Философия права - Иконникова Г.И., Ляшенко В.П.

РАЗДЕЛ I. Философия права: объект, предмет, функции

Глава 1. Философия права как философское и юридическое знание

Литература
Контрольные вопросы и задания

Глава 2. Философия права, общая философия и социальная философия

2.2. Аксиологические проблемы философии права и социальной философии: объект, предмет, проблемное поле

Глава 3. Философия права и гуманитарное знание

4.3. Гносеологическая, методологическая и праксиологическая функции

РАЗДЕЛ II. Генезис, динамика и развитие философско-правовой мысли

Глава 5. Основные классификации развития философско-правовой мысли

5.2. Типология философско-правовых концепций по идейно-политическим основаниям

5.3. Основные подходы к классификации мировой философско-правовой мысли

Глава 6. Философско-правовые учения Древнего Востока и Древнего Запада

6.2. Философско-правовая мысль Древней Греции и Древнего Рима

Глава 7. Средневековая философско-правовая мысль

7.2. Философско-правовые воззрения Фомы Аквинского

Глава 8. Философско-правовые учения мыслителей эпохи Возрождения

8.2. Философско-правовая мысль Гуго Гроция

8.3. Философско-правовые воззрения Мишеля Монтеня

Глава 9. Философия права XVII–XVIII вв. в Европе

9.2. Философско-правовые концепции Т. Гоббса, Дж. Локка, Б. Спинозы

9.3. Философско-правовые взгляды французских просветителей

Глава 10. Философия права представителей классической немецкой философии

10.2. Философско-правовые воззрения И. Г. Фихте

Глава 11. Философско-правовой позитивизм

11.2. Философско-правовой позитивизм Г. Гуго

Глава 12. Философско-правовои иррационализм XIX в

12.2. Философско-правовые взгляды Ф. Ницше

Глава 13. Философия права К. Маркса и Ф. Энгельса

Глава 14. Философско-правовая мысль XX – начала XXI столетия

14.2. Основные философско-правовые парадигмы

Глава 15. Философско-правовая мысль в России

15.2. Философско-правовая мысль России XVIII в

15.3. Философия права в России XIX – начала XXI в

РАЗДЕЛ III. Онтологические проблемы философии права. Жизненный мир человека и правовая реальность

16.2. Механизмы формирования правовой личности

17.2. Правовая реальность и ее структура

17.3. Правовые отношения: сущность и специфика

17.4. Правовое сознание: сущность, структура и функции

Глава 18. Право и закон: природа, сущность, взаимодействие

18.3. Законы общества, государства и социальная технология

20.2. Нормы, обычаи, нравы, традиции и порядок

20.3. Правопорядок и повседневная реальность

21.2. Цивилизационный характер правовой культуры

Глава 22. Сущее и должное в морали и праве

22.2. Специфика проявления сущего и должного в морали и праве

РАЗДЕЛ IV. Аксиологические проблемы философии права. Право как ценность

23.2. Право как ценность и элемент общего блага

Глава 24. Право как свобода и ответственность

Глава 25. Право как справедливость и равенство
25.1. Природа и сущность справедливости

25.2. Справедливость как правовое равенство

Глава 26. Ценностные установки и ценностные ориентации в правовой реальности

26.2. Правовые ценностные установки как фактор формирования активности социальных субъектов

26.3. Законный интерес как правовая ценность

РАЗДЕЛ V. Познание правовой реальности и правовая деятельность. Гносеологические и праксиологические проблемы

Глава 27. Философия права как методология познания и преобразования правовой реальности

27.2. Сущность и структура правовой деятельности

27.3. Правовая деятельность и управление

Глава 28. Философско-правовая эпистемология

28.2. Правовая реальность и диалектическая логика

Глава 29. Герменевтика и толкование законов

29.2. Методологические возможности философскоправовой герменевтики в толковании законов

Авторская программа курса «Философия права»

Автор: Иконникова Г.И. Ляшенко В.П.

Теги: философия психология онтология метафизика гносеология правоведение юриспруденция право философия права

ISBN: 978-5-9916-2684-2

Год: 2013

Похожие

Философия и социология права

Философия сознания: аналитическая традиция. Третьи Грязновские чтения

Философия как искание Абсолюта: Опыты теоретические и исторические

Философия западноевропейского средневековья

Текст

Г. И. Иконникова, В. П. Ляшенко
Философия
права
Учебник для магистров
3-е издание, переработанное и дополненное
Допущено Министерством образования
и науки Российской Федерации в качестве учебника
для студентов высших учебных заведений,
обучающихся по нефилософским специальностям
и направлениям подготовки
Лауреат Всероссийского конкурса на лучшую
научную книгу 2010 года, проводимого Фондом развития
отечественного образования
Москва
юрэйт
издательство
2013

Авторы:
Иконникова Генриетта Ивановна — доктор философских наук,
профессор, главный научный сотрудник отдела научной экспертизы
Российского государственного социального университета;
Ляшенко Виктор Петрович — доктор философских наук,
заслуженный работник высшей школы Российской Федерации, профессор
кафедры философии Российской академии народного хозяйства и
государственной службы при Президенте Российской Федерации.
Рецензенты:
Мальцев Г. В. — член-корреспондент РАН, доктор юридических наук,
профессор, заведующий кафедрой Российской академии народного
хозяйства и государственной службы при Президенте РФ;
Митрошенков О. А. — доктор философских наук, профессор,
заместитель заведующего кафедрой Российской академии народного
хозяйства и государственной службы при Президенте РФ.
Учебник рекомендован к публикации кафедрой социальной философии
Российского государственного социального университета.
Иконникова, Г. И.
Философия права : учебник для магистров / Г. И. Иконникова,
В. П. Ляшенко. — 3-е изд., перераб. и доп. — М. : Издательство Юрайт,
2013. — 364 с. — Серия : Магистр.
ISBN 978-5-9916-2684-2
В учебнике рассмотрены основы философии права как научной
отрасли, отражающей взаимодействие философского и юридического знания.
Показаны объект, предмет, функции, специфика философии права, ее связь
с юриспруденцией, социологией, политологией, этикой, антропологией,
аксиологией. Работа исключает политизацию рассматриваемых проблем
и отражает современную тенденцию «выхода» философии права в
самостоятельный ряд междисциплинарных философосих дисциплин истории
и философии конкретных наук (философии экономики, философии
политики, философии психологии, философии социологии и др.).
Для учебника характерно определенное дидактическое изложение
материала: каждая глава состоит из трех частей - изложения проблемы,
контрольных вопросов и заданий, списка литературы. В конце учебника
предлагаются тесты для самоконтроля усвоения изучаемого материала.
Соответствует Федеральному государственному
образовательному стандарту высшего профессионального образования третьего
поколения.
Для студентов высших учебных заведений, обучающихся по
специальностям «Философия», «Юриспруденция», «Политология». Может
быть использован студентами колледжей, а также всеми, кто
интересуется историей и философией права.
© Иконникова Г. И., Ляшенко В. П., 2010
©■ Иконникова Г. И., Ляшенко В. П., 2012,
с изменениями
ISBN 978-5-9916-2684-2 © ООО «Издательство Юрайт», 2013

Оглавление
Введение 8
РАЗДЕЛ I. Философия права: объект, предмет, функции
Глава 1. Философия права как философское
и юридическое знание 12
1.1. Объект философии права 12
1.2. Предмет философии права 14
Литература 18
Контрольные вопросы и задания 18
Глава 2. Философия права, общая философия
и социальная философия 19
2.1. Онтологические и гносеологические проблемы
философии, социальной философии, философии
права 19
2.2. Аксиологические проблемы философии
права и социальной философии: объект, предмет,
проблемное поле 23
Литература 25
Контрольные вопросы и задания 25
Глава 3. Философия права и гуманитарное знание 26
3.1. Философия права и юридические науки 26
3.2. Философия права и другие науки 28
Литература 31
Контрольные вопросы и задания 31
Глава 4. Функции философии права 32
4.1. Онтологическая функция 33
4.2. Аксиологическая функция 35
4.3. Гносеологическая, методологическая
и праксиологическая функции 36
Основные выводы по разделу 1 38
Литература 41
Контрольные вопросы и задания 41
РАЗДЕЛ II. Генезис, динамика и развитие
философско-правовой мысли
Глава 5. Основные классификации развития
философско-правовой мысли 44
5.1. Типология философско-правовых концепций
по исходным теоретическим основаниям 44
5.2. Типология философско-правовых концепций
по идейно-политическим основаниям 46
5.3. Основные подходы к классификации мировой
философско-правовой мысли 47

4
Оглавление
Литература 48
Контрольные вопросы и задания 49
Глава 6. Философско-правовые учения
Древнего Востока и Древнего Запада 50
6.1. Философско-правовая мысль Древней Индии
и Древнего Китая 50
6.2. Философско-правовая мысль Древней Греции
и Древнего Рима 53
Литература 60
Контрольные вопросы и задания 60
Глава 7. Средневековая философско-правовая мысль ....62
7.1. Философско-правовые идеи Августина 62
7.2. Философско-правовые воззрения
Фомы Аквинского 63
Литература 64
Контрольные вопросы и задания 64
Глава 8. Философско-правовые учения мыслителей
эпохи Возрождения 65
8.1. Философско-правовые идеи Никколо
Макиавелли 65
8.2. Философско-правовая мысль Гуго Гроция 67
8.3. Философско-правовые воззрения Мишеля
Монтеня 68
Литература 69
Контрольные вопросы и задания 69
Глава 9. Философия права XVII—XVIII вв. в Европе 70
9.1. Философско-правовые воззрения Ф. Бэкона 70
9.2. Философско-правовые концепции Т. Гоббса,
Дж. Локка, Б. Спинозы 71
9.3. Философско-правовые взгляды французских
просветителей 75
Литература 78
Контрольные вопросы и задания 79
Глава 10. Философия права представителей
классической немецкой философии 80
10.1. И. Кант как философ права 80
10.2. Философско-правовые воззрения И. Г. Фихте 84
10.3. Философия права Гегеля 85
Литература 89
Контрольные вопросы и задания 89
Глава 11. Философско-правовой позитивизм 90
11.1. Философия права О. Конта и Дж. Остина 90
11.2. Философско-правовой позитивизм Г. Гуго 91
Литература 92
Контрольные вопросы и задания 92

Оглавление 5
Глава 12. Философско-правовои иррационализм XIX в 93
12.1. Философско-правовые идеи А. Шопенгауэра 93
12.2. Философско-правовые взгляды Ф. Ницше 95
Литература 96
Контрольные вопросы и задания 96
Глава 13. Философия права К. Маркса и Ф. Энгельса 97
Литература 99
Контрольные вопросы и задания 99
Глава 14. Философско-правовая мысль
XX — начала XXI столетия 100
14.1. Основные тенденции развития
философско-правовои мысли в XX в 100
14.2. Основные философско-правовые парадигмы... 102
Литература 112
Контрольные вопросы и задания 112
Глава 15. Философско-правовая мысль в России 113
15.1. Зарождение философско-правовых взглядов
в Древней Руси 113
15.2. Философско-правовая мысль России XVIII в 116
15.3. Философия права в России
XIX —начала XXI в 118
Литература 127
Контрольные вопросы и задания 128
РАЗДЕЛ III. Онтологические проблемы
философии права. Жизненный мир человека
и правовая реальность
Глава 16. Человек как правовое существо 130
16.1. Философско-правовая мысль о правовых
характеристиках человека 130
16.2. Механизмы формирования правовой
личности 133
Литература 137
Контрольные вопросы и задания 138
Глава 17. Правовая реальность 139
17.1. Реальность и бытие человека 139
17.2. Правовая реальность и ее структура 143
17.3. Правовые отношения: сущность и специфика... 147
17.4. Правовое сознание: сущность, структура
и функции 150
Литература 160
Контрольные вопросы и задания 160
Глава 18. Право и закон: природа, сущность,
взаимодействие 162
18.1. Право как общественный феномен 162

4
Оглавление
Литература 48
Контрольные вопросы и задания 49
Глава 6. Философско-правовые учения
Древнего Востока и Древнего Запада 50
6.1. Философско-правовая мысль Древней Индии
и Древнего Китая 50
6.2. Философско-правовая мысль Древней Греции
и Древнего Рима 53
Литература 60
Контрольные вопросы и задания 60
Глава 7. Средневековая философско-правовая мысль.... 62
7.1. Философско-правовые идеи Августина 62
7.2. Философско-правовые воззрения
Фомы Аквинского 63
Литература 64
Контрольные вопросы и задания 64
Глава 8. Философско-правовые учения мыслителей
эпохи Возрождения 65
8.1. Философско-правовые идеи Никколо
Макиавелли 65
8.2. Философско-правовая мысль Гуго Гроция 67
8.3. Философско-правовые воззрения Мишеля
Монтеня 68
Литература 69
Контрольные вопросы и задания 69
Глава 9. Философия права XVII—XVIII вв. в Европе 70
9.1. Философско-правовые воззрения Ф. Бэкона 70
9.2. Философско-правовые концепции Т. Гоббса,
Дж. Локка, Б. Спинозы 71
9.3. Философско-правовые взгляды французских
просветителей 75
Литература 78
Контрольные вопросы и задания 79
Глава 10. Философия права представителей
классической немецкой философии 80
10.1. И. Кант как философ права 80
10.2. Философско-правовые воззрения И. Г. Фихте 84
10.3. Философия права Гегеля 85
Литература 89
Контрольные вопросы и задания 89
Глава 11. Философско-правовои позитивизм 90
11.1. Философия права О. КонтаиДж. Остина 90
11.2. Философско-правовои позитивизм Г. Гуго 91
Литература 92
Контрольные вопросы и задания 92

6
Оглавление
18.2. Соотношение права и закона 165
18.3. Законы общества, государства
и социальная технология 170
Литература 174
Контрольные вопросы и задания 174
Глава 19. Право и власть 176
19.1. Власть и воля 176
19.2. Власть и закон 181
19.3. Право и государственная политика 184
Литература 188
Контрольные вопросы и задания 188
Глава 20. Право и правопорядок 190
20.1. Синергетика и проблема порядка 190
20.2. Нормы, обычаи, нравы, традиции и порядок 196
20.3. Правопорядок и повседневная реальность 200
Литература 204
Контрольные вопросы и задания 205
Глава 21. Право. Культура. Цивилизация 206
21.1. Правовая культура: сущность и структура 206
21.2. Цивилизационный характер правовой
культуры 209
Литература 215
Контрольные вопросы и задания 216
Глава 22. Сущее и должное в морали и праве 217
22.1. Сущее и должное как категории
философии права 217
22.2. Специфика проявления сущего
и должного в морали и праве 222
Литература 226
Контрольные вопросы и задания 227
РАЗДЕЛ IV. Аксиологические проблемы
философии права. Право как ценность
Глава 23. Право как общее благо 230
23.1. Проблема блага в истории мировой культуры ... 231
23.2. Право как ценность и элемент общего блага 235
Литература 239
Контрольные вопросы и задания 240
Глава 24. Право как свобода и ответственность 241
24.1. Свобода как экзистенциал человека 241
24.2. Свобода и ответственность 250
24.3. Ответственность и вина 253
Литература 256
Контрольные вопросы и задания 256

Оглавление
7
Глава 25. Право как справедливость и равенство 258
25.1. Природа и сущность справедливости 258
25.2. Справедливость как правовое равенство 264
Литература 268
Контрольные вопросы и задания 269
Глава 26. Ценностные установки и ценностные
ориентации в правовой реальности 270
26.1. Сущность и взаимосвязь ценностных
правовых установок и ориентации 270
26.2. Правовые ценностные установки как фактор
формирования активности социальных субъектов 274
26.3. Законный интерес как правовая ценность 276
Литература 279
Контрольные вопросы и задания 279
РАЗДЕЛ V. Познание правовой реальности
и правовая деятельность. Гносеологические
и праксиологические проблемы
Глава 27. Философия права как методология познания
и преобразования правовой реальности 283
27.1. Границы и возможности познания правовой
реальности на уровне обыденного сознания 283
27.2. Сущность и структура правовой деятельности.... 286
27.3. Правовая деятельность и управление 291
Литература 295
Контрольные вопросы и задания 295
Глава 28. Философско-правовая эпистемология 296
28.1. Специфика научного познания правовой
реальности 296
28.2. Правовая реальность и диалектическая логика... 298
28.3. Проблема метода в философии права 301
Литература 305
Контрольные вопросы и задания 305
Глава 29. Герменевтика и толкование законов 306
29.1. Герменевтика и право 306
29.2. Методологические возможности философско-
правовой герменевтики в толковании законов 311
Литература 317
Контрольные вопросы и задания 318
Заключение 319
Авторская программа курса «Философия права» 321
Тесты по курсу
336

Введение
Основное содержание данной работы — метафизические
аспекты права. Мы считаем это принципиально важным, ибо
в современной философско-правовой литературе
существует множество изданий кельзенско-позитивистсткого толка,
не имеющих практически никакого отношения к философии
права. Метафизические аспекты в нашем понимании — это
философские основания, философское содержание права.
В самом общем виде, метафизика — это философское
учение о первоначалах бытия и его познания. Именно основания,
общие принципы, первоначала бытия и его познания
позволяют исследовать природу, характер, глубинную сущность, детер-
минационные связи явлений, процессов правовой реальности
и жизненного мира человека.
Метафизика как общая философия — это онтология и
гносеология в их неразрывной связи с аксиологией и
праксиологией. Рассмотрение онтологических, гносеологических,
аксиологических, праксиологических проблем при анализе правовой
реальности есть метафизика права. Это философская часть
философии права как междисциплинарного философского
и юридического знания.
Конечно, философско-правовое исследовательское поле
содержит проблемы и позитивного права, его теории. Не
случайно юристы преимущественно рассматривают философию
права как часть общей теории права наряду с историей права
и юридической догматикой.
Однако у общей теории права и философии права разные
предметы исследования: первая исследует сущность права
на основе его развития, содержания, функций; вторая —
«корни» права, его основания и связанные с ним явления.
Метафизика права поднимает основополагающие проблемы
и оперирует понятиями, позволяющими рассматривать
правовую реальность в соотношении материального и духовного,

Введение
9
материального и идеального, объективного и субъективного,
индивидуального и надындивидуального, личностного и
массового, биологического и социального, права и закона, права
и морали, права и политики, права и религии, свободы и
несвободы, справедливости и несправедливости и т.п.
На знаниях истоков, природы, сущности, детерминации
правовой реальности основывается плодотворная
законотворческая и правоприменительная деятельность.
При подготовке учебника авторы опирались на
имеющиеся в истории философии права традиции, идущие от
Аристотеля и подхваченные многими мыслителями, в том числе
И. Кантом, Г. Гегелем, М. Хайдеггером, В. Вудишем, B.C.
Соловьёвым, П.Н. Вышеславцевым, Д. А. Керимовым, Г. В.
Мальцевым и др.
В соответствии с требованиями Государственного
образовательного стандарта в результате изучения данного курса
студент должен обладать следующими компетенциями.
Общекультурными компетенциями (OK)
• OK-1. Обладать достаточным уровнем
профессионального правосознания.
• ОК-2. Добросовестно исполнять профессиональные
обязанности, соблюдать принципы этики юриста.
• ОК-3. Владеть культурой мышления, быть способным
к обобщению, анализу, постановке цели и выбору
путей ее достижения.
• ОК-5. Обладать культурой поведения, быть готовым
к кооперации с коллегами, к работе в коллективе.
• ОК-6. Уважительно относиться к праву и закону.
• ОК-8. Быть способным использовать основные
положения и методы социальных и гуманитарных наук при
решении профессиональных задач.
• ОК-9. Быть способным анализировать социально
значимые проблемы и процессы.
Профессиональными компетенциями (ПК)
• ГЖ-2. Быть способным осуществлять
профессиональную деятельность на основе развитого правосознания,
правового мышления и правовой культуры.

10
Введение
• ПК-4 Быть способным принимать решения и
совершать юридические действия в точном соответствии
с законом.
• ПК-6 Быть способным юридически правильно
квалифицировать факты и обстоятельства.
• ПК-8 Быть готовым к выполнению должностных
обязанностей по обеспечению законности и правопорядка,
безопасности личности, общества, государства.
• ПК-19 Быть способным эффективно осуществлять
правовое воспитание.

РАЗДЕЛ I
Философия права:
объект, предмет, функции

Глава 1
ФИЛОСОФИЯ ПРАВА
КАК ФИЛОСОФСКОЕ
И ЮРИДИЧЕСКОЕ ЗНАНИЕ
1.1. Объект философии права
Великий немецкий философ И. Кант писал: «Если
существует наука, действительно нужная человеку, то это та,
которой я учу — а именно подобающим образом занять указанное
человеку место в мире — и из которой можно научиться тому,
каким надо быть, чтобы быть человеком»1. Правосознание,
правосудие, правопорядок, правовая культура, свобода в
праве, правовое государство и другие правовые составляющие
общества и жизненного мира человека делают его правовым
существом, свободно пользующимся разумом и волей.
Философия права — наука о том, как достигнуть всеобщего
правового гражданского общества, привести в соответствие
нравственность и право на основе условия «человек — не
средство, а цель».
Человек нуждается в философской науке о праве,
утверждающей, что свобода, справедливость, истинное и общее благо,
равенство, ответственность, творчество как экзистенциалы его
личностного бытия необходимы и являются экзистенциалами
бытия другого человека.
Роль философии права как любви к мудрости состоит в том,
чтобы человек начал относиться к праву людей как к самому
дорогому, что у них есть на Земле; дорожил и отстаивал права,
«от которых он не может отказаться, если бы даже и хотел»2.
1 Кант И. Приложение к «Наблюдению над чувством прекрасного
и возвышенного». 1764 // Кант И. Соч.: в 6 т.Т. 2. М., 1964. С. 206.
2 Там же. Т. 1. С. 323.

1.1. Объект философии права 13
Право — высший принцип, из которого должно исходить
государство, организуя общество и жизненный мир человека.
Согласование сущего и должного, теории и практики — одна
из главных идей философии права.
Философия права — это научная отрасль знания. Ее
характеристика как науки дает основание считать философию права
как философским, так и юридическим знанием.
Прежде, чем мы начнем исследование этого положения,
обратим внимание на то, что в любом исследовании
присутствует объект и предмет, различающиеся по логическому объему:
объект шире предмета. Так, человек как объект интересует
десятки аналитиков, для которых в нем находится свой
предмет исследования. Например, человека изучают с точки зрения
морфологии, анатомии, физиологии, психологии (детской,
подростковой, индивидуальной и социальной) и т.п.
Следует отметить, что предмет науки связан не только
с определенной системой взаимодействующих элементов
в данном объекте, но в первую очередь с ее объективными
законами, не зависимыми от сознания ученого. Отрасль знания
приобретает статус науки, когда она открывает законы
возникновения, развития, функционирования системы, их элементов
и структур, принадлежащих данному объекту.
Юридические науки в исследованиях сталкиваются с
необходимостью всестороннего рассмотрения правовой реальности.
Они обращаются к системам жизненного мира человека
(«человек — природа», «человек — человек», «человек — общество»,
«человек — его "Я"»), а также к основным элементам правовой
реальности как системы (правоотношениям, правосознанию,
правовой культуре). Интеграционное основание этих основных
элементов — право и юридические законы.
Законы в юридических науках разрабатываются на основе
юридических, социально-гуманитарных и философских
знаний. Эти знания объединяет философия права, поэтому она
в первую очередь представляет собой единство философского
и юридического знания. Понятие «закон» выработано
философией. В нем нуждается наука, все ее отрасли. Как известно,
закон — это идентичные, повторяющиеся, существенные,
общие, необходимые связи и отношения материальных и
духовных явлений.
В каждой науке есть универсальные постулаты и
принципы, которые могут быть осмыслены лишь с опорой на
философию. Для физики это проблемы времени, пространства,
бытия, материального и идеального; для медицины — аспекты
здоровья, жизни, смерти; для юриспруденции — соотношения

14 Глава 1. Философия права как философское и юридическое знание
объективного и субъективного, законного и незаконного,
справедливого и несправедливого, правосудного и
неправосудного, материального и духовного, существенного и
несущественного, случайного и необходимого, возможного и
действительного и т.д.
На основе «запросов» частных наук в них формируется
определенный «слой» философии, предмет которой, однако,
перестает быть чисто философским: рассматриваются свои
теории, но под специфическим, философским, углом зрения,
а именно с позиции всеобщего. Появляются философские
отрасли наук: философия экономики, философия естествознания,
философия физики, философия медицины, философия
биологии, философия психологии и т.п. Уже обрели статус
самостоятельных дисциплин логика, психология, этика, эстетика,
социология, философская антропология, философская
аксиология. Вероятно, самостоятельными философскими
междисциплинарными науками станут философия политики, философия
войны и мира, философия религии и пр. В этом ряду находится
и философия права.
1.2. Предмет философии права
Исходя из объекта и предмета исследования отечественные
юристы определяют философию права как общетеоретическую
юридическую дисциплину1. Объект философии права — право
и юридические законы; предмет — понятие права, смысл
права, его место в мире. Особое место, занимаемое философией
права в мире, придает учению о праве философский характер.
Большинство юристов считают, что изучаемая нами наука
занята поиском истины в праве.
Истина в праве дана в позитивном праве, под которым
понимают властно признанные источники действующего права
(законы, подзаконные акты, санкционированное обычное право,
судебные прецеденты и т.д.), а также официальные
установления, наделенные законной силой, т.е. обобщенно говоря —
закон. Такой подход к праву, сводящий право вообще к
позитивному праву, т.е. отождествляющий право и закон, характерен
для юридической догматики и представлен в различных
вариантах юридического позитивизма и легитизма. В рамках этой
См.: Алексеев С. С. Философия права. М. : Норма, 1998. С. 2.

1.2. Предмет философии права 15
концепции истина о праве исчерпывается волей законодателя,
мнением и позицией официального установителя позитивного
права. Эта позиция не соответствует природе и требованиям
разума, ориентированного не на мнения и авторитеты, а на
истинное, теоретически, философски осмысленное знание о
соответствующем объекте — в данном случае о праве.
Размышления о позитивном праве порождают ряд
вопросов, ответы на которые требуют выхода за рамки
позитивного правопонимания. Почему именно эти, а не другие нормы
позитивированы и даны законодателем в качестве
позитивного права? От чего зависит позитивация чего-то в качестве
права — только ли от позиции и воли законодателя или есть
какие-то иные (и какие именно), объективные, основания
законотворчества? Справедливо ли право и в чем состоит его
справедливость? Всякий ли закон является правом или
возможно правонарушающее, антиправовое законодательство,
произвол в форме закона? Каковы предпосылки и условия для
господства права, каков путь к правовому закону и
правовому государству?
Таким образом возникает проблема различения и
соотношения (совпадения и несовпадения) права и закона, которая
имеет определяющее значение для правопонимания и
обозначает предметное поле философии права.
Широкое распространение понятия «философия права»
связано с одноименным трудом Г. В. Ф. Гегеля — «Философия
права» (1820), который повлиял на последующие труды ученых
и не потерял значения до наших дней. Понятие «естественное
право» как обозначение (по старой традиции) философско-
правового подхода осталось до сих пор. Неслучайно упомянутое
произведение Гегеля увидело свет со следующим двойным
названием: «Естественное право и наука о государстве в очерках.
Основы философии права».
Философией права, согласно Гегелю, представлена
подлинная наука о праве. «Наука о праве,—утверждал он,—есть
часть философии, поэтому она должна развить из понятия идею,
представляющую разум предмета, или, что то же самое,
наблюдать собственное имманентное развитие самого предмета»1.
Предмет философии права Гегель сформулировал следующим
образом: «Философская наука о праве имеет своим предметом
идею права — понятие права и его осуществление». Задача
философии права состоит в том, чтобы постигнуть мысли, ле-
1 Гегель Г. В. Ф. Философия права. М. : Мысль, 1990. С. 8.

16 Глава 1. Философия права как философское и юридическое знание
жащие в основе права. И это возможно лишь с помощью
правильного мышления, философского познания права.
Два подхода к вопросу об определении дисциплинарного
характера философии права в качестве юридической или
философской науки восходят соответственно к Гуго и Гегелю. Эти
подходы получили дальнейшее развитие в философско-правовых
исследованиях XIX—XX — начала XXI вв. Представители почти
всех основных течений философской мысли (от древности до
наших дней) выдвигали версии философского правопонимания.
Применительно к XIX—XX — началу XXI вв. можно говорить
о философско-правовых концепциях кантианства и
неокантианства, различных направлениях христианской философской
мысли, феноменологии, философской антропологии,
интуитивизма, экзистенциализма, марксизма и др.
В современной отечественной философии права
существует несколько точек зрения на предмет философии права. Так,
например, в учебнике «Философия права» В. С. Нерсесянц
утверждает, что предметом философии права являются смысл права,
его сущность и понятие. В. П. Малахов в качестве предмета
философии права рассматривает правосознание. Для Д. А. Кери-
мова философия права исследует и создает логическую модель
генезиса права посредством «системы абстрактных категорий,
в которых историческое освобождено от всех зигзагов и
отклонений, представлено как бы в снятом виде»1.
Вышеназванные определения предмета философии
права исходят из раскрытия не сущности правовой реальности,
а ее содержания и функций права. Определение понятия,
вытекающее из содержания явления, всегда представляет собой
не что иное, как неполное, частичное «схватывание» сущности
или выявление сущности первого, второго порядка, но не той
глубинной сущности, которая тождественна закону. Когда
Гегель в упомянутом произведении пишет о том, что философия
права призвана раскрывать «сущность права», он всегда
поясняет «идею права», ибо согласно его философии идея — это
глубинная сущность любой формы бытия. Гегель показал, что
наличное бытие идеи права — это абстрактное право, мораль
и нравственность. Таким образом, согласно Гегелю смысл
права — это не аксиологическая, а его онтологическая значимость:
его место и роль в жизни человека, общества, государства как
морального, нравственного и правового основания.
Философия права, как любая наука, исследует право не
только как сущность и явление в их различиях и соотношении (со-
КеримовД.А. Основы философии права. М. : МЮИ, 1992. С. 29.

1.2. Предмет философии права 17
впадении или несовпадении) и искомом единстве, а, прежде
всего, ее интересуют наиболее общие принципы правовой
реальности и ее познания.
При этом правовая реальность — не только позитивное
и естественное право и предмет философии права — это не
право и закон. В. С. Нерсесянц конкретизирует предмет
философии права так: это принцип равенства в его проявлении1. Им
отмечаются правовые явления нормативно-регулятивного,
институционально-властного и поведенческого характера,
выражающие единую правовую сущность общеправового
принципа формального равенства. Такой подход к
предмету философии права сужает его до исследовательского поля
либертарно-юридической философско-правовой концепции.
В то же время в науке должны исследоваться принципы и
законы, которые носят объективный характер, а не задаются
субъективными измерениями (социально-классовыми,
этническими, государственными интересами). Не существует
либеральной, демократической или консервативной биологии или
физики, так и предмет философии права не должен содержать
аспекты мировоззренческого характера. В противном случае
о философии права как науке не может быть и речи.
Предмет философии права — принципы, которые
являются наиболее общими основаниями явлений. Еще Аристотель
считал, что философское учение — это наука о наиболее общих
основаниях мира и его познания. Философия — это и
мировоззрение, так как интерпретация этих оснований, их детер-
минационной роли может быть разной у разных философов.
Поэтому возникают многочисленные философские воззрения,
учения, концепции: материалистические, идеалистические,
плюралистические, пантеистические, деистические,
теистические, атеистические.
Когда вырабатываются философско-правовые
концепции, то наряду с философско-мировоззренческими ориента-
циями они несут в себе социально-политические. Например,
либертарно-юридическая трактовка предмета философии
права — не научная, а мировоззренческая
(буржуазно-либеральная). Неубедительны претензии ее авторов на то, что только их
концепция понимания права и предмета философии права
наиболее развитая, потому что в ней учтены и в преобразованном
виде присутствуют достижения («резоны») предшествующих
менее развитых концепций, и, следовательно, есть
смысловое поле для их надлежащего понимания и изложения. Кроме
1 Нерсесянц В. С. Философия права. М. : Норма, 2001. С. 3, )9.

18 Глава 1. Философия права как философское и юридическое знание
того, эта трактовка не соответствует требованиям
методологии науки. Законы правовой реальности и их познание — вот
истинный предмет философии права.
Только философия права позволяет понять в правовой
реальности соотношение, взаимодействие, взаимодетерминацию
объективного и субъективного, материального и идеального,
материального и духовного, индивидуального,
межиндивидуального и надындивидуального, личностного и массового,
социального и биологического, природного и
экзистенциального, человеческого и божественного, свободы и
ответственности, справедливости и равенства, законного и незаконного
интереса, границ и пределов осуществления прав гражданина,
личности, человека.
Литература
1. Алексеев, С. С. Философия права / С. С. Алексеев.— М.,
1997.
2. Баскин, Ю. Я. Очерки философии права / Ю. Я. Баскин. —
Сыктывкар, 1996.
3. Ершов, Ю. Г. Философия права : материалы лекций / Ю. Г.
Ершов.— Екатеринбург, 1995.
4. Керимов, А. Д. Основы философии права / А. Д. Керимов. —
М., 1992.
5. Малинова, И. П. Философия права : от метафизики к
герменевтике / И. П. Малинова. — Екатеринбург, 1995.
6. Нерсесянц, В. С. Философия права / В. С. Нерсесянц. — М.,
2008.
7. Плотников, Н. С. Введение в философию права / Н. С.
Плотников, М. А. Колеров. — М., 1995.
8. Тихонравов, Ю. В. Основы философии права / Ю. В. Тихон-
равов. —М., 1997.
Контрольные вопросы и задания
1. Что является объектом и предметом философии права?
2. Как характеризовал философию права Г. В. Ф. Гегель?
3. Чем философское толкование предмета философии права
отличается от юридического?

Глава 2
ФИЛОСОФИЯ ПРАВА,
ОБЩАЯ ФИЛОСОФИЯ
И СОЦИАЛЬНАЯ ФИЛОСОФИЯ
2.1. Онтологические и гносеологические
проблемы философии,
социальной философии,
философии права
Основные отрасли философского знания — онтология
(учение о бытии), гносеология (учение о познании мира),
аксиология (учение о ценностях), философская антропология
(философское учение о человеке).
Философское учение в его онтологическом и
гносеологическом аспектах получило название метафизики или общей
философии. В этом ракурсе анализируются и общественные
явления: право, мораль, искусство и др. Достаточно вспомнить
работы И. Канта «Метафизика нравов», «Метафизика
нравственности», И. А. Исаева «Метафизика власти».
Подобно общей и социальной философии, философия права
также имеет отрасли знаний: онтологию, аксиологию,
гносеологию, праксиологию, эпистемологию.
Правовая онтология раскрывает природу, сущность, виды,
формы правового бытия. Она дает возможность понять правовое
бытие — правовую реальность и действительность, их
объективный, субъективный, объектно-субъектный, субъектно-объект-
ный и субъектно-субъектный характер. Правовая онтология
исследует человека как правовое существо, жизненный мир
человека и общество в соотношении с правовой реальностью.
Она рассматривает правовую реальность через систему
взаимодействующих и детерминирующих друг друга правоотноше-

20 Глава 2. Философия права, общая... и социальная философия
ний, правосознания, правовой культуры, правопорядка, типов
и форм государства и власти.
Правовая гносеология исследует границы и возможности
познания правовой реальности, оценивает объективность
правовых знаний, соотношение объективной и юридической истин,
уровень знания законов, своих прав и обязанностей людьми.
Особое место занимает в философии права юридическая
эпистемология, которая в нашей стране нуждается в
серьезной разработке.
Правовая аксиология позволяет разобраться в ценностных
установках и ценностных ориентациях в правовой реальности,
исследовать такие ценности, как право, закон, свобода,
ответственность, равенство, общее и индивидуальное благо,
правовое государство, справедливость.
Генетическая взаимосвязь социальной философии и
философии права подтверждается социальным единством их
предметов.
Социальная философия традиционно рассматривается как
учение об обществе. Однако за пределами общепринятого
понимания мнения исследователей не совпадают. Это
объясняется тем, что общество — многогранное, многоаспектное
образование. Каждый исследователь, акцентируя внимание
на каком-то одном аспекте, определяет объект и предмет
социальной философии по-своему.
Так, Г. Гегель объектом социальной философии считал
общество, а предметом — наиболее общие принципы возникновения
и функционирования духа. Немецкие просветители И. Г. Гердер
и Г. Э. Лессинг к объекту социальной философии относили
человеческую историю, а к предмету — выявление в ней места
и роли культуры. Социальная философия, по Ф. Ницше,
исследует жизнь как «волю к власти», связанную с целями,
интересами и ценностями, «полезными» в рамках общего жизненного
процесса. С точки зрения Э. Фромма, предмет социальной
философии — личностные и общественные основания
человеческого бытия в их взаимодействии. По К. Марксу и Ф. Энгельсу,
социальная философия есть учение о наиболее общих законах
возникновения, развития и функционирования общественно-
экономических формаций. Феноменологи Э. Гуссерль, А. Шюц,
Т. Лукман, П. Бергер и другие предметом социальной
философии считают жизненный мир как сферу значимого в
жизнедеятельности человека.
Нам представляется наиболее верным использовать для
определения объекта и предмета социальной философии диалектико-
материалистический и феноменологический подходы.

2.1. Онтологические и гносеологические проблемы философии... 21
Диалектико-материалистическая парадигма содержит
указание, прежде всего, на первенство материальной основы
общества (общественного социально-экономического бытия),
и вторичность духовных феноменов общественного сознания
(идеалов, духовных ценностей) и социально-политических
институтов. Этот подход ориентирует на существование
объективных законов, согласно которым общество функционирует
и развивается.
Феноменологический подход базируется на осмыслении
человека как основополагающего элемента общества, его
деятельности, целей и устремлений, реализуемых в предметах
и процессах, в его жизненном мире.
Удачно преодолеть однобокость каждой из парадигм (в
марксизме — недооценка роли личностного бытия, в
феноменологии — игнорирование надындивидуальной социальности,
общесоциальных явлений), на наш взгляд, пытался венгерский
философ XX в. Д. Лукач. В работе «К онтологии общественного
бытия. Пролегомены» он дал диалектико-материалистическое
и системное понимание жизненного мира человека как
взаимодействия подсистем «человек — природа», «человек —
общество», «человек — человек», «человек — его «Я»». Такой подход
позволяет рассматривать общество, человека и природу как
целостность; дает возможность раскрыть сущность общества через
его важнейший «срез» — человечность, духовность,
субъективность; объясняет не только природу объективной
закономерности развития общества, но и внутренний мир человека, его «Я»,
смысл жизни и другие «личностные» феномены общественной
жизни, без учета которых общество (в том числе и право)
предстает некой абстракцией, не связанной с человеком.
В русле диалектико-материалистическо-феноменологического
подхода можно утверждать, что объектом социальной
философии является общество и жизненный мир человека, а
предметом — наиболее общие принципы строения общества и
жизненного мира человека, их бытия и познания. Такое понимание
объекта и предмета социальной философии позволяет полагать,
что она является матричной основой философии права, а
философия права — составной частью социальной философии.
Исходя из предмета философии права можно проследить
ее связь с философией. Общая философия есть учение о
наиболее общих принципах бытия прирады, общества, человека
и их познания. Социальная философия — это учение о наиболее
общих принципах общества и жизненного мира человека и их
познания. Предмет философии права — тоже наиболее общие
принципы правового бытия и его познания.

22 Глава 2. Философия права, общая... и социальная философия
Философия права, опираясь на методологию объекта
социальной философии, углубляет понимание собственного
объекта исследования: правовой реальности как результата
взаимодействия жизненного мира человека с частью его реальности,
которая выражена правом и юридическими законами. В сфере
правовой реальности оказываются: 1) повседневная
реальность, взаимодействующая с правовыми нормами и
институтами; 2) часть системного мира (нравственная, политическая,
религиозная реальности), которая детерминируется правом
и юридическими законами.
Авторы настоящего учебника считают, что юриспруденция
постоянно сталкивается с философско-правовыми
проблемами и обращается к философии права. Юридическая наука при
выработке понятийного аппарата пользуется общенаучными
методами, других методов она не создает. Кроме того, ей
необходимы философские методы, так как юриспруденция
нуждается в предельно широких понятиях (например, «терроризм»,
«предел осуществления прав» и т.д.). Если эти понятия не
разработаны, юристы разрабатывают их сами, опираясь на
философскую методологию. Дело в том, что философско-правовая
проблематика шире познавательных, методологических и иных
возможностей юридической науки.
Эта точка зрения подтверждается аналогией с другими
философскими дисциплинами. Например, философия
медицины — это философия, а не медицина; философия истории —
это философия, а не история и т.д. Другими словами, от того,
что рассматривает философия, она не перестает быть
философией, если уровень рассмотрения остается философским.
Можно сказать, что если социальная философия исследует
жизненный мир человека и общества в целом и во
взаимодействии со всевозможными детерминирующими его
факторами, то философия права анализирует: во-первых,
взаимодействие повседневной реальности жизнедеятельности человека
с системным миром, т.е. миром норм, законов, установлений,
предписаний; а во-вторых, — результаты взаимодействия
элементов системного мира с его правовыми институтами.
Например, религии и права, морали и права, искусства и права,
политики и права и пр. В-третьих, философия права
анализирует правовую реальность, которая детерминирована сферами
общества, т.е. она выступает как экономическая, социальная,
политическая, духовная правовая реальность.
Таким образом, для познания правовой реальности
следует обращаться к исследованию жизненного мира человека,
понимаемому, во-первых, в единстве двух горизонтальных

2.2. Аксиологические проблемы философии права... 23
уровней (повседневном и системном) и, во-вторых, в таких
вертикальных, пронизывающих горизонтальные уровни
системах, как «человек — природа», «человек — человек»,
«человек — общество», «человек и его "Я"». В то же время эта
правовая реальность жизненного мира человека органично связана
с правовой реальностью всех сфер жизни общества. Именно
эти взаимодействия и формируют правовую реальность как
объект философии права.
В едином объекте заключен и предмет философии права
как философской дисциплины, исследующей наиболее общие
принципы взаимодействия повседневной реальности человека
с системным миром, всеобщие принципы существования,
познания и преобразования правовой реальности.
2.2. Аксиологические проблемы
философии права и социальной
философии: объект, предмет,
проблемное поле
Исследованием ценностей, их природы, сущности, функций,
детерминационных связей и отношений занимается
аксиология (учение о ценностях).
Многие гуманитарные и общественные науки
обращаются к проблеме ценностей, указывая не только на их роль в той
или иной сфере человеческой жизнедеятельности, но и на
сущность. К таким отраслям знания относится философия права,
исследующая феномены справедливости, свободы, общего
блага, равенства, правосудия, ответственности, намерения, вины
и т.п. В древнегреческой мифологии богиня правосудия Фемида
изображалась с повязкой на глазах (символ беспристрастия),
с весами в одной руке и мечом в другой. То есть уже древние
мыслители заметили ценностно-оценочный характер
человеческих поступков, их последствий.
Для того чтобы лучше понять объект и предмет философии
права, сравним его с объектом и предметом аксиологии как
социально-философской отрасли знания.
Прежде всего, у философии права и социально-философской
аксиологии разные объекты: у философии права — правовая
реальность, у аксиологии — система ценностей общества и
жизненного мира человека. Конечно, правовая реальность
содержит ценности, но это ценности не вообще, а лишь правовые.

24 Глава 2. Философия права, общая... и социальная философия
В то время как аксиология анализирует ценности жизненного
мира человека и общества.
Предмет философии права и аксиологии общий, собственно
философский: наиболее общие принципы и их познание
(каждой конкретной формы бытия). Но в философии права это
наиболее общие принципы правовой реальности и их познание,
в аксиологии предметом являются наиболее общие принципы
системы ценностей жизненного мира человека и общества
и их познания.
И философия права, и аксиология—дисциплины социально-
философские, их объекты — наиболее общие социально-
философские закономерности как соотношение
материального и идеального, материального и духовного, объективного
и субъективного, индивидуального-межиндивидуального-
надындивидуального, личностного и массового, природного
и социального, внешнего и внутреннего, божественного и
человеческого.
Как любые науки, и философия права, и аксиология
обращаются к общефилософской методологии: к категориям
диалектики (явление — сущность, форма — содержание,
возможность — действительность, случайность — необходимость,
хаос — порядок, система — структура — элемент, единичное —
особенное — общее, причина — следствие, фактор — условия,
закон — закономерность — тенденция, изменение — развитие
и др.),; к категориям диалектической логики (конкретное —
абстрактное, историческое — логическое) и метафизическому
методу. В ст. 2 Конституции Российской Федерации сказано:
«Человек, его права и свободы являются высшей ценностью»,
в ст. 17 — «Основные права и свободы человека не отчуждаемы
и принадлежат каждому от рождения».
Наличие общего с аксиологией предмета и общей
философской и социально-философской методологии значительно
обогащает философию права при исследовании правовых
ценностей. Такое взаимодействие способствует формированию
теории правовой (юридической) аксиологии, которая определяет,
должен ли социальный объект активно бороться за выбор тех
или иных правовых ценностей и их осуществление, или их
возникновение стихийно, происходит без сознательного участия
человека. Именно философия права исследует объективный
и субъективный характер ценностей, роль потребностей и
интересов людей, других не правовых ценностей в формировании
ценностей и их развитии.
Сегодня, когда нашему обществу так необходимо
обеспечить экономический рост, социальную гармонию, политиче-

Контрольные вопросы и задания 25
скую стабильность и духовное возрождение, консолидировать
бизнес, власть и общество, важно не только
законодательно обеспечить эти процессы. Важно, чтобы законы отвечали
уровню развития и общественных отношений, и имеющихся
материальных и социокультурных ресурсов, с одной стороны,
и, с другой стороны, выражали ценностные правовые
ориентации всех граждан. В этом отношении учет аксиологической
природы правовой реальности в правотворчестве и в
правоприменении имеет первостепенное значение.
Литература
1. Иконникова, Г. И. Основы философии права / Г. И.
Иконникова, В. П. Ляшенко. — М., 2001.
2. Нерсесянц, В. С. Философия права / В. С. Нерсесянц. — М.,
2008.
3. Плотников, И. С. Введение в философию права / Н. С.
Плотников, М.А. Колеров.— М., 1995.
4. Тихонравов, Ю. В. Основы философии права / Ю. В. Тихо-
нравов. —М., 1997.
Контрольные вопросы и задания
1. Что такое правовая онтология?
2. В чем общность социальной философии и философии
права? Перечислите особенности каждой из этих наук.
3. В чем суть аксиологического аспекта философии права?

Глава 3
ФИЛОСОФИЯ ПРАВА
И ГУМАНИТАРНОЕ ЗНАНИЕ
3.1. Философия права и юридические
науки
Актуальность проблемы объекта и предмета философии
права во многом обусловлена тем, что в советское время
философия права не выделялась в самостоятельную отрасль
философского знания. Общие вопросы права рассматривались в
рамках юридической дисциплины «Теория государства и права».
Попытка некоторых юристов (Д.А. Керимов, B.C. Нерсесянц,
В. А. Туманов) вычленить в юридическом знании философскую
составляющую привели к тому, что философия права стала
определяться как часть юридической теории, как наиболее
общий уровень учения о праве. Философы же, к сожалению,
свели интерпретацию права лишь к одному его аспекту —
правосознанию.
Действительно, и у теории, и у философии права один
объект — правовая реальность. И в этом выражается взаимосвязь
двух систем знания, позволившая некоторым исследователям
относить философию права к юридической науке. Так, В. С.
Нерсесянц утверждает, что «философия права... постепенно
оформляется в качестве самостоятельной юридической (выделено
нами. — Г. И., В.Л.) дисциплины общенаучного статуса и
значения»1. Другие авторы не столь категоричны, но по существу
выражают ту же точку зрения.
Еще Г. Гегель, С. Е. Десницкий, А. П. Куницын, В. С. Соловьёв
и другие корифеи философско-правовой мысли считали
философию права философским знанием. Например, Г. Гегель усма-
Нерсесянц В. С. Философия права. М., 1998. С. 16.

3.1. Философия права и юридические наука 27
тривал различие между философской наукой о праве и
юриспруденцией в том, что последняя занимается позитивным правом
(законодательством), а философия дает сущностное понятие
правовой реальности и форм ее существования
(правоотношений, правосознания, правовой деятельности).
У философии права и юриспруденции разные предметы
исследования. Как уже отмечалось, предметом философии права
является учение о наиболее общих принципах правовой
реальности и ее познание. Предмет юридических наук —
исторические правовые нормы и юридические законы в их соотношении
и единстве. Это единство выступает как законная и
официальная сила в системе общественных отношений (экономических,
финансовых, трудовых, семейных, экологических,
международных, социальных, политических и др.).
Юридические науки осуществляют юридизацию
познаваемой действительности, ее постижение в форме определенной
правовой действительности и выражения в виде
соответствующей системы юридических понятий, сформулированных в
праве, юридических законах и их кодексах. Например,
Гражданский кодекс, Земельный кодекс, Жилищный кодекс, Уголовный
кодекс, Семейный кодекс и др.
Таким образом, философия права и юриспруденция, в том
числе ее теория и методология (общая теория государства
и права), имеют общий объект, но различные предметы
исследования.
Тем не менее, было бы неправильно противопоставлять
философию права и юридическую науку. С одной стороны, как
и всякая частная наука, она использует категории,
заимствованные у философской системы знаний — «право», «закон»,
«общество», «человек», «индивид», «личность», «государство»,
«культура», «мораль», «религия», «государство» и др. С другой
стороны, философия права оперирует и собственными
понятиями, необходимыми и в юриспруденции — например,
«правомерное» и «неправомерное поведение», «преступление»,
«законность», «законодательство», «правосудие», «обязанность»,
«вина», «умысел», «вред», «злоупотребление» и др.
Как известно, теория государства и права занимает особое
место в системе юридических наук, являясь их методологией
и вооружая знаниями о тенденциях, законах возникновения,
развития, функционирования права и государства. Философия
права в свою очередь является методологией теории
государства и права.
Наконец, обе эти системы знаний служат методологической
основой для конкретных (частных) юридических наук. Различие

28 Глава 3. Философия права и гуманитарное знание
лишь в том, что общая теория права выступает
непосредственной методологией, а философия права — общей методологией,
позволяющей исследовать правовую реальность на уровне ее
природы, характера, детерминационных связей и отношений,
а не только сущности (что делает любая наука).
3.2. Философия права и другие науки
Философия права имеет общие грани и с другими научными
дисциплинами — социологией, политологией, этикой и др.
Так, во второй половине XX в. юристы пытались решать
многие правовые вопросы, опираясь на социологию. Напомним,
что социология преимущественно изучает индивидов и их
социальные свойства, акты-действия, причины и закономерности
в поведении людей, судьбы личностей, исторические тенденции
изменения жизни человека1. Следовательно, социологическая
грань правовой теории связана преимущественно с фактами,
поведением людей «как вещей».
С точки зрения социологии, право — это процесс,
осуществляемый в судах, административных учреждениях, судебно-
исполнительных органах, юридических конторах, на деловых
переговорах частных лиц разных профессий и разного
общественного положения. Это право реализуется в ходе
использования, истолкования, создания и применения социальных
норм с юридически обязательной силой действия. При этом
социальные нормы обеспечены правовой санкцией
политически организованного общества. Социология исследует действие
норм, деятельность людей по их использованию и
обстоятельства их применения.
Этот аспект правовой тематики и выступает предметом
социологии права как относительно самостоятельной
дисциплины социологического знания.
Философия права, как было сказано выше, имеет иной
предмет исследования и в отличие от социологии права является
знанием не эмпирическим, а теоретическим.
Тем не менее, обе отрасли знания объединяет общая
исходная установка о том, что право существует в социальной
сфере и правовая реальность может быть понята лишь в
социальном контексте.
1 См.: Сорокин П. Человек. Цивилизация. Общество. М., 1992.
С. 531—534.

3.2. Философия права и другие науки 29
В таком же ракурсе некоторые правовые вопросы
исследует и политология — отрасль знания о теории и технологии
политики и власти, методологии осуществления политических
прогнозов и оценок.
Философия права и политология генетически
взаимосвязаны через философию политики: развитие как философско-
правовой, так и философско-политико-правовой мысли шло
в русле философских учений. Основы обеих наук были
заложены античными философами — Платоном, Аристотелем,
Цицероном, мыслителями эпох Возрождения и
Просвещения — Н. Макиавелли, Ф. Бэконом, Т. Гоббсом, Дж. Локком,
Ш. Монтескье, И. Кантом, Г. Фихте, Г. Гегелем,
основоположниками диалектико-материалистической философии К.
Марксом и Ф. Энгельсом.
Взаимосвязь философии права и политологии
проявляется, в частности, в том, что политика реализуется посредством
права, а право зависит от политики. Это требует
философского обоснования.
В XX столетии судьбы политологии и философии права
в России оказались сходными: в советский период они были
«заменены» историческим материализмом, а с конца 80-х
годов началось их возрождение.
Необходимо отметить и различия между этими
дисциплинами. Прежде всего, философия права рассматривает не
частности, не вопросы технологии, не конкретные государства
и формы власти, а наиболее общие принципы взаимодействия
права и власти, права и политики, политики и закона, политики
и правотворчества, политики и правопорядка. Кроме того, эти
явления исследуются с позиции не политического, властного
интереса, а с точки зрения общечеловеческих ценностей,
развития мировой культуры.
Философия права взаимосвязана и с относительно молодой
и бурно развивающейся дисциплиной — философской
антропологией. Для философии права правовая реальность
немыслима вне человека как правового существа. Права вне
человека нет и не может быть. Но человек в различных ситуациях
ведет себя по-разному, в нем сочетается природное и
социальное. Поэтому философия права, опираясь на достижения
философской антропологии, учитывает двоякую сущность
человека: естественную — саму человеческую жизнь и
социальную — его взаимосвязь с другими людьми и обществом
в целом.
Знания субъективных свойств человека относятся к сфере
не только философски-антропологической, но и к философско-

30 Глава 3. Философия права и гуманитарное знание
правовой. Сегодня, в век новых технологий, генной инженерии,
изменение человеческой природы путем искусственного
оплодотворения, клонирования и т.п. стало реальностью.
Очевидно, что эти проблемы требуют не только технологического или
философско-антропологического, но и философско-правового
осмысления.
Таким образом, философия права тесно связана со
многими системами знаний (общей теорией права, социологией,
политологией, этикой, философской антропологией), имея
с ними общий объект исследования — человека и его
жизненный мир, общество.
В то же время у философии права имеется собственный
предмет — исследование наиболее общих принципов
правовой реальности как взаимодействия жизненного мира
человека с частью его системного мира, который выражен правом
и юридическими законами. Будучи составной частью
социальной философии, философия права имеет аналогичное ей свое,
«внутреннее» строение.
К философии права как научной дисциплине относятся:
— философско-правовая онтология или учение об
основных принципах, формах, способах существования и
развития правовой реальности; человеке как правовом существе,
взаимодействии жизненного мира человека и правовой
реальности, взаимосвязях общества и правовой реальности;
праве и юридических законах, правосознании,
правоотношениях, правовой культуре и других феноменах правовой
реальности;
— философско-правовая гносеология и юридическая
эпистемология как учения о методах и логике научного познания
и толкования правовой реальности; о соотношении
эмпирического и теоретического, рационального и иррационального,
объективного и субъективного, относительного и абсолютного
в познании правовой реальности;
— философско-правовая аксиология как учение о
смысле права, его назначении как ценности; о соотношении
утилитарного и неутилитарного, научного и идеологического
в праве; о праве как справедливости и общем благе; свободе
и ответственности, правовых ценностных установках и ориента-
циях;
— философско-правовая праксиология как учение о
практическом законотворчестве и практической реализации права,
о принципах правовой деятельности.

Контрольные вопросы и задания 31
Литература
1. Алексеев, С. С. Философия права / С. С. Алексеев. — М.,
1997.
2. Иконникова, Г. И Основы философии права / Г. И.
Иконникова, В. П. Ляшенко. — М., 2001.
3. Малахов, В. П. Философия права. Формы теоретического
мышления о праве / В. П. Малахов. — М., 2009.
4. Нерсесянц, В. С. Философия права / В. С. Нерсесянц. — М.,
2008.
Контрольные вопросы и задания
1. Как взаимосвязаны философия права и общая теория
государства и права?
2. В чем различия философии права и других дисциплин —
политологии, социологии, философской антропологии,
социологии права?
3. Какие аспекты философского знания включает
философия права?

Глава 4
ФУНКЦИИ ФИЛОСОФИИ ПРАВА
Философия права, как любая научная система, выполняет
ряд функций, совокупность которых и определяет ее
теоретические возможности.
Важнейшая из них — онтологическая — состоит в том,
что философия права своими методами исследует природу
и сущность правовой реальности, ее способы и формы
существования.
Гносеологическая функция заключается в способности
философии права содействовать познанию правовой
реальности и обеспечивать научность этого процесса.
Мировоззренческая функция позволяет философии права
вырабатывать наиболее общие представления (знания) о
правовой реальности, месте человека во взаимодействии системного
мира с повседневной реальностью и обеспечивать адекватное
знание о жизненном мире.
Методологическая функция выражается в том, что
философия права располагает общим алгоритмом исследования
правовой реальности, вооружает конкретные юридические
науки и человека системой научных методов познания и
преобразования правовой реальности.
Аксиологическая функция связана с оценочным
исследованием сущего и должного, правомерного и неправомерного,
законного и незаконного. В этом отношении философия права выступает
и как мировоззрение, и как методология, и как технология.
Наконец, философия права выполняет воспитательную
функцию, интегрирующую все перечисленное. Так, знание о том,
что Сократ поставил долг выше жизни, вызывает уважение и
восхищение этим поступком, а знание о том, что суд над Сократом
был неправым, учит будущего специалиста быть основательным,
тщательно взвешивать при оценке какого-либо события.
Комплекс познавательных возможностей философии
права ориентирует на критическое отношение к правовой реаль-

4.1. Онтологическая функция 33
ности, на выявление противоречий между сущим и должным,
свободой и необходимостью, справедливостью подлинной
и справедливостью мнимой.
Наконец, философия права необходима специалисту для
практической деятельности, для обретения знаний и навыков
по оптимизации правоотношений, для выработки умения
формировать правосознание, для выявления условий и факторов
совершенствования правовой действительности.
Конечно, философия права не претендует на положение
«науки всех наук», тем более она не подменяет другие системы
знаний. Напротив, философия права реализует функции во
взаимодействии и при согласовании с другими общественными,
гуманитарными и специальными науками. Она тесно связана
с практикой формирования правосознания, воспитания
образованного, теоретически подготовленного и методологически
вооруженного правового человека XXI в.
4.1. Онтологическая функция
Философское знание о бытии — онтология — является
важнейшей ее частью. Именно онтология позволяет уяснить
основные первоначала мира: материальное — духовное,
природное — общественное, личностное — надличностное,
индивидуальное — надындивидуальное, человеческое —
космическое — божественное, объективное — субъективное.
Социальная философия включает философское учение
о наиболее общих принципах строения общества и
жизненного мира человека, исследуя их проявления как объективных
и субъективных, материальных и духовных, природных и
общественных, индивидуальных и надындивидуальных явлений
и процессов. Социально-философская онтология позволяет
раскрыть природу явлений (материальная, идеальная;
человеческая, космическая, божественная), их характер (объективный,
субъективный, субъектно-объектный, объектно-субъектный,
субъектно-субъектный), сущность (единство природы и
характера), основные формы бытия (социальное пространство и
социальное время, уровни и формы детерминации).
В отличие от социально-философской онтологии фило-
софско-правовая онтология решает две функциональные задачи:
во-первых, она обращается к задачам, выдвинутым социально-
философской онтологией, но применительно к своему объекту —

34 Глава 4. Функции философии права
правовой реальности; во-вторых, позволяет осмыслить на
сущностном уровне явления, относящиеся к правовому бытию:
— человек как правовое существо;
— связь повседневной с правовой реальностью;
— связь системного мира с правовой реальностью;
— связь жизненного мира с правовой реальностью;
— связь общества с правовой реальностью;
— отношение законов общества и законов государства;
— право и закон в системе правовой реальности;
— государство и власть в системе правовой реальности;
— правосознание, право, правовая реальность;
— правосознание в системе общественного сознания;
— правоотношения в системе общественных отношений;
— правовая культура и цивилизация и др.
Таким образом, правовая онтология позволяет юристам
исследовать право в целом: и в системе жизненного мира
человека (исходя из сущности человека как правового существа),
и в общественных связях и отношениях как целостной
системы. Онтологически постигаемая сущность права носит
объективный характер, в то же время воля государства,
возможный исходящий от нее произвол делают право субъективным.
Именно поэтому закон (позитивное право), то есть то, что
в социально-властном (государственном) порядке установлено
и считается принудительно-обязательным правом, может как
соответствовать сущности права (т.е. быть правовым явлением,
правовым законом), так и противоречить этой сущности (т.е.
быть неправовым явлением, лжеправовым, правонарушающим,
противоправным законом).
Известно, что изучение философией правовой реальности
началось с разделения права на позитивное (положительное)
и естественное. Суть естественного права заключается в том, что
наряду с правом, созданным людьми и выраженным в законах,
существует естественное право — сумма требований,
выработанных без какого-либо людского участия, самой, натуральной
жизнью общества, «природой», объективными условиями
жизнедеятельности, естественным ходом вещей. К таким
требованиям относятся, например, право первенства, право старшинства,
право народов на определение своей судьбы и т.д.
Позитивное право — это существующий в законах и иных
документах фактически осязаемый (и потому позитивный)
нормативный регулятор, на основе которого определяется
юридически дозволенное и недозволенное поведение и
юридически обязательные решения, выносимые судами и другими
государственными учреждениями.

4.2. Аксиологическая функция 35
Позитивное право представляет собой институциональное
образование: оно существует в виде внешне
объективированных институтов, формализованных юридических норм,
выраженных в законах и иных общеобязательных нормативных
юридических документах.
В связи с тем, что юристы разрабатывают позитивное право,
совершенствуют его, они не могут руководствоваться в работе
лишь сравнением, соотнесением позитивного и естественного
права. Им приходится обращаться и к другим правовым
явлениям, которыми богато общество и жизненный мир человека.
Поэтому онтологические проблемы философии права имеют
определяющее теоретико-методологическое значение для
научного правопонимания и способствуют развитию
юридических наук.
4.2. Аксиологическая функция
Право, юридические законы, правоотношения, правовой
порядок, да и вся правовая реальность оказались в фокусе
сегодняшней общественной жизни, социальных требований и ожиданий
различных социальных и этнических групп России. «Дайте нам
хорошие законы!» — слышится со всех сторон от
хозяйственников, деятелей культуры, науки, образования, крестьян, рабочих,
военнослужащих и пр. На уровне обыденного сознания люди
постоянно оценивают правовую реальность, говорят о
справедливости и несправедливости, ответственности и безответственности,
свободе и несвободе, равенстве и неравенстве, законном и
незаконном интересе, злоупотреблениях и общем благе и т.д.
Философия права позволяет раскрыть подлинный смысл
права и явлений, связанных с ним, их ценностное бытие и значение
в жизни людей. На теоретическом уровне философско-правовая
аксиологическая функция особенно значима: она предполагает
рассмотрение правовой реальности не только как объективно
существующей, но и зависящей от социальных субъектов:
государства, классов и социальных групп, этносов, политических
и общественных организаций, отдельных личностей.
В поле философско-правового интереса находятся функции
государства, его власти: законодательная, законоприменитель-
ная и законозащитная. Аксиологическая функция философии
права выражает понимание права, которое исходит из
установления и защиты государством законов, основанных на мере
социальной и личной свободы, справедливости и равенстве.

36 Глава 4. Функции философии права
Правовая аксиология выражает соотношение права и
морали, меру гуманности. Эта мера, как известно, меняется с
изменением представлений о добре и зле, нравственном и
безнравственном, а также с изменением места человека в системе
общественных отношений.
Следовательно, аксиологическая функция философии права
направлена, с одной стороны, на раскрытие роли объективных
и субъективных ценностей в правей с другой, — на раскрытие
роли моральных и религиозных принципов. Многие
исследователи считают, что право наполняется духовным смыслом,
опираясь не только на политическую силу или законы, но и на
моральные и религиозные принципы. На смену периоду отделения
права от других форм культуры приходит время воссоединения
права с целостной культурой человечества, выдвигается
концепция «живого права», в которой оно предстает мерой
культурного развития общества.
4.3. Гносеологическая, методологическая
и праксиологическая функции
Философия права в широком гносеологическом смысле
занята поисками объективной истины в правовой реальности,
т.е. поисками знаний о правовой реальности, которые не
зависят ни от человека, ни от человечества.
Как уже говорилось, философия права выполняет по
отношению к юридическим наукам методологическую функцию.
Под методологией понимается и учение о методах познания,
и теория, используемая для анализа любых явлений (и
материальных, и духовных).
Когда юрист обращается к философской методологии как
учению о методах, то его интересуют и общефилософские
методы (диалектика и метафизика), и общенаучные методы
(анализ, синтез, сравнение, аналогия, идеализация, моделирование,
описание, наблюдение и др.), и социально-философские методы
(системно-структурный, структурно-функциональный, форма-
ционный, цивилизационный, сферный подход, мотивационный
подход, феноменологическая редукция, экзистенциальный
подход и др.). В этом случае исследователь обращается к
рассмотрению собственно философских проблем
(материалистическое понимание истории, феноменологическая концепция
жизненного мира человека, экзистенциалистское рассмотре-

4.3. Гносеологическая... и праксиологическая функции 37
ние свободы человека, либертарно-юридическое понимание
общественной жизни и др.).
Когда исследователь использует теорию как методологию,
возникает опасность предвзятого, субъективистского
толкования права и правовой реальности. Так, марксисты считают
материалистическое понимание истории единственно
научным учением, а представители либерализма считают таковой
свою философию. Возникает вопрос: возможно ли непредвзятое
осмысление правовой реальности? Если да, то какова
методология такого познания?
Следует иметь в виду, что объективное познание возможно,
когда философия права не подменяет теоретическую
юриспруденцию, а занимается исследованием основных принципов или
оснований правовой реальности. Это предполагает, во-первых,
одинаковую применимость разных учений, способствующих
выявлению и объяснению таких общих принципов; во-вторых,
обращение к различным теоретико-мировоззренческим идеям,
что содействует выходу за пределы стереотипов,
господствующих в юридических науках.
Не вызывает сомнения, что теоретическая задача
философии права заключается в разработке категорий,
позволяющих углубленно познавать правовую реальность и в первую
очередь ее основания.
Следует заметить, что философы не занимаются решением
этой задачи: им не хватает, очевидно, и юридических знаний,
и тем более опыта законодательной или правоприменительной
деятельности. Именно поэтому юристам-теоретикам
приходится разрабатывать философско-правовые проблемы, в том числе
категории. В свою очередь юристам зачастую не хватает
философской культуры. Авторы настоящего учебника видят выход
в творческом союзе философов и юристов.
Философия права, исследуя соотношение сущего и
должного, ставит решение этой проблемы в плоскость взаимодействия
теории и практики. Правовая практика — это специфическая
деятельность людей, связанная с развитием,
совершенствованием, сменой системы общественных отношений или их видов
и типов на основе правовых норм и законов государства, его
властных полномочий.
Философия права позволяет понять сложность правовой
практики: ее включенность как в общественную практику, так
и в общественно-историческую деятельность людей.
Праксиологическая функция философии права проявляет
себя в осмыслении собственно правовой деятельности:
законотворческой, правоприменительной и правозащитной.

38 Глава 4. Функции философии права
Основные выводы по разделу I
Во-первых, философия права имеет частично общий объект
с социальной философией; во-вторых, предмет ее исследования
философский: наиболее общие основания (принципы) в своем
объекте исследования (правовой реальности) (см. табл. 1).
Таблица 1
Научная
отрасль знания
Философия
Социальная
философия
Философия
права
Объект
Весь мир:
природа,
общество,
человек,
познание
мира
Общество
и
жизненный мир
человека
Правовая

реальность (см.
табл. 2)
Предмет

Наиболее общие
основания
(принципы)
бытия и его
познания

Наиболее общие
основания
(принципы)
общества
и
жизненного мира
человека и их
познание

Наиболее общие
основания
(принципы)
правовой
реальности
и ее
познания
Исследовательское поле
Материальное —
идеальное,
объективное — субъективное,
природное —
человеческое — божественное;
время, пространство,
движение — развитие; человек
в мире и мир в человеке,
природа — общество,
человек —личность —
массы, культура — цивилиза-
цияидр.
Материальное —
идеальное, объективное —
субъективное,
природное — общественное,
индивидуальное —
межиндивидуальное —
надындивидуальное,
личностное — массовое;
экономическое —
политическое —
социальное — духовное;
социальное— общественное;
индивид — человек —
личность — масса и др.
Материальное —
идеальное в правовой
реальности; материальное —
духовное в правовой
реальности;
объективное — субъективное,
природное — общественное,
биологическое —
социальное, индивидуальное —
социальное, личностное —
массовое в правовой
реальности и др.

Основные выводы по разделу I 39
В связи с тем, что правовая реальность рассматривается
через обращение к проблемам жизненного мира человека и
общества как целостной системы, философия права по объекту
исследования относится к социально-философской отрасли
знаний (см. табл. 2).
Таблица 2
Научная
отрасль
знания

Социальная

философия

Философия
права
Рассмотрение
жизненного мира
человека
1. Жизненный
мир человека —
это повседневная
реальность и
системный мир
2. Повседневная
реальность —
обычная,
привычная, изо дня в день
повторяющаяся
жизнь человека
3. Системный
мир — мир норм
и институтов
общества. Эти миры
взаимодействуют
в системах
«человек— природа»,

«человек—человек», «человек—
общество»,
«человек и его "Я"»
Полностью

принимается социально-
философское
рассмотрение
жизненного мира
человека, только
конкретизируется
правовая
реальность в системах
«человек —
природа», «человек —
человек»,
«человек — общество»,
«человек и его
"Я"»
Рассмотрение общества
и права
1. Общество состоит
из экономической,
политической, социальной,
духовной сферы. Оно
целостная система
2. Общество всегда
конкретно-исторично.
Право и юридические
законы пронизывают
общество и жизненный мир
человека
Право исследуется в
системе общества:
1) правоотношения —
в системе общественных
отношений
(экономических, социальных,
политических, духовных,
экологических);
2) правосознание — в
системе общественного
сознания;
3) правовая культура —
в системе культуры;
4) правопорядок — в
системе общественного порядка;
5) право и
государственная власть — в системе
политических отношений
Понимание
правовой
реальности
Правовая
реальность—
это результат

взаимодействия
жизненного
мира
человека
(повседневной
реальности)
с частью его
системного
мира,
которая
выражена правом
и
юридическими
законами
(политика, мораль,
религия,
традиции,
обычаи и пр.)
Правовая
реальность
исследуется:
1) на основе
ее

но-философского
определения;
2) в системе
общества

40 Глава 4. Функции философии права
Во-первых, у философии права и юридических наук (в том
числе теории права и государства) общий объект — правовая
реальность. Во-вторых, у философии права свой предмет —
наиболее общие принципы правовой реальности и ее познания,
а у юридических наук — нормы права, юридические законы,
регулирующие общественные отношения (см. табл. 3).
Таблица 3
Научная
отрасль
знания
Теория
и история
права и
государства
(как
теория и
методология

юридических наук)

Юридические науки

(отраслевые)
Философия
права
Объект
Правовая

реальность
Правовая

реальность
Предмет
Законы
возникновения,
функционирования
и развития права
и государства
Законы,
выражающие
конкретные,
определенные виды
регулирования
общественных
отношений
Наиболее
общие принципы
правовой
реальности и ее
познание
Проблемное поле
Виды и формы
государства. Объективное и
субъективное право.
Правонарушение, проступок,
преступление, органы
управления: федеральные,
местные, норма права
В каждой отрасли права
свое проблемное поле.
Например, в гражданском
праве рассмотрение прав
и обязанностей граждан
в системе экономических
отношений: договоры,
наследование имущества,
различного рода сделки
и т.п.
Онтологические
проблемы: правовое
бытие — правовая
реальность — правовая
действительность; человек
как правовое существо;
материальное —
идеальное, материальное —
духовное; объективное —
субъективное в правовой
реальности и др.
Аксиологические
проблемы: свобода,
ответственность, справедливость,
равенство, общее благо и др.
Гносеологические
проблемы: границы и
возможности познания правовой
реальности и др.

Контрольные вопросы и задания 41
Литература
1. Алексеев, С. С. Философия права / С. С. Алексеев. М.,
1997.
2. Баскин, Ю. Я. Очерки философии права / Ю. Я. Баскин. —
Сыктывкар, 1996.
3. Иконникова, Г. И. Основы философии права / Г. И.
Иконникова, В. П. Ляшенко.— М., 2001.
4. Лейст, О. Э. Сущность права. Проблемы теории и
философии права / О. Э. Лейст.— М. : Зерцало-М, 2002.
5. Малахов, В. П. Основы философии права : учеб.
пособие / В. П. Малахов.— М. : Академический проект :
Культура, 2005.
6. Моисеев, С. В. Философия права : курс лекций / С. В.
Моисеев.— Новосибирск : Сибирское университетское
издательство, 2003.
7. Нерсесянц, В. С. Философия права / В. С. Нерсесянц. — М.,
2008 и другие издания.
8. Плотников, Н. С. Введение в философию права / Н. С.
Плотников, М.А. Колеров. — М., 1995.
9. Тихонравов, Ю. В. Основы философии права / Ю. В. Тихон-
равов.— М., 1997.
10. Философия права: учебник / под ред. О. Г. Данильян. —
М. : Эксмо, 2006.
Контрольные вопросы и задания
1. Назовите основные функции философии права как
научной дисциплины.
2. Какие задачи решает философско-правовая онтология?
3. Что выражает аксиологическая функция философии
права?
4. Каково значение гносеологической и методологической
функций философии права для юриспруденции?

РАЗДЕЛ II
Генезис, динамика и развитие
философско-правовои мысли

Глава 5
ОСНОВНЫЕ КЛАССИФИКАЦИИ
РАЗВИТИЯ ФИЛОСОФСКО-
ПРАВОВОЙ МЫСЛИ
5.1. Типология философско-правовых
концепций по исходным теоретическим
основаниям
Философия права имеет множество аспектов.
Доминирование того или иного аспекта в интерпретации правовой
реальности предопределяет и обусловливает необходимость
выделения в целостном философско-правовом знании его
концептуальных разновидностей.
Философско-правовой идеализм объединяет
представления о правовой реальности как порождении Духа, инобытии
Идеи, понятий и т.п. (Фома Аквинский, Г. В. Ф. Гегель, В. С.
Соловьёв).
Философско-правовой материализм выражает
противоположную точку зрения и обосновывает вторичность права как
отраженного в общественном сознании материального
бытия, материальных отношений между людьми. К философско-
правовому материализму следует отнести и натуралистические
концепции, выводившие различные правовые системы
непосредственно из природных условий — климата, географического
положения и т.п. (Ш. Монтескье, Т. Гоббс, К. Маркс).
Философско-правовой рационализм заключается в
обосновании знания как основополагающей составляющей
правовой реальности и главного условия существования права
(Сократ, Б. Спиноза, И. Кант, Г.В.Ф. Гегель).
Философско-правовой иррационализм основывается
на представлении о формировании и существовании правовой

5.1. Типология философско-правовых концепций... 45
реальности на основе дорациональных феноменов,
необъяснимых рациональными средствами,—воли (Ф. Ницше), чувства
солидарности (Э. Дюркгейм), интуиции или «жизненных
порывов» (А. Бергсон).
Философско-правовой позитивизм ориентирует на
рассмотрение правовой реальности как совокупности единичных
фактов, «очищенных» от морали, политики и психологии,
верифицируемых или фальсифицируемых, а самого права — как
совокупности норм (О. Конт, Д. Остин, Г. Кельзен).
Философско-правовой персонализм отводит
определяющую роль в правовой реальности личности (persona). Именно
личность в этой концептуальной установке является целью
и ядром правовой реальности (H.A. Бердяев).
Разнообразие философско-правовых концепций
обусловлено не только тем, что существует много аспектов философии
права, но и тем, что различаются три основных вида права —
естественное, позитивное и гуманистическое.
Такой подход позволяет рассматривать природу права в трех
основных концепциях: 1) как естественного; 2) как
позитивного; 3) как естественного и позитивного. В этих концепциях
содержание и предметное поле философии права
определяется различением и соотношением естественного и
позитивного права (термин jus positivum — «позитивное право» возник
в римской и утвердился в средневековой юриспруденции).
Для сторонников юснатурализма (от jus naturale —
естественное право) естественное право — это единственное
подлинное право, право в собственном смысле слова, тогда как
государственно установленное и официально действующее право
(т.е. позитивное право) — право неподлинное, ненастоящее,
произвольное, искусственное, неестественное. Поэтому
философия права у юснатуралистов — это по сути философия
естественного права.
Естественное право (право повседневного мира человека)
в историко-юридической науке рассматривается как
притязания человека, следующие из его естественных потребностей,
из естественных условий его жизнедеятельности. Оно не
фиксируется в писаном законе. Естественное право непреложно,
категорично, неподвластно ситуации, и последствия его
нарушения неотвратимы.
Позитивное право (право системного мира человека) —
фиксированная в нормативных документах система требований
социальных институтов, выраженных в законе. Философия
позитивного права — это своего рода философское обоснование
легизма и позитивистского законоведения.

46 Глава 5. Основные классификации... философско-правовой мысли
Гуманистическое право (право жизненного мира
человека) представляет собой регулятивы взаимоотношений
человека в обществе, которые ориентированы в первую очередь
на человека, на правозаконность и господство
общедемократических принципов.
Из этих, самых общих, характеристик видов права
становится очевидным, что естественное право неизбежно сопрягается
с материалистическими и натуралистическими философско-
правовыми концепциями. Позитивное право обосновывается
преимущественно рационалистическими и позитивистскими
концепциями, а гуманистическое право неразрывно связано
с философско-правовым персонализмом и либерализмом.
5.2. Типология философско-правовых
концепций по идейно-политическим
основаниям
Г. В. Ф. Гегель заметил, что человек всегда выступает
против своей несвободы, а самым гуманным средством
превращения несвободы в свободу служит сама человеческая свобода как
превращенная действительность1. Именно об этой
действительности толкуют идеологи разных политических и общественных
организаций: коммунисты, демократы, либералы, социалисты,
монархисты, глобалисты, «зеленые» и т.п.
Философско-правовой либерализм провозглашает в
качестве оснований права либеральные ценности, прежде всего
свободу как альтернативу жесткой предопределенности,
зависимости от необходимости (на этой позиции стояли почти
все просветители XVIII—XIX вв.— от Ж.-Ж. Руссо до Б. Н.
Чичерина).
В современной России философско-правовой либерализм,
получивший название «либерально-юридической концепции
философии права», получил широкое распространение2.
Согласно данной концепции, сущность права — это формальное
равенство, которое трактуется и раскрывается как всеобщая и равная
мера свободы и справедливости в социальной жизни людей.
В. С. Нерсесянц считает либерально-юридическое понимание
права «предметнообразующим для всей философии права».
1 См.: Гегель Г В. Ф. Философия права. М., 1930.
2 См.: Нерсесянц В. С. Философия права. М., 1998.

5.3. Основные подходы к... философско-правовой мысли 47
Марксистское философско-правовое толкование
неоднородно, что связано, во-первых, с различным восприятием
учения К. Маркса и Ф. Энгельса о базисе и надстройке; во-вторых,
с разными интерпретациями права (как общественного
сознания; идеологических и материальных отношений; особого
вида деятельности в системе человеческой
жизнедеятельности); в-третьих, с разными интерпретациями взаимодействия
государства и права в реализации социальной справедливости,
личной и социальной свободы; в-четвертых, в различными
интерпретациями отношения государства к частной
собственности на средства производства и роли права в нем.
5.3. Основные подходы к классификации
мировой философско-правовой мысли
Для более глубокого понимания современности и более
точного прогнозирования необходимо проводить исторические
исследования и научно осмыслять историю развития
социальных явлений. Исторический обзор философии права служит
этим же целям.
Ретроспективно оценивая развитие философско-правовой
мысли, важно учитывать различные концептуальные установки.
Эти установки определяют подходы к осмыслению изменений,
происходивших в истории философии права.
Одним из наиболее древних, но сохранивших значение
до сегодняшних дней, является нормативистскии подход. Он
основывается на том, что развитие философии права
отождествляется с изменением самого права, с последовательным
переходом человечества от права естественного к позитивному
и далее — к гуманистическому. В рамках этой концептуальной
установки можно выделить философию естественного
права, философию позитивного права и философию
гуманистического права.
Второй подход — формационный, основывается на
марксистском материалистическом понимании истории. Согласно
данной концепции, право обусловливается экономическим
развитием, а общество последовательно переходит от одной
общественно-экономической формации к другой.
Устанавливается прямая зависимость между типом формации и фило-
софско-правовыми взглядами. С позиций диалектико-мате-
риалистической концепции выделяют философию права

48 Глава 5. Основные классификации... философско-правовой мысли
рабовладельческого, феодального, буржуазного и
социалистического общества.
В рамках третьего подхода — цивилизационно-аксиоло-
гического — история философии права рассматривается
через призму смены ценностей конкретной цивилизации. Так,
например, П. Сорокин связывал развитие философии права
с динамикой ценностей (идеациональных — связанных с
идеей Бога, идеалистических — связанных с ценностями-идеями
и чувственных — связанных с материальными благами) и
выделял такие ее разновидности, как философия
иррационального права, философия идеалистического права и
философия чувственного права
Четвертый подход — этатический. Основным фактором
динамики философско-правовой мысли выступает изменение
государства. Так, по мнению К. Р. Поппера, изменяет общество не
социальная революция, а система правовых институтов. В силу этого
государство, его политика определяют философию права, а сама
философия права развивается по двум равноценным
направлениям — рациональному (Платон, И. Кант, Г. Гегель, К. Маркс) и
иррациональному (А. Бергсон, В. Дильтей, Ф. Ницше, Э. Берк).
В данном учебном пособии авторы не отдают
предпочтения ни одному из подходов, полагая, что философия права, ее
история должна рассматриваться комплексно, с учетом
положительного в каждом подходе.
Литература
1. Баскин, Ю.Я. Очерки философии права / Ю.Я. Баскин.—
Сыктывкар, 1996.
2. Гегель, Г. В. Ф. Философия права / Г. В. Ф. Гегель. — М.,
1930 и др. издания.
3. Ершов, Ю. Г Философия права : материалы лекций / Ю. Г.
Ершов.— Екатеринбург, 1995.
4. Малинова, К П. Философия права: от метафизики к
герменевтике / И. П. Малинова. — Екатеринбург, 1995.
5. Нерсесянц, В. С. Философия права / В. С. Нерсесянц. — М.,
2008.
6. Плотников, К С. Введение в философию права / Н. С.
Плотников, М.А. Колеров. — М., 1995.
7. Тихонравов, Ю. В. Основы философии права/Ю. В. Тихон-
равов.— М., 1997.

Контрольные вопросы и задания 49
Контрольные вопросы и задания
1. Перечислите основные философские концепции права.
2. Каковы концептуальные разновидности философии права?
3. Какие существуют виды права?
4. Какие идейно-политические концепции философии
права вы знаете?
5. Какие подходы существуют к логике изменения
философии права?
6. Каково значение философии права для формирования
мировоззрения специалиста?

Глава 6
ФИЛОСОФСКО-ПРАВОВЫЕ
УЧЕНИЯ ДРЕВНЕГО ВОСТОКА
И ДРЕВНЕГО ЗАПАДА
По мере развития человечества, с образованием первых
государств происходит постепенный отход от мифологии, на смену
которой приходят философия и религия как формы
общественного сознания. В их нормах закрепляются традиции
человеческой жизнедеятельности. Среди норм функционируют и нормы
права. В религии утверждается идеациональное
(божественное) право, в философии разрабатываются идеи
естественного и позитивного права. Так, в Древней Индии порядок был
определен мировым законом «рта» или «драхма»; в Древнем
Китае — взаимодействием первоначал инь и ян.
С появлением позитивного права, опиравшегося на
писаные законы, происходит дальнейший отход от мифологической
и идеациональной версий, возникают первые философско-
правовые воззрения. Зарождается наивная, стихийная
философско-правовая мысль на основе здравого смысла,
многолетних наблюдений и догадок.
6.1. Философско-правовая мысль Древней
Индии и Древнего Китая
Специфику социальной, этнографической и культурной
жизни Древней Индии отразила философская мысль, в том
числе и философско-правовые воззрения.
Древнеиндийская философия делится на 3 этапа: 1)
ведический период (VI—V вв. до н.э.); 2) послеведический
период (примерно V—II вв. до н.э.); 3) период философских сутр

6.1. ...правовая мысль Древней Индии и Древнего Китая 51
(IV—III вв. до н.э.). Исследователи индийской философии
отмечают ее традиционность, связанную с сохранением идей
таких ведических школ, как санкхья, вайшешика, а также
послеведических школ — философии буддизма, джайнизма,
чарвака.
Наиболее разработанные философско-правовые идеи
характерны для философии буддизма и джайнизма. Возникнув в виде
протеста против кастового гнета, запутанности и громоздкости
обрядов брахманов, эти учения оказались приемлемыми для
мировоззрения народа, прежде всего нравственно-этическим
характером. Этические идеи получили развитие в двух
направлениях: религиозном — ухода от острейших проблем
современности в собственное «Я» и правовом, выражающем связь
внутреннего мира человека с внешним миром.
Одним из таких учений явилось учение о карме. С одной
стороны, карма — это Закон, контролирующий связь Брахмана
(Абсолюта) и Атмана (индивидуальной души), определенное
состояние (богатство, бедность, почет, унижение и т.п.),
обусловливающее переселение души, с другой, — закон справедливости:
за каждое деяние следует воздаяние. Древнеиндийские
философы поставили и решали ряд важных философско-правовых
проблем: смысл и роль закона; человеческое деяние в пределах
закона; человеческое и божественное в законе; справедливость;
право и происхождение человека.
Так, философия джайнизма учила, что только личные
качества и усилия людей помогут спасти человеческую душу,
а вовсе не происхождение, богатство или божественное
вмешательство. Как видим, перед нами в зародыше идея равенства
всех перед законом.
Отмечая роль порядка в жизнедеятельности людей, многие
древнеиндийские философы сходились на том, что правила и
законы устанавливаются людьми. Для этих учений характерно
утверждение о том, что человек реализует собственные
интересы за счет других людей, поэтому нужны правила (законы),
гасящие страсти.
В Древнем Китае философско-правовая мысль
формировалась на основе учения о Дао как естественном
миропорядке, построенном на принципе высшей справедливости.
Любое отклонение от этого миропорядка, любая попытка
его изменения приводят к трагическим последствиям.
Поэтому общество в процессе жизнедеятельности должно
исходить из двух принципов: у-вэй — недеяния, невмешательства
в естественный ход вещей и бу-чжен — принцип ненасилия.
С точки зрения Лао-цзы (579—499 гг. до н. э.), «деяй недея-

52 Глава 6. ...правовые учения Древнего Востока и Древнего Запада
ние, служи неслужбу... в достатке и недостатке на зло воздай
Дэ (добродетелью)»1.
Древнекитайская философско-правовая мысль
возлагает на правителя ответственность за создание и поддержание
в обществе правопорядка. По мнению Конфуция (551—479 гг.
до н. э.), он должен быть благородным (цзюнь-цзы), т.е.
воспитанным, образованным. Благородство и правопорядок
господствуют в обществе тогда, когда взаимоотношения между
людьми строятся на принципах уважения старших (сяо), почтения
правителей (чжун), человеколюбия (жень), заботы о народе
(шу), соблюдения ритуала (ли), добродетели (дэ),
справедливости (и) и др.2.
В противовес конфуцианской установке на воспитание
«благородного мужа» школа легистов во главе с Шан Яном
(390—338 гг. до н. э.) полагала, что взаимоотношения между
властью и народом и правопорядок в целом, нужно строить
на принципе «фа» — наказании, строгом следовании закону.
Шан Ян вводил экономические и административные
изменения, опираясь на судебные реформы и смену принципов
управления. Ранее в основе управления лежали суровое
наказание и беспрекословное повиновение. Теоретическая основа
реформ — работа Шан Яна «Книги правителя области Шан»,
в которой оспаривались принципы Конфуция и
конфуцианства. В конфуцианстве отношения «правитель-подчиненный»
рассматривались как отношение «отец-дети». Шан Ян считал
такие мягкие, гуманные методы опасными, так как они
«множат преступников». Над каждым подданным должна постоянно
висеть угроза неминуемого жестокого наказания за малейшую
провинность. Законы должны быть суровыми и
безжалостными, вселять в людей страх в случае их неисполнения. Таким
образом, легистские концепции были ориентированы на
следующие правила.
1. Сурово карать за малейшие проступки.
2. В законе должны быть заложены карательные функции.
3. Учитывать систему взаимной ответственности
(наказанию должны подвергаться и родственники преступника).
4. Все есть закон, который усредняет людей, держит их
в страхе.
Легизм предполагал тоталитарное государство,
пресекающее разномыслие, дух полемики. Ведущая роль в поддержа-
1 Цит. по: Лукьянов А. Е. Лао-цзы.М., 1991. С. 115.
2 См.: Лунь Юй. Фрагменты о Дао и Дэ. Пер. А. Е. Лукьянова //
Лукьянов А. Е. Начало древнекитайской философии. М., 1994. С. 103—110.

6.2.... правовая мысль Древней Греции и Древнего Рима 53
нии правопорядка отводилась наказанию. Легисты призывали
к установлению палочной дисциплины, превентивного
наказания, коллективной ответственности, требовали
уничтожения философов как носителей свободомыслия и разрушителей
установленного правопорядка.
6.2. Философско-правовая мысль Древней
Греции и Древнего Рима
Первые европейские философско-правовые представления
основывались на мифах о «золотом веке», когда боги жили среди
людей, устанавливали для них правила общежития и вершили
суд. Об этом веке упоминали Геродот, Гераклит, Платон и др.
Римский поэт Овидий описывает его так:
Первым век золотой народился, не знавший возмездий,
Сам соблюдавший всегда, без законов,
и правду и верность...
Не было шлемов, мечей; упражнений военных не зная,
Сладкий вкушали покой безопасно живущие люди...1
Европейская философско-правовая мысль берет начало
в размышлениях семи мудрецов — Фалеса, Питтака, Бианта,
Солона, Клеобула, Периандра и Хилона. Сохранились лишь
отдельные их высказывания. Так, Фалес учил: «Не делай сам того, что
порицаешь в других»; Хилон призывал: «Повинуйся законам!»;
а Солон предупреждал: «Ничего сверх меры» и «Требуя от
других, и сам отвечай». Солону принадлежит и первая известная
трактовка закона как «сочетания права и силы полиса».
Пифагор (580—500 гг. до н.э.) и его последователи
пытались выразить правопорядок через математическое равенство
и гармонию. По учению пифагорейцев, справедливость — это
воздаяние равного за равное, следование божеству и
нравственным правилам. Сама же справедливость обеспечивает
гармонию в обществе (полисе).
Гераклит (530—470 гг. до н. э.), провозгласив Логос всеобщим
законом природы, заметил, что наряду с ним существуют законы,
которые вводятся и отменяются смертными законодателями.
В эпоху Демокрита (середина V в. до н. э.) зарождается
античная теория естественного права, суть которой заключается
1 Овидий. Метаморфозы. М., 1977. С. 33.

54 Глава 6. ...правовые учения Древнего Востока и Древнего Запада
в соответствии законов государства природе людей и вещей.
Если же закон противоречит природе, он несправедлив,
недолговечен и подлежит изменению. Именно в незыблемости законов
Демокрит усматривал причину анархии и несправедливости.
Кроме того, законы, по его убеждению, не должны мешать
людям жить, им надлежит лишь ограничивать пороки —
стяжательство, стремление к богатству и др. В конечном итоге законы
и правопорядок должны обеспечивать человеку достижение
эвтюмии — благостного и спокойного расположения духа.
Софисты совершают еще шаг вперед от мифологическо-
божественного истолкования правовой реальности,
подчеркивая земную природу законов (Критий, Гиппий и др.), а
следовательно, говорят о моральной ответственности людей за их
установление. В учении Протагора (484—411 гг. до н.э.)
впервые высказывается мысль о законах и правопорядке как
результате договора между людьми. Ему принадлежит знаменитая
характеристика человека как «меры всех вещей»1. Согласно
Протагору, полисы и законы — это не данность природы, а
«мудрые изобретения». В его трактовке искусственное (полис,
законы) — продукт человеческого познания «вещей» (природы
вещей), выражение «меры вещей» и их человеческого творения.
При этом он утверждал, что такое познание доступно всем
членам полиса, которые в одинаковой мере причастны к
человеческим добродетелям (справедливости, рассудительности и
благочестию), необходимым для совместной полисной жизни.
Софист Горгий (ок. 483—375 гг. до н. э.), так же как и Про-
тагор, к числу важных достижений человеческой культуры
относил «писаные законы», которые называл «стражей
справедливости». От «писаного закона» Горгий отличал «неписаную
справедливость», которую по ценности ставил выше полисного
закона и характеризовал как « сущность дел», «божественный
и всеобщий закон»2.
Младший софист Гиппий (ок. 460—400 гг. до н. э.) четко
противопоставлял природу (фюзис) и закон (номос).
Обращаясь к слушателям-элинам, гражданам различных полисов, он
говорил: «Люди, собравшиеся здесь! Я считаю, что вы все тут
родственники, свойственники и сограждане — по природе,
а не по закону: ведь подобное родственно подобному по
природе, закон же, властвуя над людьми, принуждает ко многому,
что противно природе»3. Под требованиями природы (правом
1 См.: Платон. Диалоги. М., 1989. С. 353—365, 427—436.
2 Там же. С. 34, 152.
3 См.: Платон. Диалоги.М., 1989. С. 353—365,427-^36.

6.2. ...правовая мысль Древней Греции и Древнего Рима 55
по природе) он понимал неписаные законы, которые
«одинаково исполняются в каждой стране».
Другой младший софист Антифонт (ок. 400 г. до н. э.)
впервые заметил различие естественных прав, или «равенства всех
людей по природе», и прав, которые дает полис (позитивное
право)1.
Различая законы полиса и «веления природы», Антифонт
отдавал явное предпочтение вторым. «Многие (предписания,
признаваемые) справедливыми по закону,—утверждал он,—
враждебны природе (человека)... Ибо предписания законов
произвольны (искусственны), (веления же) природы
необходимы. И (сверх того), предписания законов суть результат
соглашения (договора людей), а не возникшие сами собой
(порождения природы); веления же природы суть самовозникшие
(врожденные начала), а не продукт соглашения (людей между
собой)»2.
С именем Сократа (470—399 гг. до н. э.) связано появление
концепции, получившей наименование «философско-правовой
рационализм». Суть этой концепции в том, что в основе
поступков, поведения людей может находиться либо знание,
либо незнание. Человек, не знающий законов, требований
справедливости, считал Сократ, не может поступать
правильно. Лишь тот, кто знает, что есть добро и зло, справедливость
и несправедливость, никогда не будет нарушать моральные
и правовые нормы.
Очевидно, что Сократ отождествлял законность и
справедливость, полагая любой закон справедливым (подтвердив это
своей смертью). Такое воззрение объясняется его
стремлением «снизить» правовые функции обычаев, обрядов, ритуалов
и «возвысить» роль законов, создаваемых на основе знания,
разума; пониманием неразрывности моральных и правовых
требований, единства справедливости и долга3. Кроме того,
полагание всех законов справедливыми объясняется
уверенностью Сократа в том, что любые законы должны исполняться,
а изменять их следует не посредством насилия, а при помощи
рациональной аргументации.
Ученик Сократа Платон (427—347 гг. до н. э.) уделял
особое внимание проблемам справедливости, законности, по-
1 Там же.
2 Там же.
3 В философии С. Кьеркегора Сократ рассматривается как символ
долга, торжества долга над приговором пусть даже неправедного
и несправедливого суда.

56 Глава 6. ...правовые учения Древнего Востока и Древнего Запада
рядка и равенства. Ему принадлежит заслуга не только
формулировки этих понятий и написания специальных статей
«О добродетели», «О справедливости»1, но и заслуга
разработки философско-правовой концепции, изложенной в работах
«Государство» и «Законы». Он обосновал основные постулаты,
ставшие аксиомами для правовой жизни античных полисов:
господство закона и равенство всех граждан его идеального
государства перед законом; строгая иерархия обязанностей
(правители, стражи, земледельцы и ремесленники);
понимание справедливости как состояния, в котором каждое начало
занимается своим делом.
Платон в концепции идеального государства с редким
реализмом показал связь прав и обязанностей сословий,
зависимость личности от государства. Философ ставит единство
сословий в зависимость от силы государства. Это единство он
понимал трояко: 1) закону подчиняются все без исключения
граждане; 2) не должно быть отрыва самых бедных от самых
богатых; 3) нельзя допускать разногласий между теми, кто
осуществляет управление государством.
Сословная (кастовая) структура общества более всего
соответствует интересам государства и граждан, так как всем
гарантирует порядок, достаток, безопасность и процветание —
так считал Платон.
Двум высшим сословиям — правителям и воинам —
запрещается иметь любую частную собственность, чтобы они все
силы и время отдавали служению государству, которое
обеспечивает их необходимым.
Платон был за полное равноправие женщин и за
общественное воспитание детей. Субъектом свободы и высшего
совершенства оказывается у Платона не отдельная личность
и даже не класс, а все общество, государство. Платон приносит
в жертву своему государству человека, его счастье, его свободу
и моральное совершенство. Прав был Гегель, указав, что в
«Государстве» Платона «все стороны, в которых утверждает себя
единичность как таковая, растворяются во всеобщем, — все
признаются лишь как всеобщие люди».
Проект лучшей организации государства и общества
философ считает приемлемым только для греков: для других
народов он неприменим в силу их будто бы полной неспособности
к устройству разумного общественного порядка. Более того,
позже Платон охладевает к своей модели идеального
государства после неудачной попытки реализовать ее на практике.
1 См.: Платон. Диалоги.М., 1989. С. 353—365, 427-^36.

6.2.... правовая мысль Древней Греции и Древнего Рима 57
В основе аристотелевского понимания правовой реальности
также лежит согласование деятельности человека и
государства. Право, по Аристотелю (384—322 гг. до н.э.), опирается
на свободу, богатство, благородное происхождение и
добродетель. Именно с этими понятиями он связывал главные
черты правосудия, равенства, закона и центральной категории
философско-правового учения — справедливости.
Аристотель различал два вида справедливости:
уравнительную, понимаемую как арифметическое равенство и
соразмерность ущерба и наказания; и распределительную,
понимаемую как геометрическое равенство и соразмерность
доли общественного богатства, получаемой гражданином,
с его достоинством и заслугами. Примечательно, что именно
второй вид справедливости Аристотель называл «социальным
равенством».
Определяя право как политическую справедливость,
Аристотель делил его на естественное и условное. Естественное —
неизменное, существующее независимо от его легитимности,
условное зависящие от признания гражданами, зафиксированное
в обычаях и нормах закона.
В русле концепции справедливости Аристотель
рассматривал и закон как меру справедливости, лишенную
пристрастий. Аристотель впервые в истории человечества определил
человека как «существо общественное, политическое», тем
самым показав особую роль в его жизни социальных
институтов: власти и особенно власти государства, права, морали. Он
дает глубокое понятие гражданина: «гражданин — это и
истец, и ответчик одновременно», т.е. борется за справедливость
и знает свои права и обязанности; ведет себя как свободный,
ответственный человек.
Для понимания человека как существа общественного в
работах «Никомахова этика» и «Большая этика» Аристотель
обратился к анализу человеческих добродетелей, что позволило ему
выявить взаимосвязь моральных и правовых характеристик.
В эпоху заката античности римские стоики выдвинули идею
«космополиса» как вселенского государства, в котором правит
судьба, рок, понимаемые как мировой объективный закон. Все
остальные законы, формулируемые людьми, по учению Сенеки,
Зенона-стоика, Марка Аврелия, Эпиктета и других греческих
и римских философов, относительны и условны.
Стоики органично соединили в учении право и мораль,
свободу моральную и свободу правовую. Согласно их взглядам,
свобода существует как «свобода от», и в первую очередь —
«от зла», а долг есть то, что «подобает природе».

58 Глава 6. ...правовыеучения Древнего Востока и Древнего Запада
Значительный вклад в античную философию права внес
знаменитый древнеримский философ, юрист, оратор,
государственный деятель Марк Туллий Цицерон (106—43 гг. до н. э.).
Его наследие—работы «О законах», «Об обязанностях», «О
государстве», многочисленные политические и судебные речи.
Согласно Цицерону, естественное право — высший
истинный закон. Оно возникло «раньше, чем какой бы то ни было
писаный закон, вернее, раньше, чем какое-либо государство
вообще было основано». Государство как «общий правопорядок»
с установлениями и законами является по сути воплощением
природной справедливости и права. Поэтому человеческие
установления (политические учреждения, писанные законы
и т.д.) должны соответствовать справедливости и праву, ибо
последние не зависят от мнения и усмотрения людей.
Право устанавливается природой, а не человеческими
решениями и постановлениями. «Если бы права устанавливались
повелениями народов, решениями первенствующих людей,
приговорами судей, — писал Цицерон, — то существовало бы
право разбойничать, право прелюбодействовать, право
предъявлять подложные завещания, если бы права эти могли
получать одобрение голосованием или решением толпы». Закон,
устанавливаемый людьми, не может нарушить порядок в
природе и создавать право из бесправия или благо из зла, честное
из позорного.
Цицерона волновал вопрос: могут ли жить государства
вечно, если будут достаточно совершенны? Он обращается
к идеям Аристотеля о том, что полис — это множество,
управляемое Законом; закон отличает человеческое сообщество
от объединений других живых существ; законы, принятые
в том или ином государстве не всегда согласуются с
совершенным Законом1.
Перед Цицероном встал вопрос о соотношении права и
закона, который он рассмотрел в диалоге «О законах». Слово
«закон», считал Цицерон, неоднозначно. Есть два рода законов:
вселенский Закон («разум, пришедший из природы») и закон,
возникший по воле законодателя. Законодателю следует
вводить законы всеобъемлющие, справедливые, «равно
распространяющиеся на всех, кого они касаются». По мысли
Цицерона, человеческие законы должны выражать разум Юпитера
(бога). Только при этом условии государства будут
совершенствоваться и жить долго.
1 См.: Цицерон. Об обязанностях к сыну.М., 1964; Грипал П.
Цицерон. М., 1991. Гл. МП. С. 299—319.

6.2. ...правовая мысль Древней Греции и Древнего Рима 59
Соответствие или несоответствие человеческих законов
законам Юпитера (и естественному праву) выступает как
критерий и мерило их справедливости или несправедливости. В
качестве примеров законов, противоречащих справедливости
и праву, Цицерон указывал, в частности, на законы тридцати
тиранов, правивших в Афинах в 404—403 гг. до н. э., а также
действия Суллы как консула и проконсула, которому
предоставлялись неограниченные полномочия, включая право
распоряжаться жизнью римских граждан. Подобные несправедливые
законы, как и многие другие «пагубные постановления народов»,
по словам Цицерона, «заслуживают названия закона не более,
чем решения, с общего согласия принятые разбойниками».
Одним из первых Цицерон обратил внимание на то, что
законы, принимаемые в том или ином государстве, должны
соответствовать установленному в нем строю, традициям и обычаям
предков. Под влиянием Платона он придавал важное значение
введению (преамбуле) к закону, поскольку «закону свойственно
также и стремление кое в чем убеждать, а не ко всему
принуждать силой и угрозами». Цель такой преамбулы — укрепить
божественный авторитет закона, предотвратить правонарушения
и заставить людей исполнять долг под страхом божьей кары.
Общие представления о справедливых законах Цицерон
конкретизировал в предлагаемых им проектах законов о
религии и о магистратах. Имея в виду универсальный характер
этих законов, он писал: «Ведь мы издаем законы не для
одного только римского народа, но и для всех народов, честных
и стойких духом».
Важные положения о правовой регламентации
государственной деятельности Цицерон высказал в проекте закона
о магистратах. Так, он отмечал, что империй (полномочия
должностных лиц) должен быть законным. Следует, считал
он, установить «не только для магистратов меру их власти,
но и для граждан меру их повиновения. Ведь тот, кто разумно
повелевает, рано или поздно должен будет подчиняться, а тот,
кто покорно подчиняется, достоин того, чтобы рано или
поздно начать повелевать». В общем виде он сформулировал
важнейший правовой принцип: «Под действие закона должны
попадать все».
Цицерон делит право на естественное и позитивное, а
позитивное — на частное и публичное. Так называемое «право
народов» трактуется им как положительное право разных
народов и как естественное право международного общения (т.е.
как международное естественное право). Он формулирует

60 Глава 6. ...правовые учения Древнего Востока и Древнего Запада
принцип международного права о необходимости соблюдения
обязательств, налагаемых международными договорами.
Творческое наследие Цицерона, в том числе и его
философско-правовые идеи, оказало большое влияние на
человеческую культуру. Его труды находились в центре внимания
древнеримских и христианских авторов. Пристальный интерес
к его идеям проявляли мыслители эпохи Возрождения, а затем
и французские просветители, видевшие в Цицероне великого
предтечу и гуманиста. Большим авторитетом имя и идеи
Цицерона как великого республиканца, борца за свободу и
справедливость пользовались у деятелей французской революции
(О. Мирабо, М. Робеспьера и др.).
В истории философско-правовой мысли наибольшее
внимание многочисленных авторов привлекали идеи Цицерона
о государстве как деле народа и правовом сообществе, о
естественном праве, о гражданине как субъекте права и
государства (Ф. Аквинский, Г. Гроций, Ш. Монтескье и др.). Суждения
Цицерона по этому кругу проблем находятся в поле внимания
и многочисленных современных интерпретаторов.
Литература
1. Иконникова, Г. И. Основы философии права / Г. И.
Иконникова, В. П. Ляшенко. — М., 2001.
2. Конфуций. Беседы и суждения / Конфуций. — СПб., 1999.
3. Нерсесянц, В. С. Философия права / В. С. Нерсесянц. — М.,
2008.
4. Платон. Диалоги / Платон. — М., 1989.
5. Цицерон. Об обязанностях к сыну / Цицерон. — М., 1964.
6. Лукьянов, А. Е. Начало древнекитайской философии /
А. Е. Лукьянов. — М., 1994.
Контрольные вопросы и задания
1. Раскройте философско-правовые проблемы джайнизма
и буддизма.
2. Какие философско-правовые идеи выдвигали Конфуций
и легисты?
3. Какова природа законов по учению софистов?

Контрольные вопросы и задания 61
4. В чем заключается философско-правовой рационализм
Сократа?
5. О каких чертах идеального государства говорил Платон?
6. Какие виды справедливости выделял Аристотель?
7. Как соотносятся право и закон в учении Цицерона?
8. В чем суть древнекитайских философско-правовых
принципов «у-вэй», «сяо», «ли», «фа», «и», «дэ»?
9. Сравните философско-правовые идеи Сократа и Платона.
10. Как Платон определял «закон», «справедливость»,
«порядок», «свободу», «государство», «человека»?
11. Как Аристотель понимал «равенство», «закон», «свободу»?

Глава 7
СРЕДНЕВЕКОВАЯ ФИЛОСОФСКО-
ПРАВОВАЯ МЫСЛЬ
7.1. Философско-правовые идеи Августина
Философско-правовые идеи в Средние века, как и само
право, носили идеациональный (божественный) характер.
Правовые реалии этого периода интерпретируются сквозь
призму двух основных понятий: Бог и человек. Jus divinum,
jus sacrum — «божественное право есть священное право» —
основной философско-правовой тезис Средневековья.
Философия права стремится не только обосновать
правовые основы бытия Бога, но и доказать, что именно
божественная благодать позволяет судить и соизмерять поступки людей.
Однако в оценке роли благодати Бога мнения средневековых
мыслителей разделились.
Так, например, Пелагий (настоящее имя Морган (конец PV —
начало V в.)) считал, что человек может совершенствоваться
без божественной силы (благодати).
Его современник Августин Блаженный, напротив, убеждал,
что человек греховен, зол и только воля Бога направляет его
к добру. Причем человечество обрело греховность, нарушив
запрет Бога и пожелав жить не по божественным установлениям,
а по своим законам. Первородный грех предопределил
образование двух миров — «градов»: «града Божьего» (его на
земле представляет Церковь) и «града земного» (его
олицетворяет светское государство). Соответственно по-разному живут
и люди: одни (праведники) — в «граде Божьем» по законам
Бога, другие (грешники) — в «граде земном» —
руководствуются иными законами, вторичными по отношению к
божественным законам. Законы «града земного», учил Августин,
должны подчиняться законам «града Божьего» и формулироваться

7.2. Философско-правовые воззрения ФомыАквинского 63
как заповеди Бога. Церковь может и обязана контролировать
деятельность светского государства. В работе «Исповедь»
Августин, рассматривая проблему самосознания, подчеркнул
важность развитости правосознания: человек должен иметь
не только чувство собственного достоинства, но и чувство
гражданского достоинства. Рассматривая роль самосознания
человека, Августин обращается к проблеме порядка, который
зависит от богопознания. Только идеационально
ориентированный законодатель может успешно сблизить «град земной»
с «градом Божьим».
7.2. Философско-правовые воззрения
Фомы Аквинского
Проблема взаимоотношения светского государства и церкви
является центральной и для Фомы Аквинского (1225—1274),
который однозначно становится на сторону церкви и
провозглашает: «Вся власть от Бога». Под правом он, как и Аристотель,
понимал уравнение действий и одновременно действие
божественной справедливости в обществе. Причем право, по Фоме
Аквинскому, распределяется по трем уровням:
— божественное право: установления, данные Богом
человеку как «твари Божьей», и нормы церкви как
представительницы Божьей власти на земле;
— право народов, понимаемое как естественное право в его
аристотелевской трактовке;
— человеческое право как писаное, позитивное право
светского государства.
Каждому уровню соответствуют законы. Божественное
право претворяется в Вечном законе, т.е. нормах Бога; право
народов — в законах естественных (стремление к
самосохранению, продолжению рода, уважение достоинства),
соответствующих природе человека; человеческое право — в
светских законах, которые силой и страхом принуждают людей
не делать зла.
Система законов Фомы Аквинского предусматривает
строгое соблюдение принципов иерархии (подчиненности) и
непротиворечия низших законов высшим. Если человеческие
законы противоречат естественным законам, то они не должны
исполняться и подлежат замене. Понятно, что Вечный закон
ни пересмотру, ни даже обсуждению не подлежит.

64 Глава 7. Средневековая философско-правовая мысль
Отсюда справедливость — это политический и социальный
порядок, который божественно-телеологически (божественно-
целесообразно) ориентирован на обретение божественной
благодати при совместном существовании людей. Также идеацио-
нально Фома Аквинскии рассматривает и остальные явления
правовой реальности.
В основе его философско-правовых воззрений лежит не
просто идеациональная парадигма, а способ своего рода
диалектического мышления, заимствованный у Аристотеля: обращение
к связям сущности и явления, причины и следствия,
случайности и необходимости, божественного первоначала и первоцели,
целесообразности вещей и явлений. В таком типе мышления
Бог есть «сущность всех сущностей», «причина всех причин»,
«необходимость всех необходимостей», «форма всех форм»,
«цель всех целей». Такое понимание Бога делает человеческое
законотворчество божественно предустановленным и
потому независимым от человеческой воли, более того — людские
законы предпосланы воле земного законодателя свыше.
Литература
1. Августин Аврелий. О граде Божьем / Августин Аврелий. —
М., 1993.
2. Августин Блаженный. Исповедь / Августин Блаженный. —
М., 1991.
3. Фома Аквинскии. Выдержки из работ // Антология
мировой философии.— Т. 1.— М., 1969.
4. Фома Аквинскии. Философские произведения / Фома
Аквинскии.— М., 2006.
Контрольные вопросы и задания
1. Каково соотношение двух градов у Августина
Блаженного?
2. Какие уровни права выделял Фома Аквинскии?
3. Что понимает под справедливостью Фома Аквинскии?
4. Почему средневековая философия права является идеа-
циональной?
5. Как понимал закон Фома Аквинскии?

Глава 8
ФИЛОСОФСКО-ПРАВОВЫЕ УЧЕНИЯ
МЫСЛИТЕЛЕЙ ЭПОХИ
ВОЗРОЖДЕНИЯ
8.1. Философско-правовые идеи
Никколо Макиавелли
Отношение к человеку как к природно-общественному,
а не божественному созданию определило развитие философско-
правовой мысли эпохи Возрождения (конец XIV —
начало XVII вв.). В русле этой концептуальной установки поступки
людей рассматриваются сквозь призму человеческих мотивов,
свободной воли и естественного права. Предопределенность
действий человека божественной волей все больше отходит
на второй план.
В эпоху Возрождения к философско-правовым проблемам
обращались в той или иной мере практически все великие
гуманисты — Л. Валла, Н. Макиавелли, М. Монтень, Ж. Воден,
Э. Роттердамский и др.
Итальянец Никколо Макиавелли (1469—1527) в философско-
политических трудах впервые проследил зависимость
стабильности государства от действенности законов.
Он подчеркивал, что Спарта 800 лет не переживала
губительных смут именно благодаря скрупулезному соблюдению
законов.
В то же время, отмечал Макиавелли, законы не всегда
способствуют установлению должного правопорядка. Во-первых,
некоторые из них вынужденно устанавливаются в периоды
политических кризисов и, стало быть, не могут быть долговечными.
Во-вторых, прочность и жизненность закона во многом зависит
от умения законодателя связать новые и старые порядки, най-

66 Глава 8....правовые учения мыслителей эпохи Возрождения
ти их оптимальное сочетание. Наконец, законы порой
недейственны и, следовательно, недолговечны, потому что неточно
сформулированы и дают возможность неоднозначного
толкования.
Именем Н. Макиавелли (в значительной мере
необоснованно) назван принцип политического поведения правителя —
«макиавеллизм». В сочинении «Государь» он утверждал, что для
достижения благих целей государства и его народа в условиях
угрозы их существованию вполне допустимы и аморальные
действия со стороны государя — угроза, месть, подкуп,
шантаж, клевета и т.п. Отношения между правителем и
подданными должны строиться на страхе и любви одновременно;
правитель, если он хочет оставаться правителем, должен быть
суровым и безжалостным: «Вообще надо усвоить, что людей
следует или ласкать, или истреблять, так как они мстят за
легкие обиды, а за тяжелые мстить не могут; поэтому
оскорбление, которое наносится человеку, должно быть таково, чтобы
уже не бояться его мести»1.
Макиавелли предлагает различные сценарии развития
событий в зависимости от того, как государь решает проблемы
не только налогообложения, содержания армии, но и морально-
правовые и нравственно-политические. Морально-правовые
поступки людей — это следование существующим в обществе
моральным и правовым нормам. Нравственно-политическая
деятельность государя — это его практическая деятельность,
связанная как с принятием политических решений, так и с их
осуществлением. В отличие от «макиавеллизма» такая
деятельность не выражает лишь прагматическую сторону нравственно-
политических отношений согласно формуле: «Все средства
хороши для достижения целей» или утверждению:
«Политика делается грязными руками». Подобная характеристика
нравственно-политических отношений — это абсолютизация
одного из сценариев, рассматриваемых Макиавелли в ряду
многих других. Приписывать ее Макиавелли — значит не
понимать ни его философии, ни его философии права.
Макиавелли не отвергает роли законов государства в жизни общества:
политико-нравственная деятельность государя не исключает
правовых отношений.
1 Макиавелли К Государь. Размышления о первой декаде Тита Ливия.
О военном искусстве. М., 1996. С. 44.

8.2. Философско-правовая мысль Гуго Гроция 67
8.2. Философско-правовая мысль
Гуго Гроция
Видное место в философско-правовой мысли эпохи
Возрождения занимает Гуго де Гроот Гроций (1583—1645), который
одним из первых попытался систематизировать правовые нормы,
обосновать сферу действия права в конкретной ситуации.
Гроций рассматривал право, во-первых, как генетическое
явление, происходящее из естественной природы человека,
а во-вторых, как функциональное, т.е. средство, делающее жизнь
людей и государства благоустроенной и упорядоченной.
Человек уже хорошо различает должное (дозволенное)
и недолжное (недозволенное), он миролюбив и общителен,
соблюдает договоры, не посягает на чужую собственность.
Впрочем, замечал голландский мыслитель, и войны происходят
из естественной природы, так как «сама цель войны —
сохранение в неприкосновенности жизни и членов тела, сохранение
и приобретение вещей, полезных для жизни — вполне
соответствует первым побуждениям природы.. ,»1. Согласно его
взглядам, человеческое (позитивное) право складывается на основе
принципов естественного права (соблюдение договоров,
воздержание от посягательства на чужую собственность и пр.).
Гуго Гроций одним из первых разработал концепцию
«общественного договора». Он считал, что государство
возникает из «общежительной природы человека» для «обеспечения
общественного спокойствия»2. Именно государство и
правовая система являются хранителями мира. Где нет правовой
системы, «где нет возможности прибегнуть к суду, там
возникает война»3.
Основа права — справедливость, понимаемая как веление
разума человека поступать в соответствии с совестью,
общественным мнением и благоволением Бога. Даже войну
следует вести по «справедливым правилам», ибо насилие, по его
мнению, в определенных условиях может быть справедливым.
Это означает, в частности, что не следует убивать воюющих
по принуждению, нужно всегда щадить детей, женщин,
стариков, священнослужителей, ученых, земледельцев, торговцев,
пленных, заложников4.
1 Гроций Г. О праве войны и мира. М., 1957. С. 84.
2 Там же. С. 159.
3 Там же. С. 187.
4 Там же. С. 693.

68 Глава 8....правовые учения мыслителей эпохи Возрождения
8.3. Философско-правовые воззрения
Мишеля Монтеня
Монтень (1533—1592) утверждал, что законы создаются
людьми и должны обеспечивать человеку счастье, лучшую
жизнь. Все законы он разделил на две группы, во многом
противоречащие друг другу, — нравственные (законы чести) и
юридические (законы правосудия).
И те, и другие имеют человеческие измерения, далеко
не всегда совпадающие. Скажем, месть необходима с точки
зрения законов чести, но недопустима с точки зрения законов
правосудия.
Законы чести, например, сурово осуждают того, кто,
будучи несправедливо обвинен во лжи, стерпит подобное
обвинение, тогда как законы права позволяют отомстить за ложное
обвинение.
По законам рыцарского оружия человек, который снесет
оскорбление, лишается чести и дворянского достоинства. Тогда
как по гражданским законам тот, кто мстит, подлежит
уголовному наказанию. Значит, тот, кто обратится к закону, чтобы
защитить оскорбленную честь, обесчещивает себя, а кто не
обратится к нему, того закон преследует и карает.
«Законом законов» Монтень называет не догматы
религии, а неуклонное повиновение установлениям светского
государства.
Значимы рассуждения Монтеня о взаимосвязи обычного
и позитивного права, писаных и неписаных законов. В
частности, он полагал, что чем действеннее позитивный закон, тем
адекватнее он выражает требования обычного права. И эти
законы согласованы, оснований для их изменения нет. В этом
отношении представляет интерес глава XXIII первой книги его
работы «Опыты», посвященной роли традиции и
законотворчества. И законы нравственности, и законы права корнями уходят
в обычаи, нравы, традиции. И те и другие опираются на силу
социально-психологической привычки. Целые народы веками
подчиняются законам: в семейных делах, браках, при дарении,
завещании, купле-продаже народ связан правилами.
Монтень разочаровался в новшествах, какими бы хорошими
они не казались на первый взгляд, в том числе он разочарован
и в новшествах в виде юридических законов. Он считал, что
игнорирование или отказ от вековых традиций, ставших для
народа «своими», является причиной многих бедствий и
ужасов, расшатывает государственный строй. Те, кто это делает,

Контрольные вопросы и задания 69
чаще всего первыми и гибнут при его крушении. Плоды смуты
никогда не достаются тому, кто ее вызывал — он только
всколыхнул и замутил воду, а «ловить рыбу будут уже другие».
Монтень сомневается, может ли изменение действующего
закона, каков бы он ни был, принести столь очевидную
пользу, чтобы перевесить зло, которое возникает при изменении.
Ведь государство можно уподобить строению, сложенному
из отдельных частей, связанных между собой. Поэтому нельзя
хоть немного поколебать даже одну среди них, без того чтобы
это не отразилось на целом.
В пример он приводит законодателя фурийцев, который
велел, чтобы всякий стремящийся уничтожить старый закон
или ввести в действие новый выходил перед народом с веревкой
на шее. Если предлагаемое им новшество не найдет всеобщего
одобрения, его удавят тут же на месте. А законодатель
лакедемонян всю жизнь добивался от сограждан твердого обещания
не отменять ни одного из его предписаний.
Литература
1. Гроций, Г. О праве войны и мира / Г. Гроций. — М., 1957.
2. Макиавелли, Н. Государь. Размышления о первой декаде
Тита Ливия. О военном искусстве / Н. Макиавелли. — М.,
1996.
3. Монтень, М. Опыты / М. Монтень. — М., 1998.
4. Поппер, К. Открытое общество и его враги : в 2 т. / К. Поп-
пер. —М., 1992.
5. Сорокин, П. Социокультурная динамика // Человек.
Цивилизация. Общество. — М., 1992.
Контрольные вопросы и задания
1. Назовите имена мыслителей эпохи Возрождения,
исследовавших философско-правовые проблемы.
2. Сравните концепции закона Н. Макиавелли и М. Мон-
теня.
3. В чем философско-правовая сущность «макиавеллизма»?
4. Как понимал справедливость Г. Гроций?

Глава 9
ФИЛОСОФИЯ ПРАВА XVII—XVIII ВВ.
В ЕВРОПЕ
9.1. Философско-правовые воззрения
Ф. Бэкона
В эпоху буржуазных революций особенно требовалось
философское осмысление правовой реальности. Рушились устои
сословно-дворянского, феодального права, сдавала позиции
религиозная правовая идеология. Новому классу нужна новая
система права и его новое философское обоснование.
Большое внимание философско-правовым вопросам уделял
основоположник философии Нового времени Фрэнсис Бэкон
(1561—1626). Один из разделов его работы «Великое
восстановление наук» называется «О всеобщей справедливости, или
Об источниках права».
Ф. Бэкон считал, что право можно рассматривать либо с
позиций философии, но эта наука далека от практики, либо с
позиций юриспруденции, но она «закована в кандалы» своего
учения, догматична и приводит к нудным обобщениям. Да и
доступно изучение философских аспектов права, полагал Бэкон,
не каждому смертному, а лишь политическим деятелям.
Основаниями права Ф. Бэкон считал справедливость и
общественную пользу. Они выступают не только источниками
права, но и критериями оценки законов. Философ отмечает,
что «в гражданском обществе господствует или закон, или
насилие»1, а насилие, злонамеренное коварство и жестокость
самого закона порождают несправедливость.
1 Бэкон Ф. Великое восстановление наук. Соч. : в 2 т. Т. 1. М., 1977.
С. 484.

9.2. ...правовые концепции Т. Гоббса, Дж. Локка, Б. Спинозы 71
Законы возникают из потребности человека защитить себя
от несправедливости, выражают интересы самой большой или
самой могущественной группы населения. Но в случае ее
поражения другая — более могущественная — группа применяет
новые законы.
Ф. Бэкон делит право на общественное, которое
распространяется на все сферы жизнедеятельности государства, и
частное — относящееся к правоотношениям между гражданами.
Общественное право главенствует над частным, но цель у них
единая — счастье граждан. Орудием реализации этой цели
выступают законы.
Однако законы могут быть разными — хорошими и не очень,
превосходными и посредственными, действенными и
неработающими. Следовательно, цель права реализуется более или
менее успешно или не реализуется вовсе. «Закон можно
считать хорошим в том случае, — писал Ф. Бэкон, — если смысл
его точен, если требования его справедливы, если он легко
исполним, если он согласуется с формой государства, если он
рождает добродетель в гражданах»1.
9.2. Философско-правовые концепции
Т. Гоббса, Дж. Локка, Б. Спинозы
Дальнейшее развитие философия права получила в работах
английского мыслителя Томаса Гоббса (1588—1679). Его идеи
противоречат учению Аристотеля и догмату христианской
религии. Аристотель утверждал, что одни люди по природе рабы,
а другие — господа. В христианской религии существовал
постулат феодально-сословной идеологии о том, что все люди
равны лишь перед Богом. Гоббс утверждал, что все люди равны
от рождения, поскольку «природа создала людей равными в
отношении физических и умственных способностей.. .»2.
Очевидно, этот тезис связан с потребностью
нарождающейся буржуазии ликвидировать сословные преграды, сословные
различия в правах. Т. Гоббс отмечал, что равенство между
людьми влечет за собой взаимное недоверие, так как из равенства
способностей возникает равенство надежд на достижение
целей. Но в процессе достижения целей появляется конкуренция,
1 Бэкон Ф. Великое восстановление наук. Соч. : в 2 т. Т. 1. М., 1977.
С. 486.
2 Гоббс Т. Левиафан. Соч. : в 2 т. Т. 2. М., 1991. С. 93.

72 Глава 9. Философия права XVII—XVIII вв. в Европе
страх за собственность, стремление погубить или подчинить
конкурента. Жажда славы лишь усугубляет взаимное недоверие
и соперничество. «Отсюда видно, — утверждал Гоббс,— что,
пока люди живут без общей власти, держащей всех их в страхе,
они находятся в том состоянии, которое называется войной,
и именно в состоянии войны всех против всех»1.
Стало быть, человек имеет право на все, но это не дает
гарантий безопасности: в обществе господствует принцип «homo
homini lupus est» — «человек человеку волк», что не способствует
ни трудолюбию, ни усердию, ни стремлению к знаниям, а
значит, препятствует развитию экономики и торговли, порождая
лишь вечный страх и опасность насильственной смерти.
В таком обществе отсутствуют понятия правильного и
неправильного, справедливого и несправедливого. «Там, где нет
общей власти, нет закона, а там, где нет закона, нет
несправедливости»,— констатирует Т. Гоббс.
Страх смерти, стремление к хорошей, безопасной жизни
заставляет людей искать альтернативу естественному состоянию.
И такая альтернатива есть — это состояние мира. Главным
условием его формирования Гоббс считал естественные
законы. Они следуют из естественного права (jus naturale) как
свободы человека делать все то, что заблагорассудится. Но до тех
пор, пока он поступает только согласно собственным
желаниям, взаимная вражда будет продолжаться. Поэтому право
делать или не делать что-либо дополняется обязанностью делать
или не делать. Именно эта обязанность и выступает в форме
естественного закона. «Естественный закон, lex naturalis, есть
предписание, или найденное разумом (reason) общее правило,
согласно которому человеку запрещается делать то, что
пагубно для его жизни или что лишает его средств к ее сохранению,
и пренебрегать тем, что он считает наилучшим средством для
сохранения жизни»2.
Общее правило, основанное на здравом смысле, гласит, что
человек должен стремиться к миру, а если мир недостижим,
он может использовать любые средства, дающие
преимущество в войне.
Из этого правила следует главный естественный закон:
«искать мира и следовать ему, защищать себя всеми
возможными средствами»3. Из этого закона следует второй
естественный закон — «в случае согласия на то других, человек должен
1 Гоббс Т. Левиафан. Соч. : в 2 т. Т. 2. М., 1991. С. 95.
2 Там же. С. 98.
3 Там же. С. 99.

9.2. ...правовые концепции Т. Гоббса, Дж. Локка, Б. Спинозы 73
отказаться от права на все вещи в той мере, в какой это
необходимо в интересах мира и самозащиты, и довольствоваться той
степенью свободы по отношению к другим людям, которую он
допустил бы у других людей по отношению к себе»1. Кратко эта
мысль выражена в Евангелии: «... и как хотите, чтобы с вами
поступали люди, так и вы поступайте с ними».
Именно такой закон Гоббс рассматривал как условие и
основание для заключения между людьми общественного
договора. Такой договор — это соглашение каждого с каждым о том,
что в целях водворения мира он признает как собственные
действия человека (органа), которому большинство дает право
представлять всех. Органом, олицетворяющим интересы
большинства, становится государство.
По Гоббсу, оно является неким искусственным,
надчеловеческим органом, чудовищем, монстром (т.е. Левиафаном,
морским чудовищем), которому во имя безопасности все
члены общества добровольно, безоговорочно передают часть
своих естественных прав и чью волю они обязуются выполнять.
Таким образом, Томас Гоббс обогатил философско-правовую
мысль новой, договорной концепцией возникновения
государства.
Третий естественный закон, установленный Т. Гоббсом,—
справедливость как требование выполнения заключенных
договоров, соглашений. Он полагал, что справедливость
возникает лишь с появлением государства, т.е. с момента
заключения общественного договора, установления власти, силой
принуждающей соблюдать соглашения.
Т. Гоббс сформулировал 19 естественных законов.
Примечательно, что науку об этих законах он назвал «истинной
моральной философией», исследующей добро и зло в поступках
индивида и в обществе. Если мир, по общему согласию, есть
добро, рассуждал Т. Гоббс, то добром выступают пути и
средства его установления и поддержания — справедливость,
признательность, скромность, беспристрастие, прощение и все
остальные естественные законы2.
С возникновением государства, согласно Гобссу,)
появляется позитивное право, выражающее повеление суверена,
которому в соответствии с общественным договором
делегированы властные полномочия. Государство, по Гоббсу, может
существовать в трех формах — монархической,
аристократической и демократической.
1 Гоббс Т. Левиафан. Соч. : в 2 т. Т. 2. М, 1991. С. 99.
2 См.: Гоббс Т. Указ. соч. С. 123.

74 Глава 9. Философия права XVII—ХУШ вв. в Европе
Теорию согласования прав гражданина и власти развил
английский философ-сенсуалист Джон Локк (1632—1704).
Проблема такого согласования стала актуальной в связи с
изменением социального положения буржуазии в обществе. В начале
эпохи Нового времени первоочередная задача — философски
(идеологически) обосновать передачу власти церкви
светскому государству. После буржуазной революции угроза новому
классу исходила уже не от церкви и дворян-феодалов, а от
государства. Поэтому появляются идеи ограничения прав
суверена, правителя, государства в целом, либерализации права,
расширения рамок прав и свобод.
В этом контексте основные отличия философско-правовых
идей Дж. Локка, по сравнению с Т. Гоббсом, сводятся к
следующему:
— новая, более «мягкая» трактовка причин
возникновения государства. По Локку, общественный договор возникает
не из-за страха перед самоуничтожением, а в связи с
отсутствием органов для разрешения конфликтов и отправления
наказаний;
— утверждение идеи совершенствования
общественного договора и власти, реализующей его, на основе принципа
консенсуса;
— обоснование неотъемлемых и непередаваемых
государству прав личности: на жизнь, свободу, равенство,
собственность;
— толкование закона как предписания не только для
граждан, но и для власти, т.е. для всех субъектов общества. Закон,
согласно Локку, должен выражать «волю общества», служить
общему благу, гарантировать свободу и распространяться
на всех. Свободу Локк понимал как независимость от воли
другого человека и как наличие для всех общих и постоянных
правил поведения1;
— доказательство целесообразности разделения верховной
власти на законодательную и исполнительную, так как только
в условиях их независимости можно не допустить узурпации
власти.
Концепции общественного договора и естественного
права разрабатывал и голландский мыслитель эпохи Нового
времени Бенедикт Спиноза (1632—1677). Однако в отличие
от Гоббса центр его философско-правового учения — не
справедливость, а свобода.
1 См.: ЛоккДж. Избранные философские произведения.М., 1960.
С. 16, 34.

9.3. Философско-правовые взгляды французских просветителей 75
Спиноза утверждал, что человек — природное существо,
часть природы. Поэтому, с одной стороны, он подчиняется
законам природы, совершающимся по необходимости; а с
другой — обладает естественным правом, в соответствии с
которым он свободен в поступках и не может совершать только
противного другим людям.
Естественное право реализуется лишь через общий
интерес, согласующий его с природной необходимостью. Именно
поэтому люди договариваются об учреждении государства.
Возникает как бы две свободы: свобода частного лица,
гражданина и свобода государства. Но эти свободы едины. Во-первых,
потому, что и та, и другая основываются на познании
необходимости. Во-вторых, оба субъекта отношений имеют общую
цель — свободу. Гражданин ставит перед собой цель сохранить
естественные права, т.е. свободу; а государство — обеспечить
безопасность гражданина, т.е. защитить его свободу.
Спиноза подчеркивал, что государственное право не может
ограничивать естественные права человека (например,
стремление избежать смерти, право на любовь, свободу
вероисповедания и др.), оно обязано учитывать мнение большинства
граждан и строго выполнять свои законы.
XVII в. создал философско-правовое обоснование новой
буржуазной власти и новой правовой реальности, возникшей
в Англии и Нидерландах. Франция еще только подходила к
порогу буржуазных преобразований, оставаясь пока церковно-
феодальной страной, поэтому философско-правовая мысль
имела здесь особенности, но ее основные достижения относятся
уже к следующему веку.
9.3. Философско-правовые взгляды
французских просветителей
В центре французской философско-правовой мысли XVIII в.
проблемы человека и его благополучия в условиях «разумного»
государства, возглавляемого просвещенным правителем.
Наиболее четко эти идеи выразил мыслитель эпохи
Просвещения Вольтер (настоящее имя Франсуа Мари Аруэ;
1694—1778). Будучи воинствующим атеистом, он объявил
религию главным источником невежества, порождающего
все беды народа, но выгодного церкви, феодалам,
аристократам.

76 Глава 9. Философия права XVII—XVIII вв. в Европе
Вольтер выдвинул концепцию «просвещенного монарха»,
суть которой в том, что несправедливость, царящую в
обществе, может исправить умный, просвещенный (образованный)
правитель. В его власти установить равенство всех перед
законом, отменить пытки, учредить свободу слова и
вероисповедания, неприкосновенность частной собственности, гласность
суда и иные правовые нормы.
Другой французский просветитель Шарль Луи де
Монтескье (1689—1755) выступил с критикой теории Гоббса («война
всех против всех» как естественное состояние людей) и
провозгласил, что человек от природы не агрессивен, а боязлив.
Его естественным состоянием является стремление к миру,
равенству, к «жизни сообща». На заре развития человек опирался
на естественные законы — сохранение мира, добывание пищи
и др. Среди таких законов Монтескье особо выделяет желание
жить в коллективе, в обществе. На основе этого желания и
возникает государство.
Однако объединение людей в государство, по мнению
Монтескье, приводит к нарушению их естественного равенства
и угрожает войной. Поэтому в дополнение к естественным
законам люди во имя общего блага создают «человеческие
законы». Процесс законотворчества зависит от многих факторов,
прежде всего, от нравов, обычаев, религиозных верований,
численности населения и природных условий — климата, почвы,
полезных ископаемых и пр. В связи с тем, что Ш. Монтескье
преувеличивал роль географической среды в правовой
реальности, его концепция получила наименование «философско-
правовой натурализм».
Духом любого закона, полагал Монтескье, должно быть
право, только правовые законы формируют свободу1. Право
он рассматривает как общечеловеческую ценность, так как его
цель — свобода, равенство и безопасность всех людей.
Соотношение права и закона предстает в учении
Монтескье как соотношение духа законов и законодательства.
Учение Ш. Монтескье о духе законов, о разделении власти, о
свободе значительно обогатило философско-правовую мысль,
содействовало ее дальнейшему развитию.
Одна из наиболее ярких фигур французского
Просвещения — Жан-Жак Руссо (1712—1778), вошедший в историю
философско-правовой мысли как автор ряда оригинальных
концепций — свободы и равенства, равенства и неравенства,
1 См.: Монтескье Ш. О духе законов // Монтескье Ш. Избранные
произведения. М., 1955. С. 655.

9.3. Философско-правовые взгляды французских просветителей 77
естественного состояния и общественного договора,
политического права и политических законов, общей воли и
юридических законов.
Руссо, в частности, считал, что конец естественному и
справедливому состоянию общества положила частная собственность,
она породила страх, войну, имущественное расслоение.
Не менее оригинально Руссо трактовал происхождение
государства. По его мнению, богатые предложили учредить
государство на основе общественного договора,
предусматривавшего всеобщее равенство перед законом. Однако они
обманули бедных, создав такое государство и установив такие
законы, которые защищают интересы только богатых. Человек
рождается свободным, но повсюду он в оковах — резюмирует
философ.
Он был убежден, что права человека в условиях
политического и экономического неравенства могут быть защищены
только законами. Люди подчиняют свою волю «общей воле»,
«общему Я», народу, единственному, кто обладает
суверенитетом. Кроме «общей воли», представляющей общие интересы,
существует еще и «воля всех», которую Руссо рассматривал как
частные интересы общества.
Важнейшим правом человека Руссо считал свободу: лишить
человека свободы означает лишить его нравственности. Руссо
связывает правовые отношения не с прошлым, а с будущим.
Переход к подлинной свободе предполагает заключение
общественного договора, когда взамен личных прав и свобод,
основанных на силе, личность обретает гражданские права, в том
числе и на собственность, охраняемую государством. Таким
образом, индивидуальные права приобретают юридический
характер. В результате договора равных образуется
Республика, где индивид подчиняется обществу, становится свободным,
так как неподвластен никому в отдельности.
Цель принципа Руссо «воля всех» — согласовать интересы
каждого представителя сословия с интересами всех сословий.
В связи с тем, что Руссо был сторонником суверенитета
народа, он выступал против разделения властей и заменил его
разделением функций.
Для того чтобы соединить права с обязанностями и
осуществить справедливость, необходимы законы. «Народ,
подчиненный законам, должен быть и автором этих законов»1. Таким
образом, законодатель — это само общество.
1 Руссо Ж.-Ж. Об общественном договоре // Руссо Ж.-Ж. Трактаты.
М., 1969. С. 94.

78 Глава 9. Философия права ХУЛ—ХУШ вв. в Европе
Целью законодательства является, по Руссо, свобода и
равенство. Власть не должна доходить до насилия. Она
может применяться только в силу законов: «ни один
гражданин не должен быть настолько богат, чтобы купить другого,
и ни один — настолько беден, чтобы быть вынужденным
продавать себя...»1.
К философско-правовой проблематике обращались и
другие французские просветители. Так, Клод Адриан Гельвеций
(1715—1771) утверждал, что «гениальными людьми не
рождаются, а становятся»2 под воздействием социальной среды.
Социальную среду Гельвеций понимал как форму правления,
нравственность общества и действующие государственные
законы. Поддерживая идею природного равенства людей, он
провозглашал их правовое равенство как равенство всех перед
законом.
Примечательно, что философско-правовые взгляды К.
Гельвеция неразрывно связаны с идеями гуманизма. Отмечая, что
«законы всесильны, они могут все», он призывал направить их
действие на соблюдение и защиту интересов отдельного
человека. Даже временное ущемление личного интереса во имя
общественного Гельвеций считал неправомерным, так как
«верховным благом» у него выступает единство, гармония личных
и общественных интересов.
Работы французских просветителей подготовили фило-
софско-правовую почву Великой Французской революции.
Их идеи получили широкое распространение во всем мире —
от России до Америки. Концепция общественного договора,
в частности, была подхвачена русским мыслителем Н. А.
Радищевым.
Литература
1. Бэкон, Ф. Великое восстановление наук // Бэкон Ф. Соч. :
в2т. —Т. 1. —М., 1971.
2. Гоббс, Т. Левиафан // Гоббс Т. Соч. : в 2 т.— Т. 2.— М.,
1991.
3. Локк, Дж. Избранные философские произведения Т. 2 /
Дж. Локк. —М., 1960.
1 Руссо Ж.-Ж. Об общественном договоре // Руссо Ж.-Ж. Трактаты.
М., 1969. С. 94.
2 Гельвеций К. Об уме.М., 1938. С. 362.

Контрольные вопросы и задания 79
4. Монтескье, Ш. О духе законов // Монтескье, Ш.
Избранные произведения.— М., 1955.
5. Руссо, Ж. -Ж. Об общественном договоре, или Принципы
политического права //Руссо, Ж.-Ж. Трактаты.— М., 1969.
Контрольные вопросы и задания
1. Каков механизм возникновения законов, по учению Ф.
Бэкона?
2. Какие причины возникновения государства называет
Т. Гоббс?
3. Перечислите основные естественные законы,
сформулированные Т. Гоббсом.
4. В чем суть философско-правового либерализма Б.
Спинозы?
5. Перечислите основные философско-правовые идеи
Дж. Локка.
6. В чем суть вольтеровской философско-правовой
концепции «просвещенного монарха»?
7. Что должно быть «духом закона», по учению Ш.
Монтескье?
8. Чем различаются философско-правовые концепции
«общественного договора» Т. Гоббса и Ж.-Ж. Руссо?
9. Что является «верховным благом» у К. Гельвеция?

Глава 10
ФИЛОСОФИЯ ПРАВА ПРЕДСТАВИТЕЛЕЙ
КЛАССИЧЕСКОЙ НЕМЕЦКОЙ
ФИЛОСОФИИ
10.1. И. Кант как философ права
И. Кант (1724—1804) — великий гуманист. Он исследовал
не только природу и сущность человека, но и условия его
реализации как существа разумного, деятельностного,
нравственного, свободного, ответственного, правомочного.
Мы по сей день опираемся на кантовские глубочайшие,
гуманистические этические и философско-правовые идеи.
Вот некоторые из них:
— «Не будь средством для других, будь для них также
и целью».
— «Не поступай с кем-либо не по праву».
— «Только гражданское устройство есть правовое
состояние».
— «Свобода — основа способности целеполагающей
деятельности человека»: познавательной, нравственной,
правовой, эстетической.
Философии права он посвятил труды «Критика
практического разума», «Метафизические начала учения о праве», «Спор
факультетов», «Метафизика нравов», «К вечному миру».
Кант подчеркивал, что человек создает «вторую природу»,
которая представляет собой мир человека — культуру и
цивилизацию.
Философско-правовые идеи И. Кант выстраивает в сложную
систему отрасли правового практического знания.
Ее основанием является нравственность (прежде всего,
нравственно-категорический императив). Одна из его форму-

10.1. К Кант как философ права 81
лировок обращена к правоведам: «Поступай так, чтобы
нравственность твоей воли стала общим законом для всех».
Философ считает неотъемлемыми правами человека его
естественные права. В работе «Метафизика нравственности»
речь идет о естественном праве как «прирожденном праве».
Человека, во-первых, «нельзя спрашивать, для чего он
существует, его существование имеет высшую цель».
Во-вторых, единственным «первоначальным правом,
присущим каждому человеку в силу его принадлежности
человеческому роду» является «независимость от принуждающего
произвола другого», т.е. свобода.
Кроме того существует прирожденное равенство, или
«независимость, состоящая в том, что другие не могут обязать
кого-либо к большему, чем то, к чему он с своей стороны
может их обязать». Равенство — это «быть своим собственным
господином (sui juris)».
Естественное право обеспечивает человека
правомочием: он «перед лицом правового акта ни с кем не поступает
не по праву»1.
В-третьих, естественное состояние — это общественное
состояние, но определенной развитости.
Естественному состоянию противопоставляется не
общественное, а гражданское состояние. Кант поясняет, что в
естественном состоянии общество существует само.
В-четвертых, Кант разработал учение о гражданском
обществе. Гражданское общество гарантирует «мое и твое
посредством публичных законов»2. Кант подчеркивает, что «только
гражданское устройство есть правовое состояние»3.
Единственно же правомерным строем, по Канту, является республика. Она
делает свободу принципом, более того — условием любого
принуждения, которое необходимо при правовом государственном
строе. Только в условиях республики «закон самодержавен»
и не зависит ни от одного лица.
Истинная республика есть и не может быть ничем иным,
как «представительной системой народа, дабы от имени
народа путем объединения всех граждан обеспечить их права через
посредство их уполномоченных (депутатов)»4.
1 Кант И. Метафизика нравов // Кант И. Критика практического
разума. СПб. : Наука, 1995. С. 291.
2 Там же. С. 295.
3 Там же. С. 306.
4 Там же. С. 379.

82 Глава 10. Философия права представителей... немецкой философии
И. Кант исследовал правовые отношения. В первую очередь
их характер, зависящий от обязанностей и прав человека. Он
рассмотрел:
1) правовое отношение человека к существам, не имеющим
ни прав, ни обязанностей (это существа, лишенные разума,
которые не обязывают нас и которых мы не можем обязать).
Например, социальные животные: собаки, кошки, лошади,
домашний скот;
2) правовое отношение человека к существам, имеющим
только обязанности, но не имеющим никаких прав (рабы,
холопы);
3) правовое отношение к человеку, имеющему права и
обязанности;
4) правовое отношение к существу, имеющему только права
и не имеющему никаких обязанностей. Это Бог (но это
существо — не предмет возможного опыта).
Философа интересовала проблема долга («совершенного
долга» и «несовершенного долга»; «долга перед самим собой»
и «долга перед другими»; «долга добродетели», «правового
долга»)1. Канта заботит «вторая природа», которую человек
создает, чтобы жить в ней. Жизнь во «второй природе» связана
с правилами (правила своей, человеческой субъективной воли).
Движение к нравственному категорическому императиву
осуществляется не иначе, как через разумное, истинно
человеческое формирование максим. Оно происходит через борьбу долга
и склонностей. Для философа важно показать, что долг перед
другими проявляется, прежде всего, в публичном праве.
Кант вносит существенный вклад в разработку юридической
науки. Он вводит понятия: «правовое владение», связывая его
с публичными законами, т.е. гражданским состоянием; «вещное
право» (первое приобретение — земля), «приобретение как
завладение» (в согласии с внешней свободой каждого); «личное
право» (не может быть самовольным); «брачное право»
(половое общение по закону есть брак, подчеркивает отношение
равенства между вступающими в брак); «родительское право»
(долг содержать потомство и заботиться о нем); «право хозяина
дома» (хозяин — слуга; дети — не рабы, а свободные люди).
Кант подчеркивал, что в основе правовых законов должен
лежать разум и принцип распределяющей справедливости2. Этот
принцип осуществляет государство, прежде всего, правовое. Со-
1 Кант И. Метафизика нравов // Кант И. Критика практического
разума. СПб. : Наука, 1995. С. 293.
2 Там же. С. 347.

ЮЛ. И. Кант как философ права 83
гласно воззрениям Канта, «государство (civitas) — это
объединение множества людей, подчиненных правовым законам».
В каждом государстве существуют три власти, т.е. его воля
в трех лицах: верховная власть (суверенитет) в лице
законодателя, исполнительная власть в лице правителя (правящего
согласно закону) и судебная власть (присуждающая каждому
свое согласно закону) в лице судьи1.
И. Кант рассматривает и вопросы о праве повелителя на
наказание и помилование, о способах и степени наказаний,
которые должны быть «общественно справедливыми». Мерилом
является «принцип равенства» (оскорбляешь другого — значит,
ты оскорбляешь себя; крадешь у него, значит, крадешь у себя;
убиваешь его — значит, убиваешь себя)2.
Философ досконально исследовал проблему правового
отношения гражданина к отечеству и зарубежным странам. Он
отталкивается от понятия «отечество» как общность и
переходит к понятию «подданный» как гражданин государства,
имеющий право на эмиграцию. Кант не оставляет без
внимания и философско-правовые проблемы международного права:
от определения права государств по отношении друг к другу
до проблем права на мир и войну.
«Право во время войны — это как раз то в международном
праве, что вызывает наибольшую трудность»3,—отмечает Кант.
Он против карательных войн, поработительских. В войне не
разрешено грабить народ. Право мира — это право нейтралитета,
право гарантии, право на взаимное объединение не для
нападения, а для защиты.
«Право гражданского мира» — это реализация идеи
общности народов (полезные отношения).
Отечественный исследователь творчества И. Канта Э. Ю.
Соловьёв заметил, что ответы на многие вопросы, которые
поставило наше время, два века назад дал Кант. Например, что такое
единое международное правовое пространство; моральный
универсализм и унификация нравственных норм — одно ли
это и то же; существует ли философски-антропологическое
обоснование прав человека, понятное и обязательное для
представителей любых культур и вероисповеданий; нужно ли
международное правительство4.
1 Кант И. Метафизика нравов // Кант И. Критика практического
разума. СПб. : Наука, 1995. С. 354.
2 Там же. С. 371.
3 Там же. С. 383.
4 См.: Соловьёв Э. Ю. Категорический императив нравственности
и права. М. : Прогресс-Традиция, 2005. С. 5 и др.

84 Глава 10. Философия права представителей... немецкой философии
Таким образом, кантовская философия права — это не
только целостная система философско-правовых понятий, но и
гуманистическое рассмотрение правовой реальности.
Лицо (die Person) Кант противопоставляет «вещи», «рабу»,
«средству». Он понимает право как морально-правовое
отношение, в котором человек есть цель, а не средство.
Одно из важнейших понятий юридической и философско-
правовой теорий — правосознание — для Канта не сводится
только к онтологической и гносеологической сущности. Он
исследует его с позиций идеальной справедливости и критической
способности корректировать действующие законы.
Право и правовые институты требуют развития в единстве
с этическими требованиями, ибо они и не цель, и не средства.
Кант считал этические требования условиями, необходимыми
для реализации человеком высоких устремлений, своего
предназначения (как члена человеческого рода), разностороннего
индивидуального развития, наиболее полного проявления
творческих способностей и т.д.
По Канту, правовые нормы являются средством, когда
возникают условия деструкции общественного устройства. В иных
условиях — они — само условие. Так, правовое государство —
это не только средство ограничения произвола индивидов,
но и важнейшее условие действия власти.
10.2. Философско-правовые воззрения
И. Г. Фихте
Философско-правовые взгляды другого представителя
немецкой классической философии Иоганна Готлиба Фихте (1762—
1814) созвучны идеям И. Канта. Он разрабатывал философско-пра-
вовую концепцию двумя десятилетиями позже Канта в условиях,
когда Германия подверглась «политическому цивилизаторству»
со стороны наполеоновской Франции, поэтому в основе этой
концепции лежит идея свободы. Человек, утверждал И. Фихте,
должен подчиняться законам, но не слепо, не под
принуждением, а потому что осознал необходимость подчиняться им.
Кроме того, подчинение должно осуществляться с помощью
собственного государства. Обращаясь к проблеме принуждения,
Фихте ставит следующие проблемы: 1) справедливости
карательной; 2) преступления и наказания, их меры; 3) свободы
личности; 4) роли естественного права в развитии правоотношений.

10.3. Философия права Гегеля 85
Он объясняет «справедливость карательную» через
определение меры в сопоставлении преступления и наказания. Такой
мерой является свобода. Поэтому принуждение должно иметь
правовой характер.
Для гарантии свободы необходима сила закона, т.е. сила
права. Средством правового принуждения, а, следовательно,
и гарантом свободы Фихте считал государство, понимаемое как
«коллективная воля» граждан. Государство в лице правителей,
чиновников несет ответственность перед народом, и народ
вправе менять правителей, если они не обеспечивают свободу
подданным. Причем эта «смена» может осуществляться, в том
числе, и насильственным, т.е. революционным путем.
Таким образом, эпоха XVI — первой половины XVIII
веков положила конец теологическим правовым концепциям.
В соответствии с интересами нового класса была разработана
философско-правовая теория, в основе которой принципы
либерализма, гуманизма, просвещения, согласия. Многие идеи
этой эпохи оказались утопичными, но именно они заложили
фундамент философии права как научной дисциплины.
10.3. Философия права Гегеля
Георг Вильгельм Фридрих Гегель (1770—1831) является
родоначальником философии права как
систематизированного научно-философского знания. «Философия права» — одна
из основных работ, в которой автор реализовал
применительно к праву свою главную философскую концепцию — учение
о диалектике как наиболее полном развитии.
Гегель подразделял дух на три части: субъективный дух
(антропология, феноменология духа и психология), объективный
дух (право, моральность и нравственность) и абсолютный дух
(искусство, религия откровения и философия).
Триаду пронизывает идея философии свободы. Под
субъективным духом Гегель понимал свободу личности «в себе»; под
объективным — свободу не только «в себе», но и «для себя»,
т.е. как наличное бытие. И если свобода «в себе» —лишь идея
права, то свобода «в себе» и «для себя» — это правовая
реальность как инобытие идеи права.
Поэтому Гегель рассматривал философию права как науку
о свободе, философское осмысление всего, что связано с
правом, долженствованием, нормативностью.

86 Глава 10. Философия права представителей... немецкой философии
Право, согласно триаде, существует в трех ипостасях: идея
права, которая проявляется как свобода воли; особое право —
права социальных субъектов: личности, семьи, государства;
и позитивное право — закон.
Предметом философии права Гегель считал только первую
его ипостась, т.е. идею права. В процессе диалектического
развития идея права проходит три ступени: абстрактное право,
моральность и нравственность.
Абстрактное право — это право свободной,
правоспособной личности. «Право как таковое есть формальное,
абстрактное право»1 абстрактного лица. На этой стадии еще нет
позитивных законов, здесь действует принцип «будь лицом
и уважай других в качестве лица». Личность реализует
свободу в отношениях собственности. Идет дальнейшее развитие
идеи права — к договору. Однако множество отношений,
случайность договорных связей могут породить видимость права,
право против нарушенного права или проще говоря — неправо.
Зачастую люди считают неправо правом, ошибочно считают
правом то, чего хотят получить. К основным формам неправа
Гегель относил непреднамеренное нарушение права, обман,
преступление.
При обмане воля обманутого лица не нарушается, так как
его заставляют верить, что с ним поступают согласно праву. То,
что представляется подлинным правом, на самом деле лишь
кажущееся право, объективно оно не является им, а
представляет собой лишь нечто субъективное.
Преступление, с точки зрения Гегеля, есть нечто
неразумное, неистинное, потому что оно противоречит понятию
человека как существа разумного, способного действовать
свободно.
Преступление есть такая неправда, которую человек
насильственно и открыто ставит на место права «в себе». В
связи с этим Гегель писал, что вор не создает внешней видимости
права, как при обмане. Кто совершает преступление, например
ворует, тот отрицает не только особенное право другого лица
на украденное, но и его право вообще. Поэтому вора
обязывают не только отдать назад украденную им вещь, но и
подвергают наказанию.
Наказание является не только средством восстановления
нарушенного права, но и правом самого преступника, зало-
1 Гегель. Энциклопедия философских наук : в 3 т. Т. 3. М., 1977.
С. 328.

10.3. Философия права Гегеля 87
женным уже в его деянии — поступке свободной личности.
Снятие преступления через наказание, согласно Гегелю,—это
конкретизация понятия права и морали. На этой ступени, когда
личность абстрактного права становится субъектом свободной
воли, впервые приобретают значение мотивы и цели поступков
субъекта. Требование субъективной свободы состоит в том,
чтобы о человеке судили по его самоопределению. Лишь в
поступке субъективная воля достигает объективности и,
следовательно, сферы действия закона; сама же по себе моральная
воля ненаказуема.
Закон, говорит Гегель,—это конкретная форма выражения
права. Он отвергает противоправный закон, то есть позитивное
право, которое не соответствует понятию права вообще.
Нельзя забывать, что предметом гегелевской философии являлось
лишь идеальное, с чем связан его вывод: право и закон едины
по идеальной природе.
Однако Гегель выдвигает такие важнейшие идеи, как:
— в законах отражается национальный характер народа;
— в законах заложены особенности исторического
развития жизни народа;
— в законах отражаются естественные условия жизни
народа.
Так, по мере развития права обнаруживается различие
между абстрактным правом и субъективной волей, которое
«снимается» на следующей ступени — моральности.
Моральность проявляется уже не в мыслях, а в делах, ибо
человек имеет право на свободу поступка. Благодаря
моральной свободе он обретает возможность различать добро и зло
и делать свободный выбор. Основными формами
моральности Гегель называет умысел и вину, намерение и благо,
добро и совесть. В самом общем виде сфера моральности —
это сфера долженствования, предписывающая делать добро
и не делать зла.
Третья ступень развития идеи права — нравственность,
существующая в формах семьи, гражданского общества и
государства. Это уровень развития свободы, ставшей природой
(семьей), формальной общностью (гражданским обществом)
и, наконец, органической действительностью
(государственным устройством) !.
В семье, считал Гегель, все пронизано нравственностью:
брак — это нравственное отношение и нравственный союз,
См.: Гегель. Указ. соч. С. 341.

88 Глава 10. Философия права представителей... немецкой философии
а семейная собственность основывается на нравственном
интересе.
Под гражданским обществом Гегель понимал социальный
строй, покоящийся на личном экономическом интересе, где
каждый для себя — цель, все остальные — ничто. Субстанцией
личности в гражданском обществе является частная
собственность. Что выступает основанием для разделения труда,
возникновения формальной культуры, образования различных
сословий и формального права — задается вопросом Гегель.
Своеобразие потребностей и возможностей их
удовлетворения, целей, интересов, духовного развития личности —
отвечает он.
Гражданское общество, по Гегелю, возможно тогда, когда
среднее сословие с высоким уровнем правосознания
составляет большинство населения. В таком обществе личность
полагается на силу закона, который является известным и
значимым для всех.
Государство завершает развитие идеи права и является
высшей формой нравственности. Право в государстве может
быть внутренним (конституция), внешним и всемирным.
Всемирное право выступает как абсолютное, как народный дух,
подлинная нравственность1.
Сферу права Гегель рассматривал через призму свободы:
право — это свобода; произвол — это «смешение свободы
и несвободы»; а закон — это разум и свобода. Любые
проявления свободы (в том числе и право) имеют различные
степени абстрактности. Однако в совокупности посредством своего
«снятия» проявления свободы дают возможность реализовать
свободу как «благо в его определенной особенности». Именно
во благе в итоге аккумулируется и воплощается любое
проявление свободы — свобода воли личности, свобода гражданского
общества, свобода государства.
Право и свобода у Гегеля неразрывны и зависят от устоев
общества. Более того, право отражает состояние общества.
Если положение общества нестабильно, то суровые наказания
призваны укрепить его, а если экономически и политически
благополучно, общество снисходительно относится к
правонарушениям. Отсюда следовал вывод: право необходимо
рассматривать в развитии, во взаимосвязи с другими социальными
феноменами, т.е. диалектически.
1 См.: Гегель. Указ. соч. С. 370—373.

Контрольные вопросы и задания 89
Литература
1. Гегель, Г. В. Ф. Энциклопедия философских наук : в 3 т. /
Г. В. Ф.Гегель. — М., 1977. ТЗ.
2. Гегель, Г. В. Ф. Философия права / Г. В. Ф. Гегель. — М.,
1990.
3. Нерсесянц, В. С. Философия права / В. С. Нерсесянц. — М.,
2008.
4. Кант, И. Метафизика нравов / И. Кант. — СПб., 1997.
Контрольные вопросы и задания
1. Что должен делать человек и на что он может надеяться
согласно учению И. Канта?
2. Какой вывод следует из учения И. Фихте о возможности
насильственной смены правителя?
3. Каков предмет философии права по Г. В. Ф. Гегелю?
4. Каковы ступени в развитии наличного права у Г. В. Ф.
Гегеля?

Глава 11
ФИЛОСОФСКО-ПРАВОВОЙ
ПОЗИТИВИЗМ
11.1. Философия права О. Конта
и Дж. Остина
В 30—40-е годы XIX в. возник позитивизм,
родоначальником которого считается Огюст Конт (1798—1857).
Позитивизм стремится сделать философию «полезной» наукой.
О. Конт утверждал, что только те системы знаний являются
научными, которые «верифицируются», т.е.
подтверждаются опытом.
Распространяя свою концептуальную установку на сферу
права, Конт видел причину плюрализма мнений в обществе
в разногласии умов. Этот плюрализм ведет к кризису
общества, его дисфункциональности. Для создания стабильного
общества необходимо опираться не на словесные химеры,
которых никто не видел («абсолютная идея» Гегеля или «монада»
Лейбница), а на устойчивые верифицируемые истины и веру,
основанную на этих истинах.
Такими истинами, считал Конт, выступают естественные
законы. Познавая их и действуя в соответствии с ними,
человек выполняет долг и обретает свободу. Свобода у Конта, как
и у Спинозы, — познанная необходимость, а в сфере права —
это выполнение долга.
На позитивистских позициях стоял и английский теоретик
права Дж. Остин (1790—1859), который в «Лекциях о
юриспруденции или философии позитивного закона»,
провозгласил известную формулу «закон есть закон». Его исходная
позиция заключалась в стремлении «очистить» право от морали,
психологии, политики и других неправовых составляющих,
делающих право неконкретным, размытым. Право как наука

11.2. Философско-правовой позитивизм Г. Гуго 91
должно изучать правовые факты, опираясь не на моральные,
по своей сути неконкретные, положения, а на систему
юридических принципов и норм, строго определяющих обязанности
и последствия за их неисполнение.
Право нельзя оценивать с нравственных или политических
позиций. Общественное мнение, например, не относится к
сфере права. Оно является «позитивной моралью», где уместны
нравственные характеристики — «доброе», «злое», «хорошее»,
«плохое» и т.п. Право таковым быть не может. «Право есть
право», а «закон есть закон». Для определения позитивного права
Дж. Остин ввел понятие позитивной морали, которая призвана
определять нормативные требования, связанные с правилами
этикета и моды, нравственных норм защиты чести.
Позитивная мораль не должна оказывать на право регулятивное
воздействие. То же относится и к религиозным нормам. Дж. Остин
признает в качестве законотворчества позитивно-правовое
нормотворчество судов, т.е. во главу угла ставит традиции
английского прецедентного права.
11.2. Философско-правовой позитивизм
Г. Гуго
Автором термина «философия права» явился немецкий
юрист Г. Гуго, который использовал его для более краткого
обозначения «философии позитивного права». Он предложил и
концепцию философии права, которая поддерживается и по
сегодняшний день некоторыми юристами. Гуго считал философию
права составной «философской частью учения о права». Теория
права, согласно Гуго, должна состоять из трех частей:
юридической догматики, философии права и истории права. Для
юридической догматики, которая занимается позитивном правом
и представляет, по его словам, «юридическое ремесло»,
характерны эмпирические знания, юридические факты. А философия
права и история права составляют «разумную основу научного
познания права».
Можно сказать, что подобный подход к философии права
Гуго распространял на всю юриспруденцию. По его мнению,
юриспруденция призвана основываться не на идеалах
законодателя, а на исторических данных, которые должны
рассматриваться через «апологетику позитивного права по принципам
чистого разума».

92 Глава 11. Философско-правовой позитивизм
Законодательство же — это проявление политики
целесообразности того или иного правоположения. Целесообразность
проявляется в юриспруденции многообразно — с технической,
прагматической, юридико-антропологической сторон и др. При
этом, подчеркивал Гуго, надо изучать проблемы права, прежде
всего, из сердцевины юридического эмпирического опыта,
а не выводить из некоторых общих начал. Эти идеи Гуго были
направлены против признания философии права частью
философии, против заимствования юриспруденцией философских
идей и методов.
Вместе с тем, философия права в развитии не смогла
«миновать» общие философские принципы. В связи с этим
изучаемая нами наука представлена такими основными
философско-правовыми учениями, как позитивизм,
феноменология, экзистенциализм и т.п. Безусловно, Г. Гуго
оказался прав в том, что право без учета его исторического
развития и эмпирического юридического опыта философски
понять невозможно.
Если обратиться к спору Г. В. Ф. Гегеля с Г. Гуго по
проблеме предмета философии права и его статуса — принадлежит
он философии или юриспруденции, — то можно сказать, что
каждый из них по-своему прав. Совершенно очевидно, что
как нет философии права без права, так и нет философии
права без философии; как нельзя понять правовую реальность без
эмпирических фактов, так нельзя понять ее вне общих начал
правового бытия и их познания.
Литература
1. Иконникова, Г. И. Основы философии права / Г. И.
Иконникова, В. П. Ляшенко. — М., 2001.
2. Нерсесянц, В. С. Философия права /B.C. Нерсесянц. — М,
2008.
Контрольные вопросы и задания
1. В чем суть «правового позитивизма»?
2. Каким должно быть право, по учению Дж. Остина?
3. Что представляет собой «Философия права» у Г. Гуго?

Глава 12
ФИЛОСОФСКО-ПРАВОВОЙ
ИРРАЦИОНАЛИЗМ XIX В.
12.1. Философско-правовые идеи
А. Шопенгауэра
Во второй половине XIX в. возникает философско-правовой
иррационализм. Он появился в противовес позитивизму,
стремившемуся превратить право в систему знаний о голых
фактах без учета человеческих эмоций, мотивов, ценностных
установок, Иррационализм делал упор не на естественные
науки, логику, разум, а на человеческую психику,
эмоциональную сторону жизни, которые с трудом поддаются
рациональному анализу.
Одним из первых представителей этого направления
был немецкий философ Артур Шопенгауэр (1788—1860).
Исходный тезис Шопенгауэра — человек обречен на страдание.
Причиной тому является вечное стремление к жизни. Такое
стремление — частный случай проявления мировой воли.
В философско-правовом отношении в учении
Шопенгауэра интересна, прежде всего, концепция свободы. Он выделял
три основных подвида свободы: физическую — отсутствие
всякого рода материальных препятствий для совершения
поступков в соответствии с волей человека;
интеллектуальную — реакция воли человека на предоставленные
разумом мотивы, побуждающие к действию (примечательно,
что Шопенгауэр допускал ненаказуемость преступлений,
совершенных в состоянии безумия, бреда или
алкогольного опьянения; закон — это принуждающий мотив в виде
угрожающих наказаний за противоправный мотив челове-

94 Глава 12. Философско-правовой иррационализм XIX в.
ка, если же человек совершил деяние по незнанию и не мог
предвидеть его последствия, значит, он был
интеллектуально несвободен, и не подлежит наказанию1); моральную —
основана на хотении, «сообразный с волею»2. Моральный
подвид проявляется в следующей форме: я могу делать то, что
хочу, но я не в силах хотеть, если противоположный мотив
сильнее моего хотения. Возникают такие явления, как вина
и ответственность. Именно ответственность характеризует
наличие моральной свободы.
Следовательно, делает вывод А. Шопенгауэр, всякий
поступок человека определяется двумя факторами — характером
человека (его индивидуальной волей) и мотивом.
Шопенгауэр выступал против «холодности»,
«логичности», «педантизма», «формализма», «бессодержательности»
философско-правовых учений И. Канта и Г. В. Ф. Гегеля. Он
в книге 4 § 62 работы «Мир как воля и как представление»
характеризовал «Метафизику нравов» (немецкие кантоведы
назвали ее просто «Reehtslehre» — «Учение о праве») как
«произведение малого ранга» и «очень плохую книгу».
Шопенгауэр не находил в ней ничего, кроме «удивительного сплетения
взаимообусловленных заблуждений».
Как видим, представители классической немецкой
философии и Шопенгауэр прямо противоположно трактовали право,
правовые отношения. Первые ратовали за роль разума в
наличном бытии права, второй — сердца, воли, переживаний,
представлений.
Следует заметить, что многие философско-правовые идеи
Шопенгауэра не беспочвенны. Значительная роль в
правоприменительном пространстве принадлежит правосознанию,
в котором взаимодействует чувственное и логическое,
рациональное и иррациональное. Придавая огромное значение
человеческой иррациональности, Шопенгауэр, к сожалению,
не понял великой идеи Канта о том, что запрет — это особое
отношение государства к человеку, отношение к нему не как
к средству, а как к цели.
1 См. : Шопенгауэр А. О свободе воли // Шопенгауэр А. Свобода воли
и нравственность. М., 1992. С. 122—123.
2 Там же. С. 56.

12.2. Философско-правовые взгляды Ф. Ницше 95
12.2. Философско-правовые взгляды
Ф. Ницше
К иррационалистическому направлению относится и учение
Фридриха Ницше (1844—1900). Его «философия жизни»
базируется на тезисе тяжести и бессмысленности бытия. Человек
чаще встречается с ложью и несправедливостью, чем с правдой
и справедливостью. В этом виновата христианская религия,
которая провозглашает равенство людей, непротивление злу,
покорность, любовь к ближнему и т.п. В действительности же,
считал Ницше, справедливость наступит лишь с преодолением
человеческой греховности и появлением нового человека.
Современный для Ницше человек — это всего лишь «канат»,
натянутый между двумя берегами реки: один берег «животное»,
другой — «новый человек». В основе решения людских
проблем лежит «воля к власти». Эта воля не одинакова у людей:
с одной стороны — это инстинкт, которым обладает каждая
клеточка организма, а с другой — она способна к
совершенствованию. Для последнего нужно очень многое: во-первых,
сам человек, который должен иметь «душу ребенка»,
«выносливость верблюда» и «силу льва», во-вторых, новые ценности
и идеалы, формирующие волю «нового человека»; в-третьих,
особая система права, преодолевающая условия, которые
сделали человека не только «солью земли», но и «потом земли»
и «гноем земли».
Философии Ницше присуща парадоксальность в постановке
проблем, однако его философско-правовые воззрения
недвусмысленны: естественное право как право сильного с
появлением нового человека станет правом каждого. Этого не хотела
увидеть младшая сестра Э. Фестер-Ницше, когда исправила
рукопись работы брата «Воля к власти» в духе нацизма
фашистской Германии. Этого не хотят видеть сегодняшние фашисты,
объявляя Ницше своим идеологом.
Таким образом, философско-правовая мысль XIX в.
является плюралистичной, в ней переплетены концепции и идеи
разных философско-правовых систем, компилятивно
сочетаются установки идеализма и материализма, рационализма и
иррационализма, она содержит величайшие догадки и не менее
великие ошибки.

96 Глава 12. Философско-правовой иррационализм XDC в.
Литература
1. Нерсесянц, В. С. Философия права / В. С. Нерсесянц. — М.,
2008.
2. Ницше, Ф. Воля к власти / Ф. Ницше.— М., 1995.
3. Шопенгауэр, А. О свободе воли // Шопенгауэр, А. Свобода
воли и нравственность.— М., 1992.
Контрольные вопросы и задания
1. В чем суть «правового иррационализма»?
2. Как понимал свободу А. Шопенгауэр?
3. Что является причиной тяжести бытия человека у Ф. Ницше?

Глава 13
ФИЛОСОФИЯ ПРАВА
К. МАРКСА И Ф. ЭНГЕЛЬСА
Основоположники материалистического понимания
истории К. Маркс (1818—1883) и Ф. Энгельс (1820—1895) уделяли
особое внимание философским проблемам права — его
природе, сущности и перспективам развития.
Уже в ранней работе «К критике гегелевской философии
права. Вместо введения» К. Маркс отмечал, что немецкая
философия права далека от практики, от революционных
преобразований, способных поднять Германию до уровня
передовых стран того времени, и вполне соответствует сложившейся
в германском государстве реальности, где «идеальные порядки
отрицают реальные порядки».
Исследуя экономическую обусловленность права и его
классовую сущность, К. Маркс пришел к выводу, что классовые
отношения не могут быть поняты ни из самих себя, ни из так
называемого общего развития человеческого духа. Классовые
отношения коренятся в материальных условиях общества,
основой которого является способ производства
материальных благ.
Способ производства материальных благ — определяющая
причина общественного развития. Конкретные явления —
и материальные, и духовные — имеют свои непосредственные
причины, которые следует искать во взаимодействии
экономического базиса и надстройки. Экономический базис — это
совокупность экономических производственных отношений.
Надстройка — система идеологических отношений,
идеологических учреждений, идей и соответствующих им форм
общественного сознания.
«Право — это надстройка над экономическим базисом,
это юридическое оформление общественных, в первую оче-

98 Глава 13. Философия права К. Маркса и Ф. Энгельса
редь экономических, отношений»1. Право — идеологическое
выражение классовых интересов: в государстве существует
только одно право — право экономически господствующего
класса, а государство — лишь средство практической
реализации этих интересов.
Право тесно связано не только с экономикой, но и с
политикой, при этом право является концентрированным
выражением политики. Маркс подчеркивал, что политическая
и правовая идеологии образуют неразрывное единство,
направленное на формирование политико-правового сознания,
т.е. взгляда человека на справедливость и несправедливость,
право и обязанность, власть и государственное устройство и т.д.
Он опровергал доводы буржуазных идеологов о возможности
«разумного» обустройства без изменения законов. Доказывая,
что буржуазное общество несправедливо изначально, «изнутри»,
и никакие самые справедливые законы его не изменят, Маркс
утверждал, что справедливость — это равенство всех и перед
законом, и перед собственностью.
Гражданское общество как ступень развития
буржуазного общества, по мнению Маркса, не имеет будущего, ибо
сохраняет эксплуатацию человека человеком и лишает
людей духовности. Классовому гражданскому обществу Маркс
противопоставлял общество, в котором не будет частной
собственности и эксплуатации. Переход к такому обществу должен
совершить пролетариат через социалистическую революцию.
На первой ступени развития, при социализме, общество
сохранит остатки буржуазного права (распределение по труду
и др.).Но при коммунизме, когда производительные силы
достигнут высочайшего уровня развития, частная
собственность исчезнет окончательно и люди достигнут высокой
степени сознательности. Государство, а вместе с ним и право,
постепенно отомрут.
Для К. Маркса послекапиталистическая судьба права —
вопрос второстепенный. Он также не занимался исследованием
личностного начала и гуманистического измерения правовой
жизни, когда отдельный индивидуум признается в качестве
независимого, свободного и самостоятельного лица — субъекта
права, не только в экономическом отношении, но и в
юридическом.
1 См.: Маркс К. К критике политической экономии. Предисловие //
Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. Т. 13. С. 9.

Контрольные вопросы и задания 99
Частично этот пробел восполнил Ф. Энгельс в работе
«Происхождение семьи, частной собственности и государства».
Материальная основа моногамной семьи, по Энгельсу,— это
право наследования.Он выделил признаки государства —
территориальное деление, наличие публичной власти и налогов.
Возникновение государства Энгельс объяснял необходимостью
«держать в узде противоположность классов»1. Он также
обосновал правовое неравенство мужчин и женщин в браке как
результат экономического угнетения женщин2.
Таким образом, диалектико-материалистическая концепция
права показала непосредственную связь экономических
отношений и права как их отражения, установила классовое
содержание права в классовом государстве и обозначила перспективу
и права и государства — отмирание. В то же время, несмотря
на провозглашенный классиками марксизма тезис —
«свободное развитие каждого есть условие свободного развития всех»,
их учение о праве не получило индивидуально-человеческого
обоснования как свободы личности во всех ее проявлениях.
Литература
1. Маркс, К. К критике гегелевской философии права.
Введение // Маркс, К., Энгельс, Ф. Соч.— 2-е изд. — Т. 1.
2. Маркс, К. К критике политической экономии.
Предисловие // Маркс, К., Энгельс, Ф. Соч.— 2-е изд. Т. 13.
3. Энгельс, Ф. Происхождение семьи, частной собственности
и государства // Маркс, К., Энгельс, Ф. Соч.— 2-е изд.—
Т. 21.
Контрольные вопросы и задания
1. Что есть право у К. Маркса?
2. В чем выражается классовый характер права?
3. Каковы перспективы права в марксистском учении?
4. В чем заключается основной недостаток марксистского
учения о праве?
1 Маркс К., Энгельс Ф. Избранные произведения : в 3 т. Т. 3. М., 1979.
С. 364.
2 См.: Там же. С. 273.

Глава 14
ФИЛОСОФСКО-ПРАВОВАЯ
МЫСЛЬ XX — НАЧАЛА XXI СТОЛЕТИЯ
14.1. Основные тенденции развития
философско-правовой мысли в XX в.
XX в. насыщен идеями, в центре которых оказались
проблемы философской антропологии, философии жизни и
личностного бытия человека, аксиологии, философии истории,
философии политики.
В центре этих исследований оказался человек с его внешним
и внутренним миром, в котором проявляют себя
общественные воздействия, а также сознательное и бессознательное,
сознательное и стихийное. Одновременно философия развивала
гносеологические и эпистемологические возможности,
продолжала поиск границ и возможностей научного и
идеологического в познании общественных явлений, эффективных средств
постижения человека, общества, мира в целом.
На общественное развитие в XX в. и его познание мощное
воздействие оказывала марксистская философская парадигма.
Ее теоретическая направленность на преобразование мира
с опорой на философско-научное знание законов
возникновения, функционирования и развития общества делала ее
привлекательной. С другой стороны — практическое воплощение
марксизма в СССР и других странах, связанное с репрессиями
и насилием, не всеми оценивалось как научно
обоснованное и постоянно критиковалось. К тому же законодательная
и правоприменительная практика в СССР демонстрировала
противоречие. Администрирование, «телефонное право»,
волюнтаризм, а в итоге ограничение свободы делали
философию права ненужной: предполагалось, что с правом и так
все ясно — правосознание понималось как научное (марк-

14.1. Основные тенденции... философско-правовой мысли в XX в. 101
систское), идеологическое (социалистическое и с
«пережитками капитализма в сознании людей», буржуазное,
мелкобуржуазное), обыденное, которое надо «делать» марксистским,
социалистическим.
Марксистская парадигма, построенная на
материалистическом понимании истории, привлекла экономических
детерминистов, технологических детерминистов, которые
абсолютизировали роль материальных общественных отношений.
Экономический детерминизм господствовал и в практике СССР,
где определяющая роль отводилась государственной форме
собственности как «высшему уровню» развития
международной собственности. Именно от нее зависело развитие и
производительных сил, и колхозно-кооперативной собственности,
и духовной жизни общества.
В итоге право выступало как принудительная сила, а не
правовая законность и свобода. Социалистическая законность
понималась как государственное управление и подчинение
ему.
Технологический детерминизм (Р. Арон, 3. Бжезинский,
О. Тоффлер, А. Турен, Ж. Фурастье и др.), напротив,
проповедует, что только производительные силы и технологические
производственные отношения (развитость «техноструктуры»)
формируют определенный тип общества с его культурой,
человеком, социальными институтами. Важнейшим средством
духовного и материального воздействия на общество становится
не идеология, а социальная технология; не социальные
революции, а социальные реформы. Поэтому праву отводится
определяющая, решающая роль. В политико-идейном аспекте эти
концепции являются юридическо-либертальными. По мнению
технологических детерминистов, постиндустриальное
информационное общество, опирающееся на принципы
либерализма, и есть настоящее и будущее человечества. Таким образом,
в современном технологическом детерминизме философско-
правовая концепция ориентирована на роль технологических
факторов в развитии как самого права, так и явлений, им
детерминированных.
Исследователи отмечают, что в основе современных
философско-правовых концепций лежат основные
философские парадигмы. Итальянский философ И. Боббио справедливо
полагает, что такими парадигмами явились экзистенциализм,
феноменология, позитивизм, структурализм, философия
жизни, философская антропология.
Таким образом, наметились и уже проявляют себя две
основные тенденции развития правового знания: 1) возника-

102 Глава 14. Философско-правовая мысль XX — начала XXI столетия
ют юридические отрасли, связанные с философией:
юридическая антропология, юридическая эпистемология,
юридическая герменевтика, юридическая аксиология; 2) формируется
философия права как целостная система философского знания
правовой реальности.
14.2. Основные философско-правовые
парадигмы
Итак, в XX в. философия права развивалась в русле
основных философских парадигм того времени —
неопозитивизма, неокантианства, экзистенциализма, неогегельянства,
феноменологии, философии психоанализа и др.
Позитивистские мотивы проявлялись, прежде всего, в
попытках применить тезис О. Конта «каждая наука сама себе
философия» к юриспруденции. Отсюда стремление подменить
философию права общей теорией права, поэтому сегодня
некоторые общие юридические концепции называются философией
права, а философско-правовые идеи необоснованно
включаются в предмет юриспруденции.
С позитивистских позиций исследовали правовую
реальность немецкие юристы В. Кубеш, К. Бринкман, Г. Хенкель,
Р. Циппелиус, Г. Кельзен, профессор права Парижского
университета А. Батиффоль и др.
Ганс Кельзен (1881—1973) рассматривал философию права
как нормативную науку, описывающую и исследующую право
как совокупность норм. Нормами регулируется и определяется
должное поведение. Право, по мнению Кельзена,
устанавливает принудительный порядок, поддерживаемый
государственной властью.
Юридический позитивизм проявляется также и в
отношении к философии права как науке о частных логико-
методологических проблемах правовой теории — ее
категориальном аппарате, языке и т.п. Именно так понимают философию
права австрийские юристы О. Вайнбергер, П. Колер, М. При-
шинг, П. Штрассер. С их точки зрения (а точнее с точки
зрения логического позитивизма), философия права должна
быть аналитической юриспруденцией, исследующей
структурные проблемы права, юридическую аргументацию и
правовую динамику. Главную задачу философии права они сводят
к познавательно-критическому анализу используемых юриди-

14.2. Основные философско-правовые парадигмы 103
ческой наукой теорий (логика, теория коммуникаций, теория
решений, семантика, кибернетика, политология, психология,
социология и др.) и соответствующих методик.
Как уже отмечалось, в отечественной философско-правовой
мысли юридический позитивизм означает, прежде всего,
стремление рассматривать философию права как теоретическую
часть юриспруденции, как наиболее общий уровень
правовой науки.
Однако неопозитивистская парадигма не получила
безоговорочного признания. XX в. породил множество концепций
антипозитивистского толка, в которых правовая реальность
осмысливалась с иных позиций.
Одной из таких концепций является неокантианство,
берущее начало в предыдущем столетии. Выдвинув лозунг «назад
к Канту», неокантианцы настаивали на том, что юридические
законы выводятся из самого мышления, что понятие права
априорно, но может совершенствоваться отдельным человеком
и государством как мыслительная категория.
Крупными теоретиками неокантианства, оказавшими
влияние на развитие философско-правовой мысли, были Р. Штамм-
лер, Г. Радбрух, К. Кюль, А. Оллеро, О. Хеффе1.
Философия права неокантиантской ориентации обращалась
к представлениям о «правовых эйдосах» (сущностях) и
«правовых ценностях», что послужило основой для появления понятия
«юридическая онтоаксиология».
Так, немецкий юрист Рудольф Штаммлер (1856—1938)
доказывал первичность права по отношению к реальности как
должного по отношению к сущему. У Штаммлера человеческая
жизнь конструируется с помощью права, понимаемого как
априорное знание. Развитие общества осуществляется в результате
частичных изменений права. Для него не юридические формы
сообразуются с социальной жизнью, а наоборот, социальная
жизнь «подстраивается» под юридическую форму.
В работах Г. Радбруха (1878—1949) «Введение в науку
права» и «Философия права» утверждается, что право может быть
понято только исходя из априорной идеи — некоего идеала,
определяющего цели человека. Философия права, согласно
Радбруху, строится на двух основных принципах —
аксиологическом и релятивистском. В его понимании идея права состоит
из трех ценностей: справедливости, целесообразности и
правовой стабильности. Изучение этих ценностей является целью
1 См.: Четпвернин В. А. Современные концепции естественного
права. М., 1988.

104 Глава 14. Философасо-правовая мысль XX — начала XXI столетия
философии права. Это отличает философию права от теории
права, которая решает практические задачи по толкованию
и систематизации действующего права.
Испанский неокантианец А. Оллеро рассматривал
правовые нормы как «ценности культуры», выражающие идеалы
основных прав человека и правового государства. По его
мнению, идеалы справедливости, свободы, равенства как
априорные и должные, способствуют формированию у законодателя
разумных ориентиров и установок в виде норм, законов,
подзаконных актов, постановлений и т.п.
Таким образом, в неокантианстве право рассматривается
не только как априорное знание, но и как относительная,
постоянно меняющаяся ценность.
Антипозитивистскую направленность имела и другая фило-
софско-правовая концепция — неогегельянство. У его истоков
стояли английские философы Фрэнсис Герберт Брэдли (1846—
1924) и Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943),
американец Джосайя Ройс (1855—1916), итальянцы Бенедетто Кроче
(1866—1952) и Джованни Джентиле (1875—1944).
Как и Г. Гегель, его последователи уделяли главное
внимание проблемам свободы. Но их идеи своеобразно претворялись
в практике становления фашистской диктатуры, что и
предопределило разделение неогегельянцев на два крыла.
Так, Б. Кроче доказывал независимость свободы от любых
реальных условий. Для него свобода личности — это
выражение свободы духа. Поэтому государство не может быть
тоталитарным, оно призвано реализовать свободу как высший закон
человеческого бытия. Антифашистская направленность этой
концепции очевидна.
Дж. Джентиле, напротив, утверждал, что подлинная
свобода возможна лишь в тоталитарном государстве, которое
якобы наиболее полно реализует нравственный категорический
императив. Понятно, что многие философско-правовые идеи
Дж. Джентиле были с одобрением восприняты итальянскими
и немецкими фашистами.
Идеи «расового права», «народной правовой мысли»,
«гражданина рейха» разрабатывал немецкий правовед К. Лоренц
(1910—1949). Он утверждал, что только в условиях нацистской
Германии стала понятна «нравственная тотальность»
гегелевского учения о государстве и праве. По Лоренцу, в идее рейха
уничтожена противопоставленность народа и государства, ибо
фашистское государство не только «аппарат», но и «жизненная
форма». Более того, он создал иерархию правоспособности
населения в зависимости от «чистоты крови» — от полноправ-

14.2. Основные философско-правовые парадигмы 105
ного гражданина рейха, «истинного арийца», до бесправного
«расового врага».
Безусловно, профашистское крыло неогегельянства не
только извратило, но и «оболванило» учение великого немецкого
мыслителя, именем которого оно прикрывалось.
С конца 40-х — начала 50-х годов XX в. в философии права
усилилось влияние феноменологической философии Эдмунда
Гуссерля (1859—1938), Макса Шелера (1874—1924), Николая
Гартмана (1882—1950).
Феноменологи, как известно, рассматривают предметное
бытие и сознание в соотношении (коррелятивно). Так с точки
зрения феноменологии, сознание двуедино: оно включает ноэ-
зис (познавательные акты) и ноэму (предметное содержание,
многообразие предметных значений). Применительно к
праву это означает, что именно в нем, т.е. в праве, и соотносятся
ноэзис и ноэма.
Особенно привлекательным для философов оказался метод
феноменологической редукции. Редукция (от лат. reductio —
возвращение, сокращение, приведение обратно) — сведение
сложного к простому, более понимаемому и доступному.
Известно, что Гуссерль видел в редукции изначальный философский
акт, с помощью которого сознание отделяется от мира и
превращает себя в абсолют, а любое бытие в результате редукции
становится для сознания смыслом.
Феноменологи, исследовавшие проблемы сущности и
становления права, утверждали, что для их объяснения
необходимо изучать интенциональное (нацеленное на что-то) сознание
субъекта права. Такой точки зрения придерживался,
например, немецкий философ А. Рейнах.
Одна из центральных категорий современной
феноменологии — жизненный мир человека. Правда, разные авторы
вкладывают различное содержание в это понятие.
Так, для Питера Бергера (род. 1929 г.) и Томаса Лукмана
(род. 1927 г.) жизненный мир — это повседневная реальность,
формирующая человека через механизмы социализации и ин-
тернализации1. Юрген Хабермас (род. 1929 г.) рассматривает
его как две взаимосвязанные сферы — повседневной
реальности и системного мира. В повседневной реальности
человек совершает будничные действия, на него влияет
непосредственное окружение — соседи, коллеги, друзья, члены семьи
и т.д., им движут практические интересы — забота о детях, ре-
1 См. : Руткевич Е. Д. Питер Людвиг Бергер. Томас Лукман //
Современная американская социология. М., 1994. С. 195—251.

106 Глава 14. Философско-правовая мысль XX— начала XXI столетия
монт квартиры, заработная плата, урожай на дачном участке,
техническое состояние автомобиля... Системный мир — это
социальные институты, «отдаленная» социальная среда,
государства, конъюнктура мирового рынка, которые предстают
перед человеком в виде норм морали и права, политических
установок, идеологических трафаретов и пр. Системный мир
характеризуется не только «отдаленностью» от
непосредственного бытия человека, но и рациональностью, разумностью,
долженствованием. Условно говоря, различие между
повседневной реальностью и системным миром такое же, как между
мнением соседки и нормой конституции.
По мнению Хабермаса, системный мир не способен
достаточно полно выразить в своих институциональных структурах
потребности и интересы повседневной реальности человека.
Из этого противоречия следуют два типа поведения людей:
стратегическое, ориентированное на достижение цели и
обман партнера, и коммуникативное, подразумевающее
нормативную упорядоченность, устойчивость межличностных
отношений, поддержание традиций, интеграцию общества,
взаимопомощь и т.д.
Современные феноменологи убеждены, что именно
повседневная реальность оказывает решающее влияние на
мотивацию поведения человека, формирование его идеалов, вкусов
и предпочтений.
С точки зрения авторов настоящего пособия,
феноменологический подход к правовой реальности позволил более четко
осознать роль различных форм практики в его
жизнедеятельности, полнее учесть в правовых отношениях человеческие
мотивы и установки, обнаружить существенное влияние не только
материальных, но и духовных интересов в поступках людей.
Кроме того, феноменология дала возможность
представить правовую реальность как взаимодействие повседневного
и системного миров. Эти миры имеют большое значение в
процессе формирования жизненного мира человека и правовой
реальности.
В середине XX в. философско-правовая мысль обратилась
к идеям структурализма — концепции, рассматривающей
социальные феномены как «трансцендентальное языка».
Трансцендентальное языка — это его скрытая разумность,
атрибутивно присущая вещам и явлениям. С этой позиции
один из крупнейших представителей структурализма Клод
Леви-Стросс (1908—2009) интерпретирует право как разумное
регулирование общественной жизни, разумное обеспечение
правопорядка.

14.2. Основные философско-правовые парадигмы 107
Мишель Фуко (1926—1984) при интерпретации философско-
правовых проблем соединил структурализм с психоанализом.
В работе «Воля к истине. По ту сторону знания, власти и
сексуальности» он исследовал с этих методологических позиций
такую проблему, как право на жизнь и смерть.
В частности, он подметил, что согласно римскому праву
отец распоряжался жизнью детей по принципу: «я дал детям
жизнь, я всегда вправе ее у них отнять». Позднее это право
модифицируется, переходя, так сказать, в компетенцию суверена.
Право суверена, называемое М. Фуко «ассиметричным»,
мыслится как безусловное, абсолютное, но осуществляемое лишь
в случае возникновения угрозы.
Раскрывая суть «ассиметричного» права, философ
писал: «Право, которое формулируется как право "на жизнь
и на смерть", в действительности является правом заставить
умереть или сохранить жизнь. Это право как историческая
форма характерно для обществ, где власть в первую очередь
определяется правом захвата — над вещами, временем,
телами и, в конечном счете — над жизнью; ее кульминацией
была привилегия завладеть жизнью для того, чтобы ее
уничтожить.
Право на смерть ныне опирается лишь на требования
власти, которая управляет и жизнью (обеспечивает,
поддерживает, приумножает).
Принцип "уметь убивать, чтобы уметь жить" стал
принципом отношений между государствами»1.
Смертную казнь Фуко характеризует как «предел, позор
и противоречие» для власти. Нормальное общество, по его
мнению, апеллирует, прежде всего, к жизни, а не на смерти.
Видное место в философско-правовой мысли XX в.
занимает герменевтическая концепция — учение об
интерпретации текстов и исторических фактов, норм позитивного
права и жизненного опыта. С точки зрения представителей
герменевтики, в законотворчестве и толковании законов
важно понимание «жизненной» природы закона, воссоздание
в нем непрерывного духовного опыта общества, т.е.
приобщение каждого нового поколения людей к правовой культуре
и передача ее потомкам.
Мир человека в контексте герменевтической
трактовки — это мир его надежд, чаяний и устремлений. В процессе
ознакомления человека с законом, правовыми нормами осу-
1 Фуко М. Воля к истине. По ту сторону знания, власти и
сексуальности. М., 1996. С. 239—240.

108 Глава 14. Философско-правовая мысль XX — начала XXI столетия
ществляется акт интерсубъективного общения. Однако это
общение требует учета значимых характеристик его
субъектов — их социальности, историчности, развитости
сознания и др.
Так, один из виднейших представителей герменевтики
Поль Рикёр (род. в 1913 г.) в книге «Я-сам как другой»
исследует взаимодействие политики, морали и права при наличии
у людей желания жить вместе. Наиболее эффективно, по его
мнению, это взаимодействие происходит в правовом
государстве. При этом П. Рикёр рассматривает такой важный философ-
ско-правовой вопрос, как соотношение формы власти и силы
власти в правовом пространстве. По его убеждению, именно
через право политическая власть способна обеспечить
«реализацию способностей человека могущего».
Плодотворна также его идея о «герменевтической дуге».
П. Рикёр очерчивает путь юридических законов, которые берут
начало в жизни, проходят через сформулированные
законодателем нормы (зафиксированные в сводах законов, кодексах)
и воплощаются исполнителем в жизнь.
Таким образом, в XX в. очевидна тенденция к
гуманизации философии права, ориентация на субъективную
сторону правоотношений, противостоящую как позитивизму, так
и марксизму.
Дальнейшее развитие эта тенденция получила в
экзистенциализме. С философией Мартина Хайдеггера (1889—1976),
Карла Ясперса (1883—1969), Жана Поля Сартра (1905—1980)
связано появление философско-правовой концепции,
именуемой экзистенциальным правом. Его суть в том, что человек
в критических, пограничных ситуациях не только оказывается
перед выбором варианта поведения, но и принимает жизненно
значимое, кардинальное решение (так называемое
экзистенциальное право в данной ситуации). Звеном, связывающим
сознание человека и ситуацию, по мнению Ж.-П. Сартра,
является восприятие, постигающее смысл конкретного явления.
Причем смысл этому явлению придает не только ситуация,
но и весь внешний мир. Благодаря постижению смысла
человек субъективизирует внешнюю реальность.
В философско-правовой мысли экзистенциальная
парадигма используется В. Майхофером, Е. Фехнером, Н. Пулантусом.
Они полагают, что бытие права — это переживание социальным
субъектом той или иной конкретной ситуации. По их мнению,
правосудие призвано извлекать право из конкретных ситуаций,
под которыми понимается личностное бытие человека с
гаммой его социальных чувств.

14.2. Основные философско-правовые парадигмы 109
Сегодня сторонники экзистенциального права довольно
часто обращаются к естественному праву, вытекающему из
человеческих экзистенциалов. Е. Фехнер даже связывал
напрямую постижение смысла личностного бытия с естественным
правом. При этом позитивное право он охарактеризовал как
систему мертвых, механических правовых норм.
Французский философ-экзистенциалист Габриель Марсель
(1889—1973) в работе «Быть и иметь» отмечал, что
экзистенциальное право подразумевает служение праву, которое
раскрывается человеку как божественное присутствие. Обладать
таким правом человек может, но не рационально, а
экзистенциально, интуитивно1.
На философию права, как и на многие другие теории,
существенное влияние оказала философия психоанализа
Зигмунда Фрейда (1856—1939). Как известно, его учение основано
на идее доминирующей роли бессознательного, прежде всего,
бессознательных импульсов сексуального характера.
Сублимация сексуальной энергии лежит, согласно Фрейду, в основе
социокультурной деятельности человека. Среди социообразую-
щих факторов первостепенное место занимает право, которое
позволяет формировать механизмы экономического,
политического и духовного господства и подавления. На этой основе
возникают не только неврозы, но и асоциальное поведение,
преступления.
Философия психоанализа исследует также проблемы,
связанные со становлением государства, разработкой правовых
и моральных норм, санкций и др. В современных условиях
фрейдовская концепция широко используется некоторыми
теоретиками философии права для обоснования природы и
сущности конфликтов в системах «человек-общество» и «человек-
государство»; для интерпретации применяемых норм и санкций;
для описания форм социального контроля; для объяснения
насильственного воздействия на человека традиций, культуры,
стереотипов.
Неоднократно предпринимались попытки распространить
учение Фрейда об индивидуальном бессознательном на социе-
тальный уровень. Например, немецкий неомарксист и
неофрейдист Эрих Фромм (1900—1980) показал, что общество нельзя
изучать в отрыве от бессознательного в индивидуальном
поведении, поскольку общество и индивид объединены не только
объективными условиями, но и бессознательными факторами
как индивидуального, так и коллективного уровня, а человек-
См.: Марсель Г. Быть и иметь. М., 1994. С. 149,157.

110 Глава 14. Философско-правовая мысль XX— начала XXI столетия
индивид одновременно является и человеком-участником
социальной жизни1.
С конца 30-х годов XX в. по сей день в философско-правовой
мысли наблюдаются попытки обосновать право как
интеграционную основу общества. Это обусловлено поисками
альтернативы «экономическому материализму» К. Маркса, прежде
всего, его теории базиса и надстройки, а также стремлением
доказать, что не революция, а только право является средством
совершенствования общественной жизни.
Такой подход характерен для неореализма,
неофрейдизма и неомарксизма.
Право, по мнению неореалистов, — это реализация
человеком судебных решений. Непрерывно изменяясь, оно служит
эффективным средством достижения социальных целей.
Однако общественная жизнь опережает изменение права, поэтому
возникшее несоответствие преодолевается решениями,
которые выносят судьи.
Таким образом, неореализм стремится доказать, что
целостность общества обусловлена не формальным, абстрактным
правом, а вердиктами судей. Неореализм отводит ведущую
роль здравому смыслу как важнейшему средству принятия
решений и улаживания конфликтов. Много внимания этой
проблеме уделял английский философ Джордж Эдуард Мур
(1873—1958), который связывал истинность суждений
«здравого смысла» с анализом обыденного языка. Последователи Мура
ввели в философию права лингвистический анализ «правового
языка», эффективно использующийся в процессе
законотворчества и при интерпретации законов.
Американский социолог русского происхождения Питирим
Сорокин (1889—1968) рассматривал правовую реальность
в культурологически-реалистическом плане. Он исследовал
культуру как целостность, состоящую из пяти основных
систем — религии, этики, искусства, философии и науки. Этика,
в свою очередь, включает две подсистемы: право и мораль,
которые посредством норм (или «истин») определяют
отношения людей. Содержание правовых «истин» зависит от одного
из трех типов культуры: чувственного, в котором
доминирует непосредственное чувственное восприятие правовой
реальности; идеационального, в котором преобладает рациональная
оценка и абстрактное осознание правовой действительности;
идеалистического, в котором господствует интуитивное
восприятие этой действительности. Кроме того, содержание пра-
1 См.: Фромм Э. Миссия Зигмунда Фрейда. М., 1996.

14.2. Основные философско-правовые парадигмы
111
вовых «истин» и права в целом зависит от системы ценностей,
присущей тому или иному типу культуры.
Таким образом, философско-правовая концепция П.
Сорокина исходит из того, что право — это центральный
ценностный элемент «культурной суперсистемы».
Изучая основные формы актов поведения, П. Сорокин
поставил ряд важных философско-правовых проблем, в
частности, соотношение дозволенного и недозволенного, должного
и сущего в поступках людей; выделил различные формы
реагирования на чужие поступки — «должные», «рекомендуемые»
и «запрещенные»; исследовал соотношение преступления и
наказания, подвига и награды1.
Другой социолог, Георгий Давыдович Гурвич (1894—1965),
разрабатывал метатеоретические основания философии права
с позиций плюрализма, а также методологические подходы для
определения этих оснований. Он рассматривал право на
основе интеграции идей К. Маркса, П. Ж. Прудона, Э. Дюркгейма,
М. Вебера и др.
По Гурвичу, метатеоретическая основа общественного
знания, в том числе и правового,— «диалектический
гиперэмпиризм», который позволил ему выделить 162 типа права, провести
различие между социальным правом (право масс, сообществ,
общин) и межиндивидуальным правом (право отделения,
приближения и смешения). У Гурвича юридическое начало как некая
регуляция поведения заменяет собой социальное начало, а право
выступает как совокупность воплощенных в жизнь идеальных
норм, благодаря чему и образуется правопорядок.
Профессор философии права Упсальского университета
А. Хегерстрем (1868—1939) интеграционной основой
общества считал следование «социальному инстинкту», моральному
долгу, божественной власти и юридическим законам.
В целом Упсальская школа философии права известна тем,
что на первое место ставит проблемы «уважения и
обязанности». Обращение к этим категориям осуществляется в рамках
этической теории эмотивизма, сочетающей идеи
постпозитивизма и иррационализма. Эта теория утверждает, что нормы
не могут быть ни истинными, ни ложными, а служат лишь для
выражения эмоций.
Таким образом, реанимируется идея противопоставления
позитивизма и антипозитивизма, причем предпочтение
отдается позитивистской парадигме.
1 См.: Сорокин П. Человек. Цивилизация. Общество. М., 1992. С. 32—
155, 427—504.

112 Глава 14. Философско-правовая мысль XX — начала XXI столетия
Литература
1. Марсель, Г. Быть и иметь / Г. Марсель. — М., 1994.
2. Поппер, К. Открытое общество и его враги : в 2 т. / К. Поп-
пер. —М., 1992.
3. Рикёр, П. Герменевтика. Этика. Политика / П. Рикёр.—
М., 1995.
4. Фромм, Э. Миссия Зигмунда Фрейда / Э. Фромм.— М.,
1996.
5. Фуко, М. Воля к истине. По ту сторону знания, власти и
сексуальности / М. Фуко.— СПб., 1996.
6. Фуко, М. Слова и вещи / М. Фуко.— СПб., 1994.
7. Чистое учение о праве Ганса Кельзена. Вып. 1. — М. :
ИНИОН АН СССР, 1987—1988.
Контрольные вопросы и задания
1. В каких основных философских парадигмах шло развитие
философии права в XX в.?
2. Дайте характеристику философско-правовых идей
неокантианства.
3. Раскройте основные философско-правовые идеи
позитивизма и постпозитивизма.
4. На каких философско-правовых идеях сосредоточено
внимание структурализма и герменевтики в XX в.?
5. Дайте характеристику «экзистенциальному праву».
6. Опишите вклад феноменологической философии в
разработку философско-правовой мысли.
7. Каково значение философии психоанализа для развития
философии права XX в.?

Глава 15
ФИЛОСОФСКО-ПРАВОВАЯ
МЫСЛЬ В РОССИИ
15.1. Зарождение философско-правовых
взглядов в Древней Руси
Развитие духовной жизни России шло в русле
развития мировой культуры. Тем не менее особенности,
усугубленные постоянными внешними угрозами и внутренними
междоусобицами, создали своеобразный феномен мировой
культуры — «русское». Среди особенностей выделяют
экономические (широкое развитие общинной собственности),
политические (абсолютизм власти, доминирование
государства над иными социальными институтами), социальные
(отсутствие рабства как социального института) и духовные
(язычество, веротерпимость и др.) Многие аспекты
феномена «русское» описаны классиками мировой философии,
но он велик по объему и содержанию, поэтому по сей день
остается малоизученным. В рамках становления и развития
феномена формировалась и русская философско-правовая
мысль. Возникнув в лоне нерасчлененного знания, мудрости,
философско-правовая теория прошла те же исторические
этапы, что и русская философия.
Первые письменные упоминания философско-правовых тем
датируются XI в. Это вовсе не означает, что ранее на Руси не
существовало неписанных норм, общих представлений о
справедливости, правах, обязанностях и т.п. Они были и фиксировались
в обычаях, обрядах, табу, религиозных догмах. В XI в. возникают
попытки философского осмысления действительности,
появляются произведения, в которых рассматриваются проблемы
истоков и сущности правды, клеветы, власти, справедливости
и несправедливости. Так, в «Изборник» 1076 г. включены тек-

114 Глава 15. Философско-правовая мысль в России
сты нравственно-правового характера. К ним можно отнести,
в частности, «Слово некоего отца к сыну своему» и трактат Нила
Синайского (Философа) «О воздержании».
Первое сочинение, непосредственно обращенное к теме
философии права, — «Слово о законе и благодати», было
написано между 1037 и 1050 г., во время княжения Ярослава
Мудрого.
Его автор митрополит Илларион сопоставляет закон и
благодать как ступени развития человечества. С законом он
связывает доцивилизационный этап мировой истории, основными
функциями которого являются принуждение к выполнению
божественных заповедей и воспитание нравственности, за-
конопослушания и справедливости. Эти добродетели ведут
к достижению благодати, цивилизованности и обретению
истинной веры в Иисуса Христа.
Примечательно, что у Иллариона благодать как вселенское
состояние предполагает равенство всех народов, их мирное
сосуществование, которое обеспечивается князем как
представителем Бога.
Владимир Мономах (1053—1125), великий князь киевский
(с 1113 г.), оставил потомкам несколько сочинений,
объединенных под названием «Поучение». В нем он призывает иметь
«страх божий», т.е. не совершать злодеяний, помнить тяжесть
греха и ужас преступления. Князь учит своих детей, как править
подданными: не притеснять убогих и слабых, помогать бедным,
почитать духовных наставников, судить строго, но милосердно,
не допускать кровной мести.
В эпоху феодальной раздробленности видное место в
духовной жизни Руси занимало «Моление» (или «Слово») Даниила
Заточника. Жалобу к князю он обставил нравоучительными
текстами и изречениями, затрагивающими вопросы власти,
безопасности, государственного управления. Так, он отмечал,
что боярство неэффективно и его следует заменить Думой
не родовитых, а умных советников; что армией следует
руководить лично князю и содержать ее в постоянной готовности
к защите государственных интересов; что власть должна быть
крепкой и не допускать внутренних распрей.
В XIII в. для Руси наступили времена тяжких испытаний.
Ослабленная княжескими междоусобицами, страна была
захвачена татаро-монголами. Осмыслению причин великой
беды посвящены сказания «Повесть о разорении Рязани
Батыем», «Слово о погибели Русской земли» и др. Их авторы
видели в этих трагических событиях наказание за
небрежение, говоря современным языком, к правовым нормам. Пять

15.1. Зарождение философско-правовых взглядов в Древней Руси 115
«Слов» архимандрита Киево-Печерского монастыря Серапио-
на Владимирского написаны в философско-правовом ключе.
В одном из них он констатировал: «Се уже 40 лет приближаеть
томление и мука. Кто же ны сего доведе? Наша беззаконье
и наши греси, наше непослушанье, наше непокаянье». И далее
он призывает: «Лучши, братья, престанем от зла; лишимъся
всех дел злых: разбоя, грабленья, пьянства, прелюбодейства,
скупости, лихвы, обиды, татбы, лжива послушьства, гнева,
ярости, злоиманья, джи, клеветы, резоиманья»1. («Лживо
послушьство» — лжесвидетельство; «резоиманье» —
ростовщичество). Именно такие деяния, утверждал Серапион,
привели к гибели Вавилон, Рим и другие некогда
могущественные города.
Церковная реформа, проведенная Иваном Грозным,
положила начало регламентации духовной жизни государства.
Церковное право, изложенное в «Стоглаве» 1551 г., стало
основой религиозной жизни феодальной Руси, а быт
граждан определял «Домострой», включавший 64 главы. Помимо
чисто житейских рекомендаций по ведению хозяйства, по
супружеским обязанностям и пр., он определял и правовые
отношения в обществе.
В конце XV — начале XVI в. в центре духовной жизни
России стояла борьба нестяжателей и иосиофлян, связанная,
в частности, с взаимоотношением духовной и светской
властей, правами церкви на земли и реформой монастырей.
Одним из виднейших нестяжателей был Максим Грек (1470—
1556). В философско-правовом отношении наибольшее
значение имеет его сочинение «Главы поучительны
начальствующим правомерно», в котором он вменял в обязанность
самодержцу научиться управлять собой, для чего
необходимо обуздать три великий греха: «сластолюбие, славолюбие
и сребролюбие».
С Максимом Греком был солидарен основоположник иоси-
офлянства Иосиф Волоцкий (1439/40—1515). Однако между
ними имелись идейные расхождения в вопросах права и власти,
в оценках нравственно-правовых качеств самодержца. Иосиф
Волоцкий утверждал, что великокняжеская власть от Бога,
но великий князь — земной человек с присущими ему
недостатками; совершая ошибки, он может из «отца» народа стать
его «мучителем». Такому правителю, учил Иосиф, следует не
повиноваться, а оказывать сопротивление, ибо он из «слуги Бога»
превращается в «диавола».
1 Цит. по: Громов М. Н., Козлов Н. С. Русская философская
мысль X—XVII веков. М., 1990. С. 99.

116 Глава 15. Филосафско-правовая мысль в России
15.2. Философско-правовая мысль
России XVIII в.
Реформы Петра Первого решительно изменили духовную
жизнь России. Усиление светской власти, роли государства
нашло отражение и в философско-правовой мысли.
Доминирующими в России становятся просветительские идеи, к тому
времени прочно завоевавшие позиции в Западной Европе. Так,
один из членов «ученой дружины Петра», историк Василий
Никитич Татищев (1686—1750), трактуя договорную концепцию,
не ограничивал ее сферой государства, а распространял на все
уровни общественной и даже личной жизни.
С его точки зрения, обществу свойствены три состояния:
«естественное» — в котором все имеют равные права и равные
возможности, «естественная неволя» — когда люди строят отношения
по нормам, установленным государством, и «добровольная
неволя» — когда отношения определяются сословно-классовыми
различиями. Причем «естественная неволя» и «добровольная неволя»
формируются на основе естественных договоров.
Такие договоры, полагал Татищев, заключаются между
людьми — мужем и женой, родителями и детьми, крепостниками
и крепостными—для «общей пользы». Они предуготованы самой
природой, а потому составляют естественное право. Законы, т.е.
писаное право, не всегда соответствуют естественному
устройству мира (такое несоответствие, в частности, он видел в
зависимости закона от родовитости граждан). Их следует отменить
и создать новые, распространяющие силу на всех граждан.
С XVIII в. философия права начинает преподаваться в
российских учебных заведениях как самостоятельная дисциплина.
На этом основании некоторые современные исследователи1
считают XVIII в. точкой отсчета ее зарождения в России.
Однако трактовка философии права лишь как учебной дисциплины
весьма узкая, следовательно, лишает ее права именоваться
философией. Кроме того, очевиден двойной стандарт в отношении
к философско-правовой мысли Запада и России. Ведь этот же
автор не ведет отсчет появления философии права на Западе
с факта ее преподавания, а начинает рассматривать философско-
правовую проблематику с «гомеровской Греции», с Гесиода и
Пифагора, когда философия права еще не только не преподавалась,
но и не выделилась как самостоятельная дисциплина.
Тем не менее, XVIII в. — это век становления философии
права как самостоятельной отрасли философского знания.
1 См., напр.: Нерсесянц В. С. Философия права. М., 1998. С. 510.

15.2. Философско-правовая мысль России XVIII в.
117
Именно в трудах философов-просветителей (а не юристов!)
закладываются научные основы философии права, формируется
ее понятийный аппарат.
Так, в труде «Философские предложения» одного из
первых русских просветителей Якова Павловича Козельского
(1728—1795) философия делится на теоретическую (логика
и метафизика) и практическую, или нравоучительную
(юриспруденция и политика). Юриспруденцией он называл знание
всех возможных «прав и правостей». А под правом понимал
справедливость, т.е. деяние, которое не приносит ни
пользы, ни вреда другим людям, но необходимо для «соблюдения
жизни человека», например право любить ближнего, право
питаться и др. Это право он назвал «божественным». Существует
и «общее право», подразделяющееся на «право натуральное»,
«право народов» и «право гражданина».
Другой видный просветитель XVIII в. Семен Ефимович Дес-
ницкий (ок. 1740—1789), магистр искусств и доктор права,
профессор, один из первых действительных членов Российской
Академии наук, известен созданием проекта правовой реформы
в России, отвергнутого Екатериной Второй. В работах Десниц-
кий решал вопросы происхождения права и власти, предмета
философии права, правовых основ супружества и др.
Так, в сочинении «Слово о прямом и ближайшем способе
к научению юриспруденции» он утверждал, что право
возникает из частной собственности: когда земли было в изобилии,
ее захват не имел смысла. Поэтому в первобытном
(натуральном, по его терминологии) обществе отношения между
людьми определялись обычаями. Когда появились владельцы
собственности, возникла потребность в правовом регулировании
отношений как средстве защиты от «наглости», посягательства
на собственность.
Говоря о подготовке юристов, Десницкий называет
основные дисциплины, которые им необходимо изучать:
— нравоучительная философия как учение о
добродетелях — истине, премудрости, великодушии и воздержании.
Основным вопросом нравоучительной философии Десницкий
считал соотношение справедливости и полезности;
— натуральная юриспруденция как учение о правах
человека в зависимости от его состояния и звания;
— римское право.
Интересны рассуждения Десницкого об основаниях власти
одного человека над другим. Это превосходство телесное
(физическое), интеллектуальное (душевное) — прозорливость,
хитрость и т.п., и материальное.

118 Глава 15. Философско-правовая мысль в России
Друг и однокурсник С. Е. Десницкого Иван Андреевич
Третьяков (1735—1776), читавший в Московском университете курс
римского права, также внес большой вклад в развитие русской
философско-правовой мысли. В частности, он показал
зависимость между состоянием правопорядка и крепостью власти: когда
власть не защищает граждан от несправедливости, усиливается
«отвращение от трудолюбия», тунеядство, праздность,
преступность. Поэтому, если власть хочет быть прочной, она должна
защищать граждан от угроз, как внутренних, так и внешних.
Большое влияние на развитие русской философии права
оказали труды французских просветителей, особенно их идеи
общественного договора и естественного права.
Усиление антикрепостнической борьбы в екатерининскую
эпоху привело к попыткам идейного обличения крепостничества.
Яростным обличителем был мыслитель и писатель (а по
должности начальник Петербургской таможни) Александр
Николаевич Радищев (1749—1802). В произведениях он утверждал, что
крепостничество возникает как результат нарушения власть
предержащими общественного договора, заключенного между
людьми в силу их природной социальности. Этот договор должен
был охранять естественные права — свободу мысли, слова, право
самозащиты, неприкосновенности собственности, равной
судебной ответственности и т.п., и в итоге обеспечить социальную
справедливость в обществе. Но самодержцы обманули и предали
народ, нарушили договор, установили преступную
деспотическую власть. В отличие от французских просветителей, Радищев
считал бессмысленными надежды на просвещенного монарха,
так как царь и есть главный «мучитель» народа.
Избавление России от «мучительства» А. Н. Радищев видел
в установлении республиканского строя, уравнении всех
сословий в правах, избираемости судей, т.е. отмене
крепостничества в полном объеме.
15.3. Философия права
в России XIX — начала XXI в.
Просветительство как идейное течение развивается и в
начале XIX в. В России продолжаются попытки осмыслить роль
и назначение человека как правового индивида, найти путь
избавления от крепостничества — главной беды русского
народа. Такой путь русские просветители видели в знаниях, разуме.

15.3. Философия права в России XIX— начала XXI в. 119
В начале XIX в. к этой теме обращалась плеяда мыслителей,
в том числе философы, рассматривавшие проблему отмены
крепостничества, а часто и ограничения самодержавия через
правовой механизм, через возврат к естественному праву.
Это Федор Васильевич Кречетов (ок. 1740 — после 1801 гг.),
Василий Федорович Малиновский (1765—1814), Иван
Петрович Пнин (1773—1805), Александр Петрович Куницын
(1783—1840) и др.
А. П. Куницын полагал, что в установлении справедливых
отношений между людьми решающую роль играет разум, так
как он, с одной стороны, охраняет свободу человека от страстей,
сдерживает чувственно-волевые всплески и эмоции, а с
другой — защищает от внешнего насилия.
Философию права Куницын разделял на две части:
нравоучение (внутренняя свобода) и правоучение (внешняя свобода).
Примечательно, что эту дисциплину он называл «нравственной
философией».
Свободу Куницын считал общей целью человечества,
которой можно достичь, только соблюдая взаимные права и точно
исполняя взаимные обязанности.
После Отечественной войны 1812 г. борьбу за свободу в
России возглавили декабристы. Они ставили перед собой задачу
ликвидировать крепостничество, абсолютную монархию,
сословное неравенство и установить основные свободы —
личности, слова, собственности, вероисповедания.
В философско-правовых воззрениях декабристы исходили
из концепций естественного права и общественного договора.
Они были убеждены, что государство возникает на основе
изначально справедливого договора между народом и правителем.
Когда же этот договор правителем нарушается, народ вправе
его сменить. Самодержавие, считали они, — самая
несправедливая и незаконная форма власти. Даже общинно-вечевая
организация Древней Руси была более совершенной и
справедливой, чем самодержавный деспотизм. Тем более справедливым
и прогрессивным является республиканский строй, который
и необходимо установить в России.
Один из идеологов декабристов, внесший весомый вклад
в развитие русской философско-правовой мысли, — полковник
Павел Иванович Пестель (1793—1826). В частности, в
проекте устройства России он мыслил будущее отечество как
государство, основанное на трех принципах: «Единородство,
единообразие, единомыслие». Управляться такое государство
должно тремя ветвями власти — законодательной (Народное
Вече), исполнительной (Державная Дума) и блюстительной

120 Глава 15. Философско-правовая мысль в России
(Верховный Собор). Вместе они призваны обеспечить
благоденствие, понимаемое П. И. Пестелем как равновесие прав
и обязанностей правителей и народа. Состояние благоденствия
поддерживают три группы законов: духовные — изложенные
в Священном Писании; естественные — вытекающие из
природных нужд человека; и гражданские — установленные
государством. Пестелевская концепция «всеобщего благоденствия»
предполагала ликвидацию монархии и сословных привилегий,
учреждение неприкосновенности личности, равенства,
свободы печати, слова и собраний, т.е. предусматривала буржуазные
преобразования.
Близкими идеям декабристов были взгляды Петра
Яковлевича Чаадаева (1794—1856). Его трактат «Философические
письма» положил начало двум идейным течениям — славянофилов
и западников. Примечательно, что в вопросах философии права
приверженцы обоих течений имели много общего. Так, и
славянофил А. С. Хомяков (1804—1860), и западник А. И. Герцен
(1812—1870) выступали за отмену крепостного права.
Различия заключались в желаемых способах его отмены и в формах
правления Российским государством. Если славянофилы
провозглашали лозунг «Православие, самодержавие, народность»,
то западники предлагали установить социальную республику
(А. И. Герцен), призывали крестьян к восстанию против
самодержавия (Н.Г. Чернышевский).
Идеал социального устройства России для славянофилов —
крестьянская община. В противовес этой идее и западнической
идее социальной республики в середине XIX в. возникает
теория анархизма
У истоков анархизма стоял «руссейший из русских», по
характеристике философа С. А. Левицкого, Михаил
Александрович Бакунин (1814—1876), бунтарь, избравший кредо: радость
разрушения есть творческая радость. Он полагал, что законы
любого государства неправедны и порабощают человека.
Для достижения подлинной свободы необходимо
уничтожить государство и восстановить естественное право как
подлинно человеческое. Итогом борьбы должен стать
«безгосударственный социализм». Свобода и социализм — вот краеугольные
камни нового общества, провозглашал М. А. Бакунин в работе
«Государственность и анархия». Он писал, что «свобода без
социализма — это привилегия, несправедливость; социализм без
свободы — это рабство и скотство».
Причем, М. А. Бакунин не отождествлял свободу с
равенством, полагая, что любой, даже относительно
равноправный коллектив ущемляет свободу. Поэтому к крестьянской

15.3. Философия права в России ХЖ— началаXXI в. 121
общине как к идеалу общественного устройства он относился
критически и подчеркивал, что в ней фактически отсутствует
право — индивид всегда бесправен перед общиной, она
деспотична, в ней принижена роль женщины и т.п.
Идея свободы получила развитие в работах Бориса
Николаевича Чичерина (1828—1904), но не с бунтарско-революционных,
а с либеральных позиций. Суть философско-правового
либерализма Б. Н. Чичерина заключается в том, что он рассматривал
человека как изначально свободное существо. С его точки
зрения, существует три уровня либерализма: уличный (своеволие),
оппозиционный (недовольство властью) и охранительный
(гармония свободы, власти и закона).
Отслеживая динамику развития свободы, Б. Н. Чичерин
выделял в этом процессе четыре ступени: личность и общество,
право, нравственность, человеческие союзы.
На первой ступени человек является носителем свободной
воли, лицом, наделенным определенными правами. Но, живя
в обществе, он вынужден ограничивать свою свободу,
действовать по общим для всех правилам, т.е. по закону.
На второй ступени происходит поляризация свободы и
закона. К тому же закон может быть принудительным,
ограничивающим внешнюю свободу человека. Такое принуждение
порождает право.
На третьей ступени закон выступает как добровольный
(в духе кантовского категорического императива),
порождающий нравственность, которая ограничивает внутреннюю
свободу (свободу воли) человека.
Наконец, на четвертой ступени благодаря таким
социальным институтам, как семья, гражданское общество, церковь
и государство, свобода человека находит высшее проявление.
Поэтому в отличие от М. А. Бакунина Б. Н. Чичерин считал
государство необходимым органом, защищающим права и
свободы граждан, а его гармоничные взаимоотношения с
гражданами — залогом всеобщего блага.
Б. Н. Чичерин обосновал проблемное поле философии
права как научной теории. Ее методологическую роль он видел
в том, что она, во-первых, служит критерием согласования прав
и обязанностей, которого не может дать практический опыт;
во-вторых, позволяет уточнить исходные понятия правовой
науки — сущность права, источники права и т.д., которые сама
правовая теория не способна определить, не выходя за рамки
своей специальной тематики; наконец, в-третьих, объясняет
природу и предназначение человека как субъекта и объекта
правовых отношений.

122 Глава 15. Философско-правовая мысль в России
Основное содержание философии права, с точки зрения
Б. Н. Чичерина,— естественное право как система неписан-
ных норм и правил, вытекающих из естественной природы
и разума человека. Такие нормы и правила служат
основанием, принципами создания позитивного права — учения
о правде, справедливости и равенстве. Право Чичерин
понимал как внешнюю свободу, определяемую общим законом,
т.е. зафиксированными нормами. Право возникает на
начальной стадии развития человеческого общества для взаимного
ограничения свободы во имя справедливости. «Справедливым
считается то, — писал Чичерин, — что одинаково прилагается
ко всем. Это начало вытекает из самой природы человеческой
личности: все люди разумно-свободные существа, все созданы
по образу и подобию Божьему и, как таковые, равны между
собою»1. Если естественное право выполняет преимущественно
методологически-рекомендательную функцию, то позитивное
право — принудительную.
На позициях либерализма стоял и другой русский
философ права Павел Иванович Новгородцев (1866—1924).
Однако в отличие от позиции Б. Н. Чичерина его либерализм
индивидуалистичен. В соотношении «индивид — государство»
он вслед за И. Кантом отдает приоритет индивиду, личности.
Человек, по П. И. Новгородцеву, одновременно и духовно
самостоятелен, и духовно един с другими людьми. Личность
является абсолютной ценностью, свободной от
вмешательства государства.
Взгляды П. И. Новгородцев а на предмет философии права
были близки к чичеринским. Он рассматривал ее как учение
о естественном праве, которое является идеалом как для
правовой действительности, так и для позитивного права. С его
точки зрения, термин «естественное право» устарел, поскольку
естественное право меняется по мере развития человечества
так же, как меняются и его составляющие — идеалы, планы
грядущих событий, проекты будущих реформ и т.п. Поэтому,
считал П. И. Новгородцев, точнее говорить не о естественном,
а об идеальном праве. Такое право — не долженствование, как
у И. Канта, и не реализация разума, как у Г. Гегеля, а
долженствование с учетом прав личности, семьи и общества.
Трактовка права с религиозно-философской позиции
принадлежит выдающемуся русскому философу Владимиру
Сергеевичу Соловьёву (1853—1900). В русле идеалистического
подхода к объяснению действительности В. С. Соловьёв полагал, что
1 Чичерин Б. Н. Философия права. М., 1990. С. 96.

15.3. Философия права в РоссииXIX— началаXXI в. 123
естественное право — это общая идея права, в основе которой
лежат понятия «личность», «свобода» и «равенство».
Сущность права B.C. Соловьёв усматривал в свободе
личности. Причем в свободе, неразрывно связанной с равенством,
ибо свобода становится правом лишь при условии равного
на нее права других. Право без свободы — насилие, право без
общего равенства — неправда, утверждал B.C. Соловьёв в
труде «Право и нравственность». Но не всякое равенство делает
свободу правом, а лишь равенство справедливое, равенство
в должном. Оно возможно, лишь когда регулируется
правовым законом.
Таким образом, В. С. Соловьёв обозначил пути решения
проблемы соотношения закона и права, провозгласив безусловное
требование: закон должен соответствовать праву, т.е. должен
предполагать равенство всех перед его предписаниями и
свободу тех, к кому он обращен.
Большое внимание философ уделял проблеме соотношения
права и нравственности. Отмечая их взаимосвязь, называя
право нравственным явлением, В. С. Соловьёв в духе
гегелевской трактовки рассматривал право как минимум
нравственности. Различия между правом и нравственностью он проводил
по трем основаниям: по широте требования — нравственные
требования выступают в форме идеала, поэтому они не
имеют ограничений, а правовые требования ограничены; по
степени нормативности — нравственные требования не
предписывают, как поступать, а дают возможность выбора, правовые же
требования четко предписывают, как поступать или как не
поступать; и по способу выполнения требований — нравственные
требования выполняются добровольно, а правовые — по
принуждению.
В. С. Соловьёв рассматривал право как условие
нравственного прогресса, показатель уровня нравственности.
Великий русский мыслитель Николай Александрович
Бердяев (1874—1948) излагал философско-правовые взгляды в русле
религиозно-идеалистической концепции, усиленной персона-
листическими идеями,.
Персоналистическое кредо H.A. Бердяева гласит:
личность — это самоценность и самоцель; нет ничего выше
личности (кроме Бога), личность — это идеал, и никакой закон
к ней неприменим. Личность не может быть объектом, она
всегда субъект, но существующий в открытой системе и
стремящийся к объективации. По Бердяеву, объективация идет
по двум направлениям: по социальному—: через признание
и подчинение личности существующим в обществе нормам

124 Глава 15. Философско-правовая мысль в России
и различным институтам; и по экзистенциальному — через
духовное единение с Богом в творчестве. Первое — это путь
рабства и нивелирования личности, ведущий в царство
Кесаря, второе — путь обретения личностью свободы через
самопреодоление, и ведет он в царство Духа.
Задача человека заключается в преодолении царства
Кесаря и обретении свободы в царстве Духа. В контексте
этого противостояния двух царств H.A. Бердяев (а вслед за ним
и философы либерального толка) утверждал, что государство
не может быть правовым в принципе, что ценность личности
всегда выше ценности государства. А огромное значение права
определяется его предназначением гарантировать и охранять
минимум свободы, защищать человека от тотального
подчинения материальным условиям, от любви или ненависти другого
человека. Свобода и независимость личности требуют того,
чтобы в основу государства была положена не только любовь,
но также принуждение и право.
В развитии русской философско-правовой мысли
начала XX в. видное место занимал спор Л. Н. Толстого и И. А.
Ильина о возможности сопротивления злу силой.
Как известно, Лев Николаевич Толстой (1828—1910)
полагал невозможным силой сопротивляться злу, ибо любая сила,
даже направленная против очевидного зла, безнравственна.
На зло, по его мнению, нужно отвечать добром,
ненасилием, и тогда совершающий зло устыдится и откажется от злых
деяний.
Позиция Ивана Александровича Ильина (1883—1954) была
принципиально иной. Он считал, что насильник и
пресекающий насилие совершают принципиально разные деяния.
Пресекающий зло сам зла не совершает, не грех творит, а несет
служение. Да, соглашался И. А. Ильин, насильственное
пресечение зла есть отступление от совершенства, но там, где
праведный исход невозможен, сопротивление злу силой, пресечение
зла необходимы.
Кроме того, И. А. Ильин большое внимание уделял
проблемам правосознания. В частности, он отмечал, что утрата
религиозности в Советской России привела к кризису
правосознания, который выражается в отрицании личности, веры,
семьи, родины и права как высших и самостоятельных
ценностей; в сведении человеческой жизни к материальному
благополучию; в неверии в силу личной свободы; в почитании
диктаторства, вражды, всеобщей бедности и уравниловки. Такое
«правосознание», констатирует И. А. Ильин, уничтожает право
и утверждает произвол.

15.3. Философия права в РоссииXIX— началаХХ1в. 125
Видя в правосознании источник права и орган
правопорядка, Ильин отводил ему огромную роль в жизни человечества.
Источником правосознания служит внутренний мир человека.
Именно человек творит законы в соответствии с
правосознанием. Формируют подлинное правосознание три основных
закона, сформулированные И. А. Ильиным:
1) добровольно соблюдай действующие законы и борись
за новые законы в рамках конституции;
2) обрети свободу через добровольное самообязывание
и ищи свободу только через закон и посредством закона;
3) закон должен быть основан на естественном
христианском правосознании.
Русская философско-правовая мысль имеет глубокие и
мощные исторические корни. В процессе развития она приобрела
характерные особенности, вместившие национальное и мировое
философско-правовое знание. Основные из них следующие:
— взаимопереплетение и взаимодополнение морали и
права, единство нравственных и правовых норм, стремление
придать праву черты нравственности;
— правовой этатизм, т.е. признание доминирующей роли
государства как в жизни общества, так и в сфере правовых
отношений;
— постоянный поиск свободы и идеальных правовых регу-
лятивов через христианство.
Очевидно, большая часть этих особенностей претворилась
в особую «русскую» правовую ментальность, сохранившуюся
до наших дней. Значение российской философии права,
прежде всего, состоит в том, что она неразрывно связана с «рус-
скостью» как особой ментальностью.
С ликвидацией частной собственности и установлением
в качестве «единственно верной» марксистской идеологии в
Советской России (а затем и в СССР) философия права фактически
прекращает существование. В теоретико-методологическом
плане это объясняется тем, что марксистская концепция
коммунизма предполагала такое социальное устройство, при
котором не будет ни частной собственности, ни государства с его
функциями насилия и подавления, а, следовательно,
исчезнет и право как социальный институт. Ведь право, по мнению
марксистов, — атрибут эксплуататорского общества,
обреченный на умирание. Потому что осуществление принципа
«каждый по способностям, каждому по потребностям»
предполагает такое развитие самосознания личности, при котором
обществу будет достаточно одних нравственных норм и норм
коммунистического самоуправления. Правда, произойдет это

126 Глава 15. Философско-правовая мысль в России
не в одночасье, поэтому на низшей ступени коммунизма — при
социализме — право еще функционирует как средство
экспроприации эксплуататоров, подавления сопротивления
буржуазии, регулятора распределения продуктов и труда.
В соответствии с этими установками философия права
трактовалась в юридическо-позитивистском ключе как
«наука о наиболее общих теоретико-мировоззренческих
проблемах правоведения и государствоведения»1. Более того,
в марксистско-ленинской интерпретации философия права
теряет философское содержание, статус философской
системы знаний и «выступает как один из аспектов теории
государства и права — обобщающей, общетеоретической
дисциплины в системе юридических наук»2. В итоге в советский период
социальную философию заменил исторический материализм,
а философские проблемы права лишь частично
рассматривались в контексте проблемы общественного сознания.
В то же время практика строительства социализма не
вписывалась в теоретическую формулу коммунизма,
разработанную К. Марксом и Ф. Энгельсом. Замена правовых отношений
на «уравниловку», тоталитаризм и принуждение к труду создали
фактически неправовую ситуацию в обществе. Тем не менее,
она требовала духовно-мировоззренческого обоснования, в чем
и преуспели апологеты марксизма. Они доказывали
приоритетность классовых интересов над интересами личностными
и общечеловеческими. Философско-правовой уровень
осмысления правовой реальности заменяется неким суррогатом
философско-правового знания в форме концепций
«пролетарского права», «революционного права», «социалистического
права», у истоков которых стояли Д. И. Курский, П. И. Стучка,
Е. Б. Пашуканис, А. Я. Вышинский, П. Ф. Юдин и др.
Однако жизнь подтвердила справедливость пророчества
классиков философии права — человеческое сообщество не
может существовать без правовых отношений. Когда это стало ясно
даже самым ортодоксальным партийным функционерам, были
выработаны спекулятивные по форме и аналогичные по
содержанию концепции «отмирание права через его укрепление»,
«общенародной собственности». Они оправдывали
эксплуатацию государством (точнее, партийно-государственной элитой)
своих граждан.
И только к середине 80-х годов, когда с очевидностью
обозначились тупиковость и утопизм (впрочем, привлекатель-
1 Философский энциклопедический словарь. М., 1983. С. 734.
2 Там же. С. 735.

Литература 127
ный) марксистской концепции развития общества, начинают
появляться отдельные статьи философско-правового
содержания. Существенный вклад в возрождение философии права
как научной дисциплины внесли С. С. Алексеев, В. Д. Зорькин,
B.C. Нерсесянц, В. А. Туманов и др. Разрабатываются
концепции «цивилитарного права» (B.C. Нерсесянц),
«гуманистического права» (С. С. Алексеев). Однако, в силу того, что
к философско-правовой проблематике первыми обратились
юристы, а не философы, философия права стала трактоваться
преимущественно в юридическом контексте, что вовсе не
умаляет заслуг юристов-профессионалов в возрождении в России
этой отрасли философии.
Философия права в России не утратила своеобразия ни под
напором греческих и римских авторитетов, ни под напором
позитивизма и марксизма. В этом залог того, что и в
современной России она устоит против вестернизации и остернизации
и станет прочным фундаментом для подлинно человеческих,
справедливых правовых отношений.
Литература
1. Бакунин, М. А. Философия. Социология. Политика / М. А.
Бакунин.—М., 1989.
2. Бердяев, НА. Русская идея / Н. А. Бердяев. — М., 1990.
3. Бердяев, H.A. Философия неравенства / H.A. Бердяев.—
М., 1990.
4. Бердяев, H.A. Назначение человека / H.A. Бердяев.— М.,
1993.
5. Бердяев, НА. Царство Духа и царство Кесаря / H.A.
Бердяев.— М., 1995.
6. Данилевский, Н. Я. Россия и Европа / Н. Я. Данилевский. —
М., 1991.
7. Избранные произведения русских мыслителей второй
половины XVIII века. — М., 1952.
8. Илларион. Слово о законе и благодати // Русская идея. —
М., 1992.
9. Ильин, И. А. О правосознании // Путь к очевидности.—
М, 1993.
10. Мудрое слово Древней Руси. — М., 1989.
11. Радищев, А. Н О человеке, его смерти и бессмертии //
Радищев, А. Н. Избр. соч. —М.-Л., 1949.

128 Глава 15. Философско-правовая мысль в России
12. Соловьёв, В. С. Право и нравственность / В. С. Соловьёв. —
Мн. : Харвест, 2001.
13. Соловьёв, Э.Ю. Генезис прав человека. Исторические
истоки толерантности // Толерантность. — Екатеринбург,
2001.
14. Чаадаев, П. Я. Философические письма / П. Я.
Чаадаев // Философские науки. — 1988. — № 7.
15. Ященко, А. С. Философия права Владимира
Соловьёва / А. С. Ященко. — СПб. : Лань (классики истории
философии права), 1999.
Контрольные вопросы и задания
1. Какие философско-правовые проблемы рассматривались
Илларионом, Владимиром Мономахом, Даниилом
Заточником, Серапионом Владимирским и Максимом Греком?
2. Какие основные философско-правовые идеи
разрабатывали С. Е. Десницкий, И. А. Третьяков, Я. П. Козельский?
3. В чем особенности концепции общественного договора
А. Н. Радищева?
4. В чем суть философско-правовой идеи «всеобщего
благоденствия» П. И. Пестеля?
5. Какова взаимосвязь свободы и социализма в учении
М.А. Бакунина?
6. Каковы основные положения философско-правового
либерализма Б. Н. Чичерина и П. И. Новгородцева?
7. Как соотносятся право и нравственность в учении B.C.
Соловьёва?
8. Почему философия права Н. А. Бердяева называется
«персонализмом»?
9. В чем суть учения И. А. Ильина о правосознании?

РАЗДЕЛ III
Онтологические проблемы
философии права.
Жизненный мир человека
и правовая реальность

Глава 16
ЧЕЛОВЕК КАК ПРАВОВОЕ СУЩЕСТВО
16.1. Философско-правовая мысль
о правовых характеристиках человека
Человек — существо общественное, он не может жить
вне общества, вне отношений с другими людьми. Эти
отношения регулируют жизнедеятельность человека, а их совокупность
составляет его мир, многогранный и многозначный. Он
включает материальное и духовное, общечеловеческое и интимно-
индивидуальное, состоит из ценностей и антиценностей,
замыслов и результатов, объективных возможностей и субъективных
желаний. Этот мир имеет и правовую составляющую.
Центральным элементом, субъектом, созидателем мира
человека является сам человек. В системах любого уровня
общественные отношения возможны лишь как человеческие
отношения, как отношения человека к другому человеку,
коллективу, обществу. Существует и обратная связь: общество,
социальные группы, другие люди также относятся к человеку.
Эта взаимозависимость нуждается в организации,
упорядоченности, гармонизации, согласовании, регулировании, в том
числе и в правовом отношении.
Люди всегда мечтали о хорошей жизни, жизни по праву.
Эти мечты воплощались в различных социально-философских
концепциях: Гераклит и Овидий призывали вернуться назад,
в эпоху «золотого века»; Платон мечтал об идеальном
государстве с общей собственностью и общими женами; К. Маркс
убеждал, что самое справедливое общество основано на
диктатуре пролетариата. Тем не менее, при различии этих и других
концепций идеального общества их объединяла общая
черта — подчинение отдельного человека общепринятым нормам,
не биологическим, а социальным.

16.1.... правовая мысль о правовых характеристиках человека 131
Действительно, социогенез на протяжении истории
сопровождался и таким процессом, как обретение человеком статуса
правового существа. Причем есть основания полагать, что этот
процесс продолжается и поныне.
Первобытный род представлял собой органическую
целостность: в его пределах происходила социальная организация
индивидов, вырабатывались их социальные характеристики.
Каждый человек в бытии и сознании был слит с родом,
жизнедеятельность каждого человека зависела от
жизнедеятельности рода, а интересы и цели рода были интересами и целями
каждого его члена. Индивидуальное и общественное не
расчленялось, и человек осознавал себя, прежде всего, как
представителя, частицу рода. У рода был свой тотем, свои табу,
обычаи, необходимость и непогрешимость которых ни у кого
не вызывали сомнений.
Однако с появлением частной собственности первобытное
единство нарушается. Частная собственность, замечал еще
Платон, поставила людей в неравное положение по отношению
к общественному богатству. Человек начинает обособляться
от рода, так как собственническое присвоение части
общественного богатства отделяет его от коллектива. Появляются две
сферы жизнедеятельности человека — частная (эгоистическая)
и общественная (альтруистическая), породившие
противоречия между индивидом и родом, интеграцией и дезинтеграцией,
собственным и общественным. Инструментом оптимизации
противоречивых отношений становится государство. Вместе
с ним возникает право как особый институт
жизнедеятельности человеческого сообщества.
С этого времени человек существует в правовом поле, т.е.
в рамках, регламентирующих соотношение «моего» и
«нашего», «дозволенного» и «недозволенного». Причем
регламентация определяется не традицией и обрядом, а правовой нормой,
установленной властью. Далее правовое поле распространяется
на все сферы человеческих отношений.
Право становится неотъемлемым атрибутом
функционирования общества, а человек — правовым существом. Он обязан
принять установленные правила и нормы, если хочет остаться
полноправным членом общества. Более того, только того
человека считали человеком, который был способен осознавать
и выполнять требования права. Так, последователь Конфуция
Мэн-цзы (ок. 372—289 гг. до н.э.) утверждал, что
принципиальное отличие человека от животного в том, что человек умеет
соблюдать определенные нормы взаимоотношений с
собратьями. А древнеиндийские философы полагали, что деяния чело-

132 Глава 16. Человек как правовое существо
века предопределены «дхармой», т.е. законом, обязательным
для исполнения.
В античной философско-правовой мысли центральными
становятся проблемы взаимосвязи человека и права, обоснование
права как ценности и одного из главных атрибутов общества.
Сократ в ряду трех главных добродетелей человека называл
справедливость — знание, как соблюдать божественные и
человеческие законы. Аристотель в «Никомаховой этике»
отмечал, что «человек по природе существо общественное», а
посему обязанное подчиняться установленным в обществе нормам
и отличать справедливость от несправедливости.
В эпоху Средневековья христианская догматика строилась,
по существу, на правовой коллизии — на нарушении норм,
установленных Богом Адаму и Еве. Августин Блаженный и Эриуге-
на (ок. 810 — ок. 877) видели причину появления асоциальных
поступков именно в факте грехопадения.
Т. Гоббс связывал правовые характеристики человека с
договорной теорией возникновения государства как средства
пресечения соперничества, жажды славы, войн и других
антиобщественных явлений. Такие явления, будучи естественными
для человечества, приводят его к самоуничтожению. На
естественное происхождение правовых качеств указывал и Б.
Спиноза: человек, по его мнению, существо природное и действует
исключительно по законам природы, а правовым он становится
в государственном, гражданском состоянии.
Таким образом, Платон подметил, что человек существо
не только разумное, но и общественное (фактически, дав оценку
моральному рационализму Сократа). Аристотель подчеркнул,
что общественный характер человека связан не только с
моралью и обязанностями, но и с властью, политикой и правами
(«человек существо общественное, политическое»). У
Августина правовое положение человека, его свобода определены
Богом. Впервые о человеке как существе правовом написали
теоретики общественного договора Т. Гоббс, Дж. Локк, Б.
Спиноза. Ш. Монтескье, Ж.-Ж. Руссо углубили эту проблему.
Классическая немецкая философия подняла философско-
правовые проблемы, в том числе о правовых характеристиках
человека, на принципиально новый уровень. Так, И. Кант
рассматривал человека как существо, с одной стороны,
подчиненное природной необходимости, а с другой, — нравственно
свободное. Это существо нуждается в воспитании, но сообразно
определенным императивам. В частности, юридический
вариант категорического императива И. Канта гласит: поступай так,
чтобы твоя свобода не ограничивала свободы других, а нрав-

16.2. Механизмы формирования правовой личности 133
ственность твоей воли стала общим законом для всех. На
правовую природу человека указывал И. Фихте, видевший его цель
в достижении согласия с другими индивидами. Г. В. Ф. Гегель
подчеркивал, что человек существо свободное, разумное,
правовое и как моральное, и как нравственное.
Оригинально трактовали правовые характеристики
человека иррационалисты XIX в. А. Шопенгауэр, например,
исследовал человека как существо свободное не столько с точки зрения
разума, сколько со стороны желаний, представлений, воли.
В русской философско-правовой мысли главным правовым
качеством человека считалась свобода. Например, H.A.
Бердяев писал о трех видах свободы: иррациональной, понимаемой
как вседозволенность, рациональной (разумной) и
трансцендентной (божественно детерминированной). В наше время
философы и правоведы пишут о том, что человек
исторически пережил несколько «поколений прав»: от борьбы за
физическую жизнь в первобытном обществе до борьбы за право
самому решать, что ему делать со своей жизнью
(экзистенциальное право). Как отмечал Федор Михайлович Достоевский
(1821—1881), свобода может перерастать в своеволие, ведущее
к преступлению. Поэтому обретение свободы еще не делает
человека правовым существом.
Краткий экскурс в историю философско-правовой мысли
показывает, что с переходом от родовой организации общества
к государственной образуется новая система человеческих
взаимоотношений. Наряду с традициями, обычаями, моральными
нормами все большую роль играет правовое регулирование
отношений. Оно постепенно становится ведущим
общественным механизмом. Поэтому человек уже не может существовать
вне правового пространства (если он не отшельник), а его
умение действовать в рамках права, быть правовым существом
становится качественной характеристикой цивилизованной
личности.
16.2. Механизмы формирования правовой
личности
Формирование правового человека — процесс,
заключающийся в воспитании правовых качеств и приобретении
правовых знаний, навыков, умений. В самом общем виде этот
процесс протекает под влиянием двух факторов: социальных

134 Глава 16. Человек как правовое существо
(внешних по отношению к отдельному человеку) и личностных
(внутренних). Поэтому формирование правового человека
состоит из двух процессов: интернализации, понимаемой как
правовое воспитание, и правовой социализации.
Интернализация происходит на основе общественной
потребности в регулировании и координации деятельности
членов сообщества. Быть правовым существом — значит в
субъективной форме отражать (сознанием) и выражать (действиями)
объективную взаимообусловленность общества и человека.
Общество создано деятельностью людей, которая постоянно
нуждается в регуляции и координации. Эта нужда выступает
и как социальная необходимость, и как потребность
общества. Средство интернализации — это система правовых норм,
ориентирующих человека на конкретные образцы поведения
и одновременно ограничивающих его деятельность
определенными рамками. Подкрепляя формы поведения санкциями
(поощрением или принуждением), общество воспитывает
человека в правовом отношении.
Нормы права — общеобязательные правила поведения
членов общества независимо от того, соответствуют ли такие
правила интересам, потребностям и взглядам отдельного
человека или нет. Поэтому существует дисгармония общественных
и личных интересов, а также устанавливаются санкции в
отношении нарушителей принятых норм.
Нормы права определяют модель должного,
нормативного поведения, которая обязывает поступать так, а не иначе,
делать то, но не делать этого. Степень усвоения норм и
следования их требованиям характеризует человека как правовое
существо.
Однако правовое регулирование и воспитание правового
человека не исчерпывается воздействием на него общества
(государства) через системы норм и оценок. Правовые
нормы нельзя конкретизировать до каждой уникальной
ситуации, и человек вынужден сам принимать решения в рамках
общепринятого деления справедливо — несправедливо,
законно — незаконно. Еще раз подчеркнем, что, конечно, нормы
программируют поведение, так как человек руководствуется
ими в своих поступках. Но у человека есть свои потребности,
свои интересы, а они не всегда совпадают с интересами
государства. Поэтому гармонизация общественных и личных
интересов зависит, прежде всего, от того, как человек понимает
диалектику прав и обязанностей.
Человек как правовое существо обладает
определенными правами и обязанностями, которые должны гармонично

16.2. Механизмы формирования правовой личности 135
сочетаться. Обязанности без прав — это рабство, деспотизм,
права без обязанностей — беспредел, анархия. Общество
не может нормально развиваться, а человек быть правовым
существом, если люди свободны от обязанностей и лишены
прав.
Соотношение прав и обязанностей предопределяется
характером собственнических отношений, господствующих в
обществе. Там, где власть предержащие воруют, где процветает
коррупция и правит криминал, где население делится на «элиту»
и «чернь», неизбежна дисгармония прав и обязанностей. Там
одним «закон не писан», а другие бесправны и не защищены
от произвола.
Важный регулятор деятельности человека и средство его
воспитания как правового существа — правовые отношения.
Их формирующая роль — во включенности человека в
систему правоотношений, которая сложилась в данном обществе,
государстве. Эти отношения обусловливают права и
обязанности своих субъектов на основе предъявляемых к людям —
как к исполнителям тех или иных социальных ролей —
требований. Эти требования предусматривают систему контроля
за их выполнением.
Но не только общество (государство) формирует правового
человека. Вторая «сила», превращающая человека в правовое
существо, — социализация.
Под социализацией понимается процесс усвоения
социальных норм, ценностей, идеалов, стереотипов поведения,
благодаря которому человек становится полноправным членом
общества или социальной общности, способным действовать
по установленным в данном обществе правилам.
В социально-психологическом плане социализация
осуществляется по двум направлениям — интериоризация и экс-
териоризация.
Первое — это перевод внешних требований социальной
среды во внутренний мотив действия (интериоризация).
Социализирующее воздействие правовой среды реализуется через
следующие механизмы:
— информационно-образовательный: организованная
деятельность по распространению и внедрению в сознание
(индоктринация) правовой информации — законов,
требований, должных стереотипов действия и т.п.;
— стимуляционный: материальное и духовное поощрение,
побуждающее человека к определенной деятельности;
— регулятивно-контролирующий: система правовых
эталонов, ориентиров, норм, предписаний, как деонтических

136 Глава 16. Человек как правовое существо
(императивных, предписывающих), так и недеонтических
(неимперативных, «привлекательных», стимулирующих,
воодушевляющих) ;
— организационно-регулирующий: он основан на
социализирующем воздействии прав, обязанностей и полномочий
человека в коллективе. Эти права, обязанности и полномочия
следуют из общественного положения человека и
выполняемых им функций.
Первые три механизма социализации связаны с
усвоением правовых знаний, формированием правовых убеждений
и ценностных ориентации. В результате усвоения требования
социальной среды приобретают личностный смысл и
значение. Взаимодействие человека с правовой средой образует
субъективные феномены, а именно — личностные
качества человека как правового существа. Последний механизм
ориентирован на получение человеком опыта правового
поведения.
Второе направление социализации заключается в
объективации внутреннего мира человека в его деятельности,
восхождении от личностных мотивов, установок, потребностей,
интересов, целей, ожиданий к практическим действиям по их
реализации (экстериоризация).
Основные личностные системы правовой экстериориза-
ции таковы:
— система индивидуальных правовых потребностей и
интересов, которая является основой правовой активности человека:
потребность осознается и превращается в интерес, а интерес
формирует у человека стремление;
— система правовых ориентации и позиций, или
совокупность целей, установок и оценок, которые порождают
соответствующие предпочтения и поведение для удовлетворения
правовых потребностей и интересов человека. Внутреннее
содержание этой системы — аксиологический (ценностный) и де-
онтологический (нормативно-долженствовательный) аспекты,
формирующие установку человека, т.е. его активное отношение
к правовым нормам и ценностям;
— система организации поведения, приводящая поступки
человека в соответствие с потребностями, нормами, оценками
и мобилизующая его на реализацию целей, интересов и
потребностей;
— система правовой деятельности, играющая
наиважнейшую роль в социализации человека. По сути это практическая
реализация потребностей, интересов, мотивов, целей в
поведенческих актах.

Литература 137
Таким образом, формирование правового человека идет
как бы «извне» — через механизмы воспитания и «изнутри» —
через механизмы социализации. Содержание, способы и методы
формирования зависят от уровня экономического,
политического, правового, культурного развития конкретного
общества (государства), традиций и обычаев народа и от многих
других факторов. Учесть их все невозможно, поэтому нельзя
дать окончательное определение «правовому человеку»,
нельзя описать все разнообразие правовых характеристик и
качеств. Еще Ф. М. Достоевский писал, что человека нельзя
понять до конца, ведь человек — это тайна. Немецкий философ
Э. Кассирер выразил ту же мысль более научно: человека нельзя
описать путем перечисления объективно присущих ему свойств
и качеств.
Тем не менее, можно идти путем выделения интегрального
правового свойства. В философско-правовом смысле это
дисциплинированность.
Дисциплинированность — умение (способность) человека
строго и точно выполнять установленные в обществе правовые
(писаные и неписаные) правила, нормы и требования. Степень
дисциплинированности — показатель того, насколько человек
является правовым существом. Объективный критерий
человека как правового существа — в соответствии его поступков,
качеств, интересов, потребностей, идеалов коренным
общественным интересам и одновременно собственной природе
как свободной и равноправной личности.
Литература
1. Бергер, П. Социальное конструирование реальности /
П. Бергер, Т. Лукман.— М., 1995.
2. Коркунов, Н. М. Общественное значение права / Н. М. Кор-
кунов.—СПб., 1998.
3. Мальцев, Г. В. Права личности: юридическая норма и
социальная действительность / Г. В. Мальцев. — М., 1979.
4. Право, свобода, демократия : материалы «круглого
стола» // Вопросы философии.— 1990.— № 7.
5. Франк, С. Л. Реальность и человек / С. Л. Франк.— М.,
1997.
6. Хабермас, Ю. Демократия. Разум. Нравственность / Ю. Ха-
бермас —М., 1995.

138 Глава 16. Человек как правовое существо
Контрольные вопросы и задания
1. Что значит быть правовым существом, согласно взглядам
мыслителей Древнего мира?
2. Какую правовую характеристику человека И. Кант считал
главной?
3. Что представляет собой жизненный мир человека?
4. Каковы основные правовые регуляторы деятельности
человека?
5. В чем сущность социализации личности?
6. По каким каналам идет социализация личности?
7. Что может выступать критерием правового поведения
человека?

Глава 17
ПРАВОВАЯ РЕАЛЬНОСТЬ
17.1. Реальность и бытие человека
Бытие — одна из основных философских категорий.
Эвристическая значимость таких предельно широких понятий, как
«бытие», «небытие», «действительность», «ничто», «нечто» и
другие заключается в том, что они позволяют через общее познать
и понять сущность конкретных единичных явлений.
Бытие — это нечто существующее, то, что есть.
Противостоит бытию небытие — ничто, то, что было, но чего уже нет.
Еще в эпоху античности возник вопрос: существует ли небытие?
Парменид, например, утверждал, что бытие есть, а небытия нет.
Действительно, как может существовать то, чего нет?
Однако категоричность Парменида уязвима. Уже софист
Протагор, стоя с кувшином на площади, вопрошал окружающих
его учеников: «У кувшина есть небытие?» На что получил ответ:
«Конечно, нет!» Тогда Протагор уронил кувшин, и тот разлетелся
на кусочки. Философ указал на них и сказал: «Вот вам небытие
кувшина». Протагор мудро, как видим, решил сложную
философскую проблему. Скажем, сейчас античности нет, но когда-то
она была. Поэтому бытие следует рассматривать не в статике,
а в динамике, как процесс. В ракурсе такого подхода можно
выделить: прошлое бытие — то, что было когда-то, где-то или
здесь, но сейчас его нет; будущее бытие — то, что будет когда-
то, где-то или здесь, но сейчас его нет; настоящее бытие есть
действительность. Прошлое, настоящее и будущее бытие в
единстве формируют реальность.
Реальность — это совокупность существовавшего,
существующего и могущего существовать во всех сферах природы
и общества. То, что существует здесь и сейчас как актуальное
бытие, сущее, ту часть реальности, которая вовлечена в жизнь
человека, именуют жизненным миром. Жизненный мир чело-

140 Глава 17. Правовая реальность
века — это «сплав» прошлого и настоящего, зарождающегося
будущего. По сути это социальная реальность как бытие
социумов, как отношения людей к природе, друг к другу, к обществу,
человека — к своему «Я».
В философской мысли встречается различная типология
реальностей. Дело в том, что понятие реальности относится
к разряду категорий, понимаемых интуитивно, что выражается
в ее неопределенном или, напротив, ограниченном толковании.
Чтобы дать определение понятия «правовая реальность»
коротко, проанализируем общие классификации реальности.
Так, немецкий философ Н. Гартман в сочинении «Строение
реального мира» установил четыре формы реальности:
духовная, психическая, живая природа и неживая природа. В этом
аспекте мир выступает как единство материального и
духовного, комплекс природного и социального.
Английский философ Карл Поппер в книге «Логика и рост
научного знания» называл три мира: физический, ментальный
и мир идей, которые он считал реально существующими.
К. Маркс и Ф. Энгельс наряду с миром природного бытия
выделяли общественное бытие как надприродный и
надындивидуальный феномен, представляющий собой материальную
жизнь общества. Далее в марксистской литературе некоторые
авторы, например В. П. Тугаринов (1898—1978), к
общественному бытию относили всю человеческую жизнедеятельность —
и материальную, и духовную.
Немецкий философ Юрген Хабермас, рассматривая
реальность как жизненный мир человека, различает: объективный
мир — материальную и целерациональную реальность;
субъективный мир — мир чувств, надежд, намерений; и
социальный мир — мир норм и оценок1. Объективный и
субъективный миры — это повседневная реальность, например уборка
квартиры, закупка продуктов, приготовление обеда, работа,
учеба, встреча с другом и т.п. В этих ситуациях человек ищет
основания для разумного выбора, сообразуясь с наличными
условиями, средствами, со своими способностями,
желаниями, силой воли. Социальный мир — мир институциональной
реальности: политика, право, религия, мораль, традиции.
Повседневную реальность как основную сферу
жизнедеятельности человека рассматривали также Альфред Шюц, Питер
Бергер и Томас Лукман. В их понимании повседневная
реальность — это мир человека в системе различных привычных
1 См.: Хабермас Ю. Демократия. Разум. Нравственность.М., 1995.
С. 157.

17.1. Реальность и бытие человека
141
явлений, связанных с другими людьми, обществом, природой
человека и его «Я». Организуясь вокруг «здесь» моего тела и
«сейчас» моего времени, такая реальность выступает объективной
по отношению к отдельному человеку, она существовала до него
и будет существовать после него в форме морали, религии, права,
экономических отношений и т.д. Это «здесь и сейчас» осознается
человеком через призму его практических интересов:
обеспечения себя средствами существования, продолжения рода, в
правилах общения с другими людьми и т.п. Человек создает
проекты и модели поведения в повседневной реальности. Однако его
«здесь и сейчас» не всегда совпадают со «здесь и сейчас» других
людей, с их намерениями и моделями поведения.
А. Шюц объясняет это несовпадение неповторимостью
«биографической ситуации» конкретного индивида —
обстоятельств его рождения, взросления, идеологического и
религиозного воспитания. Человек воспринимает внешний мир,
прежде всего, исходя из своего «здесь и сейчас», из повседневного
опыта. В этом опыте он не только соизмеряет свои действия
с действиями других, но и прогнозирует, что сделает каждый
в типичной ситуации: в автобусе, в гостях, когда случайно кому-
то наступит на ногу, при встрече со знакомыми, на занятиях
в университете и т.д.
Ю. Хабермас, П. Бергер и Т. Лукман рассматривают
повседневную реальность как эмпирическую данность, как
существенную часть жизненного мира человека. Этот мир, имея в основе
эмпирическую повседневность, включен, вовлечен в
индивидуальную жизнедеятельность каждого человека.
Взаимосвязь жизненного мира и человека обоюдна: с одной
стороны, жизненный мир определяет поведение человека,
предопределяет его мотивы, цели, интересы и потребности.
С другой стороны, человек «вторгается» в жизненный мир,
формирует его посредством знаний, способностей, воли,
намерений, упрямства, капризов, враждебности, милосердия и пр.
Причем «вторжение» может радикально менять жизненный мир
не только индивида, но и социума. Семен Людвигович Франк
(1877—1950), один из самых значительных русских философов
после B.C. Соловьёва, иллюстрировал такое понимание
взаимосвязи жизненного мира и индивида следующим примером:
«Садизм, безумное властолюбие и мания величия Гитлера была
для человечества недавно, к несчастью, эмпирической
реальностью, не менее объективной и гораздо более грозной и
могущественной, чем ураган и землетрясение»1. С. Л. Франк приходит
Франк С. Л. Реальность и человек. СПб., 1997. С. 11.

142 Глава 17. Правовая реальность
к выводу, что «реальность в качестве всеобъемлющего единства
имеет всякое отношение внутри себя..., реально все»;
«реальность есть всегда нечто большее, чем она сама»1.
Таким образом, материальные и духовные, объективные
и субъективные явления переплетены в человеческой
жизнедеятельности и органично вписываются в повседневную
реальность.
Ведущую роль в осознании действительности, по мнению
Т. Лукмана, играют знания, так как они лежат в основе трех
главных процессов, конструирующих действительность: экс-
тернализации — деятельности по преобразованию
окружающей действительности и самого человека; институционализа-
ции — взаимной типизации привычных действий и возведения
их в норму, в объективное требование, созданное людьми,
но объективированное от них; интернализации — перевода
объективных норм в сознание, осознание
объективированного социального мира.
Повседневной реальности противостоит системный —
нормативно-оценочный — мир, подчиняющий человека,
диктующий ему моральные, правовые, политические и другие
правила и требования. Он регламентирует жизненный мир
человека (с такого-то возраста можно идти в школу, вступать
в брак, привлекаться к уголовной ответственности,
участвовать в выборах органов власти и т.д.), предписывает, как вести
себя, скажем, по отношению к старшим, к женщинам, к
нуждающимся в помощи.
По отношению к конкретному индивиду системный мир
выступает и как объективный, и как субъективный. С одной
стороны, он «подлинно есть», т.е. реален и требует от
индивида соответствующих действий, а с другой — индивид может
какие-то требования обходить, не замечать и даже нарушать.
В данном случае объективная сторона системного мира
беднее, ограниченнее мира субъективного, который реализуется
преимущественно в повседневной реальности. Существуют
возможности смыслового измерения жизненного мира человека
и социальных измерений жизнедеятельности всего общества.
Именно благодаря этой возможности количественные и
системные методы (используемые, например, в философии права)
применяются как формальные и делают онтологию не просто
учением о бытии, а наукой. Известен проект разработки
формальной онтологии Э. Гуссерля на основе абстрактной логики.
Ныне он трансформирован в программу построения формаль-
Франк С.Л. Реальность и человек. СПб., 1997. С. 24.

17.2. Правовая реальность и ее структура 143
ных онтологии и формальной метаонтологии1. Под метаонто-
логией понимается единая система логически выраженных
взаимосвязей смыслов и социальных явлений. Учитывая, что
определение смысла правовых норм имеет первостепенное
значение лишь в связи с содержанием общественных явлений,
законотворчество и правоприменительная практика призваны
опираться на это метаонтологическое основание.
Итак, повседневная реальность и системный мир
формируют жизненный мир как реальность, в которой осуществляется
жизнедеятельность человека. Одно из важнейших мест в нем
принадлежит правовой реальности. В то же время общественная
жизнь — это правовая жизнь общества, органично связанная
с правовой реальностью жизненного мира человека.
17.2. Правовая реальность и ее структура
При рассмотрении правовой реальности можно
использовать разные методологические подходы.
Диалектико-материалистический подход органично
связан с материалистическим пониманием истории, согласно
которому правовая реальность — это единство
материального и идеального, объективного и субъективного.
Правосознание — это и объективная, и субъективная реальность как
общественное и индивидуальное сознание; правоотношения — это
идеологические и материальные отношения.
На основе феноменологического подхода правовая
реальность исследуется как взаимодействие социума (личности,
социальной группы), системного мира и повседневной
реальности. Это часть жизненного мира социального субъекта, которая
опосредована, пронизана правом, т.е. нормами, юридическими
законами, отношениями по поводу свободы, равенства и
справедливости, законного и незаконного.
В силу того, что право и его атрибуты непосредственно
связаны с системным миром, правовая реальность представляется,
прежде всего, частью системного мира, системной реальностью.
1 См.: Драгалина-Чёрная Е. Г. Формальная онтология: аналитическая
реконструкция. М., 2000; Фалъко В. И. Формальные онтологии //
Философские науки. 2004. № 9; его же — Типология реальностей //
Философские науки. 2005. № 7,8; Уёмов А. И., Любутин К. Н.
Философское значение атрибутивных общественных параметров // Вопросы
философии. 2003. № 2.

144 Глава 17. Правовая реальность
Системность правовой реальности выражается в ее связи
с государством как системным институтом и с правом как
системой норм и юридических законов. Правовые нормы и
институты, будучи внешними, объективными условиями
жизнедеятельности человека, воздействуют на него и вынуждают
не только знать эти условия, но и включать их в свой
социальный мир в виде отношений, поступков, оценок и т.д.
Таким образом, правовая реальность обладает
одновременно противоположными характеристиками: она и объективна,
и субъективна.
Объективность правовой реальности определяется тем,
что, во-первых, новые поколения человечества не создают эту
реальность каждый раз заново, а получают уже готовые и
действующие правовые нормы, законы, соответствующие
определенному уровню развития правовых отношений и
правосознания; и, во-вторых, правовая реальность возникает на основе
институциализации, которая устанавливает ее границы,
очерчивает принадлежащее ей пространство.
Сущность институциализации, по Т. Лукману и П. Бергеру,
заключается в хабитуализации (опривычивании) на основе
многократного повторения определенных образцов поведения,
типизации действий и их закрепления как обязательных для
исполнения. После этого институт осуществляет функцию
социального контроля над теми, кто его (институт) создал. Если
контроль оказывается недостаточно успешным, возникает
система вторичного контроля в форме санкций, защищающих
и поддерживающих институт1.
Конечно, степень институциализированности правовой
сферы зависит от конкретных исторических условий. В
первобытном обществе, например, ведущую роль в социальном
контроле играл институт морали — обычаи, обряды, традиции,
табу. В условиях идеационального (божественного) права роль
главного «социального контролера» перешла к церкви. Таким
образом, историчность правовой реальности очевидна, она
имеет историческое пространство и время, которыми и
определяется правовая деятельность как способ существования
правовой реальности, ее структура, направленность, содержание
и другие характеристики.
Процесс институциализации права и формирование правовой
реальности характеризуются следующими особенностями.
Во-первых, в структуре социума возникают
профессиональные группы людей, которые разрабатывают юридические зако-
1 См.: Современная американская социология. М., 1994. С. 237.

17.2. Правовая реальность и ее структура 145
ны, контролируют их исполнение, формируют правосознание,
содействуют функционированию института права.
Во-вторых, институциализация, объективируя от
субъекта нормы, правила, учреждения, ставя их над субъектом, тем
не менее, предполагает, что каждый субъект является носителем
права, а правовая реальность формируется в процессе
реализации (или не реализации) требований системного мира.
В-третьих, появляется устойчивая тенденция к укреплению
и расширению сферы действия права. Границы институциали-
зации, как отмечалось, могут меняться, но правовая реальность
существует как объективная и необходимая, подчиняя себе все
больше свойств и явлений жизненного мира.
В-четвертых, происходит интеграция субъективных и
объективных, материальных и духовных правовых процессов,
превращение одного в другой. Например, институциализация
«собирает» в единое целое материальные и идеологические
правовые отношения законного и незаконного. А правовое
сознание как духовный феномен реализуется в материальной
деятельности, в практике, поэтомусубъективное сознание
обретает объективное бытие.
Институциализация права позволяет выделить две
стороны правовой реальности, границей между которыми
служит противостояние «материальный-духовный»,
«объективный-субъективный», «первичный-вторичный». Социальный
субъект, будучи и субъектом правовой реальности, «первичной»
правовой реальностью считает норму, закон, а их реализацию
в общественных формах рассматривает как «вторичную»
реальность. Однако это иллюзия. «Первичная» реальность не
возникает и не может быть понята сама из себя или из
«человеческого духа», по сути она «вторична» и является отражением
и фиксацией материальных отношений.
Этот постулат лежит в основе материалистического
подхода к пониманию правовой реальности, некоторые положения
которого будут детализированы ниже.
Третий подход к рассмотрению правовой реальности —
системный. Феноменологический подход преимущественно
ориентирован на «человеческую» сторону правовой реальности.
Материалистический — на выяснение соотношения материального
и духовного. Системный подход, прежде всего, обращает внимание
на структурно-функциональные показатели. Под правовой
реальностью он подразумевает систему жизнедеятельности общества,
его субъектов, основанную на праве и юридических законах.
Подобно любой системе, правовая реальность может быть
определена как целостность, состоящая из элементов, наделен-

146 Глава 17. Правовая реальность
ных индивидуальными функциями. Причем характеристики
целостности не совпадают с характеристиками ни отдельных
элементов, ни их простого «сложения».
Такое понимание правовой реальности дает возможность
рассмотреть ее в двух аспектах: функциональном и элементном.
Первый аспект позволяет выделить следующие подсистемы,
различающиеся по специфике функционирования и задачам,
выполняемым в общей системе правовой реальности:
— интеллектуально-психологическая: функционально
обеспечивает формирование правосознания у социумов.
Содержательно эта подсистема состоит из общественного,
группового и индивидуального сознания, отражающего правовую
материальную сферу. Правосознание включает правовую
идеологию, правовую науку (юриспруденцию), правовую
психологию (правовые чувства, настроения, симпатии, обычаи, обряды,
традиции) и правовые эмпирические знания;
— нормативно-регулятивная: формирует правовую
реальность как систему правовых норм, объективируемых в
человеческих поступках и действиях, правовых отношениях между
социумами. Благодаря императивности нормы регулируют
поступки и действия, тем самым регулируя
функционирование всего общества;
— социально-результативная: фиксирует полноту
освоения социальным субъектом правовой реальности, степень его
«включенности» в эту реальность и реализации заложенных
в праве свободы, равенства и справедливости. Эта подсистема
характеризует взаимосогласованность правовой реальности
и жизнедеятельности социального субъекта;
— организационно-деятельностная: охватывает все виды
правового поведения людей — правотворческого,
правоприменительного, правоохранительного и др., функционально
обеспечивает деятельность граждан и органов правовой системы
в рамках права.
Интеграционная основа системы правовой реальности —
право, подсистемы правовой реальности обслуживают право
и одновременно выступают механизмами его
функционирования.
С точки зрения элементного подхода правовая реальность
представляет собой надстроечное явление, включающее
правовые учреждения, правовые отношения и правовое сознание.
Следующий подход рассмотрения правовой реальности —
сферный. В литературе по социальной философии
отмечается четыре основные сферы жизни общества: экономическая,
политическая, социальная и духовная. Соответственно этим

17.3. Правовые отношения: сущность и специфика 147
сферам существуют экономическая правовая реальность,
политическая правовая реальность, социальная правовая
реальность и духовная правовая реальность. Эти реальности
выступают в единстве материальных и духовных явлений.
Материально-производственные отношения имеют три
стороны: технологическую, экономическую и правовую. Правовая
сторона по характеру субъектно-объектна, выступает через
единство материального и идеального. Так, любой
экономический договор (например, договор аренды, ренты, дарения,
энергоснабжения, купли-продажи и т.п.) содержит общие
положения об обязательствах сторон данного правоотношения
(идеальная природа, много субъективных моментов) и
предполагает реализацию исполнения договора (материальная
природа деятельности, для которой договор выступает явлением
объективного характера). Таким образом, правовая реальность
выступает в виде правоотношений, правовых идей, правовой
деятельности, правовой культуры, правовых учреждений.
Правовые учреждения — это специально созданные
государством органы и организации, которые регулируют
правовые отношения, формирующие у граждан правовое сознание,
обеспечивающие правопорядок, функционирование права,
принятого в государстве. К ним относятся суды, прокуратура,
исправительно-трудовые учреждения, органы дознания и др.
Исследованием правовых учреждений занимается
юридическая дисциплина «Правоохранительные органы». Правовые
отношения и правовое сознание рассмотрены в
нижеследующих параграфах.
Правовая реальность, существующая как правовые
отношения, правовое сознание и правовая культура, может быть
охарактеризована с точки зрения ее сущности как социальная
надындивидуальная правовая реальность и
межиндивидуальная правовая реальность.
17.3. Правовые отношения:
сущность и специфика
Правовые отношения — это социальные взаимодействия,
детерминированные правом. Они охватывают материальную
и духовную жизнь общества и человека, объективную и
субъективную реальность. Конечно, общественные отношения
имеют специфику. Скажем, экологическим правом регулируются

148 Глава 17. Правовая реальность
материальные отношения человека к природе; экономические
отношения получают закрепление в юридических правах на
собственность; политические — определяются конституцией.
Национальные и религиозные, семейные и межгосударственные
отношения также пронизаны и регулируются правом.
Собственно, право, как и общественная жизнь, формируется
отношениями людей к другим людям, к окружающему миру.
В отечественной философской литературе долгое время
существовало убеждение, что право — это надстройка над
экономическим базисом, т.е. выступало совокупностью
экономических производственных отношений. Однако такое понимание
права ведет к экономическому детерминизму и не соответствует
реальному положению дел. Еще Ф. Энгельс видел
ограниченность такого понимания, подчеркивая, что зависимость
права от экономического базиса выражается лишь «в конечном
счете». Реформирование России 90-х годов — начала XXI века
тому свидетельство: если право не соблюдается, возникают
противоречия в общественной системе.
В современной философско-правовой мысли доминирует
следующая точка зрения: право через нормированную
законами деятельность вплетено в экономические и технологические
отношения — собственности, производства, обмена,
потребления и распределения.
Люди, занимающиеся производственной
деятельностью, вступают друг с другом не только в производственные,
но и в правовые отношения. В частности, в сфере
собственности они касаются права владения и невладения. Отношения
собственности становятся правовыми. Отношение между
собственником и рабочим, опосредованное наличием
собственности у одного и отсутствием ее у другого, — это отношение
экономическое, которое приобретает юридический характер
вследствие закрепления его законами государства
(Конституция, Гражданский кодекс).
Как известно, экономические отношения объективны
и не зависят от воли и сознания людей. Именно они в
конечном счете формируют субъективные цели, мотивы,
потребности и установки человека. А через них влияют на правовые
отношения.
В то же время правовые отношения активно влияют на
экономические отношения, тормозят или ускоряют их развитие.
Важнейшая черта правовых отношений — их связь с
государственной политикой. Правовые отношения — это реальные
интересы людей, закрепленные законами. Такие интересы
называются в законодательстве законными интересами. Люди

J7.3. Правовые отношения: сущность и специфика 149
объединены в различные социальные общности (семья, нация),
политические и общественные организации, которые имеют
свои, коренные для этих общностей и организаций интересы.
Эти интересы воплощаются в определенных идеях, взглядах,
декларациях, программах, вероучениях, влияющих на
формирование и усвоение правовых норм, а в конечном счете
и на общественные отношения.
Ведущую роль в формировании общественных, в том
числе и правовых, отношений в современном обществе играет
политика как отношения между людьми и их
объединениями по поводу власти. Государство как политический
институт реализует политику через правовые механизмы. Поэтому
правовые отношения — это всегда отношения политические,
они не существуют вне связи с политикой. В неменьшей мере
правовые отношения связаны с моралью, нравственными
отношениями.
Правовые отношения — это всегда деятельность, ибо
любое отношение возникает только в деятельности и реализуется
только через деятельность людей, социальных групп. Именно
в деятельности проявляется субъективная сторона правовых
отношений.
Несоответствие правовых отношений изменившимся
экономическим, экологическим, демографическим и другим
материальным условиям порождает конфликтные ситуации, ведет
к обострению социальных противоречий. Будучи зависимыми
от экономических отношений и призванными защищать их,
правовые отношения не всегда «поспевают» за изменениями
материальной жизни. Это происходит, прежде всего, потому,
что правовые отношения (даже в правовом государстве)
зачастую выражают интересы не всего общества, а определенных
групп (классов, кланов, конфессий, властной элиты), которые
заинтересованы в сохранении удовлетворяющего их статус-
кво. Поэтому правовые отношения становятся субъективизи-
рованными, а правовая деятельность организуется таким
образом, чтобы защитить властные и экономические интересы
господствующей группы.
Правовые отношения формируются не только в
деятельности социальных групп, но и в поведении отдельных личностей.
Они реализуются как постоянно повторяющиеся акты
поведения, регламентированные правовыми нормами, и включают
две переменные: а) содержание правовой нормы и б)
содержание целей, мотивов, установок личности. Взаимодействие
этих переменных создает правовое действие, правовое
поведение, а характер взаимодействия позволяет прогнозировать

150 Глава 17. Правовая реальность
содержание и направленность развития правовых отношений
в обществе. Ведь деятельность индивидов (их поведение,
мотивы, цели) и избранные средства ее реализации не всегда
согласуются с целями и интересами общества, властной элиты.
Поэтому в законодательной практике важно учитывать как
можно более широкий спектр пределов осуществления прав
человека и гражданина и, прежде всего понимать законный
интерес как выражение общего блага, справедливости.
Таким образом, правовые отношения формируются в
процессе деятельности индивидов, социальных групп,
регламентированной правовыми нормами. Такие отношения являются
объективно-субъективными, так как зависят от объективных
условий и от субъективного права. Объективность правовых
отношений объясняется тем, что после реализации в них
правовых начал они становятся независимыми от сознания
отдельных личностей и даже групп.
17.4. Правовое сознание: сущность,
структура и функции
Другой важнейший элемент правовой реальности —
правовое сознание, осознанная правовая реальность, жизненный
мир человека и общественные явления, отраженные с точки
зрения законного и незаконного в идеях, теориях, научных
и эмпирических знаниях, обычаях и традициях, чувствах и
эмоциях, а также в деятельности людей.
Понятно, что законность и незаконность в рамках
позитивного права выводится, прежде всего, из юридических законов
и правовых норм. Социальный субъект всегда строит
предположения об условиях совершения или несовершения
предусмотренного нормой деяния, имеет представления о
содержании требуемого и о последствиях в виде институциональных
санкций в случае несоблюдения нормы. Эти предположения
и представления опираются на знание. Следовательно, основное
содержание правового сознания — это знание о требованиях
установленных норм. Как отмечал И. А. Ильин, содержание
«народного правосознания» состоит в понимании каждым
гражданином своего правового статуса и его уважении к праву1.
1 См.: Ильин И. А. О сущности правосознания // Собр. соч. : в 10 т.
Т. 4. М., 1994. С. 168—169.

Y7A. Правовое сознание: сущность, структура и функции 151
Формирование правового сознания шло от осознания
непосредственных индивидуальных интересов через корпоративные,
групповые интересы к осознанию глобальных, общественных
интересов. В процессе развития общества возникает
потребность в установлении общих правил производства, обмена,
потребления и распределения продуктов для всех членов. Такие
правила выступают непреложным условием функционирования
общества. И постепенно в нем формируются знания об этих
общих правилах, т.е. общие правила осознаются. Конечно,
содержание знания во многом определяется цивилизованностью
общества, уровнем развития его культуры.
По природе правосознание идеально, оно является
отражением правовой реальности, материальных и духовных
отношений. Однако, будучи отраженным и осознанным, оно
материализуется в практических поступках, в деятельности
людей. Как сознание вообще, правовое сознание субъективно,
формируется субъектом (в том числе обществом как
субъектом), зависит от общества. В то же время его субъективность
«неполная», она объективируется в правовых идеологических
отношениях, а правосознание общества объективно по
отношению к индивиду или группе людей. Поэтому не случайно
у каждого индивида, у каждой социальной группы
существуют элементы собственного правосознания, не совпадающие
с правосознанием общества в целом.
Правовое сознание в идеале предназначено содействовать
должному правопорядку, который основан на правах и
обязанностях граждан, санкционированных государством. В
действительности права и обязанности во многом определяются
сущностью самого государства, силами, которые
олицетворяют власть.
В демократическом государстве правовое сознание
выступает не инструментом бездумного и холопского послушания,
а средством активного, деятельного, конструктивного
регулирования и совершенствования общественных отношений. Сегодня
российское общество как никогда заинтересовано в развитом,
теоретически обоснованном правосознании. В его основе
должны лежать научные идеи о путях и методах государственно-
правовой самоорганизации общественной жизни. Именно
поэтому наши законодатели призваны быть
профессиональными юристами, чтобы право оставалось правом, а не средством
политических полукриминальных разборок.
В правосознании человек утверждает собственную
духовность и признает духовность других людей, отмечал И. А. Ильин.
Отсюда следуют фундаментальные человеческие качества,

152 Глава 17. Правовая реальность
которые формирует подлинное правосознание, — чувство
собственного достоинства, способность к самообязыванию
и самоуправлению, взаимное уважение и доверие людей друг
к другу, духовная самостоятельность, свободолюбие,
взаимность, солидарность.
В структурном отношении правовое сознание можно
рассматривать в двух аспектах — по глубине и точности
отражения правовой реальности и по специфике носителя
правосознания.
В первом случае правовое сознание существует на двух
уровнях — теоретическом и обыденном.
На теоретическом уровне оно представляет собой систему
научных знаний о праве (правовую науку) и правовую
идеологию.
Правовая наука опирается на установленные законы
развития правовой реальности, на их действие в конкретных
исторических условиях. Научные правовые теории служат
важнейшими источниками правотворчества. Не случайно любое
государство уделяет большое внимание подготовке юристов
разной направленности — практиков, ученых, законодателей.
Правовая наука теоретически обосновывает государственно-
нормативное регулирование общественных отношений. Это
позволяет избегать волюнтаризма и фатализма в выработке
моделей социально-правового поведения человека и других
социальных субъектов общества, добиваться соответствия
правовых норм изменяющимся общественным условиям,
координировать различные правовые институты. В итоге правовая
наука обеспечивает научность процесса формирования
правового сознания и самого правового сознания. Такое сознание
в данном случае выступает как отражение правовой
реальности, опирающееся на знание объективных закономерностей
общественного развития.
Правовая идеология — это система правовых идей,
теорий, воззрений, норм, выражающих интересы государства
и защищаемых им групп, регулирующих поведение людей
в обществе, а также система оценок этих норм гражданами
конкретного государства.
В любом обществе правовая идеология выступает
защитницей интересов (прежде всего, экономических и
политических) определенных социальных групп — правящей элиты,
класса, этноса, религиозной конфессии. Поэтому в
конкретном обществе всегда наличествуют разные правовые
идеологии — например, идеология власть предержащих и идеология
обездоленных.

17.4. Правовое сознание: сущность, структура и функции 153
В современном буржуазном обществе Ю. Хабермас выделяет
идеологию «либерального права», ориентированную на
защиту частной собственности, рыночной хозяйственной системы
и индивидуальной свободы, и идеологию «социального права»,
утверждающую идеи достижения общего для всех граждан
благосостояния, справедливого регулирования государством
общественного богатства. По мере укрепления государства
и развития экономики, считает Ю. Хабермас, эти две
идеологии могут породить «делиберативную идеологию», смещающую
частные интересы граждан в сторону общечеловеческих
интересов и тем самым формирующую демократический процесс
и политическую правовую культуру в обществе1.
На обыденном уровне отражения правовой реальности
общественное сознание предстает как обыденные эмпирические
правовые знания (представления в первую очередь) и
правовая психология.
Эмпирические правовые знания — это знания,
полученные социальным субъектом на основе собственного социально-
правового жизненного опыта. Таково, например, знание о
справедливости как эквивалентности обмениваемых товаров или
знание о воздаянии за совершенный поступок. Правовые
эмпирические знания тесно связаны с моральными
представлениями, а правовой (юридический) опыт — с опытом
моральным. Оба опыта, как отмечал известный юрист Лев Иосифович
Петражицкий (1867—1931), налагают обязательства, но
юридический — атрибутивно-императивный — дает права, а
моральный — императивный — их не дает.
Правовая психология — совокупность правовых чувств,
эмоций, настроений, переживаний, обрядов, навыков и
привычек, в которых отражается жизненный мир человека, его
повседневная правовая реальность. В отличие от идеологии
в правовой психологии меньше группового, меньше
политического интереса, но больше подлинно человеческого.
Формируясь стихийно, в основном опытным путем, правовая
психология более консервативна, чем идеология, и менее подвержена
изменениям в связи с приходом к власти новых правителей.
Правовая психология включает:
— правовое настроение — эмоциональную реакцию
на оценку каких-либо правовых событий или состояния
права. Так, эффективная борьба с криминальными олигархами
порождает оптимистическое настроение, а беззаконие, «спу-
1 См.: Хабермас Ю. Демократия. Разум. Нравственность. М., 1995.
С. 229—231.

154 Глава 17. Правовая реальность
екание на тормозах» уголовных дел в отношении «полезных
людей», «своих», вызывает пессимистическое, депрессивное
настроение;
— правовые эмоции и чувства — основные формы
переживания социальным субъектом своего отношения к правовой
действительности. Правовые эмоции — это непосредственное,
пристрастное, переживание жизненного смысла определенной
ситуации, обусловленное соотношением ситуации с
потребностями субъекта. Правовые чувства — более устойчивая
форма переживания, имеющая стабильную мотивационную
значимость и относительно неизменную реакцию на состояние
правовой реальности. Эмоции и чувства возникают по поводу
справедливости и несправедливости, законности и беззакония,
свободы и несвободы и могут адекватно отражать правовую
реальность, а могут быть иллюзорными;
— правовые привычки — закрепленные в обычаях и
традициях представления о правомерном и неправомерном,
справедливом и несправедливом, о преступлении и наказании, правах
и обязанностях. Правовые привычки играют противоречивую
роль в регулировании правовых отношений. С одной стороны,
они облегчают и упрощают реализацию правовых отношений,
переводя их как бы в полуавтоматический режим. С другой
стороны, правовые привычки вносят в правовую жизнь
определенный элемент рутинности, консерватизма;
— правовые навыки — закрепленные в ходе
жизнедеятельности человека стереотипные приемы
законопослушного (либо незаконопослушного) поведения. Кстати, давно
подмечено, что общества отличаются друг от друга и тем, какие
правовые навыки и привычки в них преобладают. Правовая
идеология и правовая психология тесно взаимосвязаны и
влияют друг на друга. Так, правовая идеология дает установки для
правового мироощущения и правового мировосприятия,
которые формируются на обыденно-психологическом уровне.
А правовая психология выступает средой для распространения
и упрочения идеологических правовых концепций, целей,
программ. Причем эта среда может либо способствовать, либо
затруднять данное распространение и упрочение.
Отсюда следует методологический вывод: нельзя
недооценивать, как нельзя и переоценивать, ни один из уровней
существования правого сознания. Его формирование должно быть
комплексным и взаимосвязанным как по уровням (обыденный
и теоретический), так и по элементам (правовая наука,
правовая идеология, правовые эмпирические знания и правовая
психология).

17.4. Правовое сознание: сущность, структура и функции 155
В соответствии со спецификой носителя можно выделить
общественное (групповое)* и индивидуальное правовые
сознания. Обладая общей (идеальной) природой и являясь
по сути отражением правовой реальности, они имеют и
существенные различия.
Прежде всего, это касается субъекта отражения. Понятно,
что общественное сознание — это сознание общества (группы),
а индивидуальное — сознание отдельного человека. Различие
проявляется и в том, что отражается: в общественном
правовом сознании речь идет об общественной правовой жизни,
правовой реальности как целостности, а в индивидуальном —
о правовой стороне жизненного мира личности,
индивидуальной правовой реальности. Кроме того, индивидуальное
сознание субъективно, и иным для индивида быть не может,
а общественное выступает по отношению к нему
объективным, так как существует независимо от его воли и желания:
рождаясь, человек застает уже принятые правовые нормы,
привычки, а не создает их заново. Наконец, в общественном
и индивидуальном сознаниях могут быть разные ценностные
правовые ориентации: что поощряется обществом, не всегда
так же оценивается индивидом.
Таким образом, индивидуальное правосознание — это не
копия структуры общественного правового сознания, а
общественное сознание — не сумма индивидуальных правовых
сознаний. Общественное сознание фиксирует лишь то, что
является общим и общепринятым. Оно существует
независимо от каждого индивидуального сознания как система идей,
воззрений, понятий, концепций, теорий, программ, понятий,
представлений, социальных чувств, отражающих
общественное бытие. Индивидуальное сознание никогда не охватывает
общественное сознание, оно ограничено знаниями, чувствами,
эмоциями одного индивида. В то же время индивидуальное
сознание «богаче» общественного, оно включает конкретный
жизненный опыт человека, личностно окрашенные
переживания, эмоции, симпатии и антипатии. Гармоничная взаимосвязь
общественного и индивидуального сознаний — залог
здорового правового сознания общества.
В рамках структурного анализа правосознания существует
важнейшая философско-правовая проблема — место и роль
правосознания в системе общественного сознания. Эта тема имеет
1 В некоторых источниках общественное и групповое сознания
различаются. Соглашаясь с таким подходом в принципе, авторы полагают,
что в данном контексте этим обстоятельством можно пренебречь.

156
Глава 17. Правовая реальность
богатую историю, ее исследовали И. Кант, Г. Гегель, Ф. Энгельс,
B.C. Соловьёв, Б.Н. Чичерин, П.И. Новгородцев, И.А. Ильин.
В советский период к ней обращались Г. М. Гак, В. А. Деми-
чев, В. Ж. Келле, М.Я. Ковальзон, А. К. Уледов, М.В. Яковлев
и др. На современном уровне развития философско-правовой
мысли проблема формулируется так: «Обладает ли
правосознание спецификой, позволяющей отличать его от
политической, моральной, религиозной и других форм общественного
сознания?».
Исследователи отмечают, что различные общественные
отношения, обусловленные соответствующими видами
человеческой деятельности, отражаются в своих специфических
формах. В связи с тем, что право пронизывает всю сферу
жизнедеятельности человека, весь жизненный мир, правосознание
отражает всю социальную реальность. Оно тесно
взаимосвязано, имплицитно включено во все другие формы общественного
сознания, сохраняя при этом специфику.
Из всех форм общественного сознания к правосознанию
наиболее близки моральное и политическое. Их сходство
и различие показали И. Кант, Г. В. Ф. Гегель, В. С. Соловьёв
и др. Так, В. С. Соловьёв в работе «Оправдание добра»
отмечал, что сходство нравственности и права состоит в
нормативности, в сообразовании проявлений личной свободы
с условиями существования общества. Однако сферы
нравственности и права не совпадают. По мнению В. С.
Соловьева, право (как у Канта) «есть низший предел или
определенный минимум нравственности». Он аргументировал это тем,
что нравственная заповедь бесконечна и распространяется
на каждый поступок, а юридический закон запрещает
определенные внешние действия, и под него попадает не любое
действие, а лишь недозволенное законом. Поэтому право
позволяет людям быть злыми, оно не вмешивается в свободный
выбор между добром и злом. В лучшем случае право лишь
препятствует злому человеку стать злодеем1. В работе «Право
и нравственность» B.C. Соловьёв отмечает, что право и
нравственность едины в стремлении реализовать справедливость.
Первоначальное право как «непосредственная деятельность
родового (народного племенного) духа» — это обычное
право как «начало справедливости». «Начало справедливости»
он усматривает в свободном и добровольном исполнении
нравственных требований, когда всякое принуждение
нежелательно и невозможно.
1 См.: Соловьев В. С. Оправдание добра // Соч. : в 2 т. Т. 1. М., 1988.

iZ4. Правовое сознание: сущность, структура и функции 157
Кроме того, нравственное, моральное сознание
выступает в виде норм, санкционированных общественным мнением,
а правовое сознание отражает правовую реальность в виде норм,
юридических законов, санкционированных государством.
Неразрывно связано с правосознанием и политическое
сознание, потому что правовые нормы и юридические законы
исходят от государства — центрального элемента политической
организации общества. Именно государство осуществляет
законодательную и правоохранительную деятельность, выражая
различные социально-классовые потребности и интересы.
В праве всегда в той или иной мере выражена политика.
Бытует мнение о политике как о грязном деле и о праве как
фундаменте честности и открытости, в том числе и в политике.
Казалось бы, в таком случае политика и право — явления
несовместимые. Однако это не совсем так. Да, действительно, в
борьбе за власть часто используются грязные средства, но только
праву — и только в правовом государстве — под силу оградить
политику от аморальности, «очистить» ее от грязи.
Кроме того, политическое сознание имеет не только
классово-клановый, но и широкий социальный смысл
(содержит идеи объединения людей для достижения общего блага,
общего интереса), поэтому оно органично связано с
правосознанием. Ведь чтобы стать средством объединения людей, надо
обеспечить это объединение не только в идейном, но и в
правовом отношении. А для этого необходим определенный уровень
развития правосознания. В обществе воцарятся свобода,
справедливость, равенство всех перед законом лишь в том случае,
если, кроме наличия объективных условий, будут поняты суть
этих явлений и условия их возникновения и существования.
Правосознание, как и любая форма общественного
сознания, выполняет ряд функций. Функции указывают на
деятельный характер правосознания, позволяют глубже раскрыть его
роль в жизненном мире человека и человечества.
Многофункциональность правосознания определяется уже
тем, что субъектом и носителем правосознания могут
выступать и выступают личность (индивидуальное сознание), нация
(национальное сознание), класс (классовое сознание),
общество (общественное сознание), причем правосознание каждого
субъекта выполняет определенные функции.
Кроме того, правосознание отражает правовую реальность
во всех сферах жизнедеятельности общества — экономической,
социальной, политической, духовной. В каждой из них
правовая реальность отражается по-своему, и назначение
правосознания в этом смысле отличается.

158 Глава 17. Правовая реальность
И. А. Ильин отмечал, что правосознание по содержанию
и развитости различно. Правосознание имеет и человек, не
знающий прав и законов. «Человеку невозможно не иметь
правосознания; его имеет каждый, кто сознает, что кроме него на свете
есть другие люди. Человек имеет правосознание независимо
от того, знает он об этом или не знает, дорожит этим
достоянием или относится к нему с пренебрежением...»1. Философ
характеризует правосознание также как «нормальное» и
«развитое». Нормальное правосознание — это «знающая воля к
праву», это «особый способ жизни, которым живет душа,
предметно и верно переживающая право в его основной идее и в его
единичных видоизменениях (институтах)»2. И. А. Ильин дает
определение понятия «развитое правосознание»: оно «умеет
всегда разобраться в том, где начинается и где кончается право
и где возникает произвол...»3.
Важнейшая функция правосознания — регулятивная. В
повседневной реальности люди руководствуются теми правами,
нормами, выполняют те обязанности, которые не только
существуют «на бумаге», но и закреплены общественным сознанием.
Благодаря таким нормам происходит согласование действий
членов общества, регулирование поведения индивидов и социумов,
социальных институтов — всех субъектов правоотношений.
За годы реформирования постсоветской России роль
регулятивной функции правосознания значительно снизилась.
И дело тут не только в плохом знании многочисленных новых
законов, актов, постановлений, но и в том, что многие из них
нарушаются самим государством, некоторые оказались
нежизненными, а есть и такие, что ведут к обострению общественных
противоречий. Любые же оправдания («неконституционность
указа вызвана чрезвычайными обстоятельствами», «для
выполнения закона у государства нет средств» и т.п.) общественное
сознание не приемлет, в результате необязательность
захватывает все слои общества, растет беспредел.
Гносеологическая функция правосознания выражается
в том, что правовые идеи, теории, законы, нормы познаваемы,
и именно через их познание возникает правовое знание как
фундаментальная предпосылка правового поведения. Кроме
того, гносеологическая функция позволяет понять, что нормы
и законы не бывают врожденными, а формируются на основе
1 Ильин И. А. О сущности правосознания. Соч. : в 10 т. Т. 4. М. :
Русская книга. С. 155.
2 Там же. С. 158.
3 Там же. С. 166.

17.4. Правовое сознание: сущность, структура и функции 159
всеобщих законов общественного развития, определяются
материальной жизнью общества, обладая в то же время
относительной самостоятельностью.
Эта самостоятельность проявляется в том, что правовое
сознание может отставать или опережать правовую реальность,
быть ей адекватным, достаточно точно отражать ее в идеях,
теориях, нормах или извращать реальное положение дел. То есть
правовое сознание способно и ускорять общественное
развитие, и тормозить его.
Аксиологическая функция помогает оценить правовые
явления, содержание юридических законов и норм, состояние
законности и правопорядка в обществе. Следует отметить, что
«качество» этой функции и степень ее проявления зависят от
политического режима. Чем он демократичнее, тем
самостоятельнее, критичнее и требовательнее оценки правосознания.
Сегодня в России, бесспорно, эта функция правосознания
усилилась, что обусловлено, прежде всего, сменой режима,
расширением правовой информации, обретением
самостоятельности судебной власти, национальными программами,
предложенными государством. Однако усиление, к сожалению,
сопровождается поляризацией оценок. И этому есть свое
объяснение — нарастающая социальная дифференциация
общества, обострение борьбы за политическую власть и ее
криминализация, рост преступности, экономические потрясения
и политическая нестабильность.
Нормативно-прогностическая функция правосознания
выражается в заинтересованности социального субъекта своим
будущим, его правовым обеспечением. Социальный объект
занимает определенную позицию по отношению к происходящим
событиям, переменам, противоречиям в правовой реальности.
Он не всегда принимает правовую реальность такой, какая она
есть, а нормативно воздействует на нее с позиций должного,
своих интересов, соответствующих правовых и социальных
идеалов. В процессе поиска «лучшего пути» формируется
прогностическая модель правового развития общества.
Онтологическая функция правосознания проявляется
в том, что оно само является бытием человека и человечества,
что оно существовало до и независимо от конкретного
человека в качестве «объективно значащих правил», «свободного
и справедливого порядка», которые создают условия его
существования и сосуществования с другими.
Таким образом, правосознание — это правовая
реальность, которая детерминирует правовую жизнедеятельность
общества и человека. Оно участвует в формировании право-

160 Глава 17. Правовая реальность
вой реальности как взаимодействия реальности и системного
мира, в развитии правовых отношений, правовых учреждений
и самого правового сознания.
Литература
1. Бергер, П. Социальное конструирование реальности /
П. Бергер, Т. Лукман. — М., 1995.
2. Буков, В. А. В тупиках революционного
правосознания / В. А. Буков. — М., 1994.
3. Гегель, Г. Философия права / Г. Гегель. — М., 1990.
4. Дробницкий, О. Г Понятие морали / О. Г. Дробницкий.—
М., 1974.
5. Ильин, H.A. О сущности правосознания. Соч. : в 10 т.
Т. 4 / И.А. Ильин.— М., 1994.
6. Кант, И. Критика практического разума / И. Кант. — СПб.,
1995.
7. Коркунов, Н. М. Общественное значение права / Н. М. Кор-
кунов.—СПб., 1998.
8. Мальцев, Г В. Права личности: юридическая норма и
социальная действительность / Г. В. Мальцев. — М., 1979.
9. Новгородцев, П. И. Кризис советского правосознания /
П.И. Новгородцев.—М., 1990.
10. Право, свобода, демократия : материалы «круглого
стола» // Вопросы философии.— 1990. — № 7.
11. Резник, Ю. М. Социальное измерение жизненного мира /
Ю.М. Резник.—М., 1995.
12. Соловьёв, В. С. Оправдание добра // Соловьёв В. С. Соч.
В 2 т. Т. 1. — М., 1988.
13. Франк, С. Л. Реальность и человек / С. Л. Франк.— М.,
1997.
14. Хабермас, Ю. Демократия. Разум. Нравственность / Ю. Ха-
бермас —М., 1995.
Контрольные вопросы и задания
1. Дайте определения понятий «бытие», «реальность»,
«действительность».
2. Что такое жизненный мир человека?

Контрольные вопросы и задания 161
3. Каковы особенности формирования правовой реальности?
4. Перечислите основные подсистемы правовой реальности.
5. В чем сущность и содержание правовых отношений?
6. Раскройте содержание и структуру правового сознания.
7. Какова роль правосознания в структуре общественного
сознания?
8. Перечислите основные функции правового сознания.

Глава 18
ПРАВО И ЗАКОН: ПРИРОДА,
СУЩНОСТЬ, ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ
18.1. Право как общественный феномен
Право как социальное явление исследуют различные
науки. Для историка право — это общественный институт,
возникающий при определенных исторических условиях в целях
регулирования жизнедеятельности людей и общества. Для
политолога — средство реализации определенных социально-
классовых интересов, «воля господствующего класса,
возведенная в закон». Психолог принимает право как переживание
применения правовой нормы. Социолог — как отношения между
людьми. Юрист видит в нем систему норм и «юридическую
форму бытия общества» !.
Еще раз отметим, что изначально понятие «право»
вырабатывалось философией наряду с такими понятиями, как
«общество», «человек», «личность», «государство», «свобода»,
«справедливость», «долг» и др., и, несмотря на некоторое различие
точек зрения, всегда рассматривалось и рассматривается как
важнейший феномен общественной жизни, имеющий
глубокие связи со всеми сферами существования индивида и
общества.
В философской интерпретации сущность права состоит
в организации системы человеческой жизнедеятельности. Эта
система организуется посредством ее нормативности,
формальной определенности, закрепленной санкциями государства,
а в догосударственном состоянии — санкциями общественного
мнения, старейшинами, всем родом.
1 Теория государства и права / под ред. В. М. Корельского и В. Д. Пере-
валова.М., 1997. С. 233.

18.1. Право как общественный феномен 163
Главный признак права — соразмерность поведения и
нормы, действий и требований, как общественных, так и
естественных. Не случайно философы так много внимания уделяли
человеку в «естественном состоянии» и человеку, «обремененному»
общественным договором.
Философии принадлежит заслуга в разработке
исходного тезауруса (понятийного аппарата) правовой теории. Вот
лишь некоторые понятия.
Обычай — стереотипный способ поведения, привычный
для той или иной общности. В эпоху античности, кстати, остро
стоял вопрос: что важнее — обычай или закон?
Правило — образец поведения или действия, принятый
конкретным обществом.
Норма — узаконенное, признанное обязательным
правило, причем не любое, а установленное обществом и
государством и направленное на регулирование общественных
отношений.
Юридическая норма — форма определения и закрепления
прав и обязанностей, носящих всеобщий характер и
закрепленных в соответствующем государственном документе.
История человеческого общества свидетельствует о том,
что условия, предопределившие становление человека как
биопсихосоциального существа,— это не только труд и язык,
но и сопровождавшие его жизнедеятельность особые
правила — запреты, разрешения, поведенческие стереотипы.
Можно с уверенностью утверждать, что право — сугубо
человеческий феномен. Правда, мы говорим о праве на жизнь
озер, растений, животных, отстаивая его, заводим «Красные
книги»... Однако это поэтическое преувеличение. Право —
феномен собственно человеческий, социальный, его
возникновение связано с требованиями человеческой природы права
на жизнь, права на средства жизни, права на свободу. В
отличие от животных оно построено не на инстинктах, а создается,
контролируется и регулируется разумом.
Внутриродовые, внутриобщинные отношения носили
первоначально эгалитарный характер. Так, H.H. Миклухо-Маклай
рассказывал, что кусок ткани, подаренный им одному из
туземцев острова Борнео, был моментально разделен поровну между
членами племени. Сохранились воспоминания русского купца,
когда-то побывавшего на Чукотке: он угостил мальчика-чукчу
кусочком сахара, тот пососал его и передал стоящему рядом;
так сахар и переходил изо рта в рот, от одного человека к
другому, пока не растаял во рту последнего. Приведенные примеры
говорят о том, что в родоплеменной общине деление на «мое»

164 Глава 18. Право и закон: природа, сущность, взаимодействие
и «твое» еще не существовало, а господствовала норма
«равенства всех во всем». Как норма, единая для всех, воспринималась
и воля вождя. Общеобязательность ее выполнения не
подвергалась сомнению. Таким образом, уже самые ранние нормы
означали обязательные требования, которые согласовывали
и регулировали совместную жизнь людей.
Постепенно возникли надобщинные структуры,
осуществлявшие социально-нормативную регуляцию жизни
первобытной общины. В исторической литературе они получили
наименование «протогосударства». Протогосударство и
естественное право оказались взаимосвязанными, в их основе лежит
не классовое господство, как долгое время считалось в
отечественной марксистской литературе, а эволюционное
взаимодействие надобщинных структур, превращающих хаотичную
человеческую деятельность в жизнедеятельность, регулируемую
определенными ценностями и нормами. Появление государства
означало переход человечества от варварства к цивилизации
и к позитивному праву, которое существует как нормативное
право, санкционированное государством.
С развитием общества изменялось и право. Оно
превратилось в сложное, многогранное общественное образование,
охватывающее и регулирующее практически все сферы
жизнедеятельности человека. Сегодня общее право делится на
трудовое, семейное, гражданское, уголовное, акционерное,
экологическое, военное, конституционное, международное и др. Его
многогранность подтверждается неразрывной связью со
свободой, равенством, справедливостью, общим благом, моралью,
политикой, экономикой.
Право, прежде всего, проявляется в закреплении
отношений собственности; оно выступает регулятором форм,
методов и меры распределения труда и его результатов
(продуктов труда) между людьми, между человеком и обществом;
упорядочивает организацию и деятельность
государственного механизма; определяет меры борьбы с посягательством
на сложившиеся общественные отношения; разрабатывает
механизм процедуры разрешения конфликтов,
гармонизирует межличностные отношения, регламентирует отношения
между государствами.
Говоря словами И. Канта, право — это способность
социального субъекта быть «господином самому себе», что
всегда предполагает автономию и самостоятельность человека,
нации, государства. Как справедливо пишет Э. Ю. Соловьёв,
«на арене социальной жизни автономия обнаруживает себя как
инициативность, ответственность, предприимчивость, способ-

18.2. Соотношение права и закона
165
ность строго контролировать свое поведение и подчинять его
единой жизненной стратегии»1.
В истории философско-правовой мысли существовали и
существуют разные подходы к пониманию права, которые можно
разделить на два основных вида. Первый — запретительный,
в котором право зиждется на принципе «запрещено все, что
не разрешено» и рассматривается как порождение государства
(ибо именно государство жаловало «особые права»,
«вольности», титулы и владения). Второй — разрешительный, начало
которому положила эпоха Просвещения XVIII в.,
провозгласившая принцип «разрешено все, что не запрещено».
Просветители убедительно показали бесперспективность запретительных
методов, неизбежно ведущих к деспотии, доказали, что
строгость и беспощадность наказания, усиление репрессивных мер
вовсе не способствуют ликвидации преступности.
В разрешительном подходе право и закон стали
рассматриваться как взаимосвязанные, но нетождественные
правовые феномены.
18.2. Соотношение права и закона
Вопрос о соотношении права и закона до сих пор вызывает
много споров. Одна из точек зрения сводится к тождественности
права и закона. Основной аргумент ее сторонников: право
обретает жизнь, лишь становясь законом, следовательно, вне
закона права быть не может.
Другая точка зрения заключается в утверждении, что
право нельзя сводить лишь к нормам, так как оно включает и
естественное право (прежде всего, социально-правовые притязания
человека), не обязательно фиксируемое в законах.
Наконец, третья точка зрения, поддерживаемая
авторами настоящего учебника, настаивает на том, что, поскольку
право — это продукт общества, а закон — продукт
государства, право не бывает неправым, тогда как закон может быть
и правым, и неправым, имея зависимость, прежде всего, от
государственной власти.
Разграничение права и закона — не просто
методологический прием, необходимый для уяснения их сущности. Оно имеет
1 Соловьев Э. Ю. Прошлое толкует нас. М., 1991. С. 404; Его же.
Категорический императив нравственности и права. М., 2005.
С. 165 и др.

166 Глава 18. Право и закон: природа, сущность, взаимодействие
глубокий гуманистический смысл, ибо позволяет
констатировать, что право как содержание закона выступает критерием
его качества. Благодаря праву мы имеем возможность отличать
законы правовые от неправовых, справедливые от
несправедливых, гуманные от негуманных.
Юридический закон — это нормативный акт, принятый
высшим органом государственной власти и обладающий
высшей юридической силой. Если закон соответствует праву, то он
обретает силу устрашающей санкции. Но и такие санкции —
запретительные, устрашающие, карательные — всегда, даже
в периоды смут (междоусобиц, местнического самочинства,
передела собственности, массовых грабежей, погромов и т.д.),
должны опираться на права личности на жизнь, собственность,
благополучие.
Основой и источником юридического закона служит
право. Поэтому действие закона носит всеобщий характер,
распространяется на каждого. Не должен закон делить людей
на «юпитеров» и «быков», как и не должно быть, говоря
словами Ж.-Ж. Руссо, «всеобщего равенства в бесправии». Иначе
закон становится антиправовым, что неизбежно оборачивается
тоталитаризмом, абсолютизмом, порождает атмосферу верно-
подданничества, угодничества, конформизма, «телефонного
права». В таких случаях закон и право несовместимы. Это
наблюдалось во времена сталинских репрессий, когда весь народ
оказался «врагом народа».
Для понимания соотношения права и закона важное
значение имеет учет степени социокультурной политико-правовой
развитости не только общества и государства, но и личности,
ибо право и законы не существуют вне человека. Судить о
развитости личности позволяют юридические права-свободы:
совести, слова, собственности, личной неприкосновенности,
передвижения и др. В соответствии с взаимосвязью человека
и его прав должно реализовываться законотворчество.
Отрадно, что именно такое правовое начало заложено в Конституции
Российской Федерации 1993 г.
Исходные положения о том, что «человек, его права и
свободы являются высшей ценностью», а «основные права и свободы
человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения»1,
представляют собой правовой фундамент законов и
подзаконных актов. Более того, Конституция запрещает принятие
антиправового (правонарушающего) закона: «В Российской
Конституция Российской Федерации. Гл. 2. Ст. 17. М., 1994.

18.2. Соотношение права и закона 167
федерации не должны издаваться законы, отменяющие или
умаляющие права и свободы человека и гражданина»1.
Таким образом, право выступает «духом» закона, его
глубинной сущностью. Именно право посредством закона
содействует установлению и охране правопорядка. В этом отношении
очень важную сторону взаимодействия права и закона
подметил И. А. Ильин, подчеркнув, что через правопорядок
осуществляется «взаимное духовное признание» права и закона2. Если
закон отражает и защищает право, то право торжествует в
реальной действительности как правопорядок, правовая культура,
правосознание. Подчиняться закону, быть законопослушным
гражданином — значит согласиться признать правоту этого
закона. Если цели и достоинства права находятся в полном
согласии с субъектом права и если они отражены в
действующем законе, то формируются эффективные правоотношения.
«В основе всякого правоотношения лежит троякое признание
права, дважды осуществленное. Во-первых, каждый из
субъектов, вступая в правоотношение, признает право как основу
отношения, как форму жизни, как объективно значащую идею.
Во-вторых, каждый из субъектов признает свою духовность, т.е.
его достоинство и свою автономию как правотворящую силу.
В-третьих, каждый из субъектов признает духовность другого
субъекта, т.е. его достоинство и его автономию как силу,
способную к творчеству»3.
Юридический закон — многоаспектный и противоречивый
феномен. Порой он бывает «дурным» или несправедливым.
Как, например, с точки зрения сегодняшнего дня закон
кровной мести: око за око, зуб за зуб. Природа закона двойственна:
через него действуют и тот, кто его дает, и тот, кто его
принимает. Другими словами, закон одновременно есть и
законодательство, и законоположение.
Закон всегда направлен на «доброе», а обращен к
«недоброй», «греховной» природе человека, стремящейся нарушить
правила общежития, права другого человека.
Противоречиво и аксиологическое содержание закона, так как
юридические нормы — это не вечные ценности, они постоянно
меняются, иногда на противоположные. Например, брак может
быть оформлен в противоположных нормах — «разводиться
разрешено» или «разводиться не разрешено». Наконец, за-
1 Конституция Российской Федерации. Гл. 2. Ст. 55. М., 1994.
2 См.: Ильин И. А. О сущности правосознания // Ильин И. А. Соч. :
в 10 т. Т. 4. М., 1994. С. 365.
3 Там же. С. 364.

168 Глава 18. Право и закон: природа, сущность, взаимодействие
кон непременно имеет в виду противоборствующие
стремления, которые он связывает и «укрощает». Но он никогда
не указывает, как совершать конкретные действия, а лишь
ставит им пределы.
Однако жизнь в ее полноте законом не охватывается и
законом не создается. Так, закону неподвластно творчество. Оно
ускользает от всякой нормы, потому что оно
индивидуально, неповторимо ни на уровне личности, ни на уровне социума.
Закон «не животворит», он лишь помогает создавать условия
для творчества. Вот почему так велика роль специфической
правовой деятельности всенародно избранных представителей
народа — правотворчества и законотворчества.
И еще один важный аспект: законы — это достояние
цивилизации и культуры. По их содержанию, строгости,
справедливости мы оцениваем уровень цивилизованности общества,
степень развития его культуры. Как утверждал Б. П. Вышеславцев
(1877—1954), «закон есть основная святыня всего античного
мира, основной принцип дохристианской и нехристианской
этики: жизнь в законе, праве и государстве есть совершенная
жизнь»1.
Сегодня мы восстанавливаем этот великий принцип,
стремимся реанимировать основную святыню античности. Трудный,
но неизбежный процесс.
Исторический опыт человечества подтверждает:
действенность закона покоится на авторитете права, а авторитет
права — на действующем законе. В этой взаимосвязи важная роль
принадлежит государству, обладающему правовыми
полномочиями, которые позволяют ему выступать силой права.
Понятие «сила права» отражает важные свойства права: быть
объективной реальностью, обладать способностью к действию,
устанавливать правопорядок, содействовать формированию
общественных отношений.
Сила права имеет и другой смысл, когда рассматривается
как выражение воли социального субъекта. Важно отметить,
что речь идет не о проявлении воли, а именно о выражении
воли как способности социального субъекта реализовать
право в действительность. Эта способность не является «чисто
правовой». Она включает психологическую составляющую —
настойчивость, непоколебимость, решительность;
нравственную — честность, неподкупность, обязательность;
социальную — справедливость, законопослушание, исполнительность,
1 Вышеславцев Б. П. Этика преображенного Эроса. Киев, 1994.
С. 34.

28.2. Соотношение права и закона
169
ответственность и др. Именно поэтому право, опираясь на
наличные объективные социоэкономические и социокультурные
условия, способно стать силой.
Право как сила обретает жизнь через юридические законы
и государственную власть. В этом аспекте саму власть следует
понимать как силу, санкционированную правом. В настоящее
время перед нашим обществом стоит задача создания
правового государства. Это как раз и означает иметь государство как
силу, которая санкционируется правом, а также иметь право,
которое существует только в законах, носящих, в свою очередь,
правовой характер.
Зачастую силу права усматривают в принуждении.
Безусловно, принуждение присутствует при воплощении права,
и именно принуждение чаще всего «лежит на поверхности»
юридического закона. В то же время принудительность
закона бывает разной. Это зависит, прежде всего, от власти.
История человечества свидетельствует о том, что государственная
власть, выступающая как сила принуждения, сама может быть
правовой и неправовой.
Юристы и философы тщательно исследуют феномен
правового принуждения, его основные характеристики
(обоснованность, реальность, законность, справедливость) и формы
(проверка документов, административное задержание,
привод, обыск и пр.).
Неправовая сила принуждения государственной власти
проявляется в неправовых законах. Впрочем, российская
правовая действительность знает и иную форму неправового
принуждения: когда формально законы выступают как правовые,
но государственная власть игнорируют их, а то и открыто
нарушает.
Таким образом, действенность государственной власти
во многом определяется тем, что собою представляет
государство — и как субъект власти, и как субъект права.
Государство — юридическое лицо, но не простое, а по социальному
предназначению существующее ради граждан и через граждан.
Следовательно, оно имеет не частно-правовой, а публично-
правовой характер и призвано употребить власть на то, чтобы
посредством юридических законов создать правовые условия
Для граждан, обеспечить правопорядок в обществе. Правовое
государство обязано через силу права дать человеку
возможность не только жить, но жить достойно. Магистральный путь
реализации этой социальной задачи — соединение силы права
с силой закона.

1 70 Глава 18. Право и закон: природа, сущность, взаимодействие
18.3. Законы общества, государства
и социальная технология
Законы общества и государства часто рассматриваются как
тождественные. Однако это не так, поскольку они имеют
совершенно разную природу: законы общества объективны,
формируются как результат действий больших масс людей, не зависят
от индивидуального сознания человека по характеру, но зависят
от него при возникновении, так как каждый человек
преследует свои цели, направляет усилия на их реализацию. Однако
эти цели совпадают или не совпадают. В результате возникают
и повторяются явления, как правило, независящие от одного,
отдельно взятого человека. Известно, что уже английские
экономисты XVII—XVIII вв. А. Смит и Д. Риккардо открыли закон
стоимости и предложения как закон спроса товаров на рынке.
Однако законы общества, направленность их действий
обусловлены волей и сознанием правителей и немногочисленных
законодателей.
Общественные законы выражают последовательность
развития явлений, их устойчивые идентичные, существенные
общие необходимые связи и отношения, права и свободы людей,
могут определяться случайными или временными
конъюнктурными связями в конкретной правовой ситуации.
Государственные юридические законы, во-первых,
являются «законами долженствования» (такая оценка встречается
у И. Канта). Они — правила, которые людям надлежит
соблюдать. И. А. Ильин по этому поводу писал: «Каждый раз, как
живой человек действует или совершает известный поступок, он
может делать свое дело лучше или хуже. При этом если он
живет сознательной жизнью, он имеет возможность обдумывать
свой образ действий, выбрать лучший путь и решать в его
пользу. Во всех этих случаях человек имеет перед собою известные
правила, которые указывают ему искомый лучший жизненный
путь. Эти правила говорят не о том, что существует на самом
деле; но о том, как следует жить, действовать и поступать. Эти
правила могут быть названы законами потому, что они
указывают постоянный и необходимый порядок, который людям
надлежит осуществить в их деятельности»1.
Во-вторых, в связи с тем, что законы государства — это
законы нормативные, человек всегда оценивает их, «примеря-
1 Ильин И. А. О сущности правосознания // Ильин И. А. Собр. соч. :
вЮт.Т.4. M., 1994.C. 50.

18.3. Законы общества, государства и социальная технология 171
ет на себя». Поэтому разработка законов (законотворчество)
издавна волновала человека. Ведь закон для него может быть
хорошим и плохим, справедливым и несправедливым,
правильным и неправильным. В зависимости от того, что
принимается за основу законотворчества, дается объяснение принципам
разработки законов, позволяющим сделать их такими, чтобы
соблюдался правопорядок и индивиды были свободны. Так,
например, ст. 10 Гражданского кодекса РФ посвящена важнейшей
проблеме — пределам осуществления гражданских прав.
Существует два основных подхода к рассмотрению
проблемы эффективного законотворчества.
Первый подход отталкивается от исследования процесса
законотворчества, стремящегося к определенному идеалу. Так,
И. А. Ильин утверждал, что для формирования «правильных»
законов необходимо иметь «верное и отчетливое»
представление о том, что есть лучшее. Однако у каждого свое
представление о лучшем. Для художника лучшее — это красота, для
этика — добро и т.д. Поэтому правопорядок в обществе как
«элементарную обеспеченность и духовную полноту жизни»,
по И. А. Ильину, могут обеспечить законы, имеющие в основе
«юридическое лучшее» — справедливость.
Второй подход следует из материалистического понимания
истории, исследующего законотворчество как процесс
отражения требований законов общественного развития. С этой
точки зрения, законы общественного развития
рассматриваются как объективные, несмотря на то что творят их люди.
Под определяющей силой развития общества понимается
способ производства материальных благ как единство
производительных сил и производственных отношений. Он не
навязывается какой-то чужой силой, «мировым духом» или «мировой
волей», а создается людьми в конкретных исторических
условиях, не зависящих, впрочем, от их воли и сознания. Поэтому
способ производства определяет, в конечном счете,
политическую и духовную жизнь, формирует потребности, интересы,
юридические нормы. Они формируются под воздействием
способа производства, экономического базиса общества,
политической надстройки. Смена способа производства,
экономического базиса или даже одной политической надстройки
(при ее относительной самостоятельности) неизбежно влечет
изменение не только форм собственности, но и юридических
форм ее закрепления — законов.
Это подтверждает историческая практика. В 1917 г. была
сделана ставка на диктатуру пролетариата, якобы призванную
политически и юридически обеспечить построение социали-

1 72 Глава 18. Право и закон: природа, сущность, взаимодействие
стического общества, установить самые справедливые законы.
В 1992 г. наше общество было брошено в пучину
«первоначального накопления капитала», что потребовало изменения
законов — кто при социализме считался жуликом, спекулянтом,
превратился в предпринимателя, бизнесмена.
Законы общества — это законы действия больших масс
людей, а результаты общественной и индивидуальной
деятельности во многом зависят от степени расхождения или
совпадения их интересов. Поэтому требование учета интересов людей
в процессе законотворчества является наиважнейшим. Чтобы
эти интересы реализовать и защищать, важно не только понять
ближайшие и отдаленные цели, которые организуют
деятельность людей, но и отразить их законодательно.
Таким образом, человеческая жизнедеятельность имеет две
стороны: объективную и субъективную. Первая
детерминирована объективными условиями. Вторая зависит от свойств
социального субъекта — воли, профессионализма,
нравственных качеств, ценностных установок и т.д. Но обе эти стороны
связаны с правом.
Находить в социальной действительности, в ее природе
источник и силы преобразования — в этом и состоит суть
перевода требований законов общественного развития на язык
законов государства и социально-технологических программ
их реализации. Еще Платон эту идею (правда,
применительно к природе человека) выразил в диалоге «Аксиох». Клиний
просит Сократа успокоить умирающего Аксиоха, и Платон
описывает, как Сократ утешил умирающего: надо понять
природу вещей, которую скрывает и выявляет закон. Жизнь
человека неизбежно завершается смертью. Смерть — закон
жизни, и ее надо воспринимать как бессмертие1. Точно также
и общественные явления надо понять, увидеть их постоянные,
устойчивые, необходимые связи, которые выступают в
форме законов. Лишь зная эти законы, можно воздействовать
на подчиненные им явления не методом «проб и ошибок»,
а на научной основе.
Право обязательно вовлекается в политику —
экономическую, социальную, национальную, религиозную и др. А
всякая широкомасштабная политика должна быть не
личностной, а инструментальной. В этом отношении право является
мощным технологическим инструментом общественного
развития, но только в том случае, когда оно (право) научно
обосновано.
1 См.: Платон. Диалоги.М., 1986. С. 414—422.

18.3. Законы общества, государства и социальная технология 173
Выделяют два подхода к исследованию проблемы
соотношения законов государства и социальной технологии:
марксистский и либерально-сциентистский. Согласно
марксистскому подходу, политическая власть контролирует деятельность
общества, проектируя ее посредством права, выражающего
требования законов общественного развития. Второй подход,
который, в частности, отстаивал К. Поппер, предполагает
свободу действия социальных институтов и частных лиц,
предоставляемую им в определенных, необходимых для достижения
целей пределах.
Очевидно, что с точки зрения демократического
управления предпочтительнее второй подход, ибо он исключает
администрирование. Но это вовсе не означает, что государство
«самоустраняется» от регулирования и контроля
общественной жизни. По мнению К. Поппера, «принцип
государственного невмешательства в экономику (nonintervention), на котором
основывается неограниченная законодательно экономическая
система капитализма, должен быть отброшен. Если мы хотим
защищать свободу, то должны потребовать, чтобы
политика неограниченной экономической свободы была заменена
плановым вмешательством государства в экономику... Именно
это и произошло в действительности. Экономическая система,
описанная и подвергнутая критике Марксом, прекратила свое
существование..., функции государства в экономической сфере
распространяются далеко за пределы защиты собственности
и «свободных договоров»» !.
Развитые страны (США, Швеция, Германия) широко
используют инструментальное вмешательство государства не только
в экономику, но и в другие сферы общественной жизни. Однако
это происходит не импульсивно, не волюнтаристски, а с
опорой на юридические законы и при использовании социальной
технологии. Причем социальная технология постепенно
занимает в жизни общества все более важное место.
Использование технологии (от древнегреческого — учение
об искусстве, умении, мастерстве) предполагает умение
формировать самые разные явления на основе знания путей развития
этих явлений. Технология, по Аристотелю,—это область знания
о том, как происходит сознательное создание вещей.
Российскому обществу для эффективного осуществления
социально ориентированных реформ необходимо сильное
правовое государство. Но реализовать задачи, национальные про-
1 См.: Поппер К. Открытое общество и его враги // Поппер К. Соч. :
в 2 т. Т. 2. М., 1992. С. 146.

174 Глава 18. Право и закон: природа, сущность, взаимодействие
граммы оно сможет, лишь опираясь на научную технологию
в сфере права. Чтобы эта технология влияла на общество,
необходим правовой контроль над властью самого государства.
Итак, закон — это форма жизни, конкретизация и
реализация права. Право, и только оно, должно быть законом, а
закон должен быть правовым. В понимании закона и права нет
места ни юридическому позитивизму, для которого закон есть
«приказ официальной власти», ни правовому нигилизму,
считающему, что «если очень хочется, то все можно».
Литература
1. Ильин, И. А. О сущности правосознания // Ильин, И А. Собр.
соч. В 10 т. Т. 4.— М., 1994.
2. Ильин, И. А. Понятие права и силы / Ильин, И. А. Собр. соч.
В 10 т. Т. 1. — М., 1993.
3. Конституция Российской Федерации.— М., 1994.
4. Кудрявцев, В. К О правопонимании и законности / В. Н.
Кудрявцев // Государство и право.— 1994. — № 3.
5. Мальцев, Г. В. Развитие права: к единению с разумом и
наукой / Г. В. Мальцев. — М., 2005.
6. Нерсесянц, В. С. Право и закон: их различие и
соотношение / B.C. Нерсесянц // Вопросы философии.— 1988.—
№5.
7. Поппер, К. Открытое общество и его враги // Поппер, К.
Соч. :в2т.—М., 1992.
8. Соловьёв, Э. Ю. Прошлое толкует нас / Э. Ю. Соловьёв. —
М., 1991.
9. Соловьёв, Э. Ю. Категорический императив
нравственности и права / Э. Ю. Соловьёв. — М., 2005.
10. Теория государства и права / под ред. В. М. Корельского
и В. Д. Перевалова.— М., 1997.
Контрольные вопросы и задания
1. Назовите основные парадигмы права в истории
философии.
2. Как соотносятся обычай, правило, норма и юридическая
норма?

Контрольные вопросы и задания
175
3. Раскройте соотношение права и закона.
4. Что такое «сила права» и «сила закона»?
5. Как соотносятся законы общества и законы государства?
6. В чем проявляется связь социальной технологии с
юридическими законами?

Глава 19
ПРАВО И ВЛАСТЬ
19.1. Власть и воля
Давно замечено, что взаимосвязь права и власти
опосредуется волей. Одним из первых к проблеме воли обратился
Аристотель1. Он определял волю как «хотение», «желание»,
«выбор». Древнегреческий философ утверждал, что всякое
действие человека является свободным, даже если он его
совершает под влиянием страсти.
С этих позиций Аристотель подверг критике известный
тезис Сократа: «никто не делает зла по своей воле», который
поддерживал и Платон в своих работах «Законы», «Протагор»,
«Менон», «Горгий». По мнению Аристотеля, если следовать
этому тезису, то человек не властен над собой и поэтому не несет
ответственности за свои поступки. Между тем, указывал он,
«пьяных считают виновными вдвойне», так как во власти
человека «не напиться». Аналогично, отмечал Аристотель,
правосудие наказывает «за неведение в законах чего-то такого, что
знать положено и нетрудно».
Таким образом, человек ответственен за свои поступки,
реализующие его желания. Но желания одного не всегда совпадают
с желаниями другого. Конфликт человеческих желаний ведет
к свободе воли: способности человека осуществлять выбор
между добром и злом, добродетелью или пороком — к такому
выводу подводит нас Аристотель.
Очень важная мысль философа о том, что добродетель
предполагает не только активную волевую деятельность человека,
но и «известное состояние души», делающее совершаемое
действие «целью самой по себе». Другими словами, высшие цен-
1 См.: Аристотель. Соч. : в 4 т. Т. 4. Предметный указатель. М.,
1984.

19.1. Власть и воля
\71
ности не существуют для достижения чего-либо помимо самой
ценности, добро должно совершаться ради добра, а
справедливость — ради справедливости.
Августин Блаженный считал волю внутренним фактором,
«свободным произволением». Говоря о таких «аффектах души»,
как вожделение, страх, радость, печаль, Августин полагал, что
именно в них пребывает воля, а сами эти чувства
рассматривал как «пробуждения воли». «Ибо чем могут быть вожделение
и радость, как не волей одобрять то, чего мы хотим? И чем могут
быть страх и печаль, как не волей не одобрять того, чего мы не
хотим?» — спрашивал Августин в трактате «О граде Божьем».
Философ эпохи Возрождения Лоренцо Валла (1405/07—1457)
был убежден, что от воли зависит любое человеческое
действие, всякое право и несправедливость, любая награда и
наказание1.
И. Кант, разрабатывая теорию нравственного и
правового категорических императивов, также обращался к воле как
к способности человека. В работах «Основы метафизики
нравственности», «Критика практического разума», «Метафизика
нравов» философ рассматривал волю как источник, основание
человеческих поступков и жизнедеятельности. Он считал
автономную волю высшим принципом нравственности, так как
«она сама для себя закон (независимо от каких бы то ни было
свойств предметов воления)»2. Кант исследовал волю с разных
точек зрения: как «сознание своей причинности в отношении
поступков»; как «практическое сознание»; как «способность
чистого разума», выступающая внутренней причиной поступков
и др.3 Именно воля, по его мнению, лежит в основании
нравственного категорического императива, который, как известно,
гласит: «Поступай так, чтобы максима твоей воли могла в то же
время иметь силу принципа всеобщего законодательства».
В свою очередь, полагал Кант, закон должен определять
волю. Он писал, что законосообразность вообще — это то, что
служит и должно служить принципом воли. Воля подчиняется
«велению» разума, а формула веления называется
императивом (безусловным требованием).
Эта мысль великого философа очень ценна: она помогает
увидеть, что воление и веление имеют определенное
различие. Воление — это способность самодетерминировать свои
1 См.: Вала Л. Об истинном и ложном благе. О свободе воли. М.,
1989. С. 269.
2 Кант И. Критика практического разума. СПб., 1995. С. 100.
3 Кант И. Указ. соч. С. 106,107,159.

1 78 Глава 19. Право и власть
действия, а веление — воля, направленная вовне, прежде
всего, на выполнение законов. Очень близко к велению понятие
«принуждение», но принуждение означает подчинение чужой
воле, а веление — своей.
И. Кант также дал определение сопряженным с волей
понятиям: зависти, злорадству, отмщению, пренебрежению, клевете,
издевательству, достоинству, любви, уважению и др. Например,
любовь у Канта — это не чувство удовольствия от
совершенства других людей, а благоговение как воля, «имеющая своим
следствием благодеяние»; уважение — не просто чувство,
возникающее из сравнения нашего собственного достоинства с
достоинством других, а воля к признанию достоинства другого
в практическом смысле; злословие подразумевает склонность
к распространению вредных для уважения к другим слухов.
Проблему воли как одну из важнейших философско-
правовых проблем всесторонне исследовал в «Философии
права» Г. Гегель. Он подчеркивал неразрывность воли и права,
рассматривая право как «наличное бытие свободной воли». Волю
он определял как способность действовать, реализовывать
поставленные цели, основанную на потребностях, желаниях,
влечениях и вожделении личности, государства, народа. Воля
у Гегеля выступает одновременно и единичным — как
внутренняя способность индивида, и всеобщим, так как она выражает
мотивы, намерения и цели других людей: членов семьи,
гражданского общества или государства.
Всеобщность воли проявляется в том, что она нацелена
на выбор, зависящий от различных факторов неопределенности.
Именно неопределенность делает волю абсолютно
несвободной. Взаимосвязь всеобщей и единичной воли характеризует
взаимосвязь прав и обязанностей. У Гегеля наличное бытие
всеобщей воли — это закон, а личное бытие индивидуальной
воли — исполнение гражданами прав и обязанностей.
Как диалектик Гегель не мог не заметить, что воля
постоянно оценивается человеком, пересматривается, меняется, а при
определенных условиях может приобретать и форму
произвола. Произвол — это воля, «обусловленная естественными
влечениями», определяющая себя как «свобода», уверенная, что
сущность ее состоит в том, «чтобы делать все, что угодно»1.
А. Шопенгауэр под «волей к жизни» подразумевал мир
человека. Только воля, по Шопенгауэру, постигает мир изнутри.
В книге «Мир как воля и представление» он пишет: «.. .понятие
воли — единственное из всех возможных, которое имеет свой
1 Гегель Г Философия права. М., 1990. С. 80.

19.1. Власть и воля
179
источник не в явлении, не просто в наглядном представлении,
а исходит изнутри, вытекает из непосредственного сознания
каждого, сознания, в котором каждый познает собственную
индивидуальность в ее существе...»1
Ф. Ницше рассматривал волю как инстинктивную
способность всего живого к самосохранению и развитию и
подразделял ее на слабую и сильную. Слабая воля проявляется как
рассогласованность инстинктов, отсутствие единства,
целеустремленности, энергичности, властности. Слабая воля —
удел «толпы». Сильная воля координирует действия других,
обеспечивает ясность и определенность развития общества,
но ею обладают только избранные2. Следовательно, сильная
воля с необходимостью ведет к установлению власти.
Таким образом, Ф. Ницше считал волю и власть
важнейшими характеристиками всего живого, и, прежде всего, человека.
Власть он понимал как иррациональное воздействие кого-либо
для достижения общих целей, как природное, инстинктивно-
чувственное установление воли одного человека над другими
индивидуальными волями.
В современной научной литературе власть определяется
как волевое отношение между людьми. Это означает, что воля
способна активно влиять на властные отношения.
Особенно отчетливо связь воли и власти проявляется в
современной России. Как справедливо отмечает В. И. Митрохин,
«чтобы стать формальным статусным членом властного
синклита — достаточно воли и случая». По его мнению, «безволие
способствовало политическому унижению и моральному падению
Горбачева. Неумение мобилизовать волю лишило Н. Рыжкова
реального шанса стать первым президентом России. Воля и
случай сделали Ельцина высшим должностным лицом огромного
государства. Во многом благодаря воле поднялись на Олимп
Гитлер и Муссолини, Сталин и Тито, де Голль и Тэтчер»3.
Кстати, о воле Гитлера существуют противоположные
суждения. Неомарксист фрейдистского толка Э. Фромм писал: «Сам
Гитлер считал своим главным достоинством несгибаемую волю.
Был ли он прав, зависит от того, что понимать под «волей».
На первый взгляд вся его карьера свидетельствует о том, что он
и в самом деле обладал исключительной силой воли. Он хотел
стать великим, и, начав с нуля, в течение всего двадцати лет, осу-
1 Шопенгауэр А. Мир как воля и представление. М., 1992. С. 141.
2 См.: Ницше Ф. Воля к власти. М., 1995. С. 51.
3 Митрохин В. И. Россия: власть, президент, выборы. М., 1996.
С. 53.

180 Глава 19. Право и власть
ществил это намерение, достигнув таких высот, о которых даже
сам, наверное, не мечтал. Разве это не характеризует его как
волевого человека? Вместе с тем у нас есть серьезные основания
сомневаться в его волевых качествах... то, что Гитлер называет
«волей», было в действительности его страстями, сжигавшими
его изнутри и заставлявшими искать пути утоления»1.
По нашему мнению, безусловно, Гитлер обладал волей,
но не рациональной, а иррациональной, когда во имя
желаемой цели человек идет на поводу у страстей. Иррациональная
воля может быть сильной, но деструктивной и эгоистичной,
не считающейся с другими индивидуальными волями, и в
таком случае всегда оборачивается волюнтаризмом.
Воля служит глубинным основанием властного потенциала.
Властный потенциал — феномен многозначный. К нему
относятся не только сильная воля, но и образованность,
профессионализм, высокая нравственность, духовность. Тем не менее,
исследователи отмечают такой парадокс: властный
потенциал не всегда сочетается со способом организации публичной
власти. Так, известный английский философ и экономист
Фридрих Август фон Хайек (1899—1992) в книге «Дорога к
рабству» спрашивает: «Почему в тоталитарном обществе к
власти приходят худшие?» В. И. Митрохин предлагает поставить
этот вопрос шире: «Почему в весьма разнообразных по
степени цивилизованности и стандартов демократизма обществах
к власти не приходят, или приходят не часто, лучшие, наиболее
талантливые, подготовленные к политической деятельности
люди? Почему среди членов законодательных органов,
других выборных властных корпораций растет число демагогов
и явных шизофреников?»2. Ответ получить непросто. Однако
очевидно, что не последнюю роль в том, что человек
оказался во властных структурах, играют его амбиции, устремление
к власти и воля.
Власть — это бытие воли. Власть — способность и
возможность оказывать определенное воздействие на деятельность,
на поведение людей при помощи таких средств, как воля,
авторитет, право, насилие, отмечал В. И. Даль в «Толковом
словаре». В этих средствах воздействия на людей воля проявляется
как «властная воля», как, говоря словами И. Канта, «повеление
и требование».
1 Фромм Э. Анатомия человеческой деструктивности. М., 1994.
С. 367—368.
2 Митрохин В. И. Россия: власть, президент, выборы. М., 1996.
С. 46.

19.2. Власть и закон
181
Таким образом, власть и воля неразрывно взаимосвязаны.
С одной стороны, воля лежит в фундаменте власти как
особого типа поведения субъектов, основанном на приказании,
давлении; воля определяет способность власти подчинять себе,
мобилизовать ресурсы общества для достижения поставленных
властвующим субъектом целей, принимать решения, улаживать
конфликтные ситуации. Иными словами, воля — это
основание власти как насилия, подавления свободы и независимости
социальных субъектов.
С другой стороны, власть есть воление, реализующееся
через законы государства, приказы, указы, постановления и
сопровождающееся угрозой санкций в случае неповиновения;
власть проявляется как способность воли подчинить того, над
кем осуществляется власть. Власть — это возможность одного
человека принуждать другого к совершению какого-либо
действия, а также отношение между людьми по принципу
«подчинения»; власть, наконец, — это направляющая воля, не
существующая без ее носителя.
Следовательно, власть выступает как осуществление чьей-
то воли: вождя, государства, партии, церкви, государственного
деятеля, чиновника.
19.2. Власть и закон
Поиск порядка всегда связан с поиском власти, способной
решить такую задачу. В этом аспекте власть — это обладание
правом принимать законы, организовывать их исполнение и
отслеживать их соблюдение. В рационально устроенном
государстве власть осуществляется специальными органами, которые
реализуют его волю по трем самостоятельным направлениям —
законодательному, исполнительному и судебному. Соединение
трех ветвей власти в единое целое, по словам III. Монтескье,
означает «ужасный деспотизм».
Власть возводит свою волю в закон и так утверждает себя,
причем волеизъявление власти всегда носит групповой,
классовый или клановый характер и не совпадает с волеизъявлением
населения. Степень несовпадения зависит от множества
факторов, и, прежде всего, от политического режима —
либерального, авторитарного, тоталитарного, демократического.
Демократический режим связан с властью, выражающей
в законах волю большинства (но не всего!) населения. Без
Демократического режима нет ни гражданского общества,

182 Глава 19. Право и власть
ни правового государства. В демократическом государстве
изменение закона возможно только законным путем. Для
демократического режима характерно состояние всеобщей
подвластности закону, диктатуры закона в отношении всех:
рядовых граждан, должностных лиц, органов власти и управления,
самого государства.
Закон — это единственное выражение и закрепление
потребностей и интересов общества, превращение воли
народа в общеобязательный регулятор общественных отношений
и возведение ее в ранг правил, распространяющихся на все
субъекты жизнедеятельности общества.
Власть — это воля, осуществляемая в нормах, правилах,
запретах, предписаниях. Через закон она устанавливает права
и обязанности субъектов общественных отношений,
формирует и поддерживает определенный правопорядок,
гарантирует защищенность граждан и общества от нарушения свобод
и других законных прав. Одновременно власть — это форма
общественных отношений, способная влиять на характер и
направление деятельности социальных субъектов посредством
экономических, идеологических, организационных и правовых
механизмов, с использованием авторитета, традиций,
убеждения, принуждения и насилия.
Принуждение — одно из свойств любой власти, но только
государственная власть обладает монополией на принуждение
с помощью права и аппарата принуждения.
Насилие — подавление воли одного субъекта другим
вопреки желанию первого. На насилии основывалась фашистская
власть. Самые разные формы и методы насилия — от
администрирования в экономике до уничтожения людей без суда
и следствия по приговору «троек» — на известных этапах
развития использовала советская власть. К сожалению, и
сегодня насилие присутствует в нашем государстве — от заказных
убийств до вооруженных конфликтов. Да и в
межгосударственных отношениях еще практикуются такие формы
«принуждения к миру», как бомбардировки Ирака и Югославии, введение
экономического эмбарго и т.п. Важно иметь в виду, что в
современном мире инициативное насилие — это почти всегда
преступление. Любое принуждение, «нарушающее право как
право», говоря словами Гегеля, является преступлением, а
«восстановление права» — есть снятие преступления.
Тем не менее, человечество еще не может обойтись без
насилия. Именно на насилии или на его угрозе основаны
решения судебной и исполнительной власти. Другое дело, что у
человека как существа, обладающего свободой воли, имеются

19.2. Власть и закон
183
свои представления о грозящем ему зле., Поэтому его право
должно определяться не угрозой лишения свободы, а,
наоборот, свободой и справедливостью. Гегель по этому поводу
заметил, что обоснование несвободой «наказания похоже на то,
будто замахиваются палкой на собаку, и с человеком
обращаются не соответственно его чести и свободе, а как с собакой.
Угроза, которая в сущности может довести человека до такого
возмущения, что он захочет доказать по отношению к ней свою
свободу, совершенно устраняет справедливость»1.
Поэтому для предотвращения насилия чрезвычайно
важное значение имеет процесс законотворчества, определяющий
и формирующий содержание законодательства. Ведь и насилие,
и тирания, и публичная казнь, и массовые расстрелы могут быть
узаконены, стать элементами позитивного права.
Если законодатели рассматривают законы не абстрактно,
а в связи с явлениями и процессами, свойственными данной
нации и данной исторической эпохе, то законы и другие
нормативные акты обретают свое истинное значение. Закон не
действует, когда условия для него еще не созрели или уже устарели.
Поэтому для законодателя важно, чтобы закон был для
человека органичен, помогал ему осуществлять права и свободы.
Это подчеркивал еще римский историк права Гуго: чтобы
составить кодекс (речь шла о систематизации законов), говорил
он, не надо привлекать ни образованных людей, ни юристов,
достаточно постичь наличное содержание законов и их
действенность.
В истории права шли постоянные поиски путей наиболее
глубокого обоснования и толкования законов государства.
Известен специальный закон о цитации Валентина III от 426 г.,
устанавливавший порядок цитирования наиболее авторитетных
юристов II—III вв., мнение которых имело для суда законную
силу: Гая, Павла, Папиниана, Ульпиана и Модестина. При
разногласиях в их суждениях решение принималось большинством
голосов, а если голоса делились поровну, то предпочтение
отдавалось мнению Папиниана.
Поиски авторитетов в области права свидетельствуют о том,
что власть нуждается в обосновании своей публичной роли.
Возникновение коллизий при применении законов, разрешение
которых во многом зависит от судей, — явление повсеместное
и необходимое. Но коллизии не могут сводиться только к
мнению судей, ибо это порождает субъективизм и произвол.
Поэтому законодатели стремятся установить определенные рамки
Гегель Г. Философия права. М., 1990. С. 143.

184 Глава 19. Право и власть
для законоприменения. Возводя право в закон, власть
законодательно закрепляет функции и полномочия ветвей власти —
судебной и исполнительной.
Законодательная власть определяет и устанавливает
«общее», закон, а применение законов, проведение и обеспечение
принятого законодателем решения, поддержание законности —
дело исполнительной и судебной властей. В выполнении этой
задачи большую роль играет степень согласования интересов
всех граждан. Когда власти удается сочетать общие
(национальные, государственные) интересы с интересами
особенными (семейными, групповыми) и единичными (личными),
т.е., говоря словами Гегеля, осуществлять «непосредственное
укоренение особенного во всеобщем»1, тогда законы
действуют, их требования выполняются, а сама власть становится
источником силы государства и права.
Многие современные мыслители считают, что ответом
на все более глобальные угрозы нашему все более единому
и хрупкому миру может быть лишь создание целостной
системы всемирной власти, мировое государство. Ю. Н. Афанасьев
полагает, что «править грядущим миром предстоит сложным,
многоуровневым системам, не обязательно даже
государственным (выделено нами — Г. И., Б. Л.), в которых не на последнем
месте окажутся такие факторы, регулирующие
взаимоотношения в различных сферах и обеспечивающих общую
стабильность, как право, нравственность»2. Можно сказать, что между
правом и властью существует диалектическое взаимодействие:
право нуждается во власти, а власть — в праве.
19.3. Право и государственная политика
Политика — сложный социальный феномен. Ее можно
исследовать с разных точек зрения — общественного сознания,
деятельности, общественных отношений, отдельных сфер
жизнедеятельности людей и др. Имеет политика и правовой аспект.
Еще Платон заметил, что политика — это искусство жить вместе.
Аристотель рассматривал ее как средство объединения людей
для достижения общего блага. Т. Гоббс видел в ней выражение
общего интереса, а Г. Гегель — выражение разума. К. Маркс
1 Гегель Г Философия права. М., 1990. С. 330.
2 Афанасьев Ю. Н. Опасная Россия. Традиция самовластия
сегодня. М., 2001.

19.3. Право и государственная политика 185
считал политику орудием в руках экономически
господствующего класса. В. И. Ленин определял как концентрированное
выражение экономики, а М. Вебер — как стремление к участию
во власти или к оказанию влияния на распределение власти,
будь то между группами людей или государствами.
Сегодня под политикой понимается сфера
жизнедеятельности людей, в пределах которой между социальными
субъектами складываются отношения по поводу власти. Следует
отметить, что современная политологическая мысль все
больше склоняется к веберовской концепции политики как
системе, имеющей несколько измерений — институциональное,
устанавливаемое правопорядком, традициями и законами;
нормативно-содержательное, указывающее на цели и задачи
политики; и процессуальное, направленное на реализацию
интересов субъекта в форме конфликта или консенсуса1.
Для того чтобы сформировать политику, необходимы
определенная группа людей со специфическими интересами, субъект
власти, отношения господства и подчинения, а также средства
осуществления власти. Из этого следует, что власть и
политика неразрывны. Причем их единство образует особую власть,
отличную, например, от отцовской, а цели политики
реализуются через власть как волевое отношение между людьми путем
использования специфических средств.
Важнейшим средством власти (экономической,
социальной, национальной, экологической, военной и любой другой)
является право. Власть обладает правовой функцией, т.е. она
устанавливает правовые нормы, регулирующие общественные
отношения между людьми и их организациями.
Взаимодействие права и политики определяется тем, что
правовые нормы исходят от государства, которое служит ядром
политической организации общества. Поэтому любые интересы
и потребности людей, прежде чем стать правом,
опосредуются государственной политикой, т.е. деятельностью
законодательных, правотворческих органов государства. Другими
словами, политические требования становятся правом лишь
в той мере, в какой они закреплены в системе
общеобязательных норм, охраняемых и поддерживаемых государством.
Государство использует потенциал права для достижения целей
государственной политики, что наиболее ощутимо
проявляется в сфере правотворчества и правореализации. Существует
и другая зависимость: политика любого государства нуждается
в правовой регламентации.
1 См.: Вебер М. Избранные произведения. М., 1990. С. 646.

186 Глава 19. Право и власть
Таким образом, политика влияет на право, а право — на
политику. Это взаимовлияние разнонаправлено.
Во-первых, право воздействует на политику государства при
его взаимоотношениях с населением или отдельным
гражданином. Так, в тех случаях, когда народ на референдуме
принимает законодательные акты, его волеизъявление приобретает
правовой характер, становится обязательной формой
нормативного регулирования общественных отношений.
Следовательно, народная политика получает выражение через
механизм референдума в праве.
Во-вторых, право определяет границы внутренней
политики государства, в частности его вмешательства в частную
жизнь.
В-третьих, право — средство и способ осуществления
внешней политики государства.
В-четвертых, разделение власти на законодательную,
исполнительную и судебную позволяет исключить произвол в
государственной политике и утверждает право в качестве главного
регулятора отношений между ветвями власти.
Однако принцип взаимосвязи права и политики находит
выражение не в любом, а только в демократическом
государстве. Как известно, современное демократическое государство
обладает следующими основными признаками:
государственным суверенитетом, легитимностью власти и формальным
равенством.
Современный государственный суверенитет —
верховенство публичной политической власти, ограниченное
неотчуждаемыми правами человека. Государственное применение
силы становится правовым принуждением, если оно обосновано
и оформлено правом. Право государства на такое оправданное
применение силы — главный элемент его суверенитета.
Легитимность государственной власти означает
рационально-правовое признание господства государства и
правильности его политики, которую общество оценивает как
соответствующую ценностным идеалам большинства населения.
Этим обеспечивается авторитет власти. Так, народ выражает
отношение к политике правительства и государства в целом
участием в референдуме, принятием или непринятием
предложенного властью законодательного акта.
Бытие современного индустриального общества
порождает формальное всеобщее равенство, когда право становится
всеобщей мерой свободы всех. Формальное равенство
предполагает не только легитимацию государственной власти выбором
большинства, но и достижение консенсуса в обществе, согласо-

19.3. Право и государственная политика 187
вание воль по возможности наибольшего числа представителей
сталкивающихся и несовпадающих социально-политических,
экономических и других интересов.
В демократическом правовом государстве потребности
гражданского общества выражают выборные представители,
образующие законодательный корпус и проводящие
общенародную политику путем принятия законов. Легитимность
конкретного режима, его политика оцениваются различными
социальными группами не одинаково. Отсюда следует вывод:
легитимность демократического правового государства
определяется тем, что оно не только правовое, но и социальное.
Важно подчеркнуть, что развитие индустриального
общества XX в. продемонстрировало опасность для права и
государства в целом. Опасность таится в усилении неверно понятого
социального начала государственности в ущерб его правовым
основам. Именно на идее извращенной социальной
справедливости, сводящей ее к уравниловке, взращиваются
тоталитаризм, диктатура партий, происходит порабощение личности,
устанавливаются бесправие. Всегда необходим консенсус между
правовым и социальным началами государственности.
В сегодняшней России рыночная экономика требует системы
твердых правил, законов о контрактах, законов о банкротстве
и многих других. Человек в условиях этой экономики
нуждается в развитом правосознании и нравственной порядочности.
Если недостаточен уровень развития того и другого, то можно
говорить не о демократическом государстве, а о проблеме
отсутствия государства, государственной власти. Еще в 70-е гг.
XX в. это предвидел А. И. Солженицын: «Может быть, на
обозримое будущее, хотим мы того или не хотим, назначим или
не назначим, России все равно сужден авторитарный строй?
Может быть, только к нему она сегодня созрела?»1.
Сила государства заключается, прежде всего, во
всестороннем обеспечении правопорядка, основанном на гуманизме,
отношении к личности как к величайшей ценности. Построение
правового государства в России дает санкцию авторитарным
методам правления, востребованным сейчас, но в
определенных границах, которые нельзя переходить, не теряя из виду
самой цели.
В заключение вернемся к высказыванию: политика — дело
грязное. Это верно, если между политикой и правом нет
согласованности. И наоборот, именно право способно служить
1 Солженицын А. И. Письмо вождям Советского Союза //
Публицистика. Т. 1. Ярославль, 1995. С. 181.

188 Глава 19. Право и власть
фундаментом для честной и открытой политики; лишь
опираясь на право, отражающее интересы большинства населения,
а не отдельных кланов, «семей», олигархических групп, наша
страна может проводить общенародную политику и
превратиться в правовое социальное государство.
Литература
1. Августин Блаженный. О граде Божьем // Мир
философии.— Ч. 1.—М., 1991.
2. Аристотель // Аристотель. Соч. В 4-х т. Т. 4. Предметный
указатель. — М., 1984.
3. Валла, Л. Об истинном и ложном благе. О свободе
воли /Л. Валла.—М., 1989.
4. Вебер, М. Избранные произведения / М. Вебер.— М.,
1990.
5. Гегель, Г. Философия права / Г. Гегель.— М., 1990.
6. Кант, И. Критика практического разума / И. Кант. — СПб.,
1995.
7. Мальцев, Г В. Развитие права: к единению с разумом и
наукой / Г.В. Мальцев.— М., 2005.
8. Митрохин В. И. Россия: власть, президент, выборы /
В.И. Митрохин.—М., 1996.
9. Ницше, Ф. Воля к власти / Ф. Ницше. — М., 1995.
10. Политология / под ред. Б. И. Краснова. — М., 1995.
11. Фромм, Э. Анатомия человеческой деструктивности /
Э. Фромм. —М., 1994.
12. Шопенгауэр, А. Мир как воля и представление / А.
Шопенгауэр.—М., 1992.
Контрольные вопросы и задания
1. Как Аристотель определял понятие «воля»?
2. Какие новые идеи были выдвинуты И. Кантом и Г. Гегелем
в понимании воли и свободы воли?
3. Как понимали волю А. Шопенгауэр и Ф. Ницше?
4. Объясните положение: «Власть есть волевое отношение
между людьми».
5. Что такое властный потенциал и какова его связь с правом?

Контрольные вопросы и задания 189
6. Дайте определение понятию «насилие».
7. Что представляет из себя механизм связи власти и права?
8. Как право влияет на политику государства?
9. При каких условиях государство становится
демократическим и правовым?
10. В чем суть правового и социального начал
государственности?

Глава 20
ПРАВО И ПРАВОПОРЯДОК
20.1. Синергетика и проблема порядка
Уже на уровне здравого смысла, очевидно, что хаос и
порядок — явления противоположные. Это было подмечено еще
в древние времена. В греческой мифологии встречается понятие
«хаос» как беспредельная первобытная масса, из которой
впоследствии образовалось все существующее. С «приходом к
власти» верховного бога Зевса устанавливается мировой порядок,
получивший наименование «космос» и подразумевавший
упорядоченность, гармоничность, четкое разделение обязанностей
не только среди людей, но и среди богов. Зевс являлся главой
Олимпа, Посейдон — богом морской стихии, Аид — подземного
царства мертвых, Гера покровительствовала семье, Гефест
защищал ремесленников, Apec поддерживал жестокие, губительные
войны, а Афина защищала справедливость и благополучие людей.
Как видим, уже древние греки пытались ответить на вопрос,
который через много веков был сформулирован так: каким
образом из хаоса появляется порядок?
Пифагор и пифагорейцы считали причиной порядка
число. Именно «в числе заключена первичная упорядоченность,
по причастию к которой и в исчисляемых предметах
последовательно упорядочено первое и второе и т.д.»1. Главные формы
упорядоченности — количественные отношения,
пропорциональность и гармония. Пифагор учил, что «все на свете
обязательно гармонично. Гармоничны боги, гармоничен космос,
потому что все составляющие его моменты абсолютно
согласованы в единое и нераздельное целое. Гармоничны государства,
гармоничен царь, потому что от него исходит сила скрепления
1 Таранов П. С. 106 философов. Жизнь, судьба, учение. Симферополь,
1995. С. 79.

20.1. Синергетика и проблема порядка 191
людей в одно целое»1. Аристотель в «Метафизике»
подчеркивал, что Пифагор прав, ибо, действительно, все числа, так или
иначе, участвуют в упорядочении материи. «1» — символ
единства бытия и материи, «2» — символ полярности во Вселенной,
«7» — «мироправящее» число и т.д.
Мудрость Пифагор понимал как «знание порядка». Ему
принадлежат такие слова: «Порядок да будет твоим
божеством! Непрестанно воздавай ему сердечное служение: порядок
есть союз всех вещей. Сама природа через него существует»2.
Пифагор полагал, что порядок свойственен целостному
явлению. Его выражает согласованная связь вещей, а создают
природа, и люди. Наконец, что очень важно, порядок познаваем.
Древнекитайский философ Лао-цзы в учении о Дао и Гераклит
в учении о Логосе дали понятие порядка как всеобщего закона,
верховного разума, вносящего в мир гармонию и единство.
Древнегреческий философ Протагор в сочинении «О
первоначальном порядке вещей» характеризовал порядок как
устойчивое отношение, сохраняющееся даже тогда, когда
«возникают непрерывные прибавления». Он одним из первых
высказал идею о необходимости упорядочения отношений между
людьми не на основе обычая, а посредством создания
государственных законов.
Всесторонне исследовал понятие «порядок» Платон. Для него
это единообразие в устройстве всех взаимоотносящихся вещей,
соразмерность во взаимоотношениях и согласованность
деятельности сословий в государстве на основе исполнения
государственных законов.
Аристотель видел в упорядоченности общества результат
политической деятельности, связанной с добродетелями.
Следование середине в поступках означает и саму добродетель,
а в ее лице — важнейшую особенность упорядочения
отношений человеческой жизнедеятельности. Кроме того, активным
организационным фактором осуществления порядка он считал
форму. В его понимании оформленность — это устойчивость,
организованность, упорядоченность.
Древнеримский философ Лукреций Кар в поэме «О природе
вещей» отмечал, что все «возникает одно из другого в
известном порядке». Этот порядок может меняться, ибо он не Богом
установлен, а, с одной стороны, существует от природы, а с
другой, — возникает из правил и законов людей.
1 Таранов П. С. 106 философов. Жизнь, судьба, учение. Симферополь,
1995. С. 79.
2 Там же. С. 84.

192 Глава 20. Право и правопорядок
В философии стоиков, особенно у Сенеки, порядок
связывается с необходимостью, причинностью, равновесием, природой
вещей, Богом и законами. Особое значение для стоиков имели
писаные и неписаные законы, которые, по их мнению, вносят
порядок не только в жизнь общества, но и в душу человека.
Философ эпохи Средневековья Августин Блаженный
написал сочинение, которое так и называется «О порядке». Он
утверждал, что мировой порядок установлен Богом как
отношение между высшим и низшим. Этот порядок существует
везде, поэтому и «в обществах человеческих низшие повинуются
высшим и высшие предпочитаются низшим...»1.
Для Гегеля общественный порядок связан с понятиями,
которые упорядочивают наличное бытие. Важнейшими
среди них Гегель считал форму, определенность, устойчивость,
систему, содержание.
В XIX в. категория «порядок» начинает исследоваться в
системном ключе. Термин «порядок» был введен в научный
оборот швейцарским ботаником Опостом Пирамом Декандолем
(1778—1841) как синоним систематики. Системный подход
позволил представить порядок как состояние системных и
структурных связей элементов, а упорядоченность как процесс
установления порядка и степень его бытия.
Проблема соотношения порядка и упорядоченности
занимает важное место в трудах русского философа и политического
деятеля Александра Александровича Богданова (1873—1928).
В работе «Тектология. Всеобщая организационная наука» он
отмечал, что человеческая деятельность объективно является
организующей или дезорганизующей. Организация, по
Богданову,— это упорядоченность деятельности. Где нет
организации, там возникает хаос, беспорядок. Где есть организация,
там формируются необходимые связи, устанавливается
порядок. Организовать работу предприятия, значит, сгруппировать
людей для определенной цели, координировать и регулировать
их действия. Следовательно, организационный порядок — это
основа целесообразной деятельности. Он подметил, что
важнейшие характеристики организационного порядка очень верно
отражены в народных присказках: где тонко, там и рвется, куй
железо, пока горячо.
А. А. Богданов разработал концепцию эгрессии и
дегрессии. Этими понятиями он обозначал два случая
упорядоченности в сложных системах. Эгрессия — выделение в системе
«центра активности», твердой власти; дегрессия — форма
1 Таранов П. С. Указ соч. С. 439.

20.1. Синергетика и проблема порядка 193
проявления противоречия между прочностью и внутренним
разнообразием элементов системы, придающая системе
консервативность, так как ее элементы «связывают» все новое,
выходящее за рамки установившихся связей. К таким
элементами относятся, в частности, форма собственности,
идеология, право.
Правильность вывода марксиста Богданова подтверждена
практикой развития марксизма в России, где это учение
приобрело форму идеологической окаменелости. Однако сегодня,
при переходе к рынку, мы наблюдаем в нашей стране
проявление худших дегрессивных форм западной цивилизации: рост
материальной необеспеченности, отчуждение между людьми,
примитивную массовую культуру, привыканием насилию.
Проблема порядка всегда стояла в центре внимания фило-
софско-правовой мысли. Хаос, порядок и беспорядок
рассматривались как отношения, связи. Порядок предполагает наличие
устойчивых и необходимых связей, образующих устойчивые
системы. Беспорядок — это нарушение, изменение отдельных
связей системы, а хаос — полное исчезновение устойчивых
и необходимых связей, разрушение системы, ее
дезорганизация.
Очевидно, что порядок, беспорядок и хаос — явления
взаимосвязанные. Так, беспорядок может стать следствием
проявления новых связей (например, введение новых правил дорожного
движения) или разрыва устойчивых связей, ставших
стереотипом (оценка спекуляции как аморальной по сути). В итоге
превращение порядка в беспорядок — это кризис данного
явления. Кризисы как выражение беспорядка бывают системные
и структурные. В первом случае беспорядок охватывает всю
систему и грозит ей гибелью, заменой на новую систему, если
своевременно не восстанавливается старый порядок. Во втором
случае — кризис локальный, так как беспорядок проявляется
лишь в отдельных элементах системы.
В XX в. порядок исследовался в русле нового философского
направления — синергетики. Это учение о сложно
организованных системах и проблемах их самоорганизации. Термин,
введенный немецким физиком Германом Хакеном, образован
от греческого слова senergea, означающего совокупное,
согласованное действие1. В соответствии с этой теорией
выделяют два принципиально различных типа систем — открытые
и закрытые. Процесс самоорганизации протекает только в
открытых системах, и началом такой самоорганизации служат
1 См.: Хакен Г. Синергетика.М., 1980. С. 20—21.

194
Глава 20. Право и правопорядок
случайные отклонения системы от точки равновесия, которые
называют флуктуациями.
По мнению видного современного отечественного
исследователя Г. И. Рузавина, синергетика базируется на следующих
постулатах:
— процесс развития может совершаться лишь в открытых
системах, взаимодействующих с окружающей средой.
Закрытые системы по второму закону термодинамики изменяются
лишь в направлении увеличения их энтропии, т.е. усиления их
беспорядка, хаоса, дезорганизации;
— в связи с тем, что развитие всегда связано с
возникновением нового, его источником служат случайности. В строго
детерминированном мире, в котором зарождение будущих
событий однозначно определено их прошлым и настоящим
состоянием, случайность исключается. Поэтому в нем не
может появиться что-либо новое, а, следовательно, немыслимо
и развитие;
— случайные отклонения системы (флуктуации) в
открытых неравновесных системах накапливаются, усиливаются
и в итоге приводят к разрушению прежнего порядка и
возникновению новой системы;
— чем выше на эволюционной лестнице находится
система, тем больше требований к ней предъявляется, и тем более
сложно протекают в ней процессы самоорганизации1.
Концептуальные установки синергетики нашли широкое
применение в исследовании социальных систем и объяснении
путей перехода от хаоса к порядку. В 40-х годах XX в. К. Поппер
разделил все общества на закрытые и открытые2.
Закрытое общество — это система, для которой
характерно экономическое, социальное и духовное рабство, подавление
личности коллективом, тоталитаризм и кастовость,
поддержание порядка насилием, репрессиями. К таким обществам
Поппер относил социальные системы, построенные на принципе
коллективизма, в том числе и советскую.
Открытое общество — это самореформирующаяся,
самоорганизующаяся, самосовершенствующаяся система, основанная
на либерально-демократических ценностях, свободном рынке,
индивидуальных свободах и правах, частной собственности.
Его члены «вынуждены принимать личные решения»3.
1 См.: Рузавин Г. И. Концепции современного естествознания. М.,
1997. С. 229—252.
2 См.: Поппер К. Открытое общество и его враги : в 2 т. М., 1992.
3 Поппер К. Указ соч. Т. 1. С. 218.

20.1. Синергетика и проблема порядка 195
Там, где существует свободный выбор и свободный
рынок, необходимы правовая система и власть закона.
Именно законы способствуют наведению порядка во всех сферах
жизни общества. Государство в открытом обществе проектирует
правовую структуру общества, принимает своевременные меры
по смягчению кризисов, поддерживает порядок не насилием,
как в закрытом обществе, а на основе правил и норм,
приемлемых для человека. Так создаются условия для устойчивости
социальной системы, ликвидации беспорядка, формирования
лучшего порядка.
Что касается «лучшего порядка», то еще в работе «Общее
учение о праве и государстве» И. А. Ильин отметил: «... порядок
жизни, признанный лучшим, признается лучшим не только для
какого-нибудь отдельного, единичного человека, но и для всех
людей, обладающих особыми предупредительными
свойствами, например, для ученых, для рабочих, для
правительственных чиновников и т.д.»1.
Таким образом, порядок для человека — это объективно
существующее, устойчивое, повторяющееся отношение.
Закон, норма, правило важны, чтобы человек, соблюдая их,
содействовал установлению определенного порядка.
Член-корреспондент РАН Г. В. Мальцев в работе «Развитие
права: к единению с разумом и наукой» в параграфе «Что дает
юристам синергетика и что она у них отнимает?» справедливо
замечает: «Сохраняя уважение к науке, ибо она его заслужила,
юристы, тем не менее, должны освободиться от слепого
преклонения перед ней, научиться воспринимать старые и новые
парадигмы с известной долей критики и сомнений,
проистекающих, прежде всего, из глубокого знания собственного
предмета»2.
Авторы настоящего учебника согласны с Г. В. Мальцевым:
в правовой реальности должны господствовать закон и
закономерность, а не случайность. В сущности, право оперирует
вероятностными моделями развития общественных
отношений: нет абсолютных необходимости или случайности, а есть
события, различаемые по количественной мере возможности
своего появления.
Фактор случайности давно и в различных вариантах
включен в процессы правового регулирования. Синергетика обра-
1 Ильин И. А. Общее учение о праве и государстве // Ильин И А. Соч. :
в 10 т. Т. 4. М., 1994. С. 51.
2 Мальцев Г. В. Развитие права: к единению разума и науки. М., 2005.
С. 102

196 Глава 20. Право и правопорядок
щает внимание юристов на то, что случайность может быть
продуктивной, когда она выступает генератором нового и ее
можно использовать в законотворческой и
правоприменительной деятельности. Благодаря праву и юридическим законам
возникает порядок, устойчивость в общественных отношениях,
определенность и четкость общественной жизни, стабильное
развитие общества в целом.
20.2. Нормы, обычаи, нравы, традиции
и порядок
В социальных системах порядок поддерживается при
помощи норм. Норма — правило, обеспечивающее
определенный стандарт поведения, имеющий статус ценности в данном
сообществе. Человек подчиняется такому стандарту, даже
если он не соответствует его интересам. Для поддержания
норм поведения устанавливаются определенные санкции —
социальные поощрения или наказания. Поощрения
(позитивные санкции) — в самых разных формах: от наделения
властью до «тулупа с царского плеча» — стимулируют
определенные действия. Наказания (негативные санкции) —
выговор, штраф, понижение в должности, тюремное
заключение и пр. — удерживают людей от определенных поступков.
И те, и другие санкции обретают легитимность (законность)
на основе нормы.
Типизацию многочисленных норм, существующих в
обществе, проводят по разным основаниям. В частности, Н. Смелзер
сводит их к нормам-правилам и нормам-ожиданиям1.
Нормы-правила регулируют общественную жизнь, создают
единый порядок, скрепляют единство общества. Они обычно
фиксируются в законах, а их нарушение влечет суровое
наказание.
Нормы-ожидания подразумевают менее строгие правила,
и к их нарушению (например, употребление ложки вместо
вилки, появление человека в одежде, не соответствующей случаю)
относятся снисходительно.
Практически в любом обществе есть возрастные нормы,
которые иногда называют формальными. К ним относятся
возрастные ограничения трудоспособного периода, участия
1 См.: Смелзер Н. Социология : пер. с англ. М., 1994. С. 656.

20.2. Нормы, обычаи, нравы, традиции и порядок 197
в голосовании на выборах, покупки спиртных напитков,
вступления в брак и т.д.
Существуют и иные классификации норм. Так, в
зависимости от сферы, в которой они преимущественно
функционируют и которую преимущественно упорядочивают, выделяют
социальные, моральные и правовые нормы.
Социальные нормы — это правила мирного сожительства
и сотрудничества, позволяющие защитить слабого от
притеснений сильного, приучить людей к обузданию страстей,
воспитать в них умение жить друг с другом в мире и согласии
и в результате установить общественный порядок.
Моральные нормы регулируют поведение людей с
позиций «добра» и «зла»; правовые нормы — с позиций законного
и незаконного.
Разработаны также нормы этикета, т.е. правила поведения
в определенной ситуации: за столом, в театре, в гостях и т.п.
Своеобразной нормой являются стереотипы (от греч.
stereos — твердый, tupos — отпечаток) — устойчивые
тенденции восприятия людьми социального объекта максимально
однородным и непротиворечивым. Обычно стереотипы
формируются в условиях ограниченной информации о
воспринимаемом объекте, что зачастую приводит к фиксации и
возвышению второстепенных признаков. Иногда стереотипы выражают
заблуждения и предубеждения, что наносит серьезный вред
человеческим взаимоотношениям.
Конечно, многообразие норм различается по степени
императивности, строгости наказания за их нарушение, по важности
для отдельного человека и государства и другим параметрам.
Тем не менее, нормы выступают важнейшей интеграционной
основой порядка и правопорядка в обществе, пронизывают
общественные отношения, сложившиеся в результате
взаимодействия больших масс людей. Кстати, следует различать
нормы поведения массы и толпы.
Масса — совокупность людей, находящихся в одном
социальном пространстве, но отдаленных друг от друга физическим
пространством; их взаимодействие определяется единством,
совпадением индивидуальных целей. Нормы массы — это регуля-
тивы экономических, политических, религиозных и других
отношений, формируемые на рациональной, осознанной основе.
Толпа — совокупность людей, находящихся в одном
физическом пространстве. Толпой управляет не норма как выражение
рациональности, а эмоции — страх, эйфория, агрессивность,
которые находят выход в панике, вандализме и других
асоциальных проявлениях. Очевидно, что в силу иррациональности

198 Глава 20. Право и правопорядок
поведения возникает весьма актуальная проблема управления
толпой.
Впервые социальные, моральные и правовые нормы
проявили себя в обычаях. Обычай — это, с одной стороны,
общественные отношения, подразумевающие соблюдение правил,
а с другой — исторически сложившаяся, закрепленная в
общественном сознании и распространенная в обществе форма
действий людей, повторяющаяся в сходных обстоятельствах. В
обычае должное и сущее совпадают, а нерасчлененные социальные,
моральные и правовые нормы функционируют в единстве.
Обычаи регулируют повседневную реальность общества
и, как правило, имеют практически-прикладную, ситуативно-
деятельностную природу. Дело в том, что в общественной
жизни при всей ее сложности, противоречивости,
многообразии существуют постоянно повторяющиеся ситуации, которые
требуют от людей одинаковых действий, поступков. Именно
из этой однотипной деятельности и возникают обычаи.
Каждая социальная группа — от семьи до этноса — создает
свои обычаи. П. А. Кропоткин, в частности, отмечал, что еще
древние народы делили обычаи на обязательные и
рекомендательные.
Обязательные обычаи фиксировали нормы, которые
обеспечивают устойчивость оснований жизни племени и
предполагают неукоснительное следование им в любых ситуациях.
Это были нормы религиозных традиций, родовой иерархии,
распределения труда, справедливого дележа добычи на охоте
и т.д. За их нарушение, что, впрочем, случалось весьма редко,
предусматривалось жестокое наказание вплоть до изгнания
из племени или смертной казни.
Рекомендательные обычаи имели преимущественно
воспитательный характер, при их несоблюдении следовало
напоминание, а сам нарушитель становился объектом насмешек.
Как описывал П. А. Кропоткин, у алеутов рекомендательные
нормы касались того, что «стыдно делать». Например,
мужчине стыдно бояться неизбежной смерти, стыдно просить
пощады у врага, выходить в море во время бури, проявлять
жадность при дележе добычи (в этой ситуации все остальные дают
жадному свою долю, чтобы его пристыдить), хвастаться
подвигами, ласкать жену в присутствии посторонних и др.
Женщине стыдно не уметь шить и танцевать, ласкать мужа или
даже разговаривать с ним при посторонних1. Алеутские
женщины о нарушителях рекомендательных обычаев сочиняли
1 См. Кропоткин П. А. Этика. М., 1991. С. 72.

20.2. Нормы, обычаи, нравы, традиции и порядок 199
песни-насмешки. У славянских народов ту же роль выполняли
и выполняют частушки.
Первоначально существовало три главных разряда правил,
закрепленных в обычаях.
К первому разряду относились правила, которые
регулировали производственные отношения, устанавливали основы
пользования водами, лесами, плодовыми деревьями,
угодьями, огнем.
Второй разряд объединял правила взаимоотношений
между людьми — брачные нормы, нормы воспитания юношества,
отношения к старикам и детям, нормы регулирования внутри-
племенных конфликтов и др.
Третий разряд — правила духовной жизни: обряды,
связанные с охотой, временами года, переселением в другое место.
Со временем формируется и такая норма обычая, как
справедливость, понимаемая как равноправие, восстановление
нарушенного равновесия (например, «око за око») или равенство
в распределении, а также норма дарообмена, сохранившаяся
до наших дней.
На определенной ступени развития общества нормы обычая
исчерпывают себя. Это происходит, прежде всего, из-за
социального расслоения. В условиях социально-экономического
неравенства возникает необходимость регулировать социальные
отношения уже не с помощью обычая, ориентированного на
всеобщее равенство, а путем введения норм закона.
Вначале законодательно закрепляются нормы обычаев,
приемлемых всеми слоями и социальными группами: социальные
нормы институализируются и превращаются в нормы права.
Самые ранние системы права состоят в основном из обычаев.
Обычаи, закрепленные законами государства в качестве
правовых норм, становятся обычным правом. Его примерами
служат «Законы двенадцати таблиц», «Русская правда»,
«Саксонское зерцало».
Обычаи, имеющие преимущественно нравственное
значение, называются нравами. Нравы не выполняют функцию
установления порядка в обществе, а участвуют в поддержании
общественного порядка, обеспечивают нравственное
содержание поступка. Они отвечают на вопрос: как именно поступать
данному индивиду, сословию, группе, чтобы не нарушить
установленный порядок?
Однако особое значение в поддержании социального
порядка имеет традиция, ибо общество формируется не только
живущими сейчас людьми, но и наследием предыдущих
поколений.

200 Глава 20. Право и правопорядок
Традиция как процесс коммуникации между
поколениями — это сохранение определенных материальных и духовных
ценностей, а также передача жизненно важных норм,
упорядочивающих общественную жизнь, последующим поколениям.
Будучи социальным феноменом, традиции носят
противоречивый характер.
С одной стороны, они закрепляют устойчивые
представления культурной, национальной, бытовой жизни и играют
прогрессивную роль до тех пор, пока отвечают историческим
требованиям, воплощают в себе объективно возможную
степень гуманности межчеловеческих отношений. С другой
стороны, некоторые традиции становятся тормозом
прогрессивного развития, способствуют возникновению противоречий,
ведущих к беспорядку. Однако в любом случае традиции — это
результат ограничения свободы действий, комплекс условий,
которые необходимо учитывать и которые диктуют
определенный порядок.
Сегодня много пишется о восстановлении исконно
русских традиций. Возобновился старый спор славянофилов и
западников о том, что нужно России для прогресса и порядка.
Одни утверждают, что следует исходить из самобытных,
коллективистских традиций России. Другие уверены, что только
западный путь реформ даст нашей стране рыночную
экономику и либеральный порядок.
20.3. Правопорядок и повседневная
реальность
Проблеме соотношения социального и природного
порядка посвящена работа французского философа Анри Бергсона
(1859—1941) «Два источника морали и религии». Общество,
считал Бергсон, напоминает некий организм, в котором все
клетки взаимосвязаны, т.е. индивиды интегрированы в
социальную систему, где существуют отношения субординации,
подчинения личности общественным требованиям,
необходимым для функционирования этого организма. «Общество,
внутренне присущее каждому из своих членов, обладает
требованиями, каждое из которых, и большое и малое, выражает
целостность его жизненной силы»1.
Бергсон А. Два источника морали и религии. М., 1994. С. 7.

20.3. Правопорядок и повседневная реальность 201
Навязываемые обществом обязанности, требования
позволяют человеку жить в упорядоченном мире и чувствовать
себя относительно комфортно в рамках данного социального
порядка.
Социальный порядок — определенные общественные
отношения, упорядоченные таким образом, чтобы обеспечить
каждому человеку соответствующее положение и
перспективу развития, регламентировать жизнедеятельность человека
и гармонизировать его взаимодействие с обществом.
Социально-правовой порядок как частный случай
социального порядка предполагает не только исполнение
требований и норм общества, но и принуждение в случае их
несоблюдения.
Правопорядок — обеспеченная правом социальная
интеграция индивидов, групп и социальных институтов в
рамках конкретной социально-групповой структуры; это
координация деятельности хозяйственных единиц, согласование
интересов и деятельности отдельных граждан, предприятий,
государства, общества в целом на основе права. В этом
контексте право означает единую упорядоченную систему
нормативов, которая и обеспечивает правопорядок. Следовательно,
правопорядок в самом широком смысле — это социальное
действие права.
Состояние правопорядка, т.е. доминирующий способ его
бытия, зависит от характера и состояния динамического
равновесия между взаимодействующими социальными
субъектами. Существование правопорядка и вызвано
необходимостью поддержания определенного равновесия между ними,
а именно:
— воспрепятствования стихийно возникающим
отклонениям от правовых норм в поведении социальных субъектов;
— своевременного исправления правовых норм;
— предвидения и оптимального разрешения социальных
конфликтов (классовых, этнических, межгосударственных,
семейных, возрастных и др.).
Состояние порядка, для которого характерны типические
практические действия социальных субъектов, особые
социальные ритмы, особая среда, культура, называется
повседневностью.
Проблема порядка как повседневности кажется очевидной
и ясной. Однако это не так. Повседневность, повседневный
порядок, или порядок повседневной жизни, — явление
весьма сложное, но, к сожалению, в отечественной философско-
правовой литературе не исследованное. А ведь именно с по-

202 Глава 20. Право и правопорядок
рядком повседневности чаще всего сталкиваются не только
рядовые граждане, но и правоохранительные, судебные и даже
законодательные органы.
Тем не менее, накопленный феноменологической
философией опыт исследования повседневности позволяет
сделать некоторые выводы, относящиеся к философско-правовой
стороне порядка и правопорядка.
Большой вклад в разработку теории повседневности
внесли М. Вебер, А. Шюц, П. Бергер, Т. Лукман, Л. Г. Ионин,
Н. Н. Козлова, Ю. М. Резник. Так, австро-американский
философ А. Шюц в научных построениях исходил из идей
феноменологической философии Э. Гуссерля, в частности из его
концепции жизненного мира как сферы непосредственно
переживаемого опыта. Шюц искал в жизненном мире истоки
и основания стабильных, упорядоченных систем и структур.
Он не хотел принимать на веру представление об
объективности этих структур и пытался исследовать процесс
становления объективности, т.е. проследить путь развития из
простейших человеческих взаимодействий с другими людьми,
природой и обществом. Иными словами, исследовать путь
развития того, что предстает перед нами как объективное
требование, норма, закон.
Согласно теории А. Шюца, мир повседневности — это мир
человеческих индивидуальностей в их ежедневной жизни,
проходящей в череде обыденных действий и поступков.
Повседневная реальность состоит из множества миров: экономического,
социального, национального, религиозного, эстетического,
нравственного и др. Каждый из них «входит» в
индивидуальную жизнь и воспринимается конкретным человеком через
его личный опыт. Конечно, в зависимости от наличного опыта
разные люди действуют в этих мирах по-разному. Например,
экономический мир неэкономист воспринимается и
усваивается через его собственное индивидуальное бытие в этом
мире — через наличие денег и цены. Мировые кризисы, цены
на нефть, взаимодействия отраслей производства, разборки
мафиозных кланов за передел собственности его не интересуют.
Эти проблемы выходят за рамки повседневности — покупки
продуктов, приготовления обеда, поиска красивой, но
недорогой одежды и т.д.
Однако человека в повседневной реальности
затрагивает и интересует право — на достойную жизнь, свободу,
справедливость. Иными словами, правовые аспекты
присутствуют в любом из «миров», а их содержание охватывает
естественное право естественного человека. Все остальное —

20.3. Правопорядок и повседневная реальность 203
власть, законы — человек оценивает сквозь призму
повседневности и легитимирует как «естественное-неестественное»,
«правильное-неправильное». Очевидно и то, что
повседневность сопровождается стандартизацией поведения,
определяемой социальными, моральными и правовыми нормами.
Как они становятся объективными и обязательными для
человека?
Эту проблему исследовал немецкий философ и социолог
Георг Зиммель (1858—1918). Он показал, что повседневность,
развиваясь, порождает социальные институты, в том числе
и право, и аргументировано обосновал это на примере «цены
за убийство». С развитием экономики менялись
представления о ценности жизни человека, что находило отражение
в стабильности и порядке повседневной реальности.
Исторически первой реакцией на убийство была кровная месть, т.е.
убийство. В дальнейшем возникла практика «платы за
убийство», причем цена в каждом случае устанавливалась
индивидуально. Позднее была введена твердая цена, учитывающая
статус убитого. Это означало развитие повседневной
реальности в сторону ее социализации — усложнялись
межиндивидуальные образования (племя, народность) и создавались
надындивидуальные общности (государство, классы). В
итоге юридическое лицо стало абсолютно безликим. Оно как бы
поднялось над повседневной реальностью, утратив
индивидуальность. Такой процесс означал установление порядка
в обществе, который определялся нормами морали и права
как социальных институтов.
С этого времени формируется институциональный мир как
объективная реальность по отношению к отдельному
индивиду. У этого мира складывается своя история, существовавшая
до рождения индивида, своя технология функционирования.
Таким образом, социальные институты, в том числе право и его
нормы, дистанцируются от индивида, становятся
объективными феноменами, сохраняющими свою реальность независимо
от того, нравится она индивиду или нет.
С другой стороны, человек уже не может избавиться от
социальных институтов, в частности, от права. Оно имеет над ним
власть благодаря не только своей объективности, но и
способности к упорядочению повседневной реальности. Право
необходимо человеку. И несмотря на то, что институциональный
мир — «дело» ума человека, этот мир все же объективен, а
правопорядок поддерживает эту объективность.
Правопорядок — это организация общественной жизни,
направленная на гармонизацию, согласованность обществен-

204 Глава 20. Право и правопорядок
ных отношений. Это властные отношения, социальное действие
права, связанное со стремлением государства, экономически
и политически господствующей властной элиты обеспечить
в своих интересах социальную интеграцию индивидов,
социальных групп и институтов.
Через повседневную реальность нормы, правила,
стандарты, законы системного мира входят в жизнь каждого члена
общества. Как справедливо заметил А. Бергсон, «человеческое
общество — это совокупность свободных существ.
Навязываемые обществом обязанности, позволяющие ему существовать,
вводят в него упорядоченность, которая просто сходна с
неуклонным порядком явлений жизни»1. Общество стремится
поддерживать социальный порядок и правопорядок как его
элемент. Неукоснительное следование закону в повседневной
реальности — это императив. Другое дело, что не всегда
должное превращается в сущее.
Литература
1. Бергсон, А. Два источника морали и религии / А.
Бергсон.—М., 1994.
2. Богданов, A.A. Тектология. Всеобщая организационная
наука : в 2 ч. / А. А. Богданов. — М., 1992.
3. Ильин, И. А. Общее учение о праве и государстве. Соч.
в 10 т. Т. 4. / И. А. Ильин. — М., 1994.
4. Кропоткин, П. А. Этика / П. А. Кропоткин. — М., 1991.
5. Мальцев, Г. В. Развитие права: к единению разума и
науки / Г. В. Мальцев. — М., 2005.
6. Поппер, К. Открытое общество и его враги : в 2 т. / К. Поп-
пер.— М., 1992.
7. Пригожий, И. Р. Порядок из хаоса / И. Р. Пригожий, И. Стен-
герс—М., 1986.
8. Рузавин, Г. И. Концепции современного
естествознания / Г. И. Рузавин. — М., 1997.
9. Смелзер, И. Социология / Н. Смелзер. — М., 1994.
10. Таранов, П. С. 106 философов. Жизнь, судьба, учение /
П. С. Таранов. — Симферополь, 1995.
Бергсон А. Указ. соч. С. 7.

Контрольные вопросы и задания 205
Контрольные вопросы и задания
1. Как рассматривалась проблема порядка в истории
философии?
2. Что такое «синергетика» и какова ее роль в исследовании
проблем правопорядка?
3. Что такое порядок как объективное явление?
4. Назовите сходства и различия между социальными,
моральными и правовыми нормами.
5. Какую роль играют нормы в установлении правопорядка?
6. Как связаны с порядком обычаи, нравы и традиции?
7. Раскройте роль повседневной реальности в установлении
и поддержании правопорядка.
8. Как происходит образование «институционального мира»
человека?

Глава 21
ПРАВО, КУЛЬТУРА. ЦИВИЛИЗАЦИЯ
21.1. Правовая культура:
сущность и структура
Культура как социальное явление включает множество
аспектов — антропологический, материальный,
психологический, эстетический и др. В курсе «Философия права» культура
исследуется в нормативном, аксиологическом и социально-
философском аспектах.
Нормативная парадигма культуры предполагает
рассмотрение ее как образа жизни общества, детерминированного
социальными нормами, в первую очередь моральными и
правовыми.
Современная аксиологическая парадигма понимает под
культурой систему материальных и духовных ценностей,
процесс их производства, распределения и потребления. В этом
аспекте культура означает явление, формируемое
человеческим творчеством, т.е. деятельностью по созданию ценностей.
К высшим ценностям человеческой жизнедеятельности
относятся общественные идеалы (истина, благо, красота,
справедливость), научные достижения, произведения искусства,
правовые установления, религиозные воззрения; личностные
источники мотивации поведения (добродетели) и личностные
ценности.
Социально-философская парадигма отдает приоритет
культуре как результату сознательного творчества, направленного
на создание комфортных, гуманных условий человеческой
жизнедеятельности. Именно социально-философская модель
культуры позволяет адекватно определить правовую культуру
как один из аспектов культуры вообще. Социально-философская
модель вбирает онтологический, гносеологический, аксиоло-

21.1. Правовая культура: сущность и структура 207
гический, феноменологический, деятельностный,
диалектический и другие методологические подходы,
Традиция связывать культуру с развитием человека берет
начало в философии Нового времени. Именно в эту
историческую эпоху воспитание и образование (просвещение)
начинают рассматриваться как средства формирования культуры.
Просветители XVII—XVIII вв. видели в культуре качественно
новое состояние общества, которому свойственны, во-первых,
развитое просвещенное сознание; во-вторых, особое,
«обходительное» поведение его членов; в-третьих, совершенное
законодательство. Следовательно, можно с достаточной степенью
уверенности утверждать, что в период, когда религиозная
регламентация общественной жизни постепенно утрачивает силу,
правовая культура обретает гуманистические характеристики.
Конечно, были и другие факторы, повлиявшие на
формирование правовой культуры, — появление протестантской этики,
зарождение капиталистических отношений, нуждавшихся
в защите собственности и жизни не только словом, но и
узаконенной нормой.
В социально-философском смысле правовая культура
рассматривается как особое общественное явление,
свидетельствующее о качестве правового состояния общества; как способ
организации и развития жизнедеятельности человека через
правовые нормы, юридические законы и цивилизованность
общества. В гносеологическом плане правовая культура
характеризуется знанием социальными субъектами своих прав
и обязанностей, действующих юридических законов.
Наконец, в деятельностном ключе правовая культура выражается
в неукоснительном исполнении законов, гуманистической
направленности правоохранительной и правоисполнитель-
ной деятельности государства, в широком интеллектуальном
и волевом пространстве правотворческой деятельности
субъектов права.
Правовая культура — сложная система, состоящая из
взаимосвязанных элементов и компонентов, качественные
характеристики которых не совпадают с качественными
характеристиками всей системы. В этом отношении представляется
актуальным рассмотрение структуры правовой культуры. В
общем виде она выражает и отражает структуру правовой сферы
общественной жизни. В силу многогранности жизни структура
правовой культуры тоже весьма многогранна. Ее можно
рассматривать по разным основаниям:
— по элементам выделяют вещно-процессуальную,
духовную и человеческую составляющие;

208 Глава 21. Право. Культура. Цивилизация
— по сфере существования различают теоретическую
и практическую культуру. Теоретическая культура
представляет собой, прежде всего, научную деятельность, направленную
на разработку юридической науки, развитие юридического
образования. Практическая культура выражается в
правотворчестве, правоприменении и правоисполнении, в практической
деятельности, поведении, поступках людей;
— по носителям правовая культура может быть
личностной, групповой или общественной (народной). В социально-
философском подходе к культуре доминирует гуманистический
угол зрения, т.е. культура рассматривается сквозь призму
жизнедеятельности человека. Он главный субъект, производитель,
носитель и потребитель культуры. Более того, такой угол зрения
позволяет «приравнять» человека (с его отношением к
природе, другим людям, обществу и самому себе) к культуре: каков
человек, такова и культура, равно как и наоборот. В культуре
фиксируется и то, что разделяет, различает людей в социальном
пространстве и социальном времени (на этой основе
выделяются национальные культуры, культуры исторических эпох), и то,
что их объединяет, связывает (поэтому мы говорим об
общечеловеческой культуре, о преемственности культуры).
Объединяющим основанием культуры служат такие общечеловеческие
ценности, как свобода, справедливость, истина, благо, красота,
трудолюбие, милосердие, честность, скромность и др.
Носителем правовой культуры выступает также народ, ибо,
говоря словами И. А. Ильина, правовая культура живет
правосознанием народа, которое и определяет ее содержание.
Правовая культура личности и правовая культура народа — явления
взаимообусловленные уже потому, что главное в содержании
правосознания народа — отражение и выражение подлинно
человеческого, духовного.
Духовность — глубинное и неотъемлемое качество
культуры — выражается во всех формах общественного
сознания, в том числе и в правосознании, как на личностном, так
и на групповом (общественном) уровне. Это качество
охватывает все ценности человечества и человека — истину, добро,
красоту, свободу, справедливость, ответственность, долг и др.
На основе духовности формируется, по убеждению И. А.
Ильина, Родина как «духовное единство народа» и государство как
«духовное объединение людей».
Правовая культура с развитым правосознанием
опирается на государство. Граждане должны ощутить на собственном
опыте, исходя из прав и свобод, духовную силу государства.
А государство призвано обеспечивать — путем создания и ис-

21.2. Цивилизационный характер правовой культуры 209
полнения законов — укрепление справедливости, свободы
и правопорядка в обществе. Из этой взаимосвязи следуют два
важных вывода. Первый — правовая культура определяется тем,
насколько государство учитывает правосознание народа. Если
жизненно правосознание, то государство и правовая культура
развиваются, крепнут; если разлагается, мутится
правосознание, государство слабеет, а то и гибнет, гибнет правовая
культура. Второй — правосознание должно «поспевать» за
стремлением (если таковое есть) государства укрепить правопорядок,
поднять уровень правовой культуры. Если народное
правосознание даже после демократических реформ остается
авторитарным, становление правового государства и упрочение
правовой культуры затруднены.
Тоталитарное государство не создает правовой культуры.
В условиях тоталитаризма правовую культуру
детерминирует политика правящего класса, клана, властной элиты, народ
не имеет важнейшего права — свободы, а значит, его
жизнедеятельность осуществляется в рамках не правового
законодательства, а произвола. В таких условиях мышление и поведение
народа определяет рабская покорность и бездумная
исполнительность или нигилизм и бунтарский дух.
Непременное требование развития правовой культуры —
«качество» политической идеологии. Там, где существуют
политический произвол, политические распри,
политическая нетерпимость, там и законы принимаются
несправедливые, нежизненные, антигуманные, с двойным стандартом. Это
подрывает доверие к праву и не позволяет развиваться
правовой культуре, без которой произвол, беззаконие, продажность
должностных лиц становятся повседневной реальностью.
21.2. Цивилизационный характер правовой
культуры
Как уже отмечалось, согласно Ю. Хабермасу, в процессе
длительного исторического развития социальная жизнь
человека обрела две основные сферы — повседневную реальность
и системный мир.
Повседневная реальность — это мир непосредственных
коммуникаций, жизненный мир в семье, на работе, в кругу
друзей, общественных местах. Именно в этом мире
рождается культура.

210 Глава 21. Право. Культура. Цивилизация
Системный мир — совокупность безличностных отношений
людей в экономической, политической, правовой, религиозной
сферах, это мир социальных институтов и норм. Он выступает
для отдельного человека миром инструментальной
рациональности, порождающим и развивающим цивилизацию.
Цивилизация — это ступень общественного развития,
которая характеризуется формированием системного мира
человека, особыми способами освоения ценностей культуры.
Следует отметить, что некоторые философы рассматривали
цивилизацию и культуру как антиподы. Так, например, Освальд
Шпенглер (1880—1936) считал, что цивилизация представляет
собой такую стадию развития человечества, когда «подлинная»,
элитная культура приходит в упадок, уступая место массовой.
Наш соотечественник Н. А. Бердяев также придерживался
мнения о том, что «цивилизация губит культуру». Правда,
цивилизацию он рассматривал как технизацию общества,
рационализацию отношений, несовместимых с духовностью.
Однако такие оценки цивилизации опровергаются
общественно-исторической практикой. Цивилизация
возникает с разрушением варварства первобытнообщинного строя
и проходит несколько этапов. Эти этапы обусловлены
институциональным развитием общества, образованием и
становлением таких социальных институтов, как государство, право,
религия, наука, собственность.
Существует множество подходов к типологии цивилизаций:
от трех у Н. А. Бердяева до нескольких десятков у А. Тойнби. В
зависимости от критериев типологии встречаются и различные
наименования цивилизаций, скажем: древняя — античная —
средневековая и т.д., доиндустриальная -индустриальная —
постиндустриальная, восточная — западная — евразийская.
Но прежде всего, цивилизации различаются тем, какими
способами, методами, средствами люди производят и осваивают
ценности культуры. Очевидно, что в производстве и освоении
ценностей культуры большую роль играет техническая,
экономическая, нравственная, правовая, эстетическая развитость
личности. Политико-правовую и нравственную развитость
личности называют цивильной, или цивилитарной (от лат.
civis — гражданин). Ее содержание определяется
взаимодействием системного мира с миром повседневной реальности,
а выражается это содержание в менталитете и степени свободы
человека в системе общественных отношений.
Таким образом, цивилизация — это иерархически
организованный и упорядоченный посредством норм и установлений
мир необходимости и целесообразности, где господствуют це-

21.2. Цивилизационный характер правовой культуры 211
лесообразность и культура. Следовательно, цивилизация и
правовая культура неразрывно взаимосвязаны, что проявляется,
прежде всего, в процессе институциализации.
Как отмечается в современной литературе1, процесс
институциализации социума, т.е. развития общественных
институтов,— это формирование цивилизации.
Общественный институт — это сумма специальных
типизации, «опривыченных» действий, относящихся к определенной
сфере человеческой деятельности. Он характеризуется, по
мнению П. Бергера и Т. Лукмана, историчностью, объективностью
и способностью воздействовать (оказывать внешнее давление)
на поведение социальных субъектов. Являясь продуктом
человеческой деятельности, сконструированный и созданный
человеком, общественный институт по назначению и
функционированию выступает по отношению к социальному субъекту
(в том числе и к человеку, который его создал) как внешняя,
объективная реальность.
Институциализация — признак цивилизации, ибо наличие
институтов свидетельствует об особых способах
упорядочивания и координации жизнедеятельности общества и его членов
при помощи соответствующих учреждений, организаций, норм
и правил.
Степень развитости институциализации определяется
многими факторами, в том числе и культурой. Но и культура
претерпевает изменения под воздействием общественных
институтов, которые в зависимости от уровня их развития в разное
историческое время и у разных народов неодинаково
осваивают ее ценности. Определенный уровень цивилитарности права
формируется в зависимости от развитости института права, его
способности освоить такие общечеловеческие правовые
ценности, как свобода, равенство, общее благо, справедливость.
Правовая культура вбирает духовный потенциал человека,
его ориентацию на право как важнейшее средство гуманизации
системы общественных отношений. Органически связанная
с цивилизацией, правовая культура выражает цивилитарный
характер права. Это подтверждается тем, что право по
назначению обращено к человеку не как к биопсихическому существу,
но, прежде всего, как к социальному существу, члену
определенного сообщества, гражданину государства. Человек, становясь
1 См.: Ионин Л. Г. Социология культуры.М., 1996; Мифология
культуры. Структура и динамика. М., 1994; Парсонс Т. Общий обзор //
Американская социология: перспективы, проблемы, методы. М., 1972;
Проблема человека в западной философии. М., 1989.

212 Глава 21. Право. Культура. Цивилизация
гражданином, приобретает новое, политико-правовое,
цивилизованное качество. Аристотель определил «гражданина» как
лицо, являющееся одновременно и истцом, и ответчиком. В этом
определении заложен глубокий смысл, не потерявший своего
значения и сегодня. Действительно, цивилизованное общество,
благодаря развитости таких институтов, как право и
государство, наделяет человека правами и обязанностями. Следование
человека существующему праву есть выражение, с одной
стороны, его правосознания и правовой культуры, а с другой,—
силы действующего права данной цивилизации.
Право отражает характер цивилизации. Так, специфику
древнеримской рабовладельческой цивилизации римское право
выразило в делении права на публичное и частное. Публичное
включало государственное, административное, уголовное,
финансовое, международное право, общие начала судебного
процесса и регулировало религиозные вопросы. Фактически оно
отражало состояние Римского государства. В таком разделении
сфер влияния публичного права на социальные отношения
просматривается его цивилитарный характер, способствовавший
формированию правовой культуры.
Цивилитарный характер римского права
обнаруживается и при анализе частного права, объединявшего институты
и принципы, которые позднее стали относиться к
гражданскому и процессуальному праву, частично к сфере уголовного
права и процесса. В общем, частное право защищало
интересы римлян, охраняло личность гражданина от посягательств
других лиц.
Таким образом, развитие цивилизации и правовой
культуры сопровождается развитием институтов права (институт
гражданства, институт насилия, институт семьи, институт
охраны собственности и т.д.), а институты права, в свою
очередь, несут на себе отпечаток данной цивилизации и данного
уровня правовой культуры.
Сегодня много говорится о специфике российской
цивилизации и об отсутствии в ней политической и правовой культуры.
Русские мыслители Б. Н. Чичерин, П. И. Новгородцев, Б. А. Ки-
стяковский, С. Н. Булгаков еще в XIX — начале XX в.
исследовали взаимосвязь российской правовой системы с византийской
культурой, православием, римским правом, с правовой
культурой северной Европы. Признавая очевидное влияние этих
факторов на развитие правовой системы в России, они
одновременно подчеркивали ее рационально необъяснимую
ментальную специфику. В частности, приоритет общих интересов,
общего дела в ущерб правам и интересам индивида; слабость

21.2. Цивилизационный характер правовой культуры 213
личностного правового начала и правовой культуры;
широкое распространение в обществе неправовых регуляторов,
(моральных, религиозных, общинных, корпоративных и др.),
вытекающих из духа соборности; отрицательное отношение
к фундаментальным устоям правового общества; культ
аскетизма, послушания, смирения и социализма1; слабое развитие
структур гражданского общества.
В условиях советской действительности ментальная
специфика российской правовой системы своеобразно
переплеталась с ее политизацией и идеологизацией, с подчинением
интересов личности интересам государства. В этой ситуации
публично-правовое регулирование стало всеохватывающим
и довлеющим, тотальным.
Положение гражданина при тотальном господстве
государства и коммунистической партии не могло не сказаться
на состоянии права. Несмотря на некоторые импульсы
позитивного развития, его роль (как и юридических законов)
практически сводилась на нет партийными директивами,
секретными инструкциями партийных органов. Цивилитарность
права лишь декларировалась, постоянное противоречие между
сущим и должным формировало искаженное правосознание.
В этот период правовой культуры практически не было и быть
не могло.
В конце 80-х — начале 90-х гг. началась перестройка
советской правовой системы, которая сопровождалась «войной
законов», противостоянием законодательной и исполнительной
властей, «парадом суверенитетов» национально-территориальных
образований, взрывом преступности, нарушением прав слоев
и групп населения и др. Зарождающаяся правовая система
Российской Федерации призвана снять острейшие противоречия
общественными сферами и структурами. Обращение к
российской истории еще раз убедительно демонстрирует
непреходящую роль цивилизации — институтов государства и
гражданского общества — в процессе развития правовой культуры.
Ведь для нее жизненно важно наличие гарантий прав человека
и гражданина, которые дает цивилизация. Цивилитарная
правовая культура формируется, когда она выражает и реализует
фактическое правовое состояние личности и других
социальных субъектов.
В этом плане особую актуальность для исследования
российской философско-правовой мысли приобретает проблема
1 См.: Булгаков С. Н. Православие. Очерки учения православной
церкви. М., 1991. С. 361—361, 366—367.

214 Глава 21. Право. Культура. Цивилизация
прогресса правовой культуры. Ее изучение позволяет выявить
закономерности и тенденции развития правовой
реальности, прогнозировать последствия и результаты принимаемых
политико-правовых решений.
0 прогрессе правовой культуры заговорили в XVIII в.
Французские просветители выводили его (как и прогресс общества
в целом) из человеческого разума. Они полагали, что
просвещенный монарх, издающий справедливые законы, с одной
стороны, и просвещенный народ, исполняющий эти законы,—
с другой, создадут «царство разума».
Важнейшим фактор и критерий развития правовой
культуры — степень гарантированной государством свободы, прежде
всего, свободы личности. Свобода — это сущность прогресса,
а культура выражает степень свободы, ее качественное
состояние в каждый исторический момент, на каждой стадии
развития общества. Эту взаимосвязь подчеркнул Г. Гегель, отметив,
что и свобода, и культура обладают характером всеобщности
и являются абсолютными ценностями1. Прогресс правовой
культуры Гегель связывал с изменением правосознания и
законодательства, причем законодательство должно учитывать
не только настоящее, но и прошлое, и будущее.
Действительно, несмотря на то что прогресс правовой культуры обращен
в будущее, все же это будущее вырастает из прошлого и
настоящего, которые нельзя игнорировать. Любая оценка, любое
отношение к наличному уровню правовой культуры осуществляется
через сравнение с прошлым. Без такого сравнения невозможно
выявить направленность и основные ориентиры
прогрессивного развития права.
В философской литературе вопрос о критерии
общественного прогресса является дискуссионным. Долгое время в
отечественном обществознании критерием общественного прогресса
считали уровень развития производительных сил и
производственных отношений. Однако этот критерий не является
всеобщим, из него исключен человек. Он не позволяет раскрыть
динамику связанных с духовностью многих общественных
феноменов, в том числе правовой культуры. На это указывали
многие противники экономического материализма К. Маркса.
В частности, А. Швейцер писал: «Культура — совокупность
прогресса человека и человечества во всех областях и направлениях
при условии, что этот прогресс служит духовному
совершенствованию индивидов как прогресса прогрессов»2.
1 См.: Гегель Г Философия права. М., 1990. С. 83.
2 Швейцер А. Культура и этика. М., 1991. С. 103.

Литература 215
А. П. Бутенко в качестве общесоциологического критерия
общественного прогресса называет «очеловечивание
человека»1. Нам представляется, что данный критерий наиболее
приемлем. Действительно, «очеловечивание человека» — это,
кроме всего прочего, реализация прав и свобод в обществе,
обеспечение их законодательными, исполнительными,
правоохранительными действиями, это ориентация государства и его
институтов на господствующее положение человека в
обществе, на первоочередную защиту его интересов. Кроме того,
«очеловечивание человека» совершенствует духовную сторону
правовой системы, способствуя дальнейшему
совершенствованию общественной жизни.
Литература
1. Бенхабиб, С. Притязания культуры : пер. с англ. / С. Бен-
хабиб. —М., 2003.
2. Бергер, П. Социальное конструирование
реальности / П. Бергер, Г. Лукман. — М., 1995.
3. Булгаков, С. Н. Православие. Очерки учения православной
церкви / С. Н. Булгаков.— М., 1991.
4. Бутенко, А. П. Общественный прогресс и его
критерии / А. П. Бутенко. — М., 1980.
5. Гегель, Г. Философия права / Г. Гегель. — М., 1990.
6. Глобализация и перспективы современной
цивилизации / под ред. К.Х. Делокарова.— М., 2005
7. Давидович, В. Е. Сущность культуры / В. Е. Давидович,
Ю.А. Жданов.— Ростов н/Д, 1992.
8. Злобин, Н. С. Культура и общественный прогресс / Н. С. Зло-
бин. — М., 1990.
9. Ионин, Л. Г. Социология культуры / Л. Г. Ионин. — М.,
1996.
10. Лукашева, Е. А. Права человека и культура / Е. А. Лукаше-
ва.— М., 1979.
11. Межуев, В. М. Культура и история / В. М. Межуев. — М.,
1977.
12. Нерсесянц, В. С. Продолжение истории: от социализма к ци-
вилизму // Вопросы философии.— 1993. — № 4.
1 Бутенко А. П. Общественный прогресс и его критерии. М., 1980.
С. 63.

216 Глава 21. Право. Культура. Цивилизация
13. Парсонс, Т. Понятие общества: компоненты и
взаимоотношения //Альманах«Thesis». Вып. 2. Т. 1.— М., 1993.
14. Сорокин, П. Человек. Цивилизация. Общество / П.
Сорокин.— М., 1992.
15. Уледов, А. К. Духовная жизнь общества: проблемы
методологии исследования / А. К. Уледов.— М., 1980.
16. Хабермас, Ю. Демократия. Разум. Нравственность / Ю.
Хабермас—М., 1995.
17. Швейцер, А. Культура и этика / А. Швейцер. — М., 1991.
Контрольные вопросы и задания
1. Что такое культура?
2. Какое место занимает правововая культура в системе
культуры?
3. Раскройте сущность правовой культуры и опишите ее
структуру.
4. Как взаимосвязаны цивилизация, культура и правовая
культура?
5. Как проявляется правовая культура во взаимодействии
повседневного и «системного» миров человека?
6. В чем проявляется цивилитарный характер правовой
культуры?
7. Опишите основные точки зрения на критерий прогресса
правовой культуры.

Глава 22
СУЩЕЕ И ДОЛЖНОЕ
В МОРАЛИ И ПРАВЕ
22.1. Сущее и должное как категории
философии права
Фраза одного из современных политиков «хотели как лучше,
а получилось как всегда» достаточно красноречиво показывает,
что многие знают «как должно быть». Но между «должно быть»
и «есть» проходит некая черта, отделяющая желаемое от
действительного, цель от результата. В правовой сфере дилемма
«как должно быть» и «как есть» проявляется в форме
взаимосвязи, взаимосогласования сущего и должного.
Сущее в самом широком смысле представляет собой
наличное бытие. В контексте права можно сказать, что сущее —
это наличная правовая реальность, это то, что есть в
действительности1.
Должное — это то, что должно быть, это целеполагаемый
результат, модель-телеотип, идеальная конструкция
будущей необходимой правовой реальности.
Несовпадение, рассогласованность сущего и должного
возникает на основе двойственности права как социального явления.
Суть этой двойственности заключается в том, что по
функциональному предназначению право выступает регулятором целеполагае-
мых общественных отношений, но одновременно является и
формой общественных отношений, результатом их регулирования,
формой существования общества как деятельности людей.
Из этого следует не только то, что право создается
обществом, людьми, но и отсутствие адекватности, полного совпа-
1 Против такого понимания сущего выступают представители
экзистенциализма, для которых сущее не является бытием.

218 Глава 22. Сущее и должное в морали и праве
дения между всеобщим регулятивом и фактически
складывающимися отношениями в обществе. Деятельность отдельного
человека регулируется внутренне и внешне, следовательно,
и на индивидуальном уровне регулятивы и фактическое
поведение человека не совпадают.
Такой «клубок» взаимопереплетений регулятивов,
фактических отношений, ожиданий, целей, результатов, их различий
в системах субординации (соподчинения) и координации (ря-
доположенности) делает проблему сущего и должного сложной
в теоретическом отношении (например, рассмотрение сущего
и должного как объективного и субъективного, материального
и идеального), но чрезвычайно важной для практики.
Опыт жизнедеятельности человечества
свидетельствует о том, что сущее и должное, находясь на разных уровнях
рассогласования, всегда существуют как рассогласованное
единство. Полное совпадение реальности с идеалом в
правовой сфере — явление невиданное. Тем не менее, история
философско-правовой мысли сопровождалась идеальными
конструкциями, основанными на максимальном совпадении
сущего и должного. В форме модели-прототипа1 таков был
«золотой век» Гераклита и Платона, «град Божий» Августина
Аврелия, а в форме модели-телеотипа2 — коммунизм К. Маркса
и «вселенская теократия» B.C. Соловьёва. Эти модели
оставались лишь мечтаниями — о прошлом или о будущем. Однако
они свидетельствуют о важности и необходимости
максимального сближения сущего и должного для оптимального
функционирования общества, сохранения и приумножения
человеческого в Человеке.
В философско-правовой мысли взаимодействие и
взаимоотношение сущего и должного рассматривается в различных
контекстах: как взаимосвязь свободы (сущее) и
необходимости (должное); как соотношение нормы (должное) и поступка
(сущее) ; как соответствие ценности (должное) и ценностного
отношения (сущее) и т.д. В практическом аспекте проблема
сущего и должного выражается как несовпадение целей и
результатов деятельности на социетальном и на
индивидуальном уровне.
В данном случае взаимодействие сущего и должного
рассматривается в контексте взаимосвязи предписания, выраженного
1 Модель, воспроизводящая в идеальной форме уже
существовавшее, прошлое.
2 Модель, воспроизводящая в идеальной форме будущее, целепола-
гающееся.

22.1. Сущее и должное как категории философии права 219
правовой нормой, и исполнения нормативного требования,
выраженного определенным действием или бездействием.
Кроме того, еще раз подчеркнем, что сущее и должное имеют,
по крайней мере, два аспекта — социетальный и личностный.
Последний детально рассматривается педагогической этикой
и педагогической теорией в целом. Поэтому основное внимание
мы уделим общесоциальному, философскому аспекту
взаимосвязи сущего и должного.
Должное как социальный феномен рассматривается
деонтологией — наукой о должном и долженствовании. Один
из основных вопросов деонтологии сводится к причине
возникновения и механизму формирования нормы как должного.
Существует несколько подходов к его решению.
Исторически первый подход, связанный с исследованием
нормы как общего блага1, предполагает, что люди сначала
должны рационально осознать свои потребности и интересы, свое
«благо», а затем на основе этого осознания сформулировать
норму-требование. В действительности возникновение
нормы и осознание ее «благости» — события неодновременные.
Скажем, запрет на инцест возник задолго до рационального
осмысления вреда кровосмешения.
Примерно такие же контраргументы можно выдвинуть
и против второго подхода. Он основывается на договорной
теории возникновения норм должного и является по сути
интерпретацией учения Т. Гоббса о понимании людьми вреда
анархии и произвола. Во-первых, историческая практика, в том
числе и современной России, свидетельствует об обратном:
самоограничение индивида в условиях конкуренции зачастую
ставит его в менее выгодное положение по отношению к тому,
кто «договор» нарушает, или себя не ограничивает. А во-вторых,
исследования историков и этнографов показывают, что и
«договорное» обоснование норм неизбежно приводит к
рациональному осознанию полезности самоограничения, пониманию
того, что будет, если нормы исчезнут.
По-видимому, изначально нормы возникали стихийно, в
результате практического отбора, закрепляясь в обычаях, обрядах,
традициях. И лишь затем они рационализировались,
обосновывались как должное, как безусловная необходимость.
Завершающий этап формирования должного — его закрепление в качестве
ценности, «завета богов» или норм естественного права.
Безусловно, практический отбор должного, норм
основывался на оптимизации общественной жизни, на естественных
См. следующую главу «Право как общее благо».

220 Глава 22. Сущее и должное в морали и праве
потребностях и интересах людей. Скажем, невозможно
представить даже на уровне здравого смысла (т.е. дорациональ-
ного знания) человеческое сообщество, в котором воровство
или убийство — общепринятая норма. Такое сообщество
обречено.
Обретя статус общеобязательности, должное, отраженное
на уровне теоретического сознания, становится одной из
центральных категорий философии права. В этом качестве оно
выступает в философско-правовых концепциях древнекитайских
легистов (принцип «фа» — наказание), древнегреческих
атомистов, Сократа, стоиков, киников, И. Канта и С. Кьеркегора.
Так, атомист Демокрит полагал, что в основе эвтюмии как
цели человеческой жизни лежит чувство долга, внутреннее
требование «не делать ничего непристойного».
У Сократа долг и долженствование приобретают качества
блага как наивысшей ценности. Правда, он выводит
долженствование из внешней стороны человеческого действия, из норм
и правил, установленных государством.
На внутреннюю, моральную сторону долженствования
обратил внимание И. Кант. Внешний долг, уверял он, подчиняется
внутреннему выбору и свободной воле, а повиновение долгу
дополняется стремлением к благу.
Высказывались и противоположные точки зрения.
Например, экзистенциалисты повиновение долгу считали
несовместимым с подлинным человеческим существованием. Наиболее
четко эта позиция выражена у К. Ясперса, для которого «Я
должен» всегда должно подчиняться «Я хочу». Д. Росс и П. Ноуэлл-
Смит полагали, что должное возникает, когда происходит
рассогласование естественной природы людей и предъявляемых
к ним требований.
Два подхода к пониманию сущности должного сохранились
и поныне: один из них усматривает в должном понуждение
и ограничение; другой — самовыражение личности,
проявление «Я», собственный закон человека.
Некоторые исследователи рассматривают проблему
сущности должного через соотношение предписания (нормы) и
ценности. Думается, что такое противопоставление весьма условно,
ибо должное одновременно включает в себя требование
следования норме и цель (идеал), к которому это следование ведет.
Другое дело, что такой идеал может быть неконкретным,
аморфным, расплывчатым. Равно как и то, что могут быть избраны
не те идеалы, нормы, средства и способы их достижения.
В данном случае философы, раскрывая суть одного и того же,
акцентируют внимание на разных функциях должного. Те, кто

22.1. Сущее и должное как категории философии права 221
подчеркивают мировоззренческую роль должного,
рассматривают его как ценность; а те, кто отдают предпочтение
методологической роли, видят в нем предписание, норму, требование.
Анализ сущности должного и сущего позволяет уточнить
причины их несовпадения. Как уже отмечалось,
предварительным условием несовпадения выступает двойственность права
как социального явления. Также имеет значение механизм
формирования социальной необходимости. Складываясь из
отдельных потребностей и интересов, социальная норма (закон)
как бы усредняет должное и сущее, порождая несовпадение
желаемого и фактического1.
Кроме того, на согласование или рассогласование сущего
и должного влияет множество объективных и субъективных
факторов — идеология, традиции, политика, экономические
возможности, степень цивилизованности, уровень правовой
культуры и прочее и прочее. Перечислить их все невозможно,
да в этом и нет необходимости. Гораздо важнее показать, что
собой представляет сущее как реализованное должное. Должное
предстает как целеполагающееся, как идеал или норма
должного поведения. Должное реализуется, возникает результат
целеполагавшегося, т.е. сущее. Однако оно включает не только
результат, т.е. целеполагавшееся, но и последствия.
Последствия — это то, что не целеполагалось, но стало
сущим. Причем последствия могут как усиливать результат,
находясь в русле целеполагавшегося, так и противоречить
целеполагавшемуся, снижать значимость результата, и даже
перечеркивать, дискредитировать его. Именно так
произошло с вполне здравым замыслом М. С. Горбачева внедрить
в Советском Союзе трезвый образ жизни; или, скажем,
предпринятыми усилиями навести в Чеченской Республике
конституционный порядок, сведенными на нет «авантюрой»
1995—1996 гг.
Значительное влияние на достижение целеполагающегося,
на превращение должного в сущее оказывает выбор средств
и способов реализации. Именно здесь подстерегает опасность
правового макиавеллизма. Попытки реализовать должное в
сущее неправовыми средствами и способами (террактами,
репрессиями и т.п.) не могут не дискредитировать самоё должное как
идеал. Что вовсе не исключает достижения результата
(вспомним насильственную коллективизацию), но, как показывает
исторический опыт, лишь временного.
1 См. более подробно: Гончарук С. И. Законы развития и
функционирования общества. М., 1977.

222 Глава 22. Сущее и должное в морали и праве
Таковы общефилософские основания взаимосвязи сущего
и должного, однако в различных сферах жизнедеятельности
общества эта взаимосвязь имеет специфику.
22.2. Специфика проявления сущего
и должного в морали и праве
Общее и особенное сущего и должного в морали и праве
обусловлены, прежде всего, наличием общего и особенного
в природе морали и права как феноменах социальной жизни.
Проблема соотношения морали и права с давних времен стояла
в центре философско-правовой мысли. Ей посвятили труды
Аристотель и Ф. Бэкон, Ш. Монтескье и И. Кант, С. Десницкий, А. Ку-
ницын, Г. Гегель и Д. Остин, В. С. Соловьёв и H.A. Бердяев.
Следует подчеркнуть, что все классики мировой философско-
правовой мысли рассматривали право как низшую ступень
(уровень) морали. Право, убеждали они, менее духовно, чем
мораль, правовая регуляция всегда принудительна, поэтому
ограничена по сравнению с нравственной регуляцией.
Авторы современных учебников и учебных пособий по
философии права пытаются опровергнуть позицию классиков:
они рассматривают справедливость как правовую, а не
нравственную категорию; праву отводят историческое
первенство перед моралью1, считая его к тому же выше, эффективнее
и перспективнее.
Действительно, мораль и право имеют много общего.
По мнению ряда исследователей, мораль и право объединяет
нормативность, т.е. наличие предписательных, повелительных
ориентиров для поведения людей и их сообществ. Социальные
отношения отражаются и выражаются в определенных
моральных и правовых нормах. Некоторые нормы морали и права
носят оценочный характер, лишь фиксируют субъективное
отношение к какому-либо событию, однако исходя из единых
критериев, в любом случае норма — это требование, повеление.
Функциональное единство морали и права обусловлено
выполнением ими одинаковой функции — регулятивной.
Моральные и правовые нормы возникают как отражение
практических материальных отношений в обществе (первичная
1 См., например: Нерсесянц B.C. Философия права. М., 1998.
С. 80—84.

22.2. Специфика проявления сущего и должного в морали и праве 223
детерминация), затем эти нормы объективируются в
деятельности людей, воспринимаются нравственным и правовым
сознанием (вторичная детерминация) и вновь объективируются
в материальных и идеологических отношениях людей. В
результате многократной детерминации моральные и правовые
нормы регулируют, координируют, управляют
общественными отношениями.
Вместе с тем право и мораль имеют принципиальные
различия. Они достаточно полно описаны в специальной
юридической литературе1, что позволяет ограничиться лишь их
тезисным перечислением. Итак, право и мораль различаются
по происхождению (право возникает вместе с государством,
а мораль — вместе с человеческим сообществом), по форме
выражения (право закрепляется в определенных документах,
а мораль — в общественной памяти), по способу обеспечения
(право обеспечивается силой государства, а мораль — силой
общественного мнения), по структурной организации (право
систематизировано, а мораль бессистемна), по уровню
требований (право имеет менее высокий уровень требовательности,
чем мораль), по степени конкретности (право предусматривает
заведомую реакцию на определенное действие, имеет
регламентированные процедуры, более динамично, а мораль дает лишь
общую установку, без ее конкретизации, не предусматривает
заведомо известной санкции, базируется не на регламенте,
а на здравом смысле и более консервативна).
Выяснение соотношения морали и права важно в
теоретическом плане, а также в плане определения перспектив
человеческого существования. Для людей вовсе небезразличен
вопрос о том, что ждет их в перспективе: жизнь по юридическим
нормам, в обществе с отточенным правом, где все
регламентировано до мелочей, где четкая судебная система и не менее
четкая система исполнения наказаний, или же впереди жизнь
по совести, по нормам морали?
Для ответа на этот вопрос необходимо различить
сущностные характеристики морали и права. Обнаруживается, что
право наделено моральными свойствами — равенством,
свободой и справедливостью, хотя они (как и категории, их
выражаемые) не являются чисто правовыми. Как таковые это
категории морали, и лишь в дополнение к этим категориям
1 См. : Бабаев В. К., Баранов В. М., Толстик В. А. Теория права и
государства в схемах и определениях. М., 1999. С. 53—55; Теория
государства и права / под ред. В. М. Корельского и В. Д. Перевалова. М.,
1998. С. 249—255.

224 Глава 22. Сущее и должное в морали и праве
правовое равенство, правовая свобода превращают их в
категории права.
Важное значение имеют также сущностные характеристики
естественного и позитивного права. Очевидно, что естественное
право родственно и однопорядково с моралью по основным
параметрам. Мораль всегда естественна, позитивной морали не
бывает. Что же касается позитивного права, то, скорее всего, прав
был Г. Гегель, считавший право лишь предпосылкой, или низшим
уровнем морали. Позитивное право в глобальном измерении
исторично, временно, поэтому при рассмотрении соотношения
морали и права методологически неверно говорить о праве
вообще, без деления его на естественное и позитивное.
Естественное право существовало изначально,
функционировало на «одном поле» с моралью: мораль была естественно-
правовой, а естественное право — моральным, нравственным.
Позитивное же право, возникнув как государственный
институт, утрачивает связь с моралью, все больше сопрягается
с политикой. Нет необходимости доказывать, что
современное позитивное право насквозь политизировано. Но ведь еще
со времен Н. Макиавелли общеизвестна истина о
несовместимости политики и морали. Политизированное позитивное
право становится аморальным.
Понятно, что «аморальная» перспектива вряд ли будет
привлекательной для нормальных граждан. Позитивное право —
это цель-средство, а мораль и естественное право — это
«чистая цель».
И еще один аспект различия: в морали и праве по-разному
проявляется взаимосвязь сущего и должного.
Прежде всего, различие наблюдается между моральным
и правовым должным. Должное, как уже отмечалось, и в
морали, и в праве, существует в формах нормы, идеала, ценности,
которые выполняют в обществе регулятивную функцию. Тем
не менее, подчеркивали еще И. Кант, В. С. Соловьёв, должное
в морали и праве различно. Это различие можно обнаружить
по следующим параметрам:
— должное в морали выступает в качестве
общечеловеческой ценности (благо, счастье, мир, любовь), а должное в праве
связано преимущественно с институциональными ценностями
(безопасность государства как института, равенство этноса как
института и т.д.);
— должное в морали предполагает спонтанное следование
ему как нравственному идеалу, оно нацелено на добровольность
реализации в поступках; должное в праве реализуется в сущее
под внешним принуждением, выступает как диктат;

22.2. Специфика проявления сущего и должного в морали и праве 225
— должное в морали апеллирует к величию, великодушию,
доброте и другим добродетелям (жизненным экзистенциалам)
человека, оно ориентирует на то, что и как нужно делать,
чтобы достичь блага, добра, справедливости, равенства; должное
в праве обращено к несовершенству человека, его порочности
и ориентирует на то, чего не нужно делать, дабы не нарушить
справедливость, равенство, свободу и т.д.;
— должное в морали неоднозначно, дает возможность
выбора: «налево пойдешь — честь потеряешь, направо пойдешь —
славу обретешь». Оно не только не отрицает, а, напротив,
предполагает свободу социального субъекта. Должное в праве всегда
однозначно и имеет одну цель: «поступай только так, а не
иначе, иначе...»;
— должное в морали исходит из повседневной реальности,
из непосредственных и ближайших интересов людей,
отдельного человека; должное в праве исходит из системного мира
и во главу угла ставит интересы социальных институтов,
прежде всего государства;
—должное в морали всеобще и внеситуационно. Быть «чуть-
чуть честным» или «благородным на 30%» невозможно, как
невозможно в одной ситуации быть честным, а в другой — подлецом,
но сохранять «звание» честного человека. Должное в праве
конкретно и ситуационно, оно предполагает градацию законности
и ее зависимость от ситуации. Скажем, убийство с отягчающими
признаками и убийство в состоянии аффекта в праве
квалифицируется по-разному, с учетом конкретной ситуации;
— должное в морали вероятностно, без ясного исхода,
предполагает не только успех, но и неуспех и допускает даже гибель
героя во имя нравственного идеала. Так,
высоконравственным считается поступок княгини Евпраксии, выбросившейся
с младенцем «ис превысокаго храма», дабы не достаться на
поругание врагу, когда защитники Рязани полегли в сражении
с полчищами Батыя1. Должное в праве четко фиксирует исход
конкретного действия, конкретные случаи и дает однозначную
ориентацию на результат. Должное в морали индифферентно
к выгоде, целесообразности, а должное в праве всегда
целесообразно с точки зрения существующего права.
Нецелесообразность в праве — это нарушение права. А Евпраксия
поступила нецелесообразно;
— наконец, должное в праве, безусловно, формируется
стихийно и не имеет сослагательного наклонения «если бы, то...».
1 См.: Лихачев Д. С. Повести о Николае Зарайском. Тексты. М.-Л.,
1949. С. 282—301.

226 Глава 22. Сущее и должное в морали и праве
Должное в праве условно, формируется целенаправленно и с
сослагательным обоснованием «если..., то...». Как известно,
логическая структура нормы права включает гипотезу (перечень
условий действия нормы), диспозицию (как надо действовать)
и санкцию (какие последствия наступают в случае нарушении
диспозиции).
Существуют различия и между сущим в морали и сущим
праве, как между двумя реальностями. Сущее в морали оценивается
по целям и используемым средствам: если средства аморальны,
то и цель аморальна, аморальные средства не могут привести
к моральному результату. Сущее в праве оценивается по
эффективности, по результату. «Наведение конституционного порядка»
даже ценой тысяч человеческих жизней и разрушенных городов
с точки зрения права может быть законным и справедливым.
Таким образом, сущее и должное неразрывно
взаимосвязаны как феномены жизненного мира человека. Тем не менее,
сущее почти никогда не соответствует должному, так как в
социальной сфере не бывает полного совпадения цели и
результата. Это вовсе не означает ни фаталистического отношения
к такому несоответствию, ни волюнтаристической «ломки
через колено» объективно складывающегося несовпадения
сущего и должного.
Литература
1. Бергсон, А. Два источника морали и религии / А.
Бергсон.—М., 1994.
2. Бердяев, H.A. Философия неравенства / H.A. Бердяев.—
М., 1990.
3. Гегель, Г. Философия права / Г. Гегель.— М., 1990.
4. Дробницкий, О. Г. Проблемы нравственности / О. Г. Дроб-
ницкий.— М., 1977.
5. Ильин, И. А. Правда и сила // Ильин, И. А. Соч. в 10 т.—
М., 1994. Т. 4.
6. Кант, И. Метафизика нравов / И. Кант.— СПб., 1997.
7. Макиавелли, Н. Рассуждение на первую декаду Тита
Ливия / Н. Макиавелли. — СПб., 1997.
8. Рахимов, О. Х.-А. Моральная регуляция воинской
деятельности / О. Х.-А. Рахимов.— М., 1994.
9. Соловьёв, В. С. Право и нравственность // Власть и право.
Из истории русской правовой мысли. — Л., 1990.

Контрольные вопросы и задания 227
10. Фролов, В. Ф. Диалектика морали и права в сфере воинской
деятельности / В.Ф. Фролов.— М., 1980.
11. Шопенгауэр, А. Об основе морали // Шопенгауэр, А.
Свобода воли и нравственность.— М., 1992.
Контрольные вопросы и задания
1. Назовите модели общества, в которых, предположительно,
сущее и должное совпадали.
2. Как формировалась социальная норма?
3. Каковы причины несовпадения сущего и должного?
4. Что общего у права и морали?
5. В чем различия морального и правового должного?

РАЗДЕЛ IV
Аксиологические проблемы
философии права.
Право как ценность

Глава 23
ПРАВО КАК ОБЩЕЕ БЛАГО
Человек живет в мире смыслов, назначений вещей и
явлений, оценок и в итоге — ценностей. Известно, что ценности
выступают в единстве двух сторон: как определенная
человеческая деятельность творческого характера и как предмет
общественных и личных потребностей и интересов. Одним словом,
ценность выражает отношение человека к вещи, явлению,
процессу. А поэтому ценность и оценка неразрывны. При этом
оценка не просто важный момент познания и измерения
ценности, а определяющее условие практических действий,
принятия решений, выбора между различными альтернативами.
Сегодня не анализировать, например, такие ценности, как
армия, рост населения, здравоохранение, образование,
благосостояние населения и его социальную защищенность — значит
быть не просто пассивными «наблюдателями», но и людьми,
равнодушными к судьбе отечества.
Наука о ценностях называется аксиология (от греческого
axios — ценность, logos — учение). Она рассматривает
реальность с точки зрения значения различных способов бытия (эк-
зистенциалов существования), без которых человек утрачивает
человеческое.
Взаимодействуя с окружающей средой, человек, в отличие
от животного, озабочен только не едой, питьем и
размножением, для него важно осознать свою ценность и ценность для
себя других — самых разнообразных — слагаемых
жизненного мира.
Право — величайшее изобретение человечества, не менее
значимое для его развития, чем колесо или компьютер. И, стало
быть, является одной из высших человеческих ценностей.
Величайшие духовные ценности человечества —
сущностные характеристики права: свобода, равенство и
справедливость, что позволяет выделить философско-правовую
аксиологию в самостоятельный раздел.

23J. Проблема блага в истории мировой культуры 231
23.1. Проблема блага в истории мировой
культуры
В самом общем виде во все времена под благом
понималось нечто такое, что имело для человека положительное
значение, положительный смысл. Однако уже в эпоху античности
наметились разные подходы в исследовании форм
существования блага.
Демокрит под благом понимал счастье как «жизнь по
правде», подчинение не установленным кем-то законам, а
требованиям природы, согласование своих поступков с требованиями
жизни. Будучи благом высшего порядка, счастье проявляется
в нескольких формах: эвтюмии (спокойное и ровное
настроение, хорошее расположение духа), евесто (внутренняя
устойчивость человека, его невозмутимость), гармонии (симметрия
во всем, соблюдение меры), атараксия (безмятежность) и этам-
бии (неустрашимость). Реализация этих форм счастья
обеспечивает человеку свободу, а государству — справедливость.
Таким образом, Демокрит рассматривал благо в неразрывном
единстве со счастьем, свободой и справедливостью.
Сократ, как известно, высшим качеством человека считал
мудрость как единство знания и умения различать добро и зло,
а также практически реализовывать добродетели, прежде
всего — законопослушание. Законопослушание, по Сократу,
должно быть абсолютным. Отождествляя закон и справедливость,
он считал любые законы справедливыми.
Наличие справедливых законов, уверял Сократ,
обеспечивает полисную свободу — общее благо для граждан. Кстати,
именно Сократу принадлежит заслуга в постановке
теоретического вопроса «Что есть благо?» Великий афинский мудрец
был убежден, что абстрактного блага нет, существуют лишь
конкретные вещи и поступки, которые могут быть благими, т.е.
приносить пользу отдельному человеку и всем гражданам
полиса. К таким поступкам он относил, прежде всего, мужество,
выдержку и правдивость.
Отвечая на вопрос своего учителя, Платон дал первое
известное философское определение блага: «Благо — то, что
существует ради него самого»1. Благо неутилитарно, однако его
проявления (их Платон называет множество: красота,
соразмерность, истина и др.) приносят пользу человеку и обществу.
1 Платон. Определения // Платон. Диалоги. М., 1986. С. 430.

232 Глава 23. Право как общее благо
Истинное благо (среди них и закон) Платон сравнивает с
солнцем — оно делает мир «умопостигаемым» и видимым1.
Ученик Платона Аристотель ввел в научный обиход понятие
«высшее благо», понимая под ним правильное государство. Как
известно, в ряду правильных государств Аристотель отдавал
предпочтение «политии» как власти средних, заботящихся об
общих интересах. В правильном государстве, считал Аристотель,
человек имеет возможность реализовать политическую
сущность, т.е. быть полноправным гражданином полиса. В таком
государстве установлены справедливые законы, человек
чувствует себя комфортно и обретает индивидуальное благо. А на его
основе возникает и формируется благо всех как естественное
и справедливое сосуществование людей и сообществ.
Благом Аристотель, в частности, называл добро,
осуществленное в поступках, и человеческие добродетели —
рассудительность, мудрость, правосудие и другие2.
Эпикур в гедонистической теории высшим благом считал
благоразумие. Как известно, гедонизм в качестве цели
человеческой жизни рассматривает удовольствие. Но у Эпикура это
«не удовольствия распутников и не удовольствия,
заключающиеся в чувственном наслаждении, как думают некоторые...,
но мы разумеем свободу от телесных страданий и душевных
тревог. Нет, не попойки и кутежи непрерывные, не
наслаждения мальчиками и женщинами, не наслаждения рыбою и
всякими прочими яствами,., но трезвые рассуждения,
исследующие причины всякого выбора и изгоняющие (лживые) мнения,
которые производят в душе величайшее смятение. Начало
всего этого и величайшее благо есть благоразумие.
Поэтому благоразумие дороже даже философии. От благоразумия
произошли все остальные добродетели; оно учит, что нельзя
жить приятно, не живя разумно, нравственно и справедливо,
и наоборот, нельзя жить разумно, нравственно и справедливо,
не живя приятно»3.
В римской философско-правовой мысли большое внимание
проблеме высшего блага уделял воспитатель императора
Нерона, римский сенатор Сенека (ок. А—65). Следуя основному
лозунгу стоиков «Живи сообразно с природой вещей», он раскрыл
его содержание. По его мнению, жить сообразно с природой
1 См.: Платон. Государство // Платон. Соч. : в 3 т. Т. 3. М., 1972.
С. 291.
2 См.: Аристотель. Никомахова этика // Аристотель. Соч. : в 4 т.
Т. 4. М., 1983. С. 66.
3 Антология мировой философии : в 4 т. Т. 1. Ч. 1. М., 1969. С. 375.

23.1. Проблема блага в истории мировой культуры 233
означает: иметь здравый ум; обладать мужественным,
энергичным, благородным духом; без ложной мнительности
удовлетворять свои физические потребности; отдавать должное
материальной стороне жизни, но не соблазняться ею; уметь
пользоваться дарами судьбы, не делаясь их рабом1.
Именно такую жизнь Сенека считал высшим благом.
Сенека выступал против эпикурейского подхода к
удовольствию как к добродетели. Он показал не только
нетождественность удовольствия и добродетели, но даже их
противоположность. Нравственная жизнь, отмечал он, не всегда приятна,
а приятное очень часто безнравственно. Поэтому
добродетель — это величественное, возвышенное, непобедимое; она
как высшее благо не вызывает пресыщения или раскаяния.
Удовольствие же — это низкое, рабское, немощное. «Всякая
жестокость происходит от немощи» — известнейший афоризм
Сенеки.
Таким образом, высшее благо у Сенеки — это осознание
своей жизни, приведение ее в соответствие с природой вещей,
это свобода человека от пороков и страстей, от рабской
зависимости, в которой его держат вещи и наслаждения. «Нет рабства
более позорного, чем рабство добровольное»,—утверждал
великий мыслитель2. Избавление, свобода от рабства в самом
широком его смысле и есть высшее благо.
С появлением христианства под благом понимается начало
и причина всего сущего, сверхсущее, в конечном счете — Бог.
В эпоху Возрождения Лоренцо Валла в трактате «О
наслаждении как об истинном благе» возвращается к идеям Эпикура,
Цицерона, Сенеки и провозглашает земную природу блага,
связывает его с пользой и наслаждением. У каждого человека,
отмечал он, свое представление о благе, ибо у каждого свои
интересы и ценности: одного заботит здоровье, другой видит
благо в богатстве, третий — в детях.
В Новое время преодолевается индивидуализм блага, оно
начинает рассматриваться в двух аспектах: благо общественное
и благо личное. Причем, по мнению Ф. Бэкона, общественное
благо всегда должно преобладать над личным благом. Высшим
проявлением общественного блага Ф. Бэкон считал долг как
обязанность и обязательства человека перед другими людьми.
В XVII—XVIII вв. развитие философии идет по пути
рационализма. Так, например, Р. Декарт отождествлял высшее благо
с процессом познания истины, выявлением первопричин,
1 См.: Антология мировой философии. С. 510—511.
2 Там же. С. 509.

234 Глава 23. Право как общее благо
Б. Спиноза — со свободой, которая немыслима без разума.
Свобода в его понимании — это подчинение страстей разуму,
это действие на основе познания необходимости.
Родоначальник классической немецкой философии И. Кант
рассматривал благо как единство разума, долга и свободы.
Теоретический разум дает возможность осознать и
сформулировать «априорные максимы», всеобщие правила и нормы.
Практический разум переводит трансцендентальное в
трансцендентное, из априорных максим формирует требования
должного поведения, императивы. В силу всеобщего
характера этих требований человек всецело подчинен им,
подавлен внешней необходимостью, т.е. становится несвободным.
Но в то же время, считал философ, человек обладает свободой
воли, он свободен в выборе того или иного варианта действий,
в выборе между добром и злом, правопослушанием и
правонарушением. Поэтому человек у И. Канта есть самая высшая
ценность, но в правовом смысле ценность синтетическая: он
и законодатель, он и законоисполнитель. Благо —
общественное и личное — человек и человечество обретают в единстве,
синтезе долга, свободы и разума.
Воззрениями И. Канта заканчивается традиция поиска
и обоснования блага. Оно становится предметом
специальной философской дисциплины — аксиологии, заменившей этот
термин синонимичной категорией «ценность».
Понятием «ценность» широко пользуется Г. Гегель в работе
«Философия права», подразумевая под ним, с одной стороны,
количественную определенность вещи, выраженную через ее
качество, а с другой — значимость этой вещи для человека.
К. Маркс в «Капитале» ценность вещи связывал с
потребительской стоимостью товара, но использовал этот термин
и для характеристики других явлений, в том числе государства,
права, науки, философии.
Ф. Ницше расчленил бытие на объективную реальность
и мир ценностей, значений и смыслов человеческого сознания.
Ценность для Ф. Ницше — это всегда смысл, который человек
«вкладывает» в вещь или «извлекает» из нее. Причем ценность
обязательно несет в себе разные смыслы. Поэтому правомерны
и даже необходимы для человека, скажем, несправедливость,
заблуждения, бессмыслицы, которые тоже имеют
определенный смысл. Видимо, поэтому Ф. Ницше и вошел в историю
культуры как «возмутитель умов».
Неокантианцы под ценностью понимали идеалы,
принципы, нормы, которые соотносимы не столько с реальным
бытием, сколько с «нормативным» сознанием. Ценности не зависят

23.2. Право как ценность и элемент общего блага 235
от человеческих потребностей и желаний, а по своей природе
априорны. В частности, Генрих Риккерт (1863—1936) и
Вильгельм Виндельбанд (1848—1915) основными ценностями
считали истину, красоту, наличную святость, нравственность,
счастье, Бога, право.
В отечественной литературе теорию ценностей
разрабатывали О.Г. Дробницкий (1933—1973), М.К. Мамардашвили
(1930—1990), В. П. Тугаринов (1898—1978), которые вопреки
официальной установке об аксиологии как лженауке внесли
большой вклад в ее становление и упрочение.
Сегодня проблемам аксиологии посвящены труды А. Г. Ио-
нина, Н. Н. Козловой, В. М. Межуева, Ю. М. Резника, Э. К.
Соколова и др.
В истории философии благо рассматривалось как
добродетель, которая, по словам Цицерона, «похвальна сама по себе».
Благо — синтетический феномен, имеющий множество
аспектов, в силу чего разные авторы акцентировали свое
внимание на той или иной его грани. Попытки найти единственное
благо оказались безуспешными, но сам процесс поиска был
достаточно плодотворным для формирования представления
о благе как абстракции, отражающей конкретные виды, формы
и уровни его проявлений. В этом отношении можно говорить
о добре как нравственном благе, о красоте — как
эстетическом благе и т.д. По степени осознанности благо может быть
чувственным (удовольствие) и рациональным (мудрость).
По сфере своего влияния — индивидуальным или общим
(общественным), по роли в жизни человека — утилитарным и
неутилитарным и т.д.
Благо связано также с правом, свободой, равенством и
справедливостью. Поэтому рассмотрение общего блага в
юридическом аспекте предполагает анализ его философско-правовой
сущности, условий существования и функций.
23.2. Право как ценность и элемент
общего блага
Общее благо в юридическом контексте — феномен,
возникающий в результате функционирования права как социального
института. По сути оно обозначает качественные
характеристики вещи или явления как общечеловеческой ценности. Для
философско-правового осмысления общего блага, предстающе-

236 Глава 23. Право как общее благо
го, по словам Гегеля, в виде «права как добра для всех»1,
необходимо выделить его сущностные свойства.
Во-первых, это ценность, т.е. свойство предмета, процесса
или явления быть значимым для людей в культурном,
общественном или личностном отношении. Именно это сущностное
свойство общего блага сохраняет значение на протяжении
существования человечества. Другое дело, что по мере развития
цивилизации менялись представления о конкретных формах
проявления общего блага, но само оно как высшая добродетель,
как нечто похвальное (Цицерон), самодостаточное (Платон)
существовало, существует и будет существовать, покуда
существует человечество. Данная ценность представляет собой
единство объективного и субъективного. Объективность
общего блага связана с тем, что объективны принципы, требования,
нормы общечеловеческой жизнедеятельности, объективны
их роль и значение для человека. Рождаясь, человек застает
их уже «готовыми», они от него не зависят. Субъективность
общего блага заключается в том, что оно существует лишь как
результат оценки человеческого действия, вне человека общее
благо лишено смысла.
По-видимому, прав был Протагор, утверждавший, что человек
есть мера всех вещей, ведь только в соотношении с человеком
обретает смысл любая ценность, в том числе и общее благо.
Во-вторых, общее благо не просто ценность, а
общечеловеческая ценность. Это означает, что его требования
распространяются и признаются всеми людьми независимо от пола,
возраста, партийной, этнической или религиозной
принадлежности. В таком общечеловеческом смысле общее благо
выступает неким эталоном, с которым соизмеряются другие
ценности или поступки людей.
Обобщения меньшего масштаба, будь то этнические,
классовые, государственные, профессиональные, не являются
общими, они неизбежно профанируют общее, редуцируют его
в благо определенной социальной общности, группы,
коллектива. В то же время, если благо общности соизмерять с благом
конкретного человека, то коллективное благо выступает
общим. Очевидна диалектическая взаимосвязь
общечеловеческого блага как общего, группового и индивидуального блага
как единичного.
В-третьих, общее благо есть высшая ценность. Оно
обладает характеристиками, которые присущи высшим ценностям,
и, прежде всего, неутилитарностью, т.е. ценность общего блага
1 См.: Гегель Г Философия права. М, 1990. С. 172, 340,419.

23.2. Право как ценность и элемент общего блага 237
определяется не практическим применением для чего-то иного,
а, напротив, иное приобретает значимость лишь в контексте
общего блага. Поэтому можно полагать, что в правовой
сфере общее благо является предельной ценностью. Остальные
правовые ценности — свобода, равенство, справедливость,
право, закон и др. — не более чем субценности, служащие для
его достижения.
Общее благо, точнее его правовой аспект, имеет
специфические правовые характеристики.
Прежде всего, речь идет о свободе. В философско-правовом
контексте эта субценность представляет собой конкретизацию
энгельсовского понимания свободы как действия на основе
познанной необходимости, как сведение к минимуму зависимости
человека от внешних факторов. Но это и не анархия, не
беспредел, а независимость в рамках дозволенного и
недозволенного. Например: не убий, не укради, не прелюбодействуй — это
рамки, в которых человек свободен. Емко и точно по поводу
свободы сказал И. Кант: «Поступай внешне так, чтобы
свободное проявление твоего произвола было совместимо со свободой
каждого, сообразной со всеобщим законом»1.
Далее философско-правовой аспект общего блага
включает такую субценность, как равенство. Оно предполагает
соразмерность, эквивалентность свободы, которой располагают
разные люди. Равенство устанавливает равную меру для всех
в их совместной жизнедеятельности, оно дает возможность
формально (т.е. не фактически, а на уровне принципа)
предоставить всем членам общества равные возможности, равные
права на различные конкретные блага: на образование, на
судебную защиту, на труд и т.п. Но формальное равенство
предполагает и неравенство людей (в труде, образовании и т.д.).
Все люди разные, и лишь формальное равенство как элемент
общего блага устанавливает единый масштаб, который и
позволяет обнаружить фактическое неравенство в рамках
правового поля и влиять на него.
Наконец, философско-правовой аспект общего блага
неразрывно связан со справедливостью как субценностью.
Справедливость — общезначимое соответствие должного и
сущего, наличие и обеспечение неотъемлемых прав человека как
разумного и правового существа.
В истории философско-правовой мысли представления
о справедливом менялись, сообразуясь с уровнем цивилизо-
1 Кант И. Критика практического разума // Кант И. Соч. : в 6 т. Т. 4.
Ч. 1. М., 1965. С. 140.

238 Глава 23. Право как общее благо
ванности Пройден путь от безусловного следования традиции
рода до попыток уравнять потребности и интересы индивидов
и обеспечить всех равными материальными и духовными
благами по карточной системе.
Но на принципиальном уровне справедливость всегда
соотносилась с формальным равенством в правах и
ответственности, с эквивалентностью кары содеянному, с
правомерностью (т.е. с соответствием праву). Именно с этими сторонами
справедливости связаны атрибуты богини Фемиды.
Следовательно, правовая роль справедливости заключается в том, что
она призвана ликвидировать привилегии, утвердить
равенство и свободу людей. Аксиологическая же роль выражается
в установлении взаимоотношений между людьми,
существенных, по их мнению, для жизнедеятельности и для достижения
общего блага.
Понимание сущности, содержания, характеристик
правового аспекта общего блага ценно в теоретическом отношении,
но остается лишь абстракцией без выяснения его роли в
практической деятельности человека.
Особое значение приобретают функции данной ценности.
Как любая общечеловеческая ценность общее благо
выполняет множество функций: познавательную, гедонистическую,
креативную и др. Однако с философско-правовой точки
зрения наиболее важны две: ценностно-правовой ориентации
и ценностно-правовой организации деятельности людей.
Функция ценностно-правовой ориентации заключается в том,
что общее благо как бы задает идеалы, ориентирует человека
в том, что справедливо, что законно, а что противозаконно1.
Функция ценностно-правовой организации деятельности —
глубокое воздействие общего блага на формирование
потребностей, мотивов, интересов и целей, которые в соединении
с волей порождают акт человеческого действия, поведение
человека. В итоге представления об общем благе как правовом
идеале согласовывают, нивелируют, гармонизируют
потребности, интересы, притязания, волевые устремления разных
людей, различных сообществ. Причем, как справедливо
отметил B.C. Нерсесянц, интересы в этом идеале не отрицаются
и не устраняются, а сохраняются, учитываются в максимально
возможной мере в рамках права2.
Наличие общего блага как справедливых ориентации и
организации жизнедеятельности свободных и равноправных
1 Более подробно об этой функции см. в следующей главе.
2 См.: Нерсесянц В. С. Философия права. М., 1998. С. 70.

Литература 239
субъектов можно определить лишь по наличию необходимого
и достаточного набора условий. Эти условия позволяют
оценить режим (деспотический или демократический) в
конкретном государстве — не по декларациям, не по конституциям,
а по действиям.
Основными условиями для возникновения и
существования общего блага могут быть:
— признание в качестве правомерного индивидуального
блага каждого человека, находящегося в рамках правового поля.
Другими словами, не может быть общего блага, если
попираются права и свободы конкретного человека;
— легитимность власти и законов, ею устанавливаемых.
Законы общеобязательны, если перед ними все граждане
равны и равноответственны;
— согласование интересов различных групп и отдельных
людей, установление единых нормы и масштаба оценки их
действий. Когда общество раздирают противоречия между
миллионерами-нуворишами и почти нищими пенсионерами,
общее благо невозможно по определению.
Очевидно, что по ценностным характеристикам и по
условиям существования общее благо совпадает в его философско-
правовом аспекте с сущностными характеристиками права.
Право — это и есть элемент общего блага, ибо только право
обеспечивает равенство, свободу и справедливость. И
наоборот, общее благо — результат функционирования права. В силу
этого и само право — благо. Ценностные различия общего блага
и права заключаются в том, что благо выступает как ценность-
цель, а право — как ценность-средство, используемое для
достижения других, более значимых ценностей. В свою очередь,
элементы права — равенство, свобода и справедливость —
служат ценностями-средствами, обеспечивающими существование
права.
Литература
1. Анисимов, С. Ф. Духовные ценности: производство и
потребление / С. Ф. Анисимов. — М., 1988.
2. Боэций. «Утешение философией» и другие трактаты /
Боэций.— М., 1990.
3. Здравомыслов, А. Г. Потребности, интересы,
ценности / А. Г. Здравомыслов. — М., 1986.

240 Глава 23. Право как общее благо
4. Кузнецов, А. С. Человек: потребности и ценности / А. С.
Кузнецов.— Свердловск, 1992.
5. Франкл, В. Человек в поисках смысла / В. Франкл.— М.,
1990.
6. Федотова, В. Г. Хорошее общество / В. Г. Федотова.— М.,
2005.
Контрольные вопросы и задания
1. Что понималось под «благом» в эпоху античности?
2. Какую роль играло учение И. Канта в становлении теории
ценностей?
3. Назовите сущностные характеристики «общего блага».
4. Перечислите специфически-правовые характеристики
(компоненты) «общего блага».
5. Какие правовые функции выполняет «общее благо»?
6. При каких условиях может существовать «общее благо»?
7. Соотнесите понятия: «общее благо», «ценность» и «право».

Глава 24
ПРАВО КАК СВОБОДА
И ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
24.1. Свобода как экзистенциал человека
Свобода — многогранное и многоаспектное явление,
чрезвычайно важное для человечества. Ради свободы люди шли
на эшафот, под флагом свободы совершались революции,
велись кровопролитные войны... Свобода — один из
основополагающих идеалов современных демократических
государств. Но что такое свобода? 6 января 1941 года в послании
американскому Конгрессу президент Рузвельт сказал о
четырех свободах: «Мы хотим жить в мире, основанном на четырех
сущностных человеческих свободах. Первая — свобода речи
и выражения — повсюду в мире. Вторая — свобода каждого
человека поклоняться Богу, как он считает нужным, —
повсюду в мире. Третья — свобода от нужды... во всем мире.
Четвертая — свобода от страха... во всем мире». Речь идет
о свободе экономической, политической, свободе слова и
вероисповедания. Свобода имеет и философско-правовое
содержание, более того, она является центральной проблемой
философии права.
На обыденном уровне свобода чаще всего понимается как
ничем не ограниченное волеизъявление — «что хочу, то и
делаю». Но уже в Средние века такую трактовку подверг критике
Фома Аквинский. Он выступал против утверждения, что, если
Бог абсолютно свободен, то может делать все что угодно —
стать злым, уничтожить себя, уступить свою власть над людьми
Сатане, ограничить свое могущество и т.п. Великий богослов
противопоставил пониманию свободы как неподчиненности
воздействию извне и неограниченности в действиях
согласованность действий с необходимостью.

242 Глава 24. Право как свобода и ответственность
Долгое время в отечественной литературе свобода
связывалась только с действием объективной необходимости и ее
познанием. Широко известно «классическое» определение
свободы Б. Спинозы, позже развитое Г. Гегелем и Ф. Энгельсом:
«свобода есть познанная необходимость».
В этом определении указаны условия появления свободы —
познание необходимости и действие в соответствии с нею,
познание закономерностей существования жизненного мира
для согласования своих действий с объективными законами
природы и общества. Подчеркивается важное свойство
свободы — быть познанной необходимостью, субъективированным
объективным.
Однако в спинозовском определении отсутствует другое,
не менее важное свойство свободы — быть способом
существования человека, экзистенциалом его бытия; в нем нет ни
самого человека, ни его деятельности, ни его взаимодействия
с другими людьми. Конечно, уточнения Ф. Энгельса, сделанные
в работе «Анти-Дюринг», позволили преодолеть недостатки
спинозовско-гегелевского понимания свободы. Энгельс
рассматривал свободу как продукт исторического развития и как
условие выделения человека из животного мира: «Свобода,
следовательно, состоит в основанном на познании необходи-
мостей природы (Naturnotwendigkeiten) господстве над нами
самими и над внешней природой, она поэтому является
необходимым продуктом исторического развития. Первые
выделившиеся из животного царства люди были во всем существенном
так же несвободны, как и сами животные, но каждый шаг вперед
на пути культуры был шагом к свободе»1. Тем не менее, такая
трактовка свободы не охватывает человека, его деятельность,
взаимодействия с другими людьми.
Очевидно, что человек, познающий и преобразующий мир,
всегда связан с другими людьми, в общении с которыми
важна свобода действия, свобода слова, свобода совести, свобода
творчества. Иначе говоря, субъектом свободы всегда
является человек. И несмотря на то что в мире господствует
причинность, она не делает человека несвободным, своим рабом, ибо
субъектом свободы также выступают народы, нации, классы,
различные общественные организации, личности и само
человечество.
Причинная необходимость не только не противоречит
свободе, не только не уничтожает ее, но, напротив, является
необходимым условием ее реализации. Человек только тогда способен
1 Энгельс Ф. Анти-Дюринг. М., 1945. С. 107.

24.1. Свобода какэкзиапенциал человека
243
осуществлять свои цели при помощи выбранных им средств,
когда законы причинности, т.е. необходимости, остаются
неизменными. Свобода — это сознательно-целесообразное действие,
исключающее неопределенность и произвол. Можно сказать,
что сфера свободы социального субъекта — это пространство
его социально-целесообразного действия, это и поставленная
им цель, и выбор средств для ее достижения. Следовательно,
свобода подразумевает свободное действие.
Недостатки спинозовской трактовки свободы восполняются
при другом аспекте рассмотрения — гуманистическом. В этом
случае свобода рассматривается как одно из важнейших
определений человека. Человек желает быть свободным, но вместе
с тем желает и свободы других. Кант подчеркивал этот момент,
утверждая, что «свобода желает самой себя и свободы других».
К. Маркс указывал на три исторических этапа или ступени
развития человеческой свободы. К ним он относил «отношения
личной зависимости», «личную независимость, основанную
на вещной зависимости» и «свободную индивидуальность».
Свобода — внутренняя жизненная потребность человека,
а не к некий дар Бога. В этом случае свобода — выражение
самоопределения человека в общении с другими людьми, в его
отношениях с обществом. Такой точки зрения придерживался
Ж.-П. Сартр. В работе «Экзистенциализм — это гуманизм» он
справедливо отмечал, что «человек не замкнут в себе, а всегда
присутствует в человеческом мире». В такой гуманистической
трактовке свобода выступает экзистенциалом личности,
способом ее бытия, способностью человека действовать в
соответствии со своими интересами и целями, опираясь на знание
закономерностей, норм и правил жизненного мира. Свобода —
это способность человека принимать решения и реализовывать
цели со знанием дела. Реализовать себя, самоопределиться он
может в определенных социоэкономических и социокультурных
условиях, поэтому свобода всегда конкретно-исторична.
С позиции гуманизма рассматривал свободу и H.A. Бердяев.
В работе «О рабстве и свободе человека» он показал, что
разным формам рабства противостоит их альтернатива — разные
формы свободы. Человек может находиться в рабстве у Бога,
природы, общества, цивилизации, у своего индивидуализма,
у денег, эроса, войны, государства, революции, коллектива,
у страха смерти и т.п. Как видим, H.A. Бердяев дает широкое
толкование рабства (несвободы) человека, возникающего
не только в принудительной, но и в добровольной форме
(последнюю H.A. Бердяев называет «прельщением», т.е.
добровольным отказом от свободы на основе обмана, иллюзий, гипноза).

244
Глава 24. Право как свобода и ответственность
Из всех форм несвободы, отмечал философ, самое
распространенное — рабство человека в обществе, где он «живет как бы
в социальном гипнозе».
С одной стороны, и рабство, и свобода детерминированы
«социальным Логосом», т.е. общественными отношениями:
человеку трудно противопоставить свою судьбу
деспотическим притязаниям общества уже потому, что «саму свободу
он получил исключительно от общества»1. С другой стороны,
личность, утверждал H.A. Бердяев, всегда значимее, «главнее»
и общества, и государства2. Поэтому рабство и свобода — это
состояния человеческой духовности.
Свобода, по мнению H.A. Бердяева, существует в трех
основных формах: иррациональной, т.е. выраженной через чувства,
переживания; рациональной, связанной с разумом; и
трансцендентальной, данной Богом и выражающей духовность личности.
Бердяев трактует свободу, прежде всего, как свободу духа,
независимость человеческой личности, творческую, созидательную
силу. Человек — носитель и субъект свободы, а свобода — это
подлинное бытие человека.
H.A. Бердяев много размышлял о потере и обретении
человеком свободы. Именно в этой сфере в наибольшей степени
проявляется ее философско-правовое содержание. Еще Г. Гегель
отмечал, что человек всегда выступает против своей
несвободы, а самым гуманным средством превращения несвободы
в свободу служит сама человеческая свобода как претворенная
действительность.
Что значит свобода как претворенная действительность?
Всякая действительность — это реализованная возможность.
Она есть жизнь, действие, в которых принимает участие
человек как личность. Личность не может мириться с
отчуждением себя от мира, общения, собственности, свободы. Другими
словами, человеку необходимо реальное право на достойную
во всех отношениях жизнь. H.A. Бердяев особо отмечал, что
человек начинается со свободы, следовательно, важны права, ее
обеспечивающие, ибо в тоталитарном обществе человек лишен
самого естественного для человеческого бытия — свободы.
Каковы признаки утраты свободы? Это отчужденность
субъекта от объекта, элиминация неповторимо-индивидуального
у личности, усреднение, стандартизация мнений и мыслей,
уничтожение оригинальности человека. Понятно, что быть аб-
1 Бердяев Н. А. О рабстве и свободе человека // Бердяев Н. А. Царство
Духа и царство Кесаря. М., 1995. С. 61.
2 См.: Там же. С. 62.

24.1. Свобода какэкзистенциал человека
245
солютно свободным невозможно. Но через социальные нормы,
установленные людьми, человек расширяет границы свободы.
Среди множества социальных норм ведущее место в обретении
человеком свободы занимают правовые нормы.
Еще И. Кант разделил человеческую свободу на
позитивную — свободу добра и негативную — свободу произвола.
Позитивную свободу Кант считал этически ценной, так как она
опирается на нравственный категорический императив.
Негативная свобода аморальна, опасна для человека и общества,
а потому во имя позитивной свободы ограничивается
юридическими законами, подавляется правовыми нормами. Следует
иметь в виду, что этическая и юридическая оценки
негативной свободы не совпадают. Если в этике произвол
однозначно осуждается, то с юридической точки зрения, произвол как
действие, несогласующееся с принятыми нормами, может быть
оправдан. Например, когда человек защищает свою жизнь
средствами, которые в обычных условиях противозаконны.
Более того, даже в обычных условиях произвол
рассматривается правом противоречиво: и как «что хочу, то творю», и как
«возвышение над законом с точки зрения должного и
необходимого человеку». Именно учет законами и правом «должного
и необходимого человеку» делает их гуманными.
Третий аспект понимания свободы — свобода как выбор —
объяснила антиномия И. Канта. Он утверждал, что, с одной
стороны, «нет никакой свободы, все совершается в мире по
законам природы», а с другой — «причинность по законам
природы есть не единственная причинность, из которой можно
вывести все явления в мире. Для объяснения явлений
необходимо еще допустить свободную причинность (причинность
через свободу)»1.
Это противоречие причинности и свободы показывает,
что свобода «пропускает» причину через себя, т.е. ее всегда
детерминируют те или иные объективные факторы,
поэтому человек находится под властью разных детерминант. Для
свободы характерны такие свойства, как неподвластность,
автономия, суверенность, человек стремится к независимости
от этих детерминант, пытается обрести свободу. Такая
антиномия порождает разные формы свободы — свободу духа,
связанную с самосознанием, осознанием внутреннего «Я»,
и свободу действия, поведения. Обретение любой свободы
предполагает выбор.
1 Кант И. Идея всеобщей истории во всемирно-гражданском плане //
Кант И. Соч. : в 6 т. Т. 6. М., 1966. С. 399.

246 Глава 24. Право как свобода и ответственность
Проблема выбора занимает важное место в философии
права, так как его наличие или отсутствие свидетельствует
о наличии или отсутствии свободы. Эту проблему исследовал
датский философ Серен Обю Кьеркегор (1813—1855). В
сочинениях «Страх и трепет», «Или-или» он показал, что
человеческая жизнь сопряжена с процессом выбора — быть
священником или актером, жениться или не жениться, быть аскетом
или наслаждаться жизнью? Более того, для Кьеркегора
наличие свободы выбора — показатель внутреннего содержания
личности. Он был убежден, что «выбор сам по себе не имеет
решающего значения для внутреннего содержания личности:
делая выбор, она вся наполняется выбранным, если она не
выбирает, то чахнет и гибнет»1.
Действительно, люди повседневно сталкиваются не с
абстрактной свободой и необходимостью, а с их конкретными
проявлениями, определяемыми условиями жизни, системой
общественных отношений, социокультурным развитием
общества, его ценностями, общественным сознанием, в том числе
и правосознанием. Эти объективные условия, проявляющиеся
в многочисленных ситуациях повседневной реальности,
детерминируют цели, к которым человек стремится. Он не свободен
в выборе объективных условий жизнедеятельности, но он
обладает свободой в выборе целей. Он также более или менее
свободен в выборе средств и способов, необходимых для
достижения поставленной цели. Например, если человек решил стать
предпринимателем, ему необходимо иметь некоторую сумму
денег. Эти деньги можно копить на протяжении нескольких
лет, зарабатывая своим трудом; можно взять в долг или
обратиться в банк за кредитом; наконец, он может добыть деньги
преступным путем, нарушая закон. Выбор есть, и человек в нем
относительно свободен.
Свобода человека связана с совокупностью объективных
условий и не равнозначна произволу. Человек свободен в
мыслях и поступках вовсе не потому, что они ничем не обусловлены.
Напротив, они детерминированы макро- и микросредой его
жизнедеятельности. Так, если бы человек стал «челноком»2 в
советские времена, его свободу ограничивали бы и государство,
и общественное мнение, потому что такая деятельность
квалифицировалась тогда как «спекуляция», «нетрудовые доходы».
1 Кьеркегор С. Наслаждение и долг. Киев, 1994. С. 234.
2 «Челнок» — термин эпохи горбачевской «перестройки»,
обозначающий человека, занимающегося закупкой товаров за рубежом, их
доставкой в Россию и продажей с прибылью.

24.1. Свобода какэкзистенциал человека
247
Этот пример иллюстрирует зависимость мыслей и поступков
человека от макросреды. А вот пример влияния микросреды:
студент по совету родителей сдает экзамены не в
установленные сроки, а в «удобное» для него время, что в очень скором
времени приводит к отставанию от учебного плана и
исключению из вуза.
В то же время человек никогда не бывает абсолютно
детерминирован в действиях: у него как у автономного субъекта
всегда есть пространство и время для личного выбора. В этом
смысле человеческая жизнь есть процесс выбора, т.е. принятия
решения относительно предпочтения тех или иных ценностей,
действий, поступков. Свобода выбора — это свобода автономии
личности. В течение жизни ценности меняются, что
усложняет проблему выбора. Человек может медлить с решением или
выбрать мгновенно, руководствоваться разумом, чувствами
или даже интуицией. Но это всегда его решение, его выбор,
если он сделал его сам. Автономная воля и есть свобода.
Говоря словами И. Канта, свобода состоит в праве личности быть
целью, а не средством.
При угрозе потерять автономию личность
сопротивляется благодаря присущей ей свободе выбора. Но так
происходит не всегда и не со всякой личностью. Эту особенность
подметил Э. Фромм, убедительно доказав, что стремление
быть свободным, принимать решения, осуществлять выбор
является дискомфортным и требует от личности духовных
и физических усилий. Не все способны на такие усилия.
Значительно легче и проще занимать «страусиную» позицию,
перекладывать выбор на других — государство, коллектив,
руководство. Поэтому, полагал Э. Фромм, человек «бежит
от свободы», но тщетно, он «обречен на свободу» и вынужден
постоянно принимать решения, делать выбор. В этом его
величие и его трагедия1.
Однако у человека нет свободы выбора, когда он
оказывается в пространстве действия юридического закона. Платить
подоходный налог государству или не платить — такой выбор
с точки зрения автономии личной свободы есть. Но его нет
в пространстве закона: человек должен платить подоходный
налог согласно закону о налогообложении. Никакой другой
формы бытия и выражения свободы, кроме правовой,
когда речь идет о человеческой жизнедеятельности, до сих пор
не изобретено. «Да это и невозможно,—справедливо замечает
В. С. Нерсесянц, — ни логически, ни практически. Также невоз-
1 См.: Фромм Э. Бегство от свободы. М., 1990.

248 Глава 24. Право как свобода и ответственность
можно, как и другая «арифметика», где бы дважды два
равнялось не четырем, а пяти или чему-то другому»1.
Таким образом, свобода и право неразрывно связаны:
выбор человека в самые ответственные моменты — это всегда
правовой процесс. Право защищает свободу выбора, связанную
с благом каждого человека, и ограничивает произвол,
направленный на ущемление свободы других.
Но как измерить свободу?
Если к свободе подходить как к развивающемуся явлению,
то можно говорить о том, насколько она развита, т.е. обратиться
к ее качественной характеристике. Для этого философия права
использует понятие «степень свободы».
Для социального субъекта степень свободы всегда связана
с теми или иными формами права — экономической,
политической, экологической, семейной и т.д., сложившимися в
системе определенных социальных отношений. Следовательно,
степень свободы — это выражение существующих в обществе
свобод — политической свободы, экономической свободы,
социальной и др.
Нельзя сказать, что жизнь человека — лишь следование
юридическим законам. Она многогранна, сложна и
представляет собой постоянное движение между иррациональной и
рациональной свободой, постоянное противоборство между
глубокими природными страстями, влечениями и высотами духа
человека, его моральным и правовым самосознанием. Не
случайно некоторые мыслители для характеристики степени
свободы использовали понятия «глубина» и «высота» или делили
ее на «великую» и «малую» (Августин Блаженный, например).
Образная трактовка свободы, присущей русскому
менталитету, дана в произведениях великих писателей — Ф. И. Тютчева,
А. С. Пушкина, Ф. М. Достоевского, Л. Н. Толстого, Н. В.
Гоголя. Скажем, всем известно изображение степени свободы как
русской безудержной стихии в образе несущейся тройки: куда
и зачем несется она, никто не знает...
В юриспруденции философская категория «степень
свободы» называется «поколением прав». Юристы акцентируют
внимание на том, что право выражает конкретно-историческую
степень свободы, присущую определенной ступени развития
человечества, поэтому развитие права служит показателем
развития свободы человека.
Первое поколение прав — это право на жизнь и
сохранение имущества. Оно определяется природой человека и вы-
Нерсесянц В. С. Философия права. М., 1998. С. 24.

24.1. Свобода какэкзистенциал человека 249
ступает как его свойство защищать свою жизнь и средства ее
обеспечения.
Второе поколение прав — это социально-экономические
права, которые означают развитие свободы человека в системе
социально-экономических и правовых отношений под углом
зрения социальной и экономической справедливости.
Третье поколение прав — право на мир, здоровую
окружающую среду, образование и др.
Четвертое поколение прав касается переходного состояния
между жизнью и смертью как финальными ценностями
человечества — аборты, эвтаназия и др.1.
Преемственностью между поколениями обеспечивается
развитие важнейших форм свободы: политической — как
равенство социальных субъектов в их отношениях с властью;
экономической — как равенство субъектов экономической
деятельности в реализации своих целей; идеологической —
как свобода слова, печати, вероисповедания; правовой — как
равенство всех перед законом, обеспечение социальной
самостоятельности субъекта путем предоставления ему прав и
гарантий законами государства, как обеспечение посредством
права всех других свобод социальных субъектов.
Со степенью свободы органически связана мера
свободы, которая как философская категория выражает единство
качества и количества свободы. Речь идет не о средствах
«измерения» свободы, а именно о количественно-качественном
и качественно-количественном ее состоянии. В данном
отношении показательна философская притча о господине и рабе,
рассказанная Г. Гегелем в «Феноменологии духа»: там, где есть
рабы и господа, никто не свободен, ибо господин,
противостоящий рабу, тоже раб, пока он не видит в другом самого себя.
Своеобразно рассматривал проблему меры свободы
государства и его гражданина К. Поппер. Он подметил, что любое
государство подчиняет граждан своей воле и даже
демократия несет определенную опасность для отдельной личности,
подчиняя ее коллективной воле большинства, «всего народа».
Однако сущность демократического государства
свидетельствует, что меру свободы можно определить, зная, где
кончается свобода и начинается преступление. В работе «Открытое
общество и его враги» философ приводит известный анекдот
о хулигане, утверждавшем, что, будучи свободным
гражданином, он вправе двигать своим кулаком в любом направлении,
1 См. : Семитко А. П. Развитие правовой культуры как правовой
процесс. Екатеринбург, 1996. С. 193.

250 Глава 24. Право как свобода и ответственность
на что судья мудро ответил: «Свобода движений вашего кулака
ограничена положением носа вашего соседа».
Свобода невозможна, если ее не гарантирует государство.
Мера свободы проявляется лишь в действующем праве,
определяющем положение и роль личности в обществе. В этом
смысле меру свободы человека как конкретной определенности
представляет юридический закон. Юристы справедливо
считают, что позитивное право с его нормативностью служит
мерой свободы социального субъекта, которая проявляется в его
правовом пространстве и времени. Именно позитивное право
придает свободе необходимое ей и сущностное для нее
качество — согласованность действий всех членов общества. Эту
черту свободы человека подметил еще И. Кант,
провозгласивший, что свобода каждого должна быть совместима со
свободой остальных1.
Таким образом, мера свободы всегда конкретно-исторична
и обусловлена действующими законами. Свобода человека
выступает как свобода воли, свобода деятельности, свобода
сознания, свобода выбора целей, средств и способов ее достижения.
Но свобода не абсолютна, она не вседозволенность и произвол.
Свобода личности детерминируется обществом, его
развитостью, законодательством, культурой. В этом смысле ленинский
тезис: «Жить в обществе и быть свободным от общества
нельзя»2 — остается справедливым.
Цивилизация не может развиваться без свободы. В
обществах, где индивид не свободен, берет верх посредственность
и наступает общее угасание человеческих способностей.
24.2. Свобода и ответственность
Свобода всегда признает за субъектом определенные права
по отношению к обществу, но в то же время требует от него
ответственности (выполнения обязанностей) перед обществом,
следования социальным нормам, юридическим законам.
Ответственность — органическое свойство свободы.
Произвол именно потому и не является свободой, что он не
предполагает ответственности. В философской литературе советского
1 См.: Кант И. Критика чистого разума // Кант И. Соч. : в 6 т. Т. 3.
М., 1964. С. 351.
2 Ленин В. И. Партийная организация и партийная литература
//Ленин В. И. Поли. собр. соч. Т. 12. С. 104.

24.2. Свобода и ответственность
251
периода ответственность как социально-философская категория
трактовалась односторонне. Как правило, она
рассматривалась в неразрывной связи с дисциплиной, организованностью,
в русле доминирующего положения коллектива и государства
перед личностью. Такому подходу соответствовала
классификация видов ответственности. Так, в нормативных
документах предусматривались: гражданская ответственность —
возложение вины за неправомерное поведение (неисполнение
обязательств, причинение вреда имуществу); уголовная
ответственность — возложение вины за преступления;
материальная — как обязанность возмещать нанесенный государству
материальный ущерб и др.
В юридической литературе уделяется большое внимание
проблеме ответственности как обязанности человека дать
отчет в своих действиях; или его способности добросовестно
и осознанно исполнять обязанности, а в случае их
неисполнения — нести наказание. В правовой науке нет общепринятого
мнения о сущности юридической ответственности1.
Рассмотрение ответственности вне свободы обедняет понимание этого
феномена. Дело в том, что ответственность неразрывна со
свободой человека как творческого субъекта. Человек, личность,
государство и другие социальные субъекты осуществляют
деятельность не инстинктивно, а сознательно. Это означает, что
разум, в том числе юридически оформленный, не позволяет
социальному субъекту делать все, что угодно. Как уже
отмечалось, свобода — это возможность жить по-своему в пределах,
допускаемых нормами общества. А жить по-своему означает
выбирать между добром и злом, справедливостью и
несправедливостью, нравственным и безнравственным, быть творцом,
реализовать себя как личность и отвечать за выбор перед
обществом и самим собой. Философско-правовое рассмотрение
ответственности позволяет глубже раскрыть сущность
юридической ответственности как правоотношения (субъектно-
субъектное отношение), в котором каждая из сторон обязана
отвечать за действия перед другой стороной, а, в конечном
счете, перед государством и обществом.
Проблема самоответственности досконально
рассматривается в религиозной философии. С. Л. Франк связывает свободу,
ответственность и творчество человека с его жизненным
внутренним опытом, понимаемым как «опыт общения с людьми»,
«нравственный опыт», «религиозный опыт», «эстетический
1 См. : Горшнева В. М., Осипова П. П., Строгович М. С, Тархова В. А.,
Фефелова П. А. и др.

252 Глава 24. Право как свобода и ответственность
опыт», «опыт общения с Богом». Соотношение свободы и
ответственности он рассматривает сквозь призму греха: грех —
это недолжное, это то, от чего мы обязаны воздерживаться
и при совершении чего мы осознаем нашу вину1. С точки
зрения С. Л. Франка, грех, свобода и ответственность — это одна
проблема. «Грешить способно только существо, одаренное
свободой,—в каком-то общем смысле способное и
воздерживаться от греха»2.
Но и здесь свобода представляет собой выбор между добром
и злом, выбор цели и средств ее достижения, в то же время это
и реализация поставленной цели, т.е. творчество. Как творец
человек должен быть свободен и ответственен. Многие
мыслители отмечали, что творчество предполагает предъявление
определенных требований к его результатам, т.е. творчество
по природе ответственно. Если человек не творец, то он не
свободен, а ответственность за действия стремится возложить
на других людей.
Реальность — всегда единство актуальности и
потенциальности, поэтому социальный субъект в деятельности имеет дело
с обеими ее сторонами, он постоянно «держит ответ» перед
собой, другими социальными субъектами, обществом за
«перевод» возможности в действительность. При этом актуальная
сторона деятельности связана с реальной ответственностью,
а потенциальная — с потенциальной, т.е. с готовностью
субъекта отвечать за любые последствия деятельности. Поэтому
ответственность можно рассматривать" как единство сущего
(реальная ответственность) и должного (потенциальная
ответственность) .
Ответственность выступает не как некая абстракция, она
имеет конкретные формы бытия, например, политическую,
правовую, нравственную, экологическую. Понятно, что
ответственность тесно связана с самосознанием и уровнем культуры
социального субъекта. На правовую ответственность влияют
такие факторы, как возраст человека, его психическое
состояние. В нравственной ответственности лидируют факторы
совести и долга; в психологической — факторы стыда, переживания
по поводу невыполненного долга, обязательства.
Таким образом, ответственность как философско-правовая
категория фиксирует зрелость свободы человека в выборе
ценностей, целей, средств и способов их достижения, в понимании
последствий действий (или бездействий) не только для дру-
1 См.: Франк С.Л. Реальность и человек. М., 1997. С. 225.
2 Там же. С. 303.

24.3. Ответственность и вина
253
гих людей, но и для себя. Подлинная свобода имеет границы:
она ответственна. Когда человек хочет быть уверен в
справедливости своего желания, действия, поступка, он
руководствуется ответственностью. Философско-правовая категория
«ответственность» позволяет исследовать правовую
юридическую ответственность в системе других видов социальной
ответственности, т.е. выявить, с одной стороны, общее, что
их объединяет, а с другой, — определить ее особенности как
социальной ответственности специфического вида. Тем
более что юридическая наука почти не изучает ответственность
политическую, моральную, внутри различных общественных
организаций.
24.3. Ответственность и вина
С ответственностью тесно связана вина, хотя это понятия
одного порядка. Человек может нести ответственность за
поступки при наличии вины. Вина имеет место, когда человек
сознает или сознательно допускает последствий своих
действий. Вина — это осознание человеком, социальным
субъектом своих принятых безответственных решений и действий.
Другими словами, вина — это чувство, присущее нравственно
развитому человеку, способному принимать ответственные
решения. О вине можно говорить только в случае, если
поступки человека свободны. Взаимосвязь ответственности и вины
заключается в том, что ответственность — неотъемлемое
свойство свободы, а вина — одно из выражений
ответственности. Вину можно охарактеризовать как сознание
недолжного, понимание и признание того, что мы не должны были
совершать.
В некоторых источниках вина (виновность)
определяется как «состояние противоположное правоте»1. Однако такое
понимание не выражает ее сущности. Правота — это
доказанность слов или поступков субъекта. С понятием «вина» правота
не соотносится. Совершенно очевидно, что если человек неправ,
то это вовсе не свидетельствует о том, что он виноват.
С юридической точки зрения, вина — это психическое
отношение лица к своему противоправному поведению
(действию или бездействию) и его последствиям, это субъектив-
1 Словарь по этике. М., 1989. С. 39.

254 Глава 24. Право как свобода и ответственность
ная сторона состава правонарушения и необходимое условие
юридической ответственности. В соответствующих отраслях
права предусмотрены формы вины и их влияние на меру
ответственности.
К понятию «вина» часто обращаются в юриспруденции,
начиная от процесса обвинения, обвинительного заключения,
обвинительного приговора до лица, в отношении которого
вынесено обвинение в совершении преступления, т.е.
обвиняемого. Еще в римском праве вина как субъективное отношение
преступника к наказуемому действию являлась обязательным
условием уголовной ответственности, без признания вины
наказание не следовало.
По уголовному законодательству Российской Федерации
виновным в преступлении признается лицо, совершившее
умышленно или неосторожно противоправное деяние. Лицо
подлежит уголовной ответственности, когда установлена его
вина. В квалификации административных правонарушений
также различают две формы вины — умысел и
неосторожность.
Большое внимание соотношению умысла и вины уделял
Г. Гегель. В работе «Философия права» он, в частности,
подчеркивал сложность понимания вины, поскольку причины ее
кроются как в «условиях, основаниях», так и в самом субъекте.
С философски-правовой точки зрения, вина — это
состояние сознания субъекта, обусловленное пониманием
причиненного вреда. Она является важным элементом правового
и нравственного самосознания личности. Как социальный
феномен вина имеет две стороны: внутреннюю — психическую,
и внешнюю — символическую. В первом случае она означает
переживание человеком своего действия или его результатов,
во втором — реакцию на проступок: соболезнование,
сопереживание, стремление исправить то, что вызвало переживание
вины.
Вина неразрывно связана с проступком или
преступлением, но субъект не всегда готов их осознать. Зачастую он
пытается переложить вину на другого, найти причины вины
вне себя. Поэтому вину следует рассматривать с двух точек
зрения: оценочного знания и переживания самого субъекта
и оценочного знания и переживания других субъектов.
Например, по мнению большевиков, революция 1917 г.— это
закономерное следствие развития России начала XX века.
И своей вины в октябрьских событиях они не видят. Их
оппоненты убеждены, что в октябре 1917 г. произошел переворот,
принесший России неисчислимые бедствия, и обвиняют боль-

24.3. Ответственность и вина
255
шевиков в красном терроре, разрушении производительных
сил, гибели русской культуры и т.д.
Вина осознается человеком психологически и нравственно,
но с точки зрения права ее устанавливает только суд. Очень
важно знать и учитывать субъективные условия, причины вины,
а они всегда индивидуальны и своеобразны. Внешне
правонарушение может быть налицо, но необходимо понять
внутреннее состояние подсудимого, его интересы, мотивы, волю.
Виновность или невиновность обвиняемого скрывается в его
правосознании и определяется мотивами и целями, которые
вызвали к жизни запрещенное действие. И. А. Ильин очень
точно подметил, что человек виновен в том случае, когда его
воля, создавшая правонарушение, попирает цель права, его
сущность1.
Завершая рассмотрение проблем свободы и
ответственности, нельзя не отметить такой момент: свобода не может быть
ни безответственной, ни беспредельной. Мысль о том, что
индивид сам лучше других может позаботиться о своих
интересах и поэтому ему необходимо предоставить максимальную
свободу, спорна, ибо человек не всегда способен оценить свои
способности и возможности.
Общество и государство, установив конкретные и четкие
нормы морали и права, защищают человека от необдуманных
поступков его самого, других лиц и т.п. Кроме того, как образно
заметил Э. Фромм, человеку характерно «бегство от свободы».
Человек не всегда стремится к свободе и склонен к
избавлению от нее в ряде случаев: когда у него отсутствуют средства
существования, в случае обеспечения себе безопасности. Такие
люди склонны выбирать жизнь без свободы, но и без риска.
В истории России был период, когда только вмешательство
государства и установление новых законов прекратило массовое
закабаление людей. В этом случае государственное право и
законы стали предпосылкой расширения социальной и
индивидуальной свободы. Так что соотношение свободы и права может
быть различным в зависимости от конкретных исторических
ситуаций и в разных культурах.
Безусловно одно: право не может быть основано только
на идее свободной воли человека, а должно быть соотнесено
с нравственными ценностями, традицией и культурой
общества.
1 См.: Ильин И. А. О сущности правосознания // Ильин И. А. Соч. :
в 10 т. Т. 4. М., 1994. С. 225.

256 Глава 24. Право как свобода и ответственность
Литература
1. Афанасьев, Ю. Свобода и ответственность. Традиция
самовластия сегодня / Ю. Афанасьев.— М., 2001.
2. Бердяев, Н. А. О рабстве и свободе человека //
Бердяев, Н. А. Царство Духа и царство Кесаря. — М., 1995.
3. Берлин, И. Философия свободы. Европа / И. Берлин.—М.,
2001.
4. Гегель, Г. Философия права / Г. Гегель. — М., 1990.
5. Ильин, И. А. О сущности правосознания / /И. А. Ильин.
Соч. : в 10 т. Т. 4. — М., 1994.
6. Камю, А. Избранное / А. Камю. — М., 1989. С. 345—425.
7. Кант, И. Критика практического разума / И. Кант.—СПб.,
1995.
8. Кьеркегор, С. Наслаждение и долг / С. Кьеркегор. — Киев,
1994.
9. Левицкий, С.А. Свобода и ответственность / С.А.
Левицкий.—M., 2003.
10. Лосскии, Н. О. Свобода воли и марксистский
детерминизм / Н. О. Лосскии. — М., 1991.
11. Нерсесянц, В. С. Философия права / В. С. Нерсесянц. — М.,
2008.
12. О свободе. Антология западноевропейской классической
либеральной мысли. — М., 1995.
13. Сартр, Ж.-П. Экзистенциализм это гуманизм // Сартр, Ж.-П.
Сумерки богов.— М., 1989.
14. Семитко, А. П. Развитие правовой культуры как правовой
процесс / А. П. Семитко. — Екатеринбург, 1996.
15. Франк, С. Л. Реальность и человек / С. Л. Франк.— М., 1997.
16. Фридмен, М. О свободе / М. Фридмен, Ф. Хайдек.— М.,
2003.
17. Фромм, Э. Бегство от свободы / Э. Фромм. — М., 1990.
Контрольные вопросы и задания
1. Какие аспекты свободы выделяют при рассмотрении ее
сущности?
2. Как H.A. Бердяев определял соотношение рабства и
свободы человека?
3. В чем заключается ответственность как свойство
творчества и свободы?

Контрольные вопросы и задания 257
4. Что такое степень и мера свободы?
5. Каково соотношение ответственности и вины?
6. Как ответственность связана с развитостью сознания и
самосознания социального субъекта?
7. Какова роль права в обретении социальным субъектом
свободы и ответственности?

Глава 25
ПРАВО КАК СПРАВЕДЛИВОСТЬ
И РАВЕНСТВО
25.1. Природа и сущность справедливости
Термин «справедливость» происходит от древнегреческого
слова «месть». На ранней стадии развития общества
существовало естественное право обязательного возмездия за деяние,
наносящее вред племени, т.е. «право мести». Однако у мести нет
меры, одна месть порождает другую, другая — третью и так
до полного истребления рода (если речь идет об убийстве).
Поэтому справедливость выступала «мерой мести»,
устанавливаемой общественным мнением.
Проблема справедливости всегда интересовала философов.
В буддийском учении о карме справедливость рассматривалась
как судьба, как неминуемое воздаяние за совершенное в
прошлой и настоящей жизнях. Демокрит под справедливостью
понимает «правоту», «законное дело», «исполнение долга».
Античные философы связывали справедливость с высокими
моральными качествами человека. Известны их высказывания,
ставшие афоризмами: «Доступный подкупу никогда не может
быть справедлив»; «Только та любовь справедлива, которая
стремится к прекрасному, не причиняя обид» и др.
Большое внимание проблеме справедливости уделял Платон,
особенно после неправедного суда над его учителем Сократом.
В «Диалогах» он дает такое определение: «Справедливость —
умиротворенность души в самой себе и упорядоченность частей
души и как друг по отношению к другу, так и в целом;
распределительная способность, уделяющая каждому свое по достоинству;
способность, благодаря которой тот, кто ею обладает,
предпочтительно избирает кажущееся ему справедливым; способность
подчиняться в жизни закону; равенство в общежитии; способность

25.1. Природа и сущность справедливости 259
повиноваться правильным законам»1. А в «Государстве» Платон
связывает справедливость с идеей блага, ибо через него
постигается полезность справедливости, которая сама является благом.
Платон очень тонко подметил, что справедливость — не нечто
существующее само по себе, а отношение, возникшее в результате
договора о том, чтобы «люди не вредили друг другу и не
терпели вреда». Если закон способствует взаимному общению, то он
будет иметь справедливую природу, считал философ.
Аристотель много писал о справедливости как о качественной
характеристике социальных феноменов — справедливом
равенстве, справедливом законе, справедливом правосудии и др.
Со времен Аристотеля выделяют два вида справедливости:
распределительная и уравнительная. Принцип
распределительной справедливости заключается в делении общих благ по
достоинству, соразмерно и пропорционально вкладу того или
иного члена общества. Возможно как равное, так и неравное
наделение соответствующими благами. Критерий
уравновешивающей справедливости — арифметическое равенство. Сфера
применения этого принципа — область гражданско-правовых
сделок, возмещение ущерба и наказание.
Эпикур отмечал диалектику относительного и
абсолютного в справедливости. Он указывал, что с изменением
обстоятельств меняется и полезность определенных отношений
между людьми — они (отношения) из справедливых могут
стать несправедливыми.
Дж. Локк в работе «Два трактата о государственном
правлении» изложил свою концепцию естественного права и
общественного договора. Он различал справедливость как договор,
подчинение закону и как достижение гармонии между
личными и общественными интересами.
И. Кант в «Метафизике нравов» заметил, что, «если исчезнет
справедливость, жизнь на земле уже не будет иметь никакой
цены». Он также отмечал, что ничто не возмущает нас больше,
чем несправедливость; все другие виды зла, которые нам
приходится терпеть, ничто по сравнению с ней2.
И. Кант делал акцент на различии этической и правовой
справедливости. Он приводил такой пример. «Тот, кто, участвуя
на равных паях в торговой компании, сделал больше других,
но при этом из-за несчастных случаев потерял больше, чем
другие члены компании, может по справедливости требовать
от компании больше, чем равную часть. Однако по истинному
1 Платон. Диалоги. М., 1986. С. 428.
2 Кант И. Соч.: в 6 т. Т. 2. С. 201.

260 Глава 25. Право как справедливость и равенство
(строгому) праву, поскольку — если представить себе в этом
случае судью — судья не имеет точных данных (data), чтобы
решить, сколько полагается этому лицу по контракту, ему бы
отказали в удовлетворении его требования»1. Исходя из
различий этической и правовой сторон взаимоотношений
людей, Кант делает вывод: «суд справедливости» содержит в себе
противоречие и состоит как бы из двух судов — «суда совести»,
относящегося к этической справедливости, и «суда права»,
выражающего правовую справедливость.
Г. Гегель отмечал близость правовой и этической
справедливости, наглядно выраженной в воспитании ребенка. Чтобы
у детей не развивались нескромность и дерзость, нужна
дисциплина и даже наказание. Однако наказание должно принять
форму справедливости, органически связанную с «собственной
субъективностью» (самосознанием ребенка).
Правовая и этическая справедливость взаимосвязаны
не только на индивидуальном, но и на социальном уровне.
Так, Г. Гегель подчеркивал, что справедливость составляет нечто
великое в гражданском обществе: хорошие законы
(справедливые) ведут к процветанию государства, а общественное
мнение содержит в себе вечные субстанциональные принципы
справедливости 2.
В ХГХ в. проблема справедливости была в центре внимания
многих мыслителей — от Этьена Кабе (1788—1856) и Роберта
Оуэна (1771—1858) до Луи Блана (1811—1882) и Карла
Маркса (1818—1883).
Французский философ Пьер Жозеф Прудон (1809—1865)
считал «справедливость» основным понятием
нравственности. События Великой французской революции подтолкнули
его придать справедливости значение равноправия. Уже в
раннем сочинении «Что такое собственность» Прудон
отождествлял справедливость и равноправие, ссылаясь на определение
древних мыслителей: justum aequale est, injustum inaequale —
«справедливо то, что равно, несправедливо неравное». В работе
«О справедливости в церкви и в Революции» он отмечал, что
первым признаком справедливости и ее началом служат
чувство собственного достоинства человека, взаимное уважение,
гармония общественных интересов с интересами личности.
К. Маркс и Ф. Энгельс в трактовке понятия
«справедливость» исходили из материалистического понимания истории.
Они рассматривали социальную справедливость как сложное
1 Кант И. Критика практического разума. СПб., 1995. С. 288.
2 См.: Гегель Г. Философия права. М, 1990. С. 264.

25.1. Природа и сущность справедливости 261
нравственное, социально-экономическое, правовое и
политическое явление. Их интересовала проблема зависимости
справедливости от развития общественного бытия и общественного
сознания, они усматривали в справедливости и идеал, и
реальность. К сожалению, практика социалистического
строительства исказила марксистское понимание справедливости,
подменив равноправие уравниловкой, которая неизбежно привела
к падению инициативы, снижению активности людей.
В настоящее время широкое распространение получили
либеральные концепции справедливости. Так, американский
философ Дж. Роулс в книге «Теория справедливости»
называет два содержательных принципа справедливости: 1) каждое
лицо должно обладать равными с другими правами на более
широкую свободу; 2) социальное и экономическое неравенство
должно быть открытым для всех на условиях честного
равенства возможностей.
Роулс подчеркивает, что справедливость фиксирует в
первую очередь реальное положение личности в обществе,
свидетельствует о невозможности нормальной жизни в обществе без
удовлетворения элементарных экономических, политических,
духовных, правовых потребностей его членов, без охраны их
прав и свобод.
В современной философской мысли общепризнаны
следующие свойства справедливости:
— справедливость не бывает однозначной. Связанная с
различными общественными отношениями (экономическими,
социальными, политическими, нравственными, правовыми),
она меняет содержание не только в разные исторические эпохи,
но и в рамках одного исторического периода. Поэтому оценка
различных общественных явлений в качестве «справедливых»
и «несправедливых» отражает экономические, политические,
социальные и других условия;
— важнейшие черты справедливости — равенство,
пропорциональность, бескорыстие, доброжелательность,
объективность, самокритичность — раскрываются при оценке тех
или иных явлений действительности;
— справедливость проявляется в формах общественных
отношений. Они содержат требования соответствия
социальной роли различных индивидов, социальных групп их
социальному положению; соответствия прав и обязанностей;
деяний и воздаяний; труда и вознаграждения; преступления
и наказания и т.д.;
— справедливость как реальность существует лишь в
действиях социального субъекта. Без субъекта у общественных

262 Глава 25. Право как справедливость и равенство
явлений нет свойства «справедливости», оно проявляется лишь
в отношениях «субъект-субъект» или «субъект-общественный
институт». В зависимости от того, в какие отношения с
человеком вступают государство, классы, социальные группы,
церковь и другие социальные институты, возникает их оценка как
«справедливых» и «несправедливых»;
— содержание справедливости как реальности выступает
в трех основных аспектах: меры воздаяния, меры требования
и правомерности оценки.
Как мера воздаяния справедливость неоднозначна, и в
каждую историческую эпоху имеет специфическое содержание.
Коренная проблема социальной справедливости и суть социального
характера воздаяния в современную эпоху—избавление
человека от эксплуатации и угнетения, обеспечение ему свободы.
Нравственное воздаяние представляет собой оценку поведения
личности с точки зрения добра и зла, поощрения и наказания.
Правовое воздаяние — справедливость с точки зрения
правосудия (суждения по праву), равного правового подхода ко всем.
Как мера требования справедливость выступает
регулятором взаимоотношений людей, общностей, личности и
государства, личности и общества. Например, если человек не выполняет
обязанностей перед обществом, то он творит несправедливость.
Не случайно считается, что справедливо поступает не тот, кто
действует сообразно справедливости по отношению к себе, а тот,
кто поступает так по отношению к другим людям.
Справедливость как правомерная оценка означает
соизмеримость идеала (должного) с сущим как мерой воздаяния
и мерой требования.
Таким образом, сущность феномена справедливости
раскрывается через его философско-правовую трактовку. Эта
трактовка учитывает объективные экономические, социальные,
политические, правовые, нравственные отношения личности
и других социальных субъектов как равноправных,
достойных, автономных. Справедливость как философско-правовая
категория отражает сложность общественных связей личности
и дает характеристику самой личности как самодостаточному
существу.
Каковы же отличительные критерии справедливости
и несправедливости? Чтобы их определить, выделим основные
онтологические и гносеологические признаки справедливости,
отличающие ее от других социальных явлений.
В онтологическом плане справедливость существует как
субъектно-субъектное отношение, отношение между людьми,
социальными субъектами, т.е. как общественное отношение.

25.1. Природа и сущность справедливости 263
Специфика этого отношения выражается в том, что оно может
быть межличностным или индивидуальным, но в любом
случае — субъектно-субъектным, возникающим между
социальными субъектами.
Другой признак, органично связанный с первым,
заключается в том, что справедливость расценивается как отношение,
одинаковое для всех субъектов или, что одно и то же, является
отношением равноправия субъектов в конкретных идентичных
условиях. Социальная справедливость — это не единичное,
случайное отношение, а массовое, одинаковое для каждого
социального субъекта в равной мере, без исключений.
Социальная справедливость характеризует положение
личности в обществе, обеспеченное социально-нравственными
и правовыми гарантиями человеческого и гражданского
достоинства, заслуженными материальными и духовными
благами — политическими правами, поощрениями и т.д.
В гносеологическом плане справедливость — понятие,
категория, отражающая определенное состояние данного
отношения, соответствие реальных отношений подлинно
равноправным отношениям субъектов. Это понятие по природе
и функциональной роли является аксиологическим, т.е.
оценочным. Оно фиксирует, в каком отношении человек находится
к производству, распределению и потреблению материальных
благ, каково его положение в социальной группе, насколько
его интересы учтены в законах и т.п.
С позиции такого гносеолого-аксиологического подхода
о справедливости можно говорить в широком и узком смыслах.
В широком смысле понятие «справедливость» отражает
общественное отношение, в котором выражается сравнение
должного в человеческой жизнедеятельности и сущего, того, что есть
в действительности. Например, когда в обществе
недооценивается труд врача, ученого, учителя, а возводится в абсолют труд
банкира, бизнесмена, чиновника, то это означает отсутствие
социальной справедливости, ибо не соблюдается равенство
между трудом и вознаграждением, нарушена оценка
соответствия социальной значимости труда и равенства. В узком
смысле «справедливость» выражает меру соответствия различных
событий, явлений, поступков ценностям определенных
социальных групп — этнических, классовых, профессиональных,
возрастных и даже криминальных1.
1 В преступной среде термин «справедливость» не употребляется.
Справедливыми считаются такие действия, которые, например,
соответствуют «понятиям» криминального сообщества.

264 Глава 25. Право как справедливость и равенство
Таким образом, философско-правовое видение
справедливости включает: 1) равенство всех в одинаковом действии
в одинаковых условиях; 2) взаимосвязь содеянного и
расплаты; 3) равновесие между утратой и приобретением
(справедливый обмен).
Правовая справедливость — это отношения между
деянием и воздаянием в рамках закона. Правовая справедливость
претендует на объективные решения. Два аспекта
справедливости (содержательный и формальный) отражают две стороны
проблемы справедливости в праве — критерия оценки
справедливости или несправедливости закона и его применения в
конкретных делах. Но независимо от того, одобряем ли мы
содержательную концепцию справедливости, на которой базируется
закон, мы можем и должны рассматривать правовую систему
с точки зрения формальной справедливости. Суть формальной
справедливости заключается в последовательном (то есть
беспристрастном, объективном) применении правил как
безусловных минимальных требований морали по отношению к праву.
Именно на этом делает акцент правовой позитивизм.
Идея справедливости ассоциируется в первую очередь с
законом как нравственная идея, выражающая необходимость
противодействия всему, что причиняет вред и страдание
другому человеку. Главное, что требуется — это уважение прав
и достоинства человека.
25.2. Справедливость как правовое
равенство
Самое простое содержание принципа справедливости
заключается в требовании соблюдения равенства. Эта связь
справедливости и равенства нашла отражение в одной из первых
известных формулировок правила справедливости. Оно фик-
сируюет отношения взаимного воздаяния, закрепленного в
институте правовой мести: «Поступай по отношению к другим
так, как они поступают по отношению к тебе».
Благодаря социальной функции справедливость — это
требование реализации должного как неотъемлемого права
человека. Стремление людей улучшить жизнь всегда связывается
с совершенствованием общества на «справедливых началах»,
которыми выступают государство и право. Именно право
воспринимается человеком (осознанно или интуитивно) как «спра-

25.2. Справедливость как правовое равенство 265
ведливость через равенство». Этот образ нашел отражение
в изображении Фемиды: повязка на глазах богини
правосудия — символ беспристрастия, а весы — символ объективного
суждения о справедливости.
Латинское слово «justitia», означающее «справедливость»,
применительно к правовым отношениям трактуется как
«правосудие», т.е. справедливое решение спора в соответствии с
правом. В юриспруденции следовать праву и действовать
справедливо — это одно и то же. В основу правового, справедливого
равноправия положен принцип естественного права: то, что
признается справедливым для себя, должно признаваться
справедливым по отношению к другому лицу. Римский юрист Уль-
пиан (ок. 170—228), сторонник естественного права, в Диге-
стах (части Кодификации Юстиниана) придал этому принципу
правовую форму: «Магистрат или лицо, занимающее должность,
облаченную властью, установив какое-либо новое правовое
положение по делу против другого лица, должен применить
то же правовое положение, если его противник предъявит
требование...».
Правовая справедливость выступает как фиксированный
законом регулятор экономической, политической,
религиозной, нравственной, социальной и других форм
справедливости, другими словами, это справедливость справедливостей.
В. С. Нерсесянц отмечает, что внеправовые формы
справедливости лишены объективной оценки и подвержены
«субъективизму, релятивизму, произвольному усмотрению и частному
выбору (индивидуальному, групповому, коллективному,
классовому, партийному и т.д.)»1. Именно правовая справедливость
выступает как средство обеспечения всеобщих и равных прав,
исключая привилегии и неравенство людей перед законом
во всех сферах и любых ситуациях.
В самом общем виде равенство — философская категория,
отражающая отношение между явлениями, объектами и
субъектами, которое означает их одинаковость, взаимное
соответствие в данном отношении и в данных условиях. Г. Гегель
подчеркивал, что категория «равенство» отражает тождество,
которое возникает как количественное единство в отношении
различия. Понятие не из легких... И Гегель конкретизирует его
в работе «Наука логики», где определяет равенство как
«внешнее единство», как «принцип аналитического тождества».
Можно говорить о равенстве и как об эквивалентности, если
речь идет о количественной характеристике силы, величине,
1 Нерсесянц В. С. Философия права. М., 1998. С. 30.

266 Глава 25. Право как справедливость и равенство
весе и т.п. Равенство — математическое тождество, например,
2 + 2 = 4. Когда же речь идет о социальном равенстве, то, как
уже отмечалось, обязательно следует учитывать оценочный,
т.е. аксиологический характер этого понятия.
В обществе феномен равенства всегда связан с
жизнедеятельностью человека. По мере исторического развития
представление о равенстве менялось от равного дележа
материальных благ до равенства в правах и обязанностях. Г. Гегель
в «Философии права» убедительно доказал, что деление
имущества на равные части (уравниловка) не ведет к равенству,
для его установления нужны иные основания. «Когда
утверждают,— рассуждал Гегель,— что собственность должна быть
равной, то нелепость этого легко показать на последствиях
такого равенства. Например, если имущество оценить и разделить
на равные части. Но равное станет неравным, так как индивиды
не только различны по отношению друг к другу как личности,
но их способность приумножать собственность тоже
неодинакова»1. Именно так и произошло в России после «ваучеризации»
населения. Всем дали по ваучеру, а распоряжаются бывшей
народной (точнее, государственной) собственностью и получают
доходы немногие.
Равенство нельзя подменять уравниловкой, оно означает
одинаковые права и обязанности в любых общественных
отношениях: экономических, социальных, нравственных,
политических, религиозных, экологических и др. Равенство должно
быть справедливым: то, что есть право для одного, должно быть
правом и для другого, и то, что есть обязанность для одного,
должно быть обязанностью и для другого. К сожалению, пока
приходится сталкиваться с ситуацией, когда, как говорили
древние, «что дозволено Юпитеру, то не дозволено быку»...
В общественной жизни равенство как справедливость
зачастую сложно не только отразить в законе, но даже понять.
Например, «равенство» между услугой и наградой, преступлением
и наказанием. Ведь весы правосудия есть лишь у Фемиды!
Эта проблема занимала мыслителей еще в древности. Уже
в «Илиаде» содержится много примеров соответствия услуг и
наград. Например, если Ахилл смягчит свой гнев, то Агамемнон
даст «десять таланов золота, двадцать лоханей блестящих, семь
треножников новых, не бывших в огне, и двенадцать коней
могучих». То есть в человеческих услужно-наградных отношениях
ищется эквивалент, который подчеркивает важность услуги:
не один конь, а двенадцать, не два треножника, а семь...
1 Гегель Г Философия права. М., 1990. С. 400.

25.2. Справедливость как правовое равенство 267
Питирим Сорокин, исследуя проблему «равной» меры в
отношениях «услуга-награда», «преступление-наказание»,
отмечает важную роль так называемой шаблонизации меры,
установления нормы в поиске «равенства как
справедливости». «В каждой постоянной социальной группе с течением
времени устанавливается определенный курс преступлений
и услуг, т.е. устанавливается вполне определенное наказание
за опредаленное.преступление (подчеркнуто нами. — Г. И., В.Л.)
и определенная награда за определенную услугу... За
каждый акт, например, за повреждение носа, ушей, зубов, глаза,
ноги, руки, пальца, — на все устанавливается определенная
цена — карательный прейскурант. Уголовно-правовые
кодексы, в частности, и представляют не что иное, как подобный
карательный прейскурант. В них одна часть статьи указывает
определенный акт, а другая часть — карательное
«вознаграждение» за него... » *.
Шаблонизация как равенство относится ко всей
человеческой жизнедеятельности. Например, чтобы получить звание
профессора, нужно совершить ряд действий: писать научные
работы, читать лекции, иметь аспирантов, получить ученую
степень доктора наук. Чтобы стать министром, требуются знания,
опыт и авторитет в определенной профессиональной области,
организаторские способности и другие качества. В рыночных
отношениях равенство измеряется другой ценностью —
деньгами.
Гегель считал, что наказание преступника само по себе
справедливо как «право, положенное в самом преступнике». Ведь
закон всеобщ, а поэтому преступник подводится законом под
свое право. Гегель писал: «В том, что наказание
рассматривается как содержащее его [преступника] собственное право,
преступник почитается как разумное существо. Эта честь не будет
ему воздана, если понятие и мерило (подчеркнуто нами.—Г. И.,
В. Л.) его наказания не будут взяты из самого его деяния...»2.
Гегель в этом выводе исходил из общего подхода к
справедливости как к конкретному явлению, требующему
содержательного решения вопроса.
Даже с обыденной точки зрения справедливость всегда
требует поиска «равенства», эквивалента, выступает как
этическое представление о соразмерности проступка и возмездия,
услуги и награды. И уже только потом справедливость
нуждается в правовой защите. Более того, достичь в жизни справед-
1 Сорокин П. Человек. Цивилизация. Общество. М., 1992. С. 114.
2 Гегель Г. Философия права. М., 1990. С. 148.

268 Глава 25. Право как справедливость и равенство
ливого равенства, добиться торжества справедливости можно
лишь через право.
Связь справедливости и равенства уточняется Дж. Ролзом,
который рассматривает справедливость как принцип
социальной организации. Ролз определяет его через понятие не только
равенства, но и неравенства. Справедливость выступает, таким
образом, мерой равенства и неравенства социальных субъектов.
Так, люди, чтобы быть равными, должны иметь одинаковые
права, закрепленные законом. Они должны быть равны при
распределении ценностей при равных условиях. Однако справедливым
будет и неравенство, если оно дает преимущество каждому.
Например, человек, который имеет профессию, получает зарплату
большую, чем тот, который профессии не имеет. Однако когда
он освоит профессию, его зарплата будет повышена.
Соответственно определение справедливости, данное
Дж. Ролзом, распадается на два принципа: 1) каждый
человек должен обладать равным правом в отношении наиболее
обширной системы равных основных свобод, совместимой
с подобными свободами для остальных людей; 2) социальные
и экономические неравенства должны быть организованы
таким образом, чтобы: а) от них можно было разумно ожидать
преимуществ для всех; и б) доступ к положениям и должностям
был открыт всем.
Литература
1. Аристотель. Соч. : в 4 т. Т. 4. Предметный указатель /
Аристотель.— М., 1984.
2. Бербешкина, З.А. Справедливость / З.А. Бербешкина.—
М., 1983.
3. Гегель, Г. Философия права / Г. Гегель.— М., 1990.
4. Калькой, И. И. Философия права / И. И. Кальной. — М.,
2011.
5. Кант, И. Критика практического разума/ И. Кант.—СПб.,
1995.
6. Кашников, Б. Н. Марксизм как радикальная критика
либеральной справедливости // Вопросы философии.—2005. —
№6.— С. 37^*9.
7. Кропоткин, П. А. Этика / П. А. Кропоткин.— М., 1991.
8. Ленин, В. И. Государство и революция // Ленин, В. И. Поли,
собр. соч. Т. 33.

Контрольные вопросы и задания 269
9. Мальцев, Г. В. Социальная справедливость и право /
Г. В. Мальцев. —М., 1977.
10. Нерсесянц, В. С. Философия права / В. С. Нерсесянц. — М.,
2008.
11. Платон. Диалоги / Платон.— М., 1989.
12. Прудон, П.-Ж. Что такое собственность / П.-Ж. Прудон. —
2-е изд. — М., 1919.
13. Сорокин, П. Человек. Цивилизация. Общество / П.
Сорокин.—М., 1992.
14. Энгельс, Ф. Анти-Дюринг // Маркс К., Энгельс Ф. Соч.—
2-е изд. Т. 20.
Контрольные вопросы и задания
1. В чем заключается онтологическое и аксиологическое
содержание понятия «равенство»?
2. Сравните содержание понятий «равенство» и
«уравниловка».
3. Чем «суд совести» отличается от «суда права»?
4. Перечислите основные признаки (черты)
справедливости.
5. Что является критерием справедливости?
6. Что такое правовое равенство?
7. Дайте характеристику справедливости как равенству.

Глава 26
ЦЕННОСТНЫЕ УСТАНОВКИ
И ЦЕННОСТНЫЕ ОРИЕНТАЦИИ
В ПРАВОВОЙ РЕАЛЬНОСТИ
В условиях мировых глобалистических процессов, когда
происходит кардинальная переоценка ценностей, наблюдается
глубочайшая трансформация взаимодействия правовых
ценностных установок и правовых ценностных ориентации.
Это проявляется в цивилизационном сдвиге, связанным
с территориальным правовым пространством (дети и
родители все чаще живут в разных странах, по принципу «живу там,
где хочу»).
В то же время самоиндентификация большинства индивидов
современного мира не ограничивается территориальной
идентичностью или «пространством закрепленного места» (принцип
диаспоры) и поэтому мигрирующий человек нуждается в
узаконении его прав и обязанностей. Особую роль эти проблемы
приобретают в связи с тенденцией все большего объединения
Европы, с усилением ценностей политики и демократии, с
акцентированием на ценности справедливости (экономической,
политической, социальной справедливости) на фоне специфически-
«глобалистической» несправедливости.
26.1. Сущность и взаимосвязь ценностных
правовых установок и ориентации
Материальные и духовные вещи и явления, наполняющие
жизненный мир человека, различаются по роли и значимости
для человека. Как уже отмечалось, вещи и процессы, которые
имеют значение для людей в культурном, общественном или

26.1. Сущность и взаимосвязь ценностных правовых установок... 271
личностном отношениях, называются ценностями1. Особое
место среди них занимают правовые ценности.
В самом общем виде под правовыми ценностями
понимаются свойства (признаки) права, существенно значимые для
людей. К ним, прежде всего, относятся неотъемлемые атрибуты
права — свобода, равенство, справедливость и его функции —
регулятивная, социализирующая и др. Правовые ценности
выражены юридическими нормативными актами, правосознанием
социального субъекта, его поступками, значимыми для самого
субъекта и для других субъектов.
В основе ценностей лежат правовые ценностные отношения
между социальными субъектами. В ходе (и в результате)
правоотношений между людьми возникают правовые требования,
формируются социально значимые нормы и идеалы. Действие,
отвечающее правовым требованиям, нормам и идеалам,
является законным и выступает как ценность для субъекта
деятельности и для общества. В процессе отношений, возникающих
не к любому правовому процессу или явлению, а лишь к тому,
которое имеет индивидуальную или социальную значимость,
формируются ценностная правовая оценка и ценностная
правовая ориентация.
Ценностная правовая оценка — суждение о значении
для людей или для отдельного человека правового события,
правовой нормы, правового идеала. Важно подчеркнуть, что
правовое суждение, а, следовательно, и оценка, могут быть как
верными, так и неверными. Оценочное суждение имеет
существенные отличия от познавательного суждения.
Во-первых, в оценке, в оценочном суждении доля
субъективного выше, нежели в познавательном суждении. Это
следует, прежде всего, из того, что в процессе познания человек
стремится свести субъективное к минимуму, ему важно познать
предмет таким, как он есть. В оценочном суждении цель
другая — определить значимость данного правового события для
оценивающего, поэтому суждение окрашивается
субъективными переживаниями. Скажем, для познавательного суждения
Беловежский сговор о развале СССР — это решение первых
лиц РСФСР, УССР и БССР о независимости союзных республик.
А для оценочного суждения — это преступление, повлекшее
за собой неисчислимые бедствия, это незаконный акт,
подписанный вопреки воле народа о сохранении СССР, выраженной
на всенародном референдуме.
См.: гл. 1, разд. IV настоящего учебника.

272 Глава 26. ...установки и... ориентации в правовой реальности
Во-вторых, любое оценочное суждение (правовое в
особенности) предполагает наличие нормы-эталона, с которой
сравнивается оцениваемый акт, событие. Различие
познавательного и оценочного суждения заключается в том, что
любое явление, любую «вещь-в-себе» можно познать, но не любое
явление или событие можно признать ценностью. Ведь кроме
ценностей существует много событий, актов, поступков,
которые являются антиценностями (убийство, например) или
безразличны для человека.
В-третьих, оценка обычно сопровождается паралингви-
стическим кодом передачи информации, содержащим
скрытое или открытое отношение к событию, правовому акту —
восторг, осуждение, предвкушение и т.п. Так, познавательное
суждение «Земля круглая, как яйцо» фиксирует факт подобия
формы Земли и формы яйца и не несет паралингвистической
нагрузки, а оценочное суждение «У Ивана голова, как яйцо»
может иметь несколько подтекстов — умный, лысый,
некрасивый.
Право как ценность требует в первую очередь
восприятия своего практического назначения. Именно поэтому очень
важным для социального субъекта является его ценностная
правовая ориентация.
Ценностная правовая ориентация — личностное
предпочтение правовых идеалов и поступков, личностная
направленность на мир правовых ценностей, построение их
индивидуальной иерархии, включение их в цели и мотивы
деятельности. Ценностные правовые ориентации, с одной
стороны, зависят от многих факторов — жизненных условий,
образования, воспитания, эмпирического опыта и т.д. С
другой стороны, они не всегда связаны лишь с индивидуальным
опытом, так как не только детерминируются самим
субъектом, но и выступают объектом воспитания,
манипулирования, индоктринации.
Ценностная правовая установка — направленное
воздействие социальной группы, класса, партии, государства на
формирование правовых ориентации личности, масс. В этом
воздействии ведущее место занимает правовая норма. Она содержит
ценностную установку, выражаемую в двух функциях:
отражение действительности и регулирование деятельности.
Результатом воздействия нормы может быть как пресечение
нежелательных актов, так и развитие определенных желательных
тенденций в поведении людей. Следовательно, норма не только

26.1. Сущность и взаимосвязь ценностных правовых установок.. 273
формирует ценностную правовую установку, но и превращает
желательное и идеальное «как надо» в реальное и массовое
«как есть».
Современное общество не существует вне ценностных
политико-правовых установок государства. Принятый
закон всегда выступает как уже определенная правовая
ценностная установка. Дело в том, что волеизъявление власти,
как правило, имеет кланово-классовый характер. История
и современная практика показывают, что зачастую право
означает «волю господствующего класса, возведенную в
закон». Этот тезис подтверждается тем, что право по
ценностному содержанию проявляет себя неодинаково при разных
политических режимах — консервативном, либеральном,
авторитарном, тоталитарном и демократическом. В
условиях подлинной демократии правовые ценностные ориентации
большинства населения и правовые государственные
установки совпадают, закон превращает в общеобязательный
регулятор общественных отношений волю не отдельного класса
(клана, элиты), а народа. Правовые ценностные ориентации
социальных субъектов и правовые ценностные установки
совпадают, когда законодатели создают законы,
соответствующие характеру, традициям, менталитету, интересам народа,
исторической эпохе и задачам, которые она выдвигает. Если
закон для человека органичен, помогает ему реализовывать
права и свободы, то его установочная ценностная функция
максимально совпадает с правовыми ценностными ориен-
тациями личности.
Единство правовых ценностных установок и правовых
ценностных ориентации проявляется также в совпадении цели
и результата правовой деятельности, требований правовых
актов и их практического выполнения. Когда цель и результат
не совпадают, тем более когда они вступают в противоречие,
возникает рассогласование правовых ценностных установок
государства и правовых ценностных ориентации социальных
субъектов. Практика правоисполнения в современной
России показывает, что многие из законов, принятых в 90-х годы,
не «работают» именно потому, что они оказались чуждыми
большинству населения. Не приходится ожидать совпадения
ценностных установок и ценностных ориентации, когда
государство провозглашает благородные цели, направленные на то,
чтобы было «как лучше» большинству граждан, но на практике
лучше становится тем, кому и так неплохо, а для остальных
сохраняется ситуация «как всегда».

274 Глава26. ...установки и... ориентации в правовой реальности
26.2. Правовые ценностные установки
как фактор формирования активности
социальных субъектов
На социальную активность личности влияет правовая
реальность, так как она — выражение и реализация интересов людей.
Еще К. Гельвеций в работе «Об уме» заметил: «Если
физический мир подчинен закону движения, то мир духовный не менее
подчинен закону интереса. На земле интерес есть всесильный
волшебник, изменяющий на глазах всех существ вид всякого
предмета»1. Столь высокая оценка роли интересов в
жизнедеятельности человека подтверждена общественно-исторической
практикой, в частности правовой практикой. Она убедительно
свидетельствует о том, что роль правовых интересов тем
значительнее, чем правильнее и точнее они выражают объективные
возможности и чем шире эти интересы распространены и
глубже осознаны массами. Творческая сила правового интереса
заключается в объективном выражении назревшей общественной
возможности в правотворческой деятельности и поддержке в
народе. Интересы, превратившиеся в содержание воли народных
масс, класса, становятся неодолимой исторической тенденцией.
Если такие интересы отражаются в законах государства, они
усиливают социальную активность граждан.
Интерес, лежащий в основе жизнедеятельности человека,
предстает как направленность на его самоутверждение и
выражает потребность субъекта. Если правовая ценностная
установка ориентирована на эти потребности и интересы, то она
содействует внутренней активности социального субъекта,
творческому отношению к действительности2.
Следовательно, можно утверждать, что правовой интерес
социального субъекта связан с направленностью на
удовлетворение его правовых потребностей и выступает стимулятором
человеческой активности в правовой сфере. Кроме того, он
всегда нацелен на реализацию правовых возможностей
социального субъекта. Механизм их реализации включает критическую
оценку ценностной правовой установки, принятие решения
об изменении правовой реальности или отдельных ее сторон
и претворение принятого решения в действительность.
1 Гельвеций К. А. Об уме // Соч. в 2-х томах. М., 1974. Т. 1.
С. 186—187.
2 См. : Ханипов А. Г. Интересы как форма общественных отношений.
Новосибирск, 1987. С. 36.

26.2. ...фактор формирования активности социальных субъектов 275
Формируются две стороны правового интереса: интерес
к правовому самоутверждению и интерес к возможности
изменения правовой реальности в результате исторического
творчества. В результате правового самоутверждения социального
субъекта происходит его индивидуальное развитие, а в
результате реализации правовых возможностей (как исторического
творчества) изменяется правовая реальность.
Следует отметить, что правовая ценностная установка
не всегда несет в себе возможности реализации обеих сторон
правового интереса. Правовой интерес не может быть
реализован там, где ценностные установки подменены ложными
ценностями или не являются правовыми. Такая ситуация свойствена
авторитарным и тоталитарным режимам, когда устанавливается
полный (тотальный) контроль над всеми сферами жизни
личности и общества, в том числе и над творчеством (т.е.
творчество как свобода самовыражения отсутствует).
Известно, что социальный мир включает множество
различных интересов, связанных с отношением человека к
определенным и разнообразным потребностям. Социальные субъекты
постоянно творят, воспроизводят эти отношения, сотрудничая
или вступая в противоборство друг с другом. На основе
отношений как осознанной потребности формируются интересы,
различные по степени конфронтационности (длительности,
устойчивости, близости к человеку).
Носителями социально значимых интересов выступают
общности людей (нации, религиозные конфессии, классы,
профессиональные группы, политические партии и др.), устремления
которых порой не только не совпадают, но и носят
противоположный характер. Такие диспозиционные интересы порождают
противоречия между правовыми ценностными установками
и ценностными ориентациями различных общностей и внутри
одной общности. Эти противоречия находят выражение в дис-
позиционных отношениях второго порядка.
Как и отношения сотрудничества, диспозиционные
отношения вызывают усиление активности людей, но активности
специфической: ее можно назвать активностью-несогласием,
активностью-противоборством, активностью-противодействием
существующим правовым ценностным установкам. Как
правило, в современном обществе она принимает политический
характер и политические формы.
Таким образом, проблема соотношения ценностных
ориентации и ценностных установок имеет большое теоретическое
и практическое значение. По их жизненности,
взаимосогласованности и поддержке обществом можно судить о жизненности

276 Глава 26. ...установки и... ориентации в правовой реальности
права в этом обществе. Более того, анализ правовых ценностных
установок и их согласованности с правовыми ценностными ори-
ентациями позволяет прогнозировать направленность
социальной активности людей. Если правовые нормы (ценностные
установки) способствуют гуманизации общественных отношений,
совпадают с интересами людей, их ценностными ориентациями,
они не только активно поддерживаются, но и культивируются,
«осваиваются» обществом как общеобязательные.
26.3. Законный интерес как правовая
ценность
Деятельность людей — это, прежде всего, деятельность
человека, направленная на реализацию своих потребностей
и интересов. Среди них имеются интересы главные, или
«первичные»: те, которые обеспечивают человеку условия,
необходимые для жизнедеятельности его самого и его семьи. Это
потребности в пище, одежде, жилище, образовании,
здравоохранении, безопасности. Существует большой круг
потребностей и связанных с ними интересов, которые выражают
самоорганизацию человека: общение в самых различных формах,
которыми богат жизненный мир человека; служение другим
людям, обществу; творчество и мир творчества.
Практическая деятельность людей предстает в
следующих формах: 1) материально-производственная
деятельность; 2) социальная и духовная деятельность; 3) эксперимент.
Материально-производственная деятельность людей — это
изменение людьми материальных, экономических отношений,
производительных сил. Социальная деятельность направлена
на развитие, совершенствование социальных отношений
(индивидуальных, межиндивидуальных, надындивидуальных). К этой
форме практической деятельности относится законодательная,
правоприменительная, правоохранительная деятельность.
Эксперимент как форма практики позволяет понять то
новое, которое важно для человеческой жизнедеятельности.
Практическая деятельность — это соответствующее
поведение участников правоотношений во всех сферах жизни
общества и структурах жизненного мира человека. Потребности
и интересы, вызывающие к жизни правоотношения, — это
первопричина возникновения, формирования, развития
совокупности экономических, социальных, культурных и иных факто-

26.3. Законный интерес как правовая ценность 277
ров, обслуживающих объективную необходимость правового
регулирования тех или иных общественных отношений.
Однако одних общих предпосылок недостаточно, чтобы в
конкретных условиях эффективно действовали правовые отношения.
Для этого еще нужны и формально-юридические отношения.
В ряду правовых норм и юридических фактов к ним относится (как
реальных жизненных обстоятельств) правосубъективность.
Феномен правосубъективности является юридически
непосредственным выражением связи интересов человека
(личности) — государства-общества; человека (работника) —
работодателя. Как неотъемлемое свойство любого правоотношения
правосубъективность носит объектно-субъектный характер.
Ее нельзя рассматривать как результат взаимодействия
индивидуальной воли участников правоотношения, как
взаимодействие государственной воли с индивидуальной, как продукт
классово-волевого воздействия на общественные отношения,
так как правоотношения опосредуют, прежде всего,
типичные, объективные необходимые взаимосвязи социальных
субъектов. Субъектами выступают носители определенных
социальных ролей: не гражданин Иванов и гражданин
Сидоров, а кредитор и должник; следователь и подозреваемый;
истец и ответчик. Учитывая это, говорить о правоотношении
как индивидуальной связи между лицами можно лишь с
большой долей условности. Проблема правосубъективности — это
проблема законного интереса, которая связана с отношением
юридической нормы и правоотношения, права и закона через
интересы, закрепленные в праве и юридических законах.
Сами по себе нтэрмы, законы не способны создать
общественные отношения. Подход юридического позитивизма к
проблеме правовой субъективности прост: нормы права
регулируют поведение людей, и результатом этого регулирования
является возникновение правоотношений. Однако нельзя
сказать, что отношения, например, между кредитором и
должником порождаются в данном государстве порядком взыскания
долгов. Этот объективно существующий порядок обеспечивает,
гарантирует, но отнюдь не порождает отношения. Генетически
и логически правоотношения предшествуют закону, а не
служат его реализацией. Закон (государство через закон)
посредством адекватного отражения сложившихся правоотношений
(например, кредитор-должник) придает им необходимое для
реализации официальное обязательное и конкретизированное
выражение, определяя его как законный интерес.
Законный интерес в качестве неотъемлемого свойства
правосубъективности предстает как ценностная правовая установ-

278 Глава26. ...установки и... ориентации в правовой реальности
ка и как ценностная правовая ориентация. Не всякий закон
содержит правовой элемент, т.е. защищает определенную меру
свободы и равенства субъектов, не всякое законоотношение
есть правоотношение, но нет права вне закона, нет
правоотношения вне государственного признания.
В связи с тем, что в политически организованном
обществе право не может существовать вне государственного
признания, понятие «законный интерес» приобретает
субъективный характер. Государственное признание и законодательное
санкционирование не может обойти то, что является самым
главным в жизнедеятельности людей — их интересы. Именно
из-за столкновения интересов государство обращается к
понятию «законный интерес». Законный интерес дает возможность
проводить политику укрепления государства и использовать
его как инструмент согласования интересов посредством
права и юридических законов.
Законный интерес как правовая ценность — это
юридическое отражение взаимосогласования сторон правоотношения
на основе норм права.
Сегодня правоприменительная практика в России
показывает, что причины, от которых зависит объективный характер
содержания законного интереса, надо искать в характере
взаимоотношений (соотношения сил) между политикой, властью
и гражданским обществом. В 2006 году это было
продемонстрировано конфликтом между жителями поселка Южное
Бутово (окраина г. Москвы) и московскими властями, членами
Общественной Палаты и Мэрией г. Москвы.
Законный интерес как правовая ценность выражает
направленность субъективных прав и юридических обязанностей двух
сторон правоотношений и государственной правовой нормы.
Известно, что объектом правового отношения является то, ради
чего возникает правоотношение. Под понятие объекта попадает
возможность владеть, пользоваться, распоряжаться, вести себя
определенным образом, претендовать на действия других, т.е. то,
что в юридической науке называется субъективным правом.
Осуществление данного права обеспечивает обязанность
со стороны государства организовывать нормальное
функционирование правоотношений.
В этой обязанности проявляется интерес государства,
который оно рассматривает как законный интерес. В юридической
литературе существуют две основные концепции трактовки
объекта правоотношения — монистическая и
плюралистическая, в каждой из которых предлагается свой взгляд на
правовые ценности.

Контрольные вопросы и задания 279
Литература
1. Аристотель. Никомахова этика //Аристотель. Соч. :
в 4 томах. Т. 4. — М., 1984. С. 53—294.
2. Дробницкий, О. Г. Понятие морали / О. Г. Дробницкий. —
М., 1974.
3. Гегель, Г Философия права / Г. Гегель. — М., 1990.
4. Гельвеций, К. А. Об уме // Гельвеций К. А. Соч. : в 2 т. Т. 1. —
М., 1974.
5. Кант, И. Критика практического разума / И. Кант.—СПб.,
1995.
6. Ницше, Ф. Человеческое, слишком человеческое //
Ницше, Ф. Соч. : в 2 т. Т. 1. — М., 1990.
7. Платон. Гиппий меньший. Определения //Платон.
Диалоги.—М., 1986.
8. Проблема ценностного подхода в праве: традиции и
обновления.— М. : Норма, 1996.
9. Философский энциклопедический словарь. Статьи:
«Ценностей теория», «Ценности», «Ценностные ориентации».—
М., 1989. —С. 763—765.
10. Ханипов, А. Г Интересы как форма общественных
отношений / А. Г. Ханипов.— Новосибирск, 1987.
Контрольные вопросы и задания
1. Дайте определение понятиям «ценность», «оценка»,
«ценностные ориентации».
2. Чем оценочное правовое суждение отличается от
познавательного правового суждения?
3. Какое значение играют правовые ценностные ориентации
в жизни социальных субъектов?
4. Что такое «правовая ценностная установка»?
5. Поясните, как взаимодействуют правовые ценностные
ориентации и правовые ценностные установки.
6. Как правовые ценностные установки обусловливают
социальную активность личности?
7. Что такое законный интерес как правовая ценность?

РАЗДЕЛ V
Познание правовой
реальности и правовая
деятельность.
Гносеологические
и праксиологические
проблемы

Философия права как научная дисциплина и система знаний
является отражением правовой реальности, одновременно
служит методологическим инструментом ее познания и
преобразования. Эти возможности имеют принципиальное значение для
жизнедеятельности человека. Они позволяют ответить на
вопросы: можно ли верно, точно познать правовую реальность,
правовые события? Что необходимо делать для
совершенствования правого аспекта жизненного мира человека? А
поскольку вся юридическая система призвана устанавливать истину
и обеспечивать правопорядок, то становится очевидным, что
без фундаментальных мировоззренческих и методологических
основ, разрабатываемых философией права, решение таких
задач весьма проблематично.
Рассмотрению этого аспекта философско-правовой мысли
и посвящен данный раздел. Объединение в одном разделе
научных подходов гносеологии (теории познания) и
праксиологии (учения о практике) не случайно. Их единство вытекает
из функции практики как критерия истинности знаний,
кроме того, — из единства познавательной и преобразовательной
деятельности человека. Ведь человек познает окружающий
мир не для забавы или развлечения, а для улучшения условий
жизни.

Глава 27
ФИЛОСОФИЯ ПРАВА
КАК МЕТОДОЛОГИЯ ПОЗНАНИЯ
И ПРЕОБРАЗОВАНИЯ
ПРАВОВОЙ РЕАЛЬНОСТИ
27.1. Границы и возможности
познания правовой реальности
на уровне обыденного сознания
Как гласит народная мудрость, век живи — век учись. В ней
зафиксирована простая, но принципиально важная сторона
жизнедеятельности человека: он познает мир на протяжении своей
жизни, от рождения до смерти. Но что может познать человек? Что
ему дано познать? Как происходит познание? Эти и другие
вопросы стояли перед человечеством уже на заре его существования.
Демокрит под знанием понимал совокупность
«истекающих» от предметов эйдосов, вызывающих ощущения,
благодаря которым и происходит познание. Платон утверждал, что
познание — это припоминание душой того, что она видела
в мире идей, Ф. Бэкон считал самым достоверным
источником познания опыт, а Дж. Локк — ощущения. Д. Юм подвергал
сомнению саму возможность познания, а И. Кант допускал
возможность познания на уровне явления, но сущность
считал непознаваемой. Ф. Энгельс рассматривал познание как
диалектический процесс отражения человеком объективного
мира в форме идеальных образов, В. И. Ленин — как
последовательный переход «от живого созерцания к абстрактному
мышлению и от него к практике»1. Постструктуралисты разделяют
1 Ленин В. И. Материализм и эмпириокритицизм / В. И. Ленин. Поли,
собр. соч. Т. 29. С. 152.

284 Глава 27. Философия права как методология познания...
познание на научное, ненаучное и вненаучное, а
постпозитивисты — на обыденно-практическое и научное.
Таким образом, прослеживается две основные линии
осмысления этой неновой для философов проблемы. Первая связана
с выяснением вопроса о самой возможности познания
реальности и находит выражение в противоборстве когнитивистов
(признающих познаваемость мира) и агностиков (отрицающих
или ограничивающих такую возможность). Вторая исходит
из предпочтения чувственного (сенсуалисты, иррационали-
сты) или дорационального способа познания правовой
реальности. Кроме того, категорию «познание» как философскую
категорию весьма сложно понять и объяснить, ибо, с одной
стороны, весьма сложен и специфичен сам объект познания.
С другой стороны — познание зависит и от субъекта этого
процесса, в том числе не только от его интересов, но и от психики,
физиологии, высшей нервной деятельности и других еще
малоизученных свойств человека.
Не является исключением познание правовой реальности.
Возможности ее познания обусловлены общими
социокультурными условиями, уровнем цивилизованности «системно-
правового» мира и развитостью самосознания человека как
правового существа. Раз правовая реальность — это
взаимодействие в жизненном мире человека повседневной
реальности и системного мира, то границы познания правовой
реальности совпадают с границами познания жизненного мира
человека.
Познание правовой реальности в первую очередь связано
с жизнедеятельностью человека во всех многообразных
формах. Эти формы образуют единую систему жизненного мира.
Они с необходимостью вооружают человека жизненным
опытом, заставляя ориентироваться в этих формах
(приспосабливаться либо изменять).
Границы процесса познания правовой реальности, таким
образом, очерчены потребностями и интересами человека.
Это сказываться, во-первых, на его активном участии в тех или
иных системах, структурах жизненного мира; во-вторых, на его
отношении к усвоению, познанию правовых норм; в-третьих,
на оценках правовой реальности. Так, например, человек,
получивший медицинское образование и овладевший
профессией врача, познает структуры жизненного мира и общества,
которые дают возможность реализовать его профессиональные
возможности, находясь в правовом пространстве. В случае его
выхода за пределы этого пространства (использование,
например, наркотических средств не по назначению), его личный

27.1. Границы и возможности познания правовой реальности... 285
интерес к обогащению любыми средствами вступает в
противоречие с законным интересом.
Границы познания правовой реальности социальным
субъектом обусловливают не только объект отражения, но формы
и способы этого отражения, определяющие функции,
социальное назначение познаваемого правового явления. Так, формы
отражения человеком правой реальности — это понятия и
представления о правовых нормах, своих обязанностях и правах,
ценностно-нормативные оценки.
Способами отражения являются правосознание,
правоприменительная практика. Формы и способы познания правовой
реальности — важнейшие условия познания. Дело в том, что
познание правовой реальности сопровождается усвоением
человеком правовых норм, их воздействием на его
деятельность и образ жизни. Правосознание человека — это усвоение
человеком правовых норм как определенных идеалов, норм
долженствования, необходимых в общении с другими
людьми, государством; выбор своего поведения, не выходящего
за рамки действующих юридических законов. Поэтому
граница познания правовой реальности определяется развитостью
индивидуального и общественного правосознания. Ведь роль
правосознания в процессе исполнения правовых норм состоит
в том, что оно не только обеспечивает их целесообразное
применение, но и помогает понять в каждом отдельном случае,
в зависимости от конкретных ситуаций проблемы нарушения
права, правовой и социальной ответственности личности;
понять опасность того или иного лица для общества,
правомерность и неправомерность поведения граждан.
Другой важнейшей границей познания правовой
реальности является развитость институциализации общества.
Познание правовой реальности определяется тем, как
организовано регулирование социального поведения индивидов, их
больших и малых групп. Любое общество — это взаимодействие
интересов, установок, различной направленности целей, воль,
которыми необходимо управлять. И это управление в первую
очередь невозможно без системы норм и институтов,
установленных в обществе. Такая институциализация общественной
жизни является действенной, если она поддерживается
народом как демократическая.
В свою очередь знание институциализированной системы
ценностей происходит в результате развития человеческой
культуры и является ее наиважнейшей частью. Путь от поступка,
суждения о нем как конкретном факте в ряду других поступков
к принятию, исполнению нормы очень сложен. На уровне обы-

286 Глава 27. Философия права как методология познания...
денного сознания это познание связано, как правило, с
традициями, повторяющимися поступками и действиями,
отражающими потребности и интересы индивида. Поэтому человек
по-разному относится к своим правам и обязанностям: он,
с одной стороны, интегрирован в традиционные нормы,
постоянно исполняемые всем его окружением (с детства), с
другой стороны, преследует свои интересы. Усваивает те, которые
входят в его собственный опыт, связанный с этими интересами,
а другие плохо знает, а то не знает вообще. Поэтому развитие
правовой культуры в системе общей культуры общества
способствует сдвигу в познании человеком правовой реальности,
ориентации в ней. Кроме того, такое развитие в определенном
смысле является границей этого познания. Под правовой
культурой мы понимаем определенный уровень правового сознания
(понятий, представлений, восприятий, чувств, воли), а также
надлежащую степень знания людьми законов и высокий
уровень признания норм права, их авторитета. Ценность
правовой культуры для познания человеком правовой реальности
основана на следующих моментах.
1. Она расширяет границы и возможность познания от
повседневных рамок жизни людей до системного мира.
2. Она представляет собой огромный массив
правомерного поведения.
3. Она становится основанием своего рода правового
категорического императива, ибо в ней содержится категорический
нравственный императив.
Согласно И. А. Ильину познание правоотношений на уровне
обыденного сознания требует обоснованности права.
В условиях же высокой духовной культуры общества право
обосновывается в единстве законодательной и
правоприменительной практики.
27.2. Сущность и структура правовой
деятельности
Понятие «деятельность» обрело статус философской
категории уже в философии Аристотеля. Потом оно стало широко
использоваться в исследовании любых социальных феноменов.
И это не случайно. Во-первых, категория «деятельность»
располагает особыми методологическими возможностями. Как
справедливо отмечал Э. Г. Юдин, «в современном познании,

27.2. Сущность и структура правовой деятельности 287
особенно гуманитарном, понятие деятельность играет
ключевую, методологически центральную роль, поскольку с его
помощью дается универсальная характеристика
человеческого мира»1. Во-вторых, большие эвристические возможности
свойственны и деятельностной парадигме. Ее суть заключается
в признании любого социального образования или процесса
исходной аксиомой деятельности людей. Деятельность в данном
случае — способ существования общества. «В обществе любые
формы бытия, начиная от общественных отношений и кончая
теоретическим воспроизведением объекта, могут существовать
единственно возможным способом — через деятельность людей
и в их деятельности» — таков один из вариантов формулировки
деятельностной парадигмы2.
В обобщенном виде использование деятельностного
подхода позволяет, по мнению В. Ж. Келле, найти путь к
объяснению того, почему люди формируют (делают) действительность
именно так, а не иначе, т.е. открыть законы и детерминанты
действительности 3.
Деятельность — это специфически человеческая форма
активного отношения субъекта к окружающему миру и к себе.
По сущности она представляет собой способ взаимодействия
человека со средой в целях создания необходимых условий
для его существования и развития. А по содержанию это
целенаправленный процесс — совокупность действий субъекта
по удовлетворению своих потребностей и интересов.
Соответственно правовую деятельность можно определить
как активное отношение субъекта к системному миру, как
способ взаимосвязи социального субъекта и правовой
действительности в целях создания правовых условий существования.
При рассмотрении деятельностной парадигмы в рамках
правовой сферы можно утверждать, что:
— деятельность — это способ существования правовой
действительности, она исходный пункт и результат правовой
сферы общества. Вне деятельности правовые отношения,
правовое сознание, право как таковое не существуют и
существовать не могут;
1 Юдин Э. Г. Системный подход и принцип деятельности. М., 1978.
С. 226.
2 Марксистско-ленинская теория исторического процесса //
Исторический процесс: действительность, материальная основа, первичное
и вторичное. М, 1981. С. 193.
3 См.: Деятельность: теории, методология, проблемы.М., 1990.
С. 106.

288 Глава 27. Философия права как методология познания...
— правовая действительность относится к сфере
реальности, в которой наличествует человек, личность как деятельное
существо;
— различным состояниям правовой действительности
соответствуют специфические типы, формы и виды правовой
деятельности;
— правовая действительность — это целостная система
отношений, которые могут иметь горизонтальную
расчлененность и вертикальную иерархию.
Последний аспект деятельностной парадигмы
свидетельствует о том, что правовая деятельность является системно-
организованным процессом. Имея определенные функции,
она располагает соответствующей структурой. Более того,
функционирование правовой системы оптимально, когда она
располагает оптимальной структурой. Вот почему
исследование структуры правовой деятельности принципиально важно
для философии права.
В правовой деятельности можно выделить несколько
структур по различным основаниям. Для философско-правового
осмысления наиболее значимыми представляются следующие.
Процессуальная структура описывает (при помощи
соответствующих средств и определенными способом)
правовую деятельность как процесс воздействия субъекта на объект
для достижения целеполагавшегося результата. Она состоит
из нескольких основных элементов: субъекта, объекта, цели,
результата и последствия.
Субъект правовой деятельности — общество в целом, его
устойчивые объединения и институты: нации, классы,
религиозные конфессии, государство, семья, коллективы, личность. В
современных условиях непосредственным субъектом правовой
деятельности является правовая организация государства.
Под объектом любой деятельности понимается то, на что
(кого) она направлена. Если субъектом правовой
деятельности выступает правовая организация государства, ее объект —
правовые отношения, формирующие правовую реальность.
Еще один важный структурный элемент правовой
деятельности — цель, т.е. идеальный образ желаемого результата. Как
правило, она закрепляется в основополагающих
государственных правовых документах — конституции, концепции
национальной безопасности и др.
Цель достигается при помощи определенных средств и
способов. В правовой деятельности к средствам относятся, прежде
всего, законы, законодательные и правоохранительные
органы, правовые идеологические институты. Способов правовой

27.2. Сущность и структура правовой деятельности 289
деятельности много — каждый субъект использует свои, это
может быть и общенародный референдум, и арест
преступника, и заседание суда.
Цель, реализованная при помощи средств и способов, дает
результат правовой деятельности. Однако, как уже отмечалось,
следует иметь в виду, что цель и результат не всегда совпадают.
Итог, который получился, но не целеполагался, называется
последствиями. Причем в некоторых случаях последствие столь
существенно, что результат теряет смысл.
Видовая структура правовой деятельности может быть
представлена как труд, общение и игра1.
Труд обладает следующими характеристиками:
продуктивность — ее результатом является право как необходимое
условие человеческой жизнедеятельности; созидательность —
правовая деятельность созидает правовое общество,
правового человека, правовые отношения, правовое сознание и другие
правовые феномены; производительность — так как
правовая деятельность «производит» услуги обществу и обладает
собственными технологиями, она осуществляется на основе
определенных знаний, умений.
Общение подразумевает обмен информацией,
деятельностью, опытом, умениями, навыками и результатами
деятельности2.
Игра, как отмечает Й. Хейзинга, всегда была присуща
правовой деятельности. Моменты игры мы обнаруживаем в
принципе состязательности сторон (обвинения и защиты), в хитрости,
обмане, внезапности, свойственных раскрытию (или
совершению) преступления.
Во временной структуре правовой деятельности
различают две формы — актуальную и аккумулятивную.
Актуальная правовая деятельность — это та, которая
осуществляется в настоящее время. Ее важнейшая особенность
заключается в процессуальности, т.е. пребывании в состоянии
становления, незавершенности. Процессуальность фиксируется
в процессуальном праве, строго регламентированном
временными параметрами. Так, в уголовном процессе законом
установлено время для совершения тех или иных процессуальных
действий. В арбитражном процессе сроки процессуальных
действий определены точными календарными датами или
отрезком времени, а также указанием последующего события3.
1 См.: Демин В. М. Природа деятельности. М., 1984.
2 См.: Философский энциклопедический словарь.М., 1983. С. 447.
3 См.: Юридическая энциклопедия.М., 1997. С. 374.

290 Глава 27. Философия права как методология познания...
Конечно, временной интервал, обозначенный понятием
«актуальный», имеет относительный характер.
Аккумулятивная правовая деятельность представляет
собой результат актуальной деятельности. Аккумулятивность
(накопительность) в правовой деятельности означает, что
прошлое служит необходимым основанием настоящего и
будущего. Феномен накопительной деятельности открыл К. Маркс.
В IV томе «Капитала», анализируя структуру общественного
труда, он обращает внимание на необходимость различать
«труд, выполняемый в настоящее время» и «прошлый труд»1.
Поэтому об аккумулятивной деятельности можно говорить как
об итоге актуальной правовой деятельности.
Аккумулятивность проявляется в том, что современные
юридические законы только тогда соответствуют
«требованиям времени», когда они унаследовали все ценное из
прошлого, что «работает» на настоящее. Кроме того, люди не
свободны в выборе правовых отношений, сложившихся в обществе.
Каждое новое поколение получает эти отношения уже
готовыми, но именно они служат базой для последующего развития
и совершенствования. Наконец, аккумулятивность правовой
деятельности выражается в ее опредмечивании в виде
институтов права — власти, суда, полиции, прокуратуры,
адвокатуры и т.д.
Правовая деятельность имеет две формы — теоретическую
и практическую.
Основная задача теоретической правовой
деятельности — получение (поиск) объективной правовой истины и
исследование правовой реальности для научного обоснования
принимаемых правовых решений.
К ней относится правотворческая (законодательная)
деятельность государства, научная деятельность исследовательских
правовых институтов и учреждений, деятельность
официальных органов толкования права.
Роль теоретической правовой деятельности чрезвычайно
важна. Правовые нормы и юридические законы должны быть
научно обоснованы, иметь объективные основания в
материальной и духовной жизни общества. Игнорирование научного
обоснования принимаемых законов, превалирование в
законотворчестве идеологии в ущерб науке приводят к парадоксальной
ситуации: государство законы принимает, но государство же
их не выполняет. Очевидно, результаты правовой теоретиче-
1 Маркс К. Капитал / Маркс К., Энгельс Ф. Соч. : 2-е изд. Т. 26.
С. 304.

27.3. Правовая деятельность и управление 291
ской деятельности будут эффективны, когда они реализуются
в практике, а не останутся маниловскими мечтаниями или, тем
более, будут попраны властью.
В практической правовой деятельности выделяют две
субформы: государственно-правовую процессуальную и
каждодневную человеческую, ограниченную юридическими
законами.
Конечно, в чистом виде ни теоретической, ни практической
деятельности не существует. Обе формы взаимопроникают
и переплетаются. Работа следователя, например, неизбежно
сопряжена и с аналитической деятельностью (теоретической
по сути), и с задержанием преступника (практической). Одна
из разновидностей теоретико-практической правовой
деятельности — организационно-управленческая деятельность.
27.3. Правовая деятельность и управление
На протяжении истории человечества одни правовые
системы сменяли другие, появлялись новые нормы, юридические
законы, права и обязанности людей, «перестраивались»
государственные правовые органы. Все это фрагменты
управленческой деятельности в правовой сфере.
Потребность в управлении следует из системной
природы общества, когда необходимо согласовывать, регулировать,
соподчинять различные элементы системы. Стихийные
механизмы управления возникают с появлением первых
общественных коллективов. Так, в примитивных племенах не
допускались близкородственные брачные связи, т.е. брачные
отношения стихийно регулировались — но не
специализированными субъектами управления, а всем родом как
социальным коллективом.
С развитием племенной организации формируются
социальные институты (обычаи, обряды, традиции, совет старейшин,
вожди), выполняющие управленческие функции. С появлением
государства и права возникает система управления правовой
сферой жизнедеятельности общества.
Управление — процесс целенаправленного
информационного и организационного воздействия субъекта управления
на объект с целью поддержания системы в оптимальном
состоянии, позволяющем ей успешно функционировать. В слож-
ноорганизованных социальных системах выделяют несколько

292 Глава 27. Философия права как методология познания...
разновидностей управления — стихийное и сознательное,
научное и эмпирическое.
Управление правовой сферой — процесс
целенаправленного информационного и организационного воздействия
органов, организаций и учреждений государства (субъект
управления) на правовые отношения граждан, их
объединений и организаций (объект управления) с целью обеспечения
правопорядка как базового условия оптимального
функционирования общества.
Любое управление — это деятельность. Она имеет общие
принципы, функции, алгоритмы осуществления. Вместе с тем
каждая сфера отличается спецификой: понятно, что в
экономике, политике, искусстве и в армии управление разное.
Специфика управленческой деятельности в правовой сфере
выражается, прежде всего, в ее функциях.
Основная из них — поддержание правопорядка.
Правопорядок, как уже отмечалось, обеспечивает устойчивость
социальной системы, предохраняет ее от хаоса, дезинтеграции,
разрушения. Поэтому деятельность правовой сферы в той или
иной мере направлена на создание, упрочение и поддержание
правопорядка.
Этой генеральной по сути функции подчинены другие
функции управленческой деятельности: планирование — процесс
постановки цели и определения последовательности, сроков,
средств и способов ее достижения; организация —
выполнение задач, распределение средств, порядок взаимодействия
между элементами; регулирование — перераспределение сил
и средств в ходе выполнения задач, корректировка принятых
ранее планов и поставленных задач; контроль — процесс
установления соответствия деятельности объекта управления
поставленным задачам и помощь в исправлении недостатков.
Алгоритм управленческого действия включает получение
или определение цели (задачи), анализ и оценку правовой
ситуации, принятие управленческого решения, постановку
задач подчиненным элементам правовой системы, контроль
над деятельностью подчиненных элементов по выполнению
поставленных задач.
Стержнем управления правовой сферой является власть,
выступающая в триединой форме — законодательной,
исполнительной и судебной. Она управляет по следующим
основным направлениям: рационализация правовой деятельности;
информационное обеспечение; прогнозирование и
моделирование правовой ситуации и необходимых форм и приемов
деятельности по ее удержанию или изменению.

27.3. Правовая деятельность и управление 293
Рационализация деятельности в правовой сфере — это
обоснование необходимости изменения (или сохранения
неизменной) правовой реальности на основе правовых программ,
норм, юридических законов в целях избежания структурных
и системных кризисов. Причем каждый класс, властный «клан»,
правящая элита стремятся рационализировать собственную
деятельность в соответствии со своими целями и интересами.
Нередко власть выдвигает цели, реализация которых
невозможна или нежелательна с точки зрения большинства граждан
государства. Политики и «придворные» юристы стремятся дать
правовое обеспечение таким целям (вспомним «ваучеризацию
всей страны»), однако принимаемые в этих случаях
юридические законы обычно нежизненны. Их декларативность,
ангажированность раздражает граждан и способствует усилению
социальной нестабильности.
Рационализация деятельности в сфере права напрямую
связана с отбором и усвоением информации о процессах и
явлениях, происходящих в правовой реальности, т.е. с
информационным обеспечением управления. Власть доводит до
сведения органов, организаций и граждан информацию о принятых
законах, указах, постановлениях, приказах, так как неполнота
сведений о целях и задачах властных органов затрудняет и даже
делает невозможным осуществление управленческого
процесса. Другое дело, что информация может дозироваться из-за ее
конфиденциальности или по идеологической причине. Однако
все тайное рано или поздно становится явным. Кроме того, как
уже отмечалось, результат не следует за целью автоматически,
а последствия как нецелеполагавшийся результат могут
дискредитировать и информационно обеспеченную цель.
Прогнозирование развития правовой ситуации
осуществляется специальными государственными учреждениями
(аналитическими центрами, научно-исследовательскими
институтами), партийными фракциями в парламенте, отдельными
депутатами. От точного прогноза во многом зависит
действенность практических мер. К сожалению, это направление
управленческой деятельности часто недооценивается. И тогда
принимаемые решения в лучшем случае соответствуют крылатой
для современной российской действительности фразе: «Хотели
как лучше, а получилось как всегда».
Управленческая деятельность имеет две основные формы —
научную и эмпирическую.
Научное управление правовой сферой — это
деятельность, опирающаяся на знание и использование объективных
законов общества как целостной системы и его элементов —

294 Глава 27. Философия права как методология познания...
права, экономики, политики, идеологии и др., в том числе и
закономерностей формирования жизненного мира человека.
Степень научности управления правовой сферой — это
соответствие требований объективных законов и объективной
правовой ситуации субъективным решениям, принимаемым
властью для обеспечения правопорядка.
Эмпирическое управление основывается на жизненном
опыте, здравом смысле, традициях, зачастую осуществляется
методом проб и ошибок и больше подвержено ситуативным
факторам.
Как и любая иная деятельность, управленческая деятельность
в правовой сфере может быть актуальной и аккумулятивной.
Актуальное управление, т.е. планирование, реализацию
и контроль ежедневной деятельности в сфере права
осуществляет Правительство Российской Федерации (например, надзор
прокураторы за исполнением законов, прав и свобод
человека федеральными министерствами и ведомствами,
координация прокуратурой деятельности правоохранительных органов
по борьбе с преступностью). В соответствии со статьей 114
Конституции Российской Федерации, оно наделено правом
принимать меры по обеспечению законности, прав и свобод
граждан, охране собственности и общественного порядка,
борьбе с преступностью.
Аккумулятивное управление — это система правовых
норм и юридических законов, сохраняющих преемственность
с ранее действовавшими нормами и законами и учитывающих
традиции, менталитет народа. Так, стремление прозападных
политиков и юристов «вестернизировать» правовую систему
России, возвести в культ индивидуализм наталкивается на пока
еще прочно удерживающийся коллективизм как ментальную
черту народов, населяющих нашу страну.
Правовая деятельность как разновидность социальной
деятельности характеризуется и общими с ней, и специфическими
чертами. По сути правовая деятельность — способ
существования права. Она имеет структуру, формы и служит
методологической основой для познания и преобразования правовой
ситуации в целях создания благоприятных условий для
жизнедеятельности человека.
Основные правовые цели общества реализуются благодаря
одной из разновидностей правовой реальности —
управленческой деятельности. От степени ее научности, научной
подготовки субъектов управления зависит формирование правового,
демократического, социально ориентированного государства
и правового человека.

Контрольные вопросы и задания 295
Литература
1. Буева, Л. Человек. Деятельность. Общение / Л. Буева.—
М., 1978.
2. Демин, В. М. Природа деятельности / В. М. Демин. — М.,
1984.
3. Деятельность: теории, методология, проблемы.— М.,
1990.
4. Каган, М. С. Человеческая деятельность / М. С. Каган. —
М., 1974.
5. Леонтьев, А. Я. Деятельность. Сознание. Личность / А. Н.
Леонтьев.— М., 1975.
6. Юдин, Э. Г. Системный подход и принцип
деятельности / Э. Г. Юдин. — М., 1978.
Контрольные вопросы и задания
1. Каковы фаницы процесса познания правовой реальности?
2. В чем заключается ценность правовой культуры?
3. Что такое правовая деятельность?
4. Каковы процессуальная и видовая структуры правовой
деятельности?
5. Каковы формы правовой деятельности?
6. Какие функции управленческой деятельности в правовой
сфере вы знаете?

Глава 28
ФИЛОСОФСКО-ПРАВОВАЯ
ЭПИСТЕМОЛОГИЯ
28.1. Специфика научного познания
правовой реальности
Познание правовой реальности происходит на двух
уровнях. Уже на ранних этапах развития общества существовало
обыденно-практическое познание, поставляющее
элементарные сведения об окружающем мире, о дозволенном и
недозволенном, табу, запретах и т.п. Такое познание предстает
как здравый смысл, первичное, преимущественно
эмоциональное обобщение чувственного опыта. Однако и на этом
уровне присутствуют элементы рациональности. Например,
законы государства деперсонифицируются,
воспринимаются как некая необходимая абстракция, как «закон вообще».
В то же время обыденно-практическое познание исходит из
повседневной реальности и, как правило, слабо ориентировано
в системном мире.
Теоретический уровень познания правовой реальности
связан со становлением системного мира, с процессом инсти-
туциализации повседневной реальности как нормирования
жизнедеятельности человека и общества с помощью различных
социальных институтов, в первую очередь государственных.
Причем для степени институциализированности общества
важно не количество институтов, а их развитость и
согласованность со свободой человека.
Теоретическое познание в современной философской
литературе чаще называют эпистемологией — учением о научном
познании. Можно говорить и о философско-правовой
эпистемологии, предметом которой является процесс научного
познания правовой реальности. В основе научного познания

28.1. Специфика научного познания правовой реальности 297
любой реальности лежит определенная методология1, а
потому и выделение правовой эпистемологии условно. Однако,
учитывая социальную значимость познания правовой
реальности, особую ответственность правотворческой и
правоприменительной систем за судьбы людей и отдельного человека,
мы считаем допустимым такое выделение.
Центральное место в правовой эпистемологии занимает
учение об истине. Его значимость вытекает не только из
познавательного интереса, который, скажем, проявлял Понтий Пилат,
допрашивая Иисуса Христа, но, прежде всего, из практических
потребностей установления истины для совершения правосудия.
Не повторяя общепринятые положения теории истины,
отметим лишь, что для познания правовой реальности в целом
и для правотворчества в особенности основополагающее
значение имеют принципы объективности и конкретности истины,
взаимосвязь абсолютной и относительной истин, соответствие
содержания понятий, суждений и умозаключений содержанию
самой правовой реальности, верифицируемости и фальсифи-
цируемости правовых концепций.
Однако вернемся к специфике объекта познания правовой
реальности, которая обусловливает специфику и самого
процесса познания. Главными особенностями познания правовой
реальности, на наш взгляд, являются следующие.
Во-первых, тесное переплетение познания с оценкой,
гносеологии с аксиологией. И это неслучайно, ибо правовая реальность
существует как бытие права, свободы, равенства, справедливости,
блага, которые вне оценки теряют смысл. Кроме того, познание
в юридической сфере и есть правовая оценка, т.е. результат
доказательства правосудности или неправосудности действия,
определение значения обстоятельств в совершенном правонарушении.
Во-вторых, правовая реальность познается сквозь призму
соотношения сущего и должного. Такой ракурс рассмотрения
обусловлен тем, что соответствие, согласованность сущего
и должного свидетельствует о наличии или отсутствии
самого права. Скажем, декларирование в сталинской
Конституции СССР гуманистического и справедливого должного вовсе
не означало их наличие в реальности. Поэтому для
научного познания правовой реальности важен учет соотношения
конкретно-эмпирического сущего с поставленными целями,
с идеалом, который провозглашается в норме закона. Без
знания степени согласованности сущего и должного и
возникающих между нормой и поступком противоречий невозможно
1 См.: Рузавин Г. И. Методология научного исследования. М., 1999.

298 Глава 28. Философско-правовая эпистемология
управлять правовыми процессами, регулировать необходимое
превращение должного в сущее.
В-третьих, для теоретического познания, прежде всего в
правотворчестве, особое значение имеет точность формулировок,
однозначность толкования правовых явлений, что достигается
не методом проб и ошибок, а твердой опорой на законы логики.
В-четвертых, при познании правовых явлений в сфере
правоприменения часто приходится иметь дело со стремлением
скрыть правду, затруднить поиск истины. Понятно, что
преодоление этих препятствий требует методологической и
эпистемологической вооруженности специалиста.
28.2. Правовая реальность и диалектическая
логика
При исследовании жизненного мира человека и правовой
реальности необходимо учитывать единство диалектической и
формальной логики. Это единство вытекает, прежде всего, из единства
природы и взаимосвязи явлений правовой реальности.
Как известно, формальная логика исследует постоянные,
устойчивые связи и явления, выраженные в понятиях,
суждениях и умозаключениях. Основные принципы формальной логики
требуют, чтобы рассуждения о предмете были определенными,
последовательными, непротиворечивыми и обоснованными.
Диалектическая логика, попытки разработать которую
предпринимаются уже длительное время1, исследует особые формы
и закономерности развития знаний с позиций конкретности,
объективности, причинности, всесторонности, историзма,
разделения единого на противоположности.
В области философии права диалектическая логика
позволяет познавать сущность и противоречивость, общее и
единичное, необходимое и случайное, причины и следствия,
многообразие связей в правовой реальности и жизненном мире.
Руководствуясь ее принципами, философско-правовая
эпистемология выделяет четыре группы закономерностей развития
жизненного мира человека и правовой реальности:
— закономерности непосредственного проявления
процесса развития, свойственные всем системам жизненного мира
человека;
1 См.: Ивлев Ю. В. Логика. М., 1992. С. 11.

28.2. Правовая реальность и диалектическая логика 299
— закономерности познания как оперативные приемы его
фиксации и систематизации;
— закономерности диалектики в процессе познания
правовой реальности;
— закономерности процесса социального познания, в том
числе и, прежде всего, познания правовой реальности.
К первой группе относятся закономерности, которые
выражают противоречивость процесса познания правовой
реальности, его аккумулятивность, качественные и количественные
изменения. В процессе познания мы можем изолировать одну
форму связей от другой, учитывать одни связи и игнорировать
другие. Однако в объективно-реальной действительности все
формы связей переплетаются и находятся в единстве.
Открытие в каждом правовом явлении и процессе общей
закономерности или тенденции развития дает возможность
обнаружить их связи с другими явлениями жизненного мира
человека, значит, глубже понять правовое явление.
Например, нормы гражданского и уголовного права имеют
общую основу — правовую реальность в ее сложности и
противоречивости. Правовая реальность обусловливает их единую
сущность и общую цель, т.е. и гражданское, и уголовное право
конкретного общества едины как феномены данной,
конкретной правовой реальности. Общие закономерности правовой
реальности позволяют выделить различия норм гражданского
и уголовного права. Так, гражданское право регулирует
имущественные отношения и связанные с ними личные отношения
(защита чести, достоинства, деловой репутации). А уголовное
право представляет собой совокупность юридических норм,
определяющих преступность и наказуемость деяний,
опасных для данной системы общественных отношений. И в том,
и в другом случае правовая реальность представлена общей
для данных отраслей права закономерностью —
нормативностью общественных отношений, следовательно, и принципы
познания в этих отраслях должны быть общими.
Вторая группа закономерностей демонстрирует
диалектику абстрактного и конкретного, исторического и логического
в познавательном процессе.
Юридическая оценка права, закона, правоотношений,
правовой культуры и в целом правовой реальности как явлений
правосудных и неправосудных, законных и незаконных получает
глубинное осмысление только на основе философско-правового
познания. Это объясняется тем, что именно философско-правовая
эпистемология исследует соотношение материального и
духовного, объективного и субъективного в жизненном мире человека.

300 Глава 28. Философско-правовая эпистемология
Очевидно, что осмысление правовых явлений невозможно
без понимания жизненного мира как общего, в котором
взаимодействуют повседневная реальность и системный мир, так как
сущность правовых явлений не лежит на поверхности. Чтобы
ее обнаружить, необходимо отвлечься от единичного,
случайного и найти общее, необходимое, закономерное.
Конечно, познавать правовые явления следует не только
через изучение общих закономерностей. Необходимо также
учитывать признаки, определяющие их специфику. Суд,
прокуратура, нотариат, например, являются по сути правовыми,
но каждый из них имеет свои функции, задачи,
предназначение, состав и т.д.
Третья группа закономерностей диалектической логики
позволяет судить о специфике их проявления при познании
правовой реальности. В общем виде эта специфика
наблюдается во взаимодействии должного (нормы) и сущего
(правопорядка), которое, как правило, выступает в трех аспектах:
— как степень адекватности (соответствия) идеального
должного, выраженного в форме императива, потребного сущему;
— как человеческая жизнедеятельность, представляющая
собой процесс реализации должного в сущее;
— как степень воплощения (или не воплощения)
должного в сущее.
Проблема должного и сущего, наиважнейшая как в
гносеологическом, так и в праксиологическом отношении, пока слабо
исследована и требует дальнейшей разработки.
Четвертая группа законов диалектической логики связана
со спецификой социального познания, к сфере которого
относится правовая реальность.
Известно, что социальное познание детерминируется
не только объектом, но и познающим субъектом. При
обращении к анализу правовой реальности неизбежно
обнаруживаются (и должны учитываться) социально-классовые,
национальные, профессиональные, половозрастные и другие
групповые интересы. Понятно, что интересы МУРа и
солнцевской преступной группировки абсолютно
противоположны, поэтому одно и то же событие познается и оценивается
с разных позиций. Для одних «вор в законе» — авторитет, для
других — бандит, который, в соответствии с кредо Жеглова,
«должен сидеть в тюрьме». Специфика познания социальных
явлений была подмечена еще Т. Гоббсом, утверждавшим, что
«если бы геометрические аксиомы затрагивали интересы
людей, то они бы опровергались».
Диалектическая логика позволяет в процессе познания
правовой реальности обнаруживать и учитывать гуманиста-

28.3. Проблема метода в философии права 301
ческие и антигуманистические, социальные и асоциальные,
альтруистические и эгоистические ориентации конкретных
групп и индивидов.
28.3. Проблема метода в философии права
Методологическая роль философии права заключается,
прежде всего, в том, что она не только исследует,
разрабатывает методы, применяемые в правовой сфере, но и вооружает
специальные юридические и другие науки.
Современная методология понимает под методом
совокупность приемов, способов, алгоритмов достижения
поставленной цели. По степени общности различаются философские
методы (некоторые авторы называют их методами-подходами),
общенаучные методы (методы-приемы) и специальные
методы конкретных наук. Понятно, что философия права не дает
рекомендации по поводу конкретной деятельности — как
проводить обыск, организовывать засаду, задержать
вооруженного преступника и т.п. Ее уровень — предельно общие методы,
в частности исторический, диалектический, метафизический,
логический, феноменологический, системный, деятельност-
ный, герменевтический.
Исторический метод подразумевает рассмотрение
правовой реальности как взаимосвязи прошлого, настоящего и
будущего, выяснение динамики какого-либо правового феномена
по мере развития человечества, смены исторических эпох.
Важность этого метода в том, что он «удерживает» исследователя
от излишнего абстрагирования, дает возможность уяснить
прошлое как предпосылку и обязательное условие для познания
сути настоящего и построения моделей будущего1.
Диалектический метод требует руководствоваться
следующими основными принципами: объективности —
рассматривать правовую реальность таковой, какая она есть
на самом деле, а не какой хотелось бы ее видеть;
всесторонности — подходить к изучению правовой реальности с
максимально возможных позиций, учитывая как можно больше связей
и зависимостей, а среди этого множества выделять главные,
определяющие; развития — исследовать правовую реальность
не как застывшую данность, а как процесс.
1 См.: Французова Н. П. Исторический метод в научном познании.
М., 1972.

302 Глава 28. Философско-пуавовая эпистемология
Основные законы диалектики, выполняя методологическую
функцию, ориентируют исследователя правовой реальности
на необходимость:
а) выявления противоречий правовой реальности, прежде
всего между повседневной реальностью и системным миром
человека;
б) сочетания количественного и качественного подхода
при анализе динамики правовой ситуации в обществе,
поиска меры как качественно-количественной определенности
и фиксации момента перехода правовой реальности из одного
состояния в другое;
в) выявления и опоры на «новое», активного отрицания
«старого» с сохранением положительного, что может быть
использовано для совершенствования правопорядка; различения
«нового» и «псевдонового», когда «старое» маскируется под
«новое», пытаясь продлить свое существование.
Так называемые неосновные законы диалектики позволяют
исследователю или законодателю обнаружить или обеспечить
единство содержания и формы правовых феноменов, не
допустить формализма (доминирование формы над содержанием);
выявить подлинные причины изменения правовой реальности
и предвидеть следствия, различить причины, повод и предлог
происходящих изменений; увидеть за внешними
проявлениями сущность правовой ситуации; понять, что единичные
факты не существуют изолированно от общего состояния, а общее
проявляет себя только через единичное, что случайные события,
накапливаясь, неизбежно ведут к закономерному, а в каждой
закономерности присутствует элемент случайности и т.д.
В то же время следует подчеркнуть, что применение
диалектического метода (как, впрочем, и любого другого)
автоматически не ведет к успеху. Он не может все объяснить и дает
лишь один из способов объяснения. Более того, преувеличение,
гипертрофирование возможностей диалектического метода
оборачивается релятивизмом.
Метафизический метод также широко используется в
познании правовой реальности. Особенно он эффективен там,
где нужно «остановить», «зафиксировать» процесс изменения
в определенной точке пространства или времени. Такая
потребность возникает при исследовании отдельных элементов
правовой реальности, при классификации, систематизации
правовых событий, когда необходимо отвлечься от некоторых
реальных связей, использовать только количественные или
только качественные характеристики.
Однако преувеличение возможностей этого метода
ведет к догматизму, т.е. к рассмотрению правовой реальности

28.3. Проблема метода в философии права 303
как неизменной, раз и навсегда данной. Но это вовсе не
свидетельствует об ущербности или неполноценности метода, как
его иногда характеризуют, следуя марксистской традиции.
Феноменологический метод позволяет рассматривать
правовую реальность с позиций жизненного мира, учитывая
внутреннее состояние, чувства человека.
С помощью системного метода правовую реальность
изучают как систему, состоящую из взаимодействующих элементов,
компонентов и подсистем.
Деятельностный метод ориентирует исследователя на то,
что правовая реальность не существует вне деятельности
человека, вне его активности, направленной на достижение
определенных целей.
Аксиологический метод дает возможность обнаружить
значимое для человека в конкретной ситуации и вне ее рамок,
выявить ценности повседневной реальности и системного мира,
отличить ценности от псевдоценностей.
Особое значение в познании правовой реальности играет
герменевтический метод, рассмотрению которого
посвящена следующая глава.
Естественно, для познания правовой реальности широко
используются и общенаучные методы — анализ, синтез,
аналогия, сравнение, моделирование, абстрагирование, индукция,
абдукция, дедукция, эксперимент, наблюдение и пр.
К специальным методам права и правоохранительной
деятельности относят следственный эксперимент, наружное
наблюдение, внедрение в преступную группу, засаду, прослушивание,
пеленгацию, допрос, очную ставку, опрос свидетелей и др.
Еще раз подчеркнем, что философия права как общая
методология выступает основанием, всеобщим ориентиром для
общенаучных и специальных методов. Каждый метод важен и дает
максимальные результаты «в пределах своей компетенции».
Какой-либо один метод, безусловно, не решает всех проблем
познания и преобразования правовой реальности. Быть
методологически вооруженным специалистом — это значит знать и уметь
пользоваться максимально возможным количеством методов,
разумно их сочетать, компенсировать недостатки одного метода
достоинствами другого. Пригодного на все случаи, единственно
правильного метода, будь то диалектический или системный,
не существует. Как не существует и «никаких правил, алгоритма
или логики, с помощью которых можно было бы чисто
механически получать новые истины, делать открытия в науке»1 или
расследовать преступление. А вот некую примерную последова-
1 Рузавин Г. И. Методология научного исследования. М., 1999. С. 2.

304 Глава 28. Философско-правовая эпистемология
тельность познания и преобразования реальности установить
можно. Скажем, процесс расследования преступления в
эпистемологическом плане представляет собой последовательное
выполнение следующих мыслительных операций.
1. Определение факта действительности, требующего
исследования. Эта операция предполагает интенцию
познавательного интереса на определенное событие, сбор об этом
событии необходимой информации, установление фактически
совершенного, первичную систематизацию событий,
установление логики их следования одного за другим.
2. Постановка проблемы, т.е. установление известного и
неизвестного. Проблема — это осознанное незнание, знание того,
чего мы не знаем, но что необходимо знать для раскрытия
преступления. Например, следствие располагает сведениями о мотивах
преступления, его цели, средствах и способах осуществления —
это для следствия не является проблемой; проблема — то, чего
следствие не знает, скажем, состав преступной группы.
3. Выдвижение гипотезы, т.е. предположение о том, что
неизвестно. В философии науки требования к гипотезам детально
разработаны, они должны быть релевантны, проверяемы,
совместимы, объяснительны, предсказательны, просты, эвристич-
ны и основаны на фактах1. Выдвижение гипотезы — весьма
сложный мыслительный процесс, поэтому и на этой стадии
познания правовой реальности существует набор
определенных приемов, методик, таких, например, как «мозговая атака»,
«экспертный опрос», «фокус-группа» и др.
4. Проверка гипотезы, для чего проводятся две операции —
ее доказательство и опровержение, т.е. процедура
последовательной аргументации обоснованности и ошибочности данной
гипотезы для решения конкретной познавательной
(расследовательской) задачи.
Если доказывается несостоятельность гипотезы,
выдвигается новая. Если гипотеза получается достаточно обоснованной,
делается гипотетический вывод, который затем проверяется
на практике либо моделируется в эксперименте. Правильность
вывода подтверждает правильность гипотезы.
Таким образом, в основе исследования правовой реальности
лежат общие принципы теории познания. Однако, учитывая
специфику объекта познания, применяемых средств и
операций, можно говорить о выделении в теории познания особой,
правовой эпистемологии как учения об общих принципах
познания именно правовой реальности.
1 Рузавин Г. И. Методология научного исследования. М., 1999.
С. 64—98.

Контрольные вопросы и задания 305
Методологическая вооруженность специалиста
обеспечивается знанием и умением применять в познавательном процессе
максимально разнообразные методы, приемы и методики.
Методологический плюрализм служит своего рода противовесом
догматизму, практицизму или схоластическому
теоретизированию, которые являются неприемлемыми крайностями в
познании и преобразовании правовой реальности.
Литература
1. Алексеев, П. В. Теория познания и диалектика / П. В.
Алексеев, A.B. Панин.— М., 1991.
2. Бахтин, М. М. Эстетика словесного творчества / М. М.
Бахтин.—М., 1979.
3. Границы науки: о возможности альтернативных моделей
познания.— М., 1991.
4. Ильенков, Э. В. Проблема идеального // Вопросы
философии.—1979.—№ 6—7.
5. Керимов, Д. А. Основы философии права / Д. А. Керимов. —
М., 1992.
6. Миронов, В. В.. Онтология и теория познания / В. В.
Миронов, А. В. Иванов. — М., 2005.
7. Рузавин, Г. И. Методология научного исследования / Г. И. Ру-
завин.— М., 1999.
8. Познание в социальном контексте. — М., 1994.
9. Теория познания : в 4 т.— М., 1991—1995.
10. Французова, Н. П. Исторический метод в научном
познании / Н. П. Французова. — М., 1972.
Контрольные вопросы и задания
1. Какие концепции познания существовали в истории
философско-правовой мысли?
2. Чем отличаются уровни познания объективного мира?
3. В чем специфика правовой реальности как объекта
познания?
4. На что ориентирует диалектическая логика при познании
правовой реальности?
5. Каковы требования (принципы) основных философских
методов?
6. Какова всеобщая логика исследования правовой
реальности?

Глава 29
ГЕРМЕНЕВТИКА
И ТОЛКОВАНИЕ ЗАКОНОВ
29.1. Герменевтика и право
Работа юриста основывается на постоянном обращении к
законам. Для того чтобы грамотно и четко решать поставленные
задачи, необходимо правильно их понимать. Правильное
понимание юридических законов для юриста важно еще и потому, что
он в работе опирается на взаимопонимание. Это связано с
недопущением несправедливости при применении закона.
Сегодня под герменевтикой понимается один из
основополагающих методов толкования скрытого (внутреннего) смысла
памятника культуры.
Для естествознания познать окружающий мир — значит,
описать его таким, каков он есть, установить на основе
собранных фактов типичное, общее, сформулировать закон,
объясняющий возникновение, существование и развитие
конкретного явления.
Для социального познания, исследующего человеческие
отношения, такой подход неприемлем уже в силу того, что
объяснить можно все, но не все можно понять. В этих случаях весьма
полезна герменевтика — теория интерпретации, понимания,
истолкования, располагающая большими методологическими
возможностями.
Мифологический Гермес доставлял с Олимпа вести от богов
в форме чудес и видений, которые необходимо было
«расшифровывать», интерпретировать. Поэтому учение об
интерпретации и получило наименование герменевтики.
Зачаточные элементы герменевтики — толкования снов,
гадания, шаманские предсказания и т.п. — существовали еще
в эпоху варварства. Одним из первых обратил внимание на про-

29.1. Герменевтика и право 307
блему толкования Аристотель. В сочинении «Об истолковании»1
он объясняет, как различать «истинную и ложную» письменную
речь на основе анализа содержащихся в тексте утверждений,
отрицаний, противоречий, высказываний о будущем и т.д.
В Средние века герменевтическая методология широко
используется для интерпретации Священного Писания.
Герменевтика получала мощный импульс развития в трудах
Августина Блаженного, обратившегося к ней как к системе правил
нахождения подлинного смыла Евангелия. Собственно, одной
из причин раскола католицизма послужило провозглашение
протестантами возможности свободной интерпретации бого-
откровенной книги.
Как самостоятельное философское учение герменевтика
возникает в начале XIX в. Ее родоначальниками считаются
немецкие философы Фридрих Шлейермахер (1768—1834) и Фридрих
Шлегель (1772—1829), которые впервые поставили проблему
понимания как разновидности искусства. Согласно Ф. Шлейер-
махеру, понимание чужого текста, речи требует гениальности,
ибо у писавшего или говорившего была своя неповторимая
жизнь, самосознание, религиозные чувства. Иными словами,
у каждого свой жизненный мир, для проникновения в
который необходимо быть гением либо знать правила понимания
и интерпретации. Ф. Шлегель с позиций эстетики пытался
объяснить, как понимать иронию, художественные образы и
другие иносказания.
У истоков герменевтики стоял еще один немецкий
философ Вильгельм Дильтей (1833—1911), рассматривавший ее как
специфический способ познания социальной сферы. Основной
методический прием такого познания — «вчувствование».
Скажем, чтобы понять истинный смысл гамлетовского «быть или
не быть», надо поставить себя на место Гамлета, «стать»
Гамлетом. Именно Дильтей разделил два метода: объяснения —
используемого в естественных науках и понимания —
применяемого в социальной сфере, требующего «вчувствования»,
сопереживания, духовного единения с говорившим или
писавшим.
Эдмунд Гуссерль (1859—1938) не ограничивал
герменевтику толкованием духовной жизни индивида. Ее
методологические возможности, утверждал он, могут быть использованы
и для интерпретации жизненного мира человека.
1 См.: Аристотель. Об истолковании // Аристотель. Соч. : в 4-х т.
Т.2.М., 1978.С. 91—116.

308 Глава 29. Герменевтика и толкование законов
Большое внимание проблемам герменевтики уделял
немецкий экзистенциалист Мартин Хайдеггер (1889—1976). В
работе «О сущности истины»1 он обратил внимание на то, что
неаутентичность (неточность) языка преодолевается с помощью
самого языка. Другой важный вклад в герменевтику — теория
о преднахождении и предпонимании. Хайдеггер полагал, что
познающий всегда вовлекается в то, о чем мыслит, «предна-
ходит» себя в том месте и в то время, о котором читает или
слышит. Такое преднахождение обеспечивает подлинное
понимание происходившего: до истолкования текста он уже
нами понят.
Названные проблемы, сформулированные
родоначальниками герменевтики, получили развитие в современной
философии. Сегодня главная задача герменевтических
исследований заключается в выявлении различия между
объяснением в естествознании и пониманием в человекознании.
Ибо, как отмечают исследователи, не всегда возможно учесть
цели, мотивы, интересы и другие субъективные факторы,
влияющие на поступок. Видное место в герменевтической
литературе отводится проблеме понимания.
Подчеркивается, что понимание — это постижение не объективной
истины, а субъективного смысла. Такое постижение происходит
не через обобщение опытных фактов, а через сопереживание
с тем субъектом, который вложил в постигаемое конкретный
смысл. Ведь одному и тому же факту можно придавать
противоположный смысл.
Виднейшие представители современной
герменевтики — немецкий философ Ханс Георг Гадамер (род. 1900 г.)
и французский философ Поль Рикёр (род. 1913 г.).
Х.-Г. Гадамер рассматривает герменевтику как
деятельность по осмыслению не только текстов, но и социальных
фактов. При осмыслении текстов, подчеркивает философ,
важно выявить подтекст, а при оценке социальных фактов
обязательно следует учитывать ситуацию, в которой этот
факт совершался.
В работе «Истина и метод»2 он утверждает, что у
человека еще до понимания возникает предпонимание, а
истина постигается человеком не рационально, а интуитивно.
Схематично процесс понимания Гадамер изображает
следующим образом: первый смысл текста — проекция (ожи-
1 См. : Хайдеггер М. О сущности истины // Философские науки. 1990.
№4.
2 См.: Гадамер X.-Г. Истина и метод. М., 1988.

29.1. Герменевтика и право 309
дание) — исправление — понимание текста. В этой системе
предпониманием выступает проекция как предвосхищение
того, что написано, как угадывание развязки, ожидание
логического развертывания событий. На нарушении ожиданий
читателей строятся сюжеты детективов, боевиков,
приключенческих романов. Именно поэтому они и становятся
«захватывающими».
Еще одна важная посылка теории Х.-Г. Гадамера —
герменевтический круг. Его суть сводится к следующему: текст
как целое состоит из отдельных частей (слов, предложений,
смысловых разделов); для того чтобы понять целое,
необходимо понять отдельное, а чтобы понять отдельное, необходимо
понять целое. Получается замкнутый круг типа «курица —
яйцо». Задача исследователя — проникнуть внутрь этого круга,
понять текст из самого текста через сопричастие к
изложенным событиям, а не через какой-либо метод. Любой метод,
уверен Гадамер, извращает действительность, искажает
истину, и только герменевтика способна открыть познающему
подлинную истину.
П. Рикёр — наиболее популярный сегодня представитель
герменевтики. Пытаясь сгладить радикализм
предшественников, он рассматривает герменевтику как специфический метод
интерпретации именно социальных явлений. Одним из его
частных проявлений Рикёр считает прогрессивно-регрессивный
метод как осмысление событий и исторических фактов в
единстве прошлого и настоящего. С одной стороны, интерпретация
утверждает традицию, с другой — эта традиция уже
современна. Поэтому, полагает Рикёр, следует обратиться к «третьему»
времени — времени самого смысла.
Герменевтика тесно связана с правом. Однако
большинство юристов, занимающихся проблемой толкования законов,
ограничиваются повторением и комментированием правил
толкования, сформулированных римскими юристами и
сохранившихся в юстиниановых сводах, изредка делая кое-какие
поправки и дополнения. Некоторые юристы пытаются
самостоятельно исследовать процесс толкования, все же касаясь
его не целиком, а лишь частично1. Действительно, для того
чтобы реализовать правовые нормы, провести в жизнь юриди-
1 Валъковский Е. В. Руководство к толкованию и применению законов.
СПб., 1997. С. 17; Ветчинкина М. Герменевтика — толкование
скрытого смысла текста. СПб., 1997; Овчинников А. И. Правовое мышление
в правоприменительном процессе: опыт герменевтической
методологии. М., 1997. С. 197.

310 Глава 29. Герменевтика и толкование законов
ческие законы, их нужно понимать. Следовательно, правовые
установления должны быть доступными как по содержанию,
так и по направленности любому гражданину и приниматься
им однозначно.
Однозначность восприятия закона в правовой сфере
предстает как однозначность толкования закона. Не случайно уже
древние философы и юристы выдвигали требование ясной,
четкой и лаконичной формулировки закона. Толкование
права — это выявление его объективного содержания и учет его
субъективного восприятия, устранение двусмысленностей,
согласование содержания текста закона и формы его изложения,
учет формального характера права и динамики общественных
отношений в конкретно-историческое время.
Юридические законы могут нести в себе определенные
черты субъективизма, что и влечет их неоднозначное
восприятие. Кроме того, возникают противоречия между теми,
кто обязан исполнять эти законы, и теми, кто стоит на страже
их исполнения. Поэтому толкование закона — это не только
акт познания, но и интеллектуально-волевая деятельность,
важное связующее звено между текстом закона и его
реализацией.
Выделяют различные подходы к толкованию права:
грамматический (исследование смысла слов, понятий), логический
(изучение смысла понятий и суждений при помощи законов
логики), системный (уяснение места конкретной нормы в системе
других правовых норм), исторический (обращение к прошлым
примерам), политический (определение социально-классовых
интересов и позиций), социально-юридический (определение
выраженности властной воли законодателя в правовой
норме) и др.
Среди них философско-правовой подход занимает особое
место, ибо его эпистемологический статус — это исследование
самой методологии и практики толкования, интерпретации.
Этот подход интегрирует знания об интерпретации —
юридические, логические, лингвистические, психологические,
исторические, социально-политические и др. Поэтому
государственные органы, осуществляющие толкование права, создающие
законы и внедряющие их в практику1, не могут обойтись без
философско-правовой герменевтики.
1 В Российской Федерации правом «толкования права» наделены
Конституционный Суд РФ, Верховный Суд РФ, Пленум Высшего
Арбитражного Суда РФ, Центризбирком.

29.2. Методологические возможности... правовой герменевтики... 311
29.2. Методологические возможности
философско-правовой герменевтики
в толковании законов
Философско-правовая герменевтика позволяет
вырабатывать методологию толкования законов, которая, как и общая
философская методология, выступает в двух ипостасях:
1) как учение о методах, но только тех, которые
способствуют толкованию юридических законов;
2) как теория, «опрокинутая» на анализ явления, как
учение. В случае с герменевтической методологией — это анализ
содержания закона.
У философско-правовой герменевтики имеются большие
методологические возможности оптимизации правотворчества
и правоприменения. Они обусловлены, прежде всего, тем, что
теория интерпретации является философским способом
постижения опыта, поиска истины, нахождения оптимума, в котором
ключевую роль играет человек со своим пониманием сущего.
Но ведь именно так и поступают законодатели! Конечно,
юриста от крайностей, как правило, охраняет здравый
юридический такт и собственный опыт. Так, юрист, благодаря долгому
упражнению и образованию, приобретает навык обращаться
с законами, быстро ориентироваться в законодательстве и
извлекать из него данные для разрешения конкретных проблем,
выдвигаемых жизнью. Однако юридический такт и опыт
требуют достоверных знаний.
Справедливо утверждение, что научное толкование
законов имеет такое же значение для обнаружения истины и
постижения правового опыта, как логика или грамматика. Можно
правильно мыслить, не имея понятия о логике; можно
отлично говорить на любом языке, не зная грамматики. Но логика
и грамматика учат мыслить и говорить сознательно и находить
ошибки в мыслях и речи у себя и у других. «Если есть
правила, — говорит Дж. Ст. Миль, — которым, сознательно или
бессознательно, подчиняется каждый ум в каждом случае, когда
он заключает верно, то едва ли не бесполезно доказывать, что
человек скорее наблюдает эти правила, зная их, чем не будучи
им знаком... Люди обсуждали доказательства и часто
правильно, когда логика еще не была наукой, — иначе она не могла бы
и сделаться ею. Точно также они исполняли и большие
механические работы, не понимая еще законов механики. Но есть
пределы как тому, что может сделать механик, не зная начал
механики, так и тому, что может исполнить мыслитель, не зная

312 Глава 29. Герменевтика и толкование законов
начал логики. Немногие лица могут, не зная начал, действовать
таким же или почти таким образом, как они действовали бы,
усвоив эти начала. Но большинству людей необходимо или
понимать теорию того, что они делают, или следовать правилам,
составленным для них людьми, понимавшим теорию»1.
Герменевтика как теория и метод требует, чтобы частное
согласовывалось с целым. Применительно к правовой сфере
это означает: любой закон, подзаконный акт должны выражать
интересы жизненного мира человека как целостной системы,
а не отдельной монополии, холдинга, «семьи», олигарха, ибо нет
более значимой целостности, чем человек.
Герменевтика по природе нацелена на раскрытие
истинного знания, и в этом смысле Г. -X. Гадамер называет ее
«практической философией». Ее практичность заключается в строгом
следовании аристотелевской традиции — быть правильной
и справедливой. Именно такие установки служат эталонами для
правовой сферы, именно таким требованиям и должны отвечать
законы. Эталоны права и эталоны герменевтики в этом
отношении совпадают, что и обеспечивает возможность органичного
использования (применения) герменевтики в правовой сфере.
В начале XX в. Совиньи в работе «Система современного
римского права» предложил метод истолкования писаных законов
как единство рассмотрения права с четырех позиций
толкования: грамматического (по словесному смыслу), органическо-
системного (по совокупности связей), исторического (по
происхождению и становлению), телеологического (по смыслу
и цели закона). В данном подходе есть рациональный момент:
исследование права, его толкование в единстве исторического
и аксиологического.
Теория интерпретации большое внимание уделяет
проблеме субъективного в тексте. Этот аспект герменевтики имеет
принципиальное значение для создания и толкования законов.
Естественно, правовой закон в идеале не может быть зависимым
от субъективных планов, интересов, идей и замыслов его
авторов. Но это в идеале. В действительности любой юридический
закон создан людьми и не может не нести в себе элементы
субъективного. Другое дело, что эти элементы необходимо свести
до минимума или, по крайней мере, стремиться к этому.
Именно такой подход и обеспечивает герменевтика. В частности,
она ориентирует на учет восприятия закона интерпретатором.
Закон и его интерпретация не всегда адекватны. Уже схоласты
увидели различие между фразами: «Я вижу нечто» и «Я говорю,
1 МилъДж. Ст. Система логики. 1865. С. 12—13.

29.2. Методологические возможности... правовой герменевтики... 313
что я вижу нечто». В первой фразе выражен осуществляемый
акт, а во второй человек сообщает о том, что он делает.
Развитие герменевтических идей в феноменологической
и экзистенциальной философии в первую очередь связано с
поисками смысла в правовом творчестве индивида. Ведь процесс
интерпретации правовой нормы происходит на уровне как
науки, так и обыденного сознания. Именно поэтому правовое
творчество призвано не отдалять друг от друга смысло-содержание
и смысло-выражение, а учитывать их единство, необходимое
для интерпретации каждым человеком. В юридической
практике понимание — это всегда применение. И законодатель,
и правоприменитель, например, судья, должен понять смысл
закона, нормы и соотнести с конкретным событием,
юридическим фактом, случаем.
Другое важное для правовой сферы требование
герменевтики — обнаружение и учет мотива сказанного (сделанного).
Юридическая теория и практика располагают большим
набором приемов сокрытия (или обнаружения) мотива. Например,
чтобы собрать объективные факты при снятии свидетельских
показаний, вопросы умышленно формулируются и ставятся
таким образом, что самому свидетелю остаются
совершенно непонятными. На суде же, наоборот, адвокату или
прокурору необходимо мотивировать свою речь, поскольку хорошо
мотивированное выступление значительно усиливает
фактологическую аргументацию.
Знание и учет ситуации — также требование герменевтики.
Важнейшее требование герменевтического толкования —
раскрыть механизм нахождения или придать юридический смысл
конкретной ситуации, конкретному отношению между людьми,
которое регулируется правом, и требуется найти, соотнести
с ним положительную норму. Иначе ситуация выходит из-под
контроля. В правотворчестве игнорирование экономических
реалий приводит к тому, что закон де-юре вступил в силу, а де-
факто не выполняется, прежде всего, потому, что не позволяет
ситуация. Такое положение сложилось, например, с Законом
РФ «О ветеранах» и «О статусе военнослужащих». В
толковании законов подверженность интерпретатора ситуативным
факторам приводит к нарушению принципа «следования
букве закона».
Герменевтика выступает теоретической и методологической
основой анализа языка текста, неизбежного при толковании
закона. Еще Ф. Бэкон рассматривал неправильное употребление
слов — «идолов рыночной площади» — как помеху для
непредвзятого познания фактов действительности. Мир всегда толку-

314 Глава 29. Герменевтика и толкование законов
ется в языке, любой закон выражен языком, а поэтому важно
правильно толковать слова, понятия, термины. Убедительным
примером важности толкования не только понятия, но даже
знака препинания в юридической норме служит известная
фраза «Казнить нельзя помиловать».
Умение толковать текст зависит от общей культуры и
степени образованности интерпретатора. Аристотель приводил
пример с корнем из двух, иррациональность которого удивляет
обывателя, но не удивляет математика. Для законодателя эта
герменевтическая ориентация означает, что нельзя писать
законы только для математиков (финансистов,
профессиональных политиков, военных и т.д.). Закон следует формулировать
так, чтобы он был понятен любому гражданину.
Методологическую функцию в толковании законов
выполняют ключевые категории теории интерпретации —
«предмнение», «мнение», «предпонимание», «понимание», «временной
интервал», «временной смысл» и др. На основе этих понятий
формируется правовое мышление юриста, способное понять
и признать действующий смысл закона, соотнести его с
конкретной ситуацией, понять и юридически осмыслить ситуацию,
к которой необходимо приложить этот закон. Применяя его,
судья, например, стремится соответствовать «правовой мысли»
закона, опосредуя ее современным положением дел.
Для законодателя правовое мышление необходимо, когда
он обращается к нуждам общественной жизни: чем меньше
разрыв между «правом жизни» и позитивным правом, тем ближе
смысл права, вложенный интерпретатором —
правоприменительным к замыслу законодателя. Поэтому должно
исключаться из процесса правового мышления юриста предпонимание,
предмнение как основание интерпретации, толкования законов.
Так, предмнение очень мешает принятию закона, поскольку
является заранее составленным мнением (часто ошибочным)
о его содержании. Не менее вредна и «проекция» как ожидание
и желание внести в закон определенную идеологему.
Современный процесс отечественного законотворчества убедительно
демонстрирует, как на базе политических, кастовых,
идеологических и лоббистских пристрастий формируется предмнение,
согласно принципу: «этот закон плох уж только потому, что его
инициирует несимпатичная мне группа».
Особую роль играют собственно герменевтические методы
исследования текста, памятника, в том числе юридических
законов. К ним относятся такие, например, как «герменевтический
круг», «герменевтический треугольник». «Герменевтический
круг» означает цельное понимание, учитывающее логические,

29.2. Методологические возможности ...правовой герменевтики... 315
исторические и психологические аспекты текста. Сущность
этого метода такова: только то понятно, что действительно
представляет собой единство смысла и содержания текста.
С точки зрения этого метода, процесс понимания
осуществляется следующим образом: целое понимается на основе
анализа отдельных частей, а часть — на основе понятия целого. При
изучении текста возникает предпонимание, затем — предмне-
ние, дальнейшее знакомство с текстом дает знания, выраженные
этими категориями, которые устраняют ошибки, и происходит
переход к «пониманию первого уровня», т.е. поиску «первого
смысла» целого. В последующем «первый смысл» уточняется
через обращение к вещам и «вчувствование» интерпретатора
в изложенные в тексте ситуацию, события, культурные
традиции того времени, состояние автора текста и т.д. Таково «поле»
«герменевтического круга», которое очищается от пагубного
влияния предпониманий, предмнений, преднахождений при
толковании текста в его истинном значении.
Другой важный метод — «герменевтический треугольник»,
позволяющий интерпретировать временной интервал.
Согласно М. Хайдеггеру, понимание — это экзистенциал, т.е. личное
бытие интерпретатора, обладающее темпоральностью и
ограниченное рамками времени. Интерпретатору предстоит
преодолеть настоящее время, перенестись в духовную атмосферу
времени написания текста, мыслить не в собственных —
характерных для его времени — понятиях, а в понятиях эпохи
текста. Так в толковании текста достигается историческая
объективность.
Интервал времени герменевтика рассматривает как
позитивную и продуктивную возможность понимания в двух
аспектах. С одной стороны, подлинное, объективное понимание,
исследование объекта возможно лишь с отмиранием
актуальных для времени написания текста или события политических,
нравственных, эмоциональных и других связей. Герменевтика
утверждает, что чем шире обозрим исторический процесс, т.е.
чем больше временной интервал, тем меньше остается места
для современных мнений по поводу предмета рассмотрения —
текста, события, исторического факта. Эти отношения события
и интервала демонстрирует треугольник, в котором основанием
являются события, вершиной — интерпретатор, а
перпендикуляром — интервал времени. Поэтому можно полагать, что
субъективность интерпретатора сокращается по мере увеличения
отрезка времени, отделяющего интерпретатора от изучаемого
события. Истинное понимание происходит, когда историческое
событие вызывает только исторический интерес. Например,

316 Глава 29. Герменевтика и толкование законов
тексты законов времен Платона и Аристотеля имеют сегодня
только исторический интерес, поэтому их анализ и оценка
более объективны, чем те, что давалась при жизни этих
философов. Точно так же обстоит дело и с интерпретацией истории
России. Достаточно сравнить оценки одного и того же
исторического события дореволюционных, советских и современных
исследователей.
С другой стороны, познание истинного, субъективного
смысла текста, без которого невозможно понимание,
становится достижимым, только когда учитывается время его
создания. Истинный смысл выявляется лишь при наличии
исторического социального интереса и субъективных пристрастий
к исследуемому предмету. Это означает, что интерпретатору
следует всегда учитывать собственную историчность, ведь
текст не имеет одного и того же бытия в разные времена.
Существует историческая (временная) «инаковатость» текста.
Современник иначе судит о факте, чем потомок. Мышление
интерпретатора должно быть восприимчиво к «инаковатости
бытия», в противном случае затрудняется объективность
исследования и истинность постигаемого смысла.
Правда, утверждают герменевтики, исследование
смысла — процесс бесконечный. С течением времени происходит
не только исключение ошибок (предмнений, мнений и т.п.),
но возникают новые источники понимания,
раскрывающие непредвиденные смысловые связи.
Тем не менее, очевидно, что интервал высвечивает
значение изучаемого исторического объекта, по крайней мере,
заставляет задуматься над вопросом: «Почему этот объект
заинтересовал нас?» Он ориентирует на то, что истинная оценка
исторического текста или события требует единства
исторического и современного понимания.
Герменевтика занимается разными методами
интерпретации, в рамках этой теории идет постоянный поиск средств
понимания явлений, нуждающихся в объяснении, толковании.
К разряду таких явлений, безусловно, относятся юридические
документы, правовые нормы, законы и подзаконные акты.
Поэтому положительное, накопленное в теории интерпретации,
можно и должно использоваться в правовой сфере
жизнедеятельности человека.
Можно сказать, что сегодня мы имеем два аспекта
толкования законов — когнитивный, или философско-правовой,
и нормативный, или юридический.
Философско-правовая герменевтика исследует не
конкретное осмысление юридического текста, а право и юридический

Литература 317
закон в контексте жизненного мира человека и его правовой
реальности. Философско-правовую герменевтику интересует:
1) как обычный человек на основе своего правосознания
способен к осмыслению законов и что порождает его
«желаемое право»;
2) как юрист-специалист (законодатель,
правоприменитель) соотносит человеческую действительность и закон, как
выявить наиболее рациональную форму права.
Юридический аспект герменевтики требует понимания
того, что юрист должен мыслить не только должным
(«желаемым правом»), но и сущим (уже имеющимся правом).
Главное при этом — раскрытие истинного смысла
конкретной нормы.
Юристы единодушны в том, что нормативный аспект
герменевтики опирается на когнитивный, но нужна теория
толкования правовых норм и юридических законов. Именно эта
теория позволяет:
— овладеть умением выявлять истинный смысл законов,
их сущность;
— сформировать философско-правовое мышление как
механизм понимания смысла закона и соотнесения его с
конкретной ситуацией;
— понять, что закон несовершенен по сравнению с
порядком, который им подразумевается, или, напротив, чрезмерно
идеален, невыполним в существующих условиях;
— уяснить, что цель толкования закона состоит не просто
в уяснении его смысла, а в переводе этого смысла на язык
более конкретных высказываний; в раскрытии содержания
закона в более детальных положениях, настолько приближенных
к конкретным ситуациям, что они не вызывали бы сомнения
ни в толкуемой норме права, ни в ее применении;
— осуществлять согласование особенного и всеобщего,
субъективного и объективного в праве.
Литература
1. Аристотель. Об истолковании //Аристотель. Соч. : в 4 т.
Т. 2.— М., 1978.— С. 91—116.
2. Ветчинкина, М. Герменевтика — толкование скрытого
смысла текста / М. Ветчинкина. — СПб., 1997.
3. Гадамер, Х.-Г. Истина и метод / Х.-Г. Гадамер. — М., 1988.

318 Глава 29. Герменевтика и толкование законов
4. Ионин, Л. Г. Понимающая социология / Л. Г. Ионин. — М.,
1979.
5. Овчинников, А. И. Правовое мышление в
правоприменительном процессе: опыт герменевтической
методологии / А. И. Овчинников. — М., 1997.
6. Рикёр, П. Конфликт интерпретаций. Очерки по
герменевтике / П. Рикёр.— М., 1985.
7. Фуко, М. Слова и вещи / М. Фуко. — СПб., 1984.
8. Хайдеггер, М. О сущности истины // Философские
науки. — 1990. — № 4.
Контрольные вопросы и задания
1. Назовите основные герменевтические проблемы,
разрабатываемые в истории философии.
2. В чем сущность герменевтики как теории?
3. Какие общие проблемы связывают герменевтику и право?
4. Назовите основные понятия герменевтики и ее методы.
5. Почему возникает необходимость в толковании законов?
6. Назовите и раскройте суть основных герменевтических
требований к толкованию текстов (законов).

Заключение
Комфортность жизнедеятельности личности и
оптимальность функционирования государства определяются многими
факторами — от климатических условий до доминирующих
в обществе ценностей. В ряду этих факторов важное место
занимают правовая ситуация, правопорядок, правовая
защищенность личности. Правовая ситуация и правопорядок
складываются из взаимодействия системного мира и
повседневной реальности. Степень гармоничности этого
взаимодействия показывает, насколько общество (государство)
является правовым.
Конкретизируя известный тезис Сократа о том, что все люди
хотят добра, можно сказать, что все люди хотят жить в
правовом государстве. К этому стремятся и наши соотечественники.
Однако построение правового государства невозможно без
повышения правовой культуры, без правового образования
граждан.
Для россиян чрезвычайно актуальны знания о том, что
такое право, как и почему формируются общественные
требования и нормы, каковы цели, средства, способы и механизмы
формирования правопорядка, что необходимо делать человеку,
чтобы быть правовым существом.
Авторы данного пособия пытались не только дать ответы
на эти философские вопросы, но и систематизировано изложить
курс философии права как учебной дисциплины.
Конечно, авторы не претендуют на истину в последней
инстанции; возможно, избранный ими синтетический метод,
включающий диалектический, феноменологический,
системный, деятельностный и материалистический подходы, не
безупречен, а антропологическо-культурологический и
аксиологический ракурс рассмотрения философско-правовых проблем
не единственно приемлем.
В основе их замысла лежало стремление восстановить
историческую, содержательно-теоретическую и научную
справедливость — вернуть философию права в лоно философии.
Содержанием работы авторы хотели подчеркнуть, что философия
права не сводится к общим проблемам теории права, а является
философской отраслью знания, исследующей правовую реаль-

320
Заключение
ность как важнейшее явление общества и жизненного мира
человека. Однако из-за неразработанности философия права
фактически уступила проблемное поле. Ученые-юристы,
которые постоянно нуждаются в философско-правовых понятиях,
вынуждены разрабатывать их сами. Однако от того, кто
разрабатывает теорию, не зависит ее объективное содержание.
Философию права призваны разрабатывать и философы, и юристы,
так как жизненный мир человека, общество создают широкое
исследовательское поле, основание которого — разные формы
социальности. Она выражается, прежде всего, в том, что право,
нормы, законы имеют смысл лишь тогда, когда они
обращены к человеку, «обслуживают» его жизненный мир. Этот мир
не может быть ограничен повседневной реальностью. В ином
случае кругом царили бы анархия, произвол, вседозволенность.
Он не ограничивается и системным миром — это путь к
деспотизму и тоталитаризму. Право регулирует взаимодействие
повседневной реальности и системного мира. Право — не
самоцель, а средство создания для человека человеческих условий
жизнедеятельности.
Авторы надеются, что эта книга поможет читателям
глубоко осознать — без философско-правовой образованности,
без повышения правовой культуры мечты каждого
гражданина о правовом государстве, о социальной справедливости так
и останутся мечтами.

Авторская программа курса
«Философия права»
I. Основные дидактические единицы, определившие
содержание предмета «Философия права»
Философия права: объект, предмет и роль в развитии и
познании правовой реальности и общества в целом. Взаимосвязь
философии с общей философией, социальной философией,
а также с общей теорией права и юриспруденцией в целом.
Категории общей философии — социальной философии —
философии права — общей теории права.
Проблемное поле социальной философии — философии
права — общей теории права — юридических отраслевых наук.
Генезис мировой философско-правовой мысли
Основные философско-правовые идеи античных мыслителей
и философов Древнего Востока. Идеациональные философско-
правовые воззрения Средневековья. Гуманизм философско-
правовых взглядов Возрождения.
Философско-правовые концепции Г. Гроция, Б. Спинозы,
Ф. Бэкона, Г. Гоббса, Дж. Локка, Ш. Монтескье, Ж.-Ж. Руссо.
Философия права И. Канта, Г.-В.-Ф. Гегеля. К. Маркс о праве.
Иррационализм и позитивизм в философии права.
Философско-правовые идеи в России (Е. Е. Десницкий,
К. А. Неволин, Б. Н. Чичерин, В. С. Соловьев, Г. Ф. Шершене-
вич, И. А. Ильин, Н. А. Бердяев, В. И. Ленин).
Онтологические проблемы. Правовая реальность и
жизненный мир человека.
Человек в системе жизненного мира
Толкование жизненного мира в диалектико-материалисти-
ческо-феноменологическом аспекте: человек в таких
подсистемах жизненного мира, как «человек-природа», «человек-человек»,
«человек-общество», «человек и его я», а также на таких его
уровнях, как повседневная реальность и системный мир.

322 Авторская программа курса «Философия права»
Человек — существо правовое, а его правовая реальность
есть результат «пересечения» повседневной реальности, всего
его жизненного мира с системным миром, выраженными
нормами права и юридическими законами.
Законы общества и законы государства. Право и правовая
реальность. Право и закон. Право и власть. Правовые
отношения в системе общественных отношений. Правосознание
в системе общественного сознания. Правовая культура —
культура — цивилизация. Право и актуальные проблемы
глобалистики.
Аксиологические проблемы философии права
Право как ценность, как общечеловеческая ценность и как
высшая ценность. Ценность и благо. Право как общее благо.
Закон и право как благо. Право как свобода и ответственность.
Формы свободы. Степень и мера свободы. Ответственность
и вина.
Гносеологические проблемы философии права
Специфика познания правовой реальности: единство
гносеологического и аксиологического в познании; диалектика
сущего и должного, затруднение поиска истины, особое значение
точности формулировок, соотношение «юридической» истины
и объективной. Основные философские методы исследования
правовой реальности и роль в ее познании эвристических
принципов эпистемологической методологии —
материалистического понимания истории, феноменологии, позитивизма,
экзистенциализма, структурализма, философской герменевтики,
постмодернизма.
Праксиологические проблемы философии права
Деятельность человека и его правовая деятельность.
Сущность и структура правовой деятельности. Структуры: видовая
(труд, общение, игра), временная (актуальная деятельность,
аккумулятивная правовая деятельность), процессуальная
(состоит из элементов: субъект — объект, взаимодействие
через потребности — интересы — цели — средства — результат
и последствия). Формы правовой деятельности (практическая
в двух проявлениях: 1) государственно-правовая
процессуальная и 2) каждодневная человеческая, ограниченная
юридическими законами; теоретическая).
Правовая деятельность и управление.
Герменевтическое толкование юридических законов.

Авторская программа курса «Философия права» 323
П. Содержание программы курса «Философия права»
Тема 1. Философия права: объект, предмет, функции.
Соотношение с другими науками
Критерий любой науки — открытие законов. Философия
права как составная часть социальной философии,
ориентированная на философскую специфику быть не просто теоретическим
знанием, а знанием наиболее общих принципов правовой
реальности и ее познания.
Наиболее общие принципы правовой реальности:
соотношение объективного и субъективного, материального и
духовного, природного и социального, социального и
индивидуального, индивидуального и межиндивидуального, личностного
и общественного и др.
Основные категории философии права: право, закон,
человек, личность, государство, порядок, правопорядок,
правосознание, правоотношения, свобода, равенство, справедливость,
благо, правовая реальность и др.
Соотношение философии права и общей теории
государства и права: исследование общей теорией государства и права
общих закономерностей возникновения, развития, назначения
и функционирования государства и права, а философией
права — изучение наиболее общих принципов развития правовой
реальности (в ее как материальных, так и духовных формах)
и ее познания.
Отличие философии права от социологии права.
Основные методы познания правовой реальности:
диалектический, феноменологический, системно-структурный
и системно-функциональный, деятельностный,
герменевтический подход и др.
Литература
Единые для всего курса учебные пособия и учебники:
1. Алексеев, С. С. Философия права / С. С. Алексеев. — М.,
1997.
2. Ершов, Ю. Г. Философия права : материалы лекций /
Ю. Г. Ершов. — Екатеринбург, 1995.
3. Иконникова, Г. И. Основы философии права / Г. И.
Иконникова, В. П. Ляшенко. — М. : Весь мир, 2001.
4. Керимов, Д. А. Основы философии права / Д. А.
Керимов. — М., 1992. .
5. Малахов, В. Я. Основы философии права / В. П.
Малахов. — М., 2005.

324 Авторская программа курса «Философия права»
6. Малинова, И. П. Философия права: от метафизики к
герменевтике / И. П. Малинова. — Екатеринбург, 1995.
7. Михалкин, Н. В. Философия права / Н. В. Михалкин,
А. Н. Михалкин. — М., 2011.
8. Нерсесянц, В. С. Философия права / В. С. Нерсесянц. —
М., 1998 и др. издания.
9. Тихонравов, Ю. В. Основы философии права / Ю. В. Ти-
хонравов. — М., 1997.
10. Черненко, А. К. Философия права / А. К. Черненко. —
Новосибирск, 1997.
Тема 2. Генезис философско-правовой мысли
Основные концепции классификации развития философско-
правовой мысли: К. Маркс, П. Сорокин, К. Поппер.
Философско-правовые идеи Древней Индии и Древнего
Китая.
Разработка философско-правовых идей Протагором,
Сократом, Платоном, Аристотелем, стоиками, философами
Средних веков и эпохи Возрождения, философами Нового времени
(XVII—XVIII вв.) (Т. Гоббс, Дж. Локк, Ш. Монтескье,Ж.-Ж. Руссо);
классической немецкой философией и философией
иррационализма XIX в., отечественными философами (С. Е. Десницкий,
A. П. Куницын, К. А. Неволин, П. Г. Редкий, И. В. Киреевский,
И. А. Ильин, Б. Н. Чичерин, П. И. Новгородцев, Г. Ф. Шерше-
невич, А. Д. Градовский, Б. А. Кистяковский, В. С. Соловьев,
Н. А. Бердяев и др.).
Философско-правовая мысль XX в. Позитивизм (Г. Харт,
Г. Кельзен), неокантианство (Р. Штаммлер, Г. Радбрух, К. Кюль,
B. Науке), неогегельянство (Б. Кроче, Д. Джентиле, К. Ларенц,
О. Шпани, Г. Геллер, Ж. Ипполит), экзистенциализм (М. Хай-
деггер, К. Ясперс, Ж.-П. Сартр, В. Майхофер, Э. Фехнер, Г. Кон),
феноменология (Э. Гуссерль, М. Шелер, А. Рейнах), религиозные
концепции (неотомизм — Ж. Маритен, Ж. Дабен, И. Месснер;
неопротестантизм — Э. Вольф, Ж. Элл юл ь).
Структурализм и герменевтика о толковании права и
закона: M. Фуко, П. Рикер, Г. Гадамер, П. Сорокин. Постмодернизм
и правовой нигилизм. Философия права в советский и
постсоветский период.
Литература
1. Антология мировой мысли: в 5 т. — М., 1999.
2. Аристотель. Соч. : в 4 т. Т. 4 / Аристотель. — М., 1984.
3. Бэкон, Ф. Образец трактата о всеобщей справедливости
или об источниках права / Ф. Бэкон. Соч. : в 2 т. Т. 1. — М., 1977.

Авторская программа курса «Философия права» 325
4. Гегель, Г. Философия права / Г. Гегель. — М., 1990.
5. Гоббс, Т. Изб. произведения : в 2 т. / Т. Гоббс. — М.,
1965.
6. Дражина, И. Б. Правовое освоение действительности
в системе юридических категорий / И. Б. Дражина, Е. В. По-
номаренко. — Тюмень, 1995.
7. Иконникова, Г. И. Основы философии права. Раздел I /
Г. И. Иконникова, В. П. Ляшенко. — М., 2001.
8. Ильин, И А. О сущности правосознания // И. А. Ильин.
Соч. : в 10 т. Т. 4. — М., 1994.
9. Кант, И. Основы метафизики нравственности. Критика
практического разума. Метафизика нравов / И. Кант. — СПб., 1995.
10. Келъзен, Г. Чистое учение о праве / Г. Кельзен. — М.,
1987,1988. Вып. 1—2.
11. Ленин, В. И Государство и революция / В. И. Ленин //
ПСС. Т. 33.
12. Локк, Дж. Два трактата о правлении / Дж. Локк // Соч. :
вЗт.Т.З.—М., 1988.
13. Макиавелли, Н. Государь / Н. Макиавелли. — М., 1996
и др. издания.
14. Маркс, К. К критике гегелевской философии права //
Маркс, К., Энгельс, Ф. Соч. — 2-е изд. — Т. 1.
15. Монтескье, Ш. О духе законов //Монтескье, Ш.
Избранные произведения. — М., 1955 и др. издания.
16. Неволин, К. А. Энциклопедия законоведения / К. А. Нево-
лин / Вступ. статья Д. И. Луковскои, С. С. Гречишкина, Ю. В. Яч-
менева. — СПб., 1997.
17. Нерсесянц, В. С. Философия права / В. С. Нерсесянц. —
М., 2008.
18. Платон. Соч. : в 3 т. Т. 3 «Государство» / Платон. — М.,
1971,1972.
19. Поппер, К. Открытое общество и его враги : в 2 т. /
К. Поппер. — М., 1992.
20. Редкий, П. Г. Из лекций по истории философии / П. Г.
Редкий. — СПб., 1989.
21. Руссо, Ж.-Ж. Трактаты / Ж.-Ж. Руссо. — М., 1969.
22. Соловьёв, В. С. Оправдание добра / В. С. Соловьёв. — М.,
1996 и др. издания.
23. Сорокин, П. Человек. Цивилизация. Общество / П.
Сорокин. — М., 1992.
24. Цицерон. Аналоги. О государстве. О законах /
Цицерон. — М., 1966.
25. Чичерин, Б. Н. Изб. труды / Б. Н. Чичерин. — СПб.,
1998.

326 Авторская программа курса «Философия права»
Тема 3. Человек как правовое существо
Сущность генезиса общественной, политической и
правовой природы человека. Исторический характер права и его
связь с социально-экономическим, нравственным, культурным
развитием общества и человека. Рабство, деспотизм,
тоталитаризм — свидетельство бытия человека как бесправного,
несвободного, униженного индивидуума.
Отношение обычного права и позитивного права. Право
как общее благо, существующее для человека и через
человека. Человек — субъект права. Свобода, равенство и
справедливость — потребности человека как экзистенциального
существа. Права и свободы человека и гражданина.
Литература
1. Бердяев, И. А. Философия неравенства / Н. А. Бердяев. —
М., 1990.
2. Бердяев, Н. А. О рабстве и свободе человека //
Бердяев, Н. А. Царство Духа и царство Кесаря. — М., 1995.
3. Иконникова, Г. И. Основы философии права. Раздел П.
Глава 5 / Г. И. Иконникова, В. П. Ляшенко. — М., 2001.
4. Мальцев, Г. В. Новое мышление и современная
философия прав человека / Г. В. Мальцев // Права человека в истории
человечества и в современном мире. — М., 1988.
5. Мату зов, Н. И. Правовая система и личность / Н. И. Ма-
тузов. — Саратов, 1987.
6. Московичи, С. Машина, творящая богов / С. Москови-
чи. — М., 1998. — С. 23—24,101 —109.
7. Нерсесянц, В. С. Философия права / В. С. Нерсесянц. —
М., 1998. — С. 40—43,107—112.
8. Руссо, Ж.-Ж. Трактаты / Ж.-Ж. Руссо. — М., 1969. С. 152—
156.
9. Соловьев, Э. Ю. И. Кант: взаимодополнительность
морали и права / Э. Ю. Соловьев. — М., 1992.
10. Соловьев, В. С. Оправдание добра / В. С. Соловьев //
Соч. :в2т.Т. 1. —М., 1988.
11. Международный билль о правах человека. Изложение
фактов. № 2. —Женева, 1990.
12. Рулан И. Юридическая антропология / Н. Рулан. — М.,
2000.
13. Туманов, В. А. Правовой нигилизм в историко-
идеологическом ракурсе / В. А. Туманов // Государство и
право. 1993. № 8.

Авторская программа курса «Философия права» 327
Тема 4. Онтологические проблемы философии права
Понятия «бытие», «реальность», «действительность». Право
и правовая реальность, природа, сущность, структура.
Правовая реальность как материальное и духовное бытие права.
Правовые отношения в системе общественных отношений —
экономических, политических, социальных, идеологических.
Правосознание в системе общественного сознания.
Правосознание как наука, идеология и социальная психология.
Индивидуальное и общественное правосознание и их отношение
к правовой реальности.
Правовая реальность как целостная система.
Основные структуры правовой реальности: интеллектуально-
психологическая, нормативно-регулятивная, организационно-
деятельностная, социально-результативная. Экономический
базис общества как интеграционная основа правовой
реальности как целостной системы.
Жизненный мир человека как отношение человека к
природе, отношения человека и общества, отношения человека и
других людей, отношение человека к самому себе. Жизненный мир
и повседневная реальность. Системный мир как институали-
зированный и нормативный мир. Взаимодействие жизненного
мира и системного мира человека как правовая реальность.
Право как общественное отношение, выражающее
развитость свободы, равенства, справедливости в обществе.
Объективный характер права, его детерминированность
социокультурной развитостью общества.
Законы общественного развития и законы государства:
связь и взаимообусловленность. Две основные концепции
различения права и закона — либертарная (юридическая) и ле-
гистская.
Свобода и степень ее развитости как критерий
объективного характера права. Объектно-субъектное содержание законов
государства. Закон как выражение развитости права. Место
правоотношений в системе общественных отношений. Место
правосознания в системе общественного сознания. Правовая
культура — культура — цивилизация.
Культура и цивилизация и их воздействие на развитие
правовой культуры и цивильности права. История правовой
культуры. Государство и правовая культура. Демократия и
правовая культура. Тоталитаризм и отчуждение политической
и правовой культуры. Поведение и правовая культура.
Культура законотворчества и культура реализации действующего
законодательства.

328 Авторская программа курса «Философия права»
Правовая культура и гуманизация правовых норм.
Правовое измерение цивилизации. Проблема цивилизма в
российской действительности — правовое государство, гражданская
собственность, гражданское общество.
Гражданское общество как гуманитарно-правовое,
нормативно-правовое, институционально-правовое.
Правосознание в системе культуры и цивилизации.
Соотношение правосознания с другими формами общественного
сознания: правовое и моральное сознание, правовое и
политическое сознание, правовое и экономическое сознание, правовое
и экологическое сознание, правовое и религиозное сознание.
Аксиомы правосознания в концепции сущности правосознания
И. А. Ильина. Правосознание и духовность общества.
Правосознание и знание законов, прав и обязанностей. Основы
здорового правосознания — правовое государство и
гражданское общество. Государственное правосознание и его роль
в решении цивилизационных проблем. Самосознание и
правовая культура. Глобальный эволюционизм и его правовое
пространство.
Литература
1. Буков, В. А. В тупиках революционного правосознания /
В. А. Буков. — М., 1994.
2. Буков, В. А. Суд и общество в советской России: у истоков
тоталитаризма / В. А. Буков. — М., 1992.
3. Иконникова, Г. И. Основы философии права. Раздел И.
Глава 6 / Г. И. Иконникова, В. П. Ляшенко. — М., 2001.
4. Конституция Российской Федерации, принята
всенародным голосованием 12.12.1993 (с учетом поправок, внесенных
Законами РФ о поправках к Конституции Российской
Федерации от 30.12.2008 № 6-ФКЗ и от 30.12.2008 № 7-ФКЗ).
5. Коркунов, H. M. Общественное значение права /
H. M. Коркунов. — СПб., 1998.
6. Кудрявцев, В. Н. О правопонимании и законности /
В. Н. Кудрявцев // Государство и право. —1994. — № 3.
7. Мальцев, Г. В. Права личности: юридическая норма и
социальная действительность / Г. В. Мальцев. — М., 1979.
8. Нерсесянц, В. С. Различение и соотношение права и
закона как междисциплинарная проблема / В. С. Нерсесянц //
Вопросы философии. — 1973. — № 4.
9. Нерсесянц, В. С. Наш путь к праву от социализма к циви-
лизму / В. С. Нерсесянц. — М., 1992.

Авторская программа курса «Философия права» 329
10. Нерсесянц, В. С. Право и закон: их различие и
соотношение / В. С. Нерсесянц // Вопросы философии. —1988. — № 5.
11. Нерсесянц, В. С. Продолжение истории: от
социализма к цивилизму / В. С. Нерсесянц // Вопросы философии. —
1993. —№4.
12. Право, свобода, демократия. Материалы «Круглого
стола» // Вопросы философии. — 1990. — № 7.
13. Резник, Ю. М. Социальное измерение жизненного мира /
Ю. М. Резник. — М., 1995.
14. Семитко, А. П. Развитие правовой культуры как
правовой прогресс / А. П. Семитко. — Екатеринбург, 1996.
15. Соловьев, Э. Ю. Прошлое толкует нас / Э. Ю. Соловьев. —
М., 1991.
16. Франк, С. Л. Человек и реальность / С. Л. Франк. — М.,
1997.
17. Хабермас, Ю. Демократия. Разум. Нравственность /
Ю. Хабермас. — М., 1995.
Тема 5. Аксиологические проблемы философии права
Право как ценность, общечеловеческая ценность, высшая
ценность. Ценность и благо. Право и закон как общее благо.
Ценностные установки и ориентации. Гуманизация
правовых норм.
Понятия «ценностная установка» и «ценностная
ориентация». Роль государства, политических партий в формировании
ценностных установок. Ценностные ориентации общества
и личности. Добродетели личности как нравственные поступки
и правовые действия. Добродетели как правовые отношения
и общечеловеческие ценности. Добродетель как
общечеловеческая ценность (духовность) личности и гражданина
(отношение к правам и обязанностям). Правовые аспекты
добродетельного поведения личности. Антиправовые поступки и их
правовая оценка.
Условия, необходимые для гуманизации правовых норм.
Конкретно-исторический характер гуманизации правовой
нормы.
Литература
1. Гегель, Г. Философия права / Г. Гегель. — М., 1990. Пред.
указ. «добродетель».
2. Дробницкий, О. Г. Понятие морали / О. Г. Дробниц-
кий. —М., 1974.

330 Авторская программа курса «Философия права»
3. Иконникова, Г. И. Основы философии права. Раздел III.
Глава 15 / Г. И. Иконникова, В. П. Ляшенко. — М., 2001.
4. Кант, И. Критика практического разума / И. Кант. —
СПб., 1995.
5. Митрохин, В. И. Сущность власти — социально-
философский анализ / В. И. Митрохин. — М., 1992.
6. Монтенъ, М. Опыты / М. Монтень. — М., 1998.
7. Ницше, Ф. Воля к власти / Ф. Ницше. — М., 1994. —
Раздел «Как обеспечить господство добродетели».
Право как свобода
Свобода и ответственность. Понятие свободы в истории
философии: свобода как свобода воли субъекта; свобода как
неподчинение необходимости; свобода как познанная
необходимость; свобода как отсутствие рабства (несвободы). Мера
и степень свободы. Правовые дозволения и запреты как
выражение меры свободы. Ответственность как неотъемлемое
свойство свободы. Соотношение потенциальной и реальной
ответственности. Ответственность как выражение развитости
сознания и самосознания, культуры общества и личности.
Ответственность и вина.
Право как равенство и справедливость
Понятие «равенство» как выражение общественных
отношений и субъективных оценок. Формальное и реальное
(фактическое) равенство. Равенство и неравенство. Равенство и
уравниловка.
Правовое равенство. Правовое равенство и
справедливость.
Проблема справедливости в истории философии:
справедливость как способность подчиняться закону; справедливость
как равенство в жизнедеятельности; справедливость как
«пропорциональность» воздаяния за деяния.
Справедливость — общественные отношения людей,
соответствующие исторической необходимости и
практическим возможностям.
Исторический характер справедливости. Субъектно-
объектный характер справедливости. Основные черты
справедливости — объективность, равенство. Субъективные черты
справедливости — бескорыстие, самокритичность носителя
справедливости, доброжелательность, толерантность и т.п.
Природа справедливости: нравственная и социально-правовая.

Авторская программа курса «Философия права» 331
Виды справедливости:
• справедливость как явление общественное и
межличностное;
• справедливость как отношение в системе «человек —
человек»;
• справедливость как отношение в системе «человек —
общество»;
• справедливость как отношение в системе «человек —
государство»;
• справедливость как отношение в системе «человек —
этнос»;
• справедливость как отношение в системе «человек —
социальная группа».
Мера справедливости. Демократия и справедливость.
Справедливость как оценочное понятие.
Литература
1. Бердяев, Н. А. О рабстве и свободе человека //
Бердяев, Н. А. Царство Духа и царство Кесаря. — М., 1995.
2. Гегель, Г. Философия права / Г. Гегель. — М., 1990. Пред.
указ. «свобода», «необходимость».
3. Иконникова, Г. И. Основы философии права. Раздел III.
Глава 13 / Г. И. Иконникова, В. П. Ляшенко. — М., 2001.
4. Камю, А. Избранное / А. Камю. — М., 1989. — С. 345—
425.
5. Кант, И. К вечному миру // Критика способности
суждения. — СПб., 1995. — С. 444 (сноска).
6. Лосский, Н. О. Свобода воли и марксистский
детерминизм / Н. О. Лосский. — М., 1981.
7. О свободе. Антология западноевропейской классической
либеральной мысли. — М., 1995.
Право и власть
Воля, свобода воли, власть. Свобода воли и право.
Необходимость власти для реализации права. Формы власти. Власть как
антипод права. Право и умирение (сдерживание) власти. Право
власти как господствующее начало построения правовой
системы ряда обществ.
Процесс отрыва права как высокой цивилизационной
ценности от произвола власти. Право государства и значение для его
развития. Конституции, народовластия и разделения властей.
Гражданское общество и правовое государство. Власть,
политика, право: механизм взаимодействия.

332 Авторская программа курса «Философия права»
Литература
1. Аристотель. Соч. : в 4 т. Т. 4 / Аристотель. — М., 1984. —
Пред. указ. «справедливость», «право».
2. Бербешкинина, 3. А. Справедливость / 3. А. Бербешки-
нина. —М., 1983.
3. Гегель, Г. Философия права / Г. Гегель. — М., 1990. Пред.
указ. «справедливость».
4. Ленин, В. И. Государство и революция / В. И. Ленин //
ПСС. Т. 33. —С. 93.
5. Платон. Диалоги / Платон. — М., 1989.
6. Энгельс, Ф. Анти-Дюринг // Маркс К., Энгельс Ф.
Соч. 2-е изд. Т. 20. — С. 153.
7. Энциклопедический философский словарь / Статья
«справедливость». — М., 1983 и др. издания.
8. Иконникова, Г. И. Основы философии права. Раздел III.
Глава 14 / Г. И. Иконникова, В. П. Ляшенко. — М., 2001.
Сущее и должное в морали и праве
Проблема сущего как проблема единства сущности
и существования. Сущность права, гарантия общего блага.
Существование многоразличных социальных, нравственных
и правовых норм.
Сущее и должное в морали и праве. Порядок как
реализация сущего и должного. Разработка категории «порядок»
в истории философии. Порядок и организация систем.
Правопорядок как организация не только правовой системы
общества, но и всей общественной жизни. А. А. Богданов о законах
организации системы.
Порядок, беспорядок, кризис. Кризис системный и кризис
структурный. Правопорядок как социальное действие права.
Правопорядок как результат коррелятивного (связанного
условиями) и мутуального (взаимного) сосуществования всех
элементов общественной системы.
Литература
1. Богданов, А. А. Тектология или единая организационная
наука / А. А. Богданов. — М., 1992.
2. Вебер, М. Избранные произведения. — М., 1990.
3. Вебер, М. Протестанская этика и дух капитализма //
М. Вебер. Избранные произведения / М. Вебер. — М., 1990.
4. Поппер, К. Открытое общество и его враги : в 2 т. / К. Поп-
пер. — М., 1992.
5. Иконникова, Г. И. Основы философии права. Раздел П.
Глава 9 / Г. И. Иконникова, В. П. Ляшенко. — М., 2001.

Авторская программа курса «Философия права» 333
Тема 6. Гносеологические проблемы философии права
Гносеология и правовая эпистемология: цели, задачи,
методы.
Границы и возможности познания правовой реальности.
Общие социокультурные условия, уровень развития цивилизацион-
ности системно-правового и системно-нравственного миров.
Жизненный мир человека в единстве объективного и
субъективного, материального и духовного, индивидуального и над-
инд ивиду ал ьного.
Обыденно-практическое правовое познание (дозволенное
и недозволенное, возможное и невозможное) и теоретический
уровень познания правовой реальности (задачи, уровни,
формы, методы).
Философско-правовая эпистемология о специфике познания
правовой реальности: единство гносеологического и
аксиологического, объективного и субъективного, сущего и должного,
абсолютного и относительного («юридическая» и объективная
истины).
Эпистемологическая методология: материалистическое
понимание истории, позитивизм, экзистенциализм,
структурализм, феноменология, герменевтика, постмодернизм.
Определение основных методологических принципов исследования
правовой реальности.
Литература
1. Алексеев, П. В. Теория познания и диалектика / П. В.
Алексеев, А. В. Панин. — М., 1991.
2. Буков В. А. В тупиках революционного правосознания /
В. А. Буков. — М., 1994.
3. Границы науки: о возможности альтернативных моделей
познания. — М., 1991.
4. Дражина, И Б. Правовое освоение действительности
в системе юридических категорий / И. Б. Дражина, Е. В. По-
номаренко. — Тюмень, 1995.
5. Ильин, И. А. О сущности правосознания // Ильин И А.
Соч. : в 10 т. Т. 4. —М., 1994.
6. Ильин, В. В. Теория познания. Введение. Общие
проблемы / В. В. Ильин. — М., 1994.
7. Иконникова, Г. И. Основы философии права. Раздел IV.
Глава 16 / Г. И. Иконникова, В. П. Ляшенко. — М., 2001.
8. Керимов, Д. А. Основы философии права / Д. А.
Керимов. — М., 1992.

334 Авторская программа курса «Философия права»
9. Рузавин, Г. И. Методология научного исследования /
Г. И. Рузавин. — М., 1999.
10. Французова, Н. П. Исторический метод в научном
познании / Н. П. Французова. — М., 1972.
Тема 7. Практические проблемы философии права
Деятельность как философская категория и правовая
деятельность как философско-правовая категория. Правовая
деятельность как активное отношение социального субъекта
к системному миру, способ его существования в правовой
реальности и в жизненном мире человека.
Правовая деятельность — это способ существования
правовой реальности: вне ее нет правоотношений, правосознания,
правопорядка, цивилизации.
Различным состояниям правовой реальности
соответствуют типы, формы и виды правовой деятельности.
Основные структуры правовой деятельности:
процессуальная (взаимодействие субъекта с объектом на основе элементов
процесса: потребности — интересы — цели — средства —
результаты и последствия); видовая (труд, общение, игра),
временная (актуальная и аккумулятивная).
Две формы правовой деятельности: практическая (как
государственно-правовая процессуальная и каждодневная
деятельность каждого человека, ограниченная юридическими
законами), теоретическая (правотворческая (законодательная),
научно-исследовательская).
Правовая деятельность органично связана с управлением
(поддержание правопорядка, планированием, организацией,
регулированием, рационализацией, информационным
обеспечением, прогнозированием).
Управленческая правовая деятельность имеет две основные
формы — научную и эмпирическую. Научное управление
опирается на знание и использование объективных законов
общества, построенные на этой основе социальные технологии.
Эмпирическое управление основывается на жизненном
опыте, здравом смысле, традициях.
В теоретико-практической управленческой деятельности
важное место принадлежит герменевтике как когнитивно-
креативной (мыслительно-созидательной) практике.
Герменевтика и толкование законов
Разработка герменевтического знания в истории
философии: Аристотель, неоплатоники, средневековые схоласты,

Авторская программа курса «Философия права» 335
немецкие романтики XIX в. Разработка герменевтики В. Диль-
теем, М. Вебером, М. Хайдеггером, Г. Гадамером, М. Фуко,
П. Рикером.
Герменевтика как философское знание и метод.
Герменевтика как философская способность постижения смысла
исторических памятников, текстов. Роль языка для постижения
смысла предмета: язык как «дом бытия».
Герменевтика как практика постижения истины. Роль
герменевтических подходов — интерпретация, эпликация,
легитимация, высвечивание, опыт мира, предпонимание, пред-
мнение, историзм, мнение, понимание, временной интервал,
временной смысл для толкования юридических законов.
Первый смысл как ожидание смысла источника. Противоречия
первого смысла с мнением и пониманием (например,
уточнение законов Конституционным судом).
Герменевтический круг как метод сущностного познания
исторических явлений. Интерпретация юридических законов
с позиций герменевтики: учет субъективных мнений, уровня
правовой культуры интерпретатора, языка и вкладываемого
в него смысла, идеалов и других «помех» для понимания
юридических законов.
Литература
1. Арефьева, Г. С. Общество. Познание. Практика / Г. С.
Арефьева. — М., 1988.
2. Воронович, Б. А. Философский анализ структуры
практики / Б. А. Воронович. — М., 1972.
3. Гадамер, Г. Истина и метод / Г. Гадамер. — М., 1988.
4. Граждан, В. Д. Деятельность и управление:
социологический аспект / В. Д. Граждан. — М., 1990.
5. Деятельность: теории, методологии, проблемы. — М.,
1999.
6. Иконникова, Г. И. Основы философии права. Раздел IV.
Глава 17 / Г. И. Иконникова, В. П. Ляшенко. — М., 2001.
7. Моисеев, H. H. Информационное общество: возможности
и реальности / Н. Н. Моисеев // Полис. — 1993. — № 3.
8. Рикёр, П. Конфликт интерпретаций. Очерки по
герменевтике / П. Рикёр. — М., 1995.
9. Рикёр, П. Герменевтика, этика, политика / П. Рикёр. —
М., 1995.
10. Философия права. Краткий словарь. — СПб., 2000.
11. Фуко, М. Слова и вещи / М. Фуко. — СПб., 1994. С. 7—18,
23—24, 28—37, 319.

Тесты по курсу
Тест 1.
История философии права
1. Философско-правовые идеи в античности разрабатывал:
а) Фалес;
б) Пифагор;
в) Протагор;
г) Зенон Элейский;
д) Аристотель.
2. Идея справедливости содержится в работах:
а) Горгия;
б) Аристотеля;
в) Бэкона;
г) Гегеля;
д) Вернадского.
3. Классификацию развития права осуществил:
а) Платон;
б) Фома Аквинский;
в) Г. В. Ф. Гегель;
г) К. Маркс;
д) П. Сорокин.
4. Определение «свободы как познанной необходимости»
впервые дал:
а) Августин;
б) Н. Макиавелли;
в) Б. Спиноза;
г) Г.В.Ф.Гегель;
д) К. Маркс.
5. Идею «общественного договора» впервые выдвинул :
а) Протагор;
б) Эпикур;
в) Платон;
г) Г. Гроций;
д) Т. Гоббс.

Тесты по курсу
337
6. Работу «Левиафан» написал:
а) Н. Макиавелли;
б) Т. Гоббс;
в) К. Гельвеций;
г) И. Кант;
д) Ф. Ницше.
7. Работу «О духе законов» написал:
а) Аристотель;
б) Августин;
в) М. Монтень;
г) Ш. Монтескье;
д) Д. Дидро.
8. Работу «Философия права» написал:
а) Т. Гоббс;
б) П. Гольбах;
в) Г.В.Ф.Гегель;
г) К. Маркс;
д) Ф. Энгельс.
9. Проблему свободы воли разрабатывал:
а) Платон;
б) Августин;
в) Э. Роттердамский;
г) Л. Валла;
д) А. Шопенгауэр.
10. О свободе как творчестве и ответственности учил:
а) Ксенофан;
б) М. Монтень;
в) Г.В.Ф.Гегель;
г) К. Маркс;
д) Н. Бердяев.
11. Проблемой блага занимался:
а) Сократ;
б) Зенон Элейский;
в) Аристотель;
г) Ж.-Ж. Руссо;
д) К. Маркс.
12. Проблему правовой реальности в связи с жизненным
миром человека разрабатывал:
а) Платон;
б) Августин;
в) Г. В. Ф. Гегель;
г) К. Маркс;
д) Ю. Хабермас.
13. Юридический позитивизм связан с именем:
а) О. Конта;

338 Тесты по курсу
б) Дж. Остина;
в) Г. Гуго;
г) А. Шопенгауэра;
д) Ф. Ницше.
14. К теоретикам неокантианской философии права
относится:
а) Г. Кельзен;
б) Р. Штаммлер;
в) В. С. Соловьёв;
г) Г. Радбрух;
д) П. Бергер.
15. Феноменологическую концепцию философии права
разрабатывал:
а) М. Шелер;
б) К. Маркс;
в) Ю. Хабермас;
г) Т. Лукман;
д) Б. Кроче.
16. Идеи экзистенциального права содержатся в работах:
а) П. Рикёра;
б) Ж.-П. Сартра;
в) К. Ясперса;
г) К. Леви-Строса;
д) Е. Фехнера.
17. В культурологически-реалистическом аспекте правовую
реальность рассматривал:
а) Ж.-Ж. Руссо;
б) А. Шопенгауэр;
в) К. Маркс;
г) П. Сорокин;
д) М. Фуко.
18. Понятие «идеационального права» впервые ввел:
а) Августин;
б) Фома Аквинский;
в) Э. Роттердамский;
г) П. Сорокин;
д) К. Поппер.
19. К философско-правовым фрейдистским идеям относится
идея:
а) роль бессознательного в мотиве преступления;
б) психологического механизма асоциального поведения,
преступлений;
в) роли экономического фактора в росте преступности;
г) места и роли культуры в жизнедеятельности человека;
д) коллективного бессознательного в преступлении.

Тесты по курсу 339
20. 20) Работу «К критике гегелевской философии права»
написал:
а) И. Кант;
б) Л. Фейербах;
в) К. Маркс;
г) Ф. Энгельс;
д) Г. В. Плеханов.
Тест 2.
Генезис философско-правовой мысли
1. Объектом философии права является:
а) социальная реальность;
б) жизненный мир человека;
в) политическая и правовая реальность;
г) взаимодействие повседневной реальности и системного
мира человека, определяемого нормами права и
юридическими законами.
2. Объект философии права совпадает:
а) с объектом социальной философии;
б) с объектом юриспруденции;
в) с объектом общей теории права;
г) с объектом этики.
3. Предметом философии права является изучение:
а) законов социальной среды;
б) наиболее общих принципов правовой реальности и ее
познания;
в) идей права;
г) взаимодействия права и законов государства.
4. Предмет философии права в основном совпадает:
а) с предметом социальной философии;
б) с предметом общей теории права;
в) с предметом социологии;
г) с предметом юриспруденции.
5. Философия права — это дисциплина:
а) юридическая;
б) философская;
в) политологическая;
г) социологическая;
6. Философия права — это часть:
а) общей теории права;
б) философии;
в) социальной философии;

340 Тесты по курсу
г) правового мировоззрения.
7. Философия права включает проблемы:
а) онтологические;
б) экономические;
в) политические;
г) аксиологические;
д) экологические.
8. Философско-правовые категории:
а) бытие;
б)свобода;
в) право;
г) закон;
д) правовая реальность.
9. Категории, которые философия права «берет» из
социальной философии:
а) ответственность;
б) законность;
в) право;
г) закон;
д) вина.
10. К основным функциям философии права относятся:
а) онтологическая;
б) аксиологическая;
в) футурологическая;
г) идеологическая;
д) эпистемологическая.
11. К философско-правовым проблемам относятся :
а) природа и сущность правовой реальности;
б) государственное устройство;
в) власть и право;
г) свобода и право;
д) индивид-человек-личность.
12. Классификацию генезиса философско-правовой
мысли дал:
а) Аристотель;
б) Г.В.Ф.Гегель;
в) К. Маркс;
г) К. Поппер;
д) П. Сорокин
13. Понятие «идеациональная философия права»
принадлежит:
а) Августину;
б) Т. Гоббсу;
в) К. Гельвецию;

Тесты по курсу 341
г) П. Сорокину;
д) К. Попперу.
14. Проблемы порядка и закона разрабатывали:
а) Ксенофан;
б) Гераклит;
в) Протагор;
г) Платон;
д) Эпикур.
15. Проблему справедливости разрабатывали:
а) Пифагор;
б) Аристотель;
в) Платон;
г) Гоббс;
д) К. Маркс.
16. Философско-правовые идеи в Средние века носили
характер:
а) идеалистический;
б) идеациональный;
в) пантеистический;
г) дуалистический;
д) субъективный.
17. Философско-правовые концепции в эпоху Возрождения
разрабатывались в связи с проблемами:
а) социально-философскими:
б) натурфилософскими;
в) этическими;
г) политическими;
д) религиозными.
18. Концепции «естественного состояния» и «общественного
договора» разрабатывали:
а) Ф. Бэкон;
б) Т. Гоббс;
в) Дж. Беркли;
г) Ж.-Ж. Руссо;
д) К. Гельвеций.
19. Теорию «базиса и надстройки» разработал:
а) Т. Гоббс;
б) Ш. Монтескье;
в) Г. В. Ф. Гегель;
г) К. Маркс;
д) К. Поппер.
20. Работу «Метафизика нравов» написал:
а) Д. Бруно;
б) Н. Макиавелли;

342 Тесты по курсу
в) И. Кант;
г) Л. Фейербах;
д) К. Маркс.
Тест 3.
Правовая реальность как философско-правовая
проблема
1. Термин «жизненный мир человека» впервые ввел:
а) Б. Паскаль;
б) Ф. М. Достоевский;
в) Л. Н. Толстой;
г) Э. Гуссерль;
д) H.A. Бердяев.
2. Жизненный мир человека — это:
а) семья;
б) политика;
в) повседневная реальность;
г) единство повседневной реальности и системного мира
человека;
д) природа.
3. Повседневная реальность — это :
а) нормы права;
б) обязанности гражданина;
в) привычная изо дня в день повторяющаяся
жизнедеятельность человека;
г) моральные нормы и нравственные действия;
д) жизненные ситуации.
4. Системный мир человека — это:
а) правовые нормы;
б) правовые нормы и юридические законы;
в) моральные принципы;
г) система общественных институтов и норм;
д) дисциплина и порядок.
5. Правовая реальность — это:
а) права и законы;
б) повседневная реальность;
в) правоотношения;
г) взаимодействие жизненного мира человека с
системным миром, выраженное нормами права и
юридическими законами;
д) взаимодействие повседневной реальности с системным
миром человека.

Тесты по курсу 343
6. К элементам правовой реальности относятся:
а) юридические законы;
б) политика государства;
в) экологическое сознание;
г) правоотношения;
д) правовая культура.
7. Человек как правовое существо — это человек,
обладающий:
а) совестью;
б) долгом;
в) определенными правами и обязанностями;
г) обязанностями без прав;
д) правами без обязанностей.
8. Правоотношения — это:
а) система правовых ориентации человека;
б) общественные отношения, обусловленные правами
и обязанностями своих субъектов;
в) усвоение социальными субъектами правовых норм;
г) перевод внешних требований социальной среды во
внутренний мотив действия;
д) идеологические отношения людей по поводу их прав
и обязанностей.
9. Правосознание — это :
а) осознанная правовая реальность;
б) жизненный мир человека, отраженный с точки зрения
законного и незаконного;
в) идеализация должного и сущего;
г) выражение духовного общества и личности.
10. Правопорядок является выражением:
а) морального согласования интересов;
б) государственного насилия;
в) своевременного исправления правовых норм;
г) соблюдения правовых норм и юридических законов;
д) вхождения через повседневную реальность норм, правил,
стандартов системного мира в жизнь каждого человека.
Тест 4.
Правовая реальность: природа, сущность, структура.
Человек как правовое существо. Право и закон
1. Правовая реальность — это:
а) система юридических законов;
б) система правовых норм;

344 Тесты по курсу
в) государственное законодательство;
г) материальное и духовное бытие права;
д) взаимодействие повседневной реальности и системного
мира человека, выраженного правовыми нормами и
юридическими законами.
2. Правовая реальность содержит такие элементы как:
а) правоотношения;
б) правосознание;
в) юридические законы;
г) правовые нормы;
д) природная среда.
3. Правовая реальность — это:
а) жизненный мир человека;
б) взаимодействие повседневной реальности с системным
миром человека;
в) совокупность правовых норм и противоправных
действий;
г) система «общество-человек»;
д) взаимодействие повседневной реальности с системным
миром человека как миром правовых норм и
юридических законов.
4. Структуры правовой реальности:
а) интеллектуально-психологическая;
б) нормативно-регулятивная;
в) нравственно-регулятивная;
г) социально-классовая;
д) этническая.
5. Интеграционной основой реальности как целостной
системы является:
а) природа;
б) бог;
в) техника;
г) наука;
д) жизненный мир человека.
6. Правовая реальность по своей природе:
а) только материальна;
б) только духовна;
в) и материальна, и духовна.
7. Правовая реальность по характеру:
а) объективна;
б) субъективна;
в) объектно-субъектна;
г) субъектно-объектна.

Тесты по курсу 345
8. Правовая реальность — это:
а) часть природной среды;
б) часть жизненного мира человека;
в) часть системного мира человека;
г) взаимодействие и результат взаимодействия
повседневной реальности и системного мира человека,
представленного правовыми нормами и юридическими законами;
д) повседневная реальность.
9. Правовые отношения существуют как:
а) идеологические;
б) экономические;
в) социальные;
г) политические;
д) самостоятельные.
10. Правосознание существует как:
а) научное;
б) мифологическое;
в) обыденное;
г) идеологическое;
д) знание законов.
11. Индивидуальное правосознание — это:
а) часть общественного правосознания;
б) знание индивидом законов;
в) часть правовой реальности;
г) отражение общественного правосознания;
д) отражение правовой реальности индивидуальным
сознанием.
12. Правосознание, прежде всего, детерминировано:
а) жизненным миром человека;
б) классовыми отношениями;
в) экономическим базисом общества;
г) системным миром человека;
д) микросредой.
13. Право — это:
а) потребность человека;
б) общее благо;
в) моральное требование;
г) закон человеческой природы;
д) содержание юридических законов.
14. Системный мир человека — это:
а) мир потребностей и желаний;
б) мир интересов;
в) мир социальных институтов и норм;

346 Тесты по курсу
г) мир моральных принципов и правил;
д) институциализированныи и нормативный мир.
15. Жизненный мир человека есть:
а) отношение «человек и его "Я"»;
б) мир смыслов и значений;
в) отношение «человек-общество»;
г) отношения «человек-природа», «человек-общество»,
«человек-человек», «человек и его "Я"»;
д) повседневная реальность.
Тест 5.
Право как свобода и ответственность
1. Определение понятия «свободы как познанной
необходимости» впервые дал:
а) Платон;
б) Аристотель;
в) Гоббс;
г) Гегель;
д) Спиноза.
2. Свобода — это категория :
а) этическая;
б) психологическая;
в) политическая;
г) философская;
д) философско-правовая.
3. Проблема свободы разрабатывалась:
а) Пифагором;
б) Аристотелем;
в) Гегелем;
г) Марксом;
д) Ж.-П. Сартром.
4. Условием появления свободы является:
а) случайность;
б) познанная необходимость;
в) действие в соответствие с необходимостью;
г) юридические законы;
д) само существование человека.
5. Работу «Равенство и свобода человека» написал:
а) Августин Блаженный;
б) Л. Валла;
в) Б. Спиноза;

Тесты по курсу 347
г) Ф. Энгельс;
д) Н. Бердяев.
6. Как продукт исторического развития свободу впервые
рассмотрел:
а) Аристотель;
б) Августин;
в) Гегель;
г) Энгельс;
д) Бердяев.
7. Свобода — это:
а) свобода творчества;
б)свобода слова;
в) свобода совести;
г) свобода действия;
д) присутствие человека в мире.
8. Сфера свободы человека — это:
а) свободное действие;
б) законы и подзаконные акты государства;
в) пространство: его социально-целесообразные действия;
г) условия, позволяющие выбрать, поставить и
реализовать цель;
д) человеческое общение.
9. Работу «Экзистенциализм — это гуманизм» написал :
а) А. Камю;
б) М. Фуко;
в) П. Рикёр;
г) Ж.-П. Сартр;
д) М. Хайдеггер.
10. Свобода как экзистенциал личности означает:
а) способность принимать решения;
б) способность действовать в соответствии со своими
интересами и целями;
в) реализовать себя;
г) желание «свободы себе и другим»;
д) протест против социального гнета.
11. Альтернатива свободе человека:
а) обман, иллюзии;
б) подчинение Богу, любви, коллективу и т.д.;
в) многопартийность;
г) творчество;
д) угнетение.
12. Кто учил о свободе «рациональной», «иррациональной»,
«трансцендентной»?
а) Августин;

348 Тесты по курсу
б) Фома Аквинский;
в) И. Кант;
г) А. Шопенгауэр;
д) Н. Бердяев.
13. Каковы признаки утраты свободы:
а) отчужденность субъекта от объекта;
б) усреднение личности в обществе;
в) стандартизация мнений и мысли;
г) уничтожение оригинальности человека;
д) преобладание обязанностей по сравнению с
правами.
14. Можно ли свободе дать следующие ценностные
характеристики:
а) позитивная;
б) негативная;
в) аморальная;
г) политическая;
д) личностная.
15. Свобода как выбор — это:
а) одна из форм свободы;
б) сущность свободы;
в) условие правовой свободы;
г) идеологический тезис;
д) нравственная свобода.
16. Свобода измеряется:
а) отношением человека к своим обязанностям;
б) экономическим благосостоянием;
в) политической активностью;
г) свободой выбора;
д) развитостью существующих в стране прав.
17. Мера свободы — это :
а) единство качества и количества обязанностей;
б) единство качества и количества свободы;
в) единство качества и количества прав;
г) соответствие юридических законов естественным
правам;
д) позитивное право.
18. Ответственность — это:
а) органическое свойство свободы;
б) признаки вины;
в) дисциплина;
г) возложение вины за преступления;
д) зрелость свободы социального субъекта в выборе
ценностей.

Тесты по курсу 349
19. Вина — это:
а) осознание социальным субъектом его безответственных
решений и действий;
б) чувство раскаяния;
в) ответственность за свободу;
г) осознание недолжного;
д) психическое отношение к противоправному действию.
20. Для Г. В. Ф. Гегеля свобода — это:
а) объективный дух;
б) идея реализации «Я»;
в) наличное бытие права;
г) познанная необходимость;
д) произвол и желание поступать по своему усмотрению.
Тест 6.
Правовая реальность
1. Правовая реальность связана с жизненным миром
человека? (Да, нет)
2. Можно ли считать, что правовая реальность — это
существующее право? (Да, нет)
3. Имеет ли связь правовая реальность с повседневной
реальностью людей? (Да, нет)
4. Можно ли сказать, что правовая реальность есть часть
системного мира человека? (Да, нет)
5. Можно ли определить понятие правовой реальности как
результата взаимодействия права и юридических законов
со всеми жизненным миром человека? (Да, нет)
6. Правовая реальность одновременно обладает
противоположными характеристиками: она и объективна, и
субъективна? (Да, нет)
7. Правовая реальность может быть определена как
целостность, состоящая из элементов? (Да, нет)
8. К элементам правовой реальности относятся
экономические отношения? (Да, нет)
9. К элементам правовой реальности относят правовые
учреждения? (Да, нет)
10. К элементам правовой реальности относят
правоотношения? (Да, нет)
11. Правовые отношения — это все социальные
взаимодействия, детерминируемые правом? (Да, нет)
12. Правовые отношения — это любые тендерные
отношения? (Да, нет)

350 Тесты по курсу
13. Можно ли сказать, что право вплетено в экономические
и технологические отношения? (Да, нет)
14. Правовые отношения не имеют никаких связей с
государством? (Да, нет)
15. Можно ли считать, что правовые отношения — это всегда
деятельность? (Да, нет)
16. Правовые отношения имеют объектно-субъектный
характер? (Да, нет)
17. Правовое сознание — это элемент правовой реальности?
(Да, нет)
18. Можно ли говорить об эмпирических правовых знаниях?
(Да, нет)
19. Из всех форм общественного сознания к правосознанию
наиболее близки моральное и политическое? (Да, нет)
20. Правосознание отражает жизнедеятельность общества
в экономической, социальной, политической, духовной
сферах? (Да, нет)
Тест 7.
Человек как правовое существо
1. Можно сказать, что человеку a priori присуще быть
правовым существом? (Да, нет)
2. Формирование правового человека есть процесс
приобретения правовых знаний, навыков и умений? (Да, нет)
3. Можно считать, что механизм формирования правового
человека определяется двумя процессами: социализацией
и интернализацией? (Да, нет)
4. Быть правовым существом значит в субъектной форме
отражать (своим сознанием) и выражать (своими действиями)
объективную обусловленность общества и человека? (Да, нет)
5. Общество воспитывает правового человека посредством
моральных норм? (Да, нет)
6. Нормы права — это общеобязательные правила
поведения? (Да, нет)
7. Характеризует ли человека как правовое существо степень
усвоения норм и следование их требованиям? (Да, нет)
8. Можно сказать, что обязанности без прав — это рабство,
деспотизм? (Да, нет)
9. Правы ли те, кто утверждает, что права без обязанностей
«беспредел», анархия?
10. Определяет ли дисциплинированность человека его
становление как правового существа? (Да, нет)

Тесты по курсу 351
Тест 8.
Право и закон: природа, сущность, взаимодействие
1. Главный признак права — соразмерность поведения и
нормы, действий и требований как общественных, так и
естественных? (Да, нет)
2. Можно ли утверждать, что право — сугубо человеческий
феномен? (Да, нет)
3. Прав ли И. Кант, утверждая, что право — это способность
социального субъекта быть «господином самому себе»?
(Да, нет)
4. Можно ли согласиться с положением, что вне закона права
быть не может? (Да, нет)
5. Право — это продукт общества, а закон — продукт
государства? (Да, нет)
6. Может ли быть закон не правовым? (Да, нет)
7. Право как содержание закона выступает его критерием?
(Да, нет)
8. Основой и источником юридического закона служит
политика? (Да, нет)
9. Правовой фундамент всех законов и подзаконных актов —
это положение Конституции о человеке, его правах и
свободах? (Да, нет)
10. Право — «дух» закона, его глубинная сущность?
(Да, нет)
11. Юридический закон — многоаспектный и
противоречивый феномен? (Да, нет)
12. Можно сказать, что закон одновременно является и
законодательством, и законо-положением? (Да, нет)
13. Реальная жизнь во всей ее полноте законами не
охватывается? (Да, нет)
14. Закон — это доцивилизационный феномен? (Да, нет)
15. Право как сила обретает жизнь через юридические законы
и государственную власть? (Да, нет)
16. Можно ли сказать, что законы общества и законы
государства тождественны? (Да, нет)
17. Прав ли И. Кант, когда назвал юридические законы
«законами долженствования»? (Да, нет)
18. Можно ли считать силой права принуждение, заложенное
в законе? (Да, нет)
19. Правовое государство обязано через силу права дать
человеку возможность не только жить, но жить достойно?
(Да, нет)

352 Тесты по курсу
20. Можно ли рассматривать право в качестве мощного
технологического инструмента общественного развития?
(Да, нет)
Тест 9.
Право и власть
1. Взаимосвязь права и власти опосредуется интуицией?
(Да, нет)
2. Одним из первых философов к проблеме воли обратился
Анаксимандр? (Да, нет)
3. Власть — это бытие воли? (Да, нет)
4. Власть есть способность и возможность оказывать
определенное воздействие на деятельность, поведение людей
при помощи таких средств как воля, авторитет, право,
насилие? (Да, нет)
5. Право — это воля власти, возведенная в закон? (Да, нет)
6. Только государственная власть обладает монополией
на принуждение не только с помощью своего аппарата,
но и с помощью права? (Да, нет)
7. И насилие, и тирания, и публичная казнь, и массовые
расстрелы людей могут быть узаконены, стать элементами
позитивного права? (Да, нет)
8. Законодатели стремятся установить определенные рамки
для судебной и исполнительной ветвей власти? (Да, нет)
9. Правовые нормы исходят не от государства, а от
общественных организаций? (Да, нет)
10. Разделение власти на законодательную,
исполнительную, судебную позволяет исключить произвол в
государственной политике и утверждает право в качестве
главного регулятора отношений между ветвями власти?
(Да, нет)
Тест 10.
Право и правопорядок
1. Хаос, порядок, беспорядок выражают отношения, связи
вещей, процессов, явлений? (Да, нет)
2. Порядок — это консервативность элементов системы?
(Да, нет)
3. Порядок — это наличие устойчивых, необходимых связей,
образующих устойчивые системы? (Да, нет)

Тесты по курсу 353
4. Беспорядок — нарушение гармонии? (Да, нет)
5. Закон, норма, правило важны, чтобы человек, соблюдая
их, содействовал установлению определенного порядка?
(Да, нет)
6. Традиции и законы не могут быть связаны друг с другом?
(Да, нет)
7. Можно упорядоченность общественных отношений
характеризовать как социальный порядок, социально-правовой
порядок, правопорядок? (Да, нет)
8. Повседневный порядок в качестве важнейшего регулятора
имеет правовые нормы? (Да, нет)
9. Правопорядок есть организация общественной жизни,
направленная на согласованность общественных
отношений? (Да, нет)
10. Можно сказать, что правопорядок в самом широком
смысле — это социальное действие права? (Да, нет)
Тест 11.
Цивилизация. Культура. Право
1. Существует ли правовая культура человека и общества?
(Да, нет)
2. Традиция связывать культуру с развитием человека берет
начало в философии средних веков? (Да, нет)
3. Свидетельствует ли правовая культура о качестве
правового состояния общества? (Да, нет)
4. Правовая культура выражается в неукоснительном
исполнении законов, гуманистической направленности
правоохранительной и правоисполнительной деятельности
государства? (Да, нет)
5. Правовую культуру можно рассматривать как:
а) экономическую;
б) вещно-процессуальную;
в) духовную;
г) материальную;
д) деятельно-человеческую.
6. По субъектам правовая культура может быть:
а) личностной;
б)групповой;
в) государственной;
г) народной;
д) партийной.

354 Тесты по курсу
7. Духовность, глубинное и неотъемлемое качество
культуры, выражается в формах общественного сознания, в том
числе и правосознании? (Да, нет)
8. Может правосознание обеспечивать развитие правовой
культуры? (Да, нет)
9. Создает ли правовую культуру тоталитарное государство?
(Да, нет)
10. Непременным требованием развития правовой культуры
служит «качество» политической идеологии? (Да, нет)
11. Без правовой культуры произвол, беззаконие,
продажность должностных лиц становится повседневной
реальностью? (Да, нет)
12. Можно считать, что в мире повседневной реальности
рождается правовая культура? (Да, нет)
13. Системный мир человека как мир инструментальной
рациональности не имеет отношения к правовой культуре?
(Да, нет)
14. Неразрывная связь цивилизации и правовой культуры
проявляется в институциализации? (Да, нет)
15. В зависимости от развитости института права, его
способности освоить такие общечеловеческие ценности как
свобода, равенство, общее благо, справедливость,
формируется определенный уровень цивилитарности самого
права? (Да, нет)
16. Цивилитарный характер права подтверждается его
обращением к человеку как биопсихосоциальному существу?
(Да, нет)
17. Прав Аристотель, когда определил гражданина как лицо,
являющееся одновременно и истцом, и ответчиком?
(Да, нет)
18. Право не всегда отражает характер цивилизации? (Да, нет)
19. Можно утверждать, что развитие цивилизации и культуры
сопровождается развитием института права? (Да, нет)
20. Любая оценка, любое отношение к наличному уровню
правовой культуры осуществляется через сравнения с
прошлым ее состоянием? (Да, нет)
Тест 12.
Право как ценность (аксиологический аспект проблемы)
1. Право — ценность классовая? (Да, нет)
2. Право — ценность общечеловеческая? (Да, нет)

Тесты по курсу 355
3. Можно сказать, что свобода — это правовая ценность?
(Да, нет)
4. Свобода, равенство, справедливость — это сущностные
характеристики права? (Да, нет)
5. Право — ценность и элемент общего блага? (Да, нет)
6. Общее благо — это правовая ценность? (Да, нет)
7. Общее благо в юридическом контексте можно понимать
как феномен, возникающий в результате
функционирования права как социального института? (Да, нет)
8. Прав ли Протагор, утверждавший, что человек есть мера
всех вещей? (Да, нет)
9. Не может быть общего блага, если попираются права и
свободы конкретного человека? (Да, нет)
10. Можно сказать, что общее благо есть результат
функционирования права? (Да, нет)
Тест 13.
Право как свобода и ответственность
1. Свобода — это способ существования человека? (Да, нет)
2. Свобода есть дар Бога? (Да, нет)
3. Свобода — это самоопределение человека в общении с
другими людьми? (Да, нет)
4. Прав ли Н. А. Бердяев, утверждая, что рабство и свобода —
это состояние человеческой духовности? (Да, нет)
5. Среди множества социальных норм ведущее место в
обретении свободы занимают правовые нормы? (Да, нет)
6. Люди повседневно сталкиваются с абстрактной свободой
и необходимостью? (Да, нет)
7. Свобода не связана с совокупностью объективных условий
и равнозначна произволу? (Да, нет)
8. Свобода провозглашается лозунгом «Что хочу, то и
творю?» (Да, нет)
9. Прав ли И. Кант, говоря, что свобода состоит в праве
личности быть целью, а не средством? (Да, нет)
10. У человека нет свободы выбора, когда он оказывается в
пространстве действия юридического закона? (Да, нет)
11. Свобода возможна, если ее не гарантирует государство?
(Да, нет)
12. Свобода человека выступает как свобода воли, свобода
деятельности, свобода сознания, свобода выбора целей,
средств и способов ее достижения? (Да, нет)

356 Тесты по курсу
13. Свобода личности обществом не детерминируется?
(Да, нет)
14. Прав ли В. И. Ленин: «жить в обществе и быть свободным
от общества нельзя»? (Да, нет)
15. Ответственность — органическое свойство свободы?
(Да, нет)
16. Подлинная свобода имеет границы: она ответственна?
(Да, нет)
17. Произвол именно потому и не является свободой, что
не предполагает ответственности? (Да, нет)
18. «Ответственность — результат опыта общения с Богом», —
считал С. Л. Франк, вы согласны? (Да, нет)
19. Ответственность имеет конкретные формы своего бытия —
политическую, правовую, нравственную, экологическую,
гражданскую? (Да, нет)
20. Вина означает осознание человеком, социальным
субъектом своих безответственных решений и действий?
(Да, нет)
Тест 14.
Сущее и должное в морали и праве
1. В правовой реальности дилемма «как должно быть» и «как
есть» проявляется в форме взаимосвязи,
взаимосогласования и адекватности сущего и должного? (Да, нет)
2. Сущее в контексте права — это правовая реальность?
(Да, нет)
3. Возможно ли рассогласование сущего и должного?
(Да, нет)
4. Деонтология — наука о сущем? (Да, нет)
5. Практический отбор должного, норм опирался на
оптимизацию общественной жизни? (Да, нет)
6. Должное — это принуждение и ограничение? (Да, нет)
7. Можно сказать, что должное есть самовыражение личности,
проявление человеком своего «Я» через закон? (Да, нет)
8. Является ли право менее духовным, чем мораль? (Да, нет)
9. В морали и праве по-разному проявляется взаимосвязь
сущего и должного? (Да, нет)
10. Должное в праве связано с общечеловеческими
ценностями? (Да, нет)
11. Должное в праве предоставляет возможность выбора?
(Да, нет)

Тесты по курсу 357
12. Можно сказать, что должное в праве всеобще и внеситуа-
ционно? (Да, нет)
13. Сущее почти никогда не соответствует должному?
(Да, нет)
14. Сущее в праве зависит от совпадения цели и результата?
(Да, нет)
15. Должное в праве четко фиксирует исход конкретного
действия и дает однозначную ориентацию на результат?
(Да, нет)
Тест 15.
Право и закон
1. Право как общественное явление исследует:
а) общая теория права;
б) философия права;
в) политэкономия;
г) биология;
д) демография.
2. Юрист видит в праве систему норм и юридическую форму
бытия общества? (Да, нет)
3. Понятийный аппарат (тезаурус) правовой теории:
а) юридическая норма;
б) обычай;
в) конфликт;
г) обязанность;
д) право.
4. Право — сугубо человеческий феномен? (Да, нет)
5. Сегодня право делится на:
а) трудовое;
б) конституционное;
в) эстетическое;
г) гражданское;
д) уголовное.
6. Прав ли Кант, что право — это способность социального
субъекта быть «господином самому себе»? (Да, нет)
7. Можно утверждать, что право — это продукт общества,
а закон — продукт государства? (Да, нет)
8. Право — содержание закона? (Да, нет)
9. Является ли ст. 17 Конституции РФ о том, что «человек, его
права и свободы являются высшей ценностью» правовым
фундаментом всех законов и подзаконных актов? (Да, нет)

358 Тесты по курсу
10. Природа закона двойственна: через него действуют и тот,
кто его дает, и тот, кто его принимает? (Да, нет)
Тест 16.
Право как равенство и справедливость
1. Правы ли те философы, которые связывают справедливость
с высокими моральными качествами человека? (Да, нет)
2. О справедливости писали:
а) Платон;
б) Сократ;
в) Локк;
г) Кант;
д) Маркс.
3. И. Кант делал акцент на справедливости:
а) этической;
б) экономической;
в) правовой;
г) судебной;
д) социальной.
4. Маркс трактовал понятие «справедливость» исходя из:
а) идеалистического понимания истории;
б) экономического понимания истории;
в) экзистенциального времени;
г) материалистического понимания истории;
д) уравнительных отношений.
5. Маркс и Энгельс усматривали в справедливости:
а) реальность;
б) идеал;
в) нравственные отношения;
г) социально-экономические отношения;
д) буржуазную фантазию.
6. Либеральные концепции справедливости подчеркивают
такие ее принципы как:
а) открытое для всех на условиях частного равенства
возможностей социальное и экономическое неравенство;
б) реальное положение личности в обществе;
в) «справедливо то, что равно»;
г) каждое лицо должно обладать равными с другими
правами на более широкую свободу;
д) чувство собственного достоинства, взаимное уважение,
гармония личных и общественных интересов.

Тесты по курсу 359
7. Справедливость связана с такими общественными
отношениями:
а) экономическими;
б) правовыми;
в) технологическими;
г) экологическими;
д) социальными.
8. Справедливость меняет свое нравственное содержание
в разные исторические эпохи? (Да, нет)
9. Важнейшие черты чувства справедливости:
а) равенство;
б) доброжелательность;
в) скупость;
г) отвага;
д) объективность.
10. Справедливость как реальность — это:
а) действия социального субъекта;
б) свойство любого общественного явления;
в) «субъект — субъектное» отношение;
г) отношение «субъект — общественный институт»;
д) «объект — субъектное» отношение.
11. Содержание справедливости как реальности выступает
в таких основных аспектах:
а) мера воздаяния;
б) правомерность оценки;
в) мера требования;
г) правосудность;
д) мера вознаграждения.
12. Правовое воздаяние это:
а) правосудие;
б) равный правовой подход ко всем;
в) оценка деяния;
г) мера отношения преступления и наказания;
д) оценка поведения личности с точки зрения добра и зла.
13. Как мера требования правовая справедливость есть
регулятор:
а) взаимоотношений личности и общества;
б) отношения к себе;
в) личности и государства;
г) отношений мужа и жены;
д) должного в человеческой жизнедеятельности и сущего,
того, что есть в действительности.
14. Можно ли характеризовать право как справедливость всех
справедливостей? (Да, нет)

360 Тесты по курсу
15. Прав ли Гегель, утверждая, что наказание преступника
само по себе справедливо как «право, положенное в самом
преступнике»? (Да, нет)
Тест 17.
Ценностные установки и ценностные ориентации
в правовой реальности
1. К правовым ценностям относятся такие свойства
(признаки) права как:
а) свобода;
б) равенство;
в) справедливость;
г) общее благо;
д) дружелюбие.
2. В основе правовых ценностей лежат правовые
ценностные отношения между социальными субъектами?
(Да, нет)
3. Действие является законным и выступает как ценность
и для субъекта и для общества в процессе:
а) любых отношений людей;
б) индивидуально значимых явлений;
в) социально-значимых отношений;
г) любого спора социальных субъектов;
д) исполнение статей Конституции.
4. Не существует ценностных правовых оценок? (Да, нет)
5. Ценностно-правовая ориентация — личное предпочтение
правовых идеалов и поступков? (Да, нет)
6. Ценностные правовые ориентации зависят от:
а) жизненных условий;
б) образования;
в) воспитания;
г) эмпирического опыта;
д) цели и мотивов деятельности.
7. Ценностная правовая установка—направленное воздействие
социальной группы, класса, партии, государства на
формирование правовых ориентации личности, масс? (Да, нет)
8. Можно ли считать, что принятый закон выступает как
определенная правовая установка? (Да, нет)
9. Правовой интерес связан с:
а) изменением правовой реальности;
б) личным интересом субъекта;
в) интересом государства;

Тесты по курсу 361
г) самоутверждением социального субъекта;
д) реализацией правовых возможностей социального
субъекта.
10. Правовые ценностные установки и их согласованность
с правовыми ценностными ориентациями позволяют
прогнозировать направленность социальной активности
людей? (Да, нет)
Тест 18.
Границы и возможности познания правовой реальности
1. Возможность познания правовой реальности
обусловлена:
а) социокультурными условиями;
б) биологической природой человека;
в) уровнем цивилизованности «системно-правового» мира;
г) развитостью самосознания человека как правового
существа;
д) настроением человека.
2. Познание правовой реальности происходит не только на
теоретическом уровне? (Да, нет)
3. Теоретический уровень познания правовой реальности
связан с:
а) процессом институциализации повседневного мира
человека;
б) становлением системного мира человека;
в) уровнем развития общественно-исторической
деятельности людей;
г) с развитием естествознания;
д) свободой человека.
4. Правовая эпистемология — это учение о:
а) правовых ценностях;
б) процессе научного познания правовой реальности;
в) социальной значимости правовой реальности;
г) правоприменительной практике;
д) методологии исследования правовой реальности.
5. Центральное место в правовой эпистемологии занимает
учение об истине? (Да, нет)
6. Правомерно ли говорить о правовой оценке? (Да, нет)
7. Для научной правовой оценки важно:
а) учет соотношения конкретно-эмпирически сущего с
поставленными целями и идеалами, провозглашенными
в законе;

362 Тесты по курсу
б) степень согласованности нормы и поступка;
в) точность формулировок правовых явлений;
г) однозначность толкования правовых явлений;
д) умение понять формы, затрудняющие поиск истины.
8. Нужны ли для познания правовой реальности
философские методы? (Да, нет)
9. Метафизический метод широко используется в познании
правовой реальности? (Да, нет)
10. Приемлем ли в познании правовой реальности
методологический плюрализм? (Да, нет)
Тест 19.
Герменевтика и толкование законов
1. Герменевтика — это :
а) учение о бытии;
б) учение о должном и сущем;
в) теория интерпретации, истолкования, понимания;
г) учение о наиболее полном развитии правовой
реальности;
д) теория формирования правовых ценностей.
2. Герменевтику разрабатывал:
а) Эпикур;
б) Аристотель;
в) Шлегель;
г) Маркс;
д) Гадамер.
3. Герменевтика тесно связана с:
а) психологией;
б)логикой;
в) правом;
г) этикой;
д) социологией.
4. Прав ли Гадамер, когда назвал герменевтику
«практической философией»? (Да, нет)
5. Интерпретация субъективного в тексте имеет
принципиальное значение для использования герменевтики в
толковании законов? (Да, нет)
6. К требованиям юридической герменевтики можно
отнести:
а) учет восприятия закона интерпретатором;
б) обнаружение и учет мотива сказанного
(сделанного);

Тесты по курсу 363
в) знание и учет ситуации;
г) игнорирование экономических реалий;
д) учет исторического времени.
7. Умение толковать текст закона зависит от:
а) языка текста;
б) общей культуры интерпретатора;
в) образованности по предмету закона;
г) мнения интерпретатора;
д) единства смысла и содержания текста.
8. Ключевыми категориями герменевтики являются:
а) воспоминание;
б) предмнение;
в) понимание;
г) временной интервал;
д) временной смысл.
9. Герменевтический круг — это цельное понимание,
учитывающее и логические, и исторические, и психологические
аспекты текста? (Да, нет)
10. Можно ли считать, что в герменевтических методах
зачастую нуждаются сами правовые нормы, а также
подзаконные акты? (Да, нет)
Тест 20.
Правовая деятельность как способ правового бытия
1. Правовую деятельность можно определить как:
а) способ взаимодействия человека и мира;
б) активное отношение субъекта и правовой
реальности;
в) взаимодействие повседневной реальности и
системного мира человека;
г) отношение добра и зла;
д) воздействие субъекта на жизненный мир человека.
2. Существует процессуальная структура правовой
деятельности? (Да, нет)
3. Субъектом правовой деятельности являются:
а) нации;
б) классы;
в) религиозные конфессии;
г) государство;
д) личность.
4. Объект правовой деятельности:
а) правоотношения;

364 Тесты по курсу
б) экономические отношения;
в) религиозные отношения;
г) социальные отношения;
д) нравственные отношения.
5. Видовая структура правовой деятельности может быть
представлена как труд, общение, игра? (Да, нет)
6. Во временной структуре правовой деятельности
различают — актуальную (процессуальную) и аккумулятивную?
(Да, нет)
7. Правовая деятельность имеет только одну форму,
практическую? (Да, нет)
8. К теоретической правовой деятельности относится:
а) правотворческая;
б) судебная;
в) научно-исследовательская;
г) деятельность официальных органов толкования права;
д) исполнительная.
9. Власть — это управление правовой сферой? (Да, нет)
10. Степень развитости управления правовой сферой можно
выразить как соответствие требований объективных
законов и объективной правовой ситуации? (Да, нет)

Учебное издание
Иконникова Генриетта Ивановна,
Ляшенко Виктор Петрович
Философия права
Учебник для магистров