Ю. А. ПОЛЯКОВ В.П.ДМИТРЕНКО
Н.В.ЩЕРБАНЬ
новдя
ЭКОНОМИЧЕСКАЯ.
ПОПИТИКА
РАЗРАБОТКА И ОСУЩЕСТВЛЕНИЕ
Политиздат


Ю. А. ПОЛЯКОВ, В. П. ДМИТРЕНКО,
Н. В. ЩЕРБАНЬ
НОВАЯ ЭКОНОМИЧЕСКАЯ политика
РАЗРАБОТКА И ОСУЩЕСТВЛЕНИЕ
МОСКВА ИЗДАТЕЛЬСТВО ПОЛИТИЧЕСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ 1982


63.3(2)713
П54
Поляков Ю. А. и др.
П54 Новая экономическая политика: Разработка и осуществление / Ю. А. Поляков, В. П. Дмитренко, Н. В. Щербань.— М.: Политиздат, 1982.—240 с.
Научно-популярный очерк ученых-историков посвящен экономической политике КПСС и Советского государства в период перехода от капитализма к социализму. В книге показано, как на основе программы, разработанной В. И. Лениным и партией, в СССР была создана социалистическая экономика, достигнута полная победа социалистических производственных отношений, убедительно продемонстрированы преимущества социалистических методов и принципов хозяйствования. Авторы —  Ю. А. Поляков (руководитель), В. П. Дмитренко, Н. В. Щербань  — уделяют большое внимание критике буржуазных фальсификаторов нэпа.
Книга рассчитана на пропагандистов, на всех, кто изучает историю нашей партии и нашей Родины.
0505030)03—298 63.3(2)7)3
" 079(02)—82 !80—82 9(С)23
@ ПОЛИТИЗДАТ, 1982 г.


ВВЕДЕНИЕ
«Нэп, индустриализация, коллективизация, культурная революция... Как привычны, как знакомы эти слова, за которыми целая полоса в истории нашей Родины, судьбы классов и биографии людей. Теперь понятия эти вошли в учебники. Они стали азбукой научного коммунизма. Глубокие идеи Ленина о путях создания нового общества и сегодня служат надежным руководством для строителей нового мира». Л. И. Брежнев характеризовал ленинский план строительства социализма как «образец научного, комплексного и реалистического подхода крещению задачи всемирно-исторического значения»  1.
Среди понятий, связанных с биографией Страны Советов, особое место занимает нэп — новая экономическая политика. Когда 60 лет назад, в феврале 1922 г., В. И. Ленин впервые использовал сокращенный термин «нэп», мало кто мог представить, что этому слову предуготован долгий век. Но оно, это слово, и его производные — «нэповский», «нэпманский» и др.— зажили самостоятельной жизнью; слово «нэп» стало понятием с большой смысловой нагрузкой, содержащим емкую и широкую социальную, политическую, экономическую характеристику большей части переходного периода от капитализма к социализму в истории СССР. Вот почему интерес к нэпу не угасает.
Изучение опыта переходного периода, опыта социалистического строительства по-прежнему является одной из важнейших задач советской исторической науки, марксистско-ленинского обществоведения. Дело в том, что в нашу эпоху, основным содержанием которой является крушение капитализма и становление нового общества, проблемы перехода к социализму и коммунизму приобрели особую актуальность. Какими путями идти к социа-
1 Брежнев Л. И. Ленинским курсом. М., 1970, т. 2, с, 565. 3


лизму? Каковы общие закономерности его построения? Как соотносятся эти общие закономерности со специфическими особенностями различных стран, как они проявляются в бесконечном многообразии исторических, национальных, географических, экономических, социальных, политических и прочих условий? Эти и подобные вопросы волнуют многие народы; они имеют не только теоретическое, но и практическое значение.
Исторический опыт СССР является важнейшим подспорьем для определения форм и методов революционного преобразования общества во всех странах, встающих на путь социалистического развития.
Особое значение имеет этот опыт в той области, которая связана с социально-экономическими преобразованиями. Как заявил Л. И. Брежнев, «руководство народным хозяйством — это сердцевина всей деятельности партии и государства. Ведь именно в области экономики закладывается фундамент решения социальных задач, укрепления обороноспособности страны, фундамент активной внешней политики. Именно здесь создаются необходимые предпосылки успешного движения советского общества к коммунизму»
Советские историки, экономисты, философы изучают опыт социалистического строительства, в том числе опыт, накопленный в ходе осуществления новой экономической политики. Написаны книги, раскрывающие обширный комплекс теоретических и конкретно-исторических проблем, связанных с нэпом.
В этой книге сделана попытка дать проблемную характеристику нэпа в целом, выявить закономерности его эволюции, особенности этапов, итоги проведения, взаимодействие и взаимовлияние теории и практики, экономики и политики, показать значение новой экономической политики. В центре внимания авторов — теоретическая разработка этой политики, обеспечение единства всех ее важнейших элементов, перестройка с учетом задач социа-* диетической индустриализации, перерастание нэпа в экономическую политику победившего социализма.
Книга рассчитана на пропагандистов, на тех, кто изучает историю нашей партии, нашей Родины.
1 Материалы XXVI съезда КПСС. М., 1981, с. 31.


...Из России нэповской будет Россия
социалистическая,
В. И. ЛЕНИН
НА РУБЕЖЕ ВОЙНЫ И МИРА
СОВЕТСКАЯ СТРАНА ПОСЛЕ ОКОНЧАНИЯ ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЫ
Когда человечество вступило в третье десятилетие двадцатого века, для Советской России это означало вступление в первый год долгожданного мира. Позади остались многие месяцы небывало тяжелой, казавшейся нескончаемой войны, навязанной внешними и внутренними врагами.
Шел четвертый год социалистической революции. За эти годы революционный плуг перепахал вековые пласты. Очистительные вихри пронеслись от края до края огромной страны. Было положено начало социалистическому строительству. Трудящиеся строили и сражались. Они отстояли свои революционные завоевания.
Каковы же были позиции, завоеванные трудящимися, партией большевиков за эти годы?
Более чем за три года революции в Республике Советов произошли гигантские изменения.
В стране утвердился советский строй. Это означало, что охватившая всю страну — снизу доверху — система демократических советских органов власти предоставляла ранее угнетенным и бесправным массам трудящихся широкие и реальные возможности для участия в управлении государством. Старая государственная машина, служившая интересам дворянства и буржуазии, была сломана. Всю власть в центре и на местах осуществляли избираемые трудящимся населением Советы рабочих, крестьянских и красноармейских депутатов. Родившиеся в огне революции, Советы за эти годы окрепли, упрочились, накопили опыт практической работы.
Война затрудняла, но не останавливала вовлечение миллионных масс в дело управления страной.
«...В такое трудное время, как время войны,— говорил В. И. Ленин,— когда действие европейских конституций, веками установленных, вошедших в привычку западноевропейского человека, почти целиком было приостановле5


но, в это время Советская конституция в смысле участия народных масс в управлении и самостоятельном разрешении дел управления на съездах и в Советах и на перевыборах применялась на местах в таких размерах, как нигде в мире» !.
Регулярно созывались всероссийские съезды Советов — высший орган государственной власти РСФСР. Проходили республиканские съезды Советов на Украине, в Белоруссии, в автономных республиках, входивших в состав РСФСР, губернские, уездные и волостные съезды Советов, перевыборы Советов в городах и селах.
Советы осуществляли свою деятельность под руководством Коммунистической партии. В 1919 г. коммунисты составляли около 90% депутатов исполкомов губернских Советов. В городских, уездных, волостных Советах большинство депутатов также были коммунистами.
В совместной борьбе сложился союз трудящихся всей страны. Русский народ, его героический пролетариат оказывали военную, экономическую, политическую, культурную помощь всем народам России, Народы успешно создавали свою советскую национальную государственность. После окончания гражданской войны существовало шесть независимых советских социалистических республик (РСФСР, Украина, Белоруссия, Азербайджан, Армения, Грузия), две народные советские республики (Бухарская и Хорезмская). Эти республики были связаны между собой тесными братскими отношениями, закрепленными специальными договорами. В составе Российской Федерации возник ряд автономных республик и областей. Через два года после гражданской войны, в конце 1922 г., было создано многонациональное Советское социалистическое государство — Союз Советских Социалистических Республик.
Советское государство сосредоточило в своих руках командные высоты в экономике.
Уже в конце 1917 г. Советское государство овладело финансовой системой. Государственный банк сразу же после революции и юридически и фактически оказался в распоряжении власти Советов, которая преодолела сопротивление чиновников-контрреволюционеров. 14 декабря 1917 г. были национализированы частные банки. Банковское дело во всей стране объявлялось государственной монополией. Был создан единый Народный банк Российской Республики.
1 Ленин В. И. Полн, собр, соч., т. 39, с. 419—420.
6


В распоряжение государства перешел транспорт. 2/з железных дорог до революции принадлежало государству. После революции они, естественно, стали собственностью Советского государства. Частные же дороги постепенно были национализированы. Так весь железнодорожный транспорт, а после национализации в январе 1918 г. торгового флота практически все основные средства транспорта оказались в распоряжении государства.
Шаг за шагом Советское государство овладевало промышленными предприятиями. От рабочего контроля, ломая сопротивление капиталистов и их прислужников, оно переходило к национализации предприятий. Первоначально, как правило, национализировались те предприятия, владельцы которых либо бежали, либо отказывались подчиниться рабочему контролю, открыто саботировали производство. К июню 1918 г. было национализировано 500 крупных предприятий.
Еще одна принципиально важная командная высота в экономике была взята в результате введения монополии внешней торговли декретом от 22 апреля 1918 г.
Весной 1918 г. в работе «Главная задача наших дней» В. И. Ленин, обобщив уже накопленный опыт, сформулировал задачи дальнейшего строительства основ социалистической экономики. Он ставил задачу «собирать камень за камушком прочный фундамент социалистического общества...» 1.
Предусматривалось организационно закрепить достигнутые победы, наладить четкое и умелое управление производством на основе демократического централизма. Большое внимание уделялось необходимости хозяйничать разумно, экономически обоснованно, повышать производительность труда, укреплять трудовую дисциплину.
Коммунистическая партия, направляя огонь против частного капитализма и мелкобуржуазной стихии, не собиралась форсировать процесс социалистических преобразований в экономике.
Как отмечал В. И. Ленин, Советское государство предполагало сделать «переход к новым общественноэкономическим отношениям возможно более постепенным» и осуществить его с наибольшим «приспособлением к существовавшим тогда отношениям...» 2.
Предполагалось, в частности, широкое использование государственного капитализма (предоставление капита1 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 36, с. 80.
2 Там же, т. 44, с. 200, 202.
7


листам концессий, создание советских акционерных обществ с участием частного капитала, сдача отдельных предприятий в. аренду и т. п.).
Но этот путь — постепенный, сравнительно медленный— осуществить не удалось. Бешеное сопротивление эксплуататоров заставило, напротив, максимально ускорить процесс революционной ломки старого, форсировать создание нового.
Российская буржуазия не согласилась пойти ни на какие уступки, не приняла государственного регулирования, контроля над производством. Она оказала яростное сопротивление, навязала пролетариату самые острые формы борьбы, развязала войну, ставившую под угрозу само существование Советской власти.
Эти действия и толкнули нас, как говорил Ленин, «на борьбу, отчаянную и беспощадную, вынуждавшую нас к неизмеримо большей ломке старых отношений, чем мы предполагали» к
В этих условиях и сложилась политика и система «военного коммунизма». Каковы ее основные звенья и направления? Была форсирована и расширена национализация промышленности. К осени 1919 г. в стране было 2500 национализированных предприятий, а к концу 1920 г. — около 4500. Идя дальше по пути национализации, Советское государство распространило ее на среднюю и даже мелкую промышленность. В конце 1920 г. началась (правда, это было осуществлено лишь частично) национализация предприятий с числом рабочих свыше пяти человек при наличии механического двигателя или свыше десяти человек без механического двигателя. В ходе гражданской войны были национализированы торговые предприятия (частная торговля вообще была запрещена), а также (декретом от 20 августа 1918 г.) так называемые «доходные» дома, т. е. жилые дома, использовавшиеся для сдачи квартир в наем.
Таким образом, в первые послеоктябрьские годы произошла ликвидация двух эксплуататорских классов — помещиков и городской (крупной и средней) буржуазии.
^Разумеется, ликвидация помещиков, крупной и средней городской буржуазии не означала физического уничтожения их представителей. Суть в том, что эти классы в целом были лишены своей экономической базы, перестали существовать как социально-экономическая сила.
1 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 44, с. 202,
8


Национализировав промышленность, государство взяло на . себя — практически полностью — распределение сырья и топлива по предприятиям, а также распределение промышленной продукции. Все это было строжайшим образом централизовано. Была введена обязательная трудовая повинность по принципу: кто не работает, тот не ест.
В деревне с января 1919 г. осуществлялась продразверстка. Все продовольственные излишки крестьянин не имел права продавать, а обязан был сдавать государству по твердым ценам. Товарно-денежные отношения свелись к минимуму. Торговля была запрещена (хотя черный рынок фактически существовал). Продукты распределялись государством среди населения по карточкам — или бесплатно, или по низким ценам. Зарплата сохранялась, но ее значение резко упало.
«Военный коммунизм» был политикой вынужденной, чрезвычайной. Но он представлял собой не просто сумму чрезвычайных мероприятий, осуществленных для достижения победы в условиях осажденной крепости, какой являлась Республика Советов. Такая точка зрения преобладала в нашей литературе 30-х, 40-х и 50-х годов. «Военный коммунизм» явился также известной попыткой непосредственного перехода к коммунистическому производству и распределению. Суть дела в том, что в условиях войны, в связи с ожесточенным сопротивлением буржуазии диктатура пролетариата нанесла самые решительные удары по системе капиталистических отношений. В этих условиях возникло предположение о возможности перейти к социализму в сжатые сроки, сокращенным путем, при помощи непосредственного штурма позиций капитала, на основе того быстрого продвижения вперед, которое было достигнуто методами «военного коммунизма».
Эта мысль, эти задачи не были зафиксированы в каких-либо партийных или государственных документах или выступлениях руководителей партии и правительства. Однако последующие высказывания Ленина, в которых содержалась ретроспективная оценка периода гражданской войны, не оставляют ни малейшего сомнёния в том, что такая попытка имела место.
«Мы рассчитывали,— писал Ленин в 1921 г.,— или, может быть, вернее будет сказать: мы предполагали без достаточного расчета — непосредственными велениями пролетарского государства наладить государственное произ9


водство и государственное распределение продуктов по- коммунистически в мелкокрестьянской стране»1.
Ленин говорил также, что это была линия лобовой атаки на капитализм, попытка способом «самым сокращенным, быстрым, непосредственным, перейти к социалистическим основам производства и распределения»2.
Огромные перемены за годы революции произошли в деревне. На основе ленинского Декрета о земле, принятого II Всероссийским съездом Советов, в деревне была осуществлена ликвидация помещичьего землевладения, земля национализирована, а класс помещиков ликвидирован. Однако в деревне обострилась борьба между крестьянской беднотой, с одной стороны, н сельской буржуазией— с другой. Это привело летом и осенью 1918 г. к развертыванию социалистической революции в деревне. Крестьянская беднота при активной и действенной поддержке городского пролетариата нанесла серьезный удар кулачеству, лишив его значительной части земли, серьезно ослабив его экономически. Произошло частичное раскулачивание, частичная экспроприация сельской буржуазии. Эта частичная экспроприация кулачества была проведена главным образом не на основе обобществления кулацкого имущества, а путем раздела его между мелким крестьянством.
В результате реализации Декрета о земле и социалистической революции в деревне существенно изменилось соотношение классовых сил в крестьянстве. Деревня осереднячилась. Уменьшилось число хозяйств без посева, безлошадных и бескоровных. Хозяйства середняков стали составлять 55—60% всех крестьянских хозяйств. Кулаков в среде крестьянства насчитывалось до революции 15%, а к концу гражданской войны 3—4%.
В деревне возник и социалистический уклад — создававшиеся на базе части помещичьих имений совхозы и первые коллективные хозяйства. Но и совхозы и первые колхозы (преимущественно коммуны) были немногочисленными и слабыми в хозяйственном отношении.
Крестьянская масса еще не была готова к переходу на социалистический путь. Не было для этого и необходимой материально-технической базы. Деревня по-прежнему оставалась океаном мелких единоличных крестьянских хозяйств. Тем не менее первый опыт социалистического строительства в деревне был необходим для дальнейшего движения вперед.
1 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 44, с. 151.
2 Там же, с. 204.
10


Удовлетворение интересов крестьянской массы путем передачи ей земли, увеличение слоя середняков укрепляли силу Советского государства. Социальная база Советской власти расширилась. Открывались широчайшие возможности для постепенного вовлечения в социалистическое строительство основных масс крестьянства. VIII съезд РКП (б), состоявшийся в марте 1919 г., по докладу В. И. Ленина принял резолюцию о переходе к политике прочного союза со средним крестьянством при опоре на бедноту для борьбы с кулаками, для борьбы со всеми классовыми врагами Советской власти, для социалистического строительства.
Эта политика партии, закрепленная решениями VIII съезда РКП (б), стала одним из важнейших факторов, обеспечивших победу в борьбе с интервентами и белогвардейцами.
Разгром объединенных сил внутренней и внешней контрреволюции стал возможен только в результате создания прочного военно-политического союза рабочего класса и крестьянства. 5,5-миллионная армия, показавшая невиданные образцы массового героизма и самопожертвования, на состояла из рабочих, а в основном — из крестьян. В докладе на VIII Всероссийском съезде Советов Ленин говорил: «...если поставить себе вопрос, чем же в конечном счете объясняются наши победы над врагом, гораздо более сильным, то приходится ответить: тем, что в организации Красной Армии были великолепно осуществлены последовательность и твердость пролетарского руководства в союзе рабочих и трудящегося крестьянства против всех эксплуататоров» 1. Испытание огнем гражданской войны показало верность ленинского научного предвидения о возможности прочного союза рабочего класса и трудящегося крестьянства в социалистической революции, правильность практической деятельности партии большевиков по созданию и укреплению этого союза.
Итак, революция преобразовала самые различные стороны народной жизни. Партия вовлекала в активную деятельность миллионные массы трудящихся, организуя их, поднимая, по выражению Ленина, «наинизшие низы к историческому творчеству...». Это был процесс глубинный, невиданный прежде по размаху и объему. В конечном счете социально-экономические преобразования затрагивали интересы каждого гражданина, затрагивали 1 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 42, с. 139.
11


город и деревню, затрагивали столицу и самые далекие губернии, уезды, волости.
В ходе социалистических преобразований был накоплен всесторонний опыт. Первые шаги по неизведанному пути сделаны. Война закончилась. Революция продолжалась. Важнейшие социально-экономические и политические позиции для дальнейшего движения вперед были завоеваны. Но как двигаться дальше? Использовать ли те же методы, что и во время войны, или нужны новые формы и методы социалистического строительства? Эти вопросы были совсем не просты.
Между тем обстановка в стране, доведенной до предельного разорения внутренними и внешними врагами, осложнялась. Переход к мирному строительству оказался неизмеримо более сложным и трудным, чем это можно было предположить.
Трудности, вызванные войной, охватили все стороны жизни Республики Советов. Ход событий выдвинул новые кардинальные задачи социально-политического и экономического порядка.
Слово «разруха», определенное словарями как «полное расстройство в хозяйстве, экономике», было в те годы одним из самых распространенных. Оно верно отражало состояние экономики страны в результате войны, которая в общей сложности длилась почти семь лет. Сначала империалистическая война, а потом иностранная вооруженная интервенция и гражданская война нанесли народному хозяйству неизмеримый ущерб. Более % страны —■ Сибирь и Дальний Восток, Казахстан и Урал, Кавказ и Украина, Поволжье и Белоруссия, многие районы Севера и Центра — подвергались вражеской оккупации. Немецкие, английские, французские, американские, японские, турецкие и прочие интервенты, белогвардейские армии расхищали народное достояние, а отступая, разрушали шахты и заводы, взрывали мосты, вокзалы, железнодорожные пути, угоняли скот, вывозили продовольствие и сырье.
Национальный доход страны упал с 11 млрд. руб. в 1917 г. до 4 млрд. руб. в 1920 г. Подсчитанная к 1922 г. сумма ущерба, нанесенного Советской России, составляла более 39 млрд, золотых рублей, что превышало четвертую часть всего довоенного богатства страны. Дальнейшие подсчеты, в частности, учет индивидуальных претензий пострадавших от войны граждан, показали, что эта сумма должна быть дополнена еще несколькими миллиардами рублей.
12


Потери населения начиная с 1914 г. превысили 20 млн. человек. За это же время 4,4 млн. мужчин и женщин в возрасте от 16 до 49 лет стали инвалидами. Особенно велики были потери среди мужского населения. Убыль мужчин в наиболее трудоспособном возрасте составила 29%.
Промышленное производство в стране сократилось в 1920 г. по сравнению с 1913 г. в 7 раз. Особенно тяжело сказалась разруха на крупной промышленности (продукция мелкой промышленности в 1920 г. составляла 44,1% , а крупной — 12,8% от уровня 1913 г.).
Была подорвана энергетическая база. Добыча угля в 1920 г. составляла менее трети от довоенного уровня. В Донбассе из 1816 шахт действовало немногим более половины. Жестоко пострадали нефтяные районы—Бакинский, Грозненский, Урало-Эмбинский. Нефти в 1920 г. было добыто примерно столько же, сколько в 1890 г.
В еще более плачевном состоянии находилась металлургия. Чугуна в 1920 г. было выплавлено лишьИбтыс. тонн —в 22 раза меньше, чем перед войной. Соответственно упала выплавка стали и проката. Враги разрушили рудники Криворожья, Керчи, Запорожья, Никополя. Не дымили трубы таких крупнейших предприятий, как Краматорский, Екатеринославский, Александровский, Мариупольский, Таганрогский и другие заводы, стояло большинство заводов Урала, бездействовали металлургические предприятия Риддера и Карсакпая.
Резко сократилось производство жизненно необходимых народному хозяйству паровозов и вагонов. К минимуму был сведен выпуск сельскохозяйственных орудий — борон, жаток, косилок, молотилок, веялок (путем огромных усилий государству удалось поддержать лишь производство плугов— их в 1920 г. было выпущено около 90%' от довоенного уровня).
Из-за недостатка топлива, сырья, рабочей силы свертывалась работа легкой промышленности. Хлопчатобумажных тканей накануне войны в стране производилось более 2850 млн. аршин, а в 1920 г.— 153 млн.
Не хватало самых насущных предметов — мыла и керосина, стекла и обуви, кирпича и спичек.
В упадок пришло сельское хозяйство. Его валовая продукция в 1920 г. составила 67% от уровня 1913 г., а в 1921 г.— 60%. При этом продукция земледелия составила соответственно 64 и 55%, продукция животноводства— 72 и 67%. Резко сократились посевные площади (105 млн. га в 1913 г., 97,2 млн. га в 1920 г,, 90,3 млн. га
13


в 1921 г.). Посевные площади уменьшились по всем сельскохозяйственным культурам (за исключением подсол- лечника и картофеля), а особенно — по хлопку и сахарной свекле. Еще более значительным, нежели сокращение посевных площадей, было падение урожайности.
Уменьшилось поголовье скота, и, естественно, резко сократилась продукция животноводства — мяса, сала, молока, шерсти, кожи. В. И. Ленин отмечал, что налицо «необыкновенно обострившийся кризис крестьянского хозяйства, очень тяжелое положение его, которое к весне 1921 года оказалось гораздо более тяжелым, чем можно это было предвидеть...»
Экономическая разруха влекла за собой серьезные социальные последствия. В связи с тем что значительная часть промышленных предприятий бездействовала или работала вполсилы, сокращалась численность рабочего класса. Многие рабочие, спасаясь от голода, уезжали в деревню. Другие переключались на кустарное производство дефицитных изделий. Численность индустриальных рабочих к концу гражданской войны уменьшилась более чем вдвое. Поистине катастрофическим (до 14—16%) было сокращение численности рабочих в хлопчатобумажной, цементной, железорудной и железоделательной промышленности. Это вело к распылению рабочего класса, угрожало его деклассированием, что ослабляло классовую базу диктатуры пролетариата.
Разруха тяжело отразилась на материальном положении трудящихся. На протяжении ряда лет люди питались впроголодь. Обследования, проводившиеся в ряде городов, показывают, что рабочие получали по пайку лишь часть продовольствия, необходимого для нормального питания. Крестьяне, как правило, питались лучше горожан, но и в деревне потребление снизилось.
Истощение и недоедание способствовали развитию эпидемий. В 1919 г. в 40 губерниях Европейской России было зарегистрировано более 2 млн. случаев заболевания сыпным тифом, а в 1920 г. по Европейской России, Сибири и Украине — более 3 млн. случаев.
«Россия из войны вышла в таком положении, что ее состояние больше всего похоже на состояние человека, которого избили до полусмерти: семь лет колотили ее, и тут, дай бог, с костылями двигаться! Вот мы в каком положении!» 2— так характеризовал В. И. Ленин в марте 1921 г. экономическое положение страны.
1 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 43, с. 147.
2 Там же, с. 68.
14


Преодоление разрухи требовало не только сосредоточения всех усилий народа, напряженного труда в течение долгого времени, огромных средств. Для преодоления разрухи требовалось также изменение проводившейся ранее экономической политики. Те методы и средства преодоления трудностей, которые не просто оправдали себя, но были необходимыми и единственно правильными во время войны, теперь нуждались в замене.
Об этом свидетельствовало не только экономическое, но и политическое положение страны.
К весне 1921 г. достаточно определенно выявилось растущее недовольство широких масс крестьянства своим положением. Оно было вызвано общим разорением, острым дефицитом самых необходимых продуктов, многочисленными повинностями и прежде всего необходимостью отдавать все продовольственные излишки государству.
Невозможность распорядиться полученной землей для подъема и развития своего хозяйства постепенно ослабляла значение самого факта получения земли. Отсутствие стимула к расширению хозяйства превращалось из фактора экономического в фактор политический.
Настроения крестьян изменялись постепенно. Поддержка Советской власти, завоевавшей на опыте ряда лет доверие крестьянства, и недовольство ее экономическими мероприятиями — все это сталкивалось и переплеталось. Не сразу могло быть определено и понято соотношение этих двух тенденций. Лишь время и факты показали, что вторая тенденция начинает брать верх. К весне 1921 г. стало ясно, что недовольство крестьян приняло самые широкие размеры и только перемена экономической политики может выправить положение.
В 1918—1919 гг. тяжесть обложения крестьянства по сравнению с довоенным временем несколько уменьшилась. Но в 1920 г. положение резко ухудшилось. Разверстка увеличилась, охватив не только хлеб, но и другие виды продуктов. Широких размеров достигла трудовая и гужевая повинность, ложившаяся тяжелым бременем на крестьянское хозяйство. Война потребовала огромного напряжения, больших жертв от крестьянина. И именно к концу 1920 — началу 1921 г. это напряжение достигло кульминации. '
Недовольство крестьян тяжестью разверстки постепенно перерастало в недовольство разверсткой вообще и в недовольство экономической политикой, главным звеном которой была разверстка.
15


Сложность положения усугублялась тем, что враги Советской власти — белогвардейцы, меньшевики, эсеры— стремились использовать недовольство крестьянства в своих целях, направить его в русло открытой контрреволюционной, антисоветской борьбы. Прежде всего они стремились вовлечь крестьянские массы в кулацкие мятежи, которые к концу гражданской войны приобрели более широкий и массовый характер, чем прежде.
Эти мятежи вспыхивали в разных концах страны — на Украине и юго-востоке, в Сибири, Поволжье и в центральных губерниях. Особенно значительными были западносибирский мятеж в феврале — марте 1921 г. (только в Ишимском уезде в рядах мятежников насчитывалось 60 тыс. человек), антоновщина в Тамбовской губернии (отряды Антонова насчитывали в начале 1921 г. до 50 тыс. человек). Затяжной и трудный характер приобрела борьба с бандами Махно и других атаманов на Украине.
В ряде выступлений В. И. Ленина, других руководителей партии, в партийных документах отмечалось недовольство крестьян. В крестьянстве «растерянность духа, колебания, шатания»1,— говорил В. И. Ленин.
В первые месяцы 1921 г. в условиях еще более обострившейся хозяйственной разрухи недовольство крестьян проявляется во все более резких формах. Стало ясно, что речь шла уже не только об экономических трудностях, не только о чрезмерности разверстки. Экономические проблемы неразрывно слились с кардинальнейшими вопросами политики, такими, как союз рабочего класса и крестьянства, отношение крестьян к Советской власти. С наибольшей силой это продемонстрировал кронштадтский мятеж (март 1921 г.). Его организаторы — эсеры, меньшевики, анархисты, за которыми стояли явные белогвардейцы,— использовали колебания и политическую неустойчивость тех матросов, которые отражали настроения деревни. Залпы мятежных кораблей и фортов Кронштадта прозвучали серьезным предупреждением, говорившим о политическом кризисе. В. И. Ленин удивительно образно и сжато определил положение: «Экономика весны 1921 превратилась в политику: «Кронштадт»2.
С февраля и особенно с марта 1921 г. в выступлениях В. И. Ленина и других руководителей партии и правительства отмечалось недовольство крестьянства не толь1 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 43, с. 141.
2 Там же, с. 387.
16


ко нуждой и разорением, но и недовольство формой взаимоотношений города и деревни.
На X съезде партии В. И. Ленин констатировал, что «крестьянство формой отношений, которая у нас с ним установилась, недовольно, что оно этой формы отношений не хочет и дальше так существовать не будет. Это бесспорно. Эта воля его выразилась определенно. Это — воля громадных масс трудящегося населения»1.
Курс большевистской партии на укрепление отношений с крестьянством означал необходимость существенного изменения экономической политики, изменения форм, методов и темпов социалистического строительства.
Политика «военного коммунизма» как путь дальнейшего социалистического строительства оказалась неприемлемой. Жизнь показала, что невозможно переходить к повсеместному утверждению социалистических принципов производства и распределения при сохранении единоличного крестьянского хозяйства, которое преобладало в экономике и стихийно постоянно рождало капитализм. Решение же задачи социалистической перестройки деревни требовало значительного времени, создания необходимой базы.
«Мы,— говорил В. И. Ленин,— зашли в эпоху политическую и военную гораздо дальше вперед, чем нам позволял непосредственно экономический союз рабочих и крестьян. Мы должны были это сделать, чтобы победить врага... но на поприще экономическом мы потерпели целый ряд поражений»2.
Возникает вопрос: было ли ошибкой надеяться на непосредственный переход к повсеместному социалистическому производству и распределению? На этот вопрос Ленин отвечал так: дело в том, что мы не могли знать, каким путем идти. Перед нами крепость, именуемая капитализмом, капиталистической экономикой. Как ею овладеть? Штурмом или осадой? Этого заранее знать нельзя. Ленин сравнивал поиски правильной политики с осадой Порт-Артура японским генералом Ноги во время русско-японской войны. Ноги пытался штурмовать Порт- Артур. Штурм не удался. Ноги перешел к осаде и в конце концов взял крепость. Был ли штурм ошибкой? Нет, он был необходим, ибо без штурма Ноги не узнал бы силы крепости, силы гарнизона, его сильные и слабые места.
1 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 43, с. 59.
2 Там же, т. 44, с. 309.
2
Заказ 2381
17


Так и в отношении оценки штурмового метода сокрушения капитализма. Он не принес полной победы. Но он помог определить ту политику, которая является самой правильной и целесообразной.
«Военный коммунизм» позволил укрепить государственную власть рабочего класса, расширить командные высоты в экономике, нанести серьезнейшие поражения эксплуататорам. Тем самым Советское государство получило возможность для маневрирования, а если понадобится, и для отступления.
ПОИСКИ НОВЫХ ПУТЕЙ
Величайшая историческая заслуга Коммунистической партии, ведомой В. И. Лениным, заключалась в том, что она не только смело взялась за решение всего комплекса новых теоретических и практических проблем хозяйственного строительства, но и в кратчайший срок выработала подлинно научную программу строительства социализма. Важнейшие принципы этой программы были в дальнейшем взяты на вооружение всеми странами, вставшими на путь перехода к социализму.
Решение пришло не сразу. Значительное влияние оказывали сложившиеся в годы «военного коммунизма» представления о возможности непосредственного перехода от капитализма к социализму, т. е. о возможности дальнейшего интенсивного процесса обобществления, строительства чисто социалистических форм хозяйства, налаживания системы государственного производства и распределения и вытеснения на этой основе старых форм хозяйства и экономических отношений1. В частности, опираясь на проведенную уже национализацию крупных и средних предприятий, а также частично и мелких, ВСНХ поставил своей задачей завершить обобществление всей промышленности. С этой целью 29 ноября 1920 г. было издано постановление о национализации всей мелкой промышленности. Усиливалась борьба с частной торговлей. В частности, в Москве была закрыта знаменитая Сухаревка — центр мелкой розничной торговли. Замолкло огромное торжище, где продавались и покупались севрские сервизы и картошка, котиковые манто и зеленый лук. Была запрещена рыночная торговля в ряде других крупнейших городов. Еще более расши1 См.: Ленин В. И. Полн, собр. соч., т. 44, с. 156—-158. 197—205: т. 45, с. 282, 289 и др.
18


рилась и сфепа государственного регулирования крестьянского хозяйства. Государственная монополия и разверстка к концу 1920 г. охватили уже все основные продукты сельского хозяйства. Затем был сделан шаг в сторону государственного регулирования непосредственно сельскохозяйственного производства (посев, обработка почвы и пр.). Решения VIII съезда Советов вводили государственный план засева и учреждали посевкомы. Логическим продолжением натурализации экономических отношений явились декреты Советского правительства конца 1920 — начала 1921 г. об отмене платы за топливо, коммунальные услуги (квартиру,я водопровод, газ, электричество и т. д.), о бесплатном отпуске населению продуктов питания и предметов широкого потребления.
Все эти меры были попыткой преодолеть хозяйственный кризис на рельсах испытанной уже политики «военного коммунизма». Анализируя экономическую политику, проводившуюся до весны 1921 г., В. И. Ленин неоднократно указывал, что она содержала целый ряд «преувеличений» \
По линии этих «преувеличений» в первую очередь и начали сказываться отрицательные последствия «военного коммунизма», результаты несоответствия его новым историческим условиям. Чем активнее проводилась эмиссия, тем меньшим был ее экономический эффект и тем яснее становилась необходимость оздоровления финансов. Разверстка, несмотря на значительный ежегодный прирост, все меньше удовлетворяла потребности государства. При быстром увеличении контингента населения, переводимого на государственное снабжение, количество продуктов, приходившееся на одного рабочего, было значительно меньше прожиточного минимума.
Однако в условиях проведения старой экономической политики все энергичнее велись поиски новой, все явственнее проступала тенденция использования принципиально иных методов социалистического хозяйствования, т. е. предвестников нэпа. Выступая 21 ноября 1920 г. с речью на Московской губернской партийной конференции, В. И. Ленин подчеркнул, что переход к решению важнейшей созидательной задачи — постройке новых экономических отношений — «чрезвычайно резкий и трудный, требующий иных приемов, иного распределе- ния и использования сил, иного устремления внимания, психологии и т. д.»2.
1 См.: Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 43, с. 63—64, 79 и до
2 Там же, т. 42, с. 28.
19


Перестройка началась не одновременно и развертывалась она с разной интенсивностью. Выдвинутый партией лозунг «Все на хозяйственный фронт!» свидетельствовал не только о переключении главного внимания с военных задач на хозяйственные, в первую голову — на улучшение материального положения трудящихся города и деревни, о начавшейся перегруппировке партийных сил, но и о новом подходе к решению ряда хозяйственных задач. Об этом говорила проводившаяся под руководством партии кампания производственной пропаганды, во время которой главный упор делался на методы убеждения и стимулирования в работе с массами. В соответствии с решениями IX съезда партии в области управления промышленностью начали преодолеваться недостатки системы так называемого «главкизма». Расширялись права местных органов управления хозяйством (губернских совнархозов), в ведение которых перешла национализированная мелкая промышленность. Улучшение системы контроля за деятельностью буржуазных специалистов сочеталось с настойчивыми усилиями по привлечению их в различные звенья производства и управления.
Начинается перестройка системы заработной платы с целью интенсификации труда. Профсоюзы предлагают установить определенную зависимость оплаты от производительности труда, ввести премиальные фонды. Временное положение о натуральном премировании, принятое 23 октября 1920 г., В. И. Ленин расценил как один из крупнейших актов Советского правительства, открывавший «тот путь, по которому пойдем дальше»1.
В конце гражданской войны получила новый импульс концессионная политика Советского государства, основы которой были заложены еще в 1918 г. Опубликованный 23 ноября 1920 г. декрет СНК «Общие экономические и юридические условия концессий» имел большое внешнеполитическое значение, способствуя прорыву экономической блокады, налаживанию деловых отношений Советского государства с капиталистическими странами.
По мере того как на окраинах страны устанавливалась Советская власть, на них распространялись общие принципы экономической политики. Однако здесь они проводились в жизнь весьма своеобразно. Тесное переплетение экономических и национальных проблем, отличающиеся от центральных районов строй хозяйства и 1 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 42, с. 151.
20


соотношение социально-экономических укладов и классовых сил определили иной темп и иные формы преобразований.
В публичных выступлениях, статьях, служебной переписке В. И. Ленина в конце 1920 г. все настойчивее повторялась мысль о выработке мер по материальному стимулированию, поощрению крестьянства. Задача состояла в том, чтобы под военно-политический союз рабочих с крестьянами, сложившийся в годы гражданской войны, подвести прочную экономическую основу.
Два ленинских документа датированы 30 ноября 1920 г. Первый — проект постановления СНК о прямых налогах. В нем указывается на необходимость в ближайшее время наряду с отменой денежных налогов превратить продразверстку в продналог1. Смысл этого проекта раскрывает второй документ — записка председателю Комиссии об отмене денежных налогов С. Е. Чуцкаеву, Из нее следует, что налог, по плану В. И. Ленина, должен быть дополнен продуктообменом как определяющей формой экономических отношений города и деревни. За продуктообменом и будущее. Однако, обращая внимание С. Е. Чуцкаева на необходимость внимательнейшего изучения фактически складывавшихся хозяйственных связей в переходную эпоху, В. И. Ленин подчеркивает невозможность в ближайшее время снабдить крестьянство в обмен на сельскохозяйственные продукты необходимым количеством изделий промышленности. Пока государство не в силах осуществить этот эквивалентный продуктообмен, «до тех пор,—заключает Ленин,—крестьянство вынуждено оставаться при обломках товарного (а следовательно, денежного) обращения, при суррогате его.
Отменить суррогат (деньги), пока крестьянству не дали еще того, что устраняет надобность в суррогате, экономически неправильно.
Надо это обдумать очень серьезно»2.
В поиске методов, форм взаимоотношений рабочего класса и крестьянства применительно к условиям мирного социалистического строительства особо важное место занимают выступления В. И. Ленина на VIII съезде Советов. В них он подчеркивает, что подъем сельского хозяйства является первоочередной задачей Советской власти. Этот подъем может быть обеспечен на первых 1 См.: Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 42, с. 51,
2 Там же, т. 52, с. 22—23.
21


порах в основном через восстановление мелкого единоличного крестьянского производства. Постепенный переход к социалистическим формам хозяйства в деревне возможен только на основе подведения под сельскохозяйственное производство крупной машинной техники, перестройки психологии крестьянства. Поэтому главное внимание государственных органов должно быть направлено на достижение ближайших практических результатов по улучшению хозяйства мелких крестьян (заготовка семян, организация засева пустующих земель и т. п.).
Огромное значение придает В. И. Ленин пропаганде, агитации среди крестьян, организованному воздействию на них с целью убедить их в необходимости строить жизнь по-новому. В плане доклада на VIII Всероссийском съезде Советов Ленин записывает: «Трудовой фронт> трудный. Ег^о (следовательно.— Ред.): через убеждение к принуждению. Больше убеждения» Ч
В. И. Ленин подчеркнул, что в стране имеется два десятка миллионов единоличных крестьянских хозяйств; игнорировать этот факт, пренебрегать собственническими инстинктами и соответствующими стимулами в поднятии производства — значит не считаться с действительностью. Поощрение производственных достижений коллективных хозяйств следует сочетать со ставкой на старательного крестьянина; надо поддерживать его стремление к использованию передовых приемов ведения хозяйства, обеспечивая его улучшенными семенами, усовершенствованным инвентарем, племенным скотом, агрономической помощью и т. п.
В данном вопросе, имевшем принципиальное значение, В. И. Ленин занял позицию, отличную от той, которую защищали на съезде, в частности, работники Нарком- прода и Наркомзема. Н. Осинский (член коллегии Нар- компрода) и И. А. Теодорович (заместитель наркома земледелия) говорили о возможности признания только одного метода побуждения единоличного крестьянского производства — государственного регулирования. Они категорически выступали против идеи соединения государственного регулирования со стимулированием.
Неоднократно возвращаясь в выступлениях на съезде Советов к тезису о двойственной природе крестьянства (как крестьянина-труженика и крестьянина-собственника), В. И. Ленин развивает мысль о неразрывной связи единоличного крестьянского хозяйства со свободной тор-
1 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 42, с. 379. 22


говлей. Трижды напоминая о состоявшемся накануне съезда решении о закрытии московского Сухаревского рынка \ он неизменно подчеркивал, что эта мера не поможет преодолеть тяготение единоличного крестьянства к свободному рынку.
Продумывая пути совершенствования государственной политики в отношении крестьянства, В. И. Ленин уделял огромное внимание изучению настроений, нужд трудящихся масс, их конкретных предложений.
Несколько рукописных страниц заняли заметки В. И. Ленина о прениях, состоявшихся на совещании с беспартийными крестьянами — делегатами VIII съезда Советов. Выступали представители Белоруссии, Украины, ряда губерний Российской Федерации. Мнения высказывались разные, но в одном почти все выступающие сошлись: деревня в крайне тяжелом положении2.
Из выступлений следовало, что крестьянство стремится к скорейшему хозяйственному освоению всей находящейся в его руках земли, в том числе и бывшей помещичьей и кулацкой. При создании благоприятных экономических условий, при стабилизации землепользования оно обеспечит быстрое возрождение хозяйства. Не видя пока серьезных успехов коллективных хозяйств — колхозов, совхозов, оно, естественно, все ближайшие перспективы связывает со своим мелким частным хозяйством. Советская власть в первую очередь должна оказывать помощь бедноте. Следует сократить обязательные поставки государству, оставляя крестьянину излишки, которыми он мог бы распоряжаться сам. Это и создаст крестьянам стимулы к расширению и укреплению своего хозяйства. Необходимо перейти от разверстки к продовольственному налогу. Подъем деревни возможен при условии, если промышленность будет снабжать ее необходимыми орудиями производства и товарами широкого потребления.
Таким образом, после окончания войны ярко проявилась решимость крестьян обеспечить условия для подъема своего хозяйства. Раньше они мирились с разверсткой, но теперь, с разгромом интервентов и белогвардейцев, ликвидацией опасности возвращения помещика и капиталиста, крестьяне намерены были оградить свои интересы с помощью известных обязательств государства, иначе говоря, путем нормирования своих обязательств перед государством.
* См.: Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 42, с. 127, 158, 193.
2 См. там же, с. 382—386.
23


Понимая значимость перемен в настроении деревни, Ленин направляет свои записи выступлений крестьян на беспартийном совещании всем членам ЦК партии и наркомам.
Чтобы более глубоко изучить политическую обстановку в деревне, требования крестьян, В. И. Ленин беседовал с крестьянскими ходоками, с работниками центральных и местных партийных и советских аппаратов, посетил ряд подмосковных деревень, внимательно изучал письма, поступавшие в адрес газеты «Беднота». Все подтверждало наблюдения и выводы, сделанные на VIII съезде Советов. В записке к Н. Осинскому, излагая свои впечатления от встречи с крестьянином Владимирской губернии И. А. Чекуновым, состоявшейся 28 февраля 1921 г., Ленин писал: «Сочувствует коммунистам... Улучшает хозяйство. Объехал Нижегородскую и Симбирскую губернии. Крестьяне, говорит, потеряли доверие к Соввласти. Можно ли, спрашиваю, поправить налогом? Думает, что да»1. Всесторонне изучив настроения крестьянских масс, В. И. Ленин с полным основанием заявил на X съезде партии в докладе о замене разверстки, налогом, что «мы эти требования (требования крестьянства.— Авт.) знаем»2.
Ленинские традиции подлинно научного анализа объективных экономических интересов различных классов и социальных групп и учета этих интересов при выработке экономической политики, заложенные в первые годы Советской власти, особенно в период перехода к нэпу, были наследованы и творчески развиты Коммунистической партией и Советским государством на всех последующих этапах социалистического строительства.
Поиски новой политики проходили в острой идеологической борьбе. Противниками ленинской линии выступили различные оппозиционные группировки, пытавшиеся навязать партии антимарксистские, антинаучные взгляды. Навязанная партии троцкистами профсоюзная дискуссия, развернувшаяся с ноября 1920 г., по существу, вылилась в обсуждение путей и форм перехода к мирному хозяйственному строительству, методов подхода к трудящимся массам, способов вовлечения их в социалистическое строительство, методов руководства ими. Троцкистская группировка видела выход из трудностей, связанных с мелкобуржуазными колебаниями масс, лишь 1 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 52, с. 85—86.
2 Там же, т. 43, с. 61.
24


в применении методов принуждения (лозунг «перетряхивания» профсоюзов), защищала некоторые ненужные и вредные крайности бюрократизма, требовала применения военных методов на производстве и в профсоюзах. Троцкисты, по существу, выступали за ликвидацию профсоюзов, что привело бы к подрыву диктатуры пролетариата.
Во время дискуссии выступили и другие оппозиционные группы, в том числе «рабочая оппозиция». Причиной появления мелкобуржуазных колебаний масс она считала «ошибки» партийных и советских органов, их неверие в силы рабочего класса, в его хозяйственно-творческие способности. Клеветнически обвиняя ЦК партии в нежелании заниматься вопросами улучшения положения рабочего класса, ,«рабочая оппозиция» выдвинула требование передать управление народным хозяйством «всероссийскому съезду производителей». Об этом предложении Ленин говорил, что оно наиболее убедительно характеризует «рабочую оппозицию» как выразительницу взглядов мелкобуржуазной анархической стихии. «Рабочая оппозиция» выступила против «лавирования», «уклонов и приспособлений» (под этим подразумевались меры по соглашению с крестьянством).
Оценивая программу «рабочей оппозиции», В. И. Ленин отметил не только ее теоретическую несостоятельность, но и политический вред, так как она неверно определяла отношения между классами, предлагала подчинить государство профсоюзам, т. е. отрицала руководящую роль партии и пролетарского государства в народном хозяйстве. Разоблачив установки оппозиционных группировок, их уход.от решения злободневных практических вопросов в область политической спекуляции или заигрывания с политически отсталыми группами, В. И. Ленин дал глубокое теоретическое решение таких проблем, как возрастание руководящей роли партии в процессе социалистического строительства, изменение взаимоотношений рабочих и крестьян в связи с изменением основного фронта классовой борьбы, характер взаимоотношения государственных и общественных организаций и разграничение их функций в решении хозяйственных проблем, стимулирование повышения производительности труда путем- совершенствования системы его оплаты и пр. Он призвал к всестороннему изучению тех практических шагов по оживлению экономики и удовлетворению интересов масс, которые уже были сделаны Советским государством.
25


Партия все отчетливее сознавала необходимость коренной перестройки экономических отношений, по мере того как центральные и местные органы углублялись в решение вопросов мирного строительства.
В конце декабря 1920 г. в «Заметках о задачах хозяйственного строительства» после слов «Отношение к крестьянству» Ленин пишет: «налог + премии» Ч
Пленум ЦК РКП(б), состоявшийся 4 января 1921г., подчеркнул, что следует соединить подготовку посевной кампании «с правильным определением отношения к крестьянству» 2.
Обсудив 12 января 1921 г. вопрос о настроениях среди крестьянства, ЦК партии создал комиссию е заданием «обсудить возможные меры быстрого облегчения положения крестьян в некоторых из наиболее потерпевших от неурожая и т. п. губерниях»3. Участники совещания Кавказского бюро ЦК РКП (б), на котором рассматривался ход заготовительной кампании и состояние продовольственной работы в регионе, единодушно высказались за изменение системы обложения крестьянства.
Характеризуя процесс перехода к нэпу на III конгрессе Коминтерна, Ленин отметил, что поиск новых методов хозяйствования начался сразу же после окончания военных действий. «Это (новая экономическая политика.— Авг.) было придумано не сразу. В большевистской печати вы можете найти, на протяжении месяцев, ряд предложений, но проект, действительно обещавший успех, не был придуман»4. Этот проект появился с идеей перехода к налогу и свободному обмену.
Важнейшей вехой в разработке В. И. Лениным принципов новой экономической политики стал написанный 8 февраля 1921 г. «Предварительный,-черновой набросок тезисов насчет крестьян». Совокупность намеченных мероприятий была направлена на укрепление взаимовыгодных экономических отношений рабочего класса и крестьянства.
Через месяц в докладе на X съезде РКП (б) В. И. Ленин выступил уже с развернутым изложением новой концепции о путях укрепления экономического союза рабочего класса и крестьянства в условиях переходного периода от капитализма к социализму.
1 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 42, с. 387.
2 История Коммунистической партии Советского Союза. М., 1970, т. 4, кн. 1, с. 46.
3 Там же, с. 47.
4 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 44, с. 45.


ИСТОРИЧЕСКИЙ ПОВОРОТ
х СЪЕЗД РКП(б).
ЛЕНИНСКОЕ ОБОСНОВАНИЕ НЕОБХОДИМОСТИ ПЕРЕХОДА К НЭПУ
Экономическая и политическая.обстановка, в которой оказалось Советское государство после выхода из войны, требовала от рабочего класса и его партии исключительной гибкости и в то же время решительности. На X съезде РКП (б) В. И. Ленин заявил, что переход к мирному строительству оказался связанным с решением «невероятной трудности задачи» — выработки не только хозяйственного плана, не только основ хозяйственного строительства, «но основ самих отношений между классами, которые в нашем обществе, в нашей Советской республике остались. Самые отношения между классами подверглись изменению, и вопрос этот должен быть.., одним из главных вопросов, которые вам предстоит здесь разобрать и разрешить» Ч
В. И. Ленин указывал, что для Коммунистической партии теоретически и ранее было ясно, что строительство социализма в стране с преобладанием крестьянского населения сопряжено с большими трудностями, с поисками особых форм и методов подведения многомиллионного единоличного крестьянства к коллективному производству2. «Надо долго и с большим трудом и большими лишениями его переделывать»3. Теперь же настало время приступить к практическому решению этой проблемы — одной из сложнейших задач революции. И прежде всего необходимо было укрепить союз рабочего класса и крестьянства.
Анализ новых задач партии по укреплению этого союза В. И. Ленин начал на X съезде РКП (б) со всесторонней характеристики классов, количественных и качественных изменений, которым они подверглись в процессе социалистической революции. Советская власть 1 Ленин В. И. Полн. Собр. соч., т. 43, с. 4.
2 См. там же, с. 57—58.
3 Там же, с. 319.
27


пробудила к активной политической деятельности широчайшие массы рабочего класса, крестьянства, перешедших на сторону трудящихся представителей интеллигенции. Упрочилась ведущая роль в обществе рабочего класса, Коммунистической партии.
Однако В. И. Ленин отметил и ряд отрицательных моментов в развитии рабочего класса, которые являлись следствием войны и разрухи,— это сокращение в составе населения страны доли рабочего класса, деклассирование значительной его части, уменьшение кадров квалифицированных, наиболее сознательных рабочих в промышленности. Тяжелое материальное положение подрывало физические и моральные силы рабочего класса. Он, подчеркивал В. И. Ленин, «больше всех других классов за эти три с половиной года пострадал, перенес, измучился, потерпел лишений и бедствий... И понятно, что, в результате такого сверхчеловеческого напряжения, мы имеем теперь особую усталость и изнеможение и особую издерганность этого класса» \
X съезд партии потребовал от всех партийных и советских учреждений принять экстренные меры «по улучшению положения рабочих и облегчению их бедствий во что бы то ни стало» 2.
Уменьшение численности и падение жизненного уровня рабочего класса вызывалось катастрофическим сокращением промышленного производства. В свою очередь, в результате падения промышленности уменьшались возможности экономического воздействия города на деревню, ослабевала ведущая роль индустрии по отношению к сельскому хозяйству. Переход мелких крестьянских хозяйств к общественному, коллективному труду «можно обеспечить,— говорил Ленин на X съезде партии,—■ когда имеешь сильнейшую крупную промышленность, способную дать мелкому производителю такие блага, что он увидит на практике преимущество этого крупного хозяйства». Однако «показать все преимущества крупного производства на практике мы не могли, ибо это крупное производство разрушено, ибо ему самому приходится вести самое жалкое существование и восстанавливать его можно только путем возложения жертв на этих же самых мелких земледельцев»3.
Коренной социальный интерес рабочего класса заключался в скорейшем подъеме промышленного производ1 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 43, с. 132—133.
2 КПСС в резолюциях... М., 1970, т. 2, с. 258.
3 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 43, с. 26, 27.
28


ства, особенно крупного, в улучшении материального положения, в сплочении собственных рядов, в укреплении своих позиций как руководящей силы в строительстве нового общества. Однако для этого нужно было в первую очередь поднять сельское хозяйство, поставлявшее сырье и продукты питания. Подъем сельского хозяйства помогал нормализовать положение крестьян. Только так можно было укрепить союз рабочего класса с крестьянством.
Обосновывая на X съезде РКП (б) необходимость перехода к новому курсу хозяйственной политики, В. И. Ленин в докладе о продовольственном налоге призвал делегатов съезда «внимательно присмотреться к тем изменениям, которые произошли в крестьянском хозяйстве»1.
Важнейшим результатом революционных преобразований явилось изменение социально-экономической структуры деревни.
Переход во владение крестьянства помещичьих земель, а также части кулацких (около 50 млн. из 80 млн. десятин, которыми кулаки владели до революции), а затем ежегодные переделы земли, проводившиеся по принципу уравнительности, привели к росту крестьянского землепользования, а также к увеличению земельных наделов у безземельной и малоземельной части крестьянства. Перераспределение собственности в гораздо меньшей степени коснулось скота, инвентаря.
За годы империалистической и гражданской войн деревня в целом обеднела. Поэтому за понятием «середняк» к началу мирного строительства, как правило, стояло крайне ослабленное хозяйство. «...Трудовое крестьянство все еще остается у нас беднотой»2,—писал Ленин в начале 1922 г.
Осереднячивание деревни, связанное с некоторым дроблением средств производства, снизило в целом товарность сельского хозяйства. Одновременно переход земли, живого и мертвого инвентаря в руки неимущих слоев деревни (что позволило вовлечь в сельскохозяйственное производство миллионы рабочих рук, уменьшить аграрное перенаселение), а также многообразная государственная помощь способствовали подъему бедняцких хозяйств.
Таким образом, диктатура пролетариата, союз крестьянства с рабочим классом определили качественно 1 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 43, с, 156.
2 Там же, т. 45, с. 58.
29


новую закономерность, не свойственную капитализму,— осереднячивание деревни. В теоретическом анализе, глубоком научном обобщении этого процесса, его характера и результатов решающую роль сыграл В. И. Ленин.
По-новому был поставлен на X съезде партии и вопрос о расслоении крестьянства. Тщательный анализ статистических материалов, свидетельств практических работников, обобщение наблюдений самих крестьян позволили В. И. Ленину сделать вывод о сохранении расслоения в деревне и в условиях диктатуры пролетариата. Еще в годы гражданской войны В. И. Ленин неоднократно указывал на нарождение новой буржуазии в деревне. На X съезде партии он отметил, что кулак в деревне остался, хотя он «подрезан и в значительной части экспроприирован...».
Ликвидация феодально-крепостнических пережитков открыла в мелкобуржуазной деревне некоторый простор развитию капиталистических отношений. Известное влияние на крестьянство оказывал хотя и раздробленный, мелкий, но сохранивший еще в своей массе серьезные позиции в экономике страны городской частный капитал (особенно торговый). Обращаясь к анализу социальных интересов крестьянства как класса мелких собственников, степени учета этих интересов в первые годы революции, В. И. Ленин вынужден был отметить, что «в отношениях пролетариата и мелких земледельцев есть такие трудные проблемы, есть такие задачи, которые мы еще не решили» Г
А что же было решено? В ходе аграрной революции крестьянство получило землю, отобранную у крупных собственников. Тем самым коренная проблема, тормозившая развитие деревни, была решена, притом самым радикальным образом. Во-вторых, была уничтожена эксплуатация крестьянства помещиками и крупным капиталом. Это открывало возможность направить внутренние накопления крестьянского хозяйства на подъем производства, повышение уровня жизни сельских тружеников. В-третьих, Советское государство начало оказывать активную и всестороннюю помощь крестьянам. Материальные возможности в условиях войны были невелики, но все-таки крестьяне воочию видели, что новые органы власти заботились о земледельцах, в первую очередь о бедноте. В-четвертых, был открыт простор инициативе,
1 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 43, с. 26.
30


самодеятельности крестьян в поиске наиболее рациональных форм хозяйствования, новых форм жизни, в том числе через кооперацию, колхозы, совхозы. Крестьяне, пользовавшиеся этими реальными завоеваниями революции, поддержали рабочий класс, Советскую власть; они несколько лет сдавали продукты по разверстке. Поэтому Ленин с полным основанием заявлял, что основы экономического союза рабочего класса и крестьянства в 1917— 1920 гг. были уже заложеныл. Это означало, что коренные интересы рабочего класса и трудового крестьянства, и прежде всего в вопросе о власти, о диктатуре пролетариата, безусловно совпадали.
Какие проблемы во взаимоотношениях этих классов остались еще не решенными? Главное — недостаточно полно учитывались интересы крестьян как мелких товаропроизводителей. По разверстке изымалась большая часть товарной продукции. Административные запреты в области товарооборота лишали возможности свободно реализовать излишки на рынке. Поступление в деревню средств производства и потребления резко сократилось. Этому способствовали попытки национализировать не только крупную и среднюю, но и мелкую промышленность и торговлю, закрыть местный оборот. Негативное воздействие оказывало и стремление части хозяйственного аппарата механически перенести на деревню новые отношения в сфере производства и распределения, которые утверждались на национализированных предприятиях. Это вело к дальнейшему сокращению сельскохозяйственного производства, ускорению процесса его натурализации, сокрытию значительной части урожая от разверстки, массовому мешочничеству и другим явлениям, отражающим «экономические формы возмущения мелкой сельскохозяйственной стихии против пролетариата...» 2.
Таким образом, грани экономических интересов рабочего класса и крестьянства в целом определились достаточно четко. В союзе с рабочим классом, связанным с крупным общественным производством, нацеленным на ликвидацию частной собственности и окончательную победу социалистических производственных отношений, находился класс мелких товаропроизводителей. Два разнородных социальных типа с присущими каждому из них специфическими формами собственности, формами рас1 См.: Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 44, с. 7, 43—44.
2 Там же, т 43, с. 28.
31


Маркс.и Ф. Энгельс вели самую решительную
пределения, идеологией. Два класса, которые должны сотрудничать в течение сравнительно долгого времени.
Поэтому столь теоретически несостоятельным и политически вредным было стремление «рабочей оппозиции» с помощью понятий «производитель», «трудящийся» скрыть сложность регулирования межклассовых взаимоотношений в условиях переходного периода. Отклоняя спекулятивные попытки оппозиции призвать в защитники Ф. Энгельса, В. И. Ленин на X съезде партии напомнил, что и К.
борьбу с теми деятелями, которые апеллировали к производителю, народу, трудящимся вообще. «Нет трудящихся вообще, или работающих вообще, а есть либо владеющий средствами производства мелкий хозяйчик, у которого вся психология и все навыки жизни капиталистические,— которые и не могут быть другими,— либо наемный рабочий, с совершенно иной психологией, наемный рабочий в крупной промышленности, стоящий в антагонизме, в противоречии, в борьбе с капиталистами»
В своем выступлении на Всероссийском съезде транспортных рабочих 27 марта 1921 г. В. И. Ленин отмечал, что с точки зрения экономических интересов и политических настроений крестьянство неизбежно колеблется. Оно не прошло школы классовой борьбы между трудом и капиталом, «экономические и политические условия жизни не сближают их, а разъединяют, отталкивают один от другого, превращают в миллионы мелких хозяев поодиночке» 2. Быстрота, с какой крестьянство покончило с остатками феодализма и сократилось число кулацких хозяйств, несла с собой и ряд негативных моментов. В частности, быстрое поравнение деревни привело к усилению мелкобуржуазной стихии, что, в свою очередь, явилось экономической основой усиления колебаний крестьянства между рабочим классом и буржуазией. Борьба с этой мелкобуржуазной, анархической стихией представляла одну из основных задач рабочего класса на новом этапе революции3.
Глубокий анализ межклассовых и внутриклассовых различий, интересов всех социальных групп населения страны и того, как они проявляются в живой практике социалистического строительства, трезвый учет «действительных, не сфантазированных, классовых сил...»4 по1 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 43, с. 100—101.
2 Там же, с. 135.
3 См. там же, с. 141.
4 Там же, т. 44, с. 108.
32


зволили В. И. Ленину выдвинуть подлинно научный план дальнейшего регулирования отношений города и деревни, укрепления союза рабочего класса и крестьянства.
Характеризуя новые задачи экономической политики пролетарского государства, В. И. Ленин указывал, что рабочему классу, его партии прежде всего необходимо пойти на взаимные уступки и соглашение с крестьянством. «Нам нужно строить нашу государственную экономику применительно к экономике середняка...»1 — отмечал он.
На какой принципиальной основе следовало искать пути укрепления союза рабочего класса и крестьянства? Исходным для В. И. Ленина было положение о руководящей роли рабочего класса. Сущность союза, тенденции его развития и цели определялись необходимостью упрочения и победы социалистических отношений и в городе, и в деревне, укрепления пролетарской диктатуры. Наметить социалистическую перспективу укрепления этого союза, выступить выразителем интересов двух дружественных классов могла лишь Коммунистическая партия.
Из этой коренной посылки вытекал вывод о том, что роль рабочего класса в союзе с крестьянством заключается главным образом в руководстве переходом мелких сельских хозяев к социалистическому, коллективному труду.
Идея соглашения с крестьянином, уступок ему, идея компромисса ни в коей мере не противоречила основному марксистскому положению о необходимости ликвидации коренных различий между рабочим классом и крестьянством путем обобществления единоличного крестьянского производства. Ленин рассматривал союз рабочего класса и крестьянства как непременное условие достижения конечной цели социалистической революции — преобразования на социалистических началах и промышленности, и сельского хозяйства.
Такая постановка вопроса сразу же нацеливала всю сумму практических мер по подъему сельского хозяйства не только на оживление мелкотоварного производства, но и на создание предпосылок для его последующего социалистического преобразования. Она выбивала почву из-под ног и у тех, кто при переходе к мирному строительству недостаточно внимательно относился к проблеме экономической смычки с мелким частным собственником, и у тех, кто в дальнейшем пытался идти по линии 1 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 43, с. 71,
3 Заказ 2381 33


компромиссов слишком далеко, забывая о задачах социалистического строительства в деревне.
В. И. Ленин подчеркивал, что подведение мелких собственников к социалистическим формам хозяйства в такой стране, как Россия, со средним уровнем развития, с преобладанием мелкотоварного производства, неизбежно связано с использованием «целого ряда особых переходных мер...»1. В этой связи он рассматривает крупнейшую теоретическую проблему утверждения социалистических отношений. В то время как для высокоразвитых форм капиталистического хозяйства возможен и целесообразен путь прямого преобразования в общественную собственность через национализацию, муниципализацию и т. п. (что было сделано после Октября с крупными и средними частными предприятиями в различных отраслях народного хозяйства), для мелкотоварного хозяйства наиболее рационален, с точки зрения социально-экономических интересов, метод постепенного, поэтапного обобществления. В период утверждения Советской власти и ее вооруженной защиты применялся в основном первый метод, а с переходом к мирному строительству встала проблема всемерного использования второго метода. «И чтобы «мы» (т. е. передовые отряды рабочего класса.— Авт.) могли успешно решить задачу нашего непосредственного перехода к социализму, для этого надо понять, какие посредствующие пути, приемы, средства, пособия нужны для перехода докапиталистических, отношений к социализму. В этом весь гвоздь»2.
Решая эту проблему, партия опиралась на широко известную формулу (выдвинутую В. И. Лениным в 1919 г. в работе «Экономика и политика в эпоху диктатуры пролетариата»), в которой дается характеристика социальной природы крестьянства и говорится о том, какую политику должен вести пролетариат по отношению к нему. «...Пролетариат должен разделять, разграничивать крестьянина трудящегося от крестьянина собственника,—■ крестьянина работника от крестьянина торгаша,— крестьянина труженика от крестьянина спекулянта»3.
В годы гражданской войны это требование проводилось в жизнь так: пролетариат оказывал помощь крестьянину как труженику и самым решительным образом пресекал его частнособственнические, капиталистические тенденции. В условиях мирного строительства появилась
1 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 43, с, 57,
2 Там же, с. 228.
* Там же, т. 39, с. 277.
34


возможность по-новому трактовать эту проблему, полнее раскрыть диалектическую связь различных сторон единоличного мелкого производства. Укрепляя союз с крестьянином-тружеником, пролетарское государство, опираясь на завоевания предшествующих лет, умело используя всякого рода методы регулирования, могло частично удовлетворить интересы крестьянина-собственника.
Самое трудное в поиске посредствующих звеньев, «способных облегчить переход от патриархальщины, от мелкого производства к социализму»1, заключалось в том, как трактовать хозяйственный интерес мелкого собственника и где найти грань, до которой целесообразно на первых порах отступить, чтобы удовлетворить его.
В условиях капиталистической системы был создан определенный механизм стимулирования и регулирования крестьянского производства. Этой цели служили рыночные отношения, система налогов, землепользования, кредитования и т. д. Могло ли пролетарское государство использовать эти рычаги, приспосабливая их для решения своих, принципиально иных социальных задач? Это предстояло решить и теоретически, и практически.
Практика периода гражданской войны показала, что, несмотря на решительные запретительные меры, в стране функционировал частный рынок, продолжавший играть значительную роль в осуществлении товарооборота как на внутридеревенском рынке, так и между городом и деревней. Однако из этого факта еще не делался вывод о необходимости допущения государством свободной торговли. Над сознанием коммунистов в тот период довлело представление о торговле как компоненте только капиталистического хозяйства, как такой форме обмена, которая предполагает капиталистическую собственность и сама способствует возрождению, укреплению капиталистических производственных отношений.
Характеризуя господствовавшее в партии отношение к этой проблеме в период проведения «военного коммунизма», И. И. Скворцов-Степанов писал в 1922 г.: «Еще сравнительно так недавно, года полтора тому назад, мы хотели вытравить из языка самые слова «товар», «товарообмен», «товарное обращение». Нам казалось, что сфера непосредственного социалистического распределения будет быстро расширяться, что стихийная власть рыночных отношении отходит в прошлое, что сфера товарного производства, совпадающая с мелкобуржуазными формами, станет все решительнее суживаться/да и здесь на
1 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 43, с, 229*
35


первый план будет выдвигаться почти непосредственный «продуктообмен», для которого денежные единицы имеют чисто счетное значение» Ч
Теперь же в докладе на X съезде партии Ленин поставил вопрос о замене продразверстки продналогом и о допущении известной свободы оборота в местном масштабе.
Предложение о замене продразверстки продналогом было поддержано всеми коммунистами. А предложение допустить свободу товарооборота вызвало сомнения и споры.
Всем было ясно, что известная свобода оборота означает допущение частного рынка. Причем неизбежно возникал вопрос о том, кто больше выиграет от этого. В условиях гражданской войны государство всемерно ограничивало свободу товарооборота путем простого запрета, не имея средств и сил для экономического регулирования. И в первые месяцы мирного строительства у части хозяйственников сохранилось мнение, что государство в условиях разрушенной экономики не в состоянии поставить достаточно жесткие рамки Для частного рынка, что он перевесит чашу весов в пользу капитализма. В то же время представители «левого» оппортунизма отрицали необходимость переходного периода вообще и связанных с ним переходных мер.
Ряд работников Наркомзема и Наркомпрода в конце 1920 г. самым решительным образом выступили против предложений о легализации в какой бы то ни было форме частного товарооборота. Они считали, что тем самым будет поставлено под вопрос само существование Советской власти.
На VIII съезде Советов в заключительном слове после обсуждения доклада о проекте декрета «О мерах укрепления и развития крестьянского сельского хозяйства» Н. Осинский заявил, что при допущении свободной торговли рынок неизбежно будет захвачен частником. Частный торговец приберет к своим рукам все предложенные к продаже сельскохозяйственные продукты. Любая система государственных повинностей в этих условиях рухнет. Этот путь ведет к краху продовольственной политики и народного хозяйства страны в целом2, утверждал он.
1 Степанов И. Предисловие к кн. Р. Гильфердинга «Финансовый капитал». М., 1922, с. VI.
2 См.: Восьмой Всероссийский съезд Советов Рабочих, Крестьянских, Красноармейских и Казачьих Депутатов. Стенографическйй отчет. М., 1921, с. 146—147.
36


Правильно оценивая несовместимость разверстки и свободного рынка, ряд работников Наркомзема и Нар- компрода отрицали возможность иной комбинации форм экономических взаимоотношений, в частности такой, как налог плюс свободный рынок. Поэтому столь категоричны были их протесты на VIII съезде Советов против попыток как-то увязать два начала — государственное регулирование и стимулирование крестьянского производства. На X съезде партии, выступая по поводу предложения В. И. Ленина допустить свободный обмен после перехода к налогу, член коллегии Наркомата по продовольствию М. И. Фрумкин заявил: «Отказываясь от монополии, т. е. передавая хлеб в местный оборот, мы тем самым совершенно упускаем из рук государства возможность действительно держать хлеб в своих руках и регулировать распределение. Для рабочих это будет иметь гибельные последствия»1. В предложенной Фрумкиным резолюции по вопросу о натуральном налоге в п. 6 предусматривалось предоставить крестьянам права только «уступать» государству излишки продуктов в обмен на предметы личного потребления и хозяйственного обихода.
Представляется очень важной для характеристики позиции некоторых руководящих деятелей партии и Советского государства на этот счет записка В. И. Ленина наркому продовольствия А. Д. Цюрупе в день открытия X съезда партии. Судя по записке Ленина, разногласия, которые возникли накануне съезда по вопросу о возможности допущения свободы товарооборота в стране, проявились и в ходе работы комиссии, созданной на Пленуме ЦК РКП (б) 7 марта 1921 г. в составе Ленина (председателя), Цюрупы, Каменева, Петровского для подготовки проекта решения съезда о замене разверстки налогом. Убеждая Цюрупу в ошибочности его позиции, В. И. Ленин писал: «Центр тяжести вопроса — «оборот», свободный хозяйственный оборот для крестьянства.
Вы в это недостаточно вникли, раз спорили против Раковского (я не успел возразить) . Вся суть в том, чтобы уметь двинуть оборот, обмен (и за границу вывоз с юга и обмен с заводами). Иначе крах»2.
Отстаивая тезис о допущении в известных пределах свободы товарооборота, В. И. Ленин обращал внимание на ряд обстоятельств, которые делали это допущение не-
1 Десятый съезд РКП(б). Стенографический отчет М 1963 с. 432. ' ’ * 2 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 52, с. 92.
37


обходимым и возможным. Обращаясь еще раз к урокам кронштадтских событий, он убедительно показал, что за лозунгом свободы торговли, который контрреволюция использовала против Советской власти, стоят различные социальные силы. Стоят помещики и капиталисты, стоят контрреволюционные мелкобуржуазные партии, которые старались восстановить крестьянство против рабочих, против Советской власти. Свобода торговли трактовалась ими широко, как вообще свобода капиталистических отношений. «Тут политическая опасность налицо» Ч И перед лицом этой опасности рабочий класс и его партия должны были укрепить свое единство, укрепить связи с самыми широкими массами трудящихся, чтобы нанести окончательный удар по силам отжившего мира.
Но одновременно за этим лозунгом стояли мелкобуржуазные слои города и деревни, объективные интересы которых коренным образом расходились с интересами эксплуататорских классов. Не в том опасность лозунга свободы торговли, подчеркивал Ленин, «что он прикрывает белогвардейские и меньшевистские стремления, а в том, что он может получить распространение, несмотря на ненависть той же крестьянской массы к белогвардейцам. Потому он и будет получать распространение, что он отвечает экономическим условиям существования мелкого производителя»2.
Таким образом, Ленин ставит вопрос о неизбежности в рамках переходного периода сохранения на первых порах мелкотоварного производства со всеми его важнейшими атрибутами, в том числе и свободой торговли.
В. И. Ленин считал возможным допустить известную свободу оборота, не подрывая при этом диктатуру пролетариата, не ослабляя основ социализма. Хотя это и приведет к некоторому оживлению капитализма, пролетариат, в руках которого находятся командные высоты в экономике, политическая власть, сумеет контролировать, регулировать его, держать его в определенных рамках.
Предоставлением определенной свободы оборота мелким производителям была сделана уступка крестьянству со стороны Советской власти. Но возможной и взаимовыгодной эта уступка стала потому, что и большинство крестьянства к этому времени тоже признало необходимость выполнения определенных экономических обязательств перед государством.
1 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 43, с. 26.
2 Там же, с. 27.
38


В начале революции среди мелкобуржуазных масс были довольно широко распространены иллюзии о ликвидации государственности и государственных повинностей в результате перехода власти в руки трудящихся. Веками накапливавшаяся вражда к угнетателям и угнетению, защитником и проводником которых выступало государство помещиков и капиталистов, порождала нередко анархистские настроения, подогреваемые мелкобуржуазными партиями. Борьба Советского государства с весны 1918 г. за установление режима продовольственной диктатуры, а с начала 1919 г.— за продразверстку помимо экономических задач имела и важное политическое значение, утверждая идею качественно новых государственных повинностей, связанных с поддержанием и укреплением народной власти, защитой завоеваний революции, заботой о благе трудящихся. В результате середняк, выступая с окончанием гражданской войны за отмену разверстки, за допущение свободной торговли, одновременно признавал уже необходимость передавать государству часть произведенного продукта в форме налога. В выступлении на X съезде партии Ленин специально подчеркнул, что беспартийный крестьянин «в очень многих случаях» сам выдвинул требование замены разверстки налогом1. Именно на этой основе появилась теперь возможность компромисса с ним, позволявшего, не ослабляя пролетарскую диктатуру, удовлетворить коренные интересы сельских тружеников.
Налоговая политика строилась на принципиально иных основах, нежели разверстка. Оценивая прогрессивное значение новой системы обложения, В. И. Ленин подчеркивал: «Все дело в том, чтобы дать крестьянам стимул, побудитель с точки зрения экономики» 2. Несмотря на значительную тяжесть налога, он должен был стать инструментом подъема крестьянского производства. Это было обусловлено, во-первых, тем, что размер налога объявлялся заранее, до весенней посевной. Во-вторых, он назначался с учетом товарных возможностей и потребностей крестьянского двора» оставляя производителю известную часть продуктов не только для поддержания хозяйства, но и его расширения, улучшения питания, приобретения предметов домашнего обихода. В-третьих’ благодаря прогрессивному характеру обложения оно становилось важным рычагом ограничения кулака и помощи беднейшим слоям деревни.
* См.: Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 43, с 80.
8 Там же, с. 71.


Новизна экономической программы, изложенной В. И.. Лениным в выступлениях на X съезде партии, заключалась не только в отказе от разверстки и переходе к продналогу, но и в признании необходимости временного допущения частного капитала. Показательно, что основные возражения, высказанные в выступлениях и записках по поводу замены разверстки налогом, касались неизбежного усиления капитализма. «Вы таким образом открываете настежь... двери для развития буржуазии, мелкой промышленности и для развития капиталистических отношений» \— писали в записках В. И. Ленину некоторые делегаты съезда.
В более поздних работах и выступлениях В. И. Ленин не раз возвращался к этому вопросу, обосновывая целесообразность такой меры. Он показал, что с точки зрения скорейшего восстановления хозяйства, улучшения материального положения трудящихся необходимо сделать шаг назад, отступить, разрешить временное расширение в определенных границах частного капитала в торговле, в промышленности и других отраслях, а также госкапита- листического уклада. «...Мы,— отмечал В. И. Ленин,— подвинулись так далеко, что не можем всех позиций удержать и не должны удерживать»2.
В тезисах доклада о тактике РКП (б) на III конгрессе Коминтерна в разделе «Значение и условия допустимости капитализма и концессий Советской властью» В. И. Ленин писал: «...развитие капитализма под конт^ ролем и регулированием пролетарского государства (т. е. в этом смысле слова «государственного» капитализма) выгодно и необходимо в чрезвычайно разоренной и отсталой мелкокрестьянской стране (конечно, в известной лишь мере), поскольку оно в состоянии ускорить немедленный подъем крестьянского земледелия»3.
Говоря об использовании буржуазии, Ленин подчеркивал его ограниченные масштабы (ограниченные интересами упрочения Советской власти, укрепления союза рабочих и крестьян), временный характер («до известной степени и на известный срок»)4, определенные экономические и политические задачи. В круг этих задач входило: привлечение иностранного капитала, использование передового опыта и технологии; расширение внешних экономических связей и прорыв экономической блокады

1 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 43, с. 78,
2 Там же, т. 45, с. ПО.
3 Там же, т. 44, с. 8.
4 См. там же, т. 43, с, 223.
40


Советской республики; оживление производства и обмена; улучшение материального положения масс. Особое значение В. И. Ленин придавал борьбе с мелкобуржуазной стихией. Он видел большую заслугу большевистской партии в особенности в защите уже. весной 1918 г. идеи блока, союза с государственным капитализмом против мелкобуржуазной стихии. Идея такого блока, союза была унаследована и развита новой экономической политикой1.
В. И. Ленин не принижал опасности расширения рамок частного предпринимательства. Экономическое оживление неизбежно сопровождалось попытками буржуазии усилить и свое идеологическое и политическое влияние на массы, использовать связи с определенными кругами специалистов, интеллигенции для подрыва политики Коммунистической партии и Советского государства. Появление на хозяйственном горизонте фигуры нэпмана по^ догревало и надежды международной буржуазии на реставрацию капиталистических порядков. Все это в совокупности делало проблему допущения частного капитала политически исключительно острой, а ответственность большевистской партии перед народом, перед революцией — чрезвычайно высокой. Но эту ответственность партия Ленина смело взяла на себя, так как курс на временное использование отдельных групп буржуазии был теоретически глубоко обоснован и своевременно обеспечен по линии идеологической, организационной и экономической. В. И. Ленин с полным основанием заявлял, что те или иные уступки буржуазии не затронут принципиальных завоеваний Советской власти. «Ни одного из старых завоеваний мы не отдадим»2.
Среди капиталистических предприятий различной формы предпочтение отдавалось тем, которые функционировали на основе договора с государством. Такой договор определял условия и сроки деятельности предприятия, защищал интересы государства и рабочих, занятых на данном предприятии, место его в системе советской экономики, формы и методы контроля и размер экономических выгод участников соглашения. Самой «простой, отчетливой, ясной, точно очерченной» з формой госкапитализма Ленин считал концессионный договор. Другими формами являлись аренда, смешанное государственно- частное общество, торговое посредничество, также допу-
1 См.: Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 44, с. 105.
2 Там же, т. 45, с. 305.
3 Там же, т. 43, с. 224.
41


скавшие высокий уровень договорных отношений. В меньшей степени это было возможно при создании небольшого частного предприятия. Но суть оставалась прежней: поставить частное предпринимательство в жесткие рамки государственного учета, контроля, надзора, регулирования, позволявшие планомерно проводить политику ограничения и вытеснения частного капитала.
Ленин в работе «О продовольственном налоге» писал: «Самая важная задача всех партийных и советских работников, в связи с введением продналога,— суметь применить принципы, начала, основы «концессионной» (т. е. подобной «концессионному» государственному капитализму) политики к остальным формам капитализма, свободной торговли, местного оборота и т. п.» Ч В этой формулировке, пожалуй, в наиболее четкой форме раскрыта сущность использования госкапитализма, использования Советским государством частного капитала, всех легальных форм частного предпринимательства. Государство в различной степени подчиняло их своему регулированию, всегда руководствуясь принципом социалистического общегосударственного интереса.
Вводя в оборот термин «государственный капитализм», В. И. Ленин привлекал внимание коммунистов, трудящихся к новой функции Советского государства — постановке в условиях переходного периода экономического соревнования социализма и капитализма под контролем диктатуры пролетариата.
Залогом успеха рабочего класса в борьбе с нэпманской буржуазией являлись сохранение в руках рабочего класса всей полноты политической власти, ключевых позиций в экономике, выработка законодательных норм использования буржуазных элементов, создание эффективного контролирующего и регулирующего аппарата, мобилизация масс на борьбу против незаконной деятельности частного капитала, укрепление союза рабочего класса и крестьянства.
X съезд партии принял решение об изменении экономической политики. Обращает на себя внимание комплексный характер этой перестройки. Она была связана с заменой разверстки натуральным налогом, с отменой запретов на торговлю и допущением свободы оборота (в рамках местного обмена), с изменением статуса кооперации, расширением ее прав как самодеятельной общественной организации. Повышение роли социалистического.
1 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 43, с, 225. 42 г


сектора в снабжении деревни товарами широкого потребления, и в особенности производственного назначения, сочеталось с предоставлением крестьянству права на участие в товарообменных операциях (как в натуральной, так и в денежной форме).
Одновременно была подтверждена незыблемость ряда коренных основополагающих принципов экономической политики Советской власти. Основной ее задачей- по- прежнему было обеспечение ведущей роли социалистического хозяйства, концентрации государственных средств в сфере крупного обобществленного производства, утверждение планового начала, расширение участия масс в непосредственном управлении экономикой.
Определив курс партии, съезд выработал и социальную программу, рассчитанную на его выполнение: укрепление единства партии, сплочение рабочего класса, укрепление экономической смычки рабочего класса и крестьянства.
Упрочив союз с мелкобуржуазными массами города и деревни и тем самым социальную основу Советской власти, Коммунистическая партия получила возможность приступить к решению фундаментальных проблем переходного периода, т. е. реорганизации самих экономических основ общества, построению новых экономических отношений Ч
ОТ ГОСУДАРСТВЕННОГО ТОВАРООБМЕНА — К ГОСУДАРСТВЕННОЙ И КООПЕРАТИВНОЙ СОЦИАЛИСТИЧЕСКОЙ ТОРГОВЛЕ
Комплекс мер, связанных с нормализацией экономических отношений города и деревни,—решающий, но лишь первый шаг в области разработки и проведения новой экономической политики. Следом необходимо было повернуть весь фронт экономической политики к решению проблем укрепления командных экономических высот, консолидации рабочего класса и повышения его жизненного уровня, оживления оборота и всех отраслей экономики, познания и наглядной демонстрации преимуществ социалистического типа хозяйствования перед капиталистическим. И 1921 и 1922 гг, ушли на эту перестройку. ■
В речи на пленуме Московского Совета 20 ноября 1922 г. В. И. Ленин говорил о целой полосе перехода к
1 См.: Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 42, с. 27, 43


нэпу. Ее содержание он связывал е творческим переосмыслением принципов и методов хозяйствования, определением границ допущения частного капитала, перестройкой аппарата и совершенствованием его работы, перегруппировкой кадров. Переход к нэпу, как показала практика, «довольно труден, я сказал бы — очень труден»1. Развивая эту мысль, В. И. Ленин заявил: «Трудности являются оттого, что перед нами встала задача, для решения которой нужно очень часто привлечение новых людей, нужно проведение чрезвычайных мер и чрезвычайных приемов»2.
Эти трудности сказывались во всех без исключения областях экономической политики. Но особенно сильно проявились они в области товарооборота. Переход на рельсы нэпа характеризовался здесь исключительным динамизмом, сложным взаимодействием теории и практики, смелостью и масштабностью принимаемых решений.
Особенностью перехода Советского государства к новой экономической политике являлось сочетание элементов отступления и наступления. Некоторое расширение сферы проявления частной инициативы, частного предпринимательства одновременно сопровождалось упрочением позиций, повышением ведущей роли социалистического сектора хозяйства, экономическим и организационным его укреплением. Это давало возможность нейтрализовать опасные тенденции буржуазного предпринимательства, держать его в рамках государственного контроля и регулирования.
Такая закономерность ярко проявилась и в сфере рыночных отношений. Допущение относительной свободы торговли сочеталось с формированием социалистического сектора в торговле, организацией его борьбы с частным рынком. Советское государство предложило крестьянству такие формы товарооборота, которые обеспечивали расширение социалистических производственных отношений. Наиболее ярко эта линия проявилась в 1921 г. в попытках организовать государственный товарообмен.
При характеристике товарообмена, практиковавшегося в 1921 г., в исторических трудах нередко доминируют оценки «не привился», «не удался» и т. д. Обмен часто изображается в качестве разового, эпизодического мероприятия, связанного с конъюнктурой. Такой подход к это’ Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 45, с. 301.
2 Там же, с. 302.
44


му явлению объясняется, на наш взгляд, недостаточным учетом глубокой внутренней связи нэпа с предыдущими этапами экономической политики Советского государства. Однако без учета этой преемственности в решении коренных теоретических и практических проблем переходного периода невозможно достаточно глубоко понять ни характера самого перехода к нэпу, ни путей дальнейшей эволюции этой политики.
Идея товарообмена стала одним из важнейших элементов общего плана построения социализма, проводившегося после Октября. Еще накануне социалистической революции В. И. Ленин рассматривал натуральный товарообмен как форму экономических отношений, которая, с одной стороны, диктуется развалом капиталистической торговли, стремлением трудящихся города и деревни удовлетворить свои экономические интересы (в частности, в форме посылки групп заготовителей в деревню для обмена промтоваров на продукты питания), с другой—• соответствует тенденции к натурализации отношений, вытекающей из углубляющегося процесса обобществления производства1. В числе важнейших мер, предусмотренных антикризисной программой большевиков, выдвигалась организация в общегосударственном масштабе товарообмена между городом и деревней2.
После победы Октябрьского вооруженного восстания, начиная буквально с 25 октября 1917 г., мысль о необходимости расширения обменных операций звучала в работах В. И. Ленина все настойчивее и настойчивее3. Состояние хозяйства, связанное с падением производства, развалом капиталистического товарооборота, подтверждало обоснованность курса на товарообмен между городом и деревней, выдвинутого партией большевиков. Проведение такой меры в широком масштабе сулило упрочить ведущую роль Советского государства в регулировании обмена, фактически реализовать государственную монополию на хлеб. Все планы партии, связанные с нормализацией рынка и борьбой со спекуляцией, организацией снабжения населения, внедрением новых, социалистических принципов организации хозяйства, в целом связывались с задачей проведения обмена. «Обмен продуктов обрабатывающей промышленности на хлеб, строгий конт- роль и учет производства — вот начало социализма»4,—*
1 См.: Ленин В. И. Полн. собр. соч.^ т. 27, с. 322.
2 См. там же, т. 32, с. 98, 99.
3 См. там же, т. 35, с. 11, 57, 61, 63, 69, 147, 250, 264, 300, 305 и др.
4 Там же, с. 61.


подчеркивал В. И. Ленин в речи на заседании ВЦИК 4 (17) ноября 1917 г.
Декрет «О товарообмене для усиления хлебных заготовок», утвержденный Совнаркомом 26 марта 1918 г., выдвинул задачу проведения товарообменных операций в общегосударственном масштабе. По этому декрету в деревню направлялись промышленные товары, которые должны были обеспечить заготовку 120 млн. пудов хлеба. Этой цифрой оценивалась минимальная потребность городского и беднейшего сельского населения до нового урожая. С апреля развернулись товарообменные операции. Однако начало гражданской войны сорвало проведение этой кампании.
Вторая попытка осуществить товарообменные операции в государственном масштабе была предпринята осенью 1918 г., после сбора урожая. Она планировалась как важный элемент политики продовольственной диктатуры. Но и эта кампания не дала заметных результатов. Помешали сложная политическая обстановка в деревне, неподготовленность кадров и аппарата, недостаток промтоваров.
И тем не менее товарообмен оставался одним из требований экономической программы большевистской партии. Обмен активно использовался в заготовительной работе в годы гражданской войны. Одним из важнейших итогов экономической политики периода гражданской войны явилась положительная в целом оценка практики товарообмена. Такой оценке способствовали два на первый взгляд противоречивых обстоятельства. С одной стороны, обмен явился существенным подспорьем при осуществлении разверстки. С помощью обмена государство получило возможность организовать снабжение промышленными товарами беднейшей части деревни, мобилизовать ее на борьбу с кулаком, спекулянтом. С другой стороны, в 1919—1920 гг. обмен не получил того широкого развития, на который рассчитывали его организаторы — органы Наркомпрода. И все же практика товарообмена позволяла предположить, что с переходом к мирному строительству его удастся расширить и на этой основе обеспечить внедрение социалистических принципов распределения.
Весной и летом 1921 г. в ряде произведений В. И. Ленин вновь, в разных вариантах, воспроизводит триединую формулу, выдвинутую весной 1918 г.: продуктообмен — как конечная цель построения социализма в сфере обмена трудовой деятельностью членов будущей ассоциации
46


производителей (производительно-потребительных коммун); товарообмен — переходная ступень к продуктообмену; рыночные отношения — сфера проявления интересов и регулирования досоциалистических укладов.
Показательна в этом плане трактовка такой меры, как переход от разверстки к налогу. 9 апреля 1921 г. на собрании секретарей и ответственных представителей ячеек РКП (б) Москвы и Московской области В. И. Ленин прочитал доклад, посвященный решениям X съезда партии. Разъясняя слушателям характер перестройки и цели экономической политики Советского государства, Ленин подчеркнул, что видит в налоге меру переходную, соединяющую в себе черты как прошлой хозяйственной политики, так и будущей. От прошлого — военного коммунизма, разверстки — налог сохранил обязательство крестьянства перед государством сдавать последнему часть произведенных продуктов без вознаграждения. Правда, теперь государство получало вдвое меньше сельскохозяйственных продуктов, чем по разверстке. Поскольку налог не решал в полной мере проблемы заготовки продуктов питания и сырья для промышленности, экспорта, он дополнялся продуктообменом. «Значит,— отме- чал Ленин,— в налоге есть частица прежней разверстки и есть частица того порядка, который один только представляется правильным, именно: обмен продуктов крупных социалистических фабрик на продукты крестьянского хозяйства через продовольственные органы государственной власти, принадлежащей рабочему классу, через кооперацию рабочих и крестьян» ’.
Ко второй части этого положения он возвращался несколько раз. Продуктообмен Ленин рассматривал как «правильные рельсы» взаимоотношений рабочего класса и крестьянства 2; по его мнению, быстрое восстановление промышленности и хороший урожай ускорили бы переход к продуктообмену3; после воссоздания крепкой промышленности «у крестьянского населения продукты будут браться не в виде налога, а в виде обмена на те продукты промышленности, которые ему будет давать рабочий класс»4. В брошюре «О продовольственном налоге» повторяется приведенное выше определение характера налога5. г
' Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 43 с 149
2 См. там же, с. 149, 336.
3 См. там же, с. 151.
4 Там же, с. 155.
6 См. там же, с. 219
47


Утверждение и полное господство новой формы обмена между социалистической промышленностью и сельским хозяйством Ленин рассматривал как важнейший показатель успехов в построении социализма.
План постепенного перехода к безденежному продуктообмену как определяющей форме экономических отношений города и деревни Ленин развивал в докладе на X Всероссийской конференции РКП (б), в проекте резолюции по вопросам новой экономической политики, в тезисах доклада о тактике на III конгрессе Коминтерна и в самом докладе на конгрессе, в статье «Новые времена, старые ошибки в новом виде». Все эти произведения относятся к периоду организации товарообмена (по август 1921 г.). Налаживая товарообмен, Советская власть осуществляла своеобразный «план строительства». Суть этого плана сводилась к тому, что «предполагалось более или менее социалистически обменять в целом государстве продукты промышленности на продукты земледелия и этим товарообменом восстановить крупную промышленность, как единственную основу социалистической организации»
Через два месяца, в октябре 1921 г., оценивая теоретические посылки экономической политики весны 1921 г., Ленин писал, что «товарообмен предполагал... некий непосредственный переход без торговли, шаг к социалистическому продуктообмену»2.
Первоначальный план нэпа сводился к следующему. Подъем единоличного хозяйства (в городе и деревне) неизбежно вызовет некоторое оживление капитализма, главным образом в промышленности, которое государство сумеет направить в строго регулируемые рамки с помощью госкапиталистических форм хозяйства (аренда, концессии, торговое посредничество и пр.). Этому фронту капиталистического хозяйства будет противостоять социалистический уклад со сложившимися принципами организации и управления, который направит растущий оборот в рамки организованного в государственном масштабе товарообмена.
Товарообмен должен был выполнять очень разнообразные социально-экономические функции: и удовлетворить насущные интересы рабочих и крестьян, и дать продовольствие и сырье для подъема промышленности, и обеспечить победу в ходе экономического соревнования над частным капиталом, т, е. явиться, по выражению 1 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 44, с. 207.
2 Там же, с. 471.
48


В. И. Ленина, поприщем борьбы’. На время он становился центральным звеном нэпа. X экстренная Всероссийская конференция РКП (б) подчеркнула, что «основным рычагом новой экономической политики признается товарообмен. Правильные взаимоотношения между пролетариатом и крестьянством, создание вполне устойчивой формы экономического союза обоих этих классов на период перехода от капитализма к социализму невозможны без установления систематического товарообмена или продуктообмена между промышленностью и земледелием»2.
Весной и летом 1921 г. партийные и хозяйственные органы прикладывают огромные усилия, чтобы организовать товарообмен; они заняты мобилизацией товарных запасов, производством и закупкой новых товаров, оживлением оборота. На проведение товарообмена нацелена развертывавшаяся пропаганда нового курса экономической политики. Ему подчиняют планы промышленного производства, внешней торговли. Соответственно перестраивают свою деятельность Наркомпрод, Наркомфин и другие ведомства. Опыт товарообмена начал широко популяризироваться на страницах центральной и местной прессы. «Целый ряд декретов и постановлений, громадное количество статей, вся пропаганда, все законодательство с весны 1921 года было приспособлено к поднятию товарообмена» 3,— говорил Ленин.
Соотношение обобществленного и частного секторов в торговом обороте страны, сложившееся к концу гражданской войны, вселяло надежду на успех государственного товарообмена. В 1920 г. частный торговый оборот сельскохозяйственных продуктов составил 644 млн. руб., кустарно-ремесленных изделий — 193 млн. руб. Государство же смогло получить из деревни продуктов на 704 млн. руб. и выпустить промтоваров на 366, 8 млн. руб. В общем товарообороте на долю частного сектора приходилось 44%, а на государственные заготовки и распределение— 56%. Достигнутый перевес теперь важно было закрепить подъемом государственной промышленности, правильным распределением тех ресурсов, которые имелись у государства4, увеличением импортных фондов.
1 См.: Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 44, с. 218.
2 КПСС в резолюциях..., т. 2, с. 268.
3 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 44, с. 207.
4 К концу 1921 г. в России имелось товарных ценностей на сумму примерно 50 млн. руб. (против 7,5 млрд. руб. в 1913 г.).—Девятый Всероссийский съезд Советов. Стенографический отчет. М., 1922, с. 162.
4
Заказ 2381
49


Организационные рамки обмена определялись наличным товаропроводящим аппаратом. К проведению обменных операций привлекался заготовительный аппарат Наркомпрода, хотя и мало к этому приспособленный. Как и в 1918 г., планировалось использовать в качестве посредника и частный аппарат. Однако для Советского правительства очевидно было, что единственным техническим аппаратом, который может взять на свои плечи организацию этого крупнейшего общегосударственного мероприятия, является потребкооперация. Поэтому по изданному 24 мая 1921 г. декрету СНК «Об обмене» государственный товарообменный фонд должен был поступать к сельским жителям «преимущественно через кооперативные организации» Потребкооперация выдвигалась в качестве главного посредника между социалистической промышленностью и крестьянством.
Обращаясь с приветствием к съезду уполномоченных Центросоюза в июле 1921 г., В. И. Ленин от имени СНК и ЦК партии заявил, что успех предстоящей практической работы будет в большой степени зависеть «от умения кооперации путем последовательной и неуклонной борьбы устранить все препятствия для развития товарообмена и занять первенствующее место в этой области...» 2.
Новые принципы взаимоотношения государственных органов с кооперативными были закреплены в Генеральном договоре, заключенном между Наркомпродом и Центросоюзом 26 мая 1921 г.
В заготовительную кампанию 1921—1922 гг. Центросоюз должен был заготовить для государства путем обмена 150 млн. пудов хлебофуражных культур, 37,5 млн. пудов картофеля и 10 млн. пудов масличных семян, не считая 240 млн. пудов хлеба, 60 млн. пудов картофеля и 12 млн. пудов маслосемян, которые подлежали заготовке по налогу (без Украины и Туркестана). В целом задание по товарообмену для кооперации в пределах РСФСР составляло 313 млн. руб. (вместе с Украиной — 400 млн. руб.) в золотом исчислении по ценам довоенного времени (до революции наивысший оборот достигал не более 25—30 млн. руб.).
Попытка осуществить обмен в государственном масштабе сыграла, несомненно, положительную роль. В из1 Решения партии и правительства по хозяйственным вопросам. М., 1967, т. 1, с. 234.
2 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 44, с. 70.
50


вестной мере она «смягчила» переход от распределенче- ской системы гражданской войны к торговым отношениям восстановительного периода. Этому переходу был придан более или менее организованный и постепенный характер, что позволило существенно ограничить стихию развития рыночных отношений, планомернее развернуть борьбу с частным капиталом.
Этот вывод не противоречит тому факту, что план товарообмена в целом оказался нереализованным. В условиях, когда к обмену были привлечены государственные, кооперативные, общественные, частные организации, когда была разбужена массовая инициатива городского и сельского населения по заготовке продовольствия, направить товарооборот, стихийно развертывавшийся по всей стране, в рамки организованного в государственном масштабе обмена уже было невозможно.
В исторической и экономической литературе до сего времени бытует еще точка зрения, что причина неудачи товарообмена заключалась в недостатке товаров, слабости кооперативного аппарата, неопытности кадров и т. п. Однако исторический опыт свидетельствует, что товарообмен в условиях переходного периода не соответствует объективным интересам ни единоличного крестьянского, ни обобществленного социалистического хозяйства. В отдельных странах, вступивших на путь социалистического строительства после СССР, товарообмен в той или иной форме применялся. Но это вызывалось или отсталостью экономики, или тем, что она была разрушена в ходе военных действий, или экономической блокадой капиталистических государств. По мере же подъема хозяйства, развития социалистических отношений, расширения сотрудничества с социалистическими странами, повышения научного уровня хозяйственного руководства берет верх тенденция к упрочению товарно-денежных отношений.
Эта закономерность определяла и политику Советской власти. 16 и 23 августа, 5 и 6 сентября СНК вновь рассматривает вопрос о товарообменных операциях. Проанализировав процессы формирования внутреннего рынка, Советское правительство вынесло решение, в котором отразилось принципиальное изменение взглядов на ме-т тоды развития товарооборота. Центросоюз получил широкие права. Отныне договор между Центросоюзом и Наркомпродом заключался только по поводу твердых поставок с фиксированными на определенный срок ценами, ч^го резко расширяло возможности кооперации в варьировании ресурсами. Центросоюз приобрел право произ51


водить товарообмен как в натуральной, так и в денежной форме. Цены кооперация устанавливала в зависимости от конъюнктуры. В случае слабости местных органов потребительской кооперации Наркомпрод мог привлечь к товарообмену другие виды кооперации или частных лиц.
Решение Совнаркома сыграло огромную роль в оживлении товарооборота, в активизации деятельности кооперации. Уже 18 сентября «Правда» в экономическом отделе показала поворот губернских экономических совещаний (ЭКОСО1) к глубокому изучению рынка,-к овладению товарооборотом на примере Тамбовской, Пермской, Костромской, Тверской губерний.
4 октября Совет Народных Комиссаров заслушал доклад финансовой комиссии СНК о товарообмене, как денежном, так и безденежном, а 5 ноября утвердил Основной договор между Наркомпродом и Центросоюзом, регулирующий их отношения уже исключительно на денежной основе.
Так закончилась третья крупная общегосударственная кампания по проведению товарообмена. По сравнению с двумя предыдущими (в 1918 г.) она имела несравненно более широкий размах; неудача же ее привела к более глубоким последствиям. Во-первых, кооперация как самодеятельная организация в полной мере приобрела хозяйственную самостоятельность. Главное внимание в своей деятельности она стала уделять удовлетворению интересов кооперированного населения и возвратилась к торговой работе. Во-вторых, получил возможность шире легализоваться частный торговый капитал, переступивший рамки «местного обмена». Советское государство юридически оформило допущение яе только мелкой, но и средней и крупной частной розничной и оптовой торговли. В-третьих, и это главное, на рынке начал формироваться социалистический сектор в лице кооперативной и государственной торговли.
Теперь особенно ярко выявилось значительное отличие планов социалистического строительства, развивавшихся В. И. Лениным в 1921 г., от планов весны 1918 г. Тогда, ставя вопрос о постепенном обобществлении хозяйства, об учете в социально-преобразующей деятельности Советского государства интересов крестьянства, о 1 Экономические совещания были учреждены в 1920 г. при местных исполкомах (губернских, уездных) для объединения хозяйственной деятельности местных органов. В 1921 г. создается сеть об- ласгных ЭКОСО как местных органов Совета Труда и Обороны
52


блоке с госкапитализмом, В. И. Ленин выдвигал в качестве новой формы экономической смычки города и деревни товарообмен. Хотя при этом и признавалась необходимость временного сохранения торговли, денег, они рассматривались как категории отмирающие, которые будут неуклонно вытесняться в ходе развития социалистических принципов производства и распределения. Характеризуя принципиальное отличие планов 1918 и 1921 гг., В. И. Ленин указывал, что в 1918 г. «мы совершенно не ставили вопроса о том, в каком соотношении окажется наша экономика к рынку, к торговле»1. Выводом о необходимости использования торговли в переходный период для укрепления экономического союза рабочего класса и крестьянства В. И. Ленин сделал крупнейший вклад в теорию социалистического строительства.
Осенью 1921 г. в докладах на II Всероссийском съезде политпросветов, на VII Московской губернской партконференции, в статье «О значении золота теперь и после полной победы социализма» он формулирует новые функции пролетарского государства в экономической области: регулирование купли-продажи и денежного обращения, организация оптовой и розничной государственной торговли, налаживание товарно-денежных отношений между государственными хозяйственными органами, использование кооперации для укрепления торговой смычки города и деревни, развитие кредитных отношений. «Надо учиться государственному регулированию коммерческих отношений — задача трудная, но невозможного в ней ничего нет»2,— указывал В. И. Ленин.
XI партийная конференция в декабре 1921 г. уже называет в качестве важнейшей политической и экономической задачи такую: обеспечить «руководство хозяйственной работой Советской власти в том направлении, чтобы, исходя из наличия рынка и считаясь с его законами, овладеть им и путем систематических, строго обдуманных и построенных на точном учете процесса рынка экономических мероприятий взять в свои руки регулирование рынка и денежного обращения»3. Прошло менее полугода между X и XI партийными конференциями. Однако какая огромная дистанция отделяет выводы о роли и месте в системе новой экономической политики в первом случае обмена, во втором — торговли!
1 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 44, с. 199.
г 2 Там же, с. 218.
3 КПСС в резолюциях..., т. 2, с. 301.
53


Что нового внесло в теорию вопроса признание неудачи товарообмена? Какие изменения произошли в постановке вопроса о судьбах товарно-денежных отношений в условиях строительства социализма после того, как был сделан вывод о необходимости для Советского государства овладеть торговлей?
Характеризуя сущность новой экономической политики, Ленин отмечал: «Торговля есть единственно возможная экономическая связь между десятками миллионов мелких земледельцев и крупной промышленностью...» 1 В докладе на IX Всероссийском съезде Советов он говорил, что в условиях России «не может быть другой экономической связи между крестьянством и рабочими, т. е. земледелием и промышленностью, как обмен, как торговля. Вот в чем суть»2.
Эти выводы чрезвычайно важны. Они говорят о том, что объективные интересы крестьянства можно удовлетворить лишь на базе товарно-денежных отношений. Однако важнее была другая сторона ленинской формулы. Она была связана с признанием готовности социалистического уклада (в лице государства) взять на себя организацию торговых отношений для укрепления экономического союза с крестьянством. За этим признанием стоял гигантский скачок в развитии торговой политики, в переосмыслении функций Советского государства в развитии союза рабочего класса с крестьянством.
Под непосредственным руководством В. И. Ленина в короткий срок была создана сеть государственной торговли. В оптовой торговле с начала нэпа господствующие позиции остались за государством. Разветвленная сеть бирж, ярмарок, различных торговых предприятий устанавливала связь государственной промышленности с рынком, с крестьянскими массами. Огромную роль в организации снабжения рабочего класса, в продвижении товаров национализированной промышленности в деревню играла потребительская кооперация.
Таким образом, не только обоснование необходимости нэпа, но и сам переход на рельсы нэпа был сопряжен с напряженной теоретической работой В. И. Ленина и всей партии, с всесторонним обобщением новых хозяйственных явлений, глубоким проникновением в их социально-экономическую сущность. Важнейшее достижение этого этапа состоит в том, что прежняя оценка торговли как
1 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 44, с. 226, 8 Там же, с. 808.
54


элемента лишь частнокапиталистического хозяйства сменилась новой: теперь она рассматривалась как арена экономического соревнования различных социальных секторов хозяйства в переходной экономике от капитализма к социализму. Торговля сохранила старую форму. Но содержание ее в корне изменилось. Она стала инструмент том утверждения социалистических производственных отношений.
В последующем практика социалистического строительства в СССР и других странах социалистического содружества показала, что товарно-денежные отношения с успехом служат не только построению социализма, но и построению развитого социалистического общества.
Дальнейшим творческим развитием марксистско-ленинской концепции социализма является выдвинутое третьей Программой КПСС (1961 г.) положение о необходимости всемерного использования товарно-денежных отношений на пути создания материально-технической базы коммунистического общества.
нэп — ПУТЬ ОТ МНОГОУКЛАДНОЙ экономики К СОЦИАЛИСТИЧЕСКОЙ
Теоретически обосновывая необходимость нового курса экономической политики весной 1921 г. в докладе на X съезде партии, в работе «О продовольственном налоге», в ряде публичных выступлений, В. И. Ленин вернулся к проблеме многоукладности советской экономики. Он продолжает разрабатывать конкретные пути преодоления экономической отсталости страны и построения социализма в СССР. Как и в 1918 г., Ленин по-прежнему обращает внимание на сложность перехода к социализму в стране с преобладанием мелкотоварного хозяйства, подчеркивая преимущества госкапиталистических форм хозяйства перед раздробленным мелким производством.
Однако в постановке этой проблемы появился ряд новых моментов. Полнее исследуется вопрос об использовании возможностей несоциалистических укладов и вырабатывается такая экономическая политика, которая бы учитывала экономические интересы соответствующих социальных групп населения, подчиняя их интересам укрепления пролетарской диктатуры.


форм хозяйства как новой формы классовой борьбы явилась одним из наиболее значимых и ярких явлений, характеризовавших переход Советского государства к нэпу.
После того как открытое сопротивление буржуазии было подавлено и сложился прочный военно-политический союз рабочего класса и трудового крестьянства, появилась возможность усилить ведущую роль социалистического уклада с помощью экономических мер, на основе выявления и убедительной демонстрации экономических преимуществ социалистического хозяйства перед всеми остальными общественными формами хозяйства.
Смысл перемен в экономической политике сводился к. тому, чтобы «не ломать старого общественно-экономического уклада, торговли, мелкого хозяйства, мелкого пред-- принимательства, капитализма, а оживлять торговлю, мелкое предпринимательство, капитализм, осторожно и постепенно овладевая ими или получая возможность подвергать их государственному регулированию лишь, в меру их оживления»1. Через свободный рынок, госкапитализм, кооперацию (низшие типы) были найдены переходные формы хозяйства, обеспечивающие постепенное подведение непролетарских элементов к социализму.
Налаживание экономической смычки с крестьянством, использование госкапитализма неизбежно привели к использованию ряда переходных форм и в рамках социалистического уклада. Выход госпромышленности на свободный рынок, сопутствующая конкуренция, использование частного посредника, коммерческого кредита и т. п.~ все это было данью экономической разрухе, отсталости и одновременно выражением политики межклассовых компромиссов. Но эти уступки не влияли на социальную природу государственных предприятий, не влекли за собой изменения типа социально-экономических отношений, носителями которых выступал рабочий класс.
Советское государство одновременно значительно продвинулось вперед в области управления собственно обобществленным хозяйством. В этом — своеобразие первого этапа нэпа.
Наиболее значимым с точки зрения исторической перспективы было изменение с переходом к нэпу методов хозяйствования именно в области социалистического хозяйства. Здесь произошло творческое переосмысление 1 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 44, с. 222,
56


ряда положений, которые лежали в основе сложившейся за три года системы хозяйствования и касались в первую очередь роли товарно-денежных отношений, хозрасчета, прибыли, форм заработной платы, наконец, самих экономических функций пролетарского государства.
Есть определенная логика, закономерность в очередности мероприятий, связанных с переводом социалистического сектора хозяйства на рельсы нэпа. Эти мероприятия дают возможность проследить процесс разработки принципов нэпа.
Крайне тяжелое материальное положение рабочего класса вынуждало партию и правительство сосредоточить свое внимание на первых порах на заработной плате-размере ее, структуре, формах материального поощрения. Перестройка началась с изменения премиальной системы. Были в прогрессивном размере увеличены натуральные выдачи за более производительный труд (декрет СНК от 7 апреля 1921 г. «О натуральном премировании»). С лета 1921 г. с введением коллективного снабжения рабочих и служащих устанавливается более тесная связь между размером заработной платы и качеством работы производственных коллективов. Вновь начинает широко использоваться система сдельной оплаты труда. От пайкового обеспечения государство постепенно возвращается к заработной плате, в которой денежная часть повышается, а натуральная уменьшается \
Уже эти первые мероприятия по материальному стимулированию позволили значительно укрепить трудовую дисциплину, повысить производительность труда, сократить численность персонала на заводах и фабриках.
Огромную роль в дальнейшем развитии политики заработной платы сыграла перестройка тарифной системы. В основу ее был положен принцип, выдвинутый в декрете СНК от 10 сентября 1921 г. «Основное положение по тарифному вопросу»: «Увеличение оплаты должно быть связано прямо и непосредственно с увеличением производительности, со степенью участия рабочего в повышении производства»2.
1 В последний год гражданской войны денежная часть средней месячной зарплаты фабрично-заводского рабочего составила всего 7,4%, натуральная — 92,6%, а в 1921 г. выплата деньгами увеличилась до 13,8% (в декабре—19,3%), в первом полугодии 1922 г.— до 32%, во втором —до 61,8%, а в начале 1923 г.—до 80%. См.: Струмилин С. Г. Заработная плата и производительность труда в русской промышленности за 1913—1922 гг. М.» 1923, с. 28.
2 СУ, 1921, №67, ст. 513. 1
57


В связи с тем что товарообмен через кооперацию срывался, промышленные предприятия начали добиваться права самостоятельного выхода на рынок. Натуральный обмен быстро заменялся денежным. «Наказ СНК о проведении в жизнь начал новой экономической политики» от 9 августа уже прямо предписывал: «...не следует ограничиваться рамками местного оборота и переходить, где это возможно и выгодно, к денежной форме обмена» \
Центральным пунктом «Наказа СНК» явилось требование концентрации промышленности, сохранения на государственном снабжении лишь крупнейших предприятий, имевших ключевое значение в экономическом строительстве, и перевода их на хозяйственный расчет. Тем самым закладывалась база для экономически обоснованного функционирования государственной промышленности с соблюдением таких требований, как строгий режим экономии, повышение производительности труда, обеспечение прибыльности и рентабельности, совершенствование процесса производства и организации труда.
Выход на рынок государственных предприятий со всей остротой поставил проблему оздоровления финансов. Началась борьба за ограничение эмиссии, укрепление советской валюты как важнейшей предпосылки оздоровления и подъема всей экономики, укрепления ведущей роли социалистического хозяйства. Восстанавливается сбор налогов, оплата за транспорт, коммунальные услуги и пр. Переход на принципиально новые основы финансовой политики был закреплен постановлением IV сессии ВЦИК «О мерах по упорядочению финансового хозяйства». В нем говорилось о том, что интересы государственной казны «должны служить интересам правильного развития государственного хозяйства»2. Был учрежден Государственный банк.
Переход к нэпу сопровождался укреплением таких отраслей государственного хозяйства, как финансы, кредит, торговля, и изменением методов руководства. Предшествующая политика опиралась в значительной степени на административные методы, а для нэпа характерно оптимальное сочетание их с методами экономическими. Арсенал средств, использовавшихся государством, значительно расширился, обеспечивая планомерное развитие социалистической экономики.
1 СУ, 1921, № 59, ст. 403.
2 Там же, №69, ст. 550.
58


Современникам нередко казалось, что признание необходимости государственного регулирования товарно- денежных отношений и овладения ими является существенным отступлением Советской власти от принципов социализма. Последующая историческая практика неопровержимо доказала, что, сделав этот шаг под руководством большевистской партии, советский народ упрочил социалистические отношения, создал наиболее благоприятные условия для «обеспечения экономического перехода к основам социализма» 1.
Таким образом, переход к нэпу был сопряжен, во-первых, с постепенным расширением его рамок путем охвата все новых и новых отраслей хозяйства. Во-вторых, он наполнялся более широким социально-экономическим содержанием. Новая экономическая политика началась с нормализации отношений с крестьянством, с допущения частного капитала, а затем новые принципы и методы хозяйствования постепенно стали использоваться в управлении социалистическим сектором хозяйства. Во всех случаях изменения носили глубокий характер. В области отношений с крестьянством военно-политический союз был дополнен экономическим; с буржуазией развертывалось экономическое соревнование по принципу «кто — кого». В руководстве государственными предприятиями торговля, финансы, прибыль и прочие категории стали неотъемлемыми элементами плановой экономики. Как и предвидел К. Маркс, социализм успешно брал на вооружение формы хозяйства, развившиеся в недрах капиталистического способа производства, отделенные и освобожденные от их антагонистического капиталистиче- ского характера 2.
Однако «новое» не должно заслонять «старого», того, что закономерно перешло к нэпу от предшествующих этапов экономической политики Советского государства и что определяло его социалистический характер.
Нэп наследовал такие принципы, функции и способы управления, как планомерное развитие и регулирование народного хозяйства, демократический централизм, привлечение масс к управлению, социалистическое соревнование, административные, экономические, организационные, воспитательные методы воздействия социалистического государства, средства материального и морального стимулирования трудовых усилий, правовое регулирование.
1 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 44, с. 205.
2 См.: Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 25, ч. 1, с. 426.
59


Нэп обеспечил сохранение и укрепление национализированной собственности. Возвращена была прежним владельцам лишь часть мелких промышленных пред? приятий, которыми к концу гражданской войны местные органы власти не смогли еще практически овладеть. Сдача предприятий в концессию и аренду сопровождалась опережающим ростом производства на действовавших государственных фабриках, заводах, шахтах, рудниках и т. п. Переход к нэпу упрочил ведущую, направляющую роль социалистического сектора хозяйства. Рабочий класс под руководством Коммунистической партии не жалел сил для восстановления крупной промышленности и повышения производительных сил, упрочения своих позиций как руководящей силы советского общества.
«Индустриализация и нэп»— эта проблема была поставлена уже с момента перехода к нэпу, Она определяла важнейшую стратегическую задачу этой политики, ее социальную окраску, основные закономерности ее развития.
Говоря о создании максимально благоприятных условий для подъема середняка, о допущении частного капитала, Ленин постоянно держал в поле зрения главную проблему экономической политики переходного периода в целом, ставшую теперь и главной, основной задачей нэпа — восстановление и развитие крупной промышленности, укрепление диктатуры пролетариата. Обосновывая необходимость начать восстановление экономики с сельского хозяйства, с мелкой промышленности, он неизменно подчеркивал, что этот путь —единственно возможный в условиях разрухи для подъема крупного производства1. Во всех своих трудах и выступлениях, начиная с X съезда партии, В. И. Ленин акцентировал внимание на том, что нэп создает реальную, практическую основу для выполнения выдвинутой ранее программы развития крупного производства, т. е. плана ГОЭЛРО, что, лишь опираясь на крестьянство, рабочий класс сможет двинуть вперед производство, что накопления сельского хозяйства, торговли, ремесла дадут возможность в недалеком будущем обеспечить развитие высокими темпами и тяжелой промышленности. Обосновывая на III конгрессе Коминтерна тактику РКП (б), связанную с переходом к нэпу, Ленин подчеркнул, «что единственной возможной экономической основой социа-
’ См.: Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 43, с, 306—307, 311; т. 44, с. 50—51 и др,
60


лизма является крупная машинная индустрия. Тот, кто забывает это, тот не коммунист»1. Надо, говорил он, восстановить прежде всего крупную промышленность2.
Одновременно переход к нэпу означал появление ряда новых моментов и в программе индустриального развития советского общества. Во-первых, это касалось темпов развития промышленности. X партконференция, подчеркнув необходимость скорейшего восстановления промышленного производства, в качестве первоочередной выдвинула задачу увеличить производство товаров широкого потребления и крестьянского обихода 3.
Однако эти новые моменты не меняли основных направлений индустриальной политики Советского государства. Первоочередное внимание к сельскому хозяйству, легкой промышленности не противоречило основной задаче восстановления и развития крупного производства, а создавало необходимые предпосылки для ее успешного решения. В. И. Ленин квалифицировал как нелепую и смешную саму мысль о том, что в связи с переходом к нэпу партия отказалась или на время забыла о своих основных целях4.
Проблема восстановления промышленного потенциала страны как ближайшая задача никогда не заслоняла перспектив технической реконструкции и самой промышленности и всего народного хозяйства на новой основе — электрификации. Учитывая опыт капиталистических стран, В. И. Ленин считал, что именно электрификация намного ускорила бы процесс восстановления, ибо «восстановление промышленности на старой основе требует слишком много труда и времени» 5.
Известно, какое огромное внимание уделял В. И. Ленин осуществлению плана ГОЭЛРО. Это и практическая помощь строительству первенцев советской энергетики — Шатурской, Каширской, Волховской, Иваново-Вознесенской и других станций, и забота о создании электропа- хотных орудий и скорейшей закупке за границей современного оборудования для облегчения тяжелого труда горняков, и выработка мер пропаганды плана электрификации страны.
Все эти моменты определяли ведущую роль «старого» в нэпе. Курс Коммунистической партии, Советского госу1 Ленин В. И. Полн, собр, соч., т, 44, с. 50.
2 См. там же, т. 43, с. 305.
3 См.: КПСС в резолюциях..., т. 2, с. 269.
4 См.: Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 43, с. 306.
6 Там же, т. 44, с. 51.
61


дарства на социалистическое преобразование экономики, на обеспечение победы социалистических отношений над капиталистическими, на всестороннее познание и всемерное использование закономерностей нового общества получил с переходом к мирному строительству дальнейшее творческое развитие.
Выступая с заключительным словом на X Всероссийской партийной конференции, В И. Ленин заявил: «Мы можем одержать победу на хозяйственном фронте»1. За этой уверенностью в оценке перспектив проведения новой экономической политики стояла убежденность в прочности теоретических позиций, в верности выбранного политического курса, в готовности партии к его осуществлению. Последующие годы показали правильность ленинской оценки.
Новая экономическая политика была рассчитана на укрепление и расширение социалистического сектора в экономике и полную победу социалистических отношений, постепенное обобществление мелкотоварного производства, ликвидацию капиталистических элементов в городе и деревне, на построение социализма.
Важнейшими направлениями этой политики были: выявление преимуществ и обеспечение опережающего роста социалистического сектора в ходе восстановления народного хозяйства и индустриализации страны; укрепление экономического союза рабочего класса и трудящегося крестьянства, развитие кооперативного движения как «столбовой дороги» перехода крестьянства к социализму; временное допущение, ограничение и вытеснение буржуазных элементов. Наряду с директивными нэп предусматривал широкое использование экономических методов руководства (на базе товарно-денежных отношений).
Ведущая роль в осуществлении нэпа принадлежала рабочему классу, руководимому Коммунистической партией, и Советскому государству.
Нэп, проводившийся в условиях мирного строительства нового общества и направленный преимущественно на решение созидательных социально-экономических задач, отразил объективные закономерности переходного периода от капитализма к социализму.
1 Ленин В. И. Полн. собр. соч г т 43, с, 332.


ТРУДНАЯ ПРОВЕРКА
ПЕРЕГРУППИРОВКА СИЛ СОЦИАЛИСТИЧЕСКОГО СЕКТОРА
История нэпа — это история его эволюции, развития, обогащения новыми формами и принципами хозяйствования и его отмирания. Научная трактовка нэпа должна строиться на принципах историзма.
Новая экономическая политика разрабатывалась и воплощалась в жизнь как неотъемлемый элемент ленинского комплексного плана построения социализма в СССР; она обеспечивала политическое, социальное, национальное, культурное, идеологическое развитие общества и в то же время во многом зависела от него. Эволюция нэпа закономерно была связана с изменениями в соотношении социально-экономических укладов и соответственно— в социальной структуре советского общества, с постановкой новых задач хозяйственного строительства, с изменениями в международной обстановке и т. п.
Эти связи с объективной необходимостью определили особенности новой экономической политики на различных этапах ее проведения. Поэтому историческое значение нэпа можно правильно осмыслить, лишь учитывая всю совокупность использовавшихся принципов, форм, методов хозяйствования на протяжении всего времени ее проведения.
1922 г. завершился в основных чертах переход к новой экономической политике. После перестройки управления всеми социальными секторами и отраслями народного хозяйства она сложилась уже как целостная система.
В. И. Ленин видел огромную историческую заслугу Коммунистической партии в том, что этот переход был осуществлен организованно. С окончанием войны, после победоносного «штурма» позиций капитализма центральной революционной задачей явилось «отступление в порядке». И «мы этот экзамен выдержали» \
1 Ленин В. И. Полн, собр, соч., т. 45, с. 110, 283.
63


Несмотря на огромные трудности, переживаемые Советской Россией, связанные не только с разрухой, неурожаем и голодом в ряде районов страны, но и с крутой переориентацией масс, партийных, советских и хозяйственных кадров, с напором новоявленных нэпманов и международной буржуазии, которые рассчитывали на восстановление буржуазных порядков, позиции пролетарской диктатуры были не ослаблены, а, наоборот, упрочены. Об этом свидетельствовали улучшение, материального положения и политического настроения рабочего класса, его ведущих отрядов, рост хозяйственной активности деревни, крепнущее доверие широких масс крестьянства к партии и государству, оживление легкой государственной, а также кустарно-ремесленной промышленности, расширение товарооборота и накоплений от внутренней и внешней торговли, укрепление государственных финансов.
Кризис весны 1921 г. был преодолен. Начался хозяйственный подъем и в городе и в деревне. В. И. Ленин с глубоким удовлетворением отмечал, что «кое в чем мы, при всем нашем разорении, нищете, отсталости, голоде, начали двигаться вперед в области подготовительной к социализму экономики, тогда как рядом с нами, во, всем мире, страны более передовые, в тысячу раз более нас богатые и военно-могущественные, продолжают двигаться назад в области «ихней»,. ими прославленной, им знакомой, сотни лет уже испытанной, капиталистической экономики» 1.
Нэп вступил в самый трудный и ответственный этап. После того как были допущены буржуазные элементы, использованы некоторые «старые» формы и методы хозяйствования, предстояло перед лицом масс умело овладеть всем нэповским «арсеналом», наглядно продемонстрировать реальные преимущества социалистических принципов и форм организации производства. «Практически нужно доказать, что ты работаешь не хуже капиталистов» 2.
Критически оценивая итоги года, прожитого в условиях нэпа, В. И. Ленин на XI съезде партии (27 марта — 2 апреля 1922 г.) отметил, что «действительно, мы за этот год в области новой экономической политики научились чрезвычайно многому»3. Однако, встав на путь нормализации экономических отношений города и деревни,
1 Ленин. В. И. Полн. собр. соч., т. 44^ с. 418.
2 Там же, т. 45, с. 92.
3 Там же, с, 73.
64


смычку между ними в полном объеме обеспечить еще не смогли; частника не везде поставили в строгие и надежные рамки контроля и регулирования. Вредила делу про- ' должавшаяся под флагом перехода к нэпу лихорадочная перестройка работы ряда хозяйственных учреждений без определенного плана и цели. Поэтому проведение нэпа оставалось «главным» очередным» все исчерпывающим лозунгом» 1 партии.
XI съезд партии по предложению В. И. Ленина выдвинул лозунг о завершении отступления. Обосновывая этот лозунг, Ленин указал, что главные приемы работы по-новому намечены; опробованы важнейшие формы допущения и использования частного капитала; обеспечен перелом в экономике, созданы условия для ее подъема во всех отраслях и социальных секторах; государство в основном осуществляло контроль за этим процессом. Насущные задачи партии на новом этапе революции заключались в перегруппировке сил. Как и весной 1918 г., акцент переносился на прозаические, но имевшие решающее значение для окончательной победы социализма меры — обучение и правильную расстановку кадров и проверку исполнения, учет и контроль, повышение уровня руководства и ответственности. В речи на заседании коммунистической фракции Всероссийского съезда металлистов 6 марта 1922 г. Ленин заявил: «Нам нужны не новые декреты, не новые учреждения, не новые способы борьбы. Нам нужна проверка пригодности людей, проверка фактического исполнения» 2
Одновременно предстояло решать проблемы совершенствования механизма нэпа, обеспечения тесного взаимодействия всех его элементов и на этой основе — подготовки нового наступления на капитализм.
Как отметил в дальнейшем XII съезд РКП (б), «начинается период уточнения и конкретизации методов хозяйствования при нэпе, значение которого усвоено всей партией»3.
В годы нэпа Советское государство использовало разнообразные приемы хозяйственного руководства — и административные и экономические. На различных этапах переходного периода соотношение этих методов в механизме государственного руководства хозяйством было весьма различным и зависело от ряда субъективных и объективных причин. Так, при переходе к нэпу применя-
1 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 45, с. 308.
2 Там же, с. 16.
3 КПСС в резолюциях..., т. 2, с. 405.
5
Заказ 2381
65


лись еще преимущественно административные меры. Как было отмечено в резолюции XII съезда партии, «самый переход от военного коммунизма к нэпу совершался в значительной мере методами военного коммунизма...» В этот период экономические методы управления лишь прокладывали себе дорогу.
Найти оптимальное соотношение различных методов руководства было нелегко. Это объясняется тем, что ряд важных проблем экономической теории был недостаточно разработан. В частности, использование закона стоимости и связанных с ним экономических категорий в условиях переходного периода трактовалось советской экономической мыслью в основном еще как мера вынужденная, связанная с отсталостью и разрухой хозяйства, многоукладностью, недостаточной организованностью социалистического хозяйства, как результат влияния мелкотоварного и капиталистического хозяйства. Признание необходимости использования товарно-денежных отношений и овладения ими сочеталось с тезисом о неизбежном постепенном отмирании этих отношений по мере упрочения позиций социализма. Закон планомерного развития хозяйства и закон стоимости рассматривались как временно взаимодействующие, но противоположные по своей социальной природе. Таким образом, путь от допущения и использования денег, цен, кредита и тому подобных форм к эффективному овладению ими в интересах социализма был сопряжен с трудными поисками, экспериментами, настойчивой борьбой с враждебными теориями и преодолением собственных иллюзий.
В свете новых условий и требований хозяйственного руководства совершенствовалась структура центральных и местных хозяйственных органов. Был укреплен или воссоздан вновь аппарат по руководству теми отраслями хозяйства, которые быстро развивались в условиях нэпа (торговля, финансы, кредит). В частности, при Совете Труда и Обороны в мае 1922 г. организовалась Комиссия по внутренней торговле. Начав с всестороннего изучения внутреннего рынка, характера и темпа его оживления, комиссия быстро расширяла свои полномочия $ области регулирования государственной, кооперативной и частной торговли, разработки политики в области налогов, кредитов, цен, товароснабжения, торгового законодательства и пр. На основе новых методов хозяйственного руководства реорганизовался аппарат ВСНХ, НКПС.
1 КПСС в резолюциях..., т. 2, с. 418.
66


Одновременно решалась задача укрепления партийных сил, поставленная XI съездом партии. Путем мобилизации и кропотливой работы по учету и перераспределению кадров коммунистов, сосредоточенных ранее в армии и административных учреждениях, направляют по специальности в соответствующие отрасли экономики, в первую очередь в органы торговли, финансов, кооперации. Завершается процесс привлечения буржуазных специалистов к руководству хозяйством. Кадры хозяйственных руководителей пополняют выпускники коммунистических вузов, специальных средних и высших учебных заведений, а также практики, выдвинутые на руководящую работу. В докладе на XIII съезде партии председатель ЦКК РКП (б) и нарком РКИ СССР В. В. Куйбышев заявил: в подборе руководителей хозяйственных организаций и учреждений «мы достигли таких результатов, что руководство и партийное влияние нами в известной мере достигнуто и что руководители ведут выдержанную партийную линию»1. Первостепенное значение эта работа имела для промышленности.
Непосредственным следствием и одновременно предпосылкой эффективного осуществления новых принципов хозяйствования в государственной промышленности явилась концентрация производства. При скудных средствах, ограниченных возможностях заготовки сырья и материалов, слабости аппарата управления экономический расчет требовал сохранить в непосредственном ведении ВСНХ лишь наиболее важные с народнохозяйственной точки зрения предприятия, а остальные временно закрыть или сдать в аренду, в концессии.
К концу 1922 г. в результате последовательного проведения в жизнь этого принципа государство продолжало эксплуатировать лишь третью часть ранее национализированных предприятий. Остальные бездействовали или были сданы в аренду. Благодаря концентрации материальных ресурсов и рабочей силы ускорилось восстановление передовых предприятий, повысилась нагрузка на действующее оборудование, поднялась производительность труда. За период 1921—1924 гг. валовая продукция крупной государственной промышленности возросла более чем вдвое.
Осуществляя концентрацию производства и другие хозяйственные мероприятия, партия исходила в первую очередь из необходимости укрепления социалистического 1 Тринадцатый съезд РКП (б). Стенографический отчет. М., 1963,
67


государства, политической мощи рабочего класса. Были решительно отвергнуты требования троцкистов, которые под предлогом «заботы» о хозяйственной рентабельности, пренебрегая коренными социальными интересами рабочего класса, предлагали закрыть крупнейшие промышленные предприятия, в том числе ленинградский Путилов- ский, Брянский, Саратовский заводы и ряд других предприятий. Партия указывала: «...здесь больше, чем в какой бы то ни было другой области, коммерческие и бюджетные соображения должны контролироваться соображениями политическими, т. е. в данных условиях соображениями об охране политической мощи рабочего класса. Там, где закрытие заводов обозначало бы удар по политической силе пролетариата, подрывало его основные кадры и вело к их распылению,— там проведение жесткой концентрации было бы недопустимой политической ошибкой»
На действовавших предприятиях были сохранены основные кадры рабочего класса. Резко увеличилось число рабочих, приходившихся на одно предприятие, Уже с 1923 г. начался быстрый рост численности кадров государственной промышленности. С 1923 по 1925 г. ежегодный относительный прирост рабочих крупной и средней промышленности составил 23,4, 14,8 и 24,4%.
Сократив число действовавших предприятий, Советское правительство настойчиво добивалось резкого улучшения качества их работы. Борьба за качество была связана с последовательным внедрением хозрасчетных отношений. Практика хозяйствования целиком оправдывала предвидение В. И. Ленина, который в конце 1921 г. писал, что хозяйственный расчет в ближайшем будущем станет преобладающим или исключительным методом ведения хозяйства. Введение хозрасчета он связывал с «настоятельнейшею необходимостью повысить производительность труда, добиться безубыточности и прибыльности каждого госпредприятия...»2.
В рамках социалистического хозяйства хозрасчет приобрел иное, нежели в условиях капитализма, содержание. Он не был направлен на увеличение прибыли любой ценой. Обеспечивая прибыльность, увеличивая накопления, государственные предприятия не теряли из виду главного — снабжение народного хозяйства и общества в целом необходимыми продуктами. Наряду с обувью и текстилем, производство которых давало большую при-
1 КПСС в резолюциях..., т. 2, с. 521.
2 Ленин В. И. Полн, собр. соч., т. 44, с. 343, 68


быль, быстро рос выпуск паровозов и сельхозмашин, временно приносивший крупные убытки. Учитывая огромные трудности восстановления таких отраслей, как металлургия, энергетика, топливо, и в то же время их решающую роль в подъеме всего народного хозяйства, Советское правительство оставило их на государственном снабжении. Значительные дотации получал и Наркомат путей сообщения. Границы хозрасчета расширялись здесь постепенно, по мере оздоровления экономики в целом.
Новые условия требовали новых форм руководства государственными предприятиями.
Система руководства государственными предприятиями через главки при ВСНХ, утвердившаяся в условиях гражданской войны и связанная с жесткой централизацией управления всеми сферами деятельности предприятий на территории всей огромной страны, в условиях нэпа стала уже несовместимой с требованиями хозяйственной самостоятельности, оперативности в условиях быстро меняющейся конъюнктуры, с использованием товарно-денежных рычагов. Постановлением СТО от 12 августа 1921 г. наиболее крупные, технически оборудованные и удобно географически расположенные и обеспеченные сырьем, материалами, рабочей силой предприятия объединялись в тресты.
Создавая тресты, Советское правительство решало двуединую задачу: с одной стороны, повышало роль высшего звена (ВСНХ) в разработке планов развития отрасли в целом и контроле за их осуществлением, в проведении технической политики; а с другой — децентрализовало оперативные функции по руководству отдельными предприятиями. Принцип демократического централизма получил новую форму воплощения. Тресты до конца 20-х годов оставались основной производственной единицей в социалистической промышленности. Как хозрасчетные объединения, они были наделены правами планирования, распределения средств, расстановки кадров, проведения торговых операций как между самими трестами, так и на свободном рынке. В тресты вошло до 90% всех национализированных промышленных предприятий, не сданных в аренду.
Тресты создавались в обстановке, когда еще не сложился самостоятельный аппарат государственной торговли и в посреднических операциях большую роль играл частник. Поэтому родилась такая специфическая хозяйственная организация, как торговый синдикат. Начав с трестов, производивших предметы потребления, синдика69


ты к концу 1923 г. объединили до 50% крупных трестов различных отраслей промышленности. Всего образовалось до 20 синдикатов. Изучая емкость рынка, регулируя торговые операции, цены, заготавливая сырье, маневрируя товарными фондами, они играли важную роль в объединении и увеличении оборотных капиталов промышленности, укреплении аппарата оптовой торговли, оздоровлении рынка в целом, в борьбе с нэпманской буржуазией. Ряд синдикатов взяли на себя реализацию большей части или всей продукции ведущих отраслей промышленности (текстильной, нефтяной, соляной, швейной). Постепенно накапливался ценный практический опыт организации государственной торговли и продуктами широкого потребления и предметами производственного назначения.
Торговый аппарат трестов, синдикатов, а на местах губторгов или промторгов при совнархозах, а также потребительской кооперации позволил Советскому государству с переходом к нэпу укрепиться в оптовом звене товарооборота, куда частник был допущен в очень ограниченных размерах. В 1923/24 г., когда частная оптовая торговля достигла относительно наивысшего уровня, ее удельный вес во всей оптовой торговле составил лишь 18,1%. В следующем, 1924/25 г. эта цифра была уже вдвое ниже. Овладев с самого начала нэпа такой командной экономической высотой, как оптовая торговля, государство получило возможность постепенно усиливать плановое регулирование рынка и вытеснять частный капитал.
Для ограничения стихии рынка наряду с новыми формами его организации й регулирования использовались и традиционные институты — товарные биржи, ярмарки. Однако в условиях советского хозяйства в корне менялось их содержание: они превращались в орудие проведения государственной политики, планового начала в области товарооборота.
Наряду с оптовой сразу же возникает и государственная розничная торговля. Однако в первые годы нэпа государственные магазины были еще малочисленны, так как отсутствовали необходимые средства, кадры и опыт для развертывания широкой сети розничных предприятий. Сказывалась и известная недооценка возможностей развития государственного сектора в этой области. На совещаниях хозяйственников, в печати довольно широко обсуждался вопрос, способно ли вообще государственное предприятие конкурировать с частным, учитывая мобиль70


ность последнего, быструю приспособляемость к рынку, высокую прибыльность и т. п. Учитывая лишь временные факторы, связанные с трудностями периода становления советской торговли, некоторые хозяйственники делали далеко идущие выводы: они считали, что пролетарскому государству и по экономическим соображениям,- и ввиду предстоящей якобы ликвидации торговли, замены ее продуктообменом нецелесообразно брать на себя ответственность за доведение товаров непосредственно до потребителей.
На Пленуме ЦК РКП (б) весной 1924 г. были разоблачены попытки троцкистских элементов обосновать капитулянтскую «теорию» ликвидации государственной розничной торговли. Одновременно ЦК РКП (б) признал целесообразным использовать на первых порах с целью завоевания рынка и борьбы с частным капиталом главным образом потребительскую кооперацию, имевшую налаженную товаропроводящую сеть, массовые кадры и опиравшуюся на самодеятельность и материальные средства населения.
С 1922/23 г. по 1924/25 г. розничный оборот государственного сектора вырос в 3 раза, удельный вес его во всей розничной торговле поднялся с 14,4 до 19,9%. Кооперация соответственно увеличила оборот в 8 раз, удельный вес ее поднялся с 10,3 до 37,7%. Более низкие цены на товары в государственном и кооперативном секторе по сравнению с частной торговлей приносили весьма ощутимые выгоды населению.
Важнейший принцип социалистического хозяйствования— монополия внешней торговли. В начале нэпа партия отбила попытки оппозиционных группировок подорвать государственную монополию в области внешних сношений. Ленин убедительно доказал, что любое отступление перед частнокапиталистической стихией неминуемо ведет к потере государством этой командной высоты. В условиях капиталистического окружения, преобладания в советской экономике досоциалистических форм хозяйства государственная монополия являлась важнейшим условием защиты внутреннего рынка от экспансии иностранного капитала.
Провозгласив и последовательно проводя на практике принцип мирного сосуществования между государствами с различным социальным строем, Советское правительство стремилось всемерно использовать международное экономическое сотрудничество в интересах ускорения строительства социализма. В качестве условия восста71


новления и развития традиционных экономических связей выдвигались следующие принципы: взаимная выгода, равенство отношений со всеми странами, обеспечение экономической независимости Советского государства.
В первые годы нэпа объем внешнеторговых операций был невелик— 12—13% довоенного; налаживавшиеся контакты весьма неустойчивы. Крупные монополистические объединения занимали или выжидательную позицию, или открыто саботировали советские предложения. К концу восстановительного периода внешний оборот достиг уже половины довоенного. Сохраняя незыблемым принцип монополии, партия боролась за совершенствование форм ее осуществления. С 1925 г. внешнеторговый аппарат начал перестраиваться в соответствии с потребностями быстро развертывавшегося товарооборота.
В условиях восстановления народного хозяйства, общего недостатка оборотных средств особенно важную роль играли кредитные отношения. Банковский кредит «составил тот маневренный фонд государства, без которого планомерное развитие промышленности и всего народного хозяйства невозможно» \ В 1922 г. наряду с Государственным банком были открыты ряд отраслевых банков — Торгово-промышленный, Российский коммерческий, Банк потребительской кооперации и другие, а также местные коммунальные банки. Система банковских учреждений дополнялась в деревне кредитной кооперацией (кредитные и ссудо-сберегательные общества), руководимой местными и Центральным сельскохозяйственным банками, а в городе — обществами взаимного кредита, обслуживавшими частнокапиталистические промышленные и торговые предприятия.
В октябре 1922 г. был сделан важный шаг и на пути оздоровления финансов. Хотя эмиссия совзнаков продолжалась все ускоряющимися темпами, Госбанк, накопивший уже значительные ценности, смог выпустить в оборот банковский билет (червонец), имевший твердое обеспечение. К концу 1923 г. удельный вес червонцев в стоимости всей денежной массы достиг уже 3/4
Весной 1924 г. денежная реформа была завершена, совзнак вытеснен из обращения. Торговый оборот начал строиться на основе твердой советской валюты. Как отметила XIII партконференция, «успешное разрешение этой задачи обозначает улучшение положения крестьянского хозяйства, повышение материального положения
1 КПСС в резолюциях..., т. 2, с. 525.
72


рабочего класса и трудовых слоев населения вообще и оздоровление всего хозяйства»1.
В начале нэпа основные усилия финансовых органов были направлены на мобилизацию оборотных средств, увеличение государственных доходов. Вводится плата за все услуги (транспорт, связь, коммунальное хозяйство и пр.). Одновременно устанавливаются налоги на все виды производства и обращения. В 1923/24 г. налоги и пошлины обеспечили 34% всей суммы доходов по госбюджету. Во всех звеньях аппарата повышается финансовая дисциплина. Большая работа проводится по укреплению местного бюджета. За девять месяцев 1922 г. дефицит государственного бюджета (превышение расходов над 'доходами) составил 43,4%, в 1922/23 г.— 27,1%, а в 1923/24 г. был сведен к минимуму. Это означало, что советские хозяйственные органы выработали «действительно соответствующие жизни бюджетные планы, которые в большей мере, чем до сих пор, позволяют предвидеть и рассчитывать в области государственного управления и хозяйства»2. В расходной части бюджета резко сократился удельный вес ассигнований на аппарат управления и армию. Полученные по государственному бюджету средства направлялись на развитие главным образом крупной промышленности.
Переход социалистического сектора на рельсы новой экономической политики позволил обеспечить быстрый подъем производства, улучшить качественные его показатели, полнее выявить преимущества социалистического метода хозяйствования. За три года нэпа добыча угля и нефти выросла в 1,5 раза, выплавка чугуна—в 4, производство хлопчатобумажной пряжи — в 2, сахарного песка— в 7 раз и т. п. Выработка на одного рабочего увеличилась почти в 1,5 раза.
Однако переход на новые методы хозяйствования в различных отраслях совершался неравномерно, без должной согласованности, функции хозяйственных органов не были четко разграничены. В промышленности вводился хозрасчет в условиях, когда совзнак продолжал быстро обесцениваться. Наркомфин, стремясь скорее увеличивать поступления в госбюджет, устанавливал такие высокие ставки налогового обложения торговли, которые тормозили развертывание ее сети и оборотов. В роли организаторов торговли выступал ряд наркоматов (ВСНХ, 1 КПСС в резолюциях..., т. 2, с. 526.
2 Советское народное хозяйство в 1921—1925 гг. М., 1960, с. 495—496.
73


Наркомпрод, Наркомзем), Госбанк, Комиссия по внутренней торговле при СТО и др. Ведомственные интересы продающих и заготавливающих организаций были еще плохо скоординированы и согласованы. Попытки Комиссии по внутренней торговле в централизованном порядке наладить регулирование цен наталкивались на сопротивление отдельных наркоматов.
Тот факт, что в первые годы нэпа промышленные наркоматы сами занимались организацией торговли, привел руководителей ВСНХ к неверному выводу о роли оборота. Они считали, что он лишь продолжает процесс производства. Поэтому главную задачу государственных органов при организации торговли видели в том, чтобы обеспечить наиболее благоприятные условия для интенсивного подъема государственной промышленности: широкий рынок сбыта, заготовки сырья и материалов по выгодной цене, высокую норму прибыли. При этом недооценивалась важнейшая политическая задача — укрейле- нйе через сферу товарооборота экономического союза рабочего класса и крестьянства.
Все это привело к появлению серьезных диспропорций на рынке в соотношении цен на промышленные и сельскохозяйственные товары (так называемые «ножницы» цен). О наличии диспропорций свидетельствовала заминка со сбытом промышленных товаров весной 1923 г. А осенью разразился кризис сбыта.
Это произошло в результате снижения заготовительных цен на важнейшие зерновые культуры и чрезмерного повышения отпускных цен промышленными трестами. «Выпущенные на хозрасчет наши тресты, оказавшись на время без узды, слегка «перенэпили» 1 — так много лет спустя оценивал сложившуюся ситуацию известный советский экономист академик С. Г. Струмилин. За девять месяцев 1923 г. тресты, непосредственно подчиненные ВСНХ, получили чистую прибыль в размере 79 млн. руб., в то время как 1922 г. они закончили с убытком в 3 млн. руб.
Несмотря на большую нужду в промышленных товарах, крестьяне не могли их приобретать из-за слишком высоких цен. Так, до войны крестьянин, чтобы оплатить стоимость плуга, должен был продать 6 пудов пшеницы, а в 1923 г.— 24 пуда; чтобы оплатить стоимость сенокосилки— соответственно 125 и 544 пуда. На этих «ножницах» крестьянство теряло 0,5 млрд, руб., т. е. половину 1 Струмилин С. Г, На плановом фронте. 1920—1930 гг. М., 1958, с. 263.
74


своего платежеспособного спроса (в оценке продукции по довоенным ценам). Несмотря на то что в 1922/23 хозяйственном году в результате увеличения валовой продукции сельского хозяйства, подъема его товарности деревня смогла выбросить на рынок почти в 2 раза больше продуктов, чем в предыдущем году, из-за неблагоприятного соотношения цен емкость крестьянского рынка на промышленные товары осталась неизменной.
«Ножницы» цен партия охарактеризовала как результат неумения «нашей госпромышленности и торговли проложить себе дорогу к крестьянскому массовому рынку»
Всестороннее обсуждение причин «кризиса сбыта», проведенное ведущими хозяйственными органами под руководством ЦК Коммунистической партии, позволило существенно продвинуться в теоретической разработке и практическом осуществлении новой экономической политики. Главный вывод заключался в том, что «переживаемый нами кризис подчеркивает необходимость усиления работы по согласованию отдельных отраслей народного хозяйства и усилению планового начала в работе государственных хозяйственных органов. В гораздо большей мере, чем до сих пор, партия должна научиться согласовывать элементы государственного хозяйствам их взаимодействии как между собой, так и с рынком»2. То есть речь шла о разработке целостного механизма хозяйствования. Такой механизм, отражая интересы пролетарского государства, призван был обеспечить эффективное регулирование всех социально-экономических укладов, всего народного хозяйства в целом.
Эту задачу В. И. Ленин выдвинул еще при переходе к нэпу. Ее решение надо было начинать снизу, «с образцовой постановки небольшого «целого», но именно «целого», т. е. не одного хозяйства, не одной отрасли хозяйства, не одного предприятия, а суммы всех хозяйственных отношений, суммы всего хозяйственного оборота, хотя бы небольшой местности» 3.
После того как первые шаги в этом направлении были сделаны, возникла необходимость изучить, обобщить приобретенный опыт и пошире распространить его. Важную роль в этом сыграла публикация отчетов местных органов власти, прежде всего экономических совещаний (ЭКОСО). Отчеты были опубликованы в соответствии с 1 КПСС в резолюциях..., т. 2, с. 517.
2 Там же, с. 527.
3 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 43, с. 234.
75


ленинским «Наказом от СТО (Совета Труда и Обороны) местным советским учреждениям». Анализ этих отчетов, проделанный в 1922 г. по распоряжению СТО, позволил представить более или менее развернутую картину подъема народного хозяйства на рельсах нэпа.
Однако кризис 1923 г. показал, что работа по формированию целостного механизма хозяйствования продвинулась еще недостаточно далеко. В ходе и после преодоления кризиса она продолжалась. Проблемы совершенствования плановой работы и укрепления планового начала в экономике, более широкого внедрения и рационального использования экономических методов управления и в дальнейшем оставались в центре внимания партии. Они нашли отражение в решениях XII, XIII и XIV съездов партии, партконференций и пленумов ЦК. Во всех этих документах партия рассматривает улучшение качественных показателей деятельности обобществленных предприятий как важнейшее условие повышения ведущей роли социалистического хозяйства, укрепления пролетарской диктатуры.
По мере оживления товарооборота складывались предпосылки для перехода к более планомерному регулированию рынка со стороны государства. «Вопросы торговли становятся перед партией во весь рост»1,—^отметила XIII партийная конференция в начале 1924 г. Создание весной 1924 г. Наркомата по внутренней торговле свидетельствовало о значительном расширении торговых функций пролетарского государства и знаменовало собой начало нового этапа советской торговли как самостоятельной и полноправной отрасли социалистического хозяйства. ■
При переходе к нэпу В. И. Ленин писал: «Торговля — вот то «звено» в исторической цепи событий, в переходных формах нашего социалистического строительства 1921—1922 годов, «за которое надо всеми силами ухватиться» нам, пролетарской государственной власти, нам, руководящей коммунистической партии. Если мы теперь за это звено достаточно крепко «ухватимся», мы всей цепью в ближайшем будущем овладеем наверняка»2. Создание Наркомвнуторга означало, что задача становления социалистического сектора торговли была уже в основном решена. Теперь предстояло решить задачу более высокого порядка — изучив новый, социалистический ха1 КПСС в резолюциях..., т. 2, с. 523.
2 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 44, с. 225.
76


рактер товарно-денежных отношений, учитывать их при дальнейшей разработке экономической политики и использовать в регулировании экономики переходного периода.
Огромное принципиальное значение имело определение партией характера социалистического накопления, путей повышения производительности труда, рентабельности промышленности, роли внешней торговли в развитии производительных сил страны и обеспечении самостоятельности советской экономики в обстановке капиталистического окружения. В борьбе с ревизионистскими теориями партия убедительно доказала последовательно социалистический характер производственных отношений в национализированных предприятиях.
В решениях партии и Советского правительства нашли отражение большие успехи в развитии политической экономии социализма. Советская экономическая наука изучала характер действия закона планомерного и пропорционального развития, получавшего все больший простор, по мере того как укреплялся социалистический сектор, накапливался практический опыт работы обобществленных предприятий,^ совершенствовалась деятельность государственных и общественных организаций, росла сознательность и организованность масс. На основе этого она раскрывала пути усиления планового начала, в частности через овладение товарно-денежными отношениями. Признав факт, что в переходный период действует закон стоимости, советская наука изучала то новое в его социальном содержании и характере проявления, что было обусловлено ведущей рольк) социалистического сектора хозяйства. Ученые исследовали пути повышения авторитета плана как директивы, как «задания пролетариату», методы сочетания текущих и перспективных планов, привлечения масс к составлению планов и к борьбе за их выполнение.
Политэкономия социализма формировалась как наука в ожесточенной борьбе с буржуазными и мелкобуржуазными теориями, носителями которых выступала большая часть буржуазных специалистов, привлеченных на советскую службу, а также троцкисты и правооппортунистические элементы внутри самой партии.
Позиции идеологов буржуазии сводились в конечном счете к оценке обобществленного хозяйства как «заведомо нерационального», не способного выдержать экономическое соревнование с частнокапиталистическим хозяйством. На практике это выражалось в стремлении восста- 77


повить в советском хозяйстве пропорции довоенной капиталистической экономики, свести роль плана лишь к прогнозированию на основе изучения стихийно действующих экономических законов, навязываемых капитализмом. Борьба с представителями буржуазной науки, отстаивавшими торжество рыночной стихии в советском хозяйстве, проходила, как писал С. Г. Струмилин, «красной нитью через все наши «методологические» дискуссии и практические опыты первых лет в области планирования» \
Партия разоблачила теоретическую несостоятельность и пагубность для дела социализма «программы» троцкистов. Потерпела полный крах их попытка принизить роль Советского государства в регулировании многоукладной экономики, противопоставить планирование и торговлю в качестве антагонистических начал в системе социалистического хозяйства («теория» о «двух регуляторах советской экономики»). Был доказан антинаучный характер выдвинутого троцкистами пресловутого «закона первоначального социалистического накопления». Этот «закон», по существу, объявлял неизбежной разорительную для крестьянства перекачку средств из деревни в город на нужды индустрии. Таким образом троцкисты отрицали ленинское учение о союзе рабочего класса и крестьянства. Они выступали апологетами чисто административных форм организации хозяйства, игнорируя задачу познания и творческого использования объективных законов социализма; противопоставляли политэкономию, связанную, в их толковании, якобы лишь со стихийными законами капиталистического способа производства, экономической политике как выражению лишь воли пролетарской диктатуры по формированию нового строя.
В ходе научных дискуссий были разбиты и «теории» правых, которые не видели принципиальных различий в использовании стоимостйых рычагов в капиталистическом и социалистическом хозяйстве и препятствовали тем самым последовательному проведению классового подхода в области налоговой, кредитной, аграрной политики, регулирования цен, держали курс на постепенное врастание капиталистических элементов в социализм. Оппортунизм как справа, так и «слева» означал в конечном счете неверие в возможность победы социализма в СССР.
1 Струмилин С. Г. На плановом фронте, с. 252.
78


Критический анализ опыта хозяйствования в мирных условиях позволил Коммунистической партии в 1924—1925 гг. продолжить разработку новой экономической политики, выявить новые резервы повышения ее эффективности.
Усиление планового начала в советском хозяйстве является наиболее важным, обобщающим показателем эффективности новой экономической политики. После окончания гражданской войны сформировался Госплан как высший плановый орган, возникла сеть межведомственных, отраслевых, местных плановых органов. Развитие плановой системы опиралось на солидную научно-исследовательскую базу. Развернулось изучение состояния производительных сил, особенностей и структуры рынка, покупательной способности населения, были сделаны первые попытки на основе изучения конъюнктуры прогнозировать и материально обеспечивать плановые наметки по ведущим отраслям (транспорт, топливо, распределение продовольственных ресурсов). От месячных и квартальных Госплан переходил к составлению годовых отраслевых планов (по металлургии, по производству сахара, резины). Ведущим ориентиром при разработке этих планов являлся ленинский план ГОЭЛРО. Как отметил XII съезд партии, план электрификации был «краеугольным камнем всех хозяйственных усилий республики» *. Большое внимание уделялось разработке и проверке приемов косвенного регулирования (через налоги, кредиты, тарифы, цены, товароснаб- жение и т. п.) и несоциалистических укладов хозяйства.
К началу 1924 г. партия могла констатировать, что «ныне мы достигли значительных успехов в создании основных предпосылок планового руководства,..»2. Плановая работа вступила в новую фазу. В соответствии с рекомендациями В. И. Ленина, высказанными в письме «О придании законодательных функций Госплану», XIII партийная конференция вынесла решение о расширении компетенции Госплана. Перед государственными плановыми органами ставилась задача повысить техническую и экономическую обоснованность планов, более полно охватить рыночные отношения. Утвердить плановые начала в этой области хозяйства возможно было лишь в условиях хорошо налаженного контроля и эффективного регулирования рыночных цен,
1 КПСС в резолюциях..., т. 2, с. 406.
2 Там же, с. 527.
79


С конца 1923 г. в целях ликвидации «ножниц» цен снижаются отпускные цены на ряд важнейших промышленных товаров. В целом за 1923/24 г. отпускные цены уменьшились почти на четверть. Затем снизились и оптовые цены. Вводится нормирование розничных цен. Государственные и кооперативные торговые предприятия за 1924 г. уменьшили цены на 11%. Вслед за ними вынужден был снизить цены и частный сектор. Одновременно государство значительно повысило закупочные цены на важнейшие сельскохозяйственные продукты. В короткий срок чрезмерное расхождение цен на промышленные и сельскохозяйственные товары было ликвидировано.
Борьба за снижение отпускных цен промышленности была неразрывно связана с решением коренной задачи социалистического хозяйствования — повышения производительности труда. Развернувшаяся под руководством партии и профсоюзов широкая кампания за укрепление трудовой дисциплины, экономию сырья и материалов, по борьбе с бесхозяйственностью позволила значительно ускорить подъем производительности труда. По темпам она начинает обгонять увеличение заработной платы. Выработка на одного рабочего за 1923/24 г. выросла на 14%, в 1924/25 г. по отношению к 1922/23 г. она составила уже 168%. Значительно снизилась себестоимость продукции. Прибыль государственной промышленности за тот же период увеличилась более чем в 4 раза. Повышение рентабельности явилось одним из главных условий дальнейшего развития хозрасчетных основ в экономике.
Большие изменения происходили в области тарифной, кредитной, налоговой политики.
Все эти качественные сдвиги в экономике позволили существенно поднять уровень государственного планирования. Плановые органы разрабатывают производственные задания для топливной промышленности, транспорта, металлургии, внешней торговли и других отраслей. Расширяется объем распределения сырья, материалов, оборудования, повышается роль госбюджета в финансировании. С 1924 г. важнейшей составной частью плана работы отраслей промышленности стали задания не только по объему, но и по реализации продукции. Научную обоснованность годовых плановых заданий подтверждает их выполнение с незначительными поправками..
80


Были сделаны и первые попытки составить перспективные планы развития отдельных отраслей хозяйства, по отдельным видам продукции. В ходе их проработки совершенствовалась методика и техника планирования. Одним из фактов, обеспечивших успех плановой работы, была тесная связь ее с практикой. Занимавший в те годы пост председателя Госплана Г. М. Кржижановский писал: «...фактический рост планового режима в нашем хозяйстве проистекал не только и не столько в порядке усовершенствования теоретических схем планирования путем кабинетной работы специалистов и теоретиков, а путем действительной смычки плановой работы с фактической работой многочисленного кадра хозяйственников, стоящих непосредственно в самой гуще советской хозяйственной практики»1.
В 1925 г. Госплан поднимается на качественно новую ступень. Контрольные цифры развития экономики страны, разработанные на 1925/26 г., призваны были, по замыслу Госплана, дать такие рамки, «в которые должны уложиться в пределах возможного предвидения и планового предуказания не только государственный бюджет и все конкретные хозяйственные планы отдельных ведомств, но и все стихийные процессы хозяйственной жизни страны, предучтенные на целый год вперед»2. Тем самым повышалась роль Госплана как главного штаба государственного хозяйства 3.
Так, учитывая специфику восстановительного периода и применяясь к условиям острой классовой борьбы, Коммунистическая партия и Советское правительство настойчиво и целеустремленно шли по пути разработки социалистических принципов и методов хозяйствования.
Необходимость скорейшего укрепления экономических отношений с крестьянством и связанные с этим определенные уступки, использование капиталистических элементов, недостаточная еще налаженность аппарата управления и отсутствие значительного опыта руководства социалистическим хозяйством привели в условиях восстановительного периода к более широкому использованию свободного рынка, чем на следующих этапах переходного периода. С этим связаны некоторые особенности в проведении хозрасчета, в организации кредита, товарооборота и т. п. Однако экономическая политика
1 Кржижановский Г. М. Десять лет хозяйственного строительства СССР. 1917—1927. М., 1928, с. 117.
2 Струмилин С. Г. На плановом фронте, с. 197.
3 См.: КПСС в резолюциях..., т. 2, с. 416.
6
Заказ 2381
81


Советского государства по-прежнему носила ярко выраженный классовый характер, способствуя утверждению и победе социалистических отношений. Сохранение общественной собственности на важнейшие средства производства, укрепление командных высот, усиление плановых начал в руководстве экономикой по мере овладения товарно-денежными отношениями позволили обеспечить больший простор для действия объективных законов социализма.
ПЕРЕВОД КООПЕРАЦИИ НА РЕЛЬСЫ НЭПА
Одним из важнейших участков борьбы за проведение новой экономической политики Советской власти, где элементы нового сказались сразу, непосредственно и глубоко, явилась кооперация. И это было закономерно. В ходе революции кооперация значительно расширила свои хозяйственные функции, охватила большинство населения. Через кооперацию население получало жизненно необходимые товары. Важные хозяйственные преобразования не могли не затронуть ее. Поэтому одновременно с решениями о замене разверстки налогом, о допущении свободного оборота и частного капитала, об использовании различных форм госкапитализма на X съезде партии была выдвинута задача существенно перестроить кооперацию.
Партия признала необходимым изменить характер сложившихся в ходе гражданской войны взаимоотношений государственных и кооперативных органов, превратить кооперацию в активного проводника экономической смычки города и деревни. В ходе дальнейшей практической работы следовало определить принципы деятельности, конкретные методы, организационные формы кооперации с учетом условий мирного хозяйственного строительства.
Вопрос этот был непростым, так как сама кооперация находилась в той стадии развития, когда ее социальная «физиономия» еще недостаточно четко вырисовывалась \
За первые три года революции кооперация совершила гигантский скачок на пути превращения из придатка буржуазного хозяйственного механизма, какой она была до революции, в важную составную часть социалистического хозяйственного механизма. Но этот пери-
1 Речь идет о простейших формах кооперации. Высшие формы производственной кооперации (колхозы), рабочая потребительская кооперация носили уже социалистический характер.
82


од был слишком мал, а условия в стране — слишком тяжелыми, чтобы кооперация окончательно сбросила с себя груз буржуазных пережитков, превратилась из формы госкапитализма, какой она была в дореволюционных условиях и продолжала в значительной мере оставаться в начале переходного периода, в социалистическое по своей сути предприятие.
Вокруг оценки характера кооперации в партии при переходе к нэпу шла острая борьба. Картина была столь пестра по различным системам кооперации, на разных «этажах» внутри каждой из этих систем, в отдельных экономических регионах, что находились аргументы для всевозможных, порой противоположных выводов. Дискуссия между историками по этому поводу продолжается по сию пору. Поэтому будет уместным определить нашу позицию по этому вопросу. Ограничимся анализом потребительской кооперации, учитывая, что к концу гражданской войны в основном эта общественная организация представляла кооперативную систему в целом.
За три послереволюционных года потребительская кооперация основательно изменилась. Коренные изменения произошли в составе низовых объединений. Потребительские общества охватывали все население страны, в том числе рабочий класс, деревенскую бедноту. Декрет Совнаркома от 16 марта 1919 г. о потребительских коммунах провозгласил принцип обязательного членства в кооперации. Все городское и деревенское население было приписано к кооперативным предприятиям для налаживания новой советской системы распределения. Были отменены вступительные взносы, распределение прибыли по паям, т. е. установлено фактическое равенство всех членов кооператива. Стали шире привлекать к управлению народные массы. В результате в кооперации упрочились демократические начала.
За короткий срок кооперация превратилась в мощную централизованную организацию, охватившую всю страну. Ее организационное строение и хозяйственные функции были приспособлены к общегосударственным задачам. На потребкооперацию была возложена обязанность распространять товары широкого потребления среди всех категорий трудящихся, а также в помощь органам Наркомпрода заготавливать продукты сельского хозяйства (по разверстке). Государство оказывало кооперации необходимую финансовую помощь.
Глубокая социальная перестройка затронула все стороны кооперативной работы. В области идеологической 83


были разбиты мелкобуржуазные теории «независимости», «самостоятельности», «аполитичности» кооперации, всякого рода утопические идеи о социалистической переделке общества на кооперативных началах без классовой борьбы и установления диктатуры пролетариата. В области политической были в основном разгромлены антисоветски настроенные элементы, в результате перевыборов руководящих органов упрочено коммунистическое влияние, что обеспечило тесное и плодотворное сотрудничество кооперативного аппарата с советским. На X съезде партии Ленин подчеркнул решающие успехи Коммунистической партии в борьбе с контрреволюционной деятельностью меньшевиков и эсеров в кооперации. В то же время он заявил, что враг еще не подавлен окончательно, с ним еще предстоит продолжить и завершить борьбу в новых условиях
К концу гражданской войны не только потребительская, но и сельскохозяйственная и кустарно-промысловая формы кооперации стали главным образом заниматься организацией заготовки и распределения продуктов. Поэтому в 1920 г. их слили с потребительской кооперацией.
Экономические возможности кооперации с передачей ей всего дела организации снабжения населения неизмеримо возросли. Однако именно здесь — в области экономической— и проявились к концу гражданской войны главные трудности кооперативного движения. Обстановка вооруженной борьбы за власть диктовала подход к кооперации, так же как и ко всем остальным проблемам социалистического строительства, с точки зрения интересов военных, интересов политических. «...Мы центр тяжести клали и должны были класть на политическую борьбу, революцию, завоевание власти и т. д.»2.
Инициатива кооперации была резко ограничена. Сузились ее функции как самодеятельной хозяйственной ячейки, сила и назначение которой в первую очередь заключается в представительстве и защите интересов определенных групп населения города и деревни. Деятельность кооперации, пронизанная принципами разверстки, недостаточно способствовала объединению крестьянских хозяйств, подъему производительных сил в деревне и укреплению взаимовыгодной экономической смычки между городом и деревней3. Одну из причин того, что 1 См.: Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 43, с. 64—65, 75.
2 Там же, т. 45, с. 376.
3 См. там же, с. 73.
84


мелкое производство переживало в годы гражданской войны серьезные трудности, следует искать и в положении кооперации.
Расширение сети кооперативных организаций происходило на все более суживавшейся экономической основе. Сокращалось промышленное производство, уменьшались продуктивность и товарность сельского хозяйства.
В этих условиях неизбежно падала заинтересованность населения в кооперировании. В обстановке товарного голода деятельность многих кооперативов замирала. Рост мешочничества, спекулятивной розничной торговли в виде сухаревок явился в известной мере следствием отстранения кооперации от организации торговли. Свертывание торговой работы в период разверстки и связанное с этим ослабление кооперативного торгового аппарата привели к тому, что из 53 тыс. распределительных пунктов в 1921 г, к товарообмену смогло приступить лишь около 15 тыс.
С переходом к нэпу перед партией встала задача обеспечить подъем кооперативного движения в новых условиях. Решить ее нельзя было, не учитывая значительных изменений в положении мелкотоварного производства, в характере и направлении его хозяйственных связей и интересов. В связи с этим возникла необходимость развить дальше учение о кооперации.
В годы гражданской войны партия сформулировала свою принципиальную линию по отношению к кооперации. Эта линия заключалась в том, чтобы превратить старую мелкобуржуазную кооперацию «в кооперацию, руководимую пролетариями и полупролетариями...» *. Тем самым был положен конец теоретическим разногласиям по вопросу о будущности кооперации — сохранится ли она или нет в эпоху пролетарской диктатуры. Ленин нацелил партию на бережное, осторожное отношение к кооперативному аппарату. Он подчеркивал, что сохранение в течение длительного периода мелкотоварного производства, объединяющего многомиллионные массы города и деревни, предполагает развитие кооперативных форм для удовлетворения групповых экономических интересов, развертывания самодеятельности масс, для экономической связи государства с массами.
В. И. Ленин творчески развил учение К. Маркса и Ф. Энгельса об исторических судьбах кооперации в период строительства социализма. В свете конкретно-истори-
1 КПСС в резолюциях..., т. 2, с. 169.
85


ческого опыта Советской власти он исследовал и решил такие проблемы, как роль кооперации в обобществлении производства и обмена, обеспечение ведущей роли пролетарского государства в социальном развитии кооперации, сочетание общегосударственных и кооперативных интересов, планирование кооперативного хозяйства, роль кооперации как одной из переходных хозяйственных форм.
Принципиальные установки по вопросу о кооперации, выдвинутые В. И. Лениным на X съезде партии, определялись интересами совершенствования отношений рабочего класса со средними слоями города и деревни. Ленин подчеркнул, что отмена для кооперации стеснительных рамок, введенных в период войны, является одним из важнейших условий использования крестьянством тех уступок, которые были сделаны ему Советским государством (замена разверстки налогом, допущение свободы оборота). Обойти вопрос о кооперации — «значит испортить в основе намеченные нами отношения экономической политики, несомненно, более приемлемые для крестьян» *.
Важнейший принцип кооперативной работы заключался в обеспечении максимума уступок, «чтобы доставить мелкому производителю наилучшие условия для проявления своих сил»2. Вместе с тем кооперация помогала устанавливать и меру свободы мелкого производителя с учетом интересов пролетарской диктатуры.
Значение кооперации состоит в том, что «она облегчает объединение, организацию миллионов населения, затем всего населения поголовно»3 и тем самым облегчает переход к социализму. «Переход от кооперации мелких хозяйчиков к социализму есть переход от мелкого производства к крупному, т. е. переход более сложный, но зато способный охватить, в случае успеха, более широкие массы населения, способный вырвать более глубокие и более живучие корни старых, досоциалистических, даже докапиталистических отношений...»4,— писал В. И. Ленин.
Решения X съезда партии сразу же перевели развитие кооперации в новое русло. В директивы по основным вопросам перехода к новой экономической политике, утвержденные 30 марта 1921 г. на Политбюро 1 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 43, с. 77.
2 Там же, с. 29.
3 Там же, с, 226.
4 Там же, с. 226—227.
86


ЦК РКП (б), были включены и положения о кооперации. Намечалось привлечь все виды кооперации к организации местного обмена и проведению государственного товарообмена, отделить сельскохозяйственную и кустарно-промысловую кооперацию от потребительской, восстановить обязательные членские взносы, выработать специальные меры по обеспечению интересов бедноты.
Относительно конкретных шагов, которые помогут, не нарушая политических интересов рабочего класса, стимулировать кооперативное движение, В. И. Ленин на X съезде партии высказывался весьма осторожно, подчеркивая решающую роль опыта проведения предстоящей первой продналоговой кампании. «Мы в этом отношении стоим, говоря теоретически, перед целым рядом переходных ступеней, переходных мер». И далее: «...в этом конкретном вопросе детальных трудностей при проведении этого изменения нашей политики возникает масса. В этом суть дела» *.
Наиболее трудным с точки зрения и принципиальной и практической оказалось определение роли кооперации в организации товарооборота. Поиски в этой области растянулись на полгода и сопряжены были с решением целого комплекса не предвиденных ранее проблем.
В период организации товарообмена хозяйственные функции потребительской кооперации были закреплены декретом СНК от 7 апреля 1921 г. «О потребительской кооперации», Генеральным договором между Нарком- продом и Центросоюзом на заготовку для государства сельскохозяйственных продуктов и сырья, целым рядом директив партийных, советских и хозяйственных органов. Потребительская кооперация по-прежнему оставалась аппаратом распределения «всех предметов продовольствия и широкого потребления, заготовленных государством и полученных с национализированных фабрик и заводов, концессионных предприятий и вывезенных из-за границы». В то же время у нее появилась новая обязанность— заготавливать изделия фабрично-заводской и кустарной промышленности и обменивать их на продукты сельского хозяйства.
Таким образом, хозяйственные функции потребительской кооперации значительно расширялись и усложнялись. Однако потребительская кооперация продолжала работать по заданиям, под руководством и под контролем Советской власти.
1 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 43, с. 65, 76.
87


В обстановке, когда всеобщее внимание было приковано к товарообмену как важнейшему каналу упрочения социалистических отношений в сфере экономической смычки города и деревни, в ленинской работе «О продовольственном налоге» было определено еще одно важное и перспективное направление деятельности кооперации — организация торговли и регулирование рыночных отношений.
В общей форме эта проблема была рассмотрена В. И. Лениным еще на X съезде партии: «Мы можем в порядочной степени свободный местный оборот допустить, не разрушая, а укрепляя политическую власть пролетариата. Как это сделать — это дело практики. Мое дело доказать вам, что теоретически это мыслимо» Развивая далее это положение, В. И. Ленин указал на важную роль кооперации. Экономически и организационно это готовый аппарат, наиболее приспособленный для обслуживания интересов единоличных хозяйств. В то же время Ленин обращал внимание на социальную сторону вопроса. Он предупреждал о неизбежности расслоения мелких собственников, роста нэпманской буржуазии и через кооперацию. Обуздать стихию частного рыночного оборота Советская власть может «государственным объединением и государственными мерами сверху»2. Одним из проводников этого регулирующего государственного влияния призвана была стать та же кооперация.
В работе «О продовольственном налоге» Ленин продолжал исследовать эту проблему. Он подчеркивал, что в условиях нэпа мелкобуржуазная стихия, анархический капитализм представляли главную опасность. Очевидно было, что кооперация неизбежно вберет в себя какие-то элементы буржуазных отношений. «Весь вопрос — как теоретический, так и практический — состоит в том, чтобы найти правильные способы того, как именно следует направить неизбежное (до известной степени и на известный срок) развитие капитализма в русло государственного капитализма, какими условиями обставить это, как обеспечить превращение в недалеком будущем государственного капитализма в социализм»3. В связи с этим вставала задача всемерно укрепить социалистические элементы в кооперации, чтобы обеспечить ее дальнейшее развитие по социалистическому пути.
1 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 43, с. 64.
2 Там же, с. 69; см. также с. 64—65.
3 Там же, с. 222—223.
88


Использование госкапитализма, направленное на организацию учета, контроля, регулирование капиталистических элементов и последующее их вытеснение,— одна из функций Советского государства в переходную эпоху. Проводниками этой линии выступали советские хозяйственные органы — банки, биржи, налоговые, кредитные учреждения, суды и пр. К выполнению этих задач в условиях нэпа привлекались и общественные организации— профсоюзы, кооперация. Упрочивая свои позиции как переходной к социалистической форме хозяйства, кооперация одновременно успешно выполняла и функции регулирования частнокапиталистических элементов.
В отличие от государственных учреждений она осуществляла эти функции и в рамках собственных организаций.
Историческое значение работы «О продовольственном налоге» заключалось в том, что она, во-первых, определяла путь к социализму через развитие и тесное взаимодействие кооперативных и государственных хозяйственных органов в решении важнейших социально-экономических задач переходной эпохи; во-вторых, намечала подъем кооперативного движения на базе единоличного крестьянского хозяйства с использованием присущих этому хозяйству инструментов и методов хозяйствования; в-третьих, рассматривала кооперацию в качестве основной формы подведения мелкотоварных производителей к социализму, удачно сочетающей в себе интересы и личные, и групповые, и общенародные.
Первые практические шаги по пути нэпа потребовали дальнейшей творческой разработки проблем кооперативной политики. С осени 1921 г. Советское государство приступило к овладению торговлей и товарно-денежными отношениями. Это обусловило новую оценку места и роли кооперации в системе многоукладного хозяйства. В начале нэпа социалистический товарообмен противостоял частной, капиталистической торговле. Теперь же торговля стала единой формой экономических отношений для всех укладов. Но в каждом укладе она приобретала специфическое социально-экономическое содержание. Поэтому грани, отделяющие уклады, уточняются. Решающими выступают такие факторы, как форма собственности, характер распределения. Констатировав, что товарообмен «как поприще борьбы» оказался несостоятельным, Ленин в октябре 1921 г. заявил: «Надо учиться государственному регулированию коммерческих отношений задача трудная, но невозможного в ней ничего нет».
89


И сразу же в этой связи ставилась задача организации кооперативной торговли: «Кооперативная торговля — задача трудная, но в ней нет ничего невозможного, надо только ее отчетливо осознать и серьезно проработать. К этому наша новая политика и сводится» Ч
На IX съезде Советов (декабрь 1921 г.) в качестве наиболее убедительного примера укреплений экономической смыйки города и деревни на базе торговли Ленин использовал данные об обороте Центросоюза. В ленинском «Наказе по вопросам хозяйственной работы», принятом съездом, в проекте директивы Политбюро о новой экономической политике (январь 1922 г.), в «Постановлении о работе замов (заместителей Председателя СНК и СТО)» Центросоюз рассматривался в ряду высших советских хозяйственных органов и учреждений, ответственных за снабжение крестьянского населения, развитие товарооборота и овладение рынком 2.
Новая оценка торговли и торговых задач кооперации сразу же выдвинула ряд сложных теоретических и практических проблем. Среди них главными были: разграничение сфер хозяйственной деятельности государственных и кооперативных предприятий; определение задач, стоявших перед различными кооперативными организациями—потребительской, сельскохозяйственной, кредитной, промысловой и др.; анализ особенностей кооперации как одного из типов хозяйственного объединения в переходную эпоху от капитализма к социализму.
Сохранив за собой руководство важнейшими отраслями народного хозяйства, Советское государство широко привлекло кооперацию для обслуживания хозяйственных нужд мелких товаропроизводителей, для удовлетворения потребительского спроса трудящихся города и деревни. Внутриотраслевое разделение труда между государством и кооперацией допускалось и поддерживалось (в строительстве, в области кредита и т. п.), но широкое развитие получило лишь в сфере торговли; сохраняя в своем ведении и всемерно укрепляя оптовое звено, государство передало дело организации розницы в основном потребкооперации, укрепив фронт борьбы с частным сектором торговли.
Значительно большие трудности вызвало разделение хозяйственных функций между различными видами кооперации. Это объяснялось тем, что проведенное между 1 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 44, с. 218.
2 См. там же, с. 335—336, 356—357; т. 45, с. 153—154, 159.
90


ними в 1921—1922 гг. организационное размежевание носило в значительной мере формальный характер. Состояние экономики деревни не позволяло еще строго разграничить сферы хозяйственной деятельности. Поэтому и потребительская кооперация, и сельскохозяйственная, и кустарно-ремесленная в основном занимались торговлей, что вело к дублированию функций, взаимной конкуренции на рынке, распылению средств, снижению конкурентоспособности в борьбе с частником. На кооперативных съездах и конференциях активно обсуждался вопрос об объединении различных кооперативных обществ в одну организацию.
XII партийная конференция (август 1922 г.) уделила этим вопросам большое внимание. В ее решениях был намечен курс на всемерное развитие всех форм кооперативов, на использование различных ступеней обобществления мелкотоварного производства и обмена. Одновременно в резолюции было подчеркнуто, что «в существующих хозяйственных условиях невозможно полное и строго определенное функциональное размежевание деятельности между отдельными видами кооперации»1. Поэтому необходима более тесная координация деятельности различных кооперативов. В качестве переходной меры было предложено создавать смешанные кооперативы, соблюдая принцип добровольности, хозяйственной целесообразности, укрепления пролетарского влияния.
С этих позиций был рассмотрен и вопрос об объединении сельскохозяйственной кооперации с колхозной системой. Впервые эту задачу выдвинул IX Всероссийский съезд Советов в декабре 1921 г. Принципы объединения, предложенные съездом, вполне себя оправдали. Колхозы включались в систему сельскохозяйственной кооперации с сохранением своих уставов, методов организации производства и распределения. Тем самым повышалось их влияние на всю сеть сельскохозяйственных кооперативов, нагляднее проявлялись преимущества коллективного труда. Объединение способствовало и дальнейшему росту колхозного движения, и усилению социалистических тенденций в низших формах кооперации.
Таким образом, в течение 1921—1922 гг. кооперативное движение в целом усилилось. Оно развивалось на прочном фундаменте, который создавали растущий товарооборот, подъем продуктивности и товарности кресть1 КПСС в резолюциях..., т. 2, с. 389.
91


янского хозяйства, огромная экономическая помощь Советского государства.
За два первых года восстановительного периода укрепилась материальная база кооперации, более многообразными стали формы ее хозяйственной деятельности. Значительно усилились позиции рабочего класса и Коммунистической партии в кооперативных организациях. Под руководством партийных организаций все более прочными и широкими, устойчивыми и действенными становились связи кооперации с государственными органами, контакты Центросоюза и других кооперативных центров РСФСР с аналогичными объединениями других советских республик.
Однако за эти годы кооперации пришлось испытать и немалые трудности. Это объяснялось прежде всего тем, что государственная промышленность недостаточно активно расширяла с ней экономические отношения. Многое мешало налаживанию их отношений. Сыграли отрицательную роль срыв товарообмена в 1921 г. (эту неудачу зачастую объясняли только недостатками самой кооперации); экономическая «худосочность», слабая активность, «оборотистость» кооперации; сокращение кооперативной торговой сети; невыполнение кооперацией ряда обязательств, которые она приняла на себя по соглашению с государственной промышленностью; широкие хозяйственные связи кооперации с частным капиталом, которые нередко оказывали еще влияние и на характер деятельности самой кооперации.
Общий упадок производства и обмена, неурожай и голод 1921 г. сдерживали подъем кооперативного движения. Особенно нелегко приходилось деревенской бедноте, не имевшей достаточных средств для того, чтобы активно включиться в деятельность кооперации. Но именно беднота больше всего была заинтересована в объединении, поскольку находила в кооперации защиту от различных форм кулацкой эксплуатации. Коренные социально- экономические интересы трудящегося крестьянства определяли неудержимый подъем кооперирования, его социалистическую ориентацию.
Одновременно повышалась хозяйственная и политическая активность кулака. Уже первые обследования, проведенные в 1922—1923 гг., показали более интенсивное оживление кулацких хозяйств по сравнению с другими группами крестьянства, активное участие их в организации хозяйственных связей с городом и внутридере- венской жизни.
92


Зажиточные торгашеские элементы активизировались и в кооперации. Экономическое влияние кулака позволило ему играть в кооперативных объединениях большую роль, несмотря на то, что его удельный вес в общей численности крестьянских хозяйств был невелик. Часть добровольных объединений, возникших после перехода к нэпу, оказалась на поверку буржуазной. В основном это были так называемые «дикие» кооперативы, не объединенные в союзы, становившиеся формой прикрытия, по существу, капиталистических предприятий (лжеко- операция). Материалы обследования НК РКИ показали, что почти четверть колхозов РСФСР представляли собой лжекооперацию. В промысловой кооперации до 2/3 объединений принадлежало к капиталистическому типу предприятий. Именно к этой категории кооперативов относилось определение, данное В. И. Лениным в работе «О продовольственном налоге»: «Кооперация мелких товаропроизводителей... неизбежно порождает мелкобуржуазные, капиталистические отношения, содействует их развитию, выдвигает на первый план капиталистиков, им дает наибольшую выгоду»1.
Таким образом, на базе нэпа усиливалась, с одной стороны, социалистическая тенденция развития кооперации, находившейся под контролем и регулирующим воздействием социалистического сектора хозяйства. Эта тенденция отражала объективную закономерность обобществления производства и обмена в переходный период и проявлялась как результат целенаправленной политики Коммунистической партии. Она выступала как ведущая. С другой стороны, на ряде участков кооперативного движения (поскольку возможности Советского государства по оказанию широкой и действенной помощи кооперации были еще ограничены) сказывалась и капиталистическая тенденция, определявшаяся развитием буржуазных отношений в городе и деревне. Две тенденции, два метода кооперирования, два социальных типа кооперации.
Однако эти социальные процессы не лежали на поверхности. Серьезным тормозом кооперативной работы явилась широко распространенная оценка ее только как госкапиталистического предприятия наряду с другими формами госкапитализма. Ошибки и просчеты советской кооперации объяснялись в этом случае ее природой, которая якобы мало изменилась после Октября. Это при1 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 43, с. 225.
93


водило к недооценке социальных функций кооперации, к недостаточно активному привлечению ее со стороны государственных органов для решения различных хозяйственных проблем и наступления на частный капитал. На это обстоятельство обратила внимание уже XI партконференция (декабрь 1921 г.), где рассматривался вопрос о кооперативном строительстве. Участники конференции указывали на недостаток товаров, денежных средств, опытных кадров в кооперации, продуманной системы поощрения кооперированного населения в городе и деревне.
Назревшие задачи кооперативного движения решала XII партийная конференция. В тезисах и докладе В. В. Куйбышева «Партработа в кооперации» отмечалось, что «кооперация, объединяющая широкие массы рабочих и крестьян на почве защиты их непосредственных экономических интересов, является лучшим способом связи пролетария с крестьянством и потому должна быть всемерно использована партией для осуществления смычки между этими классами и обеспечения руководства многомиллионным крестьянством со стороны пролетариата». Потребительская кооперация была расценена как «основное орудие товарооборота». В прениях был поднят широкий круг вопросов, связанных с обеспечением более благоприятных условий для развития кооперации.
По итогам дискуссии В. В. Куйбышев сделал вывод о необходимости «согласования политики в области кооперации и политики хозяйственных органов, ибо эта политика часто между собой находится в противоречии» Ч Кооперация —одна из тех политических высот, которая требует особого внимания, удержания и дальнейшего укрепления.
В течение 1921 —1922 гг. нэп завоевал прочные позиции в практике хозяйствования как политика, проводимая «всерьез и надолго». Социалистический уклад уверенно наращивал темпы подъема, закрепляя и повышая свою руководящую роль в экономике страны. Союз тру- дящихся^ города и деревни под руководством Коммунистической партии получил прочное экономическое основание. Советское государство, совершенствуя руководство важнейшими социально-экономическими процессами, обеспечивало допущение частного капитала лишь в
1 Всероссийская конференция РКП (б). 4—7 августа 1922 г Бюллетень. М., 1922, № 2, с. 27, 31; № 3, с. 4.
94


таких пределах, которые не противоречили интересам пролетарской диктатуры.
Эти завоевания создавали надежную базу для творческого решения вопросов о перспективах кооперации, ее социальных функциях, хозяйственной и политической роли, о месте в системе советского хозяйства.
Основные тенденции развития советской кооперации были теоретически осмыслены В. И. Лениным. Как в свое время переход к нэпу привел к изменению оценки роли и места кооперации в советской экономике и политической системе, так и на последующем этапе, когда обеспечивалось взаимодействие всех основных элементов новой экономической политики, появилась возможность еще глубже развить ленинский кооперативный план. 4 и 6 января 1923 г. В. И. Ленин продиктовал две статьи, опубликованные в мае 1923 г. под общим названием «О кооперации». «...Эта статья Владимира Ильича о кооперации,— отмечал В. В. Куйбышев,— является настолько большим событием, я бы сказал, в нашей политической жизни и таким поворотным пунктом в развитии нашей кооперации, что она собой заслоняет все, что до сих пор сказано по вопросам кооперации, и, в частности, она проводит рубеж взглядам нашей партии на кооперацию»1.
Научность и практическая значимость новых выводов, содержавшихся в работе «О кооперации», определялись тем, что В. И. Ленин формулировал их на основе глубокого анализа, во-первых, тенденций развития самой кооперации (ее экономических связей, места в хозяйственном организме страны, состава организаций и руководящих органов, степени влияния Коммунистической партии и Советского государства), во-вторых, опыта кооперативной политики, который свидетельствовал о глубокой обоснованности курса партии, эффективности методов социального преобразования кооперации, крупных достижениях на этом пути и в то же время давал возможность выявить недостатки и отдельные просчеты кооперативного движения. Кооперация рассматривалась Лениным как органичная часть динамично развивающейся советской системы хозяйства, а кооперативная политика — как важнейший составной элемент общей программы строительства социализма. Поэтому новая оценка кооперации предстает как закономерный логический результат развития взглядов партии на экономические функции государства в переходную эпоху, на механизм социалисти1 Куйбышев В. Ленин и кооперация. М., 1925, с. 3«
95


ческого хозяйствования, взаимоотношения государства и общественных организаций, экономический союз рабочего класса и крестьянства.
Статья «О кооперации» была написана вместе с другими ленинскими работами конца 1922 — начала 1923 г., обогатившими развернутый план построения социализма в СССР. Углубленная и насыщенная новыми идеями трактовка вопросов индустриализации» культурной революции, государственного и национального строительства и ряда других в их совокупности позволили по-новому осмыслить и проблему кооперативного строительства.
В числе этих проблем В. И. Ленин уделил большое внимание вопросам создания материально-технической базы социалистического замледелия. Он подчеркнул, с одной стороны, неизбежность более или менее длительного периода перехода сельского хозяйства на новую техническую базу («применение тракторов и машин в земледелии в массовом масштабе, электрификация в массовом масштабе»1), с другой — решающую роль передовой техники в утверждении новых производственных отношений. Лишь развитие крупной тяжелой промышленности дает в руки рабочего класса вернейшее орудие для наглядной агитации в пользу коллективного труда. Лишь кооперация труда мелких собственников дает возможность эффективно использовать новейшие достижения в области техники и технологии производства.
Ряд основополагающих идей объединяет работы В. И. Ленина «О продовольственном налоге» и «О кооперации». Они касаются роли кооперации в организации торговли и регулировании рыночных отношений, в удовлетворении экономических интересов единоличного крестьянства, в организации учета и контроля за развитием частного производства. В этом смысле можно утверждать, что ленинские работы весны 1921 и начала 1923 г. посвящены решению одной и той же проблемы — стимулирования крестьянского хозяйства и организованного вовлечения его в социалистическое строительство; между ними нет противоречия в подходе к кооперации. В то же время они отражают разные уровни разработки проблемы. Весной 1921 г. была сделана лишь первая попытка рассмотреть функции советской кооперации с учетом тех новых моментов, которые были обусловлены переходом от разверстки к налогу, допущением свободы оборота. Главное внимание было приковано к проблеме оживле1 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 43, с. 60.
96


ния крестьянского производства на базе рыночных отношений и в этой связи был затронут вопрос о госкапитализме. В последней же работе В. И. Ленин подвел итоги развития взглядов Коммунистической партии на коопера^ цию с учетом богатого и разностороннего опыта осуществления экономической политики, накопленного за годы Советской власти, опыта классовой борьбы в области экономики.
Решающее значение имела трактовка социальной природы простейших форм кооперации с учетом достигнутого уровня обобществления в советской экономике. В. И. Ленин, как и в первые месяцы после победы Октябрьской революции, подчеркивал, что решающую роль в определении социальной природы кооперации играет наличие пролетарской диктатуры, национализация основных средств производства, фактическое осуществление рабочим классом своей руководящей роли.
Однако это возвращение к старому сопровождалось громадным шагом вперед. Новой с принципиальной точки зрения явилась постановка вопроса о том, что кооперация, которая развивалась на рельсах нэпа, все больше приобретала социалистический характер. Ведь нередко в 1921—1922 гг. кооперация рассматривалась лишь как средство,^ путь, метод подведения мелкотоварных производителей к социалистическим формам хозяйства, а сама в число этих форм не включалась. В. И. Ленин впервые заявил, что при Советской власти, когда политическая власть и основные средства производства в руках рабочего класса, предприятия кооперативные принципиально уже не отличаются от предприятий социалистических.
Особенность предприятия кооперативного заключалась в том, что, будучи предприятием коллективным, кооперация в условиях общественной собственности на основные средства производства, сохраняя и развивая свои принципы организации и деятельности (самоокупаемость, тесная зависимость личных доходов производителей от конечных результатов их труда, участие трудящихся в управлении, принцип выборности кадров и т. п.), постепенно воспринимала ряд черт государственных предприятий (централизм в планировании и организации хозяйства, защита общегосударственных интересов, про- водение классовой политики пролетарской диктатуры и
Положение о социалистическом характере кооперации формулировалось после того, как была доказана необходимость сохранения кооперации как самодеятельной хо-
7 Заказ 2381 д?


зяйственной общественной организации, были восстановлены присущие ей принципы работы (добровольность членства, разделение функций различных типов кооперации, материальная заинтересованность и ответственность каждого члена кооперации, вступительные взносы и оплата по паям, хозрасчет), после того, как кооперация возвратилась к выполнению своих хозяйственных функций через рынок, с помощью товарно-денежных отношений. Эти новые факторы дали возможность Ленину писать о кооперации как новом принципе организации населения, как особом, наряду с частнокапиталистическим и государственным, самостоятельном виде предприятия в условиях переходного периода от капитализма к социализму.
Этот вывод венчал разработку В. И. Лениным теории революционного преобразования кооперации в условиях пролетарской диктатуры из госкапиталистического предприятия в социалистическое. Ряд важных шагов в этом направлении, как показано выше, был сделан в первые годы революции. Но только на базе нэпа появилась возможность окончательно определить, что путь к социализму лежит не через объединение государственных и общественных организаций, а через развитие их, через разграничение их функций, укрепление кооперации как самодеятельной хозяйственной организации. Политическая экономия социализма обогатилась одним из коренных положений — о двух формах социалистической собственности на базе обобществления производства и обмена. В. И. Ленин писал: «При нашем существующем строе предприятия кооперативные отличаются от предприятий частнокапиталистических, как предприятия коллективные, но не отличаются от предприятий социалистических, если они основаны на земле, при средствах производства, принадлежащих государству, т. е. рабочему классу» 1. В обосновании тезиса о том, что кооперация на путях нэпа является основной формой социалистического преобразования единоличного мелкого крестьянского хозяйства, привлечения класса крестьянства к социалистическому строительству, заключается огромная заслуга В. И. Ленина как мыслителя, вождя, революционера.
Ленин указывал, что «кооперировать в достаточной степени широко и глубоко русское население при господстве нэпа есть все, что нам нужно, потому что теперь мы нашли ту степень соединения частного интереса, част-
1 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 45, с. 375.
98


кого торгового интереса, проверки и контроля его государством,. степень подчинения его общим интересам, которая раньше составляла камень преткновения для многих и многих социалистов»
Кооперация делала для всякого мелкого крестьянина переход к социализму «простым, легким и доступным» потому, что цели ее были понятны массам; строилась она на основе материальной заинтересованности, являясь доступной по размерам паевого взноса; она обеспечивала активное участие всех слоев населения в практической работе организаций. Через кооперацию был найден путь объединения не отдельных отрядов или слоев крестьянства (такую роль играли, например, комбеды, комитеты крестьянской взаимопомощи), а именно всей массы бедняцко-середняцких хозяйств. «А ведь в этом... — пишет В. И. Ленин,— главное. Одно дело фантазировать насчет всяких рабочих объединений для построения социализма, другое дело научиться практически строить этот социализм так, чтобы всякий мелкий крестьянин мог участвовать в этом построении. Этой-то ступени мы и достигли теперь»2.
В свете новых теоретических открытий В. И. Ленин предложил и ряд практических мер по поддержанию и стимулированию процесса кооперирования. Он указал на необходимость закрепить и усилить ведущую роль государства по отношению к кооперации по линии политической (систематическая борьба с остатками и рецидивами буржуазного влияния на кооперацию), экономической (через налоги, кредит, цены, снабжение и пр.), культурной (внедрять через кооперацию передовые навыки труда и организации производства, повышать общий уровень культуры кооперированного населения и на этой основе — кооперативной работы).
Проблемами, поднятыми в работе «О кооперации», заканчивалась разработка В. И. Лениным кооперативного плана. Партия была вооружена широкой комплексной программой использования кооперации для укрепления ведущей роли социалистического сектора хозяйства, для подведения многомиллионных масс крестьянства к крупному обобществленному производству. Одновременно работа «О кооперации» стала крупнейшей вехой в обосновании В. И. Лениным положения о возможности победы социализма в одной стране.
1 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 45. с. 370.
2 Там же, с. 370—371.
99


Ленинские указания легли в основу решений XIII съезда РКП (б). Всесторонне обобщив опыт работы первых трех лет мирного социалистического строительства, съезд определил конкретные задачи и пути повышения роли кооперации в социально-экономическом развитии страны. Этап перестройки кооперации на базе нэпа в основном завершился. Начинался этап интенсивного внедрения кооперативных начал в городе и деревне, всесторонней подготовки массового перевода средних слоев на социалистический путь развития.
К весне 1924 г. итоги проведенной перестройки сводились к следующему. Наряду с потребительской укрепились сельскохозяйственная и кустарно-промысловая формы кооперации. Потребительская кооперация была распространена среди всех групп трудящихся города и деревни, а две другие формы кооперации опирались в основном на мелкотоварное производство (единоличные крестьяне, кустари, ремесленники). В рамках каждой из них начинается дифференциация с учетом специфических интересов отдельных групп населения (по профессиональному, производственному признакам). По условиям хозяйственной деятельности (цены, кредит, налоги, то- вароснабжение и т. п.) кооперация была поставлена в более выгодное положение, чем частный капитал. Улучшились экономические показатели работы всех звеньев кооперативной системы, что позволило ей полнее удовлетворять запросы кооперированного населения, все убедительнее демонстрировать преимущества объединения и тем самым начать активное соревнование с нэпманской буржуазией. Укрепилась организационная структура, финансовая база кооперативных объединений.
Эта динамика была свойственна не только низшим формам кооперации, но и высшим. С 1924 г. начался рост численности колхозов. Однако решающим фактором, свидетельствовавшим об укреплении кооперации, усилении ее влияния во всех слоях населения, явилось быстрое увеличение численности кооперированного населения. Только за первое полугодие 1924 г. число первичных сельскохозяйственных кооперативов, входивших в союзы, увеличилось с 19,7 тыс. до 23,1 тыс., а число их членов — с 1275 тыс. до 1735 тыс. Переход потребительской кооперации на добровольное членство в конце 1923 — начале 1924 г. (на остальные кооперативные системы обязательное членство в годы гражданской войны не распространялось) сопровождался расширением ее рядов, повышением хозяйственной и политической активности пайщиков.
100


Закреплённые в декретах Советской власти принципы кооперирования обеспечивали преимущества за рабочим классом и беднейшими слоями деревни. Вот лишь два примера, иллюстрирующих этот процесс. «...В большинстве районов самая активная часть крестьянства.—середняцкая, кулак ею оттесняется, последний вышиблен из сельсоветов, вышибается из кооперации...» — сообщалось в отчете Пермского окружкома РКП (б) о своей работе за период с 1 января по 1 апреля 1924 г. Повышалась и требовательность крестьянства к работе кооперативного аппарата. Собравшийся в начале лета 1924 г. съезд потребкооперации Гомельской губернии подвел итоги перестройки кооперации на основе добровольного членства и принял решение определять ассортимент товаров применительно к потребностям большинства крестьянства, а не верхушечных слоев деревни.
Все эти факторы свидетельствовали о жизненности кооперативных начал в условиях перехода от капитализма к социализму, об укрепляющейся экономической смычке* рабочего класса и крестьянства. Начавшийся быстрый подъем кооперативного движения становился одним из наиболее убедительных аргументов в пользу социализма в его соревновании с капитализмом.
Этот процесс нашел отражение в решениях XIII съезда РКП (б). Съезд подчеркнул, что партия приступила к неукоснительному выполнению ленинского кооперативного плана как важнейшей части программы построения социализма в нашей стране. «...В области экономики совершенно ясно,— говорилось в резолюции съезда «О кооперации»,— что наше дальнейшее продвижение к социалистическому хозяйству будет определяться двумя параллельными моментами: успехами развития крупной государственной промышленности, во-первых, и успехами кооперирования населения, во-вторых»
Это положение, впервые столь четко определившее взаимозависимость задач социалистического преобразования промышленности и сельского хозяйства, наметило магистральные пути построения экономического фундамента социализма. Оно было всесторонне развито XIV съездом ВКП(б), провозгласившим курс на социалистическую индустриализацию страны, и XV съездом, выдвинувшим программу перехода к массовой коллективизации сельского хозяйства.
1 КПСС в резолюциях... М., 1970, т. 3, с. 67.
.101


Важнейшее значение XIII съезда партии состояло в глубоком обосновании тезиса о наличии объективных и субъективных предпосылок для дальнейшего расширения кооперативного движения, для решения через кооперацию ряда важнейших социально-экономических проблем.
Центральный Комитет не закрывал глаза на трудности, которые переживала кооперация. О серьезных упущениях и недоработках говорилось во всех докладах и выступлениях на XIII съезде партии. Эти трудности были связаны с недостатками в руководстве кооперацией, с общим хозяйственным положением страны. Кооперация медленно еще переключалась на непосредственное обслуживание своих членов, центры мало уделяли внимания росту активности низовых организаций. Работа в деревне разворачивалась медленнее, чем в городе. Отдельные группы крестьянства, недостаточно ощущая реальные материальные выгоды объединения, подчас занимали еще выжидательную позицию. Поэтому в потребительской кооперации удельный вес крестьян достиг лишь 1/з» большую часть ее членов составляли горожане. Все виды кооперации охватили около 7% населения страны. По городу эта цифра была выше, чем в деревне. Однако в обществах числилось еще много «мертвых душ». На съезде говорилось о том, что коммунистам необходимо перенести центр работы из губерний в уезды и районы, с тем чтобы укрепить связи с массами крестьянства и превратить, таким образом, потребкооперацию в связующее звено между индустрией и крестьянским хозяйством.
Те же «болезни роста» переживали и сельскохозяйственная, и промысловая кооперация. Но здесь дополнительного внимания требовал вопрос о составе руководящих органов, о повышении ведущей роли коммунистов. Все виды кооперации были еще недостаточно развиты, чтобы поспеть за быстро расширяющимся оборотом между городом и деревней. Поэтому активность частника, рост частной торговой сети и ее оборотов начинали вызывать серьезную опасность. К началу 1924 г. в общей численности торговых предприятий, обслуживавших сельское население (лавки, ларьки, магазины), доля частного сектора составляла в уездных городах 92,9%, в деревнях — 73,6%. «Таким образом,— отметил съезд,— развитию социалистического хозяйства и непосредственной смычке государственной промышленности с крестьянским хозяйством ставится прямая угроза в виде еще 102


не развитого рынка, но уже в большинстве захваченного частной торговлей»
Но не эти негативные моменты определяли общее состояние и оценку партией работы кооперативных объединений. В документах съезда кооперация рассматривалась как один из тех важнейших рычагов (наряду с национализированной промышленностью, транспортом, монополией внешней торговли, финансами и т. п.), которые эффективно использовались государством в регулировании социально-экономических процессов в стране.
Съезд поставил задачу охватить кооперацией все стороны крестьянского хозяйства — его рыночные связи, кредитные отношения, обработку земли» приобретение рабочего и племенного скота, переработку сельскохозяйственных продуктов, использование и закупку машин и орудий и др. Полемизируя с теми партийными и хозяйственными работниками, которые рассматривали кооперацию еще исключительно через призму организации товарооборота, борьбы с частным капиталом на рынке, А. А. Андреев, М. И. Калинин подчеркивали, что кооперация должна заинтересовать крестьян не только в области обмена, но и в области производства. «Наш партийный съезд, когда он подходит к тому, чтобы дать основную директиву в области кооперативного строительства,— заявил А. А. Андреев,— не может подойти к вопросу о кооперации, как это многие товарищи иногда делают, только с одной стороны,— со стороны овладения деревенским рынком. Наш партийный съезд должен прежде всего оценить роль кооперации в смысле регулирования мелкого крестьянского производства и как орудия внедрения социализма в деревне»2.
Главную роль при переходе к социализму должны были сыграть различные формы производственной кооперации. Съезд решительно выступил против претензий руководящего органа потребительской кооперации — Центросоюза подчинить себе другие формы кооперации. В его решениях отмечалось, что необходимо развивать не только высшие формы кооперации — артели, коммуны, но и всевозможные низшие формы (объединения для общественной аренды скота, товарищества по закупке скота, инвентаря, по общественной обработке земли и т. п.).
1 КПСС в резолюциях..., т. 3, с. 67.
2 XIII съезд РКП(б), с. 415.
103


Для преодоления недостатков в работе кооперации съезд предложил обеспечить децентрализацию в деятельности всех объединений, повысить их конкурентоспособность в соревновании с частным капиталом, поднять заинтересованность рядовых производителей и потребителей в кооперировании, более полно осуществлять демократические принципы, улучшить деятельность аппарата. На ближайший период важнейшей становилась задача не столько количественного, сколько качественного роста кооперации.
Не закрывая глаза на опасность кулацкого наступления на кооперацию, съезд разгромил троцкистов, преувеличивавших вес и влияние нэпманской буржуазии. В то же время он дал отпор и тем оппортунистическим элементам, которые преуменьшали степень распространения буржуазных отношений в деревне; они кричали о том, что необходимо прежде всего повысить товарность сельского хозяйства, и не считали нужным совершенствовать методы ограничения и вытеснения кулака.
Партия поставила задачу закрыть дорогу кулаку и нэпману к руководству кооперацией и в то же время предложила выработать меры, которые облегчили бы бедноте вступление в кооперацию и дали возможность активно работать в ней. При этом крестьяне должны были опираться на комитеты взаимопомощи, профсоюзы сельскохозяйственных рабочих и другие общественные деревенские организации. Решающую же роль в изоляции кулака должна была играть всесторонняя помощь кооперации со стороны государства, особенно по линии кредита.
XIII съезд подчеркнул, что в борьбе за полное завоевание кооперации центральным вопросом стал вопрос о коммунистических кадрах для нее. Застрельщиками в этом деле, как и в решении всех важнейших хозяйственных проблем, должны были выступить рабочий класс, профсоюзы.
Решения XIII съезда- партии, целиком опираясь на ленинский кооперативный план, явились дальнейшим его творческим развитием. Они создавали прочную основу для распространения кооперативных начал, повышения роли кооперации и перевода мелких товаропроизводителей на социалистический путь развития.
104


ГРАНИЦЫ ДОПУЩЕНИЯ, МЕТОДЫ РЕГУЛИРОВАНИЯ И ВЫТЕСНЕНИЯ КАПИТАЛИСТИЧЕСКИХ ЭЛЕМЕНТОВ
Победоносное завершение гражданской войны и вступление Советского государства в новый этап переходного периода обусловили значительное изменение характера классовой борьбы. Новые ее задачи и направления определялись как общими закономерностями развития революции, так и специфическими условиями перехода к мирному социалистическому строительству. Отмечая трудности, которые переживала страна, X съезд партии указал: «...текущая эпоха сама носит противоречивый характер, поскольку переход на мирное положение в то же время при данных исторических условиях приводит к новым формам борьбы на внутреннем фронте» к
На основе опыта Советской власти В. И. Ленин в конце 1919 г. выделил основные формы классовой борьбы, отличающие пролетарскую диктатуру от предшествующих классовых обществ. Это были: подавление возрастающего после победы социалистической революции сопротивления эксплуататорских классов, готовых при поддержке международной реакции пойти на развязывание гражданской войны; «нейтрализация» мелкой буржуазии, особенно крестьянства, включающая привлечение их на сторону рабочего класса примером, убеждением, пресечение временных колебаний в сторону буржуазии; использование буржуазных специалистов; воспитание новой дисциплины у широких масс трудящихся2. Каждая из этих форм, в свою очередь, по-разному проявлялась в зависимости от конкретных условий. Поэтому Ленин, дополняя эту характеристику, подчеркивал: «Диктатура пролетариата есть упорная борьба, кровавая и бескровная, насильственная и мирная, военная и хозяйственная, педагогическая и администраторская, против сил и традиций старого общества» 3.
Классовую борьбу Ленин рассматривал, следуя марксистской методологии, в постоянном развитии, закономерном изменении методов и расширении аспектов по мере развертывания социалистического наступления и изменения соотношения классовых сил.
' КПСС в резолюциях..., т. 2, с. 209.
2 См.: Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 39, с. 262—264. 279—282 455—456.
3 Там же, т. 41, с. 27.
105


Весной 1918 г., когда были подавлены первые очаги вооруженной антисоветской борьбы, Ленин писал: «Под победой над буржуазией мы теперь, после завоеваний Октябрьской революции, после успехов в гражданской войне, можем и должны понимать уже нечто гораздо более высокое, хотя по форме более мирное: именно — победа над буржуазией должна быть осуществлена теперь, после того как эта победа политически достигнута и военным образом закреплена,— теперь эта победа должна быть достигнута в области организации народного хозяйства, в области организации производства, в области всенародного учета и контроля» Ч
В период гражданской войны он предвидел неизбежность и необходимость приспособления методов классовой борьбы к условиям грядущего периода— мирного социалистического строительства 2.
Методами борьбы со свергнутыми классами становились трудовая повинность, учет, контроль, в том числе и за использованием капиталов, налоги, привлечение буржуазных специалистов, учеба советских кадров на примере крупнейших буржуазных организаторов производства. Задачу постепенного ограничения и вытеснения капиталистических элементов, создания условий, исключающих возможность нарождения новых отрядов буржуазии, Ленин рассматривал в качестве новой, высшей формы классовой борьбы. Эти вопросы он рассматривал в работах «Великий почин», «Детская болезнь «левизны» в коммунизме» и ряде других.
В условиях нэпа, опираясь на практику мирного социалистического строительства, В. И. Ленин углубляет и развивает дальше свои идеи о формах классовой борьбы. В эти годы значительно расширился диапазон приемов классовой борьбы. В частности, рабочий класс вступил в экономическое соревнование с капитализмом по принципу «кто — кого?», используя разнообразные методы экономического регулирования и постепенного вытеснения капиталистических элементов. Ответственные задачи легли на плечи государства и профсоюзов по защите интересов наемных рабочих на частных предприятиях. Одним из важнейших направлений борьбы как с внутренней, так и международной буржуазией явилось неукоснительное обеспечение принципа монополии внешней торговли. Разгром интервентов, начало полосы дипломатического при1 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 36, с. 131,
2 См. там же, с. 178, 304.
105


знания Советской республики создало благоприятные условия для осуществления ленинской политики мирного сосуществования государств с различным общественным строем. Проведение этой политики сопровождалось острой идеологической борьбой с миром капитала, поддержкой революционного и национально-освободительного движения.
В. И. Ленин предупреждал, что, несмотря на поражение в гражданской войне, реакция не сложила оружие. Она имела еще значительную силу. Эта сила — в международных связях буржуазии, в сохранившихся капиталах, в производственном опыте и навыках, в тысячах нитей, связывающих ее с буржуазными специалистами в различных областях хозяйства и управления, наконец, в опоре на массы мелких собственников, рождавших капитализм постоянно и в массовом масштабе. «...Борьба есть и будет еще более отчаянная, еще более жестокая» — говорил Ленин в октябре 1921 г. Развертывавшееся экономическое соревнование между социализмом и капитализмом В. И. Ленин рассматривал как «последний и решительный бой» с внутренней буржуазией2.
Временное угасание наиболее острых форм сопротивления свергнутых классов не означало затухания или смягчения классовой борьбы в целом. Анализ взаимоотношений классов в условиях мирного социалистического строительства позволил партии сделать вывод, что классовая борьба все больше усложнялась3. Как отметил XV съезд партии, подъем экономики неминуемо сопровождался «частичным нарастанием классовых противоречий» 4.
Ни на минуту не забывая об опасности капитализма, Ленин вместе с тем, реально и трезво оценивая обстановку, видел и неуклонный рост мощи рабочего класса, Советского государства. Пролетариат обладал политической властью; в руках рабочего государства находились экономические командные высоты — земля, фабрики, заводы, транспорт, заграничная торговля; углубление советской демократии позволяло привлекать к управлению общественными делами все более широкие массы трудящихся города и деревни; под руководством партии находились важнейшие каналы идеологического воздействия на массы; успехи социалистического строительства спо1 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 44, с. 162.
2 См. там же, т. 45, с. 83; см. также 94—97.
3 См.: КПСС в резолюциях..., т. 3, с. 401.
4 Там же, т. 4, с. 19.
107


собствовали укреплению союза рабочего класса и крестьянства. Новое в социально-экономической и политической обстановке после победоносного завершения гражданской войны заключалось в том, что государство, используя эти рычаги, могло целенаправленно влиять на соотношение классовых сил, мирными методами изменять его в пользу диктатуры пролетариата. Пролетарское государство могло держать под своим контролем растущий снизу капитализм, ограничивать и регулировать его.
Наследуя все то ценное, что дал предшествующий опыт экономического строительства, Советское государство вынуждено было во многом по-иному подойти к использованию госкапитализма, теоретически намеченного Лениным еще весной 1918 г.
Госкапитализм, говорил Ленин в 1922 г., «это — капитализм до такой степени неожиданный, никем абсолютно не предвиденный,— ведь никто не мог предвидеть того, что пролетариат достигнет власти в стране из наименее развитых и попытается сначала организовать крупное производство и распределение для крестьян, а потом, когда, по условиям культурным, не осилит этой задачи, привлечет к делу капитализм» 1. В этом определении в центре внимания находится задача установления экономической смычки крупной промышленности с мелкотоварным крестьянским хозяйством. В 1918 г. при рассмотрении Лениным вопроса о госкапитализме такая задача не выдвигалась. Новый подход сказался и в использовании более разнообразных госкапиталистических форм хозяйства, и в методах взаимодействия социалистического хозяйства с капиталистическим и регулирования последнего.
Необходимость допущения буржуазных элементов в различные отрасли народного хозяйства вызывалась преобладанием мелкобуржуазных и полунатуральных форм, разрухой, недостатком средств и опытных кадров у государства для решения сложного комплекса вопросов возрождения экономики, отсутствием у пролетариата практических навыков для налаживания всей обширной сети экономических отношений. В брошюре «О продовольственном налоге» В. И. Ленин писал: «Насаждая» государственный капитализм в виде концессий, Советская власть усиливает крупное производство против мелкого, передовое против отсталого, машинное против ручного, увеличивает количество продуктов крупной индустрии в своих 1 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 45, с. 117—118.
108


руках (долевое отчисление), усиливает государственноупорядоченные экономические отношения в противовес мелкобуржуазно-анархическим» \ Использование госкапитализма явилось результатом многоукладное™ экономики и в то же время помогало преодолению многоукладное™ в ходе экономического соревнования социализма с капитализмом.
Временное, частичное допущение капитализма не имело ничего общего с возвращением к свободе капиталистических отношений. Весь вопрос, указывал В. И. Ленин, заключается в мере допущения капитализма, в формах, методах государственного регулирования, в умении государства бороться с капитализмом. Нужно было не пускать рост капитализма на самотек, а гибко и твердо, настойчиво и умело регулировать и ограничивать капиталистические элементы. Поэтому Ленин после перехода к нэпу обратил особое внимание на необходимость ограничивать эксплуататорские тенденции сельской буржуазии— кулачества 2. Поэтому он так решительно выступал в конце 1922 г. против попыток ликвидировать или ослабить монополию внешней торговли, ибо это привело бы к усилению капиталистических элементов внутри страны 3, отвергал такие условия концессий, которые давали бы иностранной буржуазии слишком большие возможности, требовал, чтобы советский суд строжайшим образом карал частных предпринимателей и торговцев за нарушение законов
В связи с быстрым оживлением в Советской республике в 1921 —1922 гг. мелкой частной промышленности и торговли за границей стало распространяться мнение о том, что частный капитал добился там значительной силы. В октябре 1922 г. корреспондент английской газеты «Манчестер гардиан» Артур Рансом обратился к В. И. Ленину с несколькими вопросами, в которых отразилась эта точка зрения. А. Рансом, в частности, высказал мнение, что в Советской стране, «очевидно, нарождается новый торговый класс», что купля-продажа, а также «прибыльное производство» находятся в руках частных лиц — нэпманов, «//е означает ди это постоянного экономического усиления нэпманов и постоянного ослабления государства?» — спрашивал Рансом
1 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 43, с. 224.
2 См. там же, т. 45, с. 44—46.
3 См. там же, с. 220—223, 336—337.
4 См. там же, т. 45, с. 208, 216—217; т. 44, с. 396—400 и др
109


В. И. Ленин весьма иронически отнесся к этим вопросам. Он ответил, что «обилие мелких торговцев и их оживленнейшая деятельность нисколько еще не свидетельствует об экономической большой силе класса...». «Нэпман» (Ленин ставил этот термин в кавычки) «обнаруживает гораздо больше шуму, чем это соответствует его экономической силе»1.
Ленин высоко оценил труд рабочих и крестьян, обеспечивших начавшийся подъем сельского хозяйства, легкой промышленности. Это и есть «действительная экономическая деятельность действительного большинства населения». Земля в России находилась в руках государства, промышленность также принадлежала государству и управлялась либо его служащими, либо арендаторами. «Поэтому опасаться «постоянного ослабления государства» нет оснований» 2.
Отвечая на вопрос о политической силе нэпмана, В. И. Ленин со всей категоричностью подчеркнул: «...рабочие и крестьянство — вот основа политической силы в России» 3.
К весне 1922 г. определились основные формы использования буржуазного хозяйства. Принципиальная линия политики партии и государства по отношению к ним заключалась в том, что «пролетарское государство, не изменяя своей сущности, может допускать свободу торговли и развитие капитализма лишь до известной меры и только при условии государственного регулирования (надзора, контроля, определения форм, порядка и т. п.) частной торговли и частнохозяйственного капитализма»4. Все ключевые экономические позиции оставались в руках социалистического государства, которое повело решительную борьбу со всеми формами спекулятивной деятельности (контрабанда, валютные операции и т. п.).
А к концу 1923 г. стали ясны уже и фактические границы допущения частного капитала. Была заключена большая часть арендных договоров, открылись бездействовавшие частные предприятия, организационно оформился частный торговый аппарат.
В промышленности сфера деятельности частника в основном ограничивалась производством товаров широкого потребления, добычей и переработкой некоторых видов сырья, изготовлением простейших орудий труда; в ’ См.: Ленин В. И. Полн, собр, соч., т. 45, с. 259, 260, 266.
2 Там же, с. 261.
8 Там же, с. 268.
4 Там же, т. 44, с. 342.
по'


торговле — посредничеством между мелкими товаропроизводителями, реализацией товаров частной промышленности и лишь отчасти — госпромышленности; на транспорте— организацией местных перевозок мелких партий грузов; в области кредита — обслуживанием частной промышленности и торговли.
С момента перехода к нэпу сфера частнокапиталистического предпринимательства была ограничена системой государственного контроля и регулирования. Специфическая особенность опыта СССР заключалась в том, что частный капитал стал использоваться после периода почти сплошной национализации, в ходе организованного отступления пролетарского государства, когда серией юридических актов были определены цели и задачи допущения частника, формы контроля и регулирования. Попытки капиталистических элементов выйти за эти рамки решительно пресекались.
Административные рычаги дополнялись эффективными мерами экономического регулирования. Стремясь не допустить значительной концентрации частного капитала, Советское государство активно использовало налоги. Введя и совершенствуя подоходно-промысловый, поимущественный налоги, гербовый сбор, налоги за квартиру, местные налоги и др., государство лишило нэпманов возможностей получать крупные прибыли. Большая доля накоплений изымалась финансовыми органами. В 1924/25 г. обложения поглощали от 35 до 52% всего дохода частников. Классовая политика в области кредитов, закупочных и продажных цен, транспортных тарифов, трудового законодательства также позволяла «держать господ капиталистов в надлежащей узде...» Советское государство внимательно следило за всеми изменениями в соотношении сил и вовремя принимало необходимые меры по пресечению нежелательных тенденций развития частного капитала.
На действующие на законном основании частновладельческие предприятия государство имело возможность влиять в основном опосредованно — через налоги, кредит, цены, законы о труде и т. п. Намного удобнее было осуществлять контроль и регулирование высших форм госкапитализма — арендованных частными владельцами государственных предприятий и концессий, а также смешанных акционерных промышленных и торговых обществ. Предоставив во временную эксплуатацию некоторые при-
1 Ленин, В. И. Полн. собр. соч., т. 44, с. 161.


родные ресурсы, основные и оооротные капиталы, государство посредством кредитов, снабжения сырьем и материалами, закупки произведенной продукции получило возможность с помощью договорной системы непосредственно влиять на производственный процесс и реализацию продукции, контролировать размер и распределение прибыли, включать эти предприятия в планируемую экономику.
Наличие различных форм частного капитала давало возможность использовать объективные противоречия между ними. Подобную тактику Советское государство с успехом применяло уже в первый год революции, привлекая буржуазную кооперацию для борьбы с неорганизованной частной торговлей. С точки зрения социально-экономической Советское государство было заинтересовано в использовании частного капитала в сравнительно высокоорганизованных формах, так как в таком случае оно получало возможность наиболее эффективно решать задачи подъема производительных сил, увеличения продукции, применения передового опыта, преодоления безработицы, обуздания стихии мелкотоварного производства.
Но рост капиталистических предприятий был связан с подчинением и закабалением ими мелких единоличных хозяйств. Социально-политические же интересы рабочего класса требовали укрепления экономической смычки с мелкобуржуазными слоями (единоличным крестьянством, кустарями, ремесленниками, мелкими торговцами). Это противоречие разрешалось с помощью мер, направленных на то, чтобы не допустить замкнутый цикл частного производства и обращения, ослабить экономические связи различных типов частного хозяйства, включить их через товарное снабжение, закупки готовой продукции, кредиты в единую систему советского хозяйства под эгидой социалистического сектора и ограничить таким образом стихию частнокапиталистического хозяйства.
Частный сектор промышленности в условиях нэпа составили главным образом предприятия, работавшие на местном сырье и обслуживавшие потребительский рынок (мукомольная, кожевенная, дерево-, металлообрабатывающая и другие отрасли). В основном он был представлен заведениями кустарного и ремесленного типа, на долю которых приходилась почти половина всей продукции частной промышленности. К концу восстановительного периода в городе и деревне насчитывалось до 2 млн. кустарей и ремесленников, не пользовавшихся наемным трудом. Среди предприятий, где применялся наемный труд, 112


подавляющую часть составляли заведения с одним — пятью рабочими. Всего в мелкой частной промышленности, охватывавшей помимо кустарно-ремесленной также и капиталистическую, было занято в 1923/^4 г. почти в четыре с половиной раза больше наемного персонала, чем в крупной и средней частной промышленности. На ее долю приходилось 86,8% валовой промышленной продукции частного сектора промышленности. Частные предприятия производили почти 90% продукции всей мелкой промышленности. В промышленной продукции страны, включая продукцию государственной и кооперативной промышленности, на долю частной мелкой промышленности приходилось до 40%.
Средних и крупных частных промышленных предприятий в первые годы нэпа было очень мало. В 1923/24 г. в составе всей цензовой промышленности 1 частные предприятия давали всего 4,3% продукции, концентрируясь в основном в низших разрядах; причем частные владельцы предпочитали использовать такую форму хозяйства, как аренда. К концу восстановительного периода арендованные заведения составляли 70% предприятий частной цензовой промышленности. На них было занято 75% рабочих, они давали 81% продукции этой промышленности. В основных капиталах всей промышленности на долю частника приходилось весьма скромная доля — 12%, а в цензовой она была просто мизерной — 0,7%.
За первый год нэпа было передано в аренду около половины намеченного ВСНХ и его местными органами арендного фонда (т. е. более 10 тыс. промышленных предприятий), к концу 1923 г,—уже около 3/4. Две трети из них было сдано частникам, остальные — кооперации и государственным органам. Большинство договоров было заключено на короткий срок— один — три года. В ходе перезаключения договоров в последующие годы их условия уточнялись: повышалась ответственность арендаторов за поддержание и расширение производства, соблюдение трудового законодательства; укреплялись экономические связи государственных и арендных предприятий. В 1924/25 г. в промышленности насчитывалось 1025 арендованных предприятий, в 1926/27 г.—всего 836.
В процессе восстановления хозяйства удельный вес крупных и средних предприятий по объему валовой про- дукции в составе частной промышленности несколько рас1 В разряд цензовых входили промышленные предприятия Лаб- С числом Раб^их не менее 16 при наличии механического двигателя и не менее 30 — без двигателя.
8
Заказ 2381
113


ширился (с 13,2% в 1923/24 г, до 18,3% в 1926/27 г.). Укрупнялись частновладельческие предприятия, увеличивались размеры сдаваемых в аренду. Однако наиболее динамичной в этот период оказалась группа концессионных предприятий.
После согласования экономических и технических условий был заключен ряд взаимовыгодных концессионных договоров, которые давали возможность поднять некоторые отрасли промышленности, использовать передовой производственный опыт, увеличить ввоз оборудования, расширить экономические контакты с передовыми капиталистическими странами. В концессионной политике Советское правительство следовало указаниям X съезда партии. На нем говорилось о том, что, «являясь по существу известной формой экономического соглашения между социалистической Республикой и более ее развитыми в промышленном отношении капиталистическими странами, концессии в то же время должны послужить мощным средством развития производительных сил Советской республики и укрепления заложенных в ней основ социалистического хозяйства» Ч
Главным условием соглашений было обеспечение экономической и политической независимости Советского государства, а также охрана им труда советских граждан на концессионных предприятиях. «...Концессия,— подчеркивал Ленин,— тоже есть вид борьбы, продолжение классовой борьбы в иной форме, а никоим образом не замена классовой борьбы классовым миром»2.
Предприятия сдавались в концессию лишь солидным фирмам, которые имели прочные связи в капиталистическом мире и были знакомы в прошлом с хозяйством России. На основе более чем 1,6 тыс. предложений на концессии, поступивших к 1927 г. из-за границы, Советское государство заключило 172 договора. Фактически реализована из них была лишь 7з. Наибольшее число договоров действовало в 1926/27 г., когда насчитывалось 65 работающих концессионных предприятий.
Концессионные капиталы направлялись главным образом в добывающую, обрабатывающую и легкую промышленность. В 1925/26 г. концессионные предприятия произвели продукции на 35,4 млн. руб. Хотя в последующие годы объем их продукции значительно вырос (в денежном выражении почти в 3 раза), удельный вес ее в общей валовой продукции всей промышленности страны 1 КПСС в резолюциях..., т. 2, с. 260.
2 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 43, с. 224.
114


оставался крайне низким (0,6% в 1927/28 г.). В отраслях, производивших средства производства, доЛя концессий колебалась в пределах 1%, а по предметам потребления составляла несколько сотых процента. В добыче же и производстве отдельных видов сырья и материалов (в серебросвинцовой, золотодобывающей, марганцеворудной промышленности, в добыче медной руды, в лесной промышленности и т. д.) концессии играли весьма значительную роль.
К концу восстановительного периода концессии давали около 5% валовой продукции всей цензовой промышленности.
Аналогичные процессы происходили и в частной торговле. Торговля в годы нэпа являлась основной сферой приложения частного капитала. Возможность открыть «дело» без крупных вложений, быстрая оборачиваемость средств и высокая прибыльность, известная свобода маневра привлекали именно сюда большую часть нэпманской буржуазии. К тому же в области торговли социалистический сектор при переходе к нэпу имел наименее подготовленные позиции.
Однако все эти преимущества носили временный и весьма относительный характер. Попытки буржуазии создать прочные позиции в области торговли потерпели неудачу. К 1923 г., когда в основном завершился процесс организационного оформления торговли, т. е. воссоздания торгового аппарата, способного осуществить сбор и реализацию имевшихся товарных масс, частник в оптовой торговле владел лишь ]/5 оборота. Значительно большим был его удельный вес в розничной торговле (около 75%). Однако в своей массе частный капитал был сосредоточен в мелких предприятиях. В городе доля частного капитала, вложенного в мелкие предприятия, составляла 61,6%, в деревне —до 85%. Частная торговля была представлена главным образом разносными, развозными, лавочны- ми^заведениями. На 15 торговцев, не применявших наемный труд, приходился только один, применявший таковой.
Во внешнем обороте страны доля смешанных торговых обществ, число которых к 1926 г. достигло 15, составляла лишь около 3%.
На транспорте частный капитал получил распространение только в местных гужевых, отчасти в речных и морских каботажных перевозках (до 3,6% всего водного грузооборота в 1925 г.).
На капиталистических предприятиях в условиях нэпа шла классовая борьба. Ее своеобразие заключалось в 115


том, что занятые на них рабочие выступали как часть единого советского рабочего класса, обладавшего всей полнотой политической власти и использовавшего эту власть для ограничения и полного вытеснения капиталистических отношений. Вынужденное временно использовать нэпманскую буржуазию, пролетарское государство не отступило от своего важнейшего принципа — обеспечивать неуклонное улучшение условий труда и быта трудящихся, повышение их жизненного уровня. Коренные социальные права трудящихся были юридически уравнены на государственных и частных предприятиях и защищались государством всеми имеющимися у него средствами. Поэтому, хотя нэпман и стремился перевести отношения с наемным персоналом в русло чисто капиталистических отношений, он вынужден был умерять свой пыл.
Оживление частного хозяйства в начале нэпа было связано с попытками нэпмана возродить самые хищнические формы эксплуатации. Многие нэпманы стремились максимально увеличивать рабочий день (до 10—12 часов, нередко и до 16 часов), широко использовать труд детей, занижать заработную плату, не выполняли элементарные санитарно-гигиенические требования. В ряде постановлений ЦК РКП (б), в решениях XI партконференции, XI съезда партии перед советскими и общественными органами была поставлена задача срочно выработать законодательные меры, регулирующие условия труда в капиталистическом секторе хозяйства. В течение 1921 —1922 гг. по этим вопросам опубликован ряд декретов и постановлений. Они были обобщены в новом Кодексе законов о труде, принятом IV сессией ВЦИК в октябре 1922 г. Контроль был возложен на Народный комиссариат труда с его широкой сетью инспекционных органов. Классовый характер деятельности инспекции достаточно красноречиво раскрывают данные о судебном преследовании частников. Более половины обследований частных предприятий заканчивались передачей дел в суд за нарушение законов о рабочем времени, отдыхе, труде малолетних и подростков, оплате труда.
Ряд показательных судебных процессов, состоявшихся в 1922—1923 гг., наглядно продемонстрировал твердую решимость пролетарского государства ограничить капиталистическую эксплуатацию. Трудовые споры разрешались, как правило, в пользу рабочих. По мере того как совершенствовалось советское трудовое законодательство, нэпман вынужден был отступать. Но, отступая, он не складывал оружие, а изыскивал все новые и новые пути 116


и формы эксплуатации. С конца 1922 г. в ряде отраслей начался процесс уменьшения размеров частных промышленных предприятий, фиктивной ликвидации некоторых из них, сокращения числа занятых там лиц. Закрывая предприятие, нэпман переходил к домашне-капиталистической форме промышленности. Через раздаточные конторы он нещадно эксплуатировал труд неорганизованных рабочих и членов их семьи, занятых переработкой сырья и материалов на дому («квартирничество»). Эта форма была особенно распространена в кожевенной, швейной, текстильной, металлической, деревообрабатывающей промышленности.
В середине 1923 г. Советское правительство приняло декрет, распространивший требования Кодекса законов о труде на рабочих, занятых на дому. Тогда, сокращая связь, с «квартирниками» или переходя к использованию труда нелегальных «квартирников», частник начал закабалять часть наемных рабочих, особенно безработных, другим путем. Он принуждал их выбирать патенты на самостоятельное предприятие, но привязывал к себе через систему кредитования, раздачи сырья и материалов. К концу восстановительного периода «патентщики» стали одной из основных категорий рабочих, эксплуатируемых частным капиталом.
Кроме того, нэпман все больше обращал внимание на мелкую кустарную и ремесленную промышленность. В 1925 г. раздаточные конторы объединяли до 40% сельской промышленности, а к 1927 г.~до 50%. Ширмой для эксплуатации наемного труда становились многочисленные лжеартели, «дикие» кооперативы, фиктивная аренда, компаньонство и другие нелегальные формы, отличавшиеся наиболее хищническим характером.
Маневры нэпмана требовали от государства и общественных организаций повышенной бдительности и оперативности. С 1923 г. профсоюзы развертывают активную работу по охране прав «квартирников» и других категорий рабочих, подвергавшихся капиталистической эксплуатации. Через систему обследований выявлялись лжеко- оперативы, организаторы их предавались суду. Советское законодательство начинает регулировать труд и в артелях. Совершенствуется вся система карательных и административных мер, закрывавших перед частником нелегальные пути капиталистического накопления.
Действенность государственной политики в области труда повышалась по мере роста сознательности и организованности самих рабочих, занятых на частных пред117


приятиях. Состав этого отряда рабочего класса был весьма специфичен. Частник, арендатор, концессионер стремились привлечь наиболее квалифицированную и в то же время наиболее отсталую по уровню политической сознательности часть рабочих, а для подсобных работ — женщин, детей, выходцев из деревни. В условиях растущей безработицы, стараясь обойти биржи труда, они черпали с рынка труда рабочую силу, наиболее удобную для извлечения максимальной прибыли. С помощью некоторых подачек, натравливая одних рабочих на других, частник стремился внести раскол в их среду, привязать их к себе экономически, воспрепятствовать росту влияния партии и профсоюзов.
Общая численность рабочих в частном секторе про- ■мышленности к концу восстановительного периода достигла 283 тыс., или около 9% наемных индустриальных рабочих.
Большая часть рабочих, занятых в частном секторе, была рассредоточена по мелким предприятиям (59 тыс. человек—на крупных и 244 тыс. человек — на мелких предприятиях). Поэтому очень трудно было организовывать их, вести среди них культурно-массовую, воспитательную работу. И тем не менее к середине 1926 г. около 145 тыс. человек, т. е. почти половина рабочих, занятых на концессионных, арендованных и частных предприятиях, состояли в профсоюзах. Проводились чистки профсоюзов от пролезших туда нэпманов и их активных сторонников. Большую роль в защите интересов молодежи играли комсомольские организации. Активную работу вели женотделы и делегатки.
Для работы среди персонала частных предприятий при губкомах, горкомах, райкомах партии создавались постоянные совещания; партийные организации крупных государственных промышленных предприятий выделяли для этой цели специальных уполномоченных. Коммунистическое ядро на частных предприятиях, которое в начале нэпа было чрезвычайно малочисленно, к концу восстановительного периода значительно выросло и окрепло.
Только за два года (1924—1925 гг.) число партячеек на этих предприятиях увеличилось с 42 до 163, а число коммунистов в них — с 582 до 4848 человек.
Численный рост профсоюзов, усиление в них коммунистического влияния позволили добиться серьезного успеха по улучшению условий труда на частных предприятиях. Об этом свидетельствовали договоры, заключавшиеся с владельцами предприятий, и борьба за их выполнение.
118


Заключение коллективных договоров началось в 1922 г., а в 1925 г. приняло массовый характер.
Не решаясь в условиях пролетарской диктатуры дать открытый бой профсоюзам и принимая большинство условий коллективных договоров, нэпманы тем не менее систематически нарушали их, незаконно удлиняя рабочий день, снижая заработную плату, нарушая технику безопасности, уклоняясь от уплаты страховых взносов и т. п. Там, где нэпман не принимал или нарушал условия коллективного договора, эффективным средством борьбы становилась стачка. Уже в первой половине 1922 г. было проведено 23 забастовки на частных предприятиях, в которых приняли участие 1152 человека. Во втором полугодии число стачек и их участников почти утроилось (68 и 3640). Большинство стачек (22 в первом полугодии и’ 61 во втором) закончились победой рабочих. В последующие годы размах стачечной борьбы увеличивался. В 1925 г. в 94 забастовках участвовало 3 тыс. человек, а в 1926 г. в 121 стачке участвовало 9 тыс. рабочих и служащих. Повышалась экономическая, организаторская и политико-воспитательная роль стачечной борьбы. Частник был лишен таких традиционных средств давления на рабочих, как применение штрейкбрехерства, локаутов, «черных списков» и т. п.
С переходом к реконструктивному периоду стачечники все чаще обращаются к государству с предложениями передать предприятия в социалистический сектор путем национализации или прекращения аренды.
За восстановительный период частный капитал (промышленный, торговый, финансовый) увеличился менее чем в 2 раза (с учетом не только собственных, но и заемных средств). За это же время государство изъяло основную часть своих кредитов, перекрыло те каналы, по ко- торым нэпман пытался привлекать народные средства. Поэтому накопления нэпманской буржуазии, темп которых был довольно высоким в первые три года (они выросли со 150 до 800 млн. руб.), к концу восстановительного периода начали быстро сокращаться. 1926 год явился последним годом абсолютного роста капиталистического сектора промышленности и торговли.
Необходимо подчеркнуть ведущую тенденцию: временное допущение частного капитала сопровождалось вытеснением его из решающих сфер народного хозяйства. И этот процесс постоянно развивался.
119


УСПЕХИ ВОССТАНОВЛЕНИЯ
Начинать строительство социализма с восстановления народного хозяйства пришлось почти всем странам, входящим ныне в социалистическое содружество. Но нигде экономические потрясения не были столь велики, а трудности преодоления разрухи столь сложны, как в Советской России. Задачи хозяйственного возрождения наложили глубокий отпечаток на все стороны общественной жизни страны. Наличие особого восстановительного периода составляет одну из важных особенностей, черт переходного периода в СССР.
Крупная промышленность достигла довоенного уровня по выпуску важнейших видов продукции к 1926 г., мелкая— к 1927 г. Другие отрасли народного хозяйства подошли к этому рубежу в 1927 г. Поэтому восстановительный период, если брать в расчет только количественную сторону, завершился лишь через шесть лет после перехода к нэпу. Однако довоенный уровень был достигнут не на одной лишь старой материально-технической базе, унаследованной от капиталистической России, в значительной мере уничтоженной или амортизированной \ но и за счет технической реконструкции ряда производств, нового строительства. Восстановительный и реконструктивный процессы развертывались параллельно, дополняя друг друга.
Соотношение этих процессов во времени было весьма различным. Рубежом явились 1925—1926 гг., когда генеральные задачи в области экономики изменились. Главным стало не освоение старых основных фондов, а развертывание нового строительства. Поэтому термином «восстановительный период» в исторической литературе обычно обозначаются 1921 — 1925 гг,, а 1926—1927 гг. считаются началом периода социалистической реконструкции народного хозяйства. Понятно, что грань между восстановительным и реконструктивным периодами весьма условна и подвижна. Перестройка хозяйственного фронта совершалась постепенно, в разной степени затрагивая те или иные отрасли народного хозяйства.
С другой стороны, сам термин «восстановительный период» не совсем точно характеризует особенности первой половины 20-х годов. Подъем экономики не сопровождался ни возвратом к довоенным пропорциям, ни тем
1 По исчислениям С. Г. Струмилина, эти потери составили около 50% основных фондов. См.: Струмилин С. Г. Избранные произведения. В 5-ти томах. М., 1963, т. 1, с. 353.
120


более к сложившимся ранее социальным формам хозяйства. Ликвидация политического господства эксплуататорских классов, резкое сокращение их численности и, соответственно, непроизводительного потребления (до революции на непроизводительное потребление буржуазии и помещиков и вывоз за границу уходило до */4 накоплений) привели к коренной социальной переориентации всех сфер хозяйства. В центре производственных интересов оказывается трудовое население города и деревни с присущим ему характером потребления.
Предоставив известную свободу для проявления частной инициативы в сельском хозяйстве, торговле, Советское государство сконцентрировало свое внимание на усилении командных экономических высот. С момента окончания гражданской войны накопления использовались главным образом на восстановление крупной промышленности. В первую очередь в гору пошли важнейшие отрасли — топливная промышленность, добыча нефти и угля, транспорт, затем металлургия.
Поскольку крупному производству был нанесен наибольший урон, именно здесь восстановительные процес сы в первую очередь начали переплетаться с реконструктивными. Выработка электроэнергии возросла в 1925 г. по сравнению с довоенным уровнем в 1,5 раза. Быстро поднимались и другие отрасли, обеспечивавшие технический прогресс,— станкостроение, турбостроение, котло- строение, сельскохозяйственное машиностроение, электротехническое производство. Начались работы по механизации труда (внедрение врубовых машин на шахтах Донбасса и т. п.). В результате группа «А» по объему производства относительно довоенного уровня достигла в 1925 г. 80,3%, в то время как группа «Б» несколько меньше — 72,2%. Удельный вес первой группы в общей численности рабочих поднялся с 51,9 до 54,2%, а по производству продукции во всей промышленности — с 41,8 до 44,3%.
По всей промышленности капитальные вложения с 1924/25 г. начали уже восполнять текущий износ, а в 1925/26 г.— превысили стоимость текущего износа в 3 раза. Это позволило приступить к расширению основных фондов.
Индустрия развивалась при рациональном сочетании тяжелой и легкой промышленности. Выделяя все больше средств в первое подразделение, Советское правительство одновременно подтягивало и те отрасли легкой промышленности, которые обеспечивали решение крупных
121


социальных и экономических задач. В частности, текстильная, сахарная промышленность служили укреплению производственной смычки с крестьянским хозяйством, лесная — расширяла прибыль за счет экспорта лесоматериалов. Вопреки пессимистическим прогнозам буржуазных экономистов, оппозиционных элементов в партии, предрекавших поражение национализированных предприятий в соревновании с капиталистическими, социалистический сектор народного хозяйства набирал темпы подъема. Важнейший социальный итог восстановительного периода заключался в том, что была достигнута ярко выраженная устойчивая тенденция более интенсивного роста социалистического сектора нашей экономики по сравнению с частным.
В крупной промышленности государственные предприятия выпускали более 96% валовой продукции и использовали до 98% рабочей силы. Поскольку крупная промышленность по темпам роста начала с 1923 г. значительно обгонять мелкую, где были сосредоточены основные капиталы нэпманской буржуазии, то удельный вес и, соответственно, влияние социалистического сектора возрастали. С учетом мелкой промышленности социалистический сектор выпускал 79,3% промышленной продукции.
Вместе с промышленностью укреплялись и другие командные высоты советской экономики. Наряду с отраслями, которыми государство овладело уже в годы гражданской войны (промышленность, транспорт, связь), быстро развивались и те отрасли, которые укрепились уже на основе нэпа (торговля, финансы, кредит). Таким образом, была успешно выполнена выдвинутая Лениным весной 1922 г. задача «правильно развернуть и группировать силы» Ч Обобществленный сектор успешно овладевал торговлей как предметами потребления, так и средствами производства.
Быстрый рост государственной и кооперативной торговли за два последних года восстановительного периода позволил поднять удельный вес обобществленного сектора в общем товарообороте с половины до 3/4.
В целом по необобществленному сектору темпы роста в 1925/26 г. составили 21,7%, а в следующем, 1926/27 г. этот рост почти прекратился (2,9%).
Подъем хозяйства сопровождался улучшением жизненного уровня всех категорий трудящихся. К концу
1 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 45, с. 11.
122


восстановительного периода, когда был достигнут наиболее высокий темп подъема промышленного производства, доходы промышленных и сельскохозяйственных рабочих за год увеличились почти наполовину. Выросли и доходы земледельческого населения — на
Доходы нэпманской буржуазии, хотя также несколько увеличились, в общей массе доходов населения сократились.
Реальная заработная плата промышленных рабочих достигла довоенного уровня. Увеличивались государственные затраты на социальное страхование, культурные нужды. Рабочие начали регулярно использовать оплачиваемый отпуск. Большая помощь оказывалась безработным. Пособия по безработице составили в 1923/24 г. 18 млн. руб., в 1925/26 г.— уже 46 млн. руб.
Экономические условия, обеспеченные крестьянству новой экономической политикой, позволили ему в короткий срок в основном завершить восстановление сельского хозяйства. В 1925 г. размер посевных площадей достиг в среднем довоенного уровня. Отставание наблюдалось только по тем культурам, которые понесли наибольший урон в неурожайные 1921 и 1924 гг. (пшеница, ячмень). Валовой сбор зерновых превысил в 1925 г. средний показатель за пять предвоенных лет. Этого удалось добиться не столько за счет роста посевных площадей, сколько за счет улучшения обработки земли и роста урожайности.
Животноводство также достигло довоенного уровня. Поголовье крупного рогатого скота, овец, коз, свиней даже превысило его. Отставание наблюдалось лишь по поголовью лошадей.
Как и в промышленности, восстановительный процесс в сельском хозяйстве не означал механический возврат к довоенным пропорциям отраслей, культур и т. п. Быстрее всего восстанавливались те отрасли по производству товарной продукции, которые наиболее активно стимулировались государством с целью удовлетворения растущих потребностей рабочего класса, снабжения крупной промышленности сырьем, расширения экспорта (льноводство, хлопководство, производство свеклы, конопли табака и др.).
Подъем сельского хозяйства позволил увеличить вклад крестьянства в развитие народного хозяйства в целом. При переходе к нэпу этот вклад определялся в основном размером натурального налога. В 1921 г. налог составил 130 млн. пудов хлеба, в 1922 г.—уже 352,4 млн. пудов. По мере развития товарно-денежных отношений натуральный налог был постепенно заменен денежным.
123


С 1924 г. крестьянство вносило налог только в денежной форме.
Абсолютные размеры налоговых изъятий увеличивались с ростом доходов сельского населения. В 1924/25 г. налог был собран в размере 362,2 млн. руб. (в 1923/24 г. в связи с неурожаем — всего 231 млн. руб.). Одновременно возрастает роль косвенного обложения (через рыночные цены). В годы гражданской войны соотношение прямого и косвенного обложения изменялось в сторону увеличения прямого (разверстка) и сокращения косвенного (на базе эмиссии), хотя общий объем обложения в основном не менялся. Тяжесть же его возрастала для крестьянства, так как падала продуктивность сельского хозяйства. С переходом к нэпу это соотношение начало меняться в обратную сторону. В 1924/25 г. доля прямых налогов в общей сумме налоговых платежей сельскохозяйственного населения составила менее половины, а в 1926/27 г.— уже менее трети.
Остававшиеся в распоряжении крестьянства средства позволяли ему расширять и интенсифицировать свое хозяйство, вести новое строительство. Покупательная способность крестьянства неуклонно росла.
С каждым годом обложение крестьянства приобретало все более ярко выраженный классовый характер. Увеличивалось число освобожденных от налога бедняцких хозяйств: в 1922/23 г. их было около 0,5 млн. дворов, т. е. 3% всех крестьянских хозяйств, в 1923/24 г.— уже более 2,2 млн. (14% всех хозяйств), в 1925/26 г.— 5,4 млн. дворов (до 25% крестьянских хозяйств). Усиливались элементы дифференциации, прогрессивности в налогообложении. Размер обложения маломощных групп снижался за счет зажиточной верхушки деревни. В 1923/24 г. зажиточные крестьяне и кулаки, составлявшие 9,6% крестьянских дворов, выплатили 29,2% всей суммы налога. В последующие годы удельный вес этой группы в налогообложении еще больше возрос.
Успехи в развитии советской экономики в восстановительный период объяснялись и тем, что государственный аппарат успешно овладевал новыми методами руководства хозяйством, совершенствовал механизм регулирования многоукладной структуры.
Одним из важнейших показателей зрелости социалистической системы хозяйствования явилась мобилизация новых источников накопления. Приток средств из-за границы по концессионной программе, кредитам оказался незначительным. Резервы для восстановления и дальней124


шего развития хозяйства Советское правительство вынуждено было изыскивать внутри страны. На IV конгрессе Коминтерна (ноябрь 1922 г.) В. И. Ленин с гордостью сообщил, что на нужды индустрии уже удалось мобилизовать около 20 млн. золотых рублей1. После того как была резко сокращена эмиссия, решающее значение приобретает финансирование за счет госбюджета и кредита. Все шире использовались сбережения населения, поступавшие через различные каналы (кооперация, сберегательные кассы, государственные займы и пр.).
В бюджетных поступлениях главенствующую роль начинает играть город. Несмотря на абсолютный рост налоговых платежей сельского населения, их удельный вес в государственном бюджете уменьшился — с 45% в 1922/23 г. до 37% в 1924/25 г.
Быстро росли и внутрипромышленные накопления за счет экономии средств, ускорения оборота и т. п. С 1922/23 по 1925/26 г. они увеличились в 4 раза — с 241 млн. до 970 млн. руб. Общий размер вложений в промышленность, включая привлеченные в нее средства, в 1925/26 г. составил почти 1,5 млрд. руб. В начале нэпа государственные средства направлялись большей частью на увеличение оборотного капитала промышленности (создание товарных, сырьевых, топливных запасов, организацию кредитной системы, укрепление валюты и т. п.), а с 1925 г.— на увеличение основного капитала, на постройку новых фабрик и заводов.
Обобщая опыт нэпа в области мобилизации материальных и финансовых ресурсов, апрельский (1926 г.) Пленум ЦК подчеркнул: «Экспроприация непроизводительных классов (буржуазии и дворянства), аннулирование долгов, сосредоточение доходов от промышленности, госторговли (внутренней и внешней) и всей кредитной системы в руках государства и т. п.—сами по себе дают возможность такого накопления внутри страны, которое обеспечивает необходимый для социалистического строительства темп развития индустрии»2.
Восстановительный период, несмотря на сравнительную кратковременность, тем не менее наглядно и убедительно доказал неоспоримые преимущества социалистического хозяйства, связанные с возможностью концентрировать в руках государства основные средства производства, сосредоточивать ресурсы на решающих участках, 1 См.: Ленин В.-И. Полн. собр. соч., т. 45, с. 287.
2 КПСС в резолюциях..., т. 3, с. 313.
125


вести работу по плану. Такая возможность появилась потому, что были уничтожены границы производства, определявшиеся ранее системой капиталистической эксплуатации, ликвидирована конкуренция, расширился внутренний рынок сбыта, стало утверждаться новое отношение к труду, социалистическая система управления была приведена в соответствие с общественной собственностью. Это позволило даже на в основном еще отсталой материально-технической базе достичь таких результатов, которые были неведомы капитализму. Советский народ намного обогнал по темпам восстановления хозяйства передовые европейские капиталистические страны. Германия и Франция, потери которых были значительно меньшими, решили эту задачу за 10 и 16 лет, привлекая при этом значительные средства из-за границы.
XIV съезд партии отметил: «...Советский Союз оказался в состоянии обеспечить твердый государственный бюджет, быстро двинуть вперед при общем подъеме зарплаты и производительности труда развертывание промышленности и дальнейшее развитие сельского хозяйства, доведя их продукцию почти до довоенного уровня и обеспечивая растущую роль социалистических элементов во всем народном хозяйстве»
При переходе к нэпу В. И. Ленин указывал на противоречия, связанные с временным подъемом, наряду с социалистическим сектором, и мелкотоварного и капиталистического производства, на неизбежное обострение классовой борьбы на экономическом фронте. Наряду с этим он неизменно подчеркивал наличие ведущей тенденции, которая определялась тем, что вся полнота политической власти и основные средства производства сосредоточены в руках рабочего класса. Советское государство играет решающую роль в регулировании социально-экономических процессов, сфера социалистических производственных отношений неуклонно расширяется.
Практика социалистического строительства доказывала глубокую обоснованность ленинского оптимизма в оценке перспектив развития советской экономики. Анализируя опыт восстановительного периода, партия пришла к выводу, что неуклонное расширение экономической основы пролетарской диктатуры все больше и больше уменьшает опасность растущего на мелкобуржуазной
1 КПСС в резолюциях..., т. 3, с. 243. 126


почве частного капитала, создает прочные предпосылки для победы социализма.
Трудящиеся СССР и прогрессивные элементы в капиталистических странах видели в успехах строительства социализма в Стране Советов закономерный итог мудрого руководства Коммунистической партии, вооруженной самой передовой теорией. В исключительно короткий исторический срок партия большевиков во главе с В. И. Лениным на основе марксистского учения о переходном периоде, о социализме создала целостную концепцию экономической политики социалистического государства, постоянно развивая ее на основе практики хозяйственного руководства. Опережая время, отведенное историей для демонстрации преимуществ социализма перед фронтом капиталистических стран, рабочий класс при поддержке трудящегося крестьянства ценой героических усилий все больше постигал искусство управления.
Буржуазная пропаганда в тех случаях, когда она уже не могла скрывать громадные достижения социализма, объясняла их лишь способностью большевиков «с умом» распорядиться тем, что было отнято у капиталистов. Классовая ограниченность, ненависть к новому строю не позволяли им увидеть, что восстановительный период явился серьезной проверкой на зрелость социалистической системы хозяйства, выдержав которую она неминуемо ускорила движение на пути построения нового общества.


нэп И СОЦИАЛИСТИЧЕСКАЯ РЕКОНСТРУКЦИЯ НАРОДНОГО ХОЗЯЙСТВА
КУРС НА ИНДУСТРИАЛИЗАЦИЮ И НОВЫЕ ЗАДАЧИ НЭПА
Нэп и индустриализация страны были неразрывно спаяны самой практикой, поступательным ходом социалистического строительства. В то же время между ними существовала тесная генетическая связь. Они формировались и развивались как неотъемлемые составные части ленинского плана построения социализма в нашей стране. Попытки буржуазной историографии разорвать эту связь, изобразить теорию и практику индустриализации как отрицание нэпа, как замену его принципиально иным типом, принципом экономического развития несостоятельны ни теоретически, ни конкретно-исторически. За этими попытками ясно видна цель ограничить временные рамки нэпа, исказить его социальную сущность, оторвать от коренных задач построения основ социализма, доказать ненаучность, эмпирический характер экономической политики Советской власти.
Однако история говорит о другом. Уже в выступлениях на X съезде РКП (б), обосновывая необходимость перехода к нэпу, В'. И. Ленин настойчиво и четко проводил мысль о том, что новая экономическая политика дает возможность подлинно научно, подлинно реалистически подойти к решению проблемы индустриализации страны. Лишь создав надежную экономическую основу, обеспечив смычку рабочего класса с крестьянством и мелкобуржуазными слоями города, Советское государство сможет приступить к реализации намеченной в плане ГОЭЛРО широкой программы внедрения новейших достижений науки и техники в производство, программы индустриализации страны. В свою очередь, восстановив и развив крупную индустрию, Советское государство создаст материальную базу для преобразования мелких единоличных крестьянских хозяйств в крупные обобществленные социалистические хозяйства. Лишь на основе внедрения в сельское хозяйство машинной техни128


ки можно изменить психологию крестьянина, превратить мелкого собственника в коллективиста. «Решить этот вопрос по отношению к мелкому земледельцу, оздоровить, так сказать, всю его психологию может только материальная база, техника, применение тракторов и машин в земледелии в массовом масштабе, электрификация в массовом масштабе. Вот что в корне и с громадной быстротой переделало бы мелкого земледельца» 1.
Эта мысль пронизывает и последнюю ленинскую работу— «Лучше меньше, да лучше». На вопрос о тактике при строительстве социализма в нашей стране в условиях капиталистического окружения В. И. Ленин отвечал, что в начале нэпа при наличии разрушенного хозяйства, преобладания мелкого единоличного крестьянского производства тактика должна заключаться в проявлении величайшей осторожности «для сохранения нашей рабочей власти, для удержания под ее авторитетом и под ее руководством нашего мелкого и мельчайшего крестьянства»2. Пройдя этот этап, рабочий класс в будущем сможет уделить главное внимание развитию крупной машинной индустрии, обеспечить индустриализацию всей страны, перестроить сельское хозяйство на базе машинной техники. «В этом и только в этом будет наша надежда. Только тогда мы в состоянии будем пересесть, выражаясь фигурально,' с одной лошади на другую^ именно, с лошади крестьянской, мужицкой, обнищалой, с лошади экономий, рассчитанных на разоренную крестьянскую страну,—на лошадь, которую ищет и не может не искать для себя пролетариат, на лошадь крупной машинной индустрии, электрификации, Волховстроя и т. д.»3. В этой ленинской формуле была заключена стратегия нэпа, конечной целью которой было утверждение безраздельного господства социалистического хозяйства. .
После того как задачи восстановления народного хозяйства были успешно решены, для преодоления отсталости страны, обеспечения ее экономической независимости, укрепления оборонного потенциала перед лицом растущей агрессивности капиталистических стран Коммунистическая партия наметила курс на социалистическую индустриализацию страны. Предстояло в корот- кий срок преобразовать аграрно-индустриальную эко-
1 Ленин В. И. Полн. собр. соч,, т. 43, с. 60.
2 Там же, т. 45, с. 403.
3 Там же, с. 405.
9 Заказ 2381 190


номику в индустриально-аграрную, создать ряд новых производств, определяющих технический прогресс, обеспечить широкое внедрение машинной техники во все отрасли народного хозяйства.
XIV съезд утвердил директиву «обеспечить за СССР экономическую самостоятельность, оберегающую СССР от превращения его в придаток капиталистического мирового хозяйства, для чего держать курс на индустриализацию страны, развитие производства средств производства и образование резервов для экономического маневрирования»1. Съезд отметил, что рабочий класс, опираясь на союз с трудящимся крестьянством, достиг уже серьезных успехов в деле социалистического строительства. Это проявилось в повышении удельного веса и ведущей роли социалистического сектора, в росте политической и трудовой активности масс. «...Налицо экономическое наступление пролетариата на базе новой экономической политики и продвижение экономики СССР в сторону социализма»2.
Одновременно съезд указал на необходимость дальнейшего упрочения союза рабочего класса с бедняцко- середняцкими массами деревни, развертывания интенсивного наступления на капиталистические элементы. Он решил «во главу угла поставить задачу всемерного обеспечения победы социалистических хозяйственных форм над частным капиталом, укрепление монополии внешней торговли, рост социалистической госпромыш- ленности и вовлечение под ее руководством и при помощи кооперации все большей массы крестьянских хозяйств в русло социалистического строительства»3.
Прочность политической власти рабочего класса, опора на широкие массы трудящихся города и деревни, возрождение экономического потенциала страны, крепнущие связи между советскими республиками создавали реальные предпосылки для ускорения темпов и расширения фронта социалистических преобразований. Реалистический учет соотношения классовых сил убеждал в возможности дальнейшего упрочения экономической базы Советской власти на основе индустриального прогресса и кооперирования мелкотоварного производства.
На эволюцию нэпа существенное влияние оказывали и внешние факторы развития социалистического государства. Вторая половина 20-х годов ознаменовалась
1 КПСС в резолюциях..., т. 3, с. 247.
2 Там же, с. 246.
3 Там же, с. 247.
130


дальнейшим обострением противоречий мировой капиталистической системы (между ведущими капиталистическими державами; между этой группой стран, с одной стороны, и зависимыми, колониальными странами — с другой; между пролетариатом и буржуазией). Свои внутренние противоречия буржуазия стремилась разрешить путем развертывания наступления на первую страну социализма. XV съезд РКП (б) отмечал: «Обострились противоречия между странами буржуазного окружения и СССР, своим победоносным развитием подрывающим устои мирового капиталистического господства. Рост социалистических элементов в СССР, крах буржуазных надежд на перерождение пролетарской диктатуры наряду с усилением международно-революционного влияния СССР являются главнейшими факторами этого обострения»1.
Партия указала на растущую опасность нового вооруженного нападения на СССР со стороны империалистических государств. Это требовало всемерного укрепления оборонного потенциала страны, повышения мощи и боеспособности армии, обеспечения хозяйственной самостоятельности СССР, создания необходимых резервов. Рост военной опасности, подготовка страны к обороне не могли не оказывать существенного влияния на выбор организационных форм, экономических и административных методов хозяйствования.
Провозглашенный на XIV съезде партии курс на индустриализацию потребовал дальнейшего развития нэпа, изменения его главного направления и методов. Главным направлением хозяйственной политики становилось преимущественное развитие крупной промышленности. Необходимо было более активно мобилизовывать и распределять средства с целью укрепления экономического потенциала страны, усилить плановое начало и экономическое воздействие города на деревню, преодолеть проявления стихии мелкого крестьянского и капиталистического хозяйства. На первый план выдвинулась коренная задача экономической политики переходной эпохи— интенсивное расширение социалистического сектора и его полная победа над капитализмом.
В. И. Ленин мечтал о том времени, когда Советская страна сможет сделать «такой шаг вперед, который бы оправдал предсказания социалистов, который бы дал им возможность с громадной быстротой развить производительные силы, развить все те возможности, которые сло1 КПСС в резолюциях..., т. 4, с. 14.
131


жились бы в социализм, доказать всякому и каждому наглядно, воочию, что социализм таит в себе гигантские силы и что человечество перешло теперь к новой, несущей необыкновенно блестящие возможности стадии развития» И вот теперь это время настало.
Предстояло мобилизовать силы и средства страны на нужды индустриализации. Отсюда вытекала необходимость по-новому решать проблему взаимодействия социально-экономических интересов всех классов и слоев населения. Учитывая новую расстановку классовых сил и перспективы ее дальнейшего изменения, партия выдвинула задачи обеспечить дальнейшее повышение ведущей роли рабочего класса, всемерную поддержку деревенской бедноты в борьбе с кулацкой эксплуатацией, укрепление экономической смычки рабочего класса с середняком в первую очередь через кооперацию, помощь кустарям и ремесленникам в подъеме их производства и кооперировании, проведение жесткой системы контроля и регулирования по отношению к сельской и городской буржуазии с целью ее решительного хозяйственного вытеснения.
Планомерный переход под руководством партии от восстановления народного хозяйства к индустриализации был связан с глубокими качественными изменениями в хозяйственном механизме. В 1921—1925 гг. на передний план при формировании и совершенствовании этого механизма выступали задачи создания целостной системы руководства, нацеленной на скорейшее восстановление всех основных отраслей народного хозяйства, на развитие обобществленного и частного секторов хозяйства при обеспечении ведущей роли социалистического сектора. Теперь же, в свете задач социалистической реконструкции, предстояло решительно перестроить эту систему с целью быстрого расширения ряда ведущих отраслей, в первую очередь тяжелой промышленности, и завершения обобществления всего народного хозяйства. Таким образом, новая экономическая политика вступала в новую, высшую стадию развития, когда в полной мере проявлялись ее сущность и характер как политики, нацеленной на строительство и победу социализма.
Как было отмечено на апрельском (1926 г.) Пленуме ЦК ВКП(б), «в ускорении накопления, целесообразном использовании накапливаемых средств, гораздо бо-
1 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 45, с. 402. 132


лее жестком, чем до настоящего времени, осуществлении планового начала заключаются очередные задачи предстоящего периода в развитии хозяйства» I
С началом реконструктивного периода, т. е. с 1926 г., все ресурсы страны мобилизуются на интенсивное развитие крупной промышленности, в первую очередь тяжелой. Путем более высоких темпов роста, дальнейшего укрепления командных высот повышается ведущая роль и регулирующее влияние социалистического уклада. Частник вынужден затормозить, а затем и прекратить абсолютное увеличение своих капиталов, теряя одну за другой позиции в различных отраслях народного хозяйства. Советское государство все настойчивее развертывает наступление на капиталистические элементы города и деревни. Ускоряются темпы кооперирования.
Наиболее ярко эти новые тенденции экономической политики проявились с начала первой пятилетки, когда развернулась широким фронтом индустриализация страны, а затем и массовая коллективизация сельского хозяйства, наступление социализма по всему фронту. Как отметил ноябрьский (1928 г.) Пленум ЦК ВКП(б), «переход от восстановительного периода к периоду социалистической реконструкции, к перестройке всего хозяйства на основе высшей техники, решающего влияния в нем индустрии с особым усилением роли тяжелой промышленности и действительно массового развертывания кооперирования и коллективизации в деревне поставил перед рабочим классом нашей страны во весь рост коренные задачи непосредственного социалистического строительства» 2.
При переходе к нэпу В. И. Ленин говорил: «Мы сейчас отступаем, как бы отступаем назад, но мы это делаем, чтобы сначала отступить, а потом разбежаться и сильнее прыгнуть вперед. Только под одним этим условием мы отступили назад в проведении нашей новой экономической политики,., чтобы после отступления начать упорнейшее наступление вперед...»3 Это наступление началось уже в середине 20-х годов. С началом первой пятилетки оно усилилось. Обобществленный сектор целиком взял в свои руки инициативу в развитии всех отраслей, быстро тесня частный капитал. Практикой была подтверждена способность социалистического хозяйства к высоким темпам подъема на базе модерниза-
1 КПСС в резолюциях..., т. 3, с. 315.
2 Там же, т. 4, с. 142.
3 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 45, с. 302.
133


ции и расширения основного капитала. Подтвердились глубокая научная обоснованность и практическая реальность взятого курса на индустриализацию. Упрочилось положение государственной промышленности как руководящего начала всей экономической системы страны.
Принципы плановости определяли в основном деятельность хозяйственного аппарата и производственных коллективов. Торговля, деньги, цены, кредит, хозрасчет стали действенными инструментами государственного планового руководства. Усилилась активность политической надстройки, возросло воздействие Советского государства на экономический базис, еще ярче проявилась ведущая роль Коммунистической партии в социалистическом строительстве.
Все это давало возможность привести в действие новые рычаги хозяйственного руководства. В промышленности и строительстве, на транспорте требовалось повысить эффективность общественного производства, роль качественных показателей; в сельском хозяйстве — уменьшить значение стихийного фактора развития, укрепить экономический союз города и деревни, обеспечить путем новых форм смычки всемерное развитие социалистических предприятий —колхозов, совхозов, различных форм кооперации; в торговле—ограничить рамки частного оборота, влияние мелкобуржуазной стихии, повысить роль политики цен в накоплении и перераспределении средств, в осуществлении программы повышения жизненного уровня трудящихся, усилить снабжение деревни товарами потребительского и особенно производственного назначения; в области финансов — изыскать дополнительные источники накопления для осуществления напряженных планов капитального строительства, усилить централизацию в использовании и перераспределении финансовых ресурсов.
А в целом увеличение мощи и влияния социалистического уклада требовало дальнейшего повышения роли социалистического государства в регулировании экономических процессов, более полного выявления и всестороннего использования тех возможностей и преимуществ, которые давали общественная собственность на основные средства производства, централизация руководства хозяйством, привлечение широких масс к непосредственному управлению.
На фоне убедительных успехов социалистического хозяйствования все явственнее ощущались и определен134


ные трудности и противоречия, связанные «с особенностями нашего роста, с технико-экономической отсталостью страны и с напором враждебных пролетариату социально-классовых сил...»1. В частности, несмотря на быстрое увеличение промышленного производства, потребительский и производственный спрос обгонял предложение. Усиливались элементы товарного голода, рыночной напряженности, что вело к росту цен, колебаниям курса рубля. Сложившаяся система экономических методов воздействия на сельское хозяйство оказывалась уже не в состоянии поддерживать необходимый темп развития сельскохозяйственного производства, повышения товарности, что привело к чрезмерному отставанию зернового хозяйства от быстро растущих потребностей. В этих условиях было трудно выполнять программу повышения уровня жизни трудящихся города и деревни. По-прежнему остро стояла проблема безработицы и аграрного перенаселения. Практика еще раз подтвердила справедливость слов В. И. Ленина, который предупреждал, что дорога к социализму «никогда прямой не будет, она будет невероятно сложной...»2.
Анализируя природу и значение этих негативных моментов, партия сделала вывод, что основные трудности и основные проблемы хозяйственной политики пролетариата лежат «по линии регулирования взаимоотношений между городом и деревней»3. Эти трудности были трудностями роста и определялись выявившимся несоответствием между темпами подъема отдельных отраслей народного хозяйства, временным обострением неантагонистических противоречий между различными социальными слоями трудящихся, но особенно — усилением классовой борьбы между социализмом и капитализмом. И в то время как скептики и недруги социализма в качестве рецепта для преодоления этих трудностей выдвигали замедление темпов социалистического наступления, новые компромиссы с буржуазными и мелкобуржуазными слоями, партия видела гарантию упрочения и полной победы социализма в ускорении этих темпов, в нанесении последнего и решающего удара по капитализму4.
Таким образом, назрела необходимость приведения новой экономической политики в соответствие с принци1 КПСС в резолюциях..., т. 4, с. 17; см. также с. 123—124.
2 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 36, с. 47.
3 КПСС в резолюциях..., т. 3, с. 509; см. также т. 4, с. 326
* См. там же, т. 4, с. 410.
135


пиально иными, отличными от предшествующих этапов объективными условиями хозяйственного строительства. Однако, чтобы успешно решить эту задачу, предстояло полностью преодолеть оппортунистические ошибки в оценке сущности и задач нэпа, до конца разоблачить и отбросить концепции троцкистов и правых уклонистов.
Тезисы, отстаиваемые троцкистами, сводились к тому, что нэп — это по преимуществу отступление рабочего класса перед буржуазными и мелкобуржуазными элементами, это капитализм, что в силу использования «старых» инструментов (торговля, деньги, хозрасчет, прибыль), в которых они не видели нового содержания, социалистические предприятия носят госкапиталистиче- ский характер, что единоличное крестьянство не способно включиться в систему социалистического развития страны на путях кооперирования. Эти тезисы означали переоценку силы капиталистических элементов, потерю перспектив социалистического строительства, а на практике они вели к разрыву союза рабочего класса и крестьянства.
Правые, недооценивая роль нэпманской буржуазии, уповали на стихийный переход от капитализма к социализму, на мирное врастание капиталистических элементов в социализм. Они проповедовали капитулянтскую линию на сдерживание темпов индустриализации и колхозно-совхозного строительства в деревне, на дальнейшие уступки буржуазии, преклонялись перед стихией мелкотоварного крестьянского производства и считали необходимым культивировать лишь те методы хозяйствования, которые были характерны для начального этапа нэпа, но не отвечали уже задачам этапа социалистической реконструкции народного хозяйства.
При всем внешнем различии и тот и другой путь был гибельным для дела социалистического строительства. Но главную опасность в конце 20-х годов представлял правый уклон. Исходя из совершенно неправильной оценки нэпа, Бухарин и его сторонники выступили с предложениями смягчить монополию внешней торговли, что неизбежно повело бы к свертыванию программы закупки за границей промышленного оборудования. Важнейшим регулятором экономических отношений города и деревни в их интерпретации выступал рыночный регулятор. Основное социально-экономическое противоречие — в области взаимоотношений промышленности и сельского хозяйства — правые предлагали решать путем 136


новых уступок мелким собственникам, не ставя вопроса об изменении социальных форм хозяйства в Деревне. Они искусственно разрывали проблемы развития производительных сил и обобществления в сельском хозяйстве, что означало прямой отход от ленинских указаний о соотношении экономики и политики, о примате классовых интересов при решении всех хозяйственных вопросов.
Правые игнорировали важнейшее ленинское положение о том, что Советской власти нужен не всякий союз города и деревни, а лишь такой, который неуклонно ведет к коренным преобразованиям производства, к обобществлению, к ликвидации сельской буржуазии, к полной победе социализма. Отступая перед трудностями классовой борьбы, правые расценили использование чрезвычайных мер против кулачества в связи с саботажем хлебозаготовок как отмену нэпа, как отступление к методам «военного коммунизма», отрицая значение контрактации и других новых форм смычки города и деревни.
Оппортунистические взгляды и капитулянтские установки правых и троцкистов были решительно отвергнуты. В партийных документах, в выступлениях руководителей партии и государства с учетом новых исторических условий были раскрыты ленинские положения о диалектическом характере нэпа, о его роли в преодолении мно- гоукладности и построении экономического фундамента социализма, о необходимости ускорения после завершения восстановительного периода темпов социалистического строительства. Были творчески развиты идеи об органическом соединении директивных и экономических методов хозяйствования, о решающей роли кооперации, особенно производственной, в приобщении крестьянства к социалистическим формам хозяйства, о необходимости дальнейшего развития нэпа в соответствии с новыми задачами переходного периода, о возможности и необходимости организации наступления социализма по всему фронту на базе нэпа. В основе этой концепции лежало положение о классовой социалистической природе новой экономической политики, призванной обеспечить по линии экономической реализацию ленинского плана построения социализма в нашей стране.
Важным достижением теоретической мысли Коммунистической партии на этом этапе явилась творческая разработка вопроса о роли нэпа в осуществлении планов индустриализации страны и коллективизации сельского хозяйства. И индустриализация и коллективизация явля137


лись комплексными социально-экономическими программами, охватывающими широкий круг проблем. К ним относились помимо развития производительных сил, внедрения новейших достижений науки и техники, формирования последовательно социалистических типов предприятий в городе и деревне, социалистического преобразования мелкотоварного и вытеснения капиталистического хозяйства также и политические, организационные, идеологические, кадровые и другие проблемы. Эти программы опирались на достижения Советского государства в различных областях общественной жизни, в том числе в осуществлении культурной революции, в решении национального вопроса, в области укрепления Советского государства и в развитии советской демократии. Программам индустриализации и коллективизации необходимо было соответствующее экономическое обеспечение по линии планирования, финансирования, стимулирования, налаживания рациональных отношений между различными отраслями народного хозяйства и т. п., т. е. осуществление всего того, что и составляло, собственно, функцию нэпа. Таким образом, в период социалистической реконструкции народного хозяйства новая экономическая политика своим острием была нацелена на осуществление индустриализации и коллективизации, как до этого она служила восстановлению народного хозяйства.
Для одновременного обеспечения индустриализации и коллективизации требовались исключительное напряжение всего народнохозяйственного организма, широкий и быстрый маневр ресурсами, смелые решения и железная решимость в их проведении. В этой связи особую актуальность приобрела проблема дальнейшего развития и согласования отдельных направлений нэпа. Подъем тяжелой индустрии стал главным звеном в экономической политике Советского государства, которая приобретает ярко выраженные «индустриальные тона».
Эти задачи лежали в основе первого пятилетнего плана. Его принятие знаменовало качественно новый этап в развитии советской экономики и экономической политики: теперь это развитие в основных чертах определялось системой централизованного государственного планирования.
Разработка контрольных цифр развития народного хозяйства на 1927/28—1928/29 гг., их осуществление показали усиление роли централизованного планирования в руководстве экономикой. Успешно выдержав проверку 138


практикой в различных отраслях народного хозяйства и на различных уровнях руководства, планы перерастали из перспективных наметок, из ориентировочных контрольных цифр, в директивные указания — задания пролетариату, подлежащие обязательному выполнению всем хозяйственным аппаратом, социалистическими предприятиями в городе и деревне. Была одержана прочная победа марксистской теории планирования над различными буржуазными концепциями. Расширились формы непосредственного практического участия советских, хозяйственных органов, широких масс общественности, в первую очередь рабочего класса, в составлении перспективных народнохозяйственных планов и контроле за их выполнением. Значительно повысилась экономическая роль Советского государства — главного орудия преобразования и совершенствования общественных отношений, обогатились его организационно-хозяйственные функции:
Переход к индустриализации выявил необходимость разработки среднесрочных и долгосрочных планов народнохозяйственного развития страны. Госплан начал работу над планом на 15 лет —до 1941 г. Но в обстановке радикальных социально-экономических перемен, при отсутствии достаточного опыта эта работа не могла еще в тот период увенчаться успехом. Главное внимание Плановых органов сосредоточилось на разработке перспективного пятилетнего плана развития народного хозяйства.
Директивы по составлению пятилетнего плана были приняты на XV съезде партии в 1927 г. Первые опыты разработки планового документа и его обсуждение в партийных, советских, хозяйственных, плановых органах позволили уточнить ряд вопросов, в том числе о главном звене (тяжелая промышленность и ее сердцевина — машиностроение) и новых пропорциях отраслей; о соотношении между производством, накоплением и потреблением; о возможных темпах роста народного хозяйства; об укреплении экономических отношений между городом и деревней на пути коллективизации и технической реконструкции сельского хозяйства. Большое внимание уделялось увязке отраслевых и территориальных аспектов, экономическому подъему всех союзных республик и экономических регионов страны с целью ликвидации фактического неравенства народов СССР. Серьезную роль в улучшении плановой работы сыграло завершение к концу 1929 г. районирования страны.
Первый пятилетний план (на 1928/29—1932/33 хозяйственные годы), одобренный XVI партийной конфе139


ренцией (апрель 1929 г.) и утвержденный V съездом Советов СССР (май 1929 г.), ярко выявил могучие созидательные силы, рожденные пролетарской революцией.
Задача скорейшего подъема тяжелой промышленности пронизывала все аспекты плана. Предусматривалось увеличение капитальных вложений в промышленность по сравнению с предыдущим пятилетием более чем в 3,5 раза (капитальные вложения во все народное хозяйство увеличились менее чем в 2,5 раза). По сравнению с довоенным уровнем царской России валовая продукция должна была возрасти более чем в 3 раза. 78% всех капиталовложений в промышленность шло на развитие отраслей, производивших средства производства. Курс на ускоренное развитие тяжелой промышленности подкреплялся заданиями по подъему отраслей легкой промышленности, увеличению производства товаров широкого потребления. Пятилетний план содержал широкую программу мер в области сельскохозяйственного производства, повышения товарности земледелия и животноводства, развития кооперативного движения.
Вторая важнейшая особенность пятилетки состояла в обстоятельной разработке ряда социальных проблем. Это нашло отражение в заданиях по дальнейшему обобществлению всех отраслей народного хозяйства, повышению ведущей роли социалистического сектора, ликвидации безработицы, подъему материального положения трудящихся, укреплению смычки между городом и деревней и т. д.
Пятилетний план представлял собой решающий шаг в будущее, к полному обобществлению производства и всеохватывающему государственному планированию. Ив то же время он подводил в известной мере итоги предшествующего этапа нэпа с его сложной системой планового регулирования различных социально-экономических секторов хозяйства. В этом сочетании — уникальность первой пятилетки в истории советского планирования, а также ее всемирно-историческое значение. Вот почему она привлекает пристальное внимание стран, берущих на вооружение методы государственного планового руководства хозяйством. Вот почему она была и остается одним из сюжетов советской истории, вокруг которого ведется непрекращающаяся острая борьба марксистской и буржуазной науки.
В ходе выполнения первой пятилетки задания по ряду важнейших показателей были пересмотрены в сторону увеличения. Эти изменения были продиктованы целым 140


рядом обстоятельств. Настойчивая организаторская деятельность партии и государства по выполнению пятцлет- него плана позволила выявить дополнительные резервы. Развернувшееся массовое колхозное движение создавало совершенно новую обстановку для развития всех отраслей народного хозяйства. Быстрое сокращение безра^ ботицы, повышение уровня жизни формировали новый морально-психологический настрой рабочего класса, всех трудящихся. Под влиянием неоспоримых успехов социалистического строительства резко возросла творческая активность рабочих. По всей стране зазвучал лозунг «Пятилетку — в 4 года!». Развернулось массовое социалистическое соревнование, охватившее все отрасли экономики, все отряды рабочего класса.
Под влиянием внутренней и международной обстановки партия и правительство вынуждены были принять решение о значительном расширении металлургии, оборонной промышленности, но особенно машиностроения* За годы пятилетки на подъем промышленности было направлено более половины народнохозяйственных ресурсов.
Опыт первых двух лет пятилетки подытожил XVI съезд ВКП(б). Съезд отметил, что советский народ добился больших успехов в выполнении индустриальной программы, коллективизации сельского хозяйства. Повысилась сознательность и активность широких масс трудящихся. Это неопровержимо доказывало, что взятые высокие темпы социалистической реконструкции народного хозяйства являлись обоснованными, вполне реалистичными и могли быть увеличены. Одновременно съезд указал на ряд серьезных трудностей в развитии народного хозяйства, связанных с коренными социально-экономическими сдвигами в хозяйстве, с отсутствием надлежащего опыта, а также с отчаянным сопротивлением остатков эксплуататорских классов, обострением классовой борьбы. На положении в стране отразился и внешний фактор. Резко обострились империалистические противоречия, связанные в первую очередь с глубоким мировым экономическим кризисом, разразившимся в 1929 г. Выросла угроза новой империалистической войны. Ухудшилось положение рабочего класса и трудящихся во всем капиталистическом мире. Усилилась фашизация ряда империалистических государств. Съезд отмечал: «Обострение всех противоречий империалистической системы происходит наряду с обострением противоречий между СССР и окружающим капиталистическим миром. Нена-
141


висть международной буржуазии к единственному в мире государству пролетарской диктатуры и его революционизирующему влиянию выражается в попытках организации экономической блокады, в борьбе против советского экспорта, в кампании церковников, в бешеной клеветнической кампании буржуазной и социал-демократической печати, в усилившейся подготовке войны против СССР» 1.
В свете нараставшей военной угрозы съезд подчеркнул «все значение большевистских темпов социалистической индустриализации страны для обеспечения экономическое самостоятельности СССР, для укрепления обороноспособности пролетарского государства и отпора всяким попыткам интервенции со стороны международного империализма»2. Разоблачив попытки правых элементов затормозить процесс социалистической реконструкции народного хозяйства, оценив их программу как предательство интересов рабочего класса, XVI съезд партии поставил задачу завершить выполнение пятилетки в четыре года. Успехи на решающих участках социалистического строительства позволили выдвинуть лозунг о развернутом наступлении социализма на капиталистические элементы по всему фронту.
Одной из самых важных задач становилось всестороннее совершенствование методов хозяйствования. Речь шла в первую очередь об усилении централизации управления, совершенствовании плановой работы. Предстояло существенно улучшить деятельность хозяйственного ап- парата, работу по подготовке и выдвижению кадров специалистов. Особое внимание уделялось качеству руководства непосредственно на предприятии. Высокие темпы индустриализации должны были сочетаться с высоким качеством продукции, рентабельностью, прибыльностью, подъемом производительности труда.
Необходимо было прежде всего совершенствовать руководство государственными и кооперативными предприятиями, колхозами, не забывая и об интересах сохранявшихся еще единоличных крестьянских хозяйств. «Проводя во всей своей практической работе в деревне лозунг опоры на колхозника, партия должна решительно бороться со всякими тенденциями игнорирования или недооценки единоличного бедняцко-середняцкого хозяйства, оказывая помощь этому хозяйству, укрепляя самостоя1 КПСС в резолюциях..., т. 4, с. 408.
2 Там же, с. 409.
142


тельную организацию бедноты в Советах, кооперации и низших звеньях колхозного движения, ведя широкую работу среди единоличников и вовлекая их в колхозы»1.
В печати развернулась оживленная дискуссия по вопросу о том, означают ли переход к решительной социалистической реконструкции народного хозяйства, наступление на капиталистические элементы в городе и в деревне отмену нэпа. Партия заняла очень четкую позицию в этом вопросе. Она оценивала этот переход как последовательное осуществление и одновременно творческое развитие основных принципов нэпа с учетом задач и особенностей нового этапа социалистического строительства.
Первый пятилетний план и его успешное выполнение— это огромная победа молодой советской экономической науки. Общегосударственный план опирался на заложенный великим Лениным научный фундамент политической экономии социализма, на крупные успёхй ученых-коммунистов в познании закономерностей социализма и механизма действия этих закономерностей, возможностей овладения ими и сознательного использования.
Преимущества социалистического планирования, провозглашенные ранее теоретически, получили убедительное подтверждение на практике.
Под руководством партии были разоблачены механистические и идеалистические направления в толковании важнейших методологических вопросов политэкономии, подчеркнута неразрывная связь теории и практики социалистического строительства, партийность советской экономической науки. Был дан отпор буржуазным и оппортунистическим теориям «равновесия» секторов советского хозяйства, «самотека» социалистического строительства, «устойчивости» мелкокрестьянского хозяйства и др., питавшимся соками буржуазной науки. Ведущие советские экономисты, наиболее яркими представителями которых были Г. М. Кржижановский, С. Г. Струми- лин, Э. И. Квиринг, В. П. Милютин, М. И. Боголепов, Г. И. Крумин, Н. А. Вознесенский, К. В. Островитянов, Б. С. Борилин, Г. А. Фельдман и другие, отличались от буржуазных ученых не только революционной смелостью в решении крупнейших проблем хозяйственного строительства, но и фундаментальностью разработок, некоторые из которых получали мировое признание.
Разработка социалистического метода хозяйствования 1 КПСС в резолюциях..., т. 4, с. 414.
143


в новых условиях была трудным делом. Сказывались и недостаточность опыта, и особые условия становления социалистического уклада, когда главное внимание в социально-преобразующей деятельности рабочего класса уделялось окончательной ломке досоциалистических укладов, а проблема функционирования самого социалистического уклада решалась главным образом в плане ускорения темпов и расширения масштабов реконструкции. Эта обстановка способствовала появлению неправильных взглядов у ряда партийных и советских руково-. дителей: некоторые из них недооценивали объективный характер законов социализма, другие же переоценивали роль директивного начала, властного руководства, проявляли известную односторонность в трактовке экономической роли пролетарского государства. Планирование нередко абсолютизировалось, игнорировалась его объективная основа. Значительный вред наносили левацкие перегибы в трактовке стоимостных категорий, что на практике вело к свертыванию товарно-денежных отношений, принижению роли хозрасчета, прибыли, материальной заинтересованности.
Экономическая наука не всегда поспевала за устремившейся гигантскими шагами вперед практикой социалистического строительства. Но эти временные недостатки не могли заслонить главного. В борьбе с буржуазными и мелкобуржуазными экономистами, оппортунистами всех мастей советская экономическая наука отстояла тезис о качественно новой роли субъективного фактора в развитии экономики, о решающей роли пролетарской диктатуры в лице Советского государства, которое становилось организующим и направляющим центром социально-экономического развития общества, плановой деятельности рабочего класса в строительстве социализма.
Под руководством партии временные ошибки в области экономической теории успешно преодолевались. В декабре 1930 г. Объединенный пленум ЦК и ЦКК В КП (б) отметил, что нельзя недооценивать роль и значение финансовой системы. Пленум указал на тесную взаимозависимость между выполнением производственных и финансовых планов.
Поправляя тех работников, которые противопоставляли план и хозрасчет, доказывали неизбежность свертывания хозрасчета по мере укрепления планирования, «Правда» в передовой статье от 14 апреля 1931 г. отме- чала, что «хозрасчет не отменяет планирование, а укрепляет его, поднимая на высшую ступень. Именно хозрас-
144


чет создает твердые экономические предпосылки для успешной борьбы за большевистские темпы».
Тезис о советской торговле, сформулированный в обращении ЦК ВКП(б), СНК СССР и Центросоюза в мае 1931 г., явился еще одной крупной вехой (после ленин^ ского вывода о необходимости использования торговли в 1921 г.) в развитии марксистского учения о функции товарно-денежных отношений после победы пролетарской революции.
Таким образом, обобщая многогранный опыт нэпа как в условиях восстановительного, так и реконструктивного периодов, партия создавала прочный теоретический фундамент, который позволял продвигаться вперед в развитии системы хозяйствования, соответствующей новым условиям — условиям развернутого строительства экономического фундамента социализма.
ПРОБЛЕМЫ НАКОПЛЕНИЯ
Осуществление первого пятилетнего плана сопровождалось хозяйственными реформами, проведенными в 1929—1932 гг. Такая связь была закономерной. Новые возможности и социально-экономические задачи, новые темпы и пропорции требовали и совершенствования форм и методов хозяйствования, принципов регулирующего воздействия Советского государства на различные сферы народного хозяйства, т. е. совершенствования всей новой экономической политики. Причем необходимо было учитывать то обстоятельство, что индустриализация страны, создание мощного промышленного потенциала в конкретно-исторических условиях Советского государства могли осуществляться с использованием главным образом экстенсивных факторов экономического роста. Это отразилось на формировании источников накопления и направлении капиталовложений, на характере методов хозяйствования и управления, на всей системе показателей, лежавших в основе оценки деятельности наркоматов, объединений и отдельных предприятий.
Партия выдвинула задачу добиться высоких темпов реконструкции народного хозяйства. Поэтому экономическая политика должна была обеспечить максимальное использование возможностей накопления, которыми располагала советская экономика. Доля накоплений в национальном доходе поднялась с 15,9% в начале индустриализации (.1925/26 г.) до 21,3% в 1927/28 г. и до 26,9% в конце первой пятилетки. Капитальные вложения 10 Заказ 2381 145


в социалистический сектор возросли в первую пятилетку по сравнению с предыдущим пятилетием почти в 5 раз. За 1925/26—1932 гг. общий объем расходов сводного бюджета СССР увеличился в 9 раз, в том числе на народное хозяйство — в 20 раз, а на тяжелую промышленность— в 50 раз. Удельный вес расходов на промышленность во всей сумме бюджетных расходов поднялся с 6,7 до 35%.
Новые задачи встали перед финансовой политикой. Ускоряющиеся темпы индустриализации требовали увеличения внутрихозяйственного накопления, более эффективного использования финансово-кредитной системы для мобилизации средств всех отраслей народного хозяйства и групп населения, усиления контроля государства за использованием материальных и финансовых средств, перераспределения их в соответствии с заданиями пятилетнего плана. Огромное напряжение финансовой системы вызвало некоторое расширение эмиссии. Быстрый рост фонда заработной платы в связи с вовлечением в промышленность миллионов новых рабочих и служащих, рост расходов на покупку сельскохозяйственных продуктов и другие хозяйственные факторы требовали значительного увеличения денежных масс в обращении. Но эта эмиссия, в отличие от эмиссии периода гражданской войны, имела ограниченные масштабы и значение.
Важную роль в этих условиях сыграла кредитная реформа. После того как, по существу, был ликвидирован свободный рынок, вытеснен частный капитал, одним из рудиментов пройденного этапа нэпа являлась известная автономия предприятий в распоряжении средствами, т. е. система отпуска товаров и оказания услуг в кредит на договорных началах (коммерческий кредит). В соответствии с постановлением ЦИК и СНК СССР от 30 января 1930 г. «О кредитной реформе» система вексельного кредита была ликвидирована. Все краткосрочное кредитование сосредоточилось в Госбанке и осуществлялось как непосредственное прямое кредитование. Тем самым создавалась более прочная основа для планирования, усиления контроля рублем за предприятиями.
Через год выявилось, что «в силу неправильного, организационно необеспеченного проведения кредитной реформы 1930 г. был грубо нарушен механизм хозрасчета во всем хозяйстве, ослаблен у хозорганов стимул социалистического накопления» После этого функции Гос-
1 XVII съезд Всесоюзной Коммунистической партии (б). Стенографический отчет. М., 1934, с. 485.
146


банка в области кредита существенно изменились. Были отменены кредитование «под план», автоматизм кредитования и расчетов, которые вели к обезличке собственных и заемных средств хозорганов, к перерасходу средств. Вновь вводится практика хозяйственных договоров по снабжению и сбыту, совершенствуется система расчетов, промышленные предприятия наделяются собственными оборотными средствами. Краткосрочный кредит сосредоточивается главным образом на обслуживании оборота. Для долгосрочных вложений создается сеть специальных банков.
Одновременно с кредитной была проведена налоговая реформа. Ликвидируется множественность налогов и видов налоговых изъятий в бюджет, многократность и многозвенность порядка обложения. Вместо этого был введен налог с оборота. Он давал возможность эффективно регулировать оптовые и розничные цены, уровень рентабельности, обеспечивать стабильность поступлений средств в государственный бюджет. Второй вид обложения— отчисления от прибыли для промышленности, подоходный налог для кооперации — был нацелен на повышение рентабельности социалистических предприятий, укрепление хозрасчетных отношений. После преодоления ряда ошибок на первом этапе реформы (чрезмерно высокий уровень ставок, уравнительность и др.) новые налоговые рычаги начали активно помогать индустриализации, сохранив свою роль и на следующих этапах социалистического строительства.
Через механизм цен в государственный фонд накопления направлялась значительная часть доходов сельского хозяйства и других отраслей народного хозяйства, регулировался фонд потребления. С этой целью были несколько повышены цены на промышленные товары широкого потребления. По пятилетнему плану планировалось снизить оптовые цены по промышленности группы «Б» на 12,6%, а они повысились на 112,9%. Таким образом прибыль легкой и пищевой промышленности увеличилась. Она стала одним из главных источников финансирования тяжелой промышленности. В свою очередь, заниженные цены на средства производства облегчали подъем тех отраслей, которые потребляли станки, оборудование, топливо, сырье и т. п.
Значительно большую роль в накоплении стали играть средства населения. В ходе обобществления хозяйства, ликвидации кулака как класса, вытеснения городской нэпманской буржуазии накопления этих групп не147


уклонно падали и сошли постепенно на нет. Зато быстро возрастала роль накоплений рабочих и колхозников. Увеличение фонда заработной платы, улучшение материального положения, повышение сознательности и политической активности трудящихся обеспечили необходимые предпосылки для роста их денежного вклада в социалистическую реконструкцию народного хозяйства. По пятилетнему плану планировалось привлечь по этой статье 17,3 млрд, руб., а фактически было использовано 21,5 млрд. руб. По отношению к единоличникам в деревне, кустарям и ремесленникам ставки обложения были повышены. Усилился прогрессивный характер обложения в зависимости от размера дохода. В соответствии с классовым принципом обложения максимальные ставки налога на рабочий класс были снижены.
Поднялось значение сберегательных касс, кооперации в мобилизации средств населения. Но особенно большую роль сыграли государственные займы. За годы пятилетки поступления в местный и государственный бюджеты по займам выросли в 5,5 раза. Их успешное размещение превратилось в ярку&^ под¬
держки политики партии и Советского правительства. Наибольшую активность проявлял рабочий класс. Участие в займах стало патриотическим делом каждого коллектива, каждого рабочего.
Выполнению общегосударствен^ хозяйственных программ во многим способствовал переход к единому финансовому планированию. По постановлению ЦИК и СНК СССР «Об едином финансовом плане», принятому в мае 1930 г., были слиты утверждавшиеся ранее раздельно бюджетный, финансовый, промышленный, кредитный и другие планы.
В период первой пятилетки новые черты появились и в динамике внутренней торговли. Для начального этапа нэпа вопрос о судьбах торговли был очень важным. Таким же оказался он и для заключительного этапа. И в том, и в другом случае партии приходилось вести ожесточенную борьбу на два фронта — против преклонения перед стихией рынка и против недооценки роли и места товарно-денежных отношений в системе переходной к социалистической экономике. Но в отличие от восстановительного периода, когда был взят курс на последовательное и всестороннее использование стоимостных категорий в рамках многоукладной структуры, в реконструктивный период партия, опираясь на ленинские оценки «купцовских» функций пролетарского государства, нача148


ла осуществлять поворот к использованию торговли как важного, неотъемлемого элемента экономики побеждавшего социализма. Поворот проходил в исключительно сложных условиях. В это время усилились элементы вынужденной временной натурализации отношений, что чрезвычайно затрудняло и практическую постановку дела, и теоретическое обобщение накопленного опыта.
Первый пятилетний план осуществлялся в обстановке резкого нарушения рыночного равновесия, о чем сигнализировала динамика цен. Решительные меры по снижению розничных цен на промышленные товары, принятые партией и государством в 1926—1927 гг., дали значительный эффект, позволив существенно сблизить «ножницы» цен на промышленные и сельскохозяйственные товары. Но с 1928 г. в связи с резким ростом численности работников промышленности обнаружилась нехватка продуктов питания, что привело к уменьшению централизованного фонда. Соответственно эта нехватка отразилась на ценах свободного рынка, которые начали стремительно подниматься вверх.
По причине обострившегося дефицита ряда важнейших продуктов и промышленных товаров была введена карточная система снабжения населения. Нормированное снабжение хлебом вошло в практику со второй половины 1928 г. в ряде городов Украины, с начала 1929 г.—в Москве и Ленинграде. В течение 1929 г. карточки вводятся для городского населения повсеместно, охватывая все большее число продуктов и промтоваров. Цены на нормированные продукты и товары в течение 1928— 1931 гг. сохранялись в основном на одном уровне. Лишь в 1932 г. они были несколько повышены на все предметы государственной и кооперативной торговли, чтобы привести в большее соответствие спрос и предложение.
«Введение карточной системы по хлебу и другим продуктам,— отметил ноябрьский Пленум ЦК партии в 1934 г.,— было не только необходимо, но и являлось на протяжении последних лет важнейшим условием улучшения снабжения рабочих»
В 1930 г, по всей стране было обеспечено единообразие в распределении, которое осуществлялось дифференцированно, по классово-производственному принципу. Определенные преимущества при этом получили рабочие и служащие ключевых отраслей промышленности, важнейших промышленных предприятий и новостроек. На
1 КПСС в резолюциях... М., 1971, т. 5, с. 195.
149


крупнейших предприятиях для рабочих, специалистов и инженерно-технических работников была создана сеть закрытых распределителей.
По мере того как советское хозяйство укреплялось, режим нормирования ослабевал. Уже с мая 1931 г. было прекращено распределение по карточкам промтоваров. К концу пятилетки нормировались лишь важнейшие продовольственные товары (хлеб, крупа, мясо, селедка, жиры, сахар).
Благодаря заботам партии и правительства быстро расширялось общественное питание. Первая пятилетка положила начало индустриализации этой важной отрасли. Сеть предприятий общественного питания по государственно-кооперативному сектору за годы пятилетки увеличилась почти в 4 раза, а торговые обороты — в 14 раз. Используя карточную систему, Советское правительство одновременно принимало меры к расширению товарно-денежных отношений. Этой цели служила коммерческая торговля в городах, учитывавшая свободные рыночные цены и ориентировавшаяся на высокооплачиваемые категории населения. Роль ее в товарообороте постепенно поднималась — с 3% в 1931 г. до 10% в 1932 г. Значительное место в обеспечении городского населения сельскохозяйственными продуктами занимает рыночная колхозная торговля.
Таким образом, к концу пятилетки в области товарооборота сложилась новая ситуация. С быстрым сокращением, а затем и полным вытеснением частника на плечи государственной и кооперативной торговли легли задачи организации снабжения всего городского и сельского населения. Требовалось и быстрое развертывание сети и оборотов, и изменение самой социальной направленности торгового обслуживания, особенно для кооперации, переключавшейся на обслуживание колхозной системы. В связи с этим вновь, как и в начале нэпа, возник вопрос о функциях и соотношении государственной и кооперативной торговли.
В силу того, что потребкооперация как самодеятельная общественная организация не могла в короткий срок за счет собственных средств решить в полном объеме актуальные социально-экономические задачи, связанные с обеспечением бурно растущего городского населения, новых крупных отрядов рабочего класса, интеллигенции, с налаживанием торговли на вновь осваиваемых огромных территориях страны, происходит известная переоценка ее роли на внутреннем рынке. Стало очевидным, что 150


лишь государство за счет централизованного финансирования могло обеспечить в необходимых масштабах укрепление материально-технической базы отрасли, подготовку кадров, организовать обслуживание новостроек, растущей сети совхозов и т. п. Этот поворот в торговой политике был закреплен решениями XVI съезда партии, ряда последующих пленумов ЦК. За 1931—1932 гг. сеть розничных государственных торговых предприятий увеличилась в 3,5 раза (а кооперации — на 29%), их удельный вес в товарообороте — с 24 до 36%. В городском товарообороте удельный вес государственного сектора поднялся еще выше: за период с 1930 по 1934 г. с 25,8 до 66,3%.
Партия решительно выступила против той части кооперативных работников, которые не спешили перестроиться с учетом новых задач социалистического строительства, оказались заражены «нэпманским духом». Борясь с их попытками тянуть торговую практику назад, партия одновременно подвергла критике взгляды тех экономистов, которые усматривали во введении нормированного снабжения дополнительный аргумент в пользу концепции перерастания торговли с победой социализма в государственное распределение, продуктообмен. На деле этот «левацкий» уклон вел к чрезмерному бронированию и нормированию товаров, сокращению торговой сети, замораживанию товарооборота, а в конечном счете — к ухудшению снабжения трудящихся.
В ходе колхозного строительства некоторые работники начали недооценивать преимущества, присущие низшим формам кооперации. Под предлогом рационализации торговой сети была ликвидирована часть низовых звеньев потребкооперации, выборные кооперативные органы в селах. XVII партийная конференция подчеркнула «антибольшевистский характер «левой» фразы о переходе к «продуктообмену» и об «отмирании денег» уже на данной стадии строительства социализма». Состоявшийся следом Пленум ЦК ВКП(б) обязал «все партийные, хозяйственные и профессиональные организации дать беспощадный отпор левацкой анти ленинской недооценке значения советской торговли, с одной стороны, и либерально-буржуазному толкованию задач развертывания советской торговли со стороны правых оппортунистов, с другой» 1.
В отчетном докладе ЦК ВКП(б) XVII съезду партии
1 КПСС в резолюциях..., т. 5, с. 40, 52.
151


была поставлена задача: «Необходимо, чтобы страна была покрыта богатой сетью торговых баз, магазинов, лавок. Необходимо, чтобы по каналам этих баз, магазинов, лавок безостановочно циркулировали товары от мест производства к потребителю. Необходимо, чтобы в это дело были вовлечены и государственная торговая сеть, и кооперативная торговая сеть, и местная промышленность, и колхозы, и единоличные крестьяне. Это и называется у нас развернутой советской торговлей, торговлей без капиталистов, торговлей без спекулянтов»1.
Появление нового термина «советская торговля» отражало победу социалистических форм хозяйства в области торговли, превращение торговли в активный и действенный инструмент экономики на стадии социализма и свидетельствовало о победе научных, реалистических представлений в этой области. В документах XVII съезда партии в числе участников социалистического товарообо-. рота были названы государственные предприятия, колхозы, а также труженики города и деревни, производившие товарную продукцию без привлечения наемного тру-, да. Такой подход приводил к необходимости учитывать через товарооборот особенности двух форм социалистической собственности, специфические интересы соответствующих групп населения, а также резервы производства товаров широкого потребления, которыми обладали подсобные хозяйства колхозников и сохранявшиеся еще единоличные хозяйства.
Отмечая важное значение сельского хозяйства, торговли, доходов трудящихся как источников социалистического накопления, партия подчеркивала решающую роль в этом социалистической промышленности. Роль этого источника возрастала по мере подъема социалистической индустрии, увеличения ее доли в национальном доходе. Фонд накопления за первую пятилетку вырос в 4,8 раза. А удельный вес сельского хозяйства в накоплениях, обеспечивавших индустриализацию, резко сократился: с 54,1% в 1928 г. до 18,1% в 1932 г. Следовательно, от уровня рентабельности, темпов повышения производительности труда в промышленности зависели, и чем дальше, тем больше, размеры капиталовложений, обеспечение реальной заработной платы. Поэтому с начала индустриализации партия выдвинула развернутую программу рационализации промышленности. «Возможности расширения производства,— отмечалось в резолюции
» XVII съезд ВКЩб), с. 26.
152


XV партийной конференции,— прежде всего, нужно искать в улучшении работы самой промышленности: в технических достижениях, в лучшей организации рабочей силы, в поднятии производительности труда, в снижении накладных расходов, в ускорении оборота капиталов промышленности, в решительном сокращении иммобильных ресурсов промышленности и т. п.» \
Важную роль партия отводила таким экономическим рычагам и одновременно методам накопления, как материальное стимулирование, хозрасчет, режим экономии.
В целях поощрения и стимулирования повышалась номинальная заработная плата, использовался принцип ударности в оплате работников важнейших предприятий и строек. Чтобы сделать премиальную систему более доступной для понимания рядового рабочего и служащего и тем самым более действенной, вводятся премии за экономию топлива и материалов, за снижение себестоимости деталей, полуфабрикатов и изделий в целом, за увеличение выпуска изделий, за улучшение качества, улучшение техники безопасности и оздоровление условий труда и т. п. С появлением хозрасчетных бригад активно используются коллективные премии за достигнутые успехи в работе. К концу пятилетки среднегодовая заработная плата в промышленности возросла на 67%.
Нельзя не отметить известной односторонности при использовании материальных стимулов. В условиях острого дефицита на многие промышленные изделия влияние рынка, потребителя на производство по линии ассортимента, качества продукции уменьшилось. Возрастала роль плановых заданий по количеству, по валу. Поэтому система поощрений все больше ориентировалась на выполнение и перевыполнение плана по объему выпуска продукции, недостаточно затрагивая технический уровень, качество продукции.
Это не замедлило сказаться на себестоимости продукции. На нее повлиял ряд факторов: постоянно рос фонд заработной платы; было введено нормированное снабжение; главное внимание теперь уделялось не технической реконструкции старых предприятий, а новому строительству (причем нередко затягивались сроки освоения установленного оборудования); выявились недостатки в организации снабжения, финансирования и т. д. Все это, вместе взятое, привело к недовыполнению планов по снижению себестоимости (до 1930 г.), а затем к повышению
1 КПСС в резолюциях..., т. 3, с. 374.
153


этого показателя. Чтобы поддержать значительное число убыточных предприятий, начинают широко использовать государственные дотации.
Действенным орудием повышения эффективности производства служил хозрасчет. Преодолевая ошибки, допущенные в области финансовой политики (при проведении кредитной и налоговой реформ), партия с середины 1931 г. концентрирует внимание хозяйственного аппарата, всего рабочего класса на последовательном и повсеместном внедрении хозрасчетных методов хозяйствования. XVII партийная конференция отметила, что «развертывание товарооборота... и проведение принципа хозрасчета во всей хозяйственной работе являются важнейшим стимулом для выявления имеющихся в нашем хозяйстве огромных и далеко еще не использованных внутренних резервов, способствующих ускорению роста социалистического накопления, и тем самым укрепляют материальную базу всего социалистического строительства» Ч
По инициативе передовых коллективов началась борьба за экономию и бережливость, развернулось массовое социалистическое соревнование. Все это позволило к концу пятилетки добиться существенного перелома в работе промышленных предприятий. Поступления от предприятий и организаций обобществленного хозяйства в сводный (государственный и местный) бюджет СССР увеличились с 1927/28 г. по 1932 г. с 5705 млн. до 31 134 млн. руб.
Изменение хозяйственного механизма неизбежно повлекло за собой реорганизацию управления государственными предприятиями. Организационная структура управления, сложившаяся в годы гражданской войны и восстановления народного хозяйства, оказалась не соответствующей условиям реконструктивного периода. Это было отмечено уже на XV партийной конференции2. Началась перестройка этой структуры с учетом требований нового капитального строительства, модернизации производства, необходимости внедрения и использования новой техники.
На основе постановления ЦК ВКП(б) от 5 декабря 1929 г., постановления ЦИК и СНК СССР от 30 января 1930 г. и постановления ЦИК и СНК СССР от 13 февраля 1930 г. была проведена реформа управления промыш- 1 КПСС в резолюциях..., т. 5, с. 39.
2 См. там же, т. 4, с. 229—235.
154


ленностыо. Предприятие провозглашалось основным хозрасчетным звеном управления (ранее основной промышленной единицей был трест). Соответственно повысились его оперативные функции в решении всех вопросов организации производства, снабжения и сбыта, подбора < и расстановки кадров, повышения трудовой активности рабочих и служащих. Приобрел стабильные организационные формы и принцип единоначалия в руководи стве предприятием.
С целью все большей централизации планирования и руководства, ликвидации параллелизма главные комитеты ВСНХ СССР и синдикаты упразднялись. На базе синдикатов возникли отраслевые объединения, в которые вошли предприятия союзного значения.
Но эта перестройка, в результате которой возникли неоперативные, чрезмерно централизованные управления, не дала желаемых результатов. В 1931 г. было про* ведено разукрупнение, которое позволило несколько приблизить управления непосредственно к предприятиям. Но и оно не ликвидировало все трудности с планированием, материально-техническим снабжением, сбытом. XVII партконференция (1932 г.) указала на «громоздкость и оторванность руководящих хозорганизаций от предприятий, недостаточно конкретное руководство предприятиями со стороны объединений...» \
Наконец удалось найти кардинальное решение проблемы. ВСНХ как единый центр руководства промышленностью был ликвидирован. На базе его образованы в начале 1932 г. Наркоматы тяжелой, легкой и лесной промышленности, опиравшиеся на отраслевые главки. Во второй половине 30-х годов этот принцип отраслевой специализации управления получил дальнейшее развитие. Новая структура управления (двух-трехзвенная система), обеспечивавшая единство хозяйственной и техни-. ческой политики в отрасли, наиболее полно учитывала задачи государственного руководства многоотраслевым хозяйством и в то же время помогала концентрировать силы на главных направлениях технического прогресса.
Коренным образом меняется и управление торговлей. С введением нормированного снабжения Наркомат торговли СССР в 1930 г. реорганизуется. Из него выделяет4 ся Наркомат внешней торговли и Наркомат снабжения СССР. В подчинение Наркомата снабжения передана пищевая промышленность. В рамках Наркомснаба завер-
1 КПСС в резолюциях..., т. 5, с. 24.
155


-шилось создание единой государственной розничной торговой системы. В октябре 1931 г. при Совете Труда и Обороны был образован Комитет цен, реорганизованный в апреле 1932 г. в Комитет товарных фондов и регулирования торговли с институтом уполномоченных. Это способствовало дальнейшей централизации управления.
Таким образом, качественно новые задачи экономической политики в годы первой пятилетки потребовали соответствующего изменения и ее инструментария. Эту цель и преследовали хозяйственные и управленческие реформы конца 20 — начала 30-х годов, проводившиеся в рамках обобществленного сектора. С точки зрения социального содержания этих реформ отметим две их главные особенности. Одна из них состоит в том, что набиравший стремительные темпы роста и расширявшийся социалистический уклад все в большей мере использовал и демонстрировал преимущества, присущие социалистическому типу производства и распределения. Познание и использование возможностей обобществленных форм хозяйства, объективных закономерностей, присущих новому строю, способствовали интенсивному внедрению элементов последовательно социалистического механизма хозяйствования. С другой стороны, социалистический уклад вышел на такой уровень, когда он мог уже освободиться от влияния, которое оказывали на него ранее мелкотоварный и капиталистический уклады, «очиститься» от тех черт, элементов, которые были вызваны необходимостью идти на уступки мелким собственникам, на компромиссы и соглашения с ними. Переход к нэпу вызвал серьезные изменения методов хозяйствования государственных и кооперативных предприятий, поскольку требовалось налаживать экономическую смычку* с единоличным крестьянством и использовать госкапитализм. А теперь, на этапе социалистической реконструкции всего народного хозяйства, направление экономической политики несколько изменилось, поскольку необходимо было создать последовательно социалистический механизм хозяйствования.
КУРС НА КОЛЛЕКТИВИЗАЦИЮ И РАЗВИТИЕ ЭКОНОМИЧЕСКОГО СОЮЗА РАБОЧЕГО КЛАССА И КРЕСТЬЯНСТВА
С завершением в основном восстановительных процессов деревня вступила в новый этап своего хозяйственного развития. Преодолев разрушительные последст156


вия войны, освоив полученные от Советской власти в пользование помещичьи и кулацкие земли и инвентарь, крестьяне продолжали, хотя и значительно более низкими темпами, расширять свое хозяйство. Они проявляли заинтересованность в обновлении орудий труда и приобретении более сложной техники, минеральных удобрений, стройматериалов и другой продукции крупной промышленности, расширении ассортимента и улучшении качества товаров широкого потребления, в создании более стабильных и экономически выгодных условий реализации своей продукции, увеличении кредитов. Следовательно, хозяйственные запросы деревни изменились и количественно и качественно.
Характер и структура этих запросов не были однородными, отражая глубинные процессы, происходившие в среде деревенского населения. Новые формы выражения находит двойственная природа крестьян, основная масса которых оставалась мелкими собственниками. Как труженики, они использовали огромные возможности для хозяйственного подъема, предоставленные Советской властью. Вложения по госбюджету в сельское хозяйство с каждым годом возрастали (так, в 1925/1926 г. они составили 550 млн. руб., а в 1927/28 г.— уже 714 млн. руб., т. е. за два года увеличились на 29%). В полной мере оценив заботу партии и государства о трудящихся, крестьяне сплачивались вокруг сельских Советов, групп деревенской бедноты, коммунистов, рабочих. Но, как мелкие собственники, они нередко не давали должного отпора кулацким требованиям дальнейшего расширения рамок хозяйственной «инициативы», не понимая, что эта «инициатива» в дальнейшем неизбежно обернется еще большим расслоением деревни, ростом богатства на одном полюсе, нищеты — на другом. Деревенские низы использовали подъем производства в первую очередь для расширения потребления, увеличения поголовья скота, создания резервов, что, естественно, тормозило рост товарности их хозяйства.
Зажиточные же слои деревни, по мере того как у них появлялись известные накопления, стремились всемерно использовать конъюнктуру для укрепления капиталистических отношений, перебрасывали средства из одной отрасли в другую, нащупывая наиболее выгодные пути вложения, и тем самым дезорганизовывали рынок. Экономические позиции их значительно окрепли. Получая в своих хозяйствах около 7в валового сбора хлеба, кулаки выбрасывали на рынок не менее 7б всего товарного зер157


на. В производстве всей продукции сельского хозяйства удельный вес кулака составлял 9,5%, а в товарной про- дукции—13,4%.
Опираясь на свой возросший хозяйственный вес в деревне, кулаки предприняли попытку саботажа проводимого государством курса экономической политики. Поворотным пунктом явилась хлебозаготовительная кампания 1927/28 г., когда они попытались организовать хлебную стачку. К началу 1928 г. государство заготовило зерна на 128 млн. пудов меньше, чем год назад. Дальнейшее недовыполнение плана закупок и в результате резкое сокращение и без того весьма ограниченных государственных ресурсов тяжело отразились бы на снабжении городского населения, крестьянства льносеющих и хлопкосеющих районов, армии и на внешнеторговых операциях.
Партия придала серьезное значение новому фактору классовой борьбы. Хлебная стачка явилась первым после окончания гражданской войны крупным выступлением класса сельской буржуазии в целом против социально-экономической политики Советской власти. В резолюции Объединенного пленума ЦК и ЦКК ВКП(б) (апрель 1929 г.) констатировалось, что «эти попытки срыва политики Советской власти представляют собой одну из наиболее острых форм борьбы за основные требования капиталистических элементов страны и в первую очередь за путь свободного капиталистического развития сельского хозяйства» Ч
Глубоко проанализировав обстановку в стране, партия констатировала, что хлебозаготовительный кризис явился результатом целого комплекса проблем. Одни из них — коренные — были связаны с особенностями мелкотоварного крестьянского производства; они определили причины резкого замедления темпов подъема сельского хозяйства с завершением восстановительного периода, все возрастающее отставание его от бурно развивающейся крупной промышленности, обостряющийся дефицит продуктов питания и сельскохозяйственного сырья. Другие были вызваны конъюнктурными факторами, трудностями реконструктивного периода2. Эти трудности имели глубокий характер и могли привести к серьезным последствиям для всего народного хозяйства. Преодолеть их невозможно было с помощью кратковременных мер.
\ 1 КПСС в резолюциях..., т, 4, с. 183.
12 См. там же, с. 208. г
158


Оппортунисты в рядах партии не верили в возможность прочного союза между рабочим классом и крестьянством на путях социалистического строительства. Они предрекали неизбежность враждебного столкновения классов и усматривали гарантию сохранения пролетарской диктатуры лишь в мировой социалистической революции.
Коммунистическая партия, следуя ленинским принципам нэпа, выдвинула развернутую программу дальнейшего укрепления и развития союза рабочего класса с крестьянством. В основе этой программы лежали решения XV съезда В КП (б) о коллективизации сельского хозяйства. Всесторонне оценив новую расстановку классовых сил, съезд пришел к выводу о том, что в стране сложились объективные и субъективные предпосылки для перехода широких масс единоличного крестьянства на путь коллективного ведения хозяйства. Съезд констатировал, что «благодаря политике ЦК внутри страны были достигнуты серьезные успехи в области социалистического строительства, неуклонно подымались произ- водительные силы в городе и деревне при растущем перевесе социалистических элементов во всей экономике, повышался материальный и культурный уровень рабочих и крестьянских масс, укреплялся Союз Советских Республик на основе правильного проведения ленинской национальной политики, укреплялся союз рабочего класса с крестьянством, возрастало руководящее влияние пролетариата и его партии, и в целом систематически упрочивались позиции пролетарской диктатуры»1. Партия отметила, что социалистический уклад стал играть еще более значительную роль. Об этом свидетельствовали успехи политики индустриализации, возрастаюг щее значение всей системы командных экономических высот пролетарского государства (транспорта, государственного бюджета, банковско-кредитной системы, торгового аппарата, внешней торговли), дальнейшее развиг тие сельского хозяйства. «Экономическая смычка между городом и деревней значительно укрепилась»,— подчеркнул съезд. Одновременно он обратил серьезное внимание на то, что сельское хозяйство остается на крайне низком уровне. Это ведет к обострению ряда трудностей, опасностей и противоречий, связанных с особенностями социалистического строительства, технико-экономической отсталостью страны, напором враждебных пролетариату внутренних и внешних социально-классовых сил;
1 КПСС в резолюциях..., т. 4, с. 13.
159


- Решающим средством, которое поможет решить проблемы, связанные с сельскохозяйственным производством, съезд считал наряду с ускоренной индустриализацией дальнейшее социалистическое наступление в деревне. «Необходимо поставить в качестве первоочередной задачи на основе дальнейшего кооперирования крестьянства постепенный переход распыленных крестьянских хозяйств на рельсы крупного производства (коллективная обработка земли на основе интенсификации и машинизации земледелия), всемерно поддерживая и поощряя ростки обобществленного сельскохозяйственного труда. Такое усиление подъема сельского хозяйства необходимо и в интересах повышения благосостояния основной массы крестьянства, и в интересах увеличения рынка (сбыта и сырья) для крупной промышленности, и в интересах технической перестройки и социалистического кооперирования деревни с преодолением тем самым капиталистических элементов деревни»
В соответствии с этим курсом новая экономическая политика должна была обеспечить решение трех взаимосвязанных задач: во-первых, создать более благоприятные условия для единоличных бедняцко-середняцких хозяйств, за которыми временно сохранялась роль основных производителей сельскохозяйственной продукции, полнее использовать их производственные резервы; во- вторых, поставить кулака в такие условия, в которых он был бы не в состоянии саботировать усилия государства и кооперации по расширению заготовок и нормализации рынка; в-третьих, обеспечить быстрый рост колхозносовхозного сектора, так как только на основе общественного производства можно было гарантировать скорейшее увеличение продуктивности и товарности сельского хозяйства2.
Сама практика хозяйствования в условиях начавшейся социалистической реконструкции народного хозяйства поставила вопрос о расширении и изменении формы смычки города и деревни.
Экономический союз рабочего класса и крестьянства вступил в новую, более высокую и сложную стадию развития. Еще активнее и шире должна была проявиться ведущая роль рабочего класса. Растущая опасность колебаний мелкобуржуазных слоев требовала более тесной увязки общегосударственных интересов и интересов крестьянского производства.
1 КПСС в резолюциях..., т. 4, с. 17.
2 См. там же, т. 4, с. 128—129, 209—211.
160


Как только обнаружились первые признаки кулацкой стачки, партия и правительство начали использовать для ее прекращения самые решительные меры. Средства экономического характера (увеличение поставок в деревню промышленных товаров, усиленное взимание налогов, страховых платежей, самообложение с целью побудить крестьян больше продавать хлеб для увеличения денежной наличности, борьба со спекуляцией) не возымели должного воздействия. Имевшиеся у зажиточных хозяев накопления позволяли им сравнительно легко покрыть все задолженности. К тому же большую часть доходов крестьянство получало от продажи не хлебных культур, а продуктов животноводства, технических культур, от ремесла, отходничества и т. п.
Поэтому по отношению к злостным укрывателям крупных хлебных излишков, не желавшим сдавать их по государственным ценам, органы Советской власти были вынуждены применить чрезвычайные меры, в частности привлекать их к судебной ответственности по 107 и 61 статьям Уголовного кодекса РСФСР. При осуществлении этих мер не обошлось без перегибов, рецидивов ряда элементов продразверстки (закрывались базары, хлебные рынки, выставлялись заградительные отряды на дорогах); партия решительно осудила и ликвидировала эти перегибы. После выполнения плана заготовок решением июльского (1928 г.) Пленума ЦК ВКП(б) чрезвычайные меры быда. отменены. Однако наступление на кулака продолжалось. В 1929 г. хлебозаготовки по сравнению с предыдущим годом возросли в 1,5 раза.
Одновременно расширялись и укреплялись экономические отношения с бедняцко-середняцкими массами крестьянства. Теория нэпа обогатилась положением о новых формах смычки. Задача активного внедрения новых форм смычки была поставлена на октябрьском (1927 г.), июльском и ноябрьском (1928 г.) Пленумах ЦК ВКП(б). На этих Пленумах был разоблачен антинаучный характер взглядов троцкистов и правых элементов, которые считали: чтобы преодолеть трудности в сельском хозяйстве, нужно усиленно снабжать деревню товарами для удовлетворения личных потребностей крестьянства, и потому необходимо стремиться к первоочередному развитию отраслей легкой промышленности. Этим утверждениям была противопоставлена научная концепция, которая исходила из признания того, что важную роль в укреплении экономических отношений города и деревни имеет удовлетворение как личных, так
Н
Заказ 2381
161


и хозяйственных потребностей крестьянского двора. «Смычка,— подчеркивал И. В. Сталин,— имеет, таким образом, своей основой не только текстиль, но и металл. Без этого смычка с крестьянством была бы непрочной»1.
Главную, подлинно революционизирующую роль играли связи крестьянства с рабочим классом по производственной линии, способствовавшие их сближению, переделке психологии крестьян, подведению их к коллективистским формам хозяйства. Поэтому наряду с дальнейшим укреплением рыночных связей через снабженческо-сбытовую кооперацию очередной задачей стало увеличение поставок новой техники селу, машинизация и химизация земледелия, укрепление производственной кооперации, электрификация, т. е. продолжение и усиление политики индустриализации. Проводниками этой производственной связи города и деревни выступали кооперация, колхозы, совхозы, МТС.
Положение о старых и новых формах смычки, их соотношении в условиях технической и социальной реконструкции сельского хозяйства было развито на Пленуме ЦК и ЦКК ВКП(б) весной 1929 г., на XVI партийной конференции. В постановлении конференции указывалось: «...наряду со старыми формами смычки с основными массами крестьянства, путем развития и усиления товарооборота промышленности с сельским хозяйством, развития торгово-кооперативных форм связи между городом и деревней, выдвигаютед» новые формы смычки, развивающиеся на базе производственной связи рабочего класса с крестьянством»2.
Партия широко пропагандировала новые формы смычки и вела большую организаторскую работу по их внедрению. В результате роль и значение этих новых форм смычки быстро возрастали.
Усиление производственного характера экономических взаимоотношений социалистического сектора с мелкотоварным было неразрывно связано с более активным проведением классового принципа в деревне — опоры на бедноту, укрепления союза с середняком, ограничения и вытеснения кулака.
О распространении новых форм смычки свидетельствуют данные товарооборота между городом и деревней. В деревню стало поступать больше промтоваров: в 1925/26 г.— на 3596 млн. руб., а в 1927/28 г.— на
1 Сталин И. В. Соч., т. 11, с. 161.
2 КПСС в резолюциях..., т. 4, с. 211.
162


4137 млн. руб. (в первом случае, соответственно,— 44%' всех прошедших через рынок промтоваров, во втором — 47,1%). Все большее место в товарообороте занимали изделия производственного назначения.
Так, доля крестьян в покупке товаров личного потребления поднялась всего на 0,6% (с 47,8 до 48,4%), а в покупке товаров производственного назначения — на 8,1 % (с 35,3 до 43,4%.) В частности, объем реализуемых в сельском хозяйстве машин и орудий за 1924/25—1928/29 гг. вырос в 4 раза. Товары производственного назначения поступали в деревню в первую очередь через сеть государственной и кооперативной торговли.
Интересам интенсификации сельского хозяйства отвечала политика закупочных цен. В 1927 г. были введены поощрительные цены на технические культуры, продукты животноводства. Это позволило обеспечить значительный рост соответствующих отраслей. В октябре 1927 г. по сравнению с октябрем предыдущего года заготовки льна возросли на 51%, подсолнечника — на 54, пеньки — на 104,7, свеклы — на 53,9, хлопка-сырца — на 24,7, мяса —на 58, шерсти —на 23% йт.д. В 1927/28 г. продолжало расширяться производство технических культур. ь
Соответственно перестраивалась кредитная политика. Производственное кредитование сельского хозяйства выросло с 286,9 млн. в 1955/26 г. до 563,5 млн. в 1927/28 г. и 907,8 млн. руб.—в 1929/30 г. В 1927/28 г. обобществленный сектор в деревне занял ведущее место по размеру получаемых кредитов. С этого времени суммы кредитов совхозам, различным видам кооперации и особенно колхозам начали интенсивно увеличиваться (с 308,9 млн. в 1927/28 г. до 835,7 млн. руб. в 1929/30 г.), а единоличным хозяйствам —сокращаться (с 254,6 млн. до 49 млн. руб. за те же годы). Сокращение это в первую очередь коснулось зажиточных хозяйств. Беднякам же кредит предоставлялся на все более выгодных для них условиях. Созданный в 1925/26 г. специальный фонд льготного кредитования бедноты за три года вырос более чем в 4 раза (с 10 млн. до 44,1 млн. руб.).
Государственное кредитование существенно облегчало сбыт в деревню сельскохозяйственных машин и орудий. В 1925/26—1926/27 гг. за счет кредитов было оплачено около половины стоимости направляемой в сельское хозяйство техники, в последующие годы этот показатель стал еще выше. С помощью кредитов государство 163


стимулировало внедрение в сельское хозяйство в первую очередь сложной техники, в частности тракторов.
Кредитная политика стала мощным орудием в организации снабжения деревни техникой. С 1926/27 г. начала сокращаться доля зажиточных хозяйств в приобретении машин и орудий, а в 1929 г. она достигла нуля. Основная часть машин поступала в обобществленные хозяйства, получавшие под них необходимый льготный кредит от государства. В то время как в 1927/28 г. колхозы РСФСР получили 11,7% средств, отпущенных на кредитование машиноснабжения, в следующем году — уже в 2 раза больше, т. е. 23,8%. На весь социалистический сектор, включая кооперативные организации и обобществленные хозяйства, было выделено соответственно 39% и 59,5% средств.
Повышается роль налоговой политики в регулировании социально-экономических процессов в деревне. Налогообложение изменялось в таком направлении: более полно учитывались все источники накопления и повышалась роль прямых налогов в перераспределении средств; предоставлялись дополнительные льготы бедняцким слоям; усиливалось налоговое давление на кулака.
В законы о едином сельскохозяйственном налоге на 1926/27—1928/29 гг. была включена шкала обложения, учитывавшая основные доходы, как земледельческие, так и неземледельческие, и позволявшая неуклонно проводить принцип прогрессивности обложения. Из года в год увеличивались размеры налоговых льгот бедноте. В 1925/26 г. они составили 44 млн. руб.» а в 1926/27 г — 52 млн. руб.
К десятилетию Октября по Манифесту ЦИК СССР от уплаты налога было освобождено 35% беднейших хозяйств, имевших до 250 руб. оплачиваемого дохода. Это имело большое политическое значение. В 1927/28 г. был повышен необлагаемый минимум доходов, что позволило увеличить число освобожденных от уплаты налога бедняцких хозяйств. Ноябрьский Пленум ЦК (1928 г.), а также состоявшаяся в апреле 1929 г. XIV партконференция одобрили меры Советского правительства, направленные на дополнительное сокращение налога, взимаемого с бедняцко-середняцкой группы (почти на 7,5 млн. руб.). Одновременно усилился налоговый пресс на кулака. С 1928 г. введено индивидуальное обложение, под которое попадали хозяйства, носившие открыто эксплуататорский характер (в среднем по стране
164


2—3% хозяйств). С увеличением ставок обложения зажиточных хозяйств повысился их удельный вес в уплате всей суммы сельхозналога. Рост налогов быстро обгонял темп увеличения доходности в этих хозяйствах.
Осуществляя эти экономические меры, Советское правительство стремилось обеспечить всемерное расширение связей крестьянских хозяйств с социалистическим сектором через кооперацию.
Советская кооперация во всех ее формах активно насаждала социалистические производственные отношения', в процессе решительной борьбы ограничивая и вытесняя капиталистические отношения. Она служила орудием пролетарской диктатуры, которое Советское государство использовало в интересах окончательной победы социализма.
Значительные реальные выгоды, которые получало сельское население от кооперирования, способствовали росту темпов кооперативного движения. В 1927 г. 39% крестьянских хозяйств были членами потребительской кооперации, а в 1929 г.— 58,5%. В 1927 г. из общей суммы товаров, поступавших в деревню через розничную торговую сеть, на долю потребкооперации приходилось 48,9%, а в 1929 г.— до 68,6%. Так же быстро росло кооперирование через сеть сельскохозяйственной кооперации. За эти годы число крестьянских хозяйств, охваченных ею, увеличилось с 37,9 до 57,4%. Количественный рост кооперации сопровождался качественными изменениями. Главной задачей их становилось удовлетворение не рыночных, а производственных интересов крестьянских хозяйств.
Это особенно заметно на примере динамики различных форм сельскохозяйственной кооперации. Численность кооперативов, работавших в области товарно-денежных отношений, за 1927—1929 гг. сохранилась на одном уровне, но удельный вес их резко упал —с 44,5 до 17%. Произошло это за счет увеличения простейших производственных объединений — семеноводческих, животноводческих, машинных, мелиоративных. Повышалась роль кооперации в снабжении деревни машинами и использовании техники, в укреплении кредитных отношений, в заготовках и переработке сельскохозяйственных продуктов. На 1928/29 г. удельный вес сельскохозяйственной кооперации в обобществленных заготовках составлял: по хлебопродуктам—37%, по сахарной свекле—100, коровьему маслу—67, шерсти—100%.
165


В системе кооперативных союзов росло число промышленных предприятий по переработке сельскохозяйственных продуктов (маслосыроваренные заводы, мельницы, крупорушки и др.), зерноочистительных и прокатных пунктов, опытных полей, рассадников, питомников и т. п. По мере подъема сельскохозяйственного производства и его товаризации усиливалась специализация кооперативной сети.
Укрепление разнообразных экономических связей города и деревни явилось, как отметил ноябрьский (1929 г.) Пленум ЦК ВКЩб), одной из главных предпосылок и одним из главных условий решительного перелома в отношении бедняцко-середняцких масс к колхозам Ч
Однако новое прокладывало себе дорогу не без трудностей. В практике совершенствования смычки города и деревни новые ее формы (означавшие более тесные непосредственные связи государственной промышленности с сельскохозяйственным производством) нередко противопоставлялись старым (основанным на товарно-денежных отношениях) и рассматривались не как дополняющие их, расширяющие сферу и обогащающие содержание экономических взаимоотношений города и деревни, а как идущие им на смену.
На практике это оборачивалось недооценкой огромных достижений Советского государства в налаживании смычки через рынок, через торговлю, через кредит, через цены. Все внимание уделялось непосредственному воздействию на крестьянское производство через колхозносовхозные формы хозяйства, через машиноснабжение, прокат техники, техническое обслуживание и проч.
Новые тенденции в развитии экономических отношений города и деревни отчетливо видны на примере заготовительной работы.
С обострением хлебной проблемы потребовалось изменить систему заготовок. Свободная рыночная закупка хлеба и других сельскохозяйственных продуктов уже не давала дблжных результатов. На первый план выдвигается контрактация.
Заключив соглашение с государством через сельскохозяйственную кооперацию (Хлебоцентр), крестьяне в обмен на свои продукты, поставляемые в оговоренный срок и по определенной цене, получали ссуды, семена, машины, удобрения, агрономическую помощь. Договор,
1 См.: КПСС в резолюциях..., т. 4, с. 323.
166


заключенный через коллективы, общества с целыми деревнями и селами, решал целый ряд важных социально- экономических задач: организационно и экономически сплачивал крестьянские хозяйства, активно внедрял кооперативные начала, увязывал интересы единоличника с интересами государства, повышал ведущую роль социалистического сектора, способствовал упрочению планового начала, стабилизации рынка, ограничению нэпмана и кулака.
В первые годы реконструктивного периода контрактовались главным образом технические культуры. В 1926/27 г. в договорные отношения с государством вступило около 2 млн. крестьянских хозяйств.
В 1928 г. контрактация охватила и зерновые культуры. В систему договоров вовлекается уже более 5,5 млн, крестьянских дворов, предложивших более чем на 500 млн. руб. своей продукции. Площадь законтрактованных посевов выросла в 4 раза (по сравнению с 1927 г.). А через год она достигла уже 14 млн. га, т. е. 25% всех яровых посевов. Договор подписали более Уз крестьянских хозяйств. Выделяемые авансы, средства производства, агропомощь направлялись в основном в бедняцкие и середняцкие хозяйства.
Характерно, что внедрение контрактации значительно ускорило темпы кооперирования. На основе заключенных договоров возникали тысячи колхозов, зерновых и машинных товариществ.
Осенью 1929 г. начинается массовое колхозное движение. Широкие бедняцко-середняцкие массы деревни, убедившись на собственном опыте в отсутствии перспектив для резкого повышения уровня жизни на базе единоличного мелкотоварного производства, встали на путь создания крупных сельскохозяйственных предприятий последовательно социалистического типа. Создание колхозов, внедрение машинной техники, использование новых принципов в организации труда и распределении создали возможности и для роста общественного производства и для удовлетворения растущих потребностей сельских тружеников. К концу 1929 г. было коллективизировано уже 7,6% крестьянских хозяйств (в середине года — 3,9%). К середине 1930 г. этот процент повысился до 23,1%, а в 1931 г.— до 52,7%. К концу пятилетки было обобществлено более 60% крестьянских хозяйств. В основных зерновых, свекловичных, хлопководческих районах коллективизация завершилась или близилась к завершению.
167


Победа колхозного строя означала, что наиболее многочисленная социальная группа переходного общества— единоличное крестьянство — навсегда порвала с мелким частным хозяйством, полунатуральной замкнутостью и прочно встала на путь коллективного труда. Страна покрылась сетью колхозов, совхозов, МТС, которые убедительно демонстрировали преимущества крупного социалистического сельскохозяйственного производства. Наладилось тесное взаимодействие между кооперативно-колхозной и общенародной, государственной формами собственности. Они динамично развивались и взаимообогащались.
После первых трудностей, связанных со становлением колхозного типа предприятия, с поиском эффективных принципов и методов организации труда и распределения по труду, а также с сопротивлением классового врага, и земледелие и животноводство начали подниматься. Перестал действовать такой значимый ранее в экономике страны фактор, как мелкобуржуазная стихия. Сельское хозяйство, как и все прочие отрасли народного хозяйства, вошло в сферу централизованного планирования и управления. Деревня при активной и всесторонней поддержке города встала на путь коренной перестройки всего уклада жизни и труда. Формировался класс колхозного крестьянства, которое вместе с рабочим классом активно участвовало в строительстве социализма и в использовании его достижений в самых различных областях общественной жизни. Как отметил XVI съезд партии, колхозное крестьянство стало «действительной и прочной опорой Советской власти...» Ч Тем самым была ликвидирована самая широкая, самая массовая социально-экономическая опора буржуазии. Ведь единоличное крестьянство постоянно воспроизводило буржуазные отношения, рождало капитализм в массовом масштабе. В ходе коллективизации было ликвидировано и кулацкое хозяйство, стремившееся опутать деревню сетью отношений подчинения и самой зверской эксплуатации. После национализации основных средств производства в первые годы революции коллективизация была вторым значительным и решающим шагом на пути обобществления хозяйства. Она оказала огромное воздействие на всю сферу социально-экономических отношений в Советском государстве, способствуя окончательной перестройке их на социалистических основах.
1 КПСС в резолюциях..., т. 4, с. 449.
168


Экономическое и организационное укрепление социалистических форм хозяйства в деревне позволило резко расширить поставку сельскохозяйственных продуктов в город, поддержать высокие темпы индустриального прогресса, укрепить оборонный потенциал страны.
Быстрое расширение и победа социалистических отношений в деревне вели к тому, что характер смычки между рабочим классом и крестьянством претерпевал коренные изменения. Смычка рабочего класса с единоличным крестьянством перерастала в союз рабочих с колхозным крестьянством. Крепнущее морально-политическое единство советских людей, совпадение жизненных интересов социалистических классов (и рабочие и крестьяне заинтересованы в упрочении социалистической собственности, в повышении эффективности экономики и жизненного уровня трудящихся, в упрочении позиций СССР на мировой арене) обеспечивали и новые стимулы для дальнейшего укрепления экономических отношений города и деревни, и новые., каналы этих взаимовыгодных отношений.
С развертыванием массового колхозного движения все более ускорялся процесс перестройки экономических взаимоотношений между социалистической промышленностью и сельским хозяйством/ Государство концентрирует средства и использует их для всесторонней поддержки новых социально-экономических отношений в деревне, развития колхозов, совхозов, МТС, расширения производства сельскохозяйственной техники, подготовки кадров и развертывания научных исследований.
Обострение рыночной напряженности^ серьезные трудности, которые переживало сельское хозяйство в период социальной реконструкции, обусловили некоторое ограничение товарно-денежных отношений. Финансирование сельского хозяйства, которое до коллективизации в значительной мере осуществлялось в форме кредитов, превращается в безвозмездное бюджетное ассигнование. Сельскохозяйственная техника направляется в деревню, минуя торговлю, через систему государственных органов, совхозов, МТС. В сфере товарооборота остаются главным образом товары потребительского назначения.
Соответственно перестраивалась система заготовки продуктов сельского хозяйства.
В 1929 г. контрактация стала главным методом заготовки. С ее помощью было получено 84% потребляемого промышленностью сельскохозяйственного сырья, около Уз всего хлеба, заготовленного для города. Воз169


никшие в ходе массового колхозного движения артели и коммуны строили свои отношения с государством по линии сбыта исключительно через контрактацию. Стремясь поднять материальную заинтересованность колхозников, государство повысило в 1930—1931 гг. заготовительные цены на важнейшие продукты сельского хозяйства.
В итоге экономические отношения с деревней в главном звене — хлебозаготовках начали строиться целиком на плановой основе. Пройдя этапы натурального налога, свободной рыночной закупки, хлебозаготовительная практика обогатилась еще одной формой — контрактацией.
К концу первой пятилетки, когда коллективизация была завершена в основных сельскохозяйственных районах, а социалистический сектор занял преобладающее место в производстве важнейших продуктов, контрактация превращается, по существу, в единственный метод заготовок как у колхозов, так и у единоличных крестьянских хозяйств. Все каналы выхода хлеба на свободный рынок были перекрыты. Повсеместно осуществлялся принцип «ни одного пуда хлеба, нна рынок, все излишки — государству».
Но стремительное, я развертывание контрактации «вширь» не сопровождалось обогащением ее экономического содержания. Наоборот, функции этой договорной системы все более суживались. Из широкого двустороннего соглашения, предусматривавшего взаимные обязательства, она свелась лишь к договору на поставку продуктов в соответствии с размером посевной площади, по закупочным ценам, предложенным государством. Весной 1929 г. авансы выдавались под У2 законтрактованных посевов, осенью — под а с 1930 г. авансы были отменены. Всякого рода производственно-техническая, финансовая помощь деревне начала осуществляться главным образом через МТС. Контрактация утратила ряд важнейших хозяйственных функций и все меньше играла стимулирующую роль.
В то же время опыт первых хлебозаготовительных кампаний в условиях массовой коллективизации убедительно показал, что попытка направить продукцию сельского хозяйства в город лишь по одному руслу не полностью учитывает объективные особенности кооперативной формы собственности, характер оплаты по труду в колхозах (натурой), значение подсобного участка в доходах колхозника, все еще большую роль неорганизованного рынка в снабжении городского населения продукта170


ми питания, а сельского — промышленными товарами. Чрезмерное ограничение рыночного оборота задевало экономические интересы колхозного крестьянства.
Уже в начале массовой коллективизации ЦКВКП(б) решительно потребовал от местных органов покончить с левацкими перегибами в области товарооборота между городом и деревней, «воспретить закрытие рынков, восстановить базары и не стеснять продажу крестьянами, в том числе колхозниками, своих продуктов на рынке» *. Через два года был сделан новый принципиальный шаг вперед. В мае 1932 г. была разрешена колхозная торговля всеми сельскохозяйственными продуктами (хлебопродуктами— с 1 января 1933 г.). «Мы должны увязать,— говорил В. В. Куйбышев на собрании партийного актива Москвы в июле 1932 г.,—с одной стороны, заготовки, с другой стороны, колхозную торговлю, сделав эту колхозную торговлю серьезным источником для снабжения населения, и тем самым мы стимулируем колхозное производство, заинтересованность колхозника в росте продукции, а, следовательно, в* производительности его труда»2. Таким образом, наметившийся было крен в сторону недооценки торговли во взаимоотношениях колхозно-совхозной деревни с социалистическим городом преодолевался. я
Пленум ЦК ВКП(б), состоявшийся осенью 1932 г., подчеркнул: «Интересы дальнейшего укрепления смычки рабочего класса сперестьянством и улучшения материального положения трудящихся города и деревни требуют всемерного развертывания советской торговли и, в частности, торговли колхозов, колхозников и трудящихся единоличных крестьян. ...Победа в деле организации социалистической производственной смычки между городом и деревней не только не снимает, но выдвигает с особой силой задачу укрепления на этой базе торговой смычки города с деревней»3.
Однако новая обстановка, связанная с появлением колхозной торговли, породила и новые противоречия. При наличии двух резко различающихся цен — закупочной и рыночной — заготовка хлеба значительно затруднилась. Некоторые колхозы начали нарушать договоры по контрактации, придерживать хлеб, рассчитывая реа1 КПСС в резолюциях..., т. 4, с. 397.
2 Куйбышев В. В. Уборка, хлебозаготовки и укрепление колхозов. Речь на собрании докладчиков Московской партийной организации. М., 1932, с. 23.
3 КПСС в резолюциях..., т. 5, с. 51—52.
171


лизовать его на более выгодных условиях через рынок. Это поставило вопрос о пересмотре методов государственных заготовок. По постановлению ЦК ВКП(б) и СНК СССР «Об обязательной поставке зерна государству колхозами и единоличными хозяйствами» (от 19 января 1933 г.) вместо договора в форме контрактации был введен налоговый метод обязательных поставок сельскохозяйственных продуктов по твердым ценам в соответствии с размерами посевных площадей. Эта система была дополнена натуральной оплатой колхозами работы МТС. Контрактация была сохранена лишь для ряда технических культур.
Законы о зернопоставках, натуроплате, о колхозной торговле и ряд других мер, юридически оформлявших экономические отношения коллективизированного крестьянства с государством, знаменовали собой вступление смычки в качественно новый этап, закономерности и особенности которого определялись уже господством социалистических отношений и в городе и в деревне.
ВОПРОС «кто —кого»
РЕШЕН ПОЛНОСТЬЮ И ОКОНЧАТЕЛЬНО
В результате решительного наступления на капиталистические элементы в период первой пятилетки они были вытеснены из основных сфер экономики.
Ликвидация капиталистической ц .установление общественной собственности на основные средства производства является одной из главных, общих закономерностей социалистического строительства. Специфика проявления этой закономерности в СССР заключалась в том, что окончательный «штурм» капиталистического хозяйства в конце 20 — начале 30-х годов состоялся после определенного этапа его допущения и использования. Поэтому для подготовки и проведения этого «штурма» помимо материальных средств требовались серьезные усилия, чтобы обеспечить поворот в сознании масс, изменить методы работы управленческого аппарата. Ликвидация капиталистического сектора была осуществлена в короткий срок и стала одной из главных предпосылок завершения важнейших социально-экономических преобразований — индустриализации и коллективизации, создания материально-технической базы социализма, т. е. своеобразной ступенью на пути к полной победе социализма в нашей стране.
Начавшаяся социалистическая индустриализация 172


создала объективные возможности для того, чтобы ускорить процесс вытеснения капиталистических элементов. Объединенный пленум ЦК и ЦКК ВКП(б) (октябрь 1927 г.), на котором были одобрены Директивы по составлению пятилетнего плана развития народного хозяйства, отметил, что ближайший период хозяйственного строительства с точки зрения классовой борьбы и расстановки классовых сил будет характеризоваться возрастанием классовой мощи пролетариата, укреплением его союза с бедняцкой и середняцкой массой при относительном падении и возможном еще абсолютном росте частнокапиталистических элементов города и деревни. Завоевания социализма позволят «перейти к дальнейшему, более систематическому и настойчивому ограничению кулака и частника» У
Намечая этот курс, партия исходила из того, что социалистический сектор уже прочно занимает ведущее место в советской экономике, что интенсивный и устойчивый рост его дают возможность еще больше оттеснить нэпмана на хозяйственную периферию, что проблема экономического соревнования социализма и капитализма с точки зрения реального соотношения сил и достаточно отчетливо выявившихся тенденций уже в основном решена и стоит лишь вопрос о времени окончательного вытеснения нэпманской буржуазии. На XV съезде партии в отчетном докладе ЦК ВКП(б) было отмечено, что «страна наша идет к социализму уверенно и быстро, оттесняя на задний план и вытесняя шаг за шагом из народного хозяйства капиталистические элементы», В борьбе с буржуазией «мы имеем уже решающие успехи» 2. Цифры, приведенные на съезде, красноречиво свидетельствовали о глубоких социальных сдвигах в советской экономике.
В 1928—1929 гг. процесс вытеснения нэпмана продолжается с нарастающей силой, обеспечивая не только относительное, но и абсолютное сокращение частного капитала. К концу 1930 г. капиталистический уклад в городе был полностью ликвидирован.
Более быстрое, чем предполагалось ранее, вытеснение буржуазии объяснялось рядом причин. Главной были высокие темпы развития социалистического хозяйства, создание новых производств и целых отраслей, опираясь на которые Советское государство могло вполне 1 КПСС в резолюциях..., т. 3, с. 509.
2 XV съезд ВКП(б). Стенографический отчет, М., 1961, т. 1, с. 59.
173


безболезненно заместить капиталистическое хозяйство. Все сильнее сказывались преимущества крупного производства перед мелким (каковым в своей массе было капиталистическое), технически передового — перед отсталым, планово-организованного — перед раздробленным, анархическим. Процесс обобществления на завершающей стадии переходного периода, в отличие от его начального этапа, происходил на принципиально ином уровне советской экономики, когда все полнее раскрывались неисчерпаемые резервы и возможности социалистического способа производства.
Другой причиной послужило то, что в условиях известных диспропорций в экономике и хозяйственных трудностей реконструктивного периода возрастала дезорганизующая роль частного капитала. Используя рыночную конъюнктуру, частник стремился к извлечению максимальной прибыли со своего капитала. С этой целью он взвинчивал цены на рынке, усиливал эксплуатацию рабочих, затрачивал все меньше средств на развитие и совершенствование производства. Наглядно раскрылась, таким образом, его хищническая, спекулятивная сущность. Разрыв цен обобществленной и частной торговли за два с половиной года (1927/28 — первая половина 1929/30 гг.) увеличился с 24 до 100%. За 1928/29 г. цены на промтовары в частной торговой сети выросли на 72,3%. Нэпман активно поддерживал и вдохновлял мелкобуржуазную стихию в ее борьбе против государственной политики контроля и регулирования. Поэтому ликвидация капиталистического уклада становилась одним из важнейших условий успешного решения первостепенных хозяйственных проблем (накопление, регулирование рынка и др.).
В то время когда партия и правительство прилагали огромные усилия для повышения материального уровня и улучшения условий труда рабочего класса, на частных, сданных в аренду и концессию предприятиях эксплуатация усилилась. Поэтому занятые на них рабочие требовали ускорить передачу этих предприятий в собственность государства.
Подъем социалистической промышленности позволил в 1930 г. покончить с безработицей. Исчезла, таким образом, одна из существенных причин допущения частного капитала.
Грандиозное хозяйственное строительство, нацеленное на построение экономического фундамента социализма, идеологические сдвиги в сознании широких масс
174


трудящихся предрешили судьбу капиталистических элементов.
Курс на решительное вытеснение частного капитала был выдвинут на XVI партконференции, утвердившей первый пятилетний план развития народного хозяйства. В обращении «Ко всем рабочим и трудящимся крестьянам Советского Союза» партконференция подчеркнула необходимость усиленного наступления на капиталистические элементы. В течение пятилетия намечалось сократить удельный вес капиталистического сектора в промышленности с 20 до 8%, по розничному товарообороту—с 25 до 9%.
Указывая на огромные трудности, связанные с высокими темпами индустриализации, партия подчеркивала, что «основными условиями успешного и скорейшего преодоления этих трудностей являются ускорение темпов социалистического строительства и развернутое наступление на капиталистические элементы по всему фронту. Всякое ослабление этих темпов в угоду капиталистическо-кулацким элементам и ослабление наступления против них означало бы на деле не смягчение трудностей, а их усугубление, усиление позиций классовых врагов пролетарской диктатуры»1. Самым решительным образом был отвергнут курс правых оппортунистов, направленный на дальнейшие уступки частнокапиталистическим элементам.
Следует подчеркнуть, что в ходе заключительного наступления на частнокапиталистический уклад партия и государство продолжали осуществлять дифференцированный подход к частным владельцам, сочетая бескомпромиссную борьбу со всеми их попытками прорвать систему контроля и регулирования с рациональным использованием отдельных хозяйственных форм. В начале 1930 г. в деятельности местных органов власти обнаружились перегибы. Они пытались «дополнить» лозунг ликвидации кулачества как класса лозунгом ликвидации городской буржуазии, что нашло отражение в административном нажиме на мелких торговцев и кустарей ЦК партии своевременно указал на эту ошибку, потребовав учитывать конкретные условия при определении темпов обобществления и вытеснения городской буржуазии 2.
1 КПСС в резолюциях..., т. 4, с. 410.
2 См.: XVI съезд Всесоюзной Коммунистической партии (б). Стенографический отчет. М., 1935, т. 1, с. 384.
175


В 1927—1928 гг. была предпринята попытка активизировать концессионную политику. К этому времени темп увеличения производства и использования рабочей силы на концессионных предприятиях начал падать, а размер заграничных капиталовложений — сокращаться. Истекал срок ряда договоров. Выдвинув предложение о новых концессиях, Советское правительство исходило из того, что при всех негативных моментах они могли бы и дальше играть положительную роль в развитии ряда отраслей народного хозяйства, в освоении природных богатств, особенно на окраинах страны, в концентрации производства, в расширении экономических отношений с капиталистическими странами.
Однако новое предложение Советского государства не заинтересовало империалистические круги. Вместо мобилизации заграничных капиталов концессионеры все чаще обращались за кредитами к советским хозяйственным органам.
1927/28 г. был годом наибольшего развития концессионной деятельности. На 1 октября 1928 г. действовало 44 промышленных концессии, в которые было вложено более 58 млн. руб. иностранных капиталов. В отраслях, производивших средства производства, удельный вес концессий составил 1,2%, в отраслях, производивших предметы потребления,— всего 0,3%. С начала первой пятилетки концессионные договоры один за другим расторгались вследствие нерентабельности предприятий, невыполнения концессионерами условий договоров, нарушения трудового законодательства, а также из-за истечения сроков концессионных соглашений. В 1930 г. правительство признало нецелесообразным дальнейшее использование концессий. Большинство договоров было расторгнуто, концессионерам выплачена компенсация за осуществленные капиталовложения. К концу пятилетки в сфере материального производства действовало только шесть концессий (рыболовных).
Положение дел на арендованных предприятиях заставило Советское государство отказаться от дальнейшего использования и этой формы госкапитализма. С завершением восстановительного периода рост объема производства на них начинает замедляться, удельный вес в валовой продукции частной цензовой промышленности— падать, число занятых рабочих — сокращаться.
Экономически аренда перестала себя оправдывать. Арендная плата была незначительна; чтобы получить ее, 176
I


требовались большие усилия; арендаторы не выполняли условий договоров по ремонту оборудования, нередко доводя его до полного износа. Усиливалась эксплуатация рабочих. Постановление СНК СССР от 15 мая 1928 г. изменило условия аренды предприятий. В предшествующие годы договора на аренду расторгались лишь по отдельным отраслям в связи с обостряющейся конкуренцией (обработка кож, мукомолье), а в 1929 г. начался пересмотр всех договоров. Подавляющее большинство их было расторгнуто.
Были пересмотрены также юридические условия допущения частных предприятий, что привело к национализации промышленных заведений с числом рабочих свыше 20 человек. Таким образом, процесс национализации промышленности в СССР закончился.
В 1928/29 г. капиталистический сектор представляли лишь 167 собственных и 177 арендованных предприятий. Через год он был уже, по существу, ликвидирован: его удельный вес в валовой продукции крупной промышленности сократился с 0,6% в 1929 г. до 0,3% в 1930 г.
Ряд экономистов в своих прогнозах экономического развития в период первой пятилетки указывали на необходимость сохранения некоторой группы мелких капиталистических предприятий. Они не смогли вовремя подметить тот перелом, который наступил с началом реконструктивного периода.
Вытеснение частника происходило фронтально, по всем отраслям и группам. Судьбу крупных и средних частно- и госкапиталистических предприятий разделили и мелкие. В этом была одна из характерных черт нового этапа социалистического строительства. В 1927/28 г. валовая продукция частной мелкой промышленности сократилась на 23% вместо запланированных 8,5%. В 1928/29 г. это вытеснение проходило еще быстрее. За полгода — с октября 1929 г. по май 1930 г.— число частных предприятий, как показало обследование процесса вытеснения частного капитала по 19 крупнейшим экономическим центрам страны, сократилось на 44,4%. В ряде городов —Москве, Ростове-на-Дону, Саратове, Иваново- Вознесенске, Харькове, Днепропетровске — ликвидация частного предпринимательства была уже, по существу, завершена.
К концу 1930 г. в результате полного вытеснения частника из сферы крупной и средней промышленности и значительного сокращения численности мелких частных
12 Заказ 2381
177


предприятий удельный вес капиталистического сектора упал до 5,6%, В 1932 г. он составил лишь 0,5% *
Ликвидация в короткий срок хотя и мелких, но многочисленных частных промышленных заведений вначале вызвала некоторые трудности. Однако эти трудности носили временный характер и не оказали существенного влияния на снабжение населения. Вытеснение нэпманских элементов происходило в условиях роста социалистического хозяйства, сумевшего не только заменить частный сектор к концу пятилетки, но и значительно перекрыть его производство. С 1928 по 1932 г. валовая продукция цензовой промышленности выросла на 132,7%, в том числе по производству средств производства — на 193,3-%. Объем продукции отраслей, производящих средства потребления, также вырос на 84,3%. В среднем за год прирост продукции на государственных предприятиях в отраслях легкой промышленности, где наиболее сильными были позиции частного капитала, составил 16,5%. Численность заводов по первичной переработке льна увеличилась с 18 до 350, по переработке пеньки—■ с 2 до 65, табака — с 3 до 14. Были введены в эксплуатацию 13 крупных хлопчатобумажных предприятий, 3 трикотажные фабрики, 3 льняных, 4 шерстяных, 13 швейных, 4 обувных, 11 кожевенных заводов. Продукция трикотажной промышленности выросла с 182 млн. до 624,8 млн. руб., швейной —с 449 млн. до 2189 млн. руб. и т. д.
Аналогичные процессы протекали и в области торговли. Следует отметить, однако, что в силу значительно большей раздробленности частной торговли в сокращении ее сети и оборотов сильнее сказался элемент стихии. В связи с тем что в короткий срок было закрыто множество мелких магазинов, ларьков, прекратилась мелочноразносная и развозная торговля, в ряде мест, как в то время писали в газетах, появились «торговые пустыни», ухудшилось снабжение населения, особенно в сельской местности, на городских окраинах. Это потребовало дополнительных усилий от государства и кооперации по организации товарооборота. К концу пятилетки в розничном товарообороте доля частника составляла лишь 1% (в 1928 г.— 22,5%). Хотя общая сеть торговых предприятий значительно сократилась, объем розничного оборота вырос более чем в 2 раза (с 15,2 млрд. руб. в 1928 г. до 35,5 млрд. руб. в 1932 г.).
Обеспечить высокие темпы свертывания капиталистического сектора помогало прежде всего налоговое 178


обложение. Были введены новые налоги (в частности, на сверхприбыль в крупных предприятиях), повышены ставки по подоходному и промысловому налогам. В результате размеры обложения увеличились. К 1930 г. государство изымало таким путем весь или почти весь доход эксплуататорских элементов. С 1926 г. государство прекратило непосредственное кредитование частных предприятий, одновременно резко сократив кредитование частных обществ взаимного кредита, а ряд из них закрыв в связи со спекулятивной деятельностью. В 1930 г. эти общества были вообще ликвидированы. В соответствующем направлении были пересмотрены железнодорожные тарифы, система снабжения сырьем и материалами и другие методы экономического регулирования.
В ответ на усиление конкуренции частника в заготовке и переработке сельскохозяйственных продуктов путем спекулятивного повышения цен советские органы все шире использовали административные меры. В 1927/28 г. репрессивные меры, вызванные кулацкой хлебной «стачкой», были отчасти распространены и на владельцев мельниц, крупорушек и т. п.
С началом массового стихийного отлива частного капитала из торговли и промышленности для государства стало небезразличным, в какой области хозяйства он найдет себе применение. Попытки привлечь его с помощью экономических мер в отдельные отрасли мелкой промышленности для расширения производства ряда остродефицитных товаров, в частности стройматериалов, а также в жилищное строительство не дали результатов. Большая часть освобождавшихся частных капиталов шла на потребление или в нелегальную, спекулятивную деятельность.
Из 49 млн. руб., в 1927/28 г. изъятых хозяевами торговых предприятий из частной торговли на Украине, только 45% было использовано в легальных областях деятельности, в том числе 11,4% вложено в промышленность. Как показали обследования в ряде экономических центров страны, из числа бывших владельцев и совладельцев частных торговых и промышленных заведений, закрывших свои предприятия в 1928/29 г., только Уб часть попыталась вложить свои капиталы в легальные формы предпринимательства. Наиболее многочисленная группа — 42,1%—обратилась к подпольной спекулятивной деятельности. Остальная часть бывших нэпманов или «проедала» накопления, или устраивалась на
179


службу в государственные и кооперативные предприятия и учреждения.
Только четвертая часть нэпманов, вернувшихся к легальной деятельности, вложила капиталы в торговые и промышленные предприятия. Остальные устремились в кустарные промыслы и промкооперацию, т. е. усилилась тенденция, наметившаяся с середины 20-х годов: после того как частник был серьезно потеснен из сферы обслуживания государственной промышленности (посредничество, заготовка сырья и реализация готовой продукции), он переносит основное внимание на мелкую промышленность.
Создавалось большое число всевозможных артелей, кооперативов. В Москве, например, в 1928 г. каждый месяц регистрировалось до 300 уставов новых кооперативов, В большинстве вновь созданных объединений заправляли делами бывшие нэпманы, которые жестоко эксплуатировали кустарей и ремесленников и использовали эти кооперативы для нелегальной торговли.
Тенденция к созданию замкнутого хозяйственного цикла (крестьянин или кустарь — частный скупщик — частный промышленник — частный торговец — городской или деревенский потребитель) свидетельствовала о попытке торгово-промышленной буржуазии повести за собой мелкобуржуазные слои города и деревни. Социально-экономическое и политическое значение этого явления в полной мере можно понять, если учитывать, что крестьянство традиционно обеспечивала промышленными товарами главным образом не крупная, городская, а именно мелкая, деревенская промышленность.
Перекрывая каналы, питающие частнокапиталистический сектор, Советское государство приступило к вытеснению буржуазных элементов и из сферы обслуживания мелкотоварного кустарно-ремесленного производства. Мелкие раздробленные промышленные хозяйства кустарей и ремесленников оставались экономической основой для возрождения капиталистических отношений. В 1929 г. в РСФСР 80% кустарей были бедняками и середняками, а 20%—зажиточными хозяевами, использовавшими наемный труд. Только обобществление мелкотоварного производства на основе ленинского кооперативного плана гарантировало окончательное вытеснение капиталистических элементов и из этой сферы хозяйства.
1927/28 г. из 4,2 млн. кустарей и ремесленников Ь28 тыс, (16%) были объединены промкооперацией.
180


Если исключить те категории мелких хозяйств, которые не могли быть охвачены сложившимися кооперативными формами (сельские кузнецы, мельники, портные и т. п.), степень кооперированности поднималась до 25,4%. Однако, как отмечалось в постановлении СНК СССР от 21 мая 1928 г. «О кустарно-ремесленной промышленности и промысловой кооперации», «промкооперация недостаточно укрепилась, и частный капитал продолжает играть весьма значительную роль в кустарно-ремесленной промышленности» 1.
Партия и правительство приняли меры по расширению производственной кооперации, ликвидации фиктивных артелей, укреплению связей социалистического сектора с кустарями и ремесленниками по линии цен, кредитов, снабжения сырьем и материалами и т. д. Это позволило значительно повысить регулирующую роль государства в области мелкой промышленности, создать предпосылки для подъема кооперативного движения. Число кооперированных кустарей за период между XV и XVI съездами партии выросло в 3 раза и достигло 2 млн. На их долю приходилось 47,4% всей товарной массы мелкой индустрии.
Особенность нового этапа кооперирования состояла в том, что объединение мелких хозяйств по линии заготовки сырья и материалов, сбыта продукции и кредитования сопровождалось объединением самого производства в общих мастерских или на предприятиях промышленного типа (на первых было занято до 1 млн. человек, на вторых — 500 тыс. человек). На долю мастерских и предприятий приходилось 75% продукции промкооперации.
В борьбе с капиталистическим влиянием большое значение имело объединение в производственные союзы так называемых «диких» кооперативов, так как именно под их вывеской чаще всего скрывались лжекооперати- вы. В конце 1926 г. удельный вес этих кооперативов в общей численности кустарно-ремесленных кооперативов достигал 46,9%. Они объединяли 52% кооперированных производителей. Дальнейший рост «диких» артелей объяснялся переливом сюда частных капиталов из ликвидируемых частных промышленных и торговых предприятий. Обследование показало, что 30% этих артелей в Москве и 41% в Ленинграде служили ширмой для 1 Собрание законов и распоряжений Рабоче-Крестьянского Правительства СССР, 1928 г., № 30, ст. 267.
181


спекулятивной деятельности бывших нэпманов. В целом по стране свыше 20% «диких» артелей являлись лже- кооперативами. В результате ряда экономических и организационных мер подавляющая часть «диких» кооперативов уже в 1930 г. была распущена или вошла в союзную систему промкооперации.
К концу пятилетки капиталистические формы хозяйства в кустарно-ремесленной промышленности исчезли. Более 3/4 кустарей были объединены в кооперацию. Социалистические отношения стали ведущими и в мелком промышленном производстве.
По первому пятилетнему плану намечалось поднять долю продукции мелкой кооперативной промышленности во всей продукции мелкой промышленности с 19,4 до 53,8%. Это задание было значительно перевыполнено.
Однако самые глубокие корни капиталистических отношений были вырваны лишь в результате проведения массовой коллективизации сельского хозяйства и создания колхозного строя. Обобществление мелкотоварного производства в деревне ликвидировало наиболее широкую социальную основу нэпманской буржуазии и самый многочисленный ее слой (в 1927 г. насчитывалось более 1 млн. кулацких хозяйств).
Основная масса частных предприятий была связана с переработкой сельскохозяйственной продукции (в таких отраслях промышленности, как маслобойная, мукомольная, винокуренная и др., удельный вес частника к началу пятилетки составлял более половины) и сбытом ее. Массовое движение за создание колхозов, развернувшееся со второй половины 1929 г., сужало сферу капиталистического хозяйства. К тому времени мощности государственных и кооперативных предприятий намного увеличились и они уже могли перерабатывать большую часть сельскохозяйственного сырья. Об этом свидетельствует такой факт: в 1928/29 г. ряд отраслей обобществленного сектора (кожевенно-обувная, крахмало-паточная, маслобойная, табачная) не выполнили производственных программ из-за недостатка сырья. Упрочились позиции государства и кооперации и в области заготовок.
Коллективизация означала и для кулаков, и для городской буржуазии, обслуживавшей деревню, потерю капиталов и объектов извлечения доходов. Колхозное крестьянство налаживало экономические связи лишь с социалистической промышленностью и торговлей,
182


Решающий удар по сельской буржуазий был нанесен на основе политики раскулачивания. Кулаки яростно сопротивлялись коллективизации. Они стремились не только опорочить колхозы как форму ведения хозяйства, но и подорвать их экономически. В борьбе с коллективизацией они использовали самые острые формы классовой борьбы: поджоги, порчу колхозного имущества, уничтожение скота, террор против активистов, партийных и советских работников. Все это заставило Советское государство принять решительные меры по ликвидации кулацкого хозяйства.
Коммунистическая партия выдвинула задачу перейти от политики ограничения кулачества к политике ликвидации его как класса на базе сплошной коллективизации. Этот курс был закреплен постановлением ЦК ВКП(б) от 5 января 1930 г. «О темпе коллективизации и мерах помощи государства колхозному строительству». В районах сплошной коллективизации юридически запрещались все формы эксплуатации (аренда земли, инвентаря, использование наемного труда). Кулацкое имущество (рабочий скот, инвентарь, хозяйственные постройки) подлежало конфискации и передаче в фонд колхозов. Туда же поступала и земля, находившаяся в пользовании кулаков. Кулаков, которые активно противодейстйо- вали колхозному движению, следовало выселять за пределы отдельных районов, краев, областей.
С начала 1930 г. по осень 1932 г. было выслано около 240 тыс. кулацких семей, т. е. 74 часть общей численности кулацких семей, имевшихся к началу коллективизации. Высланные кулаки были трудоустроены, что позволило им на основе общественно-полезного труда включиться в процесс социалистического строительства. К концу первой пятилетки ликвидация кулака как класса в основном была завершена.
Ликвидация частнокапиталистического и госкапита- листического укладов явилась одним из важнейших социально-экономических завоеваний советского народа. Она была ^убедительным свидетельством растущей экономической мощи социалистического хозяйства, успешного применения ленинской новой экономической политики. Допустив в начале нэпа капиталистические элементы во имя в конечном счете интересов социализма, укрепления диктатуры пролетариата, рабочий класс с развертыванием социалистической реконструкции народного хозяйства во имя тех же интересов вытеснил остатки капитализма. Новый строй продемонстрировал огром*
183


ные созидательные возможности. Рабочий класс доказал, что он способен без участия буржуазии решать исторические задачи интенсивного развития производства, способен обеспечить интересы широких масс трудового населения.
ИСТОРИЧЕСКАЯ МИССИЯ НЭПА ВЫПОЛНЕНА
В ходе выполнения первой пятилетки производство основных средств производства и предметов потребления в городе и деревне сосредоточилось на социалистических— государственных и кооперативных — предприятиях. Почти полностью была ликвидирована система эксплуатации человека человеком. В области промышленности удельный вес социалистических предприятий в 1933 г. составил 99,5% (в том числе в крупной промышленности — 99,93%), в сельском хозяйстве (по валовой продукции) — 79,5, в торговле— 100, а в целом в национальном доходе — 94,6%. Таким образом, экономический базис в основном утратил многоукладный характер. Коренные сдвиги в экономике привели к изменению социальной структуры советского общества. Сложились социалистические классы — рабочий класс и колхозное крестьянство. Эксплуататорские классы были полностью ликвидированы. Изменились хозяйственно-организаторские функции Советского государства. В его распоряжении оказалась основная масса средств производства (общенародная собственность), а в сфере планирования и управления — хозяйство всей страны.
В 1921 г. В. И. Ленин научно доказал, что «экономически и политически нэп вполне обеспечивает нам возможность постройки фундамента социалистической экономики» Историческая практика блестяще подтвердила это ленинское предвидение.
Обосновывая ведущие черты экономической политики пролетарской диктатуры, В. И. Ленин указывал, что в процессе классовой борьбы, ликвидации эксплуататорских классов «неизбежно выдвигается —и чем дальше, тем больше — более существенная задача положительного коммунистического строительства, творчества новых экономических отношений, нового общества»2. Эта тенденция наиболее полно раскрылась на заключительном этапе переходного периода, когда осуществлялась вторая пятилетка.
1 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 45, с. 60—61.
2 Там же, т. 39, с. 13,
184


На этом этапе экономическая политика окончательно изживает, преодолевает черты, порожденные условиями острой классовой борьбы, экономического соревнования социализма и капитализма внутри страны; она базируется на познании и использовании особенностей и преимуществ, которые несла с собой победа социализма, более убедительно демонстрирует преимущества социализма перед капитализмом на международной арене.
Перед экономической политикой встала новая задача. Победу социалистических форм собственности в экономике страны надлежало закрепить, выработав адекватную систему социалистического хозяйствования. Наиболее актуальными являлись проблемы создания целостного механизма хозяйственного руководства, который обеспечивал динамичное и пропорциональное развитие всех отраслей экономики, повышение эффективности использования всех средств производства, перешедших в собственность народа и вновь создаваемых в ходе построения материально-технической базы социализма, и на этой основе — повышение уровня жизни трудящихся. В основных чертах такой механизм уже сложился за годы социалистической реконструкции народного хозяйства. Он охватывал и систему прогнозирования и планирования экономики, и совокупность плановых и отчетных показателей, критериев оценки деятельности предприятий и объединений, и систему законодательства в области экономики, и систему стимулирования производства. Однако многие части этого механизма были сделаны лишь «вчерне», не было в должной степени налажено их взаимодействие. Необходимо было найти ответы на многие теоретические и практические вопросы, вставшие после того, как экономика утратила многоукладный характер.
Важной, но уже второстепенной по своей политической и социально-экономической значимости продолжала оставаться задача регулирования отношений с сохранившимся единоличным хозяйством, завершения процесса обобществления мелкотоварного производства в городе и деревне.
Хотя крестьяне-единоличники и некооперированные кустари и ремесленники к началу 1934 г. составляли 22,5% населения страны, наличие остатков мелкотоварного производства не могло уже оказать сколько-нибудь значительного влияния ни на содержание экономической политики в целом, ни на основные ее формы и методы. Размеры единоличного хозяйства, структура его произ-
185


водстваи доходов контролировались и регулировались государством с учетом интересов социалистического общества.
. Это означало, что экономическая политика Советского государства, соответствующая переходному периоду, вступила в новую, завершающую стадию своего развития, связанную главным образом с упрочением, совершенствованием социалистических принципов хозяйствования. В Отчетном докладе ЦК ВКП(б) на XVII съезде партии был сделан вывод: «Факты говорят, что мы уже построили фундамент социалистического общества в СССР и нам остается лишь увенчать его надстройками...» 1 В создание социалистической надстройки входило и совершенствование системы социалистического хозяйствования. На XVIII съезде партии период второй пятилетки рассматривался в качестве особой фазы переходного периода. Одним из важнейших признаков этой фазы называлась «организация социалистического хозяйства по всей стране и ликвидация последних остатков капиталистических элементов...»2.
Новые задачи потребовали дальнейшей перестройки экономической политики переходного периода. Основным лозунгом стало повышение качества всей хозяйственной работы. Ведь при подведении итогов первой пятилетки выяснилось, что важнейшие количественные показатели плана были выполнены успешно и досрочно, а качественные— не полностью: повысилась себестоимость продукции, особенно в тяжелой промышленности; были недовыполнены задания по производительности труда; отмечалось низкое качество многих видов продукции производственного и особенно потребительского назначения и др. «Выдвинутая партией задача создания во втором пятилетии технической базы социализма,— отмечал председатель Госплана В. В. Куйбышев,— есть ставка на социалистическое хозяйствование, на качество нашей работы» 3.
Важнейший показатель уровня хозяйственного руководства состояние плановой работы. Как разработка первых перспективных планов наиболее убедительно свидетельствовала о начале перестройки советской экономики на социалистических началах, так создание единого 1 XVII съезд Всесоюзной Коммунистической партии (б), с. 21.
2 XVIII съезд Всесоюзной Коммунистической партии (б). Стенографический отчет. М., 1939, с. 35.
3 XVII конференция Всесоюзной Коммунистической партии (б) Стенографический отчет. М., 1932, с. 180.
186


народнохозяйственного плана —об успешном завершении этого процесса.
Выполнение первой пятилетки показало, что осуществление среднесрочного перспективного плана является мощным, надежным орудием реализации экономической программы строительства нового общества. Была подтверждена верность ленинского учения о планировании как главной, определяющей черте, принципе социалистического хозяйствования. В то же время опыт первой пятилетки выявил необходимость внести ряд существенных коррективов в плановую работу.. Важнейшим условием выполнения второго пятилетнего плана, подчеркивал В. В. Куйбышев, являлось «укрепление планового начала во всех отраслях народного хозяйства. Практически планом будут обниматься все элементы хозяйства. Но тем самым усиливается и ответственность за план, за его качество, ибо каждая ошибка в плане будет тормозить и затруднять выполнение всего плана в целом» Ч
Вторая пятилетка по сравнению с первой начиналась с принципиально иных рубежей. Отсюда ряд ее важных особенностей. Победа социалистических форм хозяйства определила в известной мере новый подход к определению функций, содержания и методов планирования. Плановое начало теперь охватывало народное хозяйство в целом; это позволяло распространить плановые задания на все отрасли, усилить плановую дисциплину, повысить уровень реализации плановых установок. В частности, на основе постановления ЦК ВКП(б) и СНК СССР от 4 марта 1934 г. производственные планы начали разрабатываться во всех колхозах.
Масштабы планирования расширялись. Поэтому пришлось уже на качественно новом уровне координировать развитие отдельных отраслей, создавать и развивать крупные хозяйственные комплексы, определять региональный аспект плана в целом. На достигнутой стадии обобществления можно было использовать более действенные, отвечавшие природе социализма методы повышения эффективности народного хозяйства (путем концентрации и перераспределения средств в общегосударственном масштабе, роста трудовой активности масс и др.).
Изменились социальные аспекты планирования. Ушли в прошлое проблемы ограничения, вытеснения и ликви-
1 XVII конференция Всесоюзной Коммунистической партии (б). 187


дации частного капитала, борьбы с безработицей и аграрным перенаселением, укрепления кооперативных начал в борьбе с частнокапиталистическими тенденциями мелкотоварного хозяйства. На передний план выдвигались задачи, связанные с улучшением условий труда и быта, удовлетворением материальных и духовных потребностей трудящихся. Правда, из-за усложнения международной обстановки значительно больше средств, чем предполагалось, было направлено на оборону: расходы на эти цели по государственному бюджету выросли с 3,4% в 1933 г. до 16,5% в 1937 г. Поэтому плановые задания в этой области не были полностью выполнены. Однако по сравнению с первой пятилеткой расходы на просвещение, здравоохранение, социальное обеспечение, жилищное строительство значительно расширились. Это позволило существенно поднять уровень жизни трудящихся города и деревни. Как справедливо и метко заметил академик С. Г. Струмилин, оценивая этот этап планирования, «хотя исторические причины заставляли нас делать основную ставку на тяжелую промышленность, рассматривая ее как ставку на жизнь и само существование социалистического государства в капиталистическом окружении, мы никогда не забывали в своих планах о необходимости развивать все отрасли экономики»1.
Во второй пятилетке Окончательно утвердился принцип директивности планов для всех хозяйственных подразделений. Хотя еще с 1931 г. принимались не контрольные цифры, а государственные планы, однако этот принцип на первых порах с трудом прокладывал себе дорогу.
Партия поставила задачу довести планы непосредственно до цеха, до бригады, до каждого рабочего места, привлечь самые широкие массы трудящихся к разработке производственных планов и контролю за их выполнением.
Решения партии проводятся в жизнь. Об этом свидетельствовали, например, такие факты: по инициативе передовых рабочих, инженерно-технических работников, служащих стали разрабатывать техпромфинпланы непосредственно в бригадах, цехах; родилась новая перспективная форма социалистического соревнования — встречное планирование.
При разработке второй пятилетки и в ходе ее выполнения значительно повысилось внимание к экономическим показателям наряду с организационно-техническиI1.. Коммунист» 1977, № 2, с. 60.
188


ми. Было намечено поднять производительность труда в промышленности на 63% (против 41% в первой пятилетке) и за счет этого обеспечить прирост промышленной продукции на 65%; снизить себестоимость на 26% и за счет сэкономленных средств покрыть около 40% капиталовложений в промышленность.
Центральный Комитет партии потребовал, чтобы при подведении итогов работы и оценки деятельности каждого предприятия и треста в первую очередь учитывалось выполнение заданий по этим показателям.
Одна из особенностей второй пятилетки состоит в более полном использовании интенсивных (при сохранении ведущей роли экстенсивных) факторов экономического роста.
Решение задач, намеченных вторым пятилетним планом, было связано с повышением роли таких отраслей, как финансы, торговля, со значительной перестройкой всей экономической работы на предприятиях.
Принципиальное значение имело положение, сформулированное на XVII съезде партии: «...деньги останутся у нас еще долго, вплоть до завершения первой стадии коммунизма,— социалистической стадии развития»1. Этот прогноз опирался на глубокое обобщение практики хозяйственного руководства, которое показывало, что «теоретически разъяснена, на опыте доказана возможность плодотворного сочетания денежного хозяйства с твердым социалистическим планом»2.
В период второй пятилетки несколько по-иному ставился вопрос об источниках накопления. По мере того как завершалось обобществление во всех отраслях народного хозяйства, роль несоциалистических укладов в накоплении сходила на нет. Размеры и темп увеличения накоплений зависели теперь главным образом от рентабельности социалистических предприятий. Эффективность. использования производственных мощностей, созданных в ходе индустриализации, обеспечивала высокие темпы роста всей экономики. Поэтому в экономической тактике партии и государства все большее значение приобретает рациональная организация труда.
Огромную роль в осуществлении плана должен был играть хозрасчет, который партия считала основой хозяйственной деятельности. По инициативе передовых предприятий развернулась борьба за более полное и рацио1 XVII съезд Всесоюзной Коммунистической партии (б), с. 26.
2 Там же, с. 484.
189


нальное использование оборудования, рабочего времени, за экономию сырья, материалов, энергии, фонда заработной платы.
В годы второй пятилетки удалось преодолеть тенденцию к уравниловке в заработной плате, которая проявилась в первой пятилетке при проведении тарифной реформы 1927/28 г., страдавшей рядом серьезных просчетов. В течение 1932—1934 гг. в первую очередь была повышена заработная плата рабочим ключевых отраслей — черной и цветной металлургии, по добыче угля и руды, машиностроения, а внутри отраслей — рабочим ведущих специальностей. В то же время рост фонда заработной платы все больше зависел от увеличения производительности труда, количества и качества продукции. Совершенствовалось техническое нормирование, формы поощрения за хорошую работу. Начали широко использовать прогрессивную сдельную оплату. В проведении этих мер большую роль сыграло постановление ЦИК и СНКСССР «Об исчислении заработка работников по количеству и качеству выработанной ими продукции». Сложившаяся система заработной платы полнее отвечала требованиям технического прогресса, социалистического принципа распределения по количеству и качеству труда.
Особое значение приобрела борьба за качество продукции. Чтобы преодолеть «совершенно недопустимое отношение к вопросу об улучшении качества продукции» 1, отмечалось в Отчетном докладе ЦК на XVII съезде партии, использовались различные меры материального и морального поощрения. В централизованном порядке устанавливался ассортимент продукции для главков, трестов, предприятий. Больше внимания уделялось разработке государственных стандартов и контролю за их выполнением. Наряду с этим использовались и административные меры. В конце 1933 г. было издано постановление правительства, по которому лиц, ответственных за выпуск недоброкачественной продукции, привлекали к уголовной ответственности.
Все эти меры помогли обеспечить значительное повышение производительности труда. Но главную роль в решении этой проблемы сыграло социалистическое соревнование. На основе движения новаторов за овладение техникой и его высшей на этом этапе формы — стахановского движения задания второй пятилетки по росту производительности труда были не только выполнены, но и г-1 XVII съезд Всесоюзной Коммунистической партии (б), с. 18.
190


значительно перекрыты. Фактически рост ее составил 82%, за счет чего было получено 2/3 всего прироста промышленной продукции.
Тенденция к повышению себестоимости промышленной продукции, которая стала особенно заметной в конце первой пятилетки, в значительной мере была преодолена. Хотя задание второго пятилетнего плана по этому показателю оказалось недовыполненным, себестоимость все же снизилась на 10,3%. Это дало возможность уменьшить число отраслей и предприятий, получавших государственную дотацию. Рабочие, инженерно-технические работники широко поддержали почин металлургов Макеевского завода им. С. М. Кирова, обратившихся к коллективам родственных предприятий с предложением перейти на работу без государственных дотаций. Партийные, хозяйственные, профсоюзные, комсомольские организации провели большую организаторскую работу, чтобы разъяснить значение этого почина и шире распространить его. Повышению рентабельности способствовали и новые оптовые цены в промышленности, введенные весной 1936 г.
В период второй пятилетки продолжала развиваться советская торговля. Ушли в прошлое нэпманы, частная прибыль, стихийная игра цен. Проблема «план и рынок» в том виде, в каком она стояла ранее, при наличии частного, капиталистического рынка, была снята. Но возникла новая проблема — соотношения прямых и косвенных методов воздействия государства на экономику. В специфических условиях, в которых завершалось строительство социализма в СССР, это соотношение складывалось при примате директивных методов. Однако и экономические методы совершенствовались, что в первую очередь проявилось в укреплении советской торговли.
Постепенно преодолевалось напряжение рынка, которое возникло на начальном этапе индустриализации и в ходе коллективизации. Успешно решалась задача расширения торговой сети и оборотов, что позволило значительно полнее удовлетворять запросы трудящихся. Возросла роль торговли в повышении реальной заработной платы. В то время как в начале второй пятилетки единоличное крестьянство еще оказывало определенное воздействие на розничные цены, к концу пятилетки внутренний рынок страны формировался уже под влиянием лишь социалистических форм хозяйства. Рост хлебозаготовок позврлил в начале 1935 г. отменить карточки на хлеб, 191


муку, крупу. К концу года были отменены карточки и на мясо, рыбу, сахар, жиры, картофель.
Перестройка структуры обобществленной торговли, начатая в первую пятилетку, завершилась разграничением сфер деятельности государственного и кооперативного секторов.
Постановлением СНК СССР и ЦК ВКП(б) от 29 сентября 1935 г. потребительская кооперация переключалась целиком на обслуживание сельского, населения. Эта реформа позволила Центросоюзу при всесторонней помощи государства значительно улучшить снабжение сельского потребителя.
Укреплялась и колхозная торговля. Общий объем ее за период второй пятилетки вырос в 2,4 раза. Рыночные цены значительно понизились (с 1933 по 1937 г. по хлебопродуктам — на 34,4%, по молоку —на 67,7, по маслу животному — на 59,6, по картофелю — на 45,2%) и приблизились к ценам государственно-кооперативной торговли.
Изменился характер внешней торговли. Резко сократился объем промышленного оборудования, машин и сырья, ввозимого из зарубежных стран. Это было связано с созданием развитой индустрии в СССР, способной удовлетворять потребности всего народного хозяйства в необходимых изделиях, с вовлечением в оборот разнообразных природных ресурсов, резким увеличением поставок сельским хозяйством сырья для промышленности, практическим решением выдвинутой В. И. Лениным исторической задачи создания сильной и независимой экономики.
В 1931 г. было приобретено за границей оборудование на 600 млн. руб., в 1932 г —на 270 млн., а в 1933 г.— всего на 60 млн. руб. Одновременно изменилась структура экспорта. Советский Союз стал меньше вывозить продуктов питания, хлеба и больше промышленной продукции— полуфабрикатов, готовых изделий, он начинает выходить на мировой рынок с машинами и промышленным оборудованием. При наличии прочного «тыла» появилась возможность заключать внешнеторговые сделки на более благоприятных условиях, а также сократить валютную задолженность. Попытки ряда капиталистических стран организовать экономический бойкот Советской России провалились. В проигрыше остались лишь его инициаторы.
Экономические отношения города и деревни в период второй пятилетки приобрели стабильный характер. Формы и методы их определялись уровнем развития произво192


дительных сил и зрелости государственной и кооперативных форм собственности, задачами перераспределения средств на нужды укрепления оборонного потенциала страны. Реализация сельскохозяйственной продукции осуществлялась в форме обязательных поставок и натуральной оплаты за работу МТС, отчасти — госзакупок по линии контрактации (соотношение этих форм выразилось в 1933/34 г. как 39,9:6,5:1, а в 1936/37 г.— 5,5:3: 1). Заготовительные цены на важнейшие сельскохозяйственные продукты были временно занижены. Так как ресурсы, которые выделялись через госбюджет на развитие земледелия и животноводства (в машинах, оборудовании, удобрениях, кредите и т. п.), были еще ограниченными, государство пошло по линии их жесткой концентрации. Оно организовало через МТС обмен производственной деятельностью с колхозами (по сути дела, в натуральной форме), сделав МТС мощным рычагом регулирования производства и товарности сельского хозяйства. Этот метод смычки, связанный с известным ограничением товарно-денежных отношений, недостаточным материальным стимулированием труда, тем не менее обеспечивал неуклонный подъем колхозного производства, рост зажиточности колхозников.
Изменения в формах и методах хозяйственного руководства во второй пятилетке рельефно выявили многогранный характер экономической политики периода перехода от капитализма к социализму. Ее историческая миссия заключается в том, что она решает, с одной стороны, специфические проблемы, связанные с преодолением многоукладное™, с классовой борьбой, с упрочением социалистических отношений, а с другой — общесоциалистические, т. е. в ходе своего развития создает готовый механизм хозяйствования, который затем передается уже победившему, построенному, функционирующему социализму. Такая диалектическая связь — важнейшая особенность и закономерность этой политики.
Как указывали классики марксизма-ленинизма и как подтвердил опыт социалистического строительства в СССР и других странах социалистического содружества, основные задачи всего переходного периода от капитализма к социализму в экономической области заключаются в замене частной собственности общественной, ликвидации всех форм эксплуатации, внедрении социалистических принципов производства и распределения, создании нового аппарата хозяйственного руководства в лице государственных органов, вовлечении в социали13
Заказ 2381
193


стическое строительство самодеятельных общественных хозяйственных организаций (кооперациИидр.), привлечении на основе советской демократии широчайших народных масс к фактическому участию в управлении хозяйством, обеспечении экономической независимости и обороноспособности страны. В данной характеристике отражены не следующие друг за другом мероприятия и не механическая сумма их, а неотъемлемые стороны единого, неразрывного процесса, различные проявления экономической политики, направленной на создание экономических основ социализма, более высокого тапа общественной организации труда по сравнению с капитализмом. Естественно, что на различных этапах развития какие-то стороны приобретали большее значение, другие — меньшее.
Осуществление этих задач проявилось в преодолении многоукладное™; в выработке и совершенствовании механизма хозяйствования, используемого в рамках обобществленного сектора; повышении ведущей роли Советского государства в регулировании хозяйственной жизни и управлении ею, в определении направлений и темпов экономического роста. Деятельность партии и государства привела к полной победе социалистических форм хозяйства во всех отраслях народного хозяйства; к выработке эффективных принципов и методов хозяйственного руководства, обеспечивающих социализму преимущество в соревновании с капитализмом; к государственному централизованному плановому руководству всеми отраслями. Все это означало, что экономическая политика переходного периода достигла высшей точки развития. По мере осуществления своих функций она перерастала в экономическую политику победившего социализма.
«Экономика России в эпоху диктатуры пролетариата представляет из себя борьбу первых шагов коммунистически объединенного,— в едином масштабе громадного государства,—труда с мелким товарным производством и с сохраняющимся, а равно с возрождающимся на его базе капитализмом» отмечал В. И. Ленин в первые годы Советской власти. В поисках методов регулирования несоциалистических укладов Советское государство использовало большой арсенал приемов классовой борьбы. В рамках многоукладной структуры социалистическому сектору приходилось подчас видоизменять свои
1 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 39, с. 272.
194


собственные методы хозяйствования, приспосаоливать их к условиям взаимодействия с досоциалистическими формами хозяйства. Преодоление черт переходности в экономической политике выражалось в расширении сферы применения социалистических принципов и методов хозяйствования, в освобождении от вынужденных компромиссов и соглашений с мелкобуржуазными и буржуазными формами хозяйства, в обеспечении тесной взаимосвязи и соподчиненности всех элементов социалистического механизма хозяйствования.
Ведущая линия развития заключалась в решении задач обобществления труда и производства, если, конечно, понимать под обобществлением не только смену форм собственности (формальное обобществление), но и использование объективных законов социализма, выработку соответствующей системы управления и хозяйствования, обеспечение роста производительности труда, построение материально-технической базы социализма (реальное обобществление).
К концу второй пятилетки экономическая политика, адекватная переходному периоду, исчерпала себя. Это означало, что на очередь дня встало проведение экономической политики победившего социализма, которая использовала материальные и моральные стимулы, экономические рычаги, законы, присущие именно социализму как первой фазе коммунистической формации.
В основу новой системы хозяйствования легли важнейшие принципы, обоснованные В, И. Лениным еще в первые годы Советской власти, дополненные и развитые партией с учетом победы социализма в экономике страны.
Этот переход не был механическим процессом вытеснения и замещения «старого», обусловленного много- укладностью, «новым», отвечающим природе социализма. «Новое» утверждалось и освобождалось от влияния «старого» по мере того, как укреплялся социалистический сектор, его ведущая роль в экономике и преодолевалась многоукладное™.
Этот переход не являлся и отражением игры стихийных сил. Это был результат целенаправленной политики Коммунистической партии, возглавившей борьбу советского аппарата, всех трудящихся за познание и творческое воплощение хозяйственно-организаторских функций пролетарского государства.


ЗНАЧЕНИЕ НОВОЙ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ПОЛИТИКИ И НЕСОСТОЯТЕЛЬНОСТЬ ЕЕ КРИТИКОВ
ОБЩЕЕ И ОСОБЕННОЕ В НОВОЙ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ПОЛИТИКЕ
Новая экономическая политика, выработанная В. И. Лениным, партией, способствовала победе общественной собственности на средства производства, созданию новых социальных отношений в городе и деревне, формированию нового человека. Иначе говоря, как важная составная часть ленинского плана построения социализма новая экономическая политика обеспечила победу социализма над капитализмом, утверждение новой формации в стране, совершившей социалистическую революцию. В этом состоит ее всемирно-историческое значение.
В трудах В. И. Ленина всесторонне раскрыто международное значение новой экономической политики. Говоря о ее воздействии на мировой революционный процесс, В. И. Ленин писал: «Сейчас главное свое воздействие на международную революцию мы оказываем своей хозяйственной политикой» 1.
Рабочий класс, взяв власть в свои руки, показал всему миру, что в союзе с трудящимся крестьянством, под руководством Коммунистической партии он способен создать высший, по сравнению с капитализмом, социально- экономический строй. Причем в то время как экономический строй капитализма формировался в течение нескольких веков, для построения социалистической экономики понадобилось всего лишь 20 лет. Достижения страны, первой вставшей на путь строительства социализма, стали наглядным примером, могучим стимулом революционного движения в мире. Пример Советского Союза, его опыт помогают коммунистическим и рабочим партиям в их борьбе за социальный прогресс.
Американский коммунист Клод Лайтфут, выступая в июне 1979 г. в Бостоне на конференции, посвященной национально-освободительному движению в США, подчерк1 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 43, с. 341,
196


нул влияние советской экономической политики на революционную борьбу народов всего мира: трудящиеся мира увидели, что «Советский Союз — один, окруженный, атакуемый и бойкотируемый капиталистическими странами, превратился в могущественное индустриальное государство, социалистическое государство. В тех условиях, в которых советский народ был вынужден действовать, удивительно, как советский народ и правительство смогли осуществить намеченное.
...Способность советского народа пережить этот период и построить бурно развивающуюся экономику показала всему миру, что капитализм и империализм не всемогущи. Она открыла людям, живущим в странах со слаборазвитой экономикой при политическом господстве империалистических держав, возможность обрести свободу. Это был один из главных уроков Октябрьской революции 1917 года» Ч
Опыт нэпа выявил одну из важных особенностей социалистического строительства, подтвержденную всем последующим развитием,— воздействие на мировую революцию примером более совершенной организации общества, экономического и духовного прогресса в интересах трудящихся.
Опыт осуществления новой экономической политики в СССР наглядно показал, что социализм и мир — неразделимы. Строительство социалистической экономики могло успешно осуществляться лишь в мирных условиях, и это неоднократно подчеркивалось в трудах В. И. Ленина и партийных документах. Нэп был не только рассчитан на мир, он укреплял его. В ходе строительства социализма росли обороноспособность молодого государства, его международный, авторитет, возможности защиты революции от международной реакции. Таким образом, успешное осуществление нэпа сковывало в определенной степени милитаристские тенденции врагов социализма.
Международное значение новой экономической политики неизмеримо возросло в наши дни. История убедительно подтверждает велкчайшую прозорливость В. И. Ленина, указывавшего, что «опыт, который мы проделываем, будет полезен для грядущих пролетарских революций...»2. Обобщая мировую практику строительства нового общества, Центральный Комитет КПСС подчеркнул, что «основные принципы новой экономической поли1 Ы§Н1{оо1 С. 8ос1а1181 81а(ез А1с1 МаНопа! ЫЬегаНоп. РоПНка! аИайз, 1979, уо1. ЬУШ, К 12, р. 29.
2 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 44, с. 42.
197


тики имеют международное значение, используются в процессе строительства социализма в других странах»1.
Опыт социалистического строительства показывает, что при всем многообразии путей и методов перехода от капитализма к социализму существуют общие черты, определяемые общими закономерностями развития нового общества.
Именно в процессе осуществления новой экономической политики были разработаны и проверены на практике принципы социалистического хозяйствования, которые нашли творческое воплощение в экономической стратегии стран социализма. Как отмечал Л. И. Брежнев в докладе «Пятьдесят лет великих побед социализма», в годы нэпа В. И. Ленин разработал «такие принципы социалистического хозяйствования, которые полностью сохраняют свое значение и в наши дни. Ленинские положения о сочетании централизованного планирования с развитием инициативы трудящихся, об использовании товарно-денежных отношений, хозрасчета, материальных стимулов к труду, о соединении интересов общества в целом с интересами каждого отдельного работника и сегодня являются важнейшими ориентирами в экономической политике партии»2. Принципиальные основы социали- стического механизма хбзййОЖваййя, действующие во всех социалистических странах, апробированы в годы нэпа в СССР. Отличительная черта этого механизма в том, что он базируется на общественной собственности на средства производства, отвечает требованиям, законам общественного производства и распределения.
Результаты осуществления в социалистических странах планов народнохозяйственного развития еще раз подтвердили, что в годы нэпа был найден более высокий и более гибкий по сравнению с капиталистическим тип организации и функционирования экономики.
Опыт совершенствования механизма социалистического хозяйствования используется и сегодня, причем, как показали материалы сессии СЭВ 1980 г„ задача поставлена не только для каждой из социалистических стран, но и в целом для СЭВ. Речь идет о перестройке хозяйственного механизма применительно к условиям и задачам зрелого социалистического общества. Но во все времена для социалистических стран принцип един: такой ме1 50 лет Великой Октябрьской социалистической революции. Постановление Пленума ЦК КПСС. Тезисы ЦК КПСС. М., 1967, с. 12.
2 Брежнев Л. И, Ленинским курсом, т. 2, с. 85—86.
198


ханизм должен обеспечивать эффективное развитие всей экономики страны на основе общественной собственности на средства производства. Эта задача, которую впервые поставил и успешно решал нэп, по-прежнему не по плечу ни одному из развитых капиталистических государств.
Как отмечал В. И. Ленин, основные черты строительства социализма лежат «по общей линии мирового развития...» Общая задача, которая встает перед странами, совершившими социалистическую революцию,— построение социализма. Существующие во всех этих странах условия многоукладной экономики, общее соотношение классовых сил2 определяют и общие черты экономической политики.
Назовем самые основные общие черты экономической политики в странах, строящих социализм:
это постепенное социалистическое обобществление средств производства, ведущая и преобразующая роль социалистического сектора и его основной социальной силы — рабочего класса под руководством Коммунистической партии и Советского государства; это развитие крупной промышленности, кооперирование крестьян при одновременном вытеснении частного предпринимательства из всех отраслей экономики;
это укрепление союза рабочего класса и средних слоев города и деревни;
это обеспечение интенсивного экономического роста путем всемерного развития социалистического планирования и его методов (использование торговли, материальное и моральное стимулирование, хозрасчет и т. д.);
это использование переходных форм на пути преобразования многоукладной экономики (стимулирование и регулирование мелкотоварного производства, постепенное подведение его к обобществлению через различные формы кооперации; развитие торговли как формы смычки между социалистическим и мелкотоварным секторами; использование госкапитализма как вспомогательного средства для роста производительных сил, а также для регулирования и преобразования мелкотоварного уклада и т. д.).
Решающим условием успешной реализации всего комплекса задач экономической политики строительства социализма является руководство со стороны Коммуни1 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 45, с. 379.
2 См. там же, т. 39, с. 272.
199


стической партии, которая вырабатывает стратегию и тактику, организует и направляет массы, преодолевая сопротивление буржуазии и ее пособников, пытающихся направить развитие страны в русло буржуазного реформизма или мелкобуржуазного авантюризма. Недаром антисоциалистические силы свой главный удар в переходный период нацеливают против руководящей роли Коммунистической партии. Играя на трудностях и ошибках, они стремятся изолировать партию от масс, вызвать идеологическую эрозию в рабочем классе. Поэтому опыт преодоления нашей партией антикоммунистических тенденций в годы нэпа имеет огромное международное значение.
Краеугольным камнем экономической политики всех стран, строящих социализм, является социалистическое обобществление и развитие основных средств производства. «Господство рабочего класса,— писал В. И. Ленин,— в конституции, собственности и в том, что именно мы двигаем дело...» 1
При всем своеобразии темпов, форм и методов социалистического обобществления во всех странах, строивших социализм, так же как и в Советской стране, ключевые посты в экономике находились в руках социалистического государства. Это были преимущественно крупные и средние промышленные предприятия, их обобществление проводилось рабочим классом в союзе с мелкобуржуазными слоями трудящихся при их всесторонней поддержке.
Характерно, что реакция антисоциалистических элементов на^обобществление средств производства была одинаковой как в Советской стране, так и в других странах, строивших социализм: коммунистов обвиняли в «волюнтаризме», требовали ограничить «вмешательство» социалистического государства в экономику, пытались использовать популярные в массах лозунги «рабочего контроля» и «кооперации» для создания политического противовеса государственному управлению экономикой2 и, наконец, использовали экономический саботаж и диверсии.
Борьба с попытками противников социализма повернуть страну назад к капитализму проходила на основе укрепления социалистического сектора и при опоре на основные закономерности его развития.
1 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 40, с. 222.
М 1978* ’ ^9^*299 Марксизм и теория
«праксиса».
200


Как известно, социалистическое обобществление основных средств производства — решающий шаг в осуществлении экономической части программы социалистических преобразований. На его основе в годы нэпа решалась задача овладения национализированными средствами производства, организации производства, на социалистических началах, революционного преобразования мелкотоварного уклада и вытеснения капиталистических элементов.
Одной из основных задач нэпа было развитие крупной промышленности. Общезначимость этой задачи подтвердила практика социалистических стран. Различие форм ее осуществления не меняет существа дела. Везде создавалась материальная база социализма, рос, укреплялся и преобразовывался рабочий класс, формировалась новая, социалистическая интеллигенция, создавались материальные предпосылки для социалистического кооперирования сельского хозяйства.
В ходе социалистического строительства осуществлялось постепенное обобществление средств производства в сельском хозяйстве, вырабатывались формы кооперации, через которые крестьянство подводилось к социализму. Эти общие задачи вытекали из объективной закономерности— социалистического преобразования сельского хозяйства.
Во всех социалистических странах кооперация возникла как движение широких масс трудящихся крестьян по организации взаимопомощи и коллективной обработки земли. В ходе этого движения коммунистические и рабочие партии решали задачу постепенного развития производственной кооперации как средства социалистического преобразования деревни.
Опыт всех стран, строящих социализм, показал, что общая линия на вытеснение капиталистических элементов из сферы экономики базируется преимущественно на экономическом факторе — развитии социалистического сектора.
Решая вопрос об основных социальных силах, способных провести в жизнь намеченную программу перехода от капитализма к социализму, В. И. Ленин ставил задачу укрепления союза рабочего класса и трудящегося крестьянства. Эту задачу он считал общей для всех стран, идущих по пути социализма. «Та задача, которую мы решаем’ сейчас, пока — временно — в одиночку,— писал В. И. Ленин,— кажется задачей чисто русской, но на деле это — задача, которая будет стоять перед всеми социа-
201


листами... Новое общество, которое основано будет на союзе рабочих и крестьян, неминуемо... и для него, для этого общества, помогаем мы вырабатывать формы союза рабочих и крестьян, когда трудимся над решением нашей новой экономической политики»
Общезначимый характер носят цель этого союза — построение социализма и соответственно его принципы — руководство со стороны рабочего класса, осуществление коренных интересов его участников наиболее доступными и понятными для них путями. Во всех странах, строящих социализм, действует ленинский принцип классового подхода к крестьянству: опора на бедняка, союз с середняком, борьба с сельской буржуазией. Укрепление экономического союза рабочих и крестьян проходит в борьбе с капиталистическими элементами, которые пытаются оторвать крестьянство от рабочего класса и тем самым усилить свои позиции в обществе. Формы и методы борьбы с ними могут быть различны (в зависимости от обстановки, степени сопротивления буржуазии, исторических и национальных особенностей классовой борьбы). Но содержание едино: вначале ограничение и вытеснение капитализма, а затем ликвидация эксплуататорских классов и причин, их порождающих.
Особое значение опыт нэпа приобрел в связи с прогрессивными преобразованиями в экономике освободившихся стран. Марксистско-ленинская теория общественно-экономических формаций и опыт ее применения в СССР в переходный период дают им инструмент для нахождения главного звена и переходных форм развития. Использование советского опыта содействует укреплению и развитию государственного и кооперативного укладов, усилению антикапиталистических тенденций. Особенно ценен опыт преобразования мелкотоварного уклада и его главного носителя — крестьянства, опыт разрушения его традиционных связей со старыми укладами и классами и налаживания новых общественно-экономических связей.
Говоря о международном значении нэпа, следует отметить и специфику его осуществления в СССР. Это убережет другие социалистические страны от механического копирования его опыта, поможет правильно сочетать общее и особенное в экономическом развитии.
Особенности осуществления нэпа в СССР определялись двумя факторами: 1) особенностями внутренней об-
1 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 44, с. 329.
202


становии и международного положения страны и 2) осо^ 5 бенностями ее социально-экономического развития.
Переход от войны к миру вызвал к жизни такие епе* цифические черты нэпа, как ликвидация разрухи, временное, частичное и условное отступление. Технико-экономическая отсталость, наличие докапиталистических укладов и преобладание крестьян в массе населения остро ставили вопрос об использовании переходных форм и постепенности социальных преобразований в первую очередь в национальных республиках. Но особенности классовой борьбы, капиталистическое окружение и в связи с этим необходимость быстрого преодоления технико-экономической отсталости диктовали ускоренные темпы и специфические методы осуществления нэпа в середине 30-х годов.
Особенности нэпа лишь резче подчеркивают наличие магистральных направлений, вне которых нет дороги к * социализму. В каждой стране принципы нэпа проводятся в жизнь в соответствии с конкретно-историческими условиями. Возможность творческого развития этих принципов и методов в значительной мере облегчается наличием социалистического содружества, которое оказывает широкую и бескорыстную помощь народам, избравшим социалистический путь развития.
Таким образом, по мере расширения и углубления мирового революционного процесса возрастает всемирно- историческое значение новой экономической политики. Это, с одной стороны, вызывает необходимость более глубокого научного анализа нэпа в марксистско-ленинской историографии, а с другой — приводит ко все новым и новым попыткам буржуазных и оппортунистических критиков фальсифицировать его международное значение.
ОБЪЕКТИВНАЯ ОБУСЛОВЛЕННОСТЬ НЭПА: КРИТИКА БУРЖУАЗНЫХ КОНЦЕПЦИЙ
В течение 60 лет не утихает идеологическая борьба вокруг проблем нэпа. Чем это можно объяснить? Острота идеологической борьбы по тому или иному вопросу, как указывал В. И. Ленин, зависит не от того, что о нем пишет тот или иной автор. Она зависит от политического значения вопроса «в силу условий момента и вследствие объективного хода общественного развития» \
1 Лёнин В. И. Полн. собр. соч., т. 11, с. 12«
203


Поэтому, говоря о современной идеологической борьбе вокруг нэпа, надо исходить из того, какое значение имеют проблемы нэпа в современной классовой борьбе, как они влияют на ход классовой борьбы, каково их революционизирующее значение.
Как известно, экономика — определяющая сфера жизни общества, а значит, и борьбы с капитализмом. На это особое внимание обратил XXVI съезд КПСС, подчеркнув: «Решающий фронт соревнования с капитализмом проходит в сфере экономики, хозяйственной политики» Вот почему в центре современной идеологической борьбы по проблемам нэпа находятся принципы социалистического хозяйствования. Марксисты-ленинцы видят свою главную задачу в том, чтобы показать, как эти принципы проявились в нэпе, как они обеспечили успех строительства социализма. Антикоммунисты, наоборот, стремятся извратить эти принципы, противопоставить им фальсифицированную историю нэпа, доказать, что новая экономическая политика ознаменовала якобы отказ от этих принципов.
Таким образом, идеологическая борьба вокруг нэпа сосредоточена на вопросе о коренном отличии и преимуществах социалистической экономической политики перед буржуазной. Она затрагивает такие решающие факторы становления новой формации, как общественная собственность на средства производства, которая обеспечила социалистич-ескому сектору ведущую роль, как руководящая роль рабочего класса и его партии в системе социалистического государства, союз рабочего класса и трудящегося крестьянства, основополагающая роль крупной индустрии, социалистическое планирование при использовании товарно-денежных отношений и т. д.
Идеологическая борьба вокруг нэпа не утихает потому, что одной из главных задач новой экономической политики было налаживание правильных взаимоотношений между рабочим классом и средним крестьянством. А эта проблема сегодня так же актуальна, как и в те дни, когда молодая Советская республика приступила к строительству социализма. Дело в том, что в эпоху перехода от капитализма к социализму вопрос о характере взаимоотношений рабочего класса и средних слоев приобретает решающее значение. Темпы и методы социалистических преобразований определяются в зависимости не только от подготовленности рабочего класса к факти-
1 Материалы XXVI съезда КПСС, с. 7.
204


ческому овладению средствами производства и обращения, рациональному, высокопроизводительному их использованию, не только от силы сопротивления свергнутых эксплуататорских классов, но и от степени вовлечения в революционный процесс различных групп мелких собственников, интеллигенции, степени учета социалистическим, государством их социальных интересов. Искажая историю социалистических преобразований в СССР, фальсифицируя нэп, «советологи» стремятся запугать средние слои, оторвать их от рабочего класса, утвердить в их сознании идеалы, далекие от научной концепции социального прогресса.
Острота идеологической борьбы вокруг нэпа объясняется и особенностями обстановки, в которой началось его осуществление.я Это был переломный момент. Страна переходила от войны к миру в условиях разрухи, голода, обострения классовой борьбы. Для марксистов-ленинцев всех стран важен опыт преодоления этих трудностей, борьбы партии и советского народа против антисоциалистических сил и тенденций на экономическом фронте, против антисоветизма с его ставкой на мелкобуржуазную контрреволюцию, с его лозунгом «Советы без коммунистов». Опыт проведения новой экономической политики в нашей стране ярко показывает, как Коммунистическая партия в тяжелых условиях, правильно определив содт- ношение сил, опираясь на преимущества социализма, вела наступление на капитализм и побеждала. Буржуазные же авторы используют трудности перехода к нэпу для нападок на генеральную линию строительства социализма, кричат о «потере» ориентира, о капитуляции перед капитализмом и т. д.
Наконец, острота идеологической борьбы вокруг нэпа связана с особенностями его осуществления в СССР. Как известно, Советское государство, первым вступившее на путь социализма, находилось во враждебном капиталистическом окружении и было вынуждено на рубеже 20-х и 30-х годов форсировать темпы и применять ряд специфических методов строительства социализма. Для марксистов-ленинцев это служит стимулом к более глубокому анализу общего и особенного на протяжении всей истории нэпа. А антикоммунисты, спекулируя на специфике отдельных периодов, стремятся расчленить нэп, противопоставить отдельные этапы нашей истории друг другу для того, чтобы протащить идею «кризисов» советской экономики, несостоявшихся «коммунистических экспериментов», «капитуляций», «волюнтаристских решений» и т. п.
205


Причем буржуазные авторы сегодня все чаще .выступают с позиций так называемого альтернативного антикоммунизма 1. Наряду с прямыми наскоками все шире используется метод «врачевания» социализма, вместо открытого отрицания социализма предлагаются рецепты его «исцеления». Такие рецепты они пытаются найти и в истории Советской страны. В этих целях наиболее подходящими представляются им первые годы нэпа, со сложным сочетанием различных социально-экономических укладов. Искажая сущность этого этапа, они стремятся найти «аргументы» в пользу буржуазных методов хозяйствования. Фальсифицированную картину начального периода нэпа они используют для нападок на завершающий период нэпа, на нэп в целом, на ленинский план строительства социализма и его осуществление, экономическую стратегию и тактику социализма.
Так, в 1966 г. эксперты экономического комитета конгресса США определяли экономические реформы в СССР 60-х годов как «возврат к рыночной экономике нэпа», подразумевая под этим «возврат к капиталистическим методам хозяйствования»2. А в 1968 г., когда надежды на капиталистическую реставрацию в очередной раз не оправдались, те же эксперты оценивали экономическое развитие СССР как «отказ» от принципов нэпа в пользу «командной экономики» 3.
Большинство буржуазных авторов рассматривают нэп не как политику, обеспечивающую построение социализма, и в частности индустриализацию и коллективизацию, а как альтернативу им.
Характерно, что в 14-томной «Истории Советской России», выпущенной одним из ведущих буржуазных авторов, профессором Кембриджского университета Э. X. Карром, первым годам нэпа посвящены семь томов. История Советской России обрываетСй у Карра на 1929 годе. Он объясняет это отсутствием у него источников по последующим периодам. Вряд ли дело в этом. Во всяком слу1 Антинаучность этого приема очевидна даже для буржуазных авторов. Так, А. Ноув справедливо называет альтернативный метод «необоснованным упражнением в контрфактологической истории» (Мойе А. РоННса! Есопошу апб 8оу1е1 ЗоааИзт Ь 1979 р 227)
2 ^е\V ОиесНопз ш (Не 8оу(е( Есопошу. ^азЬ., 1966 р 16—17 _ тЛп161 Есопот1с РеНогшапсе: 1966—1967. \УазЬ,’1968, р. 3. В 1979 г. они вновь заговорили о переходе к «рыночному механизму»
(см.: Зоуюг Есопошу ш а Типе оГ СНап^е, у. 1. Шазй., 1979, р. 340).
206


чае, этот факт характеризует повышенный интерес буржуазных авторов к ранним периодам нэпа.
Именно на основе фальсифицированной истории этих периодов выдвигаются «глобальные модели» нэпа, якобы пригодные для стран с любым общественным строем. Так, в дискуссии о сущности революции, состоявшейся в конгрессе СЦ1А в 1968 г., нэп был возведен в «общую закономерность» всякой революции, означающую «выздоровление от революционной лихорадки» В 1979 г. на XI Международном конгрессе политических наук в Москве буржуазные авторы использовали нэп для нападок и на политическую систему социализма: первые годы нэпа изображались как «зародыш единого мирового порядка», как один из первых образцов «плюралистического общества» с «равными правами».
Исходя из ленинского указания «брать за основу не лица и не группы, а именно анализ классового содержания общественных течений и идейно-политическое исследование их главных, существенных принципов»2, в современной буржуазной литературе о нэпе можно выделить две ведущие тенденции. Представители открыто реакционного крыла отрицают объективную обусловленность нэпа, выдвигая тезис: «нэп — тактический маневр»; представители буржуазно-либерального, реформистского, объективистского крыла искажают классовую сущность нэпа, называют его «термидором», «капитуляцией перед буржуазией» и т. д. Этих авторов нимало не смущает, что тезисы, выдвигаемые ими, уже распространялись в первый год нэпа сменовеховцами и русскими оппортунистами и были опровергнуты В. И. Лениным в 1922 г, в докладе на XI съезде партии3. Несостоятельность и тех и других тезисов доказана практикой социалистического строительства в международном масштабе4.
Большое значение сегодня имеет критика не только буржуазных, но и мелкобуржуазных концепций, в которых нэп трактуется как вариант «рыночного социализма», «смешанной экономики». Эти концепции, в частности, используются идеологами империализма в поисках средства «разрыхления» социализма.
] Тке Ыа1иге о€ Цеуо1иНоп. №а5Й., 1968, р. 10—11.
2 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 26, с. 151.
3 См/. Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 45, с. 93.
4 Впрочем, некоторых западных авторов такая противоречивость в буржуазных оценках нэпа смущает, и они признают, что проблема сущности нэпа до сих пор «не решена» в их литературе. (Вукег В, Тке 8оу1е1 Есопоту. Ь., 1976, р. 2—3).
207


В последние годы в связи с ростом агрессивности империализма оживилось реакционное крыло буржуазной историографии нэпа. Переиздаются публикации белоэмигрантов С. Прокоповича, Н. Ясного, Р. Абрамовича, П, Сорокина, Н. Валентинова, особенно тех; кто находился в Советской стране в первые годы нэпа (для того, чтобы убедить читателей в достоверности освещения событий) Ч Эти издания служат основным источником откровенно реакционной литературы о нэпе. В подобном же духе написана статья о нэпе в шестом томе международной антикоммунистической энциклопедии «Марксизм, коммунизм и западное общество» (1973 г.).
Стремясь опровергнуть закономерность нэпа как социалистической экономической политики, буржуазные авторы прежде всего фальсифицируют причины перехода к нему.
Как известно, введение нэпа было первой крупной экономической реформой в условиях социалистической революции. Представители марксистской историографии ставят своей задачей раскрыть поступательный характер нашей истории в переломные моменты. Буржуазные авторы, наоборот, используют такие моменты для раздувания антикоммунистических кампаний. Как правило, они широко применяют к этим периодам «теорию крахов».
Одной из причин перехода к нэпу они объявляют «крушение мировой революции». Разоблачая этот тезис, необходимо еще раз подчеркнуть: новое соотношение сил в мире подтвердило правильность ленинской теории социалистической революции, а не ее крушение. Революция победила в одной стране политически, она защитила себя на военном фронте. И это создало условия для успешной борьбы на экономическом фронте, для проведения нэпа. Научный анализ соотношения сил на мировой арене позволил В. И. Ленину характеризовать переход к нэпу как к новому, высшему этапу борьбы и определить его задачу: закрепить экономически военную и политическую победу над капитализмом2.
В качестве главной причины перехода к нэпу советологи выдвигают кризис весны 1921 г., который свидетель-
1 АЬгатоъИсН К ТИе 8оу1е1 РеуоНИоп. 1917—1939. Ы— V., 1962; Зазпу К. 8оу1е1 Есопоп^з о! Ше ТхуепНез. СатЬпс^е, 1972; Ргео- Ьгагкепзку Е. А. Ргот Меху Есопопис РоИсу 1о 8ос1аПзт. 1973; ^^со^аеV8ку В. Рохуег апй 8оу1е1 ЕШе. Апп АгЬог, 1975; УсйепНпоа К. ТЬе №ху Есопопис РоПсу апд Раг1у Спзхз аПег 1Ие ОеаШ о! Ьетп. 81агйогф 1971.
2 См,: Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 44, с. 108; т. 42, с. 29.
208


ствовал якобы о «крахе коммунистического эксперимента»1; Вот как описывается введение нэпа в буржуазной литературе, рассчитанной на широкие массы. В 1970 г. были третий раз переизданы мемуары известного белоэмигранта Питирима Сорокина под названием «Отрывки -из Русского дневника и тридцать лет спустя»: «24 февраля,— утверждал он,— мы услышали, что кронштадтские моряки, прежде горячие сторонники коммунизма, восстали. Мы ясно слышали канонаду из Кронштадта. И мы ясно видели панику правительства. Бум, бум...— гремело за окном. В течение 24 часов появилось объявление, провозглашающее новую экономическую политику»2.
Такие красочные картинки в стиле Дюма призваны воздействовать на эмоции непосвященных. Маститого буржуазного профессора нимало не смущал тот факт, что решение о замене разверстки налогом было выработано не после, а до кронштадтского мятежа.
Какова классовая основа подобных вымыслов?
Говоря о кризисе весны 1921 г., буржуазные авторы смешивают капиталистическую и социалистическую действительность. Как известно, при капитализме реформы проводятся под давлением трудящихся масс вследствие кризисов. Социалистическая же революция сама требует постоянного развития форм и методов управления применительно к меняющимся условиям. Это закон революции, проявление ее силы, а не кризиса. В этом особенность реформ в условиях социалистической революции, их коренное отличие от буржуазных реформ. И переходный период, как отмечали классики марксизма, представляет в этом отношении наиболее динамичный период3.
Для чего же понадобилось буржуазным авторам связывать причины нэпа с кризисом? Их политическая цель двояка: с одной стороны, они стремятся отвлечь внимание трудящихся от собственных кризисов (недаром об этом больше всего они пишут в свои кризисные периоды); с другой стороны — опорочить ленинские принципы социалистического строительства.
Вымыслы антикоммунистов о «крахе коммунистического эксперимента» как причине введения нэпа имеют и конкретную политическую направленность: они «подо-
1 Магх1зт, Соттип1эт апс! ^ез(егп 8ос1е1у, уо1. 6 Ы —У 1973 р. 114; Нагрег Епсус1оре<На о( Мо4егп №ог1б. К—V.—Еуапз-
“А?, ^70, р. 428—429; Ра1тег А. Тке Репдшп Б1сНопагу оГ ТхуепЪеШ СегНигу Н1з1огу. 1900—1978. Ь., 1979, р. 230, 277.
2 Зогокт Р. А. Ьеауез кот а Кизз1ап В1агу ап4 ’ ТГиг1у Уеагз АИег. НЫН Я-У„ 1970, р. 265, 267. У
3 См.: Маркс К.» Энгельс Ф. Соч., т. 38, с. 108.
14- Заказ 2381 209


гревают» интервенционистские мечты буржуазии. Откровенно писал об этих целях в 1921 г. орган меньшевиков В Берлине «Социалистический вестник»: «Людей кормить— это себе в убыток. Бойцов — другое дело. Уже давно в политических спекуляциях счет ведется не на людей, а на «штыки». Подкормить 40 000 антибольшевистских штыков — о, это святая задача, и, чтобы ее достигнуть, следует нажать слезные железы. Этой цели и служит «христианский» поход кадетских и торгово-промышленных кругов под флагом помощи Кронштадту» Ч
Характерно, что более 60 лет спустя буржуазия продолжает прибегать к подобным приемам: разглагольствования о «трудностях развития» социалистических стран и государств социалистической ориентации служат предлогом для вмешательства в их внутренние дела, активизации антисоциалистических сил, а иногда и для прямой интервенции.
Такие цели неизбежно вызывают антинаучный подход к истории. Вместо анализа трудов В. И. Ленина применяется метод, «монтирования цитат», вместо анализа соотношения классовых сил на мировой арене и внутри страны за основу рассуждений берутся теневые стороны развития. Разруху, кризис, временное замедление темпов мирового революционного процесса они изображают как факторы, определившие переход к нэпу. Таким образом абсолютизируются трудности, игнорируется диалектика переломного момента.
Тезис о кризисе как главной причине перехода к нэпу выдвигается с целью фальсифицировать историю разработки В. И. Лениным, Коммунистической партией новой экономической политики.
Известно, что основные начала экономической политики строительства социализма были разработаны Лениным еще весной 1918 г. (см. работу В. И. Ленина «Очередные задачи Советской власти»), В подготовительных материалах к XI съезду РКП (б) Ленин указывал: «Нэп: общая оценка его. Уже в 1918 г. дана...»2 Закон о продналоге . был декретирован в октябре 1918 г.3 В годы гражданской войны В. И. Ленин и партия продолжали развивать учение об экономической политике переходного периода. Ее основные принципы и задачи были сформулированы в Программе РКП (б), принятой на VIII съезде партии в 1919 г.
1 Социалистический вестник (Берлин), 1921, № 4, с. 5.
2 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 45, с. 410.
3 См. там же, т. 43, с. 28; Декреты Советской власти. М., 1964, т. 3, с. 469—473.
210


Утверждение антикоммунистов о том, что большевики в годы гражданской войны якобы отказались от марксистско-ленинского учения о переходном периоде и решили немедленно ввести социализм,— ложь. «Если кто- либо из коммунистов мечтал, что в три года можно переделать экономическую базу, экономические корни мелкого земледелия, то он, конечно, был фантазер» \—говорил В. И. Ленин на X съезде партии. Антикоммунисты смешивают платформу «левого» оппортунизма, отрицавшего необходимость переходного периода вследствие неверия в построение социализма,— и иллюзии по поводу форм перехода к социализму, имевшие место среди коммунистов в период «поисков» новой политики, Именно в процессе борьбы с оппортунизмом, разоблачая стремления «левых коммунистов» и троцкистов увековечить и расширить методы «военного коммунизма», Ленин и партия вырабатывали новую экономическую политику.
Нэп был обусловлен рядом политических и социально-экономических факторов. Как уже отмечалось в книге, победа в гражданской войне вызвала новую расстановку классовых сил внутри страны. Помещики, крупная и средняя промышленная и финансовая буржуазия были не только экспроприированы, но и разгромлены в ходе гражданской войны. Удельный вес кулачества значительно сократился. Деревня резко осереднячилась. Таким образом, диктатура пролетариата окрепла не только экономически (укрепились ее командные постыв экономике), но и социально-политически: расширилась ее социальная база, рабочий класс и его партия приобрели опыт руководства страной. Вместе с тем трудности при переходе от войны к миру — разорительные последствия мировой и гражданской войн, а также иностранной военной интервенции, демобилизация, усталость масс — вызвали кризис в стране. Но можно ли считать его причиной, определяющей политику партии?
Позволительно в связи с этим задать вопрос буржуазным авторам: почему Советской власти удалось так быстро преодолеть этот кризис? Все дело в том, что, опираясь на преимущества социализма, на благоприятное соотношение классовых сил, партия сохранила инициативу в выработке новой политики; умело руководила массовыми организациями; подавила вооруженное выступление антисоциалистических сил; аргументированно разоблачила оппортунистические платформы (троцкистов,
1 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 43, с. 60.
211


«рабочей оппозиции» и др.); обеспечила перегруппировку классовых сил и, наконец, выработала конкретный план выхода из кризиса и провела его в жизнь. Все эти факты опрокидывают измышления о «вакууме власти» в период кризиса.
Огромное политическое и практическое значение опыта партии по преодолению трудностей строительства социализма и заставляет буржуазных авторов столь усиленно фальсифицировать этот опыт. Цель понятна — лишить страны, строящие социализм, ориентира, выверенного жизнью.
Таким образом, в анализе причин перехода к нэпу буржуазные авторы проявляют полную несостоятельность. Попытки провести аналогию с введением буржуазных реформ приводят к прямой фальсификации фактов.
Искажение причин введения нэпа неминуемо влечет за собой фальсификацию его сущности.
КЛАССОВАЯ СУЩНОСТЬ НЭПА В СОВРЕМЕННОЙ БОРЬБЕ ИДЕЙ
Какова главная задача нэпа? Какова его классовая сущность? В чем проявилась руководящая роль рабочего класса и его партии? Эти вопросы находятся сегодня, как и 60 лет назад, в центре идеологической борьбы. В то время как марксисты-ленинцы, анализируя общее и особенное в нэпе, определяют его как социалистическую экономическую политику, антикоммунисты трактуют нэп как буржуазную политику или как тактический маневр. С этой целью буржуазные авторы берут под обстрел общие закономерности строительства социализма — социалистическое обобществление средств производства, руководство рабочего класса и его партии, социалистическое планирование, социалистическое преобразование сельского хозяйства, союз рабочих и трудящихся крестьян.
Выдвигая тезис «нэп — термидор, капитуляция перед капитализмом», буржуазные авторы пытаются доказать, будто пролетариат сдал ключевые позиции буржуазии как в экономике, так и в политике.
Какова их аргументация?
В зависимости от схемы или модели нэпа, которую предлагает тот или иной антикоммунист, провозглашается «отступление» к тому или иному несоцталистиче- скому сектору: к частному капитализму (основные дово212


ды — «денационализация», допущение частного капитала), к государственному капитализму (здесь речь идет прежде всего об аренде, концессиях, кооперации), к мелкотоварному сектору (основной аргумент —свобода торговли). С помощью оппортунистических идей эти авторы пытаются «подстричь» нэп под современные буржуазные модели «рыночного капитализма», «управляемой экономики» или «смешанной экономики».
Большинство западных авторов (А. Ноув, Дж. Наттер, Э. Карр, М. Левин, С. Коэн и др.) утверждают, что с переходом к нэпу была якобы проведена денационализация средней и мелкой промышленности и тем самым сужена сфера социалистического сектора. Эти авторы трактуют нэп как «отказ от коммунистических принципов обобществления». Часть из них (Э. Хансен, П. Самуэльсон, П. Сорокин и др.) выдвигают тезис о перерождении социалистической собственности в госка- питалистическую. Находятся авторы, вроде белоэмигранта-меньшевика Р. Абрамовича, которые идут на откровенную ложь, заявляя, будто в эти годы произошла денационализация всего народного хозяйства, даже земли.
Буржуазные авторы любят ссылаться на декреты того времени как на «документальное» подтверждение денационализации промышленности, и в частности на декрет СНК от 17 мая 1921 года, который отменил постановление ВСНХ от 29 ноября 1920 г. о национализации предприятий с числом рабочих более пяти. Но при этом они умалчивают, что декрет не отменил ни одного акта национализации, осуществленного до 17 мая 1921 г., он прекращал действие постановления на будущее1. В дальнейшем на основе этого декрета шло упорядочение национализированных предприятий, а не денационализация. Решалась задача, поставленная В. И. Лениным,— обобществить производство на деле, т. е. взять производство в свои руки, подсчитать, что воспроизводится, выяснить его связь с русским и международным рынком 2.
Мелким собственникам возвращались те предприятия, которые не подлежали национализации. Известно, что в годы войны в руки местных органов власти перешли многие брошенные хозяевами предприятия, в том 1 СУ, 1921, № 48, ст. 240. Специальный декрет ВЦИК от 27 октября 1921 г. подтвердил сохранение в руках государства всех предприятий, национализированных до 17 мая 1921 г. (см. СУ. 1921 ко 79 ст. 583). ‘ ’
2 См.: Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 36, с. 258.
213


числе и с одним рабочим (например, мельницы), причем на их долю приходилось 13,9% всей национализированной промышленности1. Эти предприятия были возвращены владельцам. Буржуазные авторы спекулируют на сложности процесса, им выгодно представлять упорядочение национализации как отказ от нее.
Чаще всего за денационализацию выдается расширение аренды, концессий. Сдача в аренду предприятий мелкой и средней промышленности в период с июля 1921 г. по июль 1922 г. в буржуазной литературе характеризуется как период «интенсивной денационализации». Между тем В. И. Ленин подчеркивал: «Арендатор не есть собственник... Аренда — договор на срок. И собственность и контроль за нами, за рабочим государством», «от своего права собственности мы никогда не можем отказаться»2.
В октябре 1921 г. в связи с тем, что буржуазная печать всячески раздувала слухи о денационализации, В. И. Ленин предложил в печати «высмеять, вдрызг, верящих в эти слухи и пускающих их»3; «...не может быть речи о какой-либо денационализации»4,— говорил он на X партконференции.
Конечно, в первый период нэпа возникали мелкие предприятия,, но они никакого отношения к ранее национализированной промышленности не имели. Материалы переписей 1918, 1920 и 1923 гг. о распределении предприятий по социальным секторам свидетельствуют о том, что с переходом к нэпу процесс национализации продолжался.
Такова правда. И таковы методы фальсификации буржуазной историографией советских документов.
Буржуазные авторы игнорируют особенности социалистического обобществления производства. Постепенность этого процесса они трактуют как крах идеи обобт ществления. Между тем еще классики марксизма-ленинизма указывали, что частную собственность нельзя разрушить сразу^в один прием. Сначала национализируются ключевые посты в экономике, а затем постепенно, по мере умножения производительных сил трудом проле- т ар и ат а будет вытесняться частный капитал5.
У См.: На новых путях, вып. Ш. Промышленность. М., 1923, с. 177.
2 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 52, с. 193; т. 53, с. 113.
3 Там же, т. 53, с. 303.
4 Там же, т. 43, с. 314.
5 См.: Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 4, с. 333; Ленин В. И. Полн, собр. соч., т. 44, с. 204.
214


Опыт постепенного социалистического обобществления (как известно, последний его этап в СССР относится к периоду коллективизации) свидетельствует о том, что национализация не была простым политическим актом, она была глубоко экономически обоснована. Проведение чрезвычайных вынужденных мер по ускоренной национализации в годы гражданской войны было скорректировано с переходом к мирному строительству.
В отличие от марксистской литературы, в которой социалистическая национализация рассматривается как более или менее длительный, экономически обусловленный процесс, буржуазная историография пытается представить его как чисто юридические меры, противопоставить один его этап другому, для того чтобы дискредитировать в целом идею и практику социалистического обобществления.
Какова социальная основа буржуазных тезисов о «денационализации»? Это действительное господство частной собственности при капитализме, усиление тенденций к денационализации в развитых капиталистических странах. Упорно, хоть и безуспешно, «советологи» пытаются приписать эти тенденции социалистическим странам, фальсифицируя их историю, в том числе и современную.
Показательно, что и сегодня буржуазные авторы, используя малейшие трудности в экономическом развитии Советской страны, делают ставку на «возрождение частного сектора». Например, в 1978 г. эксперты объединенного экономического комитета конгресса США заявили/ что в Советском Союзе якобы стал развиваться «официально санкционированный частный сектор» Ч При этом буржуазных авторов нимало не смущает тот факт, что «частным сектором» они называют личное подсобное хозяйство колхозников, которое является составной частью социалистической системы хозяйства и никакого отношения к частному сектору, основанному на частной собственности, не имеет.
Политические цели подобных приемов: во-первых, аргументировать тезис о «жизнеспособности» частной собственности, скрыть пороки капитализма; во-вторых, убедить читателей, будто Советская страна обязана иностранной и отечественной буржуазии своим экономиче-
1 Неапп^з ЬеЕоге (Не ЗиЬсогптПее оп РпопНез апс! Есолоту ш Соуегптегй.,. 95 Соп^гезз... 8есопд 8езз5оп. Зсме! Ыпюп. №азй. 1978, р. 4.
215


ским развитием, которое, как они говорят, в годы нэпа шло «по Гриневецкому» (Гриневецкий — буржуазный профессор, предложивший план восстановления и развития русской экономики путем реставрации капитализма и притока иностранных капиталов). Однако факты опровергают эти лживые утверждения. Удельный вес частного капитала в крупной промышленности упал с 8,3% в 1920 г. до 2,2% в 1926 г.1
Новая, нэпманская буржуазия, которую «советологи» объявляют «ведущей силой» нэпа, в действительности не являлась таковой. В 1924 г. нэпманы составляли 1,5% всего населения и производили лишь 5% национального дохода2.
Общий размер частного капитала уже в начальные годы нэпа был меньше, чем в дореволюционное время, примерно в 14 раз3.
Современные советологические модели нэпа отражают позиции и взгляды представителей различных групп буржуазии. Сторонники государственно-монополистического регулирования экономики берут на вооружение тезис русских оппортунистов «нэп — госкапитализм», несмотря на то, что и этот тезис также был давно опровергнут в марксистской литературе. В. И. Ленин указывал, что социалистическая национализация представляет собой полную противоположность буржуазной, ее отрицание. «...Весь вопрос о контроле сводится к тому,— писал он,— кто кого контролирует, т. е. какой класс является контролирующим и какой контролируемым»4. Игнорирование вопроса о классах и дает почву для разного рода кривотолков. Как известно, Ленин резко критиковал на XI съезде партии троцкиста Преображенского, смешавшего госкапитализм при диктатуре пролетариата с госкапитализмом при господстве буржуазии5. Государственный капитализм в условиях диктатуры пролетариата, указывал В. И. Ленин, «не соответствует обычному понятию государственного капитализма. Мы имеем в своих руках все командные высоты, мы имеем в своих руках землю, она принадлежит государству.
1 См.: Плановое хозяйство, 1928, № 3, с. 20; Итоги десятилетия Советской власти в цифрах. 1917—1927. М., 1927, с. 285.
2 См.: Трифонов И. Я. Ликвидация эксплуататорских классов в СССР. М., 1975, с. 192.
3 См.: там же, с. 192; Частный капитал в народном хозяйстве СССР. М.—Л., 1927, с. 4.
4 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 34, с. 175.
5 См, там же, т. 45, с. 117.
216


Это очень важно, хотя наши противники и представляют дело так, будто это ничего не значит... мы сдали в аренду лишь известную часть мелкой и средней индустрии...» Ч
Госкапитализм являлся преходящим укладом и не мог определить лица нэпа. Он использовался как средство укрепления социалистического уклада, как «посредствующее звено между мелким производством и социализмом, как средство, путь, прием, способ повышения производительных сил»2. Удельный вес госкапитализма в общем объеме производства при нэпе был невелик. В 1927 г. продукция госкапиталистических предприятий составила всего лишь 2,2% общего объема промышленной продукции 3.
Экономические успехи социалистических государств на основе общественной собственности на средства производства заставляют буржуазных авторов отступать, усложнять методы фальсификации. Они переходят от прямого отрицания общественной собственности как экономической основы социализма в годы нэпа к извращению сущности экономического механизма, действовавшего в эти годы. Анализируя сущность этого механизма, марксисты-ленинцы рассматривают, как социалистическое государство использовало разнообразные экономические формы для управления многоукладной экономикой, как, с помощью какого механизма осуществлялась ведущая и преобразующая роль социалистического уклада, которая привела к победе социализма. Буржуазные же авторы сводят проблему экономического механизма в годы нэпа лишь к функционированию рынка (причем имеется в виду стихийный рынок). Развитие товарно-денежных отношений в этот период широко используется ими для аналогий с буржуазной экономической политикой, для извращения экономической роли социалистического государства, для нападок на механизм социалистического хозяйствования, на социалистическое планирование4. Фальсифицируя историче1 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 45, с. 289.
2 Там же, т. 43, с. 229.
3 См.: Юферева Е. В. Ленинское учение о госкапитализме в переходный период к социализму. М., 1969, с. 83.
4 Мойе А. Тке 5оу1е( Есопотю Бузует. Ь., 1977, р. 18: «Конец гражданской войны привел к отказу от первой попытки централизованного планирования»; Сагг Е. Н. Тке Во1зЪеу1с Кеуо1иНол, уоГ. 2. Ъ., 1966, р. 316: «Восстанавливая рыночную экономику, нэп восстанавливал взаимозависимость различных элементов экономики на привычном пути капиталистического порядка».
217


ский опыт нэпа, социалистическим и развивающимся странам «рекомендуют» вместо партийного и государственного руководства экономикой ввести «единый регулятор экономики» — стихийный рынок. Разоблачая эти спекуляции на товарно-денежных отношениях, «мы отвергаем всякие ошибочные концепции, подменяющие рыночным регулированием ведущую роль государственного централизованного планирования» \—отмечал А. Н. Косыгин на XXIV съезде КПСС.
Классовые корни концепций «нэп — рыночная экономика» кроются в буржуазной вере во всесилие рыночного механизма, базирующегося на частной собственности. Сведение всех экономических проблем к рынку, писал Маркс, соответствует «буржуазному кругозору, при котором все внимание поглощается обделыванием коммерческих делишек...»2. Политические цели подобных концепций открыто реакционны: объявляя регулятором экономики нэпа стихийный рынок, они используют его как торпеду против социалистического государства, руководящей роли рабочего класса и его партии. Так буржуазная вера во всесилие рыночного механизма, неспособность или нежелание видеть экономические законы социализма, требующие иных регуляторов, приводит «советологов» к крайнему субъективизму. Вопреки очевидному одни из них утверждают, будто мелкотоварный рынок в годы нэпа вытеснил партию и государство из сферы руководства экономикой3. Те же, кто не в силах отрицать ведущей роли государства в годы нэпа, трактуют ее как «политическое вмешательство» в экономику, «уничтожение естественных законов конкуренции», что, по их мнению, приводило к «дезорганизации экономики»4.
Так за внешне идиллической картиной «смешанной экономики, регулируемой рынком», при ближайшем рассмотрении проступает ярко выраженная антикоммунистическая направленность. Недаром эта концепция широко используется современной буржуазией для подрыва экономических основ социализма.
Антикоммунистическая модель «смешанной экономики» нэпа, «мирного сосуществования укладов» заимство1 Материалы XXIV съезда КПСС. М., 1971, с. 169.
2 Маркс Энгельс Ф. Соч., т. 24, с. 133.
3 Н. Спалбер, Р. Бандера, М. Файнсод, А. Мейер, Р. Бернс и другие.
4 Н. Рязановский, Р. Кэмпбелл, Р. Хатчингс и другие.
218


вана из теории «экономического равновесия» русских оппортунистов 90-х годов, провозглашавших классовое равновесие вместо классовой борьбы. Это была меньшевистская теория «тихого перерождения» Советской власти в противовес ленинскому плану построения социализма. На ней основывали свои концепции «тихой контрреволюции» ренегаты 60-х годов О. Шик и Р. Гароди. И сегодня ее используют в борьбе против социалистических стран.
Еще В. И. Ленин вскрыл лживость концепции нэпа как «мирного соревнования» социализма и капитализма. «Это не есть соревнование,— говорил он на XI съезде партии,— это есть отчаянная, бешеная... борьба не на живот, а на смерть между капитализмом и коммунизмом»1. Оценивая классовую борьбу в годы нэпа, Ленин писал: «...сегодня на нас не наступают с оружием в руках, и тем не менее борьба с капиталистическим обществом стала во сто раз более ожесточенной и опасной...»2
Факты опровергают фальшивый тезис о «равновесии секторов» в «смешанной экономике», о «мирном сосуществовании укладов» в годы нэпа.
Динамика удельного веса секторов в цензовой промышленности3 (в %)
1918
1919
1920
1924/25
1925/26
1926/27
Государственная
ок. 50
ок. 64
88
89,4
89,6
91,8
Кооперативная
ок. 3
ок. 3
3,7
6,3
6,4
6,0
Частная
47
33
8,3
4,3
4,0
2,2
Как можно убедиться, в эти годы проводилась целенаправленная политика вытеснения частного капитала из сферы экономики, начатая еще в 1917 г. Эта таблица наглядно подтверждает, что основной задачей нэпа была не «нормализация статус-кво», а революционное преоб-
1 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 45, с. 95.
2 Там же, с. 94—95.
3 См.: Квиринг Э. Социальная структура промышленности СССР Плановое хозяйство, 1928, № 3, с. 16, 17, 20; Фабрично-заводская промышленность Союза ССР за 1927/28 и 1928/29 гг М„ 1930 с 43- Итоги десятилетия Советской власти в цифрах. 1917—1927, с.*285. ’
219


разование многоукладной экономики в социалистическую.
Не выдерживает критики и тезис «советологов» о «враждебности» марксизма рынку, широко распространяемый в буржуазной литературе1. Он является либо вымыслом, либо следствием невежества.
Как известно, Маркс и Энгельс различали простое товарное производство и товарную организацию хозяйства, когда товарное производство организует всю экономику, как это присуще капитализму. Об этом же писал и В. И. Ленин2. Сохранение товарной организации хозяйства при социализме они отрицали, и жизнь подтвердила их правоту. В то же время классики марксизма отмечали, что товарно-денежные отношения возникли задолго до капитализма, на стыке общин и не обязательно связаны с господством частной собственности. «Товарное производство и товарное обращение могут иметь место и тогда, когда подавляющая масса продуктов предназначается непосредственно для собственного потребления, не превращается в товары... эта ступень развития присуща исторически самым различным общественно-экономическим формациям»3. На это же указывал и В. И. Ленин, давая определение товарного производства 4.
Естественно, в условиях капитализма Маркс и Энгельс не могли, да и не ставили такой задачи — определить формы функционирования нового экономического механизма при социализме. Но основным принципом этого механизма они считали ведущую роль производства и подчиненную роль обмена, имея в виду обмен товаров: «обмен, очевидно, заключен в производстве как его момент»5.
Таким образом, Маркс и Энгельс выдвинули исходные положения об отношении социалистического государства к рынку, а применительно к переходному периоду они писали об использовании товарно-денежных отношений в качестве важного рычага строительства социа- 1 бгоззтап О. ЕсопопЯс 8уз1етз. М.—V., 1974, р. 103; Ка1г Л, Тке РоНИсз о( Есопогшс КеГоггп 1п И1е 8оу!е1 Стоп. №—V. а. о„ 1974, р. 10 а. о.
2 См.: Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 23, с. 97; Ленин В. И. Полн, собр. соч., т. 1, с. 253.
8 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 23, с. 180; см. также т 13, с. 38; т. 16, с. 308.
4 См.: Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 1, с. 86—87.
6 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 12, с. 725; см, также с. 715; т. 25, Я. I, с. 198—199; т. 37, с. 370—371; т. 24, с. 133.
220


лизмаЧ Главное, что отличает марксистско-ленинскую постановку вопроса о механизме функционирования экономики,— это конкретно-исторический подход. Буржуазные авторы, пытаясь представить развитие рынка в первые годы нэпа как отказ от принципов марксизма-ленинизма, игнорируют высказывание В. И. Ленина о том, что до 1921 г. вопрос об отношении социалистического производства к рынку практически не стоял2—происходило становление социалистического производства, а затем его необходимо было защитить от врагов. С переходом к миру проблема взаимодействия всех звеньев экономического механизма встала во весь рост и потребовала решения в соответствии с конкретными историческими условиями.
В действительности не Ленин и не партия, а их политические противники, «левые коммунисты» требовали уничтожения товарно-денежных отношений в переходный период. Ленин и партия вели с ними борьбу. Достаточно вспомнить критику Лениным бухаринского тезиса о милитаризации народного хозяйства, попыток провести аналогии между экономической и военной политиками 3, предложений Осинского заменить экономический механизм государственным регулированием и т. д. Ленин резко критиковал авантюризм «левых коммунистов», пытавшихся в годы гражданской войны отменить деньги4. Так, в декабре 1919 г. он не допустил внесения на VII Всероссийский съезд Советов подготовленной Ю. Лариным резолюции об уничтожении денег. Он считал совершенно неправильной оценку «левыми коммунистами» денег как уступки частному сектору. Характерно, что современные антикоммунисты пытаются вслед за троцкистами отождествить товарное производство при капитализме с товарно-денежными отношениями, как таковыми, или вслед за бухаринцами видят в капитализме лишь разновидность простого товарного производства. Ленинская критика оппортунизма помогает и сегодня разоблачать эти антинаучные приемы.
1 См.: «Манифест Коммунистической партии», «Капитал» —об использовании кредитной системы, определенных функций закона стоимости; «Крестьянский вопрос во Франции и Германии» —об учете природы мелкого производителя в переходный период, (Маркс К. Энгельс Ф. Соч., т. 4, с. 446; т. 25, ч. II, с. 421; т. 22, с. 518—521.) Подробнее об этом см.: Провоторов Г. Б. Стоимостные категории и способ производства. М., 1974, с. 131—155.
2 См.: Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 44, с. 199.
3 См.: Ленинский сборник XI, с. 382—383.
4 См.: Ленин В. И. Полн, собр, соч., т. 52, с. 22—23.
221


Факты свидетельствуют о том, что Советское государство стремилось использовать рынок как орудие построения социализма. В первые годы Советской власти речь шла об использовании некоторых, в первую очередь распределительных стоимостных рычагов в народном хозяйстве, а в годы нэпа — о включении рынка в систему социалистического воспроизводства. Как уже отмечалось, в решениях X, XI, XII съездов партии, XI и XIII партконференций были даны указания о плановом регулировании рынка и денежного обращения, об использовании хозрасчета. Это подтверждает ту истину, что рынок не был регулятором советской экономики, вопреки утверждениям буржуазных авторов.
На протяжении всей истории Советской страны товарно-денежные отношения используются как инструмент планового хозяйства. Годы нэпа не только не составляют исключения, напротив, они особенно наглядно демонстрируют это. В переходный период особое внимание обращалось на использование государством товарно-денежных отношений в борьбе против капитализма, в решении вопроса «кто — кого» в сфере торговли. В результате уже к концу 1925 г. 91,5% оптовой торговли приходилось на долю социалистического сектора, В' розничной же торговле удельный вес частного сектора снизился с 74% в 1922 г. до 41% в 1926 г.1 В начале 30-х годов частный рынок был сведен на нет. Его вытесняли главным образом путем развития государственной и кооперативной торговли. Об этом свидетельствует следующая таблица:
Структура розничного товарооборота по секторам хозяйства2 (В %)
1922/23
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
Государствен* ная и кооперативная торговля
26
47
57
59
65
76
86
94
100
Частная торговля
74
53
43
41
35
24
14
6
——
1 См.: Советское народное хозяйство в 1921—1925 гг. М., 1960, с. 438; Народное хозяйство СССР. 1922—1972 гг. М., 1972, с. 388.
, 2 Там же.
222


Таким образом, на протяжении нэпа партия проводи* ла принципиально единую политику в области торговли, которая ничего общего не имеет с искаженной картиной, нарисованной антикоммунистами.
Мы могли убедиться, что использование в буржуазной исторической литературе «экономических аргументов» лишь ярче выявляет порочность ее исходных, ключевых позиций, отсутствие научного критерия. Тем нагляднее становится несостоятельность попыток искажения классовой сущности нэпа и его исторического значения.
Главное, что определяет социальную суть нэпа,—это ведущая роль рабочего класса и его партии, осуществление союза с трудящимся крестьянством в борьбе против буржуазии. Именно эти ключевые аспекты проблемы подвергаются наиболее яростной фальсификации с целью опровергнуть объективную закономерность возрастания руководящей роли рабочего класса в строительстве нового общества.
Конкретные тезисы и аргументы антикоммунистов по этому вопросу вплетаются в общесоциологические концепции, отрицающие всемирно-историческую миссию рабочего класса в строительстве нового общества. Буржуазные авторы кричат об «исчезновении» рабочего класса в связи с деклассированием, в годы нэпа и в связи с научно-техническим прогрессом сегодня, о «растворении» его в средних слоях. В качестве аргумента они ссылаются на отступление рабочего класса к «тылам», т. е. к крестьянству, в первый год нэпа, на расширение базы союза рабочих и крестьян и рост активности средних слоев сегодня; на так называемое «обуржуазивание» рабочих (применительно к нэпу аргументом служит частичное допущение капитализма, к современности — рост контактов с капиталистическими странами). Аргументы меняются в зависимости от обстановки, но цель остается прежней — доказать любыми средствами, будто рабочий класс утрачивает руководящую роль в обществе. Чтобы опровергнуть истину, буржуазные авторы используют фальсификаторские приемы — приписывают классовые противоречия капитализма советскому обществу.
С буржуазных образцов списана концепция «нэп — термидор», которая вошла сегодня в буржуазную общесоциологическую схему социальных революций. «Термидор приходит в общества, охваченные революцией, так же естественно, как морской отлив, как затишье после шторма, как выздоровление после лихорадки, как разрыв до предела натянутой струны»,— писал К. Бринтон 223


в 1938 г.1 В 1968 г. в докладе «Сущность революции», с которым он выступил в конгрессе США, Бринтон возвел «термидор» в общую закономерность революции, которая якобы в СССР проявилась в нэпе2.
В действительности «термидор» — закономерность досоциалистических революций, которая вызвана расхождением коренных интересов масс, участвующих в революции, и эксплуататорских классов, пользующихся ее плодами. Придя к власти на волне революционного подъема трудящихся, эксплуататорский класс, стремясь удержать свою власть над ними, неизбежно подавляет их революционную активность, содействуя реакции, «термидору» 3.
Иное дело социалистическая революция, в которой единство коренных интересов пролетариата и всех остальных трудящихся, их заинтересованность в решительной победе социализма обеспечивают непрерывное ее развитие и углубление.
Поэтому введение нэпа не означало наступления реакции, «термидора». В действительности целью нэпа было укрепить позиции социализма, рабочего класса, укрепить союз трудящихся и победить контрреволюцию на экономическом фронте.
Не выдерживает критики и концепция, согласно которой нэп ставил целью достижение «классового равновесия», «мирного сосуществования классов», а партия и рабочий класс в эти годы вели якобы политику бонапартизма, балансируя между классами.
Бонапартизм как реакция контрреволюции на колеблющееся соотношение сил — явление революций антагонистических формаций. Это политика «разделяй и властвуй», соответствующая антагонизму классов, играющая на противоречиях их интересов. Не только в социалистической революции, но и в буржуазной революции революционному классу несвойственна эта политика, ибо он лишь тогда является революционным, когда умеет защищать себя от контрреволюции4, а не заигрывать с нею.
Как показано в книге, успех нэпа обеспечивался преодолением контрреволюционных сил и тенденций.
Тезисы антикоммунистов о том, что в годы нэпа партия большевиков якобы отказалась от классовой борьбы, капитулировала перед мелким собственником, заим-
1 ВгШоп С. Апа1оту о! Кеуо1иНоп. Ы.-Т., 1938, р. 213—214.
2 ТЬе па1иге о! НеУокШоп, р. 10.
3 См/. Маркс Энгельс Ф. Соч., т. 22, с. 309.
4 См.: Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 37, с. 122.
224


ствованы у российских оппортунистов 20-х годов. Пытаясь приписать подобную точку зрения В. И. Ленину и партии, они фальсифицируют ленинские высказывания. «Для Ленина,— уверял, например, лидер меньшевиков Р. Абрамович,— центральной фигурой был теперь индивидуальный крестьянин, частный собственник, который не хотел иметь ничего общего с социализмом». Абрамович приписал В. И. Ленину слова: «Помните, что мы едем на истощенной крестьянской кляче. Попытки вскочить на спину индустриального коня, неспособность ждать крестьянскую лошадь покажут, что пролетариат плохой хозяин, неискусный и нерасчетливый» К
Между тем всему миру известно высказывание Ленина о том, что нам необходимо «пересесть... с лошади крестьянской, мужицкой, обнищалой... на лошадь крупной машинной индустрии...»2!
Ленинский научный анализ политики рабочего класса в переходный период, возрастания руководящей роли Коммунистической партии в строительстве социализма помогает бороться с современными фальсификациями.
В. И. Ленин дал методологию подхода к союзу рабочих и крестьян: «Что это значит — руководить крестьянством? Это значит... вести линию на уничтожение классов, а не на мелкого производителя»3. Уже в первые годы нэпа этот союз был направлен на постепенное приобщение крестьян (бедняков, середняков) к социализму с помощью наиболее доступных для них переходных форм (кооперация, торговля), на ограничение и вытеснение кулака.
Очень ярко проявляются классовые корни буржуазных трактовок взаимоотношений рабочих и крестьян в годы нэпа. Понимая, какую притягательную силу для трудящихся капиталистических и развивающихся стран представляет успешное решение проблемы укрепления союза рабочих и трудящихся крестьян в целях построения социализма, «советологи» стремятся наделить общественные отношения в годы нэпа буржуазными чертами. Классовые антагонизмы буржуазии и трудящихся при капитализме они пытаются перенести на отношения рабочих и крестьян. Укрепление экономической смычки рабочих и крестьян предстает в их изображении как «капитуляция» перед крестьянством4 либо как «тактический
1 АЬгатоиНск В. Тке 8оу1е( КеуоЫюп, р. 222, 228.
2 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 45, с. 405.
3 Там же, т. 43, с. 318.
4 Ап 1п1го(1исНоп (о Ки581'ап НлзЬгу. СатЬг. а. о., 1976. р. 286.
15 Заказ 2381 225


маневр» для экспроприации крестьян в дальнейшем (в духе политики «кнута и пряника») Ч А для того, чтобы скрыть эту буржуазную классовую основу своих концепций, они ссылаются на «свидетельства из Советской России», используя высказывания русских оппортунистов. Те, кто смысл союза представляет как «капитуляцию» перед крестьянами-единоличниками и особенно кулаками, используют лозунги правых оппортунистов. Те, кто трактует этот союз как «тактический маневр», ссылаются на троцкистов.
И те и другие спекулируют на термине «соглашение рабочих и крестьян». Ленин разоблачал подобные приемы. «На формуле соглашения рабочего класса и крестьянства очень часто останавливаются и очень часто пускают ее в ход против нас враги Советской власти, потому что сама по себе эта формула совершенно неопределенна,— говорил он.— Под соглашением между рабочим классом и крестьянством можно понимать что угодно. Если не иметь в виду, что соглашение, с точки зрения рабочего класса, лишь тогда является допустимым, правильным и принципиально возможным, когда оно поддерживает диктатуру рабочего класса и является одной из мер, направленных к уничтожению классов, то формула соглашения рабочего класса с крестьянством, конечно, остается формулой, которую все враги Советской власти и все враги диктатуры в своих взглядах и проводят» 2.
Таким образом, «советологов» отличает абстрактный, внешне неклассовый, а в сущности буржуазный подход к союзу рабочих и крестьян, классовой сущности нэпа.
Какова политическая цель подобных приемов? Буржуазная апологетика мелкотоварного производства как «основы процветания крестьянства» глубоко демагогична. Она скрывает растущую тенденцию к укрупнению капиталистического сельского хозяйства за счет разорения фермеров. Она стремится перенести классовые антагонизмы капитализма в принципиально иные условия.
Антинаучность этой позиции в том, что игнорируется объективная тенденция в сельском хозяйстве в условиях социалистического строительства — сплочение трудящихся крестьян вокруг рабочих на основе общности их интересов. Буржуазные авторы отрицают или искажают социалистическую помощь города деревне до коллективи-
1 РеМгуМс^е Р. ТИе 8ос1а1 РгеШйе (о зиНтзт. Е, 1977, р, 122—123.
2 Ленин В. И. Полн, собр. соч., т. 43, с. 301—302.
226


зации как воплощение этой тенденции (снабжение деревни техникой, кооперирование крестьянских хозяйств, контрактация, финансовая помощь беднякам и середнякам, а в товарной смычке — определение ее направления, ограничение капиталистических тенденций). Все это подробно излагается в советской литературе1.
Буржуазные авторы любят ссылаться на уступки крестьянству в первые годы нэпа как на доказательство «капитуляции» перед ним. Опровергая подобные утверждения оппортунистов, Ленин указывал, что уступки середняку были подчинены главной стратегии — борьбе за социализм. «Мы открыто, честно, без всякого обмана, крестьянам заявляем: для того, чтобы удержать путь к социализму, мы вам, товарищи крестьяне, сделаем целый ряд уступок, но только в таких-то пределах и в такой-то мере и, конечно, сами будем судить—.какая это мера и какие пределы»2.
В то время как в целом нэп ставил стратегической целью ликвидацию эксплуататорских классов, построение социализма на базе крупной машинной индустрии, социалистическое кооперирование сельского хозяйства, в первый период нэпа речь шла о восстановлении сельского хозяйства на старой мелкособственнической основе. В этот период действительно стимулировалось развитие мелкого производителя. Но, во-первых, эта уступка середняку носила классовый характер (основная тяжесть налогообложения падала на кулака); во-вторых, этим не исчерпывался нэп: на деле осуществлялся переход к социалистическому преобразованию сельского хозяйства наиболее доступным и понятным для крестьянина путем. Тем самым в новых условиях реализовывалось решение VIII съезда партии о прочном союзе с середняком.
ИСТОРИЯ ОСУЩЕСТВЛЕНИЯ НЭПА: ПРАВДА И ДОМЫСЛЫ
В центре современной идеологической борьбы вокруг истории нэпа — вопрос о сочетании его конечной цели и очередных задач на каждом этапе. И здесь мы видим два диаметрально противоположных подхода. Историки- марксисты, руководствуясь ленинской методологией, показывают, как на конкретных этапах решались общие и специфические задачи нэпа. Так, провозглашая новую
1 См. например: Роль рабочего класса в социалистическом преобразовании деревни в СССР. М., 1968; Трапезников С. П. Ленинизм и аграрно-крестьянский вопрос. М., 1967, т. .2.
2 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 43, с. 320.
227


экономическую политику на X съезде партии, В. И. Ленин диалектически определил ее основную задачу: построить социализм «путем целого ряда особых переходных мер»1 (антикоммунисты же делают акцент на втором, «опуская» первое). Говоря о первоочередной помощи мелкотоварной крестьянской экономике, В. И. Ленин в то же время призывал не забывать о главном, помнить о том, что нам надо «сомкнуться с крестьянской массой, с рядовым трудовым крестьянством, и начать двигаться вперед...»2.
Разрабатывая перспективы развития кооперации по социалистическому пути, В. И. Ленин впервые ввел термины «колхоз», «коллективизация»3 (буржуазные авторы об этом умалчивают). Наконец в последних статьях и письмах В. И. Ленин указал, что с помощью новой экономической политики «мы социализм протащили в повседневную жизнь» и решим глобальную задачу: «...из России нэповской будет Россия социалистическая»4. И он показал, как именно на основе нэпа осуществлять развитие крупной машинной индустрии, социалистическое преобразование крестьян, укрепление пролетарского государства, культурную революцию5. Жизнь подтвердила его правоту.
Все это изобличает излюбленный прием антикоммунистов: выхватывая из контекста ленинские высказывания об очередных задачах нэпа, фальсифицируя картину его первых лет — искажать историю осуществления конечной цели нэпа — построения социализма.
Считая главным критерием нэпа развитие мелкотоварного производства и связанного с ним рынка, буржуазные авторы в искаженном свете представляют всю историю осуществления нэпа.
В качестве нэпа буржуазные авторы признают только экономическую политику восстановительного периода и первых лет индустриализации, поэтому нэп датируется 1921—1928 гг. Период после 1929 г. характеризуется как отказ от нэпа, «вторая революция» — насильственная, «экономически необоснованная экспроприация крестьянства» 6.
1 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 43, с. 57.
2 Там же, т. 45, с. 78.
3 См. там же, т. 38, с. 407; т. 43, с. 380.
4 Там же, т. 45, с. 309.
5 См. там же, с. 4'05, 370, 377, 380, 381 и др.
6 См. работы Н. Ясного, А. Улэма, А. Ноува, Р. Абрамовича, Л. Кочена, М. Файнсода, А. Мейера, М. Левина, Р. Дэвиса, М. Эльмана, П. Самуэльсона, С. Коэна и др.
228


Цель такой хронологической схемы ясна — исказить подлинную сущность нэпа путем отрыва его первых лет от периода решительного наступления на капиталистические элементы в городе и деревне, когда социалистическая природа нэпа проявилась наиболее наглядно.
В качестве критериев такой периодизации выбираются: состояние несоциалистических секторов и классов— нэпманов, кулаков и т. д., степень развития товарно-денежных отношений, формы и методы управления экономикой, степень централизации в управлении и т. д.— все, кроме главного — развития социалистического сектора, его преобразующей роли.
Их основной тезис — «нэп не знал ни плана, ни коллективизации» — направлен против главного в нэпе. По их мнению, план и коллективизация, ликвидировав свободную торговлю, разрушили экономическую и социальную базу нэпа Ч В этом утверждении ярко проявляется непонимание буржуазными авторами социалистической природы нэпа, роли товарно-денежных отношений при социализме как инструмента планового ведения хозяйства.
Нападки буржуазных авторов на планирование завершающего периода нэпа объясняются тем, что в эти годы ярко проявились его преимущества перед буржуазным регулированием. Успехи социалистического планирования сегодня, с одной стороны, а с другой — усиление хозяйственной неустойчивости в условиях государственно- монополистического капитализма объясняют остроту идеологической борьбы по этому вопросу. Так, в книге «Революции: сравнительное исследование от Кромвеля до Кастро» буржуазные авторы признают:' «Если вы хотите определить значение русской революции в смысле ее влияния, то ключевыми словами будут: производительность, индустриализация и планирование»2.
Учитывая политическую важность этого вопроса, «советологи» в своих нападках на планирование используют ряд фальсификаторских приемов. Так, выпячивая особенности планирования в первые годы нэпа (разработка отраслевых и региональных планов, слабость плановых 1 Оасьез Р. Тке ЗопаПз! ОНепзЫе. Тке Со11есНу1гаНоп о( 5оуге( А^сиПиге. 1929—1930. СатЬг. (Мазз.), 1980, р. XV, 41, 118, 397—398; БатиЫзоп Р. Есопотюз, 11-3 ед. Ы.-У., 1980, р. 818—819* ЕИтап М: 8ос1аП8( РЫшии^. СатЬг. а. о., 1979, р. XVI; Ка1г ор. сИ., р. VI; Агт&гопё 7. 1део1о^у, РоНИсз апд Ооуегптеп( 1п 8о- У1е( утоп. Ы.-У„ 1974, р. 22; Сокеп Ы.Е. ВикЬапп апд Ше Во1- 5пеУ1к КеуоЫют А РоННка! Вю^гарку, Ы.-У., 1975, р 335 а о
2 Реуо1иЬ‘оп8. А СотрагаНуе 8Шду 1гот СготхуеЦ (о Сазко. Ы.-У.» 1973, р. 276.
229


органов, широкое использование буржуазных спецов), они проводят аналогии между ним и буржуазным регулированием и искусственно противопоставляют планирование начального периода директивному планированию, которое якобы стало действовать только с 30-х годов и «нарушило законы нэпа»
В действительности же первые планы основывались на закономерностях развития социалистического сектора и были рассчитаны на его дальнейший рост и укрепление; планировалось развитие не только экономических, но и социальных и политических отношений социализма; постепенно усиливался директивный характер планов; ограниченность показателей была временным явлением, связанным с начальным периодом строительства социализма и разрухой, и преодолевалась с развитием экономики страны.
Планирование в 30-е годы осуществлялось на тех же принципах, что и в 20-е годы. Его практика опровергает вымыслы антикоммунистов о «вытеснении» с помощью плана товарно-денежных отношений из сферы советской экономики.
В соответствии с исходными схемами антикоммунистов 1928 год, для которого характерно некоторое сокращение товарно-денежных отношений, определяется ими как «рубеж», когда «рыночная экономика нэпа» якобы была заменена «административным планированием» или «системой военной экономики», созданной «политиками» для достижения своих целей2. При этом «советологи» ссылаются на решение XV съезда партии. Поставленную перед социалистическим государством задачу овладения рынком, подчинения его плановому началу, свертывание частной торговли они преподносят как отказ от рынка вообще3.
Здесь очень хорошо прослеживается классовая основа их концепции: отрицая регулирующую роль социалистического государства, они, по существу, берут за образец систему функционирования капиталистической экономики.
Социалистическая же экономика функционирует сов-- сем по-другому. В условиях переходного периода от капитализма к социализму, указывал Ленин, использова1 Сагг Е. Н. апд В. ГоипсШюпз о! а РЬлпей Есопоту, V. 1. Ь., 1969, р. 787—788; Косе А. ТИе 8оу!е1 Есопош1с 8уз1ет, р. 18, Сгоззтап 6. Есопогтс 8уз1етз. И.-У., 1974, р. 95 а. о.
2 Мойе А. Ап Есопопнс Н1з1огу оГ (Не 088К. Щ 1978, р. 378—379.
3 1Ы4ет, р. 138, 156—157, 159, 371.
230


ние рынка эффективно лишь в сочетании с непосредственным общественным регулированием» что обеспечивает согласование действия закона стоимости с экономическими законами социализма *.
В определенных условиях в определенные периоды может сужаться сфера товарно-денежных отношений. Так происходит в период коренной ломки социально-экономической структуры, когда сфера производительного потребления расширяется за счет непроизводительного. Но эти капиталовложения создают условия для расширения социалистического рынка в дальнейшем, как это было в СССР с середины 30-х годов н особенно в предвоенные годы.
Рост товарооборота в стране в результате индустриализации и коллективизации опровергает вымыслы буржуазных идеологов. С 1930 по 1935 г. розничный товарооборот увеличился с 20,06 млрд, до 96,2 млрд. руб.2, хотя удельный вес частного капитала в розничной торговле упал с 1926 по 1930 г. с 40,7 до 5,6% 3, а в оптовом обороте в 1931 г. он составил менее 1 %.
На базе коллективизации резко возросла товарность сельского хозяйства. Этот показатель в 1913 г. составлял 32%, в 1933—1937 гг.—35, в 1938—1940 гг.—41%. В целом товарная продукция сельского хозяйства возросла к 1940 г. по сравнению с довоенным уровнем на 65% 4. Денежные же доходы колхозников только с 1934 по 1937 г. возросли в 4,5 раза5.
Таким образом, усиление распределительных функций социалистического государства в отношении средств производства и предметов потребления и ограничение рыночных связей в конце 20 —начале 30-х годов носило временный характер и было обусловлено спецификой международных и внутренних условий Советского Союза. Но уже в середине 30-х годов между социалистическим городом и социалистической деревней широко развернулась торговля на новой основе.
2^См.: Стельмащук В. Ф. Использование товарно-денежных отношении для построения социализма в СССР. М., 1960, с. 76.
Советская торговля. Статистический сборник. М., 1964, с. 35.
Сельское хозявство СССР. Статистический сборник, м’ 1960 с. 24; СССР и зарубежные страны после победы Великой Октябрь- Сод с^^листичесКой революции. Статистический сборник. М., 1970
5 См.: Итоги выполнения второго пятилетнего плана развития народного хозяйства Союза ССР. М., 1939, с. 60.
231


Опыт социалистических стран также подтверждает, что ограничение товарно-денежных отношений в период коллективизации не является общей закономерностью социалистического строительства. Так, в ЧССР в условиях более развитой промышленности товарно-денежные отношения широко использовались на протяжении всего периода социалистического кооперирования.
Таким образом, не противопоставление плана рынку, а органическое единство их при ведущей роли плана определяло успех социалистического строительства.
Тезис о взаимоисключении плана и рынка опровергает также практика развивающихся стран, ведущих экономическое строительство на основе планов и программ национального развития как более высокой формы организации производства по сравнению со стихийно-рыночным механизмом. Это не мешает им, используя опыт и помощь социалистических стран, широко применять стоимостные рычаги Ч
Противоречат фактам и утверждения буржуазных авторов о том, что коллективизация означала отказ от нэпа, что она повлекла за собой разрыв союза рабочих и крестьян.
Как уже отмечалось, еще до коллективизации создавались необходимые предпосылки для социалистического производственного кооперирования крестьян, разрабатывались и использовались наиболее понятные для крестьян формы вовлечения их в социалистическую кооперацию в соответствии с задачей, выдвинутой. В. И. Лениным: «Кооперировать в достаточной степени широко и глубоко русское население при господстве нэпа...»2 Кооперативное движение в условиях Советской власти обеспечивало экономическую смычку рабочих и крестьян3. Поэтому переход к высшей форме кооперации означал не разрыв союза — классовой основы нэпа, а углубление его.
Факты показывают: в экономических функциях города в отношении деревни после 1929 г, можно проследить прежнюю тенденцию — техническое оснащение деревни, развитие соцсоревнования как ускорителя формирования социалистических отношений, помощь в организационно-4 хозяйственном укреплении колхозов и воспитании кадров, развитие шефства города над деревней, налаживание социалистического рынка в деревне и т. д.
1 См.*. Шмелев Н. П. Проблемы экономического роста развивающихся стран. М., 1970.
2 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 45, е. 370.
8 См. там же, т. 43, с. 226.
232


Буржуазные авторы спекулируют на чрезвычайных мерах, связанных с обострением классовой борьбы, на временном, по сравнению с предыдущим периодом, сокращении сельскохозяйственной продукции. Они лживо обвиняют Коммунистическую партию в том, что она перешла на платформу троцкизма, начав якобы гражданскую войну против крестьянства. По существу они повторяют разоблаченную партией много лет тому назад клевету международной буржуазии, кулаков, оппортунистов Ч Современные «советологи» вновь вытаскивают на свет опровергнутые партией тезисы правых о «китайской стене между нэпом и социализмом», о возможности «мирного врастания кулака в социализм».
Они намеренно «забывают» о борьбе Ленина и партии с оппортунизмом и по этому вопросу. Как известно, В. И. Ленин не раз писал о том, что социалистическая промышленность является основой развития крестьянского хозяйства, а не причиной его разорения: «...пролетариат освобождает крестьянство от эксплуатации... и привлекает его к себе, чтобы совместно победить эксплуататоров»2. Партия резко осудила выдвинутые троцкистами немарксистские требования «первоначального социалистического накопления за счет крестьянства», которые означали «не только политический разрыв с крестьянством, но и подрыв сырьевой базы самой индустрии, подрыв ее внутреннего рынка, подрыв экспорта и нарушение равновесия всей народнохозяйственной системы» 3.
Факты опровергают буржуазные измышления о том, что коллективизация разорвала налаженную в первые годы нэпа экономическую смычку города и деревни. Ознакомимся, например, с таблицей на странице 234.
Как видно из таблицы, царской России было свойственно экономическое ограбление города деревней. В течение всего переходного периода происходило выравнивание эхономических отношений между городом и деревней. Буржуазные авторы, стремясь доказать, что коллективизация привела к новому «ограблению» крестьян, произвольно выхватывают данные за 1929,1930гг. Однако приведенная ниже таблица, дающая целостное представление о процессе обмена между городом и деревней в 1923—1938 гг., наглядно демонстрирует, что партия ис-
1 См.: КПСС в резолюциях..., т. 4, с. 108.
’ в- Полн. собр. соч., т. 44, с. 42; см. также т. 43,
с. 60; т. 44, с. 9.
3 КПСС в резолюциях..., т. 4, с. 34.
233


Эквивалентность материального обмена между городом и деревней (в млн. рублей по расчетным ценам)1
1913
1923/24
1929
1930
1937
1938
Сельское хозяйство отдает за пределы деревни (товарная продукция)
5539
1956,1
4580,6
4814,7
3457,7
3529,7
Сельскохозяйственное производство и сельскохозяйственное население получают от несельскохозяйственных отраслей производства
1717,1
606
2059,7
2357,7
2143,5
2152,4
правляла историческую несправедливость, заботясь о росте благосостояния крестьян. Их реальные доходы возросли к 1940 г. по сравнению с 1913 г, в 2,3 раза.
Отвлечения из сферы потребления, неизбежные в периоды коренных сдвигов, были минимальными по сравнению с развитыми капиталистическими странами. В годы первых пятилеток в СССР они составляли 1,1—1,6% национального дохода, в то время как в период буржуазной индустриализации в США они достигали 4—5,5%, в Англии — 4,5—5, в Германии — 5—6, во Франции — более 5%. При этом следует учесть, что в СССР отсутствовали внешние источники накопления2.
Исторический опыт нэпа показал преимущества социализма перед капитализмом. Рабочий класс продемонстрировал свою способность строить новое общество быстрее, эффективнее, а главное — в интересах всех трудящихся, без эксплуатации.
Эти преимущества социализма перед капитализмом наглядно выявились уже в первые годы нэпа, на которые так любят ссылаться буржуазные авторы. Об этом свидетельствуют данные таблицы на странице 235.
Как мы видим, развитие экономики СССР на принципиально новых, социалистических началах обеспечило неуклонное возрастание производства гораздо более быг стрыми темпами, нежели в странах капитала.
1 См.: Барсов А. А. Нэп и выравнивание экономических отношений между городом и деревней.— В кн.: Новая экономическая политика. Вопросы теории и истории. М., 1974, с. 96.
2 См.: Шмелев Н. П. Проблемы экономического роста развивающихся стран, с. 44.
234


Темпы восстановления промышленности после первой мировой войны1
Страны
Год наибольшего после войны упадка произ-ва
Уровень произ-ва в % к 1913 г.
Год достижения довоенного уровня
Сколько лет ушло на восстановление хозяйства
Среднегодовые темпы роста за годы восстановления
СССР
1920
13,8
1926
6
38,7
Англия
1919
93,5
1929
10
0.5
Германия
1919
37,8
1927
8
14,1
Франция
1919
57,0
1925
6
11,3
Подведем итоги. В идеологической борьбе по проблемам нэпа действуют две диаметрально противоположные тенденции. В то время как марксистско-ленинская историография стремится на основе анализа общего и особенного в нэпе глубже изучить его закономерности, буржуазная историография абсолютизирует и искажает исторические и национальные особенности нэпа. Таким образом буржуазные идеологи пытаются поставить под сомнение общие закономерности и принципы осуществления экономической политики строительства социализма. Политическая подоплека подобных приемов — в стремлении расколоть единство стран мировой социалистической системы, лишить ориентира освободившиеся страны.
Подход к нашей истории с буржуазными мерками антинаучен, противоречит действительности и потому обречен на провал. Об этом говорят множественность, противоречивость, частая смена буржуазных концепций нэпа. Никакие новые приемы и методы (ложная трактовка реальных явлений, экономическая аргументация, спекуляция на недостаточной разработанности в советской исторической науке завершающего периода нэпа и т. д.) не меняют их антинаучного характера. Подгоняя произвольно взятый, фальсифицированный материал под Общие схемы, построенные по буржуазным эталонам, «советологи» пытаются доказать ограниченность и неэффективность социалистического пути развития. Жизнь опрокидывает их схемы. «...За наши взгляды,— говорил В. И. Ленин,— вступается сама история...»2.
’ См.: Мы и планета: цифры, факты. 4-е изд., доп. М„ 1980, с. 41.
2 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 12. с. 65.
235


ЗАКЛЮЧЕНИЕ
В первые месяцы 1921 г., когда страна переходила к нэпу, ее положение было тяжелым во всех отношениях. Хотя пролетариат сохранил свою власть, в героической борьбе отстоял завоевания Октября, отбил в союзе с трудящимся крестьянством нападение объединенных сил международного империализма и внутренней контрреволюции, социальная, экономическая и политическая обстановка оставалась очень сложной. Экономика была разрушена вражеским нашествием, значительная часть населения выражала недовольство сложившимся положением дел. И без того малочисленный пролетариат был ослаблен войной и разрухой. Усиливался напор мелкобуржуазной стихии, продолжали действовать разбитые, но сохранившие еще влияние элементы капитализма.
В середине 30-х годов, когда нэп завершился, СССР являл собой могучую социалистическую державу с первоклассной промышленностью, крупным механизированным сельским хозяйством. Классы социалистического общества — неизмеримо выросший численно и изменившийся качественно рабочий класс, колхозное крестьянство, связанные узами нерушимого союза, а также социальная прослойка — новая, народная интеллигенция — осуществляли свое движение вперед под безраздельным руководством Коммунистической партии.
Переходный период между капитализмом и социализмом был завершен. Социализм одержал решительную победу. Была не только ликвидирована эксплуатация человека человеком, но и выкорчеваны корни, ее порождавшие. Эти победы советский народ завоевал на путях выработанной В. И. Лениным новой экономической политики. В истории найдется немного примеров, когда то или иное важное политическое мероприятие оправдало бы себя так полно, всесторонне, дало бы такой непосредственный эффект и обеспечило длительную историческую перспективу, как переход к нэпу.
Нэп являлся политикой долговременной. Он охватил большой хронологический период, прошел ряд этапов. В ходе осуществления нэпа изменялась историческая обстановка, изменялись конкретные задачи, их соотношение. Новая экономическая политика включала в себя и временное отступление, и перегруппировку сил, и наступление.
Переход к нэпу был связан с конкретной обстановкой. Но нэп не был временным тактическим маневром, конъ-
236


юнктурным явлением. Решались одновременно и тактические, и стратегические задачи. И чем успешнее решались задачи тактические, тем больше внимания уделялось задачам стратегическим, определению широкой перспективы движения вперед.
Новая экономическая политика осуществлялась в условиях переходного периода от капитализма к социализму. На основании обобщения опыта СССР и других социалистических стран марксистско-ленинская теория показала, что путь от капитализма к социализму состоит из ряда этапов.
Переходный период от капитализма к социализму охватывает время, когда трудящиеся массы совершают социалистическую революцию, уничтожают господство эксплуататоров и осуществляют построение социалистического общества. Происходит качественный скачок величайшего исторического значения. Но социализм не возникает автоматически и немедленно. Требуется время, требуется проведение кардинальных революционных преобразований, требуется огромная созидательная работа в экономике и социальной структуре, в политике и культуре, прежде чем на развалинах старого общества возникнет новое, социалистическое.
Принципиальная противоположность строя антагонистического, эксплуататорского и строя, покончившего с эксплуатацией, делает теоретически и практически необходимым осуществление целой суммы революционных преобразований для создания социализма. Это безусловно распространяется на любую страну. Следовательно, ни одна страна не может прийти к социализму без переходного периода. Разумеется, длительность этого перехода, формы и методы проведения революционных преобразований могут быть различны в разных' странах и разных исторических условиях, хотя суть их и основные направления едины.
Первоначально в Советской России в условиях иностранной военной интервенции и гражданской войны, ко- г^а страна являлась осажденной крепостью, проводилась политика «военного коммунизма», осуществлялась линия лобовой атаки на капитализм. В условиях мира охватывавших хронологически большую часть переходного периода, партия перешла к ленинской новой экономической политике.
Нэп —это политика, которую проводили Коммунистическая партия и Советское государство в переходный от капитализма к социализму период; политика, рассчи- 237


тайная на постепенное вытеснение и полную ликвидацию капиталистических элементов в городе и деревне, на построение основ социализма.
Поскольку нэп — политика диктатуры пролетариата, обязательным условием его проведения является использование политической власти рабочим классом при руководящей роли партии. Важнейшими составными частями этой политики являются: всемерное укрепление и развитие на экономической основе союза между рабочим классом и трудящимся крестьянством при руководящей роли рабочего класса; укрепление командных высот пролетарского государства в экономике; использование товарно-денежных отношений для развития народного хозяйства; использование материального стимулирования трудящихся города и деревни; временное допущение (на первых этапах) капиталистических элементов в сельское хозяйство, внутреннюю торговлю, мелкую и отчасти среднюю промышленность при условии их государственного ограничения и регулирования; большее или меньшее, в зависимости от конкретной обстановки, использование (на первых этапах) государственного капитализма; всемерное развитие социалистической индустрии на базе электрификации при соответствующем полном вытеснении и ликвидации капиталистических элементов; осуществление кооперирования мелкого крестьянского производства при соответствующей ликвидации сельской буржуазии; всестороннее осуществление государственного планирования.
Таким образом, нэп — это длительная, многогранная политика, обеспечивавшая конкретно-историческое воплощение ленинского плана построения социализма.
С победой социализма и завершением переходного периода нэп исчерпал себя. В середине 30-х годов партия констатировала, что Россия нэповская стала Россией социалистической.
Советский народ, построив основы социализма, развернул под руководством партии борьбу за упрочение и развитие социалистического общества. Эта борьба увенчалась построением развитого или зрелого социализма. Добиваясь упрочения, развития, совершенствования зрелого социализма, Советский Союз осуществляет дальнейшее движение вперед по пути коммунистического строительства.


СОДЕРЖАНИЕ
ВВЕДЕНИЕ 3
НА РУБЕЖЕ ВОЙНЫ И МИРА 5
СОВЕТСКАЯ СТРАНА ПОСЛЕ ОКОНЧАНИЯ ГРАЖДАНСКОЙ ВОИНЫ —
ПОИСКИ НОВЫХ ПУТЕЙ 18
ИСТОРИЧЕСКИЙ ПОВОРОТ 27
X СЪЕЗД РКП (б). ЛЕНИНСКОЕ ОБОСНОВАНИЕ НЕОБХОДИМОСТИ ПЕРЕХОДА К НЭПУ —
ОТ ГОСУДАРСТВЕННОГО ТОВАРООБМЕНА — К ГОСУДАРСТВЕННОЙ И КООПЕРАТИВНОЙ СОЦИАЛИ¬
СТИЧЕСКОЙ ТОРГОВЛЕ 43
НЭП — ПУТЬ ОТ МНОГОУКЛАДНОЙ экономики к
СОЦИАЛИСТИЧЕСКОЙ 55
ТРУДНАЯ ПРОВЕРКА 63
ПЕРЕГРУППИРОВКА СИЛ СОЦИАЛИСТИЧЕСКОГО СЕКТОРА _
ПЕРЕВОД КООПЕРАЦИИ НА РЕЛЬСЫ НЭПА 82
ГРАНИЦЫ ДОПУЩЕНИЯ, МЕТОДЫ РЕГУЛИРОВАНИЯ И ВЫТЕСНЕНИЯ КАПИТАЛИСТИЧЕСКИХ ЭЛЕМЕНТОВ
УСПЕХИ ВОССТАНОВЛЕНИЯ 120
НЭП И СОЦИАЛИСТИЧЕСКАЯ РЕКОНСТРУК¬
ЦИЯ НАРОДНОГО ХОЗЯЙСТВА 128
КУРС НА ИНДУСТРИАЛИЗАЦИЮ И НОВЫЕ ЗАДАЧИ НЭПА
ПРОБЛЕМЫ НАКОПЛЕНИЯ 145
КУРС НА КОЛЛЕКТИВИЗАЦИЮ И РАЗВИТИЕ ЭКО- НОМИЧЕСКОГО С0ЮЗА РАБОЧЕГО КЛАССА И КРЕ- СТЬЯНСТВА 156
ВОПРОС «КТО — КОГО» РЕШЕН полностью и ОКОНЧАТЕЛЬНО 172
ИСТОРИЧЕСКАЯ МИССИЯ НЭПА ВЫПОЛНЕНА 184
239


ЗНАЧЕНИЕ НОВОЙ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ПОЛИ¬
ТИКИ И НЕСОСТОЯТЕЛЬНОСТЬ ЕЕ КРИТИКОВ 195
ОБЩЕЕ И ОСОБЕННОЕ В НОВОЙ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ПОЛИТИКЕ —
ОБЪЕКТИВНАЯ ОБУСЛОВЛЕННОСТЬ НЭПА: КРИ¬
ТИКА БУРЖУАЗНЫХ КОНЦЕПЦИЙ 203
КЛАССОВАЯ СУЩНОСТЬ НЭПА В СОВРЕМЕННОЙ БОРЬБЕ ИДЕЙ 212
ИСТОРИЯ ОСУЩЕСТВЛЕНИЯ НЭПА: ПРАВДА И ДОМЫСЛЫ 227
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
236
Юрий Александрович Поляков Владимир Петрович Дмитренко Наталья Викторовна Шербань
НОВАЯ ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ПОЛИТИКА
РАЗРАБОТКА И
ОСУЩЕСТВЛЕНИЕ
Заведующий редакцией А. И. Котеленец
Редактор Ю. И, Аарченко
Младший редактор И. А. Дегтярева
Художник Г. Д. Расторгуев
Художественный редактор О. Н. Зайцева
Технический редактор М. И. Токменина
ИБ № 2274
Сдано в набор 20.05.89. Подписано в Печать 10.0982 Аб0'50 Формат 84х №8! 2. Бумага типографская № 2. Гарнитура «Литературная», Печать высокая. Условн. печ. л. 12,60. Условн. кр.-отт. 1302. Учетно-изд. м. 13,97.
Тираж 50 тыс. экз. Заказ 2381. Цена 55 коп.
Политиздат. 1253. ГСП. Москва, А-47, Миусская пл., 7.
Ордена Ленина типография «Красный пролетарий», 103473, Москва, И-473, Краснопролетарская, 16,


55 коп.
новая ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ПОЛИТИКА
РАЗ РА ПОТНА И ОСУЩЕСТВЛЕНИЕ
7/эП, НА^бт/СТрИНЛПЗН^НЯ, ^ОЛЛеА-ТИЗН- ЗИ^НЯ, АГ7/ЛЬТ7/риНЯ рСЗОЛЮ^НЯ... /^б/А* призыкая зниколы эт// слозн, ЗН К О горьки И 7^3 Л НЯ ПОЛ ОСП з истории/ ННП/еЙ РобнПЗЯ, Србббы НЛНССОЗ м бно- ерп^5нн л/обей. 7'еперь понятия эти ЗО^ЛН 3 ^^збнн/гн. Они СТИЛИ Нзб^А'ОП ннз/^ноао Аго.^.я^ннзжн. Ллз/бокпс ибен Лсннни О /7Я/ТЯ.Т созбб/ння нозозо обн^с- стзи и ссзобня слт/лснт нг/белгны.я /?у^о- зобстзо.и бля строителей нозоео л/ири.
Л. 7/.