ФОЛКЛЕНДСКАЯ
ВОЙНА
	МЕМУАРЫ КОМАНДУЮЩЕГО
ФОЛКЛЕНДСКОЙ УДАРНОЙ ГРУППОЙ
Г
<<№'
адмир^Ь{®4н
МИИЯЗ^МДИ ВУДВОРД
и ПАТРИК РОБИНСОН
Предисловие Маргарет Тэтчер

Последний сигнал, переданный адмиралом Вудвордом по оперативному соеди¬
нению перед спуском своего флага на авианосце «Гермес»
в Порт-Стэнли (Фолклендские острова) 4 июля 1982 года.
Спуская свой флаг в Южной Атлантике, я с горечью вспоминаю
героев, погибших здесь за это короткое время наших испытаний,
потерянные здесь корабли. Я сердечно благодарю всех и каждого за
доблесть, непреклонную решительность и стойкость, проявленные
в условиях кровавой войны. Возвращаясь к благам нашей земли,
будем же благодарны за то, что Аргентина не разводит бульдогов,
и не забудем тех, кто остался здесь навсегда.

ONE
HUNDRED
DAYS
The Memoirs of the Falklands
Battle Group Commander
FULLY REVISED AND UPDATED
ADMIRAL
SANDY WOODWARD
With Patric Robinson
HarperCollins Publishers

ФОЛКЛЕНДСКАЯ
ВОЙНА
Мемуары командующего
Фолклендской ударной группы
ПОЛНОСТЬЮ ПЕРЕРАБОТАННОЕ
И ДОПОЛНЕННОЕ ИЗДАНИЕ
АДМИРАЛ
СЭНДИ ВУДВОРД
и Патрик Робинсон
Симферополь
ДОЛЯ
2005

ББК 63.3(0)53
В15
УДК 359
Впервые опубликованы в Великобритании
HarperCollinesPublisher в 1992 г.
Все права защищены.
При полном или частичном использовании материалов данной публикации ссыл¬
ка на издание обязательна
Перевод с английского В. С. Корендовича, И. В. Корендовича
Переводчики выражают благодарность за помощь в переводе
и издании книги Л. С. Власюку, И. В. Князю, JI. Меррику
Вудворд С. Фолклендская война / Пер. с англ. - Изд. перероб. и
доп. - Симферополь : Изд-во «Доля», 2005. - 416 с. - ил.
ISBN 966-366-001-5
Мемуары адмирала С. Вудворда посвящены англо-аргентинс-
кому вооруженному конфликту 1982 г. за Фолклендские (Маль¬
винские) острова, конфликту, который по масштабу боевых дей¬
ствий на море является одним из наибольших во 2-ой половине
XX века.
Пронизанные личными размышлениями мемуары ведут нас на
юг Атлантики, повествуют о драматических боевых действиях на
море, гибели аргентинского крейсера «Генерал Бельграно» и британ¬
ских кораблей. Книга позволяет читателю увидеть войну на морс
глазами командующего, заглянуть во внутренний мир его пережи¬
ваний. В этой войне применялось современное оружие, но возмож¬
ности для человеческой храбрости и совершения ошибок, остались
такими же, как и во времена адмирала Нельсона.
ББК 63.3(0)53
ISBN 966-366-001-5
© С. Вудворд, П. Робинсон
© Перевод, В. Корендович, И. Корендович, 2005

СОДЕРЖАНИЕ
Иллюстрации	5
Предисловие М. Тэтчер к первому изданию	7
Предисловие автора к первому изданию	10
Предисловие автора ко второму изданию	15
Глава 1.
Удар по эсминцу «Шеффилд»	33
Глава 2.
Подводник	55
Глава 3.
Вторжение Аргентины	85
Глава 4.
На юг к острову Вознесения	111
Глава 5.
«Оружие в исходное!»	135
Глава 6.
Заключительный подход	154
Глава 7.
1 мая - начало войны	170
Глава 8.
Колокола ада	186
Глава 9.
Молчание «Шеффилда»	206
Глава 10.
Конец слежки «Нарвала»	224
Глава 11.
Бомба «Глазго»	245
Глава 12.
«Говорящие деревья» и «Этандары»	263
Глава 13.
Ночная высадка	284
Глава 14.
Сражение на «Бомбовой аллее»	300
Глава 15.
Катастрофа «Ковентри»	319
Глава 16.
Морским пехотинцам придется идти пешком	340
Глава 17.
Порт Неприятный	356
Глава 18.
Добро пожаловать домой	386
Эпилог	400
Указатель имен и названий	404
5

Иллюстрации
Мичман Вудворд в 19 лет
«Сэнгвин» у берегов Мальты, 1954 г.
Свадьба, 9 апреля 1960 г.
«Уорспайт» на входе в Кардифф, 1969 г.
С лордом Каррингтоном на борту «Уорспайта» в Фаслейне, Шотлан*
дия, 1969 г.
Старая морская церемония. «Уорспайт», 1970г.
Со своим штабом на флагманском командном пункте на борту «Глэморгана»
Остров Вознесения, на переднем плане «Гермес» на якорной стоянке
Капитан 1 ранга Майк Барро, командир эсминца «Глэморган»
Капитан 1 ранга Пол Ходдинотт, командир эсиминца «Глазго»
Капитан 1 ранга Дэвид Пентрит, командир фрегата «Плимут»
Капитан 1 ранга Сэм Солт, командир эсминца «Шеффилд»
Капитан 1 ранга Кит Леймэн, командир фрегата «Аргонот»
Капитан 1 ранга Дэвид Харт-Дайк, командир эсминца «Ковентри»
Капитан 1 ранга Лин Мидлтон, командир авианосца «Гермес»
Капитан 1 ранга Брайян Янг, командир эсминца «Энтрим»
Капитан 2 ранга Алан Вест, командир фрегата «Ардент»
Капитан 1 ранга Джереми Блэк, командир авианосца «Инвинсибл»
Капитан 2 ранга Кристофер Рефорд-Браун, командир атомной
подводной лодки «Конкерор»
Капитан 1 ранга Майк Харрис, командир эсминца «Кардифф»
Капитан 2 ранга Тони Мортон, командир фрегата «Ярмут»
Капитан 1 ранга Джон Коуард, командир фрегата «Бриллиант»
Капитан 1 ранга Билл Каннинг, командир фрегата «Бродсуорд»
Капитан 2 ранга Кристофер Крейг, командир фрегата «Алакрити»
Аян Норс, капитан контейнеровоза «Атлантик Конвейер», с Майком
Лейардом, старшим офицером от ВМС на борту судна
Командор Майк Клапп, командир амфибийной группы
Капитаны 1 ранга Питер Динджеменс и Джереми Ларкен, два командира
десантных кораблей-доков «Интрепид» и «Феарлесс»
Капитан 1 ранга Хью Бэлфор, командир эсминца «Эксетер»
Эсминец «Эксетер» в бухте Карлос
«Эксетер» производит пуск зенитной ракеты
С адмиралом сэром Джоном Филдхаузом, главнокомандующим ВМС,
в Брайз Нортон, 4 июля 1982 г.
С Шарлоттой, Энди и Тессой
Все рисунки в этой книге выполнены Сэнди Вудвордом, некоторые из
них нарисованы ночью в его каюте весной 1982 г. при пребывании в
водах, омывающих Фолклендские острова.

ПРЕДИСЛОВИЕ М. ТЭТЧЕР
К ПЕРВОМУ ИЗДАНИЮ
Непросто принять решение, которое бросает страну в пучину вой¬
ны за восемь тысяч миль от родного дома. В такие моменты невоз¬
можно не думать о неизбежных несчастьях войны, неутешном горе
семей, которые переживают потерю близких.
В пятницу, 2 апреля 1982 года, Аргентина вторглась на Фолкленд¬
ские острова.
Накануне, в среду вечером, министр обороны Джон Нотт нашел
меня в палате общин. Беспокойство на его лице и напряженность в
движениях свидетельствовали о необычности визита. Он сообщил, что
аргентинский флот вышел из баз то ли для проведения учений, то ли
для захвата Фолклендов, чего он определенно не знал.
По мере того как эта новость подтверждалась, я созвала на сове¬
щание министров и советников. Если острова захватят, то я точно
знала, что нужно делать - их нужно вернуть. Ведь там, на островах,
наши люди. Их верность и преданность королеве и стране никогда
не подвергались сомнению. И как часто бывает в политике, вопрос
состоял не в том, что делать, а в том, как это можно сделать. Переход
морем до Фолклендских островов занимал три недели, три недели
противнику на подготовку а моря в это время года негостеприимны,
и там не будет ни одной британской авиабазы. Начальник штаба обо¬
роны находился с официальным визитом в Новой Зеландии. Другие
советники были не очень оптимистичны в оценке наших шансов. Но
чтобы Британия уступила? Никогда! Адмирал Лич присоединился
к нам.
Я спросила его: «Первый морской лорд, если это вторжение про¬
изойдет, что мы можем предпринять?» Никогда не забуду его тихий,
спокойный и уверенный ответ: «Я могу сформировать оперативное
7

Фолклендская война
соединение из эсминцев, фрегатов, десантных кораблей и вспомо¬
гательных судов во главе с авианосцами «Гермес» и «Инвинсибл».
Соединение может быть готово к выходу в море через 48 часов».
Это сложное время выдвинуло много замечательных людей: адми¬
рала Филдхауза, чья человечность, уверенность и такт никогда не
подводили ни его, ни нас; адмирала Люина - начальника штаба обо¬
роны - глыбу мудрости и силы; адмирала Вудворда, который непо¬
средственно рисковал, знал и переживал каждую потерю, изо ^ня в
день поднимал моральный дух войск. Было много и других героев,
чьи имена навечно вписаны в историю Британии. В итоге мы посла¬
ли туда сто кораблей и двадцать пять тысяч человек, но в начале
событий мы не могли этого предвидеть.
Дело с самого начала было исключительно принципиальным.
Правительства во всех уголках мира ожидали (некоторые с беспо¬
койством) нашей реакции. Но британцы повсюду знали, что ответ
мог быть только один.
И когда наконец ночью 21 мая Королевские ВМС высадили вой¬
ска десанта на берег в бухте Карлос, фермер-островитянин одной
фразой выразил характерную особенность нашей нации. На вопрос
офицера-парашютиста, удивлен ли он, увидев оперативное соедине¬
ние на якорной стоянке в бухте, фермер ответил: «Совсем нет. Мы
знали, что Мэгги придет».
Он сказал «Мэгги», но имел в виду Британию. Он имел в виду всех
нас. Потому что знал: мы народ, который верит в верховенство Закона,
в правила честной игры и приличия. Мы не потерпим военного хули¬
ганства против нас, и я совершенно уверена в том, что многие малень¬
кие страны почувствовали себя намного безопаснее, когда в 1982 году
британский лев снова встал против тирана на защиту прав граждан
крошечных отдаленных Фолклендских островов.
Эта книга написана человеком, которого до того времени я
никогда не встречала, но который постоянно был в моих мыслях в
течение тех ужасных недель весны 1982 года. Тогда для всех нас он
был контр-адмиралом Сэнди Вудвордом, командующим оператив¬
ным соединением. Позже он стал адмиралом сэром Джоном Вудвор¬
дом, главнокомандующим флота метрополии. Но его всегда будут
помнить как главного британского командующего на передовой
войны, несущего основную ответственность за освобождение Фолк¬
лендских островов.
Как и ранее, в период многих конфликтов, Королевские ВМС
правильно выбрали человека для выполнения чрезвычайно опасной
задачи. Высокий, довольно строгий адмирал, бывший командир
атомной подводной лодки вел флот на юг. Он имел прекрасное
8

Предисловие М. Тетчер к первому изданию
академическое образование и практическую подготовку в вопросах
военно-морской стратегии и оперативного искусства, ядерной инже¬
нерии, систем противокорабельной и противовоздушной обороны,
компьютерных технологий. Некоторые считали его самым умным
человеком в военно-морских силах. Французские газеты назвали его
«Нельсоном». Он был именно тем человеком, который должен был
воевать в первой в мире компьютерной войне.
В этой книге он рассказывает свою собственную историю, какою
она виделась с адмиральского мостика авианосца «Гермес». Это повест¬
вование исторически важно, поскольку посвятивший всю свою жизнь
флоту адмирал позволяет нам следовать за его мыслями, его планами,
его опасениями и его верой в беззаветную храбрость тех, кто воевал
под его командованием против врага, сражающегося иногда с само¬
убийственной яростью. Он переносит нас в самый центр жестокой
битвы, которую ведут Королевские ВМС как в открытом море, так и в
Фолклендском проливе, когда британский флот в ночной тишине про¬
ходит в район высадки десанта мимо аргентинских артиллерийских
позиций на мысе Фаннинг. То напряжение, наверное, было невыноси¬
мым для командующего! В тринадцатой главе он берет нас с собой на
батарейные палубы «Энтрима».
Сэнди Вудворд показывает себя не только большим патриотом
и превосходным плавающим адмиралом, он демонстрирует нам,
которых там не было, неизбежность своих действий при принятии
тяжелых, критически важных решений. Его книга является и сви¬
детельством потрясающего восприятия справедливости людьми,
воевавшими в Южной Атлантике. Некоторые из них никогда не вер¬
нутся домой. Перед ними и их семьями мы находимся в неоплатном
долгу. Его мы никогда не сможем возместить. Я сомневаюсь, осво¬
бодится ли полностью когда-либо адмирал, как и я, от этой личной
ответственности.
Я полагаю, что все, кто прочитает это очень личное описание
событий войны," почувствуют определенную гордость за наших
людей и за страну, в которой мы родились. У нас есть давние тра¬
диции свободы, и в 1982 году они были смело поддержаны всеми
нашими вооруженными силами, принявшими участие в сражении за
Фолклендские острова.
Маргарет Тэтчер

Предисловие автора
к первому изданию
Я хотел написать эту книгу в виде рассказа близкому другу и
пригласил в помощь себе Патрика Робинсона. Выбрал я его потому,
что он никогда не служил в Королевских военно-морских силах и
никогда не был на флоте. Поэтому ему следовало тихо и терпеливо
сидеть и много слушать, что было впрочем ему не присуще. Он не
был профессиональным моряком. Он - автор бестселлеров о регатах
и университетских лодочных соревнованиях в спокойных водах.
По его собственным словам, линкоры до этого времени обходи¬
ли его стороной. Это, с одной стороны, обязывало меня объяснять
ему почти все. Но с другой - сделало весь проект более трудным,
потому что я не надеялся, что читатели поймут меня с полуслова.
Всю жизнь я буду помнить фразу, произнесенную Патриком: «Я не
имею ни малейшего понятия, о чем Вы говорите - и подозреваю, что
я не буду в этом одиноким!». Это произошло в первый день нашей
совместной работы.
Почему же, спросите вы, я создал для себя все эти трудности и
не пригласил в помощники известного военно-морского историка?
Я считал, что это было бы «поцелуем смерти» для моей книги по
четырем основным причинам:
а)	почти все историки, которых я знаю, уже написали книги о
конфликте в Южной Атлантике;
б)	историки склонны писать книги для таких же историков, экс¬
пертов и других специалистов;
в)	мы бы с ним спорили по каждому поводу в поисках «правды»
и в конце концов сошлись бы только в одном - до событий 1982 года
обо	мне никто не слышал;
10

Предисловие автора к первому изданию
г)	наконец, я не хотел писать формальную историю - еще не
пришло время; я только стремился фиксировать мысли и взгляды
командующего, находящегося на передовой войны от ее начала и до
конца. Для этого я нуждался в помощи профессионального писате¬
ля, готового воспринимать мои мысли.
Итак, я договорился с этим экстраординарным человеком о помо¬
щи. Я выкладывал ему все так естественно, как только мог. Но у
Патрика было остро развито чувство драматичности. Он расспраши¬
вал меня о подробностях событий, которые казались мне скучными
и лишними. Его чуть не хватил удар, когда я попытался описать
первую за последние сорок лет гибель боевого корабля Королевских
ВМС короткой фразой из моего дневника: «Прошлой ночью они
нанесли удар по моему старому «Шеффилду...»
Тем не менее мы работали вместе, пытаясь, насколько это было
возможно, доступно и честно изложить события тех недель, пока¬
зать, что происходило в моей голове, когда я планировал боевые
действия, как я видел происходящие события и как эти события воз¬
действовали на меня. Наряду с большим количеством фактического
материала мы использовали мой дневник и письма, помещая их в
нужном контексте.
Насколько я был искренен, судить вам. Определенно, эта книга
должна стать откровенным саморазоблачением, но я готов к дис¬
комфорту. Средства массовой информации обвиняли меня во всех
смертных грехах, чуть ли не в трусости. Даже уважаемый редактор
«Дейли Телеграф» Макс Хастингс, повторяя чужие обвинения,
заявил, что меня следовало бы наградить звездой Южноафрикан¬
ской Республики за то, что я держал «Гермес» так далеко к востоку
от района боевых действий.
По их утверждению, я понятия не имел, как работать со средст¬
вами массовой информации, был «слишком самонадеян в апреле
и чересчур осторожен в мае». Ставилась под сомнение моя способ¬
ность понять морские десантные операции и боевые действия авиа¬
ции. Описывая мою внешность, «Таймс» сообщала: мои «пылающие
рыжие волосы» соответствуют моему характеру, а «Санди Таймс»
-	что я «неспособен справиться с ситуацией». Не знаю, смогли ли
они верно постичь мой характер, но отсутствие у них цветного фото
явно привело к заблуждению относительно цвета моих волос в этом
наборе привлекающих внимание фраз.
Если после прочтения этой книги вы согласитесь с критикой
прессы в мой адрес, сделаете вывод, что я трус, что я некомпе¬
тентен и к тому же чересчур высокомерен, то так тому и быть. В
конце концов, лидер может обладать какими-то из этих черт. Я же
11

Фолклендская война
только попытался дать вам возможность слегка прикоснуться к
тому, что творится в голове человека, оказавшегося командующим
на переднем крае войны.
Я думаю, существенным аспектом книги, больше всего удивив¬
шим моих редакторов и издателей, а также Патрика, стал неизбеж¬
ный вывод о том, что все было на грани провала.
Описывая битву Британии за освобождение Фолклендских ост¬
ровов, некоторые зашли так далеко, что сравнивали ту ситуацию
с ситуацией герцога Веллингтона при Ватерлоо. Мне не нравится
подобное сравнение, но, как и в случае с запоздалым, однако сво¬
евременным прибытием армии Блюхера, у нас было несколько
решающих, переломных, моментов, большинство которых, я рад это
отметить, решилось в нашу пользу.
Следует также иметь в виду, что некоторые вполне компетентные
организации с самого начала предполагали, что операция обречена.
Ими в частности были:
а)	ВМС США, считавшие что возвращение Фолклендов британ¬
скими войсками самостоятельно военным путем невозможно;
б)	Министерство обороны в Уайтхолле, считавшее, что приемле¬
мая ситуация в воздухе не может быть достигнута и, следовательно,
это сражение не могло быть выиграно;
в)	армия, считавшая действия неблагоразумными из-за отсутст¬
вия «необходимого» численного перевеса сил на суше;
г)	Королевские военно-воздушные силы, склонные со всем пере¬
численным согласиться, видя незначительность своей роли из-за
большой удаленности района и отсутствия шансов для флота усто¬
ять перед авиацией противника;
д)	министр обороны господин (теперь сэр) Джон Нотт, представ¬
лявший взгляды своего министерства, - успех операции опроверг бы
его Оборонный анализ 1981 года.
Много было тех, кто призывал «НАЗАД!», как и тех, кто призы¬
вал «ВПЕРЕД!». Большинство призывающих «НАЗАД» сидели на
самом верху. Но существенным голосом, призывающим «ВПЕРЕД»,
был голос первого морского лорда адмирала сэра Генри Лича, про¬
фессионального главы Королевских ВМС, моего самого главного
босса. Это был человек, которого стоило слушать. Если он сказал,
что ВМС могут это сделать, значит так и будет. И не в последнюю
очередь потому, что это хотели слышать госпожа Тэтчер и большин¬
ство британцев.
Кроме того, адмирал Лич имел влиятельнейшего сторонника по
ту сторону океана в лице министра обороны США господина (теперь
12

Предисловие автора к первому изданию
сэр) Каспара Уайнбергера. Он занял твердую позицию в поддержку
Британии в противовес проаргентински настроенной администрации
Рейгана и уговорил президента и Пентагон предоставить большую под¬
держку самому верному союзнику Америки. В своей прекрасной книге
«Борьба за мир»1 сэр Каспар приводит решительные инструкции своим
подчиненным: «предоставить Британии всевозможную помощь в вопро¬
сах технического обеспечения и разведки».
Все мы, а особенно я, очень признательны нашему хорошему другу
за предоставление помощи именно тогда, когда мы в ней нуждались.
Искренняя благодарность за новую американскую ракету класса «воз¬
дух-воздух» «Сайдвиндер», которая оказалась решающим оружием
противоборства в воздухе. К тому же без предоставления нам Соединен¬
ными Штатами доступа к острову Вознесения наши силы лишились
бы этой жизненно важной передовой базы на юге. Не говоря даже об
иной помощи, без базы и «Сайдвиндера» исход войны, вероятно, был
бы иным. Поэтому я вдвойне признателен Каспару Уайнбергеру за его
утверждение, что «война в Южной Атлантике была выиграна благодаря
несгибаемой воле британских вооруженных сил».
Верно и то, что командование аргентинских сил не поняло, что
повреждение/уничтожение наших авианосцев означало бы наше
поражение. Они никогда серьезно не охотились за той единственной
целью, которая непременно привела бы их к победе.
Мы сражались на лезвии бритвы. Я больше других понимал
(больше, чем говорит информатор Макса Хастингса), что один
серьезный инцидент, будь-то мина, взрыв или пожар, на любом из
наших двух авианосцев станет фатальным для всей операции. Мы
потеряли «Шеффилд», «Ковентри», «Ардент», «Антилоуп», «Атлан-
тик Конвейер» и «Сэр Галахад». Если бы аргентинские бомбы были
правильно подготовлены для бомбометания со сверхмалых высот,
мы потеряли бы еще «Энтрим», «Плимут», «Аргонот», «Бродсуорд»
и «Глазго». И нам очень повезло, что «Глэморган» и «Бриллиант» в
середине июня все еще оставались в строю.
Мы пережили поистине трудные времена, и я надеюсь, что эта книга
прольет свет на то, какую проверку прошли Королевские ВМС.
Я старался излагать события наглядно и поведать читателю о
профессионализме, который требуется в войне на море. Это пове¬
ствование по своей сути - рассказ о Королевских ВМС. Кое-что я
нескромно процитировал из моих личных писем жене, а также из
дневника, который вел каждую ночь. Строки дневника отразили
не только мою раздраженность и временные сомнения, но и мою
1	«Fighting for Peace»
13

Фолклендская война
импульсивность, напряженное состояние, недостаток такта и пони¬
мания, а также многие другие человеческие слабости.
Я начал книгу с рассказа о «Шеффилде» потому, что это позволи¬
ло мне перенести вас непосредственно к людям, находившимся на
центральных командных пунктах кораблей линии дозора, состоящей
из трех эсминцев УРО2 проекта 42. Ни одному из этих кораблей не
удалось остаться невредимым. И если вы хотите представить себя на
месте командующего, то для вас важно увидеть эту картину ужасной
реальности войны со стороны. Ведь командующий, кроме всего проче¬
го, должен действовать в условиях такой реальности, не принимая во
внимание свои худшие опасения.
Я не могу досконально знать, как все происходило. Также я не
могу судить о действиях командиров десантных кораблей и десанти¬
руемых войск в этих боевых действиях. Поэтому я не могу претендо¬
вать на то, что довожу до вас правду и только правду В некоторых
вопросах я, вероятно, знал меньше половины того, что произошло в
той сфере, за которую отвечал непосредственно. Но для книги мы
собирали информацию о ключевых событиях из многих источников:
от друзей, от коллег, а в некоторых случаях и от незнакомых мне
людей, которые воевали вместе со мной на других кораблях и в дру¬
гих местах.
Через рассказ о море, о погоде, об экстремальных ситуациях,
вызывающих прилив адреналина, мы с Патриком пытались передать
состояние тех, кто был там - на войне. Мы ничего не старались пре¬
увеличить, а я не пытался себя защищать. И если в итоге вы остане¬
тесь обо мне невысокого мнения, что ж, это будет еще один риск, на
который я шел сознательно.
А теперь я предлагаю вам окунуться в некоторые события «страш¬
ной реальности», перенестись назад, в май 1982-го, в холодные
серые Фолклендские воды для того, чтобы вместе с нами нести
вахту в ожидании аргентинского ракетного удара, который, как нам
было более или менее известно, последует в этот день.
Сэнди Вудворд
Апрель 1991 г.
2	Эсминец УРО - эсминец с управляемым ракетным оружием

Предисловие автора
ко второму изданию
В предисловии к первому изданию 1991 года я отметил, что не
хотел писать формальную историю Фолклендской войны, полагая,
что для этого еще не пришло время. Но, как оказалось, и в 2002
году по целому ряду соображений, хороших и не очень, все еще
слишком рано описывать некоторые события той войны. Несмотря
на это, я не могу оставить первое издание неисправленным, увяз¬
шим в туманах 1991 года, поскольку с тех пор многое из того, что
раньше было скрыто, стало известным.
Во время перехода на юг в апреле 1982 года, составляя план на
будущее, я записал в своем дневнике: «Что необходимо сделать
сегодня, чтобы завтра не пожалеть о том, что не сделал этого вче¬
ра?». К сожалению, оказалось, что многие вещи, связанные со сра¬
жением за Фолклендские острова, попадают в категорию «завтра»
и двадцать лет спустя. Несомненно, мы могли бы поступить иначе,
намного лучше, если бы знали все наперед. То же самое можно ска¬
зать и об историографии войны и о наших первых рассказах о тех
событиях. Среди нас были также и те, кто, несмотря на удовлетво¬
ренность конечным итогом войны, были в разной степени обеспо¬
коены способами, которыми был достигнут результат. У некоторых
были на то очень веские основания. Возглавляют список те, кто
потерял родственников и друзей, и те, кто остался калекой. Дальше
шли люди с другими, неизвестными мне видами «беспокойства»,
двое из них имели отношение к тому, что я назвал бы «профессио¬
нальными разногласиями».
Только после публикации моей собственной книги, прочитав
мнения двух моих коллег - командующих оперативными группа¬
ми, я понял, что между нами существовали серьезные разногласия.
15

Фолклендская война
О	них мне ранее было известно из прессы, но я считал это ее обыч¬
ным «поведением» и/или относил к естественным эмоциям того
времени, часто записываемых в личных дневниках. Тогда я понял,
что не сумел поделиться с моими коллегами многим из того, что
влияло на принятие мною решений как во время боевых действий,
так и при написании первого издания. Если бы я заранее знал их
мнение, то постарался бы объяснить то или иное событие более
подробно и избежать этих разногласий.
По прошествии времени, когда я смог читать и перечитывать
их изложение и трактовку тех событий, я попытался во втором
издании уменьшить степень и диапазон противоречий между нами
-	тремя командующими оперативными группами, находящимися
на переднем крае войны: мною, командующим ударной группой;
командором Майком Клаппом, командующим амфибийной груп¬
пой; бригадиром Джулианом Томпсоном, командующим группой
войск десанта, - и представить их взгляды и комментарии в этом,
исправленном издании. Но и сейчас я не знаю и половины того,
что произошло даже в моей ударной группе, не говоря уже о дру¬
гих. Мои пояснения могут быть только еще одним небольшим
шагом к разъяснению тех «профессиональных разногласий», кото¬
рые раскроются через много лет в «полной истории» войны.
Однако некоторые вещи могут быть освещены только в предис¬
ловии, иначе они вызовут значительные искажения в повествова¬
нии. Во-первых, личное извинение: цитата из письма фельдмарша¬
ла лорда Брамолла на суперобложке первого издания была очень
обидной для амфибийной группы. Это была прямая цитата, но она
была неправильно доведена. Выбор Сан Карлоса в качестве района
высадки был общим решением и, конечно же, этот выбор никогда
не мог быть представлен как мой личный. Решение было принято
прежде всего на основе «десантных» соображений. Однако суще¬
ствовало еще . много «недесантных» заслуживающих внимания
факторов. Окончательное решение с учетом всех различных, часто
противоречивых, исходных данных принималось командующим
оперативным соединением, которым был главнокомандующий, и
его штабом в Нортвуде. Это единственное место, где все эти фак¬
торы могли быть сбалансированы. Цитата не должна была исполь¬
зоваться. Я безоговорочно приношу извинения за то, что это про¬
скользнуло в печать.
Во-вторых, и это важно для понимания других вопросов, оказа¬
лось, что организация командования в оперативном соединении,
известная как оперативная организация в Южной Атлантике,
16

Предисловие автора ко второму изданию
вызывала наибольшее беспокойство у командующих амфибийной
группы и группы войск десанта. Поэтому она обсуждалась и в кни¬
ге Джулиана Томпсона1, и Майка Клаппа2, которую тот написал
совместно с майором морской пехоты Юэном Соутби-Тейлйором.
Обе книги превосходны и очень полезны для тех, кто изучает кам¬
панию. Но, как и моя собственная книга, ни одна из них не должна
приниматься в качестве абсолютной истины, что касается выска¬
зываний авторами своего мнения о деятельности других команду¬
ющих. И Майк, и Джулиан сказали мне, что намеренно не читали
мою книгу, пока не написали свои, опасаясь, что она может оказать
на них влияние. Вполне понятно, их книги, как можно будет заме¬
тить, оказали влияние на мое мнение. Так пишется история, и это
еще одно подтверждение тому, что личные повествования о любом
событии, взятые в отдельности, могут вводить в заблуждение.
Это суждение предполагает, что высказывания авторов о собы¬
тиях и о людях, находящихся за пределами их непосредственной
деятельности, должны рассматриваться строго как их мнения во
время событий, а не на основе последующего их анализа. Такая
оценка должна касаться, конечно же, и моей книги. Книга Майка,
превосходная почти во всех отношениях, освещает в деталях дея¬
тельность амфибийной группы. Она примечательна также крити¬
кой коллег и начальников, но читатель остается в неведении, было
ли это мнение взято из его воспоминаний и записей того времени,
или составлено на основе анализа событий и фактов, ставших изве¬
стными впоследствии. У меня нет никаких претензий к тем момен¬
там, где критика цитируется непосредственно из дневников - мы
все выплескиваем эмоции в дневниках (убежден, что для этого они
и предназначены), но они заслуживают некоторых моих коммен¬
тариев. Я попытался представить здесь дополнительную информа¬
цию, необходимую для взвешенной оценки критики, приведенной
в определенной степени с позиции последующей оценки событий.
Для меня это был познавательный процесс, продолжающийся и до
настоящего времени.
Некоторая критика Майка, как мне кажется, вызвана его воспри¬
ятием проблемы системы управления. Часть критики, особенно у
Джулиана, берет свое начало от момента нашей встречи в середине
апреля. Моя цель состоит в том, чтобы изложить различия между
их записанными впечатлениями и моим собственным понимани¬
1	«No Picnic» - «Нелегкое дело».
2	«Amphibious Assault Falklands» - «Десантники штурмуют Фолкленды».
17

Фолклендская война
ем событий в свете всех доступных на настоящий момент фактов.
После этого, я надеюсь, эти вопросы можно будет оставить в покое.
Позвольте, однако, заметить, что эти недоразумения, очень удачно
описываемые фразой «туман войны», давали о себе знать в войне
1982 года.
Боевые действия на войне - исключительно интенсивная деятель¬
ность, полностью захватывающая тех, кто в нее вовлечен. Командо¬
вание на войне в значительной степени зависит от средств связи,
а также использования и интерпретации информации, которая
через них поступает. Ни один командир, как бы хорош он ни был,
не имеет полной и своевременной картины того, что происходит.
Современные средства электронной связи (даже телевизионная
связь, недоступная нам в 1982 году), несмотря на значительные
усовершенствования технологий, по-прежнему несовершенны. Еще
не создано ничего, что могло бы сравниться с установившейся прак¬
тикой повседневного личного общения при решении большинства
задач при условии, что эти задачи определены, сформулированы и
доведены до всех тех, кому это необходимо.
Результатом не совсем полного обмена информацией является
то, что командные центры уподобляются островам. В пределах
каждого такого центра сочетание изоляции, интенсивной работы,
избыточного адреналина и напряжения, чувства товарищества
(которое такое давление порождает) могут создавать «изолирован¬
ные государства» с корпоративным мнением. Нарушение обмена
информацией является обычным делом, и, конечно, оно влияло на
деятельность всех штабов в период Фолклендской кампании, охва¬
тывая все корабли, все командные центры сверху донизу. Майк
и Джулиан отмечали определенную напряженность, существовав¬
шую даже между ними и их людьми, несмотря на то, что их штабы
до момента высадки десанта находились на одном корабле - десант¬
ном корабле-доке «Феарлесс».
Война ведется целым рядом таких командных центров. Все
они работают на достижение общей цели при условии, что эта
цель ясна для всех. Без ясно определенной цели достижение успе¬
ха становится менее вероятным. Важно помнить, что общая цель
-	«освобождение Фолклендских островов» - была окончательно
определена и полностью озвучена 12 мая 1982 года, почти через
шесть недель после начала операции, через двенадцать дней после
того, как ударная группа «возобновила войну», и всего за восемь
дней до фактической высадки десанта. Неудивительно, что разное
восприятие событий командующими, находящимися на передовом
рубеже, продолжалось до этого момента.
18

Предисловие автора ко второму изданию
Такое различное восприятие информации командными цент¬
рами, большими и маленькими, усугублялось плохой связью и
быстротой развития событий. Картины, разворачивающиеся перед
каждым из них, существенно отличались одна от другой. Поэтому
отобразить реальную обстановку можно только по прошествии
определенного времени. К тому же часть информации доходила не
до всех командующих и командных центров. Обычно это происхо¬
дило из-за того, что переговоры между командующими и штабами,
даже по общим вопросам, осуществлялись в разных сетях, или не
были задокументированы в полном объеме, или не доведены до
всех исполнителей. Таким образом, всегда, когда это необходимо
и если позволяет время, штаб должен документировать во время
сеансов связи все сигналы3, содержащие принятые решения, а по
сути вести стенограмму переговоров и рассылать ее всем, кого это
касается. Любая организация, которая не соблюдает это основное
правило управления, следует в опасном направлении. «Туман вой¬
ны» может опуститься здесь, как и повсюду. Но в то время мы
иногда, как, очевидно, это делается и сейчас, игнорировали это
правило.
Поэтому в Южной Атлантике мы получили свою порцию тако¬
го «тумана». И это поддерживало в некоторых из нас, особенно в
желающих найти разногласия, скрытое недоверие, даже противо¬
стояние, между группами оперативного соединения, возможно, для
сохранения некоторых «ценных сообщений» вплоть до настоящего
времени.
У командиров амфибийной группы были весомые основания
по-своему воспринимать организацию командования. Существова¬
ло много первопричин и фактов на эту тему, которые, если рас¬
сматривать их в отдельности, не указывают в одном направлении.
Первые из приведенных ниже четырех выдержек - это цитаты из
книги Майка, последнее суждение - из моего собственного опыта,
неизвестное им обоим до тех пор, пока я не прочитал их книги и
не осознал необходимость уладить наши разногласия.
А.	«Первый официальный сигнал по оперативному соедине¬
нию, поступивший от командующего оперативным соединением
(КОС) в Нортвуде (02.04.1982 г.), определял, что все мы - четы¬
ре командующих оперативными группами: ударной группы
(контр-адмирал Вудворд), группы «Южная Георгия» (капитан
3	Под термином «сигнал» имеются в виду распоряжения и команды, посланные
но средствам связи. (Прим. переводчика)
19

Фолклендская война
1	ранга Янг), амфибийной группы (командор Клапп), группы
войск десанта (бригадир Томпсон) - являемся командующими
одного уровня. Я же по совместительству являлся командую¬
щим оперативного соединения, которому другие командующие
оперативных групп направляли свои донесения. Мне следовало
докладывать непосредственно КОС. Эта самая обычная схема
применялась с начала операции и, возможно, вплоть до момен¬
та, когда прибыл генерал Мур».
Б. «После этого поступил второй официальный сигнал по
оперативному соединению (10.04.1982 г.), который определял
всех нас четырех командующими оперативными группами
одного уровня подчиненности. Командир оперативной группы
«Южная Георгия» переходил в мою оперативную группу после
успешного завершения операции на острове Южная Георгия».
В.	«Замысел операции «Саттон»4, операции по высадке десан¬
та, определял меня как командующего объединенным оператив¬
ным соединением».
Г. «Официальный уточняющий сигнал к пункту «Б» конкрет¬
но определял мой статус как «старшего командующего опера¬
тивной группой» в Южной Атлантике без точного определения,
что это фактически означало».
Д. «Штаб главнокомандующего, начиная от адмирала Филд-
хауза, часто (но ни в коем случае не всегда) считал меня коман¬
дующим в передовой зоне боевых действий по крайней мере до
момента, когда генерал Мур в конце мая высадился на берег, и
после того, как он уехал в конце июня. На определенном эта¬
пе главком лично велел мне высадиться на берег и приказать
командующему группой войск десанта наступать с плацдарма
высадки. Я отказался это сделать, сказав ему, что это не входит
ни в мою компетенцию, ни в мои полномочия, но это уже дру¬
гая история».
Стоит напомнить, что как только амфибийная группа начала
свой заключительный переход к району высадки в Сан Карлос,
моей важнейшей задачей стало обеспечение десантников всем необ¬
ходимым, о чем попросят Майк, Джулиан и их штабы. В то же
самое время моя ударная группа должна была обеспечивать наше
общее господство на земле, на море и в воздухе в зоне Фолкленд¬
ских островов на уровне, необходимом для того, чтобы все мы про¬
держались в Южной Атлантике в течение неопределенного перио¬
4	«Sutton»
20

Предисловие автора ко второму изданию
да. Следует заметить, что такое господство никогда не могло быть
абсолютным. Этот период длился несколько месяцев после завер¬
шения всех боевых действий на берегу. До его завершения мне
нужно было координировать и планировать действия, сообразуясь
с более широким видением вопросов стратегии, тактики и обеспе¬
чения. Ведь моя группа была основным щитом для наших сил в
Сан Карлосе и для войск, развертывающихся вперед от плацдарма
высадки. Полагаю, что я ближе, чем Майк и Джулиан, соприкасал¬
ся с решением более широких вопросов обеспечения боевых дейст¬
вий. Это отмечали главнокомандующий, Министерство обороны и
военный кабинет правительства. Я тогда, как и Майк, сознательно
много не думал об этом. Мы старались в рамках своих очевидных
обязанностей наилучшим образом делать все, что казалось необхо¬
димым, а также информировать друг друга о ходе операции. К при¬
меру, обычно после важного и обязательно личного сеанса связи по
закрытому спутниковому телефону (DSSS)5 с Майком я доводил
подтверждающий сигнал «на бумаге» до тех, кто являлся непосред¬
ственным исполнителем нашего замысла, тем самым проверяя,
что мы должным образом поняли друг друга на той «булькающей,
задыхающейся, с пропадающим звуком» машине. В редких случаях
события требовали, чтобы я обеспечил полное понимание интере¬
сов моей группы теми, кто решал задачи в прибрежных водах. К
тому же существовала дополнительная информация, важная для
моих более широких горизонтов и решений, которая мало касалась
амфибийной группы и войск десанта. Ее я не доводил до тех, кто
участвовал в сражении в прибрежной зоне и на берегу. «Туман вой¬
ны» проникал всюду, вызывая неуместную напряженность.
Выбор времени чистки котлов «Гермеса» - пример, заслужива¬
ющий внимания. Поделись я с Майком деталями своих накопив¬
шихся проблем, связанных с авианосцами, он не был бы настолько
критичным, по крайней мере «туман» бы несколько рассеялся.
Результат был бы тот же самый, но без раздражения.
Оба мои коллеги высказывали глубокую обиду моим отношени¬
ем к ним во время нашей первой встречи на «Феарлессе». Обсто¬
ятельства этой встречи я описываю здесь более детально. Только
после прочтения их книг, мне стало известно о чувствах моих кол¬
лег, сила которых беспокоит меня по некоторым соображениям. У
всех нас есть свои недостатки, но неспособность поддержать своих
коллег всем, чем я только мог, никогда не была моим грехом. Те,
5 Long-range secure speech radio via satellite - закрытый спутниковый канал свя¬
зи. (Прим. переводчика)
21

Фолклендская война
кто меня знает, вряд ли вменяли бы мне в вину склонность «очи¬
щать нок-реи», как не раз поступает Майк, комментируя некото¬
рые мои сигналы, посланные как «протокол совещания» наших
сеансов связи по DSSS. «Очистить нок-реи» в военно-морских
терминах - это серьезное обвинение. Этот термин описан в интерес¬
ном академическом лексиконе военно-морских выражений Рика
Джолли6. Он означает принятие предупредительных мер для сня¬
тия с себя вины, если что-то пойдет не так. Хотя сообщение моего
командующего оперативным соединением о его разговоре с минис¬
тром обороны Джоном Ноттом и делало вполне ясным то, на кого
может быть возложена основная «вина», оно не было мотивом ни
для одного моего сигнала. Настоящим виновником был, конечно
же, «туман войны.»
Похоже, что вера Майка в «равноправие» на уровне оператив¬
ных групп тоже повлияла на его обеспокоенность. Но любая кон¬
цепция строгих «равенств» неразумна на передовой войны. Сове¬
щание комитета равноправных вряд ли способно придти к согла¬
сованному решению в отведенное время, особенно если география
района делает встречу невозможной. «Гибкая взаимозависимость»
была бы более подходящей фразой, чем некоторое стандартное,
произвольное «равенство». Они руководили действиями амфибий¬
ной группой и группой войск десанта; я же с большой помощью
специалистов и советников осуществлял руководство по всем
остальным вопросам. Каждый из нас троих вносил свой вклад в
определенную область деятельности, однако кому-то требовалось
быть официально «ответственным» в Южной Атлантике.
На самом простом уровне аргументации, и совсем не касаясь
ситуации в районе Фолклендов, «равенства» не существовало даже
потому, что я был «двухзвездный» офицер, а они - «однозвездные».
До прибытия генерала Мура старшим по званию был я. Из этого
следовало, что за исключением особых инструкций высшего коман¬
дования «равенства» быть не могло. Но в реальности все обстоит
сложнее. Приоритеты между командующими одного уровня, выпол¬
няющими схожие задачи, меняются в определенной степени в зави¬
симости от времени и событий. Это почти «sine qua non»7: кого-то
назначают старшим, хотя бы в качестве местного арбитра. Вопрос,
кто должен был'быть этим старшим командующим на юге: я, «трех¬
G Rick Jolly, «Jackspcak»
7	Обязательное, непременное условие (лат.)
22

Предисловие автора ко второму изданию
звездный» офицер (назначенный надо мной, или вместо меня,
или даже вместо командующего амфибийной группой) - остается
открытым. Фактом является то, что этот «трехзвездный» офицер
так и не был назначен. Главком, вероятно, думал, что пункты «Б»
и «Г» (см. выше) вполне удовлетворяют требованиям обстановки.
Однако Майк думал не так. Он и сейчас убежден, что «равенство»
действительно оставалось в силе. Поэтому часто считал мои сиг¬
налы, комментарии и советы по вопросам, находящимся, как он
думал, в его компетенции (как равного по занимаемой должности),
недостаточно корректными или неуместными, слишком «очищаю¬
щими нок-реи», слишком руководящими. Но он не знал о причи¬
нах, заставляющих меня комментировать нашу общую работу, и
то, как я старался всего этого избежать.
А теперь на другую тему. Существовала еще одна, достаточно
емкая сфера профессиональных разногласий, которые привлекли
мое внимание после прочтения захватывающей книги «Си Харри-
ер» над Фолклендами»8 капитана 2 ранга Шарки Варда. Должен
сказать, что его книга отлично раскрывает боевые достоинства и
недостатки «Си Х&рриера» того времени, особенно технические
возможности его радара и навигационных систем. Как командир
подразделения, осуществляющего интенсивные испытания «Си
Харриера», он начал ночные полеты с палубы только за девять
месяцев до начала Фолклендской войны и вопреки совету лет-
чиков-испытателей из Боскомб Дауну. К апрелю 1982 года он
настолько хорошо разбирался в вопросах боевого маневрирования,
воздушного перехвата и использования приборов, которыми был
оснащен его усовершенствованный самолет, что смог превратить
его из ограниченного «дневного и визуального» истребителя во
«всепогодный» перехватчик. Но он был первопроходцем. К апрелю
1982 года у них, кажется, было всего три подготовленных пилота
(Вард, Мортимер и в меньшей степени Кётис) для ночных полетов
«Си Харриеров» с палуб авианосцев. Естественно, все трое были
в составе сформированной в середине 1981 года 801 эскадрильи
Варда, состоящей из шести самолетов. В противоположность им
на ранней стадии программы доводки «Си Харриеров» в активе
командира 800 эскадрильи на борту «Гермеса» был только один
ночной вылет с палубы авианосца. В течение двух недель перехода
8	Sharkey Ward, «Sea Harrier over the Falklands»
9	Boscombe Down - авиабаза ВВС Великобритании. (Прим. переводчика)
23

Фолклендская война
на юг Вард сумел подготовить других пилотов эскадрильи к ноч¬
ным полетам по разработанной им программе. Это дало возмож¬
ность обеспечить вновь сформированной ударной группе (середина
апреля 1982 г.) противовоздушную оборону, несмотря на то что
многие призывали использовать палубные самолеты «Си Харриер»
для продолжения испытаний и тренировочных полетов.
К сожалению, его усилия и время были всецело поглощены
процессом боевой подготовки собственной эскадрильи и не могли
быть распространены на 800 эскадрилью и еще меньше на «Флаг»
-	слово, которое он часто использовал в качестве обобщающего
понятия для всех тех, кто не соглашался или, казалось, не слушал
его.
Я не знал многого из того, что происходило в мире морской
авиации на один-два уровня ниже меня. Думаю, это было предна¬
меренно скрыто от меня, так как, не являясь специалистом в вопро¬
сах авиации, я мог бы сделать неправильные заключения. Пока я
не прочитал книгу Шарки, я понятия не имел о том, что сущест¬
вовали какие-то проблемы между эскадрильей «Си Харриеров»
на «Инвинсибле» и их руководством на «Гермесе». Единственная
дискуссия, которую я лично вел с «Инвинсиблом», касалась вза¬
имного расположения двух авианосцев. Об этом я писал в первом
издании. По всем остальным вопросам я, возможно наивно, пола¬
гал, что наши отношения были полностью дружескими. Вы можете
спросить, как могут уживаться такие две истории?
Но я не тот, кто может объяснить это детально. Только Лин
Мидлтон, в то время командир «Гермеса», может это сделать.
Именно на его советы как старшего советника по морской авиации
в ходе этой кампании я должен был полагаться в первую очередь.
Конфликтам обычно не позволяли дойти до меня. Я серьезно под¬
вергал сомнению его профессиональные суждения только четыре
раза, и два из них упомянуты в моей книге. Другие два лучше
оставить между нами. В одном из тех четырех случаев я был полно¬
стью прав, но по неправильным причинам, во втором мы оба были
неправы, но, вероятно, по правильным причинам. Об остальных не
говорим ни я, ни он. Понимайте это как вам нравится!
Я хочу сказать, что оценки Шарки Варда кажутся в значитель¬
ной степени правильными, если не учитывать того, что иногда для
них предполагалось знать то, что происходило в умах руководства,
обычно упоминаемого им как «Флаг». «Флаг» - очень широкое
понятие, под которым понимается определенный круг должност¬
ных лиц: адмирал Реффелл (командующий третьей флотилией),
24

Предисловие автора ко второму изданию
капитан 1 ранга Мидлтон (командир «Гермеса»), я (примерно с
17 апреля) и офицеры-специалисты штаба морской авиации, кото¬
рым были переданы соответствующие наши полномочия. Он не
мог оценить ту ограниченную информационную базу, которой рас¬
полагало «руководство» для принятия решения. Речь идет о воз¬
можностях довольно простого самолета, с которым Шарки начал
интенсивную работу всего лишь за несколько месяцев до этого. Он
фактически создал другой, со значительно большими возможностя¬
ми, всепогодный реактивный самолет для военно-морских сил, но
у него не было достаточно времени, чтобы передать или применить
свои знания в других эскадрильях. Здесь нет ничьей вины. Просто
Королевские ВМС должны были идти на войну с единственным
подготовленным авиационным подразделением. Его книга по суще¬
ству повествует о многих разочарованиях немногих энтузиастов и
пионеров своего дела.
Однако его оценка значения аэродрома на Фолклендских остро¬
вах особенно точна. Придя к почти точно такому же заключению
самостоятельно в 1986 году, я предложил тогдашнему начальнику
штаба обороны адмиралу флота сэру Джону Филдхаузу устано¬
вить подрывные заряды под взлетно-посадочными полосами а 1а
второй мировой войны. Таким образом, случись повторение собы¬
тий 1982 года, ни одна из сторон не сможет использовать аэродром,
поскольку полоса может быть разрушена даже в случае неожидан¬
ной атаки со стороны Аргентины. НШО предложил мне еще раз
подумать прежде, чем сообщать госпоже Тэтчер о планах взорвать
ее любимый аэродром. Я настаивал и предложил имитировать
закладку зарядов, чтобы сдерживать аргентинцев от попытки ата¬
ки. Как и следовало ожидать, этот компромиссный вариант тоже
не был принят.
Возможно, Шарки был «индивидуалистом», я знаю, ему нравит¬
ся эта характеристика, но если бы я мог что-нибудь изменить в его
книге, то это короткую, но лестную цитату его командира, Дж. Дж.
Блэка, существенно недооценивающего вклад Шарки. И если бы я
должен был что-то добавить о боевом применении «Си Харриеров»
в 1982 году, то стоило бы сказать: «Сухопутные войска обычно
утверждают, что они - единственные, кто может выигрывать вой¬
ны, но без «Си Харриеров» у них не было бы даже шанса выиграть
сухопутное сражение в 1982 году».
Что касается второй очевидной «области профессиональных
разногласий», я должен сделать вывод, что различия во взглядах
были полностью понятны, справедливы и простительны в то вре¬
мя. Если бы впереди было еще шесть месяцев, то, возможно, все
25

Фолклендская война
сложилось бы по-другому. Но к тому времени операцию «Корпо-
рейт» было бы невозможно завершить из-за отсутствия авианосцев
и десантных кораблей независимо от того, что произошло бы с про¬
граммой развития «Си Харриера».
Могу только добавить, что если вы не соглашаетесь с моими
выводами об этих двух сферах разногласий, то мне остается жить
с мыслью о том, что в первом случае я был чересчур «высокомер¬
ным, бесчувственным и назойливым» с моими коллегами-десант-
никами, а в другом, что я таковым не был с моими советниками
от авиации. Это соответствует жизни в синей форме с большим
числом нашивок на рукавах.
Майор королевской морской пехоты Юэн Соутби-Тейлйор в сво¬
ей книге10 пытался найти ошибки в моем повествовании. Да, в моей
книге действительно было много ошибок и упущений. Сейчас они
в основном исправлены. Тейлйор смог, насколько я знаю, после
тщательного изучения и внушительных усилий, найти только одну.
Он записал свою точку зрения: «этот исторический факт должен
войти в книги по истории во всем мире». Я внес исправление в
этом издании. Это исправление потребовало удаления трех слов.
Первый человек, за исключением Соутби-Тейлйора, кто найдет это
исправление, получит от меня пинту пива. В любом случае, миро¬
вая история вряд ли будет сильно затронута.
Наконец я должен сообщить вам, что изменения в этом изда¬
нии имели своей целью осветить некоторые из пересекающихся
«подводных» течений, открывшихся мне совсем недавно. Я пола¬
гаю, что их теперь можно лучше понять. И те историки, которые
выйдут на сцену позже, в своих суждениях будут лучше инфор¬
мированы. Так, в дополнение к существующему повествованию о
том, что значит быть командующим ударной группой, это издание
содержит значительное количество «ретроспективных взглядов».
Ни один из вопросов, возникших в это время, не касается итога
войны, которая была выиграна совместными усилиями. Огромным
достижением британских вооруженных сил остается то, что исклю¬
чительно сложная десантная операция, которую в таком масштабе
мы не проводили со времени Суэцкой операции в 1956 году, имела
такой успех. Вспомните о Галлиполи! Мое собственное заключе¬
ние (учитывая, что для всех участвующих в операции и дома и на
юге это был первый опыт): оперативная организация в Фолкленд¬
ской войне сработала достаточно хорошо; самолеты «Си Харриер»
были поистине решающим фактором нашего успеха. Однако это
10	Ewcn Southby-Tailyour, «Reason in Writing»
26

Предисловие автора ко второму изданию
начисто забыло нынешнее правительство, решив снять с вооруже¬
ния в 2006 году значительно улучшенный и модифицированный
AMRAAM «Си Харриер» без какой-либо замены.
Однако есть «но». Способ, которым успех был достигнут, не
может удовлетворить всех. «Туман войны», возможно, несколь¬
ко рассеялся. Мы справились с задачей, хотя и не обошлось без
излишних обострений и ошибочных суждений друг о друге в труд¬
ные моменты... Plus са change11.
Сэнди Вудворд
2002 г.
11	Plus са change, plus c'cst la mcmc chosc - чем больше вещи изменяются, тем
больше они остаются такими же (фр.). (Прим. переводчика)

ФОЛКЛЕНДСКИЕ ОСТРОВА

ЮЖНАЯ АТЛАНТИКА
30

31

Удар по эсминцу «Шеффилд»
Самолеты летели на высоте 5000 футов в режиме радиомолча¬
ния над густыми белыми облаками. Под крылом осталось скалис¬
тое, почти лишенное растительности побережье. Реактивные двига¬
тели двух одноместных ракетоносцев морской авиации обеспечива¬
ли в экономичном режиме скорость 400 узлов1. Они следовали в
сомкнутом строю курсом на восток.
Послав родной Аргентине приветствие рассеивающимся турбу¬
лентным следом, они вышли из зоны управления полетами авиаба¬
зы Рио Гранде на острове Терра дель Фуэго (легендарная Огнен¬
ная Земля), расположенном к югу от пролива Магеллана. Там ба¬
зируется Вторая морская истребительно-штурмовая эскадрилья ка¬
питана 2 ранга Хорхе Колумбо.
Два пилота морской авиации - капитан-лейтенант Аугусто Беда-
каррац и лейтенант Армандо Майора - из группы опытных летчи¬
ков, специально отобранных для выполнения особо важных мис¬
сий с использованием системы «Этандар/Экзосет», считающейся
наиболее серьезной и реальной угрозой для моих авианосцев, по¬
сле решения некоторых технических проблем были в воздухе на
пути к цели. Их самолеты французского производства «Супер
Этандары» с дополнительными баками топлива, каждый литр ко¬
торого был на счету для полета на дальность 860 миль, несли по
одной противокорабельной самонаводящейся крылатой ракете «Эк¬
зосет». Ее вес составлял полтонны, вес боевой части - 364 фунта,
1	В морской авиации Великобритании, в отличие от ВВС, скорость летатель¬
ных аппаратов измеряют в узлах (морская миля в час). (Прим. переводчика)
2	5-5756	33

Фолклендская война
скорость полета 650 узлов на сверхмалой высоте. Она способна се¬
рьезно повредить и даже потопить любой корабль.
Был вторник, 4 мая 1982 года, десять часов утра. Британия ве¬
ла войну в Южной Атлантике. Однако время для сторон, ведущих
боевые действия, было разным. Для Аугусто Бедакарраца и Ар¬
мандо Майоры - 10.00 утра, а для британской ударной группы в
Южной Атлантике было уже 13.00. Как ни парадоксально, по вои¬
ны могут быть выиграны или проиграны вследствие несогласован¬
ности действий во времени. Британская ударная группа в Южной
Атлантике сознательно пользовалась временем по Гринвичу, как и
ее вышестоящее командование в Великобритании.
Время по Гринвичу обычно использовалось для сообщений бри¬
танскими военными. Поэтому и в Англии, и на острове Вознесе¬
ния, и на наших кораблях часы показывали одно и то же время.
Вы, возможно, спросите зачем? Кому понравится вставать в четы¬
ре часа ночи и ложиться спать в семь вечера? Однако это сводило
к минимуму ошибки, связанные с планированием действий опера¬
торами, находящимися в разных часовых поясах. Может, это бы¬
ло и не самым лучшим решением, но оно каждый день давало нам
одно важное преимущество - три дополнительных часа для подго¬
товки к боевым действиям. Поэтому когда Бедакаррац и Майора
поднялись в воздух с Рио Гранде в 10.00 утра по местному време¬
ни, у нас уже было 13.00, и у нескольких тысяч британских моря¬
ков, находящихся за 400 миль от берегов Южной Америки, было
время ланча.
Наши корабли были построены в стандартный боевой порядок
для отражения атаки воздушного противника. План на этот день
был довольно прост. Я хотел, чтобы мы находились в северо-вос¬
точном секторе всеобщей исключительной зоны. Я особо не спе¬
шил, поскольку высадка разведывательных групп SAS и SBS2 на
острова намечалась с наступлением темноты. Под покровом ночи
мы должны были как можно ближе подойти к островам и таким
образом сократить время полета «вертушек» с разведывательными
группами до минимума. Приближаясь к островам, занятым против¬
ником, мы прощупывали каждую милю своего пути.
Мы шли вперед, в основном не зная о местоположении надвод¬
ных сил противника, как будто исчезнувших со времени оживлен¬
ных событий минувшего воскресенья, когда был потоплен крейсер
«Генерал Бельграно». Особое внимание уделялось западному на¬
1 SAS (Special Air Service) и SBS (Special Boat Service) - части специально¬
го назначения Великобритании. (Прим. переводчика)
34

Глава /. Удар по эсминцу «Шеффилд»
правлению, откуда ожидали «Этандаров» с «Экзосет». На их об¬
наружение и оповещение королей о противнике у нас было толь¬
ко 4 минуты. В глубине души мы надеялись, что аргентинцы все
еще не сумели подготовить эту сложную систему к действиям на
войне.
Получить эти жизненно важные 4 минуты можно было только
при условии постоянной работы радаров для освещения воздушной
и надводной обстановки и при поддержке постоянной радиосвязи.
Противник не обладал особенно хорошей системой обнаружения и
целеуказания, но и у нас тоже был серьезный пробел в системе
ПВО: отсутствие самолета дальнего радиолокационного обнаруже¬
ния. Поэтому я рассчитывал, что наше преимущество будет заклю¬
чаться во всесторонней связи между кораблями и самолетами, не¬
смотря на риск обнаружения аргентинцами нашего местоположе¬
ния по работе средств связи.
Командование ударной группы ВМС Великобритании полно¬
стью владело обстановкой. Все были уверены в том, что воздуш¬
ные удары против нас неизбежны, особенно после потопления ар¬
гентинского крейсера. Буэнос-Айресу, вероятно, следовало как-то
загладить эту неудачу.
В то утро я разговаривал с тремя или четырьмя командирами
кораблей по закрытому каналу УКВ-радиосвязи, получившему
подходящее название «кудахталка». Приглашая на переговоры по
этому средству связи, говорили примерно так: «Сэр, адмирал хо¬
чет говорить с вами по «кудахталке».
Ожидание атак аргентинцев с нашей стороны не было чем-то оп¬
ределенным во времени и действиях, мы просто находились в по¬
вышенной готовности ко всему, что может случиться в следующую
минуту. Это был всего лишь четвертый день войны, и Королев¬
ские ВМС не имели опыта участия в конфликтах такого масштаба
на море со времен второй мировой войны.
Хотя в глубине души каждый из нас все еще надеялся, что ра¬
кетная система не готова для использования на войне, однако все
же все мы предполагали, что придется столкнуться с атаками
«Этандаров», каждый из которых нес одну ракету «Экзосет». В
своем дневнике я отметил: «Ракет у них примерно пять. Будем на¬
деяться, что одна из них неисправна, две промажут, а остальные
не поразят чего-то жизненно важного». В моей профессии это на¬
зывается «уменьшение опасности» - своего рода мыслительный
процесс, после которого чувствуешь себя лучше. Мы ожидали
подхода «Этандаров» на сверхмалой высоте (50 футов). Для по¬
иска целей они должны подняться до 200 футов (сделать «горку»)

Фолклендская война
и включить на короткое время радар. Если они нас не обнаружат,
то «ныряют» на сверхмалую высоту, идут дальше и снова делают
«горку» для следующего радиолокационного обзора, рискуя при
этом быть обнаруженными нашим радаром или станцией радио¬
технической разведки по излучению радара их самолета еще до то¬
го, как они спрячутся внизу. Это и должно дать нам те 4 минуты
для постановки радиолокационных помех - ложных отвлекающих
целей (сокращенно - ЛОЦ) для головок самонаведения ракет.
Однако развитие такого сценария событий имеет свою пробле¬
му: когда постоянно ожидаешь атаки противника, всё, что появля¬
ется на экранах наших радаров - стая чаек, альбатрос, даже фон¬
тан кита - может показаться операторам радаров пуском ракеты.
Две стаи морских птиц, никак между собою не связанных, кажут¬
ся отдельными целями, приближающимися со скоростью 500 уз¬
лов. Каждая вторая отметка на экране радара может казаться
именно тем, чего вы боитесь. Но игнорировать такие отметки на
войне нельзя - это может быть и настоящая ракета.
Все утро к нам шел поток донесений об обнаружении подобных
«целей». На «Инвинсибле» (мозг нашей ПВО) к подобным преду¬
преждениям об атаках, которые не подтверждались, относились
всё более и более скептично. «Подтвердите». «Повторите». «Про¬
верьте». «Уточните». «Не придавать значения» Это было стаккато -
отрывистый язык неопределенности. Каждые несколько минут что-
то случается. Каждые полчаса что-то заслуживает пристального
внимания. Каждый час палец зависает над кнопкой постановки
ЛОЦ. Так война, особенно на начальных стадиях, действует на
каждого ее участника. Но ничего, абсолютно ничего не произошло
в то утро. Яркое и солнечное небо над спокойным морем не пред¬
вещало никакой угрозы.
Бедакаррац и Майора поднялись на высоту пятнадцять тысяч
футов для первого рандеву с самолетом заправщиком КС-130 «Гер¬
кулес», переоборудованным из транспортного самолета. Он доза¬
правил «Этандары» горючим на удалении 150 миль от аэродрома.
Штурмовики по-прежнему соблюдали радиомолчание и наводи¬
лись по радио старым патрульным самолетом «Нептун», который
также стремился обнаружить британский флот.
Для пилотов, не имеющих необходимого опыта, дозаправка в
воздухе является сложным маневром. Самолеты должны лететь
вплотную друг к другу с одинаковой скоростью, пока длинный
шланг-трос соединяет их между собой. Предыдущая дозаправка,
двумя днями ранее, закончилась для аргентинцев неудачей. Но се¬
годня у них все прошло хорошо.
36

Глава 1. Удар по эсминцу «Шеффилд»
Бедакаррац и Майора устремились на восток к «Гермесу», бри¬
танскому авианосцу водоизмещением 29000 тонн, с борта которого я
пытался управлять локальной войной, которую уже считал неизбеж¬
ной. Между Нортвудом3 и мной было согласовано, что значительное
повреждение «Гермеса» или «Инвисибла» (второго нашего авианос¬
ца) может привести к отказу от Фолклендской операции.
Аргентинские пилоты начали постепенное снижение для заклю¬
чительного сближения и атаки. До ударной группы оставалось две¬
сти восемьдесят миль. Каждые пять минут они приближались на
тридцать три мили к зоне нашего радиолокационного обнаруже¬
ния. Самолеты летели с полными баками горючего в сомкнутом
строю, пытаясь удержать высоту пятьдесят футов. Пилоты исполь¬
зовали кривизну земной поверхности для того, чтобы быть невиди¬
мыми для наших передовых радаров, лучи которых распространя¬
ются прямолинейно. Опасаясь себя выдать, аргентинцы даже не
использовали свои радиостанции. При такой скорости и высоте по¬
лета они сосредоточены только на одном - не упасть в море. Без
сомнения, это был трудный и нервный полет одиночек.
Но есть и другое одиночество, известное только командиру ко¬
рабля дозора, одного из трех или четырех кораблей, которые со¬
ставляют первую линию обороны, далеко выдвинутую от основных
сил в направлении ожидаемой угрозы. Вокруг вас обманчивая ти¬
шина. Вас не прикрывают огневые средства основных сил. Если
повезет, вы сможете прикрыть друг друга. У вас много времени,
чтобы подумать о судьбе своего корабля и своих друзей. Вряд ли
кому-нибудь нравилось быть на корабле дозора. Всем известно, что
он первым примет удар противника и скорее всего будет уничто¬
жен. Классическая тактика борьбы с авианосцами состоит в том,
чтобы вначале несколькими самолетами уничтожить корабли дозо¬
ра, а затем через образовавшуюся брешь нанести основной удар. А
если удар наносится с моря, то любой дозор - легкая добыча для
находящейся в умелых руках подводной лодки. Одиночный ко¬
рабль особенно уязвим, группа из двух или трех кораблей более
эффективна в применении различного оружия для обороны, осо¬
бенно для последующего контрудара. Все командиры подводных
лодок это знают. Независимо от национальности и подготовки, все
они для нанесения удара предпочитают иметь дело с одиночным
кораблем.
3	Главный штаб ВМС. North wood - место его расположения в пригороде Лон¬
дона. (Прим. переводчика)
37

Фолклендская война
В то утро iMbi выставили радиолокационный дозор в составе
трех эсминцев УРО проекта 42, довольно небольших кораблей во¬
доизмещением 4000 тонн. Далеко справа от меня был «Ковентри»
под командованием весьма аристократичного капитана 1 ранга Дэ¬
вида Харт-Дайка. Слева - «Шеффилд» под командованием капита¬
на 1 ранга Сэма Солта - офицера ростом пять футов и четыре дюй¬
ма, физически полная противоположность Xap'i-Дайку, но тоже
опытного офицера, которого я знал, ценил и уважал на протяже¬
нии многих лет. В центре находился «Глазго». Все эти три кораб¬
ля вместе обеспечивали широкий противоракетный щит. «Глазго»
возглавлял сорокалетний капитан 1 ранга Пол Ходдинотт, до это¬
го командовавший атомной подводной лодкой «Ривендж» с балли¬
стическими ракетами «Поларис». Он относится к той категории
людей, которые не подведут.
Я полностью доверял всем троим командирам кораблей, знал их
лично и по службе. Из моего собственного опыта командования
«Шеффилдом» пять лет назад я знал, какая незавидная работа им
предстоит. Время от времени я разговаривал по «кудахталке» с
каждым из них. Пол потом мне рассказывал, что его прямая линия
связи с боссом придавала уверенности персоналу ЦКП1 «Глазго».
Они даже рисовали карикатуры, где он изображался на связи со
мной. Уши у всех на ЦКП были нарисованы примерно в четыре
раза больше их натурального размера, а два человека даже висели
вверх ногами на кабельных трассах, проходящих над столом По¬
ла: «Докладывайте, сэр!»
Вообще-то я ежедневно разговаривал с несколькими командира¬
ми кораблей, особенно с теми, которые находились в уязвимой по¬
зиции, хотя мне и не приходило в голову, что я таким образом под¬
нимаю моральный дух экипажей кораблей. В то же время четкий
и уверенный голос человека на другом конце линии связи всегда
поднимал и мое настроение, независимо от того, что они на самом
деле чувствовали.
Пол Ходдинотт был одним из них. Он был настоящим морским
волком, и, как он считал, некоторые его предки служили еще в Испан¬
ском Мейне5. До сего дня он хранит ценнейшую реликвию - часы де¬
душки, показывающие время приливов и отливов на плимутском вну¬
треннем рейде. В период второй мировой войны его отец служил ин-
женером-механиком на эсминцах в Средиземном море. Один из его
1	Центральный командный пункт корабля
5	Spanish Main - сектор Карибского моря, который пересекали испанские ко¬
рабли в колониальные времена. (Прим. переводчика).
38

Глава /. Удар по эсминцу «Шеффилд<
-*ЫЬг
прадедов был лейтенантом ВМС во времена первой мировой войны, а
другой - лейтенант Кент (из резерва Королевских ВМС, кавалер ор¬
дена «За заслуги») - офицером-подводником и погиб в море в 1917 го¬
ду, когда военный транспорт «Отранто» затонул в штормовом море не¬
далеко от острова Айлей у западного побережья Шотландии.
Я знал, что в случае любой опасности Ходдинотт будет редко,
если вообще буди, покидать ЦКП. В это утро я уже разговаривал
с ним, и он как раз высказал мнение, что аргентинцы сегодня на¬
несут удар с воздуха ракетами «Экзосет». С этим я не мог не со¬
гласиться, хотя это был всего лишь один из возможных вариантов.
В своем дневнике он написал: «...Сегодня мы ожидаем решитель¬
ного ответного удара. Наиболее опасным и неприятным с нашей
точки зрения и наиболее привлекательным для них является удар
«Супер Этандарами» с ракетами «Экзосет». Позже Пол сделал по¬
метку: «Эти слова были написаны еще до рассвета 4 мая 1982 го¬
да, в 10.55 по Гринвичу». Он уже запретил использование в тече¬
ние светлого времени суток спутниковой системы связи SCOT, ко¬
торая могла помешать обнаружению работы радара «Этандара».
Командиры всех трех кораблей дозора хорошо представляли себе
опасность, которой они подвергались. Они знали, что если самолеты
противника сделают «горку» и получат радиолокационный контакт,
то аргентинские пилоты атакуют ракетой первую же цель, которая
появится на экране их радаров. «Ковентри», «Глазго» и «Шеффил¬
ду» оставалось надеяться только на собственные ракетные комплек¬
сы и системы самообороны. Единственным утешением в такой ситу¬
ации была мысль о том, что ЛОЦ сработают, а если нет, то ты не
одинок и если не сможешь по какой-либо причине поразить атакую¬
щую ракету - это сделают два других корабля дозора.
Но все они, и Харт-Дайк, и Ходдинотт, и Солт знали, что их по¬
ложение очень уязвимо. Предстояло выяснить, насколько эффектив¬
ным в этой обстановке окажется эсминец проекта 42. Быть начеку -
это все, что они могли сделать, и это все, что я от них требовал.
Приблизительно в восемнадцати милях восточнее кораблей дозо¬
ра располагалась моя вторая линия обороны, состоящая из фрегатов
«Эрроу», «Ярмута», «Алакрити» и большого, но устаревшего эсмин¬
ца «Глэморган». За ними были три вспомогательные судна - «Олме-
да», «Ресурс» и «Форт Остин», которые одновременно служили и
ложными целями для радаров противника. И только за ними «Этан-
дары» могли найти свои настоящие цели: «Гермес» и «Инвинсибл»,
у каждого из которых был свой «голкипер» в виде фрегата проекта
22. Рядом с «Инвинсиблом» находился «Бриллиант» под командова¬
нием энергичного и словоохотливого капитана 1 ранга Джона Коуарда,
39

Фолклендская война
«Гермес» прикрывал «Бродсуорд», которым командовал Билл Кан¬
нинг, мой старый и надежный друг. Два 4400-тонных фрегата, в ос¬
новном предназначенные для уничтожения подводных лодок, были
оснащены прекрасными противоракетными системами самообороны
«Си Вулф». Эти новые эффективные зенитные ракетные комплексы
имели прекрасную репутацию. В ходе испытаний «Си Вулф» сбивал
4,5-дюймовые высокоскоростные артиллерийские снаряды, которые
использовались в качестве целей. Это была система самообороны, но
мы надеялись, что ЗРК с такими характеристиками сравнительно
легко справится с большими и менее скоростными, чем артиллерий¬
ский снаряд, ракетами «Экзосет».
Такой боевой порядок может показаться сложным, тщательно
продуманным способом прикрытия находящихся под угрозой авиа¬
носцев. Он таким и являлся (был взят из практики Королевских
ВМС, но усовершенствован применительно к ситуации в Южной Ат¬
лантике). Это был классический боевой порядок для отражения атак
с воздуха, который любой хорошо подготовленный офицер штаба за
пять минут нарисует вам на клочке бумаги. Усовершенствования это¬
го боевого порядка, по моим расчетам, должны были компенсировать
отсутствие воздушного радиолокационного дозора. Основное отличие
от схематических изображений на бумаге состояло в том, что все это
происходило в условиях реальной войны. На кораблях ударной
группы были задействованы все возможные средства обнаружения.
Мы ожидали удара, который считали неизбежным.
«Этандары» находились приблизительно в 150 милях к западу
от нас, когда я оставил ФКП6 на борту «Гермеса», чтобы быстро
пообедать. Бедакаррац и Майора в это время как раз входили в бе¬
зоблачную зону, которая окружала нас, и это упрощало им пило¬
тирование на сверхмалой высоте, над самыми волнами. А в не¬
скольких сотнях футов над ними пространство прочесывали лучи
британских радаров, которые не могли увидеть быстро приближа¬
ющиеся «Этандары».
На «Этандарах» был установлен радар «Агава» французского
производства, и обнаружение его работы, как и самого самолета,
мы связывали с сигналом «хэндбрейк»7. Действуя очень быстро,
мы могли бы обнаружить излучение радара и его распознать. Мы
также могли уничтожить ракету, запущенную после этого, но толь¬
ко при условии быстрых и четких действий.
6	Флагманский командный пункт
7	Handbrake
40

Глава 1. Удар по эсминцу «Шеффилд»
Ль.
«Этандары» оставили старый «Нептун» далеко позади, но их
боевой курс был определен заранее. Они знали, что если рискнут
и через 100 миль сделают «горку» до высоты 120 футов, то их ра¬
дары почти наверняка обнаружат большой корабль, находящийся
в пределах дальности стрельбы «Экзосет». Они могли быть доста¬
точно уверены и в том, что это будет британский корабль. Но у
них, если они хотят уцелеть, не будет никакой возможности для
полной идентификации контакта до пуска своих ракет.
В 13.50 я возвратился на ФКП. На «Глазго», все еще передовом
корабле нашего дозора, капитан 1 ранга Ходдинотт сидел посереди¬
не центрального командного пункта в своем высоком кресле-вертуш¬
ке. Он, как и вся его команда, был в светло-желтом хлопчатобумаж¬
ном противопожарном капюшоне и в перчатках для предупреждения
ожогов лица и рук на случай, если ракета попадет в корабль и взо¬
рвется. По ударной группе действовала готовность «Угроза воздуш¬
ного удара - Белая», что было по сути тоже, что и «Все чисто» вре¬
мен второй мировой войны. У нас не было убедительных признаков
того, что атака против нас уже началась. Следующей ступенью повы¬
шения боевой готовности является «Угроза воздушного удара - Жел¬
тая», означающая признаки развития удара. «Красная» - означает
БОЕВАЯ ТРЕВОГА. Противник наносит удар.
ЦКП современного корабля с людьми, сидящими за компьюте¬
рами и средствами управления, для постороннего является одним
из самых странных мест на земле. Туда никогда не проникает сол¬
нечный свет. Там вообще почти ничего не светит, разве что любо¬
пытное сюрреалистическое янтарное свечение экранов, красные
огоньки большого количества индикаторов и клавиатур и время от
времени желтая подсветка информационных панелей. Помещение
требует тишины и почтения, создавая атмосферу интенсивной со¬
средоточенности, подобную библиотечной, но здесь каждая скло¬
нившаяся фигура одета в капюшон, из-под которого видны только
невыразительные глаза. Каждый имеет для связи наушники, напо¬
добие тех, что носят пилоты гражданских авиакомпаний, с тонким
современным микрофоном перед скрытыми под капюшоном губа¬
ми. Каждый оператор подключен к определенной системе. Тихое
журчание их донесений идет, возможно, в штурманскую рубку или
на другие посты корабля, или по радио на ЦКП других кораблей.
По внутренним линиям связи командир может подключиться к
разговору офицера боевого управления8 с оператором гидроакусти¬
8	Младший из двух вахтенных офицерой на ЦКП фрегата/эсминца; как пра¬
вило, отвечает за подводную и надводную обстановку. (Прим. автора)
41

Фолклендская война
ческой станции или к оператору взаимного обмена информацией,
ведущего разговор с оператором надводной обстановки, или к уп¬
равляющему огнем ЗРК и ЗАК9, разговаривающему с командиром
поста надводной обстановки, возможно, к разговору старшины сиг¬
нальной вахты с сигнальщиком на мостике. Он может слышать го¬
лос вахтенного офицера на ходовом мостике, громко оповещающе¬
го: «Самолет, левый борт девяиоио, неопознанный, низколетя¬
щий». Жизнь в странном подпалубном мире ЦКП никогда не ос¬
танавливается. Системы связи являются своего рода подземельем
этой вавилонской башни - масса слов, наушников, микрофонов и
странного жаргона. ЦКП - калейдоскоп светящейся информации,
пальцев, бегающих по клавишам и кнопкам, пришельцев в капю¬
шонах, у которых не видно шевеления губ, но их бестелесные го¬
лоса никогда не смолкают.
Почти в центре всего этого находится старший офицер боевого
управления10, которому помогает офицер боевого управления. При
отсутствии командира корабля их обязанность - координировать
всю информацию и действовать в соответствии с ней. Они прини¬
мают решение об объявлении БОЕВОЙ ТРЕВОГИ, действия во
время которой подчиняются уже своим, особым правилам, и весь
экипаж выполняет четко регламентированные и отработанные до
автоматизма действия, каждое из которых может быть отменено
только командиром корабля.
13.56. «Этандары» делают «горку» до высоты 120 футов. Они вы¬
равнивают полет. Бедакаррац бросает взгляд на экран своего радара
и видит отметку цели. Рука в перчатке находится менее чем за один
фут от кнопки включения «Экзосет». Майора делает то же.
ЦКП «Глазго», как и остальных кораблей, заполнен людьми,
потеющими под своими капюшонами. Время 13 часов 56 минут и
30 секунд. Горячий воздух помещения и полумрак усугубляют на¬
пряженность. Ударная группа все еще находится в готовности «Бе¬
лая тревога», когда молодой старший матрос Роуз дует в свой сви¬
сток и произносит слова, от которых, как скажет потом Пол Ход¬
динотт, волосы на затылке стали дыбом:
-	Радар «Агава»!
Старший офицер боевого управления «Глазго» капитан-лейте¬
нант Ник Хоукярд реагирует незамедлительно:
9	ЗРК и ЗАК - зенитный ракетный и зенитный артиллерийский комплекс
10	Старший вахтенный офицер на ЦКП. Он отвечает за несение вахты и вы¬
полнение обязанностей всем расчетом ЦКП, прежде всего за ПВО и примене¬
ние оружия в условиях, не терпящих отлагательства; является заместителем
командира корабля при его отсутствии на ЦКП. (Прим. автора).
42

Глава 1. Удар по эсминцу «Шеффилд»
ЛЬ»
-	Степень достоверности обнаружения?
-	Уверен! - докладывает Роуз. - Имею три засечки с последую¬
щим кратковременным захватом. Пеленг11... 238. Режим поиска.
Ходдинотт поворачивается, чтобы посмотреть на большой при¬
бор UAA Г2. И он, и Хоукярд видят, что пеленг Роуза совпадает
с двумя отметками на экране радара дальнего воздушного обнару¬
жения старшего офицера боевого управления. Дальность 45 миль.
-	Радар прекратил работу! - докладывает Роуз.
Хоукярд по линии внутренней связи командует:
-	Старший офицер боевого управления, вахтенному офицеру.
Объявите боевую тревогу. Немедленно!
Наверху на мостике лейтенант Дэвид Годард объявляет по ко¬
раблю: «Боевая тревога!»
Хоукярд, не сводя глаз с картинки на своем большом плоском
настольном экране, включает УКВ-радио и оповещает все корабли:
-	Срочное сообщение! Я «Глазго», «Агава»! ... Пеленг 238, сов¬
падает с целью 1234.., пеленг 238.., дальность 40! Прием!
«Инвинсибл» отвечает:
-	Понял. Прием.
Роуз докладывает снова:
-	«Агава» возобновил работу, пеленг 238!
Старший оператор радиоэлектронной борьбы, сидящий рядом с
Рузом, подтверждает второе обнаружение. Операторы надводной и
воздушной обстановки наблюдают на своих экранах отметки целей
и также подтверждают обнаружение:
-	Две цели. Пеленг 238, дальность 38 миль, курс 70, скорость
450 узлов.
Хоукярд Ходдинотту:
-	Это два «Супер Этандара». Без сомнения, только что поднялись.
Возможно, вот-вот пустят ракеты.
Вот теперь ЦКП «Глазго» действительно оживает. Эти люди на
сто процентов подготовлены именно к таким действиям. Это в кон¬
це концов именно то, для чего они здесь.
-	Поставить ЛОЦ! - командует Хоукярд. Фигура в капюшоне в
другом конце помещения - главный старшина Аян Эймс - сжатыми
кулаками бьет по большим (такие легко нажать в спешке) клави-
11	Направление на какой-либо объект или ориентир. (Прим. переводчика)
12	Прибор комплекса радиотехнической разведки, который перехватывает из¬
лучение радаров противника, определяет параметры излучения (сила сигнала,
частота, направление на излучение и т.п.). Эта информация, как правило,
обеспечивает первичное оповещение о подходящей ракете. (Прим. автора)
43

Фолклендская война
там управления стрельбой реактивными снарядами постановки
пассивных помех. Хоукярд по радио снова оповещает всю ударную
группу:
-	Я «Глазго»... - и здесь он вспоминает, что должен говорить
«хэндбрейк» - наш сигнал об обнаружении работы радара «Агава».
Хоукярд поспешно поправляет себя:
-	«Хэндбрейк», пеленг 238!
В это же время пальцы оператора воздушной обстановки стар¬
шего матроса Невина барабанят по клавиатуре, стараясь выдать
полную обстановку по подходящему противнику, целями 1234 и
1235, в систему взаимного обмена информацией «Линк 10». Затем,
повернувшись, чтобы увидеть своего сменяющего оператора элек¬
тронной обстановки старшего матроса Хьювита, стоящего рядом в
готовности принять вахту, быстро передает ему вахту и почти ле¬
тит по крутым ступенькам трапа на верхнюю палубу помочь пере¬
заряжать пусковую установку реактивных снарядов постановки
ЛОЦ. Позднее он признается, что никогда в своей жизни не бегал
так быстро.
Пока старший матрос бежит, Хоукярд снова включает УКВ-ра-
дио и пытается убедить начальника ПВО на «Инвинсибле», что эта
атака реальная. Но безуспешно. Ходдинотт с тревогой слышит, как
повышается голос Хоукярда, отчаянно пытающегося убедить на¬
чальника ПВО, что это очень серьезно, а не только еще один нерв¬
ный «призрак».
Он оповещает снова:
-	«Инвинсибл», я «Глазго». Цель 1234 - пеленг 235, дальность
35, групповая из двух, скоростная. Цель 1234 совпадает с пелен¬
гом на «хэндбрейк». Прием.
Начальник ПВО ударной группы, который в то утро уже имел
дело с тремя или четырьмя подобными «паниками», хочет иметь
больше доказательств. Он слышал крик «хэндбрейк» чаще, чем
«доброе утро», и не собирался без полной уверенности давать ко¬
манду на использование драгоценных реактивных снарядов поста¬
новки ЛОЦ, количество которых на кораблях с каждым днем бы¬
стро уменьшалось.
«Инвинсибл» отвечает:
-	Понял. Прием.
Но он должен был знать, что по крайней мере «Глазго» уверен
в своем оповещении! Все, кто был тогда на связи в сети управле¬
ния оружием, слышали звуки стартующих реактивных снарядов
пассивных помех «ву-у-уш», которые вскоре станут нам всем хо¬
рошо знакомыми.
44

Глава /. Удар по эсминцу «Шеффилд-
С поста РЭБ13 «Глазго» Роуз докладывает снова:
-	«Хэндбрейк» в режиме захвата.
Бедакаррац находится в точке пуска ракеты. Ходдинотта охва¬
тывает ужас от неопровержимого свидетельства того, что большая
ракета находится на пути к его кораблю. В течение следующих не¬
скольких минут задача «Глазго» удерживать свое место среди ок¬
ружающих его «облаков» разрывов реактивных снарядов с ди-
польными отражателями - ЛОЦ, которые должны увести ракеты от
корабля. Но «облака» дрейфуют по ветру и необходимо все время
корректировать курс и скорость корабля.
Командир корабля командует вахтенному офицеру:
-	Лево двадцать пять по компасу. Удерживать скорость, равную
скорости дрейфа.
В 14.02 пилоты производят пуск ракет и выполняют левый ви¬
раж. Ракеты устремляются на цели, захваченные их головками са¬
монаведения. Пилоты не имеют ни малейшего представления о
том, по какому кораблю они прицелились, и не собираются оста¬
ваться, чтобы это выяснить. Они знают только одно: на их экра¬
нах появилась отметка приблизительно в нужном районе океана.
Они быстро уходят, ныряя к самой воде, под лучи наших радаров,
курсом на запад.
Мы их больше не обнаруживали.
Почти одновременно на экране радара «Глазго», быстро пере¬
двигаясь по нему, появляются две желтые отметки, такие малень¬
кие, что их можно видеть только периодически.
-	Цель скоростная. На сближение. Пеленг 230, дальность две¬
надцать миль!».
Ходдинотт приказывает сбить цели ракетным комплексом «Си
Дарт».
Хоукярд снова приказывает своему управляющему огнем ЗРК
«Си Дарт» Эймсу: «Сбить цели 1234 и 1235 «Си Дартом!». О ужас!
Радар системы управления ЗРК не может захватить маленькие
низколетящие цели на такой дальности. Расчет ЗРК делает все но¬
вые попытки, но напрасно: отметки пропадают и снова появляют¬
ся. Напряжение нарастает. Командир нервничает. Хоукярд вызы¬
вает «Инвинсибл», предлагая увести два штурмовика «Си Харри-
ер» из сектора стрельбы «Глазго». Но ФКП авианосца отвечает,
что они считают воздушный удар ложным.
Старший офицер боевого управления «Глазго» в отчаянии, он
почти кричит в радиосети:
13	РЭБ - радиоэлектронная борьба
45

Фолклендская война
-	ЛОЖНЫЙ?! ПО НАМ НАНОСЯТ УДАР! ЦЕЛИ 1234 и
1235 - пеленг и дальность совпадают с «хэндбрейком»!
«Инвинсибл» по-прежнему не соглашается.
Эймс не прекращает попыток взять на сопровождение «Экзо¬
сет» комплексом «Си Дарт». Цель стремительно приближается.
Ему кажется, что ракета ударит «Глазго» в районе миделыппанго-
уiа11, где расположен ЦКП. Как и многие другие, он готов сми¬
риться со своей участью.
Капитан 1 ранга Ходдинотт первый с огромным облегчением осо¬
знает, что «Глазго» спасен: одна из ракет направляется к «Шеффил-
ду», другая - проходит мимо.
«Шеффилд». Командир Солт отсутствует на ЦКП. Корабль все
еще не поставил ЛОЦ. Ходдинотт позднее вспоминал, как он с бес¬
покойством спрашивал Хоукярда: «Что, черт возьми, происходит
на «Шеффилде»? Но тот ответил, что «Шеффилд» не отвечает.
В двадцати милях от нас на малом эсминце, названном в честь
города, известного своей нержавеющей сталью, события приближа¬
лись к трагической развязке. Проблема номер один состояла в том,
что когда «Этандары» включили свои радары на излучение, «Шеф¬
филд» использовал систем)' спутниковой связи SCOT на передачу.
Это его и погубило.
Отсутствие капитана 1 ранга Солта на ЦКП (он сразу после
обеда находился в своей каюте) было следствием неблагоприятно¬
го стечения обстоятельств, а не плохого управления. Он имел пол¬
ное право находиться в своей каюте. Командир корабля, если он
хочет сохранить свою работоспособность, не может все время на¬
ходиться на вахте. У него должно быть время для отдыха, и он дол¬
жен доверять своим подчиненным.
Вторая проблема состояла в том, что важность сообщений с
«Глазго» не была должным образом оценена. На корабле произо¬
шел какой-то провал в действиях ЦКП, и ничего не было предпри¬
нято. Более того, ни самолеты, ни ракеты не были обнаружены ра¬
дарами «Шеффилда». Если бы предупреждение «Глазго» было
принято на ЦКП «Шеффилда», то постановка ЛОЦ, возможно,
спасла бы корабль от поражения ракетой. Возможно, что «Шеф¬
филд» своими собственными радарами смог бы обнаружить «Этан¬
дары» и подходящие ракеты. Они в конце концов были на четы¬
ре мили ближе к «Шеффилду», чем к «Глазго»; правда для «Шеф¬
филда» они были намного меньшими радарными целями, чем для
«Глазго». Самое обидное заключается в том, что «Шеффилд» от-
” Средний шпангоут корабля
46

Глава /, Удар по эсминцу «Шеффилд»
Ль*
лично проявил себя в подобной ситуации всего несколько недель
назад при выполнении ракетных стрельб в районе Гибралтара. Как
же теперь, на войне, он мог действовать хуже?
Какова бы ни была причина, но в 14.03 «Шеффилд» не поста¬
вил ЛОЦ. На ходовом мостике лейтенант Питер Волпоул и лейте¬
нант Брайан Лейшон обнаружили справа по носу двигающийся
прямо на корабль дымящийся след в шести футах над водой на
дальности порядка мили. Остались считанные секунды. Один из
них схватил микрофон и закричал:
-	РАКЕТНЫЙ УДАР ПО КОРАБЛЮ!
В 14.04 «Экзосет» попала в правый борт посередине корабля, в
нескольких футах выше ватерлинии. Было сомнение в том, что бо¬
евая часть ракеты взорвалась, однако несколько человек погибли
сразу. Начался большой пожар. Высокая температура, дым и угар¬
ный газ, заполнявшие помещения корабля, привели к гибели мо¬
ряков. Многие из них погибли как герои. «Шеффилд» стал пер¬
вым британским кораблем, пораженным вражеской ракетой после
второй мировой войны. Почти сорок лет спустя.
Пробоина была размером четыре на пятнадцать футов и тяну¬
лась от отсека вспомогательных механизмов до носового машинно¬
го отделения. Повреждения, вызванные ударной волной, распрост¬
ранились вверх, вплоть до нижней надстройки ходового мостика.
Корабль наполнился плотным удушающим черным дымом. Выте¬
кающее топливо поддерживало пожар. Давление воды в пожарной
магистрали упало до нуля. Управление рулем не действовало, но
большие газовые турбины «Олимпус» каким-то чудом работали.
Более чем в двадцати милях от «Шеффилда», на ФКП «Герме¬
са», мы находимся в боевой готовности «Воздушная тревога - Бе¬
лая». Начальник ПВО на «Инвинсибле» еще не убедился в необ¬
ходимости ее изменения. Я еще ничего не знаю о трагедии. На
ФКП веду разговор с офицером штаба о плане действий на вечер.
Когда, несколько минут спустя после удара по «Шеффилду», мы
получили первое сообщение, в нем не было никаких деталей. «На
«Шеффилде» взрыв!» и более ничего определенного. Принимаю
это к сведению, но разрешаю действовать согласно утвержденному
ранее плану. Время 14.07 по Гринвичу.
Взрыв? Он мог быть следствием многих причин: пожара, взры¬
ва газового баллона, неисправности систем оружия и так далее.
Причин не счесть. Могла быть торпеда и даже ракета. Мысли про¬
носились в моей голове. Но тогда почему нас на флагманском ко¬
рабле не оповестили?
47

Фолклендская война
Я терпеливо ждал и только спросил:
-	Связь с «Шеффилдом есть?
-	Да, сэр, - ответили мне.
По крайней мере это хороший признак. Но корабль молчит. Я
внимательно слежу за действиями кораблей и самолетов в районе
событий.
«Эрроу» и «Ярмуг» начинают двигаться к «Шеффилду». Мне
кажется, что это верные действия. Поступило сообщение от «Глаз¬
го». Он оставил свою позицию в дозоре и полным ходом следует к
«Шеффилду». Теперь мы знаем - случилось нечто весьма серьёз¬
ное, хотя и не известно, что именно.
Мы видим спешащие на помощь вертолеты. Картина проясняет¬
ся. Единственное, о чем я думаю: «Если это была ракета, то сле¬
дующая в любой момент может поразить и нас». Направляю сиг¬
нал «Глазго»: «Занять позицию для прикрытия «Шеффилда».
Другое приказание «Эрроу»: «Окажите помощь «Шеффилду». В
вашем подчинении «Ярмут» и вертолеты».
Но я не имел намерения вникать в детали и должен был отбро¬
сить любое искушение это сделать, разве что события будут разви¬
ваться совсем плохо. Спустя несколько минут, мы, наконец, полу¬
чаем донесение от эсминца: он действительно поражен вражеской
ракетой. И теперь от «Инвинсибла» идет оповещение по кораблям:
«Атака «Этандаров!» Подтверждаю, атака «Этандаров». Вероятно,
с применением «Экзосет»!
Информация продолжает поступать медленно и методично. И
хотя я вижу, что «Эрроу», «Ярмут» и вертолеты рядом с «Шеф¬
филдом», напряжение на ФКП «Гермеса» нарастает. Такое впечат¬
ление, что не принимаются все возможные меры для спасения эс¬
минца. Один из моих офицеров штаба восклицает:
-	Адмирал, вы должны что-нибудь предпринять!
Но я достаточно вежливо отвечаю:
-	Нет. Оставьте это.
* * *
Я не хотел отдавать поток детальных распоряжений, находясь в
двадцати милях от бушующего огня, который угрожает, если до¬
стигнет ракетного погреба ЗРК «Си Дарт», взорвать эсминец вме¬
сте с экипажем, а также любой другой корабль или вертолет, на¬
ходящийся рядом. Во-первых, я все еще точно не знал, что имен¬
но случилось; во-вторых, не хотел загружать радиосвязь; в-треть-
их, я не хотел препятствовать поступлению к нам информации и
48

Глава 1. Удар по эсминцу «Шеффилд*.
ЛЬш
давал возможность хорошо подготовленным специалистам на мес¬
те выполнять свою работу и просить у нас то, что им необходимо.
Мы на «Гермесе» позаботимся о том, чтобы они это получили.
Сейчас они меньше всего нуждались в потоке вопросов с флагман¬
ского корабля. Кроме того, я им доверял. Они, находясь рядом с
«Шеффилдом», делали то, что было необходимо.
Пережив проявление первых признаков паники на своем ФКП,
я дистанциировался от деталей спасательных работ. Как любому
военному, мне непозволительно паниковать в любой ситуации. И
я всеми силами старался создать среди подчиненных атмосферу до¬
верия, выдержки и спокойствия.
Я сказал себе довольно строго: «У нас проблема. На четвертый
день войны мы, похоже, потеряли эсминец из состава дозора. Я
был к этому готов и скорее всего это не последняя потеря. Я по
крайней мере сейчас не ощущаю никакого шока и не могу позво¬
лить себе примитивные эмоции подобных затуманивающих мой ра¬
зум желаний немедленной мести. Я справлюсь с этим, как меня
учили. Теперь у нас есть брешь в противовоздушной обороне: два
корабля внутренней линии ПВО оставили свои позиции. Они уш¬
ли на левый фланг, и мне нужно решить, как лучше всего перест¬
роить остальные корабли».
Я прекрасно понимал, что, воспользовавшись нашим замеша¬
тельством, достаточно организованный противник может и должен
как можно скорее нанести повторный удар. Мы полагали, что на¬
ходимся на предельной дальности возможных атак «Этандаров».
Поэтому я отдал приказ ударной группе спокойно следовать на
восток. В тоже время мы продолжали бороться за живучесть ох¬
ваченного пламенем «Шеффилда» и жизнь его экипажа.
Пожар на корабле, кажется, выходил из-под контроля. Люди капи¬
тана 1 ранга Солта просили переносные помпы, которые мы им отпра¬
вили вертолетами. Персонал поста обслуживания компьютеров оста¬
вался на своих местах до последнего, чюбы обеспечить работу систем
обороны корабля. Все они погибли. Главный старшина Бригс несколь¬
ко раз возвращался в помещение носовой аварийной партии, чтобы вы¬
тащить оттуда оборудование, и погиб от угарного газа.
Вертолеты «Си Кинг» доставили на палубу «Шеффилда» газо¬
турбинные водяные насосы вместе со специальными противопо¬
жарными средствами и дыхательными аппаратами. «Ярмут» поли¬
вал «Шеффилд» с правого борта, а «Эрроу» - с левого из всех до¬
ступных пожарных стволов. Передавались пожарные рукава. Это
была ужасная битва, и ее мы проигрывали. Пламя неумолимо под¬
биралось к ракетному погребу «Си Дарт».
49

Фолклендская война
В какой-то момент гидроакустикам «Ярмута» показалось, что
они слышат шум торпеды. Прекратив спасательные работы, «Яр¬
мут» начал поиск подводной лодки. Это повторялось снова и сно¬
ва, девять раз. Девять торпед! Впоследствии мы поняли, что это
были за «торпеды». Это были шумы маленькой надувной спаса¬
тельной лодки, жужжащей вокруг «Шеффилда» и помогающей бо¬
роться с огнем. Командир корабля капитан 2 ранга Тони Мор гон
не мог в это поверить, возможно, не верит и по сей день!
После полудня командир Солт, принимая во внимание все воз¬
растающую опасность взрыва, отдал приказ оставить корабль. Ко¬
манда была снята вертолетами и доставлена на фрегаты.
Сэм Солт прибыл на борт «Гермеса» сразу после этого. Я уви¬
дел слезы на его глазах, но, несмотря на это, мужество не покида¬
ло его. Мы старались вести разговор в обычном соответствующим
обстановке тоне, чтобы не выпустить из-под контроля ситуацию,
но, боюсь, из-за волнения я менее всего сочувствовал ему. Годы
спустя Сэм поведал мне, что я ему тогда прямо сказал: «Я подо¬
зреваю, что кто-то был чертовски беспечен». Точно помню, что в
разговоре с Солтом я понимал, что он и я не имели права терять
самообладание.
Крик «адмирал, вы должны что-нибудь предпринять», девять
ложных торпед, потрясение Сэма Солта, равно как и мое, - все это
были травмы сражения. Они по-разному отражались на каждом из
нас, но для всех этот день был общей болью. Паника, беспокойст¬
во и стресс - все это очень заразительно. Но потеря эсминца не
должна была затуманить наш разум.
При ликвидации кризисной ситуации ключевым элементом явля¬
ется управление. В этой ситуации лично для меня было важно про¬
должать управление ударной группой и, в частности, ситуацией с
«Шеффилдом». Необходимо было спасти людей, избежать ненужно¬
го риска. Но в первую очередь важен был самоконтроль, подавление
паники во всех ее формах, любыми средствами. Я принял как факт,
что «Шеффилд» более не числится в боевом составе моей группы.
Его экипаж не мог быть пожарной командой на борту корабля, кото¬
рый в любой момент может взлететь на воздух от взрыва ракетного
погреба. В то же время оставить корабль как трофей для врага я не
мог, а попытка отбуксировать его грозила в любой момент закончить¬
ся взрывом и повреждением другого корабля.
В некотором смысле аргентинцы сами решили проблему «Шеф¬
филда». Мы получили информацию о том, что их подводная лод¬
ка, возможно, направляется в район атаки «Шеффилда» для унич¬
тожения кораблей, оказывающих ему помощь. Такой поворот со¬
50

Глава 1. Удар по эсминцу «Шеффилд»
Ль*
бытий был мне на руку. Я организовал своего рода «теплый прием»
для аргентинцев, если они вдруг пожелают прийти. «Шеффилд» вне¬
запно перестал быть нашей проблемой. Его новая роль состояла в
том, чтобы стать необычным, сделанным из горящего металла, «коз¬
лом на привязи», только на плаву. Не пропадать же ему зря.
Однако на этом наши неприятности не закончились. Через час
после удара по «Шеффилду» три «Си Харриера» поднялись с
«Гермеса» для атаки аэродрома Гус Грин в надежде застигнуть там
несколько самолетов. Возвратилось только два, третий был сбит
огнем средств ПВО, когда летел над самой водой. Он упал, объя¬
тый пламенем, в воду у самого берега и пропахал пляж и порос¬
шие травой дюны у взлетно-посадочной полосы. Оставшиеся в жи¬
вых пилоты были уверены в том, что пилот морской авиации лей¬
тенант Ник Тейлор был убит снарядом, поскольку он не катапуль¬
тировался. На кораблях ударной группы скорбили о его гибели и,
должен признаться, к исходу дня я был очень подавлен.
Я решил, что не должен больше рисковать нашими драгоценны¬
ми «Харриерами», посылая их для бомбардировки хорошо защи¬
щенных аргентинских позиций кассетными бомбами с малых вы¬
сот. Просто я не мог позволить себе терять самолеты ПВО (их ко¬
личество и так было ограничено, а во всей стране их насчитыва¬
лось только тридцать четыре) при выполнении задач, которые они
решают не очень эффективно. Лучше подождать прибытия «Хар¬
риеров GR 3» Королевских ВВС, от которых пользы для ПВО ма¬
ло, но которые предназначены для атак наземных целей. И если
«Си Харриерам» все же придется бомбить, то только отдельные,
очень важные, цели или действовать с больших высот. Это не очень
точно, зато намного безопаснее.
Тем временем «Шеффилд» продолжал гореть. Пламя медленно
пожирало корабль, палуба раскалилась, краска на надстройке вы¬
горела или вздулась пузырями, но огонь пока еще не дошел до ра¬
кетного погреба. Сэм Солт хотел возвратиться на корабль и оце¬
нить возможности возобновления спасательных работ. Решение
было отложено до следующего дня: я не хотел рисковать людьми
и вертолетом. Кроме того, несчастный «Шеффилд» даже в случае
ликвидации пожара был настолько сильно поврежден, что уже не
имел не только никакой военной ценности, но и не годился даже
как металлолом.
Тогда у меня было много поводов для расстройства, слишком
много забот, чтобы позволить себе роскошь поддаться потрясению,
сантиментам и любым другим эмоциям и чувствам о корабле, ко¬
51

Фолклендская война
торый когда-то был моим «домом».Теперь он для меня стал толь¬
ко статистикой. Я, конечно, понимал, что его потеря будет иметь да*
леко идущие последствия для тех, кого это касается непосредствен*
но, а также повлияет на тактику борьбы с воздушным противни*
ком в будущем.
В глубине души я считал, что такого не должно было случиться,
и, возможно, резко высказал Сэму Солту свое мнение. Мы встали пе¬
ред необходимостью повысить боеготовность для того, чтобы вы*
жить. Гибель «Шеффилда» была жестоким уроком, из которого мы
должны сделать правильные выводы. Внезапная смерть в этих хо*
лодных, неуютных, продуваемых ветрами южных морях по меньшей
мере непривлекательна, как бы ни диктовал это долг, особенно если
учесть многие годы подготовки, которую мы прошли для того, чтобы
избежать такой неприятной «возможности».
Поэтому я спокойно работал в своей стальной небольшой каюте
в надстройке «Гермеса», которую называют «островом». Окружен¬
ный первоклассными офицерами штаба, я все*таки чувствовал се¬
бя одиноким. Я составил список уроков, которые мы должны из¬
влечь из атак «Экзосет». Это будет основой первичного оператив¬
ного анализа сегодняшних событий. Что произошло на самом де¬
ле? Откуда прилетели «Этандары»? Как они сюда долетели? Мо¬
жем ли мы среагировать на них быстрее? Почему «Шеффилд» не
поставил ложные отвлекающие цели? Сможем ли мы перехватить
самолеты после атаки? Правилен ли наш боевой порядок? Являют¬
ся ли наши мероприятия достаточно продуманными? Много вопро¬
сов, но пока не слишком много ответов на них. А эти ответы нуж¬
но срочно найти.
Вечером, когда «Шеффилд» все еще горел, мы возобновили на¬
шу повседневную деятельность. Высадка разведгрупп прошла по
плану, спецназ высаживается на острова по расписанию, все вер¬
толеты возвращаются вовремя. Жизнь ударной группы входит в
нормальное русло. Резко возросла бдительность в отношении но¬
вых атак ракет «Экзосет». Я смог начать планирование наших
дальнейших действий не в последнюю очередь потому, что был
удовлетворен тем, что ударная группа снова сбалансирована и си¬
туация с «Шеффилдом» под контролем.
Так закончился этот трагический день войны. Что в это время
происходило в Лондоне, лучше знают другие. Мы обычно узнаем
об этом от наших семей. Что касается моей семьи, то в этот день
она была в Кавалерийском клубе. Мою сестру и жену Шарлотту
пригласил на обед мой шурин, должно быть, по какому-то радост¬
ному поводу. Новости из района боевых действий были хорошие,
52

Глава 1. Удар по эсминцу «Шеффилд»
и это давало повод полагать, что вскоре я буду дома. Но среди обе¬
да жена заметила официанта, который тихо переходил от одного сто¬
ла к другому, сообщая какие-то, довольно важные новости. Когда в
конце концов он подошел к их столу, то сказал: «Я очень сожалею,
эсминец Ее Величества «Шеффилд» потоплен в районе Фолкленд¬
ских островов». Это было шоком, тяжким известием для всех в за¬
ле, где многие были связаны с военными. Они поняли, что аргентин¬
цы на самом деле реальный и хорошо оснащенный противник. «С
этого момента, - припоминает Шарлотта, - я перестала относиться к
Аргентинским ВМС, как к чему-то из Гилберта и Салливана15.
Мои чувства лучше всего выражает запись в дневнике, датиро¬
ванная тем днем. «Пасмурный день. Незначительные события до
14.15, когда запущенная с «Этандара» ракета «Экзосет», порази¬
ла мой старый «Шеффилд». Пишу эти строки через 10 часов по¬
сле трагедии. Эсминец все еще горит, и я надеюсь, что они непре¬
менно придут полюбоваться своей победой, и тогда я их порублю».
Это, собственно, все, что я написал той ночью. Почти все. Сле¬
дующие пять строк были по поводу излишне нервозных действий
«Ярмута» и его «девяти торпед», самой невероятной последова¬
тельности событий. «Никто никого не поразил, - записал я. - Стро¬
гий сигнал, переданный мной на корабли соединения, сделал свое
дело». Три строчки, которые я пропустил, позволили мне выпус¬
тить пар и почувствовать себя значительно лучше. Сегодня они не
имеют существенного значения.
В полночь я вышел подышать свежим воздухом на мой неболь¬
шой открытый мостик на «острове» над палубой. Я смотрел в ноч¬
ное небо на юго-запад, туда, откуда сегодня прилетели «Этанда¬
ры». Там далеко, на большом пустынном острове Огненная Земля -
крайней точке Южной Америки, где скалистые Анды спускаются к
самым бушующим водам мирового океана, где находится кладби¬
ще моряков, отмеченное призрачным мысом Горн, расположена их
база. Немногим больше 430 миль от места, где я сейчас стою.
Я ощущал готовность к битве. Моя деятельность как командую¬
щего на театре военных действий была четко определена. Я дол¬
жен находиться сзади и следить за всем, что происходит, оцени¬
вать шансы, достижения, потери и определять, как склонить ба¬
ланс в нашу пользу. Я не должен вникать в детали и принимать
поспешные решения, основанные на неподтвержденных данных. Я
15 Arthur Seymour Sullivan (1842-1900гг.) - английский композитор, более все¬
го известен своими комическими опереттами на либретто Уильяма Гилберта
(William S. Gilbert). (Прим. переводчика)
53

Фолклендская война
знал, многие из моих подчиненных, особенно молодые офицеры,
горели желанием ударить по аргентинцам немедленно всем тем, что
мы имеем. Но я не играл в эту игру. В соответствии с главной ди¬
рективой на операцию «Корпорейт»16 я должен достичь трех целей:
нейтрализовать ВМС и ВВС противника; успешно высадить наши
войска на берег и потом оказать им всестороннюю воздушную, ог¬
невую, материально-техническую поддержку для того, чтобы наши
войска вынудили аргентинские силы на островах безоговорочно ка¬
питулировать. Это необходимо выполнить к середине-концу июня
и, конечно, с минимальными для нас потерями.
Я напомнил себе принципы ведения войны, особенно тот, кото¬
рый называется «удержание инициативы». Он в частности гласит:
если ваши действия заставляют противника принять непредусмот¬
ренные им решения в условиях дефицита времени на их обдумы¬
вание, то есть вероятность, что более половины этих решений ока¬
жутся ошибочными. Если же вы даете противнику возможность
действовать по подготовленному им сценарию, то ошибаться он бу¬
дет редко. Подталкивайте его, беспокойте его, изматывайте его, за¬
ставляйте его спешить.
Точно так же в условиях обороны. Если противник наносит по
вам удар, как эго произошло с «Шеффилдом», нельзя поддавать¬
ся ему. Его инициатива не должна влиять на вас. Спишите со сче¬
тов «Шеффилд», но не списывайте еще два корабля только пото¬
му, что вы пошли ошибочным путем в результате инстинктивной
реакции на неожиданный удар.
А сейчас я должен, несмотря на пережитое, попытаться заснуть.
С этих пор наши действия должны быть тщательно спланированы.
Ключевым словом является «управление»: управление нашими
действиями, управление нашей обороной и управление людьми пе¬
ред лицом опасности.
С какой бы стороны ни смотреть, я готовился к этому в течение
большей части моей жизни, хотя и надеялся, что такого не случит¬
ся. Однако этот день уже оставил свой след в военно-морской и во¬
енной истории. Британский боевой корабль поражен крылатой ра¬
кетой. Это первое серьезное нападение на британский военно-мор¬
ской флаг за последние десятилетия. Я спрашивал себя, как же я
оказался в центре этих событий. Я никогда не претендовал на осо¬
бое место в истории. Не претендовал на него и экипаж «Шеффил¬
да», двадцать человек из экипажа которого погибли.
м* Кодовое наименование операции по освобождению Фолклендских островов.
(Прим. переводчика)

Глава 2
Подводник
Особенные амбиции никогда не были присущи семье Вудвор¬
дов. У моего покойного отца, Тома Вудворда, сына лейтенанта
морской артиллерии, их точно было немного. Он закончил свою
скромную банковскую карьеру достаточно успешно - главным кас¬
сиром отделения Барклай - банка в Ланчестоне. Насколько я по¬
нял, это был его собственный выбор, возможно, связанный с лю¬
бовью к Западной Англии. Моя мать была согласна с ним.
Может быть, к этому имели отношение три года, проведенные
отцом в траншеях первой мировой. За всю историю моей семьи, ко¬
торая прослеживается на протяжении 300 лет, только один человек -
генерал Форстер, который в восемнадцатом веке был сторонником
Бонни Принца Чарли1 и чью фамилию я ношу между Джоном и
Вудвордом, может считаться важной персоной. Но надо признать,
что он был довольно далеким родственником по линии матери мо¬
его отца.
Я почти не сомневаюсь в том, что у генерала не было особен¬
ных военных успехов - за свою жизнь он не выиграл ни одного
сражения. Он был, скорее, «придворным генералом», что было
модно в ранней Георгианской Англии. Его главным талантом ока¬
залось то, что он появился в нужном месте в то время, когда
Принц Чарли решил включить в свою команду видного протес¬
тантского военного. И хотя это не предотвратило жестокого пора¬
1	Bonnie Prince Charlie - шотландское имя Чарльза Эдварда Стюарта, претен¬
дента на трон. (Прим. переводчика)
55

Фолклендская война
жения якобитов в сражении у Куллоден2, я не могу насмехаться над
карьерой офицера, которому выпадает случай оказаться в нужном
месте в нужное время.
Как и все Вудворды, я с рождения не стремился в лидеры, до
присвоения мне в 1981 году звания контр-адмирала оставался
обыкновенным военно-морским офицером, и, как большинство
корнуэльцев, был вполне доволен своей судьбой. Я действительно
никогда особо не задумывался о своем дальнейшем продвижении
по службе. Когда был лейтенантом, то думал о том, что неплохо
бы стать и капитан-лейтенантом, а будучи капитаном 2 ранга на¬
деялся стать капитаном 1 ранга. Однако за всю свою карьеру я не
потратил и секунды для поиска пути, который привел бы к назна¬
чению в Совет Адмиралтейства. Впрочем, так и произошло: меня
туда не назначили.
После всего вышеизложенного многие читатели могут удивиться
(я уверен, что большинство моих сверстников удивлялись): тот ли
Сэнди Вудворд из Роял Боро оф Кингстон3 находился той роковой
ночью в Южной Атлантике на мостике авианосца «Гермес», коман¬
довал военно-морским флотом стоимостью в миллиарды фунтов стер¬
лингов и несколькими тысячами моряков, а вся нация внимательно
следила за ним? В то время я особо об этом не думал. Стечение об¬
стоятельств и нескольких маловероятных событий сыграли свою
роль. Для кого-то все сложилось неудачно, а мне повезло.
Возможно, это даже вызовет у вас мысль о странном способе уп¬
равления военно-морскими силами. Но истина заключается в том,
что нужно учитывать такие важные факторы, как учеба, техничес¬
кая подготовка, принципы руководства и традиции, которые были
проверены и отшлифованы Королевским флотом на протяжении
столетий. Создание резерва хорошо подготовленных старших офи¬
церов, каждый из которых в любой момент мог бы принять коман¬
дование оперативным соединением британских ВМС, было осно¬
вой политики адмиралтейства, начиная еще со времен Дрейка. Бы¬
ли, к примеру, два других плавающих адмирала4, которые, безус¬
ловно, могли командовать оперативными группами Фолклендского
соединения не хуже, а может быть, даже лучше, чем я. Было так¬
же несколько адмиралов высшего ранга с большим опытом и зна¬
2	В битве у Куллоден (Culloden Battlesite, Шотландия) в 1746 г. армия по¬
встанцев якобитов под руководством Чарльза Эдварда Стюарта потерпела
поражение от принца Кумберлийского. (Прим. переводчика)
3	Royal Borough of Kingston
4	Адмирал, который командует соединением и постоянно пребывает со своим
штабом на его кораблях. (Прим. переводчика)
56

Глава 2. Подводник
ниями, отнюдь не меньшими, чем у каждого из нас. Но когда фло¬
ту Ее Величества приказывают выйти в море, это выполняется ис¬
ключительно быстро, а я, проводивший в то время учения флота в
районе Гибралтара, был ближе других из плавающих командую¬
щих к Южной Атлантике.
Большинство людей полагает, что процесс, в результате которо¬
го британские ВМС делают из школьника в коротких штанишках
командующего, способного возглавить самый большой со времен
второй мировой войны флот, который отправляется от берегов
Британии, является достаточно совершенным. Без сомнения, когда
британское командование решило послать меня на юг, я для них
не был «темной лошадкой». Я служил вместе с ними на разных
должностях в течение тридцати шести лет и был одним из той вы¬
мирающей породы офицеров, которые начинали службу в темно¬
синей форме сразу после подготовительной школы в возрасте три¬
надцати лет. В моем случае - с 1946 года. И произошло это, как и
все со мной, немного случайно.
Мои родители дали частное образование моему волевому и не¬
зависимому старшему брату Джиму и такой же самостоятельной,
по-своему независимой, сестре Лиз и в результате исчерпали все
свои личные сбережения. Они смогли послать меня только в
Стаббингтон Хауз - подготовительную школу с репутацией военно-
морского «питомника», несколько выпускников которой стали ад¬
миралами, а двое - кавалерами креста Виктории. Я неплохо окон¬
чил школу с развитой способностью к элементарной математике
благодаря терпению и вдохновению моего исключительного препо¬
давателя - г-на Вуда.
Поэтому было решено, что лучший способ получить частное об¬
разование за небольшую плату - выиграть стипендию в королев¬
ский военно-морской колледж Дартмут5, известный как «Брита¬
ния». Он располагался среди эдвардианского великолепия пример¬
но в сорока пяти милях на юго-восток от Дартмура, на южном по¬
бережье Девона. В то время они предлагали порядка тридцати сти¬
пендий в год, требуя для поступления проходной балл, равный
восьмидесяти процентам от стандартного вступительного экзамена
в общественную школу. Я едва получил этот балл, думаю, как раз
достаточный для последнего места, и был приглашен пройти мед¬
комиссию и ужасное собеседование. Испытываемый мной ужас от¬
нюдь не уменьшился от появления по дороге к старому зданию Ад¬
миралтейства в Уайтхолле на пятке моего носка огромной дырки.
5	Dartmouth
57

Фолклендская война
Я сидел перед группой офицеров с непроницаемыми лицами,
практически парализованный беспокойством о своем носке. Без со¬
мнения, проводившие собеседование старались быть максимально
дружелюбными, но я едва мог давать вразумительные ответы на во¬
просы. Когда, наконец, пришло время покинуть комнату, я позабо¬
тился о том, чтобы, пятясь к выходу из комнаты, скрыть голую пят¬
ку. Мне показалось, что до двери полторы мили, а офицерам, веро¬
ятно, что я был подобострастен перед ними. Долгое время мне дума¬
лось, что офицеры должны были многозначительно кивать друг дру¬
гу: «Это хороший, воспитанный мальчик... знает свое место... не хо¬
чет поворачиваться задом к старшим по возрасту и положению... та¬
ких не так-то много теперь ... Мы возьмем его».
Так в самых первых числах нового, 1946 года, я стал первокурс¬
ником в Королевском военно-морском колледже «Британия». Это
большое учреждение - основа Британских ВМС двадцатого столе¬
тия. Даже название «Британия» имеет имперский оттенок, хотя на
самом деле колледж назван в честь одноименного большого старо¬
го трехпалубного линейного корабля, отслужившего полстолетия
основным учебным судном Флота и ошвартованного в устье реки
Дарт. В 1905 году колледж открыл король Эдвард VII. Его огром¬
ное здание из красного кирпича и белого камня было спроектиро¬
вано сэром Астоном Веббом, создателем фасада Букингемского
Дворца. На лужайке размещалась громадная, вырезанная из дере¬
ва раскрашенная голова, когда-то украшавшая форштевень старой
«Британии», а куранты на часовой башне в течение суток отбива¬
ли не часы, а вахтенные склянки - обязательно не больше восьми
за исключением Новогодней полночи.
В колледже в мирное и военное время поддерживались все луч¬
шие флотские традиции. Ожидалось, что каждый из кадетов полу¬
чит обширные знания по военно-морской истории наряду со знани¬
ями по общеобразовательным предметам: географии, математике,
английской литературе, иностранным языкам и так далее. Нам
преподавали искусство мореплавания, основы инженерной подго¬
товки, учили маршировать и выполнять упражнения с винтовкой,
ходить под парусом и управлять моторными лодками, плавать и
стрелять, подавать сигналы световым и флажным семафором и еще
многим полезным для молодых офицеров вещам.
Колледж был не только местом обучения, но и символом бри¬
танской морской мощи. Даже его местоположение было тщательно
выбрано. Он находился на высоком утесе, возвышающемся над ус¬
тьем реки. За ним были воды Английского канала - воды Джерви¬
са и Худа, Хоука и Родни, Хау и Нельсона, Фишера и Джеллико,
58

Глава 2. Подводник
ЛЬ»
Паунда и Каннингема. Нас не учили (как это, возможно, делалось
для наших сверстников в мире привилегированных частных учеб¬
ных заведений или в средних школах), что такие люди должны
восприниматься как герои. Нашей инструкцией было нечто вроде:
«Такие люди всегда командовали флотами Королевских ВМС, и с
них вы должны брать пример».
Не припомню, чтобы я был восхищен кем-то из них, но тем не
менее отдельные истории остались в памяти. Про адмирала лорда
Хау, который разбил французов в Атлантике «героического перво¬
го июня» 1794 года; про адмирала Кодрингтона, капитана «Орио¬
на» при Трафальгаре, который преподнес туркам тяжелый урок;
про адмирала Джона Джервиса, наставника Нельсона, человека,
который способствовал его продвижению на должность командира
эскадры и которому был пожалован титул графа Сан-Висента по¬
сле известной победы в 1797 году над испанцами в Атлантике к
юго-западу от Португалии. Меня также учили военно-морскому
фольклору: словам адмирала лорда Хоука перед сражением в бух¬
те Киберон, когда он, предупрежденный одним из своих офицеров
о чрезвычайной опасности штормового мелководья, которое защи¬
щало французский флот, сказал: «Я благодарю вас за выполнение
ваших обязанностей - предупреждение меня об опасности. А теперь
поверните меня лицом к врагу». Я знал о подвигах адмирала Ви¬
конта Худа в Вест-Индии и о большой победе адмирала сэра
Джорджа Родни у берегов Доминики в 1782 году. Мне было изве¬
стно о безвыходном положении, в которое попали адмиралы Джел-
лико и Битти в боевых действиях против немецкого океанского
флота в Ютландском сражении первой мировой войны. Я знал об
удивительных подвигах адмирала Каннингема у мыса Матапан и
Таранто в период второй мировой войны. Смерть адмирала Нель¬
сона и его прощальные слова: «Слава богу, я исполнил свой долг» -
производили на нас огромное впечатление. Лично меня всегда глу¬
боко трогало письмо Нельсона, которое он послал своему прежне¬
му боссу, адмиралу Джервису перед последним сражением. «Без
Вас я ничто», - написал он. Так оно воспринималось всеми нами.
Несмотря на внимание ко всем прекрасным традициям, хорошо
помню, что с самого начала у меня на это была своя точка зрения.
Первое, что ты должен сделать, узнав о традиции, спросить, какое
отношение это имеет к сегодняшнему дню, подвергнуть ответ со¬
мнению, поинтересоваться, существуют ли причины для того, что¬
бы хранить эти традиции сегодня, спустя много лет. Это плохой
обычай, поскольку он не воспринимался благожелательно и не рас¬
пространялся на приказы прошлой недели так же, как на указы
59

Фолклендская война
прошлого столетия. Я держал эти мысли при себе и эту свою точ¬
ку зрения сохранил по сегодняшний день.
Кроме поддержания традиций, большая часть жизни флота орга¬
низуется по правилу: «Это мы всегда делали так и обычно были пра¬
вы». Отклонение от этой линии осуждается. Я называю это синдро¬
мом «няне это не понравилось бы». Однако и «мнение няни» долж¬
но подвергаться сомнению. Хотя няня, скорее всего, в целом права,
она может ошибаться в конкретном случае. Я не люблю утверждения
о непогрешимости, даже своей, и подобно многим психиатрам, пола¬
гаю, что отсутствие сомнения в себе - первый признак безумия. Сна¬
чала это было моим интуитивным подходом, а в последующие годы
стало осознанным правилом. Ничто не может быть гарантировано на
100 процентов только потому, что «так говорит няня». И я строго
возражаю против такого предположения. Я считаю это интеллекту¬
альной ленью. Всякий раз, когда мы говорили об истории и тради¬
циях в Дартмуте, я часто задавал несколько неудобный вопрос, по¬
чему эта традиция все еще применима, а если она не применяется, то
почему мы ее вообще обсуждаем. Но задать этот вопрос вслух я не
мог - не хватало храбрости отстаивать свои юношеские убеждения,
меня хватало только на бормотание.
У меня нет ни малейшего сомнения в том, что такое мое мнение
приходилось не по вкусу и моим друзьям, и критикам. Но спустя
годы я вспоминаю, что в инженерных вопросах и, несомненно, в
военно-морской философии для достижения душевного равнове¬
сия, которое приходит с пониманием, мне приходилось вникать в
мельчайшие подробности работы того или иного механизма. Одним
словом, я был любознательным. С одной стороны, у меня было
бесконечное терпение выяснять все неясности. С другой - не оста¬
валось времени для тех, кто хотел занять его тривиальностями.
Однако Дартмут в последующие годы в значительной степени
выиграл сражение за то, чтобы сделать меня «таким, как все».
Советы моих преподавателей в форме - «Вудворд, закрой рот» - со
временем смягчились и стали звучать примерно так: «...попытай¬
тесь согласиться, что мы здесь находимся значительно дольше, чем
вы», - или: «...действительно, имеется много способов убить ко¬
та...»,- или: «не правда ли, что так это звучит более разумно?» Та¬
ким образом они усмиряли мои возмущения, обучая меня не согла¬
шаться более тактично. Это была первая ступень длительного, глу¬
бокого, индуктивного морского обучения, которое учит человека
приспосабливаться, промывает ему мозги в соответствии с требова¬
ниями Королевских ВМС, давая уроки, продолжающиеся потом
всю жизнь.
60

Глава 2. Подводник
Отдавая должное формальности, следует заметить, что я начал
службу в ВМС 5 января 1946 года вместе с остальными кадетами
моего курса не в Дартмуте, а в Итон Холле, большой родовой
усадьбе герцогов Вестминстерских около Честера. Поместье было
преобразовано в обширный лагерь даже с собственной взлетной по¬
лосой и служило в качестве базы колледжа Королевских ВМС,
эвакуированного из Дартмута после попадания в него бомбы в пер¬
вые месяцы войны. Часть главного здания Итон Холла была выде¬
лена для размещения вновь прибывших тринадцатилетних кадетов,
представленных дому Дрейка для первых двух семестров учебы.
Я ехал в Чешир из Западной Англии поездом с тремя пересад¬
ками. Мне казалось, что каждый последующий поезд был еще
больше переполнен, чем предыдущий. Пришлось найти себе место
в коридоре и одиноко там сидеть на своем зеленом морском чемо¬
дане, чувствуя себя неловко в новой военной форме. Итон Холл не
был похож на все, ранее мной увиденное. Хотя я этого тогда не
знал, но большинство людей ничего подобного ранее тоже не виде¬
ли. Это был гигантский частный дом, спроектированный Альфре¬
дом Ватерхаусом, такого же размера, как и его другое готическое
сооружение - музей естествознания в Саут Кенсингтоне, только ху¬
же. По правде говоря, он представлял собой массивный дворец,
описанный одним из биографов Его Светлости как «нечто среднее
между судами на Флит Стрит6 и станцией Святого Панкраса.
Так или иначе, это был мой дом до конца летнего семестра. Ког¬
да я закрываю глаза и обращаюсь к воспоминаниям, то все еще мо¬
гу слышать поразительную музыку с большой колокольни, при¬
мерно размеров Биг Бена, которая возвышалась над колоссальным
особняком самого богатого человека Англии. Она возвышалась на¬
до мной в первое утро на построении, когда я, пытаясь согреться,
бежал вместе с моими сокурсниками по гравию вокруг замерзшего
декоративного фонтана и, споткнувшись, упал. Я разбил колено и
порвал новые брюки первого срока. Колено сильно кровоточило, и
меня увели, чтобы перевязать. В итоге мне на четыре дня раньше,
чем моим товарищам, выдали короткие брюки. Это отличало и
стесняло меня на последующих построениях той недели. Думаю,
это был единственный случай за все четыре года пребывания в во¬
енно-морском колледже, когда я чем-то выделялся.
Вскоре я был в лучшей за всю мою жизнь физической форме.
Помещения колледжа располагались на обширной территории.
Чтобы добраться из класса в класс с книгой под мышкой, нужно
6	Здания судов на Флит Стрит в Лондоне (Fleet Street Law Courts)
61

Фолклендская война
было иметь выносливость бегуна на средние дистанции. Я вспоми¬
наю себя бегущим полмили, иногда под проливным дождем, с за¬
нятий по английской литературе в лагере «D» Ниссен-хат назад к
главному зданию, окруженному сотнями акров садов, сходящими¬
ся к нему пятью подъездными аллеями, каждая длиной в две ми¬
ли. Занятия по математике проводились иа пятом этаже в какой-то
противной коморке, и совсем ut лако было добраться туда из ла¬
геря <<D» за отведенные для этого пять минут. Эту проблему я обя¬
зательно должен был решить. Мне не хотелось пропускать ни ми¬
нуты урока английской литературы, поскольку моим преподавате¬
лем был не кто иной, как неординарный, с большим чувством юмо¬
ра К. Н. Паркинсон (известный законами Паркинсона). Он дал
нам не так много знаний по литературе, зато был потрясающим
преподавателем геральдики. Я также не хотел опаздывать на уро¬
ки математики, которая мне очень нравилась. К счастью, я обна¬
ружил, что математические задачи можно решать, даже запыхав¬
шись от быстрого бега.
Как вы себе уже представили, это было ужасное место, где лег¬
ко было потеряться. Абсолютный хаос в коридорах, на лестницах
и ни одного указателя. Итон Холл стал тем местом, где я осознал,
каким ужасом является опоздание на флоте. Моим периодическим
ночным кошмаром в течение многих лет был не тонущий корабль
или взбешенный капитан, а то, как я потерялся в огромном, напо¬
добие лабиринта здании и каждую минуту осознавал, что опазды¬
ваю все больше, больше и больше.
Летом, как и было положено, я отправился в Дартмут, где мне
предстояло отучиться еще десять семестров. Меня разместили в Сан-
Винсент-хауз, одном из пяти старейших зданий, названных в честь
адмирала Джервиса. Ничего значительного с этого момента не про¬
изошло: мое обучение не вызывало никаких сложностей. В летние
периоды я занимался строительством и плаванием на моем собствен¬
ном ялике; в зимнее - спортом, избегая агрессивных спортивных игр.
В 1949 году я закончил четыре года учебы восьмым из сорока
четырех кадетов, три из них станут адмиралами. За все это время
я не сумел ничего выиграть: никаких академических призов, ника¬
ких спортивных вымпелов, даже вымпел моего дома, которым
обычно награждались за общественную деятельность в последнем
учебном семестре. Ноль. Это был выдающийся пример полной без-
результативности, обеспечивающей совершенно чистый послужной
список. Я вообще не заслужил никакой награды в период между
наградой за Священное писание в возрасте семи лет и рыцарства в
возрасте пятидесяти.
62

Глава 2. Подводник
Ль*
В заключение этого веселого, довольно счастливого и интересного
времени мой офицер-воспитатель и наставник дали мне характерис¬
тику, содержащую фразы: «... он никогда не сможет реализовать
свои способности, пока не изживет в себе некоторую интеллектуаль¬
ную лень... Его мировоззрение очень узкое; слишком много уделяет
внимания своим поискам it для мальчика его способностей очень не¬
сведущ о мире вокруг него.., склонный к безответственности, в на¬
стоящее время недостаточно напорист, нерешителен, слабо развит дух
товарищества. .» Я не спорю ни с одним из этих утверждений. И все¬
гда думал, что это даже лучше, чем я заслуживал. Но принимая во
внимание то, что я был среди первых двадцати процентов моих со¬
курсников, я иногда задавался вопросом, что же они должны были
сказать о парнях из последних двадцати процентов.
Как бы там ни было, но в первую неделю нового, 1950 года, ме¬
ня послали на практику на 10000-тонный трехтрубный учебный крей¬
сер «Девоншир». План стажировки состоял из двух частей. Первая -
мы работали на корабле как «не очень знающие моряки»: драили,
мыли, полировали, чистили, скоблили и красили под аккомпанемент
нецензурных слов. Вторая половина практики предназначалась для
профессионального обучения. Это было не самое подходящее время
для обучения морскому делу. Погода в том январе была морозная и
каждое утро перед завтраком мы должны были драить деревянные
верхние палубы, ходя босиком по парящей, с льдинками у шпигатов
воде. Результатом этого было покалывание в пальцах ног перед тем,
как их вообще перестанешь чувствовать. Все это играло очень важ¬
ную роль в становлении офицера, и я остаюсь сторонником изучения
профессии с самых низов. Ведь офицер может приказать матросу
снять ботинки и драить палубу, не взирая на погоду. Но, проделав
это сам несколько раз в середине зимы, он дважды подумает о том,
стоит ли отдавать такой приказ.
В середине января мы уходили далеко от берегов послевоенной
Англии с ее карточной системой и нехваткой почти что всего, на¬
правляясь в Вест Индию. Мы шли на юг через Бискайский залив,
потом на юго-запад, следуя вдоль пассатов к Тринидаду. Мы спа¬
ли в гамаках и выполняли всевозможную работу на корабле: в ко¬
тельном и машинном отделениях, в штурманской рубке рядом со
штурманом, на ходовом мостике с вахтенным офицером. Мы рабо¬
тали с боцманской командой или с рулевыми, выполняли обязан¬
ности рассыльного командира корабля или «адъютанта», следуя за
ним весь день. Мы ходили на шлюпках, практиковались в выпол¬
нении стрельб из четырехдюймовых пушек, составляли сигналы,
63

Фолклендская война
грузили запасы на корабль, бегали туда-сюда, наполняя этим каж¬
дый день и большинство ночей. Это была интересная жизнь, кото¬
рая очень сильно отличалась от школы. Никогда не забуду, как,
стоя на коленях рядом с большим латунным стопором (зажимом
для очень больших канатов) в желтом утреннем свете залива Кинг¬
стон на Ямайке, надраивал его и в приподнятом настроении ожи¬
дал завтрака со свежими фруктами в таком количестве, которого
мы не видели шесть лет.
Мы посетили Барбадос, Гренаду, а также Виргинские острова,
и единственной тучей на горизонте была моя почти полная неспо¬
собность осознать важность всех вахтенных и корабельных распи¬
саний. Это создало для меня много проблем, поскольку может по¬
казаться, что управление на флоте осуществляется с помощью объ¬
явлений и сообщений на доске объявлений. В моем случае так и
было, ведь проходят месяцы, а в моем случае годы, прежде чем на¬
чинаешь понимать команды, которые звучат по корабельной транс¬
ляции, искаженные морским жаргоном и северо-восточным англий¬
ским народным диалектом, известным как «джорди», свистки, на¬
зываемые «боцманскими дудками», сигналы горна, каждый из ко¬
торых приказывает сделать что-либо определенное. Если ты не в
состоянии понять вахтенные и корабельные расписания, ты не су¬
меешь найти даже вход в этот морской лабиринт. Жизнь тогда мо¬
жет стать запутанной и неприятной, поскольку руководство решит:
ему следует объяснить, что нужно больше стараться.
Вахтенные и корабельные расписания определяют место каждо¬
го на корабле: что, где и когда они должны делать; где есть, спать
и работать; уточняют, какие нести вахты, что и с кем нужно делать
на вахте. Они определяют обязанности каждого и в базе, и в мо¬
ре, даже где, но не когда покинуть корабль. Вся ваша жизнь раз¬
ложена по полочкам этими корабельными расписаниями. Но в воз¬
расте семнадцати с половиной лет я не придавал этому особого зна¬
чения, главным образом потому, что не смог найти расписание в те¬
чение нескольких дней. Когда же я его отыскал, то не понимал
многого из того, что там было сказано. При этом я не подозревал,
что важным условием понимания было чтение «суточных прика¬
зов», иначе я бы уделял последним больше внимания.
Так в течение нескольких недель вся система жизнедеятельнос¬
ти на корабле оставались для меня полной тайной. Мы придержи¬
вались тропического расписания, на которое перешли примерно че¬
рез неделю после начала плавания. Этого я не замечал до тех пор,
пока мы не прибыли в родные воды и не вернулись к зимнему рас¬
писанию, что привело меня к окончательному замешательству. Ка¬
64

Глава 2. Подводник
ким-то образом с помощью друзей и моего офицера-наставника я
выкарабкался. По любым критериям я был крайне неорганизован.
Хотя это в некотором смысле было забавно.
На Пасху нам дали две недели отпуска. Потом мы отправились
на север вокруг острова Ян Майена в Нарвик и Скапа Флоу - на¬
звания, вызывающие определенные образы у формирующегося во¬
енно-морского офицера, и наконец возвратились в Девониорт. К
концу второго похода я разбирался не только в жизнедеятельнос¬
ти корабля, его экипажа, его вахтенных и корабельных расписани¬
ях, но также и в том, как увильнуть от работы, выглядеть заня¬
тым, избежать грязной работы, неплохо провести время, что, как
я думаю, было частью того, для чего нас туда послали. Я прошел
практику на учебном крейсере без позора, узнав значительно боль¬
ше, чем представлял ранее. В характеристике отмечался мой энту¬
зиазм, если не внешний вид или пунктуальность.
Так, прослужив в Королевских ВМС почти пять лет, я в возрас¬
те восемнадцати лет стал мичманом. По крайней мере я всегда нахо¬
дил объяснение столь длительной службы тем, что не мог уволиться
по своему желанию без уплаты моим отцом за четырехлетнее обуче¬
ние, что было маловероятно. Нам не нужно было давать «подписку»,
никакой контракт не составлялся и при этом от нас не требовалось
приносить присягу на верность, как это должен был сделать каждый
в армии. Мне всегда говорили, это потому, что армия однажды
взбунтовалась - с тех пор ей никогда полностью не доверяли! И с той
поры говорят «Королевские ВМС» и «Британская армия».
На воротнике у меня появились две белые нашивки, и я был «...
направлен для дальнейшего прохождения службы ...» на плавбазу
подводных лодок «Мейдстоун», находящуюся на переоборудова¬
нии в Портсмуте. Тот факт, что меня послали не на крейсер, ли¬
нейный корабль или авианосец, а на плавбазу, ясно говорил о том,
что меня оценили как угодно, но только не подающим большие на¬
дежды. Подводники к таким тоже не относились - немного пахли,
вели себя не слишком хорошо, пили слишком много. Их считали
людьми с плохими привычками, служащими на консервных бан¬
ках, а профессиональная репутация их плавбаз была еще ниже. Но
«Мейдстоун» была внушительной и большой. Это было 10000-тон¬
ное судно, предназначенное для инженерного обеспечения, техни¬
ческого обслуживания кораблей и размещения штаба эскадры, в
которую входило примерно восемь подводных лодок. Плавбаза бы¬
ла плавающим штабом, хранилищем запасов, мастерской и гости¬
ницей для экипажей лодок, которые базировались рядом с нею. На
ней находились мастерские для ремонта машин, обслуживания тор-
35-5756	£5

Фолклендская война
пед, различных приборов, гидравлики и так далее. И на этой плав¬
базе была дюжина нас, мичманов, познающих службу на большом
корабле и начинающих впервые командовать настоящими матросами.
Через десять месяцев я получил новое назначение на 8000-тон¬
ный крейсер «Шеффилд», который только что вышел из ремонта
и модернизации. Это был быстроходный, хорошо спроектирован¬
ный боевой корабль, имеющий на вооружении девять шестидюймо¬
вых пушек, восемь четырехдюймовых и много многоствольных 40-
миллиметровых артустановок «Бофорс», расположенных повсеме¬
стно. Мы принимали его на верфи в Чатеме и вели до Мори-Фер-
та, где должны были в течение сверкающей северной весны и лета
ввести его в строй. К концу этого лета я стал старшим мичманом.
Моя зарплата составляла 10 фунтов в месяц, из которых я эконо¬
мил 5 фунтов главным образом из-за отсутствия возможности их
потратить. Это был старый Королевский флот, который заставлял
тебя тяжело работать и ждал благодарности за его благодеяния и
заботу о твоем профессиональном обучении.
Но были также и проблемы. Война, которая согласно своей
сущности делала жизнь на боевом корабле суровой, жестокой и ко¬
роткой, закончилась не так давно. Рядом с нами находилось до¬
вольно много людей, страдающих от старого несчастья с современ¬
ным названием «стресс». «Контузия», «судороги», «отсутствие во¬
ли» были более точными, хотя и менее корректными его определе¬
ниями. Невежды иногда описывали это явление даже как «тру¬
сость», возвращаясь назад к тем временам, когда в британских во¬
оруженных силах было очень много глупых споров о самом поня¬
тии «стресс». Стоит напомнить, что стрессы со всеми ужасами, ко¬
торые они заставляют испытывать благородного, храброго челове¬
ка, были тогда такой же реальностью, как и сегодня.
Странное поведение таких людей на послевоенном флоте прояв¬
лялось разными способами, в основном разительным изменением
поступков. Тихий прилежный человек становился заядлым спор¬
щиком. Чертовски общительный - замкнутым. Многие так и не
смогли это преодолеть, а большинство никогда не подавали виду,
что они чем-то отличались от других людей. Были люди, которые
после военных волнений находили жизнь скучной. Их мотивация
сильно упала, а вместе с ней и нормы личного и профессионально¬
го поведения. Это приводило к снижению уровня обучения и вос¬
питания молодых офицеров, карьерам многих из которых так и не
суждено было состояться.
Поэтому попасть на корабль с действительно высококлассными
офицерами всегда было удачей для молодого мичмана. Кстати,
66

Глава 2. Подводник
ЛЬ*
удача сопутствовала мне чаще, чем обычно. Я служил под руковод¬
ством ряда по-настоящему выдающихся морских офицеров. Все они
впоследствии занимали высокие командные посты. Они учили и на¬
таскивали меня, поощряли, а иногда и давали пинка. Без них я бы
никогда не смог стать тем, кем я стал. В то время все запросто мог-
’то пойти по-другому, особенно для такого неуверенного в себе и сво¬
бодного or обязательств молодого офицера, каким был я.
Осенью 1951 года я перевелся с «Шеффилда» на «Зодиак»,
прекрасный эсминец, способный развивать ход в тридцать два уз¬
ла при любых условиях и вооруженный четырьмя 4,7-дюймовыми
пушками и восемью торпедными аппаратами. Он базировался в
Портленде, где находился учебный дивизион. Мне было девятнад¬
цать лет, но я по сути все еще оставался школьником. Все отмеча¬
ли мою незрелость. Вспоминаю, что когда я прибыл на борт,
главные старшины выглядели старыми, как Бог, а командир ко¬
рабля, капитан-лейтенант, выглядел даже несколько старше. Ему
было около тридцати семи. Командира звали Джефф Вардл. Он
был замечательным человеком, несколько раз смотрел в лицо смер¬
ти: его субмарина была потоплена в самом начале войны, и он про¬
вел в лагере военнопленных почти всю войну. Оттуда он четыре
раза бежал, четыре раза его ловили и в конце концов он оказался
в Колдице. Из лагеря Джефф вышел несломленным и с новым ре¬
меслом - стал опытным специалистом по открыванию замков. Он
мог за несколько секунд пройти через любую дверь, и никто на
«Зодиаке» не волновался о потере ключа.
Старшим помощником командира был двадцатишестилетний лей¬
тенант Ричард Клейтон, редко сходивший на берег, очень ответствен¬
но выполнявший свои обязанности, с неизменными двумя стаканами
«Драй Сэк» перед обедом. Херес в отличие от старпома мне нравил¬
ся, хотя к последнему я всегда питал уважение. Он был сыном
контр-адмирала. Когда дело касалось работы, обладал тяжелым, же¬
стким нравом. Клейтон действительно заставил меня досконально
изучить весь корабль, поручая работу в каждой боевой части.
Через четыре месяца мне присвоили звание младшего лейтенан¬
та, и я получил свою первую золотую нашивку. Это был серьез¬
ный прогресс. Задолго до окончания отведенного времени меня до¬
пустили к самостоятельному несению вахты на ходовом мостике в
море. Я помню, как, находясь на мостике несущегося в ночи ко¬
рабля и время от времени ощущая удары волн о его корпус, чув¬
ствовал сильное волнение от возложенной на меня ответственности
за безопасность корабля и его экипажа. Теперь-то я знаю, что ко¬
мандир корабля держал себя в трехсекундной готовности вступить

Фолклендская война
в управление на случай, если бы я сделал что-то неправильно. Но
я ощущал себя лично командовавшим этим эсминцем. Это был опь¬
яняющий опыт - мне не было еще и двадцати.
Иногда мне позволяли замещать штурмана. Это мне нравилось
больше всего и нравится до сих пор. Двадцатичетырех летний штур¬
ман лейтенант Пол Гриннинг, сын замечательного храброго коман¬
дира эсминца в период второй мировой войны, был моим хорошим
другом и наставником. Меня никогда не удивляла их дальнейшая
карьера: Клейтон закончил службу адмиралом, сэром Ричардом
Клейтоном и главнокомандующим ВМС метрополии; Гриннинг -
контр-адмиралом, флагманским офицером королевской яхты. В
конечном счете контр-адмирал сэр Пол Гриннинг стал главой ко¬
ролевского хозяйства7.
Мне было жаль оставлять «Зодиак» и идти на берег, как оказа¬
лось, почти на два года. План моей подготовки требовал пройти
обучение на курсах младшего офицерского состава в Королевском
военно-морском колледже в Гринвиче. Курс объединял углублен¬
ное изучение некоторых наук с потрясающими правилами военно¬
го мышления и письма. Нас учили логическому мышлению и пра¬
вилам изложения своих мыслей на бумаге. Книги, изданные в то
время в Соединенных Штатах и подававшиеся как величайшие до¬
стижения в области интеллектуального управления со времен
Сунь-Цзы, просто перефразировали руководящие документы шта¬
бов Королевских ВМС того времени.
Нам также предложили один предмет для изучения на выбор. Я
избрал фортепьяно, уверенный в том, что ничего существенного за
отведенные уроки я не достигну, но зато у меня будет свободное
время. «Свободные часы» стали моим предметом на выбор, хотя я
вряд ли могу отнести его к «выбору». Я также весьма много уз¬
нал о гонках борзых на стадионе в Нью Кроссе. Этого не было в
учебном плане, но мы должны были получить всестороннее обра¬
зование, и собачьи гонки в этом отношении не менее полезны, чем
посещение ночных клубов Вест Энда.
Атмосфера, созданная среди красивых палладианских зданий
колледжа в Гринвиче (одни были спроектированы Иниго Джон¬
сом, другие - сэром Кристофером Уореном), способствовала учебе
и, конечно же, была для всех нас источником вдохновения, под¬
держивая нашу веру в то, что мы были значительно более цивили¬
зованная, образованная и организованная группа, чем когда-либо
7 Административный аппарат Королевы. (Прим. переводчика)
68

Глава 2. Подводник
могли бы стать армейские офицеры. Однако глубокого спокойст¬
вия, которое приходит вместе с превосходящим интеллектом и тя¬
гой к знаниям, для нас было совсем не достаточно, и мы чувство¬
вали себя обязанными осуществить тщательно спланированный и
подготовленный рейд к нашим военным соратникам из Королев¬
ской военной академии в Сандхерсте8. Это была во всех отношени¬
ях успешная операция.
Мы пробрались мимо охраны, проехав на автомобилях вдоль
парадной аллеи из гравия, оставляя на ней глубокую колею, и «по¬
белили» несколько статуй генералов. За нами тащились рулоны ту¬
алетной бумаги и мы вели себя подобно... младшим лейтенантам на
хмельной вечеринке. После этого отошли, оставаясь непойманны¬
ми. Молодые джентльмены из Сандхерста вряд ли оценили нашу
шутку, а начальнику академии совершенно изменило чувство юмо¬
ра, и он рассказал обо всем капитану нашего колледжа.
Наш капитан, сэр Энтони Маерс был вызывающим уважение
спортсменом и несгибаемым командиром-подводником, ставшим
впоследствии контр-адмиралом, кавалером креста Виктории, орде¬
на Рыцаря Британской империи и дважды кавалером ордена «За
заслуги», известным во флоте как Крэп9 Маерс. Обеспокоенный не
только преследованиями армейских офицеров, но и возможностью
выставления большего счета за причиненный ущерб, он выстроил
всех нас перед собой и устроил разнос за незрелость, глупость и
безответственность, ни словом не упомянув наши реальные дости¬
жения. Ведь не так-то просто прорваться через укрепления британ¬
ской армии и так их унизить.
Крэп тем не менее полностью не утратил чувство юмора и жи¬
вописно закончил свою лекцию жестом, которого и следовало ожи¬
дать от человека, не только удостоенного креста Виктории за дерз¬
кий подводный рейд в гавань Корфу, но и в значительной мере
способствовавшего атаке на штаб генерала Роммеля в Северной
Африке. «Это было исключительно позорное поведение, - рычал
он. - Отлично выполнено!»
Я окончил Гринвич с оценкой «альфа» по курсу штабных дис¬
циплин и со скромной оценкой «гамма с минусом» по академичес¬
кому курсу. Целый семестр после этого ушел на «технические кур¬
сы» в Портсмуте. Это была вторая восьмимесячная часть тяжелой
утомительной работы в «школах». Мы изучали предметы, связан¬
ные с авиацией, навигацией, торпедным делом и противолодочной
н Sandhurst
4	Crap

Л*.
Фолклендская война
войной, артиллерийским делом, электрооборудованием, использо¬
ванием разнородных сил флота, администрированием и т.п. Во
всем этом было два странных упущения: мы не изучали использо¬
вание двигательных энергетических установок и подводные лодки.
Возможно, считалось, что в этом нет необходимости. Два или три
предмета пошли у меня довольно хорошо, а остальные - от «уме¬
ренно» до «средне». Волнения перед непрекращающимися экзаме¬
нами к тому времени уже не было. Они их устраивали, я их сда¬
вал. Казалось, я сдавал их всю жизнь: что будет дальше?
Мне было двадцать один. Руководство желало знать, хочу ли я,
молодой лейтенант, попробовать себя на командных должностях во
флоте: заняться артиллерийским делом, противолодочным, штур¬
манским, связью, авиацией? Даже такой неизвестной мне вещью,
как подводные лодки... «Соглашайтесь, Вудворд!» - говорили мне.
«Я вообще-то не знаю», - типичный для моей карьеры ответ.
После этого я получил письмо, в котором предлагалось прибыть
для прохождения службы на «Долфине», альма-матер ужасных
подводников. Меня «назначили добровольцем» на курсы подготов¬
ки подводников. В письме также сообщалось, что если мне эта
служба не понравится, то я могу после восемнадцати месяцев по¬
дать заявление об уходе, и тогда мне будет позволено уйти в тече¬
ние трех с половиной лет. Это казалось разумным. В такое же по¬
ложение попали еще семь или восемь моих сокурсников. Мы, об¬
разно выражаясь, оказались в одной лодке.
Так при относительно странных обстоятельствах началась под¬
водная карьера Вудворда. Она закончилось спустя тридцать два
года, когда я был в моем собственном понимании все еще «придав¬
ленным» человеком. Размышляя о моей службе в последующие го¬
ды, прихожу к выводу, что это назначение оказалось очень удач¬
ным, хотя и было сделанно росчерком пера кадровиков. Ведь на
подводной лодке от тебя требуется стать гражданином с Первого
Дня. Ты должен повзрослеть очень быстро. Служба подводника не
похожа на службу на надводных кораблях, которые, вообще гово¬
ря, имеют тенденцию не тонуть, а если все же это случается, то
экипажу предоставляется шанс на спасение. На подводных лодках,
которые погружаются довольно быстро, заранее предполагается,
что вы понимаете и умеете работать на любой материальной части
на борту субмарины. От меня, таким образом, требовалось стать не
только полуинженером, но и научиться быть по очереди артилле¬
ристом, штурманом, связистом, електромехаником, торпедистом,
акустиком до того, как я мог надеяться продвинуться за шесть лет
в командный состав. Мне было разрешено по кругу своих обязан¬
70

Глава 2. Подводник
ностей брать на себя ответственность за самую разнообразную ра¬
боту, что мне больше всего нравилось.
Постепенно я понял, что такая служба полностью соответствует
моему вкусу. Мы учились понимать лабиринты трубопроводов, ка*
белей, гидравлических, воздушных, фановых систем, электричес¬
кие и балластные системы, системы управления двигателями, бата¬
реями, моторами, насосами, клапанами, торпедной стрельбой и уп¬
равления кораблем, сигналы тревог. Список бесконечный. В итоге
предполагалось, что мы сможем быстро найти в полной темноте
любое оборудование и на некоторой материальной части работать
в таких условиях.
Последнее проверялось лейтенантом (впоследствии он стал ви¬
це-адмиралом) «Табби»10 Сквайрсом. Это был еще один инструк¬
тор, который относился ко мне лучше, чем я того заслуживал. Он
встретил меня у носового люка субмарины, где проходил экзамен.
Люк был открыт, внутри была кромешная тьма. «Спуститесь и вос¬
становите работу всего электрооборудования», - сказал он.
Я нерешительно спустился вниз. Внутренний голос подсказывал
мне, что решение следует искать в кормовой части моторного отсе¬
ка, в так называемом «преобразователе». Ничего сложного: найти
его, «включить» (на морском жаргоне «врубить») выключатель и
работа электрооборудования будет восстановлена. Однако я не был
уверен в себе, когда спускался в темноту, и, врубив в порядке экс¬
перимента нужный выключатель и заставив его искриться, отско¬
чил назад. Это был опасный и глупый поступок. «Табби» накло¬
нился, погасил дугу раньше, чем все начало плавиться, и испыту¬
юще ждал. Я предпринял новую попытку и сильно толкнул вы¬
ключатель, что вызвало еще большую электрическую дугу и по¬
вторные быстрые действия «Табби». Последовала вторая выжида¬
тельная пауза. Наконец он врубил выключатель вместо меня и,
когда стало светло, достаточно любезно сказал: «Хорошо, я при¬
нимаю экзамен за то, что вы знаете, какой рубильник нужно вклю¬
чить, даже если не знаете, как он работает».
Так окончилось четырехмесячное обучение на берегу, и меня на¬
правили на мою первую субмарину. Это была 800-тонная подвод¬
ная лодка «Сэнгвин», базировавшаяся на Мальте в Средиземном
море. Я начал службу как офицер-торпедист и примерно через
шесть месяцев был назначен штурманом. Это была реальная ответ¬
ственность, возложенная на меня моим компетентным, приветли¬
вым и очень симпатичным командиром Брайаном Бейнхэмом. Он
1,1 Tubby
71

Фолклендская война
был ростом шесть футов и пять дюймов и весом порядка восемнад¬
цати стоунов" и мог распрямиться, только находясь под рубочным
люком, ведущим на мостик.
Мы ходили из одного конца Средиземного моря в другой. В Бей¬
руте один из членов нашего экипажа, теперь адмирал, спросил метр¬
дотеля в очень престижном ночном клубе, сколько стоит исполни¬
тельница танца живота. В ответ услышал с безупречным оксфордс¬
ком акцентом: «Намного больше верблюдов, чем вы, молодой чело¬
век, можете себе позволить». Гибралтар - о котором так много воспо¬
минаний, Триест, Венеция, Неаполь, Ла Специя, Палермо, Алжир,
Аннаба - города с их неповторимой и поразительной жизнью. Про¬
живание стоило дешево, поездка по берегу в Катанью стоила два
шиллинга, но, простите, десять пенсов за бутылку красного вина и
большую тарелку тушеного мяса. А самая замечательная прогулка на
побережье могла стоить всего десять шиллингов.
Не могу не упомянуть о жизни в сказочном замке Форт Свято¬
го Анджело, построенном на обрыве скалы с видом на Большую га¬
вань, простиравшуюся в 120 футах под ним. Мальтийским рыца¬
рям было чем гордиться. В моей памяти воскресают крутые доро¬
ги к верфи, «пронзительные крики, звоны и запахи», которыми
известна Мальта, церкви с часами, показывающими разное время
для того, чтобы сбить с толку дьявола, и подводная лодка, пахну¬
щая горячим маслом и новой краской.
Через год службы на «Сэнгвине» на лодку прибыл новый коман¬
дир. Мне повезло еще раз. Это был блестящий, умный и обходитель¬
ный офицер с тонким чувством юмора, что делало его таким хоро¬
шим наставником для молодого офицера. И меня не удивило, что он
стал адмиралом, сэром Гордоном Тейтом, и вторым морским лордом.
В конце 1956 года меня послали в Барроу-ин-Фернесс, в каче¬
стве наблюдателя за строительством первой субмарины нового
класса «Порпойс» и члена комплектующегося экипажа. Это была
2300-тонная, огромная по сравнению с небольшой «Сэнгвин», под¬
водная лодка. После двух лет пребывания на судостроительной
верфи мы наконец добрались до моря с еще одним прекрасным ко¬
мандиром Брайаном Хатчингсом, который, несомненно, стал бы
адмиралом, если бы рано не ушел в отставку по личным мотивам.
В конце концов он вырос до руководителя компании «Джон Лью¬
ис»12, что по большому счету отнюдь не плохо. Я прослужил с ним
11	Мера веса, равная 14 фунтам, или 6,34 кг
12	Компания «Джона Льюиса» владеет крупнейшими универмагами, где рабо¬
тает свыше 30 тысяч человек. (Прим. переводчика)
72

Глава 2. Подводник
полтора года, пока его первый лейтенант13 Табби Сквайре не при*
нял должность командира лодки. Это произошло за несколько ме¬
сяцев до моего ухода.
В I960 году мне было уже двадцать восемь, но я не имел воз¬
можности подумать серьезно о девушках или женитьбе, тем более
что Брайан Хатчингс не одобрял женитьбу своих «молодых офи¬
церов». У меня не было больших денег, чтобы тратить их на де¬
вушек, особенно после того, как приобрел превосходный «сан-
бим» марки III с двигателем 2,25 литра и салоном ралли. Маши¬
на без проблем развивала скорость 100 миль в час. Катание на
этом роскошном спортивном автомобиле каждый месяц практиче¬
ски «вычищало» мою зарплату, но оказалось сомнительным пре¬
имуществом для серьезного ухаживания за мисс Шарлоттой
МкМетри. Шарлотте нравилась машина, которая явно была доро¬
гим приобретением, а это, естественно, вызывало сомнения в мо¬
ей практичности.
Я решил обе проблемы одним махом, преподнеся ей свою люби¬
мую машину в качестве свадебного подарка. Рассуждал так: будет
почти невозможно найти деньги для другого свадебного подарка.
И когда «соглашение» было наконец заключено, ответственность
за практические вопросы легла на ее плечи - бремя, которое ей
пришлось нести большую часть нашей совместной жизни. Миссис
«Чарли» Вудворд в течение недели после возвращения из свадеб¬
ного путешествия обменяла лихой «санбим» марки III на «мини».
Мы поселились в Госпорте в маленьком георгианском доме, ко¬
торый стоил значительно дешевле «санбима». Это была вторая
большая финансовая сделка моего брака. Я привлек в помощь мою
тещу, чтобы убедить агента снизить цену дома с 1200 фунтов до
600. Я правильно выбрал доверенное лицо для ведения перегово¬
ров. После довольно защищенной жизни кадета и офицера я был
невежественен в коммерческих вопросах. Проведенная операция
меня удовлетворила, однако мрачная реальность гражданского мер¬
кантилизма быстро все расставила на свои места.
-	Довольно хорошая цена, не так ли? - спросил я одного из ра¬
бочих, который приводил наш дом в порядок.
-	С вас взяли за это шестьсот фунтов? - ответил он недоверчи¬
во. - Вас ограбили...
Следующим этапом моей жизни стало самое трудное испытание
для подводника - курсы командного офицерского состава «Пери¬
13	Первый лейтенант на корабле - старший помощник командира корабля.
(Прим. переводчика)
73

Фолклендская война
скоп», известные повсюду как «Перишер»14. Половину отведенно¬
го на учебу времени мы проводили на юге на тренажере плавбазы
«Долфин», а половину * на севере, на подводной лодке в море.
«Перишер» в то время разрушал карьеру офицеров: двадцать*
двадцать пять процентов слушателей не проходили курс и ко вре*
мени моего прибытия ни один из них не продвинулся дальше ка¬
питан-лейтенанта. Суровый, но необходимый учебный процесс
«Перишера» «ломал» некоторых молодых офицеров. Я очень со¬
мневаюсь, что кто-нибудь из нас прошел бы курс, если бы имел
физическую возможность увидеть предельные разрешенные грани¬
цы безопасности - несколько футов и секунды, разделяющие при*
ближающиеся фрегаты и подводную лодку.
На мое счастье, нашим командиром снова был Хатчингс. В круг
его обязанностей на ответственной должности Преподавателя буду*
щих командиров входило провести нас через самые суровые испы¬
тания. Он должен был раз и навсегда выяснить, кто из нас сможет
безошибочно просчитать в своей голове ситуацию, которая разво¬
рачивается на поверхности моря над нами, решительно, эффектив¬
но и безопасно командовать субмариной. К окончанию курса «Пе¬
ришер» эта воображаемая картина, мимолетная и эфемерная для
некоторых, острая и ясная для других, включала не только обыч¬
ные рыбацкие лодки, паромы, острова, яхты и т.п., но также со¬
держала основную вводную * пять фрегатов Королевских ВМС,
рвущихся к нам на полной скорости с целью испортить нам наст¬
роение. С Брайаном не всегда было легко работать. В случае не¬
значительной ошибки он обычно взрывался и начинал говорить
возбужденно и напыщенно. Если вы к этому непривычны, то мо*
жете сильно расстроиться. Однако если вы совершили действи*
тельно серьезную ошибку, он спокойно делал все возможное для
того, чтобы помочь выйти из сложившейся ситуации. Он был очень
суров, и ему было невозможно повесить «лапшу на уши». Обычно
он обращался ко всем нам как к своим «бесполезным офицерам»,
не стесняясь делать это перед экипажем корабля или совершенно
незнакомыми людьми. Главным было помнить то, что он на самом
деле так не думал. Не так ли?
В своей основе курс был предназначен для того, чтобы прове¬
рить способность выносить стрессы и нагрузки в предельно слож¬
ных условиях, что уже способствовало подготовке и удаче. Лично
14	Perisher - курсы подводников (Submarine Commanding Officers Qualifying
Course). Предполагается, что это слово произошло от слов «перископ» и «to рег-
ish»- прекращение карьеры в случае неудачи, срыва и т.п. (Прим. автора)
74

Глава 2. Подводник
ЛЬ.
я был хорошо подготовлен, и для меня это не представляло слож¬
ностей. Мое обучение на «Перишере» было полностью посвящено
реализации возможности персонального, бесценного общения с че¬
тырьмя будущими адмиралами. На «Порпойсе» в течение более
двух лет меня непосредственно обучал Брайан Хатчингс. Он учил
меня быть уверенным в себе и меньше беспокоиться о чувствах
других, когда я ясно видел путь вперед. Это, конечно, накладыва¬
ет определенный отпечаток на психику нормального человека, но
на это приходится идти.
Ключ к успеху или причина неудачи подводника частично обус¬
ловлены именно этим плюс способностью удержать в уме обстанов¬
ку, которая разворачивается на поверхности. Для примера (пусть это
и не очень хорошая аналогия) - представьте, что вы высунули голо¬
ву из люка на Пиккадилли, бросаете один быстрый оценивающий
взгляд вокруг, быстро спускаетесь назад и пытаетесь вспомнить все,
что увидели. Идея состоит в том, чтобы запомнить обстановку и так
точно рассчитать момент следующего «выхода на поверхность», что¬
бы при высовывании вашей головы из люка над ней не оказались ко¬
леса «дабл-деккера». Промахи на «Перишере» являются естествен¬
ным и часто встречающимся явлением. Самое большое беспокойство
вызывало то, что ошибки обходятся слишком дорого для людей и
оборудования. Первая большая ошибка будет означать конец карье¬
ре. Именно это огромное напряжение обычно является причиной не¬
удач несчастного слушателя «Перишера».
Я наряду с четырьмя другими офицерами через это прошел и по
возвращении на плавбазу был вызван, как и полагалось, препода¬
вателем. «Юный Вудворд, - сказал он, верный признак, что сказа¬
но будет совсем не то, что имеется в виду, - вопреки моим ожида¬
ниям, вы сумели все пройти». После трех лет нашего знакомства я
знал, что на это лучше не реагировать. Он продолжал: «Вообще-
то вы все выполнили весьма хорошо. Я предоставляю вам право
первого выбора из имеющихся вакансий на должность командира.
Куда бы вы желали пойти служить?»
Я.невозмутимо ответил ему: «Предпочел бы управлять «Дред¬
ноутом». Это была первая британская субмарина с ядерной уста¬
новкой водоизмещением 3500 тонн. Она стала гордостью подвод¬
ной флотилии, еще будучи не спущенной на воду. Субмарина на¬
ходилась в нескольких световых годах от пределов досягаемости
таких лейтенантов, как я. Такое явное нахальство дало ему подхо¬
дящий материал для рассказа веселой истории в штабе адмирала,
придуманной им по возвращении на юг. Тем временем он устроил
мое назначение командиром «Таэрлесса», которое состоялось 19 де¬
75

Фолклендская война
кабря I960 года. Эта подводная лодка была совсем не такой, как
«Дредноут», но для меня она стала самой лучшей субмариной в
мире. Первый день пребывания в должности командира корабля
без преувеличения является самым светлым днем в жизни любого
офицера Королевских ВМС.
«Таэрлесс» была хорошо отработанной и модернизированной
субмариной класса «Т» времен второй мировой войны. Она была
известна как «обтекаемая Т-лодка» или «юркая «Т». Мы вместе с
капелланом официально вводили ее в строй 25 апреля 1961 года.
Я обратился к экипажу корабля, прибегнув к благословению Все¬
вышнего «этого корабля и всех тех, кто служит на нем». Мы про¬
износили слова из Псалма 107 для тех, «которые ходят под водой
и делают свое дело в открытых морях». Затем я предложил экипа¬
жу помолиться, повторяя гаэльское благословение 1589 года...
-	Кого вы боитесь, видя, что Бог-Отец с вами?
-	Мы ничего не боимся.
-	Кого вы боитесь, видя, что Бог-Сын с вами?
-	Мы ничего не боимся.
-	Кого вы боитесь, видя что Святой Дух с вами?
-	Мы ничего не боимся.
Капеллан произнес молитву сэра Фрэнсиса Дрейка, которая со¬
держит слова, сказанные им перед выходом на встречу с Армадой:
«Сохрани нас от опасностей моря и от жестокости врага; да будем
мы охраной для нашей наиболее милосердной, доброй Владычицы
королевы Елизаветы и ее доминионов». Затем все мы спели «Отче
наш всемогущий, спаси», гимн моряка, и я формально вступил в
должность командира подводной лодки первой линии с экипажем
примерно шестьдесят человек. Всего шесть дней назад мне исполни¬
лось двадцать девять, я был лейтенантом с выслугой шесть лет. Этот
день стал знаменательным для меня. Я вспоминаю длинный путь,
пройденный маленьким неизвестным «воином», который когда-то, в
1946 году, сидел на своем чемодане в переполненном поезде, пыта¬
ясь найти дорогу к Итон Холлу. Но служба в ВМС заключается в
том, что ты продвигаешься все выше и выше по служебной лестнице
до тех пор, пока не свалишься с очередной ее ступеньки.
Год командования «Таэрлессом» у родных берегов был полон
хорошими событиями и прошел в славной компании. Можно выде¬
лить один важный эпизод, произошедший однажды по возвраще¬
нии после длинного и трудного дня инспектирования моего кораб¬
ля. Мой командир эскадры стоял на мостике и беспристрастно смо¬
трел вокруг. В то время как я пессимистично размышлял о том,
как мы сработали, его продолговатое лицо с острыми очертаниями
76

Глава 2. Подводник
было невозмутимо. Маршрут подхода к плавбазе, пришвартованной в
бухте Ротсей в Клайд Вик15, проходит через акваторию, часто запол¬
ненную приближающимися к финишной линии яхтами, на которых,
без сомнения, много важных местных персон. Более всего они обеспо¬
коены тем, как «подрезать» своих противников, а не тем чтобы усту¬
пить дорогу рабочему классу. Чтобы ошвартоваться вовремя, я должен
был прокладывать свой курс между лидеров, приводя в бешенство ру¬
левых яхт класса «дракон». В итоге лодка пересекла финишную ли¬
нию, находясь между двумя лидирующими яхтами. Я нервно осмот¬
релся вокруг - мой комэск спокойно улыбался. Убежденный рыбак, он
воспринимал всех яхтсменов как неизбежную неприятность и финиш
третьим на подводной лодке в гонке яхт класса «дракон» в Клайд Вик
его очень порадовал. Инспекция прошла успешно.
В начале 1962 года я оставил «Таэрлесс» и провел шесть пре¬
красных месяцев на противолодочном фрегате «Фалмут», базиро¬
вавшемся в Лондондерри. Затем на целый год возвратился в воен¬
но-морской колледж в Гринвиче, чтобы пройти подготовку по
ядерному реактору. Это был очень специальный курс, предназна¬
ченный прежде всего для офицеров инженерного профиля. Теперь,
будучи уже капитан-лейтенантом - две широкие и узкая полоски на
рукаве, я столкнулся с самой трудной работой, которую когда-ли¬
бо выполнял. Этой работе не помогала даже самая мерзкая за по¬
следние несколько лет зима. Последний из больших смогов слу¬
чился в ноябре. Чтобы добраться до работы пешком требовалось
тридцать минут, а ехать на машине - сорок пять. В феврале выпал
снег, пролежавший шесть недель, и я ходил на лыжах в парке
Гринвича. В нашем доме мы собрали все электрические камины на
мансарду, чтобы исключить замерзание водяной системы. Как раз
в эту холодину и родилась наша дочь Тесса.
Математика началась там, где я ее оставил более десяти лет на¬
зад, равно как и все другие предметы, необходимые для понима¬
ния теории процессов, проходящих в ядерных реакторах и их уст¬
ройствах. Два часа на выполнение домашнего задания выкраива¬
лись в основном ночью. Мы изучали все, начиная от химии воды
и до теории относительности Эйнштейна в трехмерной алгебре.
Кроме того, в последнем, третьем, семестре у нас был курсовой
проект по разработке реактора. Я сдал работу с огромным облег¬
чением за три недели до истечения срока. Несколько дней спустя
меня спросили, могу ли я быть так любезен ответить на вторую по¬
ловину вопроса.
15 Clyde Week
77

Фолклендская война
Экзамен у меня приняли, и я продолжил учебу на пятимесяч¬
ных противолодочных курсах. Потом меня временно назначили ко¬
мандиром «Грэмпеса» (на период завершения работ на «Вэлианте»
в Барроу-ин-Фернессе). Я стал старшим помощником капитана 2
ранга Питера Герберта, еще одного знаменитого человека, закон¬
чившего службу как адмирал сэр Питер Герберт, кавалер орденов
Бани и Британской империи.
«Вэлиант» водоизмещением 3500 тонн была первой британской
атомной торпедной подводной лодкой, известной как «флотская
субмарина». На лодке был установлен водяной реактор высокого
давления, который обеспечивал ей такую скорость, которую я ни¬
когда прежде под водой не испытывал. Ее длина составляла 282
фута, несколько больше чем у «Дредноута», ширина - 32 фута.
Лодка имела три палубы, кроме верхней, и управлялась подобно
огромному, очень медленному самолету без иллюминаторов с эки¬
пажем в 100 человек. Она базировалась в Клайде.
Мы ввели ее в состав флота и провели целый ряд испытаний
оборудования, что всегда требуется от головного корабля в своем
классе. Последним из таких испытаний, проведенных до моего
ухода с лодки, был переход в подводном положении от Шотлан¬
дии до Сингапура. Моя служба на «Вэлианте» закончилось в 1967
году с присвоением мне звания капитана 2 ранга. Это важно, по¬
скольку при выдвижении на высшие должности на это обращается
большее внимание, нежели на сдачу экзаменов или выслугу лет.
Ты получаешь золотой шнурок на козырек фуражки и становишь¬
ся такой себе «начальствующей фуражкой», которая видна всем.
После этого мне дали самую желанную для всех моряков рабо¬
ту - Преподавателя на «Перишере». Моя подготовка к педагогиче¬
ской деятельности заняла одну неделю, которую я провел с дейст¬
вующим преподавателем капитаном 2 ранга Сэмом Фри. Это была,
возможно, самая трудная неделя бывшего «перишера». Однажды,
когда фрегаты разворачивались для повторного прохода над нами,
мы по-быстрому обедали, находясь на перископной глубине. Сэм
спокойно сказал,-даже не глядя в перископ: «Они развернулись».
-	Откуда ты знаешь? - спросил я, зная, что все пять фрегатов
находятся по крайней мере в шести милях от нас.
Я не мог понять, как он узнал, что они повернули. Но самое
странное было в том, что и он не мог этого объяснить. Я осторож¬
но расспрашивал его, но напрасно. Он понятия не имел, как он это
узнал. Просто знал и все. Это серьезно угнетало меня. Как пере¬
нять опыт человека, «работающего» на шестом чувстве? Чему же
я хмог научиться от мистика в темно-синей форме?
78

Глцва 2. Подводник
Трюк с фрегатами был только началом. Сэм также мог сооб¬
щить, не глядя на секундомер, когда прошла минута времени с точ¬
ностью до секунды. Он не прекращал говорить, пока делал замет*
ки. Я задавал себе вопрос, почему работа преподавателя была та¬
кой желанной. В преподавателе слушатель видит человека, кото¬
рый исправит ошибки и спасет его. если что-то пойдет не так, ведь
в конечном счете за все отвечает преподаватель. Теперь же ответ¬
ственность будет полностью лежать на мне.
Первые несколько месяцев были очень нервозными. В течение
первого курса я сбросил полтора стоуна веса, пока заново изучал
все, что знал как «перишер». Только после этого я смог должным
образом сконцентрироваться на учебном процессе. Я преподавал
математические принципы расчета времени и правила безопасного
управления подводной лодкой. Особое значение придавал разви¬
тию сообразительности и наблюдательности. Например, субмарине
требуется целая минута времени на погружение с перископной глу¬
бины на безопасную глубину, то есть значительно глубже, чем
осадка приближающегося надводного корабля. «Перишеру» требо¬
валось выполнить это с запасом всего в десять секунд. Таким об¬
разом, преподавателю остается приблизительно пять секунд для
того, чтобы при необходимости исправить его ошибку, которую он
совершил в «борьбе с противником» - фрегатом, который с грохо¬
том проносится над вашей головой.
Иногда, слушая нарастающий шум приближающихся винтов, я,
затаив дыхание, наблюдаю за показаниями глубиномера, считаю се¬
кунды, беспокоясь о фрегатах на обоих флангах и о том, удастся ли
найти время, чтобы подвсплыть для быстрого взгляда на судно-цель
за кораблями охранения до того момента, как один из фрегатов нас
«переедет». «Заполнить быструю. Восемьдесят футов ... Продуть бы¬
струю... Быстрая продута, кингстон быстрой закрыт ... Снять давле¬
ние с быстрой» - рев вырывающегося на свободу сжатого воздуха.
«Быстрая вентилирована, вентиль быстрой закрыт...» Последова¬
тельность действий, команд и докладов об их исполнении. При этом
необходимо сохранить в голове ясную надводную обстановку, а вре¬
мя работает против тебя. Для совсем не многих это небеса под во¬
дой. Для большинства - самое тяжелое испытание, а для некоторых -
просто кошмар. Чтобы стать действительно хорошо подготовленным
офицером, все это должно нравиться.
И наконец после месяцев целенаправленного любопытства я от¬
крыл для себя то, что определялось, по выражению Сэма Фри, ин¬
стинктивно: «Они развернулись». Просидев целую вечность в том
же месте, что и он, надеясь на божественное вдохновение, я на¬
79

Фолклендская
толкнулся на разгадку. Она заключалась в изменении тона сигна¬
лов гидроакустических станций фрегатов, которые прослушивают¬
ся по громкоговорителю в центральном посту субмарины. Это аку¬
стическое явление, известное как «эффект Доплера», вы ощущае¬
те каждый день в изменяющемся тоне работающей сирены проез¬
жающей мимо машины скорой медпомощи. И как только я иденти¬
фицировал это как источник шестого чувства Сэма, мне удалось
использовать некоторые довольно простые математические методы
вместе с несложным электронным оборудованием для выполнения
основной работы, что позволило получать удивительную, ранее не¬
доступную нам информацию.
Это только один пример из жизни подводника. Используя все
свои чувства, ты должен следить за всем, что происходит вокруг
тебя: как внутри лодки так и вне ее. Звук остановившегося насо¬
са, отметка на индикаторе, переключение клапана, шипение сжа¬
того воздуха, треск разрушающейся трубы. Способность быстро
реагировать на ключевую информацию дает дополнительные реша¬
ющие секунды, так необходимые для принятия правильного реше¬
ния в случае потенциальной опасности. Шум моря за пределами
субмарины обманчив. В этом шуме кто-то пытается скрыться, со¬
знательно маскируясь под шумы естественных обитателей моря,
которых огромное множество. Мы даем собственные жаргонные
названия для многих странных шумов: «жареная рыба», «плач
младенца», «щелканье креветок», «военная рыба» и много других.
Это может быть и веселый свист морских свинок, и позывной крик
самца-кита или касатки. Среди этой какофонии вы слушаете ваше¬
го врага: корабль или субмарину, а иногда и самолет. У каждого
из них своя «мелодия».
Убить или быть убитым - здесь не место для беспечных. Даже
винт безобидного судна говорит о многом. Сколько судно имеет
гребных винтов. Сколько лопастей у каждого гребного винта. С ка¬
кой скоростью они вращаются. В большинстве случаев этого быва¬
ет достаточно, чтобы судить о типе судна, его курсе и скорости.
Вам остается определить дальность до цели, и «решение на стрель¬
бу» для уничтожения врага готово.
Подобно моим предшественникам, мне приходилось «завали¬
вать» примерно одного из пяти «перишеров». Я очень не любил
это делать, и меня удивляло, что при сообщении такого рода ново¬
стей они обычно улыбались. Какое-то мгновение они были рады,
что все наконец закончилось. Они были не в состоянии восприни¬
мать любую информацию. Они не только не могли справиться с за¬
даниями в течение последних нескольких дней, но у них появились
80

Глава 2. Подводник
Ль*
первые симптомы реального постоянного стресса. Разумеется, я не
мог допустить, чтобы такие офицеры прошли в командование.
К тому времени в составе сил постоянной готовности мы имели
три атомные субмарины: «Дредноут», «Вэлиант» и «Уорспайт».
После двух лет службы в качестве преподавателя и шести месяцев
усовершенствования игры в гольф на курсах объединенных штабов
видов вооруженных сил меня назначили командиром «Уорспайта».
Лодка носила имя прославленного линейного корабля первой и
второй мировых войн, бывшего флагманского корабля адмирала
Каннингэма в бою у мыса Матапан. Этот корабль закончил свой
путь на мели в бухточке Пруссия около мыса Ленде Енд.
Я прибыл на новый «Уорспайт» в начале декабря 1969 года.
Для меня это было хорошее время. Я уже приобрел опыт коман¬
дования подводной лодкой и больше никто не обвинял меня в не¬
зрелости. Я был настоящим капитаном 2 ранга Вудвордом, кото¬
рый прошел через жернова флотской службы и был не хуже дру¬
гих подготовлен выполнять свою работу.
Первая неделя моего командования стала тяжелой почти для
всех на борту. В понедельник, во время обеда я спустился вниз, в
старшинскую кают-компанию, чтобы встретиться в неформальной
обстановке со старшинами за полпинтой пива. Прежде, чем поки¬
нуть центральный пост я приказал первому лейтенанту Джеймсу
Лейборну: «После сеанса связи на перископной глубине погружай¬
тесь на глубину 400 футов с дифферентом десять градусов. Затем
скоростью пятнадцать узлов следуйте в точку выполнения следую¬
щего упражнения».
Внизу в кают-компании мы беседовали со стаканами в руках.
Через несколько минут дифферент на нос начал увеличиваться,
что для меня не было неожиданностью. Все замолчали... Я увидел
чрезвычайно взволнованные лица людей. Минуту спустя мы вы¬
ровняли дифферент, и беседа медленно, очень медленно возобно¬
вилась. К своему ужасу, я отметил, что даже самые бывалые лю¬
ди теряют самообладание от обычного изменения глубины. Похо¬
же, что они прошли через неосознанный, всеохватывающий страх
подводника, когда внутренний голос говорит: «Корпус лодки раз¬
рушится примерно на глубине 1500 футов и если при скорости пят¬
надцать узлов нырять с дифферентом десять градусов на нос и ни¬
чего не предпринимать, то через шесть минут свет потухнет уже на¬
всегда».
Понятно, что этим людям, костяку моей команды, такая назой¬
ливая мысль приходила на ум слишком часто. Дифферент до
тридцати градусов должен быть для лодки достаточно «нормаль¬
51

Фолклендская война
ным». И если эта лодка готовится к войне, то скорость следует
увеличивать. Моя новая субмарина была небоеспособной. Я был
очень удручен.
Спокойно допив свой стакан, я возвратился в центральный
пост, чтобы сообщить об увиденном первому лейтенанту.
-	О-о, - сказал он, - разве Вы не знали?
-	Чего я не знал? - спросил я.
А дело было в том, что «Уорспайт» двенадцать месяцев назад
столкнулся с айсбергом, маневрируя на предельных углах, и дваж¬
ды сильно повредил надстройку своей рубки («плавник»). Лодка
благополучно вернулась домой, но многие из команды этого не вы¬
несли. Двадцать четыре члена экипажа оставили подводную служ¬
бу по собственному желанию. По-видимому, с того дня, чтобы со¬
хранить остальных, лодка в обычных условиях никогда так энер¬
гично не маневрировала.
Но у меня на этот счет было иное, отличное от бывшего коман¬
дира, мнение. Я решил «побросать» лодку, осуществляя маневри¬
рование, известное на флоте как «раскачивание». Я предупредил
каждого о том, что буду делать. Как только они привыкли к это¬
му, я начал «качать» лодку без предупреждения. Днем и ночью и
так всю неделю. Должен заметить, что мне самому это не очень
нравилось. В пятницу я снова решил выпить по стакану пива со
старшинами в их кают-компании. Как только я оставил централь¬
ный пост, мы с Джеймсом запустили свои секундомеры. Я сказал
ему: «Ровно через семь с четвертью минут выходите на скорость
двадцать узлов, положите дифферент тридцать градусов на нос и
сделайте побольше шума, как будто бы у вас проблемы в централь¬
ном посту». Через семь с половиной минут никто не обратил на это
внимания. Никто даже не пролил свое пиво.
В условиях такого психологического напряжения выигрывают¬
ся или проигрываются сражения. Печально, но эти испытания нам
стоили еще одного члена экипажа, который попросился в тот уи¬
кэнд уйти. Но это пошло на пользу оставшимся девяносто семи.
Годы спустя оказалось, что проблемы были у еще одного подвод¬
ника. Я совершенно случайно обнаружил, что человек, которого я
знал как тихого, довольно сосредоточенного парня, раньше таким
не был. Когда-то он был веселым, шумным и коммуникабельным
человеком. Я иногда задавался вопросом, сколько лет своей жизни
он провел в тихом ужасе. Печально, что его не заметили в напря¬
женной жизни «Уорспайта», полной происшествий и волнений во
время плаваний в Северной Атлантике и Средиземном море. В те¬
чение следующих восемнадцати месяцев в компании замечатель¬
82

Глава 2. Подводник
ЛЬ*
ных людей я узнал много интересного и получил почти такое же
удовлетворение, какое я испытывал, будучи преподавателем.
В 1972 году я был отозван на берег и с противоречивыми чув¬
ствами отправился в Королевский колледж оборонных исследова¬
ний на площади Белгрейв. Ежедневно я совершал поездки из Сур¬
битона, где мы недавно купили дом, к вокзалу Виктория и шел
пешком в колледж, где вместе с четырьмя другими офицерами в
моем звании выполнял различную административную работу и од¬
новременно неофициально посещал лекции. У меня сложилось
плохое впечатление о работе, на которой я оказался и которая
включала в себе все лакейские задания за исключением разве что
подметания полов. Мне нужно было быть вежливым с бригадира¬
ми, которые были невежливыми со мной, и заботиться о незначи¬
тельных потребностях любого слушателя, который думал, что у не¬
го может быть проблема. Мне приходилось быть одновременно
«мистером «сделай это» и «туристическим гидом фирмы Кука». Я
даже провел на своем ломаном французском экскурсию для высо¬
копоставленного иностранного студента и его жены на катере по
Темзе от Вестминстера до Гринвича.
Все это было не то, ради чего я пошел служить в ВМС. Не по¬
нравилось мне и то, что с меня немного попытались сбить спесь.
Моя жена прояснила мне ситуацию, решительно заявив, что не¬
сколько месяцев покорности пошли бы мне на пользу, поскольку я
стал слишком самодоволен. Для меня это было слабым утешением,
так как на этой ступени моей карьеры после командования новей¬
шей действующей британской ядерной субмариной я не привык,
чтобы со мой спорили или меня критиковали. Я даже не привык,
чтобы меня перебивали! Поэтому я вовсе не был признателен Шар¬
лотте за ее слова.
Как жаль, что имея в то время возможность заняться многими
хорошими делами, я не воспользовался представившейся возмож¬
ностью, поскольку был в дурном расположении духа. Но это про¬
должалось только один год вместо двух по плану. Совершенно не¬
ожиданно мне стало известно, что меня включили в списки на про¬
движение в капитаны 1 ранга, и если я не сделаю чего-нибудь аб¬
солютно непростительного, то через шесть месяцев буду иметь чет¬
вертую нашивку.
После этого я воспринимал колледж более положительно и на¬
чал думать о том, чем бы я как капитан 1 ранга мог заняться в те¬
чение восьми или девяти лет, пока буду в «списках капитанов 1
ранга». Эта историческая фраза зародилась задолго до Нельсона.
Вы со временем продвигаетесь по списку вверх, время идет, и в ко¬
83

Фолклендская война
нечном счете вы достигаете вершины, чтобы стать адмиралом или
уволиться. Тогда мне было сорок, я был так же молод, как и лю¬
бой другой капитан 1 ранга и, казалось, действительно мог бы про¬
двинуться на вершину служебной лестницы, даже если ступеньки
будут скользкими. В конце моего пребывания в колледже мой босс
в заключительной характеристике высказал в мой адрес несколько
добрых замечаний, но в заключение ужалил - он охарактеризовал
меня как имеющего «... очень сильный характер». Под этим, я уве¬
рен, он подразумевал то, что я постоянно обо всем спорил и одно¬
значно давал понять, что не люблю эту свою работу так же, как и он.

he*5*es
Глава 3
JL
Вторжение Аргентины
Я думаю, что из всех воинских званий в вооруженных силах
звание капитан наиболее романтично. Оно вызывает в воображе¬
нии образы морских головорезов и сорвиголов. Это звание вдох¬
новляет морской фольклор, где стерта грань между фактом и вы¬
мыслом, между морскими разбойниками и королевскими офицера¬
ми, пиратами и авантюристами. Имена некоторых из них - Блай1,
Кук2, Ахаб3, Кидд4, Морган5 и Хорнблауэр6 - стали легендой.
1	Уильм Блай (William Bligh), 1754-1817 гг., английский моряк, сопровож¬
давший капитана Джеймса Кука в его втором кругосветном плавании в 1772-
74 гг. В 1787 г. командовал военным кораблем «Баунти» в экспедиции в Ти¬
хий океан. Произведен в адмиралы в 1811 г.
2	Кук Джеймс (James Cook), 1728-79 гг., английский военный моряк-иссле-
дователь.
3	Ахаб (Ahab) - капитан китобойного судна, герой романа Г. Мелвилла. По¬
гиб из-за своего маниакального стремления загарпунить белого кита.
4	Кидд Уильм (Kidd William), 1645-1701 гг. - шотландский пират, использо¬
вавший свою яхту для каперства Британии против Франции у побережья Се¬
верной Амереки. В 1695 г. был призван в Королевский флот для пресечения
пиратства в Индийском океане, но примкнул к группе пиратов Мадагаскара.
На пути в Массачусетс был арестован, доставлен в Британию и повешен. Этим
закончилась 200-летняя история полуофициального попустительства пиратст¬
ва британским правительством.
5	Морган Генри (Morgan Henry) 1636-88 гг. - уэльсский пират в Карибском
море. Развязал войну с Испанией, захватив и потопив «Панаму» в 1671 г. В
1674 г. ему было пожаловано рыцарское звание, и он был назначен замести¬
телем губернатора Ямайки.
6	Хорнблауэр (Hornblower) - герой романа С.С.Форестера, прототипом кото¬
рого, по утверждениям английских критиков, является адмирал Нельсон.
(Прим. переводчика)
85

Фолклендская война
Д.Ф. Вудворд, если позволите мне некоторое литературное пре¬
увеличение, присоединился к ним летом 1972 года капитаном
1 ранга Королевских ВМС и был этим весьма горд. В то время я
еще не занял место на капитанском мостике большого военного ко¬
рабля и не начал командовать. Вместо этого я купил новый зонтик,
совершенно новый портфель и ежедневно в 7.40, как и четыре мил¬
лиона жителей лондонских пригородов, следовал по маршруту
Сурбитон - вокзал Ватерлоо.
Каждый день я поднимался на пятый этаж главного здания Ми¬
нистерства обороны в Уайтхолле. Больше не было морских пейза¬
жей, среди которых я так долго жил, больших шотландских озер,
западных островов, открытого моря и неба. Вместо этого из окна
моего офиса была видна часть массивной гранитной статуи Богини
Плодородия, которая охраняет северный вход в здание. Довольно
странный символ у двери Министерства обороны, но было бы
слишком дорого его демонтировать после того, как Министерство
торговли переехало из здания, которое досталось нам.
От офицеров, которым присвоено звание капитан 1 ранга, в со¬
временных Королевских ВМС обычно требуют «убедительного
прохождения службы». Общее правило таково: вам в течение сле¬
дующих восьми-девяти лет будет предложено четыре или пять
должностей, после чего вы или станете контр-адмиралом, или вас
формально поблагодарят за службу и обойдутся без ваших услуг.
Последнее известно как «выпадание из верхней части списка капи¬
танов 1 ранга» и для большинства является плохой новостью. По¬
лучив звание капитана 1 ранга, вы должны немедленно встретить¬
ся с офицером, который руководит всеми назначениями на долж¬
ности капитанов 1 ранга. У вас спросят, желаете ли вы специали¬
зироваться в сфере политики или военных операций, в вопросах
приобретения вооружения и техники или работы с личным соста¬
вом, а возможно, вы хотите стать атташе. Могут даже, как я од¬
нажды слышал, предложить уволиться, поскольку они произвели
в капитаны 1 рангов больше людей, чем намеревались.
Я относился к этому вопросу довольно просто: я мог бы заняться
подводным делом, применяя там свой практический опыт; мог бы ко¬
мандовать надводным кораблем или сосредоточиться на работе в Ми¬
нистерстве обороны, предпочтительно в области политики. Во-пер¬
вых, для того, чтобы понять, как работает штаб; во-вторых, приме¬
нить на практике свои знания. Любая другая комбинация ограничи¬
ла бы мое дальнейшее продвижения в военно-морском флоте.
Сначала я работал в управлении военно-морского планирования
в Уайтхолле. Меня назначили помощником начальника управле-
86

Глава 3. Вторжение Аргентины
ни я по боевому применению. Эта должность предполагала много
работы с Военным советом ВМС7. Назначение я встретил с некото¬
рым волнением, представляя себя втянутым в водоворот канцеляр¬
щины и бюрократического мусора - сущего проклятья для боевого
офицера, привыкшего к управлению атомными субмаринами. Я
также боялся, что не будет веселой кают-компании, обществом ко¬
торой я наслаждался в период всей моей предыдущей карьеры; са¬
модисциплины, которая была для меня и таких, как я, образом
жизни. Я представлял себе унылые и запущенные казенные поме¬
щения с их обитателями, говорящими на каком-то непонятном и
чужом жаргоне. Впервые за долгое время я был бы чужим, неваж¬
но капитаном 1 ранга или нет.
Конец моего первого гипнотического рабочего дня тоже не при¬
бавил уверенности. Когда мы вместе с полковником Королевских
ВВС вышли из здания, я пожелал ему «доброго вечера» и приго¬
товился прогуляться пешком через Хангерфордский мост назад к
станции Ватерлоу. Это ошеломило полковника.
-	Дружище, не нужно ходить Хангерфордским мостом, - сказал
он, - этот мост известен как мост для младших чинов. Мы, офице¬
ры, ходим по Вестминстерскому мосту.
Недооценка социального статуса мостов была не единственной
моей ошибкой в течение первой недели работы в Министерстве.
Вопреки моим взглядам на государственных служащих, основан¬
ным на законах, которым меня еще в юности обучал сам Паркин¬
сон, я нашел, что люди в управлении были необычайно эрудиро-
ваны, общительны и хотели мне помочь в адаптации к новой служ¬
бе. Мы занимались широким кругом очень интересных задач: от
брифинга Первого морского лорда по дискуссионным внутренним
проблемам ВМС до подготовки официальных документов для Во¬
енного совета ВМС практически по всем вопросам, начиная с ха¬
рактера морских десантных операций и заканчивая потребностью в
новом истребителе на новое столетие. Стратегия, тактика, закупка
военно-морских систем и кораблей. Личный состав, обучение, тен¬
денции в развитии стран мира и Альянса. Какой флот потребуется
Британии в 2010 году? Как продолжительна будет следующая вой¬
на? С кем мы будем воевать? Что представляет собой британская
морская политика?
7	Высший орган руководства ВМС в Министерстве обороны. Первый мор¬
ской лорд является профессиональным главой Королевских ВМС и предсе¬
дателем Совета адмиралов, как часто называют Военный совет. (Прим. пе¬
реводчика).
87

Фолклендская война
Мои новые служебные обязанности касались всего спектра по¬
литики Королевских ВМС. Одним из моих первых поручений бы¬
ло задание помощника начальника штаба ВМС, контр-адмирала
Генри Лича, впоследствии ставшего Первым морским лордом:
«Напишите мне, пожалуйста, на одном листе бумаги все задачи и
функции Королевских военно-морских сил, к следующей среде».
Это было темой целого ряда книг, написанных за последние годы
Мэхеном, Барнеттом и Кейблом8, но в то же время это было и хо¬
рошим трехдневным упражнением для человека с узким кругозо¬
ром подводника, пришедшего в незнакомые коридоры Министер¬
ства обороны.
Еще одна поставленная нами задача состояла в выработке обос¬
нованного взгляда руководства Королевских ВМС на то, сможет ли
Британия защитить географически отдаленную колонию в Южной
Атлантике, известную как Фолклендские острова. Шел 1973 год, и
уже тогда мы рассматривали возможность реализации угрозы ар¬
гентинского правительства захватить силой то, что они называли
своими «Мальвинами». Нам казалось, что правительство Ее Вели¬
чества будет бессильным что-либо предпринять для того, чтобы их
остановить. Мы не могли разместить достаточно большие силы не¬
посредственно на островах и не смогли бы доставить туда подкреп¬
ление за то время, которым будем располагать. Тщательное изуче¬
ние неизбежно приводило к единственному заключению: невоз¬
можно. Странно, но вопрос об освобождении островов от аргентин¬
цев, если они их оккупируют, никогда не поднимался.
В дополнение ко всему этому я должен был изучить штабной
язык. Без этого невозможно выжить в Министерстве обороны. Мне
следовало выучить «профессиональные фразы», которыми опери¬
рует начальник управления морского штаба: «форма и содержа¬
ние», «клин», «дифференцированные ответные действия», «воен¬
ные годы», «сокращение», «боевая подготовка», «задачи сил»,
«ядерная достаточность» и тысячу других. Они выражали глобаль¬
ные понятия, которыми оперировало Министерство обороны. Мне
на их усвоение потребовалось около года. Но без этого словаря
шансы достигнуть определенного положения в высшем командова¬
нии незначительны.
Заканчивался 1973 год. В стране назревали политические изме¬
нения, и наше управление это остро ощущало.
Зимняя забастовка шахтеров, как и предполагало большинство
букмекеров, привела к поражению Эдварда Хита и приходу к вла¬
8	Mahan, Barnett, Cable.
88

Глава 3. Вторжение Аргентины
сти лейбористов на всеобщих выборах в феврале 1974 года. Для
нас это означало новый оборонный анализ9 с масштабными сокра¬
щениями в первую очередь бюджета Министерства обороны. Глав¬
ной нашей задачей и основными нашими усилиями стало путем
преувеличения мрачных последствий этих сокращений избежать
намечаемого урезывания военного финансирования.
К счастью для нас, новый премьер-министр Гарольд Вильсон не
собирался возвращать Дениса Хили в Министерство обороны, ко¬
торым он руководил с 1964 до 1970 года. Вместо этого он назна¬
чил его канцлером10, что все мы сочли очень полезным. Хили был
настроен сократить расходы на оборону, но, будучи разумным че¬
ловеком на таком ответственном посту и имея огромный опыт ра¬
боты в вооруженных силах, он всегда был готов выслушать и скор¬
ректировать свои взгляды перед лицом упрямых фактов. Он был
очень похож на госпожу Тэтчер, хотя я сомневаюсь, что им обоим
понравится такое сравнение.
Когда Хили спорил, он подкреплял свои доводы знаниями, при¬
обретенными в результате множества ошибок, совершенных в тече¬
ние своего предыдущего пребывания в Министерстве. Теперь этот
опыт пошел ему на пользу. В отличие от господина Нотта в 1981
году он понял, что сокращения не могли состояться за одну ночь,
а потому и не пытался их реализовать. Система «Поларис» с ее от¬
носительно высокой политической и финансовой значимостью бы¬
ла явной проблемой. Хили это хорошо понимал. Ему было ясно,
что она должна быть сохранена. В противоположность Хили Га¬
рольд Вильсон принял свою обычную роль фокусника - удовлетво¬
рить всех. Помню, после прослушивания его выступления на те¬
му «Полариса» накануне всеобщих выборов я был твердо уверен,
что он хотел бы сохранить «Поларис». Однако обсуждая его про¬
грамму с моим знакомым - противником «Полариса» - выяснилось,
что тому казалось, что Вильсон достаточно ясно дал всем понять,
что «Поларис» должен быть снят с повестки дня. Всё это, конечно
же, не могло быть основополагающими принципами, на которых
должны основываться документы морского штаба независимо от
того, отстаивать «Поларис» или нет.
4	Оборонный анализ - процедура оценки состояния и готовности вооружен¬
ных сил к выполнению задач в сфере обороны, определения их облика, чис¬
ленности и вооружения. Проводится в демократических странах не чаще 1 ра¬
за в 4 года. (Прим. переводчика).
10 Chancellor - министр в правительстве Великобритании, объединяющий долж¬
ности министров экономики и финансов. (Прим. переводчика)
89

Фолклендская война
Быть или не быть «Поларису»? Не думаю, чтобы кто-то из нас
это знал. Во всяком случае я не знал, но был уверен в одном: гос¬
подин Вильсон никому не позволит знать, о чем он на самом деле
думает, и он знал, что необходимо делать. Было совершенно ясно,
что «Поларис» должен развиваться, а вся сложность состояла в
том, чтобы люди, ратующие за ядерное разоружение, голосовали
за лейбористов. Никто не сомневается, что они оба, Вильсон и его
приемник Джеймс Каллаган, достигли этих целей.
В ходе оборонного анализа, сразу после занятия Вильсоном свое¬
го поста, моей задачей было составить краткую сводку Первому мор¬
скому лорду адмиралу сэру Майклу Поллоку о том, как развивают¬
ся события, что предпринимают два других вида вооруженных сил,
чтобы за счет военно-морских сил избежать сокращения расходов.
Заместитель сэра Майкла, заместитель начальника Главного морско¬
го штаба, тогда вице-адмирал сэр Теренс Люин, отслеживал большую
часть моей работы в этом направлении. Восемь лет спустя они оба
проявляли намного больше живого интереса к тому, что я должен
был сказать. Сэр Майкл потому, что его сын был старшим пилотом
846 эскадрильи «джунглей», совершавшей ночные боевые вылеты на
вертолетах «Си Кинг 4» с «Гермеса» для доставки спецназа на Фол¬
клендские острова; Сэр Теренс потому, что к 1982 г. он стал началь¬
ником штаба обороны, тем человеком, от которого Кабинет Минист¬
ров требовал профессионального военного совета.
Летом 1974 года я возвратился к службе в подводные силы и пе¬
реехал с семьей еще раз на север, в Фаслейн на Клайде. Я стал те¬
перь начальником учебного центра подводников со штатом пример¬
но из 100 человек, которые помогали мне в подготовке экипажей
вновь построенных или вышедших из ремонта подводных лодок.
Представленная в таком виде задача звучит достаточно просто.
Но процесс подготовки субмарины и ее экипажа для включения в
состав полностью боеготовых кораблей - это всесторонний и обыч¬
но изнурительный процесс как для экипажа, так и для тех, кто его
готовит. Моя работа состояла в том, чтобы установить стандарты
безопасности и требования к уровню боевой подготовки, затем под¬
готовить людей в соответствии с этими стандартами и наконец про¬
верить, что они действительно отвечают этим стандартам. Я, таким
образом, стал одновременно инспектором с вытянутым лицом и
улыбающимся полезным наставником, который больше поддержи¬
вал, нежели заставлял. Это была полностью новая организация и
я не получал благодарностей от моих подопечных. Возможно, я не¬
достаточно улыбался и слишком часто рубил с плеча. Всегда труд¬
90

Глава 3. Вторжение Аргентины
но найти и удержать правильное соотношение между такими дву¬
мя линиями поведения. И если говорить откровенно, то я сначала
«рублю», а потом улыбаюсь, если на это останется время.
Я оставил эту работу в 1976 года для того, чтобы принять ко¬
мандование первым моим надводным кораблем - эсминцем УРО
проекта 42 «Шеффилд». Оно, как оказалось, не принесло мне
большого удовольствия. Корабль принес мне много трудностей и
разочарований. «Шеффилд» был первым небольшим кораблем но¬
вого класса эсминцев противовоздушной обороны, весьма подходя¬
щим для решения возложенных на него задач. В соответствии с
планом в течение шести месяцев после моего прибытия корабль
должен был выполнить обширную программу заводских испыта¬
ний. Мне следовало провести отработку корабля для включения
его в состав действующих сил флота до конца 1977 года.
Но этого не произошло. Сложная новая компьютерная програм¬
ма управления оружием, поступившая на корабль за неделю до мо¬
его прибытия, «зависала» каждые четыре минуты. Хорошо, что не
было войны. Мы могли использовать артустановки, систему «Си
Дарт» или даже гидролокатор отдельно, но заставить их работать
одновременно было невозможно. Новая компьютерная программа
была настолько плохой, что я решил возвратиться к старой, ранее
отвергнутой, версии и попытаться улучшить ее. «К сожалению,
сэр, боюсь, мы не сохранили копию»... И не в последний раз я раз¬
драженно стонал на «Шеффилде».
Мы стали в сухой док на восемь недель, но новые проблемы
продлили этот срок до четырех месяцев и включили полную очи¬
стку пескоструйкой и окраску подводной части корпуса корабля.
Ко всему этому «Шеффилд» должен был сопровождать королев¬
скую яхту на параде кораблей флота на Спидхеде11 возле Портсму¬
та - чрезвычайно редкая церемония в честь празднования серебря¬
ного юбилея Ее Величества. Это была большая честь для корабля
и 250 членов его екипажа. Передо мной стояла трудная задача. Ес¬
ли за два оставшихся месяца дела пойдут хорошо, то мы будем го¬
товы вовремя. Но учитывая последние события на корабле, я очень
боялся поломки на параде на глазах всего мира. Поэтому с огром¬
ным нежеланием я попросил, чтобы «Шеффилд» отставили. Что и
было сделано. Позже, только из упрямства, корабль доказывал мое
заблуждение каждые двадцать четыре часа, показывая мне, что от¬
работка идет нормально и в срок.
" Spithead - внешний рейд Порсмута. (Прим. переводчика)
91

Фолклендская война
Однако наши осенние испытания принесли дополнительные не¬
приятности. Рули и стабилизаторы были слишком шумными, а в
ходе испытательных артиллерийских стрельб по берегу у мыса Рат
ряд поломок оборудования заставил меня усомниться в том, что арт-
установка вообще будет стрелять, когда в этом возникнет необходи¬
мость. Такое положение не радовало, ведь мы могли оказаться в
ситуации, когда само наше выживание будет зависеть от того, смо¬
жет ли она стрелять. Нам пришлось заменить зубчатые передачи
первой ступени в двигателях. Это была титаническая работа. Кот¬
лы не кипели. Испарители не испаряли. Дизель-генераторы «уш¬
ли на каникулы». Установки для очистки сточных вод не очища¬
ли. Даже белая краска на переборках становилась желтой практи¬
чески на глазах. Из 406 дней командования «Шеффилдом» я про¬
вел в море только девяносто шесть. И ни в один из этих дней
«Шеффилд» не находился в состоянии полной боевой готовности.
Я старался сделать с кораблем всё возможное, чтобы довести
его до нужного состояния и ввести в строй. При этом испытывал
большое удовлетворение от работы с его отличным экипажем. Од¬
нако корабль серьезно разочаровал меня во многих отношениях. В
то же время он достаточно хорошо подтвердил одну истину - не¬
смотря на громадные инвестиции в современные автоматизирован¬
ные системы, в конечном счете все зависело от людей, которые ими
управляли. Навыки и опыт, как и хорошее руководство, являются
главным условием качественного выполнения любых задач.
К январю 1978 года «Шеффилд» был наконец готов к своему
следующему жизненному этапу, но я должен был передать корабль
новому командиру, которому предстояло командовать им в течение
следующих восемнадцати месяцев. Мое время истекло, и я возвра¬
тился в Лондон для того, чтобы еще раз присоединиться к жите¬
лям лондонской пригородной зоны. На этот раз в должности на¬
чальника управления военно-морского планирования, моего старо¬
го управления в Министерстве обороны, находящегося прямо над
гранитной грудью монумента. На самом деле это назначение чуть
не состоялось. Контр-адмирал Джон Филдхауз, командующий фло¬
тилией подводных лодок, хотел, чтобы я был его начальником шта¬
ба. Он был уверен в том, что это большая честь, от которой едва
ли можно отказаться.
Когда он спросил меня об этом. Я ответил ему:
-	Сэр, я бы не хотел.
-	Почему нет?
-	Я никогда не вызывался добровольцем служить на подводных
лодках и не являюсь им сейчас, - сказал я, предполагая, что он
92

Глава 3. Вторжение Аргентины
ЛЬ*
уже знает о моей работе в управлении планирования и сможет по¬
чувствовать юмор в таком ответе человека, который провел лучшие
пятнадцать лет службы в подводном флоте.
Однако вскоре выяснилось, что он не знал о моем назначении и
посчитал такой ответ совсем не смешным. Высказал он это весьма
недвусмысленно, положив начало таким профессиональным отно¬
шениям между нами, которые никак и никогда нельзя было на¬
звать комфортными. Однако, оглядываясь назад, могу утверждать,
что они не принесли никому из нас большого вреда.
Итак, заняв место главы самого престижного управления мор¬
ского штаба, я руководил работой помощников начальника управ¬
ления: по боевому применению; по НАТО (вел наши отношения с
Альянсом); по перспективной военно-морской политике (планиро¬
вал на тридцать лет вперед); по «Поларису» (вел все морские и
ядерные дела) и по корабельному составу (руководил всеми иссле¬
дованиями, которые касались стоимости, объемов, возможностей и
ресурсов, направленных на создание флота). Я разрабатывал во¬
просы, отражающие политику и стратегию военно-морского флота
на ближайшие годы, для рассмотрения их Военным советом ВМС,
который их тщательно исследует, исправит и в конечном счете одо¬
брит. Работа начальника управления планирования была престиж¬
ной - каждый четвертый становился первым морским лордом. И
как следствие, это был очень желанный пост для честолюбивцев.
Для меня было большой честью исполнять эту должность в тече¬
ние трех лет, дольше чем любой другой начальник управления за
последние пятьдесят лет.
Моим первым начальником был адмирал сэр Теренс Люин,
Первый морской лорд с 1977 по 1979 год. Я вступил в должность
в начале лета 1978 года, и мы вместе наблюдали последние меся¬
цы жизни правительства лейбористов. Менее чем через год они уш¬
ли, и мы с большим интересом ожидали, кого госпожа Тэтчер на¬
зовет своим министром обороны. Это назначение в значительной
степени определило бы напряженность нашего предстоящего пери¬
ода самоанализа. Министром обороны был назван старый выпуск¬
ник Итона Фрэнсис Пим, высококвалифицированный, бодрый по¬
литический деятель, отличившийся на войне как офицер кавале¬
рии, который, занимая должность до перетасовки в Кабинете Ми¬
нистров, зарекомендовал себя, возможно, слишком большим дру¬
гом военных.
В 1979 году сэр Теренс завершил свое пребывание в должности
Первого морского лорда и передал дела более строгому адмиралу
сэру Генри Личу, который уже в двадцать лет управлял одной из
93

Фолклендская война
пушек на линейном корабле «Дюк оф Йорк» той ночью 26 декабря
1943 года у норвежского мыса Норд-Кап, когда был разбит и потоп¬
лен 31000-тонный немецкий линейный крейсер «Шарнхорст». Сэр
Генри был сыном капитана 1 ранга, женился на дочери прославлен¬
ного командира времен второй мировой войны, адмирала сэра Генри
МкКолз. Он служил артиллерийским офицером и командовал фре¬
гатами и эсминцами. Перед тем, как занять этот высокий пост, он
прошел должности начальника управления планирования и командо¬
вал флотом. Его кредо было простым: все, что хорошо для военно-
морских сил - хорошо для Великобритании. Он был потрясающим
начальником и одним из лучших Первых морских лордов за всю ис¬
торию страны. Если он и был недостаточно хитер с политическими
деятелями, то его за это не стоит критиковать. Зато он настойчиво за¬
щищал интересы ВМС и обладал большим обаянием и невозмутимо¬
стью в критической ситуации.
Без сомнения, наиболее серьезной проблемой, возникшей в это
время перед командующими всех видов вооруженных сил, была но¬
вая система стратегического вооружения «Трайдент». По сравнению
с ней система «Поларис» напоминала рыночный фейерверк. «Трай¬
дент» вызывала большой накал страстей в палате общин всякий раз,
когда ее там обсуждали. Она, как любой большой проект, не была
дешевой. Вопрос как всегда стоял так: стоит ли этот проект таких де¬
нег в сравнении с другими обычными и ядерними, системами? Это
была и остается потрясающе эффективная система, средство сдержи¬
вания самого сильного противника в мире. Развернутая на подводной
лодке, неуязвимая для любого упреждающего удара, она несет до 128
независимо наводящихся на цели боеголовок.
В 1979 году расстановка политических сил была ясной. Майкл
Фут, лидер кампании за ядерное разоружение и член лейборист¬
ской партии, как и большинство его коллег, выступал против по¬
купки этой совершенной системы. Однако г-жа Тэтчер и ее новый
министр обороны, банкир в очках и адвокат, господин Джон Нотт,
были глубоко убеждены в необходимости проекта и поддержали
его. Но для нас основным был вопрос: из чьего бюджета будут за¬
плачены деньги за «Трайдент»? «Не из нашего!» - кричали бы ру¬
ководители армии. «Конечно, не из нашего!» - визжали бы ВВС.
И военно-морским силам, на вооружение которых поступит эта ра¬
кетная система, пришлось бы за нее платить. Разве что для финан¬
сирования «Трайдента» в оборонном бюджете будет предусмотре¬
на специальная статья.
Для меня, если бы кто-нибудь спросил мнение простого началь¬
ника управления морского штаба, все было ясно. Но если бы по¬
94

Глава 3. Вторжение Аргентины
Ль*
литические деятели спросили меня о моей поддержке «Трайдента», я
бы постарался выглядеть неопределенно ... - полезный и недооценен¬
ный талант в Министерстве обороны. Я понимал, что заинтересован¬
ность военно-морских сил была очевидной, но я бы заявил, что сис¬
тема «Трайдент», подобно «Поларису», является политическим сред¬
ством воздействия, а не только системой вооружения Моя точка зре¬
ния была бы такова: проект как таковой в целом не представляет ни¬
какого реального интереса для Королевских ВМС. «Трайдент» - это
система национальной обороны, а не требование одного вида воору¬
женных сил. И если все три вида вооруженных сил выступают про¬
тив перспективы оплачивать «Трайдент» из своих бюджетов, то ми¬
нистру обороны пришлось бы распределять затраты равномерно или
найти дополнительные средства для проекта. Такой была бы моя
официальная точка зрения. Но такая уклончивая, даже нечестная,
тактика не была принята в расчет, и в 1981 году «Трайдент» был
включен в бюджет военно-морских сил, за счет чего сокращения на¬
шего финансирования были вдвое больше, чем в сухопутных вой¬
сках, и в семь раз больше, чем в Королевских ВВС.
Тот период был эмоциональным во многих отношениях. В ре¬
зультате зачастую очень язвительных споров военно-морской ми¬
нистр Кит Спид потерял свой пост, как и Кристофер Мехью в 1966
году за решение постепенно сокращать большие авианосцы. Фор¬
мальные дебаты по вопросам обороны, которые должны были про¬
ходить в течение двух дней в палате общин, открылись 19 мая 1981
года. Г-н Спид быстро изложил свое основополагающее мнение о
том, что принятые решения «нанесут серьезный вред эффективно¬
сти Королевских ВМС». Он выразил чрезвычайное беспокойство
тем, что оборонный анализ может оказать продолжительное разру¬
шительное воздействие на надводные силы флота. В итоге требо¬
вание оппозиции о сокращении расходов на оборону и пересмотре
проекта «Трайдент» было отвергнуто 313 голосами против 232.
Но через пять недель Джон Нотт выступил перед палатой и за¬
читал свое заявление по вопросам обороны. Он предлагал не со¬
хранять авианосец «Гермес» и, возможно, «Инвинсибл»; постепен¬
но сокращать десантные силы; избавиться от девяти эсминцев и
фрегатов; сократить от 8000 до 10000 человек личного состава -
примерно 15 процентов рабочих и служащих; закрыть военно-мор¬
скую верфь в Чатеме, месторасположения нашего самого большо¬
го комплекса переоборудования атомных субмарин; значительно
сократить работы на Портсмутской базе. И все это параллельно с
дальнейшим сокращением сил берегового базирования, учрежде¬
ний, складов и хранилищ топлива.
95

«dttite.
Фолклендская война
Я завершил свое пребывание в должности начальника управления
планирования за несколько дней до дебатов в парламенте, однако
разделял тревогу и недоверие, поселившиеся тогда в военно-морских
кругах. Такие огромные изменения за короткое время не выполнить.
К этому прибавлялась продажа авианосцев - «Гермеса» в Индию, а
«Инвинсибла» в Австралию. Это означало досрочный вывод из бое¬
вого состава 12000-тонных десантных вертолетоносцев «Феарлесса»
и «Интрепида» и двух десантных кораблей типа «Сэр Галахад» или
«Сэр Тристрам». Дополнительные сокращения фрегатов, эскадрен¬
ных миноносцев, обслуживающего персонала и средств обеспечения
обуславливали то, что мощь Королевских ВМС долгое время будет
оставаться на самом низком уровне. Невозможно описать, насколько
расстроенными все мы были.
Мы приводили самые веские аргументы, но их не услышали.
Эти доводы, какими бы разумны они ни были, вне всякого сомне¬
ния, были неудобны. Джои Нотт обладал холодным сердцем про¬
фессионального банкира, что не компенсировалось холодным разу¬
мом военного историка и еще меньше знаниями ВМС. Его военные
познания ограничивались опытом лейтенанта стрелков гуркхов12, в
двадцатилетием возрасте. С тех пор прошло двадцать пять лет. Это
было заметно. Единственными, кто бы его поддержал, были алми-
ранте Хорхе Аная и его коллеги. Но с ними не советовались.
С моим отъездом из министерства я получил официальное пись¬
мо, в котором значилось: «Я уполномочен сообщить Вам, что Ее
Величество Королева благосклонно утвердила присвоение Вам зва¬
ния контр-адмирала с 7 июля 1981 года и Ваше назначение коман¬
дующим флотилией подводных лодок ...». Мне предстояло сме¬
нить моего старого наставника Табби Сквайрса, но это уже не был
подходящий случай для напоминания о том, что я не доброволец
для службы на субмаринах.
Однако в самих лучших традициях ВМС или, возможно, по не¬
известной мне веской причине мое назначение в течение несколь¬
ких недель было изменено. Я был переназначен командующим пер¬
вой флотилии и стал, таким образом, одним из трёх плавающих ад¬
миралов Королевских ВМС. Мне было сорок девять.
Моя новая штаб-квартира находилась в Портсмутской базе, на кра¬
сивой Георгианской террасе. Офисы располагались на первом этаже,
а этажом выше мне предоставили уютную квартиру с двумя спальня¬
ми. По пятницам вечером я совершал поездки назад в Сурбитон.
12	Гуркхи - индийские стрелки, служат в британской армии. (Прим. переводчика)
96

Мы с Шарлоттой венчались в Везероле (Wetheral) возле Карлайла (Carlisle)
9 апреля 1960 г. Два моих наставника “Табби” Сквайре и Брайян Хатчингс в
конце этой свадебной арки.
“Уорспайт” заходит в док Кардиффа, 1969 г. Мое первое командование
атомной субмариной.

Я приветствую Лорда
Каррингтона на борту
“Уорспайта” в Фаслейне.
Шотландия, 1969 г.
Старый морской ритуал:
командира корабля, покида¬
ющего свой корабль в послед¬
ний раз, офицеры достав¬
ляют на берег на шлюпке.
В 1970 г. я закончил службу
на подводной лодке
“Уорспайт”. Гребец в
носу шлюпки слева - Крис
Рефорд-Браун, будущий
командир “Конкерора”.

“Гламорган”. Переход к острову Вознесения. С офицерами штаба на ФКП,
развернутом в моем салоне. Справа от меня оператор моего штаба капитан 2
ранга Джереми Сандерс.
Остров Вознесения, наша передовая база, расположен далеко от побережья
Западной Африки. Он был последней землей, на которую мы ступали перед
тем, как отправиться на холодный юг. На переднем плане на якорной стоянке
мой флагманский корабль “Гермес”.

Девятнадцатилетний мичман Вудворд онемел перед герцогиней Кента на
борту первого крейсера “Шеффилд”.
Подводная лодка “Сэнгвин” у берегов Мальты, 1954 г. Я дослужился на ней
до штурмана.

Глава 3. Вторжение Лрнтипы
Я командовал одном мл трех надводных флотилии ВМС, которая
состояла из двадцати двух эсминцев и фрегатов. В качестве флагман¬
ского корабля необходимо было выбрать один из двух 8000-тонных
эсминцев УРО класса «каунти» - «Энтрим» или «Глэморган». Я оста¬
новился на последнем. Его сильное вооружение включало ЗРК «Си
Слаг» и «Си Кэт», спаренные 4,5-дюймовые артустановки и четыре
пусковые установки «Экзосет». Кораблем командовал мой старый
друг Майк Барро. Мы поступили на службу в ВМС в один и тот же
день. Он стал одним из двух старших капитанов у кадетов в Дартмуте.
Майк был родом из Гемпшира и являлся ветераном среди командиров
кораблей Королевских ВМС. Он был отличным яхтсменом. Его отец
тоже ранее командовал кораблем.
Новая моя работа заключалась в принятии таких мер, благодаря
которым корабли флотилии во всех отношениях соответствовали
бы требованиям, предъявляемым к кораблям первой линии. Это
обуславливало много перемещений с корабля на корабль (а они мог¬
ли находиться где угодно) и раздачу кому кнута, кому пряника в
зависимости от обстоятельств. От меня требовалось подготовиться
к выполнению обязанностей командующего оперативным соедине¬
нием, состав которого мог изменяться от двух фрегатов и танкера
до полноценного соединения разнородных сил с авианосцем и пол¬
ным набором сил поддержки. Наши задачи могли простираться от
патрулирования в Аравийском море до участия в третьей мировой
войне в любом уголке земного шара. Это была очень захватывающая
перспектива.
В море я вышел в конце лета на несколько дней. Только в ноябре
я планировал провести один месяц на «Глэморгане» в Средиземном
море. Там предстояло провести учения с участием флотов Греции,
Франции, США, Омана по мере того, как мы будем совершать пере¬
ход в Персидский залив, чтобы присоединиться к учению «Армилла
патрол».
Я вместе со своим штабом прилетел в Италию, на историческую
базу Неаполь, и прибыл на «Глэморган». Мы пошли на юг, затем на
восток к Египту и далее прошли Суэцким каналом (для меня это
было впервые). Там я увидел известного фокусника, который из
множества своих одежд доставал дюжины однодневных цыплят, но
иикогда ни от одного из них не было слышно писка до тех пор, пока
они не появлялись в его руке или у вашего уха. Он собирал с экипа¬
жа за представление 80 фунтов, но цыплят не отдавал.
Мы повернули на восток и на север по заливу Акаба для коротко¬
го официального визита в Иорданию, затем пошли вниз по Красно¬
му морю, проводя учения с французами в районе Джибути. После
^ 5-5756	07

Фолклендская война
этого мы легли на курс в направлении пакистанского Карачи, нахо¬
дящегося в нескольких сотнях миль на северо-восток, для встречи
с авианосной ударной группой США в Аравийском море. Сердцем
авианосной ударной группы США был их ударный авианосец
«Корал Си». Он имел на борту примерно восемьдесят самолетов,
что было более чем в два раза больше, чем на корабле типа «Гермес».
Авианосец представлял собою плавающие воздушные силы под
командованием контр-адмирала Тома Брауна, и я должен сказать,
что его деятельность в регионе имела значительно большие послед¬
ствия, чем моя.
В то время ситуация в Персидском заливе была очень изменчива:
американских заложников все еще удерживали на Ближнем Восто¬
ке, кровопролитная война между Ираном и Ираком продолжалась.
Адмирал Браун был занят вполне реальными проблемами; он был
готов к любым неприятностям. Однако адмирал согласился порабо¬
тать с нами в течение двух - трех дней и был достаточно любезен,
позволив мне спланировать и провести последние два двадцатичеты¬
рёхчасовых учения.
Для меня были ясны задачи, которые нам предстояло отработать.
Ударная группа США со всем своим охранением и самолетами, нахо¬
дилась в открытом море. Их задача состояла в перехвате моих сил,
которые прорывались через охранение авианосца с целью его «унич¬
тожения» раньше, чем мы «уничтожим» их. Адмирал Браун таким
замыслом был вполне удовлетворен. Он мог обнаружить надводный
корабль противника на удалении более двухсот миль, спокойно за
ним следить и нанести по нему удар на удобном для себя удалении
любым из его шести ударных самолетов-ракетоносцев. И это был
только первый рубеж его обороны. По любым современным воен¬
ным стандартам он был почти неприступен.
У меня были «Глэморган» и три фрегата плюс три судна Королев-,
ского вспомогательного флота: два танкера и корабль снабжения. Все
фрегаты были противолодочными кораблями и не могл и причинить
серьезного вреда авианосцу, разве что протаранить его. Только «Глэмор¬
ган» с его четырьмя ракетами «Экзосет» (дальность стрельбы двадцать
миль) мог нанести реальный ущерб «Корал Си», и адмирал Браун знал
это. Таким образом, мой флагманский корабль был единственной угро¬
зой для него и единственной реальной его целью.
Мы должны были начать не ранее чем в 12.00 пополудни и с уда¬
ления не менее двести миль от американского авианосца. Он распо¬
лагался в центре обширного пространства чистой синей воды, под
ясными синими небесами. Реальная видимость - 250 миль. Адмирал
Браун был в центре хорошо защищенной исключительной зоны, а у
98

Глава 3. Вторжение Аргентины
меня не было даже преимущества местной облачности, уже не гово¬
ря о тумане, дожде или сильном волнении. Никакого прикрытия.
Никакого места для укрытия. И никакой собственной авиационной
поддержки...
Я приказал моим кораблям разделиться и занять позиции по окруж¬
ности радиусом двести миль от авианосца к 12.00 и затем так быстро,
как только возможно, его атаковать (своего рода морская атака легкой
бригады с разных направлений). Все было бы хорошо, если бы за три
четверти часа до момента, когда мы должны были начать, не появился
американский истребитель, обнаруживший нас и поспешивший домой
сообщить боссу: он нашел то, что искал. Наше место и курс известны!
Мы не могли «сбить его» - учение еще не начались! Мы могли про¬
играть учение еще до его начала. Оставалось ждать американского
воздушного удара по «Глэморгану» сразу после того, как только они
смогут его нанести.
Несмотря на это мы должны продолжать действовать, и нам ниче¬
го не осталось, как сделать наш лучший выстрел. Это вынудило меня
изменить курс в восточном направлении и идти с максимально воз¬
можной скоростью по дуге радиусом двести миль в противоположном
направлении. Через три часа мы услышали, как американские ударные
самолеты направились в район, находящийся приблизительно в ста
милях западнее нас. Они ничего там не обнаружили и улетели обрат¬
но. Однако в течение дня они один за другим нашли все мои корабли,
кроме одного, - «Глэморгана», а он был единственным кораблем, кото¬
рый обязательно нажно было остановить, поскольку только он был
способен потопить авианосец.
Наконец американцы «нанесли удар» по моему последнему фре¬
гату. Когда же солнце село за Аравийским морем и наступила ночь,
«Глэморган» повернул в двухсотмильную зону. Сумерки сменились
полной темнотой, и я приказал включить на корабле все огни и все
возможные фонари, которые только можно было найти. Мы намери¬
вались создать видимость круизного лайнера. С мостика мы выгля¬
дели подобно плывущей новогодней елке.
Мы неслись в напряженной ночи по направлению к американско¬
му «Корал Си», все время слушая международные радиочастоты.
Естественно, что в конце концов один из командиров американских
эсминцев по радио попросил нас идентифицировать себя. Мой домо¬
рощенный пародист Питер Селлерс, уже проинструктированный
заранее, ответил с самым лучшим индийским акцентом, на который
он был способен: «Я лайнер «Равалпинди», следую из Бомбея в
порт Дубай. Спокойной ночи и удачи!» Это звучало как пожелание
главного официанта из индийского ресторана в Сурбитоне. Американ¬

Фолклендская война
цы, проводившие «ограниченную войну», обязаны были поверить и
позволить нам пройти дальше. Быстро летело время до тех пор, пока
мы с нашей ракетной системой «Экзосет», нацеленной на авиано¬
сец, не оказались ровно в одиннадцати милях от него. Они все еще
продолжали считать наши огни огнями «Равалпинди», идущего по
своим безобидным делам.
Однако постепенно их начали одолевать сомнения. Признаки заме¬
шательства стали заметными, когда охранение авианосца слишком
взволновалось и два больших эсминца «открыли огонь» друг по другу
над нашими головами. Мы слышали по радио только их великолеп¬
ную ругань. В это время один из моих офицеров спокойно вызвал авиа¬
носец, чтобы обрушить на Тома Брауна ужасную новость - мы готовы
отправить его корабль на дно Индийского океана, и он уже ничего
не может предпринять. «Мы произвели пуски четырех «Экзосет»
двадцать секунд назад», - добавил офицер. Ракетам до «попадания»
в авианосец оставалось лететь примерно 45 секунд. Это составляло
приблизительно половину того времени, которое оставалось у «Шеф¬
филда» шесть месяцев спустя.
У «Корал Си» не оставалось времени на постановку ЛОЦ. Аме¬
риканцы, как и мы, знали, что авианосец был уже небоеспособен.
Они потеряли такой «критически важный» для их миссии корабль
вместе с воздушными силами на нем.
Понятно, все мы ликовали, хотя и были немного смущены. Мы
понимали, что Том Браун серьезно озабочен проблемами реального
мира, а наше специфическое положение беззаботных «цыплят» было
обусловлено той бесспорной уверенностью, что при любых обстоя¬
тельствах нас фактически никто топить не собирался. Анализ этих
событий очень скоро позволил восстановить ощущение реальности
и проанализировать тот полезный опыт, который мы приобрели.
Это было важное учение. Из него я извлек два жизненно важных
урока. Первый - не увлекаться только одной стороной действий, так
как при этом рискуешь пренебречь другой. Второй - в ограниченной
войне, при идеальной погоде, под покровом темноты один довольно
старый эсминец, крейсер или иной корабль способен сблизиться на
удаление одиннадцати миль от современного ударного авианосца,
находящегося в боевом охранении. Мы это сделали, сблизившись с
ним вплотную с удаления более чем двести миль и при наличии над
нами самолетов ДРЛО13, а также армады ударных самолетов, дейст¬
вующих против нас. Мы доказали, что это возможно сделать.
13	Дальнее радиолокационное обнаружение
100

Глава 3. Вторжение Аргентины
Ыш
Мораль состоит в том, что если в таких условиях вы будете
командовать ударной группой - будьте предусмотрительны: в усло¬
виях плохой погоды вас могут победить. Это особенно верно, ког¬
да вам противостоит решительный противник, готовый потерять
несколько кораблей ради уничтожения вашего авианосца. Против¬
ник таким будет всегда, поскольку на авианосце находятся все ваши
воздушные силы. С потерей авианосца вся военная кампания будет,
вероятно, завершена. Через шесть месяцев мне пришлось столкнуться
с подобной ситуацией, но в тот раз война была реальной. Благодаря
этим нескольким часам учений с «Корал Си» у меня сложилось ясное
представление о том, как нужно действовать.
Второе учение с американцами было также неожиданным по своей
концепции. Я написал сценарий для локальной ограниченной войны
между двумя относительно малыми государствами, каждое из которых
поддерживалось одной из сверхдержав: СССР или США. Идея состо¬
яла в демонстрации того, что два государства могут сами довести вой¬
ну до конца без вмешательства сверхдержав. Вспомните, это было во
времена «холодной войны», когда президент Рейган только приступил
к восстановлению американской военной мощи. Я должен снова кон¬
статировать: мои американские друзья не относились к этому серьезно
и быстро расширяли вопросы до такой постановки: «Давайте начнём
войну на уровне третьей мировой».
Понятно, что на этот раз они уничтожили «Глэморган» в нача¬
ле учения. Это было справедливо. Без сомнения, мы по-прежнему
были для Тома Брауна наименьшей проблемой. Я же по какой-то
странной, почти предопределенной, причине очень старался выяс¬
нить, как использовать «исключительные зоны боевых действий»
в своих интересах. Это касалось тонкостей Правил ведения боевых
действий14 (ПВБД) при переходе с мирного на военное время. Почти
м Rules of Engagement - документ, разработанный политическим руководством
страны и определяющий правила ведения боевых действий, особенно в наибо¬
лее сложный период перехода от мирного времени к военному. Он обеспечива¬
ет строгий политический контроль над военными. Документ написан в виде
статей, что позволяет гибко их изменять применительно к обстановке, а также
определять, какие из них в зависимости от места и времени являются действую¬
щими. Например, для оперативного соединения в англо-аргентинском конфлик¬
те статьи имели примерно такой вид:
«Не применять оружие по аргентинскому военному кораблю, если он не нахо¬
дится в пределах исключительной зоны боевых действий».
«Не применять оружие по аргентинскому военному кораблю, если он не пред¬
ставляет прямой и непосредственной угрозы для вашей задачи».
«Не вести огонь по самолету до тех пор, пока не будет он не будет классифици¬
рован как неприятельский».
(Прим. автора)
101

Фолклендская война
все, что я понял и чему научился за те сорок восемь часов, через
шесть месяцев оказало решающее влияние на мои действия на войне
в Южной Атлантике. У меня сформировалось ясное представление
о некоторых трудностях обороны авианосца, я узнал преимущества
и недостатки исключительных зон, а также то, как важно тщатель¬
но изучить детали ваших ПВБД - ведь они составлены совместно
политическими деятелями и военными. Именно эти знания понадо¬
бились мне следующей весной.
Я часто размышлял об этой удивительной для меня удаче. Когда
я приобретал тот опыт, то никогда не думал, что буду когда-либо его
использовать. Одно правило укрепилось в моем сознании - если враг
окружает вас, двигаясь по краю исключительной зоны боевых дей¬
ствий, ни в коем случае не позволяйте ему продолжать это делать.
Нельзя позволять ему выбирать, где и когда подойти к вам только
потому, что он находится в нескольких милях за пределами зоны.
После завершения учений мы направились к берегу в сторону Ома¬
на, где капитану 1 ранга Майку Барро крупно не повезло. При выходе
из бухты Бандар Джиссах15 он коснулся винтами подводной скалы. В
Королевском флоте это расценивается как серьезное происшествие,
которое впоследствии может рассматриваться в военном трибунале с
обвинением в халатности или даже преступной халатности. Если факт
будет доказан, это может стать концом карьеры.
В нашем случае скала не была нанесена на карту, но судебное
расследование должно будет установить все факты происшествия
и виновность капитана 1 ранга Барро или его штурмана капитан-
лейтенанта Инскипа. Тем временем, как и планировалось, я полетел
домой. У меня было тяжело на сердце, что я оставляю их в таком
состоянии. Водолазы «Глэморгана» выровняли лопасти его винтов,
так как поблизости не было доступного сухого дока, и корабль начал
переход домой для надлежащего ремонта. Ограниченный скоростью
в двенадцать узлов для исключения повреждений главного редукто¬
ра, эсминец шел малым ходом с расчетом прибыть до Рождества. Но
угроза трибунала висела над головой Майка в течение нескольких
месяцев до тех пор, пока главнокомандующий ВМС в конце концов
решил не начинать процесс.
Пока Майк прилагал усилия привести мой флагманский корабль
назад в Портсмут, я возвратился в свой офис, чтобы завершить отчет
о своих действиях. Через несколько дней после моего возвращения
я прочитал в газете с небольшим интересом, что генерал Леопольдо
15	Bandar Jissah
102

Глава 3. Вторжение Аргентины
-*iikr
Гальтиери стал президентом Аргентины. Однако газета не написала
о	его заявлении (под бурные националистические аплодисменты) о
том, что 1982 год будет «годом Мальвин». Также не упоминалось,
что усердный и слегка зловещий Адмирал Хорхе Аная согласился
поддерживать новый режим только в случае, если генерал возьмет
на себя обязательство забрать обратно острова у британцев. Они
намеревались совершить этот coup de main16 в период между июлем
и октябрем по причинам, все еще неизвестным мне в деталях. Веро¬
ятно, они считали, что к этому времени британский флот будет
ослаблен уходом домой на слом нашего единственного на далеком
юге патрульного корабля «Эндьюранс», а начинать операцию по
выдворению Аргентины с ее «законных» территорий большими
силами зимой Королевские ВМС не будут. К тому же имелись все
основания полагать, что к этому времени у нас совсем не останется
боеспособных авианосцев, поскольку и «Гермес», и «Инвинсибл»
становились жертвами сокращений оборонных расходов г-на Джона
Нотта. Гальтиери и Аная полагали, что ситуация теперь была про¬
стой: британские авианосцы не обеспечат авиационное прикрытие,
без которого не будет никаких британских надводных кораблей.
Отсутствие надводных кораблей означает отсутствие британского
десанта, а без десанта освободить острова невозможно. Их рассуж¬
дения были безупречными. Выбор времени? Он был решающим
фактором.
Но все это пока мало меня касалось. Я отвечал за действия на
более низком уровне и с началом нового года планировал большие
учения, которые проводяться уже много лет, под названием «Спринг-
трейн». Учения проводились в конце зимы, в марте и апреле, с боль¬
шим количеством кораблей одновременно. К ним привлекались глав¬
ным образом эсминцы и фрегаты, хотя иногда и субмарины (в каче¬
стве «сил обозначения противника») и даже авианосец. Эти силы
идут вниз к Гибралтару, где погода намного лучше, нет льдов и мрака
английской и шотландской зимы, и там окончательно отрабатываются
для действий в составе флота. Приблизительно двадцать-двадцать пять
кораблей участвуют в «Спрингтрейн». Планом предусматривается
недельная стоянка в Гибралтаре. Между командами кораблей прово¬
дятся соревнования по футболу, кросс на вершину скалы Гибралтар17
и другие состязания, повышающие моральный дух моряков Ее Вели¬
чества. Кульминацией всего этого является захватывающий концерт
16	Завершающий смертельный этап (фр.) (Прим. переводчика)
17	Изнурительный кросс неподготовленных матросов из гавани па самую верши¬
ну скалы Гибралтар. (Прим. автора)
103

Фолклендская война
ансамбля королевских морских пехотинцев в Верхних Пещерах. Этого
традиционного представления все ждут с нетерпением.
Мы вышли в поход в середине марта и проводили наши учения
на переходе в Средиземное море, отрабатывая в течение 10 дней
вопросы противовоздушной и противолодочной обороны, борьбы с
надводным и подводным противником. В ходе учения экипажи ста¬
новились слаженными, машины прирабатывались, компьютерные
системы и системы оружия использовались более эффективно, а
стрельбы выполнялись более метко, и люди действовали более сла¬
женно. Все это способствовало нашей подготовке к учениям более
высокого уровня - «Тэктикел Эксерсайсиз»18 в Атлантике после
«недельного отдыха».
Для проведения этих учений мы «нарезаем» в Восточной Атлан¬
тике обширные районы и выдвигаем в них большие группы кораб¬
лей, моделируя боевую обстановку, максимально приближенную к
реальной. Каждый аспект имитируемой войны имеет важную роль,
люди обучаются работе в составе единой ударной группы кораблей
максимального состава с использованием всех сложных систем
связи. Личный состав должен быть также подготовлен к работе с
подводными лодками и самолетами, а это чрезвычайно сложно, зани¬
мает много времени и сил. Требования к уровню подготовки высоки
-	ошибки на войне стоят очень дорого, и мы предпочитаем устранять
их в ходе таких учений.
Моим флагманским кораблем в ходе «Спрингтрейн 1982» был
«Энтрим», эсминец УРО, однотипный «Глэморгану». Изменение
было обусловлено предстоящим прибытием главнокомандующего
ВМС адмирала сэра Джона Филдхауза, бывшего подводника, кото¬
рый, как вы помните, не всегда разделял мое чувство юмора. Он
избрал в качестве своего флагманского корабля «Глэморган». Я же
с момента выхода из Гибралтара должен был руководить действия¬
ми сил с борта «Энтрима», которым командовал капитана 1 ранга
Брайян Янг.
Наш последний воскресный вечер на Скале был волшебным. В
Верхних Пещерах алые, синие и золотые цвета униформ в сочета¬
нии с патриотической музыкой напоминали те времена, когда Брита¬
ния действительно правила морями. Я не особо радею о традициях,
но это мероприятие было очень волнующим и полезным, особенно
с точки зрения грядущих событий. Те несколько дней в Гибралтаре
символизировали лучшие страницы мирной жизни флота.
18	Tactical Exorcises

Глава 3. Вторжение Аргентины
Наступил хмурый рассвет понедельника. Пока мы шли по корот¬
ким крутым волнам для выполнения упражнений на восток и на
запад от Скалы, дул левантер - противный, порывистый восточный
ветер со сплошным серым дождем. Иногда удивляешься, как можно
быть изолированным на корабле при наличии в твоем распоряже¬
нии массы современных средств связи. И тем не менее в ходе учения
я понятия не имел, что Аргентина мобилизировала свои войска для
вторжения на Фолклендские острова и что два ее фрегата - «Друм-
монд» и «Гранвилл» - шли к Южной Георгии, где лейтенант Королев¬
ской морской пехоты Кейт Милз со своими двадцатью двумя чело¬
веками уже «находился в окопах». «Эндьюранс» был готов убрать
аргентинских сборщиков металлолома, которые безрассудно решили
поднять флаг своей страны на британской земле. Я знал, что ситуа¬
ция в Южной Атлантике неблагоприятна и что, как это уже случа¬
лось, аргентинцы угрожают высадиться на Фолклендских островах.
Вспомогательному судну королевских ВМС «Форт Остин» 26 марта
было приказано выйти на юг. Оценивая прошедшие события, можно
сказать, что это было первой реакцией британцев и первым ходом,
непосредственно касающимся моего командования.
В то утро мы были заняты, выводя все участвующие в «Спринг-
трейн» корабли для выполнения запланированных задач. Я получил
короткий выговор от главнокомандующего за «разрешение опасного
маневрирования в проливах». Это означало, что адмирал Филдхауз
полагал, что мой план выхода из базы находился приблизительно на
том же уровне, что и его оценка моего чувства юмора. В то время это
казалось важным. Подводные лодки «Спартан» и «Оракул» были
отозваны со «Спрингтрейн», но во второй половине дня им приказа¬
ли возвратиться в Гибралтар. Боевые торпеды были перегружены с
«Оракула» на «Спартан» и последний был готов к выходу в море. В
семь часов вечера я прилетел на «Глэморган» для обсуждения дел с
главнокомандующим. Он проинформировал меня об ухудшающейся
ситуации в Южной Атлантике, и мы согласовали вариант продолже¬
ния учений. Главком коснулся возможности назначения более опыт¬
ного «трехзвездного» вице-адмирала на должность командующего
оперативным соединением, которому могла быть поставлена задача
следовать на юг. Однако, как мне потом сказали, при назначении
командующего оперативным соединением для Южной Атлантики,
Филдхауз твердо отстаивал позицию, что командуючим должен
оставаться я. Его слова должны были держать «меня на цыпочках»,
возможно, для того, чтобы проверить мое чувство юмора.
105

Фолклендская война
Я возвратился на «Энтрим» в 21.30 и собрал свой штаб для
подготовки распоряжения по срочной проверке оперативной готов¬
ности. Эта стандартная процедура использовалась командующими
флотилиями для очень срочной проверки готовности кораблей к
действиям в необычных условиях. Я сказал, что от нас требуется
подготовить пять или шесть кораблей для похода на юг в готовнос¬
ти к фактическому выполнению боевых задач в условиях реальной
войны. Легенда была такова: они направляются на Дальний Восток
вокруг мыса Доброй Надежды с выходом из района Гибралтара 1
апреля. Первый сигнал был отправлен в 23.00. Он требовал от всех
кораблей, участвующих в «Спрингтрейне», доложить о полной готов¬
ности к войне.
В 06.30 следующего утра, вскоре после рассвета, адмирал Филдхауз
прибыл в Гибралтар, оттуда немедленно вылетел назад в Великобри¬
танию. Мы продолжали выполнение наших упражнений и эсминец
«Шеффилд», который присоединился к нам после трехмесячного
дежурства в Заливе и был самым отработанным кораблем, поразил
свою ракету-мишень первой же ракетой ЗРК «Си Дарт».
Сообщения о политической ситуации продолжили поступать на
борт «Энтрима», но они не были настолько острыми и не передава¬
ли всю ту тревогу, которая охватила палату общин, Министерство
обороны и непосредственно премьер-министра. На Фолклендских
островах «Эндьюрансу» было приказано оставить королевских мор¬
ских пехотинцев на Южной Георгии и максимальным ходом идти
назад к Порт-Стэнли, где вторжение аргентинцев казалось наиболее
вероятным. Об этом доложили министру обороны. Основной упор
делался на то, что оборона Фолклендских островов была «невозмож¬
на» по многим очевидным причинам. Мы не могли вовремя туда
добраться, не было аэродрома для посадки современных реактивных
самолетов, их заправки, пополнения боеприпасами, технического
обеспечения и ремонта. Ситуации не способствовал и тот факт, что
получатель этой информации Джон Нотт занимался продажей остав¬
шихся двух боеспособных авианосцев.
Официальное видение ситуации начальниками штабов основыва¬
лось на документе, который рассматривался последний раз в 1974
году, когда я был только назначен помощником начальника управ¬
ления военно-морского планирования. Этот документ был недавно
подтвержден. В нем говорилось, что оборона островов при отраже¬
нии аргентинского вторжения невозможна. Освобождение островов
тоже не представлялось реальным. В то время мы располагали при¬
мерно двумя дюжинами палубных самолетов «Си Харриер» - одно¬
местных «истребителей» с очень ограниченными возможностями,
106

Глава 3. Вторжение Аргентины
способными осуществить перехват только в светлое время суток.
Все они находились в составе 800 морской эскадрильи и на доработ¬
ке в отдельном небольшом подразделении под названием «Подразде¬
ление интенсивных летных испытаний» под командованием Шарки
Варда. Представлялось, что они не будут иметь шансов в достиже¬
нии приемлемой ситуации в воздухе против противостоящих им 200
самолетов наземного базирования. А поэтому тезис «принимайте за
свершившийся факт» должен быть заключением и рабочей гипоте¬
зой этого документа. Но история имеет тенденцию быть во власти
людей, а не бумаги. В 1982 г. Первым морским лордом был человек,
у которого военно-морское искусство было в крови. Он первым уви¬
дел, что военно-морские силы еще способны решать ответственные
задачи. Конечно, защищать острова было поздно, но их можно было
освободить путем проведения десантной операции, которая была не
только желательной, но и необходимой. Имя этого человека - сэр
Генри Лич.
В ту среду поздно вечером он в военной форме вошел в фойе
палаты общин в поисках министра обороны. На полицейского, нахо¬
дящегося при исполнении служебных обязанностей, это не произве¬
ло впечатления, и он попросил адмирала присесть и подождать. В
конце концов должностное лицо из секретариата, увидев професси¬
онального главу Королевских ВМС, сидящего в ожидании подобно
какому-нибудь торговцу, пригласил его в свой офис на виски с содо¬
вой, пока его служащие найдут Джона Нотта. В итоге того нашли на
совещании у премьер-министра.
Как только госпожа Тэтчер узнала, что сэр Генри Лич здесь,
она немедленно послала за ним с просьбой подняться в ее офис на
совещание, которое уже продолжалось несколько часов. Адмирал
убедил ее, что в случае необходимости Королевские ВМС могли бы
провести крупномасштабную операцию с целью освобождения Фол¬
клендских островов. Он заверил ее, что мог бы вытеснить аргентин¬
ский флот из нейтральных вод, выдержать атаки двухсот ударных
самолетов аргентинских ВВС, высадить на берег достаточные силы
и поддерживать их довольно долго для того, чтобы нанести пораже¬
ние любому аргентинскому гарнизону.
Биг Бен над ними давно пробил полночь, когда Маргарет Тэтчер,
завершая разговор, сказала:
-	Первый морской лорд, чего вы конкретно хотите?
-	Премьер-министр, я хотел бы иметь Ваше решение на формиро¬
вание оперативного соединения, которое, если Вы потребуете, будет
готово в любой момент выйти в Южную Атлантику.
-	Вы его имеете, - был ее ответ.
107

Фолклендская война
Джон Нотт, я это знаю достоверно, побледнел, когда сэр Генри
сдержанно поблагодарил ее и, спросив разрешение, ушел в ночь. Я
не сомневаюсь, что министр обороны понял: в эту ночь он проиграл
больше, чем одну битву. Ему стало ясно, что сэр Генри использовал
возможность для разоблачения безумных массовых сокращений в
Королевских ВМС.
Но я был далеко от всего этого всего. Мы в районе Гибралтара мало
слышали о том, что происходило. Мы не представляли возможного
масштаба операции - воинственные настроения еще не получили сво¬
его развития. Даже на флагманском корабле у нас не было морских
карт Фолклендских островов. В последнем комментарии о ходе уче¬
ний 1 апреля значилось: «...продолжающееся беспокойство о ситуации
на Южной Георгии и на Фолклендских островах».
Однако в ночь на пятницу 2 апреля темп событий изменился. Авиа¬
носцам «Гермес» и «Инвинсибл» было приказано быть в 4-часовой
готовности, как и десантному вертолетоносцу «Феарлесс», фрегатам
«Алакрити», «Антилоуп», вспомагательному судну «Ресурс». В 03.00 я
получил сигнал от главнокомандующего с кодовым названием для все¬
го того, что последовало позже, - «Операция «Корпорейт». Для всех
нас это было официальной отправной точкой.
Задолго до рассвета группа «Энтрима» изменяет курс на соедине¬
ние с группой «Глэморгана». К рассвету я издал директиву о передаче
запасов с кораблей, которым предстояло идти домой, на те, которым
было приказано идти на юг. Идущие домой передавали свои запасы
вертолетами, плавсредствами, кильватерным и траверзным способами
на ходу. Это была фантастическая работа с фугасными снарядами,
перемещающимися с корабля на корабль в мешках и корзинах, что
было достаточно безопасно, но не соответствовало строгой технике
безопасности мирного времени. Каждый понимал необходимость все¬
го этого. Штаб флота в Нортвуде внезапно перешел на новый уровень
активности, о котором ранее никто и не мечтал: оборудование, на
доставку которого раньше требовались недели, теперь доставлялось
быстрее, чем мы могли найти место для его размещения. К 09.35 «Пли¬
муту» приказали доставить со Скалы19 морские карты Фолклендских
островов, которые, казалось, прибыли туда каким-то чудом. Работа
неистово продолжалась.
В 21.30 того вечера мы получили сигнал от главнокомандующего:
«Аргентина вторглась на Фолклендские острова». Мое собственное
настроение было неопределенным и я, хотя и был очень занят, все
же нашел время записать в дневнике следующее.
19	Гибралтар (Прим. переводчика)
108

Глава 3. Вторжение Аргентины
01	апреля 1982. Еще один день, новое место. В течеиие десяти
месяцев я был командующим флотилии, и это мне надоело. Слиш¬
ком много важности: флаги развеваются, лед звеиит, вспыхивают язы¬
ки пламени и пустые разговоры. Все это я ненавижу и предпочел бы
участвовать в реальных действиях. Итак, аргентинцы любезно вторг¬
лись на Фолклендские острова, и я хотел бы, чтобы мне такая мысль
пе приходила в голову... Мы выступаем, мне повезло, если «повезло»
-	правильное слово, быть в Гибралтаре с силами «Сприигтрейиа»
командующим флотилией, находящимся ближе всех к линии фронта
(примерно в 6000 милях от нас), так что я - главный. Это могла быть
общая фраза «я иду на фронт, а мной командуют те, кто остались
позади». Не слишком плохо. Должен сказать, что штаб флота пако-
нец-то работает хорошо.
В то время я все больше сознавал нашу потребность в точных
сведениях об аргентинских ВВС и ВМС. Все, что я знал об их ВМС:
они имели надводные, подводные и воздушные силы. Их флот был
существенным. Помимо авианосца с ударными самолетами, был
крейсер «Генерал Бельграно», два эсминца проекта 42, шесть кораб¬
лей-носителей противокорабельных низколетящих ракет «Экзосет»
и четыре подводные лодки, две из которых были малошумными и
достаточно небольшими, что затруднит обнаружение их нашими
гидролокаторами. У нас шли на юг три атомные подводные лодки:
«Спартан» - из Гибралтара, «Конкерор» и «Сплендид» покидали
Фаслейн.
В течение дня корабли, которые должны были возвращаться
домой, один за другим повернули на север - «Ингадайн», «Блю
Роувер», «Юриалес», «Орора» и «Дидо». Экипажи на уходивших
кораблях были выстроены на верхней палубе. Они провожали нас
взмахами рук и пожеланиями доброго пути. Мне показалось это
очень трогательным и я заметил, что в течение некоторого времени
после их ухода на наших палубах было тихо и неподвижно. В 02.00
последний корабль повернул домой на север, и у нас уже не остава¬
лось времени, чтобы тратить его впустую. Возобновилась работа по
разборке всего того, что было передано нам с других кораблей. Мы
начали свой путь на юг Атлантики.
Нам приказали скрытно осуществить переход на юг к крошечно¬
му острову Вознесения, который должен был стать нашей передо¬
вой базой в операции «Корпорейт». Мы разделились для скрытого
прохода мимо острова Мадейры: «Глэморган» под командованием
капитана 1 ранга Майка Барро, «Энтрим» капитана 1 ранга Брайяна
Янга, «Бриллиант» капитана 1 ранга Джона Коуарда, «Глазго» капи¬
109

Фолклендская война
тана 1 ранга Пола Ходдинотта, «Плимут» капитана 1 ранга Дэвида
Пентрита, «Эрроу» капитана 2 ранга Пола Баттерстона и, конечно,
эсминцы УРО проекта 42 «Шеффилд» капитана 1 ранга Сэма Сол-
та и «Ковентри» капитана 1 ранга Дэвида Харт-Дайка, которые уже
никогда не вернутся в порты Британии.

MC1m£ioi4
Глава 4
На юг к острову Вознесения
У северо-западного побережья Африки за Канарскими острова¬
ми мы вышли в открытый океан. Погода прояснилась, штормовые
облака остались позади, уступив место ясным голубым небесам.
Атлантика казалась такой обманчиво безопасной. Мы продолжали
идти на юг, удерживаясь в двухстах милях от Западной Сахары по
левому борту. На всех кораблях моей небольшой группы шла напря¬
женная работа. Разбирались и приводились в порядок сваленные
в кучу запасы. Из периодически доходивших до нас политических
сообщений было ясно, что ситуация между Буэнос-Айресом и Лон¬
доном не улучшалась. Несмотря на интенсивные усилия диплома¬
тов, генерал Гальтиери не собирался эвакуировать войска со «своих»
Мальвинов.
Общая идея вышестоящих штабов была такой: мы соберем силы
на острове Вознесения и затем все вместе пойдем на юг, чтобы как
можно скорее выполнить то, для чего нас сюда послали. Это совсем
не детальный приказ, а просто предварительное распоряжение, обоб¬
щенное фразой «спешите на юг со всем, что у вас есть». Я допускал,
что более определенный план появится в результате нашей встречи
на острове Вознесения. Но пока нам необходимо было работать,
исходя из такого предварительного распоряжения. На практике из
этого следовало, что объединенные группы на этой стадии операции
будут оставаться под моим тактическим командованием. Никто из
нас не имел ничего более определенного, за исключением амфибий¬
ной группы, которой предстояло готовиться к высадке когда-то и
где-то.
Пока я продолжал работать над соединением, которое должно
стать ударной группой, мое положение становилось все более изо¬
111

Фолклендская война
лированным. Эта группа должна быть готовой к боевым действи¬
ям, а в случае необходимости - начать реальную войну. Мы начали
отрабатывать действия кораблей попарно и таким образом форми¬
ровать тактические группы, поскольку казалось разумным то, что
аргентинцы могут развернуть против нас свой флот в открытом
море. Должен сказать, что мне было трудно понять возможность
подобной конфронтации, и я надеялся, что тщательная подготовка
к этому варианту развития событий все-таки окажется напрасной.
В то же время я достаточно хорошо понимал, что характер такой
войны предсказать почти невозможно, и поэтому мы продолжали
делать все, что могли с учетом доступных нам на той стадии опера¬
ции ограниченных средств.
В воскресное утро 4 апреля я перенес свой флаг назад на «Глэ¬
морган», удобные помещения и знакомая обстановка которого напо¬
минали нам об успешно проведенных учениях в Индийском океане,
когда мы испортили настроение Тому Брауну. Теперь мы вовлечены
в более серьезное дело, и я был уверен, что «Глэморган» как флаг¬
манский корабль лучше, чем «Энтрим» по нескольким причинам,
одной из которых были его средства связи.
Мой штаб потратил все утро, кочуя туда - сюда со всеми сво¬
ими сейфами и документами. Я присоединился к ним в полдень,
и мы приступили к проведению первичной подготовки к войне
-	закрашивали яркие надписи на кораблях и вертолетах, снимали
мягкую обивку и обшивку из пластика и дерева. Как и во времена
Нельсона, большой опасностью для моряков в сражениях остаются
разлетающиеся осколки, и они не менее остры и смертельны, когда
образуются из металла и пластмассы в результате взрыва ракеты,
чем деревянные щепки из дуба и тикового дерева, образующиеся
при взрыве пушечных ядер на батарейных палубах. Мы рекомендова¬
ли, чтобы все корабли отправили на берег свои изделия из серебра,
награды и памятные вещи, и не потому, что существовала опасность
гибели от летящего футбольного трофея, а потому, что некоторые из
них бесценны и не подлежат страхованию на войне. «Ковентри» все
это выполнил, правда с исключением. На корабле на видном месте
находился средневековый протестантский крест, установленный на
деревянном постаменте. Он был доставлен из старого собора города
Ковентри и подарен кораблю, носящему его имя. Один молодой и
довольно беспокойный старшина требовал, чтобы капитан 1 ранга
Харт-Дайк оставил крест на месте, так как он был символом надеж¬
ды и спасения для многих членов экипажа. Командир резонно с
этим согласился. Моральное состояние людей, находящихся на пере¬
довой войны, превыше всего.
112

Глава 4. На юг к острову Вознесения
В понедельник 5 апреля авианосцы «Гермес» и «Инвинсибл»
вышли из Портсмута. Я получил сигнал из штаба о вероятной
встрече где-то к северу от острова Вознесения. Все мы шли с макси¬
мально возможной скоростью, чтобы как можно раньше прибыть к
острову Вознесения и использовать оставшееся время для техничес¬
кого обслуживания или проведения учений. Тем временем я созвал
совещание штаба и провел вторую половину дня над разработкой
плана предстоящих действий на то время, когда (и если) мы достиг¬
нем Фолклендских островов. Я пытался определить, какой избрать
походный порядок для обеспечения обороны амфибийной группы,
следующей вместе с нами? С какого направления мы должны под¬
ходить к Фолклендским островам? Какие и где есть возможные
участки высадки? Где вероятнее всего не могут быть аргентинцы?
Где мы должны развернуть наши разведгруппы спецназа? Как не
допустить использование аргентинцами их главного аэродрома? Где
возможные позиции их подводных лодок? Сколько они могут поста¬
вить мин и где возможные районы их постановки? Какую тактику
будут использовать атакующие аргентинские самолеты, и как мы
можем лучше всего противодействовать им? Все эти вопросы были
очевидными и их легко было поставить, но ни одного ответа на них
в то время у нас не было.
Поэтому наше совещание проходило в атмосфере неуверенности
с растущим осознанием недостатка информации - наша разведка
никогда не сосредотачивалась на Аргентине, и, поскольку никогда не
предполагалось, что Фолклендские острова станут вероятным райо¬
ном боевых действий, наши знания об окружающих их морях были
абсолютно минимальными. У меня все еще не было возможности для
обычного изучения топографических карт островов. Я едва нашел вре¬
мя, чтобы посмотреть на новые морские карты. Мы действительно не
знали никаких подробностей о противнике, котрого, возможно, придет¬
ся атаковать, равно как и о местности, на которой мы могли бы найти
его. Фактически наши знания ограничивались общедоступной инфор¬
мацией. Стандартный справочник «Джейн» по боевым кораблям
флотов мира был нашим главным источником информации по флоту
адмирала Анаи. Справочник «Джейн» по боевым самолетам стран
мира также был нашим основным источником по их военно-воздуш¬
ным силам плюс, конечно, все то, что мы могли разузнать от наших
атташе во всем мире. Но сейчас было слишком преждевременно произ¬
водить детальную оценку боевого состава противника, слишком рано
точно устанавливать то, с чем мы будем иметь дело и, следовательно,
в таких условиях осуществлять детальное планирование было тоже
преждевременно.
113

Фолклендская война
Простой подсчет воздушных, сухопутных и морских сил против¬
ника давал основание для сомнений в том, что мы можем позволить
себе идти напролом. Это редко когда является хорошей идеей. Но
когда вы очень спешите - как, вероятно, придется нам, если хотим
успеть до наступления зимы, - то такой путь может оказаться един¬
ственным. В то время мы все еще не знали состав развернутых на
Фолклендских островах сил генерала Гальтиери. Мы не знали их
вооружения, их готовности защищать собственные позиции или атако¬
вать наши, когда (и если) мы высадимся. Фактом оставалось то, что
мы имели слабое представление о наших действиях с началом опера¬
ции. В общем, как с самого начала Министерство обороны говорило
Джону Нотту, прогноз был плохим. Кроме существенной воздушной
угрозы со стороны Аргентины, нас могли численно превосходить и на
берегу. При недостатке «десантных наступательных возможностей» (с
тех пор, как начались сокращения оборонных расходов) фронтальное
наступление, которое требует существенного военного преимущества,
стало бы неосуществимой идеей. Первичная разведка для нашей мис¬
сии становилась критически важной задачей - нам просто необходимо
было высадить некоторые группы специального назначения на остро¬
ва и выяснить, что же там происходит.
По итогам совещания мне предстояло еще многое обдумать. Но
главным было то, что я сознательно и подсознательно ощущал необ¬
ходимость быть хорошо осведомленным обо всем, что происходит на
потенциальном театре военных действий. Годы моего обучения и прак¬
тической подготовки не прошли даром. Если мы должны воевать, то я
к этому готов. У меня выработан взгляд на войну, как на реальность,
и теперь, столкнувшись с ней лицом к лицу, у меня нет необходимос¬
ти что-либо менять. Меня научили всегда иметь в виду, что однажды
потребуется столкнуться с реальным сражением, и медленно накаты¬
вающиеся ощущения этой реальности не были для меня ни новыми,
ни мучительными. Это было частью моей работы. Я бы хотел, чтобы
мне представилась возможность попрощаться с Шарлоттой и нашими
взрослыми детьми Эндрю и Тессой, хотя думаю это расстроило бы
меня и выглядело бы мелодраматично. Но уже слишком поздно об
этом беспокоиться - они дома, в безопасности, атакуемые только сред¬
ствами массовой информации.
Я здесь не один, и вскоре со мной будут тысячи людей и дюжины
кораблей. Главком ВМС дал мне работу на передовой - вести их в
бой. Он может заменить меня вице-адмиралом, тем не менее я пока
осознаю свою ответственность. Я осознаю то, что не должен их под¬
вести. Но в тоже время я не должен позволить всем этим заботам
ограничить мою инициативу.
114

Глава 4. На юг к острову Вознесения
На следующий день, 6 апреля, я планировал начать беседы с эки¬
пажами кораблей. Большой адмиральский салон на «Глэморгане»
превратился в офис оперативного штаба адмирала, и думаю, что
именно здесь, в тот день, в окружении становившихся все более
знакомыми морских карт, таблиц, сигналов, планов и телефонов
я начал свой серьезный процесс «перехода к войне». Штаб начал
отрабатывать различные варианты развития событий. Той ночью я
записал в моем дневнике небольшое напоминание для себя в форме
вопроса: «Что необходимо сделать сегодня, чтобы завтра не пожа¬
леть о том, что не сделал этого вчера?»
Два авианосца с максимальным количеством самолетов «Си Харри-
ер» и вертолетов «Си Кинг» на борту шли к нам на юг с максимально
возможной скоростью, хотя «Инвинсибл» первоначально вследствие
поломки в главном редукторе был ограничен скоростью в пятнадцать
узлов. Утром 7 апреля я побывал на «Бриллианте» и «Эрроу», а в пол¬
день перелетел на «Глазго» и «Шеффилд». Мое обращение ко всем
было одним и тем же. Я сказал, что мы, возможно, идем на войну и что
все должны готовиться к этому морально и физически. Я предупредил
их, ничуть не смягчая ситуацию, о возможной гибели как кораблей,
так и некоторых из нас. Я решил честно сказать об этом, не обращая
внимания на свои чувства.
«До этого момента, - сказал я, - вы получали королевские шил¬
линги. Теперь вы должны зарабатывать их ратным трудом». Я
напомнил, что никто не имеет права уклоняться, ведь для этого все
мы пришли во флот независимо от того, знали это или нет. Уже
слишком поздно изменить решение, так что лучше всего мужествен¬
но повернуться к войне лицом. У британского моряка есть на этот
случай известная всем фраза: «Если у вас нет чувства юмора - вам не
следует идти во флот».
Все контракты Министерство обороны автоматически продли¬
ло «на все время конфликта», и ни у кого нет никакой надежды
уклониться от войны, а поэтому я им объяснил, что лучший путь к
выживанию состоит в том, чтобы энергично приняться за дело, быс¬
тро учиться и усердно работать. Время предстоящего столкновения
было «неопределенным». Я также остановился на наших предвари¬
тельных оценках сил, с которыми предстояло сражаться, используя
прием «уменьшение угрозы». «Аргентинцы, - сказал я, - имеют
девять эсминцев и три фрегата. Мы можем предполагать, что три
из них неисправны, на переоборудовании или что-то в этом роде.
Два из них настолько стары, что, вероятно, негодны для плавания
и, конечно же, небоеспособны. Один - сел на мель на реке Ла Плата
месяц назад и, вероятно, до сих пор не отремонтирован. Это означа¬
115

«ilk.
Фолклендская война
ет, что мы в морском сражении численно превосходим их примерно
в соотношении четыре к одному. И если мы не сможем управиться с
этим, то я не знаю, чем каждый из нас занимался в течение послед¬
них нескольких лет».
С такими словами я обращался к экипажу каждого корабля. Основ¬
ная моя цель состояла в том, чтобы избежать излишнего запугивания
людей. Это был первый шаг психологической подготовки, имеющей
целью убедить каждого в том, что поражение очень маловероятно,
если все мы выполним долг. Победители должны думать только о
победе. Мы должны прийти туда уверенными в том, что мы лучшие,
и тогда мы победим. Но на протяжении столетий британский моряк
в душе был довольно последовательным реалистом. Единственный
вопрос, который мне задавали на кораблях, был такого рода: «Сэр, не
могли бы Вы сообщить нам, какова будет выплата заграничного посо¬
бия?» Или в другом варианте: «Сколько дополнительно нам заплатят
за эту небольшую прогулку?»
Вскоре после 13.30 мы получили сигнал от Нортвуда, приказываю¬
щий одному из моих танкеров вместе с «Энтримом» и «Плимутом»
отделиться от моей группы и полным ходом следовать к югу от остро¬
ва Вознесения. Это было началом операции на Южной Георгии, очень
важной, но прибавляющей трудности обеспечения согласованных
действий всех кораблей группы. К концу дня я закончил разговор на
борту «Шеффилда» и возвратился на «Глэморган» абсолютно измучен¬
ным. Думаю, мое состояние в значительной степени было обусловлено
борьбой с собственным психологическим напряжением и в тоже время
попыткой успокоить других людей, усилить их решимость. Боюсь, что
я выполнил эту работу не очень хорошо, так как несколько месяцев
спустя один человек подошел ко мне и сказал: «Сэр, я помню тот день.
Вы знали, что нас потопят, не так ли?» Должно быть, я переусердство¬
вал в своем реализме.
В 21.30, вскоре после ужина, от штаба флота в Нортвуде посту¬
пило заключительное сообщение дня. Соединенное Королевство
с 04.00 по Гринвичу 12 апреля объявляет вокруг Фолклендских
островов исключительную зону. До этого момента оставалось чуть
более четырех дней. По крайней мере для меня это стало отправной
точкой. Думаю, что в тот момент, когда мы были на траверзе Сьер¬
ра-Леоне (Западная Африка), я осознал, что войны не миновать. А
исключительные зоны были теми вещами, о которых я уже думал.
Той ночью я написал в дневнике слова, которые показывают, что
мое видение происходящих событий становилось более четким и,
возможно, более реалистичным.
116

Глава 4. На юг к острову Вознесения
Независимо от того, выиграем мы или нет, Фолклендские остро¬
ва не стоят войны. В то же время мы не можем допустить, чтобы
аргентинцам (или кому бы то ни было) сошел с рук международный
грабеж. Это все тот же вопрос: «если это сделать не здесь, то где же?»
В любом случае они тоже не готовы воевать.
Таким образом, наши действия должны говорить аргентинцам (и
мы не должны терять хладнокровия, особенно когда начнут свистеть
пули): «Мы полностью готовы воевать за наши интересы - готовы
ли вы воевать с нами?» Если рассуждать разумно, то они должны
твердо решить, что не готовы, хотя то же самое они могут думать и
о	нас.
Их ответ, пока они находятся в более выгодном положении, дол¬
жен быть таким: «Докажите это!»
На следующее утро, в 06.00, мы услышали сообщение всемирной
службы Би-Би-Си о том, что аргентинцы ответили на британскую
исключительную зону своей зоной шириной в двести миль от мате¬
рика и двести миль от береговой черты Фолклендских островов.
Теперь стало невозможным избежать конфронтационного характера
смертельной игры, которую затеяли политики двух стран. Я пони¬
мал, хотя это было не мое дело, что на пути приближающихся ракет
окажутся вовсе не политические деятели, а, скорее всего, мы.
Мой дневник констатирует, что в тот день происходило много слож¬
ных, но непосредственно не связанных с этой войной, событий. В боль¬
шинстве своем это были мирские вопросы типа ближайшего будущего
рабочих китайских (гонконговских) прачечных, продолжения работы
гражданских в НААФИ1, их правового статуса и тарифных ставок в
Южной Атлантике, права вернуться домой, их страховки и компенса¬
ций. Я упоминаю об этом потому, что когда флот официально идет
на войну, такие вопросы решаются автоматически. А так как в 1982
году мы никому не «объявляли войну», это вызывало много вопросов
у всех этих людей. Их статус и сроки службы должны быть решены в
срочном порядке. Нам также официально сказали, что остров Вознесе¬
ния, принадлежащий Британии и арендуемый американцами в качестве
большой станции слежения за спутниками, для нас открыт. Единствен¬
ная маленькая 1000-ярдовая взлетно-посадочная полоса, построенная
американцами, теперь доступна Королевским военно-воздушным силам
и Королевскому флоту.
1	NAAFI (Navy, Army and Air-Force Institute) - учреждения ВМС, армии и ВВС.
(Прим. переводчика)
117

Фолклендская война
Мы спешили к экватору, становилось жарко и увеличивалась влаж¬
ность. Следовало подумать о том, как в условиях длительного пребы¬
вания в море и оторванности от баз поддерживать в боевой готовности
оружие и технические средства. Проблемы возникали и мы их решали.
«Инвинсибл» уже вовсю занимался ремонтом все еще заблокирован¬
ного вала - сложная работа с массивным оборудованием; «Шеффилд»
был послан вперед к острову Вознесения, чтобы срочно передать запас¬
ные части для компьютера на «Энтриме», а затем получить возмож¬
ность для технического обслуживания своего оборудования (он уже
более трех месяцев находился за пределами Великобритании). Увели¬
чилось число отказов оборудования на вертолетах. Я был вынужден
отдать строгий приказ: сократить время полетов и поберечь их летный
ресурс на будущее.
У нас также произошел, как я полагал, первый психологический
срыв среди моряков. Человек, молча снесший известие о предстоя¬
щем суровом испытании, в конце концов не смог совладать с собой.
Мы приняли меры к немедленному возвращению его домой. Его
болезнь не имела никакого отношения к «уклонизму», это был под¬
линный срыв, случившийся не по его вине и приведший к невозмож¬
ности выполнять им свои обязанности. Мне было его очень жаль. Я
знаю, что он не хотел никого подвести.
Как вы можете себе представить, объем поступающей информа¬
ции возрастал, и для того, чтобы с ним справляться, я вынужден был
сформировать отдельную разведывательную группу штаба. На бумаге
мы были разделены на три оперативные направления: ударная группа
(моя собственная), амфибийная группа (под командованием командо¬
ра Майка Клаппа на «Феарлессе») и группа с необычным названием
«Пэреквет» под командованием капитана 1 ранга Брайяна Янга на
«Энтриме», следующая теперь к острову Южная Георгия. Я так и не
привык к слову «Пэреквет»2 - это что-то среднее между гербицидом
(средством от сорняков) и попугаем, что в обоих случаях не имело
никакого отношения к Южной Георгии.
Пока у нас шли приготовления к переходу на юг, мы внимательно
слушали новости, приходящие в наш маленький мирок с его отно¬
сительно простыми проблемами. Генерал Александер Хейг летал из
Вашингтона в Буэнос-Айрес, Лондон, Нью-Йорк и обратно. Хотя
я мог только приветствовать его деятельность, но какими бы благо¬
родными не были намерения, пожелания, высказывания, мысли и
обещания генерала, имелось два упрямых факта. Первый: госпожа
Тэтчер явно не собиралась оставить на произвол судьбы британцев
2	Paraquet
118

Глава 4. На юг к острову Вознесения
на оккупированных Фолклендских островах. Второй: войска гене¬
рала Гальтиери не собирались оставлять собственную добычу. Если
отбросить в сторону моральные проблемы, такой курс для обеих пра¬
вительств повлек бы за собой признание поражения и последующее
политическое забвение.
В любом случае генерал Хейг становился для меня большой
проблемой. Это может показаться неблагодарным по отношению
к его усилиям в достижении мира. Но каждый день его перегово¬
ров для нас, находящихся вдали от баз, был дополнительным днем
задержки и давал аргентинцам еще один дополнительный день для
укрепления их позиций на островах. Они получали возможность
дополнительно доставлять на острова войска, самолеты, боеприпа¬
сы и продовольствие для их длительной обороны. Если мы хотим
победить, то мы не можем позволить себе предоставить аргентинцам
такую свободу действий. К тому же в это время, 10 апреля, мы нача¬
ли получать данные о существенном наращивании аргентинских сил
на Восточном Фолкленде. В своем дневнике я записал: «Будущее
видится мне довольно мрачным».
Мой штаб при содействии нашей группы разведки смог теперь
подвести некоторые итоги. Мы могли решить огромные, на первый
взгляд, проблемы «скорость-время-расстояние», много думали о
дополнительных трудностях сложного перемещения оружия, снаря¬
жения, людей, их обеспечения на удалении 8000 миль от своих баз.
Мы разработали специальные боевые порядки кораблей и самолетов
и обсуждали сложности действия в условиях двух накладывающихся
исключительных зон. Не будучи экспертом в амфибийных вопросах,
я знал, что мог полагаться на профессиональный совет десантников
по поводу их потребностей и проблем точно так же, как я полагался
на многих профессионалов: авиаторов, связистов, специалистов в
вопросах применения воздушных, морских и подводных сил, тыло¬
вого и технического обеспечения, инженеров, врачей, метеорологов,
специалистов дешифровки фотоснимков, - всех не перечесть.
Конечно, командующий не может быть профессионалом во всех
вопросах, но он должен координировать все возможные и доступные
ему формы анализа данных для того, чтобы прорабатывать любые
шансы на успех. Мне повезло, что я имел непосредственный профес¬
сиональный опыт командования надводными кораблями и подвод¬
ными лодками, оперативными группами в различных условиях. Про¬
хождение мной службы на флоте обеспечило то, что я был хорошо
осведомлен, если не подготовлен, на оперативном уровне по ряду
специфических вопросов - я даже знал, какие существуют основные
119

Фолклендская война
проблемы у дешифровщиков фотоснимков и на элементарном уровне
был корабельным «доктором» в начале моей подводной карьеры (Госпо¬
ди, помоги тому, кто был серьезно болен!).
Под общей инструкцией «спешить на юг» командующий оператив¬
ным соединением приказал мне прочно держать в уме то, что нам тре¬
буется основать своего рода «анклав» на островах, который без труда
можно было бы защищать длительное время на случай, если ООН
«заморозит» ведение любых операций вскоре после нашей высадки.
Вполне понятно, что этот «анклав «должен находиться достаточно дале¬
ко от района Порт-Стэнли, где, как мы считали, концентрировались
аргентинские войска. По картам мы основательно изучали те участки,
где могли бы высадиться войска, захватить плацдарм и обеспечить как
его оборону, так и последующее наступление с целью освобождения ост¬
ровов. При этом мы взвешивали все «за» и «против». На этом плацдар¬
ме должны быть условия для создания взлетно-посадочной полосы на
случай, если наши авианосцы не смогут остаться на длительное время
в опасной близости к континентальной части Аргентины. Полоса также
должна обеспечивать прием транспортных самолетов С-130, а со време¬
нем - истребителей «Фантом», более легких «Харриеров» и вертолетов,
если статус «анклава» из-за действий ООН сохранится неопределенное
время.
Выбор района высадки был причиной самых горячих споров и
дискуссий. «Анклав» и освобождение плохо сочетались, не говоря
уже о противоречивых требованиях против наземных, воздушных,
морских атак и необходимости укрыться от непогоды. Роль развед¬
ки возрастала с каждым днем. Без этого было невозможно принять
окончательное решение относительно района высадки.
«Глэморган» подошел на видимость острова Вознесения в воскресе¬
нье на Пасху. Поэтическое и, возможно, счастливое событие, должен
признать, полностью прошло мимо меня. Я в то время был занят
менее духовными вопросами. В любом случае это было не особенно
духовное место - большой потухший вулкан, расположенный на широ¬
те восемь градусов к югу от экватора и поднимающийся над горным
подводным хребтом Центральной Атлантики. Над ним обычно висели
обширные дождевые облака, видимые на расстоянии порядка восьми¬
десяти миль. Восточная часть острова - зеленая, пышная, тропическая
и влажная. Западная - бессодержательная коллекция многокрасочных
куч пепла с обилием белых спутниковых антенн и радиоматч. Короче
говоря, лунный ландшафт.
Рабочая сила прибывала с острова Святой Елены (расположенно¬
го не так уж близко) на основе контрактов, ограниченных шестью
120

Глава 4. На юг к острову Вознесения
месяцами, чтобы люди не потеряли гражданство. На острове есть
только одно туземное существо - маленькая креветка. Есть здесь и
поле для гольфа, где «травой» служит коричневый промасленный
пепел, и вряд ли ваш мяч продержится больше одного раунда перед
тем, как настолько сильно сотрется, что станет непригодным для
игры. Нет никакой гавани - корабли стоят на якоре у побережья и
добраться до берега можно только на плавсредстве или вертолетом.
Но на острове имеется такая жизненно важная для нас взлетно-поса¬
дочная полоса и хорошая связь.
В то пасхальное воскресное утро флотский падре на катере рано
начал обходы кораблей, проводя на каждом из них небольшую службу.
Теперь прихожан было больше, чем обычно. Для некоторых это стало
их последним пасхальным богослужением. Я в соответствии с твердо
установившейся традицией пригласил своих командиров кораблей и
старших офицеров. На таких собраниях присутствует дух товарищест¬
ва, который трудно объяснить. Я думаю, что это происходит от того глу¬
бокого доверия, которое должно быть между командирами отдельных
кораблей и частей, полностью зависимых от взаимной поддержки. В
дни Нельсона было выражение «братство», которое в меньшей степени
свойственно теперешним условиям, когда мы проводим в море только
недели, а не годы. Но мы все еще «братство». В отличие от командиров
других видов вооруженных сил командиры кораблей непосредственно
принимают участие в сражении вместе со своими старшими и младши¬
ми офицерами, мичманами и старшинами, матросами, включая прачек
и стюардов НААФИ. Они выступают против врага единой командой и
защищены все одинаково. Те, кто командуют кораблями Королевского
флота, никого никуда не посылают. Они всегда идут вместе.
Командиры тихо собрались в кают-компании «Глэморгана»:
Джон Коуард, Дэвид Харт-Дайк, Сэм Солт, Пол Ходдинотт, Пол
Бутерстон и Майк Барро. Все мы понимали, что это, скорее всего,
последняя такая наша встреча: через несколько дней мы продолжим
путь на юг, в более опасные воды, где наше общение будет происхо¬
дить только посредством зашифрованного радиотелефона или через
компьютер. Большинство из нас знало друг друга многие годы, и,
я думаю, в какой-то мере каждый представлял, что мы все чувство¬
вали. Поэтому мы поддерживали слегка принужденную, шутливую
атмосферу, которая омрачалась пониманием причины нашего пре¬
бывания в этом помещении, на этом корабле. Мы разговаривали не
просто как старые добрые друзья, но и как ответственные старшие
командиры. Мы готовились воевать. Но даже тогда никто не мог
оставить призрачную надежду на то, что все обойдется.
121

Фолклендская война
На встрече присутствовали офицеры моего штаба. Среди них был
полковник Королевской морской пехоты Ричард Престон, мой советник
по войскам десанта. Подобно многим морским офицерам, у меня сущест¬
вовало основанное на поверхностном знании истории предубеждение о
том, что десантные операции страдают наличием двух основных проблем.
Первая связана с политической нерешительностью при осуществлении
высадки, а вторая - с последующим отсутствием взаимопонимания меж¬
ду войсками десанта и морскими/воздушными силами. Классическим
примером подобного политического промедления была высадке в Галли¬
поли. Совсем недавно был Суэц... задержка, задержка, промедление. Они
часто преследуют совместные действия. На этот раз никакой задержки
быть не могло - приближалась зима, и мы были так далеко от своих баз.
К счастью, политическое руководство ясно это осознавало. Но мы не мог¬
ли рисковать из-за отсутствия взаимопонимания между десантниками,
с одной стороны, и морскими и воздушными командирами - с другой.
Компания должна завершиться вовремя. И я думаю, что полковник был
в курсе моих тревог по этому поводу. В начале наших бесед, когда полков¬
ник Ричард постоянно подчеркивал необходимость ведения разведки, он
обратился ко мне и сказал:
-	Запомните, адмирал, время, потраченное на разведку, никогда
не потрачено впустую.
Я посмотрел на него и ответил:
-	Вы уверены?
-	Простите?
-	Должно быть: «Время, потраченное в разведке, редко тратиться
впустую», - поправил его я.
Он весело улыбнулся, удостоверившись в том, что этот морской
офицер знал старую военную аксиому лучше, чем он думал. С того
момента между нами было полное взаимопонимание. Его помощь и
советы стали совершенно бесценными, и с потрясающим мастерст¬
вом он балансировал между требованиями военно-морского флота
и войск десанта. Это сложная задача требовала глубоких профессио¬
нальных знаний, большого такта, бесконечного терпения, хорошого
чувства юмора и способности быстрого восприятия развивающейся
ситуации. У полковника Ричарда эта сложнейшая работа казалась
достаточно простой. Он был здесь для того, чтобы отношения с
амфибийной группой никогда не заходили в тупик, а также для пре¬
одоления реальных трудностей, связанных с нашей географической
разобщенностью, плохой связью и нашими противоречивыми требо¬
ваниями, опасениями и заботами.
Жаль, что он, я и командиры-десантники только через много лет
после окончания войны поняли: в течение первых шести недель
122

Глава 4. На юг к острову Вознесения
операции мы планировали действия, руководствуясь разными директи¬
вами. Это вело к некоторым серьезным проблемам для десантников,
часто считавших, что я самостоятельно разрабатывал какие-то непо¬
нятные схемы без учета их интересов. Но командующий оперативным
соединением, похоже, не беспокоил командиров-десантников многими
политическими вариантами, которые не предполагали полного осво¬
бождения островов, а если он это и делал, то десантники были слиш¬
ком заняты, и это не оказывало влияния на их задачи. КомОС думал,
что проблемы «замораживания» операции до высадки десанта, про¬
должительная воздушно-морская блокада, потребность длительной
поддержки военного «анклава» на берегу, если высадка все же состо¬
ится, не должны были их волновать. Им следовало сосредоточиться
на своей наиболее трудной задаче - полном освобождении островов.
Однако в случае возникновения политического давления эти вопросы
становились моей заботой. Я не могу сказать, что мне нравились эти
варианты, но ответы на такие вопросы должны быть продуманы, хотя
бы для того, чтобы сообщить политическим деятелям, что эти самые
«варианты» не могли обеспечить успешную операцию по освобожде¬
нию островов.
Какие бы проблемы не существовали на уровне высшего командо¬
вания, нам нужно было продолжать свою кропотливую роботу. В тот
полдень вертолеты начали доставлять дополнительные запасы продо¬
вольствия, боеприпасы, ракеты, запасные части и иные атрибуты войны
с острова Вознесения на корабли. Это была масштабная импровизация,
реализованная за очень короткий период. Остров Вознесения за несколь¬
ко дней был преобразован из американского центра связи и слежения за
спутниками в передовую морскую и авиационную базу. Пока мы шли от
Гибралтара, все доставлялось сюда по воздуху и складировалось. Ниче¬
го такого не могло бы произойти без молчаливой и активной поддержки
американцев. Для них это было непростым решением, особенно на ран¬
ней стадии конфликта, когда еще велись политические переговоры. На
следующий день после нашего прибытия я встретился с полковником
американских ВВС, который отвечал за их аэродром. Он сказал мне,
что получил указание «оказать британцам всевозможную помощь, но
ни при каких обстоятельствах не попасться на этом». Тоже непростая
для него задача.
Неограниченное использование возможностей острова Вознесе¬
ния стало решающим фактором. Но самой большой американской
помощью для нас оказалась их новая ракета класса «воздух-воздух»
AIM-9L «Сайдвиндер». Мы наряду с другими странами с нетерпени¬
ем ожидали своей очереди на ее покупку. Министр обороны США
123

Фолклендская война
Каспар Уайнбергер лично поставил нас в первую очередь. Мне сей¬
час абсолютно ясно, что без той AIM-9L самолеты «Си Харриеры»
были бы недостаточно эффективны. «Особое партенерство» жило и
давало свои результаты.
Весь мир следил за политическим развитием событий, русские
тоже наблюдали за этим конфликтом, по крайней мере в местном
масштабе. Несколько раз нас навещали советские «медведи»3. Им
никто не мешал наблюдать, но я надеялся, что они не общались
с аргентинцами. Хотя на самом деле я был удивлен, встретив их
здесь, потому что все на Западе были предупреждены Лондоном
-	наша ударная группа следует на театр военных действий. Мне
казалось, что это должно быть достаточно понятно каждому: паль¬
цы британцев, увидевших любой корабль, подводную лодку или
самолет, приближающиеся без предупреждения или оповещения о
своей принадлежности, могут нажать на спусковой крючок. «Медве¬
ди» благоразумно не последовали за нами на юг, но и тогда им было
на что посмотреть. К нам шел постоянный поток консультантов и
советников, прилетающих для оказания помощи. Передача запасов
продолжалась днем и ночью. Корабли, которые не стояли на якоре
для проведения работ, проводили учения с выполнением артилле¬
рийских стрельб и других боевых упражнений вне видимости ост¬
рова Вознесения. Все время прибывали новые корабли, которые
занимали свои места в оперативном соединении.
Вскоре после полудня 14 апреля «Глэморган» отправился на север
для встречи с приближающимся авианосцем «Гермес». Пришла пора
снова переносить свой флаг на новый корабль с лучшими помеще¬
ниями и большими возможностями для управления. Он был самым
большим надводным кораблем в оперативном соединении. В то же
время мне следовало отправить три эсминца проекта 42 - «Шеффилд»,
«Ковентри» и «Глазго» - на юг в сопровождении фрегатов «Бриллиант»
и «Эрроу». Им предстояло идти со скоростью двадцать пять узлов в
сопровождении танкера до тех пор, пока запасы топлива не уменьшатся
до тридцати процентов. Это удаление составляло приблизительно 1160
миль. Идея состояла в том, чтобы как можно скорее «внедрить» боль¬
шие силы дальше на юг на случай, если дипломаты в ходе переговоров
«заморозят» любые дальнейшие перемещения в ожидании иного, более
масштабного урегулирования конфликта.
Тогда политический смысл такого решения показывал нашу реши¬
мость, но меня это начинало немного расстраивать. Казалось, что
как только я начал создавать некоторое подобие ударной группы,
Ту-95, советский самолет дальнего действия. (Прим. переводчика)
124

Глава 4. На юг к острову Вознесения
новая ситуация снова заставляла распылять силы. Это говорит о
высоком уровне подготовки флота в мирное время, ведь нам удалось
все сделать без полного хаоса. Мы всегда предпочитаем думать, что
хорошо подготовлены, организованы, готовы идти практически куда
угодно и достигать успеха в решении почти любых задач в море или
рядом с ним. И я думаю, что это было именно то, что сэр Генри Лич
пообещал премьер-министру.
Почти все утро 15 апреля было занято подготовкой к переходу
штаба на «Гермес». Пока мы шли на «Глэморгане» на север, мой
штаб напряженно паковал все документы, морские карты и книги в
«корзины» для переноса на авианосец. Я сел в вертолет «Си Кинг 4»
и под ясными синими небесами пролетел вперед от моего штаба на
двести миль. Мы произвели посадку на полетной палубе «Гермеса»
и были встречены командиром корабля, моим старым коллегой по
службе в Министерстве обороны капитаном 1 ранга Линли Мидлто-
ном. Сверху на мою белую тропическую форму был одет зеленый
летный комбинезон, который мы называли «переростком», так как
брюки были коротко обрезаны для того, чтобы подогнать их под
летные ботинки. Я всегда чувствовал дискомфорт при ношении
такого странного для подводника снаряжения. Когда я позже уви¬
дел снимок своего прибытия в центральной национальной газете,
мои самые худшие опасения подтвердились. «Неужели той смешной
фигурой, скачущей по полетной палубе «Гермеса», мог быть я?»
«Боюсь, Вудворд, что да». Но это наше летное обмундирование, хотя
и не модное, но практичное.
Я сделал еще один большой шаг в продвижении к войне - оставил
знакомую обстановку «Глэморгана» и мою собственную флотилию.
Мне пришлось покинуть мир эсминцев и фрегатов, с которыми я
был хорошо знаком. Теперь я находился на борту 29000-тонного
авианосца, почти незнакомого для меня. Примерно десять лет назад
я провел в море на авианосце всего одну неделю. Я не знал распо¬
ложения помещений на корабле, организации службы, людей и их
привычек и даже особенностей их языка. Теперь я быстро должен
все это освоить. Это был своего рода конец беззаботности. Я поки¬
дал «Глэморган» с его солнечными днями, учениями, визитами и той
открытой, довольно беззаботной жизнью мирного времени, поменяв
его на авианосец, где все будет проходить совершенно по-другому
На авианосце очень мало открытого пространства, если вы не рабо¬
таете на полетной палубе, где я конечно не работал. Здесь нет места
для бездельников, так как все подчинено обеспечению действий
авиации с ее внезапной активностью. Мы использовали маленькие
воздушные силы с большой консервной банки - корабля, постро¬
125

Фолклендская война
енного по стандартам второй мировой войны с большим запасом
прочности, абсолютно мрачного и функционального. По сравнению
с ним прекрасный, сияющий и просторный «Глэморган» казался
яхтой миллионера.
Моя каюта ничем не смягчала общую атмосферу. Она распола¬
галась высоко на «острове», значительно выше полетной палубы.
Это была квадратная каюта длиной 9 футов, душ с туалетом пред¬
ставляли квадрат со стороной в 5 футов. Выкрашенная в кремовый
цвет и украшенная стальными орнаментами в виде электрических
кабелей и выступающих труб, каюта представляла шедевр неоклас¬
сической функциональности. Стол шириной три фута, за которым
могли поесть три человека, одна койка, платяной шкаф, несколько
выдвижных ящиков. Завершало обстановку вертикальное кресло. За
исключением моего штаба я был окружен полностью новой коман¬
дой, многих из которых вообще не знал.
Авианосец чем-то напоминает «мобильный» аэродром, а я не при¬
вык к аэродромам. «Гермес» стал для для меня резким переходом от
мира к войне. Он выглядел более воинственным без внешних атри¬
бутов мирной флотской жизни. После некоторых размышлений его
спартанские условия показались мне не такими уж плохими. Они
помогают сконцентрироваться.
Мой флагманский командный пункт был в нескольких шагах от
каюты. Там был «адмиральский мостик», своего рода «балкон», распо¬
ложенный одной палубой ниже, с великолепным видом на всю полет¬
ную палубу. Все это стало границами мира моего обитания в течение
следующих двух с половиной месяцев. Его простота заставляла меня
концентрироваться и не отвлекаться от той работы, которую нужно
было выполнить до конца. Но это было любопытное существование.
Для отдыха я иногда мог посмотреть внутреннее кабельное телевидение
или почитать. Остальное время отводилось для работы, приема пищи и
ожидания. Время, проведенное в ожидании, не было трудным: я исполь¬
зовал его, чтобы думать о том, что мы делали, делаем сейчас и будем
делать в дальнейшем. Мой дневник стал как бы частью этого процесса.
Я пристально осматривал новые помещения и думал, что настанет вре¬
мя, когда мне здесь будет очень одиноко. Ведь управление реальными
боевыми действиями в реальном масштабе времени не может осуществ¬
ляться комитетом равноправных.
Мой штаб прибыл на борт со всеми своими контейнерами позже,
в середине дня. Это было большой проблемой - перейти с одного
корабля на другой и при этом поддерживать обычное управление
силами. Мы уже получили сигналы, что «Эрроу», «Глазго» и «Ковен¬
126

Глава 4. На юг к острову Вознесения
Ль*
три» имеют неисправности машин, вероятно, из-за высокой скорости
перехода в южном направлении. Подобные донесения независимо от
их серьезности стали ежедневной реальностью. На совещаниях шта¬
ба, проводившихся дважды в день, мы всегда тщательно разбирали
все отказы и поломки на кораблях для того, чтобы их устранять в
кратчайший срок. Фрегат с проблемой в линии гребного вала явно
не способен идти с высокой скоростью. Но самое худшее, что может
бать, - это доклад о неисправности в то время, когда корабль должен
выполнять поставленную задачу.
Стоило больших усилий принять значительно расширяющиеся
полномочия по управлению полной авианосной ударной группой с
амфибийной группой, которая становилась ее составной частью при
переходе на юг. Понятно, что мне, как и моему штабу, было необходи¬
мо общаться с морским командующим амфибийной группой. Несмот¬
ря на то, что для всех таких совещаний был установлен определенный
порядок, я часто легко терялся. Мы высказывали предложения, раз¬
мышляли, пытались собрать все фрагменты этого гигантского ребуса
в определенную картину и в то же время кое-как довести до конца
массу «домашней» работы. Мы пытались соединить в единое целое
каждую мысль, каждую частичку информации, каждый вариант для
того, чтобы в конечном счете составить целостную картину, содержа¬
щую ясные цели и направления действий. Для нас это было не легче,
чем и для других штабов в море и дома, которые пытались охватить
калейдоскоп операции «Корпорейт» от самой высокой стратегии до
коммерческих и юридических сложностей фрахта лайнера «Квин Эли¬
забет», от приспособления для дозаправки в воздухе на транспортном
самолете «Геркулес» до передачи оружия и оборудования на самой ран¬
ней стадии развития событий. Плохая связь между группами конечно
же не помогала.
Главное внимание мы по-прежнему уделяли сбору информации
для выбора района высадки. Хотя большая часть такой информации
должна была поступить от десантников и ничего нельзя было счи¬
тать завершенным, пока не будет проведена разведка, имелось также
много других факторов, которые необходимо было учитывать, в том
числе и очень специфические требования для зоны боевых действий
амфибийного соединения.
На следующий день я прилетел на «Феарлесс» для обсуждения
всех вопросов с командующим амфибийной группой командором
Майком Клаппом, известным как КомАмГ, и командиром усиленной
3	бригады командос бригадиром Джулианом Томпсоном. Майк Клапп
пригласил меня прилететь еще несколько дней назад. Однако ответ,
127

Фолклендская война
подтверждающий мое прибытие, пришел к нему только приблизитель¬
но через пять недель. Такими были трудности нашей связи. Я прибыл
обговорить, как наша объединенная группа под моим непосредствен¬
ным руководством будет идти на юг в соответствии с последним ука¬
занием нашего КомОС, и целый ряд вопросов, вытекающих из этого.
Ведь переход был следующим этапом наших действий. Я также беспо¬
коился о том, чтобы вовремя вернуться назад на «Гермес» к исполне¬
нию широкого круга новых обязанностей.
Клапп и Томпсон меня не ожидали, ведь я без оповещения свалился
с небес. У Майка были другие заботы, и он был уверен, что нам следо¬
вало только определить вопросы для обсуждения с нашим КомОС,
поэтому встреча для него интереса не представляла. Видимо, ему не
были известны инструкции «спешить на юг» или вопросы, которые
мне нужно было решить относительно эффективности блокады или
последствий «замораживания» операции со стороны ООН. Кроме того,
командир «Феарлесса» сказал Джулиану, что я «абсолютно ничего в
десантном деле не понимаю», и он решил ввести меня в детали их задач
вместо того, чтобы проинформировать о самом для меня главном: они
были не готовы высаживаться как боеспособная сила до тех пор, пока
не переоборудуют свои корабли. Другими словами, все приказы, с кото¬
рыми я работал, стали нереальными.
С такими несопоставимыми отправными точками и совсем несо¬
гласованной повесткой дня встреча была обречена. После обычного
приветствия, оповещенные за десять минут, они начали доклад с
детального описания Фолклендских островов майором Королевской
морской пехоты Юэном Соутби-Тейлйором, большим специалистом
по этому вопросу. Хотя это было чрезвычайно важно для десантни¬
ков, для меня это была информация уровня технических проблем
обслуживания радара «Си Харриера». Это было совершенно не то, в
чем я нуждался. К тому же у меня не было времени, чтобы пройти
десятинедельный курс по десантной подготовке применительно к
Фолклендским островам. Поэтому я менее чем любезно прервал май¬
ора и попытался перейти к вопросам, которые я считал более важны¬
ми для всех групп оперативного соединения, если через несколько
дней нам предстояло идти прямо на юг.
Они были вынуждены с этим согласиться, хотя и неохотно. Воз¬
можно потому, что у них было много своих проблем, чтобы думать
еще и о моих. Майк Клапп просто уклонился от встречи, занимаясь
своими делами и оставил все на Джулиана Томпсона. Джулиан был
раздражен моим резким отказом слушать его детальный доклад. Я
же считал, что если у них имелись серьезные проблемы по выпол¬
нению общего плана на этом этапе, то они должны были сказать
мне об этом при первой же возможности. И если их проблемы
касались профессиональных вопросов, то они знали, что в мо¬
128

Глава 4. На юг к острову Вознесения
ем штабе были полковник и майор Королевской морской пехоты для
того, чтобы меня консультировать.
После того, как я улетел обратно на «Гермес», Майку Клаппу было
сообщено о том, что адмирал, считавший себя ответственным за все,
в том числе и за них, вел себя высокомерно, пытался вмешиваться
в их дела и не проявил никакого сочувствия и «желания знать» их
проблемы. Вряд ли это удивительно, поскольку в тот момент и в
течение следующих полутора дней я был уверен, что отвечаю за все.
Существовал ряд вопросов, которые я должен был в тот момент с
ними решить. Также едва ли удивительно, с их точки зрения, что
после нашей встречи в амфибийной группе от командного звена и
ниже стали возникать подозрения в надежности командующего удар¬
ной группой. Это лучше всего описано Юэном Соутби-Тейлйором в
его книге4.
Эта неприятная встреча не давала нам покоя и в какой-то степе¬
ни усилила наше мнение. Всякий раз, когда мы получали сигналы
(неуважительно называемые морским штабом как «пустой звук») от
ударной группы, оии воспринимались с подозрением на то, что это
официалыюе мнение, не требующее никакого совета или одобрения
с нашей стороны. Встреча ничего не дала ни в моральном плане, ни в
плане укрепления веры в то, что на всех этапах десантной операции
мы получим необходимую поддержку со стороны адмирала. Возмож¬
но, на практике все было по-другому, но наше восприятие было имен¬
но таким, что вызывало на «Феарлессе» абсолютно не нужное в то
время беспокойство. Мы поняли, что сочувствия и понимания наших
проблем ожидать не следует.
Абсолютно не удивительно, что такие отношения долго сохраня¬
лись в условиях ограниченной связи между нами. Но по крайней
мере нетрудно было согласиться, что место высадки должно быть
выбрано там, где аргентинцев не было. Все знали, что мы не рас¬
полагали никакими солидными возможностями высадить морской
десант. В остальном тоже все было не так просто: в то время как
обсуждение казалось мне достаточно дружественным, некоторые
его оценивали совсем по-иному. Мы беспокоились о разных вещах.
Моей непосредственной заботой на той стадии оставалась большая про¬
блема взаимодействия при совместном переходе к Фолклендским остро¬
вам. Их основной и, похоже, еще неосознанной заботой было избежать
совместного перехода, поскольку они к нему были совсем не готовы и
только начинали понимать весь масштаб своих специфических проблем.
Что касается выбора района высадки, то у нас был широкий диапазон
4	Reasons in Writing: A Commando's View of the Falklands War

Фолклендская война
возможностей. Бухта Стивели на Западном Фолкленде имела хорошие
условия для строительства взлетной полосы на ранней стадии операции.
Бухта Лэу в Лафонии (юго-восток Фолкленда) имела благоприятный
рельеф для наших систем ПВО и внушительную, хорошо защищенную
якорную стоянку Бухта Кау на северо-востоке имела хорошие пляжи для
высадки и была довольно близка от Порт-Стэнли. Сан Карлос выглядела
подходящей по нескольким соображениям. Бухта Тил была еще одним
хорошим местом, к тому же намного ближе, чем Карлос. Однако все тре¬
бовало разведки.
Бухта Стивели находилась далеко на западе, и для того, чтобы нам
взять Порт-Стэнли, пришлось бы форсировать Фолклендский пролив.
Аналогично высадка в бухте Лэу предполагала проход через узкий пере¬
шеек в районе Гус Грина, что хорошо для долговременной обороны, но
неудобно, если мы хотим наступать на Порт-Стэнли. Бухта Кау была
плохо защищена от штормового моря. Бухта Карлос казалась неболь¬
шой и требовала проведения противоминных мероприятий на входе в
Фолклендский пролив. Бухта Тил имела узкий вход, который довольно
легко мог быть блокирован специально или случайно. Для того чтобы
сделать правильный выбор, все должен проверить спецназ. Ни один из
вариантов на этом этапе не представлялся наилучшим.
По этим и по многим другим вопросам мы никак не могли прове¬
сти решающую встречу. Через несколько дней на острове Вознесения
КомОС должен будет принять большинство основных решений. И
тогда, будем надеяться, у нас впервые появится конкретный план,
согласованный всеми командующими и учитывающий все военно¬
политические факторы. Часть плана требовала дополнительной инфор¬
мации. Сейчас мы должны были согласовывать те вопросы, которые
требовалось обсудить совместно и подготовить предложения о том,
как мы могли бы приступать к выполнению нашей общей задачи в
соответствии с имеющимися у меня неопределенными директивами.
В спешке я не сумел все это объяснить, считая, что они имели те же
самые инструкции.
Только годы спустя благодаря их воспоминаниям я сделал вывод, что
они посчитали меня ненадежным по тем причинам, о которых сообщили
Майку Клаппу. Что касается меня, то я улетел в полной уверенности в
их способности выполнять свою работу. Майк Клапп был моим старым
другом, который оказался спокойным и собранным в тех трудных обстоя¬
тельствах. Наши служебные пути не пересекались много лет, но летчики
и подводники похожи друг на друга. Наша сложная совместная работа
требовал в первую очередь взаимного доверия. Я думал, что так и было,
но их книги поведали мне об ином. Меня огорчает, что я добавил им
130

Глава 4. На юг к острову Вознесения
Ль*
проблем; десантники сделали ошибку, что не посчитали возможным сооб¬
щить мне об этом.
К вечеру наш небольшой флот вернулся к острову Вознесения. Теперь
он состоял из «Гермеса» и «Инвинсибла» (на котором были устранены
все неисправности) под командованием капитана 1 ранга Джереми Блэка,
«Глэморгана», фрегата проекта 12 «Ярмута» под командованием капитана
2	ранга Тони Мортона, фрегата проета 21 «Алакрити» под командованием
капитана 2 ранга Кристофера Крейга, фрегата проекта 22 «Бродсуорд»
под командованием капитана 1 ранга Билла Каннинга и судна «Ресурс»
под командованием капитана Сеймоура. Мы вернулись на «Гермес» на
катере для встречи главнокомандующего ВМС адмирала сэра Джона
Филдхауза, который в сопровождении приблизительно двадцати человек
его штаба, а также своего заместителя по войскам десанта генерал-майо¬
ра Джереми Мура должны были прибыть утром следующего дня. Они
прибыли на «Гермес» в 08.15. Через час к нам присоединились КомАмГ
и бригадир Томпсон. Программа включала брифинги штаба главноко¬
мандующего, моего штаба, команды КомАмГ и затем четыре семинара,
посвященные проблемам управления, разведки, тылового и технического
обеспечения, связи. Все это было закончено до ланча, но мы чувствовали,
что общая картина до конца не выяснена. Казалось, не было убедитель¬
ных данных, на которых основывался бы весь план. После ланча старшие
офицеры снова встретились с адмиралом в его салоне для обсуждения
всех запутанных деталей.
Я до сих пор помню, как стоял у переборки правого борта каюты с
листом картона и ножницами, разрезая картон на цветные полосы, пред¬
ставляющие различные периоды времени. На каждой из них я записал
дату, цель или название корабля. Это было необходимо для того, чтобы
разработать операцию с конца, то есть с момента окончания боевых дейст¬
вий и той ужасной мысли, что оперативное соединение без надлежащего
обеспечения в условиях наступившей зимы (с середины до конца июня)
развалится. Не принималось во внимание даже противодействие против¬
ника, так как подкрепление и замены из Великобритании должны компен¬
сировать потери. Поэтому, планируя боевые действия, мы были обязаны
сделать критически важное допущение, что боевые действия на островах
должны завершиться по крайней мере до конца июня, а предпочтительнее
на две недели раньше. Взятие Порт-Стэнли было «ключевым елементом»
военного планирования независимо от того, что решат политики. Следо¬
вательно, для предоставления войскам десанта достаточного времени на
выполнение их задачи нам необходимо было высадить их на берег до 25
мая. В этом случае у них будет около месяца для захвата плацдарма, раз¬
вертывания наступления на позиции вокруг Порт-Стэнли и нанесения

Фолклендская война
поражения аргентинцам на земле, скажем, в середине или в конце июня.
В это время в дополнение к нашим собственным задачам, определенным
как «нейтрализация аргентинского флота и авиации», мы должны обес¬
печить их всевозможной (будем надяться, достаточной) артиллерийской
и авиационной поддержкой. Одновременно мы должны «держать» море
и небо достаточно «чистым» для обеспечения безопасной доставки на
плацдарм людей, боеприпасов, запасов продовольствия и топлива кораб¬
лями, судами и вертолетами. Мы не должны позволить аргентинскому
флоту и их сухопутным войскам сыграть существенную роль в сражении
на земле. Даже после этого нам необходимо поддерживать господство на
море и в воздухе неопределенное время. Не было никакой гарантии, что
успех на земле положит конец войне на море и в воздухе.
Я приколол мои карточки с датами на соответствующие им места в
общий календарь. Это были мобильные «раскладушки», так любимые
всеми планировщиками. Мы продолжили работать с конца: здесь долж¬
ны быть к моменту X, там - к моменту Y, сделать взлетную полосу - ко
времени Z. Последней, как мне помнится, была карточка, являющуюся
ключом к большинству наших проблем. На ней было написано слово
«Интрепид», название корабля, однотипного «Феарлессу». Он должен
быть в Южной Атлантике в качестве запасного штабного десантного
корабля на тот случай, если «Феарлесс» будет потоплен. Проблема
состояла в том, что в конце марта «Интрепид» был выведен в резерв
как первый шаг в реализации большой стратегии господина Нотта по
реорганизации обороны и концентрации наших усилий на Центральной
Германии. Чтобы иметь его на юге, мы должны были немедленно развер¬
нуть этот сложный процесс в обратную сторону. По нашим оценкам, не
было никакой возможности подготовить «Интрепид» должным образом
для перехода к Фолклендским островам до 16 мая. Он был последним
кораблем, который прибудет в район боевых действий, последней час¬
тью ребуса, и поэтому весь расчет времени зависел от него.
Конечно, оставались еще такие непредсказуемые факторы, как пого¬
да, действия противника, несчастные случаи, политические инициативы
и урегулирования. Но у нас уже был твердый план с поправкой в ту или
иную сторону на десять дней. Это был военный план, от которого, если
мы хотим победить, не могло быть никаких политических отступлений.
«Окно высадки» растягивалось с 16 мая (первый день, когда мог при¬
быть «Интрепид») до 25 мая. В пределах этого времени большинство
войск десанта должно быть на берегу. Для того, чтобы хорошо ориенти¬
роваться в обстановке к середине мая, мы должны как можно быстрее
высадить подразделения спецназа на берег для ведения разведки. Сего¬
дня 17 апреля, и наши графики показывали, что мы, если хорошо поста¬
раемся, могли войти в исключительную зону к 1 мая. К этому времени
132

Глава 4. На юг к острову Вознесения
Ль.
Южная Георгия должна быть очищена, а шестнадцати дней должно быть
достаточно для ведения разведки.
Десантники оставались на острове Вознесения для напряженных тре¬
нировок и приведения в порядок оборудования. Они выходили на юг
через десять дней, уже готовые к действиям на берегу в любой момент
после прибытия, в любом месте, которое разведка определит как самое
лучшее. Эта часть плана имела дополнительные преимущества для удар¬
ной группы. Группа могла входить в исключительную зону боевых дей¬
ствий, не отягощенная десантными кораблями. Возможность перехвата
аргентинским флотом и авиацией большого конвоя, который требовал
одновременной обороны десантных кораблей и торговых судов, ползущих
со скоростью всего двенадцать узлов, была источником моего волнения
в течение недели. Именно поэтому необходима была встреча с КомАмГ.
Теперь у нас был вариант ведения боевых действий без связанных рук,
что на самом деле было хорошей идеей. Намного лучшей, чем экспортиро¬
вание большого конвоя на всем протяженном переходе.
Так или иначе это был достаточно хороший план операции. Мы смог¬
ли придерживаться его почти с точностью до одного дня. Первый шаг был
решающий - весь план зависел от времени нашего выхода. Это означало,
что ударная группа должна оставить остров Вознесения завтра к полудню
и никаких «если», «и» или «но». Было еще две тонкости, которые нам
следовало выполнить. Во-первых, мы намеревались следовать курсом,
который мог бы дать представление, что мы идем скорее к Буэнос-Айресу,
чем к Фолклендским островам. Во-вторых, нам нужно было использовать
ложные дезинформирующие цели, которые на любом радаре создавали
бы впечатление, что мы имеем в своем походном порядке группу десант¬
ных кораблей. С одной стороны, это должно подстегнуть аргентинцев
направить часть флота и авиации на север. А с другой - заставить их
военно-морские и военно-воздушные силы, обороняющие Фолклендские
острова, поверить в высадку британцев 1 мая.
Адмирал Филдхауз мог возвратиться в Лондон той же ночью и
порекомендовать начальнику штаба обороны Теренсу Люину следующие,
с военной точки зрения, действия Кабинета Министров: «Для того, чтобы
изгнать аргентинцев силой, мы должны быть на границе исключительной
зоны к 1 мая. Поэтому до этого времени вы должны вести интенсивные
переговоры, так как каждый день переговоров после 1 мая будет отнимать
у нас один день от завершения кампании на островах. Не забывайте, что
время работает на аргентинцев. Мы уже выступили против всяких оста¬
новок».
Это был очень трудный день, давший все же некоторое облегчение:
мы, наконец-то, имели план действий, предоставляющий разумный шанс
на успех. В то же время этот план давал достаточно возможностей для
133

Фолклендская война
политического урегулирования конфликта на его различных стадиях раз¬
вития. Жизненно важным было определить те военные шаги, которые
меняют варианты политических решений. План расставлял вехи, показы¬
вающие, как далеко мы зашли, сколько еще нужно пройти, и позволял
проверять, находимся ли мы все еще на правильном пути.
Я надеялся, что адмирал Филдхауз представит наше дело в Уайтхолле
надлежащим образом, ведь простор для нашего маневра был ограничен.
Перед отлетом он сообщил мне, что от него требуют подобрать канди¬
датуру для моей замены. Вице-адмирал Дерек Реффелл был реальным
кандидатом, так как он знал «Гермес», авианосцы и десантные корабли
входили в состав его флотилии и несколько лет назад он командовал
амфибийной группой. Он был старше по званию и устраивал их во всех
отношениях. И г-н Нотт очень хотел послать кого-то, похожего на Реф-
фелла, «потому что, - как сказал мне в своей неподражаемой манере Джон
Филдхауз, - когда, но не если, дело пойдет плохо, у него будет достаточно
важная персона для увольнения».
Той ночью я написал Шарлотте о том, что он сказал, добавив при этом:
По крайней мере они дадут мне возможность уйти достойно, а пока, в
преддверии бури, я пытаюсь удержаться на плаву и думать - «думай или
утонешь5, как говорят в школе тактики...»
Масса дел. Кажется, что ни один из наших планов не может продер¬
жаться даже больше суток, а в это время г-н Нотт болтает всякую чепуху,
заламывая руки и волнуясь главным образом о своей разрушенной карье¬
ре. Люди из Министерства играют в свои бесконечные и запутанные игры,
стараясь предугадать последствия («быстро бежать туда, где выгодно; бьггь
в другом месте, если ничего не светит»).
Мне не нужно доказывать, что я - ас или что-то в этом роде. Главное,
что я должен делать - качественно и эффективно выполнять свои обязан¬
ности. Это означает: добиться наименьших потерь при любом развитии
событий. Возможно, придется послать на смерть друга, чтобы восемь дру¬
гих выжили. Такие решения, как ты можешь себе представить, мне совсем
не нравятся.
Я сожалею, что мне приходится брюзжать по этому поводу, но мы дале¬
ко от дома, и когда я вижу вокруг себя моих людей, я очень боюсь, что
кого-то из них вижу в последний раз. Это больно, но такова реальность.
На этом я закончил и вернулся на ФКП, обстановка на котором была
крайне напряженной, как и на остальных командных пунктах нашего
небольшого флота в ту ночь. Я и мои командиры кораблей готовились зав¬
тра в полдень выйти в море для сражения за Фолклендские острова.

Глава 5
«Оружие в исходное!»
Из всего множества живых существ, населяющих обширные про¬
сторы мирового океана, я думаю, наибольшее впечатление на моряка
производит кит. Взгляд всегда притягивает величественное появле¬
ние из морской бездны самого большого живого существа в своем
великолепном, свойственном ему медленном движении, когда он, очи¬
щая свои огромные легкие, выбрасывает в небеса огромную водяную
струю. Но этот гигант морей имеет один существенный недостаток,
опасный для его жизни - для гидролокационной станции, работающей
в активном режиме, он подобен субмарине. Даже профессиональный
наблюдатель, смотрящий несколько в сторону, может принять за
перископ его мимолетный белый след на воде. А это уже является
сигналом опасности.
Утром 18 апреля именно это и произошло. В 09.00 наш недавно
прибывший танкер «Олмеда» доложил об обнаружениии на воде
«буруна» - следа перископа. Не требовалось большого воображения,
чтобы предположить: аргентинцы могли послать субмарину в район
острова Вознесения и одной смелой атакой закончить войну еще до
того, как она начнется.
Всем кораблям было приказано сняться с якоря. «Гермес» был
на ходу к 10.00, двумя часами раньше, чем планировалось. Корабли
занимали определенные им места, ударная группа быстро, в пределах
тридцати минут, и без заминок была построена в поисковый ордер1.
Акустики старались оперативно классифицировать контакт по его
1	Ордер - построение охраняющих и охраняемых кораблей (судов) и действую¬
щих с ними самолетов (вертолетов ) при выполнении задач под единым комап-
дыванием. (Прим. переводчика)
135

Фолклендская война
поведению и менее чем через час, пока мы быстро уходили от остро¬
ва Вознесения, нам стало ясно, что контакт не аргентинского происхож¬
дения. Мы больше склонялись к мысли, что это могла быть советская
атомная подводная лодка, потому что объект продолжительное время
осуществлял энергичное маневрирование по уклонению. Только два
глубоководных существа обладают такой огромной мощью - «Крас¬
ный Октябрь» и Моби Дик2.
Наши опасения окончательно развеялись, когда патрульный самолет
«Нимрод» доложил об обнаружении стаи китов рядом с местом, где мы
классифицировали контакт. Такие случаи стали почти обычным делом
для акустиков, ведущих поиск подлодок, пока мы находились на пути
миграции самых больших млекопитающих в мире. Инцидент немного
нарушил наши планы пополнения запасов, что явно не понравилось
КомАмГ, который не знал причину. Впрочем, когда через неделю или
две то же самое произошло и в его группе, ему также пришлось кор¬
ректировать план. С моей точки зрения, эти события были полезной
тренировкой, а кроме того, стали поводом начать наш переход раньше.
Случай, когда киты заставили нас волноваться, был не единственным.
Боюсь, что позже, когда нам разрешили применять противолодочное
оружие, мы погубили довольно много китов. Я им безгранично сочув¬
ствовал, но это не могло уравновесить мое негативное отношение к
аргентинским субмаринам. Сходство китов с субмаринами часто имело
для них фатальные последствия.
Во всяком случае очень скоро мы были уже далеко и в хорошем
походном порядке: «Гермес», «Глэморган», фрегаты «Бродсуорд»,
«Алакрити» и «Ярмут» вместе с «Олмедой» и «Ресурсом». «Инви-
сиблу» было предписано выйти позже и догнать нас за ночь. Мы
имели на переход в исключительную зону двенадцать дней. Планом
предполагалось войти в нее ночью с востока и на рассвете поднять
максимально возможное количество «Си Харриеров» для нанесения
удара по взлетно-посадочной полосе Порт-Стэнли. В течение дня
нам предстояло вести артобстрел аргентинских позиций на берегу
и послать два противолодочных фрегата в прибрежный район для
поиска подводных лодок. С наступлением темноты планировалось
начать высадку снецназа.
Двенадцать дней могут показаться большим сроком, но необходи¬
мо было еще многое отработать, особенно летчикам. Корабли также
2	Советский подводный ракетоносец, описанный Томом Клэнси в книге «Охота
за «Красным Октябрем».
Моби Дик - прозвище белого кита из фильма режиссера Дж. Хьюстона «МоЬу
Dick», 1956 г., поставленного по одноименной книге Германа Мэлвилла. (Прим.
переводчика)
136

Глава 5. «Оружие в исходное!»
нуждались в подготовке к работе с таким большим количеством
летательных аппаратов. Нужно было получить практику ночных поле¬
тов, особенно в условиях слабого освещения палубы, что необходимо
на войне. Теперь все должны научиться работать без ограничений по
мерам безопасности мирного времени: летать быстрее, ниже и в пло¬
хую погоду. Война требует смещения акцентов от боязни несчаст¬
ных случаев до противодействия вероятным попыткам противника
уничтожить вас. Никто не устанавливал стандарты безопасности для
военного времени, и нам пришлось быстро выучить, что ограничения
все же необходимы. Нам пришлось учиться на своем горьком опыте
не один раз.
Приготовления шли быстро: группа «Энтрима» (операция «Пэрек-
вет») спешила к Южной Георгии; группа «Бриллианта» с «Шеффил¬
дом», «Ковентри», «Глазго», «Эрроу» и танкером «Эпллиф» шла
впереди; генерал Хейг все еще летал туда-сюда; десантники проводили
учения на острове Вознесения, а акустики ударной группы обнаружи¬
вали китов в больших количествах. Все это не вызывало у меня осо¬
бого беспокойства. Одна проблема, как подтверждает мой дневник,
занимала все мои мысли. Лондон приказал мне следовать в исклю¬
чительную зону радиусом двести миль вокруг островов и наделать
много шуму, но только тогда, когда я туда доберусь. Возможно,
дома надеялись, что это так испугает аргентинцев, что они уберутся
восвояси. Такую попытку стоило предпринять. Но это нелегко было
сделать - обстановка в исключительных зонах не бывает простой. Той
ночью я записал в дневнике свои мысли о слабых сторонах такой
стратегии.
Это не очень разумно с военной точки зрения. Ведь если против¬
ник не испугается, он будет в состоянии нанести скоординированный
упреждающий удар по моим авианосцам и разрушит любые наши
надежды на освобождение Фолклендских островов. Аргентинцы уже
доказали, что могут упреждать. Свидетельство тому - захват Южного
Тюла3, Южной Георгии и Фолклендских островов. Такое положение
дел не радовало.
Против нас были и другие обстоятельства. Первое заключалось
в том, что в условиях угрозы со стороны двухсот боевых самолетов
противника мы не могли высадить наши войска на острова без пре¬
восходства в воздухе. Это не означало гарантирования полной безо¬
пасности от их воздушных ударов, а только обеспечение нашим вой¬
скам эффективного авиационного прикрытия, достаточного для того,
3	South Thule - остров из группы Южные Сандвичи (Прим. переводчика)
137

Фолклендская война
чтобы их действия на земле не были серьезно затруднены. Значение
понятия «достаточное» очень зависит от обстановки. Королевская
морская пехота, наблюдая атакующие ее аргентинские штурмовики
«Пукара», будет расценивать это событие более остро, нежели офи¬
цер наведения авиации, находящийся далеко от них и отчаянно пыта¬
ющийся управлять своим ограниченным количеством самолетов при
выполнении практически неограниченного количества задач.
Аргентинским ВВС нельзя позволить господствовать в воздухе.
И для этого у нас есть небольшое количество морских истребите¬
лей-перехватчиков - пока только пара дюжин «Си Харриеров»,
еще немного таких же самолетов идут к нам в Южную Антантику
на «Атлантик Конвейере». Все возможности страны поставить нам
такие самолеты исчерпаны. В Королевских ВВС есть много истреби¬
телей-перехватчиков, но они для нас бесполезны, так как требуют
длинной взлетно-посадочной полосы. А там, куда мы идем, нет ни
одного аэродрома. У нас есть один аэродром на острове Вознесения
-	примерно в 4000 милях к северу от Фолклендских островов. Но
оттуда для обеспечения рейда одного бомбардировщика «Вулкан»
необходимо задействовать одиннадцать самолетов-заправщиков
«Виктор». При этом такой бомбардировщик сможет находится над
островами в течение пяти минут, а затем должен вернуться назад.
Единственный аэродром в нашем районе находится в Порт-Стэнли,
но он может быть доступен нам в лучшем случае не раньше середи¬
ны июня. Однако и он не сможет удовлетворять требованиям для
перехватчиков ВВС «Фантом» до тех пор, пока мы не удлинним
полосу, на что уйдут месяцы. Таким образом, мы остаемся с двумя
авианосцами: больший из них - «Гермес» - на самом деле большим
не назовешь (адмирал Том Браун точно бы с этим согласился, ведь
он может нести только приблизительно вдвое меньше самолетов,
чем «Корал Си»), а второй - «Инвисибл», - может нести только
половину того, что имеет «Гермес». Есть и третий - «Илластриэс»,
-	но его строительство не завершено и работы по вводу в строй
будут продолжаться до середины следующего года. Оба авианосца
необходимо сохранить до конца боевых действий на берегу. Кроме
того, одному из них необходимо находиться в районе островов в
течение нескольких месяцев после завершения сражения на берегу.
Потеря «Инвисибла» будет означать, что исход операции ставится
под сомнение. Потеря «Гермеса» равносильна прекращению всей
операции. К этому могли привести попадание одной случайной тор¬
педы, бомбы или ракеты, даже простая авария на борту.
138

Глава 5. «Оружие в исходное!»
Ль.
В тот момент у меня были довольно общие инструкции по пере¬
ходу в исключительную зону и по недопущению в нее аргентинцев.
Мы обычно называем это «демонстрацией силы». Она является
прекрасным средством, если пугает противника и приводит к успе¬
ху без единого выстрела. Но что, если аргентинцы не испугаются?
Что, если они распознают наш блеф? Что, если они нанесут удар
с применением, скажем, пятидесяти самолетов во имя потопления
одного моего авианосца? Что, если они захотят сделать то же, что я
с «Корал Си»? Во что оценивает Мальвины генерал Гальтиери? Все
эти «если» и определяли содержание фразы в моем дневнике: «Такое
положение дел не радовало». Я ясно понимал и то, что г-жа Тэтчер,
подобно любому премьер-министру, который принимает решение
вести войну, не будет мне сочувствовать, если дело пойдет не так,
как надо. «Она могла бы назвать это «военно-морской некомпетент¬
ностью», сделав при этом изящный жест рукой». Помня о вопросе
Джона Нотта, я добавил: «Неприятная мысль».
Таким образом, в ту апрельскую ночь, находясь далеко от Атланти¬
ческого побережья Бразилии, я был настроен не очень оптимистично,
ясно отдавая себе отчет в том, что если они нанесут удар по «Гермесу»
или «Инвинсиблу», Королевские ВМС будут публично опозорены, а
меня отдадут под трибунал независимо от того, достаточно ли я для
этого «важная персона» или нет. Еще хуже тог что над британскими
военными, ковыляющими домой после поражения, будет смеяться весь
мир. Джон Булл наконец-то поставлен на место. На море!
Однако нехорошие мысли проходят, ежедневные заботы помогли
отодвинуть их на задний план. Я успокоился и решал вопросы с
Джоном Коуардом4, фамилия которого так не соответствовала его
характеру. Я не думаю, что будущий адмирал сэр Джон Коуард,
командующий флотилией подводных лодок, сидя теперь за своим
столом в Нортвуде, воспримет как неуважение, если я скажу, что он
сам горел желанием начать войну против Аргентины. Он ясно дал
понять, что хочет побыстрее дойти до Порт-Стэнли и атаковать его
при первом удобном случае. Так как он был гораздо ближе к Фолк¬
лендским острова, чем мы, то я полагал, что должен препятствовать
ему в этом. Хорошо зная Коуарда, его мужество и компетентность, я
глубокомысленно написал: «Думаю, что он может так поступить.
Хотя, что ему необходимо будет делать после этого, я не знаю. Это
раскололо бы силы (в нарушение Правила номер один), но начало
бы войну еще до того, как аргентинцы попытаются нанести упрежда¬
ющие удары по авианосцам».
4	Coward - трусливый человек (англ.)
139

Фолклендская война
В конце концов я передумал и послал ему строгий сигнал: «Ниче¬
го не предпринимать. Ожидать моего прибытия. Не ввязываться ни
в какие авантюры». Его это не убедило, и он продолжал настаивать.
Это было, размышлял я в тот вечер, классическим примером, когда
молодой бычок говорит старому быку: «Видишь, вон коровы на поле.
Давай побежим, перепрыгнем через изгородь и поговорим с одной из
них...». Нет, капитан 1 ранга Коуард, давай не будем. Давай пойдем
спокойно, откроем ворота и... пообщаемся со всеми.
Я подытожил записи в дневнике словами:
Коуард придает Правилам ведения боевых действий больше зна¬
чения, чем следует, и хочет начать войну в одиночку. Не могу на сто
процентов ставить это ему в вину, но это несколько раздражает...
Тем временем я должен усилить ПВБД, чтобы все командиры могли
знать то, о чем я думаю, а не предлагать свои собственные интерпре¬
тации в диапазоне от «приглашения на обед» до «сброса атомной
бомбы на завтрак».
Наши Правила ведения боевых действий в то время запрещали ата¬
ковать любое судно до момента входа в исключительную зону, если,
конечно, мы сами не окажемся под ударом. В этом случае мы могли
применять минимальную силу для самообороны. Так Кабинет Минис¬
тров хотел представить Англию в глазах мирового сообщества. В дей¬
ствительности все могло пойти совсем по-другому. Но это не было бы
виной британского правительства. Это была бы вина адмирала... ммм...
как там его... Вудворда, переступившего черту.
В среду, 21 апреля, приблизительно в 1500 милях от острова Возне¬
сения наше понимание Правил ведения боевых действий подверглось
испытанию. Примерно в полдень операторы радаров «Гермеса» обна¬
ружили на большом удалении неопознанный объект, летящий на боль¬
шой высоте. Мы немедленно подняли «Си Харриер» для его перехвата
(это заняло больше времени, чем я рассчитывал). Пилот сообщил, что
это прилетел на нас посмотреть «Боинг-707» с опознавательными зна¬
ками Аргентинских ВВС. Никакого оружия на нем не было замечено.
Увидев «Харриер», пилот изменил курс и ушел прочь.
Наш пилот, находясь рядом, сделал его фотографию, которая
подтвердила, что «Боинг» переоборудован в военный самолет-раз¬
ведчик. Ясно, что он использует свой навигационный радар для осве¬
щения надводной обстановки, нашего обнаружения, определения
состава наших сил и направления движения. Его быстро прозвали
«грабителем».
Мы немедленно повысили готовность средств ПВО, поскольку
за рейдом воздушного разведчика всегда может последовать удар с
140

Глава 5. «Оружие в исходное!»
^iik.
воздуха. Был изменен походный порядок кораблей и минимум два
«Харриера» стали дежурить на палубе в высокой степени готовнос¬
ти к взлету и перехвату любых целей.
Это поставило передо мной важный вопрос. Позволю ли я этому
«грабителю» продолжать доносить аргентинским штабам о нашем
местоположении или, возможно, доносить их авианосцу данные о
том, где нанести основной удар? Или я «утоплю» его и тем самым
нарушу собственные Правила ведения боевых действий, но сохра¬
ню свои корабли и человеческие жизни? Пожалуй не утоплю, но
самолет меня очень волновал. Я слишком хорошо знаю, что может
последовать после пролета разведывательного самолета - определе¬
ние направления главного удара является одной из первостепенных
задач таких вылетов.
В 02.30 на следующий день был обнаружен новый высотный
объект в ста сорока четырех милях к юго-западу (это направление
на Южноамериканский материк). Мы снова послали «Харриер» в
ночь, он перехватил цель в шестидесяти пяти милях от нас и опо¬
знал «Боинг-707» с навигационными огнями авиалайнера. «Харриер»
отогнал его к северо-востоку от ударной группы. После этого «Боинг»
«снял маску» и резко повернул домой на юг, тем самым раскрыв себя.
Вне всякого сомнения, это был «грабитель».
Это не должно было повториться. Поэтому я «дергал» Нортвуд
и просил их организовать утечку информации, что нам якобы дали
разрешение сбить «грабителя». Я хотел таким образом избавиться от
него. Я пошел еще дальше и запросил разрешение сбить «грабителя».
К моему большому удивлению, я получил такое разрешение, правда,
с уточнениями, что: а) он сблизится с кораблями на определенное рас¬
стояние; б) мы имеем убедительное подтверждение того, что самолет
действительно является «грабителем».
В 20.00 того же дня, в темноте, «Боинг» появился снова. К этому
времени все были в высшей степени готовности. Начальник ПВО
на «Инвинсибле» в течение двух минут поднял в воздух два «Хар¬
риера» и еще через три минуты - третий. Это было уже слишком,
дневник зафиксировал мое раздражение. «Смешно..., - записал я.
-	Поэтому сделал выговор начальнику ПВО за плохое управление:
вертолеты медленно поднимаются в воздух, радиоперехват не пре¬
дупредил. Начинаешь сомневаться, что у нас вообще что-нибудь
получится».
На следующий день в 11.34 «707-й» появился снова. Мы засекли
работу его радара и направили к нему перехватчик, но перехватить
его не смогли. И самолет исчез, предположительно нас не обнару¬
жив. Он становился чем-то привычным. После захода солнца он
141

Фолклендская война
появился снова, на сей раз с юго-востока на удалении двести миль на
большой высоте, следуя курсом прямо на нас с включенным, как обыч¬
но, радаром. Система управления ЗРК «Си Дарт» на «Инвинсибле»
быстро захватила его и давала нам точную информацию о курсе, ско¬
рости и высоте полета, а также определяла момент пуска наших ракет
для поражения цели на максимальной дальности. Все это происходит
за пределами определенного диапазона дальности, разрешенного мне
ПВБД. Поэтому мы ждем, пока он на скорости 350 узлов не войдет в
этот диапазон. До достижения рубежа, где он будет «наш», ему остава¬
лось лететь две минуты.
У меня в этот момент возникает сомнение: вдруг это не он? Но
я так не думаю - «грабитель» навещал нас регулярно в течение трех
дней. Пришло время его убрать. Во-первых, потому что он мог быть
предшественником удара; во-вторых, как говорили о расстреле адми¬
рала Бинга5, «чтобы поднять дух остальных». Тем не менее я все же
требую провести окончательную классификацию: «Есть ли у нас
данные о каких-либо коммерческих авиарейсах над Южной Атланти¬
кой?» Уверенный отрицательный ответ. Ну что же, подумал я, если
он подойдет поближе, нам придется открыть огонь. Требую провес¬
ти последнюю заключительную проверку. «От его настоящего места
проложить курс вперед и в обратном направлении по карте Южной
Атлантики. Быстро!»
До пуска ракеты по «грабителю» оставалась минута. Каждые
десять секунд он приближался на одну милю. Если поднять в воз¬
дух находящийся в готовности к взлету «Харриер», он не сможет
подойти к «грабителю» за то время, пока тот находится в пределах
досягаемости. Все еще нет ответа от моего офицера. Но через двад¬
цать секунд слышу его осторожный доклад: «Похоже, что самолет
следует по прямой Дурбан - Рио-де-Жанейро».
«Оружие в исходное!» - призываю я, и офицер боевого управле¬
ния немедленно оповещает корабли по радио и запрещает ведение
огня.
Для визуальной идентификации самолета послан «Харриер». Есте¬
ственно, он докладывает, что это бразильский воздушный лайнер со
всеми обычными навигационными огнями и освещением внутри само¬
лета, без сомнения, следует по маршруту Дурбан - Рио-де-Жанейро.
Самолет быстро исчезает в северо-западном направлении.
5	Английский адмирал Дж. Бинг был судим и публично расстрелян на борту
74-пушечного корабля «Монарх» за поражение в морском сражении у острова
Менорка в Средиземном морс 20.5.1756 г. Вследствие этого поражения Англия
потеряла о. Менорка. (Прим. переводчика)
142

Глава 5. «Оружие в исходное!»
В то время это не казалось каким-то примечательным событи¬
ем. Мой дневник просто зафиксировал: «Перехвачен бразильский
воздушный лайнер - международный сценарий?» Но если бы мы
сделали ошибку, это вызвало бы мировой скандал, наподобие сен¬
тябрьского 1983 года, когда Советы сбили корейский «Боинг-747».
У нас оставалась всего одна минута до пуска ракеты, когда последо¬
вал приказ «Оружие в исходное!»
С тех пор я много раз анализировал это непродолжительное собы¬
тие, пытаясь отыскать реальную причину сомнения, возникшего у
меня в последний момент. Думаю, что я мыслил в такой последова¬
тельности: «Этот контакт не представляет для меня непосредствен¬
ною угрозу. Самолет не собирается нас бомбить, самое худшее, что
он может сделать, доложить о нашем местонахождении. «Должен
ли я сбивать его, если имеется даже самый незначительный риск
того, что я не прав? Есть ли у меня все реальные критерии для «уве¬
ренной идентификации» - высота, скорость, данные радара, общее
поведение?» Да. Но положительная идентификация? Я явно уси¬
ленно стремился найти причину не стрелять, не особенно думая о
последствиях, если все обернется худшим образом. Но в свете инци¬
дента с KAL 007 год спустя это был один из моих удачных дней.
Если бы мы сбили тот воздушный лайнер, это, вероятно, не оставило
бы американцам никакого иного выбора, как отказать нам в своей
поддержке; оперативное соединение было бы отозвано; Фолкленд¬
ские острова стали бы Мальвинами; меня бы осудили военным три¬
буналом, дополнительно обвиняя в том, что никакого разрешения
мне не давалось. Я только думал, что имел его, на основании совета
начальника штаба в Нортвуде, полученного на словах по закрытому
каналу связи через спутник (DSSS). Это не был официальный сиг¬
нал на бумаге - существенная часть любого важного решения, кото¬
рый не может быть заменен разговором по DSSS. Последствиями
стал бы законный ужас международного сообщества после сообщения
новости о том, что ударная группа по ошибке сбила самолет с несколь¬
кими сотнями невинных людей. Короткое слово «если», но оно сего¬
дня все также преследует Королевские ВМС. Генерал Мур неуместно
напомнил мне несколько месяцев спустя: «Только сухопутные войска
могут выиграть войну, флот всегда может ее проиграть». Я не согласен
с таким взглядом на исключительную прерогативу сухопутных войск,
но это был день, когда ВМС на самом деле могли проиграть войну.
К тому времени погода ухудшилась, и мы впервые почувствова¬
ли, что такое зимняя Южная Атлантика. Штормовые ветры дули с
юго-востока, волнение моря становилось настолько сильным, что с
143

Фолклендская война
мостика «Гермеса не было видно корпус фрегата, находящегося на
расстоянии всего полумили. Водяные валы выглядели огромными
даже с борта «Гермеса», не говоря уже о фрегатах. Мы шли на юг
по направлению к подводной возвышенности Рио Гранди, образован¬
ной поднятием океанского дна с глубин почти четырех миль до 650
метров. Этот район печально известен своими штормами. Я впер¬
вые видел брызги, разлетающиеся над высоким, шестидесяти футов
выше ватерлинии, носом «Гермеса».
Хороших новостей было немного, если они вообще были. Наше
продвижение замедлялось встречным волнением. К тому же на
Южной Георгии, которую Брайян Янг и группа «Пэреквет» пыта¬
лись забрать у аргентинцев, ситуация выглядела ужасной. Два
вертолета «Уэссекс», пытающиеся эвакуировать SAS разбились на
леднике Фортуна при ужасных погодных условиях: сильном ветре,
жестоком холоде и снежном буране. Той ночью мы потеряли один
из новых вертолетов «Си Кинг 4» с «Гермеса». Он упал в море в
нескольких милях к югу от нас. Мы сумели спасти пилота, но про¬
пал член экипажа, и я приказал «Ярмуту», «Ресурсу» и «Олмеде»
остаться и вести поиск в районе, закончив его через час после рас¬
света. Остальные корабли спешили на юг.
«Алакрити» капитана 2 ранга Кристофера Крейга отставал из-за
проблем с машинами. «Грабитель» пытался достать нас снова перед
рассветом, но находящийся в готовности на палубе «Харриер» пере¬
хватил его на удалении восьмидесяти миль - наконец-то все прошло
успешно. Теперь мы были приблизительно в тысяче четырехстах
милях к востоку от южного Бразильского города Порту-Алегри и
шли прямо над возвышенностью Рио Гранди. «Ярмут», «Ресурс» и
«Олмеда» в ста двадцати милях по корме, «Алакрити» где-то посе¬
редине между нами. Их позиции больше всего волновали меня в
смысле распыления ударной группы. Я стремился присоединиться
к «Шеффилду», «Ковентри», «Глазго» и «Эрроу» с их танкером
«Эпллиф», ожидающих нас впереди. И в то же время я вынужден
был ожидать возвращения «Энтрима», «Бриллианта», «Плимута»
и «Тайдспринга» с Южной Георгии, если там удастся все быстро
решить. Запись в дневнике, сделанная ночью 24 апреля, свидетельст¬
вует о моем беспокойстве.
Напряженность усиливается. Операция на Южной Георгии столк¬
нулась с трудностями из-за страха перед аргентинской субмариной
(дизельной «Санта Фе»). Морской самолет-разведчик, к сожалению,
невозможно использовать для эффективного радиолокационного
наблюдения за обстановкой из района острова Вознесения. Нас задер¬
144

Глава 5. «Оружие в исходное/»
жала непредвиденная область низкого давления, вызвавшая сильный
шторм и волнение с юго-востока. Боюсь, что это только начало. Бес¬
покоюсь о том, чтобы догнать мою передовую группу. Мне не разре¬
шено их возвращать. Я оказался в ситуации, когда мое охранение
находится впереди, а мой вспомогательный флот - за кормой.
Ночью ветер начал ослабевать, и в воскресенье утром, вскоре
после завтрака, погода стала проясняться. Мы прошли область низ¬
кого давления и теперь прибавили скорость. Чудо произошло на
Южной Георгии, где Брайян Янг, Джон Коуард и Дэвид Пентрит с
помощью Ника Баркера на «Эндьюрансе» каким-то образом сумели
вывести из строя аргентинскую субмарину «Санта Фе». Теперь она
была на пляже в Грютвикене.
К 17.00 большая часть группы «Шеффилда» присоединилось к
нам, а час спустя мы получили сигнал, что Южная Георгия стала
нашей. Телеграмма в Великобританию от «Энтрима» была довольно
простой: «Рад сообщить Ее Величеству, что над Южной Георгией
английский военно-морской флаг реет рядом с «юнион джек». Боже,
храни Королеву». Это не совсем мой стиль, слишком много в нем
из имперского лексикона. «Операция «Пэреквет» завершена», - так
бы сообщил я. Но в этом случае у меня не будет чувства важности
события.
Тот день закончился неприятным происшествием: «Ярмут» полу¬
чил гидроакустический контакт с объектом, очень похожим на под¬
водную лодку. Этому не придавалось бы такого большого значения,
если бы «Ярмут» не эскортировал к ударной группе два транспорта
«Олмеда» и «Ресурс» из состава вспомогательного флота. Сейчас
«вероятная субмарина» болталась в середине походного порядка
ударной группы, в кромешной темноте, где маневрировали полно¬
стью затемненные корабли, пытаясь либо поддерживать контакт,
либо занять свое новое место в походном порядке. Это несколько
походило на свалку.
Вы сможете понять, что я чувствовал в тот день, из записи в моем
дневнике. Привожу ее полностью.
25 апреля. Мы прошли область низкого давления и движемся впе¬
ред. Тихая ночь. Позиция на международной арене становится все твер¬
же. Я все еще расстроен тем, что не разрешают собрать корабли ударной
группы вместе. Это делает ее опасно уязвимой. В течение дня мы по
одному собрали почти все корабли группы (за исключением «Бриллиан¬
та») и следили за событиями на Южной Георгии. После всех разговоров
о	разведке и подводной угрозе аргентинская «гаппи» была поймана
145

Фолклендская война
(вероятно, она не могла погрузиться), «поколочена» и отведена к
берегу в Грютвикен. Высадка произведена, и аргентинские войска сда¬
лись до того, как основная часть «сапогов» [морской пехоты] могла
быть доставлена на «Тайдспринге» из-за пределов двухсотмилыюй
зоны». В этом случае время, потраченное на разведку, было в основ¬
ном потрачено на окружение ста сорока «храбрых» аргентинцев. К
полуночи проблемы Георгии превратилась в проблему «что делать с
военнопленными?»
Моей основной заботой стало управление «Эпллифом» и «Ярму¬
том» после их соединения с ударной группой. Оба кружились подоб¬
но дворняжкам вокруг кота, очевидно, полностью утратив хладнокро¬
вие. Опасная и недостойная моряка неразбериха.
Позднее я сделал еще одно замечание:
Инцидент с «Ярмутом» и «Эпллифом» во время встречи удар¬
ной группы с группой «Шеффилда» мог стать хорошей причиной
«установления» кораблями ударной группы еще одного надводного
контакта. Очень сложно собрать вместе такое большое количество
полностью затемненных кораблей среди ночи. Но когда в этой обста¬
новке один фрегат полагает, что обнаружил субмарину, опасность
беды увеличивается. В течение некоторого времени все это было
весьма захватывающим зрелищем, но в конечном счете порядок был
восстановлен.
Это был своеобразный процесс обучения. Нам многому еще пред¬
стояло научиться. Меня очень тревожила ситуация с Правилами веде¬
ния боевых действий. Некоторые командиры кораблей очень букваль¬
но воспринимали мельчайшие детали разрешения или запрещения
определенных действий. В ситуации, когда дипломатическое решение
проблемы в ближайшее время представлялось мне невозможным,
напряженность во всей моей ударной группе возрастала. Люди начина¬
ли осознавать тот факт, что весьма скоро их могут убить. Они хотели
иметь полномочия не только защищаться, но и нанести удар первыми,
если опасность окажется очевидной.
Я рассматривал исключительную зону применительно как к само¬
летам, так и к надводным кораблям. Это мнение, просочившееся в
прессу, стоило мне упрека со стороны штаба флота. У меня было
много неясностей в отношении терминологии (хотя мне говорили,
что людям в Министерстве обороны все было предельно ясно!). Мое
понимание исключительной зоны определялось словом «всеобщая»,
хотя существовало несколько определений для этого пространства:
выборочная/морская/всеобщая исключительная зона/район, каж¬
146

Глава 5. «Оруте в исходное!»
ЛЬш
дое с соответствующей аббревиатурой. Моя просьба к руководству
о том, чтобы дать зоне название, вернулась из штаба флота самым
коротким за всю операцию сигналом: «Это ВИЗ-6».. Подозреваю, что
это было придумано моим старым другом и наставником, начальни¬
ком штаба вице-адмиралом сэром Дэвидом Галлифаксом, кавалером
ордена Бани, всегда любившим короткие и быстрые ответы.
На этом приятная часть заканчивалась. Я знал, что некоторые
из моих командиров были обеспокоены. Например, Майк Барро
над которым уже висела угроза военного трибунала за касание
винтами подводной скалы в бухте Бандар Джиссах. Я считал, как
впоследствии оказалось совсем неправильно, что Майк старался
«играть очень осторожно», мелочно придираясь к недостатку сво¬
их полномочий. Правда состояла в том, что он, как и все мы, был
расстроен этими Правилами, при первом прочтении делавшими нас
бессильными перед противником, реальность которого возрастала
с каждым днем. Я понимал, что существенное «усиление» ПВБД с
моей стороны было бы очень важным. Эти Правила имели смысл в
политической среде Уайтхолла, но на передовой войны они иногда
воспринимались менее ясно. Но ведь здесь нет времени для дебатов
относительно четко не обозначенных тонкостей. В любом случае два
моих старших командира - Барро и Коуард - читали Правила совсем
иначе. И я считал, что они, как и другие, нуждались в совете о том,
как нам следовало вести себя в первых жизненно важных схватках.
Самым важным для меня было понимание всеми командирами
моих сигналов: «когда» и «как» начать «войну». Поэтому я изобрел
сигнал «Конфистикейт». Такого слова нет в словаре. Я позаимст¬
вовал его у деревенского пастора, который не любил использовать
чересчур грубые слова, когда падал со своего велосипеда. Сигнал
означал: «Начать войну». Этот сигнал мог быть дан только мной.
До этого сигнала война не начиналась. Тем самым я фактически
забрал у моих командиров часть прав на самооборону, еще больше
ограничивая Правила, разрешавшие нам открывать ответный огонь.
Но я не хотел, чтобы эта война началась преждевременно, поскольку
это могло привести к беспорядку и потере управления... В ноябре
прошлого года на учениях в Аравийском море мне пришлось стать
свидетелем такой неразберихи.
Больше всего меня волновало то, что политические требования
могли обернуться тем, что мы войдем в ВИЗ со связанными руками.
Не исключалась и возможность того, что мне скажут: «Враг должен
6	ВИЗ - всеобщая исключительная зона
147

Фолклендская война
сделать выстрел первым». И если мы будем воевать по таким Прави¬
лам, то первый снаряд должен попасть в борт одного из моих менее
ценных фрегатов. А это организовать не так просто, не говоря уже о
том, что это не так уж приятно для фрегата. Мне хотелось самому
сделать первый выстрел, но для этого требовалось убедить главноко¬
мандующего ВМС, что это будет «по правилам». Как известно, пер¬
вый выстрел был сделан еще 2 апреля, когда аргентинцы пришли
на Фолклендские острова. И поскольку стрельба уже началась, то
достаточно об этом говорить.
Наш разговор по закрытому каналу спутниковой радиосвязи был
продолжительным. Я изложил в деталях все уроки, которые вынес
из опыта с «Корал Си». При этом хорошо представлял возможные
политические аргументы против меня: Великобритания хотела пред¬
ставить себя пострадавшей стороной, миролюбивой жертвой, кото¬
рую уже вероломно атаковали и теперь снова пытаются атаковать, а
поэтому мы должны принять на себя первый выстрел, который стал
бы новым casus belli1 и не являлся бы «нашей виной». Несмотря на
все эти аргументы, мне было ясно: если аргентинцы быстро сориен¬
тируются и нанесут удар по одному из моих авианосцев, нам уже не
потребуется casus belli. Война уже будет закончена.
Высказав свои опасения адмиралу Филдхаузу и, похоже, убедив
его, я смог расслабиться на этом фронте на то время, пока он будет
излагать нашу точку зрения начальнику штаба в Министерстве обо¬
роны, а тот в свою очередь изложит ее Кабинету Министров. Моя
задача состояла в том, чтобы обеспечить главкома достаточными
аргументами с места событий до того, как его доклад выслушают
лица, принимающие окончательные решения.
Так закончился еще один день. Ночь на 26 апреля началась с
установления контакта с надводной целью на удалении всего четыр¬
надцати миль. Очень близкое и очень запоздалое обнаружение. В
конечном счете цель была классифицирована как нейтральное ком¬
мерческое судно, но я еще раз мысленно возвратился к событиям
далекой ночи в Аравийском море и был очень обеспокоен отсутстви¬
ем возможности освещения надводной обстановки вокруг ударной
группы.
В конце концов мы получили возможность немного поспать,
но утром погода ухудшилась, снова замедляя наше продвижение.
В полдень температура быстро понизилась, холодный юго-восточ-
7	casus belli - повод для объявления войны (лат.)
148

Глава 5. «Оружие в исходное!»
Ль.
ный ветер усилился до скорости более тридцати узлов. Море снова
заштормило, но мы все же провели достаточно серьезное учение по
ПВО. Это было особенно сложно, потому что «противник на уче¬
нии» легко мог оказаться реальным противником, поскольку мы
приблизились к Фолклендам.
В этот же день я столкнулся с неприятностью, исходившей от
непредвиденного и, вероятно, непреднамеренного противника - бри¬
танской прессы. Должен заметить, что опыта работы с прессой у
меня не было - я никогда ранее с ней не общался. Я не знал, что им
можно говорить, а чего нельзя. Неделей раньше мне из штаба при¬
слали сложные рекомендации, предписывающие, с одной стороны,
оказывать прессе «всяческое содействие», а с другой - на полутора
страницах говорилось о том, чего я не должен им говорить. Все это
можно обобщить просто: «сотрудничеству - да, информации - нет».
Я стал перед необходимостью давать интервью для репортеров на
борту «Гермеса» в дополнение к телевизионному интервью, которое
несколько дней до этого я уже провел с Брайаном Хэнрехеном и
Майклом Николсоном. Все, что я сказал, стало достоянием общест¬
венности почти в одно и то же время.
Результатом был, как считали в Министерстве иностранных дел,
небольшой скандал. Цитировали мои слова: «Южная Георгия была
закуской, за ней последует тяжелый удар. Моя ударная группа долж¬
ным образом сформирована и готова его нанести. Это разминка
перед матчем, который в моем представлении будет проходным. Я
делаю ставку 20 к 1 на победу». Заголовок «Вудворд легко побежда¬
ет» до сих пор преследует меня. Но я уверен, что те из вас, кто был
рядом со мной, когда я несколько нерешительно начал свой путь к
Итон Холлу (несколько десятков страниц назад), согласятся, что это
на меня не похоже. Имеющаяся у меня запись интервью не содер¬
жит слов «легко побеждает», хотя я помню употребление этих слов
в несколько ином смысле. Меня спросили, что я думаю о шансах
Британии на успех, и я вспоминаю каскад мыслей, пронесшихся в
моей голове: «Кто услышит мой ответ? Аргентинцы? Члены британ¬
ского правительства? Британская общественность? Американцы?
Мир?.. Хорошо, о ком я должен заботиться больше всего? Вудворд,
быстро прими решение о том, кому ты адресуешь свои следующие
слова!»
Ответ был достаточно очевиден - никому из них. Я мог говорить
только с людьми, которые были со мной, с тысячами обеспокоенных
молодых людей, впервые идущих в бой. Я не должен, не мог позволить
никому из них, никому из оставшихся дома их близких думать, что
149

wAк.
Фолклендская война
есть хотя бы малейшее реальное сомнение в исходе любого из предсто¬
ящих сражений. Шансы были сомнительны, но я не мог позволить
сомневаться. «20 к 1», - сказал я. Они не должны, не имеют права
думать о поражении. Здесь моя команда, и я не могу сообщить им,
что мы можем проиграть, подобно тому если бы я был футбольным
тренером, дающим своей команде напутствие перед началом финаль¬
ного кубкового матча. Я сообщаю им самую большую ложь, которая
может сойти мне с рук, для того, чтобы поднять дух каждого. А заод¬
но и немного попугать аргентинцев. Я добавил, думаю, достаточно
благоразумно: «Но, откровенно говоря, это будет довольно легкая
победа». При этом я имел в виду выражение из теннисного жаргона.
«Легкая победа» получается тогда, когда ваш противник не выходит
на матч. Мне было неизвестно, что такие тонкости редко уважаются
в газетном мире.
Утром, после тяжелой ночи, когда мы пробивались сквозь нава¬
ливающиеся на нас морские волны, уменьшающие скорость до семи
узлов, меня первым делом вызвали «на ковер». Это был первый из
четырех случаев, когда адмирал сэр Джон Филдхауз лично говорил
со мной по спутниковой радиосвязи. Он довел официальное неудо¬
вольствие правительства Ее Величества моими высказываниями и
передавал указание свыше еще раз провести интервью, в котором
быть: «менее ура-патриотичным, более умеренным, миролюбивым,
спокойным и решительным».
«Миролюбивым?! - воскликнул я. - Со всем уважением, сэр, дол¬
жен заметить, что здесь в семи тысячах миль от дома, в штормовом
море, я командую ударной группой, которая, вероятно, уже в следу¬
ющее воскресенье начнет боевые действия. О каком «миролюбии»
может идти речь?!»
«Да», - ответил он терпеливо, словно волшебник из прекрасной
детской телевизионной программы Би-Би-Си. Он обратил мое вни¬
мание на то, что дома в прессе поднялся большой шум. Не представ¬
ляя, о чем идет речь, я вдруг понял, что совершенно не знаю, как
были преподнесены мои слова. Как человек, находящийся на передо¬
вом рубеже, я позволил себя роскошь полного непонимания. Неуже¬
ли им там было неясно, что пресс-конференция занимала примерно
восемьдесят третье место в моем списке приоритетов? Здесь, в мире
штормовых морей, сильных ветров, Правил ведения боевых дейст¬
вий, ракет, снарядов, компьютеров, «грабителей», «испугов», китов
и натянутых нервов несколько слов для прессы стоят для меня на
уровне фразы «передайте сосиски». И все же главнокомандующий
лично выговаривал мне за те несколько предложений, сказанных
мною перед телевизионной камерой для поднятия духа людей, нахо¬
150

Глава 5. «Оружие в исходное/»
дящихся под моим командованием. Неважно, что у нас большие
проблемы. Неважно, что «Алакрити» только что доложил: «человек
за бортом!», не важно, что ударная группа под моим командовани¬
ем скоро будет насчитывать около пятнадцати боевых кораблей и
примерно столько же вспомогательных судов с десятью тысячами
людей со всем их оружием и самолетами. Неважно, что мы находим¬
ся за тысячи миль от дома и любой базы, что аргентинский флот и
их ВВС хотят нас уничтожить. Главное, что я сказал прессе.
Конечно, если дома что-то из моего интервью не понравилось,
они могли бы это вырезать. Конечно, они должны были понять, что
взгляд на войну резко отличается в зависимости от того, откуда на
нее смотреть. «Говорили ли Вы, Вудворд, что это будет «легкая побе¬
да?» Да черт с ним, с тем, о чем я говорил. Пресса всегда оставалась
прессой и вызывала желание послать ее ко всем чертям. Но сэр
Джон настаивал на своем. Он снова дал понять: правительство хоте¬
ло бы, чтобы я провел пресс-конференцию снова, только для радио,
поскольку мы теперь зашли далеко на юг и доставить видеозапись
вовремя не представлялось возможным. В конце разговора я согла¬
сился с его доводами - другого выбора не было - и обязался быть в
своих миролюбивых заявлениях даже чуть-чуть боязливым.
На самом деле я только усугубил ситуацию.
-	Адмирал.., вы думаете, что эта война будет продолжительной?
-	Она может продолжаться несколько месяцев (очень умно, -
подумал я; в конце концов мы вообще будем неспособны воевать к
июлю, но высказать это я, конечно же, не мог).
-	И много людей может погибнуть?
-	Да, кровь проливается в большинстве воен. Я сомневаюсь, что
эта война будет исключением.
«ВУДВОРД ПРЕДСКАЗЫВАЕТ ДЛИТЕЛЬНУЮ И КРОВА¬
ВУЮ ВОЙНУ».
-	О, Сэнди?! Это главком. Премьер-министр не особенно доволь¬
на вашими противоречивыми высказываниями: сначала вы говори¬
ли, что это будет легкая победа, а теперь вы предсказываете длитель¬
ную и кровопролитную войну.
И тут я понял, что эту битву я выиграть не мог. Я осознал, что
крайне необходимо найти взаимопонимание между мной и прессой.
Но такая примирительная мысль просуществовала недолго, особенно
после того, как «Санди Телеграф» под заголовком некоего Айвена Роу¬
эна, чей опыт в военной области, как я полагаю, был очень ограничен,
опубликовала обо мне через три дня длинную статью со словами: «Видя
его по телевидению, полусидящим, полулежащим, прикрывающим рот
рукой, когда он неуверенно подбирает нужные слова, можно понять
151

Фолклендская война
то, что случилось на борту «Гермеса» на прошлой неделе. Адмирал не
способен справиться с ситуацией». Это, конечно, не имело отношения
к разработке наших планов боевых действий, что требовало интеллек¬
та, изучения и длительного времени. Это относилось только к методу
моего общения с прессой и было единственным, на что обращалось
внимание. Ни малейшего значения не придавалось эффекту, который
могла оказать замечательная строка «адмирал... не способен справить¬
ся с ситуацией» на тех молодых парней, которым вскоре, возможно,
придется воевать и умирать.
. Было ясно, что пресса не на «нашей стороне». Она видела себя бес¬
страшной искательницей правды, и я думаю, что она в этом преуспела.
Аргентинские адмиралы и генералы после войны признавали, что полу¬
чили 90 процентов всей разведывательной информации из британской
прессы. Особенно полезной оказалась всемирная служба Би-Би-Си.
Неприятность состояла в том, что они записывали каждое мое слово
как будто я разделял их мнение и высказывал действительно основан¬
ную на фактах, объективную, трезвую оценку наших возможностей.
Это было далеко не так. Я отвечал на их вопросы так осторожно и так
«охотно», как только мог, но никогда не был нештатным сотрудником
всемирной службы Би-Би-Си. Мы были обречены на непонимание по
крайней мере сначала.
Так за пару дней до входа в ВИЗ я оценил прессу как одну из
моих самых больших проблем и был раздражен тем, что вынужден
иметь с ней дело. У меня не было ни времени, ни опыта, ни навыков,
ни, конечно же, склонности. К тому же каждый раз, когда я разгова¬
ривал с ними, в Министерстве «сгорал предохранитель». Мы просто
не понимали друг друга, и вина за это справедливо лежит на обеих
сторонах. Ни один из журналистов никогда не принимал участия в
войне в составе ударной группы и даже не был на флотских учени¬
ях. Я же никогда не задумывался о потребностях редактора с Флит
-	стрит. Пресса была посторонней и смотрела на происходящие собы¬
тия со стороны; мы были непосредственными участниками событий
и смотрели на них изнутри. Их отношение можно выразить словами:
«не имеет большого значения, кто выиграет или проиграет, но мы
сообщаем об этом так правдиво, как видим сами». Для редакторов
также добавлялось правило: «пока мы можем продать это лучше,
чем наши конкуренты».
Моя позиция была такой: «говорите и делайте все, что угодно,
для достижения победы». Сейчас это можно сформулировать так:
«Экономьте правду». Поэтому вряд ли удивительно, что мы начина¬
ли с таких разных позиций. Намного более изумительным было то,
152

Глава 5. «Оружие в исходное!»
Ль.
как мы быстро всё отрегулировали в течение следующих нескольких
недель. Возможно, это тоже является частью военно-морских тради¬
ций, требующих определенных компромиссов.
Что бы ни говорили о традициях Королевских ВМС, их ценности
и пригодности сегодня, есть одна традиция, которую я считаю фунда¬
ментальной для всех остальных. Я называю ее «синдром «Джервис
Бей». Она связана с «Джервис Бей», 14000-тонным пассажирским
лайнером, построенным в 1922 году, призванным в ВМС в период
второй мировой войны и переоборудованным в крейсер. На его
палубе установили семь старых шестидюймовых пушек. Ему была
поставлена задача охранять конвои в Северной Атлантике. Кораб¬
лем командовал капитан 1 ранга Эдвард Фогарти Фигэн. К исходу
дня 5 ноября 1940 года «Джервис Бей» сопровождал конвой из трид¬
цати семи торговых судов в Центральной Атлантике. Внезапно на
горизонте появился немецкий карманный линкор «Адмирал Шеер».
Командйр Фигэн немедленно повернул к «Шееру», будучи уверен¬
ным, что его корабль будет потоплен, поскольку вооружение лин¬
кора было несравнимо сильнее. «Джервис Бей» вел бой в течение
получаса и был потоплен. Когда подобрали оставшихся в живых, то
среди них командира не оказалось. Эдвард Фигэн был удостоен кре¬
ста Виктории посмертно. Но эти жизненно важные полчаса позволи¬
ли конвою рассеяться. В результате с большим трудом «Шеер» смог
потопить всего несколько судов. Мы все об этом знали, как знали и
то, что сами можем оказаться в подобной ситуации.
С первых дней службы во флоте мы воспитывались на историчес¬
ких примерах героизма от сэра Ричарда Гренвилла на «Резолюшене»
до кавалера креста Виктории капитан-лейтенанта Рупа с «Глоуворма»,
который в отчаянии повернул свой тонущий корабль на таран большо¬
го немецкого крейсера «Хиппер». Все мы, от командиров кораблей,
которые шли со мной в конце апреля 1982 года на юг Атлантики к
Фолклендским островам, до матросов были воспитаны на этих тради¬
циях. Если необходимо, мы будем бороться насмерть, как поступали
наши предшественники. А если нам изменит удача и придется сражать¬
ся с превосходящим противником, мы будем идти вперед, сражаясь до
тех пор, пока наши корабли не погибнут.

Глава 6
Заключительный поход
Штормовое море, плохая видимость, дождь и ветер сильно задер¬
живали нас. Даже «Гермес» длиной 750 футов казался маленьким в
этой враждебной безбрежной стихии. Три дня мы не видели солнца.
Единственным похожим на его свет был редкий луч жемчужного
цвета, пробивающийся из-за несущихся облаков и окрашивающий
узором срывающуюся с гребней волн ледяную пену. Мы тяжело
продвигались вперед через длинные серые пенящиеся гребни волн
-	нерадостное зрелище даже для бывалых моряков. Это было как
раз то, чего мы ожидали. Мы рассчитывали, что скорее всего погода
лучше не станет. Я начал переговоры о нашем прибытии на день поз¬
же, чем первоначально планировалось. Нам, конечно же, следовало
спешить, но в то же время нельзя было позволить жестокой стихии
причинить нашим кораблям больше штормовых повреждений, чем
те, которых нельзя было избежать на этой ранней стадии войны.
К 27 апреля мы были менее чем за тысячу миль от всеобщей
исключительной зоны. Соседство с реальной войной плюс отврати¬
тельная погода начинали влиять не только на наши корабли, но и
на людей. Обнаружен второй случай стресса - молодого офицера
пришлось отстранить от исполнения обязанностей и перевести на
менее ответственную работу. Такие перестановки личного состава
провести нетрудно, если подобные случаи своевременно выявлены.
Проблема очень часто сводится к тому, чтобы убедить людей счи¬
таться с реальностью.
Подобные инциденты всегда наводили меня на грустные размы¬
шления. Я знал, что ни один из подверженных стрессу не был тру¬
сом или симулянтом. Просто ситуация, в которой мы находились,
154

Глава 6. Заключительный поход
крайне негативно воздействовала на психику людей против их воли.
Большинство психиатров констатируют тот факт, что человек может
работать, испытывая огромное напряжение, при условии, что только
половина его сознания подвержена личным опасениям. Когда же эта
доля превышена, человек становится менее способным правильно
реагировать на внешние раздражители. Он будет склонен продол¬
жать делать все, что делал раньше, как будто бы ничего не измени¬
лось. Редко это его вина. Я говорю это вопреки квазимедицинским
представлениям, длительное время господствовавшим в британских
вооруженных силах. Только теперь, в свете очевидных фактов они
начинают изменяться.
Я часто задавался вопросом, испытывал ли мой отец, Том Вуд¬
ворд, подобное напряжение. Он должен был испытать много ужасов
в траншеях первой мировой, но за всю оставшуюся жизнь не сказал
об этом ни слова. И только к концу жизни, когда его умственное
сопротивление ослабло и логическая связь нарушилась, я никогда
не забуду его с застывшим лицом схватившего стул и резким движе¬
нием толкающего его вперед словно это был штык. Ужасы 1915-1918
годов оставались с ним в течение пятидесяти лет и в конце жизни
они все еще были самыми яркими его воспоминаниями. Но и до сих
пор есть еще слишком много военных, которые вообще не считаются
с проблемой стрессов как до, так и после сражения. Они пожимают
плечами и обвиняют в трусости.
Через несколько дней был выявлен и третий случай - способ¬
ный и ответственный молодой человек был найден одетым в водо¬
лазный костюм и противогаз, свернувшимся в позе эмбриона. Он
находился под столом и был абсолютно невменяем. Классический
пример стресса в преддверии предстоящего боя. Я долго говорил
на эту тему со старшим врачом «Гермеса». Рассказал ему, как заме¬
тил однажды развитие одного из таких случаев сам. Я наблюдал
человека, больше не способного воспринимать новую информацию,
его реакция замедлилась, что сделало его крайне опасным. Исхо¬
дя из этого, я поручил моему офицеру менее ответственное дело,
чтобы посмотреть, как он реагирует. Начмед подтвердил мои интуи¬
тивные догадки (у меня не было никаких знаний в этой области) и
сказал, что в ходе этой кампании нужно ожидать проявления случа¬
ев серьезного стресса у пяти процентов личного состава. Он также
рекомендовал мне следить за любым чрезмерным употреблением
спиртного и долго продолжал говорить об этом, используя про¬
фессиональные термины. В конце концов, заскучав и позевывая, я
спросил его, какие ранние симптомы сопровождают стресс.
155

Фолклендская война
-	Вот этот для начала!
-	Что?
-	Зевота, сэр.
Это было для меня неприятным известием, так как в душе я счи¬
тал его абсолютно правым. В то время у меня проявилось несколько
симптомов стресса. Они проявлялись в различной степени и при
разных обстоятельствах.
Своевременное предупреждение начмеда, было для меня очень
хорошим поводом для того, чтобы понаблюдать и позаботиться о сво¬
ем психическом состоянии, и психическом здоровье других. Знания в
этом деле (о котором часто умалчивают) помогают бороться со стрес¬
сами и они обязательны для современного управления.
Теперь, оглядываясь назад к тем крайне напряженным дням, я
могу более ясно понять тонкости постепенного перехода наших
кораблей от состояния «соединения, проводящего учения в мирное
время», до состояния ударной группы, которая фактически готовит¬
ся вести войну, а следовательно будет иметь повреждения, терять
корабли и человеческие жизни. Команды на всех уровнях стали
резкими и немногословными. Говорят, что первой жертвой войны
всегда становится правда. Я убежден, что в нашем случае, ею стала
вежливость: «Выполнять немедленно!» «Не стой, действуй!» Люди ста¬
ли действовать на пределе возможностей; задачи, которые раньше
казались малозначительными, теперь стали критически важными.
Все флотские традиции и аргументация, казавшиеся в мирное время
второстепенными, формальными и даже грубыми, больше таковыми
не были. Доводы, которые казались ранее неубедительными и неяс¬
ными, сейчас воспринимались чрезвычайно ясно. Поразительно, как
перспектива близкой гибели может мобилизовать каждого проявить
все свои возможности.
Не обошлось и без очередных человеческих потерь. Не только
случаи стрессов, но также и срывы среди тех людей, которым было
трудно работать более эффективно. Но хочу сказать, что подавля¬
ющее большинство людей сдерживали свои волнения и должным
образом подготовились к выполнению своих задач (что мы ожидали
как само собой разумеющееся), в традициях военной службы не зада¬
вая вопросов. Не обошлось и без обычного мрачного юмора по мере
того, как писали завещания и отправляли домой последние письма.
Люди оставались неунывающими, решительными и, как я заметил,
считали наше дело правым, словно действия аргентинского верхов¬
ного командования были личным оскорблением для всех и каждого.
Это позволяло демонстрировать довольно обнадеживающую (с моей
точки зрения) британскую жестокость.
156

Глава 6. Заключительный поход
Повышение результативности и активности было, в некотором
смысле, скрытым преимуществом, поскольку все были заняты гораздо
больше, чем обычно. Это, в свою очередь, оставляло меньше времени
для мучений и волнений о менее привлекательных аспектах нашего путе¬
шествия. Все очень просто - каждый теперь старался намного больше.
Такая активность имела осложнения и для меня, так как росло стремле¬
ние вникать в детали различных операций - роскошь, которая была не
только неуместной, но и очень опасной. Невозможно эффективно руко¬
водить операцией, опускаясь до простых мелочей. Нужно постоянно
думать и анализировать, представлять и сравнивать события как можно
большего масштаба для того, чтобы перехитрить противника.
Поэтому наша организация командования нуждалась в очень серьез¬
ной доработке. Ведь в бою потребуется обеспечение максимальной под¬
держки всех решений, точное выполнение всех приказов, команд, и в
тоже время, усиленное внимание к каждой детали, чтобы ничего не упу¬
стить. Во всем этом я должен был проявлять максимальную гибкость,
которая позволяет действовать в непредвиденной обстановке. Кроме
того, организация командования должна работать как самоуправляюща¬
яся, поддерживающая меня в курсе событий и также предоставляющая
мне время критически оценить развивающуюся ситуацию. Если каждые
десять минут в течение ночи спрашивать меня о том, каково будет мое
решение, то это приведет к обратному результату. Операция должна
идти по плану, независимо от того бодрствую ли я или нет. Поэтому
я очень внимательно подбирал штабных офицеров на ответственные
должности, очень близкие к моей компетенции.
Я также принял исключительное решение назначить себе двух
заместителей по боевому управлению (ЗамБУ) для принятия от
моего имени решений в реальном масштабе времени, которые каса¬
ются всей ударной группы. Два заместителя необходимы для того,
чтобы один из них всегда был на вахте. И оба они должны быть капи¬
танами 1 ранга. Было бы установившейся практикой назначить два
или даже три относительно младших офицера для исполнения таких
обязанностей, возможно, в звании капитана 2 ранга и двух капитан-
лейтенантов, но это не обеспечивало бы необходимый мне для работы
уровень компетенции. Каждый капитан 1 ранга со времени, когда он
был капитан-лейтенантом, уже прошел строгий и индивидуальный
процесс отбора дважды. Он уже ясно продемонстрировал высокий
интеллект и способности руководителя. Если я хочу доверить ЗамБУ
нести вахту по всей группе, мне нужны именно такие люди. И если
командиры на других кораблях должны доверять решениям, приня¬
тым на ФКП от моего имени, то и для них эти решения должны
исходить от проверенных людей.
157

Фолклендская война
Я не думаю, что проявлением человеческих слабостей будет при¬
знать, что я выбрал на должность своего первого ЗамБУ старого и
проверенного друга. Им был сорокашестилетний капитан 1 ранга
Энди Букенэн, коллега-подводник, до этого командовавший эсминцем
УРО «Девоншир» класса «каунти», однотипным с «Глэморганом». На
самом деле он был направлен ко мне на случай, если нам придется
с «Гермеса» управлять подводными лодками, действовавшими совме¬
стно с нами. Но этого, несмотря на мои пожелания, не произошло,
и Энди оказался востребованным для новой важной должности в
предстоящей кампании. Он очень хорошо подходил для этой работы.
Этот высокий, рыжеволосый, с веснушчатым лицом гемпширец уже
командовал пятой британской атомной торпедной подводной лодкой
«Корейджес» и к тому же служил со мной на дизельной подлодке
«Порпойс». Кроме того, что он меня хорошо знал и понимал с полусло¬
ва, а я полностью доверял его профессионализму и компетентности. И
если вдруг эмоции выйдут из-под контроля, он всегда будет знать, как
рассмешить босса - талант, который невозможно переоценить в любой
жизненной ситуации.
Моим вторым, но не младшим ЗамБУ, был капитан 1 ранга
Питер Вудхэд, стройный, но довольно угловатый человек, как по
характеру, так и по телосложению. Человек с очень высоким интел¬
лектом, он был помощником начальника управления по перспектив¬
ной военно-морской политике в то время, когда я был начальником
этого управления. Его я выбрал потому, что он произвел на меня
сильное впечатление как «господин-угадай-будущее». Я ничего не
знал о его компетентности в вопросах ведения боевых действий «на
передовой», но то, что я знал о нем как о профессионале и челове¬
ке, давало мне основание для уверенности в правильном выборе. К
тому же Питер был морским летчиком и мог быть моим советником
по авиации. Эта трудная должность предполагала ежедневное обще¬
ние с различными авиационными специалистами, которые требова¬
ли, как примадонна, особого к себе отношения. Сама природа их
работы в условиях высокой возможности аварийного отказа, смерти
и ранения неизбежно формирует особый тип человека. Из собствен¬
ного опыта знаю, что летчики морской авиации между собой могут
соглашаться только по двум позициям: а) тот, кто не является мор¬
ским летчиком - пещерный человек; б) это особенно применимо к
Королевским ВВС. В морской авиации пилоты «Си Харриеров»
считали себя людьми особенными, стрелами в небе. Пилоты противо¬
лодочных вертолетов «Си Кинг» считали пилотов «Си Харриеров»
крикливыми и безответственными. А «джунгли» - пилоты вертоле¬
тов командос «Си Кинг 4» - относились к обеим группам с презре¬
158

Глава 6. Заключительный поход
нием, считая их воздушными водителями грузовиков.
Замечу, что Питер Вудхэд был выходцем из «джунглей». Он один
из многих весьма удивительных летчиков, которые выполняют уни¬
кальную задачу в самых опасных условиях и, как правило, полагают,
что они единственные, которым на самом деле необходимо летное
мастерство.
К счастью, Питер был слишком интеллигентен для подобных
ребячьих острот. Это одна из причин, почему он стал адмиралом и
командующим второй флотилией. Кроме того, он оказался очень урав¬
новешенным и надежным советником по авиации, что было особенно
важно, поскольку Королевские ВВС советника не предоставили. Не
то чтобы они не предложили, но, как я всегда предполагал, авиаторы
дома решили, что без этого вполне можно обойтись.
Позволю себе несколько отвлечься и пояснить задачи наших
«джунглей». Они - профессионалы. Их основная работа заключается
в скрытой доставке под покровом темноты в тыл противника разве¬
дывательных отрядов SAS и SBS, которые должны сообщить нам
о замаскировавшемся противнике и о том, где нам не следует появ¬
ляться, чтобы не нарваться на мощную аргентинскую оборону. От
этих пилотов вскоре потребуется летать в плохую погоду, в полной
или почти полной темноте над территорией противника и, конечно
же, на предельно малой высоте. Они не будут знать, где находится
противник до тех пор, пока это не станет очевидным. Сидящие за
ними в вертолете люди будут бойцами спецназа, готовыми к немед¬
ленной высадке, как только пилоты через очки ночного видения най¬
дут для этого подходящий пятачок. Специальные очки, которые они
носят, дают возможность достаточно хорошо видеть при свете звезд
и еще лучше при луне. Однако любая светящаяся лампочка в кабине
или даже удаленный уличный свет слепит пилота до тех пор, пока
не выйдет из поля его зрения. Так или иначе «джунгли» - очень спе¬
цифический народ, и, понятно, они очень гордятся своей особенной
работой. Питер Вудхэд был одним из них, он понимал всех летчиков
с их предрассудками, проблемами, требованиями и отношениями.
Все это в конечном счете сделало его почти бесценным на борту иду¬
щего на войну авианосца.
Если бы меня попросили сравнить Питера и Энди, я бы сказал,
что Питер хорошо подходит для армейского разведывательного полка
«Зеленых жакетов»1, а Энди - для хорошего бронетанкового полка, а
в былые времена - для службы в кавалерии.
Теперь, когда истекают последние дни нашего перехода на юг,
1	Название известного полка «Green Jackets
159

Фолклендская война
для этих двух ключевых офицеров был установлен график несения
вахты - шесть часов на вахте, шесть - на отдых. В течение вахты они
минута за минутой отслеживали все события, фильтруя и передавая
информацию, отдавая приказания и контролируя всю деятельность
ударной группы в соответствии с ранее разработанными на каждый
день планами. И капитан 1 ранга Букенэн и капитан 1 ранга Вудхэд
подчинялись только непосредственно мне. Они всегда в критичес¬
кие моменты могли воспользоваться просьбой «адмиралу на ФКП!»,
но никогда ею не воспользовались за все время пребывания в районе
Фолклендских островов. И не потому, что я всегда был на ФКП, а
потому, что они всегда сами были готовы и готовили меня к быстро
изменяющимся событиям.
Рядом с ними работал на равных, но в совсем другой роли, опера¬
тор моего штаба капитан 2 ранга Джереми Сандерс, специалист по
связи, уже успешно командовавший фрегатом. Несомненно, если бы
я не установил институт «замов по БУ» из двух вахтенных капита¬
нов 1 ранга, он был бы старшим офицером боевого управления. Он
отслеживал возможное развитие событий на длительную перспекти¬
ву. Я получал более пятисот сигналов за день от штаба в Нортвуде,
из Министерства обороны в Лондоне, с острова Вознесения, других
кораблей группы, отовсюду. Джереми просматривал каждый сигнал,
фильтруя их по важности и предназначению и передавал для рас¬
смотрения соответствующим офицерам штаба. Таким образом, ко
мне попадали только те сигналы, которые требовали исключительно
моего решения. Это освободило меня от множества ненужных дета¬
лей и лишней суеты. Ни один командующий в боевой обстановке
не может работать без такого человека. На таких людей возложена
огромная ответственность, но, как правило, они редко получают за
это благодарность.
Как бы ни было трудно, Джереми успешно справлялся со своими
обязанностями. В течение дня почти непрерывно ему приходилось
иметь дело с неожиданными просьбами, неясными командами, нечет¬
кими предложениями, радиопереговорами по «кудахталке», преобразо¬
ванием моих пожеланий в ясные и точные письменные распоряжения
для ударной группы. Но его обязанности этим не ограничивались.
Он был также ответственным за то, что американские корпорации
называют «исполнение». Иными словами, если поступает приказание
(например, «Ковентри» совместно с «Бриллиантом» завтра утром
занять огневую позицию для обстрела аэродрома Порт-Стэнли), то
он являлся тем человеком, который был обязан все проверить, чтобы
это действительно произошло и чтобы все, кто должен об этом-
160

Глава в, Заключительный поход
знать (офицеры боевого управления, корабли, которых это касается,
ближайшие самолеты, начальник ПВО и так далее), точно и своевре¬
менно были об этом информированы.
Я полностью осознаю, что без такого человека было бы невозмож¬
но управлять операцией. В дополнение к этим своим достоинствам
Джереми Сандерс обладал редким чувством такта, что всегда высоко
ценилось в высших эшелонах флота и в недостатке чего меня часто
обвиняли.
Офицеры, которые планировали боевые действия, - группа капи¬
танов 2 ранга и капитан-лейтенантов - подчинялись непосредственно
Джереми Сандерсу. Эти офицеры были специалистами по основным
направлениям деятельности: надводным силам, авиации, подводным
лодкам, наземным войскам, войскам специального назначения, связи,
радиоэлектронному противодействию, техническому и тыловому обес¬
печению, електромеханическому делу, медицинскому обеспечению, по
всему тому, что требует согласованных действий.
Таким был старший руководящий состав моего ФКП на «Гер¬
месе», откуда я командовал нашими боевыми действиями против
аргентинцев. Палубой выше находился ЦКП командира «Гермеса»
капитана 1 ранга Линли Мидлтона, еще одного морского летчика.
Его задачей было управлять этим плавучим аэродромом. Он отве¬
чал за управление кораблем, доставку нас в нужное место, обеспече¬
ние постоянной боевой готовности полетной палубы и самолетов,
а также за создание условий для работы флагмана. Обязанности
командира «Гермеса» совершенно отличались от моих. Хотя от
нас и требовалось работать вместе, как с другими командирами
кораблей, у нас на самом деле были разные задачи на борту одного
корабля.
В среду, 28 апреля, в Южной Атлантике мы больше не обсужда¬
ли возможность войны - она была слишком близко, чтобы думать
или планировать иначе. Время от времени мы получали сообщения
из Лондона о том, что генерал Хейг предпринял последнее заключи¬
тельное усилие для достижения мира, но для нас это не имело ника¬
кого значения. Наша работа состояла в том, чтобы быть готовыми
защитить себя, быть готовыми при первой возможности атаковать
и приступить к высадке на Фолклендские острова порядка десяти
тысяч британских войск. Это было именно то, чем мы занимались.
Мы и не знали, что на родине наши действия находили поддержку
редакторов национальных газет. Они, по-видимому, требовали старо¬
модного морского боя, сочиняя передовые статьи, призывающие к
®5-5745
161

«4k.
Фолклендская война
окончанию бесполезных переговоров. Их точку зрения можно понять.
Морской бой, вероятно, выглядит весьма захватывающе, даже роман¬
тично для жителей Орпингтона2, совсем не так, как для тех, кто в
нем участвует.
В тот день нам передали сигнал, что хунта отклонила последнюю
попытку Хейга по достижению мира. И госпожа Тэтчер, по-моему,
после этого была не склонна отступить. Она сказала, что, если нужно,
мы будем воевать. Она знала о военных сроках, указанных на моем
графике еще на острове Вознесения. Это был конец мира.
Но что бы ни происходило в высших эшелонах власти, у меня
были другие проблемы. Одной из них был вопрос: кто должен
управлять тремя атомными подводными лодками, уже находящи¬
мися в Южной Атлантике. Ими были: «Конкерор», усовершенство¬
ванная подводная лодка класса «вэлиант» водоизмещением 4000 тонн
под командованием капитана 2 ранга Кристофера Рефорд-Брауна;
«Спартан», немного большая лодка класса «Свифтшур» под коман¬
дованием капитана 2 ранга Джима Тейлора; «Сплендид», однотип¬
ная «Спартану» лодка под командованием капитана 2 ранга Родже¬
ра Лейн-Нотта. Все подводные лодки и их командиров я хорошо
знал.
Я полагал, что должен взять управление лодками на себя, а не остав¬
лять их под управлением командующего флотилией подводных лодок
из Нортвуда. Для этого имелось несколько веских причин:
а)	у меня в штабе находился капитан 1 ранга Букенэн, пребыва¬
ние которого в основном связывалось с выполнением обязанностей
командира группы подводных лодок в этом районе;
б)	представлялось более логичным, по крайней мере для меня,
что подлодки должны управляться мною в случае, если потребуется
действовать в быстроменяющейся обстановке, когда принятие реше¬
ния. не терпит отлагательств;
в)	можно было полагать, что я сам кое-что знаю о предмете бое¬
вого применения подводных лодок поскольку меня, как известно,
назначили на неделю или две командовать флотилией подводных
лодок в 1981 году;
г)	«Гермес» был полностью оборудован всеми необходимыми сре¬
дствами связи для управления подводными лодками.
Больше всего я хотел изменить методы ведения операции, сде¬
лав их более подходящими для преобладающих на юге условий. В
Северной Атлантике, где в контексте НАТО главной задачей явля¬
ется борьба с подводными лодками, имеется очень много кораблей,
2	Типичный английский городок в Кенте. (Прим. переводчика)
162

Глава 5. «Оружие в исходное!»
самолетов и подводных лодок, действующих в непосредственной
близости с большими силами противника. Поэтому мы делим океан
на районы. Потом располагаем в этих районах подлодки так, чтобы
каждая имела, образно выражаясь, свой собственный «участок» оке¬
ана. Это делается для того, чтобы исключить возможность атаковать
своего. Лодкам не позволяют нарушать границу другого «участка»,
и также ни одному нашему кораблю или самолету не разрешается
атаковать в таких районах подводные лодки до тех пор, пока они не
классифицированы как противник. Такую классификацию произвес¬
ти непросто даже при благоприятных условиях, еще хуже, когда вам
нужно выстрелить первым в интересах собственной безопасности.
Таким образом, наша тактика в противолодочной войне относитель¬
но проста: держать свои подлодки в «участках»; если обитатель
«участка» обнаруживает другую подлодку, то это должен быть про¬
тивник, и вы можете стрелять «с бедра», будучи уверенным в том,
что не потопите одну из своих подлодок. Держите лодки раздельно
-	они будут в безопасности.
Но эти условия неприменимы к Южной Атлантике, где наш веро¬
ятный противник, Аргентина, имел всего четыре субмарины, одна
из которых, почти сорокалетняя «Санта Фе», была уже уничтожена
на Грютвикене. Однотипная ей «Сантьяго дел Эстеро», почти того
же возраста, была, по нашим данным, временно небоеспособна. Оста¬
вались две небольшие лодки проекта 209 - «Сальта» и «Сан Луис»
-	немецкой постройки. Их вряд ли можно было считать океанскими,
и я полагал, что они будут действовать ближе к Порт-Стэнли (если
они боеспособны). Там был единственный район, где они имели хоро¬
шие шансы найти британские корабли. Конечно, эти две небольшие
субмарины были маловероятными целями (или угрозой) для наших
атомных подводных лодок, первостепенной задачей которых было
не допустить передвижения аргентинских надводных кораблей.
Поэтому я пришел к выводу, что больше нет необходимости огра¬
ничивать действия наших атомных подлодок в пределах отдельных
районов при условии запрещения им атаковать подводные цели.
Выпуская подлодки за пределы отдельных районов, я мог бы «при¬
крепить» любую из них к группе аргентинских надводных кораблей
(или они сами могли бы это сделать при благоприятной возможнос¬
ти) в готовности атаковать их при получении окончательного разре¬
шения из Лондона.
Однако Нортвуд, вероятно, по политическим соображениям, не
захотел на этой стадии конфликта изменить систему действий под¬
лодок в своих районах и не передал мне управление субмаринами. С
командующим флотилией подводных лодок и главнокомандующим

Фолклендская война
ВМС, оба старше меня и подводники до мозга костей, я не мог про¬
должать спор. Поэтому прекратил дебаты со всей вежливостью, на
которую был в тех обстоятельствах способен.
К 28-му апреля прибрежное пространство вокруг Фолклендских
островов было разделено на 4 сектора: «Конкерор» в юго-западном
и юго-восточном секторе, «Спартан» - северо-западном, а «Сплен-
дид» - в северо-восточном. Обе северные подлодки часто меняли
свои позиции. Никому не позволялось нарушать границу и входить
в чужой сектор. Все это несколько дней спустя привело к серьезным
последствиям, но я должен с гордостью заметить, что никогда или
по крайней мере не так уж часто употреблял по отношению к ним
фразу: «Я же говорил».
А время шло... Несмотря на плохую погоду и некоторую задерж¬
ку, мы достигли определенного прогресса в продвижении на юг.
Ударная группа была наконец собрана. В среду, в полдень, мы прове¬
ли всеобщее учение по ПВО, результаты которого прибавили опти¬
мизма каждому из нас. Мы обнаружили и отогнали «грабителя» в
ста тридцати милях от нас, когда он повернул в сторону заходящего
солнца.
В тот вечер я написал письмо Шарлотте, которое начиналось
такими словами:
Дни проходят удивительно быстро без реальных политических
измеиепий. Нельзя не почувствовать, что здесь происходит что-то
необычное. Действительно ли придется нам воевать? Я ли ответст¬
вен за судьбы пятнадцати тысяч людей и самого большого флота,
который собран за последние тридцать пять лет? Я никогда не пре¬
тендовал на место в какой бы то ни было исторической книге и не
испытываю особого энтузиазма от такой перспективы, особенно,
если для этого требуется посылать па передний край своих старых
друзей... Картина мрачная, и политики, вероятно, попытаются свя¬
зать мне руки, а потом обвинить в том, что я не смог вытянуть для
них каштаны из огня...
День продолжается. Большинство планов на первые дни сраже¬
ния готовы. Они по определению очень гибкие. Я их проанализиро¬
вал и поэтому чувствую на душе облегчение.
Безусловно, за последние дии и часы количество вариантов сокра¬
щается, и решения принимаются несколько легче. Даже мысль о
смерти воспринимается не как мало вероятная, а такой, каковой она
является - вероятной и, возможно, неизбежной. Может быть, этого и
не произойдет, если делать все возможное. Хотя, в общем-то я чувст¬
вую облегчение от того, что паша часть дела на ближайшие песколь-
164

Глава 6. Заключительный поход
ко дней почти закончена. Это будут напряженные дни и необходимо
взять себя в руки, хорошо отдохнуть для того, чтобы быть готовыми
ко всему.
Вы, очевидно, почувствовали, что возможные реальности вой¬
ны начинали воздействовать и на меня. Запись в моем дневнике,
сделанная около полуночи, гласит: «Погода улучшилась, и мы
использовали затишье перед следующим штормом для дозаправки.
Окончательные приготовления для схватки уже почти завершены -
надеюсь, политики вовремя отступят, иначе многим людям придется
остаться здесь навсегда».
Четверг, 29 апреля. До ВИЗ примерно пятьсот миль. Мы потра¬
тили большую часть дня на дозаправку и пополнение запасов, так
как очень скоро все это сделать будет не так просто. «Бриллиант»
и «Плимут» присоединились к нам после возвращения с Южной
Георгии. Капитан 1 ранга Коуард прилетел ко мне для подробного
доклада о боевых действиях, а также о печальном инциденте на бор¬
ту подводной лодки «Санта Фе».
После захвата «Санта Фе» несколько морских пехотинцев прибы¬
ло на борт контролировать действия аргентинского экипажа, обслу¬
живающего корабельные системы. В центральном посту подводной
лодки морской пехотинец приказал механику прекратить возиться
с каким-то механизмом управления. Но механик продолжал свое
дело, и морской пехотинец, напуганый тем, что он пытается зато¬
пить лодку, сделал ему последнее предупреждение. Когда и оно
было проигнорировано, он выстрелил и убил его.
Я думаю, капитан 1 ранга Коуард решил, что эти действия мог¬
ли быть расценены в официальных инстанциях в лучшем случае
как «чрезмерно опрометчивые», а в худшем - как несовместимые с
Женевской конвенцией. Я должен был узнать прежде всего его мне¬
ние, поскольку Коуард отвечал за «Санта Фе», когда это случилось.
Возможно, он интуитивно полагал, что я буду солидарен с морским
пехотинцем: война есть война. Как бы ни было грустно, недоразу¬
мения и несчастные случаи всегда будут сопровождать людей, ока¬
завшихся в незнакомой ситуации рядом с противником, действия
которого будут казаться угрожающими.
Той ночью опустился самый настоящий туман, как в Англии в
ноябре. Он окутал ударную группу серым покрывалом холода и
сырости. Ветер стих, и, хотя море успокоилось, мы отменили все
полеты из-за нулевой видимости. После обеда я провел совещание
с моими командирами. К полуночи мы знали, что никакого полити¬
ческого прогресса не достигнуто. Находясь один в своей каюте, я
165

Фолклендская война
писал домой: «Время истекло. Я должен буду войти в зону, произ¬
водить агрессивные шумы у Порт-Стэнли и начинать терять людей.
Не совсем так я предполагал этой поздней осенью отметить свое
пятидесятилетие!»
За тихой ночью - у тумана есть свои достоинства - последовал
еще один напряженный день, который мы использовали для полной
заправки топливом и подготовки к заключительному подходу. В
конце дня один из «Харриеров» в ходе патрулирования обнаружил
рыболовецкое судно, которое было классифицировано как канад¬
ское исследовательское судно под названием «Нарвал». Тогда я это¬
му значения не придал.
Находясь в двухстах пятидесяти милях от ВИЗ, мы получили из
Лондона новые Правила ведения боевых действий. Войдя в зону,
я имел право открывать огонь по любому боевому кораблю или
самолету, находящемуся в этой зоне и классифицированному как
аргентинский.
Пока мы готовились к заключительному подходу к островам,
президент Рейган ввел против Аргентины военные и экономические
санкции, похоже, к большому удивлению хунты. Аргентинцы ничего
не знали о распоряжениях Каспара Уайнбергера, в соответствии с
которыми нам предоставили ракеты класса «воздух-воздух», боепри¬
пасы, топливо, инфраструктуру на острове Вознесения, некоторые
спутниковые каналы связи и другую помощь. В течение нескольких
недель практически ни в чем не было отказано, кроме самолетов
ДРЛО и большого ударного авианосца, который необходим для
их использования. Но это означало бы, что американцы напрямую
вовлекаются в боевые действия и намного превышало бы то, на что
мы надеялись. Британия всегда была готова сражаться со своим вра¬
гом одна, если дело доходило до этого.
После того, как я прочитал и переварил наши новые Правила веде¬
ния боевых действий, главком позвонил мне по спутниковому каналу
и сообщил: «Идти». Мье официально давали разрешение следовать в
ВИЗ и начать процесс освобождения Фолклендских островов.
Тактическая ситуация с нахождением аргентинского флота стала
более ясной. К северо-западу от нас находился их авианосец «Венти-
синко де Майо» с двумя эсминцами охранения. На его палубе мог¬
ло быть порядка десяти истребителей-бомбардировщиков, а также
несколько хорошо подготовленных для нанесения ударов по надвод¬
ным кораблям «Супер-Этандаров» с ракетами «Экзосет». На юго-запа¬
де - броненосный крейсер «Генерал Бельграно» с двумя эсминцами
охранения, каждый из которых имел восемь ракет «Экзосет».
166

Глава 6. Заключительный поход
Поскольку я шел на запад, в район Порт-Стэнли, чтобы ввести их
в заблуждение относительно района высадки, то мне казалось, что
эти две группы попытаются взять нас в клещи. Я решил держать
«Конкерор» в непосредственном контакте с группой «Бельграно» на
юге, а на севере - одной из S-субмарин3 преследовать по пятам их
авианосец с охранением. С получением сигнала из Лондона я хотел
продемонстрировать им наше присутствие, предпочтительнее путем
уничтожения их авианосца и, что еще более важно, его самолетов.
Увы, первоначально события развивались не так хорошо. Хотя
«Спартан» был ближе других к месту, где по нашим оценкам нахо¬
дился «Вентисинко де Майо», ее хозяева из Нортвуда уже дважды
направляли лодку в другую сторону, отвлекая ее от того, что я счи¬
тал основной задачей субмарины [авианосец «25 де Майо»] для
поиска других, значительно менее важных или угрожающих нам
целей. Теперь лодка была слишком близко к границе собственного
района. Ей было запрещено пересекать невидимую линию, за преде¬
лами которой, как мы полагали, действовал «25 де Майо».
Северо-Атлантические правила запрещали подводной лодке
покидать свой район за исключением случая «непосредственного
преследования» кораблем противника. Командир «Спартана» не мог
идти далее, не нарушая границу района подводной лодки «Сплен-
дид». Но он не знал, что «Сплендид» была слишком далеко, так как
капитан 2 ранга Джим Тейлор весь день отвечал на противоречивые
данные разведки. Теперь уже было слишком поздно. К моему сожа¬
лению, я понял, что ни одна из двух подлодок не может достать ту
единственную цель, которая была нам так необходима. Таким обра¬
зом, мой подводный щит на севере не сумел «накрыть» (военно-мор¬
ской жаргон для понятия «обнаружить и преследовать по пятам»)
аргентинский авианосец. И морская авиация Анайи выжила, чтобы
позже нанести серьезные повреждения нашим кораблям.
Нашим достижением было то, что мы еще раз классифицировали
«Нарвал» как аргентинский траулер, осуществляющий на почтитель¬
ном расстоянии наблюдение за нами. Я послал «Алакрити» предупре¬
дить его о возможных последствиях, что он и сделал. «Нарвал» исчез
как раз тогда, когда мне было нужно. Не хватало еще того, чтобы арген¬
тинец осуществлял слежение за нами на заключительном этапе этого
перехода и докладывал своим друзьям наше точное местоположение:
«Ну, - подумал я, - плохой человек, если ты еще раз появишься, то
мне придется с тобой разобраться независимо от того, разрешено мне
стрелять по рыболовным судам или нет».
3	Имеются в виду атомные подводные лодки типа «Свифтшур» («Swiftsure»),
все их названия начинаются на букву S. (Прим. переводчика)
167

Фолклендская война
День закончился небольшим добавлением к письму Шарлотте.
Мы выступили. Завтра день «С» (мое изобретение, чтобы не
путать с днем «Д», подразумевая под «С» глупого, безрассудного
человека4). Что бы ни случилось на самом деле, предзнаменования
хорошие. Есть некоторая нервозность, но не более, чем на линии
старта или перед публичным выступлением. Завтра, возможно, будет
хуже, так как все начинается всерьез, и мы вступаем в дело.
Однако после моего короткого примечания спать я не лег: мы вхо¬
дили в своего рода ничейное водное пространство - аргентинскую
исключительную зону войны, которая простиралась от островов в
океан примерно на шестьдесят миль далее, чем наша. Признаем ее
или нет, но мы должны осознавать, что они чувствуют себя вправе
атаковать нас в этой зоне. Проблема состояла в том, что я мог толь¬
ко защищаться, если на меня нападут. Я не имел права стрелять
первым. Такое право предоставлялось только внутри нашей собст¬
венной исключительной зоны, которая начиналась на шестьдесят
миль ближе к берегу. Опасное и неразумное с военной точки зрения
положение дел. Я мог только надеяться, что аргентинцы не восполь¬
зуются нашим уязвимым положением, пока мы в спешном порядке
будем пересекать эту полосу. Те, кто не волновался той ночью, не
понимали реальностей.
Тем временем ударная группа шла курсом на юго-запад. Корабли
были построены в ордер ПВО с выдвинутыми на запад эсминцами
проекта 42: «Глазго», «Шеффилдом» и «Ковентри». Их радары даль¬
него радиолокационного обнаружения были готовы к обнаружению
приближающихся самолетов. Внизу, тремя палубами ниже ходового
мостика, на ФКП уже было состояние войны, безошибочное в своей
безотлагательности, жесткое по своему предназначению. Вахтенные
в огнезащитных одеждах продолжали бесконечное бормотание в
микрофоны в странном полумраке под аккомпанемент стука клави¬
атур. Флагманские офицеры стояли, чтобы лучше контролировать
все, что происходит на ФКП; контролеры бесшумно передвигались
позади сидящих перед экранами молодых операторов. Все сосредо¬
точены как никогда. И каждый раз, когда на корабль наваливается
большая волна, ее внезапный тупой удар по корпусу, ранее такой
обычный, теперь подогревает опасения.
Люди, естественно, пытались зайти на ФКП. Все, кто мог найти
разумную причину заглянуть туда, делал это. Их прогоняли прочь,
4	Charlie - глупый, безрассудный человек (англ.)
168

Глава 6. Заключительный поход
*ilki
чтобы не мешались под ногами. Казалось, что уединенность и сосре¬
доточенность на достижении цели, обеспокоенность офицерского
состава сделают их всех менее уязвимыми. Как я упоминал ранее,
в королевских ВМС мы никого никуда не посылаем. Мы идем все
вместе.
На «Гермесе» хорошо знали, что происходило. Лин Мидлтон был
на мостике, я был на ФКП с Энди Букенэном. Мы молчали, когда
в 01.30 темной атлантической ночью 1 мая пересекали невидимую
линию, обозначенную на карте как аргентинская исключительная
зона. Моя война начинается сегодня. Это был мой пятидесятый день
рождения.

I
$ik IНг*Яе&
Глава 7
1 Мая - начало войны
В эпической поэме сэра Вальтера Скотта «Мармион» («Повесть
о битве на Флодденском поле») есть знакомые нам с детства слова
о непредсказуемости и опасности лжи:
О, какую замысловатую сеть плетем,
Когда начинаем практиковать обман!1
Тон шотландского писателя и историка девятнадцатого века
одновременно мудр и неодобрителен, что в некотором смысле под¬
черкивает одно из основных изменений, произошедших в военном
деле с тех пор, как король Джеймс погиб в том кровопролитном,
но открытом сражении с англичанами при Флоддене в 1513 году.
Спустя почти 470 лет после того, как герой Вальтера Скотта лорд
Мармион героически умер за Англию, в современной войне 1982 года,
стало обычной практикой опутывать противника «паутиной лжи».
Ложь, дезинформация и тщательно продуманный обман преднамерен¬
но используются для ввода противника в заблуждение относительно
ваших истинных намерений. Только так более слабая сторона может
иметь шанс одолеть сильного, но менее хитрого противника, а более
сильная сторона уменьшить свои потери.
Так или иначе в Южной Атлантике мы «практиковали обман»
противника. Но «сеть», которую мы «плели», чтобы компенсиро¬
вать его превосходство на море и в воздухе, не должна была быть
«замысловатой». Я не думаю, что автор «Айвенго» был бы высокого
мнения об этом, но к тому времени я играл в обман на протяжении
1	Перевод В. Корендовича
170

Глава 7.1 Мая - начало войны
Ль.
продолжительную ложную атаку на Южноамериканский материк
с целью дать понять генералу Гальтиери о возможности нанесения
удара непосредственно по Буэнос-Айресу. К тому же на перехо¬
де мы пытались заставить аргентинцев поверить, что десантные
корабли были с нами. Это осуществлялось путем обмана радаров
«облаками» из маленьких частичек радиоотражающего материала,
размер которых соответствует частоте, на которой он работает. Мы
помещали такие частички в реактивные и артиллерийские снаряды,
сбрасывали с самолетов в специальных пакетах. «Облака» также
применялись для создания пассивных помех системе самонаведения
ракет противника. Реактивные снаряды пассивных помех, которые
мы выстреливаем с корабля, создают гигантский фейерверк. Когда
снаряды с радиоотражающими частичками разрываются, из миллио¬
нов частиц образуется целое облако отражателей, которое по своей
отражающей поверхности больше, чем корабль. Это «облако» долж¬
но заставить ракету с радиолокационной системой самонаведения
«передумать» и повернуть в сторону большего радиолокационного
контакта, то есть на него. Такое «облако» на военном языке называ¬
ется «ложной отвлекающей целью», или ЛОЦ. Абсолютно понятно,
что создавать «облако» прямо перед кораблем нельзя. В этом случае
ракета, пролетая через него, все равно поразит корабль. Постановка
ЛОЦ требует определенного умения: их нужно ставить в определен¬
ном месте, в определенное время и поддерживать их «живучесть».
Люди, обученные это делать, являются жизненно важным звеном в
системе обороны.
Другая полезная функция ЛОЦ касается как раз обмана разведы¬
вательных самолетов, которые наблюдают за вашей группой с помо¬
щью реагирующего на такие помехи радара с дальности, скажем, в
двести миль. В тот момент, когда мы фиксируем работу радара арген¬
тинского «Боинга» («грабителя»), нам нужно «поставить» порядка
дюжины облаков из таких отражателей, отметки которых с этого рас¬
стояния на его экране подобны отметкам кораблей. Таким образом
противника можно заставить поверить в то, что мы - целый флот,
состоящий, скажем, из двадцати пяти кораблей вместо пятнадцати
на самом деле.
Вообще-то на этом этапе слова сэра Вальтера должны быть приняты
во внимание. Сеть обмана, которую мы сплели, требовала постоянной
заботы. Нам нужно было постоянно обновлять ЛОЦ (они «вянут»
вследствие падения частиц), чтобы поддерживать созданную нами дез¬
информацию аргентинских ВВС. Поэтому вертолеты должны были
неустанно взлетать с пакетами дипольных отражателей, содержимое
которых пилоты и «высевали» в старые ЛОЦ, обновляя их до тех пор,
171

Фолклендская война
пока «грабитель» не уйдет. В результате этого специфического обмана,
как я надеялся, у оккупантов Фолклендских островов должна была
появиться уверенность в том, что мы сопровождаем амфибийную груп¬
пу кораблей, чего на самом деле не было. При этом, как я полагал, они
должны были поверить в то, что мы идем прямо на Порт-Стэнли для
высадки морского десанта. Это должно было заставить аргентинские
сухопутные войска сконцентрироваться в одном районе, в то время
как мы на самом деле шли в другое место. Аргентинцы были обучены
морскими пехотинцами США, чей принцип десантных действий пред¬
полагает вход через парадную дверь, выбивая ее ногой независимо от
того, заперта она или нет.
Поэтому я был уверен в том, что могу предвидеть ход арген¬
тинской военной мысли. Они полагали, что мы будем действовать
так, как действовали бы при сложившихся условиях американцы,
их наставники и наши традиционные союзники. Отдавая должное
воинам под звездно-полосатым флагом, замечу, что они достигли
многих побед подобной тактикой фронтальных атак прежде всего
благодаря чрезмерной отваге и, как правило, блестящему вооруже¬
нию и обеспечению.
С другой стороны, находясь в одиночестве, в продуваемой ветра¬
ми Южной Атлантике, мы не могли позволить себе маневрирование
подобно Джону Вейну2. Я часто думал, что мы выиграем это сраже¬
ние, используя элементи лукавства и хитрости, которые, возможно,
покажутся создателю Молодого Лохинвара3 достаточно неджентль¬
менскими, не говоря уже об английских рыцарях, которые воевали
на Флодденском поле. Но времена изменились, мы должны были
воевать в век Обмана, поэтому всячески подталкивали их к мысли,
что день «Д» начнется на рассвете 1 или 2 мая.
Наш план был достаточно прост: сначала нанести мощный удар
по аэродрому Порт-Стэнли с использованием бомбардировщика
«Вулкан» с острова Вознесения. Затем на рассвете развить успех
«Си Харриерами», и одновременно нанести удар по взлетно-посадоч-
ной полосе аэродрома Гус Грин. При любом результате бомбардиров¬
ки эти рейды принесут пользу: во-первых, создадут у аргентинцев
уверенность, по крайней мере в течение следующих суток, что мы
планируем прямолинейную высадку в Порт-Стэнли; во-вторых,
утренние удары отвлекут их от наших реальных действий в ближай¬
2	John Wayne (Marion Michael Morrison), американский киноактер, 1907-79 гг.,
создал образы сильного, малоразговорчивого ковбоя или солдата, которые олице¬
творяют идеализированные ценности американского запада. (Прим. переводчика)
3	Литературный герой Вальтера Скотта. (Прим. переводчика)
172

Глава 7.1 Мая - начало войны
шие день и ночь - высадки отрядов спецназа на покрытые темнотой
острова для выполнения опасной миссии по разведке оборонитель¬
ных позиций противника. Кроме того, наши атаки вынудили бы
аргентинцев показать нам свою оборону так, как не может сделать
никакая разведка. Я надеялся в той или иной форме втянуть в дей¬
ствие их авиацию в течение одного-двух дней. Будучи необременен¬
ным нашими десантными кораблями, я стремился втянуть в боевые
действия в открытом море и их флот, а также создать с помощью
серьезных артобстрелов с моря у сухопутных войск противника
иллюзию нападения, которого в действительности не будет.
По моему мнению, преимущества такого сценария первого дня
войны были очень большие. Потеря дюжины «Си Харриеров» - абсо¬
лютно немыслима, и я считал ее маловероятной. Демонстративные
атаки в любой войне являются, в лучшем случае, рискованным
делом, разведкой «боем» для последующих операций. Но, как гово¬
рится, нельзя выиграть в лотерею, не купив билет.
Тем временем окружающий меня «мозговой трест» на этом этапе
проходил жесткую проверку на флагманском командном пункте, где
он находился этой ночью. В строжайшей тайне, высоко и далеко от
нас, в тонком и сложном маневре начал осуществляться план само¬
го длительного рейда дальних бомбардировщиков, о котором еще
долго будут вспоминать в 21 веке. По крайней мере так считают
в Королевских военно-воздушных силах. С острова Вознесения на
Фолклендские острова (расстояние 7860 миль туда и обратно) они
готовили рейд бомбардировщика «Вулкан» с одной определенной
целью - повредить взлетно-посадочную полосу аэродрома Порт-
Стэнли, сделав посередине нее чертовски большую воронку Все мы
знали, что для этого необходимо было сбросить огромную бомбу с
очень большой высоты, чтобы она пробила бетон и взорвала его, сде¬
лав невозможным дальнейшее использование полосы скоростными
реактивными, а по возможности, и другими типами самолетов. По
любым стандартам этот воздушный рейд был героическим, реаль¬
ность его ставилась под сомнение многими моими офицерами. Неко¬
торые из летчиков впервые услышав о нем, посчитали безумием
предпринимать такую попытку, которая вряд ли принесет успех, но
может привести к полному прекращению всей воздушной активнос¬
ти с острова Вознесения.
Моя точка зрения на это была ясной - «эту миссию я поддер¬
живаю». Это не было демонстрацией моих специальных знаний,
просто любые усилия, направленные на то, чтобы заблокировать
взлет аргентинских истребителей-бомбардировщиков с аэродрома
173

Фолклендская война
Порт-Стэнли для нанесения ударов по моим кораблям, имели мою
«поддержку». Я не раздумывал над этой задачей более трех секунд.
И теперь каждая миля их полета сопровождалась моими добрыми
пожеланиями.
Я не знал о том, что этот план почти со старта столкнулся с
проблемами. На одном из одиннадцати танкеров-заправщиков
«Виктор» случился отказ еще на видимости острова Вознесения,
и он вынужден был повернуть обратно. Потом у бомбардировщика
«Вулкан» обнаружилась неисправность в системе герметизации. Это
вынудило и его повернуть назад. Однако безупречное планирование
в Королевских ВВС предусмотрело возможность подобных неприят¬
ностей. У них был резервный «Виктор», который сразу же взлетел
с полными баками. Они знали, что было достаточно десяти дозапра¬
вок. И, конечно же, был послан резервный бомбардировщик «Вул¬
кан», экипаж которого был полностью подготовлен для этой миссии.
Миссия продолжалась по плану.
Капитан авиации Мартин Витере из 101 эскадрильи вел головной
«Вулкан», несущий двадцать одну тысячефунтовую бомбу. Предпола¬
галось провести пять дозаправок в воздухе только для того, чтобы
привести «Вулкан» к цели. Мартин Витере был храбрым и решитель¬
ным человеком, как и все летевшие с ним. Операция имела кодовое
название «Блэк Бак»4. Было согласовано, что никаких переговоров
между ударной группой и «Вулканом» не будет за исключением одно¬
го сигнала - сообщения, что он сбросил свои бомбы примерно там, где
нужно. Этим сигналом было слово «Суперфьюз». После этого сигнала
снова в тишине они будут продолжать свой протяженный, четырехты¬
сячемильный, нервный полет на голодном топливном пайке над Атлан¬
тикой назад к острову Вознесения.
Нам оставалось только сидеть и ждать сигнала. Шло время...
Наконец по нашим расчетам они находятся примерно в пятидесяти
милях от цели. В это время Витере должен был повести свой большой
«Вулкан» в крутой подъем до высоты десять тысяч футов - высоты
нанесения удара, необходимой для придания его бомбам достаточ¬
ной скорости, чтобы пробить бетон взлетно-посадочной полосы.
Это была самая опасная часть полета в плане возможности быть
обнаруженным, хотя аргентинцы могли сделать весьма немного для
противодействия Витерсу за тот короткий период времени, который
оставался до нанесения удара.
Он вышел на аэродром в полной темноте со скоростью четыреста
миль в час курсом на юго-запад, как по учебнику Королевских ВВС
4	«Black Buck»
174

Глава 7.1 Мая - начало войны
по бомбометанию. Двадцать одна бомба была сброшена с интерва¬
лом 50 ярдов одна от другой за пять секунд. Бомбометание началось
с учетом скорости и высоты полета бомбардировщика за две мили
до взлетно-посадочной полосы.
Никто еще не знал, что первая бомба взорвалась близко к цент¬
ру взлетно-посадочной полосы, а остальные причинили значитель¬
ные повреждения аэродрому и разбудили весь город. «Вулкан»
сделал разворот и уже следовал домой, набирая высоту и находясь
в четырнадцати милях от них, когда упали бомбы и аргентинская
артиллерия открыла огонь. Слишком поздно. Война началась, и они
проиграли первый раунд. «Суперфьюз», - спокойно передал радист
Витерса. Где-то сообщалось, что этот сигнал вызвал бурную реак¬
цию на ФКП британской ударной группы, но я этого не видел.
В то время как бомбардировка официально означала, что прави¬
тельство Маргарет Тэтчер больше не будет терпеть выходки войск
Гальтиери, мы из района, расположенного на восток-северо-восток
от Порт-Стэнли, устремились во всеобщую исключительную зону,
которая была ограничена радиусом сто сорок миль вокруг береговой
черты Фолклендских островов.
В моей группе было всего двенадцать кораблей, и пока нам не
нужно было беспокоиться об охранении десантных кораблей, нахо¬
дящихся далеко позади. Сейчас мы здесь одни, и каждый из нас при¬
шел сюда сражаться. Я надеялся, что события последних нескольких
минут дали понять аргентинским войскам о нашем решительном
намерении убрать их с островов. Однако в то темное утро общее
настроение в ударной группе оставалось мрачным. Мы вот-вот долж¬
ны были начать наши собственные атаки, и «Гермес» должен был
стать самым оживленным местом в Южной Атлантике. Наш план
был отработан до мелочей; и теперь предстояло проверить нашу спо¬
собность его реализовать.
На «Гермесе» мы подготовили четырнадцать «Си Харриеров»,
два из которых были в резерве. План состоял в том, чтобы атаковать
двенадцатью самолетами, разбив их при входе в зону огня береговых
батарей на три группы. Скорость и неожиданность при этом были
решающими. Первая волна направлялась против аэродрома Порт-
Стэнли, и ее задачей было заставить бойцов аргентинских зенитных
огневых средств «пригнуть головы». Вторая волна должна была
повредить взлетно-посадочную полосу, а третья - нанести удар по
Гус Грину, где, как мы предполагали, могут быть резервные самолеты
и обслуживающий их личный состав.
175

Фолклендская война
Я наблюдал с мостика за приготовлениями к рейду. Далеко внизу
все происходило почти в тишине. «Харриеры» выстроены по правому
борту полетной палубы, готовые по очереди перемещаться в корму
и взлетать с помощью специального трамплина, необходимого для
взлета с большой бомбовой нагрузкой. Расчеты на полетной палубе
быстро передвигались в темноте, осуществляя последние проверки. В
это время пилоты в белых перчатках поднимались в кабины и тоже
проводили необходимые перед вылетом проверки.
На палубе было еще совершенно темно, когда поступило сообще¬
ние о неисправности одного из «Харриеров», что нарушило ритуаль¬
ный танец перемещения самолетов в корму и взлета с разбега вдоль
левого борта. Я видел, как остальные самолеты сворачивают, обходя
неисправный «Харриер», словно участвуют в какой-то странной
игре.
Командир 800 эскадрильи капитан-лейтенант Энди Оулд вклю¬
чил форсаж, ведя свой «Си Хариер» на взлет, в темноту ночи. Я, как
всегда с замиранием сердца ждал момента, когда «Харриер» после
отрыва от палубы проседает вниз к самым волнам, после чего, пре¬
одолев силу тяготения, поднимается вверх перед кораблем и следует
курсом на запад. Сосчитал их - двенадцать, все как один устреми¬
лись на запад-юго-запад к Фолклендским островам. Нам ничего не
оставалось, как ждать.
Поднимающееся над Атлантикой солнце осветило Восточный
Фолкленд незадолго до 08.00 (11.00 по Гринвичу), когда британская
авиагруппа на малой высоте появилась над мысом Макбрайд. За
двадцать одну милю от Порт-Стэнли они разделились: четыре штур¬
мовика повел на юго-запад капитан-лейтенант Тони Огилви с задачей
подавить средства ПВО противника; Энди Оулд и его пилоты сделали
один круг, предоставляя Тони Огилви некоторое пространство, а затем
устремились прямо на юг к аэродрому Порт-Стэнли.
Группа Огилви нанесла удар первой: их полутонные бомбы взо¬
рвались в воздухе, осыпая миллионами горячих осколков позиции
аргентинских батарей ПВО на холмах Мэри и Канопус, расположен¬
ных по диагонали к северу и к югу от аэродрома. Группа Энди Оул-
да из пяти штурмовиков, используя результаты удара по средствам
ПВО предыдущей группой, на малой высоте подошла к аэродрому и
нанесла удар кассетными 600-фунтовыми бомбами, подожгла здания
и уничтожила один самолет. Капитан авиации Дейв Морган, кото¬
рый летел на малой высоте среди разрывов ракет и снарядов, был
подбит 20-мм снарядом в хвостовой стабилизатор. Образовавшееся
отверстие размером с чайную кружку вызвало страшную вибрацию
176

Глава 7.1 Мая - начало войны
самолета. Как только самолет начало трясти, Морган сбросил свои
бомбы, сделал противоракетный маневр для исключения захвата сис¬
темой управления ракетного комплекса и направился к «Гермесу»
вместе со своими коллегами.
Тем временем три «Харриера» последней группы неслись над самы¬
ми волнами Фолклендского пролива. Миновав мыс Фаннинг и мыс
Ченчо, охранявшие вход в бухту Сан Карлос, группа повернула в сто¬
рону берега Лафонии, следуя на предельно малой высоте курсом на
аэродром Гус Грин, и появилась там внезапно для аргентинцев. «Хар-
риеры» взорвали одного «Пукару», который пытался взлететь, убив
пилота и несколько человек из наземной команды.
Мы увидели их над горизонтом, возвращающихся по одному
и парами, и я не покинул мостик до тех пор, пока не увидел все
двенадцать самолетов внизу на палубе «Гермеса». Хорошо помню
Брайяна Хэнрехена, стоящего около меня и спрашивающего, может
ли он сообщить о том, сколько самолетов принимало участие в уда¬
ре. Я сказал, что предпочел бы не упоминать о любых числах, но он
может сказать, что возвратилось ровно столько самолетов, сколько и
взлетело. «Я считал их, когда они взлетали и когда возвращались», -
сообщил корреспондент в репортаже. Это было результатом нашего
разговора, который показал, как легко можно достичь взаимопонима¬
ния между прессой и военными.
Когда внизу буксировали самолет Дейва Моргана в ангар для
ремонта, я подумал, что это был относительно хороший день. Мы
нанесли несколько ударов по врагу с некоторым очевидным успехом
и сохранили все «Харриеры». Пока все наше внимание было прикова¬
но к двенадцати самолетам, возвращающимся на авианосец, над нами
было еще шесть самолетов группы авиационного прикрытия с «Инвин-
сибла». Это еще раз подтвердило необходимость иметь «вторую палу¬
бу». Без воздушного прикрытия, находящегося в воздухе над нами,
мы были бы очень уязвимы для ударов противника. А так у нас было
несколько минут для дозаправки самолетов, проведения функциональ¬
ного осмотра и наведения порядка. Я не думал, что аргентинцы долго
будут оставаться пассивными.
Пока все это происходило, мы отправили «Глэморган», «Эрроу»
и «Алакрити» для артобстрела аэродрома Порт-Стэнли с моря. Как
всегда я был обеспокоен той исключительной опасностью, с которой
мы могли столкнуться в случае, если аргентинцам удалось бы восста¬
новить взлетно-посадочную полосу для взлета бомбардировщиков и
нанести удар по британскому оперативному соединению, маневриру¬
ющему всего в семидесяти - ста милях к востоку. Я придерживался
того мнения, что систематический артобстрел бетонной взлетно¬
177

Фолклендская война
посадочной полосы с моря не даст им возможности использовать ее
для взлета и посадки реактивных самолетов. Мы вполне допускали,
что аргентинцы попытаются подлатать полосу с использованием
щебня и цемента, возможно, утрамбованной земли для обеспечения
приема и взлета транспортных самолетов типа «Геркулес» с целью
эвакуации раненых и доставки грузов. Но меня это не волновало.
Меня волновала опасность стремительного удара по британским
авианосцам аргентинских истребителей-бомбардировщиков, и мой
замысел заключался в том, чтобы довести их до такого состояния, при
котором они не могли бы даже планировать такие удары с аэродрома
Порт-Стэнли. Высокоскоростные боевые самолеты для взлета и посад¬
ки требуют очень гладкой и длинной полосы, и мы хотели сделать все
возможное, чтобы она такой не была.
Ожидалось, что небольшая группа «Глэморгана» прибудет в
район выполнения задачи, находящийся примерно в трех милях
от столицы Фолклендских островов, в 16.00 по Гринвичу. Им была
поставлена задача осуществлять артобстрел до самого вечера. Этот
план артобстрела не нашел одобрения со стороны Нортвуда, кото¬
рый очень беспокоился о возможной потере эсминца УРО. Однако
он стал возражать слишком поздно, когда корабли уже шли в район.
Осознав, что было бы абсурдом возвращать их назад, Нортвуд с неохо¬
той согласился.
Аргентинцы заминировали восточные подступы к Порт-Стэнли
(одна из наших подводных лодок видела, как они это делали), и
мой опыт старого подводника подсказывал, что подводная опасность
может исходить с севера и/или с юга от минного поля. Я приказал
«Бриллианту» и «Ярмуту» следовать в район на северо-восток от
острова, выше мыса Беркли, и на всякий случай провести поиск под¬
водной лодки. Такие действия могли также натолкнуть противника
на мысль о возможной высадке десанта именно на этом направле¬
нии. В помощь «Бриллианту» и «Ярмуту» были выделены вертоле¬
ты «Си Кинг» с «Гермеса» для проведения продолжительной охоты
с целью заставить подлодку разрядить аккумуляторные батареи. Это
заставило бы ее всплыть для их подзарядки и дало бы нам возмож¬
ность ее обнаружить.
Через 15 минут после ухода «Ярмута» и «Бриллианта» основные
силы оперативного соединения впервые были атакованы противни¬
ком с воздуха. Два самолета французского производства «Мираж
III» устремились на нас из района, находящегося в ста тридцати
милях к западу. Два «Харриера» находились на высоте 15 тысяч футов
над Порт-Стэнли, но атакующие самолеты имели еще большую высо¬
ту. Они ринулись на «Харриеры», сверху произведя пуск одной раке¬
170

Глава 7.1 Мая - начало войны
ты «Матра» с радиолокационной головкой самонаведения с дальности
порядка четырех миль, второй - с двух миль.
Пилоты «Харриеров», находясь в невыгодном положении, успели
сделать противоракетный маневр, и ракеты прошли мимо. Они впер¬
вые заметили, как быстро пилоты аргентинских «Миражей» смогли
выйти из боя на сверхзвуковой скорости. Помимо всего прочего, эта
схватка имела и неприятные последствия: один из пилотов доложил,
что второй «Мираж» был «Этандаром», а когда он произвел пуск раке¬
ты, было немедленно доложено, что это «Экзосет». Британские корабли
быстро развернули корабли кормой по направлению к опасности и
поставили большое количество ЛОЦ. Довольно простая ошибка, но
с серьезными последствиями.
Тем не менее это был самый первый воздушный бой в ходе этой
войны. И хотя он закончился неопределенно, общая тактика, выбран¬
ная пилотами «Миражей» для борьбы с «Харриерами», стала ясной.
Похоже, они избрали тактику патрулирования на большой высоте и
атаки в подходящий момент с использованием превосходства в высо¬
те скорости, а затем немедленный уход. Они продолжали летать всю
вторую половину дня, всегда удерживая свое преимущество в высо¬
те, но не атаковали.
Прошло 4 часа, прежде чем ВВС Аргентины в конце концов начали
действовать. И это произошло против «Бриллианта» и «Ярмута», когда
те осуществляли поиск подводной лодки в северо-восточном районе.
Очень неприятным было то, что после всех наших усилий, четыре
турбовинтовых самолета с бомбами каким-то образом все же взле¬
тели с аэродрома Порт-Стэнли и направились в сторону наших фре¬
гатов. Два пилота «Харриеров» - капитан-лейтенант Найджел Вард и
лейтенант Майк Ватсон - поспешили их отогнать. Внезапное появле¬
ние «Харриеров» заставило противника сбросить свои бомбы и быстро
возвратиться на Порт-Стэнли. Но этим двум «Харриерам» предстояло
еще выжить в поединке с двумя «Миражами», атакующими их на
большой скорости с применением ракет, к счастью, делали они это
не очень метко.
Тем временем «Глэморган» Майка Барро совместно с «Алакрити» и
«Эрроу» вели обстрел аргентинских позиций вокруг Порт-Стэнли,
маневрируя в четырех тысячах ярдов от берега.
Примерно в 18.30 по Гринвичу (местное время 15.30), когда
солнце было еще достаточно высоко над горизонтом, высшее коман¬
дование аргентинских военно-воздушных сил (как стало известно
позже) решило нанести полноценный удар по британской ударной
группе, на что, собственно, мы и надеялись. Для этого и был раз¬
работан план введения их в заблуждение. Они направили против
179

Фолклендская война
нас воздушный флот примерно из 40 самолетов - группа бомбардиров¬
щиков «Канберра» при поддержке истребителей-бомбардировщиков
«Даггер», «Скайхок» и истребителей «Мираж». Но только некоторые
из них были обнаружены ударной группой: «Гермес» и «Инвинсибл»
смогли постоянно в течение дня обеспечивать воздушное прикрытие
кораблей в море к востоку от Порт-Стэнли.
Два «Харриера» 801 эскадрильи, пилотируемые капитаном авиа¬
ции Полом Бартоном и лейтенантом Стивом Томасом при управле¬
нии с «Глэморгана», были наведены на два «Миража» примерно на
высоте 12 тысяч футов над северным побережьем островов. Первый
ракетный воздушный дуэльный бой происходил высоко над обла¬
ками, и, к счастью, аргентинцы снова промазали. Но созданный в
Америке «Сайдвиндер» Пола Бартона разорвал один из «Миражей»
на две объятые пламенем части. Пилот катапультировался. Эта
победа была нашим первым успехом в воздушном бою. Лейтенант
Томас промахнулся своей ракетой, но ее разрыв в непосредственной
близости от другого «Миража» причинил ему серьезные поврежде¬
ния. Капитан Гарсия Куэрва повел свой самолет на «лечение» назад
к Порт-Стэнли, но по ошибке был сбит слишком возбужденными
соотечественниками. Капитан погиб. Итак, первый случай «свой-
по-своему»5 произошел у аргентинцев; им на самом деле просто не
повезло, но для нас одним самолетом противника стало меньше.
Через несколько минут по нам был нанесен основной воздушный
удар аргентинцев. Были обнаружены две, может быть, три груп¬
пы истребителей-бомбардировщиков «Даггер» (израильская копия
«Миража»). Одна группа, состоящая из трех самолетов, летящих в
плотном строю, обогнула мыс и на скорости более 400 миль в час,
прижимаясь к самой воде, устремилась на «Глэморган», «Эрроу» и
«Алакрити». ЦКП Майка Барро начал действовать немедленно. Через
несколько секунд «Глэморган» произвел пуск ЗУР «Си Кэт», кото¬
рая прошла совсем рядом с целью.
«Эрроу» в отчаянии открыл огонь из своей единственной 20-мм
артустановки левого борта, а у «Алакрити» было время лишь на то,
чтобы выпустить несколько очередей с пулемета на мостике. «Дагге¬
ры» прорвались. Один из них открыл пушечный огонь по «Эрроу»
и ранил осколками старшего матроса Айана Бритнелла, он оказался
нашим первым пострадавшим. Другой «Даггер» полоснул по палу¬
бе «Глэморгана» из 30-мм пушки. И прежде чем скрыться за гори¬
зонтом со скоростью 7 миль в минуту, самолеты сбросили четыре
тясечефунтовые бомбы с парашютным тормозом. Две взорвались в
5«Blue-on-Blue» - атака своего самолета, корабля. (Прим. переводчика)
180

Глава 7.1 Мая - начало войны
стороне от «Глэморгана», и еще две - за кормой «Алакрити». Ника¬
кого существенного ущерба нанесено не было.
Прямо за ними, на значительно большей высоте, два «Даггера»,
обеспечивающие прикрытие, атаковали «Си Харриеры» лейтенанта
Мартина Хейла и капитана авиации Тони Пенфолда, находящихся
на пятнадцать тысяч футов ниже. Аргентинцы проявили активность
первыми, еще раз атакуя в своем стиле на большой скорости. Они
произвели пуск своих ракет с дальности 5 миль. Мартин Хейл укло¬
нился и увел свой самолет вниз, в облака на время пока у ракеты не
закончилось топливо. Аргентинцы не заметили самолет Пенфолда,
который внезапно зашел в хвост «Даггерам» и с расстояния в две
мили произвел пуск «Сайдвиндера» прямо по направлению выхлоп¬
ных газов одного из них. Мартам Хейл, возвращавшийся назад,
чтобы присоединиться к воздушному бою, видел как один «Даггер»
взорвался над островом Пебл. У пилота не было никаких шансов.
Это был первый лейтенант Хосе Ардилес, кузен полузащитника
«Тоттенхем Хотспур», для которого, я полагаю, суббота в Лондоне
была менее опасной.
Некоторые «Харриеры» начали возвращаться для дозаправки, и
обслуживающий персонал авианосцев «Гермес» и «Инвинсибл» напря¬
женно работал. Часы изнурительных тренировок наконец оправдыва¬
ли себя. Пилоты, некоторые весьма потрясенные жестокостью боя,
оставляли свои самолеты обслуживающему персоналу и спешили
вниз на послеполетный разбор, чтобы передать свой опыт другим.
После 20.00 «Харриеры» снова были в воздухе. Шесть бомбардиров¬
щиков «Канберра» плотным строем следовали курсом на восток. Это
давало основания предполагать, что они искали британские авианос¬
цы. «Инвинсибл» обнаружил летяще на малой высоте самолеты про¬
тивника за 110 миль и навел для перехвата капитан-лейтенанта Майка
Броэдвотера и лейтенанта Эла Кетиса. Эл Кетис произвел пуск ракеты
прямо по левому «Канберре» и увидел огненный шар взрыва самоле¬
та. Ему показалось, что и второй «Канберра» должен был получить
повреждения. Третий бомбардировщик повернул назад. Остальные
три самолета исчезли с наших экранов.
Итак, на тот момент, даже к некоторому нашему счастливому
удивлению, все были живы, и ни один «Харриер» не был существен¬
но поврежден. Даже хвостовой стабилизатор Дейва Моргана был
восстановлен, и самолет был полностью исправным. Я ненавижу
загадывать, но хотел бы сказать, что на этот раз война, бесспорно,
началась, и пока мы её явно выигрываем. Я был благодарен удаче,
способствующей нам, и был уверен, что мы сможем продолжать дей-
181

Фолклендская война
ствовать, проявляя свои лучшие возможности. К этому моменту
мы уничтожили один «Пукара» (над Гус Грином), один «Мираж»,
один «Даггер», один «Канберра», еще один поврежденный «Мираж»
аргентинцы сбили сами.
Боевые действия во второй половине дня продолжались немно¬
гим более получаса, и было понятно, что еще далеко до того момен¬
та, когда мы сможем устранить их огромное численное превосход¬
ство в воздухе. Но я находился там не для того, чтобы ныть об их
превосходстве, а для того, чтобы долбить их до тех пор, пока они не
сдадутся. Боевые действия на истощение обычно проходят медленно
и скрупулезно, эта война не была исключением.
К северо-востоку от островов день тоже был насыщен событиями.
Группа «Бриллианта» установила контакт с подводным объектом и
классифицировала его как подводную лодку. Вертолеты и фрегаты
атаковали ее глубинными бомбами. Некоторое время спустя им
показалось, что они уведели мясляное пятно «длиной в полмили».
Однако больше никаких доказательств повреждения или уничто¬
жения подлодки не было. Позже появилось сообщение, что подвод¬
ная лодка «Сан Луис» в этот день атаковала торпедой британский
корабль. Я весьма скептически отношусь к способностям аргентин¬
ских подводников и был бы слегка удивлен, если бы оказалось, что
какая-нибудь аргентинская подводная лодка оказалась хотя бы вбли¬
зи британского корабля. До сих пор меня удивляет, что, несмотря на
имеющиеся возможности (мы постоянно проходили вдоль берега),
ни одна их подводная лодка нас не обнаружила и, естественно, не
смогла атаковать. Возможно, мой инстинкт старыго подводника мне
изменяет, и «Сан Луис» находилась не там, где я думал, и не там,
где, по ее сообщению, она была позже. В любом случае если докла¬
ды «Сан Луис» соотвецтвуют истине, то ее командир не прошел бы
британские курсы «Перишер».
Подводя итоги первого дня войны, мы пришли к заключению, что
он был напряженным и успешным началом боевых действий. «Си
Харриеры» проявили себя хорошо. Мы сбили несколько самолетов,
несколько аргентинских пилотов погибло, повредили два аэродрома
и уничтожили несколько человек из аэродромных команд. В свою
очередь аргентинцы обстреляли два британских корабля, сбросили
бомбы очень близко от большого эсминца и фрегата, несколько раз
атаковали истребителями, применяли ракеты и пытались нанести
удар по нашим противолодочным кораблям и авианосцам. И сей¬
час, поздно вечером, когда я стараюсь сделать в дневнике запись,
несколько кораблей Королевских ВМС все еще продолжают обстрел
182

Глава 7.1 Мая - начало войны
погруженных в ночную тьму аргентинских позиций на побережье
Восточного Фолкленда.
Я не думаю, что на моей родине, в Соединенном Королевстве,
люди имели хотя бы малейшее представление о том, как ужасно
началась эта война и какие серьезные последствия для обеих вою¬
ющих сторон имели боевые действия в этот день. Нам тогда было
неизвестно, что аргентинская истребительная авиация никогда в
ходе конфликта не будет пытаться вызвать нас на воздушный бой.
Мы, как и планировалось, вынудили их ВВС раскрыть свои карты,
и им не очень понравилось то, что они увидели: британские пилоты их
превосходили, а американская ракета AIM-9L «Сайдвиндер» класса
«воздух-воздух» была лучше, чем то, что было у них.
В этот день мы прощупывали наш путь вперед, не зная намере¬
ний нашего противника, и в основном начали действовать без реаль¬
ного понимания их плана атак. Теперь ситуация в значительной
степени изменилась. Их флот вышел в район боевых действий, хотя
мы еще не были полностью уверены в том, насколько далеко и куда
они ушли. Мы не знали того, что их воздушные силы делали все, что
могли и, несмотря на это, терпели неудачу. Я не мог и рассчитывать
на лучшую реализацию плана введения противника в заблуждение.
Обман противника дал максимальные результаты. Теперь нам нуж¬
но было этим воспользоваться.
Конечно же, нам предстояло много узнать о реальных намерениях
аргентинцев, но ведь и они страдали от того, что не имели представле¬
ния о том, где мы. Стиль их действий и разбросанность воздушных рей¬
дов, особенно когда мы в конце дня двинулись на северо-запад, показал
недостаток у них достоверной информации по этой части.
Этот день я воспринял как день успеха и надежды. С сожалением
должен заметить, что мы чувствовали себя весьма удовлетворенны¬
ми. Эта война началась, и дела у нас шли хорошо. Никто с нашей сто¬
роны не погиб, и мы стали намного мудрее, чем были четырнадцать
часов назад, когда первая бомба взорвалась на взлетно-посадочной
полосе Порт-Стэнли. Вот что я записал в своем дневнике о событи¬
ях 1 мая 1982 года:
Сегодня мне пятьдесят. Истек первый день войны. «Вулкан»
начал атаку по плану и сделал свое дело, что было усилеио ударами
«Си Харриеров» по Порт-Стэнли (еще три «Харриера» нанесли удар
по Гус Грину). Много тревог относительно удара аргентинской авиа¬
ции с материка, но я почему-то думаю, что этого не случится.
«Миражи» кружили над Фолклендами, не пытаясь пас атаковать
большими силами. Похоже, авиационное прикрытие над Порт-Стэнли
183

Фолклендская война
и аргентииский удар сдерживается до тех пор, пока они не получат
ясную картину происходящего. Кошки-мышки. Тем временем мы
иачали выдвигать группы для артобстрела побережья и для поискаа
подводной лодки в прибрежных водах, а штаб флота говорит мне не
рисковать группой кораблей огневой поддержки.
Но я думаю, что должен поступать так: во-первых, они почти там,
приблизительно на полпути! (на тот момент, когда флот не рекомен¬
довал этого делать); во-вторых, мы должны ослабить аргентинцев
(это должно заставить их держать там подводную лодку в будущем,
если она еще не там); в-третьих, аргентинцам это не понравится. Это
может быть рискованным, но я полагаю, что рискнуть придется.
Все (очевидно, включая и меня) очень нервничают: перископы,
шум винтов, торпеды, пуск «Экзосет», столбы дыма, но на самом
деле кроме нашего удара ничего не произошло.
21.00 - очень хорошая погода, спасибо Небесам. Я бы не стал
летать при таком напряжении и при нехватке времеии для подготов¬
ки в плохую погоду. Пока нам везет. Группа кораблей огневой под¬
держки атакована четырьмя «Миражами». Авиационное прикрытие
было слишком близко и не смогло надежно прикрыть корабли (я так
думаю); «Глэморган» с «Эрроу» при отражении первого воздушного
удара получили незначительные повреждения.
Авиационное прикрытие сбило «Мираж» прямо перед «Алакрити»,
но другие отбомбились и ушли. Три «Канберры» прошли от северно¬
го побережья мимо «Бриллиаита» и ушли на малой высоте в нашем
направлении, по так и не прорвались. Авиационное прикрытие с
«Ипвинсибла» сбило один из иих, два ушли домой, причем один со
значительными, а другой с легкими повреждениями.
Атаки «Канберр» подсказали мне, что они: а) не используют доза¬
правку в воздухе; б) хотят нанести по нам удар и с) вероятно, сделать
это не могут.
Пока все хорошо, но я не думаю, что это может продолжаться долго.
У иих самое слабое представление о том, где мы находились, - «Канбер¬
ры» действовали наощупь. Группа «Глэморгана» оправилась после
удара и возобновила артобстрел. Но я полагаю, что они должны
сделать для себя выводы. «Бриллиант» вместе с «Ярмутом» всю ночь
продолжали в своем небольшом районе выбивать дух из какой-то
несчастной сардииы!
Утром, после разговора с Дэвидом Галлифаксом [начальником
штаба флота], имеем намерение уйти от берега на восток для того,
чтобы спокойно провести день и понаблюдать за реакцией арген¬
тинцев.
184

Глава 7.1 Мая - начало войны
Поздно вечером я приказал группе «Бриллианта» и трио «Глэмор-
гана» (или трем мушкетерам, как они себя называли) возвратиться
до рассвета к основным силам ударной группы. Это был длинный и
богатый событиями день. Мы достигли многого из того, что плани¬
ровали, в основном потому, что начали эту войну вполне определен¬
ным способом. Еще в середине апреля на большом совещании штаба
на борту «Гермеса» мой график определил начать кампанию 1 мая.
Каждый день промедления означал то, что нам придется воевать в
середине июля, когда в Южной Атлантике наступает зима, которая
приведет к неизбежному истощению людей и поломкам кораблей.
Так всегда бывает, когда вы находитесь слишком далеко от своей
базы.
По крайней мере я думал, что мы начали вовремя. Это может
оказаться решающим фактором, когда мы подойдем к концу войны.
Но был и другой критический фактор, который, я был уверен, не
даст мне покоя в эту ночь - общий район нахождения Аргентинских
ВМС. Вспомните, что мы еще не нашли их 20000-тонный авианосец
«Вентисинко де Майо» с его палубными самолетами и двумя эсмин¬
цами охранения. Мы также не знаем, куда делись три других арген¬
тинских фрегата на северо-западе. Для меня было страшным ударом,
когда ни «Спартан», ни «Сплендид» не смогли их найти. В то время
я знал только район нахождения тяжелого артиллерийского крейсе¬
ра «Генерал Бельграно» с его двумя эсминцами охранения с ракетами
«Экзосет». Их действия давали основания считать, что они выжидают
(предполагая, что находятся в безопасности) приказа на сближение с
нами. Они были слишком близко от «Гермеса» - в 200 милях. Я не
знал, насколько хорошо они подготовлены, но шесть месяцев назад
в условиях, практически идентичных этим, я незаметно подкрался к
американцам в Аравийском море.
Я медленно шел к своей небольшой каюте со смешанными чувст¬
вом облегчения по поводу дня прошедшего и беспокойства о ближай¬
шем будущем. Завершая день, я выпил маленькую рюмочку виски
и задал себе вопрос, следует ли дать одну последнюю инструкцию
офицеру-ЗамБУ на ФКП: «Если непрошенные гости постучат, пото¬
пите их не колеблясь».

Глава 8
Колокола ада
Еще несколько тысяч миль назад мы установили: если правда
является первой жертвой войны, то второй, определенно, стала веж¬
ливость. Теперь, после первого дня боевых действий я знаю третью.
Сон. Сон стал такой же редкостью, как вежливость и правда. Я
заменял его в значительной степени адреналином. Второго мая (в
первую ночь моего второго пятидесятилетия), заснув после полуно¬
чи, я был разбужен примерно через час, в 03.20, сообщением: Пред¬
полагаем аргентинский «Треккер» (самолет-разведчик) к северу от
нас. Послан «Харриер» для разведки».
Я поднялся и пошел на ФКП. Задав несколько вопросов, возвра¬
тился в постель, встревоженный осторожным продвижением арген¬
тинского надводного флота. Предстояло определить наши действия
в этой обстановке. Заснуть уже было практически невозможно.
Через час меня вызвали снова. Один из наших разведчиков «Харри¬
еров» сообщил о нескольких надводных контактах на его радаре к
северо-западу от нас на удалении двести миль. Мои ноги стали на
палубу еще до того, как окончился доклад.
Пока я быстро шел по короткому коридору на ФКП, становилось
ясно, с чем мы снова столкнулись. Контакты были примерно там,
где мы и предполагали - северо-западнее от ударной группы и к
северу от островов. Несомненно, это была аргентинская авианосная
ударная группа: 20000-тонный «Вентисинко де Майо», гордость фло¬
та адмирала Анайи, с корабельным охранением, возможно, в составе
пяти кораблей. Два из них могли быть эсминцами УРО проекта
42 «Сантиссима Тринидад» и «Геркулес» - корабли, однотипные
«Ковентри», «Глазго» и «Шеффилду».
186

Глава 8. Колокола ада
Как только я прибыл на ФКП, мое предположение подтвердилось.
Пилот «Харриера» доложил, что он был «подсвечен» радаром типа
909 системы управления ЗРК «Си Дарт». Это мог быть один из арген¬
тинских эсминцев проекта 42. Короткое обсуждение с моим штабом
позволило оценить ситуацию и прийти к выводу, что они собираются
нанести по нам удар палубной авиацией с авианосца. Авианосец мог
нести десять A-4Q «Скайхоков», каждый с тремя пятисотфунтовыми
бомбами, поэтому на рассвете (для нас 11.00 по Гринвичу) мы могли
ожидать стремительной атаки на «Гермес» и «Инвинсибл» с исполь¬
зованием тридцати бомб. Авианосец мог также нести «Супер Этанда¬
ры» с «Экзосет», и это добавляло нам проблем.
И вот среди той довольно мрачной ночи почти у границы британ¬
ской всеобщей исключительной зоны мы приготовились к проведению
первой, детально спланированной операции войны: Королевские ВМС
против ВМС и ВВС Аргентины. Это было самое последнее, чего мне
хотелось в это время. Я совершенно не желал «линейного сражения».
Современная тактика требует боевых порядков, которые выглядят, на
первый взгляд, полностью бессистемными и далекими от «детально
спланированного расположения сил». Командующий, который так
поступает, слишком уязвим для противника.
Я предпочел сформулировать окончательные распоряжения через
два часа после совещания штаба, в 07.00, когда возвратятся группы
«Глэморгана» и «Бриллианта». К этому моменту мы должны были
многое обдумать, поскольку «Вентисинко де Майо» был только
половиной нашей проблемы. Другой половиной был находящийся в
двухстах милях к юго-западу от меня и к югу от островов «Генерал
Бельграно» со своими двумя эсминцами охранения. В дополнение
ко всему этому в зоне находилось еще три аргентинских фрегата и
их единственный танкер.
Контр-адмирал Голтер Аллара, командующий аргентинской груп¬
пировкой на море, был на авианосце. Их действия представлялись
мне классическим двойным охватом нашей ударной группы. В худ¬
шем случае «Бельграно» и его корабли охранения могли бы, сблизив¬
шись в темноте, атаковать нас ракетами «Экзосет» с одного направ¬
ления, в то время как мы готовились отразить ракетно-бомбовой
удар с другого. У нас были варианты действий, но немного. Можно
было уклониться и уйти на юго-восток. Тогда их бомбардировщи¬
кам будет труднее нас отыскать. К тому же, возможно, мы выйдем
за пределы их эффективного радиуса действия с учетом заправки
топливом и бомбовой нагрузки. Но мы специально стремились втя¬
нуть их флот в боевые действия с атомными подводными лодками,
187

«ikita.
Фолклендская война
и я не хотел быть выжатым из собственной ВИЗ, словно зернышко
из апельсина. Это создало бы дополнительные сложности для Пра¬
вил ведения боевых действий и едва ли соответствовало традициям
Королевских ВМС. К тому же в любом случае я должен был дейст¬
вовать завтра ночью в прибрежной зоне. Нет, я этого не мог допус- '
тить. Равно как я не мог позволить себе оставаться там и ничего не
делать. Я должен был действовать, и поскольку мы поддерживали
контакт с группой «Бельграно», а с авианосной группой контакта не
было, мои мысли начали сосредотачиваться на крейсере.
Сам по себе «Бельграно» не представлял для нас большой угро¬
зы. С другой стороны, пустяком его тоже не назовешь. Крейсер
водоизмещением 13500 тонн, более шестисот футов длиной имел
пятнадцать шестидюймовых и восемь пятидюймовых пушек. В
моем соединении пушек такого калибра не было. Он был построен в
США в середине 1930-х годов как легкий крейсер «Феникс» класса
«бруклин», в годы второй мировой войны воевал на Тихом океане,
пережил японское нападение на Перл-Харбор в декабре 1941 года.
В американском военно-морском архиве есть фотография его выхо¬
да своим ходом из гавани мимо искореженной «Аризоны». Через
год он стал флагманским кораблем адмирала Томаса Кинкейда,
военно-морского командующего генерала МакАртура. Сам МакАр¬
тур продолжительное время с его борта руководил Тихоокеанской
кампанией. В течение многих месяцев «Феникс» участвовал в кампа¬
нии, когда МакАртур и Кинкейд вытесняли японцев со всех южных
островов. Аргентинские ВМС купили его в 1951 году и через пять
лет, сразу же после свержения президента Перона, переименовали в
«Генерал Бельграно».
Теперь он действовал против нас и в некотором смысле против
Америки, которая полностью поддерживала Британию. В этой войне
им командовал капитан 1 ранга Гектор Бонзо. Крейсер являлся исто¬
рическим кораблем и о нем можно было рассказать тысячу легенд.
Но боюсь, этот почтенный бронированный ветеран приближался к
конечной точке своего похода. Я просто не мог игнорировать то, что
его группа нанесет по нам удар крылатыми ракетами «Экзосет» - теми
же ракетами, которыми мы шесть месяцев назад на «Глэморгане» так
легко «уничтожили» американский ударный авианосец «Корал Си». И
если он подойдет к опасному рубежу, где вопрос будет стоять «мы их
или они нас», то мой выбор будет прост - «мы - их».
Теперь я и моя команда, собравшаяся высоко на острове «Герме¬
са» должны были в срочном порядке «оценить обстановку». Это
довольно замысловатое военное словосочетание для обозначения
188

Глава 8. Колокола ада
«всестороннего обдумывания при неотложных обстоятельствах». Обе
аргентинские группы надводных кораблей могли теперь быть менее
чем в двухстах милях к северу и к югу от Фолклендских островов,
вне ВИЗ. Самолеты первой и эсминцы УРО второй группы при хоро¬
шей погоде могли очень скоро выйти на ударные позиции. Длинные
южные ночи предоставили им пятнадцать часов темноты. До рассвета
оставалось еще шесть часов, в течение которых «Бельграно» или «Вен-
тисинко де Майо», или оба могли достаточно спокойно маневрировать
на дистанции, необходимой для решительного боя. Это давало им все
тактические преимущества. Мы полагали, что могли сбить пять или
шесть атакующих «Скайхоков», но будет очень скверно, если шестнад¬
цать «Экзосет» почти одновременно с ними подойдут с юго-востока. К
тому же мы очень хотели знать больше об аргентинских военных кораб¬
лях, находящихся в прибрежных водах вокруг Восточного Фолкленда и
выжидающих подходящего момента, чтобы присоединиться к атакам.
Было достаточно ясно (разве что нам сильно повезет), что мы ока¬
жемся под ударами с двух направлений, разным оружием, что потребу¬
ет различных ответных действий, и все это произойдет на рассвете, ког¬
да мы будем четко вырисовываться в свете утренней зари. По меньшей
мере это будет двойной удар - простой двойной охват с юго-запада
и северо-запада. Авианосец «Корал Си», имеющий гораздо большую
мощь, не справился с несоизмеримо меньшей угрозой.
Был всего лишь один выход. Я должен срочно вырвать один
«коготь» у охватывающих нас клещей. Им не мог быть авианосец,
потому что наши атомные субмарины «Спартан» и «Сплендид»
все еще не нащупали его. Поэтому нашей целью должен был стать
«Бельграно» и его эсминцы. Должен сказать: если бы «Спартан»
до этого времени поддерживал контакт с «Вентисинко де Майо» я
самым настоятельным образом рекомендовал бы главнокомандующе¬
му атаковать этой ночью обе цели. Но так сложились обстоятельст¬
ва, что из двух рук у меня была только левая и лучшее, что я мог
сделать, это использовать ее как можно эффективнее.
Ситуация на юго-западе была довольно ясной. «Конкерор» под
командованием капитана 2 ранга Кристофера Рефорд-Брауна всю
ночь следил за «Бельграно». В пятницу под вечер он случайно обна¬
ружил его танкер и оставался рядом до тех пор, пока «Бельграно»
возвратился для дозаправки. Кристоферу было тридцать шесть лет, он
бывший воспитанник школы Рагби1, женат, имел троих детей. Ранее он
1	Одна из элитных школ Великобритании в городе Rugby (основанная в 1567 г.).
(Прим. переводчика)
189

Фолклендская война
служил моим офицером на «Уорспайте». Я знал его достаточно хорошо
и в некоторой степени гордился тем, что в одном или двух незначитель¬
ных эпизодах в течение нашей совместной службы повлиял на его
карьеру. По манере поведения он был довольно застенчив и очень
сдержан, даже при докладе важной информации. Но он был очень
надежен в управлении ситуацией, оценивая ее каждый раз осмыслен¬
но и правильно. Отмечая его очевидный ум и довольно забавную
манеру поведения, я всегда был уверен в том, что если дело дойдет
до сражения, он будет холодно-расчетливым, несмотря на то что при¬
нял командование «Конкером» только несколько недель назад.
Этой ночью, пока мы совещались на «Гермесе», он пришел точно
к такому же заключению, что и мы. Учитывая наше существенно
различное восприятие обстановки, это может показаться порази¬
тельным. Но имейте в виду: у нас было одинаковое представление
о	том, как все должно происходить; мы прошли одну и ту же школу
и руководствовались одной доктриной. Поэтому вряд ли удивитель¬
но, что капитан 2 ранга Рефорд-Браун в точности следовал образу
мыслей своего старого босса. Я могу быть экс-подводником, но по
духу я остаюсь членом того странного братства, которое сражается
под водой. Уже проделав огромную работу по обнаружению и сле¬
жению за «Бельграно», Кристофер сам полагал, что будет большой
ошибкой ничего не предпринимать. Поэтому он надеялся на сигнал,
изменяющий его Правила ведения боевых действий и дающий ему
разрешение атаковать противника вне зоны войны, но внутри общей
зоны предупреждения, объявленной еще в апреле, где ему разреша¬
лось атаковать любой аргентинский военный корабль, а следователь¬
но, разрешалось потопить и «Генерала Бельграно», и его эсминцы с
ракетами «Экзосет».
Ему нужно было продумать варианты применения торпед. У них
они были двух типов: Мк 8**- старая модель времен второй миро¬
вой войны с хорошей точностью и очень надежная при стрельбе на
малые дистанции. К тому же она имела достаточно мощную боевую
часть для того, чтобы пробить корпус аргентинского крейсера и нане¬
сти ему серьезные повреждения. Эта очень простая торпеда идет по
заранее установленному курсу, на заранее установленной глубине,
не имея ни «глаз», ни «ушей». Фактически она безнадежно глупа и
следует прямо до тех пор, пока не встретит препятствие или пока не
кончится топливо. Она ничуть не умней и не хитрей большого само¬
ходного куска тротила, который идет со скоростью порядка сорока
узлов в направлении, куда вы его выстрелили. Это так называемое
«залповое оружие», поскольку мы обычно стреляем по крайней мере
190

Глава 8. Колокола ада
двумя, а возможно, и шестью торпедами одновременно по одной
цели. Залповая стрельба осуществляется потому, что даже при самом
тщательном прицеливании и хорошо подготовленных исходных дан¬
ных возможны различные ошибки, которые портят «решение задачи
торпедной атаки». Такие ошибки могут возникнуть из-за не совсем
точного определение курса и скорости цели; кроме того, цель может
изменять курс или скорость уже после залпа, да и торпеды сами по
себе идут по курсу не очень точно. Стрельбу залпом применяют также
и для того, чтобы попасть в цель более чем одной торпедой, особенно
если стремятся потопить большой военный корабль. Подводники не
склонны возвращаться для повторной атаки хорошо вооруженного и
теперь настороженного противника. Вторым типом была управляемая
по проводам торпеда «Тайгерфиш», дальнобойное оружие «одного
выстрела», способное наводиться на цель на всем пути от субмарины
до цели. Однако она к тому времени стала вызывать сомнения в своей
надежности. Для применения Мк 8** Кристоферу необходимо было
подобраться к цели вплотную, на расстояние менее одной мили. Если
бы эсминцы были начеку, с готовыми к применению глубинными бом¬
бами, то он был бы вынужден использовать «Тайгерфиш» с большего
удаления. Хитрость состояла в том, чтобы оставаться необнаружен¬
ным, чему я учил многих своих «перишеров».
На «Гермесе» мое собственное видение ситуации было более про¬
стым: относительно тяжелая броневая обшивка крейсера обуслав¬
ливала использование двух видов оружия для вывода его из строя
- тысячефунтовых бомб, которые почти невозможно было доставить,
или торпед Кристофера. Решение было очевидным. Однако мы
должны были решить дополнительную проблему - проблему банки
Бурдвуда. Это большая, довольно мелководная область океана, под¬
ходящая к краю Южноамериканского континентального шельфа.
Она тянется более чем на двести миль с востока на запад, проходя
в ста милях к югу от Восточного Фолкленда, где ее ширина с севе¬
ра на юг составляет около шестидесяти миль. Далее на юг глубина
Атлантики составляет более двух миль, но вокруг Фолклендских
островов и у берегов континента морское дно поднимается к конти¬
нентальному шельфу на глубину порядка трехсот футов. На банке
глубина океана составляет порядка ста пятидесяти футов. Это мел¬
ководье достаточно точно нанесено на карту, но оно может быть
смертельным для находящейся в подводном положении субмарины,
которая стремится не отстать от крейсера, идущего по мелководью
со скоростью более двадцати пяти узлов. Подводной лодке для
обеспечения такой скорости необходимо идти на глубине минимум
191

«ilk.
Фолклендская война
двести футов, чтобы избежать выхода на поверхность явного следа
«движущейся рыбы». На глубине сто футов, где им предстояло пере¬
секать мелководье, они оставляли бы за собой явный след.
Есть еще одна дополнительная проблема, связанная со слежени¬
ем за противником: на высокой скорости вы ничего не слышите и не
видите, поскольку гидролокатор задавлен шумом воды, обтекающей
корпус субмарины. Это вынуждает вас уменьшить ход для прослу¬
шивания горизонта или достаточно часто подвсплывать на перископ¬
ную глубину, чтобы убедиться, что ваша добыча не изменила курс.
Это своего рода «игра в бабушку»2 со смертельным исходом, если
вас поймают. Дополнительной проблемой здесь является время: в
момент, когда вы подходите к поверхности и ваш перископ появля¬
ется из воды подобно большой метле, вы сразу же становитесь види¬
мым для радара противника и сигнальщиков, глаза которых натрени¬
рованы в обнаружении перископов. Поэтому ваш перископ должен
быть поднят в течение минимально возможно времени для быстрого
осмотра горизонта и получения нужной информации за считанные
секунды. Человек, который наблюдает в перископ, должен обладать
фотографической памятью и использовать все те навыки, которые он
получил на курсах «Перишер». Каждый раз, когда субмарина выполня¬
ет этот сжатый по времени маневр, она теряет драгоценные скорость и
дистанцию. Поэтому для подводника, вынужденного останавливаться,
правилом номер один для успешного слежения является обеспечение
преимущества над противником в скорости на тридцать процентов. В
условиях спокойного моря «Бельграно» без особого напряжения мог
оставить позади находящегося в подводном положении «Конкерора».
И я боялся, что в гонке через банку аргентинец будет явным фавори¬
том.
Если бы командиры трёх аргентинских кораблей были умны,
то они разделились бы и встретились позже, ближе к Фолкленд¬
ским островам. В этом случае у нас было бы мало шансов точно
определить их местонахождение. Самой благоприятной для всех
троих была бы возможность сделать стремительный бросок через
банку в ВИЗ, зная о том, что для субмарины будет почти невоз¬
можным следить за ними на мелководье. (Вспомните, когда мы
на «Глэморгане» поймали ударный авианосец «Корал Си»: мы до-
2	Grandmother’s Footsteps - детская игра, когда один из игроков - «бабушка» -
становится спиной к остальным игрокам, которые стремятся коснуться бабуш¬
ки в то время, когда она не смотрит. «Бабушка» может неожиданно повора¬
чиваться. Если она коснется кого-либо находящегося рядом, тот выбывает из
игры. (Прим. автора)
192

Командир обреченного эсминца УРО
“Шеффилд” капитан 1 ранга Сэм
Солт. Я увидел слезы на его глазах,
когда он прибыл на борт “Гермеса”.
Однако мужество не покидало его в
тот страшный день.
Командир фрегата “Аргонот”
капитан 1 ранга Кит Леймэн.
Они открыли огонь из всего,
что имели, но аргентинцы все
же сбросили на них десять
тысячефунтовых бомб. Восемь
бомб взорвались в воде, а две
попали в корабль.
Командир “Ковентри” капитан 1 ранга
Дэвид Харт-Дайк. Известные его предки
принимали участие во многих сражениях
на море. Ему тоже пришлось столкнуться
со всеми опасностями боя, и в этих
условиях он проявил высочайшую отвагу

Июнь 1982 г. “Гермес” с моим флагом на мачте. Вы видите
следы морской коррозии на его корпусе. На палубе семнад¬
цать “Харриеров” и один “Си Кинг”, который находится
рядом с кормовым подъемником.
Командир “Гермеса” капитан 1 ранга Лин Мидлтон (справа
внизу), бывший летчик палубной авиации. Однажды при
взлете он на своем истребителе упал в воду, а корабль про¬
должал идти над тонущим самолетом. Лин сочувствовал
пилотам “Харриеров”, переносивших большие нагрузки.
Капитан 1 ранга Брайян Янг, командир
эсминца “Энтрим” - одного из двух кораб¬
лей, которые первыми вошли в бухту Карлос
в ночь высадки на 21 мая. В 03.50 Брайян
приказал артиллеристам “Энтрима”
открыть огонь по аргентинским укреп¬
лениям на высотах мыса Фаннинг.
Командир фрегата “Ардент” капитан 2
ранга Алан Вест. Треть его экипажа была
убита или ранена, внушающий ужас
пожар охватывал внутренние помещения
корабля... Алан приказал приготовить
4,5-дюймовую артустановку к отражению
очередного удара противника.

Капитан 1 ранга Джереми Блэк,
командир нашей “второй палубы”
(небольшого аэродрома) “Инвинсибл”.
Он управлял противовоздушной
обороной моей ударной группы.
Командир эсминца УРО проекта 42
“Кардиф” капитан 1 ранга Майк
Харрис... В 04.00 на “Кардиффе”
была сыграна тревога... неопознан¬
ный воздушный объект медленно
перемещался на восток... Майк
Харрис принял единственно возмож¬
ное решение: “Сбить его “Си Дартом”.
Капитан 2 ранга Кристофер Рефорд-
Браун, командир атомной подводной
лодки “Конкерор”, приказал всплывать
на перископную глубину. Он произнес
пеленг и дистанцию... Время большого,
серого ветерана Перл-Харбора, теперь
“Генерала Бельграно”, истекало...
Капитан 2 ранга Тони Мортон, командир
фрегата проекта 12 “Ярмут”. Это было его
первое командование кораблем. “Ярмут”
вместе с шестью другими британскими
военными кораблями эскортировал
транспорта с войсками к пунктам высадки
и часто бывал в бою. Тони провел свой
корабль через все это невредимым.

Капитан 1 ранга Майк Барро,
отважный командир эсминца
УРО “Глэморган”. Майк из
ночи в ночь водил свой корабль
на опасную огневую позицию
для артиллерийского обстрела
побережья, пока их не поразила
крылатая ракета “Экзосет”.
Командир старого фрегата проекта 12
“Плимут” капитан 1 ранга Пентрит
первым открыл счет в сражении в
бухте Карлос: сбил ракетой “Си Кэт”
атакующий штурмовик.
Командир “Глазго” капитан 1
ранга Пол Ходдинотт -
настоящий морской волк из
семьи потомственных военных
моряков. Он был уверен, что
аргентинцы 4 мая попытаются
отомстить за “Бельграно”
ударом по нам ракетой
“Экзосет”, и не ошибся.

Глава 8. Колокола ада
fetr
стигли этого благодаря быстрому ночному переходу из-за преде¬
лов его «зоны войны»).
Мое заключение: я не могу позволить этому крейсеру оставать¬
ся даже там, где он находится, невзирая на то, куда и с какой ско¬
ростью он идет в настоящий момент. Он должен быть уничтожен
независимо от того, находится он внутри ВИЗ или нет.
В эти предрассветные часы «Генерал Бельграно» и его эскорт
следуют в восточном направлении со скоростью порядка тринадца¬
ти узлов, что не так уж и много. Хотя эта скорость дала бы ему
преимущество в милю перед двенадцатиметровой яхтой при любом
бейдевинде3 в парусной гонке на Кубок Америки. Он находится
примерно в двадцати или тридцати милях вне ВИЗ, двигаясь по ее
периметру в нашем направлении. Даже при этой невысокой скоро¬
сти хода «Генерал Бельграно» и его эскорт могли бы через пят¬
надцать часов внезапно появиться прямо за нами на дальности по¬
рядка пятидесяти миль. И в соответствии с моими действующими
ПВБД я с этим не могу ничего поделать. Как говорят в Нью-Йорке,
«спасибо, не стоит».
Однако в глубине души я верил, что крейсер будет медленно
продвигаться вдоль противоположной от островов стороны банки и
затем, когда получит информацию о готовности авианосца начать
воздушный удар, повернет на северо-восток, прямо на нас. Эсмин¬
цы охранения нанесут по нам удар ракетами «Экзосет», как'толь¬
ко мы окажемся в пределах дальности их стрельбы. Мне крайне
необходимо, чтобы «Конкерор» потопил его еще до того момента,
когда он свернет со своего настоящего курса. Если же мы будем
ждать входа «Бельграно» в зону, мы можем его быстро потерять.
Пока все мы сидели на ФКП «Гермеса», я должен был приду¬
мать способ изменения Правил ведения боевых действий в кратчай¬
ший срок, чтобы позволить Кристоферу Рефорд-Брауну атаковать
группу «Бельграно». Это было непросто, потому что соответству¬
ющие процедуры проходили довольно медленно. Теоретически я
мог даже не знать, что «Бельграно» уже изменил курс и через пять
часов перед рассветом он может быть в позиции для атаки. Фор¬
мально в таких условиях любой командующий для изменения ПВБД
должен был поступить таким образом: сесть и подготовить письмен¬
ный сигнал, который выглядел бы примерно так: «Докладываю так¬
тическую и стратегическую обстановку. Я желаю произвести то-то и
3	Курс парусника при встречном ветре (направление ветра от противного до
траверзного)
75-S756	jgj

Фолклендская война
то-то, столкнулся с тем-то и тем-то. Поэтому нуждаюсь в измене¬
нии моих Правил ведения боевых действий, а именно: разрешить
атаковать «Бельграно» еще до того, как он войдет в исключитель¬
ную зону. И это необходимо сделать как можно раньше, например,
сейчас». А предпочтительнее час назад. Вообще-то три часа назад,
к тому времени, когда вы это получите, и восемнадцать часов на¬
зад, к тому времени, когда «Конкерор» получит ваш ответ.
Все требует времени: время для тщательного и вразумительного
написания сигнала; время на шифрование, чтобы сигнал не прочитал
посторонний; время на прохождение зашифрованного сигнала через
спутник в Нортвуд. И в это тихое воскресное утро сигнал будет про¬
читан дежурным офицером в западных пригородах Лондона. После
чего он доложит начальнику штаба, который доведет это до главно¬
командующего; тот будет звонить в Министерство, затем последует
доклад начальнику штаба обороны адмиралу флота сэру Теренсу
Люину. Когда они все прочтут и поймут сигнал и всем станет понят¬
но, почему Вудворд хочет провести такие значительные изменения в
плане операции, только тогда сэр Теренс доставит его в Военный ка¬
бинет для окончательного одобрения госпожой Тэтчер и только тог¬
да может начаться процесс подготовки ответа, который может занять
еще столько же времени. И при всем этом ответ мог быть совсем не
такой, как я хотел и какой был необходим. Реализация такой проце¬
дуры была, по-моему, в значительной степени безнадежной, посколь¬
ку она не могла занять меньше пяти-шести часов, в течение которых
(если я вопиюще не нарушу мои ПВБД) мы все можем купаться в
Южной Атлантике, замерзая и задаваясь вопросом, откуда взялись
эти чертовы шестнадцать «Экзосет».
Таким образом стало ясно, что у меня нет времени даже для на¬
писания формального обоснования и я не могу рисковать получить
«неправильный» ответ. Насколько я знаю, «Бельграно» и его ох¬
ранение уже могут быть на пути к нам, и если это так, то «Конке¬
рор» будет занят его преследованием через банку и у него не бу¬
дет времени для подвсплытия на перископную глубину и обмена
формальными сообщениями с Нортвудом через спутник. Общий
смысл переговоров мог быть примерно таким: «Бельграно изменил
курс на северо-восток. Пытаюсь поддерживать контакт с противни¬
ком. Меняет ли изменение его курса мои ПВБД? Мне разрешено
его атаковать? Нуждаюсь в срочном совете». Все это весьма безна¬
дежно. При такой задержке «Конкерор», вероятно, совершенно
потерял бы крейсер, даже за то время, пока посылал сигнал. По¬
этому вопрос состоял в том, как всех напугать, чтобы получить
разрешение на необходимые упреждающие действия? Я должен
194

Глава 8. Колокола ада
получить эти изменения к ПВБД исключительно быстро. Для это¬
го я начал формальный процесс, дав «добро» Джереми Сандерсу
по закрытому каналу спутниковой радиосвязи растолковать дежур¬
ному офицеру в Нортвуде именно то, что я думал. В то же время
я послал «Конкерору» через спутник мое разрешение атаковать не¬
медленно. Сигнал гласил: «От КОГ4 317.8 «Конкерору». Степень
срочности - «Молния». Атаковать группу «Бельграно».
Теперь я знал: командир «Конкерора» поймет, что я не уполно¬
мочен давать ему такой приказ (вспомните, субмарины управля¬
лись из Лондона против моей воли). Таким образом, я мог ожидать
вполне определенную реакцию сразу после получения моего сигна¬
ла. Для начала его прочитает Нортвуд. Увидев то, что я сделал,
командующий флотилией подводных лодок адмирал сэр Питер
Герберт, мой бывший босс на «Вэлианте», будет без тени сомнения
знать, что все это очень серьезно. И это станет самым существен¬
ным усилением официального запроса, который готовится Джере¬
ми Сандерсом для передачи по телефону в Нортвуд. Более того,
мой сигнал будет получен в Лондоне через двадцать минут, что
приведет к определенным действиям в шесть часов утра.
Как только мы это сделали, штаб Питера Герберта прочитал мой
сигнал и немедленно снял его со спутника, чтобы «Конкерор» его
не получил, и он, конечно же, его не получил. Я явно превысил
свои полномочия, изменив Правила ведения боевых действий бри¬
танской субмарины, позволив ей атаковать аргентинский корабль,
находящийся вне ВИЗ. Такое нарушение военно-морской дисцип¬
лины может означать только две вещи: или Вудворд сошел с ума
или он вполне осознает то, что делает, и очень спешит. Я надеял¬
ся, что они доверятся моему здравомыслию, так как существует
другой аспект в обстоятельствах такого рода: если политические
деятели решат, что для международного сообщества невозможно
найти оправдания для потопления большого аргентинского крейсе¬
ра, связанного с возможными большими человескими жертвами, то
я предоставляю им возможность обвинить во всем меня (если это
будет для них удобным).
Мне понятно, что им было бы чрезвычайно трудно отдать такой
приказ, который многие посчитают безжалостным. Есть некоторые
вещи, которые политики просто не могут делать при любых смяг¬
чающих обстоятельствах. Но сейчас они могли бы это сделать. И
если дело закончится плохо, то обвинят во всем меня. А если все
пройдет хорошо - это станет их достижением.
1 Командующего оперативной группы
7*	195

Фолклендская война
В действительности я надеялся, что сигнал дойдет до главкома
ВМС сэра Джона Филдхауза, который сам найдет решение с уче¬
том безотлагательности сообщения. Командующий флотилией под¬
водных лодок несколько опередил меня, сняв сигнал со спутника.
Тем не менее я полагаю, что они немедленно пошли бы к главко¬
му и сказали: «Смотрите, что сделал Вудворд». Это, я уверен, на¬
сторожило бы его и заставило пойти к адмиралу Люину и сказать:
«Смотрите, что предлагает Вудворд. Они там нуждаются в измене¬
нии Правил ведения боевых действий. Срочно».
Как бы ни разворачивался реальный процесс на родине, я так
его представлял со своего ФКП на мостике «Гермеса». На самом
деле мой КомОС и коллега КомОГ - командующий флотилией под¬
водных лодок уже начали процесс изменения ПВБД, не поставив
меня в известность. Достаточно сказать, что когда в 10 часов утра во¬
енный кабинет собрался на оперативное совещание по «Конкерору»,
все уже владели обстановкой. После быстрого, но тщательного рас¬
смотрения предложений военных, премьер-министр и военный ка¬
бинет одобрили изменения к ПВБД, которые разрешали «Конке¬
рору» атаковать группу «Бельграно». Я не думаю, что госпожа
Тэтчер представляла в тот момент (я уж точно не мог себе предста¬
вить), что всего лишь через несколько месяцев один из комитетов
палаты общин попытается доказать: такое преступное решение мог¬
ло быть принято только жестоким поджигателем войны или груп¬
пой бессердечных поджигателей войны, где я был одним из пер¬
вых. Но мышление политиков и военных часто отличаются, даже
когда они находятся по одну сторону при всеобщей общественной
поддержке. И военному начальнику, находящемуся под угрозой
ракетного удара, обязательно необходимо быть более твердым, чем
тому, кто размышляет об этом несколько недель спустя, сидя пе¬
ред камином в загородном доме на юге Шотландии.
Мой собственный довод сформулирован просто, потому что он
берет начало из того же фольклора, который сопутствовал адмиралам
Нельсону, Джервису, Худу и Каннингему. Скорость и курс корабля
противника могут быстро изменяться и поэтому особого значения
не имеют. Имеет значение место его нахождения, его боеспособ¬
ность и мое представление о его намерениях.
В 07.45 по Гринвичу 2 мая ушел мой сигнал, и у Джереми Сан¬
дерса был короткий разговор с дежурным офицером в Нортвуде.
Мы ничего не могли предпринять по отношению к «Бельграно»,
оставалось ждать ответа. К этому времени противолодочная груп¬
па и группа «Глэморгана» возвратились. Я чувствовал, что мы ста¬
ли менее уязвимыми, но был все еще раздражен тем, что кроме
196

Глава 8. Колокола ада
«Конкерора», ни одна из двух остальных лодок почему-то не спо¬
собна была найти аргентинский авианосец.
Мы находились приблизительно в восьмидесяти милях на вос¬
ток от Порт-Стэнли и были готовы к ожидаемому на рассвете уда¬
ру палубной авиации с «Вентисинко де Майо». Я расположил три
эсминца проекта 42 - «Шеффилд», «Ковентри» и «Глазго» - в
тридцати милях по направлению удара в качестве нашего дозора и
передового оборонительного рубежа. Думал, что многое будет зави¬
сеть от расчетов на их ЦКП. Больший эсминец «Глэморган» класса
«каунти», орудия которого только остыли после ночного артобстре¬
ла, был поставлен как внутренний противовоздушный щит, а в слу¬
чае необходимости и как противолодочный барьер вместе с фрегата¬
ми «Ярмут», «Алакрити» и «Эрроу». Они представляли собой вто¬
рую оборонительную линию перед двумя вспомогательными судами
«Олмеда» и «Ресурс», которые должны были занять позиции около
«Гермеса» и «Инвинсибла». Каждый из авианосцев работал в паре с
«голкипером» - одним из фрегатов проекта 22. Нашим был «Бродсу-
орд» капитана 1 ранга Билла Каннинга, а «Инвинсибл» работал в
паре с «Бриллиантом» Джона Коуарда. Последняя пара представля¬
ла собою серьезный кулак, так как Коуард имел ЗРК «Си Вулф»,
что предполагало очень быструю реакцию, а «Инвинсибл» - ЗРК
«Си Дарт». Мы не имели никаких воздушных РЛС дальнего воз¬
душного обнаружения для помощи дозору, а это означало, что наша
максимальная дальность обнаружения низколетящих целей опреде¬
лялась возможностями эсминцев проекта 42 и составляла примерно
сорок пять миль от «Гермеса». У нас, конечно же, будет постоянное
авиационное прикрытие с палуб обоих авианосцев, и я думал, что
нам придется уничтожить все десять скоростных «Скайхоков», ата¬
кующих на сверхмалой высоте.
Находясь в состоянии боевой готовности, мы ожидали согласо¬
ванных воздушного и морского ударов практически с любого на¬
правления. Но, к нашему удивлению и облегчению, ничего не слу¬
чилось. «Си Харриеры» исследовали северо-западное направление,
но ничего не нашли.
В постоянно продуваемой ветрами Южной Атлантике произош¬
ло то, чего мы даже не могли предположить: с приближением зи¬
мы воздух стал абсолютно неподвижным. А без небольшого естест¬
венного ветра аргентинцы не смогли поднять с палубы свои тяже¬
логруженые самолеты независимо от скорости их кораблей. С при¬
ближением рассвета постоянная угроза со стороны наших атомных
подводных лодок наконец-то была ими осмыслена, а медленно на¬
растающее понимание того, что мы на самом деле не высаживаем
197

л*.
Фолклендская война
королевских морских пехотинцев на берег в районе Порт-Стэнли,
позволила принять мудрое решение не рисковать и повернуть до¬
мой. Но тогда мы этого не знали.
К 11.30 мы были уверены в том, что авианосная группа отходит
по той простой причине, что никакого удара с воздуха не последова¬
ло. После быстрого ланча мы перегруппировались и решали, когда
нам еще раз двинуться на запад к островам для второй ночной вы¬
садки разведгрупп. В это время основные события разворачивались
на «Конкероре». Здесь я должен сказать о том, что ничего не знал о
действиях субмарины на протяжении длительного времени. В после¬
дующие после войны месяцы и годы я по крупинкам собирал инфор¬
мацию от участников тех событий о том, что случилось в тот холод¬
ный, безветреный полдень в воскресенье. Как подводник я не могу
удержаться от изложения некоторых деталей одного из наиболее за¬
хватывающих дней в истории подводных сил.
Это теперь мы знаем, что в 08.10 по Гринвичу «Бельграно» с
кораблями охранения изменили курс и фактически шли домой.
Они следовали без всякой видимой причины на запад, явно не спе¬
ша, спокойным зигзагом. Когда в тот полдень я узнал об их кур¬
се, то все еще четко не представлял их намерений. Они могли по¬
лучить сигнал, предписывающий им возвращаться в базу, но, возмож¬
но, им сказали задержаться и возвратиться вечером, а возможно, им
вообще ничего не сказали. Но если бы мне сказали возвращаться в ба¬
зу, то я не стал бы поворачивать влево-вправо, это точно. Все это
я хотел незамедлительно выяснить. В любом случае «Конкерор»
следил за ним все утро. В 13.30 по Гринвичу он вышел на связь че¬
рез спутник и получил от Нортвуда сигнал, изменяющий его Прави¬
ла ведения боевых действий. До этого времени капитан 2 ранга Ре-
форд-Браун имел разрешение, кроме случаев самообороны, атако¬
вать аргентинский авианосец и другие аргентинские боевые корабли
только в пределах ВИЗ. Изменения весьма определенно говорили,
что теперь он может атаковать «Бельграно» вне ВИЗ.
Значение такого изменения было ясно всем британским кораб¬
лям, кроме бедного старого «Конкерора», единственного, который
сейчас в нем нуждался. У них, к сожалению, была очень слабая
радиоантенна, которая постоянно ломалась, и они не смогли по¬
нять смысл сигнала. Но они не могли продолжать болтаться на ма¬
лом ходу с поднятыми антеннами для повторной попытки принять
сигнал через спутник. Опасность потери «Бельграно» была слиш¬
ком велика. Капитан 2 ранга Рефорд-Браун снова ушел на глубину
для продолжения преследования и весь полдень, пока они тащились
за аргентинцем через эти серые моря к югу от банки Бурдвуд, пыта¬
198

Глава 8. Колокола ада
ЛЬ*
лись наладить антенну. В 17.30 «Конкерор» снова всплыл на сеанс
связи через спутник, чтобы получить повторенные ему сигналы, и на
этот раз им удалось принять и прочитать сообщение.
Камандир пристально взглянул на «Бельграно» и два эсминца пе¬
ред уходом на глубину для того, чтобы попытаться догнать их из сво¬
ей позиции в семи милях за кормой крейсера и его охранения. Ар¬
гентинцы следовали в строю клина: «Бельграно» к югу, один эсми¬
нец находился в полу миле на его носовых курсовых углах правого
борта, другой эсминец - в миле на траверзе5 правого борта. Британ¬
ский командир оценил этот противолодочный ордер как «довольно
жалкий, особенно учитывая то, что корабли были в значительной
степени устаревшими и экипажи показывали минимальный уровень
выучки». Они даже не включили свои гидролокаторы.
Ретроспективно я склонен согласиться с оценкой Кристофера:
на месте командира «Генерала Бельграно» я бы в это время дейст¬
вовал совсем по-другому. Для начала я не держал бы корабли ох¬
ранения пассивными к северу от себя, а расположил бы их на кур¬
совых правого и левого борта в высокой степени готовности с пе¬
риодическим использованием ими гидроакустических станций в
активном режиме. Я бы никогда не тащился на скорости в тринад¬
цать узлов, если мои запасы топлива это позволяли, а постоянно
шел бы зигзагом и значительно изменял свою скорость, время от
времени ускоряясь до двадцати пяти или больше узлов. Это созда¬
вало бы большие трудности для преследующей меня субмарины. В
определенные моменты я стопорил бы ход и этим также создавал
трудности субмарине в прослушивании шумов моих винтов; в то
же время пытался бы сам услышать ее шум, подобный звуку поез¬
да-экспресса. И наконец, я вышел бы на границу банки Бурдвуда
и, таким образом, создал для лодки большие сложности в сближе¬
нии со мной со стороны банки, что позволило бы расположить мои
корабли охранения в более выгодной позиции.
Капитан 1 ранга Гектор Бонзо ничего подобного не сделал. Он не
был подводником, не имел никакого представления о том, что лодка
может и чего не может сделать. Он мысленно еще не был на войне, и
все это время у него по корме был «Конкерор», осуществляющий
стандартное преследование «спринт и дрейф»: пятнадцать-двадцать
минут в подводном положении со скоростью в восемнадцать узлов, за¬
тем подвсплытие на несколько минут для визуального уточнения ме¬
ста цели и обновления данных для торпедной стрельбы. При каждом
5 Перпендикулярно курсу корабля (его диаметральной плоскости). (Прим. пе¬
реводчика)
199

Фолклендская война
всплытии они уменьшали скорость до пяти узлов. Пока они таким об¬
разом «дрейфовали», расстояние до цели увеличивалось, но они его
снова сокращали «спринтом» на скорости в восемнадцать узлов.
Около 18.30 командир британской подлодки, находясь на даль¬
ности порядка двух миль, решил, что настало время для заключи¬
тельного сближения. На полном ходу он ушел на глубину для вы¬
полнения левого поворота и занятия позиции по левому борту от
аргентинского крейсера. Его замысел - произвести торпедный залп
по крейсеру, находясь на его носовых курсовых углах, близких к
траверзу, с дальности порядка двух тысяч ярдов. Хорошо все обду¬
мав, Кристофер решил использовать прямоидущие торпеды Мк 8**.
Три такие торпеды уже находились в торпедных аппаратах, но он
предусмотрительно загрузил и три «Тайгерфиша» на случай, если
не удастся подойти достаточно близко.
В 18.57 командир «Конкерора» оценил, что может развернуть¬
ся для торпедного залпа и всплыть на перископную глубину для
окончательного уточнения данных стрельбы. В носовом торпедном
отсеке готовились три торпеды Мк 8** для стрельбы веером. Этот
стандартный способ стрельбы заключается в прицеливании каждой
торпеды с различным упреждением, в данном случае по «Бельгра¬
но», что в достаточной степени гарантирует их встречу с целью.
На субмарине царила напряженная обстановка. Акустики внима¬
тельно вслушивались в продолжающееся устойчивое биение трехло¬
пастных гребных винтов «Бельграно»: чуф-чуф-чуф... чуф-чуф-
чуф..., повышающееся и понижающееся в длинных волнах Атланти¬
ки, слегка слабеющее, когда корма глубже погружалась в волны. В
центральном посту подлодки капитан 2 ранга Рефорд-Браун прика¬
зал всплыть на перископную глубину, и, когда «глаза» субмарины
вышли из-под палубы с характерным знакомым свистом «Ву-у-ш»,
его руки захватили рукоятки перископа еще до момента, когда они
поднялись до уровня колен, чтобы использовать каждую драгоцен¬
ную секунду для обзора. Вспомните люк на площади Пиккадили, о
котором я рассказывал в период обучения на курсах «Перишер». Ка¬
питан 2 ранга Рефорд-Браун как раз «выглядывал из него». Время
большого серого ветерана Перл-Харбора истекало.
Он произнес пеленг - триста тридцать пять..., затем дальность - ты¬
сяча триста восемьдесят ярдов. На выдохе произнес: «Проклятье.
Слишком близко». Но уже не было времени, чтобы это исправить. Он
колебался еще нескольких секунд, пока «Конкерор» скользил вперед,
теперь уже находясь на подходящем курсовом угле девяносто граду¬
сов от аргентинского корабля. Затем он отдал окончательный приказ
своему офицеру-минеру: «Стрелять».
200

Глава 8. Колокола ада
Гидролокатор зафиксировал двойной глухой звук, когда первая
торпеда вышла из торпедного аппарата, и затем высокотонный вой
запустившегося двигателя торпеды, разгоняющейся до скорости в
сорок узлов. «Конкерор» вздрогнул. Через семь секунд ушла вто¬
рая, потом третья торпеда. Как только жалобный вой третьей тор¬
педы затих, снова наступила тишина, остался лишь шум «чуф-
чуф-чуф... чуф-чуф-чуф», который так долго слушали британские
гидроакустики.
Секунды шли, большой крейсер все еще шел со скоростью три¬
надцать узлов, приближаясь к фатальной области водного прост¬
ранства, избранной командиром британской субмарины для его
встречи с торпедами. Через пятьдесят пять секунд после выстрела
первая торпеда Мк 8** врезалась в левый борт «Генерала Бельграно»
между якорем и первой орудийной башней. Взрывом оторвало поч¬
ти весь нос корабля. Через перископ Кристофер Рефорд-Браун
увидел большой, до самого неба, огненный шар взрыва.
Акустик «Конкерора» констатирующим тоном, как будто он
считал овец, доложил: «Взрыв!».. Затем последовало: «Второй
взрыв!..» Вторая торпеда взорвалась под кормовой надстройкой.
Тройное отражение звуков взрывов эхом наложилось на комбина¬
цию звуков взрывов первых двух торпед, которые достигли цели.
Последний взрыв прозвучал иначе, более отдаленно, более метал¬
лически, более ясно. Один из кораблей охранения, эсминец «Бучард»,
позже сообщил, что он получил скользящий удар торпедой, кото¬
рая не взорвалась.
Эта операция была выполнена Кристофером Рефорд-Брауном и
его экипажем как по учебнику и поэтому все звучит так просто, слов¬
но это мог бы сделать любой. Лучшие военные акции всегда кажутся
простыми. Как сухо заметил молодой капитан 2 ранга несколько ме¬
сяцев спустя: «Королевские военно-морские силы потратили тринад¬
цать лет на мою подготовку именно для такого случая. И если бы я
все испортил, то это было бы расценено чрезвычайно плохо».
На «Конкероре» все слышали незабываемое воздействие взры¬
вов и знали, что их торпеды куда-то попали. Потом, когда шум за¬
тих, впервые за двадцать четыре часа звук винтов крейсера про¬
пал, в наступившей тишине на гидролокаторе остался только зло¬
вещий звякающий звук, напоминающий звук бьющегося стекла
или металла. Он отозвался эхом сквозь толщу воды, подобный да¬
лекому колокольному звону ада. Так звучит на современном гид¬
ролокаторе шум разрушающегося большого корабля.
С тех пор в каждом аргентинском докладе сообщалось о пожа¬
ре, возникшем на корабле, на котором погибли триста двадцать
201

Фолклендская война
один человек. Из всего этого можно сделать вывод, что крейсер
был плохо подготовлен к войне. Взрывная волна распространялась
по кораблю так быстро потому, что слишком много дверей в пере¬
борках и люков были открыты вместо того, чтобы быть задраенны¬
ми в готовности сдерживать огонь и воду. Закрытое состояние лю¬
ков и дверей неудобно: в таком случае нужно около пятнадцати
минут, чтобы добраться из одного конца корабля в другой, отдра¬
ивая каждую дверь, через которую проходишь, и затем задраивая
ее снова за собой. Капитан 1 ранга Гектор Бонзо на собственном
опыте понял: если вы посягаете на острова, принадлежащие дру¬
гой державе, а та в свою очередь не довольна этим, то лучше все¬
го находиться в готовности к эффективной обороне. Но он дейст¬
вовал так, словно не считал себя в реальной опасности, несмотря
на полученное от британского правительства несколькими днями
ранее предупреждение, что аргентинские корабли, представляю¬
щие любую угрозу британскому флоту, будут потоплены, как толь¬
ко выйдут за пределы двенадцатимильной зоны от материка. Этот
человек еще не воспринял реальности ситуации, в которой все мы
теперь находились, и в этом отношении он не был одинок.
На борту «Бельграно» пожары, высокая температура и поврежде¬
ния были ужасающими. Ситуация вышла из-под контроля. Быстрое
поступление морской воды вывело из строя все котлы и генераторы,
а сочетание пожара и воды - вспомогательные генераторы, которые
обеспечивали работоспособность водоотливных насосов и противопо¬
жарных средств борьбы за живучесть. Все освещение и системы связи
корабля вышли из строя одновременно. Командир корабля и восемь¬
сот семьдесят девять человек его экипажа сумели покинуть теперь уже
полностью затемненный корабль. Все это заняло у них полчаса - вре¬
мя, необходимое, чтобы найти дорогу к надувным спасательным пло¬
там. Через четверть часа после того, как капитан 1 ранга Бонзо оста¬
вил корабль, крейсер опрокинулся на левый борт с высоко поднятой
вверх кормой перед тем, как уйти под воду. А в это время почти де¬
вятьсот человек его экипажа на переполненных спасательных пло¬
тах, окружающих место катастрофы, пели государственный гимн Ар¬
гентины. Некоторые из моряков не пережили эту морозную ночь. Я
всегда поражался тому, что Мальвинские острова могут вызвать та¬
кие эмоции в душах аргентинцев. Для нас эта кампания была труд¬
ной и необходимой работой по поручению правительства. Для них
это было чем-то сродни к священной войне.
Капитан 2 ранга Рефорд-Браун, имевший опыт таких атак толь¬
ко на тренировках в Фаслейне, подавил природный инстинкт вы¬
тереть со лба пот, расслабиться и выпить чашку чая, прежде чем
202

Глава 8. Колокола ада
Ль*
заняться сбором копий всех записей для составления обширного
отчета, необходимого для установления факта успешности его ата¬
ки. Все это продолжалось доли секунды, после чего он вернулся к
реальности. Требовалось выполнить несколько срочных задач:
прежде всего быстро избавиться от эсминцев, покинув опасную зо¬
ну. Это означало существенное увеличение глубины погружения.
Резко увеличив дифферент на нос, они пошли вниз и в сторону к
юго-востоку, подальше от хаоса, который всегда окружает пора¬
женный военный корабль, подальше от возмездия со стороны уце¬
левших кораблей.
В течение нескольких минут операторы гидролокатора услыша¬
ли звуки трех взрывов, которые командир расценил, как взрывы
глубинных бомб, сброшенных аргентинскими эсминцами. Они зву¬
чали довольно близко. Первая бомба всегда кажется близкой. Но
времени для любопытства не оставалось, «Конкерор» стремитель¬
но уходил на большой глубине на расстояние четыре-пять миль,
пока звуки аргентинцев не стихли за кормой. У Кристофера воз¬
никало желание возвратиться для нанесения удара по оставшимся
двум кораблям. Однако благоразумие - лучшая сторона доблести,
и он предпочел сохранить «Конкерор» в целости, нежели продол¬
жать боевые действия в тот день. В последующие годы командир
подводной лодки уточнил свое видение тех событий. «Я не ду¬
маю...,- рассказывал он мне, - что госпожа Тэтчер поблагодарила
бы меня, если бы я, перезарядив торпедные аппараты, нанес удар
по двум другим кораблям». Это мнение я оценил бы как более или
менее безупречное, потому что, насколько я знал, он имел разре¬
шение стрелять только по «Бельграно». Хотя должен добавить, что
Кристофер был уверен в том, что он получил разрешение атако¬
вать любой аргентинский военный корабль где угодно, кроме две¬
надцатимильной зоны от аргентинского побережья. Меня всегда
удивляет то, как у двух экспертов могут быть диаметрально про¬
тивоположные мнения о «простом факте»! Особенно если окажет¬
ся, что я буду не прав.
На следующий день капитан 2 ранга Рефорд-Браун возвратил¬
ся и увидел два эсминца, отнесенные ветром и течением на значи¬
тельное расстояние к юго-востоку от первоначального места. Они
вели поиск, спасая оставшихся в живых аргентинцев. Но теперь
они были заняты миссией милосердия, а не войной, и Кристофер
Рефорд-Браун направил свой «Конкерор» прочь, оставив их вы¬
полнять свою незавидную работу.
По-моему, это был особенный день. Конечно же, мы не были в
курсе действий «Конкерора», равно как и они ничего не знали о
203

Фолклендская война
нашей обеспокоенности возможной атакой со стороны аргентинско¬
го авианосца. В свою очередь никто из нас в то время не знал, что
было на уме у аргентинского верховного командования. К 09.00 по
аргентинскому времени им стало ясно, что в течение следующих
нескольких часов ветер не появится, и запланированный утренний
удар по нам был отменен. «Вентисинко де Майо» и его кораблям
охранения было приказано следовать назад к материку. Примерно
в тоже время «Генералу Бельграно», как мы узнали намного поз¬
же, было приказано перейти в район ожидания. Он уже шел на за¬
пад, и ему просто приказали не менять курс. Адмирал Аная, став¬
ший перед фактом отсутствия у своих клещей одного «когтя»,
весьма разумно решил отменить всю операцию и сохранить воз¬
можность атаки с юга, если ему представится такая возможность.
Ничего этого мы, конечно, не знали. А потому все утро в воскре¬
сенье продолжали поиски признаков ожидаемых атак с севера и севе-
ро-запада, полагая, что «Конкерор» справится с угрозой на юге. Я
держал ударную группу в высокой готовности к отражению воздуш¬
ных ударов по крайней мере до полудня, когда мы взяли курс на за¬
пад для подготовки высадки разведгрупп предстоящей ночью. В 22.00
я еще раз послал «Глэморган» и его группу для артобстрела позиций
вокруг Порт-Стэнли для поддержания у аргентинцев веры в то, что
мы собираемся высадиться в районе Порт-Стэнли и надеясь нанести
поражение их флоту, но теперь уже на следующий день.
И только в 22.45 мы получили телеграмму из Нортвуда о том,
что «Конкерор» потопил «Генерала Бельграно». Новость встрети¬
ли без большой радости. Это было только временное облегчение,
связанное с уменьшением угрозы с юго-запада. В то время я пони¬
мал, что на родине эта новость будет на первых страницах всех га¬
зет и журналов, и что это очень хорошо для поддержания мораль¬
ного духа. Не желая дождя на этом параде, Нортвуд рекомендо¬
вал, чтобы я отозвал «Глэморган» и два фрегата, опасаясь, что
один из кораблей может быть потерян. Я согласился.
С учетом всего произошедшего я полагал, что второй день для
нас был неплохим: у нас все еще не было серьезных потерь и мы
уменьшили угрозу для ударной группы с моря, потопив один крей¬
сер. Только через несколько недель мы узнали, что результаты по¬
топления «Бельграно» были такими глобальными. Поздно ночью,
когда мы планировали наши последующие действия, весь арген¬
тинский флот был в движении. Два эсминца на юге шли назад к
Порто Бельграно, авианосец и его эсминцы проекта 42 направля¬
лись назад к Ривер Плейт, три других фрегата также развернулись
и следовали домой на запад.
204

Глава 8. Колокола ада
ЛЬ*
Тогда никто не знал, что такие же старые, как и сам «Бельгра¬
но», торпеды Мк 8** Кристофера Рефорд-Брауна отправили флот
Аргентины домой. Невольно мы достигли почти половины того,
что намеревались сделать, находясь еще на острове Вознесения:
мы заставили аргентинцев развернуть их флот, а потопление бри¬
танской лодкой одного их корабля принесло нам победу. Мы боль¬
ше никогда не видели ни одного из аргентинских больших военных
кораблей.

i
Глава 9
Молчание «Шеффилда»
После потопления «Генерала Бельграно» и отсутствия на дан¬
ный момент видимой угрозы с юго-запада я мог бы выбросить из
головы все, что связано с потопленим крейсера противника и по¬
думать о последующих действиях. Однако в восьми тысячах миль
к северу были приведены в действие силы, стремящиеся сообщить
всем, даже отдаленно интересующимся событиями в Южной Ат¬
лантике, про гибель аргентинского военного корабля. Но мне тог¬
да это было неизвестно.
Флит стрит, традиционный лондонский штаб национальных
газет, довольно бурно разворачивала свою деятельность. Мне ка¬
жется, что редакторы старались преподнести это известие как, вы¬
ражаясь на их профессиональном языке, новость разряда «конца
света». Огромные заголовки с сумасшедшим националистическим
пафосом сообщали, что Королевские ВМС нанесли мощный удар
по злобным силам генерала Гальтиери за Маргарет, Англию и Свя¬
того Георгия. «Сан» довольно не по-рыцарски поместила на первой
странице самый большой заголовок за всю свою историю - «ПОЛУ¬
ЧИЛИ?!» Другие газеты были одинаково несдержанны, преподнося
потопление крейсера в выражениях, которые можно охарактеризо¬
вать как праздничные, даже ликующие или, используя «флитстрит-
ское» клише, «торжественные».
Я в то время ничего не знал об этих радостных новостях, сооб¬
щаемых потрясенному миру, потому что «быть потрясенным» не
являлось частью моей работы. Тем не менее я был весьма удивлен,
когда получил возможность увидеть некоторые передовицы и лич¬
но убедиться, как могут подаваться новости с войны. Вряд ли мож¬
но лучше представить разницу между взглядом с передовой войны
206

Глава 9. Молчание «Шеффилда»
и с передовой статьи газеты. Хотя должен признать, что «ПОЛУ¬
ЧИЛИ?!» газеты «Сан», возможно, лучше других отражала те
чувства, которые изначально царили в ударной группе. Для боль¬
шей точности потребовалась бы дополнительная фраза, но при ис¬
пользовании принятого в этом таблоиде1 шрифта, она, наверное, не
поместилась бы. Еще одним нюансом было то, что проницательные
журналисты «Сан» были настроены на тонкое, едва уловимое раз¬
личие между «спасением» и «ликованием». Наш метафорический
крик «ПОЛУЧИЛИ!» как раз относился к первому, будучи кри¬
ком человека, который наконец выдворил сердитую осу из своих
брюк, оставшись неужаленным.
Тем не менее той ночью во всеобщей исключительной зоне мы
ни секунды не думали о «Бельграно» не зависимо от того, празд¬
нуют дома победу или нет. Его потопление поставило перед нами
новые проблемы. Где аргентинцы могут нанести ответный удар за
такую унизительную потерю в открытом море? Где теперь был
авианосец «25 де Майо» и его охранение? Каковы планы двух эс¬
минцев с ракетами «Экзосет», которые были с «Бельграно»? Ре¬
шатся ли аргентинские командиры снова взять нас в «клещи», как
они планировали сделать это в воскресенье, или, опасаясь британ¬
ских субмарин, полностью изменят направление действий и попы¬
таются атаковать нас с воздуха? Никто не знал ответов, и можно
было только предположить, что бы я делал на их месте, потеряв
второй по величине боевой корабль во флоте. Я решил, что Маль¬
винский астреб аргентинской хунты - адмирал Аная - обязательно
попытается снова ударить с моря, и если он не хочет быть осмеян¬
ным дома, то ему не следует мешкать.
Вот какие мысли волновали меня сразу после успешной торпед¬
ной стрельбы Кристофера Рефорд-Брауна. Мой дневник довольно
откровенно и кратко, всего в трех абзацах, описывает события то¬
го воскресенья.
К 04.00 реакция аргентинцев уже ясна. Их авианосец спешит че¬
рез позиции атомных подводных лодок для нанесения по нам уда¬
ра. «Бельграно» в это же время идет южнее. Однако все мои цып¬
лята прилетят на насест к 08.00, и мы можем удалиться, сохранив
разумную дистанцию, до рассвета. Не более чем «выходной», но
это определит ситуацию, какой бы она не была. Боюсь, что подлод¬
ки упустили свой шанс. Конечно, они должны предпринять еще од¬
ну попытку, когда аргентинцы будут возвращаться в свои базы.
1	Бульварная газета
207

Фолклендская война
К полудню все еще нет никаких новостей и никакого удара. Мы
начали расслабляться. В 14.00 «Конкерор» наконец сообщил, что
группа «Бельграно» в 08.00 задымила назад и почти достигла вос¬
точной оконечности банки Бурдвуда. Никаких известий от подвод¬
ных лодок с севера, которые должны перехватить «25 де Майо» и
его группу. В целом все представляется так: аргентинцы, наверное,
решили, что мы не высаживаем десант [как они ожидали], и их ата¬
ка слишком рискованна.
Совершенно верно. Но по ходу событий я получил возможность
посмотреть репетицию реализации их плана, мои ответные действия
и значительно улучшить Правила ведения боевых действий. Все ис¬
пугались, когда я отдал приказ «Конкерору» (в нарушение при¬
казов свыше) атаковать аргентинцев. Без сомнения, у меня могут
быть неприятности, но учитывая то, что меня сразу не сняли, мож¬
но ожидать, что это превышение полномочий будет забыто!
Как всегда дневник написан деловито с некоторым оттенком
пренебрежения. Возможно, я думал, что пишу для потомков, наде¬
ясь на то, что когда-нибудь после моей смерти (если аргентинский
флот или их ВВС каким-то образом прорвут нашу оборону) эти
слова будут прочитаны. Полагаю, что любой командующий жела¬
ет, чтобы его запомнили храбрым в бою, спокойным и уверенным
в оценке опасности. И я сам не утверждаю, что менее, чем кто-либо
другой, подвержен этому подсознательному чувству. Действитель¬
но, в то утро вероятность полномасштабных действий надводного
флота, в которые будут вовлечены основные соединения с обеих
сторон, была значительной. До настоящего времени я не имею ни
малейшего представления о том, чем все это могло обернуться, и
насколько я знаю, никто этого не анализировал. Случайное маловеро¬
ятное обстоятельство - отсутствие ветра в районе «25 де Майо» - вы¬
несло приговор: сражению в этот день не бывать. Потопление
«Бельграно» определило, что оно вообще не произойдет.
К тому времени я уже привык спать урывками, ночь после по¬
топления «Бельграно», конечно же, не была исключением. Около
01.30 по вертолету «Си Кинг», который обследовал хорошо осве¬
щенный, но неопознанный надводный объект, был внезапно от¬
крыт пулеметный огонь. Вертушка отошла и продолжала сопро¬
вождать судно на безопасном удалении, доложив об инциденте на
ФКП «Гермеса». Я был поднят с постели, как только «джунгли»
вернулся с ночной разведки, и немедленно приказал «Ковентри» и
«Глазго» послать их вертолеты «Линке» на северо-запад, чтобы
проверить этот агрессивный объект. Как оказалось, его отношение
208

Глава 9. Молчание «Шеффилда»
к нам не изменилось: неопознанный катер сразу же открыл огонь
по подходящим вертолетам, что заставило вертолет с «Ковентри»
взорвать его хорошо прицеленной ракетой «Си Скьюа». Все это
выглядело обычным, за исключением того, что ракета вызвала
больший взрыв, чем ожидалось. Мы предположили, что это был
корвет А-69 и британская ракета фактически попала в топливный
бак «Экзосет». Что это была за цель, мы так и не узнали.
Вертолет «Линке» с эсминца «Глазго», который не мог взлететь
из-за неисправности радио, наконец-то взлетел и в двадцати милях
от корабля около 05.00 обнаружил второй надводный объект. Это
судно было затемнено и внезапно открыло огонь. «Линке» доста¬
точно быстро ответил двумя ракетами «Си Скьюа», одна из кото¬
рых попала в ходовой мостик, убив капитана и семь членов экипа¬
жа, превратив судно в развалину. Им, как впоследствии выясни¬
лось, было 700-тонное аргентинское патрульное судно «Альферес
Собрал», бывший морской буксир американских ВМС.
С «Гермеса» мы передали сообщение на международной часто¬
те бедствий, чтобы аргентинцы вышли и искали оставшихся в жи¬
вых. Мы не могли оставаться слишком близко к материку. Для нас
это могло кончиться тем, что аргентинские самолеты будут носить¬
ся над нами, словно мухи над коровьей лепешкой. Я послал один
хорошо проинструктированный «Си Кинг» для заключительного
поиска в районе. А среди всего этого уже разворачивалась следу¬
ющая драма. «Ярмут» (в своем дневнике я записал «снова чертов
«Ярмут») поднял панику, сообщив, что он слышал на УКВ сооб¬
щение: «Авария! Авария! Авария!»
«Господи, - подумали все. - Упал «Си Кинг». Далее разворачива¬
лись быстрые и эффективные поисково-спасательные мероприятия,
которые выполняются всякий раз, когда поступает сообщение о том,
что мы, возможно, потеряли кого-то из своих. Оценивая те события,
должен охарактеризовать их как чрезмерные, так как в итоге оказа¬
лось, что «Си Кинг» вернулся домой без всяких проблем.
После этого я решил идти на юго-восток. С этого направления
погода явно ухудшалась. Густые низкие облака и туман двигались
над морем, ветер усиливался. Море начинало штормить, давление
быстро падало. Видимость в лучшем случае не превышала милю.
Резко холодало. Я подумал, что нам лучше бы остаться в зоне пло¬
хой видимости, так как аргентинцы могли напасть в любой момент.
Они атаковали нас вчера, но мы им помешали и вынудили их от¬
ступить. Но это не гарантировало, что они не попытаются атако¬
вать нас сегодня днем, вечером или завтра утром. Мы шли курсом
на юго-восток в штормовом море. Эсминцы проекта 42 - «Глазго»,
209

Фолклендская война
«Ковентри» и «Шеффилд» - находились западнее нас. Меня тре¬
вожила мысль о местонахождении аргентинского авианосца: мы
потеряли его с того времени, когда позапрошлой ночью его «уню¬
хал» наш «Харриер». Подводные лодки по этому поводу также
хранили унылое молчание.
К вечеру погода ухудшилась. Морской туман превращался в
сплошную пелену. И в это время мы получили срочный запрос о
помощи от одной разведгруппы, находящейся на берегу в районе
бухты Беркли - большой бухты к северу от Порт-Стэнли. Четыре
спецназовца, очевидно, были «приперты к стенке» аргентинским
патрулем. Теперь они просили по возможности нанести удар по
противнику с воздуха парой «Харриеров». Я тщательно рассмот¬
рел этот вопрос. Моей естественной реакцией было немедленно
оказать помощь, сделать все необходимое для того, чтобы выта¬
щить их живыми. Однако условия были неординарные, и судьба
очень сильно придавила фуражку командующего к моей голове.
Я отказал им, опасаясь потери двух «Си Харриеров» с пилота¬
ми, которые, возможно, не смогут сесть на палубу в тумане. Это
приведет к еще одной существенной потере в моих ограниченных
воздушных силах. Как это соотносилось с четырьмя спецназовца¬
ми SAS? Ответ ясен. Рисковать четырьмя солдатами, возможно,
означало то же самое, что и двумя пилотами, но «Харриеры» бы¬
ли незаменимы. Мне представлялось, что другого выхода не было.
В моем дневнике по этому поводу всего семь слов: «Отвратитель¬
ное решение. Привыкаю к ним. Это ужасно».
В ту ночь я написал домой Шарлотте письмо, которое показыва¬
ет, как мне приходилось сдерживать свои естественные человеческие
чувства. «Ситуация очень изменилась, - писал я. - Мы на войне, мое
сердце ожесточается». Я объяснил, что у меня произошла пара лич¬
ных конфликтов, что мало помогает нормальной работе, когда ты от¬
вечаешь за целый флот, которым нужно управлять в условиях вой¬
ны. Я продолжал: «Иногда я должен разговаривать с людьми на бор¬
ту корабля с каменным лицом. Мне не доставило удовольствия от¬
править вчера вечером нескольких аргентинцев в могилу, но это нуж¬
но было сделать. Не мой каприз посылать подводные лодки для
уничтожения крейсера. Но с этим приходится мириться. Аргентинцы
будут поступать по отношению к нам точно также, если им предоста¬
вится даже тень шанса».
Кроме этого, ночь прошла без происшествий. Нас укрыл густой
темный туман, и аргентинцы после заката особо не стремились что-
либо предпринимать. Утро тоже протекало достаточно спокойно до тех
пор, пока после ланча аргентинцы не нанесли удар по «Шеффилду».
210

Глава 9. Молчание «Шеффилда.
-*ЫЬ»
Этот инцидент я уже описал в деталях в первой главе. Вы помни¬
те, как мой старый эсминец горел приблизительно в двадцати ми¬
лях от нас, а его экипаж (когда мы завершили рассказ о тех собы¬
тиях) уже покинул корабль. Теперь, когда капитан 1 ранга Сэм
Солт благополучно добрался до «Гермеса», я попытаюсь проанали¬
зировать результаты первого за последние сорок лет серьезного ра¬
кетного удара по британскому флоту.
При двадцати погибших и двадцати четырех раненых было бы
глупо считать, что все мы не были глубоко потрясены, хотя себя я
считал значительно менее потрясенным, чем другие. Я ожидал это¬
го или чего-то подобного уже несколько недель и был мысленно го¬
тов к возможной потере людей и кораблей. Я также не сомневался,
что будут новые потери. Однако я не находился внутри кипящего
котла, в который превратился «Шеффилд», не был непосредствен¬
ным свидетелем этой особенной трагедии и той психической трав¬
мы, которую могли получить те, кто был на борту, когда по их ко¬
раблю нанесли страшный удар. Бушующие на палубах пожары,
обжигающий жар, поступление воды, удушающий дым, крики и
стоны раненых, ужасающий вид мертвых товарищей... С этим ни¬
что не может сравниться. К тому же всех охватило смешанное чув¬
ство гнева, ужаса, ярости и беспомощности, а также почти безум¬
ного героизма некоторых оставшихся в живых. Кроме всего этого,
был невысказанный страх перед тем, что еще одна такая же раке¬
та, возможно, уже подлетает к ним.
На все это я не мог себе позволить потратить и секунды време¬
ни. Но я должен убедиться, что для раненых делается все возмож¬
ное и что спасательная операция теперь завершена. «Шеффилд»
должен догорать один, пока я полностью не удостоверюсь в том,
что погреб ЗРК «Си Дарт» не взорвется. Моя следующая задача
состояла в проведении тщательного анализа этих событий не с це¬
лью поиска виновных, а всестороннего исследования произошед¬
ших событий и извлечения из них соответствующих уроков. Мы
обязаны проявить себя с лучшей стороны, быть более бдительны¬
ми и менее уязвимыми для этой довольно простой французской раке¬
ты, о которой думали, что знаем все, но 4 мая не сумели с ней спра¬
виться. Мы используем сложнейшую военную технику стоимостью в
миллионы фунтов, но и она не помогла нам предотвратить удар арген¬
тинской ракеты по «Шеффилду». Логика мне подсказывает, что это¬
му есть только две возможные причины: а) наша техника не сработа¬
ла; б) кто-то, где-то, как-то не сумел правильно ее использовать. О во¬
оружении я знаю достаточно много и поэтому склонен говорить о вто¬
211

Фолклендская война
рой причине. Очевидно, я высказал это Сэму Солту. Но как команду¬
ющий этой группой я должен знать истину. Моих собственных пред¬
положений недостаточно. Нас подвела электроника? Или это была
только человеческая ошибка в нашей сложной системе обороны?
Пройдет много месяцев, пока будут получены ответы на все эти
вопросы. Как и во всех случаях, когда гибнет наш корабль, специ¬
ально созданная следственная комиссия будет искать причины.
Она порекомендует, выдвигать или нет предварительные обвине¬
ния против конкретных лиц по этому делу. На основании этих ре¬
комендаций только главнокомандующий имеет право принять ре¬
шение направлять дело в трибунал или нет.
Но это произойдет только в отдаленном будущем. Нам же следует
извлечь уроки из инцидента здесь и сейчас. Я направил срочные сиг¬
налы на все корабли, требуя от них как можно скорее сообщить
любую относящуюся к этому событию информацию. У них не было
времени обмениваться друг с другом своими заключениями. Когда их
донесения поступили на ФКП, то в общих чертах происшествие име¬
ло такой вид. Глазго: «Обнаружил «хэндбрейк». Видел ракеты на ра¬
даре. Произвел постановку ЛОЦ. Сообщил всем. Пытался сбить раке¬
ты. Не смог». «Шеффилд»: «Ничего не видел и не слышал вплоть до
удара». «Ковентри»: «Слышал «хэндбрейк». Поставил ЛОЦ. Ничего
не обнаруживал». «Инвинсибл»: «Слышал предупреждение «Глазго».
Раньше такие предупреждения слышал много раз. Никаких контак¬
тов. Не убежден. «Ярмут», находящийся в четырнадцати милях в сто¬
роне: «Наблюдал пролетающую близко ракету. Оранжевые стабили¬
заторы». В дальнейшем добавились еще некоторые детали.
Теперь у меня был довольно простой набор мнений, выводов и
фактов для анализа. Аргентинцы провели свою атаку также, как
на их месте поступили бы и мы. Их «Этандары» взлетели со сво¬
ей авиабазы в Рио Гранде, набрали высоту, по пути дозаправи¬
лись, затем снизились до самых волн, чтобы проскочить под луча¬
ми наших радаров. Вследствие кривизны земли воздушное прост¬
ранство над водой за пределами двадцати миль было для нас неви¬
димым. В сорока-пятидесяти милях от нас они «подскочили» до
высоты примерно сто двадцать футов и включили свои радары для
поиска. В эти несколько секунд их излучение было обнаружено на
ЦКП «Глазго». После этого пилоты выключили свои радары и сно¬
ва «нырнули» под лучи наших радаров. «Глазго» оповестил ударную
группу. Ему никто не поверил. По крайней мере не поверил ЦКП
«Инвинсибла». «Шеффилд» не отвечал. Через двадцать миль арген¬
тинские самолеты «подскочили» снова. «Глазго» снова обнаружил
их излучение. Аргентинцы включили системы самонаведения ракет и
212

Глава 9. Молчание «Шеффилда
произвели пуск ракет по первой обнаруженной цели. После этого они
снова снизились, чтобы развернуться и уйти домой. «Глазго», внима¬
тельно наблюдавший в нужном направлении, обнаружил ракеты на
своем радаре и начал, образно выражаясь, «вопить» на все британ¬
ские корабли, особенно на «Инвинсибл», который продолжал отри¬
цать факт атаки, считая это еще одной ложной тревогой. «Глазго»
быстро поставил ЛОЦ, чтобы увести ракеты. Но он в любом случае
был в безопасности. Аргентинцы нацелили ракеты далее к юго-вос¬
току, на «Шеффилд», в который одна из них и попала вскоре после
14.00. Вторая ракета была обнаружена одним или двумя наблюдате¬
лями особенно бдительного «Ярмута».
Вообще-то я ожидал, что повреждения, судя по просмотренно¬
му ранее фильму французского производителя «Экзосет», будут
гораздо большими. Но ракета, очевидно, не взорвалась. Она про¬
сто пропахала машинное отделение, разбрасывая на своем пути
топливо, которое сразу воспламенилось. Думаю, все мы знали, что
случилось и как это произошло. Оставался вопрос, какие меры
нужно предпринять, чтобы завтра это не повторилось? Я начинаю
анализировать с хорошо установленного, определенного и скорее
всего неизменного момента «подскока» «Этандаров» до высоты лу¬
ча радара, прочесывающего море прямо перед ними. Это, полагал
я, является неизменным аспектом вражеского ракетного удара. По¬
следующая за этим цепочка событий на центральных командных
пунктах определит судьбу обстреливаемых британских кораблей.
Насколько мы можем судить, ЦКП «Глазго» действовал наилуч¬
шим образом. Он обнаружил работу радаров «Этандаров» при пер¬
вой же возможности, сопровождал приближающиеся ракеты все то
короткое время, пока они летели. Старший офицер боевого управле¬
ния «Глазго» и командир корабля действовали эффективно и со ско¬
ростью, заслуживающей похвалы, должным образом информирова¬
ли ударную группу. По моим оценкам, они в течение минуты выда¬
ли картинку воздушной обстановки на экраны всех кораблей.
Однако, похоже, «Шеффилд» своими средствами радиотехничес¬
кой разведки совсем не «слышал» радары «Этандаров» и не видел
самолеты на своих радарах. Он также не слышал сигналов тревоги
«Глазго» или решил, подобно начальнику ПВО на «Инвинсибле»,
что это очередная ложная тревога. В этот жизненно важный момент
на его ЦКП явно не было никакого ощущения угрозы. Как бы то ни
было, они не произвели постановку ЛОЦ. Они даже не оповестили,
как я позднее выяснил, командира в его каюте. На этой первичной
стадии анализа я не мог установить почему, но было очевидно, что
«Шеффилд» вообще не среагировал на сообщение «Глазго». Ему
213

Фолклендская война
должна была поступить «картинка» по линии взаимного обмена
информацией, посредством которой «Глазго» передавал имеющую¬
ся на своем радаре тактическую обстановку на другие корабли. Но
они и на это совершенно не среагировали. Я не могу сказать, бы¬
ло ли это отказом электроники или некоторые их люди мысленно
или физически были «не на работе». В любом случае это очень
тревожное обстоятельство - один корабль дозора долой, осталось
два, а замена все еще далеко.
Наши проверенные и отработанные приемы по противодействию
удару «Экзосет» предельно ясны. Когда информация появляется на
экране вашего радара или поступает к вам в радиосети с другого ко¬
рабля, для действий остаются только секунды. Старший офицер бое¬
вого управления должен немедленно командовать и действовать,
предполагая самую неблагоприятную интерпретацию ограниченного
числа доступных фактов. Так выигрывается время для обеспечения
безопасности кораблей. А в это он выясняет, что еще нужно сделать,
например, сопровождать и уничтожать самолеты и/или их ракеты,
подробно доложить, кому это необходимо, для проведения соответст¬
вующих оборонительных мероприятий. Совершенно ясно, что «Шеф¬
филд» ничего подобного не сделал. Какой бы ни была причина, но
после оповещения «Глазго» никаких действий предпринято не было.
Фактом является и то, что «Шеффилд» в это время использовал свои
терминалы спутниковой связи (SCOT), которая является помехой
собственным средствам радиотехнической разведки. Это оставило ко¬
рабль глухим, прежде всего к первичному предупреждению - излуче¬
нию радаров «Этандаров», которое засек «Глазго». Но «Шеффилд»
был способен обнаружить самолет и собственным радаром, даже не
имея информации от «Глазго» о пеленге на обнаруженное им излуче¬
ние радаров «Этандаров». Постоянный вопль «Глазго» - «двести
тридцать восемь» - был бы для «Шеффилда» пеленгом приблизитель¬
но триста градусов, и это, возможно, было причиной того, что они
пропустили маленькие, быстро перемещающиеся отметки на своих эк¬
ранах. Вспомните, как операторы радара «Глазго» смотрели непо¬
средственно по направлению, которое сообщалось старшим матросом
Роузом и его наставником старшиной Хьювитом со станции радиотех¬
нической разведки. Они в отличие от операторов на «Шеффилде» точ¬
но знали, куда смотреть. Я не знаю точно, сколько времени у «Шеф¬
филда» заняло получение «картинки» радиолокационного изображе¬
ния по системе взаимного обмена информацией. Это должно было
произойти быстро, достаточно быстро. «Глазго», похоже, сделал все
необходимое так стремительно, как это мог бы сделать и любой дру¬
гой корабль.
214

Глава 9. Молчание «Шеффилда.
Наш окончательный вывод заключается в том, что аргентинцы
сделали не только то, что мы предполагали. Они также знали все
о «Си Дарт» и при атаке подходили с большого удаления на ми¬
нимально возможной высоте. Что мы можем предпринять в ответ?
Без дальнего воздушного обнаружения - немного. «Этандары»,
кроме случаев, когда они направятся к авианосцам, минуя кораб¬
ли дозора, будут находиться в пределах досягаемости «Си Дарт»
менее минуты. Этого времени недостаточно, чтобы ракета настигла
их прежде, чем «Этандары» снова станут невидимыми, а «Си
Дарт» вряд ли будет очень эффективной при стрельбе по самой
«Экзосет». Это заставляет нас надеяться только на ЛОЦ до тех
пор, пока приближающиеся ракеты не подойдут ближе к авианос¬
цам, где находящиеся рядом фрегаты проекта 22 смогут эффектив¬
но применить свои ЗРК «Си Вулф». Чтобы не подпустить «Этанда¬
ры» к авианосцам на дальность применения их оружия, не остается
ничего другого, кроме как использовать в дозоре на направлении
вероятного удара эсминцы проекта 42 с их радарами дальнего дей¬
ствия. И если ЛОЦ окажутся неэффективными, то, возможно, мне
придется жертвовать эсминцами, так как жертвовать моими авиа¬
носцами я не могу. Иного выхода нет.
Такой анализ подтверждает многое из того, что мы уже знаем.
У нас двойная проблема. Как долго продержится боевой дух на
эсминцах проекта 42? И что мы будем делать, когда эсминцев не
станет? В Королевских ВМС их всего восемь: пять из них дома,
три здесь: два пока еще в строю и один пылает на горизонте. По¬
полнение будет необходимо, желательно завтра. И явно больше
чем один корабль. В то же самое время командир «Гермеса» Лин
Мидлтон давит на меня, чтобы я рассмотрел его главную пробле¬
му. Он полагает, что постоянное напряжение пилотов «Харриеров»,
производящих вылеты изо дня в день, означает, что мы будем вы¬
нуждены использовать один из авианосцев на переднем крае в те¬
чение не более пяти дней, а другой держать далеко позади, поряд¬
ка ста миль на восток, для восстановления сил летчиков. Это яв¬
ляется, проинформировал он меня, стандартной практикой их бо¬
евого применения.
Лин сам был летчиком и дважды, пилотируя истребитель, вы¬
летал за палубу авианосца и падал в море. В одном случае, чтобы
не попасть под винты собственного авианосца, он находился под
водой до тех пор, пока корабль не прошел над ним, и выбрался из
кабины самолета с глубины в сто футов. Поэтому понятно, что он
сочувствовал летчикам, понимал их напряжение и переутомление,
когда те двадцать четыре часа в сутки находились в готовности.
215

Фолклендская война
Однако это не совсем так. «Си Харриеры» находятся в воздухе
максимум два часа. Даже если пилот должен сделать три вылета в
день, то это будет только шесть часов полетного времени. Подго¬
товка к полету и доклад о результатах занимает также примерно
шесть часов. Но они ведь молодые, крепкие и тренированные. И
это война. Она должна закончиться менее чем через восемь недель.
Мне необходимы две полетные палубы на переднем крае, и у ме¬
ня только два авианосца - «Гермес» и «Инвинсибл». Несомненно,
наступят дни, когда мы совсем не сможем летать, и это единствен¬
ное время для «отдыха», которое мы можем себе позволить. Про¬
сти, Лин, но я не могу с тобой согласиться.
Так подводник, правда не без опасений, управлял авиатором. Я
поручил ему найти способ выполнить эту задачу. Но это не сдела¬
ло наши отношения более простыми и было не лучшим началом на¬
шего сотрудничества на переднем крае войны. Однако мы посте¬
пенно обнаруживали, что обстоятельства работали на нас. На этом
этапе мы еще не знали того основного фактора, который будет до¬
минировать в мышлении аргентинских летчиков: высокая оценка
эффективности британского ЗРК средней дальности «Си Дарт»
класса «поверхность - воздух». Именно это заставило аргентинцев
отказаться от использования средних и больших высот и действо¬
вать исключительно на высотах ниже зоны поражения «Си Дарт».
У них оставались только предельно малые высоты. Поэтому удар
по кораблям в море с воздуха они могли наносить только в тече¬
ние светлого времени суток и при хорошей видимости. Без специ¬
ального оборудования ни один пилот не может летать на большой
скорости так низко и долго, если он не видит под собой поверх¬
ность моря. Хорошо, если бы мы все это знали заранее. Но нам
для выяснения этого потребовались недели. Поэтому если мы тре¬
бовали от пилотов совершать три вылета на патрулирование в тече¬
ние дня, то они отдыхали ночью, что обеспечивало восстановление
их сил. «Семейная дискуссия» между мной и Лином еще до отме¬
ны ночных полетов была причиной некоторой напряженности.
Жаль, ведь каждый из нас стремился сделать свою работу как
можно лучше. Война со всеми ее стрессами и постоянной угрозой
часто обостряет взаимоотношения.
Общий анализ гибели «Шеффилда» сконцентрировал наши
мысли на некоторых частных и одном основном вопросе: как оста¬
новить ракету, летящую со скоростью шестьсот узлов к кораблю?
В результате мы не внесли никаких существенных изменений в
принципы наших действий, но быстро усовершенствовали множе¬
ство незначительных деталей. Тем не менее я оставался один на
216

Глава 9. Молчание «Шеффилда»
^И|У^
один с мучающей меня мыслью о том, как же могла случиться эта бе¬
да. Моим долгом было сделать все, чтобы этого не произошло снова.
Меня очень раздражало и мучило отсутствие прямой, неопровержи¬
мой логики в этом вопросе. Я все еще точно не знал, как проскочи¬
ла эта ракета. Я не мог себе позволить нечто вроде высказывания ад¬
мирала Битти в ходе Ютландского сражения2, когда его линейные
крейсеры взрывались один за другим: «Что-то непонятное творится
сегодня с нашими кораблями». Меня мучил вопрос - неужели я что-
то упустил? Может, я был слишком близко и не смог видеть общей
картины? Но я не мог отойти подальше и должен был принять дан¬
ное свидетельство как свершившийся факт с единственной оговор¬
кой, что в следующий раз я буду более внимателен.
Тем временем мы обобщили и довели до всех командиров наш
анализ. Это ни в коем случае не был клич, призывающий восстано¬
вить порядок и поднять моральный дух, скорее горестное послание:
«Теперь, парни, пришло время все делать лучше». А что мы еще мог¬
ли сказать, когда толком не знали, что не сработало? Мы вниматель¬
но посмотрели на наши приманки, станции помех и ЛОЦ на предмет
их возможного усовершенствования. Некоторые из усовершенствова¬
ний оказались полезными. Самым существенным было решение вы¬
стреливать снаряды с радиоотражателями независимо от характера
полученного предупреждения (подтверждено оно или нет). И чтобы
не пропустить реальную опасность, мы всегда будем отвечать на крик
«Волк!», что поставит нас перед фактом хронической нехватки сна¬
рядов с радиоотражателями. Решить этот вопрос смог только некий
Айан Фаерфилд, председатель Чемринга - изготовителя дипольных
отражателей из Гемпшира. Он перевернул небо и землю, за несколь¬
ко недель открыл новую фабрику и восьмикратно увеличил выпуск
своей продукции, которая по прежнему более-менее отвечала стан¬
дартам. Ему в конце концов за все заплатили, но к Кресту Британ¬
ской империи, которого он был удостоен за свои усилия, прилагалась
благодарность тысяч британских моряков.
Мы наконец осознали, что в действительности означает сигнал
«Воздушная тревога - Белая». Это совсем не то, что «самолетов
противника на подходе к нам нет» - своего рода «все чисто» вре¬
мен второй мировой войны. Сигнал только указывает на то, что мы
пока ничего не обнаружили. Разница состоит в том, что «Белая
2	Морское сражение 31.05-01.06.1916 г. между главными силами английского
и германского флотов западнее Ютландского полуострова (всего 250 кораблей
в том числе 64 линейных кораблей и линейных крейсеров). Закончилось без¬
результатно, но английский флот сохранил свое господство на море. (Прим.
переводчика)
217

Фолклендская война
тревога» ничего не гарантирует. Через три секунды может быть об¬
наружен «Этандар», за которым последует ракета. После трагедии
«Шеффилда» отпала необходимость призывать людей носить про¬
тивоожоговую одежду - светло-желтые хлопчатобумажные защит¬
ные маски на голове и перчатки, которые предохраняют кожу от
ожогов при внезапном взрыве бомбы, снаряда или ракеты. Закры¬
вая все лицо, кроме глаз, маски создавали неудобства, поэтому
офицеры и матросы, как правило, носили их на шее под подбород¬
ком. Быстрота развития событий на «Шеффилде» наглядно пока¬
зала, что только упрямые люди, делающие все наоборот, могут хо¬
дить по кораблю, не имея под рукой огнезащитной одежды.
Опыт «Шеффилда» показал всем нам, что на корабле можно
получить ужасные увечья, причем очень быстро. Некоторым это
было ясно сразу, без лишних слов. Но сейчас это стало очевид¬
ным для всех - и изменения дали себя знать незамедлительно. Лю¬
ди стали спать в помещениях выше ватерлинии. Много раскладу¬
шек и матрасов располагалось в проходах и коридорах. Люди про¬
сто перестали спускаться на нижние жилые палубы, предпочитая
спать «наверху». Вообще-то, этот способ самосохранения имел
смысл только во времена второй мировой войны, когда торпеда
могла попасть ниже ватерлинии, но «наверху» люди чувствовали
себя безопаснее, спали спокойнее. В Южной Атлантике командир
и его боцман доброжелательно улыбались при виде новой породы
спящих в коридорах моряков-цыган. Другая перемена касалась об¬
щего отношения к делу. И, наверное, это было самым основным ре¬
зультатом опыта, который мы извлекли из инцидента. Были люди,
которые не думали, что им когда-нибудь придется нажимать на спу¬
сковой крючок или кнопку и фактически убивать людей. После
«Шеффилда» все это изменилось; жизнь стала более ценной и более
весомой, а добросовестное выполнение своей работы стало еще более
важным. Я закончил мой собственный анализ мыслью, что сегодня,
на пятый день войны, мы должны стать более сильными, с более бы¬
строй реакцией и более подготовленными для отражения удара, чем
были вчера. По крайней мере если мы хотим остаться в живых.
Вдали за горизонтом продолжал гореть «Шеффилд». Пожары,
начавшиеся в машинном отделении и на камбузе, распространи¬
лись в нос и в корму, и их никак не удавалось взять под контроль,
несмотря на все усилия экипажа «Шеффилда» и помощь находя¬
щихся рядом «Эрроу» и «Ярмута». Теперь, покинутый экипажем,
он горел один. Нам оставалось только наблюдать и ждать. Ждать,
не придут ли посмотреть на это и аргентинцы. Может быть, на под¬
водной лодке. Пока ударная группа отходила к юго-востоку, я рас¬
215

Глава 9. Молчание «Шеффилда■
сматривал возможность потопления «Шеффилда» артиллерией
или торпедой. Но, поразмыслив, решил подождать - по двум при¬
чинам. Во-первых, мы все еще подозревали, что аргентинцы дей¬
ствительно решат послать свою субмарину в этот район для потоп¬
ления любого корабля, прибывшего на помощь «Шеффилду». За¬
мысел, не предполагающий особой любезности с нашей стороны по
отношению к врагу. Во-вторых, если он не взорвется, то мы могли
бы отбуксировать его к острову Южная Георгия для того, чтобы
забрать с него все, что возможно. Это означало, что нужно ждать,
пока прекратится пожар и остынет корпус. Конечно, если этого не
произойдет, то он утонет и не будет больше для нас проблемой.
Я отправил письмо Шарлотте, в котором в частности сообща¬
лось: «Только сегодня получил твое письмо от 15-го апреля, очень
ему обрадовался. Вы все находитесь очень, очень далеко, как буд¬
то в ином мире. Вчера я видел осколок, который «прошил» нашего
первого раненого (молодого старшего матроса с «Эрроу»). Матрос в
порядке. Этот осколок был только частичкой 20-мм снаряда, разме¬
ром с мой ноготь, но он прошел через грудь и попал в печень. Я
не думаю, что смогу стать когда-либо прежним, и не очень рад это¬
му. Становится очень одиноко...»
Шестое мая было паршивым днем приблизительно по четырем¬
стам двадцати восьми причинам. Главной из них была потеря двух
наших ценных «Си Харриеров» и двух хороших пилотов - капитан-
лейтенанта Эйтон-Джонса и лейтенанта Кетиса, того самого Кетиса,
который сбил аргентинскую «Канберру» пятью днями раньше. Они
взлетели с «Инвинсибла» на обычное патрулирование в условиях
низкой облачности и не очень хорошей видимости. Возможно, два
«Харриера» получили радиолокационный контакт с низколетящим
самолетом южнее ударной группы и спикировали на него.
Их больше не видели. В 11.25 «Инвинсибл» доложил о том, что
он потерял с ними контакт. В течение нескольких минут мы орга¬
низовали поиск, но ничего не нашли. Профессионалы сходились во
мнении, что самолеты столкнулись в облаках в ходе исследования
радарного контакта и упали в море. Их бессмысленная гибель ста¬
ла для меня личной трагедией, и даже мысль о том, что несчаст¬
ные случаи бывают всегда, не стала утешением. Они не должны
были погибнуть, а мы не могли себе позволить их потерять. Моих
«Харриеров» сразу стало на десять процентов меньше.
Погода оставалась мрачной целый день, как будто того, что слу¬
чилось, было недостаточно. Это подчеркивало мое усиливающееся
раздражение несколькими аспектами той жизни. Я не буду пытаться
219

Фолклендская война
восстанавливать все это по памяти, а лучше обращусь к записям в
дневнике, сделанным в тот вечер, восемь лет назад. Они раскры¬
вают мои чувства лучше, чем я смогу описать их сегодня.
Вертолет с «Инвинсибла» ошибся на тридцать миль в определе¬
нии своего места и умудрился держать в напряжении меня и три
вертолета «Лине» в течение двух часов, преследуя скалу в районе
Порт-Стэнли
Сейчас утро. И хотя погода достаточно хорошая для вертолетов
«Си Кинг», она слишком изменчиво-туманна для «Си Харриеров».
Это превращает планирование полетов в почти безнадежное дело и
ведет только к изматыванию экипажей.
«Джунгли», кажется, не туда высадил нескольких парней. Ос¬
таток дня прошел не лучше. Скрытый поиск подлодки в районе
«Шеффилда» успеха не принес. Не дал результата и поиск проти¬
володочными вертолетами с использованием гидролокационных
станций в активном режиме.
Два «Харриера» упали без видимой причины, преследуя скоро¬
стную цель по пеленгу 250. Очевидно, это был контакт с надвод¬
ным объектом, или вертолетом, или, вероятнее всего, ложный кон¬
такт. Ни один из них не является целью для воздушного патруля.
Все это чертовски бессмысленно
Выяснив, что вокруг нас не было никаких самолетов, все стали
искать надводные контакты и сопровождать их стрельбовыми РЛС.
И так далее. И так далее. Все очень нервничают! Так прошел еще
один сильно разочаровавший нас день.
Очень расстраивает тупиковое положение, в котором мы оказа¬
лись. Я могу крутиться только в ВИЗ, заполненной рыбаками. Си¬
туация выходит из под контроля. Мы не можем никого атаковать
за ее пределами и не можем рисковать. «Харриеры» не могут ле¬
тать при такой погоде, и если я не буду осмотрительным, меня будут
критиковать. Чувствую себя очень беспокойно и не доверяю Кабине¬
ту. Если нам нельзя рисковать, нельзя воевать за пределами ограни¬
ченной области, если мы должны находиться в зоне, в которой про¬
тивник может наносить по нам удар из безопасных убежищ, то все
наши силы, с которыми мы прибыли сюда, будут бесполезны. Я мог
бы даже уйти из зоны.
Отправил длинную телеграмму главнокомандующему, в которой
изложил перечень наиболее рискованных планов на следующую не¬
делю или чуть дальше. Обратил внимание на то, что мне нужно
знать, решится ли Кабинет когда-нибудь произвести высадку десан¬
та. Если нет, то глупо терять человеческие жизни (хотя я могу по¬
220

Глава 9. Молчание «Шеффилда»
нять, почему это может показаться хорошей идеей). Если они на са¬
мом деле намереваются высаживаться, тогда следует кое-что пред¬
принять, чтобы проверить прибрежные воды и заранее несколько
измотать аргентинские силы.
В довершение ко всему этому субмаринам было приказано пре¬
кратить что-либо предпринимать в районе нахождения основных
аргентинских надводных сил. Очень похоже на то, что «Геркулес»
(аргентинский эсминец проекта 42) будет еще раз упущен. Это не¬
вероятно: нельзя же ожидать, что у вас будет два, а тем более три
шанса. Теперь и над атомными подводными лодками будут смеять¬
ся, как и над нами!
Много месяцев спустя я перечитал записи, сделанные б мая, и
немного содрогнулся. Под ними я написал следующее: «Из записи
того дня очевидно, что общую нервозность разделял и командую¬
щий оперативной группой [я]. Такие настроения приходят и ухо¬
дят. Дневник же помог мне это зафиксировать. То время для каждо¬
го из нас по любым стандартам было плохим. Моряки ненавидят ту¬
ман. «Шеффилд» поражен. Мы потеряли два «Си Харриера». Ар¬
гентинский авианосец был все еще неизвестно где. И моя система
освещения воздушной и надводной обстановки вокруг ударной груп¬
пы была какой угодно, только не безупречной».
7	мая было таким же утомительным днем, как и б мая. Мы на¬
ходились возле восточной границы ВИЗ, разбираясь в тумане с
подводным контактом, пока не выяснилось, что снова преследова¬
ли кита. Навестили «Шеффилд», все еще горящий, в волдырях, но
без крена и дифферента и не севший заметно в воду. Вечером мы
едва не потеряли еще два «Си Харриера». В плотном, но неоднород¬
ном тумане мы отказались поднимать наши самолеты для обычного
патрулирования в воздухе, полагая, что если мы ничего не видим, то
и противник тоже. Но в 18.07 получили убедительные признаки воз¬
душного налета. Были ли это «Канберры», «Миражи», «Скайхоки»,
«Этандары» - мы не знали. Но мы не могли выяснить, как они мог¬
ли атаковать нас в таком тумане.
«Инвинсибл» приказал двум «Харриерам» взлетать немедлен¬
но, в условиях неожиданного рассеивания тумана, и следовать на
северо-запад. Спустя полчаса, начальник ПВО на «Инвинсибле»
оценивает «налет» как ложную тревогу. Но в это время просвет в
тумане, известный опытным авиаторам как «дыра для простаков»,
снова затянулся, окутав два авианосца густой пеленой.
Замечательно. Теперь у меня есть два «Харриера», попавших в
ловушку. Они не видят не только палуб авианосцев под собой, но
221

Фолклендская война
и корабли вообще. Нам оставалось только искать другое «окно» в ту¬
мане и надеяться, что у «Харриеров» не кончится топливо до того,
как мы его найдем. По крайней мере мы знаем, где они находятся, и
должны быть готовы спасти пилотов, если в конце концов они вынуж¬
дены будут катапультироваться. Но еще два бесполезно потерянных
«Харриера»?! Как вчера? Это определенно не мой день. Но вдруг в
тумане появилась еще одна «дыра для простаков», видимость улуч¬
шилась как раз на столько, чтобы «Инвинсибл» смог очень быстро
принять самолеты. Это было очень кстати, поскольку несколько ми¬
нут спустя авианосец снова стал призраком во мраке.
Тревожное состояние охватило ударную группу, пока мы сколь¬
зили под толстым серым покровом тумана. Это продолжалось до
вечера, когда «Бродсуорд», все еще в тумане, рискованно близко
подошел к форштевню «Гермеса». Расстояние действительно было
критическим. Мы не видели самого фрегата, но я никогда не забу¬
ду вид его кильватерного следа прямо перед самым нашим носом,
эту бурлящую, зеленую, свежую пену. До него оставалось, навер¬
ное, только несколько десятков футов.
Три часа спустя, когда «Ярмут» привел к нам небольшую группу
вспомогательных судов, диспозиция надводных сил превратилась в
страшную путаницу. Неопознанные контакты появлялись на экра¬
нах, подобно коревой сыпи. Все путались друг у друга под ногами,
пытаясь разобраться, кто есть кто до того, как настоящий, а не мни¬
мый противник появится среди нас. Как обычно я лег спать сразу по¬
сле полуночи, после разговора с Нортвудом по DSSS, прочитав сиг¬
налы за день и тихо приняв рюмочку виски «для успокоения».
Хотя в этот день абсолютно ничего важного не произошло, мы
весь день были чересчур занятыми.
8	мая туман прояснился, и у меня стало легче на душе. Я ре¬
шил, что с авиацией у нас ничего не получается и вынужден был
некоторое время продолжать войну почти без нее. В то утро на со¬
вещании штаба мною был предоставлен план атак и изматывания
аргентинцев на Фолклендских островах. Это объясняется тем, что
я был встревожен поступившими в то раннее утро сообщениями о
состоянии некоторых кораблей. Для начала «Гермес» остановил ле¬
вую линию вала, пытаясь решить проблему со смазкой. «Инвинсибл»
доложил о сложностях с передними кромками лопастей вертолетов
820 эскадрильи. «Глэморган» доложил о проблеме радара 992, ко¬
торая была совершенно не кстати. Потом «Глазго» сообщил о про¬
блеме с зондирующими импульсами и индикацией цели у радара
965. Я подумал: «Замечательно. У нас осталось половина исправ-
222

Глава 9. Молчание «Шеффилда,
ЛЬ*
пых авианосцев, вертолеты разваливаются, «Глэморган» ничего не
видит, а «Глазго» не может стрелять. Давай, Вудворд, что-то пред¬
принимай, иначе все мы отправимся на дно».
«Бриллиант» должен был идти к северному входу в Фолкленд¬
ский пролив для устрашения всего, что двигалось или могло бы
двигаться. Это была своего рода лицензия на «свободную охоту», ко¬
торую капитан 1 ранга Джон Коуард любил больше всего. «Алакри¬
ти» капитана 2 ранга Кристофера Крейга должен идти на огневую по¬
зицию у Порт-Стэнли для обстрела аргентинцев. Это должно было,
во-первых, держать их в напряжении, а во-вторых, укреплять ве¬
ру противника в том, что мы все же будем высаживаться в районе
Порт-Стэнли. «Ярмут» той же ночью должен был отбуксировать
«Шеффилд», и мы планировали послать рано утром «Бродсуорд»
и «Ковентри» для усиления воздушной блокады путем обстрела
любых самолетов, пытающихся взлететь или приземлиться на аэ¬
родроме Порт-Стэнли.
Сегодня я бы сказал, что тот день лично для меня стал еще одним
поворотным моментом. Тогда я этого не знал. «Шеффилд» был, не¬
сомненно, шоком для нас всех, включая и меня. Мне повезло, что по¬
года предоставила мне время для восстановления и для того, чтобы
собраться. Я достаточно хорошо помню, что внушал себе «успокоить¬
ся». Убеждал себя в том, что «Шеффилд» не более, чем статистика.
Неудобно - да; беспокойно - да; но не шок. Тогда мне это не очень
хорошо удавалось. Корабль разрушен. Мой старый корабль. Погибли
люди. Мои люди. Люди на борту корабля получили очень сильные
ожоги. Мои люди. Внизу, в изоляторе «Гермеса» хирурги столкну¬
лись с реальностью невиданного ранее масштаба. И в тихом уедине¬
нии своей каюты я должен был сказать себе: оставь эмоции, нельзя
позволять им руководить над твоими действиями.
Через три дня, быстрее, чем некоторые, я смог вернуться в иг¬
ру. Но вокруг меня было слишком много возбужденных криков
«Волк!» Слишком часто ЦКП неадекватно реагировали на стаи ча¬
ек. Все это было вполне закономерным. Мы станем лучше, сказал
я себе, и в конце концов обратим трагедию «Шеффилда» себе на
пользу, действуя, когда снова окажемся под ударом, более слажен¬
но. Сделаем же правильные выводы из ошибок, которые неизбеж¬
ны в любой человеческой деятельности.

K/ARw*T_	^
Глава 10
Конец слежки «Нарвала»
В ночь на воскресенье 9 мая, пока я спал, «Алакрити» с огне¬
вой позиции у Порт-Стэнли вел артобстрел 4,5-дюймовыми снаря¬
дами аргентинских укреплений вокруг местного ипподрома. Он
произвел более девяноста выстрелов. Каждый неизвестно откуда
прилетевший снаряд обеспечивал реализацию нашего общего за¬
мысла: мы не собирались нанести большого ущерба противнику, а
только стремились держать его в напряжении всю ночь, постоянно
донимая и не давая покоя.
В это утро сразу после завтрака я планировал более мирное и
интеллектуальное мероприятие - проведение совещания всего шта¬
ба. Нам предстояло решить вопрос безопасной высадки войск де¬
санта в наиболее благоприятном для их действий районе Фолк¬
лендских островов, их поддержки с моря и с воздуха, а также не¬
обходимого для ведения боевых действий на берегу тылового обес¬
печения. Все это было очень важным для операции по освобождению
Фолклендских островов, но по-прежнему оставалось всего лишь од¬
ной из моих основных задач как командующего сил оперативного
прикрытия. От меня также требовалось заблаговременно нейтрализо¬
вать аргентинский флот и военно-воздушные силы, желательно, но
не обязательно, заранее и удерживать их в таком состоянии неогра¬
ниченное время после завершения сражений на берегу.
Здесь я хочу более подробно ознакомить вас с процессом реше¬
ния такой военной задачи, как выбор подходящего места для вы¬
садки на берег пяти тысяч британских солдат, доставки необходи¬
мых им запасов, боеприпасов и снаряжения. При этом противник
не должен вас уничтожить на переходе морем или при высадке на
берег. Любая армия, перед которой стоит задача пересечь пляж
224

Глава 10. Конец слежки «Нарвала.
при высадке на берег или при эвакуации (как это было в Норман¬
дии или в Дюнкерке), находится в ситуации, которую Ален Милн1
мог бы описать, как «Тигра любит все, кроме этого». Особенно если
противник все еще имеет в этом районе достаточно эффективные воз¬
душные силы и, более того, значительные сухопутные войска.
Британцам в Южной Атлантике с воздушными силами, состоя¬
щими в первое время из приблизительно двадцати «Си Харриеров»
и, возможно, еще четырнадцати на пути к нам, противостояли ВВС
Аргентины в составе двухсот самолетов, в основном наземного ба¬
зирования. Нам следовало быть даже более осторожными, чем это¬
му учит исторический опыт. Войска, которые высаживаются на бе¬
рег, будут в течение короткого промежутка времени очень уязви¬
мы, и нам необходимо свести эту опасность до самого минимума.
В это воскресное утро мы только нащупывали путь. Ведь наша об¬
щая директива, подготовленная в середине апреля, когда мы остави¬
ли остров Вознесения, требовала, как нам представлялось, корректи¬
ровки в самое ближайшее время. Когда мы впервые ее получили от
главнокомандующего ВМС, ее формулировка была такой: «...произ¬
вести высадку... с намерением освободить Фолклендские острова».
Весьма туманно, если бы предмет директивы не был таким серьезным.
Мне казалось, что это означало: «занять позицию и быть готовым ид¬
ти вперед, когда и если мы вам прикажем». Ключевыми словами бы¬
ли «с намерением освободить». Они не означали «освобождать» - мы
могли только неопределенное время ждать. Мы быстро отбросили лю¬
бую возможность полной блокады, так как: а) не имели достаточно
сил для блокады Фолклендских островов; б) не могли достаточно
долго оставаться в море для реализации программы «уморить их го¬
лодом», даже если при таком варианте можно было каким-то образом
не затронуть местных жителей.
Нам следовало высадиться там, где мы могли бы развернуть
оперативную базу, с которой можно было бы атаковать аргентин¬
цев, если нам прикажут это делать. Но на этом этапе выбор места
высадки был значительно осложнен дополнительным политичес¬
ким условием, переданным мне, а не КомАмГ (как я со временем
установил), из Великобритании через DSSS. Там серьезно опаса¬
лись, что Организация Объединенных Наций вынесет резолюцию о
«замораживании» боевых действий с обеих сторон. Если это случит¬
ся раньше, чем мы нанесем поражение аргентинским сухопутным вой¬
скам и восстановим аэродром в Порт-Стэнли, то у нас будут большие
1	Alan Milne (1882-1926) - британский детский писатель, создавший образ
Винни-Пуха. (Прим. переводчика)
85 5756	225

Фолклендская война
проблемы. У нас, конечно, будет передовая оперативная база, но
ее пришлось бы превратить в долговременную базу, которую мож¬
но эффективно оборонять. Эта база должна находиться достаточно
далеко от Порт-Стэнли, и с нее мы могли бы атаковать, если об¬
стоятельства снова изменятся. Итак, цели десантирования, еще три
недели назад казавшиеся такими туманными, прояснялись, если не
становились близкими к определенным. Кроме района высадки, с
которого мы начнем свое наступление, нам также требовалось оп¬
ределить место для «прибрежного» аэродрома. У читателей не
должно возникать сомнений относительно профессионализма на¬
ших командиров. «Прибрежный аэродром» - это просто место на
берегу, где наши истребители и самолеты обеспечения могут как
взлетать, так и садиться. То есть нам следовало как можно скорее
построить взлетную полосу. Эта полоса должна иметь длину всего
восемьсот ярдов, поскольку большой транспортный самолет «Герку¬
лес» С-130 имеет довольно короткий разбег, а «Харриеры», хотя и
могут взлетать вертикально, но при взлете с короткого разбега или с
использованием трамплина берут гораздо большее количество топли¬
ва и оружия. Оба типа самолетов жизненно важны для такого анк¬
лава: «Харриеры» - для защиты войск и аэродрома; транспортники -
для срочной доставки ресурсов (людей и боевой техники). Наличие
полосы избавляет от необходимости сбрасывать грузы на парашютах
в открытом море и затем подбирать их кораблями, как это делается
сейчас! Но если нас «заморозят» в анклаве на продолжительный пе¬
риод, нам придется удлинить полосу для использования ее «Фанто¬
мами» Королевских ВВС. И это нужно будет сделать до момента,
когда мы по той или иной причине останемся без «Си Харриеров».
Это значительно более сложная и длительная работа.
Анклаву нужна достаточно глубокая гавань для периодического
захода всех наших кораблей с целью пополнения запасов, ремонта
и обслуживания. Так же, как и взлетно-посадочная полоса, гавань
должна быть тщательно выбрана и, конечно же, должна быть за¬
щищена от ударов аргентинцев с земли, моря и воздуха. Классиче¬
ский способ обороны против контратак сухопутных войск состоит
в выборе места анклава как можно дальше от аргентинцев. Пред¬
почтительнее создать условия, которые вынуждали бы их форсиро¬
вать водную преграду, чтобы добраться до нас. Но всегда нужно
иметь в виду, что и у нас в свою очередь может возникнуть желание
атаковать. Поэтому мы имели несколько вариантов для выбора. Пер¬
вым районом высадки был Западный Фолкленд (район бухты Стиве-
ли), достаточно удаленный от противника, чтобы строить взлетно-по¬
садочную полосу без угрозы постоянных атак с его стороны. Вто¬
226

Глава 10. Конец слежки «Нарвала
Ль»
рым, и более предпочтительным, был район Лафонии, обширная
неприветливая южная часть Восточного Фолкленда с ее изрезан¬
ной береговой чертой и огромными, достаточно глубокими бухта¬
ми. Здесь наиболее подходящей была бухта Лэу, расположенная
примерно в сорока милях к юго-западу от Порт-Стэнли. Защищен¬
ная бухта Лэу переходила в гораздо более глубокую пятнадцати¬
мильную бухту Приключений. Обе бухты защищены от Атлантики
равнинным, невыразительным, имеющим форму бумеранга остро¬
вом Бликер, ранее пустынным, а теперь ставший домом мужчине,
женщине и двум тысячам тремстам овцам. Ни один клочок земли
на нашей планете не соответствует более точно своему названию.
Бухта Лэу и ее окрестности выглядели многообещающими, по¬
скольку у нее было несколько серьезных преимуществ:
а)	она была почти неприступна со стороны моря;
б)	ее воды были достаточно глубоки, прозрачны и достаточно
исследованы, что обеспечило бы нам безопасную в навигационном
отношении и достаточно защищенную от непогоды гавань;
в)	окружающая местность была равнинная, что облегчало стро¬
ительство взлетной полосы, хотя мы не знали твердости грунта;
г)	это был один из самых «безопасных», максимально удален¬
ных восточных районов Фолклендов;
д)	бухту Лэу не окружали холмы и, следовательно, не было ни¬
какого прикрытия для людей и кораблей от вражеских самолетов,
но и это имело свои преимущества. В таких условиях облегчается
работа операторов британских ЗРК «Рапира» - высокоточного ору¬
жия, способного отражать удары истребителей и бомбардировщи¬
ков; в условиях холмистой местности эффективность ЗРК, воз¬
можно, будет меньшей;
е)	аргентинским сухопутным войскам в случае попытки контра¬
таковать придется осуществить очень длинный и трудный переход.
Им предстояло бы пробивать себе путь по равнинной и узкой по¬
лоске суши, образующей своего рода «мост», соединяющий Дар¬
вин с поселением Гус Грин, но эта полоска была бы сложной и для
нас, если нам потребуется наступать через нее, а не «находиться в
готовности неопределенное время».
Бухта имела приемлемые пляжи. Возможно, это было подходя¬
щее место для анклава, но не для наступления с целью освобожде¬
ния островов.
Мы также размышляли о бухте Кау, расположенной в довольно
уязвимой позиции, к северу от бухты Беркли. Ее глубоководная ак¬
ватория площадью сорок квадратных миль отделяли бы нас от пушек
Порт-Стэнли. Но наши специалисты в области артиллерии доказали
8*	227

Фолклендская война
нам, что анклав в бухте Кау будет в пределах досягаемости огня
155-мм аргентинских орудий, а это доставило бы нам больше не¬
приятностей, чем такой анклав того стоил. Мы без сомнений откло¬
нили этот вариант.
Еще мы рассматривали бухту Тил - глубоко врезающуюся в су¬
шу бухту с узким входом с северного побережья полуострова Мак¬
брайд и образующую огромное внутреннее морское «озеро». Мы
полагали, что будем там в полной безопасности от нападения под¬
водных лодок, но в то же время аргентинцы могли бы заблокиро¬
вать узкий вход и закупорить нас в этой «бутылке» на много дней,
а возможно, и недель. Бухта Тил нам тоже не подходила.
Еще одним местом, которое мы рассматривали, была, конечно
же, бухта Карлос, хорошо защищенная окружающими холмами, но
очень посредственная как место для посадки и взлета самолетов.
Она была уязвимой в случае контрнаступления аргентинской ар¬
мии. В качестве места для анклава это был, на наш взгляд, не луч¬
ший выбор. Но как место, с которого можно наступать и освобож¬
дать острова, она по сравнению с остальными вариантами имела
большие и очевидные преимущества для войск десанта.
Мы рассматривали все эти районы. Я поддерживал идею стро¬
ительства взлетной полосы, поскольку она сняла бы нагрузку с мо¬
их авианосцев. В перспективе это даже позволило бы отправить
авианосцы домой. Со временем, когда установим долговременную
оборону островов, мы должны будем это сделать. Двух авианосцев
недостаточно для того, чтобы один из них постоянно находился на
службе в 8000 милях от базы, а ускоренная программа строитель¬
ства «Илластриеса» все еще вызывала сомнения. В итоге я должен
сказать, что на этом этапе ударная группа голосовала бы за Лафо-
нию - для обороны, за Карлос - для наступления и за Западный
Фолкленд - как за не очень хороший третий вариант.
Но уже в первых числах мая мы считали весьма вероятным, что
директива нашего главнокомандующего будет изменена, и нам при¬
кажут высадить войска для «освобождения Фолклендских остро¬
вов...», исключая слова «с намерением». Это избавило бы нас от
необходимости создавать анклав, строить там взлетно-посадочную
полосу значительных размеров и дало бы возможность наступать и
отбить свой аэродром в Порт-Стэнли, который они 2 апреля у нас
позаимствовали. Мы знали, что адмирал Филдхауз никогда не был
сторонником формулировки «с намерением» и всегда полагал, что
мы должны высадиться, освободить острова и покончить со всем
этим. Министерство обороны и политики склонялись к более осто¬
рожному подходу, но теперь в Лондоне их аргументы теряют си¬
228

Глава 10. Конец слежки «Нарвала<
лу. Моим советником по войскам десанта на борту «Гермеса», пре¬
емником полковника Ричарда Престона, стал полковник Королев¬
ской морской пехоты Джон Фишер. Он был почти уверен в том,
что изменения к нашей директиве обязательно поступят в течение
следующих нескольких дней.
Полковник Джон был высокообразованным морским пехотин¬
цем. Его острый, язвительный ум не мог обходиться без несколь¬
ких тихих шуточек, которые он время от времени отпускал в адрес
собственного полка. Эту привычку его коллеги, офицеры морской
пехоты, были склонны считать разновидностью измены. Но пол¬
ковник Джон, который лично меня полностью устраивал, всегда
был в курсе всех происходящих событий и полагал, что мобилиза¬
ция Пятой армейской пехотной бригады и реквизиция «Квин
Элизабет И» для переброски бригады в Южную Атлантику ясно и
неопровержимо свидетельствовали о создании гораздо более мощ¬
ной группировки войск десанта. «Пятая бригада» теперь состояла
из шотландских и валлийских гвардейцев, стрелков гуркхов, коро¬
левской артиллерии. Их прибытие могло бы означать только одно:
теория анклава провалилась; Нортвуд уже планировал высадку,
наступление и освобождение островов. Для меня это было то, что
нужно. Анклав никогда не считался привлекательным вариантом,
и я был рад, что его удалось избежать.
Именно поэтому сейчас, утром 9 мая, офицеры моего штаба,
морской командующий амфибийной группой Майк Клапп, брига¬
дир Джулиан Томпсон, другие старшие командиры войск десанта,
находящиеся далеко к северу от нас в Атлантике, и, несомненно,
Нортвуд пришли к единому решению. Однако в то время я все еще
имел только первоначальную директиву главнокомандующего, и
опыт подсказывал мне, что ее не нужно спешить выбрасывать в му¬
сорную корзину. Поэтому я продолжал рассматривать все пробле¬
мы в самом широком смысле. Но в то же время все более склоня¬
лись к тому, что если директива действительно изменится, мы бу¬
дем осуществлять высадку десанта однозначно в бухте Карлос.
Из нашего короткого списка вариантов: Западный Фолкленд, Ла-
фония и бухта Карлос - мы, очевидно, должны были отказаться от
первого, потому что это было слишком далеко и требовало проведе¬
ния повторной высадки со всеми вытекающими последствиями. По
тем же самым соображениям, по которым узкий перешеек в Дарви¬
не делал Лафонию подходящим местом для обороны от аргентинских
контратак, она была плохим районом и для атаки аргентинских по¬
зиций. В результате оставалась только бухта Карлос. Все участвую¬
щие в планировании высадки теперь одобряли этот район, спрятанный
229

Фолклендская война
за выступающим холмом восточного мыса полуострова Фаннинг и
занимающего господствующее положение у северного входа в Фолк¬
лендский пролив. Он имел несколько преимуществ:
а)	от ударов с воздуха его берега были частично защищены
простирающимися на юго-восток от мыса Фаннинг холмами и го¬
рами Сассэкс на юге;
б)	флот вполне устраивали глубины в бухте и характер грунта
в районах якорных стоянок кораблей, что обеспечивало навигаци¬
онную безопасность, хотя здесь и было немного тесновато;
в)	бухта имела два входа со стороны открытого океана; в нее
можно было легко попасть с севера и с юга через Фолклендский
пролив; оба входа были слишком широки, чтобы эффективно за¬
блокировать их судами (в отличие от входа в бухту Тил), а нали¬
чие двух входов делало для аргентинцев задачу перекрытия их
субмаринами и/или минами более трудной;
г)	он обеспечивал хорошую защиту от ветра и плохой погоды.
На ФКП «Гермеса» мы продолжали уточнять детали общего
плана операции. Но вычислять приливы и отливы, воздействие ве¬
тра, моря и волнения или определять лучшие пункты для высадки
десанта с кораблей и судов было уже не моим делом. В мою зада¬
чу также не входил поиск густого черного грунта, который коман¬
диры кораблей считают надежным для удержания якоря. У меня
не болела голова о том, где мы могли бы найти песок, траву, гли¬
ну, гальку или ракушку, или о том, как крутизна берегового скло¬
на будет влиять на скорость отлива. Я, например, не принимал
участие в дискуссии, сможет ли десантный катер подойти доста¬
точно близко к пляжу или десантники вынуждены будут взвалить
на себя и переносить огромные тюки с оборудованием и боеприпа¬
сами, преодолевая расстояние в четыреста или пятьсот ярдов до
пляжа вброд по ледяной воде, что сделает этот переход слишком
продолжительным, утомительным и опасным. Такие задачи реша¬
ли десятки специалистов флота и морской пехоты, для которых
они не представляли сложности. «Вудворд, никаких ошибок», -
сказал я себе. Эти вещи должны быть рассчитаны исключительно
правильно, и я должен полагаться на специалистов.
Однако на более высоком уровне мы спрашивали себя: будет ли
предлагаемый плацдарм высадки удобным для обороны в случае
решительных атак сухопутных войск противника? Насколько эта
оборона надежна в течение короткого или продолжительного вре¬
мени при ударах с воздуха бомбами или ракетами? Сможем ли мы
защитить плацдарм от ударов с моря и от ударов надводных сил
или подводных лодок? Как мы узнаем, что этот район не миниро¬
230

Глава 10. Конец слежки «Нарвала
ван? Где морское дно поднимается до глубины менее шестидесяти
футов - минимальной глубины, необходимой для малой подводной
лодки, чтобы приблизиться в подводном положении? Можем ли
мы направить суда и корабли в этот довольно стесненный холма¬
ми район для укрытия от ударов с воздуха? Можем ли мы мини¬
мизировать наступательные возможности аргентинцев и максими¬
зировать наши оборонительные возможности? Это были трудные
вопросы. Большие холмы давали не только преимущества, они не
обеспечивали «чистых» секторов для раннего обнаружения воз¬
душного противника, что в свою очередь не позволяло нашим ог¬
невым средствам своевременно захватить его. В двухстах милях от
берега мы имели максимальные возможности раннего обнаружения
противника, но такое положение предоставляло и ему максималь¬
ные возможности наносить по нам удар высокоточными ракетами
типа «Экзосет». У холмистых берегов мы минимизировали его воз¬
можности нанести по нам удар, но в тоже время ограничивали свои
шансы обнаружить противника. Кажется, покойный Джон Пол
Гетти2 сказал, что на каждый плюс где-то всегда найдется минус.
Скупой старый нефтяной миллиардер был прав.
Искусство, конечно, заключается в нахождении правильного ба¬
ланса. Мы в конечном счете достигли его или за счет везения, или хо¬
рошего управления. Меня удивляет то, что к подобным выводам не
смогли прийти аргентинцы. Но на этой стадии никакого окончатель¬
ного решения не могло быть принято, и поэтому работа нашего штаба
продолжалась. К этому времени «Алакрити» возвратился с артилле¬
рийской огневой позиции, «Бриллиант» возвратился от Северного
Фолкленда, а «Ярмут» буксировал поврежденный «Шеффилд». «Ко¬
вентри» и «Бродсуорд» были на переходе к Порт-Стэнли с задачей
попытаться установить его «воздушную блокаду». На «Гермесе» об¬
становка тоже казалась относительно спокойной. Однако недолго.
В 11.50 два наших «Харриера», вооруженные 1000-фунтовыми
бомбами и управляемые с «Ковентри», установили контакт с над¬
водным объектом на дальности пятьдесят миль в районе к югу-юго-
востоку от Порт-Стэнли. Такое событие обычно становится причи¬
ной оповещения по кораблю: «Адмирал приглашается на ФКП!»
На этот раз этого не потребовалось - я уже был там.
Мысли лихорадочно закружились в моей голове. Это не аргентин¬
ский авианосец: им не нужно было выдвигать его так далеко вперед
и, конечно же, он не мог быть один. Вряд ли это был аргентинский
2	John Paul Getty (1892-1976) - американский миллиардер, владелец нефтя¬
ной компании, основатель музея живописи. (Прим. переводчика)
231

Фолклендская война
военный корабль - похоже, что все они ушли домой. И все же ...
в восточной части ВИЗ мне совсем не хотелось находиться в пре¬
делах дальности стрельбы его ракет «Экзосет», ведь флот Аная все
еще мог возвратиться.
На другом конце ФКП мой заместитель по боевому управлению
Питер Вудхэд сказал: «Сэр, это опять этот чертов рыболовный
траулер. Они только что идентифицировали его. Это «Нарвал»,
которого мы предупредили в ночь перед прибытием в зону десять
дней тому назад».
Я подумал: «Черт его побери. Мне только не хватало, чтобы эта
мелкая жаба днем и ночью сообщала наши точные координаты их
проклятым ВВС». Но логика в глубине души подсказывала: «Ос¬
торожно, Вудворд. Это такая же ситуация, как и в случае с бра¬
зильским авиалайнером. На этом траулере полно рыбаков, граж¬
данских лиц. Хорошенько подумай прежде, чем их уничтожить.
Если они ни в чем не виноваты, за это придется отвечать». Мне не
позволялось атаковать любое рыболовное судно, будь оно арген¬
тинским или нет. Мои Правила ведения боевых действий категори¬
чески запрещали это. У меня есть полномочия уничтожать только
военные корабли. «Харриеры» стрельбой из 30-мм пушки по кур¬
су траулера могли бы заставить его остановиться, но через несколько
минут из-за недостатка топлива они должны будут оставить «Нар¬
вал». Тогда он сможет продолжать свое дело и снова исчезнет. Я не
мог никого туда послать, чтобы посмотреть более внимательно, - на
это не хватит времени. Он сможет уйти, чтобы продолжить работу,
какой бы она ни была. Где он находился эти последние несколько
дней? Почему до сих пор мы его не поймали? Что он собирается
предпринять?» Мне не давал покоя вопрос: «Это такая же ситуа¬
ция, что и с бразильским авиалайнером? Столкнулся ли я с анало¬
гичными обстоятельствами?» После некоторых размышлений я по¬
пытался выиграть время и громко спросил: «Мы достаточно увере¬
ны в его идентификации?»
«Да, сэр, - поступил твердый ответ. - Пилот пролетел низко, на¬
звание траулера на его корме».
В течение следующих нескольких секунд я был удовлетворен
по крайней мере тем, что эта ситуация не была похожа на преды¬
дущую. Когда три недели назад «грабитель» (бразильский «бо-
инг») шумел в воздушном пространстве над нами, у меня не было
абсолютной уверенности относительно его принадлежности. Ни он,
ни мы не были на войне, объявленной или нет. Ударная группа не
находилась в пределах действия аргентинских ВВС берегового ба¬
зирования. И мы не были в пределах ВИЗ. Но теперь мы, несо¬
232

Глава 10. Конец слежки «Нарвала<
Ль*
мненно, были на войне: по кораблям нанесены удары и часть из
них потоплена, сбивались самолеты, есть убитые и обожженные
люди. Ситуация была не такой, как прежде. Более того, я знал
принадлежность траулера. Мы его уже встречали дважды. И в
прошлый раз за несколько часов до нашего входа в ВИЗ я лично
велел «Алакрити» предупредить его. Теперь он снова здесь и не в
международных водах (или в воздушном пространстве подобно бра¬
зильскому воздушному лайнеру), а в объявленной на весь мир все¬
общей исключительной зоне. Был ли он безобидным рыболовным
судном? Подозреваю, что нет, разве что его экипаж был очень глуп.
Следовал ли он по пятам за моей ударной группой? Это казалось
весьма вероятным. Иначе что он делает здесь, на известном театре
военных действий, когда ему было недвусмысленно сказано коман¬
диром корабля Королевских ВМС убираться прочь из района?
В тот момент я сильно рисковал. Если бы я сбил воздушный
лайнер и оказался неправ, вся операция могла быть отменена, и я
лично отвечал бы и перед людьми, и перед самим собой. Теперь я
стоял перед необходимостью принятия другого, имеющего большее
значение решения, не располагая временем для получения совета
свыше. Я сказал себе: это как раз то, для чего существует коман¬
дующий; я назначен сюда, чтобы менять правила в случае необхо¬
димости. Главное, чтобы в конечном итоге я был прав. Так какие
же были варианты? Рыбаки в целом не глупы. ВИЗ не самое луч¬
шее место для ловли рыбы на этой неделе. Если они не слышали
об этом по радио, то они знали это непосредственно от «Алакрити».
Следовательно, они скорее всего не ловят рыбу. Если они не ловят
рыбу, то, конечно же, они следят за нами. Других причин держать
людей в этом районе нет. Если они должны следить за нами настоя¬
щим образом, то нуждаются в профессионалах. Поэтому на борту суд¬
на для общего командования и поддержания связи должен находить¬
ся личный состав аргентинских ВМС. Несмотря на то, что я был уве¬
рен в наличии гражданских на борту «Нарвала», это делало его для
меня военным кораблем. Сам по себе он не способен навредить нам,
но может сообщить противнику наше точное местоположение со все¬
ми вытекающими последствиями. Я знал, что не имею разрешения
атаковать рыболовные суда, однако был твердо уверен, что это судно
таковым не было. Кроме того, я был на войне. Воевал уже девять
дней, и это ожесточило мое сердце.
Итак, я приказал двум британским самолетам попытаться его ос¬
тановить, лишив хода. Применение минимальной силы - задача не¬
простая, когда у вас есть только 30-мм пушки, тысячефунтовые бом¬
бы и несколько минут времени до того, как «Харриеры» должны воз¬
233

Фолклендская война
вращаться из-за отсутствия топлива. Они начали с пушек. «Нар¬
вал» продолжал идти вперед, подняв аргентинский национальный
флаг. Наконец пилоты запросили, можно ли им сбросить бомбу.
Бомба могла взорвать «Харриер» в воздухе, выбросить из воды
«Нарвал» или сделать то и другое. Мне не нужно было его топить,
но очень хотелось лишить его хода. Я не мог позволить ему снова
уйти и дал разрешение на бомбардировку.
К счастью для всех, тысячефунтовая бомба имела взрыватель
для бомбометания с большой высоты и при сбрасывании с малой
не взорвалась. Она попала в «Нарвал», сразу убила одного несча¬
стного члена команды и сделала в судне большую пробоину. Вто¬
рой самолет «поперчил» «Нарвал» градом снарядов, и аргентин¬
ский траулер в конце концов остановился, закачавшись на волнах.
В 12.20 я решил, что нам необходимо срочно высадить вертоле¬
том на его борт группу SBS или SAS. Я не хотел, потопив судно,
губить рыбаков, если этого можно было избежать. В то же время
мне необходимо было любым способом получить доказательства о
роде его занятий. «Инвинсиблу» было приказано это обеспечить.
Пока все идет по плану.
Сделанные впоследствии записи в моем дневнике кратко зафик¬
сировали историю «Нарвала» за последующие несколько часов.
Сага начинается так: «Если вы попытаетесь предпринять что-ни¬
будь незапланированное с авиацией или спецназом, то все это обер¬
нется в шестьдесят два раза дольше, чем вы предполагали. Кораб¬
ли импровизируют, каждый репетирует, проверяет и задерживает.
Результат - неразбериха, трата времени на выяснение ситуации.
Мы чуть не потеряли (из-за отсутствия топлива) вертолет «Си
Кинг» Мк 4. Без сомнения, завтра до утра все само собой разре¬
шится». Я только проинструктировал ФКП сообщить мне, когда
они получат известия об аргентинском траулере. После этого мы
возобновили совещание штаба, посвященное чрезвычайно сложно¬
му виду действий - высадке.
Около 14.00 по Гринвичу «Ковентри» донес об обнаружении неиз¬
вестного воздушного объекта в ста шестидесяти пяти милях к западу,
который оказался аргентинским транспортным самолетом С-130 «Гер¬
кулес» в сопровождении двух или трех истребителей «Мираж».
Они пытались достичь Порт-Стэнли. «Ковентри» «захватил» их на
дальней границе зоны поражения и немедленно произвел пуск
двух ракет «Си Дарт» по небольшому воздушному конвою. Раке¬
ты в цели не попали, очевидно, потому, что аргентинские пилоты
отвернули на запад. Когда капитан 1 ранга Харт-Дайк доложил
мне, что ЗРК «Си Дарт» опять не сработал, я предположил, что
234

Глава 10. Конец слежки «Нарвала<
Ль»
причина состоит скорее всего в применении ракет на предельной
дальности и сказал ему: «Имейте выдержку, Дэвид. Не стреляйте
до тех пор, пока не увидите белки на их глазах».
В конце концов в 16.00 группа спецназа высадилась с вертоле¬
та «Си Кинг» на борт «Нарвала» и обнаружила там тринадцать
человек, включая одного погибшего. Среди них был капитан-лей¬
тенант аргентинских ВМС Гонзалес Лланос. У него имелись докумен¬
ты, которые вне всякого сомнения подтверждали то, что «Нарвал» не
был безобидным рыболовным судном. Там были книги шифров, кар¬
ты, справочники, специальные военные радиопередатчики и при¬
емники. Но к тому времени судно начало погружаться в воду. Эки¬
паж сняли, оставив судно тонуть.
Когда я вспоминаю этот инцидент, меня не пробирает дрожь
так, как при воспоминании о бразильском авиалайнере. Думаю,
что мои сомнения относительно «Нарвала» были сглажены закал¬
кой в Северной Атлантике. Русские разведывательные траулеры
были частью тамошней обстановки. Советские суда были очень на¬
сыщены аппаратурой - их электронное оборудование перехвата
можно было легко заметить даже нетренированному наблюдателю.
Мы называли их «Элинт-траулерами», и я точно знал, как они вы¬
глядели. Тот факт, что «Нарвал», представляющий для нас не ме¬
нее серьезную угрозу, не напоминал мне шпиона-траулера, было
главной причиной моих колебаний. Тем не менее сознательно при¬
нять решение о нарушении установленных Правил ведения боевых
действий всегда очень тяжело. Стандартное оправдание «ну, в об¬
щем контексте того времени действия казались мне правильными»
не поможет, если окажется, что вы были неправы независимо от
того, каким бы ни был «общий контекст в то время».
Поэтому мой совет: «Не делайте это .., если не...» В нашем слу¬
чае, даже сами аргентинцы расценили этот факт как «поимка на
месте преступления» и никогда не жаловались, что «подлый бри¬
танец разбомбил безоружный рыболовный траулер».
В любом случае это перестало меня беспокоить, однако было еще
три проблемы разного масштаба. Я должен был сам хорошо их обду¬
мать, поскольку они имели весьма серьезные последствия. Первая: по¬
чему «Ковентри» не смог поразить цели двумя ракетами «Си Дарт».
ЦКП «Ковентри» утверждал, что цель была «реальной», но я знаю
этот «машинный» язык. Это только предположение, основанное на
постоянстве курса и скорости цели с момента пуска по ней корабель¬
ной ракеты и до момента попадания ракеты в цель на предельной
дальности действия. Другими словами, цель должна «сотрудничать с
ракетой!» Настолько нам известно, все четыре аргентинских самолета
235

-AW
Фолклендская война
ушли невредимыми. Я столкнулся с головоломкой, подобной той,
над которой размышлял со штабом после удара по «Шеффилду»:
или нас подводит техника, или кто-то ее неправильно использует.
Других вариантов не было, но намного худшим был первый. Как
мы можем вести боевые действия с воздушным противником на мо¬
ре, если наша основная зенитная ракета отказывается попадать ту¬
да, куда мы ее нацеливаем? Я надеялся на то, что Дэвид Харт-
Дайк и его команда произвели пуск ракет слишком рано, в момент,
когда цель находилась слишком высоко и на предельной дальнос¬
ти стрельбы. В этом случае у самолета есть время определить на¬
двигающуюся опасность и вовремя произвести маневр уклонения.
Поступая таким образом, они явно имеют хороший шанс избежать
поражения, так как к тому времени на ракете «Си Дарт» закончит¬
ся топливо, и она, не причинив вреда, упадет в море. Вся хитрость
заключается в том, чтобы позволить вражеским самолетам подой¬
ти ближе, в гарантированную зону поражения «Си Дарт», в пре¬
делах которой у них не будет никаких шансов спастись независи¬
мо от скорости уклонения.
В 19.00 проблема была решена. Поступило донесение, что «Ко¬
вентри» сбил аргентинский вертолет «Пума» (возможно, искавший
«Наврал») правильно нацеленной зенитной ракетой «Си Дарт». На¬
деюсь, что урок пошел на пользу, и я представил застенчивую улыб¬
ку на лице капитана 1 ранга Харт-Дайка при докладе его офицера
боевого управления на ЦКП: «Сбили»! Он немедленно послал мне
радостное донесение, в котором сообщил: «Вам будет приятно уз¬
нать, что аргентинцы действительно имеют белки глаз!» (Спустя го¬
ды оказалось, что такой обмен между Дэвидом и мной, возможно,
был излишним. Некоторые аргентинские источники признали, что в
тот день два самолета из их небольшого воздушного конвоя не вер¬
нулись домой. Неужели «Ковентри» все-таки их сбил?)
Второй проблемой, беспокоившей меня, был аргентинский аэро¬
дром на острове Пебл. Там, к счастью, они не могли принимать реак¬
тивные самолеты, поскольку взлетно-посадочная полоса была травя¬
ной, но она оставалась полностью пригодной для легких штурмовиков
типа «Пукара». Разные источники сообщали нам, что аргентинцы на
самом деле развернули там авиабазу. Наша разведка предполагала,
что там также находится довольно большой гарнизон. Одно меня силь¬
но беспокоило, - что эти самолеты располагались чересчур близко к
бухте Карлос, всего в девятнадцати милях по прямой. Отсюда они бу¬
дут летать прямо на британский десант. При скорости полета 250 миль
в час им требовалось всего четыре минуты от взлета до подлета к бух¬
те Карлос, и у нас практически не было времени на их обнаружение.
236

Глава 10. Конец слежки «Нарвала>
Ль*
Я сидел в своей каюте над картой, задаваясь вопросом, как ско¬
ро аргентинские ВВС смогут осуществить серьезный удар с этой
пустынной передовой базы, находящейся на северном берегу За¬
падного Фолкленда. Еще до обеда я назначил на следующее утро
совещание штаба с одной простой целью: найти лучший способ по¬
быстрее убрать все эти самолеты с острова Пебл. Лучше это сде¬
лать до самой ранней даты высадки.
Той ночью я с раздражением записал в своем дневнике. Сегодня
могу сказать, что записи передают признаки моего беспокойства,
которого было достаточно. В такие моменты я становлюсь наибо¬
лее раздражительным. Проставив время - 08.30, я написал: «Обес¬
покоен комбинацией 42/22. Это испытание для нас очень важное.
Если комбинация потерпит неудачу, мы довольно рано узнаем, что
высадка отменяется и это сохранит многие человеческие жизни.
Начинается очень тяжелый день».
Эти последние заметки касались моей третьей проблемы. Я воз¬
лагал большие надежды на использование фрегатов проекта 22 в
качестве «голкиперов» для эсминцев проекта 42. Их задачей долж¬
на стать «ловля» аргентинских бомбардировщиков, сумевших про¬
скочить мимо «Си Дарт» и огонь артиллерии эсминцев. Общая
идея состояла в том, чтобы в случае подхода атакующих самолетов
слишком близко к эсминцам, «Бриллиант» или «Бродсуорд» мог¬
ли открыть огонь своими ЗРК «Си Вулф». Эти ЗРК были специ¬
ально разработаны для самообороны кораблей против современ¬
ных, очень скоростных ракет. Мы вообще-то не испытывали «Си
Вулф» против самолетов, но надеялись, что он сработает. В этом
случае мы сможем эффективно противодействовать любым атакам
аргентинцев с воздуха в зоне самообороны. Однако выполнение
совместной задачи двумя кораблями, особенно когда требуется со¬
гласовывать действия с точностью до секунд, связано с рядом труд¬
ностей. Два корабля должны действовать как единое целое, обес¬
печивая друг друга информацией. При отражении атаки только
один из них должен принимать окончательное решение относительно
того, кто и где ведет огонь. Любая другая организация взаимодейст¬
вия приведет к хаосу, замешательству, а возможно, и катастрофе.
Мне следовало выяснить, будет ли такая комбинация работать.
Лучшим сообщением было бы то, что оба корабля при отраже¬
нии ударов действуют хорошо и что «Си Вулф» проекта 22 пере¬
хватил все, что «просочилось» сквозь «Си Дарт» эсминца проекта
42. Худшей новостью было бы то, что «Си Вулф» не сбил цели и
что поражен еще один мой эсминец проекта 42. Я придерживался
такого мнения: если корабли не могут защищать друг друга, то мы
237

Фолклендская война
не должны высаживаться вообще. Таким образом, «испытания» зани¬
мали все более и более важное место в моих мыслях. В запале я сде¬
лал скорую запись о непредсказуемой «меткой» стрельбе «Си Дарта»
эсминца «Ковентри», язвительно добавив, что две, очевидно, прома¬
завшие ракеты, стоили нам 750 ООО фунтов. Даже сбитый «Пума» не
очень обрадовал меня и я пессимистично записал: «Для нас это вы¬
годно, но аргентинская пресса, без сомнения, представит всему миру
гибель вертолета при спасении несчастного перевернувшегося в 50 ми¬
лях от Порт-Стэнли «Нарвала». Они не скажут, что у нас война и что
«Нарвал» предупредили неделю назад». Кратко заметил: похоже на
то, что «Ярмуту» придется буксировать его к «Сэлвиджмену» «вмес¬
те с не очень сверкающим «Шеффилдом». Ниже с некоторым облег¬
чением я записал: «Комбинация «Бродсуорд»/»Ковентри» имела
желанный эффект. Сегодня аргентинцы в Порт-Стэнли ничего не до¬
ставили. Думаю, что завтра корабли нужно заменить: двадцать четы¬
ре часа у берега должны быть очень утомительными».
Несколько месяцев спустя мне стало не по себе от в основном
жестокого тона моих записей от 9 мая 1982 г. Я почувствовал не¬
обходимость дать пояснения следующим примечанием:
«Сага» касалась высадки с вертолета «Си Кинг 4» на борт
«Нарвала» после его атаки «Харриерами». Это было сделано пример¬
но через четыре часа. «Нарвал» наконец-то был оставлен и затонул
через восемь часов. Лично я с большим облегчением получил извес¬
тие об обнаружении капитан-лейтенанта на борту судна: политические
последствия обстрела невинного траулера могли быть затруднитель¬
ными, и «Си Харриеры» не атаковали до тех пор, пока я лично не
дал на это разрешение, хотя и с некоторыми опасениями. На мое ре¬
шение повлияло то, что мы его предупредили 30 апреля.
Прежде чем лечь спать, я убедился, что «Бриллиант» и «Глаз¬
го» были на переходе к Порт-Стэнли для ночного артобстрела аэ¬
родрома. После полуночи получили донесение: «Ковентри» воз¬
вращается «домой» в густом тумане, имеет серьезное повреждение
основной артустановки и, возможно, в течение нескольких дней не
сможет участвовать в боевых действиях. Он и «Бродсуорд» присо¬
единились к нам в 06.15, а сорок семь минут спустя мы получили
донесение от «Ярмута» о том, что «Шеффилд» затонул во время
буксировки. Я сделал короткую заметку в дневнике: «Шеффилд»,
очевидно, наконец-то затонул, избавив нас от многих забот». Я упо¬
требил слове «очевидно», потому что «Ярмут» доложил о «Шеффил¬
де» так: «Затонул. Осматриваю для подтверждения». Мой дневник
снова дает ключ для оценки моего состояния: «Это - не очень убеди¬
238

Глава 10. Конец слежки «Нарвала.
Ль*
тельное утверждение. Будто он не уверен в том, что корабль дей¬
ствительно затонул! О боже! Сражение за информацию никогда не
заканчивается и часто проходит безрезультатно».
На следующее утро совещание штаба началось рано. Я выска¬
зал всем свои опасения относительно аргентинской авиации на ос¬
трове Пебл и ее потенциальной опасности в период высадки и, осо¬
бенно, после нее. Я определил варианты, которые были довольно
простыми: или мы осуществляем массированный налет и бомбар¬
дировкой полностью разрушаем взлетную полосу, или попытаемся
это сделать ночью артобстрелом самолетов на аэродроме из 4,5-
дюймовых артустановок кораблей с использованием вертолетов
для корректировки огня с подсветкой осветительными бомбами. Оба
варианта действий раздражали меня с точки зрения военного искус¬
ства и эффективности, поскольку они не лишены риска и предпола¬
гали высокую степень неопределенности. Как мне вспоминается, мое
лицо постепенно принимало выражение, которое моя жена описы¬
вает как «безучастное», но которое означает, что я потерялся в
мыслях. В этот момент передо мною материализовался парень,
присутствие которого на ФКП я даже не заметил. Я бы сказал, что
он либо прошел сквозь стальную переборку, либо вышел из шка¬
фа, хотя парень был для этого слишком высоким.
«Я хотел бы знать, адмирал, могу ли я чем-то помочь?» - ска¬
зал он спокойно.
Я узнал моего офицера - представителя SAS, который, как и ра¬
нее, присутствовал на подобных совещаниях, но ему как-то удава¬
лось быть здесь незаметным. Я всегда думал, что эти люди долж¬
ны тратить по крайней мере половину времени на изучение искус¬
ства быть незаметными, маскируясь под различные вещи. Вы не
видите их до тех пор, пока они не захотят, чтобы их заметили. Я
предполагаю, что это основная черта их профессии, так же как ког¬
да-то перемещение невидимкой в глубинах океана на подводной
лодке было частью моей работы. Но как он, одетый в камуфляж
расцветки «джунгли» и ростом шесть с четвертью футов, умудрял¬
ся быть незаметным на ФКП «Гермеса», я уже никогда не узнаю.
Во всяком случае я был очень рад послушать, что скажет этот
заслуживающий внимания офицер. Он сказал, что это как раз тот
вид операции, для которой его люди идеально подходят. Он был
уверен в том, что имея достаточно времени, они могли бы про¬
браться на остров, произвести детальную разведку, а затем доста¬
вить туда дюжину парней (когда будет все известно о месте вы¬
полнения работы) и вывести из строя все аргентинские самолеты.
239

Фолклендская война
Все это казалось мне превосходным за исключением того, что я мог
предоставить им не так уж много времени. Мы все еще надеялись
произвести высадку в период с 16 по 25 мая, как планировалось
еще на острове Вознесения. Любая атака острова Пебл, считали
мы, должна завершиться до 15 мая, и у нас оставалось всего пять
дней. Моя самая быстрая умственная арифметика подсказала, что
примерно в 02.30 ночи пятнадцатого числа наступает время, изве¬
стное в нашей профессии как «самый последний момент», когда
мы должны отменить операцию и искать другой путь.
-	Сколько, вы считаете, на это потребуется времени? - спросил я.
Он на мгновение задумался взвешивая все детали, являющиеся
вопросами жизни и смерти для людей SAS.
-	Три недели, - был ответ.
-	Плохо.
-	Простите? - сказал он с слегким неодобрением.
-	А как насчет пяти дней? - бодро спросил я.
Он посмотрел на меня со скептицизмом, сопровождая взгляд не¬
членораздельной речью, которую я воспринял как: «О, Господи!»,
или: «Понимает ли этот ... идиот хоть что-либо в операциях спе¬
циальных сил?» Или что-то в этом роде. Особенностью SAS явля¬
ется то, что их имидж не имеет ничего общего с действительнос¬
тью. На публике они воспринимаются как команда сорвиголов, со¬
стоящая из парней, которые выглядят и ведут себя как Агент 007
и Бэтмена вместе взятые. Информация о них полна слухов и скры¬
тых угроз, порожденных их внезапными, быстрыми и решительны¬
ми действиями: атака иранского посольства в Лондоне; усмирение
ИРА в Белфасте; кажущаяся простой ликвидация террористов в
Гибралтаре. И это правда, что они являются самым надежным и
эффективным отрядом Вооруженных сил Британии, но они не до¬
стигают результата, действуя по-идиотски рискованно и безрассуд¬
но. Каждый их успех - результат тщательного планирования, поч¬
ти фанатичного внимания ко всем деталям и практически полного
исключения всех неожиданностей. Когда работают SAS, они зна¬
ют проблемы и все детали этих проблем. Действуя в обычной ма¬
нере, для уничтожения эскадрильи самолетов на острове Пебл они
хотели знать всю местность вплоть до последней лужи; каждую
былинку в траве, каждую коровью лепешку, разве что исключив
имя коровы ее создавшей. Они хотели бы знать место каждого ча¬
сового, сколько точно человек на базе, фазу луны, ожидаемую яр¬
кость звезд Большой Медведицы, силу ветра, какие ворота скри¬
пят и еще много другого. Для достижения такого уровня информи¬
рованности они по возможности засылают туда на неделю челове¬
240

Глава 10. Конец слежки «Нарвала<
ка четыре. Затем на следующую неделю еще четырех. Действовать
же они начинают спустя эти две недели, когда изучены в деталях
все сообщения разведчиков, имеются подходящие условия и после
нескольких дней репетиции. Ничего удивительного, что этот метод
принес им почти сверхестественный успех. Никаких сюрпризов.
Поэтому естествен тот скепсис, который промелькнул на лице
моего специалиста SAS, когда я проинформировал его, что мы вы¬
нуждены сократить время разведки с трех недель до трех дней и
еще дать два дня для репетиций и проведения самой операции.
-	Мне жаль, адмирал, - сказал он, но это может оказаться не¬
возможным.- Чтобы выполнить эту задачу хорошо, нам потребует¬
ся три недели.
-	Боюсь, что это должно быть выполнено за пять дней, - упря¬
мо ответил я. - Это должно быть до 15 мая или никогда.
За этим последовало небольшое «семейное обсуждение». Я и
мой штаб согласились с тем, что мы даже не знаем, где находится
эта проклятая аргентинская взлетно-посадочная полоса. Еще меньше
мы знали о том, как можно быстро к ней подобраться и без единого
убитого стереть с лица земли эту небольшую часть аргентинских воз¬
душных сил. «Эй, гринго! Что ты здесь делаешь?» - окрик, кото¬
рый ни одному из нас не хотелось бы услышать в кромешной тем¬
ноте ночи. Особенно, если бы он сопровождался «взглядом» дула
пулемета. Моей задачей было избавиться от тех самолетов, но
главное - убедить командира SAS в том, что это является и его за¬
дачей, причем за пять дней.
К концу нашей встречи он согласился сделать попытку. Первой
разведгруппе SAS предстояло вступить в дело завтра ночью, вы¬
садившись на северное побережье Западного Фолкленда, и затем
пересечь на надувной лодке в кромешной темноте обычно бурный
пролив, отделяющий остров Пебл. Расстояние составляло пример¬
но полторы мили, но если они недооценят течение, то я не сомне¬
ваюсь, что оно покажется им длиною в пять миль.
Оглядываясь назад, на то совещание штаба, вынужден при¬
знать, что я вел себя непреклонно. Я, конечно же, осознавал, что
офицер SAS пытался сделать все как можно лучше для своих вы¬
сокоподготовленных людей и избежать потерь. У меня были дру¬
гие проблемы. Я знал, что те самолеты способны нанести ужасные
потери британскому десанту, застигнув его в наиболее уязвимый
момент - в период высадки, погубить сотни людей. Если бы мне
сказали заранее: «Вы можете уничтожить аргентинскую авиацию
на острове Пебл, но это будет стоить жизни десяти человек SAS», -
боюсь, что я ответил бы без колебаний: «Да, быть по сему». Я не
241

Фолклендская война
горжусь этим, но я обучен думать именно так. Возможно, поэтому
я и был там, где был. И спецназовцы SAS тоже это поняли бы, как
понял их командир на том совещании.
Вторая задача дня, кроме тех трех проблем, которые досажда¬
ли мне со вчерашнего вечера, была не менее важной. Она касалась
еще одной возможной неприятности - мин. Одна из наших субма¬
рин уже наблюдала, как аргентинцы осуществляли их постановку
к востоку от входа в гавань Порт-Стэнли (называемую Порт Уиль¬
ям), где они больше всего ожидали нашей высадки. Поэтому нам
было известно, что аргентинцы имели возможность перекрыть ми¬
нами северный вход в Фолклендский пролив. Они могли замини¬
ровать и южный вход в пролив в зависимости от того, считали ли
они это необходимым и сколько у них было мин и времени. А так
как теперь казалось довольно очевидным, что наша общая директива
в известном смысле изменится, то нашим выбором района высадки ав¬
томатически становилась бухта Карлос, и я стремился сделать все воз¬
можное для того, чтобы мы не потеряли полдюжины судов и пару ты¬
сяч человек в четырех милях от района высадки. Я не люблю мины
не больше, чем любые другое оружие, способное потопить судно. Сей¬
час особая нелюбовь к ним определялась тем, что у нас совсем не бы¬
ло минных тральщиков. И ни один тральщик вовремя не прибудет.
Это ставило меня перед серьезной проблемой: как выяснить, постав¬
лены ли мины в Фолклендском проливе.
Возможно, мне следует кратко описать, как устроены якорные
мины и как работают минные тральщики. Мина - это порядочного
размера железный корпус, содержащий до тысячи фунтов тринит¬
ротолуола. Этого взрывчатого вещества вполне достаточно для то¬
го, чтобы оторвать корму большинству кораблей. Если вы ударяе¬
те такую мину или даже просто касаетесь ее, она, несомненно, взо¬
рвется и проделает огромное отверстие в корпусе корабля, убивая
всех, кто находится рядом. Как правило, с помощью больших,
профессионально поставленных мин суда топятся быстро и шумно.
Мины плавают ниже поверхности воды на десять-пятнадцать футов
(чтобы их невозможно было заметить), но чтобы корабли даже с ма¬
лой осадкой могли их коснуться. Они стоят на якоре, удерживаемые
тросом, который называется минрепом. Этот трос тянется к тяжело¬
му балласту (называемому «грузилом») на дне моря. Обычно от¬
дельные мины формируются в «поля» в тщательно выбранных
районах моря. Специальный корабль - минный тральщик - тащит
трос-трал, который отводится в сторону специальным подводным
отводителем наподобие воздушного змея. Трал по всей длине име¬
ет резаки для минрепов в виде крючков и когда он касается мин¬
242

Глава 10. Конец слежки «Нарвала»
Ль*
репа, последний скользит по тралу до тех пор, пока не попадает в
резак, который перерезает минреп. Мина, больше не удерживаемая
якорем, всплывает на поверхность, где она будет замечена и обез¬
врежена прежде, чем какой-либо корабль ее коснется. Существуют
различные методы ликвидации свободноплавающей мины, но тра¬
диционным и наиболее захватывающим способом является детона¬
ция мины путем расстрела ее из стрелкового оружия.
Будь я на месте аргентинцев и хотя бы на минуту заподозрив
британцев в намерении высадиться в бухте Карлос, то поставил бы
на северном и южном входах в Фолклендский пролив столько мин,
сколько смог. Это избавило бы от волнений по поводу возможнос¬
ти высадки британцев где-либо вдоль пролива, а также и от моей
головной боли. Мы, конечно, не знали, сделали они это или не¬
что подобное.
Однако минных тральщиков с их специальным оборудованием у
меня не было. Это означало, что я должен буду использовать что-то
другое. Корпус корабля был таким единственно подходящим и до¬
ступным «оборудованием». Единственная сталь, погруженная доста¬
точно глубоко. Вполне очевидно, что я не мог использовать два фре¬
гата проекта 22 «Бродсуорд» и «Бриллиант» с их ЗРК «Си Вулф».
Я также не мог послать оставшиеся мои эсминцы проекта 42 «Ковен¬
три» и «Глазго» с их бесценными дальнобойными ЗРК «Си Дарт».
Нельзя было также посылать торговое судно или судно вспомога¬
тельного флота. Это все-таки должен быть корабль - боевой корабль
Королевских ВМС. Но корабль этот должен быть сравнительно де¬
шевым и таким, который я мог бы заменить, наподобие 3000-тонно¬
го фрегата проекта 21. Например, «Алакрити».
Теперь мне предстояла трудная миссия пригласить на связь капи¬
тана 2 ранга Кристофера Крейга и сказать: «Я хотел бы, чтобы сего¬
дня вечером вы пошли и проверили, сможете ли утонуть, подорвав¬
шись на мине в Фолклендском проливе. Между прочим, для наблю¬
дения за тем, как будут разворачиваться события и при необходимос¬
ти подобрать оставшихся в живых, я направлю «Эрроу» к северному
входу в пролив». Я не мог, когда придет время посылать десантников,
следовать инстинктам легендарного американского адмирала времен
гражданской войны Дэвида Фарегата3, который в 1864 году гаркнул
но всю свою луженую глотку: «К черту торпеды! Полный вперед!»
1	David Glasgow Farragut - 1801 -70гг., североамериканский адмирал (не менее
популярный в США, чем Нельсон в Англии), командовал соединением кораб¬
лей в период Гражданской войны и стал после сражения в 1864г. у бухты Мобил
национальным героем. (Прим, переводчика)
243

-4k
Фолклендская война
Но ничего подобного я не сделал, а просто позвонил капитану
2 ранга Крейгу по закрытому каналу связи и сказал: «Э-э.., Кри¬
стофер, я хотел бы, чтобы вы сегодня вечером совершили круго¬
вое плавание вокруг Восточного Фолкленда, обогнув его с юга, а
затем через Фолклендский пролив мимо мыса Фаннинг на север,
где вы встретитесь с «Эрроу». Я также сказал ему, что нужно
пройти пролив с большим шумом, произведя стрельбу нескольки¬
ми осветительными снарядами, чтобы попугать аргентинцев, и до¬
бавил: «Если вы увидите что-нибудь движущееся, то потопите его.
Но выйдите из пролива с расчетом вернуться до рассвета, отойди¬
те от берега до того, как они смогут летать».
Немного помолчав, он ответил:
-	М-да, адмирал, я полагаю, Вы хотите, чтобы я несколько раз
вошел в северный вход пролива и вышел из него и чтобы сделал
несколько зигзагов?
-	О-о, - сказал я, притворяясь удивленным и почувствовав себя
выше на два дюйма, - почему вы об этом спрашиваете?
-	Полагаю, Вы хотите, чтобы я выяснил, есть ли там какие-то
мины, - сказал он спокойно.
Не помню точно, что я ответил, помню только, что чувствовал.
Я заметил, что это было бы весьма полезно.
С огромным чувством собственного достоинства Кристофер от¬
ветил: «Очень хорошо, сэр», - и ушел, чтобы как можно лучше
подготовить свой корабль и экипаж к возможной гибели. Я всегда
буду помнить о нем, как об одном из самых храбрых людей, кото¬
рых мне приходилось встречать. Это был подвиг, достойный Кре¬
ста Виктории, но как ни странно только в случае, если все обер¬
нется трагедией.
Я чувствовал себя ужасно, потому что не нашел мужества быть
с ним честным до конца. Меня мучил вопрос, как он сообщит эки¬
пажу корабля про задание на эту ночь...

Глава 11
Бомба «Глазго»
Вам будет нетрудно поверить, что мне не удалось уснуть той но¬
чью, что мои мысли были далеко от моей маленькой каюты на бор¬
ту «Гермеса».., где-то на мостике «Алакрити», который после по¬
луночи повернул на север, в туман, и начал свой опасный ночной
переход вверх по Фолклендскому проливу, что я пытался не ду¬
мать о людях «Алакрити», боясь представить себе, как ужасающей
силы взрыв мины разламывает хрупкий корпус корабля и все ужа¬
сающие последствия для экипажа, при этом я отдавая себе полный
отчет: что бы ни случилось с храбрым капитаном 2 ранга Крейгом,
его экипажем и кораблем, это неизбежно будет моей виной. Меня
не могла бы даже утешить мысль, что эта задача должна быть вы¬
полнена, ведь будет очень неразумно ждать прибытия британских
десантных сил только для выяснения того, что им придется идти
через минное поле.
Как легко представить себя в ту ночь пытающимся уйти от вол¬
нений, страдающим от бессонницы, размышляющим об опасней¬
шем переходе капитана 2 ранга Крейга, который, так же как и все
мы, был один на один с опасностью.
Но действительно ли я, хотя бы своим сердцем, был с ним? Бо¬
юсь, что нет. На самом деле ничто из вышесказанного не соответ¬
ствует истине. Я уверен, что такие праведные мысли могли быть у
каждого, кто представит себя на моем месте. В последующие годы
я, вероятно, описал бы это так. Но если я хочу быть искренним с са¬
мим собой, оживляя в памяти эпизоды той темной полночи 11 мая
1982 года, то должен честно сказать, что это было не так. Такого и
не могло быть. Да, такие мысли могли бы прийти мне в голову, но
только до принятия решения, а не после.
245

Фолклендская война
Решение принято. «Алакрити» приступил к его выполнению,
я же только вычеркнул одну проблему из моего списка задач и,
успокоившись, стал ожидать результатов: хороших или плохих.
Такая очевидная бессердечность не дань моде, это моя работа,
способ мышления, основополагающий элемент военной подготов¬
ки: быть готовым решать любые проблемы, которые еще могли
возникнуть этой ночью.
Я не знал, что задание капитана 2 ранга Крейга после часу но¬
чи уже перестало быть тайной. Обстановка в той части Фолкленд¬
ского пролива, где находился «Алакрити», имела сходство с ночью
Гая Фокса1. Придерживаясь нашей тактики не давать подавленно¬
му противнику заснуть всю ночь, «Алакрити» выстрелил освети¬
тельный снаряд над поселением Фокс Бэй, освещая аргентинские
позиции неземным, вызывающим замирание сердца светом. Я уве¬
рен, что под висящей «желтой луной» осветительного снаряда их
мучил вопрос, была ли это прелюдия конца света, или это прибли¬
жение ближайшей группы SAS, что по своей сути является тем же.
Через несколько миль «Алакрити» получил радиолокационный
контакт, как впоследствии оказалось, с аргентинским военным
транспортом «Исла де лос Естадос»2. Осветительный снаряд бри¬
танского фрегата, разорвавшийся над транспортом, должно быть
вызвал чувство страха в сердцах несчастной команды. Для них на¬
ступление конца света было бы подобно мощному взрыву. Что на
самом деле и произошло.
«Алакрити» поразил «Естадос» тремя 4,5-дюймовыми снаряда¬
ми, взрывы которых вызвали пожар, закончившийся детонацией
325 ООО литров авиационного топлива в его трюме. Судно превра¬
тилось в огненный шар. Этот шар должен был быть виден на мно¬
гие мили, но с мостика «Алакрити» он представлялся немного
больше тусклого зарева в плотном тумане. Так произошло единст¬
венное за всю войну 1982 года боевое соприкосновение между бри¬
танскими и аргентинскими кораблями.
Выполнив эти формальности, «Алакрити» продолжил путь на
север в неразведанные воды к северному входу в пролив в районе
мыса Фаннинг. Он продвигался вперед в полной темноте, прове¬
ряя своим корпусом наличие мин. Когда на носовых курсовых уг¬
1	Гай Фокс - наиболее активный участник неудавшегося Порохового заговора
4	ноября 1605г. против английского короля Якова I и парламента. Г. Фокс
был арестован, подвергнут пыткам и казнен. Об этом событии 5-го ноября - в
годовщину раскрытия заговора - в Британии напоминают костры, фейервер¬
ки, сжигания чучела Г. Фокса. (Прим. переводчика)
2	«Isla de los Estados»
246

Глава 1 1. Бомба «Глазго»
лах правого борта появилась большая выпуклость мыса Фаннинг,
капитан 2 ранга Крейг лег на обратный курс для расширения «про¬
веренного фарватера». После повторного прохода на север они на¬
конец встретились с «Эрроу» восточнее мыса Дельфин. Так тихо
(и хорошо, что тихо) закончился экстраординарный рассказ об отва¬
ге и храбрости, который, я боюсь, не отмечен в летописях морской ис¬
тории. На КомАмГ действия «Алакрити», конечно же, впечатления
не произвели. Но, если бы случилась трагедия, этот подвиг занял
бы свое место рядом с сагами о «Джервис Бэй» или «Глоуворма»
и преподносился бы будущим морским офицерам как высочайший
пример самоотверженности и верности долгу, а капитан 2 ранга
Крейг обязательно был бы представлен к награде Крестом Викто¬
рии, чего, к счастью, не произошло.
Новости с другой передовой войны - огневой позиции в районе
Порт-Стэнли - были смешанными. «Глазго» под командованием По¬
ла Ходдинотта и «Бриллиант» под командованием Джона Коуарда
вели артобстрел Муди Брук3, где, как мы предполагали, находились
значительные аргентинские укрепления. Однако при планировании
этого артобстрела у нас возникла неразбериха. «Ковентри» и «Брод-
су орду» было приказано следовать на запад от ударной группы сме¬
нить «Глазго» и «Бриллиант». Это было достаточно ясно, но перво¬
начально «Бродсуорду» ставилась задача встретить «Алакрити». На
«Бродсуорде» приняли сигналы в неправильной последовательности
и когда они отправились, оказалось, что у «Ковентри» и «Бродсуор-
да» есть отличные шансы встретить «Эрроу» и «Алакрити» в тума¬
не, в три часа ночи, прямо в центре района вероятных действий ар¬
гентинской подводной лодки. Среди других неразберих эта могла
стать особенной. В конце концов мы все уладили, и каждый корабль
пошел своим курсом без неприятных последствий.
Неустойчивый туман и дымка не позволяли аргентинской авиа¬
ции подняться в воздух в течение последних нескольких дней. Это
было хорошо, так как у нас накопилась масса проблем с корабля¬
ми и самолетами. Дефекты и поломки появлялись и устранялись
непрерывной чередой по мере того, как время и погода делали свое
дело. «Глазго» имел проблему с электрогенераторами: в работе был
только один, второй генератор ремонтировался. Пока медленно тяну¬
лось утро, все «Харриеры» «Гермеса» были посажены на палубу для
технического обслуживания. К ланчу мы получили сообщение о не¬
исправности 4,5-дюймовой артустановки Мк. 8 на «Ковентри» и
выходе из строя носовой ракетной системы «Си Вулф» на «Брод-
* Moody Brook
247

Фолклендская война
суорде». Общее приподнятое настроение после благополучного
возвращения «Алакрити» позволило мне воспринять эти сообще¬
ния оптимистично, с уверенностью в том, что с этими отказами мы
справимся. Очень смущал прогноз погоды - область пониженного
давления надвигалась прямо на нас, обещая принести западный
штормовой ветер, бурное море, рассеивание облачности и улучше¬
ние видимости. Это было плохой новостью потому, что сегодняш¬
няя ночная высадка передовой группы SAS на Пебл станет серьез¬
ным испытанием для каждого.
Среди всего этого «Инвинсибл» пожаловался (в моем дневнике
записано «заскулил»), что их выдвинули на угрожаемое направле¬
ние без прикрытия фрегатом проекта 22. К сожалению, это было
сделано при циркулярном сообщении, и все командиры боевых ко¬
раблей могли его прочитать. Я был обязан напомнить «Инвинсиблу»,
что «Гермес» всего три дня назад оставил такую же позицию, но в
отличие от них мы не имели ЗРК «Си Дарт». Теперь, наверное,
очередь «Инвинсибла». Он понял ситуацию.
Возможно, это были излишне жесткие слова, но я старался сде¬
лать все возможное, чтобы справиться с напряжением, обрушив¬
шимся на корабли, самолеты и, конечно же, на людей. В эти тя¬
нувшиеся дни ожидания люди стали очень уязвимыми. Мы все
нервничали, одни больше, другие меньше.
К тому времени несколько человек потеряли контроль над сво¬
ими поступками. С сожалением должен сказать, что мы потеряли
летчика, для которого травма, связанная с рискованными полета¬
ми, оказалась «последней каплей». Это был очень показательный
случай. Стало ясно, что бедный парень находился под воздействи¬
ем стресса совершенно иной природы еще до того, как прибыл сю¬
да. Возможно, мы должны были это заметить, но боюсь, никто за
этим не следил. В состоянии глубочайшей депрессии у нас был
врач, офицер-инженер и, возможно, еще один человек был на грани.
Симптомы были разными. Я решил исследовать себя в отношении
симптома, о котором рассказал мне флагманский врач в апреле, ког¬
да возникли первые случаи стрессов, и выяснил, что провожу на
спине гораздо больше времени, чем обычно. Не буду хвалить себя,
но я установил, что стало немного труднее спать, когда нужно, и
немного легче, когда я этого не желал.
Достаточно трудно определить, что нужно делать с людьми, ко¬
торые явно страдают от стрессов. В явных случаях, когда человек
не способен выполнять свои обязанности, решение очевидное: его
просто необходимо отправить домой любым возможным способом.
Но есть люди, у которых травма проявляется не явно, которые не
248

Глава 11. Бомба «Глазго»
Ль*
проявляют очевидных классических признаков неадекватного вос¬
приятия. Есть люди, которые продолжают делать то, на что был
запрограммирован их мозг. Для самосохранения они длительное
время прячут реальную правду о своем состоянии. Стресс не поз¬
волит им в случае какой-либо опасности среагировать нужным об¬
разом и не потому, что они этого не хотят или слишком ленивы, а
потому, что их разум в определенный момент «отключается». Мне
часто приходила в голову мысль, что некоторые люди удостоены
медалей за проявленную храбрость именно в такой ситуации. Они
были настолько отрешены, что продолжали идти, стрелять или за¬
щищать свою позицию, несмотря на очевидную безнадежность.
Просто их разум ничего другого подсказать не мог. Передающий
центр их мозга заклинило травмой. Я решил быть внимательным и
наблюдательным по отношению как к своему поведению, так и к
случаям стрессов среди экипажей кораблей.
На совещании штаба по окончательному согласованию планов
высадки десанта казалось, что все шло более гладко, чем я пред¬
полагал. Все мы согласились, что район высадки должен быть за¬
щищен от непогоды и что бухта Карлос была наиболее подходя¬
щим пунктом высадки из всего, что мы могли найти, если требова¬
ние основать анклав снова не всплывет на поверхность. Мы согла¬
сились, что корабли и суда, ожидающие входа в бухту Карлос,
должны оставаться к востоку от ударной группы, которая в свою
очередь должна находиться примерно там, где она была в послед¬
ние несколько недель - достаточно далеко от берега, обеспечивая
продолжительное воздушное прикрытие. Мы полагали, что команду¬
ющий амфибийной группой должен идти в район высадки с корабель¬
ным охранением в составе двух фрегатов проекта 22 («Бродсуорд» и
«Бриллиант»), большого эсминца УРО «Энтрима», двух фрегатов
проекта 12 («Плимут» и «Ярмут») плюс «Аргонот», двух фрегатов
проекта 21 («Антилоуп» и «Ардент»). Никто не спорил о том, что
десантные корабли и суда необходимо вводить (равно как и выво¬
дить) в район высадки в темное время суток небольшими конвоя¬
ми. Мы также полагали, что для десантников первостепенными
были вопросы обеспечения безопасности в пункте высадки, обеспе¬
чение противовоздушной обороны (ракетными комплексами «Ра¬
пира») и беспрепятственное наращивание численности войск для
наступления на Порт-Стэнли. Передо мной стояла еще одна важ¬
ная задача - создать для нас небольшую взлетно-посадочную поло¬
су на берегу: во-первых, как передовую воздушную базу, с кото¬
рой будут действовать прежде всего «Харриеры» (для уменьшения
нагрузки на авианосцы); во-вторых, по тем же самым соображениям
249

Фолклендская война
(только наоборот), по которым мне надо было убрать аргентинские
самолеты с острова Пебл насовсем.
К 17.00 погодный фронт быстро приближался к нам, ветер и
волнение моря усиливались. Восемь бойцов SAS были готовы к вы¬
садке на остров Пебл. Все понимали, что их путь будет трудным.
«Джунгли», принявший их на борт, летел над самой смолисто-чер¬
ной поверхностью океана. Пилоты уповали на звездное небо над
береговой чертой, которое позволит им использовать очки ночного
видения. Ко времени их вылета боковой ветер с северо-запада уси¬
лился до сорока узлов.
Море внизу было довольно бурным, но небо оставалось звезд¬
ным. После полуночи они высадили людей с их лодками среди
холмов за пляжем и благополучно вернулись назад. Спецназовцы
планировали в оставшееся до рассвета время замаскироваться и
приготовиться к переходу следующей ночью на остров Пебл. Пока
они разбирались на местности, «Глазго» и «Бриллиант» вернулись
на огневую позицию у Порт-Стэнли. Глухие разрывы снарядов
«Глазго» разносились штормовым ветром далеко по округе.
Это была обычная ночь, позволившая мне хорошо отдохнуть, во
всяком случае достаточно для того, чтобы на следующее утро об¬
ругать Королевские ВВС. Но вы можете сказать, что я недостаточ¬
но отдохнул для того, чтобы делать такие суждения. Рано придя на
ФКП, я передал резкий сигнал, который установил новый стандарт
грубости. К счастью, я не только не могу его вспомнить, но даже не
сохранил никаких записей с его точной формулировкой. Причиной
может быть то, что я никогда не вел точных записей всех событий.
Мое раздражение «светло-синими» было вызвано экспедициями в
зону боевых действий самолета Королевских ВВС «Нимрод», ко¬
торый имел прекрасный радар «Сёчвотер» для обнаружения над¬
водных целей. Они должны были летать над районом на удобной
для них высоте и сообщать нам обо всем увиденном. Что они и де¬
лали неустанно, исключительно добросовестно и с большим энту¬
зиазмом. Проблема состояла в том, что летчики совершали много
ошибок, которые в мирное время большого значения не имеют, но
на войне могут привести к гибели. Ведь мы обязаны реагировать
на все их донесения на тот случай, если вдруг они окажутся пра¬
вы. Мое «сражение за информацию» становилось все более труд¬
ным. Поступающая информация была не только недостаточной, но
и определенно вводила в заблуждение.
Например, в середине апреля они докладывают, что обнаружи¬
ли группу рыболовных судов в точке, где, я точно знал, находи¬
250

Глава 1 /. Бомба «Глазго»
Ль*
лась выдвинутая вперед группа «Бриллианта». Они классифици¬
ровали эти корабли как рыболовные суда как мне представлялось
потому, что те находились довольно близко один от другого, мане¬
врировали разнымн курсами, не выходя из района. Пилоты ВВС
не знали, были ли это рыбаки или настоящие интересующие нас
цели. Это было только их лучшим предположением. Но они не
сказали, что это их догадка. В данном случае ошибка не имела
большого значения, поскольку я располагал более достоверной ин¬
формацией. Но такая работа не вдохновляла.
Я не придавал особого значения подобным ошибкам, но они не
прекращались. Некоторое время спустя пилоты срочно оповестили
нас об обнаружении поблизости аргентинского авианосца. К счас¬
тью, я точно знал, что это не мог быть авианосец. На самом деле
цель оказалась большим безопасным контейнеровозом, отметка ко¬
торого на радаре «Сечвотера» подобна авианосцу. «Но это не моя
задача, - говорил я себе, - это их проблема». Все, чего я хочу и
требую, так это получать такую информацию: «Аргентинский авиа¬
носец в точке с координатами - широта, долгота». Информация
должна быть достоверной или не передавайте ее совсем. По крайней
мере если вы так хотите ее передать, то начните сигнал словами: «Я
не очень уверен в этом, но это может быть.., и это основывается толь¬
ко на ограниченных доказательствах». Прежде всего прекратите
попытки делать выводы. Оставьте это нам. Мы - те несчастные, ко¬
торые должны иметь дело с последствиями таких выводов. «Слава
Богу, - думал я в такие моменты, - похоже, что аргентинцы ниче¬
го агрессивного в этот момент не предпринимают!»
Выпалив свой сигнал Нортвуду, я ждал их ответа, который не
задержался. Нортвуд по прямой спутниковой линии связи на «Гер¬
мес» холодно меня проинформировал, что мой сигнал расстроил
высшее командование Королевских военно-воздушных сил. Мой
ответ был невежлив. Ставлю в известность, мне ****, что они рас¬
строены, но им лучше сконцентрировать свои усилия на качествен¬
ной отработке донесений. Я также отважился высказать мнение,
что их обида в экстремальной ситуации выглядит по-детски. За¬
кончил свой ответ примерно так: «Оии будут делать все намного
лучше, если будут внимательно слушать то, что я сказал, и учить¬
ся». После этого с тяжелыми мыслями прошелся по каюте и сде¬
лал запись в своем дневнике, которую лучше в этой книге не при¬
водить. В этом, как я полагаю, и заключалась вся терапия.
Тем временем на огневой позиции Седжемоор у Порт-Стэнли, где
патрулируют «Глазго» и «Бриллиант», наступил ясный день. Кораб¬
ли очень рисковали потому, что аргентинцы не могли игнорировать
251

Фолклендская война
комбинацию проектов 42/22, находящихся непосредственно на ви¬
ду у берега. Чтобы не рассеивать их внимание, «Глазго» продол¬
жал артобстрел, используя свой ведущий корректировку стрельбы
вертолет «Линке» в качестве дополнительного раздражителя. Стоит
упомянуть о том, что капитану 1 ранга Ходдинотту помогал в вы¬
боре целей для обстрела и в управлении огнем армейский подпол¬
ковник. Ситуация периодически обострялась, особенно когда ар¬
гентинцы открыли огонь по вертолету. Пилот доложил, что нахо¬
дится под обстрелом и выходит из зоны огня.
В этот момент подполковник со всей серьёзностью запрашивал
пилота: «Сообщите калибр снарядов!? Сообщите калибр!?» Я ду¬
маю, калибр снарядов был тем самым последним, о чем заботились
пилоты вертолета, когда уклонялись от обстрела. Расчет ЦКП,
услышав этот вопрос, упал от хохота. Конечно же, пилоты не мог¬
ли доложить калибр снарядов - их не очень хорошо видно, когда
они пролетают мимо. Отсюда и такое веселье. Но информация бы¬
ла важной: снаряды достаточно большого калибра могли достиг¬
нуть и «Глазго».
Но это было только минутное веселье. Все понимали, что «Глаз¬
го» и «Бриллиант» вовлечены в серьезную проверку эффективно¬
сти комбинации 42/22. Корабли были явно уязвимы для атак про¬
тивника. Вопрос состоял в определении степени этой уязвимости.
Я чувствовал, что дальнобойный ЗРК «Си Дарт» и ЗРК самообо¬
роны «Си Вулф» являются достаточно надежной «связкой», и
ожидал от кораблей большего, чем просто продержаться. Но каков
бы ни был результат, мы должны были узнать его еще до высадки
десанта. Долго ждать результата нам не пришлось.
Вскоре после обеда, как только «Глазго» и «Бриллиант» повер¬
нули от берега, на радаре был обнаружен британский «Харриер»,
без оповещения возвращавшийся после бомбардировки Порт-Стэн¬
ли. Это переключило их внимание от артобстрела берега и возбуж¬
денного вертолета к неотложной задаче отражения воздушного
противника. Мысли каждого вращались вокруг приемов отраже¬
ния атаки низколетящего бомбардировщика. Рекомендации специ¬
алистов в области авиации расходятся в том, какой из них являет¬
ся лучшим: поворачивать к приближающемуся бомбардировщику
борт корабля, нос или корму. Аргументы были в пользу и того, и
другого приема до тех пор, пока мы не увидели, что аргентинские
бомбы имели тенденцию отскакивать при ударе от воды. Этот но¬
вый факт, незамеченный КомАмГ, изменил всю картину. Существу¬
ет почти непреодолимый инстинкт подставить вашему врагу самую
маленькую часть корабля - нос или корму. Но вы должны помнить,
252

Глава 11. Бомба «Глазго»
-afclflS&to
что бомбы, сброшенные с самолета, летящего со скоростью 400-500
узлов низко над водой, не просто падают, они подлетают под очень
малым углом, почти как ракета, и могут даже рикошетить от уда¬
ра о воду, если неточно сброшены и/или неправильно установлен
взрыватель. Пилоту относительно сложно направлять свой самолет
на уклоняющийся корабль-цель. Его основная задача состоит в
том, чтобы определить ту долю секунды, когда нужно сбросить
бомбы. Если корабль-цель расположен носом или кормой к само¬
лету, у пилота по крайней мере в три раза больше времени на
сброс бомб. Дополнительным и критически важным фактором рас¬
положения бортом к атакующему самолету может быть случай,
когда бомбы, сброшенные аргентинцами с недолетом, перелетали
при рикошете через надстройку корабля. Если же вас атакуют с
носа или кормы, то при рикошете бомба не сможет пролететь над
кораблем по всей его длине.
Более того, если вы обращены к противнику бортом, то можете за¬
действовать для отражения атаки все ваши системы ПВО, а если кор¬
мой или носом - примерно половину. И последнее: если сторонники
принципа «легко самолету прицеливаться по кораблю» все еще со¬
мневаются, полный ход назад на газотурбинных кораблях также эф¬
фективен как неочевидный для атакующего пилота маневр.
Пол Ходдинот и Ник Хоукярд знали эти приемы также, как Джон
Коуард и его старший офицер боевого управления. Они с удивлени¬
ем увидели, что их «противник» - «Харриер» - исправил свою ошиб¬
ку и удалился прочь на северо-восток без всякой стрельбы. Минута
расслабления. Вскоре ЦКП «Бриллианта» обнаружил их... Четыре
приближающихся аргентинских самолета оказались А4 «Скайхок».
Каждый из этих одноместных, американской постройки бомбарди¬
ровщиков мог лететь на малой высоте со скоростью пятьсот узлов и
нести четыре пятисотфунтовые или две тысячефунтовые бомбы. Ни
один из этих вариантов не был особо привлекательным. «Бриллиант»
изготавливает к стрельбе малокалиберную артиллерию и немедленно
оповещает «Глазго». Проблема состояла в том, что операторы рада¬
ров «Глазго» не могли передать картинки на свои 965-е и 992-е экра¬
ны. Компьютер управления Ходдинотта оставался пустым.
Хоукярд быстро запрашивает «Бриллиант» и тот передает кар¬
тинку со своего радара по системе взаимного обмена информацией.
Теперь старший офицер боевого управления «Глазго» видит четы¬
ре приближающиеся к ним крошечные точки. Самолеты летят над
самой землей в восемнадцати милях от них. Подлетное время со¬
ставляет три минуты. Напряжение на ЦКП пока еще не фиксиру¬
ется по шкале Рихтера, но это вот-вот произойдет.
253

Фолклендская война
Оператор воздушной обстановки запрашивает принадлежность
воздушной цели, но Хоукярд знает, что этого делать уже не нуж¬
но. Это противник. Хоукярд командует: «Приготовиться! Управля¬
ющему огнем, сбить их ЗРК «Си Дарт».
Главный старшина Джан Эймс нажимает кнопки для наведения
радара 909 системы управления ЗРК на приближающихся к морю
аргентинцев, где на радаре их будет лучше видно.
Хоукярд снова произносит дальность и пеленг на цель. Старши¬
на Еймс подтверждает: «Цели наблюдаю».
Теперь Хоукярд и Эймс словно загипнотизированные, смотрят на
экран прибора управляющего огнем, где должно вот-вот загореться
табло «ЦЕЛЬ СОПРОВОЖДАЕТСЯ». Истекают последние секунды.
-	Цель сопровождается - пятнадцать миль, - докладывает Эймс.
-	Стреляй по ней, - командует Хоукярд.
И управляющий огнем жмет на кнопку пуска серии ракет ЗРК
«Си Дарт», что соответствует способу стрельбы по групповой воз¬
душной цели из четырех самолетов.
Ракеты с ракетного погреба плавно подаются на пусковую уста¬
новку, расположенную на полубаке, которая стремительно развора¬
чивается по пеленгу стрельбы. Но сигнал «Пусковая установка гото¬
ва» не появляется. Небольшой микропереключатель на пусковой
установке покрылся солью и не срабатывает. Все из-за длительного
нахождения корабля в штормовом море, когда волны перекатыва¬
лись через нос корабля. Хоукярд все еще надеется, что ракеты стар¬
туют. Они на пусковой, но компьютер не фиксирует наличия их там.
Эймс нажимает кнопки перевода управления стрельбой в ручной ре¬
жим, но ничего не происходит. Они нажимают кнопку «Пуск».
-	Пожалуйста, давай, - бормочет Хоукярд. - Ну давай же!
Ракета не стартует. На экране высвечивается сигнал «Неисправ¬
ность на левой направляющей».
Хоукярд потом скажет:
-	Это была самая оглушающая тишина, которую я когда-либо
слышал.
Он приказывает Эймсу попытаться произвести пуск с другой
направляющей пусковой установки, но компьютер уже воспринял
команду произвести стрельбу серией, а не одной ракетой, и новую
команду не воспринимает.
«Святой Иисусе», - восклицает кто-то. Командир осознает, что
в любом случае стрелять ракетами уже поздно и приказывает от¬
крыть огонь из артустановки Мк. 8.
На «Бриллианте» люди Джона Коуарда сопровождают цели ра¬
кетным комплексом «Си Вулф». Подходящие самолеты в пяти ми¬
254

Глава 11. Бомба «Глазго»
лях. Оба корабля обращены к самолетам бортами: расчет арткомп-
лекса Мк.8 «Глазго» открыл огонь. В 16.44 старший офицер бое¬
вого управления «Бриллианта» приказал произвести пуск своих
ракет. Первая ракета уничтожает головной аргентинский бомбар¬
дировщик. Вторая - второй бомбардировщик. Третий подходящий
бомбардировщик пробует уклониться, допускает ошибку и ударя¬
ется о воду на скорости четыреста узлов, все еще продолжая дви¬
гаться в направлении «Глазго».
-	Христос всемогущий! - восклицает старший матрос Даффи
Чемберз, обращаясь к Эймсу из башни артустановки. - Прямо как
в кино про войну!
Четвертый самолет прорывается невредимым и в этот момент за¬
клинивает артустановку «Глазго». Пилот сбрасывает бомбы. Одна
бомба падает в воду в пятидесяти ярдах от корабля, но другая,
ударившись о большую волну, поднялась в воздух и пролетает
примерно в тридцати футах над верхней палубой «Глазго» не за¬
дев мачты, падает в воду, не причинив ущерба кораблю.
Все переводят дух. Но через пять минут «Бриллиант» обнару¬
живает вторую волну из четырех бомбардировщиков и оповещает
«Глазго», где инженеры оружия уже разблокировали артустанов¬
ку и неистово освобождают пусковую установку от ракет. Они вво¬
дят в строй артустановку, но уже не остается времени для «Си
Дарт». Система компьютерного управления дала сбой. И тогда
Пол Ходдинотт, спокойный и уверенный, приказывет открыть
огонь по бомбардировщикам из арустановки Мк. 8 со входом их в
зону досягаемости. Затем он приказывает всем, кто может стрелять
из стрелкового оружия, следовать на верхнюю палубу и вести
огонь. «Глазго» могут потопить, но его командир и экипаж будут
сражаться до последнего.
«Бриллиант» продолжает сопровождать цели и просит «Глазго»
прекратить огонь из Мк. 8, так как на его радаре отметки летящих
снарядов мешают сопровождать цели. Теперь «Глазго» почти безза¬
щитный, не считая пулеметчиков на палубах. «Никогда, - скажет по¬
том Эймс,- я не чувствовал себя таким беспомощным». В семи милях
от корабля для срыва от захвата радаром ЗРК «Си Вулф» пилоты ма¬
неврируют по курсу и высоте. Их замысел удается. Люди Коуарда на
этот раз не могут «захватить» цели зенитной ракетой «Си Вулф» так,
как это было при первом ударе. Аргентинцы прорываются.
«Бриллиант» ведет по ним огонь из всего своего оружия. Две бом¬
бы рикошетят от воды и перелетают над палубой, минуя британский
фрегат. Моряки «Глазго» с верхней палубы ведут непрерывный
огонь из стрелкового оружия, «вколачивая» пули в атакующий их
255

Фолклендская война
«Скайхок» А4. Но поздно. Бомба попадает в правый борт корабля
в районе мидель-шпангоута в трех футах выше ватерлинии. На
ЦКП все ощущают как задрожал их корабль, слышат звук бомбы
«ву-у-ммфф», когда та с грохотом пронизывает его корпус и, про¬
бив противоположный борт, вылетает за борт не взорвавшись. На
своем пути бомба произвела много разрушений в кормовом отделе¬
нии вспомогательных механизмов и кормовом машинном отделе¬
нии, но никто из личного состава чудом не пострадал.
Капитан 1 ранга Ходдинотт слышит, как кто-то кричит:
-	Что, черт возьми, это было?
Очень быстро аварийная партия прибывает на место поврежде¬
ния и докладывает о двух пробоинах, через которые поступают
тонны ледяной воды. Шторм не стих, и корабль с двумя нокаути¬
рованными турбинами тяжело качается на волнах. Каждый раз,
когда он кренится на левый борт мощный поток воды устремляет¬
ся внутрь корабля через пробоину левого борта, а при крене на
другой борт - через другую пробоину. Аварийные партии уже сто¬
ят по пояс в ледяной воде, заталкивая матрасы в пробоины, уста¬
навливают тяжелые деревянные брусья, специально предусмот¬
ренные для такого типа повреждений, плотно фиксируя их удара¬
ми кувалд.
Возникла проблема с освещением. У «Глазго» уже был неиспра¬
вен один электрогенератор, а другой был в аварийном состоянии.
Теперь этот аварийный генератор сильно поврежден. Пожарная си¬
стема вышла из строя, как и компрессор высокого давления. Топ¬
ливная система дизеля повреждена. По всем меркам жизнь «Глаз¬
го» висела на волоске и зависела от того, как быстро люди смогут
установить шланги и насосы для откачивания воды.
В помещении компьютера и на пусковой ракетной установке с пре¬
дельным напряжением работали оружейники, вводя в строй оружие
поврежденного корабля. За тридцать минут они разблокировали ар-
тустановку, «Си Дарт» заработал, и его система управления была в
строю. Мы предложили увеличить воздушное прикрытие над ними,
чтобы обеспечить безопасный переход назад, но командир Коуард от¬
казался. Он уверен, что его «Си Вулф» будет работать.
Через пятнадцать минут после этого они обнаруживают третью
волну атакующих аргентинских самолетов. «Бриллиант» видит че¬
тыре самолета, летающих по кругу на западе, но, похоже, услы¬
шав о том, что случилось с первыми четырьмя самолетами, они пе¬
редумали и ретировались. Возможно, они наблюдали иное зрели¬
ще: самолет, атаковавший «Глазго» и обстрелянный его пулеметчи¬
256

Глава 11. Бомба «Глазго»
Ль*
ками, был сбит своими войсками, когда он, поврежденный, проле¬
тал над Гус Грином. Пилот погиб.
Итак, капитан 1 ранга Пол Ходдинот и его люди избежали тра¬
гедии в этот штормовой и ветреный день. Ближе к вечеру я с боль¬
шим облегчением узнал, что все они остались живы. Их единствен¬
ной потерей был один человек, получивший нервное потрясение, за
что его едва ли можно винить. Я детально обговаривал ситуацию с
командирами «Глазго» и «Бриллианта», касаясь не только повреж¬
дений, но и перепрограммирования их систем управления оружием,
чтобы в последующем справляться с подобными атаками. Проблема
с 4,5-дюймовой артустановкой была сложной. В моей практике уже
были случаи, когда при стрельбе ее начинало по неизвестной причи¬
не трясти и в конце концов заклинивало. Такое часто случалось в пе¬
риод моего командования «Шеффилдом» пять лет назад.
Тем временем «Глазго» в сопровождении «Бриллианта» медлен¬
но «ковылял» назад к оперативному соединению, побитый, с течью
корпуса. Я приказал оставить его для ремонта в шестидесяти ми¬
лях от нас, ближе к берегу, где волнение было меньшим. Боевой
дух экипажа лучше всего характеризовали слова командира:
-	Не волнуйтесь, сэр, - докладывал Ходдинотт, - мы заштопаем
все за пару дней и вернемся к вам. Так и произошло.
Какой же вывод по использованию комбинации 42/22 в обороне?
Вы можете сказать, что если бы «Си Дарт» не отказал, то Глазго
сбил бы по крайней мере один, возможно, два атакующих аргентин¬
ских самолета. Я допускаю, что они произвели бы за это короткое
время стрельбу двумя сериями. Это означает, что ни один «А-4» не
смог бы выполнить бомбометание. И если бы они повторили это при
отражении следующей четверки бомбардировщиков, то у третьей
группы нервы сдали бы раньше, чем это произошло после потери
ими трех пилотов. Да, в принципе комбинации 42/22 можно давать
«зеленый свет». Мы еще не оценили значение того факта, что пора¬
зившая «Глазго» бомба не взорвалась. Но нам представлялось, что
установки взрывателей на бомбах сделаны неправильно. Проблемой
оставался «Си Дарт» и его надежность, а также «икота» системы са¬
монаведения «Си Вулф». Мы немедленно связались с представите¬
лями завода-изготовителя, один из которых находился на борту
«Бриллианта», с тем, чтобы ликвидировать оба отказа. Но я боялся,
что здесь срабатывает Закон Мерфи: сегодня засолился микропере¬
ключатель; завтра будет еще что-то; а послезавтра еще.
Довольно холодную оценку нашей деятельности за прошедший
день я дал ночью в своем дневнике.
9*иг	257

Фолклендская война
Наконец-то погода прояснилась, поэтому начали интенсивный
артобстрел аэродрома Порт-Стэнли. Вероятно, очень неточно. По¬
сле полудня (по их времени) аргентинцы, очевидно, решили уда¬
рить по «Бриллианту» и «Глазго» тремя группами «А4». Из пер¬
вой группы два сбито «Си Вулфом», один вошел в штопор, один
ушел. При отражении второй группы в самый момент открытия ог¬
ня система управления «Си Вулф» была в режиме перезапуска, по¬
этому все четыре прошли необстрелянными. Одна бомба прошила
кормовое машинное отделение «Глазго». Третья группа, напуганная
авиационным прикрытием, находящимся на направлении их удара
или, возможно, информацией о «поколоченых» первых четырех са¬
молетах, в атаку не пошла.
21.00. Ситуация на «Глазго» под контролем, но полагаю, что его
следует отправить домой. Флотские испытания комбинации 42/22
прошли успешно, но нуждаются в окончательной проверке. Между
тем «Си Дарт» как средство борьбы с низколетящими целями вы¬
глядит бесполезным, поскольку не всегда срабатывает.
В этот день жесткая реальность, кроме потери вертолета «Си
Кинг» (он совершил вынужденную посадку на воду, но вся коман¬
да была спасена), дала еще раз о себе знать. На тот момент у меня
оставался только один боеготовый эсминец проекта 42 - «Ковентри».
А это означало, что мне следует прекратить в дневное время все ар¬
тобстрелы аргентинских позиций на островах.
Может показаться странным, что я пишу все это о «Глазго».
Но я хочу, чтобы вы проследили за жизнью эсминцев проекта 42,
жизнью кораблей дозора, с чего мы начали это повествование. Хо¬
чу еще раз показать вам огромную разницу между тем, о чем дол¬
жен думать командующий, и тем, с чем сталкиваются несчастные
люди на передовой. Теперь я вынужден отказаться от испытания
моей комбинации 42/22, так как не могу пренебрегать опасностью
потери моего единственного корабля с радаром дальнего обнару¬
жения и дальнобойным ЗРК. Два других эсминца проекта 42 бы¬
ли на пути к нам. Эсминец «Эксетер» под командованием капита¬
на 1 ранга Хью Бэлфора только оставил порт Белиз на далеком
западе Карибского моря и был на расстоянии двухсуточного пере¬
хода к северо-востоку от острова Вознесения, а «Кардифф» под
командованием капитана 1 ранга Майка Харриса вышел из Гиб¬
ралтара только час назад.
Новости с берега у острова Пебл тоже не радовали. Ужасные
погодные условия, шторм означали, что группа SAS не сможет пе¬
реправиться и вынуждена будет в течение следующего дня скры-
258

Глава / /. Бомба «Глазго»
ваться в районе ее высадки в надежде, что завтра погода улучшит¬
ся, и они смогут добраться на остров и произвести разведку.
Единственным позитивным моментом за весь день было то, что мы
получили, как и предполагалось, изменение к нашей генеральной ди¬
рективе в части, касающейся основной цели действий оперативного
соединения. Опасно-неопределенные слова «с намерением освобо¬
дить» были исключены. «Анклав» в конце концов исчез из списка
политических «беспокойств» и моего списка «худших ожиданий».
Вместе с ним «умерли» Западный Фолкленд и Лафония. Новая фор¬
мулировка предписывала нам произвести высадку и освободить ост¬
рова. Только теперь, 12 мая, после того, как «Алакрити» как мог
«очистил» от мин северный вход в Фолклендский пролив, и после
принципиального изменения содержания директивы стало ясно, что
бухта Карлос для всех является согласованным районом высадки
морского десанта. Никакие дальнейшие дискуссии, если не возник¬
нут новые обстоятельства, не требовались. Значительно позднее я уз¬
нал, что КомАмГа довольно серьезно злило мое упорное «отстаива¬
ние» преимуществ высадки в районе бухты Лэу. Однако наш КОС
не ставил ему задачу рассматривать любые политически мотивиро¬
ванные и в высшей степени нежелательные военные решения, не¬
связанные с «высадкой с целью освобождения». Главком, вероят¬
но, думал, что КомАмГ не следует забивать себе голову этими
вопросами. Именно это не позволило Клаппу понять мое беспокой¬
ство, в частности в случае с анклавом. Если бы не этот нюанс, то
многих недоразумений между нами можно было бы избежать.
Как бы там ни было, на ночь я ушел отдохнуть. Пока я спал,
буря утихла, сменившись туманом. Это было отлично для развед¬
группы и для ремонтных команд на «Глазго», отдыхом для пило¬
тов «Харриеров» и несколько уныло для всех остальных. «Глазго»
провел большую часть дня, буквально кружась в небольшом райо¬
не для удержания пробоины одного борта выше ватерлинии, что¬
бы сварщики могли наварить на ней заплатки из металлических
листов. Но, несмотря на это, корпус все еще не был водонепрони¬
цаемым. Корабль требовал доковых работ.
В полдень я потратил несколько минут для записей в дневнике:
Ситуация на «Глазго», кажется, под контролем, но надежда на
полное восстановление слабая. Наше счастье, что бомба не взорва¬
лась, иначе мы потеряли бы еще один проект 42. Основной вопрос:
оставлять корабль здесь или отправить домой. Вызвал «Сэлвидж-
мен» [буксир], на всякий случай. Тем временем густой туман сно¬
ва перевел войну (я надеюсь) в состояние затишья.
9*	259

Фолклендская война
Окончательный анализ второго удара бомбардировщиков: нам по¬
везло и не повезло одновременно. ЗРК «Си Дарт» эсминца «Глазго»
отказал в самом начале, а его артустановку заклинило на шестом вы¬
стреле; «Си Вулф» «Бриллианта» вышел из строя полностью. Поэто¬
му огонь вели только два 20-мм и два 40-мм автомата.
Получить в борт только одну невзорвавшуюся бомбу из восьми
или двенадцати - чертовская удача..; только сейчас погода стала та¬
кой, какая нам нужна для высадки.
Мы еще не получили никакой развединформации с острова
Пебл и совершенно не были уверены в том, что группа SAS достиг¬
ла аэродрома. Поэтому не могли согласовать действия по времени.
С другой стороны, если мы будем ждать их радиодонесения, то
опоздаем с подходом.
Я обдумывал ситуацию, работая как обычно с одной из моих не¬
больших персональных «таблиц-раскладушек», так, как мы посту¬
пали еще на острове Вознесения, когда определялись с датой вы¬
садки. Для этой вечерней экспедиции я снова должен был произ¬
водить расчеты от конечного момента. «Гермес», с которого дол¬
жен вылететь основной отряд SAS, если мы хотим избежать риска
быть атакованными с воздуха, должен к рассвету отойти на достаточ¬
ное расстояние от берега. Это означает, что до 06.00 мы должны на¬
чать движение «домой». Операция по уничтожению аргентинских са¬
молетов должна занять пять часов. Кроме того, необходимо иметь
пару часов «резерва» на случай осложнения со взлетами вертоле¬
тов или необходимости уничтожения аргентинского патрульного
катера. Исходя из этого, нам следовало быть в районе подъема
вертолетов на подходе к ^острову Пебл к 23.00, а начать наш пяти¬
часовой переход в 18.00. Если мы не начнем переход до получения
сигнала от группы SAS, то опоздаем с выходом. Следовательно,
мы должны выйти в расчетное время и идти вперед, надеясь полу¬
чить известие от передовой группы на переходе.
В 17.55 «Гермес», «Бродсуорд» и «Глэморган» оставили основ¬
ные силы оперативного соединения и начали переход со скоростью
двадцать узлов к северо-восточному побережью Западного Фолк-
ленда для высадки на остров Пебл отряда SAS. Ему предстояло
уничтожить значительную часть аргентинской авиации на полевом
аэродроме. В общих чертах наши задачи были таковы: «Гермесу»
необходимо было подойти максимально близко (в пределах семи¬
десяти пяти миль) к району высадки, откуда четырьмя вертолета¬
ми «Си Кинг» доставить бойцов SAS на остров. «Бродсуорд» со
своим «Си Вулфом» был «голкипером» для «Гермеса» на случай
260

Глава //. Бомба «Глазго»
отражения атак с воздуха. «Глэморгану» предстояло подойти ближе
к берегу и открыть огонь из 4,5-дюймовой артустаиовки и ракетами
«Си С лаг» по берегу для отвлечения внимания аргентинцев на то
время, пока отряд SAS высадится и будет выполнять свою работу.
Мы уже два с половиной часа шли в район, но сообщения от пе¬
редовой разведгруппы все еще не было и поэтому командование
SAS из-за недостаточной информации посчитало высадку этой но¬
чью невозможной. Я приказал кораблям разворачиваться и возвра¬
щаться «домой», довольно мрачно напомнив всем, кто был готов
слушать, что эта миссия должна быть выполнена завтра ночью
при любых обстоятельствах.
На обратном пути мы провели короткое совещание и ушли
спать, прикрытые туманом. Надеялись получить донесение от раз¬
ведгруппы в течение ночи. К следующему утру мы его получили.
Я послал два «Харриера» бомбить Порт-Стэнли, а остальная часть
дня была потрачена на подготовку к рейду на остров Пебл.
Мы вышли ровно в 18.00. На борту находилось четыре «Си
Кинг 4» для высадки на остров Пебл сорока пяти человек из со¬
става отряда D плюс морской корректировочный пост для коррек¬
тировки артогня. На период своего отсутствия я передал управле¬
ние оставшейся частью оперативного соединения на «Инвинсибл».
Погода была мерзкой - туман в полдень сменился штормом с юж¬
ного направления. Большому «Бродсуорду» пришлось отстать от
«Гермеса», сообразуя свою скорость с волнением моря. Однако
«Глэморган» и «Гермес» на это внимания не обращали. Через два
часа перехода я приказал «Глэморгану» идти к острову Пебл и
«действовать в соответствии с ранее отданным распоряжением».
Итак, в составе отряда были: «Бродсуорд», идущий в пятнадцати
милях за «Гермесом» со скоростью двенадцать узлов; «Гермес» -
главный британский аэродром во всей Южной Атлантике, остав¬
шийся полностью без охранения, не говоря уже о противовоздушной
обороне; где-то впереди «Глэморган». Все это не соответствовало
трём основным правилам войны: непрерывное управление, взаимная
поддержка и концентрация усилий. «Гермес» подошел к острову
Пебл на сорок миль, поскольку нам необходимо было учитывать
увеличение расхода топлива вертолетами при полете на дальность
сто миль в условиях ужасной погоды.
Но это не стало нашей единственной проблемой. Как только мы
уменьшили скорость для взлета вертолетов, сразу стало ясно, что
у нас будут проблемы поднять их в воздух. Один вертолет был на
палубе, но ветер был настолько сильным, что невозможно было
развести лопасти винта. Это был очень критический момент: если
261

Фолклендская война
разводить лопасти при очень сильном ветре, его порыв снизу вверх
может их разболтать и вырвать из собственного узла. Через пол¬
часа наступило некоторое затишье. Быстро развернув лопасти, было
обеспечено их безопасное вращение. Знакомый шум «Си Кинга 4»
был сильнее бури. Экипаж нырнул во вторую вертушку, но его
винты развести не смогли - ветер снова усилился. Было принято
решение последовательно опустить подъемником три оставшихся
вертолета назад в ангар, там развести их лопасти и только после
этого поднимать на полетную палубу для взлета. Это не было пре¬
дусмотрено никакими инструкциями, однако по-другому решить
задачу было невозможно.
Подъемник опускал вертолеты вниз, и экипажи повторяли про¬
цесс сначала. Стартовал один вертолет, затем второй. Но все это
требовало времени. К моменту старта последнего вертолета у пер¬
вого уже не хватало топлива, чтобы вернуться на борт. Его нужно
было дозаправить. Я хорошо помню себя стоящим той ночью на
мостике «Гермеса» и задававшим вопрос, будут ли когда-нибудь
готовы вертолеты. В конце концов все получилось, и они ушли,
правда, намного позже, чем я надеялся, но все же в пределах 2 ча¬
сов, отведенных на непредвиденные задержки.
Сорок пять человек были высажены на омываемое штормом се¬
верное побережье острова Пебл в трех с небольшим милях от арген¬
тинского аэродрома. Они пробирались тщательно выбранной тропой
по пустынному остробу и заложили взрывчатку на одиннадцать раз¬
личных самолетов, которые там нашли. Несколькими неделями поз¬
же, когда я сам, наконец, смог высадиться на Фолклендских островах,
я прилетел на вертолете на остров Пебл, чтобы оценить результаты
той операции. Зрелище было страшным, похожим на нечто нереаль¬
ное. Все одиннадцать самолетов были там же, на первый взгляд не¬
вредимые, готовые к взлету. Потом я услышал странный шум, подоб¬
ный звукам трепещущих в ветряную погоду флажков, и заметил, что
возле кабины каждого самолета было несколько сорванных люков с
висящими из них хаотически покачивающимися электропроводами.
Это был единственный знак, свидетельствующий о том, что этот са¬
молет никогда не взлетит, и единственное подтверждение того, что
может сделать британский спецназ, когда необходимо действовать
быстро и решительно.

$EA ft£««46
Глава 12
«Говорящие деревья» и «Этандары»
Шторм не стихал, пока мы отходили от острова Пебл. Сила ве¬
тра менялась от пяти до девяти баллов, но, к счастью, ветер изме¬
нил направление, повернув к юго-западу, и предоставил нам воз¬
можность быстро выйти из опасной зоны, хотя уже и средь бела
дня. К моему некоторому удивлению, аргентинцы не предприняли
попытку нас контратаковать при отходе из прибрежных вод север¬
нее Восточного Фолкленда. Мы все же решили направить группу
«Харриеров» для бомбардировки аэродрома Порт-Стэнли и ис¬
пользовать просветы в облачности для получения нескольких но¬
вых разведывательных снимков бухты Фокс, Гус Грина и Пебла.
По возвращении к основной группе мы услышали, что повреж¬
денный «Глазго» был снова в строю, заштопанный, с двумя ис¬
правными турбинами, оружием и компьютерами в рабочем состоя¬
нии, но только с небольшими ограничениями по маневрированию
на малом ходу. Это значительно облегчало мою головную боль, так
как восстанавливало наши возможности по обнаружению воздуш¬
ных целей вокруг ударной группы с помощью радара дальнего об¬
наружения «Глазго» и прибавляло еще один ЗРК «Си Дарт» к на¬
шей системе обороны. Все мы знали, что от 17 мая, дня ВМС Ар¬
гентины, нас отделяло всего сорок восемь часов, и сходились во
мнении, что они нанесут по нам удар с воздуха именно в этот день,
если не раньше. Только теперь я начинал верить в то, что их ко¬
рабли действительно ушли домой навсегда.
После полудня я на некоторое время удалился в свою каюту
(большую часть прошлой ночи был на ногах) и попытался уснуть.
Но вместо сна занялся проблемой борьбы с устрашающими само-
наводящимися ракетами «Экзосет». Одна из этих ракет, запущен¬
263

Фолклендская война
ная с «Этандарда», покончила с «Шеффилдом». Я как всегда ста¬
рался иметь дело только с неопровержимыми фактами, однако рас¬
полагал очень ограниченной информацией:
а)	аргентинцы пустили по нам две ракеты;
б)	одна из них в цель не попала;
в)	несмотря на все наши системы обороны, одна ракета прорва¬
лась и уничтожила, даже без подрыва боевой части, один из трех
моих эсминцев проекта 42;
г)	оставшееся в «Экзосет» топливо инициировало ужаснейший по¬
жар с возгоранием электрических кабелей, что послужило причиной
задымления корабля; пожар медленно превращал очень плохую ситу¬
ацию в фатальную, в результате погибло двадцать человек;
е) расчет ЦКП погибшего «Шеффилда» в этих условиях оказал¬
ся не способен что-либо предпринять, они даже не произвели по¬
становку ложных отвлекающих целей.
Таковы были факты. Они свидетельствуют, что «Экзосет» достиг¬
ла пятидесятипроцентной эффективности. Я понимал, что в следую¬
щий раз эта ракета может действовать против нас не так успешно, а
мы можем с ней справиться лучше. Но я там был не для того, чтобы
выполнять роль букмекера, рассчитывая шансы и ожидая результа¬
та. Я был там, чтобы действовать и не допускать подобного.
Наша разведка утверждает, что аргентинцы начали войну, распола¬
гая примерно пятью такими ракетами. Это значит, что если они приме¬
нят оставшиеся три, то я потеряю еще один, возможно два корабля. Ес¬
ли же они найдут возможность приобрести еще такие ракеты, то послед¬
ствия для нас будут значительно худшими. В Лондоне ходили слухи,
что аргентинцы вели переговоры о покупке еще сорока ракет. Такой ар¬
сенал, даже если его эффективность снизится наполовину, может ока¬
заться фатальным для всей операции. Мы должны их остановить - та¬
кова реальность. Вопрос заключался в том, как это сделать.
Существует всего несколько способов справиться с этой пробле¬
мой (при отсутствии неисчерпаемого запаса простых в применении
ЛОЦ). Очевидно, что лучшим способом является уничтожение
подходящих «Этандаров» - носителей ракет. Для этого мы распо¬
лагали только ЗРК «Си Дарт», который пока еще не зарекомендо¬
вал себя надежным и не заслуживал доверия. Более того> учиты¬
вая тактику применения аргентинцами своих «Этандаров», «Си
Дарт» был совсем не тем средством, которое даже при исправной
работе в состоянии их сбивать. Отсутствовало так необходимое даль¬
нее воздушное обнаружение, которое мог обеспечить только самолет
ДРЛО, но у нас не было ни одного такого самолета.
264

Глава 12. «Говорящие деревья» и «Этандары»
Думаю, вы согласитесь, что перед нами стояла серьезная про¬
блема. Мы не собирались сидеть сложа руки и ждать аргентинских
атак, при этом надеясь на то, что эффективность их ракет умень¬
шится, молиться, чтобы наши пока еще не проверенные способы
применения ЛОЦ по-прежнему срабатывали, а также верить в то,
что система «Си Дарт» внезапно, сама по себе станет надежной. В
целом все это вело к тому, что мы реально будем иметь больше по¬
топленных кораблей и человеческих жертв. Но способов противо¬
действия у нас было немного.
Дома тоже волновались. Все переговоры с Нортвудом укрепили
мою тревогу не столько относительно оставшихся «Экзосет», сколь¬
ко о том, что вскоре у них ракет может стать больше. И хотя Фран¬
ция гарантировала, что дополнительно не поставит ракеты, мы боя¬
лись, что это сделают другие, менее надежные, поставщики и среди
них - Ливия. К счастью, по крайней мере так нам казалось, эти опа¬
сения еще не реализовались. Оставалось жить с мыслью, что у них
осталось три ракеты, хотя этого было достаточно для повреждения
или потопления (с высокой вероятностью) еще одного корабля.
Я не знаю, кто подал идею, но думаю, что это произошло в шта¬
бах хотя бы потому, что ее политическое согласование должно
быть основательным. Идея получила развитие в ходе нескольких
длинных сеансов связи с Дэвидом Галлифаксом. Иного военного
способа, кроме как поймать «Этандары» на их авиабазе Рио Гран¬
де на острове Огненная Земля и уничтожить самолеты на земле, не
существовало. Я уверен, что успех ночного набега SAS на остров
Пебл подсказал проведение еще одной подобной операции. И на
самом деле мне такая идея представлялась весьма неплохой.
Мы отдавали себе отчет в том, что британская атака на матери¬
ковую территорию Аргентины могла иметь своих критиков на по¬
литической арене. Всегда найдутся люди, которые не смогут уви¬
деть различия между неплодородным голым островом, наподобие
Огненной Земли, и перенаселенным районом Плаза де Майо в цен¬
тре Буэнос-Айреса, находящегося в 1500 милях на север. Хотя раз¬
личия огромные. Рио Гранде - это база 2-й морской истребительно¬
штурмовой эскадрильи и база «Этандаров». Только эти самолеты
могли атаковать нас ракетами «Экзосет». Это была исключительно
поенная база, и все, кто находился там, работали на единственную
цель - нанести поражение британскому оперативному соединению.
Самый младший механик аргентинских самолетов был такой же
частичкой в этой битве, как и я. И нам было достаточно ясно, что
:>та база являлась важной для нас целью, атака которой была оп¬
равданной. «Этандары» в «убежище» на Рио Гранде не были бо¬
265

«41».
Фолклендская война
лее неприкосновенными, чем «Бельграно» за пределами всеобщей
исключительной зоны.
В то же время у нас не было никакого намерения транжирить вре¬
мя на подрывы зданий, а тем более на то, чтобы убивать людей, ес¬
ли, конечно, они не станут на нашем пути. Наша цель была вполне
определенной - уничтожить «Этандары», все до одного, и также эф¬
фективно, как мы это продемонстрировали на острове Пебл.
Однако в политическом смысле эта операция всегда могла ока¬
заться «минным полем». Предварительная скрытая разведка была
очень важным и сравнительно несложным заданием. Но явное
уничтожение «Этандаров» на аргентинской территории и связан¬
ное с ним последующее возможное «затруднение» для Чили, было
совсем другим делом. Какими бы ни были политические аргумен¬
ты, меня скорее всего попросят продумать вариант доставки туда
разведывательной группы и представить рекомендации Нортвуду.
Такое планирование заняло несколько следующих дней. Для ясно¬
сти я упомяну об этом как об одном событии, хотя на самом деле
оно таким единым не представлялось.
С учетом всех соображений, подробно изложенных перед рей¬
дом на остров Пебл, первым, достаточно закономерным, предполо¬
жением было то, что это еще одна работа для SAS. Но доставить
такую команду на ударную группу из Великобритании мы должны
были только по воздуху, сбросив ее на парашютах в океан, откуда
их поднимут на один из моих эсминцев или фрегатов. Я был не в
восторге от такого способа доставки, но для SAS это было более-
менее обычным делом.
Нам казалось, что реализация идеи требовала достаточно не¬
большой группы. Часть пути до Огненной Земли они преодолели
бы на корабле (подойдя к побережью Аргентины не ближе, чем это
абсолютно необходимо), а затем вертолет «Си Кинг 4» высадил бы
их на берег в нескольких милях к северу от Рио Гранде.
Разведгруппа прибудет в район, на месте выяснит обстановку и
произведет доклад. Вследствие того, что доставка будет осуществ¬
ляться в одном направлении (у вертолета не хватит топлива для
возвращения на корабль-носитель, а у корабля не будет времени
для возвращения назад к ударной группе до рассвета), они долж¬
ны будут сжечь или утопить «вертушку», или даже отдать ее чи¬
лийцам. Сжечь казалось менее проблематичным в политическом
плане, даже если это было расточительно с военной точки зрения.
После этого три члена экипажа должны сдаться чилийцам.
У разведгруппы была другая проблема. Независимо от того, бу¬
дет или нет ее разведовательное донесение о наблюдении для нас
266

Глава 12. «Говорящие деревья» и «Этандары»
благоприятным (на основании которого мы впоследствии должны
получить политическое разрешение на непосредственные действия)
или нет, им предстояло пройти пешком сотню миль, прежде чем
они окажутся в относительной безопасности, как мы надеялись, в
Чили. Возможно, их будут преследовать по пятам о-о-очень серди¬
тые аргентинцы. В качестве альтернативы группу могла бы забрать
подводная лодка. В обоих случаях перспектива представлялась
совсем не заманчивой.
Таким в общих чертах был мой план «А», который из несколь¬
ких довольно отчаянных вариантов я, без сомнения, считал самым
лучшим. Возможно, следует сказать, что он скорее всего был наи¬
менее плохим. Он предполагал максимально возможный результат
(«Этандары») при минимальном риске (группа SAS, три летчика
и один «Си Кинг»).
Однако моя точка зрения не получила моментального одобре¬
ния. Для начала Королевским морским пехотинцам очень не по¬
нравился этот план, поскольку вертолет «Си Кинг 4», специаль¬
но оборудованный для подобных операций, являлся их собствен¬
ностью. Морские пехотинцы забывают, что ,они являются частью
Королевских ВМС, и это мы обеспечиваем их вертолетом. Они
также склонны забывать старый афоризм: «тот, кто дает, может и
забрать обратно».
Мне говорили, хотя это могут быть только слухи, что один
очень большой начальник морской пехоты, услышав о моем плане,
иоскликнул: «Неужели Вудворд сошел с ума? Наши прекрасные,
икзрхновые вертолеты, каждый стоит 8 ООО ООО фунтов, и один из
них он хочет послать в Чили и там его сжечь!? Хорошо, сообщите
ему, что если он действительно хочет сжечь вертолет, он может
паять один из своих противолодочных вертолетов».
Я был весьма удивлен услышать от Нортвуда, из уст адмирала
Глллифакса непосредственно, что план «А» не проходит. «Сэнди,
даиайте второй вариант», - сказал он. Так, расстроившись после
диадцати четырех часов дискуссий с Главным штабом, я приступил
к усовершенствованию неизмеримо худшего плана «В».
Для этого варианта я предложил послать 22000-тонное судно
комплексного снабжения «Форт Остин» под командованием ко¬
мандора Сэма Данлопа в сопровождении двух фрегатов обходным
маршрутом на юг, а затем на запад вдоль Южного полярного кру¬
га. Они должны были незаметно проскользнуть в чилийские воды
Огненной Земли со стороны Тихого океана. Отсюда они могли бы
незаметно войти в Магелланов пролив, и вертолет стремительно
доставил бы группу SAS в район Рио Гранде, а затем возвратился
267

Фолклендская война
за ними снова. План во многом сходный с тем, который мы реали¬
зовали на острове Пебл.
Каковы были преимущества? Мы создавали такую же угрозу
«Этандарам» на Рио Гранде, но увеличивали «фактор риска» для
двух наших фрегатов и большого судна снабжения. При этом тре¬
бовалось, чтобы чилийцы закрыли на все глаза. Перспектива бри¬
танских военных действий такого (или любого) масштаба во внут¬
ренних чилийских водах, вероятно, не проходила по политическим
причинам. К тому же «Форт Остин» был чрезвычайно ценным суд¬
ном, груженным запасами продовольствия, боеприпасов и запас¬
ных частей; на нем находился почти весь наш запас ракет «Си
Дарт». Какой бы маршрут для него мы ни избрали, ему предстоя¬
ло выходить и возвращаться в светлое время суток. Если его обна¬
ружат где-нибудь вблизи аргентинских авиабаз, потеря судна бу¬
дет очень вероятной. Я оставался сторонником плана «А».
Несмотря на это, я поговорил с Нортвудом и предложил план
«В». Прошло несколько часов, и пришел ответ Дэвида Галлифак-
са: «К сожалению, и он не нравится». Неудивительно, подумал я.
Если вам не нравится хитрость и пылающие вертолеты, вы не же¬
лаете рисковать «Форт Остином», который является единственным
судном, за исключением авианосцев, с которого можно использо¬
вать «Си Кинг 4», то тогда, как я полагаю, вы собираетесь перей¬
ти к полномасштабному сражению. Поэтому я предположил им по¬
слать туда «Гермес» с двумя проектами 42, двумя проектами 22 и
попытаться нанести удар максимальным количеством «Си Харрие¬
ров» по «Этандарам», надеясь осуществить это еще до того, как
аргентинцы потопят один или все корабли.
Нортвуду этот вариант тоже не понравился. С некоторым раздра¬
жением я предложил даже большую вылазку, в которой мы привле¬
каем всю ударную группу и пытаемся все сравнять с землей. Я ушел
от тихих, проверенных на практике действий SAS к бессмысленному
отчаянию максимально возможного масштаба - хотя все еще не само¬
го грандиозного; им, конечно же, это тоже не понравилось.
Поэтому я еще раз вышел на связь с Нортвудом и сказал им так
вежливо, как только мог, что я не удивлен тем, что им не понра¬
вились планы «В», «С» и «D». Мне тоже ни один из них не нра¬
вится; в конце-концов это были мои второй, третий и четвертый ва¬
рианты. План «А» остается самым предпочтительным из этой кол¬
лекции не очень веселых возможностей. Я был уверен в том, что
этот вариант должен стать и их выбором, так в чем проблема?
-	Министерство продолжает настаивать на отказе, - сказал Дэ¬
вид. - Я разузнаю, что происходит наверху.
268

Глава 12. «Говорящие деревья» и «Этандары»
Через двадцать четыре часа план «А» был принят.., спустя четы¬
ре дня после его первоначального предложения. Я спросил Дэвида,
как такое могло произойти. Он мне все подробно рассказал. Выясни¬
лось, что моя первая радиограмма была неправильно понята и/или
плохо мною составлена. Предложение, в котором говорилось, что
группа SAS будет высажена в нескольких милях от Рио Гранде, ди¬
ректор SAS (в то время бригадир, а впоследствии генерал сэр Питер
де ля Бильер - наш командующий операцией в Персидском заливе
против Ирака в 1991 году) понял так, что они будут высажены на
воду в нескольких милях от берега, а затем будут вплавь добираться
до берега! Разумеется, он такой план не одобрил.
Мне пришлось подавить раздражение человека, которого не по¬
няли. Может быть, моя радиограмма была понятна только мне?
Даже если это так, я был слегка раздражен тем, что SAS каким-то
образом смогли находиться вне военной организации командова¬
ния и позволяли относительно простому недоразумению оставать¬
ся невыясненным в течение целых четырех дней. Их директор, ко¬
торого внимательно слушали в высоких политических сферах, ока¬
зался способным высказывать свое неодобрение очень тихо и кон¬
фиденциально вместо того, чтобы расспросить у нас, командиров
на передовой, все детали предстоящей операции. Я решил, что ког¬
да-нибудь я положу всему этому конец. И сделал это, но только
после 1986 года.
«Открытие», что я не планировал «сбросить» людей SAS в ле¬
дяные воды Южной Атлантики и затем заставить их плыть к бере¬
гу, позволило выйти из тупика. «План «А» принят», - сказали мне.
Итак, после того, как были потрачены впустую четыре долгих дня,
мне дали добро.
Вечером 15 мая я сделал записи в дневнике о двух прошедших днях.
И поскольку они касались обоих рейдов SAS, я здесь их приведу.
14-го мая. Началось. Буря с запада... Вечер пролетел в обеспе¬
чении действий SAS, которым была поставлена задача уничтожить
11	самолетов плюс все склады для того, чтобы исключить неприят¬
ности для нас в день «Д». Большая часть времени потрачена на ор¬
ганизацию операции на материке. Она, вероятно, ни к чему не при¬
ведет, но если дело пойдет плохо, для меня это обернется трибуна¬
лом, а если хорошо - никто об этом и не узнает.
Рейд на остров Пебл проходил в условиях паршивой погоды по¬
здно вечером (фактически в ночь на 15 число), и все было очень
тихо. В этой уплотненной программе задержка на 55 минут из-за
штормового ветра в девять баллов и некоторой некомпетентности
269

Фолклендская война
привели к тому, что мы находились в пяти минутах от отмены всей
операции. Одиннадцать аргентинских самолетов уничтожены на
земле, потерь нет. Вышли за пределы зоны основной аргентинской
воздушной угрозы к полудню 15-го.
Продолжение саги о Рио Гранде выглядит сейчас более опреде¬
ленно. Я могу поступать так, как мне нравится!
15 мая. Довольно напряженный для нас день. Аргентинцев не
слышно вообще. Конечно, сейчас уик-энд, они потирают руки и
экономят силы для «большого пинка». Сага о Рио Гранде снова
продолжается с еще одним нелогичным и плохо продуманным пла¬
ном от Нортвуда. Очень поздно выяснилось, что бригадир SAS ре¬
шил, что мы предлагали высадить на воду всю группу далеко от це¬
ли и добираться ей до берега вплавь. Каким надо быть придурком!
Я надеюсь, что сейчас все более-менее стало на свои места. Все
еще получаю полуослиные предложения от людей из дому - сейчас
больше. Это связано с группой SAS. Командующий флотилией под¬
водных лодок изобретает новые возможности, но отказывается из¬
менить свои стереотипы. Даже ГК ВМС начинает учить, как мне ве¬
сти дела. Ни одно из его предложений не было таким, которое мы
уже не рассматривали и не отвергли.
Нетрудно заметить, что я был слишком раздражен. Конечно,
директор SAS не был придурком. Нам следовало поговорить непо¬
средственно друг с другом еще четыре дня назад, но он в этой опе¬
рации находился вне организации командования.
Я решал огромное количество задач, которые продолжали будо¬
ражить ударную группу, перемещающуюся в Атлантике подобно
большому городу. Турбины главных энергетических установок на¬
ших кораблей работают двадцать четыре часа в сутки; генераторы
без отдыха дают свет, тепло и горячую пищу; непрерывно мерца¬
ющие шкалы и экраны командных пунктов стараются как можно
лучше осветить то, что происходит вокруг нас.
Рассвет 15 мая становился более ярким, со значительно ослаб¬
шим ветром, морской синевой и спокойствием под солнечными не¬
бесами. По плану сегодня к нам прибывают моя старая 3500-тон¬
ная атомная подводная лодка «Вэлиант» (погода для нее в основ¬
ном не имеет значения) и команда SAS для рейда на Рио Гранде.
После полудня ее должны сбросить на парашютах в океан около
нас. Успех десантирования всецело зависел от спокойствия моря.
Ранним утром я уже был на ФКП узнать прогноз погоды, и мне
очень не понравилось то, о чем мне доложили. Большой атмосфер¬
ный фронт медленно, но уверенно надвигался прямо на нас. Веро¬
270

Глава 12. «Говорящие деревья» и «Этандары
Ль*
ятнее всего через тридцать шесть часов он будет над островом Ог¬
ненная Земля и накроет его толстым влажным покрывалом тума¬
на, дождя и низкой облачности.
Я тихо выругался и затем начал искать выход из этой надвига¬
ющейся мучительной реальности, ставившей меня перед необходи¬
мостью вылавливать людей SAS из моря, дать им обсохнуть, по¬
кормить и затем той же ночью отправить на материк. Такое требо¬
вание не добавит мне популярности, которую я пока еще мог иметь
среди этих людей и их командиров. Но я уже был уверен, что
«Гермесу» т: прибытием на борт людей SAS следует немедленно на¬
чать движение в направлении материка - иначе приближающаяся
плохая погода сорвет выполнение задания. Полет над темной, не¬
известной и враждебной береговой линией и в ясную погоду явля¬
ется достаточно сложным заданием, но попытка осуществить высад¬
ку в густом тумане, при сильном ветре и без использования радара
фактически гарантирует, что пилоты основательно заблудятся в ус¬
ловиях стремительно уменьшающегося запаса топлива. Я снова про¬
бормотал про себя «о, боже» или нечто этому эквивалентное, совсем
пе радуясь предстоящей дискуссии с командующим SAS.
Между тем я приказал «Форт Остину», который должен организо¬
вать подъем с поверхности океана людей SAS и их оборудования, сле¬
довать в точку встречи с самолетом «Геркулес» военно-воздушных сил.
Пока все это происходило, мы снова послали «Бриллиант» и
«Алакрити» в Фолклендский пролив для еще одной проверки его
па наличие мин и/или аргентинских кораблей. А для отвлечения
аргентинцев на всю ночь мы послали «Глэморган» в знакомую ему
огневую позицию у Порт-Стэнли произвести еще один длительный
артобстрел района аэродрома. Также были подняты «Харриеры»
для фотографирования районов Дарвина, Камиллы Крик, Муди
Брук и еще раз района аэродрома Порт-Стэнли. По ходу всего это¬
го я проводил непрекращающиеся дискуссии с руководством SAS:
быть операции на Рио Гранде или нет.
Эти хорошо вооруженные парни должны были приземлиться на
дорогом вертолете на пустынном берегу, в течение двух дней пере¬
течь практически пустынную местность, а затем, если это будет вы¬
полнимо с военной точки зрения и приемлемо в политическом смыс¬
ле, спокойно приступать к выполнению задачи взрыва нескольких
самолетов с использованием современного британского военного сна¬
ряжения. Все мы полагали, что такая работа может быть выполнена,
по у нас не было согласия, когда к этому приступать.
Королевские морские пехотинцы продолжили высказывать свое бес¬
покойство о «Си Кинг 4», что усиливало мое раздражение. Повторяя за
271

Фолклендская война
своим генералом, один полковник морской пехоты снова предло¬
жил использовать «для работы военно-морской «SK-5»' вместо од¬
ного из ценных «SK-4». Он спрашивал нас, рассматривали ли мы
вариант работы с площадки на Западном Фолкленде, как будто мы
детально не продумывали всю эту операцию много раз в течение
почти целой недели.
Я напомнил ему, довольно вежливо, что у нас еще нет посадоч¬
ной площадки где-либо на Фолклендских островах, что «Си Кинг
5» стоит значительно дороже, чем «Си Кинг 4», не говоря уже о
том, что «SK-5» намного менее приспособлен для выполнения по¬
ставленной задачи. В моем дневнике об этой дискуссии записано
просто: «Готов был задушить его!»
Наконец разум возобладал, и руководство SAS согласилось,
правда с большой неохотой, что первоначальный план, спонтанно
разработанный на основе возникшей несколько дней назад идеи ка¬
питана 1 ранга Лина Мидлтона, командира «Гермеса», теперь дол¬
жен быть реализован.
После полудня самолет ВВС «Геркулес» вышел на связь с
«Форт Остином», который наводил его в район, выбранный нами
для десантирования, примерно в сотне ярдов от корабля. Люди из
SAS, облаченные в свои специальные костюмы, спустились на па¬
рашютах в студеную воду Атлантики и были очень быстро подня¬
ты вертолетами военно-морских сил. Мы в таких вопросах были
уже достаточно хорошо подготовлены, и нам в этот день очень по¬
везло с погодой - синее небо, западный ветерок и отсутствие вол¬
нения, что было хорошим предзнаменованием для предстоящей
трудной задачи.
По моему мнению, нам необходимо было идти сейчас, когда со¬
путствовала погода, а не ждать значительного ухудшения видимо¬
сти, при которой закрываются даже такие современные аэропорты,
как Хитроу Лондона или Джона Кеннеди в Нью-Йорке, не говоря
уже о каких-то скалах Огненной Земли.
Группа SAS во главе с майором наконец собрана на «Форт Ости¬
не», который тут же направился к нам - на юго-запад. Эта новая ко¬
манда «говорящих деревьев»2 сейчас больше походила на «малень¬
кий, холодный, мокрый лес». Их оборудование тоже промокло; они
чувствавали себя очень уставшими после двадцативосьмичасового пе¬
релета из Англии, во время которого они почти не спали.
«Си Кинг - 5» - противолодочный вертолет. (Прим. переводчика)
«Talking Trees»
272

Глава 12. «Говорящие деревья» и «Этандары
Когда «говорящие деревья» прибыли на «Гермес», было уже
темно. Я сказал майору, что хотел бы, чтобы они побыстрее обсох¬
ли, отдохнули, получили сэндвичи, инструктаж, подготовились и
затем отправились в дорогу. «Гермес» уже шел к материку, и я на¬
меревался в 03.00 утра поднять в воздух подготовленный к ночным
полетам экипаж «SK-4». «Это будет непросто, но мы должны вас
высадить в нужном месте», - сказал я. «Они смогут отдохнуть на
месте, до того как приступят к разведке и оценке возможности
уничтожения «Этандаров». Майор ответил, что он все понял, но
они еще недостаточно готовы. Я сказал, что у них есть еще пять
или шесть часов для теплого душа, приема пищи и инструктажа, а
также три часа для сна, добавив: «Обстановка требует идти немед¬
ленно. Сейчас или никогда».
Я объяснил, что исключительные обстоятельства за то, чтобы ид¬
ти сразу, учитывая предстоящую через несколько дней высадку и то,
что погодный фронт, идущий с запада, будет над Огненной Землей
завтра к исходу дня. Я сказал майору, что, по-моему, будет почти не¬
возможно посадить вертолет в условиях той погоды, которую синоп¬
тики предсказывают для района Рио Гранде на завтрашнюю ночь, не
говоря уже о какой-либо географической точности.
Майор ответил, что, по его мнению и мнению его людей, мы мо¬
жем забыть о метеорологах. «Боюсь, - сказал он, - мы все же долж¬
ны задержаться на двадцать четыре часа для того, чтобы люди от¬
дохнули от дороги». У меня не было альтернативы, кроме как со¬
гласиться, надеюсь, с адекватной любезностью. Я приказал «Гер¬
месу» поворачивать на обратный курс и возвращаться к основной
группе. В то время как авианосец делал поворот, я почувствовал,
что вместе с ним делал поворот и успех всего проекта. К сожале¬
нию, я оказался прав.
Людям SAS я сообщил, что они выйдут следующей ночью на «Ин-
иинсибле», поскольку я и «Гермес» будут заняты другим делом. Так
они и поступили. Однако плохая погода привела к тому, что верто¬
лет был вынужден совершить посадку на песчаную отмель в десяти
милях восточнее Пунта-Аренас и приблизительно в пятидесяти ми¬
лях от выбранного места приземления. Насколько я знаю, они безна¬
дежно затерялись в тумане, и им повезло не утонуть.
Они подожгли свой «Си Кинг», который был найден 20 мая чи¬
лийцами сгоревшим и загадочно брошенным. Экипаж вертолета
ушел прочь и сдался местным властям, которые их допросили и
позволили прессе взять у них интервью.
Два пилота совершенно правдиво, как мне известно, сказали,
что они потерялись при ведении разведки побережья и приземли¬
273

Фолклендская война
лись из-за недостатка топлива. Однако впоследствии было много
спекуляций относительно того, что они могли делать темной ночью
в чилийском воздушном пространстве.
Три члена экипажа вертолета были высланы из Чили в Велико¬
британию. После нескольких дней отдыха они вернулись в свою
эскадрилью в Южной Атлантике.
Последняя запись в дневнике об этом событии была такой:
«Гермес» отправился в район подъема вертолета. Однако операция
была отменена. «Деревья» «завяли» после длительного перелета и
все их снаряжение вымокло в воде. Так что мы повернули обрат¬
но. «Инвинсибл» попробует завтра ...»
В 1994 году я получил письмо от командира аргентинской авиа¬
базы Рио Гранде, в котором говорилось, что они всегда были гото¬
вы к нашим атакам, но это ничего не говорит мне о том, насколь¬
ко успешным мог быть рейд SAS, не говоря уже о том, нашла бы
эта операция политическое одобрение или нет.
Что касается команды SAS, то о них я абсолютно ничего не знаю.
Но это стиль их работы. От них мы никогда не получали много ин¬
формации, только короткие сообщения. В 2002 году Министерство
обороны пожелало, чтобы я добавил, что написанное здесь не отра¬
жает их точку зрения. В таких вопросах они благоразумно придер¬
живаются политики «не подтверждать и не опровергать».
Следующий день, 17 мая, как я уже упоминал, был Днем арген¬
тинских ВМС, и погода благоприятствовала действиям «Этанда¬
ров». Аргентинцы пытались нанести удар, но не сумели найти
ударную группу, и это вполне понятно. Те мероприятия, которые
мы провели с целью внушить противнику, что находимся где-то в
другом месте, а не там, где были фактически, имели успех. Мы на¬
ткнулись только на их следы. Наши усилия перехватить их авиа¬
ционным прикрытием также успеха не имели. «Глэморган» прибыл
«домой» сразу после завтрака, выполнив мероприятия по введе¬
нию противника в заблуждение у бухты Чойсеул к юго-востоку от
Порт-Стэнли. Мы выпустили «стаю» «Харриеров» для фотораз¬
ведки основных мест дислокации аргентинцев на всех островах. До
высадки (день «Д») оставалось всего четыре дня, и я пытался из¬
бежать неожиданностей.
В этот день я закончил свое участие в планировании мероприя¬
тий на день высадки и несколько последующих дней. Планы в ос¬
новном были готовы. Поскольку они должны были быть разумно
гибкими, наша схема была простой. Во-первых, протяженный мар¬
шрут перехода в район высадки, который, как нам представлялось,
не находился под большой угрозой. Здесь мы планировали: мини¬
274

Глава 12. «Говорящие деревья» и «Этандары»
Ль*
мизировать воздушную угрозу, осуществляя ночью доставку суда¬
ми пополнений туда и их возвращение обратно; минимизировать
угрозу атак аргентинских подводных лодок, стараясь далеко обхо¬
дить район Порт-Стэнли и его окрестности; минимизировать риск
быть атакованными их надводными кораблями соответствующим
расположением своих атомных подлодок. Во-вторых, восточная
морская зона сбора кораблей и транспортов, она же операционная
:юна, с которой мы могли осуществлять авиационное прикрытие
кораблей и непосредственную поддержку войск десанта, отправ¬
лять конвои с войсками и снаряжением в прибрежные воды. Эта
.юна должна быть вне радиуса действия самолетов «Мираж»,
«Скайхок» и «Этандар» без дозаправки, что удвоило бы проблемы
аргентинцев. В-третьих, зона действия амфибийной - группы
(ЗДАГ), с которой должны начаться боевые действия на суше. На
самой ранней стадии авиационное прикрытие здесь будет недоста¬
точным, и это могло потребовать привлечения кораблей до тех пор,
пока зонтик из «Рапир» не станет эффективным.
Я верил в то, что мы выиграем это сражение, но также знал, что
1кт никаких гарантий - многое на войне зависит от счастливого
случая и везения, как всего лишь несколько дней назад это пока¬
зали события на «Бриллианте» и «Глазго». Наши резервы были
незначительными.
В тот вечер я написал домой Шарлотте. Это было весьма длин¬
ное письмо, и я привожу его здесь в некотором сокращении.
Боюсь, что оставшиеся в живых с «Шеффилда» отправились до¬
мой без этого письма. Но Сэм Солт по возвращении домой обещал те¬
бе позвонить. От него ты узнаешь все раньше, чем из моего письма.
Сегодня первый прекрасный день «бабьего лета» со времени
прибытия (это воскресенье, поэтому аргентинцы не появлялись). Я
даже видел в бинокль один из наших «Харриеров» в тридцати пя¬
ти милях от себя - такая видимость в этих широтах. Воздух прозра¬
чен, как кристалл, и ничуть не теплее его.
У нас была напряженная ночь, в течение которой мы провели
операцию на острове Пебл. Я остался ею доволен - в один прием
выведена из строя приблизительно пятая часть их армейской авиа¬
ции. Это очень неплохо.
Но время покажет. Меня тревожит мысль, что высадка пойдет
ужасно плохо, но я успокаиваю себя тем, что это только мои мыс¬
ли. В этом и заключается моя работа - организовать дело, вопло¬
тить его в жизнь и взять на себя ответственность за последствия.
Поэтому чем больше я беспокоюсь, тем больше шансов, что мы ни¬
275

«4k.
Фолклендская война
чего не упустим. Но нельзя повлиять на удачу, а в нашем деле она
значит намного больше, чем я о ней думаю.
Что касается опасностей, то я думаю, что у большинства из нас
произошла переоценка ценностей: многие ранее казавшиеся важны¬
ми вещи теперь выглядят довольно тривиальными. Тем, кто особен¬
но нервничает, я говорю: все дело только в статистике. У вас такой
же шанс погибнуть здесь, как и умереть от рака легкого, если вы
курильщик. Единственное различие в том, что здесь это случится
более быстро и менее болезненно. Так считайте это за благо!
Для тех, кто уже бросил курить, опасаясь рака легкого, это
сравнение может показаться черезмерным! Но я не начал курить
снова - и не чувствую в этом никакой потребности.
Между тем, и поэтому я пишу, большая часть плана высадки
разработана. У меня появилась небольшая передышка (отвлекаюсь
только на непредвиденные ситуации), чтобы сделать замечания в
конце каждой страницы и набрать скорость с линии старта, надеясь
поймать противника на левом галсе3.
Эта аналогия оказывается не очень подходящей, когда осозна¬
ешь, что тридцать секунд перед стартом парусной регаты соответст¬
вует двум дням здесь. Я должен предвидеть погоду на два дня впе¬
ред и должен полагаться на ее южноамериканские прогнозы... Как
ни смешно это звучит, но мы скрещивали пальцы на удачу...
Я закончил письмо, запечатал его и возвратился на ФКП. В
23.40 по Гринвичу капитан 1 ранга Мидлтон направил «Гермес»
вместе с «Форт Остин» и 23000-тонным судном снабжения «Ре¬
сурс» курсом восток-северо-восток. Мы растворились в ночи, ос¬
тавляя командира «Глэморгана» Майка Барро старшим.
Пока мы удалялись от ВИЗ, с северо-востока в темноте к нам
подходила британская амфибийная группа в составе двадцати од¬
ного корабля. Ее возглавляли два 12000-тонных корабля «Феар-
лесс» и «Интрепид» - основа группы - со штабом бригады на бор¬
ту. За ними шли остальные десантные корабли. На борту каждого
из них находилось примерно шестьсот пятьдесят пехотинцев коро¬
левской морской пехоты, готовых высадиться на берег на восьми
десантно-высадочных катерах. Четыре из них были небольшими и
спускались на воду с борта, а четыре - большими танко-десантны-
ми катерами (тдка), которые будут выходить из кормовой доко¬
вой камеры больших десантных кораблей, когда камеры по прибы¬
3	Парусник, идущий левым галсом, при расхождении с парусником, идущим
правым галсом, уступает дорогу последнему. (Прим. переводчика)
276

Глава 12. «Говорящие деревья» и «Этандары»
Ль*
тии кораблей в бухту Карлос заполнятся водой. За ними шли пят¬
надцать вспомогательных судов Королевского флота и судов, при¬
званных с торгового флота4. Среди них был 44000-тонный пасса¬
жирский лайнер «Канберра» с двумя тысячами бойцов усиленной
3-й бригады командос на борту: командос королевской морской пе¬
хоты; 3-й батальон парашютного полка; полк командос королев¬
ской артиллерии; инженерный батальон командос; хирургические
группы; 19 полевой госпиталь; Королевские гвардейцы Блюз энд
Ройялс5. «Канберра» была загружена людьми, снаряжением и иму¬
ществом до такого беспрецедентного веса, что пришлось укреплять
одну из палуб.
Сопровождение тяжелогруженного небольшого флота к Фолк¬
лендским островам осуществлял «Энтрим» (мой старый флагман¬
ский корабль в период весенних учений «Спрингтрейн») и еще три
фрегата: «Плимут» (проект 12), «Аргонот» (типа «линдер») и
«Ардент» (проект 21). Все четыре корабля в предстоящем бою по¬
лучат повреждения: по трем из них будут нанесены бомбовые уда¬
ры, а один уже никогда не вернется из Фолклендских вод.
Не прошло и часа с момента начала перехода той ночью, как нас
чуть не постигло несчастье - один из наших вертолетов «Си Кинг
5», осуществляющий противолодочное охранение, внезапно совер¬
шил вынужденную посадку на воду. Командир Мидлтон направил
«Гермес» посмотреть на плавающий вертолет в то время, как его
экипаж уже эвакуировали. Причина аварии заключалась в отказе
радиовысотомера при автоматическом зависании вертолета над са¬
мой водой. Пилот предпринял правильные действия в соответствии
с инструкцией. Я не мог понять, почему он не смог поднять верто¬
лет с воды, но в конце концов не я же был пилотом этой дьяволь¬
ской машины. Итак, мы стояли высоко на палубе «Гермеса», уста¬
вившись на ровно плавающий на поверхности моря прекрасный,
сверкающий и очевидно невредимый новый вертолет стоимостью
миллионы фунтов.
Искушение было слишком велико. Лин Мидлтон и я полагали,
что нужно попытаться поднять его нашим грузоподъемным краном -
необычный, но, возможно, эффективный способ действия. Мидл¬
тон подвел нос «Гермеса» на расстояние нескольких ярдов от вер¬
толета. И в это время нас осенило: «Си Кинг» выполнял задачу
4	STUFT (ships taken up from trade).
5	The Blues and Royals (The Royals Horse Guards - The Blues; The Royals
Dragoons - The Royals) - гвардейский полк, который ведет свою историю с
1860 года. (Прим. переводчика)
277

Фолклендская война
противолодочного дозора, а значит, должен был нести глубинные
бомбы на случай, если бы он нашел то, что искал. Имелась, хотя
и очень небольшая, вероятность, что любая из тех бомб могла бы
взорваться от возможного касания корпуса и оторвать большую
часть форштевня «Гермеса». В любом нашем отчете это могло бы
предстать в плохом свете, а заодно и закончить британскую войну
в Южной Атлантике. Мягко, очень мягко отойдя прочь, мы посла¬
ли «Бриллиант», чтобы он уничтожил «Си Кинг». Когда тот зато¬
нул, уже в двух милях от нас, глубинные бомбы взорвались. Это
событие мы с Лином до сих пор не обсуждаем.
Встреча с десантной группой произошла в пустынной темной Юж¬
ной Атлантике в 11.00 ночи. На трансатлантическом контейнеровозе
«Атлантик Конвейер» компании Кунард находилось четырнадцать
«Харриеров», которые предстояло передать на «Гермес». Там же еще
находились вертолеты морской авиации «Уэссекс» и четыре огромных
вертолета королевских ВВС «Чинук». Нужно было забрать «Харрие¬
ры» с «Конвейера», чтобы освободить достаточно места для подготов¬
ки вертолетов к полетам на берег после высадки в бухте Карлос. И по¬
скольку мы теперь были очень перегружены, некоторым «Харриерам»
предстояло перелететь с «Гермеса» на «Инвинсибл», находящийся в
ВИЗ. Могу вас заверить, что уровень сложности подобной операции,
проводимой посреди океана, был значительным.
В 12.30 командир амфибийной группы командор Майк Клапп и
его штаб перелетели с «Феарлесса» на «Гермес». Я знал Майка
Клаппа больше тридцати лет, с тех пор как мы вместе были на
учебном крейсере «Девоншир», и очень доверял его суждениям и
его постоянству. Лично я считал, что наше «сотрудничество» было
четко определено: за мной было окончательное слово относительно
того, когда, куда и, конечно же, как мы идем. Но в прибрежном
районе десантники действуют самостоятельно. Зона действия ам¬
фибийной группы - это их «участок».
Сразу стало очевидно, что мы не можем начать высадку раньше
вечера четверга 20 мая. Однако после этой даты нам необходимо
высадиться как можно скорее, чтобы действовать в соответствии с
планом. Сейчас, 18 мая, когда море было довольно спокойным, а
погода хмурая и облачная, мы явно были не готовы к высадке. К
нашим проблемам добавилось поступившее в последний момент из
Великобритании требование снять с «Канберры» всех десантников
за исключением одного подразделения и распределить их по ос¬
тальным кораблям на случай потопления судна. Мы планируем
осуществить эту пересадку завтра, если сохранится хорошая спо¬
койная погода. Только после этого мы будем готовы.
278

Глава 12. «Говорящие деревья» и «Этандары»
Ль*
Я объяснил Майку и командующему войсками десанта бригади¬
ру Джулиану Томпсону, что аргентинцы еще никогда не атаковали
нас с воздуха ночью, и поэтому предлагал использовать эту благо¬
приятную возможность. Все были согласны, что чем раньше мы
высадимся, тем лучше.
Только по одному вопросу у нас было небольшое разногласие:
командиры десанта предпочитали начать высадку на берег ранним
вечером, чтобы иметь как можно больший «запас» темного време¬
ни для создания плацдарма на берегу. Мое мнение несколько от¬
личалось. Прежде всего я знал, что аргентинская авиация уберет¬
ся восвояси в сумерках. Я также знал, что после полудня они, ко¬
нечно же, будут атаковать всеми имеющимися у них силами любую
обнаруженную большую группу британских кораблей, идущую к
северному входу в Фолклендский пролив. Они примут ее за де¬
сантные силы. Таким образом, рассуждал я, критическое время
для такой высадки - несколько часов до заката. Десантники в это
время меньше всего хотели быть на виду у аргентинцев. Хотя я не
исключаю случайность, патрульный самолет, но я по крайней ме¬
ре могу держать десантников вне поля зрения аргентинских наблю¬
дательных постов на берегу. Поэтому первую высадку необходимо
перенести на несколько часов после захода солнца, при этом за¬
ключительный подход мог быть проведен в полной темноте.
Я понимал, что такой способ действий сократит продолжитель¬
ность темного времени для высадки войск на берег, но лучше им
быть на берегу, чем на борту кораблей и судов, ведущих бой на пе¬
реходе в район высадки. Ведь между прочим бухта Карлос была
рекомендована для высадки из-за прикрытия ее холмами от атак
воздушного противника. Полагаю, что я ясно изложил свое мнение
Майку Клаппу и Джулиану Томпсону. Я сделал это без напомина¬
ния им уроков «Шеффилда» и «Глазго». Мне не нужно было про¬
износить фразу: «Джентельмены, можете ли вы представить, что
происходит, когда в военный корабль попадает бомба или крыла¬
тая ракета?» А им в свою очередь не пришлось высказывать
мысль, вертевшуюся в их головах: «Мы полагали, что ударная
группа до этого времени должна была полностью уничтожить ВВС
Аргентины. Что же вы, ...цы, делали все эти прошедшие три неде¬
ли?» Бывают моменты, когда я очень благодарен принятым изыс¬
канно вежливым ритуалам дискуссии, с помощью которых мы в
вооруженных силах Ее Величества улаживаем наши разногласия.
Тем не менее они приняли мою точку зрения относительно вре¬
мени высадки, и думаю, что осознали ту чрезвычайную трудность,
которую мы испытывали, заставляя аргентинские ВВС вступить в
279

1fT|rfgLi^
Фолклендская война
бой раньше, чем им действительно следовало бы это сделать. С
учетом аэродрома острова Пебл мы вычеркнули пару дюжин само¬
летов из их боевого состава. Но огромные возможности аргентин¬
цев по нанесению ударов с воздуха по наземным целям все еще не
уменьшились. На бумаге они все еще имели превосходство в воз¬
духе и, насколько мы знали, они берегли силы на тот день, когда
британцы наконец высадятся для освобождения Фолклендских
островов. Я не знал наверняка, но это казалось разумным объясне¬
нием их очевидного нежелания нас атаковать.
Наш успех зависел от больших погодных фронтов, которые пе¬
ресекали неприветливые южные океаны. Майк, также как и я,
знал, что все высадки морских десантов сильно зависят от погоды.
Вы только вспомните 1944-й и те огромные проблемы, с которыми
сталкнулась армада генерала Эйзенхауэра, - задержка на один ме¬
сяц и выбор тех нескольких дней, которые определили успех в том
ужасном июне.
Даже тогда, когда мы совещались на ФКП «Гермеса», у меня
все еще не было окончательного решения моего главнокомандую¬
щего на высадку, или операцию «Саттон», как ее назвали. Мы, ко¬
нечно, знали, что есть еще политические силы, убеждающие бри¬
танское правительство немного подождать для достижения дипло¬
матического решения, которое с этого конца света выглядело до¬
вольно безнадежным. Однако в лице Маргарет Тэтчер Британия
имела премьер-министра, которая не намерена позволять второсте¬
пенным обстоятельствам становиться определяющими. Она знала,
что ее поддерживает высшее командование. Она знала, что ее под¬
держивает палата общин и палата лордов. Но главное она знала,
что ее поддерживают британцы, тысячами направлявшие мешки
писем на оперативное соединение с пожеланиями успеха. Каждое
такое письмо значило для нас очень много.
Маргарет Тэтчер также понимала напряженность нашего графи¬
ка и то, что Королевские ВМС в Южной Атлантике в условиях зи¬
мы будут небоеспособными. Она ясно понимала, что 25 мая -
крайний срок нашей высадки, и что каждый день промедления был
в пользу генерала Гальтиери. Теперь она также знала самый ран¬
ний срок нашей готовности. Сейчас она стояла перед необходимо¬
стью принятия окончательного исторически важного решения -
разрешить нам высадку и создание плацдарма на берегу. Что бы
ни говорили о неизбежности выхода оперативного соединения в
море в апреле и что бы она ни думала по этому поводу, для меня
было ясно - это самое важное военное решение, которое она долж¬
на была принять. Высадка, вероятно, будет дорогостоящей и в лю¬
280

Глава 12. «Говорящие деревья» и «Этандары»
дях и в технике. Но если высадка проходит неудачно, эвакуация,
как правило, оборачивается катастрофой. Возможно, несколько
политических деятелей, министров или даже военных все еще со¬
мневались в правильности ее решения. Но Маргарет Тэтчер никог¬
да не уклонялась от трудных решений. И когда через несколько
часов ее спросили о решении, она уже не колебалась.
На моем ФКП мы, конечно, не сомневались в том, что разреше¬
ние на высадку будет нам дано, и, исходя из опыта, будет нам да¬
но время. Пока же мы продолжали действовать только в соответ¬
ствии с нашими окончательными планами. Мои мысли в тот мо¬
мент были заняты диспозицией всего оперативного соединения на
момент, когда в ближайшие сорок восемь часов десантники, воз¬
можно, начнут движение в район высадки. Я должен был обеспе¬
чить надежное авиационное прикрытие для амфибийной группы и,
кроме того, защитить авианосцы, иначе авиационного прикрытия
не будет ни у кого.
Капитан 1 ранга Джон Коуард предлагал выдвинуть два проек¬
та 42 - «Глазго» и «Ковентри» - далеко вперед (к западу от Запад¬
ного Фолкленда!), обеспечив их авиационным прикрытием, нахо¬
дящимся впереди для раннего перехвата подходящих аргентинских
бомбардировщиков и истребителей. Он считал, что амфибийная
группа должна следовать в сопровождении проектов 22 - «Брилли¬
анта» и «Бродсуорда» - с их наполовину испытанными в бою ра¬
кетными системами «Си Вулф», а авианосцы «Гермес» и «Инвин-
сибл» должны удерживаться в тылу, в пятидесяти милях сзади,
хотя уже и без «голкиперов» в зоне самообороны.
Я запечатлел все это в своем дневнике. Запись имела такое про¬
должение.
Джереми Блэк (командир «Инвинсибла»), очевидно, тоже дума¬
ет о выдвижении вперед проектов 42, но он хочет выдвинуть и авиа¬
носцы. «Все или ничего». Это мне нравится еще меньше, чем план
Коуарда. Все же у меня такое чувство, что я должен это сделать и
сделал бы, не будь (аргентинской) зоны действия подводных лодок
именно там, где нам придется выполнять работу.
Мой собственный план предполагал, что амфибийная группа
будет с фрегатами проекта 22 с и авиационным прикрытием, а
проекты 42 останутся с авианосцами сзади. Я видел множество до¬
стоинств предложения капитана 1 ранга Коуарда и разрывался
между двумя планами, пытаясь принять окончательное решение с
учетом корректив, которые может внести погода. Поэтому я запи¬
сал так:
281

Фолклендская война
Если погода будет благоприятствовать противнику (то есть бла¬
гоприятствовать атакам кораблей с малых высот), тогда Коуард
прав, потому что в любом случае я нахожусь в слишком рискован¬
ной ситуации. Только смелые действия (предполагается, что про¬
тивник сконцентрируется на амфибийной группе) могли стать един¬
ственным условием для победы.
Еще один довод, убеждающий меня выступить «против», состо¬
ял в том, что я не должен позволить аргентинцам слишком легко,
одним ударом, убрать половину нашего авиационного прикрытия.
Надеюсь, я прав.
Но если погода будет благоприятствовать мне, тогда второй ва¬
риант будет лучшим. Мы пытаемся правильно спрогнозировать по¬
годные условия и должны полагаться на приговор метеорологов. В
отличие от противника погода не всегда недоброжелательна, хотя,
как и противник, может быть непредсказуемой.
Мы уже видели, как аргентинские бомбардировщики преодолева¬
ют нашу оборону... Два «Этандара» 4 мая и пять «Скайхоков» (про¬
тив «Бриллианта» и «Глазго») 12 мая. Что может случиться, если
они направят против нас двадцать или даже тридцать самолетов, а
«Гермес» и «Инвинсибл» (без охранения) станут их главными целя¬
ми? Войска десанта останутся без авиационного прикрытия - вот что!
Весьма благоразумно они откажутся от высадки, и нам придется воз¬
вращаться домой. Так рисковать я не мог. Я понимал, что наш план
зависел от прогноза погоды, и этим рискнуть я был готов. Капризы
погоды всегда сбивали с толку военных, теперь и я должен был при¬
нять этот элемент неопределенности, даже имея трехнедельный опыт
прогнозирования погоды в этом районе.
Фортуна, казалось, по-прежнему благопрепятствовала Вудвор¬
дам. К вечеру 19 мая, как и прогнозировалось, приблизился мете¬
офронт, принеся с собой желанную низкую облачность и плохую
видимость - то, в чем мы нуждались. Сохранение такой погоды
прогнозировалось в течение ночи и, возможно, до конца следующе¬
го дня. Это должно позволить десантникам остаться незамеченны¬
ми. Прогноз на пятницу 21 мая обещал, что день будет ясным и
спокойным, и такие условия, возможно, сохраняться еще два дня.
Напомню, что последняя возможная дата нашей высадки - день,
когда мы должны или высаживаться или полностью отказываться
от операции, - 25 мая. Это делало мою задачу очень простой. Ам¬
фибийная группа подходит под прикрытием плохой видимости и
начинает высадку около полуночи с 20 на 21 мая. Ударная группа
по-прежнему находится на востоке, обеспечивая необходимую под¬
262

Глава 12. «Говорящие деревья» и «Этандары»
держку. Никаких рискованных операций на западе. Никаких неза¬
щищенных авианосцев.
Исключительное, самое важное решение из всех, которые я при¬
нимал в своей жизни, должно было состояться само собой. Это бы¬
ло очень кстати, в противном случае мы могли бы ошибиться. Про¬
гнозирование любого хода событий предполагает догадки и надеж¬
ды. В данном случае у нас был достаточно уверенный прогноз
именно той погоды, в которой мы так нуждались. Никакого геро¬
изма, только хитрость - вот наш путь.

Глава 13
Ночная высадка
После полуночи 19 мая мы медленно продвигались на юго-запад
и находились приблизительно в двухстах пятидесяти милях от
Порт-Стэнли, приближаясь к восточной границе ВИЗ, теперь уже
хорошо освоенному району патрулирования ударной группы. По¬
рывистый ветер усиливался, море начинало бурлить, и длинные
Атлантические волны разрезались высоко на форштевне «Герме¬
са». Луна и звезды затянулись облаками, увидеть что-либо было
очень трудно. Только тусклые палубные огни на двух авианосцах
всякий раз выдавали наше присутствие, когда производили поле¬
ты авиации. Мы оставались невидимы для вражеских глаз.
Нашей целью было осуществить скрытый переход, но мы зна¬
ли, что полной скрытности достичь невозможно. Ряд неустрани¬
мых причин не давал возможности скрыть присутствие наших зна¬
чительных сил. Бесконечный гвалт наших радиообменов служил
приятной музыкой для тех «электронных ушей», которые нас ис¬
кали. Наши многочисленные радары, прощупывающие море и не¬
бо вокруг группы, были хорошими сигналами для удаленных ар¬
гентинских операторов. Даже корпуса кораблей нашего небольшо¬
го флота были идеальны для отражения излучения аргентинских
радаров. На расстоянии многих миль были слышны звуки винтов
(независимо от тщательности регулирования их турбин), двигаю¬
щих по морю наши корабли.
В дополнение ко всем признакам, выдававшим наше местонахож¬
дение, нам необходимо было решить самую трудную на этот момент
головоломку: почти все наши яйца были в одной корзине (более по¬
лутора тысяч солдат находилось на выкрашенном в белый цвет лай¬
нере «Канберра») Нортвуд полагал, что это необходимо исправить
284

Глава 13. Ночная высадка
до посылки флагманского судна компании «Пи-эид-Оу» в прибреж¬
ные воды. Я был с ними согласен, хотя все это выглядело гораздо
сложнее с того места, где я стоял, чем с того, где они сидели.
Есть три основных способа осуществления такой огромной пере¬
садки. Первый способ - плавсредством. Это требует или небольшо¬
го десанто-высадочного судна или нескольких меньших плав¬
средств, способных подойти к борту, принять людей и перевезти
их в другое место. Но при сильном волнении такая пересадка
слишком опасна. Небольшие плавсредства поднимаются и опуска¬
ются при проходе каждой волны на пятнадцать футов относитель¬
но корпуса большого судна, а в это время солдаты со всем их сна¬
ряжением должны прыгать на плавсредство или выбираться из не¬
го. Второй способ - вертолетами. Он хорош лишь для небольшого
количества людей, но для нас он был бы очень длительным и очень
дорогим, учитывая ресурс двигателей вертолетов и нагрузку на пи¬
лотов и механиков. Третий способ - пересадка по натянутому кана¬
ту. Этот надежный, испытанный военно-морской прием требует за¬
ведения стальных тросов между кораблями и передачи каждого че¬
ловека в специальных ремнях безопасности. Такая пересадка со¬
пряжена с очевидным риском и потребовала бы больше времени
даже по сравнению с пересадкой вертолетами.
Я не хотел придумывать что-либо до рассвета, когда придется
принимать решение с учетом погоды, но мне казалось, что у нас не
будет альтернативы, кроме как выполнить пересадку вертолетами.
Это потребовало бы сотни рейсов со всеми неизбежными задерж¬
ками. Но, с другой стороны, мы сможем избежать поломанных
шей и йог, выпавших за борт людей, что может случиться при пе¬
ресадке их с борта на борт в плохую погоду. Некоторые офицеры
в штабе Майка Клаппа полагали, что единственный способ выпол¬
нить эту работу - пересадить людей в укрытой гавани на острове
Южная Георгия в семистах милях от нас. Но время было против
этого. Оставались только вертолеты.
Придерживаясь традиционной точки зрения принимать оконча¬
тельные решения только тогда, когда они абсолютно необходимы,
особенно в условиях возможной смены обстановки, мы отложили
принятие решения до рассвета. Тогда погода могла это сделать за
нас. Когда я вышел на свой небольшой мостик в сумерках того хо¬
лодного атлантического утра, то к своему удивлению увидел, что
Атлантика успокоилась, волнение перешло в тихую зыбь, ветер
стих. Я быстро пошел на ФКП узнать, смогут ли «Феарлесс» и
«Интрепид» использовать свои десапто-высадочные суда. Это бы-
ли 75-тонные танко-десантные катера с двумя дизельными двигате¬
285

Фолклендская война
лями, способные поднять сто тонн груза или сто сорок человек.
Мы также решили использовать и вертолеты. Штабы немедленно
начали проводить эту массированную операцию по пересадке лю¬
дей, которую нужно было завершить до того, как безветрие в оче¬
редной раз сменится штормом.
Так началась эта необычная работа по пересадке с «Канберры»,
почти двух тысяч человек посреди Атлантики. Этим мы снижали
риск больших потерь в случае нанесения аргентинцами удара по
судну. Работа продолжалась до конца дня. Катера сновали туда-
сюда на переходе протяженностью тысячу ярдов к «Феарлессу» и
«Интрепиду», а погода ухудшалась с каждой минутой. Скорость
ветра возросла до двадцати пяти узлов, и мелкие брызги осыпали
прижавшихся друг к другу людей на борту тдка.
Работу закончили как раз вовремя. После пересадки десантников,
вечером, мы повернули на запад. Я думал, что большинство наших
проблем этого дня были решены. Но оказалось, что это не так.
В 21.44 «Си Кинг 4» с людьми SAS и SBS на борту по неизве¬
стным причинам упал в море. По-видимому, отказала техника.
«Бриллиант» Джона Коуарда и «Феарлесс» капитана 1 ранга Дин-
джеменса быстро прибыли в район, но вертолет затонул почти
мгновенно, удалось спасти только восемь человек. Двадцать два
человека погибли, из них двадцать от SAS. Некоторые из них уже
побывали в авариях вертолетов на леднике Южной Георгии, дру¬
гие были ветеранами рейда на остров Пебл. Думаю, что это было
одно из самых мрачных происшествий за всю войну. Мне было
очень трудно, образно выражаясь, глубже надвинуть головной
убор командующего и делать вид, словно ничего не произошло. Я,
снова не мог себе позволить останавливаться даже на такой ужас¬
ной трагедии.
Я не сказал ничего. А что бы вы могли сказать? Но мне нужно
было пойти в свою каюту, чтобы побыть наедине с собой и как-то
собраться с мыслями после такой нелепой гибели храбрых людей
в холодном и темном океане. В полночь я покинул ФКП и сделал
запись в дневнике.
Далее массовая пересадка «Канберра» - «Феарлесс» - «Интре¬
пид» - «Гермес». Перемещено плавсредствами и вертолетами более
1500 парней (с «Канберры») вместе с их снаряжением. И в это же
время над нами в воздухе было шесть «Си Харриеров» GR3 для
авиационного прикрытия и одновременно для их освоения.
Хотя решение на пересадку полутора тысяч солдат с «Канбер¬
ры», я уверен, было правильным, время ее проведения можно бы¬
286

Глава 13. Ночная высадка
ло выбрать намного более подходящим! «Канберра» с ее совершен¬
но неподходящими для условий войны средствами борьбы с пожа¬
рами и повреждениями является плавающим костром, ожидающим
только спички.
Решение идти вперед все еще не получено. Если Кабинет будет
медлить, завтра район высадки может быть раскрыт для противни¬
ка, и напрасно погибнут или будут подвергаться опасности кораб¬
ли. Завтра, если нас не остановят, мы намерены оставаться по-воз-
можности незамеченными. Амфибийная группа должна входить не¬
обнаруженной.
Вы заметили, что я даже не упомянул о катастрофе «Си Кинга
4», как будто пытался вычеркнуть инцидент из памяти. Несколько
месяцев спустя, уже в Англии, я перечитал эту часть дневника и
мог только предположить, что не записал ничего о катастрофе по¬
тому, что не мог думать об этом... более, чем о «Шеффилде» или
«Бельграно» и тех жертвах, которые сопровождали гибель этих
кораблей.
Каждая смерть - это вопиющая история горя, которое навсегда ос¬
тается в сердцах близких и друзей. Я всегда буду помнить слова од¬
ной жены и матери, чей муж, бывалый моряк, погиб в Южной Ат¬
лантике. «Я знаю, что было необходимо идти и воевать за нашу
честь, это наш долг, - сказала она, - но моя семья заплатила за это
слишком ужасную цену». Однако ни один командир в бою не дол¬
жен позволить себе «замкнуться» на вопросах гуманности, иначе
полноценная работа станет невозможной, затуманивая ваш разум в то
время, когда необходимо думать об оставшихся в живых. Когда не¬
сешь наивысшую ответственность за людей, многие размышления о
моральных проблемах - прямой путь к нервному срыву.
Я сам часто думал о ментальном процессе. Долгие годы я счи¬
тал, что, столкнувшись со страшной угнетающей правдой, сказал
бы себе: «Вудворд, забудь это. Делай свое дело. Не трать впустую
время на огорчения. Ты должен предотвратить повторение по¬
добного». Но на самом деле мне кажется, что этим описание про¬
цесса не исчерпывается. Я прихожу к уверенности, что в большой
степени сам мозг, пытаясь себя защитить, автоматически строит
некую стену. Конечно, это не всегда работает, но, вероятно, будет
срабатывать, если вы позволите. А ваша подготовка и опыт долж¬
ны сделать все остальное.
Мой тридцатишестилетний опыт службы в Королевских ВМС,
нероятно, заставил меня так действовать. Только так я смог про¬
гнать, проигнорировать ужас и глубокую печаль. Возможно, поэто¬
287

Фолклендская война
му я даже не упоминал в своем дневнике о гибели людей SAS и имен¬
но поэтому даже несколько месяцев спустя я все еще пытался объяс¬
нить это тем, что был слишком занят более важными вещами. Мое
сознание просто было закрыто для этих мыслей, и я неосознанно, но
охотно разрешил этому случиться. Такой самоанализ, может быть, и
утомителен, но, я полагаю, он важен для понимания того, как мы
проходим неизбежные в нашей жизни черные полосы.
Позже, той же ночью, я получил приказы лично от главноко¬
мандующего флотом адмирала сэра Джона Филдхауза. Как и ожи¬
далось, они были локаничны. Он разрешил мне принять решение
о дне высадки на месте, исходя из обстановки. Годы спустя я уз¬
нал, что он сказал почти то же самое и Майку Клаппу. Следстви¬
ем этого было то, что каждый из нас был ответственным за приня¬
тие окончательного решения.
К счастью, погода в этот момент нас полностью удовлетворяла.
Предсказатели погоды на «Гермесе», которые ближе всех подошли
к тому, чтобы стать «местными экспертами», прогнозировали, что
завтра, 20 мая, днем ожидалась плохая видимость, а на последую¬
щее время ясная погода. Это могла быть очень хорошая и единст¬
венная возможность для осуществления заключительного, скрыт¬
ного в течение некоторого времени перехода. Главком предоставил
мне право выбора времени. И я решил идти. Завтра. Располагая
такой же информацией, на что мы не всегда могли рассчитывать,
Майк Клапп неизбежно пришел к аналогичному заключению.
Чудесным образом справившись с пересадкой, мы ночью мед¬
ленно продвигались в старый район маневрирования ударной груп¬
пы за восточной границей ВИЗ. Десантная группа должна была
идти со скоростью порядка двенадцати с половиной узлов. Это оз¬
начало, что к полудню они будут на расстоянии ста восьмидесяти
пяти миль от цели (пятнадцати часов хода). Большая часть пути
будет преодолена в легком тумане и при низкой облачности, а за¬
ключительная часть - под прикрытием темноты. За прошедшие
двадцать четыре часа этот естественный камуфляж с небес стал для
меня особенно важным. Существовавшая над нами завеса таинст¬
венности была сорвана Министерством обороны, распространив¬
шим информацию о том, что ударная и амфибийная группы теперь
соединились, а Би-Би-Си объявила об этом на весь мир. Вероятно,
какой-то клоун в Министерстве сказал им об этом, тем самым при¬
соединившись к непостижимой глупости, порожденной за 8000
миль от линии фронта.
Я надеялся, что эта особенная встреча останется военной тайной
хотя бы до окончания самой высадки, но британские средства мас¬
288

Глава 13. Ночная высадка
совой информации как всегда были больше заинтересованы в прав¬
де, чем в ее последствиях для своих людей. Мы были в ярости. Ин¬
формация не могла быть скрыта от корреспондентов, находящихся
на оперативном соединении, но мы надеялись, что возобладает здра¬
вый смысл и будет сделана цензурная задержка на выпуск этого со¬
общения. Кое-кто даже заявлял, что если нас уничтожат на перехо¬
де к району высадки и мы потеряем много людей, то генерального
директора Би-Би-Си должны судить по обвинению в измене. Это зву¬
чит довольно экстравагантно, а возможно, и нет, если в итоге случит¬
ся так, что вы окажетесь в холодной воде Южной Атлантики после
того, как ваш корабль разорвет пополам. По этому поводу следует
также заметить, что командир 2 парашютного полка подполковник
X. Джонс требовал предъявить иск Джону Нотту, премьер-минист¬
ру, Министерству обороны, Би-Би-Си и многим другим за преднаме¬
ренное убийство. Подполковник Джонс был убит, когда вел своих
людей к Гус Грину. Незадолго до этого он сообщил репортерам, что
лично потребует судебного разбирательства по факту сообщения Би-
Би-Си о неизбежной атаке на Гус Грин и о том, что полк находился
в пяти милях от Дарвина. Некоторые до сих пор полагают, что Би-
Би-Си несет ответственность за аргентинскую «засаду», в которой
подполковник Джонс и многие другие погибли.
На ФКП «Гермеса» в тот день, когда Би-Би-Си проинформиро¬
вало аргентинцев о нашем местонахождении и о намерениях, все
мы чувствовали то же самое. Нам оставалось только надеяться, что
аргентинцы будут слушком медлительны, слишком напуганы или,
вероятнее всего, подумают, что их вводят в заблуждение и не бу¬
дут действовать на основе информации их союзников с Портланд
Плейс. В любом случае нам только оставалось продолжать выпол¬
нять свою работу. План боевого применения авиации на этот мо¬
мент был утвержден, но из-за своей необычности встретил некото¬
рые возражения, когда был предложен в первый раз.
Настолько я мог судить, одной из основных наших проблем бы¬
ла эта ужаснейшая стрельба по своим («синий по синему»). Арген¬
тинцы, по нашим данным, уже однажды (а возможно, и дважды)
сбивали свои же самолеты. Я решительно требовал принять все не¬
обходимые меры для того, чтобы избежать подобных ошибок. Опа¬
сения стрельбы по своим были особенно реальными в период само¬
го сложного процесса - высадки десанта. В это время легко совер¬
шить самые ужасные ошибки. Линии между противостоящими вой¬
сками совсем не ясны, и туман войны опускается быстро даже тог¬
да, когда дела идут более или менее по плану. А когда в действие
вовлечены три вида вооруженных сил и планы меняются каждый
,0SS7S6	289

-4^
Фолклендская война
час, не говоря уже о противодействии противника, исключить слу¬
чаи стрельбы по своим нелегко.
Поэтому я изобрел самый простой план из всех возможных, ко¬
торый если не исключал стрельбы по своим, то по крайней мере га¬
рантировал бы, что это будет нечасто. Мы первоначально опреде¬
лили зону, которая охватывала восточную часть Фолклендского
пролива от северо-запада острова до мыса Фаннинг и район вокруг
бухты Карлос. Я знал, что внутри этой зоны будут в основном все
британские войска, десантные корабли, суда, транспорты и боевые
корабли. Над ней был установлен «потолок» на высоте десяти ты¬
сяч футов, который образовал своего рода массивную воздушную
«коробку» шириной приблизительно десять миль и высотой две
мили. Я приказал, чтобы наши «Харриеры» в эту «коробку» не
входили. Внутри нее наши вертолеты могли доставлять что-либо с
берега на корабли и наоборот, но они должны быстро прятаться
всякий раз, когда вражеский самолет будет входить в эту область.
В «коробке» должны будут летать только истребители и бомбар¬
дировщики противника, если они захотят угрожать высадке.
Я решил, что целесообразнее предоставить нашим войскам и ко¬
раблям полную свободу стрелять по любому ими обнаруженному
самолету внутри «коробки», поскольку он должен быть только ар¬
гентинским. Тем временем «Харриеры» должны ожидать на боль¬
шей высоте, зная о том, что любой вылетающий из «коробки» са¬
молет должен быть только аргентинским, так как нашим самоле¬
там не разрешено входить туда, а нашим вертолетам не позволено
из нее вылетать. Самой опасной в этом случае, была ситуация,
когда в «коробку» входит «Мираж», преследуемый «Харриером».
При этом последний мог быть сбит одним из наших фрегатов. Не¬
счастный случай или даже плохое взаимодействие возможны, но
плохое планирование непростительно. Имейте в виду, «Миражу»
для пересечения «коробки» на скорости в четыреста узлов потре¬
буется только девяносто секунд до того момента, когда он вылетит
из нее на другой стороне, имея над собой пикирующий, словно со¬
кол, «Харриер»... Я просто надеялся на это.
Могут быть планы и лучше, но наш был таким. Он может по¬
казаться немного примитивным, но простота является единственно
возможной линией поведения в случаях, когда требуется быстро
реагировать в запутанных ситуациях с участием трёх различных
видов вооруженных сил. Этот план был довольно безопасным и ис¬
ключительно простым, а потому работал. Я «по-семейному» поди¬
скутировал с одним командиром, цитирующим мне правила, в со¬
ответствии с которыми обычно решались такие вопросы. Я улыб-
290

Глава 13. Ночная высадка
ЛЬ*
ну лея, объяснил задачу в деталях и закончил довольно нетипично
для себя: «мне наплевать на ваши чертовые правила, все будет имен¬
но так». Это было намного любезнее, чем «убирайся». Майк Клапп
изменил высоту «потолка» над зоной амфибийного соединения до
трех с половиной тысяч футов, не удосужившись сказать об этом
мне. Но пилоты знали ситуацию лучше и летали над зоной на боль¬
шей высоте - они уже потеряли «Си Харриер», сбитый ракетой с зем¬
ли на высоте девять тысяч пятьсот футов над Порт-Стэнли.
После полуночи «Гермес», «Бриллиант» и сопровождаемые ими
«Ресурс», «Форт Торонто», «Элк» и «Атлантик Конвейер» шли на
соединение с «Инвинсиблом» и ударной группой, следовавшей на за¬
пад с задачей прикрыть десантников в случае, если аргентинцы пред¬
примут воздушные атаки. В 04.00 наша авианосная ударная группа
начала медленно перемещаться на юг. Она включала корабли: «Гер¬
мес», «Инвинсибл», «Глэморган», «Алакрити», «Эрроу», «Глазго»,
«Ковентри», «Олмеда», «Ресурс», «Регент», «Тайдпул», «Перлиф»,
«Элк», «Форт Торонто» и «Атлантик Конвейер».
Амфибийная группа имела в своем составе: флагманский ко¬
рабль «Феарлесс» с бригадиром Джулианом Томпсоном и коман¬
дором Майком Клаппом на борту, однотипный ему «Интрепид» и
значительно меньшие танко-десантные корабли «Сэр Галахад»,
«Сэр Гераинт», «Сэр Ланселот», «Сэр Персивал» и «Сэр Трист¬
рам». Каждый из них имел на борту четыреста человек с полным
снаряжением. Водоизмещение этих кораблей составляло немногим
более пяти с половиной тысяч тонн. «Феарлесс» и «Интрепид»
имели водоизмещение двенадцать тысяч тонн, и на каждом из них
было по шестьсот пятьдесят человек со своим полным снаряжением
и четыре танко-десантных катера. Кроме того, в состав амфибий-
иой группы входили: большое судно снабжения «Стромнесс» водо¬
измещением шестнадцать тысяч тонн (теперь оно было военным
транспортом под командованием капитана Дикинсона), «Форт Ос¬
тин» с экипажами вертолетов, большое судно «Канберра», при¬
званное с торгового флота, и два переоборудованных парома типа
«ро-ро» - «Еуропик ферри» и «Норланд».
Я откомандировал семь боевых кораблей для непосредственно¬
го охранения этого конвоя. Первым был эсминец УРО «Энтрим»
класса «каунти» водоизмещением шесть тысяч тонн с зенитными
лртустановками, ЗРК «Си Слаг» и «Си Кэт» плюс четыре пуско¬
вые установки «Экзосет». Этот эсминец был относительно новым
кораблем (ему исполнилось одиннадцать лет). «Энтримом» коман¬
довал опытный капитан 1 ранга Брайян Янг, который должен был
н конце года увольняться в запас.

Фолклендская война
Вторым эскортным кораблем был малый фрегат типа «линдер» -
«Аргонот» водоизмещением три тысячи тонн с 40-мм артустановками
«Бофорс», ЗРК «Си Кэт», противолодочными торпедами и крыла¬
тыми ракетами «Экзосет». Им командовал седой спокойный, но в то¬
же время довольно строгий капитан 1 ранга Кит Леймэн. Экипаж его
корабля был, как я всегда полагал, если и не очень доволен жизнью,
но зато всегда очень слажен и отработан. Этот сорокачетырехлетний
шотландец из Аргилла мог справиться с любой возникшей перед ним
проблемой. Его отец, капитан 1 ранга Герберт Леймэн, во время вто¬
рой мировой войны командовал эсминцем «Хотспур» в первых мор¬
ских сражениях в Средиземном море, к тому же Кит был внуком
контр-адмирала. Флот был в его крови.
Третьим был фрегат проекта 21 «Ардент». Он имел 4,5-дюймо¬
вую артустановку Мк. 8, 20-мм зенитные автоматы, ЗРК «Си Кэт»
и крылатые ракеты «Экзосет». Им командовал капитан 2 ранга
Алан Вест с Йевилтона1, самый молодой командир фрегата в Ко¬
ролевском флоте. Он был женат на чрезвычайно привлекательной
рыжеволосой художнице по имени Розмари, у них было трое ма¬
леньких детей.
Четвертым был почти двадцати летний фрегат проекта 12 «Пли¬
мут» водоизмещением 2800 тонн под командованием бывшего лет¬
чика, высокорослого капитана 1 ранга Дэвида Пентрита. Фрегат
был вооружен спаренной 4,5-дюймовой артустановкой Мк. б, 20-
мм зенитными автоматами, ЗРК «Си Кэт» и противолодочным ре¬
активным бомбометом Мк. 10. Подобно всем фрегатам Королев¬
ских ВМС, он нес маленький вертолет.
Пятым кораблем был «Ярмут», однотипный «Плимуту», но бо¬
лее старый. Им командовал капитан 2 ранга Тони Мортон, еще
один экс-авиатор и, скорее, новичок в командовании надводным
кораблем. Поначалу он был склонен опережать события - иногда о
таких людях говорят, что если креветка пукнет, то он бросит на
нее бомбу. Ему предстояло многому научиться, и он довольно бы¬
стро с этим справился.
Шестым был фрегат проекта 22 «Бриллиант» с ЗРК «Си Вулф»
под командованием капитана 1 ранга Джона Коуарда. Корабль
имел полное водоизмещение четыре тысячи четыреста тонн. Он
был вооружен также 40-мм зенитными автоматами, «Экзосет» и
противолодочными торпедами. Я уже рассказывал о некоторых
приключениях этого командира. Достаточно сказать, что он, каза¬
лось, прожил всю свою жизнь для того, чтобы воевать именно в
1 Yeovil ton - база авиации ВМС. (Прим. переводчика)
292

Глава 13. Ночная высадка
;>том предстоящем сражении. Коуард был очень здравомыслящим
командиром. Бывший подводник, он был первым моим «перише-
ром». Среди всех тех, кто следовал за ним, я не могу вспомнить
более проницательного подводника.
Седьмым и последним был «Бродсуорд», однотипный «Брилли¬
анту», под командованием опытного моряка, профессионала, капи¬
тана 1 ранга Билла Каннинга. Этот улыбающийся, всегда веселый
офицер из Гемпшира был настоящим мастером своего дела, и я
очень уважал его за упорство. Мне всегда казалось, что по служеб¬
ной лестнице он пойдет дальше, чем вышло на самом деле. Но он
говорил то, что думал и, возможно, кому-то наступал на больные
мозоли.
Погода, как и во время пересадки, была словно на заказ: низкие
облака, видимость не более трех миль. Нас это вполне устраивало,
так как у атакующего аргентинского самолета, приближающегося со
скоростью четыреста узлов, будет в лучшем случае двадцать семь се¬
кунд, чтобы увидеть конвой, прицелиться и сбросить свои бомбы. И
это при том, если он с самого начала будет смотреть в нужном на¬
правлении. Если же он будет смотреть даже чуть в сторону, что весь¬
ма вероятно при полете в условиях плохой видимости на малой вы¬
соте, то ему повезет обнаружить цель за двенадцать секунд до про¬
лета над ней.., если «Си Вулф» не достанет его первым. В этих ус¬
ловиях все преимущества были на нашей стороне.
Две группы разделились в 14.15. Десантники, эскортируемые
этими семью боевыми кораблями, оставляли меня позади руково¬
дить боевыми действиями с ФКП «Гермеса». Это был странный
для меня момент - я впервые не был ответственным на передней
линии сражения. Сейчас в дело вступает Майк Клапп, а моя роль
плавно переходит к роли второстепенного командующего, обеспе¬
чивающего действия кораблей и войск в прибрежном районе всеми
возможными с моей стороны резервами и поддержкой. Мне не осо¬
бенно нравился отход на второй план. Я привык быть главным. Те¬
перь я должен позволить командору Майку Клаппу идти вперед и
действовать там так, как мы спланировали. Если, конечно, он по¬
желает отклониться от согласованного нами плана, то должен уре¬
гулировать это со мной. Но он должен управлять высадкой само¬
стоятельно, и мне по возможности не следовало вмешиваться.
Сейчас же моя голова была занята совершенно другими мысля¬
ми. С уходом амфибийной группы на запад я слегка удивлялся,
что аргентинцы до сих пор не отваживаются атаковать «Гермес» и
«Инвинсибл». Я был уверен, что они должны приложить все уси¬
293

Фолклендская война
лия для уничтожения двух наших плавающих аэродромов всеми
имеющимися у них средствами. Они, несомненно, не могли не осо¬
знавать того, что авианосцы были исключительно важны для наше¬
го успеха.
Не могу сказать, что завидовал десантникам, но я не чувство¬
вал, что мы находились в безопасности. Кроме того, ситуация
ухудшалась тем, что я послал с десантниками два наших голкипе¬
ра: «Бриллиант» и «Бродсуорд». В предстоящие несколько дней
авианосцы будут более уязвимы, чем когда-либо прежде.
Той ночью я написал домой Шарлотте: «Сегодня утром мы идем на
пляжи - но не нашего Блэкпула. Погода, как и мы, серая и мрачная.
Я предполагаю, что следующие сорок восемь часов будут самыми кри¬
тическими, и дело в любой момент может пойти не так, как надо».
Тем временем десантные силы продвигались вперед, ветер уси¬
ливался, море начинало штормить. Моя задача на какое-то время
была выполнена: планы разработаны во всех деталях. Оставалось
одно - ждать. Ждать того, что операция пойдет не так, неправиль¬
но, а затем пытаться все быстро исправить, предпринять все, что
потребуется... Возможно, больше «Харриеров», больше вертоле¬
тов, больше кораблей, больше амуниции, больше поддержки или
даже больше диверсий. Конечно же, в плане могут быть некоторые
существенные изменения вследствие какого-то несчастья, подобно
потере штабного десантного корабля, что полностью нарушило бы
высадку в те жизненно важные часы. Для меня это было пассив¬
ным участием в управлении, мне предстояло стать пассивным зри¬
телем, а в случае необходимости - включаться в работу.
Напряжение в ударной группе с уходом десантников возросло.
Мы замечали, что говорим почти шепотом, боясь, что кто-то из ар¬
гентинцев нас услышит, боясь, что биение наших сердец выдаст иг¬
ру. Думаю, что в тот бесконечный день я абсолютно ничего не де¬
лал. Тишина и скрытность казались единственным требованием то¬
го дня. Как только день сменился долгожданной темнотой, мы зна¬
ли, что все шло хорошо, потому что ничего не было слышно. Ко¬
рабли и транспорт продолжали путь к Фолклендскому проливу не¬
обнаруженными .
Это была важная ночь в истории Королевского флота. Я напи¬
сал всего пару строк в моем дневнике, как будто пытаясь подсоз¬
нательно отразить инстинктивное желание всех нас не привлекать
к себе внимания. Мои две с половиной строчки просто констатиро¬
вали: «Движение в район высадки. Пальцы скрещены в надежде
быть незамеченными. Специально летаем не больше, чем обычно.
«Глэморган» как обычно проводит мероприятия по введению про¬
294

Глава 13. Ночная высадка
ЛЬш
тивника в заблуждение». Итак, в этот самый опасный день опера¬
ции я написал немного. Для десантников же это была совсем иная
история.
В 19.00 «Энтрим» и «Ардент», как мы и планировали, отдели¬
лись от основной группы для броска к Фолклендскому проливу.
Основной их задачей было ввести противника в заблуждение, со¬
здав иллюзию высадки нашего десанта не в бухте Карлос, а где-то
в другом месте. Мы уже послали «Глэморган» выполнять ночью
отвлекающую задачу в бухте Чойсеул, разделяющую Восточный
Фолкленд почти надвое и простирающуюся на запад со стороны
открытого океана вплоть до Гус Грина и Дарвина. Заданием капи¬
тана 1 ранга Майка Барро было сделать все возможное для демон¬
страции высадки «одним человеком». Он использовал осветитель¬
ные и фугасные снаряды для якобы огневой подготовки, а в это
время его вертолет, перелетая с места на место, пытался побывать
в двадцати точках сразу. Все было разработано так, чтобы любой
здравомыслящий аргентинский командир не сомневался: подлые
британцы вошли в бухту Чойсеул. Позже «Ардент» со своей пози¬
ции в Фолклендском проливе, находясь по диагонали от «Глэмор¬
гана», тоже откроет огонь в поддержку диверсионного рейда SAS
на Дарвин. Такие действия максимально увеличивали фактор за¬
мешательства среди аргентинцев и предоставляли командующему
амфибийной группой время для осуществления реальной высадки
на берега бухты Карлос.
Амфибийная группа с ее охранением продолжала продвигаться
к северному побережью Восточного Фолкленда. Погода все еще
была им на руку - очень умеренная видимость с низкой облачнос¬
тью и ветром силой шесть баллов. Мы находились на заключитель¬
ном этапе первой за многие годы высадки британского десанта в
условиях войны. Как аргентинцы могли не знать, что все эти ко¬
рабли уже подходят к берегам Фолклендских островов? В течение
всех этих дней вялая реакция аргентинцев была для нас самым
большим подарком фортуны за всю войну.
Сейчас ночь, 22.00 по нашему времени, но только семь вечера
для аргентинцев. На подходе к мысу Фаннинг вертолеты «Уэс-
гскс» с «Энтрима» начали высадку на берег морских пехотинцев
SBS для атаки на сильную заставу аргентинцев, окопавшихся на
вершине большого мыса высотой 770 футов для охраны входа в
Фолклендский пролив и бухту Карлос. Ясно то, что они охраняли
ого плохо, так как не слышали вертолетов и не использовали спе¬
циальные приборы ночного видения, которые мы впоследствии у
295

Фолклендская война
них обнаружили. О нашем присутствии они совершенно не догады¬
вались, даже когда «Ардент» примерно в 23.00 быстро вошел в
пролив.
В 01.30 «Энтрим» благополучно вошел в пролив и малым хо¬
дом занимал свою позицию в шести милях от мыса Фаннинг, гото¬
вый в нужный момент обеспечить артиллерийскую поддержку пе¬
редовым отрядам SBS. Остальная часть сил Майка Клаппа теперь
разделилась на три отдельные колонны, которые должны входить
в пролив в течение пяти часов отдельными волнами. Первая колон¬
на состояла из «Феарлесса» и «Интрепида» в охранении «Ярмута»
Тони Мортона. Было важно, чтобы два десантных корабля вошли
в пролив первыми, поскольку им требовалось время на спуск вось¬
ми танко-десантних катеров для доставки войск на берег. Это
должно пройти гладко до того момента, когда «Плимут» Дэвида
Пентрита через сорок пять минут поведет в пролив большой отряд
транспортов («Канберра», «Норланд» и «Стормнесс») и они нач¬
нут пересаживать войска на тдка. Замыкать эту группу должен
«Форт Остин» с вертолетами на борту и «Бриллиант» - для осве¬
щения воздушной обстановки своими радарами и противовоздуш¬
ной обороны в ближней зоне с помощью ЗРК «Си Вулф».
Через четыре часа десантные корабли «Сэр Галахад», «Сэр Ге-
раинт», «Сэр Ланселот», «Сэр Персивал», «Сэр Тристрам» плюс
«Еуропик Ферри» должны проследовать за «Бродсуордом» Билла
Каннинга и «Аргонотом» Кита Леймэна в Фолклендский пролив,
который, я очень надеялся, будет все еще оставаться тихим и без¬
мятежным.
Я говорил себе, что все должно пройти хорошо, по крайней ме¬
ре до рассвета, так как аргентинцы атаковать с воздуха ночью не
будут. Они никогда ранее так не поступали. Возможно, их коман¬
дующие, увидев нашу непреклонную решимость высадиться, при¬
дут в отчаяние и прикажут, чтобы ударные самолеты шли на нас
даже ночью. «Лучше что-нибудь, чем ничего». Они должны бро¬
сить на нас все силы, узнав, что мы уже их не обманываем, а фак¬
тически находимся здесь. Я надеялся на то, что их воздушные си¬
лы окажутся не храбрее их флота, который после того, как мы вы¬
черкнули из их боевого состава «Бельграно», все еще не появлял¬
ся вне двенадцатимильной зоны от материка.
В 01.45 21 мая ЦКП капитан 1 ранга Джереми Ларкена приве¬
ден в состояние полной боевой готовности. Их «Феарлесс» входил
в Фолклендский пролив, следуя в одной миле впереди «Интрепи¬
да». Высоко на мысе Фаннинг аргентинцы даже не пошевелились.
Они не стреляли и даже не заметили, как 12000-тонный британ¬
296

Глава 13. Ночная высадка
Ль.
ский десантный корабль со всеми командос 40-го отряда спокойно
проходил в двух милях мимо мыса Джерси и почти в восьмистах
футах ниже их пушек. За ним в кильватер шел «Интрепид» капи¬
тана 1 ранга Питера Динджеменса с людьми 3 парашютного пол¬
ка, которые под палубой в спешке доедали морскую тушенку, что
резко контрастировало с изысканной французской кухней, к кото¬
рой они привыкли в ходе путешествия на юг на «Канберре».
Все было тихо. Два британских корабля шли вниз по проливу,
ближе к западному берегу, приближаясь к «Энтриму» у мыса Чен-
чо. Еще до 02.30 кормовые ворота их заполненных водой доков от¬
крылись и тдка один за другим были выпущены в море, уже под
звездным небом. Погода улучшилась, хотя луна не взошла и не
стала своего рода прожектором.
Примерно в это время на ФКП «Гермеса» мы получили первый
сигнал, что амфибийная группа прибыла благополучно, всего лишь с
двадцатиминутным опозданием, и все идет гладко. В спокойную и яс¬
ную погоду они надеятся наверстать задержку. В это время вторая
волна судов вошла в пролив в едином боевом порядке. «Канберра» -
один из самых впечатляющих океанских лайнеров в мире - в охране¬
нии орудий «Плимута» вошел в узкость под южным звездным небом
и, подобный белому призраку, стал на якорь в своей точке на входе
в бухту рядом со «Стормнессом» и «Норландом».
Затем Дэвид Пентрит повел «Плимут» в назначенную ему пози¬
цию в готовности вести артогонь прямо над Портом Сан Карлос на
восток или в направлении расширяющейся бухты Сан Карлос на
юг, откуда можно было ожидать нападения. «Бриллиант», замы¬
кавший вторую группу, вошел в узкость около 03.00 (по местному
времени - полночь) и занял позицию у берега Западного Фолклен-
да. Его управляющие огнем ЗРК «Си Вулф» были готовы отразить
воздушное нападение с любого направления.
На борту «Канберры» подразделения 42-го отряда командос гото¬
вы к высадке. На «Норланде» подполковник Джонс спокойно бесе¬
дует с людьми 2 парашютного полка, задача которого состояла в ов¬
ладении пунктом высадки на берегу, а затем с боем (в случае необ¬
ходимости) - господствующим хребтом гор Сассекс высотой шестьсот
футов. На «Стромнессе» 45 отряд командос, последнее подразделе¬
ние 3 бригады командос, приготовился для посадки на тдка.
Вместе с «Порт Остином», стоящим сейчас на якоре в полуми¬
ле к югу от мыса Ченчо, «Ярмутом», находящимся южнее «Брил¬
лианта» прямо посередине Фолклендского пролива, вокруг северо-
лападного побережья Восточного Фолкленда было развернуто
одиннадцать британских кораблей. Почти невероятно (тем более,
297

Фолклендская война
что на горе Розалия, с которой открывается вид на пролив с севе¬
ро-восточной оконечности Западного Фол к ленда, у аргентинцев
была вторая высотная позиция), но аргентинцы ничего не знали о
такой силе законных владельцев земли. Как можно было ничего не
видеть и не слышать?
Однако же они нас не заметили. Невероятно, но к 03.30 в проли¬
ве было все еще тихо. «Энтрим» тихо ожидал на востоке, около ос¬
трова Кота. На его ЦКП люди, ответственные за корректировку ог¬
ня 4,5-дюймовых арустановок, принимали радиодонесения от наблю¬
дателей SBS, находящихся в шести милях к северу на студеных вы¬
сотах мыса Фаннинг. Донесения записывались в вахтенный журнал
и на магнитофон. В 03.50 «Энтрим» был готов. Капитан Брайян Янг
спокойно приказал артиллеристам начать работу, и пушки «Энтри-
ма» открыли огонь. Снаряды проносились над темными водами и
гранитными берегами. Думаю, что артобстрел наконец-то разбудил
аргентинцев, припавших наверху утеса к земле под леденящим вет¬
ром. «Энтрим» менее чем за полчаса выпустил более двухсот пяти¬
десяти снарядов - достаточное количество для того, чтобы сравнять с
землей что-то подобное по размеру Виндзорскому замку.
На другой стороне мыса Фаннинг бойцы SBS не высовывались
до тех пор, пока артиллеристы капитана 1 ранга Янга не выполни¬
ли свою работу. После этого они штурмовали аргентинские пози¬
ции и нашли там двадцать одного человека убитыми и ранеными,
столько же сбежало вниз холма в безопасное место - еще один шанс
войны, который был в нашу пользу. Вход в пролив оказался в ру¬
ках британцев. Он был свободен для остальной части нашего кон¬
воя из пяти меньших десантных кораблей и их охранения - «Арго-
нота» и «Бродсуорда». Они по плану должны были войти в бухту
Карлос примерно в 06.00.
К этому времени тдка «Феарлесса» были на воде и шли на юг
с бойцами 40 отряда командос на борту. Десантно-высадочные ка¬
тера «Интрепида» отошли пустыми, следуя вниз, на юг бухты Кар¬
лос, к «Норланду», тринадцатитысячетонному парому типа «ро-
ро», где их в темноте ожидали парашютисты 2 полка. Люди под¬
полковника Джонса были готовы. Они взбирались на борт, таща
за собой в тесное пространство танко-десантных катеров свои тя¬
желые мешки. Это была та высадка, для проведения которой мы
прошли восемь тысяч миль. Мы, если судить строго, на день опоз¬
дали. Я очень надеялся сделать это 20 мая, но погода и необходи¬
мость проведения пересадки внесли свои коррективы. В своей ка¬
юте на «Гермесе» я открыл дневник и с удовлетворением написал:
«07.40 - все еще тишина - странно». В течение всех этих часов мы,
298

Глава 13. Ночная высадка
Ль*
находящиеся в море, ждали плохих новостей, но, невероятно, не
получили ни одной!
Тогда я еще не знал того, что случилось десять минут назад. Ка¬
тера, доставлявшие парашютистов 2 полка к южной оконечности
бухты Карлос сели на мель в то самое время, когда я писал. Лю¬
ди Джонса брели по воде до пляжей Фолклендских островов.
Несколько минут спустя бойцы 40 отряда командос, добравшись
вброд к пляжу, наносят удар по берегу немного севернее и вскоре по¬
сле этого водружают флаг в селении Сан Карлос. Даже не видный в
темноте, он, как я полагаю, был тем, ради чего мы сюда пришли.
Через полчаса над Атлантикой взойдет луна, чтобы дать нам
беспристрастную оценку. Мы, находясь в ударной группе, видели
её, поскольку в это время готовили для взлета «Харриеры» огне¬
вой поддержки. Довольно странно, но с тех пор, как мы прибыли
сюда, луна для меня казалась иностранной, возможно аргентин¬
ской, очень отличающейся от той, которую видел через уличные
огни Кингстона на Темзе. Но в то утро, после висадки, с реющим
на холодном бризе над селением Сан Карлос государственным
флагом Соединенного Королевства, казалось, все изменилось. Так
или иначе, но луна снова была «дружеской». И мы видели ее, блед¬
ную, очень высоко в небе даже после восхода солнца.

OftuoC
Сражение на «Бомбовой аллее»
Полагаю, я представлял, что утром 21 мая 1982 Королевским
ВМС впервые придется вести самые масштабные боевые действия
после окончания второй мировой войны. Я не часто признаю это,
поскольку мой ответ на любой формальный вопрос по этому пово¬
ду всегда таков: «Мы совсем не представляли того, что может про¬
изойти». Однако я четко осознавал,что в этот день аргентинцы
окажутся перед необходимостью сражаться. Они не могут просто
сидеть и ждать, пока британские силы после висадки организуют¬
ся, и надеяться на свою победу несколько позже, в неизбежном
сражении на берегу. Никакой здравомыслящий командующий, тем
более аргентинский (учитывая их действия до сего времени), не
станет откладывать сражение с хорошо организованным противни¬
ком на потом, если он уже в данный момент может эффективно ис¬
пользовать его невыгодное положение.
Итак, сегодня у аргентинцев нет иного выбора, кроме как вый¬
ти и сражаться, иначе им придется выбрать в качестве альтернати¬
вы почетную капитуляцию. Это, к сожалению, представлялось ма¬
ловероятным, хотя бы потому, что они, как нам казалось, не име¬
ют представления о том, что происходит. К рассвету их невнима¬
тельность стала очевидной. Они не заметили, как все британские
десантные силы в составе одиннадцати кораблей и судов плюс ко¬
рабли охранения прошли незамеченными мимо их «охраны». На¬
ши силы находились в процессе создания прочного плацдарма на
берегу в бухте Карлос.
Рассвело. Аргентинцы после 1 мая (когда они думали, что мы вы¬
саживаемся) все еще располагали флотом и значительными воздушны¬
ми силами, но не пытались нас атаковать хоть какими-нибудь силами.
300
V
Глава 14

Глава 14. Сражение на «Бомбовой аллее»
Ль*
Но они, наверняка, сделают это. Для любого, нормально соображаю¬
щего человека было непостижимо не атаковать идущие к берегу де¬
сантные корабли с десантом и военным снаряжением на борту. Так что
сегодня атаки с воздуха должны начаться очень скоро.
На ФКП «Гермеса», вдали от амфибийной группы, мы ожида¬
ли результатов. Десантники были слишком далеко от нас, чтобы
принимать их сообщения на радиостанциях УКВ, на которых осу¬
ществлялся радиообмен в пределах прямой видимости и над гори¬
зонтом. В нашем распоряжении, конечно же, были каналы связи
на большие расстояния, но они не используются для управления
боевыми действиями тактического масштаба. Переговоры между
силами в прибрежном районе и «Гермесом» пришлось осуществ¬
лять по спутниковым каналам связи или на коротких волнах с до¬
вольно переменной эффективностью в условиях холмистого релье¬
фа Фолклендских островов.
Сегодня они будут воевать без меня. Моей задачей было обес¬
печить их защиту от ударов с воздуха настолько, настолько это бы¬
ло возможным, и мы готовы были поддерживать их всеми необхо¬
димыми средствами или подкреплением. В это утро, когда ни ар¬
мия, ни морские пехотинцы к бою еще не готовы (их ракетные си¬
стемы «Рапира» еще не доставлены в район высадки), будут вое¬
вать только корабли и самолеты флота.
Удивительно, насколько я был спокоен. Но ведь я знал, на¬
сколько они будут решительными под огнем и на какую их храб¬
рость можно надеяться, когда им придется сражаться. Они будут
сражаться так, как с давних времен сражались Королевские ВМС.
Я был убежден, как и все мои командиры, что нынешние люди не
будут очень отличаться от тех, кто сражался в героическом про¬
шлом. Большое отличие от времен Джервиса, Нельсона, Хока, Ху¬
да, Джелико, Битти и Каннингема было в том, что нам предстоя¬
ло нанести поражение как воздушным силам, так и флоту против¬
ника, а способность флота выстоять под массированными воздуш¬
ными ударами противника не вселяла уверенности.
Я должен был уступить свое место в первом ряду арены боевых
действий и занять место позади. Сражение непосредственно пере¬
дано в умелые руки капитанов 1 ранга Леймэна, Коуарда, Янга,
Каннинга и Пентрита, капитанов 2 ранга Мортона и Веста, пило¬
тов «Харриеров».
О событиях 21 мая много раз рассказывали те, кто там был, а
еще больше те, кто там не был. Я принадлежу к последней группе
и не испытываю по этому поводу большого удовлетворения, но
301

Фолклендская война
книга будет неполной, если я не расскажу еще одну версию тех собы¬
тий с точки зрения Королевского флота, даже при том, что я находил¬
ся на спутниковой связи далеко от района действий. Годы спустя, мне¬
ния и оценки были значительно усовершенствованы и некоторые
«факты» были «окончательно установлены», хотя их, вероятно, сле¬
довало бы выбросить на мусорник. Я могу только постараться наилуч¬
шим образом поведать о тех событиях на основе моего понимания фак¬
тов и того, как их рассказали мне мои коллеги и друзья, которые так
мужественно сражались в тот ужасный день. В этой книге я старался
более подробно описывать те ситуации, в которые я был непосредст¬
венно вовлечен. И поэтому, надеюсь, я могу ознакомить вас с работой
командующего морским сражением как бы изнутри, посвящая вас в
свои мысли. Существенным является то, что я держу события не толь¬
ко в контексте, но и в перспективе. Вы должны понять всю ожесточен¬
ность происходившего в этот день воздушно-морского сражения для
того, чтобы следовать во времени за моими мыслями и действиями в
те напряженные, а иногда и ужасные, дни.
Я пробовал сопоставить мои собственные записи, особенно ка¬
сающиеся оценки причиненного аргентинцам ущерба, с потерями,
которые приводятся другими летописцами этой войны. Они обыч¬
но слегка различаются; я имел тенденцию заблуждаться в сторону
скептицизма при естественных восторженных заявлениях о сбитых
самолетах. То же самое было и в ходе битвы за Англию: оптимизм
часто берет верх над суровой правдой. Но меня учили не преуве¬
личивать. Я обучен по возможности быть точным, принимать толь¬
ко подтвержденные факты и отличать фольклор от действительно¬
сти. Я также обучен избегать увлечения личностями и их пробле¬
мами. Я должен учитывать истощение обеих сторон для оценки то¬
го, как долго мы сможем уверенно действовать, и правильно опре¬
делить момент, когда нужно будет позвонить домой и сообщить,
что в этом конфликте дела идут не очень хорошо и что, по-моему,
следует предпринять одно из двух: или уходить отсюда, или полу¬
чить сильное подкрепление. Для некоторых это может показаться
«бюрократической бухгалтерией» ударной группы, находящейся в
относительной безопасности. Для меня это было существенной ча¬
стью процесса управления боевыми действиями. В любом случае я
использую остальную часть этой главы для того, чтобы проанали¬
зировать свои записи и определить, что же действительно происхо¬
дило в день начала воздушно-морской войны.
День «Д», 21 мая, плохо начался для обеих сторон. Два пило¬
та наших «Харриеров» обнаружили аргентинскую вертолетную
302

Глава 14. Сражение на «Бомбовой аллее»
Ль*
площадку в районе горы Кент и очень быстро уничтожили на зем¬
ле три вертолета - два армейских «Пума», и большой армейский
«Чинук». Спустя сорок пять минут «Харриер» GR3 капитана Дже¬
реми Гловера был сбит огнем наземных средств ПВО над Портом
Говард и примерно тогда же к востоку от района высадки мы по¬
теряли два вертолета «Газель» Королевской морской пехоты.
В этот день первыми утренними полетами авиационного при¬
крытия управляли с «Энтрима», находящегося в восточной части
Фолклендского пролива, в центре зоны действия амфибийной
группы. Большинство самолетов прикрытия возвратилось на борт
авианосцев раньше, чем аргентинцы что-либо предприняли в смыс¬
ле атак. В течение более двух часов после восхода солнца обста¬
новка оставалась необъяснимо спокойной. Потом все началось. Ар¬
гентинский легкий двухместный реактивный штурмовик морской
авиации «Макчи 339» (итальянского производства) летел на мак¬
симально возможной скорости над самыми волнами вдоль северно¬
го побережья и резко свернул в узкий вход Фолклендского проли¬
ва. Первым кораблем, который он увидел, был фрегат «Аргонот»
Кита Леймэна, и пилот выпустил по нему все свои восемь пятидюй¬
мовых ракет, а подлетев ближе, обстрелял его из 30-мм пушки.
Одна ракета попала в район пусковой установки «Си Кэт» и рани¬
ла трех человек - один из них потерял глаз, другого, мастера во¬
оружения, ранило осколком в грудь в дюйме выше сердца.
Атака была настолько внезапной и стремительной, что рейдер бла¬
гополучно скрылся в юго-восточном направлении прежде, чем ка¬
кое-либо огневое средство «Аргонота» было на него нацелено. В ито¬
ге по самолету произвели пуск ракеты «Блоупайп» с палубы «Кан¬
берры», «Интрепид» произвел пуск ракеты «Си Кэт», а «Плимут»
Дэвида Пентрита открыл огонь с 4,5-дюймовой артустановки. Но
«Макчи» удалось уйти, чтобы, без сомнения, поразить свое высшее
командование рассказом об увиденном в районе бухты Карлос.
Пять минут спустя мы сравняли счет, когда снецназовцы SAS ра¬
кетой «Стингер» сбили турбовинтовой «Пукара», который имел нео¬
сторожность пролетать слишком близко от их логова на горе. Потом
еще пара самолетов этого же типа сумела уклониться от артобстрела
<<Ардента» и подняться в воздух с полевого аэродрома Гус Грин.
ЦКП капитана 2 ранга Веста сработал быстро. Его двум моло¬
дым офицерам управления оружием лейтенантам Майку Нолзу и
Тому Вильямсу предстояло привыкнуть к постоянному переключе¬
нию от атаки к обороне, находясь в очень уязвимой позиции, да¬
леко к югу от других кораблей. Командир корабля, бывший ранее
старшим офицером боевого управления фрегата, лично занимался
303

Фолклендская война
их подготовкой. Теперь они открыли огонь по противнику из 4,5-
дюймовой артустановки и произвели пуск ракеты «Си Кэт», кото¬
рая заставила аргентинских пилотов уйти, не причинив нам вреда.
Первая значительная атака этого дня началась примерно через
полчаса после этого - в 12.35. Три сверхзвуковых «Даггера» изра¬
ильского производства из-за горы Розалия вышли на Западный
Фолкленд. Они снизились над водой до высоты всего лишь пять¬
десят футов и неслись поперек Фолклендского пролива между мы¬
сами Фаннинг и Ченчо, без сомнения, намереваясь атаковать стоя¬
щие за ними десантные корабли.
На этот раз мы были готовы. «Аргонот» и «Интрепид» произ¬
вели пуски своих ракет «Си Кэт», когда атакующие аргентинцы
были в двух милях от бухты Карлос. «Плимут» открыл счет пер¬
вым, сбив правый дальний самолет из этой группы ракетой «Си
Кэт». У пилота не было шансов спастись. Второй «Даггер» отвер¬
нул вправо от ракет и теперь летел через брешь в обороне. Следу¬
ющим кораблем, который он увидел, был «Бродсуорд» Билла Кан¬
нинга. Бомбардировщик устремился на него, обстреливая фрегат
из 30-мм пушки. Двадцать девять снарядов попали в корабль. Ра¬
нено четырнадцать человек, находящихся в районе ангара, и по¬
вреждено два вертолета «Линке», но, к счастью, обе сброшенные
им бомбы в корабль не попали.
Третий «Даггер» отвернул к югу и устремился прямо на «Энт¬
рим» Брайяна Янга. Корабль находился менее чем в миле от ска¬
листого берега острова Кота и трех с половиной миль к югу от мы¬
са Ченчо. Аргентинская бомба, как позже выяснилось, тысячефун¬
товая, попала в полетную палубу «Энтрима», пролетела через люк
в кормовую часть ракетного погреба «Си С лаг», ударив по каса¬
тельной две большие ракеты, и закончила свой достаточно длин¬
ный путь в ватерклозете, известного на военно-морском жаргоне
как «гальюн». Было чудом, что ни бомба, ни ракеты не взорва¬
лись. Взрыв в ракетном погребе почти наверняка привел бы к ги¬
бели корабля. Все же вспыхнуло несколько пожаров, и команда
«Энтрима» оказалась в сложном положении, пытаясь справиться с
ними. Командир Янг дал полный ход курсом на север, чтобы по¬
дойти поближе к «Бродсуорду» для прикрытия и получения помо¬
щи. Но он не успел туда дойти - через шесть минут на него обру¬
шился следующий аргентинский удар.
Эта была еще одна волна из трех «Даггеров», летящих почти
тем же, что и первая волна, курсом над Западным Фолклендом.
Они вышли прямо на поврежденный «Энтрим», на котором пыта¬
лись выбросить за борт ракеты «Си Слаг» на случай, если огонь
304

Глава 14. Сражение на «Бомбовой аллее»
Ль*
подойдет к ним. В отчаянии «Энтрим» пустил ракету «Си Слаг»,
полностью неуправляемую, в направлении атакующих «Даггеров»,
надеясь хоть как-то воздействовать на них. Их система «Си Кэт»
была выведена из строя, но 4,5-дюймовые артустановки и все ав¬
томаты вели огонь по атакующим самолетам.
Один самолет прорвался и обстрелял горящий эсминец из сво¬
их пушек, ранив при этом семь человек и вызвав еще больший по¬
жар. Ситуация на «Энтриме» стала угрожающей. Второй «Даг¬
гер» выбрал для удара «Форт Остин», большое судно снабжения,
что стало для нас очень плохой новостью, поскольку «Форт Ос¬
тин» был совершенно беззащитен против такой атаки. Командор
Данлоп приказал открыть огонь из двух имевшихся у него автома¬
тов, еще двадцать четыре человека с верхней палубы судна извер¬
гали шквальный огонь из винтовок и пулеметов. Но этого было не¬
достаточно, и Сэм уже, должно быть, приготовился к взрыву бом¬
бы, когда, к его изумлению, «Даггер» взорвался за тысячу ярдов
от него, пораженный «Си Вулфом» с «Бродсуорда». Последний
самолет еще раз обстрелял «Бродсуорд», но сброшенная им тыся¬
чефунтовая бомба в корабль не попала.
Пушки «Ардента» все еще вели огонь по уходящим «Даггерам»,
но уже стало ясно, что «Энтрим» получил тяжелые повреждения и
не в состоянии наводить «Харриеры» из районов их барражирова¬
ния на самолеты противника. В этот момент командир «Бриллиан¬
та» капитан 1 ранга Джон Коуард, информированный о бедствен¬
ном положении корабля Брайяна Янга, немедленно принял на се¬
бя функции наведения самолетов прикрытия. Он поступил так, как
и следовало ожидать от любого офицера Королевских ВМС, без
лишних запросов реагируя на изменившуюся ситуацию. На «Гер¬
месе» в сети УКВ мы услышали, как они внезапно стали управлять
«Харриерами».
Наши авиадиспетчеры прервали их и дали советы «Бриллианту»:
«Будьте очень осторожны с нашими самолетами».
На что они ответили: «Конечно, мы будем очень осторожны. Не
волнуйтесь». И несколько красуясь, в типичной для этого корабля
манере, закончили: «Мы знаем, черт возьми, что мы делаем».
И они, черт возьми, действительно знали, что делали. Первый
лейтенант «Бриллианта» (бывший инструктор школы управления
морской авиацией) был специалистом в этой области. Они объеди¬
нили две радиолокационные системы, что позволяло им видеть над
землей более ясно, чем кому-либо другому, и «Харриеры», и само¬
леты противника. На их новом проекте 22 были самые современ¬
ные радары, и они быстро осваивали новые способы их использо¬
305

Фолклендская война
вания. Джон Коуард развернул «Бриллиант» на обратный курс и
поспешил на северо-восток в бухту Карлос, где он был наиболее
необходим. Коуард пришел к выводу, что наша оборона слишком
растянулась, и теперь предлагает сконцентрировать ее в соответст¬
вии со своим планом, который предусматривает занятие «Брилли¬
антом» позиции посередине входа в бухту и ведение стрельбы как
при охоте на фазана, сбивая своим испытанным «Си Вулфом» ар¬
гентинские рейдеры при их входе в зону ЗРК.
Много лет коллеги слышали, как капитан 1 ранга Коуард цитиро¬
вал известную военно-морскую фразу, которая, по мнению одних,
датируется восемнадцатым столетием, а по мнению других, является
изобретением легендарного первого морского лорда на рубеже столе¬
тий, адмирала Фишера1: «Сущность войны - насилие; умеренность в
войне - бессилие». Это было философией Коуарда на все случаи
жизни. Теперь у него появился шанс, которого он так ждал, - реали¬
зовать это выражение в ходе боевых условиях. Пока его «Си Вулф»
собирал урожай среди атакующих самолетов противника, он плани¬
ровал наводить «Харриеры» на аргентинские самолеты, которые вы¬
летали из «коробки» и пытались вернуться домой.
И теперь, когда два «Даггера» улетели далеко на юг, ЦКП
«Бриллианта» навел на них авиационное прикрытие, но «Харрие¬
ры» слегка опоздали. Не смутившись, бесстрашный командир со
своим старпомом продолжил роботу у экрана, сообщив всем на
ЦКП: «Взгляните сюда, я чертовски уверен, что мы действительно
можем взять на себя управление в этой операции, и это - как раз
то, что мы сделаем».
Он очень хорошо знал достоинства различных кораблей. Знал,
что радар дальнего обнаружения на кораблях, подобных «Энтриму»
и «Глэморгану», ни при каких условиях не может быть эффектив¬
ным в окруженной холмами акватории бухты Карлос, что вооруже¬
ние двух старых фрегатов - «Ярмута» и «Плимута» - слишком сла¬
бое для этой войны. Он выражался так: «Допотопные корабли. Чер¬
тов бесполезный радар». Но он знал, что необходимо предпринять.
Его общий план состоял в том, чтобы как можно раньше обна¬
руживать своим радаром подходящие самолеты, захватывать их
«Си Вулфом» и, вызвав «Харриеры», давать им информацию о
1	Фишер Джон (Sir John Fisher), 1841-1920, первый морской лорд в 1904-10 гг.
Осуществил ряд радикальных реформ и нововведений, включая ввод в состав
флота линейных кораблей типа «Дредноут». В 1914 г. был снова назначен на
должность Первого морского лорда, но в 1915 ушел в отставку из-за несогла¬
сия со стратегическим руководством в связи с ведением Дарданельской опера¬
ции 1915 г. (Прим. переводчика)
306

Глава 14. Сражение на «Бомбовой аллее»
том, где можно ожидать вырвавшегося из «коробки» аргентинца,
которому посчастливилось ускользнуть от «Си Вулфа» фрегата
«Бриллиант».
Тем временем «Ардент» уничтожил на аэродроме Гус Грина
«Пукара» прежде, чем тот успел взлететь. «Вообще-то довольно
случайно», - сказал капитан 2 ранга Вест. «Энтрим» в бухте Кар¬
лос подошел к «Феарлессу» и забрал к себе на борт группу разми¬
нирования и отделение инженеров.
Следующие несколько часов прошли довольно тихо. Это дало
возможность позаботиться о раненых и справиться с пожарами на
кораблях, а также способствовало продолжению массированной
высадки войск и техники. Более тысячи тонн снаряжения было до¬
ставлено на берег за этот день, включая ракетные комплексы «Ра¬
пира» и большие 105-мм пушки, которые помогут защитить плац¬
дарм высадки от аргентинских контратак.
В 13.45 аргентинская авиация появилась снова - два «Пукара»
проскочили с Западного Фолкленда на юг. «Ардент» открыл огонь
из артустановки, осыпая их 4,5-дюймовыми снарядами. Он произ¬
вел пуск еще одной ракеты «Си Кэт», которая в цель не попала.
Вскоре после 14.00 самолеты возвратились, очевидно, настроенные
покончить с «Ардентом». Но на сей раз «Бриллиант» поймал их
своевременно и навел «Харриеры». Ведущий капитан-лейтенант
Шарки Вард сразу сбил головного «Пукара» пушечным огнем. Пи¬
лот катапультировался и пошел домой уже пешком.
Через час аргентинцы послали следующую волну самолетов. Че¬
тыре «Скайхока» подходили на очень малой высоте, над самой
землей, оставаясь необнаруженными до тех пор, пока не подлете¬
ли на удаление двух миль. Артиллерия «Ардента» не смогла свое¬
временно открыть огонь, но и аргентинцы сбросили бомбы неточ¬
но. Они ударились о воду и, срикошетив, величественно пролете¬
ли прямо над фрегатом. Один из «Скайхоков» летел настолько
низко, что ударил своим подкрыльным топливным баком антенну
радара «992» на «Арденте».
Было похоже, что все четыре самолета смогут благополучно уйти.
Но ЦКП Коуарда сработал очень быстро, оповещая новое, только
прибывшее, авиационное прикрытие о дальности и пеленге на убега¬
ющих аргентинцев. Два «Харриера» с «Гермеса», пилотируемые ка¬
питан-лейтенантами Майком Блиссеттом и Нейлом Томасом направи¬
ли свои самолеты вниз с высоты пятнадцати тысяч футов и произве¬
ли пуски «Сайдвиндеров», сбив два «Скайхока». Пилоты погибли.
Еще через час аргентинцы нанесли по бухте Карлос самый раз¬
рушительный и продолжительный воздушный удар за этот день.
307

Фолклендская война
Он продолжался более получаса и причинил нам большой ущерб.
В первой волне воздушного штурма на сверхмалой высоте участво¬
вали шесть «Скайхоков». Самолеты подошли вдоль северного по¬
бережья, вне поля зрения всех наших радаров. Они стремительно
прошли узость на скорости более пятисот узлов. На их пути ока¬
зался «Аргонот» под командованием Кита Леймэна, команда кото¬
рого отчаянно пыталась эвакуировать раненых вертолетом на
«Канберру». «Аргонот» увидел их в последний момент и открыл
огонь из всего оружия, что у него было, но шансов остановить все
шесть самолетов не было никаких. Пять самолетов сбросили десять
тысячефунтовых бомб, восемь из которых взорвались в воде рядом
с несчастным фрегатом класса «линдер». Две бомбы попали в ко¬
рабль, но, к счастью, не взорвались. Первая попала в носовую
часть корабля, пробила топливную цистерну дизеля и застряла в
ракетном погребе «Си Кэт», вызвав пожар и причинив значитель¬
ные повреждения конструкциям корабля. Самым экстраординар¬
ным было то, что вытекающее дизельное топливо имело низкую
температуру и потушило огонь вместо того, чтобы воспламениться
и усилить пожар. Вторая бомба протаранила переборку между ма¬
шинным и котельным отделением, разрушая механизм рулевого
управления и редуктор заднего хода.
Находясь очень близко к скалам у мыса Фаннинг, неуправляе¬
мый «Аргонот» все еще продолжал движение, не имея возможнос¬
ти дать задний ход. С потрясающим присутствием духа младший
лейтенант Питер Морган, оценив ситуацию, бросился с мостика к
якорному устройству и с помощью двух старшин сумел отдать трех
с половиной тонный якорь, который остановил «Аргонот» у самой
береговой линии. Через несколько секунд корабль был обесточен,
часть его отсеков полностью разрушена, а в ракетном погребе бы¬
ло двое убитых. Война для «Аргонота» почти закончилась.
Сражение нарастало. За группой «Скайхоков» последовала груп¬
па из трех «Даггеров». Поначалу их было четыре, но «Бриллиант»
за несколько минут до этого навел на них авиационное прикрытие, и
капитан-лейтенант Фред Фредериксен сбил одного из них «Сайдвин-
дером» над Западным Фол к лендом. «Даггеры» вошли в пролив сра¬
зу за «Скайхоками». Все британские корабли открыли огонь. «Энт¬
рим», «Плимут» и «Интрепид» произвели пуски ракет «Си Кэт». И
все промазали. «Форт Остин» из пулеметов попал в один из «Дагге¬
ров», но не сбил его. Второй «Даггер» взял на прицел «Бриллиант»,
который находился в это время в самом центре якорной стоянки.
Еще раз дали о себе знать компьютерные ограничения «Си Вул¬
фа». Его радар не обнаружил и не захватил скоростную цель, при¬
зов

Глава 14. Сражение на ((Бомбовой аллее»
ближающуюся по диагонали, так как был запрограммирован стре¬
лять цели, его атакующей. Джон знал, что произошло, но в тот мо¬
мент не имел возможности устранить неисправность.
Люди Билла Каннинга тем не менее сумели справиться с «Си
Вулфом» и чуть не сбили «Даггер», угрожавший «Бриллианту»,
возможно, поэтому он и промазал своей бомбой. Но 30-мм пушка
самолета сработала эффективно. Один снаряд пробил борт в рай¬
оне ЦКП и вылетел через противоположный борт. В моих хрони¬
ках не сохранилось точных записей слов капитана 1 ранга Коуар¬
да в этот момент, но, догадываюсь, они были не очень любезными.
В то время, когда «Бриллиант» был занят наведением «Харри¬
еров», металлическим осколком был ранен в спину офицер наведе¬
ния авиации капитан-лейтенант Ли Халм. Но для тех, кто воюет в
команде Джона Коуарда, незначительные проблемы, подобные
этой, отодвигаются на второй план. Ли Халм застыл только на три
секунды со словами «один момент, пожалуйста», потом определив,
что он все еще может ходить и говорить, продолжил выполнять
свои обязанности, детально инструктируя «Харриеры», в какой ча¬
сти «коробки» караулить возвращающихся домой аргентинских
летчиков.
К этому времени еще одна группа «Скайхоков» - уже самолеты
морской авиации - выполнила разворот над проливом и, выйдя из
зоны Порта Говард, устремилась на бреющем полете на «Ардент».
Три самолета зашли прямо с кормы вне сектора обстрела его 4,5-
дюймовой артустановки и атаковали британский фрегат, когда тот
шел к северо-западным островам, чтобы присоединиться к «Ярму¬
ту». «Ардент» смог навести на самолеты пусковую установку, но
она отказалась стрелять. Только его 20-мм «эрликоны» и еще два
пулемета смогли открыть огонь по самолетам.
Каждый помогал, чем мог. Капитан-лейтенант Джон Сефтон,
пилот вертолета «Линке», и его наблюдатель Брайан Мерфи были
на полетной палубе. Сефтом с автоматом Стерлинга, а его помощ¬
ник с ручным пулеметом Брена вели огонь по «Скайхокам» про¬
тивника. Но ситуация была безнадежной. Аргентинцы сбросили
девять бомб, и три из них попали в «Ардент»: две взорвались в ан¬
гаре, третья попала в кормовое отделение вспомогательных меха¬
низмов, но не взорвалась. Одна из попавших в ангар бомб, произ¬
вела страшные разрушения, подбросив в воздух пусковую установ¬
ку «Си Кэт», находящуюся над ангаром. Пусковая установка упа¬
ла на полетную палубу, убив при этом неунывающего офицера Ри¬
чарда Бэнфилда. Взрывом также убило капитан-лейтенанта Сефто-
на, Брайана Мерфи и еще одного члена экипажа.
309

Фолклендская война
Большой пожар, сопровождающийся затопленим, вспыхнул в
кормовой части корабля. Так всегда бывает, когда на боевом ко¬
рабле повреждается система пресной воды и противопожарная си¬
стема. «Ардент» все еще мог идти на своих двигателях со скоро¬
стью не более пятнадцати узлов. Однако из-за поврежденных сис¬
тем электропитания оружие - артустановка и ЗРК «Си Кэт» - не
действовало. Капитан 2 ранга Вест приказал держать курс на се¬
вер, чтобы дать некоторую передышку аварийным командам и ме¬
дикам. За кораблем тянулся большой шлейф черного дыма.
Через несколько минут ЦКП «Бриллианта» обнаружил подход с
запада еще одной группы. Ли Халм связался с авиационным прикры¬
тием, барражировавшим над островом Пебл, и навел капитан-лейте-
нанта Варда и лейтенанта Стива Томаса в район Порт Говарда. Пи¬
лоты «Харриеров» увидели под собой три «Даггера», следующие в
северном направлении курсом на британские корабли. Аргентинский
гарнизон, находящийся в Порт Говард открыл по «Харриерам» за¬
градительный огонь из стрелкового оружия, когда те на скорости
шестьсот узлов нырнули к самому морю. «Харриер» лейтенанта То¬
маса получил три, к счастью, незначительные, попадания. «Харрие¬
ры» продолжали атаку, произвели пуски своих «Сайдвиндеров» и
сбили все три «Даггера». Более важным было то, что оба они благо¬
получно вернулись домой на «Инвинсибл». На счету лейтенанта То¬
маса теперь было три сбитых аргентинских самолета.
Но уже следующая группа «Скайхоков» летела над Западным
Фолклендом, пересекая полоску суши с юга от горы Розалия до
бухты Мени Бренч. У них появилась возможность повернуть на се¬
веро-восток в район якорной стоянки. К несчастью, первым, кого
они увидели, был «Ардент», на котором пожары уже почти вышли
из-под контроля.
Еще раз капитан 2 ранга Вест развернул все свое оружие на вра¬
га. Его 4,5-дюймая артустановка снова была в строю, но как толь¬
ко они выполнили наводку, аргентинские пилоты отвернули в сто¬
рону, выполняя большой двухмильный разворот назад к Западно¬
му Фолкленду. Все знали, что они ушли ненадолго, но, хотя и не¬
достаточно боеспособный, «Ардент» все же не сдавался. На одном
из его зенитных автоматов не осталось никого, кто бы мог стре¬
лять, поэтому менеджер корабельного буфета НААФИ Джон Лик,
бывший армейский профессионал, пробрался через поврежденную
палубу к автомату, чтобы вести из него огонь.
Менее чем через минуту «Скайхоки» вернулись. Джон Лик по¬
пал одному из них в крыло (позже самолет разбился при посадке
в Порт-Стэнли, пилот катапультировался), но у «Ардента» уже не
310

Глава 14. Сражение на «Бомбовой аллее»
оставалось ничего, что могло бы остановить эту атаку. В корабль
попало семь бомб, одна за другой. Сила взрывов, чуть не выбро¬
сивших корабль из воды, подбрасывала лежащих на палубах лю¬
дей в воздух больше чем на три фута, выбросив троих в море. Од¬
на из пятисотфунтовых бомб, попавшая в кормовую часть кораб¬
ля, убила или ранила всю аварийную партию, боровшуюся с ог¬
нем. По стандартам любого морского сражения, от битвы у мыса
Сан-Висенти до Ютландии, это было сущим адом.
Аргентинцы после этого могли даже уйти, но над ними было
воздушное прикрытие из 800 эскадрильи:	капитан-лейтенант
Клайв Моррелл и капитан Джон Лиминг. Шарки Вард и «Брил¬
лиант» сообщили им о присутствии «Скайхоков», и теперь они пи¬
кировали для перехвата аргентинских бомбардировщиков, закла¬
дывающих вираж от смертельно раненного «Ардента». Лиминг
разрушил головной бомбардировщик двумя очередями из 30-мм
пушки. Моррел, шедший за ним, уничтожил второго «Сайдвинде-
ром». Его вторая ракета отказала, но у него было время, чтобы
расстрелять из пушки оставшийся самолет. Он попал ему в оба
крыла, разрушил шасси и вынудил пилота катапультироваться.
Эти три сбитых самолета помогли «сравнять» счет, но на «Ар-
денте» было убито двадцать два офицера и матроса, еще тридцать
семь было ранено. Пока бушевал пожар, они старались ввести в
строй 4,5-артустановку для отражения следующего удара против¬
ника. Однако «Ардент» стал неуправляемым. Пожары неумолимо
приближались к ракетным погребам, а ледяная морская вода по¬
ступала внутрь корпуса через пробоину в борту на уровне ватерли¬
нии. «Ардент» медленно тонул. Капитан 2 ранга Вест после сове¬
щания с капитаном 2 ранга Мортоном, чей «Ярмут» находился ря¬
дом, принял трудное решение отдать свой последний приказ ко¬
мандира корабля: «Покинуть корабль».
«Ярмут» подошел кормой к носу «Ардента» и принял раненых.
В последующие полчаса оставшаяся часть команды в количестве
ста сорока двух человек покинула корабль. Многие из них плака¬
ли, не стыдясь этого. Наконец настал черед командира корабля ка¬
питана 2 ранга Веста. Оставляя корабль последним, он, глядя на¬
зад, на ужасный пожар, колебался недолго. В 17.55 он ступил на
борт «Ярмута». Слезы гнева и отчаяния струились по его щекам.
Корабль Ее Величества «Ардент» горел всю ночь и затонул через
одиннадцать часов.
Заключительную атаку аргентинцы предприняли за девяносто
минут до наступления темноты. Еще пять «Скайхоков» 5-ой воз¬
душной бригады подошли по хорошо знакомому маршруту к узос¬
311

Фолклендская война
ти, но ураганный огонь «Энтрима», «Интрепида», «Плимута» и
«Феэрлесса» отогнал их. Никто никого не поразил, все выжили,
чтобы воевать дальше.
На севере Фолклендского пролива «Плимут» подошел к «Арго-
ноту» и завел на его борт кабель для подачи электроэнергии, что¬
бы помочь им сняться с якоря и перевести корабль в укрытый рай¬
он бухты Карлос. Камбуз капитана 1 ранга Пентрита обеспечивал
экипаж «Ардента» горячей пищей. Билл Каннинг расположил
«Бродсуорд» вне бухты. Это был единственный корабль, охраняв¬
ший вход в бухту со стороны мыса Ченчо. В 19.30 оставшиеся в
живых с «Ардента» перешли на борт «Канберры», с которого 3 от¬
ряд командос все еще выгружался для действий на берегу.
На «Энтриме» главный старшина Феллоуз и его команда про¬
водили заключительные работы по извлечению невзорвавшейся
бомбы путем вырезания «туннеля» и опускания бомбы в воду.
Феллоуз по возвращению в Англию будет удостоен высокой награ¬
ды - креста «За отличие в службе»2. «Аргонот» также пытался вер¬
нуться к нормальной жизни. Успешное удаление невзорвавшейся
бомбы из его ракетного погреба «Си Кэт» капитан-лейтенантом
Брайаном Даттоном и его командой - поступок героический, позво¬
ливший ему стать самым молодым офицером из всех когда-либо
награжденных орденом «За отличие»3. Пока Брайан Даттон рабо¬
тал, главный старшина Таунсенд поставил заплату (четырехфуто¬
вый стальной лист) на пробоину около ватерлинии, работая всего
лишь в шести футах от бомбы!
К этому времени на ФКП «Гермеса» начали поступать полные
доклады о событиях, развернувшихся в том месте, которое вскоре
стало известно как «Бомбовая аллея». После потопления «Арден¬
та», больших повреждений, полученных от невзорвавшихся бомб
«Аргонотом» и «Энтримом», повреждений «Бриллианта» и «Брод-
суорда» стало ясно, что аргентинцы по крайней мере что-то дела¬
ли правильно. Это требовало от нас скорейшего вывода оттуда во¬
енных транспортов. В этот день мы потеряли двадцать семь чело¬
век убитыми, и если не уберем большие «паромы» подальше от
района высадки, это количество может быстро увеличиться.
Мы согласовали, что ровно до 01.30 «Канберра», «Еуропик
Ферри» и «Норланд», эскортируемые «Энтримом», покинут бухту
Карлос и направятся в безопасные воды к востоку от ударной
группы. Все были поражены тем, как аргентинцы умудрились про¬
2	Distinguished Service Cross
3	The Distinguished Service Order (DSO)
312

Глава 14. Сражение яа «Бомбовой аллее»
пустить транспорт «Канберра», этого, как его стали называть,
«Большого Белого Кита». Он весь день стоял посередине бухты,
сверкая своей белизной и заманивая на себя противника, но не по¬
лучил никаких повреждений.
Стало фактом, что аргентинцы действительно провернули эту
операцию ужасно плохо. Мало того, что они не сумели обеспечить
своим бомбардировщикам какое-либо истребительное прикрытие,
способное принять вызов «Харриеров», они также допустили
принципиальную ошибку, обрушившись на наши фрегаты и эсмин¬
цы, а не на десантные корабли и военные транспорты, которые бы¬
ли легкой добычей, не говоря уже о трехтысячном контингенте
войск, находящихся на них.
В противоположность этому Королевские ВМС спланировали и
провели одну из наиболее успешных высадок в военной истории.
Мы высадили на берег свои войска с техникой и снаряжением в
первый же день десантной операции, что всегда является наиболее
опасным. Потери войск десанта - ноль!
Но именно Королевские ВМС заплатили самую высокую цену
за успешную высадку войск на берег. Аргентинцы, скорее из-за не¬
везения, а не плохих решений, действовали против наших боевых
кораблей. Хотя я допускаю, что когда летишь низко над водой со
скоростью пятьсот узлов, имея доли секунды после подъема над
холмом или виража вокруг мыса для принятия решения, то, есте¬
ственно, появляется соблазн атаковать первый же обнаруженный
корабль. Раздумья и сомнения приведут к тому, что вы пролетите
над ним прежде, чем примете решение. А для выполнения повтор¬
ного захода вам возвращаться не захочется, так как на этот раз
противник будет готов встретить вас. Чтобы управлять такими са¬
молетами, необходимо иметь рефлексы, подобные рефлексам води¬
телей, участвующих в гонках на гран-при «Формулы Один». Юж¬
ноамериканцы традиционно делают это хорошо, но их должным
образом не проинструктировали. Только этим, как я полагаю, объ¬
ясняется то, что 21 мая они сильно побили наши эскортные кораб¬
ли, а не транспорты с войсками.
Как показала история, наши расчеты результатов того дня бы¬
ли более-менее правильными. Мы уничтожили четырнадцать их
самолетов плюс три вертолета на горе Кент. В нашем списке зна¬
чатся три «Пукара», шесть «Даггеров» и пять «Скайхоков». Де¬
вять из них были поражены «Харриерами», один сбили спецназов¬
цы SAS ракетой «Стингер», «Ардент» поразил один «Пукара» на
аэродроме. Джон Лик из автомата сбил еще один «Скайхок».
«Плимут» и «Бродсуорд» ракетами сбили каждый по одному. На¬
313

Фолклендская война
сколько мы могли судить, аргентинцы произвели приблизительно
пятьдесят самолето-вылетов в бухту Карлос, почти все - с матери¬
ка. Учитывая то количество снарядов, которое мы использовали
при артобстрелах взлетно-посадочной полосы Порт-Стэнли, это
было неудивительно.
Роль, которую сыграл «Бриллиант» была чрезвычайно важной: не
будь его, еще по крайней мере восемь аргентинских бомбардировщиков
прорвались бы к нашим кораблям. Капитан 1 ранга Коуард и капитан-
лейтенант Халм организовали четыре перехвата, последний из которых
был такой желанной местью тем «Скайхокам», которые подписали
смертельный приговор «Арденту». Анализ показал и другую, довольно
угнетающую, картину. Боевые корабли поразили своими ракетами
только два атакующих самолета. Я, конечно, тогда не знал, сколько ра¬
кет они использовали, но почти был уверен, что наша успешность бы¬
ла где-то посередине между плохой и очень плохой. Джон Коуард был
особенно разочарован «Си Вулфом» и его полным отказом обстрели¬
вать вражеский самолет, который не идет прямо на пусковую установ¬
ку: ЗРК даже не признал этот самолет как возможную цель. Кроме то¬
го, капитан 1 ранга Коуард на собственном опыте выяснил, что на на¬
шем самом новейшем корабле радар обнаружения был неэффективен в
условиях окружающей залив Карлос холмистой местности. И наконец
его носовой ЗРК «Си Вулф» был поврежден противником.
С наступлением сумерек он понял, что было бы намного лучше,
если бы «Бриллиант» отошел немного дальше в открытое море, где
его радар будет более эффективен. Опытный Джон ругал себя из-
за этой неудачи, но как всегда у него был план. Благодаря особым
ухищрениям у него на борту все еще находился инженер, специа¬
лист по компьютерам от «Маркони», британской компании, со¬
здавшей «Си Вулф». Он его не похитил. Парень работал на элек¬
тронике «Бриллианта» в Гибралтаре еще до того, как мы отправи¬
лись на юг, и затем якобы вернулся домой в Англию. Однако ка¬
ким-то образом, когда в ту апрельскую ночь мы увидели остров
Вознесения, выяснилось, что мистер Дэвид Брин спрятался не ина¬
че как где-то на «Бриллианте». Джон характеризовал его как «глу¬
бокого знатока» ракетных компьютерных технологий. «Ключевой
игрок в моей команде», - говорил Коуард, как будто для фрегата
Королевских ВМС было обычным явлением идти в бой с граждан¬
скими технологами, разгуливающими по ЦКП. «Необычная, но не
такая уже и плохая идея», - подумал я.
В эту темную ночь на «Бриллианте» при ухудшающейся погоде
Дэвид Брин боролся с проблемой «Си Вулфа» и обширными по¬
вреждения его кабельных трасс. Командир приказал выйти из про¬
314

Глава 14. Сражение на «Бомбовой аллее»
лива в 20.30, чтобы идти к бухте Короля Джорджа на Западном
Фолкленде для высадки разведывательной группы SAS. Пока все
это происходило, Дэвид Брин заново «перешивал» и перепрограм¬
мировал компьютер.
«Сложность состоит в том, - сказал он командиру Коуарду око¬
ло полуночи, - что у нас проблема с антенной радара на мачте».
Совершенно не думал о пронизывающем ветре и холодном дож¬
де, не говоря уже о том, что господин Брин не состоял в ВМС,
Джон Коуард ответил: «Тогда поднимитесь туда».
Дэвид Брин, я точно информирован, вздохнул, потом сказал:
«О’кэй, сэр», - и среди ночи полез на мачту ремонтировать антенну.
«Первоклассный человек, - сказал Коуард. - Самое лучшее гарантий¬
ное обслуживание, которое только можно себе представить».
На следующее утро «Бриллиант» доложил, что один из его «Си
Вулф» снова полностью в строю, вчерашний вариант его системы
управления ЗРК улучшен, и что человек от «Маркони» работет на
другом ракетном комплексе.
21	мая был днем, проверки мужества, желания воевать и много¬
летней подготовки Королевских ВМС. Размышляя по ходу поступа¬
ющих из бухты Карлос сообщений, я убеждался: мало что измени¬
лось после восемнадцатого столетия, не считая оружия и скорости
конфликта; люди остались такими же, дух на кораблях был тот же,
мужество людей было таким же. Разве не соответствуют действия
«Аргонота», сражающегося с атакующими «Скайхоками», нашим
лучшим военно-морским традициям? Какая разница между хромаю¬
щим и горящим, но несдающимся «Ардентом» и «Ревенджером» сэ¬
ра Ричарда Гренвилла4 несколько столетий назад? Или между этим
днем и тем октябрьским днем у мыса Трафальгар, когда Нельсон и
Харди после полудня расхаживали по юту «Виктории»; румпельные
тросы корабля были перебиты, а верхняя часть бизань-мачты лежа¬
ла на палубе, паруса превратились в лохмотья, а потери в людях поч¬
ти такие же, как и на «Арденте», - двадцать человек убито и трид¬
цать ранено?
Как я упомянул ранее в этой книге, с самого начала нас учили,
что однажды от нас потребуется поступить так, как поступали ко¬
мандиры «Джервис Бей» или «Глоуворма», сражаясь на корабле
до последнего, «до самого жвака-галса»5. Возможно, вы думали,
’ Ричард Гренвил (Sir Richard Grenville), 1542-1591, английский капитан кораб¬
ля и искатель приключений, героически погибший на борту своего «Ревендже-
ра», сражаясь с превосходящими испанскими кораблями. (Прим. переводчика).
’ Жвака-галс - узел крепления якорной цепи к корпусу судна. (Прим. пере¬
водчика).
315

Фолклендская война
что поступаете в военно-морской флот для того, чтобы получить
образование и сделать себе удачную карьеру. Знаете вы это или
нет, но на самом деле вы поступили в ВМС ради этого судьбонос¬
ного дня. И если этот день настал сегодня, то так тому и быть.
Было совершенно ясно, что в первый день нашего сражения в бух¬
те Сан Карлос люди проявили себя в лучших флотских традициях, по¬
казали самый высокий уровень профессионализма. Я был уверен, что
по прошествии времени появится много рассказов о героизме. Но боль¬
ше всего я был поражен поведением Джона Лика, который управлял
автоматом на «Арденте». Он действительно не служил во флоте в пря¬
мом смысле, но как мы говорим: мы все одна команда - от командира
корабля до вольнонаемного НААФИ. И все мы идем вместе.
Интересно заметить, сколько офицеров являются выходцами из
военно-морских семей, чьи предки воевали в таких же сражениях.
Кроме самого первого морского лорда Генри Лича, ими были коман¬
диры кораблей Пол Ходдинотт и Кит Леймэн. Но было также мно¬
го-много других. Капитан-лейтенант Джон Сефтон, погибший на по¬
летной палубе «Ардента», тоже был из такой семьи. Его дядя, стар¬
шина Альфред Сефтон, кавалер Креста Виктории, погиб другим май¬
ским днем сорок один год назад, к югу от острова Крит. Тридцати¬
летний командир орудия был смертельно ранен, «почти единолично»
спасая предыдущий «Ковентри» от верного уничтожения самолетами
Люфтваффе. Оба доблестных Сефтона захоронены в море. Еще од¬
на английская семья принесла еще одну ужасную жертву.
Но я работаю в «секции регулирования цен» и вечером 21 мая че¬
рез спутник имел длительную беседу с Майком Клаппом, обсуждая
новую диспозицию кораблей в бухте Карлос. Ясно, что полученные
повреждения не позволяли нам рисковать военными транспортами, ос¬
тавив их там на светлое время суток. Первоначальное рассредоточение
фрегатов и эсминцев, возможно, тоже требовало осторожной оценки.
Мы быстро пришли к взаимопониманию. Я был очень рад возможно¬
сти предпринять что-нибудь конструктивное. Ведь в течение этого ис¬
торического дня на «Гермесе», кроме постоянных вылетов бесценных
«Харриеров», ничего не происходило. Мой дневник передает мое бес¬
покойство. Я делал записи, откладывал дневник в сторону, а потом
снова и снова возвращался к нему. Я воспроизвожу записи такими, ка¬
кие они есть, лишь с немного поправленной пунктуацией:
09.30. До рассвета еще час и по всем приметам мало признаков
аргентинской деятельности. Погода прекрасная и ясная - совсем не
такая, которую я хотел в «День Один», но для солдат и для высад¬
ки это довольно хорошо. Этот день должен стать критическим не
316

Глава 14. Сражение на «Бомбовой аллее»
только для войск десанта, но и для военно-воздушных сил. Если
аргентинцы собираются воевать, то сегодня у них для этого лучшая
возможность. Посмотрим...
Мы готовы поднять максимально возможное количество «Си
Харриеров» для авиационного прикрытия в период светлого време¬
ни суток вне зоны амфибийного соединения, чтобы развязать руки
нашим ракетчикам в борьбе с самолетами противника.
Этим утром я нахожу для себя несколько утомительным больше
не находиться в центре деятельности и превратиться в «командую¬
щего силами поддержки». Без сомнения, я буду слишком занят,
чтобы думать об этом позже.
11.15. Первый признак того, что аргентинцы знают, что мы вы¬
садились. Некоторое волнение в зоне действия амфибийной груп¬
пы. Скоро начнется.
13.00.	Они начинают подходить. Началось действительно скоро.
Непрерывные воздушные удары в почти идеальную погоду являют¬
ся для нас наказанием, которого было не избежать. «Ардент» тонет.
«Аргонот» остановился. Оружие на «Энтриме» не функционирует,
но два проекта 22 и два проекта 12 в строю. Так что аргентинцы
ударили не по тем кораблям.
К сожалению, погода завтра будет не лучше, по крайней мере до
вечера. До тех пор, пока армия не развернула собственную ПВО, я
не могу оставить десантников без прикрытия хотя бы потому, что
танко-десантные корабли еще не начали разгружаться.
Позже. Оказалось, что проекты 22 совсем не в строю. У «Брил¬
лианта» только один исправный ЗРК и радар, он сохраняет ход. К
23.00,	кажется, «Ардент» тонет, «Аргонот» остановлен, но у него
исправны системы оружия. «Энтрим» на плаву и имеет ход, но его
оружие не в строю, а в кормовой части невзорвавшаяся бомба.
«Бродсуорд» - незначительные повреждения. «Плимут» и «Ярмут»
невредимы. Все десантные корабли пока еще не тронуты.
Я отложил свою ручку где-то за полночь, но не знал, что еще
один офицер Королевских ВМС все еще пишет. Им был капитан 2
ранга Алан Вест. Теперь он сидел один в просторной кают-компа¬
нии «Канберры» с блокнотом, напрягая свою память для того, что¬
бы вспомнить каждую деталь событий, погубивших его корабль.
Он написал заголовок - «Извлеченные уроки». Под ним перечис¬
лил в порядке важности все детали сражения, чтобы его собствен¬
ный опыт, возможно, помог бы другим избежать потрясения, кото¬
рое он теперь ощущал. Он еще раз указал на большое значение
противоожоговой одежды, капюшонов и перчаток, которые спаса¬
317

Фолклендская война
ли руки и лица моряков от ожогов при взрывах бомб на «Арден-
те». Он выделил тот факт, что корабль, ведущий сосредоточенный
огонь по атакующего самолету противника, мешает ему прицельно
атаковать. «Ведите огонь, несмотря ни на что», - записал он и ука¬
зал, что чем ближе корабль находился к берегу, тем тяжелее было
вражескому самолету удерживать малую высоту - береговая черта
вынуждала их подниматься. В первые часы после полуночи, все
еще дрожащий от всего пережитого, капитан 2 ранга Алан Вест по¬
шел в радиорубку и послал мне свое сообщение. После всего, че¬
рез что он прошел, когда его корабль все еще пылал в проливе,
треть его экипажа погибла или ранена, он все еще стремился по¬
мочь.
Я сомневаюсь, что он спал той ночью. Какой командир, поте¬
рявший корабль, может уснуть? События того дня были слишком
драматичными, и я уверен, что они до сих пор в его памяти. Но
подобно многим другим и, возможно, еще раз в ответ на наиболее
известный сигнал Королевских ВМС Алан Вест выполнил свой
долг, как от него и ожидали.

Глава 15
Катастрофа «Ковентри»
Было бы трудно даже предположить, что меня не беспокоили
события 21 мая. Нас отчаянно атаковали аргентинские истребите-
ли-бомбардировщики: время от времени утром и почти непрерыв¬
но после полудня. Мы входили в центр этой смертельной шахмат¬
ной игры. Из семи боевых кораблей охранения, которые я преды¬
дущей ночнью направил с группой десантных кораблей, только
«Плимут» и «Ярмут» избежали повреждений. Наше самое совре¬
менное средство самообороны - ЗРК «Си Вулф» - оказалось кап¬
ризным на «Бриллианте» и на «Бродсуорде». Оба корабля полу¬
чили повреждения. Из четырнадцати предположительно «сбитых»
самолетов девять было сбито «Харриерами».
Передо мной разворачивалась война на истощение. Во-первых, в
первый день высадки они потопили один корабль охранения, два дру¬
гих в разной степени были повреждены, еще два пострадали. Если ар¬
гентинцы будут действовать так еще два дня, то все мои эсминцы и
фрегаты будут уничтожены. Возникает вопрос: можем ли мы выжить
в таких условиях? Ответ: конечно, нет. Если подобные потери будут
продолжаться в течение еще нескольких дней, то мы потеряем и все
наши резервы. Это оставит без прикрытия десантные корабли или
авианосцы, а новые корабли Королевского флота от нас в нескольких
неделях хода. Во-вторых, наши пилоты и артиллеристы утверждают о
порядка двадцати сбитых самолетах, по опыту второй мировой войны
можно считать что их четырнадцать. Вопрос: как долго аргентинцы
могут действовать при таких потерях? Ответ: я не уверен, но если так
будет продолжаться и в течение следующей недели, то я не думаю, что
они смогут вынести потерю еще одной сотни самолетов. Подобное ис¬
тощение заставило бы отступить даже русских.
319

Фолклендская война
И еще о потерях. С учетом авиации на острове Пебл мы еще до
высадки вывели из строя приблизительно двадцать семь их самоле¬
тов. Огонь британских кораблей также должен был привести к по¬
вреждению части аргентинских самолетов или на время вывести их
из строя. По сведениям разведки, они начали боевые действия с дву¬
мястами тридцатью боевыми самолетами. Практика свидетельствует
о том, что страны, подобные Аргентине, могут поддерживать в готов¬
ности для современных боевых действий только половину своих са¬
молетов. Из этого следует, что они начали боевые действия со ста
двадцатью боевыми самолетами. Мы уничтожили примерно сорок и,
вероятно, сделали непригодными для ремонта еще десяток. Это зна¬
чит, что они остались с семьюдесятью самолетами, к тому же потеря¬
ли высококвалифицированных пилотов. В моем представлении им
следовало быть чертовски осмотрительными.
Нас это касалось в еще большей степени. У нас оставалось уже
менее двадцати «Си Хариеров», которые, кроме авиационного при¬
крытия кораблей, должны будут обеспечивать и авиационное при¬
крытие островов в течение нескольких месяцев после завершения
боевых действий на земле. Ведь увеличение длины взлетно-поса¬
дочной полосы аэродрома Порт-Стэнли до стандартов, обеспечива¬
ющих прием «Фантомов» Королевских ВВС, потребует значитель¬
ного времени. Мы сильно зависели от двух поврежденных фрега¬
тов проекта 22 с «Си Вулфом». Во всем флоте мы имели еще
только один такой корабль, поэтому замена поврежденных кораб¬
лей не представлялась возможной.
Обстановка прояснилась. Война на этой стадии разгоралась
между Королевскими ВМС и военно-воздушными силами Гальтие-
ри. Кто в данный момент побеждает? Боюсь, что не мы. Однако в
отличие от^аргентинцев я собрался провести одну из моих пешек в
ферзи. Этой пешкой был, конечно же, ЗРК войск десанта «Рапи¬
ра», который, как меня уверяли, способен обеспечить реальный
противовоздушный «зонтик» над всем районом бухты Сан Карлос.
Я возлагал на него большие надежды. Это позволило бы снять на¬
пряжение с эсминцев и фрегатов максимум через три дня после вы¬
садки. Весь день 21 мая солдаты разворачивали пусковые установ¬
ки ракетных комплексов, которые, включая и смертоносные (как я
надеялся) ракеты, доставлялись вертолетами. Мне казалось, что с
развертыванием на берегу ЗРК «Рапира» относительная скорость
истощения разительно изменится в нашу пользу. Если аргентинцы
сегодня сделают еще пятьдесят самолето-вылетов, то мы сможем
ожидать лучших результатов, чем вчера. К «Дню Три» у нас долж¬
на быть безопасная гавань для кораблей в бухте Карлос.
320

Глава 15. Катастрофа «Ковентри»
Все это ставило перед нами вопрос, который я каждый день
должен был себе задавать и сам же на него ежедневно отвечать: мо¬
гу ли я рекомендовать продолжать эту войну, поскольку наши по¬
тери с военной точки зрения приемлемы? Ответ на данный момент -
да. Исход ее пока еще был не ясен, но будущее вселяет надежду
на значительное улучшение нашего положения благодаря ЗРК
«Рапира». «Харриеры» по любым стандартам проявляют себя с на¬
илучшей стороны. Пока корабли находятся в море, наша система
наведения самолетов с ЦКП фрегатов на убегающие аргентинские
самолеты также работает хорошо. Хотя хотелось бы, чтобы «Си
Вулф» чаще поражал свои цели. Результат боевых действий фло¬
та пока в значительной степени определяется «Харриерами», кото¬
рые достигают успеха только потому, что аргентинцы не собирают¬
ся посылать истребители для прикрытия своих бомбардировщиков,
действующих на малых высотах. Нам пока везет и в том, что «аэ¬
родромы» «Харриеров» все еще невредимы. Но я боюсь, что ар¬
гентинцы займутся авианосцами «Гермес» и «Инвинсибл» более
решительно. Они должны осознать, что надлежащее прикрытие
уменьшит потери их бомбардировщиков.
22	мая в «День Два» я и КомАмГ решили сократить количест¬
во транспортных судов в прибрежной зоне до минимума, а кораб¬
ли в бухте Сан Карлос построить в более плотный оборонительный
порядок. Это должно способствовать как прикрытию войск на бе¬
регу, так и оставшихся там десантных кораблей. Я также решил
выдвинуть «Ковентри» вместе с «Бродсуордом» вперед к северно¬
му побережью Западного Фолкленда, сформировав таким образом
«ракетную засаду типа 42/22». Выдвигая ударную группу макси¬
мально вперед, я стремился сбалансировать ввод «Гермеса» и «Ин-
винсибла» в зону досягаемости аргентинского комплекса «Этан-
дар» /«Экзосет» увеличением времени авиационного прикрытия
зоны действия десанта.
К этому времени я делал пометки в дневнике в течение дня, а
не писал его ночью. День 22 мая я начал со следующих слов:
Диспозиция определена, и впереди ещё один критический день.
Аргентинцы без истребительного прикрытия своих атак потеряли
порядка пятнадцати самолетов. Но их способ ведения действий се¬
годня может измениться. Учитывая вчерашние максимальные уси¬
лия аргентинцев, они могут «затормозить» свою активность на день
или около того.
Это может вынудить их направить истребители против нашего
авиационного прикрытия, которому мы обязаны большинством сво-
^ 1 5-5756	1

Фолклендская война
их успехов. «Бриллиант» и «Бродсуорд» сбивают только два-три из
носящихся над ними по кругу самолетов противника. К рассвету
уже прибывает «Эксетер» [эсминец УРО проекта 42 под командо¬
ванием капитана 1 ранга Хью Бэлфора].
Около 07.00 мы получили известие, что аргентинский разведчик
сблизился с «Ковентри» на восемь миль. ЦКП капитана 1 ранга
Харт-Дайка не обстрелял его зенитными ракетами, подтверждая
еще раз то, что мы действительно не можем рассчитывать на эф¬
фективность этого оружия. Когда мы услышали, что «Ковентри»
не смог стрелять, я был вынужден записать в моем дневнике сло¬
ва: «Я в отчаянии. ЗРК GWS 30 [«Си Дарт»] кажется полностью
ненадежным. Учитывая все это, мы будем находиться в отчаянном
положении до тех пор, пока себя не проявит «Рапира». После вче¬
рашней встряски мы имеем возможности и волю продолжать бое¬
вые действия. Мы еще не потеряли основные компоненты нашей
боеспособности. Однако предстоит пройти еще очень много для то¬
го, чтобы сказать: хребет аргентинских ВВС сломлен».
Вскоре стало известно, что средства ПВО «Ковентри» обнару¬
жили аргентинский «Боинг» и взяли его на сопровождение, но при
подаче ракет на пусковую установку произошел отказ: люки погре¬
ба заклинило отложениями соли - всю ночь сильно штормило, и
волны перекатывались через нос корабля. Вспомните, что я писал
о	«Глазго», который был поражен десять дней назад: «Си Дарт»
капитана 1 ранга Ходдинотта отказал из-за «засоления» микро-вы¬
ключателя на пусковой установке после ночи, проведенной в штор¬
мовом море. Вы помните, как я сказал, что завтра если не выклю¬
чатель, то что-то будет еще. Опасения подтвердились: завтра это
был ... люк пусковой установки. Почему? Это я и хотел знать. По¬
стройка эсминца проекта 42 стоит примерно 200 миллионов фун¬
тов. Почему же когда эсминцы выходят в штормовое море всего на
несколько часов, их главные системы оружия отказывают вследст¬
вие попадания воды туда, куда она не должна попадать? Я знал из
моего собственного опыта службы на «Шеффилде», что проект 42
не обладал такими хорошими скоростными качествами, какие он
должен бы иметь, что он необъяснимо тихоходный на короткой
волне, когда его нос тупо врезается в волны, вместо того, чтобы
рассекать их. Еще тогда мне казалось, что волны наваливаются на
полубак слишком круто и слишком резко ударяют о верхнюю часть
системы «Си Дарт». Но тогда последствия не были очевидными, а
теперь мы пожинаем плоды. (Я решил к этому возвратиться в
дальнейшем, если и когда мы вернемся домой. Выяснилось то, че¬
322

Глава 15. Катастрофа «Ковентри
го я больше всего боялся: нос корабля был не так спроектирован.
Проблема была решена только на проекте Т42 с полностью другой
формой корпуса).
* * *
К рассвету, по нашим расчетам, пять батальонов морских пехо¬
тинцев и парашютисты окопались на восточном берегу бухты Кар¬
лос. Батареи «Блоупайп» и «Рапир» были готовы открыть огонь
по атакующим аргентинским самолетам. Погода была немного
мрачная, что, по нашим оценкам, могло бы помешать им действо¬
вать сегодня вообще, но мы были готовы к любому повороту собы¬
тий. Заблудившееся аргентинское судно снабжения (или береговой
обороны) убедилось в этом после того, как было атаковано «Хар-
риером». На борту возник пожар, что привело к выброске судна
на мель в бухте Чойсеул.
Над районом высадки десанта в первой половине дня небо не¬
сколько прояснилось, но над материком оно оставалось облачным,
и мы предполагали, что аргентинцы думали, что и у нас такая же
погода. Они не предприняли никаких серьезных атак в течение
всего дня, и мы были очень довольны отсрочкой. Самым напря¬
женным местом во всей Южной Атлантике были полетные палубы
«Гермеса» и «Инвинсибла». Мы произвели с них порядка шести¬
десяти самолето-вылетов для дежурства в воздухе. Это на десять
больше, чем мы выполнили в день «Д». К тому же утром мы с ра¬
достью приветствовали существенное подкрепление: «Эксетер»,
который стал полноценной заменой «Шеффилду»; два проекта 21-
»Эмбускейд» и «Антилоуп»; посыльное судно «Форсис» из Росай-
та. К концу дня еще пришли хорошие новости. «Глазго» и «Арго-
нот» значительно восстановили свою боеспособность.
Вечером повернувший к югу ветер очистил небо над аргентин¬
ским побережьем, и мы подняли четыре «Харриера» для бомбеж¬
ки одной из взлетных полос на Западном Фолкленде. Они там не
нашли аргентинцев, но по счастливой случайности обнаружили
вертолетную базу и уничтожили три аргентинские «Пумы», а так¬
же подожгли один «Аугуста 109» на подходе к бухте Шег. Это
«очистило» острова от половины действующих аргентинских вер¬
толетов на «День Три». Мы были довольны собой, возможно да¬
же слишком, и, кажется, забыли сказать о нашей удаче КомАмГ,
а он думал, что мы даже не пытались это сделать.
Все было тихо до 16.00, когда аргентинцы наконец бросили на
нас отряд «Скайхоков», атакующих на предельно малой высоте со
стороны Западного Фолкленда. «Антилоуп» под командованием
капитана 2 ранга Ника Тобина принял на себя основной удар это¬

Фолклендская война
го рейда: первый из вражеских бомбардировщиков поразил только
что прибывший фрегат тысячефунтовой бомбой в правый борт в
шести футах выше ватерлинии, непосредственно ниже ангара. При
дальнейшем полете «Скайхок» задел мачту «Антилоупа» и был
сбит «Си Вулфом» «Бродсуорда» Билла Каннинга, который толь¬
ко что вернулся с северо-запада, где обеспечивал «Коветри».
Воздушный удар продолжался: второй «Скайхок» снова пора¬
зил неудачливый «Антилоуп» еще одной тысячефунтовой бомбой,
которая попала в левый борт фрегата ниже ходового мостика. Как
и первая, она не взорвалась, но разворотила кают-компанию стар¬
шинского состава. Было чудом, что только один человек был убит
и один ранен, но пожары угрожающе распространялись по кораб¬
лю; одна из бомб оказалась в помещении воздушных кондиционе¬
ров и покоилась там, окутанная опасным токсичным газом. Гиро¬
компасы и система освещения вышли из строя, но «Антилоуп» все
ещё имел ход и мог вести огонь.
В течение следующих девяноста минут нас атаковали еще во¬
семь «Скайхоков». Они устремились на «Бродсуорд», «Антилоуп»
и «Ярмут», но их атака была неудачной. Все бомбы пролетели ми¬
мо кораблей, а самолеты попали под их губительный огонь и огонь
батарей «Рапира» на берегу. Я не сомневаюсь, что часть самолетов
была повреждена, но все они смогли уйти из района боя.
Через полчаса подошли еще три «Даггера». Один из них был сбит
«Харриером», и я с удовлетворением отметил, что это был седьмой
сбитый «Даггер» из двадцати одного, атаковавших нас. Это потеря
трети аргентинских самолетов, и у меня появились основания пола¬
гать, что они так продолжать действовать долго не смогут. Мы так¬
же получили сообщения, что аргентинцы направили пару «Супер
Этандаров», которые, прибыв в район севернее Стэнли и удивитель¬
ным образом не найдя находящихся приблизительно в том районе ко¬
раблей ударной группы, возвратились домой на Рио Гранде.
К исходу дня бомба, застрявшая в котельном отделении «Арго-
нота», была обезврежена, и два эксперта Королевских ВМС по ра¬
зоружению бомб - ворент-офицер Филлипс и штабс-сержант Пре¬
скотт - прибыли на «Антилоуп» для разоружения бомбы в помеще¬
нии воздушных кондиционеров. Это была опасная операция, и
экипажу, несмотря на морозную погоду, было приказано собрать¬
ся на время проведения работ на полетной площадке. Работы по
разоружению бомбы начались. В 20.15 два сапера установили и
подготовили небольшой заряд для обезвреживания бомбы, но бом¬
ба внезапно взорвалась, убив штабс-сержата и тяжело ранив во-
рент-офицера Филлипса, который впоследствии потерял руку.
324

Глава 15. Катастрофа «Ковентри
Ль»
С этого момента «Антилоуп» стал сущим адом. Пожар усили¬
вался, поддерживаемый штормовым ветром, и охватил все три па¬
лубы. Пожарные магистрали были разорваны. Пожар вышел из-
под контроля, к тому же в корпусе оставалась еще одна неразо-
рвавшаяся авиабомба. Капитан 2 ранга Тобин и его старший по¬
мощник приказали экипажу покинуть корабль. Через десять минут
после того, как последний человек оставил корабль, взорвались ра-
кетний погреб ЗРК «Си Кэт» и торпеды, предоставив возможность
одному фотографу сделать, пожалуй, самый захватывающий сни¬
мок всей войны. Капитан 2 ранга Тобин на борту «Феарлесса» на¬
блюдал за пожираемым пламенем кораблем до тех пор, пока не
взорвалась вторая бомба, разломившая корабль пополам. «Анти¬
лоуп» погрузился в ледяную воду...
Я полагаю, что день был за нами: на нашем счету четыре вер¬
толета, один «Скайхок» и один «Даггер», но я глубоко сожалел о
потере «Антилоупа». Я не могу обьяснить почему. Возможно пото¬
му, что они только прибыли и не имели еще шанса показать, на что
способны. Меня это угнетало, и я чувствовал себя в тот вечер по¬
давленным. Однако неприятности этого дня еще не закончились.
Вскоре после 22.00 мы подняли четыре «Си Харриера» для бом¬
бардировки Порт-Стэнли. Я стоял на моем небольшом мостике и
наблюдал, как они уходят.
Один за другим они ушли в темноту, и я смотрел им вслед по¬
сле того, как взлетел последний самолет. Вдруг низко над гори¬
зонтом я увидел огненный шар. На мгновение подумал, что пора¬
жен один из кораблей. Помню пронизавшую меня мысль: «О Гос¬
поди! Они достали «Бриллиант». Впоследствии это не подтверди¬
лось, но новости все равно были плохими. «Харриер» капитан-лей¬
тенанта Гордона Батта пропал. Гордон был одним из немногих пи¬
лотов «Харриеров», которых я знал лично. Никаких следов его
или его самолета найдено не было, хотя Джон Коуард искал «Хар¬
риер» Гордона всю ночь. Мы были ему обязаны хотя бы тем, что
он выполнил для нас тридцать боевых вылетов. Когда поиски ста¬
ли безнадежными, ЦКП «Бриллианта» сообщил нам худшее. Джон
не вышел на связь со мной лично - не хотел, чтобы офицеры его
экипажа или кого-либо еще видели его таким растроенным. Гордон
был его другом. Их дети в Англии ходили в одну и ту же школу,
за восемь тысяч миль от этого неприветливого места.
Той ночью я писал дневник, перенося в него переживания про¬
шедшего дня. Все они касались расположения боевых кораблей.
Сегодня аргентинцы атаковали нас в общей сложности пятнадца¬
тью самолетами, не считая «Супер Этандаров». «Си Вулф» сбил
325

Фолклендская война
один, «Харриер» еще один. «Рапира» не поразила ничего. Да ...
Это не то, что я планировал. Становилось ясно, что нужно создать
максимально благоприятные возможности для действий «Харрие¬
ров» с авианосцев, выдвинув последние вперед настолько, на¬
сколько я мог этим рисковать. Мне также казалось, что ракетчики
«Бродсуорда» были критически важными для обеспечения безо¬
пасности десанта на все расширяющемся плацдарме высадки. И я
должен был обеспечить их данными раннего обнаружения и опове¬
щения, что означало выдвинуть «Ковентри» с его радиолокацион¬
ной станцией дальнего обнаружения на юго-западное направление
в открытый океан, откуда могла прийти аргентинская авиация. Но
я не мог оставить его одного без прикрытия фрегатом с ЗРК «Си
Вулф». «Бриллиант» все еще ремонтировался. Оставался «Брод¬
суорд», так необходимый в двух местах одновременно. Я пытался
в этом разобраться, отбросив серьезные опасения о том, что завт¬
ра «Рапира» не сработает лучше, чем сегодня, а так же мою печаль
из-за смерти Гордона Батта.
В своем дневнике я аккуратно записал:
У меня проблема. Прикрытие зоны действия амфибийного со¬
единения требует от меня выдвинуться далеко вперед; сохранение
авианосцев требует их расположения в тылу; прикрытие конвоев,
следующих в район высадки и обратно, требует их расположения
где-то посередине. Думаю, что на этой неделе я должен быть впе¬
реди и надеюсь, что все обойдется без последствий. Но я должен
уйти назад при первой же возможности. Единственно правильное,
на мой взгляд, решение, состоит в улучшении прикрытия ЗДАГ зе¬
нитными ракетами, а затем использовать «Си Харриеры» с передо¬
вой базы в районе высадки. Летчикам это не понравится.
Впереди еще один день дилемм. Вынужден отвести ракетную за¬
саду назад, позволив КомАмГ иметь в своем распоряжении «Брод¬
суорд» и на следующий день. Не знаю, что буду делать с дальним
радиолокационным обнаружением завтра, так как чувствую, что не
смогу послать туда эсминец проекта 42 [один] без реальной надеж¬
ды избежать очень серьезного удара.
После этого я «пожаловался» на ложные контакты, что приво¬
дило к расточительному использованию снарядов для постановки
ЛОЦ, а также к легкомысленным предложениям некоторых офи¬
церов по использованию наших самолетов. Последнюю запись я за¬
кончил грустно: «Си Харриер» (капитан-лейтенанта Батта) горел
ярко-оранжевым пламенем в течение 3 секунд, а затем скрылся из
виду».
326

Глава 15. Катастрофа «Ковентри»
Я лег в постель и попытался уснуть, сон милостливо поглотил
мое растревоженное сознание. Пока я отдыхал, «Ковентри» еще
раз отправился на встречу с «Бродсуордом», и они оба заняли
опаснейшую позицию к северу от острова Пебл. Их позиция не по¬
нравилась бы никому. Капитан 1 ранга Дэвид Харт-Дайк также
принадлежал к офицерам-выходцам из семей с давними военно-
морскими традициями. Его отец, капитан 2 ранга Эрик Харт-Дайк,
воевал с немецкими подводными лодками в период второй мировой
войны на эсминце «Гэллант». Подзорная труба отца находилась те¬
перь в шкафчике каюты его сына - командира «Ковентри». Жена
Дэвида - Диана - носила известную военно-морскую фамилию
Льюс. Оба ее дедушки были адмиралами. Один из них в 1914 го¬
ду командовал легким крейсером Королевских ВМС «Глазго»,
единственным британским кораблем, спасшимся в страшном сра¬
жении при Коронел1 с немецкой Дальневосточной эскадрой под ко¬
мандованием вице-адмирала графа фон Шпее. Через несколько не¬
дель они снова сражались в битве у Фолклендских островов, но в
составе более сильной группировки, включающей наши линейные
крейсеры «Инвинсибл» и «Инфлексибл». Все корабли эскадры
фон Шпее за исключением одного - крейсера «Дрездена» - были
потоплены. Число погибших моряков было ужасающим. Погиб сам
немецкий адмирал и два его сына. Другой дедушка Дианы адми¬
рал Нейпиер был первым капитаном Дартмута. Адмирал сэр Дэ¬
вид Льюс был ее дядей, а ее брат, Ричард Льюс, министр иност¬
ранных дел, ушел и отставку из-за Фолклендских островов вместе
с Лордом Каррингтоном несколько месяцев назад. В то время, ког¬
да Дэвид вел «Ковентри» в «самоубийственную», как он думал,
позицию в бурных водах к северу от Западного Фолкленда, Диа¬
на с двумя их маленькими дочерьми Элис и Мирандой ждала его
дома в Хемпшире.
1	31.10.1914 британская Вест-Индийская эскадра контр-адмирала сэра Кредо-
ка (бронекрейсеры «Гуд Хоуп», «Монмоут», легкий крейсер «Глазго» и во¬
оруженной крейсер «Оранто») перехватила радиосигнал немецкого крейсера
«Лейпциг» и начала погоню за ним. Через 20 часов они настигли крейсер у
Чилийского побережья возле Коронел (Coronel), но уже в составе Дальнево¬
сточной эскадры вице-адмирала графа фон Шпее (два бронированных крей¬
сера «Шарнхорст» и «Гейзенау» и три легких крейсера «Нюрнберг», «Лейп¬
циг» и «Дрезден»). Англичане имели преимущество в скорости и располага¬
лись со стороны солнца. Адмирал Кредок принял роковое решение атаковать
немецкие корабли (в это время солнце слепило глаза немецких наводчиков
орудий). Но бой начался уже в сумерках, когда британские корабли хорошо
различались на горизонте, а немецкие были в тени. В итоге два британских
бронекрейсера были потоплены. (Прим. переводчика)
327

Фолклендская война
Трудность состояла в том, что «Ковентри» и «Бродсуорд» пы¬
тались выполнять две явно разные задачи: во-первых, оповещать
корабли в прибрежной зоне о приближении атакующих аргентин¬
ских самолетов и наводить на них британские «Харриеры»; во-вто-
рых, уничтожать зенитным ракетным комплексом «Си Дарт» ата¬
кующие самолеты высоко над океаном между континентальной ча¬
стью Аргентины и Фолклендскими островами. «Си Вулф» «Брод-
суорда» должен был прикрывать «Ковентри» в зоне самообороны.
Дэвид Харт-Дайк предпочел бы занять позицию как можно
дальше от берега, что обеспечивало наилучшие возможности для
поражения подходящих аргентинских самолетов, но тогда не обес¬
печивалась бы надежная радиосвязь с кораблями в прибрежном
районе, что было одной из главных задач. Хуже того, «Си Дарт»
не мог поражать аргентинские самолеты на подходе к ЗДАГ и при
выходе из нее. Билл Канинг полагал, что они должны маневриро¬
вать примерно в двенадцати милях от побережья, где обеспечива¬
лась хорошая радиосвязь, и где радар и ЗРК «Си Дарт» Дэвида
будут гораздо менее эффективны при решении задач самообороны.
Билл был уверен, что его «Си Вулф» обеспечит прикрытие обоих
кораблей, оставляя «Си Дарт» уничтожение дальних целей, «кото¬
рые проходят мимо». Такое решение было нелегким. Мое предчув¬
ствие подсказывало: если им эффективно вести оборону ЗДАГ, а
не быть только очевидцами предстоящих атак противника, то «Ко¬
вентри» и «Бродсуорду», несмотря на реальный риск, нужно дей¬
ствовать как можно ближе к северному побережью.
С рассветом погода в бухте Сан Карлос улучшилась. Мы не
знали, что аргентинское верховное командование решило нанести
массированный воздушный удар по району высадки, все еще пере¬
полненному разгружающимися судами. Мы этого тогда не знали.
«Ковентри» и «Бродсуорд» уже находились в своей опасной пози¬
ции, готовые работать с «Харриерами», которые кружили над ни¬
ми. Операторы РЛС на ЦКП Дэвида Харт-Дайка всецело погло¬
щены своими экранами. Капитан-лейтенант Майк О'Коннелл, его
старший офицер боевого управления средствами ПВО, вел почти
непрекращающийся диалог с офицером боевого управления лейте¬
нантом Клайвом Гвильямом. Младший лейтенант Энди Молл,
офицер наведения авиации, был на связи с барражировавшими над
ними британскими пилотами.
Итак, аргентинское командование планировало нанести удар по
нам семнадцатью истребителями-бомбардировщиками: две волны
«Скайхоков», одна из шести, одна из трех, плюс две волны «Даг¬
геров» по четыре самолета в каждой. Они также планировали из¬
328

Глава 15. Катастрофа «Ковентри»
менить направление удара: большей частью самолетов нанести
удар с юго-востока, над самой поверхностью земли, прямо в уз¬
кую бухту, в которой стояли на якоре британские корабли. Это,
конечно же, оценка прошедших событий, основанная на многолет¬
них исследованиях многих людей, но она поможет следовать за со¬
бытиями, если вы точно знаете, что было у противника на уме.
Мы, конечно же, тогда этого не знали.
Первая группа из пяти «Скайхоков» (не знаю, куда девался за¬
планированный шестой) в 12.25, словно стрела, неслась с юго-вос¬
тока над равниной Л афонии. Парашютисты в горах Сассэкс обна¬
ружили их первыми и оповестили нас, но у нас оставались считан¬
ные секунды. Стремительно появившиеся аргентинцы попали од¬
ной тысячефунтовой бомбой в «Сэр Галахад», другой - в «Сэр
Ланселот», а третья пробила надстройку «Сэра Бедивера». Ни од¬
на из бомб не взорвалась: опять, на наше счастье, у них плохая
подготовка взрывателей.
Через пятнадцать минут тем же маршрутом нас атаковали четы¬
ре «Даггера». Парашютисты снова их обнаружили и оповестили о
противнике. Британские корабли встретили самолеты огнем из все¬
го имеющегося у них оружия. Ракеты «Си Кэт» и «Рапира» взви¬
лись в небо, но не смогли остановить нападавших. Аргентинцы об¬
стреляли «Феарлесс» и «Сэр Галахад», на палубе которого вспых¬
нули пожары. Они снова бомбили «Сэра Ланселота», где аварий¬
ные партии пытались бороться с огнем в помещениях для десанта,
к счастью, пустых. Бомбы, сброшенные на «Форт Остин», «Нор-
ланд» и «Стромнесс», разорвались в воде. Все аргентинские само¬
леты были обстреляны, в три из них явно попали, но несмотря на
все последующие утверждения британских операторов ЗРК «Бло-
упайп», «Рапира», «Си Вулф» и «Си Кэт» о попаданиях в цели,
аргентинцы ушли домой.
Последняя группа аргентинских «Даггеров» допустила фаталь¬
ную ошибку. Сделав круг, она приблизилась с северо-запада. ЦКП
«Ковенти» взял их на сопровождение и навел на них «Харриеры».
Капитан-лейтенант Энди Оулд сбил два самолета «Сайдвиндера-
ми», лейтенант Смит сбил третьего такой же ракетой. Еще три сби¬
тых «Даггера» - десять из двадцати семи. Пустые места в кают-
компании аргентинских пилотов той ночью должны были подавить
их боевой дух.
Заключительная аргентинская волна из трех «Скайхоков»
столкнулась с яростным заградительным артиллерийским и ракет¬
ным огнем с британских кораблей и войск на берегу в районе бух¬
ты Сан Карлос. На «Норланде», с верхней палубы которого велся
329

Фолклендская война
ураганный огонь тысячи двухсот автоматчиков, были уверены, что
«Рапира» достигла цели; огонь с «Феарлесса» капитана 1 ранга
Джереми Ларкена был как всегда «горяч». Трем аргентинцам тем
не менее удалось уйти домой, оставив нас в недоумении, так как
все очень уверенно докладывали о своих попаданиях. Как потом
оказалось, один из «Скайхоков» упал в бухте Святого Джорджа,
а два других оказались полностью непригодными. Но тогда мы
этого не знали. Также не знали и того, что с наступлением над Сан
Карлос ночи Королевские ВМС уже победили ВВС Аргентины.
Нанесенный тем шестнадцати самолетам, которые до конца выпол¬
нили свои атаки, ущерб был недопустим для дальнейших боевых
действий по любым стандартам, и верховное командование арген¬
тинцев в течение следующих нескольких часов пришло к такому
же заключению, что и их военно-морские коллеги двадцать два дня
назад: тотальное сражение с Королевскими военно-морскими сила¬
ми - не особенно привлекательная идея.., цена Мальвинов стано¬
вится слишком высокой. Впоследствии я узнал: то, что мы назва¬
ли «бомбовой аллеей», аргентинцы перекрестили в «долину смер¬
ти». Они, конечно, еще будут атаковать, но уже никогда - большим
числом самолетов, как это было сегодня, вчера и 21 мая.
На «Гермесе» мы пока об этом ничего не знали, ожидая их в
полном составе завтра, послезавтра и на следующей неделе. Ду¬
маю, что дневник засвидетельствует мои мысли и мои сомнения от¬
носительно мудрости тактики аргентинцев. Он также точно отра¬
жает то, что мы думали об их действиях в то время. Я привожу
выдержки записей событий понедельника 24 мая.
У Аргентинских ВВС должен был быть плохой день. Они смог¬
ли поднять порядка 46 самолетов в субботу, фактически ни одного
в воскресенье и примерно 23 (или около этого) сегодня (из них
только 17 прибыло в ЗДАГ). Они потеряли порядка 15 самолетов
в суббогу и девять сегодня. Мне трудно поверить, что у них оста¬
лось много самолетов или пилотов. КомАмГ сообщил, что сегодня
самолеты действовали как настоящие камикадзе - они, вероятно,
молодые смельчаки и не очень благоразумны. Действительно, это
ужасно, и мне остается только надеяться, что аргентинцы скоро ос¬
тановятся.
Становится все более и более очевидным, насколько легко поте¬
рять управление. 21-го числа я был почти в отчаянии, но вчераш¬
ние события оказались не совсем плохими... Основание - аргентин¬
ские ВВС истощаются. Единственное из сил, что мы можем позво¬
лить себе потерять, - это эсминцы и фрегаты.
330

Глава 15. Катастрофа «Ковентри»
ЛЬ*
Аргентинцы поступают неверно в вопросах борьбы с конвоями
(если это их план, а не просто они «бьют по тому, что видят»).
В 15.30 стало ясно: аргентинцы поняли, что действуют неверно
и теперь концентрируют усилия на десантных кораблях и судах.
Каким-то образом они собрали дюжину самолетов и послали про¬
тив десантных кораблей. Один пустой танко-десантный корабль
имеет тяжелые повреждения. У ТДК с боеприпасами невзорвавша-
яся бомба в корме. Три «Миража» и четыре «Скайхока» подбиты
(по самым предварительным данным).
Где они берут добровольцев? Что нам делать с этой неразорвав-
шейся бомбой после случая с «Антилоупом», где одна бомба взо¬
рвалась, убив разоружавшего ее минера?
Взглянув на часы, я заметил, что уже почти полночь. Завтра 25
мая - национальный праздник Аргентины... Возможно, это день ре¬
ванша для людей адмирала Анайи, которые словно исчезли вместе
с «Генералом Бельграно». Я пытался представить толкающий на
отчаянные шаги южноамериканский характер для того, чтобы сде¬
лать выводы для нас. Изучение психологии твоего противника - су¬
щественная составляющая войны. К сожалению, южноамерикан¬
ский характер - один из многих аспектов человеческой психологии,
в котором я был совершенно несведущ. Однако для них было бы
неплохо нанести контрудар с использованием авианосца «Венти-
синко де Майо» по «Гермесу» и «Инвинсиблу» и отпраздновать та¬
кой важный день. Выиграть или проиграть - это вошло бы в их ис¬
торические книги как «самый прекрасный час».
Это возможный вариант. Поэтому я должен обеспечить, чтобы
завтра мы были на должной высоте. Но я очень опасаюсь посылать
«Ковентри» и «Бродсуорд» в ракетную засаду всего в двенадцати
милях от побережья для наведения «Харриеров», которые еще раз
сегодня записали на свой счет единственное подтвержденное сби-
тие самолета и сделали это в тандеме с «Ковентри».
Я детально изучал морские карты, пытаясь предположить, где
мог бы появиться аргентинский авианосец, и в результате решил
не изменять позицию «Ковентри» для прикрытия подходов с се¬
верного или западного направления. Будь я на месте аргентинцев,
я посла л бы «Вентисинко де Майо» незаметно подкрасться к нам
прямо с юга, выполняя роль запасного аэродрома для «Этанда¬
ров», которые могли бы в этом случае нанести удар по нам с юго-
восточной части ВИЗ. Да, это то, что бы предпринял я.., пытаясь
обойти британский радар дальнего действия при использовании но¬
вого маршрута стремительного подхода к цели без дозаправки в
331

Фолклендская война
воздухе. Это был бы разумный и достаточно смелый для достиже¬
ния успеха план.
Нельзя играть в шахматы, не продумывая свои действия на не¬
сколько шагов вперед. Я тоже попытался разработать мои ответ¬
ные ходы и, конечно же, предполагал задействовать подводные
лодки. Расчитывая на то, что адмирал Аная хотя бы с вероятнос¬
тью пять процентов будет следовать моему ходу мыслей, я решил
дать запрос Нортвуду о выдвижении подводной лодки для прикры¬
тия южного направления и потопления аргентинского авианосца в
случае, если он появится в пределах ее зоны действия. Моим пред¬
почтением была «Конкерор». Командующий флотилией подвод¬
ных лодок в Лондоне с этим не согласился. Он предполагал, что
это моя чрезмерная реакция на самый худший сценарий. Это еще
больше уменьшило мою уверенность в способности их делать то,
что необходимо для победы в этой войне. Они казались такими
изолированными, т акими стратегическими. А ведь я обращался к
ним по предмету, в котором был достаточно компетентен для того,
чтобы иметь суждения, поэтому мне оставалось вернуться к свое¬
му дневнику и сердито написать единственную строчку: «Какая
тут, к черту, гибкость...»
Я не предполагал, что они слишком проникались моими забота¬
ми. Как уже говорил ранее, и главнокомандующий, и командую¬
щий флотилией подводных лодок были, как и я, экс-подводника¬
ми и оба старше меня. Оказалось, они как всегда были правы, что
вдвойне раздражало. Но работа на передовой войны предполагает
учет самых худших, равно как и самых невероятных, событий, ко¬
торые могут произойти.
Все выглядело так, как будто я потерял «Глазго» с его драго¬
ценным радаром дальнего обнаружения. От Пола Ходдинотта я по¬
лучил донесение о том, что в данный момент он с головой занят од¬
ним из двух сохранившихся двигателей. Я решил, что для него на
данный момент война закончилась, и послал ему сигнал с благо¬
дарностью за все, что он сделал, проинструктировал его «ковылять
домой» и приводить корабль в надлежащий порядок. С огромным
нежеланием он согласился. Потом мне не хватало его профессио¬
нализма.
В течение следующих двух дней к нам должены были присое¬
диниться новые боевые корабли. С северо-востока подходили два
эсминца УРО: 7000-тонный «Бристоль» проекта 82 с ЗРК «Си
Дарт» под командованием капитана 1 ранга Алана Гроуза и «Кар¬
дифф» (проект 42) под командованием еще одного экс-подводника
капитана 1 ранга Майка Харриса. На подходе были два однотип¬
332

Глава 15. Катастрофа «Ковентри
ных «Аргоноту» фрегата класса «линдер» - «Минерва» и «Пене¬
лопа», а также «Андромеда» (ширококорпусный «линдер», воору¬
женный «Си Вулфом» и «Экзосет») под командованием капитана
1	ранга Джима Везеролла. К нам подходили еще два корабля про¬
екта 21 - «Эктив» и «Эвенджер» - плюс два больших танкера «Ол-
на» и «Бейлиф» в сопровождении «Форт Грейндж», корабля од¬
нотипного «Форт Остину».
Для нас такое пополнение было более чем желанным, посколь¬
ку на этой стадии мы быстро теряли боевые корабли, и у меня не
было причин надеяться на изменение ситуации к лучшему в бли¬
жайшее время. Я полагал, что к этому времени мы уже выигрыва¬
ли эту войну на истощение, но чувствовал бы себя намного лучше,
если бы ЗРК «Рапира» демонстрировал большую эффективность
поражения аргентинских самолетов безо всяких там «если» и «но».
Однако этого пока еще не произошло. Мы сдерживаем аргентин¬
цев в Сан Карлос комбинацией ураганного огня артиллерии и ра¬
кет, всем, что может стрелять, вместе с высокоэффективной и на¬
дежной американской ракетой «Сайдвиндер», находящейся под
крыльями «Харриеров».
Все это не было утешением для капитана 1 ранга Харт-Дайка и
его людей, прибывших до рассвета вместе с «Бродсуордом» в свою
опасную позицию в двенадцати милях севернее острова Пебл. В
данный момент, несомненно, это был самый бдительный корабль в
Королевских ВМС. Моряки не глупы, чтобы не представлять ис¬
тинную опасность, которая им угрожает. На корабле она ощущает¬
ся повсеместно: в командах, которые передаются по корабельной
трансляции, в скорости реагирования людей на любые приказания,
в особой сверхсрочности, существующей на всех уровнях. Неотвра¬
тимая угроза взрыва, пожара, смерти является проверенным сред¬
ством концентрации сознания. Каждый человек в такой ситуации
действует по-своему. Капитан 1 ранга Харт-Дайк был храбрым ко¬
мандиром и реалистом. Он очень трезво оценивал ситуацию, осо¬
знавал опасность и возможную беспомощность «Ковентри» в усло¬
виях неизбежных атак противника. Безусловно, в душе он мог вос¬
принимать ситуацию с учетом исторического и военно-морского
опыта его родственников и предков его жены, а возможно, это и
есть самая высокая степень храбрости. Дэвид был на передовой
войны с самого первого дня. «Ковентри» находился среди трех ко¬
раблей дозора, когда один из них, «Шеффилд», был поражен.
Сейчас его корабль выполнял такую же задачу. Дэвид знал, что
некоторые из его людей были испуганы. Он часто разговаривал с
ними в своей непринужденной лаконичной манере, пытаясь обод¬
333

Фолклендская война
рить их тем, что «Ковентри» - «удачливый корабль», что они все¬
гда выйдут из любой ситуации, а через пару недель все это закон¬
чится... «Не беспокойтесь, мы с этим справимся...».
Два дня перед тем старшина Бурк, ирландец, которого коман¬
дир знал лично, подарил ему древнюю, 2000-летнюю молитву к
Святому Иосифу, которая согласно кельтской легенде оберегает от
войны и сопутствует тем, кто ее носит с собой. Харт-Дайк в вос¬
кресенье, 23 мая, зачитал молитву экипажу на церковной службе
и потом (он, подобно большинству моряков, был суеверным) по¬
ложил ее себе в карман.
Утром 25 мая экипаж «Ковентри» как всегда занимался усилен¬
ными тренировками по отражению ударов с воздуха. К большому
удовлетворению Дэвида Харт-Дайка его люди могли в течение че¬
тырех минут выполнить все основные мероприятия по «борьбе за
живучесть корабля» (задраивание всех люков и дверей, подготов¬
ка систем корабля к борьбе с пожаром и водой). Это обычно зани¬
мает вдвое больше времени. «Ковентри», без сомнения, был хоро¬
шо подготовлен в этом отношении. Корабль прошел закалку в сра¬
жениях, его командир и команда были готовы к бою. Без этого в
том районе, где они находились, делать было нечего. Это уже до¬
казал экипаж «Шеффилда».
Оба командира - Дэвид Харт-Дайк и более старший Билл Кан¬
нинг - еще раз обсуждали вопрос о том, стоит ли «Ковентри» от¬
ходить мористее, чтобы максимизировать возможности ЗРК «Си
Дарт». Капитан 1 ранга Каннинг был согласен со мной: по опыту
вчерашнего дня первостепенное значение имела связь, которая ста¬
ла определяющим фактором при наведении «Харриеров» на арген¬
тинские «Даггеры». Достигнут блестящий результат - сбиты три
самолета. Билл добавил как всегда в свойственной ему спокойной
манере, что он позаботится о том, чтобы «Бродсуорд» быстро вы¬
полнил необходимое маневрирование, и что «Ковентри» может
действовать, будучи полностью уверен в том, что быстрый корабль
проекта 22 окажется в более менее правильном месте как при ата¬
ке, так и при обороне. Билл заботливо инструктировал младшего
по возрасту командира: «Только обязательно имей в виду, Дэвид,
не увеличивай скорость, когда я пытаюсь быть рядом»
Тем не менее я полагаю, что на проекте 42 было легкое ощуще¬
ние того, что они забыты, оставлены выполнять неблагодарную за¬
дачу и это может закончиться потоплением. Но это не так. Я ду¬
мал о них постоянно, при первой же возможности выходил с ними
на связь. Однако командир Харт-Дайк и его люди нуждались
прежде всего в эффективной работе своей системы «Си Дарт».
334

Глава 15. Катастрофа «Ковентри
Ль*
В 11.30 по Гринвичу (08.30 для аргентинцев) они обнаружили
противника. Небольшая группа «Скайхоков» кружилась над Ат¬
лантикой на западе, готовая устремиться на Западный Фолкленд
для удара по якорной стоянке британских кораблей. «Бродсуорд»
взял их на сопровождение и по системе взаимного обмена инфор¬
мацией передавал данные в компьютер «Ковентри», чтобы на его
ЦКП видели цели. Несколько мгновений спустя старший офицер
боевого управления «Ковентри» подтвердил захват цели радаром
909 по загоранию табло «ЦЕЛЬ СОПРОВОЖДАЕТСЯ».
«Сбейте ее «Си Дартом», - скомандовал Харт-Дайк. Эсминец на
секунду вздрогнул при старте ракеты. Через минуту ракета настигла
свою цель. С верхней палубы было видно, как «Скайхок» развалил¬
ся в прозрачном небе и для каждого члена экипажа «Ковентри», как
потом рассказывал его командир, это было лучше любых слов.
Следующий аргентинский рейд состоялся через три часа: еще че¬
тыре «Скайхока» на бреющем полете летели над Восточным Фолк-
лендом к бухте Карлос. «Ярмут» под командованием Тони Мортона
сработал без промедления и сбил один из них ракетой «Си Кэт». Три
других продолжали атаку, сбросили бомбы достаточно далеко от на¬
ших кораблей и были обнаружены радаром «Бродсуорда», когда пе¬
ресекали узость. «Ковентри» сразу же взял их на сопровождение ра¬
даром 909 и произвел пуск ракеты «Си Дарт». И вторая за этот день
ракета уничтожила «Скайхок», что подняло дух «забытого экипажа»
эсминца. Дэвид Харт-Дайк по этому поводу сделал сообщение для
экипажа, напомнив, что «Ковентри» - удачливый корабль. Но его са¬
мого очень беспокоила неэффективность своего радара при обнару¬
жении самолетов, атакующих над самой землей, - та же проблема,
что и у «Глазго» капитана 1 ранга Ходдинотта 12 мая. Тем не менее
«Бродсуорд» делал свое дело, и его ракеты «Си Вулф» уже доказа¬
ли свою эффективность в победе над двумя, возможно, тремя само¬
лётами, записанными на его счет.
В тот момент мне начинало казаться, что ракетная засада 42/22
работает, хотя я и осознавал чрезвычайные трудности командиров
Харт-Дайка и Каннинга в обнаружении летящих над самой землей
вражеских самолетов. Аргентинское командование должно было
думать, что ЦКП британских кораблей управляются самим дьяво¬
лом. Они полагали, что на этих двух кораблях лежит ответствен¬
ность за потерю пяти их самолетов в течение последних двух дней,
не считая предыдущих успехов. Это и послужило, как мне кажет¬
ся, поводом для принятия решения уничтожить оба корабля одним
ударом с использованием любых самолетов, которые еще остава¬
лись у них. Офицер «Ковентри», знающий испанский язык, из ра¬
335

Фолклендская война
диоперехвата узнал их окончательный план. Его можно было бы
принять за комплимент: аргентинцы полагали, что потребуется шесть
«Скайхоков» для того, чтобы «покончить с этим проектом 42».
Командир оповестил об этом экипаж, пошутив, что для их унич¬
тожения потребуется больше самолетов, чем есть у аргентинцев:
«Будьте начеку и помните, что мы удачливый корабль». А про се¬
бя подумал, что действительно настало время, когда «Ковентри»
нужно ожидать реального удара: «Если мы продержимся этот
день, то мы уцелеем на этой войне!» - подумал он.
В 17.00 шесть «Скайхоков» 5-ой воздушной бригады стартова¬
ли с Рио Галлегос, направляясь на восток в точку встречи с заправ¬
щиком «Геркулес». Как обычно, эта заправка прошла для них не
очень удачно, и только четыре продолжили полет с полными бака¬
ми. На этот раз они рискнули лететь на средних высотах и были
обнаружены радаром за сто миль к юго-западу от бухты Карлос.
Они, наверное, узнали об этом и сразу разделились на две пары.
Мы выслали навстречу «Харриеры», но «Скайхоки» «нырнули»
на малую высоту, устремившись к южному побережью Западного
Фолкленда. Самолеты неслись над самой землей, и мы снова «уви¬
дели» их только над Фолклендским проливом. Все корабли на
якорной стоянке приготовились к отражению бомбового удара, но
аргентинцы внезапно повернули в глубь Западного Фолкленда.
«Бродсуорд» обнаружил первую пару, но пропустил вторую, ког¬
да «Ковентри в 18.00 сыграл «боевую тревогу». Направленные по
тревоге с «Гермеса» «Харриеры» находились на подлете к узости.
Тогда старший офицер боевого управления «Ковентри» оповестил:
«Мы возьмем цели на сопровождение радаром 909 через нескольких
секунд. Они уже будут в пределах досягаемости «Си Дарт».
«Отзовите «Харриеры», - приказал капитан 1 ранга Харт-Дайк, -
им необходимо быть достаточно далеко - «Си Дарт» может достать
их отсюда».
Но радар 909 из-за помех от земли не смог взять цели на сопро¬
вождение. Первые два «Скайхока», летящие над водой на высоте
всего двадцать футов и прикрытые островом Пебл, внезапно, слов¬
но ракеты, выскочили из-за мыса на открытую воду. Лететь до
«Бродсуорда» и «Ковентри» оставалось порядка пятидесяти се¬
кунд. Радар 909 все еще не мог взять цели на сопровождение. Ко¬
мандир 4,5-дюймовой артустановки «Ковентри» визуально обнару¬
жил самолёты и открыл огонь. На ЦКП «Бродсуорда» их «захва¬
тили» и были готовы открыть огонь в автоматическом режиме, но
аргентинцы летели в плотном строю «крыло к крылу». Компьютер
радара «Си Вулфа» «засомневался», возможно решив, что это не
336

Глава 15. Катастрофа «Ковентри»
его задача обстреливать две так плохо разрешающиеся цели, и «от¬
казался» стрелять. Он заново начал поиск «призрачной цели» в
секторе 40-50 градусов. Старший офицер боевого управления
«Бродсуорда» приказал сделать перезапуск системы - пальцы опе¬
ратора ЗРК бегали по клавиатуре, но было уже поздно. Сценарий
повторялся аналогично событиям на «Бриллианте» тринадцать
дней назад. Пусковые установки «Си Вулфа» были переведены в
походное положение.
Самолеты отвернули от эсминца и устремились к «Брод су орду»,
сбросив на него четыре тысячефунтовых бомбы: одна из них упала с
недолетом, две другие перелетели через корабль в нескольких футах
над мостиком. Четвертая бомба, стрикошетив от морской поверхнос¬
ти, попала в правый борт в кормовой части, в пяти футах выше ва¬
терлинии. Она проломила полетную палубу и прежде, чем нырнуть
через противоположный борт в воду, разрушила вертолет «Линке».
Аварийная партия корабля начала борьбу с пожаром и водой. Тем
временем инженер «Си Вулфа» отчаянно боролся с программным
обеспечением компьютера ЗРК. Как же им дальше воевать, если ЗРК
не мог вести огонь? От Билла Каннинга потребовались все приобре¬
тенные за время службы в Королевских ВМС знания и самооблада¬
ние для того, чтобы мобилизовать экипаж.
Ситуация на ЦКП «Ковентри» была не менее напряженной.
Они знали, что «Бродсуорд» поражен, и что еще два аргентинских
самолета искали «Ковентри». Но они не имели понятия ни о на¬
правлении, откуда они подойдут, ни о времени. Командир сравни¬
вал ситуацию с человеком, стоящим в темном подвале и ожидаю¬
щим, что его вот-вот ударят по голове. Пока все это происходило,
он поглядывал на часы, умоляя их идти быстрее, молясь чтобы на¬
ступила спасительная темнота, и аргентинцы ушли домой. А в это
время все операторы ЦКП «Коветри» пытались обнаружить точки
на экранах, которые выдали бы приближение «Скайхоков».
Внезапно они их обнаружили - с северо-запада, потом снова по¬
теряли, снова обнаружили, теперь уже на северо-востоке. Вопросы
становись отчаянными и эмоциональными: «Где самолеты?» «Пе¬
ленг...?» «Где - они?», «Какой курс?»... «Ради бога! Где же они?»
Затем установилась ужасная тишина. Просто все исчерпали
свои идеи. И вот, когда тишина окутала ЦКП эсминца проекта 42,
два аргентинских «Скайхока» появились из-за острова Пебл и с
ревом понеслись над самой водой прямо на корабль капитана 1
ранга Дэвида Харт-Дайка. С верней палубы все кто мог, даже ко¬
ки и стюарды, открыли огонь по вражеским самолетам из стрелко¬
вого оружия.
337

Фолклендская война
ЦКП «Бродсуорда не увидел их сразу, но рев: «Они снова по¬
явились!», повторенный по громкоговорящей связи с верхней па¬
лубы, эхом отозвался внизу.
Затем снова с мостика: «Самолет - левый борт, двадцать!»
Одновременно инженер: «Си Вулф» в строю!»
На лице Билла Каннинга появилась мрачная улыбка, когда его
старший офицер боевого управления выпалил: «Си Вулф» цель со¬
провождает» .
Двум «Скайхокам» осталось лететь до кораблей меньше мину¬
ты. Радары 909 «Ковентри» все еще не захватили цели, «Си Дарт»
бессилен. Командир Харт-Дайк приказал на мостик поворачивать
влево, чтобы ввести «Си Дарт» в сектор обстрела.
«Ковентри» продолжал поворот, подставляя свой нос «Скайхо¬
кам». Я был на линии связи с Биллом Каннингом, когда он спо¬
койно вводил в действие свой своенравный «Си Вулф». Внезапно
он сказал: «Одну секунду, адмирал...». Затем я услышал, как он
тихо произнес: «О, Боже!»
Управляющий огнем «Си Вулф» был в ужасе: «Ковентри» по¬
ворачивал как раз на линию стрельбы ракет, закрывая собой цели
от «Бродсуорда». «Бродсуорд» не мог стрелять, не поразив «Ко¬
вентри». И теперь уже действительно было слишком поздно. Ар¬
гентинские пилоты неслись сквозь град пуль, прицеливаясь на нос
«Ковентри». Принимая пули, они строго по правилам бомбомета¬
ния сбросили четыре тысячефунтовые бомбы. Три из них попали в
корабль Дэвида Харт-Дайка и взорвались. Одна - в помещении
компьютеров. Девять-десять человек погибли на месте.
Дэвид помнит не удар, а только тепло. Затем он ослеп от взрыва.
Все еще находясь в кресле на своем ЦКП, он оказался в полной тем¬
ноте в помещении, заполняющемся резким удушливым дымом. Он
пришел в сознание от воздействия света, мерцающего света. К своему
ужасу понял, что это горели люди и одежда на них. Они казались кри¬
чащими свечами. «Мне подумалось, - рассказывал он мне однажды,
дрожа при воспоминаниях, - что я умер и попал прямо в ад». Он сам
горел, огнезащитная одежда обгорела на его лице и руках. Дэвид бро¬
сился через свой опустошенный центральный командный пункт искать
трап на выход. Взбираясь наверх, он отдавал кораблю команды сле¬
довать на северо-восток, не осознавая, что «Ковентри» уже никуда не
мог идти. Корабль погибал, его левый борт был широко разворочен, в
образовавшуюся брешь хлынула вода, количество которой все возрас¬
тало, грозя вот-вот опрокинуть корабль.
Большинство командного состава корабля было убито или ране¬
но, эвакуацией руководили молодые моряки. «Я сидел и наблюдал
338

Глава 15. Катастрофа «Ковентри
за ними в полном изумлении, - рассказывал командир, - они дела¬
ли свое дело осмыслено и уверенно. Некоторые из них, должно быть,
были испуганы до смерти. До последнего своего дня те молодые
люди всегда будут моими героями».
Наконец когда все оставили корабль, капитан 1 ранга Харт-Дайк
подошел к борту и прыгнул в море. Работая сильно обгоревшими ру¬
ками в ледяной соленой воде, он поплыл к спасательному плоту. Там
он почувствовал, как сильные руки опустились вниз и осторожно за¬
хватили его запястья. Он узнал хранителя молитвенника Святого Ио¬
сифа. «Это вы, сэр,» - сказал с ирландской улыбкой старшина Бурк.
«Сработало. Я же говорил вам, что с нами будет все хорошо».
На борту «Бродсуорда» капитан 1 ранга Харт-Дайк доложил
командиру Каннингу. Им обоим не повезло в той ситуации. Коман¬
дир фрегата начал первым. «Я сожалею, Дэвид, - сказал он. - Мне
действительно искренне жаль».
Ни один из них не испытывал желания обвинять другого. Оце¬
нивая впоследствии действия «Ковентри», можно сказать, что его
циркуляция влево была не очень разумной. Но то же самое можно
сказать и о «Бродсуорде». Ведь предполагалось, что он должен уп¬
равлять. Однако его только что бомбили. Это очень серьезное об¬
стоятельство, и потому мы должны списать потерю «Коветри» на
«рок войны». Он, опрокинувшись, затонул на глубине триста фу¬
тов через двадцать минут после первого попадания. Среди многих
ценных вещей, которые он унес с собой, была подзорная труба ка¬
питана 1 ранга Эрика Харт-Дайка, которая пережила гитлеровские
U-бот2. Более двухсот шестидесяти человек были сняты с корабля.
Они убыли в Англию той же ночью на «Форт Остине». Двадцать
раненых лечились на госпитальном судне «Уганда» и в полевом
госпитале в бухте Аякс.
Я пересмотрел свое мнение относительно комбинации 22/42 и са¬
мокритично решил, что она не настолько срабатывает, по крайней ме¬
ре непосредственно вблизи берега. Эта тактика стоила нам «Глазго»
и «Ковентри». Возможно, и «Бродсуорда». Но опять же я не мог
позволить себе находиться под впечатлением ужасной потери послед¬
него из трех эсминцев проекта 42, которые прибыли со мной на юг в
апреле. Теперь я полагал, аргентинцы могли решить: настало самое
подходящее время для следующего удара. Они все еще не были раз¬
биты... Когда я сидел один, подавленный потерей «Ковентри», они
как раз были на пути своего следующего удара по нам ракетами «Эк¬
зосет» - оружием, которое уничтожило «Шеффилд».
2	Подводные лодки

ATUH*T«t
Глава 16
Морским пехотинцам
придется идти пешком
Потеря «Ковентри», последнего из моих кораблей радиолока¬
ционного дозора, тяжело подействовала на меня. Я потерял ста¬
рого и близкого друга. И снова в этот унылый полдень я одиноко
стоял на застекленном адмиральском мостике и смотрел на
холодную Атлантику. Наблюдая как всегда оживленную палубу
«Гермеса», я проклинал весь мир вообще и Аргентину с её на¬
циональным праздником в частности. 25 мая все еще не закончи¬
лось, и мне казалось, что этот день длится уже тысячу часов...
Перевалило только за 19.00 по Гринвичу. До начала сумерек еще
около двух часов. Затем несколько часов сумерек и темноты, пока
не наступит, если повезёт, 26 мая.
Я смотрел на море и размышлял о тех минутах, когда решал,
должен ли послать спокойного Дэвида Харт-Дайка в самое смер¬
тельное место Южной Атлантики. Думаю, что я таким образом
поступал слишком часто, и теперь отважного «Ковентри» больше
нет. Слишком слабым утешением для командира является то, что
его корабль погиб в бою, хотя само по себе это большая честь для
всего экипажа, равно как и для прославленного семейства
командира. В то время когда я так стоял, командир отдыхал на
«Бродсуорде». Один. Теперь навсегда с ним останутся ужасные
видения последних моментов жизни его корабля, пожары, крики
горящих людей, погибшие друзья, темнота и беспомощность. Я
сомневаюсь в том, что все это когда-нибудь сотрется из его памяти,
хотя в моменты печали он, возможно, сможет найти утешение в
героизме и самоотверженности, которые проявили молодые люди,
сражающиеся рядом с ним до конца. В таких бедствиях есть аура
славы, понятная только тем, кто это испытал.

Глава 16. Морским пехотинцам придется идти пешком
Ль»
В предыдущей главе я пытался показать события того дня так,
как их видели с кораблей, ведущих боевые действия. Без сомнения,
с самого рассвета у меня было предчувствие того, что последние часы
будут очень гнетущими. Я начал писать дневник сразу после завт¬
рака с раздражительной тирады о погоде, жалуясь на удачу. В те¬
чение четырех дней со дня высадки небо над нами было почти бе¬
зоблачным. Сегодня нас окутал медленно проясняющийся туман, но
на материке было ясно - самая худшая для нас комбинация.
Видимость вокруг нас должна проясниться примерно в полдень.
Аргентинцы редко прилетают раньше 13.00, так что пока все
должно быть хорошо. Опять возникает вопрос, выдвигать ли
авианосцы на запад в пределы AAR [военно-морская аббревиатура
для области, в пределах которой аргентинские истребители-бомбар-
дировщики могут достигнуть нас без дозаправки в воздухе]. Мой
ответ, учитывая наше недостаточное охранение - [снова] нет.
У нас есть только два проекта 21, один проект 42, один ЭМ
УРО («Глэморган», на самом деле бесполезный) и «Бриллиант»
(не очень боеспособный). «Ковентри» находится западнее в передо¬
вой «ракетной засаде» вместе с «Бродсуордом», «Глазго» - в тыло¬
вом районе на восстановлении. «Бристоль» прибудет сюда не ранее
полуночи, а «Кардиф» еще позже него. КомАмГ пока еще не готов
положиться на «Рапиру», и я не могу его в этом винить. Тем вре¬
менем необходима «ракетная засада» для лучшего управления авиа¬
ционным прикрытием.
12.00.	Налицо все признаки плохого дня. КомАмГ заполнил
район высадки кораблями и судами, которые сегодня он не сможет
разгрузить. Над кораблями «ракетной засады» ясное небо, а авиа¬
носцы в густом тумане. Дежурство самолетов в воздухе обеспечить
невозможно. Одно утешает: что такая обстановка не сложилась в
«День Один» (первый день высадки). И единственная надежда на
то, что аргентинцы к этому моменту уже получили достаточно и их
мысли заняты другими проблемами.
13.00.	Небо очистилось, и самолеты авиационного прикрытия
подняты в воздух. Слава Небесам. 16.00. Сообщения из ЗДАГ и от
кораблей «ракетной засады» разнятся. Но похоже на то, что в бух¬
те Карлос побывали аргентинские A4S («Скайхоки») и «Пукара»,
несколько из них сбито.
Примерно в 19.00 еще одна беда: три A4S очевидно подкрались
над островом Пебл к ЗДАГ, отвернули на север и бомбили «Ко¬
вентри» и «Бродсуорд». «Ковентри» получил тяжелые поврежде¬
ния и затонул, «Бродсуорд», вероятно, не слишком пострадал и
341

Фолклендская война
подобрал выживших. Крылатые ракеты не применялись. Это под¬
рывает любую веру в наши современные ЗРК даже при отражении
ударов [аргентинских] самолетов предыдущего поколения.
Даже через несколько лет, оглядываясь назад, я представляю,
какой это был для меня ужасный момент. Один из тех моментов,
когда командующему не к кому обратиться из-за опасения выдать
свою неуверенность или пошатнувшуюся силу воли. Но про себя я
подумал: «Господи! Где же мы? Мы фактически проигрываем?\»
Это был, вне всякого сомнения, самый сложный для меня момент
за всю операцию. Я возвратился в свою каюту для того, чтобы не¬
которое время побыть наедине с собой. Открыл записную книжку
и сделал несколько замечаний.
1.	Комбинация 42/22 не работает.
2.	«Си Дарт» практически бесполезен против низколетящих целей.
3.	«Си Вулф» - ненадежен.
4.	Надводные корабли, чтобы выжить в открытом море, должны
иметь дальнее воздушное обнаружение и авиационное прикрытие на
угрожаемом направлении.
5.	Мы должны проводить более скрупулезные и всесторонние
испытания систем ПВО.
6.	Стремиться действовать ночью или в плохую погоду.
7.	Сейчас они должны попытаться нанести удар по авианосцам!
Это не задержало меня надолго, и я снова вернулся на мостик,
надеясь, что вид моря и неба прояснят мои мысли и позволит
вернуться ясности и перспективе. Я постоял там несколько минут,
оценивая наш боевой порядок и вероятность следующего удара ар¬
гентинцев до наступления темноты.
В этот момент «Гермес» находился на угрожаемом направлении
примерно в четырех милях на север от «Инвисибла». Джон Коуард на
восстановленном «Бриллианте» был нашим голкипером и манев¬
рировал к западу от нас. Группа вспомогательных судов в случае уда¬
ра противника была своего рода ложными отвлекающими целями. В
худшем случае я мог бы позволить себе потерю большого торгового
судна или даже танкера, но только не авианосца, хотя и такой выбор
мне тоже не нравится. Но приходилось выбирать меншее из двух зол.
Впереди у меня находился недавно прибывший эсминец «Эксетер» с
ЗРК «Си Дарт», который прошел последние доработки. Командовал
эсминцем энергичный командир капитан 1 ранга Хью Бэлфор.
Меня сильно волновала позиция «Атлантик Конвейера», нахо¬
дящегося в северном конце линии вспомогательных кораблей и
342

Глава 16. Морским пехотинцам придется идти пешком
Ль.
транспортов, с противоположной стороны от базы «Этандаров»
Рио Гранде. Этот 18000-тонный транспорт типа «ро-ро» был для
нас бесценным: на его борту все еще находилось три больших
транспортных вертолета «Чинук» (эти монстры могли поднять 12
тонн грузов) и пять «Уэссексов». Один «Чинук» и один «Уэссекс»
были уже в воздухе. «Конвейер» также доставил в Южную
Атлантику четырнадцать «Харриеров», упакованных в пластико¬
вые контейнеры и закрепленных в нбсовой части верхней палубы.
Как только «Конвейер» достиг ударной группы, самолеты были
распакованы, приведены в боевое состояние и подняты в воздух.
Они стали существенным усилением истощающейся группировки
«Харриеров».
На длинной «полетной палубе» «Атлантик Конвейера» имелось
две посадочные площадки. Со времени прибытия несколько дней
назад он использовался пилотами-вертолетчиками как третий авиа¬
носец. На него также были доверху загружены запасы войскового
снаряжения и вооружения, включая шестьсот кассетных бомб для
«Харриеров» и все оборудование, необходимое для создания взлет¬
ной полосы для «Харриеров» в районе бухты Карлос. Переобору¬
дование, загрузка и подготовка «Конвейера» в Девонпорте стали
шедевром организации. В его грузовых трюмах находилось много
запасных частей и оборудования для вертолетов войск десанта.
Капитан судна Айан Норс, йоркширец, был в полном смысле слова
«старым морским волком». Он дважды тонул во времена второй
мировой войны. На пути из Ливерпуля в Южную Атлантику он
завоевал огромный авторитет среди молодых моряков обеих родов
военно-морского флота, находящихся на борту его судна, потчуя
их морскими историями и приключеними. Иногда поздно вечером
капитан ко всеобщей радости играл на тромбоне. Когда они пере¬
секали линию экватора, то, естественно, невысокий ростом Айан
Норс с его снежной бородой играл роль Нептуна.
Старшим офицером от ВМС на борту судна был капитан 1 ран¬
га Майк Лейард. Он обожал старика за его юмор, профессиона¬
лизм и мудрость, восхищался его философским мировоззрением,
помня, что капитан Норс был единственным старшим офицером,
который фактически знал, что значит находиться на судне, по
которому наносится удар. Он был единственным человеком в
операции, который не питал никаких иллюзий относительно того,
чего ожидать в случае попадания бомбы, ракеты или торпеды.
Вместе капитан 1 ранга Лейард и капитан судна Норс составляли
почти идеальную команду. Примечательно, что в ходе короткого
посещения «Гермеса» за несколько дней до этого капитан 1 ранга
343

«4^
Фолклендская война
Лейард не смог удержаться, чтобы не рассказать об инциденте,
который имел место при взлете десятого «Харриера» для перелета
на авианосец.
Пилот не проверил положение реактивных сопел, развернутых не¬
сколько в корму и вниз (при взлете их нормальное положение вниз),
и когда он открыл дроссель для взлета, самолет развернуло поперек
палубы прямо к ограждению. У пилота сработал инстинкт самосохра¬
нения, и он открыл сопла на полную для вертикального взлета. «Хар¬
риер» взмыл в воздух, пролетя в нескольких дюймах от ограждения.
Люди бросились в укрытие, но Норс повернулся к Лейарду и невоз¬
мутимо сказал: «Х-м-м-м, это какой-то новый способ».
Мы преднамеренно удерживали «Конвейер» сзади, в зоне ожи¬
дания, до самого последнего момента, пока для него не наступит
самое подходящее время (в темное время суток) войти в бухту
Карлос, быстро там разгрузиться и как можно скорее вернуться из
этого ада назад под прикрытие ударной группы. Сегодня была как
раз такая ночь, и мне казалось разумным выдвинуть его вперед к
ударной группе на два часа раньше, подвергая небольшому риску
удара с воздуха в течение нескольких часов светлого времени, но
при этом предоставив им больше времени на разгрузку ночью.
Моей альтернативой было оставить его восточнее ударной группы
в полной безопасности до наступления темноты, после чего отдать
приказ о переходе в район высадки с перспективой опасного
возвращения средь бела дня или проведения всего следующего дня
вблизи берега на «бомбовой аллее». Учитывая тот факт, что
аргентинцы не предпринимали успешные рейды на корабли удар¬
ной группы в открытом море с тех пор, как ровно три недели назад
был поражен «Шеффилд», мне казалось, что темное время суток
в бухте Карлос стоило риска.., особенно если принять во внима¬
ние, что завтра утром или днем будет в десять раз труднее обес¬
печить стоянку «Конвейера» в Фолклендском проливе. В этом слу¬
чае он будет легкой добычей.
Итак, тем ранним утром я приказал «Атлантик Конвейеру»
следовать к ударной группе. В качестве меры предосторожности
ему была назначена «безопасная» позиция в самом конце линии
вспомогательных судов, где он должен находиться до наступления
темноты, после чего осуществить скрытый переход к берегу. Капи¬
тан Норс и капитан 1 ранга Лейард уже приказали перекрасить их
надстройку из белого в шаровый1 цвет для выполнения этого сто¬
мильного перехода. Понятно, что напряжение на большом контей-
1	Темно-серый цвет, в который красят военные корабли. (Прим. переводчика)
344

Глава 16. Морским пехотинцам придется идти пешком
Лкш
неровозе было чрезвычайным: каждый готовился внести свой вклад
в выполнение стоявшей перед ними опаснейшей задачи.
Однако в то время, пока я размышлял и делал свои заметки,
два аргентинских «Этандара» с Рио Гранде, о которых никто из
нас ничего не знал, летели по дуге, огибая нас с севера, перед тем,
как слегка повернуть на юго-восток для заключительного сбли¬
жения с ударной группой. Самолёты совершали очень длинный
перелет для того, чтобы застать нас врасплох своим появлением с
северо-запада. «Этандары» были дозаправлены и сейчас, вскоре
после того, как в 18.30 я второй раз возвратился в свою каюту,
делали «горку» для осуществления поиска. Они находились при¬
мерно в сорока милях от нас. «Эксетер» сразу обнаружил работу
их радаров своими средствами радиотехнической разведки и
оповестил корабли ударной группы. Не более чем через минуту
«Эмбускейд» обнаружил их собственным радаром в двадцати
четырех милях, а «Бриллиант», находящийся сзади, «увидел» их
в двадцати восьми милях. Рёв «поставить ЛОЦ!» эхом отозвался
на ЦКП всех кораблей. В 18.38 два аргентинца произвели пуски
своих «Экзосет», обе ракеты по одной и той же отметке на экране
радара - «Эмбускейду» проекта 21 под командованием капитана 2
ранга Питера Мосса, который уже произвел постановку ЛОЦ ре¬
активными снарядами пассивных помех. Две ракеты французского
производства пролетели мимо фрегата и, обманутые облаками
дипольных отражателей, отклонились от курса, продолжая поиск
своей следующей цели.
Они сразу же ее нашли. Каждая из ракет автоматически скор¬
ректировала свой курс, продолжая сканирование водной поверх¬
ности в направлении на «Атлантик Конвейер». На его борту не
было никаких установок для постановки ЛОЦ. Майк Лейард с
получением оповещения «Воздушная тревога - Красная» дал при¬
казание по судовой радиотрансляции объявить «Аварийную тре¬
вогу». Завыла оглушительным ревом судовая сирена: «Баа-а....
баа-а... баа-а..., и каждый, кто имел автомат, занял своё место на
верхней палубе. Пулеметные расчеты в составе наводчика, заря¬
жающего и наблюдателя уже заняли свои места по тревоге на каж¬
дом из крыльев ходового мостика. Все аварийные партии и коман¬
ды оказания первой помощи были на своих местах. Люди без опре¬
деленных обязанностей направлены в две столовые для использо¬
вания их в качестве резерва на случай серьезных повреждений.
Все бежали на свои боевые посты, одевая спасательные жилеты и
противоожоговую одежду. Капитан 1 ранга Лейард бежал на мос¬
тик, перепрыгивая через три ступеньки. Капитан Норс приказал
345

Фолклендская война
повернуть лево на борт, пытаясь подставить подходящим ракетам
корму. В 18.41 капитан 1 ранга Лейард запросил об угрожаемом
направлении, но в этот момент обе «Экзосет» с грохотом попали и
взорвались в кормовой части левого борта судна в девяти футах
выше ватерлинии.
«Сэр Персивал» и «Алакрити» Кристофера Крейга устремились
на помощь. Противопожарные расчеты капитана Норса отчаянно бо¬
ролись, стремясь сдержать пламя. Они включили системы водяного
орошения, пробовали нейтрализовать пожар двуокисью углерода,
выключили все вентиляторы и подавали морскую воду через все
пожарные рукава, которые они смогли найти в грузовых трюмах. Но
всё это было безнадежно. Судно быстро заполнялось ядовитым чер¬
ным дымом, как было на «Шеффилде». Вся верхняя палуба станови¬
лась слишком горячей, чтобы на ней стоять. Огонь медленно прибли¬
жался к тысячам галлонов керосина и огромной партии кассетных
бомб. «Атлантик Конвейер» превратился в огромную бомбу
замедленного действия. Одиннадцать человек были уже мертвы.
В 19.20 капитан 1 ранга Лейард обсудил ситуацию с капитаном
судна. По мнению капитана Норса, не оставалось иного выхода, кроме
как покинуть судно. «Атлантик Конвейер» был обречен, как и его
драгоценный груз - вертолёты, оборудование для взлетно-посадочной
полосы на плацдарме высадки, все запасные части. Войска десанта
стали перед необходимостью пешком пересекать Восточный Фолкленд.
Между тем «Инвинсибл» на удалении двадцати миль обнаружил
ещё пару целей, летящих курсом на «Гермес». Он быстро произвел
пуск шести ракет «Си Дарт», чем добавил неразберихи на экраны
радаров всех кораблей до того, как выяснилось, что все цели оказа¬
лись ложными. На «Гермесе» сошлись во мнении, что «Инвинсибл»
обстреливал наши ЛОЦ.
Новости с «Атлантик Конвейера» были совсем плохими. Одна
команда пожарных из тринадцати человек была отрезана огнем и
их удалось спасти, только сняв вертолетом «Си Кинг», прибыв¬
шим с «Гермеса». Остаток команды из ста тридцати четырех
человек должен был спускаться вниз по трапам и канатам на
спасательные плоты. Это могло обернуться трагедией вследствие
взрывов внутри судна. Часть корпуса судна в наступающей тем¬
ноте раскалилась докрасна. Но каким-то образом команде удалось
покинуть судно. Наступил черед спускаться капитану 1 ранга
Лейарду, - он должен покидать судно предпоследним. За ним в
состоянии близкому к истощению спускался капитан Айян Норс,
которому было за шестьдесят. Он с большим трудом справлялся с
таким серьезным физическим испытанием.
346

Глава 16. Морским пехотинцам придется идти пешком
Ль*
С высоты последних десяти футов Майк спрыгнул в ледяную
воду. Айан Норс плюхнулся рядом с ним. Но что-то было не так: он
плавал слишком глубоко в воде. Офицер Королевских ВМС захва¬
тил его за спасательный жилет и пытался удержать. Но «Конвейер»
с его закругленной кормой, качался на длинной волне вверх и вниз.
Когда корабль поднимался, он засасывал людей к нависающему
борту, а опускаясь вниз, затягивал под воду. «Боже мой! - бормотал
капитан 1 ранга Лейард. - Он собирается взять нас с собой на дно».
В течение нескольких минут вертикальная качка судна засасы¬
вала спасательные плоты, которые прижимали людей к его борту -
ужасное испытание, особенно для нескольких неумеющих плавать.
Им с трудом удавалось дышать. Майк Лейард поддерживал Айана
Норса, пока ему не подали руку со спасательного плота. Он собрал
последние силы и подтолкнул старого капитана к спасательному
плоту, но море захлестнуло их. Капитан 1 ранга Лейард ушел под
воду. Когда он вынырнул, то капитана «Конвейера» уже не уви¬
дел. С отчаянной храбростью Лейард нырнул за ним.
Но Айан Норс пропал, его навсегда забрало великое море, воды
которого он бороздил всю свою трудовую жизнь. Майк Лейард
всплыл на поверхность, подхватил другого почти утонувшего чело¬
века и поплыл с ним к плоту, на борт которого их подняли. После
этого капитан 1 ранга на несколько минут потерял сознание, а когда
очнулся, то увидел яркий оранжевый шар горящего контейнеровоза
Кунарда. Он сидел, обхватив голову руками и плакал по своему
другу капитану Айану Норсу. Эта душевная травма долго еще давала
о себе знать. Через тринадцать дней, когда он вернулся назад в
Англию, была организована пресс-конференция, которую пришлось
задержать на полчаса, так как Лейард не мог вынести воспоминания,
он не мог говорить из-за подступившего к горлу кома. Так часто
бывает с храбрейшими людьми.
Тем временем опасность для спасательных плотов все еще со¬
хранялась: качающаяся корма продолжала притягивать их к себе,
а при опускании угрожала раздавить. Не первый раз, пренебрегая
собственной безопасностью, капитан 2 ранга Кристофер Крейг,
экстраординарный тральщик, направил свой «Алакрити» к пла¬
вающей бомбе замедленного действия, которой стал «Конвейер» (в
случае взрыва он, без сомнения, отправил бы на дно их всех) и
выстрелил лини в направлении плотов. После этого, мягко отводя
свой корабль прочь от горящего судна, он отбуксировал плоты на
безопасное расстояние.
В это время я снова был на мостике и мог видеть пылающий на
горизонте «Атлантик Конвейер». Он то появлялся, то пропадал,
347

Фолклендская война
пока совсем не исчез в темноте. Безо всякого оптимизма я задавал
себе вопрос: стоит ли нам послать спасательную партию на борт ко¬
рабля и спасти хоть что-нибудь из драгоценного оборудования? На
следующее утро «Конвейер» был просто опасным дрейфующим
корпусом судна до тех пор, пока очередной внутренний взрыв не
оторвал ему нос. Война для него продолжалась ровно тридцать дней.
Мы были перед ним в долгу, несмотря даже на то, что он не выпол¬
нил свою заключительную миссию. Не в меньшей степени потому,
что он находился на линии между «Гермесом» и «Эмбускейдом».
Если бы «Конвейер» имел установки для постановки ЛОЦ и отвел
бы от себя ракеты, то они могли бы пойти прямо на авианосец. Не¬
известно, смогли бы мы тогда их снова обмануть...
Потеря «Конвейера» означала, что войскам десанта придется
добираться от бухты Карлос до Порт-Стэнли пешком. И это снова
меня мучило. Была ли в этом и моя вина? Допустил ли я роковую
ошибку? Следовало ли мне оставить «Конвейер» в безопасном
районе к востоку от ударной группы до наступления темноты? Кто
знает... Думаю, что если бы я немного подождал и позволил бы
ему выйти позже, а аргентинцы потопили его следующим утром,
нанеся по нему бомбовый удар, то каждый автоматически предпо¬
ложил бы, что я выжил из ума, не направив его туда раньше, что¬
бы он вернулся назад до рассвета. В такой ситуации невозможно
выиграть. Ужасно расстроенный, я решил выкинуть все это из
головы, чтобы активно работать дальше.
Я сел за стол сделать запись в дневнике, заметив, что полночь
еще не наступила. «Проклятье! - горько сказал я про себя. - Все
еще 25 мая. Закончится ли когда-нибудь этот чертов день?» Во
второй половине дня у меня было ощущение, что он был самым
плохим днем в моей жизни. Теперь я в этом уверен. Сухая, как
пыль, запись в дневнике отразила мое отчаяние. Я словно пытался
откинуть все эмоции. «Полчаса спустя пара «Этандаров» вышла на
ударную группу. Все корабли их обнаружили радарами вовремя:
примерно в двадцати четырех милях от «Эмбускейда», в двадцати
восьми милях от «Бриллианта» и даже с «Гермеса». Уведенные
ложными целями, поставленными «Эмбускейдом», обе ракеты
попали в корму «Атлантик Конвейера». «Конвейер» потерян для
нас полностью, но восемьдесят процентов экипажа, один «Чинук»
и один «Уэссекс 5» удалось сохранить. Потеряно добра еще на 100
миллионов фунтов. «Этандары» ушли, произведя пуски по первой
же цели, которую они увидели».
И в придачу к моему полуугрюмому, пол у разъяренному наст¬
роению существовала ещё одна серьезная причина для гнева на
348

Глава 16. Морским пехотинцам придется идти пешком
Ль*
флагманском командном пункте операции «Корпорейт». Вы, без
сомнения, помните, что несколько бомб, попавших в британские
корабли в бухте Карлос, на наше счастье, не взорвались, сохранив
таким образом много человеческих жизней. Так вот, вечером 23
мая, сорок восемь часов назад, Би-Би-Си вздумала сделать об этом
сообщение. Не удовлетворившись сообщением по местному радио
в Лондоне, доступному для ушей любого аргентинского дипломата
или военного атташе, они передали это сообщение в программе
всемирной службы, чтобы об этом услышали и во всей Южной
Атлантике. Часть моих офицеров была в бешенстве. Их гнев
усиливался еще тем совпадением, что все три бомбы, попавшие в
«Ковентри», взорвались. Конечно, аргентинцы сами могли устано¬
вить наличие проблемы у взрывателей бомб, но это не могло
остановить очень враждебные комментарии относительно «мелко¬
плавающих, самодовольных, полуобразованных идиотов, работа¬
ющих на Би-Би-Си».
Они, конечно, свято верили, что являются «бесстрашными иска¬
телями правды», но их рейтинг на той неделе был оплачен кровью
людей капитана 1 ранга Харт-Дайка. Это должно было меня
расстроить, но я не мог позволить себе выходить из-за этого из
равновесия. К тому же я знал, что в любом случае информация Би-
Би-Си была предоставлена Министерством обороны. Но ведь было
же ясно, что кто-то обязан предупреждать такого вида небреж¬
ности. И вряд ли это было моей задачей.
Наконец 25 мая закончилось. Полночь как обычно застала меня
в своей каюте, когда я, оставив все проблемы минувшего дня, пы¬
тался сформулировать свои ближайшие задачи. Я начал с анализа
моих «уроков», представленных рваными заметками. Поэтому до¬
бавил некоторые разъяснения.
1.	Радар будет обнаруживать и сопровождать самолеты и ракеты
на приемлемой дальности.
2.	ЛОЦ может увести «Экзосет» от небольших кораблей и судов
(«Эмбускейд»),
3.	Использовать торговые суда как отвлекающие цели, вероятно,
не лучшая идея, разве что у них будут установки постановки
пассивных помех.
4.	Помнить о передаче информации на экраны других кораблей
[с линии дозора]. На этот раз - ОК, но это в большей степени
случайно.
5.	Иметь охранение, выдвинутое достаточно вперед для обеспе¬
чения раннего оповещения.
349

Фолклендская война
6.	В глубине боевого порядка не должно быть большого коли¬
чества кораблей, иначе у ракеты («Экзосет») появляется слишком
много возможностей поразить их.
7.	Находиться за пределами 460-мильной зоны [от аргентинской
авиабазы на материке]; мы должны входить в эту зону для авиа¬
ционного прикрытия зоны действий амфибийного соединения.
8.	Поворачивать к приближающимся ракетам. По крайней мере
подставлять ей самую прочную часть корабля.
9.	[Чтобы найти ушедшие «Этандары»] посылать авиационное
прикрытие в направлении первоначального пеленга [«хэндбрейка»]
обнаружения. Противник будет уходить на малой высоте в том на¬
правлении.
10.	Скрестим пальцы (будем надеяться на успех).
Ниже этих заметок я написал: «Итак, война продолжается. Пре¬
пятствия - да. Поражение - нет. Но нам очень необходим приличный
аэродром на берегу».
В отношении воздушно-морских боевых действий следующие
четыре дня прошли относительно спокойно в условиях по-разному
плохой погоды: тумана, бури и штормового моря. Аргентинцы
предприняли против нас всего несколько атак. Ни один из корабль
не был поражен. Хотя мы потеряли «Харриер» Королевских ВВС
и самолет-разведчик Королевской морской пехоты над Гус Грином,
а также «Си Харриер» (его снесло за борт на мокрой палубе «Ин-
винсибла», когда корабль накренило при повороте). Мы бомбили
окрестности горы Кент и уничтожили один армейский «Пума»,
«Феарлесс» и «Интрепид» сбили артогнем один «Скайхок» в бух¬
те Карлос. Войска на земле сшибли пару «Пукар», «Макчи 339»
и «Даггер» с использованием «Блоупайп» и «Рапиры». Один ар¬
гентинский пилот на «Пукаре» врезался в склон горы.
В среду утром, 26 мая, я чувствовал себя немного подавленным,
вероятно, как следствие неудачи с «Ковентри», усиленное длитель¬
ным напряжением и волнением, под воздействием которых всегда
находиться тяжело. Больше всего меня угнетает ожидание. И
когда все начинается, я часто чувствовую облегчение оттого, что
все скоро может решиться, хотя и знал, что это не так.
К этому времени я начал испытывать симптом, который в миро¬
вой истории присутствовал почти у каждого военно-морского ко¬
мандира, вовлеченного в высадку морского десанта - чрезмерное,
упрямое, едва уловимое чувство раздражения действиями своих
войск на берегу! Что они, черт возьми, там делают? Роют чертовы
окопы? Чистят свои винтовки? Смотрят на карты? Ожидают свои
350

Глава 16. Морским пехотинцам придется идти пешком
дурацкие пайки? Мои корабли и суда уже разгрузили пять тысяч
тонн амуниции для пяти с половиной тысяч солдат - это почти
тонна на каждого! Что им еще нужно? Подобные раздраженные
мысли постоянно бередили мое сознание. Я записал в дневнике:
«Сухопутные войска, вероятно, застрянут (потому что так у них
бывает всегда)». На отдельном листе я написал большими
печатными буквами: «они уже ЗДЕСЬ ПЯТЬ СУТОК И НИ X...
НЕ СДЕЛАЛИ!» К счастью, этого листа больше не существует, но
я полагаю, что запись стоило привести как иллюстрацию
«королевского военно-морского» раздражения в отношении своих
менее мобильных сухопутных коллег. Нам всегда кажется, что они
действуют чересчур медленно.
Однако я не имел намерения выполнять обязанности командую¬
щего войсками десанта и впредь решил ограничить себя единст¬
венным: информировать его о наших быстро истощающихся воз¬
можностях поддержки войск на берегу. В заключение я записал в
дневнике: «Заключение: в сражении на море и в воздухе есть
высокая степень риска. Сейчас время высокой степени риска на
земле». Я чувствовал настоятельную необходимость передать эту
мысль непосредственно командующему войсками на берегу вместе
с напоминанием о том, что середина июня была той самой конеч¬
ной датой операции. Меня снова неверно поняли. Несмотря на то,
что он нуждался в информации о сложившейся у меня обстановке,
последнее предложение было интерпретировано как попытка вести
это сражение за него. Учитывая то, что большинство его воздуш¬
ного транспорта было потеряно нами, это напоминание оказалось
исключительно несвоевременным.
Другой терзавшей меня мыслью была старая и мучительная
проблема: как остановить «Экзосет». Я еще не знал, дозаправля-1
лись ли «Этандары», которые потопили «Атлантик Конвейер».
По-моему, дозаправки не было. Они атаковали на максимальном
радиусе их действия, но следовало ожидать, что скоро они решат
проблему дозаправки. Я ошибался. Они уже решили эту проблему.
И тут мне в голову пришла мысль, что они могут найти способ
заправить топливом «Этандары» дважды. Это позволило бы им
сделать большой круг и подойти к ударной группе с тыла - с
востока, избежав моих тщательно расставленных дозоров на угро¬
жаемом направлении в двадцати милях к западу от авианосцев.
Эти мысли усугублялись и тем, что аргентинцы могли найти
способ пополнить свои запасы ракет «Экзосет». Мы полагали, что
у них осталась одна, возможно две, и что «Этандар» все еще имеет
тактический радиус от четырехсот до четырехсот сорока миль. Для
351

Фолклендская война
нас было бы чрезвычайно плохой новостью, если они бы сумели по¬
полнить запасы ракет и увеличить дальность полета. Я еще раз, как
и пару недель назад, подумал, что мы должны каким-то образом
«изъять» «Этандары» из боевого состава ВМС Аргентины.
Между размышлениями об этой постоянной угрозе я провел не¬
которую аккуратную инвентаризацию потерь, что было не самым
приятным занятием. Британские потери: «Харриеры» - 5; несколько
SK 4 и SK 5; «Чинук» - 3; «Уэссекс» - 5; «Ардент», «Антилоуп»,
«Шеффилд», «Ковентри» и «Атлантик Конвейер». Сильно повреж¬
дены: «Аргонот», «Энтрим» и «Глазго»; танко-десантные корабли - 2;
«Эрроу» - не в строю. В свою очередь мы вычеркнули из боевого
состава аргентинцев порядка семидесяти самолетов (повреждено и
уничтожено), потопили их единственный крейсер, захватили одну
сильно поврежденную подводную лодку и уничтожили несколько
вспомогательных и рыболовных судов. Оба флота имеют существен¬
ные потери, однако погода была против нас и сопутствовала аргентин¬
цам. В то же время мы прочно закрепились на плацдарме на берегу.
Элементы внезапности и маневра к этому времени в значитель¬
ной степени были потеряны. Мы находились в состоянии войны на
истощение, когда нужно «забрать у Пита, чтобы заплатить Полу»:
корабли за самолеты, самолеты за солдат, солдаты за время, а
время за корабли. И мы быстро приближались к моменту, когда
нашим самым большим врагом становилось время. Как показывала
та небольшая «раскладушка-диаграмма», составленная ещё на ост¬
рове Вознесения: если командующий войсками на берегу не побе¬
дит до середины-конца июня, то он потеряет все, так как ударная
группа больше не сможет его поддерживать. Мы будем не способ¬
ны их защищать. Мы не сможем продолжать боевые действия.
Здесь уже не останется ничего, что способно воевать.
За эти четыре дня, вплоть до вечера двадцать девятого числа,
аргентинцы предприняли всего один серьезный рейд, впервые нане¬
ся удары по войскам в районе бухты Карлос. Они взорвали склад
боеприпасов и повредили временный полевой госпиталь в бухте
Аякс. Мы в свою очередь тоже ударили по ним, нанеся отвлекающий
удар, в котором пять кораблей использовали более шестнадцати тонн
снарядов за время, пока парашютисты брали Гус Грин. Это, конечно
же, был тот бой, в котором войска в красных беретах столкнулись с
неожиданно стойким аргентинским сопротивлением, возможно
вследствие того, что всемирная служба Би-Би-Си сделала сообщение
о «подходе парашютистов к Дарвину». По крайней мере так считали
солдаты. Я сомневаюсь, что парашютно-десантный полк когда-либо
полностью простит это Би-Би-Си.
352

Глава 16. Морским пехотинцам придется идти пешком
Ль»
Но я снова отвлекаюсь. К этому времени мы получили попол¬
нение новым эсминцем УРО проекта 42 «Кардифф» (введен в
строй 3 года назад) под командованием еще одного экс-подводника -
капитана 1 ранга Майка Харриса - и двумя фрегатами постарше,
типа «линдер», однотипными нашему потрепанному «Аргоноту» -
«Минерва» и «Пенелопа». Каждую ночь мы посылали наши
маленькие конвои в ЗДАГ в охранении боевых кораблей и каждую
ночь мы вели артобстрел аргентинских позиций на островах, их
баз и взлетно-посадочных полос.
Однако 30 мая события приняли другой оборот. Аргентинское
верховное командование решило использовать последнюю оставшую¬
ся «Экзосет» по «Гермесу» или «Инвинсиблу». Если исходить из эф¬
фективности ракет на тот момент, то они имели реальный шанс что-
нибудь поразить, но шанс нанести удар по авианосцу был невысок.
На наше счастье, кроме уроков, извлеченных из последних двух
атак «Экзосет», мы теперь имели самую новую в Королевских
ВМС модификацию ЗРК «Си Дарт» - на «Эксетере», эсминце
проекта 42 под командованием Хью Бэлфора. Он был довольно
спокойным парнем, немного щеголем, но очень современно мысля¬
щим; как офицер-связист он был специалистом по спутникам и
радиоэлектронной войне. Хью принадлежал к тому типу людей,
которые ассоциируются с чистым белым платком в нагрудном кар¬
мане пиджака, немного высокомерных, возможно, даже дилетан¬
тов, противоположностью традиционно «грязному подводнику».
Однако следует заметить, что Хью Бэлфор был профессионалом
войны и прекрасно разбирался в этом модернизированном ЗРК
«Си Дарт» на «Эксетере», реакция которого была на пятнадцать
(таких жизненно важных) секунд быстрее лучших результатов
«Глазго» и «Ковентри».
Итак, аргентинцы решили послать два «Этандара»: один с раке¬
той, другой для дополнительного освещения обстановки своим
радаром. Их должны были сопровождать четыре «Скайхока» 4-ой
воздушной бригады, каждый из которых нес две пятисотфунтовые
бомбы. Они планировали использовать «Экзосет» в качестве
своего лидера на пути к авианосцу после того, как «Этандары»
повернут обратно. Я, конечно же, об этом сценарии «спокойной
ночи, Вудворд» ничего не знал. Кроме того, мне ничего не было
известно и о маршруте, который они избрали: от Рио Гранде
курсом на восток протяженностью четыреста миль, затем поворот
на северо-запад с целью поймать нас с тыла. Как серьезный удар
он был задуман неплохо, хотя и требовал протяженного обходного
маршрута полета.
12s™	353

Фолклендская война
Они взлетели, произвели дозаправку в воздухе и затем легли на
курс к британской ударной группе. На линии дозора к западу от
нас были «Кардифф» и «Эксетер», а также фрегат проекта 21
«Эвенджер» капитана 1 ранга Хьюго Вайта, который скорее слу¬
чайно находился в двенадцати милях от них на юго-юго-восток. В
двадцати милях далее на восток располагались вспомогательные
суда, а в трех с половиной милях позади них были два авианосца:
«Гермес» в семи милях на север от «Инвинсибла». Аргентинские
«Этандары» летели как обычно ниже зоны обнаружения радаров,
пока в 16.31 по Гринвичу не сделали «горку» для поиска британ¬
цев своими радарами.
Как только они увеличили высоту, с ЦКП «Эксетера» прозву¬
чал сигнал, вызывающий самое пристальное внимание в Южной
Атлантике: «Хэндбрейк! Двести двадцать пять».
В течение нескольких секунд «Эксетер» сделал оповещение в
сети взаимного обмена информацией, и теперь все три корабля
(«Эксетер», «Кардифф» и «Эвенджер») выполняли поворот для
отражения удара с юго-запада. Два «Этандара» через три минуты
«подскочили» еще раз. Все три британских корабля видели их на
экранах своих радаров, и они все знали, что пуск ракеты «Экзо¬
сет» (с дальности двадцать одна миля) произведен, и что еще че¬
тыре самолета следуют прямо за ней.
«Эксетер» произвел пуск первой ЗУР «Си Дарт». Ракета прош¬
ла близко от кормы «Эвенджера» и в пяти милях от него поразила
лидирующий «Скайхок». Пилот, первый лейтенант Вазкес, погиб.
Остальные три пилота продолжали полет. Вторая ЗУР «Эксетера»
или 4,5-дюймовая пушка «Эвенджера» сбила второй самолет, пи¬
лот тоже погиб.
Тем временем «Экзосет», либо плохо прицеленная, либо не¬
исправная, не причинив вреда, прошла между «Эксетером» и
«Эвенджером» в нескольких милях от каждого из них. С большим
мужеством оставшиеся два аргентинских пилота, чувствуя себя в
этот момент в полном одиночестве, продолжали нестись вперед,
полные решимости завершить атаку. Они пошли на «Эвенджер»,
окутанный дымом от выстрелов артустановки, которая все еще
продолжала вести огонь по самолетам, и сбросили бомбы, упавшие
с перелетом. Не причинив кораблю вреда и пройдя над ним на
скорости четыреста узлов, пилоты сделали вираж и ушли домой.
Без сомнения, волосы у них стояли дыбом от ощущения того, что
за ними гонятся «Си Харриеры» с «Сайдвиндером» наготове. Вер¬
нувшись благополучно на базу, пилоты порадовали свое командо¬
вание самым неправдивым отчетом за всю войну: они бомбили
354

Глава 16. Морским пехотинцам придется идти пешком
«Инвинсибл», который был поражен «Экзосет», и видели дым,
свидетельствующий о повреждении.
Однако такие храбрые молодые люди имеют право на фанта¬
зию, и я даже готов простить им картинку на передовой полосе
аргентинской газеты, где был показан «Инвинсибл», горящий в
Атлантике. На самом деле он, абсолютно целый, находился в двад¬
цати милях от места событий, без единого пятнышка, почти как
белый платок капитана 1 ранга Бэлфора.
Лично я закончил день с улыбкой облегчения. Как вы уже поня¬
ли, к этому времени я имел дело только с «фактами», которые
оказались для меня хорошими. Аргентинцы начали эту игру с пятью
«Экзосет» - пятью тузами - и они, несомненно, сыграли ими 4, 25 и
30 мая. Каждый раз они производили пуск по первой же по¬
явившейся отметке на экране радара - набор из трех некомпетентных
грубых ошибок, которые могли стоить им успеха в этой войне.

Глава 17
Порт Неприятный1
Во время моего «круиза», на юг к Гибралтару я наблюдал, как
лед и мороз - спутники зимы, сменились весной. Весна была тем вре¬
менем года, которое, начиная с моих школьных лет, я нечасто видел
на суше. Могу показаться удивительно ненаблюдательным, но я дей¬
ствительно не знал до моего первого назначения в штаб на берегу в
возрасте тридцати девяти лет, что цветет раньше -груша или яблоня.
Не нашлось на это времени и в этом году. Продвигаясь на юг, когда
времена года менялись одно за другим, моя весна сменилась в апре¬
ле мимолетным коротким экваториальным летом, а затем, когда ап¬
рель перешел в май, мы быстро попали в южную осень.
Теперь же, находясь над вечно занятой делами палубой «Геме-
са» и серо-зелеными холодными волнами, я видел, как май сме¬
нился, наконец, «жарким» июнем, который на родине был летом
Дерби, Уимбелдона, Роял Аскота, временем парусных гонок «Ра¬
унд зе Айленд Рейс»2, переходящих в «Коуэс Вик»3. Я чувствовал
себя сильно обделенным. Тёмной ночью 31 мая я с тоской записал
в своём дневнике: «Ох, где же ты мир острова Уайт летним вече¬
ром?» Но нужно вернуться к реальности. После ожесточенных
упорных боёв парашютистов за Гус Грин и Дарвин они опять в ру-
1	Port Unpleasant (Порт Неприятный) - название главы в английском издании.
Этим автор подчеркивает характер событий, который произошел вблизи насе¬
ленного пункта Port Pleasant - Порт Приятный. (Прим. переводчика).
2	Round the Island Race - одни из самых известных и значительных парусных
гонок. Проводятся вокруг острова Уайт с 1931 года. (Прим. переводчика).
3	Cowes Week. Коуэс - маленький городок на севере острова Уайт в Англий¬
ском канале. Своего рода мекка парусных состязаний с 1897 года. (Прим. пе¬
реводчика).
356

Глава 17. Порт Неприятный
Лкш
ках британцев. Командующий войсками десанта готовился высту¬
пать с плацдарма высадки в бухте Карлос и открыть две новые зо¬
ны боевых действий, с которых планирует начать главное наступ¬
ление на аргентинские позиции вокруг Порт-Стэнли.
Первой зоной была бухта Тил, огромная область открытой мест¬
ности, разрезанная длинным извилистым заливом со множеством
мелких бухт и узким изогнутым входом на северном побережье Вос¬
точного Фолкленда. Протяженность залива - пятнадцать миль в глу¬
бину острова до отмели на юге (вначале этот район был отклонен в
качестве возможного района высадки из-за того, что аргентинский
флот мог там нас легко закупорить, как в бутылке). Второй зоной
была Блафф Коув, которая находится на атлантическом берегу Вос¬
точного Фолкленда, примерно в четырнадцати милях на запад-юго-
запад от Порт-Стэнли, в небольшой бухте к северу от Порт Фицрой.
Общим планом предполагалось, что одновременное наступление
войск с обеих этих зон, вынудит аргентинцев защищать их цитадель
Порт-Стэнли на двух фронтах. Для войск десанта это означало раз¬
деление наступления на два направления с внесением дополнитель¬
ного елемента неразберихи для противника, когда он поймет, что мы
наступаем с двух сторон. Для Королевских ВМС это означало пери¬
од беспрецедентной активности, которая требовала шедевров плани¬
рования и организации взаимодействия. Для начала нам нужно бы¬
ло управиться с пятью различными зонами действий, которые были
тесно взаимосвязаны и в тоже время имели свои особенности.
A.	Зона ударной группы - «база» тридцати пяти боевых кораб¬
лей, ведущих боевые действия в этой кампании, находящаяся в
восточном секторе всеобщей исключительной зоны.
Б. ЗТТО (зона технического и тылового обеспечения4) - по¬
движная «база» для поврежденных военных кораблей, осуществ¬
ляющих заключительные приготовления к длинному переходу до¬
мой; также «база» для судов Королевского вспомогательного фло¬
та, которым нет необходимости находиться с ударной группой;
кроме этого, местонахождение всех, ненужных в прибрежном рай¬
оне, десантных и коммерческих судов. Это своего рода морская ма¬
невренная база для топлива, складов и поврежденных кораблей.
Она расположена на восток от ВИЗ.
B.	Непосредственно зона бухты Карлос, все еще очень опасная
главная база войск десанта и основная «гавань», в которую боевые
корабли каждую ночь проводили конвои, и которую мы все это
время защищали фрегатами и эсминцами. Эта зона 1 июня была
1 TRALA (tug, repair and logistics area).
357

Фолклендская война
переименована из зоны действий амфибийной группы (ЗДАГ) в
транспортную зону (ТЗ).
Г. Бухта Тил, наша новая база, в которую нам следовало по¬
слать по крайней мере один танко-десантный корабль (ТДК) с за¬
пасами для 3 бригады командос; зоне суждено было стать базой на¬
ращивания сил, так как она была на двадцать пять миль ближе к
Порт-Стэнли, чем бухта Карлос, до которой было шестьдесят
миль. На следующей неделе кораблям флота предстояло совер¬
шить много переходов в бухту Тил.
Д. Блафф Коув, вторая новая база шотландских и валлийских
гвардейцев и штаб генерала Мура. Как и в случае с бухтой Тил,
нам предстояло послать десантные корабли в глубь бухты, при¬
крыв их от ударов с воздуха, но это был намного более протяжен¬
ный переход от зоны ТЗ.
Таким образом, у нас не было никакой возможности остановить¬
ся и перевести дух. Суда и танкеры, загруженные тысячами тонн
топлива, боеприпасов и амуниции, почти ежедневно прибывали в
Южную Атлантику и направлялись в ЗТТО. Там они ожидали бо¬
евые эскортные корабли, которые сопровождали их по сто двадца¬
тимильному морскому маршруту в ТЗ для разгрузки. Кроме того,
фрегаты ударной группы каждую ночь подходили к берегу и вели
изнуряющий артобстрел разведанных аргентинских позиций, осу¬
ществляя огневую поддержку войск на берегу.
Ударная группа была похожа на большой город, который ни¬
когда не засыпал. От него и днем, и ночью исходил непрерывный
шум деятельности. Только рев «Харриеров», стартующих и произ¬
водящих посадку на палубы «Гермеса» и «Инвинсибла», имел тен¬
денцию затихать в сумерках и возобновляться на рассвете. Те, кто
работал в напряженном полумраке командных пунктов среди экра¬
нов и мерцающих табло компьютеров, конечно же, были изолиро¬
ваны от пронизывающих ветров и бушующего штормового южного
океана. Но лично каждому из них трудно было проследить смену
дней недели, не говоря уже о времени суток. Суета и чередование
вахт - вот что определяло их календарь.
Потеря «Атлантик Конвейера», который в момент удара был в
самом сердце ударной группы, также оказала свое влияние. Он
стал первым британским судном, которое погибло в такой ситуа¬
ции («Шеффилд» был поражен, находясь на линии дозора, в са¬
мой отдаленной позиции боевого порядка ударной группы). Удар
двух «Экзосет», отправивших на дно Атлантики громадный транс¬
порт, показал всем нам, что аргентинцы могли действовать своими
358

Глава 17. Порт Неприятный
ракетами и в глубине нашего боевого порядка, и это еще более обо¬
стряло наше сознание.
Это довольно сильно раздражало меня. Мне очень часто прихо¬
дилось прокручивать в голове порядка двухсот различных мыслей,
одна из которых была моим твердым убеждением: если войска де¬
санта не будут торопиться, аргентинцы вернутся сюда снова. Они
найдут способ нанести удар по британским авианосцам и одним ма¬
хом уничтожат половину наших воздушных сил. Это только вопрос
времени. Эта мысль занимала меня больше всего. Она присутство¬
вала во всех остальных моих рассуждениях, и я думаю, усиливалась
моим пониманием того, что я не должен вмешиваться в дела коман¬
дующего войсками десанта. Мы в конце концов высадили на остро¬
ва большие силы и всего лишь на двадцать четыре часа позже, чем
было спланировано в уплотненной шестинедельной программе. Вы¬
садка прошла без потерь, а перед этим мы так напугали все арген¬
тинские ВМС, что загнали их в собственные базы. Никто не должен
сомневаться в том, что и войска десанта справятся со своей задачей
не хуже, чем ожидалось. Беспокоило то, что уже наступил июнь, и
я должен жить с этой тиранической диаграммой, составленной еще
на острове Вознесения. Как и прогнозировалось, сейчас ударная
группа была на пути к развалу: кроме боевых потерь, мы имели де¬
ло с ежедневными поломками оборудования и, поскольку войска де¬
санта готовились выйти за пределы Карлоса, нам предстояло выпол¬
нить непомерный объем работы.
«Героическое Первое июня» - праздничный день в Королевских
ВМС, когда все мы вспоминаем известную победу над Францией в
Северной Атлантике в 1794 году, одержанную под командованием
шестидесятивосьмилетнего старого британского адмирала лорда
Хау (известного как «Черный Дик»). Тем, кто изучает военно-мор¬
скую историю известно, что старик разбил французский линейный
флот за время от рассвета до сумерек, потопив один корабль и за¬
хватив шесть в качестве приза. Однако, будучи в Дартмуте доволь¬
но неуклюже мыслящим школьником, я размышлял, что ведь ад¬
миралу Хау нужно было предотвратить доставку во Францию
большой партии американского зерна. При всей крови и громе бри¬
танской победы французский конвой все же прорвался. Слава сра¬
жения, по мнению юного кадета, полностью затмила неудачу в до¬
стижении цели.
Так вот, через сто восемьдесят восемь лет мы снова на войне, в
подобной ситуации, но с несколько изменившимися ролями. У ме¬
ня был своего рода «конвой с зерном», который нужно провести
для поддержки войск десанта. Я не мог допустить никакого сраже-
359

Фолклендская война
ни я, славного или не очень, которое может подвергнуть риску эту
цель. День 1 июня 1982 года на командном пункте «Гермеса» был
для нас таким же нервным, как, несомненно, и день на флагман¬
ском корабле Хау «Квин Шарлотта». Ложный сигнал «боевая тре¬
вога» заставил всех стремглав нестись на боевые посты еще до то¬
го, как адмирал закончил свой завтрак. Некоторое время спустя
мы услышали, что один из «Харриеров» вблизи бухты Карлос
сбил большой аргентинский транспортный самолет С-130. Это зна¬
чительно подняло наше настроение. Мы уже несколько недель пы¬
тались их достать.
Потом меня больше всего волновал вопрос о том огромном ко¬
личестве сигналов, которые были необходимы для управления все¬
ми действиями не только в местном масштабе на юге, но и для свя¬
зи между оперативными группами и Великобританией. Вся систе¬
ма связи была чрезвычайно перегружена и могла в случае возник¬
новения проблемы в ходе операции полностью нарушиться. В то¬
же время меня не покидала постоянная угроза «Экзосет». Случа¬
лось, что погода была весьма подходящей для «Этандаров», а я,
как напоминает мой дневник, мог только констатировать, что «мои
фрегаты», без преувеличения, разбросаны черт знает где.
Фактически 1 июня было очень похоже на 2, 3 и 4 июня. День
и ночь нас не покидали различной плотности туман, холод, ветер
и облачность. Полеты авиации периодически сокращались, но ко¬
рабли продолжали действовать. «Эктив», «Эмбускейд» и «Кар¬
дифф» отважно проводили ночные артобстрелы Восточного Фолк-
ленда. «Эвенджер» не позволял аргентинским самолетам возвра¬
титься на остров Пебл, а как всегда агрессивный «Плимут», воз¬
вращаясь с эскортирования, провел стремительный артобстрел
Порт Говарда. «Эксетер» Хью Бэлфора выполнял опасную задачу
в «ракетной засаде» на подходе к Порт-Стэнли. «Бриллиант»,
«Эвенджер», «Бродсуорд» и «Минерва» проводили конвои к по¬
бережью и назад. «Ярмут» заботился о «Сэре Галахаде» и «Сэре
Бедивере» во время челночных переходов из транспортной зоны в
бухту Тил. «Сэр Персивал» тоже освоил эти коварные, стесненные
воды и выгрузил в бухте Тил триста тонн грузов в первый же день.
Однотипный ему десантный корабль «Сэр Тристрам» «открыл»
Порт Фицрой, а «Интрепид» перевез к берегу 5 бригаду из ЗТТО.
Каким-то образом Мы впервые после 21 мая провели Большого Бе¬
лого Кита («Канберру») снова в бухту Карлос и что больше всего
впечатляло после выполнения сотни рейсов вертолетов для его раз¬
грузки благополучно отправили судно назад в охранении «Плиму¬
та» и «Минервы». «Аргонот» отремонтировался, насколько это
360

Глава 17. Порт Неприятный
было возможно, передал свои запасы и 4 июня ушел домой.
За эти длинные и напряженные дни я сделал несколько выра¬
зительных замечаний в дневнике. Некоторые из них касаются про¬
блемы создания в ТЗ взлетно-посадочной полосы для «Харрие¬
ров», чтобы снять напряжение с авианосцев. Я также сделал за¬
пись о том, что, по-моему, люди из разведки «приходят в полный
упадок», предсказывая «последние отчаянные усилия аргентин¬
цев», и позволил себе замечание:
Не терпит отлагательства создание взлетно-посадочной полосы
для СХ [«Си Харриеров»]. Тогда я смог бы уйти из этих вод.
Лично для меня эти дни не были легкими. Некоторое давление
в смысле сроков нововведений и участия снято. Мы стали перед не¬
обходимостью выполнения почти исключительно оборонительно-
обеспечивающих задач с незначительным влиянием на события. В
результате становится более сложно удерживать все события под
контролем. Хотя у нас нет никакого желания повышать активность,
мы еще недостаточно приспособлены к этой странной стадии, и, ве¬
роятно, вскоре нас следует заменить новой командой, которая мо¬
жет возобновить деятельность, основываясь на новых идеях.
В течение этих нескольких дней затишья я обратил внимание на
сообщение разведки, которая предполагала, что аргентинцы раз¬
вернули береговую батарею «Экзосет» в районе Стэнли. Не желая
проверять достоверность информации на себе, я сразу же убрал все
корабли огневой поддержки подальше от побережья. В дневнике
записал: «Без сомнения, КВДФО [командующий войсками десан¬
та на Фолклендских островах] это не понравится, но и я не буду
в восторге от потери еще одного фрегата или эсминца».
Раз в несколько дней мы получали связки газет (конечно, с опоз¬
данием на пару недель), которые, как я полагал, свидетельствовали
о широкой поддержке этой военной акции, отвергнутой только лиде¬
рами крайнего левого крыла. Даже профсоюзы, казалось, твердо сто¬
яли за нас. И это представлялось таким естественным. Однако я по¬
дозревал, что, учитывая типичную британскую сдержанность, «ти¬
пично британская аудитория» может начинать принимать нас за
«драчунов». Возможно, именно поэтому я написал в ночь на 3 июня:
«Это - удивительный мир. Я больше, чем когда-либо, убежден, что в
этой кампании стороны имели равные шансы (с учетом угрозы «Эк¬
зосет», демонстрации слабостей наших ЗРК, а также чрезвычайно
решительных атак аргентинских ВВС)».
К этому времени переходы в бухту Тил стали обычным явлени¬
ем. Казалось, это раздражало только меня. Я понимал, что у нас
361

Фолклендская война
там был только один ТДК и возможности его обнаружения арген¬
тинцами были невысоки. Риск был оправданным. И все же... Оди¬
ночные корабли без защиты от ударов с воздуха рисковали попасть
в ловушку. Обе стороны уже имели подобный горький опыт. Мне
представлялось, что только недавно прибывший на Фолклендские
острова и не участвовавший в высадке КВДФО мог полностью не
осознавать того, насколько нам повезло в день «Д» (день высадки
десанта) высадить войска на берег без потерь, не испытав при этом
даже атак против кораблей и судов с войсками, техникой и воору¬
жением.
Я боялся, что КВДФО мог упустить важный момент, когда ар¬
гентинцы совершили ошибку, атакуя корабли охранения вместо де¬
сантных сил. Я знал, что такой ошибки не случится, если они об¬
наружат тяжело груженый, спокойно стоящий ТДК в бухте Тил...
И хотя высадка была не моей работой, но чем лучше бы шли дела
в бухте Тил, тем увереннее мы все себя чувствовали бы. Моему
беспокойству суждено было остаться невысказанным - я не хотел
своей чрезмерной осторожностью снизить темп наступления.
Относительно мирное наращивание сил в бухте Тил за послед¬
ние дни вдохновило КВДФО повторить этот прием и на южном
фланге, где-нибудь в районе Фицрой - Блафф Коув. Меня попро¬
сили высказать свое мнение относительно возможности перехода
туда десантного корабля-дока («Феарлесс» или «Интрепид») и
нескольких ТДК. Это избавило бы 5-ю бригаду от необходимос¬
ти выполнять сорокамильный пеший марш из зоны ТЗ или с Дар¬
вина. Предложение командующего войсками десанта было не ли¬
шено смысла: доставка войск окружным путем на кораблях зай¬
мет всего пять часов, а пеший переход - два дня. Они хорошо зна¬
ли, что скорость была особенно необходима, если не «должна
быть достигнута любой ценой». Это не вызывало сомнения ещё
до высадки.
Но, несмотря на это, их план не был стоящим. Я знал, что про¬
ведение операции, к которой привлекаются несколько десантных
кораблей с охранением из фрегатов и эсминцев по своей сути яв¬
ляется ещё одной высадкой на значительном удалении от бухты
Карлос и ее зоны ПВО и вряд ли получит одобрение штаба в Норт-
вуде. Я определил свою позицию во всем этом как «второстепен¬
ную», и хотя мог бы, конечно, остановить эту операцию, но не же¬
лал этого делать - в конце концов я же сам предпринимал все воз¬
можное, чтобы заставить войска десанта торопиться. Я не хотел де¬
лать противоречивые заявления. Поэтому малодушно решил позво¬
лить Нортвуду решать это за меня. Что они и сделали.
362

Глава 17. Порт Неприятный
Ль»
В своем дневнике ночью 4 июня я записал следующее:
КВДФО снова предлагает б-го числа миниатюрный день «Д» в
Блафф Коув. Возможно, они все еще не понимают, как нам повезло
в день «Д», когда аргентинцы выходили на ложные цели, и забыли,
что 24 и 25 мая («Д+3» и «Д+4»), когда аргентинцы исправили свою
ошибку, батареи «Рапира» уже были в действии. Кроме того, они, ка¬
жется, забывают, что Блафф Коув находится на открытой местности
и не имеет ни малейшего сходства с бухтой Карлос.
Бессмысленно так рисковать ради двухдневного марша. [Мож¬
но] послать на десантном корабле части технического обеспечения
-	возможно, вам это сойдет с рук, если погода окажется плохой.
Но зачем брать два батальона при таком риске? И только потому,
что вам показалось, что противник взял выходной. Все это очень
сложно, я не хочу критиковать стиль руководства КВДФО, и в то¬
же время я не хочу его задерживать. Мне также не хочется вме¬
шиваться в его действия. Но..!
Суть проблемы состоит в том, что такая переброска может по¬
ставить под угрозу всю операцию. И если только такой ход не яв¬
ляется ключевым для успеха, его не стоит предпринимать.
16.00. Выясняется, что Флоту также не очень нравится эта
идея.., так что высадка, вероятно, не состоится.
Причиной всего этого был странный факт, оказавшийся невер¬
ным. Мне сказали мои эксперты по таким вопросам, что войска де¬
санта могли бы перемещаться со скоростью «две мили в час». Сле¬
довало быть более критичным. В отличие от судов, которые при ско¬
рости в два узла преодолевают расстояние в сорок восемь миль за
двадцать четыре часа, они имели в виду, но забыли мне сказать, что
фактически это было «две мили час в течение пяти часов за день, ес¬
ли повезет, и меньше, если имеется какое-либо сопротивление» Но
даже при таком раскладе четырехдневный марш все равно был бы
лучше того, что в итоге получилось. Но кто мог знать? Я сам ранее
рекомендовал, чтобы войска десанта «рискнули», хотя им и не нра¬
вится, когда им указывают, что нужно делать.
На следующее утро, 5 июня, события разворачивались значи¬
тельно лучше. Клочья густого тумана были разбросаны только кое-
где, поэтому мы рано подняли авиационное прикрытие и наконец-
то посадили его на новую площадку на берегу, которая получила
название «Корабль ее Величества «Шитбилл»5 в соответствии с
HMS Sheathbill
363

Фолклендская война
морской традицией давать наименования таким местам по назва¬
нию морских птиц. Этот новый «аэродром» не решил сразу всех
наших проблем, но обещал стать существенной помощью. В моем
дневнике по этому поводу сказано так:
Я направил «Гермес» подальше от района боевых действий для
чистки котлов, чтобы решить эту проблему сейчас, а не когда «Ин¬
винсибл» пойдет на свой текущий ремонт. Но вместо того, чтобы
удалиться примерно на 100 миль, мы ушли из района непосредст¬
венных боевых действий, совсем недалеко, поскольку нам нужно
было сохранять полеты для поддержки экипажей «Инвинсибла» и
обеспечения действий «Харриеров» GR3. Цель достаточно проста -
уменьшить угрозу в то время, когда все котлы будут выведены из
действия.
Конвои разгружались в бухте Карлос, и с утра шотландские
гвардейцы начали посадку на «Интрепид», чтобы ночью перейти к
Фицрою. «Интрепид» вышел только близко к полночи, «Плимут»
Дэвида Пентрита осуществлял его непосредственное охранение.
«Эвенджер» капитана 1 ранга Хьюго Вайта шел впереди них до
бухты Фокс на Западном Фолк ленде, где начал артобстрел для от¬
влечения внимания аргентинцев от 12000-тонного британского де¬
сантного корабля-дока.
На линии дозора к северу от Фолклендского пролива находил¬
ся «Эрроу», а «Эксетер» - на юге в бухте Грентэм. Его ЗРК «Си
Дарт» обеспечивал ПВО этого района. «Кардифф» и «Ярмут» бы¬
ли на переходе от ударной группы в огневую позицию для обстре¬
ла района Порт-Стэнли. Волнение моря все усиливалось, переходя
в шторм с юго-запада.
Я слишком отчётливо все это помню. В 01.00 я стоял на крыле мо¬
его мостика, залитого лунным светом, и думал о том, как корабли бу¬
дут действовать этой ночью. Внизу подо мной я мог видеть пустын¬
ную полетную палубу с выстроенными в ожидании «Си Харриера-
ми». Когда порыв холодного ветра налетал на «остров» авианосца,
до меня доносился звук разбивающихся волн. Кроме трепещущих и
странно гремящих на ветру крошечных пластмассовых флажков на
«Харриерах», больше ничто не привлекало внимание. Я размышлял
о том, что мы ведем очень странную войну, не такую, к которой нас
готовили. Нет реальной подводной угрозы, отсутствует серьезная
воздушная угроза ночью, а сейчас, когда нас есть «Шитбилл» и
днем, и никакой угрозы от надводного противника.
Погода быстро ухудшилась. «Интрепид» в конце концов подо¬
шел к острову Лайвли - район высадки десанта на воду, который
364

Глава 17. Порт Неприятный
Ль»
находился на некотором расстоянии от Фицроя, на выходе из
бухты Чойсеул. Перед тем, как быстро вернуться назад в относи¬
тельно безопасную бухту Карлос, он спустил на воду десантно-вы¬
садочные катера с десантом. На четырех тдка «Интрепида» нахо¬
дилось примерно пятьсот шестьдесят гвардейцев, им предстояло
пройти тридцать пять миль до берега. Это был ужаснейший пере¬
ход, который по расчетам занимал три часа, но фактически про¬
должался семь. Многие гвардейцы страдали морской болезнью и
все до нитки промокли.
В то время как «Интрепид» оставил гвардейцев бороться с вол¬
нами в небольших десантных катерах, «Кардифф» и «Ярмут» за¬
няли поблизости огневые позиции для ночного артобстрела. На
ЦКП «Интрепида» очень беспокоились о возможной опасности для
тдка со стороны аргентинской авиации ночью, но «Кардифф» и
«Ярмут», находящиеся под непосредственным управлением с ФКП
ударной группы, ничего не знали о действиях переполненных про¬
мокшими гвардейцами катеров, которыми управлял КомАмГ непо¬
средственно. Связь же между двумя группами в то время стала
слишком перегруженной.
В 04.00 на ЦКП «Кардиффа» была внезапно сыграна тревога:
один из операторов РЛС обнаружил неопознанный воздушный
объект, медленно перемещающийся поперек Восточного Фолклен¬
да на восток.
Во мраке бессонного нервного центра «Кардиффа» послыша¬
лись встревоженные голоса: «Что это?»... «Аргентинский «Герку¬
лес» следует в Порт-Стэнли?» ... «Возможно, это вертолет арген¬
тинского спецназа?»... «Или, может быть один из наших?»
Расчет ЦКП капитана 1 ранга Майка Харриса лихорадочно по¬
сылал сигналы, пытаясь определить, что это за цель. Ничто не
указывало на присутствие здесь какого-нибудь британского лета¬
тельного аппарата; никакого оповещения о действиях британских
летательных аппаратов этой ночью не было. Этот объект находил¬
ся вне определенной ранее коробки. Если это был наш, то он на¬
рушил золотое правило, разработанное для того, чтобы именно при
таких обстоятельствах предотвратить случай стрельбы «свой-по-
своему» («синий-по-синему»).
Времени на размышления было мало: это был по всей вероятно¬
сти один из аргентинцев, летящий к Порт-Стэнли, Фицрою или да¬
же в море. Майк Харрис принял единственно возможное решение -
открыть по нему огонь. Он приказал управляющему огнем ЗРК
«Си Дарт» сбить незваного гостя. В следующую секунду был про¬
изведен двухракетный залп. Одна из ракет сбила цель на удалении
365

«4b.
Фолклендская война
одиннадцати миль, в двух милях от горы Плезент. Никто точно не
знал, что было сбито: просто воздушная цель, обнаруженная рада¬
ром, скорее всего была аргентинской. Майк Харрис в ту ночь до¬
ложил мне обстоятельства атаки неизвестной воздушной цели, упо¬
мянув, что он переживает, что мог сбить своего.
Очень скоро стало известно, что пропал наш вертолет «Газель»,
хотя место его гибели не было установлено в течение продолжи¬
тельного времени. Только с обнаружением места катастрофы, ста¬
ло известно, что все четыре члена экипажа и пассажиры погибли,
а место катастрофы находится очень близко от места, где ракеты
«Кардиффа» настигли цель. С окончанием войны, как только это
стало возможным, было проведено полноценное расследование.
Группа следователей сделала однозначный вывод, что в районе ка¬
тастрофы или около нее никаких частей ЗУР «Си Дарт» найдено
не было. Это реабилитировало «Кардифф».
Однако давление продолжалось. Очевидно, оно исходило от се¬
мей погибших, а возможно, было связано с определенными полити¬
ческими силами. Поэтому со временем было назначено повторное
расследование. Новая группа следователей спустя три года сообщи¬
ла: они уверены в том, что на месте крушения обнаружены фрагмен¬
ты, которые могут принадлежать только ракете «Си Дарт».
Это вызвало огромное замешательство на самом верху. Теперь мы
имели дело с полностью противоречащими друг другу докладами.
Какому из них верить? В 1985 году я был в Министерстве обороны,
когда предстояло решить: оставить все как есть или опубликовать
данные нового расследования. Принятие той или иной версии в сво¬
ей основе не имеет никакого значения для компенсационных выплат
и пенсий семьям, но разбередит их старые душевные раны. Новая,
теперь достоверная, информация о том, что ваш брат, муж, сын на
самом деле был убит своими, не доставит удовольствия никому. Од¬
нако давление не уменьшалось, и после писем одного из родителей
мы решили, что семьи имеют право знать правду. Информация бы¬
ла опубликована и широко критиковалась за опоздание.
Если бы мне пришлось снова пережить эту ситуацию, я снова
был бы уверен, что у капитана 1 ранга Харриса в те критические
минуты б июня 1982 года не было абсолютно никакой альтернати¬
вы. Ия бы снова пытался защищать семьи погибших от дальней¬
ших душевных травм.
Важно понять, что это был единственный за всю войну случай
«свой-по-своим» в британских воздушных и морских силах. Он
действительно ужасен для родственников и друзей погибших, но
366

Глава 17. Порт Неприятный
является в некотором роде мировым рекордом безопасности и ор¬
ганизации. Тем не менее я глубоко сожалею об этом и в течение
долгих темных бессонных ночей часто задаю себе вопрос, не было
ли это моей ошибкой как разработчика правила «коробки». Слу¬
чай стал предметом моих домашних поисков истины. Я могу офи¬
циально написать о том, что со своей обычной потребностью рас¬
сматривать самый худший исход как наиболее вероятный я сразу
после инцидента написал в дневнике слова: «ужасное чувство, что
это был «синий-по-синему», но пока нет никаких признаков.»
Возвращаясь еще раз к событиям той ночи, следует сказать, что
деятельность «Кардиффа» не закончилась стрельбой ракетами. Че¬
рез час операторы его ЦКП обнаружили несколько малых надвод¬
ных объектов, приближающихся к нему с юго-запада. Учитывая ре¬
альную возможность того, что это может быть аргентинский стороже¬
вой корабль, пытающийся попасть в историю, капитан 1 ранга Хар¬
рис с разумной предосторожностью сблизился с ними на дальность
стрельбы 4,5-дюймовой артустановки. Несколько осветительных сна¬
рядов, своим светом ничего хорошого десантникам не предвещав¬
шим, выхватили из темноты несчастных гвардейцев в четырех де¬
сантных катерах, которые из последних сил старались пробиться к
Блафф Коув. «Кардифф» по-прежнему действовал по уставу, но в
этой ситуации у командира Харриса было время и средства, чтобы
разобраться прежде, чем вести огонь на поражение.
Удивленный и с большим облегчением, «Кардифф» передал све¬
том свои позывные и пошел выполнять свою задачу. Я представляю,
как бедные несчастные гвардейцы ожидали, что вслед за осветитель¬
ными снарядами последуют фугасные. Редко бывает более глубокий
вздох облегчения, чем тот, который последовал за произнесенной в
этих швыряемых штормовым морем десантных катерах фразой ста¬
рого солдата-фронтовика: «Ба..., да это же один из наших». Что ка¬
сается противника на берегу, то они не видели ничего, кроме не¬
скольких осветительных снарядов к югу, и подумали, что мы прово¬
дим обычные мероприятия по введению их в заблуждение. Еще од¬
ного потенциального бедствия удалось избежать благодаря быстрым
обдуманным действиям командира эсминца.
К рассвету 6 июня десантные катера были в безопасности. «Сэр
Гераинт» загружался для перехода в бухту Тил, «Сэр Тристрам»
был под погрузкой для Фицроя, а валлийские гвардейцы начина¬
ли посадку на «Феарлесс», который должен с наступлением суме¬
рек идти к острову Лайвели. «Эксетер» остался в Фолклендском
проливе, а «Инвинсибл» с «Бриллиантом» шли на юг, чтобы пре¬
пятствовать аргентинцам доставлять подкрепление. Командор Сэм
367

«At*.
Фолклендская война
Данлоп наконец направил свой отважный «рабочий дом» «Форт
Остин» на север Атлантики, - домой.
На «Гермесе» инженеры заключали пари о том, когда котлы
полностью выйдут из строя. Они постоянно давили на меня, что¬
бы на некоторое время вывести корабль из района боевых дейст¬
вий для проведения так необходимого и запоздалого технического
обслуживания. Мы прошли без технического обслуживания котлов
приблизительно двадцать тысяч миль и теперь должны были хотя
бы их почистить. Я сопротивлялся инженерам в течение двух не¬
дель - тогда этого требовали жесткие обстоятельства. Сейчас на бе¬
регу функционирует такая критически важная передовая авиацион¬
ная база. Возможности авиационного прикрытия возросли и время
реакции значительно сократилось. Поэтому я мог более серьезно
подумать о долговременных проблемах авианосца.
Моим первым шагом было привести «Гермес» в наилучшее со¬
стояние к тому времени, как можно будет предоставить такую же
возможность «Инвинсиблу». Нам нужно было отойти примерно на
пятьдесят миль на восток в менее опасные воды для проведения не¬
обходимых работ. Это не окажет существенного влияния на авиа¬
ционное прикрытие и поддержку войск десанта, поскольку самоле¬
ты «Гермеса» можно было переправить на передовую авиабазу че¬
рез «Инвинсибл», а сам «Гермес» мог бы со скоростью, несколь¬
ко большей половины максимально возможной, быстро возвратить¬
ся и возобновить свою деятельность в период последних дней или
недель боевых действий на островах.
Успешное завершение операции на земле и наличие двух взлет¬
но-посадочных полос на берегу позволяли нам сократить число
авианосцев в районе действий до одного. Тогда «Инвинсибл» мог
бы сразу после возвращения «Гермеса» уйти из района для прове¬
дения трехнедельного технического обслуживания (в море) до то¬
го, как последнему необходимо будет идти домой для проведения
полного технического восстановления. Затем «Гермес» снова зай¬
мет место «Инвисибла». Ввиду сравнительной новизны «Инвин-
сибла» предполагалось, что у него будут значительно более высо¬
кие шансы продержаться в течение четырех или пяти месяцев при
проведении в середине этого периода только трехнедельного техни¬
ческого обслуживания в море.
Завершение работ на аэродроме Порт-Стэнли для действий с не¬
го перехватчиков «Фантом» должно в свою очередь позволить уве¬
сти один авианосец совсем. Такая работа, особенно с учетом на¬
ступления зимы и при условии отсутствия дальнейших возражений
со стороны Аргентины, может длиться месяцы.
368

Глава 17. Порт Неприятный
Ль»
«Илластриес» был нашим джокером. Далеко не факт, что уско¬
ренная программа его строительства будет закончена в срок, но ес¬
ли все-таки будет выполнена, это значительно ослабит крайне на¬
пряженный график использования двух действующих авианосцев.
Но план смены авианосцев в июне от него зависеть не мог.
Я преднамеренно упростил продолжительную и сложную часть
работы штаба по планированию обеспечения поддержки островов
одним авианосцем независимо от продолжительности работы по
модернизации взлетно-посадочной полосы в Порт-Стэнли для при¬
ема «Фантомов». Но, похоже, мои коллеги на берегу никаких про¬
блем в этом не видели. Их не волновали мои усилия по обеспече¬
нию авиационной и морской поддержки боевых действий на бере¬
гу, у них было более чем достаточно собственных проблем. При¬
няв решение, я сделал несколько философских заметок в дневни¬
ке, размышляя о поведении людей теперь, когда у нас появилось
больше свободного времени. Я могу упомянуть о своем, поскольку
записи в дневнике, после того как я скатился до обеспечивающей
роли, становятся все длиннее и длиннее. Больше нет ничего подоб¬
ного старому: «они уничтожили прошлой ночью мой старый
«Шеффилд»... Тоска. Теперь я стал своего рода Самьюэлем Пепи-
сом6 из Морских Глубин.
Я начинаю приходить к заключению, что дает себя знать синд¬
ром «стареющего заместителя командующего». Люди начинают на¬
ходить, что имеют некоторое свободное время, и деятельно органи¬
зовывают себя до полной остановки. Убежден, что на определённом
этапе степень организации и предварительного планирования долж¬
ны быть тщательно сбалансированы. Их недостаток ведет к хаосу,
а избыток - к отсутствию гибкости.
Принцип «командуй отрицанием» [позволить твоим доверенным
людям действовать до тех пор, пока они не провалят дело] должен
срабатывать .., если только они обеспечены информацией об изме¬
няющейся обстановке. Это будет время от времени нарушаться. Но
обычно такие нарушения не должны перевешивать очень важные
преимущества гибкости, быстрой реакции, инициативы и неожидан¬
ности, которую мы получаем. По существу бюрократическое мыш¬
ление мирного времени избежать открытия огня по своим станет
препятствием для поражения противника!
(i Самьюэль Пепис (Samuel Pepys), 1633-1709 - англичанин, известный своим
дневником, в котором детально описываются события периода 1659-69 гг.
(Прим. переводчика)
369

л*.
Фолклендская война
Итак, пока они чистят котлы, я возвращаюсь к делу. Около
03.00	7 числа «Феарлесс» вместе с «Эвенджером» и «Пенелопой»
прибыли к острову Лайвли и к своему удивлению обнаружили, что
десантные катера, которые еще ночью ушли с гвардейцами, не вер¬
нулись. Поэтому они спустили два свои тдка, которые приняли
часть войск для еще одного ужасного перехода, и с остатками
войск возвратились в Карлос.
Утро по существу было за нами. Аргентинцы послали фотораз¬
ведчик (реактивный «Леар») на большой высоте над Восточным
Фолклендом. «Эксетер» Хью Бэлфора как всегда находился в го¬
товности и сбил самолет «Си Дартом», все пять членов экипажа
погибли. В то время как валлийские гвардейцы осуществляли по¬
садку на «Сэр Галахад» для второй попытки добраться до Блафф
Коув в Фицрое, я добродушно дискуссировал с командиром «Ала¬
крити» Кристофером Крейгом: его 4,5-дюймовая артустановка ос¬
тавалась неисправной в основном из-за износа ствола. Наша дис¬
куссия проходила примерно в таком ключе:
-	Хорошо, - убеждал я, - полагаю, что вам лучше бы отправить¬
ся домой и там ее отремонтировать.
Как и ожидалось, ответ капитана 2 ранга Крейга был таким:
-	Нет, сэр, все в порядке. Я предлагаю остаться здесь и воевать
до тех пор, пока этот чертов ствол не отвалится совсем.
-	Нет, Кристофер, - продолжал я терпеливо, - «Алакрити» про¬
явил себя хорошо, но корабль изнашивается. Идите и приведите
его в нормальное состояние, а затем возвращайтесь обратно.
-	Но, сэр, мы могли бы, конечно, еще немного повоевать, хотя
бы следующую неделю или около того, - сказал он.
-	Я так не думаю. Передайте ваши запасы и уходите, - сказал я,
беспомощно переходя на довольно жесткий формальный тон, кото¬
рый появляется у меня, когда я говорю от всего сердца, и добавил:
-	Кристофер... большое спасибо за все, что вы сделали.
Это не было адекватным прощанием с особенно храбрым офи¬
цером, который воевал с нами с первого дня. Я никогда не умел
как следует попрощаться.
Той ночью «Сэр Галахад» оставил бухту Карлос, направляясь в
Порт Плезент, эту особенно изрезанную ветром часть атлантичес¬
кого побережья. Порт Плезент представляет собой большой зубча¬
тый залив шириной пять миль и шесть миль в глубину. Его особен¬
ностью было то, что прямо посередине, в глубине этой бухты рас¬
положен полуостров длиной пять миль. Он имеет форму, подоб¬
ную большому крокодилу с открытой в сторону океана пастью.
Бухта к северу от этой рептилии и есть Порт Фицрой с Блафф Ко¬
370

Глава 17. Порт Неприятный
у в на ее северном берегу. Поселение Фицрой расположено в кон¬
це хвоста крокодила, в основном в южной бухте, известной как
Порт Плезент.
Цель КомАмГ состояла в том, чтобы послать «Сэр Галахад» в
Порт Плезент и вместе «Сэром Тристрамом» высадить гвардейцев
в Фицрое, где у нас теперь была база, чтобы те пешим ходом сле¬
довали на север к Блафф Коув. Предполагалось, что корабли бу¬
дут скрыты от аргентинских глаз, находящихся достаточно далеко
к северо-востоку, во-первых, из-за погоды, которая оставалась все
еще очень противной; во-вторых, они были прикрыты невысоким
утёсом в Фицрое. Я план одобрил, несмотря на то, что все это мне
не нравилось (как записано в моем дневнике от 4 июня), но моего
негативного отношения было недостаточно для того, чтобы насто¬
ять на остановке высадки. Как мне помнится, я думал, что они,
вероятно, могут избежать неприятностей, если будут шевелиться
быстро, затрачивая минимально возможное время на разгрузку де¬
сантного корабля и если погода будет оставалась благоприятной.
Это кстати не требовало никаких колоссальных умственных уси¬
лий с моей стороны. Стандартная процедура для любого десантно¬
го корабля предполагает: прибыть в район якорной стоянки, как
можно быстрее разгрузиться и уходить назад. Предпочтительнее
это делать ночью, в тумане, в условиях облачности или дождя, а
при отсутствии вышеупомянутых факторов, конечно же, при все¬
стороннем боевом обеспечении. Никогда, говорит устав Королев¬
ских ВМС, не задерживайтесь в своей самой уязвимой позиции.
В то время как «Кардифф» и «Ярмут» все еще вели артобстрел
северо-восточнее, «Сэр Галахад» осуществил переход и около
10.00	прибыл в Порт Плезент, где стал на якорь рядом с «Сэром
Тристрамом» (все еще находящимся там с грузом боеприпасов со
вчерашнего дня). К полудню погода улучшилась, и в конце концов
наступил яркий солнечный день. Два больших ТДК стояли на яко¬
рях под ясным голубыми небесами на спокойной воде. Вертолет
«Си Кинг» выгрузил расчеты «Рапир», а валлийские гвардейцы
оставались на борту в ожидании десантных катеров. Между армей¬
скими командирами и офицерами «Сэра Галахада» шли дискуссии
о факторе времени. Это продолжалось почти до 15.30, когда при¬
был первый тдка. Но у него была повреждена аппарель, и в 16.00
гвардейцы все еще оставались на борту под ясным полуденным
солнцем, которое освещало их высокие мачты.
Я полагаю, что шло дальнейшее обсуждение о пешем марше в
Блафф Коув. Солдаты думали, что придется совершить шестнад¬
цатимильный марш из-за поврежденного моста через ручей в глу¬
371

Фолклендская война
бине бухты - очевидно, им не сказали, что парашютисты его вос¬
становили. Как бы там ни было, но они предпочли ожидать на ко¬
раблях прибытия тдка, чтобы их переправили непосредственно к
месту назначения.
День тянулся медленно, исключительно медленно для команд,
разгружающихся в Порт Фицрой. Но намного быстрее для окопав¬
шихся на высотах к северо-востоку аргентинских войск, ясно со¬
зерцающих деятельность штаба генерала Мура, а также освещен¬
ные солнцем (в это время оно находилось от них строго на север)
мачты десантных кораблей, застывших на более темном фоне. Они
сообщили о присутствии британских кораблей на свой командный
пункт в Порт-Стэнли. Вскоре это сообщение было получено Юж¬
ным авиационным командованием на материке, которое подняло в
воздух шесть «Даггеров» с тысячефунтовыми бомбами плюс отряд
из восьми «Скайхоков». Я не сомневаюсь в том, что они едва ли
могли поверить в свою удачу: «Блафф Коув - никаких холмов, ни¬
каких утесов, никаких кораблей охранения, никаких «Рапир» - нет
проблем. Экселенте»7.
Аргентинцы надеялись использовать для удара четырнадцать
самолетов, но всевозможные заправки и технические проблемы
уменьшили это число до десяти, что, с нашей точки зрения, было
далеко от совершенства. Два аргентинских отряда осуществляли
перелет раздельно: пять «Даггеров» шли севернее с тем, чтобы у
западного берега Фолклендского пролива круто повернуть вправо
и зайти на Порт Плезент с берега. Однако как только самолёты со¬
вершили поворот, стремительно несясь на сверхмалой высоте, они
внезапно увидели «Плимут», выходящий из бухты Карлос в райо¬
не мыса Ченчо. Аргентинцы предпочли атаковать боевой корабль.
Дэвид Пентрит приказал «лево на борт» для того, чтобы встре¬
тить противника всем тем, что у них было. Ракетой «Си Кэт» они
повредили один из «Даггеров» и открыли ураганный огонь из 20-
мм артустановок и пулеметов, но остановить всех пятерых не смог¬
ли. Четыре тысячефунтовые бомбы попали в «Плимут» и ни одна
из них не взорвалась, хотя последняя вызвала взрыв глубинной
бомбы, приготовленной для подвески к вертолёту, вызвав сильный
пожар. Все это произошло молниеносно. «Даггеры» ушли, пресле¬
дуемые парой «Харриеров» 801 эскадрильи. Они оставили за со¬
бой пять раненых моряков и эффектно дымящий, но ни в коей ме¬
ре не смертельно поврежденный фрегат.
7	Excelente - отлично (исп.)
372

Глава 17. Порт Неприятный
К сожалению, у «Плимута» не было времени выполнить пово¬
рот вправо на обратный курс для применения аппаратуры, извест¬
ной нам как «Флэшер». Он был оснащен этой новой лазерной ап¬
паратурой, которая могла бы сорвать атаку, поскольку она бук¬
вально вынуждает атакующего пилота отвернуть резко вверх, ос¬
лепляя его на время порядка сорока секунд. Но так или иначе ко¬
мандир Пентрит на своем 21-летнем фрегате предпринял все, что
реально от него можно было ожидать. Это был, конечно же, по¬
следний бой «Плимута», и я позволю себе привести его описание
со слов капитана 1 ранга Джона Коуарда: «Конечно, «Плимут»
был обречен попасть в беду. Он не имел необходимых средств для
того, чтобы участвовать в такого рода боевых действиях. Но я ни¬
когда не забуду его в бухте Карлос, когда мы были в подобной си¬
туации - он кружил вокруг кораблей, полностью пренебрегая
опасностью. Для отражения атак он мог использовать только ар¬
тиллерию и старый ЗРК «Си Кэт», и он всегда их использовал.
Пентрит? Самый храбрый парень, которого я когда-либо встречал.
Конечно, я знал, что однажды, когда мы войдем в бухту Карлос,
от «Плимута» не останется ничего, кроме облака черного дыма. И
такой день для него настал».
После рейда «Даггеры» отправились домой, и теперь осталось
только пять «Скайхоков», летящих очень низко над побережьем
Лафонии. Они повернули севернее к восточному побережью, ища
мачты кораблей, так четко вырисовывающиеся в ярком полуден¬
ном солнце. Вскоре после 16.10 ведущий аргентинский пилот уви¬
дел их и приказал двум «Скайхокам» следовать за ним. Они по¬
вернули к западу, низко несясь над Порт Плезент к двум британ¬
ским танко-десантным кораблям. Я предполагаю, что это была
просто мечта пилота бомбардировщика - атаковать две неподвиж¬
ные цели без малейшего риска получить в лоб от обороняющихся
ракету, снаряд или хотя бы пулю. У них было время даже для на¬
бора необходимой высоты, чтобы их бомбы обязательно взорва¬
лись. Они сбросили две, возможно, три, пятисотфунтовые бомбы
прямо в «Сэр Галахад», атаковав его на бреющем полете. Другие
два самолета, замыкая шествие, пошли на «Сэра Тристрама», сто¬
ящего на якоре всего в четверти мили далее, и сбросили две бом¬
бы. Первая попала в корму и не взорвалась, а вторая, взорвавша¬
яся под кормой, оторвала аппарель. К счастью, на «Сэре Тристра¬
ме» солдат было немного, но «Сэр Галахад» был заполнен ими. По
меньшей мере одна из бомб взорвалась глубоко внутри корабля,
устроив жуткое побоище. Пожар быстро вышел из-под контроля.
Рвущиеся боеприпасы с каждой минутой делали ситуацию еще бо¬
373

Фолклендская война
лее ужасающей. К счастью, там было много спасательных средств
-	четыре вертолета «Си Кинг», один «Уэссекс», десантный катер,
плавающий грузовой плот под названием «Мексфлоут», две спаса¬
тельные шлюпки с «Сэра Тристрама» и собственные спасательные
шлюпки и спасательные плоты. Потребовалось всего около полу¬
часа, чтобы переправить всех, кто мог ходить, и около часа для
эвакуации вертолетами раненых на носилках.
В итоге пятьдесят человек были или убиты, или пропали без ве¬
сти; еще пятьдесят семь были ранены, почти все с ужасными ожо¬
гами. Из них тридцать девять погибших и двадцать восемь ране¬
ных были из 1-го батальона валлийских гвардейцев, полка, кото¬
рый традиционно почти полностью формировался из старого шах¬
терского центра Южного Уэльса, начиная от Кардиффа, Ньюпор¬
та и Лленелли, заканчивая селениями в районе Ронда, Мейстег,
Бридгенд и Понтипридд8. Ни одной из тех небольших общин не
привыкать к печали, но бомбардировка «Сэра Галахада» еще очень
долго будет в их памяти.
Королевские ВМС при этом потеряли семь человек погибшими
и одиннадцать человек ранеными. Проявлено много отваги в спа¬
сательных работах. Я был особенно взволнован поступком второго
инженер-механика «Сэра Галахада» Пола Генри из Бервик-на-Тви-
де, посмертно награжденного георгиевской медалью. Он отдал
единственный в горящем машинном отделении дыхательный апа-
рат для спасения младшего офицера.
Единственное хорошее событие за весь этот отвратительный
день произошло вскоре после того, как еще одна группа «Скайхо¬
ков» зашла для удара по базе Фицроя, но была перехвачена над
бухтой Чойсеул «Харриерами», которые сбили три самолета раке¬
тами «Сайдвиндер».
Большинство фактов стали известны через несколько дней. Я
был чрезвычайно расстроен, когда утром того ужасного дня мне
сказали, что два ТДК находятся в Блафф Коув. Недоволен я был
в основном собой, поскольку мог бы не позволить этому случить¬
ся, должен был не допустить этого, но ничего не сделал. Я должен
быть там старшим военно-морским командиром. Я видел угрозу,
кипел от злости, но ничего не сказал. Записи в дневнике неопро¬
вержимо свидетельствуют об этом. Но я боялся, что любая высад¬
ка будет сопряжена с трудностями. Мои записи от 4 июня - это та
страница, которую я никогда не хочу перечитывать заново.
8	Rhondda, Maesteg, Bridgend, Pontypridd
374

Глава 17. Порт Неприятный
Я спрашивал себя тысячу раз: почему не настоял на отмене этого
замысла. Всё, что я должен был сделать, это сказать категорически:
«Забудьте это! Я не разрешу моим кораблям участвовать в этом.
Найдите другой путь». Но я ничего не сказал по крайней мере тем,
кто командовал на берегу. Я достаточно уверен в том, что высказал
только кое-что близким коллегам, находящимся на ударной группе.
Теперь, критически анализируя свои действия, мне стало ясно, что я
знаю основную причину моего нежелания вмешаться во что-либо.
Это был я, кто подгонял, требовал скорости, я, кто ясно дал понять,
что войска десанта должны как можно скорее наступать и закончить
эту войну до второй половины июня. Теперь, когда они пошли впе¬
ред, кто я такой, чтобы начать жаловаться на риск, которому они
подвергались? И если это - та причина, по которой я не желал вме¬
шиваться, тогда мне нечем гордиться. Беспокойство о том, что снача¬
ла говорю одно, а потом другое не моя работа. Я должен был толь¬
ко сказать командору Майку Клаппу и генерал-майору Джереми Му¬
ру, что я против, и к черту их реакцию.
Во многих случаях, оглядываясь назад, на эту кампанию, я ча¬
сто сам себя просто не узнаю. Действительно ли я принимал те ре¬
шения? Думаю, что только один фактор удерживал вместе меня и
того, другого, я - общая совесть. Это для всех нас вездесущий, оди¬
нокий и, надеюсь, правдивый голос нашей собственной души.
Ночью 8 июня я как обычно выпустил пар на страницах моего
дневника.
Мое беспокойство о двух ТДК оказалось обоснованным. Я бы
этого КомАмГ задушил. Ему сказали не планировать посылку «Ин-
трепида» и двух ТДК в Фицрой в светлое время даже с фрегатом
(возможно, стоило предложить вариант одного ТДК, имеющего ра¬
зумные шансы проскочить незамеченным - смотри замечания от 4
июня). И что же он делает? Отправляет войска на двух ТДК средь
бела дня при прогнозе хорошей летной погоды.
Мое беспокойство и разочарование подталкивали меня: «Я, ко¬
нечно же, должен был остановить его [4-го июня]. Это моя персо¬
нальная вина, поскольку я должен был вовремя разглядеть при¬
ближающуюся катастрофу. Я только не понял, что два ТДК нахо¬
дились там без охранения до полудня, когда почти без раздумий
решил не отменять приказ, надеясь, что все обойдется».
В свое оправдание я рассуждал, что даже отмена мною приказа
не очень бы им помогла, поскольку «ТДК все еще оставались уяз¬
вимыми даже где-нибудь в другом месте [между Карлосом и Фиц-
роем], имея на борту много людей и снаряжения и находясь на
375

Фолклендская война
большом удалении от берега». Я думаю, история в конце концов мо¬
жет решить, что драматическая перемена погоды была наиболее суще¬
ственной причиной трагедии. Позже я выяснил, что прогноз об улуч¬
шении погоды ни КомАмГ, ни КВДФО до того, как приступили к про¬
ведению операции, не получили. После действий в течение продолжи¬
тельного времени под покровом тумана и низкой облачности все вне¬
запно снова оказались в ярком солнечном свете с удивительной для тех
широт видимостью. Это, как мы уже знаем, меняет дело.
Что касается «задушил бы этого КомАмГ», то я уже много раз
говорил: «я мог бы задушить этого кота», когда он что-то опроки¬
дывал или не вовремя выходил в сад после того, как ему дали
слишком много поесть. Я чувствую себя лучше после такого выска¬
зывания даже без обязательного обвинения кота в том, что случи¬
лось и, конечно, без намерения забрать одну из его девяти жизней.
Я больше всего сожалею о том, что «катастрофа Блафф Коув»
навсегда прочно останется в памяти некоторых людей как память
о Фолклендской войне - там было телевидение, которое запечатле¬
ло ужасающие картины обугленных и тяжело раненых солдат. В
военном смысле это не было катастрофой. Потери на «Шеффил¬
де», «Ковентри» и «Арденте» в отдельности по числу погибших и
раненых не были так серьезны, но все вместе они были значитель¬
ными. Катастрофа «Бельграно», конечно же, была самой трагиче¬
ской. Несколько дней назад я слышал, что при наводнении в Ин¬
донезии погибло более двухсот человек. Мне кажется, что нам
нужно научиться жить с учетом того, что телевидение преувеличи¬
вает то, что что является ужасным и каким-то образом уменьшает
значимость того, что не попало в поле его зрения.
Поздно ночью я услышал еще об одной задержке войск десанта.
Это вынудило меня вернуться к своему дневнику и несколько бес¬
помощно констатировать:
Я узнал, что КВДФО собирается задержаться ещё на двадцать
четыре часа в дополнение к последним семидесяти двум. У его лю¬
дей, боюсь, скоро закончится пар - холодный фронт придет уже се¬
годня вечером. И, похоже, я ничего не смогу предпринять, кроме
как надеяться, что армия справится с этим и достигнет успеха еще
до того, как аргентинцы отгрызут значительную часть нашего фло¬
та. Найти эффективный способ добраться до нас (возможно, под¬
водной лодкой, «Скайхоками» и «Этандарами», «Канберрами» или
чем-угодно) для них - это вопрос времени. Очень трудно бороться
с истощением, когда твои средства в операции являются одновре¬
менно и ограниченными, и критическими.
376

Глава 17. Порт Неприятный
Я все еще не вижу перспективы конца этой войны, и единствен¬
ное мое утешение в том, что и у аргентинцев положение не лучше.
Ночь прошла спокойно, слишком спокойно, подумал я, и наступил
холодный ясный день. Главнокомандующий ВМС, явно менее чем сча¬
стливый по поводу событий в Блафф Коув, утром был со мной на те¬
лефонной связи. Я горжусь тем, что мы оба сумели избежать выска¬
зываний в адрес командующего войсками десанта вроде «я же гово¬
рил...». Но, с другой стороны, ни один из нас действительно ничего
подобного ему не говорил. Ему сказали, что полномасштабная высад¬
ка проводиться не будет. Но потом мы избежали неприятностей с од¬
ним ТДК в бухте Тил, и привлечение еще двух ТДК в Фицрое было
не таким уж и неоправданным, если бы плохая погода сохранилась.
Так или иначе мы на этом внимание не акцентировали, поскольку
главная тема сеанса связи была другой: флот больше не планировал
заменять меня командующим третьей флотилии. «Не так быстро, как
мы считали раньше», - было заявление адмирала Филдхауза. Для ме¬
ня это звучало подобно приговору к пожизненному заключению. До¬
верие вышестоящих командиров - это серьезная проблема.
К слову замечу, что в 1992 году из книги Майка Клаппа я уз¬
нал, что примерно в то время он получил сигнал с моим позывным,
рекомендовавший послать несколько ТДК прямо в Порт-Стэнли,
чтобы как можно скорее завершить войну. Он благоразумно игно¬
рировал его, приняв за своего рода безвкусную шутку или за еще
одно «бестолковое вмешательство» с моря. Если бы я получил та¬
кой сигнал от него, без сомнения, повел бы себя точно так же. Я
все еще задаюсь вопросом, откуда такой сигнал мог взяться, имея
в виду свои ясно высказанные взгляды относительно посылки да¬
же одного ТДК без охранения и зная, что любые шутки были ни
к месту и ни ко времени.
Шутка или нет, но 10 июня «Ярмут» вел артобстрел скал, мы
провели сорок четыре самолето-вылета авиационного прикрытия,
иногда с шестнадцатью самолетами, одновременно находящимися
над островом. «Эктив» в компании с «Эрроу» вышли на артобст¬
рел в южную огневую позицию. Ударная группа находилась в
ожидании, и я провел много времени в одиночестве в каюте за на¬
писанием небольших раздраженных эссе в дневнике.
Ожидание ужасно. Думаю, что даже аргентинцы всем этим сы¬
ты по горло и грозятся атаковать. Если КВДФО услышит об этом,
он, без сомнения, должен будет полностью перегруппироваться и
задержаться еще на несколько недель. Если бы я вел себя так, как
ведут войска десанта, мы никогда бы не высадились! Я не понимаю
377

Фолклендская война
и поэтому не могу принять эти бесконечные задержки: флот гото¬
вится и высаживает десант день спустя от первоначально спланиро-
ваной даты. Эти церемонные глупцы берут две недели для развед¬
ки. Похоже, что у них нет места для импровизации, инициативы
или даже настоящего мастерства, только это упрямое «левой, пра¬
вой, левой, правой», а больше всего обозначают шаг на месте. Для
меня идея «мобильных сил» полностью утеряна... Мы, должно
быть, так же уязвимы для «блицкрига», как и в прошлый раз. Аб¬
солютно потрясающе - они даже сейчас ожидают пакеты военторга
с сигаретами, мылом и бритвами. Уму не постижимо ...
В данный момент ситуация разворачивается настолько благоприят¬
но, насколько мы можем ожидать. Достаточно это или нет, но это луч¬
шее, что у нас будет. Поэтому нужно действовать и рисковать сейчас.
Несколько лет спустя, когда я начал готовить свои записи для на¬
писания этой книги, я дописал строкой ниже следующее признание.
Очевидно, что не «церемонные глупцы», как мне теперь стало
достаточно ясно из книги бригадира Джулиана Томпсона9. Хотя ни¬
каких жалоб с берега не было слышно, потеря вертолетов «Чинук»
и «Уэссекс» на «Атлантик Конвейере» (ответственность за что мо¬
жет быть переложена на меня) сильно повлияли на мобильность на¬
земных войск.
Мое нетерпение исходило из осознания того, что ударная груп¬
па теряла боеспособность, а также из незнания реальной обстанов¬
ки на берегу. Этот комментарий - превосходный пример придания
слишком большого значения современному дневнику. Написав это,
я почувствовал себя лучше и не послал обидное и скорее всего конт-
продуктивное сообщение КВДФО.
Таким образом, я представил на ваш суд оба пассажа и пола¬
гаю, что Джереми Мур поймет причины недостатка моей способно¬
сти проникнуть в сущность его проблем и будет достаточно мило¬
сердным, чтобы простить меня за такой поступок.
На следующий день, 12 июня, в 01.00 войска начали свое за¬
ключительное наступление. Еще до их решительного броска вперед
фрегат проекта 21 капитана 2 ранга Кэнтера «Эктив», к радости
британских войск, уничтожил склад боеприпасов на горе Гарриет.
«Харриеры» решительно атаковали гарнизон Порт-Стэнли, арген¬
тинцы сбили один из своих вертолетов, а другие «Харриеры» «по¬
перчили» бомбами аргентинские позиции на холмах.
9	No Picnic
378

Глава 17. Порт Неприятный
Я приказал четырем боевым кораблям поддержать британские
войска следующим образом:
а)	«Эвенджеру» капитана 1 ранга Хьюго Вайта обеспечить ар¬
тиллерийскую поддержку 3 парашютного полка в тяжелом и кро¬
вопролитном бою за гору Лонгдон;
б)	«Глэморгану» капитана 1 ранга Майка Барро поддержать 45
отряд командос, атакующий двойной пик Ту Систерс;
в)	«Ярмуту» капитана 2 ранга Тони Мортона оказать поддерж¬
ку 42 отряду командос в овладении горным хребтом Гарриет и ре¬
шительном броске на Тамблдаун;
г)	«Эрроу» капитана 2 ранга Пола Бутерстона быть в готовно¬
сти поддержать спецназ в случае необходимости.
Выполняя эти задачи, мои корабли за ночь израсходовали по¬
рядка тысячи пятисот снарядов: один «Эвенджер» - сто пятьдесят
шесть 4,5-дюймовых снарядов. Но парашютисты тем не менее вы¬
нуждены были вести всю ночь бой за гору Лонгдон, потеряв при
этом среди прочих восемнадцати человек отважного сержанта Ай-
ана Маккея, награжденного посмертно Крестом Виктории.
«Глэморган» был направлен в прибрежный район как обычно
около 17.00 с расчетом прибыть на огневую позицию к югу от
Порт-Стэнли в 23.30. Для этого он должен был идти со скоростью
двадцать шесть узлов. Экипаж корабля занял места по «боевой
тревоге» еще в 23.15, до прибытия в опасную зону, и находился по
тревоге на боевых постах всю ночь. Корабль маневрировал очень
близко к берегу вместе с «Ярмутом» и «Эвенджером», обеспечивая
артиллерийскую поддержку войскам десанта при решении ими раз¬
личных задач. Артогонь эсминца корректировал морской наблюда¬
тель на передовой, пока его не ранили, а затем капрал артиллерии.
Огонь вели непрерывно, до тех пор, пока командос не вышли к Ту
Систерс. Эсминец УРО и «Ярмут» вместе израсходовали за это
время порядка четырехсот артснарядов. В 05.15 они начали отход,
на фактически оставили огневую позицию несколько позже, так
как у командос на горе было жарко. На «Глэморгане» боевая го¬
товность была снижена в 05.30 с чувством хорошо выполненной
ночной работы.
Когда наконец «Глэморган» оставил огневую позицию у Порт-
Стэнли, я подумал, что он неверно оценил рубеж досягаемости бе¬
реговой пусковой установки «Экзосет», расположенной на дороге
за Порт Гарриет. Но, похоже, аргентинцы сумели переместить свои
мобильные установки немного восточнее. Как бы то ни было в
379

Фолклендская война
05.36 аргентинцы произвели пуск одной ракеты. «Эвенджер» уви¬
дел ее в 10 милях и оповестил корабли уже после того, как раке¬
та была визуально обнаружена с «Глэморгана». Руль был перело¬
жен на борт для крутого отворота от ракеты, что в конечном ито¬
ге, возможно, и спасло корабль. На дальности до цели одна миля
они призвели по ней пуск ракеты «Си Кэт». «Глэморган», накре¬
нясь, все еще продолжал поворот, когда крылатая ракета попала в
кормовую часть верхней палубы точно в то место, где она соединя¬
ется с надстройкой левого борта, недалеко от ангара, и взорвалась.
Восемь человек были убиты сразу, уничтожен вертолет «Уэс¬
секс». Горящее топливо лилось через отверстие в палубе и вызва¬
ло пожар на камбузе. Там погибли четыре кока и стюард, несколь¬
ко человек были ранены. Дым засасывался в машинное отделение,
но газотурбинные двигатели были выведены из строя только на ко¬
роткое время под воздействием ударной волны взрыва «Экзосет»
и поступления воды, используемой для тушения пожара, которая
стекала вниз через образовавшиеся отверстия, вызывая затопле¬
ние. Удивительным было то, что «Глэморган» все еще мог обеспе¬
чивать ход и после устранения неотложных проблем дал ход в
двадцать узлов, возвращаясь к оперативному соединению. Я пола¬
гаю, что британские войска на высотах наблюдали это с болью. Ко¬
рабль Майка Барро этой ночью, как и в течение многих ночей ра¬
нее, был для них настоящим другом.
Мне в то время показалось, что корабли расслабились в самое
неподходящее время. Об этом можно прочитать в моем дневнике:
«Глэморган», спешивший вернуться еще до рассвета, пересек ру¬
беж досягаемости «Экзосет» и за это поплатился... Им не повезло,
что в них попали, но им сопутствовала удача получить именно та¬
кое попадание. Мы теперь знаем о противнике намного больше».
Тринадцать человек из отважного экипажа «Глэморгана» по¬
гибли. Почти столько же, сколько парашютистов 3 полка в том
ужасном бою за гору Лонгдон. Они соорудили небольшой мемо¬
риал сержанту Маккей на студеных высотах горы Лонгдон - толь¬
ко его винтовка, шлем парашютиста и маленькая консервная бан¬
ка нарциссов на том месте, где он пал. Мы же еще раз хоронили
наших погибших моряков в море. Среди гробов Королевских
ВМС, скользивших в тот вечер в бесконечную тишину Атланти¬
ческих глубин в ста шестидесяти милях на восток от Фолкленд¬
ских островов, был гроб двадцатипятилетнего лейтенанта Дэвида
Тинкера, погибшего в ангаре. Он был чувствительным, интелли¬
гентным молодым офицером, любил литературу и поэзию. Таким
его будут помнить, поскольку в позже в том же году отец Дэви¬
380

Глава 17. Порт Неприятный
да издал особенно трогательную книгу его писем и литературных
произведений.
По существу эта довольно интересная книга является гимном
против войны. В последующие годы она воспринималась как сво¬
его рода крик из могилы молодого человека, который понял ее зло.
С каждой буквой у лейтенанта росла уверенность в бессмысленно¬
сти конфликта. Он чувствовал, что у Маргарет Тэтчер была «чер¬
чиллевская» иллюзия «победить Гитлера», что Джон Нотт не по¬
нимал, что такое война, что у меня «кажется, нет никаких угрызе¬
ний совести по поводу всех наших потерь». Он писал о «военном
фиаско», «политическом позоре» и размышлял, что «неужели я
странный, если я против всех этих убийств, которые происходят
под нашим флагом». Он даже упомянул о расходе топлива на сво¬
ем «Глэморгане» с момента их отхода от острова Пебл 14 мая...
33000 галлонов, по его оценкам, галлон - на шесть ярдов. Как для
меня, это было несколько завышенные данные.
Тем не менее голос Тинкера нельзя игнорировать. Он пред¬
ставляет точку зрения, далекую от моей. Но это была все-таки
обоснованная и хорошо сформулированная точка зрения. Дейст¬
вительно, некоторые из его утверждений, например, о том, что
британское правительство планировало «оставить острова полно¬
стью беззащитными, что оно лишает островитян «британского
гражданства», были не из приятных. Вы можете спросить, что де¬
лал такой парень на войне, на полетной палубе 6000-тонного бри¬
танского эсминца? Хороший вопрос. Правда заключается в том,
что Дэвид Тинкер был так называемым «добровольным отставни¬
ком»10, человеком, который подал рапорт на увольнение из Коро¬
левских ВМС. Он написал свой рапорт еще до Фолклендской
войны. Но он был не из тех, кто пытается уволиться, видя перед
собой перспективу идти на войну. Я думаю, он искренне верил,
что служба в вооруженных силах Ее Величества не для него и,
будучи уже несколько лет женатым, хотел вести более спокойную
жизнь на берегу. В этом нет ничего плохого. Вся эта грустная ис¬
тория Дэвида Тинкера всегда заставляет меня вспомнить свою
собственную позицию в 1956 году.
Я служил старшим помощником командира 2300-тонной новей¬
шей дизельной патрульной подводной лодки «Порпойс», которой
командовал капитан 1 ранга Брайан Хатчингс. Во время возникно¬
вения угрозы Суэцкого кризиса нам внезапно приказали возвра¬
титься в базу с глубоководных учений и готовиться для участия в
10	VOLRET - voluntary retirement
381

Фолклендская война
войне. Вспомните, после окончания второй мировой войны прошло
только чуть больше десяти лет, и война для нас была все еще очень
реальной, даже если я и не принимал участия в боевых действиях. Я
ясно помню свои мысли: «Подождите. И это то, для чего я вступил
в Королевские ВМС? Идти на войну? Из-за вопроса, кому принад¬
лежит Суэцкий канал? Начинать убивать людей? Возможно, меня
убьют... Минуточку...». Для меня нетрудно было понять, что это
действительно то, для чего военно-морские силы готовили меня: в
один прекрасный день придется воевать. Всесторонне обдумав это, я
не нашел никакого противоречия в идее, равно как и в своей прича¬
стности к событиям. Тогда мне было двадцать четыре, на год моло¬
же Дэвида Тинкера, и уже тогда я понял, что служба на флоте это
не только комфорт, приключения и хорошая компания. Это может
быть чревато большой опасностью, и нас всегда могут призвать на во¬
енную службу, если сдерживание не сработает.
Так в одном и том же возрасте Дэвид и я смотрели на происхо¬
дящие события и принимали свои решения. Мы пришли к различ¬
ным заключениям о иаших карьерах... Я - под давлением надвига¬
ющейся войны, он - при отсутствии такого давления. Проблема Дэ¬
вида состояла в том, что для увольнения из Королевских ВМС тре¬
буется примерно восемнадцать месяцев, а кризис из-за Фолкленд¬
ских островов разразился именно в этот период. Я хотел бы повто¬
рить, что в его решении не было ничего плохого, просто ему не по¬
везло со временем.
Теперь, когда «Глэморган» не мог вести боевые действия и на
море установилось временное затишье, у меня появилось время для
некоторой «домашней работы». Я написал список наших потерь:
«Два эсминца потоплены, три серьезно повреждены; два фрегата
потоплены, два серьезно повреждены; одно контейнерное судно по¬
топлено; два танко-десантных корабля потоплены, один серьезно
поврежден». Той ночью мы планировали послать четыре фрегата
для ночного артобстрела, но два из них, «Ярмут» и «Эмбускейд»,
не смогли выйти из-за неисправностей в механической части. «Эк-
тив» и «Эрроу» ушли, чтобы бомбить аргентинские позиции на го¬
ре Саппер и у Муди Брук. То, что «Эрроу» все еще находился с
нами и все еще вел артиллерийский огонь, действительно было чу¬
дом: с самого начала кампании мы серьезно беспокоились о трещи¬
нах в его корпусе. В данный момент оставались только два боевых
корабля из первоначального состава кораблей охранения, избежав¬
шие повреждений: он и «Ярмут».
Вы помните, я рассказывал, что капитан 2 ранга Тони Мортон,
новый командир корабля, был несколько сверхактивен в первых
382

Глава 17. Порт Неприятный
Ль»
боях, объявляя тревоги, когда никакой реальной опасности не су¬
ществовало. Так вот, он быстро всему научился и к концу конф¬
ликта имел действительно выдающиеся достижения. Провести
«Ярмут» через все испытания невредимым было огромным успе¬
хом. Тони находился в гуще событий длительное время.
К этому времени был отремонтирован «Плимут», который шел
сюда, чтобы присоединиться к ударной группе, а побитый «Глэ¬
морган» приняли на попечение суда в ЗТТО - безопасном районе
дальше на восток.
Было воскресенье, 13 июня, еще один яркий ясный день, кото¬
рый закончился невероятно прекрасным закатом. Облака были
видны за сотню миль... Спокойный океан, легкий бриз силой
шесть узлов, небо и море, растворяющиеся в гармонии бриллиан¬
тового, пурпурного, оранжевого и серого цветов. Корабли казались
застывшими силуэтами, подобно кусочкам черного картона, на яр¬
ком западном горизонте.
С некоторой неохотой я повернулся спиной к этому изумительно¬
му вечернему морскому пейзажу и выпалил короткий сигнал КВДФО
в духе «горе ударной группы», который отражается длинной запи¬
сью в дневнике.
Наша боеспособность сейчас на краю пропасти: только три ко¬
рабля избежали серьезных повреждений («Гермес», «Ярмут» и
«Эксетер»). Сорок пять процентов эсминцев и фрегатов имеют поч¬
ти нулевую боеспособность. Из «голкиперов»: ЗРК «Си Вулф»
«Андромеды» - не в строю; все системы «Бриллианта» в подвешен¬
ном состоянии на множестве проводов а-1а Коуард; у «Бродсуорда»
в строю полторы системы [оружия], одна линия вала на время бло¬
кирована. Ни один из проектов 21 не пригоден: у «Эвенджера» по¬
врежден винт; «Эрроу» поломан (его газовая турбина «Олимпус»
не в строю). Они все разваливаются.
В полдень этого прекрасного, подходящего для действий «Этан¬
даров», дня я остался с одним каналом ЗРК «Си Дарт». Конвои я
провожу по ночам в «охранении» одного полу хромого фрегата - все
равно не нужно идти быстрее охраняемых судов, не так ли? Огне¬
вая поддержка из-за неисправностей сократилась с четырех кораб¬
лей до двух. ЗТТО «защищает» бедный, старый, хромой «Глэмор¬
ган», а Южную Георгию отважно обороняет бедный, старый, хро¬
мой «Энтрим» и отважный линкор «Эндьюранс».
Откровенно говоря, если аргентинцы только дунут на нас, мы
развалимся! Возможно, они в таком же состоянии: только на это и
надеемся. В противном случае нас порвут на части.
383

Фолклендская война
На следующий день, в первые часы после полуночи, несколько
аргентинских самолетов были замечены над южной береговой ли¬
нией островов, большинство из них следовало на север. Один из
них, бомбардировщик «Канберра», сопровождаемый ракетным
комплексом «Кардиффа», устремился через остров на север Порт-
Стэнли и был сбит ракетой «Си Дарт» эсминца проекта 42. Вой¬
ска на высотах, ожидающие начала своей атаки на рассвете, на¬
блюдали как он падал кружась.
Вскоре после этого британские войска начали движение вперед.
Массивная огневая подготовка с «Ярмута» и «Эмбускейда» пред¬
шествовала броску парашютистов 2 полка на аргентинцев около
03.00	в районе Уаэрлесс Риджа. Тогда же «Эвенджер» и «Ярмут»
начали обстрел аргентинских батарей ПВО, способных вести огонь
по наземным войскам в районе ипподрома Порт-Стэнли, а «Эктив»
вел артобстрел горы Тамблдаун, поддерживая шотландских гвар¬
дейцев. Здесь, на этом горном хребте, гвардейцы в течение трех ча¬
сов были прижаты к земле хорошо обученным батальоном арген¬
тинских морских пехотинцев. Но со временем они были ослаблены
огнем минометов пехоты и артогнем «Эктива» и «Эвенджера».
Выпустив по аргентинским укреплениям порядка пятисот артс-
нарядов, три фрегата ушли до наступления рассвета. Единственной
потерей было то, что одна из лопастей винта у «Эвенджера» была
срезана, но времени выяснять причину не было.
Немного позже утром мы послали «Харриеры» ВВС с «Гермеса»
для заключительного лазерно-прицельного бомбового удара по арген¬
тинской артиллерийской батарее на хребте Тамблдаун со стороны
Порт-Стэнли. Оборона людей генерала Гальтиери начала рассыпать¬
ся. После доставки большими вертолетами «Си Кинг 4» подкрепле¬
ния от 40-го отряда командос к горе Саппер сотни разбитых бойцов
генерала Менендеза были вынуждены отходить со своих жизненно
важных позиций на холодные возвышенности, окружающие Порт-
Стэнли. Их главнокомандующий, генерал Гальтиери, приказал про¬
должать сражаться, но положение уже было безнадежным. В 14.05
генерал Менендез очень благоразумно послал сообщение генералу
Муру с просьбой об условиях прекращения огня.
В ударной группе мы услышали эти новости сначала в виде слу¬
хов, и, должен признаться, мне трудно было в это поверить. Но
поскольку новости подтвердились, мы решили, что их принятие не
будет сильным искушением провидения.
Итак, война закончилась. Но на самом деле, только для войск
десанта, а не для всех остальных. Здесь, в ударной группе, элек¬
тронный Город все еще не может бездействовать, а ночные вахтен¬
384

Глава 17. Порт Неприятный
Ль»
ные должны быть бдительными. Авиационное прикрытие все еще
необходимо (оно все еще на полетной палубе в десятиминутной
готовности). Глаза и уши Флота должны быть по-прежнему начеку.
У меня нет никаких гарантий, что аргентинцы не вернуться к нам
завтра с моря или воздуха. Это только Менендез сдался, но не Галь¬
тиери. Я не доверяю диктаторам.

Глава 18
Добро пожаловать домой
Я почти уверен в том, что именно Наполеон дал имя воину, кото¬
рый повернул Великую армию Франции от ворот Москвы. «Я был
побежден не русскими, - рычал Бонапарт, - я был побежден генералом
Зима». Я не сомневаюсь и в том, что сто тридцать лет спустя Адольф
Гитлер, возможно, со слегка меньшим хладнокровием думал так же, ког¬
да немецкие армии отступали от Москвы и от Сталинграда. Но к нам
на Фолклендские острова этот генерал опоздал. Конечно, он появился.
Мы знали, что он в конце концов придет. И он появился вечером в день
капитуляции аргентинских сухопутных войск, опоздав на шестинедель¬
ную кампанию всего на семь часов.
В течение всего полудня ветер с Антарктики усиливался, накатывая
по волнам ледяной холод. Это началось в полдень, примерно тогда,
когда генерал Менендез запросил о перемирии. В 22.00 по Гринвичу
генерал Зима был в полной красе - со снежной бурей. Порывы ветра
достигали ста миль в час - Фолклендские острова пронизывались
белым хлестким снегом и градом. Я слышал, как проливной дождь
со снегом хлестал по переборкам моей каюты на острове «Гермеса».
Море бурлило, ночь была безлунной, и холод на палубе был почти
невыносим. С учетом холодного ветра казалось, что температура воз¬
духа понизилась до минус 16 градусов по Цельсию. Это не те условия,
которые господствуют ближе к полюсам, где волны обрушиваются на
нос корабля и сразу замерзают на его надстройке. Этот холод созда¬
ется в основном ветром. Он пронизывает до костей промозглостью и
сыростью, по сравнению с которой шотландские озера в январе кажут¬
ся похожими на Гонолулу.
Но бушующий за переборкой моей каюты зимний шторм не мог
отвлечь меня от главной неотложной проблемы этой ночи: что делать
386

Глава 18. Добро пожаловать домой
ЛЬ*
с теми находящимися на берегу тринадцатью тысячами аргентинских
военнопленных. Многие из них, как мы полагали, для таких условий
были плохо одеты и голодали. Тогда я впервые и подумал о прибытии
генерала Зима. Если бы он появился здесь десять дней назад, то не
оказал бы большой помощи аргентинцам. Их высшее командование
не смогло бы обеспечить авиационную поддержку окапывающимся
на высотах солдатам. Но я думаю, что нас он прикончил бы. Корабли
и суда не менее уязвимы, чем армии Наполеона и Гитлера в России.
В особенно плохую погоду бедствия на море случаются чаще. Потоки
соленой водяной пыли атакуют электрические схемы, а кристаллы
соли забивают механические системы. Лед и снег также опасны. Такие
трудности прогнозировались еще в середине апреля, побуждая нас
двигаться и решать все задачи до наступления плохой погоды. Сейчас,
наяву, реальность бушующих зимних ураганов в Южной Атлантике не
стала менее жуткой.
Теперь уже можно сказать, что нам в ходе этой войны довольно
повезло с погодой. Она была совсем не такая плохая, как мы ожидали,
и конечно, не такая плохая, как о ней продолжала говорить пресса.
Журналисты, конечно, имеют чересчур развитое чувство любительско¬
го драматизма. На самом деле почти все последние девять дней мы
работали при холодном ярком солнечном свете. Были, естественно,
и неприятные моменты - несколько штормов, когда море особенно
свирепствовало. Однако такой ужасной погоды, как при капитуляции
аргентинских войск, не было. Запись в вахтенном журнале свидетель¬
ствует, что в ту ночь в районе ударной группы шторм достигал силы
12 баллов (120 миль в час). Конечно на полетной палубе «Гермеса»
хорошенько сквозило, но я не завидую тем, кто окажется в такую пого¬
ду на маленьком фрегате.
Однако я бы предпочел находиться в своем стальном доме в
море, чем среди скученных в эту штормовую ночь на берегу, без
крыши над головой, солдат обеих сторон. Я думал о проблемах гипо¬
термии, болезнях ног и пневмонии. Меня мучил вопрос, как нам
справиться с колоссальной административной проблемой расчистки
изодранных остатков побежденной армии Гальтиери.
О чем я не думал, так это о возможности любого серьезного пра¬
зднования победы, хотя позволил себе роскошь выкурить первую за
восемь месяцев сигарету. Более того, я все еще не верил в то, что
мы уже победили, даже после сообщений о белых флагах в Порт-
Стэнли и о «Юнион Джек», реявшем над домом правительства. Я
не был уверен, что мы разбили их военно-воздушные силы, что они
не могут снова появиться через четыре минуты после оповещения
об их обнаружении, как было в случае потопления «Шеффилда». И
13*

Фолклендская война
хотя их флот, кажется, прочно стоит в гавани, он все еще физически
способен выйти в море и воевать.
Ясно было и то, что аргентинские солдаты на Фолклендских ост¬
ровах уже свое получили, а их командующий сдался. Но это может
считаться только «местной капитуляцией» и не более. Никто ничего
не сказал о капитуляции в Буэнос-Айресе, никто не сообщал мне о
том, что аргентинская военная машина капитулировала перед нами
безоговорочно и война закончена. Бесспорным аргументом было то,
что эта война и не объявлялась, а следовательно, нет никаких основа¬
ний считать ее оконченной. Ничто не могло убедить меня в том, что
мы могли расслабиться. Я знал, что аргентинцы могут дождаться
триумфального прибытия «Гермеса» в гавань Порт-Стэнли и после
этого нанести «Скайхоками» сильный удар, который изменит равно¬
весие сил в их пользу еще до ланча.
Мне доложили, аргентинский командующий что-то подписал, но
это не давало никаких гарантий. Лист бумаги - это всего лишь лист
бумаги (в чем в свое время убедился Невилл Чемберлен), тем более,
что это лист бумаги местного значения. Настолько мне было извест¬
но, параллельно с отставкой Менендеза генерал Гальтиери требовал
предпринять последние отчаянные усилия. Были некоторые неот¬
ложные причины побуждающие меня уже сегодня ночью, в первые
часы «мира», направить «Гермес» в сторону берега. Его полетная
палуба была значительно лучше вертолетной базы в пункте базиро¬
вания ВМС в Порт-Стэнли с единственным заброшенным домом и
несколькими бетонными фундаментами для металлических ангаров.
Но я ни за что бы так не поступил - без «Гермеса» и без «Харрие¬
ров» оперативное соединение было бы фактически беззащитным, а
мы были в восьми тысячах миль от дома. Я не доверял аргентинцам
ни на мгновение.
Итак, «Гермес» лежал в дрейфе вне ВИЗ, а я старался не рис¬
ковать и волновался. Мы по существу столкнулись с проведением
«гуманитарной операции», включающей и репатриацию тысяч арген¬
тинцев. И эту операцию следовало проводить в условиях непосред¬
ственной угрозы главного удара противника. Я даже попросил Норт¬
вуд обратиться к Би-Би-Си провентилировать в международных
кругах эту проблему с тем, чтобы удалось избежать слишком боль¬
шой ответственности за неизбежные потери при таком овладении
Фолклендскими островами.
Подобно многим вещам в этом мире, все оказалось менее труд¬
ным, чем мы ожидали. Утром 17 июня я почувствовал, что могу на
день оставить мой флагманский корабль, центр всех операций на
море, чтобы провести день на берегу. Мне очень хотелось взглянуть
388

Глава 18. Добро пожаловать домой
ЛЬ*
на эти острова, за которые мы пожертвовали жизнями восьмидесяти
семи человек из Королевских ВМС, включая тринадцать офицеров.
Я пролетел вертолетом восемьдесят миль к берегу и вскоре после
рассвета произвел посадку на палубе «Феарлесса», стоящего на
якоре в Порт-Вильяме. Там за чашечкой кофе мы быстро согласо¬
вали планы на этот день. По ходу дела меня спросили, желаю ли
я встретиться с генералом Менендезом, которого держали на борту
корабля. Я не стал этого делать по одной простой причине: я был
чертовски на него зол и не мог поручиться за соблюдение всех тре¬
бований Женевской конвенции.
Мне в тот день казалось, что он причинил нам больше неприят¬
ностей, чем любой вражеский командующий со времен Эрвина Ром¬
меля (в смысле упрямства, а не военного таланта). Я в самом деле
считал, что этот человек должен был отказаться от сопротивления
через день после того, как ему стало известно о высадке британцев.
Поразительно, что я ясно помню свои чувства в то утро. Однако спу¬
стя годы, я уже не так уверен в точности моих оценок. Возможно, я
должен быть просто благодарен ему за несовершенство их обороны
и за недостаточную активность. Он не проявил достаточно упорства,
чтобы растянуть наземную кампанию еще на десять дней. Это при¬
кончило бы нас, а не его.
Так или иначе мы вошли в дом правительства, где у меня состо¬
ялась длинная дружеская беседа с Джереми Муром, которого не
видел с того момента, как он несколько недель назад оставил удар¬
ную группу, следуя на высадку. После этого мы вместе с водителем
и одним охранником отправились на захваченном аргентинском
штабном автомобиле на аэродром Порт-Стэнли. Это пространство,
являвшееся в течение нескольких недель главной целью наших бом¬
бардировок и артобстрелов, теперь стало фактически лагерем воен¬
нопленных (подходящее название для невыразительного перешейка,
без всяких «удобств»). Здесь не было даже палаток. Аэродром был
почти полностью окружен аргентинскими минными полями и ледя¬
ной водой. Единственное, что ассоциировало это место с лагерем
военнопленных, были сами побежденные и трудности, лежащие на
пути к их спасению.
На протяжении почти всего нашего пути к аэродрому Порт-Стэн-
ли мимо нас проходили группы безоружных аргентинских военно¬
пленных в их темном тускло-коричнево-зеленом полевом обмун¬
дировании. Я закрыл окно и запер дверь на случай, если кому-то
из них внезапно придет на ум изменить намерение о сдаче в плен.
Когда же мы достигли взлетно-посадочной полосы аэропорта, я уви¬
дел генерал-майора Джереми Мура как настоящего командующего
389

Фолклендская война
победивших войск британского десанта. К моему ужасу, он выско¬
чил из автомобиля и, полностью игнорируя тысячи военнопленных,
находящихся вокруг нас (хотя некоторые из них, я уверен, все еще
могли иметь какое-то личное оружие), целеустремленно зашагал к
бетонной площадке. Я столкнулся с необходимостью принятия мгно¬
венного решения: малодушно оставаться закрытым в автомобиле
и прятать голову до его возвращения или идти с ним? Решил, что
благоразумнее следовать за ним. Бросив несколько взглядов на эту
окружающую нас полувооруженную, угрожающего вида южноамери¬
канскую толпу, я неохотно вышел и присоединился к нему.
Пока я это делал, к нам подошло подразделение предположитель¬
но сдавшихся аргентинских морских пехотинцев в их характерной
камуфлированной черно-белой форме. Их было человек пятьдесят.
Они шли живо, словно марширую на параде: левой - правой, левой
-	правой, левой - правой, производя впечатление сотни суровых, хоро¬
шо дисциплинированных наемников!
«Господи! - подумал я. - Не будет ли иронией судьбы, если эти пар¬
ни растопчут нас здесь насмерть после всего того, что мы сделали?»
Я шёл, насколько помню, в двух дюймах за Джереми, а побеждённые
морские пехотинцы продолжали двигаться рядом менее чем в десяти
футах от нас. Когда они прошли, я слегка подтолкнул Джереми лок¬
тем и сказал ему, что не чувствовал себя слишком счастливым от этого
вынужденного контакта с побежденным противником. Что, если бы
кто-нибудь из них решил бы нас уничтожить?
Генерал, однако, оставался невозмутимым. «Сэнди, старик, - ска¬
зал он, - даже не думай об этом. Когда армия сдается, она полностью
деморализована, до последнего человека. У них не осталось никако¬
го желания воевать».
Конечно же, он был прав, а я - нет. В конце концов он лучше знал
солдат. Но я уточнил:
-	Эта последняя группа не выглядела полностью деморализованной.
-	Нет, - сказал генерал, - возможно, нет. Но они были деморализова¬
ны. Они всегда деморализованы.
Именно в этот момент я осознал, насколько бескомпромиссным
офицером-профессионалом был этот человек, который храбро, с
высоким мастерством вел свои войска к победе несмотря ни на что.
Он не требовал от подчиненных больше того, что мог дать сам. Не
знаю, насколько он напугал аргентинцев, но он сделал намного боль¬
ше, чем просто произвел на меня впечатление.
Так или иначе я уходил оттуда более мудрым человеком. Пообе¬
дав на борту «Фэарлесса», я сел в «Си Кинг 4» для облета мест,
известных мне до сих пор только названиями на картах. Сначала мы
390

Глава 18. Добро пожаловать домой
Ль*
пролетели над темными водами бухты Тил, узкий вход в которую
выглядел с воздуха немного шире, чем воспринимался по карте. Затем
полетели на запад мимо глыбы мыса Фаннинг, где я старался увидеть
воронки от разрывов снарядов «Энтрима», оставленные в ночь высад¬
ки. В восьмистах футах под нами были воды, в которых чуть не погиб
«Аргонот» капитана 1 ранга Кита Леймэна.
Мы летели вдоль бухты Карлос, которую я так часто мысленно
представлял, но теперь впервые увидел наяву. Продолжая трястись
в нашем вертолете над Фолклендским проливом, я смотрел на юг на
сланцево-черные воды, где так храбро сражались люди капитана 2 ран¬
га Веста и под которыми покоится сейчас «Ардент». Его могила сов¬
сем недалеко от подводной могилы «Антилоупа». В этих водах нахо¬
дился Джон Коуард со своим сплоченным экипажем в тот ужасный
день, когда бомбили «Энтрим». Здесь несколько позже нанесли удар
по «Плимуту», бомбили с бреющего полета «Бриллиант». С высоты
полета бухта выглядела достаточно мирно.
Пролетая над Западным Фолклендом, мы остановились на остро¬
ве Пебл, чтобы посмотреть на одиннадцать мертвых самолетов. Все
они казались нетронутыми до тех пор, пока мы не подошли близко.
Я смотрел на север, на покрытую зыбью Атлантику, волны которой
катились над могилой «Ковентри». Здесь чуть не уничтожили «Брод¬
суорд» Билла Каннинга. Мои чувства были далеки от ликования.
Мы снизились, чтобы посмотреть Порт-Говард, Дарвин, Гус Грин и
наконец Фицрой - маленькую бухту, вызывающую такие мучитель¬
ные воспоминания. Далеко на юге я едва мог различить острова Мор¬
ского Льва, на которых в один прекрасный день будет установлен
мемориал людям, погибшим на «Шеффилде». Потом мы полетели
назад к «Феарлессу».
Той ночью я старался запечатлеть увиденное, пытаясь найти в
душе некоторую поэзию, чтобы его описать. Но, странно, эмоции на
страницах дневника были сухими.
Подобно крайнему северу Шотландии. Темная, холодная, вет¬
реная, но с прояспеииями погода. Дым сгоревшей древесины и
прозрачный воздух, кристальная видимость и туман. Много овец и
совсем мало рогатого скота. Людей немного - квадратные мили гру¬
бого торфа, поля скал и гранита, кочки травы. Почти все пропитано
сыростью.
Будь здесь на двадцать градусов теплее, это место было бы цент¬
ром яхтсменов всего мира. А так - чертовски ужасно. ...Это явно не
жемчужина в короне Королевы.
391

Фолклендская война
Ясно помню путешествие вертолетом назад к «Гермесу». Мы только
взлетели, и я случайно оглянулся назад. Почти все пространство позади
меня было закрыто большой гидроакустической станцией противоло¬
дочного «Си Кинга». Но я увидел трех или четырех незнакомцев, оде¬
тых в снаряжение типа «говорящее дерево». Все они были с довольно
загорелыми лицами, большими и слегка обвисшими темными усами и
вооружены до зубов. Ни один из них не разговаривал.
Я решил, что это очень странно. Необъявленные «пассажиры»
обычно не путешествуют с адмиралом - у меня никто не спрашивал
разрешения кого-либо подбросить. И эти люди выглядели очень похо¬
жими на аргентинских спецназовцев. Так стоит ли верить Джереми,
что сдавшиеся полностью деморализованы?
Продолжая неподвижно и очень спокойно сидеть, я набросал
записку сидящему рядом полковнику морской пехоты: «Ни в коем
случае не смотрите назад, только узнайте у пилота, кто эти друзья
в корме вертолета».
Он прочитал и пошел в кабину пилотов. Я смог заметить харак¬
терное пожатие плечами. Минутой спустя записка с ответом возвра¬
тилась ко мне: «На «Феарлессе» нет абсолютно никаких записей о
ком-либо на борту вертолета за исключением Вас».
Я немедленно приказал: «Проверьте на «Гермесе».
Пришел сигнал с ФКП авианосца: «Абсолютно никаких записей
о каких-либо посетителях на борту вашего вертолета нет».
«Странно, - подумал я. - Что же предпринять?» Я нацарапал
новую записку, проинструктировав пилота сообщить на «Гермес»:
«Имею на борту четырех незванных гостей. При посадке приготовь¬
те прием для возможных аргентинских SAS».
Уже в сумерках зависли над палубой «Гемеса». Быстро на нее
шлепнулись. Мои два штабных офицера и я открыли занавеску и
вывалились из передней двери по левому борту. Вертолет был окру¬
жен нашими спецназовцами SAS, каждый с автоматом, направлен¬
ным в сторону задней двери. Мы направились внутрь корабля, уве¬
ренные, что никакой враг живым не выйдет из этого SK-5. Но эти
четыре вышли. Обошлось без пуль - вылетели только слова. Я был
«достоверно» информирован, что разговор проходил примерно так:
-	Привет, Чарли. Чудно тебя видеть!
-	Привет Сид. Мы тут прокатились вместе с начальством и хоро¬
шо провели день на берегу. Пора бы уже хорошо все рассмотреть
после того, как мы здесь столько проторчали. Скажу тебе откровен¬
но: все это не стоит и морковки - везде х... овцы. А что вы здесь
делаете на полетной палубе? У вас что, вечеринка?
392

Глава 18. Добро пожаловать домой
Было, как я предполагаю, много смеха, в основном в мой адрес.
Я бормотал что-то наподобие: «Идиоты - они должны были, по край¬
ней мере, сказать кому-то». С SAS всегда так: они никогда никому
не говорят больше того, что они считают абсолютно необходимым.
Как правило, это очень мало, но им кажется, что не нужно сообщать
о	включении своих бойцов в список пассажиров вертолета адмира¬
ла, вылетающего на берег. Но с другой стороны, я думаю, что это
хорошо увязывается с их работой, их способностью смешиваться с
окружающим фоном, таинственно пробираясь куда-то. Хотелось бы
только, чтобы они выбрали чей-нибудь другой транспорт, а с меня
достаточно испуга за один день, спасибо.
Мы сделали выводы из этого небольшого инцидента и впредь от
прилетающих вертолетов до осуществления ими посадки на палубу
«Гермеса» всегда требовали сообщать, кто у них находится в кормовом
отсеке фюзеляжа. Отрезвляющей мыслью было понимание того, сколь¬
ко вреда могут наделать полдюжины спецназовцев на полетной палубе
авианосца, где главной задачей является обслуживание самолетов, а не
оборона от хорошо обученных крутых парней.
Следующие две недели прошли в различных заботах, не заслу¬
живающих того, чтобы о них писать. Я должен был подготовить
персональный доклад главнокомандующему ВМС- командующему
оперативным соединением адмиралу Филдхаузу. Большая часть его
содержания более полно представлена в этой книге. Через несколь¬
ко лет при повторном чтении доклада я, был поражен, как благород¬
ные привычки и отношения мирного времени выбрасываются на
свалку, когда нависает жесточайшая реальность войны. По поводу
потопления «Бельграно» я набросал: «...эсминцы, сопровождающие
«Бельграно», пожалели преднамеренно, невзирая на военную целесо¬
образность». Я добавил, что ожесточение отношений - естественный
процесс войны. Касаясь нашего открытия, что аргентинцы намере¬
вались потопить любое судно, идущее на помощь «Шеффилду», я
продолжал: «...конечно, это отбросило прочь остатки любых наших
намерений позволить рыцарству стать на пути к достижению успе¬
ха...»
Я также позволил себе затронуть вопросы политики правительства,
хотя понимал, что, строго говоря, это не мое дело, но все же записал так:
Я не могу удержаться, чтобы не дать обзор всего этого дела. Будь
я на месте Гальтиери, то проследил бы ход переговоров по Мальви¬
нам за последние несколько десятилетий и нашел бы мало поводов
для удовлетворения. Я заметил бы также, что за это же время наблю¬
далось сокращение британской военно-морской мощи. На месте гене¬
393

Фолклендская война
рала я пришел бы к заключению, что когда-нибудь, не в столь отда¬
ленном будущем, британская политика по Фолклендскому вопросу
станет только тенью без всякого содержания.
И когда совсем недавно было объявлено о сокращениях в Королев¬
ских ВМС, путь вперед для Гальтиери стал ясным. Он только нуждался
в полуразумном поводе. Сборщики металлолома Сеньора Давидоффа
и наша негодующая реакция на них стали таким поводом. Гальтиери
атаковал. Его обоснование было столь же безупречным, сколь поспеш¬
ным был выбор времени действий. Все, что он должен был сделать,
-	подождать еще шесть месяцев, когда у нас «Гермеса», «Инвинсибла»,
«Феарлесса» и «Интрепида» не стало бы...
Для того, чтобы аргентинское или какое-нибудь другое прави¬
тельство, вынашивающее подобные замыслы, удержать от подобных
военных авантюр, нам следует проявлять решительность не только
знаками на месте [флагом, посылкой корабля, взвода], но и подкреп¬
лять это реальными средствами [мобильными силами, находящими¬
ся в высокой степени готовности].
Нам не следует снова повторять свои ошибки. Но проблемой был
последний оборонный анализ. После того, как требования стратеги¬
ческого ядерного сдерживания и обороны собственной территории
были удовлетворены, они решили отдать предпочтение краткосроч¬
ным политическим европейским континентальным обязательствам
в ущерб британским долгосрочным всеобъемлющим национальным
интересам. Все это было очевидно для Гальтиери, и я сомневаюсь, что
он был в этом одинок.
Что бы я ии думал раньше, Фолклендский опыт дал мне возмож¬
ность по-новому взглянуть на степень безнравственности и непоря¬
дочности недемократических правительств. Это очень распростране¬
но в этом бурном мире. Какой же должна быть роль Британии во
всем этом? Ясно, что наша традиционная глобальная политика дол¬
гое время удовлетворяла наши географические и политические инте¬
ресы. Это - вопрос истории. И эта война снова продемонстрировала,
что она соответствует уровню нашего военного профессионализма на
море, в воздухе и на земле.
Наш оборонный бюджет, конечно, позволяет кое-что купить. Но
я убежден, его нужно тратить на то, чтобы влиять и на европейские
дела, и иа наши дела во всем мире. Будет ошибкой размещать сред¬
ства там, где они окажут влияние (и очень ограничено) на политику
только наших европейских соседей.
Я не нашел, что мои взгляды 1982 года значительно изменились
спустя почти двадцать лет. Только та национальная оборонная поли¬
394

Глава 18. Добро пожаловать домой
тика, похоже, сейчас поворачивается в том же направлении. К момен¬
ту написания этой части я был готов к убытию. Я пробыл в море три
месяца с момента выхода из Великобритании. Остров Вознесения был
единственной землей, которую я видел с середины апреля. Как быстро
пролетело время! Теперь я должен готовиться к новым испытания - к
встречам с популярной английской прессой, которая, я был уверен,
только и стремилась сделать из меня дурака, если я сам не сумею для
них это сделать. Я хорошо знал, что в течение всей этой кампании мои
начальники, читая мои высказывания в прессе, были мной недоволь¬
ны. Поэтому решил быть начеку.
Я начал готовить себя к пресс-конференции, которую, я был уве¬
рен, должен дать по прилету. Честно говоря, я боялся таких вещей,
так как был просто не обучен профессионально этим заниматься.
Мой дневник так оценил их первый вопрос и возможные мои отве¬
ты:
«Кто виноват в катастрофе в Блафф Коув?»
А1. Я, если кто-нибудь виноват.
А2. Это не было катастрофой.
АЗ. Аргентинцы.
А4. КНВФО? КомАмГ?
А5. Не знаю.
А6. Никаких комментариев, исходя из того, что, если это была ката¬
строфа, за которую кто-то понесет ответственность, я не должен пред¬
восхищать события, если нет - вопрос о вине не возникает.
Ниже этого я записал: «Ясно, что я, правдиво или нет, предпочи¬
таю Al. А2-А5 являются либо слабым, либо преступным. А6 - явно
изящное уклонение».
Следующим вопросом, я предполагал, будет ссылка на скрытое
обвинение в прессе, что я держал «Гермес» за пределами радиуса дей¬
ствия бомбардировщиков, скорее всего из-за своей личной трусости,
а не из соображений стратегической необходимости:
«Часто поговаривали, что вы командовали оперативным соеди¬
нением Южноафриканской республики (или вас следует наградить
Звездой ЮАР). Что Вы на это скажете?»
Al.He много.
А2. Южно-Атлантическим было бы более правильным.
АЗ. Кто говорил это, как часто и с какой целью?
А4. Вы не должны верить всему тому, что вы слышите.
А5. Следующий вопрос.
395

Фолклендская война
После этого я подготовил себя к неизбежному:
«Что вы можете сказать господину Нотту о его сокращениях в ВМС?»
А1. Ничего. Он не спрашивал моего мнения.
А2. Как морской офицер я сожалел бы о них.
АЗ. Поскольку я являюсь государственным служащим, то это
касается только меня и господина Нотта.
Тогда может возникнуть такой вопрос:
«О чем Вы сразу подумали, возвратившись домой?»
А1. Черт, а дождь тут все еще продолжается.
А2. Ох, нелегкая, я опять должен встречаться с прессой.
АЗ. Англия, моя Англия ...
И так далее, и тому подобное... Дни тянулись до 1 июля, когда
мой старый друг адмирал сэр Дерек Реффелл прибыл возглавить все
еще продолжавшуюся оборону островов. Меня несколько удивило то,
что ему не дали эту работу сразу, так как он был более подготовлен,
чем я, практически во всех вопросах. Мы вместе провели пару прият¬
ных дней до утра 4 июля 1982 года, когда я был готов отправиться
домой. Я передал свой последний сигнал всем нашим силам в Южной
Атлантике, находящимся под командованием генерала Мура и моим
непосредственно: тридцать один боевой корабль, двадцать вспомога¬
тельных судов ВМС, пять тральщиков, сорок три коммерческих судна
и тринадцать авиационных эскадрилий.
«Спуская свой флаг в Южной Атлантике, я с горечью вспоминаю
героев, погибших здесь за это короткое время наших испытаний,
потерянные здесь корабли. Я сердечно благодарю всех и каждого за
доблесть, непреклонную решительность и стойкость, проявленные в
условиях кровавой войны. Возвращаясь к благам нашей земли, будем
же благодарны за то, что Аргентина не разводит бульдогов, и не забу¬
дем тех, кто остался здесь навсегда».
Они организовали превосходный воздушный парад победы из
примерно восьмидесяти «Харриеров» и «Си Кингов». Я стоял один
в бледном солнечном свете в своей повседневной форме одежды,
синем форменном военно-морском свитере и берете, на платформе
управления артустановкой прямо наверху мостика «Гермеса». Зре¬
лище было очень впечатляющим. Оно также показало всем, что у
нас все еще осталась серьезная авиация на случай, если аргентинцы
передумают сдаваться.
396

Глава 18. Добро пожаловать домой
Ль*
После этого я приказал спустить свой флаг, и вертолет доставил
меня, капитана 2 ранга Джереми Сандерса и несколько человек из
моего штаба на аэродром Порт-Стэнли. Мои два ЗамБУ капитаны
1	ранга Энди Букенэн и Питер Вудхэд убыли несколько ранее. Моя
война продолжилась ровно сто дней с того момента, когда вечером
26 марта я сказал до свидания командору Сэму Данлопу, командиру
«Форт Остина» в гавани Гибралтара. Целая вечность, продолжавша¬
яся сто дней.
Мы сели в транспортник С-130 с дополнительными топливными
баками, позволяющими одолеть огромный перелет до острова Воз¬
несения. Там быстро пересели на VC-10 Королевских ВВС, следую¬
щий к африканскому побережью и далее к базе Королевских ВВС в
Брайз Нортон в Оксфордшире. Сделав вираж вдоль южной кромки
Костволдса в условиях достаточно плохой видимости, мы в унылый,
серый английский летний полдень приземлились в Брайзе. Погода не
сильно отличалась от той, что осталась на Фолклендских островах за
исключением того, что было не так холодно. Прием средств массовой
информации это различие быстро свел на нет.
Меня встретила Шарлотта и дети, адмирал Филдхауз и еще
довольно много людей. Это должно было стать очень волнующей
встречей, но мои мысли были уже на следующем мероприятии. Мне
предстояло быть на встрече с тридцатью или сорока лучшими пред¬
ставителями с Флит-стрит.
-	Рады приветствовать Вас дома, адмирал, - сказал первый из них.
-	Хорошо, тогда вопрос. Как вы объясните катастрофу в Блафф Коув?
Я малодушно представил им ответ А6 - умело сформулированное
уклонение и подумал: «Господи! Как хорошо, что мы не проиграли
войну, если задают такие вопросы при победе».
Остаток дня довольно туманный. У меня не было выходных с
начала марта. Я изо дня в день все эти месяцы находился в состо¬
янии полной концентрации, мне было очень трудно со всем этим
иметь дело. Я практически ни с кем не встречался за исключением
узкого круга лиц, с которыми я работал в течение этого длительного
времени. Я даже не видел с февраля месяца приличной телевизион¬
ной программы. Теперь я столкнулся лицом к лицу с кажущейся
враждебной группой на всеобщем обозрении. Мне это совсем не
понравилось.
Но я прошел через это. Взял недельный отпуск и вместе с Шар¬
лоттой забрался на несколько дней на мою небольшую яхту и отды¬
хал около Солента. Потом я возвратился в офис в Портсмуте, пыта¬
ясь продумать различные пути всех форм уклонения от появления
в обществе, особенно когда «Гермес» вернулся домой.
397

Фолклендская война
Это случилось 20 июля. Ночью «Гермес» бросил якорь на Спитхеде,
за пределами Портсмутской гавани. На следующее утро, еще до того,
как они вошли в эту огромную военно-морскую базу для шумной,
восторженной встречи, я вышел на рейд для встречи их неофициаль¬
но, осуществив пятнадцатиминутную поездку в адмиральском катере
командующего Королевской военно-морской базой. Я поднялся по
сходне правого борта после захождения1, выполненного па трубах и гор¬
нах в соответствии с военно-морским церемониалом и требованиями
старинной традиции. Но эти звуки были для меня такими знакомыми,
что я едва слышал их, отраженных эхом от этих исторических вод, по
которым ходили гораздо более великие флотоводцы, чем я. На юте
было тихо - он изолирован от полетной палубы, находящейся над ним.
Там были построены все офицеры, которых я знал и с которыми рабо¬
тал, от командира корабля до младшего лейтенанта.
В тот момент я всем своим сердцем был рад видеть каждого из
них. Они были моими товарищами по несчастью - так много между
нами того, чего нельзя выразить словами! Ведь мы же были привяза¬
ны друг к другу тем взаимным доверием, какое испытывают только
люди, сталкивающиеся с самой серьезной опасностью. Я предпо¬
лагаю, что так всегда бывает после сражения (независимо от того,
выиграли вы его или проиграли) и скорее всего в этом особенном
месте, на виду у Англии, но еще не совсем дома.
Думаю, мне удалось сказать что-то вразумительное и понятное боль¬
шинству из них. Но даже сейчас, восемь лет спустя, когда я пишу эти
строки, к горлу подкатывает ком и каждое слово дается с трудом. Желая
сказать им всем несколько волнующих слов прежде, чем покинуть их, я
почувствовал слезы на глазах и заспешил назад к Портсмуту, оставляя их
готовиться к триумфальному, слезному возвращению.
Как только «адмиральский катер» доставил меня в базовый офис,
я не смог удержаться и посмотрел на этот большой, серый, потре¬
панный морем военный корабль - мой дом в течение самых печаль¬
ных трех месяцев моей жизни. И пока я смотрел, меня не покидала
мысль, стоило ли это таких усилий.
Это не тот вопрос, на который нужно ответить просто «да» или
«нет» и на этом остановиться, хотя мы должны достаточно ясно
показать: мы как нация очень не одобряем взятие под свой контроль
территорий военным путем.
В этой связи хочется сказать что-то определенное. Чего это сто¬
ит? Чем мы готовы за это заплатить? Мои беспристрастные оценки
1 Сигнал на горне, исполняемый на кораблях при встрече начальников. При
отсутствии гориа может быть подан свистком. (Прим. переводчика)
398

Глава 18. Добро пожаловать домой
Лкш
относительного истощения не должны заслонять перед вами стои¬
мость человеческой жизни, отданной за принцип. Показатель смерт¬
ности среди британских сил в Фолклендской войне был примерно
таким же, как и смертность на дорогах в Англии за тот же самый
период. Который из них является более расточительным или менее
заслуживающим внимания? Официальные данные говорят нам о
том, что человеческие потери с обеих сторон вместе значительно
превысили число жителей на островах. Имело ли это смысл? Тем,
чьи близкие родственники не вернулись домой, нет утешения. И я
не могу его им дать, как бы я этого не хотел. Раненые, получившие
моральную травму, и даже те, кто не остался инвалидом, едва ли
почувствуют себя лучше.
Относительно финансовых потер - мы потеряли два эсминца, два
фрегата, большое контейнерное судно, ТДК, двадцать четыре различ¬
ных вертолета и десять «Харриеров». Мы израсходовали значительное
количество боеприпасов, ракет, торпед, глубинных бомб, запасных
частей, топлива... Список почти бесконечный, и все это потребует впос¬
ледствии замены. Кроме того, потребуются большие деньги для про¬
должительной обороны Фолклендских островов. Хотя у меня могут
быть личные взгляды, вопрос о том, стоит ли тратить X миллионов
на Фолклендские острова вместо Y миллионов на Гибралтар или Z
миллионов на национальную службу здравоохранения, может решить
только правительство от имени избирателей.
Но в любом случае вопрос «было ли это оправдано?» остается. Мы
должны спросить себя, правильным было идти в Южную Атлантику и
сражаться за Фолклендские острова почти так, как будто мы защища¬
ем побережье Гемпшира? Это всегда сводится к вопросу о принципе.
Нашим ответом была фундаментальная черта британского характера.
Те, кто погибают в сражениях, всегда платят слишком высокую цену,
и в Южной Атлантике, как и во многих других войнах, они умерли во
имя идей, которые мы отстаиваем.
Выражаясь более формально, они погибли, потому что мы верим
в верховенство закона для установления норм человеческого поведе¬
ния. Но они также погибли, потому что мы как нация везде, где бы
мы ни были, гордимся той странной британской агрессивной прене¬
брежительностью. И поэтому в некотором смысле они погибли за то
характерное британство, которое есть у всех нас.
Итак, в конце концов было ли правильным вести эту жестокую бит¬
ву в Южной Атлантике? Я полагаю, что мне будут задавать этот вопрос
еще много раз. И каждый раз передо мной встают воспоминания о поте¬
рянных товарищах. Но ответ будет всегда - да.

эпилог
Спустя несколько лет после прекращения военных действий в
Южной Атлантике, мне часто приходилось слышать фразу: «Это была
скверная небольшая война, не так ли?» Как часто мы слышим, что
в Ольстере, Малае, Корее, Кении и т.д. было значительно хуже, где
число погибших достигло восьмисот человек. Как это сравнить с дву¬
мястами пят’юдесятью британцами, погибшими в войне за Фолкленд¬
ские острова в 1982 году. Разница в том, что эти двести пятьдесят
человек мы потеряли в течение шести недель, а не за многие годы.
За это время я потерял почти половину эсминцев и фрегатов из тех,
с которыми я туда пришел. Человеческие потери были особенно зна¬
чительны, в десять раз больше, чем все наши виды вооруженных сил
потеряли со времен второй мировой войны.
Подобные сравнения с другими британскими конфликтами
последних сорока лет с участием ВМС редко позволяют справедли¬
во судить о храбрости людей, которые участвовали в этих самых кро¬
вопролитных боевых действиях. Более половины погибших было из
Королевских ВМС - восемьдесят семь, Королевская морская пехота
потеряла двадцать шесть, торговый флот - девять и Королевский
вспомогательный флот - семь человек. Конечно же, скверная война.
Маленькая?! Но так не казалось тем, кто противостоял аргентин¬
ским бомбардировщикам, проносящимся волнами над Фолкленд¬
ским проливом. Тем, кто боролся с пожарами, чинил на скорую
руку корабли, спасал раненых, хоронил погибших, а потом в напря¬
жении ждал следующих атак. Единственной «маленькой» вещью в
этой войне, было общее число британских военнослужащих, непо¬
средственно вовлеченных в войну, - примерно двадцать пять тысяч,
и, конечно же, длительность боевых действий - только шесть недель.
400

Эпилог
Но эти недели складывались из дней и часов, которые для тех, кто
там воевал, казались вечностью.
Я полагаю, что эта война будет всегда восприниматься как «пус¬
тяковая» - могущественные британцы сокрушают смешных арген¬
тинцев. Но хотя такие войны напоминают классические скачки с
сильным фоваритом: примерно в половине случаев фаворит побеж¬
дает и все говорят «всё нормально», игнорируя при этом постоян¬
ную возможность проигрыша, который станет реальностью, когда
четвероногий герой не отдаст все силы для победы. Политические
деятели, подобно этому, также очень склонны считать само собой
разумеющимся, что вооруженные силы Ее Величества будут делать
то, что они почти всегда делали во время войны независимо от того,
предоставили они им или нет необходимое вооружение. Сокраще¬
ния в нашем надводном флоте, предложенные в оборонном анализе
1981 года, сделали бы нас до конца 1982 года небоеспособными.
Только своевременно начавшаяся Фолклендская война уберегла от
них Королевские ВМС, и я сильно подозреваю, что британская пуб¬
лика за это благодарна. Когда бои за Фолкленды достигли своего
апогея, мы продолжали получать мешки писем от простых людей,
желающих военно-морским силам успеха, и когда корабли верну¬
лись в Портсмут, прием был ошеломляющим.
Были еще заслуживающие внимания аспекты, возникшие по итогам
этой войны. Прежде всего война продемонстрировала Восточному блоку,
что Запад при серьезной угрозе не был таким слабым, как они думали.
Южная Атлантика показала, что мы будем отчаянно бороться в самых
неблагоприятных условиях, нести потери в людях и технике и снова
продолжать сражаться. Американцы тоже были полны восхищения и
гордились своей важной, в рамках «особого портнерства», помощью
нам. Каспар Уайнбергер, бывший министр обороны США, заканчивает
главу о Фолклендах в своей прозорливой книге такими наблюдениями:
«Наши союзники, которые были также союзниками Британии, восторга¬
лись и увидели, что Америка более надежный и полезный друг, чем они
думали... Наиболее важно то, что британский успех на Фолклендских
островах показал миру, что агрессия не пройдет; что свобода и закон
имеют сильных, готовых к действию защитников». Вспомните, все это
было, когда после президентствования Картера президент Рейган и г-н
Уайнбергер начали процесс наращивания военной мощи, ежегодно уве¬
личивая расходы на оборону на 13,3, 11,5 и 7,5 процентов в период с
1981 по 1983 год. Через год в ходе выборов президент Рейган одержал
самую блестящую политическую победу в американской истории, кото¬
рая является важным уроком для любого правительства, пытающегося
сэкономить на расходах на оборону.
401

«iftlta.
Фолклендская война
Были и другие, менее очевидные, уроки, извлеченные из этой
войны военно-морскими силами и армией. Опыт, естественно, ужес¬
точил и закалил в бою людей, которые до этого служили в условиях
мирного времени. Это усилило требования видов вооруженных сил
к уровню обучения и подготовки сил. Так, капитан 2 ранга Крейг,
командир «Алакрити» в Фолклендской войне, стал командором,
командующим передовой оперативной группой британских ВМС
во время войны в Персидском заливе. Стоит напомнить о том, что
когда иракцы попытались атаковать флот союзников парой ракет
«Экзосет», именно сверхбоеготовый ЦКП британского военного
корабля обнаружил приближающиеся воздушные цели и организо¬
вал их уничтожение. Иракская ракета «Силкворм», нацеленная на
большой американский военный корабль, также была сбита британ¬
ской ракетой «Си Дарт».
Я не стану здесь описывать последующие карьеры всех моих
командиров кораблей. Хочу упомянуть только о некоторых, таких
как Крис Крег, с которым вы уже немного познакомились на стра¬
ницах этой книги. Когда писалась эта книга, Пол Ходдинотт, Сэм
Солт, Майк Харрис, Кит Леймэн, Хью Бэлфор, Джереми Блэк, Лин
Мидлтон, Джереми Ларкен, Питер Динджменс, Хьюго Вайт и Майк
Лейард стали адмиралами. Со временем их станет еще больше - годы
идут. В 1989 году за большим столом в Нортвуде сидел вице-адми-
рал сэр Джон Коуард, командующий нашими подводными силами.
К моему сожалению, Билл Каннинг и Дэвид Харт-Дайк оставили
флот практически не вознагражденными. Это стало результатом
послевоенного указа Министерства обороны, который устанавливал
(после того, как все было закончено), что структуры, занимающиеся
продвижением офицеров по службе, не должны принимать во внима¬
ние рапорты о службе офицеров на Фолклендах. Штабы посчитали,
что это будет несправедливо по отношению к тем, кто по каким-то
причинам не смог принять участие в войне и таким образом упус¬
тил возможность блеснуть. По моему мнению, это позор. Но не так
давно флотские водолазы, ведущие поиски совершенно секретных
документов на затонувшем «Ковентри» нашли в каюте командира
подзорную трубу его отца. Они также нашли исторический крест,
который Дэвид и его бывшие коллеги официально передали собору
в Ковентри. Другие офицеры также получили продвижение по служ¬
бе и были награждены. Я не буду пересказывать карьеру тех, о ком
мы мало говорили в этой книге. И не стану также открывать ящик
Пандоры почестей и ^наград. Это тема неизменно причиняет разно¬
гласия, часто язвительные. С меня этого достаточно!
402

Эпилог
Ль*
Однако я хотел бы рассказать вам об одном из первых официаль¬
ных писем, которое я получил по возвращении в свой офис. Оно
было от директора финансового управления ВМС и отправлено мне
за пять дней до моего возвращения с юга. В нем шла речь о том, что
управлением проведена ежеквартальная проверка моих представитель¬
ских расходов и установлено, что в прошлом квартале, в течение кото¬
рого я был немного занят, я потратил всего 5,85 фунтов. И в связи
с этим...
... мы соответственно пересмотрели ваше представительское
денежное содержание в сторону снижения на 1,78 фунтов в день.
Более того, мы произвели пересчет с учетом этой поправки с момен¬
та Вашего назначения в июле 1981 года. Установлено, что Вам пере¬
платили 649,70 фунтов.
Мы бы хотели получить эту сумму полностью и как можно скорее.
На какой-то момент мне показалось это шуткой. Но потом я быс¬
тро понял, что это не так и, будучи несколько стесненным в средст¬
вах, я написал им и попросил предоставить мне время для оплаты.
Предложил им 100 фунтов в месяц, на что они любезно согласились.
Полагаю, что мне следовало бы устроить щедрый прием в честь побе¬
ды на «Гермесе», тогда такого бы не произошло.
Но это письмо по крайней мере опустило меня на землю. Эта
страна действительно имеет собственное замечательное средство
гарантирования того, чтобы никто не зазнавался. Возможно, это
уберегло нас от доморощенных гитлеров, Муссолини, Сталиных или
даже гальтиери или хусейнов.
Но так или иначе кто я такой, чтобы продолжать рассуждения о
таких философских понятиях? Если директор финансового управления
ВМС быстро напомнил мне, то я был только простым морским офице¬
ром, узником собственной службы в темно-синей униформе.., простой
продукт того, что Военно-Морские Силы называют Системой.
Римляне всегда нанимали полуобнаженных слуг для того, чтобы
те стояли позади победивших генералов при их триумфальном возвра¬
щении. Во время триумфа - торжественного въезда в столицу - слуга
тихо время от времени напоминал Цезарю: «Hominem te memento»
-	«помни, ты только человек». Нам для работы не требуются полуобна¬
женные слуги. Вместо них у нас достаточно гражданских служащих,
лучше одетых, но также необходимых. Даже в отношении моей скром¬
ной роли две тысячи лет спустя сообщение не изменилось. «Hominem
te memento»...

УКАЗАТЕЛЬ
ИМЕН И НАЗВАНИЙ
«Аврора» (Aurora, HMS) — 109
«Адмирал Шсср» (Admiral Scheer) — 153
«Алакрити» (Alacrity, HMS) - 39, 108, 131, 136, 144, 151, 167, 177-9, 180-4, 197,
223-4, 231-3, 243-8, 259, 271, 291, 346-7, 370, 402
«Альфсрсс Собрал» (Alferez Sobral) — 209
«Андромеда» (Andromeda, HMS) — 333
«Антелоуп» (Antelope, HMS) — 13, 108, 249, 323-5, 331, 352, 391
«Аргонот» (Argonaut, HMS) - 249, 277, 292, 296-8, 303, 308, 312, 315-7, 323-4,
332,	352-3, 361, 391
«Ардент» (Ardent, HMS) - 249, 277, 292, 295-6, 303, 305, 307, 309-14, 316-18,
352, 376, 391
«Аризона» (Arizona) — 188
«Армилла патрол» — 97
«Атлантик Конвейер» (Atlantic Conveyor) — 278, 291, 342-8, 351-2, 358, 378
«Аугуста» (Augusta) — 323
«Бейлиф» (Bayleaf) — 333
«Блоупайп», ракета — 303, 323, 329, 350
«Блэк Бак» («Black Buck») операция — 174
«Блю Роувср» (Blue Rover) — 109
«Бомбовая Аллея» — 312
«Боучард» (Bouchard) — 201
«Бриллиант» (Brilliant, HMS) - 13, 39, 110,115, 124, 137,144-5, 160,165,178-9,
182-5, 187, 197, 223, 231, 237-8, 243, 247, 249, 250-8, 260, 271, 275, 278, 281-2, 286,
291-4, 296-7, 305-9, 310-2, 314-5, 317, 319, 322, 325-6, 337, 341-3, 345, 348, 360, 368,
383 391
«Бристоль» (Bristol,HMS) — 332,341
«Британия» (Britannia, HMS) — 57,58,88,104
«Бродсуорд» (Broadsword, HMS) — 13, 39, 131, 136, 197, 222-3, 231, 237-8, 243,
247-9, 260-1, 281, 293, 294, 296, 298, 304-5, 312-3, 317, 319, 321-2, 324, 326, 327-8,
331, 333-9, 340-1, 360, 383, 391
«Вентисипко де Майо» (Veintecinco de Mayo) — 166, 167, 185, 186, 187, 189,
197, 204, 331
«Виктор», самолет-танкер — 138,1 74, 315
404

Указатель имен и названий
Ль*
«Вулкан», бомбардировщик — 138, 172, 173, 174, 175, 183
«Вэлиант»(Шши£ HMS) — 195, 270
"Газель", вертолет — 303,366
"Генерал Бельграно" (General Beigrano) — 185, 187, 188, 193, 266, 287, 296, 331,
376,	393
"Геркулес" (Hercules) — 186, 221
"Геркулес" С-130, транспортный самолет — 178, 226, 234, 272-3, 336, 365
"Гермес"(Germes,HMS) - 8, 9, 11, 21, 23, 24, 36, 37, 39, 40, 47, 48, 50, 54, 56, 88,
94, 96, 103, 108, ИЗ, 124, 125, 126, 129, 131, 134-6, 138-9, 140, 144, 149, 152, 155,
158, 161-2, 169, 175-8, 180-1, 185-8, 190-3, 196-9, 211, 215-16, 222-3, 229-31, 239,
245, 248, 251, 260-2, 268, 271-4, 276-8, 284, 286, 288-9, 291, 293, 297-8, 301, 305, 307,
312, 316, 321, 323, 330-1, 336, 340, 342-4, 346, 348, 352, 358, 362, 368, 383-4, 386-8,
392-9, 403
"Глазго" (Glasgow, HMS) - 13, 38-9, 41-6, 48, 110, 115, 124, 127, 137, 144, 168,
187, 197, 209, 210, 212-215, 238, 243, 247-8, 250, 252-9, 260, 263, 275, 279, 281-2, 291,
322-3, 327, 332, 335, 339, 341, 352-3
"Глоуворм" (Glowworm, HMS) — 153, 247, 315
"Глэморган"(Glamorgan, HMS) — 39, 97, 98, 99, 101, 102, 104, 105, 108, 110, 112,
115, 116, 120, 121, 124, 125, 126, 131, 136, 158, 177-9, 180-1, 184-5, 187-8, 193, 196-7,
204, 223, 260-1, 271, 274, 276, 291, 295, 306, 341, 379, 380-3
"Грабитель", (Боинг 707) - 141,142,144,172,223
"Гранвилл" (Granville) — 105
"Гэллант" (Gallant, HMS) — 327
"Даггер", самолет - 180-2, 302, 304-9, 310-3, 324, 328-9, 334, 350, 372-3
"Девоншир" (Devonshire, HMS) — 63, 158, 278
"Дейли Телеграф" (Daily Telegraph) — 11
"Джервис Бей" (Jervis Bay, HMS) — 153, 315
"джунгли" — 159, 209, 220, 239, 250
"Дидо" (Dido, HMS) — 109
"Долфин" (Dolphin, HMS) — 70
"Друммопд" (Drummond) — 105
"Дредноут" (Dreadnought, HMS) — 75-6, 78, 81
"Дрезден" ^Dresden) — 327
"Дюк оф Йорк" (Duke of York, HMS) — 94
"Еуропик Ферри" (Europic Ferry) — 291, 296, 312
"Зодиак" (Zodiac, HMS) — 67
"Илластриес" (Illustrious) — 369
"Инвинсибл" (Invincible, HMS) — 8, 24, 36, 39, 43, 44, 45, 46, 48, 95, 96, 103, 108,
113, 115, 118, 131, 273-4, 278, 281-2, 291-3, 310, 321, 327, 331, 346, 350, 353-5, 358,
364, 368, 394
"Ингадайн" (Engadine) — 109
"Интрепид" (Intrepid, HMS) - 96, 132, 278, 285, 286, 291, 296, 297-8, 303-4, 308,
312, 350, 360, 362, 364-5, 375, 394
"Инфлексибл" (Inflexible, HMS) — 327
"Исла де лос Естадос" (Isla de los Estados) — 246
"Канберра" (Canberra) — 246, 313, 377, 384
"Канберра", бомбардировщик — 180-2, 227, 284, 286-7, 291, 296-7
"Кардифф" (Cardiff, HMS) - 259, 332, 341, 353-4, 360, 364-7, 371, 374, 384
"Квин Шарлотта" (Queen Charlotte) — 360
"Квин Элизабет II" (Queen Elizabeth 1Г) — 127, 229
"Ковентри" (Coventry, HMS) - 13, 38, 39, 110, 112, 124, 127, 137, 144, 160, 168,
187, 197, 209, 210, 212, 223, 231, 234-6, 238, 243, 247-8, 258, 281, 291, 316, 321-2,
326-8, 321-9, 340-1, 349-353, 376, 391, 403
"комбинация 42/22" - 237, 252, 257-8, 321, 335, 342
405

Фолклендская война
"Конкерор" (Conqueror, HMS) - 109, 162, 164, 167, 189, 192-9, 200-1, 203-4, 208,
332
"Корал Си" (Coral Sea, USS) - 98, 99, 100, 101, 138-9, 148, 188-9, 193
"Корейджес" (Courageous) — 158
"Кудахталка" — 35, 38, 39
"Линке" вертолет — 209, 252
"Макчи" — 303
"Матра", ракета — 179, 218, 256
"Мейдстоун" (Maidstone, HMS) — 65
"Минерва" (Minerva, HMS) — 333, 353, 360
"Мираж", самолет — 178-9, 180, 182, 184, 221, 235, 275, 290, 331
"Нарвал" (Narwat) — 166-7, 232-5, 238
"Нептун", самолет — 36, 40, 343
"Нимрод", самолет — 36, 40, 136, 250
"Норлапд" (Norland) — 291, 296-8, 312, 329
"Олмеда" (Olmeda) — 39, 197, 291
"Олиа" (Olna) — 333
"Оракл" (Oracle, HMS) — 105
"Орион" (Orion, HMS) — 59
"Отранто" (Otranto) — 39
"Пэреквет" ('Paraquet'), группа — 118, 137, 144-5
"Пенелопа" (Penelope, HMS) — 333, 353
"Пёрлиф" (Pearleaf, HMS) — 291
"Плимут" (Plymouth, HMS) - 13, 38, 108, 110, 116, 144, 165, 249, 277, 292, 296-7,
303-8, 312-3, 317, 319, 360-1, 364, 372-3, 380-3, 391
"Поларис", ракетная система — 89, 90, 93, 94, 95
"Порпойс" (Poipoise, HMS) — 72, 75, 158, 382
"Пукара", самолет — 138, 182, 236, 303, 307, 313, 341
"Пума" - 236, 238, 303, 350
"Равалпинди" (Rawalpindi) — 100
"Рапира", ЗРК - 227 ,250, 301, 307, 320, 321-9, 330, 333, 363
"Регент" (Regent) — 291
"Ресурс" (Resource) - 39, 93, 108, 131, 136, 144-5, 197, 276, 291
"Ривендж" (Revenge, HMS) — 38
"Сайдвпндер", ракета — 13, 124, 180, 181, 183, 307-8, 310-1, 329, 333, 353, 374
"Сальта" (Salta) — 163
"Санди Телеграф" (Sunday Telegraph) — 151
"Санта Фс" (Sante Fe) — 144-5, 163, 165
"Сантиссима Тринидад" (Santissima Trinidad) — 186
"Свой-по-своему" (Blue-on-Blue) — 180, 365, 366
"Сёчвотер", радар — 250, 251
"СиДарт", ракета - 45, 46, 48, 49, 91, 106, 142, 187, 197, 211, 215-6, 235-8, 243,
248, 252, 254-9, 260, 264-5, 268, 322, 328, 332, 334-9, 342, 346, 353-4, 364, 366-7, 370,
383-4, 402
"Си Кинг" - 49, 90, 115, 125, 208-9, 220, 234-5, 238, 248, 261-2, 266-8, 271-8,
286-7, 346, 371, 374, 384, 391-2, 397
"Си Кэт", ракета - 97, 180, 291-2, 303-5, 307-9, 310, 312, 325, 329, 335, 372-3,
380
"Си Скыоа", ракета — 209
"Си Слаг", ракета — 97, 291, 304-5
"Харриеры" - 23, 24-27, 45, 51, 107, 115, 124, 128, 136, 138, 140-2, 144, 158, 166,
172, 175-9, 180-3, 186-7, 197, 210, 215, 216, 219, 220-2, 225-6, 231-2, 234, 238, 248, 250,
252-3, 259, 261, 268, 271, 274-5, 278, 286, 290-1, 294, 299, 301, 303, 305-9, 310-9, 321-9,
333, 343-4, 350-2, 355, 358, 360-364, 373-4, 379, 384, 388, 397-99
406

Указатель имен и названий
"Скайхоки", см. также А4 "Скайхоки" — 180, 187, 189, 197, 221, 253, 256, 310,
336, 341
"Спартан" (Spartan, HMS) — 105, 109, 162, 164, 167, 185, 189
"Сплсндид" (Splendid, HMS) — 109, 162, 164, 167, 185, 189
"Сприпгтрсйн ('Springtrain'), учения — 103, 104, 105, 106, 109
"Стингер", ракета — 303, 313
"Стромнссс" (Stromness) — 291, 297
"Сэлвиджмсн" (Salvageman) — 238, 260
"Сангвин" (Sanguine, HMS) — 71, 72
"Сэр Бедивер" (Sir Bedivere) — 329, 360
"Сэр Галахад" (Sir Galahad) — 13, 96, 291, 296, 329, 360, 370, 371-4
"Сэр Гераинт" (Sir Geraint) — 291, 296, 367
"Сэр Ланселот" (Sir Lancelot) — 291, 296, 329
"Сэр Персивал" (Sir Percivale) — 291, 296, 346, 360
"Сэр Тристрам" (Sir Tristram) — 96, 291, 296, 360, 367, 371, 373, 374
"Тайгерфиш", торпеда — 191, 200
"Тайдпул" (Tidepool, HMS) — 291
"Тайдспринг" (Tidespring) — 144
"Таймс", газета (Times, The) — И
"Таэрлссс" (Tireless, HMS) — 76, 77
"Уганда" (Uganda) — 339
"Уорспайт" (Warspite, HMS) — 81, 82, 190
"Уэссекс", вертолеты — 144, 278, 295, 343, 348, 352, 374, 378, 380
"Фалмут" (Falmouth, HMS) — 77
"Фантомы", самолеты — 120, 138, 226, 320, 369
"Фсарлссс" (Fearless, HMS) - 18, 21, 96, 108, 118, 127, 128, 129, 132, 276, 278,
285-6, 291, 296, 298, 307, 325, 330, 350, 362, 368, 389, 391-4
"Феникс" (Phoenix) — 188
"Форт Грэйндж" (Fort Grange) — 331
"Форт Остин" (Fort Austin) — 39, 65, 105
"Форт Ст. Анджело" (Fort St Angelo) — 72
"Чинук", вертолеты — 278, 303, 343, 348, 352, 378
"Шарпхорст" (Schamhorst) — 94
"Шеффилд" (Sheffield, HMS) - 11, 13, 14, 38, 39, 46, 47, 48, 49, 50, 51, 52, 53,
54, 66, 67, 91, 92, 100, 109, 115, 116, 118, 124, 137, 144-7, 187, 197, 210, 211-6, 218-9,
220-1, 223, 231, 236, 238-9, 257, 264, 275, 279, 287, 322-3, 333-4, 339, 344-6, 352, 359,
369, 376, 389, 391, 393
"Экзосет", крылатая ракета — 33, 34, 35, 39, 40, 41, 42, 46, 48, 52, 53, 97, 98, 100,
109, 166, 167, 179, 184-5, 187-9, 190, 193-4, 207, 209, 213-5, 231-2, 263-5, 291-2, 321,
333,	339, 345-355, 359-363, 402
"Эксетер" (Exeter, HMS) - 258, 322, 323, 342, 345, 353-55, 360, 367, 370, 383
"Эктив" (Active, HMS) - 333, 360, 377, 379, 382, 384
"Элк" (Elk) - 291
"Эмбусксйд" (Ambuscade, HMS) — 323, 345, 348-9, 360, 382, 384
"Эпдыоранс" (Endurance, HMS) — 103, 105, 106, 145
"Энтрим" (Antrim, HMS) - 13, 97, 104, 106, 108, 110, 112, 116, 118, 137,144, 249,
277, 291, 295-7, 303-9, 311-2, 317, 352, 384, 390
"Эпллиф" (Appleleaf) — 137, 144, 146
"Эрроу" (Arrow, HMS) - 39, 48, 49, 110, 115, 124, 127, 137, 144, 177, 179, 180,
184, 197, 219, 244, 247, 291, 352, 364, 377, 381-3
"Этандар" см. также "Супер Этандар" — 33, 35, 36, 39, 40, 42, 43, 46, 48, 49, 52,
53, 166, 179, 187, 212-5, 221, 264-270, 273-5, 282, 321, 324-5, 331, 343, 348, 350-354,
377,	383
"Юриалес" (Euryalus, HMS) — 109
407

Фолклендская война
"Ярмут" (Yarmouth, HMS) - 39, 48, 49, 53, 131, 136, 144, 145, 146, 178, 179, 184,
197, 209, 212, 213, 219, 222, 223, 231, 238, 239, 249, 292, 296-7, 306, 309, 311, 317,
319, 324-5, 360, 364-5, 371, 377, 379, 382-4
"Си Вулф" - 40, 197, 215, 237, 238, 243, 248, 252, 255, 256, 257, 258, 260, 261,
282, 292-4, 296-7, 305-9, 314-5, 319-21, 324-6, 328-9, 333, 335-7, 339, 383
"Трайдент", сиситема (Trident system) — 94-5
40 отряд командос — 298-9
45 отряд командос — 297,379
KAL 007 - 143, 240
SAS (спецназ) - 34, 144, 159, 210, 234, 239-42, 246-9, 260-1, 265-275, 288, 295,
303 315-5 392-3
SBS (спецназ ВМС) - 34, 159, 234, 286, 295-298
SCOT система — 39, 46, 214
ТЗ (транспортная зона) — 358, 360
Авиационное прикрытие — 103, 184, 197, 275, 281, 306-8, 320, 342, 350, 364,
368,	385
Аллара, Голтер (Allara, Gualter), контр-адмирал — 187
Амфибийная группа — 20, 118, 276, 281-2, 287, 291, 295-297
Апая Хорхе (Anaya, Jorge) — 96, 103, 204-7, 232, 332
Аргентина - 8, 25, 103, 105, 109, 113-5, 120, 139, 163, 263-6, 279, 328-331, 353,
369,	396
Артобстрел побережья (Naval Gunfire Support) — 136, 173, 177-8, 184, 196, 204,
224, 238, 247, 252, 258, 271, 298, 303, 314, 353, 358-365, 371-84, 389
Аэродром Порт-Стэнли — 172, 174, 177-9, 263, 320, 368-9, 379, 390
Барро Майк (Barrow, Mike), капитан 1 ранга — 72, 78, 102, 110, 121, 147, 179-
80, 276, 295, 379-380
Бартоп, Пол (Barton, Paul), капитан авиации — 180
Батт Гордоп, (Batt, Gordon), капитан-лейтенант — 325, 326
Бедакаррац, Лугу сто (Bedacarracz, Augusto), капитан-лейтенант — 33, 34, 36,
40, 42
Бснпхэм Брайян (Baynham, Captain Brian), капитан 1 ранга — 72
Бурк (Вигке), старшина — 334, 339
Бп-Бп-Сп - 117, 150, 152, 288, 289, 349, 352, 353, 388
Битти (Beatty), адмпрал — 59, 217
Блафф Коув/Фицрой (Bluff Cove/Fitzroy) — 357, 358, 360, 362, 367, 370-377,
391
Бликер остров — 227
Блиссет, Майк (Blisset, Mike), капитаи-лейтепант — 307
Блэк Джереми (Black, Jeremy), капитан 1 ранга — 25, 131, 174, 281, 294, 402
Бонзо Гектор (Bonzo, Hector), капитан 1 ранга — 188, 199, 202
Браун Том (Brown, Tom), контр-адмирал — 98, 99, 100, 101, 112, 138
Брин Дэвид (Brean, David) — 314, 315
Бритнелл Айан (Britnell, Ian), старший матрос — 130
Броэдвотер Майк (Broadwater, Mike), капитан-лейтенант — 181
Букеиэн Энди (Buchanan, Andy), капитан 1 ранга — 158, 160, 162, 169, 397
Бурдвуда банка — 191, 199, 208
Бутерстон Пол (Bootherstone, Paul), капитан 2 ранга — 121, 379
Бухта Кинг Джордж (King George Bay) — 315
Буэнос-Айрес — 35, 111, 118, 133, 171, 265, 388
Бэлфор Хыо (Balfour, Hugh), капитан 1 ранга — 322, 342, 353, 355, 360, 370,
402
Бэнфилд Ричард (Banfield, Richard) — 309
Вайт Хыого (White, Hugo), капитан 1 ранга — 354, 364, 371, 379, 402
Вард Найджел (Ward, Nigel), капитап-лсйтснапт — 179, 310
408

Указатель имен и названий
Лкш
Вард Шарки (Ward, Sharkey) - 23-25, 107, 307, 311
Вардл Джефф (Wardle, Geoff) — 67
Вазкез (Vazquez), старший лейтенант — 354
Ватерхауз Альфред (Waterhouse, Alfred) — 61
Ватсон Майк (Watson, Mike), лейтенант — 179
Ваэлесс Ридж (Wireless Ridge) — 384
Вебб Астон (Webb, Sir Aston) — 58
Везеролл Джим (Weatherall, Jim) капитан — 333
Вест Алан (West, Alan), капитан 2 ранга — 292, 301, 303, 307, 310, 311, 317, 318
Вильсон Харольд (Wilson, Harold) — 89, 90
Витере Мартин (Withers, Martin), капитан авиации — 174, 175
военнопленные — 387, 389, 390
Военный кабинет министров — 194, 196
Войска десанта — 282, 346, 359, 363, 375, 378
Волпоул Питер (Walpole, Peter), лейтенант — 47
Всеобщая исключительная зона (ВИЗ) — 146, 154, 175, 187, 196, 207, 233, 266,
343, 357, 398
Вспомогательный флот, см. Королевский вспомогательный флот
Вудворд Джим (Woodward, Jim), брат — 57
Вудворд Лиз (Woodward, Liz), сестра — 57
Вудворд Сэнди (Woodward, Sandy), адмирал — 8, 9, 14, 19, 55-56, 60-73, 81, 86,
125, 140, 149, 151, 155, 194-197, 223, 230, 232, 267, 282, 287, 353
Вудворд Тесса (Woodward, Tessa), дочь — 77
Вудворд Том (Woodward, Tom), отец — 55
Вудворд Шарлотта (Woodward, Charlotte), жена — 52-53, 73, 83, 114, 134, 164,
168
Вудворд Эндрю (Woodward, Andrew), сын — 114
Галлиполи (Gallipolli) — 26, 122
Галлифакс Дэвид (Hallifax, Sir David), вице-адмирал — 147, 184, 265, 268, 269
Гальтиери Леопольдо (Galtieri, Leopoldo), генерал — 103, 111, 114, 119, 280, 320,
384, 385, 387, 388, 394, 403
Гарриет, гора (Mount Harriet) — 379, 380
Гвильям Клайв (Gwilliam, Clive), лейтенант — 328
Генри Пол (Henry, Paul) — 374
Герберт Питер (Herbert, Peter), капитан 2 ранга — 78, 195
Гибралтар - 46, 57, 72, 103, 104-109, 123, 240, 259, 314, 356, 397, 399
Гитлер Адольф — 381, 386, 387, 403
Гловер Джереми (Glover, Jeremy), капитан авиации — 303
Годард Дэвид (Goddard, David), лейтенант — 43
Гренада — 64
Грентэм бухта (Grantham Sound) — 364
Гриннинг Пол (Greening, Sir Paul), контр-адмирал — 68
Гроуз Алан (Grose, Alan), капитан 1 ранга — 332
Грютвикеп (Grytviken) — 145, 146
Гус Грин - 172, 176,177, 182, 183, 227, 257, 289, 295, 303, 306, 350, 352, 357,
391
Давидофф (Davidoff), сеньор — 394
Данлоп Сэм (Dunlop, Sam), командор — 267, 367, 368, 397
Дарвин (Darwin) — 227
Дартмут (Dartmouth) — 57, 60
Даттон Брайан (Dutton, Brian), капитан лейтенант — 312
де ля Бильер Питер (dc la Billicre, Sir Peter) — 269
День «Д» (21 мая) — 302
Джеллико (Jellicoe) — 59
409

Фолклендская война
Джервис Джон (Jervis, John), адмирал — 58, 59
Джерси (Jersey), мыс — 297
Джонс 0°ncs), подполковник — 289, 297, 298, 299
Джонс Иниго Q°ncs, Inigo) — 68
Дикинсон Дж.Б (Dickinson, J.В), капитан 1 ранга J.В. — 291
Дипджеменс Питер (Dingcmans, Peter), капитан 1 ранга — 286, 297
доверие — 377, 398
дозаправка в воздухе — 36
Доплера еффект — 80
Дрсйк Фрэнсис (Drake, Sir Francis) — 56, 61, 76
Эймс Джан (Ames, Jan), главный старшина — 45, 46, 254
DSSS, Закрытая спутниковая радиосвязь — 21, 148, 195
ЗТТО (зона тылового и технического обеспечения) — 357, 358, 360, 382, 383
Инскип (Inskip), капитан-лейтенант — 102
Итон Хол — 61, 76
Кау бухта (Cow Вау) — 228, 256
Каллаган Джеймс (Callaghan, James) — 90
Камилла Крик (Camilla Creek) — 271
Кампания за ядерное разоружение — 90, 94
Каннинг Билл (Canning, Bill), капитан 1 ранга — 6, 40, 131, 197, 293, 296, 301,
304, 309, 312, 324, 334, 335, 337-339, 391, 402, вклейка
Каннингем (Cunningham), адмирал — 59, 196, 301
Карачи — 98
Карлос бухта - 8, 130, 228, 229, 236, 242, 243, 249, 259, 277-279, 290, 296, 298-
300,	303, 304, 306, 307, 312, 314-316, 320, 323, 335, 336, 341, 343, 344, 348-350, 352,
357,	358, 360, 362, 363-365
Каррингтон (Carrington), лорд — 6, 327, вклейка
кассетные бомбы — 51, 176, 343, 346
Кент (Kent), лейтенант — 39
Кент, гора (Mount Kent) — 303, 313, 350
Кётис Эл (Curtis, А1), капитан-лсйтснапт — 181, 219
Кинкейд Томас (Kincaid, Thomas), адмирал — 188
киты — 135
Клапп Майк (Clapp, Mike), коммандор — 6, 16-23, 118, 127-130, 229, 278-280,
285, 288, 291, 293, 296, 316, 375, 377, вклейка
Клейтон Ричард (Clayton, Sir Richard), адмирал — 67, 68
Кодрингтон (Codrington), адмирал — 59
Колумбо Хорхе (Columbo, Jorge), капитан 2 ранга — 33
КомАмГ (командующий амфибийной группой) — 127, 131, 133, 136, 225, 247,
252, 259, 321, 323, 326, 330, 341, 365, 371, 375, 376, 395
Корабельные и вахтенные расписания — 64, 65
Корабли дозора - 14, 37-41, 48, 49, 197, 214, 215, 258, 333, 340, 349, 351, 354,
358,	364
Королевская морская пехота — 105, 122, 128, 129, 138, 229, 267, 271, 303, 350,
400
Королевские ВВС - 12, 51, 87, 103, 117, 138, 158, 159, 173-175, 226, 250, 251,
320 350 397
королевские ВМС - 8,9, 10, 11, 12, 13, 25, 35, 39, 40, 56, 59, 60, 61, 65, 66,
68, 74, 76, 85-88, 95-97, 102, 107, 108, 117, 121, 139, 143, 153, 182, 187, 188, 201,
206,	215, 233, 243, 267, 280, 287, 292, 294, 300-302, 305, 313-315, 317-320, 324,
327,	330, 333, 337, 347, 353, 357, 359, 371, 374, 380-382, 389, 394, 400, 401
Королевский вспомогательный флот — 98, 277, 357, 400
Коронел (Coronel), морское сражение — 327
410

Указатель имен и названий
Коуард Джон (Coward, Sir John) - 6, 39, 109, 121, 139, 140, 145, 147, 165, 197,
223, 247, 253-256, 281, 282, 286, 292, 293, 301, 305-307, 309, 314, 315, 325, 342, 373,
383, 391, 402
Красное морс — 97
Крей)’ Кристофер (Craig, Christopher), капитан 2 ранга — 6, 131, 144, 223, 243-
247, 346, 347, 370, 402
Куэрва Гарсия (Cuerva, Garcia), капитан — 180
Кэитср Пол (Canter, Paul), капитан 2 ранга — 378
Лазерное оборудование (лазерная аппаратура) — 373
Лайвли остров (Lively Island) — 364, 370
Ла-Плата — 116
Ларкен Джереми (Larken, Jeremy), капитан 1 ранга — 6, 296, 330, 402,
вклейка
Лафония - 130, 177, 227-229, 259, 329, 373
Лейард Майк (Layard, Mike), капитан 1 ранга — 6, 343, 345, 347, 402, вклейка
Лейборп Джеймс (Laybourne, James) — 81
Леймэн Кит (Layman, Kit), капитан 1 ранга — 6, 292, 296, 301, 303, 308, 316,
391, 402, вклейка
Лейн-Нотт Роджер (Lanc-Nott, Roger), капитан 2 ранга — 162
Лейшон Брайан (Layshon, Brian), лейтенант — 18
Ливия — 265
Лик Джои (Leake, John) — 310, 313, 316
Лиминг Джон ( Leeming, John), капитан авиации — 311
Лич Генри (Leach, Admiral Sir Henry), адмирал — 7, 12, 107, 316
Лланос Гонзалес (Llanos, Gonzales), капитан-лейтенант — 235
Лонгдон, гора (Mount Longdon) — 379, 380
ЛОЦ (ложные отвлекающие цели) — 36, 39, 43, 44, 45, 46, 47,100,171, 179, 212,
213, 215, 217, 264, 265, 326, 345, 346, 348, 349
Лэу бухта (Low Вау) — 130, 227, 259
Люин Терепс (Lewin, Vice Admiral Sir Terence), вице-адмирал — 90, 93
Лыос Дэвид (Luce, Sir David), адмирал — 327
Лыос Ричард (Luce, Richard) — 327
Маерс Энтони (Micrs, Sir Anthony), контр-адмирал — 69
Майора Армандо (Mayora, Annando), лейтенант — 33, 34, 36, 37, 40, 42
Мальвины, см. Фолкленды
Мальта — 72
«Маркони» (Marconi) — 314
Матапан, битва у мыса — 59, 81
Менсндсз (Mcncndcz), генерал — 384-386, 388, 389
Мерфи Брайан (Murphy, Brian) — 309
Мехыо Кристофер (May hew, Christopher) — 95
Мидлтон Линли (Middleton, Captain Linley), капитан 1 ранга — 6, 24, 25, 125,
161, 169, 215, 272, 276, 277, 402, вклейка
Милз Кейт (Mills, Keith), лейтенант — 105
Министерство обороны — 12, 21, 86-89, 92, 95, 106, 114, 115, 125, 134, 146, 148,
152, 160, 194, 228, 268, 274, 288, 289, 349, 366, 402
минные тральщики — 242-243, 347, 396
мины - 13, 242-243, 259, 271, 307
МкКолл, Генри (McCall, Admiral Sir Henry), адмирал — 94
МкМётри Шарлотта (McMurtrie, Charlotte), см. Вудворд Шарлотта
Молл Энди (Moll, Andy), младший лейтенант — 328
Морган Дейв (Morgan, Dave), капитан авиации — 176, 177, 181
Морган Питер (Morgan, Peter), младший лейтенант — 308
411

Фолклендская война
Моррелл Клайв (Morrell, Clive), капитан-лейтенант — 311
Морская пехота США — 172
Морского Льва острова (Sea Lion Islands) — 391
Мортон Топи (Morton, Commander Топу), каптап 2 ранга — 6, 50, 131, 292, 296,
301,	311, 335, 379, 382, вклейка
Мосс Питер (Mosse, Peter), капитан 2 ранга — 345
Мостов лондонских этикет — 87
Муди Брук (Moody Brook) — 247, 271, 382
Мур Джереми (Moore, Jeremy), генерал-майор — 20, 22, 131, 143, 358, 372, 375,
378,	384, 389, 396
Маккей Айан (Mackay, 1ап), сержант — 380
Наполеон Бонапарт (Napoleon Bonaparte) — 386, 387
Нарвик (Narvik) — 65
Невип (Nevin), старший матрос — 44
Нейпиер (Napier), адмирал — 327
Нельсон Горацио (Nelson, Lord Horatio), адмирал — 4, 58, 59, 83, 85, 112, 121,
196, 243, 301, 315
Николсон Майкл (Nicholson, Michael) — 149
Нолз Майк (Knowles, Mike), лейтенант — 303
Норс Айан (North, Ian) — 6, 343-347, вклейка
Нортвуд (Northwood), штаб флота — 16,19,37,108,116,139,141,143,160,162,163,
167, 178, 194-196, 198, 204, 222, 229, 251, 265-268, 270, 284, 332, 362, 388, 402
Нотт Джон (Nott, John) — 7, 12, 22, 139, 289, 381, 396
оборонная политика — 394-395
оборонный анализ (Defence Review) 1981 года — 12, 401
Огилви (Ogilvie, Топу), капитан-лейтенант — 176
Огненная Земля, остров — 33, 53, 265, 271
одиночество — 37, 172, 354, 377
ООН - 120, 128
Операция «Саттон» (‘Operation Sutton’) — 20, 280
Операция «Корпорейт» (‘Operation Corporate’) — 26, 54, 108, 109, 127, 349
Остров Вознесения - 13, 34, 109, 111, ИЗ, 116, 117, 118, 120, 123, 124, 130, 131,
133,	135-138, 140, 144, 160, 162, 166, 172-174, 205, 225, 240, 258, 260, 314, 352, 359,
395, 397, вклейка
Оулд, Энди (Auld, Andy), капиттап-лейтепапт — 176, 329
парашютисты - 272, 277, 289, 297-299, 323, 329, 352, 356, 372, 379, 380, 384
Паркинсон (Parkinson, C.N.) — 62, 87
Пебл, остров (Pebble Island) - 181, 236, 237, 239-241, 248, 250, 258, 260-263, 265,
266, 268, 269, 275, 280, 286, 310, 320, 327, 333, 336, 337, 341, 360, 381, 391
Пеитрит Дэвид (Pentreath, Captain David), капитан 1 ранга — 6, 110, 145, 292,
296, 297, 301, 303, 312, 364, 372, 373, вклейка
Пенфолд Топи (Penfold, Flight-Lieutenant Топу), капитан авиации — 181
Первая мировая война — 39, 55, 59, 81, 155
Пим Фрэнсис (Рут, Francis) — 93
Погода (погодный фронт, погодные условия) — 14, 63, 100, 101, 103, 111, 132,
137, 143-145, 148, 154, 159, 164, 165, 184, 189, 209, 210, 219, 220, 223, 230, 247, 248,
250, 258-262, 269, 270-274, 276, 280-283, 285, 286, 288, 293-295, 297, 298, 314, 316,
317, 323, 324, 328, 341, 342, 350, 352, 360, 363, 364, 371, 375-377, 387, 391, 397
Подводные лодки — 6, 8, 37, 38, 50, 58, 70, 71-74, 76-82, 92, 94, 104, 105, 109,
119, 124, 136, 145, 158, 161-165, 167, 178, 179, 182, 184, 188, 191, 198-200, 203, 205,
207,	210, 218, 220, 221, 231, 239, 247, 267, 270, 327, 332, 352, 376, 381
Подразделение интенсивных летных испытаний — 23
Поллок Майкл (Pollock, Sir Michael), адмирал, сэр — 90
412

Указатель имен и названий
Порт Говард — 310, 360
Порт Плсзсит — 370-373
Порт Уильям — 242
Порт Фицрой (Port Fitzroy) см. Блафф Коув/Фицрой
Портленд (Portland) — 67
Порто Бельграно — 204
Портсмут, военно-морская база — 65, 69, 91, 95, 96, 102, ИЗ, 397, 398, 401
Порт-Стэнли (Port Stanley) — 1, 106, 120, 130, 131,	136,	138,	139,	160,	163,	166,
167, 172, 180, 183, 197, 198, 204, 210, 220, 223-228, 231,	234,	238,	242,	247,	249-252,
258, 261, 263, 271, 274, 275, 284, 291, 310, 314, 320, 324,	325,	348,	357,	358,	360,	361,
364,	365,368, 369, 372, 377, 379, 384, 387-389, 397
Порту-Алегри (Port Allcgrc) — 144
Правила ведения боевых действий (ПВБД) — 101
Престон Ричард (Preston, Colonel Richard), полковник — 122, 229
Приключений бухта (Adventure Вау) — 227
Принципы войны — 54
Проверка готовности к боевым действиям — 106
Противовоздушная оборона (ПВО) — 9, 24, 35, 36, 42, 44, 47, 49, 51, 91, 104,
130, 140, 141, 149, 161, 164, 168, 176, 213, 221, 249, 253, 261, 296, 303, 317, 322, 328,
342, 362, 364, 384
Противоожоговая одежда — 218, 317, 345
Профсоюзы — 361
Пруссия бухта (Prussia Cove) — 81
Пунта-Ареиас (Puntas Arenas) — 273
Радар - 23, 35-37, 39-46, 128, 139, 140-143, 168, 171, 186, 187, 192, 212-215, 219,
222, 250-255, 258, 263, 271, 284, 296, 305-308, 314, 315, 317, 328, 331, 332, 335, 336,
338, 345, 346, 348, 349, 353-355, 366
Радиотехническая разведка — 36, 43, 213, 214, 345
Роуэн Айван (Rowan, Ivan) — 151
Рейган Рональд (Reagan, Ronald) — 13, 101, 166, 401
Рефорд-Браун Кристофер (Wreford-Brown, Christopher), капитал 2 ранга — 6, 162,
189, 190, 191, 193, 198-203, 205, 207, вклейка
Реффелл Дерек (Reffell, Derek), вице-адмирал — 24, 396
Рио Галлегос (Rio Gallegos) — 336
Рио Гранде (Rio Grande) - 33, 34, 212, 265-271, 273, 274, 324, 343, 345, 353
Рио Гранди, подводная возвышенность — 144
Робинсои Патрик (Robinson, Patrick) — 10
Родии Джордж (Rodney, Admiral Sir George), адмирал — 58, 59
Розалия гора (Mount Rosalie) — 298, 304, 310
Роуз (Rose), старший матрос — 42
Самолет дальнего радиолокационного дозора (ДРЛО) — 100, 166, 264
Самолеты «Медведи» — 124
Сандерс Джереми (Sanders, Jeremy), капитан 2 ранга — 160, 161, 195, 196, 397
Сан Карлос, бухта - 16, 20, 21, 130, 177, 297, 316, 320, 321, 328-330, 333
Саппер, гора (Sapper Hill) — 382, 384
Сассэкс, горы — 230, 329
Св. Джорджа бухта (St George’s Bay) — 330
Св. Елены остров (St Helena) — 120
Седжемоор, огневая позиция — 251
Сеймоур (Seymour, Captain В.А.), капитан — 131
Сефтон Альфред (Sepnton, Alfred), старшина — 316
Сефтоп Джон (Sephton, John), капитан-лейтенант — 309, 316
Сигнал «Хэндбрейк» — 40, 44-46, 212, 350, 354
413

Фолклендская война
Сквайре (Squires «Табби»), лейтенант — 71, 73, 96
Скотт Вальтер (Scott, Sic Walter), сэр — 170, 172
Следственная комиссия — 212
Смит (Smith), лейтенант — 329
Советник по войскам десанта — 122, 229
Солт Сэм (Salt, Sam), капитан 1 ранга — 6, 38, 39, 46, 49, 50-52, 110, 121, 211,
212, 275, 305, 402, вклейка
Спецназ - 52, 90, 113, 130, 132, 136, 159, 173, 210, 234, 235, 242, 250, 262, 313,
365,	379, 392, 393
Спид Кит (Speed, Keith) — 95
Спутниковая связь — 150, 166, 251, 301, 302
Средства массовой информации — 11, 114, 288-289, 397
СССР (Россия) - 101, 387
Старший офицер боевого управления — 42, 43, 45, 160, 213, 214, 253, 255, 303,
328,	335-338
Стивели бухта (Stevelly Вау) — 130, 226
стресс - 50, 66, 74, 81, 154-156, 216, 248, 249
Суэцкий кризис — 381
США - 12, 97, 98, 101, 124, 172, 188, 243, 401
Сандхерст (Sandhurst) — 69
Тамблдауп (Tumbledown) — 379
Тамблдаун, гора (Mount Tumbledown) — 384
Тейлор Джим (Taylor, Jim), капитан 2 ранга — 167
Тейлор Пик (Taylor, Nick), лейтенант — 51
Тейт Гордон (Tait, Sir Gordon), адмирал — 72
Тил, бухта - 130, 228, 230, 357, 358, 360, 361, 362, 367, 377, 391
Тинкер Дэвид (Tinker, David), лейтенант — 380-382
Тобин Ник (Tobin, Nick) — 323, 325
Томас Нейл (Thomas, Neil), капитап-лейтснант — 307
Томас Стив (Thomas, Steve), лейтенант — 180, 310
Томпсон Джулиан (Thompson, Julian), бригадир — 16, 17, 20, 127, 128, 131, 229,
279 291, 378
торпеды, торпедная стрельба — 47, 50, 53, 65-66, 71, 105, 138, 184, 190, 191, 199,
200, 201, 205, 207, 218, 219, 243, 292, 325, 343, 399
Таунсенд (Townsend С MEM) — 312
Трафальгар, битва у мыса — 59, 315
Тэтчер Маргарет (Thatcher, Margaret) — 7-9, 12, 25, 89, 93, 94, 107, 118, 139, 162,
175, 194, 196, 203, 280, 281, 381
Уанибергер Каспар (Weinberger, Caspar) — 166, 401
Ударная группа - 16, 18-20, 24, 26, 34, 35, 37, 40-42, 44, 47, 49-52, 98, 101, 104, 111,
118,124, 127, 129, 133, 135, 137, 141, 143-146, 148-152, 156, 157, 160, 164, 165, 168, 174,
175, 179, 180, 185-187, 204, 207, 212, 213, 218, 219, 221, 222, 228, 232, 233, 247, 249, 263,
266, 268, 270, 274, 279, 282, 284, 288, 291, 294, 299, 302, 312, 321, 324, 343-345, 348, 351,
352, 354, 357-359, 364, 365, 375, 377, 378, 383, 384, 387, 389
Вильямс Том (Williams, Tom), Том — 303
УКВ радио (UHF radio) - 35, 43, 44, 209, 301, 305
«уменьшение опасности» — 35
Уорен Кристофер (Wren, Sir Christopher) — 68
управление в кризисных ситуациях — 50,54
Файерфилд Айан (Fairfield, Ian) — 217
Фаннинг, мыс (Fanning Head) - 9, 177, 230, 244, 246, 247, 290, 295, 296, 298,
304, 308, 391
Фарегат Дэвид (Farragut, David) — 243
414

Указатель имен и названий
Фаслсйн (Faslanc) — 6, 90, 109, 202
Феллоуз (Fellows) главный старшина — 312
Фигэн Эдвард Фогарти (Fcgan, Edward Fogarty), капитан 1 ранга — 153
Филдхауз (Ficldhousc, Sir John), адмирал — 6, 8, 20, 92, 104, 105, 106, 131, 133,
134,	148, 150, 196, 228, 288, 377, 393, 397, вклейка
Фицрой, см. Блафф Коув/Фицрой
Фишер Джон (Fisher, John), полковник — 229
Флодденское поле, битва — 170, 172
Фокс, бухта — 263, 364
Форстер (Forster), генерал — 55
Фортуна ледник (Fortuna Glacier) — 144
Фри Сэм (Fry, Sam), капитан 2 ранга — 78-80
Фредериксен Фрэд (Frcdcriksen, Fred), капитан-лейтенант — 308
Фут Майкл (Foot, Michael) — 94
Халм Ли (Hulmc, Lee), капитан-лейтенант — 309, 310, 314
Харрис Майк (Harris, Mike), капитан 1 ранга — 6, 258, 332, 353, 365-367, 402,
вклейка
Харт-Дайк Дэвид (Hart-Dyke, David), капитан 1 ранга — 6, 38, 39, 110, 112, 121,
234, 236, 322, 327, 333-340, 349, 402, вклейка
Харт-Дайк Эрик (Hart-Dyke, Eric), капитан 2 ранга — 327, 339
Хастингс Макс (Hastings, Мах) — 11,13
Хатчингс (Hutchings) — 72, 73-75, 381
Хейг Александер (Haig, Alexander), генерал — 118, 119, 137, 161, 162
Хейл Мартин (Hale, Martin), лейтенант — 181
Хили Денис (Healey, Denis) — 89
Хит Эдвард (Heath, Edward) — 88
Ходдипотт Пол (Hoddinott, Paul), капитан 1 ранга — 6, 38, 39, 41-46, 110, 121,
247, 252, 253, 255-257, 316, 322, 332, 335, 402, вклейка
Хок (Hawke, Lord), адмирал, лорд — 301
Хау (Howe), адмирал, лорд — 58, 59, 359, 360
Хоукярд Ник (Hawkyard, Nick), капитан-лейтенант — 42-45, 253, 254
Худ Виконт (Hood, Viscount), адмирал — 58, 59, 196, 301
Хыовит (Hewitt), старший матрос — 44, 214
Хэнрсхсн Брайян (Hanrahan, Brian) — 177
Чамберз Даффи (Chambers, Duffy), старший матрос — 255
Чарли Боипи (Charlie, Bonnie Prince), принц — 55, 56
Чойсеул бухта (Choiseul Sound) — 274, 295, 323, 365, 374
Шег, бухта (Shag Cove) — 323
Эйзенхауэр Дуайд (Eisenhower, Dwight), генерал — 280
Эйтон-Джонс (Eyton-Joncs), капитан-лейтенант — 219
Южная Теория (South Georgia) - 105,106,108,116,118, 133, 137, 144, 145, 146,
149, 165, 219, 285, 286, 383
«Южная Георгия» — 19,20
Ютландское сражение — 59, 217
Янг Брайян (Young, Brian), капитан 1 ранга — 6, 20, 104, 109, 118, 144, 145, 291,
298, 301, 304, 305, 414, вклейка

Литературно-художественное издание
АДМИРАЛ
СЭНДИ ВУДВОРД
и Патрик Робинсон
ФОЛКЛЕНДСКАЯ ВОЙНА
Мемуары командующего
Фолклендской ударной группы
ПОЛНОСТЬЮ ПЕРЕРАБОТАННОЕ
И ДОПОЛНЕННОЕ ИЗДАНИЕ
Перевод с английского
Специальный редактор А. И. Корецкий
Литературный редактор И. А. Корецкая
Компьютерный дизайи И. А. Корецкая, Л. К. Надион
Компьютерный дизайи обложки В.Н.Дзюбинский
Подп. в печать 30.07.05. Формат 60x90/16. Бум. офс. № 1. Гари. «Petersburg^
Уел. печ. л. 27,0 Уч.-изд. л. 28,49.
Тираж 3 000 экз. Заказ 5-5756
Издательство «ДОЛЯ»
95022, Украина, г. Симферополь
ул. Виноградная, 22
Тел.: (0652) 57-30-01
Отпечатано с готовых фотоформ в ОАО "Издательство "Зоря".
49051, г. Днепропетровск, ул. Журналистов, 7
Свидетельство о внесении в государственный реестр
ДК Х° 931 от 24.05.2002

THE ACCLAIMED BESTSELLER
This compelling tale of the battle for the Falklands is the most
honest look at command I have ever encountered’. Tom Clancy
“Этот впечатляющий рассказ о битве за Фолкленды преставляет
собой самый честный взгляд на деятельность командующего
из всех, которые мне встречались”. Том Клэнси
‘The best book about the Royal Navy since Monsarrat’s
The Cruel Sea’. Gordon Mackenzie, Daily Mail
“Лучшая повесть о Королевских ВМС со времен
“Жестокого моря” Монсаррат”. Гордон Макензи. “Дейли Мэйл”
‘Grippinglydescribes the way a modern war is fought’.
Simon Hoggart. Observer
“Захватывающее описание способов ведения
современной войны”. Саймон Хоггарт. “Обсервер”
One of the clearest and frankest accounts ever written
of modern naval warfare’.
Field Marshall Lord Carver, Daily Telegraph
“Один из самых ярких и откровенных рассказов
о современных боевых действиях на море”.
Фельдмаршал Лорд Карвер, “Дейли Телеграф”