—IX вв.» Под ред. Б. А. Рыбакова. М., 1958, стр. 597; ср. В. Ф. Генинг, А. X. Халиков. Ранние Болгары^на Волге (Болыпе-Тараханский могильник). М., 1964, стр. 112. 11 Gy. Moravcsik. Byzantinoturcica, Bd. II. Berlin, 1958, S. 98; cp. A. Ma- ricq. Notes sur les slaves dansHe Peloponnese et en(Bithynie etsur l’emploi de «slave» comme appellatif. — Byz., 22, 1952, p. 345 (болгары жили на Кубани). 5* 67
протоболгарам принадлежали земли Северного и Восточного Приазовья, нижнего течения Дона, Прикубанья 12. Подробно на локализации болгарского племенного союза останавливается М. И. Артамонов: союз располагался на восточной стороне Азов¬ ского моря, выше Кубани, но, поскольку Куфис Феофана впадает в Черное море, его следует отождествлять, по М. И. Артамонову, с Днепром или (что вероятнее) с Бугом, и если это так, то Великая Болгария простиралась к западу до Днепра (Буга), а к востоку до Кубани 13 14. Д. Оболенский в «Кэмбриджской средневековой исто¬ рии» принимает сходную локализацию (от Кавказа до Дона и, может быть, до Днепра) и с небольшим уточнением (до низовий Днепра) в одной из последних работ15. Д. Ангелов проводит южную границу по Кубани, восточную — по Ергени, западную — по Днепру; северную границу установить не удается, хотя не исклю¬ чено, как считает Д. Ангелов, что северными соседями протобол¬ гар были анты 16. Нельзя не заметить в современной историографии тенденции к расширению сферы влияния протоболгарского племенного союза (особенно у В. Златарского, Н. Я. Мерперта, А. П. Смирнова, М. И. Артамонова, Д. Оболенского, Д. Ангелова), тогда как К. Патканов, И. Маркварт, Д. Моравчик, опираясь на свидетель¬ ства тех же источников, значительно сужают пределы Болгарии Куврата. Чем это вызвано? Не ставя перед собой задачи комплекс¬ ного изучения источников, касающихся истории протоболгар, мы попытаемся разобраться в одном из них — Экскурсе «Хроно¬ графии» Феофана и «Бревиария» Никифора, сосредоточив наше внимание на текстологическом анализе рассказа Феофана о про¬ тоболгарах и прояснении смысла Описания хрониста. Как известно, «Хронография» Феофана — памятник по пре¬ имуществу компилятивный, хронист объединил в нем сочинения разнородные и по идейно-политической направленности, и по жанру, и, наконец, по степени достоверности. Поэтому нет ничего странного в предположении, что и рассказ компилятора о прото¬ болгарах (Описание-(-Экскурс) мог возникнуть как соединение двух или нескольких источников. При сравнении фрагментов о Великой Болгарии Феофана и Никифора, авторов, пользовавшихся одним и тем же оригиналом, сразу же бросается в глаза отсутствие в «Бревиарии» Описания северного побережья Понта: за начальной фразой Экскурса («Но пора уже рассказать о происхождении так называемых 12 «История СССР в 12-ти томах», т. 1. Под ред. С. А. Плетневой и Б. А. Ры¬ бакова. М., 1966, стр. 331. 13 М. И. Артамонов. История хазар. Л., 1962, стр. 164 сл. 14 «The Cambridge medieval history», vol. IV: The Byzantine Empire. Part 1. Byzantium and its neighbours. Cambridge, 1966, p. 483. 15 D. Obolensky. The Byzantine Commonwealth. Eastern Europe, 500—1453. London, 1971, p. 63. 16 Д. Ангелов. Указ, соя., стр. 191 сл. 68
гуннов и булгар и их положении») следует — «У Меотидского озера, по реке Кофис, располагается Великая Булгария, назы¬ вавшаяся так в древности, и так называемые котраги, их сопле¬ менники» 17. Экскурс Никифора лишен внутренних противоре¬ чий (по крайней мере в географии): Великая Болгария, согласно Никифору, помещается у Азовского моря, по Кубани, и, когда речь заходит о расселении протоболгар по смерти Куврата (пер¬ вый его сын Баян остался на земле отца, а второй — Котраг, перейдя Танаис, поселился напротив первого), Никифор не противоречит себе, говоря, что Котраг, прежде чем поселиться напротив Баяна, должен был перейтиТа- н а и с 18 19, Забудем на минуту об Описании Феофана, как если бы его совсем не было. Станет ли от этого повествование хрониста столь же непротиворечивым, сколь непротиворечив рассказ Никифора? Думаем, что да: ведь тогда Великая Болгария поме¬ стится у Феофана между Азовским морем и Кубанью («от самого же озера к названной Куфисом реке. . . располагается древняя Ве¬ ликая Болгария») 1э, коль скоро у нас нет оснований сомневаться в знании автором географии, а Котраг, так же как и у Никифора, прежде чем поселиться напротив Баяна (Батбаяна «Хроно¬ графии»), должен будет перейти Танаис. «Первый же сын Кровата, по имени Батбаян,. . оставался на земле предков. ., а второй его брат, по имени Котраг, перейдя реку Та¬ наис, поселился против первого брата» 20. Так было бы, если бы не Описание. . . Вернемся поэтому к действительности. Что же у нас получается? Если верить Описанию Феофана, реки Северного Причерноморья располагаются в таком порядке (с востока на запад): Танаис (так как он течет с Кавказа и впадает в Атель), затем Атель (так как он течет от океана через земли сарматов, т. е. с севера, и впадает в Меотиду) и, наконец, Куфис, проистекающий от слияния Танаиса и Ателя и впадающий в Понт. Отправной точкой движения орды Котрага был Куфис — земли Куврата, на которых остался Баян. В таком случае Котраг, двигаясь на запад, не мог пересечь Танаис, раз уж он, по хронисту, был на востоке, да еще за Ателем. Вместе с тем Котраг мог двигаться только на запад, поскольку с востока протоболгар теснили хазары, занявшие постепенно все земли «вплоть до Пон- тийского моря» и подчинившие в первую очередь сидевших на Куфисе-Кубани протоболгар Баяна (а не Котрага, о которых Феофан не говорит, что они попали под власть хазар) 21. Даже если предположить, что Котраг двигался на восток, навстречу хазарам, он все же должен был сначала переправиться через Атель 17 Niceph. Brev., 33.13—17. 18 Ibid., 33.28—34.1. 19 Theoph. Chron., I, 357.8—10. 20 Ibid., 357.19—23. 21 Theoph. Chron., I, 358.8—11. 69
и только затем через Танаис. Но, по Феофану, Котраг перешел лишь Танаис. Как устранить это противоречие? Очевидно, оно исчезнет, если мы предположим, что Куфис Описания и Куфис Экскурса Феофана — не одна и та же река. Иными словами, Куфис Экскурса — Кубань, а Куфис Описания — какая-то другая река, впадающая в Черное море 22. В этом предположении нас утверж¬ дает и то обстоятельство, что Куфис Экскурса следует у хрониста за Фанагорией: «... у восточных частей. . . озера (Меотиды. — И. Ч.), у Фанагории и живущих там евреев, располагаются мно¬ гие народы; от самого же озера к названной Куфисом реке. . . располагается древняя Великая Болгария» 23; между тем Куфис Описания впадает^в Черное море у Некропил. Но оппозиция «Куфис—Куфис» не единственное противоречие Описания и Экскурса, Описания и «Хронографии» в целом. Та¬ наис Описания не может быть идентичен Танаису, через который, согласно Экскурсу Феофана и Никифора, переправился Котраг: Танаис и Куфис Описания — два рукава Ателя («. . . от слияния Танаиса и Ателя. . . течет река, называемая Куфис. . .» 24), и они не могут быть строго друг против друга, во-первых, а во-вторых, Танаис Описания находится на территории, занятой хазарами после расселения протоболгар (течет с Кавказа по направлению к Азовскому морю), и Котраг поэтому должен был бы попасть в подчинение к хазарам, да еще раньше Баяна. Феофан, однако, об этом ничего не пишет. Странным кажется и то, что хронист, описывая северное по¬ бережье Понта (особенно район Некропил), ничего не говорит о таких крупных реках, как Днепр, Днестр. Напротив, в Экс¬ курсе Феофана Аспарух, третий сын Куврата, кочуя на запад, переправляется «через Днепр и Днестр. . . реки севернее Дуная» 25. Проверим на другом материале «Хронографии», насколько хорошо (или плохо) знал Феофан географию Северного Причерно¬ морья. Здесь прежде всего следует обратить внимание на Некро- пилы. В Описании Некропилы становятся устьем Куфиса, т. е. либо Некропилы перенесены на восток к устью Кубани, либо Куфис — на запад к Некропилам. Феофан, однако, знал и дей¬ ствительное положение Некропил: рассказывая о бегстве импера¬ тора Юстиниана II (685—695, 705—711) из Херсона, он, между прочим, говорит: василевс «прошел маяк Херсона, а затем проплыл Некропилы, устье Днепра и Днестра» 26. Можно было бы предпо¬ ложить, что Некропилы Описания не тождественны Некропилам, которые проплывал Юстиниан II. Но это предположение отпадает, 22 Ср. выше стр. 68. 23 Theoph. Chron., I, 357.6—10. 24 Ibid., 356.25-27. 25 Ibid., 357.27—358.2. 26 Ibid., 373.20—22. 70
стоит только вспомнить о Куфисе Описания, впадающем в Некро- пилы у мыса Баранья Морда, т. е. Бараний Лоб античных геогра¬ фов 27, отождествляемый с южной оконечностью Крымского полуострова в районе Каркинитского залива 28. Зима 763 г. на северном побережье Понта была особенно суро¬ вой: «. . . северное побережье, — сообщает Феофан, — окаменело от холода на сто миль в море и на тридцать локтей в глубину; от Зинхии до Данубия, реки Куфиса, Днестра и Днепра до Некро- пил и на остальном берегу до Месемврии и Мидии (город на фра¬ кийском берегу Понта. — И. Ч.)» 29. И в этом фрагменте Некро- пилы упоминаются рядом с Днепром и Днестром, как это и должно быть. В то же время хронист достаточно последователен в пере¬ числении топонимов и гидронимов: с востока на запад Понта — это значит от Зинхии (Зихии) до Дуная; с запада на восток идут Днестр, Днепр, Некропилы; к западу от Некропил — Месемврия, Мидия. Не у места оказывается опять река Куфис: если это Ку¬ бань, то она нарушает порядок следования рек с запада на восток. Может быть, и здесь Феофан (или его источник) имел в виду другую, нежели Кубань, реку, впадающую в Черное море поблизости от Днепра и Днестра? Однако достаточно поменять местами Днестр и Днепр в рассказе о зиме 763 г., чтобы порядок восстановился: сначала хронист дает две крайние точки Понта с востока на за¬ пад (Зинхия — Дунай), а затем обстоятельно перечисляет в том же направлении реки (Куфис-Кубань, Днепр, Днестр, залив Некро¬ пилы). Правомочность такого предположения в какой-то степени подкрепляется рукописной традицией «Хронографии»: ее Вати¬ канский список, один из самых древних (Vat. gr. 155, скорее X, чем XI в.) 30, сохранил именно такую последовательность пере¬ числения — too Koocpi тсотощоо too Advarcpi ts xod Advaaxpi 31. Издатель «Хронографии» К. Де Боор не принял чтение Vat. gr. 155, положившись на чтение остальных греческих списков и на латинский перевод Анастасия Библиотекаря (Cuphe fluvium, Danastri quoque ас Danapri 32), выполненный около полувека спустя после создания греческого оригинала и дошедший до нас в списках более древних, чем некоторые списки «Хронографии». Впрочем, свидетельство рукописной традиции перевода Анаста¬ сия в этом фрагменте нельзя признать неуязвимым: в латинском 27 Strabo, 125, 309, 496, 545. 28 Мы не можем согласиться с локализацией, предложенной в ГИБИ, т. III* стр. 261, бел. 8 (Таманский полуостров поблизости от устья Кубани), коль скоро она не аргументирована. Более того, эта локализация вносит путаницу: Некропилы, по ГИБИ, — залив Черного моря у устья Дуная, а Феофан помещает Баранью Морду рядом с Некропилами. Ср. Ю. Ку¬ ликовский. История Византии, т. III. Киев, 1915, стр. 377. 29 Theoph. Chron., I, 434.8—13, 30 Ibid., II, 374. 31 Ibid., I, 434.11—12. 32 Ibid., II, 285.30. 71
тексте есть лакуна, искажения (Licchia вм. Зинхия, Danaspri вм. Danapri 33); возможно, нарушен и порядок перечисления. Но можно обойтись и без перестановок. А. П. Каждан пред¬ ложил нам следующее прочтение фразы drco Ziy^cag pi^pi то5 Aavooptoo xai <(атсо)) too Кобсрс лотар-оо too Advaaxpi те xai Advarcpi xai twv NexpoTrrjXcov: «от Зинхии до Данубия и [от] реки Куфиса [до] Днестра, Днепра и Некропил». В самом деле, частица те скорее разделяет Кобсрс котарюб и too Aavaaxpt, чем соединяет, тем самым создавая параллелизм конструкций xai drco Zty^ia? p.e^pi too Aavoopioo и xai <(атссГ> too Koocpi потар-оо ^jxe^pi^) too AdvaaTpt. Пассаж приобретает такой смысл: с востока на запад от Зинхии до Дуная, т. е. от Куфиса до Днестра, Днепра и Некропил, где Днестр, Днепр и Некропилы располо¬ жены в порядке их следования с запада на восток. Видимо, и средневековый переводчик «Хронографии» ощущал разделение Куфиса и Днестра, переводя оригинал: ab ipsa Licchia usque ad Danubium et Cuphe fluvium, Danastri quoque ac Danapri, atque Necropela 34 (вместе с тем Анастасий явно соединял Дунай и Куфис). В конце концов, порядка и последовательности могло и не быть там, где мы их ищем. Как бы то ни было, для нас важно сейчас одно: Феофан, пу¬ тавший в Описании Днепр (Буг) и Кубань, Дон и Кубань, Волгу и Дон, Некропилы, знал в то же время действительное расположе¬ ние Некропил, Днепра и, очевидно, Дона и Кубани. Таким образом, противоречия в сообщениях хрониста о Северном Причер¬ номорье выявляются не только в пределах рассказа о протобол¬ гарах (Описание-j-Экскурс), но и в «Хронографии» в целом, при¬ чем Описание не находит себе соответствий в других частях памятника. Чем объясняется такая запутанность Описания? Еще Ю. А. Ку- лаковский, пытаясь ответить на этот вопрос, предположил, что анонимный автор, использованный Феофаном, «имел перед гла¬ зами карту, которая была очень далека от градусной сетки Пто¬ лемея и приближалась к живописным картам Косьмы Индикоплова и тем, что дошли до нас от средних веков. Очертания материков были искажены, и местности весьма отдаленные сближены» 35. Действительно, достаточно сопоставить карту Птолемея и Певтин- геровы таблицы, чтобы убедиться: такое искажение имело место. Но искажения средневековых карт, и Певтингеровых таблиц в частности, предполагают некоторую последовательность, си¬ стемность изменений по сравнению с картами античными. Можем ли мы говорить о какой бы то ни было системе в погрешностях географического Описания Феофана? Понт Эвксинский, Меотида, соединяющаяся похожим на реку морем (Босфором Киммерий¬ 33 Theoph. Chron., II, 285.25, 28—29. 34 Ibid., 285.28—29. 35 Ю. Куликовский. Указ, соч., т. III, стр. 377. 72
ским) с Понтом, мыс Баранья Морда у Некропил, Фанагория на восточном берегу Меотиды, Ивирийские ворота на Кавказе — все это правильная основа карты Феофана. Где же начинаются ошибки? С описания рек. По Описанию, Танаис берет начало на Кавказе, от Ивирийских ворот, и впадает в реку Атель, которая, в свою очередь, стекает вниз от океана по земле сарматов и впадает в Меотиду. Как из¬ вестно, на Кавказе находятся истоки Кубани. Соответственно напрашивается вывод, что Танаис Описания перепутан с Ку¬ банью. Так считают Ф. Вестберг и М. И. Артамонов зб. Однако это предположение — не окончательный ответ на вопрос: Танаис «Хронографии» не только берет начало на Кавказе, но и впадает в Атель, а Кубань впадает в Азовское море. Полного отождествле¬ ния не получается. Картина изменится, если мы попытаемся взглянуть на сообщение Феофана, как на отражение какой-то (античной или средневековой) традиции. По Страбону, истоки Танаиса малоизвестны, и это обстоятельство, продолжает антич¬ ный географ, дает основание некоторым людям (к ним Страбон относит Феофана Митиленского) утверждать, будто «Танаис имеет истоки в Кавказских горах, высоко поднимается на север и, повернув затем назад, впадает в Меотиду» 37. Эта же мысль повторяется Страбоном в другом месте 38. Павел Орозий расска¬ зывает об основании Александром Македонским на Кавказе города Александрия над рекой Танаис 39. Представление о Кав¬ казских истоках Танаиса было живо и в средневековье. Равенн¬ ский аноним проводит границу Европы и Азии по Римфейским (Уральским) горам: montes Rimphaeos, ex quibus supra scriptus fluvius Tanais egreditur ex montibus Caspicis et Caucasis («. . . Рим- фейские горы, из которых исходит вышеназванная река Танаис, из гор Каспийских и Кавказски х») 40. Вероятно, к этой традиции восходит и Описание Феофана. Но если предполагать некоторую связь между античной тра¬ дицией и «Хронографией», то, видимо, придется допустить и последовательность хрониста в воспроизведении традиции: раз Танаис античных географов впадает в Меотиду, то и Танаис Фео¬ фана должен впадать в Азовское море. Но в Описании Танаис — приток Ателя. На первый взгляд полной идентичности нет и здесь. И все же относительную ясность можно внести и в это противоре¬ чие. Представление о Доне, как об одном из рукавов Ателя (Волги), впадающем в Меотиду, объяснимо: Дон близко подходит 36 Ф. Вестберг. Записка готского топарха. — ВВ, XV, 1908, стр. 241; ср. М. И. Артамонов. Указ, соч., стр. 165 сл. 37 Strabo, 492—493. 38 Ibid., 107. 39 Pauli Orosii Historiarum adversum paganos libri VII, ed. C. Zangemeister. Vindobonae, 1882, p. 178.10—13. 49 Ravennatis anonymi Cosmographia. Ed. M. Pinder et G. Parthey. Berolini, 1890 (далее — Rav. an.), p. 323. 9—11. 73
к Волге, и средневековый географ мог принять его за ответвление последней 41. Вспомним также^слова Феофана о разделении Ателя над Меотидой, которое приходится как раз на место, где Танаис, по Феофану, впадает в Атель: «. . . Атель, в который впадает река, называемая Танаис. . а от слияния Танаиса и Ателя выше уже названного Меотидского озера, когда Атель разделяется, течет река, называемая Куфис. . .» Именно так понял хрониста и Анастасий: Tanais amnis. . . in eundem Atel fluens infertur. a mixtura vero Tanahidis et Atel, quae fit supra iam dictas Maeoti- des paludes, dum scinditur Atel, venit. . . Cuchtis 42. Собственно говоря, при таком понимании текста Феофана место слияния Танаиса и Ателя и есть место разветвления последнего, а Танаис (Дон) все же впадает в Меотиду, хотя и под другим названием (Атель). Остается Куфис Описания, но он отождествляется в историо¬ графии если не с Бугом 43, который, подобно Кубани, назывался у античных авторов Гипанисом (отсюда смешение), то с одной из рек бассейна Буга и Днепра, упоминаемой Константином Багрянородным (913—959) и впадающей в Черное море 44. Так восстанавливается правильная в общих чертах карта Описания: ее отклонения отчасти находят соответствие в антич¬ ной традиции (истоки Танаиса), отчасти объясняются неточностью представлений хрониста или его источника (слияние Волги и Дона). Взятые в совокупности, они не составляют системы и ло¬ жатся к тому же на правильную основу. Поэтому едва ли здесь можно говорить об искажениях в понимании Ю. Кулаковского. Что касается происхождения Описания, то нам придется еще раз вернуться к сравнению с «Бревиарием» патриарха Никифора. Оба автора (Феофан и Никифор) вводят Экскурс о протоболгарах словами о своевременности обращения к истории этого народа 45. В «Хронографии» затем идет Описание, отсутствующее у Ники¬ фора, который сразу|переходит к локализации Великой Болга¬ рии 46. Феофан дает локализацию непосредственно после Описа¬ ния, она тождественна локализации «Бревиария» и разнится лишь упоминанием рыбы ксистон 47. Далее изложение Феофана 41 Ф. Вестберг. Указ, соч., стр. 241. 42 Theoph. Chron., II, 225.15—18. Мы отступаем от пунктуации, избранной К. Де Боором: ото 5s тг]? fu£ecos той Tava'i xai той "Ате!, (avcoftev тт)? тсро- Xe^fl-siaTj? MaiwTiSo? HpivirjS a^iCopiivou той vAts^) ер/етаь 6 Хе^ор-гуод Ko5<pic. %oxapb<; — и предлагаем свою, подкрепляемую латинским переводом Ана¬ стасия— сто 8ё TTjs fu£etos той Tava'i xai той "АтA avco&ev тijs -npoXe^&siaTjc Maiamto? a^iCopevou той ”Ахг\, spheral 6 Койсрк; тсотарьо?. 43 Ф. Вестберг. Указ, соч., стр. 241 сл.; ср. М. И. Артамонов. Указ, соч., стр. 166. 44 Constantine Porphyrogenitus. De administrando Imperio, vol. II. Commen¬ tary. London, 1962, p. 155. 46 Theoph. Chron., I, 356.19—20;Ap* Niceph. Brev., 33.13—14. 46 Niceph. Brev., 33.14—17. 4? Theoph. Chron., I, 357.9. 74
и Никифора совпадает и по содержанию, и по расположению материала: рассказ о смерти хана Куврата и его завещании пяте¬ рым сыновьям; о расселении протоболгар, причем сыновья пере¬ числяются в одинаковой непоследовательности у обоих историков (первый сын — Баян, второй — Котраг, четвертый и пятый сыновья — их имена неизвестны, третий сын — Аспарух); об осе¬ дании протоболгар Аспаруха в Огле, появлении хазар, их про¬ движении к Черному морю и покорении ими протоболгар Баяна, о походе ромеев на Аспаруха и внедрении орды Аспаруха в Ми- зию 48. Те детали (направление движения византийского войска и флота к Дунаю, названия славянских племен, большая опреде¬ ленность в обозначении границ Болгарии Аспаруха49), которыми Феофан распространяет свое повествование, находят себе соот¬ ветствие в «Бревиарии»: они уточняют то, что уже было сказано Никифором, завершившим, кстати сказать, работу над «Бреви- арием» лет за тридцать до того, как Феофан приступил к созда¬ нию «Хронографии». Выделяется только Описание Феофана. Соб¬ ственно говоря, обособленность Описания, осложненная противо¬ речиями между ним и Экскурсом, заметна в «Хронографии» сама по себе, без сопоставления с «Бревиарием»: в нем (Описании) нет ничего, что прямо относилось бы к рассказу о распаде Вели¬ кой Болгарии и основании Первого болгарского царства (един¬ ственном и главном сюжете фрагмента); в Описании нет ни одного слова, которое указывало бы на то, что в дальнейшем речь пойдет именно о протоболгарах; между Описанием и Экскурсом нет внут¬ ренней связи, их объединяет лишь упоминание рек и Меотиды, связь скорее ассоциативная, чем логическая. Не удивительно, что Никифор прекрасно, не в ущерб смыслу рассказа, обходится без географического отступления. Если Феофан заимствовал Описание из общего с «Бревиа¬ рием» источника, противоречивого в рассказе о Северном При¬ черноморье, то следы этой противоречивости должны были бы сохраниться и в других местах, где говорится о северном побе¬ режье Понта. Проверим это. Бегство Юстиниана II у Никифора описано так: «Отплыв вместе с ними (своими сообщниками. — И. Ч.) и пройдя так называемые Некропилы, он (Юстиниан II. — if. Ч.) оказывается у реки Йстр» б0. Тот же пассаж по Феофану, но в распространенном варианте: «Отплыв вместе с ними, Юсти¬ ниан прошел маяк Херсона, потом проплыл также Некропилы, устье Днепра и Днестра. . ., а затем вошел в Данубий» 51. О мо¬ розах 763 г. Никифор рассказывает в следующих словах: «. . .про¬ тивоположный берег Понта Эвксинского обледенел на сто миль в открытое море, а затем и множество лежащих по ту сторону больших рек; окаменела от мороза также и прибрежная область 48 Ibid., 357.11—359.21; ср. Niceph. Brev., 33.17—35.25. 49 Theoph. Chron., I, 358.16—20, 359.8—17. 60 Niceph. Brev., 40.23—25. 61 Theoph. Chron., I, 373.20—22. 75
у городов Месемврия и Мидия, прйчем в глубину лед достигал тридцати локтей» 52. По Феофану, «. . .северное побережье Понта окаменело от холода на сто миль в море и на тридцать локтей в глубину; от Зинхии до Данубия, [от] реки Куфиса [до] Днестра и Днепра и Некропил; и на остальном берегу до Месемврии и Ми¬ дии претерпели то же самое» 53. Добавления Феофана, как видим, не вносят противоречивости в повествование, следов ее нет и у Ни¬ кифора. Именно это и наводит нас на мысль о непротиворечивости общего источника, а в таком случае Описание принадлежит либо неизвестному нам автору, использованному хронистом, либо самому Феофану. К предположению об авторстве Феофана довольно близок был В. Златарский, отказавшийся, впрочем, от этой гипотезы. Анализируя сведения Феофана и Никифора о протоболгарах, бол¬ гарский историк заметил, что первое упоминание котрагов в «Бре- виарии» сопровождается причастием oi Xeyojxevoi. По В. Зла- тарскому, oi Xey6[jLevot, должно указывать на вторичное упоминание котрагов, чего нет у Никифора и что как раз присут¬ ствует в «Хронографии» Феофана: первое упоминание о них в на¬ чальной фразе всего фрагмента («Но следует рассказать и о древ¬ ности гунногундуров, булгар и котрагов»), а второе — в том месте, где, как и у Никифора, локализуется Великая Болгария («. . .древняя Великая Болгария и так называемые котраги, их соплеменники»). Согласно В. Златарскому, первое упоминание о котрагах и весь следующий за ним текст «Хронографии» (Опи¬ сание Феофана) принадлежали общему с Никифором источнику и были опущены автором «Бревиария». Следы сокращения бол¬ гарский византинист видит именно в ol Xey6|j.svoi Котрауш Ни¬ кифора 54. Едва ли можно согласиться с такой трактовкой текста. Во- первых, oi Xey6|j.svoi совсем не означает «упомянутые», как ду¬ мает В. Златарский, правильный перевод причастия — «так на¬ зываемые» 55. Соответственно не может быть и речи о вторич¬ ном упоминании котрагов у Никифора. Во-вторых, даже если принять толкование oi Xeyop.evo!. В. Златарского, это еще не даст нам никаких оснований для выводов о происхождении Описания, поскольку котраги впервые названы Феофаном не в Описании 52 Niceph. Brev., 67.13—20. 53 Theoph. Chron., I, 434.8—13. Заметим попутно: упоминание Днестра и Днепра в этих двух эпизодах могло быть в общем Никифору и Феофану источнике. В пользу нашего предположения говорит сравнение сообще¬ ний о движении Аспаруха к Дунаю по «Хронографии» и «Бревиарию». У Никифора: «. . . Аспарух, переправившись через реки Днепр и Днестр, поселился у Истра» (Niceph. Brev., 34.6—7). У Феофана: «. . .Аспарух, переправившись через Днепр и Днестр, реки севернее Данубия,. . . по¬ селился между первыми и последним. . .» (Theoph. Chron., I, 357.27—358.2). 64 В. Златарски. Указ, соч., стр. 149, бел. 10. 65 Ср. аналогичное употребление Хеуореуод у Феофана: Theoph. Chron., I, 356, 20, 23, 24, 27; 357.2, 5, 19, 21—22, 23—24, 27—28; 359, 13—14, 9. 76
(оно начинается словами «в северных, противоположных частях Эвксинского Понта. . .»), а в начальной фразе Экскурса. Между прочим, ни один из компиляторов X—XII вв., исполь¬ зовавших «Хронографию», не посчитал нужным сохранить Опи¬ сание Феофана в рассказе об основании Первого болгарского царства. Мы не найдем Описания ни у автора «Эпитоме», ни у Ге¬ оргия Кедрина, ни у Иоанна Зонары, как если бы каждого из них отпугивала запутанность отступления 56. Итак, коль скоро предположение об Описании-вставке имеет под собой некоторые основания, можно вернуться к локализации Великой Болгарии Феофаном (в рамках Экскурса) и Никифором. Но обратимся еще раз к историографии. В литературе при определении границ Великой Болгарии ссылаются, как пра¬ вило, на два частных исследования: уже упоминавшуюся работу Ф. Вестберга и статью А. Бурмова 57. Наблюдения над текстом «Хронографии» заставляют нас пересмотреть аргументацию Ф. Вестберга и А. Бурмова. Доводы Ф. Вестберга базируются на его переводе фрагмента «Хронографии»: «Гуннобулгары и котраги жили сначала за Пон¬ том Эвксинским и озером Меотийским. В последнее впадают боль¬ шая река Атель, текущая от океана через всю землю сарматов, и река Танаис, идущая с Кавказских гор; из соединения этих двух рек образуется Куфис, изливающийся в Понт близ Некропил, у мыса называемого «бараньей мордою», там, где Меотийское озеро впадает в Понт между Боспором и Фанагорией. Между этим морем и рекою Куфис простирается древняя и Великая Болга¬ рия, иначе земля котрагов, соплеменников болгар» 58. Перевод Ф. Вестберга вызывает серьезные возражения. Во- первых, у Феофана мы не найдем эквивалента начальной фразе перевода: «Гуннобулгары и котраги жили сначала за Пон¬ том Эвксинским и озером Меотийским». Так Ф. Вестберг передает слова хрониста (avayxodov 8ё eirceiv xod тозр! хщ арусибх-цхо^ xffiv OovvoyoovSoopGLiv BooXydpcDv xod KoTpaycDv), соединяя их с на¬ чалом Описания (£v тоТ? архшснд керотхоТ? jxepeat, too Eo^eivoo По-поо xod sv ттд Xeyopev^ MaiamSi Xi'pv^ . . .) и отрывая прида¬ точное предложение (el? тр eladyexai) от главного. Во-вторых, перевод Ф. Вестберга противоречив: Танаис одновременно впа¬ дает и в Азовское море и в Атель (у Феофана такого противоречия нет). В-третьих, Куфис, по Ф. Вестбергу, впадает в Понт у Некро- 56 Leonis Grammatici Chronographia, ex rec. I. Bekkeri. Bonnae, 1842, p. 161.3—23; Georgius Cedrenus Ioannis Scylitzae ope ab I. Bekkero supple- tus et emendatus, vol. I. Bonnae, 1838, p. 766.11—15, 777.1—16; Ioannis Zonarae epitomae historiarum libri XIII—XVIII, ed. Th. Biittner—Wobst, vol. III. Bonnae, 1897, p. 226.16—228.6. 67 А. Бурмов. Въпроси из историята на прабългарите. — ГСУ, ИФФ, XLIV, 1947—1948, стр. 3—36; ср., например, В. Златарски. Указ, соч., стр. 140, бел. 26; М. И. Артамонов. Указ, соч., стр. 166, прим. 21; Д. Ангелов. Указ, соч., стр. 193, бел. 6. 68 Ф. Вестберг. Указ, соч., стр. 241. 77
пил, «там, где Меотийское озеро впадает в Понт между Боспором и Фанагорией», чего опять-таки нет в оригинале: Феофан не сбли¬ жает Некропилы и Боспор Киммерийский, да и о Фанагории в этом месте нет ни слова (ало <5е rrjg тсрозтцш>&е1,си]<; Xi'javt]? laa - л отар-о о гИХаааа хал siaaysxai eig tt]v too E6£etvoo IIovtoo 9-dXaaaav bia rrj? Вотсророо xai Kip-p-epcoo). В-четвертых, в тексте «Хронографии» нет знака равенства между болгарами и котрагами («древняя и Великая Болгария, иначе земля котра- гов» Ф. Вестберга): т) лаХа*. BooXyapta sauv -г) р-еуаХт], xal ol Хеуор-в- vot KoTpayoi op-ocpoXm aoT(5v xal odtoi TOy^dvovTe<;. На¬ конец, в-пятых, в переводе (или пересказе?) Ф. Вестберга есть пропуски: нет Ивирийских ворот на Кавказе, разделения Ате ля на два рукава, болгарской рыбы, евреев у Фанагории. Такое прочтение текста «Хронографии» позволяет, как думает Ф. Вестберг, помещать Великую Болгарию как к востоку, так и к западу от Азовского моря (в конечном счете автор склоняется к локализации «от Азовского моря до Днепра приблизительно» 59). А. Бурмов определяет границы Великой Болгарии, опираясь не только на данные Феофана и Никифора, но и на сообщения Иордана, Равеннского анонима, Армянской географии VII в. Южную границу исследователь проводит по Кубани со ссылкой на Феофана и Никифора, соглашаясь тем самым с отождествлением Куфис-Кубань. Кстати, А. Бурмов совершенно не касается во¬ проса о смысле Описания Феофана. Южная граница по Куфису- Кубани засвидетельствована и Армянской географией (на север от западного Кавказа). Восточная граница (Ергени) дается по Ар¬ мянской географии 60. О северной границе никаких известий нет; А. Бурмов лишь предполагает, что северными соседями прото¬ болгар были славяне 61. Западной границей (опять-таки со ссыл¬ кой на «Хронографию» и «Бревиарий») А. Бурмов считает, в прин¬ ципе, восточный берег Меотиды, но одновременно оговаривает возможность отодвинуть западную границу до Днепра. И вот почему. В союз протоболгарских племен, как пишет А. Бурмов, входили оногуры, а по Йордану и Равеннскому анониму, про¬ должает автор, оногуры’жили между Доном и Днепром 62. Кроме того, болгарский византинист комментирует слова Феофана о дви¬ жении Аспаруха на запад (Аспарух переправился через Днепр и Днестр и только тогда достиг Дуная) следующим образом: если бы Дон был пограничной рекой, Феофан и Никифор назвали бы его первым, а не Днепр, но так как на первом месте упоми¬ нается именно Днепр, он, видимо, и был западной границей 63. Однако ни Иордан, ни Равеннский аноним не дают детального описания пределов протоболгар или оногуров. В «Гетике» лишь 69 Ф. Вестберг. Указ, соч., стр. 241 сл. 60 А. Бурмов. Указ, соч., стр. 32. 61 Там же, стр. 33; ср. Д. Ангелов. Указ, соч., стр. 191 сл. 62 А. Бурмов. Указ, соч., стр. 32. 63 Там же, стр. 33. 78
сказано, что болгары живут «над Понтийским морем» (supra mare- Ponticum Bulgarum sedes) 64. К тому же Иордан пишет о событиях IV—V вв., и, имея в виду гуннов, называет их болгарами65. Сообщения Равеннского анонима об оногурах также не дают одно¬ значной локализации: «. . .подле Понтийского моря располага¬ ется страна (patria), которую называют Оногория и которую. . . Либаний полагает (decernit) соседкой оконечности (summitatis) Меотийского болота» 66, т. е. возможно понимание как к западу, так и к востоку от Азовского моря 67. В другом месте Анонима (А. Бурмов его не учитывает) о болгарах сказано, что они живут «между Фракией и Нижней Мизией» и что они пришли «из Великой Скифии» 68, но это еще не дает нам права утверждать, будто Ве¬ ликая Скифия была отправной точкой в их движении на запад. Итак, западные источники, привлеченные А. Бурмовым, не на¬ столько ясны и определенны в своих сообщениях, чтобы можно было говорить о границе по Днепру. Что касается другого аргумента А. Бурмова, то здесь надо отметить следующее. Если соглашаться с логикой предположе¬ ния исследователя, Танаис-Дон все же упоминается как погранич¬ ная река, хотя и в рассказе о переселении Котрага (покинув земли предков, где сидел Баян, он перешел Танаис и обосновался напро¬ тив первого брата). Добавим к этому: Аспарух кочевал на запад, когда болгарский племенной союз уже распался, и для этого времени, очевидно, поздно говорить о границах собственно Вели¬ кой Болгарии, тем более столь обширных. В результате доводы Ф. Вестберга порождают сомнения, по¬ скольку они покоятся на неверной интерпретации текста Феофана, а гипотеза А. Бурмова вызывает возражения, поскольку она не под¬ тверждается прямыми указаниями источников на границу по Днепру. Ясно и другое: единственными авторами, локализующими западную границу Великой Болгарии VII в., остаются, видимо, 64 Иордан. О происхождении и деяниях гетов. Вступительная статья, пере¬ вод, комментарий Е. Ч. Скржинской. М., 1960, стр. 136. 66 Там же, стр. 221 сл. 66 Hav. ап., 170.16—171.2. 67 На карте, составленной по данным Равеннского анонима Г. Кипертом и Л. Краатцем в Приложении к изданию памятника, Оногория помещена к востоку от Меотиды. В. Златарский (указ, соч., стр. 137) понимал summi- tas Анонима, как «самая высокая часть в области Меотиды», и помещал оногуров на северных склонах Среднего Кавказа. Д. Моравчик, на ко¬ торого, кстати сказать, и ссылается А. Бурмов, также локализовал Оно- горию на восточном побережье Азовского моря, между нижним течением Дона и Кубанью (Gy. Moravcsik. Zur Geschichte der Onoguren. — UJb, X, 1930, S. 62, 64), и считал земли оногуров ядром будущей Великой Бол¬ гарии (ibid., S. 71—73). В нашей статье мы сознательно не касаемся со¬ общения Никифора о восстании Куврата против аваров (Niceph. Brev., 24.9—15), на основании которого Д. Моравчик (Zur Geschichte der Ono¬ guren, S. 79 f.) высказал предположение о распространении власти Куврата к западу от Дона, коль скоро это известие не дает нам никаких локализую¬ щих сведений о границах собственно Великой Болгарии. 68 Rav. ап., 185.3—6. 79
Феофан и Никифор. Поэтому было столь необходимым текстологи¬ ческое изучение Экскурса и Описания «Хронографии». Что же оно дало нам? Рассказ Феофана о протоболгарах — сложная летописная статья. Можно спорить о том, как она возникла: принадлежит ли общему с Никифором источнику или представляет собой компи¬ ляцию разнородных источников Феофаном (последнее представ¬ ляется наиболее вероятным). Не исключено, что автором Описа¬ ния был сам хронист. Для локализации Великой Болгарии важно, однако, не происхождение статьи, но самый факт существования в ней двух, противоречащих друг другу пластов: Описания и Экс¬ курса. Соответственно, границы болгарского племенного союза (в рамках «Хронографии») позволительно обозначать лишь на основании Экскурса, а Экскурс Феофана (как, впрочем, и Ники¬ фора) помещает Великую Болгарию к востоку от Меотиды.
СВЕДЕНИЯ ОБ АЛАНАХ В «ХРОНОГРАФИИ» ФЕОФАНА С. Г. Зетейшвили Рассказ о пребывании на Кавказе византийского спафария Льва, содержащийся в «Хронографии» Феофана (ок. 752—819) — единственное в византийской литературе свидетельство об ала¬ нах, относящееся к началу VIII в. Источник его неизвестен. В «Бревиарии» патриарха Никифора, использовавшего для этого периода, по-видимому, тот же источник, что и Феофан 1 2 3 4, этого эпизода нет. Единственным критическим изданием «Хронографии» (по ко¬ торому выполнен наш перевод фрагмента) и ее латинской версии конца IX в. остается до сих пор издание К. де Боора 2. На рус¬ ском языке «Хронография» была издана в 1884 г. с пропусками и неточностями в переводе «кавказского» фрагмента 3. Подроб¬ ное изложение кавказского эпизода из жизни Льва III содержится в трудах В. Ф. Миллера и Ю. А. Кулаковского 4. Ниже следует перевод аланского фрагмента (vol. I, р. 391,5— 395,2). «Император ромеев Лев Исавр. [Правил] 24 года. [От создания мира лет] 6209. [От божественного воплощения лет] 709 5. [Императора ромеев Льва год] 1-й. [Предводителя арабов Сулеймана год] 3-й. [Епископа Константинополя Германа год] 3-й. [Епископа Иерусалима Иоанна год] 12-й. В этот год воцарился Лев, родом из Германикии, а по правде — из Исаврии 6. Императором Юстинианом — в первое его царство¬ 1 К. Krumbacher. Geschichte der byzantinischen Literatur. Munchen, 1891, S. 121, 127. 2 Theophanis Chronographia, rec. C. de Boor, vol. I—II. Lipsiae, 1883—1885. 3 «Летопись византийца Феофана». Пер. с греч. В. И. Оболенского и Ф. А. Терновского. М., 1884, стр. 286—289. 4 В. Ф. Миллер. Осетинские этюды, т. III. М., 1887, стр. 56—59; Ю. А. Ку- лаковский. Аланы по сведениям классических и византийских писателей. Киев, 1889, стр. 49—51. 6 На самом деле — 717 г. Хронология новой эры отстает у Феофана на 8 лет (G. Ostrogorsky. Die Chronologie des Theophanes im 7. und 8. Jahrhundert. — BNgJb, 7, 1930). 6 Мнение об исаврийском происхождении рода Льва III считается ошибочным или даже не принадлежащим Феофану. У Анастасия здесь — «родом сириец» (К. Schenk. Kaiser Leons III Walten im Innern. — BZ, 5, 1896, S. 296 f.; К. H. Успенский. Очерки по истории иконоборческого движения в Визан¬ тийской империи в VIII—IX вв. — ВВ, III, 1950). 6 Древнейшие государства на территории СССР 81
вание — он вместе с родителями был переселен в Месемврию во Фракии. Во второе царствование Юстиниана он встретил его* идущего с болгарами 7, с подношением в пятьсот овец. Ублаго¬ творенный Юстиниан произвел его тотчас в спафарии 8 и относился к нему как к ближайшему другу. Некие завистники оклеветали перед ним Льва в стремлении захватить власть. При расследовании этого дела они были изобличены в клевете, но слух этот с тех пор распространился. Юстиниан, если и не хотел явно погубить его, то какая-то неприязнь ко Льву в нем укоренилась, — и вот он отсылает его в Аланию с деньгами, для того, чтобы поднять ала¬ нов на Авасгию, в то время как арабы завладевали и Авасгией, и Лазикой, и Иверией. Он же, прибыв в Лазику, деньги спрятал в [реке] Фасис и с не¬ сколькими местными жителями отправился в Апсилию и, перейдя Кавказские горы, прибыл в Аланию. В это время Юстиниан, же¬ лая погубить его, послал за деньгами и забрал их из Фасиса. Аланы же, приняв спафария со всеми почестями и послушав его речей, вступили в Авасгию и полонили ее. Владыка авасгов обра¬ тился к аланам: «Как я нахожу, у Юстиниана нет другого такого обманщика, как этот человек, которого он мог бы послать, чтобы поднять вас на нас, ваших соседей. Он ведь обманул вас и насчет денег, которые пообещал: Юстиниан прислал за ними и забрал их. Так выдайте нам его, а мы дадим вам три тысячи номисм, и да не нарушится наша изначальная любовь». А аланы ответили: «Мы не ради денег послушались его, а из любви к императору». И снова авасги посылают к ним, говоря: «Выдайте нам его, а мы дадим вам шесть тысяч номисм». Аланы, желая изучить страну авасгов, уговорились взять шесть тысяч номисм и выдать спафария. Они доверились спафарию во всем и сказали ему: «Как видишь, дорога, ведущая на Романию, закрыта, и как добраться туда, ты не знаешь. Но давай лучше схитрим, договоримся с ними, что отдадим тебя, и вместе с их людьми отправим наших, обследуем их клисуры и нападем на них, опустошим их страну и вам окажем услугу». Послы аланов, от¬ правившись в Авасгию и договорившись выдать спафария, полу¬ чили от них много подарков; [авасги] направляют еще больше послов с [условленным] количеством золота, чтобы забрать спа¬ фария. Аланы говорят спафарию: «Эти люди, как мы предупреж¬ дали, явились забрать тебя, — и Авасгия тебя ждет. Так как мы соседствуем с ними, купцы то и дело отправляются к ним. Итак, чтобы не расстроить наш замысел, мы передадим тебя открыто, но когда вы двинетесь в путь, мы тайно пошлем вслед [своих лю¬ дей], их убьем, а тебя укроем до тех пор, пока не соберется наше войско и мы неожиданно не вступим в их землю». 7 Юстиниан II, свергнутый с престола в 695[г., вновь вернул его себе в 705 г. с помощью войска болгарского хана Тервеля. 8 Спафарий — придворный византийский чин. §2
Так и случилось. Взяв спафария вместе с его людьми и связав их, послы авасгов отправились в путь, а аланы вместе с Итакси, их владыкой, напали на авасгов сзади и убили их, спафария укрыли и, собрав войско, двинулись на Авасгию; внезапно пройдя кли- суры, взяли еще больше пленных и еще сильнее разорили авасгов. Юстиниан, узнав, что и без денег его поручение исполнено, посылает авасгам письмо: «Если вы сохраните нашего спафария и отпустите его, не причинив вреда, мы простим вам все ваши прегрешения». Обрадовавшись этому письму, они вновь посылают к аланам со словами: «Мы дадим вам в заложники детей наших, отдайте нам спафария, чтобы мы отослали его к Юстиниану». Но спафарий не согласился на это, сказав: «Бог в силах отворить мне врата возвращения, а через Авасгию я не уйду». Некоторое время спустя отряд ромеев и армян вторгся в Ла- вику и осадил Археополь, но, узнав о появлении сарацин, отсту¬ пил. Часть их, числом до двухсот, отделившись, поднялась для грабежа в области Апсилии и жителей Кавказа. Когда сарацины захватили Лазику, отряд ромеев и армян, обратившись в бегство, вернулся в Фасису, а те двести, отчаявшись, остались разбойни¬ чать в Кавказских горах. Аланы, узнав об этом, решили, что на Кавказе находится большое войско ромеев, и с радостью сооб¬ щили спафарию: «Ромеи подошли, ступай к ним». Спафарий, взяв пятьдесят аланов и преодолев на снегоступах в месяце мае снега Кавказа, нашел их и, прийдя в большую ра¬ дость, спросил: «Где войско?» Они сообщили: «Когда вторглись сарацины, они повернули на Романию, а мы, не имея возможности отправиться в Романию, направлялись в Аланию». И он обратился к ним: «Что будем делать теперь?» Они сказали: «Через эту страну нам пройти невозможно». Спафарий сказал: «Невозможно пройти и другим путем». А была там крепость, называемая Сидирон, начальником ко¬ торой был некто Фарасманий, подчинявшийся в это время сара¬ цинам, [но] и с армянами находившийся в мире. И вот спафарий обратился к нему через посланцев: «Поскольку ты находишься в мире с армянами, заключи мир и со мной: подчинись империи и дай нам возможность добраться до моря и переправиться в Тра- пезунт». Когда же тот отказался так поступить, спафарий послал часть своих людей и армян, приказав им устроить засаду: «И когда из крепости выйдут на работы, захватите сколько сможете из них и удержите подступы к воротам, пока и мы не подоспеем». Они, отправившись и устроив засаду, внезапно напали на вышедших на работы, перекрыли ворота и многих захватили в плен; при Фарасмании в крепости остались лишь немногие. Явился и спа¬ фарий. Так. как Фарасманий при переговорах не пожелал с ми¬ ром открыть ворота, он, хоть и не хотел, но начал войну. Поскольку крепость была хорошо укреплена, он не мог ее взять. 6* 83
Марин, первый у апсилов, узнал об осаде крепости и был охва¬ чен страхом, решив, что со спафарием большое войско. Взяв с со¬ бой триста человек, он явился к спафарию и сказал: «Я проведу тебя невредимым к побережью». А Фарасманий, видя, что осаж¬ ден, обратился к спафарию: «Возьми сына моего в заложники: я согласен служить империи». А тот, взяв его сына, говорит Фа- расманию: «Как же ты называешь себя рабом империи, если гово¬ ришь о нами запершись? Нам нельзя уходить, не завладев кре¬ постью». Тогда говорит Фарасманий: «Дай мне слово». Спафарий дал ему слово не причинять никакого вреда и лишь с тридцатью воинами войти в крепость. Однако, не сдержав этого обещания, он приказал тридцати своим спутникам: «Когда будем входить* захватите ворота, и пусть в них войдут все». И когда это произо¬ шло, он приказал поджечь крепость. Вспыхнул большой пожар* и население вышло, захватив имущество, какое только могло унести. Проведя [здесь] еще три дня, он разрушил стены до основа¬ ния и отправился в Апсилию в сопровождении Марина, первого у апсилов, и был принят со многими почестями. И отправившись оттуда к побережью, переправился на противоположный берег и явился к Юстиниану. После устранения Юстиниана и ослепле¬ ния Филиппика правит Артемий и назначает его стратигом восточ¬ ных войск. А в царствование Феодосия, когда и Артемий был изгнан, и го¬ сударство ромеев было потрясено нашествием варваров и нече¬ стивыми казнями при Юстиниане, и святотатствами Филиппика* этот названный Лев продолжал сражаться за Артемия, враждуя с Феодосием». С воцарения Льва III (717—741) Феофан приступает к рассказу о том периоде византийской истории, который представлял для него, противника иконоборческой ереси императора Льва V* злободневный интерес. В «кавказском» эпизоде охарактеризованы черты личности императора — спасителя Константинополя от арабского нашествия, поборника ереси, смелого, осмотрительного* коварного и жестокого полководца. Политические цели миссии Льва либо не интересуют хрониста* либо неизвестны ему. Феофан не сообщает, в чем заключались «прегрешения» авасгов, когда состоялась и сколько длилась по¬ ездка. Ясно лишь, что этот эпизод имел место во второе царство¬ вание Юстиниана II (705—711) и завершился до свержения послед¬ него 9. Пребывание Льва на Кавказе должно было длиться не менее года. По-видимому, второе вторжение аланов в Авасгию прои¬ зошло летом или ранней осенью года, предшествовавшего году ухода Льва из Алании, так как между вторым вторжением аланов 9 Ср. иные толкования: «Летопись византийца Феофана», стр. 289; Ф. И. Успенский. История Византийской империи, т. II, 1-я половина» Л., 1927, стр. 5; К. Schenk. Kaiser Leon III. Halle, 1880, S. 12; Ю. A. Ky- лаковский. Указ, соч., стр. 51. 84
в Авасгию и уходом Льва из Алании в мае месяце состоялись переговоры Юстиниана с авасгами, авасгов с аланами; кроме того, некоторое время Лев провел в бездеятельном ожидании. С другой стороны, из рассказа Феофана следует, что Юстиниан узнал об обоих вторжениях одновременно и, значит, их отделял друг от друга небольшой промежуток времени. Нет оснований утверждать, что Лев провел на Кавказе «многие годы» 10. По Феофану, Юстиниан, посылая спафария на Кавказ, пре¬ следовал одну цель — погубить его, что подчеркнуто сообщением об изъятии денег, выданных Льву для подкупа аланов. Как были связаны между собой поездка Льва и указанное хронистом завое¬ вание Авасгии арабами — неясно. Изгнание арабов принято счи¬ тать целью миссии Льва 11. Но такое толкование рассказа Фео¬ фана — так же, как и достоверность его сообщения о захвате Авасгии арабами — вызывает сомнения. Авасгия, отчасти благодаря своему географическому положе¬ нию, нередко оставалась не затронутой завоеваниями, которым под¬ вергались Иверия и Лазика. Так было, например, на протяжении почти всей эпохи персидского господства в Закавказье: Авасгия была независима от персов и находилась в союзнических отноше¬ ниях с Византией. Свидетельства о попытках захвата Авасгии со стороны арабов в описанный в эпизоде или предшествующий период отсутствуют. В повествовании Феофана нет утверждения о присутствии арабов в Авасгии. Скорее, речь может идти о каких- нибудь недружественных действиях, допущенных авасгами в виду ослабления византийского влияния в Закавказье. Во всяком случае, можно утверждать, что аланы в Авасгии не столкнулись с самими арабами. Иначе им пришлось бы сыграть здесь роль, на которую они не могли претендовать в ту эпоху. В VII—VIII вв. Алания уже не обладала таким же военным могу¬ ществом, что в V—VI вв.12 Возникновение и рост Хазарского ка¬ ганата должны были существенно ослабить ее 13. О каких-нибудь крупных военных предприятиях аланов (или овсов) в это время не сообщают ни византийские, ни армянские, ни грузинские источ¬ ники. Усиление Хазарского каганата особенно сказалось на во¬ сточных аланах: часть их попала в зависимость от хазар 14. Аланы, о которых идет речь в нашем фрагменте, сохраняют независимость и определенные военные силы. Но примечательно, что они не в состоянии вывести спафария к морю и, следовательно, заметно углубиться в Авасгию. Видимо, их набеги сосредоточи¬ вались на пограничных районах. О том, что отношения между 10 К. Schenk. Kaiser Leon III, S. 11. 11 См. напр., 3. В. Анчабадзе, Г. Д. Боцвадзе, Г. Д. Тогошвили, М. Н. Цин- цадзе. Очерки истории горских народов Кавказа. Тбилиси, 1969, стр. 52 (на груз. яз.). 12 Ср. В. А. Кузнецов. Аланские племена Северного Кавказа. М., 1962, стр. 128. 13 Ю. А. Кулаковский. Указ, соч., стр. 49. 14 3. В. Анчабадзе и др. Указ, соч., стр. 52. 85
аланами и авасгами, вопреки утверждению авасгского правителя, были мирными не всегда, свидетельствует и существование Соб- гийской крепости на «Осетинском перевале», о которой сообщает грузинский историк Джуаншер в рассказе о событиях 737—738 гг. в Авасгии 15. Но и слова авасгского правителя о старинной дружбе Алании и Авасгии, и оживленное движение купцов на дороге между ними примечательны для характеристики положения дел в этом районе. Купцы, о которых упоминает Феофан, не были, по-видимому, ни аланами, ни авасгами, так как в период между первым и вторым нападениями аланов только иноземцы могли бы проходить здесь беспрепятственно. Ничего не сообщая о других соседях аланов, Хронография дает тем не менее возможность локализовать самих аланов в вер¬ ховьях р. Кубань 16. Алания не имела выхода к морю и именно здесь могла соседствовать через горы с Авасгией. Здесь же отме¬ чает аланов анонимная латинская Космография 17. Западными соседями их она называет несколько племен, в их числе изихов. «Армянская география» нового списка (VII в.) на западе Север¬ ного Кавказа помещает племена агванов и дигоров и знает во¬ сточных аланов 18. Степи Предкавказья от Каспийского моря до Черного были заняты хазарами. О тогдашних взаимоотноше¬ ниях западных аланских племен с хазарами мы сведений не имеем. Дружественные связи аланов с Византией, по-видимому, не прерывались, о чем свидетельствует и успех посольства Льва. Этому успеху в немалой степени должна была способствовать и общественная среда «военной демократии» 19. Имя вождя аланов Итакси Й. Маркварт 20 считал свидетель¬ ством проникновения на Северный Кавказ персидского титула «питиахш» (наместник), соотнося его с греческой и латинской формами титула pt/td^T], vitaxa. Ю. С. Гаглойти, в свою очередь, сближает это имя в форме ЧтаС^ или ’IxaQi с осетинским кор¬ нем idaez в значении «вдовства» 21. По-видимому, ни в том, ни в другом случае не учитывались показания более ранних списков латинской версии Хронографии, которые особенно важны при установлении возможной перво¬ начальной формы чужеземного имени. В них это имя сохранено в форме Hictaxi (или Hoctaxi). Возможно, и в древних греческих списках оно было несколько иным. 16 «Картлис цховреба», т. I. Тбилиси, 1955, стр. 235 (на груз. яз.). 16 В. А. Кузнецов. Указ, соч., стр. 72. 17 Ravennatis anonymi Cosmographia, ed. M. Pinder et G. Parthey. Berolini, 1890, p. 170. 18 К. Патканов. Из нового списка географии, приписываемой Моисею Хо- ренскому. — ЖМНП, 1883, март, стр. 30; о вероятном составе западных аланских племен см. В. А. Кузнецов. Указ, соч., стр. 72. 19 3. В. Анчабадзе и др. Указ, соч., стр. 47—49; Я. С. Смирнова. Военная демократия в Нартском эпосе. — СЭ, 1959, № 6, стр. 60—68. 20 /. Marquart. Osteuropaische und ostasiatische Streifziige. Leipzig, 1903, S. 168. 21 Ю. С. Гаглойти. Аланы и вопросы этногенеза осетин. Тбилиси, 1966, стр. 146.
НОВЫЕ ДАННЫЕ ТАКТИКОНА ИКОНОМИДИСА О СЕВЕРНОМ ПРИЧЕРНОМОРЬЕ И РУССКО-ВИЗАНТИЙСКИХ. ОТНОШЕНИЯХ М. В. Бибиков Недавно Н. Икономидис впервые издал по хранящейся в Эс- куриальской библиотеке в Мадриде греческой рукописи XI в. Escor. R-II-11 тактикой 4, отличающийся от известных уже памят¬ ников подобного рода более раннего времени 2. Эскуриальский тактикой датируется издателем временем царствования Иоанна Цимисхия, т. е. 971—976 гг. (или началом правления Василия II — 979 г.) 3. Этот источник сообщает некоторые новые сведения о фемном устройстве во второй половине X в., а также позволяет, при известном допущении, конкретизировать взаимоотношения Византии с Русью и выходцами из русских земель в последней четверти X в. Вторая половина X в. отмечена изменениями в византийской фемной организации. С одной стороны, наблюдается укрупнение административных областей: несколько старых фем могли объе¬ диняться под властью дук или катепанов, становящихся в это время наместниками крупных пограничных территориальных единиц 4. С другой стороны, намечается дробление провинциаль¬ ных округов, образование множества мелких пограничных фем. Соответственно значение власти стратига — наместника фемы, назначаемого императором и обладавшего в пределах подчинен¬ ной ему провинции всей полнотой военной и гражданской власти — уменьшается; стратиг превращается в начальника гарнизона кре¬ пости или в управляющего небольшой области 5. С 40-х—50-х го¬ дов X в. в Византии уже складывается целая система погранич- 1 N. Oikonomides. Les listes de preseance byzantines des IXе et Xе siecles. Pa¬ ris, 1972. Об Эскуриальской рукописи см.: N. Oikonomidbs. Op. cit., p. 256; P. A. Revilla. Catalogo de los codices Griegos de la biblioteca de el Escorial, I. Madrid, 1936, p. 117—XII в.; N. Svoronos. La Synopsis Major des Basili- ques et ses appendices. Paris, 1964, p. 8—XI/XII в. 2 Тактикой Успенского 842—843 гг. (см. N. Oikonomides. Op. cit., p. 41—63), Клиторологий Филофея 899 г. (ibid., р. 65—235) и Тактикой Бенешевича 934—944 гг. (ibid., р. 237—253). 3 N. Oikonomides. Op. cit., р. 258—261; ср. idem. Un taktikon inedit du Xе siecle. Cod. Scorial. gr. R—II—11. — «Actes du XIIе Congres International d’Etudes Byzantines», II. Beograd, 1964, p. 181. 4 H. Glykatzi-Ahrweiler. Recherches sur 1’administration de l’empire byzantin aux IXе—XIе siecles. Athenes—Paris, 1960 p. 46, 52'—64. 6 Ibid., p. 46—55; Г. Г. Литаврин. Болгария и Византия в XI—XII вв. М., 1960, стр. 264—279. 87
ных опорных пунктов, представляющих собой мелкие фемы во главе с командующими-стратигами. Эта реформа прежде всего получает распространение на восточной границе (особенно в Ар¬ мении и на Балканах) 6, а затем проникает и на запад империи 7. Указанные изменения в фемной организации нашли отраже¬ ние в Тактиконе Икономидиса: в новоизданном памятнике впер¬ вые упоминается масса небольших пограничных стратигий. Так, если обратиться к Северному Причерноморью, помимо хорошо известной по другим источникам фемы Херсона (N. Oikonomides. Les listes. . р. 267, 9), впервые в списке появляется стратиг 6 Воатгороо (р. 269, 17). Н. Икономидис показывает, что здесь имеется в виду Боспор Киммерийский 8. Известны две сохранив¬ шиеся печати стратигов Боспора 9. Э. Арвейлер, привлекшая сведения Эскуриальского тактикона еще до его издания 10 11, свя¬ зывала основание новой фемы с последствиями войны Иоанна Цимисхия со Святославом. Фема Боспора, по замечанию Н. Ико¬ номидиса, прекратила свое существование после взятия Херсона русскими в 989 г. и вновь была образована при Алексее I Ком¬ нине и. Видимо, с целью контроля Черного моря (в том числе, как отмечает Н. Икономидис, и против русских) была основана при¬ близительно в то же время, что и фема Боспора, фема Понта Эвксинского, локализуемая издателем Эскуриальского тактикона в районе Боспора Фракийского 12. Стратиг этой фемы — 6 E6£e£voo ffivxoo — также нигде, кроме рассматриваемого памятника, в источниках не встречается (р. 267, 10). В Эскуриальском тактиконе впервые встречается и 6 етоареихр- ^т]д tcov TisCffiv (р. 271, 25). Вообще, как отмечается в коммента¬ рии, этериарх не всегда указывается в тактиконах 13. Известная к концу IX в. так называемая «третья этерия» (после «большой» и «средней») включала в состав и хазар 14. Рассматриваемый источ¬ ник, таким образом, указывает еще один вид этого подразделе¬ ния — этерию пехотинцев. Н. Икономидис высказывает предполо¬ 6 N. Oikonomides. Les listes. . ., р. 346. 7 V. von Falkenhausen. Untersuchungen iiber die byzantinische Herrschaft in Suditalien vom 9. bis ins 11. Jh. Wiesbaden, 1967, S. 109—111. 8 N. Oikonomides. Les listes. p. 363. 9 G. Schlumberger. Melanges d’Archeologie byzantine. Paris, 1885, p. 206— 207; Б. А. Панченко. Каталог моливдовулов коллекции Русского архео¬ логического института в Константинополе. — ИРАИК, 9, 1904 (вып. 3), стр. 349, № 144. 10 Н. Ahrweiler. Les relations entre les byzantins et les russes. — BIC, 5, 1971, p. 69. 11 Г. Г. Литаврин. Неизвестное свидетельство о Боспоре Киммерийском во время Алексея I Комнина. — «VII Всесоюзная конференция византини¬ стов». Тбилиси, 1965, стр. 20—23; G. Litavrin. A propos de Tmutorokan. — Byz., 35, 1965, p. 221 sq. 12 N. Oikonomides. Les listes. . ., p. 358. 13 Ibid., p. 35.
жение, что здесь могут иметься в виду русские, поскольку они служили в византийской армии как раз в пехоте 15. К тому же Генесий под 856 г. упоминает пехотинцев tooq ex TaopixTjg хойТ kaipei'av Ихбйад16 — «этерию скифов из Таврики». Правда, Э. Арвейлер понимает под тавроскифами Генесия хазар 17, а П. Карлин-Хейтер считает, что данное место из Генесия является интерполяцией XI в.18, поскольку в других источниках X в., не связанных с традицией, общей у продолжателя Феофана, Гене¬ сия и др., не указывается этническая принадлежность пехотин¬ цев Феоктиста (о которых и идет речь у Генесия под 856 г.). Так или иначе, зная о частом привлечении в Византии инозем¬ цев к службе в дворцовой страже и располагая точными данными о русских пехотинцах в составе византийских войск в 50-х —80-х годах X в., можно с достаточной степенью вероятности предполо¬ жить, что в этерии пехотинцев, указанной в Эскуриальском такти- коне 70-х годов X в., находились и наемные выходцы с территории Руси. 15 Ibid., р. 328, п. 238. 16 Genesios, 89. 17 Н. Ahrweiler. Op. cit., р. 45. 18 Р. Karlin-Hayter. Les tauroscythes de Genesios. — Byz., 40, 1971, p. 236— 237.
СВЕДЕНИЯ ИБН ХАУКАЛЯ О ПОХОДАХ РУСИ ВРЕМЕН СВЯТОСЛАВА Т. М. Калинина Абу-л-Касим Ибн Хаукаль ан-Нисиби жил в X в. Он был тор¬ говцем, путешественником и, возможно, политическим агентом, занимался богословием; он странствовал по Ближнему и Среднему Востоку в 40—70-х годах. Ибн Хаукаль оставил после себя гео¬ графический труд, в основу которого положил географическое сочинение своего старшего современника Исхака ал-Фариси ал-Истахри х. Оба сочинения были изданы голландским востоковедом де Гуе в серии «Библиотека арабских географов», начавшей выходить в свет с 1870 г. В 1939 г. в той же серии труд Ибн Хаукаля был издан еще раз, на основе наиболее полной и древней рукописи XI в., голландским арабистом И. Крамерсом. Отрывки из книги Ибн Хаукаля по рукописи, хранящейся в Готе, посвященные Во¬ сточной Европе, были переведены на русский язык и опубликованы А. Я. Гаркави в составе «Сказаний мусульманских писателей о славянах и русских» в 1870 г. Переводы на русский язык отдель¬ ных отрывков сочинения Ибн Хаукаля о русах, славянах, хаза¬ рах, булгарах можно найти в работах В. В. Бартольда, Б. Н. За- ходера, В. Ф. Минорского и других ученых 1 2. В целом труд Ибн Хаукаля посвящен описанию стран ислама. Сообщения его о других народах имеют более или менее отрывоч¬ ный характер. О русах Ибн Хаукаль дает сведения, общие с мате¬ риалами книги Истахри, а также включает в свое сочинение собран¬ ные им самим рассказы о современных ему событиях. Так, под 365 г. хиджры (ноябрь 968 г. — ноябрь 969 г.) Ибн Хаукаль помещает сведения о разрушении русами хазарских и булгарских городов на Волге и последующем уходе их в Византию и Андалузию. Это сообщение Ибн Хаукаля породило обширную 1 И. Ю. Крачковский. Избранные сочинения, т. 4. М.—Л., 1957, стр. 198— 205. 2 В. В. Бартольд. Сочинения, т. 2, ч. 1. М., 1967, стр. 848—851; Б. Н. За- ходер. Каспийский свод сведений о Восточной Европе, т. 1—2. М., 1962— 1967; В. Ф. Минорский. Куда ездили древние русы? — «Восточные источ¬ ники по истории народов Юго-Восточной и Центральной Европы», т. 1. М., 1964, стр. 26; А. П. Новосельцев. Восточные источники о восточных славя¬ нах и Руси VI—IX вв. — В кн. «Древнерусское государство и его между¬ народное значение». М., 1965, стр. 411—412. 90
литературу, так как оно не вполне совпадает с описаниями собы¬ тий тех же лет, находящимися в современных ему исторических сочинениях. Повесть временных лет, рассказывая о походе киев¬ ского князя Святослава на хазар под 965 г., сообщает о взятии только одного города, Белой Вежи, захвате земель ясов и касогов и не говорит о разгроме тех хазарских городов, какие упомянуты Ибн Хаукалем 3. Русская летопись и византийские источники 4 повествуют также о том, что в 968—969 гг. Святослав участвовал в войне Византии с Болгарией и, следовательно, не мог в то же са-- мое время воевать с хазарами. При сопоставлении источников возникает ряд вопросов, не раз обсуждавшихся исследователями древнерусских, византийских и восточных исторических сочинений: когда Святослав совершил поход на хазар? почему древнерусские источникшмолчат о разру¬ шении Волжской Булгарин? что подразумевается под сообщением Ибн Хаукаля о движении войск русов в Византию и Андалузию? Чтобы до некоторой степени разобраться в материалах, необ¬ ходимо привести перевод тех отрывков из сочинения Ибн Хаукаля, о которых шла речь. При этом нужно учесть, что перевод А. Я. Гар- кави в значительной мере устарел; сводного перевода фрагментов труда Ибн Хаукаля по данной теме, с учетом изданий де Гуе и Крамерса, пока нет. Ибн Хаукаль по изданию Крамерса: «В хазарской стороне есть город, называемый Самандар, он между (хазарской стороной) и Баб ал-Абвабом [т. е. Дербентом], были в нем многочисленные сады; говорят, что содержали (они) около 40 тысяч виноградников, а я спрашивал об (этом городе) в Джурджане в 58 году, вследствие близкого знакомства (с этим городом), и сказал [тот,кого я расспра¬ шивал]: «Там виноградник или сад [такой], что был милостыней для бедных, а если осталось там [что-нибудь], то только лист на стебле». Пришли на него русийи, и не осталось в городе ни вино¬ града, ни изюма. А населяли этот город мусульмане, группы приверженцев [других] религий и идолопоклонники, и ушли (они), а вследствие достоинства их земли и хорошего их дохода не прой¬ дет и трех лет, и станет, как было. И были в Самандаре мечети, церкви и синагоги, и совершили свой набег эти (русы) на всех, кто был на берегу Итиля из [числа] хазар, булгар и буртасов, и захватили их, и искал убежища народ Итиля на острове Баб- ал-Абваб и укрепился на нем, а часть их — на острове Сийах- Куих, живущие в страхе» 5 6. 3 ПВЛ, ч. I, стр. 47—49. 4 Leonis Diaconi Caloensis historiae libri decern e rec. C."B. Hasii. Bonnae, 1828, lib. V, cap. 1—12; Georgius Cedrenus Ioannis Scylitzae ope ab I. Bekkero suppletus et emendatus, t. II. Bonnae, 1839, p. 384; Joannis Zonarae epito- mae historiarum libri XIII—XVIII, ed. Th. Biittner-Wobst. Bonnae, 1897, p. 534—535. 6 BGA II2, p. 393. 91
Текст сочинения по изданию де Гуе несколько отличается от приведенного: « .. .Я спрашивал об этом в Джурджане в 358 г. вследствие близкого знакомства там с (этим городом), и сказал [тот, кого я спрашивал]: «Был там виноградник или сад милосты¬ ней бедняку, или был там творением Аллаха лист на стебле». Он имел в виду, что все это погибло с городом [вместе], а была боль¬ шая часть его виноградниками, а жили в нем мусульмане и дру¬ гие, и для них в (городе) — мечети, а для иудеев — синагоги, а для христиан — церкви, и пришли русы на все это и погубили все, что было творением Аллаха по реке Итиль из хазар, булгар и буртасов, и овладели ими. . .» 6. Истахри дает о Семендере следующие сведения: «У хазар есть город, называемый Самандар, [расположен] между (хазарами) и Баб ал-Абвабом, в нем многочисленные сады, говорят, что содер¬ жат около 4 тысяч виноградников, [тянущихся] до пределов Са- рира, [в садах] преимущественно — плоды винограда; а в Саман- даре народ — из мусульман, и у них в городе — мечети. . .» 7. На основе приведенного фрагмента из сочинения Иби Хаукаля по изданию де Гуе В. В. Бартольд делал заключение относительно хронологии событий по Ибн Хаукалю 8. Эта версия принята мно¬ гими советскими исследователями. По ней Ибн Хаукаль в 968/969 г. только получил информацию о нашествии русов; сам же набег произошел ранее — может быть, в 965 г., как указывает Повесть временных лет. А. Зеки Валиди (Тоган) считал подтверждением версии В. В. Бартольда фразу о возрождении Семендера спустя три года, переводя ее: «Не прошло и трех лет, и стало, как было» 9. Однако в таком случае становится неясен сам смысл фрагмента: ведь ра¬ нее есть утверждение о том, что в городе ничего не осталось от прежнего изобилия. Кроме того, это сообщение нельзя приписать информатору Ибн Хаукаля, поскольку до этого Ибн Хаукаль повторяет Истахри, рассказывая о религиях жителей Семендера. Текст издания де Гуе также подтверждает это: там Ибн Хаукалю приходится пояснить, что подразумевается под предыдущей го¬ рестной фразой его собеседника. Следовательно, слова о нормали¬ зации жизни города — это замечание самого Ибн Хаукаля, и оно никак не может быть решающим для определения хронологии. Грамматически более верным кажется перевод этой фразы в на¬ стояще-будущем времени. Кстати, так же прочтено указанное предложение в книге Д. М. Данлопа 10. Понимание текста таким образом, а также неоднократное упоминание Ибн Хаукалем 358 г. 6 BGA Нх, р. 282. 7 BGA I, р. 222. 8 В. В. Бартольд. Указ, соч., стр. 849, 852, прим. 65; см. также стр. 689. 9 A. Zeki Validi (Togan). Ibn Fadlan’s Reisebericht. Leipzig, 1939, S. 319, Anm. 1. 10 D. M. Dunlop. The history of the Jewish Khazars. Princeton, 1954, p. 242. 92
как даты именно нападения русов позволяют не соглашаться с версией В. В. Бартольда. Продолжим перевод фрагментов. Ибн Хаукаль по изданию Крамерса: «Не оставил в наше время [ничего] этого ни у булгар, ни у буртасов, ни у хазар народ рус, кроме разбросанной неполной (ласти), рыскал за ней, <а целями и надеждами бежавших было остаться по соседству со своими областями >, и дошло до меня, что большинство из них вернулось в Итиль и Хазаран во [времена] могущественного Мухаммада Ибн Ахмада ал-Азди, владетеля Ширваншаха, и (оказал он) им поддержку своими мужами и своими людьми, и они, надеясь, просили, чтобы с ними заключили договор, и они были бы покорны им (русам) за то, что (русы) оказали ему (ширваншаху) благодея¬ ние для них (беженцев)» п. Ибн Хаукаль по изданию де Гуе: «Не существует в наше время [ничего] этого ни у булгар, ни у буртасов, ни у хазар, кроме остатка, а именно: русы пришли на всех их и захватили всю их страну, и стала [страна] их, а кто выскользнул из их рук, [те] рас¬ сеяны в тех [областях], которые покорились им, предпочитая жить по соседству со своей страной и надеясь, что [русы] заключат с ними (беженцами) договор, и они бы вернулись, покорные им (русам)» 11 12. На основе данного фрагмента по изданию де Гуе В. В. Бар¬ тольд делал вывод, что разрушение городов произошло задолго до возвращения их жителей, о чем в то же время узнал и Ибн Хау¬ каль 13. Однако текст издания Крамерса показывает, что Ибн Хау¬ каль узнал о возвращении беженцев много позже, чем это случи¬ лось на самом деле. Он называет владетелем Ширвана лицо, пра¬ вившее в 981—991 гг.14 *, т. е. во время окончания Ибн Хаукалем своего сочинения. Кроме того, трудно предположить, что русы собирались обосновываться в этих поволжских городах надолго, иначе они не стали бы подвергать богатые торговые центры столь сокрушительному разорению. Текст Ибн Хаукаля повествует лишь о надеждах, возлагавшихся беженцами на русов и ширваншаха. О реальных политических действиях, обращенных к каким-либо русским властям, ничего не известно. Прямых свидетельств о долгом пребывании войск русов в 965 г. в Хазарии также нет: по Повести временных лет, Святослав в том же 965 г. воевал в землях ясов и касогов, а в 966 г. уже был у вятичей. Таким образом, источники свидетельствуют о двух появлениях русов в Хазарии: в 965 и 968 или 969 гг. 11 BGA Иа, р. 397—398. 12 BGA Пх, р. 286. 13 В. В. Бартольд. Указ, соч., стр. 849—850, 852, прим. 65. 14 В. Ф. Минорский. История Ширвана и Дербенда. М., 1963, стр. 88—89; V. F. Minorsky. The Caucasian vassals of Marzuban in 344/955. — BSOAS, vol. 15 (3), 1953, p. 514—529. 93
От арабских историков Ибн Мискавейха (X—XI вв.) и его продолжателя Ибн ал-Асира (XII—XIII вв.) дошли сведения о том, что в 965 г. на Хазарию нападали тюрки: «И пришло известно о том, что тюрки напали на страну хазар, и (они) просили помощи у людей Хорезма, а те воздержались от помощи им и сказали: «Вы иудеи, а если вы (хотите), чтобы мы помогли вам, то примите ислам». И те приняли ислам, кроме царя их» 15. Возможно, что именно с этим известием перекликается замечание географа конца X в. Мухаммеда Ибн Ахмеда ал-Мукаддаси о том, что теперь, т. е. в 80-х годах X в., хазары уже не иудеи: они стали мусульма¬ нами после того, как однажды «ушли на побережье» 16. Можно предположить, что речь идет о набеге русов на Белую Вежу в 965 г. Наименование русов тюрками встречается в более поздних арабских источниках. Вероятно также, что вместе с ру- сами Святослава в военных действиях 965 г. участвовали тюркские отряды — печенеги или гузы 17. Разгром войска Хазарин и обращение в Хорезм, а вернее* к местной хорезмийской гвардии 18 за помощью означали упадок центральной хазарской власти. Видимо, после оказания этой по¬ мощи, т. е. после 965 г., в Хазарии наступила полоса некоторой политической стабилизации за счет усиления мусульманской знати. Паническое бегство жителей в 968/969 г., о котором говорит Ибн Хаукаль, было вызвано окончанием этого мирного периода после разгрома, учиненного русами. Какие же города были захвачены русами в 968/969 г.? Источ¬ ники сообщают следующее. Ибн Хаукаль по изданию Крамерса: «Большая и лучшая [часть1 мехов бобра находится в стране русов и спускается [по рекам] к ним и к их стороне со стороны Йаджудж и Маджудж, и поднимается к Булгару, и не прекращалось так до года 358, ибо русы разрушили Булгар и Хазаран. . .» 19. Истахри: «Внешний Булгар — город небольшой, нет в нем многочисленных округов, а известность его происходит вследствие того, что он — порт для (упомянутых выше) государств, а русы — народ в стороне Булгара, между ним и славянами. . .» 20. Ибн Хаукаль по изданию де Гуе: «Булгар — город небольшой, нет в нем многочисленных округов, и был известен тем, что был портом для (упомянутых выше) государств, и опустошили его 16 «The eclipse of the Abbasid caliphate of the 4th Islamic century; The conclu¬ ding portion of the Experiences of the Nations by Miskawaihi. . .» Arabic text ed. by H. F. Amedroz, t. II. Oxford, 1920, p. 209; Ibn-el-Athiri Chro- nicon quod perfectissimum inscribitur, ed. C. J. Tornbergo, t. 8. Uppsaliae et Lugduni Batavorum, 1858, p. 418. 16 BGA III, p. 361. 17 С. П. Толстов. По следам древнехорезмийской цивилизации. М.—Л., 1948, стр. 252; М. И. Артамонов. История хазар. М., 1962, стр. 431. 18 М. И. Артамонов. Указ, соч., стр. 246, 406; Б. Н. Заходер. Указ, соч., т. 1, стр. 156. 19 BGA П2, р. 392. С изданием де Гуе в основном совпадает. 20 BGA I, р. 10. 94
русы, и Хазаран, и Итиль, и Самандар в году 358 и отправились тотчас же после к стране Рум и Андалус, а русы — народ в сто¬ роне булгар, между ними и славянами. . .» 21. Ибн Хаукаль по изданию Крамерса: «Булгар — город не¬ большой. . .22 и опустошили его русы и пришли на Хазаран, Самандар и Итиль в году 358 и отправились тотчас же после к стране Рум и Андалус и разделились на две группы, а русы — народ варваров, живущий в стороне булгар, между ними и сла¬ вянами по реке Итиль» 23. Истахри: «Эти русы торгуют с хазарами и торгуют с Румом и великими булгарами, и они (булгары) граничат с севера с Румом, и они многочисленны, и сила их дошла до того, что они наложили дань на те области Рума, которые примыкают к их стране, а внут¬ ренние булгары — они христиане. . .» 24. Ряд исследователей переводил этот фрагмент из сочинения Истахри, подразумевая русов, а не булгар, находящихся по со¬ седству с Византией и борющихся с ней. Действительно, текст допускает возможность и такого понимания. Однако в труде гео¬ графа начала X в. Ибн Русте и анонимном персидском сочинении конца X в. «Границы мира» встречаются отрывки, весьма напоми¬ нающие указанный фрагмент из Истахри и имеющие общий с ним первоисточник 25. Правильность такого понимания текста подтверждает и изме¬ нение его Ибн Хаукалем: «. . .И не прекращают русы торговать с хазарами и с Румом, а великие булгары сопредельны с Румом на севере, и они многочисленны и раньше избивали того, кому были поручены из страны Рум подати и налоги, а внутренние бул¬ гары — христиане и мусульмане, и не оставил в наше время [ничего] этого ни у булгар, ни у буртасов, ни у хазар народ рус. . .» 26 * 28. Строго следуя за текстом Истахри и дополняя его, Ибн Хаукаль выделяет Великую Булгарию, как это делает и Истахри. Но сам Ибн Хаукаль подразумевает здесь под Великой Булгарией булгар волжских, поскольку не только не поясняет текста Истахри, но и вставляет далее свое повествование о набеге русов на поволжские города, не проводя различия между великими и внутренними булгарами. Сравнение фрагментов приводит к следующему заключению. Истахри, рассказывая о соседящих и борющихся с Византией ве¬ ликих болгарах и о христианах — внутренних болгарах, имеет 21 BGA Hi, Р- 14. 22 Дальше — так же, как у де Гуе. 23 BGA П2, р. 15. 24 BGA I, р. 226. 25 Т. М. Калинина. Волжская Булгария и Дунайская Болгария в трудах ср едневековых арабо-персидских географов. — В кн. «Проблемы соци- ал ьно-экономической и политической истории СССР». Тезисы докладов (ротапринт). М., 1975, стр. 156. 28 BGA П2, р. 397. С изданием де Гуе в основном совпадает. 95
в виду Дунайскую Болгарию. От нее Истахри отличает булгар- мусульман, имеющих торговые города Внешний Булгар и Сувар на реке Итиль 27. Если информация о волжских булгарах в труде Истахри носит вполне реальный характер, то сведения о Дунай¬ ской Болгарии — явно книжного происхождения, не вполне ясные самому Истахри. Ибн Хаукаль имеет еще и дополнительные сведения о волжских булгарах и переносит на этих последних и все данные Истахри о дунайских болгарах. Исходя из этого положения, следует присоединиться к мнениям И. Маркварта и В. В. Бартольда о том, что Волжская Булгария не была затронута русскими войсками в 358 г. х.28 Ибн Хаукаль был хорошо осведомлен о разорении хазарских городов русами в этом году и, видимо, слышал о войне русов в Болгарии. Но по¬ скольку он знал лишь Волжскую Булгарию как соседку русов и хазар, то приписал Балканскую войну Святослава тому разгрому хазарских городов, с которым он непосредственно столкнулся. О том, что Волжская Булгария не была затронута войсками русов, говорит как дальнейшее ее процветание, так и общее со¬ стояние русско-булгарских отношений к этому времени. Булгар на Волге был важнейшим торговым центром для русских купцов. Если Хазария, торговые города которой также постоянно посеща¬ лись русскими купцами, ко времени Святослава практически по¬ стоянно находилась в состоянии войны с Русью и разгром ее был подготовлен всей прежней политикой древнерусских князей, то о враждебных действиях по отношению к Волжской Булгарин до 80-х годов X в. сведений нет. С первой четверти X в. началось усиление Биляра как торгового и политического центра Волжской Булгарин 27 28 29. Такое же процветание предполагается для Сувара, другого крупного центра Волжской Булгарин30. С усилением значения Биляра постепенно приходит в упадок, но тем не менее продолжает существовать Внешний Булгар, на протяжении X и XI вв.31 Предположения же о разрушении города, как правило, 27 В. Н. Заходер. Указ, соч., т. 2, стр. 37—38. 28 J. Marquart. Osteuropaische und ostasiatische Streifzuge. Leipzig, 1903, S. 474—475; В. В. Бартольд. Указ, соч., стр. 850—851, 852, прим. 65. 29 А. X. Халиков. О столице домонгольской Булгарин. — СА, 1973, № 3, стр. 92. 30 А. П. Смирнов. Сувар. — Труды ГИМ, т. 16, 1941, стр. 133—170; он же. Волжские булгары. М., 1951, стр. 230—263; С. А. Янина. Новые данные о монетном чекане Волжской Болгарии X в. — МИА, № 111,1962, стр. 191. 31 А. П. Смирнов. Основные этапы истории города Болгара. — МИА, № 42, 1954, стр. 313—314; он же. О столице государства Волжских булгар. — СА, 1972, № 1, стр. 99—100; он же. Новые данные об исторической и со¬ циальной топографии города Великие Болгары. — В кн. «Города По¬ волжья в средние века». М., 1974, стр. 5—7; А. X. Халиков. Указ, соч., стр. 92, 96—98; 3. А. Акчурина и др. Работы на городище Великие Бол¬ гары в 1967 г. — В кн. «Нижнее Поволжье в средние века». М., 1970, стр. 7—8. 96
гипотетичны 32, они не находят подтверждения. Археологические и нумизматические материалы не дают основания сделать вывод о внезапном разорении города 33. Внешний Булгар, если и теряет свое значение (что оспаривалось археологами) 34, то скорее всего вследствие постройки новой столицы в 20-х годах X в.35 Обостре¬ ние же отношений между Русью и Булгарией в 80-х годах X в. было вызвано усилением последней после разгрома Хазарии ру- сами в 60-х годах. До этого у русских князей не было причин для вражды с Булгарией. Итак, в 358 г. х., по Ибн Хаукалю, русскими войсками были разгромлены крупнейшие торговые города Хазарии в Нижнем Поволжье и Прикаспии. Чем же было вызвано нападение русов на эти районы? Как уже отмечалось, в это время Святослав участвовал в войне с Ду¬ найской Болгарией. На 968—969 гг., по Повести временных лет, падает пребывание Святослава на Руси, куда он возвратился, чтобы отбить печенегов, напавших на Киев 36. Пребывание Свято¬ слава в Киеве могло иметь место весной, летом и осенью 969 г.37 Из указанного Ибн Хаукалем 358 г. х. для набега наиболее под¬ ходящим является время весны, лета и осени того же 969 г.38 Именно в это время и произошел, очевидно, разгром хазарских городов. Связать это событие следует с нападением печенегов на Киев. Едва ли этот печенежский набеги был спровоцирован Ви¬ зантией. Ее хронисты весьма подробно описывают политику импе¬ раторов по отношению к соседним народам в событиях Балканской войны. Ни Лев Диакон, ни Кедрин, ни Зонара, однако, не дают подобных сведений о печенегах, а также не знают об отсутствии Святослава в Болгарии в 969 г. Толкнуть печенегов на Киев могли скорее мусульманские верхи Хазарии, осведомленные об отсутствии князя и не желаю¬ щие усиления Руси после взятия Белой Вежи. Эти враждебные Руси элементы, тесно связанные к тому же с мусульманскими силами Прикаспия и Хорезма, должны были беспокоить Свято¬ слава, занятого войной на Дунае. Чтобы обезопасить свои тылы, он послал часть войск в Хазарию. Удар по Хазарии усиливал Русь в Причерноморье и ослаблял здесь византийские позиции. 32 3. А. Акчурина и др. Указ, соч., стр.г8; А. X. Халиков. Указ, соч., стр. 96. 33 «Труды Куйбышевской археологической экспедиции». — МИА, № 42 (1954),' 61 (1958), 80 (1960), 111 (1962). ы А. П. Смирнов. О столице государства Волжских булгар. — СА, 1972, № 1, стр. 169. 35 А. Ю. Якубовский. К вопросу об исторической топографии Итиля и Бол¬ гар в IX—X вв. — СА, 1948, № 10, стр. 267—268; А. X. Халиков. Указ, соч., стр. 93—94. 36 ПВЛ, ч. 1, стр. 48. 37 П. О. Карышковский. О хронологии русско-византийской войны прй Святославе. — ВВ, т. V, 1952, стр. 138. 38 В. А. Мошин. Русь и Хазария при Святославе. — «Seminarium Konda- kovianum», vol. 6. Prague, 1933, стр. 195. 7 Древнейшие государства на территории СССР 97
Интересно хронологическое совпадение похода русов 969 г. с разорением земель Ширвана соединенными силами дербентцев й воинов «из отдаленных областей», главным образом из Сарира, во время междоусобных распрей эмира Дербента с ширваншахом Ахмедом Ибн Мухаммедом ал-Йазиди 39. Эта смута могла быть удачным поводом для посылки Святославом своих войск: можно было не опасаться помощи хазарам со стороны правителей Ширвана и Дербента. Вероятен и факт участия русов в борьбе: связи могли остаться еще с 40-х годов X в., когда русы сражались против дей- лемитов в Бердаа. Возможность посредничества ширваншаха, по Ибн Хаукалю и служба русов эмиру Дербента в дальнейшем 40 также могут служить подтверждением предположения. Нападением на хазарские города в промежутке между Балкан¬ скими войнами Святослава объясняется замечание Мухаммеда Ибн Ахмеда ал-Мукаддаси: «Затем я слышал, что войско из Рума, которое называют русами, напало на (хазар) и овладело их стра¬ ной» 41. Участниками похода русов, по всей вероятности, были не те войска, что участвовали непосредственно в Балканской войне Святослава. Еще в начале 60-х годов на византийской службе оставались русские наемники, отозванные, вероятно, Святославом с началом военных действий. Эти дружины, видимо, представляли собой мало зависящую от князя воинскую силу, с определенным числом норманнского элемента, а вследствие своей долгой службы в Византии — и провизантийски настроенную. Усилия этих дру¬ жин удобнее было направить не против Византии, а против Ха¬ зарин. Это проясняет и сообщение Ибн Хаукаля об отправлении двух групп русов, после хазарской^кампании, в Византию и Андалу¬ зию. Одна часть войска, очевидно, присоединилась к дружинам Святослава, а другая — к отрядам норманнов, направлявшихся в Андалузию. В тексте сочинения Ибн Хаукаля по изданию Крамерса встре¬ чаются три упоминания о походах русов в Андалузию. Первое — уже отмеченное замечание об отправлении в Византию и Андалу¬ зию. Второе — рассказ Ибн Хаукаля о печенегах: «Оторвалась часть тюрок от своей страны, и стали (они) [жить] между хазарами и Румом, называют их баджанакийа, и не было им места на земле в прежние времена, и вот <двинулись> они и завоевали (землю), и они — шип русийев и их сила, и они выходили раньше к Анда- лусу, затем — к Барза'а»42. Третье сообщение следующее. «Иногда заходят в некоторые обитаемые [области] Андалуса корабли русов, тюрки-баджанакийа и всякий народ из [числа] славян и булгар 39 В. Ф. Минорский. История Ширвана и Дербенда, стр. 51, 67—68. 40 Там же, стр. 68—69. 41 BGA III, р. 361. 42 BGA И2, р. 15. 98
и злобствуют в ее областях, а иногда уходят, потерпев неудачу» 43. К этой информации Ибн Хаукаля следует подходить с больнтой осторожностью. На сообщения арабских авторов о нашествиях тюрок в немалой степени повлияли данные византийских источни¬ ков о военных действиях венгров в Европе в конце IX—начале X в.44 Необходимо также учитывать, что арабы не имели четких представлений о разделении венгров и печенегов, во-первых, по¬ тому что они сменили друг друга в своем географическом рас¬ положении; и во-вторых, потому что оба народа были «тюрками», Особенно это касается Ибн Хаукаля, не имевшего представления о венграх в Западной Европе, но слышавшего о нападениях «тюрок». Кроме того, Ибн Хаукаль провел ряд лет в Испании, и в его сочинение, видимо, проникла западномусульманская традиция перенесения имени «маджусов» (огнепоклонников) на северные племена, куда, по его представлениям, входили и русы, и печенеги, и булгары, и славяне. Упоминание похода русов на Андалузию и на Бердаа может быть только отголоском каких-то книжных мате¬ риалов, в переплетении с данными о вполне реальных событиях. Ибн Хаукаль — единственный автор, повествующий о совместных выступлениях русов и печенегов против Андалузии. Итак, сведения Ибн Хаукаля о походах русов в Андалузию могут быть только откликами каких-то книжных представлений. Однако можно также полагать, что Ибн Хаукаль отразил и реаль¬ ные события и что часть русов после событий в Поволжье действи¬ тельно примкнула к войскам норманнов, появившихся в Андалу¬ зии в 971 г. Рассказ Ибн Хаукаля о союзе русов с печенегами, возможно, перекликается с Повестью временных лет, сообщающей о том, что Святослав заключил союз с печенегами после того, как они отошли от Киева. В. Ф. Минорский высказывал сомнение в достоверности утвер¬ ждения Ибн Хаукаля о союзнических отношениях печенегов и русов. Это сообщение Ибн Хаукаля, писал он, «нельзя согласовать с временами Святослава, который в 968 г. должен был бросить дунайский фронт, чтобы освободить Киев от печенегов» 45 46. Надо., однако, отметить, что от Ибн Хаукаля, имевшего довольно мало сведений о русах в целом, странно требовать полной осведомлен¬ ности в делах Балканских войн Святослава. Факта же борьбы Святослава с печенегами не знают, как уже было отмечено, и ви¬ зантийские историки. В своем рассуждении Рг Ф. Минорский 43 BGA Н2, р. 113. 44 В. М. Бейлис. Народы Восточной Европы в кратком описании Мутаххар$; ал-Макдиси. — «Восточные источники по истории народов Юго-Восточ¬ ной и Центральной Европы», т. 2. М., 1969, стр. 308; J. Marquart. Op, cit., S. 55—74; С. M. Macartney. The attack on Valandar. — BNgJb, Bd. 8/ 1931, S. 159-170. 46 В. Ф. Минорский. Куда ездили древние русы, стр. 26—27. < 7* 99
опирался на гипотезу В. В. Бартольда, по которой Ибн Хаукаль в 968/969 г. только узнал в Джурджане о разгроме Поволжья русами. В другой своей работе В. Ф. Минорский осторожнее подхо¬ дил к этому высказыванию В. В. Бартольда 46. Как было показано, предположение В. В. Бартольда не под¬ тверждается источником. Если же указанные события происхо¬ дили в 969 г., то после снятия печенежской осады с Киева Свято¬ слав восстановил мир с печенегами, и во втором походе Святослава печенеги уже принимали участие. Грамматическое исправление, предложенное В. Ф. Минорским, также весьма спорно. На основе кажущейся малой исторической вероятности сообщения Ибн Хаукаля В. Ф. Минорский предлагал исправить слово «союз, союзник» (мн. ч.) на «противоположный», путем добавления точки над буквой «£». Если первую часть фразы: «Печенеги — острие, шип русов», понять в том смысле, что пече¬ неги — враги русов, то это возможно. Но эту же фразу можно понять в прямом ее значении, т. е., что печенеги — острие, шип, сила русов. Тогда изменение второго слова делается не нужным, так как фраза выглядит совершенно логичной. Исходя из этих соображений, можно считать, что Ибн Хаукаль повествует о союзнических^отношениях Руси с печенегами. Таким образом, вся деятельность Святослава рисуется следую¬ щим образом. Начав в 964 г. свое княжение с объединения сла¬ вянских племен, Святослав повел политику, которая была начата его дедом, продолжена его отцом 'и матерью. Поскольку полити¬ ческие и торговые интересы Руси и Хазарии уже не раз сталкива¬ лись, Святослав продолжил политику борьбы с ней. В 965 г. он прошел, видимо, по Днепру, до границ с Хазарией, захватил Белую Вежу, разгромив войско хазарского кагана, и двинулся в земли ясов и касогов. Завоевав их, он вернулся в Киев, имея целью дальнейшее объединение славянских племен. В 967 г. Святослав начал борьбу на Дунае. В промежутке между Балкан¬ скими войнами он подверг разорению основные торговые города Хазарии, стремясь обезопасить свои тылы. В последней кампа¬ нии участвовали не те войска, что были в Византии, и сам Свято¬ слав также едва ли принимал участие в боях в Хазарии. Падение Хазарии произошло в результате двух походов русских войск — 965 и 969 гг. После войн 965 и 969 гг. на Нижнем Дону, вокруг Саркела (Белой Вежи) и на Таманском полуострове возникают русские поселения 46 47. Эти владения русов означали усиление Руси на важных торговых путях, ослабление византийского влияния в Причерноморье, а также участие Руси в политической жизни Поволжья, Прикаспия и Причерноморья, как то доказали после¬ дующие десятилетия. 46 В. Ф. Минорский. История Ширвана и Дербенда, стр. 152, прим. 122. 4? И. И. Ляпушкин. Славяно-русские поселения на Дону и Тамани по ар¬ хеологическим памятникам. — КСИИМК, 1940, вып. 6, стр. 89—92. *00
Деятельность Святослава развертывается, таким образом, т ареале областей нижнего Поволжья, Прикаспия, а также Дуная и Балкан и не затрагивает, как это было принято считать, об¬ ластей Волжской Булгарин. Историки, не являвшиеся востоковедами и опиравшиеся на пере¬ воды арабских источников, часто приводили цитаты из труда Ибн Хаукаля. Так, Б. Д. Греков пришел к выводу о том, что Святослав был очень дальновидным политиком с весьма широким размахом деятельности, раз в состав его завоеваний входили земли от Оки до Дуная и от Днепра до Волги 48. М. И. Артамонов предлагал для войск Святослава громадней¬ ший путь завоеваний: от Днепра по Оке в Волгу, вниз по Волге, Прикаспий, Подонье, Причерноморье, снова Днепр, а затем Балканы 49. A. П. Смирнов ссылался на рассказ Ибн Хаукаля о разруше¬ нии Булгара как на вероятный факт 50. Однако материалы экспе¬ диций, возглавлявшихся самим А. П. Смирновым, не дают, как уже указывалось, прямого подтверждения свидетельству Ибн Хаукаля. B. В. Бартольд, востоковед, высказывал сомнения в подлин¬ ности свидетельства Ибн Хаукаля в отношении Волжской Булга¬ рин. Он мотивировал свой вывод, во-первых, фактом дальнейшего расцвета Булгарин, во-вторых, неясностью представлений араб¬ ских географов о Болгариях 51. А. Ю. Якубовский возражал В. В. Бартольду, отмечая, что Волжская Булгария могла быстро оправиться от удара, нанесен¬ ного войсками русов, в силу земледельческого характера своего хозяйства 52. Последний тезис, однако, не может быть принят без¬ оговорочно 53. Вместе с тем А. Ю. Якубовский не дал ни текстоло¬ гического анализа сведения Ибн Хаукаля, ни какого-либо пря¬ мого доказательства того, что Волжская Булгария действительно была разгромлена. Следовательно, нисколько не умаляя значения деятельности Святослава как главы Древнерусского государства, настоящее исследование предлагает сузить рамки его политической деятель¬ ности до размеров, которые кажутся более реальными в условиях .60—70-х годов X в. 48 Б. Д. Греков. Киевская Русь. М., 1953, стр. 334—335, 459—460. 48 М. И. Артамонов. Саркел — Белая Вежа. — МИА, № 62, 1958, стр. 51; он же. История хазар, стр. 427, 428. 50 А. П. Смирнов. О столице государства Волжских булгар, стр. 100. 61 В. В. Бартольд. Указ, соч., стр. 851. 52 А. Ю. Якубовский. О русско-хазарских и русско-кавказских отношениях в IX—X вв. — АН СССР, серия истории и философии, 1946, т. 3, № 5, стр. 471. 53 С. А. Плетнева. От кочевий к городам. М., 1967 (МИА, № 142).
ИЗВЕСТИЯ О РУСИ В ХРОНИКЕ ТИТМАРА МЕРЗЕБУРГСКОГО М. Б. Свердлов Известия о Руси в Хронике Титмара Мерзебургского широко использовались русскими и советскими исследователями, по¬ скольку эти сообщения, записанные современником происходив¬ ших событий, содержали ценный материал для изучения русской истории конца X—начала XI в. Уже В. Н. Татищеву были из¬ вестны сведения Титмара о русском государстве по отрывкам, включенным в «Церковные анналы» Цезаря Барония, и по изда¬ нию Лейбница *. Особое внимание русских исследователей на Хро¬ нику мерзебургского епископа обратил А.-Л. Шлецер. Он под¬ черкнул, что этот труд содержит ценные данные о Руси и русско- польских отношениях, и привел в тексте некоторые из них 1 2. В сводке иностранных источников по русской истории И. Г. Буле отмечена Хроника Титмара со сведениями о хронисте и изданиях его сочинения 3. В работах русских и советских исследователей был изучен весь круг известий Титмара о Руси, которые отно¬ сятся к русской истории и ее международным связям. В этих ис¬ следованиях были рассмотрены сообщаемые автором сведения, определена степень их достоверности. Сообщаемые мерзебургским хронистом известия постоянно используются в литературе по истории Древнерусского государства 4. 1 В. Н. Татищев. История Российская, т. I. М.—Л., 1962, стр. 211, 228, 295; т. II. М.—Л., 1963, стр. 230, 233, 239 и др. 2 A.-L. Schlozer. Нестор. Russische Annalen, t. 3. Gottingen, 1805, S. 69—71. 3 /. G. Buhle. Versuch einer kritischen Literatur der russischen Geschichte, t. 1. Moskwa, 1810, S. 342—343. 4 H. M. Карамзин. История государства Российского, т. I. СПб., 1842, прим. 395, 452; т. II, стб. 1, 5—6, прим. 10; М. Погодин. О происхождении Руси. М., 1825, стр. 35—36; С. М. Соловьев. История России с древнейших времен, кн. I. М., 1959, стр. 204, 250, 322; И. Линниченко. Взаимные отношения Руси и Польши до половины XIV столетия, ч. 1. Киев, 1884 и др. В дореволюционной историографии существуют также специальные источниковедческие работы о Хронике Титмара: Ф. Я. Фортинский. Титмар Мерзебургский и его Хроника. СПб., 1872; П. Голубовский. Хро¬ ника Дитмара как источник для русской истории. — СКУ, кн. I, вып. 1, 1880, стр. 27—40. В советской историографии известия Титмара исполь¬ зовались прежде всего в исследованиях по политической истории Древне¬ русского государства. Последние по времени работы: В. В. Мавродин. Образование древнерусского государства. Л., 1945, стр. 354—355; В. Д. Королюк. Западные славяне и Киевская Русь в X—XI вв. М., 1964, стр. 207—268; В. П. Шушсьрин. Древнерусское государство в вападно- 102
Несмотря на достижения русской и советской историографии ® изучении сообщений Хроники Титмара о Руси, для имеющихся работ характерен один существенный недостаток. Анализируя Хронику как нарративный источник, исследователи не учитывали характер памятника, его историю. Не были учтены также резуль¬ таты источниковедческого анализа сочинения Титмара, хотя су¬ ществует большая литература по этому вопросу 5. Изучить появ¬ ление известий о Руси в процессе написания Хроники возможно •по превосходным публикациям оригинала — Дрезденской ру¬ кописи, написанной различными писцами под диктовку Титмара с добавлениями в тексте, между строк и на полях, сделанными самим хронистом 6. Такой подход к источнику может показать характер сведений о Русском государстве, уточнить некоторые наблюдения историков, сделанные на основе Хроники. Чтобы лучше понять характер и объем информации о Руси в Хронике Титмара Мерзебургского, следует остановиться на биографии хрониста и истории написания его труда 7. Титмар (975—1018) происходил из знатного саксонского рода вальбекских графов. По материнской линии он восходил к не ме¬ нее знатному саксонскому роду штаденских графов. Поскольку Титмар был третьим сыном в семье графа Зигфрида и был слаб здоровьем, то ему с детства была предназначена духовная карьера. Мальчика отдали в одну из лучших в Германии Магдебургскую и восточноевропейских средневековых памятниках. — В кн.: «Древне¬ русское государство и его международное значение». М., 1965, стр. 424— 425; В. Т. Пашуто. Внешняя политика Древней Руси. М., 1968, стр. 34— 37, 121—123; М. Б. Свердлов. Ввдомосы про Ктв у хротщ ТНмара Мер- зебурзького. — У1Ж, 1971, № 8, стр. 77—80; он же. Политические отно¬ шения Руси и Германии X—первой половины XI в. — В кн.: «Проблемы истории международных отношений». Л., 1972, стр. 291—293; он же. Известия немецких источников о русско-польских отношениях конца X—начала XII в. — В кн.: «Исследования по истории славянских и бал¬ канских народов. Эпоха средневековья». М., 1972, стр. 147—155; обзор известий о Руси в Хронике Титмара сделан М. А. Алпатовым (М. А. Ал¬ патов. Русская историческая мысль и Западная Европа XII—XVII вв. М., 1973, стр. 80—84). й Оригинал Хроники, история ее написания тщательно изучались Ф. Я. Фор- тинским, однако, когда исследователь обратился к известиям Титмара о Руси, у него получилась элементарная сводка сведений, не связанная с историей текста (Ф. Я. Фортинский. Указ, соч., стр. 196—199). Библиографию источниковедческих исследований Хроники см.: «Die Chronik des Bischofs Thietmar von Merseburg und ihre Korveier Uberar- beitung». SSRG NS, Bd. IX, 2. Aufl. Berlin, 1955, S. XLV—LV; Thietmar von Merseburg. Chronik. Neue ubertragen und erlautert v. W. Trillmich. — AQdGM, Bd. IX, o. J. (далее — Thietmar), S. XXX—XXXI. 3 «Die Dresdner Handschrift der Chronik des Bischofs Thietmar von Merse¬ burg», hrgb. v. L. Schmidt. Dresden, 1905; «Die Chronik des Bischofs Thiet¬ mar», Berlin, 1955. 2 Эти вопросы хорошо изучены в немецкой историографии. Итоги иссле¬ дований подведены Р. Хольцманом и В. Трильмихом: «Die Chronik des Bischofs Thietmar», S. XVI—XXXII; Thietmar, S. IX—XXVII. В русской историографии биография Титмара и его Хроника рассматривались •Ф. Я. Фортинским (указ, соч., стр. 27—158). 103
школу при монастыре св. Иоанна. Там он прошел курс школьного* образования и основательного религиозного воспитания. Доста¬ точно сказать, что в этой школе учились крупные католические миссионеры в Центральной и Восточной Европе Адальберт Праж¬ ский, канонизированный после смерти, и Бруно Кверфуртский, также объявленный святым (Бруно и отец Титмара были двою¬ родными братьями). Титмар в 1002 г. за крупное вознаграждение (позднее он сам себя осуждал за симонию) 8 стал аббатом родового вальбекского монастыря. Однако он стремился к еще более вы¬ сокому положению в церковной иерархии. Титмар сумел стать любимцем магдебургского архиепископа Тагино (1004—1012) и с его помощью приблизился к королю Генриху II. Это позволило ему в 1009 г. стать мерзебургским епископом. Происхождение и положение Титмара, близость его ко двору Генриха II и окруже¬ нию архиепископа Тагино позволили ему принять активное участие в церковных и политических делах прежде всего Саксонии, востор¬ женным патриотом которой он являлся. Он был активным сторон¬ ником короля (а с 1014 г. — императора) Генриха II, последнего* представителя Саксонской династии. Уже будучи епископом, Титмар в 1012 г. приступил к написа¬ нию Хроники. Ее содержание он определил как историю королей Саксонии и ее церкви 9. Саксония в X в. занимала в Германии особое положение. Ее феодалы начали активное наступление на западнославянские земли. Многие из них они захватили, что привело к столкновению с западнославянскими государствами и прежде всего с окрепшей во второй половине X в. Польшей. Для активизации военно-христианской экспансии в 968 г. были основаны Магдебургское архиепископство и Мерзебургское епи¬ скопство. Титмар писал Хронику как князь церкви, священник и поли¬ тик10. Поэтому одной из главных тем его сочинения было изложение событий, связанных с западнославянской политикой королей и императоров Саксонской династии. Этим же объясняется появле¬ ние на страницах его Хроники известий о Русском государстве. Следует отметить, что сведения о Руси в связи с сообщениями о восточной политике попали на страницы и других исторических сочинений, написанных в Саксонии в конце X—XI в., — Хиль- десхеймские и Кведлинбургские анналы, Анналы Ламперта Херс- фельдского, Саксонский анналист, Книга Бруно о Саксонской войне. Записи о Руси встречаются в разных частях Хроники Титмара и тесно связаны с содержанием и самим ходом создания сочине¬ ния. Сам хронист разделил свой труд на 8 книг. Первые четыре книги были посвящены событиям правления Генриха I, Оттона I, Оттона II и Оттона III, остальные — правлению Генриха IL 8 Thietmar, VI, 43. 8 Thietmar, I, Praefatio. 10 Trietmar, S. XXIII. 104
Для первых двух книг, повествуя о Генрихе I и Оттоне I, он ис¬ пользовал в качестве главного источника «Историю саксов» Виду- кинда, а также «Второе мученичество Килиана», «Житие Удаль- рика» Герхарда, «Житие Брунона» Руотгера и, возможно, «Житие Матильды». Для I—IV книг Титмар широко привлек сведения из Кведлинбургских анналов. Многочисленные точные даты хро¬ нист заимствовал из Магдебургского, Мерзебургского и Люнебург- ского некрологиев, а также собственных кратких записей. Титмар использовал Мерзебургские, Магдебургские и Вальбекские до¬ кументы п. Очень многие рассказы записаны им по собственным воспоминаниям, по данным официальных сообщений, по свиде¬ тельствам различных информаторов и на основе всевозможных слухов. Поскольку сохранился оригинал Хроники с многочисленными пометками Титмара, ход работы автора над сочинением восста¬ навливается достаточно полно 11 12. Титмар начал писать Хронику в 1012 г., вероятно, после 13 но¬ ября. В 1013 г. он написал первые три книги. Поскольку у него было мало материала, он оставил после первой книги 8 чистых страниц для добавлений. В том же 1013 г. к нему попал список Кведлинбургских анналов в редакции, доходящей до 998 г., и с дополнительными записями за 1012—1013 гг. На их основе он сделал добавления I, 19—26 и II, 34—42, а также более мелкие приписки на полях и между строк. Книги IV и V были написаны, вероятно, во второй половине 1013 г. (Курце относил их написа¬ ние к 1014 г.). При этом Кведлинбургские анналы использовались сразу при записи (IV, 8—30), хотя один лист, содержащий IV, 13—15, был подшит дополнительно, а окончание IV книги (главы 55—75) было добавлено в ходе дальнейшей работы над Хроникой. Написание VI книги Р. Хольцман относил к первой половине 1014 г. VII книга, излагающая события 1014—1018 гг., и особенно VIII книга о событиях 1018 г. были написаны с небольшим про¬ межутком между совершением событий и записью о них. В VIII книге материала для Хроники ему явно не хватало, и поэтому Титмар включил в повествование личные воспоминания и рас¬ сказы, далекие от хронографического изложения событий. 1 де¬ кабря 1018 г. хронист умер. Первое упоминание о Руси встречается в главе 22 II книги в связи с рассказом о назначении Адальберта Трирского первым магдебургским архиепископом (968 г.). Это событие в истории архиепископства было чрезвычайно важно для хрониста, и он по¬ 11 «Die Chronik des Bischofs Thietmar», S. XXX. 12 Мы приводим результаты исследования Р. Хольцмана («Die Chronik des Bischofs Thietmar», S. XXIX), принятые В. Трильмихом. Эти наблюде¬ ния в некоторых случаях отличаются от более спорных выводов Ф. Курце, принятых, впрочем, В. Ваттенбахом (F. Kurze. Abfassungszeit und Entste- hungsweise der Chronik Thietmars. — NA, Bd. 14, 1888, S. 81; W. Wat- tenbach. Deutschlands Geschichtsquellen im Mittelalter, Bd. I. Berlin, 1893, :S. 358—359). В дальнейшем учитываются обе эти точки зрения. 105
старался собрать о нем подробные сведения. Когда Титмар рабо¬ тал в 1013 г. над II книгой, ему не было известно продолжение Хроники Регинона, написанное самим Адальбертом Трирским да его назначения магдебургским архиепископом 13. В этом продол¬ жении, охватывающем 907—967 гг., Адальберт среди прочих со¬ бытий обстоятельно рассказал об организации Оттоном I хри¬ стианской миссии на Русь во главе с епископом. Этим удовлетво¬ рялась просьба послов русской княгини Елены-Ольги, которые «просили, чтобы их народу были назначены епископ и священ¬ ники» 14 *. Впрочем миссия потерпела неудачу, и Адальберт вер¬ нулся в Германию. Не были еще известны Титмару и памятники херсфельдской анналистической традиции, в которой было использовано продол¬ жение Хроники Регинона и рассказ Адальберта о его миссии на Руси. Поэтому мерзебургский епископ написал сначала в об¬ щих словах, что Оттон I «поставил в архиепископы прославлен¬ ного отца и во всех отношениях испытанного Адальберта Трир¬ ского, монаха, но посвященного в епископы Руссии». В юности Титмар принадлежал к клиру магдебургской церкви, и его све¬ дения могли отразить рассказы о том, что первый магдебургский архиепископ был назначен русским епископом. Сведения об этомг событии хронист едва ли мог заимствовать из учредительной гра¬ моты Магдебургского архиепископства, где сообщалось, что' Адальберт был «некогда назначен для проповеди ругам» 1б, но не было записано о его назначении епископом (видимо, допуск к этой грамоте был ограничен). Об этом же свидетельствует и ошибочная датировка назначения Адальберта архиепископом в 970 г. Данное событие произошло в 968 г. Показательно, что Титмар записал об Адальберте как о епископе «Руссии», а не «ру- гов», как указано самим Адальбертом и в учредительной грамоте. Эта форма географического названия отражает точное знание маг¬ дебургским клиром места, куда совершил миссию Адальберт. Когда Титмар во второй половине 1013 г. получил список Кведлинбургских анналов, он вернулся к ранее написанному тексту. Среди многочисленных добавлений на основе обстоятель¬ ного рассказа анналов о неудачной миссии Адальберта на Русь 1& 13 W. Giesebrecht. Geschichte. .der deutschen Kaiserzeit, Bd. I. Braunschweig* 1855, S. 740; J. Werra. Uber den Continuator Reginonis. Leipzig, 1883; W. Wattenbach. Op. cit., S. 367—369; M. Manitius. Geschichte der lateini- schen Literatur des Mittelalters, T. I. Miinchen, 1911, S. 701. 14 Reginonis abbatis Prumiensis Chronicon cum continuatione treverensi. Recognovit F. Kurze. — SSRG, Hannoverae, 1890, p. 170, 172. О содер’- жании и характере этого сообщения см.: М. В. Свердлов. Политические отношения Руси и Германии, стр. 283—286. 16 MGH DD, I, 1879—1884, р. 502—503. См. также папскую грамоту: «Urkun- denbuch des Halberstadt und seiner Bischofe», hrgb. von G. Schmidt, T. 1. Leipzig, 1883, N 40. 16 «Annales Quedlinburgenses», ed. G. H. Pertz. — MGH SS. Hannoverae* 1839, p. 60. 106
хронист сделал приписки и к сообщению о магдебургском архи¬ епископе. Над строкой он приписал «прежде» (prius), что указы¬ вало на большой хронологический разрыв между датой поставле- ния Адальберта в русские епископы (в Кведлинбургских анналах это событие помещено под 960 г.) и временем его поставления в архиепископы. Титмар узнал также и о неудачном исходе мис¬ сии — «и изгнанный оттуда варварами» (et hinc a gentilibus expul- sum) 17. Показательно, что хронист об этом раньше не знал. Ви¬ димо, в Магдебурге не знали или старательно замалчивали провал на Руси миссии своего первого архиепископа. Так сложилась в хронике первая запись о Русском государстве: «[imperator] Aethelbertumque Treverensem, professione monachum, sed Rusciae prius ordinatum presulem et hinc a gentilibus expulsum, ad archi- episcopatus apicem, inclitum patrem et per omnia probatum . . . promo vit». Следующее упоминание о Руси сделано в рассказе о брачных союзах Болеслава Храброго и его детей (IV, 58). Сообщая о за¬ мужестве третьей дочери Болеслава от брака с Эмнильдой за «сы¬ ном короля Владимира» (Святополка), Титмар обещает рассказать об этом позже и выполняет свое намерение лишь в конце VII книги. Глава 58 IV книги находится в дополнении (главы 55—75) к этой книге. Текст записан сразу без последующих переделок. В этом дополнении излагаются события до 999—1001 гг., поэтому время появления этого ретроспективного экскурса, освещающего собы¬ тия 1013—1015 гг., может быть уточнено лишь при анализе по¬ следующих известий. Далее Титмар упоминает о нападении Болеслава Храброго со вспомогательными отрядами «наших» (видимо, саксонцев) и пече¬ негов на Русь в 1013 г. Эта запись сделана в главе 91 VI книги. VI книга была написана в 1015 г. и излагает события в правление Генриха II с 1004 по 1014 г. Хотя глава 91 была собственноручно отредактирована Титмаром, его правка не коснулась текста, написанного писцом В, о походе Болеслава на Русь в 1013 г. Таким образом, в Хронике между этими военными действиями и пред¬ шествующим указанием на брак Святополка и дочери Болеслава нет никакой связи. Краткая информационная запись о русско- польской войне 1013 г. основана, видимо, на сведениях, получен¬ ных при дворе Генриха II или Тагино. Нейтральный характер м несвязанность с другими сообщениями показывают, что этому известию Титмар не придал во время записи особого значения. В VI книге находится еще одно упоминание о Руси в связи л рассказом о Бруно Кверфуртском, убитом в 1009 г. в Пруссии во время проповеди там христианства. В сочинении Титмара после¬ довательное хронологическое изложение часто перебивается раз- 17 Материалом для этого дополнения послужила следующая запись: «Illique per omnia mentiti sunt, sicut postea rei probavit eventus; quia nec ille prae- dictus episcopus evasit lethale periculum ab insidiis eorum» («Annales Qued- iinburgenses», p. 60). 107
личными по времени и тематике экскурсами. Вероятно, экскурс о Бруно вызван записью Кведлинбургских анналов. Правда, хронист располагал редакцией анналов до 998 г. с записями о со¬ бытиях 1012—1013 гг. Можно предположить, что среди этих дополнений под 1009 г. было сообщение о смерти Бруно Квер- фуртского, позднее отредактированное или частично измененное в дошедшей до нас редакции анналов. На это указывают совпаде- ния в композиции записей: Титмар Кведлинбургские анналы 95. In duodecimo conversionis ас inclitae conversationis suae anno ad Pruciam pergens... Tunc in confinio predictae regionis et Rusciae cum predicaret... XVI. Kal. Martii mitis ut agnus decollatur cum sociis suimet XVIII18. 1009. Sanctus Bruno... 11. suae con¬ versionis anno in confinio Rusciae: et Lituae a paganis capite plexus,, cum suis 18, 7. Id. Martii petiit coelos19. Титмар исправил сведения анналов о месте и времени гибели Бруно (если только данные анналов — не результат их более позднего редактирования) на основе собственной информации,, как семейной, так и церковной (Бруно был крупным церковным деятелем, приближенным Генриха II, а руководителимагдебургской епархии следили, вероятно, за карьерой своего ученика и]земляка). Следующее известие о Руси находится в главе 65 VII книги (1014—1018 гг.). Эта книга писалась вскоре после происходивших событий, а запись в главе 65 была сделана по самым последним сведениям, причем текст написан сразу, а не явился более поздней припиской. Подробно рассказывая о том, что делал Генрих II в Мерзебурге, прибывший в город 1 октября 1017 г., Титмар- сообщил о поступивших туда сведениях: «король русов (Ярослав. — М. С.) напал на Болеслава, но не смог захватить осажденный город». Хронист собственноручно над строкой приписал: «как [обещал] ему через своего посла». Эти сведения были получены Титмаром в Мерзебурге 20. Возможно, о русском после Ярослава, сообщил хронисту сам император. И сразу за этим событием,, произошедшим в 1017 г., Титмар сообщил: «Вторгнувшись затем с войском в его (Ярослава. — М. С.) королевство, названный, герцог посадил на трон своего зятя и брата (Святополка. — М. С.),. который долгое время был в изгнании, и весело возвратился». Как пишет сам хронист, эти события произошли в августе 1018 г. Запись хрониста явно фальсифицирует события: она противоре¬ чит последующим сообщениям о киевском походе 1018 г. в Хро- **8 «Die Chronik des Bischofs Thietmar», S. 388. 18 «Annales Quedlinburgenses», p. 60. 20 В начале следующей, 66 главы хронист пишет: «Уезжая от нас, император^ подарил три завеси и серебряный кувшин». 108
нике самого Титмара, а также известиям в Повести временных лет и хронике Анонима Галла. По нашему мнению, факты свидетельствуют о том, что Боле¬ слав Храбрый стремился стать сюзереном Руси и должен был по¬ кинуть Киев в результате народного восстания, к которому при¬ соединился даже Св'ятополк 21. Эти факты противоречат сведениям, сообщаемым Титмаром в главе 65 VII книги. Отсюда можно за¬ ключить, что записанная хронистом информация о киевском по¬ ходе 1018 г. исходила от Болеслава Храброго. Польский князь находился в Киеве один-два месяца, так как 14 августа 1018 г. его войско вошло в русскую столицу, а 1 декабря Титмар, узнав¬ ший о возвращении Болеслава в Польшу, умер. Это опровергает сообщение Анонима Галла о десятимесячном пребывании войска Болеслава в Киеве 22. Р. Хольцман справедливо отметил (в этом его поддержал В. Трильмих), что в VII и VIII книгах Титмару не хватало ма¬ териала для хронологического изложения событий и поэтому он часто включал в текст личные воспоминания или рассказы анекдо¬ тического и нравоучительного характера 23. К таким экскурсам, далеким от хронографического изложения, относятся два боль¬ ших рассказа о Руси в конце VII (главы 72—74) и в конце VIII книги (главы 31—33). Закончив в главе 66 изложение важных с его точки зрения исторических событий 1017 г., Титмар записывает: «Но прежде чем завершить этот год, я вставлю кое-что достойное в нем упоми¬ нания». В главе 67 он пишет о том, что ослеп оснабрюкский епи¬ скоп Титмар и умерли 4 других епископа, в главе 68 — о появле¬ нии призрака в одном из домов Зюльфельда, в главе 69 отмечает пережитки язычества среди немецких крестьян, в главах 70 и 71 пишет о чудесах, одно — к большому кровопролитию во время войны, другое — к нравоучению об истинном и ложном благо¬ честии. В главах 72—74 Титмар рассказывает о неправедных дея¬ ниях «короля руссов» Владимира, который коварно отбил у им¬ ператора Оттона III его невесту Елену, принял христианство, но продолжал распутничать, заточил в тюрьму сына Святополка, тот же организовал заговор, опираясь на Болеслава, свою жену (дочь Болеслава) и благочестивого польского епископа Рейнберна, который умер в заключении. Но, добавил Титмар, когда Болеслав узнал обо всем этом, он «не переставал мстить». В рассказе хро¬ нист проявил достаточно хорошее знакомство с русскими собы¬ тиями 1015 г. и даже с Киевом. В главе 75 Титмар сам отметил, что отклонился от изложения событий 1017 г., но уже в главе 76 он снова сбился на рассказ о чуде с невинно убитым нищим стран¬ ником. 21 М. Б. Свердлов. Известия немецких источников, стр. 154—155. 22 Galli Chronicon, I, 7. 23 «Die Chronik des Bischofs Thietmar», S. XXIX; Thietmar, S. XXV.
Несмотря на то что большой рассказ о Руси помещен хрони¬ стом среди забавных и нравоучительных историй и не связан с последовательным изложением политических событий, его появ¬ ление в сочинении объясняется пристальным вниманием Титмара к Польше и ее князю Болеславу. Эти скандальные события хро¬ нист имел в виду, когда обещал рассказать о браке Святополка еще в главе 58 IV книги. Материал, сообщаемый Титмаром, имеет большое значение для изучения русской истории начала XI в. Однако отрывочность в изложении русско-польских отношений привела к тому, что для исследователей не всегда была ясна после¬ довательность событий. В частности, было неясно, как соотноси¬ лись во времени брак Святополка и Болеславны, заговор Свято¬ полка, арест заговорщика, его жены и Рейнберна, поход на Русь в 1013 г. В литературе господствует мнение, что слова Титмара о Болеславе, который «не переставал мстить», узнав об аресте Святополка, объясняются сообщением о походе на Русь в 1013 г. Однако характер записей и их последовательность в Хронике позволяют сделать вывод о том, что поход 1013 г. на Русь предше¬ ствовал браку Святополка с дочерью Болеслава и другими со¬ бытиями 24. Написав в главе 57 IV книги, т. е. в позднем добавлении, о том, что он расскажет о браке Святополка и Болеславны, Титмар ничего не сообщил о временной связи этого брака с походом 1013 г. в главе 91 VI книги, хотя собственноручно редактировал эту главу. Официальное, краткое и неточное сообщение о киевском походе Болеслава в 1018 г. (VII, 65) хронист также не поставил в связь с арестом Святополка и Болеславны и местью за него, хотя и указал, что Болеслав посадил на русский трон своего зятя. Подробно рассказав о прегрешениях князя Владимира, аресте Святополка, его жены и Рейнберна, Титмар записал, что «Боле¬ слав, узнав обо всем этом, не переставал мстить». Однако он не уточнил, в чем заключалась месть, а сообщил о сладострастии Владимира и его смерти (1015 г.). Таким образом, поход 1013 г. хронологически и тематически исключался из рассказа. Обратим внимание на последующее изложение событий в Хронике. Опасе¬ ние, завершающее главу 74 VII книги, что Русское государство после смерти Владимира подвергнется опустошению (со ссылкой на соответствующее высказывание Евангелия), является вполне «основательным», так как хронист знал и даже записал о походе Болеслава на Киев в 1018 г. Логическим и тематическим продол¬ 24 Мы уже останавливались на этом вопросе (М. Б. Свердлов. Известия немецких источников, стр. 150—151), однако отсутствие развернутой аргументации у предшественников, высказывавших подобное мнение (Ф. Я. Фортинский. Указ, соч., стр. 197; И. Линниченко. Указ, соч., стр. 47; St. Zakrzewski. Boleslav Chrobry Wielki. Lwow—Warszawa—Kra¬ kow, 1925, S. 250—251), и распространенность противоположного мнения заставляют еще раз рассмотреть сведения Титмара на основе текстологи¬ ческого анализа. , ' 110
жением текста о русских событиях в главах 72—74 VII книги является развернутый рассказ о киевском походе Болеслава. Этот рассказ, помещенный в конце VIII книги (главы 31—33), также записан среди различных историй, а не в хронологическом ряду исторических событий. В главе 29 Титмар сообщил о появив¬ шейся звезде, которая привела в ужас видевших ее, о появлении в Северной Тюрингии трех волков, которые производили большие опустошения, в связи с чем жители стали ждать еще больших бед. Главу 30 Титмар начинает утверждением, что «этот (1018 — М. С.) год воистину может быть назван по-новому — годом землетрясе¬ ния или великого потрясения». В качестве примеров, иллюстри¬ рующих это утверждение, в последующем изложении сообщается о бессмысленной смерти воинов как божьем наказании. В главах 31—33 рассказано о киевском походе Болеслава Храброго, как о «тяжелых бедствиях», которые выпали на долю Руси. В главе 34 Титмар записал о тяжелом состоянии государственных дел импе¬ ратора Генриха II и преследующих его неудачах. На этом Хро¬ ника обрывается. Таким образом, видна искусственность разделения Титмаром одного подробного рассказа о Владимире Святославиче, о собы¬ тиях на Руси в 1014—1018 гг. и о Киеве на два отрывка, один из которых был помещен среди нравоучительных историй (основа¬ нием для этого послужили неправедные дела «короля русов» Владимира), а другой — среди примеров, иллюстрирующих мне¬ ние хрониста о 1018 г. как о годе бедствий и великого потрясения (такая оценка событий, может быть, была вызвана постоянными болезнями автора и предчувствием близкой смерти). Эти две части рассказа объединены не только тематической и хронологической последовательностью. В них одинаково подробно сообщается о со¬ бытиях на Руси в 1014—1015 и 1018 гг., связанных с женитьбой Святополка на Болеславне, их арестом в связи с заговором против Владимира, бегством Святополка в Польшу и его возвращением в Киев с войском Болеслава. Титмар сообщает в обоих рассказах такие подробности о русских событиях и положении в Киеве, которые мог узнать информатор только на Руси и в самом Киеве в близкое от происходивших событий время. В пользу этого гово¬ рит и подробное изложение в главах 72—74 VII книги обстоя¬ тельств жизни Владимира Святославича, а также указания, что он похоронен в церкви св. Климента (информатор Титмара назвал Десятинную церковь по главным мощам, которые там хранились) и что саркофаги Владимира и его жены стоят посреди храма. Одинакова в обоих отрывках оценка Киева как огромного города — magna civitas (VII, 74; VIII, 32). Если наше предположение о том, что повествование о русских событиях в VII и VIII книгах Хроники исходит от одного инфор¬ матора, верно, то в этом случае свидетельство о мести Болеслава следует отнести как к неизвестным акциям польского князя, так и к киевскому походу. Обстоятельный рассказ в Хронике (даже 111
два отрывка, взятые отдельно) является самым подробным и точ¬ ным свидетельством о Руси не только в немецкой, но и во всей западноевропейской историографии до XIII в. Информатор Тит- мара определяется по сообщаемым им сведениям: он по имени на¬ зывает погибшего саксонского рыцаря Херика, ему не известно восстание в Киеве и вынужденный уход Болеслава из русской столицы — Болеслав отпустил вспомогательный немецкий (ве¬ роятно, саксонский) 25 отряд, а также венгерский и печенежский отряды до своего отхода из Киева. Таким образом, наиболее вероятно, что подробные и в основном точные сведения о Руси хронист получил от саксонского рыцаря. В сентябре-октябре 1018 г. он уже располагал этими сведениями и использовал их в добавлениях к IV книге и заключительных главах VII и VIII книг. Впрочем не исключено, что, когда Титмар в главе 58 IV книги обещал рассказать о браке Святополка и Болеславны, он знал об этом факте, но подробности об этих событиях, изложенные в конце VII книги, получил в 1018 г. Применение текстологического анализа к известиям Хроники мерзебургского епископа позволяет определить время их записи, уточнить характер и происхождение содержащихся в них сведе¬ ний. Все это способствует более плодотворному использованию Хроники в исторических исследованиях. В то же время источнико¬ ведческий анализ раскрывает способы включения известий о Руси в текст Хроники. 26 М. В. Свердлов. Известия немецких источников, стр. 154. Титмар назы¬ вает «нашими» даже тех саксонцев, которые нанесли поражение Карлу Великому при Франкфурте (VII, 75).
ПОСЛАНИЕ ЕПИСКОПА КРАКОВСКОГО МАТВЕЯ БЕРНАРДУ КЛЕРВОСКОМУ ОБ «ОБРАЩЕНИИ РУССКИХ» Н. И. Щавелева В 1717 г. в Виндбергском аббатстве премонстрантов (Бавария) австрийским ученым Б. Пэзом был впервые обнаружен кодекс, содержащий исследуемое нами послание. В 1729 г. документ был опубликованТак как рукопись впоследствии затерялась и следы ее до сих пор не обнаружены, это издание легло в основу последующих переизданий 1 2 3. Поэтому степень достоверности источ¬ ника все еще остается предметом споров. Сравнительно недавно в Польше, спустя столетие со времени последнего издания, было проведено новое исследование памят¬ ника 8. Поскольку в русской и советской историографии это послание полностью не печаталось, мы воспроизводим латинский текст па¬ мятника по изданию М. Плези, сопровождая его русским пере¬ водом. В [ernardo] Dei gratia Glarevallensi abbati, viro venerabili et reverendo, omni praeconio digno et merito sanctitatis insigni— M[atthaeus] ejusdem gratia Cracoviensis episcopus et comes. . . 4 Petrus quos facit facere fructus. Grates Deo nostro referimus, grates siquidem infinitas, qui vos talem, о abbatum decus et gloria, nostro suscitavit saeculo, ■quern sollicitudo Б[ернарду], милостью божьей аббату клервоскому, мужу почтенному и уважаемому, всяческого прославления достойному и святости даром отмеченному М[атвей], тою же милостью епископ краковский, и комес [Полонии] Петр, коих понуждает он плоды добра явить. Возносим благодарения господу на¬ шему, благодарения безграничные коий Вас такового, о краса и слава аббатов, даровал веку нашему, коего попечение 1 «Thesaurus anecdotorum novissimus», t. 6. Augustae Vindelicorum et Crae- cii, 1729, p. 1, N 125, col. 360—361. 2 MPH, t. II, ed. A. Bielowski. Lwow, 1842, p. 15; A. Bielowski. Wstqp krytyczny do dziejow Polski. Lwow, 1850, str. 94; PL, t. 182, 1859, col. 681. 3 M. Plezia. List biscupa Mateusza do sw. Bernarda. W Prace z dziejow Polski feudalnej. Warszawa, 1960, str. 123—140. 4 В издании M. Плези добавлено по смыслу: Poloniae. 8 Древнейшие государства на территории СССР 113
omnium ecclesiarum 5 quemadmodum vas electionis 6 nunquam et nusquam praetereat, quern infirmitas aliorum cogat pariter infirmari 7 8. Cuius meritis Deus orbi bonum omne largitur immerito, cuius prece districtus arbiter mitigatus sententiam revocat, ac ne statim feriat peccatores, iram suspendit, ut parcat. Dilectus filius vester magister A[cardus] nos ex parte vestra consuluit, si quis posset 8 et impios Ruthenorum ritus atque observantias exstirpare. Posset quidem, domine, posset, sed solus ille homo posset, in quo potens gratia esset. Confidimus autem in domino Jesu,9 quod si abbas Clarevallensis hie esset, hoc bonum facere posset. Gens autem ilia Ruthenica, multitudine innumerabili ceu sideribus adaequata, orthodoxae fidei regulam ac verae religionis instituta non servat. Non attendens, quoniam extra catholicam ecclesiam veri sacrificii locus non est, nec solum in sacrificio dominici corporis, о всех церквах, словно порука избрания, не покинет нигде и никогда, коего бсссилие других заставит равно терять силы. Чьими заслугами господь всяческим благом одаряет мир, заслуг не имеющий, чьей молит¬ вой умягченный судия, обремененный тяжбами, приговор отменяет и гнев отлагает, дабы не карать тотчас грешников, а миловать.. Сын Ваш возлюбленный магистр А[кардус] нас от лица Вашего вопросил, мог ли бы кто и обычаи нечестивые и обряды русских искоренить. Мог бы, господин, мог бы, но лишь тот, на ком была бы великая благодать„ Веруем же во господа Иисуса, если был бы то аббат клервоский, он бы смог свершить сие благое дело.. Народ же тот русский множеству ли бесчисленному, небу ли звездному подобный, и веры правило православной и религии истинной установления не блюдет,- Пренебрегая тем, что вне церкви католической нет места дароприношению истинному, [тот народ], известно, не только в дароприношении тела господня, 5 II Кор., 11, 28. 6 Деян., 9, 15. 7 II Кор., И, 29. 8 Многоточием обозначены пропущенные ритмические строки. 9 Римл., 14, 14. 114
sed in conjugiis repudiandis •et rebaptizandis 10 atque aliis 'eeelesiae sacramentis turpiter claudicare cognoscitur. Ita erroribus variis, immo vero haeretica pravitate a primordio suae conversionis imbuta Christum solo quidem nomino con- fitetur, factis autem penitus abnegat. Neque enim vel Latinae vel Graecae vult esse conformis ecclesiae, sed seorsum ab utraque divisa •neutri gens praefata sacramentorum participation commu- nicat, Hoc autem, domine, totum penetrabilior omni glaudio ancipiti 11 vestra praedicatio amputaret, si ut earn visitaretis, vobis Spiritus Sanctus inspiraret. Nec modo in Ruthenia, quae quasi est alter orbis, verum etiam in Polonia et Bohemia, vel communi appelatione Sclavonia, quae plures provincias continet, talem ad tantum fructum tamque Deo acceptabilem faceretis, ut ab ipso postmodum audiretis: euge serve bono et fidelis 12 Aut certissime vobis omnes, aut fere omnes, ut speramus, in auditu auris oboedirent13. Dignamini igitur, pie pater, dignamini, qui ceteras illustrastis, nostras etiam tenebras illustrate, но и в уклонении от брака церковного и [взрослых] повторного крещения, а равно в иных церкви таинствах позорно колеблется. Так заблуждениями различными [и] порочностью еритической от порога обращения своего пропитанный, Христа лишь по имени признает, а по сути в глубине души отрицает. Не желает упомянутый народ ни с греческой ни с латинской церковью быть единообразным, но, отличный от той и от другой, таинства ни одной из них не раз¬ деляет. Но то все, господин, проповедь Ваша пресекла бы лучше всякого меча обоюдоострого, если вдох¬ новил бы Вас дух святой, дабы посетили Вы [народ] тот. И не только в Рутении, что есть как бы другой мир, но равно и в Полонии и в Богемии, иначе общим названием в Склавонии, коя многие области объемлет, совершите таковое для столь угодного господу блага, дабы от него самого после услышать: «Славен будь добрый и верный раб». Ибо Вам, воистину, все или почти все, как надеемся, будут повино¬ ваться, приклонив ухо свое. Так удостойте, святой отец, удостойте, как прочих просвещаете, так и [нас] в заблуждениях наших просветить, 10 Далее в издании М. Плези: adultis. 11 Евр., 4, 12. 12 Матфей, 25, 23. 13 Псалт., 17, 45. 8* 115
dignamini Sclavos incompositos in via morum et vitae rationibus informare, dignamini gelidum axern 14 15 vestri praesentia visitare, ut in adventu nostri abbatis frigus horridum aquilonis austri gratia et mulciberi flamine temperetur, ut inculta barbaries vestris moralitatibus excolatur, ut homines inhumani vestra eruditione mitescant, sub jugo dominico mansuescant. Si enim gloria celeberrinia et Threicius Orpheus et Thebanus Amphionlb coelo inseruntur et astris vatumque celebrantur ingenio et post mortem carmine vivunt, quod uterque silvas et lapides, id est silvestres et lapideos homines lyrae cantibus delinivit legemque pati coegit16 quanto magis nos speramus, quod gentes efferas et immanes sacer abbas Christo conciliet. Qui et praeco est evangelii et lucerna in domo Domini, et divinae voluntatis interpres et melior Orpheo 17 et superna clarus scientia et coelesti praeditus intelligentia et omnium fere charismatum munere insignitis et gratia. Quanto autem animi quamque ardenti desiderio ego et comes Petrus, vir utique circa Dei cultum et ecclesiam religionemqne devotissimus, удостойте славян неумелых на> нравственный путь разумной жизни наставить, удостойте оледенелую страну присутствием своим почтить, дабы по пришествии нашего аббата.! холод жестокий Аквилона ласковым дуновением Австра и Мульцибра смягчился, дабы варварство неблагородное Вашими проповедями облагородилось? дабы люди, человечности лишенные, вашим красноречьем укротились и. господню игу покорились. Если же Орфей фракийский и Амфион фиванский славой хвалебной на небо к звездам возносятся и за талант поэтический восхва¬ ляются и после смерти в песне живут, ибо и тот и другой камни и леса, кои суть лесные и окаменелые люди, лиры пеньем пленили и закону подчиниться заставили — сколь больше мы надеемся, что народы дикие и свирепые вверит Христу святой аббат. Он и евангелия глашатай, и в доме господнем светоч, и божественной воли толкователь* и лучше Орфея поэт, высшим знанием просветленный, небесной мудростью наделенный,, божьим даром и благодатью отмеченный. Со сколь великим души желаньем и пыланьем я и комес Петр, муж всецело преданный господа почитанию, церкви и религии, Вашего, отец святой* 14 Ovid. Trist., V, 2, 64; I, 2, 19; Epist., VI, 106; Ibis, 34. 15 Horat. Ars poet., 391. 16 Boet. De consol., I, 5, 4. 17 В издании M. Плези: vates. Н6
vestrum, pie pater, praestolemur adventum, solus ille nobis est testis, qui videt secreta cordis. Nec nos soli optamus abbatem Clarevallensem: simul in unum dives et pauper, nobiles et ignobiles, juvenes et virgines, senes cum junioribus 18 aeque desiderant. будем ожидать прибытии, свидетель у нас тот один, кто тайны сердца видит.. Не мы одни аббата клервоского желаем, вместе с нами богатые и бедные, знатные и незнатные, юноши и девы, старцы и молодые равно желанием томятся. Abbatem omnis ordo et aetas Аббата всякое сословие и возраст, аббата всякий пол и всякое состояние, аббата все поляки и благочестивые моления всех при¬ зывают. abbatem omnis sexus atque omnis condicio, abbatem omnes Poloni omniumque vota suspirant. Название письма, приведенное у Пэза, следующее: «Anno ИЗО. Matthaei cracoviensis episcopi epistola ad s. Bernardum abbatem clarevallensem. De suscipienda Ruthenorum conversione». («В год ИЗО. Письмо Матвея, краковского епископа, к св. Бернарду,, аббату клервоскому. Об обращении русских, которое следует предпринять»). Относительно даты можно с уверенностью ска¬ зать, что она ошибочна, так как Матвей стал краковским еписко¬ пом лишь в 1143 г. Первые строки письма называют авторами послания епископа Матвея и «комеса» Петра. О непосредственном авторе, Матвее, сохранилось немного сведений, но подлинность этого лица под¬ тверждают источники. Так, летопись Краковского капитула сооб¬ щает о вступлении Матвея на епископскую кафедру: «1143. Ro- bertus episcopus Cracoviensis obiit. Matheussuccedit»,— и приводит дату смерти: «1165. Matheus Cracoviensis episcopus obiit» 19. Винцент Кадлубек, польский хронист конца XII—начала XIII в., принявший тот же диоцез в 1208 году 20, чрезвычайно почтительно отзывался о своем предшественнике Матвее и даже предоставил ему вести диалог вместе с епископом гнезненским Яном Грыфитой при изложении первых трех книг своей хроники, характеризовав его как человека славного, известного (vir illust- ris), веского в своих суждениях (gravis sententiis) 21. Наше письмо подтверждает определения Кадлубка, обнаруживая высокую обра¬ 18 Псалт., 148, 12. 18 MPH, t. II, р. 707. 20 Ibit., р. 801. 21 Ibid., р. 251. 117/
зованность автора, его начитанность, знакомство с риторикой и философией 22. Ценные сведения о Матвее находятся у польского историка XV в. Яна Длугоша, в его «Истории Польши»: Матвей до 1143 г. был схоластиком в Стобнице, а на епископство в Кракове поставлен князем Владиславом II, якобы в благодарность за оказанную де¬ нежную помощь, в которой он в свое время отказал.его противнику Болеславу Кудрявому. Длугош также говорит о богатстве Матвея, его расточительности, выказывая к нему явную недоброжелатель¬ ность 23. Имеется также документальное подтверждение связи Матвея с Петром Властовичем 24, которого Матвей в письме называет «vir. . . circa Dei cultum et ecclesiam religionemque devotissimus» («муж, в высшей степени преданный церкви, религии и почитанию бога»). Петр — личность выдающаяся, хорошо известная не только в самой Польше, но и за ее пределами, в частности на Руси. Исто¬ рическая традиция сохранила достаточно сведений, которые позво¬ ляют считать его соавтором интересующего нас письма 25. Пред¬ ставитель могущественной феодальной семьи 26, человек необы¬ чайно влиятельный и богатый, родственник правящей польской династии, комес (Gomes Poloniae), как его называли современ¬ ники 27, Петр прославился и как щедрый жертвователь католи¬ ческой церкви — традиция приписывает ему основание в Польше более 70 костелов. Все это позволяло ему занимать ведущее место при княжеских дворах и вмешиваться в дела церкви. Принимавший деятельное участие в вопросах государственной дипломатии, Петр заслужил известность своими авантюрами на Руси. Здесь можно припомнить женитьбу Петра на дочери черни¬ говского князя Олега Святославича Марии, которую он перехва¬ тил у ее бывшего жениха, мятежного палатина Скарбимира 28, а также нашумевший в Европе эпизод с захватом перемышльского князя Володаря в 1122 г., отмеченный польскими и немецкими хрониками и дважды упомянутый Ипатьевской летописью 29. На Русь бежит Петр и в 1145 г., спасаясь от гнева князя Влади¬ 23 М. Plezia. Op. cit., str. 133. 23 J. Dlugossius. Historia, pars II. Warszawa, 1961, p. 10 cet. 24 «Kodex dyplomatyczny Slaska», red. K. Maleczynski, t. 1. Wroclaw, 1951, N 25. 25 M. Plezia. Palatyn Piotr Wlostowicz. Warszawa, 1947. 26 M. Friedberg. Rod Lab^dziow w wiekach srednich. — «Rocznik Towarzystwa Heraldycznego wo Lwowie», г. VII (1924—1925). Krakow, 1926, str. 1—100. 27 Термин римского происхождения (первоначальное значение — спутник), употреблявшийся в Польше для обозначения высоких сановников при княжеских дворах, — ср. comes Palatii (см. об этом: A. Rutkowska-Plach- cinska. Gomes w zrodlach polskich wczesnejszego sredniowiecza i niekoto- rych innych slowianskich. — «Sprawozdania z czynnosci i posiedzen Pol- slciej Akademii Umiej^tno^ci», t. 51, 1950, N 10, str. 676—686). 28 O. Balzer. Genealogia Piastow. Krakow, 1895, str. 123—124. 39 MPH, t. II, p. 352, 509; MGH SS, t. XII. Hannoverae, 1866,.p. 726; ПСРЛ, т. II. СПб., 1908, стб. 256, 319. 118
слава II, учинившего над ним жестокую расправу. Русская лето¬ пись с удовлетворением подтверждает справедливость возмездия за нанесенную Володарю обиду30. Таким образом, становится вполне понятным соавторство Петра Властовича в письме, где идет речь об обращении Руси, как лица известного своими связями с этой далекой страной (quae quasi est alter orbis — которая словно другой мир) и, кроме того, как человека, прослывшего своей приверженностью к католической церкви и имевшего доступ в святая святых ее замыслов. Папская курия, издавна следившая за положением религиоз¬ ных дел на Руси, выдвинула в XII в. Бернарда из Клерво, ярого поборника христианизации всего мира, единственного человека, который мог бы, как пишет Матвей, обратить русских в истинную веру. Послание представляет собой собственно ответ на запрос Бернарда, переданный неким магистром А., которого М. Плезя отождествляет с ученым и соратником Бернарда Архардом из Клерво 31. Интерес клервоского аббата к далекой Руси вполне объясним. Воинствующий католик XII в., один из организаторов и вдохновителей крестовых походов, «великий» Бернард (1091 — 1153), к моменту занятия Матвеем краковской кафедры — 1143 г. (верхняя дата предполагаемого времени написания письма) — рьяно осуществлял свою программу, выдвинутую в проповедях, посланиях и трактатах. Одним из требований этой программы было истребление всех славян, живших к востоку от Эльбы32. Агентами своей пропаганды Бернард делал проповедников цистер- цианского ордена, к которому принадлежал сам 33. Польские цистерцианцы, лишь недавно (в начале 40-х годов XII в.) основавшие свой первый монастырь 34, ревностно следили за мыслями и действиями своего «старшего брата по ордену». Ян Длугош упоминает о намерении самого Бернарда посетить этот первый монастырь в Брежнице-Анджейове, которое не осу¬ ществилось якобы по причине его болезни 35~36. Матвей находился в весьма близких отношениях с основателем Анджеевского монастыря цистерцианцем Яном Грыфитой (вторым участником диалога в хронике Кадлубка), с 1143 г. — епископом вроцлавским, а с 1149 г. — архиепископом в Гнезно, который был горячим пропагандистом католицизма на Руси 37. Таким образом, 30 ПСРЛ, т. II, стб. 319. 31 М. Plezia. List biscupa Mateusza, str. 134—136. 32 Он писал: «Язычников не следовало бы убивать, если бы их можно было каким-либо иным способом удержать от совращения и чрезмерного при¬ теснения верных (христиан). Теперь же лучше, чтобы они истреблялись, чем оставался бы бич грешников над судьбой праведников, дабы не про¬ стерли праведники руки свои к греху» (PL, t. 182, col. 924). 33 Н. А. Сидорова. Очерки по истории ранней городской культуры во Фран¬ ции. М., 1953, стр. 166. 34 Т. Manteuffel. Papiestwo i cystersi. Warszawa, 1955, p. 73. 35-36 J. Dlugossius. Historia, pars II, p. 3; MPH, t. II, p. 775, 875; t. III. Warszawa, 1961, p. 156, 157, 351. 37 O. Balzer. Studium о Kadlubku. Pisma posmertne, t. II. Lwow, 1935, str. 78. на
послание Матвея, в котором содержится приглашение Бернарда в Польшу, является как бы одной из нитей, связывающих цистер¬ цианцев с главой своего ордена и, соответственно, польскую цер¬ ковь с папским Римом. Спорным является вопрос о датировке письма. Отвергая ИЗО г., указанный в издании Б. Паза, исследователи считают возможным датировать письмо временем между 1143 (начало епископства Матвея) и 1153 (смерть Бернарда) годами. Ряд ученых сокращает указанный промежуток до двух лет, отодвигая вторую дату к 1145 г., когда был ослеплен и изгнан Петр Властович 38. Боль¬ шинство исследователей склонны считать датой послания 1147 г. 39 Такого же мнения держится и М. Плезя, выдвигающий тот довод, что несчастье, происшедшее с Петром, не лишило его возможности участия в общественной жизни, и влияние его нисколько не умень¬ шилось. В качестве доказательства приводятся документальные подтверждения его деятельности в 1149 и 1150 гг. 40 Кроме того, в письме епископа Матвея содержится обращение к Бернарду от всей Польши, без указания на главу государства, что могло быть характерно для периода междувластия (1145—1147), после изгнания князя Владислава II 41. Действительно, если проследить польско-русские отношения, начиная с 1138 г., когда умер Болеслав III, то откроется картина бурных распрей между сыновьями Болеслава Кривоустого, в ко¬ торых деятельное участие принимали русские князья, пользую¬ щиеся, в свою очередь, помощью польских войск при решении собственных проблем. Неоднократные совместные походы Влади¬ слава II (Краков) и русского князя Всеволода Ольговича: 1140 г. — против Суздаля, 1142 г. — поход Владислава II с по¬ мощью Чернигова и Галича против братьев, 1144 г. — совместная кампания Всеволода и Владислава II против Галича, 1145 г. — решающее столкновение Владислава II с младшими братьями в Познани, в битве принимают участие союзные русские войска, — привлекли внимание католического духовенства. Главным обвине¬ нием, выдвинутым против краковского князя Владислава польской ;церковью и подтвержденным папой Евгением III, было именно привлечение им русских, находящихся в схизме, к борьбе против кровных братьев 42. В 1146—1147 гг. польско-русский союз оста¬ вался тесным, несмотря на то что положение дел переменилось: в Польше победу одержала группировка Болеслава Кудрявого, 38 Z. Koztowska-Budkowa. Repertorium polskich dokumentow doby piastow- skiej. Krakow, 1937, N 43, str. 49 n.; В. T. Пашуто. Внешняя политика Древней Руси. М., 1968, стр. 154. 39 «Codex diplomaticus Bohemiae», ed. E. Friedrich, v. I. Pragae, 1904, N 153; «Kodeks dyplomatyczny rSl^ska», t. I, str. 46, przyp. 15. 40 «Kodeks dyplomatyczny Sl^ska», N 25 i 26. 41 M. Plezia. List biscupa Mateusza, str. 139. 42 Ibid., str. 140. j 20
на Руси киевский стол перешел к Волынскому князю Изяславу Мстиславичу 43. Несомненно, такие близкие контакты двух сильных держав на протяжении почти десятилетия, а также династические неуря¬ дицы, отмеченные папским Римом, не могли ускользнуть от вни¬ мания Бернарда Клервоского. Выступив в качестве главного организатора Второго крестового похода, знаменитый проповед¬ ник уже весь 1146 г. посвятил подготовке задуманного предприя¬ тия. Многочисленные воззвания, проповеди, письма — все должно было способствовать созданию крестоносных отрядов в разных странах Европы (Германии, Англии, Чехии, Польше, Дании и т. д.) 44 *. Польша казалась наиболее удобной посредницей для распространения миссии в такой отдаленный край мира, каким представлялась Бернарду Русь, где можно было бы развернуть деятельность двоякого рода. В письме Матвея к Бернарду обнаруживается прежде всего желание обратить русских в «истинную» католическую веру, либо, по крайней мере, навести «порядок» в их религиозных при¬ страстиях. Через посредство Польши могла быть решена проб¬ лема миссии католичества на Русь, запланированной, возможно, еще при основании первого польского цистерцианского (Анджеев- ского) монастыря, филиала бургундского Моримунда, который и название свое получил по имени апостола Андрея — просветителя Руси4б. Данную проблему Матвей предлагал решить самому Бернарду. Интерес к Руси у вдохновителя крестоносцев мог в это время иметь и второй план. Сильное государство, активно участвующее в европейской политике, затрагивающей Польшу, могло выста¬ вить войска для готовящегося крестового похода, что и подтверди¬ лось в 1147 г., когда отряды русских ходили вместе с польским Болеславом Кудрявым на пруссов, выступая в рядах крестонос¬ цев. Свидетельство тому находим в Магдебургских анналах 46. Следовательно Русь, изображенная в письме Матвея как объ¬ ект обращения, сама использовала крестовый поход в Пруссию, бывшую лакомым куском для окружавших ее государств. К этому времени под русской властью находилась Визна — предмет по¬ литических устремлений и Польши и Руси, — открывающая дорогу на Пруссию. Вполне возможно, что привлечению русских князей к кресто¬ вому походу, отвечавшему интересам как его организаторов, так и участников, содействовали переговоры Бернарда с высшим польским духовенством. 43 В. Т. Пашуто. Указ, соч., стр. 155. 44 Н. А. Сидорова. Указ, соч., стр. 167—168. 46 Т. Manteuffel. Op. cit., str. 74. Впрочем, эта точка зрения оспаривается в современной польской историографии; см. рецензию на работы Г. Ман- тейфеля; «Kwartalnik Historyczny», Rocznik, 63, 1956, str. 167—173. 46 MGH SS, t. XVI. Hannoverae, 1868, p. 188.
ПАПСКИЕ ПОСЛАНИЯ ГАЛИЦКОМУ КНЯЗЮ КАК ИСТОРИЧЕСКИЙ ИСТОЧНИК С. А. Большакова Среди эпистолярных источников, могущих служить целям ре¬ конструкции папско-русских отношений первой половины XIII в., важное место принадлежит посылавшимся на Русь буллам рим¬ ского папы Иннокентия IV (1243—1254) 1. Попытаемся выделить основные линии папско-русских пере¬ говоров, как они вырисовываются в результате анализа 10 посла¬ ний Иннокентия IV, направленных в Юго-Западную Русь между 3 мая 1246 г. и 23 января 1248 г. В большинстве своем они адре¬ сованы галицкому князю Даниилу Романовичу. В посланиях прежде всего подчеркивается необходимость под¬ чинения русской церкви апостольскому престолу. Папа настой¬ чиво повторяет, что берет русское «королевство» под «опеку» святого Петра. Папа не ограничивался словесным изъявлением своих далеко идущих намерений, но и послал католических про¬ поведников для «безотлучного пребывания» при русском князе. Вступая в переговоры с курией, князь Даниил хотел получить ее поддержку в борьбе против татаро-монголов. Однако Инно¬ кентий IV, если и не игнорировал полностью намерения Даниила, то старался обойти этот вопрос. Характерно, что речь о татарах идет только в двух посланиях. В одной булле папа рекомендует в делах, «[касающихся] татар», «воспользоваться советом» своего легата архиепископа Альберта Суербеера, в другой — обращается к Даниилу с просьбой «сообщить . . .братьям Тевтонского ордена» о^набегах татар, с тем чтобы он мог «своевременно» дать князю надлежащий совет, как оказать сопротивление нападающим. Интересен ^факт частичного совпадения текста этой буллы с кон¬ цом послания от 22 января 1248 г., адресованного Иннокентием IV суздальскому князю Александру (Невскому) 2 *. Послания свидетельствуют, что никаких реальных попыток со стороны папства для организации военной помощи Руси против татаро-монголов предпринято не было. Разумеется, при оценке позиции курии надо помнить, что она находилась тогда в острой борьбе с императором Фридрихом II. Однако главная причина 1 В. Т. Пашутпо. О политике папской курии на Руси (XIII в.) — ВИ, 1949, № 5. 2 Перевод этой буллы на русский язык см. в сборнике: «Studia Historica in honorem Hans Kruus». Tallin, 1971, 136—138 1pp. 122
равнодушия Иннокентия IV к стремлениям Даниила заключа¬ лась, конечно, в том, что военное вмешательство не входило в планы курии. Отказывая в помощи русскому князю, папство нащупывало пути к союзу с Ордой. Поэтому, видя бесплодность дальнейших переговоров с Римом, Даниил в 1246 г. становится номинальным вассалом Золотой Орды; с 1248 г. наступает пере¬ рыв во взаимоотношениях с курией. Тем не менее в ходе переговоров с Римом галицкий князь достиг и положительных результатов — в укреплении западной границы своих земель. Папство же и на этот раз не добилось основной цели — унии с русской православной церковью. Насколько важным для папы было заключение союза с галиц- ким двором, видно из буллы к Васильку, брату Даниила: Инно¬ кентий IV разрешает волынскому князю заключить брак, кото¬ рый запрещался канонами римской церкви. Ради достижения политических целей папа был готов поступиться матримониаль¬ ными нормами католицизма. Выполненный нами и публикуемый далее перевод десяти булл, Иннокентия IV в Юго-Западную Русь, думается, подтверждает, сделанные выше выводы. Тексты булл помещены в сборниках: А. И. Тургенев. Акты исторические, относящиеся к России, т. I. СПб., 1841 и «Docu- menta Pontificum Romanorum Historiam Ucrainae Illustrantia», vol. I, ed. A. Welikij. Roma, 1953. К сожалению, в этих сбор¬ никах отсутствуют археографические введения, которые позво¬ лили бы получить представление о рукописной основе этих изда¬ ний. Публикуемые здесь переводы осуществлены с текстов, по¬ мещенных в «Актах исторических» (далее — АП), № 62—65, 67-69, 74, 76, 77. I (АИ, № 65) Светлейшему королю Руси Иоанну 3 епископ Иннокентий [IV], раб рабов божьих Так как дух, который по всемогуществу величия своего не мо¬ жет нигде и никогда быть постигнут, ибо пребывает неописуемый, необъятный и неизменный, движение дает всему, творит ангелов и служителей своих и по воле небес принял плоть человеческую, потому что радость свою увидел в том, чтобы быть с сынами чело¬ веческими [и] нас, учеников, послал по всему миру, чтобы пропо¬ ведовали Евангелие всякому созданию, примером своим наста¬ вил нас, дабы, следуя по его стопам, мы, получив власть, не могли отдельными поступками возвышаться среди тех, кого мы призываем на стезю забот, подобно Гетро разделим бремя 4 по [его] 88 Иоанн — христианское имя великого князя галицко-волынского Даниила («Regesta Pontificum Romanorum», ed. A. Potthast, t. I. Berolini, 1874, N 12097). 4 Галат., 6, 2. 128
совету, вверяя каждому сообразно его добродетели те дела, кото¬ рые всегда возникают. До сих пор в ваших землях не без опасности для душ соблю¬ дались религиозные установления и обычаи греков, которые упорно и пагубно для [самих себя] уклонились от единства церкви, не¬ давно же божеской милостью ваши сердца были озарены для того, чтобы вы признали, что римская церковь является матерью и на¬ ставницей всех других, а верховный понтифик [т. е. папа] — преемником Петра, которому вручены были ключи от царства небесного «связывать и развязывать» б, наместником Иисуса Христа и [ее] главой; ибо един есть бог, едина вера, едино креще¬ ние, едино начало, едино тело воинствующей церкви; тело [же] со многими головами признано противоестественным6, без го¬ ловы — безголовым [уродом]. Как мы узнали, вы стремились бы вернуться к почитанию апостольского престола и послушанию нам; мы воздаем хвалы тому, кто достоин отверсть очи Товия 7 8 с помощью глазной мази из желчи рыбы, отверсть очи слепого от рождения 8, и радуемся вместе с женщиной, которая, согласно евангельской истине, вновь нашла драхму, которую она потеряла 9. Мы направили в ваши края достопочтенного брата нашего. . ., архиепископа Пруссии и Эстонии 10, легата апостольского пре¬ стола, человека, особенно близкого нашему сердцу, одаренного знанием наук, честного нрава, мужа зрелого совета, который поведает слова жизни и устно полнее сообщит вам, изложив волю нашу и наших собратьев. Мы возложили на него ответственность за [ведение] всего посольства в означенных краях, предоставив ему полную возможность «уничтожать и разрушать, рассеивать и губить, строить и взращивать» 11 в соответствии с тем, что он сочтет угодным богу. Поэтому мы просим, наставляем и настойчиво увещеваем твою королевскую светлость и повелеваем, чтобы ты в вышеозначенных делах и делах, [касающихся] татар, воспользовался его советом и оказал ему помощь и покровительство, за что затем ты угото¬ вишь себе заслуженное доброе имя у бога и людей, и мы сможем славить [твою] королевскую милость достойными хвалами во имя господа. Дано в Лионе, в пятые ноны мая, третий год понтификата '[3 мая 1246 г.]. 6 Матф., 16, 18—19. 6 Римл., 12, 4. 1 Неемия, 2, 10. 8 Иоанн, 9. 9 Лука, 15, 9. 10 Альберт; см. «Documenta Pontificum Romanorum. . vol. I, p, 9. 11 Иеремия, 1, 10. 124
II (АИ, № 63) Светлейшему королю Руси 12 епископ Иннокентий [IV], раб рабов божьих Желая внять твоим просьбам и с божьей помощью во всем удовлетворить твое желание, мы отправляем на твое попечение возлюбленных сынов братьев Алексия и. . товарища его 12 13, который был с ним в Богемии 14 *, состоящих в ордене проповедни¬ ков, предоставляя им настоящей грамотой те же полномочия, которые имеют лица, назначенные к татарам 16. Дано в Лионе, в пятые ноны мая, третий год понтификата [3 мая 1246 г.]. III (АИ, № 64) Брату Алексию и. . . товарищу его 16, который был вместе с ним в Богемии, состоящим в ордене проповедников, Иннокентий [IV], епископ, раб рабов божьих Желая внять просьбам дражайшего во Христе сына нашего. . ., 'светлейшего короля Руси17, и желая во всем с божьей помощью удовлетворить его желание, мы посылаем вас для пребывания при нем, предоставляя вам нашей грамотой такие полномочия, какими облечены те, кто направлен к татарам 18. А посему повелеваем незамедлительно предстать пред этим жоролем и находиться при нем [столько], сколько ему будет угодно. Дано в Лионе, в пятые ноны мая, третий год понтификата 13 мая 1246 г.]. 12 Даниил Романович, великий князь галицко-волынский (Н. П. Дашке¬ вич. Первая уния Юго-Западной Руси с католичеством. Киев, 1884, стр. 2—4). 13 Относительно данного лица мнения исследователей расходятся. Н. П. Даш¬ кевич отождествляет «товарища его» с католическим проповедником Гиа¬ цинтом; более поздние авторы этот факт не признают достоверным (В. А1- taner. Die Dominicanermissionen des 13. Jahrhunderts. Habelschwerdt, 1924, S. 208—211). З4 Очевидно, на Руси в то время не было постоянных католических пропо¬ ведников. 16 Плано Карпини и Бенедикт Польский (Б. Я. Рамм. Папство и Русь в X— XV вв. М.—Л., 1959, стр. 164). 16 См. прим. 13. 12 См. прим. 12. 18 См. прим. 15. 125
IV (АИ, № 62) Светлейшему королю Руси епископ Иннокентий [IV], раб рабов божьих Поелику мы намерены удостоить тебя и королевство твое,, как новую ниву [господню], особой милости и благоволения, то охотно вняли твоим мольбам и благожелательно выслушали просьбы твои, уповая на милость бога. Склоненные твоими мольбами, мы принимаем тебя и означен¬ ное королевство под покровительство святого Петра и наше, [что! и подтверждаем настоящим письмом. Да не будет никому из людей позволено нарушать эту стра¬ ницу нашего покровительства или в безрассудной дерзости вы¬ ступать против него. Если же кто-либо осмелится это сделать, то пусть он знает, что испытает на себе гнев всемогущего бога и святых апостолов Петра и Павла. Дано в Лионе, в пятые ноны мая, третий год понтификата [3 мая 1246 г.]. V (АИ, № 69) Светлейшим королю Руси Даниилу и Васильку, королю Лодомерии, брату его [Даниила] и сыну Даниилову 19 20 епископ Иннокентий [IV], раб рабов божьих Мы охотно согласились с вашими пожеланиями, достойными" вашей преданности [апостольскому престолу], и с божьей по¬ мощью благосклонно выслушали ваши просьбы. Склонившись к вашим мольбам, мы данной нам властью пре¬ доставляем вам [право запрещать], чтобы никто из крестоносцев,, либо других духовных лиц не мог без вашего дозволения приобре¬ тать какие-либо владения в ваших землях или быть введенным: кем-либо во владение. Да не будет никому из людей позволено нарушать эту стра¬ ницу нашего покровительства или в безрассудной дерзости вы¬ ступать против него. Если же кто-либо осмелится это сделать,, то пусть он знает, что испытает на себе гнев всемогущего богш и святых апостолов Петра и Павла. Дано в Лионе, в шестые календы сентября, пятый год понти¬ фиката [27 августа 1247 г.]. 19 См. прим. 12. 20 Из текста не ясно, к какому из сыновей Даниила — Роману или Льву — адресовано это послание. 126
VI (АИ, № 68) Светлейшему королю Руси Даниилу епископ Иннокентий [IV], раб рабов божьих Поелику мы особо выделяем тебя среди почитающих церковь, |то] с божьей помощью, охотно устремляем слух [наш] к твоим просьбам и оказываем милостивое благоволение твоим пожела¬ ниям. Посему, дражайший во Христе сын, склоняясь к твоим прось¬ бам, мы разрешаем настоящим письмом епископам и другим пресвитерам Руси придерживаться обычаев, связанных с [при¬ готовлением святых даров из] перебродившего теста, и других их религиозных обычаев, которые не противоречат вере католи¬ ческой, т. е. вере римской церкви. Да не будет никому из людей позволено нарушать эту стра¬ ницу нашего покровительства или в безрассудной дерзости вы¬ ступать против него. Если же кто-либо осмелится это сделать, то пусть он знает, что испытает на себе гнев всемогущего бога и святых апостолов Петра и Павла. Дано в Лионе, в шестые календы сентября, пятый год понти¬ фиката [27 августа 1247 г.]. VII (АИ, № 67) Светлейшим королю Руси Даниилу и [королю] Лодомерии В[асильку], брату его [Даниила] и сыну 21 епископ Иннокентий [IV], раб рабов божьих Поелику от нас испрашивается то, что [является] справедли¬ вым и почетным, то и сила справедливости, а также доводы ра¬ зума требуют, чтобы, исполняя возложенные на нас обязанности, мы довели это [дело] до должного результата. Посему, дражайшие во Христе сыновья, склоненные вашими справедливыми просьбами [о возвращении] владений, земель и прочего добра, принадлежащих вам по наследственному либо иному праву, [т. е. всего] того, что другие короли, непочтительно относящиеся к церкви, удерживают вопреки справедливости, мы предоставляем вам полную возможность устранить несправед¬ ливости, причиненные светской властью, опираясь на наш авто¬ ритет. Да не будет никому из людей позволено нарушать эту стра¬ ницу нашего покровительства или в безрассудной дерзости вы¬ ступать против него. Если же кто-либо осмелится это сделать, то пусть он знает, что испытает на себе гнев всемогущего бога и святых апостолов Петра и Павла. Дано в Лионе, в шестые календы сентября, пятый год понти¬ фиката [27 августа 1274 г.]. 21 См. прим. 20. 127
VIII (АИ, № 74) Светлейшим Даниилу, королю Руси, и Васильку, королю Лодомерии, брату его [Даниила] и сыну Даниилову 22 Епископ Иннокентий [IV], раб рабов божьих Поелику мы призываем славить с божьей помощью знатнейших, именитых и других лиц, преданных церкви, и так как бог и гос¬ подь наш Иисус Христос из-за своего сострадания вновь призвал вас к единству церкви, поэтому столь близких [нам людей] мы хотим наделить привилегиями, удостоить благоволения и особой милости. Ведь в призывании вас к почитанию церкви распозна¬ ется священнодействующая рука не человека, но могущественного бога. Поэтому, милейшие во Христе сыны, склоненные вашими прось¬ бами, мы берем под покровительство святого Петра и наше вас, владения, семьи и все другое ваше добро, как движимое, так и недвижимое, которыми вы разумно владеете в настоящем и смо¬ жете владеть в будущем, с божьей помощью приобретя их спра¬ ведливым образом, и в этом вас, преемников ваших, верных церкви, клятвенно заверяем апостольской властью и подтверждаем на¬ стоящим письмом. Да не будет никому из людей позволено нарушать эту стра¬ ницу нашего покровительства или в безрассудной дерзости вы¬ ступать против него. Если же кто-либо осмелится это сделать, то пусть он знает, что испытает на себе гнев всемогущего бога и святых апостолов Петра и Павла. Дано в Лионе, во вторые иды сентября, пятый год понти¬ фиката [12 сентября 1247 г.]. IX (АИ, №_76) Епископ Иннокентий [IV], раб рабов божьих, Васильку, дражайшему во Христе сыну, светлейшему королю Лодомерии, приветствие и апостольское благословение Хотя брак между лицами, [находящимися] в третьей и четвер¬ той степени родства или свойства, запрещен священными кано¬ нами, все же иногда римская церковь милостиво его разрешает, в особенности когда этого требует необходимость или явная польза. Ты связан брачными узами с дражайшей во Христе дочерью Дубравкой 23, светлейшей королевой, супругой твоей, с которой 22 См. прим. 20. 23 Нам не удалось идентифицировать личность Дубравки. Исследователь генеалогии А. В. Экземплярский о ней не упоминает. 128
ты находишься в третьей степени родства. Мы же ценим [то] пови¬ новение, которое ты оказываешь римской церкви, и то, что ты желаешь остаться [в лоне ее] и привести к ней других. Поэтому всей нашей властью мы дозволяем тебе [и далее] не разрывать брачных уз, освободив от препятствий, которые возникают при браках подобного рода. Да не будет никому из людей позволено нарушать эту стра¬ ницу нашего покровительства или в безрассудной дерзости вы¬ ступать против него. Если же кто-либо осмелится это сделать, то пусть он знает, что испытает на себе гнев всемогущего бога и святых апостолов Петра и Павла. Дано в Лионе, в ноны декабря, пятый год понтификата [5 де¬ кабря 1247 г.]. X (АИ, № 77) Даниилу, светлейшему королю Руси, епископ Иннокентий [IV], раб рабов божьих Поелику опасности можно избежать, оградившись щитом про¬ видения, [то] мы просим, молим и настойчиво убеждаем твою светлость, [как] об особой милости: когда тебе станет известно, что войско татар направляется против христиан, позаботься сообщить об этом возлюбленным сынам, братьям Тевтонского ор¬ дена, проживающим в землях русских, [с тем чтобы], как только это [известие] через братьев дойдет до нас, мы смогли своевре¬ менно обдумать, каким образом с божьей помощью оказать му¬ жественное сопротивление сим татарам. Дано в Лионе, в одиннадцатые календы февраля, пятый год понтификата [23 января 1248 г.]. 9 Древнейшие государства на территории СССР
АНГЛО-НОРМАНДСКИЕ ПОВЕСТВОВАТЕЛЬНЫЕ ИСТОЧНИКИ ХП-ХШ ВВ. О РУСИ В. И. Мату зова Сведения о Руси, содержащиеся в исторических памятниках раннего английского средневековья, как правило, чрезвычайно лаконичны, почти отрывочны. Расположенная на островах, Англия соприкасалась с континентальным миром через близлежащие страны, прежде всего — через Францию и Скандинавию. Кон¬ такты Англии с Древней Русью, находившейся в глубине европей¬ ского континента, были затруднены. Не удивительно поэтому, что самые ранние сведения о народах европейского региона нашей страны в английских памятниках переданы «с чужих слов». Так, например, часть оригинальной интерполяции короля Альфреда в текст «Истории против язычников» Павла Орозия, содержащая материал о народах Северной Европы, является записью донесе¬ ния норманнского мореплавателя Оттара (в англосаксонском ори¬ гинале — Охтхере). «Орозий короля Альфреда» был написан в конце IX в. Извест¬ ные нам англосаксонские исторические памятники, относящиеся к X—XI вв., не содержат упоминаний ни о самой Древней Руси, ни о населявших ее народах. Лишь в XII в. сведения о Руси цоявляются в Англии, уже на страницах англо-нормандских хроник. В результате норманд¬ ского завоевания Англия оказалась прочно включенной в сферу европейских внешнеполитических, торговых и культурных свя¬ зей. В этом отношении значение нормандского завоевания в исто¬ рии Англии чрезвычайно велико. Англо-нормандские памятники XII—XIII вв., являющиеся для нас источниками информации о Древней Руси, разнообразны и по жанрам, и по характеру содержащегося в них фактического материала. Среди них — хроники, авторами которых были Род¬ жер из Ховедена (ум. ок. 1201) и Гервазий Кентерберийский (ок. 1141—ок. 1210), стихотворная «История англов» Жеффрея Гаймара (первая половина XII в.) и «Церковная история» Орде- рика Виталиса (1075—ок. 1142), Житие Фомы Кентерберийского, написанное Уильямом Фитц-Стивеном в конце XII в., трактат Гервазия Тильберийского (ок. 1152—ок. 1220) «Императорские досуги». Упоминания о Руси содержатся и в англо-нормандских произведениях художественной литературы: в псевдохронике Лайамона (конец XII—начало XIII в.) «Брут, или Хроника Бри- 130
тании», в куртуазных романах Бенуа де Сент-Мора и Хью из Ро- теланда. Одни из них содержат сведения географического характера, другие свидетельствуют о внешнеполитических или торговых контактах Руси с Англией, Францией, Скандинавией. И хотя объем информации о Древней Руси в этих памятниках не так велик, как, например, в памятниках Византии, Скандинавии, Германии, все же каждый отдельный факт вносит дополнительный штрих в облик Древнерусского государства. В этом смысле крат¬ кие сведения, сообщаемые англо-нормандскими авторами, не мо¬ гут быть названы мелкими или незначительными. Все они зна¬ чительны, все представляют большой исторический интерес. В досоветской историографии этот материал частично освещен в одной из работ Н. П. Дашкевича 1. Англо-русским средневековым связям и их отражению в анг¬ лийских нарративных источниках были посвящены публикации одного из крупнейших советских историков литературы М. П. Алексеева. Им прослежена история развития литературных отношений двух стран на протяжении XI—XVII вв.2 Естественно, что среди разнообразия фактического материала наше внимание особенно привлекают те события, которые про¬ исходили в Древней Руси и о которых из разных источников было известно создателям хроник. Подобные сведения мы находим в «Истории англов» Жеффрея Гаймара, в Хронике Роджера из Ховедена, в «Церковной истории» Ордерика Виталиса. Собы¬ тия, в них отраженные, неразрывно связаны с жизнью Западной Европы XI—XII вв. В них идет речь о сыновьях Эдмунда Же¬ лезнобокого и о норвежском конунге Сигурде, пути которых в силу ряда обстоятельств пролегли через Русь. Завершенная около 1135—1140 гг. «История англов» Жеффрея Гаймара обнимает значительный период английской истории — от 495 до 1099 г. Основу «Истории» Гаймара составили сведения, почерпнутые им из нескольких средневековых хроник. Среди них — «История королей Британии» Джеффри Монмутского, названная Гаймаром в эпилоге по имени владельца «книгой Вальтера Эспака», Уинчестерская хроника (один из списков Англосаксонской хроники), некая «Оксфордская книга», не отож¬ дествленная пока ни с одним современным Гаймару историческим сочинением, и некоторые другие, менее значительные произведе¬ ния. 1 Н. П. Дашкевич. Смены вековых традиций в отношении народов Запада к русским. — «Сборник статей, посвященных В. И. Ламанскому», ч. II. СПб., 1908, стр. 1375—1415. 2 М. П. Алексеев. Англосаксонская параллель к Поучению Владимира Мономаха. — ТОДРЛ, т. II, 1935, стр. 39—80; он же. Очерки из истории англо-русских литературных отношений (XI—XVII вв.). Тезисы докт. дисс. Л., 1937; он же. К вопросу об англо-русских отношениях при Яро¬ славе Мудром. — «Научный бюллетень Ленинградского государствен¬ ного университета», 1945, № 4, стр. 31—33. 131
«История англов» написана октосиллабическим стихом с ис¬ пользованием парных рифм. Автор ее был в большей степени поэтом, нежели историком. Книга Гаймара, сочиненная им по за¬ казу его патронессы Констанции, жены крупного английского феодала Ральфа Фитц-Джильберта из Линкольншира, была изящ¬ ным изложением событий английской истории. В ней во благо поэзии, но в ущерб исторической истине вымышленные и досто¬ верные факты нередко сливались воедино. Этот подход к используе¬ мому материалу проявляется очень часто в неточностях при упот¬ реблении имен исторических лиц, в невольном искажении отдель¬ ных фактов, хотя произведение в целом базируется на конкретной исторической основе. В то же время художественность повество¬ вания позволяет представить описываемые события очень живо, как будто мы сами становимся их свидетелями. Все сказанное относится и к приводимому нами ниже фраг¬ менту «Истории англов». Предыстория излагаемых событий та¬ кова. В 1016 г. скончался англосаксонский король Этельред. Его жена, королева Эмма, вышла замуж за датского короля Кнута. Попытка Эдмунда Железнобокого, сына Этельреда от пер¬ вого брака с Эльфгифу, удержаться на престоле в том же 1016 г. закончилась его гибелью. Это случилось вскоре после заключения им договора с Кнутом о границах государства. Малолетние дети Эдмунда Железнобокого Эдмунд и Эдуард могли бы составить в будущем конкуренцию сыновьям Эммы и Этельреда Эдуарду (Исповеднику) и Альфреду, также претен¬ довавшим на престол. Поэтому было принято тайное решение из¬ бавиться от них. Кнут, однако, не отважился собственноручно расправиться с детьми. Он приказал выслать Эдмунда и Эдуарда за пределы Англии (в данном фрагменте — в Данию, по другим источникам — в Швецию, ко^двору короля Олафа), повелев убить их там. Олаф якобы счел эту задачу невыполнимой и содействовал тому, чтобы отправить детей в Венгрию, под покровительство короля Стефана. Это событие относится к 1017—1018 гг. Возможно (и это нашло отражение в «Истории англов» Гаймара), что англий¬ ские принцы проезжали через Русь. Вот как рассказывает историю детей Эдмунда Жеффрей Гай- мар 3 (приводим прозаический перевод фрагмента без разделения его на строки): «Тогда позвали они одного датчанина, знатного человека. Дальней маркой владел он, городом и большим графством. Звали его Вальгар. Ему поручили двоих мальчиков, которые были ко¬ ролевскими сыновьями и благородны. Он взял их, чтобы кормить, растить и воспитывать их. И он действительно думал, что, если он будет жив, то воспитает их в большой чести. Что мне сказать? Он отправился [в путь], уехал в Данию. С детьми уехал он, одного Сиз которых] звали Эдгар, другого — Эдельред (это был младший ^ «Lestorie des Engles solum la Translacion maistre Geffrei Gaimar», ed. Sir T. D. Hardy and С. T. Matin, vol. I. London, 1888, vv. 4503—4584.
из мальчиков). Их хорошо содержали и хорошо кормили. Когда они немного подросли, и минуло уже двенадцать лет, они стали благородными и приятными [людьми]. До Англии дошла молва [о том], что их [англов] настоящие наследники [престола] выросли. Велика была радость англов, ибо они не любили датчан. Только они снарядили корабль и хотели нослать [за детьми], как об этом донесли королеве, которую звали Эмелина (Эмма. — В. М.). Раньше ее мужем был король Эдельред, теперь ее мужем был Кнут, король. От Эдельреда у нее была два сына: один — Эдуард, другой — Альфред. Барон Ричард Нормандский опекал своих племянников. Они также были настоящими наследниками [престола], желали владеть Англией. Их матерью была королева Эмма, ставшая женой короля Кнута после [смерти] их отца. И так как она очень любила своих двух сыновей, [те] двое юношей тревожили ее, а также и ради господина своего желала она им всяческих несчастий. И когда она услышала, что англы желают поставить их королями, замыслила она недоброе дело. Пошла она, понурив голову, к своему господину. «Господин, — сказала она, — ты не знаешь, что пошлют за сыновьями Эдмунда. Англы говорят, что они — настоящие наследники. Они хотят иметь их вместо тебя». Кнут ответил: «Неужели это правда?» «Да, дорогой господин. В Порчестере снаряжен корабль, который доставит их с большой свитой». Король тут же послал туда. [Посланные] обнаружили, что корабль снаряжен; захватили снаряжение и запасы провизии, людей отправили в тюрьму. [После этого они] снова пришли к королю, чтобы сообщить новости. Когда он все выслушал, он был вне себя от гнева. Тогда он запечатал свои письма и послал их за море своим двум сыновьям, которые были там и владели Данией. Он просил их и баронов, чтобы они не отпускали мальчиков, тайно давали им яд [так], чтобы они никогда не исцелились. Об этом заговоре услышал один [человек], который хотел, по возможности, повернуть это дело иначе. Тогда он быстро попросил Вальгара, надзиравшего за детьми, [чтобы] если они ему дороже всего, он отослал их прочь, ибо, если их найдут, наверняка отравят. Добрый человек не стал медлить. Он оставил свою землю троим сыновьям. Лишь с тремя кораблями пустился он в море и завершил свое путешествие [таким образом], что всего за пять дней проехал Русию и прибыл в Венгерскую землю». Этот фрагмент «Истории англов» Гаймара имеет ряд неточ¬ ностей. Они были отмечены издателями книги Гаймара Т. Харди и Ч. Мартином; подробный анализ этой части произведения со¬ держится в статье венгерского историка Ш. Фешта 4. 4 S. Fest. The Sons of Eadmund Ironside, Anglo-Saxon King, at the Court of Saint Stephen. — «Archivum Europae Centro-Orientalis», t. IV, fasc. 1—3. Budapest, 1938, p. 115—146. 133
Имена сыновей Эдмунда Железнобокого были не Эдгар и Этель- ред, а Эдмунд и Эдуард. Их путешествие из Англии в Скандина¬ вию, а оттуда — в Венгрию совершилось не через 12 лет, а не¬ посредственно после смерти Эдмунда, в 1017 или 1018 гг. По¬ скольку женитьба Эдмунда Железнобокого состоялась в 1015 г., то судя по всему ко времени описываемого события его сыновья едва вышли из младенческого возраста. Что касается сыновей Кнута, правивших в то время Данией, то и это сведение не имеет под собою никакой основы. Когда Кнут занял английский престол, ему было всего 25 лет, и соответственно он не мог иметь взрослых сыновей, обладавших самостоятельной властью. Его сын Свен наследовал престол своего отца в Дании лишь после его смерти (1035 г.) 5. Возможность того, что маршрут путешествия из Скандинавии в Венгрию пролегал через Русь, не отрицается исследователями. Еще в конце прошлого века английскому историку Э. Фримэну, автору многотомной «Истории нормандского завоевания Англии», казался неоспоримым тот факт, что путь из Швеции в Венгрию должен был неминуемо пролегать через какие-то славянские страны. Не исключено, что среди них была и Русь 6. Об этом писал и Ш. Фешт, высказывая предположение, что путь в Венгрию вел через Южную Русь, затрагивая Киев 7. В советской историографии правдоподобность такого маршрута была отмечена М. И. Алексеевым.8 Возможно, это был тот самый путь, по которому прибыла на Русь Гита, дочь последнего англо¬ саксонского короля Гаральда, погибшего в битве при Гастингсе в 1066 г. «История англов» Жеффрея Гаймара является единственным среди современных ему англосаксонских и англо-нормандских источников, упоминающим Русь в связи с изложением этих со¬ бытий. Подчеркивая уникальность этого сообщения, Ш. Фешт выска¬ зывал предположение, что среди используемых Гаймаром сочи¬ нений было одно, не известное нам, возникшее на севере Англии. Это предположение основывается на материале, который выходит за пределы «Истории англов», но содержится в «Англосаксонской хронике», в «Хрониконе» Флорентия Вустерского, в «Церковной истории» Ордерика Виталиса и во многих других сочинениях. Он доносит сведения об одном из сыновей Эдмунда Железно¬ бокого, Эдуарде (Эдмунд, его брат, очевидно, умер в юности). Эдуард пробыл в Венгрии около 40 лет. В 1057 г. он был при¬ зван в Англию Эдуардом Исповедником (1042—1066), возможно, 6 Lestorie des Engles. . . , vol. II. London, 1889, p. XXVIII—XXIX. 6 E. A. Freeman. The History of the Norman Conquest of England, vol. II. Oxford, 1877, p. 671. 7 S. Fest. Op. cit., p. 143. 8 M. П. Алексеев. К вопросу об англо-русских отношениях при Ярославе Мудром, стр. 33. 134
•с намерением сделать его впоследствии преемником своей власти. Эдуард прибыл в Англию с женой Агатой (предполагают, что она была племянницей императора Генриха II) и тремя детьми — Эдгаром, Христиной и Маргаритой, но скончался при таинствен¬ ных обстоятельствах вскоре после возвращения на родину. До¬ чери Эдуарда Маргарите суждено было в будущем стать королевой Шотландии. Возможно, при ее дворе и возник тот не дошедший до нас исторический труд, который был привлечен в качестве источника Жеффреем Гаймаром и содержал подробное изложение истории детей Эдмунда Железнобокого. Несколько иной рассказ о тех же событиях мы находим в так называемом комментарии к «Законам Эдуарда Исповедника». Название это, впрочем, вовсе не означает, что данный правовой памятник является результатом деятельности этого короля. «Слава Эдуарда как законодателя является мифической», — писал Э. Фримэн 9. С принятием «Законов» связана следующая легенда. На четвер¬ тый год своего правления, т. е. в 1070 г., Вильгельм Завоеватель созвал совет старейшин Англии с целью восстановить древней¬ шие английские законы. Предпринятая им попытка утвердить дат¬ ское законодательство не увенчалась успехом. Англичане якобы потребовали принятия законов «доброго короля Эдуарда». В связи с этим перед Вильгельмом Завоевателем предстали двенадцать избранных от каждого графства и сведущих в английских зако¬ нах людей, которые под присягой излагали королю все известные им законы Эдуарда Исповедника. Эти законы были затем сведены в единый кодекс и изданы по повелению Вильгельма Завоевателя в качестве единственного законоуложения его королевства 10. До нашего времени они дошли в составе «Хроники» Роджера из Ховедена 11, занимавшего какой-то крупный дипломатический пост при дворе английского короля Генриха II (1154—1189). «Законы Эдуарда Исповедника» входят в так называемое «Юриди- ческоеущполнение» «Хроники» Роджера из Ховедена, помещенноз им под 1180 г. в связи с назначением в том году Ранульфа Глан- виля на должность великого юстициария (верховного судьи в нормандской Англии). Многие из статей, составляющих «Законы», носят не юриди¬ ческий, а нарративный характер, подобно статье, приводимой здесь нами. «XXXV. У этого вышеупомянутого Эдмунда был некий сын поТимени Эдуард, который вскоре после смерти отца, страшась короля Кнута, бежал в королевство Догов (ad regnum Dogorum) 12, |9 E. A. Freeman. Op. cit., vol. II, p. 54. 10 Ibid., vol. IV. 1879, p. 323. ^«Chronica magistri Rogeri de Houedene», ed. W. Stubbs, 4 vols. London, 1868—1871. 12 В издании Ф. Либерманна («Die Gesetze der Angelsachsen», hrsg. von F. Liebermann, Bd. I. Halle a. S., 1903, S. 664): ad terram Rugorum. 135
которое мы предпочитаем называть Русией (melius vocamus Russiam). Когда царь [этой] земли по имени Малескольд (Males- coldus nomine) 13 узнал, кто он, с честью принял его» 14. «Приблизительный» характер этого сообщения наводит на мысль о том, что в основе его лежало какое-то устное предание, а не письмен¬ ный источник (английские хроники довольно подробно освещают этот исторический момент). Фрагмент доносит суть события, но в нем отсутствуют фактические детали, лишающие его достовер¬ ности. Речь идет лишь об одном сыне Эдмунда Железнобокого, Эдуарде, который к тому же будто бы был уже достаточно взрос¬ лым для того, чтобы отважиться на столь сознательное и реши¬ тельное действие. В то же время данное сообщение свидетель¬ ствует о правомерности предположения, что путь детей Эдмунда лежал через Южную Русь, возможно — через Киев. Ведь под име¬ нем Малесклод, как об этом писал М. П. Алексеев, был известен в Англии Ярослав Мудрый 15. Ордерик Виталис оставил в своей «Церковной истории» сооб¬ щение о том, что после похода на Иерусалим норвежский конунг Сигурд, «возвращаясь через Русь, взял в жены Мальфриду, дочь короля» 16. «Церковная история» Ордерика Виталиса является одним из крупнейших исторических сочинений раннего средневековья. Начатая в 20-е годы XII в. по повелению настоятеля монастыря Сент-Эвруль в Нормандии, куда Ордерик еще одиннадцатилетним мальчиком был послан из Англии, «История» должна была расска¬ зать прежде всего о жизни самого монастыря. Однако Ордерик, человек для своего времени в высшей степени образованный, имевший возможность путешествовать как по Франции, так и по Англии, пользоваться библиотеками крупнейших монастырей этих стран, раздвинул рамки поставленной перед ним задачи, превратив «Церковную историю» в историю средневековой Запад¬ ной Европы. Так проник в книгу Ордерика Виталиса и материал о крестовом походе, в котором принял участие и конунг Сигурд, получивший с тех пор в скандинавской эпической традиции при¬ ложение «Ходивший в Иерусалим» (Jorsalafari). Сигурд был одним из троих сыновей норвежского конунга Маг¬ нуса (1093—1103). В соответствии со сведениями Ордерика Вита¬ лиса Сигурд был сыном Магнуса от английской заложницы знат¬ ного происхождения. 13 «Die Gesetze der Angelsachsen», Bd. I, S. 664: Malesclodus. 14 «Chronica magistri Rogeri de Houedene», vol. II, 1869, p. 236. 15 M. Л. Алексеев. К вопросу об англо-русских отношениях при Ярославе Мудром, стр. 31. М. П. Алексеев приводит и некоторые другие имена, за которыми в западноевропейской летописной традиции также стоял Ярослав Мудрый: Juriscloht (из Jurius Georgius), Bullesclot. В других сочи¬ нениях он выступает под именем Юлий Клавдий (Julius Clodius — у нор¬ мандского хрониста Гильома Жюмьежского, Julius Claudius — у Орде¬ рика Виталиса). 16 PL, t. 188, 1890, col. 727. 136
В «Хеймскрингле» Снорри Стурлусона, как и в «Церковной истории» Ордерика Виталиса, говорится о том, что Сигурд, пере¬ жив своих братьев, стал конунгом всей Норвегии. До этого (после смерти Магнуса) королевство было поделено между ними, причем Сигурду, когда он пришел к власти, было всего 13 или 14 лет. Интересно, что Снорри оставил в своем сочинении портрет Сигурда, описывая его как человека высокого роста, с каштановыми воло¬ сами, привлекательной внешностью («не красив, но хорошо сло¬ жен»), резкого в движениях и скупого на слова, обладающего хорошими манерами, умного и великодушного 17. Путь Сигурда из Иерусалима в Норвегию, как его намечает Снорри Стурлусон, таков: сначала Болгария, затем Венгрия, Паннония, Швабия и Бавария 18. Русь в этом перечне стран не наз¬ вана; однако, если вспомнить, что в трактате Гервазия Тильбе- рийского «Императорские досуги», географические разделы кото¬ рого основаны на уходящей в глубь веков европейской гео- и картографической традиции, глава «О Паннонии» включает и описание Руси 19, то, надо полагать, это правомерно и для Пан¬ нонии Снорри Стурлусона. Цитированное выше сообщение Ордерика о Мальмфриде, дочери русского князя, прекрасно дополняется чрезвычайно подробной генеалогией «королевы Мальмфриды», приводимой Снорри20: «Конунг Сигурд был женат на Мальмфриде, дочери конунга Га- ральда, сына Владимира с востока Хольмгарда. Матерью конунга Гаральда была королева Гита Старая, дочь Гаральда, сына Год¬ вина, короля Англии». Итак, Мальмфрида была дочерью Мсти- слава-Гаральда Владимировича, сына Владимира Мономаха и Гиты Гаральдовны, которую, как известно, привел на Русь тот же самый путь, каким следовали и сыновья Эдмунда Железнобокого. Сведения о «ходивших на Русь» содержатся и в некоторых па¬ мятниках художественной литературы.' В книге Лайамона «Брут, или Хроника Британии» изображен некий «король», представший перед легендарным королем Арту¬ ром с двумя сыновьями, матерью которых была, по его словам, женщина королевского рода (kinges istreon), его жена (quene йео is min азепе), которую он привез из Руси (ut of Rusie) 21. Этот материал, нужно думать, явился отражением действительных исторических фактов: вряд ли найдется какое-либо крупное евро¬ пейское государство, властители которого в период раннего 17 «Heimskringla: History of the Kings of Norway, by Snorri Sturluson», translated with introduction and notes by L. M. Hollander. Texas, 1964, p. 700. 18 Ibid., p. 698. 19 «Scriptores rerum Brunsvicensium [. . .]» cura G. G. Leibnitii, Emmenda- tiones et supplementa, t. II. Hannoverae, 1710, p. 764—765. 20 «Heimskringla», p. 702. 31 Layamon. Brut, or the Chronicle of Britain, ed. F. Madden, vol. II. London, 1847, p. 525—526. 137
средневековья не находились в матримониальных связях с рус¬ скими великокняжескими семьями. Вторая часть рыцарского романа «Ги Варвикский», «Рейнбрун, сын Ги Варвикского» (ок. 1300 г.), рассказывает о том, как по мно¬ гим странам мира разыскивал пропавшего Рейнбруна оруженосец его отца. Среди них была и Русь 22. Мы располагаем также некоторыми сведениями о том, что и русские бывали в Англии. Целью этих поездок была торговля. В Житии Фомы Кентерберийского Уильяма Фитц-Стивена (конец XII в.), открывающемся «Описанием Лондона», родного города св. Фомы, имеются сведения о морской торговле Англии. «В этом городе, — говорится в Житии, — купцы ото всех народов, под небом живущих, радуются, что могут вести морскую тор¬ говлю. [Золото шлют арабы; специи и ладан — сабеи; оружие — скифы; пальмовое масло из богатого леса — тучная почва Вави¬ лона; Нил — драгоценные камни; Китай — пурпурные ткани; галлы — свои вина; норвежцы, русские — беличьи меха (varium, grysium), соболей (sabelinas)]» 23. Житие, написанное Уильямом Фитц-Стивеном, считается са¬ мым достоверным среди существующих жизнеописаний Фомы Бе- кета. Автор его пишет о себе как о самом близком друге архиепи¬ скопа кентерберийского; он находился рядом с Бекетом на протя¬ жении всей его жизни и был очевидцем его трагической гибели. «Описание Лондона» одинаково привлекает внимание как фило¬ логов, так и историков. Первых интересует прежде всего насы¬ щенность этой части Жития литературным материалом. Цитирует Уильям Фитц-Стивен охотно, не заботясь о точности используе¬ мых цитат (как правило, скрытых). В одном из недавних исследо¬ ваний эта часть Жития привлекается в качестве иллюстрации «реалистического видения» в эпоху средневековья 24. Историков этот фрагмент интересует как наиболее ранний письменный источ¬ ник по истории Лондона. Действительно, Уильям Фитц-Стивен представил очень широкую и красочную картину современного ему Лондона: здесь не только описание лондонских достопримечательностей, но и бытовые сцены, рисующие нравы, обычаи его жителей. И, конечно, национальная гордость заставила Уильяма Фитц-Стивена изобразить средневе¬ ковую столицу Англии вторым Римом, слава о котором разносится по всему свету. Это относится к приведенному выше фрагменту, отдельные строки которого являются подражанием «Георгикам» Вергилия 25. 22 The Romance of Guy of Warwick, part 3. London, 1891, p. 639—640. 23 PL, t. 190, 1893, cols. 107—108. Текст, заключенный в квадратные скобки* в оригинале имеет стихотворную форму. 24 A. Gransden. Realistic Observation in Twelfth-Century England, —«Spe¬ culum», vol. XLVII, № 1, 1972, p. 46—47. 25 «Materials for the History of Thomas Becket», ed. J. C. Robertson, vol. IIL. London, 1877, p. 7. 138
На фоне столь обширных торговых контактов обращают на себя внимание англо-норвежские и англо-русские связи. Основной статьей торговли Норвегии и Руси были меха. Это нашло отраже¬ ние в сведениях, сообщаемых Уильямом Фитц-Стивеном. Называе¬ мые им беличьи меха (varium, grysium) — это разновидности се¬ верных белок, мех которых шел на изготовление одежды англий¬ ской знати. Само слово «grysium» — это латинизированное фран¬ цузское «gris» («серый»), т. е. светлый мех белки, убитой зимой. Особенное распространение эти меха получили в XIII—XIV вв.26 Если беличьи меха ввозились в Англию как из Руси, так и из Норвегии, то соболя были исконно русскими. Даже самое назва¬ ние этого пушного зверя было заимствовано из русского языка и встречается в англо-нормандских памятниках во множестве ва¬ риантов: sambeline, sanbeline, sembeline, sibiline, sebeline и т. д. По мнению английского исследователя XIX в. Д. Стратта, соболя были известны в Англии еще до нормандского завоевания, наряду •с бобром, лисой, овчиной 27. Мех соболя ценился очень высоко. Это явствует хотя бы из того, что указом английского короля Генриха II (1188 г.) рыцарям, готовящимся принять участие в крестовом походе, было запрещено надевать одежды из соболей (. . .quod nullus post proximum Pascha utatur vario, vel grisio, vel sabelina, vel escarleta. . .). Королевские «Статуты», содержащие этот указ, входят в «Английскую историю» Уильяма Ньюбургского 28, в «Хронику» Роджера из Ховедена 29, в «Хронику» Гервазия Кентерберийского 30 и в «Деяния короля Генриха II» 31. Отцы английской церкви предпочитали более скромные одежды. Известно, что Вульфстан, епископ Вустер¬ ский (XI в.), носил одежду из овчины (выше которой ценилась даже кошка), хотя ему и полагались одежды из соболей, бобров или лис 32. Соболь привлекал окраской — различными оттенками от темно- коричневого до черного. Слово «sable» на языке английской (а еще раньше — французской) геральдики означало «черный». По су¬ ществовавшей шкале употребления мехов представителями англий¬ ских феодальных сословий соболь занимал самое высокое место. Одежды из него принадлежали только придворным сословиям. И не удивительно, что ими так часто «щеголяют» персонажи куртуазных романов. 26 Е. М. Veale. The English Fur Trade in the Later Middle Ages. Oxford, 1966, p. 18. 21 J. Strutt. A Complete View of the Dress and Habits of the People of England, vol. II. London, 1970, p. 15. 28 «Historia rerum anglicarum Willelmi Parvi. . .», ed. H. C. Hamilton, vol. I. London, 1856, p. 276. 29 «Chronica magistri Rogeri de Houedene. . .», vol. II, p. 336—337. 30 Gervasii Monachi Cantuariensis Opera Historica, ed. W. Stubbs, vol. I. Lon¬ don, 1879, p. 409. 31 «Gesta regis Henrici Secundi Benedicti Abbatis», ed. W. Stubbs, vol. II. London, 1867, p. 32. 32 E. M. Veale. Op. cit., p. 4. 139
В «Романе о Трое» Бенуа де Сент-Мора (XII в.), придворного поэта английской королевы Элеоноры (Аквитанской), одежда из собольего меха появляется в самом неожиданном контексте. Ее надевает Медея. В куртуазных романах античные герои пе- реоблачились в доспехи средневековых рыцарей, оседлали рез¬ вых скакунов и стали по всем правилам рыцарского искусства оспаривать друг у друга право на «даму сердца». А дамы перестали быть полубогинями и, забыв про хламиды, поступили так же, как Медея, которая, по словам Бенуа, оделась «в синюю пурпурную одежду, украшенную золотом, богато и хорошо сшитую, в тунику, опушенную горностаем, и в мантию из соболей, покрытую голу¬ бой тканью, за которую было уплачено семь мер чистого зо¬ лота» 33. Далее поэт называет соболя «одним из самых дорогостоя- жих животных» (. . .sebelines, qui (Tunes bestes de grant pris. . .) 3A В поэме другого англо-нормандского поэта Хью из Ротеланда (конец XII в.) «Протесилай» также упоминаются соболя. Среди персонажей поэмы — некий «рыцарь, благородный и красивый, облачен был в богатые меха седого соболя» 35. Еще у одного из пер¬ сонажей того же романа «плащ был подбит горностаем и отделан большим соболем» 36. Изложенный фактический материал англо-нормандских памят¬ ников подтверждает существование хотя и немногих, но вполне реальных контактов Древней Руси с Англией и Скандинавией. Пути, отмеченные в этих источниках, ведут с севера на юг (из Скан¬ динавии в страны Центральной Европы) и с юга на север (из Иеру¬ салима в Скандинавию). Очевидно, англичанам был известен и еще один путь — вокруг Скандинавского полуострова в Белое море. Впервые им прошел норвежец Оттар. В более поздних источниках о нем упоминает лишь Гервазий Тильберийский, говоря о том, что «за Норвегией к северу простирается Русь до моря, которое как с Британским морем, так и с Ледовитым мо¬ рем соединяется грядой лежащих между ними островов. Поэтому из одной страны в другую добираться легко, но долго» 37. Видимо, этот путь, а также путь по Балтийскому морю вел в Англию рус¬ ских и норвежских купцов. Древняя Русь, таким образом, входила в систему коммуника¬ ций, по которым осуществлялись, в частности, внешнеторговые- связи между европейскими странами. Среди этих стран были не только ближайшие соседи Руси, но и лежащая у дальних за¬ падных границ Европы Англия. 83 Benoit de Sainte-Maure. Le roman de Troie, ed. L. Constans, vol. I. Paris^ 1904, p. 62—63, v. 1231—1236. 34 Ibid., vol. II. Paris. 1906, p. 297, v. 13396—13397. 36 Hue de Rotelande. Protheselaus, hrsg. von. F. Kluckow. Gottingen, 1924., S. 225, v. 4778—4781. 36 Ibid., S. 339, v. 11398—11399. 32 Gervasii Tilberiensis. . . , t. II, p. 764.
ДРЕВНЯЯ РУСЬ В ИСЛАНДСКИХ ГЕОГРАФИЧЕСКИХ СОЧИНЕНИЯХ Е. А. Мельникова Результатом тесных контактов древних скандинавов с Восточ¬ ной Европой было неплохое знание ими ее географии: климати¬ ческих зон, водных путей, народов, княжеств и городов. Эти разнообразные сведения, почерпнутые из опыта многих поколений на протяжении IX—XII вв., к сожалению, не были зафиксиро¬ ваны в письменности до начала XIII в., да и после 1200 г. они вошли в различные сочинения отрывочно, чаще как косвенные упоминания тех или иных топонимов, чем в виде связных повество¬ ваний 1. Источниками для уяснения круга географических представле¬ ний древних скандинавов служат многие произведения древне¬ скандинавской и в первую очередь древнеисландской литературы. Можно использовать, хотя и ограниченно, саги, по преимуществу,, «королевские». Среди них особое место займет введение к «Саге об Инглингах» 2 — первой в сборнике саг «Хеймскрингла» Снорри Стурлуссона (ок. 1220 г.), где дается краткое описание «земного круга». «Саги о древних временах» содержат немало интересных и,, вероятно, значительно более древних, чем их основной текст,, фрагментов или отдельных упоминаний, ценных в интересующем нас отношении: таковы некоторые отрывки из «Саги об Одде- Стреле» (древнейшая рукопись первой половины XIV в.), «Рас¬ сказа о Норна-гесте» (XIV в.), «Саги об Ингваре» (XIV в.). Исторические хроники в Скандинавии в соответствии с уже- установившейся общеевропейской традицией (затронувшей, кстати* и русскую древнейшую хронографию), как правило, открываются описанием обитаемого мира в целом или той страны, истории кото¬ рой посвящена хроника (как, например, в анонимной «Истории; Норвегии» — конец XII в.), и соседящих с ней стран. Таким обра¬ зом, и они могут являться полезным для нас источником. Третья, и наиболее важная группа источников, общей харак¬ теристике которой и посвящена эта работа, состоит из ряда про¬ изведений географического и этнографического содержания, напи¬ 1 Характеристику древнескандинавских источников по истории географии см.: N. М. Petersen. Handbog i den gammel-nordiske geografi. Kjobenhavn, 1834. 2 Перевод А. Я. Гуревича этого фрагмента см. в «Хрестоматии по истории средних веков», т. 1. Раннее средневековье. М., 1961, стр. 651. 141
санных в Исландии в XII—XIV вв. Таких сочинений сохранилось немного, некоторые из них дошли лишь как фрагменты более поздних рукописей. Однако все они чрезвычайно ценны, так как дают более или менее связанное изложение географических пред¬ ставлений древних скандинавов. Вместе с ними можно рассматри¬ вать и древнейшие карты, тогда же выполненные в Скандинавии. Дополняя друг друга, географические обзоры и карты основы¬ ваются на одних и тех же источниках и отражают общий уровень знаний. Ниже мы рассмотрим некоторые из этих произведений, наиболее оригинальные и сыгравшие важную роль в последующем развитии скандинавской географии. «Leidarvlsir ok borgarskiptan» — «Описание путей и перечисление городов» аббата Николая (Nikulas Bergsson), вероятно, настоятеля монастыря Мункатвера (Munkapvera) на се¬ вере Исландии (ум. 1159 или 1160 г.) 3, содержится в исландской пергаменной рукописи из коллекции Копенгагенской универси¬ тетской библиотеки (AM 194,8°, вторая половина XIV в.). Ви¬ димо, между 1155 и 1159 (1160) гг. аббат Николай совершил путе¬ шествие в Рим через Западную Европу, которое и описал по возвра¬ щении 4. Сочинение делится на три части: описание земного круга 4а; описание поездки через Данию в Рим и перечисление городов Италии, Испании и других стран, через которые он проезжал. Аббат Николай по праву считается крупнейшим исландским гео¬ графом средневековья 5, сочинение которого легло в основу много¬ численных последующих компиляций и заложило традиции гео¬ графических исследований в Скандинавских странах. «Планисфера» из рукописи Королевской библиотеки в Копенгагене (Gl. kgl. sml. 1812, 4°, составлена около 1200 г.) 6. К. Равн датирует рукопись 1145—1148 гг. (без аргументации). Карта составлена в птолемеевской проекции по типу Т—0, наибо¬ лее распространенному в Западной Европе в это время. Карта со¬ храняет восточную ориентацию, т. е. восток находится наверху. Восточная половина планисферы занята Азией, западная — Евро¬ пой (северная четверть) и Африкой (южная). Карта интересна некоторыми надписями, относящимися к Европе, которые в ряде 3 Е. С. Werlauff. Symbolae ad geographiammediiaevi. Hauniae, 1821; C. Rafn\ Antiquites russes d’apres les monuments historiques des Islandais et des scandinaves, t. II. Copenhague, 1842, p. 394—415 (далее — C. Rafn. AR, II), «Alfrsedi islenzk», udg. av. K. KAlund, b. 1. Kjobenhavn, 1908. 4 Сведения о Николае противоречивы; см. предисловия Е. Верлауфа, К. Равна и К. Колунда; /. de Vries. AltnordischeLiteraturgeschichte, Bd. II. Berlin, 1962, S. 198; Fr. P. Magoun. The Pilgrim Diary of Nikulas of Mun- kathvera. — «Mediaeval Studies», v. VI. Toronto, 1944, p. 314—354. 4a Неясно, является ли аббат Николай автором этого раздела. 6 Р. Хенниг. Неведомые земли, т. 2. М.—Л., 1968, стр. 333. 6 С. Rafn. AR, II, р. 392—394, tabl. 4 (далее — «Планисфера», цит. по изда¬ нию С. Rafn. AR, II). Рукопись состоит из 36 листов. Страницы 5v и 6г (разворот) заняты планисферой. Описание рукописи и характеристику карты см.: С. Rafn. AR, II, р. 392; «Alfraedi Islenzk», b. 2, p. C. 142
случаев отражают собственно скандинавские сведения, не заим¬ ствованные из общеевропейской традиции. «Heimslysing ok helgifroedi» — «Описание мира и святая мудрость» — сочинение, включенное Хауком Эрлендс- соном (ум. 1334) в его компиляцию древнеисландских произведе¬ ний, названную «Книгой Хаука» (Hauksbok, 1323—1329 2 * 4 * * гг., по датировке Ф. Йонссона) 7. «Heimslysing» входит в рукопись AM 544,4°, начало сочинения приходится на лакуну на месте разделения рукописи (к XVI в. она была произвольно разделена на три части, которые хранятся теперь в Копенгагенской универ¬ ситетской библиотеке под номерами AM 371,4°, AM 544,4°, AM 675,4°). Ряд географических и церковно-исторических фрагмен¬ тов, объединенных их первым издателем Ф. Йонссоном под общим названием «Heimslysing ok helgifroedi», включает а) описание зна¬ менитых рек и чудесных источников, б) отрывок под названием «Пролог» о первых историках мира, в) описание рая, г) географи¬ ческий компендиум, д) проповедь о падении человека; повество¬ вания, е) о разделении мира между сыновьями Ноя, ж) о различ¬ ных фантастических народах, з) несколько проповедей, и) о ра¬ дуге, к) рассказ о городах и гробницах святых в Восточной и За¬ падной Европе. Большая часть текстов основывается на труде Исидора Севильского «Этимологии» 8. Использованы также и не¬ которые другие популярные в средние века работы: Орозия, Гоно¬ рия Аугустодунского «De imagine mundi» и др. Неясно, принадле¬ жат ли фрагменты перу самого Хаука. Во всяком случае, эти стра¬ ницы написаны не его рукой, а, возможно, писцом-норвежцем. Высказано предположение, что они (fol. 1—4) вставлены Хауком в его книгу, но написаны были ранее и независимо от нее 9. «Фрагмент древнего исландского исто¬ рико-географического сочинения» — как на¬ звано это произведение в издании Лангебека — содержится в исландской пергаменной рукописи из Копенгагенской универ¬ ситетской библиотеки (AM 764,4°, XIV в.) и в копии с нее, сделан¬ ной в XVII в. (AM 765,4°) 10. В рукописи имеется несколько отрыв¬ ков, посвященных истории скандинавских стран от эпохи Карла Великого (история Дании VIII—X вв.), о миссиях Ансгара, о заселении Исландии (заимствовано из «Landnamabok»), далее 2 «Hauksbok», udg. ay F. Jonsson. Kobenhavn, 1892—1896, s. 150—177; (далее — «Heimslysing» (Hsl.), цит. по изданию Ф. Йонссона). «Hauksbok», ed. by J. Helgason. Copenhavn, 1960 («Manuscripta Islandica», v. 5) — фототипическое издание. Об истории текста см. предисловия Ф. Йонссона и Й. Хельгасона к соответствующим изданиям рукописи. 8 Isidori Hispaliensis opera omnia, t. 3—4. Etymologiae sive originum libri XX. Romae, 1798—1801. 9 «Hauksbok», ed. by J. Helgason, p. VI. 10 J. Langebek. Scriptores rerum Danicarum medii aevi, t. II. Havniae, 1773, p. 25—37; E. C. Werlauff. Op. cit. — в примечаниях к основному тексту; С. Rafn. AR, II, р. 442—448 (далее — «Фрагмент», цит. по изданию К. Равна). 143
следует интересующее нас описание северной части мира и рассказ об открытии Исландии Гардаром (VIII—IX вв.). Для всех исландских географических сочинений и карт XII— XIV вв. характерно следование общеевропейской (западноевро¬ пейской, в первую очередь) хорографической традиции, которое сказывается, с одной стороны, в строгом сохранении взглядов на устройство и деление мира, с другой — в частом цитировании и компилировании наиболее известных «основополагающих» тру¬ дов европейского средневековья, в первую очередь «Этимологий» Исидора. В соответствии с наиболее распространенной в христианской географии концепцией, исландские авторы считают землю пло¬ скостью, окруженной «мировым морем» (umsjor, что согласуется и с древнескандинавской языческой мифологией), или «по-книж¬ ному», океаном (er at bokmali heitir Oceanus) u. Обитаемый мир (heimr) разделен на три части: Азию, Африку и Европу, первая из которых занимает восточную половину мира, вторая — юг за¬ падной половины, третья — север западной половины. Части мира разделены Средиземным морем и реками Танаис (Дон) и Геон (Нил). На крайнем востоке размещен рай, подробное описание которого заимствовано у Исидора (Etym., XIV, 3. 2—3) и занимает важное место во всех произведениях. В соответствии с христиан¬ ской традицией мир разделен на трети после Всемирного потопа и заселен потомками Ноя: Сима (Азия), Хама (Африка) и Иафета (Европа) 11 12; от них происходят народы, заселявшие землю. Основная часть сочинений — перечисление стран и народов в каждой из третей земли. Естественно, что сведения об Азии и Африке, приводимые в них, неоригинальны: они основаны на имею¬ щихся источниках (а иногда и просто копируют их) — Исидор, Орозий и др. Это касается как названий стран и народов и их расположения относительно друг друга, так и описаний чудес мира, удивительных свойств источников и камней, которые восхо¬ дят к Исидору. Причем отсутствие собственных знаний об этих областях мира сказывается в постоянных неточностях передачи названий, ошибках в размещении стран, отнесении (иногда в од¬ ном произведении) одной и той же страны в разные части мира и т. д. Именно в связи с компилятивным и несамостоятельным характером этих произведений они, как правило, не рассматри¬ ваются в общих работах по истории средневековой географии 13. 11 С. Rafn. AR, II, р. 340 (далее памятник по этому изданию цитируется — Ник.). Ж2 Ср. ПВЛ, ч. I, стр. 9—11. лз См., например: W. Goetz. Historische Geographie. Leipzig, 1904; G. Kimble. Geography of the Middle Ages. London, 1938; W. C. East. An Historical Geography of Europe. London, 1966; лишь в двух трудах (/. Lelewel. Geo¬ graphie du Moyen-Age, t. I. Bruxelles, 1852; C. R. Reazly. The Dawn of Mo¬ dern Geography, v. 2. London, 1905) содержатся краткие указания на исландскую средневековую географию. 144
Тем не менее они представляют значительный интерес в той своей части, которая касается Северной и Восточной Европы. Сведения об этих территориях в западноевропейской средневеко¬ вой литературе (до путешествий XVI в. — Герберштейна и дру¬ гих) чрезвычайно скудны. Если южная Русь становится известна через византийскую и западнославянскую традиции относительно рано, то о народах, населявших север, о его природных условиях известий практически нет. Столь же мало знаком и Скандинавский полуостров. Именно эти белые пятна и восполняют исландские географические сочинения, которые отражают скандинавскую устную традицию, существовавшую в эпоху тесных культурных контактов между народами Скандинавии и Руси, те знания, кото¬ рые были почерпнуты из опыта многих поколений скандинавов, совершавших походы на Русь или служивших в ней. Оригинальные известия географических сочинений, таким об¬ разом, можно условно разделить на две группы: касающиеся Скандинавии и касающиеся территории Восточной Европы. В со¬ чинениях они распределены неравномерно: ощущается явный интерес авторов к той или иной области. Так, аббат Николай уде¬ ляет основное внимание описанию скандинавских стран и в первую очередь Норвегии, сообщая о ее границах, областях, городах. Автор «Heimslysing» проявляет особый интерес к Восточной Европе; давая список рек Европы, он занимает его большую часть реками Руси, приводит обширный список городов Восточной Европы, перечисляет соседящие с Русью народы. Несколько ме¬ нее обстоятелен автор «Фрагмента». Обзор Европейской трети авторы всех сочинений начинают с ее восточной части, называя самым дальним Великий Свитьод (Svif jod hin mikla) 14. Его положение определяется как погранич¬ ное между Азией и Европой, но относящееся к Европе: «Великой Азией называются все страны, которые, как считают, расположены от Индиаланда туда и сюда, и она простирается до Великого Свитьода» (En hit micla Asia его kallad oil riki joau er told его af India lande alt hingat til. oc joangat huerfr sum Suipiod hin micla) 15; «А самая восточная [часть Европы] — Великий Свитьод» (ос ег austast Svijrjod hin micla) 16. Это название встречается в более подробном контексте во Введении к «Младшей Эдде» Снорри Стурлуссона 17, который рассказывает о том, что из этой страны пришел в Скандинавию Один со своими родичами — асами, кото¬ рые заселили страну и установили в ней законы 18. Фрагмент дает и иное название этой области — Сифия (Скифия): «В Европе самая 14 Ср. Svipjod или иногда Svipjod hin minni — Малый Свитьод — Швеция. 16 Hsl., 155. 16 Ibidem. 17 «Младшая Эдда». М.—Л., 1970, стр. 11—12. 18 Были сделаны попытки найти историческую основу предания. Одна из последних содержится в работе Г. Вернадского (G. Vernadsky. The Ori¬ gins of Russia. Oxford, 1959, p. 174—180). 10 Древнейшие государства на территории СССР 145
восточная [часть] — Сифия, которую мы называем ВеликимСвитьо- дом» (I Europa er austaz Githia, fat kollum ver Svifiod hinu myclu)19. В южной части Восточной Европы на границе с Азией поме¬ щает Скифию (Scithia frigida) и «Планисфера». Как пра¬ вило, указание двух названий предполагает, что одно из них «книжное», т. е. заимствовано автором в общеевропейской тради¬ ции (в данном случае, Скифия), второе — специфически сканди¬ навское, употребляемое в обычной речи. И хотя название «Вели¬ кий Свитьод» в древнеисландской художественной литературе встречается неоднократно, оно чрезвычайно расплывчато и не под¬ дается локализации; географические сочинения, как кажется, вкладывают в него вполне конкретный смысл. Великим Свитьодом называется юго-восточная часть Европы, идентичная понятию «Скифия» у Исидора и последующих авторов. Наряду с термином «Великий Свитьод», часть Восточной Европы называется «Гардарики»: «В восточной части Европы на¬ ходится Гардарики» (I austanverdri Europa er Gardariki) 20. He сов¬ сем ясно, совпадают ли эти понятия, относятся к разным областям, или одно из них включает другое. Большинство сочинений, как будто, применяют эти названия к различным районам Восточной Европы, разграничивая их. Однако «Heimslysing» дает последнее толкование: «В том государстве [Великом Свитьоде. — Е. МЛ есть [часть], которая называется Русия, мы называем ее Гарда¬ рики» (I fui riki er fat er Ruzcia heitir. fat kollum ver Gardariki)21. Гардарики — наиболее употребительный топоним для обозна¬ чения Древней Руси. Он постоянно встречается в сагах, хрониках и других произведениях, когда речь идет об этой стране. Наиболее ранние случаи его употребления относятся к концу X—XI в.: известно около 10 рунических надписей, упоминающих его в форме karf аг 22. Но это не единственный топоним, обозначающий Русь. В наибо¬ лее древнем из рассматриваемых произведений — аббата Нико¬ лая — мы встречаем название Kylfingaland: «Кюльфингаланд, который мы называем Гардарики» (Kylfingaland fat kollum ver Gardariki) 23. Николай почему-то считает необходимым пояснить это, как в случаях употребления «книжной» лексики. Очевидно, что он не считает его собственно скандинавским. Поэтому представ¬ ляется возможным сопоставление его первой части с названием «колбяг» 24. Тогда этот топоним можно расшифровать как «земля Кюльфингов»: народа (племени) или рода. Причем название имеет широко распространенный суффикс —ing, употребительный (на¬ 19 «Фрагмент», 447. 20 Ник., 402; «Фрагмент», 445. 21 22 Например, надписи Sod. 238, 148, 338; Up. 209, 636; 01. 28. 23 Ник. 401. 24 Е. М. Metzenthin. DieVolker- und Landernamen im Altislandischen Litera- tur. Pennsylvania, 1941, S. 61. Cp. «кульпинги» византийских источников. 146
ряду с суффиксом — ung) в этнических (Gydingar, Pyringar) и родовых (Ynglingar, Knytlingar) наименованиях. Топонимы, про¬ изводные от родовых имен на —ing, относятся, как полагают, к древнейшему пласту 25, и, возможно, уже в XII в. ощущалась их архаичность. Характерно при этом, что название Kylfingar по большей части встречается в сагах о древнейших временах, несущих отголоски устной традиции. Другое, также, видимо, чрезвычайно древнее название Руси — Austrriki — «Восточное государство», приводится автором «Фраг¬ мента» в следующем контексте: «Азия, как кажется, протянулась с востока до границ Африки. Азия названа по имени одной жен¬ щины, которая в древние времена правила Аустррики» (er fvi Hkt, sem Asia gangi fvert austan fyri endimark Affrice. Asia hefir nafn tekid af konu nokkvari, er i fornum timum helt Austrriki) 26. Из саг явствует, что Austrriki помещается в Европейской части и идентифицируется с Русью, что не следует с очевидностью из при¬ веденного отрывка. Однако он интересен тем, что именно это назва¬ ние фигурирует в легенде о происхождении слова «Азия», возможно, в архаическом контексте, как большинство эпонимических преда¬ ний. Наряду с ним автор знает и использует и более употреби¬ тельное — Гардарики. Под влиянием латинской традиции для обозначения Руси ис¬ пользуется и распространенный топоним Ruzcia или Ruscia 27. В большинстве случаев можно предполагать, что объем понятий Ruzcia и Gardariki совпадает. Однако «Планисфера» представ¬ ляет любопытный вариант: подпись Ruscia расположена в север¬ ной части Восточной Европы. Южная, примыкающая к Черному морю (не названному), обозначается как Scithia frigida 28. Между ними же помещена надпись Kio, которую К. Равн расшифровывает как Kiovia — «Киевское государство» 29. Поэтому возможно, что автор «Планисферы» разделяет Древнюю Русь на северную и южную, давая им разные наименования 30. Однако не исключено, что здесь имеется в виду название не государства, а города — Киева, так как в некоторых, правда, редких, случаях «Плани¬ сфера» указывает и города; два в Европе, Константинополь и Рим, и несколько в Малой Азии. Таким образом, в географических сочинениях мы имеем не¬ сколько названий Руси: Кюльфингаланд и Аустррики — ве¬ 25 G. Knudsen. De Danske Stednavne. — In: «Nordisk Kultur», b. 5, udg. av M. Olsen. Stockholm, 1939, S. 87—90. 26 «Фрагмент», 443. 27 Hsl., 155; «Планисфера», 394. 28 Следует учесть, что и в античной, и в западноевропейской средневековой географии понятие Scithia (frigida) не включает Древнерусское государ¬ ство, а относится лишь к причерноморским степям — территории кочев¬ ников. Очевидно, то же значение включает в этот топоним и «Планисфера». 29 С. Rafn. AR, II, р. 394. 30 «Верхнюю» и «нижнюю» (северную и южную) Русь различают и древней¬ шие русские летописцы (ср. в ПВЛ и особенно в Новгородской I летописи). 10* 147
роятно, древнейшие, Гардарики, Руссия и, возможно, Киовия (для южной Руси). За исключением последнего, все они встре¬ чаются и в других произведениях древнеисландской литературы. Имеющиеся в географических трудах сведения о Руси не ис¬ черпываются ее названием. Известны ее города, реки, некоторые народы, населявшие ее или граничившие с ней. Все сочинения приводят список городов Руси, где повторяются следующие Ksenugardr (Киев), Holmgardr (Новгород), Pallteskia (Полоцк). Эти три города, а также Смоленск называет уже аббат" Николай фаг er Kaenugardr ok Holmgardr, Pallteskia ok Smaleskia) 31. Интересно отметить, что ни это, наиболее раннее произведение, ни последующие, не называют один из популярнейших в сагах городов — Ладогу (Aldeigjuborg). Аббат Николай, совершивший путешествие в Рим, но, очевидно, не бывавший на Руси (он ехал по центральноевропейскому пути), называет два крупнейших политических и административных центра южной и северо-за¬ падной Руси и два важнейших торговых пункта — Смоленск и Полоцк, игравших выдающуюся роль в скандинавско-русской торговле. Оба они находились на основных водных путях из Бал¬ тийского моря в Днепровский и Волжский бассейны. Отсутствие у аббата Николая собственных впечатлений заметно и в том, что это перечисление городов не сопровождается излюбленными им описаниями церквей, гробниц святых и т. п., как он это делает в других случаях. Например, называя Константинополь, он гово¬ рит: «В Миклагарде (Константинополе — Е. М.) есть церковь, которую на их языке (по-гречески. — Е. М.) называют Агиосо- фия, а норманны называют Эгисиф. Эта церковь самая великолеп¬ ная и стройная из всех церквей в мире по облику и размерам» (I Miklagardi er kirkia su er a feirra lydzku heitir Agiosophia, ok Nordmenn kalla oegisif, su er kirkia dyrliguz ok itarliguz alia kirkna i heimi af gerd ok veksti) 32. Простое перечисление городов на Руси Николаем показывает, что сообщаемые им сведения содержатся в общей скандинавской традиции, созданной до него и использован¬ ной им в его труде. Он лишь обобщает существующие знания и систематизирует их. Несравненно более обширен список городов в «Heimslysing», где их названо восемь, определяемых автором как «главные го¬ рода» (hofudgardar): far его fessir hofud gardar. Moramar. Rostofa. Surdalar. Holmgardr. Syrnes. Gadar. Palteskia. Ksenugardr33, Среди них три те же, что и у аббата Николая: Киев, Новгород и Полоцк. Отсутствует лишь Смоленск. Но, кроме того, дается пять других: Муром (Moramar), Ростов (Rostofa), Суздаль (Surdalar), Чернигов (PSyrnes) и неидентифицированный пока Гадар (Gadar). Названия указаны без какой-либо определенной последователь¬ 31 Ник., 402, 32 Ник., 402. 33 Hsl., 155. 148
ности: ни в соответствии с их значением в жизни Руси, ни по их географическому расположению. Вообще, список оставляет впечатление довольно случайного подбора названий, хотя и обнаруживает хорошее знакомство с Русью. Часть городов из этого списка больше не упоминается в древнеисландской литературе (Syrnes, Gadar). Названия Мурома и Ростова имеются в одном позднем (XV в.) списке «Саги об Одде- Стреле» (Moramar, Radstofa) 34, который, очевидно, восходит к «Heimslysing». Лучше известно в Скандинавии название Суздаля. Оно встречается в ряде саг, в тбм числе королевских (например, «Саге о Хаконе Хаконарсоне»), с XII по XV вв., причем в двух списках «Саги о Хаконе» (Eirspennill, начало XIV в., nFlateyjar- bok, начало XIV в.) говорится о государстве Суздаль — Sudrdala- riki, т. е., видимо, имеется в виду самостоятельное княжество' Суздаль. Действие этого эпизода саги относится к 1222 г.35 Названия Holmgardr и Ksenugardr принадлежат к числу ши¬ роко распространенных в сагах, особенно первое. Нередко Новго¬ род, как наиболее знакомый скандинавам, определяется как сто¬ лица Руси и ее важнейший центр торговли. Уже в XI в. название этого города встречается в рунических текстах36, что указы¬ вает на его архаичность. Наиболее позднее из рассматриваемых географических сочи¬ нений значительно сужает список городов, называя только два: Полоцк и Киев (I Gardariki stendr Pallteskia, ok Kisenugardar) 37. «Фрагмент» дает более редкую форму написания названия Киева: Kisenugardar, — употребляя его во множественном числе. Такое употребление объясняется Эстер Метцентин как название госу¬ дарства, а не города 38. Однако в данном случае с этим утвержде¬ нием невозможно согласиться. Здесь бесспорно назван именно город: об этом свидетельствует как объединение с названием дру¬ гого города — Полоцка, так и глагол stendr («стоит»), употребляе¬ мый постоянно при перечислении городов. Как уже отмечалось, саги знают еще несколько русских горо¬ дов, не указанных в географических сочинениях, — Ладогу (А1- deigjuborg), Алаборг (Alaborg — в северной Руси). Особенно часто наряду с Новгородом упоминается Ладога (например, в «Саге об Эймунде», в сагах об Олафе Святом). Таким образом, скандина¬ вам в целом известно более 10 городов, большинство из которых находились на важнейших торговых путях северных и северо- западных княжеств Руси. 34 if. Тиандер. Поездки скандинавов в Белое море. СПб., 1906, стр. 108. 36 Е. А. Рыдзевская. Сведения по истории Руси XIII в. в саге о короле Ха¬ коне. — В кн.: «Исторические связи Скандинавии и России». Л., 1970,. стр. 323—331. 36 Sod., 171; Up. 687. 31 «Фрагмент», 447. 38 Е. М. Metzenthin. Op. cit., р. 61—62.
Основными путями проникновения скандинавов на Русь, как известно, были водные магистрали — реки Северной Руси, наибо¬ лее существенны из которых Западная Двина и Нева; по ним скандинавы попадали в Днепровскую и Волжскую систему. Гео¬ графические сочинения отражают знакомство с ними «из первых рук», называя большое количество гидронимов Восточной Европы. Собственно, только одна из упоминаемых в них рек, Танаис (Дон), разделяющий Европу и Азию, встречается именно в этом контексте еще у античных, а вслед за ними и у средневековых авторов. Другие реки Руси (за исключением Волги) средневековым хрони¬ стам неизвестны 39. «Heimslysing» — единственное из древнеисландских географи¬ ческих сочинений, которое дает перечисление рек Европы. В на¬ чальном разделе, посвященном чудесным источникам и озерам, который заимствован у Исидора (Etym,, XIII, 21.13, 19), вводится список рек, которого нет у знаменитого хрониста: Dun heitir а. ег mest [va]tn ег a Europa. par falla i lx. stor a. oc kemr i vij. stodum [i s^.] mikil i ollum st[odum]. I |3eim lut heimsms его fessar adr[ar storaer]. Nepr [oc] Nyia[.] Seimgol. Duna. Olkoga. Vina. Kuma. Saxelfr. Padus. Tifr. Rodon. Betus 40 41 («Дунаем называется река, са¬ мая многоводная в Европе, в которую впадает 60 больших рек, и которая течет семью рукавами, и все они широки. В этой части мира есть такие другие большие реки Непр и Нюйа, Сеймгол, Дуна, Олкога, Вина, Кума, Саксэльв, Падуе, Тивр, Родон, Бетус»). Из перечисленных 12 рек, по крайней мере 6 протекают по терри¬ тории Восточной Европы. Это Днепр (Nepr, упомянутый и в неко¬ торых других произведениях в той же форме, возможно, восходя¬ щей к русскому варианту названия Нъпръ, Нъпра в былинах), Нева (Nyia), которая в форме Nu (flumen N]i) указана на карте Дульцерта (1339)41, Сейм (? Seimgol), Западная Двина (Duna), первые упоминания которой относятся к XI в. и встречаются в рунических |надписях, Северная Двина (Vina), которая часто называется в сагах, Волхов (РВолга? — Olkoga) 42. Из рек За¬ падной Европы названы По (Падуе), Тибр (РТивр), Рона (Родон), Саксэльв (в Германии). Среди других рек Западной Европы гео¬ графические сочинения знают Рейн (Rin). Следует отметить, что жсе приводимые в списке реки Руси, кроме Днепра, — важнейшие северные и северо-западные . водные дороги: |Нева, соединявшая Балтийское море через Ладожское озеро и Волхов с Новгородом; Западная Двина, выводившая из Балтийского моря в Днепровский бассейн; Северная Двина, по которой скандинавы часто плавали в Бьярмию. 39 Известны им также южные реки Восточной Европы: Буг, Днестр и др. 40 Hsl., 150. 41 А. Е. Nordenskiold. Facsimile-atlas to the Early History of Cartography. Stockholm, 1889, p. 53—54., '1 aa К. Равн (AR, II, p. 431) считает, что Олкогу следует отождествлять £ р. Волхов. 150
Если список городов из «Heimslysing» стоит особняком в скан¬ динавской литературе вплоть до XVI в., когда1 эти названия появляются на картах Циглера (1532) и Олая Магнуса (1539), то большая часть известных автору «Heimslysing» названий рек составляет общий фонд знаний о Восточной Европе: они упоми¬ наются и ранее (в рунических надписях), и одновременно с ним (саги). Из других гидронимов в сочинении аббата Николая есть ука¬ зание на Белое море — Гандвик (Gandvik), в «Планисфере» названо Каспийское море (Caspies) в Азиатской трети земли. Первое упоми¬ нание, несомненно, связано с существующей в XI—XIV вв. скан¬ динавской традицией, которая сложилась в результате многочис¬ ленных (в сагах рассказывается более чем о 10) 43 поездок в Бьяр- мию, один из путей в которую — морской — проходил вокруг Скандинавского полуострова через Белое море в устье Северной Двины (именно этот путь описан в знаменитом «плавании Охтхере» в «Орозии» короля Альфреда). Аббат Николай говорит о Гандвике в связи с границами Норвегии: «Норвегией называется [область] на севере от Вегистава, там, где Финмарк. Это около Гандвика, и на юг до Гаутэльва. Границы этой страны — Ганд на севере, а Гаутэльв на юге, Эйдаског на востоке, а пролив острова Энгуль на западе» (Noregr er kalladr nordan fra Vaegistaf, far er Finnmork, fat er hia Gandvik; ok sudr til Gautelfar. f’essa rikis его endimork, Gand fyrir nordan enn Gautelfr fyrir sunnan, Eidaskogr fyrir austan enn Aungulseyiarsund fyrir vestan) 44. Гандвик не относится абба¬ том Николаем, так же как и сагами, непосредственно к террито¬ рии Руси, нет и упоминаний о связи прибрежья Белого моря с Древней Русью. Видимо, это отражает реальное положение ве¬ щей, поскольку проникновение и колонизация севера выходцами из Новгородской Руси начались значительно позже. Иначе обстоит дело с названием Каспийского моря на «Плани¬ сфере». Наличие этого названия свидетельствует об использова¬ нии автором «Планисферы» западноевропейских источников. Ни в других географических сочинениях, ни вообще в древнеис¬ ландской литературе Каспийское море не известно, а названия для него не существует. Описание Руси во всех географических сочинениях завершается перечислением соседящих с ней народов и стран. Среди южных соседей Руси большинство сочинений отмечает Грецию — Грик- ланд: «Около Гардарики к юго-западу находится страна грече¬ ского короля» (Naest Gardariki til vtsudrs er Grikia konungs riki) 45. Лишь «Планисфера» к югу от Киевского государства (или города Киева — Киовия) указывает «eronei», очевидно, кочевые 43 К. Тиандер. Указ. соч. 44 Ник., 404—405. 46 Ник402, 151
племена, населявшие причерноморские степи46. Это название, видимо, заимствовано из западноевропейской географии. Более обширны сведения о северных и особенно северо-за¬ падных народах, граничивших с Русью. В первую очередь, это бьярмы. Бьярмаланд считается последней из обитаемых северных стран, за которым тянутся незаселенные земли до Гренландии (Гренландия показана соединяющейся с северной Европой еще на картах XVI в.) 47. «Планисфера» указывает к северу от надписи Ruscia: «Biarmar habitant hie» — «Здесь живут бьярмы». Во «Фраг¬ менте» говорится: «К северу от Норвегии находится Финмарк, оттуда земля поворачивает на северо-восток, пока не начинается Бьярмаланд. За Бьярмаландом идут земли, не заселенные север¬ ными народами до самого Гренланда» (Fyrir nordan Noregh er Finnmork, |)adan vikr landinu til lannor^rs, adr komi til Bjarma- lands. Af Bjarmalandi ganga lond obygd af nordraett unz Graenland tekr vid) 48. В одном из поздних сочинений 49 указывается на то, что бьярмы платят дань Руси — «£at (Bjarmaland. — Е. М.) er skattgilt undir Gardariki». То же говорится и в списке AM 734 50. Показательно, что Бьярмию знают все географические сочинения. Рядом с Гардарики юго-западнее Бьярмии расположен Финн- ланд. Его местоположение аббат Николай определяет следующим образом: «. . .дальше Свитьод, затем Хельсингаланд, затем Финн- ланд, который, как считается, расположен против Гардарики» фаг naest Svi^jod, ]за naest Helsingaland, ]за Finnland, pa er ta- lit til motz vid Gardariki) 51. Рассматриваемые произведения не уде¬ ляют специального внимания описанию Финнланда, хотя он хо¬ рошо известен скандинавам. Имеющиеся сведения отражены в главе 4 анонимной «Истории Норвегии», посвященной этой стране: «De Finnis» 52. «Heimslysing» и «Фрагмент» подробно перечисляют западных соседей Руси, особенно детально восточноприбалтийские земли. Причем, как и в списке городов, сведения автора «Heimslysing» более обширны: он называет корел (Kirjalir), жителей Ревеля (PRefalir?), Тавастланд (Tafeistaland) — восточную часть Финлян¬ дии, примыкающую к Белому морю, Вирланд (Virland) — север¬ ную Эстонию, Эстланд (Eistland), Ливланд (Lifland), Курланд (Gurland), Вармию (Ermland) — северо-восточную часть Пруссии, Польшу (Pulinaland) и землю вендов (Vindland), ближайшую к Дании. Как видно из списка, выделены не только земли важней¬ ших прибалтийских племен: эстов, ливов, куршей, но и некоторые 46 Так поясняет название К. Равн {С. Rafn. AR, II, р. 393). 47 Например, по карте Иона Гудмундссона (ок. 1600 г.) и др. 48 «Фрагмент», 445. 49 Грипла (Gripla), рукопись № 115, 8°. См. С. Rafn. AR, II, р. 404. 50 Ibidem. 51 Ник., 405. 52 Список середины XV в., однако само сочинение составлено в конце XII в. («Monumenta historiae Norwegiae». Udg. av G. Storm. Gristiania, 1888, S. 73—87). 152
местности, игравшие особенно важную роль на путях из Сканди¬ навии в Русь, в частности Вирланд (от эст. Virumaa), который впервые упоминается уже в рунических надписях 53 *. Эта область, очевидно, занимала особое положение в связи с тем, что ее огибали и вдоль нее плыли (а возможно, здесь же и останавливались) скандинавские суда при входе в Финский залив. «Фрагмент» же значительно сокращает этот список — Курланд (Curland), земля корел (Kirjalaland), Самбия (Samland), Вармия (Ermland) и земля вендов (Vindland). Но, опуская большинство топонимов «Heimslysing», «Фрагмент» добавляет еще один — Samland, — помещая его на юго-западном побережье Балтийского моря. На западе от Руси «Heimslysing» и «Фрагмент» указывают Польшу, а восточнее нее — Рейдготаланд и Хуналанд: En austr fra Polena er Reidgotaland. ос ]3a er Hunaland м. Понятие топонима Reidgotaland, хотя он и встречается во многих произведениях, начиная с песен «Старшей Эдды», не установлено. Его употребле¬ ние в географических сочинениях, сообщающих в отношении Европы достоверные сведения, говорит о том, что в него вклады¬ вался вполне конкретный смысл, но определить его содержание, исходя только из приведенной фразы, не представляется воз¬ можным. Таковы в общих чертах сведения трех географических сочине¬ ний и «Планисферы» о Древней Руси и соседящих с ней народах. Очевидно, что соответствующие отрывки не связаны непосред¬ ственно друг с другом и отражают независимо один от другого существовавшие в Скандинавии представления о Восточной Европе, восходящие, видимо, к устной традиции. В наиболее ран¬ нем из этих произведений — аббата Николая — постоянно ука¬ зывается на то, что он опирается на рассказы людей, посещавших соответствующие места, или на общую традицию: «как считается» (pat er talit), «как говорилось» (sem er sagt), «как мы называем» (pat kollum ver) и т. д. Эти вводные фразы совершенно не встре¬ чаются в разделах, посвященных описанию стран, которые аббат Николай посетил сам и описывает как очевидец (ср., например, описание Константинополя). В «Heimslysing» и «Фрагменте» подоб¬ ных фраз при описании Руси почти нет, как нет и каких-либо других следов непосредственного обращения к устной традиции. Нижеследующая таблица показывает объем представлений скандинавов о Восточной Европе в привлеченных нами источ¬ никах 55. Наибольшей информацией (устной или письменной, или той и другой) обладает автор «Heimslysing». Однако вряд ли можно ска¬ зать, что, в связи с более поздним происхождением, оно отражает 53 Up. 356, 533. 64 Hsl., 155; «Фрагмент», 447. 66 Ср. карту, где римскими цифрами обозначены источники, в которых упо¬ мянуты соответствующие названия. 153
Сочинение аббата Николая I «Планис¬ фера» II «Heimslysing» III «Фрагмент» IV 1. Названия Руси Восточное госу- — — — Austrriki дарство Гардарики Gardariki — Gardarlki Gardariki Русь — Rusia Ruzcia — Кюльфингаланд Kylfingaland — — — Великий Svipjod ей — Svlpjod hinn Svipjod Свитьод Киовия(?) mikla Kiofvia] mykla hinu mykla Скифия — Scithia — Scithia 2. Города Киев Koenugardr frigida Kio [viaj Koenugardr Cithia Kanugardr Муром — — Moramar — Новгород Holmgardr — Holmgardr — Полоцк Pallteskia — Palteskia — Ростов — — Rostofa — Смоленск Smaleskia — — — Суздаль — — Surdalar — Чернигов (?) — — Syrnes — ? — — Gadar — 3. Гидронимы Белое м. Gandvik — — — Каспийское м. — Caspies — — Волхов (?) — — Olkoga — Зап. Двина — — Duna — Сев. Двина — — Vina — Днепр — — Nepr — Дон — Tanaquisl Tanais — Кума — — Kuma — Нева — — Nyia — Сейм — — Seimgol — 4. Народы Бьярмы Biarmad lan Biarmar — Bjarmaland Вирланд — — Virland — Корелия — — Kurjalir Kurjalaland Курланд — — Curland Kurland Лифланд — — Lifland — Ревельцы (?) — — Refalir — Самбия — — — Samland Тавастланд — — Tafeistaland — Эстония — — Eistland — Вармия Кочевники (?) cronei Ermland Ermland расширение знаний о Восточной Европе в это время. Отсутствие многих топонимов «Heimslysing» у аббата Николая скорее сле¬ дует объяснить его индивидуальностью, определенным стремле¬ нием подробно описать лишь те земли, которые он посетил сам. Восточная Европа возникает в его сочинении лишь попутно, в связи с общей характеристикой «обитаемого мира», и лишь по¬ стольку, поскольку это необходимо для полноты картины. Из всех 154
ТА В А С Т Ы (ш) Топонимы и этнонимы Восточной Европы в исландских географических сочинениях
неверных стран его интересует только Норвегия, расположение которой и города, где захоронены некоторые из скандинавских «гвятых, он описывает более подробно. Иное дело — автор «Heimslysing». Он проявляет интерес к стра¬ нам Восточной Европы, хотя и не может сообщить ни о каких «чуде¬ сах» (основной теме большинства отрывков) в связи с ней: ведь эти повествования он заимствует у Исидора, а для последнего Во¬ сточная Европа — белое пятно. Материалы местной традиции о Руси и смежных с ней землях более обширны, чем почерпну¬ тые из западноевропейской хорографии сведения о Западной и Южной Европе. Автор знает там всего три-четыре города (Константинополь, Рим, Бари), несколько рек (Дунай, Рейн, По, Рону) и лишь некоторые, наиболее крупные страны (Ита¬ лию, Францию, Германию, Испанию и немногие другие). Та же особенность отличает и «Фрагмент». Наряду с могущественней¬ шими странами Западной Европы (Францией, Италией, Гер¬ манией) называются небольшие, еще не сформировавшиеся в го¬ сударство народы Прибалтики и северные данники Руси. Единственной территорией «земного круга», описываемой в гео¬ графических сочинениях столь же подробно, как и Восточная Европа, является Палестина. Здесь перечисления стран, областей, городов очень подробны и включают множество мелких деталей, относящихся к библейской эпохе. Все эти сведения, почерпнутые из Библии, сочинений отцов церкви и первых западноевропей¬ ских хронистов, к XIV в. безнадежно устарели. Очевидно, что застылость формы отличает не только описания Святой Земли, поскольку является одной из любопытнейших особенностей раннескандинавской хорографии и связана с миро¬ воззрением средневекового скандинавского географа. Ориентация на письменную западноевропейскую традицию заставляет вос¬ производить уже написанное без существенных изменений, не кор¬ ректируя это вновь полученными сведениями. Та же традицион¬ ность сказывается и в описаниях Древней Руси. Картина, пред¬ лагаемая авторами «Heimslysing» и «Фрагмента», мало прило¬ жима к Руси XIV в. — эпохи татаро-монгольского господства. О татарах фактически не упоминается: лишь «Фрагмент» назы¬ вает на севере Европы государство татар (Tartararriki). Скорее, это картина Восточной Европы X—начала XII в. до татаро-мон¬ гольского нашествия, до образования Литовского государства 56, до завоевания Орденом прибалтийских земель. И несмотря на про¬ изошедшие многочисленные изменения, бесспорно известные авто¬ рам, эта картина продолжает сохраняться в силу традиции в скан¬ динавской хорографии на протяжении XII—XIV вв. и вплоть до начала возрождения географических знаний в конце XV в. 56 Если не считать названия Refalir в «Heimslysing», так как интерпретация его сомнительна и доказана пока быть не может.
О ЗНАЧЕНИИ ТЕРМИНА «КНЯЖ ТИУН» В XI—XIII ВВ. С. В. Завадская Для изучения общественного строя Древней Руси в его эволю¬ ции особое значение имеет исследование структуры древнерус¬ ского министериалитета — социальных групп, включающих должностных лиц княжеского и боярского управления и суда. Одна из таких групп — тиуны, сведения о которых в письменных источниках весьма отрывочны. Хотя термина «тиун», в связи с упоминанием его в Русской Правде, в дореволюционной историографии касались многие исто¬ рики, специально он был предметом анализа только в «Терминоло¬ гии русской истории» В. О. Ключевского. Это небольшое исследо¬ вание стало своеобразным обобщением, характерным для всей досоветской историографии, как в отношении используемых источ¬ ников, так и по полученным автором выводам. Основываясь на ма¬ териалах Русской Правды, Ключевский говорит о княжеских тиунах высшего и низшего разрядов, ведающих различными частями хозяйства князя. К первым он относит «тиуна конюшего» и «тиуна огнищного», ко вторым — «тиуна сельского княжого» и «тиуна ратайного»1. Тиун боярский приравнивается им к низ¬ шему разряду княжеских тиунов. Свидетельства летописей и литературных памятников XII—XIII вв. привели Ключевского к выводу о том, что высшие тиуны были городовыми судьями или гражданскими правителями стольных и областных городов. Как правило, он относит тиунов к категории холопов, но предполагает и их возможное свободное состояние 2. Взгляды дореволюцион¬ ной историографии о тиунах разделяет Г. Вернадский, но, в отли¬ чие от нее, он намечает эволюцию в значении термина: первона¬ чально — «управляющий», позднее — «судья» 3. В советской историографии начиная с 30-х годов вопрос о тиу¬ нах рассматривался или в связи с изучением организации крупной вотчины IX—XII вв. (Б. Д. Греков) 4, или как аспект проблемы сущности министериалитета (С. В. Юшков) 5. Последний считал 1 В. О. Ключевский. Сочинения, т. VI. М., 1959, стр. 177, 186—189. 2 Там же, стр. 174, 189, 320. 3 G. Vernadsky. Kievan Russia. New Haven—London, 1963, p. 138. 4 Б. Д. Греков. Киевская Русь. M., 1953, стр. 144—145, 147—149, 189. 5 С. В о Юшков. Очерки по истории феодализма в Киевской Руси. М.—Л., 1939, стр. 151—153, 224—225; он же. Общественно-политический строй и право Киевского государства. М., 1949, стр. 251—253, 512—513. 157
«тиунство» видом административной службы при княжеском дворе, а сам термин «тиун» — обозначением княжеских дворцовых слуг со второй половины XI в. В работах советских исследователей преобладает точка зрения о тиуне как холопе или по происхожде¬ нию (С. В. Юшков, А. А. Зимин) 6, или в результате вступления в должность без договора (Б. Д. Греков, Б. А. Романов, М. Н. Тихо¬ миров)7. Сфрагистические материалы конца XIII—начала XIV в. позво¬ лили В. Л. Янину определить место тиунского княжеского суда в Новгороде и противопоставить его суду тысяцкого. Действие последнего распространялось на сферу торговли, гостиных дел и сбора пошлин 8. О наделенном судебной властью тиуне князя, суд которого соперничал с судом новгородского епископа в XIII в., писал Я. Н. Щапов 9. В одной из последних работ, посвященных социальной терми¬ нологии древнерусских источников, — датского историка К. Р. Шмидта значительное место уделяется анализу письменных источников домонгольского периода. Наряду с уже известными в историографии обозначениями тиуна, он выделяет как самостоя¬ тельный термин «княжеский тиун, городской», исходя из анализа договоров Смоленска с Ригой и Готским берегом начала XIII в.10. Однако весь анализ содержания терминов в этой работе остается на иллюстративно-описательном уровне. Хотя точная этимология термина «тиун» неизвестна, исследо¬ ватели принимают в качестве его номинального значения слово «слуга». Русские филологи и историки придерживались мнения о его германском происхождении, связывая термин с готскими формами слова «]3ius», «thins», «dius» 11. М. Фасмер считал его производным от древнеисландского «pjonn» 12, Г. Вернадский — от древне¬ шведского «thiun» 13. 6 С. В. Юшков. Очерки по истории феодализма в Киевской Руси, стр. 152; А. А. Зимин. Холопы на Руси (с древнейших времен до конца XV в.). М., 1973, стр. 195. 7 Б. Д. Греков. Указ, соч., стр. 189; Б. А. Романов. Люди и нравы Древней Руси. М., 1947, стр. 82; М. Н. Тихомиров. Пособие для изучения Русской Правды. М., 1953, стр. 101. 8 В. Л. Янин. Актовые печати Древней Руси, т. 2. М., 1970, стр. 42; он же. К вопросу о структуре княжеского аппарата в Новгороде на рубеже XIII— XIV вв. — В кн.: «Вспомогательные исторические дисциплины», V. Л., 1973, стр. 118. 9 Я. Н. Щапов. Княжеские уставы и церковь в Древней Руси. М., 1972, стр. 41—42. 10 К. R. Schmidt. Soziale Terminologie in russischen Texten des friihen Mit- telalters (bis zum Jarhe 1240). Kopenhagen, 1964, S. 509 (§ 427). 11 И. И. Срезневский. Материалы для словаря древнерусского языка по пись¬ менным памятникам, т. III. СПб., 1903, стб. 961—963; С. М. Соловьев. История России с древнейших времен, кн. I. М., 1959, стр. 230; В. О Клю¬ чевский. Указ, соч., стр. 187; А. Е. Пресняков. Княжое право в древней Руси. Очерки по истории X—XII столетий. СПб., 1909, стр. 273. 12 М. Фасмер. Этимологический словарь русского языка, т. IV. М., 1973. 13 G. Vernadsky. Op. cit., р. 138. 158
Отметим, что в древнерусских источниках номинальное значе¬ ние термина «тиун» практически не проявляется, тогда как со¬ держание термина (реальное значение), как мы стремимся пока¬ зать ниже, постепенно изменяется на протяжении XI—XIII вв. Задача настоящей статьи — наметить границы эволюции содержа¬ ния термина «княж тиун». * * * Русская Правда является наиболее ранним из древнерусских источников, в котором встречается интересующий нас термин. «Княж тивун» и «тивуниц» упоминаются в Правде Ярославичей (вторая половина XI в.), но значение этих терминов непосред¬ ственно из текста неясно 14 15. Терминология Пространной Правды (конец XI—начало XII в.) гораздо определеннее. В ней прежде всего зафиксирована административно-хозяйственная функция княжеского тиуна («тиун огнищный», «тиун конюший», «тиун сельский княж», «тиун ратайный») 1Ъ. Однако в том ли значении употребляется этот термин и в Крат¬ кой Правде? Сомнения возникают при анализе термина «княж тиун» в ст. 22 Краткой и в ст. 1 Пространной Правды. Сохранение «княжа тиуна» в Пространной Правде, наряду с появившимися в ней «тиуном огнищным» и «тиуном конюшим», кажется ненужным повторением составителя, поскольку содержание статей совпадает и заключается в указании 80-гривенной виры за каждого. В этом случае «тиуна княжа» можно было бы принять за обобщающий тер¬ мин для двух названных категорий. Вопрос состоит в том, яв¬ ляется ли этот термин обобщением, перенесенным составителем из Краткой Правды, или он существует в Пространной Правде как самостоятельный. Для ответа обратимся к другим источникам, в частности, к Житию Феодосия Печерского Нестора (конец XI в.). В нем гово¬ рится о том, что настоятель Печерского монастыря Феодосий, по¬ чувствовав приближение смерти, приказал собрать всю братию и находившихся в селах и завещал тиунам, приставникам и слугам прилежно выполнять свои обязанности 16. В позднейших редак¬ циях Жития термин «тиуны» заменен словом «служители», тогда как вторая часть формулы — «приставники и слуги» — сохра¬ нена 17. Значение термина «тиуны» в этом тексте неясно. И. И. Срезнев¬ ский ставит это упоминание в группу со значением «дворецкий, 14 «Правда Русская», т. I. М.—Л., 1940 (далее — ПР), стр. 71. 15 Там же, стр. 104—105. 16 «Тогда же уже повелел собрати всю братию и еже в сел^х или на ину кую потребу шьли и, вся созвав, начать казати тиуны и приставники и слуги, еже пребывати кому жьдо в поручений ему службе съ всяким прилежанием и со страхом божьим в покорении и любви» («Успенский сборник XII — XIII вв.» М., 1971, стр. 127). 17 «Патерик Киевского Печерского монастыря». СПб., 1911, стр. 52—53. 159
домовый управитель, особая должность при князьях, боярах и епископах» 18, хотя тиун, которому имеет правощавать распоряже¬ ния настоятель монастыря, и боярский тиун вряд ли однозначны. Сравнение приведенного текста с текстом переводного памят¬ ника — Древнеславянской кормчей XIV титулов без толкова¬ ний — приводит к мысли о возможном соответствии «тиунов и приставников» Жития Феодосия «приставникам и тиунам» корм¬ чей. В «Собрании императорских постановлений 93-х титулов» этой кормчей содержится в древнеболгарском переводе с греческого конца IX—начала X в.19 текст 123-й новеллы Юстиниана об усло¬ виях, при которых служитель церкви может стать опекуном: «. . .боголюбивымь же епископомъ и мнихомъ ни от единого же закона приставник или тиоунь коюгожьдо лица бывати не даемъ» (гл. 33). «Попомъ же, и диякономъ, и подъякономъ, правьдьнъшмъ и единъмь приближения на приставничьство или тиоуньство призываемомъ, таково приимати служение подаемъ. . .» (гл. 34) 20. Терминами «тиоунь» и «тиоуньство» в древнеславянском тексте передаются греческие «6 хооратортр) и «1] хоораторс'а», т. е. «попе¬ читель, опекун, воспитатель» и, соответственно, «служение в ка¬ честве такового» (термины латинского оригинала Новелл — «curatores» и «сига») 21. В более позднем переводе того же памят¬ ника в составе Кормчей с толкованиями, который относится к концу XII—началу XIII в., «6 хооратортр) и «1] хоораторса» вместо терминов «тиоунь» и «тиоуньство» передаются терминами «печальник» и «попечение детей»22. Можно предположить, что одно из древнейших значений термина «тиун», зафиксированное древнеславянским переводом начала X в., было «6 хооратортр). Факты замены термина «тиун» другими терминами в XII — XIII вв. могут указывать на несоответствие его содержания только этому значению. Хотя, вероятно, это прежнее его содержа¬ ние полностью не исчезло, и именно с ним ассоциируется термин «тиун» в ряде случаев в летописях. Так, в Ипатьевской летописи под 1208 г. упоминается тиун, который остается вместе с малолет¬ ним князем Даниилом в мятежном Галиче, в то время как мать последнего галичане изгоняют из города 23. Новгородская I лето¬ пись сообщает о том, что князь Ярослав, уехав с княгиней в 1228 г. из Новгорода, оставил там двух своих сыновей с боярином и тиу¬ ном 24. Старшему княжичу в это время было девять лет. 18 И. И. Срезневский. Указ, соч., т . 3, стб. 961. 19 /. Vasica. Gollectio 87 (93) capitulorum dans les nomocanons slaves. — BS, XX-1, 1959, p. 5. 20 В. H. Бенешевич. Древне-славянская кормчая XIV титулов без толкований, т. I, вып. 3. СПб., 1907, стр. 768. 21 «Corpus iuris civilis», v. III. Novellae. Berolini, 1954, p. 599. 22 «Кормчая напечатана с оригинала патриарха Иосифа». М., 1912, стр. 320. 23 ПСРЛ, т. II. М., 1962, стб. 727. 24 «Новгородская первая летопись старшего и младшего изводов» (далее — НПЛ). М.—Л., 1950, стр. 66—67. 160
В летописях и литературных памятниках XI—XIII вв. термин встречается в общей форме — «тиун», при этом из контекста видно, что речь практически во всех случаях идет о княжеском тиуне 2б. Большинство из сохранившихся упоминаний о тиуне в источниках XI—XII вв. свидетельствует о его административно-хозяйствен¬ ной функции 26. Вместе с тем в летописях с конца XI в. мы находим прямые упоминания и о княжеском тиуне, обладающем админи¬ стративно-судебной властью27. В Ипатьевской летописи под 1146 г. стоит запись о киевском восстании, причиной которого были злоупотребления тиунов — Ратши в Киеве и Тудора в Вътттт- городе, судивших горожан от имени князя 28. Отметим, что со вто¬ рой четверти XIII в. практически все сохранившиеся в различных источниках упоминания княжеского тиуна говорят об исполнении им административно-судебных обязанностей. Таким образом, со¬ держание службы княжеского должностного лица в качестве тиуна, исходя из источников XI—XIII вв., могло включать в себя понятие об «опеке», «попечении» xoopaxopia), об административно- хозяйственной, а также административно-судебной деятельности. В исторической литературе, на основании анализа 66-й и 110-й статей Пространной Правды, установилась точка зрения, согласно которой тиун по своему социальному положению был привилегированным холопом князя или боярина (В. О. Ключев¬ ский, Б. А. Романов, А. А. Зимин). Действительно, Русская Правда говорит о возможности несво¬ бодного положения тиуна вообще (ст. 110) и боярского тиуна, в частности (ст. 66) 29. Обе эти статьи вошли в состав Русской Правды в начале XII в. в результате законодательной деятель¬ ности Владимира Мономаха. Действие ст. 66 при этом не распро¬ страняется на княжеских тиунов. В ст. 110, где говорится о третьем виде холопства — тиунстве без ряда, присутствует вариант сохра¬ нения свободы человеку, идущему в тиуны, при заключении соот¬ ветствующего договора. Вероятно, княжеский тиун, располагаю¬ щий административно-судебной властью, также оставался свобод¬ ным человеком. Обращая внимание на то, что холопом, по всей видимости, был боярский тиун, должность которого непосред¬ ственно связана с частновладельческим хозяйством, можно пред¬ положить, что в ст. 110, действие которой распространяется и на княжеского тиуна, зафиксировано лишь одно значение термина «тиунство» — административно-хозяйственная служба во владении 25 Летопись говорит лишь в одном случае о тиунах «мужей Изяславлих» — под 1149 г. (ПСРЛ, т. II, стб. 393—394). 28 ПСРЛ, т. I. М., 1962, стб. 246, 412; т. II, стб. 393—394; «Слово Даниила Заточника по редакциям XII и XIII вв. и их переделкам» — В кн. «Памятники древнерусской литературы», вып. 3, Л., 1932, стр. 20—21. 27 ПСРЛ, т. I, стб. 217. 28 Там же, т. II, стб. 321; т. ХХУ. М.—Л., 1949, стр. 37. 29 ПР, т. I, стр. 112, 116. 1/4.Ц Древнейшие государства на территории СССР 161
князя или боярина. Этому значению в Пространной Правде соот¬ ветствует ряд терминов, обозначающих княжеских тиунов и свое¬ образно намечающих структуру княжеского хозяйства. Свидетельства источников о других функциях тиуна князя в этот период приводят к предположению о том, что термин «княж тиун» ст. 1 Пространной Правды обладает самостоятельным со¬ держанием, включающим понятие об опеке и административно-су¬ дебной деятельности. Поэтому он не может приниматься за обоб¬ щающий термин в Пространной Правде и не адекватен «тиуну княжу» Правды Ярославичей. Мы склонны видеть в терминологии Пространной Правды расчленение содержания термина «княж тиун», который существует в Краткой Правде в формальном единстве. Существование единого термина «княжий тиун» в Крат¬ кой Правде отражает явление нерасчлененности экономической и политической функции княжеской администрации, которое ти¬ пично для ранней ступени развития феодализма. Таким образом, первая формальная граница эволюции термина «княжий тиун» находится в хронологических рамках составления Пространной Правды. * * * Источники XIII в. характеризуют тиуна в основном как долж¬ ностное лицо князя, обладающее административно-судебной властью. Интересный материал дают смоленские грамоты: договор¬ ная грамота Мстислава Давыдовича с Ригой и Готским берегом (1229) и грамота неизвестного смоленского князя, в последних исследованиях датируемая 1233 г.30 31 Грамота неизвестного князя говорит о «тивуне княже, городьском», за убийство которого платится 20 гривен серебра, как за посла sl. Этот тиун организует перевоз товара иностранных купцов на волоке. В рижской ре¬ дакции договора 1229 г. он так и называется — «волочьский тивунъ». Статьи договоров указывают также на его судебную деятельность 32. О присутствии княжеского тиуна на волоке свидетельствуют договорные грамоты Новгорода с великим князем тверским Яро¬ славом Ярославичем второй половины XIII в. В первой из них (1264) говорится: «. . .а держати ти свои тивунъ на половин-Ь въ всей волости волочьскои; а в Торжку княже держати тивунъ на своей чясти, а новгородецъ на своей чясти»33. Как видим, тиуну подчинен в административно-судебном отношении не только город Торжок (княжеская половина), но и половина «волости волочьской». 30 В. А. Кучкин. О древнейших смоленских грамотах. — «История СССР», 1966, № 3, стр. 106. 31 «Смоленские грамоты XIII—XIV вв.». М., 1963, стр. 12 (ст. 21). 32 Там же, стр. 22 (ст. 14), стр. 37 (ст. 15—16), стр. 38 (ст. 34). 33 ПРИ, выл. И. М., 1953, стр. 135, ст. 7. 162
Приблизительно ко времени составления новгородско-твер¬ ских грамот относится известный памятник XIII в. «Наказание» тверского епископа Симеона полоцкому князю Константину 34. Сюжет «Наказания» таков. Князь, недовольный своим тиуном, спрашивает епископа, где быть тиуну после смерти. Епископ же определяет его место рядом с князем или в раю, или в аду, так как от князя зависит выбор доброго или злого тиуна на земле. Князь характеризует тиуна словами, из которых отчетливо определяется судебная деятельность тиуна: «тиоунъ не правду судить, мьзду емлеть, люди продаеть, мучить, лихое все дееть» 35. В ответе же епископа указывается сфера действия судебной власти тиуна — волость: «[если князь] поставляеть тивуна или коего волостеля, человека зла, бога не боящася и закона божия, не в'Ъдуще, и суда не разум'Ьюще; толико того Д'Ъля, абы князю товара добывали, а людии не щадить, аки бешена человека пустили на люд, дави ему мечь, тако и князь, дави волость лиху человеку, губити люди — князь во адь и тиоунп с нимь во ад» 36. Во второй редак¬ ции «Наказания» термин «тиун» заменяется другим, а именно — «властелин», очевидно, в представлении автора этой обработки — равнозначным 37. Наше предположение о том, что тиун располагал судебной властью в княжеской волости, которая поступала в его распоря¬ жение, может быть подтверждено сообщением русских и немец¬ ких источников о завоевании в 1242 г. Пскова рыцарями Ордена. В русских источниках для обозначения немецких рыцарей, кото¬ рые остались во Пскове на правах фогтов, употреблен термин «тиуны». Новгородская I летопись повествует: «... уже бо бяше Пьсковъ взят и тиюн'Ъ их посажен^» 38. В 2187—2191 стихах Старшей ливонской Рифмованной хроники {XIII в.) это событие изложено следующим образом: «Когда он [новгородский князь] увидел немцев, он после этого долго не медлил, он изгнал обоих братьев-рыцарей, положив конец их фогтству, и все их слуги были прогнаны» 39. (Перевод И. Э. Клейненберга.) т В. А. Кучкин. Особая редакция «Наказания» Симеона Тверского. — В кн.: «Изучение русского языка и источниковедение». М., 1969, стр. 245. 36 «Мерило Праведное по рукописи XIV в.». М., 1961, стр. 129. 36 Там же, стр. 129—130. 37 В. А. Кучкин. Особая редакция «Наказания» Симеона Тверского, стр. 249—250. 38 НПЛ, стр. 295; см. также В. И. Малышев. Житие Александра Невского (по рукописи середины XVI в. Гребенщиковской старообрядческой общины в г. Риге). — ТОДРЛ, т. V, 1947, стр. 191. В одном из 11 списков Жития употреблен вместо термина «тиуны» — «нам'Ьстникы»; см. Ю. К. Бегунов. Памятник древнерусской литературы XIII в. «Слово о погибели русской земли». М.—Л., 1965, стр. 169. 38 «D6 ег die dutschen irsach, nicht lange sumete er dar nach, И Древнейшие государства на территории СССР 163
Этот факт свидетельствует о том, что современники событий середины XIII в. находили соответствие обязанностей тиуна на Руси этого времени с фогтством у своих северо-западных сосе¬ дей. Фогт, как известно, получал в управление область, в которой он обладал административно-судебной властью. Древненемецкий термин «vogt», «voigt» равнозначен латинскому, «vocatus», «advo- catus»40. Это расширяет'круг источников для последующего сравни¬ тельного изучения института тиунства на Руси. Вероятно, можно принять вышеупомянутое свидетельство середины XIII в. в ка¬ честве новой формальной границы, определяющей завершенность становления термина «княжеский тиун», в основу которого легло понятие об административно-судебной службе. Итак, анализ термина «княж тиун» в источниках XI—XIII вв. позволил выделить две формальные границы эволюции его содер¬ жания. Первая относится к концу XI в. Она фиксирует время деле¬ ния содержания термина, который ранее существовал в нерасчле- ненной форме, объединяя значения административно-хозяйствен¬ ной, административно-судебной и опекунской деятельности кня¬ жеского тиуна. Сохраняя прежнюю форму, термин «княж тиун» теряет значение административно-хозяйственной деятельности, для которой появляется специальная терминология — «тиун коню¬ ший», «тиун огнищный» и др. Это явление отражено в терми¬ нологии Пространной Правды. Дальнейшее развитие содержания термина «княж тиун» идет по пути утверждения за ним адми¬ нистративно-судебного значения. Середину XIII в. можно при¬ нять за границу окончательного становления этого значения. die zwene brudere er verstie^ der vogetie er sie erlie^ und alle ir knechte man vertreib». «Старшая ливонская Рифмованная хроника». — В сб.: «Ледовое побоище 1242 г.». М.—Л., 1966, Приложения, стр. 208—211. 40 «Reallexikon der Germanischen Altertumskunde», Bd. 4. Stra[3burg, 1918— 1919, «Vogt»; «Der Grosse Brockhaus», Bd. 20, Wiesbaden, 1957, «Vogt».
К ВОПРОСУ О СТАНОВЛЕНИИ ФЕОДАЛИЗМА В ЛАТВИИ И ЭСТОНИИ Е. Л. Фридберг Для определения уровня развития прибалтийского общества в XIII в. большой интерес представляют статьи древнейших правовых кодексов народов Латвии и Эстонии, содержащие нормы вещного и наследственного права г. Историки, занимавшиеся изучением различных аспектов мест¬ ного права Прибалтики, неоднократно высказывали свои сообра¬ жения о порядке наследования и степени развития частной собст¬ венности у народов этого региона в XIII в. Но в досоветской историографии названные вопросы рассматривались в отрыве от проблем становления раннефеодальных отношений в средне¬ вековой Прибалтике. Кроме того, изучению норм вещного и наследственного права отводилось значительно меньше места, чем описанию норм уголовного права или положений о суде и процессе. Выводы немецких дворянско-буржуазных историков основыва¬ лись главным образом на теории «культуртрегерства», исходившей из мнения о чрезвычайно низком уровне развития местных наро¬ дов до начала завоевания. Отрицалось также наличие у них соб¬ ственного права. В связи с этим исследователи (К. Шиллинг, Л. Арбузов и др.) полагали, что принцип наследования в местном прибалтийском праве был установлен в соответствии с вестфаль¬ ским правом1 2. Ф. Штильмарк непосредственно этого вопроса не касался, но он считал, что в правовых кодексах местного насе- 1 Сборники древнейшего местного права Латвии и Эстонии были первона¬ чально записаны немцами в XIII—XIV вв. Они содержат нормы обычного права «донемецкого» периода, а также положения, вставленные в право¬ вые кодексы завоевателями в их классовых интересах. В настоящее время известны четыре сборника права народов Латвии и Эстонии: право латга- лов (или право Рижского архиепископства), право куршей, земгалов и селов, ливско-эстонское право и право эстонцев Сааре-Ляэнеского епископства. Кроме того, в кодексах «Древнейшего» и «Среднего» рыцар¬ ского права (XIII—XVII вв.) находятся семь статей так называемого «деревенского» права, содержащего сведения о сельской общине-марке. Наиболее полную публикацию текстов сборников права см.: L. Arbusow. Die altlivlandischen Bauerrechte. — «Mitteilungen aus der livlandischen Geschichte», Bd. 23. Riga, 1924—1926. Там же приводятся ссылки на основные работы немецко-прибалтийских историков по этой проблеме. См. также Л. Лесмент. Ливонская Правда. — «Исторический архив», т. VII. М., 1951. 2 L. Arbusow. Op. cit., S. 38. 11* 165
ления видно влияние саксонского права, а отдельные статьи со¬ держат чисто немецкие правовые положения 3. Поэтому появление норм права, записанных в сборниках, он относил только к периоду, когда в Прибалтике установилось иноземное господство и местные жители уже находились в крепостной зависимости от немецких феодалов. Штильмарк правильно отмечал, что у ливов, латышей и эстонцев была частная собственность малой семьи на движимое имущество; земля и угодья находились в индивидуальном пользо¬ вании такой семьи и наследовались по мужской линии. Но он затруднялся делать какие-то выводы о юридической природе соб¬ ственности местного населения на землю и оставлял нерешенным вопрос о том, является ли наследуемая земля частной собствен¬ ностью малой семьи или держанием крепостного крестьянина 4. Более подробно на статьях о вещном и наследственном праве останавливался латышский историк А. Швабе 5. Его исследования представляют значительный интерес, поскольку, кроме правовых кодексов, он привлекал материалы договоров прибалтийских наро¬ дов с немцами XIII в. и дайны. Раскрывая принципы наследова¬ ния детьми имущества родителей, Швабе использовал для сравне¬ ния сведения из народных песен, тем самым подчеркивая, что положения о наследовании в сборниках права древних латышей, ливов и эстонцев имели местную основу. Однако результаты своих наблюдений он не использовал для решения вопросов социаль¬ ного развития Латвии и Эстонии в XIII в. Швабе не связывал появление частной собственности на землю с развитием классовых отношений в Прибалтике в «донемецкий» период. Работы Швабе носят, в основном описательный характер, что соответствовало одному из основных положений его методологии, отрицающему необходимость обобщения исторических фактов и отвергающему научное значение исторических законов 6. Швабе отмечал, что у крестьян в XIII в. было известное вещное право на их движимое имущество, но ему, как и Штильмарку, не было ясно, на каких юридических правах крестьянин пользовался своей землей 7. Вместе с тем он считал, что гражданско-правовое положение крестьянина по отношению к его земле было лучше и крепче, чем право собственности ленника на его территорию, так как при на¬ следовании у вассалов было значительно больше ограничений, чем у крестьянина. Но публично-правовое положение ленника было лучше, чем у крестьянина, обремененного повинностями и 3 F. Stillmark. Beitrage zur Kenntnis der altlivlandischen Bauerrechte. — «Dorpater Juristische Studien», Bd. 2, H. 2, 1894, S. 4, 9. 4 Ibid., S. 29, 35. 5 A. Svabe. Vecakas zemnieku"tieslbas. Riga, 1927; idem. Latvju kultflras vesture, 1 s. Riga, 1921—1922; idem. Latvijas cil§u tiesibas. Riga, 1939. 6 J. Zutis. BurzuSziskais nacionalisms un kosmopolitisms A. Svabes vestures koncepcija. — «Burzu5ziskie nacionalisti — Latvijas vestures viltotaji». Riga, 1952, 23 1pp. z A. Svabe. Vecakas. . ., 29 1pp. 166
налогами 8. Подобные сравнения носят формальный характер. Швабе не рассматривал ленников и общинников как представите¬ лей антагонистических классов, первые из которых обладали правом разделенной собственности на землю, последние же, по мере того, как их земля раздавалась в лен немецким феодалам, теряли право собственности на недвижимость и превращались в феодально¬ зависимых держателей своих наделов. G иных позиций к вопросам вещного и наследственного права и права собственности на землю у прибалтийских народов перед началом завоевания и в первый период иностранного господства в Латвии и Эстонии подходит современная советская историогра¬ фия. На основании критического изучения источников, в том числе и древнейшего права, проводится мысль о том, что в период, предшествующий германско-католической агрессии, у народов Латвии и Эстонии существовало устойчивое земледелие, которое могло иметь место только в условиях соседской общины. Основная масса крестьян являлась собственниками своих пашенных участ¬ ков. Из большесемейного коллектива выделились отдельные ма¬ лые семьи. Последнее обстоятельство явилось главным условием для создания базиса феодального общества. В статьях права осо¬ бое внимание уделено борьбе за земельную собственность. Это доказывает, что частновладельческие поземельные отношения, основанные на победе аллода и подтачивавшие строй свободной сельской общины, существовали уже до нашествия агрессоров 9. О праве собственности у латышей и принципах наследования накануне завоевания пишет В. Калнынын10 11. По его мнению, в конце XII—начале XIII в. у народов Латвии полностью сформи¬ ровалась частная собственность на движимое и недвижимое иму¬ щество. Это право в договорах признали также и немцы и. Наибо¬ лее прочно основные средства производства были закреплены в собственности у представителей местной раннефеодальной аристо¬ кратии. Вместе с тем сохранялись остатки древней общинной соб¬ ственности на землю 12. К сожалению, исследователь не использо¬ вал в своих работах положений статей «деревенского» права, поэтому у него недостаточно четко представлены взаимоотношения между общинной и индивидуальной собственностью. Большой интерес представляют статьи И. Лейнасаре о собствен¬ ности общинников на землю в Латвии в период раннего феода¬ лизма. Привлекая различные письменные документы, в том числе положения сборников древнейшего права, она приходит к заклю¬ 8 Ibidem. 8 «История Латвийской ССР», т. I. Рига, 1952, стр. 63—64; «История Эстон¬ ской ССР», т. I. Таллин, 1961, стр. 71—72. 10 V. Kalnim. Agrino valstisko veidojumu un sakotnejo tieslbu izcelsanas Latvijas PSR teritorija. — PSLVUZR, XII s., 1, 1957; idem. Livonijas valstiska uzbtive un tiesibas. — PSLVUZR, XXIV s., 1958. 11 V. Kalnins. Agrino. . ., 84 1pp. 12 В. Калнынъш. Общественно-политический строй и право феодальной Лат¬ вии в XI—XVI вв. Рига, 1962, стр. 13—14. 167
чению, что к началу XIII в. в Латвии существовали две формы собственности на основные средства производства — индивидуаль¬ ная и общинная. В соответствии с этими формами складывалось и право наследования недвижимого имущества. Статьи о наследо¬ вании свидетельствуют о том, что земельные наделы в это время становились уже частной собственностью малой семьи 13. Но инди¬ видуальное пользование пашней на данном этапе не вступало в2противоречие с коллективным землевладением общины 14. Основные выводы Лейнасаре не вызывают возражений. Нам кажется, однако, не вполне правомерным то, что исследователь¬ ница для обоснования своей точки зрения ссылается на статьи о порядке наследования в «Древнейшем» рыцарском праве. При этом она исходит из того, что «Древнейшее» рыцарское право, как и древнейшее земельное право народов Латвии и Эстонии, составлено на основе местного обычного права 15. Вряд ли, однако, можно говорить о местной основе кодекса рыцарского права (за исключением статей 61—67, составляющих «деревенское» право). «Древнейшее» рыцарское право является ленным правом, данным рижским архиепископом своим вассалам 16. Среди этих вассалов представители местных народов составляли весьма не¬ значительную часть. Безусловно, этот правовой кодекс содержит нормы не только ленного, но и обычного права. Эти нормы могут иметь черты, сходные с положениями местного обычного права. Но основой для сборника рыцарского права послужило немецкое право. Едва ли поэтому можно безоговорочно использовать статьи о наследовании земельной собственности в рыцарском праве для характеристики взаимоотношений между индивидуальной щ общин¬ ной собственностью у местных народов в донемецкое время. В данной работе мы исследуем вопросы вещного и наслед¬ ственного права и права собственности на землю по данным древ¬ нейших правовых кодексов народов Латвии и Эстонии, учитывая при этом все известные нам мнения по рассматриваемой проблеме. * * * О распаде семейной общины и выделении малой семьи как основной хозяйственной единицы свидетельствуют археологи¬ ческие и письменные источники, начиная с середины I тысячеле¬ тия н. э.17 Статьи правовых сборников содержат сведения о том, 13 И. Лейнасаре. О поселениях крестьян и их собственности на землю в Лат¬ вии в период раннего феодализма. В кн.: «Сельские поселения Прибалтики XIII—XX вв.» М., 1971, стр. 120—121; I. Leinasare. Divu uzskatu pirmatnejas sabiedrlbas attistlbas jautajuma. — LPSRZA Vestis, 2, 1965. м И. Лейнасаре. Указ, соч., стр. 119. 15 Там же, стр. 116. гв A. Svabe. Livonijas senakas brupnieku tieslbas. Riga, 1932, 35 1pp. 17 H. Moora. Pirmatneja kopiena iekarta un agra feodala sabiedriba Latvijas PSR teritorija. Riga, 1952. 168
что к началу немецкого завоевания у народов Латвии и Эстонии существовало значительно развитое право частной собственности малой семьи как на движимое, так и на недвижимое имущество. В статьях говорится о высоких штрафах (вплоть до смертной казни) за кражу ценного имущества и поломку бортей (ст. 12—14 ЛП; ст. 14 КП) 18, о праве на заклад (ст. 18 ЛП), о ведении совместной торговли (ст. 22 ЛП), о полях, находящихся (и, очевидно, уже длительное время) во владении индивидуальной семьи (ст. 19 ЛП; ст. 17, 25 КП; ст. 18-20, 23, 24 ЛЭП; гл. VII, IX ЭП). Упомина¬ ния о переделах земли между членами общины отсутствуют. Однако аллод в XIII в. полностью сложился еще не у всех социаль¬ ных групп местного общества. В большей степени это можно отнести к раннефеодальной аристократии (последнее хорошо прослеживается по договорам XIII в. и Хронике Генриха Лат¬ вийского). У массы же свободного населения владение землей находилось на завершающей стадии складывания свободно отчуж¬ даемой частной собственности. Для обозначения собственности в правовых кодексах употреб¬ ляются четыре термина: «guth» (движимое имущество), «егие» (наследство, наследственное владение, под которым подразуме¬ вается в первую очередь недвижимое имущество, в том числе земля), «egendom» (частная собственность на землю) и «gemeinheit», «meinheit» (коллективная собственность на основные средства производства). Большой интерес представляют статьи сборников права кур- шей, латгалов и эстонцев Сааре-Ляэнеского епископства, говоря¬ щие о порядке наследования у этих народов. Возникновение всех статей о наследовании, сохранившихся в кодексах (ст. 10, 11, 17 ЛП; ст. 16, 27 КП; гл. I ЭП), можно отнести еще к периоду до начала немецко-католической агрессии. Однако положения их были частично изменены в соответствии с правовыми нормами, введенными завоевателями. Поэтому статьи, касающиеся наслед¬ ственного права, содержат черты, характерные и для патриархаль¬ ной семейной общины, и для раннефеодального общества, а также отражают усиление феодальной зависимости местного населения, попавшего под власть немецких рыцарей и церкви. В разных правовых кодексах отражены разные черты порядка наследования. Тем не менее мы имеем возможность рассматривать эти положения в общем для всех народов Латвии и Эстонии, так как развитие общественных отношений у этих народов шло примерно одинаково. Причем в порядке наследования островных и западных эстонцев можно допустить большее сходство с нормами наследственного права куршей, поскольку и политическое раз¬ 18 Принятые сокращения: ЛП — право латгалов, КП — право куршей, земгалов и селов, ЛЭП — ливско-эстонское право, ЭП — право эстонцев Сааре-Ляэнеского епископства, ДП — «деревенское» право. 169
витие этих районов, в отличие от Восточной Латвии, шло в одном направлении 19. Важно отметить, что в правовых кодексах отражен порядок наследования земли общинниками. У вассалов же князей Ерсики и Кокнесе, а также у дружинников племенной феодализирующейся знати, владевших землей за службу, наследование происходило, видимо, подобно тому, как это было вообще характерно для ранне¬ средневекового ленного права Европы. Предположение Швабе о том, что, помимо земельного права, в Латвии было и свое лен¬ ное право 20, кажется нам вполне вероятным. В кодексах отразилось наследование по закону. О наследова¬ нии по завещанию в праве не упоминается. В сборниках права рассматриваются принципы наследования в малой семье. Тем не менее сохраняются следы порядка наследо¬ вания в патриархальной семейной общине. В ст. 16 КП говорится о том, что «наследники и братья» («de Erwen adder Broder») должны выплатить долги умершего из его имущества. По положению этой статьи братья могли наследовать недвижимое имущество умер¬ шего, что соответствовало порядку наследования в большой патриархальной семье. Однако братья здесь оттеснены на второе место прямыми наследниками, т. е. детьми умершего. Вероятно, братья наследовали имущество покойного только в случае, если он умер бездетным. Примерно то же положение содержится в ст. 17 ЛП. Разница состоит лишь в последней части ст. 17, где говорится, что брат должен заплатить долги умершего, только если он хочет получить его наследство («mut he de schult betalen will her dat Erue beholden»). В отличие от ст. 16 КП, здесь речь не идет о прямом наследовании долгов вместе с имуществом. Если брат не хочет или не может заплатить долги умершего, то имуще¬ ство последнего, в первую очередь земля и угодья, переходят, видимо, к феодалу. Как нам кажется, эта статья претерпела изме¬ нения после завоевания Прибалтики и установления ленного землевладения 21. Кому был должен умерший, неизвестно. В дан¬ ном случае в качестве кредитора мог выступать как сам феодал, так и кто-либо из соотечественников умершего. У покойного могли быть и долги иного рода, например, невыплаченное возмещение за убийство или ранение кого-либо из его врагов 22. 19 О своеобразии путей политического развития в Латвии и Эстонии в период раннего феодализма см.: X. Moopa, X. Лиги. К вопросу о генезисе феодаль¬ ных отношений у народов Прибалтики. — В кн.: «Проблемы возникнове¬ ния феодализма у народов СССР». М., 1969. а0 A. Svabe. Latviju tieslbu vesture. — «Latviesu konversacijas vardnlca», 11 s. Riga, 1934—1935, 22126 1pp. 31 В. T. Пашуто, правда, высказал другое мнение. Он полагает, что ст. 16 КП отражает более поздний этап в развитии наследственного права по сравне¬ нию со ст. 17 ЛП (А. П. Новосельцев, В. Т. Пашуто, Л. В. Черепнин* Пути развития феодализма. М., 1972, стр. 271). 22 Ср. ст. 2 договора 1255 г. Ордена с сааремаасцами. Перевод текста до¬ говора см. там же, стр. 310. 170
В ст. 17, видимо, как и в праве куршей, умерший не имел пря¬ мых наследников. Другие же боковые родственники покойного- его имущества не наследуют. В этой статье прослеживаются большие ограничения в праве наследования, чем, например, в упомянутом договоре 1255 г., где степень родства при наследо¬ вании вообще не оговаривается, или в ст. 8 договора немцев с куршами 1267 г., в котором говорится, что курши могут удер¬ живать наследство до четвертого колена23. Последнее обстоя¬ тельство может быть объяснено как возросшей степенью феодаль¬ ной зависимости, отразившейся в кодексе права, так и тем, что- в договорах подразумевается наследование местной раннефеодаль¬ ной знатью. В индивидуальной семье наследниками недвижимого имуще' ства отца, в том числе и основных средств производства (полей, лугов, бортей и т. п.), являлись сыновья. Они же наследовали и значительную часть движимого имущества (ст. 10 ЛП; ст. 27 КП). Сборники права умалчивают о том, как конкретно происходило наследование дома, земли и угодий. Но сведения об этом имеются в фольклоре. После смерти отца сыновья могли вести хозяйство сообща и вместе обрабатывать землю 24. Если же появлялась потребность в разделе имущества, то отцовский надел получал один из сыновей — или старший (в Земгале), или младший (в Лат- гале) 25. В. Калнынын полагает, что в Восточной Латвии положе¬ ние о наследовании земли младшим сыном, являющееся также обычным общеславянским установлением, заимствовано из древне¬ русского права26. По ст. 100 Пространной редакции Русской Правды отцовский двор всегда без раздела передается младшему сыну. Надо, однако, отметить, что в этой статье говорится о насле¬ довании младшим сыном усадьбы отца. В праве Восточной Латвии под «землей отца», на наш взгляд, подразумевается в первую очередь поле, а не дом и двор. Остальные сыновья или получали наделы из общинного фонда уже возделанной земли, или осваивали лесные новины. Косвенно об этом, как нам кажется, свидетельствует ст. 66 ДП, в которой говорится о праве строительства на индивидуальном участке и на общинной земле. Не исключено, что в данном случае подра¬ зумевается процесс создания малых семей или при разделе отцов¬ ского наследства между братьями, или при отделении хозяйства женившегося сына от хозяйства отца 27. Дочери, у которых были братья, имущества не наследовали, но после смерти отца переходили на их попечение. Братья же- 23 Перевод текста договора см. там же, стр. 312. 24 «Latvju dainas», ed. Кг. Barons un A. Wissendorfs. Jelgava—Peterburga, 1894—1915 (далее — LD), N 28616. 25 Ibid., N 3738. 26 В. Калниньш. Древнерусская государственность и право на территории Латвии в XI—XIII вв.—УЗ Лат. ГУ им. П. Стучки, т. 64, вып. 5, 1964,. стр. 126. 27 Подробнее на этой статье мы остановимся ниже. 171
выдавали сестер замуж и обеспечивали приданым (ст. 27 КП). Как уже отмечалось выше, Л. Арбузов считал, что порядок, по которому сыновья исключали из наследования мать и сестер, был установлен в Прибалтике в соответствии с древнейшим вест¬ фальским правом. Вряд ли, однако, здесь нужно искать какие- либо заимствования извне. Принцип, по которому дочери и вдова не наследовали имущества умершего, если у него были сыновья, отражает положение древнего общинного права у разных народов Европы и соответствует определенному этапу развития частной собственности малой семьи 28. Но если у умершего не было сыновей, то по праву латгалов «поле и все имущество» («acker und alles gutes») наследовали до¬ чери (ст. 10 ЛП). Предоставление же дочери возможности насле¬ довать недвижимость отца соответствовало возникновению права отчуждения земельной собственности, т. е. образованию аллода. В праве куршей, земгалов и селов непосредственных данных о наследовании дочерьми земли и угодий нет. В статье 27 КП говорится только, что если у умершего не было сыновей, то все имущество («gohd») наследовали мать и дочери. Таким образом, у куршей, земгалов и селов, как и у латгалов, право наследования в случае отсутствия прямых потомков по мужской линии имели и женщины. Однако остается неясным, что же происходило при этом с полем, лугами и бортями отца. В. Калныньш полагает, что в ст. 27 речь идет не о свободных общинниках, а о феодально зависимых крестьянах, не имеющих сыновей, земля которых после их смерти переходила в распоряжение немецкого феодала29. Но надо заметить, что права членов семьи на наследство умершего по ст. 27 больше, чем по аналогичным статьям о выморочном имуществе в раннефеодальных правовых кодексах соседних на¬ родов. Так, ст. 90 Пространной редакции Русской Правды говорит о том, что основная часть выморочного имущества идет князю, незамужние дочери получают «выдел», о части же, получаемой вдовой, совсем не упоминается 30. По польской «Книге права» XIII в. (гл. XXII, 1) большая часть выморочного имущества также идет феодалу, вдова получает лишь часть ее личных вещей и кое-какое имущество, что дает ей возможность прокормиться31. Дочерей господин должен обеспечить приданым.. 28 Ср. со ст. 95 Пространной редакции Русской Правды («Памятники русского права», вып. I. М., 1952, стр. 181). То же прослеживается в других памят¬ никах права раннесредневековой Европы (А. И. Неусыхин. Возникновение зависимого крестьянства как класса раннефеодального общества в Запад¬ ной Европе VI—VIII вв. М., 1956, стр. 114—115, 160). 29 V. Kalnins. Livonijas. . ., 74—75 1pp. 30 В ст. 93 Пространной редакции Русской Правды говорится о том, что жена получает то, что завещал ей муж. Но здесь речь идет о лично свободных, а не о частно зависимых смердах («Памятники русского права», вып. I, стр. 178—182). 31 Б. Д. Греков. Избранные труды, т. I. М., 1957, стр. 302, 431. 172
По праву же куршей, земгалов и селов все имущество умершего {«dat gantze gohd») наследует вдова с дочерьми. Кроме того, в рас¬ смотренных статьях о выморочном имуществе в русском и польско- немецком праве, а также в г л. I ЭП (на чем мы остановимся ниже) непременно упоминается о том, что имущество крестьянина, у которого нет сыновей, идет феодалу. В праве куршей подобное положение отсутствует. Очевидно, ст. 27 целиком отражает нормы наследственного права, сложившиеся еще до начала завоевания, и относится к лично свободным местным жителям. Учитывая то, что общественное развитие в разных землях Латвии шло в целом синхронно и статьи о наследовании в обоих кодексах в известном нам варианте появляются примерно в одно и то же время (ст. 10 ЛП, очевидно, относится даже к несколько более раннему времени), можно предположить, что и в ст. 27 КП подразумевается право дочерей на владение недвижимым иму¬ ществом отца, в том числе и землей. Не исключено также, что в некоторых случаях земля отца, при отсутствии у него сыновей, переходила к его братьям или другим ближайшим родственникам по мужской линии, т. е., хотя малая семья уже выделилась как самостоятельная хозяйственная единица, земля могла еще на¬ ходиться в общинной собственности большой семьи, тем более что у латышей в отдельных случаях большая земледельческая семья вплоть до XVII в. одновременно была и кровным, и хозяй¬ ственным единством за. Ст. 27 допускает одновременное существование у куршей, земгалов и селов обоих предполагаемых порядков наследования. Последнее не противоречит также и постепенности процесса обра¬ зования полного отчуждаемого аллода. С другой стороны, у латгалов, в отличие от куршей, земгалов и селов, наследование земли умершего, имеющего только дочерей, его братьями или другими мужскими родственниками по боковой линии исключается. Последнее, очевидно, можно объяснить тем, что в XII—XIII вв. процесс феодализации в латгальских княже¬ ствах шел несколько быстрее, чем в Западной Латвии. По праву древних народов Латвии и Эстонии жена не могла наследовать землю мужа. Но при жизни мужа супруги, видимо, сообща владели движимым имуществом. В приданое жены вхо¬ дили, кроме драгоценностей и одежды, также домашние животные (коровы, телята, овцы) 32 33. Это приданое становилось общей соб¬ ственностью малой семьи. Вместе с тем муж получал большие права на приданое, так как при разводе он должен был вернуть жене «то, что она принесла из дома» («was sie mit von hause gebracht hat») только в том случае, если развод происходил не по ее вине (ст. 2 главы I ЭП). Если же жена была в этом виновата, то ее при¬ 32 J. Zutis. Agrie viduslaiki Latvija no IX lidz XII gs. Riga, 1948, 19 1pp. 33 Э. Вольтер. Материалы для этнографии латышского племени Витебской губернии. — «Записки ими. Русского географического общества по от¬ делению этнографии», т. XV, вып. 1. СПб., 1890, стр. 174—176, 290. 173
даное оставалось в хозяйстве мужа (ст. 3 главы I ЭП). В свою* очередь муж должен был завещать жене все свое движимое иму¬ щество, которым она владела после его смерти, пока сыновья не становились самостоятельными (ст. 27 КП; ст. 10 ЛП). Послед¬ нее очевидно из сопоставления разных частей ст. 27 КП. Видимо, до совершеннолетия сыновей (или сына-наследника) вдова была опекуншей и недвижимого имущества покойного мужа 34. Если вдова выходила вторично замуж, она имела право взять с собой драгоценности, составлявшие часть приданого, а также приобретенные при жизни первого мужа, и подарок, полученный от него при помолвке. Вместе с тем ее дети от первого брака сохра¬ няли право на это имущество, которое после ее смерти переходило к ним по наследству (ст. 4 главы I ЭП) 35. Особенностью права латгалов является то, что здесь мать, у которой нет сыновей, владеет «наследством» («егие») вместе с до¬ черьми, а при вторичном выходе замуж получает право на часть этого наследства (ст. 10, И ЛП). В данном случае в понятие «наследство» входит как движимое, так и недвижимое имущество. Но неясно, делилась ли земля между матерью и дочерьми или доля матери включала только часть движимого имущества малой семьи. В других известных нам правовых памятниках раннего средневековья Европы жена обычно не являлась наследницей земли мужа 36. На нормах, отраженных в ст. 10, И, сказалось, видимо, влияние церковного католического права. В отличие от ст. 27 КП, здесь речь идет о наследовании имущества человека, покинувшего жену («Is dat he will von er wesenn so is he quitt acker und alles gutes»). Так как католическая церковь препят¬ ствовала разводам, то, очевидно, самовольный уход мужа из семьи не только приравнивался к его смерти (как предполагал А. Швабе 37), но и жена получала какие-то дополнительные права на владение наследством совместно с дочерьми. Подобными мерами церковь могла бороться против языческих расторжений браков. В. Калнынын отмечает, что приравнивание вдовы при насле¬ довании к дочерям было характерно для древнего римского права и могло быть внесено завоевателями в Ливонию по римскому образцу 38. Однако он считает, что в праве латгалов в часть на¬ следства, получаемую вдовой, не входили поля, луга, борти и дру¬ 34 Ср. со ст. 93 Пространной редакции Русской Правды. 35 Сходные положения о правах вдовы, выходящей вторично замуж, на дви¬ жимое имущество имеются в других раннесредневековых правовых кодек¬ сах Европы {А. И. Неусыхин. Указ, соч., стр. 328; Б. Д. Греков. Указ, соч., т. I, стр. 332, 429). 36 См. ст. 93 Пространной редакции Русской Правды. То же самое — в са¬ лическом и баварском праве {А. И. Неусыхин. Указ, соч., стр. 116—120, 157—158, 327—328). По ст. 71 Помезанской Правды жена наследует дви¬ жимое и недвижимое имущество мужа, но только в том случае, когда у нее нет детей (В. Т. Пашуто. Помезания. М., 1955, стр. 57—58, 141). 37 A. Svabe. Vecakas. . ., 31 1pp. 38 V. Ка1пщ§. Livonijas. . ., 75 1pp. 174
гие угодья 39. В данном случае исследователь исходит из упомяну¬ того выше предположения о том, что речь в кодексе идет о зависи¬ мых крестьянах, недвижимая собственность которых поступала в качестве выморочного имущества в распоряжение феодала. Нам кажется, что ст. 10, 11 сборника права латгалов, как и ст. 27 нрава куршей, устанавливают порядок наследования в среде свободных общинников. Мнение же о том, что вдова, имеющая детей, не наследует землю и угодья умершего мужа, вполне со¬ ответствует уровню развития частной собственности на землю в раннефеодальном обществе Прибалтики. К более позднему времени, когда зависимость местных общин¬ ников от немецких феодалов значительно возросла, относится ст. 5 главы I сааре-ляэнеского права, где говорится о выморочном имуществе крестьянина. По положению этой статьи имущество вдовы, не имеющей детей от первого брака, принесенное ею в дом второго мужа, после ее смерти переходило господе. Следовательно, это имущество считалось выморочным имуществом малой семьи ее первого мужа. Остальная часть наследства первого мужа вдовы, в том числе поля, луга и другие угодья, также в качестве выморочного иму¬ щества поступали господе. Господин же платил и долги, если они были у умершего (ст. 5 главы I ЭП). В данном случае мы имеем дело уже с порядком наследования феодально зависимых кре¬ стьян 40. О переходе по наследству имущества умершего даже его братьям не упоминается. Ст. 5 главы ГЭП, очевидно, была добавлена немецкими завоевателями в процессе усиления феодаль¬ ной зависимости местного населения и в целом соответствует уровню феодализации, отраженному в других статьях кодекса права эстонцев Сааремаа и Ляэнемаа. Следует заметить, что в сборнике ливско-эстонского права, положения которого действовали вплоть до XVII в., статьи о на¬ следовании вообще отсутствуют. Последнее, видимо, можно объяснить тем, что содержание статей о порядке наследования свободных общинников в праве латгалов и куршей уже не соответ¬ ствовало уровню закрепощения латышей, ливов и эстонцев в XIV—XVII вв.41 Таким образом, статьи о порядке наследования в кодексах древ¬ нейшего местного права свидетельствуют о том, что к началу немецко-католической агрессии в Латвии и Эстонии земельные наделы умершего отца могли получать не только сыновья, но и дочери. Последнее обстоятельство означало, что развитие частной 89 Ibidem. 40 Ср. со ст. 90 Пространной редакции Русской Правды и гл. XXII в поль¬ ской «Книге права». 41 По мнению исследователей, наиболее ранняя из сохранившихся редакций сборника ливско-эстонского права относится к началу XIV в. В основу этой редакции лег список, аналогичный списку сборника права латгалов (A. Svabe. Vecskas. . ., 13 1pp.). 175
собственности малой семьи находилось на завершающей стадии складывания аллода. С другой стороны, появление полностью отчуждаемой земельной собственности индивидуальной семьи привело к переходу от семейной общины к соседской, сочетающей коллективную и частную собственность на основные средства производства. Важные сведения о взаимоотношении общинной и индиви¬ дуальной собственности у народов Латвии и Эстонии дает «дере¬ венское» право, появившееся первоначально в составе «Древней¬ шего» рыцарского права во второй половине XIII в. или в на¬ чале XIV в.42 Включение статей об общине-марке в кодекс рыцар¬ ского права было обусловлено в первую очередь необходимостью урегулировать земельные споры, возникавшие в результате раз¬ дела общинных территорий между ленниками Ордена и Рижского архиепископства. При этом в статьях отразились не только про¬ блемы, вызванные разделом общинных земель без учета уже су¬ ществовавших границ между марками, но и внутриобщинные по¬ рядки, сложившиеся у народов Латвии и Эстонии еще до начала завоевания. Наиболее интересными для нас являются вопросы, связанные с соотношением общинной земельной собственности марки и собственности отдельных ее членов. По ст. 61 ДП никто не может приобретать в собственность землю, находящуюся в границе марки и принадлежащую всей общине. Закладывать или брать выкуп за поле или луг можно лишь в том случае, если участок в результате земельных пере¬ делов оказался в пределах другой марки или вне границ марки вообще (ст. 61—63 ДП). И. Лейнасаре полагает, что образование частной собственности на землю шло не за счет постепенного прекращения переделов пахотной земли и закрепления ее в наследственное владение малых семей, а за счет освоения некоторыми членами общины участков, не являвшихся коллективной собственностью 43. Из этого положения следует, что сельская община у народов Латвии и Эсто¬ нии в XIII в. еще не превратилась в марку 44. Нам кажется, что имеющиеся источники, в том числе и «деревенское» право, позво¬ ляют говорить о наличии в Прибалтике в это время общины-марки, сочетающей индивидуальную и коллективную собственность на основные средства производства, хотя образование частной земельной собственности за счет освоения не занятых общиной земель также не подлежит сомнению. 42 A. Svabe. Livonijas senakas. . ., 130—148 1pp. 43 И. Лейнасаре. Указ, соч., стр. 119. 44 См. исследования А. И. Неусыхина на материалах раннефеодальных пра¬ вовых памятников Западной Европы. Неусыхин полагал, что на этапе существования общины-марки появляется полная индивидуально-семей¬ ная собственность на наделы пахотной земли, т. е. не только право насле¬ дования наделов, но и право их отчуждения {А. И. Неусыхин. Указ, соч., стр. 89). 176
«Деревенское» право воссоздает картину общины-марки, имею¬ щей поделенный и неподеленный земельные фонды. Первый на¬ ходился в собственности малой семьи и использовался по ее усмотрению. Одновременно члены индивидуальной семьи являлись и членами сельской марки и могли пользоваться общинными зем¬ лями наравне с остальными. По положению уже упомянутой ст. 66,. если кто-либо имеет собственность в пределах общины, то он мо¬ жет строить на ней, что он хочет («Mennich man heft ok egendom binnen der meinheit, dar woll upsetten wat he will»). Но никто не должен без разрешения других селиться на общинной земле. Вполне возможно, что в ст. 66 имеются в виду не только члены общины, основывающие свое индивидуальное хозяйство, но и люди, пришедшие извне и пожелавшие поселиться в пределах данной марки. В этом случае также было необходимо согласие всех членов общины. Новой семье для обработки выделяли скорее всего участок новины 45. По положению «деревенского» права никто из членов марки не мог пользоваться общинной землей с помощью чужих людей (т. е., видимо, использовать труд наймитов, сдавать в аренду и т. п. — ст. 65). Общинные земли частично также были поделены между отдель¬ ными хозяевами и долгое время не переделялись, в результате чего держатели участков начинали считать их своими наслед¬ ственными владениями. О том, что лесные участки, предназна¬ ченные под пашню, также были распределены между отдельными семьями, говорится в ст. 18 ЛЭП. Члены марки, желающие по тем или иным причинам получить в свое пользование участки, нахо¬ дившиеся во владении других общинников, могли доказать, что эти наделы являются общинной собственностью (ст. 67). Причем, тот, кто заявлял об общинных правах на землю, должен был доказать это прежде, чем владелец участка. Право, таким образом, в первую очередь охраняло интересы марки, а не отдельных ее членов. В то же время сама марка являлась надежной защитой права рядовых общинникой на земельную собственность. Этим объясняется и политика завоевателей, направленная на разру¬ шение соседской общины у местных народов. Составление статей «деревенского» права относится к тому времени, когда вассалы еще не начали активно расширять свои поля за счет общинных земель, а в основном ограничивались правом сбора десятины с данных им в лен территорий. Поэтому сохранялась видимость собственности сельской общины на основ¬ ные средства производства. Понятие «собственность» («egendom») относительно землевладения отдельных членов общины могло иметь свое непосредственное значение только в начальный период 45 Аналогичные случаи рассматриваются также в Салической Правде {А. И. Неусыхин. Указ, соч., стр. 88—89). i 77,
.действия кодекса «Древнейшего» рыцарского права (в XIII в.) 46. В сборнике же «Среднего» рыцарского права XV—XVII вв. следует говорить о держании крепостного крестьянина. Измене¬ ние содержания слова «egendom» в кодексе права связано с рас¬ ширением ленного землевладения за счет общинных земель и с прикреплением крестьян к земле в конце XIV—начале XV в. как на территориях домена, так и на землях, розданных вассалам. Об изменении имущественно-правового положения сельского населения по мере установления крепостной зависимости свиде¬ тельствуют положения сааре-ляэнеского права. Главы X—XII ЭП •определяют права эстонцев на распоряжение их имуществом. В случае, если эст уходил от феодала с разрешения последнего, он мог взять на новое место «все, что не прикреплено к земле» («alles was nicht erdfest 1st»), лишь заплатив долги господину (ст. 1 главы X). Причем крестьянин должен был переселиться в течение трех дней и ночей после получения разрешения на уход. Если к этому времени на поле крестьянина созрело зерно, то со¬ брать и вывести урожай эст мог только с разрешения господина (ст. 2 главы X). Если же после установления срока он приходил взять что-либо из своего имущества, то его действия расценива¬ лись как нападение на двор или дом (ст. 3 главы XI). Если эст убегал без разрешения господина, то он терял «все, что оставалось на корню, в доме или что было в земле или на земле» (alles das so nachgeblieben wer an korn, zimmer oder was es were in und oben der erden. — ст. 2 главы XI). В этой статье отразился уже далеко зашедший процесс закрепощения местного населения, когда крестьяне почти полностью утратили право свободно распо¬ ряжаться не только недвижимым, но и движимым имуществом, хотя сохраняли еще личную свободу. Подводя итог сказанному, можно сделать следующие выводы: 1. Древнейшие правовые кодексы Латвии и Эстонии содержат ценные сведения о вещном и наследственном праве и праве соб¬ ственности на землю, существовавших у народов Прибалтики к началу немецкого завоевания, а также об изменениях, происхо¬ дивших в результате усиления феодальной зависимости местных жителей. 2. В конце XII—начале XIII в. в порядке наследования сохра¬ нялись черты, характерные для патриархальной домашней общины 46 Надо иметь в виду, что уже в это время община не была полным собствен¬ ником своих земель. Если придерживаться мнения А. В. Венедиктова, то можно сказать, что собственность общины и ее отдельных членов на землю представляла собой подчиненную собственность при верховной собственности архиепископа и Ордена {А. В. Венедиктов. Государствен¬ ная социалистическая собственность. Л., 1948, стр. 228). Однако Л. В. Че¬ репнин полагает, что расчленение собственности возможно только среди феодалов. Крестьянина (частновладельческого или государственного) нельзя подвести под понятие «разделенной собственности» (А. П. Ново¬ сельцев, В. Т. Пашуто, Л. В. Черепнин. Указ, соч., стр. 214). 178
(наследование братьев), но эти черты уже не являлись опреде¬ ляющими. 3. Основными наследниками имущества отца являлись сы¬ новья, что свидетельствовало о выделении малой семьи как само¬ стоятельной хозяйственной единицы. 4. Право наследования земли и угодий при отсутствии сыновей имели также и дочери. Это соответствовало заключительной ста¬ дии складывания свободно отчуждаемой земельной собствен¬ ности — аллода. 5. Жена не являлась наследницей основного имущества мужа, но после его смерти становилась опекуншей собственности малой семьи до совершеннолетия сыновей. 6. Сельская община представляла собой общину-марку, со¬ четавшую индивидуальную собственность на землю малой семьи с коллективной собственностью всех членов марки. 7. Изменения в принципах наследования, этапы развития аллода и внутриобщинных отношений у народов Латвии и Эстонии в период раннего средневековья имеют много общего с аналогич¬ ными процессами, происходившими у народов Руси, Польши и Германии на стадии раннего феодализма. Это свидетельствует об общности путей становления феодальной формации в Прибал¬ тике и в других странах Европы. 8. Установление немецко-католического господства в Латвии и Эстонии в XIII в. ускорило и осложнило процессы феодализации общества и привело уже к концу XIV в. к значительному ограни¬ чению права собственности большинства местного населения, оказавшегося в крепостной зависимости от иностранных завоева¬ телей.
ИЗ ИСТОРИИ РАЗЫСКАНИЯ списков СУДЕБНИКА КАЗИМИРА 1468 Г. И. П. Старостина Памятник права, известный в науке как Судебник Казимира 1468 г., является первым дошедшим до нас сборником узаконений Великого княжества Литовского. Несмотря на небольшой объем — 25 статей по делению М. Ф. Владимирского-Буданова *, он пред¬ ставляет собой ценнейший источник по истории литовского права достатутовой поры. Судебник отразил ряд моментов чрезвычайно важного этапа развития феодального иммунитета в Литовском княжестве второй половины XV в., а также зафиксировал нормы обычного права, восходившие к более древнему периоду. Впервые он был опубликован в 1826 г.1 2, и с тех пор исследователи-литва- нисты постоянно привлекали его в своих работах. Однако многие вопросы, начиная с истории открытия Судебника и кончая определе¬ нием его места в литовском праве, остаются не вполне выяснен¬ ными. Подобное положение в большой степени объясняется тем, что специально, монографически Судебник не изучался, а попытки оценить его попутно, при исследовании других вопросов, привели к появлению в литературе крайне разнообразных, в целом ряде случаев взаимоисключающих характеристик. В настоящее время нет даже научного издания этого памятника, отвечающего совре¬ менным археографическим требованиям. Все публикации Судеб¬ ника после 1846 г. практически основываются на его издании в первом томе «Актов, относящихся к истории Западной России» 3, имеющем серьезные недостатки. Достаточно обоснованные выводы о характере права Великого княжества Литовского достатутного периода могут быть сделаны только после научного издания и тщательного изучения всех сохранившихся правовых памятников Литовского государства этого времени. Начало такому изучению уже положено работами В. Т. Пашуто 4, который ввел в научный оборот ценные для ли¬ товской истории прусские материалы по дофеодальному (Киш- 1 М. Ф. Владимирский-Буданов. Христоматия по истории русского права, вып. II. СПб. — Киев, 1901, стр. 32—43. 2 «Statut Kazimierza Jagiellonczyka, pomnik naydawnieyszych uchwal li- tewskich z ХУ w. . .» W Wilnie, 1826 (далее — «Statut»). 3 АЗР, т. I. СПб., 1846, № 67, стр. 80-83. 4 В. T. Пашуто. Помезания. М., 1955; он же. Образование Литовского государства. М., 1959; А. 17. Новосельцев, В. Т. Пашуто, Л. В. Черепнин. Пути развития феодализма. М., 1972, стр. 252—320. 180
поркский договор, жалованные грамоты Ордена прусским ноби¬ лям) и феодальному (Помезанская правда) периодам. Прежде чем приступить к анализу памятника, необходимо иметь четкое представление о том, какие списки сейчас известны, когда они были найдены и опубликованы и насколько надежны эти публикации. Это особенно нужно сделать потому, что списков Судебника Казимира сохранилось очень мало, в существующей же литературе сведения о них, обстоятельствах введения их в науч¬ ный оборот очень скудны, во многом противоречивы, изобилуют неясностями, неточностями, зачастую просто ошибками. Целью настоящей статьи и является выяснение поставленных выше вопросов. Подлинный акт об издании Судебника 1468 г. до нас не дошел. Известны три списка в составе восточнославянских рукописей, происходящих с территорий бывшей Древней Руси, входивших в конце XV—начале XVI в. в состав Великого княжества Литов¬ ского. Хронологически списки близки друг другу и времени изда¬ ния Судебника. Значительных текстуальных расхождений между ними нет 5. Первый список (Р) находится в приложении к Кормчей книге последней четверти XV в., которая хранится в ГБЛ 6. Судебник помещается после княжеских уставов в особых обработках, воз¬ никших на территории Украины в XV в. В списке есть киноварные инициалы, разделяющие текст памятника. По сравнению с дру¬ гими списками в нем имеются пропуски и особые чтения. Второй список (Т) находится в Кормчей книге последней чет¬ верти XV в. в Ягеллонской библиотеке в Кракове 7. Судебник помещается во вставке с текстом общеземского привилея Великого княжества Литовского 1447 г.8 В приложении к Кормчей содер¬ 6 В статье не дается палеографический и текстологический анализ списков, так как это требует особого рассмотрения. 6 ГБЛ, ф. 256, № 232, лл. 203—204 об; см. также А. X. Востоков. Описание русских и словенских рукописей Румянцовского музеума. СПб., 1842, стр. 289—297; АЗР, т. I, № 67 и примечания в конце тома, стр. 15—16; Я. Н. Щапов. Княжеские уставы и церковь в Древней Руси. М., 1972, стр. 224—226. 7 Ягеллонская библиотека в Кракове, Акс. 71/1952; см. также АЗР, т. I, № 23—26, 61, 67 и примечания в конце тома, стр. 9, 10, 15; ЖМНП, 1844, № 7, отд. III, стр. 16—18; 1846, № И, отд. III, стр. 18—21; «Протоколы заседаний Археографической комиссии», вып. II. СПб., 1886, стр. 150—151, 238—239, 308—311; А. И. Рогов. Кириллические рукописи в книгохранилищах Польши. — «Studia Zrodloznawcze», XIV, 1969, s. 158 (в этой работе названы как неучтенные некоторые материалы, о которых имелись сообщения в печати; см, например, «Протоколы заседа¬ ний Археографической комиссии», вып. II, стр. 238—239, 310—311). Благодарю Я. Н. Щапова, предоставившего микрофильм рукописи и давшего возможность ознакомиться с описанием Кормчей в подготовлен¬ ном им каталоге «Восточнославянские и южнославянские рукописные книги в собраниях Польской Народной Республики». 8 Здесь русский перевод привилея имеет дату 1457 г. 12 Древнейшие государства на территории СССР 181
жится ряд других источников по истории Литовского княжества. В списке имеются искажения текста. Третий список (У) входит в состав сборника юридического содержания конца XV—начала XVI вв. и хранится в ГИМ 9. Кроме Судебника, в сборнике содержатся запись о смоленском посошном и бобровых гонах, заговор против кровотечения и рус¬ ский сокращенный перевод малопольско-великопольских дигест, объединенных с краковско-вартскими статутами XV в. (без конца). Только этот список имеет указание на дату и место издания Су¬ дебника. Кроме того, в ГБ Л имеются три копии Судебника начала XIX в. Одна из них (Рг) представляет собой копию списка Р и хранится в архиве Н. П. Румянцева в папке под названием «Материалы о Кормчей книге» под рубрикой «Выписки из списков Кормчей книги» 10 11. Две копии списка У (черновая — Р2 и беловая — Р3) находятся в собрании Румянцева в составе копии с юридического сборника, подлинник которого хранится в ГИМ (см. выше) п. Судебник Казимира впервые был опубликован известным иссле¬ дователем литовского права И. Н. Даниловичем по копии списка У. В литературе не совсем точно излагается история его введения в научный оборот. Основываясь на очень кратком сообщении Даниловича в предисловии к первому изданию, исследователи считают, что он нашел в библиотеке Н. П. Румянцева в 1825 г. никому до того не известный Судебник 12. Данилович не сообщил всех обстоятельств находки памятника, которые между тем представляют интерес. В августе 1824 г. по царскому указу он был изгнан из Виленского университета вместе с некоторыми другими прогрессивными преподавателями, подозреваемыми в принад¬ лежности к обществу филаретов. Даниловичу было предписано покинуть польские губернии, и он в поисках места отправился в Петербург. Оказавшись без средств к существованию, Данилович бедствовал и вынужден был даже продавать книги из своей библио¬ теки. Поддержку опальному профессору в это трудное для него 9 ГИМ. Собр. Уварова, № 702, 4°, лл. 1—4 об; см. также Архим. Леонид. Систематическое описание славяно-российских рукописей собрания графа А. С. Уварова, ч. I. М., 1893, стр. 660; S. Roman, A. Vetulani. Ruski przek- iad polskich statutow ziemskich z rqkopisu moskiewskiego. Wroclaw—Kra¬ kow, 1959. Благодарю Л. M. Костюхину за консультации при работе с ру¬ кописью. 10 ГБЛ. ф. 255, к. 12, № 40, лл. 31—32 об. Текст копии с большой точностью воспроизводит оригинал (выполнен также в два столбца с сохранением построчного деления, слова под титлами не раскрыты, выносные буквы не внесены в строку и т. п.). Заголовка нет, на верхнем поле л. 31 надпись: «Выписано из Кормчей, которая есть в Музеуме». 11 ГБЛ, ф. 256, № 430; см. также А. X. Востоков. Указ, соч., стр. 658—661. 12 A. Janulaitis. Pagrindines zinios apie Teisyn^. Kazimiero Teisynas (1468 m). Vilnius, 1967, p. 10; S. Roman, A. Vetulani. Sredniowieczny ruski przeklad statutow ziemskich Kazimierza Wielkiego i Wladyslawa J agielty. Wroclaw, 1950, s. 7. В «Ruski przeklad», s. 11 отмечено, что первым обратил внима¬ ние на рукопись Н. П. Румянцев. 182
время оказал Н. П. Румянцев. В письме из Гомеля от 27 ноября 1824 г. он просил А. X. Востокова, описывавшего его библиотеку, пригласить Даниловича, показать ему рукопись с законами короля Казимира и узнать, «известны ли они ему или иному кому из ученых в Польше. Ежели по прочтении и нашед их достойными, изъявит он готовность приступить к изданию их на моем ижди¬ вении, то я приму сие за одолжение себе, а он свободное теперь свое время таковым трудом займет и отличит», — писал Н. П. Ру¬ мянцев 13. Данилович с готовностью принял это предложение. Но его пребывание в Петербурге было очень недолгим. Вскоре он получил назначение профессором в Харьковский университет и уже оттуда написал графу о замечательных памятниках, которые он рассматривал в его библиотеке. Среди нихон отметил и не¬ известные никому из польских ученых законы Казимира IV14. По сведениям Даниловича, в библиотеке было две поздние руко¬ писи с этими законами. Одна представляла собой тетрадь из бумаги синего цвета с многочисленными поправками, другая, с большим количеством ошибок, была беловой копией с нее. Кроме установ¬ лений Казимира IV, в них имелись запись о смоленском посошном, молитва против кровотечения, реестр и Вислицкий статут Казими¬ ра III и реестр статута Владислава Ягеллы. Судя по описанию, в руках Даниловича были копии сборника со списком У 15. Н. П. Румянцев поручил Даниловичу опубликовать все правовые памятники этого сборника 16. Предполагалось, что Данилович, параллельно с рус¬ ским переводом польских средневековых законов, издаст их текст на латинском языке. Но дело замедлилось, так как в Петербурге долго не могли найти писца для копирования латинского ориги¬ нала, и в конце концов Даниловичу так и не удалось напечатать этот памятник 17. Он подготовил латинским алфавитом 18 тексты Судебника Казимира и записи о смоленском посошном и бобро¬ вых гонах по черновой копии и переслал в Вильну профессору русского языка И. Н. Лобойке. И. И. Григорович (археограф, сотрудник Н. П. Румянцева, в то время протоиерей Гомельского 13 «Переписка А. X. Востокова в повременном порядке». СПб., 1873 (далее — А. X. Востоков. Переписка), стр. 150—151, см. также стр. 154, 173. 14 «Statut», s. Ill—VI; «Переписка митрополита киевского Евгения с госу¬ дарственным канцлером графом Н. П. Румянцевым», вып. 1—3. Воронеж, 1868—1872, стр. 120—121. 15 «Statut», s. XIII—XVI. И. Н. Данилович не совсем точно сообщил после¬ довательность статей и не отметил начала законов Владислава Ягеллы. Об этом подробнее см.: S. Roman, A. Vetulani. Sredniowieczny przeklad, s. 8, 12—17. 16 A. X. Востоков. Переписка, стр. 178, 191, 193, 194. 17 «Переписка митрополита киевского Евгения», стр. 123; А. X. Востоков. Переписка, стр. 191, 193—194, 201, 205—206, 207, 212, 214—215, 218, 229—231, 233. 18 И. Н. Данилович объяснил свое решение печатать текст латинскими бук¬ вами желанием получить советы от «литовских юристов» и учесть их при последующей русской публикации, поскольку для него самого многое в Судебнике оставалось неясным («Statut», s. VII). 12* 183
собора) туда же переслал копию новонайденного списка Р из румянцевской Кормчей и краткие сведения о нем. Л. Рогальский сделал перевод памятника на польский язык, транскрибировал тексты публикуемых памятников по-русски и указал варианты чтений Судебника из списка Р. Издание появилось в Вильне в 1826 г. Судебник был разделен на статьи, но они не были про¬ нумерованы. В издании наблюдаются искажения текста трех ви¬ дов: во-первых, ошибки переписчика копии списка У, повторен¬ ные Даниловичем, например, «заплату бо брать» вместо «побрать» (ст. 12), «полуконя» (в копии «полуконья») вместо «полукопья» (ст. 13); во-вторых, нечетко написанные в копии слова, которые Да¬ нилович неверно разобрал, например, «изъ ее» вместо «изъес(ть)» (ст. 6), «большая татьба» вместо «конная татьба» (ст. 15); наконец, расхождения между текстами, напечатанными латинским и рус¬ ским алфавитом. Вероятно, издатель в ряде случаев приводил более правильное, по его мнению, чтение списка Р; например, «а въ томъ часу» вместо «а w tot czas», «на рокъ на последний не поста¬ вить» вместо «.. .ne stanut» (ст. 8). Иногда он действительно исправ¬ лял Даниловича; так, вместо неверно разобранного «а nad zlodej milostyniu nadobe» напечатано «. . . милости не надобе» (ст. 12) 18а и т. п. Приняв цифру 1, которой копиист заменил букву а, обо¬ значающую индикт, за i, Данилович неверно датировал Судебник 1464 или 1480 гг.19 Рассмотрим вопрос о том, как копии со списком У оказались у Румянцева, знали ли русские ученые о Судебнике до Данило¬ вича, а также попытаемся проследить историю рукописи со спи¬ ском У. По свидетельству Даниловича, копия сборника со списком У была получена Румянцевым от вдовы какого-то новгородского секретаря 20. Востоков указал, что эти неверные сведения были кем-то сообщены Даниловичу, вероятно, по недоразумению. На самом деле копия Судебника была сделана по заказу Румянцева. В его собрании имеется копия каталога рукописей новгородской Софийской библиотеки, в котором под № 815 есть и Судебник, отмеченный карандашом в знак того, что он должен быть переписан для канцлера 21. Несмотря на это, версия о секретаре продолжала повторяться и дожила до наших дней 22. Востоков сообщил также, что у рукописи была и вторая часть, содержащая несколько книг Ветхого Завета, которые тоже были скопированы для Румянцева23. Данилович, вероятно, не знал о существовании второй части рукописи. Востоков верно датировал Судебник 1468 г. 18а Здесь и ниже нумерация статей дается по «Христоматии» М. Ф. Влади¬ мирского-Буданова. 19 «Statut», s. 75—76. 20 Ibid., s. XIII. 21 А. X. Востоков. Описание, стр. 658—659. 22 A. Janulaifis. Op. cit., р. 10. 23 ГБЛ, ф. 256, № 30; см. также А. X. Востоков. Описание, стр. 35, 658—659. 184
Первыми обратили внимание на сведения Востокова польские исследователи С. Роман и А. Ветуляни, занимавшиеся изучением русского перевода польских статутов 24. Но они полагали, что под¬ линная рукопись с текстом статутов издавна хранилась в Новго¬ роде 25. Между тем Востоков при описании книг Ветхого Завета отметил, что рукопись происходит из Кирилло-Белозерского мо¬ настыря. При описании копии сборника со списком У и указанного каталога он привел его название «Ведомость рукописным Кири¬ лов с к о й книгохранительницы... книгам . . .» (разрядка наша — И. С.26). Нам удалось найти упоминание о Судебнике в описи Кирилло- Белозерского монастыря 1601 г. Книга с Судебником в ней не имеет заголовка, а обозначены только первые слова: «Книга в начяле пишете Казиме/? б(о)жиею м(и)л(о)стию корол(ь) По./г(ъ)ск1Ш. в полдесть» 27. В описи 1621 г. того же монастыря примерно на том же месте и в окружении тех же рукописей, что и в предыдущей, уже значится «Книга в начале пишете судебник Казимера короля Полсково в полдесть» 28. Не останавливаясь подробно на заголовке Судебника, поскольку это выходит за рамки настоящей статьи и тре¬ бует специального рассмотрения 29, здесь уместно отметить, что монастырские описи помогли уяснить спорный вопрос о его про¬ исхождении. Судя по плохо сохранившейся записи на нижнем поле л. 1 списка У — «Палетецког[о]»3°, рукопись могла принадле- 24 S. Roman, A. Vetulani. Sredniowieczny przektad, s. 14—15; они же. Ruski przeklad, s. 11—12. 25 S. Roman, A. Vetulani. Ruski przeklad, s. 11, 26. Здесь рукопись названа Кормчей книгой. Но по составу сборник не похож на Кормчие книги, да и Востоков, на «Описание» которого они ссылаются, ее так не называет. Причины нахождения рукописи в Новгороде привлекли внимание иссле¬ дователей (W. Heinosz. Jeszcze о sredniowiecznym ruskim przektadzie sta- tutow ziemskich Kazimierza Wielkiego i Wtadystawa Jagiella. — «Cza- sopismo prawno—historyczne», t. IV, 1952, s. 464; J. Bardach. О przekla- dach ruskich polskich statutow ziemskich XIV i pocz^tku XV w. dla Wiel¬ kiego Ksiqstwa Litewskiego i Chetmszczyzny. — «Studia z ustroju i prawa Wielkiego Ksiqstwa'Litewskiego XIV—XVII w. Warszawa, 1970, s. 341—342). 26 ГБЛ, ф. 256, № 222, лл. 1—24, 14 об; ф. 268, № 975, лл. 41—54 об., 51 об.; опубликовано: «Русский вестник», 1842, № 11—12, смесь, стр. 4—28, 24; см. также А. X. Востоков. Описание, стр. 279—280 (нумерация ошибочна, должно быть 269—270). 27 ГПБ, ф. 351, № 71/1310, л. 241; № 72/1311, л. 226 об. 28 Там же, № 73/1312, л. 347; 74/1313, л. 341. 29 Различные предположения о заголовке Судебника см.: Ф. И. Леонтович. Русская правда и литовский статут. — КУИ, 1865, № 2, отд. II, 3, стр. 9; И. И. Лаппо. «Судебник» Казимира Ягайловича. — «Записки Русского научного института в Белграде», вып. 17. Белград, 1939, стр. 25; A. Janu- laitis. Op. cit., p. 6, 10; К. Jablonskis. Lietuvos valstybes ir teises istorija nuo XIV a. pabaigos iki XVla. vidurio. Vilnius, 1971, p. 30. 30 Она приведена как «posatcah» в кн.: S. Roman, A. Vetulani. Ruski przek¬ lad, s. 16. К. Яблонские (Op. cit., p. 30), вероятно, прочел ее как «Полоц¬ кого», поскольку указал, что Судебник Казимира был найден в церковной книге при захвате Полоцка войсками Ивана IV. В его работе, представ¬ ляющей собой курс лекций по истории литовского государства и права, 185
жать кому-либо из князей Палецких. Московское государство в XVI в. вело постоянные войны с Литвой, в которых участвовали и Палецкие; некоторые из них во второй половине XVI в. были довольно тесно связаны с Кирилло-Белозерским монастырем. Наиболее вероятным кажется предположение о принадлежности рукописи Дмитрию Федоровичу Пал едкому (иноку Дионисию), постриженику монастыря, похороненному в нем 31. Трудно определенно сказать, как могла попасть к нему руко¬ пись. Его отец Федор Иванович в 1488 г. был с посольством в Литве 32; сам Дмитрий Федорович в 1535 г. воевал под Вильной33, а в 1537 г. участвовал в посольстве в Литву 34. Как бы то ни было, исследование польского филолога А. Вандаса показало, что руко¬ пись была написана в конце XV—начале XVI в. на территории к северу от линии Вильнюс—Минск—Рогачев и имеет типично белорусские признаки 35. Судя по записи о смоленском посошном, она могла иметь отношение к Смоленской земле. Дело осложняется тем, что полный состав сборника неизвестен, поскольку рукопись без конца. Благодаря тому, что она попала в хорошо организо¬ ванную библиотеку Кирилло-Белозерского монастыря, сохранив¬ шую большое количество старинных описей, удалось в значитель¬ ной мере восстановить ее историю. В августе 1639 г. царь Михаил Федорович потребовал при¬ слать в Москву из Кирилло-Белозерского монастыря целый ряд книг, «который вдвое и втрое», а с тех, «которыхъ по одной книге», никаких ссылок и дополнительных разъяснений нет. В рукописи, на пра¬ вом поле л. 2, вверху имеются остатки записи «Се язъ Ва. . .», на нижнем поле лл. 1—3 видны следы уничтоженных записей, которые, возможно, могли бы раскрыть историю рукописи. К сожалению, их нельзя прочесть без применения технических средств. 31 Н. К. Никольский. Кирилло-Белозерский монастырь и его устройство до II четверти XVII в. (1397—1625), т. I, вып. I. СПб., 1897, стр. XLVI и прим. 3. Василий Дмитриевич Палецкий, погибший в 1567 г. и также похороненный в монастыре, не жил в нем; Борис Дмитриевич (инок Бо- голеп), хотя и был пострижеником монастыря, умер в 1608 г., т. е. книга с Судебником, содержание которой было неизвестно книгохранителям, обо¬ значена в описи при его жизни (см. выше) (Н. К. Никольский. Указ, соч., стр. LI и прим. 4). П. М. Строев указал, что князем Палецкимбыл кирил¬ ловский игумен Афанасий, впоследствии архиепископ полоцкий (П. М. Строев. Списки иерархов и настоятелей монастырей Российской церкви. СПб., 1877, стлб. 55, 497). НоН. К. Никольский сомневался в этом, поскольку ни в родословной книге, ни в синодиках Кириллова монастыря, где приводится род Афанасия архиепископа полоцкого, таких сведений нет. Он полагал, что могло произойти смешение Палецкого с Полоцким (Н. К. Никольский. Общинная и келейная жизнь в Кирилло-Белозерском монастыре в XV и XVI веках и в начале XVII-ro. — «Христианское чте¬ ние», 1908, февраль, стр. 271). 32 Сборник РИО, т. 35. СПб., 1882, стр. 13, 25, 33. 33 ПСРЛ. т. VIII. СПб., 1859, стр. 288. 34 Сборник РИО, т. 59. СПб., 1887, стр. 107, 109—130 и др. 35 A. Wandas: Jqzyk staroruskiego przekladu polskich statutow ziemskich Kaziemierza Wielkiego i Wladyslawa Jagielly. Wroclaw—Warszawa—Kra¬ kow, 1966, s. 9—10, 19, 63—67 и др. 186
было велено «списать слово въ слово». Среди требуемых к высылке книг назван и Судебник 36. Неизвестно, было ли выполнено при¬ казание, во всяком случае Судебник Казимира, числившийся в со¬ хранившихся монастырских описях в одном экземпляре, оста¬ вался в монастыре до конца XVIII в. В конце XVIII в. наиболее ценные и древние книги из Кирилло- Белозерского монастыря передали в библиотеку при Софийском соборе в Новгороде. Среди них была и рукопись с Судебником Казимира 37. В 1804—1808 гг. епископом старорусским и новгородским ви¬ карием был Евгений (Болховитинов), впоследствии киевский ми¬ трополит, много занимавшийся исследованием русской истории. Он познакомился с софийскими рукописями, среди которых видел и «устав Казимира», но не успел его скопировать, а потом услышал, что он пропал 38. Страстный любитель русской старины, Н. П. Румянцев много сил и средств потратил на собирание своей библиотеки. Начиная с 1816 г., он постоянно переписывался с протоиереем новгородского Софийского собора 3. Скородумовым. В феврале 1817 г. Румянцев получил от него тетрадь с Судебником Казимира 39. Это была черновая копия юридического сборника со списком У. Перепис¬ чик вначале скопировал текст, не сохраняя вышедшие из употреб¬ ления буквы, а затем рукопись была выправлена по подлиннику. Вскоре с нее изготовили беловую копию 40, причем второй копиист сделал очень много ошибок. А. X. Востоков в «Рассуждении о сла¬ вянском языке» среди рукописей, в которых наблюдается замена юса большого юсом малым, отметил и Судебник Казимира из би¬ блиотеки Румянцева 41. Судя по приведенным примерам (название «Судебник», город Судомир и др.), это копия сборника со списком У. Но в словах «приведут», «на общий суд», «домучатся татьбы» и др. указанной замены нет. Копиист в этих и других словах за¬ менял «юс большой» на я или у, над которыми при исправлении вверху проставляли «юс большой». В слове «вернути» (ст. 1) при исправлении проставлен знак, очень похожий на «юс малый». Во второй беловой копии в словах «чтучи» и «вернути» переписчик также поставил знак, похожий на «юс малый». В некоторых 36 ААЭ, т. III. СПб., 1836, стр. 432—433. 37 Д. И. Абрамович. Описание рукописей С.-Петербургской Духовной Ака¬ демии. Софийская библиотека, вып. I. СПб., 1905, стр. IV—У. 38 «Русский архив», 1889, кн. 2, № 5—8, стр. 61; «Переписка митрополита киевского Евгения», стр. 121. 39 «Письма государственного канцлера графа Н. П. Румянцева к протоиерею Скородумову». СПб., 1859, стр. 8. 40 В реестре рукописей Н. П. Румянцева (1819—1820 гг.) обозначено: «№ 28. Судебник Казимира короля Польского. . . (вдвойне)»; см. ГБЛ, ф. 255, к. 14, № 14, лл. 2 об., 13. 41 А. X. Востоков. Рассуждение о славянском языке. . .— «Труды Общества любителей российской словесности при имп. Московском университете», ч. XVII. М., 1820, стр. 48—49. 187
случаях на месте исправлений он одновременно писал и я или у и «юс большой». Возможно, это и ввело Востокова в заблужде¬ ние. В ноябре 1817 г. В. Г. Анастасевич (библиограф, издатель и переводчик) нашел в библиотеке Румянцева рукопись с Судеб¬ ником Казимира. Это была копия сборника со списком У. В архиве ЛОИИ СССР сохранилось черновое письмо В. Г. Анастасевича Н. П. Румянцеву, в котором он, рассматривая Судебник, опреде¬ ляет, что он был издан при Казимире Ягеллоне, и обосновывает необходимость его публикации 42. Сообщил он о законах Кази¬ мира и Евгению Болховитинову, который помнил Казимиров устав в новгородской библиотеке и советовал его опубликовать 43. Но планы В. Г. Анастасевича не осуществились, возможно, потому, что вскоре его отвлекли другие занятия. Итак, рукопись с законами Казимира прошла долгий путь, прежде чем копия с нее попала в собрание Н. П. Румянцева. Но, хотя русские ученые знали о ней, Судебник Казимира ждал своего издателя еще 8 лет. Н. П. Румянцев, поручив в 1825 г. публикацию рукописи с за¬ конами Казимира И. Н. Даниловичу, старался разыскать и другие списки. С просьбой о содействии он обратился к митрополиту Евгению и Г. А. Розенкампфу, работавшему над исследованием о Кормчих книгах 44. Вероятно, ответ Розенкампфа был отрица¬ тельным, так как в первом издании использованы только румян¬ цевские списки. Евгений же написал, что «устав Казимиров» сам он «некогда видел ... в новогородской софийской библиотеке . . . при судебнике царя Ивана Васильевича, но не успел списать, а после услышал, что он пропал» 45. Но ведь новгородская руко¬ пись с Судебником Казимира была объединена не с Судебником Ивана IV, а с книгами Ветхого Завета. Здесь могут быть три возможных объяснения: 1) Евгений видел совершенно не известный нам список; 2) какое-то время рукопись со списком У действительно была присоединена к Судебнику Ивана IV; 3) слова Евгения можно объяснить просто несовершен¬ ством человеческой памяти. Первое предположение можно сразу отвести, так как Евгений говорит только об одном виденном им списке законов Казимира; маловероятно, чтобы он не заметил Судебник, внесенный в опись, а нашел другой список, ни в каком реестре не обозначенный. 42 ЛОИИ СССР, колл. 238, оп. 2, М 341/20, л. 29. 43 «Казимировский устав, бывший у меня в руках, я очень помню, но от хло¬ пот новгородских не успел я тогда списать его» («Русский архив», 1889, кн. 2, № 5—8, стр. 61). В другом месте он пишет: «Хорошо, если вы Ка¬ зимиров устав объясните и пошлете в историческое общество или в журнале каком-нибудь напечатаете. . . Нельзя ли мне сообщить копию Казимирова статута?» (ЛОИИ СССР, колл. 238, оп. 2, № 136/4, письмо 50). 44 «Переписка митрополита киевского Евгения», стр. 121, 123. 45 Там же, стр. 121. 188
Для проверки второго предположения нужно определить, какой список Судебника Ивана IV имел в виду Евгений. В 1824 г. в письме к В. Г. Анастасевичу Евгений упоминает «скорописный Судебник царя Ивана Васильевича, при коем приписан и любо¬ пытный устав Владислава и судебные акты царя Ивана Василь¬ евича. На сей книге и моя подпись» 46. Поскольку рукопись с за¬ конами Казимира заканчивалась статутом Владислава Ягеллы, вероятно, он ее и подразумевал. Несколько выше, в том же письме Евгений пишет о найденном им в Новгороде судном деле времен царя Ивана Васильевича при его Судебнике. Это дело он сообщил московскому профессору И. Н. Сандунову в 1805 г., но тот его затерял 47. В 1812 г. Евгений послал председателю Общества ис¬ тории и древностей российских П. И. Бекетову «список одного судного дела 1559 г.» 48 В «Замечаниях об уставных и губных гра¬ мотах» Евгений говорит о скорописном Судебнике Ивана IV из новгородского Софийского собора, при котором находились устав¬ ная и губная грамоты 49. Это были Уставная грамота двинянам 1556 г. и Губная белозерская грамота 1571 г., опубликованные им в 1815 г. 50 Из переписки Н. П. Румянцева с 3. Скородумовым в июле 1817— январе 1818 г. видно, что в софийской библиотеке был сборник с надписью Евгения, в который, кроме Судебника Ивана IV, вхо¬ дили грамоты Уставная двинская и Губная белозерская, вотчин¬ ное судное дело, наказ митрополита Макария каргопольскому духовенству и выписки из решений Стоглавого собора 51. Н. П. Ру¬ мянцев просил скопировать все статьи этого сборника в соот¬ ветствии с реестром, составленным по его просьбе 52. Вероятно, во всех случаях речь идет об одном и том же сборнике с Судебником Ивана IV, имеющем надпись Евгения, который частично использо¬ вал его материалы. Но в реестре не упоминаются ни устав Казимира, ни устав Владислава. В настоящее время этот сборник хранится в ГПБ 53. Однако в нем нет судного дела 1559 г., которое находится 46 «Древняя и новая Россия», т. 19. Пб., 1881, стр. 311. 47 В 1806 г. Евгений действительно посылал какие-то статьи Н. Н. Сандунову, которые были утеряны (Сб. ОРЯС, т. V, СПб., 1868, стр. 136, 138; ср. Н. Н. Сандутв. Правая грамота по вотчинному делу в 1559 г. произво¬ дившемуся. М., 1830). См. также письмо Евгения И. М. Снегиреву от 21 сентября 1830 г. («Старина русской земли», т. I, кн. I. СПб., 1871, стр. 117). 48 ЧОИДР, 1892, кн. 1, 2, отд. IV. Смесь, стр. 9. 49 «Замечания об уставных и губных грамотах» («Вестник Европы», № 21— 22, ч. LXXII. М., 1813, стр. 45). 50 «Русские достопамятности», ч. I. М., 1815, стр. 140—165. Здесь грамота двинянам датирована 1557 г. 51 «Письма государственного канцлера гр. Н. П. Румянцева к протоиерею Скородумову», стр. 14, 17, 21—22, 24, 26, 27. 52 Эта копия в румянцевском собрании не сохранилась. Уже в 1825 г. А. X. Востоков не мог в нем найти судное дело времени Ивана IV. {А. X. Востоков. Переписка, стр. 178). 63 ГПБ, Собр. Погодина, № 1841, 4°. См. «Судебники XV—XVI вв.» М.—Л., 1952, стр. 120, № 9; ср. каталог П. М. Строева: ГБЛ, ф. 310, № 867, л. 8 об., 189
сейчас в другом сборнике того же собрания 54. Оба сборника при¬ надлежали когда-то П. М. Строеву. Надпись Евгения не сохрани¬ лась. Правда, от верхней части первого листа сборника 1841 отре¬ зана по всей ширине полоса около 7 мм, но остатки букв ниже линии отреза настолько незначительны, что не могут дать никакого пред¬ ставления о содержании и авторстве записи. Запись также могла быть сделана и на несохранившемся листе. Ни в одном из сборников нет следов объединения с рукописью, содержащей законы Казими¬ ра IV. Все изложенное выше, думается, позволяет сделать вывод, что сообщение Евгения об уставе Казимира при Судебнике Ивана IV в новгородской Софийской библиотеке ошибочно: он, вероятно, уже не помнил хорошо состава сборников, виденных им около двух десятков лет назад. Для нас важно отметить, что рукопись со списком У в 1825 г. считалась пропавшей. Об этой рукописи ничего не было известно до 1844 г. В конце этого года П. М. Строев, составлявший каталог рукописей И. Н. Царского, сообщил о найденном среди них списке Судебника Казимира и обещал прислать его в Археографическую комиссию 55. Из переписки П. М. Строева с Комиссией, а также из протоколов ее заседаний видно, что он послал туда рукопись в марте 1845 г. Ее передали редактору I тома «Актов Западной России» И. И. Григоровичу и вернули П. М. Строеву только осенью 1845 г.56 И. И. Григорович опубликовал все памятники по копии юридического сборника со списком У из румянцевской библиотеки (кроме заговора против кровотечения), но под разными датами и в разных частях тома. Только в примечаниях было ука- № 104; ААЭ, т. I. СПб., 1836, № 250, стр. 271—273; № 281, стр. 316—320. Здесь сборник датируется XVI в. Ср. Уставную двинскую и губную бело- зерскую грамоты, опубликованные Евгением в «Русских достопамятно¬ стях», стр. 140—150, 151—165. 54 ГПБ, Собр. Погодина, № 1845, лл. 79—118. Ср. Каталог П. М. Строева; ГБЛ, ф. 310, № 867, л. 19 об., № 283. То, что судное дело 1559 г. из сбор¬ ника № 1845 было отделено от сборника № 1841, доказывает также и нуме¬ рация. В нем нумерация до л. 84 отличается от первоначальной, не учиты¬ вавшей оглавления (иногда стертой, иногда зачеркнутой) нумерации на 6 листов (очевидно, за счет оглавления, получившего собственную нуме¬ рацию). Именно тут, судя по перечню, составленному для Н. П. Румянцева, должно было начинаться судное дело. Но здесь идут сразу степени рос¬ сийской иерархии, а новая нумерация различается от местами сохранив¬ шейся старой уже на 34 листа. В сборнике № 1845 судное дело 1559 г. помещается на лл. 79—118, причем л. 79 пронумерован рукой П. М. Стро¬ ева и содержит только запись заголовка грамоты также его рукой. Если после л. 78 (84 по новой нумерации) сборника № 1841 поместить судное дело из сборника № 1845 (лл. 79—118), то старая нумерация не нарушится. 55 ГБЛ, ф. 291, М 2245, л. 288. «Протоколы заседаний Археографической комиссии», вып. II, стр. 283. 66 ГБЛ, ф. 291, М., 2245, лл. 297, 328, 337; см. также «Протоколы заседаний Археографической комиссии», вып. II, стр. 295, 305. В кн. S. Roman, A. Vetulani. Ruski przeklad (s. 13) отмечено, что о рукописи ничего не из¬ вестно до 1848 г.; см. там же (s. 13, 31) предположение о том, что издатели «Актов Западной России», вероятно, не смогли достать этот список. 190
зано, что в библиотеке И. Н. Царского имеется старинная ру¬ копись, содержащая все эти статьи и что в тексте записи о смолен¬ ском посошном и бобровых гонах «отмен нет» 57, а текст и даже «datum» Судебника «сходны». Возможно, И. И. Григорович огра¬ ничился ссылкой на сборник Царского потому, что все эти памят¬ ники уже были подготовлены к печати. Во всяком случае, Судеб¬ ник Казимира был готов к изданию и снабжен вариантами в мае 1844 г., а I том «Актов» уже печатался в декабре 1844 г.58 В издании Судебника Казимира в «Актах Западной России» 59 по копии списка У Румянцевского собрания были указаны ва¬ рианты чтений; при этом напечатаны ошибочные чтения из плохой беловой копии. Так, например, вместо «шибеницы» появи¬ лась «шкобница» (ст. 1). Непонятно, почему издатель поместил варианты чтений из первого издания Судебника И. Н. Данило¬ вича, использовавшего те же румянцевские копии списка У. К тому же эти варианты иногда приведены к тексту, напечатан¬ ному по-русски, в ряде случаев отличающемуся от латинского текста (см. выше). Иногда чтения, отнесенные в «Актах» к ошиб¬ кам И. Н. Даниловича, на самом деле есть и в копии списка У (например, «а што будет» — ст. 1, «но и» — ст. 2 и т. п.). Отметив сходство текстов сборников Н. П. Румянцева и И. Н. Царского, И. И. Григорович нигде прямо не говорит, что копия со списком У могла быть снята со сборника Царского. Со¬ вершенно не упоминает о сходстве текстов П. М. Строев в каталоге рукописей И. Н. Царского, хотя, конечно, ему хорошо было известно «Описание» А. X. Востокова, в котором подробно описана эта копия. Правда, он отметил, что «рукопись драгоценная, правильнее и полнее того новейшего списка, с которого сии па¬ мятники древнейшего законодательства польского напечатаны в Актах Западной России» 60. Польские исследователи А. Ветуляни и С. Роман убедительно доказали, что румянцевская копия была сделана именно с рукописи Царского 61. Но они не разыскали второй части рукописи, состоя¬ щей из нескольких книг Ветхого Завета. До 1852 г. она оставалась в Новгороде, а затем с другими софийскими рукописями была передана в Петербургскую духовную академию, вместе с рукопис¬ ными фондами которой перешла в ГПБ. Рукопись представляет собой совершенно самостоятельную часть. Она написана другим почерком, чем юридический сборник, на бумаге с водяными зна- 57 АЗР, т. I, легенда к № 27, стр. 41, примечания к № 55, 67, стр. 14, 16. 68 «Протоколы заседаний Археографической комиссии», вып. II, стр. 239, 274. 69 АЗР, т. I, стр. 80—83. Хотя в копии списка У дата быланаписана цифрами, в примечаниях сказано, что И. Н. Данилович принял букву я, обозначаю¬ щую индикт, за цифру 10 (АЗР, т. I, стр. 15, прим. 53; ср. И. И.Лаппо. Указ, соч., стр. 28; A. Janulaitis. Op. cit., р. 5). 60 П. М. Строев. Рукописи славянския и российския, принадлежащий. . . И. Н. Царскому. М., 1848, стр. 651. 61 S. Roman, A. Vetulani. Ruski przektad, s. 13—15 и др. 191
ками другого типа, имеет свою нумерацию тетрадей. Кроме записи на обороте верхней крышки переплета, из которой видно, что здесь некогда был и Судебник Казимира, других помет, рас¬ крывающих историю рукописи, нет 62. В заключение следует отметить, что текст подлинного списка У из рукописи с такой сложной и длинной историей никогда не публико¬ вался. И. Н. Данилович в 1826 г. и И. И. Григорович в 1846 г. использовали в своих изданиях поздние копии, которые к тому же не всегда правильно передавали. Между тем список У имеет наи¬ более полный и исправный текст Судебника Казимира. Рассмотрим теперь историю списка Р. В примечаниях к Судеб¬ нику в I томе «Актов Западной России» И. И. Григорович указал, что он был открыт Румянцевым при покупке древних рукописей, в Гомеле в номоканоне XV в.63 А. X. Востоков указывает, что эта копия для издания И. Н. Даниловича была сделана Л. Рогаль- ским 64, а А. Янулайтис сообщает, что список был найден и ско¬ пирован в Гомеле И. И. Григоровичем 65. Поскольку А. X. Восто¬ ков и А. Янулайтис скорее всего интерпретировали каждый по своему очень краткие пояснения к первому изданию Судебника, нужно разобрать только сообщение И. И. Григоровича. Прежде всего следует выяснить, когда указанная кормчая по¬ ступила в собрание Н. П. Румянцева. Из переписки Н. П. Румян¬ цева с А. Ф. Малиновским видно, что в октябре 1818 г. А. Ф. Ма¬ линовский купил для него в Москве у купца А. Якимова номоканон с приложениями 66. В портфелях А. Ф. Малиновского в ЦГАДА имеется составленный К. Ф. Калайдовичем перечень статей в конце номоканона, принадлежащего А. Якимову. Здесь перечислены устав Владимира на двух листах, устав Ярослава на двух листах, проклинание Владимира на одной странице, подтвердительная грамота Киприана на одной странице, законы короля польского Казимира на двух листах. Кроме того, указано, что рукопись написана в две колонки на бумаге с водяным знаком «голова быка». Приведена также запись на переплете, упоминающая туровского 62 ГПБ, Соф. 82,4°. Запись XVII в. на обороте верхней крышки переплета: «Книга в начале» (эти слова зачеркнуты), чуть выше другими чернилами «1»; на уровне зачеркнутого — «Судебник Казимера подского», между послед¬ ними словами вставка — «короля»; ниже теми же чернилами и почерком XVIII в., что и вставка: «2. Изъ книгъ Ветхаго Завета а) Иисусъ Навинъ в) Судии г) Руфь д) Царства е) Есфирь безъ окончания». Справа помета «№ 815». Запись совпадает с № 815 каталога кирилловских рукописей ГБЛ (см. выше). Здесь же бумажная наклейка с надписью (XVII в.): «Судебник Казимера короля полскяго». Ее опубликовал В. К. Лебедев в кн. «Славянский перевод книги Иисуса Навина по сохранившимся ру¬ кописям и Острожской библии. СПб., 1890, стр. 34; см. также Д. И. Абра¬ мович. Указ, соч., вып. I, стр. VIII, 131. 63 АЗР, т. I, стр. 16, прим. 53. 64 А. X. Востоков. Описание, стр. 658. 66 A. Janulaitis. Op. cit., р. 5. 66 ЧОИДР, 1882, кн. 1, стр. 92, 95. 192
и пинского епископа Евфимия 67. В материалах К. Ф. Калайдо¬ вича имеется черновая записка о купленном Румянцевым у А. Якимова номоканоне в два столбца с подтвердительной гра¬ мотой Киприана и указанной выше записью на переплете 68. Все перечисленные статьи и запись имеются в приложении к ру¬ мянцевской Кормчей № 232, написанной в два столбца на бумаге с водяным знаком «голова быка». Итак, Кормчая с законами Казимира была куплена Румянце¬ вым не в Гомеле, а в Москве, в октябре 1818 г. через посредство А. Ф. Малиновского. Как же в таком случае можно объяснить сообщение И. И. Григоровича? Вероятно, просто забывчивостью. Н. П. Румянцев действительно покупал в Гомеле много рукопи¬ сей. Вспоминая более чем через 20 лет обстоятельства приобрете¬ ния Румянцевым Кормчей с Судебником Казимира, он, по-види- мом/, решил, что она, как и некоторые другие, была куплена гра¬ фом в Гомеле. Неизвестно, как рукопись попала к А. Якимову. Судя по упоминавшейся записи, в конце XV в. она находилась на территории Турово-Пинского княжества 69. В Кормчей есть запись о продаже рукописи в 1567 г. бобреневскому игумену и вкладная запись 1583 г. в Солотчинский монастырь 70. В 1822 г. В. Г. Анастасевич отправил эту рукопись Н. П. Ру¬ мянцеву в Гомель 71, где она хранилась с другими рукописями и книгами. В «Списке русским памятникам» П. И. Кеппена обозна¬ чен и устав Казимира, данный Великому княжеству Литовскому, из номоканона конца XV—начала XVI в., но затем допущена неточность: П. И. Кеппен указал, что эта рукопись разбиралась в «Рассуждении о славянском языке» 72 А. X. Востокова. Но в этой работе, как было показано выше, имелась в виду копия со спи¬ ском У. Отметим, что, следовательно, и по списку Р Судебник был известен русским ученым. В марте 1825 г. Кормчие из Гомеля были отправлены в Петер¬ бург 73. В июне того же года Евгений, работая в библиотеке Н. П. Румянцева, нашел в Кормчей законы Казимира, о чем немедленно известил владельца. Именно в это время готовилось издание Судебника И. Н. Даниловичем, и находка еще одного списка законов Казимира «пошла впрок» владельцу, хотя, как это показано выше, она вовсе не должна была быть такой неожи¬ 67 ЦГАДА, ф. 197, портфель 1, № 36. Благодарю Я. Н. Щапова, указавшего на эти материалы. 68 ГПБ, ф. 238, № 116, л. 54. 69 Епископ туровский и пинский Евфимий известен по печати и подписи на документе 1489 г. В 1495 г. турово-пинским епископом был уже Вассиан (А. Грушевский. Пинское Полесье, ч. II. Киев, 1903, стр. 99; Я. М. Строев. Списки иерархов, стлб. 1045). 70 Солотчинский монастырь находится под Рязанью, Бобреневский — у Ко¬ ломны. 71 ГБЛ, ф. 8, 912/Н, 34. 72 Я. И. Кеппен. Список русским памятникам. М., 1822, стр. 75—76. 73 А. X. Востоков. Переписка, стр. 182—183, 195. 193
данной и новой 74. Впрочем, реакция Н. П. Румянцева легко объяс¬ няется тем, что в то время его собрание еще не было описано, а сам он всех своих рукописей не помнил. Варианты чтений из списка Р к копии списка У были указаны в издании И. Н. Данило¬ вича. Для публикации Судебника Казимира в собрании достатутовых правовых литовских памятников, готовившейся в 30-е годы XIX в. И. Н. Даниловичем, И. Лелевелем и Т. Дзялыньским, было ис¬ пользовано первое издание 1826 г.75 Правда, И. Н. Данилович сожалел, что в основе лежал текст «arcybafamutny», а не список Р, использованный Л. Рогальским для вариантов; Данилович же достал копию списка Р, приехав в Петербург в 1830 г., когда листы с Судебником Казимира были уже отпечатаны 76. По списку Р текст Судебника Казимира был напечатан в «Мос¬ ковском телеграфе» 77 и в «Русской вивлиофике» Н. Полевого 78. Оба издания содержали большое количество ошибок. Список Р был положен в основу издания Судебника в «Актах Западной России» в 1846 г. Сравнение показало, что текст памят¬ ника передан неточно. Издатель зачастую без всяких оговорок заменяет слова, делает пропуски, перестановки. Так, в ст. 4 вместо «а будет ли того дому статок» напечатано «а будет ли в дому статков», в ст. 6 в первую фразу вставлено слово «вышел» по другим спискам, что меняет ее смысл, в ст. 11 без всяких оговорок приводится конец «а не пригодить ся нас в великом князьстве Литовьском, ино воеводам нашим моцно дати децького», хотя в этом списке приведенной выше фразы нет. Отмечаются замены типа ино — и, их — им, букв о — е, у — вит. п. Число примеров можно значительно увеличить. В публикации не отмечены кино¬ варные инициалы, и деление на статьи сделано без их учета. Это было последнее издание Судебника по рукописям. Все по¬ следующие издатели памятника брали текст Судебника из «Актов Западной России» или из основывавшихся на них публикаций 79. Список Т был найден во время подготовки к изданию «Актов Западной России». П. Шафарик, ознакомившись с Кормчими книгами из библиотеки Тарновских в Галиции в Дзикове в 1840 г., 74 «Переписка митрополита киевского Евгения», стр. 124. 75 «Zbior praw litewskich od roku 1389 do roku 1529». Poznan, 1841, s. 36—55. Здесь текст перепечатан только латинским алфавитом. 76 L. Sadowska. Z listow do Ioachima Lelewela о Statucie Litewskim (1815— 1830). — «Ateneum Wilenskie», 1929, г. VI, z. 1—4, s. 632. 77 «Московский телеграф», 1832, № 5, стр. 144—149. 78 «Русская вивлиофика или собрание материалов для отечественной исто¬ рии, географии, статистики и древней русской литературы». М., 1834, стр. 93—100. 79 II. Jirecek. Svod zakondv slovanskych, v Praze, 1880, s. 75—79; M. Ф. Вла¬ димирский-Буданов. Христоматия, вып. II, стр. 32—43; А. О. Турцевич. Хрестоматия по истории Западной России. Вильна, 1892, стр. 240—245; И. А. Малиновский. Сборник памятников древнего русского права. Рос¬ тов-на-Дону, 1917, стр. 112—116; И. И. Яковкин. Законодательные акты Великого княжества Литовского XV—XVI вв. Л., 1936, стр. 11—14; 194
нашел при одной из них интересные русские и литовские статьи (некоторые из них были не известны). В феврале 1843 г. он при¬ слал в Археографическую комиссию сообщение о содержании этой Кормчей и копию записи о денежных и медовых данях Софий¬ ского собора 80. Комиссия просила скопировать еще несколько ста¬ тей, в том числе и Судебник Казимира. В июле 1843 г. Шафарик выслал сделанные им выписки, работа над которыми в Комиссии была закончена в мае 1844 г.81 В 1845 г. дзиковскую Кормчую рассматривал В. А. Мацеевский. В ноябре того же года он сооб¬ щил Археографической комиссии краткие сведения о ней и пере¬ чень 13 статей, которые были уже известны благодаря Шафарику. Комиссия, выразив ему признательность, ответила, что списки уже доставлены Шафариком 82. Неизвестно, как Кормчая попала к Тарновскому. Она была переписана на украинских землях Вели¬ кого княжества Литовского в последней четверти XV в. На полях имеются многочисленные маргиналии на украинском, польском, латинском языках XVI—XVIII вв. Судя по некоторым прило¬ жениям к ней, рукопись в XV в., возможно, принадлежала киев¬ скому Софийскому собору 83. Разночтения из списка Г были указаны к тексту списка Р в издании I тома «Актов Западной России», но при этом не всегда точно. Например, «в конце» вместо «в колце», «укажут» вместо «вкажут» (ст. 4) и др. В других изданиях список Т не исполь¬ зовался. В заключение отметим, что хотя все известные нам списки У, Р, Т были найдены еще в прошлом веке, но издания, в которых они использовались, нельзя признать удовлетворительными: они или основывались на поздних копиях, как издания И. Н. Данило¬ вича, или неточно передавали текст списков конца XV в., как в «Актах Западной России». Никогда не публиковался наиболее полный список У, а издания, в основе которых лежали поздние копии с него, имели серьезные искажения. Сведения о списках, пояснения издателей были настолько скупы, неясны, а иногда ошибочны, что исследователи, использующие их, добавляли к истории списков новые ошибки, которых можно было бы из¬ бежать, будь в их руках хорошее издание. Все это позволяет считать актуальной научную публикацию Судебника Казимира, замечательного правового памятника Великого княжества Ли¬ товского второй половины XV в. «Псторыя Беларуси у дакументах i матэрыялах», т. I. Менск, 1936, стр. 398—400; «Белоруссия в эпоху феодализма», т. I. Минск, 1959, стр. 128—130; «Хрестоматия по истории СССР с древнейших времен до конца XV века». М., 1960, стр. 666—669; A. Janulaitis. Op. cit., р. 26—32. 80 «Протоколы заседаний Археографической комиссии», вып. II, стр. 150,151. 81 Там же, стр. 178, 238—239; см. также V.A. Francev. KorrespondencePavla Josefa Safarika, с. I. v Praze, 1927, s. 243, 464—467. 82 «Протоколы заседаний Археографической комиссии», вып. II, стр. 308— 311, 319. 83 А. И. Рогов. Указ, соч., стр. 158; Я. Н. Щапов. Княжеские уставы, стр. 223.
ИСТОРИЯ РУСИ В ЗАПАДНОУКРАИНСКОЙ ХРОНОГРАФИЧЕСКОЙ КОМПИЛЯЦИИ XVI В. Я. Н. Щапов, Ю. А. Лимонов Настоящая публикация представляет несомненный интерес для понимания того, какое большое место занимало Древнерусское государство в ретроспективной истории народов Восточной Ев¬ ропы в XV—XVI вв. Рассказы об истории Руси находятся в хронографической ком¬ пиляции конца XVI в., принадлежащей анонимному западно¬ украинскому автору, работавшему, вероятно, в Перемышле (Пшемышле). Она охватывает историю Европы, начиная с I в. до н. э. и кончая событиями времени жизни составителя хроники, т. е. конца XVI в. Здесь кратко рассказывается о правлении первых римских императоров, библейских, евангельских и ранне¬ христианских легендах и событиях, истории пап. Начиная с IX—X вв., рассказ становится более насыщенным историческими фактами. Автор сообщает о появлении славян (болгар) на Балка¬ нах, истории Первого Болгарского царства и его взаимоотноше¬ ниях с соседями, о славянских просветителях, начале Руси и ее крещении, истории взаимоотношений Руси и Польши в X—XII вв., упоминает о некоторых событиях истории Литовского великого княжества XIV в. и др. Здесь содержатся также рассказы о по¬ явлении турок, возникновении ислама, о взятии турками Констан¬ тинополя и завоевании балканских стран. Наряду с подробным перечислением римских пап (они перечислены в порядке общей нумерации), рассказывается о сектах и ересях, о реформации и Лютере, об анабаптистах. Связное изложение заканчивается событиями 1559 г., а в конце говорится о папе Григории XIII (ум. 1585), который ввел новый календарь. Автор приводит много занимательных сведений и исторических анекдотов, кото¬ рые могли заинтересовать читателя. Компиляция известна в науке по крайней мере с 1899 г., когда А. И. Соболевский, упомянув ее, указал, что в основе этого памятника лежит «Хроника всего света» Мартина Бельского Е В дальнейшем ее исследовали С. Пташицкий 2 и В. Лев 3; это со- 1 А. И. Соболевский. Западное влияние на литературу Московской Руси. СПб., 1899, стр. 23—24. 2 С. Л. Пташицкий. Западнорусские переводы хроник Бельского и Стры- ковского (Библиографическая заметка). В кн.: «Новый сборник статей по славяноведению, изданный учениками В. И. Ламанского». СПб., 1905, стр. 372—377; S. Ptaszycki. Ruskie przekiady kronik Bielskiego i Stryjkow- 196
чинение упоминается во многих описаниях, обзорах и исследова¬ ниях украинской, белорусской и польской письменности 4. С. Пташицкий дал описание рукописи конца XVI в., в которой сохранилось это сочинение, определил основной его источник — третье издание «Хроники всего света», вышедшее в 1564 г.5, и источники других статей сборника. Исследователь считал, что перевод отрывков из Хроники Бельского сделан на белорусский язык, причем переводчик добавил к этим отрывкам сообщение о смерти папы Григория XIII, в котором «показывает свои гре¬ ческо-восточные симпатии». Особая книга была посвящена этой компиляции В. Львом. Здесь даны обзор и характеристика содержания памятника, а также подробный языковый анализ рукописи. Исследователь называет автора компиляции условным именем «Слейдан», призна¬ вая, однако, что труд немецкого хрониста XVI в. Иоанна Слей- дана 6 был лишь одним из источников хронографического сочине¬ ния, причем через посредство труда Бельского. В книге выяснены некоторые дополнительные источники. Это — «Космография» Бельского, напечатанная в том же издании 1564 г., из которой заимствованы сведения о древнейшей истории славян, и сочинение владимирского епископа Ипатия Потея «Уния алъбо виклад. . .» с обоснованием унии церквей, изданное в Вильне в 1594 г. и вклю¬ ченное в ту же рукопись. Он отмечает также сведения, отсутствую¬ щие у Бельского и добавленные из других источников, в част¬ ности, более подробные сведения о Перемышльской земле. Возможно, считает исследователь, что автор компиляции пользо¬ вался уже готовым украинским переводом книги Бельского. Свои источники «Слейдан» использовал очень выборочно; он отступает от принятого описания событий от сотворения мира, соответ¬ ственно пропускает всю библейскую историю и начинает от «четвертой, Римской, монархии» сочинения настоящего Слейдана. Основываясь на особом внимании к истории Перемышльской земли и на языке рукописи, в котором отразились «говоры галицких skiego. Karta z dziejow promienowania kultury polskiej na wschod. — «Pa- miqtnik literacki», г. XXX, z. 1. Lwow, 1933, s. 171—172, 180—181. 3 В. Лев. Украшський переклад хроники Мартина Бельского. Варшава, 1935 (Пращ Украшського наукового шституту, т. XXIX, Сер1яфшьольог., кн. 4). 4 St. Kutszeba. Catalogue codicum manu scriptorum Musei principum Czar- toryski Cracoviensis, vol. II (N 918—1681). Krakow, 1908—1913, p. 155; E. Ф. Карский. Белорусы, т. Ill, ч. 2, Пг., 1921, стр. 86; М. Возняк. Три статтейки з полем!чного письменства. — ЗНТШ, т. 99, ч. 1. Льв1в, 1930, стор. 2Ф; F. Sielicki. Kroniki staroruskie w dawnej Polsce (na tie polsko- ruskich stosunkow kulturalnych). — «Slavia orientalis», r. 14, N 2. War¬ szawa, 1965, s. 157; Я. H. Щапов. Материалы по истории народов СССР в Польской Народной Республике. — «История СССР», 1971, № 5, стр. 235. 5 М. Bielski. Kronika wszystkiego swiata. Krakow, 1564. Ссылки на это издание даются далее в тексте (напр., f. 170). 6 Ioannis Sleidani De quatuor summis imperns Tibri tres. Argentorati, 1556; и более поздние издания. 13 Древнейшие государства на территории СССР 197
лемков и говоры бойков», В. Лев считает, что сборник возник в Прикарпатье, в районе южнее и юго-западнее Перемышля. Текст компиляции писан живым книжным языком, не отличаю¬ щимся в основных формах от других памятников того времени- Обращено внимание на некоторые социально-политические сим¬ патии автора: последний говорит об обычаях, храбрости и вы¬ держке турок, снискавших им большие военные успехи. В то же время в компиляцию включены выдержки из введения к Хронике, в которых критикуются некоторые стороны деятельности местной шляхты. Исследователь считает автора монахом или светским человеком, близким к духовенству, но не являющимся фанатич¬ ным антилатинским полемистом. В работе В. Льва опубликованы небольшие фрагменты компи¬ ляции и даны снимки отдельных листов рукописи. Рассказы об истории Руси X—XII вв. напечатаны не были. Как показывает посвященная компиляции литература, этот памятник представляет самостоятельный интерес для истории украинской историографии XVI в., времени Возрождения и про¬ ведения церковной унии. Исследователями выяснены многие,, связанные с ним вопросы, однако его место в восточноевропейской историографии этого времени не определено, не выяснено, как использует компилятор материал своих источников при рассказе об истории Восточной Европы, остаются неустановленными воз¬ можные другие его источники. Критика автором компиляции современного ему шляхетского строя, наряду с рассказами о достоинствах турецких войск, не может не вызвать ассоциаций с близкими высказываниями таких известных европейских полемистов XVI в., как Ульрих фон Гуттен («турецкая реформация» 7), Анджей Фрыч-Моджев- ский и Иван Пересветов (пример Магмет-салтана) 8. Западноукраинский книжник, несомненно, зависим от Бель¬ ского, но при отборе сведений по истории Восточной Европы из богатой материалами компиляции своего предшественника он интересуется одной темой — историей Руси. Аккуратно внося в свой труд из «Хроники всего света» все сведения по этой исто¬ рии, он пропускает то, что с ней не связано: сведения о внутренних делах Польши и последних годах жизни Болеслава II, о связях с Чехией (f. 347v, 348v); при рассказах о перебежчиках в Польше говорит о русском беглеце, но опускает сведения о венгре и чехе (f. 347v). При этом он с особым доверием относится к сообщениям древнерусских летописей. Из двух версий неудачи похода Руси на Византию в 1043 г., приводимых М. Бельским, — в результате бури (по «русским хроникам») и как следствие деятельности ви- 7 Д. Егоров. Идеи «турецкой реформации» в XVI веке. 1907, кн. 7, стр. 1—14. «Русская мысль», А. А. Зимин. 433—440. Пересветов и его современники. М., 1958, стр. 354—363, 198
зантийских полководцев, применивших искусственный огонь (как об этом пишет брабантский хронист XI в. Сигер, f. 347v), — наш компилятор воспроизвел только первую. В некоторых случаях украинский книжник исправляет свой источник, располагая сведениями, которых был лишен его пред¬ шественник. Так, он опускает второе название Болгарии, давае¬ мое Бельским и характерное для искусственной этимологии XVI в. «Bulgarya albo Wolgarya wielka» (f. 170v), постоянно исправляет имя «Геор» в «Игор». В других случаях он повторяет ошибки своего источника 9 или даже вносит новые. Вместо городов Червеня (на Волыни) и Плоцка (в Велькополыпе) у Бельского, под пером нашего компилятора появились Чернигов и Полоцк. Очевидно, эта подмена названий была вызвана падением значения этих горо¬ дов: Червень перестал существовать на рубеже XIII и XIV вв. в результате разгрома его во время монгольского нашествия; Плоцк также утратил свою былую роль, превратившись в про¬ винциальный центр. В то же время и Полоцк, и Чернигов в тече¬ ние XVI в. неоднократно привлекали к себе внимание из-за борьбы за них Польши и России, а незадолго до составления компиляции, в 1579 г., оба города были взяты польскими армиями. Но характер и направленность источников М. Бельского ока¬ зали определенное влияние на достоверность сведений компиля¬ тора. История смены на Руси язычества восточным христианством, или «греческим способом веры», как называют его Бельский и автор компиляции, излагается объективно, в конечном счете — по древнерусским источникам. Иное дело в рассказе о первых годах христианства в Болгарии, который, в соответствии с текстом «Космографии» Бельского, имеет антивизантийский аспект. Здесь язычество болгарского князя Владимира, отказавшегося от хри¬ стианства, названо «сектою фотинианов костянтинопольскых». Немногие сведения о Руси, заимствованные не у Бельского, представляют определенный интерес. Рассказывая о крещении киевлян в Днепре, компилятор вставляет фразу, отсутствующую у Бельского: «а Попове по березй стоячи, молитвы творили», которая близка соответствующей фразе Повести временных лет: «Попове же стояще молитву творяху» 10. Этой фразы, да еще изме¬ нения в обозначении времени года, когда Болеслав I сжег Киев, возвращаясь в Польшу (у Бельского — па wiosne, f. 345, в ком¬ пиляции — «на осйнь»), естественно, мало для того, чтобы пред¬ полагать в распоряжении перемышльского историка конца XVI в. какие-либо местные летописные памятники, например перемышль- 9 Компилятор, не знакомый, вероятно, прежде с именем Рюрик, называет древнерусского князя Курко так, как это имя впервые упоминается у Бель¬ ского (в результате опечатки — схожести в готическом шрифте заглавных R и К), Украинская форма имени Рурко заимствована Бельским у Длу- гоша. Сохраняются и другие ошибочные написания (Вородол вм. Воло- дор и др.). 10 ПВЛ, ч. I, стр. 81. 13* 199
ский свод, существование которого доказывал Е. Ю. Перфец- кий п. Остается неясным и соотношение работы украинского переводчика Хроники Бельского, автора компиляции и состави¬ теля сборника. Поскольку время их работы, очевидно, очень близко друг к другу, а выписи из третьего издания Хроники есть в рукописи и вне этой компиляции, не исключена связь между ними. Однако судьба и тех сведений о Руси, которые проникли к за¬ падноукраинскому автору через сочинения Бельского, не лишена интереса. Большинство этих сведений восходит к Повести времен¬ ных лет и сообщениям летописей XII—XIII вв., использованным польским историком Яном Длугошем в XV в. Эти известия в обра¬ ботке и переводе Длугоша на латинский язык были включены в Хронику Матвея Меховского 11 12. Сообщения Длугоша и Мехов- ского были заимствованы Мартином Бельским и переведены с латинского на польский язык. Бельский является первым поль¬ ским историком, писавшим не на традиционной латыни, а на род¬ ном языке. Это показательное для эпохи Возрождения обстоя¬ тельство сыграло важную роль в возникновении нашей компиля¬ ции: украинский автор, как замечено исследователем, — не знав¬ ший латинского языка 13, смог использовать труд Бельского, составленный с определенных протестантских позиций, еще и по¬ тому, что он был написан на хорошо знакомом ему и родственном языке. Таким образом, перевод этих сообщений с польского на украинский завершил круг и был уже третьим по счету пере¬ водом. Используя фразу в «Космографии» Бельского, он пишет о своей этнической группе, как о части славянства, восходящего к государству Великой Болгарии («Болгария Великая, с которой мы идемо, словаци. . .»), существовавшему якобы на Волге, недалеко от современного ему Московского государства, жившего после этого некоторое время на Днепре, а затем переселившегося на Балканы. Он называет эту этническую группу «руснакы» или «руснацы», объединяя ее этим названием с основным населе¬ нием Древнерусского государства, Киевской Руси (Болеслав «зобрал войско против руснаков, вторгънул до их землТ»). Про¬ тивопоставляя свою этническую группу польской, автор, однако, считает свой язык близким польскому. При характеристике языка древних прусов (он называет их вслед за Бельским «печенегами»), он пишет, перефразируя свой источник, что их язык немногим отличается от литовского, как и его язык от польского («. . . едно 11 Е. Перфецъкий. Перемишльський лИописний кодекс першо! редакцп в склад1 Хроники Яна Длугоша. — ЗНТШ, т. 149, 1928, стор. 31—83; т. 151, 1931, стор. 19—56. 12 О древнерусских сообщениях у Меховского и Бельского см.: А. И. Рогов. Известия по истории России в «Хронике всего света» Мартина Бельского. — В кн.: «Новое о прошлом нашей страны». М., 1967, стр. 123—133. 13 В. Лев. Указ, соя., стор. 49—50. 200
тЪж мали межи собою малую разность в мов-Ь, яко и мы з ляхы»; у Бельского — «jako my z Rusi^», f. 347). Автор — горячий сторонник славянского языка в богослуже¬ нии, введенного Кириллом и Мефодием (первого он также называет «словаком», т. е. славянином), подчеркивает признание этого языка папой Адрианом II и (вслед за Бельским) существование до недавнего времени славянской службы в Кракове, в костеле св. Креста. Автор компиляции спокойно и довольно объективно излагает историю папства, не отказываясь, однако, от рассказа исторических анекдотов, вроде того как «невеста папою была в Рим-Ь». Пожалуй, единственный его выпад — это осуждение Григория XIII, введшего новый календарь, и то не за сам этот факт, а за то, что «с того стала ся сильная ненависть и незгода в христианьских народех», что усилило, очевидно, различия между церковными обрядами, но сам он «гневом божиим скончал ся». Раздел своего труда о происхождении Руси, ее крещении и исто¬ рии в IX—X вв. он озаглавил «О Руси святой», высказывая определенный пиетет перед этим древним славянским государ¬ ством, значительно повлиявшим на исторические судьбы народов Восточной Европы. Автор нередко с гордостью говорит об успехах польского оружия, соглашаясь с интерпретацией фактов своего источника, но вместе с тем, как было показано, с большой охотой рассказывает о прошлом Руси. Текст компиляции, включающей эти рассказы, сохранился в единственной рукописи, находящейся в Кракове, в Библиотеке Чарторыйских, шифр — 1273. Это исторический сборник рубежа XVI—XVII вв.14, малого формата, в восьмерку, писанный мель¬ чайшим западноукраинским полууставом, на 269 страницах. Раскрытая книга внешне похожа на печатные издания Эльзевиров того времени. Сборник содержит книги пророка Ездры (стр. 1 — 20), рассказ о первом путешествии С. Герберштейна в Москву из «Хроники всего света» М. Бельского (стр. 21—25), интересую¬ щую нас компиляцию без заглавия, начинающуюся словами «По¬ чинается монархия четвертая остатняя паньства Римского. От за- ложеня Риму лТт седмь сот 6-го. . .» (стр. 29—220). Сборник завершается полемическим трактатом «Уния алъбо выклад. . .» (без заглавия, с позднейшими маргиналиями против унии, стр. 221—257) 15 16. На чистых листах и оборотах крышек переплета 14 Наиболее поздние статьи рукописи: сообщение о смерти папы Григория XIII (ум. 1585 г.) и трактат об унии, датированный в нашем списке 1598 г., но опубликованный еще в 1595 г. Возможно, что 1598 г. — дата работы писца, поставленная им невольно. Филиграни рукописи (гербовые щиты с фигурой вроде палиц) отсутствуют в справочниках. Полуустав по типу близок к полууставу рукописи третьей четверти XVI в. из библиотеки Перемышльской епископии в Национальной библиотеке в Варшаве, Акс. 2699 (список Святославова Изборника). 16 По описанию С. Пташицкого после трактата об унии в сборнике находи¬ лись другие выписки из Бельского, гл. XII книги Ездры, слова Григория Нисского и др. (С. Пташицкий. Указ, соч., стр. 372—377). Эти листы позже 201
летописные записи XVII—XVIII вв. на украинском и польском языках с упоминанием событий в Кракове, Варшаве и волынском Белостоке (похороны Сильвестра Боготинского, епископа пере- мышльского, в 1645 г.). Это свидетельствует о том, что сборником пользовались в XVII—XVIII вв. на украинских землях Речи Посполитой. Ниже публикуются рассказы о Руси, включенные в компиля¬ цию. Текст 1, «О Руси святой» и о русско-польских взаимоотно¬ шениях начала XI в., помещен в ней после рассказа о папе Иоанне VIII (872—882, назван Иоанном IX) и Кирилле и Мефо- дии. После него следует сообщение о папе Мартине (Марине, 882—884). Текст 2, о Руси и Польше в середине XI в. (1041 — 1079), находится между сообщениями о венецианской княгине, сестре императора Никифора, и о папах Власии II Каэтане и Каллисте II. Текст 3, о взаимоотношениях Руси и Польши в конце XI в., помещен между рассказами о папах Иннокентии II (ИЗО—1143) и Целестине II (1143—1144). Наконец, текст 4, о русско-польских взаимоотношениях первой половины XII в., дается после сведений о ереси вальденсов и перед рассказом о папе Александре III (1159). Текст публикуется в упрощенной транскрипции, но с сохране¬ нием фонетических особенностей рукописи. Йотированный аз и «малый юс» заменяются через л, от через о, оу и высокий ук через г/, пси через кс, два варианта е передаются одним знаком е. Сохраняются буквы, фонетическое значение которых не всегда ясно: 1 наряду с н, £, о, а также в середине слов ъ и ъ. Ь, который в рукописи ставится в конце слов постоянно, после всех соглас¬ ных, в публикации оставлен в тех случаях, когда его требуют правила современного украинского языка. Ъ оставлен там, где он стоит после предлога. Сохраняется паерок, передаваемый апострофом. Надстрочные буквы вносятся в строку без оговорок, опущенные под титлом и в конце слов вставляются в скобках. Славянская цифирь при публикации заменяется современной. Деление текста на абзацы, фразы и пунктуация принадлежат авторам публикации. Киноварь выделена полужирным шрифтом16. 1 О Руси с(вя)той. В Руси найдуется найпръвйй быти и пановати тых трех братш: Кш, Щек, Корев а сестра Лебед. Кш заложил ьгЬсто и замок над рЕкою Дн'Ьпрем и назвал от своего имени Шов, где есть и днес митро- были изъяты, а два из них, с частью книги Ездры и словом Григория, были переданы И. Франко, опубликовавшему описание их и текст книги Ездры (/. Франко. Причинок до студш над Острожською б1блиею. — ЗНТШ, т. 80, 1907, стор. 5—18). 16 Авторы приносят благодарность руководству Национального музея в Кра¬ кове, содействовавшего изучению памятника, а также Я. Д. Исаевичу (Львов) за консультацию при подготовке текста к печати. 202
полит их великый арх1еп(и)с(ко)п. Другый брат Щек заложил замок недалеко Шева т-Ьж его назвал от своего имени Щековиця. Корев, третш брат, за¬ ложил замок Коревицю. Мали опят(ь) свои княжата, которым роздавали краин-Ь пустыи ку будованю замков, яко Радим, от которого названи сут(ь) Радимчане над р^Ькою Шасу; Вятко, от которого Вятчане над рЬкою Вол¬ гою; 11 Дулеба, от которого Дулебчяне над р-Ькою Бугом, днес(ь) их зовут стр. 120 Лудяне. Потомци Шови были Ошкалд а Дир, которш розширяли паньства свои на полнощи. А княжата уставили над собою з иного народу для того, абы не фолковал ни брату, ни свату, ни жадному; што кто заслужит або мает, абы того уживал. Пръшее княжа было Курко, который был у Новогород'Ь, другый Сеинев, который был на Б-блом езер-Ь, третш Трубор, а тот был на Зборску. На остаток Курко пановал въ вшитком по см(е)рти тых двох. По см(е)рти Курка с(ы)н его зостал Геор або Игор. Тот забил Ошкалда и Дира, княжата Ш'овскш, зрадою и посЬл их паньства. А кды дань великую на люди уставил, забили его Древляне а послали до его жоны Олгы, если бы хотела пойти за их княжа Нискана. Она, яко хитра, об'Ьцала то учинити, если до ней прийде в дом слюб брати. А кды ехали древляне з своим княжа- тем до ней, засадила на нЬ войско людш на таком мЬстЬ, где древляны до крунту побила и розмаитыми муками помучила, мьстячися соег(о) мужя Игоря. Потом с(ы)н Игоров и Олгин С(вя)тослав, кды доросл, призвел Древ¬ ляны опят(ь) ко своему паньству и дань давати постановил. То та Олга ездила до Костянтинополя в-бры хр(и)ст!анской навыкнути и там ся кр(е)стила, але с(ы)н не хотЪл, и дано ей имя Елена. Кды ехала от Ц(а)риграда бл(аго)- с(ло)вил ей патриарх мовячи: «бл(аго)с(ло)вена ты межи женами рускыми». С(вя)тослав, кр(е)сщеной Елены с(ы)н, руское княжя, звоевавши ко- - закы рускыи, дань на н’Ь поставил, блъгары также, посЬл их замков 80, уставивши на нЪ дан(ь). Сам пошол до ГрецЬи и там моцно воевал. В тот час ему печенЬзи Шов облегли, где была его жона съ трема с(ы)ны, которая умръла от страху. Услышавши С(вя)тослав 11 врънул ся ку К1еву а печ(е)- стр. 121 нЬзи против ему ишли. Поразил Кура печенЬг С(вя)тослава и, самого пой¬ мавши, стял ему голову, и дал ей оправити в золото, и пил с ней, яко з еди¬ ной чапгЬ. С(ы)н его Володымер пошол против поляков, взял Премысль и Чрънигов, потом до Греции, взял Корсун и вшиток тот там пов'Ьт. Брата Ярополка забил и Шов под ним взял. Был подмовлян с татар, абы в'Ьру их пршл и не хот'Ьл, жидовьской тЬж не хот-Ьл, т'Ьж и латиньской не хот^л. Але послове Костянтинопольстш намовили его, иж греческую в'Ьру пр'хал, а нЬжли пр!ал, жядал сестры у Ва- сил!а и Костянтина греческых цесарев. А они ему отмовили, иж ей не годен, поневаж не есть хр(и)ст1анином. Он ся об'Ьцал кр(е)стити, а кды пр1ехал до Ц(а)риграда, осл-Ьп на очи, послал до княг(и)ны скаржяти ся, иж так не фор- тунна. Она рекла: «скоро ся кр(е)стити будешь? Збудешь сл-Ьпоты!» Так же ся стало скоро. Его охрьстил вл(а)д(ы)ка от Корсуна л-Ьта рож(ества) Х(ри- сто)ва 990-го, прозр-Ьл а потом взял с нею слюб. А той было имя Анна. При¬ ехал с нею до Руси, вернувши опят(ь) Корсун цесаром греческым, росказал вшиткым подданным, абы ся кр(е)стили. И учинили так, иж ся вшитци разом въ р-Ьц-Ь ДнЬпри кр(е)стили, а попове по берез'Ь стоячи, м(о)л(и)твы творили. 203
И с(ы)нов его 12, который мал с пръшими жонами, давши их учити писма греческого и роздклил им за живота замкы. Тот ткж розмаитыи ре- месникы привел з Грецки, а тш ц(е)рквы оздобнк и коштовнк будовали. Л(к)т(а) 999. Потом Болеслав на просбу С(вя)топлъка, с(ы)на Володи- мирова, руского княжате, который был выгнан от брата Ярослава с Шова, зобрал войско против Ярославови. А кды было над рккою Бугом, Буда, ярославов секретар, кликал на кроля з другой стороны рккы будучи: «Позбу- стр. 122 дешь того брюха тлустого». Где потом 11 кроль переплавился през ркку и поразил рус(ь) с половцк и с пкченкгы, а Ярослав утккл на езеро. Пришол кроль польский до Кьова, добыл его през обляжкня. Идучи в мксто, ударил у фортку Золотую мечем и пробил ей на памятку вечную. Побравши там много скарбов, посадил опят(ь) на свое мксце С(вя)тополка. Але кды живности глядали поляци, бо там зимовали, побил их много С(вя)то- плък и, боячи ся Болеслава, утккл. Кроль на оскнь попалил, показил и збурил Шов, который на тот час великым коштом был збудован, единых ц(е)рквш 300 было в том, розмаитым дклом будованых. А кды ся навернул до Польскы, хоткл его на дорозк зрадою пожити Ярослав у таемных мксцех, але ся ошукал, горазд ся о нюм вывкдал, ихал справнк. Вырвал ся Ярослав и поражон ледва сам уткал. И по два крот, и по три били ся. Остатнюю битву имал Болеслав з Ярославом рускым княжатем кды хоткл до Польскы без вксти вторгьнути. Крол(ь) Бол(еслав) имал о нюм добрую справу, тягнул против ему над Буг* ркку, для с(вя)та нед(к)лнего отпочивал, але кухарк, маштарклк и инш служебници зачяли битву с ними, з’ехавши ся у воды, так иж стръвожил вшитко войско руское. Услышав то Болеслав гнет(и) повелкл до зброи вшиткым. Преправившися през Буг, ударил на войско руское, которое ся так роспръхло, яко жабы по лкск. Много людш побравши и иных лупов рускых, и сам Ярослав ледво уткк, рушил ся до посред землк Руской. И там Ярославови дръжавы побрал и иныи княжата подданость ему учинили и трибут поступили. Бой пред тым был, розмкрил собк границк с ними по Нкстр. Того Болеслава руснаци звали Хабрым. 2 стр. 133 Року рож(ества) Х(ристо)ва 1041. Казимир, крол(ь) полскый Пръ- вый, з кляштора взятый, был коронован на королевство Польское в Гнкзднк от вшиткых жядостивк тою коруною, которую з собою принес чрез Стефана, архиеп(и)с(ко)па гнкзденского. Дали ему ткж за жену Марью, сестру Яро¬ слава княжате руского, а цорку Володымирову, з Анны, греческых цесарш сестры, по которой взял великш посаг. А он ткж вернул Ярославови шури- нови замкы вшиткы, который был побрал дкд его Хабрый под ними. Март жона его, опустивши греческый способ вкры, кр(е)стила ся знову в Краковк, а имя иное прьала Доброгнква, а потом в Гнкзнк корунована. И зобрал ся на нь Маслав, мазовецкое княжа, с прусы а с печинкгы. Народ печинкгов власный есть литва, едно ткж мали межи собою малую разность в мовк, яко и мы з ляхы, мешкали на Подлксю, где днес(ь) Дро- гичин. Казимир ткж събравши ся против ему з русю, з нкмцк и с полякы, 204
поткали ся над Вислою близко Полоцка. Там длъго тръвала война. На оста¬ ток поражон Маслав, аж ледва утЬк. Полоцкая земля пришла до кролевства Польского. А от того часу 11 тот там край прозвано Мазовшем от Маслава, стР- 184 иж был скрутный, злый а омылный в словЪ. Другый раз ся събрал Маслав на кроля с тыми ж людми. Казимир нЪяко вутпил, бо так борзо не могл мЪти много люд'ш з Н'Ьмец, а ни з Руси. Еднак през обявл1шя н-Ьякое Казимир покусил ся, он з малым людом поразил Маслава, аж утекл до Прус. Там его прусове умучили, на остаток об’Ъсили, мовячи: «брал есь ся на высокое м’Ьсце, буд(и) же высоко». Умер Казимир 1058, похован в Познаню. Зоставил по соб^ трех с(ы)нов: Болеслава старшого, Владислава и Мешка и д(е)ву Святохну. Ярослав руское княжа, розширяючи панства и славу, послал с(ы)на старшог(о) Владимиря до Костянтинополя водою з великым войском. Але иж в-Ьтр в тот час повстал, про то ему кораблгЬ на мори роспудил и потлъкл. Цесарь цариградскыи дов’Ъдавшися послал за ними с которыми мусили ся бити а битвою греков позбыли, иж их дал-Ь и не гонили. Видячи ся юж зышлого в л-Ьт-Ьх, Ярослав упоминал с(ы)ны, абы кождый на своюй части перестал, розд-йливши их за живота тым обычаем: Заславови старшому Шов, С(вя)тославови Чернигов, Вшевол’дови Переяслав, Гре- орови Владимир, Вицеславови Смоленьско. Потом умер маючи в-Ьку л-Ьт 76, похован въ ц(е)ркви с(вя)той Софш в КшвЪ, которую сам збудовал. Борзо тыж по нем два с(ы)нове помръли: Греор и Вицеслав. Ро(ку) бож(его) 1058. Потом Болеслав, кроль польскый, поял за мал’ женку Висеславу, едину д-Ьдичку княжат рускых, по которой наяь справед- лив’Ь припали рускыи земл-Ъ. А так умыслил рускых крайн достати, поки его дЪд Хябрый границ-Ь жел-Ьзныи заложил. Мал Болеслав зб-Ьга у себе Заслана княжа кшвьское, которого был выпудил брат Вишеслав. А так Болеслав зобравшися пошол ку Кшву з За- славом. Вишеслав довЪдал ся, иж крол(ь) Болеслав идет 11 тягнет з людем стР> i88 ку KieBy, ут-Ькл зо вшиткыми своими на Полоцко. А так Болеслав взял Шов през с(ы)на Заславового, который ся там был украл, и пустил Болеслава з Зяславом. Зимовал там Болеслав, розложивши риц-йрство по М'Ьстечкох. Гонил брата Заслав до Полоцка, але далей утекл. Взял Полоцко Заслав под братом и дал с(ы)нови Местиславови. На другый рок Болеслав тягнул от Юева. Рус(ь) пред ним утекала, аж хотели до Греции утЪкати. За единым заиздом Перемышль облюгл, поддали ся ему м-Ьста и села око¬ личный, але ку замку не могл м-Ьти приступу, бо на тот час вылял был Вягрь и Сян р-йкы. Еднак потом под умовою поддал ся и замок, гды юж по долгом обляж-Ьню не м-йли живности, звлаща воды, кды на гор-Ь не имали жадной студ’н'Ь, тол’ко до р-йкы Сяну по воду ходили, починивши гребл-Ь з обох сторон для непр1ателя, абы им беспечней по воду ходити. И взявши замок там же зимовал. А от Перемышля просто поихал до Угор. Потом пришли ему новины, иж рускыи княжата чрън'Ьговскыи вынудили Заслава и з с(ы)ны з Кшва. Пр1ехал до Луц’кой земл'Ь, взял Хол’м, Володимер и вшиток Во¬ лынь). Опять л-Ьта 1074 просто до Кшва тягнул, против которому зобраль ся С(вя)тослав з великым людом, тягнул за ним до К1ова. Кроль Болеслав выв-Ьдал ся о нюм добрЕ, пристроил ся против ему, пот’кали ся крепко. 205
Почал уф еден болеславав в’тЬкати рускый, чинячи Руси доброе с(е)рдце, а поляком злое. Болеслав, обачивпш, розогнал ся з булавою а крикнул на не, аж вшитка русь поступила назад. Поразил там в’пштку моць рускую, так добровол’нЬ ся ему вшитци в моць давали. А кды опят(ь) до К1ова в’ходили, тял фортку Золотую, в’ которой бляху стр. 1зв железную протял, абы ц-Ьлевал своего деда 11 Болеслава Хаброго. Там приказал своему рицерству, абы жадных квалтов в’ месте не чинили, ани ц(е)рквш не лупили. Про то добровол’н’Ь против’ нему выходили отвосуд з дары великыми так самого, яко и рицерьство его даруючи. Уставил стар¬ шим на KiOB-b Заслава, видячи иж бы его он сам не оборонил. Мешкал там , Болеслав час не малый, аж ся ял роскоши, опилства, мыслив’ства, годованя, милованя, спокоя и иных р-Ьяш рицерскым речам щ’кодящим, бо в’зял был Хр(и)стиану, жену Мьстиславову, с которою меш’кал явно. А к тому упокоивши кролевьства, рицерьства от себе пустити не хотел, который юж седм лЬт не видЪли жон своих ани дЬтш. А так молчьком друзш з’ войска утекали, видячи иж потребы не было, а юж другых жены споймо- вали были другыи муже, другыи ся т-Ьж прокамратили. Пр1ехал з’гневом Болеслав до Полскы, карал тоты, который своею волею от него з’ехали, едины през м-Ьч, а другыи на ч’ти. А жонам, который без мужов д-Ьти мали, казал носы и пер’си ур-Ьзовати, а другым до пер’сш щенята присажяти. И клячу, на ктору ку потребе в’ с-Ьдал против своему неприателеви, казал водити около рын’ку под деком златоглавовым. Возному росказал волати, иж тота конска м(а)ти, которая всяды со мною ку потребе бывала, годней¬ шая ес(ть) того златоглаву, нЬж тоты невесты, который лишивши всьтыд и закон б(о)жш, выступили против б(ог)у и законови его не ж’дучи мужш своих, который за ней за вшиткы горла свои заставляли, и дети знабывали з иными. Упоминал его с того с(вя)тый Станислав, еп(и)с(ко)п Краковскый, абы перестал такого окрутеньства, и жену Хр(и)стшу, абы М’стиславови му- стр. 137 жеви ей 11 вер’нул. А кды не хотел, клял его еп(и)с(ко)п, м’пгЬ и иных с(вя)тостш заповидел ему ц(е)рк(о)в’ных. 3 стр 138 Лета рож(ества) Х(ристо)ва 1089. Васил’ко Ростиславич руское княжа, кды Болеслав Смелый з Польскы выехал, в’торг’нул в’ землю Польскую и учинил щ’коду великую с половце, бо их ку помочи в’зял. Людш много с’ полоном выгнали и замков попалили. Еднак в’ коротком часе сами межи собою великыи войны вели, бо по- ловци упоминали ся дани у С(вя)топол’ка княжате Кшвского, которую его о(те)ц В’шевол’д давал. С(вя)топол’к роз’гневал ся на послы, дал их до вязеня. Для того розгневалися половци, воевали окутне Рускую землю. Узнал ся С(вя)тополк, иж зле учинил посажавши послы, пустил их, доброволне даровавши, и примиря у половцов глядал, але не одръжал. А так просил С(вя)тополк другых княжат о помоч(ь), Ростислава и Владимира, который сфукавши ег(о) о задержаныи послы над захованя всех панов, на свете тягнули с ним против половцом. Але поражени ганебне, где Ростислав уто¬ нул в’ реце Стухне. Похован у с(вя)той Софеи в’ Кшве. Половци, добывши замку Торч, тягнули ку Шову, против которым знову ся зобрал С(вято)полк, 206
повторе поражон. Видячи, иж зле з’годы с ними жадаючи, поял за малженку дЪвку Творкана, княжате половцов. Еднак и от того покой не могл быти, бо Олех, князя стародубьское, на помочи взявши половц'Ь, воевал Черни- говьскую власть, так аж ему поступил с того паньства Владимир, а сам по- шол на Переаслав. Але и там его || половци намацяли, мусил им дан(ь) стр. поступити, а с(ы)на С(вя)тослава в’ заклад-Ь дати. Который с(ы)н, в’ малой стражи будучи, побил княжата полов’скыи Китана и Гитлара и утЬк до о(т)ца. Владимир з С(вя)топольком остатки, пришодши до их обозу, побили и побрали половцом. На другый рок не перестали половци вал’чити, але взяв’ши собЬ на по¬ мочь прусов, воевали Рускыи земл'Ь. Зобрали ся на н-Ь С(вя)топол’к з Вла- димирем, поразили их там, забили Творкана и Машака княжата половцов и с(ы)ны их. Знову ся зобрали половци, пришли без вЬсти под Шов, мало его не взяли, где набрали вел’ми много полонов и людш, пришли до дому с ко- ристю. Княжата рускш учинили сойм в КювЬ, абы ся отперли половцом. Але Олех княжа стародуб’ское не хотЬл с ними быти. Про то лишивши половц'Ь, Олеха обыгнали на СтародубЬ, который ут-Ьк аж г о РЬзаньской земл'Ь. Ед’накь его опят(ь) братерскым упоминаням к соб-Ь привели, знову радили, яко бы ся половцом отяли, учинивши сойм. Але С(вя)топол’к кшвьское княжа з Давыдом Григоровичем, поймавши Василка Ростиславичя очи ему вылупили. Для чого другый княжата, зоб- равшися на иЬ о тот учинок, выпустили Васил’ка слепого, которую вину в’кладал Д(а)выд на С(вя)тополка. С(вя)топол’к собрал ся нан(ь), хотячи его достати на Владимири, але Д(а)выд ут'Ькл до Полскы, кроля Болеслава жядаючи о помоч(ь) против С(вя)тополкови. Кроль хот^л их поид’нати, але не могл. Против С(вя)топлъкови опят(ь) събралися Васил’ко з Вородолом бра¬ том. Поразили его, который послал о помочь с(ы)на Ярослава до Коломана, краля угорьского, который, кды притягнул до Руси у осми тисячш людш, положили ся межи рЬками Вягром и Сяном, облегл замок 11 Перемыскый стр. но на гор'Ь, на который был Володор княжя ут-Ьк. Лан’ка княжна перемыска вытпла против ему просячи о ласку, абы ей от обляж'Ьня высвободил. Крал(ь) Коломан, будучи шпатный и хромый, трутил ей ногою от себе, мовячи иж «не слушна р^чь кролюм около рицерьскых рЬчш з невестами гадати или обирати»; отишла смутна. Д(а)выд, кды не могл помочи одрьжати у кроля польского, пршхал до Руси, нашол Боняка з Мир’котом княжата половцов з готовыми людми в Руси, дал им иЬнязш против кралови угорьскому. Пришли поразили краля угорьского з людми его през ворожку, кот(о)рую пред тым учинил: шол был до л'Ьса Боняк и завыл яко волк. Озвали ему ся друзш волци с такым же го¬ лосом. С той ворожкы Боняк, певен будучи выграной битвы, ударил на обоз кролевьскый вночи, поразил и побил угры, а користь великую взял. Пишут угре у своей KpoHmyfe, иж не был нигды жадный кроль угор’скый ганебнЬй поражон, яж в тот час, бо ледва за чтыри нед'Ьл'Ь кроль до дому через горы пришол. 207
4 стр' *142 Бывши Болеслав у Кданьска и пр!ехал до Польски, 11 нашол Краков спаленый и много земл'Ь опустошеной от Премышля аж до Б-Ьчн през Вла- дымеря княжа премыское. Выправил ся кроль против ему з войском. Он т'Ьж з рускыми княжаты против ему поткали ся под горами, где звано Вилигев. Потръл кроль княжата яко сухое сЬно. Ледва сам Володымер утЬк до Га¬ лича, ед’нак так бор’зо умер. Похован у Перемышли у с(вя)того 1оан(а) на замку, которую ц(е)рк(о)вь сам был дал збудовати. В той т'Ьж битвЬ за¬ биты княжата рускыи: Наврот, Засхитник, Дмитр. Зоставил Володомир два с(ы)ны по собе: Владимира, которому дал СвинЬгород, Ростислав(а), которому дал Перемышль. Пов’стали опять княжата рускыи против Болеславови. Кроль то услы¬ шавши, ял ся своих панов радных радити, што с ними чинити. Петр Воло- щевич rpa6ia с’ княжаты ял видЬня свое повЬдати: «Покы дерева с коренем не выкопаеть, по ты будеть рости. Покы влодимирьского княжяте не доста- немо яко матицЬ, по ты покою мЬти не будем». 3 других розмов подял’ ся того тот же Петр, иж мал достати владимиръского, а кроль обЬцал ему веч¬ ный клейнот даровати если того докажеть. Петр взявши з’ собою некоторых служебников, которым лЬп’ше дуфал, в’ простом од'Ьню приехал на Володымер до Яропол’ка, скар’жачи ся на окрутного кроля Болеслава, иж его «злупил з майности и у вязЬню ховал», с которогоем тепер утЬкл: «прошу тя, заховай мя при собЬ, а я ся мьстити буду над тым окрутником кривды своей!» Яропол’к з ыными княжаты был тому рад, надали ему коши досыт и живности осмотрели. Тоды единого часу при вечери усмотрЬл Петр добрый час, кды мало людш было при Яропол’ку, стр. 14з вер’гьл ся нан(ь) 11 и связал его. ВсЬдши на готовый конЬ, утЬк с ним до Польски. Почяли его руснаци гонити, але не в час. Кроль был тому рад, што об'Ьцал то ему дал. Княжа рускыи зложившися выкупили его, того Яропол’ка. Змовили ся т'Ьж княжата рускыи тым же обычаем кролеви то отдати. Направили единого русина хитрого, который умЬл по угорьску, иж бы з’б'Ьг до кроля з Угор а просил о захованя и о помочь против Угрум, бо «мя о то выгнали, иж ем вотовал на твоего в’нука кролем быти». Кроль увЬрил зрадци, п p‘i а л его и осмотрЬл староством Вислицькым и поручил ему вшитку справу свою, кды ехал до Л отар Via цесаря римского постановляти покой, росказавши вшиткой галяхтЬ, абы вшитци до ВислицЬ забЬг имали з’ статкы, бо ся Руси треба по мнЬ скоро варовати. По выиздЬ его зрадца дал знати руснаком, котор'ш притягнули въ 20 тысяч конш, лац’но взяли Вислицю съ множством люд’ш и полону. Бо ся там была околичная шляхта з’ехала. Спаливши тот вшиток край поехали пречь. Кды ся кроль Болеслав довЬдал, вернул ся и зобрал войско против руснаков, вторгьнул до их землЬ. Роз- бЬгли ся вшитци по лЬсох пред ним. Крол(ь) побравши люди, полоны и статкы их, села попаливши, пр!ехал с користю до дому. Рускыи княжата знову събравшися, вынудили княжа галицькое, npia- теля кролевьского, который выдавал таемницю их. Приехало тото княжа до Польскы, до кроля Болеслава, жалуючися своей кривды. 208
Але с порады хитрой Яропол’ка, княжятя шевьского, урадили межи собою вшиткы княжата таемн-Ъ послати до кроля, просячи абы уставил княжя галиц’кое на свое м'Ъсце, а сам с ним пр1ехал где «юж вшитци послу¬ шен! !ство едно с тайными голосы и подданность чинили будемо, видячисвое ап'Р■ 144 нещастя и утрату земл-Ь». А кды так учинили, кроль увЪрил и были тому ради. Выбрал ся до Руси з малым войском не бачячи пригоды. Тягнул просто до Галичя с’ княжатем галицким где ся там юж были засадили нан(ь) кня¬ жата рускыи в’зявши угры на помоч(ь). Некоторый против ему выихали привитовати, а друзш втыл зайждали, друзш з’ боков справивши ся в горды и обточили его в’ круг. Болеслав обачил, рекл ку гетманови своему Вшебо- рови: «юж то не см-Ьх»; рекл потом ку другым: «.тгЬшпе есть волным и почти- В'йй умерети, н-Ьж в неволи жити, або без чти быти». Але того не дбал в тот час воевода краковскый, ут^к з’ своим уфом в чяс. Крол(ь) еднак своим доброе с(е)рдце чинил намовами своими видячи иж не могло быти инач'Ьй. Поткал ся найпръв'Ьи з’ угры, бо на челЪ стояли, гнет их поразил и роз’громил. Поткали ся т-Ьж побочнш уфы з русю, терли т'Ьж наши руснакы, але иж жадной посилкы м^ти не могли про недостаток людш. Про то будучи спрацовани, непрттель вал’ный уфец зо вшиткых сторон проломил. Под кролем кон(ь) забит, аж един рицерь дал под него иного, мовячи, абы «чим боршей уихал а иншого чясу щастя своего смотр-Ьл». Поихал крол(ь) бар’зо жалостивый не так много на руснакы, яко на вое¬ воду, который был ут-Ькл з немалым почтой людш. Приехавши до дому, рицеря простого добр-Ь осмотр-Ьл за его доброд'Ьйство, але воеводЪ послал конопш горьсть, пряслицю и заяч-Ьй кожух. Пряслицю — иж не годен быти мужем, ед’но нев-Ьстою, кожух — иж прудкый на ут-Ьканя яко заяц, конопл-Ь на поворозь, 11 иж годен за пню увязаня за такый учинок. Пришол в роспач стр. 145 воевода, об-Ьсил ся на звоници за повороз звоновый той ж(е) ночи. Болеслав от того часу веселым быти не могл, за пол рока нар-Ькаючи на свое нещастя и подобно с той пригоды, которой от с(е)рдца не могл спу- стити, упал в немочь тяжкую и умер.
СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ ААЭ АЗР ВВ ВДИ ВИ ГБЛ ГИМ ГСУ ИФФ жмнп ЗВОРАО ЗИВАН ЗНТШ ИАН ИИБЕ ИРАИК КСИИМК КУИ Лат. ГУ ЛГУ ЛОИИ СССР МИА ПВЛ ПС ПСРЛ РИО СА сб. ОРЯС СВ СКУ сэ ТОДРЛ УЗ — «Акты Археографической экспедиции». — «Акты, относящиеся к истории Западной России, собранные и изданные Археографическою комиссиею». — «Византийский временник». — «Вестник древней истории». — «Вопросы истории». — Государственная библиотека СССР им. В. И. Ленина. — Государственный Исторический музей. — «Годишник на Софийския Университет». Историко-фило¬ софский факультет. — «Журнал Министерства народного просвещения». — «Записки Восточного отдела Русского археологического общества». — «Записки Института востоковедения АН СССР». — «Записки Наукового товариства iM. Шевченка». — «Известия Академии наук». — Институт на история на Български език. — «Известия Русского археологического института в Кон¬ стантинополе». — «Краткие сообщения Института истории материальной куль¬ туры». — «Киевские Университетские известия». — Латвийский Государственный университет. — Ленинградский государственный университет. — Ленинградское отделение института истории СССР. — «Материалы и исследования по археологии СССР». — «Повесть временных лет», ч. I—II. М.—Л., 1950. — «Палестинский сборник». — «Полное собрание русских летописей». — Русское историческое общество. — «Советская археология». — «Сборник Отделения русского языка и словесности». — «Советское востоковедение». — «Сборник сочинений студентов Киевского университета». — «Советская этнография». — «Труды отдела древнерусской литературы Института рус¬ ской литературы (Пушкинский Дом) Академии наук. — «Ученые записки».
УИК ДГАДА ЧОИДР AQdGM BGA I BGA Пх BGA П2 BGA III BIC BNgJB BSOAS BS Byz. BZ CSCO EETS IOSPE JA JOB JOBG LPSRZA MAS MGH DD MGH SS MPH NA PL PSLVUZR R-E RGDA RQCAK SG SSRG SSRG NS UJb ZDMG — «Украшський тторичний журнал». — Центральный Государственный архив древних актов. — «Чтения в Обществе истории и древностей российских». — «Ausgewahlte Quellen zur deutschen Geschichte des Mittel- alters», Berlin. — «Bibliotheca geographorum arabicorum. Viae regnorum. Desc- riptio ditionis moslemicae auctore Abu Ishak al-Farisi al- Istakhri». Ed. M. J. de Goeje. Lugduni Batavorum, 1870. — «Bibliotheca geographorum arabicorum. Viae et regna. Desc- riptio ditionis moslemicae auctore Abu’l-Kasim Ibn Haukal». Ed. M. J. de Goeje. Lugduni Batavorum, 1873. — «Bibliotheca geographorum arabicorum. Opus geographicum auctore Ibn Haukal». Ed. J. H. Kramers, fasc. 1—2. Lugduni Batavorum, 1937—1939. — «Bibliotheca geographorum arabicorum Descriptio Imperii Moslemici auctore al-Mokaddasi». Lugduni Batavorum, 1877. — «Association intemationale des etudes byzantines. Bulletin d’information et de coordination». — «Byzantinisch-Neugriechische Jahrbucher». — «Bulletin of the School of Oriental and African Studies». — «Byzantinoslavica». — «Byzantion». — «Byzantinische Zeitschrift». — «Corpus scriptorum christianorum orientalium». — «Early English Text Society». — «Inscriptions orae septentrionalis Ponti Euxini». — «Journal Asiatique». — «Jahrhuch der Osterreichischen Byzantinistik». — «Jahrhuch der Osterreichischen Byzantinischen Gesellschaft». — Latvijas Padomju Socialistiskas Repuhlikas Zinatnu Aka- demija. — «Memoires de l’Academie imp. des sciences de St.-Petershourg». — «Monumenta Germaniae Historica. Diplomata». — «Monumenta Germaniae Historica. Scriptores». — «Monumenta Poloniae Historica». — «Neues Archiv der Gesellschaft fur altere deutsche Geschi- chtskunde». — «Patrologiae cursus completus». Series latina. Ed. J.—P. Migne. — P. Stuckas Latvijas Valsts Universitates Zinatnu Raksti. — «Real-Encyklopadie der klassischen Altertumswissenschaft». Pauly—Wissowa—Kroll. — «Res Gestae Divi Augusti». — «Romische Quartalschrift fur christliche Altertumskunde und fur Kirchengeschichte». — В. В. Латышев. Scythica et Caucasica. — «Известия древ¬ них писателей греческих и латинских о Скифии и Кавказе», т. I—II. СПб., 1893—1906. — «Scriptores rerum germanicarum in usum scholarum». — «Scriptores rerum germanicarum». Nova series. — «Ungarische Jahrbucher». — «Zeitschrift des Deutschen Morgenlandischen Gesellschaft».
СОДЕРЖАНИЕ Предисловие (академик Л. В. Черепнин) 3 Л. И. Грацианская. Место политической истории Боспора в «Геогра¬ фии» Страбона 6 А. В. Подосинов. Скифы, сарматы и геты в «Tristia» и «Epistulae ex Ponto» Овидия 21 Р. А. Гусейнов (Баку). Место и роль сирийских источников в изуче¬ нии истории народов СССР 41 A. П. Новосельцев. Древнеармянский перевод Библии как источник по истории народов Закавказья (некоторые предварительные итоги исследования) 57 И. С. Чичуров. Экскурс Феофана о протоболгарах 65 С. Г. Зетейшвили (Тбилиси). Сведения об аланах в «Хронографии» Феофана 81 М. В. Бибиков. Новые данные Тактикона Икономидиса о Северном Причерноморье и русско-византийских отношениях 87 Т. М. Калинина. Сведения Ибн Хаукаля о походах Руси времен Святослава 90 М. Б. Свердлов (Ленинград). Известия о Руси в Хронике Титмара Мерзебургского 102 Н. И. Щавелева. Послание епископа краковского Матвея Бернарду Клервоскому об «обращении русских» 113 С. А. Большакова. Папские послания галицкому князю как истори¬ ческий источник 122 B. И. Матузова. Англо-нормандские повествовательные источники XII—XIII вв. о Руси 130 Е. А. Мельникова. Древняя Русь в исландских географических со¬ чинениях 141 C. В. Завадская. О значении термина «княж тиун» в XI—XIII вв. 157 Е. Л. Фридберг. К вопросу о становлении феодализма в Латвии и Эстонии 165 И. П. Старостина. Из истории разыскания списков Судебника Ка¬ зимира 1468 г. 180 Я. Н. Щапов, Ю. А. Лимонов (Ленинград). История Руси в западно¬ украинской хронографической компиляции XVI в. 196 Список сокращений 210 Научно-организационная работа по сборнику проведена А. В. ПОДОСИ НОВЫМ
ОПЕЧАТКИ И ИСПРАВЛЕНИЯ Стра¬ ница Стропа Напечатано Должно быть 160 9—10 св. содержится в древне¬ болгарском переводе с греческого конца IX— начала X в. текст в древнеболгарском пе¬ реводе с греческого конца IX—начала X в. содержится текст 177 9 св. dar woll dar mach he woll 178 19 св. установления установленного Древнейшие государства на территории СССР