Русская советская литература - Дементьев А.Г., Наумов Е.И., Плоткин Л.А.

Автор: Дементьев А.Г. Наумов Е.И. Плоткин Л.А.

Теги: русская литература художественная литература

Год: 1966

Похожие

Очерк истории русской советской литературы Ч.1

Технология неправды. Сборник статей.

Собрание сочинений. Том 5. Статьи и речи 1928-1947 гг.

Очерки истории русской советской журналистики: 1917-1932 годы

Текст

Skaning, Djvuing Lykas
А.ДЕМЬНТЬЕВ
E.HAVMOB
л.плоткин
ЛИТЕРАТУРА
ТЩАНИЕ
ПЯТНАДЦАТОЕ
МОСКВА-1966

ЕНИЕ
В историческом «Докладе о задачах власти Советов» на засе-
дании Петроградского Совета рабочих и солдатских депута-
тов 7 ноября 1917 года Ленин провозгласил:
«Товарищи! Рабочая и крестьянская революция, о необходи-
мости которой все время говорили большевики, совершилась...
Отныне наступает новая полоса в истории России, и данная
третья русская революция должна в своем конечном итоге при-
вести к победе социализма» Г
Рожденная величайшей в мировой истории революцией, со-
ветская литература с первых шагов поразила читателя новизной
и необычностью. Борьба не на жизнь, а на смерть молодой рес-
публики Советов против старого мира нищеты, бесправия й на-
силия, сложный и трудный процесс созидания нового, социали-
стического общества — вот ее основная тема, тема, какой не
знала ни одна литература прошлых эпох. Главным героем ее
стал простой человек из народа, воин и строитель, хозяин своей
судьбы, борец за счастье всех людей труда. Советские писате-
ли— Горький и Шолохов, Маяковский и Демьян Бедный, Сера-
фимович и Фурманов, Алексей Толстой и Фадеев, Гладков и
Николай Островский, Федин и Леонов — вывели своих героев
на улицы и площади Москвы и Петрограда, на просторы дон-
ских и украинских степей, в предгорья Урала, в бескрайнюю
ширь Сибири. Новую литературу социалистического общества
вместе с русскими писателями создавали художники всех брат-
ских республик. С самого начала наша литература явила собой
изумительный пример творческого содружества народов Со-
ветского Союза. Конфликты потрясающей глубины и силы опре-
деляли характер новых книг. «Ему грандиозное надо», — писал
Маяковский о пролетариате. Советская литература необыкно-
венно расширила рамки и границы художественного творчества,
1 В. И Ленин, Сочинения, т. 26, стр. 208.
1* 3
обогатила его новым содержанием и новыми изобразительными
средствами, положив тем самым начало новому этапу в разви-
тии мирового искусства.
Но советская литература имела свои корни в прошлом,
опиралась на лучшие традиции русской и мировой класси-
ческой литературы.
В. И. Ленин неизменно подчеркивал, что постро-
Великие ить культуру социалистического общества мож-
традиции но,только усвоив и критически переработав все
Kjnneparypbi достижения культуры прошлого. На Третьем
Всероссийском съезде комсомола 2 октября
1920 года В. И. Ленин говорил: «Без ясного понимания того,
что только точным знанием культуры, созданной всем развитием
человечества, только переработкой ее можно строить пролетар-
скую культуру — без такого понимания нам этой задачи не раз-
решить» \
Советская литература — законный преемник всего того луч-
шего и передового, что создано в области культуры русским
народом, другими народами СССР, всем человечеством. И пре-
жде всего она наследует прогрессивные традиции русской клас-
сической литературы и устного народного творчества.
Передовая литература России всегда отличалась демокра-
тизмом, своей связью с освободительной борьбой народных
масс, своей народностью. Русская классическая литература про-
никнута гуманизмом. Ей присуща глубокая человечность, стрем-
ление к освобождению угнетенного народа. По словам
А. М. Горького, в русской классической литературе «запечат-
лены великие порывы духа; в этом дивном, сказочно быстро
построенном храме по сей день ярко горят умы великой красы и
силы, сердца святой чистоты — умы и сердца истинных худож-
ников. И все они, правдиво и честно освещая понятое, пережи-
тое ими, говорят: храм русского искусства строен нами при мол-
чаливой помощи народа, народ вдохновил нас, любите его!»
Прогрессивные русские писатели были непримиримыми бор-
цами против безыдейного, антинародного искусства, против
теории «искусства для искусства». Пушкин своей лирой про-
буждал «чувства добрые» и «восславил свободу». Лермонтов
сравнивал поэзию с «вечевым колоколом», который звучит «во
дни торжеств и бед народных». «Музой мести и печали» назы-
вал свою поэзию Некрасов. Глашатаями высокоидейного ис-
кусства были великие революционные демократы: Белинский,
Добролюбов, Чернышевский.
Передовой русской литературе свойственно последователь-
ное стремление к правде. Это реалистическая литература, кото-
1 В. И. Л е н и н, Сочинения, т. 31, стр. 262.
4
рая видела свой долг в беспощадном разоблачении пороков
эксплуататорского строя. Вместе с тем она создала замечатель-
ные образы положительных героев, обладающие огромной вос-
питательной силой. Грибоедов, Пушкин, 'Лермонтов, Гоголь,
Тургенев, Некрасов, Чернышевский, Толстой воплотили в своих
произведениях лучшие черты русского национального харак-
тера.
Русские классики — великие мастера художественной формы.
Они сыграли исключительно важную роль в развитии русского
языка — того могучего и прекрасного языка, которым гордился
В. И. Ленин. «...Язык Тургенева, Толстого, Добролюбова, Чер-
нышевского— велик и могуч»1, — писал Ленин.
Гуманизм, народность, реализм, высокое патриотическое во-
одушевление, великолепное мастерство — все эти прекрасные
черты русской классической литературы нашли свое дальней-*
шее развитие в творчестве лучших советских писателей. Они
учатся мастерству психологического анализа, глубине проник-
новения в сущность жизни, художественной правде, совершен-
ству формы, красоте, ясности, точности языка у Гоголя и Тур-
генева, у Толстого и Чехова. Сила, богатство, выразительность
стиха Пушкина, Лермонтова, Некрасова являются высоким
образцом для наших поэтов. Советская литература разви-
вает лучшие достижения народного творчества и передовой
русской литературы.
Накануне Октября во главе передовой русской
Русская литературы стоял А. М. Горький. Он унаследо-
литература вал ЛуЧШие традиции классической литературы
»рНя <в XX в. еще продолжалась деятельность
Льва Толстого, Чехова, Короленко) и вместе с
тем явился основоположником социалистического реализма—•
нового этапа в^развитии мирового искусства. Его «Песня о
Соколе» и «Песня о Буревестнике», рассказы, пьесы и особенно
роман «Мать» еще до революции принесли ему мировую славу.
В. И. Ленин назвал Горького крупнейшим представителем про-
летарского искусства.
Появление на арене истории рабочего класса, его авангарда —•
Коммунистической партии, нарастание революционной бури
накануне Октября определили творческую деятельность и ряда
других писателей и поэтов.
К ним принадлежал Александр Серафимович Серафимович
(Попов) (1863—1949).
Уже в первых произведениях Серафимовича, появившихся
в 90-х годах прошлого века, — «На льдине», «Семишкура»,
«Стрелочник» — наметилась главная тема его произведений до-
революционных лет: подневольный тяжкий труд крестьян, ра-
1 В. И. Л е н и и, Сочинения, т. 20, стр. 55,
бочих и городской бедноты. Серафимович писал о своих первых
рассказах: «Уже и тогда, правда смутно, я тянулся к классо-
вому принципу».
Этот «классовый принцип» с еще большей силой сказался
в рассказах Серафимовича о революции 1905 года, написанных
под влиянием Горького. «Горький сыграл решающую роль в
моей писательской судьбе... — говорил Серафимович, — он всех
нас сумел объединить вокруг революции, зажечь ее пламенем,
заставить ей служить».
Годы глухой реакции, наступившие после поражения револю-
ции, не сломили писателя. Он выступил с романом «Город в
степи» (1906—1910). В этой книге получили художественное
воплощение идеи социализма.
Рост рабочего освободительного движения вызвал к жизни
и новую революционную пролетарскую поэзию. Высокий пафос
революционной борьбы, сознание своего единства с народом,
боевой, жизнерадостный тон отличали творчество пролетарских
поэтов. В стране зазвучали новые боевые революционные песни
(«Мы кузнецы» Ф. Шкулева, «Смело, товарищи, в ногу» Л. Ра-
дина и др.).
Почетное место в пролетарской поэзии предреволюционного
периода занимал Демьян Бедный (литературный псевдоним
Ефима Алексеевича Придворова) (1883—1945).
Большую роль в его идейно-художественном развитии сы-
грали большевистские газеты «Звезда» (1910—1912), «Правда»
(начала выходить с 5 мая 1912 года). В этих газетах Д. Бед-
ный сформировался как поэт-коммунист. Темы для своих
стихотворений он часто брал из писем рабочих в редакцию
«Правды».
Особенно охотно писал Д. Бедный басни. Острые, резкие, до-
ходчивые, они вполне отвечали задачам революционной поэзии
и сразу же были с одобрением отмечены В. И. Лениным.
В предреволюционные годы со своими первыми произведе-
ниями выступил В. В. Маяковский.
Большой и глубокий в своих устремлениях талант, напря-
женные социальные искания, острота протеста против капитали-
стического строя, гуманизм и неугасимая убежденность в близ-
кой победе революции — все это делало Маяковского ярким
представителем революционной литературы.
К жизнеспособным и прогрессивным силам предреволюци-
онной литературы принадлежали не только Горький и другие
писатели, связанные с движением пролетариата и революцион-
ной идеологией. Традициям критического реализма были тогда
верны и такие писатели, стоявшие в той или иной мере на демо-
кратических позициях, как Иван Алексеевич Бунин (1870—
1953), Александр Иванович Куприн (1870—1937), Викентий
6
Викентьевич Вересаев (1867—1945), Алексей Николаевич Тол-
стой (1883—1945).
В таких повестях И. А. Бунина, как «Суходол», «Деревня»,
отразился распад помещичьей и патриархально-крестьянской
Руси под напором развивающихся буржуазных отношений.
Известные рассказы писателя «Господин из Сан-Франциско» и
«Братья» проникнуты враждебным отношением к буржуазной
цивилизации и колониализму. Художественное мастерство Бу-
нина высоко ценилось Горьким. Однако ограниченность и про-
тиворечивость мировоззрения завели Бунина послеоктябрьской
революции в тупик белой эмиграции.
С «Суходолом» и некоторыми другими произведениями
И. А. Бунина существенными сторонами своего дореволюцион-
ного творчества соприкасался А. Н. Толстой. В своих рассказах
«Под старыми липами» и романе «Хромой барин» он с еще боль-’
шей беспощадностью изобразил разложение и гибель дворян-
ских усадеб.
К демократическому лагерю русской литературы принадле-
жал в предреволюционные годы и А. И. Куприн. В его повести
«Молох» сущность капитализма олицетворяется в образе языче-
ского бога Молоха, которому в древности приносили человече-
ские жертвы. В другой известной повести «Поединок» Куприн
нарисовал правдивую и яркую картину жестоких нравов и от-
ношений, господствовавших в царской армии.
Изображение идейных исканий демократической русской ин-
теллигенции явилось главной темой дореволюционного творче-
ства В. В. Вересаева. Этой теме посвящены его повести «Без
дороги», «Поветрие», «На повороте». Острые споры вызвали
«Записки врача» В. В. Вересаева. В них писатель искренне и
взволнованно рассказал о сложных нравственных и социаль-
ных вопросах, с которыми столкнулся молодой честный врач,
приступивший к медицинской практике.
Передовая реалистическая литература предреволюционных
лет противостояла декадентской литературе.
Одним из течений декадентской литературы был символизм.
Символисты (А. Мережковский, 3. Гиппиус, К. Бальмонт,
Ф. Сологуб, А. Белый и др.) чуждались действительности, боя-
лись надвигающейся революции и стремились увести читателей
в призрачный мир вымыслов. Их творчество носило крайне
субъективный характер. Реальному изображению мира они
предпочитали неясные, туманные символы. Мистика, индивидуа-
лизм, мрачный, безысходный пессимизм — характерные черты
их творчества. Лишь в отдельных случаях писателям-симво-
листам удавалось в известной мере преодолеть свою оторван-
ность от жизни (сборник К. Бальмонта «Будем как солнце»,
роман Ф. Сологуба «Мелкий бес», книга А. Белого «Пепел»),
7
Особое место среди символистов занимали Валерий Яковле-
вич Брюсов и Александр Александрович Блок. Во многих про-
изведениях Брюсова и Блока громко звучит голос жизни, нена-
висть к буржуазному миру и страстное стремление выбраться
из тупиков декадентства, отыскать путь к пароду. С каждым
годом в творчестве Брюсова и Блока усиливается предчувствие
грандиозных потрясений, которые призваны изменить судьбу
человечества.
С символистами соперничали .сторонники акмеизма (Н. Гу-
милев, А. Ахматова и др.) и футуризма (В. Хлебников, Д. Бур-
люк, В. Каменский и др.). Однако при всех различиях между
собой (не столь уж существенных) эти течения были лишь раз-
новидностями декадентства \ Подобно символистам, акмеисты
и футуристы проповедовали теорию искусства для искусства и
отрицательно относились к высоким гражданским традициям
русской литературы, к реализму и народности в искусстве. Не-
которые футуристы дошли до отрицания какого-либо смысла и
содержания в поэзии.
К футуристам принадлежал и В. Маяковский, разделявший
тогда основные положения их эстетических деклараций. В не-
которых ранних стихах поэта несомненно сказалось влияние
футуризма. Но в целом его поэзия, исполненная глубокого со-
циального смысла, с самого начала развивалась по существу
в ином, революционном русле, и ей были глубоко чужды безы-
дейность и формализм футуристов.
За всеми программами и манифестами литературных объе-
динений и кружков, за их спорами и интересами стояли иные,
гораздо более важные проблемы. Отношение к назревающему
великому столкновению двух миров — нового-и старого — вот
что определяло позиции всех писателей и литературных направ-
лений накануне Октября. Одни художники радостно приветст-
вовали наступление новой эры и деятельно боролись за ее по-
беду. Во главе их стоял Горький. Другие связали свою судьбу
со старым, уходящим миром и боялись будущего. К ним при-
надлежали прежде всего декаденты разных оттенков — Мереж-
ковский, Гиппиус и другие. Это были активные враги передовой
литературы. Были и такие писатели, которые, хотя и ненавидели
старый мир, но не знали дороги к свободе (назовем здесь ав-
тора известного «Рассказа о семи повешенных» и популярной в
свое время пьесы «Дни нашей жизни» Леонида Андреева).
В дальнейшем, после Октября, эти решающие идейные расхож-
дения между писателями проявились с особой остротой и силой.
Таким образом, развитие литературы предреволюционного
времени характеризуется острой идейно-художественной борь-
1 Более подробные сведения о различных течениях предоктябрьской ли-
тературы можно найти в книге: «Русская литература XX века. Хрестоматиям,
Сост. Н. А. Грифонов, Учпедгиз, М., 1962,
8
бой. Два противоположных процесса происходили в ней. Анти-
народная литература все больше вырождалась и приходила в
упадок, и, напротив, литература, связанная с народом, с’ его
борьбой за свободу и социализм, росла и крепла. Горькому,
Маяковскому, Бедному, Серафимовичу и другим предстояло
после Великой Октябрьской социалистической революции
играть большую роль в формировании и развитии советской ли-
тературы, которая, как уже было сказано, представляла собой
новое слово в художественном развитии человечества.
Еще в 1905 году В. И. Ленин в статье «Партий-
В. И. Ленин ная организация и партийная литература» опре-
о литературе делил основные принципы литературы, связан-
ского общества нои с борьбой за социализм.
Опираясь на учение Маркса и развивая это
учение, В. И. Ленин разоблачил лживые утверждения о возмож-
ности существования «чистого искусства», надклассовой беспар-
тийной литературы. Он показал, что разглагольствования бур-
жуазных критиков и литераторов о «свободе и беспартийности
искусства» прикрывают связь искусства и литературы с инте-
ресами буржуазии. «Свобода буржуазного писателя, худож-
ника, актрисы есть лишь замаскированная (или лицемерно ма-
скируемая) зависимость от денежного мешка, от подкупа, от
содержания» Ч
Литературе, тайно или явно связанной с буржуазией,
В. И. Ленин противопоставил литературу, открыто связанную с
революционным пролетариатом, с идеями коммунизма. В своей
статье он подчеркнул, что литература должна стать составной
частью общенародной борьбы за социализм, что «литературное
дело должно стать частью общепролетарского дела», составной
частью планомерной партийной работы1 2.
Ленин указал на то, какие глубокие и богатые источники
вдохновения заключает в себе борьба народных масс за социа-
лизм. И в этой связи Ленин с пророческой силой говорил о ли-
тературе, которую вызовет к жизни победоносная социалистиче-
ская революция. «Это будет свободная литература, потому что
не корысть и не карьера, а идея социализма и сочувствие тру-
дящимся будут вербовать новые и новые силы в ее ряды. Это
будет свободная литература, потому что она будет служить
не пресыщенной героине, не скучающим и страдающим от ожи-
рения «верхним десяти тысячам», а миллионам и десяткам мил-
лионов трудящихся, которые составляют цвет страны, ее силу,
ее будущность»3.
Утверждая, что литература призвана стать составной частью
общепартийного дела, что партия обязана направлять развитие
1 В. И. Л е н и н, Сочинения, т. 10, стр. 30.
2 Т а м ж е, стр. 27.
3 Там же, стр. 30—31.
9
литературы и искусства, Ленин вместе с тем отметил своеобра-
зие и сложность литературного творчества. Он подчеркивал,
что литературное дело всего менее поддается механическому
равнению, нивелированию, господству большинства над меньшин-
ством и что в этом деле, безусловно, необходимо обеспечить
большой простор личной инициативе, индивидуальным склонно-
стям, простор мысли и фантазии, форме и содержанию.
Таковы главные положения статьи В. И. Ленина.
Идеи Ленина определили пути развития советской литера-
туры.
Борьба за переустройство жизни, за свободу и счастье, за
коммунизм, светлый оптимизм, вера в будущее, глубокая чело-
вечность и ненависть к насилию и тирании — вот характерные
черты литературы социалистического общества. Наиболее полно
и сильно эти черты проявились в творчестве Горького.
Горький, — писал Ленин, — безусловно крупнейший представи-
тель пролетарского искусства...» *. Он «...крепко связал себя
своими великими художественными произведениями с рабочим
движением России и всего мира...»1 2.
В этих словах Ленина определена сущность творческой дея-
тельности гениального художника.
Появление Горького — крупнейшего писателя XX века —
именно в России глубоко закономерно. В конце XIX века центр
мирового революционного движения переместился в Россию.
Русский революционный рабочий класс выдвинул Ленина —
вождя социалистической революции. Выступление русского про-
летариата на исторической арене в области искусства ознаме-
новано появлением Алексея Максимовича Горького — родона-
чальника новой, советской литературы.
«Огромное, исключительное значение Горького, — писал Лу-
начарский,— заключается в том, что он является первым вели-
ким писателем пролетариата, что в нем этот класс... впервые
осознает себя художественно».
БИОГРАФИЯ ГОРЬКОГО
В истории литературы трудно назвать другого
Детские писателя, который с такой силой, как Горький,
годы испытал бы гнет буржуазного строя, познал
беды и несчастья трудящихся масс в самодер-
жавной России. Он изведал в детстве и юности и непосильный
труд, и унижения, и побои, и голод. Сама жизнь делала его
1 В. И. Л е н и н, Сочинения, т. 16, стр. 186.
2 Т а м ж е, стр. 89.
И
страстным противником лжи и несправедливости собственниче-
ского мира.
Алексей Максимович Горький (Пешков) родился 16(28) мар-
та 1868 года в Нижнем Новгороде. Отец его — Максим Савва-
тиевич Пешков — по профессии был столяром-краснодерев-
щиком; в 1872 году он умер от холеры. В 1878 году Горький по-
терял и мать — Варвару Васильевну Каширину.
Детские годы писателя прошли в семье его деда — Василия
Каширина, владельца красильного заведения.
Мещанский быт семьи Кашириных отличался звериной же-
стокостью. Побои, взаимная ненависть, издевательство над сла-
бым и беззащитным — вот что характеризовало этот быт.
Почти единственным светлым явлением в раннем детстве
Горького была его бабушка Акулина Ивановна, человек редкой
душевной доброты и сердечности. Она согревала его своей
лаской. Она познакомила Алешу с чудесными творениями на^
родной поэзии.
Когда мальчику исполнилось 10 лет, дед сказал ему: «Ну,
Лексей, ты — не медаль, на шее у меня — не место тебе, а иди-ка
ты в люди...»
С этого времени началась жизнь Горького «в людях». Он
был «мальчиком» при обувном магазине, потом прислуживал у
чертежника, а от него сбежал на Волгу и нанялся младшим
посудником на пароход. Здесь начальником Алеши стал паро-=
ходный повар Михаил Акимович Смурый. Он пробудил в маль-
чике интерес к книге, заставил его убедиться в великой пользе
чтения. Смурый возил с собой сундук, наполненный книгами. Это
была, по выражению Горького, «самая странная библиотека в
мире»: причудливый подбор бульварных изданий, лубочных книг
и творений великих мастеров — Гоголя, Глеба Успенского, Некра-
сова, Вальтера Скотта, Фильдинга. Книги открыли перед Алешей
новый, яркий, увлекательный мир. Если раньше бабушка позна-
комила Алешу с сокровищами народной поэзии, то теперь Смурый
сделал его на всю жизнь страстным поборником книги. «От этих
книг, — писал впоследствии писатель, — в душе спокойно сложи-
лась стойкая уверенностью не один на земле и — не пропаду!»
Кем только не был Горький в последующие годы: он рабо-
тал и учеником в иконописной мастерской, и десятником на ни-
жегородской ярмарке, и статистом в театре, и торговцем ква-
сом, и пекарем, и грузчиком, и садовником, и хористом. Обилие
горестных впечатлений, с одной стороны, а с другой — влияние
хороших русских людей и знакомство с произведениями вели-
ких писателей — вот что определяло настроения мальчика и
подростка Алеши Пешкова. Именно отсюда рождается у негой
ненависть к «свинцовым мерзостям» жизни, и чувство протеста
против невыносимой действительности, и мечта о другой — пре-
красной и счастливой жизни.
12
В 1884 году Горький уехал в Казань. Он надеялся подгото*
виться и поступить в университет. Его надежды рухнули, по-*
ложение казалось безнадежным. Но Горький нашел в себе силы
для труда, для борьбы. Он настойчиво шел вперед.
Казанский период жизни Горького представляет собой важ-
ную страницу в биографии писателя.
Он ближе столкнулся с пороками буржуазно-помещичьего
строя, познал быт босяков, безработных, увидел тяжкий труд
рабочих и ту беспросветную нищету, которая с еще большей
силой обнажила перед будущим писателем противоречия жизни.
В это же время Горький сблизился с революционной интел-
лигенцией, в частности с Федосеевым — организатором первого
марксистского кружка в Казани. Он познакомился с работами
русских революционных демократов — Чернышевского, Добро-
любова и Писарева — и приобщился к марксистской литературе,
прочитав «Коммунистический манифест» Маркса и Энгельса,
I том «Капитала» Маркса, труды Плеханова.
Конец 80-х годов Горький провел в странствованиях. Вместе
с народником Ромасем он вел революционную пропаганду среди
крестьян, затем работал рыбаком на Каспии, служил ночным
сторожем и весовщиком на железнодорожной станции.
В 1889 году в Нижнем Новгороде Горького впервые аресто-
вали и подвергли тюремному заключению за связи с револю-
ционными кругами.
В 1891 году Горький снова предпринял путешествие по
Руси. Им руководило желание как можно шире и полнее по-
стигнуть жизнь, разобраться в окружающей действительности,
решить мучившие его вопросы об истоках социального зла и о
путях достижения правды и справедливости. Поддерживая себя
случайными скудными заработками батрака, грузчика, нередко
жестоко голодая, Горький исходил тысячи верст. Нижнее По-
волжье, Дон, Украина, Бессарабия, Черноморское побережье —
таков был огромный маршрут этого небывалого хождения по
Руси. Странствия по Руси дали Горькому богатейшие запасы
жизненных впечатлений, которые позднее отразились в его твор-
честве.
В ноябре 1891 года Горький пришел в Тифлис. Здесь он
установил связи с революционно настроенными рабочими желез-
нодорожных мастерских и учащимися. В Тифлисе Горький по-
знакомился с революционером-народовольцем, незадолго до
этого вернувшимся с каторги, А. М. Калюжным. В значительной
мере благодаря Калюжному Горький поверил в свои творческие
силы. «Вы первый, — писал впоследствии Горький Калюж-
ному,— памятным мне хорошим взглядом мягких Ваших глаз
взглянули на меня не только как на пария странной биографии,
бесцельного бродягу, как на что-то забавное, но сомнительное...
Вы первый заставили меня взглянуть на себя серьезно...»
13
Начало
литературной
деятельности
Пробовать свои силы в литературе Горький на-
чал несколько раньше. В 1889 году, в бытность
свою в Нижнем Новгороде, он написал поэму
«Песнь старого дуба», но В. Г. Короленко подверг
ее столь основательной критике, что Горький на время бросил
мечты о литературном труде.
По совету Калюжного Горький написал рассказ «Макар
Чудра». Рассказ был опубликован в тифлисской газете «Кав-
каз» 12(24) сентября 1892 года. Это первое печатное произве-
дение Горького. Подписано оно было псевдонимом—М. Горький.
В последующие годы Горький сотрудничал в поволжских
изданиях — «Самарской газете», «Нижегородском листке».
Кроме рассказов, он писал очерки, статьи и фельетоны.
В. Г. Короленко, неодобрительно отозвавшийся о «Песне ста*
рого дуба», с радостью следил за тем, как развивалось и росло
дарование Горького, и оказывал молодому писателю самое жи-
вое содействие в его литературной работе.
На страницах столичных газет и журналов появились рас-
сказы Горького: «Челкаш», «Старуха Изергиль», «Песня о Со-
коле», «Коновалов». В 1898 году вышли два тома очерков и рас-
сказов Горького. Издание имело исключительный успех и при-
несло писателю всероссийскую известность.
От коротких рассказов и повестей Горький перешел к круп-
ным художественным полотнам. В 1899 году он написал боль-
шую повесть «Фома Гордеев», а в начале 900-х годов создал ряд
выдающихся произведений драматургии — пьесы «Мещане»
(1901), «На дне» (1902), «Дачники» (1904).
Значительно расширились литературные связи Горького. Он
познакомился с Львом Толстым. Особенно сблизились они в
1901 —1902 годах, когда Горький жил в Крыму, где находился
в это время и Толстой. Они часто встречались и подолгу бесе-
довали. Во многом не соглашаясь с Горьким, Толстой, однако,
признавал силу и самобытность его таланта. Горький, прекло-
няясь перед художественным гением Толстого, решительно от-
вергал его религиозное учение. Позднее, в воспоминаниях о
Толстом, Горький изобразил великого писателя во всех его
противоречиях, со всеми его сильными и слабыми сторонами.
Горький показал, что «нет человека более достойного имени
гения», чем Толстой, и вместе с тем отметил «гнет его религиоз*
ных идей», неубедительность и несостоятельность его учения о
непротивлении злу насилием.
Дружеские отношения установились у Горького и с другим
великим писателем — А. П. Чеховым. Еще в 90-х годах, после
первых выступлений Горького в литературе, Чехов обратил
внимание на его произведения. Вскоре между ними устано*
вились и близкие личные отношения. Переписка между
ними, воспоминания Горького о Чехове свидетельствуют, как
14
высоко ценил Горький творчество Чехова, как он любил этого
замечательного художника.
По мере развития творческой деятельности Горь-
РСВ°ра^1отаННаЯ кого все шиРе и энергичнее развертывалась и
Горького его общественная революционная работа. Моло-
дой писатель пытливо и жадно искал такую
теорию, которая указывала бы человечеству путь избавления от
народного горя, от нищеты, бесправия, неравенства. Эту теорию
Горький нашел в революционном марксизме.
В начале 900-х годов он сблизился с революционным ленин-
ским крылом социал-демократической партии — с «искров-
цами»— и деятельно помогал партийной организации больше-
виков. Ленинская «Искра» назвала Горького в 1902 году «та-
лантливым выразителем протестующей массы».
«Подлинную революционность, — говорил Горький, — я по-
чувствовал именно в «большевиках», в статьях Ленина, в речах
и работах интеллигентов, которые шли за ним».
Когда Горький опубликовал в 1901 году свою «Песню о
Буревестнике», департамент полиции доносил: «Означенное сти-
хотворение произвело сильное впечатление... причем самого
Горького стали называть не только «буревестником», но и «бу-
реглашатаем», так как он не только возвещает о грядущей буре,
но «зовет бурю за собой».
Литературная и общественная деятельность Горького вызы-
вала ненависть и злобу царских властей. За 7 лет — с 1898 по
1905 год—писатель несколько раз подвергался арестам. Он
находился в заключении в Метехском замке в Тифлисе и в ни-
жегородских тюрьмах, жил под домашним арестом в Арзамасе.
Только активное вмешательство передовой общественности по-
могло Горькому вырваться из рук царских жандармов. Когда
в 1901 году Горький был выслан из Нижнего Новгорода, в го-
роде состоялась бурная демонстрация .протеста.
В 1902 году Академия наук в ознаменование выдающихся
литературных заслуг Горького избрала его почетным академи-
ком. Это избрание вызвало ярость Николая II. На сообщении
об избрании Горького почетным академиком он наложил резо-
люцию: «Более чем оригинально», и выборы были объявлены
недействительными. Возмущенные этим актом беспримерного
произвола, Чехов и Короленко отказались от звания почетных
академиков.
Самодержавие не могло помешать растущей славе писателя.
Горький становился знаменем молодой, прогрессивной, рву-
щейся к новой жизни России. Он объединял все передовое, что
было в тогдашней русской литературе. С 1904 года начали вы-
ходить сборники издательства «Знание», идейным руководителем
и организатором которых был Горький. По словам В. И. Ленина
это были «...сборники, стремившиеся концентрировать лучшие
15
силы художественной литературы»1. На страницах сборников
«Знания» печатались наиболее значительные произведения того
времени.
Вокруг Горького группировались писатели пролетарского и
демократического лагеря: Серафимович, Вересаев, Куприн и
другие. Горьковское литературное окружение противостояло
реакционной, декадентской, упадочной литературе.
Самое деятельное и непосредственное участие Горький при-
нимал в революционных событиях 1905 года. Накануне Крова-
вого воскресенья (9 января) он пытался добиться предотвра-
щения кровопролития. После событий 9 января Горький
написал гневное и страстное воззвание, в котором призывал к
свержению самодержавия. За это 12 января 1905 года он был
заключен в Петропавловскую крепость. Здесь,, в заточении,
Горький создал пьесу «Дети солнца». Под давлением бурного
общественного возмущения царские власти вынуждены были
через месяц—14 февраля — освободить писателя.
При ближайшем участии Горького в 1905 году была создана
легальная газета большевиков «Новая жизнь», на страницах
которой В. И. Ленин опубликовал свою статью «Партийная
организация и партийная литература». Здесь же были напеча-
таны «Заметки о мещанстве» Горького.
Во время Декабрьского вооруженного восстания в Москве
Горький помогал восставшим закупать оружие. На квартире пи-
сателя происходили совещания руководителей боевых дружин.
В 1906 году Горький уехал в Западную Европу, а затем (по
поручению партии с пропагандистской целью) в Америку. Во
время заграничной поездки Горький написал ряд блестящих
произведений. В памфлете «Прекрасная Франция» (1906) с
гневом и презрением он говорил о французской буржуазии, по-
могавшей своими займами русскому царю. Впечатления от
поездки в Америку Горький выразил в очерках и памфлетах —
«Город Желтого Дьявола», «Один из королей республики» и
других, в которых правдиво и глубоко показал американский
«образ жизни».
Тогда же Горький написал и знаменитый роман «Мать (1906).
Преследуемый царским правительством, писатель вынужден
был остаться за границей.
Горький поселился на острове Капри, в Италии, где и про*
был до 1913 года, до своего возвращения на родину.
Самым важным событием этого периода жизни
и Горький Горького было сближение с великим вождем
пролетарской революции В. И. Лениным. Впер*
вые они встретились в конце 1905 года. Вторая встреча между
ними произошла на V Лондонском съезде партии в 1907 году,
1 В. И. Л е н и н, Сочинения, т. 34, стр. 380.
16
где Горький присутствовал в качестве делегата с совещательным
голосом. Эта встреча заложила основы тесной дружбы между
пождем пролетарской революции и пролетарским художником.
На всем протяжении своей многогранной деятельности
Ленин неизменно и горячо интересовался творчеством Горького,
внимательно следил за каждым новым его произведением, по-
могал ему преодолевать заблуждения, поддерживал его в труд-
ные минуты, отечески заботился о нем.
В 1901 году в статье, написанной по поводу нижегородской
демонстрации протеста против высылки Горького, В. И. Ленин
назвал Горького европейски знаменитым писателем, все оружие
которого состоит в свободном слове.
Когда в 1905 году Горького арестовали, Ленин приветство-
вал кампанию, поднятую в печати за освобождение писателя.
В статье «Перед бурей» (1906) Ленин использовал образы
«Песни о Буревестнике», наполнив их конкретным политическим
содержанием. Буржуазную партию кадетов он назвал «глупыми
пингвинами», которые «робко прячут тело жирное в утесах».
Самое название статьи «Перед бурей» основано было на симво-
лике горьковского произведения. Оно отвечало горьковскому
призыву — «Пусть сильнее грянет буря», — тоже приведенному
Лениным в статье.
В годы реакции Ленин горячо поддерживал борьбу Горького
с декадентской, упадочной литературой, которая проповедовала
мрачный пессимизм, оправдывала предательство и т. д.
В 1912 году Ленин писал Горькому о «Сказках об Италии»:
«Великолепными «Сказками» Вы очень и очень помогали
«Звезде» и это меня радовало чрезвычайно...» *.
Ленин высоко оценил роль Горького в пролетарском дви-
жении и его значение как крупнейшего художника своего вре-
мени. Именно поэтому он и заботился о писателе, боролся за
него, оберегал от ошибок. Так было, когда Горький увлекся
теорией «богостроительства» и пытался соединить социализм с
религией.
Горькому представлялось, что идея бога, религия пробуж-
дают в человеке общественные, социальные начала и в этом
смысле объединяют людей, подавляют в них эгоистические
стремления и наклонности. В таком понимании религия якобы
не противоречит социализму.
Это была ложная и вредная теория. Ее влияние сказалось в
повести Горького «Исповедь» (1907—1908). В письмах к Горь-
кому Ленин подверг «богостроительство» глубокой и всесторон-
ней критике. Он неопровержимо доказал, что «идея бога» помо-
гает Николаю II и его прислужникам «держать народ в рабстве».
Религия — в каком бы виде она ни выступала — всегда была
В. И. Лени н, Сочинения, т. 35, стр. 2,
17
средством духовного закабаления эксплуатируемых масс,
орудием порабощения в руках эксплуататоров. «Идея
бога, — писал Ленин, — всегда усыпляла и притупляла «соци-
альные чувства», подменяя живое мертвечиной, будучи всегда
идеей рабства (худшего, безысходного рабства). Никогда идея
бога не «связывала личность с обществом», а всегда связывала
угнетенные классы верой в божественность угнетателей» L
Но, даже критикуя Горького, Ленин не переставал подчер-
кивать его великое значение как гениального художника рево-
люционного пролетариата.
«Своим талантом художника, — писал Ленин Горькому,—
Вы принесли рабочему движению России — да и не одной Рос-
сии — такую громадную пользу, Вы принесете еще столько
пользы, что ни в каком случае непозволительно для Вас давать
себя во власть тяжелым настроениям...»1 2.
И позднее, осуждая колебания Горького в 1917 году, сомне-
вавшегося тогда, удастся ли русскому пролетариату удержать
власть в своих руках, разъясняя ему смысл всемирно-историче-
ских событий в России, Ленин развивал эту же мысль: «Нет
сомнения, что Горький — громадный художественный талант,
который принес и принесет много пользы всемирному пролетар-
скому движению»3.
Горький был для Ленина и великим художником социалисти-
ческого пролетариата, и замечательным продолжателем лучших
традиций русской классической литературы, стоящим в
ряду таких гениальных мастеров слова, как Пушкин, Толстой,
Чехов.
Горький говорил о Ленине: «Его отношение ко мне было
отношением строгого учителя и доброго заботливого друга».
Ленин оказал большое влияние на Горького. В заграничный
период (1906—1913) писатель активно сотрудничал в партий-
ной прессе и постоянно публиковал свои произведения в боль-
шевистских органах (газета «Звезда», журнал «Просвещение»).
Наиболее значительными произведениями, написанными
Горьким в это время, являются «Городок Окуров», первая часть
автобиографической трилогии «Детство», «Сказки об Италии».
В годы первой мировой войны писатель со всей силой гнева
и страсти разоблачал ее несправедливый, захватнический, анти-
народный характер. В то время как буржуазная литература
воспевала империалистический разбой и всячески поэтизиро-
вала кровавые «подвиги», Горький твердо и последовательно бо-
ролся против войны, за мир между народами. В 1915 году он
начал издавать журнал «Летопись», в котором настойчиво до-
казывал, что война выгодна и нужна только буржуазии.
1 В. И. Л е н и н, Сочинения, т. 35, стр. 93.
2 В. И. Л е н и н, Сочинения, т. 34, стр. 354. .
3 В. И. Л е н и н, Сочинения, т. 23, стр. 325.
18
В «Летописи» участвовали многие литераторы, ставшие впо-
следствии известными советскими писателями.
Литературно- Когда свершилась Великая Октябрьская социа-
общественная диетическая революция, Горький не сразу осо-
работа знал ее смысл и значение и некоторое время ис-
Горького - пытывал мучительные колебания. Об этом свиде-
в советский тельствует цикл его статей «Несвоевременные
мысли», опубликованных в издававшейся им га-
зете «Новая жизнь». Горькому казалось, что Октябрьская рево-
люция принесет русский сознательный пролетариат и револю-
ционную интеллигенцию в жертву крестьянству, являющемуся,
по его мнению, носителем косности и анархии.
В. И. Ленин и на этот раз помог Горькому преодолеть его за-
блуждения. 31 июля 1919 года Ленин послал Горькому письмо,
в котором критиковал «больные выводы» писателя и советовал
наблюдать «новое строение новой жизни» внизу — в армии, в
деревне, на фабрике.
Горький скоро признал правоту Ленина и принял деятельное
участие в трудном деле строительства новой культуры молодой
Страны Советов. Он много делал для привлечения старой интел-
лигенции к сотрудничеству с Советской властью, был организа-
тором и вдохновителем многих культурных начинаний.
По инициативе Горького тогда было создано издательство
«Всемирная литература». Оно выпустило десятки книг выдаю-
щихся писателей Англии и Америки, Германии и Скандинавских
стран, Франции и Испании, Китая и Японии. В труднейших усло-
виях первых лет революции это начинание многим казалось не-
мыслимым. Английский писатель Уэллс, побывавший у нас в
стране в 1920 году, был изумлен и потрясен деятельностью изда-
тельства. Он писал: «В этой непостижимой России, воюющей, хо-
лодной, голодной, испытывающей бесконечные лишения, осущест-
вляется литературное начинание, немыслимое сейчас в богатой
Англии и богатой Америке... Духовная пища английских и аме-
риканских масс становится все более скудной и низкопробной,
и это нисколько не трогает тех, от кого это зависит. Больше-
вистское правительство, во всяком случае, стоит на большей
высоте. В умирающей с голоду России сотни людей работают
над переводами; книги, переведенные ими, печатаются и смогут
дать новой России такое знакомство с мировой литературой,
какое недоступно никакому народу» («Россия во мгле», стр. 29).
Горький систематически сотрудничал в советской печати. Он
напечатал ряд статей в журнале «Коммунистический интерна-
ционал». При ближайшем участии Горького начал издаваться
первый толстый литературно-художественный журнал Совет-
ского Союза «Красная новь».
В 1921 году у Горького обострился туберкулезный процесс.
По настоянию В. И. Ленина он выехал для лечения за границу
19
и поселился в Италии, в Сорренто. Но ни на одну минуту не
терял Горький связи со своей Родиной. Он вел обширную
переписку с нашими литераторами, сотрудничал в советских
изданиях. В Италию к нему ездили писатели, журналисты, ра-
бочие. Он прекрасно видел всю глубину падения буржуазной
цивилизации и все величие того, что совершается в Советской
стране. «Я жил отшельником в Сорренто, получал газеты, полу-
чал ежедневно штук тридцать писем от рабкоров, селькоров и
начинающих писателей и чувствовал себя просто физически по-
молодевшим»,— писал Горький об этом периоде своей жизни.
В 1928 году Горький приехал в Советский Союз.
Послеоктябрьский период отмечен в творческой деятельности
Горького появлением ряда выдающихся произведений. В со-
ветское время им были созданы романы «Дело Артамоновых»,
«Жизнь Клима Самгина», очерк «В. И. Ленин», последняя часть
автобиографической трилогии «Мои университеты», пьесы «Егор
Булычов и другие», «Достигаев и другие», «Сомов и другие».
Много и напряженно работал Горький и как общественный дея-
тель. По его почину были предприняты такие издания, как
«История гражданской войны», «История фабрик и заводов»,
«Библиотека поэта», и основан ряд журналов: «Наши дости-
жения», «За рубежом» и др.
Исключительно велика роль Горького как руководителя и
организатора советской литературы. Он сплачивал и воспитывал
советских писателей.
Огромную работу вел Горький с молодыми писателями. Со
всех концов Советского Союза присылали Горькому свои ру-
кописи начинающие литераторы. И он находил время обстоя-
тельно и подробно ответить каждому из них. В статьях конца
20-х — начала 30-х годов — «О пользе грамотности», «Еще о
грамотности», «О начинающих писателях», «Письма начина-
ющим литераторам» и других — он тщательно разбирал досто-
инства и ошибки их произведений, делился своим творческим
опытом, учил молодых художников идейности и мастерству. Он
создал и редактировал журнал «Литературная учеба».
После того как был создан Союз советских писателей, Горь-
кий стал его руководителем. В 1934 году на Первом съезде со-
ветских писателей он выступил с докладом о путях развития
нашей литературы. На съезде Горький был избран председате-
лем Союза советских писателей.
Друг Ленина, любимый писатель советского народа, Алек-
сей Максимович снискал горячую и страстную любовь трудя-
щихся всего мира.
18 июня 1936 года Алексея Максимовича Горького не стало.
Смерть Горького была встречена партией, правительством, всей
страной как тяжкая утрата. В сообщении ЦК ВКП(б) и Сов-
наркома СССР было сказано:
20
«Центральный Комитет ВКП(б) и Совет Народных Комис-
саров Союза ССР с глубокой скорбью извещают о смерти ве-
ликого русского писателя, гениального художника слова, без-
заветного друга трудящихся, борца за победу коммунизма —
товарища Алексея Максимовича Горького, последовавшей в
Горках, близ Москвы, 18 июня 1936 года».
Что же представляет творческая деятельность великого ху-
дожника социалистической революции?
ТВОРЧЕСТВО ГОРЬКОГО В 90-е ГОДЫ
В сложной общественно-политической и литературной обета*
новке конца XIX века выступление Горького явилось событием
исключительной важности. Оно совпало с появлением первых
трудов Ленина, с образованием первых революционных орга-
низаций рабочего класса в России. Горький становится буре-
вестником пролетарской революции. Это определило своеобра-
зие литературной деятельности писателя.
Два главных мотива звучат в произведениях Горького 90-х
годов: разоблачение неизлечимых пороков капиталистического
строя и прославление героического революционного подвига.
Позднее Алексей Максимович Горький писал: «Итак, па
вопрос: почему я стал писать? — отвечаю: по силе давления на
меня «томительно бедной жизни» и потому, что у меня было так
много впечатлений, что «не писать я не мог». Первая причина
заставила меня попытаться внести в «бедную» жизнь такие вы-
мыслы, «выдумки», как «Сказка о Соколе и Уже», «Легенда о
горящем сердце», «Буревестник», а по силе второй причины я
стал писать рассказы «реалистического» характера» — «Два-
дцать шесть и одна», «Супруги Орловы», «Озорник» («О том,
как я учился писать»)».
В ряде первых рассказов писатель изобразил
Разоблачение бесчеловечные порядки буржуазно-помещичьей
Руси, «свинцовые мерзости» жизни.
Жертвами социального зла выступают в этих рассказах бо-
сяки, бездомные люди, брошенные на «дно» жизни, — герои та-
ких произведений, как «Емельян Пиляй» (1893), «Дед Архип и
Ленька» (1894), «Коновалов» (1897), «Супруги Орловы» (1897),
«Бывшие люди» (1897). Емельян Пиляй и Григорий Орлов, Ко-
новалов и обитатели ночлежки Петунникова — все они в той
или иной степени служат красноречивым свидетельством тяж-
ких недугов общественного строя, способного довести человека
до последней степени падения.
В некоторых произведениях Горький рисует жестокие нравы,
являющиеся следствием темноты и невежества. В рассказе
«Вывод» (1895) он выступил против дикого издевательства над
21
женщинсш в деревне, в рассказе «Скуки ради» (1898) нарисовал
картину быта мещанского захолустья: от скуки, от горестной и
скудной жизни люди травят и доводят до гибели ни в чем не
повинного человека. Писатель привлекает внимание к послед-
ствиям, к результатам ненормального устройства жизни, к горь-
кой участи жертв общественного зла.
Пристальное внимание к социальным противоречиям, к
жизни народных низов было свойственно русской литературе и
раньше. Особенно относится это к демократическим писателям
60—70-х годов — Некрасову, Салтыкову-Щедрину, Г. Успен-
скому. Во многом следуя традициям этих писателей, Горький,
однако, изображал угнетенный народ иначе.
Герои его произведений — это главным образом натуры ак-
тивные, протестующие. Им свойственна сложность и глубина
переживаний, напряженность духовных нравственных исканий.
Коновалов — красавец и богатырь, мечтающий о свободной,
справедливой жизни. Григорий Орлов тоже ищет значительной
жизни, осмысленного и разумного труда.
Горький не только указывал на бедственное положение масс,
но и раскрывал пробуждение политического сознания в народ-
ных низах, рост социального протеста.
«Челкаш» Особенность этих рассказов заключалась и в
том, что Горький связывал страдания народа с
коренными противоречиями капиталистического строя. Харак-
терен в этом смысле рассказ «Челкаш».
Произведение открывается широкой картиной кипучей и дея-
тельной жизни большого порта. Но уже в этой картине труда
заключен трагический контраст. Трудящиеся, которые создают
великие богатства и ценности, лишены самых необходимых
средств к существованию.
«Гранит, железо, дерево, мостовая, гавани, суда и лодки —
все дышит мощными звуками страстного гимна Меркурию. Но
голоса людей, еле слышные в нем, слабы и смешны. И сами
люди, первоначально родившие этот шум, смешны и жалки...
Созданное ими поработило и обезличило их».
В статье «Цивилизованное варварство» (1913), указывая на
то, что капитализм враждебен дальнейшему прогрессу челове-
чества, В. И. Ленин писал: «Он накопил груды богатства — и
сделал людей рабами этого богатства»
Драма, разыгравшаяся между Гаврилой и Челкашом, отра-
жает противоречия жизни, основанной на жестокости, корысти и
злобе.
Своеобразие композиции рассказа состоит в том, что автор
выделил обобщенное вступление, играющее очень важную идей-
ную роль; само драматическое столкновение отодвинуто в конец
1 В. И. Л е н и н, Сочинения, т. 19, стр. 349.
22
и занимает относительно немного места: центр тяжести пере-
несен на социальные и психологические портреты Челкаша и
Гаврилы.
Горький рисует Челкаша немногими, но очень выразитель-
ными штрихами. Отец его был одним из первых богатеев на
селе. Челкаш помнит себя красавцем — гвардейским солдатом.
Что привело его на «дно», Горький не показывает. Челкаш
предстает перед читателем босяком и вором, «бесшабашным
удальцом», способным на всякие опасные и преступные дела.
Горький не приукрашивает Челкаша. Характерны сравнения и
эпитеты, посредством которых писатель рисует его облик. Наи-
более часто употребляется эпитет «хищный». В одном месте
Горький сравнивает Челкаша с ястребом, в другом — с кошкой,
готовой к прыжку.
Но у Челкаша есть чувство человеческого достоинства. Он
презирает собственность, всесильную власть денег и выше всего
ценит личную свободу. Когда Гаврила, обезумев от жадности,
унижается перед Челкашом, тот с гордостью думает про себя,
«что он — вор, гуляка, оторванный от всего родного, — никогда
не будет таким жадным, низким, не помнящим себя». Собствен-
ническая жадность превращает Гаврилу, по сути дела честного
малого, в преступника. Крестьянский парень Гаврила пришел
в портовый город, одержимый мечтой скопить деньги и стать
хозяином. Он добродушен, наивен и честен. Но алчность приво-
дит его к тому, что он едва не убивает Челкаша. Горький под-
черкивает ложность собственнических мечтаний Гаврилы. Вме-
сте с тем читателю ясна и внутренняя несостоятельность Чел-
каша, одинокого и несчастного человека, выброшенного из
жизни.
Темы и мотивы, намеченные в обобщенном вступлении к
рассказу, повторяются и развиваются в последующем повество-
вании. Так, во вступлении звучит тема рабства, на которое об-
рекает людей капитализм. Эта тема находит свое развитие в
образе Гаврилы. Писатель от себя называет Гаврилу «жадным
рабом». Во вступлении ясно звучит и тема очистительной грозы,
которая должна изменить жизнь до основания: «...все кругом ка-
залось напряженным, теряющим терпение, готовым разразиться
какой-то грандиозной катастрофой, взрывом, за которым в осве-
женном им воздухе будет дышаться свободно и легко...» Море,
тихое и спокойное в начале рассказа, становится все более
мрачным и грозным, пока не разражается буря, которая смы-
вает следы разыгравшейся на берегу драмы.
Так в рассказе выражены и протест против бесчеловечной
власти собственнических отношений, и надежда на не-
избежность бури, которая очистит жизнь от грязи и преступ-
лений.
23
Но, изображая босяков и подчеркивая в них нарастающее
чувство стихийного протеста и недовольства, Горький вместе с
тем отмечает ложность индивидуального бунтарства, внутрен-
нюю несостоятельность слепого и не освещенного сознанием
протеста. Челкаш ищет свободы только для себя. Коновалов
кончает жизнь самоубийством, так и не найдя выхода из ту-
пика. Так же бессилен бунт Орлова.
С первых же шагов своей литературной деятель-
Революционно- ности Горький выступил со страстным призы-
произведения* вом к революционному ниспровержению суще-
ствующего строя.
В ряде его произведений 90-х годов, проникнутых героиче-
ской романтикой, развита тема революционного подвига. Это —
сказка «О чиже, который лгал, и о дятле — любителе истины»,
«Песня о Соколе», «Старуха Изергиль», «Девушка и Смерть».
Горький не только обогащал традиции классического реализма.
Он развивал и высокие принципы революционного роман-
тизма— те принципы, которые нашли свое выражение в твор-
честве Рылеева, молодого Пушкина, Лермонтова.
Наряду с реалистическими произведениями социально-быто-
вого плана развертывалась в творчестве Горького другая линия,
линия революционно-романтическая — яркий мир вдохновенных
и героических символов. В противовес персонажам натуралисти-
ческой литературы 80—90-х годов — безвольным и бессильным
нытикам — перед читателем возникали новые герои: мужествен-
ные, волевые. Широкие просторы моря, величавые горы и
скалы — все это резко отличалось от нарочито будничных, се-
рых, а иногда и тоскливых картин природы, которые были не-
редки в литературе того времени.
Праздничные, яркие краски как нельзя более характеризо-
вали романтическую линию творчества Горького.
Читатель сразу оценил замечательную новизну горьковской
поэзии. И даже враждебные Горькому критики вынуждены
были признать, что со страниц его произведений пахнуло све-
жим ветром моря, пленительной молодостью.
Предвосхищением грядущего проникнута революционная ро-
мантика Горького. Она была выражением нарастающей и при-
ближающейся революционной грозы, которая призвана очи-
стить и возродить мир. Так рождались образы Радды и Зо-
бара с их стремлением к свободе («Макар Чудра»); гордого
Сокола с его страстной жаждой подвига и неукротимой нена-
вистью к врагу; отважного юноши Данко («Старуха Изер-
гиль»), который своим сердцем, как факелом, осветил путь че-
ловечеству.
Для произведений Горького, проникнутых революционней
романтикой, характерны острые идейные конфликты.
24
В сказке «О чиже, который лгал...» писатель противопостав-
ляет чижу, зовущему вперед, в неведомую и прекрасную даль,
дятла — самодовольного носителя «здравого смысла».
В «Песне о Соколе» противопоставлены мудрость героиче-
ского Сокола, готового пожертвовать собственной жизнью ради
того, чтобы познать красоту и прелесть свободы, и пошлое ме-
щанское благоразумие духовно ограниченного Ужа, который
никуда не стремится и готов довольствоваться тем, что есть.
Сопоставляя эти два типа характеров, Горький всецело на
стороне мужественных, гордых и самоотверженных соколов,
символизирующих революционную героику.
«Безумство храбрых — вот мудрость жизни» — этот лейтмо-
тив «Песни о Соколе» мог бы послужить эпиграфом ко всему
романтическому циклу Горького. Это была активная, мужест-
венная и дерзновенная, устремленная в будущее героическая
поэзия.
Недаром Горький в одном из своих писем к Чехову утвер-
ждал: «...настало время нужды в героическом...» Героическая
поэзия, исполненная жаждой подвига и пророчества о грядущей
социальной буре, — вот то новое, что принес он с собой в лите-
ратуру.
Славя красоту и величие революционного подвига, Горький,
однако, в это время еще не показал реальных перспектив осво-
бодительной борьбы. Сокол погибает. Чиж зовет птиц в неведо-
мую даль, но он и сам не знает дороги к прекрасной жизни.
Идеал свободной жизни у Горького еще не стал политически
четким и определенным. Положительный герой еще не обрел
реальной исторической конкретности. Тем не менее героический
пафос произведений писателя явился художественным отраже-
нием важнейших процессов, происходивших в жизни. Горьков-
ская революционная романтика была связана с развитием ре-
волюционного рабочего движения.
«СТАРУХА ИЗЕРГИЛЬ»
Чрезвычайно характерен для творчества Горького 90-х годов
рассказ «Старуха Изергиль», написанный в 1894 году. Осужде-
ние индивидуализма и утверждение героического подвига во
имя свободы и счастья народа — такова идея рассказа.
Рассказ построен своеобразно: при внутреннем единстве идеи
и тона он состоит из трех как бы самостоятельных частей. Пер-
вая часть — легенда о Ларре, вторая — рассказ Изергиль о
своей молодости, третья — легенда о Данко. При этом первая и
третья части — легенды о Ларре и Данко — контрастно проти-
вопоставлены друг другу. Характерная черта рассказа заклю-
чается в том, что в нем два рассказчика и соответственно этому
25
два повествовательных плана. Общее повествование ведется от
имени автора, который выступает со своими раздумьями, размыш-
лениями, оценками. Он подчеркивает в заключение красоту
сказки о Данко. И второй рассказчик — старуха Изергиль, кото-
рая хранит в своей памяти народные предания о подвиге, о злом
и добром в человеческой жизни.
Ларра— воплощение крайнего индивидуализма. Сын жен-
щины и орла, он отличается гордостью, высокомерием, презре-
нием к людям. Ларра убивает девушку за то, что она оттолк-
нула его. Он считает себя первым на земле. Индивидуализм
Ларры не просто психологическое свойство, не просто качество
человеческой природы. Горький связывает индивидуализм
Ларры с миром собственнических представлений. Когда у Ларры
спрашивают, почему он убил женщину, он отвечает:
«— Я убил ее потому, мне кажется, — что меня оттолкнула
она... А мне было нужно ее.
— Но она не твоя! — сказали ему.
— Разве вы пользуетесь только своим? Я вижу, что каждый
человек имеет только речь, руки и ноги... а владеет он живот-
ными, женщинами, землей... и многим еще...»
Индивидуалиста, себялюбца Ларру народ решает наказать
вечным одиночеством. Вначале юноша громко смеялся вслед
людям, которые бросили его, смеялся, оставаясь один, свобод-
ный, как отец его. И только позднее он понял, на какую страш-
ную муку одиночества обрекли его люди, которых он презирал:
«...он стал уже как тень и таким будет вечно! Он не пони-
мает ни речи людей, ни их поступков — ничего. И все ищет,
ходит, ходит... И нет ему места среди людей... Вот как был по-
ражен человек за гордость!»
Величайшее благо — жизнь — становится безысходной му-
кой, если человек оторван от людей, от народа, — такова идея
легенды о Ларре.
В образе Ларры Горький развенчал себялюбие, индивидуа-
лизм и эгоизм — эти основные качества характера, присущие
человеку буржуазного мира.
Подлинный герой не тот, кто ставит себя выше всех. Истин-
ный героизм состоит в готовности пожертвовать собой ради на-
рода. Таким героем является Данко, человек, овеянный рево-
люционной романтикой, способный к подвигу и самопожертво-
ванию во имя благородной цели.
Данко ведет свой народ на волю из рабской жизни. На пути
возникают необычайные трудности, неодолимые препятствия.
И когда, утомленные трудным путем, люди пали духом, когда
опи стали упрекать Данко в неумении управлять ими, заколеба-
лись и готовы были повернуть обратно, сердце героя вспыхнуло
огнем желания спасти их, и он, разорвав руками себе грудь,
вырвал из нее свое сердце и высоко поднял его над головой.
26
«Оно пылало так ярко, как солнце, и ярче солнца, и весь лес
замолчал, освещенный этим факелом великой любви к людям,
а тьма разлетелась от света его и там, глубоко в лесу, дрожа-
щая, пала в гнилой зев болота. Люди же, изумленные, стали
как камни.
— Идем! — крикнул Данко и бросился вперед на свое место,
высоко держа горящее сердце и освещая им путь людям».
Идею беззаветной любви к людям, героического самопожерт-
вования во имя счастья народа — вот что утверждает Горький в
легенде о Данко.
Существенную роль играет в рассказе сама старуха Изер-
гиль. Полностью сохраняя реалистический характер образа,
Горький вместе с тем рисует человека «мятежной жизни». Разу-
меется, «мятежная жизнь» Изергиль и подвиг Данко — явления
разные, и Горький их не отожествляет. Но образ рассказчицы
усиливает общий романтический колорит произведения.
Изергиль с восторгом говорит о людях с сильной волей, с
могучими и яркими характерами, способных к подвигу. Она
вспоминает своего возлюбленного:
«...он любил подвиги. А когда человек любит подвиги, он
всегда умеет их сделать и найдет, где это можно. В жизни, зна-
ешь ли ты, всегда есть место подвигам».
Легенда о Ларре, рассказ Изергиль и легенда о Данко на
первый взгляд кажутся самостоятельными, существующими не-
зависимо друг от друга. На самом деле это не так. Каждый, из
них выражает общую идею и отвечает на вопрос, в чем счастье
человека.
Ларра полагал, что счастье в гордом одиночестве, и за это
он понес страшное наказание. Сама Изергиль прожила по-
своему значительную и красочную жизнь. Она любила помо-
гать хорошим людям. Но ей не хватало общей цели, того, что
мы называем идеалом. И лишь Данко воплотил в себе высшее
понимание красоты и величия человека, посвятив всего себя,
всю свою жизнь для блага и счастья народа. Так в самой ком-
позиции рассказа раскрывается его идея.
Художественные особенности рассказа отчетливо характери-
зуют романтическую манеру письма Горького. Писатель подчер-
кивает по преимуществу необыкновенное, возвышенное и пре-
красное и в людях, и в природе. Вот на каком фоне ведет Изер-
гиль рассказ о Ларре и Данко. По небу бродят обрывки туч
«пышных, странных очертаний и красок». Небо украшено золо-
тыми крапинками звезд. «Все это — звуки и запахи, тучи и
люди — было странно красиво и грустно, казалось началом
чудной сказки».
Здесь все средства писателя подчинены не столько стремле-
нию точно изобразить предмет или явления, сколько создать
определенное повышенное настроение. Этому подчинены и
27
обильно употребляемые гиперболы, и лирически окрашенные
эпитеты, и сравнения.
Повествование о Ларре и Данко ведется на фоне яркой, ска-
зочной природы. Такими же могучими, сильными и почти ска-
зочными богатырями изображены и люди, окружающие старуху
Изергиль.
О молдаванах Горький пишет так:
«Они шли, пели и смеялись; мужчины — бронзовые, с пыш-
ными, черными усами и густыми кудрями до плеч, в коротких
куртках и широких шароварах; женщины и девушки — веселые,
гибкие, с темно-синими глазами, тоже бронзовые...
Они уходили все дальше от нас, а ночь и фантазия одевали
их все прекраснее».
Эти люди по своему облику немногим отличаются от Лойко
Зобара, Радды и Данко. Таким образом в самой жизни подчер-
кивались романтические и героические черты. Они же даны и в
биографии Изергиль. Сделано это для того, чтобы оттенить
важную мысль: героическая романтика не противостоит жизни,
она только в более сильной и яркой форме выражает то, что за-
ложено в самой действительности.
Революционная романтика Горького тесно связана с жизнью.
В ней есть своя реалистическая основа. Носителем романтиче-
ских представлений о прекрасном и героическом является народ.
Характерно, что и Макар Чудра, и Изергиль с восхищением
рассказывают о подвигах людей, самоотверженно боровшихся
за свободу народов. Макар Чудра вспоминает об отце Радды,
который сражался в войсках Кошута и был участником венгер-
ской революции 1848 года; среди людей, достойных любви,
Изергиль выделила поляка, боровшегося за свободу греческого
народа против турецкого ига. В представлении народа прекра-
сен тот, кто любит людей, кто готов отдать за них свою жизнь.
Отсюда вытекает и другая важная особенность революционно-
романтических произведений Горького: они органически и не-
разрывно связаны с народным творчеством. В «Макаре Чудре»,
«Старухе Изергиль», «Песне о Соколе» народно-поэтические
элементы, связь с фольклором несомненны. Самый жанр ранних
горьковских произведений народен: это легенды, песни, сказки.
Отсюда и своеобразная повествовательная манера революци-
онно-романтических произведений писателя. Горький ведет рас-
сказ в патетическом, приподнятом тоне. Этот патетический тон
достигается тем, что Горький часто прибегает к ритмической
прозе.
Вместе с тем в «Старухе Изергиль» столь же очевидна связь
и с романтическими традициями в русской литературе, в осо-
бенности с традициями «южных поэм» Пушкина. Место дей-
ствия в «Цыганах» (Бессарабия), образ старого цыгана,
разоблачение себялюбца Алеко — эти мотивы в переосмысленном
28
виде нашли свое отражение в замечательном рассказе Горь-
кого.
Таким образом, Горький в 90-е годы выступил, с одной сто-
роны, как обличитель капиталистического строя, с другой сто-
роны, как вдохновенный певец революционного подвига.
В ранний период у Горького еще не было отчетливого пред-
ставления о реальных силах, способных осуществить преобра-
зование жизни на новых основах. И свой идеал прекрасного,
идеал народного героя, он выражал в аллегорической форме ро-
мантической легенды и песни. Но глубокая и проникновенная
правда жизни, ненависть к буржуазному обществу, вдохновен-
ная мечта о будущем, прославление красоты революционного
подвига — все это заключало в себе ростки нового творческого
метода — социалистического реализма.
ТВОРЧЕСТВО ГОРЬКОГО
В ПЕРИОД РЕВОЛЮЦИИ 1905 ГОДА
В начале 900-х годов поднялась новая могучая волна рабо-
чего революционного движения. Страна жила бурной, кипучей
политической жизнью. Недовольство самодержавием охваты-
вало все более широкие круги населения. В стране назревала
революция.
Этот подъем пролетарской освободительной борьбы нашел
отражение в творчестве Горького. Рост и углубление револю-
ционных настроений писателя выразились в знаменитой «Песне
о Буревестнике» (1901).
Если раньше, в 90-х годах, писатель воспевал
«Песня о » красоту и величие революционного самопожерт-
вования, то теперь, в «Песне о Буревестнике»,
дана картина уже разразившейся революционной бури и звучит
мотив уверенности в близкой, радостной и несомненной победе
революции. Буревестник дан как живое воплощение победонос-
ной революционной мощи.
«То крылом волны касаясь, то стрелой взмывая к тучам, он
кричит, и — тучи слышат радость в смелом крике птицы.
В этом крике — жажда бури! Силу гнева, пламя страсти п
уверенность в победе слышат тучи в этом крике».
Буревестнику противостоят в стихотворении глупый пингвин,
трусливые гагары — аллегорическое изображение мещанской
трусости, малодушия, душевной дряблости. Призыв к револю-
ции сочетался в «Песне» с острым осмеянием социальных сил,
чуждых и враждебных революционному народу.
29
«Песню о Буревестнике» Горький напечатал в 1901 году в
журнале «Жизнь». После опубликования ее журнал был за-
крыт.
Ем. Ярославский называл «Песню о Буревестнике» «боевой
песнью революции» и отмечал, что ее распространяли в различ-
ных списках в тысячах экземпляров, напечатанных на пишущих
машинках и переписанных от руки. М. И. Калинин подчеркивал,
что в «Песне» прекрасно передано революционное стремление
передовых людей старой России. И действительно, революцио-
низирующее действие «Песни о Буревестнике» было огромно.
Она звала на битву, воспитывала в читателе чувство радост-
ной уверенности в близкой победе революции.
<Фома Го еев» ® новых исторических условиях становится более
р глубоким и всеобъемлющим и реализм Горького.
Писатель обратился в своих произведениях к анализу жизни
разных классов и социальных слоев русского общества.
Это диктовалось самой жизнью, потребностями нового исто-
рического этапа. Руководитель общенародной борьбы — проле-
тариат— был заинтересован в том, чтобы ясно разобраться и
в друзьях, и во врагах освободительного движения, постичь
истинную суть всех классов русского общества.
Ленин в книге «Что делать?» указывал: чтобы стать настоя-
щим революционером, рабочий должен ясно представить себе
истинный облик помещика и попа, сановника и крестьянина,
студента и босяка, знать их сильные и слабые стороны. Этому
требованию самой жизни и отвечало творчество Горького.
В повести «Фома Гордеев» (1899) писатель впервые дал
широкую и разностороннюю картину капиталистического строя.
Сам Горький* признавал, что для него — это переход «к новой
форме литературного бытия...»
Жизненно правдиво и ярко выписаны Горьким типические
фигуры капиталистов. Писатель сумел сочетать индивидуальное
своеобразие каждого из героев с их социальной сущностью.
Ананий Щуров олицетворяет собой вчерашний день русского
капитализма с его откровенным хищничеством, отсталостью,
прямолинейной реакционностью. Он враг технического про-
гресса. Разбогатевший ценой преступлений, он выступает в ро-
мане яростным и злобным врагом народа.
Более сложен образ Маякина. В отличие от Щурова он стре-
мится представить буржуазию в качестве носителя прогресса
и культуры. Маякин — идеолог буржуазии, он рвется к полити-
ческому господству. В своих попытках оправдать «власть хо-
зяев» он, по существу, близок к реакционной философии Ницше,
который разделял людей на рабов, обреченных всегда подчи-
няться, и господ, призванных повелевать. Жизненная филосо-
фия Маякина раскрывается в его афоризмах.
30
«Жизнь, брат Фома, — говорит он своему воспитаннику,—
очень просто поставлена: или всех грызи, или лежи в грязи...
Тут, брат, подходя к человеку, держи в левой руке мед, а в
правой нож...»
Из мира маякиных и щуровых Горький выделяет Фому Гор-
деева. Горький писал, что повесть «...должна быть широкой, со-
держательной картиной современности, и в тоже время на фоне
ее должен бешено биться энергичный здоровый человек, ищу-
щий дела по силам, ищущий простора своей энергии. Ему тесно.
Жизнь давит его...»
Фома тоже принадлежит к буржуазному классу. Но он еще
не успел превратиться в хищного стяжателя, ему еще свойст-
венны простые и естественные человеческие чувства.
Жестокая, отвратительная правда капиталистического мира,
та грязь, подлость и преступления, с которыми Фома сталки-
вается, производят на него потрясающее впечатление, и Фома
Гордеев восстает против этого мира. На празднестве у
Кононова он бросает в лицо купцам и фабрикантам гневные
слова:
«Вы не жизнь строили — вы помойную яму сделали! Гря-
зищу и духоту развели вы делами своими. Есть у вас совесть?
Помните вы бога? Пятак — ваш бог! А совесть вы прогнали...
Куда вы ее прогнали? Кровопийцы! Чужой силой живете... чу-
жими руками работаете! Сколько народу кровью плакало от
великих дел ваших?»
Но бунт Фомы бесцелен и бесплоден. Горячая, искренняя речь
Фомы на празднестве кончается тем, что Маякин объявляет его
сумасшедшим.
В повести «Фома Гордеев» Горький не ограничился изо-
бражением подлости и преступности буржуазного мира. Это де-
лали писатели и до него. Горький раскрыл угрожающее небла-
гополучие в жизни эксплуататоров. Бунт Фомы свидетельствовал
о внутренней слабости и несостоятельности буржуазии. В этом
бунте заключено было некое предвестье обреченности класса,
его грядущей гибели. Бунт Фомы — свидетельство несовмести-
мости буржуазного мировоззрения с истинно человеческим от-
ношением к миру.
Своей повестью Горький показал, что буржуазия не только
отвратительна, но и неизлечимо больна. Знаменательно, что уже
в «Фоме Гордееве» фигурируют наряду с образами буржуа про-
летарии. Они зарисованы еще бегло, мимоходом. Но в противо-
вес волчьим законам мира маякиных в их среде господствуют
принципы единения и товарищества. Рисуя рабочих, писатель
намекает на ту силу, которая призвана уничтожить власть щу-
ровых и маякиных.
Один из нижегородских купцов — Бугров так отзывался о
Горьком и его повести: «Это вредный сочинитель, книжка
31
против нашего сословия написана. Таких — в Сибирь ссылать,
подальше, на самый край».
Повесть в такой степени была проникнута ненавистью к
буржуазному миру, что она стала действенным средством рево-
люционной пропаганды. Писатель Ф. Березовский вспоминает:
«Мы, старые подпольщики, очень часто читали рабочим на
наших подпольных собраниях такое произведение Алексея Мак-
симовича, как «Фома Гордеев», особенно последнюю главу—>
сцену на пароходе. Почему же мы читали эту сцену? Да по-
лому, что жгучие слова ненависти, которыми пропитаны эти
страницы, рабочие воспринимали как сигнал борьбы не только
с самодержавием, но и с буржуазией».
В произведениях начала 900-х годов Горький
«Мещане» изображал не только буржуазию. Писатель от-
и «Дачники» лично понимал, что надвигающиеся революци-
онные события будут серьезным испытанием для
всех слоев общества, и в этой связи он ставит вопрос о роли
и месте интеллигенции в революции.
В пьесах «Мещане» (1901), «Дачники» (1904) писатель вы-
вел буржуазных интеллигентов, которые оторвались от народа,
озабочены только личным благополучием и превратились в по-
корных слуг капиталистов.
Петр Бессеменов («Мещане») некогда был причастен к сту-
денческим волнениям. Теперь он проклинает свое прошлое,
ненавидит свою родину и мечтает о тихой мещанской, обыва-
тельской жизни. «Черт дернул меня, — говорит он, — принять
участие в этих дурацких волнениях! Я пришел в университет
учиться и учился...»
Инженер Суслов в пьесе «Дачники» отзывается о самом
себе с откровенным цинизмом. Его жизненный идеал таков:
«Мы хотим поесть и отдохнуть в зрелом возрасте — вот наша
психология».
Устами Власа из пьесы «Дачники» Горький дает оценку
людям типа Суслова:
Маленькие, нудные людишки
Ходят по земле моей отчизны,
Ходят и уныло ищут места,
Где бы можно спрятаться от жизни.
Буржуазных интеллигентов Горький называл «дачниками».
Они временные жильцы в своей собственной стране, они чужды
народу и духовно опустошены.
Петру Бессемепову, Суслову и другим Горький противопо-
ставил революционного рабочего Нила (пьеса «Мещане»), а
также тех интеллигентов, которые ощущают свою кровную
связь с народом и готовы отдать ему все силы своего ума и
32
сердца. Таковы Марья Львовна, Влас, Зимин, Соня («Дач-
ники»).
Только в полном и безраздельном слиянии с народом, только
в революционной борьбе может интеллигенция обрести смысл
жизни. Иные пути, пути приспособления к буржуазно-мещан-
скому миру, ведут к духовному вырождению и нравственной
гибели — таков идейный смысл пьес Горького, посвященных ин-
теллигенции.
«НА ДНЕ»
Одно из самых ярких и сильных драматических произведе-
ний Горького начала 900-х годов — пьеса «На дне».
Горький написал ее в 1902 году. Она предназначалась для
Московского Художественного театра. Творческое содружество
Горького с МХАТом началось в 1901 году и длилось до послед-
них дней жизни писателя. Это глубоко закономерно. Московский
Художественный театр, созданный в 1898 году, выступил в ис-
кусстве под знаменем демократических идей, под знаменем ху-
дожественного реализма, правды жизни, которой чужды фальшь,
искусственная театральщина, ложь и манерность. Эти прин-
ципы были близки Горькому. Для Горького МХАТ всегда был
«лучшим театром», «настоящей русской гордостью». Он считал,
что этот театр не любить невозможно, «не работать для него —
преступление». В большей степени по настоянию театра Горь-
кий обратился к драматургии. Пьесы Горького сообщили дея-
тельности МХАТ яркую общественно-политическую революци-
онную окраску. На сцене театра были поставлены такие про-
изведения, как «Мещане», «На дне», «Дети солнца» и др.
Вначале пьеса «На дне» была запрещена цензурой, и лишь
после долгих хлопот ее разрешили, да и то потому только, что
цензура была убеждена в провале спектакля.
Пьеса была поставлена. «Спектакль имел потрясающий ус-
пех,— вспоминал К- С. Станиславский. — Вызывали без кон-
ца режиссеров, всех артистов... и, наконец, самого Горького».
По словам В. И. Качалова, «зрительный зал принимал пьесу
бурно и восторженно, как пьесу-буревестник, которая предве-
щала грядущую бурю и к бурям звала».
Пьеса обошла театры России и многих зарубежных стран.
К маю 1906 года только в одном из берлинских театров пьеса
выдержала 500 представлений.
Какими причинами был обусловлен успех пьесы?
Разумеется, немалое значение имело то, что впервые на те-
атральных подмостках зритель увидал незнакомый ему доселе
мир отверженных. Зрителя подкупала потрясающая сила реа-
лизма, острота и яркость изображения жизни.
2 Русская советская лит-ра
33
Такой суровой, беспощадной правды о жизни социальных
низов, об их беспросветной участи, страшном безысходном тра-
гизме их судьбы мировая драматургия не знала.
Сам Горький отмечал, что пьеса явилась итогом его «почти
двадцатилетних наблюдений над миром «бывших людей».
Но была и еще одна причина, почему накануне революцион-
ных событий 1905 года пьеса эта отвечала настроениям широ-
ких кругов демократических зрителей. Причина эта заключа-
лась в том, что пьеса «На дне» проникнута протестом против
социальных порядков капиталистического общества и неукро-
тимым призывом к другой, справедливой и свободной челове-
ческой жизни.
Мрачный быт костылевской ночлежки изображен Горьким
как воплощение социального зла. Уже один вид помещения
ночлежки свидетельствует об угрюмой и страшной жизни «дна»:
«Подвал, похожий на пещеру. Потолок — тяжелые, камен-
ные своды, закопченные, с обвалившейся штукатуркой. Свет —
от зрителя и, сверху вниз, — из квадратного окна с правой
стороны».
Под сводами костылевской ночлежки оказались люди са-
мого различного характера и социального положения. Здесь и
рабочий Клещ, мечтающий о честном труде, и Пепел, жажду-
щий правильной жизни, и Актер, весь поглощенный воспомина-
ниями о своем былом успехе, и Настя, страстно рвущаяся к
большой, настоящей любви. Все они достойны лучшей участи.
Тем трагичней их положение сейчас.
Люди, живущие в этом подвале, похожем на пещеру, — тра-
гические жертвы уродливых и жестоких порядков, при которых
человек перестает быть человеком и обречен влачить жалкое
существование.
Судьба обитателей «дна» — грозный обвинительный акт про-
тив капиталистического строя. Горький не дает подробного опи-
сания жизненного пути героев пьесы, но и те немногие чер-
ты, которые он воспроизводит, прекрасно раскрывают замысел
автора.
В немногих словах рисуется трагизм жизненной судьбы
Анны.
«Не помню — когда я сыта была... — говорит она. — Над ка-
ждым куском хлеба тряслась... Всю жизнь мою дрожала.., Му-
чилась... как бы больше другого не съесть... Всю жизнь в от-
репьях ходила... всю мою несчастную жизнь...»
Рабочий Клещ говорит о безысходной своей доле: «Работы
нет... силы нет! Вот — правда! Пристанища... пристанища нету!
Издыхать надо... вот она, правда!»
Обитатели «дна» выброшены из жизни в силу условий, ца-
рящих в обществе. Человек предоставлен самому себе. Если
он споткнулся, выбился из колеи — ему грозит «дно», неминуе-
34
мая нравственная, а нередко и физическая гибель. Погибает
Анна, кончает с собой Актер, да и остальные изломаны, изуро-
дованы жизнью до последней степени.
Рисуя обитателей костылевской ночлежки и подчеркивая в
них человеческие черты, достойные сострадания, Горький вме-
сте с тем со всей решительностью вскрывает в пьесе бессилие
босяков, их непригодность для дела общественного переустрой-
ства России.
И даже здесь, в этом страшном мире отверженных, продол-
жают действовать волчьи законы капиталистической эксплуата-
ции. Вызывает омерзение фигура содержателя ночлежки Ко-
стылева, одного из «хозяев жизни», который готов даже из
своих несчастных и обездоленных постояльцев высосать послед-
нюю каплю крови.
Таким образом, первое, что необходимо отметить: в пьесе
«На дне» с огромной силой звучит обличение социального зла,
обличение трагических противоречий буржуазного общества.
Второй мотив, мощно и ярко звучащий в пьесе, — утвержде-
ние принципов гуманизма. Страшная участь обитателей ноч-
лежки становится особенно очевидной, если сопоставить ее с
тем, к чему призван человек. Под темными и угрюмыми сво-
дами ночлежного дома, среди жалких и искалеченных, несчаст-
ных и бездомных бродяг звучат торжественным гимном слова
о человеке, о его призвании, о его силе и красоте. Сатин вос-
клицает:
«Человек — вот правда! Все — в человеке, все для человека!
Существует только человек, все же остальное — дело его рук и
его мозга! Чело-век! Это — великолепно! Это звучит... гордо!»
Гордые слова о том, каким должен быть и каким может
быть человек, еще резче оттеняют ту картину действительного
положения человека, которую рисует писатель. И этот контраст
приобретает революционный смысл.
Если человек в своей сущности прекрасен и только строй,
основанный на эксплуатации, низводит его до такого ужасаю-
щего состояния, стало быть, нужно сделать все, чтобы этот
строй уничтожить и создать условия, при которых человек ста-
нет поистине свободным и прекрасным. Таков был вывод пьесы.
В этой связи Горький поставил важнейший вопрос: каковы
же пути выхода из противоречий эксплуататорского общества,
что нужно сделать для того, чтобы человек стал человеком, что-
бы могли развернуться его творческие силы, его духовные бо-
гатства?
На этот вопрос пьеса дает как бы несколько возможных
ответов. Один из них связан с образом Клеща. Клещ — рабочий.
Он жаждет честного труда. Он уверен, что честным трудом он
поднимется со «дна», станет снова человеком. Горький подчер-
кивает, однако, что в условиях капитализма сам по себе
2*
35
честный труд не может привести к преодолению социального
зла. В конце пьесы мы видим, как рушатся иллюзии Клеща:
он примиряется с окружающими условиями и все больше и
больше опускается.
Другой ответ связан с образом Луки, и отсюда
Лука и Сатин третий мотив пьесы — протест против пассивного
сострадания и утешительной лжи.
Сам Горький указывал, в чем состояла главная проблема
пьесы: «Основной вопрос, который я хотел поставить, это — что
лучше, истина или сострадание? Что нужнее? Нужно ли дово-
дить сострадание до того, чтобы пользоваться ложью, как
Лука?»
Странник Лука ко всем старается подойти со словом уте-
шения. Анну он успокаивает разговором о блаженной тишине,
которая ее ожидает после смерти. Пепла соблазняет карти-
нами вольной и свободной жизни в Сибири. Актеру он сообщает
о специальных лечебницах, где излечивают от алкоголизма. Так
он повсюду сеет слова утешения и надежды. Но его утешитель-
ные слова основаны не на правде, а на лжи. Лука знает, что
никакой вольной жизни у Пепла в Сибири не будет, что Актер
погибнет от пьянства и что Анну подстерегает тяжелая и мучи-
тельная смерть. Эту ложь он распространяет для того, чтобы
поддержать дух людей, облегчить им тяжелую и безрадостную
жизнь. Лука приводит притчу о человеке, который верил в
существование праведной земли. Когда ученый доказал, что
такой земли нет, человек с горя повесился.
Эту философию оправдания спасительной лжи Горький от-
вергает. Ложь старца Луки, подчеркивает Горький, играет ре-
акционную роль. Вместо того чтобы звать на борьбу против
несправедливой жизни, она примиряет угнетенных и обездолен-
ных с угнетателями и тиранами. Эта ложь — выражение сла-
бости, исторического бессилия.
Актер, который особенно восприимчив к проповедям Луки,
вспоминает стихи Беранже:
Господа! Если к правде святой
Мир дорогу найти не умеет, —
Честь безумцу, который навеет
Человечеству сон золотой!
Актеру близки слова о безумце, который навевает «челове-
честву сон золотой». Но Горький в 900-х годах знал, что до-
рога «к правде святой» существует. Уже ясны были реальные
пути освобождения человечества, пути революционной борьбы,
пути социализма, и философия лжи и примирения в этих усло-
виях становилась особенно опасной.
Сама композиция пьесы, ее внутреннее движение, развенчи-
вает философию Луки. В начале пьесы мы видим, как каждый
36
из героев одержим своей мечтой, своей иллюзией. Появление
Луки с его проповедью утешения и примирения укрепляет оби-
тателей ночлежки в правоте их неясных и призрачных влечений
и дум. Но вместо мира и тишины в костылевской ночлежке
назревают острые драматические события, которые достигают
своего кульминационного пункта в сцене убийства старика Ко-
стылева. Суровая правда жизни опровергает утешительную
ложь Луки. В свете происходящего благостные разглагольство-
вания Луки становятся нелепыми. И Горький прибегает к не-
обычному композиционному приему: он задолго до финала, в
третьем акте, убирает одного из главных героев пьесы: Лука
тихонько исчезает и в последнем, четвертом, акте уже не по-
является.
Философию Луки открыто опровергает Сатин. «Ложь — ре-
лигия рабов и хозяев... Правда — бог свободного человека!» —
говорит он.
Таким образом, в известном смысле Луке противопоставлен
Сатин. Однако из этого вовсе не слёдует, что Сатин — положи-
тельный герой. Сам Горький отвечал, что в пьесе «непосред-
ственного представителя истины», противника Луки нет. И дей-
ствительно, Сатин таким выразителем авторской идеи не мог,
быть. Сатин в некоторых отношениях выше других обитателей
«дна». Он протестует против неправды жизни, он умен, и
истинное положение вещей он видит яснее, чем другие. Ему,
присуще чувство человеческого достоинства. Но к настоящему
делу и Сатин непригоден. Он не способен к труду, а его про-
тест не идет дальше бесплодного анархического бунтарства.
Судьба героев пьесы — наглядное свидетельство того, как
бесчеловечные условия жизни капиталистического общества
толкают людей «на дно». И не в религиозном смирении, не в
толстовском «непротивлении злу насилием», а в решительной
и беспощадной борьбе против этих условий Горький ви-
дел подлинный выход.
Драматургиче- В пьесе «На дне» проявились замечательные
ское мастерство особенности драматургии Горького. Горький
Горького был продолжателем лучших традиций класси-
ческой драматургии, и в особенности драматургии Чехова. Но
в борьбе за утверждение жизненной правды, в борьбе за сце-
нический реализм он обогатил русскую драматургию.
Горький утвердил в драматургии новый тип общественно-
политической драмы. Его новаторство проявилось и в выборе
драматического конфликта,-и в методе изображения действи-
тельности.
Главный конфликт, положенный в основу пьесы «На дне»,—
это противоречие между массами и самодержавными поряд-
ками буржуазно-помещичьей России, которые низводят людей
до трагической участи бездомных бродяг»
37
Новый конфликт потребовал и новых художественных
средств для своего выражения. Горький почти не касается тра-
диционной темы столкновения личности и среды. В пьесе «На
дне» в центре некий собирательный образ человеческой массы,
которая, однако, всегда точно индивидуализирована. Заметим,
что такие же собирательные образы двух враждебных лаге-
рей— капиталистов и рабочих — мы видим в пьесе «Враги».
Знаменательны уже сами названия горьковских пьес: «Ме-
щане», «Дачники», «Варвары», «Последние». Горький стремится
самими названиями подчеркнуть социально обобщенный харак-
тер своих персонажей.
Существенной особенностью драматургического мастерства
Горького является и то, что у него конфликт всегда выражен не
внешне, не в сложной интриге, не в эффектных столкновениях,
а во внутреннем движении пьесы. Действие он развивает нето-
ропливо, без внешне эффектных переходов. Острота драмати-
ческого конфликта у Горького носит отчетливо выраженный
социальный характер. Центр тяжести пьес Горького — в столк-
новении идей, в борьбе мировоззрений, социальных принципов,
политических взглядов.
Развертывая в своих пьесах острую борьбу мировоззрений,
идей, Горький ясно определяет свое отношение к происходящим
событиям. Но отчетливая идейная оценка персонажей выра-
жается в пьесах Горького не в непосредственных авторских
суждениях и комментариях. В статье «О пьесах» Горький под-
черкнул, что сила художественного образа в драматургии со-
стоит в его способности без прямого авторского вмешательства
раскрывать себя.
«...Пьеса требует, чтобы каждая действующая в ней еди-
ница характеризовалась и словом и делом самосильно, без под-
сказываний со стороны автора».
С этим связано высокое мастерство речевой характеристики
в драматургии Горького. Знаменательно, что в пьесе «На дне»
писатель совершенно отказался от «босяцкого» жаргона. Но как
прекрасно речь действующих лиц пьесы передает разнообразие
их характеров, настроений, чувств и мыслей!
Горький не часто пользуется формой развернутого монолога.
Преобладает в его пьесах диалог, реплика, иногда сказанная
невзначай, но всегда до предела насыщенная внутренним смыс-
лом. В своих речевых характеристиках Горький стремился к
тому, чтобы личность характеризовалась всесторонне: и с точки
зрения классовой и с точки зрения индивидуальных особенно-
стей. Он добивался того, чтобы каждая реплика, каждое слово
героя с максимальной выразительностью раскрывали его ха-
рактер.
Так ясно проступает в особенностях речи внутренняя сущ-
ность Луки. Его ум, лукавство, многозначительная уклоняй’
’38
вость, ласковая вкрадчивость, склонность к жизненным обоб-
щениям, утешительство выражаются в тех афоризмах, при-
баутках и пословицах, которыми он пересыпает свою речь.
«Хлеба нет — лебеду едят», «Всяко живет человек... как сердце
налажено, так и живет... сегодня — добрый, завтра — злой».
Известен афоризм Луки, который не раз использовался в кри-
тике и публицистике: «По-моему, ни одна блоха — не плоха: все
черненькие, все прыгают».
В речи Актера видна жалкая натура человека, знавшего
некогда иную жизнь, а теперь потерявшего даже свое имя. По
своим интонациям она носит декламационный оттенок, в лек-
сике сохранились отголоски былой театральной профессии:
«...по сцене мое имя — Сверчков-Заволжский... — говорит он,—
никто этого не знает, никто!» Когда обитатели ночлежки вы-
смеивают Актера и убеждают его, что не вырваться ему из
ночлежки, Актер восклицает: «Невежды, дикари... Люди без
сердца! Вы увидите — он уйдет!» «Обжирайтесь, мрачные умы».
«...Стихотворение... Б-беранжера!» и т. д. В этой декламации
выражено бессилие погибшего человека.
Так же сложна и выразительна речевая характеристика Ба-
рона. В прошлом аристократ, а теперь искалеченный жизнью
бездомный босяк, он соединяет в своей речи барскую спесь и
подавленность выбитого из жизненной колеи бродяги. Отсюда
повелительный тон в его репликах, отсюда же и бессвязные
фразы растерянного, не понимающего жизни человека.
Язык горьковских пьес богат афоризмами, которые в пре-
дельно сжатом и сгущенном виде обычно выражают серьезную
мысль. В пьесе «На дне» афористична речь и Луки, и Сатина,
и Бубнова. Но как различны внутренний смысл и тональность
этих афоризмов! У Луки они носят отвлеченный двусмысленный
характер, у Сатина — определенный и патетический: «Чело-
век— это звучит гордо!», «Ложь — религия рабов и хозяев»
и т. д. Афоризмы Бубнова проникнуты духом предельного от-
чаяния; Насте он говорит: «Ты везде лишняя... да и все люди
на земле — лишние...»
Сила горьковской драматургии заключается и в том, что
писатель рисует героя во всей его сложности и вместе с тем
выделяет в нем ведущее, главное, решающее качество, его клас-
совые, социальные признаки.
«Неоспоримо, — писал Горький, — что «классовый признак»
является главным и решающим организатором «психики», что
он всегда с различной степенью яркости окрашивает человече-
ское слово и дело». Но тут же он добавляет:
«Нужно в каждой изображаемой единице найти, кроме об-
щеклассового, тот индивидуальный стержень, который наиболее
39
характерен для нее и в конечном счете определяет ее социаль-
ное поведение».
Единство классовой сущности н индивидуальных черт —
главное условие создания сценического образа у Горького. Со-
циальные качества человека предстают в его пьесах не в отвле-
ченном, прямолинейно выраженном виде, человек изображен у
него со всеми личными особенностями и свойствами. Но за ин-
дивидуальными качествами героя мы видим в резком и ясном
свете его общественно-политическое лицо.
«Человека для пьесы надобно делать так, чтобы смысл ка-
ждой его фразы, каждого действия был совершенно ясен, чтоб
его можно было презирать, ненавидеть и любить, как живо-
го»,— учил великий художник.
РОМАН «МАТЬ»
С особенной широтой и яркостью творчество Горького раз-
вернулось в период революции 1905 года. К этому времени
относится самое выдающееся его произведение дооктябрьского
периода — роман «Мать».
Роман «Мать» был написан Горьким в 1906 году и публи-
ковался на страницах сборников «Знание». По требованию цен-
зуры часть текста была либо вовсе изъята и заменена точками,
либо подвергалась всяческим искажениям. Помимо того, царские
власти в 1907 году постановили возбудить судебное дело против
Горького как автора произведения, содержащего противопра-
вительственную пропаганду. В газетах было помещено анекдо-
тическое извещение о том, что по соответствующим статьям
уголовного - уложения разыскивается «нижегородский цеховой
малярного цеха Алексей Максимович Пешков».
Для царских властей всемирно известный писатель все еще
оставался только цеховым малярного цеха. Нет сомнения, что,
если бы Горький не находился в это время в Италии, он под-
вергся бы репрессиям. Книжки сборников «Знание», в которых
был напечатан роман, по решению властей подлежали уничто-
жению. Полностью в России роман смог выйти только в
1917 году.
Историческое значение этого произведения состоит в том,
что в нем писатель впервые в мировой литературе изобразил
широкую картину пролетарской революционной борьбы, нари-
совал образы революционных рабочих. В литературе и до Горь-
кого изображали рабочих. Так, об их судьбе писал шестидесят-
ник Решетников («Горнорабочие», «Глумовы» и др.). Образы
рабочих мы находим у Некрасова («Железная дорога»), у Че-
хова («Бабье царство», «Огни»). Эти художники изображали
пролетариев по преимуществу как людей, достойных сочувствия
40
н сострадания, угнетенных н обездоленных. В отличие от своих
предшественников Горький впервые подошел к этой теме с
позиции революционного марксизма, с ленинских позицшк Он
показал рабочий класс как самый передовой, самый револю-
ционный класс современного общества, авангард народных
масс, твердо и уверенно ведущий народ на штурм помещичье-
буржуазного строя.
Хозяин жизни, творец нового социального строя — таким
предстает образ рабочего в произведениях Горького. Уже в
SO-x годах в рассказе «Озорник» Горький показал пробуждение
классового самосознания в рабочем Гвоздеве, но протест Гвоз-
дева носил еще неосознанный характер.
В повести «Трое» (1900) перед нами рабочий Павел Грачев,
который находит смысл жизни в революционной борьбе.
Но все же это были только подступы к теме. Сближение с
Коммунистической партией открыло перед писателем новые
идейные перспективы, и в пьесе «Мещане» (1901) он противо-
поставил семье Бессеменовых рабочего Нила. Оптимизм, лю-
бовь к труду, неукротимая вражда к правящим классам и твер-
дая уверенность в победе революции — таковы черты Нила.
Нил является непосредственным предшественником героев
романа «Мать».
В основу романа легли эпизоды революционной деятельно-
сти сормовских рабочих, свидетелем которой был Горький.
В главных персонажах романа — Павле Власове и его матери
Пелагее Ниловне — нашли отражение черты живых участников
сормовских событий — Петра Заломова и его матери. Но, раз-
умеется, «Мать» нельзя рассматривать как биографический ро-
ман. Произведение вышло далеко за пределы художественного
изображения рабочего движения в Сормове и его участников.
В нем отразились бурные и знаменательные события первой
русской революции, нашла свое художественное выражение
историческая деятельность самого передового класса мира —
русского пролетариата.
Сюжет романа раскрывает процесс пробуждения политиче-
ского самосознания пролетариата, героическую борьбу рабо-
чего класса с самодержавием за освобождение родины, за осу-
ществление великих исторических целей социалистической ре-
волюции. Вступление к роману посвящено жизни и быту рабо-
чих старшего поколения, тому периоду, когда пролетариат еще
не осознал своей исторической миссии, когда он был только
объектом безжалостной эксплуатации и угнетения.
Отец Павла Власова — Михаил Власов — живет тяжкой и
горестной жизнью. Кроме нелюбимой и безрадостной работы,
которая высасывает из него все силы, он ничего не знает. Про-
тест против бессмысленной жизни выражается у него в жесто-
ком буйстве. Дракой и пьянством он хочет заглушить снедаю-
41
щую его тоску. Краткая история отца Павла, рассказанная пи-
сателем вначале, — своеобразный пролог к произведению, кото-
рый должен оттенить огромные перемены, происшедшие в исто-
рическом развитии русского рабочего класса.
Эти перемены воплощены в двух центральных героях рома-
на— в Павле Власове и его матери Пелагее Ниловне.
Роман «Мать» связан с революционно-романтическими про-
изведениями Горького 90-х годов, но то, что тогда было свет-
лой романтической мечтой о сильном, могучем, прекрасном
человеке, без колебаний отдающем свою жизнь для блага на-
рода, здесь облеклось плотью, наполнилось реалистическим со-
держанием.
«Максим Горький, — говорил М. И. Калинин, — первый в ро-
мане «Мать» дал художественные образы революционеров из
рабочего класса и тем самым положил начало пролетарской
художественной литературе, знающей свои «ближайшие» и «от-
даленные» цели и почерпающей в них свою силу» !.
Павел Власов Павел Власов представляется реальным вопло-
в л щением героизма и подвига, воспетых Горьким
в революционно-романтических произведениях 90-х годов.
«Иногда образ сына вырастал перед нею, — говорит писа-
тель о Ниловне, — до размеров героя сказки, он соединял в
себе все честные, смелые слова, которые она слышала, всех
людей, которые ей нравились, все героическое и светлое, что она
знала».
Павел Власов выступает в начале романа как обычный ра-
бочий парень. Он купил гармошку, рубашку с накрахмаленной
грудью, выучился танцевать кадриль и польку, по праздникам
возвращался домой пьяный и всегда сильно страдал от водки.
Жизнь его становилась похожей на безрадостную жизнь Ми-
хаила Власова.
Но Павел живет в другое время, когда другие пути рас-
крываются перед русским пролетариатом. Павел знакомится с
революционной литературой, с «запрещенными книжками»,
сближается с революционерами-интеллигентами. Здесь Горький
с прозорливостью гениального художника запечатлел важней-
ший этап в освободительной борьбе пролетариата — соединение
стихийного рабочего движения с социализмом, с революционной
марксистской наукой.
Книги открыли перед Павлом новый, неведомый ему доселе
мир. У Павла начинают складываться революционные убеж-
дения. Вокруг него объединяются друзья и единомышленники.
Однако далеко не сразу стал Павел подлинным пролетар-
ским революционером. Его путь Горький показал во всей слож-
1 М. И. Калинин, О задачах советской интеллигенции, М., 1939, стр. 54.
42
ности. Не сразу он нашел путь к сердцам рабочих и после
неудачи с «болотной копейкой» впал в уныние. Только со вре-
менем он приобрел опыт революционера.
Мы видим, как постепенно Павел и его друзья завоевывают
доверие рабочих масс. Неудачи не останавливают деятель-
ности революционной организации. Все активнее развертывает-
ся революционная пропаганда, и все шире становится круг
людей, поднимающихся на борьбу. Наивысший пункт движе-
ния— первомайская демонстрация. От маленького кружка ре-
волюционных рабочих и интеллигентов, от единичного протеста
к массовой борьбе с угнетателями — таков исторический
путь русского рабочего класса, художественно раскрытый
Горьким.
Первомайская демонстрация — дело Павла Власова и его
друзей. Но самый подъем пролетарской революционной борьбы,
самый ее размах содействуют идейно-политическому росту Пав-
ла, и, когда его арестовывают и затем судят, перед нами новый
человек, не подсудимый, а грозный судья самодержавия, по-
мещичье-буржуазного строя.
Идейный, политический рост героя, превращение рабочего
парня в стойкого революционера-коммуниста, руководителя на-
родных масс — таков путь Павла Власова.
Горький с особенной глубиной раскрыл политические взгля-
ды Власова, социалистический характер его программы, вели-
чие его целей и идеалов.
Свержение самодержавия — только этап на пути обществен-
ного преобразования России. Павел Власов — социалист, и его
цель заключается в уничтожении капиталистического строя и
в построении социалистического общества. На суде с бесстраш-
ной и гордой силой он говорит об этом, называя себя «челове-
ком партии».
«...— Мы — социалисты... Наши лозунги просты — долой
частную собственность, все средства производства — народу, вся
власть — народу, труд — обязателен для всех... Победим мы,
рабочие!»
Образ Павла Власова нарисован писателем с большой жиз-
ненной убедительностью. Широта ^политического кругозора, та-
лант организатора масс, бесстрашие и отвага, готовность к
самопожертвованию во имя дела революции, высокие мораль-
ные принципы — вот что характеризует Павла. Горький показы-
вает его чистую и целомудренную любовь к Сашеньке, его вер-
ность в дружбе, его несокрушимый дух в самых тяжких испы-
таниях жизни.
Какое значение придавал Горький этому образу, видно и
из того, что он собирался писать продолжение «Матери» — ро-
ман «Сын», в котором главным героем явился бы Павел Власов.
43
Широко и многосторонне нарисован в романе
Ниловн* ^образ матери —ТТ^агеи^йловны. В нем огра-
иловна жен процесс пробуждения, роста и укрепления
революционногб'сбИа'нйя широких народных масс. Вначале Ни-
ловна предстает перед читателем как покорная и печальная
жертва жестокой и несправедливой жизни. Вечный страх и тре-
вога, побои мужа и непосильная работа состарили ее раньше
времени. Покорность судьбе подчеркнута в самом ее облике.
«Широкое, овальное лицо, изрезанное морщинами и одутлова-
тое, освещалось темными глазами, тревожно-грустными, как у
большинства женщин в слободке».
Когда она узнает, что сын читает запрещенные книги, страх
за него овладевает ею. Она еще разделяет обывательские пред-
рассудки, и слово «социалист» пугает ее. «Ведь они — против
царя, ведь они убили одного».
Но постепенно опасения за судьбу сына сливаются у Нилов-
ны с гордостью за него. Она видит, как люди сплачиваются
вокруг Павла. Во время обыска на квартире она сталкивается
лицом к лицу с жандармами. «...Со страхом глядя в желтое лицо
[жандармского офицера], чувствовала в этом человеке врага без
жалости, с сердцем, полным барского презрения к людям».
В ней просыпается ненависть к этой жестокой и^лобнпй силе,
и она начинает понимать, на чьей стороне пряддя—
Постепенно Ниловна втягивается в революционную работу.
Она соглашается распространять нелегальную литературу.
И хотя вначале Ниловна принимает участие в революционной
борьбе из желания помочь сыну, то в дальнейшем все ее по-
ведение определяется верой в правоту того дела, за которое
борется Павел.
Путь Ниловны очень сложен. Ей нелегко преодолеть страх
и покорность, ценой больших усилий она освобождается от ре-
лигиозных предрассудков, но она растет вместе с развитием и
расширением революционной борьбы. И Первого мая она вме-
сте с Павлом выступает впереди демонстрантов, уже зная, за
какую великую правду борется ее сын.
Когда Павла арестовали, Ниловна с полным сознанием сво-
его долга становится деятельным участником большевистского
подполья. Она распространяет революционную литературу. По-
давляя в себе личное, страх матери за сына, Ниловна высту-
пает убежденным и отважным пропагандистом революционных
идей.
Ее схватывают жандармы, мучают и истязают. Но палачам
не удается сломить ее духа: в восклицаниях матери звучит
грозное пророчество о грядущем возмездии палачам и угнета-
телям.
Так Пелагея Ниловпа, вначале темная и неграмотная, по-
корная и безропотная жертва невыносимой жизни, в конце ро-
44
мана вырастает в человека, олицетворяющего грозные силы
пробудившегося, разгневанного, уверенного в своей несокруши-
мой силе революционного народа. В ее словах, обращенных к
толпе, звучит твердая вера в неминуемую победу революции:
«Собирай, народ, силы свои во единую силу!» Образ Пелагеи
Ниловны, простой русской рабочей женщины, матери, приобре-
тает характер большого и глубокого обобщения.
Об этом хорощо_„сказала Долорес Ибаррури, вождь испан-
ских коммунистов: «Величайшим его [Горького] произведением
является «Мать», о которой он всегда так грезил; мать рево-
люционного рабочего, которая из любви к сыну чувствует себя
связанной с революционной борьбой. Мать Горького — символ
всех пролетарских матерей мира, всех матерей революционе-
ров».
Сам Горький придавал образу Ниловны большое жизненное,
воспитательное значение. Когда в критике промелькнула мысль
о «маловероятности» и «нежизненности» героини романа, Горь-
кий написал в одном из своих писем в 1911 году: «Столь ка-
тегорическое суждение является бестактным, если оно не обос-
новано. Зачем подрывать признанное пропагандистское значе-
ние образа Ниловны. А потом — суждение это неверно... Я мог
бы назвать с десяток имен матерей, судившихся вместе с деть-
ми и частью лично мне известных».
В центре романа, таким образом, стоят Павел
Власов и Пелагея Ниловна. Но важнейшая осо-
бенность «Матери» как произведения нового
идейно-художественного качества заключается в
том, что Горький рисует не изолированных революционеров-
одиночек. Ои показывает героические дела коллектива, целой
партийной организации, причем изображает ее деятельность в
неразрывной связи с жизнью рабочих.
В партийной организации, среди людей, окружающих Павла
Власова, мы видим рабочих — Гусевых, Мазина, Находку, Ве-
совщикова. Каждый из них отличается своими, особыми свой-
ствами. Для Андрея Находки характерны склонность к фило-
софским обобщениям, юмор, лукавая усмешка, а иногда и
неуверенность и колебания. Он мечтает о будущей светлой и
прекрасной жизни, но не освободился от некоторых черт мел-
кобуржуазного гуманизма. Размышляя о будущем «царстве
доброты сердечной», он не всегда понимает всю необходимость
и оправданность безжалостного и беспощадного отношения к
врагу.
Николая Весовщикова, напротив, отличает неугасаемая
ненависть к классовым врагам. Но, в свою очередь, он часто
поддается голосу чувства, а не политического разума. Павел
Власов свободен от этих недостатков. Сочетание твердости,
Революционеры
в романе
«Мать»
45
политической дальновидности с организаторским талантом и
сделало его руководителем масс.
Значительную группу персонажей составляют революционе-
ры-интеллигенты. Это Егор Иванович, Наташа, Сашенька. Их
тоже характеризует беззаветная преданность делу народа. Учи-
тельница Наталья Васильевна, Наташа, как ее называют в ро-
мане,— дочь богатых родителей. Она порвала со своим клас-
сом и ушла в революцию с бесстрашной готовностью отдать за
иее, если понадобится, свою жизнь.
Обаятелен образ большевика-интеллигента Егора Ивано-
вича. Это человек, у которого нет иной жизни, иных интересов,
кроме интересов революции, интересов народа. Ему свойственна
глубокая, выношенная, неиссякаемая уверенность в великом и
светлом будущем русского народа. Егор Иванович умирает, но
даже перед смертью его не покидает твердость духа. Сознание
своей причастности к великой борьбе за освобождение челове-
чества помогает Егору Ивановичу победить физические стра-
дания и муки.
Павел Власов и его друзья придают огромное значение ре-
волюционной работе в деревне. Партийная организация издает
специальную газету для деревни, которая, по выражению кре-
стьянина Рябинина, «протирает глаза» мужикам, политически
просвещает их. Горький подчеркивает, какой живой отклик в
крестьянстве находили простые, задушевные, правдивые слова
агитаторов. Важную идейную роль в романе играет Михаил
Рыбин. Рыбин вышел из крестьян. Ему свойственны некоторые
черты полуанархической стихийности, но он неутомимый прав-
доискатель. Он ненавидит всеми силами души неправду и зло,
царящие в мире. Горький рисует Рыбина во внутреннем дви-
жении, подчеркивая, как под влиянием Павла из стихийного
бунтаря он становится сознательным революционером.
На типичность Михаила Рыбина указал сам Горький. «Ры-
биных,— писал он в одном из своих писем, — очень много пе-
ревешал министр Столыпин в 1907—1S08 годах. Из Рыбиных
вышли партизаны гражданской войны».
«Мать» — это книга о нарастании пролетарской
о^ана°«Л1ать> Револю^ии- Вполне естественно, что Горький
романа « ать> показал деятельность партийной организации в
теснейшей связи с жизнью рабочего класса. Процесс пробужде-
ния и рост пролетарского революционного движения, процесс
развития политического сознания рабочих масс играют в книге
важнейшую роль. Раскрытие этого процесса определяет ком-
позицию произведения. Новаторство Горького в композиции
книги проявилось в том, что личные судьбы героев обрисованы
в тесном органическом единстве с событиями общественно-поли-
тического характера, с нарастанием революционной борьбы ра-
бочего класса.
46
В начальных главах книги Горький подчеркивает темноту,
политическую несознательность, забитость рабочих. Оттеняя
массовый, обобщенный характер изображаемого, не называя
имен, Горький рассказывает о жизни и быте рабочей слободки.
Без радости трудились угрюмые люди на заводе. По праздни-
кам пожилые ходили в церковь. Молодежь сидела в трактирах
или устраивала вечеринки, «играла на гармониках», пела похаб-
ные, некрасивые песни, танцевала, сквернословила и пила».
И Горький отмечает: «Одинокие искры неумелой, бессильной
мысли едва мерцали в скучном однообразии дней».
Работа Павла и его друзей не могла не всколыхнуть рабо-
чих. Однако процесс политического пробуждения масс сложен
и труден. Молодежь с увлечением и сочувствием читала рево-
люционные прокламации. Но большинство рабочих отнеслось к
пламенным словам призыва недоверчиво: «Ничего не будет,—
разве можно?»
Впервые Павел открыто выступил перед рабочими со сло-
вом революционной правды в связи с незаконным отчислением
«болотной копейки». Массы, однако, не поддержали Павла.
Власов тяжело переживает эту неудачу: «Не поверили мне, не
пошли за моей правдой, — значит—не умел я сказать ее!..»
Пелагея Ниловна, однако, говорит: «Сегодня не поняли —
завтра поймут...»
И действительно, революционная пропаганда Павла и его
друзей скоро начинает приносить плоды. Уже не «одинокие
искры неумелой бессильной мысли», а яркое пламя социали-
стических идей разгорается среди рабочих. В замечательных
сценах первомайской демонстрации видно, какую революци-
онную энергию и энтузиазм пробудили в пролетариате комму-
нисты.
В сцене суда, когда Павел произносит свою речь, представ-
ляющую собой программу социалистической революции, сочув-
ствие рабочих, присутствующих в зале суда, целиком на его
стороне. Таким образом, Горький показывает, что рабочих
увлек не только общий эмоциональный подъем, царивший на
демонстрации. В их сердцах находит живой отклик грандиоз-
ная программа борьбы с самодержавием, программа социали-
стического преобразования мира. Эпизоды революционной ра-
боты в деревне, заключительные слова Ниловны об объедине-
нии сил народа свидетельствуют о том, что в освободительное
движение втягиваются все более широкие народные массы и что
силы революции неодолимы.
Обилие массовых сцен — характерная черта романа. Опи-
сание рабочей слободки, эпизоды с «болотной копейкой», перво-
майская демонстрация, речь Павла на суде, заключительные
сцены — все это передает пробуждение политического сознания
масс, нарастающую силу революционной борьбы пролетариата.
47
Но в композиции и развитии сюжета романа есть еще одна
важная особенность: Горький подчеркивает, что жизненное
дело и судьба его героев не исчерпываются и не кончаются
теми событиями, которые воспроизведены в романе. Павел и
Ниловна арестованы, но из слов Павла, из восклицаний Ни-
ловны читателю ясно, что великое дело, за которое они идут в
тюрьму, найдет победное продолжение в самой жизни.
Роман «Мать» был знаменательным явлением
«Мать» как в литературе по своему художественному мето-
произведение ду — методу социалистического реализма. Твор-
социалистиче* « r г
ского реализма ч^скии метод — это те основные идеино-художе-
ственные принципы, которыми руководствуется
писатель в отборе, осмыслении и изображении явлений дей-
ствительности. В чем заключается творческий метод Горького?
Горький показывает в «Матери» жизнь в ее революционном
развитии, в борьбе народных масс против отживающего свой
век буржуазно-помещичьего строя. При этом писатель видит,
что победа будет не за теми силами, которые в данный момент
господствуют, а за теми, которые неодолимо развиваются, ко-
торым принадлежит будущее. В начале 900-х годов многим
казалось, что капитализм и самодержавие несокрушимы, а ре-
волюционный пролетариат и его партия слабы и бессильны.
Горький же, заглядывая в будущее, утверждал в своем романе,
что капитализм и самодержавие обречены на гибель, а рабо-
чий класс неизбежно победит и придет к власти.
Отсюда и особое отражение типического у Горького. В его
романе типично не только то, что отстоялось, а и то, что хотя
и не получило еще широкого распространения и является но-
вым, но будет расти, станет массовым и восторжествует.
В начале 900-х годов такие люди, как Павел и Ниловна,
еще не составляли большинства в рабочем классе, по они пред-
ставляли собой новое, неодолимо растущее, они выражали со-
бой закономерность процессов, происходивших в русском про-
летариате. История подтвердила правоту и прозорливость Горь-
кого. Через И лет после написания «Матери» на борьбу против
буржуазно-помещичьего строя поднялись тысячи и сотни тысяч
Власовых. В годы гражданской войны и в годы Великой Оте-
чественной войны наша Родина изумила весь мир массовым
героизмом. В героических делах Павла Власова и Ниловны
Горький с гениальной проницательностью увидел, в каком на-
правлении развивается наш народ.
Писатель выступает в романе «Мать» не пассивным созер*
цателем событий, который «добру и злу внимает равнодушно»,
он решительно подчеркивает, что все его симпатии, вся его лю-
бовь и .сочувствие на стороне Павла и его друзей, что правда,
за которую они борются, и есть его, горьковская правда. Роман
наглядно подтвердил, какие богатые творческие возможности
48
заключал в себе призыв Ленина создавать литературу, открыто
связанную с пролетариатом, с его борьбой за социализм,ленин-
ский принцип партийности литературы.
Книга овеяна героической романтикой революционной борь-
бы. Изображая Павла и его товарищей, Горький избегает нату-
ралистических деталей, подробностей быта. Он сосредоточивает
внимание на главном — на революционном деле, на идейных
мотивах, на целях борьбы. Писателя привлекает героический
характер персонажей с их великой мечтой о светлом будущем,
во имя которого они бесстрашно идут на муки и на смерть. Ро-
мантическая устремленность в будущее нераздельно слита в
романе с глубокой и последовательной жизненной правдой.
Роман Горького, несмотря на то, что в нем рассказывается
о тяжелой и трудной борьбе, о временных поражениях и неуда-
чах, исполнен величайшего оптимизма. Лейтмотив романа вы-
ражен в словах Николая Ивановича:
«Я говорю о молодых рабочих — крепкие, чуткие, полные
жажды все понять. Смотришь на них и видишь — Россия будет
самой яркой демократией земли!»
Высокая оптимистическая и патриотическая мысль о том,
что русский пролетариат является залогом великой будущности
России, имела исключительное значение для укрепления рево-
люционной идеологии в борьбе с ренегатами, предателями, ны-
тиками и маловерами, которые в годы реакции пытались вся-
чески отвратить массы от революции.
Творчество Горького было устремлено в грядущее и про-
никнуто предвосхищением неизбежной победы пролетар-
ской революции.
В центре романа «Мать» — жизнь народа. Одна-
° Я3^Мать»МаНа к0 язык Романа решительно противостоит тому
* ать* «просторечию», которое характерно для многих
произведений из народной жизни.
У некоторых писателей-народников и современных Горькому
писателей-натуралистов язык персонажей — рабочих, кресть-
ян— либо отличался слащавой выспренностью, либо насыщен
вульгаризмами, псевдонародными бессмысленными словеч-
ками и выражениями. Часто речь героев даже в звуковом отно-
шении имитировала пресловутый «простонародный» язык (ён
вместо он и т. д.). Горькому эти тенденции были решительно
чужды. Он следовал лучшим заветам русских классиков, кото-
рые считали, что простых людей надо изображать просто и бла-
городно, без «пущай» и «таперича». Так, речь Рыбина и кре-^
стьян свободна от диалектизмов, в ней нет никаких элементов
натуралистического копирования «простонародного» языка.
Даже в речи рабочего-украинца Находки, который давно
живет среди русских, встречается только одно украинское слово
«ненько» вместо русского «мать».
49
Развивая традиции классиков, Горький вместе с тем обога-
щал поэтический язык. Он стремился не только к благород-
ной простоте речи, но и сумел речевыми средствами передать
всю силу переживаний, богатство духовного мира, глубину
идей, политического мировоззрения своих героев-революцио-
неров.
Прекрасно рисует Горький развитие языка Павла Власова:
от примитивного, обедненного языка несознательного рабочего
парня до яркой, выразительной, богатой мыслями и образами
речи рабочего-революционера на суде.
Насколько писатель умел в самих особенностях речи героя
показать его духовную эволюцию, можно видеть на примере
Пелагеи Ниловны. Вначале речь ее еще бедна и носит по пре-
имуществу бытовой характер. По мере приобщения Ниловны к
революционной борьбе речь ее становится более богатой и слож-
ной, насыщенной политическими формулами и обобщениями.
Таковы, например, ее речь на первомайской демонстрации и
беседа с крестьянами в Никольском.
Примечательной особенностью авторской речи в романе яв-
ляется то, что писатель обращается здесь к языку и стилю
своих ранних революционно-романтических произведений, с
их торжественным тоном и повышенной эмоциональностью.
При этом Горькому с большим искусством удалось сочетать
торжественную патетику с бытовыми житейскими интона-
циями.
Сочетание высокой патетики с простотой и глубокой сердеч-
ностью характеризует повествовательную манеру романа.
«Мать» необычно богата разнообразнейшими средствами поэти-
ческой выразительности. В отборе эпитетов, сравнений, метафор
видно действенное, активное отношение Горького к жизни. Не
полутона и оттенки интересуют писателя. Он описывает чело-
века, предмет, явление в резком и сильном свете и выбирает
краски, с наибольшей силой раскрывающие и сущность явления,
и его оценку.
Вот как Горький рисует рабочую слободку: «дымный, мас-
ляный воздух», «маленькие тараканы», фабрика освещает
«грязную дорогу десятками жирных квадратных глаз». Нелюби-
мый, подневольный, безрадостный труд, в котором рабочий
видит мрачную и зловещую кару, оттеняется такими деталями:
«Угрюмо и строго маячили высокие черные трубы, поднимаясь
над слободкой, как толстые палки».
Сильными и резкими словами Горький изображает перво-
майскую демонстрацию. Эпитеты и метафоры здесь призваны
передать радостное чувство свободы, солидарности и единения,
чувство могучей и светлой уверенности, которым охвачена
была пролетарская масса.
50
Изображение революционного подполья, проле-
романаЧе«Мать> таРских революционеров во всей их нравствен-
ной красоте и силе, освободительной борьбы
масс было явлением совершенно новым в литературе.
Были у Горького и предшественники. Одним из таких пред-
шественников следует считать великого вождя революционных
демократов — Чернышевского. В романе «Что делать?» он за-
печатлел в Рахметове черты русского революционера 60-х го-
дов. Павел Власов — революционер нового, высшего этапа в
развитии освободительной борьбы, этапа социалистической ре-
волюции. Отсюда его глубочайшая связь с народом, широта и
реальность его политической программы.
По глубине изображения революционной борьбы «Мать»
почти не имеет примеров во всей мировой литературе. Книга
явилась ярким произведением нового искусства — искусства со-
циалистического реализма. В основе романа лежат идеи ленин-
ской работы «Что делать?» о соединении рабочего движения о
социализмом.
По-настоящему оценил значение романа В. И. Ленин. Встре-
тившись с Горьким на V Лондонском съезде партии в 1907 году,
он с большим сочувствием отозвался о романе, который прочи-
тал еще в рукописи: «...книга — нужная, много рабочих участво-
вало в революционном движении несознательно, стихийно, и
теперь они прочитают «Мать» с большой пользой для себя.
Очень своевременная книга».
Роман Горького оказался поистине «очень своевременной
книгой». Ренегатству, нытью, пессимизму, неверию, которые
усиленно проповедовала буржуазная литература в эпоху реак-
ции, Горький противопоставлял революционный оптимизм, веру
в человека, в победу светлых и творческих начал в жизни, в
торжество социалистической революции, которая сделает Рос-
сию самой яркой демократией земли.
Огромное значение имела книга для революционного про-
свещения пролетариата. Несмотря на преследования царских
властей, великая правда революции, правда ленинских идей,
которыми озарен роман, дошла до широких масс в России и на
Западе.
Сразу же по выходе роман был переведен почти на все язы-
ки мира. Великое произведение Горького стало для пролетариев
всех стран настольной книгой.
К роману «Мать» примыкает пьеса «Враги», на-
ьеса < раги> писанпая в том же 1906 году. Идея пьесы — не-
примиримость классовых противоречий между пролетариатом и
буржуазией и неизбежность победы революции.
Горький рисует капиталиста Михаила Скроботова, человека,
в котором до конца обнажена хищная сущность эксплуататора.
Рядом со Скроботовым выступает Захар Бардин, слывущий
51
либералом. Но когда задеты интересы буржуазии, Бардин, кото-
рого считали одним из «красных» в губернии, закономерно ока-
зывается по одну сторону баррикады с Михаилом Скроботовым.
И Скроботов и Бардин — злобные враги пролетариата. Им
противостоят рабочие — Синцов, Греков и другие, люди, твердо
сознающие свои классовые цели. С ненавистью относятся они
к миру собственников, к миру хозяев, для них нет существен-
ного различия между добрым и злым хозяином. Если он хо-
зяин, буржуа, то он классовый враг рабочего. Пролетариев от-
личает непоколебимая вера в правоту и успех своего дела и его
конечный успех. Ефим Левшин говорит: «Пожили мы в темноте
беззаконья, довольно! Теперь сами загорелись — не погасишь!
Не погасите нас никаким страхом, не погасите».
Пьеса не была допущена к постановке цензурой. В докладе
цензора говорилось:
«В этих сценах ярко подчеркивается непримиримая вражда
между рабочими и работодателями, причем первые изображены
стойкими борцами, сознательно идущими к намеченной цели —
уничтожению капитала, последние же изображены узкими эго-
истами. Впрочем, по словам одного из действующих лиц, совер-
шенно безразлично, каковы качества хозяина, достаточно того,
что он хозяин, чтобы для рабочих он являлся врагом. Автор
устами жены брата директора фабрики Татьяны предсказывает
победу рабочих. Сцены эти являются сплошной проповедью
против имущих классов, вследствие чего не могут быть
дозволены к представлению».
С беспощадной остротой заклеймив контррево-
Памфлеты люционную сущность русской буржуазии, Горь-
орького ки» в годы первой русской революции создал
памфлеты, направленные против империалистов Европы и
Америки. В 1906 году он опубликовал цикл очерков-памфлетов
«В Америке». Это потрясающее по своей прозорливости и жиз-
ненной правде обличение пороков капиталистической «цивили-
зации».
В этих памфлетах проявилось поразительное мастерство са-
тирического обобщения, присущее Горькому.
Первый из очерков-памфлетов, вошедших в цикл, называет-
ся «Город Желтого Дьявола». Желтый Дьявол — это золото.
Город, о котором идет речь, — Нью-Йорк. С чувством глубокой
горечи говорит Горький об этой цитадели хваленого «американ-
ского образа жизни». Дьявольский грохот железа, грязь, кото-
рая «пропитала собою все: стены домов, стекла окон, одежды
людей, поры их тела, мозги, желания, мысли», жизнь «без солн-
ца, без песен и счастья» — таков Нью-Йорк... «На берегу стоят
двадцатиэтажные дома, безмолвные и темные «скребницы
неба». Квадратные, лишенные желания быть красивыми, тупые,
тяжелые здания поднимаются вверх угрюмо и скучно. В каждом
52
доме чувствуется надменная кичливость своей высотой, своим
уродством. В окнах нет цветов и не видно детей...»
Горький рассказывает о безработных и нищих, о детях, ко-
торые до поздней ночи роются в грязи, чтобы найти корку за-
гнившего хлеба, о смертной скуке, которая царит в этом городе
с его грохотом, огнями, сумятицей и рекламой.
Отчего же болен этот огромный город? Горький на это от-
вечает: оттого, что всей жизнью, всеми помыслами, всеми же-
ланиями и мечтами заправляет Желтый Дьявол — золото, сле-
пая и безумная погоня за прибылью, безудержная жажда на-
живы. Эта безостановочная погоня за «бизнесом», за личной
наживой губит человека, «сосет кровь и мозг», «пожирает му-
скулы и нервы». И Горький подчеркивает, что в этом царстве
Желтого Дьявола человек не может не быть искалеченным и
изуродованным нравственно.
«Я впервые вижу такой чудовищный город, и никогда еще
люди не казались мне так ничтожны, так порабощены. И в
то же время я нигде не встречал их такими трагикомически
довольными собой...»
Пророческой прозорливости исполнены слова Горького из
цикла «Mqh интервью». Говоря о воображаемой беседе с аме-
риканским миллионером, Горький писал о зловещих планах вла-
дычества над миром, которые вынашивают империалисты.
«...Мое представление о миллионере не имело закопченной фор-
мы. В кратких словах, это были прежде всего длинные эластич-
ные руки. Они охватили весь земной шар, приблизили его к
большой, темной пасти, и эта пасть сосет, грызет и жует нашу
планету, обливая ее жадной слюной, как горячую печеную кар-
тофелину...»
Горький не отожествлял властителей Америки с ее народом,
с простыми людьми. Об этих простых людях Америки, добрых
и смелых, он писал с симпатией и сочувствием. Таков охотник
Чарли Мэн из одноименного рассказа, обрисованный с большой
теплотой. Но, симпатизируя американскому народу, Горький
с тем большей ясностью выражал свое отрицательное отно-
шение к царству Желтого Дьявола, в котором все человече-
ское приобретает искаженный, отталкивающий, уродли-
вый вид.
Таким образом, второй период творчества Горького харак-
терен тем, что в нем усиливается реалистическое начало. То,
что в 90-х годах было выражено зачастую в отвлеченной, алле-
горической форме, наполняется теперь конкретно-историческим
содержанием. Представление о добре и зле, о красоте и безоб-
разии, о героизме и трусости приобретает отчетливый социаль-
но-политический смысл.
Разоблачая капиталистический строй, раскрывая силу, ве-
личие и размах русской революции, Горький во втором периоде
53
своего творчества выступает перед нами как гениальный ху-
дожник пролетариата, основоположник нового творческого ме-
тода— метода социалистического реализма.
ТВОРЧЕСТВО ГОРЬКОГО В ГОДЫ РЕАКЦИИ
И НОВОГО РЕВОЛЮЦИОННОГО ПОДЪЕМА
В годы реакции, наступившей после поражения революции
1905 года, деятельность Горького была чрезвычайно интенсив-
ной. С яростью расправлялись царские власти с революционе-
рами. Виселицами, расстрелами и тюрьмами правительство
Николая Кровавого хотело подавить освободительную борьбу
народа. Поражение революции вызвало идейные шатания, раз-
брод, упадочные настроения в кругах интеллигенции. Эта пора
ознаменовалась наступлением реакции и в политике, и в фило-
софии, и в литературе. Многие писатели — Сологуб, Арцыбашев
и другие — пытались всячески опорочить революцию. Пропове-
довались мистика, безнравственность, поэты воспевали инди-
видуализм и презрение к народу, отказывались от каких бы то
ни было общественных идеалов.
В это тяжелое время Горький высоко держал знамя рево-
люции. Как уже было сказано, писатель не избежал ошибок.
Свидетельством тому была повесть «Исповедь», в которой раз-
вивались богостроительские взгляды. Но не «Исповедь» опреде-
ляла творческую деятельность Горького. В ряде статей этого
периода («Разрушение личности», «О карамазовщине», «О со-
временности») он выступал против декадентов, обнажал анти-
народную и-антиреволюционную суть реакционной теории «ис-
кусства для искусства». С особым волнением и гордостью писал
он в этих статьях о великой русской литературе, о ее уважении
к человеку, к народу, он призывал следовать заветам клас-
сиков, укрепляя в читателе веру в торжество революционного
дела.
В художественных произведениях этого времени Горький
стремился осмыслить исторические уроки первой русской рево-
люции, и основной вопрос, который он ставил, — это вопрос о
друзьях и врагах революции, вопрос о силах общественного
прогресса и силах реакции. В противоположность реакционерам,
предателям, перебежавшим в стан врагов, Горький доказывал,
что революция не окончилась, что она только по-настоящему
начинается, вовлекая в свою орбиту новые социальные силы —
и деревню, и городское мещанство.
В повести «Лето» (1909) Горький рисует русскую деревню
после 1905 года, процесс классового расслоения, классовой
борьбы в деревне.
54
«Расслоилась она, словно напоказ* Астахов со Скорняко-
вым— первые люди, с ними рядом Лядов, брат стражника,—
наша черная сотня, люди сытые, но обеспокоенные за богат-
ство свое: за свой горшок щей они хоть против бога; за ними,
сверху вниз идя, — степенное крестьянство, работяги и авось-
ники, ломают хребты над высосанной и неродимой землей и
всё еще говорят:
«Авось, бог даст, как-нибудь поправимся!»
На борьбу с астаховыми, Скорняковыми, лядовыми выходят
новые люди революционной деревни. К ним принадлежат Егор
Досекин, Варенька и Смирнов, от имени которого ведется по-
вествование.
Боевым революционным призывом звучат заключительные
строки повести: «С праздником, великий русский народ! С во-
скресением близким, милый!»
Мысли о пробуждении широких народных масс, даже тех,
которые раньше были безучастными и неподвижными, лежат
в основе окуровского цикла — повестей «Городок Окуров» и
«Жизнь Матвея Кожемякина». В них изображается жизнь и
быт небольшого провинциального городка Окурова. Эпиграфом
к «Городку Окурову» Горький взял слова Достоевского: «...уезд-
ная, звериная глушь». Но, рисуя эту дремучую глушь со всей ее
страшной и косной жизнью, Горький убеждает читателя, что даже
здесь, в этом царстве застоя и рутины, просыпается жизнь,
растет недовольство существующим порядком, подымается про-
тест и, главное, появляются люди, выступающие против кос-
ного окуровского быта. Горький видел, что и в окуровской
глуши пробуждается чувство человеческого достоинства, стрем-
ление к иной, светлой жизни. Недаром именно в «Городке Оку-
рове» звучат патриотические слова:
«И скажу тебе от сердца слово — хорош есть на земле рус-
ский народ!.. Хорош, добротный, даровитый народ!»
Пессимистическое мнение о России как о «дремучей звериной
глуши», где ни о какой революции не может быть и речи, от-
вергается Горьким. Читатель видит, как глубина и размах под-
нимающейся народной революции всколыхнули «дремучую
глушь» и пробудили живые, здоровые силы, способные вклю-
читься в общенародную борьбу.
В 1911 —1912 годах Горьким были написаны
<Сказки * «Сказки об Италии». Они печатались в боль-
о талии> шевистской газете «Звезда», и Ленин назвал их
«великолепными».
«Сказки об Италии» проникнуты глубоким чувством проле-
тарской, интернациональной солидарности. С живым сочув-
ствием изобразил Горький революционную борьбу итальянских
рабочих. Они выступают в «Сказках» как носители истинно
человеческих качеств. Дух революционного единства, подлин-
55
ной человечности, товарищества, чувство собственного до-
стоинства— вот черты, которые характеризуют героев «Ска-
зок».
Свой цикл рассказов Горький условно назвал «Сказками».
Он поставил эпиграфом к ним слова Андерсена: «Нет сказок
лучше тех, которые создает сама жизнь», подчеркнув этим кра-
соту самой действительности. «Сказки об Италии» состоят из
ряда эпизодов и сцен, объединенных общей мыслью.
В Неаполе забастовали работники трамвая. Будь они оди-
нокими в борьбе, они были бы сломлены хозяевами и вла-
стями. Но им на помощь приходит народ, и власти вынуждены
уступить. Забастовщики выходят из борьбы победителями.
В Парме бастуют рабочие, и, чтобы избавить детей от го-
лода, они направляют их к своим товарищам по классу в Геную.
По этому поводу один из героев говорит:
«Понимаешь, — если это привьется... Нас трудно будет одо-
леть, а?»
Горький подчеркивал, что в ходе революционной борьбы
пролетариата формируются лучшие человеческие качества и что
именно в этой борьбе во всей красоте раскрывается человечен
ская душа.
«Сказки об Италии» — вдохновенный гимн в честь творче-
ского труда. Очень характерен в этом отношении рассказ о
строительстве Симплонского туннеля.
«Сказки» проникнуты высоким оптимизмом. Пейзаж в «Сказ-
ках» написан ликующими, светлыми красками. Действие раз-
вивается на фоне сверкающего, бесконечно прекрасного моря.
Оптимистический тон «Сказок» связан с ясной уверенностью в
победе пролетариата, которая будет означать утверждение но-
вых, разумных, светлых и достойных человека отношений.
Размышляя над проделками остроумного Пепе, «столяр, ста-
рик с головою, отлитой из серебра, и лицом, точно с древней
римской монеты, мудрый и всеми почитаемый Пасквалино го-
ворит свое:
— Дети будут лучше нас, и жить им будет лучше!»
В «Сказках об Италии» Горький утверждал идеи интерна-
циональной пролетарской солидарности, идеи революционного
оптимизма, в них он выразил одну из самых существенных черт
своего мировоззрения — преклонение перед творческой силой
человека, перед мощью созидательного труда.
В годы реакции Горький начал писать автобио-
Автобиографи- графическую трилогию. Первая часть — повесть
ческ яти «Детство» — появилась в 1913—1914 годах. Вто-
рая часть — «В людях» — была напечатана в 1916 году и
третья — «Мои университеты» — уже после революции, в
1923 году.
56
Автобиографическая трилогия Горького — одно из лучших,
интереснейших произведений писателя. Первая часть ее посвя-
щена описанию жизни Алеши Пешкова в семье деда до того
времени, когда после смерти матери мальчика отдали в услу-
жение в магазин обуви. Вторая часть рассказывает о жизни
героя трилогии «в людях» — с 1878 по 1884 год. Третья часть
посвящена казанскому периоду — с 1884 до 1888 года.
Трилогия Горького представляет огромную ценность для
изучения его жизненного пути, для понимания процесса его
духовного становления. Горький рассказывает о детских годах
своих в семье Кашириных, о всех унижениях и горестях, кото-
рые довелось ему испытать, о тяжкой и безрадостной жизни
«в людях», о своих мытарствах и напряженных духовных иска-
ниях.
Автобиографический жанр в русской литературе XIX века
был представлен такими выдающимися произведениями, как
«Детство», «Отрочество» и «Юность» Л. Н. Толстого, «Семей-
ная хроника» и «Детские годы Багрова-внука» Аксакова,
«Очерки бурсы» Помяловского, «Пошехонская старина» Сал-
тыкова-Щедрина. Творческий опыт классиков русской литера-
туры, их высокое мастерство в воспроизведении детской психо-
логии со всеми ее оттенками были в полной мере освоены
Горьким.
Ближе всего трилогия Горького стоит к автобиографическим
произведениям Салтыкова-Щедрина и Помяловского. Отличие
Горького от этих писателей состояло в том, что, со всей бес-
пощадной правдивостью рисуя жизнь «неумного племени» ме-
щан, он в своей трилогии глубже и шире, чем его предшествен-
ники, поставил вопрос о положительных началах русской дей-
ствительности. Внутренний замысел трилогии был сформулиро-
ван самим Горьким.
В повести «Детство» он писал!
«Не только тем изумительна жизнь наша, что в ней так
плодовит и жирен пласт всякой скотской дряни, но тем, что
сквозь этот пласт все-таки победно прорастает яркое, здоровое
и творческое, растет доброе — человечье, возбуждая несокру-
шимую надежду на возрождение наше к жизни светлой, чело-
веческой».
«Дом деда, — пишет Горький, — был наполнен горячим ту-
маном взаимной вражды всех со всеми; она отравляла взрос-
лых, и даже дети принимали в ней живое участие».
Но в трилогии Горького изображены не только темные и
жестокие звериные нравы. Писатель воспел и замечательную
духовную силу русского народа, его страстное стремление к
справедливости, его духовную красоту и стойкость.
Перед читателем проходит галерея простых и хороших рус-
ских людей. Среди них: приемыш в доме Кашириных — Цыга-
57
нок, отважный, веселый человек с большим и‘Добрым сердцем;
мастер Григорий, с его задушевной теплотой и влюбленностью
в свое дело, человек, которого называли странным прозвищем
«Хорошее дело»; пароходный повар Смурый, приохотивший
Алешу к чтению; Ромась и Деренков, сблизившие его с револю-
ционной интеллигенцией, и многие другие.
Особую роль играет в трилогии Акулина Ивановна Каши-
рина— бабушка Горького. Насколько важен этот образ, видно
из того, что первоначально повесть «Детство» Горький даже
намерен был назвать «Бабушка». Образ Кашириной в три-
логии эпически величав. Это человек большого ума, яркого
художественного дарования и чуткой сердечной отзывчи-
вости.
Самым ярким выразителем духовной мощи народа высту-
пает главный герой книги — Алеша Пешков. Горький с исклю-
чительной глубиной раскрывает процесс роста и обогащения
его характера. В мальчике, а затем подростке и юноше Пешкове
художник прежде всего запечатлел решительный протест против
пошлой, бессмысленной и жестокой жизни мещанства, жажду
иной жизни, разумной, прекрасной и справедливой, силу и твер-
дость духа.
Протест против диких нравов каширинской семьи постепенно
перерастает в осознанную борьбу против устоев самодержавной
власти, против эксплуататорского строя в целом. Впечатления
суровой действительности, книги, революционеры, «музыка тру-
довой жизни», воспетая писателем в «Моих университетах»,
вплотную подводят Алешу Пешкова к революционным выводам.
Трилогия в этом смысле становится повествованием о том, как
талантливый-русский человек из народных низов побеждает все
препятствия на своем пути и отвоевывает право на большую и
значительную жизнь. В трилогии нарисован путь замечатель-
ного сына народа к высотам культуры, путь приобщения к ре-
волюционной борьбе за социализм.
Значительное по широте, правдивости и социальной типич-
ности изображение народной жизни в борьбе противоположных
начал, раскрытие формирования, роста положительного героя —
все это делает трилогию Горького выдающимся явлением со-
циалистического реализма.
Таким образом, в предреволюционное десятилетие происхо-
дит дальнейшее углубление творчества Горького. Горький и
в это тяжелое время энергично и страстно боролся за победу
революции. Он высоко держал знамя передовой революционной
литературы, отвергая декадентские, упадочные, антинародные
течения в искусстве.
58
ТВОРЧЕСТВО ГОРЬКОГО
ПОСЛЕ ВЕЛИКОЙ ОКТЯБРЬСКОЙ
СОЦИАЛИСТИЧЕСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ
я
Творчество Горького после Великой Октябрьской социали-
стической революции носит особенно глубокий и многосторон-
ний характер. И в художественных произведениях, и в публици-
стике писатель обращается к живой советской современности.
С большим патриотическим воодушевлением он пишет о герои-
ческих подвигах советского народа, строящего социализм. Гне-
вом и ненавистью проникнуты его произведения, бичующие вра-
гов нашего дела. В цикле «По Союзу Советов» (1929—1930),
основанном на впечатлениях от поездок по Советской стране в
1928 и 1929 годах, писатель выразительно подчеркнул контраст
между дореволюционным прошлым и картинами бурной стройки,
которую он увидел в Баку и в Нижнем Новгороде, в Куряжской
колонии и на берегах Днепра, где строилась гигантская электро-
станция. В «Рассказах о героях» (1930—1931) он повествует
о простых и скромных советских людях, об их повседневном и
будничном героизме.
В пьесе «Сомов и другие», написанной в начале 30-х годов,
Горький вывел врагов социалистического строительства и пока-
зал полную обреченность их попыток помешать победоносному
движению нашей страны к коммунизму.
Вместе с тем в ряде произведений философско-исторического
характера Горький изобразил прошлое. Обращаясь в «Моих
университетах», «Деле Артамоновых», «Жизни Клима Самги-
на», «Егоре Булычове» к основным темам и образам своего
творчества дооктябрьского периода, Горький развивает и углуб-
ляет их на основе великого исторического опыта революции.
В этих художественных произведениях писатель стремится
раскрыть историческую закономерность, неизбежность и необ-
ходимость социалистической революции. Отсюда его присталь-
ное внимание к судьбам правящих классов дореволюционного
русского общества, к процессу их гибели, влечение к широким
историческим масштабам. Судьбы народа, страны находятся в
центре художественных интересов писателя.
Так, «Жизнь Клима Самгина» разрастается до размеров
грандиозной исторической эпопеи, вмещающей в свои рамки и
крупнейшие события на протяжении почти полувека, и идейно-
философскую и политическую борьбу своего времени.
Стремление к широкому историческому осмыслению событий
мы видим и в романе «Дело Артамоновых», и в драматических
произведениях Горького советской поры — в пьесах «Егор Булы-
чов и другие», «Достигаев и другие».
59
«В. И. ЛЕНИН»
Среди произведений Горького, написанных в советское вре-
мя, важнейшее место занимает замечательный по глубине и
яркости очерк «В. И. Ленин» (1924—1930). *
Смерть Ленина потрясла Горького. В одном из своих писем
он писал: «...я глубоко, горячо любил и ценил Ильича и ни-
когда не чувствовал себя так сиротски, таким бессильным, как
в год его смерти...» Это чувство горячей, глубокой любви к
Ленину и выразил Горький в своем очерке.
В письме к М. Ф. Андреевой от 4 февраля 1924 года вскоре
после смерти Ленина он говорит: «Получил твое — очень хоро-
шее письмо о Ленине. Я написал воспоминание о нем, гово-
рят— неплохо... Писал и — обливался слезами. Так я не горе-
вал даже о Толстом. И сейчас вот — пишу, а рука дрожит. Всех
-потрясла эта преждевременная смерть, всех... И отовсюду пи-
шут письма, полные горя глубочайшего, искреннего».
Очерк был создан в 1924 году под непосредственным впечат-
лением от смерти В. И. Ленина и значительно расширен и до-
работан в 1930 году.
Существенная черта очерка заключается в том, что он осно-
ван главным образом на личных впечатлениях писателя. Это
придает произведению особую убедительность и лирическую
окраску. Писатель повествует о величайшем человеке эпохи, о
людях, окружающих его, о его друзьях и врагах. Вместе с тем
Горький рассказывает и о себе самом — о своих переживаниях
после революции 1905 года и в первые годы Советской власти,
о своих сомнениях, о том, как он постигал правду революции и
какую огромную и благотворную роль сыграл в его жизни
Ленин.
С точки зрения композиционной очерк распадается на две
части: в первой рассказывается о заграничных встречах Горь-
кого с Лениным — в Лондоне, Париже, на Капри — в дорево-
люционное время. Во второй — Горький повествует о своих
встречах и разговорах с Лениным уже в советское время, когда
Ленин возглавил первую в мире социалистическую державу.
Внутреннее движение очерка, принципы отбора и расположе-
ния материала основаны на стремлении всесторонне охаракте-
ризовать Ленина как великого политического деятеля и как че-
ловека, дать образ, полный жизненной силы и художественной
правды. Примечательно, что первоначально в рукописи очерк
назывался «Человек».
Открывается очерк эпизодами, рисующими Ленина на
V Лондонском съезде партии в 1907 году.
Впервые Горький встретился с Лениным в ноябре 1905 года.
Но он приехал тогда к Ленину больной, с высокой температу-
рой и до такой степени смутно помнил происходившее, что даже
60
не решился рассказать об этой встрече в своих воспоминаниях.
Именно поэтому начало их подлинной близости писатель отнес
к 1907 году.
Простота, покоряющая сила правды, скромности, твердая и
непоколебимая убежденность в правоте своего дела — таким
предстает в изображении Горького Ленин на съезде: оратор,
вождь партии, великий мастер революционной стратегии.
Дальнейшие эпизоды, наблюдения, факты, авторские размы-
шления развивают линию, намеченную в начальных сценах на
съезде. Горький рисует Ленина как гениального мыслителя,
предвидящего ход исторического развития (см., например, рас-
суждения Ленина о неизбежной полосе войн и социальных по-
трясений, из которых победителем выйдет пролетариат). Горь-
кий показывает несгибаемую партийную принципиальность
Ленина в каприйских эпизодах, когда тот категорически отка-
зывается идти на примирение с Богдановым и его группой, так
как они ревизуют, фальсифицируют и опошляют марксизм.
В ряде сцен во второй части очерка Горький воспроизводит
кипучую, многогранную работу Ленина на посту руководителя
Советского государства в суровых условиях гражданской вой-
ны, интервенции, белогвардейских заговоров. И здесь писатель
подчеркивает в Ленине неиссякаемую энергию, бодрость духа,
оптимизм.
Силу Ленина Горький видит в том, что он правильно оце-
нил огромные возможности, исключительную талантливость
русского народа и сумел направить его энергию на благо Рос-
сии, на благо всего трудового человечества.
«Он был русский человек... Он правильно оценил потенци-
альную силу ее [России] — исключительную талантливость на-
рода...»
Черты великого государственного деятеля, политического
вождя и личные человеческие качества Ленина изображены
Горьким в нераздельном единстве. Новый вождь новых масс
трудящихся — это решающая особенность, она нашла свое вы-
ражение во всем нравственном облике Ленина. Отсюда пре-
красная гармоническая целостность его натуры. Отсюда же и
глубочайший демократизм Ленина, тесная связь с народными
массами, простота и скромность, отсутствие малейшего намека
на эффектную позу, отвращение ко всякого рода «театраль-
щине». Горький подчеркивает, что Ленину претило высокомерие
и честолюбие, самодовольная уверенность в своей непогреши-
мости, стремление возвысить себя над массами, над партией.
Характерен тот иронический оттенок, с которым Горький
набрасывает портреты лидеров международного и русского ре-
формизма. Этот иронический оттенок ощутим, когда речь идет
о самодовольстве вождей немецкой социал-демократии. С на-
смешкой пишет Горький об одном из руководителей русских
61
меньшевиков Дане: «Коротенький Федор Дан говорил тоном
человека, которому подлинная истина приходится родной до-
черью, он ее родил, воспитал и все еще воспитывает». Даже в
Плеханове, которого Горький высоко ценил как крупнейшего
деятеля революционного движения и выдающегося ученого, пи-
сатель отмечает черты «аристократизма» и самолюбования:
«...он относился к людям снисходительно, разумеется, не так,
как бог, но несколько похоже».
Иное дело Ленин. Ему решительно чуждо какое бы то ни
было самовозвеличивание. Он чутко прислушивается к голосу
масс, с которыми он нераздельно слит.
«Не могу,— пишет Горький, — представить себе другого че-
ловека, который, стоя так высоко над людьми, умел бы сохра-
нить себя от соблазна честолюбия и не утратил бы живого ин-
тереса к «простым людям».
Горький рисует Ленина разными средствами: среди них зна-
чительное место занимает показ отношения к нему различных
людей, и особенно отношение рабочих.
Горький передает характерный разговор рабочих — делега-
тов съезда, впервые видевших Ленина.
«— Не знаю, может быть, здесь в Европе, у рабочих есть и
другой, такой же умный человек—Бебель или еще кто. А вот
чтобы был другой человек, которого я бы сразу полюбил, как
этого, — не верится!
Другой рабочий добавил, улыбаясь:
— Этот — наш!
Ему возразили:
— И Плеханов — наш.
Я услышал меткий ответ:
— Плеханов — наш учитель, наш барин, а Ленин — вождь и
товарищ наш».
Не только русские рабочие, но и пролетарии всего мира ви-
дели в Ленине близкого и родного человека.
Прекрасно обрисованы в очерке душевные качества Ленина —
его товарищеская чуткость, его забота о людях. Он вникает во
все мелочи быта делегатов Лондонского съезда: заботится, что-
бы они ни в чем не испытывали нужды, тревожится, не сыро ли
в комнате Горького.
После Октябрьской революции, занятый огромной государ-
ственной деятельностью, он находит время интересоваться и
здоровьем, и настроением отдельных работников. Он настаи-
вает на серьезном лечении Горького. Ленин изображен как под-
линный гуманист, как великий заботливый друг трудящихся.
Не только великий мыслитель, ученый, политик, но и «прекрас-
ный товарищ, веселый человек, с живым и неутомимым интере-
сом ко всему в мире, с поразительно мягким отношением к лкъ
дям» — таким предстает в очерке Ленин.
62
Горький запечатлел широту и многогранность духовных
интересов Ленина. Мы видим, с каким увлечением он играл в
шахматы, как любил он хорошую музыку.
Горький рассказывает, с каким восхищением относился Ле-
нин к художественному творчеству Льва Толстого. И в этой
связи Горький подчеркивает в Ленине чувство патриотической
гордости:
«— Какая глыба, а? Какой матерый человечище! Вот это,
батенька, художник...
Потом, глядя на меня прищуренными глазами, спросил:
— Кого в Европе можно поставить рядом с ним?
Сам себе ответил:
— Некого».
Мечты Горького о героическом и прекрасном человеке на-
шли свое живое и реальное осуществление в Ленине. Не слу-
чайно Горький вводит и здесь образ горящего факела, освеща-
ющего путь человечеству в будущее, образ, который в рассказе
«Старуха Изергиль» воплощал красоту революционного под-
вига:
«...нет сил, которые могли бы затемнить факел, поднятый
Лениным в душной тьме обезумевшего мира».
Заканчивается очерк словами: «Владимир Ленин умер. На-
следники разума и воли его — живы. Живы и работают так ус-
пешно, как никто, никогда, нигде в мире не работал». В этих
словах выразилась любовь и преданность Горького Коммуни-
стической партии.
Роман «Дело Артамоновых» был издан в
«Дело * 1925 году. Но задуман он был еще до револю-
ртамоновых» ции, в начале 900-х годов. Это засвидетельство-
вано самим Горьким. В воспоминаниях о Льве Толстом писа-
тель приводит следующий разговор с Толстым, относящийся к
1902 году.
«Я рассказал ему историю трех поколений знакомой мне
купеческой семьи, — историю, где закон вырождения действо-
вал особенно безжалостно; тогда он стал возбужденно дергать
меня за рукав, уговаривая:
— Вот это — правда! Это я знаю, в Туле есть две такие
семьи. И это надо написать. Кратко написать большой роман,
понимаете? Непременно!
А глаза его сверкали жадно.
...Это очень серьезно. Тот, который идет в монахи молиться
за свою семью, — это чудесно! Это — настоящее: вы — грешите,
а я пойду отмаливать грехи ваши. И другой — скучающий, стя-
жатель-строитель,— тоже правда! И что он пьет, и зверь, рас-
путник, и любит все, а вдруг — убил, —ах, это хорошо!»
«История трех поколений», где «закон вырождения действо-
вал особенно безжалостно», «тот, который идет в монахи
63
молиться за свою семью», «скучающий», «стяжатель-строп*
тсль» — все это элементы сюжета и первоначальные наброски
персонажей «Дела Артамоновых».
Позднее Горький в беседе с В. И. Лениным рассказал и ему
о своих замыслах. «Отличная тема, — ответил Горькому Ле-
нин,— конечно, трудная, потребует массу времени, я . думаю,
что Вы бы с ней сладили, но не вижу: чем Вы ее кончите? Кон*
ца-то действительность не дает. Нет, это надо писать после ре*
волюции».
Толстой увидел в сюжете, рассказанном Горьким, главным
образом религиозно-философскую проблематику. Центр повест-
вования для него образ Никиты. «Вы — грешите, а я пойду от-
маливать грехи ваши!» Это для Толстого «настоящее». Ленин
увидел в жизненном материале, заинтересовавшем Горького,
глубокий и поучительный социально-исторический смысл. Ленин
подчеркнул, что только революция в состоянии разрешить
противоречия буржуазно-помещичьей России. Именно поэто-
му он советовал Горькому осуществить свой замысел после
революции, когда сама действительность подскажет ре-
шение.
Горький так и поступил. «Дело Артамоновых» он написал в
тс годы, когда история решила судьбу буржуазии.
Хронологические рамки романа определены писателем очень
точно. Действие в «Деле Артамоновых» начинается, как указы-
вает Горький, «года через два после воли», иными словами, в
1863 году. Последние сцены романа происходят в 1917 году.
Таким образом, «Дело Артамоновых» охватывает период в
54 года.
На протяжении этого времени писатель развертывает исто-
рию трех поколений семьи купцов и фабрикантов Артамо-
новых.
В чрезвычайно лаконичной форме, но с поразительным ма-
стерством Горький рисует представителей дома Артамоновых —
от его возвышения и расцвета и до его распада и гибели.
Глава семьи и зачинатель «дела» — Илья Арта-
Артамонов монов- В романе ему отведено сравнительно ма-
р в ло места. Его характеристика служит как бы
введением в повествование.
Бывший крепостной — Илья Артамонов одарен от природы
энергией и предприимчивостью и еще при крепостном праве ста-
новится приказчиком. После реформы, хорошо награжденный,
он приезжает в городок Дремов «свое дело ставить» — текстиль-
ную фабрику. В Илье выражены специфические черты русской
буржуазии раннего периода ее развития.
На смену былым хозяевам земли — дворянству—идет после
реформы 1861 года новый класс, претендующий на господст-
во,— буржуазия. И в Илье Артамонове даны в индивидуальнохМ
64
их выражении типические черты класса. Артамонов противоре-
чив. В нем есть сила, трудолюбие, железная энергия, еще до
конца не разорванная связь с народом, из недр которого он вы-
шел, и вместе с тем он жесток и безжалостен к людям.
С необыкновенной энергией вторгается Илья Артамонов в
жизнь Дремова, само название которого символизирует сонную
жизнь тихого и застойного захолустья. Он заставляет мужиков
сеять лен, нужный ему для фабрики; внушает своим детям, что
они должны быть хозяевами судьбы; «Вы сами себе закон и
защита». Илья беспощаден и жесток.
Замечательно, что при всей могучей целостности его натуры
и хищной хватке в сознании Ильи Артамонова начинает брез-
жить мысль об ущербности и даже обреченности того «дела»,
которое он начал и которое в конце концов погубило его. В уста
умирающего Ильи, надорвавшегося при выгрузке котла, Горь-
кий вкладывает слова, полные тайного смысла:
«...хороните на своем, на нашем кладбище, не в городе. Не
хочу там, ну их...
И с великой кипящей тоскою он шептал:
— Эх, ошибся я, господи... Ошибся...»
Горький не разъясняет, в чем заключается ошибка Артамо-
нова, то ли ошибся он в детях своих, то ли в дружбе горожан,
то ли в себе самом и в своем «деле». Но факт таков, что уми-
рает Илья с сознанием какой-то большой, роковой и непоправи-
мой ошибки. И если вспомнить жутковатое бормотанье юроди-
вого Антонушки — «кибитка потерял колесо», провожающее
Илью в последний путь, станет ясно, при каких трагических
предзнаменованиях начинает развиваться «дело» Артамоновых:
с самого начала его сопровождает кровь, с самого начала в нем
заложены семена гибели.
Во втором поколении Артамоновых — в сыно-
Второе вьях Ильи, Петре и Никите, и в племяннике его
Артамоновых Алексее — процесс внутреннего распада, выро-
ждения и гибели развернут в полной мере.
Петр, Никита и Алексей — это три возможных пути развития
этого процесса. Петр Артамонов раскрыт в романе наиболее
широко. Вначале он дан как тихий, мечтательный и совест-
ливый человек. Он мечтает о просторной земле золотых па-
шен, о безграничной широте степей, о мирной крестьянской
жизни.
После смерти отца Петр становится хозяином «дела». По-
степенно и неотвратимо он превращается из простого парня в
собственника — в алчное, преступное, пьяное и распутное чудо-
вище. Дружеская сердечность в отношениях с Натальей сме-
няется равнодушием, а затем и тоскливой злобой. Сама На-
талья из милой и простой девушки превращается в жадную и
глупую стяжательницу.
3 Русская советская лпт-ра
65
Илья Артамонов ощущал себя хозяином жизни, хозяином
«дела». Петр все больше, все острее и безнадежней чувствует
себя рабом «дела». Фабрика, как жирный паук, беспрерывно
ткущий свою паутину, порабощает его. «Человек — нитку пря-
дет, черт — дерюгу ткет, так оно без конца и идет» — в этой
фразе Тихона Вялова выражена мысль о страшной власти бур-
жуазного стяжательства.
Петр нравственно гибнет. «Дело» оказалось безжалостным
властелином и погубило своего раба. Он не нашел в себе сил,
чтобы уйти от «дела» и спасти себя. Заключительные сцены
романа, рисующие Петра, потерявшего человеческий облик,
приобретают символический характер.
Второй сын Ильи Артамонова — горбун Никита — выражает
иные черты в историческом бытии русской буржуазии. В образе
Никиты даны сознание грехов и преступлений, грязи и подлости
буржуазии и вместе с тем бесплодные усилия вырваться из по-
зорного круга.
Никита уходит в монастырь. Но тут обнаруживается одна
черта, которая необыкновенно усложняет образ Никиты и
приобретает глубокий смысл: Никита уходит в монастырь, не
веря в бога. Это жест отчаяния, бегство от страшной жизни
Артамоновых, свидетельство нравственного банкротства Ни-
киты.
Петр и Никита по-разному выражают распад и вырождение
буржуазии, сознание тревожного и грозного неблагополучия в
жизни класса.
Алексей, племянник Ильи Артамонова, в отличие от Петра,
ловок, удачлив, красив. Голос совести не мучает его. Он без-
оглядно жесток, и жалость ему незнакома. Он подбивает часов-
щика поджечь дом Барских. В страшной и отвратительной сце-
не убийства медведя эти свойства его выступают с большой
рельефностью. Петр и Никита неотвратимо идут навстречу ги-
бели, даже не противясь своей участи. Алексей же силится стать
хозяином своей судьбы; в нем Горький дает черты представителя
новой буржуазии, которая хочет сделать всю Россию своей
вотчиной, поставить у власти своих людей, подчинить всё и вся
интересам капиталистической наживы.
Но в России историческая обстановка сложилась так, что
буржуазия начала развивать свою деятельность и предъявлять
свои требования в ту пору, когда дни капитализма были сочте-
ны: рабочее движение достигло такой степени, что на очереди
встал вопрос о пролетарской революции, призванной свергнуть
не только царя и помещика, но и буржуазию. Вот почему стрем-
ление Алексея Артамонова играть роль политического вождя
не приводит к сколько-нибудь серьезным результатам, и энер-
гия его в конце концов тоже вырождается в пустословие и бес-
плодную суету.
66
Так на людях второго поколения семьи Артамо-
новых мы видим, как слабеет и угасает жизнен-
ная энергия «хозяев жизни», как роковым и
неотвратимым образом вырождается буржуазия,
достигает своего предельного выражения в тре-
Третье
поколение
Артамоновых
Этот процесс
тьем поколении Артамоновых.
Сын Петра — Яков воплощает в себе в крайнем и наиболее
резком виде те черты, которые даны были в образе Петра. Но
если Петр способен на бунт, хотя и бесплодный, но все-таки
бунт против скуки и бессмыслицы жизни, то Яков живет без-
думной, паразитической, растительной жизнью. Главное, чем он
одержим, — это стремление к покою, сытому, уютному мещан-
скому покою, без тревог и волнений. Окружающий мир вражде-
бен ему, он хотел бы укрыться от него в тихую обитель мещан-
ского благополучия.
Илья Артамонов ходил по земле как хозяин; Петр —раб
«дела». Яков чувствует себя гостем на фабрике, гостем, докуч-
ным и ненужным, от которого вот-вот избавятся подлинные хо-
зяева земли.
Смерть Якова — логический финал этой пустой и ничтожной
жизни.
Распад буржуазии проявляется не только в том, что судьбы
Петра, Никиты и Алексея, Мирона и Якова свидетельствуют об
угасании творческой энергии класса, но и в том, что наиболее
честные, жизнеспособные и дальновидные выходцы из буржуа-
зии, по выражению Горького, «выламываются» из своего класса
и либо гибнут, либо уходят в революцию и становятся деятель-
ными ее участниками.
Таким человеком изображен Илья — сын Петра. Образ Ильи
разработан не так подробно и всесторонне, как образ Петра.
Это вполне понятно: тема не позволяла широко развернуть об-
раз Ильи — человека иной социальной судьбы. Это только увело
бы в сторону и нарушило внутреннюю целостность и лаконич-
ность романа.
Но Илья Артамонов-младший все же встает перед читателем
во всей своей жизненной конкретности. Начать с того, что имя
Ильи ему дано не случайно — в нем как бы воскресают лучшие
качества его деда — энергия и созидательная сила, но направ-
лены они по другому пути. Петр думает про него: «Дедушкин
характер. Строитель». Не в пример своему брату Якову он с
детских лет наделен живым самостоятельным умом, прямоду-
шием и честностью. Он не покоряется домостроевским нравам
артамоновского дома, и Петр с удивлением чувствует в нем
большую внутреннюю силу сопротивления, когда несправедливо
и незаслуженно наказывает его. Одному ему дарит свою любовь
и привязанность Тихон Вялов. Илья уезжает учиться. Что с
ним происходило в годы учения, писатель не говорит, но,
3* 67
когда Илья приезжает на каникулы, перед нами —человек
со сложившимися убеждениями. Он заявляет отцу, что фабри-
кантом не будет: «Я для этого дела не способен».’И когда отец
начинает внушать ему прописные истины буржуазного благо-
нравия, Илья отвечает: «Все это не убеждает меня. Этой муд-
ростью дальше нельзя жить». Илья постиг уже стращную прав-
ду капиталистической эксплуатации: «Не одного убили вы,—•
говорит он отцу, — вон там целое кладбище убитых фабрикой».
Между Петром и Ильей происходит разрыв, и молодой Артамо-
нов уезжает в город навсегда. Характерно, что Петр чувствует
себя в этом столкновении с сыном побежденным. «Как работ-
ника рассчитал отца, подлец! Как нищего оттолкнул». О даль-
нейшей судьбе Ильи мы можем судить по косвенным намекам:
он побывал в ссылке (Якову «пришлось посылать Илье денег
куда-то в Сибирь»). Мирон сетует на то, что в рядах рабочей
партии — «купеческий сын Илья Артамонов».
Осознав в полной мере неправду и зло буржуазного мира,
Илья Артамонов порвал с ним и обрел подлинную правду в
революции. Разумеется, то, что в семье Артамоновых наряду
с бездарными и выродившимися людьми типа Якова были яр-
кие и сильные личности вроде Ильи, — чистая случайность. Но
совсем уже не случайным является другое: самые честные,
дальновидные и одаренные выходцы из рядов буржуазии, су-
мевшие преодолеть эгоистическое своекорыстие и слепоту свое-
го класса, логикой вещей закономерно оказывались по ту сто-
рону баррикады — в лагере революции. Таков объективный
смысл образа Ильи Артамонова.
Важную роль играет в романе образ Тихона Вялова. Он по-
является в самые критические периоды в жизни Артамоновых.
Он знает об ггх преступлениях, о темных и жестоких делах, ко-
торые они совершили. До поры до времени он говорит наме-
ками, недомолвками, неожиданно обрывает свои суждения, и
многозначительные слова его кажутся Петру «обидно глупыми».
Но в конце романа Тихон сбрасывает с себя маску простоватого
и недалекого соглядатая. В последнем разговоре с Петром он
прямо и резко высказывает горькую правду о преступных дея-
ниях Артамоновых.
Тихон Вялов — простой человек, с отсталыми, зачастую,
взглядами. Но он выходец из самых недр народа и выражает
ненависть социальных низов к Артамоновым, к властителям
жизни, которые живут потом и кровью масс. И естественно,
что его устами в романе произносится от имени народа при-
говор Артамоновым.
Параллельно истории распада и вырождения семьи Арта-
моновых Горький рисует историю роста рабочей семьи ткачей
Морозовых. Здесь тоже фигурируют три поколения. На их
судьбе Горький демонстрирует формирование и развитие поли-
68
тического сознания русского рабочего класса. Представитель
первого поколения — старый ткач Борис Морозов. Ему чуждо
понимание классовых интересов, политических целей пролета-
риата. К Артамонову он относится с восторженной покорно-
стью. Недалеко ушел от Бориса Морозова и представитель
второго поколения — Иван Морозов, хотя у него уже нет того
восторженного преклонения перед хозяевами, которое было у
его отца. Новые черты революционного пролетариата со всей
отчетливостью проявились у сына Ивана — Захара Морозова.
Он вступает в активную революционную борьбу против мира
Артамоновых. Он сознает себя хозяином жизни. Во время
Октябрьской революции он в первых рядах борцов за новый
мир.
Так раскрывается идея романа — идея исторической зако-
номерности, необходимости и неизбежности пролетарской рево-
люции, обусловленной, с одной стороны, процессом разложения
и распада господствующего класса, а с другой — ростом поли-
тической активности, сознательности и организованности про-
летариата, возглавляющего широкие народные массы.
Тема исторической закономерности, неизбежно-
ЛЖСамгина>Ма сти ^елико® Октябрьской социалистической ре-
* волюции развита Горьким и в романе «Жизнь
Клима Самгина». Роман был задуман после 1905 года. Присту-
пил к нему Горький в 1925 году, сразу по окончании «Дела Ар-
тамоновых». Работал он над эпопеей до последних дней своей
жизни. Четвертый том так и остался незаконченным.
В романе «Жизнь Клима Самгина», носящем подзаголовок
«Сорок лет», следует выделить две главные линии: 1) художест-
венный анализ исторических предпосылок Великой Октябрьской
социалистической революции и 2) изображение краха буржу-
азного индивидуализма. Действие романа развернуто на широ-
ком фоне социальной и духовной жизни России с конца 70-х
годов XIX века до 1917 года.
Эпопея Горького не имеет себе равных по широте охвата
исторической действительности. Перед читателем проходят ос-
новные события идейно-политической жизни России на протя-
жении 40 лет.
Крах народничества и зарождение марксизма, страстные бои
революционных марксистов с политическими противниками, зна-
менитая Нижегородская ярмарка, коронация Николая II и кро-
вавая Ходынка, где в безумной давке погибли тысячи людей,
события революции 1905 года, мировая война, бурные дни
1917 года — таковы исторические события, нашедшие свое отра-
жение в романе.
На этом фоне Горький рисует двух главных героев, олице-
творяющих собой противоположные идеологии — буржуазную
и социалистическую.
69
Первый лагерь представлен Климом Самгиным. Горький та-
ким образом характеризует его:
«Мне хотелось изобразить в лице Самгина такого интелли-
гента средней стоимости, который проходит сквозь целый ряд
настроений, ища для себя наиболее независимого места в жиз-
ни, где ему было бы удобно и материально, и внутренне».
Клим Самгин — буржуазный интеллигент, он думает только
о себе, о своем благополучии, о своих интересах. Это воплоще-
ние безудержного эгоизма, политического двурушничества, пре-
дательства. «Человек счастлив только тогда, когда он оди-
нок»— этот излюбленный Самгиным афоризм хорошо выра-
жает его мировоззрение. Самгин лишен идеалов и не верит в
них, он чужд народу и враждебен ему. Суть изменений, проис-
ходящих с Самгиным, заключается в том, что по мере развер-
тывания революционных событий, по мере роста борьбы за
свободу, за социализм все больше обнажается контрреволюци-
онность Самгина, все яснее обнаруживается его вражда к ре-
волюции, все отчетливее становится его духовное убожество.
Самгину и людям самгинского толка противостоит в романе
Степан Кутузов — революционер-большевик.
Кутузов — профессиональный революционер. Сын небогатого
сельского мельника, он два года учительствовал на селе, учился
в Казанском университете.
Это человек с большим политическим кругозором. Он оли-
цетворяет собой энергию, волю, ум, стойкость, уверенность в
победе пролетарской революции. Ему чуждо мелкобуржуазное
псевдореволюционное позерство.
«Революционеры от скуки жизни, — говорит он,— из удаль-
ства, из романтизма, по евангелию, все это — плохой порох.
Интеллигент,^который хочет отомстить за неудачи его личной
жизни, за то, что ему некуда пристроить себя, за случайный
арест и месяц тюрьмы, — это тоже не революционер».
Насколько сер, безлик Клим Самгин, настолько ярок и свое-
образен, душевно богат и глубок Степан Кутузов. Этим конт-
растом Горький оттеняет ту мысль, что эпоха крушения капи-
талистического мира и развертывания пролетарской революции
приводит, с одной стороны, к измельчанию, к вырождению и
гибели буржуазную личность. С другой стороны, она создает
условия для возникновения, роста и развития новой, яркой лич-
ности социалистической эпохи.
Идейно-художественное значение романа Горького огромно.
В нем писатель с исключительной глубиной разоблачил корен-
ную основу капиталистического мира — буржуазный индиви-
дуализм— и показал крах буржуазного сознания. Вопреки лжи-
вой буржуазной пропаганде, пытающейся доказать, что только
капиталистический строй обеспечивает развитие личности, Горь-
кий с непреложной убедительностью показал, что капитализм
70
заключает в себе смертельную угрозу для человечества и что
только революционная борьба, только социализм способны
спасти и возродить мир.
Роман Горького представляет собой острое и действенное
оружие борьбы против врагов революции и социализма, как бы
они ни маскировались.
Романы «Дело Артамоновых» и «Жизнь Клима Самгина»
раскрыли обреченность капитализма и неизбежность победы
социалистической революции.
Наряду с «Делом Артамоновых» и «Жизнью
Пьесы Горького ^лима Самгина» вопрос об исторических пред-
посылках Великого Октября разработан Горь-
ким в пьесах «Егор Булычов и другие» и «Достигаев и другие».
Пьеса «Егор Булычов и другие» написана в 1931 году. В ней
развиты некоторые мотивы раннего творчества Горького, в ча-
стности вопрос о тех людях буржуазного класса, которые, по
выражению самого писателя, стали «боком» к своему классу, в
какой-то степени «восстали» против него. Таким персонажем
в раннем творчестве Горького был Фома Гордеев. Но Егор
Булычов, кое в чем напоминающий Фому, изображен в совер-
шенно иных исторических условиях: действие пьесы происходит
в конце 1916 — начале 1917 года, заканчивается оно событиями
Февральской революции. И старая, казалось бы, тема приобре-
тает новое решение.
Егор Булычов — богатый купец. Зритель видит его в ту пору,
когда он неизлечимо болен. Общий развал царского строя, ро-
ковая болезнь Булычова — все это обостряет его восприятие
жизни. И видя, с какой наглостью родственники затевают грызню
вокруг его наследства, он приходит к мрачной мысли, что «не
на той улице жил», что, кроме нескольких действительно близ-
ких ему людей, вокруг него — злобные, беспощадные враги и
среди них даже его жена. Булычов со злостью и горечью обли-
чает ту жизнь, которой он до последнего времени жил. Она пред-
ставляется ему «царством смрада». И действительно, выходца-
ми из «царства смрада» выглядят в пьесе и жена Булычова
Ксения, и игуменья Меланья, и либеральный фразер Звонцов,
и поп Павлин. Многие персонажи и эпизоды даны в пьесе в
стиле гротеска, сочетающем уродливое и страшное со смешным.
Таков эпизод с Гаврилой Увековым — заведомым плутом, кото-
рый при помощи духовой трубы берется вылечить Егора. Во
всей пьесе, и в этом эпизоде в частности, Горький передал ат-
мосферу шарлатанства, мошеннического знахарства, которая
так характерна была для жизни и быта господствующих клас-
сов накануне революции.
Продолжением пьесы «Егор Булычов и другие» является
пьеса «Достигаев и другие», написанная в 1932 году. Если в
первом произведении в центре стоял умный и талантливый Бу-
71
лычов, под конец жизни распознавший страшный лик своего
класса, то в центре второй пьесы изображен иной коммерсант —
Достигаев. Это тип политического хамелеона. В отличие от не-
которых других своих единомышленников, намеренных в откры-
тую бороться с пролетарской революцией, он хочет идти иным
путем, путем «приспособления», маскировки, для того чтобы
изнутри вредить народу.
Действие в пьесе происходит в последние дни перед Октяб-
рем. Достигаев, чувствуя неодолимость надвигающихся собы-
тий, предлагает коварную тактику приспособления. «Которые
поумнее — спасутся, значит», — заявляет он, и этим «умным»
он и хочет быть.
Наряду с Достигаевььм Горький нарисовал ряд других пред-
ставителей гибнущего строя: здесь и черносотенец Нестрашный,
и выживший из ума генерал Беттлинг, и встревоженные рево-
люцией купцы и спекулянты. Но Горький подчеркивает, что осо-
бая опасность заключена именно в Достигаеве. Он из тех лю-
дей, которые способны нанести делу революции наибольший
вред. Пьеса призывала к бдительности, учила распознавать до-
стигаевых всюду, где они исподтишка творили свое черное
дело.
Достигаевым, звонцовым и нестрашным противостоит в пье-
сах революционный народ. Он представлен такими людьми, как
Рябинин, Лаптев, Донат. Этих людей отличает душевная сила,
ясность целей, уверенность в светлом будущем.
Особое место в драматургии Горького занимает пьеса «Со-
мов и другие», которая написана была в начале 30-х годов.
Пьеса эта примечательна тем, что в ней Горький обратился к
теме современности, к теме строительства социализма. Действие
в пьесе происходит в конце 20-х годов. Горький рисует строи-
тельство социализма как процесс, развертывающийся в обста-
новке острой классовой борьбы. Сомов — способный инженер,
но он мнит себя сверхчеловеком, он презирает народ, враждебно
относится к революции. Он сколачивает вокруг себя группу от-
щепенцев, вредителей, стремящихся сорвать великое дело
построения нового мира. Горький с большой художественной
убедительностью показывает полную обреченность этих пре-
ступных планов. Советские люди, энтузиасты социалистического
строительства, беззаветно преданные пароду, партии, кладут
конец мерзким делам сомовых.
Блестящей главой в творческой биографии Горь-
п^^пп^ист кого является его публицистическая деятель-
пу лицист ность> которую он активно вел еще в дореволю-
ционное время. Статьи и очерки Горького советских лет посвя-
щены разнообразным темам. Здесь и вопросы литературы, и
теоретические проблемы -социалистического, строительства и
культуры, и обличение империализма.
72
В своей публицистике Горький раскрывает всемирно-исто-
рический смысл великих завоеваний революции. Этот смысл он
видит в том, что волей, энергией советского народа, руководи-
мого Коммунистической партией, открыта новая эра всемирной
истории — эра освобождения человечества от гнета буржуазии,
эра коммунизма. Он восторгается новым, советским человеком,
которого он называет своей «радостью и гордостью».
Радуясь росту советской культуры, Горький в своих публи-
цистических статьях беспощадно обнажал пагубное влияние
империализма на культуру Западной Европы и Америки. В ста-
тье «С кем вы, «мастера культуры»?» он писал: «Литература
Европы и Америки полна описаниями бесплодной гибели даро-
витых людей. История буржуазии — это история ее духовного
обнищания». А в статье «О солдатских идеях» он подчеркивал:
«Культура буржуазии остается неприкосновенной в библиотеках
и музеях, именно — неприкосновенной. А быт буржуазии стано-
вится все более грязным, диким, политика — все более садиче-
ски бесчеловечной».
Вопроса о судьбе культуры в буржуазном обществе Горь-
кий касается и в статье «О культурах» (1935).
Публицистические статьи Горького относятся главным обра-
зом к 30-м годам, когда гитлеровская Германия при помощи
империалистов других буржуазных стран усиленно готовила
вторую мировую войну. И писатель, указывая на растущую
угрозу новой кровавой бойни, с огромной силой клеймил и фа-
шистских поджигателей войны и весь капиталистический строй,
который способен порождать такие позорные явления, как фа-
шизм.
Горький приходит к выводу, что буржуазный строй истори-
чески изжил себя. Капиталистическому миру в его статьях про-
тивостоит Советский Союз, страна, основанная на свободе, ра-
венстве и справедливости.
И в этой связи Горький определяет принципы нашего социа-
листического пролетарского гуманизма. Отвергая лживый, ли-
цемерный «гуманизм» буржуазии, освящающий страдание и
примиряющий угнетателя и угнетенного, Горький пишет:
«Гуманизм пролетариата требует неугасимой ненависти к
мещанству, к власти капиталистов, его лакеев, паразитов, фа-
шистов, палачей и предателей рабочего класса, — ненависти ко
всем, кто живет на страданиях сотен миллионов людей».
С огромной страстью Горький-публицист боролся за мир и
выступал против фашизма и поджигателей войны из лагеря
империалистов.
В статье «Если враг не сдается, — его уничтожают» (1930)
он, призывая советских людей к бдительности и боевой готовно-
сти, выдвигает две задачи. Он говорит о необходимости усиле-
ния идейного воспитания трудящихся. Смысл всей грандиозной
73
революционной работы Советской страны выражен в простых и
ясных словах «создать новый мир», но для того чтобы решить
эту грандиозную задачу, нужно энергично и последовательно
бороться с пережитками капитализма в сознании, в быту.
Это одна сторона дела. Другая заключается в том, что Ок-
тябрьская революция привела к духовному возрождению проле-
тариата во всем мире, и совершенно понятно, что буржуазия
всех стран питает ненависть к Стране Советов. Поэтому необ-
ходима политическая зоркость и бдительность.
К публицистическим статьям Горького тесно примыкает
цикл «По Союзу Советов» и другие очерки писателя советских
лет. Следует заметить, что Горький весьма высоко ценил очерк
как литературный жанр. «Очерк, товарищи, — говорил он пи-
сателям,— полноценно художественный и в то же время зло-
бодневный,— это крайне трудное дело. Это удавалось таким
писателям, как, например, Мопассан или Тургенев. При этом
Горький считал, что очерк вовсе не сводится к равнодушному
фотографированию тех или иных конкретных событий. Очер-
кист, по его мнению, должен быть страстным публицистом, вра-
гом старого и борцом за новое, должен «философствовать» и
обобщать факты действительности. Горький возмущался тем,
что «многие наши очеркисты все еще выступают в роли беспри-
страстных фотографов, запечатлевающих лишь поверхностные,
наиболее бросающиеся в глаза явления жизни, не проникая в
глубь этих явлений».
Горький придавал очеркам такое серьезное значение, что
организовал специальный журнал для их публикации: «Наши
достижения». В этом журнале были напечатаны и очерки са-
мого Горького «По Союзу Советов». Они явились результатом
путешествий Горького в 1928 и 1929 годах по СССР, по преж-
ним, когда-то в дореволюционное время исхоженным местам —
средней России, Поволжью, Украине, Кавказу и т. д. Естест-
венно, что очерки Горького основаны на противопоставлении
старого и нового, прошлого и настоящего.
Писатель сам объясняет, почему он, рассказывая о Баку, о
Днепрострое, о социалистическом строительстве, постоянно об-
ращается к прошлому: «Я — свидетель тяжбы старого с новым.
Я даю показания на суде истории пред лицом трудовой моло-
дежи, которая мало знает о проклятом прошлом и поэтому не-
редко слишком плохо ценит настоящее, да и недостаточно зна-
комо с ним».
К старому Горький возвращается для того, чтобы глубже
и правильнее оттенить то новое, что является главной темой
его очерков. Писатель нарисовал в них яркие картины творче-
ской жизни советского народа. «...Всюду на всех точках земли
Союза Советов делаются смелые, великого значения опыты,
строится новая жизнь» — таков лейтмотив всего цикла «По
74
Союзу Советов». Главным героем очерков является новый, со-
ветский рабочий, осуществляющий индустриализацию страны.
К очеркам «По Союзу Советов» примыкает цикл «РассказЪ!
о героях», печатавшийся тоже в журнале «Наши достижения».
Только тема цикла иная: в нем рассказывается о коллективи-
зации сельского хозяйства, а главный герой — советский кре-
стьянин, строитель социализма в деревне. Таким образом,
путешествие по СССР дало Горькому возможность увидеть са-
мые существенные стороны советской действительности и сде-
лать очень плодотворные выводы и обобщения. Один из них —
наиболее важный — Горький формулирует следующим образом:
«Героем наших дней является человек из «массы», чернорабо-
чий культуры, рядовой партиец, рабселькор, военкор, избач,
выдвиженец, сельский учитель, молодой врач и агроном, рабо-
тающие в деревне, крестьянин-опытник и активист, рабочий-
изобретатель, вообще человек массы!»
Очерки Горького оказали большое влияние на развитие со-
ветской культуры. Они дали толчок развитию очерка и заста-
вили наших писателей обратиться к разработке таких важных
тем, как индустриализация страны и коллективизация деревни.
Вопросам литературы посвящены такие замеча-
Горький— тельные работы Горького, как «О литературе»
наставник (1930), «О социалистическом реализме» (1933),
писателей «С' пьесах» (1933), «О языке» (1934), доклад
на Первом Всесоюзном съезде советских писа-
телей (1934) и другие.
В этих трудах Горький с чувством гордости говорил о боль-
ших успехах молодой советской литературы. Он отмечал ее
широту и богатство в изображении жизни, ее социалистическую
идейность. «Молодая литература наша, — писал Горький,—
энергично служит делу объединения всего трудового народа
в единую культурно-революционную силу».
Горький гневно обличал все, что мешает развитию нашей
литературы: аполитичность, формализм, пережитки декадент-
ства.
Одной из центральных тем литературно-критических статей
Горького была разработка вопросов социалистического реа-
лизма.
Разъясняя сущность творческого метода нашей литературы,
Горький подчеркивал, что основная цель социалистического реа-
лизма— воспроизвести советскую современность. Главным ге-
роем своих книг советские писатели должны избрать людей
труда. Горький показал, что социалистический реализм вклю-
чает в себя революционную романтику как свою характерную
особенность.
«Дело наших литераторов — трудное, сложное дело, — писал
Горький.—Оно не сводится только к критике старой действи-
75
тельности, к обличению заразительности ее пороков. Их зада-
ча— изучать, оформлять, изображать и тем самым утверждать
новую действительность... У молодых писателей есть что ска-
зать о новых радостях жизни, о разнообразном цветении твор-
ческих сил в стране. Они должны искать вдохновений и мате-
риалов в широком и бурном потоке труда, создающего новые
формы жизни, им следует жить как можно ближе к творческой
воле нашей эпохи, — воля эта воплощена в рабочем классе»
(«Цели нашего журнала»).
Горький постоянно обращал внимание советских писателей
на необходимость глубокого освоения классической литературы,
творчества Пушкина и Шекспира, Толстого и Гёте, Тургенева
и Бальзака и других великих мастеров художественного слова.
В советские годы он написал великолепные воспоминания о
Льве Толстом, Короленко, Чехове и других русских писателях.
Горький обращал внимание молодых литераторов на богатство
содержания, обилие наблюдений и знаний в книгах классиков,
на их словесное изобразительное мастерство, на все то, чего еще
нет, по его словам, у большинства молодых писателей.
Как уже говорилось, начинающие и молодые советские пи-
сатели были предметом особенных забот Горького. Его беседы
с начинающими писателями и письма к ним — подлинный источ-
ник мудрости и литературного опыта. «Писатель обязан все
знать, — учил Горький, — весь поток жизни и все мелкие струи
потока, все противоречия действительности, ее драмы и коме-
дии, ее героизм и пошлость, ложь и правду. Он должен знать,
что, каким бы мелким и незначительным ни казалось ему то
или иное явление, оно или осколок разрушаемого старого мира,
или росток нового». В одном из выступлений А. Фадеев так ска-
зал о Горьком: «Он был первым и лучшим нашим художествен-
ным воспитателем. Среди писателей моего поколения нет ни
одного, кто, входя в литературу, не был бы им благословлен».
Важное место в статьях и выступлениях Горького занимали
вопросы языка. Он решал их в тесной связи с проблемами со-
циалистического реализма.
Язык, указывал Горький, является первоэлементом литера-
туры. От художественного произведения, которое ставит своей
целью изобразить внутреннюю сущность жизни во всей ее зна-
чительности, полноте и ясности, «требуется четкий, точный язык,
тщательно отобранные слова». Борьба за точный, четкий, ясный
язык рассматривалась Горьким как одна из важнейших задач
социалистической культуры. Именно поэтому Горький с такой
решительностью боролся против «паразитивного хлама» в произ-
ведениях некоторых советских писателей. Он подверг критике
увлечение провинциализмами, потому что они засоряют язык.
«Местные речения», «провинциализмы», — писал он, — очень
редко обогащают литературный язык, чаще засоряют его, вводя
76
нехарактерные, непонятные слова». Он возражал против иска-
жения языка, против употребления непонятных, нелепых, урод-
ливых областнических или жаргонных слов.
Наш читатель, говорил Горький, «вправе требовать, чтобы
писатель говорил с ним простыми словами богатейшего и гиб-
кого языка, который создал в Европе XIX века, может быть,
самую мощную литературу». Подчеркивая необходимость обо-
гащения литературного языка, борьбы за его точность, ясность,
чистоту и выразительность, Горький добавлял: «Именно таким
языком писали «классики», вырабатывая его постепенно, в те-
чение столетий».
Статьи и выступления Горького по вопросам языка были
проникнуты великой заботой о процветании нашей культуры,
заботой о силе и богатстве советской литературы.
Большой и необыкновенно богатый жизненный
и творческий путь прошел Алексей Максимович
Горького1 Горький. Его жизнь и творчество неотделимы
от исторических судеб русского революционного
пролетариата. Литературная деятельность Горького тесно и не-
разрывно связана с мощным развертыванием революционной
борьбы рабочего класса, с разгромом буржуазно-помещичьего
строя, с победой Великого Октября, с построением социализма
в нашей стране.
Отразив в своем творчестве мировой размах Октябрьской
социалистической революции, Горький явился основоположни-
ком советской литературы. Как продолжатель великих тради-
ций русской классической литературы и родоначальник социа-
листического реализма, он оказал и продолжает оказывать ог-
ромное влияние на советскую литературу, на деятельность всех
советских писателей. Основные идеи и образы Горького полу-
чили развитие в творчестве лучших советских писателей: Мая-,
ковского, Серафимовича, Фадеева, Шолохова, Федина, Н. Ост-
ровского, Макаренко, Гладкова и других. Принципы социали-
стического реализма, нашедшие воплощение в художественных
произведениях Горького и активно пропагандировавшиеся им
в статьях, стали руководящими принципами всей советской ли-
тературы.
Безгранична любовь к Горькому советского народа. За годы
революции произведения Горького вышли на десятках языков
народов СССР. Завершилось издание собрания сочинений Горь-
кого в 30 томах, предпринятое по решению правительства СССР.
Горький пользуется любовью и уважением у народов всего
мира. Нет такого уголка земного шара, где бы имя великого
русского писателя не было известно.
Выдающиеся зарубежные писатели—Ромен Роллан, Бар-
бюс, Анатоль Франс, Драйзер, Андерсен Нексе и многие дру-
гие— подчеркивали огромное влияние Горького на развитие
77
мировой литературы. Для передовых людей Европы, Америки,
Востока он всегда был воплощением лучших черт русского на-
рода, вдохновенным певцом революции. Еще в 1905 году, когда
царское правительство заключило Горького в Петропавловскую
крепость, великий французский писатель Анатоль Франс высту-
пил со страстным воззванием «Ко всем свободным людям».
В этом воззвании было сказано, что царское правительство и
его пособники объединились для того, чтобы в лице Горького
«нанести удар всему тому, что они ненавидят: мысли, граждан-
скому мужеству и любви к народу. Совесть цивилизованного
мира не может отнестись спокойно к этому узаконенному зло-
действу. Горький... в настоящее время олицетворяет собой есте-
ственные права человеческой личности: право мыслить, право
творить, право открыто содействовать общему благу. Все люди,
достойные называться людьми, должны защищать в лице Горь-
кого эти священные права».
О всемирном значении Горького хорошо сказал выдаю-
щийся немецкий писатель Генрих Манн: «Горький остался всем
сердцем связанным с судьбой угнетенных и борющихся за осво-
бождение. Это сохранило ему творческие силы и обеспечило
бессмертие его произведениям.
...Горький расширил область литературного творчества, от-
крыл новые пути и перспективы для мировой литературы. Он
дал новые темы и нового читателя. Горький первый ввел в ли-
тературу, в качестве героев ее, представителей того класса, ко-
торый до того в литературе представлен не был.
Горький сделал широкие массы пролетариев друзьями лите-
ратуры, друзьями книги».
Ромен Роллан писал: «Горький был первым, высочайшим из
мировых художников слова, расчищавшим путь для пролетар-
ской революции, отдавшим ей все свои силы, престиж своей
славы и богатый жизненный опыт человека, с детских лег вку-
сившего ту нищету и унижение, которые составляют удел пора-
бощенного пролетариата».
Пламенный буревестник революции, грозный обличитель
буржуазного строя, горячий патриот, верный друг Ленина
Горький воплотил в себе лучшие черты русского народа.
В развитии советской литературы творчество Горького сы-
грало исключительную роль. Его гуманизм, пафос героических
подвигов, поэтизация труда, раскрытие всемирно-исторической
роли рабочего класса, беспощадное разоблачение капитализма,
гениальное новаторство в изображении борьбы и жизни народ-
ных масс, широта философско-исторического эпоса, образ
нового героя истории, созданный писателем,— все это опре-
делило особенности лучших произведений советской лите-
ратуры.
(/ДАЧАЛЬНЫЙ ПЕРИОД
совете ко|Глите ратуры
(1917—1929)
Великая Октябрьская социалистическая революция знамено-
вала собой коренной перелом и в истории России, и в раз-
витии всего человечества.
Закрывая Третий Всероссийский съезд Советов в январе
1920 года, Ленин обратился к делегатам съезда с вдохновенным
призывом строить новую, социалистическую жизнь.
«Перед победившим пролетариатом открылась земля, ныне
ставшая общенародным достоянием, и он сумеет организовать
новое производство и потребление на социалистических принци-
пах. Раньше весь человеческий ум, весь его гений творил только
для того, чтобы дать одним все блага техники и культуры, а
других лишить самого необходимого — просвещения и развития.
Теперь же все чудеса техники, все завоевания культуры станут
общенародным достоянием, и отныне никогда человеческий ум
и гений не будут обращены в средства насилия, в средства экс-
плуатации. Мы это знаем, — и разве во имя этой величайшей
исторической задачи не стоит работать, не стоит отдать всех
сил? И трудящиеся совершат эту титаническую историческую
работу, ибо в них заложены дремлющие великие силы револю-
ции, возрождения и обновления» !.
Упорное сопротивление разбитых революцией классов, раз-
вязавших кровопролитную гражданскую войну, интервенция им-
периалистических держав во главе с Америкой, Англией, Фран-
гией и Японией заставили молодую Страну Советов с оружием
в руках отстаивать завоевания Октября. Свыше трех лет дли-
лось это единоборство первого в мире социалистического госу-
дарства с вооруженными до зубов империалистическими хищ-
никами и внутренней белогвардейщиной.
1 В. И. Л е н и н, Сочинения, т. 26, стр. 436—437.
79
В этих тяжелых условиях Коммунистическая партия и Совет-
ская власть мобилизовали все силы народа для того, чтобы от-
стоять свободу и независимость Родины. Одновременно с этим
было начато строительство новой, социалистической культуры и
созданы условия для расцвета советской многонациональ-
ной литературы.
Революция поставила перед каждым деятелем
искусства вопрос: с кем он? С революционным
народом или против него? Отношение к рево-
Борьба
в литературе
люции, Советской власти, к партии — вот что определяло пози-
ции всех литературных направлений этого времени.
Некоторые писатели, враждебные Советской власти, сразу
же после Октябрьской революции бежали за границу. В своих
выступлениях за границей они клеветали на революцию и при-
зывали империалистов к интервенции и расправе над народом.
«Скоро в старый хлев ты будешь загнан палкой, народ, не ува-
жающий святынь», — вещала белоэмигрантка 3. Гиппиус, про-
клиная революционный народ. Судьба этих писателей была бес-
славной.
Большая часть дореволюционных писателей осталась в Со-
ветской России. Одни из них встали на сторону революционного
парода, другие, колеблясь и подчас заблуждаясь, честно стре-
мились разобраться в происходящих событиях и постепенно
осознавали правду революции, третьи, дожидаясь крушения
советского строя, ушли во «внутреннюю эмиграцию».
Зачинатели советской литературы решительно боролись с
враждебными тенденциями в искусстве.
Еще накануне революции Горький писал о декадентских те-
чениях в литературе: «Большинство этих течений явно антисо-
циальны, антидемократичны и нежизнеспособны, ибо чисто ли-
тературны, выдуманы, искусственно внесены на русскую почву,
в русский быт».
Маяковский, еще до революций бросивший в мир буржуа-
зии лозунг: «Долой ваше искусство!» («Облако в штанах»), те-
перь в «Приказе № 2 армии искусств» выступил против раз-
ного рода «футуристиков», «имажинистиков», «акмеистиков»,
против «длинноволосых проповедников» «чистого искус-
ства».
Демьян Бедный в своих стихах этих лет («Просты мои пес-
ни» и др.) зло высмеивал «служителей муз», играющих на «сви-
рели» для «чистой публики». А. Серафимович беспощадно би-
чевал литераторов, в каждом слове которых, как в капле воды,
была видна ненависть старого, буржуазного мира к молодой
Советской республике (очерк «В капле»). Большую роль в
борьбе с чуждыми тенденциями в искусстве и восстановлении
советской литературы сыграл первый нарком просвещения Ана-
толий Васильевич Луначарский (1875—1933). Это был ярко и
80
разносторонне одаренный человек. Он был публицистом и кри-
тиком, драматургом и историком искусства. Его перу принад-
лежали пьесы на исторические и современные темы («Слесарь
и канцлер», «Бархат и лохмотья», «Яд» и др.). Блестящий зна-
ток мировой литературы, он написал ряд книг о русских и за-
падных классиках. Энергично поддерживал он молодых совет-
ских писателей и отстаивал принципы социалистического реа-
лизма. Заслуги Луначарского в развитии советской культуры
значительны и неоспоримы.
Советская литература складывалась в упорной
Партия борьбе не только со старыми, отживающими
и вопросы г »
литературы свои век литературными направлениями, но и с
некоторыми литературными организациями, ко-
торые хотя и выступали под флагом «революционного новатор-
ства», но на деле были чуждыми советской литературе. К таким
организациям принадлежал Пролеткульт. Его руководители
пытались противопоставить Пролеткульт партии и Советской
власти.
Пролеткультовцы провозгласили отказ от культурного на-
следия, заявив, что «рост пролетариата базируется прежде
всего на духовном разрыве с прошлым». Здесь они смыкались с
группой футуристов, которые тоже объявили себя создателями
«нового искусства» и призывали к уничтожению музеев, теат-
ров, классической литературы, утверждая, что «пролетариат —
творец будущего, а не наследник прошлого». Пролеткультовцам
казалось, что даже язык произведений классиков является уста-
ревшим, «дворянским», «буржуазным» языком.
Писатели Пролеткульта в своих произведениях славили ре-
волюцию, воспевали рабочий класс и индустриальный труд, но
творчество их было отвлеченным, не связанным с реальной
жизнью. Для их «электропоэм» и «гимнов железу» характерны
абстрактные образы, позаимствованные у символистов.
Партия, разумеется, не могла мириться с ошибками и за-
блуждениями Пролеткульта.
В. И. Ленин указывал, что пролетарская культура должна
создаваться на основе условий и переработки культуры прош-
лого, и решительно осуждал попытки Пролеткульта отгоро-
диться от задач, стоящих перед Советским государством.
1 декабря 1920 года Центральный Комитет партии выступил
со специальным документом — «О Пролеткультах» (Письмо ЦК
РКП (б). В нем были подвергнуты критике ошибки организации,
указывалось, что в Пролеткульт проникли чуждые пролета-
риату элементы. «Футуристы, декаденты, сторонники враждеб-
ной марксизму идеалистической философии, и, наконец, просто
неудачники, выходцы из рядов буржуазной публицистики и фи-
лософии, стали кое-где заправлять всеми делами в Пролет-
культах»,
81
Со всей силой была подчеркнута ленинская мысль о том,
что пролетарская культура может быть создана только в самой
тесной и неразрывной связи с борьбой партии и советского на-
рода за построение коммунистического общества.
Центральный Комитет заявил, что в Советской стране будут
созданы все условия для творческой деятельности, для расцвета
новой культуры пролетариата.
Партия учила писателей стоять ближе к жизни, правдиво
изображать конкретную действительность в ее развитии, воспи-
тывать трудящихся в духе коммунизма. В. И. Ленин постоянно
указывал на необходимость для писателя пристально всматри-
ваться в советскую действительность, изучать живые черты
складывающегося советского строя. В статье «О характере на-
ших газет» (1918) В. И. Ленин призывал всех работников со-
ветской печати: «Поближе к жизни. Побольше внимания к тому,
как рабочая и крестьянская масса на деле строит нечто новое
в своей будничной работе» *. «Поменьше политической трескот-
ни, побольше внимания самым простым, но живым, из жизни
взятым, жизнью проверенным фактам коммунистического строи-
тельства— этот лозунг надо неустанно повторять всем нам, на-
шим писателям, агитаторам, пропагандистам, организаторам и
так далее»1 2, — писал В. И. Ленин в статье «Великий
почин» (1919).
Влияние Великой Октябрьской социалистической
В’ ДББлок* РеволюВДи на русскую культуру и литературу
и ’ ’ л было настолько могучим, что даже некоторые
крупные писатели, принадлежавшие до революции к символиз-
му, встали на ее сторону. К таким писателям относятся Брюсов
и Блок.
Валерий Яковлевич Брюсов (1873—1924) в своих предрево-
люционных стихах и статьях проповедовал теорию «чистого ис-
кусства», крайний индивидуализм и демонстративно выступал
против реалистического искусства.
Но уже в предреволюционные годы в творчестве Брюсова
появляются темы и мотивы, отличающие его от других символи-
стов. В некоторых своих стихотворениях он славит творческий
труд («В ответ»), пытается показать социальные противоречия
(«Каменщик»), выражает презрение к тунеядцам («Доволь-
ным»). Иногда Брюсов поднимался до понимания исторической
необходимости социального переворота («Грядущие гунны»).
Эти социальные мотивы в творчестве Брюсова крепли по
мере нарастания революционных событий в России.
Великая Октябрьская социалистическая революция внесла
резкий перелом в творчество Брюсова. Заслуга поэта заключа-
1 В. И. Л е н и н, Сочинения, т. 28, стр. 80.
2 В. И. Л е н и н, Сочинения, т. 29, стр. 386.
82
лась в том, что он попытался понять историческую закономер-
ность революции, и решительно и бесповоротно порвал с прошлым,
Мне видеть не дано, быть может,
Конец, чуть блещущий вдали,
Но счастлив я, что был мной прожит
Торжественнейший день земли... —
писал Брюсов в 1920 году. В этом же году он вступил в члены
Коммунистической партии.
Брюсов выпускает сборники стихов («В такие дни», «Дали»
и др.), в которых с восторгом воспевает Советскую Россию
(см. стихотворения «Ленин», «Россия», «Только русский» и др.).
Стихи Брюсова, написанные после революции, часто архаичны
по своей художественной форме и несколько риторичны, но в
них звучит искренняя вера поэта в творческие силы советского
народа, в прекрасное будущее своей страны.
Александр Александрович Блок (1880—1921), так же как и
Брюсов, был одним из виднейших поэтов-символистов. Его пред-
революционные стихи проникнуты настроениями обреченности,
пессимизма. У поэта все более крепнет мысль об исторической
необходимости крушения старой жизни и неизбежности для
дворянско-буржуазного мира исторической расплаты.
В неоконченной поэме «Возмездие» Блок писал, что будущее
Сулит нам, раздувая вены,
Все разрушая рубежи,
Неслыханные перемены,
Невиданные мятежи.
Как «невиданный мятеж», исторически неизбежный и спра-
ведливый, и была воспринята Блоком Октябрьская революция.
Ей он посвятил поэму «Двенадцать» (1918).
С первых же строк поэмы Блок дает почувствовать огром-
ный размах и сокрушительную, очищающую силу нашей вели-
кой революции. Сметающим старый мир вихрем представляется
она поэту:
Ветер, ветер —
На всем божьем свете!
Горячей ненавистью к старой жизни проникнута поэма
Блока. С презрением рисует поэт образы врагов революции:
злобного буржуа, трусливого попа, кликушествующего интел-
лигента. Старый мир боится революционной бури, дрожит за
свою жизнь, предчувствуя неизбежную гибель:
Стоит буржуй, как пес голодный,
Стоит безмолвный, как вопрос.
И старый мир, как пес безродный,
Стоит за ним, поджавши хвост...
83
Блок радуется гибели старого мира и горячо приветствует
революцию. «Революционный держите шаг! Неугомонный не
дремлет враг!», «Вперед, вперед, рабочий народ!» — напутствует
он героев поэмы — двенадцать красногвардейцев, символизи-
рующих революционный народ.
Посвятив «Двенадцать» изображению революции, Блок,
естественно, стремился найти новые, соответствующие теме сред-
ства художественного выражения. Он вводит в поэму слова и
ритмы народных песен и частушек, революционные призывы,
часто сменяющимися стихотворными размерами пытается пере-
дать напряженность происходящих событий.
Но порвать в поэме «Двенадцать» до конца со старыми сим-
волистскими традициями Блок оказался не в силах. Октябрь-
ская социалистическая революция предстает в произведении
как стихийное проявление ненависти социальных низов к бур-
жуазному строю. Поступки красногвардейцев — носителей идеи
революции — двойственны: делом их рук является и справедли-
вая расправа с буржуазией, и бессмысленное убийство Катень-
ки. Они держат революционный шаг, но могут и «ножичком
полоснуть». Впереди красногвардейцев, несущих гибель старому
миру, неожиданно оказывается Христос, как бы утверждающий
святость революции. Реальное изображение действительности
переплетается в поэме «Двенадцать» с мистической симво-
ликой.
Однако самым важным и существенным в Блоке является то,
что он — большой, талантливый поэт — встал на сторону Ок-
тябрьской революции и воспел ее в своем лучшем произведении.
Сам Блок говорил о своей поэме: «Двенадцать», какие бы
они ни были, это лучшее, что я написал. Потому что тогда я
жил современностью». А в знаменитой статье «Интеллигенция
и революция» (1918) он обращался к русской интеллигенции
со страстным призывом: «Всем телом, всем сердцем, всем со-
знанием— слушайте Революцию».
В годы гражданской войны развивается деятель-
ность и других писателей, которые по праву могут
считаться зачинателями советской литературы.
Среди них первое место занимает Алексей Мак-
симович Горький. Деятельность Горького как основоположника
пролетарской литературы начинается, как известно, еще до
Октябрьской революции.
Вскоре после Октября Горький развернул активную деятель-
ность в качестве организатора и руководителя советской лите-
ратуры, учителя и наставника советских писателей.
В обращении «К народу и трудовой интеллигенции», напе-
чатанном в «Правде» в декабре 1918 года, Горький призывал
писателей и всю демократическую интеллигенцию: «Идите с
нами к новой жизни, ради создания которой мы работаем...
84
Зачинатели
советской
литературы
Идите с нами на борьбу против старого порядка, на работу
создания нового строя жизни, — идите с нами к свободе и кра-
соте жизни1»
В эти годы активно выступает в печати старый пролетарский
писатель Серафимович. Он много ездит по фронтам граждан-
ской войны в качестве корреспондента «Правды».
Военные очерки и статьи Серафимовича, объединенные им
впоследствии в книге «Революция, фронт и тыл» (1917—
1920), — своеобразная летопись гражданской войны.
Работа Серафимовича военным корреспондентом «Правды»
обогатила его опыт, близко познакомила с революционным на-
родом, помогла ему глубоко понять смысл и характер граждан-
ской войны. Это дало возможность писателю несколькими го-
дами позже создать классическое произведение советской
литературы — роман «Железный поток». Вместе с тем его во-
енные очерки являются первыми образцами советской публи-
цистики, которая в дальнейшем получит очень широкое развитие
в нашей литературе.
Ленин высоко ценил литературную работу Серафимовича.
Когда в 1920 году погиб на фронте сын Серафимовича, Ленин
обратился к писателю со словами сочувствия. Он писал Сера-
фимовичу: «Я крайне сожалею, что мне не удалось осуществить
свое желание почаще видаться и поближе познакомиться с Вами.
Но Ваши произведения... внушили мне глубокую симпатию к
Вам и мне очень хочется сказать Вам, как нужна рабочим и
всем нам Ваша работа и как необходима для Вас твердость те-
перь, чтобы перебороть тяжелое настроение и заставить себя
вернуться к работе» ‘.
Огромное значение в годы гражданской войны имела поэти-
ческая деятельность Маяковского и Демьяна Бедного. Маяков-
ский в эти годы писал много стихотворений, работал в РОСТА,
создал первую советскую пьесу «Мистерия-буфф» (1918), напи-
сал знаменитый «Левый марш» (1918).
Демьян Бедный выпустил тогда свыше двадцати книг стихов
и поэм, многие из которых приобрели самую широкую по-
пулярность среди крестьян, рабочих, красноармейцев. Его
басни, стихотворные фельетоны, песни, поэмы, политические са-
тиры и эпиграммы в простой и яркой форме несли в массы идеи
большевистской партии, призывы Советской власти. «В огненном
кольце» — назвал поэт один из сборников своих стихов тех лет,
точно определяя напряженность переживаемого страной мо->
мента. События гражданской войны и легли в основу произве-
дений Бедного 1918—1921 годов. Многие из них поэт создавал
на фронте.
1 В. И. Л е н и н, Сочинения, т. 35, стр. 383.
85
В борьбе с врагами Бедный умело использовал все средства
и возможности сатиры. Так, издеваясь над белогвардейским
генералом Шкуро, он в стихотворении «Генерал Шкура» обра-
щается к словесному каламбуру. Но это не просто игра словами,
художественный прием здесь подчинен основному заданию —
сатирическому разоблачению злобного врага революции:
Чтоб надуть «деревню дуру»,
Баре действуют хитро:
Генерал-майора шкуру
Перекрасили в Шкуро.
Шкура — важная фигура:
С мужика семь шкур содрал,
Ай да Шкура, Шкура, Шкура,
Шкура — царский генерал!
Когда же Бедный прославляет революционный народ, под-
нявшийся на защиту своей свободы, тогда его произведения
наполняются иными интонациями, приобретают другой облик.
Их определяющие признаки — взволнованный тон, патетика,
торжественность, высокий ораторский пафос. Вот, например,
как звучит стихотворение «На защиту Красного Питера» (1919),
написанное в связи с наступлением генерала Юденича на ре-
волюционный Петроград:
Осада! Осада!
Бойцы Петрограда,
Привет вам из Красной Москвы!
Восторженных слов говорить вам не надо,
Бойцы Петрограда,
Победу решаете вы!
Таким же приподнято-торжественным тоном отличаются и
многие другие стихотворения, марши и песни Бедного, отража-
ющие героику гражданской войны, борьбу советского народа
(«В огненном кольце», «Коммунистическая марсельеза», «Крас-
ноармейская звезда» и др.).
Старой рекрутской песне надо противопоставить новую пес-
ню, говорил Демьяну Бедному В. И. Ленин. «В привычной,
своей, народной форме — новое содержание. Вам следует в своих
агитационных обращениях постоянно, упорно, систематически,
не боясь повторений, указывать на то, что вот прежде была,
дескать, «распроклятая злодейка служба царская», а теперь
служба рабоче-крестьянскому, советскому государству, — раньше
из-под кнута, из-под палки, а теперь сознательно, выполняя ре-
волюционно-народный долг...» Под влиянием этого совета
В. И. Ленина Д. Бедным была написана известная красноармей-
ская песня «Проводы», которая распевалась во всех уголках на-
шей страны.
В 1923 году Советское правительство наградило Демьяна
Бедного орденом Красного Знамени. В обращении к Демьяну
86
Бедному в связи с награждением его заслуги «как поэта вели-
кой революции» признавались «особо выдающимися и исключи-
тельными». «В Вашем лице, — говорилось в обращении, — поэ-
зия, быть может впервые в истории, так ярко связала свои
судьбы с судьбами человечества, борющегося за свое освобож-
дение, и из творчества для немногих избранных стала твор-
чеством для масс».
Вместе с русскими писателями фундамент советской лите-
ратуры в первые годы революции закладывали писатели брат-
ских народов Советского Союза: В. Сосюра, П. Тычина, Янка
Купала, Якуб Колас, Вано Терян, Егише Чаренц, Г. Табидзе,
Садриддин Айни, Хамза Хаким-Заде, Сакен Сейфуллин и другие.
Написанные ими в то время произведения получили широкую
известность уже в годы гражданской войны. Примером может
служить прекрасное стихотворение украинского поэта Павло
Григорьевича Тычины «На майдане» («На площади», 1919).
На майдане возле церкви
революция идет.
— Где чабан? — толпа взметнулась.—
Он повстанцев поведет!
Ну, прощайте, ждите воли!
Эй, по коням! Шашки вон!
Закипело, зашумело,
только марево знамен...
На майдане возле церкви
шепчут матери, грустны:
— Озари ты им дорогу,
Светел месяц, с вышины!
На майдане пыль спадает.
Сна не превозмочь...
Вечер.
Ночь.
На фронтах гражданской войны с оружием в руках защи-
щали Советскую власть и многие будущие советские писатели,
которые выступили в литературе несколько позднее.
Таким образом, в годы гражданской войны было положено
начало советской литературе. Эта литература изображала борь-
бу трудящихся за социализм, отстаивала идеи Коммунистиче-
ской партии, обращалась не к «избранным», а к миллионам
читателей из народа. Главным героем новой литературы стал со-
ветский человек, преобразующий жизнь на началах социализма,
защищающий завоевания Октября на фронтах гражданской
войны. Особенно значительны были успехи советской поэзии.
Вместе с тем литература тех лет носила по преимуществу
романтический характер, и героем ее чаще всего выступала
«масса», «мы», «множества», осуществляющие революцию. Кон-
кретно-реалистическое изображение действительности и инди-
видуализированных характеров будет завоевано советской лите-
ратурой немного позднее.
87
Закончилась гражданская война/ Перед совет-
л^теоГтуоа ским народом встали новые задачи. Надо было
20-х годов восстановить разрушенное народное хозяйство.
В 1921 году X съезд партии большевиков при-
нял важнейшее решение о переходе к новой экономической по-
литике.
На путях новой экономической политики советский народ
и партия большевиков добились решающих успехов. К 1925 году
восстановление народного хозяйства было почти закончено.
Годы 1926—1929 были годами успешного проведения в жизнь
социалистической индустриализации. По всей стране строились
промышленные гиганты (Днепрострой, Уралмашстрой и др.) г
страна была охвачена небывалым подъемом.
В 20-е годы ряды советских писателей значительно увеличи-
ваются.
С фронтов гражданской войны, обогащенные большим жиз-
ненным и политическим опытом, приходят в литературу комис-
сар легендарной чапаевской дивизии Д. А. Фурманов, боец
партизанских отрядов на Дальнем Востоке А. А. Фадеев, ак-
тивный участник борьбы с контрреволюцией на Дону М. А. Шо-
лохов, защитники социалистической Родины В. В. Иванов,
Б. А. Лавренев, Н. С. Тихонов и другие.
Жизненный путь этих писателей прекрасно охарактеризовал
А. А. Фадеев: «Как писатель своим рождением я обязан этому
времени. Я познал лучшие стороны народа, из которого вышел.
В течение трех лет вместе с ним я прошел тысячи километров
дорог, спал под одной шинелью и ел из одного солдатского
котелка».
Широко известными становятся имена Ф. В. Гладкова,
К. А. Федина, А. Н. Толстого, Н. Н. Асеева и других писателей,
еще до Великой Октябрьской социалистической революции за-
явивших о себе в литературе, но создавших свои наиболее зна-
чительные произведения в годы Советской власти. Великая
Октябрьская социалистическая революция необычайно способ-
ствовала идейному росту этих писателей и обогатила их талант.
А. Толстой говорил, что, не будь революции, его ожидала бы
«серая, бесцветная деятельность дореволюционного среднего
писателя».
Двадцатые годы в истории советской литературы были го-
дами становления и утверждения социалистического реализма.
Советские писатели создали ряд замечательных реалистических
произведений, которые изображали крушение капитализма, по-
беду революции, гражданскую войну, социалистическое строи-
тельство. В лучших произведениях литературы тех лет правдиво
раскрыты героические подвиги народных масс, организующая и
руководящая роль партии, более глубоко, чем раньше, нари-
88
сованы образы героев — советских людей, борцов за социализм.
Схематическое и декларативное изображение человека и собы-
тий, свойственное нередко произведениям периода гражданской
войны, сменяется в литературе 20-х годов реалистическим
изображением людей и общественной жизни. Преодолевая
чуждые влияния, формализм и натурализм, советская литера-
тура растет и совершенствуется в идейно-художественном от-
ношении. Советские писатели настойчиво овладевают литера-
турным мастерством: язык их произведений становится более
богатым и выразительным, композиция — более ясной и строй-
ной, образы— более яркими и типичными. В эти годы появляются
такие замечательные произведения советской литературы, как
«Мои университеты», очерк «В. И. Ленин», «Дело Артамоновых»,
первая часть эпопеи «Жизнь Клима Самгина» А. М. Горького,
поэмы «Владимир Ильич Ленин» и «Хорошо!» В. В. Маяков-
ского, «Чапаев» Д. А. Фурманова, «Железный поток» А. С. Се-
рафимовича, «Разгром» А. А. Фадеева, «Цемент» Ф. В. Глад-
кова, «Сестры» и «Восемнадцатый год» А. Н. Толстого, две
первые книги «Тихого Дона» М. А. Шолохова, «Любовь Яро-
вая» К- А, Тренева и др.
Вместе с русскими писателями в советской литературе на
своем родном языке утверждали идеи социализма, раскрывали
величие подвигов революционного народа многие выдающиеся
мастера художественного слова братских республик. Партия
обращала должное внимание на развитие национальных лите-
ратур в многочисленных республиках и областях Советского
Союза.
Уже в 1923 году в решениях XII съезда партии указывалось,
что «... за последние два года художественная литература в
Советской России выросла в крупную общественную силу,
распространяющую свое влияние прежде всего на массы рабо-
че-крестьянской молодежи».
В 20-е годы в литературе было еще много раз-
личных группировок. Это объясняется главным
«О политике образом тем, что в литературе шла острая клас-
партии совая борьба. В. И. Ленин указывал, что нэп
в области означает отчаянную борьбу между капитализ-
художественной мом и социализмом. Ожесточенная классовая
литературы» борьба в стране, естественно, находила отраже-
ние и в литературе.
Группа «Серапионовы братья» заявила о своей аполитич-
ности. Некоторые писатели, принадлежавшие к «Серапионовым
братьям» (Н. Тихонов, К- Федин, Вс. Иванов и др.), вопреки
заблуждениям группы, создали тогда ряд произведений, сыграв-
ших положительную роль в развитии советской литературы. Но
нередко «серапионовцы», пренебрегая идейным содержанием ли-
тературы, впадали в формализм, придавая своим произведениям
89
нарочито запутанную композицию, обращаясь к надуманным
сюжетам и искусственным стилизациям.
Ошибочные во многом взгляды проповедовали и некоторые
другие литературные группировки: «Перевал», «Конструктиви-
сты», «Леф» (левый фронт искусства). «Перевальцы» отрицали
самую возможность создания новой, советской литературы,
«конструктивисты» низкопоклонничали перед культурой бур-
жуазного Запада, «лефовцы» пренебрежительно относились к
классической русской литературе.
Против буржуазных влияний в литературе активно выступа-
ла Российская ассоциация пролетарских писателей (РАПП),
членами которой были А. Фадеев, А. Серафимович, М. Шолохов
и другие. Но в руководстве РАППа были люди, которые до-
пускали упрощенное толкование марксизма-ленинизма и непра-
вильно относились к беспартийным писателям. Вместо воспита-
ния их они занимались голым администрированием, вместо
самокритики — самовосхвалением.
Взаимные распри между литературными группировками,
которые в ряде случаев занимали чуждые советскому искусству
позиции, вносили разброд в советскую литературу, тормозили
ее развитие, оказывали во многом вредное влияние на худо-
жественное творчество. Необходимо было внести ясность в со-
здавшуюся обстановку и проложить путь для дальнейшего роста
советской литературы. С этой целью Центральный Комитет
Российской Коммунистической партии (большевиков) принял
18 июня 1925 года специальную резолюцию «О политике партии
в области художественной литературы».
В основу резолюции были положены принципы, сформули-
рованные В. И. Лениным в статье «Партийная организация и
партийная литература».
В резолюции говорилось: «...как не прекращается у нас клас-
совая борьба вообще, так точно она не прекращается и на ли-
тературном фронте».
В этих условиях партия всеми средствами помогала проле-
тарским писателям занять ведущее положение в области худо-
жественного творчества и вести успешную борьбу против
проникновения в литературу буржуазной идеологии. В то же
время партия предостерегала от того, чтобы всех «попутчи-
ков», т. е. колеблющихся, беспартийных писателей, без разбора
относить в буржуазный лагерь: «Общей директивой должна
здесь быть директива тактичного и бережного отношения к ним,
т. е. такого подхода, который обеспечивал бы все условия для
возможно более быстрого их перехода на сторону коммунисти-
ческой идеологии».
Партия указывала на то, что пролетарские писатели не
должны зазнаваться, обязаны изжить «комчванство» и терпе-
90
Заметка Ленина
«Об очистке
русского
языка»
ливо учиться художественному мастерству, ценить культурное
наследство.
В заключительной части резолюции говорилось о необходим
мости создания литературы, доступной и понятной миллионам
трудящихся: «Партия должна подчеркнуть необходимость созда-
ния художественной литературы, рассчитанной на действительно
массового читателя, рабочего и крестьянского; нужно смелее
и решительнее порвать с предрассудками барства в литературе
и, используя все технические достижения старого мастерства,
вырабатывать соответствующую форму, понятную миллио-
нам».
Резолюция ЦК РКП (б) была встречена советскими писате-
лями с глубоким удовлетворением. Горький говорил: «Русь
наша быстро умнеет и талантливо растет... резолюция эта, не-
сомненно, будет иметь огромнейшее воспитательное значение
для литераторов и сильно толкнет вперед русское художест-
венное творчество».
Большую роль в развитии советской литературы
сыграла опубликованная в декабре 1924 года в
«Правде» заметка В. И. Ленина ««Об очистке
русского языка» (1919). Она была направлена
против небрежного, безответственного, неряшли-
вого обращения со словом, против неоправданного употребле-
ния иностранных терминов и защищала чистоту великого и
могучего русского языка. «Русский язык мы портим. Иностран-
ные слова употребляем без надобности. Употребляем их непра-
вильно» !,— писал В. И. Ленин, подчеркивая, что «...литерато-
рам простить этого нельзя»1 2.
Ленин указывал, что употребление иностранных слов без
надобности затрудняет наше влияние на массу, что чистота
русского языка является необходимым условием для развития
литературы, рассчитанной на широкие массы читателей.
Насколько бережно относился Ленин к русскому языку,
свидетельствует его забота о создании «Словаря русского
языка». Еще в 1920 году он писал А. В. Луначарскому: «Не
пора ли создать словарь настоящего русского языка, скажем,
словарь слов, употребляемых теперь и классиками, от Пушкина
до Горького»3.
В. И. Ленин обращал внимание советских писателей на
необходимость бережного отношения к русскому языку, к языку
русской классической литературы. Указания Ленина были весьма
своевременными, так как в первые годы революции было немало
литераторов, которые коверкали язык советской литературы
1 В. И. Л е н и и, Сочинения, т. 30, стр. 274.
2 Т а м ж е.
3 В. И. Л е н и н, Сочинения, т. 35, стр. 369.
91
уродливым «словотворчеством», засоряли его иностранными
словами, диалектизмами, жаргонными выражениями, изобре-
тали вычурные сравнения, необыкновенные эпитеты и мета-
форы, писали нарочито короткими, «рублеными» фразами и т.д.
Выступления В. И. Ленина по вопросам языка оказали
большое влияние на развитие советской литературы. А. М. Горь-
кий неоднократно напоминал писателям о ленинском отношении
к языку, о необходимости писать просто, ясно и образно. Д. Бед-
ный советовал молодым писателям вырезать заметку Ленина
«Об очистке русского языка» из «Правды» и вставить ее «под
стекло в раму», чтобы она всегда напоминала им завет Ильича
«Пишите просто». А. Толстой откликнулся на заметку Ленина
большой статьей «Чистота русского языка». В ней он горячо
ратовал за приближение литературного языка «к пониманию
широких масс» и, высоко оценивая язык классической литера-
туры, порицал безжизненный язык декадентов.
Все более значительное место в литературе на-
20-хРгоЯов РЯДУ с поэзией (господствовавшей в годы граж-
-х годов данской войны) начинает занимать проза. Если
раньше проза была представлена преимущественно очерками,
то теперь создаются такие романы, как «Дело Артамоновых»,
«Железный поток», «Чапаев», «Разгром», «Цемент», первые ча-
сти «Хождения по мукам», «Тихого Дона» и др. Для лучших
произведений прозы 20-х годов характерны острые социальные
конфликты, изображение истории в поступательном, революци-
онном развитии. Их главным героем является творящий исто-
рию народ. Наши прозаики создают ряд образов (Чапаев, Ле-
винсон, Чумалов, Телегин и др.), в которых запечатлевают ти-
пические черты советских людей.
Главной темой советской прозы тех лет явилась Октябрь-
ская революция и гражданская война.
Из произведений о гражданской войне, написанных в
20-е годы, следует выделить замечательные романы «Чапаев»
(1923) Д. Фурманова, «Железный поток» (1924) А. Серафимо-
вича и «Разгром» (1926) А. Фадеева.
Дмитрий Андреевич Фурманов (1891 —1926) в годы гра-
жданской войны был комиссаром легендарной чапаевской диви-
зии, верным товарищем и близким другом прославленного героя
Василия Ивановича Чапаева.
Сражаясь на фронтах гражданской войны, Фурманов по-
стоянно вел дневник. Эти дневниковые записи и легли в основу
романа «Чапаев». Но произведение Фурманова является не су-,
хой хроникой, а широким художественным обобщением.
«Такого решения задачи, как герои Фурманова, кроме него,
тогда еще никто не дал, — писал К. Федин. — Фурманов дал
критике первую твердую опору в ее требованиях к писателям
92
показать героя нового времени — опору искомого и должного в
советской литературе».
Художественные образы романа Фурманова раскрывают,
влияние пролетарской идеологии на крестьянские массы и руко-
водящую роль Коммунистической партии в гражданской войне.
В этом главное значение романа.
Дивизия Чапаева состояла преимущественно из крестьян.
Бойцы этой дивизии, героически сражаясь за Советскую власть,
не всегда понимали конечные цели пролетарской революции и
подчас были склонны к анархии. Но вот чапаевская дивизия
пополняется отрядом иваново-вознесенских рабочих. Они вы-
ступают в качестве носителей революционного порядка. Парти-
занская дивизия дисциплинируется; коммунисты убеждают пар-
тизан в том, что «мало быть смелым воином, надо быть еще и
сознательным».
Повествуя о безымянных героях гражданской войны, Д. Фур-
манов показал, как «шли победоносно они от селения к селе-
нию,— неудержимые, непобедимые, терпеливые ко всему, гор-
дые и твердые в сопротивлении, отважно смелые и страшные в
натиске, настойчивые в преследовании. Сражались героями, уми-
рали как красные рыцари, попадали в плен и мученически
гибли под пыткой и истязаниями! С такой надежной силой
нельзя было не побеждать — надо было только уметь ею упра-
влять».
Во главе дивизии стоял прославленный герой гражданской
войны Василий Иванович Чапаев. Он и является центральным
героем романа Фурманова. Процесс его духовного развития
составляет основное содержание произведения.
, Чапаев воплотил в себе многие лучшие черты русского на-
ционального характера: талантливость, смелость, прямодушие.
Но только Октябрьская революция дала ему возможность про-
явить свои способности. Под влиянием идей революции у Ча-
паева пробуждается социальное самосознание, он впервые чув-
ствует себя настоящим человеком.
Благодаря революции, уничтожившей вековое рабство и уни-
жение трудового народа, у него развивается талант полко-
водца.
Работая над образом Чапаева, Фурманов записывает в своем
дневнике: «Вопрос: дать ли Чапая действительно с мелочами, с
грехами, со всею человеческой требухой или, как обычно, дать
фигуру фантастическую?.. Склоняюсь больше к первому».
Отказавшись от изображения Чапаева абстрактным, схема-
тичным героем, Фурманов и дает его «с мелочами, с грехами»—-
с неизжитыми предрассудками и стихийными настроениями.
Чапаев духовно растет в значительной мере под благотвор-
ным воздействием комиссара Клычкова. Прототипом комиссара
был сам Фурманов. Большевик Клычков помогает Чапаеву
93
правильно понять происходящие события, воспитывает в нем
сознательное отношение к борьбе.
Характерны раздумья Клычкова при первых встречах с Ча-
паевым.
«Чапаев теперь —как орел с завязанными глазами: сердце
трепетное, кровь горяча, порывы чудесны и страстны, неукроти-
мая воля, но... нет пути, он его ясно не знает, не представляет,
не видит...
И Федор взялся хоть немножко осветить, помочь ему и вы-
вести на дорогу».
С большим тактом и чутьем, тонко и умно подходит Клыч-
ков к воспитанию Чапаева, «дышавшего жарко партизанщиной».
Комиссар остерегает его от опрометчивых и необдуманных ре-
шений, которые иногда готов принять Чапаев, учит его смотреть
на все явления жизни с партийной точки зрения. Эта упорная
и настойчивая работа комиссара Клычкова приносит весьма
ощутимые результаты.
Таким образом, и в характеристике Чапаева выражена ос-
новная идея книги Фурманова — перевоспитание крестьянства
под воздействием пролетариата.
Рисуя Чапаева и Клычкова, писатель не ограничился сход-
ством их с реальными прообразами. И Чапаев, и Клычков —
литературные типы, так как в своих мыслях, поступках, отноше-
ниях они выражают характерные черты той среды, которая фор-
мировала их сознание. «Чапаев — лицо собирательное и для
определенного периода очень характерное», — говорил Фурма-
нов о герое своего произведения.
Художественные образы «Чапаева» имеют социально-истори-
ческий характер, а следовательно, большое познавательное и
воспитательное значение.
Роман «Чапаев» весьма высоко оценили А. Луначарский и
А. Серафимович. Горький писал о Фурманове: «Он много видел,
он хорошо чувствовал, и у него был живой ум».
Позднее режиссеры братья С. и Г. Васильевы создали по
роману Фурманова замечательный фильм «Чапаев», являю-
щийся до сих пор одним из лучших достижений советской кине-
матографии.
Александр Серафимович темой своего романа «Железный
поток» избрал один из драматических эпизодов гражданской
войны — поход Таманской красной армии.
Перед выступлением Таманская армия не только не похожа
на «железный поток», но напоминает «громадный, невиданный
улей, потерявший матку». «Не то это ярмарка... Не то — табор
переселенцев... Не то — армия».
Медленно, но неуклонно происходит превращение этой сти-
хийной толпы в дисциплинированную, сознательно действующую
армию. Совершая изнурительный поход, постоянно ведя бои с
94
белогвардейскими войсками, люди все более сплачиваются, за-
каляются в борьбе. Чем ближе конец похода, тем сильнее их
сплоченность и единство, «будто идет один человек несказан-*
ного роста, несказанной тяжести и бьется одно огромное, нече-
ловеческое сердце».
Пятьсот верст, пройденных с боями, остались позади, закон-
чен героический поход, и по-новому выглядят эти люди: «Тогда
буйно разливалось по степи человеческое море, а теперь затаи-
лось и молча стояло в железных берегах».
Этот процесс превращения стихийной и анархической кресть-
янской массы в сознательных борцов за социалистическую рево-
люцию и является основной идеей произведения. Серафимович
писал: «Я взял анархическую массу, неподчинявшуюся, каждую
минуту готовую посадить на штыки своих вожаков. И через
страдания, через муки провел их до конца, до тех пор, пока они
не почувствовали себя организованной силой Октябрьской ре-
волюции».
В образе большевика Кожуха писатель изобразил народного
вожака.
Определяя характер взаимоотношений между Кожухом и
руководимой им массой, Серафимович говорил: «Кожух — ге-
рой и не герой. Он не герой потому, что если бы его не сделала
масса своим вожаком, если бы она не влила в него свое содер-
жание, то Кожух был бы самым обыкновенным человеком. Но
в то же время он и герой, герой потому, что масса не только
влила в него свое содержание, но и шла за ним и подчинялась
ему, как командующему».
Так как героем «Железного потока» является народ, то и
сюжет произведения основан не на изображении судеб отдель-
ных героев и их взаимоотношений, а строится на безостановоч-
ном движении буйного человеческого потока, преодолевающего
все более сложные и трудные препятствия и постепенно вливаю-
щегося в берега железной дисциплины.
Основной идее произведения подчинена и его композиция.
Так, первая и последняя главы «Железного потока» как бы об-
рамляют историю героического похода Таманской армии и пред-
ставляют собой повторение одной и той же сцены митинга. Но
если в первой главе все «смутно, неясно, запыленно, нестройно,
перепутано гамом, шумом, невероятной разноголосицей», то в
последней «человеческое море... затаилось и молча стояло в же-
лезных берегах».
Богат и красочен язык произведения. Показывая драматизм
событий, героизм народа, страшные лишения и страдания,
связанные с походом, Серафимович часто прибегает к торжест-
венной, музыкальной, лирической речи.
Торжественно-повествовательный тон, оттеняющий эпический
и героический характер событий, сочетается в языке эпопеи с
95
бытовой, разговорной струей. Это дает возможность писателю
реалистически воспроизвести многообразные черты действитель-
ности.
В одно время с Фурмановым в литературе 20-х годов высту<
пает А. А. Фадеев. Роман Фадеева «Разгром» (1926) сразу же
был признан выдающимся произведением советской литературы.
«Повесть о разгроме сибирского партизанского отряда, — пи-
сала тогда газета «Правда», — это победа на фронте нашей
пролетарской литературы»,
В романах Серафимовича, Фурманова, Фадеева ярко сказа-
лись успехи советской литературы: связь с революционной со-
временностью, понимание роли партии, полнокровное изображе-
ние передовых людей эпохи — коммунистов, глубокое чувство
исторического оптимизма, следование горьковским традициям.
Все это означало, что советская литература успешно развива-
лась на основе метода социалистического реализма.
Уже в годы восстановления народного хозяйства начинают
появляться первые произведения о социалистическом строитель-
стве, о героическом труде советского народа. Среди них наибо-
лее выдающимся является роман Федора Васильевича Глад-
кова (1883—1958) «Цемент» (1925).
В романе «Цемент» рассказывается, как рабочие восстанав-
ливают цементный завод. На их пути лежат большие трудности.
Завод почти до основания разрушен в годы войны. Сиротливо
высятся заброшенные корпуса. «Внутри паутина в цементной
пыли. И из далеких сумеречных перекрытий плывет плесенный
смрад и старая отработанная пыль».
Рабочий класс, новый хозяин жизни, вступает в решитель-
ную борьбу с разрухой и побеждает ее так же, как недавно по-
бедил своих врагов на фронтах гражданской войны. Писатель
раскрывает романтику трудовых будней. «Ведь будни — это
мечта, переложенная на упорную трудовую повинность», — ду-
мает один из героев романа. Трезвый реализм и творческая
романтика сочетаются во всех поступках и действиях рабочей
массы.
В центре романа — передовой рабочий Глеб Чумалов. Вер-
нувшись домой из Красной Армии, где он служил военным
комиссаром, Чумалов возглавляет борьбу за восстановление
родного завода. Он горячо приступает к работе, вкладывает в
нее всю свою страсть и энергию, не давая себе никакой пере-
дышки. Под его руководством рабочие преодолевают все труд-
ности, стоящие на их пути (недостаток средств, плохую дис-
циплину, саботаж старой технической интеллигенции и т. п.),
восстанавливают завод и дают стране цемент, необходимый для
возрождения народного хозяйства, для индустриализации Со-
ветской страны.
96
Роман заканчивается радостным гимном в честь трудовой
победы советских людей. «Вот он, завод, — богатырь и красавец!
Был он недавно мертвец... А теперь — грохочут дизеля, звенят
провода, насыщенные электричеством, играют ролами брем-
сберги и гремят вагонетки. Завтра заревет и закружится на
своих осях первая великанная цистерна вращающейся печи, а
вон из этой страшенной трубы заклубятся седые облака пыли и
пара. Разве все это не стоит того, чтобы эти несметные толпы
парода пришли сюда и порадовались общей победе?» Рабочие —
это теперь единый, сплоченный коллектив. Их сплотил творче-
ский труд, в напряженной борьбе выковалась социалистическая
дисциплина.
Название романа приобретает двоякое значение. С одной
стороны, в нем речь идет о восстановлении цементного завода,
а с другой — слово «цемент» становится символом несокруши-
мой силы революционного пролетариата и его партии. «Це-
мент— это мы, товарищи, рабочий класс», — говорит Глеб Чу-
малов на заводском партийном собрании.
Помимо центральной темы, Гладков поставил в романе ряд
важнейших для этого периода вопросов. Так, например, много
места отводится в произведении вопросам советской семьи и
коммунистической морали.
В своехМ романе Гладков стремился выразить новые мысли и
чувства советских людей ярким, сочным языком. Однако иногда
ему изменяло чувство меры: в романе встречались малопонят-
ные выражения, диалектизмы. Но в последующих изданиях ро-
мана Гладков устранил эти недостатки.
Высоко оценил «Цемент» Горький. «На мой взгляд,—
писал он Гладкову, — это — очень значительная, очень хорошая
книга. В ней впервые за время революции крепко взята и ярко
освещена наиболее значительная тема современности — труд.
До Вас этой темы еще никто не коснулся с такой силой. И так
умно. Вам, на мой взгляд, опять-таки весьма удались и харак-
теры. Глеб вырезан четко, и хотя он романтизирован, но
это так и надо».
Значительные изменения произошли в 20-х го-
Поэзия дах не ТОЛЬко в прозе, но и в поэзии. Она стала
-х годов более глубоко отражать мысли, чувства и пере-
живания советских людей, усилилась ее связь с жизнью. Отвле-
ченная, космическая поэзия Пролеткульта уходит в прошлое.
Успешно идет борьба с пережитками эстетства и формализма
в поэзии. Советская поэзия в поисках героического и возвышен-
ного обращается к конкретной «будничной» действительности.
Среди поэтов, успешно работавших в 20-е годы, прежде
всего следует выделить Николая Семеновича Тихонова (род. в
1896 г.). Многие его стихотворения того времени отличаются
4 Русская советская лит-ра
97
высоким революционно-романтическим пафосом и воспевают
мужество, стойкость, несгибаемую волю советского человека.
«Меня сделала поэтом Октябрьская революция — она от-
крыла мне глаза на мир», — говорил о себе Н. Тихонов.
Особенно большую популярность приобрели баллады Н. Ти-
хонова «Перекоп», «Баллада о синем пакете» и др, В них поэт
чеканными стихами славил «солдат революции», отдающих свою
жизнь за дело народа:
Катятс£ звезды, к алмазу алмаз,
В кипарисовых рощах ветер затих,
Винтовка, подсумок, противогаз
И хлеба — фунт на троих.
Тонким кружевом голубым
Туман обвил виноградный сад.
Четвертый год мы ночей не спим,
Нас голод глодал, и огонь, и дым,
Но приказу верен солдат.
(«Перекоп»)
Баллады Тихонова отличаются острым сюжетом, их язык
лаконичен и выразителен. Горький так писал о поэте: «Тихонов
обладает очень крупным талантом. Его увлекают сильные люди,
героизм, активность — как раз все то, что совершенно необхо-
димо России...»
Еще в 1920 году была написана Тихоновым прекрасная
поэма «Сами». В ней поэт показал, как под влиянием Октябрь-
ской революции и учения Ленина пробуждаются к сознательной
жизни и борьбе угнетенные народы колоний. Даже до бесправ-
ного индусского мальчика Сами из далекого города Амритсара
дошли вести о великом и добром Ленине. И одно сознание того,
что на свете существует Ленин, делает Сами мужественным и
сильным:
Будто снова он родился в Амритсаре —
И на этот раз человеком, —
Никогда его больше не ударит
Злой Сагиб своим жестким стеком.
Видное место в поэзии 20-х годов заняло творчество талант-
ливого советского поэта Эдуарда Георгиевича Багрицкого
(1895—1934). Лучшие стихи Багрицкого овеяны высокой роман-
тикой революции и гражданской войны. Он воспевает в них не-
нависть^ к собственническому миру, к мещанству, славит людей
труда. Герои произведений Багрицкого — простые советские
люди. Они любят нашу жизнь, любят подвиг, дружбу, книгу,
песню.
Прошедшие с боем леса и воды,
Всем ливням подставившие лицо,
Чекисты, механики, рыбоводы,
Взойдите на строганое крыльцо, —
98
обращается к ним поэт. В своем наиболее крупном произведе-
нии— поэме «Дума про Опанаса» (1926), написанной в стиле
украинских народных песен, поэт рисует картину гражданской
войны на Украине, воспевает верность революционному долгу.
Измена делу народа приводит героя поэмы крестьянина Опана-
са к гибели.
Кроме «Думы про Опанаса», Багрицкий создал ряд других
произведений, принадлежащих к замечательным достижениям
советской поэзии.
Одно из них — небольшая поэма «Смерть пионерки».
Умирает девочка. Мать в отчаянии просит ее надеть крест
(одна надежда на бога!). Но Валя отвергает просьбу матери,
до последнего дыхания она остается верной пионерской при-
сяге. Трагическая тема получает в поэме оптимистическое раз-
решение. От поколения к поколению идет преемственность рево-
люционных идей. Валя хорошо чувствует кровную связь с теми,
чья молодость была овеяна романтикой гражданской войны
(«Нас водила молодость в сабельный поход. Нас бросала мо-
лодость на Кронштадтский лед»). Она приняла эстафету этой
борьбы и передает ее дальше, «Чтобы юность новая Из костей
взошла».
Весьма сложным оказался жизненный и творческий путь
замечательного поэта-лирика Сергея Александровича Есенина
(1895—1925). Он выступил в литературе еще в предреволюцион-
ные годы. В ранних стихотворениях Есенин с любовью изобра-
жал крестьянский быт, русскую природу:
Край любимый! Сердцу снятся
Скирды солнца в водах лонных,
Я хотел бы затеряться
В зеленях твоих стозвонных.
Когда свершилась Великая Октябрьская социалистическая
революция, Есенин приветствовал ее.
В одном из произведений 1918 года он восклицал: «Мать
моя — родина, я — большевик!» А позже писал в автобиогра-
фии: «В годы революции был всецело на стороне Октября...»
Среди стихотворений Есенина, написанных после революции,
есть немало проникнутых чувством горячей любви к Советской
России, к новой жизни; поэт объединил их в сборник «Русь Со-
ветская».
Все лучшие произведения были написаны Есениным после
революции. Среди них поэма «Анна Снегина», цикл стихов
«Персидские мотивы», лирические послания к родным, стихи о
любви, природе, родине.
В поэме «Анна Снегина» поэт рисует картины деревенской
жизни в годы гражданской войны. Его чувства целиком на сто-
роне крестьянской бедноты, вступающей в борьбу за Советскую
4* 99
власть. Сам Есенин назвал свое произведение «лироэпической»
поэмой. Изображение событий первых лет революции сочетается
в поэме с лирическим описанием истории первой юношеской
любви.
Есенин, говоря словами Асеева, — лирик «по самой строчеч-
ной сути». Его лирика во многом опирается на фольклорные
традиции и достижения русской классической поэзии. Его луч-
шие стихи отличаются удивительной простотой, ясностью и
правдивостью. С глубокой искренностью поэт писал о своих ра-
достях и печалях, желаниях и сомнениях:
Полевая Россия! Довольно
Волочиться сохой по полям?
Нищету твою видеть больно
И березам, и тополям.
Я не знаю, что будет со мною...
Может, в новую жизнь не гожусь,
Но и все же хочу я стальною
Видеть бедную, нищую Русь.
Но приветствуя новую, советскую жизнь, Есенин в то же
время сожалел о старой, уходящей в прошлое деревенской Руси.
В стихотворении «Русь уходящая» Есенин говорит о себе:
Я человек не новый!
Что скрывать?
Остался в прошлом я одной ногою.
Стремясь догнать стальную рать,
Скольжу и падаю другою.
Все это внесло разлад в сознание поэта. Он не смог проти-
востоять чуждым влияниям, довольно сильно сказывавшимся в
годы нэпа. Есенин сблизился с литературной богемой. В его
творчестве начинают звучать мотивы упадочничества, безысход-
ной тоски. Поэт тяжело переживал свою неприкаянность, осу-
ждал свои слабости, но не мог преодолеть их. В 1925 году Есе-
нин покончил жизнь самоубийством.
А. М. Горький посвятил Есенину специальный очерк «Сергей
Есенин» (1927). Он с большим сочувствием писал в нем о «раз-
машистых, ярких, удивительно сердечных» стихах поэта и утвер-
ждал, что Есенин — человек, «созданный природой исключи-
тельно для поэзии». Несколько позднее Горький отметил и сла-
бые стороны Есенина: «Деревенский человек, мечтатель, мягкий
парень, не нашел себе места в городе, где работают очень энер-
гичные люди, поставившие перед собой весьма высокие задачи».
Успешно выступал в те годы друг и соратник В. В. Маяков-
ского— поэт Николай Николаевич Асеев (1889—1963). Асеев
одним из первых начинает писать песни о гражданской войне.
Известен его «Марш Буденного» (1922), посвященный героиче-
ским походам Первой конной армии («С неба полуденного жара
100
не подступи...»). Популярна была поэма Асеева «Двадцать
шесть» (1925)—одно из замечательных достижений советской
поэзии, произведение о гибели двадцати шести бакинских’ко-
миссаров, расстрелянных в 1918 году английскими интервен-
тами. Поэт обращается к английскому капитану, руководившему
зверской расправой над комиссарами:
Ты гордишься
военной выправкой,
капитан Реджинальд Тиг Джонс!
Ты забыл, как,
все слезы выплакав,
каменели глаза их жен!
Ты теперь
' красуешься в Лондоне,
ты — на первых занят ролях.
Нет надежней
и верноподданней
Офицера у короля!
Но не всё
королевской оперы
Украшать тебе —пурпур лож,
и когда-нибудь
смуглые докеры
приведут тебя в пот и дрожь.
«Этот может, хватка у него моя», — так отозвался об Асееве
Маяковский в стихотворении «Юбилейное».
Широкую известность завоевали в 20-е годы молодые поэты:
Александр Ильич Безыменский (род. в 1898 г.), Александр Але-
ксеевич Жаров (род. в 1904 г.), Михаил Аркадьевич Светлов
(1903—1964). Вслед за Маяковским вместе со старшим поко-
лением поэтов они горячо выступили против оторванной от
жизни поэзии, за поэзию, обращенную к действительности. Эти
поэты призывали воспевать революционные будни, работу и
быт, любовь и дружбу советских людей, советской молодежи.
Только тот наших дней не мельче,
Только тот на нашем пути, —
Кто умеет за каждой мелочью
Революцию мировую найти, —
писал А. Безыменский.
Лучшими произведениями (поэма «Комсомолия», извест-
ная песня «Вперед, заре навстречу» А. Безыменского, поэма
«Гармонь» А. Жарова, популярное стихотворение «Гренада»
М. Светлова и др.) молодые поэты практически доказали пло-
дотворность своих творческих исканий.
Большую помощь оказывал молодым поэтам В. Маяковский.
Он критиковал их ошибки, отмечал успехи, поддерживал в лите-
ратурной борьбе, делился с ними своими достижениями. В стн-
101
хотворении «Послание пролетарским поэтам» Маяковский про-
тягивал им руку дружбы: «Давайте, товарищи, шагать в ногу».
Он писал, что ему «единственное надо — чтобы больше поэтов
хороших и разных».
Советская драматургия зарождается еще в годы
Драматургия гражданской войны. Первой советской пьесой
20-х годов была «Мистерия-буфф» (1918) В. В. Маяков-
ского. Тогда же начали появляться и другие пьесы. Однако это
были только первые опыты в области драматургии. Партия при-
зывала «усилить работу по созданию и подбору соответствую-
щего революционного репертуара, используя при этом в первую
очередь героические моменты борьбы рабочего класса» L
Такой репертуар был создан в 20-е годы. Именно тогда были
написаны многие пьесы, вошедшие в классику советской драма-
тургии; они правдиво отражали непримиримую борьбу между
погибающим старым миром и побеждающим новым, раскры-
вали в судьбах отдельных людей судьбы целых классов, рисо-
вали образ нового героя, образ коммуниста. Эти пьесы положили
начало развитию советской реалистической драматургии.
Одно из лучших произведений советской драматургии —
пьеса Константина Андреевича Тренева (1878—1945) «Любовь
Яровая». Она была поставлена впервые в 1926 году Московским
Малым театром, обошла все города страны и до сих пор сохра-
няется в репертуаре не только советских, но и зарубежных теат-
ров. В пьесе изображена судьба простого русского человека —
учительницы Любови Яровой. Мы видим, как она, пройдя тяже-
лую трудовую школу жизни, связывает свою жизнь и судьбу с
борьбой революционного пролетариата. Переход в лагерь рево-
люции осложняется для Любови Яровой тем, что ее муж оказы-
вается в лагере врагов революции: он белогвардейский офицер.
Но общественные, гражданские чувства героини сильнее лич-
ных. Она находит в себе силы не только порвать с близким
человеком, но и вступить с ним в борьбу, как с врагом револю-
ции. Автор писал о своей пьесе: «Я пытался зарисовать те фи-
гуры, которые в эпоху гражданской войны сформировались на
ее фронтах». Треневу удалось это в полной мере. Этот процесс
формирования новых людей проходил под сильнейшим воздей-
ствием Коммунистической партии. В пьесе Тренева олицетворе-
нием партийного начала является комиссар Роман Кошкин.
Изображение героизма трудового народа сочетается в пьесе
Тренева с резко сатирическим разоблачением врагов револю-
ции: белогвардейцев, спекулянтов, служителей культа и т. п.
С большим мастерством раскрыт в пьесе матрос Швандя.
В нем много от героев народных сказок. Он не унывает в самые
1 «КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и Пленумов
ЦК», изд. 7, ч. I, Госполитиздат, стр. 740,
102
трудные минуты, когда, казалось бы, гибель неминуема. Он
полон жизнерадостности и энергии. Грубоватый юмор соеди-
няется в нем с природным умом и сметкой, балагурством, ’сер-
дечностью, отвагой и безграничной преданностью революцион-
ному долгу.
Острый конфликт, резко очерченные характеры, выразитель-
ный язык, народный юмор определили художественные достоин-
ства пьесы Тренева.
Важное место в советской драматургии занимает пьеса Бо-
риса Андреевича Лавренева (1891—1959) «Разлом» (1927). В ней
изображаются события накануне Октябрьской революции, когда
рушилась и разламывалась старая Россия. Ломается и семей-
ная жизнь героев пьесы: одни защищают старое и погибают,
другие становятся на сторону революции, и перед ними откры-
вается светлое будущее. Действие пьесы происходит в Крон-
штадте. Заканчивается она сценой восстания на военном
корабле. Взяв власть в свои руки, команда корабля под руко-
водством матроса-большевика отправляется на помощь рево-
люционному Петрограду.
В те же годы репертуар советского театра обогащается
инсценировками известных произведений советских писателей
о гражданской войне. К ним относятся пьесы: «Мятеж» Д. Фур-
манова, «Бронепоезд 14-69» Вс. Иванова и др. Последняя пьеса
сыграла заметную роль в развитии советского театра. Она яви-
лась одной из первых советских пьес, поставленных театраль-
ным коллективом МХАТа (1927).
Появление таких пьес, как «Баня» и «Клоп» Маяковского,
знаменовало развитие сатирического жанра в драматургии 20-х
годов. Сатирические пьесы высмеивали нэпманов, мещан, под-
вергали критике недостатки и болезненные явления в жизни
советского общества.
Так год за годом росла советская литература. Партия обере-
гала писателей старшего поколения и помогала войти в литера-
туру молодым писателям, воспитывала нашу художественную
интеллигенцию в коммунистическом духе.
Поэзия Маяковского неразрывно связана с Великой Октябрь-
ской революцией, с социализмом. В произведениях Маяков-
ского нашло отражение величие революции и созданного ею но-
вого мира, воспет вождь трудового человечества — Ленин,
раскрыты типические черты советского человека.
Маяковский — поэт-новатор, обогативший русскую и миро-
вую поэзию бессмертными художественными произведениями.
По словам М. И. Калинина, Маяковский «...считал себя бой-
цом революции и был таковым по существу своего творчества.
Он стремился слить с революционным народом не только содер-
жание, но и форму своих произведений, так что будущие исто-
рики наверняка скажут, что его произведения принадлежали
великой эпохе ломки человеческих отношений»1.
Владимир Владимирович Маяковский родился
Детство 19 июля 1893 года в Грузии, в селе Багдади (те-
и юность. перЬ — Маяковски). Отец Маяковского, Влади-
работа мир Константинович, служил в Багдади лес-
ничим.
В 1902 году В. Маяковский поступил в гимназию г. Кутаиси
и вскоре оказался свидетелем и даже участником революцион-
ных событий 1905 года. Он ходил на демонстрации и митинги,
знакомился с революционными листовками и стихами (их при-
везла из Москвы сестра Людмила), принимал активное участие
в школьных забастовках и волнениях. «Гимназия и реальное
забастовали. Да и было зачем бастовать. На гимназию былина-
1 М. И. Кал и н и п, О коммунистическом воспитании. Доклад на собра-
нии партийного актива г. Москвы 2 октября 1940 г. Сб.: М. И. Кали н и п,
О коммунистическом воспитании, М., 1947, стр. 84.
104
правлены пушки, а в реальном сделали еще лучше. Пушки по-
ставили во дворе, сказав, что при первом возгласе камня не
оставят на камне... Кутаис тоже вооружается. По улицам
только и слышны звуки «Марсельезы», —с возбуждением рас-
сказывал Маяковский о событиях того времени в письме к се-
стре, уехавшей в Москву.
В 1906 году внезапно умер отец Маяковского. Материальное
положение семьи резко ухудшилось. В поисках средств к суще-
ствованию мать переехала с детьми в Москву.
Впечатления детских лет не прошли для Маяковского бес-
следно. Он ищет возможности принять участие в революционной
борьбе. Вскоре обстоятельства жизни помогли ему в этом. Мать
Маяковского сдавала комнату в своей квартире. Жильцами были
земляки — студенты-грузины. Это была революционно настроен-
ная молодежь. Вскоре квартира Маяковских превратилась в
место занятий подпольного кружка большевистски настроенной
молодежи, активным участником которого оказался и Владимир
Маяковский.
Маяковский начинает читать нелегальную литературу, про-
изведения Маркса и Ленина.
Знакомство с марксизмом подготовило юношу Маяковского
к участию в практической революционной работе. Студенты
ввели его в подпольную большевистскую организацию, где он
выполнял разного рода поручения. В 1908 году Маяковский
вступил в ряды партии большевиков. «Вступил в партию РСДРП
(большевиков). Держал экзамен в торгово-промышленном под-
районе. Выдержал. Пропагандист. Пошел к булочникам, потом
к сапожникам и наконец к типографщикам... Звался «товарищем
Константином». (Автобиография.)
В том же 1908 году Маяковского арестовали на квартире
рабочего Трифонова, где полицейские обнаружили подпольную
типографию Московского комитета большевиков. Юношу отпу-
стили до суда, но установили за ним полицейский надзор.
Шпионы не спускали глаз с «Высокого», как он значился в нх
донесениях.
В июле 1909 года из женской тюрьмы в Москве бежала
группа женщин-политкаторжанок. Побег удался, но организа-
торы его были арестованы. Арестовали и Маяковского на квар-
тире у одного из организаторов побега. Полуграмотные поли-
цейские, производившие арест, долго не смогли составить про-
токол. Тогда Маяковский, издеваясь, начал им диктовать: «Я,
Владимир Маяковский, пришел сюда по рисовальной части,
отчего я, пристав Мещанской части, нахожу, что Владимир
Маяковский виноват отчасти, а посему надо разорвать его
на част и».
Однако дело приняло серьезный оборот. Юноша был заклю-
чен в одиночную камеру Бутырской тюрьмы, где просидел пять
105
месяцев, ожидая суда. Как гласили документы, ему угрожала
«высылка под гласный надзор полиции в Нарымский край сро-
ком на три года». Только благодаря усиленным хлопотам ма-
тери удалось спасти Маяковского от нависшей над ним угрозы.
Его освободили по «малолетству» (Маяковскому было 16 лет).
Работа в большевистском подполье оказала сильное влияние
на формирование мировоззрения Маяковского, помогла ему
понять жизнь, воспитала в нем ненависть к буржуазному строю.
Маяковский усиленно занимался. Он готовился
сдать экзамен на аттестат зрелости, много читал.
Сестра не успевала доставать для него книги.
«Спроси, — однажды писал ей Маяковский,—
ли у Владимира или Сергея I том «Капитала»
Начало
литературной
деятельности
не найдется
Маркса...»
Особенно интересовали Маяковского философия, история,
современная литература. По его собственным словам, он, нахо-
дясь в тюрьме, «перечитал все новейшее».
Ко времени освобождения из тюрьмы у Маяковского сложи-
лось горячее желание работать в области искусства. «Хочу де-
лать социалистическое искусство», — заявил он тогда одному из
товарищей по партии. Маяковский поступает в Московское учили-
ще живописи, ваяния и зодчества (1911). «Я прервал партийную
работу. Я сел учиться», — писал поэт в автобиографии. Отход
Маяковского от партийной деятельности не мог пройти даром.
В школе живописи он сошелся с группой молодых художни-
ков и поэтов, которые провозгласили себя творцами нового
искусства, искусства будущего. Отсюда и название — футуристы
(от латинского слова futurum — будущее).
На самом же деле «новаторство» футуристов было мнимым.
Они пренебрежительно относились к русской классической лите-
ратуре, выступали против идейности в искусстве и сводили
поэтическое творчество к игре, к изобретению новых слов, к
комбинациям звуковых сочетаний. Естественно, что многие их
произведения были «заумными», т. е. лишенными какого бы то
ни было смысла, и больше были похожи на словесные фокусы и
загадки, чем на поэзию.
В эту компанию футуристов и вошел юноша Маяковский.
Не разобравшись на первых порах в сущности футуризма и
приняв его за революционное «бунтарство» в искусстве, Мая-
ковский стал пробовать писать стихи в духе футуристов. При-
мером могут служить его некоторые ранние стихотворения.
Однако уже вскоре в произведениях Маяковского появилось
то, чего не было в стихах футуристов, а именно — социальное
содержание. В этом сказалось влияние на него революционной
работы и знакомство с марксизмом. И по мере усиления со-
циально-политических мотивов в его творчестве он все дальше
отходил от формализма футуристов.
106
Уже в первых стихах Маяковского, которые начали появ-
ляться в печати в 1912 году, виден решительный протест поэта
против буржуазного строя. Рисуя капиталистический город,
Маяковский обнажает социальные язвы буржуазного общества.
Это «адище города», в котором нет радости и счастья. Тяжел
и мрачен городской пейзаж: «кривые площади», «выжженный
квартал», «веревки грязных дорог», «царство базаров». По го-
роду тащатся «усталые трамваи». Ветер «хмур и плачевен»,
закатное солнце кажется поэту «вытекающим глазом», ночью
над городом висит «дряблая луна», а по городу мелькают «тя-
гостные фраки». Город давит и душит Маяковского, вызывает
в нем отвращение.
Все вы на бабочку поэтиного сердца
взгромоздитесь, грязные, в калошах и без калош, —
бросает он в лицо хозяевам города («Нате!»).
В изображении действительности Маяковский не только не
шел за футуристами, которые восторгались современным горо-
дом, но противостоял им. Поэт следовал традициям классиче-
ской литературы, в первую очередь Некрасова, в творчестве ко-
торого критика капитализма и капиталистического города зани-
мала весьма важное место. Сами образы городских стихов мо-
лодого Маяковского иногда очень близки образам Некрасова.
Достаточно напомнить об известном некрасовском сравнении
города с «изношенным фатом без румян» («О погоде»).
В 1915 году Маяковский создал свое самое зна-
«Облако чительное произведение предоктябрьских лет —
в штанах» П0Эму «Облако в штанах». В ней революцион-
ные настроения Маяковского нашли наиболее глубокое выра-
жение. Маяковский подчеркивал это в автобиографии: «Пишу
«Облако». Выкрепло сознание близкой революции».
Поэма проникнута сознанием порочности существующего
строя и неизбежности социальных потрясений. Царская цензура
сразу заметила революционно-бунтарский характер произведе-
ния и выкинула из него шесть страниц стихов. Придралась цен-
зура и к первоначальному названию произведения «Тринадца-
тый апостол», усмотрев в нем «кощунство», надругательство над
религией и священным писанием, согласно которому у Христа
было двенадцать апостолов. Только после Октябрьской социа-
листической революции поэма была напечатана полностью.
В предисловии ко второму изданию поэмы Маяковский так
определил ее направленность: «Долой вашу любовь», «долой
ваше искусство», «долой ваш строй», «долой вашу религию» —
четыре крика четырех частей».
Высокое и светлое чувство любви безжалостно коверкается
в буржуазном обществе. Возлюбленную поэта «украли», соблаз-
107
пив деньгами и роскошью. Так деньги уродуют человеческие
отношения. Поэтому — «долой вашу любовь».
Буржуазное искусство приукрашивает действительность,
лакирует ее, скрывает социальное неблагополучие. Салонные
поэты «выкипячивают, рифмами пиликая, из любвей и соловьев
какое-то варево». Их поэзия далека от народа, не выражает его
мыслей и чувств. «Безъязыкой улице» «нечем кричать и разго-
варивать».
Неблагополучие буржуазного общества прикрывает и рели-
гия. Она пытается оправдать и узаконить существующие по-
рядки, при которых люди обречены па страдания и лишения.
Поэт угрожает богу и ангелам:
Крыластые прохвосты!
Жмитесь в раю!
Ерошьте перышки в испуганной тряске!
Я тебя, пропахшего ладаном, раскрою
отсюда до Аляски!
Поэт не только обличает несправедливость, ложь и лицеме-
рие, царящие в буржуазном обществе, но и зовет к уничтоже-
нию существующего социального строя. «Выньте, гулящие, руки
из брюк — берите камень, нож или бомбу», — призывает поэт.
Как лозунги восстания против «жирных» хозяев жизни звучат
слова: «Выше вздымайте, фонарные столбы, окровавленные
туши лабазников!»
Маяковский верит в неизбежное наступление революции, ко-
торая принесет освобождение угнетенным:
Где глаз людей обрывается куцый,
главой голодных орд,
в терновом венце революций
грядет шестнадцатый год.
Однако в предоктябрьские годы идейное формирование поэта
еще не было закопчено. Характер революции, реальный выход из
капиталистических противоречий представлялись ему не вполне
ясно. Его творчество было не свободно от индивидуалистиче-
ских мотивов. Это сказывалось и на стиле его произведений.
В его ранних стихотворениях легко заметить воздействие фу-
туризма. В них есть и нагромождение усложненных образов, и
формалистические эксперименты, и искусственные словообразо-
вания. Постепенно Маяковский освобождался от этих недостат-
ков. Решающую роль в развитии его творчества сыграла Вели-
кая Октябрьская социалистическая революция.
Выступая в 1930 году перед комсомольцами Красной Пресни,
Маяковский сам отмечал недостатки своих ранних произведе-
ний: «Я прочту вам вещи двенадцатого года. Нужно сказать,
что эти вещи наиболее запутанные, и они чаще всего вызывали
разговоры о том, что они непонятны. Поэтому во всех дальней-
ших вещах вопрос о понятности уже встал передо мной самим,
108
и я старался делать вещи уже так, чтобы они доходили до воз-
можно большего количества слушателей».
Маяковский
и революция
В феврале 1917 года в России произошла бур-
жуазно-демократическая революция. Маяковский
приветствовал свержение самодержавия. Но
поэта не удовлетворял ограниченный характер Февральской ре-
волюции. В своих стихах он издевался над политикой Времен-
ного правительства, направленной против интересов народа.
Тогда же поэт написал частушку:
Ешь ананасы, рябчиков жуй,
День твой последний приходит, буржуй!
Эту частушку распевали рабочие и матросы, штурмуя Зим-
ний дворец, в котором располагалось Временное правительство.
Маяковский всю жизнь с гордостью вспоминал об этом факте.
Великую Октябрьскую революцию Маяковский встретил во-
сторженно. Вопроса «принимать или не принимать» революцию
для него не было. «Моя революция. Пошел в Смольный. Рабо-
тал. Все, что приходилось», — писал поэт в автобиографии.
«Ода революции» — так назвал Маяковский одно из стихо-
творений 1918 года. В нем он торжественно славил победу вос-
ставшего народа:
Тебе обывательское
— о, будь ты проклята трижды! —
и мое,
поэтово
— о, четырежды славься, благословенная! —
К первой годовщине Октября Маяковский написал пьесу
«Мистерия-буфф». 7, 8 и 9 ноября 1918 года она шла в Петро-
граде, в одном из театров. Возвышенно-аллегорическое («мисте-
рия») изображение революции сочеталось в пьесе с сатириче-
ской насмешкой («буфф») над старым, погибающим миром.
Подзаголовок пьесы носил название: «Героическое, эпическое и
сатирическое изображение нашей эпохи». Всемирный потоп —
революция — смывает с земного шара все старое. Только тру-
дящиеся— рабочие, крестьяне, батраки — остаются жить на
земле. Они строят коммунистическое общество, свободное от
гнета и рабства.
Другим произведением Маяковского тех лет была его поэма
«150000 000» (1920). В ней поэт стремился дать широкую, в духе
народного эпоса, картину борьбы молодого Советского государ-
ства с силами мирового капитализма. Былинный богатырь Иван,
олицетворяющий силу стопятидесятимиллионного советского на-
рода, вступает в единоборство с Вильсоном, символизирующим
силы капитализма. Весь мир раскалывается на два непримири-
мых лагеря: на стороне Ивана — трудящиеся, на стороне Виль-
сона — угнетатели:
109
Из мелких фактов будничной тины
выявился факт один:
вдруг
уничтожились все середины —
нег на земле никаких середин.
В этой всемирной борьбе Иван одерживает победу. Поэма
кончается празднованием сотой годовщины Октября.
«Всем сердцем, всем сознанием» Маяковский славил Вели-
кую Октябрьскую революцию. Однако ему не сразу удалось
найти художественную форму, которая бы отвечала новому со-
держанию. На первых порах в его революционных произведе-
ниях еще сказывалось влияние футуризма. Поэтому поэму
«150000 000» В. И. Ленин считал «претенциозной». Но вскоре,
по словам Н. К. Крупской, он «подобрел к Маяковскому».
«Левый ма ш» ® декабре 1918 года революционные матросы,
« евы марш» 0ТПравлявшИ€СЯ ,на фр0Нт, попросили Маяков-
ского приехать к ним и почитать свои стихи. Специально для
этого случая поэт написал стихотворение «Левый марш».
«Левый марш» означает революционный марш. Стихотворе-
ние звучит как гимн, как призыв к оружию, к мужественной,
активной и дружной борьбе против старого мира, против интер-
венции и империализма. «Довольно жить законом, данным Ада-
мом и Евой», — восклицает поэт, призывая к борьбе против раб-
ства и насилия — этих вековых законов старого мира; он зовет
в будущее, туда, где «солнечный край непочатый».
Напряженный, четкий, маршевый ритм стихотворения соот-
ветствует его задаче. В нем слышится «музыка революции» —
интонации приказов революционной эпохи, декретов военного
коммунизма, лозунгов и призывов гражданской войны. «Левой!
Левой! Левой!» — этот повтор-команда в конце каждой строфы
стихотворения зовет к боевым действиям, смелому движению
вперед.
Пусть,
оскалясь короной,
вздымает британский лев вой.
Коммуне не быть покоренной^
Левой!
Левой!
Левой!
«Левый марш» призывает от слов перейти к делу («Грудью
вперед бравой!»). «Словесной кляузе» противопоставлен «мау-
зер». И не случайно именно эти два слова, столь важные для
содержания стихотворения, рифмуются между собой:
Разворачивайтесь в марше!
Словесной не место кляузе.
Тише, ораторы!
Ваше
слово,
товарищ маузер.
НО
Революционно-героическому пафосу стихотворения отвечают
его новые, неожиданные метафоры: «крепи у мира на горле про-
летариата пальцы», «клячу истории загоним», «флагами небо
оклеивай».
Отличительной особенностью стихотворения является его
ораторский характер, Маяковский обращается к слушателям с
юрячей речью агитатора («Разворачивайтесь в марше!», «Эй,
синеблузые! Рейте! За океаны!», «шаг миллионный печатай!»
и т. п.). Отсюда и патетические вопросы: «глаз ли померкнет
орлий?», «в старое ль станем пялиться?» Этот ораторский стиль
впоследствии разовьется в творчестве поэта-трибуна и станет
важнейшей особенностью его поэзии. «Левый марш» — одно из
первых стихотворений Маяковского, которое он читал револю-
ционному народу. От него ведут начало последующие много-
численные выступления поэта перед советскими рабочими, кре-
стьянами, интеллигенцией.
«России не быть под Антантой» — такова главная идея «Ле-
вого марша», дышавшего верой в силы народа, в его победу над
врагами.
«Левый марш» — произведение нового революционного искус-
ства, рожденного Октябрьской революцией. Стихотворение сразу
же завоевало широкую известность и было первым произведе-
нием советской литературы, переведенным на многие языки мира.
Осенью 1919 года Маяковский начал работать в
ВЫРОСТА РОСТА (Российское телеграфное агентство,
в позже ТАСС — Телеграфное агентство Совет-
ского Союза). Совместно с художником М. Черемных поэт на-
лаживает выпуск «Окон РОСТА» — больших плакатов, нарисо-
ванных от руки, со стихотворными подписями. «Окна РОСТА»
вывешивались на улицах Москвы, рассылались в другие го-
рода. Они служили средством массовой политической агитации.
За время работы в РОСТА (свыше двух с половиной лет) Мая-
ковский сделал очень много рисунков и тысячи стихотворных
подписей к плакатам. Поэт называл их своим «вторым собра-
нием сочинений».
Позже Маяковский издал часть этих рисунков и подписей
отдельной книгой под названием «Грозный смех» (1929). В пре-
дисловии к ней поэт рассказывал о работе в РОСТА: «Вспоми-
наю— отдыхов не было. Работали в огромной нетопленой, сво-
дящей морозом... мастерской РОСТА. Придя домой, рисовал
опять, а в случае особой срочности клал под голову, ложась
спать, полено вместо подушки, с тем расчетом, что на полене
особенно не заспишься, и, поспав ровно столько, сколько необ-
ходимо, вскочишь работать снова...»
По словам поэта, его «Окна РОСТА» — «протокольная за-
пись труднейшего трехлетия революционной борьбы, передан-
111
пая пятнами красок и звоном лозунгов». Как известно, эти годы
были годами тяжелых испытаний для молодой Советской
страны. Капиталистические державы с помощью Колчака,
Деникина, Юденича, Врангеля и других белогвардейских ге-
нералов стремились задушить Советскую республику. Советский
народ героически отбивался от интервентов и белогвар-
дейцев.
В «Окнах РОСТА» Маяковский призывал к стойкости и му-
жеству в борьбе с врагом, выражал уверенность в победе
Красной Армии, воспевал ее победы и высмеивал врагов рево-
люции. Когда расчеты интервентов (Антанты) на белогвардей-
ских генералов были биты, Маяковский писал в одном из пла-
катов:
Антанта признавала Юденича,
Антанта признавала Деникина,
Антанта признавала Врангеля.
Теперь ничего не осталось знать,
Кроме как дурой себя признать.
«Окна РОСТА» были адресованы народу. Поэтому Маяков-
ский искал для них простую и доходчивую художественную
форму. В частности, он широко пользуется в «Окнах» послови-
цами и поговорками, приноравливая их к текущим политическим
событиям: «Русь свинье не товарищ» (Деникин и Россия),
«В тесноте, да не обедал» (спекулянт в тюрьме), «Нашла коза
на камень» (Юденич под Петроградом) и т. п.
Работа в РОСТА сыграла большую роль в идейно-художест-
венном развитии Маяковского. Она сблизила поэта с советским
пародом и способствовала выработке им художественной формы,
понятной миллионам, очищала его язык от футуристических пе-
режитков. В предисловии к книге «Грозный смех» Маяковский
писал по этому поводу: «Для меня эта книга большого словес-
ного значения, работа, очищавшая наш язык от поэтической ше-
лухи на темах, не допускающих многословия».
В годы Великой Отечественной войны советские поэты и
художники, учитывая опыт Маяковского, создавали «Окна
ТАСС», в которых призывали к защите Родины, к разгрому
фашистских захватчиков.
Окончилась гражданская война. Начались годы
Маяковский мирного строительства. Маяковский сразу же
Мистического откликнулся на новые задачи, вставшие перед
строительства советским народом. В 1921 году он опубликовал
стихотворение «Последняя страничка граждан-
ской войны», в котором писал, что народом завоевано «тру-
диться великое право».
112
В это время начинается сотрудничество Маяковского в пар-
тийной и советской печати, чему он придавал большое принци-
пиальное значение. В различных журналах и газетах постоянно
появляются стихи поэта — боевые отклики на различные собы-
тия. Особенно активно работал Маяковский в «Комсомольской
правде». Здесь были напечатаны многие его стихотворения о со-
ветской молодежи.
Стремясь своими глазами увидеть перемены, происходившие
в стране, Маяковский ежегодно совершал продолжительные
поездки по Советскому Союзу. Поэт посетил многие города на-
шей Родины: Баку, Казань, Свердловск, Киев, Симферополь,
Харьков, Смоленск, Минск, Ростов и другие. Он видел, как пре-
ображается Родина. «Тот, кто никогда не был в так называемой
«провинции», плохо сейчас себе эту провинцию представляет,—
писал Маяковский в очерке «Рожденные столицы». — Прежде
всего самое название «провинция» дико устарело. Архаический
язык еще склонен называть провинцией даже такие города,
как Минск, Казань, Симферополь, а эти города, волей рево-
люции ставшие столицами, растут, строятся, а главное,
дышат самостоятельной культурой своей освобожденной
страны».
Поездки по стране давали поэту богатейший материал для
творчества. Они были важны и в другом отношении: Маяковский
повсюду выступал с чтением своих произведений. «Я читал кре-
стьянам в Ливадийском дворце. Я читал за последний месяц в
бакинских доках, на бакинском заводе имени Шмидта, в клубе
Шаумяна, в рабочем клубе Тифлиса, читал, влезши на токарный
станок, в обеденный перерыв, под затихающее верещание ма-
шин»,— делился он впечатлениями от поездок.
Маяковский .неоднократно ездил и за границу, посетил Аме-
рику и многие страны Европы. Поэт называл себя «полпредом
стиха». В каждую свою заграничную поездку он с большим
успехом выступал перед огромными аудиториями с чтением
своих стихов и докладами о советской поэзии. Одна из русских
газет, выходивших в Америке, так писала о выступлении Мая-
ковского в Нью-Йорке: «Бурным потоком прибывает револю-
ционный пролетариат города Нью-Йорка и его окрестностей в
Сентрал Опера Хаус, чтобы посмотреть — послушать певца Ок-
тябрьской революции Владимира Маяковского... тысячи искря-
щихся глаз устремлены на эстраду, заполненную представите-
лями печати, пролетарских организаций. Ждут с затаенным ды-
ханием «богатыря новейшей советской поэзии».
Часто устраивал Маяковский свои творческие вечера. Он
считал необходимым регулярно отчитываться перед читателями
о своей работе. С этой же целью в 1929 году им была органи-
зована выставка «20 лет работы», ярко продемонстрировавшая
всю многообразную и плодотворную деятельность поэта. Здесь
113
были выставлены 72 книги Маяковского, свыше 50 газет и мно-
гие журналы, в которых он публиковал свои произведения.
Карта поездок Маяковского по Советскому Союзу говорила, что
он побывал в 54 городах. «Смысл этой выставки, — отмечал
Маяковский, — показать, что писатель-революционер — не от-
щепенец, стишки которого записываются в книжечку и лежат
на полке и пропиливаются, но писатель-революционер является
человеком, участником будничной жизни и строительства со-
циализма». -
Такова была кипучая и напряженная жизнь замечательного
советского поэта, безраздельно отдавшего себя служению со-
циалистическому обществу.
ЛИРИКА МАЯКОВСКОГО
«Тянет на стихи — ничего не поделаешь — лирик», — говорил
Маяковский о себе в одном из писем. «Я вытомлен лирикой»,—
признавался он в поэме «Люблю». Но поэт всегда страстно вы-
ступал против индивидуалистической, замкнутой в «квартирном
мирке» поэзии и утверждал лирику большого общественного
значения.
К поэзии Маяковского вполне приложимы слова Белинского:
«Великий поэт, говоря о себе самом, о своем я, говорит об об-
щем— о человечестве, ибо в его натуре лежит все, чем живет
человечество».
Маяковский смело расширял границы лирической поэзии.
В сферу лирических переживаний у него входят не только лич-
ные, но и гражданские чувства. Примером может служить лю-
бое стихотворение Маяковского. Возьмем хотя бы «Рассказ Хре-
нова о Кузнецкстрое и о людях Кузнецка» (1929), в котором
поэт воспевает строительство кузнецкого металлургического
гиганта. На пустом месте начинают рабочие строительство
огромного завода. Они мужественно переносят все невзгоды и
лишения, гордятся своим трудом, верят в победу, они мечтают
о прекрасном будущем: «Через четыре года здесь будет го-
род-сад!»
Переживания поэта неотделимы от чувств рабочих, его
взволнованный голос сливается с их голосами:
Я знаю —
город
будет,
я знаю —
саду
цвесть,
когда
такие люди
114
в стране
в советской
есть!
Лирика Маяковского разнообразна. В ней нашел всесторон-
нее выражение богатый духовный мир советского человека —
строителя социализма. Замечательными образцами лирики Мая-
ковского являются стихотворения «Товарищу Нетте, пароходу
и человеку», «Стихи о советском паспорте», «Секрет молодости».
В 1926 году, защищая дипломатическую почту,
«Товарищу героически погиб от руки убийцы, подосланного
Нетте, одной из капиталистических держав, советский
иПчеловеку> дипкурьер Теодор Нетте. Его именем был назван
пароход Черноморского флота. Маяковский знал
Нетте, встречался с ним в заграничных поездках. Смерть героя
потрясла его.
Свои переживания Маяковский выразил в стихотворении
«Товарищу Нетте, пароходу и человеку» (1926).
Это поразительное по глубине и художественной силе произ-
ведение, в котором в одно целое слились и непосредственные
впечатления поэта от встречи в южном порту с пароходом «Тео-
дор Нетте», и его воспоминания о Нетте-человеке, и его размыш-
ления о советском обществе и советских людях, о смысле жизни,
смерти и бессмертии.
Начинается стихотворение картиной встречи Маяковского с
пароходом. Но постепенно пароход как бы одушевляется, и пе-
ред глазами поэта встает облик друга:
Это — он.
Я узнаю его.
В блюдечках-очках спасательных кругов.
— Здравствуй, Нетте!
Отсюда — воспоминания поэта о Нетте. Стихотворение вос-
создает образ простого и по внешности совсем «будничного»
человека: «пивал чаи», «смешно потел, стихи уча», «болтал»
о Ромке Якобсоне. Правда, «болтал» ночи напролет, пожалуй,
не без намерения: («засыпал к утру») и «чаи пивал», «глаз кося
в печати сургуча», но и это не вносит в образ человека, нарисо-
ванный поэтом, ничего необычного, из ряда вон выходящего.
Но вот Нетте сталкивается с испытанием, которое требует от
него величайшего мужества и самоотверженности. И здесь — в
«битве коридоровой»—он ведет себя как герой, верный сын
своей Родины, как один из тех, в чьих «жилах кровь, а не води-
ца», кто готов погибнуть ради коммунизма, ради того, чтобы
люди могли «жить в мире единым человечьим общежитьем».
В стихотворении начинает звучать высокий романтический
пафос («тянешь след героя, светел и кровав», «Мы живем, за-
жатые железной клятвой»). Возникает тема двух враждебных
миров, между которыми как рубеж, проходит кровавый след
115
героя. Рамки стихотворения расширяются, оно наполняется глу-
бочайшим смыслом и значением.
Такие люди, как Нетте, не умирают. Их жизнь и подвиги
вдохновляют людей и воплощаются
В пароходы,
в строчки
и в другие долгие дела.
Встреча с пароходом «Теодор Нетте» и воспоминания о
судьбе Нетте-человека проходят сквозь сердце и сознание поэта
и вызывают в нем глубокое волнение. Он гордится тем, что идет
рядом с такими людьми, как Нетте, «сквозь револьверный лай».
Смерть Нетте в глазах поэта прекрасна, подвиг его бессмертен:
Мне бы жить и жить,
сквозь годы мчась.
Но в конце хочу —
других желаний нету—•
встретить я хочу
мой смертный час
так,
как встретил смерть
товарищ Нетте.
Возвращаясь в 1929 году из заграничной поезд-
«Стихи кн Маяковский написал «Стихи о советском
паспорте» паспорте». Небольшое лирическое произведение
звучит как пламенный гимн Советской Родине.
Проверка паспортов на границе. На первый взгляд в этом
событии нет ничего примечательного. Но советский поэт заме-
чает многое. Он видит, как «учтивый чиновник», «не переставая
кланяться», «с почтением» берет паспорта американца и англи-
чанина; «чувств никаких не изведав», получает паспорта дат-
чанина и шведа, с наглым пренебрежением смотрит на польский
паспорт:
И вдруг,
как будто
ожогом,
рот
скривило
господину.
Это
господин чиновник
берет
мою
краснокожую паспортину.
Мирное течение событий нарушено, они сразу принимают
напряженный характер. Гипербола подчеркивает остроту мо-
мента: «берет — как бомбу». И по мере того как автор припоми-
нает подробности, в его стихотворении начинает звучать ирония,
насмешка над чиновничьим раболепием перед американцем и
англичанином, паспорта которых здесь берут, «как будто берут
116
чаевые». Эта интонация усиливается, когда поэт видит паниче-
ский испуг чиновника перед советским паспортом: Маяковский
не скрывает своего издевательского отношения к той бессильной
злобе, которой охвачены жандарм и чиновник.
Два мира встают перед читателем: один олицетворяется
«учтивым чиновником», другой — советским гражданином. «Гос-
подин чиновник», «жандарм», «сыщик» — вся эта «жандармская
каста» готова кинуться на поэта; Но в его руках — и здесь поэт
находит новые слова — «молоткастый, серпастый советский пас-
порт», за ним стоит страна социализма, он — «гражданин Со-
ветского Союза». Отсюда — спокойное мужество поэта перед ли-
цом врагов, его ироническое отношение к ним («тупая полицей-
ская слоновость», «английский лева») и гордость за свою Родину:
Читайте,
завидуйте,
я — гражданин
Советского Союза.
Лирика Маяковского в значительной мерс обра-
Маяковский щена к советской молодежи. «На сотни эстрад
молодежь бросает меня, на тысячу глаз молодежи», — пи-
сал поэт в стихотворении «Нашему юношеству».
Он постоянно выступал с чтением стихов перед молодежной
аудиторией, активно сотрудничал в «Комсомольской правде».
Маяковский воспевал славный комсомол, трудовые подвиги
советской молодежи. Он называл комсомольцев «легкой кава-
лерией» рабочего класса» («Легкая кавалерия»), призывал мо-
лодежь укреплять оборону Родины («Марш-оборона»), бо-
роться против пережитков прошлого — пьянства, религии, бес-
культурья («Вперед, комсомольцы!»). «Добудь второй» — так
он назвал стихотворение, написанное в честь награждения ком-
сомола орденом Ленина. Оно пронизано чувством любви к ком-
сомольцам, гордостью за них:
От первых боез
до последних
мы шли
без хлебов и без снов —
Союз
восемнадцатилетних
рабоче-крестьянских сынов.
Маяковский выступал за чистоту нравственного облика со-
ветской молодежи. Молодым читателям адресовано его стихо-
творение «Любовь». В нем он зло высмеивает тех, кто «с цветка
на цветок молодым стрекозлом порхает, летает и мечется».
«Помни, что ты зодчий и новых отношений и новых любовей»,—
говорит поэт в другом стихотворении, обращаясь к молодым
строителям социализма. В известном «Письме товарищу Кост-
рову о сущности любви» Маяковский писал; «Не поймать меня
117
на дряни, на прохожей паре чувств». Только подлинную лю-
бовь— сильную, верную, воодушевляющую на большие и бла-
городные дела — признает поэт достойной советской эпохи и со-
ветского юношества.
С особой настойчивостью поэт выступал против проникнове-
ния в среду молодежи нравов и привычек буржуазного Запада.
В одном из выступлений он говорил: «Заграничная «мода» про-
никает уродливыми подтеками в советский быт и кое-где успе-
вает подмочить крепкие устои идеологии нашей молодежи.
С этим нужно бороться решительно и бесповоротно...» Именно
так и поступал Маяковский. В известном стихотворении «Ма-
руся отравилась» он издевался над молодыми, модничающими
на заграничный манер пошляками. Таков высмеянный в стихо-
творении электромонтер Ваня, который «в духе парижан себе
присвоил звание электротехник Жан».
Юношам и девушкам, пустым и легкомысленным, Маяков-
ский резко противопоставлял молодежь, идущую дорогой отцов,
верную великим идеалам коммунизма. Это противопоставление
положено в основу стихотворения «Секрет молодости». В чем
же этот секрет?
Нет,
не те «молодежь»,
кто, забившись
в лужайку да в лодку,
начинает
под визг и галдеж
прополаскивать
водкой
глотку.
Нет,
не те «молодежь»,
кто весной
ночами хорошими,
раскривлявшись
модой одеж,
подметает
бульвары
клешами.
Разве
это молодость?
Нет!
Мало
быть
восемнадцати лет.
Молодые —
это те,
кто бойцовым
рядам поределым
скажет
именем всех детей:
«Мы
земную жизнь переделаем!»
118
САТИРА МАЯКОВСКОГО
С глубокой любовью писал Маяковский о Родине, о совет-
ских людях, которые в труде и в бою создавали новое общество.
Именно поэтому он гневно выступал против всех тех, кто ме-
шает строительству социализма. В этой борьбе против сил,
враждебных Советскому государству, поэт показал себя блестя-
щим сатириком. «Оружия любимейшего род» — так определил
Маяковский свое отношение к сатире.
«Кавалерия острот» Маяковского развернутым фронтом ата-
ковала противника, где бы он ни встретился. Еще в «Окнах
РОСТА» Маяковский зло высмеивал интервентов, пытавшихся
задушить революцию. В 1923 году поэт издает сборник «Мая-
ковская галерея». Здесь он зло издевался над теми, кто еще не
бросил мечты о разгроме Советской республики. В 20-е годы
Маяковский пишет серию стихов, где рисует сатирические порт-
реты поджигателей войны, раздувающих вражду к Советскому
Союзу («Английский лидер» и другие). Столь же беспощаден
был Маяковский в своей сатире к нэпманам, кулакам, вредите-
лям, которые пытались сорвать социалистическое строительство
(«Лицо классового врага», «Вредитель» и другие). Много сил
Маяковский-сатирик отдал борьбе с мещанством («Особое мне-
ние», «Любители затруднений»), с гнусными нравами и обы-
чаями, сохранившимися от прошлого («Подлиза», «Сплетник»,
«Взяточник», «Служака»).
Сатира Маяковского не только отрицала негодное, но и
утверждала положительные начала. Великие сатирики прошлого
(Гоголь, Щедрин) отвергали и расшатывали основы крепостни-
ческого, буржуазного государства. Советская сатира, обличая
пережитки прошлого, служит укреплению Советского государ-
ства. Именно так понимал задачи сатиры Маяковский:
Мы всех зовем,
чтоб в лоб,
а не пятясь,
критика
дрянь
косила.
И это лучшее
из доказательств
нашей
чистоты и силы.
Шарж, ирония, гипербола, пародия, юмор придавали сати-
рическим произведениям поэта различные оттенки. «Маяков-
ский улыбается, Маяковский смеется, Маяковский издевается»
(1923) —так назвал он один из сборников своих стихов.
119
«О яни» «Дрянь пока что мало поредела. Дела много,
« дряни» только поспевать», «Дрянцо — хлещите рифм
концом», — писал Маяковский, неустанно призывая к борьбе с
обывательщиной, пережитками мещанства, ожившими в связи
с нэпом. Одним из первых и значительных выступлений его на
эту тему было стихотворение «О дряни» (1921):
Слава! Слава! Слава героям!!!
Впрочем,
нм
довольно воздали дани.
Теперь
поговорим
о дряни.
Уже в этих первых словах стихотворения ясно определена
постоянная литературно-политическая цель поэта: он хочет не
только воспевать героические дела и подвиги советских людей,
но и беспощадно бить по дряни. Кто же и что такое эта дрянь?
Очень часто — это бюрократизм, чиновничья тупость; здесь —
это мещанская пошлость, обывательский быт. Впрочем, не две
ли это стороны одной и той же медали? Разве бюрократ в учре-
ждении нс является, как правило, мещанином в быту? И чинов-
нику, и обывателю чужды высокие идеалы коммунизма, и у
того, и у другого нет революционного горения. В учреждениях
они мозолят зады, «крепкие, как умывальники», дома «свили
уютные кабинеты и спаленки».
Перед нами супружеская пара во время вечернего чаепития.
Домашний «уют» с учетом современных «веяний». Он радуется
прибавке к жалованью и намеревается завести себе «гали-
фища», она мечтает о платье с эмблемой в виде серпа и молота,
чтобы появляться на балах в Реввоенсовете. Вот и все. И каза-
лось бы, о чем волноваться и на что гневаться? Не обычные ли
советские люди перед нами? Ведь и галифища, и эмблема, и бал
в Реввоенсовете, и портрет Маркса на стейке, и газета «Изве-
стия» на диване — явные признаки нового, советского быта.
И даже жену муж именует не иначе, как «товарищ Надя». Но
поэт видит другое. За внешностью и «опереньем» советских
граждан он распознал «мурло мещанина», узнал и сорвал маску
с лица приспособившихся к советской жизни обывателей. Неда-
ром же будущий обладатель галифищ сидит, «от самовара раз-
морясь», а «товарищ Надя» собирается показываться в «свете»,
не случайно, «на «Известиях» лежа, котенок греется», а под по-
толком верещит «оголтелая канареица». И до чего же бедны и
мизерны интересы этих людей: «прибавка», «новое платье»,
уютные кабинет и спаленка, «фигурянье» в свете...
Поэт ненавидел эту «мразь»! И не только ненавидел, но и
постоянно предостерегал о той опасности, которую она таит в
себе. Мещанство для него такой же давний и непримиримый
120
враг, каким оно было для Горького. В особенности мещанство,
маскирующееся, прибегающее к мимикрии, подлаживающееся к
советскому образу жизни. «Маркс на стенке» для таких обыва-
телей— это только известная дань времени и обстоятельствам, а
в сущности своей они внутренне глубоко чужды коммунизму и
в высшей степени равнодушны к любым высоким идеалам. По-
нятно, что
Маркс со стенки смотрел, смотрел...
И вдруг
разинул рот
да как заорет:
«Опутали революцию обывательщины нити.
Страшнее Врангеля обывательский быт.
Скорее
головы канарейкам сверните —
чтоб коммунизм
канарейками не был побит!»
В 1922 году в «Известиях» было напечатано
«Прозаседав- сатирическое стихотворение Маяковского «Про-
шиеся» заседавшиеся». В те годы В. И. Ленин не раз
говорил б том, что бюрократизм и волокита в государствен-
ных учреждениях, оставшиеся в наследство от старого строя,
являются злейшими и опаснейшими врагами Советской власти.
Против них и направил Маяковский свое стихотворение.
Характернейшая его особенность — утрировка и гиперболизм,
т. е. художественное преувеличение изображаемых явлений. Из-
вестны гиперболические образы великого сатирика М. Е. Салты-
кова-Щедрина («История одного города») и других русских
писателей. В новую, революционную эпоху Маяковский про-
должает традиции русской классической литературы.
Уже в самом названии стихотворения содержится гипербола.
Маяковский нашел удачный неологизм — «прозаседавшиеся»,
построенный по образцу таких слов, как «прогнившие», «про-
кисшие». А в самом стихотворении рисуется, как бюрократы за-
седают по двадцать раз в день, решая пустопорожние вопросы,
«разрываются» пополам, и уже «людей половины» присутствуют
одновременно на двух заседаниях. Маяковский открыто заяв-
ляет о своем отрицательном отношении к бюрократизму:
Мечтой встречаю рассвет ранний:
«О, хотя бы
еще
одно заседание
относительно искоренения всех заседаний!»
Стихотворение Маяковского «Прозаседавшиеся» было заме-
чено В. И. Лениным. На следующий день после его опубликова-
ния В. И. Ленин в своей речи перед участниками съезда метал-
листов сказал:
121
«Вчера я случайно прочитал в «Известиях» стихотворение
Маяковского на политическую тему. Я не принадлежу к поклон-
никам его поэтического таланта, хотя вполне признаю свою не-
компетентность в этой области. Но давно я не испытывал такого
удовольствия, с точки зрения политической и административной.
В своем стихотворении он вдрызг высмеивает заседания и изде-
вается над коммунистами, что они все заседают и перезаседают.
Не знаю, как насчет поэзии, а насчет политики ручаюсь, что это
совершенно правильно»1.
Эта оценка Ленина показывает, что сатира Маяковского под-
нимала важные политические вопросы и служила интересам Со-
ветского государства. Ободренный и поддержанный Лепиным,
Маяковский смело откликается в своих произведениях на важ-
нейшие проблемы современности.
Особое место среди сатирических произведений
Сатирические Маяковского занимают пьесы «Клоп» (1928) и
ПЬеСЫскоГоЯКОВ“ «Баня» (1929). Поэт был постоянен в своей
любви и ненависти. Мещанская пошлость и чи-
новничье бездушие — вот его неизменные отъявленные враги.
Борьбу с ними он перенес и на театральные подмостки, в массо-
вую аудиторию зрителей.
О пьесе «Клоп» сам Маяковский писал: «Клоп» — это теа-
тральная вариация основной темы, на которую я писал стихи,
поэмы, рисовал плакаты и агитки. Это тема борьбы с мещани-
ном». Таким мещанином выступает в пьесе «бывший рабочий»
Присыпкин, взявший себе «красивое» имя — Пьер Скрипкин.
Он перерожденец, ничем не напоминающий советского рабочего.
В нем берет верх стремление к обывательскому благополучию,
он весь во власти мещанских вкусов и настроений. Во второй ча-
сти пьесы Маяковский переносит зрителя «на десять пятилеток
вперед». Люди коммунистического будущего «оживили» Присып-
кина и с чувством гадливости помещают его в клетку зоологиче-
ского парка, прикрепив к ней надпись «обывателиус вульгарис».
В пьесе «Баня» Маяковский высмеивает бюрократов, про-
бравшихся в советские учреждения. «Главный начальник по
управлению согласованием (Главначпупс)» Победоносиков и
его секретарь Оптимистенко ставят всевозможные преграды ра-
бочим-изобретателям. «Это можно. Увязать и согласовать — это
можно. Каждый вопрос можно увязать и согласовать», — по-
вторяют они на разные лады эту бюрократическую фразу, на-
нося огромный вред живому делу. Но вот из коммунистического
будущего является посланница, которая берет с собой всех, кто
не жалеет труда для построения коммунизма в нашей стране.
Победоносиков и Оптимистенко отброшены как ненужный му-
сор. «Моя пьеса — не новая вещь. Партия и сама знает это. Моя
1 В. И. Л е н и н, Сочинения, т. 33, стр. 197.
122
вещь — один из железных прутьев в той самой железной метле,
которой мы выметаем этот мусор. На большее я и не рассчиты-
ваю»,— так говорил Маяковский о своей пьесе.
Элементы фантастики, являющиеся одной из художествен-
ных особенностей сатирических пьес Маяковского, увеличивают
их разоблачительную силу. И в той и в другой пьесе Маяков-
ский смотрит на настоящее с высоты коммунистического идеала.
ПОЭМА «ВЛАДИМИР ИЛЬИЧ ЛЕНИН»
Еще до Октябрьской революции юноша Маяковский позна-
комился с трудами Ленина. Во время своей работы в РОСТА
Маяковский неоднократно обращался к статьям, речам и вы-
ступлениям Ленина, пропагандируя ленинские мысли и лозунги.
В 1920 году, когда советская общественность отмечала пяти-
десятилетие В. И. Ленина, Маяковский написал стихотворение
«Владимир Ильич», в котором восклицал: «Я в Ленине мира
веру славлю и веру мою». В 1923 году Ленин опасно заболел,
и Маяковский посвятил ему стихотворение «Мы не верим!».
«Вечно будет ленинское сердце клокотать у революции в гру-
ди»,— восклицал поэт.
Смерть Ленина потрясла Маяковского. Его охватило жела-
ние увековечить образ гения революции, создать поэму о вожде
советского народа.
К этому времени Маяковский уже обладал широким поли-
тическим кругозором. Но не полагаясь только на собственный
опыт, он обратился к трудам Маркса и Лепина. Они углубили
представления Маяковского о развитии человеческого обще-
ства, о революционном движении пролетариата, об истории Ком-
мунистической партии, о Ленине. В поэме немало мест, где Мая-
ковский рисует исторические события, почти дословно воспроиз-
водя высказывания Ленина (о позиции Плеханова в 1905 году,
о Брестском мире, о нэпе и некоторые другие).
Значительность замысла обусловила композиционное построе-
ние поэмы: ее три части воссоздают широкую историческую па-
нораму и повествуют о важнейших этапах истории мирового
революционного движения. В них показана историческая зако-
номерность появления Ленина, его революционная деятельность,
его мировое значение.
«Далеко давным, годов за двести, первые про Ленина восхо-
дят вести», — пишет Маяковский в начале поэмы. Он рассказы-
вает, как зарождается революционный протест пролетариата,
как «клич подвалов подымается по этажам», как «революцион-
ной тропкой первый делали рабочие шажок», как «пролетариат
взрослел и вырос из ребят», как «завершается восстанием гнева
нарастание».
123
Конец первой части подводит к пониманию неизбежности появ-
ления Ленина — вождя революционного пролетариата:
Коммунизма
призрак
по Европе рыскал,
уходил
и вновь
маячил в отдаленье.
По всему по этому
в глуши Симбирска
родился
обыкновенный мальчик
Ленин.
Вторая часть поэмы изображает революционную борьбу рус-
ского пролетариата — новый этап в развитии мирового револю-
ционного движения. Основное содержание этой центральной
части поэмы — рассказ о революционной деятельности Ленина в
России, начиная от создания «Союза борьбы за освобождение ра-
бочего класса» и до победы Октябрьской революции. Через всю
эту часть проходит образ революционной бури, и Ленин-капи-
тан умело и бесстрашно ведет корабль революции:
...п плавно
н мир,
строительству в доки,
вошла
Советских республик громадина, —
таков великий исторический итог революционного дела, кото-
рому Ленин отдал всю свою жизнь.
Третья часть поэмы посвящена изображению всенародной
скорби в дни кончины Ленина («Стариками рассерьезничались
дети, и, как дети, плакали седобородые»). С необыкновенной
эмоциональной силой изображает Маяковский похороны Ленина,
свои переживания в этот тяжелый момент, читатель видит гроб
вождя, «плывущий на спинах рыданий и маршей».
От похорон Ленина поэт естественно переходит к рассказу
о «Ленинском призыве» в партию. «Стала величайшим комму-
нистом-организатором даже сама Ильичева смерть», — гово-
рит он.
Тема бессмертия Ленина становится основной в заключи-
тельной части поэмы. В связи с этим меняется тональность,
образная система произведения: черный траурный цвет уступает
место красному — цвету жизни. Образ красного знамени венчает
всю поэму;
С этого знамени,
с каждой складки
снова
живой взывает Ленин:
124
— Пролетарии,
стройтесь
к последней схватке!’
Рабы,
разгибайте
спины и колени!
Не только композиция, но и язык поэмы «Владимир Ильич
Ленин» находится в соответствии с ее содержанием.
Вполне естественно, что в историко-революционной поэме
Маяковского употребляется социально-политическая терминоло-
гия (безработица, кризис, капитал, интервенция и т. п.) и не-
редко встречаются слова и выражения, прочно вошедшие в об-
щенародный язык после Октябрьской революции (ленинизм,
пролетариат, гражданская война, «коммуны флаг», «власть
Советам!» и т. п.). Широкое применение политической лексики
составляет одну из ярко выраженных особенностей языка поэмы.
Нужно помнить, что Маяковский создавал свое произведе-
ние в условиях, когда сторонники «чистого искусства» обвиняли
его в том, что он якобы засоряет поэзию несвойственными ей
словами и понятиями политического характера. Они считали,
что эти слова недостаточно «изящны», «красивы» и «поэтичны»,
что истинный поэт должен избегать их. За этими суждениями
скрывалось не что иное, как стремление отгородить литературу
от революции, от советской эпохи.
Маяковский во многих статьях и выступлениях жестоко кри-
тиковал защитников «чистой поэзии». Такую же позицию он за-
нимает и в поэме, горячо отстаивая право советского поэта пи-
сать о революционной эпохе словами, порожденными и узако-
ненными ею. «Капитализм — неизящное слово, куда изящней
звучит — «соловей», — пишет Маяковский, высмеивая любителей
«чистой поэзии». И слова, которые до Маяковского почти никем
в поэзии не употреблялись, зазвучали в поэме с необыкновенной
силой, стали эстетическим фактом, фактом искусства. «Хочу
сиять заставить заново величественнейшее слово — партия»,—
пишет поэт.
Маяковский разговаривал с читателями на понятном и близ-
ком им языке советского человека:
Пролетариат —
неуклюже и узко
тому,
кому
коммунизм — западня.
Для нас
это слово —
могучая музыка,
могущая
мертвых
сражаться поднять.
125
Образ Ленина На фоне мирового революционного движения,
героической борьбы русского пролетариата про-
тив капитализма Маяковский рисует правдивый, глубоко реали-
стический образ Ленина.
С первых же страниц поэмы он решительно отбрасывает та-
кие характеристики и определения Ленина, как «пророк», «цар-
ственный вид», «вождь милостью божьей», «царствен и божест-
вен» и т. п. «Как же Ленина таким аршином мерить!» — проте-
стует поэт, называя подобные определения «приторным елеем»,
«конфетной красотой». В противовес этому Маяковский подчер-
кивает, что Ленин — «самый человечный человек», «самый зем-
ной», что «он, как вы и я, совсем такой же», что «и ему и нам
одно и то же дорого».
Отказавшись от изображения Ленина как сверхчеловека,
стоящего над народом, поэт утверждает, что именно народ яв-
ляется главной движущей силой истории, что он питает своими
силами Ленина. Правильно понимая роль личности в истории,
Маяковский так говорит о неразрывном единстве Ленина и на-
рода:
Бился
об Ленина
темный класс,
тек
от него
в просветленьи,
и, обданный
силой
и мыслями масс,
с классом
рос Ленин*
Изображая Ленина простым «земным» человеком, Маяков-
ский в то же время говорит о нем как об исключительной, ге-
ниальной исторической личности: «Землю всю охватывая разом,
видел то, что временем закрыто». Поэту одинаково чужды и
культ личности, и любое принижение огромной исторической
роли Ленина. В своей поэме он рисует Ленина как великого,
выдающегося деятеля истории, как вождя народных масс. В под-
линно реалистическом изображении Ленина как вождя и чело-
века заключается сила поэмы Маяковского.
Вся деятельность Ленина основана на глубоком понимании
нужд и стремлений народа. Ему, по словам поэта, близок
«и крик крестьянский, и вопли фронта, и воля нобельца, и воля
путиловца» !.
1 Нобельцы и путиловцы — рабочие крупнейших петербургских заводов,
принадлежавших до революции Нобелю и Путилову.
126
В какого-то парня
в обмотках,
лохматого
уставил
без промаха бьющий глаз.
Как будто
сердце
с-под слов выматывал,
как будто
Душу
тащил из-под фраз.
Любовь Ленина к народу сильна тем, что она носит актив-
ный характер. Революционная деятельность вождя опирается на
идеи пролетарского гуманизма, в основе которого лежит глубо-
кое сочувствие трудящимся массам, готовность бороться за их
интересы, ненависть к врагам рабочего класса. «Он к товарищу
милел людскою лаской. Он к врагу вставал железа тверже»,—
пишет о Ленине Маяковский.
Поэт изображает безграничную любовь народа к своему
вождю и учителю (с особой силой в третьей части поэмы —
в картине похорон гения революции). Улица, по которой дви-
жется бесконечный поток трудящихся к гробу Ленина, «будто
рана сквозная, так болит и стонет так». «Здесь Ленина знает
каждый рабочий...» «Здесь каждый крестьянин Ленина имя в
сердце вписал любовней, чем в святцы».
Сейчас
прозвучали б
слова чудотворца,
чтоб нам умереть
и его разбудят —
плотина улиц
враспашку растворится,
л с песней
на смерть
ринутся люди.
Рисуя любовь народа к Ленину, поэт вводит в эту часть
поэмы слова старых революционных песен, в которых выражено
отношение народа к борцам революции, павшим в борьбе за на-
родное дело. «Прощай же, товарищ, ты честно прошел своп
доблестный путь благородный», «Мы сами, родимый, закрыли
орлиные очи твои». Эти скорбные песни сплетаются со словами,
в которых звучит верность народа делу Ленина, решимость бо-
роться за ленинские идеи:
Знаменные
снова
склоняются крылья,
чтоб завтра
опять
подняться в бои...
127
Лепин неотделим от народа и от авангарда революционных
масс — Коммунистической партии. Таким он и изображен в
поэме Маяковского.
Еще в начале своей революционной деятельности юноша
Ленин, учитывая урок бесплодных террористических актов на-
родников, понял несостоятельность борьбы против самодержа-
вия в одиночку. «Мы не одиночки, мы — союз борьбы за осво-
бождение рабочего класса», — приводит Маяковский слова
Ленина — руководителя рабочих революционных организаций,
из которых выросла партия большевиков. «Партия — это мил-
лионов плечи, друг к другу прижатые туго», «Мозг класса, дело
класса, сила класса, слава класса — вот что такое партия»,—
так сжато и выразительно говорит Маяковский о Коммунисти-
ческой партии.
Столь же ярким афористическим языком пишет поэт о нераз-
рывном единстве партии и ее создателя, организатора и вдохно-
вителя Ленина:
Партия и Ленин —
близнецы-братья, —
кто более
матери-истории ценен?
Мы говорим Ленин,
подразумеваем —
партия,
мы говорим
партия,
подразумеваем —
Ленни.
Ленин и народ, Ленин и партия—таковы два основных мо-
тива поэмы; именно таков путь, на который встал Маяковский,
чтобы воссоздать образ Лепина — вождя и человека.
Поэма «Владимир Ильич Ленин» — лирико-эпи-
Лирико-эпиче- ческое произведение. Это и летопись революции,
скии характер r г
поэмы эпическое описание историко-революционных со-
бытий, и страстная, взволнованная лирика —
голос души поэта.
В свое время Гоголь писал об эпопее: «Она избирает в герои
всегда лицо значительное, которое было в связи, в отношениях
и в соприкосновении с множеством людей, событий и явлений,
вокруг которого необходимо должен созидаться весь век его и
время, в которое он жил. Эпопея объемлет не некоторые черты,
но и всю эпоху времени, среди которого действовал герой...»
В наше время Маяковский создал именно такое произведение:
в нем как единое целое сочетается изображение героя и эпохи,
дается широкая картина исторических событий более чем за
сто лет и на фоне их нарисована гигантская фигура Ленина.
Но поэт поднял рассказ об исторических событиях до уровня
лирического, волнующего, поэтического пройзведения. Лиризм —
существеннейшая черта поэмы.
128
Н. Асеев так вспоминает о том впечатлении, которое произ-
вела на Маяковского смерть Ленина: «Я лично никогда до той
поры не видел еще Владимира Владимировича до такой степени
омраченным и угрюмым. Он как бы даже потемнел с лица.
Обычно оживленный и резко реагирующий на все впечатления,
в те дни он почти не разговаривал».
Так глубоко переживал Маяковский утрату Ленина. Естест-
венно, что, повествуя о Ленине, он не мог не выразить в поэме
своего личного отношения к нему.
О чем бы ни рассказывал Маяковский в произведении, мы
всегда чувствуем присутствие самого поэта. «Голосует сердце —
я писать обязан по мандату долга», — говорит Маяковский в
начале поэмы и на протяжении всего повествования остается
верным и активным спутником читателя.
Даже в картины, изображающие события далекого прошлого,
свидетелем которых он не мог быть, Маяковский вносит лириче-
ское начало. Даже в разговор о «родовом портрете» капитализма
врываются его слова: «Я всю свою звонкую силу поэта тебе от-
даю, атакующий класс».
И далее по мере развития исторических событий все чаще и
сильнее раздается голос поэта. Особенно громко он начинает
звучать, когда речь заходит об Октябрьской революции:
Когда я
итожу
то, что прожил,
и роюсь в днях —
ярчайший где,
я вспоминаю
одно и то же —
двадцать пятое,
первый день.
Лирические отступления проходят через всю поэму и состав-
ляют ее особенность. Одно из наиболее сильных и выразитель-
ных отступлений содержится в главе, посвященной похоронам
Ленина. Рисуя многочисленные толпы народа, охваченные
страшным горем, поэт восклицает:
Я счастлив,
что я
этой силы частица,
что общие
даже слезы из глаз.
Сильнее и чище
нельзя причаститься
великому чувству
по имени —
класс!
б Русская советская лит-ра
129
Переживания Маяковского неотделимы от мыслей и пережи-
ваний каждого советского человека.
И сливая свой голос с голосом масс, поэт часто прибегает к
таким формам выражения, как «мы знаем...», «мы победили...»,
«мы к буре привыкли...», «мы перейдем к трудовой осаде...»
и т. п.
Поэма Маяковского — художественное выражение того орга-
нического слияния личного и общего, которое характерно для со-
ветских людей. И только поэт-гражданин, живущий едиными чув-
ствами и мыслями со всем советским народом, мог явиться созда-
телем такого монументального лирико-эпического произведения.
о В своей поэме Маяковский воплотил передовые
Значение поэмы „ г Л Л
идеи эпохи, отразил действительность в ее рево-
люционном развитии, изобразил народ как решающую силу
истории, показал руководящую роль Коммунистической партии,
бессмертие и мировое значение дела Ленина. Все это и сделало
поэму «Владимир Ильич Ленин» замечательным произведением
социалистического реализма.
Именно поэтому поэма Маяковского была высоко оценена
советской общественностью. О чтении Маяковским поэмы активу
московской партийной организации в газетном отчете сообща-
лось: «Зал был переполнен. Поэма была встречена дружными
аплодисментами всего зала. В открывшихся прениях... ряд това-
рищей говорил, что это сильнейшее из того, что было написано
о Ленине. Огромное большинство выступавших сошлось на од-
ном, что поэма вполне наша, что своей поэмой Маяковский сде-
лал большое пролетарское дело».
Маяковский очень часто выступал с чтением поэмы в городах
Советского Союза и во время своих заграничных поездок. По-
следний раз Маяковский читал свою поэму 21 января 1930 года
в Большом театре на торжественно-траурном заседании, посвя-
щенном шестой годовщине смерти Ленина.
Маяковский обращался к образу Ленина и после создания
поэмы. Ленину посвящены его стихотворения: «Комсомольская»
(1924), «Ленин снами» (1927), «Разговор с товарищем Лениным»
(1929), «Ленинцы» (1930) и другие. С поэмой «Владимир Ильич
Ленин» тесно связано другое столь же крупное произведение
Маяковского — поэма «Хорошо!».
ПОЭМА «ХОРОШО!»
Поэму «Хорошо!» Маяковский написал в 1927 году, к деся-
той годовщине Великой Октябрьской социалистической револю-
ции. В этом произведении получила художественное воплоще-
ние основная тема творчества Маяковского — тема революции.
«Хорошо!» считаю программной вещью»,— говорил Маяковский.
130
Сюжет
и композиция
«Это — Октябрьская революция, отлитая в бронзу», — удачно
характеризовал поэму А. В. Луначарский.
В отличие от «Мистерии-буфф» и «150000 000», где револю-
ция изображалась отвлеченно, в поэме «Хорошо!» Маяковский
рисует реальный ход революционных событий, конкретно-исто-
рический путь советского народа к социализму.
Сюжет и композиция поэмы отражают стреми-
тельность и драматизм событий революционной
эпохи. Маяковский выделяет три основных пе-
риода в развитии революции.
Первый из них — нарастание революционной бури от Февраля
к Октябрю и взрыв социалистической революции. «То громом,
то шепотом» прорывается недовольство народа империалисти-
ческой войной и политикой Временного правительства, посте-
пенно охватывая всю страну. Деятели буржуазных партий (Ке-
ренский, Милюков, Кускова) вероломно предают интересы на-
рода. Во главе революционных масс становятся большевики.
Наступает час решительной схватки: «бабахнула шестидюймовка
Авророва», и вот уже «руки сошлись на горле, холёном горле
дворца».
Второй период —годы гражданской войны. «За хлебом! За
миром! За волей!» идут рабочие и крестьяне молодой Советской
республики. Они стремятся к мирному труду, хотят строить но-
вую, счастливую жизнь. Но на страну социализма нападают
интервенты и белогвардейцы. «Со всех концов блокады кольцо
и пушки смотрят в лицо». «Свинцовый льется на нас кипяток».
Несмотря на страшные лишения, голод, холод и нищету, совет-
ские люди «с Лениным в башке и с наганом в руке» стойко за-
щищают завоевания революции. Поэт изображает, как они
«держали взятое, да так, что кровь выступала из-под ногтей».
Разгромом интервенции и белогвардейщины заканчиваются кар-
тины гражданской войны. Защитники Советской страны перешли
к мирному труду: «пошли, отирая пот руками, расставив на
вышках дозоры».
Третий этап в художественной летописи революции, написан-
ной Маяковским, — это социалистическое строительства. Поэт
рисует картины свободного созидательного труда советского на-
рода. Ради этого массы вели революционную борьбу, приносили
жертвы и терпели лишения. Поэтому заключительные главы
поэмы органически связаны с предыдущим повествованием —
на этом основано единство произведения, цельность его компо-
зиции и сюжета. «Последняя часть — переход к стройке и радо-
стный проход поэта и каждого гражданина Советской респуб-
лики по улицам Москвы», — такими словами определил сам
Маяковский содержание завершающей главы поэмы («Я земной
шар чуть не весь обошел...»). «Республика наша строится, ды-
&•
131
сторженным
Народ
и партия
бится»,«— восклицает поэт, заканчивая свое произведение во-
гимном молодой Советской стране:
Лет до ста
расти
нам
без старости.
Год от года
расти
нашей бодрости.
Славьте,
молот и стих,
землю молодости.
Главный герой поэмы «Хорошо!» — народ, дви-
жущая сила революции и строительства социа-
лизма. В главе, посвященной штурму Зимнего
дворца, читатель видит моряков-кронштадтцев, солдат, рабочих.
Утверждая власть рабочих'и крестьян, вооруженный народ откры-
вает новую эпоху мировой истории. Картина субботника переда-
ет трудовой энтузиазм «миллионного класса». В заключительной
главе поэмы перед нами проходят красноармейские полки — они
охраняют мирный труд советского народа-победителя, «в труде и
в бою» строящего первое в мире социалистическое государство.
Вдохновитель и организатор победы народа — Коммунисти-
ческая партия. В этом отношении очень важной является седь-
мая глава поэмы, где поэт спорит о революции с А. Блоком.
В поэме «Двенадцать» А. Блок на первый план выдвигал сти-
хийное возмущение разгневанного народа. Маяковский же в
бурных событиях революции видит направляющую руку партии.
В момент подготовки Октябрьского вооруженного восстания
коммунист — «товарищ из военной бюры» — вооружает рабочих,
рассказывает им план восстания, передает указания Ленина
(«Сегодня, говорит, подыматься рано. А послезавтра — поздно»).
Партия организует революционное крестьянство, подчиняя сти-
хийные выступления против помещиков сознательной револю-
ционной дисциплине:
Этот вихрь,
от мысли до курка,
и постройку,
и пожара дым
прибирала
партия
к рукам,
направляла,
строила в ряды.
В поэме «Хорошо!» Маяковский с большой глубиной и си-
лой раскрыл самую сущность своей любви к Родине. Поэт со-
поставляет два противоположных вида патриотизма.
«Национальный трутень», привыкший жить на шее народа и
заботиться только о собственном благополучии, так представ-
132
ляет себе родину: «Жена, да квартира, да счет текущий —вот
это — отечество, райские кущи».
Этому лжепатриотизму Маяковский противопоставляет бла-
городное чувство советского патриотизма, чуждое эгоистическим
интересам и вожделениям.
Легко забыть чужие теплые страны, в которых ты когда-то
бывал, но «землю, с которой вдвоем голодал, нельзя никогда
забыть!»
Но землю,
которую
завоевал
и полуживую
вынянчил,
где с пулей встань,
с винтовкой ложись,
где каплей
льешься с массами, —
с такою
землею
пойдешь
на жизнь,
на труд,
на праздник
и на смерть!
Пронизанная горячим патриотическим чувством, поэма «Хо-
рошо!» как нельзя более далека от холодной описательности.
Это сказалось уже в самом названии поэмы. Первоначально она
была озаглавлена «25 октября 1917 года». Но перед выпуском
произведения в свет Маяковский назвал поэму «Хорошо!». Так
само название стало лирическим, выражающим отношение
автора к революции и социализму.
Поэт — одно из действующих лиц поэмы, активный и заинте-
ресованный участник событий. Вместе со всеми он радуется
успехам Советской страны и верит в ее прекрасное, коммуни-
стическое будущее.
Отечество
славлю,
которое есть,
по трижды —
которое будет.
Поэма «Хорошо!» — это дальнейший этап в твор-
Художествен- ческом развитии Маяковского. В ней поэт развил
ные особенности «Г
поэмы те идеино-художественные принципы, которые
были характерны для поэмы «Владимир Ильич
Ленин». Прежде всего Маяковский углубил реалистическое изо-
бражение действительности. Так, он дал живое описание тру-
довых будней советских людей, показал их новое отношение
к труду:
133
Холод большой.
Зима здорова.
Но блузы
прилипли к потненьким.
Под блузой коммунисты.
Грузят дрова
На трудовом субботнике.
Мы не уйдем,
хотя
уйти
имеем
все права.
В наши вагоны,
на нашем пути,
наши
грузим
дрова.
Очень ярко изображена сцена взятия Зимнего дворца (пути-
ловец— «папаша») и нарисованы картины трудностей быта
первых лет революции (выдача продуктов и одежды по манда-
там, эпидемия тифа, расчистка путей пассажирами поезда
и т. п.).
Каждого из участников событий Маяковский наделил инди-
видуальными чертами и яркой речевой характеристикой.
Опьяненный властью, Керенский «болтает сорокой радост-
ной», из его уст извергаются «слова и слова», которыми он пы-
тается прикрыть антинародную сущность Временного правитель-
ства. Так же лицемерен язык деятелей буржуазных пар-
тий — Милюкова и Кусковой. Внутреннюю фальшь этих прож-
женных политиканов Маяковский остроумно обнажает по-
средством пародийного сопоставления их речей с сердечной и
задушевной исповедью пушкинской Татьяны перед няней. На-
глая речь белогвардейцев — адъютанта и штабс-капитана По-
пова— выражает лютую ненависть к народу («повыпускаем им
потроха»).
Язык представителей революционного лагеря отличается
твердостью и решимостью:
Кончайте войну!
Довольно!
Будет!
В этом
голодном году
невмоготу, —
призывают солдаты, не желающие воевать за интересы буржуа-
зии. «Дрожи, капиталова дворня! Тряситесь, короны на лбах!» —
слышится речь рабочих, близкая к словам революционных пе-
134
сен. «Востри топоры, подымай косы», — несется призыв из рус-
ских деревень.
Выразительна деловая речь коммуниста, одного из органи-
заторов восстания: «Вам, которые с Выборгской стороны, вам
заходить с моста Литейного», «Вот тебе, к маузеру, двести бери,
а это — сто патронов к винтовкам». Благодаря одной фразе, ска-
занной «окрепшим басом»: «Которые тут временные? Слазь!
Кончилось ваше время» — перед нами возникает образ реши-
тельного и смелого балтийского матроса с острой и меткой
речью.
Богат в поэме авторский язык. В нем отчетливо слышны то
повествовательные интонации (описание интервенции в главе
десятой), то ораторская речь (глава семнадцатая), то призывы
и лозунги. Если речь идет о друзьях, Маяковский находит слова,
глубоко выражающие чувство любви и сердечной привязанности
(«нельзя на людей жалеть ни одеяло, ни ласку»); когда перед
ним стоит враг, голос его становится гневным, полным ненавИ'
сти («Будьте вы прокляты, прогнившие королевства и демокра-
тии...»).
В поэме все время звучит голос поэта — человека советской
эпохи, живущего всеми радостями и горестями своей страны:
«Из нищей нашей земли кричу: — я землю эту люблю!», «Я с
теми, кто вышел строить и месть...», «Я планов наших люблю
громадьё...»
И я,
как весну человечества,
рожденную
в трудах и в бою,
пою
мое Отечество,
республику мою!
Поэма «Хорошо!» была написана Маяковским в пору его
поэтической зрелости. Она поразительна по многообразиюсредств
художественного выражения. Революционный пафос и револю-
ционная патетика звучат в тех местах поэмы, где говорится о
торжестве социализма, о величии революции; многие страницы
поэмы проникнуты задушевным лиризмом; к сатире и гротеску
обращается поэт, разоблачая врагов революции. Замечатель-
ного сатирического эффекта достигает он, используя для харак-
теристики представителей контрреволюционного лагеря — Ми-
люкова, Кусковой, Керенского — образы, размеры и отдельные
строки известных произведений Пушкина («Евгений Онегин») и
Лермонтова («Воздушный корабль»).
Поэма «Хорошо!» — это самое богатое различными ритмами
произведение Маяковского. Разнообразная ритмика поэмы со-
ответствует содержанию и смыслу ее отдельных глав.
Стихийность крестьянских восстаний подчеркивается в поэме
ритмом частушки. Когда же речь заходит о партии, этот ритм
135
сменяется ритмом революционного марша. При описании взя-
тия Зимнего дворца отрядами рабочих и красногвардейцев мар-
шевый ритм подчеркивает организованность, сплоченность, реши-
мость и сознательность идущих на приступ. Последняя глава напи-
сана в бодром, четком ритме, выразительно передающем радость
советского человека, который гордится успехами своей Родины.
Поэма Маяковского «Хорошо!» является одним из самых
ярких произведений социалистического реализма. Реалистиче-
ское изображение советской действительности в ее движении
к коммунизму сочетается в ней с пламенной пропагандой совет-
ского патриотизма.
СТИХИ О ЗАГРАНИЦЕ
С любовью воспевал Маяковский страну социализма. В то
же время он беспощадно обличал капиталистический мир, нравы
и быт которого хорошо изучил во время своих поездок в Аме-
рику, Францию, Испанию, Германию и другие страны. Резуль-
татом этих поездок явились многочисленные стихи Маяковского
о загранице.
Основная тема этих произведений — резкие социальные про-
тиворечия в странах капитала.
Вы себе представляете
парижских женщин
с шеей разжемчуженной,
разбриллиантенной рукой...
Бросьте представлять себе:
жизнь
жестче —
у моей парижанки
вид другой, —
так начинает Маяковский стихотворение «Парижанка», в кото-
ром рисует образ французской труженицы, поставленной в уни-
зительное положение. «...Очень трудно в Париже женщине, если
женщина не продается, а служит», — пишет Маяковский.
Две Франции — два Парижа видит читатель в стихах Мая-
ковского. В стихотворении «Версаль» — картины буржуазной
Франции, ее роскоши и богатства («Красивость — аж дух вы-
матывает!»). Но этот внешний блеск не слепит поэту глаза.
Парадная красота Парижа не заслоняет от него тяжелого
положения тех, чьим трудом она была создана. «Стихи о красо-
тах архитектуры» заканчиваются вопросом: «...мусье Париж,
на скольких костях твоя покоится роскошь?»
В стихотворениях «парижского» цикла Маяковский снимает
с Парижа романтическое покрывало и рисует правдивые кар-
136
тины неприглядной действительности («Заграничная штучка»,
«Красавицы» и др.).
Столь же трезво изображает Маяковский Испанию. «Ты—'я
думал — райский сад. Ложь подпивших бардов», — так начинает
он стихотворение «Испания», иронизируя над испанской эк-
зотикой («Визги... пенье... страсти!»). В другом стихотворении —
«6 монахинь» — Маяковский показывает, как в испанском «раю»
католическая религия превращает людей в гнусную карикатуру
на человека.
Картины человеческого горя наблюдал поэт в Мексике, не-
когда бывшей страной свободолюбивых индейских племен. Поэт,
увлекавшийся в юности романтикой книг Фенимора Купера и
Майн Рида, видит, как «Монтигомо Ястребиный Коготь» попал
в кабалу к «бледнолицым братьям» — колонизаторам. Былая
романтика безвозвратно сменилась жестокой прозой жизни.
Среди произведений Маяковского о загранице большое место
занимают стихи об Америке.
В очерках «Мое открытие Америки» (1925) Маяковский ци-
тировал свои собственные строки: «Американцы бывают разные,
которые пролетарские, а которые буржуазные». Эти строки мож-
но поставить эпиграфом ко всем «американским» стихам поэта.
В «демократической» Америке с колонизаторской жесто-
костью истребляются целые племена и народности («Свидетель-
ствую»), «ни воли, ни жизни» нет там, где господствует доллар
(«Мексика — Нью-Йорк»), тяжек и унизителен труд, поставлен-
ный на службу наживе («Барышня и Вульворт»),
Я смотрю
и злость меня берет
на укрывшихся
за каменный фасад.
Я стремился
за 7000 верст вперед,
а приехал
на 7 лет назад, —
писал Маяковский в стихотворении «Небоскреб в разрезе»
(1925), подчеркивая, что в современной Америке господствуют
те самые порядки, с которыми в России покончила Великая
Октябрьская социалистическая революция. «У советских собст-
венная гордость: на буржуев смотрим свысока», — так заявил
Маяковский в одном из стихотворений об Америке («Бродвей»),
Но в то же время у Маяковского никогда не было пренебре-
жения к успехам и достижениям зарубежных стран. Обращаясь
к советской молодежи («Нашему юношеству»), поэт писал:
Смотрите на жизнь
без очков и шор,
глазами жадными цапайте
все то,
что у вашей земли хорошо
и что хорошо на Западе.
137
«На хорошее и мне не жалко слов», — так начи-
«Бруклинский нает поэт свое стихотворение «Бруклинский мост»
мост* (1925), рассказывая об одном из выдающихся
технических сооружений Америки. Поэт гордится человеческим
разумом, создавшим этот мост через Гудзон, его восхищает труд
людей, которые возводили его. Этот мост — «стальная миля»,
«расчет суровый гаек и стали» — вобрал в себя все достижения
современной техники. По одному ему «столетний геолог сумел
воссоздать бы дни настоящие». «...Да... Это вещь!» — воскли-
цает поэт, гордый за человеческий гений.
Но и эти сильные впечатления не могут заставить Маяков-
ского забыть о социальных противоречиях, царящих в США.
Более того, они помогают ему еще лучше понять капиталисти-
ческую действительность. Большая часть стихотворения, в ко-
тором поэт с искренним восторгом говорит о красоте и совер-
шенстве Бруклинского моста, служит для того, чтобы еще силь-
нее выразить основную мысль произведения: те, чьим трудом
возводился этот мост, кто является единственным творцом всех
ценностей на земле, обречены на голодную смерть, а плодами их
тяжелого труда пользуются эксплуататоры.
Здесь
жизнь
была
одним — беззаботная,
другим —
голодный
протяжный вой.
Отсюда
безработные
в Гудзон
кидались вниз головой.
Во время своих заграничных поездок Маяковский болезнен-
но переносил разлуку с Родиной. Каждый раз его неудержимо
тянуло обратно. «Ужасно хочется в Москву», — писал он из
Франции. «Очень скучно», — телеграфировал из Америки. Тем
же чувством пронизаны его стихи. В одном из них («Еду») в
описание веселящегося Парижа («В Париже грустить? Едва
ли!») внезапно врывается голос поэта, тоскующего о родном
крае:
Сейчас бы
в сани
с ногами —
в снегу,
как в газетном листе б...
Свисти,
заноси снегами
меня,
прихерсонская степь...
138
Каждый раз с огромной радостью возвращался Маяковский
на Родину. И недаром поэтическим итогом его заграничных по-
ездок были такие высокопатриотические стихи, прославляющие
Советскую Родину, как «Домой» или «Стихи о советском пас-
порте».
МАЯКОВСКИЙ В БОРЬБЕ ЗА СОВЕТСКУЮ
ПОЭЗИЮ
С первых дней революции и до конца своей жизни Маяков-
ский вел неутомимую борьбу за новое, революционное искус-
ство, за боевую советскую поэзию. Связав все свое творчество с
интересами советского народа и социалистического государства,
Маяковский страстно порицал тех писателей, которые пытались
отгородиться от современности, уйти в область «чистого искус-
ства», писать произведения «для немногих». Он высмеивал поэ-
тов, «запутавшихся в паутине рифм», и еще в 1921 году писал
в своем «Приказе № 2 армии искусств»:
Мастера,
а не длинноволосые проповедники
нужны сейчас нам.
В борьбе за идейную советскую поэзию Маяковский не был
одинок. Рядом с ним шли Д. Бедный, Н. Тихонов, Н. Асеев.
Боевыми друзьями Маяковского были молодые комсомольские
поэты: М. Светлов, А. Безыменский, А. Жаров. Поэт иногда
критиковал их, но всегда относился к ним, как к товарищам по
общей работе, как к союзникам в литературной борьбе. В сти-
хотворении «Послание пролетарским поэтам» (1926) Маяков-
ский писал:
Давайте,
товарищи,
шагать в ногу.
Нам не надо
брюзжащего
лысого парика!
А ругаться захочется —
врагов много
по другую сторону
красных баррикад.
Для Маяковского не существовало в искусстве «возвышен-
ного» и «низкого». Его подход к поэзии был иным: полезно для
революции или вредно? И по мере того как росло и крепло Со-
ветское государство и развертывалось социалистическое строи-
тельство, Маяковский все более настойчиво выступал против
139
аполитичной «мотыльковой поэзии», бездумно порхающей по
случайным и мелким темам, и призывал создавать произведе-
ния, достойные нашей эпохи.
Выступая за связь поэзии с жизнью, Маяковский в то же
время требовал от поэта, чтобы он не превращался в бесстраст-
ного фотографа, не плелся в хвосте событий, а опережал время
и освещал народу путь к коммунизму.
У нас
поэт
событья берет —
опишет вчерашний
гул,
а надо
рваться
в завтра,
вперед,
чтоб брюки
трещали
в шагу!
(«Верлен и Сезан»)
«Слабосильные топчутся на месте и ждут, пока событие
пройдет, чтобы отразить его, мощные забегают на столько же
вперед, чтобы тащить понятое время», — утверждал поэт в
статье «Как делать стихи?» (1926).
Поэт, по словам Маяковского, должен «быть активным бой-
цом, активным работником на фронте нашего социалистического
строительства». «И песня и стих — это бомба и знамя», — писал
он. Обращаясь к поэтам, Маяковский спрашивал: «Ты скажи,
сделал ли ты из своих стихов или попытался сделать оружие
класса, оружие революции?» (выступление на диспуте, 1927).
В 1927 году молодой поэт И. Молчанов опубликовал стихо-
творение «Свидание». Оно было проникнуто настроениями само-
успокоенности и благополучия. Революционной борьбе Молча-
нов противопоставлял желание «у тихой речки отдохнуть». Это
стихотворение вызвало у Маяковского чувство протеста. «Пись-
мо к любимой Молчанова...» — так назвал он свои стихи, на-
правленные против Молчанова. Это выступление поэта выхо-
дило далеко за пределы частного литературного спора. Оно за-
капчивалось словами, звучащими резко и требовательно:
Литературная шатия,
успокойте ваши нервы,
отойдите, —
вы мешаете
мобилизациям и маневрам.
Маяковский выступал и против отношения к поэзии как к
бессодержательной игре словами и звуками. Когда-то в молодо-
сти, будучи футуристом, он и сам отдал дань таким представле-
ниям о поэзии. Но после революции Маяковский не только отка-
140
зался от формалистического подхода к искусству, но и выступал
против тех, кто был заражен этой литературной болезнью. Кри-
тикуя конструктивистов, он говорил: «Они повторяют ошибку
футуристов — голое преклонение перед техникой, они повторяют
ее и в области поэзии». «Нельзя придавать выделке, так назы-
ваемой технической обработке, самодовлеющую ценность»; «Ко-
нечно, не обязательно уснащать стих вычурными аллитерациями
и сплошь его небывало зарифмовать», — не уставал повторять
Маяковский.
Но его выступления против формализма в поэзци не имели
ничего общего с пренебрежительным отношением к художест-
венной форме. Наоборот, Маяковский всю свою жизнь боролся
за высокое художественное мастерство. Об этом можно судить
не только по его стихам, но и по его статье «Как делать стихи?»,
в которой он рассказал, как много труда потребовало стихотво-
рение «Сергею Есенину». Маяковский считал совершенно недо-
пустимым, когда тот или иной поэт, избрав актуальную полити-
ческую тему, писал серые, неряшливые, безграмотные вирши.
«Я не за рифмованную политграмоту», — говорил поэт, обру-
шиваясь на смехотворные строчки: «Товарищ комсомол, построй
огромный мол!»; «Красное знамя, раздувай пламя!»; «Я проле-
тарская пушка, стреляю туда и сюда...» и т. п. Он писал:
Культуру
высокую
в массы двигай!
Такую,
как и прочим.
Нужна
и понятна
хорошая книга
и вам,
и мне,
и крестьянам,
и рабочим.
Много прекрасных стихотворений посвятил Мая-
«Разговор ковский своему любимому труду — поэзии
(«Юбилейное», «Сергею Есенину», «Послание
пролетарским поэтам», «Во весь голос» и др.).
Важное место среди них занимает «Разговор с фининспектором
о поэзии» (1926). Это монолог о поэзии, эстетическая деклара-
ция поэта.
Маяковский решает в стихотворении волнующий и его и каж-
дого писателя вопрос «о месте поэта в рабочем строю», о зна-
чении поэзии для народа, для его борьбы за коммунизм. Мая-
ковский стремится поднять уважение к труду поэта и отводит
поэзии важную роль в жизни общества. По его мнению, место
советского поэта «в ряду беднейших рабочих и крестьян», по его
141
определению, поэт — это «народа водитель и одновременно на-
родный слуга». Слова поэта
приводят в движение
тысячи лет
миллионов сердца.
Поэзия, по утверждению Маяковского, — это не Только отра-
жение жизни, ее новых сторон («езда в незнаемое»), но и мо-
гучее средство воспитания:
...рифма поэта —
ласка
и лозунг,
и штык,
и кнут.
Поэт иронизирует над своим воображаемым собеседником —
фининспектором, показывая абсурдность бухгалтерского под-
хода к поэзии («издержки в моем производстве», «распоряже-
ние», «тариф», «баланс», «накладные расходы», «амортизация»,
«проценты и пени» и т. п.). Примитивному отношению к худо-
жественному творчеству «гражданина канцеляриста» Маяков-
ский противопоставляет высокое гражданское понимание поэзии.
Он сравнивает рифму с бочкой динамита, со штыком и боевым
лозунгом, ищет такие рифмы, «чтоб враз убивали, нацелясь».
«Поэт всегда должник вселенной», — восклицает Маяков-
ский, подчеркивая ответственность поэта перед человечеством,
его обязанность откликаться в своих произведениях на все зна-
чительные явления современности, помогать народу строить
коммунизм.
Маяковский высоко поднимал значение поэзии. Он требовал
от поэтов ответственного отношения к своему труду, упорной,
напряженной работы над стихом. Борьба за высокое и совер-
шенное мастерство — одна из главных идей «Разговора с фин-
инспектором о поэзии».
Маяковский всегда порицал отношение к поэзии как к лег-
кому занятию. В этом стихотворении он резко осуждает поэта,
который, «пользуясь чужими словесами», «строчку чужую вста-
вит и рад».
Маяковский считал, что поэт должен не жалеть сил для того,
чтобы найти нужные рифмы, ритмы, метафоры, «чтобы добыть
драгоценное слово из артезианских людских глубин». Для Мая-
ковского поэзия — радостный, но и настойчивый, сложный труд:
Поэзия —
та же добыча радия.
В грамм добыча,
в год труды.
Изводишь,
единого слова ради,
тысячи тонн
словесной руды.
142
Успехи социализма подсказали Маяковскому за-
*голос»Ь мысел поэмы о пятилетке, но он успел написать
только вступление к ней—«Во весь голбс»
(1930), которое является законченным произведением, имеющим
самостоятельное идейно-художественное значение.
Это произведение наиболее полно выражает взгляды Мая-
ковского на задачи и назначение советской поэзии. Классиче-
ская русская поэзия знает ряд таких программных стихотворе-
ний, в которых тот или иной поэт высказывает свои взгляды на
роль поэзии, на сущность своего творчества («Памятник»
Г. Р. Державина, «Памятник» А. С. Пушкина, «Блажен незло-
бивый поэт» Н. А. Некрасова и др.). В условиях советской дей-
ствительности эту традицию развил и продолжил Маяковский
своим вступлением «Во весь голос». Поэт вспоминает свою ра-
боту в РОСТА, когда он «шершавым языком плаката» помогал
молодой Советской республике очищаться от грязи прошлого,
говорит о действенности своего Творчества в настоящем, выра-
жает уверенность в том, что его произведения будут нужны и
людям коммунистического будущего («Я к вам приду в комму-
нистическое далеко...»). Поэт считает себя вправе говорить так
о своем творчестве, потому что оно от начала до конца было
поставлено на службу интересам рабочего класса и помогало
его революционной борьбе.
Отвергая индивидуалистическое искусство, Маяковский счи-
тает подлинной социалистической поэзией лишь ту, которая яв-
ляется оружием в борьбе за победу социализма. И снова обра-
щается он к боевым сравнениям и метафорам: стихи — солдаты,
стоящие в железном строю, поэмы — орудия, остроты — кавале-
рия, рифмы — «отточенные пики».
И все 0
поверх зубов вооруженные войска,
что двадцать лет в победах
пролетали,
до самого
последнего листка
я отдаю тебе, планеты пролетарий.
Но для того чтобы стихи поэта стали оружием революции,
они должны обладать и совершенной художественной формой.
Маяковский отвергает равнодушное ремесленничество тех, «кто
стихами льет из лейки, кто кропит, набравши в рот...». «Мой
стих трудом громаду лет прорвет», — говорит поэт, подчеркивая
необходимость упорной работы над художественными произведе-
ниями. С огромным воодушевлением пишет поэт в заключитель-
ных строках о коммунистической партийности своего творчества:
Явившись
в Це Ка Ка
идущих
светлых лет,
143
над бандой
поэтических
рвачей и выжиг
я подыму,
как большевистский партбилет,
все сто томов
моих партийных книжек.
Выступая 25 марта 1930 года с чтением этого произведения
перед комсомольцами Красной Пресни, Маяковский говорил:
«Я человек решительный, я хочу сам поговорить с потомками,
а не ожидать, что им будут рассказывать мои критики в буду-
щем».
Новые принципы советской поэзии Маяковскому приходилось
отстаивать в литературно-политической борьбе, которая к
1930 году приняла особенно острый характер.
Маяковский мужественно защищал свои идейно-поэтические
принципы. Он, по его словам, «засучив рукава» боролся, «опре-
деляя свое право на существование как писателя революции,
для революции, а не отщепенца». Эта борьба отнимала у Мая-
ковского немало сил и здоровья, иногда выводя его из состоя-
ния душевного равновесия.
В 1930 году к этому прибавились сложные обстоятельства
личной жизни, длительная болезнь горда, которая лишила Мая-
ковского возможности живого общения с читателями. Все это
привело к катастрофе: 14 апреля 1930 года Маяковский покон-
чил жизнь самоубийством.
До последних дней своей жизни Маяковский оставался на
боевом посту. Предсмертным его произведением было вступле-
ние к поэме «Во весь голос», полное жизнеутверждающего па-
фоса, ясного сознания своей нерасторжимой связи с советским
народом, строящим коммунизм.
НОВАТОРСТВО МАЯКОВСКОГО
В творчестве Маяковского органически сочетаются лучшие
традиции русской классической литературы и новаторство поэта
социалистической эпохи.
Никакое подлинное новаторство немыслимо и неосуществимо
без творческого освоения того, что было достигнуто предыду-
щими поколениями. Лишь наследуя великие идейно-художест-
венные достижения русской классической литературы и продол-
жая ее традиции в новую эпоху, советские писатели создали
выдающиеся произведения о жизни, труде и борьбе советского
народа. Ярким примером этого является творчество Маяковского.
Противники Маяковского пытались представить его нигили-
стом, обвиняли в пренебрежительном отношении к культурному
наследию. Маяковский резко возражал против этих измышле^
144
ний. В ответ на обвинение в «уничтожении классиков» он в
1930 году говорил: «Никогда я этим глупым делом не зани-
мался...»
Отношение Маяковского к крупнейшим русским поэтам
XIX века свидетельствует о том, как высоко он ценил великих
мастеров прошлого.
В одном из своих выступлений, отводя упреки в «неуважении
к предкам», Маяковский говорил: «...я месяц тому назад, во
время работы, когда Брик начал читать «Евгения Онегина», ко-
торого я знаю наизусть, не мог оторваться и слушал до конца
и два дня ходил под обаянием четверостишия:
Я знаю: жребий мой измерен,
Но, чтоб продлилась жизнь моя,
Я утром должен быть уверен,
Что с вами днем увижусь я.
Когда наша страна праздновала стодвадцатипятилетний
юбилей со дня рождения Пушкина, Маяковский написал извест-
ное стихотворение «Юбилейное» (1924) и в нем выразил свою
глубокую любовь к великому поэту. «Я люблю вас, но живого,
а не мумию», — страстно восклицает Маяковский, протестуя
против того «хрестоматийного глянца», который наводили на
поэта псевдоученые педанты.
В стихотворении «Юбилейное» не случайно упомянут Некра-
сов. «Этот нам компания», — говорит о нем Маяковский, обра-
щаясь к Пушкину. Этим Маяковский указывает на ту линию
русской классической поэзии, продолжением которой он считал
свое творчество.
Высоко ценил Маяковский романтические мотивы поэзии
Лермонтова. Он защищал поэта от вульгарных критиков, вы-
смеивал их попытки объявить его «индивидуалистом» потому-де,
что в его поэзии «...целые хоры небесных светил, и ни слова
об электрификации». В стихотворении «Тамара и Демон» Мая-
ковский использовал мотивы лермонтовского творчества. «Мы
общей лирики лента», — пишет он здесь о себе и Лермонтове.
Наследуя лучшие традиции классиков, Маяковский вместе
с тем выступил как новатор. Он обогатил поэзию новыми идейно-
художественными достижениями.
Одним из первых воспел Маяковский Великую Октябрьскую
революцию. Он связал свое творчество с задачами социалисти-
ческого строительства в нашей стране, отразил в своих произве-
дениях знаменательные события советской эпохи. Идеи совет-
ского патриотизма пронизывают все творчество поэта.
Для нового содержания Маяковский нашел новые средства
художественного выражения.
В стихотворении «О поэтах» он высмеивал тех эпигонов, ко-
торые действуют по рецепту: «Берутся классики, свертываются
145
в трубку и пропускаются через мясорубку». Сам Маяковский
творчески развивал классические традиции.
Прежде всего следует подчеркнуть, что в основе поэзии Мая-
ковского лежит разговорная речь. «Большинство моих вещей
построено на разговорной интонации», — писал Маяковский.
Не случайно многим своим стихотворениям он давал назва-
ния: «разговор», «рассказ», «послание» и т. п. («Разговор
на одесском рейде двух десантных судов...», «Разговор с фин-
инспектором о поэзии», «Рассказ литейщика Ивана Козырева...»,
«Рассказ рабочего Павла Катушкина...», «Послание пролетар-
ским поэтам» и т. д.).
В произведениях Маяковского отчетливо слышатся ора-
торские интонации поэта-трибуна, «агитатора, горлана, гла-
варя».
Он ведет с читателем разговор активный, всегда призываю-
щий к решительному действию, к участию в социалистическом
строительстве. «Разворачивайтесь в марше!» — призывал он в
годы гражданской войны («Левый марш»). С такой же стра-
стью звал он позднее к мирному труду, к социалистическому
строительству: «Борись в мелочах с баррикадной энергией, в
стройку влей перекопский энтузиазм» («Перекопский энтузи-
азм!»). Высмеивая в стихотворении «Теоретики» тех, кто за-
рылся в книги, «сидя под крылышком папы да мамы», Маяков-
ский обращается к молодым строителям коммунизма:
Ты хочешь
носить
ученое имя -т-
работу
щупай
руками своими.
На книги
одни —
ученья не тратьте-ка.
Объединись,
теория с практикой!
Маяковский постоянно боролся против ложного представле-
ния, насаждавшегося сторонниками «чистого искусства», будто
существует особый «поэтический язык», на котором только и
можно писать стихи. Одной из своих статей, направленных про-
тив защитников таких взглядов, поэт дал выразительное назва-
ние «С неба на землю». Ссылаясь на мысли В. И. Ленина и
М. И. Калинина о необходимости писать простым, ясным, понят-
ным языком, Маяковский выступает в этой статье против «ту-
манных и непонятных стихов». Он резко критикует тех поэтов,
которые пишут на условно-поэтическом жаргоне, пренебрегают
языком общенациональным, засоряют русский язык чуждыми
ему иностранными словами и т. п. «Иностранщина из учебни-
ков,— пишет Маяковский, — безобразная безобразность до сих
146
пор портит язык, которым пишем мы. А в это время поэты и
писатели, вместо того чтобы руководить языком, забрались в
такие заоблачные выси, что их и за хвост не вытащишь. От-
крываешь какой-нибудь журнал — сплошь испещрен стихами:
тут и «жемчужные зубки», и «хитоны», и «Парфенон», и «грезы»,
и черт его знает, чего тут только нет».
С такой же энергией боролся Маяковский против литератур-
ных штампов в языке, избитых, омертвевших, ничего не говоря-
щих выражений. В той же статье он писал: «Во всех газетах
до сих пор мелькают привычные, но никому не понятные, ни-
чего не выражающие уже фразы: «проходит красной нитью»,
«достигло апогея», «дошло до кульминационного пункта», «по-
терпела фиаско» и т. д. и т. д. до бесконечности».
Маяковский широко пользовался всеми богатствами русского
языка. Когда это было нужно, поэт не пренебрегал старыми
словами — архаизмами и славянизмами. Так, для того чтобы
придать стиху торжественность, он употребил в «Оде револю-
ции» старославянское слово «благословенная». С той же цёлью
он вводил такие слова, как «истый» (коммунист), «лоно» (ре-
волюции), «вещий», «алчба» и т. п. С другой стороны, Маяков-
ский обращался к старым словам и для того, чтобы достичь ко-
мического эффекта. Высмеяв в стихотворении «Бюрократиада»
канцелярскую бумажную волокиту, он писал: «Ищите и обря-
щете — пойди и «рящ» ее! — которая «входящая» и которая «ис-
ходящая»?!»
Маяковский часто употреблял и неологизмы — слова, со-
зданные им самим. Их особенность в том, что они создавались
на основе общеупотребительных русских слов и всегда были
ясны по своему смыслу: «Молоткастый, серпастый советский
паспорт», «Я планов наших люблю громадьё» и т. п. Как эти,
так и другие неологизмы Маяковского имеют цель наиболее вы-
разительно выявить содержание стихотворения, его смысл.
Живая разговорная речь современников — основа языка
Маяковского. Это определило и особенности ритмического по-
строения его стихов.
Издавна в русской поэзии господствует силлабо-тоническая
система стихосложения. Она основана на закономерном чередо-
вании ударных и безударных слогов. Маяковский не ограничил-
ся ранее существовавшими стихотворными правилами. Правда,
значительное количество стихотворений Маяковского написано
обычными силлабо-тоническими размерами («Необычайное при-
ключение...», «Военно-морская любовь» и др.), но вместе с тем
у него есть много произведений, ритм которых основан только
на чередовании ударных слогов. Такой стих называется тониче-
ским. Он восходит к русскому народному стихосложению. Им
пользовались и поэты XIX века (Пушкин — «Сказка о рыбаке и
147
рыбке»), но только в творчестве Маяковского этот стих полу-
чил широкое применение.
Так, например, поэт пишет:
Гражданин фининспектор!
Простите за беспокойство.
Спасибо...
не тревожьтесь...
я постою...
У меня к вам
дёло
деликатного свойства:
о мёсте
поэта
в рабочем строю.
Здесь каждая строка содержит четыре ударения, а количе-
ство безударных слогов меняется. Это — четырехударный тони-
ческий стих.
Иногда Маяковский сочетает разноударные строки с целью
выделить или подчеркнуть какие-либо слова. На этом принципе,
например, построены две последние строки «Стихов о советском
паспорте» (четырехударная и двухударная):
Читайте,
завйдуйте,
я — гражданин
Советского Союза.
В этом свободном ритме поэт видел богатые возможности
для выражения живой разговорной речи.
Чтобы подчеркнуть смысл отдельных элементов стиха, Мая-
ковский разбивает стихотворную строку на «ступеньки», распо-
лагает их лесенкой, помогая правильному чтению с необходи-
мыми паузами, без скороговорки:
Время —
начинаю
про Ленина рассказ...
Очень большое значение в произведениях Маяковского име-
ет рифма. В статье «Как делать стихи?» Маяковский писал: «Без
рифмы (понимая рифму широко) стих рассыпается. Рифма воз-
вращает вас к предыдущей строке, заставляет вспомнить ее, за-
ставляет все строки, оформляющие одну мысль, держаться вме-
сте». Поэт не удовлетворялся старым способом рифмовки, при
котором слова рифмовались только в случае совпадения окон-
чаний слов: любовь — кровь, народа — свобода и т. п. Маяков-
ский часто рифмует слова, учитывая не только их окончания,
но и предшествующие звуки, не только буквальные совпадения
слогов, но и созвучия слов. Рифмы Маяковского исключительно
разнообразны и выразительны. В поэме «Хорошо!» он рифмует:
148
обняться — нации, деться — красногвардейцы, кронштадтцы —
шататься, шар — хороша и т. п.
«Я всегда ставлю самое характерное слово в конец строки
и достаю к нему рифму во что бы то ни стало», — писал поэт.
Это означает, что Маяковский рифмует те слова, которые выра-
жают основной смысл произведения. Так, например, призывая
подписываться на заем, Маяковский рифмует именно это глав-
ное слово:
Поэзия любит в мистику облекаться,
говорить о вещах едва касаемо.
Я ж открыто агитирую за покупку облигаций
государственного выигрышного займа.
Часто Маяковский прибегал к составным рифмам («Лет до
ста расти нам без старости», «Славьте, молот и стих, землю мо-
лодости» и т. д.).
Говоря о том, что «надо довести до предела выразительность
стиха», Маяковский указывал: «Одно из больших средств выра-
зительности— образ». При этом поэт не признавал «самоцен-
ных» образов. «Образ должен быть тенденциозен», — писал он.
Таким тенденциозным, т. е. политически направленным, образом
является, например, образ крепостной России в поэме «Влади-
мир Ильич Ленин». Маяковский, рисуя ландшафт страны, гово-
рит о нем словами, характеризующими подневольную жизнь
русского народа:
Сверху
взгляд
на Россию брось —
рассинелась речками,
словно
разгулялась тысяча розг,
словно
плетью исполосована.
Но синей, чем
вода весной,
' синяки
Руси крепостной.
Тщательно работал Маяковский и над звуковой стороной
стиха. Поэт утверждал, что «не обязательно уснащать стих вы-
чурными аллитерациями», и если он сам прибегал к аллитера-
ции, то только для того, чтобы сильнее подчеркнуть важные
для него слова. Как пример такой аллитерации Маяковский
приводил строку: «Где он, бронзы звон или гранита грань?»
Благодаря звукам нз слова «бронзы» и «звон» теснее связы-
ваются между собой. То же происходит и со словами «гра-
нита» и «грань» с помощью звуков гр. Эти звуки подчерки-
вают главную мысль строфы: в ней речь идет о памятнике,
который обычно отливается из бронзы или высекается из
гранита.
149
Значение
творчества
Маяковского
Таковы основные особенности поэтики Маяковского. Они
свидетельствуют о том, что Маяковский, закономерно разви-
вая русское стихосложение, расширял и обогащал его.
Творчество Маяковского оказало и оказывает
огромное влияние на развитие всей советской
поэзии. Оно является образцом глубоко идейно-
го творчества. Поэзия Маяковского — действен-
ное оружие против безыдейности и формализма в литературе.
Работа Маяковского над своими произведениями является
примером для советских поэтов. Ритмическое богатство его сти-
хотворений, свежие оригинальные рифмы, смелые и яркие поэ-
тические образы и сравнения, гибкий и выразительный синтак-
сис, живая разговорная речь — все это богатейший арсенал со-
ветской поэзии.
...все, что я сделал,
все это ваше —
рифмы,
темы,
дикция,
бас! —
писал Маяковский, обращаясь к советским поэтам («Послание
пролетарским поэтам», 1926).
Продолжать Маяковского — не значит обязательно подра-
жать всем особенностям его поэтической манеры, слепо копи-
ровать его строй стиха. Сам Маяковский призывал к тому, что-
бы в советской поэзии было «больше поэтов хороших и разных».
Большое значение имеет творчество Маяковского для раз-
вития поэзии национальных республик Советского Союза. Круп-
нейший украинский поэт Микола Бажан писал: «Пусть не рас-
полагаем мы своих строк «лестницей Маяковского», но мы по
этой лестнице взошли к тому чувствованию слова, языка, лек-
сики, образа, эпитетов, а прежде всего — к тому строю чувств
и страстей, которыми жил Маяковский и которые не угаснут в
советской поэзии».
Лучшие прогрессивные поэты всех стран следуют традициям
Маяковского. Влияние Маяковского видно и в пламенных сти-
хах чилийского поэта Пабло Неруды и турецкого поэта Назыма
Хикмета, в творчестве антифашистского немецкого писателя Ио-
ганнеса Бехера, польского поэта Юлиана Тувима и ряда других
поэтов мира. Прогрессивный французский писатель Луи Арагон
писал: «Поэт Владимир Маяковский научил меня, что нужно об-
ращаться к миллионам людей, к тем, которые хотят переделать
этот мир». Поэзия Маяковского помогает прогрессивным писате-
лям Запада бороться против упадочного буржуазного искусства.
Поэзия Маяковского, как мощный маяк, указывает путь
каждому честному поэту на земле, сердце которого принадле-
жит народу.
(у\ И ТЕ РАТУ РА ПЕРИОДА
ПОБЕДЫ СОЦИАЛИЗМА
1930 — 1941
Тридцатые годы явились новым этапом в истории советской
литературы.
Развернув наступление социализма по всему фронту, совет-
ский народ одержал победу всемирно-исторического значения.
Облик нашей страны совершенно преобразился. На некогда
пустынных и безлюдных местах выросли гигантские заводы и
электростанции. Целые города появились там, где совсем не-
давно шумела глухая тайга. Вместо убогой и нищей единолич-
ной деревни с ее темнотой и неуверенностью в завтрашнем дне
возникла новая, колхозная деревня, перед которой открылись
перспективы процветания. В советском обществе были до конца
ликвидированы эксплуататорские классы и уничтожено угнете-
ние человека человеком. Советский Союз вступил в полосу за-
вершения строительства социализма и постепенного перехода к
коммунизму. Вместе с тем в жизни страны с середины 30-х го-
дов стали обозначаться определенные явления, обусловленные
культом личности Сталина. Но как бы ни были тяжелы послед-
ствия культа личности Сталина, они не могли остановить посту-
пательного хода социалистического строительства и тем более
изменить природу советского строя.
Победы социалистического строительства в нашей стране
оказали самое плодотворное влияние на развитие советской ли-
тературы. В ней окончательно утверждается метод социалисти-
ческого реализма. В эти годы выходят новые части эпопеи
А. М. Горького «Жизнь Клима Самгина» и его пьесы «Егор Бу-
лычов и другие» и «Достигаев и другие», «Во весь голос»
(вступление к поэме о пятилетке) В. Маяковского, первая кни-
га «Поднятой целины» и третья и четвертая книги «Тихого До-
на» М. Шолохова, вторая часть романа «Петр Первый» А. Тол-
стого, «Как закалялась сталь» Н. Островского, «Педагогическая
151
поэма» А. Макаренко, «Соть» Л. Леонова, «Белеет парус оди-
нокий» В. Катаева, «Тимур и его команда» А. Гайдара, сбор-
ники стихов А. Твардовского, М. Исаковского и многие другие
выдающиеся произведения советской литературы.
Культ личности Сталина нанес серьезный ущерб советской
литературе: незаконные репрессии, в результате которых погиб-
ли многие советские писатели, преувеличение роли Сталина и
неоправданное восхваление его в некоторых романах, повестях,
кинофильмах, в ряде песен и стихотворений, распространение
парадности и приукрашивание действительности в искусстве,
догматизма и «проработок» в критике и т. д. Но при всем том
советская литература в своем основном потоке оставалась вер-
ной жизненной правде, интересам народа, высоким идеалам
коммунизма.
В тридцатые годы существеннейшим образом изменяется и
обогащается содержание советской литературы. Прежде усилия
писателей были сосредоточены преимущественно на изображе-
нии революции и гражданской войны, теперь главное место в
литературе, естественно, заняли проблемы социалистического
строительства и его влияния на формирование нового сознания
и морали советского человека. Прежде героями произведений
литературы были преимущественно люди, осуществляющие ре-
волюцию и защищавшие ее завоевания с оружием в руках, те-
перь главными героями произведений литературы стали рабо-
чие, крестьяне, интеллигенция, строящие социализм. Говоря сло-
вами Горького, в центре советской литературы становится «со-
циалистический труд как организатор нового человека и новый
человек как организатор социалистического труда».
Многообразней становятся жанры, темы, художественные
формы советской литературы. Писатели тяготеют к монумен-
тальным художественным формам. Горький, Шолохов, А. Тол-
стой создают романы-эпопеи. Наряду с произведениями о со-
циалистическом строительстве появились художественные
произведения исторического характера, успешно развивается
детская литература (А. Гайдар, С. Маршак, С. Михалков и др.),
советская песня, очерк.
Изменился состав писателей Советского Союза. С каждым
годом среди них становилось все больше и больше людей, вы-
шедших из трудовой среды, выступивших в литературе после
Октябрьской революции. В 30-е годы в литературу вошли
Н. Островский, А. Макаренко, А. Твардовский, Ю. Крымов,
Б. Горбатов, К. Симонов и многие другие. В первые годы Совет-
ской власти, в годы нэпа среди писателей было немало людей
колеблющихся, сомневающихся, неустойчивых. Под влиянием
побед социализма, благодаря правильной политике партии ос-
новная масса писателей встала безоговорочно на сторону со-
ветского народа и государства, без всяких сомнений и колеба-
152
нлй определила свое место в лагере социализма. Общий смысл
и пафос исканий многих советских писателей хорошо выразил
тогда поэт В. Луговской в «Письме к Республике от моего
друга» (1929):
Ты строишь, кладешь и возводишь,
Ты гонишь в ночь поезда.
На каждое честное слово
Ты мне отвечаешь: «Да!»
...Так верь и этому слову—•
От сердца оно идет, —
Возьми меня, переделай
. н двинь, грохоча, вперед!
Однако несмотря на глубокие изменения в сре-
Перестройка де писателей, в их умонастроениях, в литературе
литературных продолжали существовать различные группиров-
Первый съезд ки> которые разъединяли писателей, заставляли
писателей их придерживаться узких интересов, враждовать
между собой. Сильно мешала развитию литера-
туры РАПП (Российская ассоциация пролетарских писателей).
Руководители этой организации не понимали тех существенных
изменений, которые произошли в стране и в литературной сре-
де, и продолжали противопоставлять партийных писателей бес-
партийным, командовать в литературе и применять «раппов-
скую дубинку».
23 апреля 1932 года было опубликовано постановление ЦК
ВКП(б) «О перестройке литературно-художественных органи-
заций». В постановлении отмечалось, что «за последние годы на
основе значительных успехов социалистического строительства
достигнут большой как количественный, так и качественный
рост литературы и искусства».
В связи с этими существенными изменениями появилась не-
обходимость в создании новых условий для плодотворной твор-
ческой работы писателей.
«Несколько лет тому назад, — говорилось в постановлении,—
когда в литературе налицо было еще значительное влияние
чуждых элементов, особенно оживившихся в первые годы нэпа,
а кадры пролетарской литературы были еще слабы, партия все-
мерно помогала созданию и укреплению особых пролетарских
организаций в области литературы и искусства в целях укреп-
ления позиций пролетарских писателей и работников искусства».
В настоящее время, когда кадры пролетарских писателей
выросли и окрепли, а масса писателей повернула в сторону
социализма, «рамки существующих пролетарских литературно-
художественных организаций... становятся уже узкими и тор-
мозят серьезный размах художественного творчества».
Постановление указывало, что создается опасность превра-
щения пролетарских литературных организаций в замкнутые
153
кружки, оторванные «от политических задач современности и
от значительных групп писателей и художников, сочувствующих
социалистическому строительству».
На основании всего этого ЦК ВКП(б) постановил «объеди-
нить всех писателей, поддерживающих платформу Советской
власти и стремящихся участвовать в социалистическом строи-
тельстве, в единый Союз советских писателей...»
В августе 1934 года под председательством А. М. Горького
открылся Первый Всесоюзный съезд советских писателей. Он
продолжался две недели. Съезд явился подтверждением поли-
тического единства писателей многонационального Советского
Союза, сплотившихся вокруг партии. На съезде были подве-
дены итоги достижений советской литературы и намечены пути
ее дальнейшего развития.
С докладом на съезде выступил А. М. Горький. Он отме-
тил, что советская литература развивается весьма успешно, как
самая передовая литература в мире. «История выдвинула нас
вперед как строителей новой культуры, и это обязывает нас
еще дальше стремиться вперед и выше, чтобы весь мир трудя-
щихся видел нас и слышал голоса наши».
Горький заявил, что советские писатели потому занимают
ведущее положение в мировой литературе, что их творческий
труд органически связан с великими идеями Коммунистической
партии. «...Отныне понятие «беспартийный литератор» останется
только формальным понятием, — говорил он, — внутренне же
каждый из нас почувствует себя действительно членом ленин-
ской партии...»
С особой,силой Горький аргументировал положение, что «со-
циалистический реализм утверждает бытие как деяние, как
творчество, цель которого — непрерывное развитие ценнейших
индивидуальных способностей человека...»
Советские писатели, выступавшие на съезде, единодушно
одобрили политику партии в литературе и создание Союза со-
ветских писателей, горячо поддержали доклад Горького и раз-
витое в нем понимание социалистического реализма. «У нас нет
аполитичной литературы», — говорила Л. Сейфуллина; «Мы за
большевистскую тенденциозность в литературе», — заявил
Вс. Иванов. Хорошо сказал на съезде Л. Соболев: «Партия и
правительство дали советскому писателю решительно все. Они
отняли у него только одно — право плохо писать».
Съезд явился важнейшим этапом в развитии многонацио-
нальной советской литературы, определившим ее дальнейший
рост как самой передовой литературы мира. Единый Союз со-
ветских писателей объединил не только русских писателей, но
и писателей всех братских народов нашей страны. На Первом
съезде советских писателей в 1934 году советская литература
выступила как всесоюзная литература, и вопросы развития
154
литературы братских народов заняли в работе съезда весьма
важное место. Открывая съезд, Горький прежде всего указал,
что его значение «в том, что разноплеменная, разноязычная ли-
тература всех наших республик выступает как единое целое пе-
ред лицом пролетариата Страны Советов, перед лицом револю-
ционного пролетариата всех стран и перед лицом дружествен-
ных нам литераторов всего мира».
Съезд принял устав Союза советских писателей, в котором
давалось общее определение социалистического реализма. «Со-
циалистический реализм, — записано в уставе, — являясь основ-
ным методом советской художественной литературы и литера-
турной критики, требует от художника правдивого, исторически
конкретного изображения действительности в ее революцион-
ном развитии. При этом правдивость и историческая конкрет-
ность художественного изображения должны сочетаться с зада-
чей идейной переделки и воспитания трудящихся людей в духе
социализма».
Это означает, что советский писатель, не отступая ни на шаг
от художественной правды, должен видеть и понимать пути раз-
вития общества, отдавать себе отчет в том, что обречено на ги-
бель и умирание, а что зарождается, развивается и восторжест-
вует. Это означает, что советский писатель должен отстаивать и
поддерживать новое и разоблачать, бичевать отжившее, реак-
ционное. Тем самым советский писатель выполнит свое назна-
Борьба
за чистоту
и богатство
литературного
языка
чение «строителя новой культуры» и будет способствовать ком-
мунистическому воспитанию трудящихся.
В то же время в уставе Союза советских писателей указы-
валось, что социалистический реализм предоставляет писателям
самые широкие возможности для проявления творческой ини-
циативы и выбора разнообразных форм, стилей и жанров.
Советские писатели боролись не только за идей-
ность советской литературы, но и за повышение
ее художественного уровня. Особенно большое
значение придавалось при этом совершенствова-
нию языка советской литературы. Здесь снова
следует отметить огромную роль Горького.
В 1934 году в «Литературной газете» была опубликована
статья А. Серафимовича о романе Ф. Панферова «Бруски».
В этой статье Серафимович оправдывал неумеренное увлече-
ние Панферова диалектизмами, жаргонными словечками и во-
обще корявую речь, ибо она якобы «насыщена той силой, кото-
рая свойственна мужику». В своей статье «Открытое письмо
А. С. Серафимовичу» Горький на страницах той же «Литератур-
ной газеты» решительно возражал Серафимовичу. «Прошу по-
нять,— писал Горький, — что здесь идет речь о явном стремле-
нии к снижению качества литературы, ибо оправдание словес-
ного штукарства есть оправдание брака». Он с возмущением
155
приводил примеры порчи русского языка в некоторых произве-
дениях советской литературы: «...Я встречаю такие уродливые
словечки: «скокулязило», «вычикурдывать», «ожгнуть», «небо
забурманило» и т. д. ... Что значат эти слова?»
Выступления Горького против порчи и засорения русского
литературного языка имели исключительно важное значение.
Они способствовали преодолению формалистических и натура-
листических тенденций, довольно распространенных в совет-
ской литературе 20-х годов. Писатели, склонные к формализму,
питали пристрастие к разного рода искусственным вычурным
словечкам, так как относились к художественному творчеству
как к словесной игре. Писатели, склонные к натурализму, на-
водняли язык диалектизмами и жаргонизмами, будучи уверены,
что пишут «языком миллионов». И те и другие были неправы.
Горький писал: «Необходима беспощадная борьба за очи-
щение литературы от словесного хлама, борьба за простоту и
ясность нашего языка, за честную технику, без которой невоз-
можна четкая идеология. Необходимо жесточайше бороться
против всех попыток снижения качества литературы».
Статьи Горького по вопросам литературного языка были
поддержаны А. Толстым, М. Шолоховым, Н. Островским и дру-
гими советскими писателями. «Больше нельзя лопатой швырять
в книжку слова без разбору. Язык движется к точности и вы-
разительности через простоту и экономию...», — заявил А. Тол-
стой.
Не надо думать, что Горький, Шолохов, Толстой выступали
как пуристы и консерваторы или защитники какого-то бесцвет-
ного, прилизанного языка. Совсем нет. «Нам нужны и допод-
линно новые слова, созданные революцией, и новаторство в ли-
тературной форме», — утверждал Шолохов. Речь шла о борьбе
с натуралистическим и эстетским засорением и искажением
русского литературного языка, о повышении художественного
качества советской литературы.
Как уже говорилось, главной темой советской
литературы 30-х годов становится свободный со-
зидательный труд строителей социализма. В про-
изведениях этих лет мы видим, как советский
народ превращает нашу Родину в могучую ин-
дустриально-колхозную державу. Народ, строя-
щий социализм, стал главным героем советской литературы
30-х годов.
Изображению социалистической индустриализации страны
посвятил свой роман «Соть» (1930) Леонид Максимович Лео-
нов (род. в 1899 г.).
Со всех концов страны стекаются на стройку бумажно-цел-
люлозного комбината в глухой лесной чаще мастера своего дела.
«Тут шли все те, чьего труда от века не искать было на Руси.
Социалистиче-
ский труд —
главная тема
советской
литературы
30-х годов
156
Плелись неспешно, сберегая силы, рязанские пильщики да сте-
кольщики; чинно шагали вятские да тверские каменщики и печ-
ники... шустро, в обгонку других, поспешали смешливые воло«
годские штукатуры, тащились вполпьяна веселые костромские
маляры... закоптелые, тяжко двигались смоленские грабари...
проходили кровельщики, бетонщики, кузнецы... пермяки, вятичи
и прочих окружных губерний жители... А в хвосте людского по-
тока торжественно, точно плыли, выступали прославленные вла-
димирские плотники, которые, по присловью, и часы починили
бы, каб просунулся в часы топор».
Эти умелые и опытные в труде люди как хозяева жизни
приходят на реку Соть, где «стоят леса темные от земли до
неба, а на земле сон», и своим творческим трудом преображают
природу.
Под руководством начальника строительства, коммуниста
Увадьева, строители воздвигают огромные корпуса, оснащенные
новейшей техникой. Напряженный, но радостный творческий
труд изменяет идейный и моральный облик самих строителей.
«...Изменился лик Соти, и люди переменились на ней»,— заклю-
чает свой роман Леонов.
Роман «Соть» — яркое подтверждение органической связи
советской литературы с современностью. Опровергая ошибоч-
ные мнения некоторых писателей о том, что «текущая действи-
тельность не укладывается в художественную форму»,
А. М. Горький в качестве положительного примера ссылался на
роман «Соть»: «...Л. Леонов написал книгу «Соть», взяв для нее
материалом именно текущую действительность. И — представь-
те! — получилось именно «подлинное творчество», замечатель-
ная вещь, написанная вкуснейшим, крепким, ясным рус.ским
языком, именно — ясным, слова у Леонова светятся. А дейст-
вительность он знает, как будто сам ее делал. Он, Леонов, очень
талантлив, талантлив на всю жизнь и — для больших дел».
Теме социалистического труда посвящен и созданный в кон-
це 30-х годов роман Александра Георгиевича Малышкина
(1890—1938) «Люди из захолустья».
Тяжкой безнадежной и нудной была жизнь героев романа
«Люди из захолустья» (1937) (Ивана Журкина и др.) в доре-
волюционном городке Мщанске. Придавленные в прошлом бед-
ностью, духовной нищетой и бесправием, они мечтали о сча-
стье, не надеясь, что оно когда-либо придет. Да и само счастье
рисовалось им в виде «собственной лавки», обывательского
уюта, тихой и спокойной жизни.
Великий Октябрь разбил эту «мечту», а годы пятилетки, из-
менившие облик страны, покончили и с самим захолустьем, по-
рождавшим мещанские иллюзии. Втянутые событиями в социа-
листическое строительство, герои осознают свои «захолустные»
черты, духовно выпрямляются и растут под воздействием новой
157
действительности. Реальная жизнь раскрывает перед ними воз-
можности такого огромного, подлинно человеческого счастья,
перед которым старая захолустная мечта о счастье предстает во
всей своей уродливости.
М. И. Калинин приводил роман «Люди из захолустья» в ка-
честве примера произведения, написанного методом социалисти-
ческого реализма. «Здесь удивительно конкретно, в соответствии
с жизненной правдой, показан рост людей из маленьких горо-
дов захолустья на больших стройках» *.
Значительное место в литературе 30-х годов, естественно, за-
няла тема коллективизации деревни, социалистической пере-
стройки хозяйства, быта, психологии советского крестьянства.
Этой теме посвящен ряд значительных произведений нашей ли-
тературы.
Прежде всего к таким произведениям относятся роман
М. Шолохова «Поднятая целина» (1932) и поэма А. Твардов-
ского «Страна Муравия» (1936). О них будет сказано в главах,
посвященных творчеству этих писателей.
Крупным произведением о коллективизации советской де-
ревни является роман Федора Ивановича Панферова (1896—
1960) «Бруски», законченный в 1936 году. Роман рисует жизнь
советской деревни от начала нэпа до конца второй пятилетки.
Он написан неровно, но ярко показывает борьбу трудового
крестьянства за колхозный строй и трудность переделки пси-
хологии мелкого земледельца.
Мучительный процесс происходит в сознании середняка Ни-
киты Гурьянова. Он трудовой человек, но не в силах расстать-
ся со своим хозяйством и поэтому не вступает в колхоз. Когда
на собрании принимается решение вступить всей деревне в кол-
хоз, он говорит соседу-бедняку: «... Не обдумывают, а голосуют.
Голосуй! Руку подымай! Ты поднял ее, пустую-то, что тебе?
А я на руке-то корову подымаю». Никита Гурьянов отправля-
ется в путешествие по стране в поисках места, где бы не было
колхозов. Но такого места не оказывается. Везде Никита Гурь-
янов видит социалистическое строительство и понимает, что к
прошлому возврата нет. После возвращения в Бруски он всту-
пает в колхоз, но проходит еще некоторое время, прежде чем
у него «душа на место стала», прежде чем он становится убеж-
денным передовиком колхозником.
Следует отметить, что в 30-е годы проблемы социалистиче-
ского строительства заняли главное место не только в русской
советской литературе, но и во всех литературах братских на-
родов Советского Союза. Особенно широко отразился в много-
национальной советской литературе процесс преобразования
1 М. И. К ал и н и н, О литературе. Сборник статей и высказываний, Л.,
1949, стр. 90.
158
деревни. Книги, написанные на эту тему в разных республиках
нашей страны, при общей идейной направленности глубоко свое-
образны в национальном отношении. Примером может служить
известный роман грузинского писателя Лео Киачели «Гвади
Бигва» (1938).
В романе показана борьба за утверждение и укрепление
колхозного строя в Грузии, борьба за нового человека грузин-
ской деревни. Писатель резко сталкивает черты нового, социа-
листического в труде, в быту, в сознании со старыми пережит-
ками и навыками. Главный герой романа, колхозник Гвади
Бигва, легкомысленный болтун и лодырь, не хочет работать в
колхозе. Киачели удалось нарисовать очень колоритный образ
человека, зараженного, испорченного старой жизнью. И тем бо-
лее трудно было писателю показать постепенное перерождение
своего героя. Но он прекрасно справился с этой задачей и убе-
дительно раскрыл силу колхозного строя и его благотворное
влияние на людей. Под влиянием колхозного труда, социали-
стических отношений у Гвади Бигвы пробуждаются лучшие сто-
роны его характера, он втягивается в общую работу и в конце
концов становится упорным, сознательным тружеником. В са-
моотверженной борьбе с кулаком-вредителем он спасает колхоз-
ное добро.
Таким образом, Лео Киачели дал свое, оригинальное реше-
ние одной из важнейших тем советской литературы — темы со-
циалистического преобразования деревни. Тем более, что в ро-
мане прекрасно переданы особенности грузинского быта, психо-
логии людей, природы, склада языка.
Главной целью искусства всегда было изобра-
Формирование жение человека. Главной целью советской лите-
нового
человека ратуры, какую бы сторону жизни то или иное
произведение ни показывало, является изобра-
жение советского человека, его дум и переживаний, идеалов и
поведения. Трудность, которую должны преодолевать при этом
советские писатели, заключается в том, что советский человек —
это новый человек, какого не знала история, не изображала ли-
тература, человек, непрерывно растущий и изменяющийся в
связи с развитием страны.
Проблема нового человека была поставлена в советской ли-
тературе еще в предшествующий период ее развития. Об этом
свидетельствуют такие произведения, как «Чапаев» Фурманова,
«Железный поток» Серафимовича, «Разгром» Фадеева, произве-
дения Маяковского. Вслед за героями романа Горького «Мать»
в нашу литературу вошли тогда образы Чапаева и Клычкова,
Кожуха и Левинсона.
В 30-е годы проблема формирования человека социалисти-
ческого общества становится главной в нашей литературе.
С успехами строительства социализма все большее значение
159
приобретали вопросы становления новой, социалистической пси-
хологии, коммунистической морали, борьбы с пережитками ка-
питализма в сознании людей.
В 1934 году вышел в свет знаменитый роман Н. Островского
«Как закалялась сталь», посвященный изображению нового че-
ловека социалистической жизни. О нем мы скажем дальше.
Формирование советского человека в процессе труда, под
воздействием коллектива — тема одного из замечательных про-
изведений нашей литературы — «Педагогической поэмы» (1935)
Антона Семеновича Макаренко (1888—1939).
В 20-х годах Макаренко руководил колонией для несовер-
шеннолетних правонарушителей. На основе богатейшего опыта
воспитательной работы в колонии он и создал «Педагогическую
поэму». В ней рассказывается о коммунистическом воспитании
бывших малолетних преступников, о том, как в условиях совет-
ского строя из беспризорных ребят-правонарушителей выраста-
ют прекрасные люди — труженики советского общества. Это
книга о рождении нового, советского человека, очищающегося
от буржуазных пороков и пережитков.
В своем подходе к человеку Макаренко исходит из принци-
пов социалистического гуманизма. Его любовь к человеку ак-
тивна, она основана на глубокой вере в человека и направлена
на то, чтобы всячески способствовать развитию его творческих
сил.
Макаренко в «Педагогической поэме» показал, что совет-
ский строй создает условия для здорового и всестороннего раз-
вития подрастающего поколения. Свободный творческий труд
советского народа, его единство и патриотизм, новые планы пе-
реустройства жизни, подвиги в труде и бою — все это как нель-
зя лучше отвечает запросам юношества, вступающего в жизнь.
Следуя традициям Горького, Макаренко борется против бес-
почвенного романтизма, оторванного от реальной жизни. Лож-
ные представления о якобы «интересной» и «героической» фи-
гуре беспризорного он называет «романтическими сплетнями»
и противопоставляет им реальное описание беспризорных ребят
и их перевоспитание. Но Макаренко в своей книге борется и
против тех, кто не умеет идти вперед, кто свои перспективы
ограничивает сегодняшним днем. Он учит стремлению к идеалу,
но не отвлеченному, а реальному, жизненному.
Макаренко назвал свою книгу «поэмой». Это — история ис-
каний нового в педагогике и в жизни, история борьбы за нового
человека. Отсюда романтический пафос произведения, истин-
ные черты «высокой» поэмы в прозе. Макаренко подчеркивает
в книге «романтику колонистской жизни и работы». Писатель
видит и раскрывает поэзию коллективного труда, товарищества,
грандиозность и увлекательность перспектив, открывающихся
перед советской молодежью. А. М. Горький уловил этот пафос
160
«Педагогической поэмы», написав ее автору: «Героическое вы
любите и умеете изображать».
В «Педагогической поэме» Макаренко создал множество жи-
вых художественных образов. Он блестяще владеет мастерством
короткой, но яркой психологической характеристики. При этом
в любом колонисте Макаренко умеет подметить и показать чи-
тателю те черты характера, которые послужат основой перевос-
питания и дальнейшего роста человека.
В «Педагогической поэме» много сцен и картин, полных жиз-
нерадостного юмора, чувством которого богато наделен писа-
тель. Таковы сцены борьбы колонистов с самогонщиками, по-
становки спектаклей и другие.
Замечателен язык «Поэмы». Темпераментная, живая речь
людей труда в колонии резко отличается от языка лжеученых
«педагогического Олимпа», где высказывались «вежливо,
округленными любезными периодами, от которых шел еле уло-
вимый приятный запах мозговых извилин, старых книг и проси-
женных кресел».
В речи самих колонистов Макаренко подчеркивает разницу
между грубым жаргоном новеньких колонистов, еще связанных
со стихией преступного мира, и яркой речью колонистов, уже
прошедших школу коммунистического воспитания.
Речь самого автора «Поэмы» носит иногда шутливый харак-
тер, иногда глубоко лирический. «Верный, живой, искренний
тон рассказа» отмечал у Макаренко Горький.
Формированию нового человека посвятил свои известные
книги Аркадий Петрович Гайдар (1904—1941). Настоящая фа-
милия писателя — Голиков. Гайдар — это его литературный
псевдоним. В переводе с татарского «Гайдар» значит вперед-
смотрящий.
Гайдар прожил короткую, но кипучую жизнь. Четырнадцати-
летним подростком он ушел в Красную Армию, в пятнадцать
лет командовал ротой, а в двадцать был командиром полка. Он
сражался с белогвардейцами и бандитами на Украине, на Кав-
казе, в Сибири. Позже Гайдар писал о себе: «Когда меня спра-
шивают, как это могло случиться, что я был таким молодым
командиром, я отвечаю: это не биография у меня необыкновен-
ная, а время было необыкновенным».
«Обыкновенная биография в необыкновенное время» состав-
ляет основу многих произведений Гайдара.
Одно из них — повесть «Школа» — носит автобиографиче-
ский характер. Герой повести — мальчик, а потом юноша, про-
ходит трудную боевую школу жизни в годы гражданской войны.
В других своих повестях — «РВС», «Военная тайна», «Судьба
барабанщика» — Гайдар создал выразительные образы совет-
ских ребят, которые вместе с отцами и старшими братьями бо-
рются за то, чтобы жить в «светлом царстве социализма».
6 Русская советская лит-ра
161
Незадолго до Великой Отечественной войны Гайдар напи-
сал наиболее известное свое произведение — «Тимур и его
команда». Герой повести мальчик Тимур — как бы младший
брат Павла Корчагина. В этой повести наиболее ярко вырази-
лось умение Гайдара сердечно и серьезно писать о детях и для
детей, задушевный лиризм писателя, свойственные его книгам
романтика, напряженность действия, мягкий юмор. Все это у
Гайдара служит воссозданию облика молодого советского поко-
ления, верного идеям революции, социалистической Родине, за-
ветам своих отцов.
Гайдар — верный и мужественный солдат революции. Начав
свою жизнь в борьбе с белогвардейцами, он закончил ее в боях
с фашистскими захватчиками. Он погиб в октябре 1941 года, ге-
роически сражаясь в партизанском отряде на Украине. После
войны его прах перенесен и похоронен на берегу Днепра, рядом
с могилой Тараса Шевченко.
Сатирические Советская литература призвана утверждать со-
ромаиы циалистическую действительность. Но этого нель-
И. Ильфа зя достигнуть, не борясь с врагами нашего дела
и Е. Петрова и со всем тем> чт0 мешает движению вперед.
Этим определяется важная роль сатиры в советском искусстве.
Сатира богато и разнообразно представлена в творчестве Горь-
кого, в стихах и пьесах Маяковского, в поэзии Демьяна Бед-
ного. Блестящий образец советской сатиры — творчество Ильи
Ильфа и Евгения Петрова. Каждый из них начал свой литера-
турный путь самостоятельно. С конца 20-х годов они стали пи-
сать совместно, образовав редкое по внутренней слиянности и
единству содружество. Их перу принадлежат знаменитые ро-
маны «Двенадцать стульев» и «Золотой теленок», сборник сати-
рических рассказов «Как создавался Робинзон», книга путевых
очерков «Одноэтажная Америка», большое число фельетонов,
очерков, пародий, которые они печатали в «Правде», в «Лите-
ратурной газете» и на страницах юмористических жур-
налов.
Наиболее значительные произведения Ильфа и Петрова —
романы «Двенадцать стульев» и «Золотой теленок». Тему рома-
нов подсказал писателям Валентин Катаев, брат Евгения Пет-
рова. «Есть отличная тема, — сказал он, — стулья. Представьте
себе, в одном из стульев запрятаны деньги. Их надо найти. Чем
не авантюрный роман». Тема привлекла писателей. Они твердо
решили, как об этом вспоминал Евгений Петров: «Сюжет со
стульями не должен быть основой романа, а только причиной,
поводом к тому, чтобы показать жизнь». И положив в основу
чисто условный сюжет—поиски сокровищ, запрятанных в одном
из двенадцати стульев, — писатели широко и талантливо раз-
вернули цепь разнообразных и пестрых эпизодов и картин жиз-
ни. Они показали, как рядом с большим миром замечательных
162
свершений советского человека таился и доживал свой век
маленький мир людей, далеких от социализма и чуждых ему.
Этот маленький мир, который способен, однако, отравлять
жизнь, и есть объект сатиры Ильфа и Петрова. Он включает
в себя и «великого комбинатора», жуликоватого Остапа Бенде-
ра, и бывшего дворянина «Кису» Воробьянинова, и ксендза
Алоизия Морошека, и тупую мещанку Эллочку Людоедку, и са-
модовольных бюрократов, и неразборчивых халтурщиков. Что
же объединяет этих столь различных персонажей? Вторая
книга романа названа «Золотой теленок». Это сатирически сни-
женный образ «золотого тельца» — символа богатства, денег,
успеха. Обитатели маленького мирка одержимы страстью
к наживе, они живут прошлым и поглощены одной мечтой —
разбогатеть, овладеть миллионами, снова найти обетованную
землю собственнического «счастья».
Ильф и Петров остроумно и изобретательно издеваются
над рабами «золотого теленка». Мало того, писатели доказы-
вают, что, добившись вожделенного миллиона, Остап Бендер
оказывается у разбитого корыта: советская жизнь враж-
дебна «комбинаторам» и счастье нашего человека — совсем
в ином.
В критике вокруг книг Ильфа и Петрова велись и ведутся
споры — некоторые отмечают, в частности, что роману кое-где
недостает резкой определенности в оценках. Но все сходятся
на том, что сатирический роман Ильфа и Петрова — выдающееся
и яркое произведение. Отдельные образы романа, словечки и
выражения его героев широко популярны и вошли в
обиход.
Насколько распространен роман во всем мире, доказывает
такой факт. Молодая кинематография революционной Кубы в
1963 году выпустила на экран фильм «Двенадцать стульев» по
мотивам книги Ильфа и Петрова.
Ильф и Петров были необыкновенно взыскательными и тре-
бовательными к себе и другим художниками. И в своем сатири-
ческом романе, и в фельетонах, статьях, рассказах они неустан-
но преследовали ремесленников от искусства, пошляков и вы-
сокопарных болтунов. Им претила фальшь и холодная риторика.
Писателям было в высшей степени присуще чувство ответствен-
ности перед читателем, перед народом. В одном из своих пи-
сем Евгений Петров отмечал: «Мы... хорошо знали, что чита-
тель не сделает нам никаких поблажек, что нужно писать в
полную силу, нужно трудиться над каждым словом, нужно из-
бегать штампов, нужно каждое утро просыпаться с мыслью, что
ты ничего не сделал, что есть на свете Флобер и Толстой, Го-
голь и Диккенс. Самое главное — это помнить о необычайно
высоком уровне мировой литературы и не делать самому себе
скидок...»
6
L63
Народ, сознательно определяющий судьбы своей
Советский Родины, хочет знать ее прошлое, чтобы лучше
ИСТроманКИ понять настоящее и будущее. Советские писа-
тели, естественно, обратились в своих произве-
дениях к историческому прошлому Родины. Марксистско-ленин-
ская теория, успехи строительства социализма в стране дали
возможность писателям посмотреть на историю России с новой,
научной, правдивой точки зрения, свободной от искажений и
ошибок, свойственных дореволюционной исторической науке и
художественной литературе.
Вместе с тем история — это мощное орудие патриотического
гражданского воспитания. Советские писатели изображают в
своих произведениях революционные выступления трудового
народа и его защитников против угнетателей, борьбу своего на-
рода за национальную независимость, жизнь и деятельность
лучших людей своей страны в прошлом, развитие национальной
культуры.
Замечательным произведением советской литературы на
историческую тему является роман А. Толстого «Петр Первый»,
посвященный изображению России в один из поворотных мо-
ментов ее истории.
Яркой страницей стихийной революционной борьбы кресть-
янства против самодержавно-помещичьего гнета было пугачев-
ское движение. Ему посвящен роман Вячеслава Яковлевича
Шишкова (1873—1945) «Емельян Пугачев».
Писатель решительно отвергает взгляд буржуазных истори-
ков на Пугачева, как на «злодея», выступившего против «про-
свещенной» императрицы Екатерины II. Пугачев нарисован в
романе как вождь крепостных крестьян, уральских рабочих,
угнетенных башкир. Все действия Пугачева, возглавляющего
восстание, продиктованы не произволом индивидуальной воли,
а выражают историческую необходимость.
Русско-японской войне посвятил свой исторический роман
«Цусима» Алексей Силыч Новиков-Прибой (1877—1944). В двух
частях своего произведения (1932—1933) писатель рассказы-
вает о гибели царского флота в этой войне.
О причинах этого поражения писал Ленин в статье «Раз-
гром»: «Перед нами не только военное поражение, а полный
военный крах самодержавия» L Эти ленинские слова служат
эпиграфом ко второй части романа и определяют его содержа-
ние. Выразительные картины жизни тихоокеанской эскадры —
яркое свидетельство гнилости самодержавно-бюрократической
системы, разъединенности правительства и народа, бесчеловеч-
ного обращения офицеров с подчиненными, бесправного положе-
ния матросской массы. Все это и является причиной поражения.
1 В. И. Л е н и н, Сочинения, т. 8, стр. 449.
164
«Кто виноват в нашем поражении? Виновата вся государст-
венная система. Но пусть Япония не очень бряцает оружием.
Она победила не трудовой народ, а его разложившееся и всем
опостылевшее правительство», — говорит революционер Василь-
ев, выражая мысли передовых, прогрессивно настроенных участ-
ников этого похода.
Писатель рассказывает о революционном брожении матро-
сов, о нарастающем среди них чувстве социального протеста.
Он прослеживает рост их политического самосознания. Ведя по-
вествование от лица матроса Новикова, автор показывает, как
патриархальные настроения полуграмотного крестьянина под
воздействием окружающей обстановки сменяются революцион-
ной сознательностью.
Путь матроса Новикова — это путь всей матросской массы,
в большинстве своем вчерашних крестьян.
Интересной разновидностью советской исторической прозы
является историко-литературный роман Юрия Николаевича Ты-
нянова (1894—1943). Герои его книг — писатели. Роман «Кюх-
ля» (1925) посвящен поэту пушкинских времен Кюхельбекеру.
Кюхельбекер был другом Пушкина, он принимал непосредст-
венное участие в восстании декабристов и поплатился за это
десятью годами заключения в крепости и ссылкой в Сибирь;
там он ослеп и умер от чахотки. Образ революционера-роман-
тика, кристально чистой души, большого мужества и вместе с
тем трагически бессильного в своих порывах, его мученическая
судьба — все это воссоздано Тыняновым с отличным знанием
эпохи и большим мастерством.
Героем своего второго романа — «Смерть Вазир-Мухтара»
Тынянов избрал великого русского драматурга Грибоедова.
«Смерть Вазир-Мухтара» в некоторых отношениях служит как
бы продолжением «Кюхли». Перед нами тот же мрачный
период, который наступил после поражения декабристов. Тор-
жество николаевских жандармов, атмосфера уныния, приспо-
собленчества, предательства. И на этом фоне—Грибоедов —
царский дипломат, вынужденный вращаться в обществе
придворных вельмож, великосветских пошляков и полицейских
литераторов, вроде Булгарина.
И, наконец, в третьем, неоконченном романе — «Пушкин»
(первая и вторая части опубликованы были в 1936 году, тре-
тья — в 1943 году) речь шла о детстве и юности великого поэта,
о первых его литературных опытах, о тех личных и исторических
факторах, которые формировали гений Пушкина.
В трактовке Тыняновым историко-литературных явлений
есть отдельные спорные, субъективные решения. В частности,
это относится к освещению деятельности Грибоедова. Но в це-
лом эти романы весьма значительны. Прекрасное знание мате-
165
риала, умение широко и предметно воскрешать эпоху, глубо-
кое проникновение и в творчество художника, и во внутренние
закономерности исторического развития определяют их видное
место в советской литературе.
Обращение советских писателей к историческому прошлому
органически связано с интересами нашего сегодняшнего дня.
Разрабатывая исторические темы, советские писатели, по вы-
ражению А. Толстого, стремились «подойти к современности
с ее глубокого тыла». Большую роль сыграли художественные
произведения исторического характера в воспитании патриотиз-
ма, готовности защищать Родину с оружием в руках, уве-
ренности в победе.
Советская поэзия 30-х годов успешно развивала
Поэзия боевые, партийные традиции поэзии предшеству-
-х годов ющег0 десятилетия. «Давайте не будем размаг-
ничивать молодое красногвардейское сердце нашей хорошей
молодежи интимнолирической водой», — говорил поэт А. Сур-
ков на Первом съезде советских писателей, призывая «держать
лирический порох сухим». Призыв Суркова был горячо под-
держан делегатами съезда.
Вместе с тем поэзия периода победы социализма стремилась
к более всестороннему изображению жизни советского челове-
ка, чем раньше. Человек интересует ее не только в процессе ре-
волюционной борьбы, но и в труде и быту, в любви и дружбе,
в общении с природой. Творческий диапазон советской поэзии
расширился.
Самое широкое признание завоевала в 30-е годы поэзия Ми-
хаила Васильевича Исаковского (род. в 1900 г.). В нашей стра-
не нет человека, который бы не знал и не любил его стихов
и песен.
В1927 году вышла первая книга стихов Исаковского «Про-
вода в соломе». Она была отмечена А. М. Горьким и тепло
встречена читателями. Горький противопоставил Исаковского
Есенину. Действительно, если Есенин в некоторых стихах го-
ревал о гибели старой деревни, то Исаковский является певцом
новой Руси, новой, советской деревни и тех перемен, которые
внесла в жизнь деревни Октябрьская революция и коллективи-
зация.
Исаковский горячо любит советскую деревню, ее людей, ее
природу, любит родную Смоленщину, места, где прошли его дет-
ство и юность:
Пусть опять вспомянется
Все, что к сердцу тянется,
Пусть опять почудится
Все, что не забудется:
Сторона далекая,
Хата в два окна,
166
В поле рожь высокая,
Теплая весна,
Ельники, березники
И друзья ровесники...
(«Спой мне, спой, Прокошина»)
В творчестве 30-х годов Исаковский глубоко и разносторон-
не отразил процесс формирования новых людей колхозной де-
ревни. Он хорошо знает их внутренний мир, их мысли, чувства
и переживания, скорби и радости и умеет рассказать о них чи-
тателю простыми и выразительными словами.
Особенно изменилась деревенская молодежь. С любовью
Исаковский рисует в своих стихах и песнях образы деревенских
парней и девушек, их чувства, отношения, чистую и преданную
любовь. С мягким, ласковым юмором отмечает Исаковский, как
изменяется самый язык деревенской молодежи, как в ее речи
появляются такие выражения, как «косвенные взгляды», «го-
ворить по существу», «целиком и полностью», «мы гуляли по
лесам местного значения», «говорили меж собой речи популяр-
ные» и т. п.
По своей форме поэзия Исаковского отличается ясностью,
народностью. Ей чужды сложные метафоры и сравнения, не-
обычайные рифмы, изощренные ритмы и размеры. Она выросла
в борьбе с формалистическими выкрутасами разных имажини-
стов, футуристов и конструктивистов и враждебна всему вы-
чурному, искусственному, нарочитому.
Язык поэзии Исаковского прост и безыскусствен. Поэт не
засоряет своих стихов жаргонными словечками или диалектиз-
мами. Он бережет и охраняет русский язык. Вместе с тем Иса-
ковский очень умело использует все богатство русского языка,
его способность передать любые оттенки чувств и мыслей.
Отличительной чертой поэзии Исаковского является ее му-
зыкальность и песенность. Написанные им в 30-е годы стихотво-
рения «Прощание» («Дан приказ ему на Запад...»), «Прово-
жанье» («Дайте в руки мне гармонь...»), «И кто его знает», «Ка-
тюша», «Шел со службы пограничник» и др. стали известными
всей стране песнями.
Музыкальность стихов Исаковского сказывается не в услож-
ненных стихотворных размерах, не в игре ассонансами и алли-
терациями, а в присущей почти каждому из стихотворений Иса-
ковского внутренней мелодии, соответствующей тем чувствам
и думам, которые выражает поэт.
Легко заметить, что творчество Исаковского развивает са-
мые плодотворные традиции классической русской поэзии, в
особенности поэзии Некрасова.
Столь же тесно, как и с классической поэзией, связана поэ-
зия Исаковского с устным народным творчеством, с народной
лирической песней, и в особенности с частушкой.
167
Близость поэзии Исаковского к национальным поэтическим
традициям придает ей ярко выраженный народный русский ха-
рактер. Стихи и песни Исаковского — замечальное проявление
творческих сил русского народа в новый, социалистический пе-
риод его существования.
Со своей темой и своим героем вошел в советскую поэзию
30-х годов Алексей Александрович Сурков (род. в 1899 г.).
В программном стихотворении «Герой» Сурков с гордостью
утверждал, что герой его поэзии —
...личность по части экзотики куцая,
Для цветистых стихов приспособлена плохо.
Он ходил в рядовых при большой революции,
Подпирая плечом боевую эпоху.
Сыпняками, тревогами, вошью изглоданный,
По дорогам войны, от Читы до Донбасса,
Он ходил — мировой революции подданный,
Безыменный гвардеец восставшего класса.
Действительно, главный герой стихов Суркова 30-х годов —
участник гражданской войны, беззаветно мужественный и пре-
данный Родине и партии советский воин-коммунист, действи-
тельно, в поэзии Суркова нет ничего псевдоромантического,
экзотического: она посвящена реалистическому изображению
вооруженной борьбы советского народа за свое Отечество. Здесь
находит поэт героизм, благородные, сильные чувства, подлин-
ную романтику.
«Наш массовый герой в тысячу раз более героичен и напол-
нен пафосом подвига, чем все герои прежней романтической ли-
тературы,— утверждал Сурков в одном из своих выступле-
ний. «Механики, чекисты, рыбоводы» Багрицкого, «большеви-
ки пустыни и весны» Луговского подвели поэтов к настоящей,
величественной в своей простоте теме борьбы за социализм».
Поэзия Суркова — высокопатриотическая поэзия. Поэт лю-
бит жизнь и мирный труд советских людей, и именно поэтому
он готов защищать их с оружием в руках:
Я Отчизну с винтовкой прошел поперек;
Я названья давал ее городам;
Как невесту, лелеял, как сына, берег.
Разве я эту радость кому отдам!
Тема гражданской войны в поэзии Суркова неразрывно свя-
зана с современностью. От героического прошлого, запечатлен-
ного в лирике поэта, протянуты нити к сегодняшнему и зав-
трашнему дню:
Сегодня мы встали на долгую дневку.
Травой поросли боевые дороги.
Но время готово выдать путевку
На переходы, бои и тревоги,—
писал поэт.
168
Естественно, что лирика Суркова носит ярко выраженный
публицистический характер, чго больших успехов поэт доби-
вается на пути создания походной и лирической песни («По
военной дороге шел в борьбе и тревоге...», «То не тучи грозовые
облака...», «На седых уральских кручах...» и др.). Боевые песни
Суркова принадлежат к числу лучших образцов этого жанра.
Их отличительные черты — сюжетность, строгая композиция,
мужественные, волевые ритмы.
Как своеобразный мастер лирической миниатюры — неболь-
шого стихотворения личного или общефилософского характера
проявил себя в поэзии 30-х годов Степан Петрович Щипачев
(род. в 1899 г.). «Вечные темы» — любовь, счастье, бессмертие,
природа — получили в его поэзии новое осмысление. Некоторые
из его стихотворений тех лет приобрели самую широкую извест-
ность. Вот одно из них:
Любовью дорожить умейте,
С годами — дорожить вдвойне.
Любовь не вздохи на скамейке
И не прогулки при луне.
Все будет: слякоть и пороша —
Ведь вместе надо жизнь прожить.
Любовь с хорошей песней схожа,
А песню не легко сложить.
Как видим, стихотворения Щипачева проникнуты светлыми
думами и чувствами. Личные мотивы всегда связаны у поэта
с представлением о силе и новой морали нашего общества, о
бессмертии труда и дел человека. В сущности говоря, в поэзии
Щипачева нет личных и общественных тем: они слиты в одно
нераздельное целое. Идет ли речь в стихах поэта об обществен-
ных явлениях или о переживаниях индивидуального характера,
все является для него глубоко личной темой. Коммунистическая
нравственность, советское отношение к жизни и людям лежат
в основе поэзии Щипачева. С какой, например, искренностью
радуется поэт успеху своего товарища по перу:
Я плачу над счастливою строкой, —
Пусть написал ее не я — другой.
К достоинствам лучших стихотворений Щипачева относятся
их лаконизм, афористичность поэтической речи и простота,
изящность выражения, которые являются результатом большого
и сложного труда.
Вместе с Исаковским, Сурковым, Щипачевым можно было
бы назвать и других русских советских поэтов, создавших в
30-е годы яркие талантливые произведения. В них звучат па-
фос созидания и преобразования страны («Трагедийная ночь»
А. Безыменского, «Большевикам пустыни и весны» В. Лугов-
ского), настроения жизнелюбия и радости бытия (стихи А. Про-
169
кофьева, П. Васильева), мотивы мужества и героизма (поэзия
К. Симонова), память о гражданской войне («Триполье» Б. Кор-
нилова), темы исторического прошлого («Зодчие» и другие бал-
лады Д. Кедрина). Особо следует отметить развитие советской
песни. <
Советская песня родилась еще в годы гражданской войны.
В начальный период существования советской литературы были
написаны Демьяном Бедным «Проводы», «Нас побить, побить
хотели», А. Безыменским «Молодая гвардия», А. Жаровым
«Взвейтесь кострами...», Н. Асеевым «Марш Буденного» и др.
В 30-е годы наступает подлинный расцвет советской песни.
Уже упоминалось о песнях Исаковского и Суркова. Боль-
шую популярность приобрели песни Василия Ивановича Лебе-
дева-Кумача (1898—1949). Его «Песню о Родине» («Широка
страна моя родная...»), «Москву майскую» («Утро красит неж-
ным светом...»), «Марш веселых ребят», «Песню о Волге», «Марш
трактористов», «Веселый ветер», «Жил на свете капитан» и др.
знает вся страна. Заслуженную известность завоевали в эти
годы некоторые песни и других поэтов: «Полюшко-поле» В- Гу-
сева, «Песня о Каховке» М. Светлова, «Партизан Железняк»
М. Голодного, «Орленок» Я. Шведова, «Тачанка» М. Рудерма-
на и др.
В дружной семье советских республик значительных успе-
хов достигает в 30-е годы поэзия всех братских народов. Доста-
точно сослаться на новые сборники стихов Павло Тычины
(«Партия ведет», «Чувство семьи единой»), на поэму Янки Ку-
палы «Над рекой Орессой», на творчество Т. Табидзе, С. Вур-
гуна и других советских поэтов.
Ярким примером может служить и поэзия выдающихся на-
родных поэтов — казахского акына Джамбула Джабаева
(1846—1945) и дагестанского ашуга Сулеймана Стальского
(1869—1937).
Джамбул стал народным певцом-акыном еще в годы юно-
сти. Сын скотовода-кочевника, он лет пятнадцати стал склады-
вать песни, петь их под аккомпанемент домбры. Скоро он усво-
ил опыт старых акынов, развил в себе дар импровизации, и его
песни полетели по степным юртам. На традиционных состяза-
ниях акынов Джамбул победил своих соперников и стал первым
среди народных певцов Казахстана. «Будучи бедняком, — вспо-
минал Джамбул, — я хорошо понимал бедный народ. Правдиво
я мог петь только о себе и о народе. Когда я пел о народе, я
пел и о себе. Когда же я пел о себе, я одновременно пел о на-
роде. Поняв всем сердцем, что акыну нельзя фальшивить и ли-
цемерить, стал петь только правду».
Местные богачи и боялись и ненавидели Джамбула. Поло-
жение народного певца было трудным. Его преследовала враж-
да богачей и бедность. Джамбул рассказывает: «Так прожил
170
я до 55 лет, странствуя по степи и распевая песни. В 55 лет я
стал сутул, как старый беркут, глаза померкли, а голос
ослаб. Вместо домбры у меня в руках появилась палка. Вме-
сто широкой степи — узкая постель. Я угасал, бессильный петь
хорошие песни».
Джамбулу исполнилось 70 лет, когда произошла Октябрь-
ская революция. Престарелый певец почувствовал прилив твор-
ческой энергии. Новые темы и образы возникли у него, требуя
художественного воплощения. «Вокруг меня, — говорит Джам-
бул,— закипела жизнь, о которой я пел в лучших своих песнях,
как о золотом сне. Почувствовав прилив свежих сил, взял я в
руки домбру. Вернулась моя молодость, и я запел».
В советский период старым акыном были созданы его луч-
шие произведения: «Песня о Ленине», «Колыбельная песня»,
«Песня о Пушкине», «О солнечном Горьком» и др.
В своих песнях Джамбул рассказывает о прошлом, славит
Родину. Идея советского патриотизма — главная идея его пе-
сен.
Стихи Джамбула чрезвычайно своеобразны по своей форме.
Это восточная поэзия со всеми присущими ей чертами: песен-
ностью, цветистостью, обилием метафор и сравнений, изречений
и афоризмов. Социалистическое содержание находит у Джам-
була чисто национальное выражение. О Горьком, например,
писали многие поэты, но песню Джамбула легко отличить от
всех других.
По струнам ударили пальцы Джамбула —
Заветная песня плывет по аулам.
В степном, озаренном лучами краю
О солнечном Горьком я песню пою.
Пылай, моя песня, костром на вершине,
Цвети, как миндаль в изумрудной долине,
Вливайся в народные песни всех стран,
Как струи речные в большой океан.
Позднее — в годы Великой Отечественной войны — самую
широкую популярность приобрели стихотворные послания Джам-
була «Ленинградцы, дети мои!» и «Москва».
До самой смерти (он умер в июне 1945 года за несколько
месяцев до своего столетия) Джамбул складывал и пел песни,
которые стали известны далеко за пределами Казахстана.
В отличие от Джамбула Сулейман Стальский стал склады-
вать и петь песни лишь в зрелом возрасте — сорокалетним муж-
чиной, после того как прошел суровую школу жизни в поис-
ках работы и хлеба и вернулся с пустыми руками в свой род-
ной аул.
Однажды, услышав, как бродячие ашуги поют традицион-
ные для восточной поэзии песни о соловье, влюбленном в розу,
Сулейман решился сам сочинить песню. Он сложил ее тоже
171
о соловье, но совсем не так — гораздо правдивее и проще, чем
бродячие ашуги:
Влюблен без памяти в цветы,
Не замечаешь разве ты
Страданья, муки нищеты,
И плач, и стоны, соловей?
С тех пор песни Сулеймана полюбили в аулах Дагестана.
Но до революции поэзия Стальского по своему содержанию не
выходила за пределы родного края и ограничивалась сравни-
тельно узким кругом тем. Совершенно иной характер принима-
ет она в годы Советской власти. И содержание, и идейный кру-
гозор ашуга необычайно расширились. Он пишет о величии Совет-
ского Союза, откликается на события, волнующие весь совет-
ский народ. Такие произведения Сулеймана Стальского, как
«Дагестан», «Песня о Красной Армии». «Я буду петь больше-
виков» и др., принадлежат к замечательным достижениям совет-
ской поэзии. Опираясь на лучшие традиции песенной восточной
поэзии, Сулейман Стальский создал свой оригинальный и кра-
сивый стих. Обычно он рифмует в стихотворной строфе три пер-
вые строки, а четвертую оставляет без рифм: она становится
как бы рефреном стихотворения и выражает его идею.
Алексей Максимович Горький, выслушав изложенное сти-
хами выступление Сулеймана Стальского на Первом съезде пи-
сателей, сказал: «На меня, и — я знаю — не только на меня, про-
извел потрясающее впечатление ашуг Сулейман Стальский.
Я видел, как этот старец, безграмотный, но мудрый, сидя в пре-
зидиуме, шептал, создавая свои стихи, затем он, Гомер XX ве-
ка, изумительно прочел их. Берегите людей, способных созда-
вать такие жемчужины поэзии, какие создает Сулейман».
Значительный шаг вперед сделала в 30-е годы
Драматургия советская драматургия. Именно в это время раз-
-х годов вертывается активная творческая деятельность
драматургов В. Вишневского, Н. Погодина, А. Афиногенова,
А. Корнейчука и других. Советская драматургия успешно осваи-
вает новые темы, более широко и многообразно, чем раньше,
отражает действительность. От изображения гражданской вой-
ны (главная тема драматургии 20-х годов) советские драматур-
ги переходят к художественной разработке важнейших проблем
современности. Они пишут пьесы о социалистическом строи-
тельстве в городе и деревне, о перевоспитании старой и появле-
нии новой интеллигенции, о Советской Армии в мирные дни.
Главным героем их пьес, как и всей советской литературы этих
лет, становится строитель социализма, работающий в промыш-
ленности, в сельском хозяйстве, в науке.
Очень важную роль в развитии советской драматургии сыг-
рали появившиеся в 1932 и 1933 годах пьесы А. М. Горького
«Егор Булычов и другие», «Достигаев и другие». Идейная
172
глубина, партийность, высокое искусство типизации, колорит-
ный язык отличают эти пьесы.
Одной из актуальных тем современности была посвящена
пьеса Николая Федоровича Погодина (1900—1962) «Мой друг»
(1932). Действие происходит на большой промышленной
новостройке. Драматург очень живо воспроизводит обстановку,
новые отношения между людьми, атмосферу строительства.
В центре пьесы Н. Погодина образ начальника строительства —
коммуниста Григория Гая. Писателю удалось создать образ че-
ловека неуемной энергии, беспощадного к бюрократам, карье-
ристам, склочникам. В противовес писателям, рисующим таких
коммунистов аскетами, отрекающимися от счастья в личной
жизни, Погодин показывает Гая жизнерадостным, страстным,
полным творческих замыслов жизнелюбом. Главная заслуга
драматурга и заключалась в правдивом изображении строите-
лей социалистической индустрии.
Перу Н. Погодина принадлежит и другая известная пьеса,
появившаяся в 30-е годы, — «Человек с ружьем» (1937). Опа
посвящена изображению Великой Октябрьской социалистиче-
ской революции. Одно из действий происходит в штабе рево-
люции— Смольном, в дни Октябрьского переворота. Централь-
ным образом пьесы является солдат-крестьянин, «человек с
ружьем», Иван Шадрин — один из миллионов угнетенных кре-
стьян, которым глаза на жизнь открыла революция и Комму-
нистическая партия. Довершает перевоспитание Шадрина бесе-
да его с В. И. Лениным, который выступает в пьесе, как вопло-
щение мудрости народа, поднявшегося на великую революцию.
Большой интерес у читателей и зрителей вызвала появив-
шаяся в 1931 году пьеса Александра Николаевича Афиногенова
(1904—1941) «Страх». Поворот интеллигенции к социализму —
вот тема этой пьесы. Как известно, успехи социалистического
строительства заставили многих представителей старой интел-
лигенции— ученых, писателей, деятелей искусства — пересмот-
реть в те годы свои убеждения и стать в лагерь сторонников и
защитников революции и Советской власти. В пьесе Афиноге-
нова показано, как эти процессы происходили в среде научной
интеллигенции. Главным героем пьесы является крупный уче-
ный, профессор Бородин, который под влиянием коммунистов
и уроков самой жизни отказывается от ошибочных и вредных
представлений о чистой, аполитичной науке и порывает с ору-
довавшими вокруг него проходимцами.
Серьезные вопросы жизни советской интеллигенции постав-
лены А. Корнейчуком в пьесе «Платон Кречет». Главный герой
пьесы — талантливый хирург Платон Кречет. Это человек боль-
ших творческих дерзаний. Он смелый новатор в науке. Все его
помыслы направлены на то, чтобы как можно лучше служить
народу. Душевная чистота, творческое отношение к труду — та-
173
ковы определяющие черты Платона Кречета. Ему противостоит
в пьесе директор больницы Аркадий Павлович — себялюбец,
карьерист, человек, который занимается шарлатанскими, вуль-
гаризаторскими выдумками. Так, например, он изобретает не-
лепый «диалектический метод лечения туберкулеза». Попытки
Аркадия Павловича опорочить Платона Кречета, сорвать работу
новатора кончаются крахом. Побеждает в нашей жизни новое,
передовое — такова главная мысль пьесы. В «Платоне Кречете»
драматург обнаружил умение чутко улавливать новые приметы
времени. В этой пьесе проявилось и другое ценное качество пи-
сателя— яркое комедийное дарование. Некоторые из сторонни-
ков Аркадия Павловича даны в резких сатирических тонах. Кор-
нейчук выступил как мастер острых комедийных характеров.
. В 30-е годы советская драматургия значительно активнее
и успешнее, чем прежде, разрабатывает современные темы. Но
вместе с тем не исчезает из драматургии и тема гражданской
войны. Воспитывая советских людей в духе боевой готовности,
наша литература, естественно, обращалась к незабываемым
годам борьбы советского народа против интервентов и белогвар-
дейцев. Среди пьес о гражданской войне, написанных в эти
годы, следует выделить «Оптимистическую трагедию» (1933)
Всеволода Витальевича Вишневского (1900—1951). В ней изо-
бражается один из характерных эпизодов гражданской войны:
партизанский, анархически настроенный отряд моряков под
влиянием коммунистов превращается в регулярную дисциплини-
рованную часть Советской Армии. Воплощением мужества, высо-
ких идей и моральной силы партии выступает в пьесе Вишнев-
ского женщина-комиссар. «Оптимистическая трагедия» чрезвы-
чайно своеобразна по своему стилю: романтическая патетика
сочетается в ней с реалистическим изображением матросской
среды периода первых лет революции.
Глубокая правда жизни, острота конфликтов, смелость в по-
становке больших проблем современности, коммунистическая
партийность — все это отличает лучшие произведения драма-
тургии и всей советской литературы периода 30-х годов.
Начиная примерно с середины 30-х годов в со-
Литература ветской литературе все сильнее зазвучали моти-
Нродиные вы оборонного характера, призывы быть гото-
выми к защите Родины. Дело в том, что усиле-
ние немецкого и японского фашизма означало нарастание
угрозы мировой войны. В напряженной обстановке советский
народ готовился в случае нападения империалистов ответить
ударом на удар. Перед советской литературой встали весьма
ответственные задачи.
Очень важную роль в морально-политической мобилиза-
ции советского народа накануне новой мировой войны играл
Горький.
174
В своих публицистических статьях этих лет Горький беспо-
щадно разоблачал гнусные стремления империалистов к «ми-
ровому господству».
«Имеем ли мы право ненавидеть этих одичавших, неизлечи-
мых дегенератов — выродков человечества, эту безответствен-
ную международную шайку явных преступников, которые,
наверное, попробуют натравить свой «народ» на государство
строящегося социализма?» — спрашивал Горький (статья «Про-
летарская ненависть»). И, отвечая утвердительно на этот вопрос,
великий пролетарский гуманист призывал ответить на происки
врагов таким ударом, «который превратился бы в последний
удар по башке капитала и сбросил его в могилу, вполне свое-
временно вырытую для него историей».
«Если враг не сдается, — его уничтожают», — эти слова
Горького выражали мысли и чувства советских писателей, вос-
питывавших своими произведениями глубокую любовь к социа-
листической Родине и призывавших советский народ быть го-
товым к отпору захватчикам.
Крепить оборону страны, быть готовым к жестокой схват-
ке с фашизмом призывал советский народ и советскую моло-
дежь Н. Островский. Он воспитывал у читателей мужество, пат-
риотизм, боевую готовность. Выступая в 1936 году по радио на
IX Всеукраинском съезде комсомола, Н. Островский говорил:
«Мрачные тучи нависают над миром. Фашизм, топором и ве-
ревкой стремящийся повернуть мир к средневековью, готовится
ударить по нашим границам. И вот мы, строители социализма,
отдающие всю свою страсть и силы мирному труду, готовы к
бою».
Н. Островский и другие советские писатели (А. Гайдар,
А. Сурков, Вс. Вишневский и др.) обращаются в те годы к изо-
бражению гражданской войны, создают исторические произве-
дения о борьбе России за национальную независимость, пишут
военные стихи и песни.
Слышишь, как порохом пахнуть стали
Передовые статьи и стихи?
Перья штампуют из той же стали,
Которая завтра пойдет на штыки, —
писал в те годы в поэме «Победитель» К. Симонов.
Таким образом советские писатели помогали нашему на-
роду еще до начала второй мировой войны увидеть лицо врага
и подготовиться к решительной и беспощадной борьбе с ним.
В 1932 году в журнале «Молодая гвардия» начал печатать-
ся роман Николая Островского «Как закалялась сталь».
Скоро имя и книга Н. Островского стали известны всему Со-
ветскому Союзу.
Биография Николай Алексеевич Островский родился 29 Сен-
H. А. Остров- тября 1904 года в селе Вилия Острожского уез-
ского да Волынской губернии.
Сын рабочего, он с детских лет изведал всю тяжесть нищен-
ского существования. Всего три года проучился Островский в
сельской школе (1910—1913) и вынужден был пойти в па-
стухи.
Продолжить учение в Шепетовке, куда в годы первой миро-
вой войны переехала семья Островского, не удалось: за ссору
со школьным священником Островского исключили из школы
(1915). Началась жизнь «в людях». Островский работает маль-
чиком в буфете, подручным кочегара, электромонтером. Люби-
мым его занятием становится чтение. Борец за свободу итальян-
ского народа Гарибальди, вождь восставших рабов Спартак,
мужественный и смелый Овод — любимые герои книг, прочитан-
ных юношей.
После Октябрьской революции, в годы гражданской войны,
Островский сблизился с рабочими-коммунистами и выполнял
различные поручения партии.
В 1919 году в Шепетовке установилась Советская власть.
В июле этого года Островский вступил в комсомол, а в авгу-
сте ушел добровольцем в бригаду Котовского. Несколько позже
он сражается в рядах легендарной Первой конной армии Буден-
176
ного. На фронте Островский прославился как храбрый и смелый
разведчик. Под Новоград-Волынском им был взорван мост.
В 1920 году, после тяжелого ранения, Островский демобили-
зовался из армии. В 1923 году он становится секретарем рай-
кома комсомола, через год его, уже члена партии, избирают
секретарем Шепетовского окружного комитета комсомола.
Но все больше и больше давало о себе знать полученное ра-
нение. С 1924 года здоровье Островского начало резко ухуд-
шаться. Двадцатитрехлетний Островский оказался прикован-
ным к постели. В 1928 году он потерял зрение.
Островский не сдался. Преодолевая невыносимые физиче-
ские страдания, он делает все возможное, чтобы быть полезным
и нужным Родине. «Эгоист погибает раньше всего. Он живет
только в себе и для себя. И если исковеркано его «я», то ему
нечем жить. Перед ним ночь эгоизма, обреченности. Но когда
человек живет не для себя, когда он растворяется в обществен-
ном, то его трудно убить — ведь надо убить все окружающее,
всю страну, всю жизнь», — писал в те дни Николай Островский.
С огромными трудностями, по транспаранту — толстой папке с
прорезями — он пишет воспоминания — повесть о котовцах
(1928). К сожалению, рукопись этого первого произведения
Островского была затеряна во время ее пересылки друзьям. Но
это не сломило воли Островского. Он задумал новую большую
художественную книгу о том, как жило и боролось за победу
революции первое поколение советской молодежи.
В 1930 году были написаны первые главы романа «Как за-
калялась сталь». «Я бросился на прорыв железного кольца, ко-
торым жизнь меня охватила, — писал Островский. — Я пытаюсь
из глубокого тыла перейти на передовые позиции борьбы и
труда своего класса. Неправ тот, кто думает, что большевик не
может быть полезен своей партии даже в таком, казалось, без-
надежном положении... И как бы ни темны были сумерки моей
жизни, тем ярче мое устремление».
Неподвижный и слепой, Островский продолжал активно ра-
ботать и жадно интересоваться всем, что происходило в мире.
Он не теряет связи с парторганизацией, работает агитатором
среди комсомольской молодежи, приходящей к нему на квар-
тиру, выписывает газеты и журналы, слушает радио. Ему по-
стоянно читают вслух. По выражению самого Островского, он
прочитал «десять пудов книг». «Когда я работал по десять ча-
сов в сутки, — говорил Островский, — я еще чувствовал свою
болезнь, но когда я стал работать по восемнадцать часов,—
у меня не стало времени для болезни».
В 1933 году роман «Как закалялась сталь» был закончен и
в 1934 году напечатан. Он принес писателю мировую извест-
ность. Островский получает очень много писем, его часто наве-
щают в Сочи писатели, знатные люди страны (Серафимович,
177
брат и сестра Владимира Ильича Ленина, Валерий Чкалов
и др.)- Окруженный любовью советского народа, Островский
говорил: «Я никогда не думал, что жизнь принесет мне такое
огромное счастье. Жуткая трагедия разгромлена, уничтожена, и
вся жизнь заполнена всепобеждающей радостью творчества».
Партия и правительство высоко оценили его литературные
заслуги. В 1935 году Островский был награжден орденом
Ленина.
Ободренный успехом, Островский начинает писать новую
книгу—роман «Рожденные бурей» — о борьбе за Советскую
власть в годы гражданской войны на Украине. Это произведе-
ние не было закончено: 22 декабря 1936 года жизнь писателя
оборвалась.
«КАК ЗАКАЛЯЛАСЬ СТАЛЬ»
Островский пришел к литературному творчеству, имея в виду
определенную цель. «Дело чести советских писателей, — говорил
Островский, — создать в своих книгах образ молодого рево-
люционера нашей эпохи, эпохи пролетарской революции. Кто
должен быть героем этих книг? Молодежь, которая боролась
вместе с отцами за Советскую власть, а теперь строит социа-
лизм. Люди прекрасные, мужественные, героические!»
Свой замысел Островский и осуществил в романе «Как зака-
лялась сталь». Он создал книгу о революции и новом герое со-
ветской эпохи. В одной из статей Н. Островский так объясняет
заглавие своего произведения: «Сталь закаляется при большом
огне и сильном охлаждении. Тогда она становится крепкой и
ничего не боится». Эти слова раскрывают основной смысл
книги: «большой огонь», при котором закалялась советская мо-
лодежь,— это пламень событий великой эпохи пролетарской ре-
волюции; «сильное охлаждение», без которого немыслима за-
калка,— это организованность, дисциплина, разумная осознан-
ность и целеустремленность действий.
Замысел предопределил и построение романа. В основу его
сюжета положена биография молодого революционера Павла
Корчагина. Жизнь героя неразрывно связана с историей совет-
ского общества. Читатель видит, как трудящиеся нашей страны
мужественно борются против немецкой оккупации Украины,
громят украинских националистов-петлюровцев, в огне граждан-
ской войны отстаивают завоевания революции, восстанавливают
разрушенное хозяйство, строят социализм.
В романе отражен основной конфликт эпохи — конфликт
между силами старого, капиталистического мира, судорожно
цепляющегося за свое существование, и силами побеждающего
социализма.
178
Герои романа резко разбиты на два лагеря: с одной стороны,
пролетарская молодежь, рабочие, красноармейцы, руководимые
коммунистами (Павел Корчагин и его товарищи, Артем и др.),
и, с другой стороны, враги революции разных мастей — от про-
мышленников и спекулянтов, белогвардейцев и петлюровцев до
примазавшихся к партии троцкистов и карьеристов.
Убедительно показаны в романе неодолимые ростки новой,
советской жизни. Изображая комсомольскую стройку узкоко-
лейной железной дороги на Боярке, Островский показывает,
как у новых хозяев страны рождается социалистическое отно-
шение к труду. «Напролом к первенству» шел со своей группой
комсомолец — грузчик Панкратов. Он «поджигал своих «пристан-
ских» на сумасшедшие темпы». В результате были перекрыты
все нормы и расчеты инженеров и стройка завершена в срок.
Инженер Патошкин, «удивленно потирая виски, спрашивал себя:
«Что это за люди? Что это за непонятная сила?.. Эти люди
своей работой бьют все расчеты и нормы».
Старая техническая интеллигенция часто была чужда идеям
социализма, а иногда шла против революции. Изображенные в
романе инженеры Патошкин и Стриж не способны понять тру-
дового подъема рабочих; инженер-путеец—муж Тони Тумано-
вой— не желает помогать Советской власти, а так называемый
«беспартийный специалист» Червинский прямо вредит нашему
государству. В ту суровую эпоху, о которой идет речь, возник
вопрос о необходимости создания новой интеллигенции, предан-
ной социалистическому строительству, и Н. Островский отразил
это в своем романе. «...Много народу партия на учебу бросила.
В губсовпартшколе весь старый актив теперь сидит за книжкой.
На будущий год обещают и меня послать», — рассказывал
Павлу Игнат Панкратов.
Роман «Как закалялась сталь» показывает ростки будущего
не только в среде пролетариата и интеллигенции, но и в деревне.
Примечателен разговор Корчагина с землемером.
«— Через двадцать лет у нас ни одной межи не останется,
товарищ землемер.
Старик снисходительно посмотрел на своего собеседника.
— Это вы о коммунистическом обществе говорите? Ну,
знаете, это еще где-то в далеком будущем.
— А про Будановский колхоз вы знаете?
— А, вы вот о чем!
— Да».
Колхоз был в то время исключением, как правильно заме-
чает землемер. Но из романа ясно, что это один из первых при-
меров будущей великой перестройки деревни.
Советские писатели нередко изображают в своих книгах по-
длинных героев современности. Впервые это сделал М. Горький
в своей книге «Мать», вслед за ним Д. Фурманов в «Чапаеве»,
179
А. Серафимович в «Железном потоке», позднее Б. Полевой в
«Повести о настоящем человеке» и А. Фадеев в «Молодой гвар-
дии».
На материале подлинных событий, во многом следуя истории
жизни самого Островского, написан и роман «Как закалялась
сталь». Это, конечно, не значит, что Островский и другие совет-
ские писатели занимаются фотографированием событий своего
времени и случаев из жизни, механическим их перенесением на
страницы книг. Сам Островский отвергал такие предположения:
«Роман мой — прежде всего художественное произведение, и в
нем я использовал свое право на вымысел. В основу романа
положено немало фактического материала. Но назвать эту вещь
документом нельзя. Это роман, а не биография, скажем, ком-
сомольца Островского». Задача, которую ставил перед собой
писатель, была шире. Она заключалась в том, чтобы создать
художественное произведение о типическом герое советской
эпохи и типических обстоятельствах его жизни.
При этом Островский-автор не только не скрывает своего
отношения к событиям, к людям, но, наоборот, горячо и убеж-
денно высказывает его. Он как бы близкий друг, старший това-
рищ героев романа, горячо сочувствует им, прекрасно понимает
их психологию и стремления, умеет объективно и заинтересо-
ванно рассказать о их жизни читателям. Тон романа Остров-
ского взволнованный, эмоциональный, окрашенный боевой ре-
волюционной романтикой. Писатель нашей страны, по словам
Островского, — «это прежде всего строитель социализма, а не
равнодушный «созерцатель». Это боец. Боец, учитель, трибун.
Человек с большой буквы».
В книге «Как закалялась сталь» изображена
Проблема героя революционная молодежь: комсомольцы, моло-
в романе дые коммунисты. Это роман не только о Корча-
гине. Павла окружают товарищи: первый комсомолец Шепе-
товки, мечтательный и отважный, рыцарски верный дружбе
Сережа Брузжак; сирота, воспитанный красноармейцами бес-
страшный пулеметчик Иван Жаркий; немногословная, застенчи-
вая сестра Сережи Брузжака — Валя, героически погибшая в
подполье; сдержанная, умеющая подчинять свои чувства рево-
люционному долгу Рита Устинович и многие другие.
Юность с ее свежестью чувств, живостью мысли, благородст-
вом побуждений всегда влекла к себе художника. Наши великие
писатели: Пушкин и Лермонтов, Тургенев и другие — в своих
произведениях рассказали о трагической судьбе молодого чело-
века в условиях крепостнического и буржуазного строя.
Передовые русские писатели создали в своих произведениях
и ряд образов положительных героев. Таковы Чацкий, Инсаров
и Елена, Гриша Добросклонов, герои романа Чернышевского
«Что делать?».
180
Советская литература наследует и творчески развивает луч-
шие традиции русской классики, но она отражает новый этап
в истории нашего народа. Тема романа «Как закалялась
сталь» — изображение молодого человека революционной эпохи.
Такого героя литература еще не знала.
Изображая своих современников, Н. Островский продолжает
традиции А. М. Горького. Но если Павел Власов был предвест-
ником победы революции, то Павел Корчагин — один из первых
строителей социалистического государства. Этим определяются
его принципиально новые качества, типичные для передовой
молодежи Советской страны.
Основной чертой молодого героя в изображении Н. Остров-
ского является единство личных и общественных интересов. Это
качество и прежде было присуще положительным литератур-
ным героям, помышляющим об общем благе. Однако только
после Октябрьской революции литература смогла показать
единство личного и общественного как слияние личных и госу-
дарственных устремлений. А именно это является характер-
ным для героев романа «Как закалялась сталь» и определяет
новый характер их патриотизма — советский патриотизм, непо-
колебимую преданность социалистическому государству. Моло-
дые хозяева своей страны, они самоотверженны в труде, ак-
тивны в строительстве новой жизни.
Лучшие черты героев Островского сложились под влиянием
новых человеческих отношений в нашей стране, под влиянием
советского строя. «Как закалялась сталь» — гимн социалистиче-
ской революции, формирующей такие характеры.
Павел Корчагин — не исключение. Героизм, мужество, стой-
кость, жажда подвига становятся для многих советских людей
нормой их жизни.
Современная упадочническая буржуазная литература вся-
чески унижает человека, чтобы доказать бессилие и бесплодность
его борьбы. Роман Н. Островского, как и лучшие произведения
других советских писателей, наоборот, полон веры в человека,
утверждает героическое начало в нем, проникнут пафосом по-
двига и романтической устремленностью в будущее. В этом
непроходящая молодость книги, на которой воспитано уже не-
сколько поколений советских людей.
Н. Островский в своем романе сумел раскрыть преемствен-
ную связь между комсомольской молодежью и старой гвардией
пролетариата. В образах матроса Жухрая и рабочих — Поли-
товского, Брузжака и других—он показал ведущую роль пар-
тии большевиков в организации и революционном воспитании
молодежи.
Островский разрушает ложное представление о якобы извеч-
ной вражде «отцов» и «детей» и утверждает нерушимое един-
ство старшего и молодого поколений в «борьбе за освобождение
181
человека». Единство поколений — символ морально-полити-
ческого единства всего советского народа.
Как говорилось выше, молодые герои романа
Образ Павла «ц;ак закалялась сталь» отразили в себе черты,
Корчагина ТИПичные для советской молодежи. И в то же
время каждый из них наделен писателем выразительными, инди-
видуальными особенностями. У каждого из них свой характер,
своя речь, своя внешность. Н. Островский, как подлинный ху-
дожник, умеет показать типическое в конкретной, живой форме.
С большой художественной силой и полнотой раскрывает
Н. Островский образ центрального героя романа — Павла Кор-
чагина. Это самое выдающееся достижение писателя. Он пока-
зал героя не только в действии, но и глубоко проник в его внут-
ренний мир, правдиво проследил процесс духовного развития,
многосторонне раскрыл характер.
Павел Корчагин — любимый герой и близкий друг миллио-
нов читателей. Они полюбили не только благородный духовный
облик Корчагина, запомнили не только его портрет, но и его
мужественные афоризмы («Самое дорогое у человека — это
жизнь...», «Умей жить и тогда, когда жизнь становится невыно-
симой. Сделай ее полезной», «Нет в жизни ничего более страш-
ного, как выйти из строя» и др.), и самый склад его речи с при-
сущими ей фронтовыми оборотами («на линию огня», «перейду
в наступление», «выйти из строя» и т. п.)—речи, насыщенной
политическими терминами («политическая позиция», «митинго-
вать», «дезорганизатор производства» и т. п.).
Детство Корчагина напоминает детство героя горьковской
автобиографической трилогии — Алеши Пешкова. В начале ро-
мана перед нами Павка — мальчик, который в окружающем раз-
бирается еще очень слабо.
«А что эта политика означает? — спрашивает его Климка.—
Черт его знает! — отвечал он. — Говорят, ежели кто против царя
идет, так политикой зовется. — Климка испуганно дернулся. —
А разве есть такие? — Не знаю, — ответил Павка».
Но сама жизнь заставляет кухаркиного сына определить свое
место в борьбе. В ответ на вопрос о том, почему уроки закона
божия противоречат урокам астрономии, поп в школе жестоко
избил Павку. Корчагин возненавидел «отца Василия» и разуве-
рился в правде религии. Рядом с домом Корчагиных расположи-
лась богатая усадьба адвоката Лещинского, где мать Павки
стирала белье. Павка возненавидел Лещинских, остро чувствуя
несправедливость разделения людей на богатых и бедных, на
праздных и трудящихся. В станционном буфете он наблюдал,
как подлые люди унижались и кланялись ради чаевых и нагло
издевались над слабыми и беззащитными. В его душе родилась
ненависть ко всякому лакейству, к грязной преступной власти
денег над людьми.
182
Старший брат — железнодорожный рабочий — Артем вну-
шил Павке уважение к настоящему труду, «...в тех помоях чело-
века из тебя не будет», — говорил он про службу в буфете. Ар-
тем устроил брата работать на электростанцию. Революция за-
стала Корчагина юным пролетарием, в котором горел боевой
задор.
Но ему еще не хватало сознательности, знаний, дисциплины.
Он любил читать, но Гарибальди называет «Джузеппа». Его
язык изобилует такими выражениями, как «выперли из школы»,
«жарить в город», «подымет волынку» и т. д. Даже в разговоре
с любимой девушкой, Тоней Тумановой, его речь не становится
более богатой: «Никогда бить не буду. Душа с меня вон, если
я тебя чем обижу».
Корчагин нашел свою дорогу в жизни под влиянием ком-
муниста матроса Жухрая. «Большой, сильный человек, убе-
жденный большевик, обветренный морскими шквалами, член
РСДРП (б) с тысяча девятьсот пятнадцатого года, балтийский
матрос Федор Жухрай рассказывал жестокую правду жизни
смотревшему на него зачарованными глазами молодому коче-
гару».
Жухрай говорил Павке: «Драться вообще не вредно, только
надо знать, кого бить и за что бить». Павка вскоре использовал
на практике советы, полученные от Жухрая. Он одержал победу
в драке с наглым и самоуверенным богатым гимназистом Су-
харько. В этом гимназисте и его товарище Викторе Лещинском
Павел почувствовал настоящих врагов, именно тех, «кого надо
бить».
Коммунист Жухрай учил Павку великой науке революции.
Не случайно первый боевой подвиг Корчагина был связан с
судьбой Жухрая: Павка спас его от рук петлюровцев.
Так определился прямой путь Корчагина в комсомол и
Красную Армию. Теперь это был уже боец с твердыми убежде-
ниями. Островский подчеркивает великое значение идеи в жизни
человека. «Так человек не выдержал бы, но как за идею пошел,
так у него все это и получается», — говорит молодой боец Се-
реда, слушая, как Павка читает о геройстве Овода. Так же ду-
мает и Корчагин. После тяжелого ранения на вопрос врача,
почему он не стонал и не стонет, Павел отвечал: «Читайте ро-
ман «Овод», тогда узнаете».
Служба в Красной Армии продолжает закалку молодого ком-
муниста. Сначала Павлу еще не хватает твердого чувства дис-
циплины. Он собирается из бригады Котовского «перемахнуть
в Первую конную». «А дисциплина, по-твоему, что?» — говорит
ему политрук. Павла это не убеждает. Но постепенно Корчагин
воспитал в себе выдержку и дисциплину. Когда «крикливый
франт» Чужанин, оказавшийся начальником штаба погранич-
ного полка, приказал Корчагину, несмотря на его больные ноги.
183
сойти с лошади, Корчагин вскипел: «В Павле несколько минут
боролись два чувства: обида и выдержка. Но Павел Корчагин
уже был не тем красноармейцем, что мог перейти из части в
часть не задумываясь. Корчагин был военком батальона, этот
батальон стоял за ним. Какой же пример дисциплины показал
бы он ему своим поведением. Ведь не для этого же. хлыща он
воспитывал свой батальон! Он освободил ноги из стремян, слез
с лошади и, превозмогая острую боль в суставах, пошел к пра-
вому флангу».
В битвах гражданской войны Павел проявляет беззаветное
мужество и железную волю. Когда окончилась гражданская
война и молодая Советская республика перешла к восстановле-
нию хозяйства страны, Корчагин оказался в первых рядах ге-
роев труда. В это время он уже далеко ушел от того смелого
и боевого, но не очень дисциплинированного и некультурного
мальчишки, каким был в детстве. Павел вырос и возмужал.
Его внутренний мир обогатился, поведение стало выдержанным
и продуманным, его речь стала более культурной.
С Тоней Тумановой, с которой Корчагин некогда объяснялся
с помощью таких выражений, как «душа из меня вон», он теперь
разговаривает совсем в другом стиле: «У тебя нашлась сме-
лость полюбить рабочего, а полюбить идею не можешь». Это
уже совсем иной склад речи, выражающей иной уровень созна-
ния. А в разговоре с Ритой Устинович речь Корчагина звучит
еще более выразительно: «...я за основное в «Оводе» — за его
мужество, за безграничную выносливость, за этот тип человека,
умеющего переносить страдания, не показывая их всем и каж-
дому. Я за этот образ революционера, для которого личное ни-
что в сравнении с общим».
Чист и благороден моральный облик Павла Корчагина.
«Я не могу понять, никогда не примирюсь с тем, что револю-
ционер-коммунист может быть в то же время и похабнейшим
негодяем и скотиной», — говорит Павел, возмущенный безобраз-
ным поведением проходимца Файло. Еще мальчиком, Павел
полюбил дочь лесничего Тоню Туманову. Когда в городке офор-
милась организация комсомола, он сразу сделал попытку втя-
нуть Тоню в общую работу. Но Тоня Туманова не могла понять
главного содержания жизни Павла — борьбы за революцию, не
смогла стать его товарищем в труде и борьбе, и он порвал свою
дружбу с Тоней.
Павел не ошибся: Тоня оказалась мещанкой. Встретив Павла
на комсомольской стройке, она спросила: «Неужели ты у власти
ничего не заслужил лучшего, чем рыться в земле?.. — О моей
жизни беспокоиться нечего, тут все в порядке, — ответил Па-
вел». Два противоположных взгляда на цель жизни и человече-
ское счастье столкнулись здесь. Один — обывательский, пола-
гающий, что счастье человека в личном благополучии, а дру-
184
гой — взгляд молодого коммуниста, для которого его счастье
неотделимо от счастья Родины, счастья народа.
Всем памятна клятва Павла Корчагина: «Самое дорогое у
человека — это жизнь. Она дается ему один раз, и прожить ее
надо так, чтобы не было мучительно больно за бесцельно про-
житые годы, чтобы не жег позор за подленькое и мелочное про-
шлое и чтобы, умирая, смог сказать: вся жизнь и все силы
были отданы самому прекрасному в мире — борьбе за освобож-
дение человечества».
Н. Островский продолжает лучшие традиции русской класси-
ческой литературы. Наши великие писатели прошлого всегда с
презрением отвергали идеал мещанского счастья и воспевали
служение народу. «Кому живется весело, вольготно на Руси?» —
спрашивает Некрасов. В поисках счастливого человека герои
его поэмы обошли всю Россию. Счастливым оказался юноша-
революционер Гриша Добросклонов. Он отдал свою жизнь
борьбе за освобождение трудового народа.
Ясным пониманием цели жизни обусловлен и несокрушимый
оптимизм Павла Корчагина, который помог ему преодолеть лич-
ную трагедию. «Умей жить и тогда, когда жизнь становится не-
выносимой,— говорил он себе. — Сделай ее полезной». И Павел
сумел сделать свою жизнь нужной стране даже в условиях пол-
ной неподвижности и слепоты. Он овладел литературным мас-
терством и создал произведение, где рассказал о борьбе его по-
коления за победу революции, за торжество социализма.
Правдивое изображение действительности в ее
Значение революционном развитии, создание типического
н образа героя советской эпохи, партийное отно-
шение к событиям и людям, революционно-романтический па-
фос сделали роман «Как закалялась сталь» одним из замеча-
тельных произведений литературы социалистического реализма.
Эта книга, изданная в Советском Союзе свыше 250 раз на
многих языках, пользуется особенной любовью советских чита-
телей. Большое значение романа ярко раскрылось в годы Вели-
кой Отечественной войны. Тогда в боях за Родину сражалось
второе поколение корчагинцев. Не случайно на памятнике Зое
Космодемьянской высечена знаменитая клятва Павла Корча-
гина, недаром «Как закалялась сталь» была любимой книгой
Олега Кошевого.
В знаменитой 62-й армии, насмерть стоявшей на Волге,
«Как закалялась сталь» читали во всех ротах и батальонах.
В заявлениях о приеме в комсомол молодые бойцы 62-й армии
заверяли, что будут драться по-корчагински, а проявив в бою
героизм и отвагу, гордились, что они сражаются, «как у Остров-
ского». Не менее популярен был герой романа «Как закалялась
сталь» и среди защитников Москвы и Ленинграда, в партизан-
ских отрядах, у советских воинов, освобождавших Варшаву и
185
Прагу, штурмовавших Берлин. История мировой литературы не
знает подобной силы воздействия литературного героя на жизнь!-
Большое влияние оказал роман «Как закалялась сталь» на
развитие советской литературы. Достаточно назвать «Повесть о
настоящем человеке» Б. Полевого, роман П. Бирюкова «Чайка»,
поэму М. Алигер «Зоя», чтобы убедиться в этом. Работа Остров-
ского над созданием типического характера молодого героя на-
шего времени, несомненно, помогла и Фадееву при создании
образов героев «Молодой гвардии». «Мне кажется, — писал о
Павле Корчагине Фадеев, — что во всей советской литературе
нет пока что другого такого же пленительного по чистоте и в
то же время такого жизненного образа».
Роман Островского переведен на многие иностранные язы-
ки и приобрел любовь у миллионов читателей за рубежами
Советского Союза.
После романа «Как закалялась сталь» Остров-
«Рожденные ский приступил к работе над романом «Рожден-
уреи> ные бурей». Новое произведение осталось неза-
конченным, была написана только его первая книга.
Роман посвящен борьбе пролетариата и крестьянства Запад-
ной Украины в 1918—1919 годах за освобождение, за Совет-
скую власть. В нем изображены два лагеря: один — это поль-
ские помещики и фабриканты (семья Могельницких, офицер За-
ремба и др.); другой — трудящийся народ, большевики и рево-
люционная молодежь (отец и сын Раевские, Андрей Птаха,
Олеся и др.).
Могельницкий и Заремба кичатся своими панскими тради-
циями и мнят о себе, как о рыцарях. На самом же деле они
грубые насильники в семье, лицемеры и палачи в обществе, те,
«кто залил кровью трудового народа поля Галиции и Украины».
«В своей новой книге, — писал Островский, — я показываю
этих палачей, рассказываю о том, что отошло в прошлое.
Я делаю это для того, чтобы в предстоящих боях, если нам их
навяжут, ни у кого из молодежи не дрогнула рука. Я пишу для
той молодежи, что поднимется на защиту рубежей своего социа-
листического Отечества и сметет огнем и сталью всех, кто попы-
тается перейти эти рубежи».
Настоящими рыцарями без страха и упрека выступает в ро-
мане молодое поколение революционеров, «рожденные бурей»
социалистической революции.
Особенно удался писателю образ молодого рабочего Андрея
Птахи. За время работы в революционном подполье он из озор-
ника мальчишки превращается в выдержанного, самоотвержен-
ного большевика. Центральной картиной романа является изо-
бражение единоборства Птахи, забаррикадировавшегося в ко-
тельной завода, с окружившей его полицией. Ни на минуту не
теряя мужества, Птаха оказывает своим врагам длительное
186
сопротивление, стремясь не дать им заглушить заводской гудок,
поднимающий город на восстание.
«Надо — говорил Островский, — воспитывать в молодежи
сознание, что даже один боец в самом безвыходном как будто
положении, найдя в сердце своем мужество, может принести
огромный вред врагам. Надо воспитать отвагу и решимость
биться до последней возможности. Типом Птахи хочу доказать
это положение... Порывы такой отваги нужны, они доказывают
пассивным массам, что нет безвыходных положений, отвага со-
противления крушит все».
Творчество Н. А. Островского является ярким примером без-
заветного служения советского писателя интересам Советского
государства и советского народа. Для молодежи его книги —
настоящая школа жизни.
толстой
Тридцатые годы — время расцвета творчества А. Н. Толстого.
Именно в этот период писатель усиленно работает над исто-
рическим романом «Петр Первый», завершает трилогию «Хож-
дение по мукам». Имя А. Н. Толстого и его произведения стано-
вятся широко известны не только в нашей стране, но и далеко
за ее пределами.
Алексей Николаевич Толстой родился 10 января
Жизнь 1883 года в городе Николаевске (ныне Пуга-
А ^Толстого чевск) Самарской губернии. Отец его, граф
до революции Толстой, — помещик Самарской губернии. Одна-
ко детство и отрочество будущего писателя про-
шли не в доме отца (с ним мать разошлась), а в небольшой
усадьбе отчима, либерального земского деятеля А. А. Бострома,
в степном хуторе Сосновка, километрах в ста от Самары.
Учился А. Н. Толстой сначала в Самаре в реальном учили-
ще, а затем в Петербурге в Технологическом институте. Неза-
долго до окончания Толстой ушел из института, так как решил
посвятить свою жизнь художественной литературе. Он с детства
любил читать книги, рано начал писать стихи; его мать была
детской писательницей и очень хотела, чтобы ее сын стал лите-
ратором. Ее желание сбылось.
В 1907 году А. Н. Толстой выступил со своей первой книгой.
Это был сборничек стихов под названием «Лирика». В последу-
ющие годы он выпустил еще один сборник стихов — «За синими
реками» и книгу сказок «Сорочьи сказки».
Первые произведения Толстого были подражательными и
создавались под влиянием символистов. На самостоятельную
дорогу в литературе Толстой вышел в 1910—1911 годах, когда
188
начал писать реалистические рассказы из жизни разоряющегося
дворянства. Эти рассказы, объединенные позднее писателем в
цикл «Заволжье», и примыкающие к ним по теме романы «Чу-
даки» и «Хромой барин» принесли Толстому известность в ли-
тературных кругах.
Тема всех этих произведений — распад помещичьего уклада
жизни, дворянское оскудение; изображается в них гибнущее,
умирающее, уходящее из жизни дворянство. Как известно, тема
эта для русской литературы не была новой. Достаточно напом-
нить о «Мертвых душах» и «Обломове», «Господах Головлевых»
и «Вишневом саде».
Следуя традициям русской классической литературы, Тол-
стой в своих рассказах и романах показывает жизнь помещиков,
разложение их нравов правдиво, без всякого приукрашивания.
Герои его произведений — налымовы, туреневы, репьевы — пря-
мые потомки ноздревых и собакевичей, обломовых и Головлевых,
утятиных и оболт-оболдуевых, выродки, тунеядцы, недоросли,
самодуры, помещики-последыши, дошедшие до крайней степени
не только материального, но и нравственного, духовного паде-
ния, до одичания.
В цикле «Заволжье» А. Н. Толстой выступил как талантли-
вый продолжатель традиций критического реализма. Его даро-
вание было замечено. В 1910 году А. М. Горький писал слушате-
лям социал-демократической школы для рабочих в Болонье:
«...Обратите... внимание на нового Толстого, Алексея — писателя
несомненно крупного, сильного и с жестокой правдивостью изо-
бражающего психическое и экономическое разложение совре-
менного дворянства... Вам было бы приятно и полезно познако-
миться с этой новой силой русской литературы».
Рисуя в «Заволжье» картины дворянского оскудения и раз-
ложения, А. Н. Толстой был в то же время очень далек от пони-
мания перспектив исторического развития, от революционных
позиций. Больше того, в годы первой мировой войны он отдал
дань буржуазно-шовинистическим настроениям, о чем свиде-
тельствуют его корреспонденции и очерки с фронтов войны, пе-
чатавшиеся в либеральной газете «Русские ведомости».
Ограниченность и слабость общественно-политических воз-
зрений А. Н. Толстого, естественно, должны были сказаться на
его литературной работе. Она не имела должного размаха и
перспективы. Это чувствовал и понимал и сам Толстой. Позднее
он писал: «Если бы не было революции, в лучшем случае меня
бы ожидала участь Потапенко: серая, бесцветная деятельность
дореволюционного среднего писателя. Октябрьская революция
как художнику мне дала все».
Действительно, Великая Октябрьская социалистическая ре-
волюция сыграла решающую роль в жизни и творчестве
А. Н. Толстого. Большим, первоклассным писателем он стал
189
только в советскую эпоху. Революция, советский строй, Комму-
нистическая партия вооружили Толстого новым мировоззрением,
научили его правильному пониманию истории, укрепили и обо-
гатили его талант. и
Сущности и значения Великой Октябрьской сог
Жизнь циалистической революции А. Н. Толстой перво-
и творчество начально не понял и в лагерь ее сторонников и
А. Н. Толстого
в 1917—1927 защитников встал не сразу.
годах С 1919 до 1923 года он жил в эмиграции,
главным образом во Франции. Но, покинув свою
страну, писатель скоро почувствовал, что жить в отрыве от
Родины, от своего народа не сможет. С каждым днем Толстой
убеждался все более, что Советская власть — подлинно народ-
ная власть, что Советская Россия, отстояв свою независимость
от нашествия интервентов в годы гражданской войны, успешно
борется за восстановление и развитие страны. И когда за гра-
ницей Толстой увидел всю жестокость, бесчеловечность капита-
листических порядков и опустошенность, гниение эмигрантского
сброда, он решил вернуться в Советскую Россию.
«Жизнь в эмиграции, — вспоминает А. Н. Толстой, — была
самым тяжелым периодом моей жизни. Там я понял, что зна-
чит быть парием, человеком, оторванным от Родины, невесо-
мым, бесплодным, не нужным никому ни при каких обстоя-
тельствах».
Написанная в эмиграции автобиографическая повесть «Дет-
ство Никиты» (1919) дает хорошо почувствовать, как Толстой
глубоко и задушевно любил свою страну, как он тосковал вдали
от нее. Повесть рассказывает о детских годах писателя и пре-
красно рисует картины русской природы, русского быта, образы
русских людей.
В 1923 году А. Н. Толстой возвратился на Родину — в Совет-
ский Союз. Здесь писатель с огромной энергией принялся за
литературную работу. Он пишет и повести из жизни эмигрантов,
и фантастические романы, и исторические пьесы, и рассказы из
советской жизни. Его богатый талант постепенно раскрывался
все многообразнее, ярче, сильнее.
Примечательны повести А. Н. Толстого об эмигрантах: «Ру-
копись, найденная под кроватью» (1923), «Похождение Невзо-
рова, или Ибикус» (1924) и др. В этих произведениях писатель
беспощадно разоблачил и осудил белую эмиграцию, изменив-
шую своей Родине. Белая эмиграция, как правдиво рисует ее
писатель, — это в большей части те же налымовы, туреневы и
другие «последыши», только выметенные с родной земли и рас-
сыпавшиеся по притонам европейских столиц в качестве лакеев,
спекулянтов, наемных убийц, готовых на любое грязное дело.
У этих «жителей без отечества» совершенная пустота в душе:
«Земля уходит! Ужас! Мираж! Бред! Дым!., время стало, буду-
190
щего никакого нет — дыра!» — с циничной откровенностью пи-
шет о себе герой «Рукописи, найденной под кроватью».
Из произведений А. Н. Толстого, написанных в 20-е годы, за-
служивают внимания фантастические романы «Аэлита» (1922)
и «Гиперболоид инженера Гарина» (1925). В них писатель ста-
вит большие социальные проблемы, пытается понять великие
события, совершающиеся в мире.
В романе «Аэлита» рассказывается о социалистической рево-
люции на Марсе, которой руководят прилетевшие с Земли ком-
мунист-партизан Гусев и инженер Лось. Порядки на Марсе,
судя по роману, очень похожи на порядки буржуазной Европы
и Америки. Социализм представляется как закономерная фаза
в развитии истории человечества, революция становится неиз-
бежной. Удался писателю образ Гусева, простого, с широкой
душой русского человека, оптимиста и беспокойного мечтателя,
готового прийти на помощь каждому угнетенному трудящемуся
человеку.
«Гиперболоид инженера Гарина» — роман, повествующий о
том, как в борьбе за гиперболоид, изобретенный инженером
Гариным (аппарат со смертоносными, всеуничтожающими лу-
чами), сталкиваются два лагеря: представителем одного яв-
ляется американский миллиардер Роллинг, представителем
другого — русский коммунист Шельга. Роллинг и Гарин делают
попытку фашистского по своей сути переворота, но он терпит
крах в результате народной революции. Роман А. Толстого рас-
крывает империалистические планы Роллинга нему подобных —
превратить Европу в американскую колонию. «Колониальным,
жутким запашком тянуло по всей Европе... Директора «Анилин
Роллинга»... вмешивались во внутренние дела, в международ-
ную политику», — говорится в романе. Аппарат Гарина, великое
оружие победы над силами природы, в руках Роллинга пре-
вращается в страшное оружие войны и разрушения. В образе
Гарина, беспринципного, жестокого индивидуалиста, прези-
рающего человечество, мечтающего о чингис-хановском ре-
жиме, по словам самого Толстого, «угадывается будущий
фашист».
Таким образом, в творчестве А. Н. Толстого после возвра-
щения на Родину происходят серьезнейшие изменения.
Толстой делает значительный шаг вперед и по праву стано-
вится в ряды советских писателей. Однако нельзя думать, что
Толстой сразу же полностью овладел марксистско-ленинским
мировоззрением, методом социалистического реализма и пра-
вильно осмыслил сущность окружающей его действительности.
В творчестве Толстого первых лет после возвращения на Родину
было немало противоречий. Питая справедливую ненависть к
капиталистическому миру и белогвардейской эмиграции, писа-
тель в то же время не до конца понимал характер нашей рево-
191
люции, смысл политики Коммунистической партии и поэтому
колебался, впадал в заблуждения.
Чем, например, оканчивается попытка революционного пере-
ворота на Марсе в «Аэлите»? Поражением Гусева и Лося. Гу-
сев, убедившись в невозможности революции на Марсе, органи-
зует акционерное общество по вывозу трудящихся-марсиан на
Землю. Зато нерушимой и неизмененной остается любовь Лося к
дочери верховного правителя Марса — Аэлите. Любовь значи-
тельнее и сильнее всего на свете, значительнее общественных
вопросов и перемен — такова одна из главных идей романа.
Здесь, несомненно, сказалась ограниченность писателя.
Особенно ясно сомнения Толстого тех лет видны в некоторых
рассказах на темы современности («Голубые города», «Василий
Сучков» и др.). В основе этих рассказов лежит мысль о проти-
воречии между мечтами советских людей и обыденной действи-
тельностью нэпа. Между тем Россия нэповская превращалась в
Россию социалистическую, и возвышенные мечтания находили
здесь свое реальное воплощение в действительности. Скоро это
хорошо понял и сам А. Н. Толстой.
РОМАН «ХОЖДЕНИЕ ПО МУКАМ»
В сущности говоря, и фантастические романы, и первые рас-
сказы на современные темы, и другие произведения, написан-
ные А.Н. Толстым в первые годы после возвращения из-за гра-
ницы, означали поиски настоящей, широкой творческой дороги.
Постепенно эта дорога была найдена. В 30-е годы была завер-
шена трилогия «Хождение по мукам». В 1929 году был начат
роман «Петр Первый».
Первая часть трилогии «Хождение по мукам» — роман «Се-
стры»— была закончена в 1921 году, вторая — роман «Восемна-
дцатый год» — в 1927 году и третья — роман «Хмурое утро» —
22 июня 1941 года.
Таким образом, работа над трилогией продолжалась более
двадцати лет. С каждой новой частью «Хождение по мукам»
становилось все более глубоким и значительным произведением.
Говоря о длительности своей работы над трилогией, писатель
утверждал, что не жалеет об этом: «За это время я сам, в своей
жизни, в своем отношении к жизни, к действительности, к нашей
борьбе стал относиться гораздо более зрело, гораздо более
углубленно».
«Хождение по мукам» — это в буквальном смысле слова ро-
ман-эпопея, монументальное произведение, героями которого
являются не только отдельные личности, существовавшие в дей-
ствительности и вымышленные, но и весь русский народ в один
из важнейших переломных периодов своей истории. Роман изо-
192
бражает, как жила и рушилась царская Россия, как трудовой
народ через испытания и муки гражданской войны пришел к,
победе, как родилось новое, социалистическое государство рабо-
чих и крестьян.
Если первая часть трилогии — «Сестры» — имела по преиму-
ществу характер бытового романа из эпохи первой мировой
войны и революции, то последующие части — «Восемнадцатый
год» и особенно «Хмурое утро» — стали величественным повест-
вованием о героическом русском народе, о России и революции.
В соответствии с историко-эпическим характером романа его
действие переносится из Петербурга в провинцию, из глухой
деревни на фронт, от красных к белым, с Волги на Кубань, с
Украины в Москву. Картины мирной жизни сменяются карти-
нами жестоких боев, лирические сцены — сценами драматиче-
скими, изображение жизни «верхних» слоев общества — изо-
бражением жизни его «низов».
В романе участвует множество действующих лиц — главных
и второстепенных, с именами и безыменных, интеллигентов, ра-
бочих, крестьян, солдат. И каждая картина и сцена, каждое дей-
ствующее лицо вылеплены писателем с поразительным мастер-
ством, яркостью и отчетливостью. Все, к чему ни прикасалось
перо Толстого, становится зримым, живым.
В первой части трилогии — в романе «Сестры» — изобра-
жается Россия перед революцией. Толстой прекрасно воспроиз-
водит атмосферу тревоги, неуверенности в завтрашнем дне, на-
пряженности, которая господствовала в предреволюционной сто-
лице— Петербурге. Все становится непрочным: легко разры-
ваются семейные связи, падает нравственность, заходит в тупик
искусство. Пышно расцветают пороки, извращенные страсти и
чувства, разные формы и виды декадентства. Судорожно мета-
лась интеллигенция в поисках смысла и цели жизни. «Жили
расхлябанно, точно с перебитой поясницей», — пишет Толстой.
Характерным представителем декадентского искусства, упа-
дочнических идей и настроений выступает в романе поэт Бес-
сонов. Книжки его стихов действуют, как яд, отравляя читате-
лей пессимизмом, безверием. Сам он — человек опустошенный,
изломанный, одинокий — ищет забвения в вине и разврате. За
его мистическими речами скрывается ложь и безысходная скука.
Бессонов нелепо, случайно погибает на фронте от руки душевно-
больного дезертира. Он умирает вместе с породившим его ста-=
рым миром.
Первая книга романа не показывает еще силы, способные
преобразовать старый мир, и заканчивается изображением ка-
нуна Октябрьской революции. Во второй и третьей книгах ро-
мана— «Восемнадцатый год» и «Хмурое утро» — А. Н. Толстой
изображает гражданскую войну. Смысл происходящих событий
понят писателем глубоко и правильно. Война советского народа
7 Русская советская лит-ра
193
с белогвардейцами и интервентами показана в романе как ве-
ликая война за социализм и одновременно за государственную
и национальную независимость Советской России.
А. Н. Толстой ярко изображает, как бесстыдно и нагло хо-
зяйничают на Украине немецкие оккупанты, как жадно протя-
гивают к нашим национальным богатствам свои руки англий-
ские, французские, американские империалисты, как бешено не-
навидят они коммунистов и рабочий класс.
Коммунисты, пишет А. Толстой, «в разгар сыпного тифа,
острейшего голода и окончательной хозяйственной разрухи орга-
низовали мощное контрнаступление, — и пошла трещать вся
мировая политика удушения и расчленения красной России».
А. Н. Толстой правдиво раскрывает источники нашей победы.
Против интервентов и старой, барской, буржуазной, кулацкой
Руси поднялась Русь новая, «разночинная, рабочая, мужицкая»,
многомиллионная масса трудового народа. Трудовой народ,
истинный хозяин своей земли, не желает, чтобы на его шею
снова сели помещики и капиталисты- Он ненавидит хищников-
иноземцев и мечтает о справедливом, социалистическом строе.
И нет силы, которая могла бы противостоять взявшемуся за
оружие народу.
Выразительно изображен Толстым рядовой коммунист, куз-
нец Путиловского завода, Иван Гора. Это типичный пролетарий-
большевик, человек мужественный, серьезный и основательный.
Поняв и обдумав линию партии, он становится ее верным про-
водником везде, куда бы его ни послали: на завод, в деревню
бороться с кулаками, на фронт сражаться с интервентами и
контрреволюцией. Иван Гора горячо любит свою невесту Агрип-
пину, любит жизнь, но, если нужно, он, не задумываясь, по-
жертвует собой за революцию, за дело народа. Он понимает,
что счастье надо завоевать. Ни на одну минуту не сомневается
Иван Гора в победе революционного народа; его любимое при-
словье: «ничего невозможного».
Подстать Ивану Горе и его невеста Агриппина Чебрец. Ду-
шевная сила и трогательность, преданная любовь и целомудрие
соединяются в этой прекрасной девушке. Неграмотная батрачка,
пробужденная революцией к сознательной жизни, она жадно
тянется к знанию. Бок о бок с Иваном Горой сражается красно-
армеец Агриппина Чебрец за свободу и счастье трудящихся-
А. Н. Толстой рисует и вождя советского народа В. И. Ленина.
Во второй книге трилогии Ленин появляется дважды: на засе-
дании Совнаркома и на рабочем митинге на заводе Гужона. Он
изображен писателем как мудрый руководитель Советского го-
сударства, гений революции.
Кончается трилогия картиной, рисующей начало новой эпохи
в жизни советского народа — эпохи мирного социалистического
строительства. В Москве, в Большом театре, известный деятель
194
Коммунистической партии Г. М. Кржижановский делает доклад
об электрификации России.
Таково богатое содержание и глубокая историческая фило-
софия «Хождения по мукам», романа-эпопеи, героем которой
является русский народ, поднявшийся на защиту Родины и за-
воеваний Великой Октябрьской социалистической революции.
В неразрывной связи с судьбами народа пока-
Судьбы русской заны А. Н. Толстым судьбы главных героев ро-
нителлигенцни мана: Ивана Ильича Телегина, Вадима Петро-
«Хождение вича Рощина, Даши и Кати Булавиных. Все
по мукам» они принадлежат к той части старой русской
интеллигенции, культурной, честной, ищущей,
которая, хотя и не сразу и не легко, а нередко через ошибки и
заблуждения, через муки и страдания находит путь к народу,
к революции.
Мучительные поиски героями романа цели и смысла жизни,
своего места в борьбе за новую Россию, своего счастья и состав-
ляют основную проблему «Хождения по мукам»- Отсюда и само
название произведения. В размышлениях и переживаниях ге-
роев, изображенных с большой глубиной и проникновенностью,
немало от исканий, духовного опыта самого писателя.
Наиболее трудный путь проходит Рощин. Дворянин, офицер
старой армии, он по-своему горячо любит Родину. Но Рощин
далек от народа и не верит в его силы. Поэтому, когда револю-
ционный народ отказался продолжать империалистическую
войну, Рощиным овладело отчаяние, ему казалось, что Россия
гибнет.
Надежды на спасение России Рощин возлагает на белогвар-
дейскую армию, в рядах ее он сражается против красных. Но
скоро Рощин начинает понимать, что путь, избранный им, оши-
бочен и преступен. С одной стороны, он убеждается в силе на-
рода и его преданности коммунистам, с другой стороны, он
видит, что белогвардейские генералы продают Россию интер-
вентам, что белогвардейцы — это скопище спекулянтов, наемных
убийц, отбросов нации. «Рощин глядел — и злоба раздувала ему
сердце: «Вот бы полить керосином, сжечь всю эту сволочь...»
Рощин уходит от белых. Но он пройдет еще через плен у
Махно, через новые сомнения и колебания, пока не поймет
правды восставшего народа, пока не увидит, что Россия не по-
гибла и не погибнет, что Коммунистическая партия борется и
за освобождение народа и за свободу, независимость и величие
Родины. Убедившись в этом, Рощин преисполнится ощущением
«потерянной, забытой и вновь обретенной Родины» и твердо ста-
нет в ряды ее защитников. В конце романа, слушая доклад
Г. М. Кржижановского, Рощин говорит: «Мир будет нами пере-
страиваться для добра... Все в этом зале готовы отдать за это
жизнь... И это на моей Родине, и это — Россия...»
19&
7*
Таковы искания, блуждания Рощина, мучительное изживание
им предубеждений, предрассудков буржуазно-дворянской среды,
его «хождение по мукам». «Ее тема, — писал А. Н. Толстой о
своей трилогии, —возвращение домой, путь на Родину».
Иной путь проходит второй главный герой романа — инженер
Иван Ильич Телегин, который не только любит Россию, но и
верит в талантливость, силы и будущее русского народа, го-
раздо ближе стоит к простым людям, чем Рощин («Наш»,—
говорит о нем рабочий-коммунист Рублев, хотя и видит, что по-
литические взгляды Телегина весьма неопределенны). Телегин
довольно скоро понял, что судьба Родины и революции нераз-
рывны, и с первых дней революции становится ее преданным и
мужественным защитником. Всю гражданскую войну он служит
в рядах Красной Армии, выполняя ответственные поручения.
К концу войны Телегин — умный и бесстрашный командир
бригады — полностью осознал правильность политики партии
коммунистов и мечтает отдать все силы социалистическому
строительству. Ошибка Телегина в ином. Он полагал, что можно
построить личное счастье, отгородившись от окружающей
жизни, от страданий и борьбы народа, от войн и революций. Вся
эта философия оказалась иллюзорной, утопической. Оказалось,
что нельзя быть счастливым, «закрывшись с Дашей на ключик»,
что счастье возможно только для человека, посвятившего себя
освобождению народа, революционной борьбе, что счастье надо
завоевать. И Телегин, и Даша скоро начали задыхаться в узком
семейном мирке. В конце концов Иван Ильич был жестоко на-
казан за свои заблуждения: от него ушла Даша. «...Мне не
нужно никакого изобилия, — ничего, ничего... Но только жить —
полным дыханием... А крохи мне не нужны... Разлюбила...
Прости...» — говорит она ему. И пришлось Телегину, как и дру-
гим главным героям романа, испытать «хождение по мукам».
Завоевав вместе с советским народом счастье для Родины, Те-
легин завоевывает любовь Даши и личное счастье. Любовь
Ивана Ильича к Даше становится более крепкой, просветлен-
ной. Так в «Хождении по мукам» А. Н. Толстой изживает ска-
завшееся в «Аэлите» и других произведениях представление,
что нет в жизни ничего выше любви, что человек может жить
одной любовью, отгородившись от народа, от судьбы Родины,
от истории.
Право на простую, достойную человека жизнь, на любовь
пришлось завоевывать и сестрам Булавиным — Даше и Кате.
Как и Телегин и Рощин, они убедились, что.личное, маленькое,
частное счастье немыслимо вне большого общего счастья Ро-
дины. Трудный путь проходят героини, прежде чем находят
свое место в общей борьбе народа. «В трех водах топлено, в
трех кровях купано, в трех щелоках варено. Чище мы чисто-
го»,— говорится в эпиграфе ко второй книге тфлогии,
196
Каждый из названных героев трилогии по-своему проходит
один и тот же путь — от разъединения с народом к слиянию .с
ним. Таков путь лучших представителей старой интеллигенции
в эпоху социалистической революции. Преодолевая свою обо-
собленность и предубеждения, интеллигенция в полном един-
стве с народом борется за коммунизм. Так по-новому разре-
шается жизнью и освещается в романе Толстого традиционная
для русской литературы проблема интеллигенции и народа.
РОМАН «ПЕТР ПЕРВЫЙ»
Замечательным произведением А. Н. Толстого является
исторический роман «Петр Первый». Первая часть этого романа
была опубликована в 1930 году, вторая — в 1934 году, третья
часть (незаконченная) писалась и печаталась в годы Великой
Отечественной войны. На основе романа Толстым были напи-
саны пьесы и киносценарий под тем же названием.
«Петр Первый» — важная веха в развитии не только рус?,
ского, но и мирового исторического романа.
«Петр Первый» — первый в нашей литературе настоящий
исторический роман, — писал А. Н. Толстому А. М. Горький.—
Книга — надолго... Вы можете делать великолепные вещи».
Столь же высоко оценил роман «Петр Первый» известный
французский писатель Ромен Роллан. «Я восхищен той мощью,
тем неисчерпаемым изобилием творчества, которые у вас ка-
жутся простыми слагаемыми, — писал он А. Н. Толстому.—
Меня особенно поражает в вашем искусстве, твердом и правдив
вом, то, как вы лепите ваши персонажи в окружающей их обста-
новке».
В чем же сила и значение романа «Петр Первый»?
Прежде всего в его исторической правдивости. Толстой и к
изображению исторических событий и лиц подошел как подлин-
ный реалист, как великолепный знаток истории, как писатель,
воссоздающий наше прошлое во всем его исторически конкрет-
ном своеобразии.
Некоторые писатели, изображая прошлое, не считаются
с исторической правдой и заставляют своих предков думать,
чувствовать и поступать так, как это несвойственно людям их
эпохи: персонажи этих произведений разговаривают таким язы-
ком, каким они не могли говорить, живут в такой обстановке,
какой в те времена не существовало, и т. п.
Позиция А. Н. Толстого иная. Он стремится показать и по-
казывает историческое прошлое правдиво, не подновляя, не
улучшая и не ухудшая его. Он выступает как писатель-реалист.
«Неверно, что я избрал ту эпоху для проекции современности,—•
писал Толстой. — Меня увлекло ощущение полноты, «неприче-
197
санной» и творческой силы той жизни, когда с особенной ярко-
стью раскрывался русский характер».
Чтобы показать в своем романе русскую жизнь конца XVII
и начала XVIII века и дать исторически живой образ Петра I,
А. Н. Толстой чрезвычайно обстоятельно изучил огромное коли-
чество исторических трудов и материалов. Это помогло писа-
телю «вжиться» в описываемую эпоху, увидеть людей, быт и
нравы петровского времени во всем их историческом свое-
образии.
В своем романе писатель правдиво рассказывает о важней-
ших событиях Петровской эпохи: о стрелецком бунте, о крым-
ских походах князя Голицына, о борьбе Петра за Азов, о путе-
шествиях Петра за границу, о преобразовательной деятельности
Петра, о войне России со шведами, о создании русского флота и
новой армии, об основании Петербурга и т. д. Одна замечатель-
ная по яркости красок, пластичности, живописности картина
сменяет другую: царская свадьба, Петр и Софья у гроба царицы
Натальи Кирилловны, петровские ассамблеи, Петр в кузнице,
Нарвская битва и другие баталии, сватанье, застенок и пытки,
строительство Петербурга и т. д.
Действие романа переносится из деревни в столицу, из Мо-
сквы в Архангельск, из Архангельска в Воронеж, из-под Азова
на Балтийское побережье, из России за границу, из европейских
столиц на болотистые берега Невы. Живое, выразительное изо-
бражение черной избы мужика Ивашки Бровкина сменяется
изображением усадьбы дворянина Волкова и кремлевского
дворца русских царей, из хором московских бояр писатель ведет
читателя в «пытошную», из Успенского собора в раскольничий
скит, из Грановитой палаты на городскую площадь.
Толстой далек и от произвольного отношения к реальным
историческим фактам, и от рабского копирования. В его творче-
стве прекрасно соединяются научное отношение к истории и ху-
дожественная фантазия. По своей композиции роман Толстого
противостоит и таким произведениям, которые, подобно истори-
ческим хроникам, слепо следуют за событиями, и различным
псевдоисторическим сочинениям (вроде романов А. Дюма),
основанным на неудержимой фантазии и пренебрежении к исто-
рическим фактам. Основой композиции романа Толстого явля-
ется последовательное изложение жизни и деятельности Петра I.
Но Толстой не ограничивается в своем романе изображением
жизни и деятельности главного героя (в данном случае Петра I),
а создает многоплановую композицию, что дает ему возмож-
ность показать жизнь самых различных слоев населения России,
жизнь народных масс.
Огромная галерея действующих лиц разного звания, воз-
раста и пола нарисована А. Н. Толстым в его романе. Каждое
лицо не похоже на другое и наделено своими, особенными, запо-
198 *
минающимися чертами. Недаром свойственное Толстому искус-'
ство лепки персонажей в окружающей их обстановке так восхи-
тило Ромен Роллана. Не только сам Петр, надменная царевИа
Софья, царский любимец, предприимчивый и ловкий Алексашка
Меншиков, но и десятки других исторических и вымышленных
персонажей — приближенных и врагов Петра, бояр, крестьян,
купцов, солдат, стрельцов, раскольников, иностранцев — изо-
бражены писателем с неповторимыми чертами их духовного
облика, внешности, речи, костюма.
Прекрасно рисует А. Н. Толстой быт Петровской эпохи со
всеми его историческими особенностями. Узенькие, слюдяные
окошечки боярских теремов, затянутые бычьим пузырем окна
крестьянских изб, стрелецкие «клюквенные» кафтаны, «немец-
кие робы» (платья) со «шлепами» (шлейфами) княжон Буйно-
совых, боярские бороды, парики иностранных гостей, нарумянен-
ные щеки и посыпанные мукой вместо пудры волосы модниц,
дикие забавы шутов, которые бьют гостей бычьими пузырями с
сухим горохом, новый «галантный» обиход, согласно которому
нужно «трясти перед собой шляпу, лягать ногами», — все эти
детали быта выписаны в романе «Петр Первый» с поразитель-
ной наглядностью и рельефностью.
Прекрасно переданы А. Н. Толстым особенности языка Пет-
ровской эпохи. Не нарушая законов русского языка, не застав-
ляя людей Петра I говорить на языке, непонятном для нас, пи-
сатель в то же время видел, что с конца XVII века в русском
языке — особенно в его словарном составе — произошли значи-
тельные изменения, и стремился воспроизвести язык изображае-
мых им людей во всем его историческом своеобразии. В этом
помогло ему тщательное изучение языка старинных памятни-
ков, документов, записок («Домостроя», «Жития протопопа
Аввакума», «пытошных записей» и др.).
Очень умело, строго соблюдая меру, вводит писатель в речь
действующих лиц романа слова и выражения, характерные для
петровского времени: «сказывался в нетях» (т. е. находился в
бегах), «шпыни», «волхованье», «кружало», «подметныеписьма»,
«политес», «галант», «виктория» (победа) и т. д. Здесь и ста-
ринные русские слова и слова, заимствованные тогда верхушкой
дворянства с Запада. В разговорной речи они нередко переме-
шивались, образуя весьма своеобразные словосочетания: «Вче-
рась опять в конюшне на балалайке куртаж делал и в карты по
носам бился», — говорит одна из девиц Буйносовых. «Фигура
первая! Дамы наступают и отступают, кавалеры крутят дам»,—<
кричит Лефорт на ассамблее.
Язык для А. Н. Толстого как для писателя-реалиста яв-
ляется одним из самых главных средств изображения психоло-
гии человека. За словами, за ман4ерой речи того или иного
героя романа «Петр Первый» видны его характер, его действия.
199
Все русские люди, изображенные в романе, разговаривают на
общенациональном языке, но вносят в него те или иные харак-
терные оттенки, объясняемые особенностями их общественного
положения и духовного облика.
Речь Петра I в его зрелые годы основана на большом опыте
талантливого государственного деятеля. В ней много выраже-
ний, которые становятся афоризмами: «промедление — смерти
подобно», «фортуна скрозь нас бежит... блажен, кто хватает ее
за волосы» и т. п. После поражения под Нарвой Петр замечает
Меншикову: «Конфузия — урок добрый... Славы не ищем...
И еще десять раз разобьют, потом уж мы одолеем».
Если крестьяне в романе Толстого говорят просто и безы-
скусственно, то дворянская и купеческая верхушка, поддержи-
вавшая реформы Петра, наводняет язык иностранными словами.
Речь раскольников (например, начетчика — попа Фильки), есте-
ственно, изобилует славянизмами, а речь живописца Андрея Го-
ликова, человека начитанного и мечтательного, отличается
книжностью и торжественностью.
Таким образом, сила романа А. Н. Толстого «Петр Первый»
заключается прежде всего в том, что в нем русские люди пет-
ровского времени показаны правдиво, конкретно исторически и
в свойственной им обстановке, с присущей им речью.
С другой стороны, сила романа А. Н. Толстого «Петр Пер-
вый» заключается в том, что сквозь внешние факты и детали
жизни, быта, нравов писатель проник глубоко в сущность дей-
ствительности петровского времени и показал классовые проти-
воречия эпохи, укрепление русского национального государства,
борьбу старого, отживающего в русской жизни, с новым, наро-
ждающимся, закономерное развитие России по пути прогресса.
Некоторые писатели, изображая прошлое, вместо того чтобы
показать в своих произведениях исторические судьбы народа и
человеческой личности, раскрыть в художественной форме зако-
номерное развитие исторического процесса, ограничиваются на-
туралистическим описанием бытовой обстановки, вещей, костю-
мов, нравов, любуясь всем этим, стремясь иногда уйти в прош-
лое от настоящего.
А. Н. Толстой обратился к изображению эпохи Петра не по-
тому, что хотел уйти от современности, любоваться прошлым,
а для того, чтобы уяснить пути развития русского государства
и на опыте прошлого лучше понять настоящее. «Чтобы понять
тайну русского народа, его величие, — писал А. Н. Толстой,—
нужно хорошо и глубоко узнать его прошлое: нашу историю,
коренные узлы ее, трагические и творческие эпохи, в которых
завязывался русский характер».
Поэтому для Толстого исторические детали не имеют само-
довлеющего значения и только помогают изобразить психоло-
гию того или иного действующего лица, показать социальные
200
противоречия эпохи, процесс становления Русского государства
и русского национального характера, раскрыть законы, управ-
ляющие развитием истории. С натурализмом художественный
метод автора «Петра Первого» не имеет ничего общего.
К роману о Петре I Толстой приступил вооруженный бога-
тым опытом социалистического строительства в СССР и марк-
систско-ленинской теорией. Он смотрел на прошлое с позиции
социалистического настоящего, с «высоты великих целей буду-
щего». Марксистско-ленинское учение и понимание современ-
ного человека, говорил писатель на X съезде ВЛКСМ, дают
ключ к правдивому воссозданию различных исторических эпох.
В романе «Петр Первый» Толстой и показал сложную Петров-
скую эпоху правдиво: в ее противоречиях и закономерном раз-
витии, в борьбе нового со старым. При этом он не смотрит на
жизнь бесстрастно, «добру и злу внимая равнодушно», а от-
крыто встает на сторону передовых сил против реакции, горячо
верит в прогресс человечества. Все это и делает исторический
роман «Петр Первый» произведением социалистического реа-
лизма.
Эпоха Петра предстает в романе Толстого как переломный
этап русской истории, когда русский народ выдвинул из своей
среды замечательных по своим талантам, уму и энергии людей,
отстоял свою национальную независимость в борьбе с могуще-
ственной Швецией, вышел на искони принадлежавшие России
берега Балтийского моря, создал новую столицу, крупнейший про-
мышленный и культурный центр, красивейший город в мире —
Петербург, осуществил решительный культурный переворот.
Петровские реформы, естественно, обнажили и обострили
классовые противоречия в стране. Роман показывает социаль-
ные силы, выступавшие тогда на исторической арене.
Хованский, Шакловитый, Мстиславский и другие олицетво-
ряют те слои реакционного боярства, которые во главе с царев-
ной Софьей активно боролись против Петра, против его пре-
образований. Это носители всего старого, уходящего в прошлое,
обреченного историей на гибель, на умирание. К ним принадле-
жит и сын Петра I — Алексей. Он в борьбе с реформами Петра
не только стал на сторону боярско-поповской реакции, но и до-
шел до прямой измены отечеству.
Из лиц, внутренне чуждых преобразованиям Петра I, исклю-
чительно выразителен и типичен образ князя Романа Борисо-
вича Буйносова. Буйносов вынужден притворяться, он учится
«политесу», «галанту», метет шляпой землю, «лягает ногами»,
но на самом деле остается в душе закоренелым сторонником
привычной старины.
Силы прогресса представлены в романе Петром I, его при-
ближенными и сторонниками. Это люди, идущие в ногу с исто-
рией, носители передовых, новых, нарождающихся начал. Они
201
понимают, как настоятельно необходимо в целях укрепления
Русского государства преодоление экономической, военной,
культурной отсталости страны. Петр I в романе Толстого далеко
не одинок. Писатель знает, что судьбы истории решаются не
отдельными личностями, а классами. В своем романе он пока-
зывает, что Петр выражал интересы и чаяния широких слоев
дворянства, отодвинутых на второй план боярской верхушкой,
купцов, которым нечем и негде торговать: «на все немцы лапу
наложили», русских передовых культурных людей, которые уже
осознали, что «Россия — золотое дно — лежала под вековой
тиной».
Роль купечества в преобразованиях Петра I Толстой в пер-
вых книгах романа даже преувеличивал, но, так или иначе, в
романе многие русские люди побуждают Петра к переменам, к
установлению новых порядков. И в своих преобразованиях и в
борьбе со Швецией на берегах Балтийского моря Петр осущест-
влял не только личные планы, но шел навстречу желаниям це-
лых сословий. «Связал нас бог одной веревочкой, Петр Алексее-
вич,— куда ты, туда и мы», — говорит Петру от имени купцов
Иван Бровкин.
Больше того, Толстой, хотя и не так сильно, как следовало
бы, подчеркивает в романе не только закономерность реформ
Петра, но и их подготовленность. Уже в допетровское время
некоторые люди мечтают о преобразованиях, предвосхищая мно-
гие идеи Петра. Таким деятелем выступает в романе князь Ва-
силий Голицын. Но беда Голицына в том, что он всего лишь
пустой мечтатель и фантазер, а не практический государствен-
ный деятель, решительно проводящий свои идеи в жизнь. Такие
мечтатели на практике не только уживаются со стариной и от-
сталостью, но часто по бесхарактерности и слабоволию, по
склонности к беспринципным сделкам и компромиссам стано-
вятся игрушкой в руках реакции. Именно такова позорная
судьба Василия Голицына.
Петра окружают его друзья и соратники. Среди них и вы-
ходцы из народа: Александр Данилович Меншиков, семья
Ивана Бровкина — боярского холопа, ставшего крупным куп-
цом, родоначальник уральских горнозаводчиков Никита Деми-
дов, корабельный мастер Федосей Скляев и другие. Среди них
и наиболее дальновидные и умные бояре и дворяне: Шереметь-
ев, Репнин, Петр Толстой, Ромодановский и другие. Все это —
новые люди России, деловитые, решительные, жадные к зна-
ниям, смело ломающие установившиеся традиции, преданные
Петру.
Особенно ярко нарисован Толстым образ Меншикова. Маль-
чишка, торговавший на базаре пирогами, становится ближайшим
помощником Петра. Он сметлив, отважен, энергичен, предан
царю и не жалеет ни сил, ни самой жизни для осуществления
202
его замыслов. Он жизнелюбив, весел, размашист. Но Мен-
шиков не только вызывает симпатию, но и отталкивает. Он че-
ловек своего времени и своей среды. Поэтому хорошие душев-
ные качества уживаются в нем с плутовством, хищничеством,
воровскими проделками. Петру не раз приходится прибегать к
палке для «вразумления» своего любимца.
Большое место занимает в романе А. Н. Толстого трудовой
народ. Писатель верен правде истории, когда показывает, что
прогрессивные преобразования Петра не только не изменили к
лучшему участь народа, но, наоборот, привели к усилению его
эксплуатации, к увеличению всевозможных поборов и оброков с
нищего крестьянина. В романе нарисованы картины жестокой
расправы с крепостными, которых безнаказанно забивают ба-
тогами, разлучают по указу государеву с семьями и гонят за
тысячи верст строить корабли, добывать железо, возводить
столицу, засекают до смерти в солдатах, гноят на каторжной ра-
боте в рудниках. Об условиях жизни народа, строящего Петер-
бург, сам Петр I писал: «Зело здесь болеют, а многие и помер-
ли...» Крепостные люди бегут от ужасов крепостничества и сол-
датчины куда глаза глядят: в южные степи, в северные леса, к
раскольникам, в разбойничьи шайки. Толстой изображает и
картины народного протеста, бунтарские настроения народа.
Сильный и непреклонный Федька Умойся Грязью, мужики Ов-
доким, Цыган являются носителями крестьянского свободолю-
бия. «Это время вернется, ребятушки», — говорит Овдоким о
разинском времени.
Толстой показывает, что без народа, без его усилий, жертв,
творчества были бы невозможны преобразования Петра. Народ
воевал, строил, укреплял Русское государство, двигал Россию
вперед, и читатель видит, как велики силы и многообразны та-
ланты русского народа. Народ выделяет из своей среды и госу-
дарственных деятелей, и полководцев, и деятелей промышлен-
ности и культуры, и замечательных изобретателей (Кузьма Же-
мов, Важенины, Воробьев), талантливых художников (Андрей
Голиков).
Изображению исторических судеб народа, процесса ломки
русской жизни, социальных противоречий в стране, борьбы рус-
ского народа за национальную независимость А. Н. Толстой
подчинил все элементы своего романа.
И богатый, образный язык романа тоже служит основным
историческим и социальным задачам романа. Именно поэтому
Толстой вводит в свой роман устаревшие слова и обороты ре-
чи, но ровно в той мере, в какой они необходимы для характе-
ристики эпохи и ее представителей.
Известно, что некоторые авторы исторических пьес и рома-
нов (в том числе и талантливый советский писатель А. П. Чапы-
гин) настолько перегружали речь героев своих произведений
203
архаизмами, что она стала для нас почти непонятной. Натура-
листически скопировав некоторые частные, не имеющие обще-
народного значения явления старого языка, они пытались вы-
дать их за национальный язык той или иной эпохи. Вместо исто-
рической правды у них получалась ложь и мертвая стилизация.
Тем более, что авторская речь в такого рода произведениях
часто совершенно не похожа на речь их героев.
Как уже указывалось, роман А. Н. Толстого основан на со-
вершенно других представлениях об истории языка и не имеет
ничего общего с натурализмом и стилизаторством. В полном
соответствии с истиной писатель показывает в романе, что и в
своем словарном составе, и в своем грамматическом строе раз-
говорный язык петровского времени в основном сохранился до
наших дней и наш современный язык при всех своих особенно-
стях не только не отделен от старого языка китайской стеной, а,
наоборот, крепко связан с ним. Именно поэтому в «Петре Пер-
вом» нет разрыва между речью автора и речью героев его произ-
ведения.
Таким образом, сила и значение романа А. Н. Толстого за-
ключаются в том, что в нем в противоположность историческим
произведениям натуралистического и стилизаторского харак-
тера глубоко реалистически показаны самые существенные сто-
роны русской жизни эпохи Петра I.
Об п т а I Петр I в романе Толстого вовсе не идеальная
р р фигура «венценосца». Это живой человек с мно-
гообразными чувствами и переживаниями, иногда даже плачу-
щий, иногда попадающий в смешные положения. Петр в романе
живет, действует, и с каждым шагом все ярче и глубже раскры-
вается его сложный характер. А. Н. Толстой дает Петра в про-
цессе роста, формирования, развития. Впервые читатель встре-
чается с Петром-отроком — краснощеким, тупоносеньким, с
круглыми, как у мыши, глазами — во время стрелецкого бунта,
потом он видит, как проходит молодость царя, как он играет,
учится, мужает, как складывается его характер, наконец, перед
ним выступает умный, энергичный, настойчивый руководитель
Русского государства. Постепенно из отдельных картин, рисую-
щих внешность, поведение, различные черты характера Петра,
складывается целостный яркий образ. Перед читателем выра-
стает выдающийся государственный деятель.
Петр I отличается «жадным, встревоженным умом», лучше
других понимает задачи, стоящие перед Русским государством.
Он со всей присущей ему энергией и горячностью, нетерпели-
востью и настойчивостью ломает старые общественные устои,
поднимает «неповоротливые толщи жизни». Он строит заводы,
поощряет развитие торговли, укрепляет армию, создает флот,
заботится о развитии науки и техники, культуры и просвещения,
учится сам и заставляет учиться других. Он стремится вернуть
204
Родине исконные русские земли и ведет борьбу с турками за
выход России к Черному морю, со шведами — за берега Бал-
тийского моря, за укрепление национальной независимости и
мощи Русского государства.
В войне с Турцией и Швецией Петр проявляет решитель-
ность и осторожность, дальновидность и настойчивость. Потер-
пев однажды неудачу под Азовом, он готовит новый поход на
юг и на этот раз берет крепость. Потерпев поражение от шведов
под Нарвой, он извлекает из него все необходимые уроки и
упорно, ломая на своем пути все препятствия, готовит Россию к
затяжной войне и победе. Уже под Нарвой он понимает: «чтоб
здесь пушка выстрелила, ее надо в Москве зарядить».
Петр беспощаден и жесток с врагами, груб с недоброжела-
телями, ласков и предупредителен с друзьями. Ему чужда ста-
рообрядческая спесь и зазнайство, он держится запросто, на рав-
ной ноге с людьми любого звания и положения. Он не стыдится
учиться, любит и уважает всякий труд, работает корабельным
мастером, умело помогает Жемову в кузнице. Он ценит людей
не за знатность и богатство, а за ум, талантливость, знания.
Таков образ Петра I в романе А. Н. Толстого. Легко заме-
тить, что этот образ диаметрально противоположен отрицатель-
ным оценкам Петра славянофилами и декадентами, что в изо-
бражении Петра Толстой развивает лучшие традиции русской
классической литературы и критики, в первую очередь тради-
ции А. С. Пушкина («Арап Петра Великого», «Полтава», «Мед-
ный всадник»), и опирается на научную характеристику Петра,
данную В. И. Лениным.
Образ Петра I, патриота и передового государственного дея-
теля, нарисованный А. Н. Толстым, вызывает уважение и сочув-
ствие. Вместе с тем А. Н. Толстой далек от идеализации Петра L
Он превосходно видит классовую ограниченность его деятель-
ности и развенчивает легенду о Петре — царе народном, защит-
нике трудящихся. Как уже было сказано, Толстой показывает
дворянско-купеческий характер реформы Петра и невыносимо
тяжелое положение крепостного крестьянства.
Толстой не скрывает жестокого характера поступков и дей-
ствий Петра I. Царь проводит ночи в застенках, где пытают его
врагов, насильно обрезает бороды боярам, устраивает дикие за-
бавы. «Святочная потеха, — пишет Толстой, — происходила та-
кая трудная, что многие к тем дням приуготовлялись как бы к
смерти...»
Как писатель-реалист, А. Н. Толстой глубоко отразил в своем
романе борьбу нового и старого, нарождающегося и отживаю-
щего.
Роман «Петр Первый» имеет важное значение, познаватель-
ное и воспитательное. Он дорог советским людям своей прав-
дивостью, ярким изображением борьбы прогрессивных сил Рос-
205
сии за новые начала общественной жизни, своим патриотиз-
мом. Он воспитывает уверенность в могуществе и непобедимо-
сти нашей Родины.
л Еще до Великой Отечественной войны А. Н. Тол-
деятельность стой стал известен всему миру не только как вы-
А. Н. Толстого дающийся писатель, но и как видный обществен-
но время ный деятель Советского Союза, страстный пат-
Отечественной рИ0Т своей Родины, пламенный борец против
воины фашизма и империалистической реакции. В 1935—
1937 годах он выступал на конгрессах писателей и друзей мира
и культуры в Париже, Лондоне, в осажденном Мадриде.
Естественно, что в годы Великой Отечественной войны
А. Н. Толстой оказался в первых рядах советских писателей, от-
давших все свои силы борьбе за независимость Родины против
фашистских захватчиков.
В первые же месяцы войны Толстой выступил как писатель-
публицист. Его статьи «Кровь народа», «Родина», «Москве
угрожает враг» и другие написаны остро, образно, эмоциональ-
но, красочным, ясным, чистым языком и хорошо памятны совет-
скому народу.
В первой же статье «Что мы защищаем», напечатанной в
«Правде» 27 июня 1941 года, Толстой призывал советский народ
и Красную Армию дать отпор наглому врагу, грудью встать на
защиту Родины: «...моя Родина, моя родная земля, мое Отече-
ство, и в жизни нет горячее, глубже и священнее чувства, чем
любовь к тебе...»
«Черная тень легла на нашу землю, — писал Толстой через
несколько месяцев в замечательной статье «Москве угрожает
Враг». — Вот поняли теперь: что жизнь, на что она мне, когда
нет моей Родины?..
Красный воин должен одержать победу. Страшнее смерти
позор и неволя... Ни шагу назад...»
В самые тяжелые дни войны Толстой не терял уверенности
в победе. Первомайскую статью 1942 года он заканчивал сло-
вами, полными оптимизма: «Нам, дорогие мои товарищи, жить
и жить на нашей родной великолепной земле, побеждать и
строить. Кошмарная рожа Гитлера пропадет за тучами дыма,
как бредовое видение, а жизнь, победная и радостная, как песня
жаворонка над весенними полями, — наша!»
Глубокое знание истории русского народа, характера рус-
ского человека лежало в основе веры А. Н. Толстого в победу
Советского Союза над гитлеровской Германией. В своих публи-
цистических статьях Толстой постоянно напоминал читателям
о воинской славе русского народа. Историзм, столь свойствен-
ный творчеству Толстого, является отличительной особенностью
и его публицистики. В одной из лучших своих статей — в статье
«Родина» писатель говорит: «Наша земля немало поглотила
206
полчищ наезжавших на нее насильников. На западе возникали
империи и гибли. Из великих становились малыми, из бога-
тых— нищими. Наша родина ширилась и крепла, и никакая
вражья сила не могла пошатнуть ее. Так же без следа поглотит
она и эти немецкие орды. Так было, так будет.
Ничего, мы сдюжим!..»
Еще сильнее, еще краше стала наша Родина после Великой
Октябрьской социалистической революции, за годы Советской
власти. Толстой своими глазами видел, как «от океана до океа-
на зашумели золотом колхозные нивы, зацвели сады и запу-
шился хлопок там, где еще недавно лишь веял мертвый песок.
Задымили десятки тысяч фабрик и заводов... Тысячетонные мо-
лоты, сотрясая землю, начали ковать оружие Красной Армии—•
армии освобожденного народа, армии свободы, армии — защит-
нице на земле мира, высшей культуры, расцвета и счастья».
С огромным эмоциональным подъемом говорил А. Н. Толстой
в своей публицистике о Родине, о героическом прошлом рус-
ского народа, о ненависти к врагу, о неизбежности нашей
победы, к которой вела Коммунистическая партия. Публицисти-
ческие статьи Толстого были хорошо известны на фронте и в
тылу, они вдохновляли на борьбу, помогая делу победы.
В годы войны А. Н. Толстой продолжал работать и над боль-
шими художественными произведениями. Он писал третью книгу
романа «Петр Первый», напечатал несколько патриотических
«Рассказов Ивана Сударева», создал две исторические пьесы,
или, как их называл сам писатель, «драматические повести», об
Иване Грозном: «Орел и орлица» и «Трудные годы».
Своими произведениями и активной общественной деятель-
ностью А. Н. Толстой заслужил глубокое уважение и любовь
советского народа и мировую славу.
23 февраля 1945 года А. Н. Толстой умер.
В 30-е годы вышли в свет известные всему миру романы М. Шо-
лохова «Тихий Дон» и «Поднятая целина» (1-я книга). Шо-
лохов— выдающийся писатель нашей страны, крупнейший ма-
стер художественного слова. Произведения его широко из-
вестны и у нас и далеко за пределами Советского Союза.
Михаил Александрович Шолохов родился 24 мая
Шолохова 1905 года на Д°НУ» на хуторе Кружилином, в
олохова трудовой семье. Учился он сначала в церковно-
приходской школе, а затем — до 1918 года — в гимназии.
В годы гражданской войны Шолохов жил на Дону, служил
в продовольственном отряде, участвовал в борьбе с бандами
белых. В 1920 году он создал комсомольскую ячейку в одной из
станиц. После окончания гражданской войны Шолохов работал
каменщиком, чернорабочим, статистом, счетоводом. Некоторое
время жил в Москве. Литературная деятельность писателя на-
чалась в 1923 году. В 1925 году вышла первая его книга «Дон-
ские рассказы».
Шолохов принадлежит к тому поколению советских писате-
лей, которых сформировала революция, гражданская война, со-
циалистическое строительство, Коммунистическая партия.
Хорошо сказал об этом А. Фадеев: «Когда по окончании
гражданской войны мы стали сходиться из разных концов на-
шей необъятной Родины — партийные, а еще больше беспартий-
ные молодые люди, — мы поражались тому, сколь общи наши
биографии при разности индивидуальных судеб. Таков был путь
Фурманова, автора книги «Чапаев»... Таков был путь более мо-
лодого и, может быть, более талантливого среди нас Шолохо-
ва... Мы входили в литературу волна за волной, нас было многог
208
Мы приносили свой личный опыт жизни, свою индивидуаль-
ность. Нас соединяло ощущение нового мира как своего и лю-
бовь к нему».
После выхода в свет первых рассказов Шолохов возвратился
на Дон, в родную станицу. «Хотелось написать о народе, среди
которого я родился и который я знал», — вспоминал он.
В 1926 году Шолохов начал работать над «Тихим Доном».
Первая книга романа вышла в 1928 году, вторая — в 1929 году,
третья — в 1933 году, четвертая — в 1940 году. Работа над «Ти-
хим Доном» потребовала от писателя разносторонних знаний и
больших усилий. Он много читал, работал в архивах Москвы и
Ростова, разъезжал по станицам, записывал рассказы стариков
и народные песни. Отдельные главы романа перерабатывались
несколько раз. Жилось молодому писателю в первые годы ра-
боты над романом нелегко. Родные и знакомые недоверчиво
относились к литературному творчеству Шолохова и настойчиво
советовали ему заняться каким-нибудь другим трудом. «И писа-
лось трудно, и жилось трудно, но в общем писалось», — говорил
он об этой поре.
Уже первые книги «Тихого Дона» сделали имя Шолохова
широко известным.
Бурные процессы социалистического преобразования дерев-
ни, которыми ознаменовалось начало 30-х годов, привлекли
внимание писателя. В 1932 Ьоду Шолохов опубликовал первую
книгу нового романа «Поднятая целина». Для того чтобы напи-
сать новое произведение по горячим следам событий, писатель
прервал на время работу над «Тихим Доном».
Живое участие в литературной судьбе Шолохова приняли
Горький и Серафимович. Серафимович написал к «Донским рас-
сказам» предисловие. Он первый отметил в авторе незаурядный
талант, знание жизни, большую изобразительную силу, яркую
образность языка. Горький помог писателю напечатать третью
книгу «Тихого Дона», которую пытались опорочить некоторые
критики.
В годы Великой Отечественной войны Шолохов — деятель-
ный участник борьбы советского народа против фашистских за-
хватчиков. Он написал ряд очерков и рассказ «Наука ненави-
сти» (1942), в котором разоблачил звериный лик гитлеровской
армии и призвал советский народ к беспощадной и самоотвер-
женной борьбе с фашистскими полчищами во имя свободы и
независимости Родины. В то же время Шолохов приступил к ра-
боте над романом о Великой Отечественной войне «Они сража-
лись за Родину». Отдельные главы были напечатаны в 1943—
1944 годах и в 1949 году. В них изображены тяжелые героиче-
ские бои, которые вела Советская Армия летом 1942 года на
дальних подступах к Сталинграду.
209
Значительным художественным достижением писателя явил-
ся рассказ «Судьба человека», напечатанный на страницах
«Правды» в 1957 году. Это проникновенное и гуманное пове-
ствование о трагической судьбе простого советского человека
Соколова, о страданиях и муках, которые принесла ему и мил-
лионам советских людей война, о его мужестве и несокрушимой
духовной силе. Рассказ быстро стал известен всему миру. На
его основе талантливый советский кинорежиссер и актер
С. Бондарчук создал замечательный фильм под тем же назва-
нием. !
В 1959 году Шолохов закончил вторую книгу «Поднятой це-
лины», завершив тем самым весь роман в целом.
Примечательна история создания второй книги. Писатель
намерен был работать над нею сразу же после окончания пер-
вой книги романа. Общий план ее сложился у писателя тогда же,
в начале 30-х годов. Однако в ту пору завершить свою эпопею
о коллективизации Шолохову не удалось: он решил сперва на-
писать «Тихий Дон», а затем уже приняться за «Поднятую
целину». В 1940 году «Тихий Дон» был завершен; писатель
вернулся к «Поднятой целине» и создал ряд глав книги. Во
время войны эти главы погибли вместе с другими рукописями
художника. Обратился к своему прерванному труду Шолохов
лишь в начале 50-х годов. Писатель отмечал в 1955 году: «Те-
перь я пишу вторую книгу романа заново и по-новому, так как
то, что было написано до войны, мне не нравилось». С 1954 года
стали печататься отдельные главы второй книги. В декабре
1959 года роман был закончен.
За первую и вторую книги «Поднятой целины» писатель был
удостоен в 1960 году Ленинской премии.
В настоящее время Шолохов работает над романом «Они
сражались за Родину».
Вся жизнь и литературная деятельность Шоло-
Основные черты хова связаны с Доном. Писатель горячо любит
творчества г
Шолохова свои родные места; в жизни донского казаче-
ства он черпает темы, образы, материал для
своих художественных произведений.
Сам Шолохов подчеркивал: «Я родился на Дону, рос там,
учился, формировался как человек и писатель и воспитывался
как член нашей великой Коммунистической партии и являюсь
патриотом своей великой могущественной Родины. С гордостью
говорю, что я являюсь и патриотом своего родного Донского
края».
Замечательное по яркости и силе художественное изображе-
ние жизни донского казачества — важная особенность творче-
ской деятельности Шолохова.
Это отнюдь не значит, что Шолохов — писатель какой-то
чисто местной, «областнической» темы. Напротив, на материале
210
жизни и быта донского казачества он сумел раскрыть глубокие
процессы большого исторического значения. И здесь следует
отметить вторую важнейшую особенность его творчества —
стремление художественно запечатлеть такие поворотные, этап-
ные периоды в жизни нашей страны, когда борьба нового, со-
циалистического мира против старого, буржуазного выступает
в наиболее острой, ожесточенной и драматической форме. Граж-
данская война («Тихий Дон»), коллективизация («Поднятая
целина») и Великая Отечественная война («Они сражались за
Родину», «Судьба человека») — вот три периода в жизни на-
шего народа, на которых сосредоточено внимание художника.
С этим связана третья черта шолоховского дарования — эпи-
ческая широта, склонность к монументальным художественным
полотнам, к глубоким социальным обобщениям, к постановке
больших вопросов об исторических судьбах народа.
Герои произведений Шолохова — простые трудящиеся люди.
Их думы, печали и радости, их стремление к счастью и справед-
ливости, их борьба за новую жизнь неизменно интересуют ху-
дожника.
И, наконец, необходимо отметить существенную особенность
творческого метода писателя — его неприязнь к какой бы то ни
было идеализации действительности. Неуклонно следовать суро-
вой правде жизни, воплощать действительность во всех ее про-
тиворечиях, во всей ее сложности и многогранности, во всех ее
контрастах, нисколько не сглаживая напряженнейшую остроту
конфликтов, возникающих в трудном и сложном процессе
рождения нового, коммунистического мира, — таков исходный
художественный принцип, которого неизменно придерживается
Шолохов.
«тихий дон»
Эти принципы, с наибольшей полнотой проявившиеся в ро-
мане «Тихий Дон», сказались уже в первой книге писателя —
«Донские рассказы». Главная тема рассказов — классовая
борьба на Дону. Не родственные связи и чувства, а место лю-
дей в жестокой борьбе классов определяет их отношения между
собой. Нередко даже отцы и дети, родные братья становятся
смертельными врагами. В рассказе «Коловерть» старый казак
Крамсков и двое его сыновей, ушедших к красным, попадают
в плен к белогвардейцам. Их расстреливает младший сын Ми-
хаил— белый офицер. В рассказе «Бахчевник» отец — комен-
дант белогвардейского военно-полевого суда, палач и истяза-
тель, а его сын Федор — красноармеец. Раненного в ногу Фе-
дора преследуют белые. Отец обнаруживает его в бахчевнике и
собирается расправиться с ним. Тогда младший сын Митя, чтобы
спасти брата, убивает отца. В рассказе «Червоточина» комсо-
211
молец Степка ненавидит жгучей ненавистью своего отца Якова
Алексеевича — кулака и мироеда. В наказание за то, что якобы
по вине Степки пропали быки, Яков Алексеевич и его старший
сын зверски убивают комсомольца.
Рисуя бешеную злобу врагов революции, их кровавые дела,
Шолохов доказывает, что, напротив, в среде революционного
казачества, которое вынуждено было в жестоких схватках от-
стаивать новую жизнь, проявлялись высокие и благородные
качества — готовность к самопожертвованию, геройская от-
вага и подлинная человечность. Важно отметить, что в «Дон-
ских рассказах» Шолохов создал образ Ленина, который, как
«пахарь плутом», поднял народ на борьбу за лучшую жизнь.
Если в «Донских рассказах» борьба классов изображалась
главным образом в узких пределах казачьей семьи, то совсем
по-иному разработана эта тема в «Тихом Доне». «Тихий Дон»
принадлежит к числу самых выдающихся произведений совет-
ской художественной прозы. М. И. Калинин в беседе с молодыми
писателями в 1934 году говорил: «Тихий Дон» я считаю нашим
лучшим художественным произведением. Отдельные места на-
писаны с исключительной силой» *.
А. М. Горький относил «Тихий Дон» к книгам, которые «да-
ли широкую, правдивую и талантливейшую картину граждан-
ской войны».
Опираясь на лучшие достижения советской литературы в
изображении гражданской войны, Шолохов сумел создать про-
изведение глубоко новаторское и самобытное.
В «Тихом Доне» Шолохов прежде всего выступает перед
нами как мастер эпического повествования. Широко и свободно
развертывает художник огромную историческую панораму бур-
ных драматических событий. «Тихий Дон» охватывает период
в десять лет — с 1912 по 1922 год.
Действие в романе развивается в двух планах — историче-
ском и бытовом, личном. Но оба эти плана даны в нераздель-
ном единстве. Патриархальная идиллия мелеховской юности
разрушается в плане личном — его любовью к Аксинье, в плане
социальном — столкновением Григория с жестокими противоре-
чиями исторической действительности. Органична и развязка
романа. В плане личном — это смерть Аксиньи. В плане со-
циально-историческом— это разгром белоказачьего движения и
окончательное торжество Советской власти на Дону.
Обе переплетающиеся сюжетные линии — личная и истори-
ческая — оказываются полностью исчерпанными. Трагический
крах героя логически закономерен и завершен.
В первой книге действие начинается предвоенным временем
и заканчивается шестнадцатым годом. Говорится в ней о жизни
1 М. И. К а л и н и н, О молодежи, М., 1950, стр. 162.
212
и быте станицы, о юности Григория Мелехова, о событиях им-
периалистической войны.
Вторая книга охватывает период с октября 1916 года и до
весны 1918 года. Февральские дни 1917 года, корниловщина, Ве-
ликий Октябрь, начало гражданской войны на Дону — вот что
стоит в центре книги.
Хронологические рамки третьей книги: весна 1918 года —
май 1919 года. Изображается в ней ожесточенная борьба совет-
ского народа с белогвардейской контрреволюцией на юге. И, на-
конец, четвертая книга, обнимающая период с весны 1919 года
до 1922 года, повествует о полном разгроме белоказачьего
движения и окончательной победе Советской власти на Дону.
Империалистическая война, революция, гражданская война —
таковы исторические события, нашедшие в «Тихом Доне» свое
художественное отражение.
Действие в романе происходит на Западном фронте, в Пе-
тербурге и Москве. Но главным местом действия является ка-
зачья станица. Исторические судьбы донского казачества во
время войны и революции — таково основное содержание шоло-
ховской эпопеи. Шолохов разработал огромной важности и
значения социальный вопрос — о пути к революции и социа-
лизму широких народных масс.
Переход народных масс на сторону революции и социализма
прослеживается на судьбах казачества. Это и определило осо-
бый характер изображения борьбы классов в «Тихом Доне».
Казачество отличалось рядом своеобразных социальных осо-
бенностей. В течение долгих лет царизм рассматривал казаков
как своих усердных и преданных слуг не столько в борьбе с
внешними врагами, сколько в борьбе с революционным народом,
с освободительным движением. Казаки были поставлены в осо-
бые, привилегированные условия. Они зачастую не знали тех
бедствий и тягот, которые терпел русский трудящийся человек.
Среди них разжигалась вражда к национальным меньшинствам,
ко всем неказакам, «иногородним». Это развивало в казачестве
чувство сословного превосходства, затрудняло проникновение
революционных идей в его среду и в годы гражданской войны
сделало часть казаков послушным орудием белогвардейской
контрреволюции.
Разумеется, и на Дону было классовое расслоение. И там
развертывалась борьба трудового казачества против кулаков и
помещиков. Но указанные выше обстоятельства придали граж-
данской войне на Дону особую остроту и ожесточенность. В «Ти-
хом Доне» Шолохов и стремился со всей силой раскрыть необы-
чайную остроту и небывалое ожесточение классовых боев в ка-
зачьей среде.
Гражданская война была войной не на жизнь, а на смерть
между двумя основными лагерями — лагерем революционного
213
народа, возглавляемого коммунистами, и лагерем контрреволю-
ции, объединявшим помещиков, буржуазию, кулачество. Эти
основные противостоящие друг другу силы нашли свое отраже-
ние в «Тихом Доне». Здесь мы видим, с одной стороны, поме-
щика Листницкого, кулаков Коршуновых, купца Мохова, бело-
гвардейских генералов и офицеров — злобных врагов советского
народа, людей, лишенных чести и совести, палачей и убийц. Их
программа ясна и отчетлива. Они хотят потопить в крови рево-
люционный народ и восстановить старые царские порядки, с тем
чтобы снова иметь возможность пользоваться всеми благами
жизни, безжалостно эксплуатируя рабочих и крестьян.
Против них ведет смертельную войну революционный народ
и его самоотверженные защитники, выразители его интересов —
революционеры Подтелков, Бунчук, Штокман, Котляров, Ми-
хаил Кошевой, Погудко.
Но в центре внимания писателя стоят не эти два основных,
противостоящих друг другу классовых лагеря, а выразитель
настроений колеблющихся промежуточных социальных сил—:
Григорий Мелехов. Жизнь Мелехова, юношеские годы его, исто-
рия его женитьбы на Наталье, любовь к Аксинье, его участие
в империалистической войне, а затем в войне гражданской и,
наконец, его нравственная гибель — вот что образует сюжетную
канву романа. Григорий Мелехов стоит в центре «Тихого Дона»
не только в том смысле, что ему уделено больше всего внима-
ния: почти все события в романе либо происходят с самим Ме-
леховым, либо так или иначе связаны с ним.
Что же представляет собой Григорий Мелехов?
Мелехов охарактеризован в романе разносто-
Мелехов Ронне- Юношеские годы его показаны на фоне
жизни и быта казачьей станицы. Шолохов прав-
диво рисует патриархальный строй жизни станицы. Перед чи-
тателем отчетливо выступают такие черты казачьего быта, как
дух отваги и свободолюбия, высокие понятия о воинской чести
и вместе с тем звериная жестокость, темнота, слепая ненависть
к пришлым, иногородним. Уже в начальных главах романа, со-
ставляющих своеобразный пролог «Тихого Дона», рисуется ди-
кая и отвратительная сцена расправы с бабушкой Григория,
которую казаки заподозрили в колдовстве. Черты темноты и
дикости выражены в сцене побоища у мельницы между казака-
ми и приезжими украинскими крестьянами.
Характер Григория Мелехова формируется под воздействием
противоречивых впечатлений. Казачья станица воспитывает в
нем с ранних лет отвагу, прямодушие, смелость, и вместе с тем
она внушает ему многие предрассудки, передающиеся от поко-
ления к поколению. Григорий Мелехов умен и по-своему честен.
Он страстно стремится к правде, к справедливости, хотя классо-
вого понимания справедливости у него нет. Это человек яркий
214
и крупный, с большими и сложными переживаниями. И при
всем этом Шолохов резко и открыто осуждает Григория, под-
черкивает всю гибельность его поведения. Трагедия Мелехова
состоит в том, что он порвал с народом, не сумел слиться с ре-
волюцией и неизбежной силой обстоятельств оказался в стане
ее злейших врагов. Его падение, тупик, в котором он оказался,
и полный душевный крах — справедливое возмездие за разрыв
с народом, с великой правдой революции.
По своему социальному положению Григорий Мелехов —
крестьянин-середняк. Он одновременно и собственник, и труже-
ник. Чувство собственника отдаляет его от революции, связы-
вает его с буржуазным миром; чувство труженика, напротив,
сближает его с революционным пролетариатом, вооружает его
против эксплуататоров и тунеядцев. Эти противоречивые тен-
денции усиливаются и осложняются сословными предрассудка-
ми. Колебания между непримиримыми классовыми полюсами,
между борющимися враждебными лагерями, поиски несбыточ-
ного «третьего пути» в революции — не с красными и не с белы-
ми — вот что определяет поведение Мелехова.
В заключительных сценах романа Шолохов обнажает страш-
ную опустошенность своего героя. Мелехов потерял самого лю-
бимого человека — Аксинью. Жизнь утратила в его глазах весь
смысл и все значение. Еще раньше, сознавая мучительный тра-
гизм своего положения, он говорит: «От белых отбился, к крас-
ным не пристал, так и плаваю, как навоз в проруби...» А теперь,
похоронив Аксинью, он сознает, что все кончено. «Он попрощал-
ся с нею, твердо веря в то, что расстаются они ненадолго. Ла-
донями старательно примял на могильном холмике влажную
желтую глину и долго стоял на коленях возле могилы, склонив
голову, тихо покачиваясь.
Теперь ему незачем было торопиться. Все было кончено».
В образе Григория Мелехова заключено большое типическое
обобщение. Тот тупик, в котором он оказался, разумеется, не
отражал процессов, происходивших во всем казачестве. Типич-
ность Григория заключается в ином. Социально поучительна его
трагическая участь, участь человека, не нашедшего своего пути
в революции.
Рисуя драму Мелехова, писатель как бы утверждает: чело-
век, оторванный от народа, от революционной правды и не на-
шедший в себе сил выбраться на правильный путь, неизбежно
потерпит нравственную катастрофу. Этот разрыв Григория с
народом, строящим новую жизнь, Шолохов передал в сновиде-
нии Мелехова, которое носит явно аллегорический характер.
«Григорий видел во сне широкую степь, развернутый, приго-
товившийся к атаке полк. Уже откуда-то издалека неслось про-
тяжное: «Эскадро-о-он...», — когда он вспомнил, что у седла
отпущены подпруги. С силой ступил на левое стремя, — седло
215
поползло под ним... Охваченный стыдом и ужасом, он прыгнул
с коня, чтобы затянуть подпруги, и в это время услышал мгно-
венно возникший и уже стремительно удалявшийся грохот кон-
ских копыт. Полк пошел в атаку без него...»
В образе Мелехова Шолохов произнес приговор несо-
стоятельности и порочности «третьего пути» в революции и
вскрыл трагическую обреченность и гибель человека, порвав-
шего с народом.
Аксинья Через весь роман проходит образ Аксиньи, на-
рисованный с замечательным мастерством. Ми-
ровая литература не знает другого произведения, где бы писа-
тель так проник во внутренний мир крестьянки, простой жен-
щины из народа. Аксинья — натура сложная и по-своему
богатая, с сильными и глубокими чувствами. Судьба Аксиньи
тоже трагична. Тяжелое детство, брак с нелюбимым челове-
ком — горестная участь ее была во многом типична для жен-
щины ее круга. Любовь к Григорию, огромная и всепоглощаю-
щая, сосредоточила в себе все самое светлое, что было у нее в
жизни. Верный спутник и друг Григория, она не только делит
с ним все невзгоды жизни, не только испытывает все унижения,
всю горечь своего двусмысленного положения, но и становится
жертвой роковых ошибок Мелехова.
Аксинья разделяет трагическую судьбу самого Григория.
Она тоже не смогла найти своего пути в жизни. Ее любовь к
Григорию не способна была дать ей подлинное счастье, сделать
жизнь осмысленной и значительной. Эта любовь в конце концов
и привела Аксинью к гибели.
С огромным художественным мастерством Шолохов осветил
внутренний мир своих героев. Многообразными средствами ис-
кусства переданы их радость и горе, их любовь и их трагедия.
В частности, пейзаж становится у писателя действенным сред-
ством психологического анализа. Восьмая часть романа откры-
вается великолепной по своей художественной выразительности
сценой. После тяжелой и изнурительной болезни к Аксинье воз-
вращаются силы и здоровье. Очень скоро разыграются в ее
жизни трагические события, которые приведут ее к гибели. Но
теперь она полна радости и беспричинного ощущения счастья.
И вот как воспринимает она картину весны: «Иным, чудесно
обновленным и обольстительным, предстал перед нею мир. Бле-
стящими глазами она взволнованно смотрела вокруг, по-детски
перебирая складки платья. Повитая туманом даль, затопленные
талой водой яблони в саду, мокрая огорожа и дорога за ней с
глубоко промытыми прошлогодними колеями—все казалось ей
невиданно красивым, все цвело густыми и нежными красками,
будто осиянное солнцем...
Бездумно наслаждаясь вернувшейся к ней жизнью, Аксинья
испытывала огромное желание ко всему прикоснуться руками,
216
все оглядеть. Ей хотелось потрогать почерневший от сырости
смородиновый куст, прижаться щекой к ветке яблони, покрытой
сизым бархатистым налетом, хотелось перешагнуть через раз-
рушенное прясло и пойти по грязи, бездорожно, туда, где за
широким логом сказочно зеленело, сливаясь с туманной далью,
озимое поле...»
Шолохов сумел здесь с высоким и совершенным искусством
передать всю прелесть весны с ее ослепительным светом,
красотой и радостью в органическом единстве с настроением
Аксиньи.
В той же, восьмой, части есть другая сцена. Аксинья погиб-
ла, и Григорий похоронил ее. Он с мучительной ясностью
сознает, что для него все кончено. Его постигла полная ката-
строфа. Чрезвычайно характерно, что похороны Аксиньи тоже
происходят при ярком свете летнего утра. Но если в первом
отрывке самой картиной природы Шолохов передал ощущения
радости, то теперь теми же средствами пейзажной живописи
выражены зловещие, скорбные переживания Григория:
«В дымной мгле суховея вставало над яром солнце. Лучи его
серебрили густую седину на непокрытой голове Григория, сколь-
зили по бледному и страшному в своей неподвижности лицу.
Словно пробудившись от тяжкого сна, он поднял голову и
увидел над собой черное небо и ослепительно сияющий чер-
ный диск солнца».
Помимо Григория и Аксиньи — центральных ге-
Изображение рОев п0Мана в многообразной галерее персона-
жей «Тихого Дона» важное место занимают
представители революционного народа — большевики.
Среди большевиков, изображенных в романе, мы видим ра-
бочих: кузнеца Гаранжу, слесаря Штокмана, машиниста Кот-
лярова, работницу Погудко. Им свойственна безграничная пре-
данность делу народа, высокие нравственные качества. Большой
силой чувства, чистотой и целомудрием отличается любовь Бун-
чука и Анны Погудко.
В своих героях Шолохов подчеркивает их неустанную и энер-
гичную борьбу за политическое просвещение масс, за револю-
ционное воспитание народа. Показательны в этом смысле беседы
Гаранжи с Григорием, пропагандистская работа большевика-
подпольщика Штокмана. Коммунисты даны в романе как выра-
зители самых светлых чаяний народа, руководители и настав-
ники масс.
Наиболее удался Шолохову образ Михаила Кошевого. Почти
ровесник Григория Мелехова, коренной казак по происхожде-
нию, он вырос вместе с Григорием на хуторе Татарском. Коше-
вой, однако, пошел совсем другой дорогой. Шолохов прямо
противопоставляет Кошевого Мелехову. Григорий говорит, что
Кошевой принадлежит к тем людям, которым с самого начала
217
все было ясно и у которых «свои прямые дороги, свои концы».
И говорит он об этом с чувством явной зависти.
Кошевой обрисован многогранно. Шолохов подчеркивает в
нем его любовь к жизни и страстность его натуры, кипучую
энергию, непримиримую ненависть к врагам. «На врагов, ка-
кие зря на белом свете живут, у меня рука твердая!» — говорит
он. Вполне закономерно, что в конце романа он становится пред-
седателем хуторского ревкома и выступает перед нами как пред-
ставитель победившей Советской власти.
Если в Григории Мелехове выражена губительная власть
собственнических и сословно-реакционных предрассудков каза-
чества, то в Кошевом, напротив, воплощены здоровые револю-
ционные, демократические начала; они в конце концов возобла-*
дали в среде казаков и обусловили их переход на сторону
Советской власти, на сторону социализма.
Эти же начала выражены в вожде революционного казаче-
ства — Подтелкове. Федор Подтелков — один из выдающихся
деятелей молодой Советской власти на Дону. Он был председа-
телем Военно-революционного комитета, военным комиссаром и
командующим Донской советской армией. Во второй книге «Ти-
хого Дона» Шолохов нарисовал образ Подтелкова — его дея-
тельность на Дону и гибель от рук белых палачей.
«Тихий Дон» переведен на многие иностранные языки, полу-
чил всемирное признание и принадлежит к числу замечательных
произведений социалистического реализма.
«ПОДНЯТАЯ ЦЕЛИНА»
В 1932 году Шолохов закончил первую, а в 1959 году — вто-
рую книгу своего романа «Поднятая целина». Между «Тихим
Доном» и «Поднятой целиной» много общего. И там и здесь
рассказывается о донском казачестве, в обоих романах писа-
теля интересуют исторические судьбы народных масс в револю-
ции. Но есть между этими двумя произведениями и существен-
ные различия.
В «Тихом Доне» речь шла о первом этапе революции, о пе-
риоде гражданской войны, о том, как донское казачество в
трудной и жестокой борьбе преодолевает реакционные предрас-
судки и переходит на сторону Советской власти.
В «Поднятой целине» изображен другой важнейший пере-
ломный момент в жизни нашей страны — период коллективиза-
ции, когда донское казачество вместе со всем советским трудо-
вым крестьянством переходит от стародавнего мелкособствен-
нического уклада к новой, коллективной, социалистической
жизни.
218
Таким образом, «Поднятая целина» — это роман о глубочай-
шем революционном перевороте и великом процессе строитель-
ства социализма в деревне.
Действие в романе происходит в 1930 году и ограничивается
главным образом пределами маленького хутора Гремячий Лог.
Рисуя жизнь хутора, Шолохов сумел запечатлеть необычайно
яркую картину борьбы народных масс за новую, социалистиче-
скую жизнь против всех сил старого, собственнического мира.
Эта классовая борьба в ее острых и резких формах в «Под-
нятой целине» отражена иначе, чем в «Тихом Доне».
Если в «Тихом Доне» писатель сосредоточил внимание по
преимуществу на промежуточных классовых прослойках и глав-
ным героем его был колеблющийся, мятущийся Мелехов, то в
«Поднятой целине» в центре всего действия стоит столкновение
двух резко противоположных друг другу лагерей — лагеря со-
циализма и лагеря помещичье-буржуазной, кулацкой контрре-
волюции. Это нашло свое выражение в самой завязке романа.
Действие «Поднятой целины» начинается стремительно: в Гре-
мячий Лог приезжают два человека — белогвардейский офицер,
есаул Половцев, и путиловский рабочий, уполномоченный по
коллективизации — коммунист Давыдов. Последний послан пар-
тией для того, чтобы поднять трудящиеся массы деревни на
борьбу за новую, счастливую, социалистическую жизнь. В нем
выражена великая руководящая сила Коммунистической пар-
тии. Яростное сопротивление классового врага воплощено в По-
ловцеве. Он заслан в Гремячий Лог заправилами буржуазно-
помещичьей контрреволюции, стремящимися опереться на
кулаков и всеми средствами — убийствами, диверсиями, восста-
ниями— сорвать строительство социализма.
Давыдов и Половцев — противоположные полюсы в том
остром и драматическом конфликте, который развивается в
Гремячем Логу. Вокруг них группируются и остальные дей-
ствующие лица.
История рождения в огне классовых боев гремяченского
колхоза, история его развития и укрепления составляют основу
«Поднятой целины». Множество лиц изображает в своем романе
Шолохов. Здесь мы видим гремяченских коммунистов Нагуль-
нова и Разметнова, агитатора из агитколонны — комсомольца
Ванюшу Найденова, колхозника-бригадира Дубцова, ударника-
кузнеца Ипполита Шалого, Демку Ушакова, Любишкина, Кон-
драта Майданникова. Это те люди, которые с энтузиазмом
строят колхозную жизнь. Их .работу направляет испытанный
коммунист, рабочий-путиловец Давыдов.
Строительство социализма в деревне пытаются сорвать клас-
совые враги — кулаки, белогвардейцы: Островное, Бородин,
Лапшинов, Фрол Дамасков, Тимофей Рваный. Ими верховодит
матерый палач белый офицер Половцев. За ним стоят хищные
219
и алчные империалистические заправилы зарубежных стран, ко-
торые в бессильной злобе хотели бы потопить в крови великие
завоевания народа.
Но создавать новую жизнь коммунистам, трудовому кре-
стьянству приходилось не только в борьбе против половцевых
и бородиных. Ликвидация старого, буржуазного хозяйствен-
ного строя и утверждение нового, социалистического строя
в деревне были сопряжены с огромными трудностями. Приходи-
лось бороться не только против кулачества, но и против соб-
ственнических навыков и представлений, веками воспитанных
в крестьянстве.
В романе запечатлены и крушение черных замыслов врагов,
и преодоление собственнической стихии, и рост социалистиче-
ского сознания широких крестьянских масс.
«Поднятая целина» характерна обилием массовых сцен. Это
понятно: центральный герой романа — народ, его судьбы, его
борьба за новую жизнь. В массовых сценах писатель передает
существо бурных процессов, происходящих в Гремячем Логу.
Рисуя первое собрание гремяченского актива и бедноты, Шо-
лохов дает понять, насколько назрела в народе жажда новой
жизни, как велика ненависть к кулаку. Но вот обсуждается на
общем собрании гремяченцев вопрос о создании колхоза. И в
накаленной атмосфере выкриков, реплик, вопросов, угроз чита-
тель чувствует всю остроту и напряженность борьбы сторонни-
ков и противников коллективизации.
В колхоз вступают вначале меньше трети домохозяев. Но и
вступление в колхоз еще не означает полного разрыва со ста-
рыми пережитками. В сцене массового убоя крестьянами скота
они проявились со всей силой. Еще с большей резкостью взрыв
собственнических инстинктов сказался в картине «бабьего бун-
та», который едва не привел к расхищению семенного зерна.
Коммунисты во главе с Давыдовым активно борются за со-
циалистическое воспитание масс. Политика партии в деревне
выбивает почву из-под ног Половцева, определяет пути разви-
тия колхозного строительства, помогает гремяченским комму-
нистам разобраться в сложившейся обстановке. После «бабьего
бунта» отчетливо обнаруживается перелом в настроении масс,
рост их доверия к коммунистам, сознание своего единства с пар-
тией, перестраивающей крестьянскую жизнь на новых началах.
Гремяченский колхоз одерживает политическую и организацион-
ную победу. Враги разбиты, доверие масс завоевано, сев начат,
но предстоит еще утвердить новое отношение к коллектив-
ному труду. Вредительские действия Атаманчукова свидетель-
ствуют, что и здесь нужны большие усилия. Но ударная работа
Шалого, трудовой энтузиазм Майданникова, успехи в соревно-
вании Антипа Грача — показатели того, что возглавляемая
коммунистами борьба за колхозную жизнь рождает социали-
220
стическое отношение к труду. Так в сценах собраний гремя-
ченцев, в эпизодах раскулачивания, убоя скота, «бабьего
бунта», в картинах весеннего сева, а затем в главах, посвя-
щенных крушению контрреволюционных замыслов Половцева,
Шолохов воспроизводит сложный и трудный процесс ликвида-
ции старого строя в деревне и рождения новой, социалистиче-
ской, колхозной деревни.
д Главную роль в «Поднятой целине» играет ком-
мунист Давыдов. Во время коллективизации
партия направила в деревню двадцать пять тысяч рабочих-ком-
мунистов для того, чтобы возглавить массы в их борьбе против
кулацкой кабалы, за свободную колхозную жизнь. Давыдов —
один из двадцатипятитысячников. Он путиловский рабочий, сле-
сарь, ранее был матросом, участвовал в гражданской войне. Это
испытанный в боях, закаленный воин пролетарской революции.
И вполне естественно, что именно таких, как он, партия посла-
ла помочь крестьянству строить социализм.
Образ Давыдова очерчен Шолоховым с большой художест-
венной силой. Он проходит через весь роман, в центральных
эпизодах «Поднятой целины» ему принадлежит решающая роль.
Существенная особенность художественной манеры Шоло-
хова состоит в том, что он почти не прибегает к прямой харак-
теристике, т. е. не дает от себя оценки героя. Персонажи рас-
крываются у него в действии, во взаимоотношении с другими
героями. Этими средствами обрисован и Давыдов.
Уже в первых эпизодах романа обнаруживаются главные ка-
чества Давыдова — его политическая проницательность и кров-
ная связь с массами. В секретаре райкома Корчжинском он
распознает носителя антипартийного правого уклона. Корчжин-
ский напутствует Давыдова такими словами: «...езжай и на
базе осторожного ущемления кулачества создавай колхоз...
Действуй там осторожно».
Давыдов решительно возражает против такой линии пове-
дения и приводит в доказательство своей правоты указания пар-
тии о наступлении на кулачество и ликвидации его как класса.
И когда секретарь начинает запугивать его, Давыдов говорит:
«Я буду проводить линию партии, а тебе, товарищ, рубану на-
прямик, по-рабочему: твоя линия ошибочная, политически
неправильная, факт!» «Хромает он на правую ножку... Факт! —
думал он, выходя из райкома».
Уже в этой сцене выступает перед нами характерная особен-
ность Давыдова: он простой человек, рядовой боец великой ар-‘
мии коммунистов, но в больших и сложных вопросах классовой
борьбы он обнаруживает политический ум, прозорливость и
твердую партийную принципиальность. И тут же писатель при-
водит второй эпизод, раскрывающий другую черту Давыдова —
его близость к народу. Давыдов приезжает в Гремячий Лог и
221
при первой же встрече находит с казаками общий язык, потому
что он такой же простой, рабочий человек, как и они. Труд
и лишения издавна знакомы ему. Но немало усилий пришлось
потратить Давыдову для того, чтобы до конца разобраться в
окружающей обстановке и завоевать полное доверие гремя-
ченцев.
Давыдов — руководитель и организатор народных масс. Пи-
сатель отмечает, что для путиловского рабочего-коммуниста
хутор был как «сложный мотор новой конструкции, и Давыдов
внимательно и напряженно пытался познать его, изучить, про*
щупать каждую деталь, слышать каждый перебой в каждоднев-
ном, неустанном, напряженном биении этой мудреной маши-
ны...» В своей деятельности Давыдов допускал и ошибки. Он не
предотвратил порочной практики обобществления мелкого скота
и птицы. Он ошибся в Островнове, не сумел распознать в нем
врага. Но общие принципы организаторской работы Давыдова
правильны. Ясное сознание великих целей коммунистического
строительства, беспощадность к врагам революции, терпеливая,
упорная и последовательная воспитательная работа в массах,
умение мужественно и честно признавать свои ошибки, с тем
чтобы преодолеть их,— таковы эти принципы.
Умелый организатор масс, Давыдов знает, что иногда сле-
дует действовать на казаков словом, а иногда личным приме-
ром. Когда у колхозников не ладится с севом, Давыдов, никогда
не ходивший за плугом, сам берется пахать, чтобы подтолкнуть
отстающих, чтобы возбудить дух соревнования. «Умру на паш-
не, а сделаю! Ночью при фонаре буду пахать, а вспашу деся-
тину с четвертью. Иначе нельзя. Позор всему рабочему классу...»
И Давыдов добивается своего, выполняет норму и поднимает
социалистическое соревнование.
Давыдов политически воспитывает и гремяченских коммуни-
стов. Когда председатель сельсовета Разметнов начинает терять
твердость духа и отказывается участвовать в раскулачивании
из жалости к кулакам, Давыдов преподает ему урок подлинного
гуманизма: «Ты их жалеешь... Жалко тебе их. А они нас жале-
ли? Враги плакали от слез наших детей? Над сиротами убитых
плакали?.. Эка, дурило ты! Пришел и ну давай орать: «Не буду
работать... дети... жалость...» Ну, что ты наговорил, ты опомнись!
Давай потолкуем. Жалко стало, что выселяют кулацкие
семьи? Подумаешь! Для того и выселяем, чтобы не мешали
нам строить жизнь без таких вот... чтобы в будущем не повто-
рялось...»
Когда секретарь гремяченской партийной ячейки Нагульнов
предлагает расстрелять всех, кто перед вступлением в колхоз
резал скот, чтобы он не был обобществлен, Давыдов внушает
ему: «Ты бы лучше массовую работу вел, разъяснял нашу поли-
тику, а расстрелять — это просто!»
222
Давыдов терпеливо разъясняет массам политику партии, от-
дает все свои силы борьбе за благо народа, воспитывает людей,
но он решительно против того, чтобы потворствовать отсталым
настроениям, и становится непоколебим, если дело касается его
идейных убеждений, интересов партии и рабочего класса. Осо-
бое значение в этом смысле имеет сцена «бабьего бунта». В этом
эпизоде и в главах, связанных с ним, Давыдов встает перед
нами во весь рост. Мужественно и стойко он переносит униже-
ния и побои. Ему грозит смертельная опасность от разъяренной
толпы, науськиваемой кулаками. Он отлично сознает, что жизнь
его вся без остатка посвящена этим же людям, которые еще не
понимают своего собственного счастья и которые теперь в сле-
пом озлоблении готовы растерзать его. «— За вас же!..—
неожиданно звонко сказал Давыдов и повел по сторонам стран-
но посветлевшими глазами,— для вас же делаем!.. И вы меня
же убиваете... Ах, сво-ло-чи! Не дам ключей, понятно? Факт, не
дам! Ну?» Понимая весь трагизм своего положения, Давыдов,
однако, ни на секунду не теряет твердости духа. Он готов лучше
погибнуть, чем поступиться интересами великого дела, которо-
му он беззаветно служит.
Шолохов подчеркивает, что в поведении Давыдова выра-
жены типичные черты характера коммуниста. После того как
порядок был восстановлен, Давыдов говорит на собрании: «Из
вас, граждане, шли несознательные возгласы, чтобы женщины
меня били, и они меня били всем, чем попадя... Но, граждане,
не из такого мы — большевики — теста, чтобы из нас кто-нибудь
мог фигуры делать! Меня в гражданскую войну юнкера били,
да и то ничего не выбили! На коленях большевики ни перед кем
не стояли и никогда стоять не будут, факт! Мы, граждане, сами
привыкли врагов пролетариата ставить на колени. И мы их
поставим».
Давыдов воспитывает других, ведет за собой массы, но и сам
растет, обогащается политическим опытом. Преодолевая ошиб-
ки, выдержав трудные испытания, он все больше становится
подлинным строителем новой, социалистической деревни. С дру-
гой стороны, в результате его деятельности в Гремячем Логу из
маломощного товарищества по совместной обработке земли
(ТОЗ) возникает и развивается крепкий и жизнеспособный
колхоз.
Замечательной чертой Давыдова является его светлая мечта
о будущем. Человек, с суровой трезвостью оценивающий каждое
явление жизни, Давыдов вместе с тем мечтатель. Но его мечты
о будущем—это не призрачные видения, не имеющие корней в
действительности. Мечта Давыдова — это предвосхищение реаль-
ного грядущего, которое закономерно вырастает из сегодняшней
борьбы, из сегодняшних усилий. Давыдов говорит о казачонке
Федотке: «Хорошую жизнь им построим, факт! Бегает сейчас
223
Федотка в отцовском картузе казачьего фасона, а лет через два-
дцать будет электроплугом наворачивать вот эту землю... Счаст-
ливые будут Федотки, факт!..»
Писатель видит в Давыдове и его человеческое обаяние,
товарищескую чуткость, жизнерадостность. Со страниц романа
встает перед нами и вожак народных масс, и «простой, широ-
коплечий, милый парень» во всей целостности и непосред-
ственности своей натуры.
Помимо Давыдова, в романе изображены и дру-
Разметнов гие коммунисты. Среди них — председатель ссль-
и агульнов совета Андрей Разметнов. Он вырос в бедняцкой
семье и с ранних лет познал нищету и унижение. В годы граж-
данской войны Разметнов был в рядах Красной Армии. Это
честный и искренний, преданный революции человек. Но он не-
достаточно политически грамотен и слабо разбирается в слож-
ных процессах классовой борьбы. Разметнов легко воспламе-
няется и столь же легко поддается панике. Отсутствие в нем
подлинной политической закалки и бдительности приводит его
к ошибкам,— он проникается ложным чувством жалости к злей-
шим врагам революции, проявляет недопустимую доверчивость
к Островнову.
Еще более сложной фигурой является секретарь гремячен-
ской ячейки партии Макар Нагульнов. Достоинства Нагульнова
несомненны. Он активный участник гражданской войны и
кровью своей отстаивал власть Советов. Ему в высокой степени
присущ революционный энтузиазм, им владеют мечты о мировой
революции, о победе и торжестве народа на всем земном шаре.
Он ненавидит лютой ненавистью врагов народа и питает неис-
коренимое отвращение к собственности и к собственническому
миру. Именно поэтому он с восторгом относится к идее коллек-
тивизации. «Я, дорогой товарищ рабочий, легче дышу, как
услыхал, что сплошь надо стянуть в колхоз хлеборобскую соб-
ственность. У меня к ней с мальства ненависть. Все зло через
нее, правильно писали ученые товарищи Маркс и Энгельс. А то
и при Советской власти люди, как свиньи у корыта, дерутся,
южат, пихаются из-за этой проклятой заразы! А раньше что
было, при старом режиме? Страшно подумать!»
Нагульнов готов без колебаний отдать свою жизнь за дело
партии. Его поведение во время гремяченского бунта отличается
мужеством и самоотверженностью. Он глубоко искренен, когда
в тяжелую минуту жизни на заседании бюро райкома говорит:
«Куда же я без партии? И зачем? Нет, партбилет я не отдам!
Я всю жизнь свою вложил... всю жизнь...— и вдруг старчески
жалко и бестолково засуетился, зашарил по столу руками, пу-
таясь в словах, торопливо и невнятно забормотал: — Так ты уж
лучше меня... прикажи ребятам... Меня тогда на распыл надо...
224
Ничего не остается... Мне жизнь Теперь без надобности, исклю-
чите и из нее...»
И при всем этом Шолохов с суровой прямотой осуждает в
Нагульнове качества, объективно вредные делу революции.
«Живешь ты, как во сне, Макар!» — говорит ему Давыдов.
И действительно, безрассудная страсть, а не голос политиче-
ского разума — вот чем руководствуется иногда в своих поступ-
ках Нагульнов. И это неизбежно приводит его к тяжелым ошиб-
кам. Вместо разъяснения и убеждения вспыльчивый Нагульнов
прибегает к окрику и принуждению. Угрозами он заставляет
крестьян вступать в колхоз, вместо того чтобы терпеливо и
умело (как это делает, например, Ванюша Найденов) разъяс-
нить им выгоды новой жизни. Выведенный из себя, Макар изби-
вает середняка Банника, самовольно подвергает аресту трех
колхозников. В поступках Нагульнова отразились реальные
факты жизни: в период коллективизации некоторые коммунисты
допускали крайности и беззакония. И при всей своей субъектив-
ной честности люди, подобные Нагульнову, подчас приносили
немалый вред нашему делу. Опасность их действий состояла в
том, что они искажали политику партии по отношению к трудо-
вому крестьянству. В 1933 году Шолохов в письме к Сталину
протестовал против возмутительных беззаконий, которые допу-
скались при проведении коллективизации. И в романе писатель
со всей энергией обращает внимание на необходимость чуткого
и бережного отношения к людям труда, к их судьбе.
В годы коллективизации сельского хозяйства
Кондрат инициатива сверху нашла свою поддержку
аиданников СНИЗу, со СТ0р0ны миллионных масс крестьян,
боровшихся против кулацкого гнета, за свободную колхозную
жизнь.
В «Поднятой целине» Шолохов изобразил и направляющую
деятельность партии, и борьбу народных масс за социализм.
Сильно и правдиво запечатлел писатель эту коренную ломку в
психологии масс.
Наряду с массовыми сценами, передающими все оттенки на-
строений крестьянства, Шолохов дал развернутые образы ряда
типических представителей крестьянской массы — и бедняков, и
середняков. Так, образ Любишкина— яркое свидетельство того,
что в сознании самих масс созрела мысль о невозможности
жить по-старому, пробудилось стремление к новой жизни. На
собрании бедноты Любишкин говорит: «Я сам до колхозного
переворота думал Калинину письмо написать, чтобы помогли
хлеборобам начинать какую-то новую жизню».
В ряду крестьянских образов романа важное место занимает
Кондрат Майданников. Майданников — середняк. В нем Шоло-:
хов вскрывает всю глубину изменений и внутренних процессов,
8 Русская советская лит-ра
225
происшедших в казачьей среде за годы революции. Кондрат
Майданников в прошлом буденновец, он с оружием в руках за-
щищал власть Советов. «Отец Кондрата,— пишет Шолохов,—
в бытность его на действительной военной службе, вместе со
своей сотней порол плетью и рубил шашкой бастовавших ива-
ново-вознесенских ткачей, защищая интересы фабрикантов.
Умер отец, вырос Кондрат и в 1920 году рубил белополяков и
врангелевцев, защищая свою Советскую власть, власть тех же
иваново-вознесенских ткачей от нашествия фабрикантов и их
наймитов».
Новые черты революционного казачества с наибольшей си-
лой проявились в том, что середняк Майданников круто повер-
нул от старой, собственнической жизни к новой, социалистиче-
ской, колхозной. Революция в деревне отвечала коренным инте-
ресам крестьянства, освобождала его от нужды и горя и
открывала дорогу к зажиточной и культурной жизни. Это чув-
ствуют Любишкин и другие, это с особой силой выражает Май-
данников. Рассказывая на собрании о прошлой своей скудной
жизни, полной лишений и страха перед завтрашним днем, Май-
данников говорит: «Можно мне так дальше жить? Да ить это
хорошо, бедный ли, богатый урожай. А ну, хлоп неурожай? Кто
я тогда? Старец! Какое же вы, вашу матушку, имеете право
меня от колхоза отговаривать, отпихивать? Неужели мне там
хуже этого будет? Брешете!»
Вкладывая в уста Майданникова эти сильные, прочувство-
ванные слова, Шолохов вместе с тем видит всю сложность той
психологической ломки, которая происходит в сознании героя.
Отказ от вековечных навыков и представлений, разрыв с соб-
ственническим миром нелегко дается, он сопряжен с большими
душевными потрясениями, и Шолохов правдиво и глубоко изо-
бражает внутренние переживания Майданникова. В нем иногда
борются два начала — разум советского человека и старые пред-
рассудки собственника. «Кондрат давно уже не верит в бога, а
верит в Коммунистическую партию, ведущую трудящихся всего
мира к освобождению, к голубому будущему. Он свел на кол-
хозный баз всю скотину, всю — до пера — отнес птицу. Он — за
то, чтобы хлеб ел и траву топтал только тот, кто работает. Он
накрепко, неотрывно прирос к Советской власти. А вот не спит-
ся Кондрату по ночам... И не спится потому, что осталась в нем
жалость-гадюка к своему добру, к собственной худобе, которой
сам он добровольно лишился... Свернулась на сердце жалость,
холодит тоской и скукой...»
Великие перемены в жизни помогают Майданникову преодо-
леть собственнические предрассудки. Побеждает в нем разум
труженика, и он становится одним из лучших строителей новой,
социалистической деревни.
226
Значение образа Майданникова состоит в том, что в нем
художник воплотил великий процесс поворота широких кре-
стьянских масс к социализму.
Коллективизация и развертывание наступления
и°другие на П0СЛед«ПИ11 капиталистический класс — кула-
у чсство — происходили в обстановке жестокой
классовой борьбы. Народным массам противостоит в романе
кучка преступных отщепенцев, внутренне опустошенных и обре-
ченных на разгром и гибель. Шолохов изобразил разных деяте-
лей кулацкой и белогвардейской контрреволюции. Их вожак и
вдохновитель — матерый палач, шпион и убийца Половцев. Он
один из тех исступленных врагов Советской власти, о которых
Шолохов рассказал в «Тихом Доне». Шолохов оттеняет такой
штрих в биографии Половцева: он был одним из тех, кто уча-
ствовал в казни Подтелкова.
Половцев понимает, что ликвидация кулачества лишает
контрреволюцию последней опоры в стране, и вся его «про-
грамма» продиктована дикой ненавистью и жаждой мести осво-
божденному народу. «Рвут из-под ног землю! Опоры лишают...
Рубить! Рубить! Рубить беспощадно!»
Сентиментальные излияния этого убийцы насчет жалости к
животным только усиливают у читателя чувство гадливого от-
вращения к нему. Если Половцев ослеплен своей злобой, то его
сообщник белый офицер Лятьевский уже понимает всю обречен-
ность бессильных попыток разбитых революцией классов повер-
нуть назад колесо истории. В припадке откровенности Лятьев-
ский говорит Островнову: «А зачем ты, дура этакая стоеросовая,
связался с нами?» А когда попытка поднять восстание провали-
лась, Лятьевский так определяет Половцева: «Кто вы такой,
милостидарь? Я вас спрашиваю, достопочтенный господин По-
ловцев. А я скажу вам, кто вы такой... Угодно? Пожалуйста!
Патриот без отечества, полководец без армии и, если эти сравне-
ния вы находите слишком высокими и отвлеченными,— игро-
чишка без единого злотого1 в кармане».
Лагерь врагов, помимо Половцева и Лятьевского, представ-
лен характерными фигурами Тита Бородина и Якова Островно-
ва. Сложность образа Бородина в том, что в прошлом он бедняк,
красногвардеец, участник боев с белыми. Жажда обогащения,
собственническая стихия захлестнули его, и он стал кулаком,
эксплуататором, мироедом — злобным и жестоким врагом тру-
дящихся масс. Тит Бородин — прямой и откровенный враг Со-
ветской власти. В романе его политический облик предельно
ясен и подчеркнуто прямолинеен. Когда Нагульнов обнаружи-
вает у него оружие — обрез — и хочет отобрать его, Бородин
отвечает ему: «Не дам! Имущество забираете, да еще обрез по-
1 Злотый — польская монета.
8*
227
следний? Кулак должен быть с обрезом, так про него в газетах
пишут. Беспременно, чтобы с обрезом. Я, может, им хлеб насущ-
ный добывать буду, а?»
Тит Бородин в некотором отношении традиционный образ
кулака. Разоблачить его и обезвредить не составляет особого
труда. Характерно, что он фигурирует только в начальных гла-
вах первой книги романа.
И Шолохов дал наряду с Бородиным, в котором кулацкая
сущность выражена почти с плакатной резкостью, и замаскиро-
ванного, изворотливого врага, стремящегося взорвать колхоз
изнутри и тем самым особенно опасного, — Якова Островнова.
Островнов надел на себя маску сторонника новой жизни. Он
даже агитирует крестьян за вступление в колхоз. Островнов
слывет культурным хозяином. Ему удалось обманом втереться
в доверие Давыдова. Но этот неприметный и безобидный на вид
«культурный хозяин» — жестокий, смертельный враг революции.
Шолохов говорит о нем: «Советская власть Якову Лукичу и он
ей — враги, крест-накрест. Яков Лукич, как ребенок к огоньку,
всю жизнь тянулся к богатству. До революции начал креп-
нуть...» «Но вот «встать»-то Якову Лукичу и не пришлось! По-
тому-то он и против Советской власти... потому-то теперь ему
Половцев и ближе жены, роднее родного сына».
Шолохов срывает маску с врага, призывает к бдительности,
учит распознавать ярых противников социализма в любом об-
личье, в каком бы они ни выступали.
Как уже отмечалось, вторая книга романа за-
Вторая книга кончена была в 1959 году — через 27 лет после
романа написания первой книги. За эти годы в жизни и
литературе произошли огромные перемены. Не учесть этих из-
менений писатель, разумеется, не мог. Вместе с тем он сохранил
единство и цельность романа.
Вторая книга «Поднятой целины» по времени и месту дей-
ствия, по составу героев, по своему содержанию служит непо-
средственным продолжением первой книги. Снова перед нами
Гремячий Лог, мы опять встречаемся с Давыдовым и Нагульно-
вым, с Разметновым и дедом Щукарем, с Половцевым, Лятьев-
ским и Островновым. Действие происходит в том же, 1930 году:
в первой книге события заканчивались в июне месяце, во второй
они начинаются в том же июне и завершаются в октябре. Вме-
сте с тем во второй книге появились и новые персонажи и новые
мотивы. В роман введены такие новые лица, как Иван Аржанов,
Устин Рыкалин, Варя Харламова, секретарь райкома Нестеренко.
В первой книге «Поднятой целины» показано было рождение
первых колхозов в нашей стране.
Во второй книге развито несколько новых линий повествова-
ния. Это, во-первых, история подготовки и провала контррево-
люционного мятежа. Уже в первой главе дается резкий, полный
228
внутреннего смысла контраст: могучая и прекрасная в своей
плодоносной силе степь, сулящая народу богатый урожай,- и
мрачные, зловещие приготовления бандитов Половцева, тайком,
по-воровски пробирающихся к дому Островнова — штаб-кварти-
ре заговора. Антитеза света и тьмы дана здесь в своем зримом
выражении. В конце книги тот же социальный контраст: гибель
главных вожаков контрреволюционного заговора в Гремячем
Логу — Половцева и Лятьевского — и полная победа колхозного
строя.
Вторая линия повествования связана с изображением слож-
ных путей дальнейшего укрепления колхозного строя. В книге
много сцен, посвященных труду, в них мы видим, как преодоле-
ваются предрассудки масс, как гремяченцы все больше прони-
каются сознанием, что их счастье находится в их собственных
руках и что только социалистический труд способен сделать их
жизнь богатой и счастливой.
Наконец, вторая книга завершает обрисовку действующих
лиц и содержит в себе развязку основных сюжетных узлов ро-
мана. Пали геройской смертью в схватке с бандитами Давыдов
и Нагульнов. Эта трагическая развязка показывает читателю,
какой дорогой ценой досталась победа социалистического строя.
«Время-то было суровое, — говорил сам писатель, — борьба шла
не на жизнь, а на смерть, и жертвы были немалые».
Во второй книге нашли свое дальнейшее развитие централь-
ные образы романа.
Развит, углублен и обогащен образ Давыдова. Писатель от-
теняет прежде всего ту мысль, что Давыдов стал для гремячен-
цев своим — родным и близким человеком. Если в первой книге
мы видели всю драматическую сложность взаимоотношений ка-
заков с путиловским рабочим-двадцатипятитысячником, при-
сланным в донские степи, чтобы возглавить борьбу за коллек-
тивизацию, если раньше Давыдову приходилось преодолевать и
недоверие, и насмешку, и открытое сопротивление, то теперь он
ощущает свою кровную, нерасторжимую связь с колхозниками.
В VI главе Шолохов рассказывает о приезде Давыдова в поле-
вую бригаду: «...у Давыдова по-хорошему дрогнуло сердце, ко-
гда он увидел, как дружно все встали из-за стола, приветствуя
его. Он шел широкими шагами, а навстречу ему уже тянулись
руки и светились улыбками дочерна сожженные солнцем лица
мужчин и матово-смуглые, тронутые легким загаром лица деву-
шек и женщин... Давыдов улыбался, на ходу оглядывал знако-
мые лица. С ним успели крепко сжиться, его приезду были
искренне рады, встречали его как родного. За какой-то миг все
это дошло до сознания Давыдова, острой радостью коснулось
его сердца и сделало голос приподнятым и чуть охрипшим».
Вместе с тем автор проводит своего героя через ряд новых
испытаний, которые обнаруживают и некоторые слабости и
229
ошибки Давыдова. Случайная связь с Лушкой — бывшей женой
Нагульнова — ставит Давыдова в двусмысленное положение
перед колхозниками и в какой-то мере подрывает его престиж
как руководителя. Немало нравственных усилий потребовалось
Давыдову, чтобы порвать с Лушкой, освободиться от того низ-
менного и нечистого, что вошло в его жизнь.
Глубоко поэтические тона в обрисовке Давыдова возникают
в связи с его большой и настоящей любовью и дружбой с Ва-
рей Харламовой. Варя Харламова — молоденькая девушка, с
чистой душой и пылким сердцем; она полюбила Давыдова со
всей силой и непосредственностью своей натуры.
Давыдов ясно сознает всю сложность создавшегося положе-
ния. Варя намного моложе его, она неопытна и не знает жизни.
Может быть, минутное влечение она приняла за любовь и потом
весь век будет раскаиваться в своей ошибке. Да и сам он еще
в своих чувствах не разобрался. Он твердо знает только одно —
обмануть Варю было бы преступлением. Размышления и пере-
живания Давыдова, эпизоды, связанные с Варей, лирически
окрашены. По своему стилю они иногда приближаются к песен-
ному ладу. «Каким тебя ветром ко мне несет и на что ты мне
нужна, милая девчонушка? И на что я тебе нужен? Сколько
молодых парней возле тебя вертится, а ты на меня смотришь,
эх ты, слепушка! Ведь я вдвое тебя старше, израненный, некра-
сивый, щербатый, а ты ничего не видишь... Нет, не нужна ты мне,
Варюха-горюха. Расти без меня, милая», — думал Давыдов, рас-
сеянно глядя в полыхающее румянцем лицо девушки».
И только тогда, когда до него наконец дошло, что он, таясь
от себя, давно любит эту девушку «какой-то новой для него, бы-
валого человека, чистой и непонятной любовью», он решает
связать свою судьбу с ней. В этой любви Давыдов обретает ту
полноту личного счастья, ту чистоту и свежесть чувства, то нрав-
ственное удовлетворение, которого он не мог найти во взаимо-
отношениях с Лушкой. Об эпизодах, посвященных любви Давы-
дова и Вари, сам Шолохов сказал читателям «Комсомольской
правды»: «Работаю одновременно над несколькими главами.
Одна мне особенно по душе. Пишу с радостью. Глава эта о пре-
данной и чистой, как родник, любви. Вам, молодым, важно бу-
дет прочесть это место в книге. На земле надо жить с хорошей
и большой любовью».
Эта хорошая и большая любовь освещает новым сильным
поэтическим светом последнюю пору жизни Давыдова и сооб-
щает его образу яркую лирическую окраску.
Новые черты раскрыты и во взаимоотношениях Давыдова с
народом. Вот Давыдов сталкивается с пожилым колхозником-
возницей Аржановым. В колхозе тот слывет человеком со стран-
ностями, молчаливым и придурковатым. Аржанов рассказывает
Давыдову страшную повесть о том, как он расправился с людь-
230
ми, убившими его отца. Но эпизод с Аржановым производит
огромное впечатление не только этой трагической историей. Ар-
жанов преподает Давыдову урок жизни. Он учит председателя
колхоза умению видеть человека во всей его сложности, с его
«чудинкой», с тем неповторимым, что отличает одну личность от
другой. «Вот, — говорит Аржанов, — растет вишневое деревцо,
на нем много разных веток. Я пришел и срезал одну ветку, что-
бы сделать кнутовище, — из вишенника кнутовище надежнее,—
росла она, милая, тоже с чудинкой — в сучках, в листьях, в своей
красе, а обстругал я ее, эту ветку, и вот она... — Аржанов достал
из-под сиденья кнут, показал Давыдову коричневое, с засохшей,
покоробленной корой вишневое кнутовище. — И вот она! Погля-
деть не на что! Так и человек: он без чудинки голый и жалкий,
вроде этого кнутовища. Вот Нагульнов какой-то чужой язык
выучивает — чудинка... Ты с Лушкой Нагульновой путаешься —
чудинка; пьяненький какой-нибудь идет по улице, спотыкается и
плетни спиной обтирает — тоже чудинка. Милый человек мой,
председатель, а вот лиши ты человека любой чудинки, и будет
он голый и скучный, как вот это кнутовище».
Пристально всматриваться в каждого человека, уметь раз-
бираться в его сложном внутреннем мире — вот в чем смысл
поучений Аржанова. И еще одно — в лукавых словах старого
возницы относительно колхозного начальства и о том, что народ
призван «без лишней сутолоки и поспешки дело делать», звучит
важная мысль: руководители должны уметь не только воспиты-
вать народ, но и понимать истинную роль народа и сами учиться
у масс.
Та же мысль выражена в разговорах Давыдова с кузнецом
Шалым. Шалый приводит многозначительный эпизод. Однажды
из района приехал «ответственный работник», он остановился в
доме старого кузнеца и вел себя, как вельможа: свысока смо-
трел на хозяев, не удостаивал их беседой и всячески подчерки-
вал свое начальственное положение. Шалый обратился к высо-
копоставленному постояльцу с такой речью: «...старуха моя не
знает, как тебе угодить, куда тебя усадить да как бы тебе по-
мягче на ночь постелить, а ты нос выше крыши дерешь». «Я —
ответственный!»... «Никакой ты не ответственный, вот я — ответ-
ственный работник! После председателя и секретаря ячейки я
первое лицо в хуторе, потому что без меня ни пахота, ни покос
не обойдутся».
В словах Шалого звучит и насмешка над районным вельмо-
жей, и гордость простого труженика, который сознает себя ответ-
ственным за судьбы колхоза, за общее дело. И вполне законо-
мерно то, что Шалый открывает глаза Давыдову на положение
дел в Гремячем Логу. Он резко порицает Давыдова за полити-
ческую беспечность, за близорукость. Он обращает внимание на
ту провокационную роль, которую играет Островное — скрытый
231
и опасный враг: «Ты свою власть из рук выронил, а Островнов
поднял», — говорит Шалый Давыдову.
В первой книге Давыдов главным образом учил и воспиты-
вал народ, теперь сам народ учит и воспитывает Давыдова. Да-
выдов именно потому и выступает перед нами как настоящий
большевик и руководитель масс, что он чутко прислушивается
к их голосу и черпает в их жизненном опыте важные уроки для
себя.
И наконец, знаменательна в этом смысле тринадцатая глава.
Давыдов обнаруживает, что в одной из полеводческих бригад
в воскресный день, вместо того чтобы работать, играют в карты.
Досада, раздражение туманят голову Давыдову. Особенно вы-
водят его из себя дерзкие и насмешливые речи колхозника Ры-
калина. В словах Рыкалина Давыдову слышатся враждебные
ноты, речи «контрика», и он готов уже расправиться с ним гру-
бым образом — казачьей нагайкой. И только огромным напря-
жением сил он заставляет себя сдержаться и разобраться в сути
дела. Оказывается, что Рыкалин хотя и «занозистый» казак, но
никакой не враг, что он в былые дни сражался с Врангелем и
что в его упреках и претензиях, хотя и выраженных, быть мо-
жет, грубо, есть немалая доля истины. Рыкалин с горечью гово-
рит о невнимании к человеку, к труженику, о службистах, кото-
рых живой человек не интересует. Он в запальчивости даже
Давыдова называет службистом: «Ты норовишь перед районным
начальством выслуживаться, районное — перед краевым, а мы
за вас расплачивайся. А ты думаешь, что народ ничего не ви-
дит? Ты думаешь, народ слепой? Он видит, да куда же от вас,
таких службистых, денешься!.. Вот вы и вытворяете, что вам на
ум взбредет, а Москва — далеко, Москва не знает, какие коники
вы тут выкидываете». И Рыкалин как бы в виде итога говорит:
«Он, народ-то, при Советской власти свою гордость из сундуков
достал и не уважает, когда на него кидаются с криком». И Да-
выдов, как ни обидны были многие обвинения Рыкалина, делает
правильное заключение: окриком тут не поможешь. Мало того,
он сам себе вынужден признаться, что незаметно усвоил грубую
манеру обращения с людьми, что он «разнуздался». Сцена с
Рыкалиным многому научила Давыдова. Он поборол в себе
стремление командовать людьми, а не убеждать их.
С этой точки зрения большую роль играет во второй книге
романа новый персонаж, которого не было в первой книге,—
секретарь райкома Нестеренко. Он, в сущности говоря, изобра-
жен в романе как лицо эпизодическое, но роль его весьма зна-
чительна. Главная черта этого руководителя района—демокра-
тизм. Писатель оттеняет в нем ум, простоту, человечность.
Нестеренко как бы противостоит тому «ответственному работ-
нику», о котором с возмущением рассказал Шалый. В нем нет
ничего необыкновенного, начальственного, напыщенного. Он не
232
отделяет себя от простых людей и не пытается возвышаться над
ними, он плоть от плоти, кость от кости трудовых масс. В раз-
говоре с Давыдовым Нестеренко произносит многозначительные
слова, которые отлично передают его убеждения, проникнутые
подлинным социалистическим демократизмом и человечностью.
«Привились у нас в партийном быту, на мой взгляд, неумные
действия и соответствующие им выражения: «снять стружку»,
«прочистить с песочком», «продрать наждаком» и так далее.
Как будто речь идет не о человеке, а о каком-то ржавом куске
железа. Да что же это такое в самом деле? И заметь, что выра-
жения эти в ходу по большей части у тех, кто за всю свою жизнь
не снял ни одной стружки ни с металла, ни с дерева и уж, на-
верное, никогда не держал в руках наждачного бруска. А ведь
человек — тонкая штука, и с ним надо, ох, как аккуратно обхо-
диться!»
Все эти эпизоды весьма многозначительны.
И разговор Давыдова с Нестеренко, и все картины второй
книги «Поднятой целины», рисующие взаимоотношения Давы-
дова с народом, имеют очень существенное значение. Борьба за
преодоление культа личности, которую развернула наша пар-
тия, означает восстановление ленинских принципов, развертыва-
ние творческой инициативы масс, ликвидацию методов голого
администрирования. С такой настойчивостью подчеркивая демо-
кратические основы нашего советского строя, столь энергично
показывая роль масс в колхозном строительстве, Шолохов по-
своему отражает те большие процессы, которые происходят в
нашей жизни.
Новыми оттенками обогащен во второй книге романа и ха-
рактер Нагульнова. Прекрасно переданы его тонкие и сложные
душевные переживания. Мы знаем, как неприязненно относился
Нагульнов к Лушке. В его глазах она была не только неверной
женой — беспутной и шалой. Она возмущала прямого и честного
Макара еще и тем, что вступила в связь с кулацким сынком
Тимофеем Рваным — бандитом, злобным врагом Советской вла-
сти. Во второй книге мы видим, как Нагульнов, выследив Рва-
ного, убивает его. Лушку арестовывают. Но оказывается, что
Нагульнов, несмотря на все зло, которое причинила ему Лушка,
не переставал любить ее и эту любовь свою сохранил на всю
жизнь. Нагульнов отпускает Лушку, он возвращает ей кружев-
ной платочек, который тайком хранил как знак своей несчастной
любви, и расстается с ней навсегда. «Молча они расстались,
чтобы никогда уже больше не встретиться. Макар, сходя со сту-
пенек крыльца, небрежно кивнул ей на прощанье, а Лушка, про-
вожая его глазами, остановила на нем долгий взгляд, низко
склонила в поклоне свою гордую голову. Быть может, иным
представлялся ей за эту последнюю в их жизни встречу всегда
суровый и немножко нелюдимый человек? Кто знает...»
233
Угрюмый, суровый, прямолинейный, Нагульнов оказывается
человеком по-своему нежных душевных движений. И в этом слу-
чае Шолохов как бы призывает видеть человека во всей его
противоречивой сложности — с его «чудинкой».
Во второй книге Шолохов с большой силой дорисовал пор-
треты врагов советского народа — Островнова, Половцева,
Лятьевского. С необычайной резкостью выступает перед читате-
лем истинный лик Якова Лукича. Еще в первой книге о нем
было сказано: «...теперь ему Половцев и ближе жены, роднее род-
ного сына». Эти слова находят свое подтверждение в потрясаю-
щей по силе сцене. Только жертвою ярости Островнова стано-
вится не жена и не сын, а мать. Она случайно разболтала, что
у них в доме прячутся офицеры, и Островное с неслыханной
жестокостью умерщвляет родную мать — он запирает ее в ком-
нате, лишает пищи и воды, и старуха умирает медленной и му-
чительной смертью. Самое святое, что есть у человека, — мать
принесена в жертву контрреволюционному бешенству. Шолохов
рисует очень сильную сцену: он заставляет умирающую старуху
прислушиваться к шагам Якова Лукича. Эти шаги она помнит
с первых месяцев жизни ее сына. Они доставляли ей великую
материнскую радость, а теперь эти шаги, удаляясь от нее, стали
выражением звериной жестокости сына-убийцы.
Во второй книге и Половцев, и Лятьевский остаются верны
себе. До последнего дня Половцев сохранил свою ненависть к
Советской власти, свою безоглядную жестокость и наигранное
позерство. Остался верен себе и Лятьевский. Только еще отчет-
ливей выступили у него сознание бессилия и презрение не только
к народным массам, но и к своим сообщникам. Он говорит По-
ловцеву: «Вы плебей по крови, а я — польский шляхтич». В фи-
нале Шолохов рисует их позорную гибель.
и «Поднятая целина» — роман особого типа. Его
дея романа СВОеобразие состоит в том, что основой сюжет-
ного развития являются не столько личные судьбы героев,
сколько великий социально-исторический процесс — борьба на-
родных масс за новую жизнь. Действие в романе происходит в
затерявшемся в необозримых степных просторах хуторе. Но
события, круто повернувшие всю жизнь Гремячего Лога, как «в
малой капле воды», отразили всемирно-историческую борьбу
между социализмом и капитализмом, между Советской страной
и мировой империалистической реакцией. Писатель вскрывает
связи между Половцевым, его диверсионной работой и преступ-
ными планами порабощения советского народа, которые вына-
шивает зарубежная буржуазия. Половцев говорит Островнову,
что заговорщики связаны с вредителями и шпионами по всей
стране «...и даже дальше: с заграницей. Да, да! Если мы друж-
но сорганизуемся и выступим именно сейчас, то к весне при
помощи иностранных держав Дон уже будет чистым».
234
Преступные планы врагов обречены на полный и неминуе-
мый провал, потому что за Давыдовым и Майданниковым стоит
вся Советская страна, вся наша партия, весь наш народ. В этом
смысле особое значение имеет глава девятнадцатая в первой
книге. Она выделяется и своим стилистическим своеобразием.
Обычно не склонный к патетической речи, Шолохов написал эту
главу приподнятым, торжественным языком:
«Ночь...
На север от Гремячего Лога, далеко-далеко за увалами суме-
речных степных гребней, за логами и балками, за сплошняками
лесов — столица Советского Союза. Над нею — половодье элек-
трических огней. Их трепетное голубое мерцание заревом без-
звучного пожарища стоит над многоэтажными домами, затмевая
ненужный свет полуночного месяца и звезд.
Отдаленная от Гремячего Лога полутора тысячами километ-
ров, живет и ночью, закованная в камень, Москва... А за ленин-
ским Мавзолеем, за Кремлевской стеной, на вешнем холодном
ветру, в озаренном небе трепещет и свивается полотнище крас-
ного флага. Освещенное снизу белым накалом электрического
света, оно кипуче горит, струится, как льющаяся алая кровь.
Коловертью кружит вешний ветер, поворачивает на минуту
тяжко обвисающий флаг, и он снова взвивается, устремляясь
концом то на запад, то на восток, пылает багровым полымем
восстаний, зовет на борьбу...»
После этих взволнованных слов о столице Родины — о Москве,
о ленинском Мавзолее, о красном знамени, зовущем на борьбу,
Шолохов переносит действие романа в Гремячий Лог.
«В Гремячем же Логу ночью стынет глухая тишина... И толь-
ко на зорьке, когда с севера, из-под тучи, овевая снег холод-
ными крыльями, прилетит московский ветер, зазвучат в Гремячем
Логу утренние голоса жизни...»
В этой реалистической картине выделен ее обобщенный
смысл. Столица пашей Родины — Москва, центр мировой ре-
волюционной борьбы, выступает как символ нашей жизни, вдох-
новляющий и гремяченцев на борьбу за счастье народа. Для
Шолохова решающая сила в этой великой борьбе — партия. Это
видно уже в начальных главах романа. Когда Давыдов приез-
жает в Гремячий Лог, указания партии позволяют ему распо-
знать оппортунистические тенденции секретаря райкома. Какое
влияние на ход событий в стране, в том числе в Гремячем Логу,
имело слово партии, свидетельствует глава двадцать седьмая
в первой книге. Она в романе является центральной и опреде-
ляет перелом в развитии событий. Восстание, которое подготав-
ливали Половцев, Островное, Лятьевский, сорвалось. Сорвала
его, развеяла в прах кровавые замыслы врага партия. Завербо-
ванные Половцевым старики хуторяне, прочитав в «Правде»
статью, в которой разъяснялась политика партии в деревне, по-
233
няли, в какую бездну толкал их Половцев. Один из казаков
говорит: «Читали мы вслух ее [газету] промеж себя трошки
загодя до вашего прибытия, и... выходит так, что разлучает эта
газетка нас с вами! Другая линия жизни нам, то есть хлеборо-
бам, выходит...»
Половцев еще не совсем понимает, что произошло, и пы-
тается действовать привычным окриком. Но другой казак оса-
живает его: «Вы, товарищ бывший офицер, на наших стариков
не пошумливайте, вы на них и так предостаточно нашумелись
в старую времю. Попановали — и хватит, а зараз надо без гру-
биянства гутарить. Мы при Советской власти стали непривыч-
ные к таким обращениям, понятно вам? И старик наш правиль-
но гутарил, что был промеж нас совет, и порешили мы все через
эту статью в газете «Правде» не восставать. Разошлись поврозь
наши с вашими стежки-дорожки!»
Так раскрывается главная идея романа — идея исторической
неизбежности и закономерности победы социализма и утвержде-
ния великой направляющей роли Коммунистической партии в
социалистическом преобразовании деревни.
«Поднятая целина» — яркий образец социали-
стического реализма. Шолохову удалось в своей
книге воссоздать глубоко правдивую, историче-
ски конкретную картину ликвидации старого,
буржуазного хозяйственного строя и возникнове-
ния нового, социалистического строя в деревне. Главным прин-
ципом, которым руководствовался писатель, была глубокая, су-
ровая правда жизни. Шолохов сумел запечатлеть переломный
этап в развитии нашей страны со всеми его противоречиями и
трудностями, во всей остроте его конфликтов. Сила жизненной
правды и определила высокую ценность романа.
Изображая борьбу народных масс за социализм, Шолохов
с исключительным мастерством воспроизвел жизнь в ее револю-
ционном развитии, подчеркнув неизбежность гибели старого,
отмирающего, и закономерное торжество нового, нарождающе-
гося.
Реалистическое изображение жизни в «Поднятой целине»
содержит в себе устремленность в грядущее, твердую уверен-
ность в полной осуществимости лучших чаяний народа.
Все эти черты и делают «Поднятую целину» классическим
произведением социалистического реализма.
В «Поднятой целине», как и в «Тихом Доне», в полную силу
проявилось художественное мастерство писателя.
Прежде всего необходимо отметить мастерство социально-
психологического анализа. Воссоздавая полную драматизма
борьбу народа за новую, социалистическую жизнь, Шолохов не
схематизирует героев, а, напротив, дает их во всей сложности,
во всем их личном своеобразии. Но за индивидуальными каче-
236
Художествен-
ные особенности
«Поднятой
целины»
ствами и проявлениями людей он видит их классовую, социаль-
но-политическую сущность. Художник не ограничивается теми
непосредственными действиями и переживаниями, которые даны
в романе, а рисует предшествующий путь героя, его бытовое
окружение, его классовые позиции. В «Поднятой целине» в ску-
лой и лаконичной форме писатель рассказывает о детских годах
Давыдова, Разметнова, Нагульнова, о социальных факторах,
сформировавших их мировоззрение. Преступные, кровавые дея-
ния Половцева, Островнова, Лятьевского писатель объясняет
условиями их классового бытия. Судьбы героев в «Поднятой
целине» переплетены с событиями общественной жизни, неотде-
лимы от них.
Мастерство Шолохова и проявилось в том, что типичное
проявляется в его героях в индивидуально своеобразной, непо-
вторимой форме. Эту манеру у Шолохова отметил А. С. Сера-
фимович, который подчеркнул умение писателя «наделить каж-
дого собственными чертами, создать неповторимое лицо, непо-
вторимый внутренний человеческий строй».
Социально-психологическая сущность того или иного героя
проявляется и в характере его портрета, в самом способе изо-
бражения Шолоховым внешности человека. Вот портрет Полов-
цева: «Приезжий снял башлык и белого курпяя папаху, обнажив
могучий угловатый череп, прикрытый редким белесым волосом.
Из-под крутого, волчьего склада, лысеющего лба он бегло огля-
дел комнату и, улыбчиво сощурив светло-голубые глазки, тяжко
блестевшие из глубоких провалов глазниц, поклонился сидев-
шим на лавке бабам — хозяйке и снохе». «Его огромная, будто
из камня тесанная, нижняя челюсть трудно двигалась; жевал он
медленно, устало, как приморенный бык на лежке».
В немногих словах Шолохов выразительно передал хищ-
ное, тупое, зверски жестокое в облике белогвардейского дивер-
санта.
Искусство социально-психологической характеристики соче-
тается у Шолохова с искусством эпической композиции. Произ-
ведения Шолохова посвящены большим, переломным эпохам в
жизни народа. И его художественные полотна отличаются все-
гда ясным построением, логически стройным, оправданным во
всех своих частях, внутренне целостным и гармоничным, с пре-
дельной четкостью раскрывающим идейную сущность.
Композиция «Поднятой целины» определяется прежде всего
большими политическими событиями в развитии всей страны в
целом и в жизни гремяченцев в частности. Начало серьезным
переменам в Гремячем Логу положено решениями партии о
коллективизации. Кульминационным, переломным пунктом в сю-
жетном движении романа явились выступления Центрального
Комитета партии против крайностей и злоупотреблений в кол-
хозном строительстве.
237
Но обусловленность политическими событиями не исчерпы-
вает особенностей композиции «Поднятой целины». Роман Шо-
лохова не просто хроника. В нем с большой силой отражена
острая и драматическая борьба классов. Соответственно этому
композиция романа основана на контрастном сопоставлении
двух миров — мира Давыдова и мира Половцева.
Действие в романе развивается в двух параллельных сю-
жетных линиях, связанных с двумя персонажами — Давыдовым
и Половцевым. Автор нигде не сталкивает их лицом к лицу,
только в одном эпизоде он заставляет Половцева тайком, украд-
кой подслушивать разговор Давыдова с Островновым. Но обе
сюжетные линии тесно сплетены друг с другом. В острой и оже-
сточенной классовой борьбе, развернувшейся в Гремячем Логу,
крестьяне отбрасывают прочь с дороги Половцева и идут за Да-
выдовым. Поражение Половцева есть победа дела Давыдова.
Единство романа — в борьбе народа за колхоз.
Для эпического повествования Шолохова характерно свобод-
ное и естественное сочетание разнообразных элементов: и сцен
личной жизни, и военных эпизодов, и бытовых зарисовок, и ши-
роких исторических отступлений, и, наконец, документальных
материалов. В «Тихом Доне» использованы военные сводки,
приказы, листовки, статьи на политические темы. Шолохов часто
вводит точную хронологическую датировку. Все это сообщает
его произведениям характер исторического повествования. Эпос
Шолохова историчен в подлинном смысле слова.
Шолохов — великолепный мастер пейзажной живописи. Опи-
сания природы занимают у него важнейшее место и выполняют
разнообразные функции. С большим искусством он изображает
и зимние метели, и летний зной, и осеннюю непогодь, и радость
пробуждающейся весны. С особенной любовью и проникновен-
ностью рисует он свою донскую природу — степь со всеми ее
запахами, красками и звуками. Характерная черта шолоховского
пейзажа состоит, во-первых, в том, что природа дается им не в
тонах грустного, пассивного созерцания, она у него всегда в
бурном движении, всегда полна жизненной мощи, олицетворяет
собой плодоносное, творческое начало.
Вторая характерная черта шолоховских описаний природы
в том, что пейзаж у него почти всегда выступает в единстве с
человеком, с его переживаниями, с его деятельностью.
Своеобразную сюжетную функцию выполняет пейзаж в «Под-
нятой целине». Он выражает собой движение времени, существо
тех огромных и благотворных перемен, которые происходили в
жизни гремяченцев. В первых главах романа — зимний пейзаж.
Он дается через восприятие Давыдова. Снежная степь, земля,
застывшая в холодном оцепенении,— вот что видит Давыдов:
«Кругом — не обнять глазом — снежная целина. Сбочь жалко
238
горбятся засыпанные макушки чернобыла и татарника. Лишь
со склонов балок суглинистыми глазищами глядит на мир
земля...»
Дальше через весь роман проходит образ пробуждающейся
от зимней спячки земли, ждущей деятельных рук хлебороба,
образ поднятой целины — символ новой, счастливой и свободной
жизни. Этот образ пробуждающейся земли раскрывается посте-
пенно. В главе двадцать шестой говорится о начале марта: «Ве-
ликая благостная тишина стояла в полуденные часы над степью.
Над пашнями — солнце, молочно-белый пар, волнующий вы-
щелк раннего жаворонка да манящий клик журавлиной станицы,
вонзающейся грудью построенного треугольника в густую сине-
ву безоблачных небес. Над курганами, рожденное теплом, дро-
жит, струится марево; острое зеленое жало травяного листка,
отталкивая прошлогодний отживший стебелек, стремится к
солнцу. Высушенное ветром озимое жито словно на цыпочках
поднимается, протягивая листки встречь светоносным лучам. Но
еще мало живого в степи...» А в заключительной главе — «на-
бухшие влагой пашни, омытые, наклоненные ливнем хлеба» —
могучая, плодоносная земля, сулящая изобилие и радость тру-
довому колхозному крестьянству.
Передавая все краски, запахи природы, всю ее прелесть и
плодоносную силу жизни, пейзажные сцены вместе с тем заклю-
чают в себе глубокую символику. Вот картина природы, которая
завершает весь роман: «За Доном бело вспыхивали зарницы...
за невидимой кромкой горизонта алым полымем озарялось сразу
полнеба, и, будя к жизни засыпающую природу, величавая и
буйная, как в жаркую летнюю пору, шла последняя в этом году
гроза».
В грозах и бурях идет и побеждает торжествующая жизнь —
таков символический смысл этой картины.
Так многосторонне раскрывается пейзажное мастерство Шо-
лохова в романе «Поднятая целина».
я Шолохов — писатель глубоко народный. Народ-
зык романа ность его ТВОрчества ярко проявилась и в языке
его произведений. В своем изображении простых людей из на-
рода Шолохов широко пользуется средствами речевой характе-
ристики, добивается того, чтобы речь его персонажей была ин-
дивидуализирована и чтобы в самой речи героя обнаружива-
лись характерные черты его социального и личного облика.
С большим мастерством он воспроизводит колоритную, яркую
и меткую речь народа, богатую юмором, образную и самобыт-
ную. Эта черта проявилась еще в «Донских рассказах» и в «Ти-
хом Доне».
Если речь Григория, Аксиньи, Пантелея Прокофьевича,
Мишки Кошевого, Гаранжи отличается сочностью, колоритно-
стью и живостью, то язык офицера Листницкого, напротив, ха-
239
рактерен безликой книжностью и фальшивой риторикой. Вот
цитата из его письма к отцу: «Сегодня я получил назначение и
уезжаю в распоряжение командира 2-го корпуса. Вас, по всей
вероятности, удивит принятое мною решение, но я объясняю его
следующим образом: меня тяготила та обстановка, в которой
приходилось вращаться...» «Надо полагать, что во мне ска-
зывается славная кровь Листницких, тех, которые, начиная
с Отечественной войны, вплетали лавры в венок русского ору-
жия».
Очень ярки средства речевой характеристики героев в «Под-
нятой целине». В языке Давыдова политическая терминология
сочетается с обиходными словами: «Партия предусматривает
сплошную коллективизацию, чтобы трактором зацепить и выве-
сти вас из нужды. Товарищ Ленин перед смертью что говорил?
Только в колхозе трудящемуся крестьянину спасение от бед-
ности. Иначе ему — труба».
В речи Давыдова видны языковые элементы, связанные с
боевым матросским прошлым героя и с его работой на заводе:
«братишка», «хозяйство малого калибра» и т. д.
Необузданный характер Нагульнова также обрисован писа-
телем и речевыми средствами. Речь Нагульнова — эмоциональ-
но взволнованная, подчеркнуто напряженная, иногда бессвяз-
ная. «Я отказался от собственности. Я зараженный злобой
против нее...» «Ты это... чьи речи?.. Ты это чего, контра, мне тут?
Над социализмом смеялся, гад!.. А зараз... — Он не находил
слов, задыхался...» Незаконченность фраз мотивируется самим
писателем: «Он не находил слов, задыхался».
Выразительно передана Шолоховым ханжеская, елейная речь
кулака Лапшинова, причем идейная суть Лапшинова раскры-
вается комментариями:
«Лапшинов кланялся, крестился, говорил зычно, чтоб слы-
хали все, трогал доходчивые к жалости бабьи сердца:
— Прощайте, православные! Прощайте, родимые! Дай бог
вам на здоровье... пользуйтесь моим кровным. Жил я, честно
трудился...
— Ворованное покупал! — подсказывал с крыльца Демка.
— ...в поте лица добывал хлеб насущный...
— Людей разорял, процент сымал, сам воровал, кайся!
Взять бы тебя за хиршу, собачий блуд, да об земь!
— ...насущный говорю, а теперь, на старости лет...»
В языке «Поднятой целины» очень сильны элементы народ-
ного просторечья. Автор широко использует прибаутки, посло-
вицы, поговорки. К пословицам прибегает на собрании гремя-
ченцев один из противников колхоза. Речь его пересыпана
притчами, пословицами, намеками: «Товарищ гутарил: всем
хутором в один колхоз, окромя кулаков... Вот оно и получится:
Тит да Афанас разымите нас». И понадобилось резкое вмеша-
240
тельство Любишкина, чтобы раскрыть истинный смысл этой
затейливой речи.
Иную функцию выполняют народно-поэтические элементы в
речи Щукаря. Они призваны сообщить его бесконечным россказ-
ням сказочный, фольклорный оттенок. У него можно найти тра-
диционный зачин: «перво-наперво родился я...» Вот в каком ска-
зочном плане он передает предсказание бабки-повитухи его
«покойной мамаше»: «Твой сын, как в лета войдет, генералом
будет. Всеми статьями шибается на генерала: и лобик, мол, у
него узенький, и головка тыквой, и пузцо сытенькое, и голосок
басовитый...»
В языке самого автора использованы разные элементы и
интонации. Иногда его голос как бы сливается с голосом самих
героев. И тогда появляются у него элементы народно-разговор-
ной лексики. Вот как повествует Шолохов об Андрее Размет-
нове: «Андрей заслужил на германской три георгиевских кре-
ста. «Крестовые» деньги посылал жене и матери. Тем и жила со
снохой старуха, чью старость, соленую от слез, поздновато при-
шлось Андрею покоить».
Весь строй поэтической образности в романе основан на
материале донской природы и донского быта, близкого и знако-
мого писателю: «Яков Лукич стал белее отсевной муки». «На-
гульнов понуро опустил голову и тотчас же вскинул ее, как
конь, почувствовавший шенкеля». В отдельных местах Шолохов
вводит в текст и простой, лаконичный стиль исторического по-
вествования. Прибегает Шолохов и к эмоционально-взволнован-
ным лирическим отступлениям (см. главу XIX).
Шолохов стремится в своих произведениях рас-
Юм°р крыть всю многогранность, всю противоречивую
В целине»Т0И сложность бурной революционной эпохи. Он хо-
чет запечатлеть многообразные проявления
жизни, переплетение в ней возвышенного и пошлого, трагиче-
ского и комического. Отсюда характерная особенность шолохов-
ского художественного метода — сочетание драматизма и юмо-
ра. Юмористическое начало в произведениях писателя сильно
развито. Часто это юмор положений, т. е. художник отмечает
комизм в самой ситуации, обычно развитой в своеобразных
вставных новеллах. Таков рассказ Христони в «Тихом Доне»
(часть II) о том, как студенты вручили казакам из охраны цар-
ского дворца портрет Карла Маркса под видом «папаши» и за-
ставили «станишников» выпить за его здоровье. Таков рассказ
деда Щукаря из «Поднятой целины» о злополучной покупке им
лошади.
Часто у Шолохова комическое непосредственно соседствует
с серьезным и даже трагическим. В «Поднятой целине» в сцену
нападения Бородина на Давыдова — драматическую по своему
241
существу — включен смешной эпизод с дедом Щукарем, кото-
рого изрядно потрепал бородинский пес. Также и в сцене
«бабьего бунта» повествование о смертельной опасности, угро-
жающей Давыдову, сопровождается комическим рассказом о
злоключениях деда Щукаря на сеновале.
Большую роль в юморе Шолохова играют и чисто речевые
средства. В рапорте Нагульнова об аресте Бородина комический
эффект создается сочетанием обиходной речи с канцелярскими
оборотами:
«При описании имущества у этого кулака он официально
произвел нападение на присланного двадцатипятитысячника
т. Давыдова и смог его два раза рубануть по голове железной
занозой.
Кроме этого, заявляю, что видел у Бородина винтовочный
обрез русского образца, который не мог отобрать по причине
условий, находясь на бугре и опасаясь кровопролития. Обрез
он незаметно выкинул в снег. При отыскании доставим к вам
как вещественность».
Тот же Нагульнов так, по-своему, объясняет особенности
английского языка, изучаемого им: «Трудная, до невозможно-
стев! Я за эти месяца толечко... восемь слов выучил наизусть.
Но сам собою язык даже несколько похожий на наш. Много у
них слов, взятых от нас, но только они концы свои к ним по-
приделали. По-нашему, к примеру, «пролетариат» — и по-ихне-
му так же, окромя конца, и то же самое слово «революция» и
«коммунизм». Они в концах какое-то шипение произносют, вро-
де злобствуют на эти слова, но куда же от них денешься? Эти
слова по всему миру коренья пустили, хошь не хошь, а прихо-
дится их говорить».
Юмор у Шолохова никогда не является самоцелью, он слу-
жит средством раскрытия человеческого характера, социальных
отношений. Комичен дед Щукарь — балагур, хвастун, человек
трусоватый и любящий прилгнуть. Однако и в этом юмористи-
ческом персонаже есть своя социально-поучительная сторона.
Щукарь в своем роде тоже жертва условий жизни старой, соб-
ственнической деревни. Упорное стремление выбиться из ни-
щеты и невозможность осуществить это в старой «крестьянской
бытности» — вот что лежит в основе комических злоключений
Щукаря.
Во второй книге романа Шолохов снова порадовал читателя
сочным юмором. Очень смешны эпизоды, посвященные Щу-
карю, некоторые сцены, связанные с Нагульновым и Размет-
новым. И хотя похождения Щукаря во второй книге в отдель-
ных случаях приобретают самодовлеющее значение и лишены
внутренней мотивировки, все же они исполнены истинного ко-
мизма.
242
Значение
творчества
Шолохова
Завершение романа в целом позволяет шире
взглянуть на все, что написано было Шолохо-
вым о революции, гражданской войне и коллек-
тивизации. Шолохов говорил в 1955 году:
«Содержание второй книги — это ожесточенная борьба двух
миров: тьмы и света. В сущности это последняя схватка в вели-
кой борьбе — кто кого. Это будет ответ на вопрос, поставленный
еще в «Донских рассказах». В этой схватке и с нашей стороны
не обошлось без жертв. Но побеждает новое, побеждают кол-
хозный строй, социализм...»
Таким образом, по мысли самого автора, «Поднятая целина»
содержит в себе как бы разрешение огромных проблем, нашед-
ших отражение и в «Донских рассказах», и в «Тихом Доне».
С первых шагов в литературе Шолохов поставил самый главный
вопрос времени — вопрос о всемирно-исторической борьбе ме-
жду социализмом и «старым, собственническим миром. В «Дон-
ских рассказах» писатель обратил внимание на непримиримость,
кровавую ожесточенность этой схватки, разрывающей даже
семейные, родственные связи, борьбы, которая проникла во все
поры казачьего быта. В «Тихом Доне» писатель передал гран-
диозный масштаб этой битвы, когда с оружием в руках социа-
листический мир должен был отстоять свое право на жизнь в
жестоких боях с контрреволюцией. В этой борьбе победил со-
ветский строй, но борьба не была еще окончена. Вопрос «кто
кого» еще не был окончательно решен, и фигура Григория
Мелехова, оставленного в финале на распутье, в какой-то сте-
пени приобретает символическое значение. Мало было победить
контрреволюцию на полях битвы. Надо было еще победить дру-
гого, не менее могущественного врага — силу собственности,
навыки, представления, инстинкты, воспитанные веками. Эту
борьбу, не менее драматическую, и запечатлела «Поднятая
целина». Новое состоит в том, что в ней показано, как социа-
лизм окончательно побеждает,, как он одерживает верх над
вековыми предрассудками собственника, как он выбивает
почву из-под ног яростных врагов революции, как он из вче-
рашнего собственника делает строителя нового, социалистиче-
ского мира.
Михаил Шолохов — подлинно народный писатель в самом
глубоком и истинном значении этого слова. Его внимание всегда
привлекали исторические судьбы трудящихся масс, его неиз-
менно волновали их заботы и печали, их радости и победы.
Герои его книг — простые рядовые люди труда. Писатель
относится к ним с симпатией, с сочувствием и любовью, он видит
их богатый духовный внутренний мир, он утверждает их неотъ-
емлемое право на счастье. С большой силой, яркостью и проник-
новенностью создает Шолохов целую галерею незабываемых
образов простых людей.
243
Шолохов народен в самих истоках своего масте^тва. Жиз-
ненность, правдивость, умение воспроизводить действительность
во всем ее суровом драматизме сочетается у него с безыскусст-
венностью и доходчивостью художественной формы. Шолохов —
враг неоправданной усложненности в литературе, всякого рода
замысловатых формальных опытов. Он пишет о народных мас-
сах и стремится к тому, чтобы слово его дошло до народа.
Книги Шолохова стали поистине художественной летописью
советской эпохи, летописью, запечатлевшей великие и герои-
ческие подвиги народа, преобразующего жизнь на началах
свободы, счастья и справедливости.
Литература периода
Вели койОтечествен ной
ВОЙНЫ И ПОСЛЕВОЕННЫХ
ЛЕТ 1 см 1 — 1 Q см
В ночь на 22 июня 1941 года на Советский Союз напали гит-
леровские полчища. Мирный труд советского народа был
нарушен, началась Великая Отечественная война. Над нашей
Родиной нависла грозная опасность. Вся страна поднялась на
великую освободительную борьбу против фашистских захват-
чиков.
Преодолевая тяжелые трудности, советский народ, его доб-
лестная армия добились коренного перелома в ходе войны и
в 1945 году одержали всемирно-историческую победу над вра-
гом.
Большую роль в суровые годы военных испытаний сыграла
советская литература.
Партия призывала писателей и всех работников искусства:
«Пусть пишут они так, чтобы, как мечтал Маяковский, «к штыку
приравняли перо», чтобы стих поэта мог «глаголом жечь сердца
людей», как жег сердца стих Пушкина, Лермонтова. Пусть дра-
матурги, композиторы, поэты, писатели, художники прослав-
ляют героические дела Красной Армии и всего советского на-
рода, ибо то, что они создадут в эти дни Отечественной войны
на службу Красной Армии, поможет нам ускорить победу над
врагом» *.
Советские писатели с честью выполнили свой патриотический
долг. С первых же дней войны они приняли актив-
Основные черты ное участие в общенародной борьбе с врагом. Бо-
советской лее тысячи писателей пошли на фронт и с оружием
периоТааТвойны в РУка* защищали социалистическое Отечество.
Смертью храбрых пали А. Гайдар, М. Джалиль,
Ю. Крымов, В. Ставский и другие. Многие писатели работали
военными корреспондентами фронтовых газет, принимали уча-
1 «Искусство — на службу народу», «Правда» от 14 февраля 1942 г.
245
стие в выпуске «Окон ТАСС» и т. п. В годы войны было создано
немало художественных произведений, которые вошли в сокро-
вищницу нашей культуры.
«ЛАы присутствуем при удивительном явлении, — заявил в
1942 году А. Толстой. — Казалось бы, фронт войны должен за-
глушать голос поэта, должен огрублять, упрощать литературу,
укладывать ее в узкую щель окопа. Но воюющий народ, находя
в себе все больше и больше нравственных сил в кровавой и бес-
пощадной борьбе, где только или победа, или смерть, все на-
стоятельнее требует от своей литературы больших слов. И со-
ветская литература в дни войны становится истинно народным
искусством, голосом героической души народа».
Война внесла большие изменения в советскую литературу.
Если ранее, в годы предвоенных пятилеток, главной темой со-
ветской литературы был труд советского народа, строящего
социализм, то теперь главной темой становятся героические
подвиги советских людей в борьбе с фашистскими захватчи-
ками. Главным героем советской литературы стал воин социали-
стического общества, защитник мира и свободы народов, осво-
бодитель человечества от фашистского варварства. Такого
воина еще не было в истории, такого героя еще не знала лите-
ратура. Советская литература изображала войну во всей ее су-
ровой правде, не скрывая ни горя, ни трудностей, которые она
принесла с собой. Но в то же время советская литература ут-
верждала грядущее торжество советского народа, выявляла
источники непобедимости Советского государства и советских
людей. Сквозь испытания сегодняшнего дня войны советская
литература видела завтрашний светлый день победы. Только
литература, изображающая действительность в ее револю-
ционном развитии, могла так правдиво и глубоко показать
войну.
Советская литература освещала войну с точки зрения гума-
нистических идей Коммунистической партии. В то время как
литература поджигателей войны на разные лады воспевала и
прославляла войну, смерть и человеконенавистничество, наша
литература прославляла советских людей, воюющих за мир, за
труд и жизнь. Советская литература противостояла и буржуаз-
но-пацифистской литературе, суть которой состоит в том, что
она не делает различия между империалистической, несправед-
ливой войной и войной освободительной, справедливой. Совет-
ская литература исходила из учения Ленина о войнах справед-
ливых и несправедливых.
Несправедливая, захватническая война не имеет возвышен-
ных и благородных целей, не может вдохновить и воодушевить
народ, не содержит в себе ничего героического. Справедливая,
освободительная война советского народа велась ради благо-
родных целей, ради мира и созидания и поэтому рождала
246
тысячи героев и героинь, готовых на любой подвиг во имя сво-
боды Родины.
Заслуга советской литературы и заключается в том, что она
показала справедливый, освободительный, антиимпериалистиче-
ский характер войны советского народа, призывала на борьбу
с захватчиками, воспитывала любовь к Родине и ненависть к
врагу, изображала героические подвиги советских воинов-осво-
бодителей. Естественно, что произведения советских писателей
о Великой Отечественной войне полны возвышенного, героиче-
ского пафоса, проникнуты светлой верой в человека, в победу
правого дела.
Советская литература стала действенным оружием совет-
ского народа в его борьбе против империалистической агрессии.
В сентябре 1942 года на совещании секретарей обкомов комсо-
мола М. И. Калинин, отвечая на вопрос, какие формы и мате-
риалы агитации и пропаганды являются лучшими, наиболее
действенными, указал на произведения художественной лите-
ратуры— военную прозу К. Симонова и Н. Тихонова, публици-
стические статьи И. Эренбурга, пьесу А. Корнейчука «Фронт»
и т. п.
«Агитаторы и пропагандисты, — заявил он, — должны отыс-
кивать животворящие зерна русского слова и мысли и нести
их народу... Если вы будете с такими материалами выступать
перед народом, то я ручаюсь, что такой способ агитации будет
наиболее действенным и будет иметь наибольшее влияние»1.
Выдающееся место в литературе периода войны
заняла, естественно, публицистика.
Публицистика
В годы войны в качестве публицистов выступали многие со-
ветские писатели, но особенно широкую известность приобрели
А. Толстой, И. Эренбург, Л. Леонов.
В самые трудные месяцы войны А. Толстой выражает в своих
статьях непоколебимую уверенность в победе советского на-
рода. «С первых же дней войны мы живем и воюем с уверен-
ностью, что Гитлер, несмотря на свои первоначальные успехи,
проиграет войну, и русскую и мировую, проиграет катастрофи-
чески, с ужасающим шумом и позором», — писал он в статье
«Вера в победу».
Близка по своему характеру к статьям А. Толстого публи-
цистика Л. Леонова. Леонов также пишет о схватках русского
народа с чужеземцами в прошлом, подчеркивая, что в «этих
исторических поединках и закалялось наше национальное само-
сознание». «С вершин истории смотрят на тебя песенный наш
Ермак, и мудрый Минин, и русский лев Александр Суво-
ров...»— обращается писатель к своему современнику — совет-
1 М. И. Калинин, О коммунистическом воспитании. Избранные статьи
и речи, изд. 3, изд. «Молодая гвардия», 1947, стр. 136, 143»
247
скому человеку. С горячей любовью Леонов пишет о нравах и
обычаях русских людей, вводит в свои статьи пословицы, пого-
ворки, сказки, образы былинных богатырей и т. д. Писатель
раскрывает многовековые национальные традиции, историче-
скую незыблемость и устойчивость нашего народа. Но главные
источники победы Леонов видит в советском строе.
Свыше трехсот публицистических статей, пользовавшихся
широчайшей популярностью и в нашей стране, и далеко за ее
пределами, написал в военные годы Илья Григорьевич Эрен-
бург (род. в 1891 г.). Писатель живо откликался на быстро из-
менявшуюся военную обстановку. В период сражения под Моск-
вой Эренбург в статье «Выстоять!» писал: «У нас должна быть
одна только мысль — выстоять... Мы должны выстоять. Октябрь
сорок первого года наши потомки вспомнят как месяц борьбы
и гордости. Гитлеру не уничтожить Россию! Россия была, есть
и будет!» Этот призыв — «Выстоять!» — проходит через все пуб-
лицистические статьи Эренбурга, посвященные героической обо-
роне Севастополя, Ленинграда, Волгограда и других русских
городов.
Эренбург выступал не только пламенным советским патрио-
том, но и горячим защитником великих достижений культуры
человечества от фашистских варваров и мракобесов. «На полях
России,— писал он,— мы отстаиваем все культурные ценности,
память человечества и его творческие силы... Под огнем мы идем
вперед, под огнем отбиваем великое нашествие тьмы. Мы много
потеряли в этой борьбе, но мы сохраним для нового счастливого
поколения мысль, свет, совесть человечества». Используя раз-
личные немецкие документы (приказы, сообщения, письма, днев-
ники, фотографии и т. п.), Эренбург разоблачал звериное лицо
фашизма. Именно эту особенность публицистики Эренбурга
отмечал М. И. Калинин: «Эренбург ведет рукопашный бой с
немцами, он бьет направо и налево. Это горячая атака, и он
бьет немцев тем предметом, который ему в данный момент по-
пался в руки...» L
Публицистика периода Великой Отечественной войны оста-
вила яркий след в советской литературе. Она способствовала
развитию этого жанра и в послевоенные годы.
Поэзия В первый же день войны газеты вышли со сти-
хами советских поэтов. В этих стихах звучали
боевые призывы к защите Родины и твердая уверенность в на-
шей победе.
Одной из самых популярных песен была песня В. И. Лебе-
дева-Кумача «Священная война» (1941) с таким припевом:
1 М. И. Калинин, О коммунистическом воспитании. Избранные статьи
и речи, изд. 3, изд. «Молодая гвардия», 1947, стр. 138ч
248
Пусть ярость благородная
Вскипает, как волна, —
Идет война народная,
Священная война!
Известными всей стране стали песни М. Исаковского, напи-
санные в годы войны: «Ой, туманы мои, растуманы», «В при-
фронтовом лесу» и др.
Советская поэзия, как и вся литература этого периода, росла
и развивалась по мере того, как все более полно и глубоко рас-
крывался в ходе войны внутренний мир советского человека,
его чувства и мысли. И уже в первые месяцы войны наметилось
стремление советских поэтов перейти от лирических стихов
к широким художественным обобщениям.
Одним из таких произведений явилась всенародно известная
поэма А. Твардовского «Василий Теркин», в которой показан
обобщенный, типический образ рядового советского воина, силь-
ного духом, до последней капли крови верного своей великой
Отчизне. Подробный анализ поэмы будет дан в главе о творче-
стве Твардовского.
Среди произведений советской поэзии времени Великой Оте-
чественной войны видное место занимают также поэмы «Киров
с нами» Н. Тихонова, «Зоя» Маргариты Иосифовны Алигер
(род. в 1915 г.) и «Сын».Павла Григорьевича Антокольского
(род. в 1896 г.).
Поэма Н. Тихонова «Киров с нами» (1941) посвящена герои-
ческой обороне Ленинграда. Основная ее идея заключается в
том, что наша победа под Ленинградом, оказавшимся во вра-
жеской блокаде, неизбежна, что она подготовлена еще в годы
довоенных пятилеток. Киров является как бы живым свидете-
лем героизма, стойкости и мужества ленинградцев.
Под грохот полночных снарядов,
В полночный воздушный налет,
В железных ночах Ленинграда
По городу Киров идет.
В шинели армейской походной,
Как будто полков впереди,
Идет он тем шагом свободным,
Каким он в сраженья ходил.
Звезда на фуражке алеет,
Горит его взор огневой,
Идет, ленинградцев жалея,
Гордясь их красой боевой.
Киров проверяет боевую готовность города... Перед читате-
лем оживают «домов затемненных громады», «суровый, как
крепость, завод», «окопы у самых ворот».
Романтические краски, мужественный строй стиха, идущий
от известной лермонтовской легенды «Воздушный корабль», при-
дают поэме большое напряжение. «Вдохновение этой прекрас-
249
ной поэмы сурово и возвышенно, как суров и нравственно воз-
вышен великий город Ленина, — писал о ней А. Толстой. — Рит-
мика стиха — непреклонный марш, как поступь колонн, идущих
в бой, будто отзвук грозных ударов копыт о скалу «Медного
всадника». Стих почти хрестоматийно ясен, точно рассказ для
детей; в этом у Николая Тихонова сближение с его великим
учителем Лермонтовым».
Поэма М. Алигер «Зоя» (1942) посвящена светлой памяти
юной партизанки Зои Космодемьянской.
Воспитанная комсомолом, советской школой, советской
семьей, Зоя оказывается подготовленной к грозным испытаниям
войны:
Настала пора, и теперь мы в ответе
за каждый свой взнос в комсомольском билете.
И Родина нынче с нас спрашивать вправе
за каждую буковку в нашем уставе.
Тревожное небо клубится над нами,
подходит война к твоему изголовью.
И больше нам взносы платить не рублями,
а, может быть, собственной жизнью и кровью.
Подвиг Зои навсегда останется высоким примером бесстра-
шия и мужества, любви к Родине и верности товарищам по
борьбе,
потому что вся ее отвага,
устремленный в будущее взгляд, —
шаг к победе,
может быть, полшага,
но вперед,
вперед, а не назад.
Молодой советский человек стоит и в центре поэмы П. Ан-
токольского «Сын» (1943). Антокольский написал произведение
о своем сыне, погибшем в боях за Родину, но, естественно, при-
дал его облику черты, характерные для всей советской моло-
дежи. Герой поэмы — представитель молодого поколения нашей
Родины, человек творческой мечты, созидательного труда.
Он ждал, как воздуха и корма.
Чертить, мять в пальцах, красить что-нибудь.
Колонки логарифмов, буквы формул
Пошли за ним из школы в дальний путь.
Макеты сцен, не игранных в театре,
Модели шхун, не плывших никуда...
Его мечты хватило б жизни на три
И на три века, — так он ждал труда.
В яростной борьбе с врагом обнаруживается высокое идей-
ное и моральное превосходство молодого поколения социалисти-
ческой страны над молодежью, развращенной поджигателями
войны. Сурово звучат слова поэта, обращенные к фашисту,
взрастившему сына-убийцу:
259
Все путаней нехоженые тропы,
Все сумрачней снега, все лиловей
Передний край. Восточный фронт Европы.
Вот место встречи наших сыновей.
ЛАы на поле с тобой остались чистом, —
Как ни вывертывайся, как ни плачь.
Мой сын был комсомольцем,
твой — фашистом,
Мой мальчик — человек,
а твой — палач.
Поэт утверждает в своем произведении прогрессивное все-
мирно-историческое значение победы советского народа над бес-
человечным врагом.
В годы войны поэты всех республик Советского Союза верно
служили Родине. Ими было создано немало прекрасных произ-
ведений. Об одном из них — цикле стихов татарского поэта
Мусы Джалиля «Моабитская тетрадь» — следует сказать особо.
Муса Джалиль был казнен гитлеровцами в 1944 году, а его
стихи, созданные в фашистском застенке Моабитской тюрьмы
в Берлине, стали известны лишь несколько лет назад. За корот-
кий срок они облетели весь мир.
В первые дни Отечественной войны Муса Джалиль ушел в
армию и вскоре был направлен на Волховский фронт. В июле
1942 года Муса Джалиль попал в окружение, был ранен и за-
хвачен фашистами в плен.
В стихотворении «Прости, Родина!» поэт писал:
Прости меня, твоего рядового,
Самую малую часть твою.
Прости за то, что я не умер
Смертью солдата в этом бою.
Что делать?
Отказался от слова,
От последнего слова друг-пистолет,
Враг мне сковал полумертвые руки,
Пыль замела мой кровавый след.
В концлагере Джалиль организует подпольную группу, уст-
раивает побеги военнопленных, пишет и распространяет листов-
ки и стихи. Его выдает предатель. Джалиля заключают в оди-
ночную камеру, приговаривают к смертной казни. Но поэт-ком-
мунист не сдается: в эти последние недели своей жизни он
пишет стихи, полные жгучей ненависти к фашизму и горячей
любви к Родине:
Беситесь, убивайте — страха негу.
Пусть ты в неволе, но вольна душа.
Лишь клок бумаги чистой бы поэту,
Огрызок бы ему карандаша.
10 января 1944 года Муса Джалиль был казнен. У нас его
считали пропавшим без вести. Но в 1953 году бельгийский
251
антифашист Тиммерманс принес в советское посольство в Брюс-
селе крохотные блокноты-тетради. Они были заполнены сти-
хами на татарском языке. В одной из тетрадей нашли обраще-
ние:
«Другу, который знает читать по-татарски и прочтет эту тет-
радку. Это написал известный татарскому народу поэт Муса
Джалиль. Его присудят к смертной казни. Он умрет. Но у него
останется 115 стихов, написанных в заточении. Он беспокоится
за них. Если эта книжка попадет в твои руки, аккуратно, вни-
мательно перепиши их набело, сбереги их и после войны сообщи
в Казань, выпусти их в свет как стихи погибшего поэта татар-
ского народа. Это — мое завещание. Муса Джалиль. 1943. Де-
кабрь».
Так мы узнали о подвиге Мусы Джалиля, так дошли до нас
его вдохновенные строки. В 1956 году за исключительную стой-
кость и мужество, проявленные в борьбе с немецко-фашист-
скими захватчиками, Мусе Джалилю было посмертно присвоено
звание Героя Советского Союза. В 1957 году «Моабитская тет-
радь» была удостоена Ленинской премии.
Поэзия Мусы Джалиля — это поэзия глубокой мысли, стра-
стных чувств, неукротимой воли. Одним из самых сильных яв-
ляется стихотворение «Мои песни». Это как бы ключ ко всем
другим стихам моабитских тетрадей, их обобщение:
Пел я, весеннюю свежесть почуя,
Пел я, вступая за Родину в бой,
Вот и последнюю песню пишу я,
Видя топор палача над собой.
Песня меня научила свободе,
Песня борцом умереть мне велит.
Жизнь моя песней звенела в народе,
Смерть моя песней борьбы прозвучит.
Главная тема стихов, записанных в моабитских тетрадях,—
тема мужества, отваги, героизма. Стихи Джалиля — произведе-
ния огромной силы. Они принадлежат к тем творениям литера-
туры, которые с годами волнуют все сильнее, сияют все ярче.
Широкую картину жизни и борьбы нашего наро-
проза да в годы войны нарисовала советская проза.
к Ратные подвиги на фронте, партизанское движе-
ние в тылу врага, труд советских людей на фабриках и заво-
дах— таковы основные темы произведений советской прозы
этих лет.
Одним из лучших произведений о борьбе советского народа
с фашистскими оккупантами является роман А. Фадеева «Моло-
дая гвардия» (1945). На основе конкретных исторических фак-
тов писатель создал книгу большого художественного и обоб-
щающего значения. В образах Олега Кошевого, Ули Громовой,
Вани Земнухова, Любы Шевцовой, Сергея Тюленина и других
252
молодогвардейцев он запечатлел облик всего молодого поколе-
ния советского народа, выступившего на защиту чести, свободы
и независимости любимой Родины.
О борьбе советских людей на территории, захваченной фа-
шистами, одним из первых рассказал Борис Леонтьевич Горба-
тов (1908—1953) в повести «Непокоренные» («Семья Тараса»).
Она была напечатана в 1943 году.
Гитлеровцы, захватившие один из районов Донбасса, пола-
гают, что они прочно установили «новый порядок». Но «...не хо-
зяева они в нашем городе — пришельцы. Как пришли, так и
уйдут»,— говорит о них Тарас. Советские люди не покоряют-
ся захватчикам, они ни на один час не перестают быть хо-
зяевами своей земли, поднимаются на борьбу против поработи-
телей.
Борьбой советских людей против захватчиков руководит сын
старого металлиста, потомственного рабочего Тараса Яценко —
Степан, секретарь обкома партии. С приходом фашистов он вы-
нужден уйти в подполье, но в его лице советские люди продол-
жают видеть и уважать партийного руководителя, к его голосу
прислушиваются, как к голосу партии. Он держит в своих руках
все нити борьбы против захватчиков (организация партизанской
базы, связь с Советской Армией и т. д.).
В борьбе против гитлеровцев принимают активное участие
все члены семьи Тараса: его второй сын — Андрей, воин Совет-
ской Армии (в начале войны он проявляет слабость, но потом
становится настоящим советским солдатом), дочка Настя — ра-
ботник подпольной комсомольской организации — и другие.
Сам Тарас также не склоняет головы перед врагом, хотя и
не сразу становится в ряды борцов против фашистских захват-
чиков. С приходом фашистов он думает отгородиться от них, от-
сидеться дома. «Нас это не касается»,— говорит он по поводу
прихода фашистов. Однако очень скоро Тарас начинает пони-
мать, что он занял неверную позицию. Вместе со своими ста-
рыми товарищами по работе — знатными мастерами — Тарас
вступает на путь активного сопротивления фашистским захват-
чикам. С гордостью и уважением смотрит на них, старых рабо-
чих, идущих под немецким конвоем, сын Тараса: «Они шли,
крепко опираясь на палки... постарели, подались мастера... Но
каждый держал голову высоко и прямо. Видно, из последних
сил, из непокорства, которое самой силы крепче, старались они
идти гордо и достойно. Словно и впрямь был для них этот кон-
вой почетом».
«Нет, это не пленные,— невольно подумалось Андрею.—
Это... это — непокоренные».
В заключительной части романа, описывающей приход Со-
ветской Армии и изгнание фашистов с Советской земли, старый
Тарас имеет полное право сказать командиру части, освободив-
253
шей его родной город: «Могу тебе, командир, прямо в глаза смо-
треть и всем твоим воинам. У моей фамилии душа перед Роди-
ной чистая...»
Значительное место в советской литературе периода Великой
Отечественной войны занимает драматургия. Лучшие пьесы во-
енного периода — «Нашествие» Л. Леонова, «Русские люди»
К. Симонова и «Фронт» А. Корнейчука — пользовались большой
популярностью у советских зрителей. Все они не случайно по-
явились в 1942 году, в период наибольшей опасности для нашей
Родины.
«Нашествие» Л. Леонова изображает начальный период вой-
ны— вторжение фашистских захватчиков в пределы Советского
Союза.
По словам самого автора, он выразил в своей пьесе «мысли
и чувства народа, порожденные вражеским нападением на стра-
ну— нашествием фашистских орд, топчущих родную землю».
Все помыслы и действия советских людей, изображенных в пье-
се Леонова, поглощены одной целью — очистить свою землю от
ненавистных поработителей. Советские люди верят в силы сво-
его народа. «Русские вернутся. Русские всегда возвращают-
ся...»— говорит один из героев произведения. Все члены семьи
Талановых, которую показывает Леонов, так или иначе участ-
вуют в борьбе против врага. Глава семьи — заслуженный врач
Таланов — укрывает в своей квартире руководителя партизан
Колесникова и лечит его после ранения; его дочь Ольга — учи-
тельница, активная партизанка; жена Анна Николаевна муже-
ственно помогает мужу; старая няня Демидьевна, воплощающая
в себе мудрость и свободолюбие русского народа, вселяет в ок-
ружающих уверенность в неизбежной гибели чужеземных за-
хватчиков.
Сложным оказывается положение и душевное состояние сы-
на Таланова — Федора.
За несколько лет до войны он совершил тяжкое преступле-
ние— стрелял в женщину и понес за это справедливое наказа-
ние. Когда началась война, Федор оказывается в своем городе,
занятом немцами, но он захвачен личными переживаниями и
равнодушно относится ко всему происходящему вокруг него. Под
воздействием отца, матери, сестры и старой няни Федор посте-
пенно выходит из состояния оцепенения. Картины народных
бедствий и страданий заставляют его забыть о личной драме.
В нем пробуждается любовь к своему народу и гордость за него.
Озаренный этим новым для него чувством, Федор вступает в ре-
шительную борьбу с захватчиками, беспощадно уничтожая их.
Чтобы спасти руководителя партизан Колесникова, он называет
себя его именем, и ни пытки, ни сама казнь не могут заставить
раскрыть тайну. «Я русский. Защищаю Родину», — говорит гит-
леровцам Федор. Пьеса заканчивается словами матери Федора
254
после его казни: «Он вернулся, он мой, он с нами...» В этом
духовном возрождении Федора и его возвращении в единую со,-
ветскую семью заключается огромная, нравственно оздоровляю-
щая сила советского патриотизма.
Произведение Леонова является психологической драмой:
автор сосредоточивает свое внимание на душевных пережива-
ниях героев, дает глубокую психологическую мотивировку их
действиям. В этом смысле особенно показательна сложная ду-
ховная эволюция Федора Таланова. Углубленный психологиче-
ский показ действующих лиц придает каждому из них яркую
индивидуальную выразительность.
Другой значительной пьесой, написанной в годы войны, была
пьеса «Русские люди» К. Симонова.
Надо сказать, что К. Симонов очень активно и успешно ра-
ботал во время войны в самых различных жанрах. Как военный
корреспондент, он был почти на всех фронтах и постоянно пе-
чатал в «Правде» и в «Красной звезде» содержательные очерки.
Самую широкую известность приобрели его стихи «Жди меня»,
«Ты помнишь, Алеша, дороги Смоленщины», «Майор привез
мальчишку на лафете» и др. Им был написан роман «Дни и
ночи». И наконец, одним из самых интересных произведе-
ний К. Симонова периода войны является пьеса «Русские
люди».
Основная проблема лирики, прозы и драматургии Симоно-
ва — это вопрос о том, какой душевной силой движимы совет-
ские люди в их беспримерной борьбе против жестокой и кро-
вавой агрессии, где они черпают силу, которая дала им воз-
можность сначала остановить бронированные армии фашизма,
затем отбросить их на тысячи километров и предопределить
конечное поражение тирании Гитлера.
В пьесе «Русские люди» Симонов изображает героическую
борьбу одного из отрядов нашей армии, оказавшегося во вра-
жеском окружении, и мы видим, как в момент смертельной
опасности для Родины сказываются замечательные черты рус-
ского национального характера. Образ старика солдата, геор-
гиевского кавалера, участника всех войн, бывших на его веку,
выражает мысль о славной воинской традиции русского народа,
которому в прошлом неоднократно приходилось оставлять соху
и браться за меч, чтобы отбивать нападение чужеземцев. Кад-
ровый офицер старой армии Васин является выразителем воин-
ской чести и долга, присущих русским людям- До конца верный
своему долгу, он, ни на минуту не колеблясь, разоблачает сво-
его племянника Козловского, ставшего немецким шпионом, и
погибает на поле боя со словами: «Слава русскому оружию».
Командир Сафонов воплощает в себе силу русского ума.
В труднейшие моменты боя он проявляет находчивость и реши-
тельность, присущие нашему народу. Во весь свой богатырский
255
рост дан в пьесе военный фельдшер Глоба. Главное в его ха*
рактере — большая духовная сила, внутренняя уравновешен-
ность, глубина чувств и органическая привязанность ко всему
русскому. Он живет и воюет со всей широтою русской души.
Не дрогнув, он отправляется на боевое задание, зная, что идет
на верную смерть. И в руках врагов он ни на минуту не теряет
спокойствия и уверенности в победе, телом своим защищает
друзей от немецких пуль и умирает с русской песней на устах.
Такими же русскими людьми являются и другие герои этой
пьесы: девушка Валя, светлая и чистая, охваченная самоот-
верженным порывом служения Родине; журналист Панин, бы-
стро сменивший гражданскую профессию на военную, и дру-
гие. Все они простые люди, глубоко любящие свою Родину,
верные ей до последнего дыхания.
Своеобразным и ярким произведением, написанным в
годы Отечественной войны, явилась пьеса А. Корнейчука
«Фронт». Она была опубликована осенью 1942 года, в разгар
немецкого продвижения к Волге, на страницах газеты
«Правда».
В центре пьесы — образ командующего фронтом Ивана
Горлова. Этот человек получил первый орден в 1920 году, вто-
рой— в 1921 году, третий — в день двадцатилетия Красной Ар-
мии, четвертый — в начале Отечественной войны. Иван Горлов
честен, горячо предан делу революции. Он доблестно воевал
в гражданскую войну, но затем зазнался, перестал учиться и
работать над собой. Он не хочет понять, что теперь уже нельзя
руководить военными действиями, как двадцать лет назад, ко-
гда техника — авиация, танки, радиосвязь — играла второсте-
пенную роль. Его окружают лентяи, неучи и подхалимы. Горлов
с гордостью говорит: «Воевать учился не в академиях, а в
бою... Я не теоретик, а старый военный конь... Я не привык си-
деть долго в кабинете и ломать голову над картами. Война—•
не академия. Главное — ищи врага, бей его там, где обнаружил.
Действую без рассуждений. Правильно говорю?»
Иван Горлов говорит неправильно.
Ивану Горлову противопоставлены его брат Мирон Горлов,
директор авиационного завода, талантливый авиаконструктор,
и Владимир Огнев, командующий армией, смело выступающий
за новые методы ведения войны. Оба они — люди, выросшие
в советское время, научились ценить науку, научные методы
работы и ведения войны.
Из-за ошибок Ивана Горлова план операции ставится под
угрозу. Положение спасает армия Огнева, применяющая новый
стратегический план.
Член военного совета фронта Гайдар передает командую*
щему приказ о его отставке. В его словах заключена основная
256
идея пьесы: «Вы человек храбрый и преданы нашему великому
делу. Это очень хорошо, и за это вас уважают. Но этого недо-«
статочно для победы над врагом. Для победы необходимо еще
умение воевать по-современному, умение учиться на опыте
современной войны, умение выращивать новые, молодые кадры,
а не отталкивать их».
Пьеса «Фронт» публицистична в самом высоком смысле
этого слова. Глубина драматургических конфликтов, найден-
ных в реальной жизни, элементы сатиры в обрисовке окруже-
ния Горлова, реалистические образы советских полководцев,
офицеров, солдат — все это определило высокую ценность
пьесы.
Таким образом, писатели Советского Союза приняли самое
активное участие в победоносной борьбе советского народа с
гитлеровской Германией. Их произведения воспитывали в со-
ветских людях любовь к Родине, смелость и мужество, учили
воевать, разоблачали фашистских захватчиков. В грозные
годы Великой Отечественной войны советские писатели пока-
зали себя верными и преданными сынами Отчизны.
ЛИТЕРАТУРА ПОСЛЕВОЕННЫХ ЛЕТ
Великая Отечественная война закончилась полным разгро-
мом немецкого фашизма и японского империализма. Советский
народ одержал небывалую в мировой истории победу. Несмо-
тря на все бедствия и разрушения войны, несмотря на то что
жертвы, понесенные нами, были очень велики, Советский
Союз вышел из войны жизнеспособным и могуществен-
ным.
В послевоенные годы советский народ принялся за восста-
новление разрушенного войной народного хозяйства и развер-
нул борьбу за новый мощный подъем советской экономики и
культуры.
Запечатлеть в художественных образах героизм нашего па-
рода в дни войны и трудовой подъем народных масс в после-
военные годы, энергично и последовательно бороться за мир—
таковы были главные задачи, вставшие перед нашими писате-
лями.
Однако после окончания войны в советской литературе об-
наружились некоторые чуждые явления, которые надо было
решительно преодолеть, для того чтобы открыть дорогу для
дальнейшего расцвета нашего искусства.
Важнейшим событием в идейной жизни страны явились
постановления ЦК ВКП(б) 1946—1948 годов по вопросам ли-
тературы и искусства.
9 Русская советская лнт-ра
257
Постановления Постановления ЦК ВКП(б) касаются всех ос-
ЦК ВКП(б) вовных областей советского искусства. Для раз-
но вопросам вития литературы особо важное значение имели
литературы постановления «О журналах «Звезда» и «Ленин-
и искусства Град» (14 августа 1946 года) и «О репертуаре
драматических театров и мерах по его улучшению» (26 августа
1946 года).
В этих постановлениях Центральный Комитет партии подверг
критике аполитичность и безыдейность в литературе.
Центральный Комитет партии указал на возросшую ответ-
ственность советских писателей в деле коммунистического вос-
питания трудящихся и обратил особое внимание на то, что сила
советской литературы заключается в ее партийности и народ-
ности, в том, что у нее нет и не может быть других интересов,
кроме интересов народа, интересов государства.
«...Всякая проповедь безыдейности, аполитичности, «искус-
ства для искусства», — говорилось в постановлении, — чужда
советской литературе, вредна для интересов советского народа
и государства и не должна иметь место в наших журналах».
Центральный Комитет выдвинул перед нашими писателями
важнейшие творческие задачи: «...создать яркие, полноценные в
художественном отношении произведения о жизни советского
общества, о советском человеке».
Литература социалистического реализма призвана активно
участвовать в деле воспитания советских людей, отвечать на их
высокие культурные запросы, воспитывать советскую молодежь
бодрой, жизнерадостной, преданной Родине и верящей в победу
нашего дела, способной преодолевать любые трудности.
Постановления Центрального Комитета по вопросам лите-
ратуры и искусства в своей сущности представляли собой раз-
витие учения о партийности литературы. Вместе с тем в неко-
торых из этих постановлений содержались отдельные оценки,
потребовавшие в дальнейшем пересмотра. Так, в 1958 году
Центральный Комитет КПСС специальным решением отметил,
что в постановлении ЦК от 10 февраля 1948 года об опере
Мурадели «Великая дружба» наряду со справедливой критикой
формалистических тенденций в музыке были допущены неспра-
ведливые и неоправданно резкие отзывы о ряде талантливых
советских композиторов. ЦК отметил, что это было связано
с отрицательными последствиями культа личности.
Советская литература в послевоенный период добилась зна-
чительных успехов. В годы 1946—1953 появились романы «По-
весть о настоящем человеке» Б. Полевого, «Далеко от Моск-
вы» В. Ажаева, «Счастье» П. Павленко, «Жатва» Г. Николае-
вой, «Журбины» Вс. Кочетова, «Русский лес» Л. Леонова, «Пер-
вые радости» и «Необыкновенное лето» К. Федина, три авто-
биографических романа Ф. Гладкова, «Буря» и «Девятый вал»
258
И. Эренбурга, «Дом у дороги» А. Твардовского, новые сбор-
ники стихов А. Суркова, Н. Тихонова, К. Симонова и других. *
Одной из особенностей послевоенной литературы является
большой приток в литературу писательских сил. За короткий
срок в литературе заняла видное место плеяда новых талант-
ливых писателей, завоевавших широкое признание. К ним отно-
сятся В. Ажаев, В. Панова, Б. Полевой, Эм. Казакевич, Г. Ни-
колаева, В. Овечкин, В. Тендряков, Вс. Кочетов и другие. В эти
годы вместе с художниками старшего поколения они активно
выступают в литературе.
В центре внимания советской литературы стоит задача созда-
ния правдивого образа нашего современника. Характерный для
советской литературы на всем протяжении ее развития процесс
все большей и большей связи с жизнью, все более и более
активного вторжения литературы в жизнь наиболее полно про-
явился в годы Отечественной войны. В послевоенные годы этот
процесс продолжается в новых условиях, выражаясь, с одной
стороны, в новом, более глубоком осмыслении исторических со-
бытий, а с другой — в непосредственном отражении явлений со-
временности.
В советской литературе послевоенных лет следует выделить:
1) произведения, изображающие героическую борьбу и победу
советского народа в Великой Отечественной войне, 2) произве-
дения о социалистическом труде, 3) произведения о борьбе за
мир и 4) произведения на исторические темы.
Изображение ® отличие от произведений, написанных в воен-
Великой ные годы по горячим следам событий, изображе-
Отечественной Ние Отечественной войны в произведениях совре-
воины менной советской литературы приобрело более
широкий и обобщенный характер. В них глубже раскрыто все-
мирно-историческое значение борьбы советского народа против
фашизма. Она дана как борьба за мир, свободу и счастье
всего человечества.
Глубже изображен в книгах послевоенных лет и душевный
мир советского воина, благородные черты его характера.
Примером может служить «Повесть о настоящем человеке»
(1946) Бориса Николаевича Полевого (род. в 1908 г.).
Б. Полевой, следуя традициям Н. Островского, нарисовал
замечательный образ летчика Мересьева, человека огромной
силы духа, который сумел, несмотря на тяжелое ранение и не-
выносимые физические страдания, снова вернуться в авиацию и
стать в ряды борцов за победу коммунизма.
В основе повести лежат действительные факты. Однако
повесть не есть просто пересказ одного из событий Отечествен-
ной войны. Писатель шел здесь тем же путем, каким шли мно-
гие выдающиеся советские художники: Фурманов в «Чапаеве»,
Островский в романе «Как закалялась сталь», Фадеев в «Мо-
9* 259
лодой гвардии». Он сочетал документальную фактическую до-
стоверность с художественным обобщением. В результате и по-
лучилась книга не об одном человеке, а о типических предста-
вителях нашего народа.
Главный герой повести — Мересьев. Автор выясняет, в чем
истоки его героизма. Что помогло полумертвому летчику пре-
одолеть небывалые страдания, выдержать единоборство со зве-
рем, почти в беспамятстве ползти по снегу и все-таки выжить
и добраться до своих? Полевой психологически убедительно
обосновывает поведение Мересьева: не попасть в плен, не уни-
зить достоинство советского человека, не нарушить воинский
долг советского офицера — вот мысли, безраздельно владевшие
Мересьевым. Они придали силы летчику, они в конце концов
и спасли его. Эти же качества советского человека, воспитан-
ного социализмом, всей нашей жизнью, прослеживает Полевой
в дальнейшем развитии образа. Мересьеву ампутируют обе но-
ги. Он остается инвалидом. Им начинают овладевать скорбные
и безрадостные мысли: кому нужен такой, не окажется ли он вы-
брошенным из жизни? «Он ушел в себя, — говорит о нем писа-
тель.— Он не жаловался, не плакал, не раздражался. Он молчал».
И дальше Полевой рисует благотворное действие самой
атмосферы советской жизни — атмосферы героизма, дружбы и
верности, того духа социалистического гуманизма, которым
проникнута наша действительность. Огромную роль в этом
плане играет комиссар Воробьев — сосед Мересьева по госпи-
тальной койке. «Большой, могучий человек», — так называет
его Полевой. «Это был настоящий человек», — говорят о нем
окружающие. Воробьев олицетворяет собой старшее поколение
большевиков — героев гражданской войны, закладывавших ос-
новы Советской власти, в жестокой борьбе строивших социа-
лизм. Ему присуща неиссякаемая бодрость духа. Комиссар не-
излечимо болен, обречен и знает об этом. И все же он для каж-
дого находит слова ободрения. Он подлинный воспитатель и
наставник. Благодаря Воробьеву Мересьев преодолевает скорб-
ные думы, напрягает все свои силы и возвращается в строй.
«Повесть о настоящем человеке» — это только одна из книг о
Великой Отечественной войне, написанных в послевоенные годы.
Очень своеобразны, интересны и содержательны и «Звезда» и «Ве-
сна на Одере» Э. Казакевича, и «Спутники» В. Панобой, и «В око-
пах Сталинграда» В. Некрасова, и «Белая береза» М. Бубеннова,
и «За правое дело» В. Гроссмана, и многие другие произведения.
Талантливую книгу о войне написал молодой украинский
прозаик Александр Терентьевич Гончар (род. в 1918 г.). Его
трилогия «Знаменосцы» (1947—1948) хорошо известна не
только у нас, но и за рубежом. В ней воспроизведены великие
освободительные походы Советской Армии, разгром врага и
исторические победы нашей Родины.
260
Роман Гончара состоит из трех частей: «Альпы», «Голубой Ду-
най» и «Злата Прага». В нем рассказывается о героическом на-
ступлении Советской Армии в 1944—1945 годах, об освобождении
Румынии, Венгрии, Австрии, Чехословакии от ига фашистов.
Особенность романа состоит в том, что Гончар сосредоточи-
вает внимание на изображении всемирно-освободительной роли
Советской Армии, советского народа. Он рисует рядовых совет-
ских людей — Брянского, Чернышева, Сагайду, Хому Хаецкого.
Все они любят Родину, жизнерадостны и мужественны. Гон-
чар сталкивает их лицом к лицу с капиталистическим миром.
Это дает писателю возможность раскрыть превосходство на-
шего строя, нашего народа, всего нашего жизненного уклада.
Советский человек пришел в европейские страны освободителем.
Он исполнен ненависти к бесправию и гнету и проникнут высо-
кой, подлинно человеческой любовью к простым людям.
Автор передает знаменательные слова бойца: «...не только
ненависть, а прежде всего любовь двигает наши армии вперед.
Тяжелая и трудная любовь, освещенная нашей кровью. Лю-
бовь ко всем угнетенным, ко всем трудящимся людям на земле.
Ею мы сильны... сильнее любой другой армии...»
Раскрытие всемирно-исторической роли советского народа,
указавшего народам всех стран путь к освобождению от раб-
ства и гнета, — такова идея «Знаменосцев».
Трилогия Гончара отличается своим героико-эпическим ха-
рактером. Это взволнованное повествование об исторической
победе советского народа. Эпический характер трилогии под-
черкивается эпиграфами из «Слова о полку Игореве», общим
приподнятым тоном повествования, многочисленными лириче-
скими отступлениями.
В героическом труде так же, как и на полях
войны, проявились лучшие стороны характера
советского человека. Трудовые подвиги совет-
ских людей — строителей коммунизма — нашли
свое художественное воплощение в ряде произведений: «Далеко
от Москвы» В. Ажаева, «Счастье» П. Павленко, «Жатва» Г. Ни-
колаевой, «Журбины» Вс. Кочетова и других.
Тема труда, как известно, занимала значительное место и
в советской литературе предшествующих лет. Ей были посвя-
щены «Цемент» Ф. Гладкова, романы 30-х годов: «Поднятая
целина» М. Шолохова, «Соть» Л. Леонова и другие. Характерной
чертой этих романов было то, что социалистическое строитель-
ство они изображали в обстановке острой классовой борьбы.
Для романов об индустриализации был показателен и резкий
контраст между пейзажем (как правило, глухие, пустынные
места), символизирующим историческую отсталость страны, и
картиной бурной и стремительной стройки. Подавление жесто-
кого сопротивления классовых врагов социализма — вредите-
Произведения
о социалисти-
ческом труде
261
лей, диверсантов, кулаков, ликвидация вековой отсталости —
в этом плане воспроизводили картину социалистического строи-
тельства романы 30-х годов.
В произведениях послевоенной литературы внимание писате-
лей сосредоточено на иных явлениях. Коммунистические фор-
мы труда, вдохновенное дерзание новаторов производства,
уничтожение противоположности между умственным и физиче-
ским трудом, роль критики и самокритики в борьбе против
рутины и косности, зримые приметы коммунизма — таковы те
новые черты, которые отражают теперь в своих романах, сти-
хах, пьесах советские писатели.
Роман писателя Василия Николаевича Ажаева (род.
в 1915 г.) «Далеко от Москвы» (1948) рассказывает о трудо-
вом героизме советских людей еще во время Отечественной
войны. Однако проблемы, поднятые писателем, актуальны и
характерны для всей послевоенной литературы о социалистиче-
ском труде.
Время действия романа — осень 1941—лето 1942 года. На
Дальнем Востоке советские люди, хотя и отдаленные от фрон-
тов Отечественной войны, трудятся на оборону, отдают все
свои силы делу победы.
Характерная черта романа заключается в том, что писатель,
не прибегая ни к каким средствам искусственной занимательно-
сти, сумел с большим волнением передать драматизм, напряжен-
ность борьбы за решение сложнейшей строительной задачи.
Сюжет романа прост и развивается логически последова-
тельно. Открывается книга сценой отъезда инженеров Беридзе
и Ковшова из Москвы на Дальний Восток для участия в строи-
тельстве нефтепровода. Заканчивается она эпизодом отлета
Алексея Ковшова в Москву, куда он направлен с отчетом об
успешном выполнении правительственного задания. Между эти-
ми двумя сценами происходят события большого значения, пол-
ные драматизма. Ажаев сумел так развернуть повествование,
что вся панорама строительства, его смысл, его общий ход и
цели, и каждый отдельный участок стройки стоят в центре вни-
мания читателя и освещены сильным и ясным светом. В них —
в делах строителей — весь интерес книги.
Читатель с увлечением следит за драматической эпопеей
Ажаева именно потому, что писатель сумел показать человека
в труде, его думы, его волнения, его страстную заинтересован-
ность в судьбе дела, порученного ему страной.
Внутренним конфликтом романа является борьба револю-
ционного новаторства в труде с косностью, рутиной, слепым
раболепием перед заграничными авторитетами. Носителем
этих косных, рутинных традиций является инженер Грубский.
Основываясь на общепринятых в буржуазной науке нормах, он
считает, что нефтепровод можно построить только в три года.
262
Это означает, что фронт в течение длительного времени бу-
дет лишен дальневосточной нефти, и правительство ставит перед
строителями боевую задачу — построить нефтепровод в течение
одного года. Это кажется невозможным, невыполнимым. Для
победы над врагом нужен величайший героизм не только на
фронте, но и в тылу. И недаром парторг Залкинд объясняет
Алексею Ковшову задачи строительства словами военного при-
каза: «Нефтепровод нужен для войны, отказаться от него не-
возможно. Отсюда решение: выполнить стройку за год. Это
равно приказу — стоять насмерть и сделать невозможное». И со-
ветские люди это невозможное претворяют в жизнь.
Против косности и рутины, против буржуазных авторитетов
выступает новое руководство стройки: Батманов, Беридзе, Зал-
кинд. Они сумели вдохновить коллектив строителей, сумели ор-
ганизовать людей по-настоящему и добились выполнения прави-
тельственного задания. С художественной убедительностью ав-
тор доказывает, что сила большевистского упорства и разума,
сила советского коллектива побеждает и косность старых спе-
циалистов, и стихийное сопротивление природы.
С большим искусством передает писатель поэзию и героику
социалистического труда. Самоотверженная работа бригады
связистов Тани Васильченко в дремучей тайге, замечательное
мастерство сварщика Умары Магомета во время прокладки труб
через пролив, трудовое вдохновение и энтузиазм строителей, их
изобретательность и упорство в труде запечатлены писателем
в ясной, простой и увлекательной форме.
Изображая талантливых советских людей, вдохновенно ищу-
щих новых творческих решений производственных задач (инже-
нера Ковшова, Таню Васильченко, сварщика Умару Магометан
других), Ажаев выводит и образы коммунистов — руководителей
масс. Наиболее ярко изображен начальник стройки Батманов,
человек большого политического кругозора, огромной воли и
организаторского таланта.
Если в романе «Далеко от Москвы» показаны трудовые под-
виги советских людей в дни войны, то роман Петра Андрее-
вича Павленко (1899—1951) «Счастье» (1947) посвящен трудо-
вому подъему масс, борющихся за ликвидацию последствий
войны.
Полковник Воропаев после тяжелого ранения получил долго-
срочный отпуск и приезжает на Южный берег Крыма, ,в горо-
док, разрушенный и сожженный фашистами. Уже начальные
сцены романа основаны на контрасте между великолепной,
щедрой и радостной природой юга и бедственным, мертвым за-
пустением, которое оставили после себя оккупанты: «Еще из-
дали, как только пароход стал осторожно входить в бухту,
Воропаев увидел обезображенную набережную, разрушенный
морской вокзал и исковерканный бомбами мол...
263
— Мертвый город, — обернулся к нему капитан, разгля-
дывавший берег, как вновь открытую гавань, и махнул рукой».
Такова экспозиция романа. Она в своих общих чертах свой-
ственна многим другим произведениям советской литературы.
Человек поставлен в сложные жизненные условия. Как он спра-
вится с трудностями, выдержит ли он испытания,' сможет ли
преодолеть эти трудности и выйти победителем — вот вопросы,
которые ставит и решает писатель.
Маленький приморский городок приходится восстанавливать
заново, как выражается один из персонажей романа, «воздвиг-
нуть жизнь на голых камнях». И в этом трудном и радостном
процессе восстановления Павленко различает новые приметы
времени, новые качества советского человека. В этом смысле
знаменателен конфликт между Воропаевым и секретарем рай-
кома Корытовым.
Корытов — честный и преданный партии человек, но он ли-
шен перспективы, у него узкий и ограниченный кругозор, он
живет только сегодняшним днем и не понимает существа новой
эпохи, в которую вступила наша Родина. Он погряз в повсе-
дневных мелочах, действует без перспективы.
Воропаев — человек иного склада. Ему свойственна творче-
ская инициатива. Он хорошо чувствует грандиозность размаха
нашего движения вперед, к коммунизму. Писатель ставит вопрос
о нашем социалистическом понимании счастья, о жизненном
идеале советского человека. Больной, изувеченный Воропаев
приезжает в приморский городок с намерением отдохнуть фи-
зически и душевно от тяжелых потрясений войны. Но столкнув-
шись с народом, он убеждается, насколько мелочны и узки его
мечты о тихом и спокойном уюте.
Павленко так передает впечатления Воропаева от переселен-
цев, которые пришли в эти разоренные места и принесли с со-
бой спокойную и твердую уверенность в своей силе и в успехе
дела: «Откуда такая живучесть, — думалось Воропаеву, — и та-
кая неиссякаемая детскость души, такая готовность к подвигу,
такая любовь ко всему новому, даже когда оно тяжело, откуда
такая живительная беспокойность? Откуда мы принесли их?
И как сумели сохранить в себе? Ах, до чего хорошо!»
Воропаева захватывает трудовая героика масс. Несмотря
на болезнь, он все больше увлекается работой, поднимает
массы на борьбу за новую жизнь, и в конце романа мы видим
его руководителем партийной организации района.
Счастье советского человека — в борьбе вместе со всем наро-
дом за светлое коммунистическое будущее — такова идея романа.
В романе есть и неудачи. Совершенно искусственными вы-
глядят страницы, посвященные встрече Воропаева со Сталиным.
Они никак органически не связаны с повествованием и пред-
ставляются данью культу личности Сталина,
264
Тема социалистического труда нашла свое отражение и в
романе Всеволода Анисимовича Кочетова (род. в 1912 г.)
«Журбины» (1952). В изображении жизни рабочего класса ав-
тор следует традициям Горького. В «Деле Артамоновых» нрав-
ственной гибели семьи капиталистов Артамоновых противостоят
возрождение и рост семьи рабочих Морозовых. Именно эту по-
следнюю линию Горького и развил как бы дальше в условиях
революции и социализма Вс. Кочетов.
Писатель рассказал в «Журбиных» о судостроительном за-
воде, о его сложной и кипучей деятельности и о трех поколениях
потомственных пролетариев, мастеров корабельного дела. Здесь
и представитель старшего поколения — Матвей Дорофеевич. Он
прошел большой жизненный путь, испытал царские порядки,
боролся за революцию, с оружием в руках отстаивал завоева-
ния Октября. Здесь и второе поколение — Илья Матвеевич, на-
чальник цеха, и Василий Матвеевич, директор рабочего клуба.
Здесь, наконец, и молодое поколение Журбиных — сыновья
Ильи Матвеевича: Антон, Виктор, Алексей. Среди них и та-
лантливые передовики производства, и изобретатели, и ученые.
Рисуя три поколения рабочей семьи Журбиных, автор со-
средоточивает внимание не столько на внешних событиях
истории этой семьи, сколько на тех внутренних процессах, вну-
треннем росте, которые характеризуют коренные перемены в
жизни советского рабочего — подлинного хозяина своей
страны.
В некоторых книгах о рабочем классе все внимание писатели
сосредоточивали на технической стороне дела. Машины и станки
оказывались в центре и заслоняли живого человека. Кочетов
пошел иным, более правильным путем. Писатель не ограничи-
вается только трудовой деятельностью своих героев. Он рисует
их в бытовой обстановке, повествует об их личной жизни, об их
радостях и печалях, об их внутренних переживаниях. Изобра-
жение жизни рабочего класса во всем ее многообразии и опре-
делило успех романа.
Примечательно в романе и утверждение внутреннего идей-
ного единства разных поколений советских людей, отцов и де-
тей, борющихся в одних рядах за общее дело.
В послевоенные годы советская литература при-
нимает самое живое и деятельное участие в ве-
ликой и благородной борьбе за мир, за счастье
и свободу всего человечества.
Идеи высокой человечности лежат в основе
доклада писателя Н. Тихонова, председателя Советского коми-
тета защиты мира, на заседании Верховного Совета СССР в
марте 1951 года «О запрещении пропаганды войны и принятии
Закона о защите мира». Н. Тихонов убедительно доказал, что
советский человек всем строем нашей жизни, всей нашей куль-
Советская
литература
в борьбе
за мир
265
турой, искусством, театром, кино, литературой воспитывается
в духе любви к мирному труду. Опираясь на поучительный и
благородный опыт советской жизни, Тихонов призвал все чело-
вечество стойко и бдительно стоять на страже мира.
Борьба за мир, за свободу и счастье трудящихся, возглавляе-
мая советским народом, находит поддержку и сочувствие у про-
стых людей во всех уголках земного шара. Это прекрасно по-
казал Н. Тихонов в своих стихах о Втором Всемирном конгрессе
мира в Варшаве (1950). Делегаты всех стран Европы и Азии,
Америки и Африки собрались в Варшаве, чтобы объединить
усилия всего прогрессивного человечества в борьбе за мир.
В своих стихах Тихонов изображает и делегата Индии, и деле-
гата Парагвая, и негра, о котором он пишет:
Варшава будет жить в нем годы,
Свою имеет он мечту:
Чтоб в гости все пришли народы
В его далекий Тимбукту!
С большой силой голос советского писателя, борца за мир,
звучит в пьесе К. Симонова «Русский вопрос» и в его цикле
стихов «Друзья и враги».
В пьесе «Русский вопрос» (1946) Симонов осуждает методы
антисоветской пропаганды, практикующиеся буржуазной пе-
чатью Америки. В лице владельца газеты Макферсона, редак-
тора Гульда, журналиста Престона Симонов рисует представи-
телей печати, которые не гнушаются самой заведомой клеветой.
Одновременно писатель набрасывает очерк всего «американ-
ского образа жизни», нравов и морали буржуазной Америки.
Главным мерилом всех ценностей жизни является здесь биз-
нес, деньги. Джесси, любя Смита, уходит от него, так как он
стал нищим. Морфи, всей душой презирая своих газетных хо-
зяев, вынужден служить им, совершать бесчестные поступки,
чтобы прокормить себя. Большое мужество и силу надо иметь,
чтобы сохранить человеческое достоинство в этом мире. Таким
мужественным и честным человеком, олицетворяющим собой
другую Америку — демократическую и прогрессивную, изобра<
жен Смит. Он отказался написать клеветническую книгу о
Советском Союзе, он рассказал правду о героическом советском
народе. И за это Макферсон подвергает его травле. Так в пьесе
«Русский вопрос» Симонов рисует друзей и врагов нашей Ро-
дины, друзей и врагов мира, демократии и прогресса.
Та же тема разработана писателем и в его стихотворном
цикле, который так и называется «Друзья и враги» (1948).
В 1950 году вышел сборник стихов А. Суркова «Миру —
мир!». В одном из лучших стихотворений сборника «Возвысьте
голос, честные люди!» поэт клеймит пропагандистов новой вой-
ны и восклицает:
266
Я вижу над их бесславным закатом
Свободных народов суд.
Ни доллар, ни ложь, ни разбуженный атом
От кары их не спасут.
Пока не взревели глотки орудий
И стены не пали ниц,
Возвысьте голос, честные люди,
Сорвите маски с убийц!
Историческая
тема в
послевоенной
литературе
Одной из главных особенностей послевоенной
литературы явился поворот к современной теме.
Это отнюдь не значит, что историческое прошлое
осталось вне поля зрения наших писателей.
Среди книг, воссоздавших историческое про-
народа, выдающееся место принадлежит «Пове-
шлое русского
сти о детстве» (1949), «Вольнице» (1950) и «Лихой године»
(1954) Ф. Гладкова. Замысел нового произведения, задуман-
ного Гладковым как многотомный цикл романов автобиографи-
ческого характера, относится к началу 30-х годов. В 1930 году
писатель поделился с Горьким воспоминаниями о своем детстве
и ранней юности. Горький посоветовал писателю приняться за
«повесть о пережитом». «Наша молодежь, — говорил Горь-
кий,— должна знать, какой путь прошли люди старшего поко-
ления, какую борьбу выдержали они, чтобы дети и внуки их
могли жить счастливой жизнью».
Этот совет Горького Гладков и положил в основу своих
книг. Под влиянием огромных успехов в борьбе за коммунизм,
под влиянием подъема, который переживала наша страна в по-
слевоенный период, писатель создал произведение, получившее
всенародное признание и любовь.
Продолжая традиции горьковских автобиографических про-
изведений, Гладков рисует историю жизни деревенского маль-
чика Феди на широком социальном фоне. Сам писатель под-
черкивает: «Я писал «Повесть о детстве» не как обычные вос-
поминания, а как поэму о русском народе». Эпический характер
книгам Гладкова придает то, что в центре их исторические судь-
бы народа, его борьба с угнетением, его страстное и неукроти-
мое стремление к свободе и счастью.
Действие «Повести о детстве» и «Лихой годины» происхо-
дит в русской деревне в 80—90-х годах. С исключительной си-
лой писатель воспроизводит страшный быт дореволюционной
деревни. «Перед Федей, — пишет Гладков, — жизнь открывалась
как цепь несправедливостей». Помещик Измайлов, кулак Стод-
нев нещадно эксплуатируют и тиранят народ. Непосильный
труд, отчаянная борьба за кусок хлеба, рабская зависимость
от кулака и помещика, мрачная власть церкви, полицейский
произвол — таковы черты жизни крестьянства в прошлом, рас-
крытые Гладковым с беспощадной правдивостью.
267
Значительность произведения Гладкова состоит также в том,
что писатель сумел показать, как в этих невероятно тяжелых
условиях проявлял свою богатырскую силу и душевную красоту
русский трудящийся человек. Деревенский труженик, замечает
писатель, «неустанно боролся за правду и справедливость и
смертельно ненавидел своих исконных врагов — помещиков, ку-
лаков, полицию и церковников. Среди крестьян были умные
мечтатели, жизнерадостные подвижники, талантливые умельцы».
Володимирыч, бабушка Наталья, Микитушка, Серёга Каляга-
нов — целая галерея правдоискателей, бунтарей, талантливых
и сердечных людей нарисована писателем.
Если в «Повести о детстве» события ограничены пределами
маленькой заволжской деревушки, то в «Вольнице» действие
приобретает более широкий размах, оно переносится в Астра-
хань, а затем на Каспий, на рыбные промыслы. Главные персо-
нажи «Вольницы» — Федя и его мать Настя. Перед Федей соци-
альные противоречия раскрываются с еще большей остротой.
Работа на промыслах названа писателем каторгой. От этого
каторжного труда гибнут солильщик Гордей, «резалка» Мала-
ша, калекой на всю жизнь остается Феклуша. И писатель по-
казывает, как в рабочем коллективе рождается и крепнет
социальный протест, как он перерастает в революционную
борьбу. Эту борьбу возглавляют наиболее активные представи-
тели народной массы — Прасковея, Харитон, Гриша. В ходе
классовой борьбы люди сознают свое человеческое достоинство,
становятся неустрашимыми бойцами великой армии труда.
Автобиографические романы Гладкова свидетельствуют о
возросшем мастерстве писателя. Они отличаются богатством,
чистотой и выразительностью и авторской речи и речи героев.
Пользуясь богатейшими сокровищами народного языка, по-
словицами, поговорками, Гладков изображает с большим
искусством и быт, и внешний облик, и внутренний мир своих
героев.
Читая книги Гладкова о прошлом, явственнее сознаешь ве-
личие тех перемен, которые принесла с собой Октябрьская ре-
волюция, лучше понимаешь героизм русского народа, завоевав-
шего наше счастливое сегодня. В этом большое значение про-
изведений Гладкова.
Важной вехой в истории советской литературы,
боевым смотром литературных сил страны явил-
ся Второй Всесоюзный съезд писателей, состо-
явшийся в декабре 1954 года. К его работе было
приковано внимание нашего народа и прогрес-
сивной общественности всего мира.
В докладах и содокладах, заслушанных на Втором съезде
писателей (А. Суркова, К. Симонова, С. Вургуна, А. Корней-
чука, Б. Полевого, Н. Тихонова и других), в выступлениях деле-
Второй
Всесоюзный
съезд
советских
писателей
268
гатов съезда были подведены итоги развитию советской литера-
туры за двадцать лет, прошедших со времени Первого съезда
писателей, и обсужден вопрос о дальнейших путях художествен-
ного творчества в нашей стране. На съезде развернулась широ-
кая дискуссия, в ходе которой были поставлены' и разрешены
многие важные проблемы литературы,
В центре внимания участников съезда был вопрос о социа-
листическом реализме, о его совершенствований и углублении,
о борьбе с отклонениями от метода социалистического реализ-
ма, наносящими ущерб советской литературе.
Утверждая и развивая принципы социалистического реализ-
ма, съезд писателей подверг критике так называемую теорию
бесконфликтности, толкающую литературу на путь затушевыва-
ния противоречий жизни и приукрашивание действительности.
Вместе с тем на съезде были сурово осуждены те выступления
критиков и произведения писателей, в которых под видом борьбы
с «лакировкой» действительности допускалось искаженное, очер-
нительское изображение советского общества и советских людей.
Большое место в творческой дискуссии заняла проблема
изображения положительного героя — одна из самых сущест-
венных проблем социалистического реализма,
Съезд единодушно определил в качестве главнейшей задачи,
стоящей перед нашими писателями, задачу создания положи-
тельных образов советских людей, способных вдохновлять мил-
лионы. В приветствии съезда Центральному Комитету Комму-
нистической партии Советского Союза говорилось: «Писать так,
чтобы молодежь и дети брали себе в товарищи наших героев!
Писать так, чтобы читатель-труженик следовал за нашим ге-
роем в мир творчества и борьбы за утверждение величествен-
ного нового строя, разумных и прекрасных человеческих отно-
шений!»
Серьезное внимание Второй съезд писателей уделил вопро-
сам стиля и формы литературы социалистического реализма.
Известно, что наш метод обеспечивает художнику самые широ-
кие возможности для проявления инициативы, выбора разнооб-
разных форм, стилей, творческих приемов. Советская литера-
тура— самая свободная литература мира, литература смелы::
исканий в области литературных стилей и форм, способствую-
щих наиболее полному проявлению индивидуальности писателя
и развитию его таланта. Резко порицались на съезде попытки
отдельных критиков стричь различных писателей под одну гре-
бенку, пренебрегая их творческим своеобразием.
Вся работа Второго съезда писателей проходила под знаком
больших перемен, начавшихся в нашей стране после смерти
Сталина, и была проникнута сознанием того, что советская ли-
тература вступает в новый период своей истории,
Выдающимся произведением советской литературы периода
Великой Отечественной войны явился роман А. А. Фадеева
«Молодая гвардия».
Фадеев — один из зачинателей советской литературы, один
из тех писателей, которые с оружием в руках отстаивали сво-
боду и независимость нашей Отчизны в боях с белогвардей-
цами и интервентами и принимали самое деятельное участие
в строительстве социализма. Все свое творчество он посвятил
художественному воспроизведению великого процесса возник-
новения, роста и укрепления нового, коммунистического мира,
новой, коммунистической нравственности.
«Нам первым, — писал он, — выпало на долю счастье рас-
сказать людям о социалистической жизни и о том, как она была
завоевана. Нам выпало на долю счастье — детскими еще гу-
бами произнести такие слова в художественном развитии чело-
вечества, какие до нас не мог сказать ни один, даже самый
крупный, из художников прошлого».
к Александр Александрович Фадеев родился 24 де-
мография кабря 1901 года в г. Кимры бывш. Тверской гу-
бернии (ныне Калининская область). Детские и юношеские го-
ды его прошли в демократической среде, близкой к народу, в
атмосфере общественных интересов. Родители Фадеева прини-
мали участие в революционном движении. Его мать в 1905 —
1906 годах переправляла из-за границы оружие и нелегальную
литературу. В поисках работы Фадеевы вынуждены были ча-
сто переезжать из города в город. В 1908 году они обосновались
на Дальнем Востоке в таежном селе Чугуевке Южно-Уссурий-
270
ского края. Образование будущий писатель получил сначала в
сельской школе, а затем в коммерческом училище во Владиво-
стоке.
Фадееву не было и 16 лет, когда в стране развернулись ве-
ликие революционные события.
«Я принадлежу, — говорит писатель, — к тому поколению де-
мократической интеллигенции, которое было еще в поре ранней
юности, когда произошла Великая Октябрьская революция в
России.
Нам нужно было выбирать, на чью сторону стать. Выбирать
нужно было потому, что этого требовала совесть. Выбирать ну-
жно было и потому, что людей, не ставших на ту или другую
сторону, били и с той и с другой стороны.
Нам не трудно было выбрать. Мы учились на медные деньги
своих родителей. Мой отец и мать, фельдшер и фельдшерица
в глухой деревне, еще сами обрабатывали землю. Таковы были
и мои немногочисленные товарищи по школе. Жизнь рабочих и
крестьян была нам близка».
Во Владивостоке Фадеев жил у своей близкой родственницы
Сибирцевой. Ее семья оказала большое влияние на дальнейшую
судьбу писателя. Сама Сибирцева поддерживала связь с ком-
мунистической организацией Приморья. Оба ее сына сложили
головы в боях с врагами Советской власти: старший был сожжен
японскими интервентами в паровозной топке вместе с руководи-
телем дальневосточных коммунистов Сергеем Лазо, младший
сын был другом Фадеева и погиб в партизанском отряде.
В 1918 году Фадеев вступил в члены Коммунистической пар-
тии и принял энергичное участие в подпольной революционной
работе во Владивостоке, который в то время был оккупирован
японцами. В 1919—1920 годах в рядах партизан он дрался с бе-
логвардейскими войсками Колчака и японскими интервентами.
После разгрома Колчака он участвовал в боях с японцами в
Приморском крае и в разгроме белых банд Семенова в Забай-
калье.
Молодой Фадеев пользовался большим уважением у своих
товарищей: в 1921 году военная конференция коммунистов Даль-
него Востока избрала его делегатом на X Всероссийский съезд
Коммунистической партии. Вместе с другими делегатами съезда
он подавлял контрреволюционный кронштадтский мятеж, был
ранен на подступах к крепости, на льду Финского залива. Рана
оказалась тяжелой, и он долго болел. После ранения Фадеева
демобилизовали из армии.
В 1922 году он поступил в Горную академию, а в 1924 году
был направлен на партийную работу в Ростов-на-Дону. Здесь
он заведовал сектором печати в крайкоме партии, редактиро-
вал газету, вел большую общественную пропагандистскую ра-
боту.
271
В литературу Фадеев пришел, обогащенный большим жиз-
ненным опытом гражданской войны, большевистского подполья,
партийной и газетной работы. Это не могло не сказаться самым
благотворным образом и на его литературной деятельности.
Писать он начал еще в 1921 году. Первая повесть его —
«Разлив» — была опубликована в 1923 году. В это же время он
написал рассказ «Против течения». Настоящая литературная
слава пришла к нему после опубликования романа «Разгром» в
1926 году. Роман был оценен критикой и читателем как боль-
шой успех советской литературы. Вслед за «Разгромом» Фадеев
пишет роман «Последний из удэге». Из задуманных автором
шести книг этой исторической эпопеи закончены четыре: в
1929 году — первая книга, в 1932 году — вторая, в 1935 году —
третья. Часть четвертой опубликована в 1957 году.
В годы Отечественной войны Фадеев работал в качестве
военного корреспондента «Правды» и Совинформбюро. В 1944 го-
ду он напечатал книгу «Ленинград в дни блокады», в 1945 —
закончил роман «Молодая гвардия». Последние годы он был
занят романом «Черная металлургия», который остался неокон-
ченным.
А. Фадеев был видным общественным и литературным дея-
телем, одним из организаторов и руководителей Союза совет-
ских писателей. Он вел большую и важную работу в качестве
видного деятеля движения сторонников мира, представляя Со-
ветскую страну на международных конгрессах и съездах в за-
щиту мира, демократии и культуры. В 1956 году Фадеев в бо-
лезненном состоянии покончил жизнь самоубийством.
В одном из своих выступлений Фадеев подчерк-
Раннее нул, что он относится к тем писателям, «кото-
к рые в своей творческой работе главным образом
опираются на живой опыт действительности, на свой собствен-
ный опыт».
С первых шагов его литературной деятельности им руково-
дило стремление па основе живого опыта действительности
показать все величие и весь драматизм борьбы за социализм.
«С кого же и спросить, — говорил он, — как не с пас, чтобы мы
показали в искусстве, что такое социализм, как он создавался,
как был завоеван». С этим связаны некоторые основные черты
творчества Фадеева.
Героем его книг является революционный народ, самоотвер-
женно борющийся за новое, коммунистическое общество.
Писателя интересует великая роль в этой борьбе рабочего
класса и его авангарда — Коммунистической партии.
Внимание Фадеева устремлено к тому, как в ходе социаль*
кого преобразования жизни рождается новый человек комму*
пистической эпохи, рождается новая нравственность, новый гу-
манизм.
272
И отсюда важная особенность творчества Фадеева — при-
стальное внимание к внутреннему духовному миру персонажей,
к их психологическим переживаниям, стремление проследить по-
будительные мотивы человеческих действий, выразить нрав-
ственную красоту положительного героя нашей социалистиче-
ской эпохи.
Уже в ранних, во многом незрелых произведениях Фадеева
проявились эти черты его творчества. В повести «Разлив» Фа-
деев рассказывает о первых шагах Советской власти в далекой
таежной глуши Южно-Уссурийского края. В центре произведе-
ния— коммунисты Неретин, Жмыхов, которые в жестокой
борьбе с врагами революции ведут за собой крестьян по но-
вому, советскому пути. Сам писатель считал «Разлив» вещью
неудачной. Он отмечал и нечеткость ее основной идеи, и следы
чуждых советской литературе влияний в стиле и языке повести.
Влияния эти проявились в том, что Фадеев пользовался искус-
ственной «рубленой прозой», с нарочито короткой фразой, насы-
щенной вычурными образами.
Второе произведение Фадеева — «Против течения» — было
написано более зрело и уверенно. В нем повествуется о том, как
партизанский полк, воевавший против белогвардейцев, нару-
шил свой боевой долг и дезертировал с позиций. Под влиянием
стойких, энергичных и волевых коммунистов — Челнокова, Со-
боля, Селезнева — полк преодолевает анархические настроения
и становится полноценной советской воинской частью. Позднее
этот рассказ в переработанном виде назван был Фадеевым «Ро-
ждение Амгуньского полка».
Оба ранних произведения не удовлетворяли автора: они
действительно еще очень несовершенны. Но в творческом раз-
витии художника они сыграли свою подготовительную роль.
В ранних произведениях проявилась важнейшая черта творче-
ства Фадеева — стремление обрисовать ведущую историческую
роль Коммунистической партии в великом деле организации и
воспитания широких народных масс.
«РАЗГРОМ»
В полной мере эту идею Фадееву удалось художественно
претворить в романе «Разгром» — одном из крупнейших этап-
ных произведений советской прозы.
Сам Фадеев очень хорошо рассказал, в чем состоит идейный
пафос всего его творчества, и в частности романа «Разгром».
«...Полные юношеских надежд, с томиками Максима Горь<
кого и Некрасова в школьном ранце, мьГвступили в революцию.
Мы полны были пафоса освободительного, потому что над
Сибирью и русским Дальним Востоком утвердилась к тому
273
времени власть адмирала Колчака, более жестокая, чем старая
власть. Мы полны были пафоса патриотического, потому что
родную землю топтали подкованные башмаки японских интер-
вентов.
Как писатель, своим рождением я обязан этому времени.
Я познал лучшие стороны народа, из которого вышел... Я впер-
вые познал, что за люди идут во главе народа. Я понял значение
партии для судьбы народа и горжусь, что был принят в ее
среду».
В «Разгроме» Фадееву удалось с большой силой передать
освободительный и патриотический характер революции, значе-
ние партии для судьбы народа.
В основе книги лежат личные впечатления писателя. Осенью
1919 года Фадеев вступил в партизанский отряд и провоевал в
нем в течение года. Командир этого отряда и послужил в извест-
ном смысле прототипом при изображении Левинсона.
По своей фабуле «Разгром» очень прост. В нем рассказы-
вается о судьбе партизанского отряда.
Писатель изображает 1919 год — тот период, когда парти-
занское движение на Дальнем Востоке было временно разгром-
лено войсками японских интервентов. Отряд Левинсона, пресле-
дуемый японцами и белогвардейскими бандитами, прорывается
с жестокими боями сквозь вражеское кольцо. В этих боях он
теряет много бойцов. В живых остается только девятнадцать
человек. Но свою боевую задачу отряд выполнил и готов к но-
вым битвам за власть Советов, за социализм. Все действие в
произведении развертывается в течение трех месяцев. Такова
основа романа.
Для того чтобы понять значение романа, следует учесть не-
которые особенности изображения революции и гражданской
войны теми писателями 20-х годов, которые принимали и привет-
ствовали Октябрь, но не до конца понимали историческую сущ-
ность происходивших событий.
Два обстоятельства характерны были для произведений этих
писателей. Во-первых, революция и гражданская война изобра-
жались в них по преимуществу как стихия, бурная и слепая.
Роль партии, сила ее разума и воли оставались вне поля зрения
художника. Начиная с поэмы Блока «Двенадцать», революция
как бурная стихия стала традиционным художественным обра-
зом для многих писателей (Лавренев, Вс. Иванов). Во-вторых,
даже там, где герои книги были коммунистами, они воспроиз-
водились чисто внешне, схематично, без глубокого раскрытия их
внутреннего мира. Фадеев пошел по иному пути.
В своем романе в противовес произведениям, поэтизирую-
щим стихийность народных масс, он выдвигает на первый план
сознательно организованный характер революции и граждан-
ской войны. Организатором и вдохновителем революционной
274
борьбы народа выступают в романе рабочие-коммунисты. Ядром
партизанского отряда является взвод сучанских шахтеров. Они
воплощают в себе разум, дисциплинированность, выдержку й
стойкость революционного пролетариата.
Фадеев сосредоточил внимание не на внешних событиях пар-
тизанской борьбы. Количество батальных эпизодов, рисующих
боевую страду партизан, очень невелико. Это небольшая сцена
в начале романа, когда Морозка спасает раненого Мечика, бой
с казачьим эскадроном (глава XV) и несколько эпизодов в фи-
нальных главах романа, посвященных прорыву отряда сквозь
кольцо белых войск. Центр тяжести писатель перенес на изоб-
ражение характеров. Роман состоит из цепи эпизодов, последов
вательно показывающих, как, с одной стороны, формируются
лучшие качества людей революции, а с другой — обнаружи-
ваются негодные и враждебные нам люди, которых революция
отбрасывает прочь. При этом характеры персонажей даны Фа-
деевым не как нечто застывшее, законченное, неподвижное. Они
подвергаются разнообразным испытаниям, постепенно проя-
вляют себя в практической деятельности, в огне революционной
борьбы.
Подчинение всей композиции романа задаче постепенного,
последовательного и углубленного изображения характеров
выразилось, в частности, в том, что некоторые главы, где
раскрываются существенные черты психологического облика
того или иного персонажа, названы его именем. Так, первая
глава называется «Морозка», вторая — «Мечик», шестая — «Ле-
винсон».
Сюжетное движение книги основано на конфликте между
старым, обреченным на гибель эксплуататорским, собственниче-
ским строем и новым, рождающимся социалистическим миром.
Этот конфликт развивается в двух планах. Во-первых, он нахо-
дит свое выражение в той кровавой вооруженной борьбе, кото-
рую ведут партизаны против белогвардейцев и интервентов.
Во-вторых, он отражается и в самом отряде Левинсона, где но-
вое и старое, живое и мертвое вступают друг с другом в резкое
столкновение. Соответственно этому два типа людей изобра-
жает Фадеев в «Разгроме». Это, с одной стороны, Левинсон,
Морозка, Бакланов, Метелица, Дубов, Гончаренко. Они очень
разные люди, каждому из них присущи свои, особые и непо-
вторимые черты. Но они олицетворяют новый мир. Всех их объ-
единяет безграничная преданность народу; интересы революции
составляют главный смысл и содержание всей их жизни. Им
противостоят, помимо белогвардейцев, Мечик, Чиж и, в извест-
ной мере, Пика. Это люди ничтожные, в них отражено старое,
умирающее. Пошлый и ограниченный мирок эгоистических
стремлений — вот та духовная атмосфера, в которой они живут.
275
Левинсон Организующая сила Коммунистической партии
е инсон воплощена в образе командира отряда — Левин-
сона. С гонким мастерством психологического анализа нарисовал
Фадеев» образ Левинсона. Характерные черты этого командира
партизанского отряда — большевистская идейность, безгранич-
ная любовь к народу, сознание величия тех благородных це-
лей, во имя которых ведется смертельная, кровавая борьба с
врагом.
Новаторство Фадеева в изображении Левинсона, равно как
и других партизан, проявилось в том, что он отказался от пла-
катных схем, Его персонажи'-—обыкновенные живые люди. Сила
Левинсона состоит вовсе не в том, что ему совершенно чужды
недостатки и слабости. Огромная воля и сознательность комму-
ниста — вот что помогает ему преодолевать их.
Внешний облик Левинсона совсем не богатырский. «Он был
такой маленький, неказистый на вид—.весь состоял из шапки,
рыжей бороды да ичигов выше колен».
Когда погибает лучший друг Левинсона Бакланов, он, ни-
сколько не стыдясь, плачет. И этого маленького, внешне нека-
зистого человека партизаны выбирают своим командиром. Они
выбирают его потому, что верят ему, считают его «правильным
человеком», у которого нет других интересов, кроме интересов
дела, интересов революции.
Вооруженный большим опытом революционной работы, Ле-
винсон видит дальше других и лучше других понимает цель и
смысл борьбы. Он заблаговременно готовит отряд в предвиде-
нии назревающих грозных событий.. Когда один из партизан
(в эпизоде с рыбной ловлей) отказывается выполнять его при-
каз, Левинсон готов поддержать авторитет командира силой
оружия. В момент растерянности и паники он силой своей воли
и железной выдержки заставляет партизан гатить болото и тем
самым спасает отряд от неминуемого уничтожения. Когда этого
требовали интересы дела, Левинсон мог быть беспощаден. И вме-
сте с тем в нем много подлинной человечности. С какой трога-
тельной нежностью, а какой отеческой лаской заботится он
о нуждах партизан.
Левинсон наделен качествами настоящего партийного руко-
водителя, вожака революционных масс. Самые сильные стороны
его — связь с народом, вера в революционный энтузиазм масс,
понимание высоких целей революции. «Левинсон глубоко верил
в то, что движет этими людьми не только чувство самосохране-
ния, но и другой, не менее важный инстинкт, скрытый от поверх-
ностного глаза, не осознанный даже большинством из них, по
которому все, что приходится им переносить, даже смерть,
оправдано своей конечной целью и без которого никто из них не
пошел бы добровольно умирать в улахинской тайге».
Левинсоном владеет высокая романтическая мечта о свет-
276
лом и прекрасном коммунистическом будущем. Но ему чужд
мелкобуржуазный романтизм, потому что такой «романтизм» не
считается с суровой реальностью жизни и обольщает себя ела*
достными и несбыточными иллюзиями. Этому «романтизму»
Левинсон противопоставляет иную романтику — романтику ре-
волюционного действия, романтику борьбы за прекрасное буду-
щее. «Видеть все так, как оно есть, для того, чтобы изменять
то, что есть, приближать то, что рождается и должно быть, —
вот к какой — самой простой и самой нелегкой — мудрости при-
шел Левинсон».
Разум и воля партии воплощены не в одном Левинсоне.
Вместе с ним руководят отрядом отважный, безгранично пре-
данный революции юноша Бакланов, шахтер Дубов, подрыв*
ник Гончаренко.
м Большую роль в романе играет образ взводного
етелица командира Метелицы. Вначале он был задуман
автором как малозначительная, третьестепенная фигура, но в
ходе развития повествования приобрел большое значение. Он
как будто бы дополнял Левинсона. «В образе Метелицы, — от-
мечает Фадеев, — мне показалось необходимым воплотить те
черты характера, которых не хватает у Левинсона». В Мете-
лице Фадеева привлекала жизненная сила человека из народа,
«которая била в нем неиссякаемым ключом и которой самому
Левинсону так не хватало. Когда он видел перед собой быст-
рую, всегда готовую к действию фигуру или знал, что Метелица
находится где-то тут, рядом, он невольно забывал о собственной
физической слабости, и ему казалось, что он может быть таким
же крепким и неутомимым, как Метелица».
Метелицу Фадеев изобразил с живой симпатией и теплотой.
Сила, цельность, героизм этого обаятельного, простого и жизне-
радостного человека восторжествовали в тот роковой и решаю-
щий час, когда Метелица попал в руки белогвардейцев. С пре-
зрением и насмешкой относится он к палачам, глубоко сознавая
свое нравственное превосходство. Когда Метелица убедился,
пишет Фадеев, что ему на этот раз не уйти, главная мысль,
овладевшая им, была: «Каким образом он, Метелица... сможет
показать тем людям, которые станут его убивать, что он не бо-
ится и презирает их». Несмотря на все побои, пытки и истяза-
ния, Метелица не проронил ни одного слова и погиб геройски.
„ Существенное место занимает в романе образ
к Морозки. В нем выражен сложный процесс пре-
одоления старых, чуждых нам привычек и представлений, уна-
следованных от собственнического мира, процесс рождения и
роста новой личности в условиях революционной действитель-
ности. У Морозки немало отрицательных качеств. Он не
гнушается кражей дынь на огороде у крестьянина, в нем
иногда проявляются черты анархического своеволия, он грубо
277
обращается со своей женой Варей. Но как и при изображении
других персонажей, Фадеев в сложном переплетении противо-
положных качеств Морозки оттеняет его основные, ведущие чер-
ты. В чем они проявляются?
Морозка — шахтер, и как бы ни были сильны пережитки
прошлого в нем, классовое, пролетарское начало — вот что опре-
деляет главное, наиболее существенное в его нравственном об-
лике. Когда Дубов бросает Морозке во время обсуждения его
проступка гневные слова: «Не хочешь нашим быть? блудишь?
позоришь угольное племя?», Морозка отвечает: «Да я кровь
отдам по жилке за каждого, а не то чтобы позор или как!..»
Он пошел в партизанский отряд воевать за Советскую власть
по глубокому, внутреннему убеждению. Он говорит Левинсону
в ответ на приказание сдать оружие и «убираться на все четыре
стороны»: «—Уйтить из отряда мне никак невозможно, а вин-
товку сдать — тем паче. — Он сдвинул на затылок пыльную
фуражку и сочным, внезапно повеселевшим голосом докон-
чил: — Потому не из-за твоих расчудесных глаз, дружище мой
Левинсон, кашицу мы заварили!.. По-простому тебе скажу, по-
шахтерски!..»
Труден и мучителен путь внутреннего роста Морозки.
Он жадно стремится выбраться на настоящую дорогу и с го-
речью чувствует, как трудно это дается ему. «Морозке казалось
теперь, что он всю жизнь всеми силами старался попасть на ту,
казавшуюся ему прямой, ясной и правильной, дорогу, по кото-
рой шли такие люди, как Левинсон, Бакланов, Дубов... но кто-то
упорно мешал ему в этом... он никогда не мог подумать, что этот
враг сидит в нем самом...»
Развитие характера Морозки и заключается в постепенной
победе над этим врагом в себе самом. В нем все больше начи-
нает пробуждаться чувство политической ответственности. Зна-
менателен эпизод с переправой. Дезертиры распускают паниче-
ские слухи, и у переправы создается невообразимая толчея.
Морозка умело наводит порядок. Он начинает сознавать себя
человеком, ответственным за судьбы людей. Иным, более чело-
вечным становится его отношение к Варе.
И в решающую минуту жизни, когда в полную силу прояв-
ляются подлинные качества человека, истинная его суть, в ми-
нуту смертельного испытания Морозка оказался настоящим
человеком. Свои слова: «Да я кровь отдам по жилке за ка-
ждого»— он полностью оправдал ценой жизни. Чтобы спасти
товарищей, он, не колеблясь, пожертвовал собой.
Образом Морозки Фадеев наглядно показал, как революция
помогает людям освобождаться от пережитков прошлого, зака-
ляет их и пробуждает в них лучшие, прекраснейшие качества
души.
278
Мечик Полной противоположностью Левинсону, Мо-
розке и их товарищам является Мечик.
Главная черта Мечика — мелкое и пошлое эгоистическое
себялюбие. В нем воплощены типичные черты человека, взра-
щенного буржуазным собственническим миром, тем миром, где
человек заботится только о себе и где личное благополучие яв-
ляется целью и смыслом существования.
Другая особенность Мечика состоит в том, что он живет
лжеромантическими иллюзиями. Не умея разобраться в суровой
правде жизни, он создает себе фантастический, иллюзорный
мир, неправдоподобный и несбыточный, в котором герои с лег-
костью совершают необыкновенные подвиги и им остается
только пожинать плоды своих побед.
Мечик принадлежит к мелкобуржуазной партии эсеров-
максималистов, прикрывавшей мещанское реакционное содер-
жание своей политической программы «сверхреволюционной»
фразеологией.
Фадеев постепенно проясняет истинную суть Мечика. Варя
влюбляется в него, но полюбила она не реального, живого Ме-
чика, а лишь свою мечту о чистой и красивой жизни. В решаю-
щий час, когда Морозка погибает, спасая отряд, малодушный и
трусливый себялюбец Мечик предает товарищей, изменяет делу
революции, чтобы только уберечь себя. При этом характерно
следующее обстоятельство. В начале романа есть эпизод, когда
Морозка, невзирая на опасность, спасает раненого Мечика. Пар-
тизаны бережно несут его. «Он почувствовал тихую благодар-
ность к людям, которые несли его так плавно и бережно». И этих
людей, так бережно относящихся к нему, и самого Морозку,
спасшего его, он предает самым позорным образом. Совершив
подлый поступок, Мечик еще пытается рядиться в одежду стра-
дающего романтического героя. Он хочет застрелиться. Вначале
Фадеев намерен был изобразить сцену самоубийства Мечика:
«...по первоначальному моему замыслу Мечик должен был кон-
чить самоубийством; когда же я начал работать над этим обра-
зом, я постепенно убеждался, что кончить самоубийством он не
сможет и не должен». «Самоубийство придало бы несоответ-
ствующий всему его облику какой-то ореол мелкобуржуазного
«героизма» или «страдания», на самом же деле он человек
мелкий, трусливый, и страдания его чрезвычайно поверхностны,
мелки, ничтожны».
Фадеев правильно поступил, отказавшись от ложной героиза-
ции Мечика. И в романе эта сцена дана так. «Он [Мечик] маши-
нально вытащил револьвер и долго с недоумением и ужасом
глядел на него. Но он почувствовал, что никогда не убьет, не
сможет убить себя, потому что больше всего на свете он любил
все-таки самого себя — свою белую и немощную руку, свой сто-
нущий голос, свои страдания, свои поступки — даже самые
279
отвратительные из них. И он с вороватым тихоньким паскуд-
ством, млея от одного ощущения ружейного масла, стараясь
делать вид, будто ничего не знает, поспешно спрятал револьвер
в карман».
В конце романа Мечик окончательно сбрасывает с себя ма-
ску «революционера». Он помышляет вернуться в город. «Вдруг
там белые?..» — думал он тоскливо... «А не все ли равно?» —
вдруг подумал Мечик с той прямотой и трезвостью, которую он
теперь сам умел находить под ворохом всяких добрых и жа-
лостных мыслей и чувствований».
Фадеев до конца обнажил внутреннюю суть Мечика. Трус и
предатель, он готов переметнуться в стан белогвардейцев.
Основную идею романа сам автор сформулиро-
Идейно- вал следующим образом: «В гражданской войне
художественная происходил отбор человеческого материала, все
«Разгрома» враждебное сметается революцией, все неспособ-
ное к настоящей революционной борьбе, слу-
чайно попавшее в лагерь революции отсеивается, а все расту-
щее из подлинных корней революции, из миллионных масс на-
рода закаляется, растет, развивается в этой борьбе. Происходит
огромнейшая переделка человеческого материала».
Революция сформировала и закалила таких людей, как Ба-
кланов, Гончаренко, Дубов, Морозка, Метелица. Она же разоб-
лачила и отбросила прочь таких людей, как Мечик, с их пош-
лым эгоизмом, себялюбием, трусостью. Старое, отживающее
гибнет, нарождается и развивается новое.
Вместе с тем в романе утверждается, что революция и гра-
жданская война не были, как изображали некоторые писатели,
только стихийным движением народных масс. Народом руково-
дила Коммунистическая партия. Она уверенно вела трудящихся
к победе, к торжеству социализма. И наконец, еще одна важная
идея заключена в романе: высшим мерилом нравственности че-
ловека является степень его преданности народу, революции,
социализму.
У Морозки немало недостатков. «Но в трудные, решающие
моменты борьбы, — говорил Фадеев, — он поступал так, как
нужно для революции, преодолевая свои слабости. Процесс
участия его в революционной борьбе был процессом формирова-
ния его личности, освобождения от наследия проклятого прош-
лого и приобретения новых качеств революционного борца. Он
не успел пройти еще пути формирования до конца, потому что
был рано убит».
Мечик, другой «герой» романа, весьма благопристоен с точки
зрения буржуазной нравственности. Но его «мораль» и его
«принципы» маскируют внутренний эгоизм, отсутствие любви к
людям, мелкий индивидуализм. Сама жизнь подтвердила, что
280
Морозка несравнимо более высокий тип человека, чем Мечик,
ибо стремления его возвышеннее и благороднее.
Роман Фадеева, изображающий действительность в ее ревд”
люционном развитии, в борьбе нового со старым, явился вы-
дающимся произведением социалистического реализма. Фадеев
следовал горьковским традициям.
В критике долгое время считалось, что «Разгром» написан
под влиянием Л. Толстого. Это верно только отчасти. Фадеев,
как и другие советские писатели, учился мастерству у величай-
шего русского художника. «Толстой, — говорил Фадеев, — все”
гда пленял меня живостью и правдивостью своих художествен-
ных образов, большой конкретностью; чувственной конкретно^
стью, чувственной осязаемостью изображаемого и очень боль-
шой простотой. Работая над произведением «Разгром», я в иных
местах в ритме фразы, в построении ее новольно воспринял
некоторые характерные черты языка Толстого». Жизненность
и правдивость образов, конкретность изображаемого, просто-
та— вот чему учился Фадеев у Толстого. И действительно, в
обрисовке персонажей писатель добивается того, чтобы каждое
душевное движение, каждый поступок, каждый жест героя
соответствовал его внутренней сущности, его характеру и был
бы максимально естественным и мотивированным. Так, с полной
убедительностью показаны разные душевные состояния Левин-
сона и тогда, когда он, чтобы поддержать свой престиж, угро-
жает револьвером своевольничающему партизану, и тогда, ко-
гда он любовно заботится о партизанах, и тогда, когда он, по-
теряв Бакланова, плачет. Изображая своих героев, Фадеев рас-
крывает их внутренний мир, их сложные психологические пере-
живания.
Фадеев стремится изобразить действительность — и людей, и
природу — во всей ее конкретной зримости и осязаемости. Рисуя
портрет героя, он не перечисляет всех внешних его признаков, а
выделяет характерную деталь, наиболее рельефно обнажающую
внутреннюю суть. В портрете Левинсона писатель подчеркивает
его зоркие, пытливые, проницательные глаза, причем, повторяя
эту деталь, он не просто варьирует ее, а развивает, уточняет,
конкретизирует. Уже в первой главе Левинсон предстает таким,
как его воспринимает Морозка. «Надоели скучные казенные
разъезды, никому не нужные пакеты, а больше всего — нездеш-
ние глаза Левинсона; глубокие и большие, как озера, они вби-
рали Морозку вместе с сапогами и видели в нем многое такое,
что, может быть, и самому Морозке неведомо».
Писатель возвращается к этой детали: «Ну, ступай... — мах-
нул Левинсон рукой, насмешливо прищуривая вслед голубые,
как омуты, глаза». В главе IX снова: «У маленького человеч-
ка, так плохо игравшего в городки, оказались большие ловкие
глаза, — они схватили Мечика и, вывернув его наизнанку,
281
подержали так несколько мгновений, будто взвешивали все, что
там оказалось». Эти проницательные, всевидящие глаза ярко
подчеркивают главное в характере Левинсона.
Вот портрет Мечика: «Лицо у парня было бледное, .безусое,
чистенькое...» В самой внешности даны тонко, без нарочитого
подчеркивания, внутренние качества Мечика.
У Морозки Фадеев отмечает внешние черты, характеризую-
щие этого яркого, озорного и неуравновешенного человека.
У него «...лицо с ржавым непослушным чубом из-под фуражки
и с насмешливыми зелено-карими глазами...»
Учась мастерству психологического анализа, искусству изо-
бражения многокрасочности мира у Толстого, Фадеев в самом
существе своего творческого метода следовал горьковским тра-
дициям. Они выразились в том, что в центре своего повествова-
ния писатель>поставил положительного героя, активно переде-
лывающего мир. Он посвятил роман изображению того, как
растут, развиваются, идейно крепнут советские люди в ходе ре-
волюции.
Недаром в решающей сцене романа, когда Левинсон силой
своего духа сломил настроение уныния, растерянности и паники
в отряде и заставил партизан мостить гать через болото, ту са-
мую гать, которая спасла их, Фадеев изобразил Левинсона
почти теми словами и красками, которыми Горький нарисовал
Данко.
«Людьми владели отчаяние и гнев. Они искали виновника
своего несчастья, — конечно же, это был Левинсон!.. Если бы
они могли сейчас видеть его все разом, они обрушились бы на
него со всей силой своего страха, — пускай он выводит их от-
сюда, если он сумел их завести!..
И вдруг он действительно появился среди них, в самом
центре людского месива, подняв в руке зажженный факел, осве-
щавший его мертвенно-бледное бородатое лицо со стиснутыми
зубами, с большими, горящими, круглыми глазами, которыми
он быстро перебегал с одного лица на другое».
Горьковские традиции сказались и в оптимистической трак-
товке трагического сюжета романа.
Роман кончается разгромом отряда, отсюда и его название
«Разгром». В живых осталось только девятнадцать человек. Но
у читателя не возникает и тени уныния. Отряд выполнил свою
боевую задачу, он готов к новым битвам, и залог его успеха в
грядущем заключен в той нерушимой связи, которая существует
между горсточкой партизан и многомиллионным советским на-
родом: «Левинсон обвел молчаливым, влажным еще взглядом
это просторное небо и землю, сулившую хлеб и отдых, этих да-
леких людей на току, которых он должен будет сделать вскоре
такими же своими, близкими людьми, какими были те восемна-
282
«Последний
из удэге»
дцать, что молча ехали следом, — и перестал плакать; нужно
было жить и исполнять свои обязанности».
Для повествовательного стиля Фадеева в «Разгроме» харак-
терны простота и лаконизм. В противовес манерности некоторых
произведений 20-х годов Фадеев в точных и скупых словах рас-
сказал о будничных и героических делах партизан.
Суровая правда жизни, коммунистическая идейность, глу-
бина и сила психологического анализа, художественная вырази-
тельность языка — таковы особенности, определившие ценность
книги Фадеева.
Значительное место в творческом развитии Фа-
деева занимает незаконченный роман «Послед-
ний из удэге». В основе его лежит тот же мате-
риал, что и в «Разгроме», — гражданская война на Дальнем
Востоке. Первоначально оба эти романа даже были задуманы
как одно произведение, как единое целое. Но потом Фадеев
отказался от первоначального плана, потому что характер обра-
ботки материала и проблемы, поставленные писателем в «По-
следнем из удэге», иные, нежели в «Разгроме». Если в «Раз-
громе» внимание художника сосредоточено на действиях одного
небольшого партизанского отряда в течение короткого отрезка
времени, то в «Последнем из удэге» перед нами художествен-
ное полотно, изображающее широкий разворот событий гра-
жданской войны.
Представители самых различных социальных слоев фигури-
руют в романе. Фадеев рисует капиталистического хищника-
дельца Гиммера и его прислужников. Писатель выводит в ро-
мане и представителей демократической интеллигенции — Се-
режу и Лену Костенецких, которые страстно ищут путей к слия-
нию с революционным народом. Мастерски нарисованы образы
рабочих-коммунистов Суркова и Алеши Маленького — людей
замечательных нравственных и идейных качеств.
Утверждая идею исторической обреченности буржуазного
строя, писатель касается в романе и другой, чрезвычайно важ-
ной и сложной проблемы. В многообразной галерее персонажей
романа особое место занимают люди из племени удэге и среди
них яркая фигура удэгейца Сарла.
В мировой литературе неоднократно предпринимались по-
пытки изобразить полудикого, «естественного» человека, не
испорченного буржуазной цивилизацией. Протестуя против
уродств и пороков современной ему культуры, французский мы-
слитель XVIII века Руссо призывал вернуться к первобытным
временам, которые представлялись ему естественным и нор-
мальным периодом жизни человека.
Американский писатель Фенимор Купер в романе «Послед-
ний из могикан» (по своему названию роман Фадеева как бы
283
перекликается с ним) идеализировал первобытно-патриархалы»
ные нравы индейцев.
Художники и мыслители прошлого, видя противоречия капи-
талистической культуры, часто усматривали выход из этих про-
тиворечий в возврате к уже пройденным этапам человеческой
истории. Фадеев в своем романе полемизирует с этим# теориями.
Он отмечает высокие нравственные достоинства удэгейцев,
но нисколько не идеализирует их и доказывает, что един-
ственным путем возрождения этого народа, как и преодоле-
ния противоречий капиталистического общества, является не
возврат к прошлому, а борьба за будущее, за революцию, за
социализм.
«Мне хотелось, — писал Фадеев, — в романе «Последний из
удэге» выразить вот какую идею: вопреки тому, как писали
много лет художники из буржуазного и помещичьего мира,— те
из них, кто чувствовал противоречия эксплуататорского обще-
ства,— выход из этих противоречий лежит не в том, чтобы воз*
вратиться вспять, чтобы возвратиться к предыдущему этапу, а
в том, чтобы перейти на более высокую ступень развития, за-
воевать и построить социалистическое общество».
Советская литература по-новому решает вопросы, волновав-
шие художников прошлого, утверждая борьбу за социализм в
качестве единственного пути исторического прогресса.
РОМАН «МОЛОДАЯ ГВАРДИЯ»
В 1943 году Фадеев намерен был приступить к работе над
заключительными частями романа «Последний из удэге»; Од-
нако его увлекла и взволновала другая творческая тема.
В феврале 1943 года был освобожден частями Советской
Армии шахтерский поселок Краснодон, и всему миру стали из-
вестны героические подвиги подпольной комсомольской органи-
зации «Молодая гвардия». Специальная комиссия ЦК комсо-
мола собрала огромный материал, характеризующий деятель-
ность организации.
«Молодая гвардия» была создана в сентябре 1942 года,
вскоре после того, как Краснодон оказался захваченным нем-
цами. Просуществовала она около полугода. Командиром под-
польной организации был Иван Туркенич, комиссаром — Олег
Кошевой. Подпольная группа вела отчаянную, неравную, пол-
ную безумной отваги и смертельного риска войну с оккупан-
тами. Она готовила вооруженное восстание к приходу советских
войск, но незадолго до победоносного вступления нашей армии
в Краснодон была выслежена немцами. Участники группы были
подвергнуты неслыханным пыткам и зверски замучены фаши-
стами.
284
Членам штаба этой организации — Олегу Кошевому, Сергею
Тюленину, Ивану Земнухову, Ульяне Громовой и Любови Шев-
цовой— Советское правительство посмертно присвоило звание
Героя Советского Союза.
История «Молодой гвардии» послужила фактической осно-
вой для одноименного романа Фадеева. Писатель изучил доку-
менты, относящиеся к действиям подпольной группы, он сохра-
нил некоторые имена молодогвардейцев. Но книга Фадеева не
исторический очерк, а роман, и в нем автор пользовался правом
художественного вымысла и обобщения.
Книга была закончена и напечатана в 1945 году —в тот неза-
бываемый год, когда Советская Армия одержала историческую
победу над немецкими фашистами и японскими милитаристами.
С этой победой роман связан не только хронологически, но и
идейно. Война показала военное, экономическое и политическое
превосходство советского строя, она продемонстрировала изу-
мительные нравственные качества нашего народа. Пафос ро-
мана «Молодая гвардия» и заключается в художественном рас-
крытии моральных истоков нашей победы, нравственной силы и
красоты нового, советского человека, воспитанного революцией,
человека эпохи социализма.
Несмотря на большой успех романа, наша пресса отметила
в нем и существенный изъян — недостаточно полное изображе-
ние исторической роли партии в мобилизации всех сил народа
для отпора врагу. Фадеев учел этот упрек: он заново обратился
к материалам и написал новую редакцию, в которой действи-
тельность представлена шире и объективней
«Молодая гвардия» во многих отношениях связана с пред-
шествующими произведениями писателя, и в частности с «Раз-
громом». Но если в «Разгроме» мы видим, как в огне граждан-
ской войны рождается новый человек, как ему приходится пре-
одолевать в себе тяжкий груз прошлого, освобождаться от
порочных наклонностей и привычек, то в «Молодой гвардии*7 пе-
ред нами — молодое поколение эпохи социализма, целиком
сформированное и воспитанное нашим строем, свободное от тех
отрицательных черт, которые отягощали Морозку и других
персонажей «Разгрома». В «Разгроме» Фадеев мечтал о «новом,
прекрасном, сильном и добром человеке». «Молодая гвардия» —
осуществление волновавшей писателя мечты. В этом связь «Мо-
лодой гвардии» с «Разгромом» и различие между этими двумя
романами.
В «Молодой гвардии» Фадеев изобразил, как в необычайно
тяжелых условиях вражеского нашествия во всей полноте обна-
1 Много новых сведений о краснодонском подполье содержалось в ста-
тьях Р. Новополянской «Новое о героях Краснодона. Как коммунисты руко-
водили деятельностью «Молодой гвардии» («Комсомольская правда» от
30 сентября 1948 г.) и А. Гаевого «Они идут за нами» («Знамя», 1950, № 8).
285
ружились великие нравственные силы советского человека, его
патриотизм, его душевная стойкость, красота и величие. Высо-
кие качества наших людей писатель представляет как законо-
мерный результат всего нашего строя, всей нашей системы вос-
питания.
С глубоким волнением повествуется в книге о трагических
днях фашистской оккупации, о гордом, несломленном духе со-
ветских патриотов, о геройской борьбе молодогвардейцев, руко-
водимых партией. Перед читателем проходят нарисованные с
большим мастерством и яркостью сцены нашествия гитлеров-
ских орд, попирающих священную землю нашей Родины. Рас-
стрелы, угон на каторгу, грабежи и избиения, каждодневные из-
девательства гитлеровской солдатчины — вот что принес с собой
фашистский «новый порядок».
Советские люди не могут мириться с этим. Для героев романа
могучим источником нравственной стойкости является советский
патриотизм — чувство безграничной преданности Родине. Пар-
тия организует могучий отпор врагу. Воспитанные в духе сво-
боды, уважения к человеческому достоинству, в духе высоких и
благородных традиций социалистического общества, Кошевой и
Громова, Шевцова и Земнухов, Тюленин и Туркенич не хотят,
не могут, не в состоянии примириться с невыносимой каторгой
гитлеровского «Ordnung’a» (порядка). Они создают подпольную
организацию, для того чтобы мстить фашистским поработите-
лям, поддерживать в народе стойкость и силу духа, помогать
Советской стране победить врага.
В ряде эпизодов Фадеев рисует, с какой беспримерной отва-
гой молодогвардейцы борются с оккупантами, выполняя свой
священный долг перед Родиной. Они выпускают листовки, в ко-
торых рассказывают правду о Советской стране, о победах Со-
ветской Армии, о зверствах фашистов. Подлого провокатора и
изменника Игната Фомина они предают казни, от имени Ро-
дины произнося над ним суровый и справедливый приговор.
Молодогвардейцы совершают смелый и дерзкий налет на лагерь
военнопленных и освобождают оттуда наших воинов. В день
двадцать пятой годовщины Великой Октябрьской социалисти-
ческой революции, чтобы продемонстрировать несгибаемую силу
бессмертного советского народа, они вывешивают красные флаги
над целым рядом зданий в Краснодоне.
Чтобы не давать врагу пользоваться нашим народным доб-
ром, молодогвардейцы отбивают у фашистов большое стадо
скота, которое угоняли в Германию. Молодогвардейцы поджи-
гают биржу труда со всеми документами, хранившимися там,
и тем самым спасают советских людей, которых фашистские
работорговцы готовились угнать в немецкую неволю.
Когда организация была обнаружена и молодогвардейцы
286
оказались в фашистском застенке, ни пытки, ни страшные муки
не могли сломить их гордого духа.
Роман «Молодая гвардия» построен на остром и драматиче1
ском конфликте, на резком контрасте между светлым миром
советского человека и мрачными, зловещими силами фашизма.
Советские люди представлены в романе всеми поколениями на-
шего общества — от старого коммуниста Лютикова до десяти-
летнего мальчика партизана Сашки.
В полном соответствии с исторической правдой
КвМо^манСТЬ1 художник нарисовал картину многообразной и
р кипучей деятельности подпольной партийной ор-
ганизации, возглавившей борьбу народа против фашистских
оккупантов.
Наибольшее значение среди образов коммунистов в романе
имеют секретарь подпольного обкома Иван Федорович Про-
ценко и секретарь Краснодонского райкома Филипп Петрович
Лютиков.
Мы видим, с какой неутомимой энергией Проценко органи-
зует эвакуацию людей и огромных материальных ценностей из
прифронтовых районов. Он один из руководителей партизан-
ского движения в области. Все свои действия он согласует со
стратегическими замыслами советского командования. Взрывы
вражеских эшелонов, захват населенных пунктов, нападения
на фашистов — все делается в согласии с планами командо-
вания наступающих советских войск. Писателю удалось запе-
чатлеть обаятельный образ коммуниста — жизнерадостного, во-
левого, энергичного и умного. С волнением написаны писате-
лем страницы, показывающие отношение Проценко к жене и
детям.
Ответственнейшее боевое задание, сопряженное с опасностью
для жизни, он поручает жене. В этом сказывается и его доверие
к ней, и то, что для коммуниста общественный долг, интересы
Родины на первом месте. И все личное перед этим главным от-
ступает на второй план. Как ни любил Проценко свою жену, он
именно ей поручил опаснейшее дело, так как этого требовали
интересы Родины.
В качестве непосредственного руководителя молодогвардей-
цев показан секретарь подпольного Краснодонского райкома
Лютиков. Старый кадровый рабочий, пришедший в партию в
дни ленинского призыва в 1924 году, Филипп Петрович Лютиков
обрисован как организатор и воспитатель масс. Это — натура
цельная и ясная, слово и дело у него нераздельно слиты. «Его
поучения, — отмечает писатель, — не оставляли равнодушными...
они привлекали сердца, а особенно сердца людей молодых, по-
тому что молодежь тем сильней воспламеняется мыслью, чем
больше мысль подкреплена силой примера». Человек большой
287
сердечной отзывчивости, Лютиков был неподкупен, строг и,
если нужно, беспощаден.
Проценко и Лютиков — люди старшего поколения советского
народа, поколения, прошедшего огромную школу жизни.
И вполне закономерно, что Лютиков настойчиво и терпеливо
учил молодогвардейцев великому опыту борьбы и< через Олега
Кошевого руководил ими. Учиться у партии, у поколения отцов
бдительности, упорству, преданности делу — вот к чему призы*
вал старый коммунист комсомольцев, вот что он внушал Олегу.
«Воспитывайте в себе гордость за наш родной Донбасс. По-
мнишь, как боролись наши старые товарищи — Артем, Клим Во*
рошилов, Пархоменко? — говорит старик, и кажется, что это не
тусклый свет коптилки, а отсвет тех давно прошедших битв от*
ражается в строгих глазах его... — И помните: бдительность —
мать подполья... Почему погиб Василий Иванович Чапаев? Он
погиб потому, что его дозоры уснули и близко подпустили не*
приятеля. Будьте начеку — и ночью и днем, будьте аккуратны...»
Подпольная организация нанесла оккупантам большой
ущерб. Сорваны были попытки фашистов использовать в своих
целях промышленные предприятия, уничтожалось вооружение и
живая сила гитлеровцев, население оповещалось об успехах
Советской Армии. Свои действия Лютиков и его друзья (орга-
низатор партизанских налетов — инженер Бараков, связная Лю-
тикова— Соколова и др.) так умело законспирировали, что
только через несколько лет после окончания Отечественной
войны удалось восстановить действительную картину их герои-
ческой подпольной работы.
Особое место в романе занимают образы коммунистов Ма*
твея Шульги и Андрея Валько. Оба они были оставлены па под-
польной работе в Краснодоне, но с первых же шагов оказались
в руках гестапо и погибли мученической смертью. Фадеев с
глубоким сочувствием рисует Шульгу и Валько. Они идут на
смерть не дрогнув и умирают героями. Но повествуя об их тра-
гической участи, автор, с одной стороны, подчеркивает неизбеж-
ность тяжелых жертв в борьбе с фашистами, а с другой — отте-
няет и ту мысль, что война не на жизнь, а на смерть с чудовищ-
ными гитлеровскими ордами требовала не только отваги, но и
умения, хитрости. Валько и особенно Шульга падают жертвами
своего неумения и слепоты.
Вот почему не они, а именно Проценко и Лютиков выступают
в романе подлинными выразителями воли и разума партии.
Роман Фадеева назван «Молодая гвардия», и
Образы вполне естественно, что в центре его стоит моло-
дейцев дежь — юноши и девушки Краснодона.
Писатель поставил перед собой задачу вос-
произвести в романе собирательный, коллективный образ совет-
ской молодежи, и внимание его сосредоточено на действиях всей
288
организации молодогвардейцев в целом. ОднаКо среди участни-
ков группы он выделяет несколько человек и в них с наиболь-
шей яркостью воплощает новые черты советских людей. Это —
Кошевой, Громова, Тюленин, Шевцова и Земнухов.
Что характеризует их? Их объединяет то, что все они воспи-
тывались в благотворной атмосфере советской семьи и школы,
советской действительности. Чувство дружбы и товарищества,
широкие и разнообразные культурные интересы, высокое созна-
ние человеческого достоинства, смелость, прямодушие и, самое
главное, безграничная любовь к Советской Отчизне, к партии, к
своей счастливой, радостной и свободной жизни, к Родине, кото*
рая распахнула перед ними необозримые просторы творческой
деятельности, — вот черты, составляющие основу их характеров.
Фадеев так определяет молодое поколение социалистической
эпохи: «Самые, казалось бы, несоединимые черты — мечтатель-
ность и действенность, полет фантазии и практицизм, любовь к
добру и беспощадность, широта души и трезвый расчет, страст-
ная любовь к радостям земным и самоограничение, — эти, каза-
лось бы, несоединимые черты вместе создали неповторимый об-
лик этого поколения».
По-разному эти качества проявились в молодогвардейцах.
Фадеев тщательно рисует и внешний и внутренний облик своих
героев. Вот перед нами Олег Кошевой. «Он был очень юн, со-
всем еще мальчик, но от его загорелого лица, высокой легкой
фигуры, даже от одежды, хорошо проглаженной, с этим темно-
красным галстуком и белым наконечником складной ручки, от
всей его манеры двигаться, говорить с легким заиканием исхо-
дило такое ощущение свежести, силы, доброты, душевной ясно-
сти, что Уля сразу почувствовала доверие к нему».
Олег Кошевой — щедро одаренная, деятельная натура. Ду-
шевная чистота, ясность, богатство духовного мира и вместе с
тем мальчишеское озорство (случай с расклейкой листовок под
носом у полицаев) —отличительные свойства его. Когда немцы
оккупируют Краснодон, главное чувство, охватившее безраз-
дельно Кошевого, — это чувство абсолютной невозможности
примириться с оккупантами, жажда активной борьбы с врагом,
неугасимая жажда мести за зверства, за надругательства, за
разрушенную счастливую жизнь.
И совершенно естественно рождается у него мысль о созда-
нии подпольной партизанской группы для беспощадной борьбы
с фашистами. Кошевой знает, какой смертельной опасности он
подвергает себя, но это не останавливает его. «Партизан нико-
гда не дорожит своей личной жизнью, — говорит он. — Он ни-
когда не ставит свою жизнь выше счастья Родины. И если надо
выполнить долг перед Родиной, он никогда не пожалеет своей
жизни. И он никогда не продаст и не выдаст товарища. Я хотел
бы быть партизаном!»
1/210 Русская советская лит-ра
289
Олег Кошевой осуществляет свое желание. Он становится
смелым и умным руководителем комсомольской подпольной ор-
ганизации.
Так же естественно встает на путь борьбы с фашистами
Ульяна Громова. Она воплощает в себе физическую и духовную
красоту. Одна из ее подруг такими словами определяет Гро-
мову: «...в тебе есть что-то сильное, большое, ты всё можешь, и
правду говорит моя мама — бог дал тебе крылья...» И действи-
тельно, необыкновенны и душевная глубина, и стойкость Громо-
вой, и ее большой ум, и доброе сердце. Когда перед ней встал
вопрос, как быть дальше, ответ ее ясен: «...я поняла, что иного
пути у меня нет. Да, я могу жить только так или не могу жить
вовсе. Клянусь матерью своей, что до последнего дыхания я не
сверну с этого пути!»
Ваню Земнухова товарищи прозвали «профессором». В нем,
как и в Громовой, и Кошевом, Фадеев подчеркивает широту и
многообразие его интеллектуальных интересов, богатство его
духовного мира. Земнухов — поэт. Его стихи еще несовершенны,
но знаменательно, что пессимистическим настроениям он проти-
вопоставляет радостное приятие мира, ощущение счастливой
юности и устремленность в светлое коммунистическое будущее:
Нас радости прельщают мира,
И без боязни мы вперед
Взор устремляем, где вершина
Коммуны будущей зовет.
В Сергее Тюленине и Любови Шевцовой Фадеев подчеркнул
жажду романтического подвига и кипучую энергию.
Сергей Тюленин живет мечтой о подвиге, о героическом деле.
Его вдохновляют славные деяния Фрунзе, Орджоникидзе, Ки-
рова. Он хотел бы так же прославить свою Родину, как ее про-
славили стахановцы, челюскинцы, Громов, Никита Изотов.
И совершенно закономерно, что эта кипучая натура, воспитан-
ная в атмосфере высоких идей советского общества, всю свою
ненависть и презрение к врагу сразу же претворяет в дело. Од-
ним из первых, кто вступил в смертный бой с фашистами, был
Тюленин.
О Любе Шевцовой Фадеев говорит: «...ее терзали жажда
славы и страшная сила самопожертвования. Безумная отвага и
чувство детского, озорного, пронзительного счастья — все звало
и звало ее вперед, все выше, чтобы всегда было что-то новое и
чтобы всегда нужно было к чему-то стремиться». Оставленная
разведчицей-радисткой, она с большим искусством и мастер-
ством выполняет свои трудные боевые задания.
Так Фадеев подчеркивает, что каждый из молодогвардейцев
отличается своими индивидуальными качествами, но всех их
290
объединяет чувство священной любви к Отчизне, Готовность к
самопожертвованию во имя ее свободы и независимости. Они
не могут представить себя иначе, как советскими людьми, и на
подвиг их ведет чувство безмерной любви к Родине.
Особо отмечает писатель моральную чистоту своих героев.
Они верны и чисты и в дружбе и в любви. Чтобы не бросить
больного товарища, Анатолий Орлов остается в оккупированном
городе. Узами тесной товарищеской дружбы связаны молодо-
гвардейцы, и именно эта безграничная верность друг другу и
своему делу позволила им в течение полугода совершать дерз-
кие диверсионные акты и не быть обнаруженными.
С нежностью и печалью рисует Фадеев трогательную лю-
бовь молодогвардейцев — Ванн Земиухова и Клавы Ковалевой,
Олега Кошевого и Нины Иванцовой, которым так и не удалось
изведать в жизни полного счастья.
Общую характеристику молодого поколения революции дает
майор — случайный спутник Жоры и Вани, внимательно слу-
шавший их горячие споры о жизни, о будущем, о выборе пути.
«— Вы, ребята... вы даже не знаете, какие вы ребята...
Не-ет! Такое государство стояло и будет стоять! — вдруг сказал
он и с ожесточением погрозил кому-то в пространство коротким
черным пальцем... — Ах, боже мой! Да это счастье — стоять на
месте, не отступать, жизнь отдать, — поверьте совести, я сам бы
почел за счастье жизнь отдать, отдать жизнь за таких ребят,
как вы! — с волнением, сотрясавшим его легкое, сухое тело, го-
ворил майор».
Он правильно отмечает, какое чудесное, замечательное поко-
ление молодежи воспитала наша революция, Коммунистическая
партия. В ней выражение жизненности советского общества, мо-
гущества духа нашего народа, залог его неизбежной победы над
врагом.
Фадеев видел не только богатство духовного мира молодо-
гвардейцев, но и черты чисто юношеской непосредственности.
Именно поэтому он подчеркивает мальчишеское озорство в не-
которых поступках Олега Кошевого. По-разному эти черты он
рисует и в Тюленине, и в Шевцовой. Молодогвардейцы даны
Фадеевым во всей их жизненной конкретности. Это не абстракт-
ные схемы добродетели, а живые люди со всеми их достоинст-
вами и недостатками.
В соответствии с той мыслью, что высокие моральные каче-
ства пашей молодежи являются результатом социалистиче-
ского строя, Фадеев строит и композицию романа. В «Моло-
дой гвардии» даны как бы две завязки. Первая завязка — про-
рыв немцами нашего фронта в Донбассе и эвакуация Крас-
нодона. Вторая завязка, когда уже непосредственно начинается
главная тема романа, — организация подпольной группы «Мо-
лодая гвардия». Событиям между эвакуацией Краснодона и

291
организацией «Молодой гвардии» отведено около трети романа.
Эта часть «Молодой гвардии» носит экспозиционный характер,
но играет чрезвычайно важную роль.
Именно здесь Фадеев дает развернутую характеристику мо-
лодого поколения советского народа и вскрывает внутреннюю
основу, внутренние мотивы замечательного героизма, проявлен-
ного молодогвардейцами.
Рисуя молодое поколение советского народа, Фадеев подчер-
кивает важнейшую идею — идею единства поколений советских
людей, связь и преемственность революционных коммунистиче-
ских традиций. Давняя тема всей мировой литературы, тема
отцов и детей, здесь решена совсем по-новому. Эта идея преем-
ственности отражена уже в эпиграфе к роману, представляю-
щем собой цитату из стихотворения Безыменского, которое в
20-х годах было популярнейшей песней отцов и матерей молодо-
гвардейцев. Эпиграф должен оттенить ту мысль, что между
старшим поколением революции, отцами, и молодежью, детьми,
существует кровная и нерасторжимая связь. Отцы и матери мо-
лодогвардейцев сочувствуют своим сыновьям и дочерям и под-
держивают их. Юные герои книги учатся у старших мужеству
и стойкости. Все советские люди разных поколений — от ба-
бушки Веры и дедов-чабанов, встретившихся Туркеничу и
Олегу, когда они отбивали скот у гитлеровцев, и до «гриба-бо-
ровика»—маленькой дочки хозяйки, в доме которой остано-
вилась «Люба Шевцова, — горячо любят свою Родину и страст-
но ненавидят оккупантов. Эта великая и непреодолимая сила
сопротивления всего советского народа поддерживала и вдох-
новляла молодогвардейцев.
Советским людям противостоят враги — фаши-
Изображение сты Изображение вражеского лагеря занимает
врагов значительное место в романе «Молодая гвар-
дия». Как мы уже указывали, оно основано на резком кон-
трасте между светлым миром советского человека и мрачным,
отвратительным фашистским «Ordnung’oM». Фашистский поря-
док представлен целым рядом персонажей: от генерала фон
Венцеля, за вылощенной внешностью которого скрывается раз-
нузданный хам, и до страшной фигуры эсэсовца Петера Фен-
бонга — озверелого палача, садиста и мародера.
К этому же миру принадлежат и омерзительные фигуры
предателей — Рейбанда, Стацепко, Фомина, Выриковой.
В изображении врагов советского парода Фадеев возвра-
щается к той теме, которая волновала его и раньше, — теме ка-
питализма, собственнического мира, где господствуют волчьи
законы наживы, грабежа и взаимной ненависти. Для Фадеева
фашизм — это не что иное, как самое гнусное выражение бур-
жуазного общества. В фашизме родовые признаки буржуазного
строя достигли лишь своего предельного воплощения. В этом
292
смысле символическое значение приобретает спор Фенбонга с
воображаемым джентльменом. Фенбонг одержим маниакальной
мечтой о богатстве. Для того чтобы разбогатеть, он совершает
страшные и грязные дела, убивает и грабит людей. Награблен-
ные драгоценности, валюту, золотые зубы он носит на себе, он
не моется месяцами и превратился уже в зловонное животное.
Но он считает себя ничуть не хуже тех, что нажили богатство
пусть не такими путями, но в конце концов тоже ценой чужой
крови, страданий и мук. В споре с воображаемым приличным
джентльменом Фенбонг убеждает?его, что принципиальной раз-
ницы между ними нет, а если и есть различия в путях обогаще-
ния, то они не столь уж существенны.
Сталкивая советских людей с фашистским «Ordnung’oM»,
Фадеев с особой силой подчеркивает историческую неизбеж-
ность краха того строя, того порядка, который порождает
фенбонгов, и закономерность победы человечности и разума,
воплощенных в советских людях, в коммунистическом обще-
стве.
Среди персонажей, противостоящих молодогвардейцам, на-
ходится и Стахович. В нем Фадеев передает черты, во многом
напоминающие Мечика. Неправильно было бы видеть в Стахо-
виче конкретную историческую личность. Фадеев создал соби-
рательный образ L
Порочные качества Стаховича определились еще раньше —
до того, как он стал предателем. Это — себялюбие, отсут-
ствие прочного чувства товарищеской солидарности, эгоизм,
В Стаховиче не было свойств, присущих человеку социалисти-
ческого общества, он находился во власти буржуазных пере-
житков. И именно это привело Стаховича к позорному по-
ступку. В час испытаний, когда проверяется подлинная ценность
человека, Стахович оказался изменником. Он погубил и себя
и своих товарищей.
Социалистический реализм предполагает много-
образие художественных форм и способов образ-
ного воплощения действительности. Для стиля
романа «Молодая гвардия» характерно сочета-
элементов. Здесь мы видим и черты эпического
и лирический пафос, и сатирическое обличение,
и широкие философско-исторические обобщения.
В соответствии с тем контрастным противопоставлением двух
миров, о котором сказано выше, находятся и две главные стиле-
вые линии романа. Советские люди представлены как носители
Художествен-
ные особенности
романа
ние различных
повествования,
1 В сентябре 1958 и в июле 1959 года «Комсомольская правда» опубли-
ковала статьи, в которых сообщаются новые данные о трагической гибели
героев Краснодона. В частности, в них сообщается, что предал молодогвар-
дейцев некто Почепцов.
Ю Русская советская лит-ра 293
возвышенного и прекрасного. Фашистские варвары обрисованы
в тонах гротеска, т. е. в соединении страшного и уродливого со
смешным.
Наиболее сильная сторона «Молодой гвардии» — та яркость
и глубина, с которой Фадееву удалось запечатлеть героизм,
патриотическую самоотверженность и душевную красоту совет-
ского народа. К раскрытию героических характеров молодогвар-
дейцев Фадеев подошел несколько иначе, чем к изображению
положительных героев в прежних своих произведениях. По
сравнению с «Разгромом» усилилась романтическая устремлен-
ность, которая, как известно, свойственна социалистическому
реализму. Она выразилась в характере изображения персона-
жей и в самом тоне повествования.
В молодогвардейцах писателя привлекает возвышенное, пре-
красное и героическое. Это составляет их отличительное свой-
ство. Деяния молодогвардейцев овеяны романтикой револю-
ционного подвига.
Но романтичность молодогвардейцев вовсе не лишает их
реалистической жизненности. В них отразилось прекрасное в
нашей жизни, героическая романтика самой нашей социалисти-
ческой действительности. Стремление Фадеева раскрыть душев-
ную красоту молодогвардейцев проявляется в самом характере
их изображения. В начале романа Ульяна Громова сравни-
вается с прекрасной, чистой и совершенной в гармоническом со-
четании своих красок лилией. И суть не только в том, что Уля
внешне красива; ее красота связана с душевным богатством ее
внутреннего мира, и писатель передает это характерной порт-
ретной деталью: «...девушка с черными волнистыми косами, в
яркой белой кофточке и с такими прекрасными, раскрывшимися
от внезапно хлынувшего из них сильного света, повлажневшими
черными глазами, что сама она походила на эту лилию, отра-
зившуюся в темной воде».
Еще в большей мере духовная красота выражена в образе
Земнухова. Вот его портрет: «Юноша был длинный, несклад-
ный, сутуловатый, в синей застиранной косоворотке с корот-
кими для его длинных рук рукавами, подпоясанной узким ре-
мешком, в серых, в коричневую полоску, коротковатых брюках
и в тапочках на босу ногу». Но этот нескладный и сутуловатый
юноша отличается таким богатством духовного мира, что он
предстает перед читателем как олицетворение прекрасного. Зем-
нухов взволнован своей встречей с любимой девушкой — Кла-
вой. «То вдохновение, которое, как угли под пеплом, теплилось
в душе его, теперь, как пламя, освещало необыкновенное лицо
его, но ни Клава, и никто из людей не видел его лица теперь,
когда оно стало таким прекрасным».
Молодогвардейцы прекрасны и типичны потому, что они вы-
ражают характерные, зримые и реальные черты нового, социа-
294
диетического человека. Вместе с тем они воплощают в себе
идеал юноши и девушки эпохи социализма. Создавая образы
героев «Молодой гвардии», Фадеев отбирал лучшие чувства й
качества советских людей и раскрывал перед ними их завтрапн
ний день. Сам писатель напоминал: «Социалистический реализм,
опираясь на правду жизни в ее развитии, включает в себя и ре-
волюционную романтику».
Фадеев передает атмосферу героического и высокого револю*
ционного подвига, в котором живет советская молодежь, самим
тоном повествования, средствами языка. Там, где речь идет
о подвигах советских людей, роман написан в приподнятой,
взволнованной манере. Местами он становится как бы поэмой
в прозе. Фраза звучит мерно и торжественно, с нарастающим
эмоциональным напряжением. «...Олег смотрел на луну и точно
видел ее впервые. Он привык к жизни в маленьком степном го-
роде, где все было открыто и все было известно, что происходит
на земле и на небе. И вот все уже шло мимо него: и как наро-
дился месяц-молодик, и как развивался, и как взошла, наконец,
эта полная луна на синем небе. И кто знает, вернется ли когда-
нибудь в жизни эта счастливая пора беззаветного полного слия-
ния со всем, что происходит в мире простого, доброго и чудес-
ного?»
Писатель в лирических монологах размышляет о смысле
происходящего, оценивает поступки своих персонажей и подчер-
кивает свое полное внутреннее родство с героями краснодон-
ского подполья. В этих монологах поэтическая приподнятость
произведения выражена с особенной яркостью. Они несут двой-
ную функцию: передают и размышления автора и мысли героя^
Так, авторский монолог о матери (глава V) кончается словами:»
«Такие мысли и чувства теснились в душе Олега». Переживания
Олега (глава XXV) обрисованы такими же средствами. Иногда
этот монолог строится как прямое обращение художника к чи-
тателю. Глава XIII, посвященная Тюленину, начинается сле-
дующими словами:
«Как бы ты повел себя в жизни, читатель, если у тебя орли-
ное сердце, преисполненное отваги, дерзости, жажды подвига,,
но сам ты еще мал, бегаешь босиком, на ногах у тебя цыпки,
и во всем, решительно во всем, к чему рвется твоя душа, чело-
вечество еще не поняло тебя?»
«Молодой гвардии» чуждо холодное, бесстрастное, равное
душное описание. Автор активно вторгается в повествование.
Каждый эпизод, каждый образ проникнут либо страстной, горя-
чей и открытой любовью, либо такой же открытой и страстной
ненавистью.
«Молодая гвардия» — роман, отличающийся своей глубокой
жизненной правдой, он реалистичен в самом подлинном смысле
слова. Вместе с тем Фадеев не просто описывает дела красно-
10*
295
донцев, а воспевает незабываемые подвиги советских людей. От-
сюда и некоторые особенности языка произведения. В языке от-
крыто выражены и раздумья писателя, и чувства его гнева и
скорби, любви и ненависти. Писатель выбирает краски резкие,
яркие и сильные. Уля сравнивается с прекрасной лилией. Любу
Шевцову Фадеев характеризует сравнением: «Легкая, как
огонь». Шульгу и Валько, погибших в неравной борьбе с пала-
чами, писатель называет рыцарями. Патетична часто и речь
героев, и авторская речь. Фадеев говорит о Шульге: «...в страш-
ных мучениях, в тоске невыносимой, душа его обращалась к
Проценко, их общему руководителю и личному его другу,
и вопрошала: «Где ж ты, Иван Федорович? Як ты? Чи
жив ты? Бьешь ли ты проклятых ворогов, пересилил ли ты
их, перехитрил ли ты их? А вдруг, так же как и меня, тер-
зают душу твою? И вороны уже клюют серед степу твои весе-
лые очи?»
Характерны эмоциональные эпитеты, посредством которых
писатель передает переживания героев: страшные мучения, не-
выносимая тоска. Характерно и то, что глагол спрашивать заме-
нен торжественно-эпическим вопрошать. Внутренний монолог
Шульги изобилует синтаксическими параллелизмами, вопроси-
тельными и восклицательными формами. Заключает его народ-
но-поэтический образ ворона, выклевывающего очи. Лирико-па-
тетические элементы романа восходят к традициям Гоголя, к
эпическому стилю «Тараса Бульбы».
Стремясь передать сложность переживания своих героев,
Фадеев в «Молодой гвардии» в отличие от некоторых прежних
своих произведений избегает чрезмерно усложненной фразы с
обилием придаточных предложений. Языку Фадеева чужды и
увлечения диалектизмами. И только для того чтобы передать
речевой колорит героев, среди которых много украинцев, писа-
тель с большим тактом кое-где прослаивает язык романа украи-
низмами, но целиком понятными читателю («Чи жив ты?»
и т. д.).
Гитлеровское нашествие так резко перевернуло всю жизнь
советского человека, что сама природа воспринимается по-но-
вому. Пейзаж в «Молодой гвардии» непосредственно связан с
переживаниями героев, но не просто с их психологическим со-
стоянием, а с их мыслями, думами о Родине, о былой счастли-
вой и свободной жизни, о грозных опасностях борьбы.
Картина природы, которой открывается роман, своими свет-
лыми, ликующими красками передает прелесть мирной жизни
и служит резким контрастом тому страшному, что произойдет
дальше.
Глядя на прекрасный мир, раскрывшийся вокруг, и прислу-
шавшись к дальнему орудийному грохоту, Уля Громова гово-
рит:
2С6
«Когда я слышу это и вижу небо, такое ясное, вижу ветви
деревьев, траву под ногами, чувствую, как ее нагрело солныш-
ко, как она вкусно пахнет, — мне делается так больно, словно
все это уже ушло от меня навсегда, навсегда».
В другом месте перед нами картина осенней ночи:
«Так была таинственна и прекрасна эта ночь ранней осени,
с этой чуть серебристой туманной дымкой за рекой и с этим по-
сасывающим и причмокивающим, каким-то детским звуком,
что каждый из ребят не мог отделаться от странного чувства:
неужели они должны будут расстаться и с рекой, и с этим зву-
ком и вступить в борьбу с немецким часовым, какими-то про-
волочными заграждениями, запорами?»
Весь мир молодогвардейцев, вся жизнь, все их помыслы и
чувства связаны с огромными и трагическими событиями вой-
ны, с Родиной, с героической борьбой против врагов Отчизны,
И самими картинами природы Фадеев передает напряженность
и драматизм этой борьбы.
В «Молодой гвардии» Фадеев сумел воплотить героический
характер советского народа, стойкость и душевную красоту но-
вого человека, рожденного и воспитанного социалистическим
обществом. Кошевой, Тюленин, Громова и другие персонажи
«Молодой гвардии» стали такими же любимыми героями со-
ветского читателя, как Павел Власов, Чапаев, Павел Корча-
гин.
Если в изображении советских людей господствуют в романе
лирические и пафосные элементы, то фашистский порядок
Фадеев рисует средствами сатиры, приемами гротеска. Ужасны
и отвратительны дела оккупантов. Омерзение вызывают и
сами они. Писатель сравнивает их с животными: Фенбонг —
«вонючая гиена», немецкий полковник сравнивается с «оскален-
ным псом», а гестаповец, допрашивающий Олега, — с миногой.
У этого гестаповца «страшные фиолетовые полукружья под
глазами, исходящие из-под углов темных, почти черных век,
огибающие скулы и растворяющиеся на худых щеках в трупные
пятна, придавали вид сверхъестественный — такой человек мог
присниться только в страшном сне».
Но в изображении фашистов страшное и уродливое соеди-
няется со смешным. Комически нелепы фигуры руководителя
«дирекциона № 10» лейтенанта Швейде и его заместителя
Фельднера. Необыкновенный болтун и крикун Фельднер и
столь же необыкновенный молчальник Швейде, который «был
так глуп, что ему трудно было связать слово в фразы», — оба
они со своими бесплодными попытками поставить на широкую
ногу ограбление Донбасса обрисованы в тонах откровенной и
язвительной издевки.
297
Значение творчества Фадеева в истории советской литера-
туры состоит в том, что он ярко и сильно изобразил такие
важнейшие эпохи в жизни советского народа, как граждан-
ская война и Великая Отечественная война против фашист-
ских захватчиков; он одним из первых в нашей литературе
сумел выразить сложный и богатый внутренний мир человека
новой, социалистической эпохи; разрабатывая основную тему
своего творчества — тему героической борьбы народа за новую,
коммунистическую жизнь, он раскрыл организующую и вдох-
новляющую роль Коммунистической партии.
Сила Фадеева как художника заключается в том, что он
с большой искренностью, воодушевлением и мастерством рас-
сказал в своих книгах о том, как был завоеван социализм и
каких великих успехов он достиг.
(Советская литература
НА СОВРЕМЕННОМ ЭТАПЕ
За последнее десятилетие в жизни нашей страны произошли
глубокие и плодотворные изменения. Историческое значение
имел XX съезд КПСС, состоявшийся в феврале 1956 года.
Съезд определил дальнейшие пути строительства коммунизма,
осудил культ личности Сталина, восстановил ленинские нормы
партийной жизни и принципы социалистической законности.
Весьма положительное влияние оказали решения XX съезда
партии и на советскую литературу.
XX съезд КПСС помог советским писателям теснее связать
свое творчество с жизнью народа, преодолеть отрицательное
воздействие культа личности на литературу.
Конечно, было бы совершенно неверно и неисторично харак-
теризовать всю литературу периода культа личности чертами
украшательства, иллюстративности, несамостоятельности. Со-
ветская литература в своем главном направлении в силу своих
кровных связей с революцией и народом сохранила верность
народным чаяниям и правде жизни. Культ личности не мог
приостановить ни исторического творчества народа, ни разви-
тия литературы, рожденной Октябрем.
В противовес идеологии культа личности советская литера-
тура в произведениях Горького, Шолохова, А. Толстого, Фаде-
ева, Леонова, Федина, Твардовского и многих других писателей
твердо стояла на позициях реализма, утверждала роль народа
и партии в революции и строительстве коммунизма, несла в
массы идеи социалистического гуманизма. Однако для того
чтобы творчество наших писателей полностью отвечало за-
дачам строительства коммунизма, необходимо было до конца
преодолеть влияние культа личности на литературу. Помощь
партии сыграла здесь решающую роль.
299
Литература последнего десятилетия развивалась в обстанов-
ке острой идейно-литературной борьбы. Партия решительно вы-
ступала против ошибочных тенденций, сказавшихся в творчестве
отдельных литераторов. Принципиально и глубоко был постав-
лен партией вопрос о недопустимости мирного сосуществования
в области идеологии, о необходимости борьбы против форма-
лизма и модернизма, о консолидации всей художественной ин-
теллигенции на принципиальной основе. Главную линию в раз-
витии советской литературы партия видит во все большем
укреплении связи с жизнью народа, в правдивом и высокохудо-
жественном отображении социалистической действительности,
во вдохновенном воспроизведении нового, подлинно коммуни-
стического, в обличении всего того, что мешает движению на-
шего общества вперед.
В мае 1959 года состоялся Третий Всесоюзный съезд писа-
телей. Он прошел под знаком дальнейшего сближения литера-
туры с жизнью, укрепления идейной сплоченности писателей,
под знаком возросшей требовательности к художественному ка-
честву произведений.
В октябре 1961 года состоялся XXII съезд Коммунистиче-
ской партии Советского Союза.
Съезд явился событием огромной исторической важности.
Он принял новую Программу партии, великую программу по-
строения коммунистического общества.
Значительное место заняли в новой Программе КПСС во-
просы литературы и искусства. Партия исходит из того, что в
процессе создания коммунизма роль искусства в воспитании
нового человека возрастает.
Одной из важных сторон такого воспитания является приоб-
щение масс к высокой эстетической культуре. В Программе
КПСС сказано: «Партия будет неустанно заботиться о расцвете
литературы, искусства, культуры, о создании всех условий для
наиболее полного проявления личных способностей каждого че-
ловека, об эстетическом воспитании всех трудящихся, формиро-
вании в народе высоких художественных вкусов и культурных
навыков. Художественное начало еще более одухотворит труд,
украсит быт и облагородит человека» Г
Советская литература и искусство, сказано в Програм-
ме, «призваны служить источником радости и вдохновения
для миллионов людей, выражать их волю, чувства и мысли,
служить средством их идейного обогащения и нравственного
воспитания».
Программа утверждает значение народности и партийности
для советской литературы и призывает писателей и всех деяте-
1 «Программа Коммунистической партии Советского Союза», Госполит-
издат, М., 1961, стр. 130.
300
лей искусства сочетать смелое новаторство с использованием
всех прогрессивных традиций мировой культуры. Перед масте-
рами советского искусства открыт широкий простор для про-
явлений личной инициативы, высокого мастерства, многообра-
зия творческих форм, стилей и жанров.
Великие деяния советского народа и партии за последнее
десятилетие ознаменовали собой новый этап развития духовной
жизни нашего общества, народного сознания. Происходят суще-
ственные изменения и в советской литературе. Повысилась твор-
ческая активность и инициатива писателей, усилилась их забота
об идейности и художественном уровне своих произведений.
Литература стала богаче и многообразнее. Важное место в
ней завоевали очерки (В. Овечкин, Е. Дорош и др.), книги авто-
биографического характера («Дневные звезды» О. Бергольц,
«Повесть о жизни» К. Паустовского и др.), путевые записки
(«Владимирские проселки» В. Солоухина, «Ледовая книга»
Юхана Смуула и др.) и т. п. Вызвали живой интерес повести и
романы В. Пановой, Вс. Кочетова, К. Симонова, Г. Николаевой,
В. Кожевникова, В. Тендрякова, Ю. Бондарева, Д. Гранина,
Чингиза Айтматова, пьесы В. Розова («В добрый час»), А. Ар-
бузова («Иркутская история»), кинокартины «Судьба чело-
века», «Баллада о солдате», «Чистое небо», «Девять дней одного
года», «Тишина», многие произведения молодых прозаиков и
поэтов. Внимание широких кругов читателей привлекла опубли-
кованная в 1962 году повесть А. Солженицына «Один день
Ивана Денисовича».
Успешно преодолевая недостатки, связанные с влиянием
культа личности, литература стала ближе к жизни и богаче жи-
вым опытом народа. Это относится и к прозе, и к поэзии, и к
драматургии последних лет.
п Важнейшим событием литературы последних
роза лет было появление второй книги «Поднятой
целины» и рассказа «Судьба человека» М. Шолохова. Когда-то
Лев Толстой писал о «Севастопольских рассказах», что их
главный герой — правда. То же самое мог сказать о своих
книгах и М. Шолохов. Правда жизни — вот сановная черта его
произведений. Писатель показывает в них торжество нового
мира, не обходя при этом молчанием ни бедствий, выпадающих
на долю человека, ни огромных трудностей, встающих на пути
людей, борющихся за народ, за коммунизм, именно в преодо-
лении этих трудностей и раскрывается подлинное величие его
героев. Рисуя их, Шолохов далек от любых схем и предубеж-
дений, будь то рецепты «идеального героя» или героя с обя-
зательной «червоточиной». Законом для него является правда
жизни, увиденная глазами народа.
Выдающимся достижением советской прозы последних лет
является роман Л. М. Леонова «Русский лес», удостоенный в
301
1957 году Ленинской премии. «Русский лес» —- широкое, много-
плановое эпическое полотно, рисующее русскую жизнь и в пред-
революционные годы, и в советский период — до событий Вели-
кой Отечественной войны включительно. В романе действует
большое количество персонажей. Но особенно глубоко и все-
сторонне обрисованы два лица — Вихров и Грацианский. Борь-
ба между ними составляет главное содержание произведения и
образует внутреннее движение сюжета. Оба они — деятели нау-
ки. Но Вихров олицетворяет собой бескорыстное, честное слу-
жение истине, народу, Родине. Он подлинный советский пат-
риот, беспредельно влюбленный в свое дело и готовый ради
интересов родной земли пожертвовать всем. Грацианский же
воплощает в себе низменное, своекорыстное, бесчестное начало.
Это трусливый и бездарный человек, который ничего не дает
науке, демагог, пользующийся громкими лозунгами для того,
чтобы травить честных ученых. Почва, на которой мог возник-
нуть такой гнусный тунеядец, — отвратительные пережитки бур-
жуазного прошлого. Преодолению их мешал культ личности.
Большую идейную и художественную роль выполняет в ро-
мане образ русского леса — символа жизни, красоты, неумира-
ющей поэзии родной природы. Утверждение творческого ком-
мунистического начала, страстное обличение двоедушия и эго-
изма, языковое мастерство, умение изобразить всю сложность
внутреннего мира людей — все это делает «Русский лес» одним
из значительнейших произведений советской литературы.
С успехом завершает в наши дни большой художественный
замысел, посвященный истории революции и нашего общества,
Константин Александрович Федин (род. в 1892 г.). Речь идет
о трилогии: «Первые радости» (1945), «Необыкновенное лето»
(1948), «Костер» (первая книга) (1961).
Федин относится к числу писателей старшего поколения.
Известны его произведения: роман из времен империалисти-
ческой войны и первых лет революции «Города и годы» (1924)
и роман «Братья» (1928), его романы на тему о двух мирах —
растущем и крепнущем мире социализма и идущем к гибели
империалистическом мире — «Похищение Европы» (1934—
1935) и «Санаторий Арктур» (1940). Но наиболее выдающимися
произведениями Федина являются последние романы: «Первые
радости», «Необыкновенное лето» и «Костер». Они свидетель-
ствуют о большом идейном и творческом росте писателя.
Романы Федина представляют собой широкое историческое
полотно. В первом из них действие относится к 1910 году, во
втором — к лету 1919 года, в третьем — к 1941 году.
Революционное подполье в период столыпинской реакции,
борьба лучших русских людей против самодержавия, граждан-
ская война, жестокие бои с белогвардейцами и интервентами на
юге, разгром вражеских полчищ Красной Армией, начало Оте-
302
чественной войны — таковы исторические события, изображен-
ные в романах.
Главные герои его произведений уже не мятущиеся, без-
вольные интеллигенты, как это было в прежние годы, вроде
Андрея Старцова («Города и годы») или Никиты Карева
(«Братья»), а большевики, революционеры Извеков и Рагозин.
Если раньше в романах 20-х годов коммунисты у Федина
выглядели упрощенными и схематизированными, то теперь, на-
против, Извеков и Рагозин даны как люди, отличающиеся ду-
шевным богатством, разносторонностью, глубиной и напряжен-
ностью своих духовных, идейных интересов, они наделены
подлинной человечностью и обаянием.
Колебания и смятение Старцова и Карева в прежних про-
изведениях Федина изображались в трагическом плане.
В новых романах драматург Пастухов, пытающийся сохранит >
«независимость» и в условиях жестокой классовой борьбы со-
блюсти некий «нейтралитет», не просто разоблачается Феди-
ным, но и подвергается осмеянию. По-новому решает писатель
проблемы, занимавшие его раньше.
Повествуя о событиях большой давности, эти романы уст-
ремлены в грядущее, они перекликаются с сегодняшним днем,
с нашей борьбой за коммунизм. Рагозин и Извеков не только
мечтают о будущем. Свой труд, свою борьбу и лишения они
рассматривают как практическое подготовление этого буду-
щего. ,
Извеков говорит: 1
«Никакой полет в небо невозможен без земли. Чтобы взле-
теть, нужно твердое основание. Мы сейчас отвоевываем себе
это основание. Именно сейчас. Строим аэродром будущего. Это
работа долгая и тяжелая... Мы, если надо, землю руками раз-
гребаем, ногтями ее рыхлим, босыми подошвами утаптываем.
И не отступимся, пока не будет готов наш аэродром... Я буду
укатывать землю, пока она не станет годна для разбега. Чтобы
оторваться потом в такую высь, какой люди никогда не знали.
Я ее вижу, все время вижу, эту высь, веришь мне?»
В третьей части трилогии — романе «Костер» — автор
переносит читателя в 1941 год. Писатель рисует дальнейшие
судьбы драматурга Пастухова, актрисы Аночки Парабукиной»
коммунистов Извекова и Рагозина. В изображении предвоен-
ных дней, в самом характере обрисовки первых дней войны
Федин останавливает внимание читателя и на том, что подго-
тавливало нашу победу, и на трудностях в жизни страны и
личных судьбах людей.
Одним из наглядных проявлений быстрого и плодотворного
роста советской прозы последнего десятилетия является широко
известный роман Мухтара Ауэзова «Путь Абая» (первая кни-
га— «Абай», вторая — «Путь Абая»), удостоенная Ленинской
303
премии в 1959 году. Мухтар Омарханович Ауэзов (1897—1961) —
выдающийся казахский советский писатель и ученый. За, сорок
лет своей литературной деятельности он написал много талант-
ливых рассказов, повестей, пьес. Но самым значительным его
произведением является роман об Абае Кунанбаеве.
Абай был великим казахским поэтом-просветителем вто-
рой половины девятнадцатого века, основоположником казах-
ской письменной литературы и национального литературного
языка. Творчество Абая отличается правдивостью, гуманизмом,
оно сложилось под влиянием русской литературы и идей рус-
ских революционеров-демократов. Абай известен и как пере-
водчик на казахский язык отрывков из «Евгения Онегина»
Пушкина, некоторых произведений Лермонтова, Крылова.
Абай — главный герой романа Ауэзова. Писатель ярко
рисует его жизнь и духовный рост. Читатель романа видит,
как зреют ум, воля и талант Абая, как к нему тянутся и во-
круг него группируются люди, представляющие все честное,
молодое, прогрессивное в казахской степи. При этом Абай
изображается не как схематический идеализированный герой,
но как живой, естественный, противоречивый характер — сын
своей эпохи и своей среды. Очень трудно было показать разви-
тие поэтического дарования Абая. Но Ауэзов справился и с
этой задачей. Им убедительно раскрыто рождение стихов и пе-
сен поэта и воссозданы его раздумья. С особой теплотой пишет
Ауэзов о тяге Абая к Пушкину и Лермонтову. В последнем
томе романа мы видим в Абае зрелого поэта-борца, вместе со
своими единомышленниками, учениками и русскими друзьями
ведущего бой с темными силами феодального байства, мусуль-
манского духовенства и царского самодержавия.
Сила романа Ауэзова заключается и в том, что жизнь и борь-
ба Абая даны в нем в связи с историей казахского народа,
на широком социальном фоне. Роман Ауэзова — это подлин-
ная энциклопедия жизни казахского народа в прошлом. Это
широкая эпическая панорама, отражающая самые различные
стороны быта, нравов, социальных отношений того времени.
Картины родовых распрей и бесчинств жестокого правителя
степи Кунанбая (отца Абая), аульного быта и пробуждения
протеста против угнетателей в скованном патриархально-родо-
выми предрассудками сознании казахского народа сменяются
во второй книге романа сценами, рисующими жизнь не только
в степи, но и в городе, раскрывающими обостренную классовую
борьбу во всем Казахстане.
Четырехтомный роман Мухтара Ауэзова — большое дости-
жение литературы социалистического реализма. До революции
в казахской прозе по существу не было настоящего романа, и
создание Ауэзовым этого произведения наглядно показывает,
как далеко вперед шагнула казахская литература. Но «Путь
304
Абая» не смог бы появиться на свет, если бы он не был подго-
товлен всем ходом развития казахской советской литературы.
Этот роман вовсе не является единственным достижением ка-
захской прозы. Кроме него, можно назвать роман Сабита Мука-
нова «Ботагоз», роман Габита Мусрепова «Пробужденный край»
и многие другие произведения казахской советской литературы,
успешно развивающейся на путях социалистического реализма.
В 1961 году Ленинской премии был удостоен украинский со-
ветский писатель Михаил Стельмах за цикл романов: «Боль-
шая родня», «Кровь людская — не водица», «Хлеб и соль».
«Я родился на черной земле моих отцов; хлебопашеская,
Октябрем согретая судьба с детства стала и моею судьбою; я
вырастал из колоса, из земли, пахал, засевал ее и умирал за
нее; потому всей своей страстью и всей любовью, каждой кап-
лей своего духа буду воспевать нашу мать-землю, ибо хочу
видеть ее в несказанном цветении и в щедрости людского
счастья, ибо хочу слышать повсюду на ней добрую песню и
сердечный смех, ибо хочу видеть на ней бессмертный венец
солнца, а не смертоносную злобу расщепленного атома».
В этих словах Михаила Стельмаха выражена его заветная
мечта. В своих романах он и написал об Украине, ее земле и
народе так, как хотели его сердце и разум.
Трилогия Стельмаха охватывает почти полувековой период
жизни и борьбы украинского народа. События, которые про-
исходят в украинском селе в начале нашего века, острая клас-
совая битва на украинской земле в первые годы Советской
власти, коллективизация и Отечественная война — вот масшта-
бы романов Стельмаха. Писатель показывает в них, как бес-
правные «труженики и мученики земли» становились борцами
за свою свободу, как они закалялись в огне социалистической
революции, как строили новую, счастливую жизнь и отстаивали
ее от фашистского нашествия.
Писал Стельмах свою трилогию не совсем обычно — с концам
Первый роман — «Большая родня» — посвящен коллективиза-
ции на Украине, второй — «Кровь людская — не водица» — рас-
сказывает об Октябрьской революции на Подольщине, тре-
тий— «Хлеб и соль» — о другом поворотном этапе в жизни укра-
инского народа — революции 1905 года.
Писатель правдиво раскрывает богатство души простого
человека. Он показывает, что труженику-крестьянину свойст-
венны и глубокие моральные искания, и развитое эстетическое
чувство, и способность находить в природе, как сказано в рома-
не об одной крестьянке, «и тонкие краски, и рассветную
щедрость на просторных нивах, где спят рядом перепелки и
солнце».
Очень большой удачей художника является образ Свирида
Мирошниченко — героя романа «Кровь людская — не водица».
305
Это один из самых ярких в нашей советской литературе образ
большевика.
Для стиля романов Стельмаха характерна романтическая
приподнятость. Лирические отступления переплетаются в них
с живописными описаниями природы, с драматическими и тра-
гическими сценами.
Цикл романов Стельмаха — эпопея народной жизни, воспе-
вающая труд и красоту человека, преобразующего мир.
Поэзия Самыми крепкими узами связаны с современ-
ным периодом истории нашего общества книга
А. Твардовского «За далью — даль», удостоенная в 1961 году
Ленинской премии, и одновременно написанная им поэма
«Теркин на том свете». В них с покоряющей силой сказались
лучшие черты нашей современной литературы: и возросшее чув-
ство ответственности, и стремление глубоко осмыслить истори-
ческие судьбы Родины, решать сложные и важные вопросы
жизни. И пишет ли Твардовский о забытом послевоенном вдо-
вьем крае и тетке Дарье «с ее терпеньем безнадежным», расска-
зывает ли стучащую в сердце повесть о друге детства, желает
ли добра молодоженам, едущим на «край земли», гордится ли
на Ангаре молодеческим резоном и удалым вызовом родного
народа, издевается ли над «тем светом» или с отрадой приме-
чает «приметы» нового — всюду читатель слышит голос поэта
гуманного, полного любви к людям, счастливого тем, что жил
и был всегда с народом, разделяя с ним и его испытания, и его
мечту дойти до избранных вершин.
Тогда же — в 1961 году — Ленинской премии была удостое-
на книга стихотворений Александра Андреевича Прокофьева
(род. в 1900 г.) «Приглашение к путешествию».
Стихотворения этой книги тесно связаны с прежними произве-
дениями Прокофьева, с его известной поэмой «Россия». Поэт
как бы вновь проходит по уже пройденным дорогам, утверждая
и углубляя мотивы, которые стали душой всего его творчества.
В свое время Сергей Есенин мучительно мечтал уйти «исце-
ленный навек»
Слушать песни дождей и черемух,
Чем здоровый живет человек.
Счастьем слушать «песни дождей и черемух», душевной
цельностью и ясностью в безграничной мере наделен Алек-
сандр Прокофьев. Его поэзия — поэзия радости жизни, горячей
любви и крепкой дружбы, поэзия здоровых, прекрасных чувств.
И о чем бы ни писал Прокофьев, он пишет о Родине, о своем
народе. Огромной любовью, осенившей все его творчество, ста-
ла для поэта Россия — страна, что «разметнулась на полсвета и
вся на сердце у меня». Эта страна распахала степи до курга-
306
нов, нашла пути в Зазвездье. В «Приглашении к путешествию»
чувство страстной любви к Родине пронизывает всю книгу.
Когда открываешь «Приглашение к путешествию», то всту-
паешь в мир, где просторно сердечной песне и доброй шутке, где,
как и в былые славные годы, трубят к бою трубачи, где гремит
«Интернационал», в мир, где неумолчно звучит голос Родины.
И в каждом стихотворении Прокофьев — поэт яркого худо-
жественного своеобразия, который неутомимо ищет слова-само-
цветы, которому нужно,
Чтоб слова от слов зарделись,
Чтоб они, идя в полет,
Вились, бились, чтобы пелись,
Чтобы елись, словно мед!
В 1962 году вышла книга стихотворений Самуила Яковле-
вича Маршака (1893—1964) «Избранная лирика». Она была
удостоена Ленинской премии. Маршак хорошо известен в нашей
стране как автор классических стихов для детей («Почта»,
«Пожар», «Вот какой рассеянный», «Мистер Твистер» и др.) и
великолепных переводов на русский язык стихотворений Бёрнса
и сонетов Шекспира. Уже стихи для детей и переводы дают
право считать его большим русским советским поэтом. Лири-
ка — это новый прекрасный вклад Маршака в сокровищницу
советской литературы.
Лирические стихотворения Маршака отличаются глубиной
мысли и чувства и простотой художественного воплощения.
Поэзии Маршака органически чужда всякая неясность мысли
или запутанность в ее выражении. Маршак — прямой наслед-
ник русской классической поэзии, которая все сложное и тонкое
умела выражать понятно и изящно. Вместе с тем нетрудно заме-
тить, что каждое стихотворение Маршака написано в наше вре-
мя, человеком нашего общества. Например, этот зимний пейзаж:
Как поработала зима!
Какая ровная кайма,
Не нарушая очертаний,
Легла на кровли стройных зданий.
Вокруг белеющих прудов —
Кусты в пушистых полушубках,
И проволока проводов
Таится в белоснежных трубках.
Снежинки падали с небес
В таком случайном беспорядке,
А улеглись постелью гладкой
И строго окаймили лес.
Пейзаж этот без человека, но он увиден глазами человека.
И, судя по всему, это простой трудовой человек. Даже пей-
заж для него — результат разумного труда, хотя «поработала»
307
над ним природа. Зима потрудилась так, как это сделал бы лю-
бящий свой труд человек: целесообразно и красиво.
В каждом стихотворении Маршака живет ум и сердечность.
Поэт любит и ценит жизнь, но далек от идиллического отноше-
ния к ней. Жизнь трудна, иногда печальна, и счастье, «все хо-
рошее» нужно завоевывать.
Пусть каждый день и каждый час
Вам новое добудет,
Пусть добрым будет ум у вас,
А сердце умным будет.
Вам от души желаю я,
Друзья, всего хорошего,
Л все хорошее, друзья,
Дается нам недешево! —-
пишет Маршак в стихотворении «Пожелания друзьям». «Доб-
рый ум и умное сердце» — это как раз и есть счастье и то хоро-
шее, которое достается «недешево» и требует от человека на-
стойчивости, труда, благородства.
К числу лучших произведений многонациональной советской
поэзии относятся и удостоенные Ленинской премии в 1960 году
произведения известного таджикского советского поэта Мирзо
Турсун-заде (род. в 1911 г.): поэма «Хасан-Арбакеш» и сбор-
ник стихотворений и поэм «Голос Азии».
В них развиваются темы, являющиеся основными для всего
творчества М. Турсун-заде: темы революционного преобразова-
ния бесправных в прошлом восточных окраин России, дружбы
народов, трудового братства людей.
В поэме «Хасан-Арбакеш» М. Турсун-заде дает как бы худо-
жественную историю своего народа. В судьбе героя поэмы —
Хасана, простого таджика, погонщика арбы, очерчен путь, кото-
рый прошел народ Таджикистана за годы Советской власти.
Блуждая по дорогам родного края, Хасан ищет свое счастье.
Но он ищет свой отдельный рай, рай для себя. Хасан — труже-
ник и совсем неплохой человек, но он несколько смешон со
своей «независимостью» и заносчивостью. Посмотрите, как он
въезжает на базарную площадь:
«Эй, расступись!
посторонись, народ!
Лепешечник, побереги бока.
А пу, варзобец на вязанке дров,
Прочь убери с дороги ишака!» —
Вот так, на весь базар крича с копя,
Надменно возвышаясь над толпой,
Прохожих на две стороны тесня,
Хасан загромыхал своей арбой.
Индивидуализму Хасана поэт противопоставляет кипучую
жизнь молодой республики, судьбы таджиков* жизнь которых
неразрывно связана с общим делом социалистического строи-
тельства. Постепенно, после мучительных раздумий и Хасан
308
осознает никчемность одинокого существования, вне дружной
работы на общее благо:
Что ж... Сам ты виноват в беде своей!
Ручьи живут, сливаясь в русле рек,
А одинокий средь песков ручей
Пересыхает. Так и человек.
Лирика М. Турсун-заде всегда сердечна и эмоциональна.
Политические идеи и мотивы звучат в ней очень человечно и
взволнованно. Вместе с тем в произведениях «личных», даже
автобиографических, проступают общие черты времени. Такова,
например, вошедшая в сборник «Голос Азии» поэма «Вечный
свет». В ней М. Турсун-заде рассказывает о рождении у него
сына и о своей встрече с основоположником таджикской совет-
ской литературы — знаменитым писателем Садриддином Айни:
Такого утра не было светлей!
Я встретил двух желанных мне людей.
Один издал сегодня первый крик,
Другой — любимый Родиной старик.
Один ребенок мой, крылатый мой,
Другой — учитель мой, вожатый мой!
Так в сердце одного человека прошлое встретилось с буду-
щим, так на долю поэта выпало счастье передать «вечный свет»
мудрости и культуры новым поколениям, идущим на смену
людям, открывшим для народа путь к коммунизму.
Одновременно с Мирзо Турсун-заде Ленинской премии был
удостоен виднейший украинский советский поэт Максим Фад-
деевич Рыльский (1895—1964) за книги стихотворений «Розы
и виноград» и «Далекие небосклоны».
Раздумья над вопросами единения культур братских наро-
дов нашей страны, над судьбами человечества и проблемами
интернационализма всегда были характерны для поэзии
М. Рыльского. Звучат они и в новых книгах Рыльского. В сбор-
нике «Розы и виноград» значительная часть стихов посвящена
Советской Отчизне, Ленину, Москве, Ленинграду, Баку, Арме-
нии, Белоруссии. Поэт вызывает к жизни образы Пушкина,
Шевченко, Толстого, Горького, Маяковского, Янки Купалы,
Низами и других художников братских народов. Почти вся
книга «Далекие небосклоны» состоит из стихов, написанных на
материале поездок в разные страны. Это стихи о Польше, Бол-
гарии, Франции и Бразилии.
Высокие гражданские идеи находят в этих стихах истинно
поэтическое выражение. Читая «Розы и виноград» и «Далекие
небосклоны», мы как бы читаем страницы стихотворного днев-
ника поэта. Так, о Париже, о знаменитом соборе Нотр-Дам пи-
сали многие художники слова, в первую очередь, конечно,
французские (В. Гюго и другие). Но Рыльский увидел Нотр-
Дам по-своему.
309
над ним природа. Зима потрудилась так, как это сделал бы лю-
бящий свой труд человек: целесообразно и красиво.
В каждом стихотворении Маршака живет ум и сердечность.
Поэт любит и ценит жизнь, но далек от идиллического отноше-
ния к ней. Жизнь трудна, иногда печальна, и счастье, «все хо-
рошее» нужно завоевывать.
Пусть каждый день и каждый час
Вам новое добудет,
Пусть добрым будет ум у вас,
А сердце умным будет.
Вам от души желаю я,
Друзья, всего хорошего,
А все хорошее, друзья,
Дается нам недешево! —-
пишет Маршак в стихотворении «Пожелания друзьям». «Доб-
рый ум и умное сердце» — это как раз и есть счастье и то хоро-
шее, которое достается «недешево» и требует от человека на-
стойчивости, труда, благородства.
К числу лучших произведений многонациональной советской
поэзии относятся и удостоенные Ленинской премии в 1960 году
произведения известного таджикского советского поэта Мирзо
Турсун-заде (род. в 1911 г.): поэма «Хасан-Арбакеш» и сбор-
ник стихотворений и поэм «Голос Азии».
В них развиваются темы, являющиеся основными для всего
творчества М. Турсун-заде: темы революционного преобразова-
ния бесправных в прошлом восточных окраин России, дружбы
народов, трудового братства людей.
В поэме «Хасан-Арбакеш» М. Турсун-заде дает как бы худо-
жественную историю своего народа. В судьбе героя поэмы —
Хасана, простого таджика, погонщика арбы, очерчен путь, кото-
рый прошел народ Таджикистана за годы Советской власти.
Блуждая по дорогам родного края, Хасан ищет свое счастье.
Но он ищет свой отдельный рай, рай для себя. Хасан — труже-
ник и совсем неплохой человек, но он несколько смешон со
своей «независимостью» и заносчивостью. Посмотрите, как он
въезжает на базарную площадь:
«Эй, расступись!
посторонись, народ!
Лепешечник, побереги бока.
А ну, варзобец на вязанке дров,
Прочь убери с дороги ишака!» —
Вот так, на весь базар крича с копя,
Надменно возвышаясь над толпой,
Прохожих па две стороны тесня,
Хасан загромыхал своей арбой.
Индивидуализму Хасана поэт противопоставляет кипучую
жизнь молодой республики, судьбы таджиков, жизнь которых
неразрывно связана с общим делом социалистического строи-
тельства. Постепенно, после мучительных раздумий и Хасан
308
осознает никчемность одинокого существования, вне дружной
работы на общее благо:
Что ж... Сам ты виноват в беде своей!
Ручьи живут, сливаясь в русле рек,
А одинокий средь песков ручей
Пересыхает. Так и человек.
Лирика М. Турсун-заде всегда сердечна и эмоциональна.
Политические идеи и мотивы звучат в ней очень человечно и
взволнованно. Вместе с тем в произведениях «личных», даже
автобиографических, проступают общие черты времени. Такова,
например, вошедшая в сборник «Голос Азии» поэма «Вечный
свет». В ней М. Турсун-заде рассказывает о рождении у него
сына и о своей встрече с основоположником таджикской совет-
ской литературы — знаменитым писателем Садриддином Айни:
Такого утра не было светлей!
Я встретил двух желанных мне людей.
Один издал сегодня первый крик,
Другой — любимый Родиной старик.
Один ребенок мой, крылатый мой,
Другой — учитель мой, вожатый мой!
Так в сердце одного человека прошлое встретилось с буду-
щим, так на долю поэта выпало счастье передать «вечный свет»
мудрости и культуры новым поколениям, идущим на смену
людям, открывшим для народа путь к коммунизму.
Одновременно с Мирзо Турсун-заде Ленинской премии был
удостоен виднейший украинский советский поэт Максим Фад-
деевич Рыльский (1895—1964) за книги стихотворений «Розы
и виноград» и «Далекие небосклоны».
Раздумья над вопросами единения культур братских наро-
дов нашей страны, над судьбами человечества и проблемами
интернационализма всегда были характерны для поэзии
М. Рыльского. Звучат они и в новых книгах Рыльского. В сбор-
нике «Розы и виноград» значительная часть стихов посвящена
Советской Отчизне, Ленину, Москве, Ленинграду, Баку, Арме-
нии, Белоруссии. Поэт вызывает к жизни образы Пушкина,
Шевченко, Толстого, Горького, Маяковского, Янки Купалы,
Низами и других художников братских народов. Почти вся
книга «Далекие небосклоны» состоит из стихов, написанных на
материале поездок в разные страны. Это стихи о Польше, Бол-
гарии, Франции и Бразилии.
Высокие гражданские идеи находят в этих стихах истинно
поэтическое выражение. Читая «Розы и виноград» и «Далекие
небосклоны», мы как бы читаем страницы стихотворного днев-
ника поэта. Так, о Париже, о знаменитом соборе Нотр-Дам пи-
сали многие художники слова, в первую очередь, конечно,
французские (В. Гюго и другие). Но Рыльский увидел Нотр-
Дам по-своему.
309
над ним природа. Зима потрудилась так, как это сделал бы лю-
бящий свой труд человек: целесообразно и красиво.
В каждом стихотворении Маршака живет ум и сердечность.
Поэт любит и ценит жизнь, но далек от идиллического отноше-
ния к ней. Жизнь трудна, иногда печальна, и счастье, «все хо-
рошее» нужно завоевывать.
Пусть каждый день и каждый час
Вам новое добудет,
Пусть добрым будет ум у вас,
А сердце умным будет.
Вам от души желаю я,
Друзья, всего хорошего,
А все хорошее, друзья,
Дается нам недешево! —•
пишет Маршак в стихотворении «Пожелания друзьям». «Доб-
рый ум и умное сердце» — это как раз и есть счастье и то хоро-
шее, которое достается «недешево» и требует от человека на-
стойчивости, труда, благородства.
К числу лучших произведений многонациональной советской
поэзии относятся и удостоенные Ленинской премии в 1960 году
произведения известного таджикского советского поэта Мирзо
Турсун-заде (род. в 1911 г.): поэма «Хасан-Арбакеш» и сбор-
ник стихотворений и поэм «Голос Азии».
В них развиваются темы, являющиеся основными для всего
творчества М. Турсун-заде: темы революционного преобразова-
ния бесправных в прошлом восточных окраин России, дружбы
народов, трудового братства людей.
В поэме «Хасан-Арбакеш» М. Турсун-заде дает как бы худо*
жественную историю своего народа. В судьбе героя поэмы —
Хасана, простого таджика, погонщика арбы, очерчен путь, кото-
рый прошел народ Таджикистана за годы Советской власти.
Блуждая по дорогам родного края, Хасан ищет свое счастье.
Но он ищет свой отдельный рай, рай для себя. Хасан — труже-
ник и совсем неплохой человек, но он несколько смешон со
своей «независимостью» и заносчивостью. Посмотрите, как он
въезжает на базарную площадь:
«Эй, расступись!
посторонись, народ!
Лепешечник, побереги бока.
А ну, варзобец на вязанке дров,
Прочь убери с дороги ишака!» —
Вот так, на весь базар крича с копя,
Надменно возвышаясь над толпой,
Прохожих на две стороны тесня,
Хасан загромыхал своей арбой.
Индивидуализму Хасана поэт противопоставляет кипучую
жизнь молодой республики, судьбы таджиков, жизнь которых
неразрывно связана с общим делом социалистического строи-
тельства. Постепенно, после мучительных раздумий и Хасан
308
осознает никчемность одинокого существования, вне дружной
работы на общее благо:
Что ж... Сам ты виноват в беде своей!
Ручьи живут, сливаясь в русле рек,
А одинокий средь песков ручей
Пересыхает. Так и человек.
Лирика М. Турсун-заде всегда сердечна и эмоциональна.
Политические идеи и мотивы звучат в ней очень человечно и
взволнованно. Вместе с тем в произведениях «личных», даже
автобиографических, проступают общие черты времени. Такова,
например, вошедшая в сборник «Голос Азии» поэма «Вечный
свет». В ней М. Турсун-заде рассказывает о рождении у него
сына и о своей встрече с основоположником таджикской совет-
ской литературы — знаменитым писателем Садриддином Айни:
Такого утра не было светлей!
Я встретил двух желанных мне людей.
Один издал сегодня первый крик,
Другой — любимый Родиной старик.
Один ребенок мой, крылатый мой,
Другой — учитель мой, вожатый мой!
Так в сердце одного человека прошлое встретилось с буду-
щим, так на долю поэта выпало счастье передать «вечный свет»
мудрости и культуры новым поколениям, идущим на смену
людям, открывшим для народа путь к коммунизму.
Одновременно с Мирзо Турсун-заде Ленинской премии был
удостоен виднейший украинский советский поэт Максим Фад-
деевич Рыльский (1895—1964) за книги стихотворений «Розы
и виноград» и «Далекие небосклоны».
Раздумья над вопросами единения культур братских наро-
дов нашей страны, над судьбами человечества и проблемами
интернационализма всегда были характерны для поэзии
М. Рыльского. Звучат они и в новых книгах Рыльского. В сбор-
нике «Розы и виноград» значительная часть стихов посвящена
Советской Отчизне, Ленину, Москве, Ленинграду, Баку, Арме-
нии, Белоруссии. Поэт вызывает к жизни образы Пушкина,
Шевченко, Толстого, Горького, Маяковского, Янки Купалы,
Низами и других художников братских народов. Почти вся
книга «Далекие небосклоны» состоит из стихов, написанных на
материале поездок в разные страны. Это стихи о Польше, Бол-
гарии, Франции и Бразилии.
Высокие гражданские идеи находят в этих стихах истинно
поэтическое выражение. Читая «Розы и виноград» и «Далекие
небосклоны», мы как бы читаем страницы стихотворного днев-
ника поэта. Так, о Париже, о знаменитом соборе Нотр-Дам пи-
сали многие художники слова, в первую очередь, конечно,
французские (В. Гюго и другие). Но Рыльский увидел Нотр-
Дам по-своему.
309
над ним природа. Зима потрудилась так, как это сделал бы лю-
бящий свой труд человек: целесообразно и красиво.
В каждом стихотворении Маршака живет ум и сердечность.
Поэт любит и ценит жизнь, но далек от идиллического отноше-
ния к ней. Жизнь трудна, иногда печальна, и счастье, «все хо-
рошее» нужно завоевывать.
Пусть каждый день и каждый час
Вам новое добудет,
Пусть добрым будет ум у вас,
А сердце умным будет.
Вам от души желаю я,
Друзья, всего хорошего,
А все хорошее, друзья,
Дается нам недешево! —•
пишет Маршак в стихотворении «Пожелания друзьям». «Доб-
рый ум и умное сердце» — это как раз и есть счастье и то хоро-
шее, которое достается «недешево» и требует от человека на-
стойчивости, труда, благородства.
К числу лучших произведений многонациональной советской
поэзии относятся и удостоенные Ленинской премии в 1960 году
произведения известного таджикского советского поэта Мирзо
Турсун-заде (род. в 1911 г.): поэма «Хасан-Арбакеш» и сбор-
ник стихотворений и поэм «Голос Азии».
В них развиваются темы, являющиеся основными для всего
творчества М. Турсун-заде: темы революционного преобразова-
ния бесправных в прошлом восточных окраин России, дружбы
народов, трудового братства людей.
В поэме «Хасан-Арбакеш» М. Турсун-заде дает как бы худо*
жественную историю своего народа. В судьбе героя поэмы —
Хасана, простого таджика, погонщика арбы, очерчен путь, кото-
рый прошел народ Таджикистана за годы Советской власти.
Блуждая по дорогам родного края, Хасан ищет свое счастье.
Но он ищет свой отдельный рай, рай для себя. Хасан — труже-
ник и совсем неплохой человек, но он несколько смешон со
своей «независимостью» и заносчивостью. Посмотрите, как он
въезжает на базарную площадь:
«Эй, расступись!
посторонись, народ!
Лепешечник, побереги бока.
А ну, варзобец на вязанке дров,
Прочь убери с дороги ишака!» —
Вот так, йа весь базар крича с коня,
Надменно возвышаясь над толпой,
Прохожих па две стороны тесня,
Хасан загромыхал своей арбой.
Индивидуализму Хасана поэт противопоставляет кипучую
жизнь молодой республики, судьбы таджиков, жизнь которых
неразрывно связана с общим делом социалистического строи-
тельства. Постепенно, после мучительных раздумий и Хасан
308
осознает никчемность одинокого существования, вне дружной
работы на общее благо:
Что ж... Сам ты виноват в беде своей!
Ручьи живут, сливаясь в русле рек,
А одинокий средь песков ручей
Пересыхает. Так и человек.
Лирика М. Турсун-заде всегда сердечна и эмоциональна.
Политические идеи и мотивы звучат в ней очень человечно и
взволнованно. Вместе с тем в произведениях «личных», даже
автобиографических, проступают общие черты времени. Такова,
например, вошедшая в сборник «Голос Азии» поэма «Вечный
свет». В ней М. Турсун-заде рассказывает о рождении у него
сына и о своей встрече с основоположником таджикской совет-
ской литературы — знаменитым писателем Садриддином Айни:
Такого утра не было светлей!
Я встретил двух желанных мне людей.
Один издал сегодня первый крик,
Другой — любимый Родиной старик.
Один ребенок мой, крылатый мой,
Другой — учитель мой, вожатый мой!
Так в сердце одного человека прошлое встретилось с буду-
щим, так на долю поэта выпало счастье передать «вечный свет»
мудрости и культуры новым поколениям, идущим на смену
людям, открывшим для народа путь к коммунизму.
Одновременно с Мирзо Турсун-заде Ленинской премии был
удостоен виднейший украинский советский поэт Максим Фад-
деевич Рыльский (1895—1964) за книги стихотворений «Розы
и виноград» и «Далекие небосклоны».
Раздумья над вопросами единения культур братских наро-
дов нашей страны, над судьбами человечества и проблемами
интернационализма всегда были характерны для поэзии
М. Рыльского. Звучат они и в новых книгах Рыльского. В сбор-
нике «Розы и виноград» значительная часть стихов посвящена
Советской Отчизне, Ленину, Москве, Ленинграду, Баку, Арме-
нии, Белоруссии. Поэт вызывает к жизни образы Пушкина,
Шевченко, Толстого, Горького, Маяковского, Янки Купалы,
Низами и других художников братских народов. Почти вся
книга «Далекие небосклоны» состоит из стихов, написанных на
материале поездок в разные страны. Это стихи о Польше, Бол-
гарии, Франции и Бразилии.
Высокие гражданские идеи находят в этих стихах истинно
поэтическое выражение. Читая «Розы и виноград» и «Далекие
небосклоны», мы как бы читаем страницы стихотворного днев-
ника поэта. Так, о Париже, о знаменитом соборе Нотр-Дам пи-
сали многие художники слова, в первую очередь, конечно,
французские (В. Гюго и другие). Но Рыльский увидел Нотр-
Дам по-своему.
309
над ним природа. Зима потрудилась так, как это сделал бы лю-
бящий свой труд человек: целесообразно и красиво.
В каждом стихотворении Маршака живет ум и сердечность.
Поэт любит и ценит жизнь, но далек от идиллического отноше-
ния к ней. Жизнь трудна, иногда печальна, и счастье, «все хо-
рошее» нужно завоевывать.
Пусть каждый день и каждый час
Вам новое добудет,
Пусть добрым будет ум у вас,
А сердце умным будет.
Вам от души желаю я,
Друзья, всего хорошего,
А все хорошее, друзья,
Дается нам недешево! —•
пишет Маршак в стихотворении «Пожелания друзьям». «Доб-
рый ум и умное сердце» — это как раз и есть счастье и то хоро-
шее, которое достается «недешево» и требует от человека на-
стойчивости, труда, благородства.
К числу лучших произведений многонациональной советской
поэзии относятся и удостоенные Ленинской премии в 1960 году
произведения известного таджикского советского поэта Мирзо
Турсун-заде (род. в 1911 г.): поэма «Хасан-Арбакеш» и сбор-
ник стихотворений и поэм «Голос Азии».
В них развиваются темы, являющиеся основными для всего
творчества М. Турсун-заде: темы революционного преобразова-
ния бесправных в прошлом восточных окраин России, дружбы
народов, трудового братства людей.
В поэме «Хасан-Арбакеш» М. Турсун-заде дает как бы худо*
жественную историю своего народа. В судьбе героя поэмы —
Хасана, простого таджика, погонщика арбы, очерчен путь, кото-
рый прошел народ Таджикистана за годы Советской власти.
Блуждая по дорогам родного края, Хасан ищет свое счастье.
Но он ищет свой отдельный рай, рай для себя. Хасан — труже-
ник и совсем неплохой человек, но он несколько смешон со
своей «независимостью» и заносчивостью. Посмотрите, как он
въезжает на базарную площадь:
«Эй, расступись!
посторонись, народ!
Лепешечник, побереги бока.
А ну, варзобец на вязанке дров,
Прочь убери с дороги ишака!» —
Вот так, на весь базар крича с коня,
Надменно возвышаясь над толпой,
Прохожих на две стороны тесня,
Хасан загромыхал своей арбой.
Индивидуализму Хасана поэт противопоставляет кипучую
жизнь молодой республики, судьбы таджиков, жизнь которых
неразрывно связана с общим делом социалистического строи-
тельства. Постепенно, после мучительных раздумий и Хасан
308
осознает никчемность одинокого существования, вне дружной
работы на общее благо:
Что ж... Сам ты виноват в беде своей!
Ручьи живут, сливаясь в русле рек,
А одинокий средь песков ручей
Пересыхает. Так и человек.
Лирика М. Турсун-заде всегда сердечна и эмоциональна.
Политические идеи и мотивы звучат в ней очень человечно и
взволнованно. Вместе с тем в произведениях «личных», даже
автобиографических, проступают общие черты времени. Такова,
например, вошедшая в сборник «Голос Азии» поэма «Вечный
свет». В ней М. Турсун-заде рассказывает о рождении у него
сына и о своей встрече с основоположником таджикской совет-
ской литературы — знаменитым писателем Садриддином Айни:
Такого утра не было светлей!
Я встретил двух желанных мне людей.
Один издал сегодня первый крик,
Другой — любимый Родиной старик.
Один ребенок мой, крылатый мой,
Другой — учитель мой, вожатый мой!
Так в сердце одного человека прошлое встретилось с буду-
щим, так на долю поэта выпало счастье передать «вечный свет»
мудрости и культуры новым поколениям, идущим на смену
людям, открывшим для народа путь к коммунизму.
Одновременно с Мирзо Турсун-заде Ленинской премии был
удостоен виднейший украинский советский поэт Максим Фад-
деевич Рыльский (1895—1964) за книги стихотворений «Розы
и виноград» и «Далекие небосклоны».
Раздумья над вопросами единения культур братских наро-
дов нашей страны, над судьбами человечества и проблемами
интернационализма всегда были характерны для поэзии
М. Рыльского. Звучат они и в новых книгах Рыльского. В сбор-
нике «Розы и виноград» значительная часть стихов посвящена
Советской Отчизне, Ленину, Москве, Ленинграду, Баку, Арме-
нии, Белоруссии. Поэт вызывает к жизни образы Пушкина,
Шевченко, Толстого, Горького, Маяковского, Янки Купали,
Низами и других художников братских народов. Почти вся
книга «Далекие небосклоны» состоит из стихов, написанных на
материале поездок в разные страны. Это стихи о Польше, Бол-
гарии, Франции и Бразилии.
Высокие гражданские идеи находят в этих стихах истинно
поэтическое выражение. Читая «Розы и виноград» и «Далекие
небосклоны», мы как бы читаем страницы стихотворного днев-
ника поэта. Так, о Париже, о знаменитом соборе Нотр-Дам пи-
сали многие художники слова, в первую очередь, конечно,
французские (В. Гюго и другие). Но Рыльский увидел Нотр-
Дам по-своему.
309
над ним природа. Зима потрудилась так, как это сделал бы лю-
бящий свой труд человек: целесообразно и красиво.
В каждом стихотворении Маршака живет ум и сердечность.
Поэт любит и ценит жизнь, но далек от идиллического отноше-
ния к ней. Жизнь трудна, иногда печальна, и счастье, «все хо-
рошее» нужно завоевывать.
Пусть каждый день и каждый час
Вам новое добудет,
Пусть добрым будет ум у вас,
А сердце умным будет.
Вам от души желаю я,
Друзья, всего хорошего,
А все хорошее, друзья,
Дается нам недешево! —•
пишет Маршак в стихотворении «Пожелания друзьям». «Доб-
рый ум и умное сердце» — это как раз и есть счастье и то хоро-
шее, которое достается «недешево» и требует от человека на-
стойчивости, труда, благородства.
К числу лучших произведений многонациональной советской
поэзии относятся и удостоенные Ленинской премии в 1960 году
произведения известного таджикского советского поэта Мирзо
Турсун-заде (род. в 1911 г.): поэма «Хасан-Арбакеш» и сбор-
ник стихотворений и поэм «Голос Азии».
В них развиваются темы, являющиеся основными для всего
творчества М. Турсун-заде: темы революционного преобразова-
ния бесправных в прошлом восточных окраин России, дружбы
народов, трудового братства людей.
В поэме «Хасан-Арбакеш» М. Турсун-заде дает как бы худо*
жественную историю своего народа. В судьбе героя поэмы —
Хасана, простого таджика, погонщика арбы, очерчен путь, кото-
рый прошел народ Таджикистана за годы Советской власти.
Блуждая по дорогам родного края, Хасан ищет свое счастье.
Но он ищет свой отдельный рай, рай для себя. Хасан — труже-
ник и совсем неплохой человек, но он несколько смешон со
своей «независимостью» и заносчивостью. Посмотрите, как он
въезжает на базарную площадь:
«Эй, расступись!
посторонись, народ!
Лепешечник, побереги бока.
А ну, варзобец на вязанке дров,
Прочь убери с дороги ишака!» —
Вот так, на весь базар крича с коня,
Надменно возвышаясь над толпой,
Прохожих на две стороны тесня,
Хасан загромыхал своей арбой.
Индивидуализму Хасана поэт противопоставляет кипучую
жизнь молодой республики, судьбы таджиков, жизнь которых
неразрывно связана с общим делом социалистического строи-
тельства. Постепенно, после мучительных раздумий и Хасан
308
осознает никчемность одинокого существования, вне дружной
работы на общее благо:
Что ж... Сам ты виноват в беде своей!
Ручьи живут, сливаясь в русле рек,
А одинокий средь песков ручей
Пересыхает. Так и человек.
Лирика М. Турсун-заде всегда сердечна и эмоциональна.
Политические идеи и мотивы звучат в ней очень человечно и
взволнованно. Вместе с тем в произведениях «личных», даже
автобиографических, проступают общие черты времени. Такова,
например, вошедшая в сборник «Голос Азии» поэма «Вечный
свет». В ней М. Турсун-заде рассказывает о рождении у него
сына и о своей встрече с основоположником таджикской совет-
ской литературы — знаменитым писателем Садриддином Айни:
Такого утра не было светлей!
Я встретил двух желанных мне людей.
Один издал сегодня первый крик,
Другой — любимый Родиной старик.
Один ребенок мой, крылатый мой,
Другой — учитель мой, вожатый мой!
Так в сердце одного человека прошлое встретилось с буду-
щим, так на долю поэта выпало счастье передать «вечный свет»
мудрости и культуры новым поколениям, идущим на смену
людям, открывшим для народа путь к коммунизму.
Одновременно с Мирзо Турсун-заде Ленинской премии был
удостоен виднейший украинский советский поэт Максим Фад-
деевич Рыльский (1895—1964) за книги стихотворений «Розы
и виноград» и «Далекие небосклоны».
Раздумья над вопросами единения культур братских наро-
дов нашей страны, над судьбами человечества и проблемами
интернационализма всегда были характерны для поэзии
М. Рыльского. Звучат они и в новых книгах Рыльского. В сбор-
нике «Розы и виноград» значительная часть стихов посвящена
Советской Отчизне, Ленину, Москве, Ленинграду, Баку, Арме-
нии, Белоруссии. Поэт вызывает к жизни образы Пушкина,
Шевченко, Толстого, Горького, Маяковского, Янки Купалы,
Низами и других художников братских народов. Почти вся
книга «Далекие небосклоны» состоит из стихов, написанных на
материале поездок в разные страны. Это стихи о Польше, Бол-
гарии, Франции и Бразилии.
Высокие гражданские идеи находят в этих стихах истинно
поэтическое выражение. Читая «Розы и виноград» и «Далекие
небосклоны», мы как бы читаем страницы стихотворного днев-
ника поэта. Так, о Париже, о знаменитом соборе Нотр-Дам пи-
сали многие художники слова, в первую очередь, конечно,
французские (В. Гюго и другие). Но Рыльский увидел Нотр-
Дам по-своему.
309
Собор! Сквозь волны грохота и пыли
Перед тобой снуют автомобили,
А ты стоишь, но революций гром
Лежит, как отблеск, на челе твоем...
Обе книги М. Рыльского пронизывает пафос свободного
творческого труда, вдохновенного служения людям. Поэт пишет
на излюбленные темы проникновенно, тонко и мудро. Многие
строки новых стихотворений М. Рыльского поражают своим
лаконизмом и точностью. Иные из них близки к афоризмам!
У счастья нашего есть равных два крыла:
Цвет роз и виноград, прекрасное с полезным.
Один из лучших мастеров пейзажа в советской поэзии —
Рыльский и в новых стихотворениях с необычайным мастерст-
вом рисует картины природы. Его пейзажи выразительны и вы-
зывают серьезные раздумья. Вот, к примеру, стихотворение
«Война алой и белой розы»:
Был теплый дождь, в траве стоит вода,
И стрекоза на ветке обсыхает,
Запах острее донник. Из гнезда
Впервые в небо ласточка взмывает.
Подвязывая светлый виноград,
Смеется девушка сама с собою,
И ярко маки алые горят,
Омыты свежей влагой дождевою.
За речкой песня вдалеке слышна,
А у веранды, здесь, на клумбе малой,
Идет в тиши бескровная война,
Все та же: белой розы с розой алой.
Сколько радости и красоты в этих стихах! Как поэтично, не-
принужденно и естественно выражает поэт самую задушевную
идею нашего времени: на земле законна только бескровная вой-
на белой и алой розы в цветнике после освежающего дождя.
Да т d Значительны и достижения советской драма-
р у г тургии последних лет. Признание зрителя полу-
чили пьесы А. Арбузова («Иркутская история»), В. Розова
(«В добрый час»). Особое место среди них занимают пьесы
Николая Федоровича Погодина «Кремлевские куранты» (пер-
вая редакция— 1940 год, новая редакция— 1955 год) и «Третья
патетическая» (1958). Вместе с пьесой «Человек с ружьем», на-
писанной Погодиным в 1937 году, они составляют трилогию о
Ленине.
Каждая из этих пьес является вполне самостоятельным про-
изведением, и в то же время многое соединяет их между
собой.
«Все три пьесы, безусловно, связаны общей темой, — писал
Н. Погодин. — В них я хотел рассказать о том, как Ленин
боролся за нового человека, который поставил перед собой
310
огромную цель — построить социализм, выполнил ее и который
в конечном счете построит коммунизм. Это солдат в «Человеке
с ружьем», интеллигент, матрос, часовщик в «Курантах», и в-
«Третьей патетической» — люди, которые остались после Ленина
вести государство. Один из них сталевар, другой — партий-
ный работник. Этих людей оставил после себя Ленин, который
любил человека, верил в него, надеялся на него».
Пьесы Погодина проникнуты идеей единства Ленина, пар-
тии и народа. Вместе с очерком А. М. Горького о Ленине, с
поэмой В. Маяковского «Владимир Ильич Ленин» трилогия
Погодина — «Человек с ружьем», «Кремлевские куранты»,
«Третья патетическая» — принадлежит к числу замечательных
произведений нашей литературы, посвященных художествен-
ному воссозданию образа великого вождя Октябрьской социа-
листической революции и основателя Советского государства.
За трилогию о В. И. Ленине Погодин был удостоен в
1959 году Ленинской премии.
Рассмотрим более подробно одну из пьес трилогии — «Крем-
левские куранты».
«КРЕМЛЕВСКИЕ КУРАНТЫ»
Как и в других пьесах трилогии, в центре ее стоит образ
Ленина. Но здесь он нарисован по-особому.
«Если сравнить образ В. И. Ленина в «Человеке с ружьем»
и образ Владимира Ильича в «Кремлевских курантах», можно
видеть, что это разные черты гения пролетарской револю-
ции, — писал Погодин. — В «Человеке с ружьем» — набросок
образа организатора и вождя в дни Великой Октябрьской со-
циалистической революции. В «Кремлевских курантах» — попыт-
ка показать черты созидательного гения Владимира Ильича.
Вся тема «Кремлевских курантов» построена на одном лишь за-
мечании Владимира Ильича о том, что плох тот революционер,
который не мечтает. «Надо мечтать!» — писал Ленин в своей
брошюре «Что делать?».
В «Кремлевских курантах» действие происходит в 1920—
1921 годах. Тогда наша страна делала первые шаги по пути
социалистического строительства.
Этот пафос строительства, созидания и составляет лейтмо-
тив пьесы Погодина, с особой силой проявляющийся в деятель-
ности Ленина, в его мудром и смелом плане электрификации
страны.
Самым теснейшим образом связана в пьесе с деятельностью
Ленина сложная история инженера Забелина, который от
неприятия Советской власти приходит к искреннему служению
революционному народу*
311
Собор! Сквозь волны грохота и пыли
Перед тобой снуют автомобили,
А ты стоишь, но революций гром
Лежит, как отблеск, на челе твоем...
Обе книги М. Рыльского пронизывает пафос свободного
творческого труда, вдохновенного служения людям. Поэт пишет
на излюбленные темы проникновенно, тонко и мудро. Многие
строки новых стихотворений М. Рыльского поражают своим
лаконизмом и точностью. Иные из них близки к афоризмам!
У счастья нашего есть равных два крыла:
Цвет роз и виноград, прекрасное с полезным.
Один из лучших мастеров пейзажа в советской поэзии —•
Рыльский и в новых стихотворениях с необычайным мастерст-
вом рисует картины природы. Его пейзажи выразительны и вы-
зывают серьезные раздумья. Вот, к примеру, стихотворение
«Война алой и белой розы»:
Был теплый дождь, в траве стоит вода,
И стрекоза на ветке обсыхает,
Запах острее донник. Из гнезда
Впервые в небо ласточка взмывает.
Подвязывая светлый виноград,
Смеется девушка сама с собою,
И ярко маки алые горят,
Омыты свежей влагой дождевою.
За речкой песня вдалеке слышна,
А у веранды, здесь, на клумбе малой,
Идет в тиши бескровная война,
Все та же: белой розы с розой алой.
Сколько радости и красоты в этих стихах! Как поэтично, не-
принужденно и естественно выражает поэт самую задушевную
идею нашего времени: на земле законна только бескровная вой-
на белой и алой розы в цветнике после освежающего дождя*
д Значительны и достижения советской драма-
р матургия ТурГИИ последних лет. Признание зрителя полу-
чили пьесы А. Арбузова («Иркутская история»), В. Розова
(«В добрый час»). Особое место среди них занимают пьесы
Николая Федоровича Погодина «Кремлевские куранты» (пер-
вая редакция— 1940 год, новая редакция— 1955 год) и «Третья
патетическая» (1958). Вместе с пьесой «Человек с ружьем», на-
писанной Погодиным в 1937 году, они составляют трилогию о
Ленине.
Каждая из этих пьес является вполне самостоятельным про-
изведением, и в то же время многое соединяет их между
собой.
«Все три пьесы, безусловно, связаны общей темой, — писал
Н. Погодин. — В них я хотел рассказать о том, как Ленин
боролся за нового человека, который поставил перед собой
310
огромную цель — построить социализм, выполнил ее и который
в конечном счете построит коммунизм. Это солдат в «Человеке
с ружьем», интеллигент, матрос, часовщик в «Курантах», и в-
«Третьей патетической» — люди, которые остались после Ленина
вести государство. Один из них сталевар, другой — партий-
ный работник. Этих людей оставил после себя Ленин, который
любил человека, верил в него, надеялся на него».
Пьесы Погодина проникнуты идеей единства Ленина, пар-
тии и народа. Вместе с очерком А. М. Горького о Ленине, с
поэмой В. Маяковского «Владимир Ильич Ленин» трилогия
Погодина — «Человек с ружьем», «Кремлевские куранты»,
«Третья патетическая» — принадлежит к числу замечательных
произведений нашей литературы, посвященных художествен-
ному воссозданию образа великого вождя Октябрьской социа-
листической революции и основателя Советского государства.
За трилогию о В. И. Ленине Погодин был удостоен в
1959 году Ленинской премии.
Рассмотрим более подробно одну из пьес трилогии — «Крем-
левские куранты».
«КРЕМЛЕВСКИЕ КУРАНТЫ»
Как и в других пьесах трилогии, в центре ее стоит образ
Ленина. Но здесь он нарисован по-особому.
«Если сравнить образ В. И. Ленина в «Человеке с ружьем»
и образ Владимира Ильича в «Кремлевских курантах», можно
видеть, что это разные черты гения пролетарской револю-
ции, — писал Погодин. — В «Человеке с ружьем» — набросок
образа организатора и вождя в дни Великой Октябрьской со-
циалистической революции. В «Кремлевских курантах» — попыт-
ка показать черты созидательного гения Владимира Ильича.
Вся тема «Кремлевских курантов» построена на одном лишь за-
мечании Владимира Ильича о том, что плох тот революционер,
который не мечтает. «Надо мечтать!» — писал Ленин в своей
брошюре «Что делать?».
В «Кремлевских курантах» действие происходит в 1920—
1921 годах. Тогда наша страна делала первые шаги по пути
социалистического строительства.
Этот пафос строительства, созидания и составляет лейтмо-
тив пьесы Погодина, с особой силой проявляющийся в деятель-
ности Ленина, в его мудром и смелом плане электрификации
страны.
Самым теснейшим образом связана в пьесе с деятельностью
Ленина сложная история инженера Забелина, который от
неприятия Советской власти приходит к искреннему служению
революционному народу*
311
Собор! Сквозь волны грохота и пыли
Перед тобой снуют автомобили,
А ты стоишь, но революций гром
Лежит, как отблеск, на челе твоем...
Обе книги М. Рыльского пронизывает пафос свободного
творческого труда, вдохновенного служения людям. Поэт пишет
на излюбленные темы проникновенно, тонко и мудро. Многие
строки новых стихотворений М. Рыльского поражают своим
лаконизмом и точностью. Иные из них близки к афоризмам!
У счастья нашего есть равных два крыла:
Цвет роз и виноград, прекрасное с полезным.
Один из лучших мастеров пейзажа в советской поэзии—•
Рыльский и в новых стихотворениях с необычайным мастерст-
вом рисует картины природы. Его пейзажи выразительны и вы-
зывают серьезные раздумья. Вот, к примеру, стихотворение
«Война алой и белой розы»:
Был теплый дождь, в траве стоит вода,
И стрекоза на ветке обсыхает,
Запах острее донник. Из гнезда
Впервые в небо ласточка взмывает.
Подвязывая светлый виноград,
Смеется девушка сама с собою,
И ярко маки алые горят,
Омыты свежей влагой дождевою.
За речкой песня вдалеке слышна,
А у веранды, здесь, на клумбе малой,
Идет в тиши бескровная война,
Все та же: белой розы с розой алой.
Сколько радости и красоты в этих стихах! Как поэтично, не-
принужденно и естественно выражает поэт самую задушевную
идею нашего времени: на земле законна только бескровная вой-
на белой и алой розы в цветнике после освежающего дождя*
Доамат огия Значительны и достижения советской драма-
р м тургия Тургии последних лет. Признание зрителя полу-
чили пьесы А. Арбузова («Иркутская история»), В. Розова
(«В добрый час»). Особое место среди них занимают пьесы
Николая Федоровича Погодина «Кремлевские куранты» (пер-
вая редакция— 1940 год, новая редакция— 1955 год) и «Третья
патетическая» (1958). Вместе с пьесой «Человек с ружьем», на-
писанной Погодиным в 1937 году, они составляют трилогию о
Ленине.
Каждая из этих пьес является вполне самостоятельным про-
изведением, и в то же время многое соединяет их между
собой.
«Все три пьесы, безусловно, связаны общей темой, — писал
Н. Погодин. — В них я хотел рассказать о том, как Ленин
боролся за нового человека, который поставил перед собой
310
огромную цель — построить социализм, выполнил ее и который
в конечном счете построит коммунизм. Это солдат в «Человеке
с ружьем», интеллигент, матрос, часовщик в «Курантах», и в-
«Третьей патетической» — люди, которые остались после Ленина
вести государство. Один из них сталевар, другой — партий-
ный работник. Этих людей оставил после себя Ленин, который
любил человека, верил в него, надеялся на него».
Пьесы Погодина проникнуты идеей единства Ленина, пар-
тии и народа. Вместе с очерком А. М. Горького о Ленине, с
поэмой В. Маяковского «Владимир Ильич Ленин» трилогия
Погодина — «Человек с ружьем», «Кремлевские куранты»,
«Третья патетическая» — принадлежит к числу замечательных
произведений нашей литературы, посвященных художествен-
ному воссозданию образа великого вождя Октябрьской социа-
листической революции и основателя Советского государства.
За трилогию о В. И. Ленине Погодин был удостоен в
1959 году Ленинской премии.
Рассмотрим более подробно одну из пьес трилогии — «Крем-
левские куранты».
«КРЕМЛЕВСКИЕ КУРАНТЫ»
Как и в других пьесах трилогии, в центре ее стоит образ
Ленина. Но здесь он нарисован по-особому.
«Если сравнить образ В. И. Ленина в «Человеке с ружьем»
и образ Владимира Ильича в «Кремлевских курантах», можно
видеть, что это разные черты гения пролетарской револю-
ции, — писал Погодин. — В «Человеке с ружьем» — набросок
образа организатора и вождя в дни Великой Октябрьской со-
циалистической революции. В «Кремлевских курантах» — попыт-
ка показать черты созидательного гения Владимира Ильича.
Вся тема «Кремлевских курантов» построена на одном лишь за-
мечании Владимира Ильича о том, что плох тот революционер,
который не мечтает. «Надо мечтать!» — писал Ленин в своей
брошюре «Что делать?».
В «Кремлевских курантах» действие происходит в 1920—
1921 годах. Тогда наша страна делала первые шаги по пути
социалистического строительства.
Этот пафос строительства, созидания и составляет лейтмо-
тив пьесы Погодина, с особой силой проявляющийся в деятель-
ности Ленина, в его мудром и смелом плане электрификации
страны.
Самым теснейшим образом связана в пьесе с деятельностью
Ленина сложная история инженера Забелина, который от
неприятия Советской власти приходит к искреннему служению
революционному народу*
311
Собор! Сквозь волны грохота и пыли
Перед тобой снуют автомобили,
А ты стоишь, но революций гром
Лежит, как отблеск, на челе твоем...
Обе книги М. Рыльского пронизывает пафос свободного
творческого труда, вдохновенного служения людям. Поэт пишет
на излюбленные темы проникновенно, тонко и мудро. Многие
строки новых стихотворений М. Рыльского поражают своим
лаконизмом и точностью. Иные из них близки к афоризмам!
У счастья нашего есть равных два крыла:
Цвет роз и виноград, прекрасное с полезным.
Один из лучших мастеров пейзажа в советской поэзии—•
Рыльский и в новых стихотворениях с необычайным мастерст-
вом рисует картины природы. Его пейзажи выразительны и вы-
зывают серьезные раздумья. Вот, к примеру, стихотворение
«Война алой и белой розы»:
Был теплый дождь, в траве стоит вода,
И стрекоза на ветке обсыхает,
Запах острее донник. Из гнезда
Впервые в небо ласточка взмывает.
Подвязывая светлый виноград,
Смеется девушка сама с собою,
И ярко маки алые горят,
Омыты свежей влагой дождевою.
За речкой песня вдалеке слышна,
А у веранды, здесь, на клумбе малой,
Идет в тиши бескровная война,
Все та же: белой розы с розой алой.
Сколько радости и красоты в этих стихах! Как поэтично, не-
принужденно и естественно выражает поэт самую задушевную
идею нашего времени: на земле законна только бескровная вой-
на белой и алой розы в цветнике после освежающего дождя*
д Значительны и достижения советской драма-
р матургия Тургии последних лет. Признание зрителя полу-
чили пьесы А. Арбузова («Иркутская история»), В. Розова
(«В добрый час»). Особое место среди них занимают пьесы
Николая Федоровича Погодина «Кремлевские куранты» (пер-
вая редакция— 1940 год, новая редакция— 1955 год) и «Третья
патетическая» (1958). Вместе с пьесой «Человек с ружьем», на-
писанной Погодиным в 1937 году, они составляют трилогию о
Ленине.
Каждая из этих пьес является вполне самостоятельным про-
изведением, и в то же время многое соединяет их между
собой.
«Все три пьесы, безусловно, связаны общей темой, — писал
Н. Погодин. — В них я хотел рассказать о том, как Ленин
боролся за нового человека, который поставил перед собой
310
огромную цель — построить социализм, выполнил ее и который
в конечном счете построит коммунизм. Это солдат в «Человеке
с ружьем», интеллигент, матрос, часовщик в «Курантах», и в-
«Третьей патетической» — люди, которые остались после Ленина
вести государство. Один из них сталевар, другой — партий-
ный работник. Этих людей оставил после себя Ленин, который
любил человека, верил в него, надеялся на него».
Пьесы Погодина проникнуты идеей единства Ленина, пар-
тии и народа. Вместе с очерком А. М. Горького о Ленине, с
поэмой В. Маяковского «Владимир Ильич Ленин» трилогия
Погодина — «Человек с ружьем», «Кремлевские куранты»,
«Третья патетическая» — принадлежит к числу замечательных
произведений нашей литературы, посвященных художествен-
ному воссозданию образа великого вождя Октябрьской социа-
листической революции и основателя Советского государства.
За трилогию о В. И. Ленине Погодин был удостоен в
1959 году Ленинской премии.
Рассмотрим более подробно одну из пьес трилогии — «Крем-
левские куранты».
«КРЕМЛЕВСКИЕ КУРАНТЫ»
Как и в других пьесах трилогии, в центре ее стоит образ
Ленина. Но здесь он нарисован по-особому.
«Если сравнить образ В. И. Ленина в «Человеке с ружьем»
и образ Владимира Ильича в «Кремлевских курантах», можно
видеть, что это разные черты гения пролетарской револю-
ции, — писал Погодин. — В «Человеке с ружьем» — набросок
образа организатора и вождя в дни Великой Октябрьской со-
циалистической революции. В «Кремлевских курантах» — попыт-
ка показать черты созидательного гения Владимира Ильича.
Вся тема «Кремлевских курантов» построена на одном лишь за-
мечании Владимира Ильича о том, что плох тот революционер,
который не мечтает. «Надо мечтать!» — писал Ленин в своей
брошюре «Что делать?».
В «Кремлевских курантах» действие происходит в 1920—
1921 годах. Тогда наша страна делала первые шаги по пути
социалистического строительства.
Этот пафос строительства, созидания и составляет лейтмо-
тив пьесы Погодина, с особой силой проявляющийся в деятель-
ности Ленина, в его мудром и смелом плане электрификации
страны.
Самым теснейшим образом связана в пьесе с деятельностью
Ленина сложная история инженера Забелина, который от
неприятия Советской власти приходит к искреннему служению
революционному народу*
311
Существенное место занимает в пьесе лирический мотив
любви матроса Рыбакова, одного из сотрудников Ленина, к до-
чери инженера Забелина — Маше. Но и эта история, при всей
ее кажущейся самостоятельности, соединена с основными собы-
тиями пьесы: Рыбаков и Маша являются своего рода связу-
ющим звеном между Лениным и инженером Забелиным.
Наконец, важное значение в пьесе имеет восстановление
кремлевских курантов и образ старого часовщика. Это также
самым непосредственным образом соотносится с главным со-
держанием «Кремлевских курантов», так как восстановление
старинных часов символизирует торжество планов и усилий
Советской власти, Ленина.
«Россия во мгле» — так назвал английский пи-
В ^Ленина сатель Герберт Уэллс свою книгу о поездке в
ен а нашу страну в 1920 году.
Картина, которой открывается пьеса Погодина, «У Иверских
ворот» как будто бы полностью подтверждает справедливость
этой мрачной, характеристики положения России тех лет.
...Апрельский вечер. Горят неугасимые лампады в часовне
Иверской богоматери. Толкучка... Проходят пестро и бедно
одетые москвичи, живущие на голодном пайке; шныряют бес-
призорники. Слышатся пронзительные выкрики спекулянтов,
рекламирующих свой товар: «Шрапнель... шрапнель... крупа
приличная, заграничная, лучшая, приятная, ароматная... Только
на вещи, только на вещи...»
«Сахарин, академические таблетки вполне заменяют сахар,
ароматные ощущения. Никаких расходов!»
«Кружева брюссель, шантильи!»
Кругом нищета, голод. Толкучка — одно из проявлений
хаоса и разрухи.
Одиноко выглядит на толкучке инженер Забелин, торгующий
спичками. Для толкучки это необычная фигура. И спичками он
торгует не из нужды, а скорее демонстративно, показывая
свое отрицательное отношение к революции. Безотрадно звучат
его слова: «...Испортились главные часы в государстве. Молчат
кремлевские куранты...», «пароксизм сердца».
Но вот от Иверских ворот действие пьесы переносится в
один из номеров гостиницы «Метрополь». Здесь читатель зна-
комится с представителем нового мир^—матросом Рыбаковым.
«На столе спиртовка, черный хлеб, чайник, стакан и пачки
с патронами. Над кроватью на стене карабин, сабля, револьвер
в кобуре» — таковы приметы тогдашнего сурового быта. Мат-
рос любит Машу — дочь инженера Забелина — и жадно тянется
к знаниям, культуре. Эти знания есть у Забелина, но он озлоб-
лен и настроен враждебно к новому строю. Коммунист Рыба-
ков, напротив, полон энергии и веры в силы и возможности мо-
лодого Советского государства, но у него нет знаний.
312
И вот — картина третья: в пьесу вводится Ленин, тот чело-
век, который способен объединить и направить к одной цели
простой народ и интеллигенцию: и Рыбакова, и Забелина.
Действие картины происходит в начале весны, на опушке леса
у озера, в предрассветный час Ленин приехал на охоту, но на
сцене его нет. Из слов действующих лиц — крестьян и уже
знакомого нам матроса Рыбакова — мы узнаем, что Ленин сидит
на берегу озера, погруженный в глубокие раздумья. Весь эпи-
зод пронизан ожиданием появления Ленина, огромной любовью
народа к вождю. И хотя сам Ленин так и не появляется в этой
сцене, все здесь полно им и мотив ленинской мечты уже звучит
в ней.
Следующая сцена происходит в деревне, в избе крестьяни-
на Чуднова. Погодин показывает Ленина в житейски обыден-
ной обстановке, среди обыкновенных людей.
Жена Чуднова, ожидая прихода Ленина с охоты, поспешно
убирает горницу, прячет на печку своих малолетних ребятишек
(«Сама подумай: такому гостюй наших анчуток выставить?..»)»
Женщины беспокоятся, суетятся, волнуются. Но вот приходит
простой, внешне ничем, казалось бы, и не примечательный чело-
век и сразу же вступает с окружающими в живой разговор,
полный теплоты и юмора. Он заинтересовывается и «анчутка-
ми», спорит с ними о своем портрете.
Но здесь сказалось не только стремление показать «просто-
го» Ленина, его сердечность и душевность. Нет, за вопросами и
замечаниями Ленина, если к ним внимательнее прислушаться,
возникают пытливые раздумья Ильича, его внимание к людям,
к их жизни, а за вниманием к отдельному человеку — забота о
судьбах страны в целом, страстная устремленность в будущее.
Есть в этой сцепе важная деталь, которая служит началом
проходящей через всю пьесу темы электрификации. Ленин уви-
дел у Чудновых светец, предназначенный для освещения избы,
за неимением керосина, лучиной. «Трещит. С ней и то веселей,
чем впотьмах», — говорит ему Анна. «Да, конечно, веселей»,—
грустно и задумчиво отвечает Ленин... Он еще вспомнит позднее
эту лучину...
Своеобразие «Кремлевских курантов» заключается в том,
что развитие основной темы пьесы — темы ленинской мечты —
носит психологический характер. Мы как бы видим движение
мысли Ленина, становимся свидетелями его духовной жизни.
В общении с народом, из непосредственных наблюдений над
фактами и явлениями жизни черпает Ленин материал для
своих размышлений, выводов и дерзаний.
Важное значение в этой связи имеет пятая картина
первого действия — ночная беседа Ленина (после одного
чересчур затянувшегося заседания) с рабочими-трамвайщи-
ками, беседа, которая показывает Ленину, как сильна в
>
313
рабочем классе готовность преодолеть любые трудности ради
победы социализма.
И когда Ленин в конце этой картины поверяет матросу Ры-
бакову свои соображения об электрификации, то мы чувствуем,
что в возникновении этой ленинской идеи сыграл свою роль и
тот увиденный им воочию факт, что «в деревнях люди сидят по
ночам при лучине», и огромная вера Ленина в народные массы.
Не закрывая глаза на трудности, на тяжелое положение стра-
ны сегодня, Ленин умел сквозь завесу времени видеть социали-
стическое завтра, умел мечтать и дерзать.
«С нашим народом можно мечтать, можно дерзать!» —-
этими словами вождя заканчивается первое действие «Крем-
левских курантов».
Привлечь к участию в социалистическом строи-
Забелин тельстве лучших представителей старой русской
интеллигенции, переубедить их и организовать,
а вместе с тем вооружить знаниями рабочих и крестьян — в
этом заключалась одна из важнейших задач Коммунистической
партии в начальный период истории Советского государства.
И здесь снова проявляется с поразительной силой все величие
ленинского гения.
Раскрывается это в «Кремлевских курантах» на примере
судьбы инженера Забелина.
Забелин — весьма своеобразный тип старого русского интел-
лигента. Его враждебное отношение к Советской власти, демон-
стративная торговля на толкучке
симпатиями Забелина к старому
Дело в том, что Забелин не верит
в ее созидательные возможности,
хватили цивилизованное судно...
они не умеют. Социализм пообещали, а с какого конца его на-
чинать — никто не знает». Забелин считает, что он не надобен
новому обществу, потому что он умеет строить электростанцйи,
а в них теперь нет нужды.
Вторая наша встреча с Забелиным (первая была у Иверских
ворот) происходит в его доме. Мы застаем инженера в общест-
ве гостей — людей, напуганных революцией, в превратном свете
воспринимающих происходящие события. На фоне этих шаржи-
рованно обрисованных «интеллигентов» подчеркивается неза-
урядность творческой натуры Забелина, вся нелепость и прехо-
дящий характер его болезненных настроений.
Внезапно за Забелиным приезжает машина. «Арест!» —
думает Забелин. Но он оказывается в Кремле. Его вызывает
Ленин для того, чтобы решить вопрос о возможности привле-
чения Забелина к работе над проектом электрификации России.
«Так что же, саботировать или работать?» — вот вопрос, ко-
торый Ленин сразу же ставит перед Забелиным.
314
спичками вызваны отнюдь не
строю. Он и не саботажник,
в творческие силы революции,
Ему кажется, что «дикари за-
Кораблем надо управлять, а
В ходе дальнейшей беседы Ленин убеждается, что перед ним
не сознательный саботажник, злостный противник новой власти,
а человек запутавшийся, растерявшийся, — таких людей было
немало в то время.
Ленин не «агитирует» Забелина. Он сразу же задает этой
беседе сугубо деловой тон, — Забелина знакомят с идеей элек-
трификации России: не воодушевится ли старый энергетик этой
идеей, не поможет ли он претворить ее в жизнь?
Ленин оказался прав в своих предположениях относительно
инженера Забелина: ученый загорается при соприкосновении с
любимым делом, по которому дьявольски истосковался... Он
берется указать на карте России десяток мест, где можно не-
медленно построить гидростанции.
Тем больший гнев вызывает у Ленина тот факт, что этот
столь ценный человек долгое время демонстративно прозябал,
торгуя спичками. «Слушайте, это несчастье! Это стыд и срам,
батенька! В наше время спичками торговать... За такие штуки
надо расстреливать... Как хотите!» — говорит Ленин.
Забелину еще надо собраться с мыслями, но главное
сделано, лед тронулся. «Какой он саботажник, — говорит
Ленин после ухода Забелина. — Просто одичал от безделья и
свихнулся».
Взбудораженный, более того, потрясенный возвращается
Забелин домой. Словно черная пелена спала с его глаз. За не-
ожиданными вопросами Забелина, обращенными к дочери
Маше, чувствуется, как настойчиво бьется его мысль: смогу ли
я пойти в ногу с новыми людьми, возможен ли он и матрос «в
одном колесе». Нелегко дается ему, человеку, взращенному
старым миром, переход к новой жизни.
Но как итог его раздумий, его впечатлений от встречи с Ле-
ниным звучат слова: «Я сейчас в Кремле видел гениального
человека».
В следующем действии Забелин совместно с Рыбаковым
работает над подготовкой плана электрификации страны, кото-
рый он готовит для представления Ленину, и союз старой науки
в лице Забелина и революционного народа (образ матроса
Рыбакова и др.) знаменует единение всех лучших сил России
вокруг партии, Советской власти.
Примечателен в этом смысле и образ часовщика, кустаря-
одиночки, который буквально расцветает, получив от Ленина
задание отремонтировать «важнейшие часы в государстве» —
кремлевские куранты.
«Кремлевским мечтателем» назвал Уэллс Ленина в своей
книге «Россия во мгле».
В пьесе Погодина «Кремлевские куранты» Ленин беседует
с неким английским писателем, прототипом которого, несомнен-
но, послужил . Уэллс.
315
Как и писатель, Ленин нисколько не обманывается относи-
тельно тяжелого состояния России тех лет. И все же у них
диаметрально противоположные взгляды и на настоящее, и на
будущее. Английский писатель предрекает, что «в России в
скором времени никого не останется, кроме деревенских мужи-
ков. Железные дороги заржавеют, так как ваши города переста-
нут существовать». «Я вижу Россию во мгле, в страшной мгле
ее конца... катастрофы, гибели»,— вещает он.
Ленин же твердо верит, что, несмотря на колоссальные
трудности, Россия выйдет из мрака к свету. И он раскрывает
собеседнику источник своей твердой уверенности в завтрашнем
дне России. «Я верю в рабочий класс, вы — нет. Я верю в рус-
ский народ, вас он ужасает. Вы верите в честность капитали-
стов, а я — нет. Вы придумали чистенький, милый, рождествен-
ский социализм, а я стою за диктатуру пролетариата. «Дикта-
тура»— слово жестокое, тяжелое, кровавое, мучительное. Таких
слов на ветер не бросают, но иначе нельзя мечтать об электри-
фикации, социализме, коммунизме... История покажет, кто из
нас прав».
И история, как мы знаем, рассудила, — она решила спор в
пользу «кремлевского мечтателя», в пользу советского народа —
созидателя, борца.
«Прошло время — и он (Г. Уэллс. — Ред.) выглядит как шут-
ник, который не знает, над чем шутит, — писал Н. Погодин в
статье, посвященной новому изданию книги Уэллса «Россия во
мгле». — В его острословии и шутках, покрытых налетом умст-
венного скептицизма, мы видим пустоту души, которая не знает
веры в человечество и блистает самодовольством мещанской
ограниченности...
А мы все те же, верные идеалам Ленина, и такие же мечта-
тели. Теперь Уэллс мог бы без натяжки назвать всех нас крем-
левскими мечтателями, которые высшей мечтой ставят комму-
низм и верят в него, как верил Ленин».
Пьеса Погодина заканчивается под аккомпанемент крем-
левских курантов, в которые большевики снова вдохнули жизнь.
Они будут отсчитывать новое время, и это время, убеждает нас
пьеса, будет свидетелем торжеств коммунизма.
Как уже говорилось, главная задача, которую
ставит перед собой Погодин в «Кремлевских
курантах», заключается в том, чтобы воспроиз-
вести «внутреннюю жизнь» Ленина, его мысли,
переживания и в особенности его чаяния и
мечты. Поэтому «Кремлевские куранты» овеяны атмосферой
высокой романтики. Пьеса далека от фотографического иллю-
стрирования известных исторических событий й цитатной пере-
дачи слов и мыслей Ленина, хотя и является исторической и
316
Реализм
и романтика
в «Кремлевских
курантах»
реалистической в самом подлинном смысле этого слова, так
как ей свойственно постижение сущности событий и характеров
определенного времени.
Высокое, романтическое раскрывается у Погодина через
простое, повседневное, реальное. Как и в других его произве-
дениях, значительное место здесь занимают жанровые, бытовые,
комические эпизоды. Однако в «Кремлевских курантах» Пого-
дин раскрывает образ вождя не только эпическими средствами,
но и лирическими.
Лиризм обусловлен задачей воспроизвести волнующий про-
цесс рождения мысли вождя, «внутреннюю жизнь образа», воз-
вышенную красоту помыслов и чувств тех, кто был вооду-
шевлен смелой ленинской мечтой. Именно высокие сокровенные
думы и чаяния действующих лиц определяют романтическую
атмосферу пьесы, которая ощутима и в свойственном Погодину
чувстве душевной симпатии к своим героям, и в метафорическом
образе кремлевских . курантов, и в лирической окрашенности
пейзажа. Характерна в этом отношении уже знакомая нам сцена
на опушке леса у озера, дающая своего рода зачин ко всей пьесе.
Вдохновенным мечтателем и вместе с тем гениальным поли-
тиком, трезво оценивающим события и расстановку борющихся
сил, предстает Ленин в сцене беседы с инженером Забелиным;
таким выступает он и в финале пьесы, когда слышит, как крем-
левские куранты играют «Интернационал».
Ленин в «Кремлевских курантах» как бы излучает энергию
дерзновенной мечты, революционной романтики. И она переда-
ется, как по цепи, от одного персонажа к другому.
Рыбаков рассказывает Маше о том, как окрыляет его меч-
та Ленина, которому «ничего не далеко, ничего не страшно, ни-
чего не удивительно». «Саша, милый... с вами очень легко. По-
чему, не знаю, но вся моя драма окончательно распалась»,—
отвечает ему дочь инженера Забелина, которую покоряет в
матросе и его убежденность, и его революционная устремлен-
ность в будущее.
Но, быть может, с наибольшей выразительностью эта неотра-
зимая сила ленинского действенного романтизма сказывается
в образе инженера Забелина. «Меня сделали фельдмаршалом и
приказали покорить Индию!» — заявляет он обескураженной
супруге по возвращении из Кремля, заявляя тем самым о своем
«посвящении в романтики».
Сейчас, когда советский народ и партия с небывалой силой
борются за осуществление грандиозной программы строитель-
ства коммунизма, «Кремлевские куранты» Н. Погодина звучат
особенно сильно. Пьеса покоряет читателя и зрителя своей
правдой и романтической окрыленностью, живым и ярким обра-
зом великого Ленина.
За последние три десятилетия одно из первых мест в совет-
ской литературе занял поэт Александр Трифонович Твардов-
ский. Его лирические поэмы и стихи отразили важнейшие этапы
истории нашего народа, приобрели общенародную известность
и не утрачивают с годами своей силы и свежести.
Твардовский родился в 1910 году в одной из
биографические ДеРевень Починковского района Смоленской гу-
сведения бернии в семье крестьянина, сельского кузнеца.
До 18 лет он жил в деревне: учился в школе,
работал в поле и в кузнице, был секретарем сельской комсо-
мольской ячейки, а в 1928 году переехал в Смоленск, где два
года учился в педагогическом институте. Позднее, в 1939 году,
Твардовский закончил Московский институт философии, лите-
ратуры и истории.
Писать стихи Твардовский начал очень рано. В детские
годы он познакомился с народным творчеством, с произведе-
ниями Некрасова и других русских классиков, которые произ-
вели на него глубокое впечатление. Еще из деревни Твардов-
ский посылает свои стихи в смоленские газеты. Первые литера-
турные опыты Твардовского были горячо поддержаны его
земляком М. Исаковским, жившим в Смоленске, в те годы уже
известным поэтом.
В 1931 году отдельной книжкой вышла поэма Твардовского
«Путь к социализму», а в 4935 году — первый сборник стихов.
В 1936 году была напечатана поэма Твардовского «Страна Му-
равия», которая принесла ему широкую известность и литера-
турное признание.
318
С первых дней Великой Отечественной войны и до ее окон-
чания Твардовский работал во фронтовой печати. В годы вой-
ны вышла его поэма «Василий Теркин» (1941 — 1945). После
окончания войны Твардовский написал много лирических
стихов, поэмы «Дом у дороги», «За далью — даль», «Тер-
кин на том свете».
С самых первых шагов в литературе Твардов-
«Страна» ский берется за трудные и ответственные темы
ур * большого общественного значения. В годы, ко-
гда в стране решался вопрос о судьбе крестьянского уклада
жизни, молодой поэт (ему было тогда 25 лет) написал «Страну
Муравию». Это поэма о победе колхозного строя. Ее герой —
крестьянин Никита Моргунок не решается вступать в колхоз,
так как боится потерять свою самостоятельность. Единоличные
крестьянская жизнь и труд полны в его глазах особой привле-
кательности и своеобразной поэзии. Он слышал когда-то ста-
ринную легенду о стране Муравии — стране крестьянского
счастья, где живут богато и независимо. Моргунок отправляет-
ся на поиски этой сказочной страны.
И в стороне далекой той —
Знал точно Моргунок —
Стоит на горочке крутой,
Как кустик, хуторок.
Земля в длину и в ширину
Кругом своя.
Посеешь бубочку одну,
И та — твоя.
И никого не спрашивай,
Себя лишь уважай.
Косить пошел — покашивай,
Поехал — поезжай.
И все твое перед тобой,
Ходи себе, поплевывай.
Колодец твой, и ельник твой,
И шишки все еловые.
Жизнь постепенно разрушает иллюзии Моргунка и убеж-
дает его в том, что подлинное крестьянское счастье возможно
только в колхозах. Но это совершается не сразу. Твардовский
нимало не смягчил и не сгладил мучительных колебаний Мор-
гунка и той ожесточенной борьбы, которая шла тогда в дерев-
не. Он подробно и очень убедительно показывает постепенное
прозрение своего героя. На этом строится сюжет поэмы.
В начале своих поисков Моргунок попадает на разгульную
кулацкую свадьбу, где убеждается, что дни кулачества сочте-
ны («Тут и свадьба и поминки»), что прошлое безвозвратно
погибает (глава II). И чем дольше странствует Моргунок по
стране, тем все больше у него проясняется взгляд на жизнь:
он видит хитрости и плутни странствующего бродяги-попа
319
(глава V), начинает понимать, что кулак Илья Бугров — его
смертельный враг (главы VIII, XII).
Особенно сильное впечатление производит на Моргунка де-
ревня единоличников Острова (глава XIV). Уже само название
этой деревни говорит о том, что люди в ней живут на отшибе.
Действительно,
Кругом шумят моря хлебов,
Поля большой страны.
Худые крыши Островов
За ними чуть видны.
Не желая идти в.колхоз, крестьяне этой деревни впали в
нищету, но все еще продолжают цепляться за свое нищенское
хозяйство. Более того, некоторые из них пытаются оправдать
такую жизнь. Старый дед заявляет пораженному нищетой де-
ревни Моргунку, что у них «земля в длину и в ширину кругом
своя. Посеешь бубочку одну, и та — твоя». Теперь Моргунок
убеждается в том, к каким незавидным результатам привели
крестьян те мечты и стремления, которыми и он был охвачен.
Окончательный перелом в сознании Моргунка происходит
после посещения им колхоза (глава XV). Моргунок видит
дружную работу колхозников, его захватывает поэзия и ра-
дость коллективного труда.
Да я ж не лодырь, не злодей,
Да я ж не хуже всех людей... —
начинает думать о себе Моргунок.
Решающее значение для дальнейшей судьбы Моргунка
имеет его беседа с председателем колхоза Фроловым
(глава XVI). Фролов — выходец из бедняцкой семьи, герой гра-
жданской войны:
Делил луга, взимал налог
Да .землю нарезал
И свято линию берег,
Что Ленин указал.
Фролов рассказывает Моргунку о напряженной борьбе, ко-
торой сопровождалась победа колхозного строя в деревне.
Через большие испытания прошел коммунист Фролов во имя
счастья народа, но он готов отдать за него и самое жизнь.
После посещения колхоза и беседы с Фроловым у Моргунка
окончательно рушится дедовское представление о крестьянском
счастье. Теперь он твердо знает, что это счастье не находится
в готовом виде в чудесной стране Муравии, а добывается тру-
дом и борьбой.
Моргунок понял, что издавна сложившиеся в деревне формы
труда, быта, сознания рушатся, что складывается новый, кол-
хозный строй жизни. Он увидел, что поэзия единоличного кре-
стьянского хозяйствования уступает свое место поэзии колхоз-
320
ных просторов, могучей техники, дружной колхозной работы. И
именно потому, что Твардовский не скрыл ни от Моргунка, ни
от читателей всей сложности и трудности совершающейся в де-
ревне ломки, так убедительно звучат строки, определяющие
исход борьбы:
Ты говоришь, на сколько лет
Такая жизнь пойдет?
Так вот даю тебе ответ
Открытый и сердечный:
Сначала только на пять лет.
— А там?
— А там на десять лет.
— А там?
— А там на двадцать лет.
— А там?
— А там — навечно...
Нетрудно заметить связь поэмы «Страна Муравия» с рус-
ской классической литературой. Когда-то Некрасов в своей поэ-
ме «Кому на Руси жить хорошо» изобразил крестьян, ищущих
по всей России счастливого человека и встречающих на своем
пути горе и страдания народа. В поэме Твардовского Моргунок
тоже ищет счастливых людей и находит их на колхозных полях.
Сюжет «Страны Муравии» связан и с мотивами народных
сказок, в которых речь идет о поисках клада, богатства, счаст-
ливой страны и т. п.
Известно, что А. М. Горький в середине 30-х годов упрекал
некоторых писателей (Ф. Панферова и др.) в том, что они засо-
ряли свои произведения диалектизмами, псевдонародными
жаргонными словечками и выражениями. Как раз в эти годы
Твардовский работал над своей поэмой. «Страна Муравия»
свидетельствует о том, как чутко и внимательно прислушивал-
ся поэт к литературным спорам. Язык поэмы Твардовского —
чистый, богатый и правильный русский язык. Поэма написана
в форме свободного и плавно льющегося рассказа со всем
присущим русскому языку богатством разговорных инто-
наций.
Поэт смело вводит в свое произведение народные песни и
частушки. Это особенно заметно в сцене колхозной свадьбы
(глава XVIII). Выразительно дано в этой главе описание хоро-
вода, выдержанное в плясовом ритме.
Опираясь в своем произведении на традиции народного
творчества и классической литературы, Твардовский нашел
такую форму художественного воплощения, которая хорошо
соответствует замыслу поэмы — дать картины народной жизни,
показать великий перелом в нашей деревне.
Свои последующие поэмы Твардовский также посвятил
важным историческим этапам в жизни нашего народа и госу-
дарства.
321
Еще во время войны с белофиннами (1939^
«Василий 1940) Твардовский вместе с другими поэтами
еркин» писал стихотворные фельетоны о бывалом сол-
дате Васе Теркине, творившем на фронте чудеса храбрости.
В годы Великой Отечественной войны Твардовский сделал
Василия Теркина героем задуманной им «книги про бойца».
Образ Теркина приобрел при этом неизмеримо более серьезное
содержание и глубокий смысл. Так возникла поэма «Василий
Теркин». Она писалась поэтом в течение всей войны — с 1941
по 1945 год.
В поэме нашли отражение главные этапы Великой Отече-
ственной войны, начиная от первых ее дней до полной победы
над врагом. Так поэма и развивается, так она и построена^
Эти строки и страницы —
Дней и верст особый счет,
Как от западной границы
До своей родной столицы
И от той родной столицы
Вспять до западной границы,
А от западной границы
Вплоть до вражеской столицы
Мы свой делали поход.
Изображение войны представляло для писателей немалые
трудности. Здесь можно было сбиться на приукрашенные реля-
ции в духе поверхностного ура-оптимизма или впасть в отчая-
ние и представить войну как сплошной, беспросветный ужас.
Во вступлении к «Василию Теркину» Твардовский так опреде-
лил свой подход к теме войны:
А всего иного пуще
Не прожить наверняка
Без чего? Без правды сущей,
Правды, пряхмо в душу бьющей,
Да была б она погуще,
Как бы ни была горька.
Понятно, что война рисуется поэтом без всяких прикрас.
Тоска отступления, мучительная тревога за судьбу Родины,
боль разлуки с близкими, тяжкие ратные труды и жертвы,
разорение страны, лютые холода — все это показано в «Тер-
кине», как того требует правда, как бы она ни била в душу,
как бы ни была горька.
Но поэма вовсе не оставляет гнетущего впечатления, не по-
вергает в уныние. Напротив, и на войне, как ее показывает
Твардовский, в передышках между боями, люди радуются и
смеются, поют и мечтают, с удовольствием парятся в бане и от-
плясывают на морозе. В поэме господствует сила жизнеутверж-
дения, вера в победу добра над злом, света над тьмой.
322
Преодолевать тяжелые испытания войны автору поэмы и ее
герою помогает их беспредельная любовь к Родине и пони-
мание справедливого характера борьбы с фашизмом. Через
всю поэму проходит рефрен:
Бой идет святой и правый,
Смертный бой не ради славы,
Ради жизни на земле.
Святой и правый бой воспевает в своей поэме Твардовский.
Этот бой способен поднять дух, вызвать готовность к самопо-
жертвованию, вдохновить и на труд, и на подвиги. И это тот
бой, по сути дела, на который звали старые революционные
песни: «На бой кровавый, святой и правый!»
«Василий Теркин» — это книга про бойца. Ее герой — рядо-
вой солдат нашей армии, простой советский человек.
Первое знакомство читателя с героем происходит в началь-
ной главе «На привале», когда Теркин — участник финской
войны, «из запаса рядовой» — прибывает на фронт («В строй с
июня, в бой с июля, снова Теркин на войне»). Уже в этой главе
читатель довольно близко узнает героя: юн общительный и
жизнерадостный человек, бывалый опытный солдат, хороший
рассказчик, по определению товарищей по полку, «свой». Глав-
ная же черта характера Теркина состоит в том, что он чувст-
вует себя неотделимым от советского народа и не представляет
свою судьбу в отрыве от него. Даже рассказывая о своем лич-
ном участии в войне, он выражает это словами, которые не
могут относиться к одному человеку, а лишь к массе людей|
И не раз в пути привычном,
У дорог, в пыли колонн,
Был рассеян я частично,
А частично истреблен...
Но, однако,
Жив вояка...
Вторая глава «Перед боем» раскрывает еще одну сущест-
венную черту героя — его сознательность. В этой главе говорит-
ся о первом, очень тяжелом для нас, этапе войны, когда наша
армия вынуждена была отступать. Теркину с товарищами при-
шлось выходить из окружения.
«Я ж, как более идейный, был там как бы политрук», —
рассказывает Теркин. Он понимает временный характер отсту-
пления, вселяет в бойцов бодрость и уверенность в нашей
победе:
Шли бойцы за нами следом,
Покидая пленный край.
Я одну политбеседу
Повторял:
— Не унывай.
323
Не зарвемся, так прорвемся,
Будем живы — не помрем,
Срок придет, назад вернемся,
Что отдали — все вернем.
Эпизоды фронтовых будней, изображенные Твардовским с
поразительной безыскусственностью и знанием дела, чередуют-
ся в поэме с эпизодами, которые тоже лишены какой-либо
выспренности, но полны драматизма и рисуют советских солдат
в бою.
Третья глава поэмы «Переправа» рассказывает о героизме
и мужестве Теркина: в ледяной воде он переплывает реку,
чтобы доставить командиру нужное донесение:
Переправа, переправа!
Берег левый, берег правый.
Снег шершавый, кромка льда...
. Кому, память, кому слава.
Кому темная вода.
Ни приметы, ни следа.
Таким образом, Твардовский рисует в поэме последователь-
но развивающиеся картины военной жизни («На привале»,
«Перед боем», «Переправа» и др.), что дает ему возможность
полнее раскрыть внутренний мир героя произведения. В после-
дующих главах мы видим Теркина в различных положениях,
его психологическая характеристика еще более углубляется. Он
отважен и вынослив («Теркин ранен»), скромен («О награде»),
стоек в рукопашном бою («Поединок»), находчив и смел
(«Кто стрелял?»), весел в часы отдыха («Гармонь») и т. д<
Особый — аллегорический — характер имеет глава «Смерть
и воин». Но это та художественная условность, которая не-
редко встречается в литературе (ближайший пример — «Девуш-
ка и Смерть» Горького) и нисколько не противоречит реализму.
Поэтому и эта глава имеет очень существенное значение для
характеристики Теркина. Борьба героя поэмы со старухой
Смертью является концентрированным выражением его жизне-
любия и упорства:
Буду плакать, выть от боли,
Гибнуть в поле без следа,
Но тебе по доброй воле
Я не сдамся никогда, —
говорит Теркин Смерти, и в его словах слышится неумирающая
привязанность к жизни, к родной земле и презрение к смерти.
Так шаг за шагом Твардовский знакомит читателя со своим
героем — рядовым советским солдатом Василием Теркиным.
В рассказах Теркина много веселых шуток, присказок, прибау-
ток. Но он не просто весельчак и балагур. Это человек глубокой
324
души, с серьезными мыслями, чувствами, переживаниями. Это
тот «святой и грешный русский чудо-человек», который вы-
стоял и победил в величайшей из войн.
«Читая «Василия Теркина» с начала до конца, я видел преж-
де всего самого себя, своих близких боевых товарищей, всю на-
шу семью во всем своем поистине правдивом облике», — так
писал Твардовскому один из рядовых бойцов.
В образе Теркина раскрываются глубокие национальные
традиции русского народа. Он — «не иной какой, не энский,
безыменный корешок». В Теркине очень развито чувство на-
ционального самосознания. Именно поэтому он так легко на-
ходит общий язык со старым русским солдатом — участником
первой мировой войны («Два солдата»). Относясь с любовью
к прошлому своей Родины и ее воинским традициям, Теркин в
то же время продолжает дело, начатое первым поколением со-
ветских людей — участниками Великой Октябрьской социали-
стической революции и гражданской войны:
Но уже идут ребята,
На войне живуг бойцы,
Как когда-нибудь в двадцатом
Их товарищи — отцы.
Как воин Советской Армии, Теркин хорошо понимает все-
мирно-историческое значение борьбы советского народа против
фашистских поработителей. Защищая национальную независи-
мость Родины, Теркин одновременно борется за свободу всех
народов мира.
Широкая картина Отечественной войны, нарисованная в
поэме, придает произведению Твардовского эпический харак-
тер. Но автор изображает важные события в жизни народа не
«со стороны», а как их активный участник. «Теркин был для
меня... — писал Твардовский, — моей лирикой, моей публицисти-
кой, песней и поучением, анекдотом и присказкой, разговором
по душам и репликой к случаю».
В поэме имеется несколько больших лирических отступле-
ний. В них Твардовский подчеркивает свою неразрывную связь
с героем поэмы. Обращаясь к читателю, он пишет:
И скажу тебе, не скрою,—
В этой книге там ли, сям
То, что молвить бы герою,
Говорю я лично сам.
Я за все кругом в ответе,
И заметь, коль, не заметил,
Что и Теркин, мой герой,
За меня гласит порой.
Нераздельность автора и его героя обусловливает лирико-
эпический характер поэмы «Василий Теркин». Повествует ли
325
поэт о военных событиях, говорит ли о своем чувстве любви к
Родине, рассказывает ли о приключениях своего героя или пере-
дает беседу солдат — всегда стих поэмы льется живо, естест-
венно, плавно и непринужденно, всегда читатель слышит голос
писателя-друга, чувствует биение его сердца.
Соблюдая верность народному разговорному языку, Твардов-
ский очень широко пользуется пословицами, поговорками, при-
баутками, отдельными народными выражениями: «Это присказ-
ка покуда, сказка будет впереди»; «По которой речке плыть,—
той и славушку творить»; «Сон не в сон»; «Зги не видно»; «Один
как перст»; «Хоть глаз коли»; «Делу время, час забаве»; «Но-
ги б с горя не носили»; «Книги в руки» и т. п.
Твардовский вводит в поэму и речевые обороты, характер-
ные для военного времени: «подбросить огоньку», «достать
штыком», «держать фронт», «биться насмерть», «встал по
форме» и т. д.
Многие строки поэмы получили самое широкое распростра-
нение в народе: «Не гляди, что на груди, а гляди, что впереди»,
«Смерть встречай лицом к лицу», «Словно дома — на войне»,
«Русский труженик — солдат» и т. п.
Высшую для себя награду поэт видит в том, что его «книга
про бойца» будет понятна широкому читателю:
Пусть читатель вероятный
Скажет с книжкою в руке:
— Вот стихи, а все понятно,
Все на русском языке...
Глубокое содержание, простота и ясный поэтический язык
сделали поэму Твардовского одним из наиболее популярных,
подлинно народных произведений советской литературы. Во
время войны во фронтовой печати появилось много подража-
ний поэме Твардовского: «Письма Васе Теркину», «Тимофей
Теркин», «Антон Протиркин» и др. Один боец задумал на-
писать поэму о брате Василия Теркина и просил Твардовского
упомянуть где-нибудь в своем произведении, что «у Васи есть
брат, хотя бы двоюродный». На всех фронтах знали героя
поэмы Твардовского Василия Теркина.
Я мечтал о сущем чуде,
Чтоб от выдумки моей
На войне живущим людям
Было, может быть, теплей... —
писал Твардовский, и надежды его оправдались.
«Книга про бойца» заканчивается торжеством Советской
Армии. В главе «По дороге на Берлин» Твардовский пишет о
том чувстве глубокой благодарности, которое выражают совет-
ским воинам освобожденные народы Европы:
Вот Европа, а спасибо
Все по-русски говорят.
326
По существу, поэма Твардовского «Василий Теркин» не
только «книга про бойца», но произведение о советском на-
роде, который отстоял свою свободу и независимость и спас
человечество от фашистского рабства.
В конце поэмы с новой силой звучат патриотические слова:
Мать-земля родная наша,
В дни беды и в дни побед
Нет тебя светлей и краше
И желанней сердцу нет.
л Вскоре после победы над гитлеровской Герма-
« ом у дороги» нией тВард0ВСкИй написал новую поэму о вой-
не— «Дом у дороги» (1946).
Но если в «Василии Теркине» действие происходит главным
образом на фронте, то в новой поэме — преимущественно в
тылу. «Дом у дороги» — это поэма о бедствиях одной простой
семьи, которую война обездолила, разъединила и песет по раз-
ным дорогам, это поэма о народном горе.
Поэма открывается глубоко поэтическим описанием сено-
коса. Колхозник Андрей Сивцов ранним утром косит траву в
цветущем саду, он счастлив, труд его радостен:
Покос высокий, как постель,
Ложился, взбитый пышно,
И непросохший сонный шмель
В покосе пел чуть слышно.
И с мягким махом тяжело
Косье в руках скрипело.
И солнце жгло, и дело шло»
И все, казалось, пело:
Коси, коса, пока роса,
Роса долой — н мы домой.
А дома его ждут к завтраку жена и дети:
Помытый пол блестит в дому
Опрятностью такою,
Что просто радость самому
Ступить босой ногою.
И хорошо за стол свой сесть
В кругу родном и тесном.
И, отдыхая, хлеб свой есть,
И день хвалить чудесный.
Коси, коса, пока роса,
Роса долой — и мы домой...
Но мирная жизнь советских людей нарушена фашистским
нападением. Андрей Сивцов в первый же день войны отправляет-
ся на фронт («Не докосил хозяин луг, в поход запоясался...»).
Фашисты приносят опустошение в родное село Андрея. Они
угоняют в фашистскую неволю его жену Анюту и детей, обре-
327
кают их на страшное, голодное существование. Жена Андрея
работает в Восточной Пруссии батрачкой, но она не падает
духом и вселяет в детей веру: «Вот наш отец придет сюда и
нас возьмет отсюда».
Закончилась война. Андрей Сивцов возвращается в родное
село. Он ничего не знает о своей семье, у него «ни двора, ни
дома»:
И там, где канули в огне
Венцы, столбы, стропила, —
Темна, жирна по целине,
Как конопля, крапива...
Глухой, нерадостный покой
Хозяина встречает.
Калеки-яблони с тоской
Гольем ветвей качают...
Присел на камушек солдат
У бывшего порога.
Больную с палочкою в ряд
Свою устроил ногу.
Но жизнь берет свое. Андрей знает: отчаиваться, склады-
вать руки нельзя, и ищет опоры у людей, в труде. Он надеется
на возвращение семьи и строит новый дом:
Перекурил, шинель долой,
Разметил план лопатой.
Коль ждать жену с детьми домой,
Так надо строить хату.
В поэме не рассказывается, как вернулась домой семья Анд-
рея, но это предугадывается само собой. Беспримерная стой-
кость простых советских людей выдерживает все испытания.
Кончается поэма тем, чем началась, — сенокосом:
Чтоб горе делом занялось,
Солдат вставал с рассвета
И шире, шире гнал прокос —
За все четыре лета.
Прекрасна жизнь, торжествующая над смертью, прекрасен
труд, залечивающий раны войны, прекрасна любовь, не угас-
шая ни на войне, ни в плену, — таков смысл этой проникновен-
ной, самой лиричной поэмы Твардовского.
«ЗА ДАЛЬЮ —ДАЛЬ»
Постоянная и глубокая связь с современностью — отличи-
тельная особенность поэзии А. Т. Твардовского. Его творче-
ство— поэтическая летопись жизни Советской страны. Когда,
залечив страшные раны, нанесенные войной, советский народ
приступил к созданию коммунистического общества, поэт
328
создал свое новое крупное произведение — поэму «За далью —
даль». Она была начата в 1950 и закончена в 1960 годуч
В 1961 году «За далью — даль» была удостоена Ленинской
премии.
«За далью — даль» настолько своеобразное произведение,
что с трудом может быть отнесено к жанру поэмы. В нем нет
ни привычного сюжета, ни героя. Отдельные, почти самостоя-
тельные главы объединены только временем (современность) и
местом (дорога) действия да автором, рассказывающим о
своих впечатлениях, воспоминаниях и раздумьях. Сам Твардов-
ский ни «Василия Теркина», ни «За далью — даль» не называет
поэмами. «Теркин» для него это — книга, а «За далью —
даль» — дорожный дневник. В «За далью — даль» поэт высмеял
поверхностные и шаблонные литературные стандарты («Гля-
дишь, роман, и все <в порядке»). И предвидя возможный упрек,
что в его произведении нет «ни завязки, ни развязки — ни по-
началу, ни потом...», он не без иронии просит у читателя про-
щения за это;
Ах, сам любитель я, не скрою,
Чтоб с места ясен был вопрос —
С приездом главного героя
На новостройку иль в колхоз,
Где непорядков тьма и бездна,
Но прибыл с ним переворот,
И героиня в час приезда
Стоит случайно у ворот.
Нет, ничего подобного читатель в «За далью — даль» не
найдет. Поэт отказался от обычных сюжетных схем, в которых
все заранее известно: «хоть не заглядывай в конец». И героев
в поэме только автор да читатель («ты да я, да мы с тобой»).
Так песня спелась.
Но, может, в ней отозвались
Хоть как-нибудь наш труд и мысль,
И наша молодость, и зрелость,
И эта даль,
И эта близь?
В этом автор не ошибается: отозвалось в «За далью — даль»
многое. Отсутствие героя и привычного сюжета вовсе не ли-
шило поэму стройности, последовательности и глубины. Кар-
тины жизни, нарисованные в поэме, лирические отступления и
раздумья автора объединены одной задачей: раскрыть суще-
ственные черты нашей современности, показать ее в широкой
исторической перспективе, определить место поэта в общей
жизни и борьбе советского народа. Это и придает поэме един-
ство и цельность.
«Дорожный дневник» явно перерастает свои рамки и стано-
вится, говоря словами Маяковского, эпическим повествованием
Русская советская лит-ра
329
«о времени и о себе». При этом поэт совершает сразу два путе-
шествия: в пространстве и во времени. Один его маршрут —
Москва — Тихий океан, другой — несколько десятилетий в
жизни нашей страны. Путевые наблюдения чередуются в поэме
с воспоминаниями, изображение больших судеб страны пере-
плетается с постоянными отступлениями автобиографического
характера. Поэт свободно переходит от картин, рисующих со-
циалистическое строительство, к публицистике, от повествова-
ния— к лирике, от пафоса — к иронии, от юмора — к патетике.
Поэма от начала до конца лирична, но вместе с тем вмещает
многогранное объективное содержание.
А сколько дел, событий, судеб,
Людских печалей и побед
Вместилось в эти десять суток,
Что обратились в десять лет!
Волга, Урал, Сибирь, «а за Байкалом Забайкалье, а там
еще другая даль», Хабаровск, Владивосток — все новые и новые
края и города проходят перед жадным взором поэта. Он при-
стально всматривается в окружающее, с гордостью отмечая
небывалые перемены, которые произошли и происходят в стране.
Каждая новая даль открывает ему настоящее и будущее
страны, которое автор соотносит с прошлым, как бы «листая
обратно календарь». В главе «Две кузницы» автор вспоминает
далекое время своего детства, убогую кузницу отца, в которой
с утра до вечера раздавался «сиротский звон» наковальни, тот
нищий соломенный край, «Где мог бы все свое железо Мужик
под мышкой унести». И вслед за этим рисует величественную
панораму современного Урала — всесоюзной кузницы, которая
в годы войны ковала грозное оружие победы, а теперь, в мир-
ное время, снабжает страну мощной техникой:
Урал! Опорный край державы,
Ее добытчик и кузнец,
Ровесник древней нашей славы
И славы нынешней творец.
Сибирь — в прошлом «край глухой» — теперь на протяже-
нии сотен километров горит электрическими огнями, напоми-
нающими Млечный Путь, теперь это «Завод и житница дер-
жавы, Ее рудник и арсенал» (гл. «Огни Сибири»).
В главе «Покорение Ангары» мы наблюдаем один из самых
напряженных моментов строительства небывалой по своей
мощности электростанции. Должны быть перекрыты воды не-
укротимой, бурной Ангары, не знающей никаких преград в
своем грозном стремительном течении. Советские люди смело и
решительно бросаются на поединок со стихией. Это напоминает
смертельный бой с коварным, сильным и ожесточенным
ззо
противником. Силы его безмерны, резервы неисчерпаемы — за
спиной Ангары Байкал, грозный «байкальский тыл». Но у лю-
дей есть точно рассчитанный план наступления. Оно начинается
одновременно «с флангов, с тыла»; тяжелые машины, как сверх-
мощные танки, «заходят на цель», бросаются «с грузом — на
врага», возводят перед Ангарой «рубеж бетонный». Все новые
и новые силы вступают в строй, люди хорошо помнят: «Не
подоспей боеприпасы, Бой захлебнется без огня». «То был по-
рыв души артельной»,— восклицает поэт.
В нем все слилось—ни дать ни взять:
И удаль русская мирская,
И с ней повадка заводская,
И строя воинского стать...
Ангара борется. Обрушив часть берега, она бросается на
прорыв. Но люди и здесь срывают отчаянную атаку стихии.
В конце концов для реки остается лишь узкий проток, на кото-
рый с двух сторон наступают бульдозеристы. Их встреча — это
победа:
Как будто, смяв войска блокады,
Встречались братские войска.
Так, сравнивая трудовой подвиг советских людей с доблест-
ным воинским подвигом, поэт передает живую героику повсед-
невных дел советского народа, так выступает в поэме «связь
времен», неразрывное внутреннее единство между боями про-
тив фашизма и великим строительством коммунизма.
т _ Особое место в «За далью — даль» занимает
глава «Так это было». Может показаться даже,
что она выпадает из дорожного дневника автора. Но это не так:
«листая обратно календарь», Твардовский не мог, разумеется,
миновать то недалекое прошлое, когда существовал культ лич-
ности Сталина. Поэт должен был это сделать для того, «чтоб
вдаль глядеть наверняка». Начинается глава строфой, эпиче-
ская интонация которой не может скрыть волнение автора:
...Когда кремлевскими стенами
Живой от жизни огражден,
Как грозный дух он был над нами,—
Иных не знали мы имен.
Гадали, как еще восславить
Его в столице и в селе.
Тут ни убавить,
Ни прибавить, —
Так это было на земле...
Конечно, стихи Твардовского не претендуют на то, чтобы
дать полную и всестороннюю характеристику периода культа
личности Сталина. Это исповедь и лирические раздумья совре-
11
331
менника. Однако они отличаются глубоким проникновением в
суть действительности.
Верный исторической правде, поэт пишет о том большом и
нужном, что было сделано народом и партией в 30-е и 40-е годы:
об индустриализации страны, о победе в Великой Отечествен-
ной войне.
Это были годы, когда
...Страна, держава
В суровых буднях трудовых
Ту славу имени держала
На вышках строек мировых.
И русских воинов отвага
Ее от волжских берегов
Несла до черных стен рейхстага
На жарком темени стволов...
И в то же время Твардовский с горечью и болью вспоми-
нает о тех отрицательных, нетерпимых явлениях, которые были
связаны с культом личности: о злоупотреблениях властью, о
том, как Сталин, «закон презрев», мог обрушить свой гнев и
на целые народы, и на отдельных людей:
И те, что рядом шли вначале,
Подполье знали и тюрьму,
И брали власть, и воевали, —
Сходили в тень по одному.
Жертвой произвола оказался и друг поэта, честный совет-
ский человек. О его трагической судьбе и встрече с ним после
семнадцати лет невольной разлуки поэт с удивительной силой
рассказал в главе «Друг детства». К этому «другу пастуше-
ского детства и юношеских лет» и обращена прежде всего глава
«Так это было».
Того, кто «всем заведовал, как бог», не трогала и судьба
смоленской колхозницы — тетки Дарьи,
С ее терпеньем безнадежным,
С ее избою без сеней,
И трудоднем пустопорожним,
И трудоночью — не полней.
Коммунистическая партия смело и решительно осудила
культ личности, восстановила ленинские нормы жизни.
Великий Ленин не был богом
И не учил творить богов.
Наше время, решения XX съезда партии открыли небыва-
лый простор для энергии народа — творца истории, «подвиж-
ника и героя»:
332
И что же — чудо иль не чудо, —
Дела идут не так уж худо —
И друг и недруг признают.
За годом — год, за вехой — веха,
За полосою — полоса.
Нелегок путь.
Но ветер века —
Он в наши дует паруса.
Поэма «За далью — даль» пронизана горячим чувством
любви поэта к Родине, к родному народу. С волнением рисует
Твардовский необъятные просторы России, с необычайной про-
никновенностью звучат в его поэме выражения: «Матушка
Москва», «Матушка Волга», «Батюшка Урал», с гордостью
пишет он о своей стране, преображенной в годы Советской
власти, изведавшей много тяжелых испытаний и ставшей мо-
гучей державой мира, уверенно идущей к коммунизму:
Мне дорог мир большой и трудный,
Я в нем — моей Отчизны сын.
Я полон с ней мечтою чудной —
Дойти до избранных вершин.
Я до конца в походе с нею,
И мне все тяготы легки.
Я всех врагов ее сильнее:
Мои враги — ее враги.
Да, я причастен гордой силе
И в этом мире — богатырь
С тобой, Москва,
С тобой, Россия,
С тобою, звездная Сибирь!
Для выражения глубокого и многообразного
О стихе содержания поэме «За далью — даль» был
необходим живои и гибкий стих и язык. Поэма
написана четырехстопным ямбом — стихом, к которому часто
обращались и Пушкин, и Лермонтов, и Некрасов, и Блок, и
многие другие русские поэты. Но у каждого из них стих особый.
У Твардовского тоже непохожий на других голос, который
всегда звучит по-своему, каким бы стихотворным размером он
ни пользовался. И ямбы его отличны от ямбов его предшест-
венников. Дело здесь в интонации стиха, в его речевой и лекси-
ческой окраске. Один и тот же ямб может звучать и спокойно,
и драматично, и торжественно и шутливо, и энергично и нето-
ропливо. Выразительные возможности ямба поистине неисчер-
паемы. Достаточно вспомнить о «Евгении Онегине» Пушкина.
В поэме Твардовского ямбический стих передает высокие
гражданские чувства и шутки поэта, лирические воспоминания
и эпически-повествовательные описания. Твардовский рисует
портреты современников, изображает подробности быта, разго-
ззз
варивает с дорожными спутниками и с читателем, пишет о
своих настроениях. Поэма читается как роман или повесть.
Стих поэта оказался поистине всесильным.
В стихе поэмы «За далью—даль» чувствуются отголоски
некрасовской и особенно пушкинской традиции. Пушкинские
веяния в поэме ощутимы и в мелодии стиха (то патетической,
то разговорной), и в афористичной заостренности выражений
(«Где мы с тобой, там и Москва»; «О людях речь идет, а люди
Богов не сами же творят»; «А жизнь она сильнее смерти. Ей
больше нужно от людей» и т. д.), и в искусстве детали. Как,
например, лаконичны и выразительны портреты дорожных спут-
ников поэта или посетителей сельской кузницы, нарисованные с
помощью единственной, но меткой детали («старичок научный,
сквозной, как молодой сморчок»; «лысый творческий работник,
с утра освоивший буфет»; «охотник, с ружьишком ветхим на
гвоздях» и т. п.). Пушкинская традиция здесь очевидна.
Твардовский развивает лучшие — пушкинско-некрасовские —
традиции русской поэзии. Но он всегда поэт современной темы,
глубоко самобытный и оригинальный в форме своих произ-
ведений.
Огромную роль в поэме «За далью — даль», как и во всем
творчестве Твардовского, играет слово, язык. Взыскательный
поэт выбирает слова точные, емкие, звучные, отвечающие всем
требованиям искусства. Он умеет вынуть из-под спуда то слово,
«что нужно всем как пить и есть». Дело не ладится, когда
Все — звоном, запахом и цветом —
Нехороши тебе слова.
Твардовский широко пользуется всеми красками русского
языка, его замечательным словарным богатством. Он не отвер-
гает старую, архаическую лексику, которая придает его речи
торжественную приподнятость («держава», «бразды», «древо»,
«судия», «внове», «презрев», «вещал», «отрада», «краса» и т. п.).
Вместе с тем поэт широко вводит поговорки, пословицы, при-
молвья, в которых слышится бытовая народная речь: «Тут ни
убавить, ни прибавить», «Пора и честь, пожалуй, знать», «Нс
только свету, что в окне», «Ни дать ни взять», «Житье-бытье»
и т. п. И в то же время язык поэмы — это современный язык.
Он богат словами, которые обозначают совершенно новые явле-
ния и понятия, отражают преобразования нашей страны. «Борза
машин, и стрелы кранов, И экскаваторов ковши» (на Ангаре);
«бульдозер», «самосвал», «вездеход», «эстакада», «тоннель»,
«магистраль», «авиаэкспресс», «ракета — что нынче встретилась
с луной» — все это яркие приметы нашего времени. Поэт часто
употребляет и современные народно-просторечные выражения:
«А время жмет на все железки», «Опыт вышел боком», «На
кукурузе», «На картошке», «Как говорят еще в стране».
334
Именно тем языком, на котором «говорят в стране», и напи-
сана поэма. Это современный литературный язык.
Автор ведет с читателем задушевный откровенный разговор,
ничего не скрывая от него, доверяя ему все свои мысли и чув-
ства. В этом разговоре он неоднократно касается и того, что
составляет смысл его жизни,— своего поэтического труда
(главы «В дороге», «Литературный разговор», «До новой
дали»). Твардовский знает, что читатель бывает «всякий», «ма-
ло ли какой». Но поэт рассчитывает на того читателя, кто «луч-
ший друг надежный, Наставник строгий и отец». Именно такого
читателя он видел перед собой, создавая свое произведение:
И неизменно в эту пору,
При всех изгибах бытия,
Я находил в тебе опору,
Мой друг и высший судия.
Внимательно и серьезно поэт выслушивает критические суж-
дения друзей-читателей о современной литературе. Его так же,
как и читателей, не удовлетворяют поверхностные, схематичные
произведения, в которых «все похоже, все подобно» и в то же
время нет настоящей жизни во всей ее глубине, с ее трудно-
стями, победами, противоречиями. Вместе с читателем-другом
поэт мечтает о произведениях, «Где жар живой, правдивой
речи, А не вранья холодный дым».
Чувство ответственности перед читателем и перед самим
собой рождает в душе поэта творческое беспокойство. Самым
«черным днем» писателя он считает день, когда тот вдруг по-
чувствует, что писать «пропал запал». А это наступает тогда,
когда писатель теряет связь с жизнью, отстает от своего вре-
мени. Такого писателя Твардовский сравнивает с солдатом,
отставшим от своего полка во время боя. Поэтому поэт пишет:
«Я в эту бросился дорогу, Я знал, она поможет мне». И в конце
произведения, прощаясь с читателем, поэт дает обещание и
дальше быть «в дороге», идти в ногу со своим народом:
। Конца пути мы вместе ждали,
' Но прохлаждаться недосуг.
Итак, прощай.
До новой дали!
До скорой встречи, старый друг!
Как говорилось, знаменитая поэма Твардов-
«Теркин ского «Василий Теркин» уже во время войны
на том свете» вызвала огромное количество подражаний. Пос-
ле войны появилось множество «продолжений» поэмы, авторы
которых пытаются в духе и стиле Твардовского показать Тер-
кина в обстановке мирной жизни. Каждый автор такого рода
непритязательных произведений «определяет» вернувшегося с
333
войны Теркина по-своему: кто на завод, кто в колхоз, кто на
целину, кто на строительство. Это одно из лучших свидетельств
народности и демократизма героя поэмы Твардовского: в на-
шей трудовой советской жизни он годен всюду.
Однако волею автора его герой оказался на том свете. Тя-
жело, почти смертельно раненный Теркин попадает в загробный
мир. Там он после «проверки» и «санобработки» встречается с
убитым на войне фронтовым другом и тот знакомит его с
устройством и нравами царства мертвых. У Теркина — единст-
венного живого человека в этом царстве — оно вызывает самую
глубокую неприязнь. Собрав последние силы, он вырывается с
того света из объятий смерти и возвращается к жизни.
Таков сюжет нового, начатого в 1954 и законченного в
1963 году произведения Твардовского «Теркин на том свете».
Создавалось оно почти одновременно с поэмой «За далью —
даль», но по форме своей резко отличается от нее: это «поэма-
сказка».
На первый план в поэме выдвинуты задачи критики, осмея-
ния всего омертвелого, уходящего в небытие. Сатира Твардов-
ского направлена против различных пороков и недостатков, су-
ществовавших в нашей жизни во времена культа личности Ста-
лина и успешно преодолеваемых после XX съезда КПСС. Пар-
тия ведет борьбу против последствий культа личности, бюрокра-
тизма, догматизма. Поэт выступает и в новой поэме как верный
помощник партии.
Что же касается условно-фантастического сюжета, то разные
формы условности постоянно встречаются в искусстве. Сатира
особенно часто прибегает к ним. Нисколько не противоречит
реализму и условно-фантастический сюжет «Теркина на том
свете». Сам поэт поясняет это неоднократно:
Суть не в том, что рай ли с адом,
Черт ли, дьявол — все равно:
Пушки к бою едут задом, —
Это сказано давно.
Пушки к бою действительно едут задом... Значит, и картины
«того света» — при всей их фантастичности — могут иметь
реальное, боевое значение — такова мысль автора. Рисуя за-
гробный мир, он нападает на все отживающее, все омертвелое
в нашей действительности, изображает в сатирическом виде без-
душие и многие другие явления нашей жизни, так или иначе
связанные с периодом культа личности Сталина.
Не будем пересказывать поэму и ходить за Теркиным по
Столам (учета, проверки, санобработки) и Отделам (военный,
гражданский, особый), знакомиться с обитателями мертвого
царства («редактор Гробгазеты», «кандидат потусторонних или
доктор прах наук», «пламенный оратор» и др.) и наблюдать их
336
«занятия» (домино, заседание «преисподнего бюро», обсужде-
ние романа и т. д.).
Существеннее всего, что на «том свете», в этом мире канце-
лярщины и бюрократизма, не трудятся, не работают. Мудрено
ли, что у простого советского человека Теркина вид всего этого
вызывает самое отрицательное отношение:
Ни заботы, ни труда,
А тоска — нет мочи.
У обитателей «того света» нет никаких стремлений, мечтаний,
желаний, потребностей. Им не нужна ни любовь, ни дружба.
Они не замечают ни угрюмых низких сводов над ними, ни спер-
той, душной атмосферы преисподней. Они вполне довольны
мертвым царством и условным, призрачным существованием.
Примечательна в этом отношении фигура спутника Теркина,
его проводника по преисподней. Его удовлетворяет и «услов-
ный» паек, и «бездымный» табак, и «мертвая» вода. Он не
нахвалится загробным миром и дорожит своим положением в
нем. Поэтому-то ему не нравится, что Теркин еще жив, и он
твердит ему о «прелестях» загробного бытия и преимуществах
«нашего» того света перед «буржуазным».
А еле живой Теркин, чем ближе знакомится с преисподней,
тем все больше томится и тоскует, все сильнее рвется на этот
свет.
«Сказка» поэта проникнута философией жизнелюбия. «Не-
навижу всяческую мертвечину, обожаю всяческую жизнь» —
мог бы он присоединиться к словам Маяковского. Для его ге-
роя нет ничего важнее и ценнее земной жизни с ее простыми и
естественными человеческими радостями:
Не о смертном думай часе —
В нем ли главный интерес:
Смерть — она всегда в запасе,
Жизнь — она всегда в обрез...
Теркину нужна наша, советская жизнь. Это та жизнь, ко-
торая ему по душе и является для него и для его автора родной,
кровной. И хотя в этой жизни еще немало трудностей («далеко
до рая»), но в ней для Теркина, как и для каждого простого
человека, открыты любые пути: от колхоза и завода до поле-
тов в космос, до министерства и управления государством. И это
потому, что у нас в чести и славе люди пашен и заводов, произ-
водители угля, стали и хлеба, воины, отстаивающие святое и
правое дело, в чести люди совести и ума. Вот почему Теркину
так противен «тот свет» и он так рвется на землю, «повстре-
чаться с той Москвой, погулять с живым народом».
337
Здесь — в Советской стране — он может по праву выбрать
себе любое дело. И неважно, в министерстве или артели займет
он пост:
Там, где жизнь, ему привольно,
Там, где радость, он и рад,
Там, где боль, ему и больно,
Там, где битва, он — солдат.
В одной из своих работ Карл Маркс писал, что комедия,
смех нужны для того, чтобы человечество весело расставалось
со своим прошлым. В свете этой глубокой мысли еще яснее
выступает смысл и значение поэмы Твардовского. Смех — могу-
чее средство в борьбе со всем отживающим, с любой самодо-
вольной и бездушной видимостью. И то, что наша литература
может так остроумно и уверенно смеяться над «тем светом» со
всей его мрачностью и мертвенностью, является одной из самых
убедительных свидетельств безграничной силы советского
строя.
Общество, строящее коммунизм, смеясь расстается с обре-
ченными на умирание пережитками прошлого. Можно сказать,
что в победном смехе «сказки» Твардовского, в ее оптими-
стической, народной фантазии отразились те беспредельные
перспективы, которые открыла перед человечеством Октябрь-
ская революция.
Кроме поэм, Твардовским написано много сти-
хотворений. Они принадлежат к числу лучших
достижений советской лирики. Существенность
содержания, ясность и прозрачность формы, красота меткого и
умного русского слова — в этих постоянных свойствах лирики
Твардовского легко увидеть продолжение тех традиций, что
утвердились в нашей поэзии со времен Пушкина и Некрасова.
Лирика Твардовского — это по преимуществу выражение
самых простых, доступных любому труженику, но вместе с тем
наиболее глубоких и общих человеческих чувств. Она откры-
вает душе такие основы человеческой жизни, как труд, родина,
любовь, земля...
Рожь, рожь... Дорога полевая
Ведет неведомо куда.
Над полем низко провисая,
Лениво стонут провода.
Рожь, рожь — до свода голубого.
Чуть видишь, где-нибудь вдали
Ныряет шапка верхового,
Грузовичок плывет в пыли...
Лирика Твардовского предельно конкретна. Земля, напри-
мер, в его стихах то теплая и легкая — летняя, то уже остыв-
шая— осенняя, то зимняя, промерзшая «на два метра глуби-
ной». У нее есть не только свой цвет, но и запах: «Тем же род-
Лирика
Твардовского
338
ным, незабытым пахнет земля по весне...» («В поле, ручьями
изрытом...»). Для героев Твардовского и для самого поэта
земля — живая. Она «дышит». О ней можно говорить, как 6
человеке, ее хочется назвать ласковым словом: «И хотя земля
устала, все еще добра, тепла...» («День пригреет — возле
дома...»), «И только будто постарела, как в горе мать, сама
земля...» («Минское шоссе»). Чтобы так увидеть и почувство-
вать землю, надо посмотреть на нее глазами солдата, которого
укрывает она от вражеской пули, или крестьянина, который на
ней работает. Именно такой трудовой, народный взгляд на
вещи и присущ поэту.
С первых шагов писательской биографии Твардовского ос-
новными героями его стихотворений стали рядовые обыкновен-
ные люди. В 30-е годы это были люди колхозной деревни. Точ-
ное знание их жизни и особый, редкостный дар понимания
души простого человека позволили поэту создать яркие образы
скромных и честных тружеников. Часто это умельцы, мастера,
люди с золотыми руками, уважаемые за свое мастерство и сами
нехвастливо гордящиеся им («Рассказ Матрены», «Еще про
Данилу», «Соперники» и др.). Подробному и любовному изобра-
жению искусной, умелой работы отданы в лирике Твардовского
многие страницы. Им, как никем из современных поэтов, вос-
пета высокая красота человеческого труда. Довоенные его
стихи вводят читателя в мир, где выращивают хлеб и строят
дома, кладут печи и «добывают свет» — делают то, без чего
невозможна человеческая жизнь. Это добрый мир, в котором
царит дух любви и привета. Любовь матери, отца, брата, сына,
мужа, юношеская влюбленность, верные и крепкие связи
дружбы, землячества, соседства стали содержанием большин-
ства стихотворений той поры. Печник Ивушка, сложив печь, об-
ращается к хозяевам с таким присловьем:
— Ну, топите, хлеб пеките,
Дружно, весело живите.
А за печку мой ответ:
Без ремонта двадцать лет.
(«Ивушка»)
Доброе пожелание людям счастья нередко звучит и в устах
самого автора. Он любит своих простых героев и говорит об их
радостях и печалях с таким сочувствием, как о своих собствен-
ных. Из этого живого сочувствия вырастает та особая форма
лирического стихотворения, которую некоторые называют «ли-
рикой другого человека»: поэт пишет не о себе, но он так сер-
дечно близок к своему герою, что чувства автора и героя как
бы сливаются и повествование о «постороннем» человеке при-
обретает теплоту и взволнованность лирического самовыра-
жения.
339
Предвоенные стихи Твардовского правдиво запечатлели то
новое, что внесла коллективизация в жизнь русской деревни,
в быт, характеры и отношения ее людей. Они рассказывали
о том, как выпрямился вчерашний батрак («Бабушка»), как
поднялась к общественной деятельности женщина-крестьянка
(«Мать и дочь», «Встреча») и как выросла на селе жизнера-
достная, трудолюбивая и умная молодежь («Размолвка»,
«Невесте» и др.). Стихи эти были родственны стихам М. Иса-
ковского.
В стихах Твардовского военных лет с большой силой выра-
зилось то главное, чем жил тогда советский человек: горечь
отступления, скорбь о погибших товарищах, ненависть к врагу —
поработителю и насильнику, восхищение духовным величием
народа и, наконец, не умещающееся в словах торжество вели-
чайшей победы. Как и в «Книге про бойца», с особенной напря-
женностью прозвучала в них патриотическая тема.
Не так много в современной литературе поэтов, которые
обладали бы таким же неослабеваемо острым и постоянным
чувством родины, как Твардовский. Еще в 30-е годы он напи-
сал несколько прекрасных стихотворений, полных чувства
любви к родному краю («Друзьям», «За тысячу верст...»,
«Поездка в Загорье»). Война, захват Смоленщины врагом
вызвали в его сердце, переполненном оскорблением, гневом и
болью, новый прилив этой сыновней любви. С неизведанной
остротой почувствовал поэт ценность и счастье того, будто бы
рядового и обыденного, что в отчем краю с рождения окру-
жает человека и входит в его жизнь. И не удивительно, что
именно теперь, как никогда до сих пор, сказался в Твардов-
ском певец русской природы, певец скромных, но бесценных
радостей дома и мира, наделенный ярким даром словесной
живописи.
И после победы тема войны не сразу оставила лирику поэта.
Но если раньше война была в первую очередь святым и насущ-
ным делом, то теперь это — «жестокая память» пережитого.
Как торжественный реквием, звучат лучшие стихотворения
этого периода: «Я убит подо Ржевом», «В тот день, когда окон-
чилась война...», посвященные памяти солдат, павших на полях
Отечественной войны.
Пускай безмолвны эти погибшие солдаты, но они остались
правомочными участниками всех наших дел, каждый день мы
в ответе перед ними:
Суда живых не меньше павших суд.
И пусть в душе до дней моих скончанья
Живет, гремит торжественный салют
Победы и великого прощанья.
340
Однако как бы ни была неотступна память о войне, как бы
ни была горька печаль о павших, послевоенная жизнь звала
поэта к новым трудам и заботам!
Расставшись, мы не стали им чужими
Среди забот и новых дел своих.
Но если б мы одной лишь скорбью жили,
Мы были б нынче недостойны их.
Ряд послевоенных стихотворений Твардовского посвящен
борьбе за мир («В защиту мира», «9 мая», «22 июня 1941 года»),
но главное место в его жизни занимает тема коммунистиче-
ского созидания.
Вся страна встает перед поэтом в грандиозном развороте
трудового творчества. И в безграничные просторы Севера, и на
берега великих сибирских рек, и в тайгу Дальнего Востока, и
в «места, что под завтрашний день застолбованы, вступает на-
род, богатырь небалованный». «Ах, время, родное, великое
время!» — восклицает поэт. Он воспел это время в поэме «За
далью — даль». И как в 30-е годы цикл его стихотворений
«Сельская хроника» примыкал к «Стране Муравии», как во
время войны «Фронтовая хроника» была связана с «Василием
Теркиным», так и теперь его лирика в своей значительной
части развивает мотивы, близкие по своему содержанию и ха-
рактеру к поэме «За далью — даль» («Еще о Сибири», «Разго-
вор с Падуном», «От Иркутска до Братска», «Байкал», «В тайге
Приморья» и др.).
Изменился и самый характер лирики Твардовского. «Ли-
рика другого человека» все чаще сменяется прямым выраже-
нием личности поэта, который доверчиво выходит к людям со
своими думами и планами, сомнениями и достижениями, радо-
стями и бедами, Современная лирика Твардовского отличается
высоким напряжением мысли, она раздумчива, философична,
она ставит перед читателем коренные вопросы человеческого
бытия. Излюбленным жанром поэта становится теперь лириче-
ская миниатюра, в кристально ясной, емкой форме выражаю-
щая широкую, зрелую мысль.
Мне славы тлен — без интереса
И власти мелочная страсть.
Но мне от утреннего леса
Нужна моя на свете часть;
От уходящей в детство стежки
В бору пахучей конопли;
От той березовой сережки,
Что майский дождь прибьет в пыли;
От моря, моющего с пеной
Каменья теплых берегов;
От песни той, что юность пела
В свой век — особый из веков.
341
И от беды и от победы—•
Любой людской — нужна мне часть,
Чтоб видеть все и все изведать,
Всему не издали учась.
И не таю еще признанья:
Мне нужно, дорого до слез ,
В итоге — твердое сознанье,
Что честно я тянул мой воз.
(«О сущем»)
Любовь к жизни, благодарно принимаемой широко распах-
нутым сердцем, — основа мироощущения поэта. Но он не хочет
п не может быть бесстрастным созерцателем. В нем живет
неутолимая жажда труда, делания, борьбы. Его снедает острое
чувство задолженности людям. Он постоянно торопит себя, и
день для него всегда мал. Лишь в такой жизни, до краев на-
полненной «избранным делом», находит он свое нелегкое, бес-
покойное, но подлинное счастье.
Общие вопросы жизни, как правило, преломляются в сти-
хах Твардовского в виде насущных проблем искусства. Он го-
рячо утверждает право и долг художника говорить правду,
идти нехоженым путем, быть взыскательным и честным масте-
ром своего дела, перед самим народом отвечая за успех и не-
успех труда. У него очень высокое представление о своем при-
звании: «О том, что знаю лучше всех, сказать хочу. И так, как
я хочу». При этом он считает, что горшки обжигают хотя и не
боги, но «обжигают их мастера». Для него поэзия — благородное
служение народу, требующее упорного труда и мастерства.
Только в этом случае поэт создает творения, нужные народу.
А именно о народном признании и мечтает Твардовский. Он
хочет, чтобы его Муза была прописана по всему Советскому
Союзу.
Чтоб везде по селам и столицам
Отвечали на вопрос о ней:
— Как же, есть. Давнишняя жилица,—
И улыбки были у людей.
Чтоб глаза у стариков яснели,
Чтобы к слову вставил не один:
— Мы еще на фронте были с нею,
Вместе помним Вязьму и Берлин.
Чтоб детишки из любого дома,
Если к ним случайно обращусь,
Говорили б:
— Как же, мы знакомы,
И немножко знаем наизусть.
842
Чтобы не с почтеньем, а с любовью
Отзывалось каждое жилье:
— Здесь она. На доброе здоровье
Здесь живет. А как же без нее?
(«О прописке»)
Твардовский надеется, что его Музе нигде не откажут в
прописке. Она «уживчива», ей дорого все, что волнует людей,
чем. они живы. Для Твардовского не существует противоречия
между политической и личной, «частной» лирикой. Его поэзия
вмещает то и другое. И о чем бы он ни писал — все носит об-
щественный характер, все имеет общий, народный интерес.
В последнее десятилетие заметно возросла гражданская
активность лирики Твардовского. Она обращена к современ-
ности, богата живыми наблюдениями, публицистична. С высо-
кой патетикой соседствуют в ней подчас иронические и даже
сатирические ноты. Вот как пишет поэт, к примеру, о людях
знаменитой сибирской стройки:
Бегут домой, спешат в кино,
На танцы — пыль толочь.
И пьют по праздникам вино
И в будний день не прочь.
И на работе, — что ни шаг,
И кто бы ни ступил —
Заводят множество бумаг,
Без них им свет не мил.
Поэт не боится говорить «всю правду»: он знает, на что
способны эти обыкновенные люди:
И та близка уже пора,
Когда все разом — в бой.
И — что Берлин,
Что Ангара,
Что дьявол им любой!
Устами Твардовского-лирика говорит сегодня наш совре-
менник, любящий и потому требовательный, безгранично предан-
ный делу коммунизма и потому нетерпимый ко лжи и неспра-
ведливости, человек, у которого за плечами большой и нелегкий
опыт, а впереди много работы, умный, трезвый и вдохновен-
ный хозяин страны.
Твардовский находится в полном расцвете творческих сил.
Каждое его произведение отличается своеобразием, но-
визной. Сравните пять поэм — «Страну Муравию», «Василия
Теркина», «Дом у дороги», «За далью — даль», «Теркин на том
свете», — чтобы убедиться в этом. Они явно не похожи друг на
друга. Заметим, кстати, что Твардовский является не только
замечательным поэтом, но и талантливым прозаиком (книга
очерков и рассказов «Родина и чужбина»).
. 343
И вместе с тем все произведения Твардовского объединяет
глубокое общественное содержание, высокий гражданский па-
фос, народная, самобытно-национальная форма. «Что значит
национальная форма в искусстве? — писал А. Фадеев. — Это
значит прежде всего родной язык. Это значит также своеобраз-
ный для каждого народа дух и строй речи, вобравший в себя
в течение столетий народный фольклор. Это значит традиции
национальной классической литературы, что особенно важно в
поэзии. Это значит, наконец, тот неповторимый национальный
склад характера, психологические, эмоциональные особенности
народа, которые и создают неповторимый цвет и запах каждого
национального искусства».
Творчество Твардовского впитало в себя дух и строй народ-
ной речи и богатейшие традиции русского фольклора и клас-
сической литературы. В нем нашли художественное воплощение
характер, разум и сердце родного народа.
^Заключение
И изучение истории советской литературы и творчества наибо-
лее выдающихся советских писателей позволяет определить
основные черты нашей литературы. Ее характеризуют: новое
содержание, новые герои, коммунистическая идейность, новый
творческий метод, многонациональный характер.
Советская литература отражает социалистическую дейст-
вительность, борьбу советского народа за коммунизм и тем
самым, естественно, является новой по содержанию. В своих
произведениях советские писатели показали, как наш народ
под руководством Коммунистической партии совершил вели-
чайшую в мире революцию, отстоял социалистическое Отече-
ство и завоевания Октября от интервентов и белогвардейцев в
годы гражданской войны, превратил некогда отсталую Россию
в могучую индустриально-колхозную социалистическую дер-
жаву, одержал победу в Великой Отечественной войне против
гитлеровской Германии. Советская литература показывает, как
наш героический народ под руководством партии строит ком-
мунизм, как во главе всего передового человечества он ведет
борьбу за мир.
Такого содержания не знала литература предшествующих
эпох.
Новыми являются и герои советской литературы. Простые
советские труженики — рабочие, колхозники, интеллигенция,
строящие коммунизм,— вот кто выступает главными героями
произведений наших писателей. М. И. Калинин писал об основ-
ных чертах советской литературы: «...герои наших литератур-
ных произведений — это активные строители новой жизни —
рабочие, работницы, колхозники, партийцы, инженеры, комсо-
мольцы, пионеры, хозяйственники; тематика наших произведе-
ний— это творческая деятельность народов нашей страны»1.
1 М. И. Калинин, Статьи и рёчи 1936—1937 гг., Партиздат, М., 1938,
стр. 131.
315
И в дореволюционной литературе изображались люди из на-
рода, но там эти люди показаны главным образом как обездо-
ленные и эксплуатируемые. В советской литературе простой
человек — трудящийся, рабочий и крестьянин — выступает как
хозяин жизни, как творец нового мира.
Такое изображение простых людей впервые в мировой лите-
ратуре дал Горький, и по этому горьковскому пути идут совет-
ские писатели.
Читатель встречается в книгах советских писателей с участ-
никами гражданской войны — Чапаевым и Павлом Корчаги-
ным, с рабочими из «Цемента» Ф. Гладкова, шолоховскими
колхозниками, советским воином Василием Теркиным, героями
«Молодой гвардии».
Из всего сказанного совсем не следует, что советская лите-
ратура воспроизводит только нашу современную жизнь. Но и
обращаясь к прошлому, советские писатели раскрывают новые
стороны действительности: классовые противоречия, борьбу
народа и его решающую роль в истории, законы и перспективы
общественного развития. Именно это и делает такие произведе-
ния, как, например, роман «Петр Первый» Алексея Толстого,
произведениями социалистического реализма.
Таким образом, одна из главных особенностей советской ли-
тературы состоит в том, что у нее новое содержание, новые герои.
Советская действительность определила и новое
мировоззрение наших писателей — их коммуни-
стическую идейность, их партийность. В основе
советской литературы лежат идеи научного со-
циализма, марксистско-ленинское учение. Решительное отрица-
ние эксплуататорского строя и убежденность в том, что только
социализм создает все условия для свободной и счастливой
жизни, — вот что отличает мировоззрение советских писателей.
С позиций марксистско-ленинского мировоззрения советская
литература рассматривает прошлое, настоящее и будущее че-
ловечества.
Наша литература является самой идейной и революционной
литературой мира.
Коммунистическая идейность советской литературы нераз-
дельна с советским патриотизмом. Идея патриотизма, идея
любви к родной Советской земле, чувство преданности социа-
лизму воодушевляют советских писателей, определяют харак-
тер их творчества. Наши писатели во многих произведениях
показали, какая огромная сила заключена в революционной
сознательности масс, в священном чувстве советского патрио-
тизма.
Патриотическая любовь к Родине, к народу, естественно,
выражается у советских писателей в преданности Коммунисти-
ческой партии. Великий вождь партии Ленин выступает в со-
346
Партийность
советской
литературы
ветской литературе в неразрывной связи с партией, с народом
как выразитель интересов и идеалов народных масс.
Советская литература — это литература победившего класса,
литература класса, которому принадлежит будущее. Отсюда
ее оптимизм, жизнеутверждающий характер.
Оптимистический характер советской литературы совсем не
означает, что она не касается скорбных и горестных сторон
жизни. Фурманов в своем романе рассказал о смерти народ-
ного героя Василия Ивановича Чапаева. О мучительных физи-
ческих страданиях Павла Корчагина поведал читателю Николай
Островский в романе «Как закалялась сталь». Роман Фадеева
«Молодая гвардия» оканчивается гибелью большинства моло-
догвардейцев. И все же ни в одном из этих произведений нет
и тени пессимизма. Происходит это потому, что и Фадеев, и
Фурманов, и Н. Островский убеждены: великая и трудная
борьба за новое, коммунистическое общество не обходится без
жертв, но эти жертвы принесены во имя светлой и благородной
цели, они находят свое оправдание, свой смысл в этих великих
и благородных целях; кровь пролита недаром, она пролита
во имя коммунизма, который побеждает и победит оконча-
тельно.
Через всю историю советской литературы красной нитью
проходит последовательная, энергичная и неустанная борьба за
мир, против поджигателей войны. В своих памфлетах и очерках
Горький еще до революции заклеймил позором замыслы все-
мирного владычества, которые вынашивали американские мил-
лиардеры. В цикле стихов о загранице Маяковский обнажил
истинную суть мирового империализма. Следуя традициям
Горького и Маяковского, советские писатели в своих произве-
дениях, проникнутых подлинным гуманизмом, разоблачают
поджигателей войны и призывают к миру во всем мире, борются
за счастье всего трудового человечества.
Новые качества советской литературы прояви-
лись и в самом ее методе, способе изображения
действительности. Методом советской художест-
венной литературы и литературной критики яв-
ляется социалистический реализм.
В чем сущность социалистического реализма?
Социалистический реализм требует от художника правдивого,
исторически конкретного изображения действительности в ее
революционном развитии. Правдивость и историческая кон-
кретность художественного изображения действительности
должны сочетаться с задачей воспитания трудящихся в духе
коммунизма. Писать правду — вот высшее требование социали-
стического реализма.
Сила классической литературы тоже заключалась в ее прав-
дивости, высоте и благородстве ее патриотических и освободи-
Социалистиче-
ский реализм —
творческий
метод
советской
литературы
347
тельных идеалов и положительных героев. Эту славную тради<
цию продолжила советская литература. Но свою главную за-
дачу дореволюционная классическая литература видела в том,
чтобы бороться с эксплуататорским строем, с самодержавием,
с крепостническими порядками. Отсюда критический характер
реализма дореволюционной литературы. Во имя народного
освобождения и торжества идеалов справедливости и равно-
правия Радищев, Пушкин, Гоголь, Некрасов, Чернышевский,
Салтыков-Щедрин, А. Островский, Л. Толстой, Чехов с огром-
ной силой художественной правды разоблачали крепостное
рабство, буржуазную эксплуатацию, пороки и противоречия
самодержавной России.
Социалистический реализм видит свою главную задачу в
утверждении и укреплении новых, социалистических отноше-
ний, в активной борьбе за коммунизм. Он возник в обществе, в
котором нет эксплуатации и частной собственности на орудия
и средства производства. Поэтому героем нашей литературы
является положительный герой. Левинсон и Метелица («Раз-
гром» Фадеева), Чапаев и Клычков («Чапаев» Фурманова),
Павел Корчагин («Как закалялась сталь» Н. Островского),
Давыдов («Поднятая целина» Шолохова), герои «Молодой
гвардии» Фадеева — все они отличаются своими индивидуаль-
ными качествами, иногда им свойственны некоторые слабости
и недостатки, но все они положительные герои и служат для
советских людей образцом поведения.
Но, разумеется, социалистический реализм проявляется не
только в изображении положительных явлений. Утверждение
новых, социалистических отношений включает в себя и смелую,
принципиальную критику наших недостатков, и активную
борьбу против всех отрицательных враждебных нам явлений,
и сатирическое обличение всего фальшивого и негодного в на-
шей жизни. Только художник, анализирующий действитель-
ность в свете научного социализма, мог с такой беспощадной
силой показать историческую неизбежность падения буржуазии
и крушения буржуазного индивидуализма, как это сделал
Горький в «Деле Артамоновых» и в «Жизни Клима Самгина».
Только с позиций коммунистической идейности можно было
так осмеять пережитки мещанства и бюрократизма в нашем
обществе, как это сделал В. Маяковский в пьесах «Клоп»,
«Баня» и сатирических стихах.
Социалистический реализм требует от писателя умения рас-
крывать жизнь в движении, в развитии. Но всякое движение,
всякое развитие заключает в себе борьбу нового со старым,
победу нового над старым. Советская литература и показывает,
как в борьбе со старым развивается и побеждает новое. Вместе
с тем умение воспроизвести жизнь в развитии, в движении
предполагает способность художника видеть направление, в
348
котором развивается жизнь, видеть ростки нового. Вот почему
в советской литературе на всех ее этапах с такой широтой
разрабатывается тема коммунистического будущего. Советская
литература реалистически изображает нашу действительность,
раскрывает ее героику, озаряет светом коммунистического ми-
ровоззрения каждое явление нашей жизни. Именно поэтому
социалистический реализм включает в себя черты новой, рево-
люционной романтики. Совершенно ясно, что эта революцион-
ная романтика не является просто повторением романтических
традиций прошлого, это новая романтика. Суть ее заключается
в том, что она не изображает несуществующей жизни и несу-
ществующих героев, не уводит читателей в мир несбыточных
утопий, не противостоит действительной жизни; она выражает
героику, размах и перспективы реальной борьбы революцион-
ного пролетариата, руководимого партией, за построение ком-
мунистического общества. Революционная романтика советской
литературы неотрывно связана с жизненной правдой. Она вхо-
дит в литературное творчество как составная часть, ибо вся
жизнь коммунистической партии, вся жизнь рабочего класса ц
его борьба заключается в сочетании самой суровой, самой трез-
вой практической борьбы с величайшей героикой и грандиоз-
ными перспективами.
Социалистический реализм исходит из глубокого понимания
процессов, происходящих в жизни. Наш творческий метод
враждебен и беспредметному фантазированию, и натурализму,
который не видит ничего дальше отдельных фактов. Он тре-
бует широких обобщений. А обобщение в литературе выра-
жается в типизации. Писатель отбирает те или иные факты,
группирует их, выделяет одни и отбрасывает другие, иными
словами, обобщает, типизирует их в соответствии с правдой
жизни.
Советский писатель — активный борец за построение нового
мира. Художественное слово играет в нашем обществе огром-
ную, ответственную и активную роль. У нас писатель выпол-
няет важнейшие обязанности — он помогает духовному росту
человека.
Социалистический реализм открывает широкий простор для
разнообразных творческих исканий писателей и предполагает
богатство и многообразие видов, жанров, стилей, художествен-
ных приемов, форм.
Разумеется, социалистический реализм имеет своих пред-
шественников. Если говорить о русских писателях XIX века,
творчеством своим подготовлявших литературу нашего вре-
мени, то здесь достаточно напомнить о Н. Г. Чернышевском.
Исторический оптимизм вождя революционной демократии,
выдвижение им на первый план положительного героя в ро-
349
мане «Что делать?», сочетание в его творческом методе изобра-
жения жизни и мечты о будущем и твердая вера в осуществи-
мость этого будущего — все это делает Чернышевского одним из
ближайших предшественников социалистического реализма.
Но когда мы говорим об историческом происхождении и
сущности советской литературы, мы должны со всей силой под-
черкнуть ту мысль, что наша литература — литература нова-*
торская в самом глубоком и всеобъемлющем смысле слова: и
содержание,, и мировоззрение, и метод ее основаны на опыте
революции, опыте социалистического строительства, на идеях
научного коммунизма.
Социалистическая по содержанию, советская ли-
тература является многонациональной по своей
форме. Это — важнейшая особенность советской
литературы. «...Советская литература не являет-
Советская
литература —
национальная
по форме
и социалисти-
ческая по
содержанию
ся только литературой русского языка, это—•
всесоюзная литература», — заявил на Первом
съезде советских писателей А. М. Горький.
Огромным достижением Великой Октябрьской социалисти-
ческой революции было то, что все некогда угнетенные, задав-
ленные народы царской России стали свободными, вступили на
путь социалистического строительства и активной политической
и культурной жизни. Объединенная общностью социалистиче-
ского содержания, советская литература различается по своей
национальной форме. Национальная форма заключается в том,
что литература создается на родном, понятном широким мас-
сам языке; в ней находят свое отражение лучшие националь-
ные традиции, особенности психического склада наций. Но при
всех отличительных особенностях формы советская литература
едина по своей внутренней идейной направленности.
Национальная политика Коммунистической партии привела
к расцвету литературы братских республик. Творчество лучших
писателей братских народов известно всему Советскому Союзу
и входит в общую сокровищницу нашей культуры. Пьесы ук-
раинского драматурга Корнейчука и азербайджанского поэта
Самеда Вургуна, стихи Тычины (Украина), Янки Купалы (Бе-
лоруссия), Г. Табидзе (Грузия), Егише Чаренца и Аветика
Исаакяна (Армения), Джамбула (Казахстан) и Сулеймана
Стальского (Дагестан), романы Айни (Таджикистан) и Ауэзова
(Казахстан), Лациса и Упита (Латвия) и многие другие произ-
ведения являются замечательными достижениями многонацио-
нальной советской литературы. Советская литература являет
собой блестящий пример творческого содружества народов в
великом деле созидания новой, социалистической культуры.
«Чувство семьи единой» — так назвал выдающийся поэт Совет-
ской Украины Павло Тычина сборник своих стихов, п ос в я щен-
350
них дружбе народов Советского Союза и единению их лите-
ратур.
Сияет радугою дружбы
Мне единение народов, —
пишет поэт.
Широкое развитие переводов произведений братских писа-
телей на русский язык и произведений русских писателей на
языки народов СССР, празднование юбилеев Пушкина, Шев-
ченко, Руставели и других писателей — все это весьма способ-
ствовало росту литературы всех народов Советского Союза.
Партия всемерно заботится о развитии культуры и литера-
туры народов СССР и в то же время решительно борется со
всеми проявлениями буржуазного национализма в братских
республиках, с любыми попытками оторвать культуру и лите-
ратуру отдельных народов СССР от общесоветской культуры
и литературы, от передовой культуры и литературы России.
Ведущую роль в развитии советской многонациональной
литературы играет русская литература. Она оказала огромное
влияние на развитие литератур братских народов. В их форми-
ровании особенно велико значение творчества Горького и Мая-
ковского.
Писатели братских литератур высоко ценят и горячо любят
русскую советскую литературу. Известный эстонский драма-
тург Аугуст Якобсон писал: «Помню, каким глубоким, навсегда
запомнившимся торжеством было для меня чтение «Тихого
Дона» Михаила Шолохова, «Цемента» Федора Гладкова, бес-
смертной книги Николая Островского, стихотворений Маяков-
ского и особенно послеоктябрьских произведений и вдохнов-
ляющих статей М. Горького».
Своими успехами советская литература во мно-
Коммунисти- гом обязана направляющему руководству Ком-
ческая партия — Мунистической партии. На всех основных эта-
советской пах нашей истории партия разъясняла характер
литературы и особенности новых творческих задач, стоя-
щих перед советскими писателями, направляла
их деятельность, проявляла величайшую заботу о процветании
советской литературы.
Какие общие черты характеризуют политику партии в обла-
сти литературы? Партия неизменно подчеркивала, что только
в служении народу, в идеях коммунизма, в тесной связи с по-
литическими задачами современности советский писатель может
обрести источник подлинного творческого вдохновения.
«Сила советской литературы, самой передовой литературы
в мире, — учит партия, — состоит в том, что она является ли-
тературой, у которой нет и не может быть других интересов,
кроме интересов народа, интересов государства. Задача совет-
ской литературы состоит в том, чтобы помочь государству
351
правильно воспитать молодежь, ответить на ее запросы, воспи-
тать новое поколение бодрым, верящим в свое дело, не боя-
щимся препятствий, готовым преодолеть всякие препятствия»
(из постановления ЦК ВКП(б) «О журналах «Звезда» и
«Ленинград»).
В основе политики партии в области литературы лежит
принцип коммунистического воспитания писателя. Пар+ия всегда
решительно выступала против буржуазных декадентских тече-
ний, против безыдейности и аполитичности, против формализма
в литературе и вместе с тем бережно и тактично помогала пи-
сателям освобождаться от ошибок и заблуждений, направляла
их творчество по правильному пути.
Принципы высокой идейности и правды жизни сочетаются
в программных документах партии по литературным вопросам
с утверждением совершенного художественного мастерства.
Партия призывает писателей к смелым творческим дерзаниям,
к обогащению и дальнейшему развитию всех видов и жанров
литературы, к повышению уровня художественного мастерства,
с тем чтобы в полной мере удовлетворять всё возрастающие
духовные запросы советского читателя.
В направляющем руководстве партии советские писатели
видят главный залог своих успехов. Лживым буржуазным ло-
зунгам «независимости» литературы от общества, «искусства
для искусства» наши писатели противопоставляют идеи ком-
мунистической партийности, служение литературы народу и
высокому делу коммунизма. М. Шолохов, выступая на Втором
съезде советских писателей, заявил: «О нас, советских писа-
телях, злобствующие враги за рубежом говорят, будто бы
пишем мы по указке партии. Дело обстоит несколько иначе:
каждый из нас пишет по указке своего сердца, а сердца наши
принадлежат партии и родному народу, которым мы слу-
жим своим искусством».
Мировое
значение
советской
литературы
воздействием
Мировое значение любой литературы опреде-
ляется тремя обстоятельствами: во-первых, цен-
ностью и значительностью того вклада, который
вносит она в общую сокровищницу человече-
ства, дополняя и обогащая ее, во-вторых, ее
на художественное развитие других стран и,
в-третьих, степенью ее распространения во всем мире.
С этой точки зрения мировая роль советской литературы не-
оспорима. Начнем с последнего обстоятельства.
Нет такой страны, где произведения наших художников
слова не были бы широко распространены. Знакомство с со-
ветскими книгами за рубежом началось давно. Еще в начале
20-х годов Горький в своих письмах неоднократно отмечал
напряженный интерес на Западе к произведениям наших пи-
сателей. В письме к Вс. Иванову весной 1923 года, протестуя
352
против обильного использования областных слов, Горький вы-
двигал в числе прочих и такой довод: эти местные слова не дают
возможности переводить многих авторов на иностранные языки/
«А переводить Вас — необходимо по целому ряду причин: одна
из них напряженный — как никогда! — интерес к русской ли-
тературе в Европе». В 1925 году в письме к Л. Леонову Горький
снова возвращается к этой мысли. «Стиль сказа крайне плохо
удается даже искусным переводчикам... Интерес к нашему
искусству все растет, углубляется. Мы должны бы писать в
расчете и на читателя-иноземца».
С той поры интерес к советской литературе возрос за рубе-
жом в большой степени. Конечно, реакционные круги в ряде
стран делают все от них зависящее, чтобы преградить доступ
правдивому слову наших писателей, но жизнь берет свое, и
честные и яркие книги советских художников слова находят
доступ к сердцам широких читательских масс во всем мире.
Вот несколько цифр, свидетельствующих о степени распро-
странения советской литературы за рубежом.
Примерно за первые пятнадцать лет существования Совет-
ской власти, т. е. к середине 30-х годов, на иностранных языках
за рубежом вышли произведения 96 наших писателей. За одно
только послевоенное время, за каких-нибудь восемь-девять лет,
в переводах за границей вышли произведения более 900 совет-
ских авторов на 12 иностранных языках.
Произведения 120 советских драматургов переведены на
иностранные языки. Несколько сот пьес и киносценариев со-
ветских авторов опубликованы в странах Европы, Америки и
Востока. Только за 1951 —1953 годы за границей вышло 95 мил-
лионов экземпляров книг советских писателей. Можно с пол-
ным основанием утверждать, что сотни миллионов людей во
всех уголках земного шара читают книги советских писа-
телей.
Чем объясняется такой интерес к советской литературе, чем
она завоевала симпатии миллионных масс и в странах народ-
ной демократии, и в капиталистических странах? Чтобы отве-
тить на этот вопрос, нужно иметь в виду тот вклад в мировую
литературу, то новое, что принесла с собой советская литера-
тура. Она завоевала симпатии простых людей во всех уголках
земли, потому что раскрыла героику и величие борьбы народа
за новую жизнь, за свободу и справедливость и ведет неутоми-
мую борьбу за мир и коммунизм.
Этими своими особенностями советская литература завое-
вала признание всех честных людей за рубежом. Великий рус-
ский критик революционер Н. Г. Чернышевский назвал литера-
туру «учебником жизни». Это была в его устах высшая похвала
художественному произведению. Советская литература и яв-
ляется для миллионов трудящихся таким учебником жизни.
353
В книге выдающегося индийского государственного деятеля
Джавахарлала Неру «Открытие Индии» приведены в качестве
примера жизненного поведения знаменитые слова Павла Кор-
чагина: «Самое дорогое у человека — это жизнь...»
В ЗО-е годы всему миру стал известен кинофильм «Чапаев»,
созданный по одноименному роману Д. Фурманова.
В рядах испанской республиканской армии сражался с фа-
шистами батальон имени Чапаева. Бойцами его были люди
многих наций, и на своих родных языках они распевали марш
батальона: «Мы все сыны Чапаева, мы бьемся против Гитлера
и Франко. Вперед, в атаку, штурмовой батальон!»
В недавние годы молодая французская патриотка Раймонда
Дьен совершила мужественный поступок: чтобы сорвать по-
ставку американских танков в Корею, она легла на рельсы и,
рискуя своей жизнью, преградила путь воинскому эшелону. Ее
заключили в тюрьму. «В тюрьме, — пишет она, — я впервые
прочла советский роман «Молодая гвардия». Из этой книги я
узнала о таких примерах героизма, что мне прямо совестно
стало: я получаю столько изъявлений любви и признательности,
а сделала так мало».
Борясь за новую жизнь, за социалистическое переустройство
города и деревни, трудящиеся в странах народной демократии
черпают богатый жизненный опыт в книгах советских писате-
лей, запечатлевших эпоху индустриализации и коллективизации:
в «Поднятой целине» Шолохова, в «Цементе» и «Энергии»
Гладкова и др.
Учебником жизни наши книги стали потому, что они прав-
диво запечатлели великий процесс строительства нового, со-
циалистического мира, одушевлены идеями свободы и общена-
родного счастья.
Мировое значение советской литературы выражается не
только в том, что она является школой социалистического опыта
для миллионов трудящихся, но и в том, что она оказывает
серьезное влияние на развитие литературы в зарубежных стра-
нах.
Под влиянием великих событий Октябрьской революции,
под влиянием правдивого слова советских писателей серьезные
перемены произошли в мировоззрении ряда крупнейших пи-
сателей Запада и Востока.
Среди искренних и горячих друзей нашего народа мы видим
выдающихся писателей зарубежных стран. К ним относятся и
такие крупнейшие художники Франции, как Анатоль Франс,
Ромен Роллан и Анри Барбюс. Верным другом советского на-
рода был знаменитый американский писатель Теодор Драйзер.
Неоднократно подчеркивал свое восторженное отношение к со-
циалистической революции, к советской культуре выдающийся
английский драматург Бернард Шоу,
354
Страстным пропагандистом советской литературы был слав-
ный сын чешского народа Юлиус Фучик. Он с восторгом отзы-
вался о творчестве Горького, Маяковского, Н. Островского.
В 1935 году Горький отметил, что советская литература «ста-
новится учительницей литературы всего мира». Наша литера-
тура все шире распространяет свое влияние на литературу
других народов, потому что она принесла с собой и но-
вое содержание, и новый метод — метод социалистического
реализма.
Правда жизни, оптимизм, любовь к простому человеку, гу-
манизм, отстаивание самых светлых и священных для челове-
чества идей — вот что привлекает писателей зарубежных стран
в советской литературе.
Об. этом говорят отзывы писателей многих стран.
Известный бразильский писатель, активный борец за мир
Жоржи Амаду пишет:
«Советская литература и искусство проповедуют мир между
народами, воспевают самые высокие человеческие чувства:
любовь к Родине, к труду, уважение к человеку. Советская ли-
тература и искусство, отражая жизнь советского общества, яв-
ляются литературой и искусством нового мира, нового чело-
века...»
Чешский писатель Франтишек Кубка тоже подчеркивает но-
ваторство нашей литературы: «Советская литература была для
меня сперва наслаждением художника, потом любовью, потом
учителем и, наконец, неисчерпаемым источником новых правд,
нового мировоззрения, нового чувства жизни. Она говорит со
мной, как мать гуманизма и социализма».
Болгарский поэт Младен Исаев рассказал, какую огромную
роль в его творческом развитии сыграла наша литература.
«Еще в ранней молодости, накануне Сентябрьского восстания
1923 года, я почувствовал неотразимую силу советской рево-
люционной поэзии и крылатых песен Октября. С этими песнями
уходили в бой наши славные сентябрьские герои. Максим Горь-
кий своим романом «Мать» ясно раскрыл передо мной отвра-
тительное лицо капиталистического мира и романтическую кра-
соту социалистического будущего, укрепил во мне веру в чело-
века, в несокрушимую силу новой правды... Конкретность,
реалистическая правдивость и яркость образов, светлая роман-
тическая целеустремленность к будущему, оптимизм и самоот-
верженность людей, борющихся за дело социализма, — эти вы-
сокие качества советской поэзии были для нас, революционных
поэтов, великой школой...»
В социалистическом реализме передовые писатели зарубеж-
ных стран видят новый метод творчества, открывающий широ-
кие возможности для наиболее правдивого и яркого изображе-
ния действительности.
855
В нашей критике одно время велись споры: возможно ли
развитие социалистического реализма за рубежом, за преде-
лами нашего советского общества? Жизнь ясно ответила на
этот вопрос: социалистический реализм завоевывает все боль-
шее признание у прогрессивных деятелей иностранной литера-
туры и находит воплощение в их творчестве.
В странах народной демократии, где народ успешно строит
социализм, литература развивается под знаком социалистиче-
ского реализма (Мария Пуйманова, Бертольд Брехт, Анна Зе-
герс и др.). Новые принципы все больше утверждаются и в
творчестве передовых писателей капиталистических стран (Луи
Арагон, Пабло Неруда, Жоржи Амаду и др.).
Социалистический реализм за рубежом развивается в соот-
ветствии с традициями родной литературы. Речь идет вовсе не
о том, будто новый метод утверждается в порядке механиче-
ского перенесения принципов нашего искусства. Мало того,
несомненно, что и нашим писателям есть чему поучиться у круп-
ных прогрессивных художников зарубежных стран.
Советской литературе предстоит еще немало сделать для
того, чтобы стать первой в мире не только по содержанию, но
и по художественной силе и мастерству. Успехи, достигнутые
нашей литературой, служат залогом того, что она справится со
своей великой исторической задачей.
СОДЕРЖАНИЕ
Введение..................................................., 3—10
Великие традиции классической литературы. Русская литература
накануне Октября. В. И. Ленин о литературе социалистического об-
щества.
Алексей Максимович Горьк ий.................................11—78
Биография Горького.......................................... 11
Детские и юношеские годы. Начало литературной деятельности.
Революционная работа Горького. Ленин и Горький. Литературйо-об-
щественная работа Горького в советский период.
Творчество Горького в 90-е годы............................. 21
Разоблачение капитализма. «Челкаш». Революционно-романтиче-
ские произведения. «Старуха Изергиль» (стр’ 25).
Творчество ГорькогО 'в период революции 1905 года....... 29
«Песня о Буревестнике». «Фома Гордеев». Пьесы «Мещане» и
«Дачники». «На дне» (стр. 33). Лука и Сатин. Драматургическое ма-
стерство Горького. Роман «Мать» (стр. 40).
ЧПавел Власов. Пелагея Ниловна. Революционеры в романе «Мать».
Композиция романа «Мать». «Мать» как произведение социалистиче-
ского реализма. О языке романа «Мать». Значение романа «Мать».
Пьеса «Враги». Памфлеты Горького.
Творчество Горького в годы реакции и нового революционного
подъема......................................................... 54
«Сказки об Италии». Автобиографическая трилогия.
Творчество Горького после Великой Октябрьской социалистиче-
ской революции............................................... 59
«В, И. Ленин» (стр. 60). «Дело Артамоновых». Илья Артамонов.
Второе поколение Артамоновых. Третье поколение Артамоновых.
«Жизнь Клима Самгина». Пьесы Горького советских лет. Горький-
публицист. Горький — наставник советских писателей. Значение твор-
чества Горького.
Начальный период советской литературы (1917—1929)......... 79—150
Борьба в литературе. Партия и вопросы литературы. В. Я- Брю-
сов. А. А. Блок. Зачинатели советской литературы. Советская
литература 20-х годов. Резолюция ЦК РКП (б) «О политике партии в
области художественной литературы». Заметка Ленина «Об очистке
русского языка». Проза 20-х годов. Поэзия 20-х годов. Драматургия
20-х годов.
Владимир Владимирович Маяковский..........................104—150
Детство и юность. Революционная работа. Начало литературной
деятельности. «Облако в штанах». Маяковский и революция. «Левый
марш». Работа в РОСТА. Маяковский в годы социалистического
строительства.
357
Лирика Маяковского....................................... 114
«Товарищу Нетте, пароходу и человеку» (стр. 115). «Стихи о со-
ветском паспорте» (стр. 116). Маяковский и советская молодежь.
Сатира Маяковского.......................................119
«О дряни». «Прозаседавшиеся» (стр. 121). Сатирические пьесы
Маяковского.
Поэма «Владимир Ильич Ленин».............................123
Образ Ленина. Лирико-эпический характер поэмы. Значение
поэмы.
Поэма «Хорошо!».......................................... 130
Сюжет и композиция. Народ и партия. Художественные особен-
ности поэмы.
Стихи о загранице........................................ 136
«Бруклинский мост» (стр. 138).
Маяковский в борьбе за советскую поэзию.................. 139
«Разговор с фининспектором о поэзии» (стр. 141). «Во весь го-
лос» (стр. 143).
Новаторство Маяковского. Значение творчества Маяковского . . 144
Литература периода победы социализма (1930—1941)............. 151—244
Перестройка литературных организаций. Первый съезд писателей.
Борьба за чистоту и богатство литературного языка. Социалистиче-
ский труд — главная тема советской литературы 30-х годов. Форми-
рование нового человека. Сатирические романы И. Ильфа и Е. Пет-
рова. Советский исторический роман. Поэзия 30-х годов. Драматургия
30-х годов. Литература на защите Родины.
Николай Алексеевич Островский...........................176—187
Биография Н. А. Островского. «Как закалялась сталь» (стр. 178).
Проблема героя в романе. Образ Павла Корчагина. Значение ро-
мана. «Рожденные бурей».
Алексей Николаевич Толстой............................ 188—207
Жизнь и творчество А. Н. Толстого до революции. Жизнь и твор-
чество А. Н. Толстого в 1917—1927 годах. Роман «Хождение по му-
кам» (стр. 192). Судьбы русской интеллигенции в,романе «Хождение
по мукам». Роман «Петр Первый» (стр. 197). Образ Петра I. Литера-
турная деятельность А. Н. Толстого во время Отечественной войны.
Михаил Александрович Шолохов.......................... 208—244
Биография Шолохова. Основные черты творчества Шолохова.
«Тихий Дон» (стр. 211). Григорий Мелехов. Аксинья. Изображение
большевиков. «Поднятая целина» (стр. 218). Давыдов. Разметнов и
Нагульнов. Кондрат Майданников. Половцев и другие. Вторая книга
романа. Идея романа. Художественные особенности «Поднятой це-
лины». Язык романа. Юмор в «Поднятой целине». Значение творче-
ства Шолохова.
Литература периода Великой Отечественной войны и послевоенных
лет (1941—1954)....................................... 245—298
Основные черты советской литературы периода войны. Публици-
стика. Поэзия. Проза и драматургия.
Литература послевоенных лет............................. 257—2G9
Постановления ЦКВКП(б) по вопросам литературы и искусства.
Изображение Великой Отечественной войны. Произведения о социа-
листическом труде. Советская литература в борьбе за мир. Историче-
ская тема в послевоенной литературе. Второй Всесоюзный съезд
советских писателей.
358
Александр Александрович Фадеев............................ 270—298
Биография. Раннее творчество. «Разгром» (стр. 273). Левин-
сон. Метелица. Морозка. Мечик. Идейно-художественная сущность
«Разгрома». «Последний' из удэге». Роман «Молодая гвардия» (стр.
284). Коммунисты в романе. Образы молодогвардейцев. Изображение
врагов. Художественные особенности романа.
Советская литература на современном этапе............... 299—344
Проза. Поэзия. Драматургия. «Кремлевские куранты» (стр. 311).
Образ В. И. Ленина. Инженер Забелин. Реализм и романтика в
«Кремлевских курантах».
Александр Трифонович Твардовский.........................318—344
Краткие биографические сведения. «Страна Муравия». «Василий
Теркин» (стр. 322). «Дом у дороги». «За далью — даль» (стр. 328).
«Так это было». О стихе и языке поэмы. «Теркин на том свете». Ли-
рика Твардовского.
Заключение............................................ . 345—356
Партийность советской литературы. Социалистический реализм —
творческий метод советской литературы. Советская литература — на-
циональная по форме и социалистическая по содержанию. Коммуни-
стическая партия — руководитель советской литературы. Мировое
значение советской литературы.
Александр Григорьевич Дементьев
Евгений Иванович Наумов
Лев Абрамович Плоткин
РУССКАЯ СОВЕТСКАЯ ЛИТЕРАТУРА
ПОСОБИЕ ДЛЯ СРЕДНЕЙ ШКОЛЫ
Редактор В. И. Этов
Художник М. В. Серегин
Художественный редактор Б. М. Кисин
Технический редактор М. С. Дранникова
Корректор В. М. Антонова
Подписано к печати с матриц 8/IX 1965 г.
60X90’/ie. Печ. л. 22,5. Уч.-изд. л. 22,18.
Тираж 300 тыс. (1—300 000) экз.
Издательство «Просвещение»
Государственного комитета Совета Мини-
стров РСФСР по печати. Москва, 3-й
проезд Марьиной рощи, 41
Ленинградская типография № 1 «Печат-
ный Двор» им. А. М. Горького «Главпо-
лиграфпрома» Государственного комитета
Совета Министров СССР по печати, Гат-
чинская, 26.
Заказ Кв 1946
Цена без переплета 29 к., в переплете
бумажн. 7 к., коленкоров. 15 к.