ТЕКСТ И ИЛЛЮСТРАЦИИ

Москва
2019

СОДЕРЖАНИЕ
ОТВАЖНЫЕ КРАСАВИЦЫ
Белоснежка
(братья Гримм. Перевод П.Н. Полевого) ................................. 9
Спящая красавица
(Ш. Перро. Перевод П.Н. Полевого) ........................................ 27

КОЛДУНЬИ И ВОЛШЕБНИЦЫ
2

Василиса Прекрасная
(в обработке А.Н. Афанасьева) ................................................ 39
Гензель и Гретель
(братья Гримм. Перевод П.Н. Полевого) ............................. 55

А

ТАКЖЕ :

Цирцея (перевод Т.М. Тростниковой) ................................. 68
Медея (перевод Т.М. Тростниковой) .................................... 70

КОВАРНЫЕ ФЕИ
Розетта, королева павлинов
(Мари-Катрин д̓Онуа.
В обработке Т.А. Стадольниковой) ........................................ 77
Безжалостная красавица
(Дж. Китс. Перевод Л.И. Андрусона) ................................... 86
Грациоза и Персинет
(Мари-Катрин д̓Онуа. Сокращённая версия.
Перевод Т.М. Тростниковой) .................................................... 91

А

ТАКЖЕ :

Моргана (перевод Т.М. Тростниковой) ............................ 104
Мелюзина (перевод Т.М. Тростниковой)......................... 106
Фея Динь-Динь (перевод Т.М. Тростниковой) ............. 108

Словарь ............................................................................................. 110

ОТВАЖНЫЕ
КРАСАВИЦЫ
сть на свете принцессы. Да-да,
они — дочери королей. У принцесс светлые лица и добрые
сердца, они великодушны
и благородны.
Судьба балует принцесс, то и дело предлагая сюрпризы. Но гнев мачехи, зависть
сводной сестры и нападки раздражительной феи никто не отменял. Знали бы вы,
как страдают от них принцессы!
Им на помощь, как правило, приходят
прекрасные принцы. Думаете, принцессы
так и живут в ожидании? Ничуть! Они
постоянно действуют, показывая твёрдость
духа и великолепие души.
Вместе с чудесными гномами Белоснежка
противостоит коварной мачехе, а Спящая
красавица вопреки предсказанию злой колдуньи всё-таки обретает счастье с юным
королевичем.

ИМНИМ ДЕНЬКОМ КАК-ТО РАЗ СИДЕЛА ОДНА
КОРОЛЕВА ПОД ОКОШЕЧКОМ, РАМА КОТОРОГО
БЫЛА ЧЁРНОГО ДЕРЕВА, И ШИЛА.
Снег в то время валил хлопьями, а она шила и на снег
посматривала и вдруг уколола себе иглой палец до крови.
И тогда КОРОЛЕВЕ подумалось: «Ах, если бы у меня
родился ребёночек, белый как снег, румяный как кровь
и чернявый как чёрное дерево!»
Вскоре желание её в точности исполнилось: родилась
у неё доченька — белая как снег, румяная как кровь и черноволосая, и за свою белизну была названа ЕЛОСНЕЖКОЙ.
Но чуть только она родилась, королева-мать умерла.
Год спустя КОРОЛЬ женился на другой. Вторая жена
его была красавица, но до того горда и высокомерна,
что никак не могла потерпеть, чтобы кто-нибудь с нею
сравнялся в красоте.
Притом было у неё такое ВОЛШЕБНОЕ ЗЕРКАЛЬЦЕ, перед
которым она любила становиться, любовалась собой
и говаривала:
— Зеркальце, зеркальце, молви скорей,
Кто здесь всех краше, кто всех милей?

Б

А зеркальце отвечало:
— Ты, королева, всех здесь милей.
И королева отходила от зеркальца
довольная-предовольная, зная,
что зеркальце ей неправды
не скажет.

9

А между тем Белоснежка подрастала и хорошела, и уже по восьмому году она была прекрасна, как ясный день. И когда КОРОЛЕВА
однажды спросила у зеркальца:
— Зеркальце, зеркальце, молви скорей,
Кто здесь всех краше, кто всех милей? —

ЗЕРКАЛЬЦЕ ответило:
— Ты, королева, красива собой,
А всё ж Белоснежка выше красой.

10

Ужаснулась КОРОЛЕВА, пожелтела, позеленела от зависти.
И с того часа стоило ей увидеть Белоснежку, как сердце её от злобы
готово было разорваться на части. И зависть с гордостью, словно
сорные травы, так и стали возрастать в её душе, всё шире и шире,
так что наконец ни днём ни ночью не стало ей покоя.
И вот однажды позвала королева своего ПСАРЯ* и сказала:
— Выведи эту девчонку в лес, чтобы она мне больше на глаза
не попадалась. Убей её там, а в доказательство того, что приказание моё исполнено, принеси мне её печень и лёгкое.
Псарь повиновался и вывел девочку из дворца в лес. И как
вынул он свой охотничий нож, чтобы пронзить невинную
ЕЛОСНЕЖКУ, та стала плакать и просить:
— Добрый человек, не убивай меня! Я убегу в дремучий лес
и никогда уж не вернусь домой.
Пожалел её псарь и сказал:
— Ну и ступай — Бог с тобой, бедная девочка!
А сам подумал: «Скорёхонько растерзают тебя в лесу дикие
звери…» И всё же у него словно камень с души свалился, когда
он пощадил ребёнка.
Тут как раз из кустов выскочил молодой олень, и псарь приколол его, вынул лёгкое с печенью и принёс их КОРОЛЕВЕ в доказа-

Б

тельство того, что приказание её исполнено. Та велела повару
присолить и сварить их и затем съела, полагая, что ест лёгкое
и печень Белоснежки.
Так очутилась бедная девочка в дремучем лесу одна-одинёшенька. И стало ей так страшно, что каждый листочек на деревьях
она оглядывала и не знала, что ей делать и как быть. Пустилась
она бежать, и бежала по острым камням да по колючим кустарникам, и дикие звери сновали мимо взад и вперёд, но никто
не причинил ей вреда. Бежала Белоснежка, пока несли её резвые ноженьки, почти до вечера. Когда же утомилась, то вдруг

11

увидела перед собой маленькую хижину и решилась войти. Внутри всё было очень маленькое, но такое чистое и красивое, что
и сказать нельзя! Посреди хижины стоял столик с семью
маленькими тарелочками, и у каждой тарелочки — по ложечке
и по стольку же ножей и вилочек, и при каждом приборе —
по чарочке*. А около стола рядком стояли семь кроваток, все
застеленные белоснежными простынями.
ЕЛОСНЕЖКЕ ужасно хотелось есть и пить, поэтому она отведала с каждой тарелочки овощей и хлеба и из каждой чарочки
выпила по капельке вина, чтобы не лишить всего обеда кого-то
одного. Затем, утомлённая, попыталась было прилечь на какуюнибудь из кроваток, но одна была слишком длинна, другая —
слишком коротка, и только седьмая пришлась Белоснежке впору.
В ней она и улеглась, перекрестилась и заснула.
Когда совсем стемнело, вернулись в хижину её хозяева —
СЕМЕРО ГНОМОВ, которые в горах добывали руду. Зажгли они
свои семь свечей и, когда в хижинке стало светло, увидели, что
кто-то в их доме побывал, потому что не всё было в том порядке,
в каком они оставили.
Первый сказал:
— Кто сидел на моём стульце?
Второй:
— Кто поел с моей тарелочки?
Третий:
— Кто от моего хлебца отломил кусочек?
Четвёртый:
— Кто моего кушанья отведал?
Пятый:
— Кто моей вилочкой поел?
Шестой:
— Кто моим ножичком порезал?

Б

12

Седьмой:
— А кто из моей чарочки отпил?
Тут первый обернулся и увидел на своей постели маленькую
складочку. И тотчас сказал:
— Кто к моей постели прикасался?
Сбежались к кроваткам и все остальные и заголосили:
— И в моей, и в моей тоже кто-то полежал!
А седьмой гном, заглянув в свою постель, увидел спавшую
в ней ЕЛОСНЕЖКУ . Он позвал остальных, и те сбежались
со своими свечками и, осветив спящую девочку, воскликнули
от изумления:
— Ах, боже мой! Как эта малютка красива!
И так они ей были рады, что не решились разбудить и оставили её спать в той постели. Так что седьмой гном скоротал
ночь, проспав по часу в кроватке каждого из своих товарищей.
Наутро Белоснежка проснулась и, увидев семерых гномов,
сперва перепугалась. Они же отнеслись к ней очень ласково
и спросили:
— Как тебя звать?
— Меня зовут ЕЛОСНЕЖКОЙ, — отвечала она.
— А как ты попала к нам в дом? — спросили гномы.
И девочка рассказала им, что МАЧЕХА приказала убить её,
а ПСАРЬ её пощадил — и вот она бежала целый день, пока
не наткнулась на их хижинку.
Тогда гномы предложили ей присматривать за домом и обихаживать их — стряпать, стирать, стелить постели, шить, вязать.
— И если ты будешь исполнять всё это порядливо и опрятно,
то можешь оставаться здесь надолго, — сказали они. — И ты
ни в чём не будешь терпеть недостатка.
— Извольте, — отвечала Белоснежка, — с большим удовольствием.

Б

Б

13

И так она осталась у них. Дом она содержала в большом порядке;
поутру ГНОМЫ обыкновенно уходили в горы, на поиски меди
и золота, а когда возвращались вечером в свою хижинку, для
них всегда была готова еда.
На весь день Белоснежка оставалась одна-одинёшенька в доме,
а потому добрые гномы предостерегали её всякий раз:
— Берегись своей мачехи: она скоро прознает, где ты находишься. Так не впускай же в дом никого, кроме нас!
А королева-мачеха, съев принесённые псарём печень и лёгкое, была уверена, что уж теперь она и есть первая красавица
во всей стране.
И, посмотревшись в своё зеркальце, спросила:
— Зеркальце, зеркальце, молви скорей,
Кто здесь всех краше, кто всех милей?

14

А ЗЕРКАЛЬЦЕ ей и отвечает:
— Ты, королева, красива собой,
Но та Белоснежка, что за горой
В доме у гномов горных живёт,
Много тебя красотой превзойдёт.
Королева испугалась: она знала, что зеркальце никогда не лгало,
и поняла, что псарь обманул её и что Белоснежка жива. И стала
она думать, как бы извести свою падчерицу, потому что зависть
не давала ей покоя и ей непременно хотелось быть первой красавицей во всей стране. И наконец она придумала. Подкрасив
себе лицо и переодевшись СТАРОЙ ТОРГОВКОЙ, королева стала
совершенно неузнаваемой и в таком виде отправилась в путь-дорогу, за семь гор, к хижине СЕМИ ГНОМОВ. Там постучалась она
в дверь и крикнула:
— Товары разные, дешёвые, продажные!

Белоснежка глянула из окошечка и спросила:
— Здравствуй, тётушка, что продаёшь?
— Хороший товар, первейшего сорта, — отвечала та, — шнурки,
тесёмки разноцветные, — и вытащила напоказ один шнурок,
сплетённый из пёстрого шёлка.
«Ну, эту-то торговку я, пожалуй, могу впустить в дом», — подумала ЕЛОСНЕЖКА и отомкнула дверь, чтобы купить себе красивый шнурок.
— Э-э, дитятко, — сказала ей старуха, — на что ты похожа!
Поди-ка сюда, дай я тебя зашнурую как следует!
Белоснежка и не предположила ничего дурного, повернулась
к торговке спиною и дала ей зашнуровать себе платье новым
шнурком. И та зашнуровала её так быстро да так туго, что у Белоснежки разом перехватило дыхание и она без чувств упала наземь.
— Ну, теперь уж не бывать тебе больше первой красавицей! —
сказала злая мачеха и спешно удалилась.
Вскоре после того, в вечернюю пору, семеро гномов вернулись
домой. Как же они перепугались, когда увидели Белоснежку, распростёртую на земле! Она не двигалась, не шевелилась, словно
мёртвая. Но когда они приподняли Белоснежку, то поняли, что
та лишилась чувств от слишком тугой шнуровки, тотчас разрезали шнурок — и она стала вновь дышать, сначала понемногу,
а затем и совсем ожила.
Когда Белоснежка поведала о том, что с ней случилось, гномы
сказали:
— Эта старая торговка была твоя мачеха, злодейка королева!
Остерегайся её и никого не впускай в дом в наше отсутствие!
А злая МАЧЕХА, когда вернулась домой, подошла к зеркальцу
и спросила:
— Зеркальце, зеркальце, молви скорей,
Кто здесь всех краше, кто всех милей?

Б

15

Но то ей по-прежнему отвечало:
— Ты, королева, красива собой,
Но та Белоснежка, что за горой
В доме у гномов горных живёт,
Много тебя красотой превзойдёт.
Услыхав это, злая мачеха так перепугалась, что вся кровь
у неё прилила к сердцу: она поняла, что ЕЛОСНЕЖКА вновь
осталась жива.
— Ну, уж теперь-то я что-нибудь придумаю такое, что сразу тебя
сгубит, — проговорила королева и при помощи различных чар,
в которых она была искусна, сделала ядовитый гребень. Затем
обрядилась другой старухой и пошла за семь гор к дому СЕМИ
ГНОМОВ, а там постучалась в дверь и стала кричать:
— Товары, товары продажные!
Белоснежка выглянула из окошечка и сказала:
— Идите своей дорогой, бабушка, мне никого в дом впускать
не велено.
— Ну а посмотреть на товар тебе, верно, не запрещено? — спросила старуха и вытащила ядовитый гребень, чтобы показать его
Белоснежке.
Гребень до того приглянулся девочке, что
она дала себя обморочить и отворила
торговке дверь. Когда они сошлись
в цене, старуха сказала:
— Дай же я тебя причешу как
следует.
Бедной Белоснежке ничто
дурное и в голову не пришло,
и она позволила старухе расчесать себя. Но едва торговка запу-

Б

16

стила ей гребень в волосы, как яд его подействовал, и бедняжка
лишилась сознания.
— Ну-ка, совершенство красоты! Теперь-то с тобою покончено, — проговорила злая ведьма и пошла прочь.
К счастью, произошло это под вечер, когда гномы уже возвращались домой. Когда они увидели, что Белоснежка лежит
замертво, то сразу же заподозрили мачеху, стали доискиваться
и нашли в волосах у девочки ядовитый гребень. Едва они вынули
его, ЕЛОСНЕЖКА пришла в себя и рассказала всё, что с ней
случилось. Тогда гномы ещё раз предостерегли её, чтобы она
была осторожнее и никому не отворяла дверь.
Между тем КОРОЛЕВА, вернувшись домой, стала вновь перед
зеркальцем и сказала:
— Зеркальце, зеркальце, молви скорей,
Кто здесь всех краше, кто всех милей?

Б

А ЗЕРКАЛЬЦЕ, как и прежде, в ответ ей:
— Ты, королева, красива собой,
Но та Белоснежка, что за горой
В доме у гномов горных живёт,
Много тебя красотой превзойдёт.
Стоило королеве это услышать, как она задрожала от бешенства и воскликнула:
— Белоснежка должна умереть! Пусть даже мне с ней умереть
придётся!
Затем ведьма удалилась в потайную каморку*, куда никто, кроме
неё, не входил, и там изготовила ядовитое-преядовитое яблоко.
С виду оно было чудесное, наливное, с румяными бочками, так
что любой, взглянув на это яблоко, захотел бы его отведать,
да только откуси кусочек — и умрёшь.

17

18

Когда яблоко было готово, королева размалевала себе лицо,
переоделась КРЕСТЬЯНКОЮ и вновь пошла за семь гор к семи
гномам. Постучалась она у их дома, а Белоснежка выставила
головку в окошечко и говорит:
— Не смею я никого сюда впустить, СЕМЬ ГНОМОВ мне это
запретили.
— А мне что до этого! — отвечала крестьянка. — Куда же я денусь
со своими яблоками? Нa вот одно, пожалуй, хоть тебе подарю.
— Нет, я не смею ничего принять, — отвечала Белоснежка.
— Да уж не отравы ли боишься? — спросила крестьянка. — Так
вот, посмотри, я разрежу яблоко надвое: румяную половиночку
ты скушай, а другую я сама съем.
А яблоко-то у ведьмы было так искусно приготовлено, что
только румяная половина его и была отравлена.
ЕЛОСНЕЖКЕ очень хотелось отведать этого чудного яблока,
и, когда она увидела, что крестьянка ест свою половину, она уж

Б

не могла устоять перед этим желанием. Девочка протянула руку
из окна и взяла отравленную половинку яблока. Но чуть только
она откусила кусочек, как упала замертво на пол.
Тут КОРОЛЕВА МАЧЕХА взглянула на неё с ехидством, громко
рассмеялась и сказала:
— Вот тебе и бела как снег, и румяна как кровь, и чернява
как черное дерево! Ну, уж на этот раз тебя ГНОМЫ оживить
не смогут!
И когда она, придя домой, стала перед зеркальцем и спросила:
— Зеркальце, зеркальце, молви скорей,
Кто здесь всех краше, кто всех милей? —

-

ЗЕРКАЛЬЦЕ наконец ответило ей:
— Ты, королева, здесь всех милей.
Тут только и успокоилось завистливое сердце королевы,
насколько вообще завистливое сердце может успокоиться.
Гномы же, вернувшись вечером домой, нашли ЕЛОСНЕЖКУ
распростёртой на полу, бездыханную, помертвевшую. Подняли
они бедняжку, стали доискиваться причины, и чего только
не делали — и расшнуровали её, и расчесали волосы, и обмыли
её водою с вином, однако же ничто не помогало: Белоснежка
была мертва и оставалась мёртвою.
Тогда они положили её в гроб, сели кругом все семеро да заплакали и оплакивали её ровно три дня кряду. Они уж собирались
и похоронить её, но вид Белоснежки казался таким свежим,
словно была она живая, даже щёки её горели прежним чудным
румянцем. «Нет, не можем мы опустить её в тёмные недра
земли», — решили гномы и сделали для Белоснежки другой,
прозрачный гроб из хрусталя, так что её со всех сторон можно
было видеть, а на крышке его написали золотыми буквами её

Б

19

имя и то, что она королевская дочь. Затем они взнесли гроб
на вершину горы, и с той поры один из гномов постоянно оставался при нём на страже. И даже звери, даже птицы приступили
к гробу, оплакивая Белоснежку: сначала прилетела сова, затем
ворон и, наконец, голубочек.
И долго, долго лежала Белоснежка в хрустальном гробу,
но ничуть не менялась и казалась как бы спящею — по-прежнему была она бела как снег, румяна как кровь, чернява как
чёрное дерево.
Случилось как-то, что тем лесом проезжал один КОРОЛЕВИЧ.
Он оказался возле дома гномов и намеревался в нём переночевать. И тут увидел хрустальный гроб на горе и красавицу Белоснежку в нём. Прочёл королевич то, что было написано на крышке
золотыми буквами, и сказал ГНОМАМ:
— Отдайте мне гроб, я дам вам за него всё, что вы пожелаете.
Но гномы отвечали:
— Даже за всё золото в мире мы не отдадим его.
Но королевич не отступал:
— Так подарите же мне его! Я смотрю на Белоснежку и не могу
насмотреться — кажется, и жизнь мне без неё не мила будет!
Подарите, и я буду почитать и ценить Белоснежку, как милую
подругу!
Сжалились добрые гномы, услышав из уст королевича такую
горячую речь, и отдали ему Белоснежку.
Королевич приказал своим СЛУГАМ нести гроб на плечах.
Понесли они его да споткнулись о какую-то веточку, и от этого
сотрясения выскочил из горла ЕЛОСНЕЖКИ тот кусок отравленного яблока, что она откусила. А как выскочил, так открыла
она глаза, приподняла крышку гроба и сама поднялась живаживёхонька.
— Боже мой! Где же это я? — воскликнула она.

Б

21

А КОРОЛЕВИЧ радостно сказал:
— Ты у меня, у меня! — и поведал ей о случившемся, а потом
добавил: — Ты мне милее всего на свете! Поедем со мною в замок
моего отца — и будь мне супругою.
Белоснежка согласилась и отправилась с ним, и свадьба их
была сыграна с большим блеском и великолепием.
На это празднество была приглашена и ЗЛАЯ МАЧЕХА Белоснежки. Когда же та принарядилась на свадьбу, то стала перед
зеркальцем и сказала:
— Зеркальце, зеркальце, молви скорей,
Кто здесь всех краше, кто всех милей?

22

Но ЗЕРКАЛЬЦЕ отвечало:
— Ты, королева, красива собой,
А всё ж новобрачная выше красой.
Злая ведьма, услышав это, произнесла ужасное проклятие —
а потом вдруг ей стало так страшно, так страшно, что она с собою
и совладать не могла.
Сначала королева и вовсе думала не ехать на свадьбу, однако
же никак не могла успокоиться — и всё-таки отправилась посмотреть на невесту. Едва переступив порог свадебного чертога,
она узнала в молодой королеве Белоснежку и от ужаса не могла
и с места двинуться. Но для неё давно уже были приготовлены
железные башмаки, раскалённые на горящих угольях. Их клещами втащили в комнату и поставили перед злой мачехой. И принудили её вставить ноги в эти башмаки и до тех пор плясать
в них, пока не пала она замертво.

АВНЫМ-ДАВНО ЖИЛИ ДА БЫЛИ КОРОЛЬ
С КОРОЛЕВОЮ, И БЫВАЛО, ЧТО
НИ ДЕНЬ, ТО ГОВАРИВАЛИ: «АХ, ЕСЛИ
БЫ У НАС БЫЛ РЕБЁНОК!» — А ДЕТЕЙ
У НИХ ВСЁ ЖЕ НЕ БЫЛО.
И вот однажды, когда королева купалась, из воды
на берег вылезла ЛЯГУШКА и сказала королеве:
«Твоё желание будет исполнено: ранее истечения
года у тебя родится дочка».
Что лягушка сказала, то и случилось: королева действительно родила ДОЧКУ, которая
была такая хорошенькая, что король себя
не помнил от радости и затеял по этому
поводу великолепный праздник.
Он пригласил на праздник не только своих
родных, друзей и знакомых, но также
и всех КОЛДУНИЙ, чтобы они были к его
ребёнку добры и благосклонны.
Этих колдуний в том королевстве было
тринадцать, но так как у КОРОЛЯ было только двенадцать золотых тарелочек, на которых им следовало подавать кушанья,
то одну из них пришлось не приглашать.
Праздник был отпразднован великолепно, и, когда уж он заканчивался, колдуньи одарили ребёнка разными чудесными
дарами: одна — добродетелью, другая — красотой,

27

28

третья — богатством и всем-всем, чего только можно было пожелать себе на земле.
Когда уже одиннадцать колдуний высказали свои пожелания,
вдруг вошла тринадцатая. Она явилась отомстить королю с королевою за то, что её не пригласили на праздник; и вот, никому
не кланяясь и ни на кого не глядя, она громко крикнула: «Королевна на пятнадцатом году уколется веретеном и тут же упадёт
замертво». И, не прибавив ни слова более, повернулась и вышла
из зала.
Все были этим страшно перепуганы; но вот выступила двенадцатая КОЛДУНЬЯ, которая ещё не успела высказать своего пожелания,
и так как она не могла отменить злого желания своей предшественницы, а была в состоянии лишь смягчить его, то она сказала:
«Королевна упадёт замертво, но не умрёт, а погрузится только
в глубокий, непробудный сон, который продлится сто лет».

Король, конечно, хотел оберечь своё дорогое дитятко от предсказанной страшной беды, а потому издал такой указ, чтобы все
веретёна во всём его королевстве были сожжены.
А между тем дары колдуний стали мало-помалу проявляться
в юной КОРОЛЕВНЕ: она была и прекрасна, и скромна, и ласкова,
и разумна, так что приходилась по сердцу каждому, кто её видел.
Случилось однажды (именно в тот день, когда ей стукнуло пятнадцать лет), что короля и королевы не было дома и королевна
оставалась одна-одинёшенька во всём замке. Вот и пошла она
бродить повсюду, стала осматривать комнаты и всякие каморки,
какие ей вздумалось, и наконец пришла к одной старой башне.
Поднявшись в эту башню по узенькой витой лестнице, она
подошла к низенькой двери. В дверной скважине торчал ржавый
ключ, и, когда она его повернула, дверь перед ней распахнулась и увидела она там в маленькой комнатке СТАРУШОНОЧКУ,

29

30

которая усердно пряла лён, быстро поворачивая веретено между
пальцев.
«Здравствуй, бабушка, — сказала КОРОЛЕВНА, — ты что тут поделываешь?» — «А вот видишь: пряду», — отвечала старушоночка
и кивнула королевне головой. «А что это за штучка такая, что так
весело кружится?» — спросила королевна, взяла в руки веретено
и также захотела прясть.
Но едва только она коснулась веретена, как волшебное заклятие сбылось: королевна уколола себе палец веретеном и в тот
же самый миг упала на кровать, стоявшую в этой маленькой
комнатке, и погрузилась в глубокий сон.
Этот сон охватил весь замок: КОРОЛЬ и КОРОЛЕВА , которые
только что вернулись домой и входили в зал, стали мало-помалу засыпать, заснули одновременно с ними и все их придворные. Заснули также и лошади в стойле, и собаки на дворе,
и голуби на крыше, и мухи на стенах, и даже огонь, пылавший
на очаге, как бы застыл, и жаркое, которое на огне жарилось,
перестало шкварчать, и повар, ухвативший было поварёнка
за волосы за какую-то провинность, выпустил его волосы из руки
и заснул.
И ветер тоже улёгся, и на деревьях перед замком не шелохнулся ни один листок…
А вокруг замка стала мало-помалу вырастать непроницаемо
густая изгородь из терновника*, и каждый год поднималась она
всё выше и выше и наконец окружила весь замок, и даже переросла его настолько, что не только замка из-за неё не стало видно,
но даже и флага на крыше его.
Во всей окрестной стране шла, однако же, молва о спящей
красавице-королевне, которую прозвали ПЯЩЕЙ КРАСАВИЦЕЙ;
а потому от времени до времени наезжали королевичи и пытались сквозь ту изгородь проникнуть в замок.

С

Но это оказывалось невозможным, потому что терновник,
переплетясь, стоял сплошною стеною, и юноши, пытавшиеся
сквозь него пробиться, цеплялись за него, не могли уже из него
выпутаться и умирали напрасною смертью.
Много лет спустя пришёл в ту сторону ещё один КОРОЛЕВИЧ
и услышал от одного старика рассказ об ограде из терновника
и о том, что за этой оградою, должно быть, есть замок, в котором уже лет сто подряд лежит в глубоком сне дивная красавица-королевна, прозванная ПЯЩЕЙ КРАСАВИЦЕЙ, а около неё,
погружённые в такой же сон, спят и король, и королева, и весь
их двор.
Старик слыхал ещё от своего деда, что многие королевичи
приходили и пытались проникнуть сквозь терновую изгородь,
что в ней застряли и встретили преждевременную смерть.
Но юноша сказал: «Я этого не боюсь, я хочу туда пройти и хочу
увидеть красавицу-королевну». И как ни отговаривал его старик,
королевич не внял его словам.
А тем временем минули сто лет, и наступил тот именно день,
в который и надлежало Спящей красавице очнуться от своего
долгого сна.
Когда юный КОРОЛЕВИЧ подошёл к изгороди, то вместо терновника увидел множество больших прекрасных цветов, которые
сами собою раздвинулись настолько, что он мог пройти сквозь
эту изгородь невредимый, а позади него они опять сомкнулись
непроницаемой стеною.
Во дворе замка он увидел лошадей и охотничьих собак, которые спали; на крыше сидели голуби, подвернув головки под
крылышки, и тоже спали. А когда он вступил в дом, там спали
мухи на стене, повар на кухне всё ещё протягивал во сне руку
к мальчишке, которого собирался ухватить за волосы, и служанка
сидела перед той курицею, которую предстояло ей ощипать.

С

31

Он пошёл далее и увидел в зале всех придворных, спавших
глубоким сном около короля и королевы, уснувших близ трона.
Пошёл он далее, и такая была тишина кругом, что он мог слышать своё собственное дыхание.
Наконец приблизился он к старой башне и отворил дверь
маленькой каморки, в которой спала КРАСАВИЦА КОРОЛЕВНА.
И она показалась ему так хороша, что он от неё глаз оторвать
не мог, наклонился к ней и поцеловал её.
Чуть только уста его в поцелуе коснулись уст королевны, она
раскрыла очи, проснулась и ласково глянула на КОРОЛЕВИЧА.
И сошли они с верха башни вниз рука об руку — и что же?
И КОРОЛЬ очнулся ото сна, и КОРОЛЕВА, и все придворные их
и с изумлением взглянули друг на друга. И лошади во дворе вскочили на ноги и стали отряхиваться; и собаки поднялись и стали
махать хвостами; а голубки на крыше встрепенулись, оглянулись
и полетели в поле. Ползали и мухи по стенам; и огонь в кухне
вновь запылал и стал варить кушанье; и жаркое зашкварчало
на вертеле; и повар закатил здоровую оплеуху поварёнку, так
что тот заревел; а служанка дочистила чёрную курицу.
Тогда-то и была отпразднована свадьба королевича с красавицей-королевной, и жили они в полном довольстве до самой
кончины.

-

33

КОЛДУНЬИ
И ВОЛШЕБНИЦЫ
егодня нам сложно представить жизнь человека в Средние века. А между тем он находился в постоянной борьбе: то
страдал от голода в неурожайные годы, то
боролся с эпидемиями чумы, от которой
вымирали целые города. И если в Древнем мире волшебницы были прекрасными
дамами, творившими зло ради шалости или
из-за потери любимого, то средневековые
колдуньи и ведьмы несли смерть. Поэтому
так похожи ведьмы-людоедки и русская
Баба-яга. Они сеют страх, но благодаря им
же приходит спасение.
Хозяйка леса и настоящая ведьма, Бабаяга страшна и коварна. Костяной своей
ногой она стоит в мире мёртвых, а человеческой — в мире живых. В ступе летает она
по своим владениям, наводя ужас на каждого, кто заплутает в дремучем лесу.

В НЕКОТОРОМ ЦАРСТВЕ ЖИЛ-БЫЛ

КУПЕЦ. ДВЕНАДЦАТЬ ЛЕТ ЖИЛ
ОН В СУПРУЖЕСТВЕ И ПРИЖИЛ
ТОЛЬКО ОДНУ ДОЧЬ, ВАСИЛИСУ
ПРЕКРАСНУЮ.

Когда мать скончалась, девочке было
восемь лет. Умирая, купчиха призвала
к себе дочку, вынула из-под одеяла куклу,
отдала ей и сказала:
— Слушай,
АСИЛИСУШКА !
Помни и исполни последние
мои слова. Я умираю и вместе
с родительским благосло вением
оставляю тебе вот эту КУКЛУ. Береги
её всегда при себе и никому не показывай, а когда приключится тебе какое горе,
дай ей поесть и спроси у неё совета. Покушает
она и скажет тебе, чем помочь несчастью.
Затем мать поцеловала дочку и померла.
После смерти жены купец потужил, как следовало, а потом стал думать, как бы опять жениться.
Он был человек хороший; за невестами дело не стало,
но больше всех по нраву пришлась ему одна вдовушка.
Она была уже в летах, имела своих двух дочерей,

В

39

40

почти однолеток Василисе, — стало быть, и хозяйка и мать
опытная. Купец женился на вдовушке, но обманулся и не нашёл
в ней доброй матери для своей Василисы. Василиса была первая на всё село красавица; мачеха и сёстры завидовали её красоте, мучили её всевозможными работами, чтоб она от трудов похудела, а от ветру и солнца почернела, — совсем житья
не было!
Василиса всё переносила безропотно и с каждым днём всё
хорошела и полнела, а между тем МАЧЕХА с дочками своими
худела и дурнела от злости, несмотря на то что они всегда сидели
сложа руки, как барыни. Как же это так делалось? Василисе
помогала её куколка. Без этого где бы девочке сладить со всею
работою! Зато Василиса сама, бывало, не съест, а уж куколке
оставит самый лакомый кусочек, и вечером, как все улягутся,
она запрётся в чуланчике, где жила, и потчует* её, приговаривая:
— На, куколка, покушай, моего горя послушай! Живу я в доме
у батюшки — не вижу себе никакой радости. Злая мачеха гонит
меня с белого света. Научи ты меня, как мне быть и жить и что
делать?
Куколка покушает, да потом и даёт ей советы и утешает в горе,
а наутро всякую работу справляет за Василису; та только отдыхает в холодочке да рвёт цветочки, а у неё уж и гряды выполоты,
и капуста полита, и вода наношена, и печь вытоплена. Куколка
ещё укажет Василисе и травку от загару. Хорошо было жить ей
с куколкой.
Прошло несколько лет. АСИЛИСА выросла и стала невестой.
Все женихи в городе присватываются к Василисе, на мачехиных дочерей никто и не посмотрит. Мачеха злится пуще прежнего и всем женихам отвечает: «Не выдам меньшой прежде
старших!» — а проводя женихов, побоями вымещает зло на Василисе.

В

Вот однажды купцу понадобилось уехать из дому на долгое
время по торговым делам. Мачеха и перешла на житьё в другой
дом, а возле этого дома был дремучий лес, а в лесу на поляне
стояла избушка, а в избушке жила АБА ЯГА. Никого она к себе
не подпускала и ела людей, как цыплят. Перебравшись на новоселье, купчиха то и дело посылала за чем-нибудь в лес ненавистную ей Василису, но эта завсегда возвращалась домой благополучно: куколка указывала ей дорогу и не подпускала к избушке
Бабы-яги.
Пришла осень. Мачеха раздала всем трём девушкам вечерние
работы: одну заставила кружева плести, другую — чулки вязать,
а Василису — прясть, и всем по урокам. Погасила огонь во всём
доме, оставила только одну свечку там, где работали девушки,

Б

-

41

а сама легла спать. Девушки работали. Вот нагорело на свечке.
Одна из мачехиных дочерей взяла щипцы, чтоб поправить
светильню*, да вместо того, по приказу матери, как будто нечаянно и потушила свечку.
— Что теперь нам делать? — говорили девушки. — Огня нет
в целом доме, а уроки наши не кончены. Надо сбегать за огнём
к Бабе-яге!
— Мне от булавок светло! — сказала та, что плела кружево. —
Я не пойду!
— И я не пойду, — сказала та, что вязала чулок, — мне от спиц
светло!
— Тебе за огнём идти, — закричали обе, — ступай к Бабе-яге! —
и вытолкали Василису из горницы.
АСИЛИСА пошла в свой чуланчик, поставила перед куклою
приготовленный ужин и сказала:
— На, куколка, покушай да моего горя послушай: меня посылают за огнём к Бабе-яге. Баба-яга съест меня!
Куколка поела, и глаза её заблестели, как две свечки.
— Не бойся, Василисушка! — сказала она. — Ступай, куда посылают, только меня держи всегда при себе. При мне ничего не станется с тобой у Бабы-яги.
Василиса собралась, положила куколку свою в карман и, перекрестившись, пошла в дремучий лес.
Идёт она и дрожит. Вдруг скачет мимо неё ВСАДНИК: сам белый,
одет в белом, конь под ним белый и сбруя на коне белая, —
на дворе стало рассветать.
Идёт она дальше, как скачет другой всадник: сам красный, одет
в красном и на красном коне, — стало всходить солнце.
Василиса прошла всю ночь и весь день, только к следующему
вечеру вышла на полянку, где стояла избушка Бабы-яги. Забор
вокруг избы из человечьих костей, на заборе торчат черепа

В

42

людские с глазами. Вместо верей* у ворот — ноги человечьи,
вместо запоров — руки, вместо замка — рот с острыми зубами.
Василиса обомлела от ужаса и стала как вкопанная. Вдруг едет
опять всадник: сам чёрный, одет во всё чёрное и на чёрном коне.
Подскакал к воротам Бабы-яги и исчез, как сквозь землю провалился, — настала ночь. Но темнота продолжалась недолго: у всех
черепов на заборе засветились глаза, и на всей поляне стало
светло, как середи дня. Василиса дрожала со страху, но, не зная,
куда бежать, оставалась на месте.
Скоро послышался в лесу страшный шум: деревья трещали,
сухие листья хрустели, выехала из лесу АБА ЯГА — в ступе едет,
пестом погоняет, помелом след заметает. Подъехала к воротам,
остановилась и, обнюхав вокруг себя, закричала:
— Фу, фу! Русским духом пахнет! Кто здесь?
Василиса подошла к старухе со страхом и, низко поклонясь,
сказала:
— Это я, бабушка! Мачехины дочери прислали меня за огнём
к тебе.
— Хорошо, — сказала Баба-яга, — знаю я их, поживи ты наперёд да поработай у меня, тогда и дам тебе огня; а коли нет, так
я тебя съем! — Потом обратилась к воротам и вскрикнула: —
Эй, запоры мои крепкие, отомкнитесь; ворота мои широкие,
отворитесь!
Ворота отворились, и Баба-яга въехала, посвистывая, за нею
вошла Василиса, а потом опять всё заперлось.
Войдя в горницу*, Баба-яга растянулась и говорит Василисе:
— Подавай-ка сюда, что там есть в печи; я есть хочу.
АСИЛИСА зажгла лучину от тех черепов, что на заборе,
и начала таскать из печки да подавать Бабе-яге кушанье, а кушанья настряпано было человек на десять. Из погреба принесла
она квасу, мёду, пива и вина. Всё съела, всё выпила старуха; Васи-

Б

44

В

-

лисе оставила только щец немножко, краюшку хлеба да кусочек
поросятины.
Стала Баба-яга спать ложиться и говорит:
— Когда завтра я уеду, ты смотри — двор вычисти, избу вымети,
обед состряпай, бельё приготовь да пойди в закром*, возьми
четверть пшеницы и очисть её от чернушки. Да чтоб всё было
сделано, а не то — съем тебя!
После такого наказу АБА ЯГА захрапела, а Василиса поставила
старухины объедки перед куклою, залилась слезами и говорила:
— На, куколка, покушай, моего горя послушай! Тяжёлую
дала мне Баба-яга работу и грозится съесть меня, коли всего
не исполню. Помоги мне!
УКЛА ответила:
— Не бойся, Василиса Прекрасная! Поужинай, помолися
да спать ложися; утро мудреней вечера!
Ранёшенько проснулась Василиса, а Баба-яга уже встала, выглянула в окно: у черепов глаза потухают. Вот мелькнул белый
всадник — и совсем рассвело. Баба-яга вышла на двор, свистнула — перед ней явилась ступа с пестом и помелом. Промелькнул красный всадник — взошло солнце. Баба-яга села в ступу
и выехала со двора, пестом погоняет, помелом след заметает.
Осталась АСИЛИСА одна, осмотрела внимательно дом Бабыяги, подивилась изобилью во всём и остановилась в раздумье:
за какую работу ей прежде всего приняться. Глядит, а вся работа
уже сделана; куколка выбирала из пшеницы последние зёрна
чернушки.
— Ах ты, избавительница моя! — сказала Василиса куколке. —
Ты от беды меня спасла!
— Тебе осталось только обед состряпать, — отвечала куколка,
влезая в карман Василисы, — состряпай с Богом, да и отдыхай
на здоровье!

Б

-

К

В

45

К вечеру Василиса собрала на стол и ждёт Бабу-ягу. Начало
смеркаться, мелькнул за воротами чёрный всадник — и совсем
стемнело, только светились глаза у черепов. Затрещали деревья,
захрустели листья — едет Баба-яга. Василиса встретила её.
— Всё ли сделано? — спрашивает Баба-яга.
— Изволь посмотреть сама, бабушка! — молвила Василиса.
Баба-яга всё осмотрела, подосадовала, что не за что рассердиться, и сказала:
— Ну, хорошо! — Потом крикнула: — Верные мои слуги, сердечные други, смелите мою пшеницу!
Явились три пары рук, схватили пшеницу и унесли вон из глаз.
АБА ЯГА наелась, стала ложиться спать и опять дала приказ
Василисе:

Б

46

-

— Завтра сделай ты то же, что и нынче, да сверх того возьми
из закрома мак да очисти его от земли по зёрнышку: вишь, кто-то
по злобе земли в него намешал!
Сказала старуха, повернулась к стене и захрапела, а Василиса
принялась кормить свою куколку. УКОЛКА поела и сказала ей
по-вчерашнему:
— Молись Богу да ложись спать; утро вечера мудренее, всё будет
сделано, Василисушка!
Наутро Баба-яга опять уехала в ступе со двора, а АСИЛИСА
с куколкой всю работу тотчас исправили. Старуха воротилась,
оглядела всё и крикнула:
— Верные мои слуги, сердечные други, выжмите из маку масло!
Явились три пары рук, схватили мак и унесли из глаз. Баба-яга
села обедать; она ест, а Василиса стоит молча.
— Что ж ты ничего не говоришь со мною? — сказала Баба-яга. —
Стоишь как немая!
— Не смела, — отвечала Василиса, — а если позволишь, то мне
хотелось бы спросить тебя кой о чём.
— Спрашивай, только не всякий вопрос к добру ведёт: много
будешь знать — скоро состаришься!
— Я хочу спросить тебя, бабушка, только о том, что видела.
Когда я шла к тебе, меня обогнал всадник на белом коне, сам
белый и в белой одежде. Кто он такой?
— Это ДЕНЬ мой ясный! — отвечала Баба-яга.
— Потом обогнал меня другой всадник на красном коне, сам
красный и весь в красном одет. Это кто такой?
— Это моё СОЛНЫШКО красное! — отвечала Баба-яга.
— А что значит чёрный всадник, который обогнал меня у самых
твоих ворот, бабушка?
— Это НОЧЬ моя тёмная — всё слуги мои верные!
Василиса вспомнила о трёх парах рук и молчала.

К

В

47

48

— Что ж ты ещё не спрашиваешь? — молвила Баба-яга.
— Будет с меня и этого, сама ж ты, бабушка, сказала, что много
узнаешь — состаришься!
— Хорошо, — сказала Баба-яга, — что ты спрашиваешь только
о том, что видела за двором, а не во дворе! Я не люблю, чтоб
у меня сор из избы выносили, и слишком любопытных ем! Теперь
я тебя спрошу: как успеваешь ты исполнять работу, которую
я задаю тебе?
— Мне помогает благословение моей матери, — отвечала
Василиса.
— Так вот что! Убирайся же ты от меня, благословенная дочка!
Не нужно мне благословенных!
Вытащила она Василису из горницы и вытолкала за ворота,
сняла с забора один череп с горящими глазами и, наткнув
на палку, отдала ей и сказала:
— Вот тебе огонь для мачехиных дочек, возьми его: они ведь
за этим тебя сюда и прислали.
Бегом пустилась домой АСИЛИСА при свете черепа, который
погас только с наступлением утра, и наконец,
к вечеру другого дня добралась до своего
дома. Подходя к воротам, она хотела было
бросить череп. «Верно, дома, — думает
себе, — уж больше в огне не нуждаются». Но вдруг послышался глухой
голос из черепа:
— Не бросай меня, неси к мачехе!
Она взглянула на дом мачехи
и, не видя ни в одном окне
огонька, решилась идти туда
с черепом. Впервые встретили
её ласково и рассказали, что с той

В

поры, как она ушла, у них не было в доме огня. Сами высечь
никак не могли, а который огонь приносили от соседей — тот
погасал, как только входили с ним в горницу.
— Авось твой огонь будет держаться! — сказала мачеха.
Внесли череп в горницу, а глаза из черепа так и глядят на мачеху
и её дочерей, так и жгут! Те было прятаться, но куда ни бросятся — глаза всюду за ними так и следят. К утру совсем сожгло
их в уголь, одной Василисы не тронуло.
Поутру Василиса зарыла череп в землю, заперла дом на замок,
пошла в город и попросилась на житьё к одной безродной старушке. Живёт себе и поджидает отца. Вот как-то говорит она
СТАРУШКЕ:
— Скучно мне сидеть без дела, бабушка! Сходи купи мне льну
самого лучшего, я хоть прясть буду.
Старушка купила льну хорошего. Василиса села за дело —
работа так и горит, так и спорится в её руках, и пряжа выходит
ровная да тонкая, как волосок. Набралось пряжи много; пора
бы и за тканьё приниматься, а таких бёрд* не найдут, чтобы
годились на Василисину пряжу; никто не берётся и сделать-то.
Василиса стала просить свою куколку, та и говорит:
— Принеси-ка мне какое-нибудь старое бёрдо, да старый челнок, да лошадиной гривы: я всё тебе смастерю.
АСИЛИСА добыла всё, что надо, и легла спать, а умная куколка
за ночь приготовила славный стан. К концу зимы и полотно
выткано, да такое тонкое, что сквозь иглу вместо нитки продеть можно. Весною полотно выбелили, и Василиса говорит
старухе:
— Продай, бабушка, это полотно, а деньги возьми себе.
Старуха взглянула на товар и ахнула:
— Нет, дитятко! Такого полотна, кроме царя, носить некому.
Понесу во дворец.

В

49

Пошла старуха к царским палатам да всё мимо окон похаживает. АРЬ увидал и спросил:
— Что тебе, старушка, надобно?
— Ваше царское величество, — отвечает старуха, — я принесла
диковинный товар. Никому, окроме тебя, показать не хочу.
Царь приказал впустить к себе старуху и как увидел полотно —
вздивовался.
— Что хочешь за него? — спросил царь.
— Ему цены нет, царь-батюшка! Я тебе в дар его принесла.
Поблагодарил царь и отпустил старуху с подарками.
Стали царю из того полотна сорочки шить. Вскроили, да нигде
не могли найти швеи, которая взялась бы их работать. Долго
искали. Наконец ЦАРЬ позвал старуху и сказал:
— Умела ты напрясть и соткать такое полотно, умей из него
и сорочки сшить.
— Не я, государь, пряла и соткала полотно, — сказала старуха, —
это работа приёмыша моего — девушки.
— Ну так пусть и сошьёт она!
Воротилась СТАРУШКА домой и рассказала обо всём Василисе.
— Я знала, — говорит ей Василиса, — что эта работа моих рук
не минует.
Заперлась в свою горницу, принялась за работу. Шила она
не покладываючи рук, и скоро дюжина сорочек была готова.
Старуха понесла к царю сорочки, а Василиса умылась, причесалась, оделась и села под окном. Сидит себе и ждёт, что будет.
Видит: на двор к старухе идёт царский слуга, вошёл в горницу
и говорит:
— Царь-государь хочет видеть искусницу, что работала ему
сорочки, и наградить её из своих царских рук.
Пошла Василиса и явилась пред очи царские. Как увидел ЦАРЬ
Василису Прекрасную, так и влюбился в неё без памяти.

Ц

50

— Нет, — говорит он, — красавица моя! Не расстанусь я с тобою,
ты будешь моей женою.
Тут взял царь АСИЛИСУ за белые руки, посадил её подле себя,
а там и свадебку сыграли. Скоро воротился и отец Василисы,
порадовался об её судьбе и остался жить при дочери. Старушку
Василиса взяла к себе, а куколку по конец жизни своей всегда
носила в кармане.

В

БОЛЬШОМ ЛЕСУ НА ОПУШКЕ ЖИЛ
БЕДНЫЙ ДРОВОСЕК СО СВОЕЮ ЖЕНОЮ
И ДВУМЯ ДЕТЬМИ, ЧТО ОСТАЛИСЬ
ПО СМЕРТИ ПЕРВОЙ ЕГО СУПРУГИ:
МАЛЬЧИШКУ-ТО ЗВАЛИ ГЕНЗЕЛЬ,
А ДЕВЧОНОЧКУ — ГРЕТЕЛЬ.
У бедняка было в доме и скудно и голодно; а с той поры, как
настала большая дороговизна, у них и насущного хлеба иногда
не бывало.
И вот однажды вечером лежал дровосек в постели, раздумывая о заботах и ворочаясь с боку на бок, и сказал своей ЖЕНЕ
со вздохом:
— Не знаю, право, как нам и быть! Как будем мы ДЕТЕЙ питать,
когда и самим-то есть нечего!
— А знаешь ли что, МУЖЕНЁК, —
отвечала жена, — завтра ранёшенько выведем детей в самую
чащу леса; там разведём им
огонёк и каждому дадим ещё
по кусочку хлеба про запас,
а затем уйдём на работу и оставим их там одних. Они оттуда
не найдут дороги домой,
и мы от них избавимся.
— Нет, жёнушка, — сказал
МУЖ, — этого я не сделаю.
Невмоготу мне своих деток

55

56

в лесу одних оставлять — ещё, пожалуй, придут дикие звери да их
растерзают.
— Ох ты, дурак, дурак! — отвечала она. — Так разве же лучше
будет, коли мы все четверо станем дохнуть с голода, а ты только
знай строгай доски для гробов? — И до тех пор она его пилила,
покуда дровосек наконец не согласился.
— А всё же жалко мне бедных деток, — говорил он, даже и сговорившись с женою.
А детки-то с голоду тоже заснуть не могли и слышали всё, что
МАЧЕХА шептала их отцу. РЕТЕЛЬ плакала горькими слезами
и говорила Гензелю:
— Пропали наши головы!
— Полно, Гретель, — сказал ЕНЗЕЛЬ , — не печалься! Уж
я как-нибудь изловчусь помочь нашей беде.
И когда отец с мачехой уснули, он поднялся с постели, надел
своё платьишко, отворил дверку да и выскользнул из дома. Месяц
светил ярко, и белые камни-голыши, которых много валялось

Г

Г

перед домом, блестели, словно грошики. Гензель наклонился
и столько набрал их в карман своего платья, сколько влезть
смогло. Потом вернулся домой и сказал СЕСТРЕ:
— Успокойся и усни с Богом: Он нас не оставит, — и улёгся
в свою постельку.
Чуть только стало светать, — ещё и солнце не всходило, — пришла к детям МАЧЕХА и принялась их будить:
— Ну, ну, подымайтесь, лентяи, пойдём в лес за дровами.
Затем она дала каждому по кусочку хлеба и сказала:
— Вот вам хлеб на обед. Только смотрите, прежде обеда его
не съешьте, ведь уж больше-то вы ничего не получите.
Гретель спрятала хлеб себе под фартук, потому что у ЕНЗЕЛЯ
карман был полнёшенек камней. И вот все вместе направились
они в лес.
Пройдя немного, Гензель приостановился и оглянулся в сторону дома, потом ещё раз и ещё. ТЕЦ спросил его:
— Гензель, что ты там зеваешь и отстаёшь? Изволь-ка прибавить шагу.
— Ах, батюшка, — сказал Гензель, — я всё посматриваю на свою
белую кошечку: сидит она там на крыше, словно со мною прощается.
Мачеха сказала:
— Дуралей! Да это вовсе и не кошечка твоя, а белая труба блестит на солнце.
А Гензель и не думал смотреть на кошечку — он всё только потихонечку выбрасывал по камешку из своего кармана на дорогу.
Когда они пришли в чащу леса, отец сказал:
— Ну, собирайте, детки, валежник*. Я разведу вам огонёк, чтобы
вы не озябли.
Гензель и Гретель натаскали хворосту и навалили его горой.
Костёр запалили, и, когда огонь разгорелся, мачеха сказала:

Г

О

57

— Вот, прилягте к огоньку, детки, и поотдохните; а мы пойдём в лес и нарубим дров. Когда закончим работу, мы вернёмся
и возьмём вас с собою домой.
ЕНЗЕЛЬ и Гретель сидели у огня, и когда наступил час обеда,
они съели свои кусочки хлеба. Так как им слышны были удары
топора, то они и думали, что их ОТЕЦ где-нибудь тут же, недалеко. А постукивал-то вовсе не топор, а простой сук, который
отец подвязал к сухому дереву: его раскачивало ветром и ударяло
о ствол.
Сидели они, сидели, стали у них глаза слипаться от усталости,
и дети крепко уснули. Когда же они проснулись, кругом была
тёмная ночь.
Заплакала было РЕТЕЛЬ:
— Как мы из лесу выйдем?
Но Гензель её утешал:
— Погоди немножко, пока месяц взойдёт, а там уж мы найдём
дорогу.
И точно, как поднялся в небо полный месяц, Гензель взял
сестричку за руку и пошёл, отыскивая дорогу по голышам, которые блестели, как заново отчеканенные гроши, и указывали им
путь. Всю ночь напролёт шли они и на рассвете пришли-таки
к отцовскому дому. Постучались они в двери, и когда МАЧЕХА
отперла и увидела, кто стучался, то сказала им:
— Ах, негодники, что вы так заспались в лесу? Мы уж думали,
что вы совсем не вернётесь.
А отец очень им обрадовался: его и так уже совесть мучила,
что он их одних в лесу оставил.
Вскоре после того опять нужда пришла страшная, и дети услышали, как мачеха однажды ночью ещё раз стала говорить отцу:
— Опять мы всё проели: в запасе у нас всего-навсего полкаравая хлеба, а там уж и песне конец! Ребят надо спровадить;

Г

Г

58

мы их ещё дальше в лес заведём, чтобы они уж никак не могли
разыскать дороги к дому. Не то и нам пропадать вместе с ними
придётся.
Тяжело было на сердце у ОТЦА, и он подумал: «Что же делать?
Лучше бы уж последние крохи со своими бедными детками разделил!»
Но ЖЕНА и слушать не хотела, ругала его и высказывала ему
всякие упрёки.
«Назвался груздем, так и полезай в кузов!» — говорит пословица; так и дровосек: уступил жене первый раз, должен был
уступить и второй.
А дети не спали и к разговору прислушивались. Когда родители заснули, ЕНЗЕЛЬ, как и в прошлый раз, поднялся с постели
и хотел набрать голышей. Но мачеха заперла дверь на замок,
так что мальчик никак не смог выйти из дома. Однако же он всё
унимал сестричку и говорил ей:
— Не плачь, РЕТЕЛЬ, и спи спокойно: Бог нам поможет.
Рано утром пришла мачеха и подняла детей с постели. Они
получили по куску чёрствого хлеба — ещё меньше того, что был
выдан им в прошлый раз. По пути в лес Гензель искрошил свой
кусок в кармане, часто приостанавливался и бросал крошки
на землю.
— Гензель, что ты всё останавливаешься и оглядываешься? —
сказал ему отец. — Ступай своей дорогой.
— Я оглядываюсь на своего голубка, который сидит на крыше
и прощается со мною, — отвечал Гензель.
— Олух! — сказала ему мачеха. — Это вовсе не голубок твой: это
труба белеет на солнце.
Но Гензель всё же мало-помалу успел разбросать все крошки
по дороге.
Мачеха ещё дальше завела детей в лес, туда, где они отро-

Г

Г

59

дясь не бывали. Опять был разведён большой костёр, и мачеха
сказала им:
— Посидите-ка здесь, и коли умаетесь, то можете и поспать
немного. Мы пойдём в лес дрова рубить, а вечером, как кончим
работу, зайдём за вами и возьмём вас с собою.
Когда наступил час обеда, РЕТЕЛЬ поделилась своим куском
хлеба с Гензелем, ведь свою порцию он раскрошил по дороге.
Потом они придремали, и уж завечерело, а между тем никто
не приходил за бедными детками.
Проснулись они уже тогда, когда наступила тёмная ночь,
и ЕНЗЕЛЬ, утешая свою сестричку, говорил:
— Погоди, Гретель, вот взойдёт месяц, тогда мы все хлебные
крошечки увидим, которые я разбросал. По ним и отыщем дорогу
домой.
Но вот и месяц взошёл, и собрались они в путь-дорогу, а не
смогли отыскать ни одной крошки, потому что ТЫСЯЧИ ПТИЦ,
порхающих в лесу и в поле, давно уже те крошки склевали. Сказал Гензель сестре:
— Авось найдём как-нибудь дорогу.
Однако же дороги они не нашли. Так шли Гензель и Гретель
всю ночь и ещё один день с утра до вечера и всё не могли выйти
из леса. Страшно проголодались дети, ведь принуждены были
питаться одними ягодами, которые кое-где находили по дороге.
И так как они притомились и от усталости уже еле на ногах
держались, то легли опять под деревом и заснули.
Настало третье утро с тех пор, как покинули дети родительский дом. Продолжили они путь по лесу, но сколько ни шли, всё
только глубже уходили в чащу, и, если бы не подоспела помощь,
пришлось бы им погибнуть.
В самый полдень увидели Гензель и Гретель перед собою прекрасную БЕЛОСНЕЖНУЮ ПТИЧКУ; та сидела на ветке и распе-

Г

Г

60

вала так сладко, что они приостановились и стали к её пению
прислушиваться. Пропевши свою песенку, птичка расправила
крылышки и полетела, и дети пошли за нею следом, пока не пришли к избушке, на крышу которой она уселась.
Подойдя к избушке поближе, они увидели, что та вся из хлеба
построена и печеньем покрыта; да и окошки-то у неё были
из чистого сахара.
— Вот мы за неё и примемся, — сказал Гензель, — и покушаем.
Я съем кусок крыши, а ты, Гретель, можешь себе от окошка
кусок отломить — оно небось сладкое.
Потянулся ЕНЗЕЛЬ кверху и отломил себе кусочек крыши,
чтобы отведать, какова она на вкус; а РЕТЕЛЬ подошла к окошку
и стала грызть его оконницы.

Г

Г

61

Вдруг из избушки раздался пискливый голосок:
— Стуки-бряки под окном —
Кто ко мне стучится в дом?
А детки на это отвечали:
— Ветер, ветер, ветерок,
Неба ясного сынок! —
и продолжили кушать как ни в чём не бывало. ЕНЗЕЛЬ, которому
крыша пришлась очень по вкусу, отломил себе ещё порядочный
кусок, а Гретель выломала целиком всю круглую оконницу и тут
же у избушки присела ею лакомиться.
Вдруг распахнулась настежь дверь, и дряхлая-предряхлая старуха вышла из избушки, опираясь на костыль. Гензель и РЕТЕЛЬ
так перепугались, что даже выронили свои лакомства. А старуха
только покачала головой и сказала:
— Э-э, детушки, кто это вас сюда привёл? Войдите-ка да оставайтесь у меня — зла от меня вам никакого не будет.
Взяла она деток за руки и ввела их в свою избушечку. Там
на столе уже стояла в изобилии еда: молоко и сахарное печенье,
яблоки и орехи. Затем деткам были постланы две чистенькие
постельки, и Гензель с сестричкой, когда улеглись в них, подумали, что в самый рай попали.
Но старуха-то только прикинулась ласковой, а в сущности была
она ЗЛОЮ ВЕДЬМОЮ, которая детей подстерегала и хлебную
избушку свою для того только и построила, чтобы их приманивать. Когда какой-нибудь ребёнок попадался в её лапы, она его
съедала, и это было для неё праздником.
Глаза у ведьм красные и совсем не зоркие, зато чутьё у них такое
же тонкое, как у зверей, поэтому они издалека чуют приближение человека. Когда Гензель и Гретель только подходили к её
избушке, старуха уже злобно посмеивалась да приговаривала:

Г

Г

62

— Эти уж попались — небось не ускользнут от меня.
Рано утром, прежде чем дети проснулись, ВЕДЬМА уж поднялась и, увидев, как они сладко спят и как румянец играет на их
полных щёчках, пробормотала про себя:
— Лакомый это будет кусочек!
Тогда взяла она ЕНЗЕЛЯ в свои жёсткие руки и снесла его
в маленькое стойло, приперев решётчатой дверкой. Он мог там
кричать сколько душе угодно — никто бы его не услышал. Потом
пришла она к сестричке, растолкала её и крикнула:
— Ну, поднимайся, лентяйка, натаскай воды и свари своему брату чего-нибудь повкуснее: я посадила его в особое
стойло и стану теперь откармливать. Когда он нагуляет жиру,
я его и съем.

Г

63

Гретель стала горько плакать, но только слёзы даром потратила — пришлось ей всё то исполнить, чего от неё ЗЛАЯ ВЕДЬМА
требовала.
Стали бедному Гензелю варить самое вкусное кушанье,
а сестричке его доставались одни только рачьи шейки. Каждое
утро пробиралась старуха к стойлу и кричала:
— Гензель, протяни-ка мне палец: дай пощупать, скоро
ли ты откормишься!
Но тот просовывал ей сквозь решётку косточку, а старуха,
подслеповатая, не могла приметить его проделки и, принимая косточку за пальцы Гензеля, дивилась тому, что он совсем
не жиреет.
Так прошло недели четыре, но ЕНЗЕЛЬ всё никак не жирел.
Тогда старуху одолело нетерпенье, и она не захотела дольше
ждать.
— Эй ты, РЕТЕЛЬ, — крикнула она сестричке, — натаскай воды,
да попроворней: завтра хочу я Гензеля заколоть и сварить, каков
он там ни на есть — худой или жирный!
Ах, как сокрушалась бедная сестричка, когда пришлось ей воду
носить, и какие крупные слёзы катились у ней по щекам!
— Боже милостивый! — воскликнула она. — Помоги же Ты нам!
Лучше бы дикие звери растерзали нас в лесу, так мы бы, по крайней мере, оба вместе умерли!
— Перестань чепуху молоть! — прикрикнула на неё старуха. —
Всё равно ничто тебе не поможет.
Рано утром Гретель должна была выйти из дома, чтобы повесить котёл с водою и развести под ним огонь.
— Сначала займёмся хлебом, — сказала старуха. — Я уж и печь
растопила, и тесто вымесила.
И она толкнула бедняжку Гретель к печи, откуда пламя
аж наружу вырывалось.

Г

64

Г

— Полезай туда, — сказала ведьма, — да посмотри, достаточно
ли жару и можно ли уже сажать в печь хлебы.
Стоило Гретель наклониться, чтобы глянуть внутрь, как ведьма
схватилась за заслонку: «Пусть, мол, и девчонка там испечётся,
тогда и её тоже съем».
Однако же Гретель заметила, что у старухи на уме, и сказала:
— Да я и не знаю, как туда лезть, как попасть внутрь.
— Вот глупая! — воскликнула старуха. — Да ведь устье-то у печки
настолько широко, что я бы и сама туда влезть могла, — и, подойдя
к печке, сунула в неё голову.
Тогда Гретель так толкнула ведьму, что та разом очутилась
в печке. А девочка захлопнула заслонку да ещё и засов задвинула.
Ух, как страшно взвыла тогда ведьма! Но Гретель уж от печки
отбежала, и сгорела злая СТАРУХА.
А Гретель тем временем бросилась прямёхонько к Гензелю,
отперла стойло и крикнула:
— ЕНЗЕЛЬ! Мы с тобой спасены — ведьмы нет больше на свете!
И братец выпорхнул из стойла, как птичка из клетки, когда
ей отворяют дверку. О, как они радовались, как обнимались,
как прыгали кругом, как целовались! И так как некого уж было
бояться, пошли они в избу ВЕДЬМЫ, а там по всем углам стояли
сундуки с жемчугом и драгоценными каменьями.
— Ну, эти камешки ещё получше голышей, — сказал Гензель
и набил их в свой карман, сколько влезло. А там и РЕТЕЛЬ
говорит:
— Я тоже хочу захватить домой немножко этих камешков, —
и насыпала их себе полный фартучек.
— Ну, а теперь пора в путь-дорогу, — сказал Гензель. — Скорей
бы выбраться из этого заколдованного леса.
Отправились они — и после двух часов пути пришли к широкому озеру.

Г

Г

65

— Нам тут не перейти, — сказал Гензель, — не вижу я ни жердинки, ни мосточка.
— И лодки никакой нет, — сказала сестричка. — Зато вон там
плавает БЕЛАЯ УТОЧКА. Коли я её попрошу, она поможет нам
переправиться.
И крикнула уточке:
— Утя, утя, уточка!
Через воду нет пути нам,
Ни мосточка, ни жердинки —
Переправь ты нас на спинке.

66

Уточка тотчас к ним подплыла, и Гензель сел к ней на спинку
и стал звать сестру, чтобы та села с ним рядышком.
— Нет, — отвечала Гретель, — уточке будет тяжело; она нас
перевезёт поочерёдно.
Так и поступила добрая уточка.
После того как дети благополучно переправились и прошли
ещё некоторое время, лес стал казаться им всё больше и больше
знакомым, и наконец они увидели вдали дом своего отца.
Тогда Гензель и Гретель пустились бежать, ворвались в дом
и бросились ОТЦУ на шею. Оказалось, что у бедняка не было
ни часу радости с тех пор, как он покинул детей своих в лесу;
а мачеха тем временем умерла.
Гретель тотчас вытрясла весь свой фартучек — и жемчуг с драгоценными камнями так и рассыпались по всей комнате, да и Гензель тоже стал их пригоршнями выбирать из своего кармана.
Тут уж о пропитании не надо было думать, и стали они жить-поживать да радоваться.
Моей сказочке конец, а по лесу бежит песец, кто поймает его
скорей — тот из меха и шубу шей.

ЦИРЦЕЯ

ОЧЬ БОГА СОЛНЦА ГЕЛИОСА И ОКЕАНИДЫ
ПЕРСЕИДЫ, ЦИРЦЕЯ БЫЛА НЕОБЫКНОВЕННО
ПРЕКРАСНА.
Она жила на острове Эя в чудесном дворце. Когда
девушка сидела за рукодельем, она часто пела. Её дивный голос услышали спутники великого путешественника ДИССЕЯ: они как раз прибыли на незнакомый
остров.
— Обследуйте эту землю и сообщите о том, что увидите, — приказал царь Одиссей.
Спутники Одиссея, да и сам он, не знали, что попали
во владения великой волшебницы. Она была доброй
и злой одновременно. Многие герои превращались
в добычу в её сладких когтях. Так случилось и с друзьями Одиссея. Оказавшись во дворце чаровницы, они
выпили волшебный напиток и превратились в СВИНЕЙ.
Одиссей был опечален, что его спутники не вернулись на корабль, и отправился их искать. В дороге
ему встретился посланец богов ЕРМЕС. Он поведал
Одиссею, что хозяйка Эи — сильная волшебница, рассказал о превращённых в свиней друзьях мореплавателя и дал совет, как вести себя с Цирцеей. ДИССЕЙ
так и сделал — бросился на обидчицу с оружием, когда
она хотела заколдовать его. И — о, чудо! — ИРЦЕЯ
влюбилась в бесстрашного героя ТАКИ.
По просьбе мореплавателя волшебница вернула
человеческий облик его друзьям, закатила пир, пригласила пожить путешественников в её владениях.
Они провели на Эе целый год, а потом, заскучав,
вновь отправились по морям, по волнам.

О

Г

О

И

68

Ц

МЕДЕЯ

СОЛНЕЧНОЙ КОЛХИДЕ ДАВНЫМ-ДАВНО ПРАВИЛ
ЦАРЬ ЭЭТ, И БЫЛА У НЕГО КРАСАВИЦА-ДОЧЬ
МЕДЕЯ. ТАК ЖЕ, КАК И ЕЁ ТЁТЯ, ВОЛШЕБНИЦА
ЦИРЦЕЯ, МЕДЕЯ ВАРИЛА ЗЕЛЬЯ И КОЛДОВАЛА.
И так же, как её тётя, она влюбилась в мореплавателя. Звали его Ясон.
Однажды Ясон высадился с АРГОНАВТАМИ на берег
Колхиды, чтобы похитить золотое руно*. Владеющий
им становился успешным и богатым.
Царь ЭТ не хотел расставаться с золотым руном.
Он придумал для дерзкого юноши невыполнимые
задачи. «Вспаши поле с помощью огнедышащих волов,
засей его зубами дракона, сразись со змеем, охраняющим руно, — волшебная шкура твоя!» В одиночку СОН
не справился бы с этими заданиями. Поэтому герой
дал клятву жениться на Медее, если она ему поможет.
Похитив золотое руно,
ЕДЕЯ и Ясон бежали
из Колхиды. Царь Ээт отправил за ними погоню.
С Медеей был её младший брат ПСИРТ. Одержимая
любовью к Ясону, девушка убила брата и скинула его
в море. Она знала, что отец остановит флот, чтобы
предать сына земле, а за это время «Арго» исчезнет
за горизонтом.
Десять лет Медея и Ясон жили в изгнании,
за это время у них появилось двое сыновей. Но Ясон
не любил Медею и ушёл от неё к царевне РЕУСЕ.
От ревности у волшебницы помутился рассудок. Она
уничтожила соперницу и подожгла её дворец. Однако
ярость Медеи не утихала. Тогда она умертвила сыновей на глазах у Ясона…

Э

Я

М

А

К

70

КОВАРНЫЕ ФЕИ
сегда в сказках где-то поблизости есть заброшенные крепости, лесные чащи и полуночные опушки. Однако теперь
жительницы волшебного мира стали
частыми гостьями при королевском дворе.
Вот только ничего хорошего от них ждать
не стоит. Вместе со злобной королевой феи
сеют раздор между королём и его дочерью,
заточают рыцарей в темницу и скрывают
свою истинную сущность.
Кстати, время, в котором существует их
мир, подчиняется совсем другим правилам,
нежели наше. Путник, заплутавший в волшебных краях на час, на самом деле потеряет
там годы…
Читатель, погружайся в последние страницы этой книги с особой осторожностью!

ИЛИ НА СВЕТЕ КОРОЛЬ С КОРОЛЕВОЙ, У КОТОРЫХ
БЫЛО ДВА ПРЕКРАСНЫХ СЫНА.
И вот через несколько лет родила королева девочку
и пригласила на угощение всех знакомых фей, чтобы они
сказали, что ожидает маленькую принцессу. А девочка
была такая милая, такая розовая и нежная, что её сразу
же назвали Розеттой, как же ещё!
ЕИ как-то сразу погрустнели и засобирались по домам,
но королева настаивала на своём и, наконец, самая главная и самая старая фея сказала:
— Вашим сыновьям грозит беда. Они могут погибнуть
из-за ОЗЕТТЫ. Нам очень жаль, что мы не можем сообщить вам ничего приятного.
От таких слов лицо у КОРОЛЕВЫ стало таким печальным-препечальным, что КОРОЛЬ принялся расспрашивать, в чём дело. И как она ни отнекивалась, пришлось
сказать, что напророчили феи малышке Розетте.
Что оставалось делать бедным родителям? Они советовались со всеми мудрецами и ВОЛШЕБНИКАМИ. Одни предлагали убить принцессу, другие — отправить её в дальние
края, но король с королевой никак не могли расстаться с Розеттой. И тогда король приказал построить большую башню и спрятать
там своё дитя.

Ф

Р

77

П

Сказано — сделано. РИНЦЕССА поселилась в башне, братья
и родители навещали её каждый день. Все любили Розетту,
ведь такого милого, красивого и доброго ребёнка больше
не было на свете!
И вот, когда принцессе исполнилось пятнадцать лет,
король сильно заболел и умер. Следом за ним, от тоски
и горя, умерла королева.
И хотя народ сильно опечалился потерей монархов, вскоре править страной стал старший принц.
Двор присягнул ему на верность, вся страна веселилась, и только Розетта всё сидела в своей башне
и горевала по матушке и батюшке.
ОРОЛЬ и его брат решили освободить сестру.
Они знать не знали о предсказании и отправились к Розетте, чтобы сообщить эту чудесную
новость. И вот прекрасная пленница покинула
башню. Она спустилась по длинной-предлинной лестнице и оказалась в саду, полном
фруктовых деревьев, ярких цветов, сладкоголосых птиц и журчащих фонтанов. Мир
за пределами башни оказался таким восхитительным, что она не могла на него
налюбоваться.
РИНЦЕССА бегала по саду, срывала
фрукты, обнимала деревья, а её
пёсик ЕПОСЕДА радостно бегал
с ней наперегонки. Он тоже
никогда не видел такой красоты.
И вдруг принцесса застыла
как вкопанная. Перед ней

К

П

Н

на поляне стоял большой павлин. Его распущенный хвост горел
на солнце как драгоценные камни, его маленькая головка с короной была так изящна, а поза так величественна, что казалось,
нет на белом свете более совершенного существа.
— Кто это? — спросила Розетта, застыв от восхищения.
— Птица, ПАВЛИН, — ответил король. — Их можно есть, хотя
на мой вкус, мясо жестковато.
— Брат мой! Это варварство — убивать и есть такую прекрасную
птицу. Я выйду замуж только за короля павлинов. И запрещу
их убивать под страхом смертной казни.
Король и принц несказанно удивились такой прихоти, но подумали, что новые впечатления скоро заслонят образ павлина,
и принцесса с радостью выйдет замуж за какого-нибудь соседнего принца или короля.
Дни шли, ОЗЕТТА радовалась новым платьям и украшениям,
сладостям и комплиментам кавалеров, но твердила братьям
о том, что выйдет замуж только за короля павлинов.
Делать было нечего. Братья заказали придворному художнику
портрет принцессы и сказали Розетте:
— Раз уж вы хотите выйти замуж только за короля павлинов,
то поедем-ка мы и поищем его по всему свету. Вы же позаботьтесь о королевстве, ожидая нашего возвращения.
Путешественники оседлали лошадей и отправились в путь.
Вскоре прибыли они в королевство майских жуков. Всё тут было
им диковинно: обитатели этой страны жужжали так сильно,
что король чуть было не оглох. Один жук показался ему весьма
рассудительным, и он спросил, в каких краях можно отыскать
короля павлинов.
— Сир, — сказал ему майский жук, — его королевство в тридцати
тысячах лье* отсюда. Вы давно бы добрались, если бы отправились вплавь на лодке или корабле.

Р

79

80

Братья несказанно обрадовались, они ведь думали, что такого
королевства вовсе на свете нет, поблагодарили майского жука
и поскакали дальше.
Вскоре они попали в чудесную страну. Повсюду на деревьях
сидели павлины, а в столице они увидели множество людей,
наряженных в одежду из павлиньих перьев. И вдруг на площадь
выехал всадник со свитой, с короной на голове. Он был так
ослепительно красив, так изящен и статен, что братья сразу
поняли — перед ними КОРОЛЬ ПАВЛИНОВ.
Завидев чужестранцев, всадник остановился и спросил, откуда они прибыли
и зачем.
Король и принц, вежливо поклонившись, сказали:
— Сир, мы прибыли из дальних краёв
преподнести вам сей прекрасный портрет. Это наша сестра, и в жизни она
ещё прекраснее. К тому же она получила прекрасное воспитание, умна
и благочестива, и в приданое её муж
получит тысячу золотых экю*.
Когда король павлинов увидел
портрет ОЗЕТТЫ, он влюбился
в неё без памяти, но, поскольку
все короли не очень-то доверяют незнакомцам, ответил
так:

Р

— Я охотно женюсь на такой красавице, и ни в чём не будет ей
отказа, да только если хоть в чём-то окажется она хуже своего
портрета, то я прикажу вас убить.
Братья согласились с королём и отправились в темницу дожидаться приезда Розетты. Они не сомневались, что выполнили
поручение сестры и вскоре они сыграют невиданную свадьбу.
Розетте они отправили письмо с известием о короле павлинов
и просили её поспешить с приездом. О том, что дожидаются
они её в темнице, братья умолчали, чтобы не тревожить сестру.
ОЗЕТТА была счастлива. Она пустилась в путь, взяв одну лишь
кормилицу* да свою молочную сестру с пёсиком ЕПОСЕДОЙ.
Самый короткий путь в королевство павлинов был по морю.
Они загрузили наряды, золото и драгоценные камни и отправились в дорогу. Розетта всё смеялась и пела песни, ожидая
встречи с женихом, а КОРМИЛИЦА её становилась всё мрачнее,
и на третий день пути, когда дороги оставалось всего ничего,
подсела к лодочнику и говорит:
— Хочешь стать очень богатым?
— Хочу, — отвечает он.
— Тогда, — сказала она, — этой ночью, пока принцесса будет
спать, ты поможешь мне сбросить её в море. Она утонет, а я одену
свою дочь в её прекрасные одежды, и мы отведем её к королю
павлинов, который сразу на ней женится. В награду ты получишь
столько золота, сколько сможешь унести.
Лодочник не очень хотел топить красавицу-принцессу, но старуха так его напоила вином, что он ни слова против не смог
вымолвить.
Когда наступила ночь, кормилица с лодочником вошли в покои
принцессы, подняли её вместе с пуховой периной, подушкой,
простынями и одеялами и бросили в море… РИНЦЕССА спала
так сладко, что не шелохнулась. Её перина из перьев птицы

Р

Н

П

81

феникса не тонула в воде, и так, во сне, прибило принцессу
и верного Непоседу к пустынному берегу.
ОРОЛЬ ПАВЛИНОВ устроил невесте пышную встречу. На пристань отправили карету из чистого золота, сияющую сапфирами
и бриллиантами, запряжённую величественными львами, и свиту
из самых красивых юношей и девушек королевства.
ОРМИЛИЦА нарядила дочку в богатые одежды, усыпала бриллиантами; но, как она ни старалась, та всё равно была уродливее
обезьяны. Подданных короля павлинов, стоило ей лишь сойти
с лодки, это зрелище поразило как громом — они даже речи
лишились.
С такой-то свитой она ехала очень медленно, восседая в карете
словно королева, но павлины, удобно рассевшиеся по деревьям,
чтобы приветствовать проезжающую принцессу, и приготовившиеся было кричать «Да здравствует прекрасная королева
Розетта!», увидев такое страшилище, принялись вопить: «Фи,
фи! Что за гадкое чудище!»
ОРОЛЯ известили, что принцесса приближается. Он сгорал
от нетерпения — так ему хотелось увидеть прекрасную ОЗЕТТУ.
Но когда из кареты к нему вышла увешанная бриллиантами дочка
кормилицы, его чуть удар не хватил от негодования.
— Казнить! Казнить этих проходимцев и лжецов завтра же
на рассвете, а их сестрицу бросить в подземелье.
РАТЬЯ слышали торжественные крики, поняли, что приехала
их дорогая сестра, но никак не могли понять, почему солдаты
волокут их на плаху как последних негодяев. Но, хоть и гневался
король павлинов, всё-таки согласился выслушать пленников.
— Мы ни в чём не повинны перед тобой! Нам не надо
ни твоих денег, ни твоего королевства, у нас есть
своё. Сестра наша прекраснее дня, и всё, что происходит, нелепая ошибка.

К
К

82

К

Б

Р

— Это правда, — прожужжал непонятно откуда взявшийся майский жук. — Мы летаем везде, и я могу подтвердить, что перед
вами принц и король, а сестра их пре…
— Ни слова больше! — закричал король. — Я дам вам семь дней,
и, если за это время не подтвердится ваша невиновность, вы
будете казнены.
Братья вздохнули с облегчением, всё-таки это было отсрочкой
неминуемой гибели, и стали думать, как спасти свою жизнь.
А ОЗЕТТА решила, что её смерти хотел король павлинов. Она
и подумать не могла, что её кормилица вздумала выдать за него
свою дочку. Горько заплакала Розетта от такой несправедливости, и любимый ЕПОСЕДА тоже завыл от тоски и горя.
Услышал их стоны бедный рыбак, который жил неподалёку
в маленькой хижине, пожалел красавицу и пёсика и пустил их
в свой дом.
— Вот только кормить вас мне совсем нечем, — с грустью сказал
он. — Вы знатная дама и привыкли к лакомствам, а у меня лишь
чёрный хлеб да репа.

Р

Н

83

84

— Это не беда. Повесьте маленькую корзинку на шею моего
пёсика, и он принесёт нам поесть самое лучшее, что есть в городе.
Старик так и сделал.
А Непоседа сразу же отправился на королевскую кухню, увидел на огне котелок с ароматным супом и, пока повара хлопотали над остальными блюдами, скорёхонько доставил его
принцессе.
А потом ещё разок наведался на кухню и прихватил белого
хлеба, мускатного вина, фруктов и вернулся домой.
Тут КОРОЛЬ ПАВЛИНОВ захотел отобедать, а у него на кухне
пусто.
— Так и быть, — сказал он, — придётся обойтись без обеда,
только уж к вечеру извольте зажарить мясо на вертеле, потому
что хочу я хорошего жаркого.
Вечером ЕПОСЕДА снял с вертела аппетитнейшее жаркое
и принёс принцессе. Не забыл он и про сладости, засахаренные
фрукты и освежающий лимонад. Никогда ещё бедный рыбак
не бывал на таком пиру. Все трое с удовольствием попробовали королевские яства и легли спать. ОРОЛЬ же лёг спать,
не поужинав.
На другой день повторилось то же самое, гневу короля павлинов не было границ. Он выставил охрану возле кухни, но еда
опять бесследно исчезла. Пришлось довольствоваться хлебом
и водой да фруктами из королевского сада. Наконец, на третий
день один из поваров проследил за пёсиком и доложил королю,
что все его блюда уходят в хижину бедного рыбака.
По приказу короля лучники схватили рыбака, ОЗЕТТУ и пёсика
и привели всех во дворец. Как только король увидел принцессу,
он сразу понял, что портрет не передаёт и малую толику её прелести, настолько она была восхитительна, что тут же упал перед
ней на колени.

Н

К

Р

Наконец ПОВЕЛИТЕЛЬ ПАВЛИНОВ попросил прощения у короля
и у его брата, сожалея, что жестоко с ними обошёлся; кормилица
вернула Розетте красивые одежды и мешок с золотыми экю,
и, хотя король собирался казнить мерзких злодеек и лодочника,
на радостях ограничился изгнанием, чтобы не омрачать кровопролитием торжество. Свадьба длилась две недели. Все были
довольны, а больше всех Непоседа — ведь отныне он ел лишь
крылышки куропаток.

LA BELLE DAME SANS MERCI
БЕЗЖАЛОСТНАЯ КРАСАВИЦА. БАЛЛАДА

Зачем здесь, рыцарь, бродишь ты
Один, угрюм и бледнолиц?
Осока в озере мертва,
Не слышно птиц.

Понравились ей — дикий мёд
И пища скромная моя.
И голос нежный мне сказал —
«Люблю тебя».

Какой жестокою тоской
Твоя душа потрясена?
Дупло у белки уж полно,
И жатва убрана.

Мы в грот её вошли. Там я
Её рыданья услыхал.
И странно дикие глаза
Я целовал.

Бледно, как лилии, чело*,
Морщины — след горячих слёз.
Согнала скорбь со впалых щёк
Цвет блеклых роз.

Там убаюкала затем
Она меня — о, горе мне! —
Последним сном забылся я
В покинутой стране.

Я встретил девушку в лугах —
Дитя пленительное фей,
Был гибок стан, воздушен шаг,
Дик блеск очей.

Смертельно-бледных королей
И рыцарей увидел я.
«Страшись! LA BELLE DAME SANS MERCI
Владычица твоя!»

Я сплёл венок. Я стройный стан
Гирляндами цветов обвил,
И странный взгляд сказал: люблю,
Вздох томен был.

Угрозы страшные кричал
Хор исступлённых голосов.
И вот — проснулся я в стране
Покинутых холмов.

И долго ехали в лугах
Мы с нею на моём коне,
И голос, полный странных чар,
Пел песню-сказку мне.

Вот почему скитаюсь я
Один, угрюм и бледнолиц,
Здесь по холмам… Трава мертва.
Не слышно птиц.

ЖИЛИ-БЫЛИ

КОРОЛЬ С КОРОЛЕВОЙ,
И БЫЛА У НИХ ЕДИНСТВЕННАЯ ДОЧЬ,
КОТОРУЮ ЗВАЛИ ГРАЦИОЗОЙ. ЭТО
ИМЯ ЕЙ ОЧЕНЬ ПОДХОДИЛО. ОНА
БЫЛА КРАСИВА, ДОБРА, УМНА.
Среди придворных дам была старая дева, ГЕРЦОГИНЯ
РУДЖ, безобразная и неприятная… Злодейки такого
рода завидуют всем хорошим людям. Вот и герцогиня
смертельно ненавидела Грациозу, поэтому решила
покинуть двор, чтобы больше никогда не слышать, как
другие хвалят принцессу. Грудж удалилась
в свой замок, он находился неподалёку.
Вскоре КОРОЛЕВА заболела и умерла.
Принцесса Грациоза горевала и думала,
что умрёт от тоски, вспоминая свою
чудесную матушку. ОРОЛЬ горевал ещё
пуще и целый год не покидал замка.
РАЧИ, опасаясь, что он совсем зачахнет, прописали ему прогулки и развлечения.

Г

К

В

91

Как -то раз король отправился на охоту. На улице стояла страшная жара, и король, проезжая мимо огромного замка, попавшегося ему на пути, решил туда заехать и отдохнуть.

Г

Как только ГЕРЦОГИНЯ РУДЖ получила известие о прибытии
короля (а это был её замок), она встретила правителя и пригласила его спуститься в огромный сводчатый погреб. Он, по её
словам, был самым прохладным местом в замке. ОРОЛЬ последовал совету герцогини. Вместе они спустились в погреб, заставленный рядами бочек.
Король спросил, для неё ли одной сделаны такие внушительные запасы провианта и вина.
— Ха! — воскликнула Грудж. — Для еды и питья у меня есть
другие подвалы, а все эти бочки полны золота и драгоценных
камней. И вы станете их владельцем, если женитесь на мне!

К

92

— Ах! — вскричал король, который больше всего на свете
любил деньги. — Я согласен! Поженимся хоть завтра, если вы
не против!
— Погодите, у меня есть одно условие, — сказала Грудж. — Хочу
указывать вашей дочери, как если бы я была её матерью. Пусть
она всецело будет в моём подчинении, слушается меня беспрекословно.
— Будете её опекуншей — она ваша. — Король не сводил глаз
с бочек, наполненных золотом.
Вскоре король вернулся во дворец. РАЦИОЗА, заслышав его
шаги, бросилась навстречу, обняла и спросила, как прошла
охота.
— Должен сказать вам, дорогое дитя, что я встретил герцогиню
Грудж и согласился взять её в жены.
— О небеса! — отчаянно вскрикнула Грациоза.
— Молчать! — разозлился КОРОЛЬ. — Я требую, чтобы вы любили
и уважали герцогиню как собственную мать. Идите, нарядитесь
скорее, мы должны появиться пред герцогиней сегодня же.
Пока король раздавал приказания, Грациоза спустилась в одиночестве в сад, забралась в тёмную чащу, села на траву и горько
заплакала. Она так вздыхала и рыдала, что глаза её стали походить на два родника с ключевой водой.
Девушка не хотела возвращаться во дворец. Ехать в гости
к РУДЖ ? Присутствовать на отцовской свадьбе? Называть
мачеху матерью? Ни за что!
Вдруг принцесса увидела пажа, одетого в камзол* из зелёного
атласа и шляпу с перьями. У него было прекрасное лицо. Он встал
перед Грациозой на одно колено и сказал:
— Не бойтесь, прекрасная РАЦИОЗА. Меня зовут Персинет,
я принц, есть у меня золото и я неглуп, так что мы с вами равны
по происхождению. Но в добродетели и красоте вы превосходите

Г

Г

Г

93

меня. Я уже давно люблю вас и часто бываю там, где бываете
вы, оставаясь невидимым.
— Неужели? — вымолвила Грациоза.
— Да, — продолжал Персинет. — Этой способностью наградил
меня при рождении волшебный мир, и благодаря ему я имел удовольствие видеть вас. Сегодня я буду сопровождать вас повсюду
в этом обличье. И, надеюсь, окажусь вам полезен.
Пока он говорил, принцесса смотрела на него и никак не могла
прийти в себя от изумления.
— Ах, это вы, прекрасный ЕРСИНЕТ! Вы, тот, с кем я так давно
хотела повстречаться и о ком рассказывают так много удивительных историй! Как же я счастлива, что вы хотите стать моим
другом! Я больше не боюсь злобной Грудж, ведь вы теперь со
мной!
Они ещё немного поговорили, и Грациоза поспешно направилась во дворец.

П

94

КОРОЛЬ знал, что более всего Грудж любит, когда восхваляют

её красоту. Он заказал портрет суженой и устроил турнир. Шесть
самых искусных придворных рыцарей сочиняли стихи о том,
что КОРОЛЕВА РУДЖ — красивейшая из женщин, хоть это была
чистая ложь.
Уже никто не смел усомниться в красоте Грудж, пока при дворе
не появился ЮНЫЙ РЫЦАРЬ с алмазной шкатулкой, внутри которой был спрятан портрет. Рыцарь стал настаивать на том, что
Грудж — самая безобразная, а та, что изображена на портрете
внутри шкатулки, прекраснейшая из дев. Юному герою пришлось
сразиться с шестью рыцарями, которых он без труда одолел.
Затем появились следующие шесть, и ещё, и ещё…
Юный герой поборол всех противников, их было не меньше
двадцати четырёх. Затем открыл шкатулку и сказал, что в уте-

Г

шение покажет побеждённым врагам прекрасный портрет. Все
узнали ПРИНЦЕССУ РАЦИОЗУ. Юный рыцарь низко поклонился
и исчез, не назвав своего имени. Но принцесса не сомневалась,
что это был Персинет.
Грудж чуть не задохнулась от гнева… Как только стемнело,
она отдала приказ запрягать лошадей, заставила Грациозу сесть
в повозку и отправила её в сопровождении многочисленной
стражи в самую чащу тёмного леса, куда никто бы не отважился
зайти, ведь лес был полон медведей, львов, волков и тигров.

Г

95

П

— ЕРСИНЕТ! — звала принца Грациоза. — Персинет, где вы?
Неужели вы покинули меня?
Как только Грациоза произнесла эти слова, она увидела самое
прекрасное и удивительное чудо на земле: лес озарился потрясающим светом, каждое дерево было
украшено канделябром, в нём горело
множество свечей. А в конце аллеи
Грациоза увидела хрустальный дворец, он сиял ярче солнца. Девушка
подумала, что это новое волшебство ЕРСИНЕТА , и почувствовала одновременно радость
и страх.
«Я совсем одна, —
думала она, — принц
молод, любезен,
влюблён, я обязана
ему жизнью. Но это
чересчур! Надо бежать.
Лучше умереть, чем любить».
В эту секунду она услышала позади
шорох. Страх сковал принцессу, она
решила, что к ней подкрался дикий
зверь и вот-вот съест её. Грациоза
обернулась, вся дрожа, и увидела
принца Персинета, прекрасного,
как сама любовь!
— Вы избегаете меня, ПРИНЦЕССА.
Вы страшитесь меня, но ведь я боготворю вас. Может, вы мало знаете
о моём благородстве? Я хочу доказать вам,

П

96

что живу только ради вас! Идёмте в волшебный дворец! Не
бойтесь ничего! Если вы прикажете, моя нога не ступит на его
порог. Во дворце вас ждёт моя мать, королева, и сёстры. Они
наслушались моих рассказов и тоже полюбили вас.
Войдя во дворец, Грациоза услышала прекрасную музыку.
У входа девушку встречали КОРОЛЕВА и две её чудесные ДОЧЕРИ.
Подойдя к девушке, они заключили её в объятья. Королева велела
дочерям отвести Грациозу в её покои.
«Всё, что я вижу, — колдовство. Стоит опасаться такого любезного и ловкого принца, но я не могу так скоро покинуть дворец», — думала Грациоза. Мысль о том, что скоро придётся уйти,
мучила принцессу. Остаться в великолепном дворце или снова
попасть в лапы мерзкой РУДЖ — выбор очевиден. Многие
решили бы эту задачу не задумываясь. Но Грациоза находила
принца столь очаровательным, что не хотела оставаться в его
дворце.

Г

ПЕРСИНЕТ вошёл в покои принцессы. Он привёл все доводы,

которые существуют во вселенной, чтобы убедить её стать его
женой, но Грациоза ни за что не соглашалась. Она провела
в замке неделю; Персинет придумывал тысячу развлечений,
чтобы занять её. Но всё равно она оставалась в гостях словно
против воли.
Грациоза часто говорила принцу:
— Я бы так хотела знать, что происходит при дворе Грудж,
и как она объяснила злую шутку, что сыграла со мной.
— Следуйте за мной в главную башню, вы увидите всё своими
глазами.
Принц проводил Грациозу в невероятно высокую башню, всю
из горного хрусталя, как и дворец. Вдруг девушка увидела Грудж,
которая говорила КОРОЛЮ:

97

— Несчастная принцесса повесилась в погребе. Нужно как
можно скорее похоронить её и утешить вас после столь незначительной потери.
Король стал оплакивать смерть дочери. РАЦИОЗА, не в силах
больше выносить страдания отца, вскричала:
— Ах, ЕРСИНЕТ! Ведь он думает, что я мертва. Если любите —
отвезите меня домой.
Когда они прибыли к дому Грациозы, Персинет сделал так,
чтобы и они, и повозка стали невидимыми. Грациоза поднялась
в покои отца и бросилась к его ногам. Увидев дочь, король испугался и хотел бежать, приняв вошедшую за призрака. Грациоза
удержала его и сказала, что вовсе не мертва. Король, сомневаясь
в словах дочери, приказал выкопать гроб.
На королевском кладбище шумели деревья. Король ждал под
старым дубом, скрестив руки на груди. Неподалёку в тени бука
стояла Грациоза. Слуги быстро вынули гроб из земли, открыли
его. Он был пуст. Король молча пошёл прочь. Коварство РУДЖ
неприятно удивило короля.
Когда слуги сообщили королеве о прибытии принцессы и о том,
что Грациоза трапезничает с королём, та ответила, что нужно
отдать мошенницу ей или выставить за дверь,
чтобы та никогда не возвращалась.
Король, не проронив ни слова, оставил несчастную принцессу на растерзание Грудж. Он не верил, что прекрасная девушка в самом деле его
дочь.

Г

П

98

Г

Преисполненная радости, Грудж велела служанкам отвести
принцессу в темницу, снять с неё богатые одежды, переодеть
в лохмотья из грубой ткани, обуть в жёсткие деревянные башмаки и накинуть на неё плащ из колючей шерсти.
Злобная РУДЖ отправила слуг на поиски ФЕИ , такой же
зловредной, как она сама.
— Я держу тут взаперти маленькую плутовку, она очень мне
докучает, — надменно говорила Грудж найденной фее. — Хочу
заставить её страдать, хочу поручить ей самую тяжёлую работу,
которую она ни за что не сможет выполнить, а потом бить её
палками в наказание. Помоги придумать ей ежедневные испытания.
Фея, одетая в разноцветные лохмотья, внимательно слушала
Грудж. Давненько она не встречала такую мстительную даму! «Мы
могли бы быть сёстрами, — подумала зловредная фея. — Тогда
пугали бы людей жабами, выползающими из-под наших юбок.
Уж я бы их тысячу штук наколдовала».
— Я помогу тебе, Грудж, — проскрипела фея. — Ты мне по душе.
Вскоре она притащила клубок ниток размером с тролля. Нити
были такими тонкими, что рвались от одного дыхания. Клубок
был так спутан, что походил на огромный узел без конца и начала.
Довольная Грудж отправила служанку за прекрасной пленницей
и сказала:
— Что ж, подруженька, готовь свои толстые лапки, будешь
распутывать этот клубок, и, если порвёшь хоть одно волокно,
я лично сдеру с тебя кожу. Начинай, когда захочешь, но распутать его ты должна до заката.
С этим словами мучительница заперла принцессу в горнице
на три замка.
— Вот и моя нить судьбы, — тихо молвила принцесса. — Она
ведёт меня к смерти. Ах, ЕРСИНЕТ ! Если моя холодность

Г

П

99

не совсем оттолкнула вас, я не прошу прийти на помощь, приходите лишь попрощаться.
— Я здесь, моя ПРИНЦЕССА, — ответил тут же возникший Персинет, — всегда рад служить вам. Я не способен вас покинуть,
вы слишком мало знаете о моей любви.
Персинет трижды ударил волшебной палочкой по клубку,
и нитки вытянулись одна к одной, ещё два удара — и клубок
распутался, не оставив ни единого узелка.

100

Расстроенная тем, что затея с клубком провалилась, Грудж
вновь отправила за ФЕЕЙ и обрушилась на ту с упрёками:
— Придумай что-нибудь более зловредное, чтобы у девчонки
точно не получилось выполнить задание!
Фея удалилась и вернулась на следующий день с огромной бочкой, полной перьев.
— Вот прекрасный способ проверить пленницу на ловкость
и усидчивость, — сказала фея РУДЖ. — Прикажите ей разобрать
перья и сложить павлиньи отдельно от соловьиных. Пусть сложит их аккуратными кучками.
Грудж чуть не лишилась чувств от радости, представляя, какое
отчаяние вызовет у несчастной принцессы такое задание. Королева послала за Грациозой, высказала той привычные угрозы
и заперла в горнице вместе с бочкой, приказав закончить работу
до заката.
РАЦИОЗА взяла несколько перьев, но она не знала, как отличить павлиньи от соловьиных. Принцесса бросила их обратно
в бочку.
— Пробил мой час, — печально сказала она, — мне желают
смерти, и она избавит меня от несчастий. Не стоит больше звать
ЕРСИНЕТА на помощь. Если бы он любил меня — был бы уже
здесь.

Г

Г

П

— Я здесь, принцесса! — воскликнул Персинет, появившись
из бочки, где он прятался. — Я помогу вам выбраться из затруднительного положения, в котором вы оказались. Неужели после
стольких доказательств вы всё ещё сомневаетесь, что я люблю
вас больше жизни?
Персинет трижды ударил волшебной палочкой, и перья тысячами стали вылетать из бочки и складываться в аккуратные кучки
вдоль стен горницы. Так было выполнено второе невыполнимое
задание.
Грудж велела выкопать в саду глубокую, как колодец, яму, и прикрыть её сверху тяжёлым камнем. Королева вышла на прогулку
и сказала РАЦИОЗЕ и остальной свите:
— Вот камень, и мне точно известно, что под ним зарыто
несметное сокровище. Давайте немедленно его поднимем.
Все схватились за камень вместе с Грациозой. Именно этого
и ждала королева. Как только принцесса оказалась у края, злая
РУДЖ толкнула её и опустила закрывавший яму камень.
На этот раз нельзя было и мечтать о спасении. Откуда Персинету взяться под землёй?
Грациоза осознала всю сложность своего положения и пожалела, что так долго тянула с замужеством.
— Ужасна моя судьба! — причитала принцесса. — Я похоронена
заживо! Это худшая из смертей. Вы отмщены за мою медлительность, ЕРСИНЕТ! Я боялась, что вы так же легкомысленны, как
и остальные мужчины, и стоит вам добиться взаимности, как
ваша любовь испарится. Я хотела лишь быть уверенной в крепости ваших чувств. Если бы я знала, что моя смерть расстроит
вас, мне было бы легче смириться с её скорым приходом.
Принцесса говорила эти слова, чтобы унять горе, как вдруг
открылась маленькая дверца, которую она раньше не замечала.

Г

Г

П

101

За ней был виден солнечный свет, цветущий сад, полный плодовых деревьев, гротов, фонтанов, статуй, беседок, луга и леса.
Девушка без сомнения вошла в дверь.
Грациоза шла по широкой аллее и думала о том, чем закончится дорога, которая так чудесно начинается. И тут её взору
предстал дворец волшебной страны. Да, это был дворец Персинета из горного хрусталя!
Сам ЕРСИНЕТ, его СЁСТРЫ и королева волшебной страны
встречали настрадавшуюся девушку.
— Не сопротивляйтесь более, прекрасная принцесса, — обратилась КОРОЛЕВА к Грациозе, — настало время моему сыну сделать
вас счастливой и спасти от ужасной тирании Грудж, в которой
вы живёте.
Благодарная принцесса бросилась к ногам королевы, принц
в свою очередь тоже. В тот же миг дворец наполнился голосами
и звуками музыки. А на хрустальной башне открылось оконце,
из него выпорхнул сверкающий хрустальный петушок. Он расправил свои блестящие крылья и пропел:
— Кококорико! Да здравствует любовь!
Сыграли роскошную свадьбу! Все ВОЛШЕБНИЦЫ, жившие неподалёку от дворца, пожаловали на празднество в своих роскошных экипажах. Среди прочих приехала и приспешница Грудж,
помогавшая мучить РАЦИОЗУ.
Когда принцесса узнала её, все были потрясены. Фея умоляла
всё забыть и обещала загладить вину. Она не решилась дольше
оставаться на празднике, а потому села в карету, запряжённую
двумя безобразными змеями, и отправилась во дворец КОРОЛЯ.
Там она нашла Грудж и свернула ей шею, а слуги и стража
не смогли ей помешать.

П

102

Г

МОРГАНА

ЕСТРА ЗНАМЕНИТОГО КОРОЛЯ АРТУРА,
МОРГАНА БЫЛА ОДНОВРЕМЕННО ЗЛОЙ КОЛДУНЬЕЙ
И ДОБРОЙ ВОЛШЕБНИЦЕЙ, ПРОСТОЙ СМЕРТНОЙ
И ФЕЕЙ.
Поэты писали о ней, но никто не создал наиболее
правдивый образ ОРГАНЫ. До нас дошли сведения,
что она умела исцелять безнадёжных, а в критические минуты становилась оборотнем. Кроме того,
Моргана могла летать.
К сожалению, она не умела предсказывать будущее. Это настолько огорчало фею, что она просто
заболела от зависти к
ЕРЛИНУ, могущественному
волшебнику, которому было известно будущее всех
людей.
— Ты знаешь, каким будет наш мир, кто будет править, кто умрёт от яда, кто — от меча, но тебе неведома
собственная судьба!
Моргана отправила к Мерлину прекрасную ИВЬЕН,
чтобы выведать секреты волшебства и заодно избавиться от своего учителя. Ей хотелось быть самой
могущественной волшебницей на свете.
Её замыслы исполнились.
ЕРЛИН был опутан
чарами вечного сна, но Моргана так и не обрела дар
предсказания… А ведь им обладают даже самые заурядные феи, которым далеко до её владычества!

М

М

В

М

104

МЕЛЮЗИНА

ДНАЖДЫ РАЙМОНДИН ВМЕСТО ОЛЕНЯ УБИЛ
НА ОХОТЕ СВОЕГО ЛЮБИМОГО ДЯДЮ.
Юноша поскакал по лесу без остановки, так сильна
была его душевная боль. Наконец конь Раймондина
оказался у зачарованного источника, в котором купались три девушки. Слёзы жгли АЙМОНДИНУ глаза,
и девушек он не заметил. Его безразличие оскорбило самую красивую из девушек, Мелюзину. Она
остановила коня и спросила, хочет ли юноша на ней
жениться? Раймондин, наконец, разглядел красавицу
и немедленно согласился. Тогда Мелюзина пообещала
Раймондину: после их свадьбы он станет величайшим
властителем в округе, но при одном условии — по субботам они не должны видеться.
Раймондин легко согласился и женился на Мелюзине. Молодые поселились в уютном замке.
Однажды в субботу Раймондин навестил своего
БРАТА. Тот закатил роскошный пир, но, выпив лишнего, стал уверять, что жена наверняка ему изменяет,
иначе её странное поведение не объяснить.
Раймондин вскочил на коня и в ярости поскакал
домой. Там он с такой силой шпагой барабанил в дверь
жены, что та слетела с петель. И что увидел ревнивый
муж? Прекрасная ЕЛЮЗИНА купалась в мраморном
бассейне, но вместо точёных ножек под водой извивался безобразный змеиный хвост.
Раймондин так расстроился, что всем в округе
раскрыл тайну супруги, твердя: «Моя жена — змея!»
Мелюзина превратилась в дракона и вылетела в окно,
чтобы больше никогда не вернуться.

Р

М

106

ФЕЯ ДИНЬ-ДИНЬ

Ы ЗНАКОМЫ С ЯЗЫКОМ ФЕЙ? ТОГДА
ПРЕКРАСНО ПОЙМЁТЕ, О ЧЁМ ХОЧЕТ СКАЗАТЬ
ФЕЯ ДИНЬ-ДИНЬ, НЕСМОТРЯ НА ТО, ЧТО У НЕЁ
НЕТ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО ГОЛОСА, ЛИШЬ ЗВОН
КОЛОКОЛЬЧИКА.

ПИТЕР ПЕН, мальчик, который не хотел взрослеть,

прекрасно понимал крошечную фею. Сердце ДиньДинь полностью принадлежало Питеру, и горе тому,
кто пожелал бы встать между ней и удалым предводителем Потерянных Мальчишек. Ведь такое маленькое тельце может вмещать лишь одно-единственное
чувство. ИНЬ ИНЬ за секунду меняла свои настроения — с радости на гнев и самую чёрную ревность.
Как только ЕНДИ
АРЛИНГ, обычная девочка
из среднего класса, оказалась в Нетландии, фея показала свой вспыльчивый характер. Динь-Динь даже
мечтала убить Венди, но у неё, к счастью, ничего
не вышло. А когда фея раскрыла ужасному КАПИТАНУ
РЮКУ, где прячется Питер Пен и его Потерянные
Мальчишки, — непоправимое почти случилось, но…
Фея Динь-Динь умеет быть доброй и щедрой, она
доказывала это тысячи раз. Так, без лишних колебаний она выпила яд капитана Крюка, предназначенный
Питеру. И это чуть не стоило ей жизни. А подарок,
который ИНЬ ИНЬ сделала Венди Дарлинг и её
двум братьям в самом начале истории? Мечта! Фея
прямо со своих крыльев осыпала детей волшебным
порошком, чтобы они вылетели из комнаты через
окно!

Д

-Д
В

Д

К

Д

-Д

108

СЛОВАРЬ
БЕЛОСНЕЖКА
ПСАРЬ

— человек, который ухаживает за охотничьими

собаками.

ЧАРКА

— небольшой сосуд наподобие кубка,

из которого пьют крепкие напитки.

ОБИХАЖИВАТЬ — заботиться.

СПЯЩАЯ КРАСАВИЦА

КАМОРКА — маленькая комнатка, чулан.
ТЕРНОВНИК — кустарник с колючими ветвями
и терпкими ягодами.

ВАСИЛИСА ПРЕКРАСНАЯ

ПОТЧЕВАТЬ — угощать.
ВЕРЕЯ — столб, к которому крепится створка ворот.
БЁРДО — часть ткацкого станка в виде гребня,
на который наматывается пряжа.

СВЕТИЛЬНЯ — фитиль.
ЗАКРОМ — угол в амбаре, где хранится урожай.
ГОРНИЦА — комната в избе.

ГЕНЗЕЛЬ И ГРЕТЕЛЬ
ВАЛЕЖНИК

— сухие или гнилые сучья деревьев,

которые годятся для костра.

МЕДЕЯ

ЗОЛОТОЕ РУНО — волшебная шкура барана.

РОЗЕТТА, КОРОЛЕВА ПАВЛИНОВ

ЛЬЕ — французская мера длины, равная 4,5 км.
ЭКЮ — французские средневековые монеты, золотые
и серебряные. На монете выгравирован щит экю,
бывший частью обмундирования рыцарей, за что
монеты и получили такое название.

КОРМИЛИЦА — женщина,

которая вскармливает

ребёнка вместо матери.

БЕЗЖАЛОСТНАЯ КРАСАВИЦА
ЧЕЛО

— лоб.

ГРАЦИОЗА И ПЕРСИНЕТ
КАМЗОЛ

— мужская куртка-безрукавка.

КОНЕЦ