ИНТЕРНЕТ-ЖУРНАЛ
ИЮНЬ 2013

\л}' *
ДОМАШНЯЯ
ЛАБОРАТОРИЯ
Научно-практический
и образовательный
интернет-журнал
Адрес редакции:
domlab@ inbox.com
Статьи для журнала
направлять, указывая в теме
письма «For journal».
Журнал содержит материалы
найденные в Интернет или
написанные для Интернет.
Журнал является полностью
некоммерческим. Никакие
гонорары авторам статей не
выплачиваются и никакие
оплаты за рекламу не
принимаются.
Явные рекламные объявления
не принимаются, но скрытая
реклама, содержащаяся в
статьях, допускается и даже
приветствуется.
Редакция занимается только
оформительской
деятельностью и никакой
ответственности за содержание статей
не несет.
Статьи редактируются, но
орфография статей является
делом их авторов.
При использовании
материалов этого журнала, ссылка
на него не является
обязательной, но желательной.
Никакие претензии за
невольный ущерб авторам,
заимствованных в Интернет
статей и произведений, не
принимаются. Произведенный
ущерб считается
компенсированным рекламой авторов и
их произведений.
По всем спорным вопросам
следует обращаться лично в
соответствующие учреждения провинции
Свободное государство (ЮАР).
При себе иметь, заверенные
местным нотариусом, копии всех
необходимых документов на
африкаанс, в том числе,
свидетельства о рождении, диплома об
образовании, справки с места
жительства, справки о здоровье
и справки об авторских правах
(в 2-х экземплярах).
Nft
ЩжШ П-П
- - ^
СОДЕРЖАНИЕ
Бурьян (продолжение)
Вселенная в электроне (продолжение)
Боятся ли компьютеры адского пламени
Некоторые методы органической химии
Эволюция импульсных источников питания
Импульсный блок питания
Июнь 2013
История
Ликбез
102
Литпортал
143
Химичка
221
Электроника
229
290
Матпрактику-
Использование компьютерных моделей при изучении
квантовой физики
Мир глазами зоопсихологов (продолжение)
Фотогалерея
Переписка
301
Разное
309
385
386
НА ОБЛОЖКЕ
Род ведем от обезьяны,
Краснозадой, узколобой.
От нее твои изъяны:
Жадность, зависть,
Секс и злоба.
Десять заповедей строже
Соблюдаются в природе,
Чем, поверьте, даже в самом
Христианнейшем народе!
(В. Хлебович)
Читаем «Мир глазами зоопсихологов»,

БУРЬЯН1
Валерий Сойфер
ЧАСТЬ 3. ГЕНИИ ФАЛЬСИФИКАЦИИ
ГЛАВА XIV. ПЕРИОД ВЕЛИКИХ
АГРОНОМИЧЕСКИХ АФЕР
"А вокруг его сброд тонкошеих вождей,
Он играет услугами полулюдей.
Кто свистит, кто мяучит, кто хнычет,
Он один лишь бабачит и тычет.
Как подкову, дарит за указом указ -
Кому в пах, кому в лоб, кому в бровь, кому в глаз.
Что ни казнь у него - то малина
И широкая грудь осетина".
О. Мандельштам. Без названия, ноябрь 1933.
Журнальный (сокращенный) вариант книги «Власть и наука»,
на источники пропущены.
Все комментарии и ссылки

"Отвратительные средства ради благих целей делают и
сами эти цели отвратительными".
А.П. Чехов. Из письма А.С. Суворину.
Сталинский план
преобразования природы
20 октября 1948 года газеты страны опубликовали "Сталинский план
преобразования природы" - постановление ЦК ВКП(б) и Совета Министров СССР пО плане
полезащитных лесонасаждений, внедрения травопольных севооборотов, строительства
прудов и водоемов для обеспечения высоких и устойчивых урожаев в степных и
лесостепных районах Европейской части СССР".
Этот грандиозный проект не был сравним по размаху ни с чем, известным
человечеству за всю историю. На территории 120 миллионов гектаров, то есть на
площади, равной территориям Англии, Франции, Италии, Бельгии и Нидерландов
вместе взятых, должны были посадить лесные полосы, чтобы они преградили
дорогу суховеям, изменили климат, обеспечили устойчивое на века, бесперебойное
снабжение советских людей продуктами питания. Отведенная для плана площадь
охватывала территории, дававшие основную долю твердых пшениц, сахарной свеклы
и подсолнечника (главной в России масличной культуры). Отсюда поступала почти
половина всей продукции животноводства.
На разворотах газет публиковали огромные карты района, простиравшегося от
древнего Измаила до Урала на восток и от Тулы до Крыма на юг. В зону великой
стройки попали башкирские и приволжские степи, большая часть украинских
хлебородных зон. Их разрезали широкие полосы с севера на юг, от них отходили
перекрещивающиеся сети полос потоньше, внутри ячеек этой сети проглядывала
паутина межколхозных лесных полос.
В реализации планов по переделке природы должны были принять участие 80
тысяч колхозов и 2 тысячи крупных совхозов, более 3 тысяч МТС (машинно-
тракторных станций), несколько десятков миллионов человек. Для работы
государство выделило целевым назначением только тракторов 22 тысячи и много
другой специальной техники.
Воображение простого советского человека, изголодавшегося за годы войны и
послевоенных неурожаев, дразнили цифры невиданных проектов: засухи будут
побеждены, урожаи станут стабильными, так как суховеям путь преградят несколько
десятков миллиардов саженцев деревьев, преимущественно дуба, высаженных в
степи. Было сказано о том, что если вытянуть в одну линию все лесные полосы
(при ширине 30 метров), то они 50 с лишним раз опояшут земной шар по
экватору. До 15 процентов насаждений должны были отвести под фруктовые деревья и
кустарники, чтобы все дети страны Советов были досыта накормлены фруктами и
ягодами! Между полосами деревьев должна была заблестеть гладь 44 тысяч прудов
и водоемов. По всей стране в витринах магазинов, в кинотеатрах и конторах
были наклеены красочные плакаты с изображением Сталина в виде былинного
богатыря и надписью: "И засуху победим!"
Чтобы руководить воплощением планов в жизнь, при Совете Министров СССР было
образовано "Главное управление полезащитного лесоразведения" на правах
Министерства, а во главе его утвердили ставленника Лысенко Е.М. Чекменева. Во
время подготовки августовской сессии ВАСХНИЛ Чекменев работал заместителем
министра совхозов СССР (до этого он был назначен постановлением Совета
Министров СССР от 30 марта 1946 года заместителем министра животноводства) . С
трибуны сессии он громил Рапопорта и Серебровского, но восхвалял Лысенко.
Чекменев тогда утверждал:
"Беспартийной науки нет. Это давно доказано. Мичуринская биология - наука
принципиальная, партийная и она не потерпит соглашательства".

Теперь он обещал советскому народу златые горы от деятельности его Главного
управления, благодаря которой "Исчезнет разрушительная язва степей - овраги.
Угаснут грозные черные бури. Сгинет засуха, климат станет мягче, влажней, а
жизнь человека в степи - несравненно удобней, легче, красивей и богаче.
Колхозы и совхозы будут собирать устойчивые, прогрессивно возрастающие урожаи
хлеба, овощей, фруктов. На роскошных пастбищах будут пастись тучные стада
крупного рогатого скота и тонкорунных овец. Вот, что принесет советскому
народу Сталинский план преобразования природы".
Чтобы реализовать этот фантастический план, начиная с зимы 1948-1949 года,
в стране готовили на специальных курсах 70 тысяч звеньевых лесоводческих
бригад . Их учили тому, как надо сажать лес.
Тут-то Лысенко и получил возможность применить на практике свое уникальное
"открытие" эволюции без внутривидовой конкуренции. Исходя из домысла, что
растения одного вида не только не препятствуют развитию друг друга в
загущенных посевах, а, напротив, способствуют лучшему росту своих собратьев,
Лысенко, демонстрируя еще раз мифический строй своего мышления, посчитал, что
традиционные способы посадки леса, когда деревья высаживают на таком расстоянии,
чтобы они не мешали друг другу, неправильны. По его мнению, растущие деревья
на ранних этапах развития будут помогать друг другу, а потом более слабые из
них, проникшись заботой о процветании более удачливых собратьев, отомрут,
освободив для них место под солнцем. Сообразуясь с этой теорией "самоизрежива-
ния", он настаивал на том, чтобы лес сажали "гнездовым способом", формируя
гнезда из 5 лунок, в каждую из которых надлежало бросать горсть семян или 6-7
желудей (итого по 30-35 желудей на гнездо).
Как уже было сказано, ученые раскритиковали взгляды Лысенко о взаимопомощи
растений одного вида: 4 ноября 1947 года и 3-6 февраля 1948 года в МГУ
состоялись научные конференции, на которых были опровергнуты представления об
отсутствии внутривидовой борьбы и о взаимопомощи растений внутри вида. Но
Политбюро распорядилось все посадки леса в полезащитных полосах делать по
методу Лысенко. Двадцать шестой пункт Постановления ЦК ВКП(б) и Совета Министров
СССР содержал особое на этот счет распоряжение, предписывающее руководимой
Лысенко "Всесоюзной академии сельскохозяйственных наук имени В.И. Ленина в
двухмесячный срок разработать указания о проведении гнездовых посевов".

23 ноября 1948 года, через два дня после опубликования в газетах
"Сталинского плана преобразования природы", в ВАСХНИЛ началось грандиозное совещание
под руководством Лысенко, на котором он объяснил, что все посадки лесных
полос будут осуществлять только гнездовым способом. Он начал свой доклад с
привычных фраз о том, какой должна быть настоящая наука, а затем перенес
категории политической борьбы в вопросы биологии развития:
"Подлинная наука не терпит случайностей, не любит работы на "авось". Она
хочет предвидеть, в этом и заключается ее обязанность перед практикой".
"Даже не обращаясь пока что к биологической теории, можно чисто практически
решить, что если один мешает двоим, то всегда этих двоих можно объединить,
хотя бы временно, против их общего врага. Этой простой ссылкой я пока и
ограничусь для обоснования мероприятий по гнездовому посеву полезащитных лесных
полос в степи на старопахотных почвах".
Не приводя доказательств правоты своих взглядов, он уверенно заявил:
"Дикая растительность и в особенности виды лесных деревьев обладают
биологически полезным свойством самоизреживаться".
Правда, странно звучало одно ("случайное") исключение из "закона самоизре-
живания":
"Культурные растения, например, пшеница и ряд других, не обладают
биологическим свойством самоизреживания... Слишком густые посевы, например, хлебов,
в особенности в засушливых районах, начисто погибают, не давая урожая семян".
Но "случайности" подстерегали Лысенко. Из посаженных весной 1949 года
гнездовым способом 350 тысяч гектаров дуба Главное управление полезащитного
земледелия решило проверить осенью того же года 38,7 тысяч гектаров. Проверку
провели:
"... в лучших хозяйствах... Рязанской, Воронежской, Курской, Пензенской,
Куйбышевской, Чкаловской [ныне Оренбургской - B.C.], Саратовской, Ростовской,
Сталинградской [ныне Волгоградской - B.C.], Астраханской, Крымской, Киевской,
Харьковской, Днепропетровской, Херсонской, Одесской и Запорожской областей, в
Ставропольском и Краснодарском краях и в Татарской АССР. В этих районах
обследовано 16 процентов всей площади посевов желудей дуба...".
Зная, насколько прочно укоренилась практика приукрашивания любых цифр в
стране, вряд ли можно было ожидать, что данные этой проверки будут вполне
объективными. Но и то, что пришлось привести Лысенко в сообщении о проверке,
рисовало страшную картину. Никакой взаимопомощи растений при гнездовом посеве
замечено не было. Уже осенью 1949 года на площади 14 600 гектаров, то есть
более чем на трети всей обследованной площади, осталась только половина
побегов деревьев, на 37% площади их сохранилось еще меньше - всего 20%, на 20%
площади было обнаружено меньше 10% от высеянных растений, а на 3% площади,
т.е. на 1100 гектарах, растения вымерли полностью. Это была катастрофа.
Огромные средства, вложенные в лесопосадки, оказались выброшенными на ветер!
Как же прореагировал на это Лысенко? Он сделал вид, что ничего страшного не
произошло. Публикуя таблицу с цифрами погибших растений, он снабдил ее
оптимистическим выводом:
"Результаты этого большого производственного опыта, как показало
обследование, полностью подтвердили жизненность гнездового способа посева желудей
дуба ... Главной причиной изреженных всходов... было невыполнение основных
агротехнических требований, предусмотренных инструкцией. Особенно вредно
сказалось запоздание с посевом в засушливой зоне. К сожалению, в этих районах, как
показало обследование, 50 процентов посевов произведено несвоевременно".
Тем самым вина за неудачу снова была свалена на нерадивых работников, на
засуху, на то, что "вместо 6-7 всхожих желудей обычно сеяли всего 1-2-3
всхожих желудя". Но ведь в перечне областей, обследованных комиссией Главка, были
лучшие хозяйства и районы не со столь засушливым климатом. К тому же гнездо-

вые посевы для того и затевали, чтобы деревья в гнезде помогали друг другу
выстоять в борьбе с неблагоприятными условиями, включая засуху. Поэтому
ссылки на нерадивых работников, погодные условия и невсхожесть желудей были,
конечно , пустой отговоркой!
На следующий год история повторилась. Посевы на гигантских площадях гибли.
Однако провал не повлиял на решимость властей следовать предложениям Лысенко.
На 1953 год, как и прежде, Главное управление полезащитного лесоразведения
утвердило гнездовой способ как единственно прогрессивный, а Лысенко по-
прежнему твердил:
"... обязанностью и долгом чести всех работников сельскохозяйственной науки,
лесоводов и агрономов является оказание максимальной научной помощи колхозам
и совхозам в освоении и внедрении гнездового способа посева леса".
Разрекламированный сталинский план превращения страны в сплошной сад
рушился на глазах. С 1948 по 1953 год посадили в два с половиной раза больше леса,
чем за 250 предыдущих лет, но из них к 1956 году сохранилось в виде
полноценных деревьев только 4,3%. Да и те остались лишь потому, что колхозники
нарушили лысенковские инструкции и сажали и ухаживали за этими посадками по
старинке . Все остальное "самоизредилось".
Но пока шло "самоизреживание", Лысенко "стриг купоны": собирал урожай от
щедро раздаваемых мифических авансов на будущее. В 1949 году он в третий раз
получил Сталинскую премию в размере 200 тысяч рублей (первой он удостоился в
1941, второй - в 1943 году). Снова пошли в связи с этим гулять по газетным и
журнальным страницам хвалебные речи. Все научные биологические журналы
поместили сообщения об этом (в некоторых журналах были напечатаны портреты
награжденного) . В журнале "Биохимия", совсем уж вроде далеком от проблем, которыми
занимался Лысенко, главный редактор В.А. Энгельгардт, заместитель главного
редактора Н. М. Сисакян и члены редколлегии А. Л. Курсанов, А. И. Опарин и А. В.
Палладии поместили верноподданнический слезливо-восторженный панегирик (тоже
с портретом), в котором можно было прочесть такие кудрявые строки:
"Т.Д. Лысенко - это ученый нового склада, научный деятель Сталинской
эпохи. . . Подлинного ученого, воинствующего диалектика-материалиста великий
советский народ считает своим, народным ученым... Вот почему каждый гражданин
Советской страны с радостью отмечает присуждение Т.Д. Лысенко Сталинской
премии.
Разве можно пересчитать все, о чем спрашивают у академика Т.Д. Лысенко и на
что он дает мудрые советы с учетом достижений мичуринской науки и народного
опыта наших колхозников!".
Далее редколлегия журнала силилась нарисовать перед читателями перспективу
будущих сказочных свершений, ожидающих народ от воплощения замыслов
"колхозного академика":
"Когда мы говорим академик Лысенко... перед нашими глазами раскрывается
величественная панорама недалекого будущего нашего социалистического сельского
хозяйства. Мы видим обширные поля ветвистой пшеницы, виноградники в
центральных областях, цветущие поля Заполярья, плантации цитрусовых на Украине,
Северном Кавказе, в Крыму, Средней Азии. А в знойных степях Сталинграда и
многих других районов мы видим зеленые массивы широколиственного дуба, березы,
красоту которой почему-то до сих пор связывали только с севером. Мы видим
озимую пшеницу, приобретшую свою новую родину в степях Сибири,
высокопродуктивные стада на колхозных и совхозных фермах и многое, о чем трудно еще
сейчас сказать, но что будет реальностью в недалеком будущем...
Как подлинный ученый он творит ежечасно, ежедневно, он весь есть творчество
в постоянном действии".
Нужны были воистину волшебные бинокуляры, чтобы узреть это будущее
великолепие, или быть циниками, чтобы печатать в серьезном журнале такие строки о

"развесистой клюкве". А пока дубы не желали расти в "знойных степях
Сталинграда ", и не спасал от недорода квадратно-гнездовой способ посадки. И не было
никакого проку от посевов озимой пшеницы по стерне в Сибири. Что уж было
надеяться на чудо с ветвистой пшеницей в Подмосковье, или, что совсем дико, -
на сказки про "цветущие сады Заполярья". Миф рушился, хоть подхалимствующие
делали вид, что не замечают этого.
В первый же год после смерти Сталина из газет в основном исчезли упоминания
об этом плане. Затем проблема катастрофы с полезащитными полосами была
рассмотрена на заседании коллегии МСХ СССР, а в июле 1954 года на Всесоюзной
конференции по лесоводству вопрос о том, следует ли продолжать сажать лес
гнездовым способом, был поставлен на голосование. Лесоводы в присутствии
Лысенко единогласно проголосовали против.
По официальной оценке заместителя министра лесного хозяйства СССР В.Я. Кол-
данова страна потеряла от этой сталинско-лысенковской аферы около миллиарда
рублей! Вряд ли эта цифра сколько-нибудь правильно отражала размер истинных
потерь, и сосчитать точно, сколько же средств унесла эта затея - миллиард или
десятки миллиардов, сегодня уже некому.
"Скоро ли советский народ увидит плоды преобразования природы?" - спрашивал
в 1949 году в своей статье в "Огоньке" Е.М. Чекменев и отвечал:
"Несомненно скоро. Накопленный нашей наукой и практикой опыт на полях
Кубани, Дона, Украины и Поволжья дает полное право это утверждать".
Однако положенная в основу заманчивого проекта лысенковская пнаука" не
давала никакого права на такие умозаключения и разрушила радужные планы в самом
начале их реализации. Оказался нереальным и чисто волюнтаристский расчет
Сталина на изменение климата от сети лесных полос. Те государственные и даже
межколхозные полосы, которые, в конце концов, выросли (после многократных
пересевов) , не стали даже слабым препятствием на пути суховеев и не прекратили
засух. А убытки, понесенные страной в результате деятельности безумных
прожектеров, были невосполнимы. Но они не сказались на судьбе Лысенко и
нисколько не образумили горе-новатора. Он и позже (вплоть до 1964 года) публиковал
статьи о пользе гнездового посева, переиздавал старые инструкции, вставлял их
в очередные издания "Агробиологии", не внося даже минимальных поправок. Всё,
по его убеждению, было в них правильно. В 1957 году он объявил еще об одном
открытии:
"Есть все основания предполагать, что какие-то вещества, выделяемые
листьями и ветвями деревьев одной лесной породы (вида), губительно действуют на
деревья некоторых других пород (видов)".
Опять без каких бы то ни было доказательств было заявлено, что отмирающие
деревья одного вида срастаются корнями и выполняют фантастическую работу:
"... еще задолго до отмирания перекачивают все свои энергетические
пластические вещества в остающиеся деревья, отмирающие... сучья перекачивают
энергетические вещества в ствол дерева. Этим и объясняется то, что деревья
лиственных пород, усохшие в лесу на корню или усохшие на живом здоровом дереве
нижние ветви (сучья) при сжигании, как правило, дают мало тепла. Где же здесь
конкуренция или борьба индивидуумов внутри вида у лесных деревьев...?4.
Особенно забавно звучало типичное лысенковское - "как правило". Дескать,
все несовпадения можно спокойно отнести к разряду нетипичных исключений из
строгого правила.
В ноябре 1963 года, видимо, потому, что к Лысенко воспылал любовью Н.С.
Хрущев, газета "Известия" еще раз попыталась возродить интерес к гнездовым
посадкам. Под рубрикой "Поучительные сравнения" была помещена статья и две
фотографии, сделанные на лесной полосе пВолгоград-Черкесскп, которые
показывали , что гнездовой способ Лысенко якобы лучше.

"Закон жизни
биологического вида":
отмена дарвинизма
еще в одном аспекте
На августовской сессии ВАСХНИЛ в 1948 году Лысенко выступил против
дарвинизма еще по одному вопросу - происхождения видов. На смену принятым в науке
положениям, объяснявшим эволюцию путем постепенного перехода одного вида в
другой, он предложил иную "теорию".
"В результате развития нашей советской, мичуринского направления,
агробиологической науки по иному встает ряд вопросов дарвинизма. Дарвинизм не только
очищается от ошибок, не только поднимается на более высокую ступень, но и в
значительной степени, в ряде своих положений, видоизменяется".
Спекулируя на квазифилософском законе перехода количества в качество, он
заявил, что открыл революционный путь перехода одного вида в другой, минуя
всякие промежуточные стадии. Дарвиновскую теорию происхождения видов он
именовал теперь "плоской эволюцией", уверяя, что подтверждением его новой
"теории" - "творческого дарвинизма" служит якобы выявленный им и его учениками
факт перехода твердой пшеницы в пшеницу мягкую. Никаких данных
экспериментального изучения этого фантастического перехода он в докладе не приводил.
Лысенко просто заверил слушателей, что "путем перевоспитания... после двух-
трех-четырехлетнего осеннего посева (необходимого для превращения ярового в
озимое), дурум [т.е. твердая пшеница - B.C.] превращается в вульгаре [мягкую
пшеницу - B.C.], т.е. твердая 28-хромосомная пшеница превращается в различные
разновидности мягкой 42-хромосомной пшеницы, причем переходных форм между
видами дурум и вульгаре мы при этом не находим. Превращение одного вида в
другой происходит скачкообразно".
Разговоры о превращении озимой пшеницы в яровую он вел еще в 1936 году,
поучая Н.И. Вавилова, что он-де, Вавилов, проморгал великое открытие, не
заинтересовавшись таким переходом. Но теперь старая идея обрела совсем уж
диковинные очертания. "Превращения" видов друг в друга, как оказалось, запросто
происходят в Армении, где имелись особые условия, способствующие таким
переходам. Еще в 1941 году в журнале "Яровизация" была напечатана статья М.Г.
Туманяна о том, что завозимая из Грузии твердая пшеница превращалась за
несколько лет культивирования в Армении в мягкую пшеницу.
Семь лет это выдающееся "открытие" оставалось без должного к нему внимания.
Но стоило Лысенко заявить о засорении посевов из-за перерождения видов, как
открытие Туманяна было "эксгумировано", и, словно по команде, во многих
контролируемых лысенкоистами журналах начали появляться статьи об аналогичных
чудесах. Сам Лысенко сослался на данные В.К. Карапетяна о превращении одного
вида пшениц в другой. Научное описание его "экспериментов" отсутствовало,
просто констатировался факт превращения, даже ботаническое описание свойств
нового вида приведено не было. Однако именно эти данные он объявил на
августовской сессии ВАСХНИЛ как окончательно доказанные.
Зачем же Лысенко понадобилось говорить о превращении видов? Первопричина,
конечно, отнюдь не была связана с творческим развитием дарвинизма, а имела
сугубо практическую цель. Нужно было объяснить массовое засорение всех
посевов сорняками. Такое засорение должно было неминуемо наступить из-за внутри-
сортового переопыления, "брака по любви", анархии в семеноводстве, но
согласиться с таким объяснением он не мог.
В попытках найти благопристойный выход из положения Лысенко и решил свалить
всё на природу. Если сорняки возникают сами собой, без вмешательства извне,
то нечего обвинять кого-либо в порче семенного материала. Раз пшеница сама
порождает рожь, а рожь - овес, а овес, своей чередой, - овсюг и т.д., то на-

рушение законов семеноводства и сортоиспытания тут не при чем. На природу не-
ча пенять! Тут уж ничего не попишешь.
Лысенко, естественно, постарался теоретически подкрепить превращение вида в
вид, порождение сорняков культурными растениями (а заодно противопоставить
вавиловскому учению о центрах происхождения культурных растений - идею
порождения одними культурными растениями других культурных растений). В 1949 году
он опубликовал статьи на эту тему, а затем выпустил к семидесятилетию вождя
статью "И.В. Сталин и мичуринская биология", в которой связал имя Великого
Кормчего со своим новым открытием. В том же 1949 году он опубликовал текст
своего доклада, прочитанного 6 июля 1940 года на Всесоюзном совещании
заведующих кафедрами марксизма-ленинизма, в котором утверждал, что внешняя среда
немедленно изменяет наследственность организмов:
"Наследственность можно формировать через пищу, через обмен веществ.
Изменяя характер обмена веществ, мы можем направленно изменять породу организма".
К этому времени Лысенко уже настолько потерял самоконтроль, что даже не
старался объяснить, почему его взгляды столь разительно отличаются от
общепризнанных положений науки. За сотни лет тщательного наблюдения натуралисты,
биологи, агрономы, селекционеры ни разу не натолкнулись на факты порождения
одного вида другим. Однако новатор не обращал на это никакого внимания. Не
беспокоило его и то, что он стал противоречить самому себе. Ведь всего
несколько лет назад, в 1941 году, он писал:
"Эволюционная теория Дарвина прекрасно объясняет, как создаются новые
органические формы путем естественного отбора - в природе, искусственного - в
сельскохозяйственной практике".
Теперь Лысенко утверждал, что дарвинизм - это лишь "плоская эволюция", что
дарвинисты не учитывают качественных изменений, что без признания "зарождения
нового в недрах старого, без дальнейшего развития нового качества, как иной
совокупности свойств" обойтись нельзя. Голословное утверждение о порождении
видов было выдано за прочно установленное свойство природы:
"Учение о диалектике, о развитии дало советским биологам возможность
вскрыть пути превращения растительных видов в другие. В 1948 г. в докладе "О
положении в биологической науке" на сессии Всесоюзной Академии
сельскохозяйственных наук имени В. И. Ленина мною уже кратко указывалось, что 28-
хромосомная пшеница (Тритикум дурум) при подзимнем посеве через два-три
поколения превращается в другой вид - 42-хромосомную пшеницу (Тритикум вульга-
ре) . . . Этим самым были сняты всякие сомнения в происхождении растений мягкой
пшеницы, полученных из семян твердой пшеницы. Отпали подозрения, допускавшие
возможность в данных опытах случайных, незамеченных механических примесей
мягкой пшеницы".
Так "краткие упоминания", сделанные в устном докладе, трансформировались в
"прочные доказательства", отвергающие всякие сомнения (читай - всякую научно
обоснованную критику).
После этих выступлений на поиск новых диковинных перерождений бросился их
первооткрыватель М. Туманян, временно уступивший пальму первенства В. Карапе-
тяну. В 1949 году он напечатал статью, в коей сообщил, что нашел в посевах
пшеницы примесь растений ржи, а в посевах ржи растения ячменя! В.К. Карапетян
вместе с М.М. Якубинцером и В.Н. Громачевским сообщили в том же году, что они
нашли в естественных условиях - в предгорьях Кавказа - зерна ржи в колосьях
пшеницы. Дескать, теперь уже всё становится понятным: зерна нового вида
зарождаются прямо в колосьях вида старого. Н.Д. Мухин перещеголял своих армянских
коллег. Ему посчастливилось дополнить их пшеничные превращения другим
эпохальным открытием: из мягкой пшеницы у него возникла пшеница ветвистая. Затем
аналогичные открытия посыпались одно за другим. В.К. Карапетян "доказал"
порождение пшеницы однозернянки (полбы) твердой пшеницей, А.А. Авакян - порож-

дение пшеницы Тритикум полоникум ветвистой пшеницей (Тритикум тургидум), Л.В.
Михайлова - порождение капустой брюквы и рапса. Ячмень в руках лысенкоистов
возникал из пшеницы, рожь - из ячменя, горох превращался в вику, а вика - в
чечевицу!
Упоминая любимый Сталиным "закон" перехода количества в качество, лысенкои-
сты объясняли, что все эти новообразования - суть отражение единого процесса:
возникновение сорных растений из растений культурных и лишь иногда одних
культурных растений из других культурных растений, происходящее из-за
постоянного накопления чего-то нехорошего в каких-то недрах. Деградация природы -
вот к чему ведет неправильная, не подчиненная канонам мичуринской (лысенков-
ской) биологии агротехника - стращали они. Находились умельцы, объяснявшие
появление заразихи на подсолнечнике тем, что подсолнечник "порождает" свой
особый сорняк - заразиху, а С.К. Карапетян - действительный член Академии
наук Армянской ССР (не путать с В.К. Карапетяном!) обнаружил вещь совсем
занятную: оказывается, деревья граба могут "порождать" ветви лещины. Доцент из
Риги К.Я. Авотин-Павлов дополнил список порождений, найдя ель, которая якобы
породила сосну, а Ф. С. Пилипенко нашел, что одни виды эвкалиптов порождают
другие их виды. Эти сообщения были тут же расширены: нашлись "доказательства"
порождения березы - ольхой и граба - дубом.
Но больше всех преуспел сам Лысенко. Сразу на нескольких конференциях,
совещаниях и лекциях он сообщил, на полном серьезе, что ПЕНОЧКИ ПОРОЖДАЮТ
КУКУШЕК! Я слышал это собственными ушами в Большой биологической аудитории
биолого-почвенного факультета Московского государственного университета имени
Ломоносова весной 1955 года из уст Трофима Денисовича, разглагольствовавшего о
том, как получается, что один из птенцов маленьких по размеру пеночек
оказывается в гнезде всегда крупнее и требует от родителей больше пищи.
Раскармливая его всё больше и больше, бедняги пеночки думают, что воспитывают птенца
своего рода, а он превращается в кукушку. Прожорливый птенец, становясь
кукушонком, выбрасывает своих прежних "биологических" братьев и сестер из гнезда,
завершая превращение вида. Лысенко заявлял, что это превращение прекрасно
иллюстрирует открытый им "закон жизни биологического вида". В своем рассказе о
ротозействе пеночек Лысенко зачем-то приплетал такую деталь, как роль
мохнатых гусениц в превращении пеночек в кукушки: из-за изменения пищи, говорил
он, кукушки появляются быстрее!
Пожалуй, самая горькая истина заключалась не в том, что Лысенко сообщал с
серьезным видом студентам старейшего университета России дикие выдумки, а в
том, что в зале не стоял гомерический хохот, и что студенты в подавляющем
большинстве верили всему, что вещал с кафедры великий академик. Лишь немногие
из них (а, может быть, кто-то из преподавателей) пытались робкими записками
лектору выразить сомнения в доказательности сказанного.
На помощь видопеределыцикам срочно шли микробиологи. Уже через 10 дней
после окончания августовской сессии ВАСХНИЛ В.Д. Тимаков и Н.Н. Жуков-
Вережников опубликовали статью "Изучение наследственности микробов и
мичуринское учение", в которой утверждали, что и в мире мельчайших обитателей нашей
планеты идет процесс "порождений": одни виды бактерий и вирусов якобы
порождают другие виды.
В 1949 году московский ветеринар Г.М. Бошьян объявил, что наблюдал
превращение не видов или родов, а, ломая все "предрассудки", переход вирусов
(неклеточных форм) в микроорганизмы (клеточные формы) через "стадию кристаллов".
Возможность перехода одних видов микроорганизмов в другие утверждалась и в
брошюре полковника НКВД С.Н. Муромцева, получившего, как мы помним, из рук
Сталина и Лысенко звание академика ВАСХНИЛ.
Использовали лысенкоисты и заблуждения биохимиков. Профессор Московского
университета А.Н. Белозерский (в будущем вице-президент АН СССР) опубликовал

статью, в которой сообщил, что на определенных этапах развития клеток в них
исчезают молекулы ДНК (как стало известно позже - именно молекулы ДНК несут
генетическую информацию, являются генами, и никуда никогда не исчезают), а
вместо них появляется другой тип нуклеиновых кислот - РНК. Лысенко тут же
публично расхвалил эту работу как вполне подтверждающую его выкладки.
Отвергнув сначала центральную часть дарвинизма - внутривидовую борьбу и
введя под названием "творческий дарвинизм" идею о порождении видов, Лысенко
внес огромную путаницу в умы тех, кто привык за годы советской власти
безоговорочно подхватывать любую истину, исходящую от официальных авторитетов.
Многие сразу же поспешили сообщить, что эволюционное учение Дарвина "в настоящее
время представляет лишь исторический интерес" (Веселовский, 1952) , что "
эволюционная теория происхождения новых видов путем медленных, постепенных
изменений отвергнута советской наукой на основе замечательных исследований
академика Лысенко, разработавшего новую теорию видообразования" (П.Г. Иванова,
1953), что "Ламарк и Дарвин глубоко заблуждались" (С. Аверинцев, 1953), что
загадка видообразования решена лишь недавно в работах Лысенко (Д. Долгушин,
1953) , что "нет никаких оснований давать учащимся эту часть учения Дарвина.
Учащиеся должны изучать новую теорию видообразования" (Мельников, 1952) и
т.д. и т.п.
Новый столп
лысенкоизма -
B.C. Дмитриев
Для пропаганды и внедрения приказным путем гнездовых посадок леса Лысенко,
как мы помним, использовал крупного чиновника - Е.М. Чекменева. Теперь же,
правоту идеи о порождении одних видов другими укреплял другой
высокопоставленный чиновник - начальник Управления планирования сельского хозяйства
Госплана СССР - B.C. Дмитриев, который был связан с Лысенко много лет. В
распространении лысенковских нововведений госплановский начальник играл решающую
роль. Без его согласия нельзя было занять ни одного гектара посевных площадей
на территории СССР под новые культуры. Было известно, что даже в тех случаях,
когда против каких-либо деталей планов Лысенко робко возражали другие
руководители, Дмитриев неизменно приходил к Лысенко на выручку. Поэтому, без помощи
Дмитриева и подобных ему Лысенко сам мало что мог сделать, а, значит,
ответственность за все промахи в сельском хозяйстве ложилась на них в той же мере,
что и на Лысенко.
На августовской сессии ВАСХНИЛ Дмитриев выступал с речью, в которой под
аплодисменты вновь назначенных академиков клеймил всех подряд - и генетиков, и
эволюционистов, и почвоведов, и лесоводов, и картофелеводов, словом, всех,
кто возражал против какой-либо из идей Лысенко. Он призывал к тому, чтобы
Академия сельскохозяйственных наук обратилась к "Академии наук СССР с
просьбой посмотреть на свои институты, освежить явно затхлую и реакционную
атмосферу, которая образовалась в некоторых институтах Академии наук", что и было
претворено в жизнь и закончилось массовым террором в биологии. В годы, когда
СССР терзали последствия страшного голода военных лет и послевоенных
неурожаев, Дмитриев, знавший лучше других положение дел, говорил с трибуны сессии
ВАСХНИЛ:
"Несмотря на огромные трудности, связанные с большими потерями сельского
хозяйства во время войны и сильной засухой 1946 г., сельское хозяйство
добилось больших успехов; достигнуты огромные успехи в послевоенном
восстановлении сельского хозяйства. Это убедительно говорит о том, что социалистический
строй нашего современного земледелия, созданный Лениным и Сталиным - это
самый передовой и прогрессивный строй из всех, которые когда-нибудь знала исто-

рия мирового земледелия... Перед нами, как указывал товарищ Сталин, в
перспективе ближайших пятилеток стоит задача создания изобилия предметов
потребления в нашей стране, необходимого для перехода от социализма к коммунизму.
Эта величественная задача налагает на деятелей сельскохозяйственной науки
особую ответственность".
Через год после сессии Дмитриев был принят (по совместительству) в
докторантуру лысенковского Института генетики АН СССР. Осенью 1950 года для него
сотрудниками Горок Ленинских был заложен опыт по доказательству реальности
перерождения видов. Весь опытный участок занимал 700 квадратных метров, и для
того, чтобы поставить растения в неудобные для роста условия (Лысенко считал,
что в этом случае один вид будет принужден превращаться в другой), участок
разместили в "нижней части склона, прилегающего к перелеску, где грунтовые
воды выступают на поверхность почвы". Через два года Дмитриеву уже
заканчивали его докторскую диссертацию, готовили таблицы, печатали текст. В 1952-1953
годах за его фамилией были опубликованы статьи о порождении рожью растений
другого ботанического вида - костра ржаного, как говорилось в одной из
статей, - "злостного засорителя посевов ржи, наносящего большой ущерб
сельскохозяйственному производству, особенно в северо-западных районах СССР". Сказано
было и о якобы имевшем место в его опытах порождении овсюга овсом, а,
возможно, и пшеницей, полбой и рожью, а также плоскосеменной вики - чечевицей.
Дмитриев пытался подвести базу под будто бы непровоцированное лысенкоистами
засорение посевов сельскохозяйственных культур. Столь невероятный и
действительно ответственный вывод подкрепляли никудышные данные. Согласно описаниям,
делянки засевали "чистосортными семенами, перебранными по одному зерну, затем
весь урожай просматривался". Автор отмечал:
"... при посеве около 15 кг перебранных по одному семян местной
великолукской ржи, в урожае наряду с растениями ржи получено 12 растений костра
ржаного. Все эти растения появились на делянках, где было создано избыточное
увлажнение" .
Этими нехитрыми фразами все доказательства появления растений иного рода из
растений ржи были исчерпаны. Возможность заноса ветром, птицами или мелкими
животными двенадцати щуплых семечек костра даже не упоминалась. В трех
предложениях, как будто это само собой разумеется, автор писал, что в клетках ржи
иногда находили "как бы в виде вкраплений, крахмальные зерна, характерные для
костра ржаного", что у части семян заметили "пленчатый тип прорастания", а в
корешках 150 растений ржи обнаружили два раза клетки с 28 вместо 14 хромосом,
присущих ржи. Необходимого анализа ботанических, физиологических,
биохимических и прочих свойств не проводили, поэтому никаких методик экспериментов не
сообщали, статистически данные не обрабатывали. И этот опус опубликовал
журнал Академии наук СССР!
Конечно, не один Дмитриев был готов подписаться под статьями, якобы
досказывающими правоту Лысенко в этом вопросе. Приведенный выше список тех, кто
"прославился" таким способом, был дополнен в 1954 году "Ботаническим
журналом" . Среди них был Д.А. Долгушин, который "открыл" образование ржи овсом,
В.М. Смирнов, "подтвердивший" порождение овсюга овсом и овса - овсюгом, Н.В.
Мягков (порождение пшеницей ржи), А. К. Фейцаренко (ячменем пшеницы), Е.И.
Чиркова (пшеницей ржи) , М.М. Кислик, который еще раз уверенно заявил, что
овес "порождает" овсюг. П.К. Кузьмин "открыл", что щетинник порождается
просом посевным, так же как куриное просо возникает обязательно в посевах проса
посевного и засоряет эти посевы. С.А. Котт обнаружил такие порождения: овсом
ржи, горохом вики, викой плоскосеменной - вики мелкосеменной и так далее и
тому подобное. "Замечательный" закон находил подтверждение в работах все
новых и новых "замечательных" ученых!

"Закон перехода
неживого в живое"
Несмотря на уверенный тон Лысенко, провозглашавшего - как твердо
установленный - факт превращения одного вида в другой, он не мох1 не понимать, что
доказательств в его руках нет, что многочисленные находки Туманяна, Карапетя-
нов, Дмитриева и других все-таки не снимают главного вопроса: как же все это
происходит? Когда, где и за счет каких процессов клетки одного вида
превращаются вдруг в клетки других видов?
Помощь пришла со стороны. Под наивные объяснения была подведена мощная
база . С такой базой можно было объяснить и доказать всё на свете. Новая идея
исходила от семидесятилетней Ольги Борисовны Лепешинской.
Высшего образования Лепешинская не имела2. Она была замужем за большевиком
(приятелем Ленина) , с которым с 1903 года жила несколько лет в эмиграции в
Женеве. После революции смогла каким-то образом внедриться в ряды научных
работников . В 1931 году она заявила, что ею открыты отличные от описанных
учеными оболочки животных клеток, а в 1934 году сообщила о более сенсационном
результате: превращении неживого в живое.
"Это было в 1933 году. Я изучала оболочки животных клеток. Желая изучить
возрастные изменения оболочек, я решила проследить этот процесс на различных
стадиях развития лягушки и начала с головастика. И что же я увидела? Я
увидела желточные шары самой разнообразной формы... Внимательно изучив несколько
таких препаратов, я пришла к мысли, что передо мной картина развития какой-то
клетки из желточного шара.
Развитие клетки - это совсем ново! Вирхов, а вслед за ним и большинство
современных биологов считают, что всякая клетка происходит только от клетки.
Но вспоминаю, что Энгельс говорит совершенно другое: Бесклеточные начинают
свое развитие с простого белкового комочка, вытягивающего в той или иной
форме псевдоподии, - с монеры"".
Первая публикация Лепешинской на эту тему была раскритикована Н.К.
Кольцовым. Специалисты отвергли гипотезу о наличии внешних оболочек животных
клеток.
Но Лепешинская не отказалась от своих взглядов (правда, публиковать ее
опусы никто больше не брался, после отрицательных рецензий специалистов статьи
возвращали автору), не прекратила своих "опытов". Она растирала в ступке
гидры, кашицу пропускала сквозь марлю и разные сита...ив её руках якобы всегда
из этого "бесклеточного материала", материала неживого, возникали новые живые
делящиеся клетки. Это противоречило всему, что было известно о клетках.
Ученые утверждали, что в её "бесклеточном материале", в вязкой и мутной кашице
обязательно сохранялись неповрежденными несколько клеток, которые и давали
начало новым клеткам. Строгости и чистоты в поставленных ею "опытах" не
хватало. Тем не менее, Лепешинская нашла, как преуспеть в научной карьере.
Пользуясь связями, она сумела "протолкнуть" свою рукопись к Сталину:
"В самый разгар войны, целиком поглощенный решением важнейших
государственных вопросов, Иосиф Виссарионович нашел время познакомиться с моими работами
еще в рукописи и поговорить со мной о них".
2 В 1891 году О.Б. Лепешинская окончила Пермскую Мариинскую женскую гимназию с
присвоением звания «домашней учительницы по математике». В 1890-х гг. получила
начальное медицинское образование на фельдшерских Рождественских курсах в Санкт-
Петербурге. В 1897 году Лепешинская окончила Училище Лекарских Помощниц и Фельдшериц
с присвоением звания «Лекарской помощницы». О.Б. Лепешинская училась на медицинском
факультете в Лозанне. В 1915 году Лепешинская окончила Императорский Московский
университет на медицинском факультете с получением стипендии «Лекаря с отличием».

Один разговор с Великим Кормчим отменил все возражения ученых, которых
теперь Лепешинская начала публично третировать:
"Внимание товарища Сталина к моей научной работе влило в меня неиссякаемую
энергию и бесстрашие в борьбе с идеалистами всех мастей, со всеми трудностями
и препятствиями, которые они ставили на пути моей научной работы".
Поддержанная вождем она сумела в 1945 году опубликовать в Издательстве
Академии наук СССР книгу "Происхождение клеток из живого вещества", в которой
были описаны все те же опыты, изобилующие погрешностями. Предисловие к книге
взялся подписать Т.Д. Лысенко (текст его подготовили сама О.Б. Лепешинская и
И.Е. Глущенко). В предисловии было сказано:
"Многолетняя успешная экспериментальная работа Ольги Борисовны Лепешинскои
представляет собой большой вклад в теоретические основы нашей советской
биологии. . . И можно быть уверенным, что научно-практическая значимость работы
О.Б. Лепешинскои будет с годами только возрастать".
Книгу тут же представили в Комитет по Сталинским премиям, но все члены
Комитета, кроме одного, проголосовали против этого предложения. За Лепешинскую
подал голос Лысенко.
В 1947 году Лепешинская составила на основании своих старых работ об
оболочках животных клеток еще одну книгу, издав её в другом государственном
издательстве - Медгизе. В 1948 году антинаучность взглядов о происхождении
клеток из бесструктурного "живого" вещества была раскритикована тринадцатью
ведущими специалистами по изучению клеток.
1
Ольга Борисовна Лепешинская (1871-1963).
Лысенко, видимо, до поры до времени не осознавал, какую пользу он может
извлечь из "открытия" Лепешинскои, либо не хотел ей помогать, боясь конкуренции
с её стороны. А, между тем, идея Лепешинскои подводила базу под заявления о
превращении вида в вид.
И вдруг до него дошло, что это препятствие можно обойти. Лепешинская
уверяет, что кроме клеток есть особое "бесклеточное" вещество. Оно не живое, но
может при каких-то, пока неясных, условиях стать живым. И тогда из этого
живого вещества, как из живой воды в сказках, могут возникать новые клетки.
Так, может быть, вид превращается в другой вид, проходя стадию живого
вещества? Как только он оценил смысл слов Лепешинскои, он возликовал и, не мешкая,
принялся за дело. Что-либо проверять, убеждаться, что за словами Лепешинскои
стоят не одни лишь артефакты, он, естественно, не стал. Авторитет Лепешинскои
был утвержден апробированным способом: из ЦК партии была дана команда обеспе-

чить триумфальное признание взглядов Лепешинской. Как она сама вспоминала:
"В самый тяжелый момент, когда последователи немецкого реакционера,
идеалиста в науке Вирхова перешли к аракчеевским методам борьбы. . . , ко мне на
помощь пришел отдел науки ЦК ВКП(б), под руководством которого Академией наук
СССР было созвано совещание биологического отделения Академии наук СССР,
совместно с Академией медицинских наук и представителями ВАСХНИЛ".
Совещание это - "По проблеме живого вещества и развития клетки" состоялось
в Москве 22-24 мая 1950 года. Председательствовал на заседаниях академик-
секретарь биологического отделения АН СССР А. И. Опарин, вполне разделявший
взгляды Лысенко и безоговорочно поддерживавший любые предложения партии.
Полная управляемость Опарина была хорошо известна.
Лысенко выступил на совещании и опубликовал в "Литературной газете" 13
сентября 1951 года свою хвалебную речь об "открытии" Лепешинской в виде
отдельной статьи. Поддержали Лепешинскую также многие грамотные ученые (например,
биохимик СЕ. Северин вознес хвалу Лепешинской и её идеям). Атмосфера тех лет
влияла на поступки людей, учила их уму-разуму и тому, как надо приторговывать
взглядами, чтобы процветать. Внешняя среда лепила соответствующий модус ви-
венди. Недавно С.Э. Шноль даже пропел оду этим людям, восславил их
угодничество перед ничтожными, но сильными в данную минуту людишками, назвал их
"героизм" чуть ли не житейской мудростью. Если говорить о моральных ценностях,
то с приводимыми Шнолем положительными сторонами конформизма согласиться
невозможно .
Работа Лепешинской была представлена как выдающееся достижение советской
материалистической науки, как победа над витализмом и поповщиной. А чтобы
всем стало окончательно ясно, в каком направлении теперь будет двигаться
биологическая наука, Лепешинской в октябре того же года преподнесли щедрый
подарок: присудили Сталинскую премию первой степени в размере 200 тысяч рублей!
Лепешинская и её дочка не стеснялись объяснять всем встречным и поперечным,
что распоряжение об этом поступило якобы лично от Сталина (в том же году
Сталинской премии был удостоен Глущенко).
В Ленинграде в это время было сделано "открытие", которое стали прославлять
лепешинсковеды: искусственный синтез белка из аминокислот под большим
давлением. Оно принадлежало ленинградскому физико-химику СЕ. Бреслеру. Исходя из
утверждений Бреслера о возможности синтеза белков в отсутствие клеток, лысен-
коисты делали вывод, что получение живого вещества из неживой материи обычный
процесс, который раньше ученые просто не замечали.
Лепешинская тем временем стала утверждать, что подобно тому, как лысенков-
ские идеи несут огромную пользу сельскому хозяйству, так и её идеи важны для
практической медицины. В присущем ей уверенном тоне она заявила, что живое
вещество облегчает заживление ран, способствует лечению ожогов и т.д.
Доцентом Кишиневского мединститута Н.Н. Кузнецовым были сообщены сенсационные
результаты приживления убитых кусков брюшины к стенкам внутренних органов
животных. Он вшивал собакам и кошкам в брюшную полость куски брюшины, взятые из
области слепой кишки крупного рогатого скота. Перед пришиванием будущий
трансплантат убивали - обрабатывали водным раствором формалина, 70%-ным
спиртом, затем стерилизовали в автоклаве и, наконец, высушивали. Все эти
процедуры, губительные для живых тканей, нисколько, по мнению автора, не сказывались
на живом веществе, а, значит, позволяли убитой брюшине через некоторое время
ожить.
"Несмотря на продолжительное хранение брюшины в водном растворе формалина,
она сохраняет.. . полную жизнеспособность . . . , в ней возникают новые сосуды,
которые через анастомозы переходят в сосуды подслизистой оболочки", - писал
Кузнецов.
Число последователей Лепешинской росло. Многие люди, особенно молодые, то-

ропились использовать открывшиеся возможности для скорой защиты диссертаций,
продвижения по службе. Например, Жорес Александрович Медведев - в те годы
убежденный сторонник Лысенко, пользовавшийся его личным покровительством,
закончил Московскую сельскохозяйственную Академию имени Тимирязева и был принят
в аспирантуру к академику ВАСХНИЛ П.М. Жуковскому. Шеф поручил ему
подтвердить лысенковские идеи. За три года (с 1947-го по 1950-й) Медведев выполнил
работу, которую защитил в Никитском Ботаническом саду в качестве кандидатской
диссертации. Называлась она "Физиологическая природа формирования половых
признаков у высших растений". Автор привел в ней совершенно дикие измышления,
к которым он якобы пришел на основе собственного экспериментального изучения
проблемы пола. Его эксперименты были примитивными и по замыслу и по
исполнению (например, он измерял кислотность, использовал красители для определения
так называемых изоэлектрических точек и т.п.), однако выводы были
революционными, и на их основе Медведев отрицал твердо установленные законы науки, а по
ходу дела повторял в самом жестком стиле поношения генетики:
"Всякое изменение условий развития пыльника, как показали наши
исследования, изменяют как характер диморфизма пыльцы, так и соотношение пыльцевых
зерен с различными признаками, что я является наглядным доказательством
несостоятельности морганистских объяснений гетерогаметности мужского пола с
помощью половых (X и Y) хромозом. Гетерогаметность женского пола также можно
объяснить физиологическими особенностями мегаспорогенеза.
Литература по полу у растений большая, но в виде отдельных статей, часто
противоречивых и в большинстве основанных на ошибочных положениях
морганистской теории наследственности... многочисленные теории пола, основанные на
хромозомной теории наследственности ошибочны и архаичны. Ошибочны и
представления о наличии специфических половых хромозом... Пол определяется не генами,
не зародышевой плазмой, а такими внешними и внутренними факторами развития
растений, как стадийность, возрастность тканей, полярность клеток, обмен
веществ , условия внешней среды и т.д... При этом не всякие изменения внешних
условий и обмена веществ обусловливают изменения половых признаков, а лишь
такие, которые по своему характеру отражают диалектически противоречивый
характер различных полов...".
От вопросов изменчивости пола под влиянием среды Медведев перешел к еще
более одиозным вещам - стал убежденным сторонником лепешинковщины и опубликовал
большую обзорную статью в журнале "Успехи современной биологии" в 1953 году,
в которой писал:
"Выдающиеся работы О.Б. Лепешинской обогатили советскую биологическую науку
о развитии клеток и полностью опровергли господствовавшие в цитологии
метафизические взгляды".
По проблеме живого вещества было защищено множество диссертаций (в
частности, в Воронежском университете в 1954 году защитил кандидатскую диссертацию
Рэм Викторович Петров, в которой он на 252 страницах доказывал, что бактерии
брюшного тифа и дизентерии якобы способны зарождаться из живого вещества.
В результате этих и подобных им фальсификаций учение Лепешинской
пополнилось несколькими новыми "открытиями" УДИВИТЕЛЬНЫХ фактов. Так, профессор из
Еревана Г.А. Мелконян подтвердил правоту Лепешинской еще на одной модели. В
том же академическом журнале "Успехи современной биологии" он поведал, что
если извлечь из кости, пролежавшей несколько лет в формалине, ленточного
червя эхинококка, то из него может развиться, в полном соответствии с законом
Лепешинской о переходе неживого в живое, - новая, живая, растущая КОСТЬ! Из
червя - кость! (В результате таких публикаций за контролируемым лысенкоистами
журналом прочно укрепилось прозвище "Потехи современной биологии").
"Факты упрямая вещь, - писал Г.А. Мелконян, повторяя знаменитую сталинскую
фразу, - и с ними нельзя не считаться и игнорировать их, иначе и прогресса в

науке не может быть... Этому соблазну отрицания и игнорирования чуть было не
поддались и мы . . . , когда, заметив факт образования костной ткани в банке
вместо хранимого в ней музейного препарата, сочли вначале это озорничеством
со стороны кого-либо из больных, подменивших препарат костями... Только более
трезвое обсуждение... нас остановило от решения выбросить банку с костями и
искать виновника позорничествап... Вскоре в той же банке и в той же жидкости
после извлечения всех костей стали вновь образовываться все новые и новые
кости, что дало нам право вполне уверовать в достоверность наблюденного
факта ... " .
Статья Мелконяна наделала так много шума, что любой лысенкоист на его месте
ходил бы гордым из-за внимания к его персоне. И не беда, что большинство
серьезных биологов и медиков рассматривало его работу как фантазию безумца.
Много они понимают! Ведь внимание такое живое, а факты - упрямая вещь!
Еще более захватывающее дух "открытие" сделала доцент Ростовского
университета Ф.Н. Кучерова, заведовавшая кафедрой гистологии и эмбриологии. Она
растирала - что бы вы думали? - перламутровые пуговицы. Порошок вводила
животным. И наблюдала: из порошка ВОЗНИКАЛО ЖИВОЕ ВЕЩЕСТВО.
- А что особенного? - объясняла доцент Кучерова. - Перламутр-то из раковин
добывают, а раковины ведь раньше живыми были!!!
И защитила на этом материале кандидатскую диссертацию. И ВАК ей без
промедления диплом кандидата выдал. Еще бы, не зря Лысенко, Столетов, Опарин и
другие лысенковцы занимали в ВАКт е лидирующие позиции.
А иркутский "биолог" В.Г. Шипачев издал книгу под будоражащим ум
материалистическим названием "Об исторически сложившемся эволюционном пути развития
животной клетки в свете новой диалектико-материалистической клеточной
теории" . Предисловие к книге написала сама Лепешинская. Автор сообщал читателям,
что если зашить животным в брюшную полость семена злаковых растений, а потом,
спустя некоторое время, разрезать им живот и исследовать развившиеся вокруг
инородных тел воспаления (естественно, гнойные), то можно "без труда"
наблюдать, как растительные клетки распадаются, образуют "живое вещество Лепешин-
ской", и как затем из него формируются нормальные животные (а не
растительные !) клетки. Чем не триумф учения Лепешинской! Правда, выяснялась совсем уж
дремучая безграмотность Шипачева. Он, оказывается, не знал элементарных
подробностей строения ни животных, ни растительных клеток. В корневых волосках
растительных проростков (которые, как хорошо известно даже школьникам,
являются выростами клеток, то есть удлиненными частями одиночных клеток) Шипачев
обнаружил сложное клеточное строение. В. Я. Александров в изящно написанном
памфлете "К вопросу о превращении растительной клетки в животную и обратно"
едко высмеял безграмотного лепешинсковеда.
Очередную тайну у природы выведал Н.М. Сисакян. Он объявил в журнале
"Биохимия" в 1953 году, что в ходе исследования "процесса метаморфоза тутового
шелкопряда" ему удалось подсмотреть, как совершается "обмен веществ
неклеточного животного вещества в процессе развития", демонстрируя этим поразительную
приспособляемость к условиям внешней среды. Среда, в свою очередь, была
благожелательной : в этом же 1953 году Сисакян стал членом-корреспондентом АН
СССР, а за год до этого был удостоен Сталинской премии.
Лепешинская теперь с гордостью называла тех, кто якобы подтвердил её
"теорию" :
"Учение Маркса-Энгельса-Ленина-Сталина помогает исследователю предвидеть
возможные изменения в природе, строить те или иные гипотезы и предположения,
проверять их и превращать в доказанную теорию. Руководствуясь учением этих
великих гениев науки, мы реализуем теоретические положения Энгельса в
повседневной работе. Мы работаем над проблемой происхождения клеток из живого
вещества более пятнадцати лет, и до сих пор наши данные еще никем эксперимен-

тально не опровергнуты, а подтверждения, в особенности в последнее время,
есть...".
О своей собственной деятельности Лепешинская в 1952-1953 годах отзывалась
следующим образом:
"Подобная работа могла быть выполнена только в Советской стране, где
передовая революционная наука окружена заботами партии и правительства и
направляется нашим вождем, дорогим, всеми любимым, величайшим ученым товарищем
Сталиным .
В многочисленных письмах, получаемых из стран народной демократии и
Китайской Народной Республики, видно, что новая теория встречена с большим
интересом. Во всех этих странах переводится и издается книга "Происхождение клеток
из живого вещества"...
Совсем не то наблюдается в капиталистических странах. Фашиствующие
мракобесы от науки не только в США., но и в Англии, Франции, Бельгии, Италии и в
других странах умышленно замалчивают выдвинутые советскими учеными проблемы
биологической науки. Однако и через железные занавесы, искусственно создаваемые
в странах, где над всем царствует доллар, просачиваются сведения о новом
открытии советской науки".
Конечно, не стояла на месте ее "научная мысль". С помощью 1%-ного раствора
соды она решила лечить многие болезни и, кроме того, ею была широко
обнародована новая теория старения (её первоначальный вариант появился еще в
тридцатые годы), согласно которой вся тайна старости заключалась в утере оболочками
животных клеток эластичности. Для их "размягчения" Лепешинская советовала
принимать содовые ванны (заметим, впрочем, что среди академиков медицины были
и такие, кто без стеснения осмеял последнюю идею Лепешинской на том
основании, что у животных клеток на самом деле и оболочек-то нет, а есть цитоплаз-
матические мембраны, всегда "эластичные").
Живое вещество стало важной частью мичуринского учения и, формулируя
всеобщий закон "превращения неживого в живое", Лысенко писал:
"После возникновения первичного живого в соответствующих условиях из
неживого, живое и дальше, по тем же законам стало возникать из неживого, но уже
при посредстве живого. Живое создает только условие для превращения неживого
в живое. Поэтому существует и действует наиболее общий закон, по которому
неживая природа связана с живой, согласно которому реализуется потенциальное
свойство неживой материи превращаться в живое".
"Закон жизни вида" и
жирномолочные коровы
В 1935 году, выступая перед академиками ВАСХНИЛ, Лысенко сказал:
"Я чуть ли не ежегодно в продолжение последних восьми лет коренным образом
меняю свою специальность".
Но при этом он все-таки добавлял, что эти перемены происходят в русле
одного набора дисциплин:
"Все время я занимаюсь одним и тем же вопросом - изучением
сельскохозяйственных растений".
Свою связь с растениеводческими дисциплинами Лысенко подчеркивал и позже.
Так, став в 1938 году Президентом ВАСХНИЛ, он написал в "Правде":
"Лично я, например, могу считать себя консультантом по вопросам яровизации
и производства наилучших семян зерновых культур. Но какой же из меня
консультант по вопросам животноводства или механизации?".
Однако менялись времена, менялся и уровень его амбиций. Он распростился с
былой личиной скромности и с тем же багажом научных знаний принялся творить
чудеса и в животноводстве и в других мало ему известных областях науки. В

1952 году в Горках Ленинских начали претворять в жизнь идею Лысенко о
создании в стране стада жирномолочных коров.
Была в Горках своя ферма, которая снабжала рабочих хозяйства молочной
продукцией. Стадо состояло из коров и быков одной - остфризской породы. До 1948
года здесь вели обычную для всех ферм работу. Но вскоре после войны сюда
перебрался Сурен Леонович Иоаннисян, которому хотелось, как и всем рвущимся в
передовики, не ударить лицом в грязь. Пока у начальства никакой новой идеи не
было, Иоаннисян трудился по старинке. Раз, по убеждению Лысенко, среда
обитания определяет наследственность, нужно было заняться улучшением содержания и
кормления животных. Ведь каков корм - такова и порода. Как писал позже
Иоаннисян :
"В конце 1947 - начале 1948 года. . . для повышения продуктивных качеств
молочного скота, прежде всего, улучшили кормление, уход и содержание".
Но в середине 1948 года начались перемены:
"В 1948 году из фермы были изъяты быки-производители остфризской породы и
начато скрещивание стада фермы с быками костромской породы".
Предпринимались эти перемены неспроста. За словами о замене одной породы
другой скрывалась важная для Лысенко задача - доказать, что его "закон жизни
биологического вида" справедлив не только в отношении отмены внутривидовой
борьбы и введения вместо него благородного свойства "самоизреживания", но и в
другом отношении - регулировании жирности молока коров.
Почему мысль Лысенко обратилась к этой проблеме, мы не знаем. Возможно, его
занимала животрепещущая для СССР нехватка животного масла, возможно, манила
еще не испробованная им область селекции крупного рогатого скота, а,
возможно, была и вполне прозаическая причина, о которой как-то проболтался
Иоаннисян - на ферме начался падеж новорожденных телочек и бычков, а с ними часто и
матерей из-за того, что коров раскормили выше всякой меры. С кормами на их
ферме катастрофы (как в других хозяйствах страны) не было, и быть не могло. С
2147 кормовых единиц на корову в 1947 году ежегодный расход кормов к 1954
году возрос до 6377 единиц. Не удивительно, что и вес коров возрос - с 416 до
675 кг. Но ни на удоях, ни тем более на жирности молока это существенно не
сказалось: как было 3,4 - 3,5% жира в молоке, так и осталось. Но зато с
увеличением веса коров пришла, как было сказано, другая беда, еще больше
обострившаяся после скрещивания с костромскими быками:
"На ферме стали часты тяжелые отелы, и нередко приходилось лишаться теленка
или коровы, а иногда гибли и корова и теленок".
Вот тогда-то Лысенко и вынужден был задуматься над причинами падежа скота.
Только искать выход из положения он стал не с помощью специалистов
животноводов, а путем внедрения собственных догадок, казавшихся ему наиболее
правильными.
Схема выведения пород с желательными свойствами была разработана до него
солидно. Многовековая зоотехническая практика и селекция животных, особенно
крупного рогатого скота, знала много старинных, многократно проверенных и
подтвержденных временем приемов, позволявших в зависимости от состава
собственного стада, от возможности привлечения тех или иных пород для улучшения
стада, решать многочисленные задачи, встающие перед животноводами. А в
последние десятилетия селекционеры животных во все большей мере опирались на
законы генетики.
Для Лысенко и Иоаннисяна все это было темным царством. Общепринятые методы
они использовать не умели, дурашливой же смелости было предостаточно, и они
пошли нетореной дорожкой. Стали скрещивать своих остфризских коров, с
жирностью молока 3,3 - 3,4%, с быками костромской породы. Жирномолочность этой
породы колебалась от 3,9 до 4,4%.
Начиная скрещивания, Лысенко и Иоаннисян почему-то решили, что жирномолоч-

ность у помесей должна стать высокой - не меньше, чем у костромской породы,
хотя согласно законам генетики жирность молока родителей определяется
сочетанием генов, а у потомков (в силу того, что на уровень жирномолочности влияет
сразу много генов) усредняется. Иными словами, у приплода следовало ожидать
жирность молока, лежащую в диапазоне 3,6 - 3,9%. Такой она и получилась у
дочерей от скрещивания, предпринятого Иоаннисяном, а совсем не такой, как ждал
Лысенко. Но согласиться с тем, что законы генетики распространяются и на
коров, Лысенко не мог. Он объяснил недостаточную, на его взгляд, жирность
молока своим законном - "законом жизни биологического вида". Объяснение это было
сродни "самоизреживанию". Как ни просты были рассуждения Лысенко, как ни
далеки они были от научных гипотез (он и слово-то "гипотеза" не любил,
предпочитая говорить: "наши исходные предпосылки", "наши предположения"), но все-
таки и он стремился соблюдать наукообразие. Жирномолочность, говорил он,
зависит от того, как будет развиваться первая клетка, дающая начало организму -
ЗИГОТА.
Как известно, любой организм начинает жизнь с того, что сперматозоид
(отцовская половая клетка) соединяет свои хромосомы с хромосомами яйцеклетки
(материнской половой клетки). Эта оплодотворенная сперматозоидом яйцеклетка
(её и определяют в науке термином зигота) могла, по мнению Лысенко, сама
выбрать путь развития, находясь еще в утробе матери. На лекциях он пояснял свое
понимание свойств зиготы афоризмом: "Зигота - не дура".
Конечно, это заявление о "выборе пути развития" находилось в вопиющем
противоречии с генетическими и вообще с биологическими данными. Он был уверен,
что согласно "закону жизни биологического вида" организмы ведут себя всегда
одинаково: строят тело так, чтобы обеспечить процветание своего вида. (Иногда
он формулировал эту мысль иначе: говорил, что "развитие конкретного организма
направлено на то, чтобы увеличить массу своего вида в максимальной степени").
В приложении к скрещиванию коров его "закон" звучал так:
"Оплодотворенная яйцеклетка может развиваться и по материнскому типу и по
отцовскому, или, вернее, по смешанному в разной степени типу обоих
родителей. . . Согласно закону жизни вида, в данных конкретных внешних условиях,
вступивших в единство с развивающимся телом, развитие пойдет в соответствии с
теми из имеющихся внутренних возможностей его, которые в наибольшей степени
обеспечивают процветание данного биологического вида".
Коровы костромской породы (более жирномолочные) крупнее в размерах. Остфри-
зы (у коров этой породы молоко менее жирное) меньше. Конечно, - заявлял
Лысенко, - плод выберет из двух возможностей ту, которая обеспечит более легкие
роды. Породе ведь выгодно, чтобы плод оставался живым, а не задыхался при
родах. Вот почему в данном случае скрещиваний получилось не такое жирномолочное
потомство, - завершал он свои объяснения и заявлял, что его коровы и быки
будут вести себя в согласии с его "законом", сойдут на нет случаи гибели плодов
при родах. Но гибель при родах оставалась значительной. Эти неудачи, объяснял
Лысенко, происходят из-за того, что на его ферме слишком хорошее питание
животных .
Чтобы избавиться от неудач, прежде всего, заменили быка-производителя. Если
зигота способна выбирать путь развития, нужно подобрать ей такого отца,
который был бы мелким по весу, но давал жирномолочный приплод. Так на ферме в
1952 году появился джерсейский бык "Богатырь 60". По указанию Лысенко его
купили за валюту в Дании. Джерсейская порода коров, размножавшаяся в чистоли-
нейном состоянии более двухсот лет, отличалась высокой жирномолочностью
(около 6%) , но давала мало молока. Поэтому, исходя из правил генетики, жирность
молока у потомства от скрещивания с джерсеями должна была возрасти, а удои
упасть. Первые телки, полученные от скрещивания джерсеев с местными коровами,
подросли к осени 1954 - весне 1955 года, были покрыты и начали лактировать в

конце 1955 года. Жирномолочность, как и должно было быть, возросла. Удои, как
того требовали законы генетики, упали почти на треть по сравнению с уже
достигнутыми на ферме: с 6785 кг в год в 1954 году и 6670 кг в 1955 году до 4554
кг в 1956 году. Как отметила позже комиссия по проверке деятельности Горок
Ленинских:
"За 10 лет (1954-1964 г.г.) удой молока на корову снизился на 2332 кг, или
более чем на одну треть, выход молочного жира уменьшился на 13,7 кг,
молочного белка на 41 кг (на 19,5%), средний вес живой коровы упал на 140 кг, причем
убойный выход мяса в 1964 году составил 41-43%".
Другая беда заключалась в уменьшении более чем вдвое выхода мяса в тушах
после разделки. Но об этой неудаче Лысенко с помощниками предпочитали
помалкивать, и вывод этот был обнародован десятью годами позже, а пока Лысенко, не
обращая внимания на цифры, которые не могли быть ему неизвестны, продолжал
твердить, что его опыты нисколько не противоречат его "теориям" и отлично
подтверждаются его же данными.
Скрещивания с джерсеями вели с максимальной скоростью, допустимой в
"Горках" . К счастью, Лысенко, видимо в силу крестьянской подозрительности ко
всему необычному, отвергал пользу искусственного осеменения, а то бы за это же
время можно было бы перепортить в тысячу раз больше коров. В 1957-1960 годах
пошли массовые отелы помесными телками и бычками. Их начали партиями
продавать на сторону для замены существующих в стране быков-производителей и
коров-рекордисток. Причем продажа шла не в обычные колхозы и совхозы, а в
основном в племенные хозяйства. На 1 января 1965 года было продано только
бычков 478, из них 177 - государственным станциям по племенной работе и
искусственному осеменению, 129 - научно-исследовательским учреждениям и лишь 172 -
совхозам и колхозам. Всего же с 1956 по 1964 год включительно "хозяйство
реализовало 863 головы молодняка".
И, как и раньше, на поводу у Лысенко шло послушное ему Министерство
сельского хозяйства СССР, издавшее специальный приказ на этот счет.
Теперь Лысенко и Иоаннисян могли не опасаться за последствия их
деятельности. Ответственность была переложена на Министерство сельского хозяйства
СССР. Тем же приказом "Горкам" разрешили продавать помесных бычков по
баснословным ценам (превышавшим государственные закупочные цены в ряде случаев на
600 процентов), устанавливаемым к тому же соглашением сторон. Конечно,
охотников спорить с лысенковцами насчет цены не находилось: сколько те
запрашивали, за столько и покупали. Закон при этом нарушали нещадно. Например,
согласно Инструкции Минсельхоза СССР продавать племенной скот моложе 6 месяцев было
вообще категорически запрещено, а Лысенко торговал и трехмесячными бычками.
Год от года практика продажи помесных быков разной кровности, рекомендуемых
на племя, ширилась. Особенно усердствовали Лысенко и Иоаннисян, насаждая свои
методы в Молдавии. Иоаннисян дневал и ночевал в этой республике, там же он
издал одну из своих брошюр, пропагандировавших их новые с Лысенко методы. Как
и прежде их поддерживал в печати такой же специалист по коровам, как и они,
полковник НКВД С.Н. Муромцев.
Обманывая чиновников в аппарате управления сельским хозяйством и в
партийных и государственных органах, которые, в свою очередь, с явным удовольствием
встречали эту ложь, Лысенко и его помощники заявляли на Пленумах ЦК партии и
даже на партийных съездах, что с их помощью СССР скоро догонит и перегонит
США. по производству мяса и молока. Например, Иоаннисян говорил следующее:
"По валовому производству молока и животного масла на душу населения мы уже
обогнали Соединенные Штаты Америки. В 1960 году в СССР было произведено 61,5
млн. т. молока, а в США по их официальным данным, - 56,9 млн. т. Общее
производство животного масла составило в СССР в 1960 году 848 тысяч т. масла, или
3,7 кг на душу населения".

Ни одного слова правды в этом заявлении не было. На самом деле по данным,
приведенным в Большой Советской Энциклопедии, - в США. поголовье крупного
рогатого скота было выше, чем в СССР, среднегодовые удои молока не шли ни в
какое сравнение с советскими (которые, наверняка, были приукрашены): в США. они
составляли 4250 кг в год, а в СССР - 2298 кг.
Иоаннисян как специалист не мог к тому же не знать, что в Америке уже давно
не стоит задача повышать объем производства масла на душу населения, потому
что там его производят столько, сколько может принять рынок сбыта (с учетом и
того, сколько закупал в США Советский Союз для снабжения центральных городов:
никакой валюты на всё население страны всё равно не хватало!), остальное
молоко переводят в сухое, концентрированное, в молочные продукты и торгуют ими
по всему свету.
Характерно, что Иоаннисян не приводил никаких ссылок на то, откуда он
заимствовал сведения, приведенные им в речи на Пленуме ЦК партии. Но зато он
ссылался на Н.С. Хрущева, который, с подсказки Лысенко, подсчитывал, сколько
могут дать рекомендации последнего стране, и говорил на январском Пленуме ЦК
КПСС в 1961 году, что увеличение лишь на 0,1% жира в молоке (а не на 1 или
2%, чего грозился достичь Лысенко) "... даст стране дополнительно 30 тысяч т.
молочного жира, или 36 тысяч т. сливочного масла, т.е. такое количество жира,
какое дают 300 тысяч коров при среднем удое 2600 кг".
Только вот беда - и удоев таких в целом по стране не было (а лишь около
1500 кг на корову согласно официальным, сильно приукрашенным данным), и цифра
выхода масла была подсчитана неверно. Приняв жирность молока за 3% (такую
величину хоть и указывали в советских статистических справочниках, но она была
завышена, и ее можно использовать только в теоретических расчетах), причем
учтя стадо всего крупного рогатого скота в стране, а не только коров, дающих
молоко, можно было бы ожидать от лысенковского обещания лишь 3,4 тысячи тонн,
а не 30 тысяч, как обещал партии и народу Н.С. Хрущев.
Таким образом, аналогично тому, как было раньше со всеми "благодеяниями"
Лысенко, ложь сопровождала и эту великую аферу. А ложь могла, в конечном
счете, привести только к конфузу.
"Научные труды" Лысенко
Для людей, несведущих в биологии, большинство предложений Лысенко могло
казаться вполне логичными, а будучи высказанными человеком, имевшим титул
трехкратного академика, они приобретали видимость серьезной научной проработки,
солидности последнего слова науки. Мало кому приходило в голову задуматься
над тем, почему Лысенко публикует свои новые предложения на страницах
центральных газет, а не в авторитетных научных журналах.
Всякому специалисту известно, что перед публикацией любой статьи в научном
журнале она должна пройти через сито рецензирования. Если рецензенты требуют
(конечно, ссылаясь на весомые доводы) серьезной переделки статьи, из редакции
её направляют автору, а по завершении переделки снова посылают на
рецензирование , теперь уже повторно. Если же рецензии отрицательные, статью возвращают
автору. А так как фамилии рецензентов никогда автору не сообщают, то и
"нажать " на них административно или по партийной линии трудно.
Вот почему Лысенко после провала его и Долгушина доклада на съезде
генетиков в Ленинграде в 1929 году больше никогда не обращался в серьезные научные
журналы со своими статьями, а предпочитал им газеты (заодно давя фактором
публикации на возможных оппонентов), популярные издания или публиковал всё,
что хотел, в своем журнальчике "Яровизация" (после войны переименованном в
"Агробиологию") , где он был главным редактором. Так формировал он багаж своих
"научных" работ.

Вручение диплома академику Т.Д. Лысенко.
Позже, став неограниченным владыкой биологической науки, Лысенко принялся
выпускать толстые фолианты в дорогих переплетах с золотым тиснением, чтобы
перепечатывать в них раз за разом - вторым, третьим... шестым изданиями одни
и те же статьи.
Что же за материалы он публиковал в них год за годом?
Вот, например, два его фолианта на семистах с лишним страницах большого
формата каждый: "Агробиология" и "Стадийное развитие растений", напечатанные
в одном и том же 1952 году Государственным издательством сельскохозяйственной
литературы.
В "Стадийном развитии растений" помещены 59 его работ, а в "Агробиологии" -
41 работа, выпущенные за все время его деятельности, начиная с первой
публикации в "Трудах" Ганджийской опытно-селекционной станции, увидевшей свет в
1928 году. Ни одна из статей, включенных в "Стадийное развитие растений"
никогда не была опубликована в изданиях Академии наук СССР или республиканских
Академий! То же характерно и для второго "фолианта". Почти все статьи в нем
первоначально появились в малозначительных "Трудах", в газетах и популярных
журналах!
Девять приведенных в "Стадийном развитии растений" работ - сокращенные
изложения докладов, тезисы, предисловия к чужим работам. Пять -
производственные инструкции (советы колхозникам, как и когда яровизировать пшеницу,
картофель, свеклу, хлопчатник; как обрывать (или чеканить) верхушки стебля
хлопчатника, как обрезать клубни картофеля, чтобы часть их пустить в пищу, а
часть - верхушки или глазки - сохранить и позже высадить в землю). Семь -
популярные статьи и статьи-призывы ("За тонну хлопка доморозного сбора",
"Властью человека отвоюем у природы ключ изменчивости растительных форм" и т.п.).
Почти половину остальных публикаций этого тома составляли газетные статьи -
из "Правды" и "Известий", из "Социалистического земледелия", из
провинциальной (одесской) газеты "Большевистское знамя" и московской областной "Рабочей
газеты".
Другая поразительная вещь - в сборнике 1952 года нет ни одной работы,
написанной после 1939 года. Да и статей 1937-1939 годов только пять! Все
остальные были опубликованы до 1936 года. Остается сделать один вывод: публикуя в
1952 году обобщающий том своих трудов, Президент ВАСХНИЛ и академик трех
академий демонстрировал, что он никогда не был способен трудиться как подобает
ученому, то есть работать в науке, а не около нее, и с 1936 года фактически
перестал работать даже на прежнем уровне.
Но, конечно, в "Оглавлении" к фолианту нет никаких ссылок на то, откуда бы-

ли перепечатаны материалы, а в предисловии "От издательства" весь конгломерат
был подан под солидным наукообразным соусом:
"В данном сборнике представлены важнейшие работы академика Т.Д. Лысенко по
теории стадийного развития растений, теории и практике яровизации. Открытая и
разработанная академиком Т.Д. Лысенко теория стадийного развития растений
является одним из крупнейших научных достижений в области биологической
науки. .. Настоящий сборник включает важнейшие, в большинстве своем впервые
переиздаваемые работы академика Т.Д. Лысенко по теории стадийного развития, по
теории и практике яровизации. Этим определяется его значение для каждого
научного работника, для специалистов сельского хозяйства и колхозно-совхозного
актива".
Та же картина открывается при анализе второго "эпохального" труда
Президента Лысенко - "Агробиологии", вышедшего в 1952 году уже шестым изданием. В
этом томе на ста двадцати с лишним страницах были воспроизведены те же три
работы по яровизации 1935-1936 годов, которые вошли в "Стадийное развитие
растений". Двадцать работ были перепечаткой газетных статей (в том числе и
статьи "И.В. Сталин и мичуринская биология"), одна была предисловием к
собранию работ И.В. Мичурина, 10 представляли собой тексты докладов и стенограммы
публичных выступлений и лекций Лысенко, также ранее опубликованных
(выступлений на сессиях ВАСХНИЛ, на семинаре в его институте в Одессе, на лекциях
перед студентами Ленинградского университета и перед разношерстной публикой -
от пионера до пенсионера, собирающейся в зале публичного лектория в
Политехническом музее в Москве, на встрече в Доме ученых и даже на совещании
председателей колхозов). На 11 страницах был воспроизведен текст брошюры "Новое в
науке о биологическом виде", против которой, как мы увидим позже, восстали
даже многие из его прежних сторонников. Перечисленное составляло семь восьмых
тома - 34 работы.
Наконец, еще пять работ были: статья 1937-го года "Колхозные хаты-
лаборатории - творцы агронауки" (здесь статья называлась чуть поскромнее:
"Колхозные хаты-лаборатории и агронаука"), "Мичуринское учение на Всесоюзной
сельскохозяйственной выставке" (1940); две популярные статьи для энциклопедии
и "Инструкция на 1951 год по посеву полезащитных полос".
Этот конгломерат был гордо назван: "Работы по генетике, селекции и
семеноводству" , как значилось на титульном листе под словом "Агробиология" . На
четырехстах страницах были воспроизведены довоенные работы, еще на 163
страницах - работы 1941-1950 годов, и лишь шесть небольших статей были написаны в
более позднее время.
Когда читаешь эти "труды", не содержащие обязательных в науке описаний
методов, использованных материалов, полученных и обработанных, как положено,
данных, зато перегруженных ссылками на "доказательства" никому неведомых
крестьян, работников хат-лабораторий, чаще всего объединяемых автором одним
словом "опытники", когда видишь, как аргументация заменяется бранью в адрес тех,
кто осмеливался его критиковать, и славословием Сталина, колхозного строя и
пр. и пр. - становится не по себе.
"Ученые испокон веков наблюдали, что такие растения, как озимая рожь,
озимая пшеница... при посеве их весной, до осени дают только травку. Никакого
колошения и плодоношения они не дают. . . Никто из этих ученых не указал, как
же заставить эти озимые растения плодоносить при весеннем посеве. Наша
советская наука, чрезвычайно еще молодая, заставила эти растения выколашиваться и
плодоносить. Как это произошло? Произошло это очень просто, благодаря
советской действительности. В 1929 г. один из начинающих селекционеров, а именно
я, оказался на всесоюзном съезде селекции в Ленинграде, прочел доклад о
причинах неколошения озимых при весеннем посеве и как их заставить
выколашиваться" , - так "скромно" определил свою роль Лысенко, вспоминая выступление перед

Сталиным в 1935 году. Он перепечатывал свои обвинения в адрес ученых, якобы
вредивших передовой науке, обвинения, произнесенные и опубликованные за два
десятилетия до этого, не забывая себя ("В самом деле, кто разрабатывал
научные основы яровизации?... Может быть, это Лысенко, тот Лысенко, который перед
вами, ученый Лысенко4.), позорил буржуазных ученых ("товарищи, вам известно
задание старой науки - это помогать буржуям, кулакам, всяким
эксплуататорам. .. Буржуазные ученые работают в одиночку, они оторваны от практики, даже
буржуазной") и т.п.
В статье "Физиология растений на новом этапе" (1932 год) он заявлял:
"Широкими научными кругами, особенно исследователями по физиологии
растений, в подавляющей массе вопрос о яровизации... был или вовсе не осознан или
неправильно понят. Неправильная, недиалектическая методология часто приводила
исследователей к неправильной постановке опытов, а еще чаще - к неправильному
толкованию фактического материала, полученного ими в опытах".
В статье "Не извращать теорию яровизации" (1934 г.) Лысенко нападал на тех,
кто давал научную трактовку вопросов стадийного развития (Чайлахян, Васильев,
Церлинг, Чепикова) и глубокомысленно поучал:
"... читать свои собственные опыты не так-то легко и не каждому доступно:
для этого нужно иметь в голове теорию".
Вот так - от страницы к странице, от вопроса к вопросу, всюду и всегда с
одними и теми же приемами и мерками - Лысенко оставался одинаковым. На
совещаниях с участием руководителей партии он клялся в верности одной задаче -
обеспечить рост сельскохозяйственного производства. На научных сессиях -
поучал своих более умудренных в науке коллег, как им следует перестраивать
работу, чтобы удовлетворить требованиям "мичуринской биологии" и стать поближе
к запросам практики. Он давал весьма странный совет насчет подготовки научных
кадров:
"Мне часто ставят в укор, что я недооцениваю иностранные работы в
биологических журналах. Когда же я говорил, что иностранные книжки не надо читать?
Но я говорил - где же это видано, чтобы любая иностранная книжка, любой
иностранный журнал без разбора должны быть прочтены всяким причастным к
аспирантуре работником? Итак, учиться плановости нам нужно и нужно в основном не по
иностранным книжкам, а у нашей социалистической промышленности, у нашего
социалистического сельского хозяйства, обслуживание которого является нашей
прямой и святой обязанностью".
И не уставал он громить крупнейших ученых - гордость России - за
непонимание задач, буржуазное мировоззрение, идеалистические ошибки, механистичность,
поповщину и т.д. Почти все из тех, кто хоть как-то поддерживал его на первых
порах за работу по яровизации, отвернулись от него и пытались защищать науку
в открытых схватках на конференциях и совещаниях, ученых советах: а
постоянные критики - П.Н. Константинов, Д.Н. Прянишников, П.И. Лисицын, B.C.
Кирпичников, А.Р. Жебрак, В.П. Эфроимсон обращались в ЦК партии, к наркомам
земледелия, министрам и президентам АН СССР по поводу ошибок Лысенко,
несбыточности его обещаний, произвола на посту Президента ВАСХНИЛ. Однако хор протестов
не был услышан Сталиным, ни, тем более, его подчиненными. Партия старалась
укрепить позиции Лысенко, а параллельно этому росли масштабы непоправимых
потерь, опустошений не только в экономике, но и в науке. Вместо развенчания
неоправдавшихся посулов партийные лидеры вставали на защиту "колхозного
академика", и, казалось, что никого в руководстве не настораживало, что набатные
речи Лысенко об успехах, призванных облагодетельствовать сельское хозяйство
СССР, оказывались на деле пустым звуком. Сменявшие друг друга предложения
Лысенко нисколько не облегчили многолетнего бедственного положения сельского
хозяйства. Постоянная нехватка самых элементарных растительных и животных
продуктов в исконно земледельческой стране с самыми большими в мире посевными

площадями и угодьями для скота всё росла и росла.
Конечно, повинен в этом был не только Лысенко, а прежде всего социализация
всего сельского хозяйства страны и затем неквалифицированное руководство
коммунистами обобществленным сельским хозяйством, но все-таки и "вклад" Лысенко
в этот провал был немалым. Лысенко давал удобную и ставшую уже привычной
формулу объяснения очередной неудачи - "ВРАГИ ПОМЕШАЛИ", если бы не они - всё
получилось бы прекрасно. Этим он отвлекал внимание от главной неудачи -
полного провала социального эксперимента - коллективизации сельского хозяйства,
и этим отвлечением способствовал укреплению самого важного политического
тезиса - тезиса научной обусловленности осуществляемых социальных перемен и их
непременной прогрессивности. Власти искусственно поддерживали его как
"своего" среди "не своих" в той сфере, которую завоевать им было труднее всего -
в сфере науки.
Борцы, соглашатели
и предатели
Вероятно, ни в одной другой части общества противостояние приказам из
партийного центра не ощущалось так сильно, как в науке, а в самой науке наиболее
сильное противодействие властям оказывали выдающиеся ученые. Для них сама
мысль подчинить свои взгляды утверждениям и домыслам шарлатана, каковым
только и называли между собой Лысенко его знающие коллеги, было смерти подобно.
Именно поэтому получалось, что и на ранних этапах выхода Лысенко на
лидирующие позиции голоса видных ученых звучали мощно и консолидированно, да и позже
критики не примолкли. Многие имена уже были названы выше, несколько раз было
сказано и о роли академика Прянишникова, не перестававшего критически
отзываться о работах Лысенко и лысенкоистов на протяжении полутора десятилетий.
Так, в 1944 году, когда Лысенко уже властвовал в биологии, Дмитрий Николаевич
направил руководству Академии наук СССР докладную записку об ошибках,
содержащихся в проекте годового отчета Академии в разделе биологии:
"В присланном мне на просмотр проекте записки я нахожу ряд неправильностей
(по отделу генетики), которые, на мой взгляд, должны быть устранены во имя
заботы о поддержании достоинства Академии наук СССР.
Прежде всего бросается в глаза крайнее противоречие отдельных частей. Так,
на стр. 54-55 приводятся метафизические беспредметные рассуждения,
напоминающие какое-то возвращение чуть ли не к эпохе флогистона. При этом приводится
ряд неверных утверждений (без оговорок, что за них отвечают такие-то авторы),
под которыми невозможно подписываться Отделению [биологических наук - B.C.],
(а за ним и Академии в целом). Таков совершенно конфузный тезис, гласящий,
что под наследственностью понимается "свойство живого тела требовать
определенных условий для своего развития и жизни" - ничего общего с
наследственностью здесь нет.
Также неверным является утверждение, будто "мичуринское направление в
генетике представляет акад. Лысенко" - на деле нет ничего общего в установках
Мичурина и Лысенко. Мичурин - это прежде всего гибридизатор, а если он говорит
о воспитании индивидуума (многолетнего дерева), то это вполне рационально, а
Лысенко думает, что "воспитанием" однолетних растений создаются новые формы,
наследующие свои признаки в следующих поколениях. Мичурин был в основе
дарвинистом, а Лысенко даже не ламаркист, так как Ламарк не был все же виталистом,
каковым является акад. Лысенко. Главное же состоит в том, что никакого нового
направления в генетике акад. Лысенко не представляет и не может представлять,
так как он вовсе не является генетиком.
Это видно из следующих обстоятельств:
1) Появившийся отчет АН показывает, что в Институте генетики акад. Лысенко

не ведет ни одной генетической работы, это или элементарные вопросы
агротехники, обычные для каждого опытного поля НКЗ или вопросы физиологии (снятие
покоя и пр.).
2) В книге "Наследственность и ее изменчивость" не содержится никаких новых
идей, определения поражают бессодержательностью ("раскручивание и
закручивание"), она полна погрешностей против элементарного естествознания, так как в
ней отрицается закон постоянства вещества, установленный Лавуазье, в ней
высказывается утверждение, что не только каждая капелька плазмы (без ядра), но
каждый атом и молекула сами себя воспроизводят. Видно, автору неизвестны
различия между атомом, молекулой, мицеллой и капелькой плазмы.
3) В последних своих выступлениях (например, в Наркомпищепроме) акад.
Лысенко сам называет себя уже не генетиком, а агробиологом, т.е. представителем
элементарного, недифференцированного опытничества, не пользующегося никакой
научной методикой, в том числе и правильной методикой полевого опыта, так как
отсутствие повторности лишает полевой опыт всякой доказательности.
Поэтому нельзя говорить о двух направлениях в генетике, есть единая научная
школа, материалистическая и дарвинистическая, и есть люди, которым следовало
бы пройти хотя бы элементарный курс по ботанике, физике и химии, чтобы не
возвращаться к эпохе флогистона, т.е. времени, не только предшествующему
Лавуазье, но и Бэкону... Так как появление за границей такой книги как
"Наследственность и ее изменчивость" подорвало бы репутацию советской науки, то
следует принять меры к тому, чтобы эта книга за границу не попала, а впредь
произведения этого автора, претендующие на новаторство в области генетики,
проходили бы через компетентную редакционную комиссию.
Кроме этих замечаний, считаю нужным обратить внимание на заголовок стр. 53:
"Вегетативная гибридизация растений". Для меня это сочетание взаимно
исключающих друг друга понятий звучит так же как "горячий лед" или "сухая вода".
Никакие ссылки на "общепринятость" этого выражения не убедительны, так как
гибриды - это продукт полового процесса, а вегетативное размножение есть путь
бесполого размножения; если будут констатированы действительные (а не мнимые)
изменения форм под влиянием прививок, то это будут или фенотипические
изменения, или мутации (если явление окажется наследственным), а не гибриды.
Никакие ссылки на авторитеты здесь не помогут, так как раз обнаруженная
логическая ошибка не должна быть замалчиваема, независимо от того, кто внес эту
ошибку: Академия Наук не должна прикладывать свою печать к неверной
терминологии .
Кроме этих замечаний, которые я считаю своим долгом сделать ради охраны
достоинства Академии Наук, у меня есть одно предложение по отделу биохимии, я
считал бы важной темой исследования механизма связывания азота
микроорганизмами, которое происходит при низких температурах и в среде почти нейтральной
(в отличие от синтеза аммиака в технике). Этот вопрос имеет большой
теоретический интерес, но из него могут вытекать и важные практические исследования.
Поэтому следует развить и продолжить попытку А. Н. Баха, видоизменяя состав
газовой среды, питательный субстрат и другие условия опыта.
Академик Прянишников
13.IX - 1944 г.".
Прянишников высказывался подобным образом не раз. Поповский описывает такой
факт: весной 1941 года Прянишников написал письмо Берии, в котором разоблачал
Лысенко как ученого и руководителя ВАСХНИЛ:
"В роли Президента Ленинской Академии Т.Д. Лысенко явился дезорганизатором
ее работы; Академия, собственно говоря, не существует - есть командир-
президент и послушный ему аппарат. Собраний академиков для обсуждения научных
вопросов никогда не бывает, выборы академиков не производятся... Президент
говорит: "Зачем мне новые академики, когда я и с этими не знаю, что делать"".

Он направлял письма в разные инстанции по поводу конкретных ошибок Лысенко,
и этим способствовал развенчанию мифа о великом вкладе Лысенко и его
последователей в биологическую науку в целом, и в сельскохозяйственное производство
в особенности. Например, после публикации в 1943 году Лысенко статьи "О
наследственности и её изменчивости" Дмитрий Николаевич отправил телеграмму в
Президиум Академии наук СССР с требованием рассмотреть вопрос об исключении
из числа академиков автора этого уникального по безграмотности труда.
Однако столь же определенно надо сказать, что длительному господству
Лысенко в советской науке не менее сильно способствовала позиция подавляющего
большинства других представителей науки, людей может быть не столь ярких, но
составляющих основную массу в этой профессиональной группе. Эти люди, не
говоря уже о работниках низового звена сельскохозяйственной науки, выступали в
роли соглашателей с лысенковской идеологией. Одни из них не только не видели,
но и видеть не хотели антинаучности лысенковских предложений, его
авантюризма. Многие просто не были способны разобраться в деталях споров и шли по пути
наименьшего сопротивления. Ведь для многих из тех, кто вошел в число научных
сотрудников без достаточных знаний, Лысенко был прекрасным защитником от
критики со стороны настоящих ученых. Те же, кто получил образование по урезанной
лысенкоистами программе и по учебникам мичуринского толка, были на столь
низком профессиональном уровне, что просто не могли отличить в лысенковской
фразеологии истину от лжи и представляли собой наиболее прочную опору лысенкоиз-
ма в стране. При мощном рывке огромной страны к индустриализации и
коллективизации нужда в огромной армии биологов и специалистов агробизнеса стала
насущной, наготовить в краткие сроки классных специалистов было невозможно,
генетика как наука была сложной и трудной для быстрого освоения, и так
получалось , что специалисты, воспитанные в условиях развернутого Сталиным и партией
коммунистов прорыва к социализированному обществу, часто были людьми
полузнания, для которых императивы Лысенко были понятны и приемлемы.
Оставались те, кто обладал знаниями, прекрасно понимал и ситуацию, и корни
лысенкоизма, и его тактику, и воплощение тактики в жизнь, но, тем не менее,
решил переметнуться в лагерь победивших. Эти люди, частью из-за страха,
частью из-за стремления к добыванию средств любыми путями, в том числе и
сомнительными, частью из-за маниакальной тяги к пребыванию на виду при любых
обстоятельствах шли на любые махинации, сделки с совестью. Они писали
восторженные рецензии на "эпохальные труды" Лысенко и его клевретов, выискивали
ошибки и заблуждения у "менделистов-морганистов-вейсманистов" и, раздувая их
до невероятных размеров, клеймили тех, чье имя вошло в сокровищницу мировой
науки, приписывали классикам русской биологии мысли, в которых те будто бы
предвосхищали лысенкоизм и заранее его благословляли, или принимались
доказывать, как это было одно время при Сталине, что всё достигнутое в мире
человеческой мыслью вышло из России, или уснащали свои труды ссылками на статьи
Лысенко и цитатами из этих статей, полагая, что этим они обезопасят себя от
нападок Лысенко.
С момента прихода коммунистов к власти шел отбор среди деятелей науки,
причем верх брали типы отрицательные. Некоторые из них могли быть даже неплохими
исследователями, даже критически мыслящими, но удивительно всеядными. Как
только дело доходило до принципиальной оценки того, что соприкасалось со
сферой политического диктата в научном сообществе, они знали один исход - идти в
услужение властям (и, значит, к лысенкоистам).
С первых дней после 1917 года непокорившихся ученых - группами или
поодиночке - арестовывали, высылали, расстреливали, или выгоняли с работы,
доводили до инфарктов и самоубийств, как случилось с выдающимся физиологом растений
Дмитрием Анатольевичем Сабининым, много лет самоотверженно боровшимся с лы-
сенкоизмом, выгнанным, в конце концов, из Московского университета, перебрав-

шегося на работу на юг1 (в Геленджик) , но не выдержавшего травли и
застрелившегося 22 апреля 1951 года.
И если легко понять действия политиканов, официальных философов или
второстепенных специалистов, неспособных оценить в полном объеме ситуацию и свое
место в научной работе, то вряд ли поддается благожелательной оценке
деятельность даровитых, в достаточной мере образованных ученых, все понимающих и,
тем не менее, приторговывавших своей совестью.
Николай Иванович Нуждин, учившийся у Вавилова и сотрудничавший с ним,
выполнил исследование для докторской диссертации по классической генетике, а
затем мгновенно сообразил, что её нужно перекроить на лысенковскии лад! Всю
последующую жизнь Нуждин служил Лысенко и выслуживался перед ним, "заслужив-
такип в качестве гонорара звание члена-корреспондента АН СССР. Только
благодаря принципиальной позиции академиков И. Е . Тамма, А. Д. Сахарова и В. А. Эн-
гельгардта Нуждин не прошел в академики, как того хотели в течение ряда лет
Лысенко и покровительствовавший ему Хрущев.
Николай Иосифович Шапиро - тонкий интеллигент, любитель живописи, внешне
спокойный человек вдруг "осознал" после августовской сессии, что дело
генетики погублено окончательно, а жить надо - и решил пойти служить Нуждину в
Институт генетики АН СССР в Москве?
Образованный Михаил Ефимович Лобашев, в будущем зав. кафедрой генетики
Ленинградского университета, издал в 1954 году книгу (толстую монографию
"Очерки по истории русского животноводства"), основной смысл которой заключался в
попытках доказать не просто независимость русского животноводства от
западного, а приоритет русских во всех вопросах.
"... в России, - писал Лобашев, - незадолго по появления теории Дарвина
складывалась самобытным путем собственная теория селекции... И тем более
неправильным является мнение, что начинающим русским зоотехникам приходилось
идти на выучку к немцам, постигать насквозь проникнутую бездарным немецким
педантизмом, загроможденную ненужным хламом немецкую науку".
Правда, могли найтись люди, которые сказали бы, что Лобашев - убежденный
большевик, поддавшийся сталинской установке на борьбу с "безродными
космополитами", взялся не за свое дело: он не был специалистом ни в области
животноводства, ни в области истории науки, а всю жизнь работал генетиком. Но,
доказывая, что "русский паралич - самый прогрессирующий паралич в мире", он делал
это не по незнанию. Когда он писал:
"История русского скотоводства показала неспособность капиталистической
системы в России обеспечить непрерывный рост поголовья скота и улучшение его
качества. Она поучительна также тем, что наглядно иллюстрирует неизбежность
депрессии животноводства в современных капиталистических странах", - Лобашев
раскрывал истинные мотивы, руководившие им - политиканские.
Много лет своей жизни этот ученый посвятил изучению мутаций генов, пытался
открыть (правда, безуспешно) индуцированный мутагенез, и вдруг, рассуждая о
скотоводстве, принялся клеймить позором свою же науку - генетику, порочить
метод мутаций, допуская фактические ошибки (а без них этого и не сделаешь).
Лобашев писал:
"Морган... доказывал, что мутации генов в хромосомах являются основными
материальными носителями наследственности", хотя Т. Морган доказал роль генов в
наследственности, а не роль мутаций этих генов. Но необходимость осуждения
морганизма была столь ясна Лобашеву, что научная истина уже не могла не
пострадать при этом:
"Теория морганизма-вейсманизма, претендовавшая на всеобщее господство в
биологии, оказалась нежизненной... в наше время вейсмановско-моргановская
теория оказалась нежизненной... в наше время вейсмановско-моргановская теория
оказалась бессильной".

"Забвение и недооценка научных открытий являются характерными чертами
именно буржуазной науки, оторванной от народа".
На первенствующие позиции Лобашев выставлял то умозаключение, которое он
считал в ту пору самым верным (или "необходимым"?):
"Лишь советская мичуринская биология поставила своей задачей изучить
богатый народный опыт... и использовать его в социалистическом животноводстве".
Абба Овсеевича Гайсинович, считавший себя учеником Серебровского, перевел в
свое время на русский язык отдельные главы из американского учебника генетики
Синнота и Данна. С наступлением тяжелых времен Гайсинович переметнулся в
"спокойную" область - историю науки - и принялся уснащать том "Избранных
биологических произведений" выдающегося русского ученого Ильи Ильича Мечникова -
Нобелевского лауреата, проработавшего значительную часть своей жизни в Париже
(с 1887 года до смерти в 1916 году) , где он стал вице-директором знаменитого
Пастеровского института, такого рода собственными примечаниями:
"Мечников талантливо и самостоятельно развивает дальше учение о
естественном отборе, ничуть не смущаясь расхождением в этом вопросе с самим Дарвиным.
Особенно рельефно выступает продуманность и последовательность Мечникова,
если сравнить его выводы с возникшей четверть века спустя мутационной теорией,
которая привела к самым антидарвинистическим и метафизическим выводам".
"Мечникову очевидна ограниченность дарвиновского понимания изменчивости как
постепенного и непрерывного процесса возникновения мелких изменений... Как
известно, в настоящее время академик Т.Д. Лысенко основное значение в
видообразовании также придает скачкообразным изменениям... Важно отметить, что и в
вопросе о причинах наследственной изменчивости Мечников занимает позиции,
близкие к мичуринскому учению".
"Взгляды Мечникова в вопросах о причинах наследственной изменчивости
сформировались еще до того, как Вейсман стал обосновывать свою фантастическую и
идеалистическую "теорию зародышевой плазмы". Но и после этого Мечников
встретил враждебно (1886) только что возникшую "ядерную теорию наследственности" и
подверг ее критике".
Среди этих людей был еще один грамотный генетик, ученик Г.А. Надсона, к
этому времени уже погибшего в заключении, - Александр Самсонович Кривиский,
до 1948 года работавший в Ленинграде и временно потерявший после сессии ВАСХ-
НИЛ работу. Стараясь сохраниться на научной должности, он фальсифицировал
результаты опытов и заявил, что экспериментально подтвердил выводы Лепешинской,
Бошьяна и Лысенко и стал печатать статьи с осуждением генетики, в которых
утверждал :
"Внешняя среда может, вопреки мнению многих зарубежных микробиологов-
морганистов... изменить наследственные свойства клеток".
"Мичуринская биология твердо установила, что наследственные свойства
передаются не через удвоение гипотетических наследственных единиц, а путем
ассимиляции пластических веществ, что особенно ярко проявляется в процессах
вегетативной гибридизации".
В другом подобном же опусе Кривиский настаивал на том, что в мире микробов
осуществляется "вегетативная гибридизация", что генов в природе не
существует. Он предавал анафеме гены, которые теперь заключал в кавычки и обзывал
"пресловутыми". Кривиский писал:
"После исторической сессии ВАСХНИЛ, окончательно разгромившей вейсманизм-
морганизм, советская микробиология окончательно избавилась от этих
лжеучений" .
Захваливая лысенкоистов, Кривиский, например, считал, что бездоказательные
утверждения С. Н. Муромцева о переходе одних видов микроорганизмов в другие
совершенно верны, и добавлял от себя:
"Известное высказывание Т.Д. Лысенко о том, что новое видообразование осу-

ществляется через неклеточные стадии, целиком приложимо и к микробам".
Теми же устремлениями руководствовался физико-химик ленинградец Семен
Ефимович Бреслер, фабриковавший данные о якобы возможном синтезе живых белков в
отсутствие всяких генов. Бреслер в этих публикациях подчеркивал свою
приверженность принципам мичуринской биологии, цитировал, как правильные,
утверждения Лысенко и утверждал, что взгляды последнего "выражают основные положения
материалистической биологии и указывают направление, в котором должно
развиваться учение о биосинтезе белка".
Выступая с докладом на расширенном заседании Ученого совета Института
биохимии АН СССР 26 октября 1950 г., Бреслер заявлял:
"Мичуринская биологическая наука неисчислимыми фактами, экспериментами и
наблюдениями, а также всей практикой построения научного земледелия доказала
ложность, беспочвенность и субъективность выводов морганистов...
В другой важнейшей области биологических наук - цитологии - среди ученых
Запада господствует реакционная теория Вирхова о неизменном
самовоспроизведении клеток путем деления как единственном пути образования живого вещества. И
здесь, как и у вейсманистов, в основе всего лежит предельческая и, по
существу, идеалистическая мысль о том, что пути к искусственному созданию живого
вещества... для человека закрыты, поскольку имеет место лишь количественное
нарастание, копирование, по существу, неизменных клеток. Трудами советских
ученых, в первую очередь трудами О. Б. Лепешинской, показана ложность этой
концепции".
Публикуя текст этого доклада в журнале "Вопросы философии", автор просто и
доходчиво объяснял причину своего подхода:
"Для исследования макроструктуры белковой молекулы метод и подход
органической химии оказались недостаточными. Здесь вновь было подтверждено неоценимое
значение марксистской диалектики, указывающей на существование различных
видов движения материи и на необходимость учета специфики явлений, что, как
учит И.В. Сталин, наиболее важно для науки".
Далее он вводил для пущего наукообразия понятие о трех уровнях структуры
белка:
1. Микроструктура белковой частицы.
2. Макроструктура глобулярного белка.
3. "Живой белок",
и заявлял, что в его экспериментах с бесклеточными очищенными
аминокислотами ему и его сотрудницам удалось получить третью категорию структуры - живой
белок (как будто в сказке - из живой воды и немножечко физики!) . Далее он
якобы наблюдал, как из искусственно полученного "живого белка" зарождались
клетки:
"В этом "живом белке" полностью проявляется способность к обмену веществ и
синтезу. Следовательно, он целиком принадлежит к биологической
закономерности. В нем уже полностью выражены свойства жизни, как они определены
Энгельсом.
Наконец, из "живого белка" в результате его развития возникает
дифференцированная клеточная структура".
Кривиский и его близкий друг Бреслер не были людьми полуграмотными, к
успехам мировой науки глухими. И Александр Самсонович и Семен Ефимович были в
курсе последних достижений науки, обладали прекрасной памятью, читали и по-
немецки и по-английски. Но они предпочли не испытывать судьбу. Этим они
отличались от тех их своих коллег, кто был вынужден бросить научную работу
(подобно С.С. Четверикову, С.Н. Ардашникову, В.В. Сахарову и другим), или уехать
в отдаленные места России, чтобы только не сдаться под напором диктата, не
встать на колени, не пойти на сделку с совестью? Но пока В.П. Эфроимсон сидел
в тюрьме за открытое отстаивание своих убеждений, другие ловчили и пресмыка-

лись . Они не были похожи на Я. Л. Глембоцкого, Н . Н . Соколова и Б. Н . Сидорова,
которых лысенкоисты переманивали всякими посулами на свою сторону, но которые
оставили Москву и много лет работали в Якутии, где им все-таки удавалось
вести и научную работу. В это же время М.И. Камшилов перебрался в Дальние
Зеленцы на Баренцевом море, Е.Н. и Б.Н. Васины оказались на Сахалине, а Ю.Я. Кер-
кис стал директором овцеводческого совхоза "Гиссар" в Таджикистане, Р.Б. Хе-
син уехал в Каунас.
Зато, как только над Лысенко стали сгущаться тучи, эти же приспособленцы
спохватились и начали возрождать в СССР генетику, ту самую генетику, которую
они только что поливали бранью. Лобашев быстро издал учебник генетики для
вузов, Гайсинович начал печь как блины статеечки по истории генетики, Кривиский
возглавил редакцию в Реферативном Журнале "Биология", Бреслер стал
действительно выдающимся организатором сразу нескольких лабораторий в Ленинграде. Им
не пришлось терзаться угрызениями совести, что они предают анафеме столь
замечательное "мичуринское учение". Они разыгрывали теперь из себя
принципиальных борцов, судили и рядили.
Уникальным стал пример лавирования между диаметрально противоположными
взглядами Coca Исааковича Алиханяна. После 1948 года он горячо проповедовал
свою причастность к "мичуринскому учению" и заявил, что сделал "эпохальное"
открытие - обнаружил вегетативную гибридизацию у бактерий. Что служило
привоем и что подвоем у бактерий и микроскопических грибов, Алиханян, естественно,
сказать не мог из-за малости этих клеток, но само название - вегетативная
гибридизация микроорганизмов звучало так весомо, так чарующе (ведь совершенно
новое явление человек открыл, не какой-то там единичный факт описал, а целую
науку основал), что Алиханян тут же постарался присоединиться к работе по
увеличению продуктивности пенициллумов, которую вели в Институте антибиотиков
Минздрава СССР, и стал утверждать, что-де только с помощью вегетативной
гибридизации ученые добились увеличения выпуска лекарства, ценившегося тогда в
буквальном смысле на вес золота. Попытался он присоседиться и к Сталинской
премии за получение антибиотиков, но попытка сорвалась. Тогда он стал рваться
в члены-корреспонденты вначале Армянской, а затем и союзной Академий наук.
Это также не получилось.
В конце 1954 и в начале 1955 года он стал обходить кабинеты высокого
начальства, рекламируя свое невиданное открытие. Спустя много лет, два человека
- Президент ВАСХНИЛ П.П. Лобанов и его первый вице-президент Д.Д. Брежнев
однажды вечером начали вспоминать, как к ним приходил возбужденный Алиханян,
пытаясь заручиться их поддержкой. Оба рассказывали мне об этих визитах с
чувством, далеким от почтения.
В середине 1955 года Алиханян защитил докторскую диссертацию на эту тему.
Главный "вегетативный гибридизатор" - И.Е. Глущенко дал хвалебный отзыв на
нее, в котором утверждал:
"... СИ. Алиханян... получил у пенициллумов настоящие вегетативные
гибриды. . .
Желаю автору дальнейшего успеха в работе, а Ученому совету единодушия в
присуждении искомой степени доктора биологических наук.
Экспериментальная работа СИ. Алиханяна требует публикаций в печати, в
пределах возможного ее оглашения. Для мичуринской генетики это будет иметь
значение в смысле накопления новых фактов, показывающих общность изменчивости у
высших и низших организмов".
Ученый Совет был единодушен - степень доктора наук Алиханян получил.
Правда , позже, как только времена поменялись, он наотрез отказался от своего
"эпохального" открытия и заявил, что, дескать, им был открыт процесс
конъюгации у бактерий. Тоже ведь не пустяк.
Неожиданно веяния изменились - лысенкоистам пришлось туго. И сообразитель-

ный Сое Исаакович столь же шумно сыграл отходный марш: в числе организаторов
нового - генетического направления в СССР - замелькала фигура кипучего
деятеля науки. Сообщив в "Правде" цифры (привранные во много раз) о якобы
достигнутой под его руководством активности полезных микроорганизмов, Алиханян
попытался получить за это Государственную премию. Попытка провалилась, но
вранье не помешало ему стать директором Всесоюзного НИИ генетики и селекции
промышленных микроорганизмов и одновременно профессором кафедры генетики и
селекции МГУ, которой заведовал Столетов.
Его молодые сотрудники и студенты и на мгновение не могли допустить мысли,
что Сое Исаакович - воплощение железной убежденности в необходимости быть
принципиальным в науке, каковую он, как настоящий член партии, никогда не
переставал демонстрировать на всех собраниях и заседаниях, - на самом деле
прошел такой сложный извилистый путь. И правда жизни и прогресса заключалась
лишь в том, что не все были алиханянами.
В 1965 году на конференции в МГУ в Большой биологической аудитории, где
присутствовало несколько сот человек, он объявил, что в пятидесятые годы
произошла ошибка, - он, оказывается, открыл вовсе не вегетативную гибридизацию,
а нечто другое, а именно описанный на Западе якобы позже его процесс обмена
генетической информацией между микробами. Лысенкоисты потеряли одного из
столпов своего учения, и горячая сторонница Лысенко Фаина Михайловна Куперман
кричала Алиханяну из первого ряда, но так, чтобы слышала вся аудитория:
- Так вы когда врали - в первый раз или сейчас?
• * *
Среди предложений Лысенко, высказывавшихся им в "период великих
агрономических афер", были не только те, что перечислены в данной главе. Так, я мало
коснулся вопроса о превращении яровых сортов зерновых культур в озимые сорта
(и наоборот), которым Лысенко продолжал заниматься (если можно назвать
словоизлияния занятиями). Стиль этих занятий, масштабность посулов, императивность
фразеологии оставались прежними и в данном случае. Перечисляя фамилии своих
учеников, будто бы добившихся этих переделок, Лысенко с всегдашней
убежденностью твердил:
"Эти факты с убедительностью говорят, что яровые сорта можно превращать в
озимые путем повторных осенних посевов".
С той же незыблемостью приемов и умозаключений объяснял он механизм такого
перехода, непонятного ученым, твердо знавшим, что свойство озимости и ярово-
сти зависят от комбинаций особых генов:
" . . . сравнительно большой полученный в последнее время экспериментальный
материал показывает, что... для создания яровых или озимых форм главную роль
играют различия светового фактора в весенних или осенних условиях. Мы
полагаем, что свет выступает здесь как вещество... При этом весенний или осенний
свет в результате ассимиляции его растениями, превращается в неотъемлемую
часть живого тела. При ассимиляции весеннего света получается живое тело
хлебных злаков со свойствами яровости... в случае ассимиляции осеннего света
получается живое тело хлебных злаков со свойствами озимости".
Звучало это заманчиво и даже таинственно, но совершенно непонятно. "Свет
выступает... как вещество", "сравнительно большой экспериментальный материал"
(сравнительно в чем? и чей? и где опубликованный?) , "весенний свет - осенний
свет", "неотъемлемая часть живого" (что за такая - неотъемлемая? и не просто
живого, а живого тела! Да еще при этом - "хлебных злаков". Туман, сплошной
туман!).
Наверно, никто не умел, как он, наполнять такими вот аморфными,
расплывающимися, нанизываемыми на пустоту фразами, статью за статьей, доклад за докла-

дом. Но из аморфной вязи выводились самые серьезные практические
рекомендации:
"... Каждый агроном и колхозник теперь может в течение двух лет превратить
любой яровой сорт в озимый, хорошо зимующий сорт в данном районе...
Есть полное основание предполагать, что... можно в два года создать,
например, для наших северо-западных районов с глубокими снегами... хорошо зимующие
сорта пшеницы, которых в этих районах пока что, к сожалению, нет... Указанным
способом могут быть созданы... хорошо зимующие сорта озимого ячменя,
зимостойкого клевера, озимой вики, а также других видов растений".
Конечно, все обещания были пустыми. Неизвестно, сколько агрономов и
особенно колхозников клюнуло на удочку и занялось никчемным делом (сам Лысенко
уверял, что "тысячи людей заняты этим полезным делом", но кто же эти цифры
проверит?!) . Ни одного сорта, естественно, не получилось, потому что и не могло
получиться.
В 1955 году он продолжал утверждать, что превращение одного вида в другой
существует, и что основанные на этом "законе" лесопосадки еще принесут пользу
народу. Его поддерживали многочисленные лысенкоисты, такие, например, как
академики АМН СССР Н.И. Жуков-Вережников и В.Д. Тимаков.
Аналогично строил он и "учение о жизненности растительных и животных
организмов " . Смысл, вкладываемый автором в понятие "жизненность", был столь же
туманным, если не сказать мистическим. Фразы типа "жизненностью зародыша и
далее организма являются условия жизни, условия внешней среды..." поражали
своей бессодержательностью, но практические предложения, выводимые Лысенко из
них, были столь же многообещающими, как и посулы, делавшиеся два десятка лет
при внедрении яровизации.
Как и прежде, Лысенко превозносил роль травопольных севооборотов Вильямса в
создании устойчивого, не зависящего от погодных условий земледелия, хотя вред
их, раскрытый еще в начале тридцатых годов Н.М. Тулайковым, стал за эти годы
еще более очевидным. Причем очевидным не благодаря теоретическим
доказательствам, а вполне осязаемым многолетним неурожаям на огромных массивах
российских полей. Уже и слепому всё было видно, а Лысенко по-прежнему настаивал на
"неоспоримых преимуществах правильно примененной на практике травопольной
системы".
Как мы увидим в следующей главе, засилье травополыциков, также как ссылки
на "закон биологического вида", оправдывающие засорение полей, нанесли такой
урон сельскому хозяйству, что даже Н.С. Хрущев был вынужден, в конце концов,
открыто сказать об этом на двух Пленумах ЦК партии. Однако остановить Лысенко
полностью в этих вопросах не удалось.
До самой смерти Лысенко продолжал твердить, правда, уже без особого успеха
в глазах партийных начальников о порождении видов. Никакой практической
пользы, никакого спасительного комплекса мер, которые бы нацело остановили
распространение сорняков в СССР, столь помпезно провозглашавшихся в 1948-1953
годах лысенкоистами, конечно, не последовало.
А об убытках, понесенных страной из-за Сталинского плана Преобразования
Природы, уже было сказано. В 1983 году газета "Известия" поместила очерк А.
Иващенко "Суровая память земли", в котором автор вспоминал о годах
властвования Лысенко и о своих наивных послевоенных ожиданиях скорого возрождения
земли . Эти ожидания были особенно сильными в год, "... когда объявили о
грандиозном Плане Преобразования Природы. Появился плакат: "И засуху победим!"
Верилось, как в это верилось тогда!
Спешно создавались лесозащитные и дубравные станции. Большой академик
выдвинул идею сажать дубы квадратно-гнездовым способом. Особый восторг вызывал
проект лесополосы от Урала до Каспия, чтобы остановить губительные ветры
пустынь Средней Азии...

Посадки... намерены сейчас корчевать... вода скатывалась между посадок...
такими мощными потоками, что разрушала и дороги, и посадки. По балкам стали
расползаться промоины, углубляясь, они образовывали овражки, овраги. По всей
ветровой тени пшеница здесь красовалась, лесом стояла кукуруза, чуть же
поодаль все это оказывалось на голодном пайке... Засух стало не меньше, а
больше, подпахались до речных берегов, заилили ручьи".
ГЛАВА XV.
ПЕРВОЕ ПАДЕНИЕ
"Прямизна нашей мысли не только пугач для детей.
Не бумажные дести, а вести спасают людей!"
О. Мандельштам.
"Вследствие каких причин ограниченные люди из
скромных собирателей справок и наполнителей
графленой бумаги вдруг превращаются ежели не в
действительных руководителей общества, то, во всяком
случае, в его систематических отуманивателей? Откуда
идет этот внезапный спрос на ограниченность,
который окружает ее ореолом авторитетности и почета?
Существует мнение, что между фактом господства
ограниченных людей и эпохами так называемой
общественной реакции имеется органическая связь".
М.Е. Салтыков-Щедрин. Самодовольная современность.
Плачевный итог
"теории порождения видов"
За два-три года, истекших после Августовской сессии ВАСХНИЛ 1948 года,
Лысенко настолько укрепил свои позиции, что, казалось, мог бы больше не бояться
критики. В редакции биологических журналов и в издательства были внедрены
свои люди, газетчики и помыслить не могли, чтобы допустить малейшее
отклонение от принятых на сегодня установок, да и всемогущая цензура не пропускала
ни одного слова, идущего вразрез с официальной точкой зрения.
Поэтому столь сильным было всеобщее ошеломление, вызванное публикацией
сразу двух статей, в которых критике подверглось любимое детище Лысенко - "новая
теория биологического вида". В шестом номере "Ботанического журнала" за 1952
год заведующий кафедрой генетики и селекции Ленинградского университета
профессор Н.В. Турбин опубликовал статью "Дарвинизм и новое учение о виде", а
мало кому известный Н.Д. Иванов статью "О новом учении Т.Д. Лысенко о виде".
"Учение" было раскритиковано в самой жесткой форме.
Турбин отверг попытку Лысенко ревизовать теорию видообразования, исходя из
широко известных биологических фактов. Он заявил, что "опыты" по порождению
видов - бездоказательны, а те, кто пытается утвердить в умах биологов новую
теорию, - безграмотны. Нет теории без фактов, они необходимы ей точно так же,
как воздух птице для полета. Новая же "теория" Лысенко, заключил Турбин, -
это взмах крыльев в безвоздушном пространстве. Позже Турбин говорил мне, что
именно это замечание, образно характеризующее новую "теорию", наиболее сильно
обидело Лысенко, заставив не раз со злобой вспоминать эти турбинские фразы в
разговорах со своими приближенными.
Н.Д. Иванов - даже не биолог, а военный, генерал-майор технической службы и
к тому же зять М.И. Калинина, решивший переквалифицироваться в историка био-

логии, исходил в своей статье не столько из биологической необоснованности
притязаний автора "новой теории", сколько из неоправданного притягивания в
качестве обоснования её правоты разных цитат из классиков марксизма-
ленинизма .
Факт публикации критических статей в адрес Лысенко был многозначительным.
Будучи опубликованными при жизни Сталина, они воспринимались многими как
санкционированное Кремлем наступление на Лысенко. Среди биологов поползли
слухи о том, что якобы Сталин в разговоре с кем-то из своих приближенных
сказал в самой опасной для судьбы людей краткой форме: "Товарищ Лысенко, видимо,
начал зазнаваться. Надо товарища Лысенко поправить! "
Распространению этих сведений могли способствовать несколько человек.
Иванов мог услышать о высказывании Сталина от знакомых его тестя Калинина (сам
Всесоюзный староста скончался в 1946 году). Рукопись статьи Иванова появилась
в редакции раньше турбинской. Турбину дал совет "ударить" по Лысенко Д.Д.
Брежнев - будущий вице-президент ВАСХНИЛ и директор ВИР'а, в те годы
занимавший высокий пост в Ленинградском обкоме партии и потому имевший доступ к
партийным верхам (Брежнев и Турбин, действительно, вместе учились в Воронежском
сельхозинституте и были близкими много лет). Брежнев обещал поддержку в
партийных сферах.
Д.В. Лебедев рассказывал мне, что в среде друзей В.Н. Сукачева в начале 50-
х годов неоднократно обсуждался вопрос, как начать открытую критику Лысенко.
Этим настроениям помогало то, что время от времени разносились слухи о якобы
зревшем недовольстве Сталина по отношению к старому любимцу Лысенко. Следует
также подчеркнуть, что в начале дискуссии по вопросам вида руководство
"Ботанического журнала" имело непосредственные контакты с инспектором отдела науки
ЦК партии A.M. Смирновым, учеником Прянишникова и противником Лысенко. Позже
доктор биологических наук Смирнов работал заместителем директора Института
физиологии растений АН СССР имени Тимирязева.
Но, как нередко бывает в жизни, действия одной группы в руководстве партии
шли вразрез с действиями другой группы, и в результате в том же 1952 году
одна из передовиц "Правды" содержала резко критические фразы в адрес
редколлегии журнала "Почвоведение" за то, что в этом журнале появились антилысенков-
ские материалы (без указания пока имени самого Лысенко), расцененные как
ошибочные . По этому факту послушный Президиум АН принял специальное решение.
О том, что у Сталина накапливалось недовольство действиями Лысенко стало
окончательно ясно в конце мая (или начале июня) 1952 года. Как рассказал мне
Ю.А. Жданов, его пригласил к себе заведующий сельскохозяйственным отделом ЦК
партии А.И. Козлов и сообщил, что только что был у Г.М. Маленкова, который
передал ему личное распоряжение Сталина ликвидировать монополию Лысенко в
биологической науке, создать Президиум ВАСХНИЛ (до сих пор Лысенко единолично
руководил сельскохозяйственной академией, предпочитая не иметь коллегиального
органа - Президиума), ввести в его состав научного противника Лысенко - Жеб-
рака и человека, менявшего свое отношение к Лысенко сообразно с изменениями
политического климата - Цицина. Тут же А.И. Козлов и Ю.А. Жданов наметили
состав комиссии из 6-7 человек, которая бы подготовила эти изменения.
Председательствовал в ней Козлов, от Академии наук СССР включили А.Н. Несмеянова.
Однако позже в комиссию ввели и самого Лысенко. Осенью 1952 года комиссия
собиралась раза два, Лысенко на заседаниях шумел, хрипел, по каждому вопросу имел
особое мнение и многословно его отстаивал. Затем началась подготовка в XIX
съезду партии, и было уже не до Лысенко.
Вот об этой комиссии и прознал Турбин от Брежнева и срочно завершил работу
над статьей, которую он будто бы начал писать еще в 1951 году.
То, что первый удар по Лысенко нанес человек из его же стана, было
симптоматичным - времена менялись. Турбин выступал на августовской сессии ВАСХНИЛ

1948 года с самыми резкими обвинениями в адрес генетиков, призывая гнать их
безжалостно из научных и учебных институтов. Его перу принадлежал и учебник
для университетов по мичуринской генетике, и учебное пособие для студентов
вузов и техникумов, в котором были собраны выдержки из основных работ тех,
кого Турбин называл "корифеями материалистической биологии", главным образом,
Лысенко и Мичурина. Долгое время эти книги были единственными пособиями для
вузов по мичуринскому учению, благодаря чему имя Турбина прочно связывалось
биологами с группой лиц, которых можно назвать лидерами мичуринского
направления .
Однако Турбин отличался от большинства этих лидеров начитанностью,
познаниями в литературе, искусстве, истории (как-то он более часа рассказывал мне
об истории московских храмов, чем, признаюсь, поразил меня). Его выступления
были яркими, речь, хотя и многословной, но образной. Выходец из села Тума
Рязанской губернии (но из культурной семьи), Турбин был начисто лишен
деревенских черт, всегда выпиравших из большинства лысенковских приближенных. У него
был чисто московский выговор (он даже слегка грассировал). Точно так же
двойственно вел он себя и на кафедре генетики и селекции в Ленинградском
университете: употреблял "канонические штампы" - ругал хромосомную теорию
наследственности, позволял своим сотрудникам (а, значит, и поощрял их)
фальсифицировать доказательства неверности законов Менделя, но в то же время в лекциях
систематически излагал содержание и выводы работ Менделя, Моргана, Вейсмана,
Иоганнсена. Всё это было хорошо известно Лысенко, что, видимо, и послужило
причиной того, что фамилия Турбина не была включена в список лиц,
утвержденных Сталиным без выборов академиками ВАСХНИЛ в конце июля 1948 года, хотя в
это время Турбин был в числе немногих лысенкоистов, имевших степень доктора
биологических наук и звание профессора, и к тому же занимал высокий пост
заведующего кафедрой генетики ведущего университета страны.
Немаловажным было и то, что удар был нанесен по центральной для тех дней
позиции Лысенко, да еще в вопросе, имеющем не одно только теоретическое
значение. Все понимали, что на самом деле развенчание "теории порождения видов"
означает гораздо больше. Ведь признание того факта, что постулаты "нового",
"творческого" дарвинизма оказались ошибочными, доказывало, что в основу
общегосударственного плана преобразования природы положено неверное
представление . Недооценивать серьезность такого обвинения, не понять, что оно подрубает
под корень лысенковские построения в целом, "мичуринцы" не могли.
Понятно, что в стане лысенкоистов статьи Турбина и Иванова вызвали шок.
Номера "Ботанического журнала" с этими статьями ходили по рукам, их зачитывали
до дыр. Кое-кто стал даже поговаривать, имея в виду Турбина, что крысы бегут
с тонущего корабля. Теперь лысенкоистам, как никогда, нужна была консолидация
усилий, распределение ролей, чтобы массированным контрударом ответить на
критику. Уже в первых номерах за 1953 год тех биологических журналов, которые
контролировали целиком и полностью лысенкоисты, появились ответные статьи.
Характерной их чертой была настоящая истерия, крикливые обвинения в адрес
Турбина и Иванова в предательстве ими материализма и социалистических
принципов .
Так, первый номер журнала "Успехи современной биологии" за 1953 год вышел с
запозданием - он открывался портретом Сталина в траурной рамке и сообщением о
его смерти. Вслед за тем шел самый важный материал номера - статья А.Н. Сту-
дитского. С бранью и угрозами этот антигенетик обрушился на "отщепенцев",
осмелившихся на неслыханную дерзость. Аналогичные материалы появились в другом
академическом издании - "Журнале общей биологии", во главе которого стоял
Опарин. Статьи против критиков лысенковского учения о виде стали публиковать
в каждом номере этого журнала.
Стиль всех статей был единым. Аргументация сводилась к жонглированию длин-

ными цитатами - из Маркса (чаще из Энгельса) , из Ленина (чаще из Сталина) , из
Мичурина и Тимирязева. То, что ни один из них никогда не имел отношения к
формированию представлений о том, что такое биологический вид и как он
возникает , значения для авторов статей не имело. Опарин, оберегая лысенкоизм от
критики, предупреждал в статье "И.В. Сталин - вдохновитель передовой
биологической науки":
"Центральный Комитет Коммунистической партии рассмотрел и одобрил доклад
акад. Т.Д. Лысенко. Для всех советских биологов этот документ, лично
просмотренный И. В. Сталиным, является драгоценной программой творческого развития
биологической науки, определившей ее пути и задачи. Советский творческий
дарвинизм составляет гранитный фундамент, незыблемую основу, на которой бурно
развиваются все отрасли биологической науки".
Но в корне задавить оппозицию не удалось. Возможно, против своей воли лы-
сенкоисты только усилили решимость биологов не отступать на этот раз. Да и
обстоятельства переменились. Первые открыто антилысенковские статьи прорвали
молчание и показали, что период, когда позволялось только курить фимиам
Трофиму Денисовичу, кончился. Существенно, что первая критика в официальном
печатном органе прозвучала еще при Сталине (умри он чуть раньше, и неизвестно
еще, решилось ли бы руководство дать санкцию на публикацию этих слишком
резких статей, а тогда не исключено, что падение монополии Лысенко было бы
отодвинуто во времени и, может быть, надолго) . Наконец, играло роль и то, что
подверглись осуждению не чисто научные ошибки Лысенко, но нечто гораздо более
важное. Его обвинили в спекуляции высказываниями классиков марксизма. На
казалось бы безупречном идеологическом одеянии лысенкоизма появилось позорное
пятно. А что может быть опаснее этого в советских условиях!
В это время руководимая В.Н. Сукачевым редколлегия "Ботанического журнала"
начала продуманную и целенаправленную атаку на "теорию вида" Лысенко.
Сукачев, как и подобает настоящему ученому, пригласил Лысенко выступить со
статьей, обосновывающей его "учение" . Лысенко вызов принял (да и вряд ли он мог в
сложившихся условиях не принять его, ведь слухи о сталинском намерении
приструнить товарища Лысенко не могли не дойти до его ушей) , и в первом номере
"Ботанического журнала" за 1953 год была помещена его статья "Новое в науке о
биологическом виде". Статью предваряла краткая заметка "От редакции", в
которой было сказано:
"Редакцией получено письмо от акад. Т.Д. Лысенко, который благодарит за
приглашение [принять участие в дискуссии по проблемам видообразования - B.C.]
и в то же время отмечает, что в статьях, помещенных в 6 журнала [т.е. в
статьях Турбина и Иванова - B.C.], его высказывания по проблеме вида
извращены.
Редакция... и в дальнейшем будет рада опубликовать новые высказывания Т.Д.
Лысенко по проблеме вида и видообразования".
Вслед за лысенковской статьей (повтором уже всем известных и многократно
опубликованных взглядов - ничего нового он предложить не смог - шла большая
статья самого Сукачева. На огромном фактическом материале, при полном
отсутствии цитат из классиков марксизма-ленинизма-сталинизма, в спокойной, и
потому в гораздо более убедительной форме, Владимир Николаевич показал
ошибочность исходных позиций, беспомощность аргументации в отвергании внутривидовой
борьбы и неверность выводов.
С этого времени Владимир Николаевич Сукачев постепенно начал лидировать в
антилысенковском движении. Он уже был пожилым человеком (в 1953 году ему
исполнилось 73 года), и имя его еще при жизни пользовалось редким почетом.
Ученик И.П. Бородина и Г.Ф. Морозова (один - образованнейший русский
ботаник, другой - крупнейший лесовод) В.Н. Сукачев быстро вошел в число известных
во всем мире ученых. Первым он сформулировал цели и задачи новой дисциплины -

биоценологии (науки о взаимосвязанных и взаимодействующих комплексах живой и
косной природы). Одновременно с В.И. Вернадским, вскрывшим планетарное
значение живого, Сукачев начал разрабатывать единый подход к растительному миру,
изменяющемуся в зависимости от темпов изменения животного мира и от
деятельности человека. А из такого подхода вытекало и чрезвычайно важное значение
его работ для развития представлений о продуктивности растительного мира, о
границах возможности человека в обеспечении наилучшего состояния кормящей и
поящей живой природы - лесов, лугов и пастбищ (и биосферы в целом) . Самый
трезвый подход к природным ресурсам - вот, что следовало из вполне
специальных, добротных и красивых именно своей добротностью, обстоятельностью и
серьезностью работ Владимира Николаевича.
Он же считался одним из основоположников учения о фитоценозе - растительных
сообществах, занимающих однородные географические участки.
По самой своей специфике научные работы Сукачева всегда попадали в фокус
внимания специалистов разного профиля, не только ботаников, но и зоологов, и
географов, и климатологов, и даже социологов. Уже в 1920 году он был избран
членом-корреспондентом АН СССР, в 1943 году стал академиком, с 1948 года был
бессменным Президентом Всесоюзного ботанического общества. Несколько Академий
мира избрали его своим членом.
В 1953 году, несмотря на солидный возраст, он еще был полон сил и
вдохновения. Крепкий, слегка грузный мужчина, с короткими седыми волосами, с
поразительно внимательными глазами, про которые говорят - глаза мудреца, он с 1941
года постоянно жил в Москве, где в 1944 году основал Институт леса АН СССР
(позже по личному распоряжению Н.С. Хрущева институт был перебазирован в
Красноярск, и сейчас носит имя В.Н. Сукачева), но часто наезжал в Ленинград,
где у него сохранилась группа (с 1962 года - лаборатория биоценологии) в
составе Ботанического института. Он бывал на многих научных заседаниях, был
открыт и доброжелателен.
ч
Владимир Николаевич Сукачёв (1880-1967).
В описываемые годы Владимир Николаевич начал глохнуть и ходил со слуховым
аппаратом. Согласно легендам, всегда создающим ореол значительности и даже
таинственности вокруг лиц неординарных, к каковым, без сомнения, все относили
Сукачева, он никогда не пропускал мимо ушей того, что было ему нужно, но
хранил молчание в тех случаях, когда лучше было сделать вид, что он недослышал.
В сталинские времена поговорке "слово - не воробей, вылетит - не поймаешь"

был придан зловещий смысл (говорили так: "слово - не воробей; поймают -
посадят"), и это умение вовремя промолчать он с пользой применял.
В следующем, втором, номере "Ботанического журнала" за 1953 год появились
еще две статьи с анализом ошибок Т.Д. Лысенко в вопросе видообразования, то
же повторилось в третьем номере, в нем же было опубликовано гневное письмо
Лепешинской в редакцию "Ботанического журнала". Как и в статьях Студитского,
Нуждина и других лысенкоистов, в её письме не было приведено ни одного нового
факта, подкрепляющего лысенковские тезисы, но зато била через край энергия
идейного осуждения:
"Лысенко подходит к вопросу видообразования как материалист-диалектик и в
полном согласии с И.В. Сталиным.
...На 36-году советской власти пора отказаться от защиты всяких
метафизических взглядов и под видом критики стараться выгородить свои ошибочные,
лженаучные установки".
Волнение Лепешинской было понятно. "Теорию видообразования" Лысенко и ее
собственные рассуждения о возникновении клеток из бесклеточного вещества
объединял теперь единый для всей природы "ЗАКОН перехода из неживого в живое".
Следовательно, за опровержением домыслов Лысенко о превращении пеночки в
кукушку или пшеницы в рожь неминуемо последовало бы и ниспровержение лепешин-
ковщины. Было от чего встревожиться.
Но для отпора критикам нужны были надежно установленные факты, а их-то у
лысенкоистов и не было. Зато оппоненты находили всё новые и новые данные,
"теорию вида" критиковали то с одной, то с другой стороны. Только в 1953 году
в "Ботаническом журнале" было опубликовано полтора десятка статей на эту
тему. Широкой была и география тех научных центров, откуда поступили статьи с
разбором ошибочности взглядов Лысенко. Особенно показательными стали два
случая, произошедшие в союзных республиках - латвийской и армянской.
Рижский ученый, доцент К.Я. Авотин-Павлов в 1951 году в журнале "Лесное
хозяйство" опубликовал статью о якобы обнаруженном им случае самопрививки ели к
сосне в Олайнском лесу вблизи Риги. Ничего загадочного и выдающегося в случае
самопрививки не было. Прививка как прививка. Но Авотин-Павлов быстро
сообразил, что можно придать гораздо больший интерес этому случаю, если выдать
самопрививку за пример "порождения" одного вида другим. Поддавшись искушению,
он опубликовал еще одну статью, в которой объяснил появление злополучной
ветки ели действием "нового закона вида". Не чуравшиеся поэтических сравнений
лысенкоисты стали теперь говорить, что дерево сосны "выпотело" ветку ели.
Статьи Авотина-Павлова очень понравились Трофиму Денисовичу, и на них стали
ссылаться другие его сторонники. В 1952 году под руководством Авотина-Павлова
студент Б. Рокъянис выполнил дипломную работу на тему "Изменение привоя ели
под влиянием подвоя сосны", в которой рассматриваемый случай подавался с
позиций "новой теории" . В июле 1952 года Авотин-Павлов дал высокую оценку этой
работе.
Однако долго почивать на лаврах автору открытия "выпотевания" не пришлось.
Лавроносца уличили в мошенничестве и публично разоблачили. Оказалось, что
этот случай был хорошо известен местным лесоводам, историю дерева они знали
не понаслышке. Выяснилось, что два дерева - ель и сосна росли рядом, и еще в
прошлом веке ветвь ели сблизилась со стволом сосны, а затем эта ветвь стала
давить на ствол сосны и постепенно вросла в него. За деревьями тщательно
наблюдали, и местный лесник Петр Вайда назвал этот случай "усыновлением ветки
ели стволом сосны" . Саму ель срубили в 1896 году, но ветка осталась жить на
сосне, питаясь соками, поступающими через сосуды приютившего ее дерева.
История врастания была доложена старшим лесничим Боссэ еще в 1925 году на
заседании Рижского общества естествоиспытателей и описана в журнале "Немецкое
дендрологическое общество" в 1928 году.

Несомненно, и Авотин-Павлов и его подопечный дипломник не могли не знать об
истинной природе "выпотевания", но в угоду своим интересам извратили истину.
Когда же подделка вскрылась, в дело были вынуждены вмешаться республиканские
партийные органы, и в центральной латвийской газете, органе ЦК партии Латвии
"Циня" появилась статья, в которой, в частности, было сказано:
"Где же искать причины того, что доцент Авотиньш-Павлов, который хорошо
знал, что сосна-ель из Олайне образовалась в результате естественной
самопрививки, сознательно подделал научные факты и опубликовал статью, обманывавшую
читателей в научном журнале? Ответ может быть только один: доцент Авотиньш-
Павлов подделал факты, чтобы создать дешевую сенсацию и удовлетворить свое
честолюбие".
Описание обмана было опубликовано в "Ботаническом журнале" (в том же
третьем номере за 1953 год, где и сердитое письмо Лепешинской), и, таким образом,
история вышла за пределы латвийской республики.
Другой случай мошенничества касался утверждения ближайшего сотрудника
Лысенко С.К. Карапетяна о порождении лещины грабом (см. главу XIV). На
Карапетяна Лысенко неоднократно ссылался сам, поэтому нет ничего странного, что,
лишь прослышав о возможности разоблачения своего человека, Лысенко сильно
заволновался. Ему изменили нервы, и вместо того, чтобы во всем хорошенько
разобраться, он решил заранее надавить на тех, кто собирался бросить тень на
Карапетяна . Когда замять дело келейно не удалось, когда звонки из Москвы в
Ленинград - в редакцию "Ботанического журнала" не помогли, он пошел на
опрометчивый шаг. За подписью Лысенко в Ленинград ушло письмо следующего содержания:
"Мне стало известно, что акад. В.Н. Сукачев, главный редактор
"Ботанического журнала", сообщил, что в пятом номере вашего журнала идет статья, которая
якобы не только опровергает высказывания С. К. Карапетяна о порождении грабом
лещины, но и обвиняет тов. Карапетяна в нечестности. Статья тов. Карапетяна
была помещена в журнале "Агробиология".
Будучи детально знаком со многими материалами по данному вопросу, и будучи
также уверен, что редакция "Ботанического журнала" с этими материалами не
знакома, я и решил сообщить вам следующее.
Предположения, высказанные в статье С.К. Карапетяна о порождении грабом
лещины в свете новых, выявленных на этом же дереве порождений лещины, являются
неуязвимыми. Иными словами, статья, опубликованная С.К. Карапетяном, была и
остается научно правильной.
Мне кажется, что, имея данное мое заявление, редакция "Ботанического
журнала", для того, чтобы не сделать ошибки, могущей повлечь за собой вред для
нашей науки, и чтобы не опорочить честного человека, должна разобраться
поподробнее во всех материалах, относящихся к данному вопросу".
И, действительно, редколлегия сняла из пятого номера уже набранную статью.
Но, как позже выяснилось, это было сделано вовсе не из согласия с всесильным
президентом ВАСХНИЛ или страха перед ним. Через два месяца статья,
опровергающая не только "неуязвимые и научно правильные предположения" Карапетяна,
но и утверждения самого Лысенко, увидела свет. Понадобилось время, чтобы
одновременно со статьей напечатать и это письмо Лысенко.
О чем же шла речь? В свое время С.К. Карапетян сообщил о возникновении
ветвей лещины на дереве граба, росшем вблизи Еревана. Карапетян настаивал на
том, что эти ветки не могли быть ни в коем случае результатом самопрививки
или искусственного сращивания ветвей двух деревьев. Вблизи граба, на котором
возникла ветка лещины (этот экземпляр теперь, для пущей солидности, именовали
граболещиной), вообще нет никаких лещин, - утверждал Карапетян.
Однако другой армянский ученый А.А. Рухкян - специалист в области
животноводства, интересовавшийся общими вопросами биологии, решил обследовать
описанное Карапетяном дерево и нашел не только неоспоримое доказательство ба-

нальной прививки, сделанной рукою человека, но даже разыскал того, кто
осуществил много лет назад эту прививку. Автором очередного "выпотевания" - лещины
на грабе - оказался бывший рабочий лесхоза Р. Есаян, который еще в 1923 году
произвел эту прививку и несколько аналогичных ей. Прививая от нечего делать,
ветвь одного дерева на другое, Есаян и предположить не мог, что через
четверть века его невинные любительские упражнения станут основой для великого
смятения ученых умов. Свои каверзные прививки Есаян продолжал и позже и по
просьбе Рухкяна показал ему, а затем специально собранной комиссии, еще
несколько удавшихся прививок.
По ходу разбирательства всплыли и более криминальные подробности.
Оказалось , что Карапетян не просто не смог углядеть следов прививки, но вполне
намеренно пошел на подлог. На представленной им фотографии "граболещины",
опубликованной в журнале "Агробиология", чудесным образом исчезли очертания
нижней части привитой ветки - она была тщательно заретуширована, иначе бы было
видно место прививки. Кроме того, категоричное заявление Карапетяна, что
случайной самопрививки не могло быть хотя бы потому, что в данном лесу вблизи
дерева граба нет вообще ни прутика лещины, оказалось результатом не менее
чудесной слепоты Карапетяна, так как вокруг "переродившегося" граба из-за
сплошного массива лещины было трудно увидеть деревья других пород. Поэтому и
другая приведенная им фотография, на которой "граболещина" стояла в гордом
одиночестве позади ветхого забора и только вдали виднелось несколько деревьев
и толстый пень, была фальшивкой. На самом же деле, как было отчетливо видно
на фотографии, опубликованной в "Ботаническом журнале", и перед забором и
вокруг "граболещины" теснились "мощные заросли лещины".
Разоблачения подделок Карапетяна вместе с разоблачениями Авотина-Павлова
показали, что публиковавшиеся в лысенковском журнале "Агробиология" материалы
о "выпотеваниях" были результатом несомненной фальсификации. Позже список
жульнических упражнений лысенкоистов, связанных с якобы имевшими место
превращениями одного вида в другой, был пополнен многими фактами.
Так на глазах расползалась канва теоретических рассуждений, положенных
Лысенко в основу его "новой концепции вида". В 1954 году в "Бюллетене
Московского общества испытателей природы (отдел биологии)" появилась статья
старейшего ботаника Бориса Михайловича Козо-Полянского. Автор привел 18 пунктов, по
которым взгляды Лысенко расходились с дарвинизмом, и доказал, насколько лы-
сенкоизм далек от того, чтобы иметь основание претендовать на роль
"творческого дарвинизма". Была насыщена фактами и статья И.И. Пузанова "Сальтомута-
ции и метаморфозы".
20 января 1954 года на Биолого-почвенном факультете Ленинградского
университета состоялась конференция "по вопросам вида и видообразования", на
которой Турбин снова ярко выступил против Лысенко по поводу того, как возникают
виды, хотя и сделал при этом следующее уточнение:
"Я нисколько не сожалею о том, что в самом начале своей научной карьеры,
еще задолго до августовской сессии, в период наиболее острой борьбы
мичуринского учения с вейсманизмом-морганизмом я активно выступил в защиту
мичуринского направления, возглавляемого академиком Лысенко... Я смею также думать,
что несмотря на мою критику взглядов Т.Д. Лысенко, я с ним скорее могу найти
общий язык, так как он настоящий ученый, чего, к сожалению, нельзя сказать о
некоторых нынешних сторонниках и защитниках его взглядов, которые своим
поведением напоминают флюгер, точно ориентирующийся в зависимости от того, откуда
дует ветер".
В эти же дни редколлегия "Ботанического журнала", не имея возможности
опубликовать все присланные в редакцию статьи и письма с критикой лысенкоизма,
попросила Л.А. Смирнова и Д.В. Лебедева подготовить обзоры этих материалов, и
вскоре такие обзоры появились в журнале. Факты, приведенные в статьях, напе-

чатанных в "Ботаническом журнале" и "Бюллетене МОИПп, разбили вконец все
имевшиеся в руках лысенкоистов "доказательства".
Провал докторской
диссертации Дмитриева
Но одними научными публикациями дело не кончилось. Выше упоминалось, что
Лысенко торопился сделать всё возможное, чтобы выполнявшуюся докторскую
диссертацию для Дмитриева закончили побыстрее. Н. И. Нуждин и другие следовали
указаниям шефа, и в 1952 году работа была представлена к защите. На титульном
листе диссертации было указано, что её научным консультантом является сам
академик Т.Д. Лысенко. Работу к защите принял Ученый Совет его же института
генетики АН СССР, защита прошла успешно (любителей перечить Лысенко в его
собственном институте не нашлось). Высшая Аттестационная Комиссия должна была
утвердить решение Ученого Совета и выдать Дмитриеву диплом доктора наук. До
сих пор дела с утверждением лысенковских ставленников проходили через ВАК без
запинки.
Согласно принятой процедуре из ВАКт а диссертацию сначала отправляли так
называемому внутреннему оппоненту, фамилия которого диссертанту не сообщалась
(в ученом мире его называли "черным оппонентом"). На этот раз таким
рецензентом был выбран Турбин. Он и впрямь оказался для Дмитриева оппонентом
"черным". Заключение, данное им, было отрицательным. Дело с утверждением
застопорилось . Под давлением Лысенко диссертацию послали другому внутреннему
оппоненту в надежде, что он даст нужный отзыв. На этот раз её направили
профессору Сергею Сергеевичу Станкову, незадолго до того ставшему заведующим кафедрой
геоботаники Московского университета. Однако Станков тоже пришел к выводу,
что докторскую степень за эту работу присуждать ни в коем случае нельзя.
Положение осложнилось еще одним обстоятельством. С критикой фактической
стороны "опытов" по превращению видов выступил Сукачев:
"Таких фактов, однако, нет в работах ни B.C. Дмитриева, ни других
авторов... Следовательно, B.C. Дмитриев просто вводит в заблуждение читателей".
Он также отозвался негативно о полемических приемах, применявшихся
Дмитриевым и Нуждиным в попытках отвести от себя критику.
"Мы имеем не дискуссию, двигающую науку, - писал Сукачев, - а толчею воды в
ступе".
В тот год увидели свет и другие статьи с критикой работы Дмитриева.
Тогда Лысенко, состоявший членом высшего органа Аттестационной Комиссии -
пленума ВАК, решил повернуть ход борьбы за диссертацию в свою сторону самым
простым способом. На 20 февраля 1954 года было назначено заседание пленума,
на котором надлежало вынести окончательное решение о диссертации Дмитриева.
Лысенко, обычно отсутствовавший на подобного рода заседаниях, на этот раз
явился, чтобы защитить от нападок своего человека. И это ему удалось.
"Третейский суд" - пленум ВАК принял вердикт, что вопреки мнению биологической
секции ВАК B.C. Дмитриеву следует присудить ученую степень доктора
биологических наук. Лысенкоисты торжествовали.
И вдруг через месяц, словно гром среди ясного неба, по этому, уже решенному
ВАКтом вопросу, выступила газета "Правда". Под рубрикой "Письма в редакцию"
26 марта 1954 года было напечатано следующее:
"Об одной порочной диссертации.
Позвольте мне, старому профессору, отдавшему всю свою жизнь служению науке,
сообщить о возмутительном факте, который принижает честь и достоинство нашей
советской науки. Дело заключается в следующем.
Несколько месяцев тому назад Высшая аттестационная комиссия (ВАК) прислала
мне на отзыв диссертацию докторанта Института генетики АН СССР т. B.C. Дмит-

риева "О первоисточниках происхождения некоторых видов сорных растений".
Основной смысл этой диссертации состоит в утверждении, что культурные растения
сами порождают свои сорняки. Так, рожь якобы порождает костер ржаной, овес -
овсюг1, подсолнечник - подсолнечниковую заразиху и т.д.
Внимательно ознакомившись с этой диссертацией, я пришел к выводу о ее
научной бездоказательности и методической несостоятельности. Поэтому я дал
отрицательный отзыв об этой работе и направил его в Высшую аттестационную
комиссию.
На заседание экспертной комиссии ВАК по биологии был приглашен и докторант
т. Дмитриев. На вопросы членов экспертной комиссии относительно методики
постановки экспериментов он не дал удовлетворительных ответов. Больше того,
докторант проявил слабое знание элементарных биологических закономерностей.
Да это и понятно, ибо B.C. Дмитриев, являясь кандидатом экономических наук,
глубоко не занимался биологией.
В результате двух обсуждений у членов экспертной комиссии сложилось
неблагоприятное впечатление о диссертации B.C. Дмитриева. Стараясь смягчить
положение, комиссия вынесла постановление - вернуть диссертацию автору на
доработку, хотя были все основания нацело отвергнуть это исследование как явно
ошибочное.
13 февраля состоялось заседание президиума ВАК под председательством
академика А.А. Благонравова. Рассмотрев все материалы личного дела B.C. Дмитриева,
президиум рекомендовал пленуму ВАК отклонить ходатайство совета Института
генетики Академии наук СССР об утверждении B.C. Дмитриева в ученой степени
доктора биологических наук.
20 февраля собрался пленум ВАК, на котором в числе других членов
присутствовал академик Т.Д. Лысенко, являющийся научным руководителем докторанта B.C.
Дмитриева. Выступая на пленуме трижды, Т.Д. Лысенко взял под свою защиту
диссертацию B.C. Дмитриева. При этом академик Лысенко со свойственной ему
резкостью обозвал всех рецензентов, отозвавшихся отрицательно о диссертации, в том
числе и меня, вейсманистами. Академик Лысенко безапелляционно заявил, что он
несет полную ответственность за научную доброкачественность диссертации B.C.
Дмитриева, не приведя в подтверждение своих доводов никаких доказательств.
Выступления Т.Д. Лысенко были поддержаны академиком А.И. Опариным,
действительными членами Всесоюзной академии сельскохозяйственных наук имени В.И.
Ленина В.П. Бушинским, П.Н. Яковлевым и некоторыми другими. Выступления этих
ученых носили общий, декларативный характер, что вполне понятно, ибо никто из
них не является специалистом в области ботаники.
Несмотря на всю методическую и научную несостоятельность диссертации B.C.
Дмитриева, пленум ВАК решил присвоить ему ученую степень доктора
биологических наук. Как это ни печально, но сам по себе этот факт свидетельствует о
ненормальной обстановке в нашей биологической науке.
Я - человек беспартийный, но привык видеть в нашей партии воплощение
справедливости . Глубоко надеюсь, что и на этот раз справедливость восторжествует.
Ведь то, о чем я сообщаю в этом письме, нельзя рассматривать иначе, как
глумлением над советской наукой.
С. Станков
Профессор Московского государственного университета имени М. В. Ломоносова,
доктор биологических наук".
Внизу под подписью шло краткое добавление:
"От редакции: Вопрос о диссертации т. Дмитриева был вновь предметом
обсуждения на заседании пленума ВАК в связи с поступлением в ВАК дополнительных
материалов, характеризующих научную необоснованность и неправильную методику
исследований в этой диссертации. Учитывая дополнительные материалы по работе
B.C. Дмитриева, Высшая аттестационная комиссия постановила отклонить ходатай-

ство Совета Института генетики АН СССР об утверждении Дмитриева B.C. в ученой
степени доктора биологических наук, отменив решение ВАК от 20 февраля 1954
г." .
И письмо Станкова и примечание редакции с сообщением о поражении теперь уже
не одного Дмитриева, но, главным образом, Лысенко были для последнего крайне
неприятными событиями. Очень резко звучало то место в комментарии редакции
"Правды", а, значит, и ЦК партии (ведь редакция этой газеты выражала мнение
только ЦК) , что исследования по проблеме видообразования признаны научно
необоснованными . Хуже не придумаешь.
Когда и при каких обстоятельствах произошла отмена степени доктора наук,
сообщено не было, так что оставалось неясным, присутствовал ли при повторном
обсуждении на пленуме ВАК его член Лысенко, и сидели ли, набрав в рот воды,
его сторонники - Опарин, Бушинский и Яковлев. Победа обернулась горьким
поражением. Спустя много лет, Сергей Сергеевич Станков рассказывал мне, что
цитированное выше письмо он отправил не в "Правду", а непосредственно в Отдел
науки ЦК партии, а уже оттуда его передали в газету, даже не сообщив об этом
предварительно автору. По его словам, заметка эта была пропущена в печать
специальным решением ЦК партии, куда Станкова приглашали на беседу. Его
пытались уговорить не поднимать шум - "из-за пустяка", но уломать, заставить
старого профессора смириться, не смогли, а тут еще оказалось, что позиция
Станкова пришлась по вкусу Хрущеву.
В научной жизни СССР отмена уже присужденной степени доктора наук была
событием из ряда вон выходящим. В те годы такое случалось настолько редко, что
трудно даже сказать, кто еще, кроме Дмитриева и Бошьяна, был лишен степени.
Лесоводы отвергают
гнездовые посадки леса
Этим событием трудности для авторов "новой теории биологического вида" не
завершились. В ноябре 1954 года состоялось Всесоюзное совещание по степному
полезащитному лесоразведению. На нем были подробно разобраны последствия
использования метода гнездовых посадок леса в реализации Сталинского плана
преобразования природы. Впервые лесоводы почти единогласно (490 из 500
участников совещания) проголосовали против гнездовых посадок по методу Лысенко. Один
за другим выступали специалисты (зам. министра лесного хозяйства В.Я. Колда-
нов, доктор сельскохозяйственных наук Н . А. Качинский, доктор наук Г. Г. Юнаш,
сотрудник Министерства сельского хозяйства УССР Л.Д. Шляханов, доктор
сельскохозяйственных наук А.Г. Гаель и другие) и, дополняя друг друга, рисовали
картину неудачи, огромного по масштабам промаха, допущенного Лысенко. Как
писал друг Четверикова и Станкова - зоолог И.И. Пузанов:
"... академик Лысенко на совещании... заявил, что он теперь занят
"теоретическими" вопросами и ему решительно все равно, как и где садить - на земле
или на луне. Присутствовавший зам. министра ему ответил: "Вам-то все равно, а
народному хозяйству далеко не безразлично! Поэтому мы охотно предоставляем
вам для опытов луну, а на своей советской земле экспериментировать больше не
дадим - себе дороже стоит"".
Со всеми выступавшими Лысенко обошелся самым неделикатным образом. Когда в
конце совещания ему предоставили слово, он объявил свой вердикт в отношении
всех критиков:
"... большинство заявлений, выступлений и докладов о гнездовом посеве, я
заявляю об этом с полной ответственностью, носили не объективный характер".
Он по-прежнему отстаивал тезис об отсутствии в природе внутривидовой
борьбы, причем снова повторял, что те, кто придерживаются этого взгляда, -
реакционеры. Он долго в этой связи склонял имя академика Сукачева, повторяя в ка-

ждом абзаце слово "реакционеры". Затем он повторил свое предположение о том,
что деревья в посадках срастаются корнями так, что образуется единая корневая
система деревьев. Он остановился и на своей идее об универсальном
распространении в мире деревьев свойства самопожертвования:
"После сращивания [корнями - B.C.] я думаю, идет перекачивание всех
пластических веществ из деревца, внутренне готового к отмиранию, в остающееся
деревце того же самого вида... Молодые дубочки, будучи в группе, затеняют почву
и этим самым оберегают себя от злейшего конкурента - пырея. По мере роста. . .
функция ряда дубочков, становясь излишней, отпадает... Поэтому с окончанием
функции и сами деревца отпадают, отмирают. Происходит так называемое самоиз-
реживание".
Наверное, он сам не понимал, какие чувства вызывал у присутствующих своими
словами. До этого выступавшие показывали диаграммы, таблицы, наполняли свои
выступления цифрами, чтобы их слова выглядели доказательно. А Лысенко без
единого доказательства повторял - тезис за тезисом - свои уже давно сказанные
и написанные умозаключения, выведенные не из фактов, а высосанные из пальца.
Закончил он свое выступление таким же приемом. До него уже выступило более 40
человек. Большинство из них идею гнездовых посадок отвергло именно потому,
что на практике из нее ничего не вышло, потому что на практике она
провалилась . Но Лысенко сделал вид, что ничего этого не слышал и изрек:
"Если бы в природе существовала внутривидовая конкуренция, тогда в практике
невозможно было бы иметь гнездового способа посева и посадки".
Цифры, данные экспериментов, ссылки на вековечную практику не задерживали
на себе его внимания. Он и позже повторял, что порождение видов его
сотрудниками доказано, что систематики и ботаники вообще сами не знают толком, что
такое вид, а, не зная, и не могут правильно критиковать его положения. 8
апреля 1954 года, выступая на юбилейной сессии Академии наук Украинской ССР в
Киеве, он яростно спорил по этим вопросам. Сохранившаяся чудом
неотредактированная стенограмма этого выступления хорошо передает речь "колхозного
академика " .
"Что такое вид, - говорил он, - до настоящего времени никто еще в науке не
сказал. Вид от вида отличается качеством. Я не философ, значит, но
марксистско-ленинскую философию люблю. Я обратился в Институт философии, и товарищи
мне сказали: качество от качества отличается не количеством. Они отличаются
качественно. (Хохот).
Совокупность свойств отличает один вид от другого. Разве если вы собаку
встретите без хвоста, это новый вид - бесхвостые собаки? Нет.
... любая систематика должна выполнять задачи практики. Вот летает воробей.
Летает себе, и пусть. А приложи практик руку - не то, что разновидности, а
штаммы появились бы. На какую породу собак вы ни посмотрите, ни одна из них
от собаки не уклоняется. Где же делась настоящая собака, если все породы от
собаки уклоняются? (Смех).
Мне без смеха ответили - вымерла (хохот)...
Порождает ли пшеница рожь или не порождает? Я хочу, чтобы хоть один человек
встал и сказал: я не верю, что пшеница превращается в рожь. Тогда я скажу: на
мои личные деньги, а когда убедитесь в своей ошибке, вернете, конечно, -
поезжайте летом ко мне. Нарежьте своими руками два снопа пшеницы, принесите
домой, посмотрите, чтобы не попалась рожь, а потом обмолотите и вынесите на
солнышко, насыпьте тонким слоем, и вы найдете одно, два, три зерна ржи. Если
вы не поверите, что это рожь, посейте, и все соседи скажут, что это рожь. Не
подобие ржи, а настоящая рожь.
Кто не верит, что из ржи может получиться [к]остер? Приезжайте в Великие
Луки и убедитесь. Таких случаев мы знаем сейчас 30 штук...
Можно признавать факты или спорить о толкованиях. Я никогда еще в жизни не

отстаивал ни одной формулировки, если мне предлагали лучшую.
Противники мои в науке думают: Лысенко понятия не имеет, что такое вид. А я
смотрю на них и думаю: они сами не понимают".
Так до самой смерти он продолжал твердить, что виды порождают скачком
другие виды. Долгое время его поддерживали многочисленные лысенкоисты.
Солидаризировались с ним в этом вопросе и такие люди как академики АМН СССР Н. Н.
Жуков -Вережников и В.Д. Тимаков. Никакой практической пользы, никакого
спасительного комплекса мер, которые бы остановили распространение сорняков на
полях СССР в годы лысенковского правления, конечно, не последовало.
Н.С. Хрущев критикует
травополыциков за их ошибки
В феврале-марте 1954 года состоялся Пленум ЦК КПСС, продолжавшийся почти
неделю. Это был уже второй пленум после смерти Сталина, и, подобно
предшествовавшему ему (сентябрьскому пленуму 1953 года, принявшему решение "О мерах
дальнейшего развития сельского хозяйства СССР"), он был целиком посвящен
попыткам преодолеть крупные просчеты в этой области.
Впервые на этом пленуме было открыто сказано о нехватке зерна, о низкой
урожайности сельскохозяйственных культур, о плохом состоянии животноводства,
об истощении пахотных земель. Хотя речи выступавших были полны заверений в
том, что в ближайшие годы страна выйдет из прорыва, хотя оптимизм и вера в
светлое будущее превалировали в речах людей, говоривших от имени страны,
победившей фашизм, тем не менее, реальность просчетов в сельском хозяйстве была
всем ясна.
С этого времени 1-й секретарь ЦК КПСС Н.С. Хрущев начал свои бесконечные
реформы сельского хозяйства, надеясь путем посылки партийных функционеров на
село, закрытия МТС, введением на селе партийных органов, отделенных от других
партийных комитетов, и т.п. решить проблемы сельского хозяйства. На этом
пленуме он предложил начать освоение огромных пустующих территорий Западной
Сибири, Алтая, Казахстана и частично Поволжья. Было принято специальное решение
по этому вопросу, названное "О дальнейшем увеличении производства зерна в
стране и об освоении целинных и залежных земель".
В речи, произнесенной на пленуме 23 февраля, Хрущев остановился и на
ошибках агробиологов. Он объявил, что учение о травопольной системе больше не
рассматривается партией как единственно правильное в земледелии.
Травопольную систему ввел Василий Робертович Вильяме - известный почвовед.
После окончания Петровской земледельческой академии в Москве он съездил вслед
за Д. Н. Прянишниковым и П. С. Косовичем на стажировку во Францию и Германию
(1889-1890) . Вернувшись в Россию и защитив кандидатскую диссертацию, он
должен был продолжать научную деятельность, но Петровскую академию как рассадник
революционной заразы закрыли. Вильяме пользовался доверием властей, и его
оставили хранителем имущества академии. В 1894 году вместо Петровской академии
царь распорядился открыть (на её базе) Московский сельскохозяйственный
институт для привилегированных кругов (в основном для детей крупных
землевладельцев) , и Вильямсу предложили кафедру. Вскоре он получил звание профессора. В
1907 году после того, как Прянишников отказался принять пост директора этого
института, командовать им стал Вильяме. Несомненно, его авторитет как ученого
даже и сравнить с авторитетом Прянишникова было нельзя, но зато репутация
Вильямса как твердого проводника консервативных тенденций - и не только в
вопросах воспитания - была отлично известна правительству.
Однако после прихода к власти большевиков Вильямса будто подменили.
Революцию он безоговорочно признал, щеголял в рваной обуви и грозившей вот-вот
расползтись вязаной куртке (когда рукава куртки вконец разлохматились, он их от-

резал, но куртку демонстративно не выбросил: безрукавка, - гордо позировал
он, - даже удобнее и демократичнее). Он вспомнил свое бедняцкое происхождение
(его отец инженер, эмигрировал из Америки еще в середине XIX века, Василий
родился в 1863 году уже в Москве, однако отец вскоре умер, и детство Вильямса
действительно протекло во всё нараставших лишениях). Указывая на свое
американское происхождение, Вильяме любил повторять, что в "жилах его течет кровь
индейцев Америки".
В. Р. Вильяме в 1922 году стал первым "красным ректором" Тимирязевки (так
переименовали Петровскую академию в честь К.А. Тимирязева, изгнанного в 1891
году из академии за откровенно революционные призывы). Вильяме первым среди
профессоров академии в 1928 году вступил в партию большевиков. Его
поддерживал Н.И. Вавилов. Делал Вильяме и общественную карьеру: в 1922 году стал
членом Моссовета, в 1928 году - членом ВЦИК, в 1938 г. - депутатом Верховного
Совета СССР. Его шумные декларации так набили многим оскомину, что кто-то
обозвал его "коммуноидом", и прозвище настолько прилипло к Вильямсу, что в
1933 году в "Социалистическом земледелии" появилась даже статья, в которой
клеймили позором тех, кто якобы пустил в оборот с вредными намерениями это
словцо, метко определявшее сущность Вильямса. Критикам в статье грозили
карами , упоминая о тех, кто уже сидел или был выслан.
Вильямса снедала жажда славы, и, в конце концов, он выдвинул себя на роль
столпа земледелия, обосновавшего новое учение - травопольную систему
земледелия. Нужно сеять многолетние травы, - объявил он, - обработку почвы вести
глубоко, при пахоте переворачивать пласт почвы, переваливая в нижние слои
пронизанную корнями дерновину (чтобы улучшить плодородие почвы), отказаться
от бороны и катков (чтобы почва "дышала") и т.п. Против этих идей выступили
многие авторитетные ученые, пожалуй, одним из первых академик Н. М. Тулайков,
предостерегавший от опасности эрозии почв при использовании вильямсовской
схемы. После гибели Тулайкова в сталинских застенках, врагом номер один для
Вильямса стал Прянишников. Последний считал, что нужно развивать химическую
промышленность удобрений и вносить азотные, фосфорные и другие туки в землю,
а Вильяме уверял, что можно обойтись гораздо меньшим количеством удобрений,
если сеять бобовые смеси и многолетние травы. Эта точка зрения, наконец,
дошла до Сталина, и вопрос тут же был решен приказным порядком. Травопольную
систему начали внедрять повсеместно. Особенно активно это стали делать после
войны, когда Вильямса и в живых-то не было (он умер в ноябре 1939 г.).
Лысенко был хорошо осведомлен, что Сталину импонировали идеи Вильямса, и не
случайно в письме к вождю в 1948 году он упомянул его фамилию, уверяя, что
вполне "разделяет учение Вильямса о земледелии", "развивает его", поскольку
де корень его один, общий с "мичуринским учением" . В эти годы Лысенко
стремился прочно завоевать признание властями как главного травополыцика.
Например, в 1946 году в программной статье о путях развития сельского хозяйства он
писал:
"... только широкое внедрение... травосеяния создает необходимые условия
для плодородия почвы".
То же самое он продолжал утверждать и позже.
Поэтому, когда Хрущев обвинил травополыциков в монополизме, в насаждении
вредных взглядов неприемлемыми административными мерами и даже сослался на
внедрение травополья через много лет после смерти Вильямса, все восприняли
его слова как прямой выпад против Лысенко. Это казалось тем более
естественным, ибо Хрущев вспомнил о некрасивых действиях B.C. Дмитриева и С.Ф.
Демидова - ближайших к Лысенко людей, и о преследовании ими тех, кто пытался честно
спорить по вопросам науки.
Хрущев также выступил против предложения Лысенко заменить на Украине озимую
пшеницу яровой. Попытки такой замены Лысенко предпринимал еще в середине 30-х

годов. Не без помощи Хрущева, тогда секретаря ЦК партии Украины, было принято
партийное решение, осуждающее подобную замену, но практика замены
продолжалась. Спустя 17 лет после начала кампании по замене, стало ясно, и Хрущев об
этом в жестких выражениях заявил, что это было ошибкой, и обошлось стране
слишком дорого. Озимой пшеницы можно было бы собирать ежегодно по 20 ц/ra, а
яровая пшеница лишь в лучшие годы давала 10-12 ц/ra. Вообще же, как правило,
её урожай не превышал 5-6 ц/ra. Таким образом, за годы внедрения яровой
пшеницы вместо озимой на многих миллионах гектаров недобор урожая составил, по
словам Хрущева, почти миллиард пудов.
Многим тогда казалось, что эти выступления имели своей целью ударить по
Лысенко . Косвенным показателем падения престижа Лысенко в глазах высшего
руководства страны стали два события, предшествовавшие февральско-мартовскому
пленуму ЦК КПСС 1954 года.
За три недели до его начала в Кремле прошли одно за другим Совещание
работников совхозов и Всероссийское совещание передовиков сельского хозяйства,
созванные ЦК партии и Совмином СССР. Эти парадные сборища должны были
продемонстрировать народу, что руководители страны жаждут посоветоваться с людьми от
земли по поводу того, как дальше вести хозяйство. 4 февраля 1954 года
"Правда" и другие центральные газеты сообщили об открытии первого из совещаний и
напечатали большую панорамную фотографию президиума совещания, изображавшую
Маленкова, Хрущева, Ворошилова, Кагановича, Микояна, Сабурова, Первухина,
Шверника, Суслова. В газете перечисляли другие фамилии - передовиков, ученых,
но фамилия Лысенко среди них отсутствовала. День за днем - четвертого,
пятого, шестого февраля - газеты публиковали подробные отчеты о выступлениях, но
Лысенко слова не получил.
Затем 11 февраля открылось Всероссийское совещание, и на нем история
повторилась : на видных местах Лысенко отсутствовал, основной доклад сделал
заместитель председателя Совмина РСФСР и одновременно министр сельского хозяйства
РСФСР П.П. Лобанов, выступили и Цицин, и Эдельштейн, и другие ученые, но не
появился в составе докладчиков "главный агроном страны". Лишь на третий день
Трофим Денисович получил слово, но только в прениях. Впервые за 18 лет он
попал в такое положение, да и места в "Правде" изложению его выступления отвели
до обидного мало: всего 23 строки. Это отключение от парадных ролей в
публичных встречах на высшем уровне, стало повторяться раз за разом. 23 февраля в
Кремле собрали митинг, посвященный отъезду на целину первой группы так
называемых добровольцев, но Лысенко опять отсутствовал. Его не ввели и в состав
правительственной комиссии по подготовке празднования 300-летия воссоединения
Украины с Россией, хотя, казалось бы, кому, как не самому знатному из
украинцев (многолетнему члену УЦИК - украинского парламента и его Президиума),
следовало войти в эту комиссию.
Некоторой компенсацией этого морального урона могло быть сообщение о том,
что в эти же дни, а именно 12 февраля, в Свердловском зале Кремля
Председатель Президиума Верховного Совета СССР Ворошилов вручил Лысенко очередной
орден Ленина. Но ничего исключительного в этом жесте лично для Лысенко не
проявилось: ордена были вручены почти 75 академикам, причем ордена Ленина - 67
членам академии (в числе награжденных были И.В. Курчатов, Г. С. Ландсберг,
М.А. Леонтович, B.C. Немчинов, И.Е. Тамм, Н.В. Цицин и другие).
С критикой ошибок, произошедших из-за деятельности Лысенко (но, подчеркнем,
- опять без упоминания имени "колхозного академика"), выступил Хрущев и на
следующем партийном пленуме (январско-февральском 1955 года). Руководитель
партии обвинил руководство сельхознауки (а, значит, можно было думать и
Лысенко) в препятствии распространению посевов гибридной кукурузы. Пленум ЦК
постановил перейти повсеместно на посевы гибридными семенами. Но принять
постановление было легче, чем выполнить его. Гибридных сортов не было, а из-за

разгрома генетики их некому было вывести. Да и не такое это было легкое дело,
которое можно было в мгновение ока, одним волевым нажимом решить. Чтобы
срочно поправить положение, было решено закупить в США. большие партии семян
(пришлось-таки платить золотом за долголетнюю веру вождей в чудеса
"мичуринцев"!). Естественно, что для всех площадей, используемых под кукурузу,
заокеанских семян не хватило, и весной 1955 года 17,2 млн. га пришлось засеять
малоурожайными сортами обычной селекции, а всего для создания хозяйств по
выпуску гибридных семян, выведения нужных линий, часть из которых появилась
благодаря так называемой "карманной селекции" (направлявшиеся за рубеж
селекционеры из СССР тайком бросали в карманы пиджаков семена приглянувшихся им
заокеанских линий), понадобилось почти десять лет!
Критика Лысенко
учеными разных
специальностей
Публикации в "Ботаническом журнале" и "Бюллетене Московского общества
испытателей природы" подорвали мнение о неоспоримой правоте лысенкоистов.
Огромную роль в борьбе с ретроградами имела смелая и бескомпромиссная позиция
главного редактора обоих изданий академика Сукачева и окружавших его
соратников (следует особо упомянуть заместителя главного редактора биологического
отдела "Бюллетеня МОИП" профессора, зоолога Вениамина Иосифовича Цалкина и
ленинградских соратников Сукачева из Ботанического института - Даниила
Владимировича Лебедева, Павла Александровича Баранова и Евгения Михайловича Лав-
ренко). А в результате в обоих журналах были опубликованы десятки статей
против засилий лысенковских догм в биологии.
Оставаясь, в основном, связанной с проблемами видообразования, эта критика
несла в себе заряд против догматизма в целом. В биологических кругах,
особенно в Москве и Ленинграде, антилысенковские выступления стали принимать
глобальный характер.
В Москве выдающуюся роль сыграла открытая в 1955 году при МОИП'е (благодаря
содействию Президента Общества академика Сукачева) секция генетики. Раз в две
недели в Большой Зоологической аудитории Московского университета (ул.
Герцена, 3) собиралось несколько сот людей - от убеленных сединами пожилых
генетиков, оставшихся в живых после сталинских репрессий, до совсем юных студентов,
благоговейно слушавших тех, чьи имена еще год-два назад были, как казалось,
навсегда вытравлены из памяти ученых. Во время этих заседаний царила
удивительная атмосфера, витал дух праздника науки, воздействовавший не только на
участников семинаров, но и гальванизирующий затхлую атмосферу, исходившую от
лысенковского болота. Здесь отсутствовали все атрибуты догматизма и прежде
всего - чинопочитание (если не сказать лизоблюдство), приземленность и
примитивизм. Здесь главенствовал совершенно иной подход, поражавший в особенности
нас - студентов, которые видели, с каким неподдельным чувством взаимоуважения
и одновременно строгого критицизма, глубиной постановки научных вопросов и
неизменным юмором и шутками разговаривают друг с другом известные ученые.
Слишком разителен был в общении на публике контраст примитивно рассуждавших
лысенковцев, но всегда напыщенных, показательно серьезных и многозначительно
важных, и тем, что являли собой генетики - простые, по-человечески добрые,
эмоциональные и порой даже откровенно веселые люди.
Огромную роль в оздоровлении обстановки в биологии сыграли тогда физики и
химики. Позже я специально остановлюсь на этом, а здесь отмечу помощь
генетикам со стороны академика, всемирно известного физика-теоретика, будущего
лауреата Нобелевской премии Игоря Евгеньевича Тамма. В Физическом институте
имени Лебедева АН СССР он организовал семинар, на котором рассматривались биоло-

гические проблемы. К работе семинара были привлечены наряду с генетиками и
крупными биологами специалисты физики, математики, химики. В эти годы был
освобожден из заточения Лев Абрамович Тумерман, который активно участвовал в
таммовском семинаре. На нем можно было видеть таких замечательных ученых, как
Лев Александрович Блюменфельд, вскоре организовавший кафедру биофизики на
физическом факультете МГУ, заинтересовавшихся вопросами биологии Михаила
Львовича Цетлина, Миказла Моисеевича Бонгарда (ранняя смерть оборвала
деятельность этих выдающихся ученых) и многих других.
В борьбу против Лысенко страстно включился и известный химик академик Иван
Людвигович Кнунянц, работавший в Академии наук СССР и заведовавший кафедрой в
Военной академии химической защиты. Его часто можно было видеть на семинарах
и лекциях биологов, его ладная фигура в генеральском костюме, сверкающем
золотом погон, живость и демократичность отношений со всеми, кто соприкасался с
ним, вызывала симпатии. Обладая несомненным публицистическим даром, он внес в
биологическую дискуссию новую струю - обсуждение не отдельных ошибочных мест
в лысенковских псевдотеориях, а догматизма, который был характерен для лысен-
коизма в целом. Статью И.Л. Кнунянца и Л. Зубкова "Школы в науке",
опубликованную 11 января 1955 года на первой странице "Литературной газеты", читали и
перечитывали в советских научных кругах, как свидетельство поворота от лысен-
коизма. Авторы писали:
"Нельзя признать нормальным положение, создавшееся сейчас в области таких
наук, как генетика, агрономия. Ведь при всем уважении к заслугам Т.Д. Лысенко
было бы вряд ли правильно считать его школу единственно возможным здесь
направлением ... Школа акад. Т.Д. Лысенко... попросту игнорирует многие, твердо
установленные наукой факты и ряд актуальных задач в этой области ..., было бы
неправильным признать за школой Т.Д. Лысенко... какую-то монополию на
"окончательное" решение всех основных вопросов научной дисциплины "в последней
инстанции" .
С 1954 года в странах социалистического блока появились первые
исследования, вскрывшие ошибочность лысенковских догм. Ученик известного биолога Ганса
Штуббе, ставшего Президентом Академии сельхознаук ГДР, Хельмут Бёме, потратил
более двух лет кропотливого труда на то, чтобы разобраться, действительно ли
возможна вегетативная гибридизация в том виде, как её представляли Лысенко и
Глущенко. Бёме учился одно время в Ленинградском университете на кафедре
Турбина, свободно владел русским языком и был вполне в курсе дел по вегетативной
гибридизации, так как Турбин всецело разделял веру Лысенко и Глущенко в
возможность влияния на наследственность путем обычных прививок. Турбин даже
опубликовал в 1949 году статью на этот счет. Вернувшись домой, Бёме провел
педантично спланированные и выполненные с безукоризненной немецкой
аккуратностью опыты, доказавшие несомненную ошибочность утверждений о возможности
вегетативной гибридизации путем прививок.
Особо надо сказать о том громовом впечатлении, которое произвела на всех
публикация в 1954 году большого очерка писателя Олега Николаевича Писаржев-
ского " Дружба наук и ее нарушения" . Впервые за все годы лысенковщины в нем
было открыто сказано о главных ошибках этого "учения". Писаржевский начал
свой рассказ с упоминания о недавно услышанном выступлении Лысенко на сессии
ВАСХНИЛ в сентябре 1953 года. Он писал об уважении, с каким относился каждый
простой человек к Лысенко, "победно выводившему науку на бескрайние колхозные
поля" и ставшему "командармом полей".
"За ним шла горсточка ученых последователей и армия колхозных опытников,
свято поверивших в пламенно им проповедуемую достижимость благородной цели
безграничного умножения плодов земных", - писал Олег Николаевич.
Но вот теперь, внимая Президенту ВАСХНИЛ, писатель испытал двоякое чувство:
"Его речь, пленившая меня своей яркой образностью, в то же время оставила

ощущение какой-то неудовлетворенности".
Неторопливо, осторожно разворачивал Писаржевский перед читателями факты,
из-за которых неудовлетворенность позицией Лысенко нарастала в его душе. Он
вроде бы вполне разделял устремления тех, кто, борясь с вейсманистами-
морганистами -менделистами, скрещивал оружие с отсталым в науке. Но при чтении
очерка невольно чувствовалось, что тревога не покидала автора. Сначала он
верил в то, что "мрачные твердыни вейсманизма-морганизма были атакованы целой
армией безупречных экспериментальных фактов и необычной смелости обобщений,
для многих прозвучавших как откровение!".
Однако стоило поближе познакомиться с действиями атакующих, как уверенность
в безупречности фактов уступила место иному чувству. Пример за примером,
приводимые Писаржевским, показывали, что Лысенко и горсточка его "ученых
последователей " проявляли яростное желание задавить оппонентов любыми путями,
затравить их с помощью то хитрых, а то и топорных ходов, чтобы добиться одной
цели, одного результата - монополизировать свое положение в науке.
Писаржевский рисовал перед читателем страшную по своей сути картину лысенковского
обмана. Неверной вышла на поверку идея Лысенко, что микробы кормят растения.
Охаянные Лысенко и лысенкоистами полиплоиды оказались на деле ценными
растениями, а СССР, в котором были созданы сорта полиплоидных кок-сагыза и других
культур, потерял и сорта и приоритет в этом вопросе. Гормоны роста оказались
вовсе не разновидностью "флогистона", "теплорода", "жизненной силы", как их
обозвал А. А. Авакян в 1948 роду, а действительно существующими и реально
функционирующими в растениях регуляторами роста. Олег1 Николаевич подробно
рассказывал о тех людях, которые потратили роды жизни на изучение генов,
хромосом, на познание важных законов биологии, отвергнутых и опороченных
лысенкоистами, и получалось, что эти люди, генетики, почвоведы, физиологи растений
- вовсе не враги науки и прогресса и тем более не враги народа, ужасающие
монстры, а настоящие герои науки и симпатичные в жизни люди, опозоренные
несправедливо и выброшенные из науки кучкой сподвижников Лысенко. Они работали
точнее и грамотнее, чем сторонники Лысенко, говорили им в лицо правду, - и
вовсе не из желания кого-то унизить, а из стремления к истине. Хорошо сказал
Писаржевский и о другом грехе лысенкоистов:
"Злую шутку над агробиологами сыграла патриархально отсталая техника их
эксперимента".
Писатель делал вывод о необходимости развития тех отраслей, которые были
чужды Лысенко, но без которых немыслим был прогресс в науке: биохимии и
биофизики, физиологии и агрохимии. Он доказательно объяснял, что словесно
расцвеченное бахвальство лысенкоистов относительно величайшей практичности их
"теорий" на самом деле ничего, кроме слов, в себе не содержит. По утверждению
автора очерка, практика от их домыслов только пострадала, и в связи с этим
писал:
"Поиски нового будут плодотворными, если они будут стремиться всесторонне
освещать явления жизни... если их единственным стремлением будет не добывание
материала для групповой борьбы, а достижение наибольшей пользы для нашего
народа. .. Нельзя не признать, что на некоторое время многие из тех, от кого
зависела судьба ряда направлений советской биологии, ... утеряли этот важнейший
критерий практики. Надо наверстывать упущенное!".
Заканчивая этими фразами свой очерк, О. Н. Писаржевский звал читателей к
раздумьям, к продолжению дискуссии.
Всех, кто болел душой за судьбы отечественной науки, не могли не порадовать
в том году строки, появившиеся в передовой статье, озаглавленной "Наука и
жизнь" в мартовском выпуске журнала "Коммунист". Говоря о необходимости
разворачивания научных дискуссий, о "борьбе с аракчеевским режимом,
насаждавшимся в некоторых научных учреждениях учеными, которые пытались установить сво-

его рода монополию в науке", редколлегия центрального партийного журнала
назвала имя одного такого монополиста - Т.Д. Лысенко и в связи с этим писала:
"Монополизация науки приводит к тому, что творческое обсуждение вопросов
подменяется администрированием, отсекаются инакомыслящие, глушится научная
жизнь. Это проявилось, например, во Всесоюзной академии сельскохозяйственных
наук имени В.И. Ленина...
На пути развития научной критики администраторы от науки воздвигают
всевозможные препятствия. Иные поклонники научных авторитетов встречают в штыки
всякую критику со стороны инакомыслящих.
В одном из номеров "Ботанического журнала" была опубликована статья Н.В.
Турбина, в которой подверглись критике взгляды Т.Д. Лысенко по вопросу о
видообразовании . Эти взгляды тов. Лысенко широко не обсуждались, хотя
обсуждение их необходимо. Однако журнал "Успехи современной биологии" и "Журнал
общей биологии" опубликовали статьи А.Н. Студитского и Н.И. Нуждина, в которых
вместо делового обсуждения вопросов, поднятых тов. Турбиным, ему приклеили
ярлыки вейсманиста-морганиста, вульгаризатора марксизма-ленинизма и т.д. и
т.п. Тов. Турбин обратился в редакции данных журналов с письмами, в которых
ответил на эти выпады, но его письма не увидели света".
Редколлегия "Коммуниста" завершала этот раздел статьи словами: "Те, кто
глушат критику в научной работе, наносят огромный ущерб науке и должны
получить своевременный отпор". И многие тогда верили, что, наконец-то, и в
партийных верхах раскусили Лысенко, а, значит, скоро придет конец и лысенкоизму
в целом.
В 1955 году в журнале "Почвоведение" была опубликована статья Евгения
Васильевича Бобко, ученика Прянишникова, в которой он, проанализировав причину
постоянных успехов "колхозной науки", приходил к заключению, что методы
работы лысенкоистов были порочными и позволяли просто не сообщать результаты тех
опытов, которые шли вразрез с установками лиц, ставящих такие опыты. Как
показывал Бобко, механизм такого подхода сводился к вольному обращению с
цифрами, ставшему возможным в результате отказа от научно-обоснованных приемов
обработки информации:
"В целях упорядочения агрономических исследований, в 1946 году был
разработан и напечатан... стандарт по методике сельскохозяйственных полевых опытов
(ГОСТ 3487-46). Однако по требованию руководства ВАСХНИЛ, признавшего этот
стандарт нарушающим СВОБОДУ ИССЛЕДОВАНИЙ, тираж его был уничтожен" (выделено
мной - B.C.).
Вместе с тем в это время еще не все биологи хотели глядеть правде в глаза.
Многие их них вовсе не зависели от Лысенко и работали в далеких от него
областях, но заразились ложными идеями "мичуринцев". Так, сотрудники Института
эпидемиологии и микробиологии АМН СССР им. Гамалея Д.Г. Кудлай и А.Г. Скав-
ронская, продолжая верить в направленное превращение одних видов бактерий в
другие, посчитали, что они на самом деле открыли превращение
кислотообразующих бактерий в щелочеобразователи под влиянием внешней среды. Чтобы придать
своему "открытию" пущую наукообразность, они стали искать поддержку у
биохимиков, быстро нашли таковую у заведующего кафедрой биохимии растений
Московского университета академика А.Н. Белозерского. Он отрядил своего аспиранта,
только что закончившего МГУ, Александра Сергеевича Спирина, проверить у
исходных и измененных бактерий нуклеотидный (то есть химический) состав
нуклеиновых кислот - молекул ДНК и РНК. Спирин усмотрел существенную разницу в
наборе и количестве составных частей нуклеиновых кислот и объявил, что
биохимически доказал изменение ДНК и РНК под влиянием внешней среды (Лысенко говорил
- под влиянием воспитания), после чего в печать пошла статья четырех авторов.
Учение "мичуринцев" очередной раз было "подтверждено", Лысенко остался очень
доволен работой и много говорил о результатах Спирина и Белозерского на лек-

циях студентам и в выступлениях.
Разгадка пришла позже, когда американский биохимик и генетик Эрнст Фриз
указал на источник ошибок: в чашки с бактериями была занесена элементарная
грязь - посторонние бактерии, которые имели иной нуклеотидный состав и заще-
лачивали среду. Но на разгадку ушли годы, а публикация в 1955 году имела
важное для Лысенко оборонительное значение.
Возмутительным примером политиканства стала еще одна история с
ленинградским профессором М.Е. Лобашевым. В январе 1954 года член-корреспондент АН
СССР Н. П. Дубинин обратился в Президиум Академии наук СССР с предложением
принять срочные меры для развития в СССР генетики и прекратить засилье
лжеученых в биологических учреждениях страны. Записку в Президиуме размножили и
разослали по особому списку разным лицам, имеющим отношение к руководству
наукой, и кое-кому из ученых. Попала она, в том числе и к Лобашеву. Этот
генетик, в прошлом ученик Ю.А. Филипченко, перешедший после 1948 года в лагерь
Лысенко, дал 2 декабря 1954 года поразительный отзыв на записку:
"У каждого советского биолога возникает естественное чувство протеста
против общего охаивания профессором Дубининым того мощного прогрессивного
направления в биологии и генетике, которое развивается в нашей стране после
сессии ВАСХНИЛ 1948 года... Создается впечатление, что профессор Н.П. Дубинин
не понял всего того, что произошло в развитии науки после сессии ВАСХНИЛ...
Автор записки не скупится на сильные "определения" деятельности института
генетики [руководимого Лысенко - B.C.]... Брать на себя смелость огульно
охаивать большой коллектив способных экспериментаторов... недостойный прием
аргументации в пользу затеваемого автором предприятия. Я знаком лишь с частью
работ института по литературе (проф. И.Е. Глущенко, К.В. Косикова, Х.Ф. Кушне-
ра, Н.И. Нуждина и их сотрудников) и считаю эти исследования интересными и
представляющими определенное положительное явление в науке... Нет
необходимости создавать новый институт или отдельную лабораторию на правах института. В
системе академии уже имеется Институт генетики".
Благодаря таким отзывам (разумеется, коммунист Лобашев был не одинок)
Опарину как академику-секретарю Отделения биологических наук АН СССР удалось
затянуть решение многих вопросов, связанных с возрождением генетики в СССР.
С годами всё больший вес приобретали в государственной системе физики-
атомщики (не только создавшие атомное оружие, но и открывшие 27 июня 1954
года в 110 км от Москвы в Обнинске Калужской области первую в мире атомную
электростанцию). Физики оказывали постоянное давление на власти, уговаривая
открыть возможности для развития генетики в стране. Кое-кто из биологов
бомбардировал ЦК письмами о неблагополучии в науке в СССР. За биологов горой
стояли некоторые химики. Все это осознавали, и аппаратчики в ЦК КПСС тоже.
Нужно было пригасить недовольство, снять напор страстей.
С этой целью ЦК распорядился создать партийную комиссию, которая бы
разобралась с положением дел в биологии. 26 января 1955 года по Москве разошелся
слух (видимо, запущенный специально), что комиссия рекомендовала разрешить
работу генетиков, наряду с деятельностью "мичуринцев".
После январского пленума ЦК КПСС 1955 года, на котором было заявлено о
необходимости использовать гибридную кукурузу, Президиум АН СССР постановил
создать комиссию по гибридной кукурузе. Комиссия должна была предложить меры
по исправлению положения в этой области, сложившегося из-за позиции Лысенко в
данном вопросе. В комиссию не вошел ни один лысенкоист (в нее включили Н.П.
Дубинина, члена-корреспондента АН СССР П.А. Баранова, профессора М.И. Хаджи-
нова и сотрудника МСХ СССР М.И. Калинина). Это тоже был ощутимый удар по
Лысенко .
Тогда же, в январе, в Академии наук СССР были созданы еще несколько
комиссий (их назвали бригадами), которым вменялось в обязанность изучить отстава-

ние в таких областях, как проблема наследственности, полиплоидии (в этом
вопросе позиции советских ученых до 1948 года были очень сильны, благодаря
успехам Г.Д. Карпеченко, А.Р. Жебрака, В.В. Сахарова и других) , цитологии. В
составе бригад не оказалось ни одного из сторонников Лысенко.
Но в целом, несмотря на этот сдвиг в отношении к генетике, положение дел
существенно к лучшему не менялось. Лысенко сохранял все свои посты, так же
появлялись в популярной печати пролысенковские материалы (упоминавшийся В.
Сафонов опубликовал очерк "Рассказ о крутых вершинах", прославляя мудрость и
правоту лысенкоистов), "мичуринцы" по-прежнему защищали диссертации,
удерживали власть.
Письмо трехсот
Мы уже много раз встречали имя ленинградца Даниила Владимировича Лебедева,
в прошлом аспиранта Карпеченко, которому так и не дали защитить диссертацию:
сразу после ареста его шефа он был исключен из комсомола, уволен из
университета, через год ушел на фронт и провел всю войну на переднем крае, стал
начальником штаба и командиром стрелкового полка, вернулся в декабре 1945 года
с боевыми орденами, и был назначен заведующим библиотекой Ботанического
института АН СССР, одного из самых старых академических институтов страны. В
1949 году он стал сначала заместителем директора, а через 20 дней и
директором Библиотеки Академии наук - одной из самых больших библиотек мира.
Должность была по рангу высокой (для действительного члена Академии), но видимо
деловые качества Лебедева были таковы, что руководить такой махиной он смог.
Но постепенно НКВД поняло свою ошибку: Лебедев принимал на работу не тех,
кого было можно ("засорял кадры лицами еврейской национальности", как было про
него сказано, "засорял фонды библиотеки", препятствуя уничтожению книг
ставших опальными авторов, допускал "идеологические проступки"). В 1952 году его
исключили из партии (он вступил в партию в 1943 году на фронте), сняли с
работы, и он вынужден был вернуться в Ботанический Институт АН СССР. До ареста,
к счастью, дело не дошло, так как парторганизация института направила в
райком поручительство и в июне 1954 года его восстановили в партии, из которой
он вышел в январе 1991 года). Вместе с Сукачевым он стал редактировать
"Ботанический журнал", который стал главным рупором антилысенковцев. Основные
проблемные статьи с разбором ошибок Лысенко, напечатанные в журнале от имени
Редакционной коллегии были на самом деле написаны Д. В. Лебедевым. Обладающий
замечательным характером (в общении с друзьями мягкий, добрый, заботливый и
застенчивый) Даниил Владимирович проводил несгибаемо принципиальную позицию в
отношении научных противников и знал их слабые стороны лучше многих других.
Немудрено, что вокруг него сгруппировалась сильная группа думающих и
заботящихся об общем благе людей. Д.В. Лебедев решился на довольно отчаянный шаг:
написал большое письмо о вреде, нанесенном стране главенством Лысенко, чтобы
затем направить его в Президиум ЦК КПСС, и решил пригласить других биологов
подписаться под ним. Ю.М. Оленов, Н.А. Чуксанова и В.Я. Александров решили
присоединиться к Лебедеву, они внесли свои дополнения в текст (окончательно
он занял двадцать одну страницу) . По тем временам поставить подпись под
коллективным обращением в высшие органы было небезопасно. В годы сталинского
культа развилось в невиданных масштабах писание анонимок - неподписанных
поклепов на любых лиц. Вслед за посылкой анонимок чаще всего следовали аресты
людей, ошельмованных в этих "сигналах с мест". За коллективки же могли
последовать нешуточные кары вовсе не в отношении тех, о ком сообщалось в
коллективном обращении, а тех, кто осмелился принять участие в подготовке такого
письма и кто его подписал. Каждый это хорошо понимал.
Первым поставил свою подпись Павел Александрович Баранов. Он переменил свое

некогда положительное отношение к Лысенко на резко отрицательное,
разобравшись в сути его "учения" и стал противником лысенкоизма. Когда Лебедев и Чук-
санова принесли ему текст письма (даже не имея ввиду получить его подпись, а
лишь желая услышать его мнение о том, как они написали обращение) , Баранов
внимательно прочитал письмо, а когда дошел до последнего абзаца, взял ручку и
написал: "1. Член-корр. АН СССР, член КПСС П.А. Баранов (Директор
Ботанического ин-та АН СССР)", добавив при этом: "Если я как директор академического
института поставлю свою подпись первой, больше людей решится его подписать,
да и вас на всякий случай защитить надо". Примерно в это же время Баранов
заметил, что неплохо было бы превратить празднование юбилея Мичурина в
празднование реабилитации Вавилова.
Вторым подписал письмо директор Лаборатории цитологии АН СССР член-
корреспондент АН СССР Д. Н. Насонов. Были, правда, и не столь смелые люди.
Так, один из ведущих сотрудников Ботанического института, знавший о том, что
Лебедев готовит такое письмо, встречая его иногда в коридоре Ботанического
института, советовал писать поострее, но когда письмо было готово и принесено
ему на подпись, поставить свою подпись отказался. И все-таки 66 крупных
биологов не убоялись подписать письмо. В нем была подробно изложена
отрицательная роль Лысенко на посту руководителя сельскохозяйственной науки в СССР,
перечислены его главные научные ошибки, и в связи с этим было заявлено:
"... материальные потери, которые понесла наша страна в результате
деятельности Т.Д. Лысенко, не поддаются исчислению, так они велики...
... августовская сессия ВАСХНИЛ привела не к расцвету советской биологии и
агрохимии, а к их упадку, к ликвидации ряда областей науки и фальсификации
многих ее разделов (генетика, цитология, эволюционное учение и пр.) и к
установлению аракчеевского режима в его худшей форме.
Современная генетика является одной из основ эволюционного учения и
дарвинизм сейчас немыслим без генетики. В результате же деятельности Т.Д. Лысенко,
представляющей собой беспрецедентный в истории обман государства, генетика
была фактически запрещена, а дарвинизм фальсифицирован. В программах по
генетике и в соответствующих пособиях современная генетика подменена "теориями"
Т.Д. Лысенко... система присуждения Сталинских премий в 1948-1952 г.г.,
выборы в АН СССР по биологии, утверждение докторских и кандидатских диссертаций,
стоящих на низком уровне, но подчиненных господствующей догме, расстановка
научных кадров по признаку "преданности" Т.Д. Лысенко, извращение
преподавания биологии - привели к глубокому моральному упадку многих деятелей
советской науки, в сильной степени развратили научную молодежь и создали такую
тяжелую обстановку, для ликвидации которой необходимы серьезные усилия...".
Авторы письма особо подчеркивали политические издержки, к которым привел
расцвет лысенкоизма:
"Деятельность Т.Д. Лысенко оказала резко отрицательное влияние на состояние
некоторых важных участков идеологической работы и, прежде всего, философии.
Ложные теоретические установки Т.Д. Лысенко в течение многих лет выдавались
за новый этап развития диалектико-материалистического понимания биологических
явлений...
...теперешнее состояние нашей биологии широко используется идеологами
империализма в целях антисоветской пропаганды... Одним из примеров этой
пропаганды в США является перевод без комментариев произведений как самого Т.Д.
Лысенко (например, его книги "Наследственность и ее изменчивость") , так и его
сторонников (перевод статьи А.Н. Студитского "Мухолюбы-человеконенавистники"
со всеми карикатурами оригинала)...".
Исходя из сказанного, был сделан вывод:
"... осуждение Лысенко, как человека, нанесшего огромный ущерб науке и
народному хозяйству СССР, не только является важнейшей предпосылкой подъема со-

ветской биологии и агрономии, но и имеет большое международное значение.
Дальнейшие же мероприятия, очевидно, должны быть направлены на ликвидацию
ущерба, нанесенного нашей стране деятельностью Т.Д. Лысенко".
Затем были перечислены наиболее важные мероприятия, которые следовало бы
осуществить:
п 1. Гласное заявление руководящих организаций, что взгляды Т.Д. Лысенко,
высказанные им в докладе на августовской сессии ВАСХНИЛ, являются его личными
взглядами, а не директивой партии.
2. Восстановление в СССР современного дарвинизма, генетики и цитологии -
как в селекционной, так и в научно-исследовательской работе, так и в
преподавании в ВУЗах и в средней школе.
3. Подготовка кадров, владеющих современными методами биологического
исследования, особенно в области генетики и цитологии и в таких масштабах, которые
бы обеспечили скорейшее преодоление нашего отставания от мировой науки.
4. Смена руководства ВАСХНИЛ и превращение ВАСХНИЛ в действительно научное,
коллегиально управляемое учреждение.
5. Смена руководства отделением биологических наук АН СССР и Института
генетики АН СССР.
6. Пересмотр состава редакционных коллегий большинства биологических и
сельскохозяйственных журналов, а также биологической редакции "Большой
Советской энциклопедии".
В начальной части письма было особо оговорено несогласие с использованием
лысенкоистами имени Мичурина в своекорыстных целях, было отмечено, что
Мичурин "не имеет ничего общего с тем, что в течение многих лет после его смерти
преподносится Т.Д. Лысенко, И.И. Презентом и другими под видом так называемой
"мичуринской" биологии", и высказано такое опасение:
"Имеется реальная угроза, что юбилей И.В. Мичурина, который может и должен
быть смотром служения нашей биологии советскому народу, будет использован
группой Т.Д. Лысенко для прикрытия фальсификации научных взглядов И.В.
Мичурина, прикрытия его именем отказа от самих основ дарвинизма и всего, чем
обогатилась наука после Дарвина. У всех нас вызывает искреннее недоумение
утверждение Т.Д. Лысенко докладчиком на торжественном заседании, посвященном И.В.
Мичурину. Мы считаем, что это может затормозить оздоровление биологии в СССР
и свяжет свободу дискуссий и критики".
Заканчивалось обращение в ЦК партии словами:
"С чувством боли и горечи подписываем мы этот документ о состоянии
советской биологии. Однако еще сильнее чувство нашей ответственности перед народом
и Коммунистической партией, которым мы обязаны сказать всю правду, а также
глубокая вера в то, что Партия и Правительство помогут советской биологии
выйти из создавшегося положения и, подобно другим отраслям естествознания,
внести полный вклад в великое дело строительства коммунистического общества".
К этому заявлению, подписанному, в основном, москвичами и ленинградцами,
присоединилось еще несколько групп ученых. Конечно, слухи о письме разнеслись
по стране, многие ученые на периферии решили, пусть рискуя, но присоединиться
к обращению, и вдогонку первому письму в Президиум ЦК КПСС ушло еще одно
письмо, подписанное 183 специалистами-биологами, в котором было заявлено:
"Мы, к сожалению, не имели возможности своевременно подписать обращение
некоторых биологов в Президиум ЦК КПСС. Ознакомившись с его копией, мы
присоединяемся ко всем его основным положениям, но считаем, что в этом документе
далеко не полностью обоснован тот моральный и материальный ущерб, который
нанесен стране за последние годы деятельности Т.Д. Лысенко...".
Таким образом, общее число биологов, подписавших обращение, составило не
менее 250 человек (кое-кто все-таки не решился поставить подпись под "коллек-
тивкой", а направил свои индивидуальные письма, в которых сохранялись основ-

ные пункты критики Лысенко, в их числе были академик ВАСХНИЛ П.М. Жуковский,
член-корреспондент АН СССР В.В. Попов, проф. МГУ Б.А. Кудрявцев и др.).
Недавний выпускник МГУ Н.Н. Воронцов, женившийся на дочери известного
математика А.А. Ляпунова, уговорил тестя подписать более короткое (но не менее
решительное) письмо с осуждением лысенкоизма. Алексей Андреевич Ляпунов -
человек, пользовавшийся огромной популярностью в кругах математиков, сумел в
кратчайший срок подписать письмо у таких ведущих ученых-математиков, как
академики Виноградов, М.В. Келдыш, С.Л. Соболев, С.А. Лебедев, М.А. Лаврентьев и
еще примерно десяти крупных ученых.
Кроме того, в Президиум ЦК КПСС было подано заявление 24 виднейших
математиков и физиков, указавших на пагубную роль Лысенко в таком важном вопросе,
как развитие отраслей биологии, соприкасающихся с физикой и химией -
биологической физики, радиобиологии, теории информации и др. Подписавшие это письмо
особо подчеркивали:
"Естествознание едино, и то тяжелое положение, в котором в течение многих
лет находится советская биология, сказывается отрицательно на смежных
дисциплинах и на общем уровне науки в целом. Огромный ущерб нанесен международному
престижу советской науки".
Под ним подписались будущие Нобелевские лауреаты И. Е. Тамм, Л. Д. Ландау,
П.Л. Капица, создатели советской водородной бомбы (наряду с И.Е. Таммом) А.Д.
Сахаров, Я.Б. Зельдович, И.Б. Харитон, Д.А. Франк-Каменецкий и другие физики.
И. В. Курчатов и А. Н. Несмеянов как члены ЦК КПСС отказались поставить свою
подпись, но обещали поговорить лично с Н. С. Хрущевым об этом письме,
поддержав его положения. Такой разговор состоялся, и Хрущев охарактеризовал и
письмо биологов, и обращение физиков как возмутительное. Вместо того, чтобы
прислушаться к мнению огромного числа ведущих ученых, лидер партии
продемонстрировал "крутой ндравп. В ЦК партии было также направлено письмо 26
специалистов почвоведов и агрохимиков, указавших на отрицательную роль Т.Д. Лысенко в
сельскохозяйственной науке. В памяти биологов эта смелая акция осталась как
"Письмо трехсот" - по общему числу подписавших обращение в ЦК партии. Спустя
30 лет письмо нашла в делах И.В. Курчатова директор его музея Р.В. Кузнецова
и направила статью с сообщением об этом письме в "Правду". При первой
публикации она даже не знала авторов "Письма трехсот", но позже эта историческая
несправедливость была исправлена.
Празднование 100-летнего
юбилея И.В. Мичурина
и снятие Лысенко с поста
президента ВАСХНИЛ
Начавшееся брожение умов не могло не тревожить лидера "мичуринцев",
осознававшего шаткость своего положения. Прекрасный политик, психолог, ярчайший
демагог и редкий по проницательности игрок на человеческих слабостях, он,
естественно, искал выход из складывающегося не в его пользу положения. В этот
момент подвернулся удобный случай еще раз продемонстрировать всем в стране
достижения "мичуринской биологии", заявить громко о якобы грандиозном масштабе
свершений самой передовой в мире материалистической науки, как всегда
именовали свое направление лысенкоисты. Приближался 100-летний юбилей со дня
рождения И.В. Мичурина, имя которого лысенкоисты присвоили для обозначения
конгломерата своих постулатов. Правительство приняло постановление о пышном
праздновании этого юбилея, и лысенкоисты ухватились за возможность выставить
себя на первые роли.
Были подготовлены к изданию очередные книжки статей самого Мичурина,
снабженные, конечно, предисловиями и вводными статьями Лысенко, Презента и их

сторонников. В газеты пошел косяком поток победных сообщений об успехах тех,
кто встал под "знамя Мичурина". Государственное издательство
сельскохозяйственной литературы издало трехтомник "Мичуринское учение на службе народу", в
котором ученые разных специальностей отчитывались в успехах. Лысенко не
значился в редколлегии трехтомника (в нее вошли И.С. Варунцян, И.Е. Глущенко,
М.А. Ольшанский, И. И. Презент и др.), но зато первый том начинался с его
статьи , в которой было заявлено:
"Некоторым советским и особенно зарубежным читателям непонятно, почему
мичуринская биология представляет новый этап развития биологической науки,
новую, высшую ступень дарвинизма...
В нашей стране с ее самым передовым прогрессивным колхозно-совхозным
сельским хозяйством учение Мичурина развилось ныне в мичуринское учение,
творческий дарвинизм. . . , учение Мичурина, мичуринская биология. . . как воздух
необходимы сельскохозяйственной практике...
До 1948 г. сторонниками вейсманизма, антиподами мичуринского учения в
советской стране оставалась только небольшая группа ученых... Не так обстоит
дело в ряде зарубежных стран... здесь отдельные биологи-генетики продолжают
вводить в заблуждение немалую часть научной общественности".
Далее Лысенко продолжал твердить о вегетативной гибридизации, порождениях
видов и о прочем, как о несомненно доказанном. Затем шли статьи его верных
сторонников - М.А. Ольшанского, И. И. Презента, СИ. Исаева, С . Н . Муромцева,
К.Ю. Кострюковой и других. Но наиболее важным было то, что более половины
объема первого тома сборника занимали присланные из почти 15 стран статьи
зарубежных авторов, пусть второстепенных в большинстве своем ученых, мало кому
известных, но зато подававшихся как глашатаев всей передовой науки мира.
Поддержке мичуринского учения западными коллегами, вернее формированию мифа
о такой могучей поддержке, лысенкоисты придавали особое значение. Пользуясь
симпатиями многих западных ученых к социалистической идеологии, лысенкоисты
заигрывали с ними, приглашали за советский счет посетить СССР, и каждый такой
визит обыгрывали средства массовой информации для внутреннего потребления.
Небывалым событием оставались такие поездки и в памяти гостей-иностранцев - к
элите научного сообщества они не принадлежали, почестями в своей жизни
окружены не были, а тут им устраивали столь пышный прием, что не запомнить это
они не могли. Естественно, слухи о царском гостеприимстве разносились на
Западе, и очередь из числа людей без особенных принципов и без научных
достижений, желающих побывать в СССР и пошиковать за чужой счет, никогда не
уменьшалась .
Другой сферой интереса лысенкоистов и их партийных покровителей стала
издательская деятельность невесть откуда взявшихся во всех ведущих странах
"Обществ друзей Мичурина". Этот феномен до сих пор остается не исследованным,
пути финансирования этих обществ не раскрыты, их далеко не узкая сфера
интересов ушла из сфер интереса исследователей (да и разведслужб также), а в свое
время, особенно в конце сороковых - первой половине пятидесятых годов ХХ-го
века эти общества росли во всем мире как грибы. Несомненно никакой финансовой
базы внутри стран Запада у этих обществ не существовало, их организационную
активность и "исследования" финансировал кто-то извне. Важнейшую роль в
управлении процессом создания и контроля за "Обществами друзей Мичурина"
играл И.Е. Глущенко. Решением Политбюро ЦК ВКП(б) в 1949 году он был включен в
немногочисленный состав так называемых Ученых секретарей при Президенте АН
СССР. Затем партийные органы ввели Глущенко в состав правления Всемирного
Совета Мира. Не зная ни одного слова ни на одном иностранном языке, Иван
Евдокимович не вылезал из-за границы, отправляясь на многие месяцы в году вместе
с женой (Бертой Абрамовной Глущенко) и с персональными переводчицами в вояжи
по заграницам. Список европейских и азиатских стран, в которых Глущенко с

супругой побывали, передвигаясь во взятом напрокат лимузине с шофером, на
самолетах , на спецрейсах зафрахтованных автобусов и т.п. весьма внушителен.
Такие, как Глущенко, эмиссары привозили своим "друзьям" последние сведения о
текущей работе лысенковцев. Эти тексты местные активисты "Обществ друзей
Мичурина" переводили на свои языки, затем переводы оказывались включенными в
виде собственных материалов в начавшие выходить во многих странах бюллетени и
информационные листки, перепечатанные на машинке или гектографированные.
Бюллетени и листки оказывались переправленными в СССР, где их под присмотром тех
же Глущенко и Варунцяна переводили на русский, переводы в виде статей
вставляли в журнал "Яровизация" (позже "Агробиология"), и теперь Лысенко мог
утверждать , что его учение триумфально шествует по планете. Таким образом он
решал двоякую задачу - умело манипулировал так называемым "общественным
мнением Запада" и раздувал собственную популярность в СССР ссылками на своих
продолжателей с Запада. Настоящим чудом стал совершенно невозможный итог.
Буквально сразу же, мгновенно, все эти журнальчики и "Общества" исчезли, как
только Лысенко пал - будто их ветром сдуло! Могло быть только одно объяснение
"чуда": если бы эти фантомы Обществ не были бы сформированными советской
властью, они не исчезли бы бесследно с прекращением финансирования советскими
властями.
Естественно, попытка использования юбилея Мичурина для пропаганды Лысенко-
изма не могла пройти мимо тех, кто всегда чувствовал свою ответственность за
дальнейшее развитие биологии в СССР - настоящих, а не псевдоученых. Но, как
противостоять напору Лысенко? Издать собственные сборники антиподы Лысенко не
могли: все издательства в стране строго контролировали партийные органы, и
такие материалы не могли увидеть света. Организовать собственные заседания
ученых советов, сессий академий, научных обществ и т.п. было также
невозможно, ибо главенство во всех организациях захватили, благодаря многолетним
репрессивным мерам властей, лысенкоисты. Директор Ботанического института АН
СССР П. А. Баранов подготовил письмо на имя Н. С. Хрущева, в котором указывал,
что нельзя ставить докладчиком на юбилейном заседании Т. Лысенко. Баранов
предложил двум другим директорам биологических институтов Академии наук СССР
- А.Л. Курсанову (Ин-т физиологии растений) и Н.В. Цицину (Главный
Ботанический сад) подписать это письмо, но оба отказались. Тогда Баранов отправил
обращение к Хрущеву за одной своей подписью (это было сделано до того, как
"Письмо Трехсот" легло на стол партийных боссов), чем вызвал гнев Первого
секретаря ЦК партии.
Несмотря на негативное отношение Хрущева к обращениям ученых, какие-то
надежды, что Лысенко нанесен ощутимый урон, еще теплились в сердцах многих
биологов, впервые за два с половиной десятилетия главенства Лысенко коллективно
выразивших ему недоверие. Как добрый знак рассматривали посмертную
реабилитацию летом 1955 года Н.И.Вавилова. Конечно, в эти дни все внимательно следили
за барометром настроений руководящей верхушки партии - за печатью. Более
месяца в "Правде" не упоминали Лысенко, хотя были опубликованы статьи о
Мичурине и о Т. Мальцеве. Но затем разнеслись слухи о том, что докладчиком на
торжественном заседании Академии наук СССР по случаю 100-летия Мичурина
утвержден (по распоряжению из ЦК партии) Лысенко. Узнав об этом несколько ведущих
членов АН СССР направили возмущенные письма в Президиум АН СССР, заявив, что
они не явятся на такое заседание (письма направили академики П.С.
Александров , А. И . Алиханов, Л. А. Арцимович, А. Н . Колмогоров, М. А. Леонтович, Л . Д.
Ландау, И.Е. Тамм, В. А. Фок и член-корреспондент АН СССР П. А. Баранов). Эти
обращения ведущих ученых ни к какому эффекту не привели. В день празднования
юбилея Мичурина всё встало на свои места. В "Правде" красовалась парадная
статья Лысенко "Подвиг в науке", пестревшая ругательствами в адрес
идеалистов, механицистов, вейсманистов и неодарвинистов, под нажимом партийного ру-

ководства празднование юбилея Мичурина пошло по лысенковскому сценарию. Когда
собравшиеся в Большом театре Союза ССР 27 октября 1955 года рукоплесканиями
встретили членов президиума торжественного заседания, посвященного столетию
Мичурина, они увидели, что на самом почетном месте усаживается Лысенко, рядом
с ним занимали места председатель Совета Министров СССР Н.А. Булганин,
недавно назначенный Председателем Президиума Верховного Совета СССР К. Е.
Ворошилов, прежний глава государства Г.М. Маленков и члены руководства партии Л.М.
Каганович, М.Г. Первухин, Д.Т. Шепилов и другие.
Заседание открыл Президент АН СССР А.Н. Несмеянов, который был вынужден
тепло отозваться о славных продолжателях дела Мичурина, а затем слово для
основного доклада было предоставлено Лысенко. Лишить его этой привилегии
ведущие ученые страны не смогли, а Лысенко, конечно, использовал эту возможность
для воздания очередной раз хвалы своему учению и повторам тезиса об
абсолютной правильности своих представлений о сути наследственности, жизненности,
видообразования и т.п. Все эти спекуляции, против которых возражали ученые,
были поданы им как незыблемые положения науки. Так же их расценила в эти дни
"Правда", напечатавшая большой отчет о заседании и опубликовавшая огромную
фотографию президиума собрания и Лысенко, возвышающегося над трибуной.
Завершающим аккордом в праздновании столетнего юбилея Мичурина стало присуждение
Лысенко золотой медали имени И.В. Мичурина. Такой поворот событий многие
рассматривали тогда как крупное поражение ученых.
Конечно, власти были в курсе настроений большинства биологов и специалистов
многих других дисциплин. Стало ясно и им, что не прислушаться к коллективному
мнению ученых опасно. Этим и объясняется двойственная позиция, занятая
верхами в это время. С одной стороны, предоставив трибуну для доклада в Большом
театре Лысенко и утвердив решение о том, чтобы увенчать его золотой медалью,
руководство сделало реверанс в сторону лысенкоистов. Но, с другой стороны, в
это же время начались кое-какие движения и в сторону исправления недостатков,
указанных в "Письме Трехсот". Прежде всего, симптоматичным было то, что никто
из поставивших под ним свою подпись не пострадал. Затем, к удивлению многих,
объем "Ботанического журнала" - главного рупора критиков лысенкоизма - был в
конце 1955 года удвоен. Физикам отдельно пообещали, что будет дано согласие
на организацию научного центра по изучению влияния радиации на генные
структуры, и что изучать это влияние поручат тем, кто разбирается в генах, а не
тем, кто не допускает даже мысли об их существовании (такой
Радиобиологический отдел в Институте атомной энергии в Москве был создан через несколько
лет) .
А между тем гены снова попали в фокус внимания ученых во всем мире
благодаря тому, что в английском журнале Nature ("Природа") за 1953 год была
опубликована работа Джеймса Уотсона и Фрэнсиса Крика о двунитевом строении молекул
дезоксирибонуклеиновых кислот (сокращенно, ДНК), входящих в состав хромосом.
Гипотеза содержала три смелых предположений:
1) молекулы ДНК состоят из двух нитей;
2) порядок чередования составных частей одной из нитей строго задает
порядок чередования частей в другой;
3) определенные отрезки молекул ДНК - гигантские по длине - и есть гены.
Гипотеза строения ДНК была предельно проста и согласовывалась со многими
уже известными фактами, из модели вытекало, что стоит нитям разойтись по
длине, как около каждой из них возникает новая нить со строго заданной
последовательностью нуклеотидов, и образуются две абсолютно идентичные молекулы ДНК,
не отличимые от исходной (материнской) двунитевой молекулы. Другими словами,
ДНК размножится, сохранив в дочерних молекулах то же строение. Великий смысл,
вложенный Уотсоном и Криком в постулированную ими структуру, стал тут же
понятен всем, кто хоть отдаленно интересовался проблемами генетики. Скептики

могли оспаривать частности, но никто не был в состоянии поколебать
генеральную схему.
В 1954 году гипотезу развили дальше. Появилось много статей о том, как ДНК
могла бы определять строение молекул белков (именно в этом - определении
порядка чередования аминокислот в белках - видели главное свойство и
предназначение молекул ДНК) . А отсюда возникла задача: разгадать тот принцип, который
положен в основу кодирования частями ДНК (нуклеотидами) частей белков
(аминокислот) . В том же году интересную гипотезу предложил Георгий Антонович Гамов
- крупнейший физик, окончивший в 1926 году Ленинградский университет, в 1928-
1931 годах работавший в Гёттингене, Копенгагене и Лондоне, а в 1933 году
оставшийся жить сначала во Франции, а затем живший в Англии и с 1934 года - в
США. Гамов стал крупнейшим теоретиком, он дал квантово-механическое
объяснение альфа-распада, в соавторстве с Эдвардом Теллером (в будущем отцом
американской водородной бомбы) сформулировал теорию бета-распада. Он был
признанным авторитетом в астрофизике (ему, в частности, принадлежит гипотеза так
называемой "горячей Вселенной"). В 1954 году, Георгий Антонович Гамов
попробовал свои силы в разработке нового направления: он задумался над общими
закономерностями генетического кода и предложил гипотезу на этот счет. После
этого многие выдающиеся физики стали интересоваться проблемами зарождавшейся на
их глазах новой науки - молекулярной генетики.
Советские физики тоже не прошли мимо этого. Поэтому совершенно не случайным
стало взволновавшее многих событие, произошедшее в Москве в январе 1956 года.
На знаменитом "Капишнике" - теоретическом семинаре Петра Леонидовича Капицы в
Институте теоретической физики АН СССР - семинаре, известном своей высокой
научной репутацией, на 7 февраля 1956 года был назначен доклад академика
Игоря Евгеньевича Тамма и содоклад генетика - профессора Николая Владимировича
Тимофеева-Ресовского. Тамм собирался сообщить результаты изучения ДНК и
генетического кода, а Тимофеев-Ресовский рассказать о закономерностях
радиационной генетики, одним из основоположников которой он был. Слухи об этом
семинаре разнеслись по Москве еще до его начала и, конечно, достигли ушей Лысенко.
Не осознавать опасности таких "разговоров на публике" он не мог. Но что можно
было сделать, чтобы сорвать семинар физиков? Снова Лысенко попробовал
применить прием, недостойный ученого, но действенный в условиях советской жизни.
Не раз он выручал Лысенко, хотя иногда (как, например, в пору дискуссий в
"Ботаническом журнале") давал осечку. Итак, в институт Капицы сообщили
"мнение руководства" о том, что постановка докладов - политическая ошибка. Вот,
что вспоминал об этом Н.В. Тимофеев-Ресовский:
"Дня за три до него [до семинара - B.C.], когда объявления уже были
вывешены, кто-то позвонил в Институт физических проблем и предложил снять с
повестки объявленные генетические доклады, как не соответствующие постановлению
сессии ВАСХНИЛ 1948 г. Разговор велся не с П.Л. Капицей, а с его референтом.
Сам же Петр Леонидович сказал, что обращать внимание на такие заявления не
следует. На следующий день звонок повторился со ссылкой на мнение
ответственного работника. Тогда Петр Леонидович позвонил этому руководителю и получил в
ответ заверение, что ему об этом ничего не известно, а программа семинара
зависит только от самого директора. Заседание, таким образом, благополучно
состоялось" .
Вход на "Капишники" был свободным, и к семи часам вечера на Воробьевское
шоссе повалили толпы народа:
"... конференц-зал, широкий коридор и лестница, ведущие к нему, были
заполнены до отказа. Сотрудники института, ошарашенные таким наплывом публики,
срочно их радиофицировали... Семинар явился довольно веским прецедентом,
сильно облегчившим и ускорившим процесс развития биологии в ближайшие годы".
В последующем доклады И.Е. Тамма по вопросам строения ДНК и принципа гене-

тического кода он повторил в Москве (в Большой Коммунистической аудитории МГУ
на Моховой - одно время проспект Маркса) , в Ленинграде, в Горьком (теперь
Нижний Новгород). На всех лекциях неизменно он получал записки о том, какую
роль сыграл Лысенко в отставании советской генетики, некогда славившейся во
всем мире. И каждый раз Игорь Евгеньевич темпераментно и честно отвечал на
этот вопрос. Так физики протянули руку помощи генетикам и продемонстрировали,
что уже не только биологи, но и специалисты других дисциплин открыто говорят
об ошибках лысенкоистов.
Кульминацией этого процесса стало неожиданное для многих и столь же многими
долгожданное событие - снятие Лысенко с поста Президента ВАСХНИЛ. В апреле
1956 года газеты сообщили, что он освобожден "по личной просьбе". Его сменил
на этом посту П. П. Лобанов, председательствовавший на всех заседаниях
августовской сессии ВАСХНИЛ 1948 года, но вместе с тем недолюбливавший Лысенко
как человека (Лобанов считался специалистом по экономике сельского хозяйства,
но скорее его можно было назвать горячим исполнителем приказов сверху,
самоотверженным трудягой-хозяйственником, не знавшим десятилетиями ни
воскресений, ни долгих отпусков, за что его ценил в свое время Сталин, сделавший
совсем молодого Лобанова наркомом земледелия РСФСР, а позже - с 1938 по 1946
годы - наркомом совхозов). А.И. Опарин тоже лишился своего поста. Вместо него
с 1955 года академиком-секретарем Отделения биологических наук стал биохимик
Владимир Александрович Энгельгардт, впрочем, много лет рассматривавшийся лы-
сенкоистами как их сторонник (вместе с Белозерским).
Это падение Лысенко многими тогда рассматривалось как окончательное.
Казалось , что вслед за этим последует и отмена запрета на генетические
исследования, и изменение системы преподавания биологии, и многое другое. Однако
позднее стало ясно, что личное падение Лысенко было лишь временным, а падения лы-
сенкоизма как научной системы еще долго не происходило.
Глава XVI. ХРУЩЕВ
СНОВА ВЫВОДИТ ЛЫСЕНКО
В ПРЕЗИДЕНТЫ ВАСХНИЛ
"Нет иллюзорней и нету отчетливей
Данного времени.
Нету гонимей и нет изворотливей
Сорного семени".
Инна Лиснянская.
"Он поднял кулак, восторженно и грозно махая им
над головой, и вдруг яростно опустил его вниз,
как бы разбивая в прах противника. Неистовый
вопль раздался со всех сторон, грянул
оглушительный аплодисман. Аплодировала чуть ли не
половина залы; увлекались невиннейше:
бесчестилась Россия всенародно, публично, и разве можно
было не реветь от восторга?"
Ф.М. Достоевский. Бесы.
Дальнейший развал
сельского хозяйства СССР
7-8 мая 1956 года Президент АН СССР А.Н. Несмеянов провел заседания актива
Академии наук СССР, посвященные обсуждению уровня научных исследований в раз-

ных областях знаний. Хотя сам Несмеянов ни словом о делах "мичуринцев" не
обмолвился, в числе выступавших был член-корреспондент В.Л. Рыжков, откровенно
сказавший, что мичуринская биология отбросила советскую науку на столетие
назад. К этой оценке присоединился член-корреспондент академии Э.А. Асратян. Ни
у кого еще не выветрилось из памяти, как Эзрас Асратович активничал во время
погрома физиологии высшей нервной деятельности в 1950 году. Теперь,
воспользовавшись моментом, он разыграл из себя правдолюбца и сказал, возвысив голос,
что, наконец-то, "аракчеевщина в биологии" разоблачена.
Впервые после 1948 года лысенковщина в целом была осуждена в таком тоне на
общеакадемическом собрании ученых. От имени "мичуринцев" слово взял И.Е. Глу-
щенко. Отбиваясь от критиков, он поступал вполне логично: опираясь на принцип
партийности в науке, отверг сказанное Рыжковым и Асратяном (он
охарактеризовал их речи как "более чем сомнительные выступления по поводу нашей
материалистической биологии"):
"... не только в данной аудитории, но и вообще в любой советской аудитории,
подобные заявления непозволительны не только потому, что они не радуют
слушателя, а потому, что они просто неверны. Это от начала до конца, извините меня
за резкость, полнейший вздор".
Глущенко утверждал, что лысенковская "теория стадийного развития стала
общепризнанной всеми людьми науки в мире", что от яровизации никто не
отказывался, а просто война помешала:
"Причина тому проста: военные невзгоды унесли старые кадры яровизаторов, а
новых никто не подготовил. В этом повинны и Министерство сельского хозяйства
и, может быть, сам автор яровизации".
Показательным в этом выступлении было то, что ближайший к Лысенко и один из
наиболее ярких деятелей из его окружения вдруг осмелился столь открыто
бросить камень в самого Лысенко за его мнимую пассивность.
Но то, что именно в вопросе помощи сельскому хозяйству ученые и наука в
целом сделали мало, скорее способствовали провалу, говорили в то время многие,
причем в большинстве высказываний протягивалась ниточка между бедственным
положением в сельском хозяйстве и ролью Лысенко в том, что сельскохозяйственная
наука в СССР зашла а тупик.
О том, насколько плохими были эти дела, ясно сказал (естественно, задним
числом) сам Н.С. Хрущев на XXI съезде КПСС 17 января 1959 года:
"Многие колхозы в течение ряда лет оставались экономически слабыми, рост
сельскохозяйственного производства затормозился, и уровень его не
удовлетворял возросших потребностей страны в продовольствии и сельскохозяйственном
сырье. Состояние сельского хозяйства тогда было у нас тяжелым, и оно таило
опасные последствия, которые могли задержать продвижение Советской страны к
коммунизму".
Поездив по свету, послушав умных людей в разных странах, он, несомненно,
понял, что есть несколько путей исправления положения, но каждый из них был
для него неприемлем. Он должен был осознавать, что организационная структура
сельского хозяйства в СССР порочна, но коммунистические рецепты ни он и никто
другой отменить не могли. Распустить колхозы - означало признать провал
социалистического "переустройства деревни". Этого коммунист Хрущев и в мыслях
не допустил бы, да и "родное ЦК" не позволило бы ему этого сделать.
Предоставить колхозам экономическую самостоятельность - тоже нельзя было никак, это
бы означало отойти от принятого в данный момент догмата о характере
экономических взаимоотношений при социализме. Как паллиатив могла бы помочь
химизация сельского хозяйства - внесение максимума потребных удобрений на всей
площади посевов, иначе земли, истощенные вконец хозяевами, живущими одним днем,
готовыми себя заложить, лишь бы в выполнении сегодняшнего плана отчитаться,
просто перестали бы родить! Но где взять эти удобрения? Ведь химическую про-

мышленность запустили не меньше, чем сельское хозяйство.
К тому же наступила реальная катастрофа с механизацией колхозов и совхозов.
Земли, отобранные от индивидуальных хозяев и собранные в колхозы и совхозы,
требовали огромного парка мощных машин, а за годы войны все тракторные и
комбайновые заводы были превращены в танковые, выпуск другой техники был также
приостановлен. Старая, еще довоенная техника на селе развалилась, скудные
ресурсы ремонтных предприятий были совершенно недостаточны. Да и не из чего
было делать запчасти, ибо металл шел на другие, главным образом, военные нужды,
и станки работали на другие программы...
Каждая из задач была подобна головоломке, и начал Никита Сергеевич
шарахаться из стороны в сторону, словно одержимый порывом - как бы побольше
наломать дров. Вместо облегчения жизни тем, кто мох1, если не страну накормить, то
хоть себя самого поддержать, - последовало распоряжение: запретить все стада
личные, кроме общественных (в этом вопросе коммунист Хрущев полностью
следовал идеологическим принципам - долой частную собственность!). Личный скот
отобрали, по всей стране старые женщины голосили, прощаясь с любимыми буре-
нушками, но самый страшный вред несло стране то обстоятельство, о котором
коммунисты нисколько не заботились: в короткий срок сельские жители
распростились с вековыми навыками содержания личных животных, ментальность была
изменена раз и навсегда, и вместо того, чтобы встать в пять утра, затопить
печь, задать корм скоту, потом проводить крупных животных в стадо,
позаботиться об остальной живности, сельские жители стали следить за тем, когда в
сельпо привезут молоко, хлеб, масло, яйца, говядину или свинину. Последствия
изменения ментальности оказались страшнее вреда от сохранения остатков
частнособственнической психологии.
В сталинские времена для обслуживания технических нужд колхозов и совхозов
были созданы в каждом районе машинно-тракторные станции, МТС, в которых был
сосредоточен весь парк тяжелых машин, обеспечен централизованный ремонт этой
техники. Но МТС были чем-то вроде собственника в коллективизированном секторе
сельской экономики. Колхозы и совхозы вынуждены были зависеть от
эмтээсовского начальства, идти к ним на поклон. Вместо укрепления машинного парка Хрущев
распорядился - закрыть МТС и передать всю технику непосредственно хозяйствам
(опять это решение вытекало из его коммунистических инстинктов, было
обусловлено стремлением устранить подобие собственности на машинный парк). Эта
организационная чехарда конечно не могла кого-то накормить. Дела шли лучше только
на бумаге, да в залихватских речах. А в это время земля хирела, не стало в
достатке коров и лошадей, а, значит, не стало и навоза. Целину распахали, а
на исконные угодья ни органических, ни химических удобрений не было.
Здесь и подоспел Лысенко с очередным детищем - органоминеральными смесями
вместо полноценных удобрений. Через всесильного помощника Хрущева по
сельскому хозяйству А.С. Шевченко, да с помощью лысенковцев, сидевших кто в Минсель-
хозе, кто в Госплане, кто в сельхозотделе ЦК, а кто в таком же отделе в
Совмине, Хрущеву подсунули эту идею: можно дела с землей улучшить и из провала
выкарабкаться, можно и без того объема удобрений, которого агрохимики
запрашивают, обойтись. С удобрениями-то и дурак проживет. А, вот, попробуй, без
них вывернуться. Вот где собака зарыта!
Здесь уместно отметить, что Хрущев сформировал особо питательную среду для
выхода на верхи прожектёров, обещавших легкое и дешевое решение сложных
процессов, он покровительствовал шапкозакидателям и упивался возможностью
ссылаться на их сверхнадежные гарантии и взвешенно-разумные обещания. Как в
худшие сталинские времена, Хрущев использовал пропагандистские приемчики для
одурманивания населения страны. Чтобы нейтрализовать недовольство и вселить
веру и оптимизм в обывателей, он в каждой из своих бесчиссленных речей
повторял многообщеающие лозунги: "Скоро мы догоним Америку по производству мяса и

молока, года за три, за четыре"; "Скоро каждая советская семья будет иметь
отдельную квартиру или дом"; "Партия торжественно провозглашает: нынешнее
поколение советских людей будет жить при коммунизме"; "Коммунизм наступит в
1975-1980 годах"; и пр. и пр. Лысенко с его веером обещаний превосходно
вписывался в эту социальную игру призраков и вполне мог рассчитывать на
процветание, на поддержку лидера страны. Загадкой для историков остается лишь тот
пункт, на который никто сегодня уже не даст ответа: были ли они оба искренни
в своих обещаниях, или оба знали, что лукавят, обманывают окружающих: один,
носясь с заверениями в дешевом средстве для придания плодородия советским
полям; а другой, радуясь этим обещаниям, и, в свою очередь, произнося такие же
безответственные обещания советским людям.
Игра продолжается - в центре Н.С. Хрущев, крайний слева Т.Д. Лысенко.
Сегодня можно констатировать, что хрущевская игра в обещания привела к
самому страшному, что только было в идеологии коммунистических правителей. Она
завершилась окончательной эрозией веры в правильность обещаний линии партии и
лишила руководителей права ссылаться на неизбежность скорого чуда. Мифы
утеряли притягательность. Им перестали верить все - от мала до велика. И, может
быть, в этом заключался самый роковой просчет Хрущева.
Новая "панацея" -
органоминеральные смеси
Подбираться к проблеме удобрения пахотных земель Лысенко начал в
послевоенные годы. Знаний в этой весьма специальной и глубоко развитой области у него,
естественно, не было, а амбиции выросли. Хорошо понятна ему была лишь
конечная цель - тратить поменьше удобрений. А вот механика такой хитрости сразу в
руки не давалась. Поэтому окончательную форму идея приобрела не сразу.
В 1946 году в газете "Известия" Лысенко впервые заявил о якобы открытой им
роли почвенных микроорганизмов в снабжении растений минеральными веществами:
"В почве растения... питаются продуктами жизнедеятельности
микроорганизмов" , - объяснил он.
До этого специалисты считали, что растения поглощают из почвы солевые
растворы, несущие нужные анионы и катионы, также как более сложные органические
молекулы. Эти вопросы почти столетие изучали эксперты по физической и
коллоидной химии, агрохимики и биохимики, физиологи растений, но у Лысенко
появился иной взгляд на эту проблему:

"Все удобрения, которые мы вносим в почву, даже в усвояемой форме, все
равно прежде поглощаются микрофлорой, и уже продукты жизнедеятельности
микрофлоры питают наши сельскохозяйственные растения".
Чуть позже он сделал еще одно афористическое по форме и нелепое по
содержанию заявление:
"... известно и другое - навозом растение не питается".
В тот момент он не решился построить на базе своего нового понимания роли
микробов в питании растений всеобъемлющие рекомендации для колхозников и
ученых, а ограничился локальными советами для земледельцев Сибири. Он просто
объяснил это:
"В Сибири почва зимой настолько промерзает, что микрофлора очень сильно
стерилизуется, а так как растения питаются только продуктами
жизнедеятельности микрофлоры, то пока в почве не оживет микрофлора, не разовьется ее
жизнедеятельность, растения голодают".
Естественно, никаких данных изучения "стерилизации микрофлоры" морозами он
не приводил и, наверное, сильно бы удивился, если бы узнал, что бактерии при
низких температурах прекрасно выживают, и что наилучший способ их сохранения
десятилетиями - это перенос в морозильные камеры в высушенном состоянии с
температурой ниже минус 20° по Цельсию. Из такой неосведомленности вытекал
практический совет:
"Исходя из этого и нужно... разбросать... два-три центнера на гектар хорошо
прогретой почвы, в которой микрофлора ожила. Получив такую "закваску", вся
почва быстрее оживится, и можно предполагать, что в этих случаях и ранние
посевы будут хорошо развиваться".
Лихие призывы, требовавшие гигантского ручного труда, и раньше были в моде
у Лысенко. Когда он предлагал снабдить 300 тысяч, а затем 500 и 800 тысяч
колхозников пинцетами, чтобы они ползали на коленках по полям и кастрировали
колоски пшениц, это было выдано за массовое приобщение малограмотных людей к
самой высокой науке, "овладение массами науки". Когда предлагал рыть траншеи
в рост человека для хранения до лета клубней картофеля - это было подано под
соусом невозможности разом покончить с биологической сутью живой материи:
растет подлая живая ткань, так мы её в траншею закопаем.
Но сейчас было выдвинуто нечто невиданное даже по прежним меркам.
Разбрасывать талую землю в немыслимом количестве - такое мероприятие многих повергло
в изумление. Ведь где-то эту землю надо было наковырять, отогреть, доставить
на поле, там развести по миллионам гектаров площади. И предлагал Лысенко это
в 1946 году, когда не только коров, но и лошадей, почитай, всех съели,
тракторов и машин практически не было, да и рабочих рук не хватало. Ничем иным,
как глумлением над своим же братом-крестьянином, звучали заключительные
строки из лысенковской статьи:
"Нигде как в нашей стране, не ценят так человеческий труд, и все
направляется к тому, чтобы наиболее бережно его расходовать, делать труд более
легким, приятным".
Конечно, следовать совету "колхозного академика" не стали, и к идее
разбрасывания земли он никогда больше не возвращался. Позже, в 1949-1950 годах, он
услышал от кого-то новую идею - что, вообще, в СССР неверно готовят удобрения
на заводах - суперфосфат или калийные соли мелко дробят, в пыль истирают,
чтобы легче было по полям развеивать, и что не худо было бы делать удобрения
в виде мелких гранул. Тогда бы гранулы потихоньку за лето растворялись и
питали бы растения в течение всего периода вегетации. Почувствовав, что в этой
идее есть разумное зерно, Лысенко стал горячо твердить о пользе
гранулированных удобрений. Правда, и здесь его заносило сверх меры. В брошюре 1950 года
он, например, сообщил, что потому грануляция полезна, что спасает удобрения
от якобы вредного контакта с почвенными частицами.

"Чем меньше суперфосфат или калийные удобрения будут соприкасаться с
почвой, - писал он, - тем меньше они будут вступать в неусвояемые для растений
химические соединения".
Затем прослышал Лысенко о том, что неплохо вроде получается, если смешивать
гранулы удобрений с жидким навозом или пометом. То ли в Горьком, то ли в
Нижнем Тагиле у кого-то здорово получается: и удобрений меньше идет, и помет,
который сразу в дело не пустишь - надо год выдерживать в траншеях, компосты с
землей и соломой готовить, здесь сразу утилизируется. И то верно, решил
Лысенко , и стал трубить, где только можно, о пользе ручного приготовления орга-
номинеральных гранул. Как вспоминал в 1955 году крупнейший авторитет тех лет
в области минерального питания Андрей Васильевич Соколов:
"Т.Д. Лысенко вначале выступал в качестве сторонника применения заводского
гранулированного суперфосфата, затем органоминеральных гранул, потом органо-
минеральных смесей, и то высоких, то малых доз извести. Все эти выступления
сопровождались утверждениями о необычайно высокой эффективности рекомендуемых
им в данный момент приемов".
К 1953 году Лысенко окончательно утвердился в мнении, что все-таки главное
в питании растений не почва, не гумус, не кислотность или щелочность среды,
не содержание минеральных веществ или микроэлементов, а почвенные микробы.
Ясное дело, что только они и усваивают все вещества из почвы, ясно, что,
переработав их в своих клетках в нужные растениям формы, они и кормят
последние. На сессии ВАСХНИЛ 15 сентября 1953 года Лысенко поделился этой выдумкой,
поданной как выдающееся достижение человеческого ума.
"Без жизнедеятельности соответствующих почвенных микроорганизмов в почве
нет и нужной для растений пищи", - сказал он и добавил:
"Для каждого вида... растений... существуют специфические виды почвенных
микроорганизмов".
Объяснять, чем он руководствовался при формулировании столь решительного
вывода, противоречащего всему, что известно в почвоведении и агрохимии,
Лысенко , конечно, не стал. Все они, эти почвоведы и агрохимики - заскорузлые и
зазнавшиеся неучи и невежды, ошибались, - заранее парировал возможные
возражения ученых Лысенко. Конечно, они могут пытаться с ним спорить, но всё это
напрасно.
"Но я думаю, что если деятелям науки не ясно, чего они еще не знают в
разделе своей работы, то это признак того, что и то, что они знают, не
раскрывает существа процессов, имеющих место в разбираемом явлении", - объявил он. По
ходу дела он наперед отмел как ненужные разговоры о химиях и физиках:
"... будет ошибкой сводить биологические закономерности к химическим и
физическим, отождествлять их".
"Сколько бы химики не вскрывали химические закономерности, как бы они не
изучали химические превращения в курином яйце, на основе добытых химиками
закономерностей цыпленка из куриного яйца не получить. А вот на основе
удовлетворения биологических потребностей куриного эмбриона люди уже давно
научились выводить цыплят".
Новый подход был очерчен, аргументация за него полностью исчерпана -
надлежало переходить к воплощению в практику очередного продукта лысенкоизма,
революционизирующего сельскохозяйственное производство.
"Нам теперь ясна и тактика минерального питания: нужно кормить
микроорганизмы, а не пытаться накормить сразу растения. Тогда и нормы внесения
удобрений снизятся, и набор удобрений упростится, и эффект усилится", - заявил он.
Незачем возиться и со всякими там улучшениями почв - устранением лишней
кислотности или вредного защелачивания.
"Сама по себе кислотность почвенного раствора для сельскохозяйственных
растений и их корневой системы не вредна, вредное для сельскохозяйственных рас-

тений действие кислот почвенной среды связано с тем, что, как уже говорилось,
в ней не могут жить бактерии, продуктами жизнедеятельности которых питаются
эти растения", - так звучало еще одно его "открытие".
Для практического применения его предложение было сформулировано следующим
образом: микроорганизмы станут жить в почве лучше, если вносить органомине-
ральные смеси - на каждый гектар по 3 центнера суперфосфата, смешанного с
одной- двумя тоннами навоза, к коим добавлены иногда известь, иногда фосфоритная
или доломитовая мука (что под рукой окажется) и всё это запахивать. Вовсе
теперь не нужно выискивать, как раньше, много навоза (ведь по 30-40 тонн на
гектар вбухивали и еще почитали это кое-где малым количеством!), да и
удобрений много не нужно.
Осенью 1952 года все та же верная палочка-выручалочка Артавазд Аршакович
Авакян мобилизовал своих сотрудников в "Горках Ленинских" и (наряду с
экспериментами с ветвистой пшеницей, посевами озимых культур вместо яровых и
яровых вместо озимых, также как и проверкой новой задумки - посадки чая в гуще
подмосковных дубовых лесов) заложил полевые опыты с тройчаткой (так обозвали
по аналогии с лекарством от головной боли эту смесь суперфосфата - навоза -
извести). И снова всё у Авакяна чудесно вышло. Точно так, как и предсказывал
Трофим Денисович. Урожай будто бы собрали отменный. Осенью 1953 года все
данные Авакяна якобы снова подтвердились. Можно было не сомневаться: тройчатка -
это новое чудо мичуринского учения. Срочно была напечатана об этом победная
статья, и Лысенко начал трезвонить о новом "открытии" везде, где можно.
Выступления следовали одно за другим, он мотался из города в город, рекламируя
новое далеко идущее предложение:
- 26 января 1954 года он выступил на Всесоюзном совещании работников
машинно-тракторных станций, созванном ЦК КПСС и Советом Министров СССР в Москве;
- 4 февраля на Всесоюзном совещании работников совхозов, созванном этими же
органами в Москве;
- в начале марта сделал доклад на ученом совете Тимирязевской Академии в
Москве, посвященном 15-летию со дня смерти В.Р. Вильямса;
- 18 марта 1955 года выступил на совещании сельскохозяйственных работников
областей Юго-Востока в Саратове;
- 30 марта 1955 года на совещании работников сельскохозяйственных областей
Центральной черноземной полосы в г. Воронеже;
- 6 апреля на таком же совещании работников областей и автономных республик
Нечерноземной полосы в Москве;
- 12 апреля в Ленинграде произнес длинную речь на совещании работников
сельского хозяйства Северо-Запада;
- 22 июня 1955 года сделал доклад на Международном семинаре студентов
сельскохозяйственных учебных заведений в Москве и т.д.
Такой запал можно было понять. Именно в эти месяцы Лысенко доставалось
больше всего от критиков его теории вида. Чем-то нужно было заполнить
намечавшуюся брешь и стараться удержать свой авторитет. Вот он и старался, уповая
на новую "теорию минерального питания".
Опровержение действенности
органоминеральных смесей
Однако уже в апреле 1954 года на совещании почвоведов проявилась реакция
специалистов на это предложение. Материалы совещания были опубликованы в
последнем номере журнала "Почвоведение" за этот год. Самое сильное впечатление
производила убедительностью фактов статья известного агрохимика, заведующего
лабораторией азота Всесоюзного НИИ удобрений Ф.В. Турчина "Питание растений и
применение удобрений". В ней, прежде всего, был отвергнут исходный постулат

Лысенко, гласивший, что питание растений происходит исключительно благодаря
жизнедеятельности микроорганизмов. Автор статьи говорил, что во всех развитых
странах для изучения питания растений используют тонкие методы хроматографии
и радиоактивных изотопов, что позволяет точно определить пути миграции
веществ, внесенных с удобрениями в почву. Поэтому время наивных положений и не-
подкрепленных современными опытами гипотез ушло в прошлое, считать
рассуждения Лысенко о микробах научной гипотезой нет никаких оснований, а так
называемые "полевые опыты" Авакяна - ниже всякой критики. В том же номере журнала
было напечатано еще несколько материалов об ошибках Лысенко и его
приближенных. Вопиющую легкомысленность в постановке экспериментов Авакяном вскрыл, в
частности, сотрудник Почвенного института Д.Л. Аскинази:
"Я продемонстрирую опыт, на котором основывает Т.Д. Лысенко свое право
давать предложенные им рецепты... По рецепту Лысенко следует вносить 3 ц
извести, но когда демонстрировался перед большой экскурсией Биологического
отделения АН СССР опыт на больших делянках, то нам тов. Авакян сказал, что они
действительно в 1952 г. внесли в почву 3 ц извести, но в 1951 г.... вносили еще
три тонны. При последующем обсуждении результатов этого же опыта на
сентябрьской сессии ВАСХНИЛ [1953 года - B.C.] тов. Авакян "уточнил", сказав, что в
этом опыте предварительно внесли не три тонны извести, а лишь две (?)...
Вопрос, как видите, совсем запутали, а в публикациях, тем не менее, пишется о 3
центнерах извести".
Тем не менее, голос почвоведов Лысенко не услышал. Он старался придать
своей идее наукообразный вид, в 1955 году собрал тексты своих речей и
выступлений на эту тему за три года (с 1953 по начало 1955 года), издав книжечку под
занятным названием: "Почвенное питание растений - коренной вопрос науки
земледелия". В ней к уже изложенным "идеям" были добавлены еще две:
1) микробы одного вида вполне могут переходить в другие виды (слова Лепе-
шинской и Бошьяна о переходе одних видов в другие были изложены им без ссылок
на авторов, а от своего имени):
"Если только появляются в поле корни растения, которые мы посеяли, и если
там нет микробов, специфических для данных растений, но есть какие-то другие,
то под воздействием веществ, выделяемых корнями, микробы не специфические для
корней данного растения, превращаются в специфические".
2) если добавлять к органоминеральной смеси солому (делать компосты с
добавлением перегноя, или соломы, или торфа), то для отличного роста растений
вполне, даже с лихвой, хватит азота, содержащегося в компосте:
"Создавая в почве соответствующие условия для жизнедеятельности микрофлоры,
мы в данном случае, образно говоря, как бы превращаем клетчатку (солому) в
азотную пищу для растений. Смотришь на пшеницу, удобренную таким образом, -
она выглядит так, как будто ее удобряли минеральными азотистыми удобрениями".
На эту книгу быстро появилась убийственная рецензия проф. А. В. Соколова.
Рецензент указал на грубейшие ошибки "колхозного академика", выдававшего
конгломерат околонаучных измышлений за последнее слово марксистской
диалектики:
"... все это недопустимо даже для не специалиста в вопросах удобрения и
питания растений", - писал А.В. Соколов.
Соколов с сарказмом делал такое заключение:
"Закон сохранения материи распространяется и на питание растений".
Аналогично отозвался он и по поводу лысенковских уверений, что азота соломы
и запахиваемого вместе с ней перегноя достаточно, чтобы накормить растения.
Соколов не поленился посчитать, сколько сотен килограмм азота нужно внести на
гектар, чтобы удовлетворить потребности растений для формирования их биомассы
(этот расчет напоминал поучения профессора, даваемые зеленому студентику на
консультации), потом определил, сколько может максимально содержаться азота в

перегное и соломе вместе взятых, и показал, что громкая декларация Лысенко
даже отдаленно не походила на истину. Оказывается, верить в такой способ
удобрения азотом - значит заниматься немыслимым самообманом:
"... количество целлюлозы, содержащейся в двух тоннах перегноя, едва ли
может обеспечить получение даже 1 кг азота".
Обстоятельная критика предложений Т.Д. Лысенко об использовании удобрений и
извести была выражена также в статье сотрудников Тимирязевской академии.
Возможно, Лысенко сердили рецензии, но, несмотря ни на что, он оставался
верен себе. Авакян продолжал ставить фальсифицируемые опыты в "Горках
Ленинских" , а из уст Лысенко по-прежнему исторгались восторженные слова о
невиданной доселе пользе органоминеральных смесей.
Агрохимики указывали академику, что известь при перемешивании с
суперфосфатом переводит последний в трехкальцийфосфат - тот исходный компонент
фосфорита, из которого на обогатительных, а затем химических фабриках в процессе
трудоемкой и дорогостоящей процедуры получали суперфосфат. Лысенко учили, что
для того и производят суперфосфат, что трехкальцийфосфат ни растениями, ни
большинством микроорганизмов не усваивается, следовательно, тройчатки никакой
прибавки в усвоении фосфора дать не могут. С равным успехом можно было бы
посыпать поля дробленными булыжниками.
Специалисты-микробиологи, со своей стороны, утверждали: расчет на помощь
растениям от одних лишь микробов - утопия. Активности микроорганизмов не
хватит, чтобы обеспечить растения всеми компонентами питания в нужном
количестве.
Одновременно почвоведы рассчитывали традиционные уравнения выноса веществ
из почвы растениями и вклада микробов и утверждали: баланс будет балансом
только в том случае, если человек будет пополнять почву тем количеством
минеральных и органических веществ, которые из нее выносятся в результате
выращивания растений. Не будешь вносить удобрения, чтобы покрыть дефицит, - почвы
истощатся, а урожайность полей неминуемо упадет.
Агрономы и растениеводы с учетом знаний, полученных биохимиками,
физиологами, другими специалистами, давали рекомендации о лучших сроках внесения
удобрений, их количестве в те или иные периоды роста, способах подкормок.
Все эти выкладки ученые сопоставляли с данными мировой науки. Они указывали
руководству страны, что нельзя увеличить производство зерна в стране без
резкого расширения производства удобрений.
А Лысенко тем временем стоял на своем и клеймил оппонентов за то, что они-
де несут советскому сельскому хозяйству одни вредные идеи.
В 1954 и в 1955 годах Лысенко еще оставался Президентом ВАСХНИЛ. Споры
спорами, а власть он удерживал в своих руках. Поэтому из руководящего центра
агрономической науки были даны указания различным научным учреждениям -
поддержать предложение президента, в специальных опытах выявить эффективность
органоминеральных смесей в конкретных условиях, на различных культурах и
полученные данные доложить.
Уже в 1954 году такая проверка была начата на полях сразу 43 научно-
исследовательских институтов и опытных станций по всей стране. Проверку вели
отнюдь не идейные противники Лысенко, не злокозненные его враги. Единственно,
чем отличалась эта проверка от предшествующих, - более тщательным отношением
к постановке опытов. Уже гремели по научным журналам раскаты грома дискуссий
по проблеме вида, уже знали все из газеты "Правда" о судьбе докторской
диссертации Дмитриева. Оказаться на его месте не хотелось никому, а во всесиль-
ность Лысенко, не сумевшего защитить даже своего протеже, к тому же
занимавшего высокий пост в Госплане, уже не верили.
Схему проверочных опытов разработали во Всесоюзном НИИ удобрений,
агротехники и агропочвоведения, где работало много учеников Прянишникова. Схема была

составлена грамотно, четко регламентировала условия постановки проверочных
экспериментов. Сюда же в институт стекались результаты из всех 43 научных
учреждений .
Сведенные воедино и статистически обработанные данные были опубликованы уже
в 1955 году. Прекрасные результаты, полученные в "Горках Ленинских", не
подтвердились . Там, где земля не была достаточно плодородной, прибавки урожая
вообще не было. Там, где она все-таки отмечалась, оказалось, что прибавку
обеспечил суперфосфат и перегной.
"Однако, - отмечалось в отчете, - малые дозы перегноя опасны, так как это
ведет к уменьшению последействия в последующие годы".
Иными словами, при лысенковском способе удобрений можно было продержаться
год - другой на богатых почвах, но потом неминуемо они оказались бы
истощенными. Известь же была просто вредна в большинстве районов (там, где
кислотность почв не была чрезмерно высокой). Была отмечена высокая затрата труда на
приготовление смесей.
Авторы доклада сообщали результаты очень осторожно, приводили лишь цифры
(памятуя, что специалистам больше ничего и не нужно) и очень деликатно
характеризовали органоминеральные смеси, как не везде и не всегда достаточно
эффективные, хотя из их же данных можно было сделать и более решительные
выводы. Но слова словами, а смысл был всем ясен: чтобы вести хозяйство не
убыточно, нужно вносить в почву высокие дозы удобрений.
Хрущев выдвинул в эти годы лозунг: "Догнать и перегнать западные страны и
прежде всего США. по производству сельскохозяйственной продукции (и прежде
всего мяса и молока) на душу населения". Ученые в связи с этим заявляли:
чтобы воплотить лозунг в жизнь, сначала надо догнать США. и Западную Европу по
уровню производства минеральных удобрений. Тогда будет вдосталь корма для
скота, животные не будут пухнуть и дохнуть от голода, и после этого сможет
возрасти его поголовье.
Лысенко в противовес этому стоял на своем: тройчатка спасет и без
увеличения объема производимых удобрений, за Америкой и Европой в этом вопросе
гнаться нечего. Но, конечно, всех, кто был связан с этой проблемой, более
всего изумляли неизменно высокие урожаи, получаемые в "Горках" при посеве
разных культур на фоне внесения одной тройчатки. Ларчик приоткрылся в 1955
году, когда директор "Горок Ленинских" Федор Васильевич Каллистратов
опубликовал в журнале "Земледелие" статью о посевах по тройчатке. Оказалось, что
каждый сезон посевы сдвигали на то поле, которое за год до этого сезона
получило не просто приличную, а сверхприличную дозу удобрений, и не только тех,
что входят в тройчатку. На гектар посевов вносили порой по два центнера
азотных удобрений (аммиачной селитры), по центнеру хлористого кальция и т.д., ас
учетом того, что всё это проделывали в течение многих лет (практически за всё
время советской власти), то немудрено, что прибавка к этому фону ничтожных
доз тройчатки неизменно вела к хорошему результату.
Важной особенностью опытов в "Горках" было полное пренебрежение
непременными правилами постановки и проведения научных работ, без следования которым
наука превращалась в подлог. В контрольных посевах наблюдалась поразительная
пляска результатов: Лысенко в своей книге сообщил, что в его опытах урожай на
контрольных делянках колебался от 16 до 4,9 центнера с гектара. Ясно, что
такая "аккуратность" никуда не годилась: что можно было считать контрольной
урожайностью - 4,9 или 16 ц/га или какие-то промежуточные цифры? Сравнишь с
меньшей цифрой, получишь огромную прибавку. Сравнишь с 16 центнерами с
гектара - прибавки не будет или она будет минимальной. Такие опыты следовало
браковать как неудавшиеся, но Лысенко это не смущало, он приводил их в книге и
основывал на них рекомендации для всей страны.
С другой стороны, теория эксперимента требует, чтобы опыт был повторен оп-

ределенное количество раз. Требуемого теорией числа повторностей опытов в
"Горках" никогда не достигали. Позже, когда было выяснено, что в "Горках"
каждый год вносили на поля огромное количество удобрений, стало ясно, почему
так боялись правильно поставленных повторов. При запущенном учете посевов
всегда была опасность попасть на участок с неизвестным фоном - ждешь, что
делянка даст маленькие урожаи, потому что её сделали контрольной и никаких
удобрений не внесли, а получишь вдруг огромный урожай, только потому, что в
предыдущие годы на этот участок не пожалели удобрений. Поэтому, решили лысен-
ковцы, проще всегда ставить в разных концах базы разные опыты (но
однократные) . Так и способней и уверенней. В крайнем случае, можно данные того или
иного опыта попросту выбросить, и делу конец.
Эта практика очередной раз выплыла наружу на сессии ВАСХНИЛ в 1956 году.
Сессия была посвящена обсуждению новой "теории питания растений" и привлекла
тогда большое внимание. Пленарное заседание проходило в Царском зале на
втором этаже бывшего Юсуповского дворца в Большом Харитоньевском переулке.
Это заседание памятно и мне. Впервые я слышал Лысенко не на лекции в
Тимирязевке, а в окружении маститых ученых, заполнивших не только до отказа весь
зал, но и толпившихся в прилегающих к Царскому залу маленьком Китайском зале
и лестницах, куда были выведены динамики. В полутемном зале со сводчатыми
древнерусскими потолками, стенами, расписанными узорными орнаментами,
позолоченными витыми декоративными колоннами, отделяющими портреты царей, окнами в
мелкую "слюдяную" клеточку звучал надтреснутый хриплый голос Лысенко. Он
стоял на царском месте и не говорил, а выкрикивал (вернее сказать, выхрипывал)
фразу за фразой. В зале было душно, Лысенко хрипел натужно и долго. Его по-
крестьянски витиеватая речь, пересыпаемая сравнениями, за уши притянутыми (но
глубокомысленными!) образами "из жизни", создавала впечатление чего-то
вязкого , аморфного, заползающего в мозг и дурманящего. Длинный доклад заключил
Президент ВАСХНИЛ П.П. Лобанов, заявивший, как это всегда водится, что
практика - лучший эксперт для проверки любой теории и пора на полях проверить
рекомендации Лысенко. Но говорилось это без особого расположения, а даже, как
мне показалось, с еле заметной долей иронии.
Полным контрастом лысенковскому было выступление профессора А.В. Соколова,
явившего пример иного стиля - строгого, истинно научного и элегантно-
неотразимого. Лысенко рьяно нападал на Соколова и требовал признать, что в
тройчатке заложена сила, которую не побороть никаким скептикам. На заседании
секции агрохимии А.В. Соколов выступил вторично, охарактеризовав положение
опытного дела в Горках Ленинских как ненаучное, и показал на нескольких
примерах как были подделаны результаты опытов. Выступление Соколова было
встречено с огромным удовлетворением большинством присутствующих. Стенограмма
этого заседания разошлась по рукам, и её оживленно обсуждали. Казалось, что
новому учению о том, как нужно питать не сами растения, а микробов около этих
растений, пришел конец.
Консолидированное
наступление на лысенкоизм
Не следует думать, что смелости критикам Лысенко придало только то, что его
сняли с поста Президента ВАСХНИЛ в апреле 1956 года. И до этого события
находились смельчаки, открыто на публике высказывавшие свое мнение о лысенковских
ошибках. Но, конечно, после удаления Лысенко с высокого поста напор критики
возрос. Так, прозвучала критика из уст Министра сельского хозяйства В.В. Мац-
кевича, выступившего на Всесоюзном совещании работников сельскохозяйственной
науки 19 июня 1956 года. Появились и первые организационные меры явно антилы-
сенковской направленности.

22 июня 1956 года Президиум Академии наук СССР распорядился создать в
составе Института биологической физики АН СССР лабораторию радиационной
генетики . Заведовать ею поручили Н.П. Дубинину.
В советской прессе, наконец, прорвалось молчание о достижениях мировой
науки в изучении наследственности. В 1956-1957 годах в журнале "Техника-
молодежи" было опубликовано несколько интервью - с академиками И.Е. Таммом и
В.А. Энгельгардтом, с членом-корреспондентом Н.П. Дубининым и другими, в
журнале "Биофизика" - большая статья "Физические и химические основы
наследственности" Дубинина, в журнале "Химическая наука и промышленность" с
благословения его главного редактора И.Л. Кнунянца был опубликован перевод статьи Ф.
Крика о строении ДНК.
Но, пожалуй, наиболее известной стала история с проведением в 1956 году так
называемого "Круглого Стола" в редакции журнала "Наш современник", возникшего
на базе прежде издававшихся альманахов, названия которым давали в зависимости
от года, истекшего с момента революции 1917 года. В альманахе "Год тридцать
седьмой" был опубликован большой очерк писателя О.Н. Писаржевского "Дружба
наук и ее нарушения", о котором речь шла в предыдущей главе.
Член-корреспондент АН СССР и действительный член ВАСХНИЛ А.А. Авакян
написал пространный "Ответ оппоненту", после чего и было решено обсудить в
редакции нового журнала очерк Писаржевского и ответ на него Авакяна. Лысенкоистам
также понравилась эта возможность, они решили как следует проучить автора
неприятного очерка.
В день диспута в редакции появились Лысенко, Авакян, Глущенко, Презент,
И.А. Халифман и главный агроном Московского областного управления сельского
хозяйства Я.Ф. Кучерявый. Пришел и неизменный восхвалитель лысенкоистов
писатель Вадим Сафонов. От "морганистов" приехал один лишь Владимир Владимирович
Сахаров, и еще здесь же оказался известный специалист по теории питания
растений Ф.В. Турчин.
Мощная боевая дружина лысенкоистов во главе с их вождем расселась, но
почему-то начало диспута оттягивалось. Возмутителя спокойствия - Писаржевского
всё не было. Поскольку громить было некого, боевая дружина вынуждена была
скучать и ждать, ерзая на стульях от нетерпения.
А в этот момент Писаржевский держал другой бой. Он заехал на квартиру к
Дубинину и долго уговаривал струсившего генетика поехать с ним на заседание.
Олегу Николаевичу, наконец-то, удалось это сделать, и на машине Писаржевского
они помчались в редакцию.
Замысел Писаржевского оказался верным. Стоило в комнате появиться дуэту
Писаржевский- Дубинин, и нервы у Лысенко сдали.
"Как только Т.Д. Лысенко увидел, кого им пришлось ждать, он резко встал и,
не сказав ни слова, вышел из кабинета".
Этот маленький штрих отчетливо показывал, насколько были напряжены нервы у
Лысенко, как он стал избегать острых схваток. Случаев, когда он уклонялся от
споров было мало, чаще он не упускал момента, чтобы скрестить шпаги с любым
из оппонентов, в чем и заключалась сильнейшая сторона его характера.
Дискуссия, таким образом, пошла в отсутствие лидера мичуринцев. Результаты
её были опубликованы через полгода - во второй половине 1956 года. Сначала
был помещен длинный "Ответ оппоненту" Авакяна, а затем сокращенная
стенограмма дискуссии. Стиль разговоров лысенкоистов был уже всем хорошо знаком.
Наклеивание ярлыков, ссылки на массовые опыты колхозников, попытка представить
себя честными и принципиальными жрецами науки, а не погромщиками, - всем эти
приемчики давно уже набили оскомину. А вот публикация выступлений Сахарова,
Турчина, Дубинина и, конечно, самого Писаржевского была первостепенной
новостью.
Лысенковец И.А. Халифман был искренним, когда сказал, что очерк Писаржев-

ского он "лично воспринял как чрезвычайное происшествие в литературе: ...это,
кажется, первое в нашей литературе произведение, направленное против Мичурина
и его последователей".
До сих пор примазывание к имени Мичурина неизменно сходило с рук лысенков-
цам, а на диспуте Сахаров в исключительном по смелости выступлении сказал,
обращаясь к псевдо-мичуринцам:
"...уж если следовать вашим правилам, то с полным и заслуженным правом вам
бы следовало именовать себя не "мичуринцами", а "лысенковцами" . . . Вот это
беспримерное единодушие со взглядами своего научного лидера и определяет
основной, существенный признак группы работников науки, без достаточного
основания предпочитающих для себя название "мичуринцев"... Не может наука
развиваться без противоречий, без критики. Я не побоюсь даже сказать, что не может
быть и мичуринской биологии... Не может быть по этим же причинам и Павловской
медицины".
Во время этой дискуссии генетики привели утаивавшиеся от широких кругов
факты вреда лысенковцев в разных направлениях науки. Запрещение работ с
полиплоидами, запрет на изучение гормонов роста и вирусов растений принесли
стране огромные убытки. В изучении гормонов роста отечественная наука была
впереди всех в мире. Но Лысенко заявил, что "лавры генетиков не дают спать
физиологам: генетики придумали гены, а физиологи - гормоны растений". Как грубо
звучала эта фраза, сколько в ней было высокомерия. "Лавры", "не дают спать",
и это ехидное словечко "придумали"! Доподлинно известно, что украинский
академик Н.Г. Холодный в честном соревновании с голландским физиологом Фридрихом
Вентом изучал свойства гормонов. Изучал, а не придумывал.
Писаржевский привел длинную выписку из погромной статьи Авакяна,
опубликованной в 1948 году, в которой было сказано следующее:
"Подобное направление в истории наук не ново, оно является разновидностью
теории "флогистона", "теплорода", "жизненной силы", "вещества
наследственности" . Вряд ли надо доказывать бесполезность воскрешения этих теорий в
естествознании" .
Пытаясь оправдаться, Авакян пустился в длинные рассуждения о том, зачем, в
каком контексте он писал эти строки тогда, в 1948 году. Он силился заверить
присутствующих, что вовсе не подводил гормоны и Н. Г. Холодного под запрет и
не способствовал преждевременной смерти великого ученого, не порочил его
научное завещание. Он договорился до того, что "посмертно опубликованная в
"Ботаническом журнале" статья [Н.Г. Холодного, в которой он с достоинством и
мужеством ответил и Лысенко и Авакяну - B.C.] содержит большое количество
неточностей и выпирающую из каждой строки тенденциозность"). Затем он, не
тушуясь нисколько, сам прочел цитату из своей статьи, приведенную выше, и
объявил, что она вырвана Писаржевским из контекста его статьи, "обезглавлена",
как он красочно выразился:
"... О. Писаржевский пишет: "Таким образом твердой рукой А.А. Авакяна гете-
роауксин был безоговорочно занесен в разряд всяческих "флогистонов"". Звучит
это очень определенно. Но ведь А.Авакян вправе попросить своего оппонента,
чтобы тот показал, где именно, как именно объявлен им, А. Авакяном, гетероа-
уксин флогистоном... И что же тогда ответит О. Писаржевский?".
Право, трудно понять, на что рассчитывал Артавазд Аршакович. Или он
полагал, что из страха перед его высокими титулами какой-то там всего лишь
журналист - Олег Писаржевский проглотит пилюлю. И приходилось этому "ученому", а
заодно и всем его сотоварищам, выслушивать достойную отповедь Олега
Николаевича.
Насыщенным фактами было выступление Ф.В. Турчина, который начал с общей
позиции , заявив:
"... предвзятость, догматизм в подходе к решению биологических проблем не

способствует развитию этой науки [он имел ввиду мичуринскую агробиологию -
B.C.]".
Далее Турчин сосредоточился на одном вопросе - минеральном питании
растений, доказав, что теории Лысенко в этом вопросе не существует, а то, что
именуется ответственным термином, есть безграмотная выдумка.
И снова Авакян никак не мог успокоиться: он перебивал Турчина, пытаясь
грубыми репликами навести слушателей на мысль, что тот нарочито перевирает слова
Лысенко, обманывает аудиторию. И каждый раз спокойно и вежливо профессор Тур-
чин отметал реплики, парировал их фактами, цитатами, справками.
Обвинения в зажиме полиплоидии отвергал Глущенко:
"Мы против этого явления не выступаем, ибо, повторяю, мичуринская генетика
ни одного факта не отрицает, но толкует по-своему. Это наше гражданское
право" .
Эти выспренние рассуждения о гражданских правах исходили из уст человека,
которого здесь же Сахаров и Дубинин с фактами в руках изобличили в удушении
работ по полиплоидии в бытность его ученым секретарем по биологии при
Президенте АН СССР СИ. Вавилове.
Однако главную линию в обороне своих позиций, лысенкоисты видели в том,
чтобы твердить о партийности науки, о материалистической направленности их
работ:
"Очерк О. Писаржевского. . . не украсил альманаха по той причине, что он был
написан с целью повернуть развитие материалистической биологии вспять.
Задача эта фантастична, нереальна, а значит и само выступление было, мягко
говоря, бесполезно", - заявил Глущенко.
"В последнее время, - продолжал он, - некоторые наши биологи совершенно
некритически стали относиться ко всему зарубежному. Спору нет, за рубежами
нашей родины есть хорошие ученые и хорошие биологические работы. Но немало есть
еще и врагов нашей страны и ее науки, немало вредных учений, которые надо
разоблачать (евгеника, расизм, мальтузианство) ...а некоторые на все лады
восхваляют всё и вся, теряя чувство меры".
Несомненно, эта тактика лысенкоистов имела целью утопить обсуждение в
деталях, сдобрить его демагогической приправой идеологического свойства, но на
этот раз им не удалось это сделать. Писаржевский сказал в начале своего
выступления :
"... в ряде областей биологии наметилось существенное отставание, которое
имело место в результате искусственных ограничений, а иногда
административного пресечения развития ряда важных областей ...".
Еще более определенно высказался Сахаров:
"Мы были свидетелями, когда... единодушная поддержка всего послушного
окружения имела место и там, где Т.Д. Лысенко говорил просто вздор, ныне, правда,
уже сокрушенный самой обстоятельной и глубокой критикой...
И именно в связи с культом личности одного, определенного человека в
биологии случилось такое, что по ряду разделов этой науки точно Мамай прошел".
Болью за судьбы русской науки и культуры были проникнуты слова Сахарова -
прекрасного педагога, к которому вечно тянулись юношеские души, - и когда он
сказал о страшных провалах в образовании молодежи. Заботой о состоянии науки
руководствовался он и тогда, когда высказался по поводу захваливания Лысенко
теми, кто мог стоять выше внутридисциплинарных споров, а на деле всегда
занимал самую худшую позицию:
"Некоторые из философов (Рубашевский, Трошин, Платонов, Новинский и др.),
специализировавшись на "новой биологии", с готовностью поддерживали даже те
положения, которые находились в самом вопиющем противоречии с основами
диалектического материализма".
Во время этой дискуссии некоторые фразы лысенкоистов еще звучали устрашаю-

ще. Ведь язык политических обвинений, язык, которым они владели в
совершенстве , всегда был опасным в этой стране. И лысенкоисты это прекрасно осознавали
и пытались использовать испытанное оружие.
Публикация материалов дискуссии позволила впервые показать, что критика
Лысенко (не по частностям, а по ядру - по идеологии его "учения") уже не влечет
за собой немедленного выгона с работы, или ареста, или других страшных
последствий. Никто из участвовавших в открытом столкновении взглядов не
пострадал. Дубинину даже предложили в начале 1957 года сделать доклад на заседании
Президиума АН СССР. Сам факт предоставления слова на заседании Президиума
"морганисту" был для многих ошеломляющим. Лысенко - член Президиума, конечно,
на это заседание не явился, сказавшись занятым. Но заседание состоялось, и
было многолюдным. На нем присутствовали не только руководители науки страны
(прежде всего Президент Академии А.Н. Несмеянов, вице-президенты и академики-
секретари Отделений, ученые секретари Президиума и Отделений), но и такие
крупные ученые как академики Тамм, Курчатов, Кнунянц и другие.
Доклад Дубинина об успехах генетики был выслушан с интересом. Он
"рассказал о событиях в области ДНК, о задачах радиационной и химической
генетики, о наследственности человека, о связи генетики с селекцией, медициной и
обороной страны". Как вспоминал Дубинин, особенно заинтересованно слушал его
доклад организатор атомной промышленности Курчатов, который и пригласил
Дубинина выступить на заседании президиума и уговорил Несмеянова включить эту
тему в повестку дня заседания.
Большой резонанс в биологических кругах получило выступление в Ленинграде в
мае 1957 года ученика Н.И. Вавилова Ф.Х. Бахтеева с докладом "О состоянии
преподавания ботаники в школе". Многие специалисты поддержали мнение Бахтеева
о необходимости срочного изменения учебников. На Втором съезде Ботанического
общества была даже принята отдельная резолюция по этому вопросу.
Венчала антилысенковскую деятельность акция огромного значения. В стране в
это время создавали новый научный центр. В мае 1957 года Совет Министров СССР
принял постановление об организации Сибирского отделения Академии наук СССР.
Инициаторами стали специалисты в области прикладной математики и
вычислительной техники академики Михаил Алексеевич Лаврентьев и Сергей Львович Соболев,
убедившие Хрущева, что новый центр даст мощный толчок развитию всей науки в
СССР. Оба они отлично понимали, что при рождении комплексного научного центра
в Сибири нужно позаботиться о гармоничном его развитии. Вычленять биологию и
в особенности генетику из своего комплекса они не собирались. К тому же оба
знали лично Лысенко, и ничего, кроме антипатии, к нему не испытывали.
Особенно хорошо был осведомлен о Лысенко Лаврентьев, много лет проработавший на
Украине и не раз убеждавшийся в том, насколько опасна, а порой преступна
активность этого человека. Позже Лаврентьев напрямую контактировал с аппаратчиками
из ЦК партии и в 50-х годах, как он вспоминал, "имел возможность
познакомиться с ним [с Лысенко - B.C.] ближе":
"В то время в ЦК партии поступало много писем и заявлений от ученых с
жалобами на Т.Д. Лысенко, который, имея большие административные возможности,
тормозит развитие генетики и под прикрытием "мичуринского учения" разгоняет
крупных ученых...".
В программу Сибирского отделения было внесено предложение о создании двух
биологических институтов, и одним из этих институтов стал Институт цитологии
и генетики. Лаврентьев принял смелое решение - пригласить директором этого
института Н.П. Дубинина.
Институт был развернут исключительно быстро. В числе сотрудников оказались
такие люди, как цитологи В. В. Хвостова, Ю. Я. Керкис, генетики растений А.Н.
Лутков, Ю.П. Мирюта, биохимик Р.И. Салганик, статистик Н.А. Плохинский и
многие другие. Пришло в Институт много талантливой молодежи. Активную роль в нем

стали играть 3. С. Никоро и Р. Л. Берг, вокруг которых быстро
сконцентрировались яркие молодые исследователи.
4 октября 1957 года в СССР был запущен первый в мире искусственный спутник
Земли. Программа работ в космосе была засекречена, и мало кто знал, что сразу
после запуска первого спутника Дубинин направил в Президиум АН СССР
предложение включить в космическую программу комплекс генетических работ. Как он
написал об этом в мемуарах, "эта программа была принята", что также укрепляло
позиции генетиков, и о чем, в силу сугубой секретности проекта, Лысенко даже
не догадывался.
Эти успехи генетиков, ставшие возможными благодаря пониманию учеными разных
специальностей важности развертывания исследований наследственности,
позволяли надеяться, что, наконец-то, отечественная генетика вырвется из хищных лап
лысенкоистов и начнет развиваться. Но снова, в который уже раз, несмотря на
консолидированные усилия ученых, а, может быть, в какой-то мере из-за этой
консолидации, раздражавшей и пугавшей партийные верхи, лидеры коммунистов
помогли укрепить позиции Лысенко снова.
Хрущев начинает открыто
поддерживать Лысенко
В описываемые годы среди ученых были популярными разговоры о том, что в
первый раз Лысенко сняли с поста Президента ВАСХНИЛ не потому, что ученые не
раз высказывались против него, а в силу личной неприязни к нему нового
первого секретаря ЦК партии Хрущева. Возможно в первые год-два своего правления.
Хрущев еще сохранял некоторое недоверие к Лысенко. Но, как оказалось позже,
то ли в 1954, то ли в 1955 году он съездил в "Горки Ленинские", и поездка эта
оставила приятные воспоминания.
Ходили также слухи, что дочь Хрущева Рада (вышедшая замуж за талантливого
журналиста Алексея Аджубея, ставшего любимцем Никиты Сергеевича) благоволила
противникам Лысенко. На этом основании нередко высказывались надежды, что в
семье Хрущева царит прочная атмосфера недоверия к Лысенко.
Но неожиданно из уст партийного лидера страны прозвучало требование
прекратить критику Лысенко. В речи на совещании работников сельского хозяйства 30
марта 1957 года Хрущев сказал:
"Коротко хочу остановиться на вопросе известкования почвы. Здесь выступал
академик Лысенко, который вначале не предполагал выступать, но мы попросили,
чтобы он выступил. Некоторые опровергают способ применения удобрений,
разработанный товарищем Лысенко. Года три назад я был в экспериментальном
хозяйстве, где Т.Д. Лысенко показывал мне посевы на полях, удобренных по новому
методу. Теперь этот способ хорошо приживается в Московской и других областях.
Есть ученые, которые все еще спорят с Лысенко по этому вопросу. Если бы
меня спросили: за какого ты ученого голосуешь, я бы, не задумываясь, сказал: за
Лысенко. И я знаю, что он не подведет, потому что за плохое не возьмется. Я
считаю, что мало кто из ученых так понимает землю, как товарищ Лысенко.
(Аплодисменты) " .
Заканчивая свою страстную речь, наполненную призывами лучше работать,
"производить больше одежды, разных продуктов, - и не просто продуктов, а хороших
продуктов, строить больше жилья, удовлетворять и другие потребности народа",
Хрущев с гордостью сказал:
"Мы поражаем весь мир нашими успехами. Наши успехи будут оказывать еще
большее воздействие, если мы поднимем на большую высоту жизненный уровень
нашего народа", и закончил такими словами:
"Можно не сомневаться, что вы сделаете все для того, чтобы 1957 год был
переломным годом и чтобы через 1-2 года, максимум через 3 года, у нас было мяса

вдоволь".
Однократным выступлением в защиту Лысенко дело не кончилось. Побывав в
"Горках Ленинских", Хрущев попался на удочку лысенковского бахвальства.
Увидев ухоженное, радующее глаз хозяйство "Горок", Хрущев поинтересовался,
какими способами Лысенко обеспечивает хорошую урожайность зерновых культур, и
услышал, что залог достижения - применение органоминеральных смесей,
позволяющих тратить мало удобрений, но зато получать отменные урожаи.
Н.С. Хрущев в гостях у Т.Д. Лысенко в «Горки Ленинские».
Уверившись однажды в пользе тройчатки, Хрущев решил твердо поддерживать
Лысенко. Через неделю восхваление попавшего в любимчики "ученого" повторилось.
5 апреля 1957 года Хрущев приехал в город Горький. Через день здесь открылось
зональное совещание работников сельского хозяйства. В "Правде" было сказано,
что "участники совещания тепло встретили появление в Президиуме Первого
секретаря ЦК КПСС тов. Н.С. Хрущева". Первым среди тех, кто занял места вместе с
ним в президиуме, был упомянут Лысенко. Заканчивалось пространное коммюнике
фразой о том, что "с большим вниманием было выслушано выступление...
академика Т.Д. Лысенко".
На следующий день "Правда" открывалась большой фотографией Хрущева и Указом
Президиума Верховного Совета СССР о присвоении ему вторично звания Героя
социалистического труда. А в следующем номере была напечатана речь дважды
героя, в которой он подробно остановился на том, как, по его мнению,
неправильно относятся ученые к предложению Лысенко об органоминеральных смесях.
Хрущев, со свойственной ему тягой к оживлению речи всякими воспоминаниями,
справками, псевдообъективными свидетельствами (порой исходящими от никому не
ведомых людей), опирался и здесь на безоговорочное мнение о пользе смесей
секретаря Дивеевского райкома партии Арзамасской области тов. Крюкова. Уж он-
то, товарищ Крюков, врать не станет. Затем, чтобы поглумиться над олухами-
учеными, он привел выдержку из "протокола 5 заседания бюро секции агропочво-
ведения и агрохимии ВАСХНИЛ от 4 января 1957 года", в которой было сказано:
"... бюро секции не разделяет рекомендации тов. Т.Д. Лысенко по применению
органоминеральных смесей, как научно-необоснованные.

Широкая пропаганда этих рекомендаций мешает рациональному использованию
органических и минеральных удобрений".
Мнение ученых Хрущев обозвал "милицейским подходом", грубо осудил позицию
невмешательства, якобы занятую министрами сельского хозяйства В.В. Мацкевичем
и совхозов И.А. Бенедиктовым ("Они, как "святые", ручки сложили и не
вмешиваются в этот спор. Нельзя министрам стоять в стороне. Зачем вы отворачиваетесь
от того, что народ говорит и признает?"), и тепло вспомнил об огромном
впечатлении, которое на него произвели посевы в "Горках Ленинских", якобы
удобренные по лысенковскому методу.
А 27 апреля в "Известиях" была напечатана большая статья самого Лысенко под
призывным заголовком: "Шире применять в нечерноземной полосе органоминераль-
ные смеси". Лысенко повторял старое:
"...все растения питаются из почвы при посредстве комплекса
микроорганизмов, специфического для данного вида растения".
Опять он касался вопроса кислотности почв, определенно решенного наукой, но
казавшегося ему решенного неверно и потому требующего нового подхода:
"Почему же без удобрений на кислых малогумусных подзолистых почвах наши
культурные растения голодают, плохо растут или даже вовсе не растут?
...потому что нет "поваров", нет тех микроорганизмов, ферменты (энзимы)
которых превращают неусвояемые элементы почвы (грунта) и воздуха в усвояемую
растениями форму".
Словом, поддержанный секретарем ЦК Лысенко чувствовал себя триумфатором.
В конце июня по Москве поползли слухи, что Хрущев, повторяя уроки Сталина,
"раскрыл" новый "заговор" против партии и государства. В Москву были стянуты
войска, люди шептались, передавая разноречивые слухи. Наконец, 4 июля в
"Правде" опубликовали сообщение о пленуме ЦК, "раскрывшем и осудившем"
очередную в истории большевистской партии антипартийную группировку - Маленкова,
Молотова, Кагановича и примкнувшего к ним Шепилова. Постоянная грызня в
верхушке партии закончилась очередной победой - теперь Хрущева. А это придало
энергии его временщику - Лысенко.
В это время, как уже было упомянуто, Хрущев носился с демагогическим
лозунгом, что вот-вот советские люди будут иметь на своем столе столько же мяса,
молока и масла, сколько имеют среднестатистические угнетаемые капиталом
трудящиеся на презренном загнивающем Западе. Эту байку перепевали на все лады
средства информации. Например, в "Правде" 10 июля 1957 года появился большой
материал под шапкой: "В ближайшие годы догоним США. по производству мяса,
молока и масла на душу населения - социалистические обязательства работников
сельского хозяйства Латвийской ССР". Текст обращения заканчивался на мажорной
ноте:
"Наше социалистическое сельское хозяйство... будет развиваться еще более
быстрыми темпами, залогом этого является правильность линии, проводимой нашей
великой Коммунистической партией и ее ленинским Центральным Комитетом".
Конечно, Трофим Денисович не мог оставаться в стороне от решения этой в
высшей степени благородной затеи. В "Горках Ленинских" стали выводить
жирномолочных коров. Об этой, ничем не отличающейся от всех предыдущих, "панацее"
Лысенко мы уже писали. Ценных качеств своим коровам Лысенко и Иоаннисян
привить не могли, но 17 июля 1957 года в "Правде" на двух страницах была
опубликована беседа с Лысенко и приведена фотография академика. На оборотной
стороне газетного листа красовались "портреты" жирных коров. Фотографу явно не
давала покоя популярная в те годы картина "Утро нашей Родины" художника Шурги-
на, на которой на фоне бескрайнего поля был изображен Сталин. Теперь на фоне
поля стоял в той же позе Лысенко, мудро взиравший со страниц "Правды" на
читателей. Столь же мудрыми были и слова, обращенные к советскому народу:
"Достижение задуманной нами цели будет скромной нашей лептой во всенародное

дело борьбы за увеличение продуктивности животноводства в нашей стране.
Для советского ученого нет более благородной задачи, чем оказание помощи
Коммунистической партии, советскому народу в их героическом труде по крутому
подъему сельского хозяйства".
Т.Д. Лысенко на полях.
Нужны ли физика и химия
для изучения жизни?
Положение спорящих по вопросам биологии было в это время неравным: в глазах
высшего руководителя страны Лысенко был победителем, но ученые не желали
признавать его таковым, не прекращали своих усилий, а даже с большей энергией
пытались проводить свою линию. Страх перед возможными идеологическими
обвинениями и последующими затем карами, который при Сталине заставлял всех
цепенеть и молчать, сейчас поослаб, и, надо заметить, это положительное изменение
в жизни советского общества было связано с разоблачительными речами самого
Хрущева, начавшего развенчание культа личности Сталина. Позже Хрущев стал сам
впадать в звездную болезнь, не прочь был создать свой культ, но, несмотря на
все потуги, вторым Сталиным он ни формально, ни фактически (в глазах народа)
стать не мог. Народ осмелел, анекдоты про Никиту рассказывали, уже не таясь,
всерьез его байки никто, естественно, не принимал, над лозунгом "Догоним
Америку по производству мяса-молока" откровенно смеялись. От повторений лозунга
количество мяса в магазинах не увеличивалось, а вот цены на мясо "Никита"
сильно поднял.
Возможно, этот - психологический - фактор влиял на то, что открытое
противостояние ученых Лысенко продолжалось. Выходили в свет статьи о прогрессе
мировой науки, о ДНК и генетическом коде, причем даже в центральных газетах. В
журнале "Вопросы философии" появилась передовая статья "О разработке
философских вопросов естествознания", в которой среди примеров неправильного, как
было сказано, - "нигилистического отношения к науке" - было названо то, "что
выбрасывались за борт ценные достижения хромосомной теории развития". В том
же 1957 году после отчаянной борьбы - сначала с Бошьяном и Жуковым-

Вережниковым, а затем с Опариным, Студитским, Нуждиным и редакторами Большой
Советской Энциклопедии - профессору В.Я. Александрову удалось опубликовать в
ней большую статью "Цитология", в которой излагались основы генетики.
Лысенко приходилось в это время выдерживать тяжкие удары то с одной, то с
другой стороны. Даже мелкие неприятности больно жалили его непомерно
разросшееся самолюбие. В конце 1957 года он, во время последней моей беседы с ним,
хрипя и брызжа слюной, кричал, что как бы ни зажимали недруги слова правды,
она прорвет себе выход. В эти дни все в Тимирязевской академии читали слова
правды, которая прорвалась с другой стороны. В многотиражной газете "Тимиря-
зевец" была напечатана большая статья о Н.И. Вавилове, незадолго до того
реабилитированном, в которой рассказывалось о жизненном пути этого выдающегося
ученого и о значении его трудов. Статья заканчивалась строками:
"Дальнейшее развитие работ, начатых Н.И. Вавиловым, и разработка поднятых
им идей будут лучшим памятником этому выдающемуся советскому ученому".
В центре газетной полосы был помещен большой портрет Николая Ивановича, а в
уголке сбоку, на той же странице была дана маленькая врезка с узеньким клише,
на котором и лиц-то было не разобрать, и под ним подпись о прошедшей 22
ноября в Академии лекции Лысенко для студентов, после которой его засняли с
группой ребят. Приходилось сносить и такое: закопанный в землю и, казалось,
навсегда опозоренный Н.И. Вавилов смотрел с газетного листа и удостаивался
высоких похвал, а он - еще и живой и здравствующий академик Лысенко уже
сдвигался в уголок, а зловредные коллеги норовили вовсе "задвинуть" его за
пределы даже скромных студенческих многотиражек.
В эти дни Лысенко использовал любую возможность, чтобы показаться на
публике, выступить в любой аудитории. В конце 1957 года он и выходивший на первые
роли среди его клевретов Н.И. Нуждин прочли лекции в Центральном лектории
Политехнического музея в Москве. Главное, чему были посвящены лекции, - желанию
оспорить прогресс в изучении молекулярных основ наследственности и описанные
выше выпады философского журнала. По первому пункту было заявлено, что
разговоры о связи молекул ДНК с генами - не более чем досужая выдумка:
"Отказавшись от гена в его классическом понимании как кусочка хромосомы,
представители моргановской генетики перешли на новые позиции, выдвигая в
качестве гена молекулу ДНК".
"Разве не выход из положения: гена нет, и в то же самое время он есть и им
является молекула ДНК... Крылья фантазии с легкостью отрывают людей от почвы,
унося их в область беспочвенных спекуляций".
Они также отвергали вывод, сделанный в редакционной статье "Вопросов
философии" :
"Правильнее будет брошенный редакцией "Вопросов философии" упрек в
нигилизме переадресовать по назначению: в адрес формальной генетики, отказавшейся от
своих представлений о гене и объяснившей эти представления "наивными" и
"детскими" . Мичуринцы правильно показали, что учение о гене, как не отражающее
объективных закономерностей науки, не может сохраняться в науке".
Насмехались они и над Энгельгардтом, выразившим надежду, что через
пятьдесят лет, возможно, будет раскрыта тайна генетического кода.
На лекцию Лысенко в Политехническом музее собралось много слушателей. Мне
посчастливилось достать билет, и с группой студентов и преподавателей из
Тимирязевки мы приехали и с трудом нашли места в зале. Обстановка во время
лекции была напряженной. Неожиданно раздался шум (пожалуй, не смех, но что-то на
него похожее), когда Лысенко убежденно заявил, что и протекающие по сосудам
растений соки, всасываемые из земли, несут наследственную информацию:
"Если говорить о носителе наследственности, то таковым при определенных
обстоятельствах может стать любая часть, любое вещество живого тела, в том
числе и обычные растительные соки, пластические вещества".

Такое явное завирательство было встречено с недоверием, и Лысенко это
почувствовал .
Наиболее разгоряченным он выглядел под конец лекции, когда заговорил о
самом больном вопросе - поддержке генетиков физиками и химиками. Теперь, когда
критика лысенкоизма шла не только от биологов, но и от представителей физики,
химии и математики, ему не оставалось ничего иного, как на ходу вносить в
выступления новую струю. Говорить напрямую, что и слушать их нечего, он,
поступая дипломатично, не стал, а начал новую игру: твердил, что физика и химия не
имеют никакого определяющего влияния на познание биологических
закономерностей, что есть особые - биологические процессы и законы, не сводимые к более
простым физическим и химическим законам и процессам:
"Жизнь, биологические явления не укладываются и не могут уложиться в
химические и физические закономерности".
"... биологические объекты - микроорганизмы, растения и животные живут,
питаются, развиваются в соответствии не с химическими, а биологическими
закономерностями. . . Химические и физические законы в биологических явлениях - те
же, что и в неживой природе, но в биологических явлениях они подчинены
биологическим закономерностям".
Озабоченность Лысенко вторжением представителей точных наук в дискуссии по
вопросам генетики была вполне понятна. Ему стало известно, что заведующий
отделом науки ЦК партии В.А. Кириллин прислушивается к физикам, химикам и
математикам, хотя и боится, естественно, Хрущева и открыто свою неприязнь к
"мичуринцам" не выказывает, а, где может, противоположному лагерю благоволит.
Более откровенную позицию занял Президент АН СССР А.Н. Несмеянов, часто
выступавший с речами о необходимости развития исследований в области физики и
химии живого.
Другой крупнейший химик и организатор науки Николай Николаевич Семенов,
получивший в 1956 году Нобелевскую премию по химии за работу по разветвленным
цепным реакциям, часто контактировал с академиком Кнунянцем, они, как принято
говорить, были знакомы домами, часто виделись в неформальной обстановке,
ходили друг к другу в гости, особенно во время пребывания на даче. Семенову
импонировал генетик Рапопорт, смело вступивший в бой с лысенкоистами на сессии
ВАСХНИЛ 1948 года. С 1957 года Семенов стал академиком-секретарем Отделения
химических наук АН СССР и также стремился помочь развитию исследований в
области химии и физики живого. В руководимом им Институте химической физики АН
СССР был создан отдел во главе с Рапопортом, и теперь в стране появился еще
один центр генетических исследований.
Уже было сказано об антилысенковских настроениях членов Президиума АН П. Л.
Капицы, И.В. Курчатова, В.А. Энгельгардта, таких крупнейших ученых как физики
И. Е . Тамм, А. Д. Сахаров, М. А. Леонтович. Громко выражали свое несогласие с
Лысенко математики А. А. Ляпунов и А. Д. Александров . Может быть, не так
громко, но вполне определенно антилысенковски были настроены А.Н. Колмогоров и
С.Л. Соболев. И это далеко не полный список лидеров советской науки,
создателей и руководителей новых и важнейших для государства отраслей науки -
атомной физики, ядерной энергетики, космонавтики, химии полимеров. Без них
захирел бы военно-промышленный комплекс, а без этого комплекса дальнейший
прогресс страны нельзя было себе представить. Поэтому оппозиция Лысенко день ото
дня становилась всё более могущественной.
Общими стараниями этих ученых в написанный для Хрущева доклад о контрольных
цифрах развития народного хозяйства на предстоящее семилетие был внесен
пункт, с точки зрения Лысенко провокационный, так как он подводил базу под
экспансию точных наук в сферы биологии, до сих пор рассматривавшиеся им как
его личная вотчина. Пункт этот гласил:
"Значение комплекса биологических наук будет особенно возрастать по мере

использования в биологии достижений физики и химии. При этом большую роль
будут играть такие отрасли науки, как биохимия, агрохимия, биофизика,
микробиология, вирусология, селекция, генетика".
Позже в этом же году, основываясь на данном положении уже как на директиве
партии, А.Н. Несмеянов писал в газете "Правда":
"По мере химизации и проникновения физики в биологию... значение комплекса
биологических наук будет быстро возрастать, и в будущем, вероятно, физико-
химической биологии предстоит быть лидером естествознания".
Он говорил о необходимости ускорить создание научных городков в
Новосибирске, Иркутске, Пущино (научный городок биологических исследований, который
предполагалось построить на Оке вблизи Серпухова в 100 км от Москвы) , и это
тоже был удар по Лысенко, ибо он не мог не знать, что в этих центрах
планировалось развитие отнюдь не его направления.
С благословения ректора Ленинградского университета А.Д. Александрова в мае
1958 года проходило Всесоюзное совещание по применению математических методов
в биологии, подготовленное профессором П.В. Терентьевым и доцентом Р.Л. Берг.
На первом его заседании присутствовало 137 человек, на втором - 154 человека,
а всего было пять заседаний с докладами Терентьева, Шмальгаузена, Берг и
других ученых. На биофаке МГУ под эгидой Московского общества испытателей
природы в июне того же года благодаря помощи Президента Общества В. Н. Сукачева
проходило совсем уж морганистское "сборище" - Совещание по полиплоидии у
растений, где число участников превысило 500 человек, и где триумфально звучали
доклады людей, о которых Лысенко не мог и помыслить без содрогания, - А. Р.
Жебрака, В.В. Сахарова, В.Л. Рыжкова, А.Н. Луткова и других. Из докладов
следовало, что морганистские "измышления" вовсе не перестали будоражить мозги
советских ученых, а даже проникли в среду молодежи и перепортили многих до
последней степени: "бредни" воплотились во вполне законченные исследования
учеников В.В. Сахарова и А. Р. Жебрака, их вчерашних студентов в Московском
фармацевтическом институте (B.C. Андреева) и Московского университета (В.К.
Щербакова). Аудитории ломились от желающих присутствовать на конференции,
царила праздничная атмосфера. Генетика возрождалась вполне зримо, и многие
молодые люди лелеяли мечту - попасть в лаборатории генетиков, чтобы включиться
в самую интересную работу, какая только возможна для биологов!
Несомненно, вместе с постоянными публикациями антилысенковских статей в
"Ботаническом журнале" и "Бюллетене Московского общества испытателей природы
(отдел биологический)" эти конференции производили на лысенкоистов гнетущее
впечатление. Я убежден, что в эти годы он уже понимал, что если бы наука в
СССР была свободна, и сами ученые принимали бы решения о том, что и как
развивать, его бы давно лишили функций диктатора. Но в том-то и дело, что в СССР
политизация науки была всеобъемлющей. Понимая это, Лысенко стал искать защиты
для себя и управы на критиков у тех, кто обладал реальной властью, - прежде
всего у Хрущева. В это время готовили очередной пленум ЦК, опять посвященный
сельскому хозяйству, и Лысенко, привлеченный к подготовке материалов для
будущего пленума, нашел, наконец-то, удобный момент для нанесения мощного
ответного удара.
Партийная критика в адрес
"Ботанического журнала"
29 сентября 1958 года в "Правде" был опубликован Указ Президиума Верховного
Совета СССР:
"О награждении академика Лысенко Трофима Денисовича орденом Ленина.
В связи с шестидесятилетием со дня рождения Трофима Денисовича Лысенко и
учитывая его большие заслуги в развитии сельскохозяйственной науки и оказании

практической помощи производству наградить академика Лысенко Трофима
Денисовича орденом Ленина.
Председатель Президиума Верховного Совета СССР
К. Ворошилов
Секретарь Президиума Верховного Совета СССР
М. Георгадзе
Москва, Кремль
27 сентября 1958 г.".
Это был уже седьмой орден Ленина, врученный Лысенко, и это был упреждающий
знак критикам - смотрите, мол, Лысенко ценят, его признают, им дорожат.
К своему юбилею Трофим Денисович приурочил публикацию большой статьи,
озаглавленной "За материализм в биологии!". Статья была задумана как ответ на
критику всех, выступивших против "мичуринского учения", но так всегда
получалось у Лысенко, что ответ в его понимании означал не поиск научных
аргументов , а навешивание ярлыков. Так было и на этот раз. В охватившем его
полемическом азарте страстность перевесила все чувства, для убеждения не осталось
места. А это, в свою очередь, привело к обратному результату. Получив в свое
распоряжение новые факты, критики не преминули ими воспользоваться.
Ленинградский ученый Д.В. Лебедев потрудился и собрал все доступные
сведения о крупных просчетах в советской биологии, ставших возможными из-за лысен-
ковского главенства: рассмотрел последствия запрещения исследований ростовых
веществ, мутаций (включая полиплоидию), инцухта и создания на его основе
межлинейных гибридов кукурузы, развала в области селекции и семеноводства. Он
свел в одном месте данные об этих провалах, и объяснил, почему в каждом из
них решающая роль принадлежала Лысенко. В результате получился исключительно
убедительный материал с цифрами, ссылками, цитатами. Статья эта была
напечатана в "Ботаническом журнале" анонимно - от имени редколлегии, что придало ей
весу, так как у читателей складывалось впечатление, что это и есть итог
многолетнего коллективного обсуждения в этом журнале ошибок Лысенко.
Был символический смысл в этой публикации. Статью опубликовали в
августовском номере за 1958 год, и, хотя в подзаголовке значилось "По поводу статьи
Т.Д. Лысенко "За материализм в биологии"", многие увидели в этом нечто
большее . Ведь именно в августе, десятью годами раньше на сессии ВАСХНИЛ был
учинен разгром биологии в СССР, и теперь, спустя десятилетие, можно было
убедиться, к каким бедам привела сессия.
Статья не могла не разъярить Лысенко и его верховного покровителя Хрущева.
Критикам любимца партийного вождя было решено дать суровый ответ (сам Лебедев
считает, как он сообщил мне в телефонном разговоре с ним в апреле 2001 года,
что Хрущева могло задеть одно место в статье, где Лебедев нарочно привел его
цитату, что "всё должно проверяться на полях" и добавил к этому, что это
прекрасные слова. Все последующие данные в статье показывали, что именно на
полях-то у Лысенко ничего не получается, а это означало, что Хрущеву надо
перестать поддерживать Лысенко).
Главные события развернулись перед самым началом Пленума ЦК КПСС. 14
декабря 1958 года на двух страницах "Правды" была помещена огромная статья "Об
агробиологической науке и ложных позициях "Ботанического журнала"". Снова со
страниц "Правды" прозвучал окрик в адрес ученых, составленный из фраз,
недопустимых в полемике культурных людей:
"... Грязные потоки дезинформации все еще льются в адрес материалистической
биологии...
... Вызывает удивление и законное возмущение, что в нашей стране еще
находятся люди, которые продолжают чернить и порочить материалистическую
агробиологическую науку.
Главной мишенью этих нападок сделаны работы академика Т.Д. Лысенко. В кле-

вете на ученого-мичуринца некоторые работники дошли до того, что не гнушаются
никакими средствами".
В статье была жестко продолжена линия 1948 года, и Лысенко мох1 рассчитывать
на реванш после недавних поражений. Редколлегия "Правды" заявляла, что
"Общеизвестны труды в развитии мичуринского материалистического учения академика
Т.Д. Лысенко...".
Зато снова доставалось уже мертвому Н. К. Кольцову, который, оказывается,
"мало чего дал нашей науке" . Смехотворным было объяснение "Правды", что
яровизация отброшена только потому, что ныне механизация сельского хозяйства
возросла. Конечно, редакторы делали вид, что не помнят старые заверения
Лысенко о максимальном эффекте от яровизации при механизации всех работ. Внут-
рисортовое скрещивание было названо очень плодотворной идеей, было заявлено,
что органоминеральные смеси уже дают тысячи тонн дармовой продукции, работы
по повышению жирномолочности коров - перспективны. Заключение гласило:
"Так называемая дискуссия, которая в течение ряда лет ведется на страницах
"Ботанического журнала", не помогает развитию материалистической биологии,
наоборот наносит ущерб науке... препятствует мобилизации всех сил на решение
важнейших задач, выдвинутых партией...".
Лысенко давно уже жаждал подавить критику, звучавшую со страниц
"Ботанического журнала". Он много раз высказывался по поводу зловредной роли этого
журнала, говорил в своих выступлениях о врагах, окопавшихся в редколлегии, о
беспринципных псевдоученых, ничего в науке не смыслящих. Одно из последних
таких обвинений Лысенко высказал в газете "Известия" годом раньше. После
появления этой статьи в Академии наук СССР была создана специальная комиссия
для проверки работы "Ботанического журнала". Комиссия работала несколько
месяцев, изучила все номера журнала за два с половиной года, но пришла к
выводу , что редколлегия работала хорошо, что "...журнал стремится наиболее полно
освещать вопросы, соответствующие его профилю, и пользуется заслуженным
авторитетом, как в пределах СССР, так и за рубежом".
В заключение был такой абзац:
"Комиссия стремилась обстоятельно и объективно разобраться в тех тяжелых
обвинениях, которые выдвинул против "Ботанического журнала" академик Т.Д.
Лысенко в статье "Теоретические успехи агрономической биологии", опубликованной
в газете "Известия" 8 декабря 1957 г. Комиссия не нашла оснований, которые
позволили бы обвинить этот квалифицированный прогрессивный журнал в
протаскивании идеалистических концепций. Комиссия... дважды, 7 апреля и 9 мая 1958
г., обращалась к академику Т.Д. Лысенко с письмами с просьбой сообщить
комиссии соображения о деятельности "Ботанического журнала" и возможно более
подробно обосновать ту оценку, которая была дана автором в статье в газете
"Известия" за 8 декабря 1957 г. Однако акад. Т.Д. Лысенко не ответил ни на одно
из этих писем, выразив тем самым нежелание аргументировать тяжелые обвинения,
публично сделанные им журналу, который публикует результаты работ большого
коллектива советских ботаников".
Бюро Отделения биологических наук АН СССР заслушало на специальном
заседании заключение Комиссии и утвердило его, особо отметив два пункта:
1. Одобрить заключение комиссии...
2. Считать целесообразным опубликовать заключение комиссии... в отделе
хроники журнала "Известия АН СССР, серия биологическая".
Членам комиссии (члену-корреспонденту АН СССР Э.А. Асратяну /председатель/,
академику А.Л. Курсанову, члену-корреспонденту АН СССР Е.Н. Мишустину, члену-
корреспонденту АН СССР И.И. Туманову и кандидату биологических наук П.И.
Лапину) от имени Академии наук СССР была выражена благодарность. Теперь,
похоже, партийная уздечка для его обидчиков нашлась: в "Правде" была дана
совершенно иная оценка позиции "Ботанического журнала".

Однако статья в "Правде" была лишь прелюдией к спектаклю, разыгранному
Хрущевым на пленуме ЦК, открывшемся на следующий день. Сам Хрущев, выступая в
первый день, говорил плохо о многих ученых (и псевдоученых тоже, например, о
С.С. Перове, возможно, зная, что последнему протежировал В.М. Молотов), но о
Лысенко было заявлено другое:
"Заслужили всеобщее признание работы товарища Т.Д. Лысенко по вопросам
биологии . . . " .
Когда начались выступления в прениях, спектакль продолжился. Роль
"представителя масс", обеспокоенного судьбой лучшего ученого страны, разыграл
секретарь ЦК Компартии Азербайджана И. Д. Мустафаев. Его "благородный" гнев живо
поддержал Хрущев, и между ними состоялся такой диалог:
"Мустафаев. Особенно плохо обстоит дело в области биологической науки, как
об этом было указано в газете "Правда" от 14 декабря, где говорится о
непонятном поведении "Ботанического журнала" и некоторых наших ученых. Вместо
того, чтобы по-деловому, по научному друг друга критиковать и указывать на
недостатки , дело переходит на оскорбительный тон, на унижение.
Хрущев. Надо кадры посмотреть. Видимо, в редакцию подобраны люди, которые
против мичуринской науки. Пока они там будут, ничего не изменится. Их надо
заменить, поставив других, настоящих мичуринцев. В этом коренное решение
вопроса .
Мустафаев. Никита Сергеевич, не только в этом журнале такой тон. Иногда
ученые-коммунисты не думают о том, как надо вести себя. Недавно до меня дошли
слухи, что наша делегация в Китае, среди которых были ученые-биологи,
заявила, что теперь с товарищем Лысенко не только в теории покончено, но и на
деле.
Хрущев. Это Цицин сказал.
Мустафаев. Это нехорошо. Если у них плохие личные взаимоотношения, то это
не дает никому права охаивать достижения нашей науки.
Хрущев. Надо было на партийном собрании спросить, почему он так сказал,
потребовать ответа как от члена партии.
Голоса. Правильно".
Затем слово предоставили Лысенко. Теперь в бой мог вступить и бедолага-
пострадавший :
"Лысенко...
. . . Известно, что во всем мире в научных журналах, а нередко и в газетах
идет так называемая "дискуссия" вокруг мичуринской биологии, которую
реакционеры капиталистических стран называют "лысенкоизмом"... реакционеры в науке и
журналисты буржуазного мира, в особенности США, Англии и других
капиталистических стран, каких только грехов мне не приписывают. Все мои научные работы
в биологии и агрономической практике объявляют жульничеством и обманом.
В американском журнале "Наследственность", том 49, 1 за 1958 год явный
недруг СССР биолог Добжанский утверждает, что "позорное положение, в которое
Лысенко поставил материалистическую науку, не скоро будет забыто"...
Этому автору хотелось бы, чтобы биологические журналы в СССР выступали
против диалектического материализма, против марксизма-ленинизма.
... президент Академии наук академик А.Н. Несмеянов и академик-секретарь
биологического отделения Академии наук СССР В.А. Энгельгардт, как мне
кажется, не считают наукой те наши теоретические и биологические положения, из
которых вытекают различные агротехнические и зоотехнические практические
действия. Еще до сих пор в биологии считается более научным то положение, из
которого никаких практических выводов сделать невозможно (с м е х, оживление в
зале)".
Снова Лысенко показал отличное знание психологии слушателей. Ошибись он
адресом, и вместо смеха мог быть освистан. Но он отлично знал, как лучше всего

развеселить ЭТУ публику, вызвать у НЕЁ прилив эмоций. Действительно, вот на
кого ОНИ вынуждены тратить народные деньги, вот каковы на поверку эти, с
позволения сказать, ученые. И статисты в зале хохотали и оживлялись: такой язык
был им понятен и по душе. Члены пленума - секретари ЦК, обкомов, крайкомов,
министры, которые знали истинное положение дел и которые через несколько лет
ставили в вину на таком же пленуме Хрущеву то, что он поддерживал Лысенко,
смеялись, когда более уместной была бы другая реакция. А Лысенко продолжал
гнуть свою линию:
"Желательно было бы хотя бы в какой-то мере подвергнуть работу
биологических учреждений критерию практики".
Наверняка, Лысенко, произносившему эту тираду, грезилось второе аутодафе и,
может быть, почище 1948 года. Поэтому он шел дальше: высказался крайне
неодобрительно в адрес В.А. Энгельгардта с его надеждами лет за 50 расшифровать
код генов, а потом опять обнародовал старую свою боль:
"Химию и физику живого тела, конечно, крайне важно изучать, но нельзя
химией и физикой подменять биологию".
"Приведу еще один пример. Нашей наукой вскрыт биологический закон
почвенного питания растений. Это очень важно для разработки различных агротехнических
способов удобрения полей. Противники же не только отрицают этот закон и
предложенный способ удобрений, но и высмеивают, ничего не предлагая взамен".
Лысенко говорил очень долго, ему уже несколько раз дружно аплодировали,
вместе с ним все посмеялись над "промахами" науки - и мировой, и
отечественной. Пора было кончать, тем более что ничего завлекательного в активе
"колхозного академика" не оказалось, и вытащить из-за пазухи волшебную синюю
птицу , пленить воображение чем-либо подобным яровизации он уже не мог: старик
выдыхался. Но что-то предложить надо было, без многообещающего НЕЧТО уходить
с трибуны было бы позорно. И он выдал:
"Коротко теперь о том, что, мне кажется, члены ЦК КПСС ожидают от моего
выступления и к чему, признаюсь, меня больше всего тянет...
Исходя из самых глубоко и наиболее спорных биологических теоретических
положений, нам удалось на ферме... в Горках Ленинских... получить коров,
которые все до одной - жирномолочные. В среднем процент жира в молоке в
полученном стаде не ниже пяти".
Теперь, сказал Лысенко, стоит задача это стадо быстро размножить, и тогда
страна будет и с молоком, и с маслом, и с прекрасным мясом. Заключительную
фразу он сформулировал коряво, но произнес ее с вдохновением:
"Вообще, товарищи, нет конца, сколько в наших колхозных и совхозных
условиях можно решать практических агротехнических и зоотехнических вопросов,
познавая все глубже и глубже законы жизни и развития растений, животных,
микроорганизмов . Для нас, биологов, это радость и счастье творческого труда.
Сердечное спасибо советскому народу, Коммунистической партии и правительству
Советского Союза и лично Никите Сергеевичу Хрущеву за большую заботу и внимание
к науке и работникам науки".
И снова достойная публика наградила аплодисментами достойного её героя.
Спектакль можно было заканчивать. Главные роли были сыграны, злодеи
посрамлены. Еще несколько статистов исполнили свои проходные роли. Превосходно
выступил "человек от сохи", "из народу" - председатель колхоза имени Ленина
Чувашской АССР С.К. Короткое. С его слов, колхоз был передовой - всё у них
росло , цвело и доилось лучше, чем у других. Иначе и быть не могло:
"Мы развиваем сельскохозяйственное производство на основе мичуринской
науки" .
А тревожила председателя одна беда - плохое поведение ученых, не дающих
нормально трудиться товарищу Лысенко:
"Товарищи, я не видел других таких ученых, с которыми мне приходилось

встречаться на протяжении 30 лет, которые бы так помогали производству, как
Трофим Денисович Лысенко. И вот некоторые недобросовестные люди начинают
оплевывать нашу мичуринскую науку. Я прошу защитить дело наших ученых-
мичуринцев " .
Да, теперь деваться было некуда. Надо было срочно принимать меры. Пора было
защищать "нашего" Трофима Денисовича.
Заключительный аккорд, прозвучавший на пленуме, также был интересным.
Председательствовавший на заседании Аристов, встав, обратился к присутствующим:
"Аристов. Предлагается избрать редакционную комиссию для выработки
резолюции по докладу Н.С. Хрущева в следующем составе: ... [зачитывает - B.C.]. Вот
состав редакционной комиссии. Какие будут замечания?
Голоса. Принять".
По традиционным нормам голосования менять что-то в принятом документе не
годится. Но вдруг из Президиума раздался одинокий голос, назвавший еще одну
забытую фамилию. Голос принадлежал столь влиятельной в партии персоне, что
А.Б. Аристову - секретарю ЦК пришлось, забыв всякие нормы и традиции, внести
в уже принятый список еще одно добавление:
"Аристов. Предлагается ввести в состав комиссии тов. Лысенко. Других
предложений нет? Состав комиссии принимается".
Так беспартийному Лысенко была оказана еще одна - совсем незаконная, но
зато исключительная почесть - ему поручили редактировать важный партийный
документ . Такого дела Сталин ему никогда бы не поручил.
18 декабря в "Правде" на 1-й странице появилась речь Мустафаева с
осуждением позиции "Ботанического журнала", а на 3-й странице - речь Лысенко. В
Академии наук официальное объявление о смене редколлегии "Ботанического журнала"
дотянули до января. Только тогда в "Вестнике Академии наук СССР" появилось
сообщение:
"20 января 1959 г. состоялось расширенное заседание Президиума АН СССР и
Отделения биологических наук совместно с активом Отделения, рассмотревшие в
свете решений декабрьского Пленума ЦК КПСС работу и задачи Отделения
биологических наук".
Однако тон постановления, принятого на этом заседании, коренным образом
отличался от тона прежних подобных решений, принимавшихся в сталинские времена.
Текст начинался с каких-то длинных, вязких фраз о "несомненных успехах",
"решении задач". Страшные императивы исчезли вовсе, и понять, что это и есть
ответ на жесткую критику аж на самом Пленуме ЦК партии - было трудно. Аутодафе
в духе 1948 года не получилось. Лишь после утомительно длинных абзацев с
расплывчатыми формулировками следовал нужный пункт:
"... некоторые биологи, вместо того, чтобы сосредоточить все силы на
дальнейшем творческом развитии советской биологии и использовании ее достижений в
народном хозяйстве, поставили чуть ли не главной своей задачей критику
отдельных положений мичуринского учения и дискредитацию достижений акад. Т.Д.
Лысенко и его последователей...
Задачу критики отдельных положений мичуринского учения, и в частности
достижений академика Т.Д. Лысенко и его последователей ставил перед собой в
течение последних нескольких лет "Ботанический журнал". Такое отношение его
редакционной коллегии было неправильным и мешало развитию советской
биологии . . . " .
Потом опять шло совсем не то, чего следовало ждать, какая-то опереточная
суета врывалась в серьезный документ, долженствующий быть сугубо
осудительным; неведомо откуда протискивалась назидательная фраза, сказанная будто
нарочно, с издевкой (уж, не в адрес ли Лысенко и его последователей):
"Научная критика должна быть проникнута духом доброжелательности и
взаимопомощи" .

И только после всего этого - долгожданное:
"Участники заседания признали правильной данную газетой "Правда" критику
ошибочной позиции, которую занимала редакционная коллегия "Ботанического
журнала" " .
И в этом признании снова была какая-то двусмысленность: ну, конечно,
"Правда" выступала, слов нет. Но ведь и на Пленуме о том же говорилось, так что же
это скрывать! Так и хочется аршинными буквами выписать это слово, кулаком
стукнуть - да, при чем тут "Правда", ведь и на самом ПЛЕНУМЕ ...!!!
А дальше шло уж совсем фантасмагорическое: в постановление был вписан пункт
наиважнейший. Было предложено немедленно осуществить мероприятие, которого
Лысенко с 1956 года с ужасом ждал и от которого всеми силами отбивался:
"Необходимо реализовать постановление Президиума от 1957 года о создании
Института радиационной и физико-химической биологии и обеспечить участие в
его работе физиков и химиков".
Все потуги - не пустить физиков и химиков в биологию и помешать Энгельгард-
ту создать свой институт - провалились. Решение же о новом составе
редколлегии (и в нем, наконец-то, упоминание о Пленуме, но петитом, несерьезно,
походя) засунули куда-то вглубь "Вестника АН" на 112-ю страницу. Сукачева сняли,
сукачевцев заменили, всё как-то тихо, без фанфар.
А Несмеянова - этого злейшего врага - не сняли. И в адрес других критиков,
всяких там таммов, кнунянцев, Дубининых - ни слова. Правда, вскоре Энгель-
гардта с поста академика-секретаря биологического отделения сместить удалось.
На его место продвинуть своего - Сисакяна - удалось! (хоть и исполняющим
обязанности : не академик до сих пор!) Но кто бы мог предвидеть, что этот самый
преданный из преданных тут же начнет козни строить - и к Несмеянову
подлаживаться, и с врагами якшаться, и в их дудку дудеть!
Хрущев вмешивается в работу
Сибирского Института
цитологии и генетики
Болезнь организационных неурядиц, пустой суеты - обычная для учреждений,
создаваемых вновь, - не поразила тех, кто собрался в Сибири в новом научном
центре. Дела спорились. А это, чем дальше, тем больше волновало Лысенко, и
он, как только мог, "сигнализировал" Хрущеву, что в Сибири вместо науки
развели бесполезную для страны ерунду, на которую уйдут деньги, как в бездонную
прорву, а толку так и не будет. Механика подавления была для таких случаев
уже отработана годами. Нужно было подсовывать кандидатуры для включения в
комиссии по проверке деятельности, комиссии должны были давать требуемые
заключения, а по ним надлежало делать соответственные оргвыводы... В Академгородок
зачастили комиссии. Искать подходящие для Лысенко кандидатуры для включения в
состав комиссий было несложно: на сытных местах сидело множество своих людей,
которых и учить не надо было. Сами знали, что ждет их лично, если Лысенко
свалят. Вот и объявлялись в каждой из комиссий свои люди. Съездил в
Новосибирск А.Г. Утехин - теперь заведующий сектором науки Сельхозотдела ЦК (тот
самый скромный не то агроном, не то механизатор из Куйбышевской области,
который в начале 30-х годов обманывал Москву рапортами о колоссальной удаче с
яровизацией). Побывал с проверкой и М.А. Ольшанский - соратник Лысенко еще с
Одессы, где он и научно-организационным отделом заведовал и заместителем
директора по науке оттрубил несколько лет. Теперь он солидно именовался
академиком ВАСХНИЛ, и его бульдожья хватка была многим известна. Посетил
Новосибирск и Н.И. Нуждин - нынешний фаворит, заместитель директора по науке в
московском институте Лысенко. Он теперь состоял в членах-корреспондентах АН
СССР, так что вполне подходил. Словом, люди были солидные, в партийных кругах

заметные, в проведении в жизнь "линии партии" поднаторевшие.
Все побывавшие на месте комиссии нашли то, что было нужно Лысенко:
оказывается, в планы работ нового института были включены темы, осужденные еще в
1948 году за их... (идеалистичность, метафизичность, морганизм, менделизм,
вейсманизм, витализм, вирховианство, упрощенчество, упадочничество,
реакционность , преклонение перед Западом, нездоровое прожектерство, теоретизирование,
отсутствие стимулов для помощи колхозному крестьянству, надуманность,
оторванность , изолированность и т.п. и т.п. - ненужное вычеркнуть, нужное
вписать) . Из этого богатого арсенала выписывалось, что следует, и доносилось,
кому надо... Но руководители Сибирского отделения не обращали внимания на
решения пришлых комиссий. Институт цитологии и генетики, по их мнению,
развивался нормально, Дубинин с работой директора справлялся, а ненависть Лысенко
к генетике была давно известна. Для того и создавали институт в составе
Сибирского центра, чтобы развивать генетику, а не "мичуринское учение",
задавившее всю биологию в стране.
Иначе представлял себе это дело Хрущев. На очередном пленуме ЦК партии 29
июня 1959 года он твердо выразил свое мнение:
"Замечательное дело делает академик Лаврентьев...
Нам надо проявить заботу о том, чтобы в новые научные центры подбирались
люди, способные двигать вперед науку, оказывать своим трудом необходимую
помощь производству. Это не всегда учитывается. Известно, например, что в
Новосибирске строится институт цитологии и генетики, директором которого назначен
биолог Дубинин, являющийся противником мичуринской теории. Работы этого
ученого принесли очень мало пользы науке и практике. Если Дубинин чем-либо
известен, так это своими статьями и выступлениями против теории, положений и
практических рекомендаций академика Лысенко.
Не хочу быть судьей между направлениями в работе этих ученых. Судьей, как
известно, является практика, жизнь. А практика говорит в защиту биологической
школы Мичурина и продолжателя его дела академика Лысенко. Возьмите, например,
Ленинские премии. Кто получил Ленинские премии за селекцию: ученые
материалистического направления в биологии, это школа Тимирязева, школа Мичурина, это
школа Лысенко. А где выдающиеся труды биолога Дубинина, который является
одним из главных организаторов борьбы против мичуринских взглядов Лысенко? Если
он, работая в Москве, не принес существенной пользы, то вряд ли он принесет
ее в Новосибирске или во Владивостоке".
Хоть Хрущев и толковал о том, что судьей в споре ученых быть не хочет, но
слово партии - закон, и только так и нужно было понимать его слова, сказанные
не за рюмкой водки, а на Пленуме ЦК. Лысенко мог считать дело сделанным. Но
прошел месяц, потом второй, начался третий, а Дубинин всё оставался на своем
посту. Сибирские руководители науки молча саботировали высказывания главы
партии. Чувствуя, что всё им сделанное пока не срабатывает, предприимчивый и
инициативный Лысенко попробовал забросить еще одну "удочку". Как вспоминал
Лаврентьев:
"Как-то вернувшись из Москвы, С.А. Христианович рассказал о разговоре,
который с ним имел Т.Д. Лысенко, предлагая Сибирскому отделению своих
"уникальных" коров... Учитывая сильную поддержку, которую имел Лысенко, отказаться от
его предложения надо было как-то осторожно. Мы обсудили это на Президиуме и
решили на предложение никак не откликаться.
В Москве быстро стало известно наше своеволие, оттуда приехала высокая
комиссия проверять работу наших биологов. От нас стали требовать ликвидировать
Институт цитологии и генетики и создать "мичуринский" институт, ОБЕЩАЯ
ПОДДЕРЖКУ ЛЮДЬМИ И ДЕНЬГАМИ. Я довольно бессвязно говорил о единстве науки, о
соревновании направлений, о том, что мы все - за советскую науку, но против
мистики.

Комиссия уехала ни с чем...".
Политика грубого нажима и чередования кнута и пряника не дала желаемого
результата и на этот раз. Это уже переполнило чашу терпения, и яркий образ
Лаврентьева как любимца стал в глазах Хрущева тускнеть.
"... уже через неделю, - вспоминал Лаврентьев, - мне сообщили, что Н.С.
Хрущев сильно сердит на меня и склонен менять руководство СО АН СССР".
Положение становилось критическим, Лысенко набрал такую силу, что даже киты
науки рисковали своей карьерой, хотя кто бы мог подумать, что Лаврентьеву -
недавнему баловню Хрущева, которому всё было дозволено (даже набор директоров
в институты вести единолично и все штатные единицы замещать без конкурсов),
вдруг1 из-за козней Лысенко придется худо. И корда холодком пахнуло на самого
Лаврентьева, он еще раз показал, каким могучим организатором, тонким
политиком и напористым человеком был. История эта столь ярко показывала нравы в
"управляемой науке", правда о подобных "житейских" случаях так редко
прорывалась на страницы советской прессы, что я приведу длинную выдержку из
воспоминаний Лаврентьева, с легким сердцем описывающего эту совсем не комическую
драму.
"Я узнал также, что Хрущев летит в Пекин на праздник 10-летия Китайской
Народной Республики, а потом собирается заехать в Новосибирск, где будет
проведена перестройка СО АН с ликвидацией "цитологии и генетики" и возможной
сменой руководства Отделения.
Надо было во что бы то ни стало перехватить Хрущева до его приезда в
Новосибирск . Через московских друзей я был включен в одну из делегаций в Пекин,
где рассчитывал встретиться с Хрущевым и убедить его в правильности позиции
СО АН.
Торжества в Пекине были грандиозные, но мне было не до них. Ситуация
получилась сложная: проникнуть к Хрущеву было невозможно; мою делегацию должны
были возить по Китаю еще 10-15 дней; способов индивидуально уехать домой не
существовало...
Ценой огромных усилий мне удалось попасть на аэродром к моменту отъезда
советской правительственной делегации. Я в толпе пробрался к Хрущеву и на
вопрос "А вы чего тут?" ответил: "Никита Сергеевич, возьмите меня с собой". Так
я попал в машину Хрущева (ИЛ-18). Самолет шел на Владивосток. Я старался
занять Хрущева рассказами из области науки и жизни ученых со времен Ломоносова.
После вылета из Владивостока я спросил Хрущева, что бы он хотел посмотреть
в Академгородке. "А Вы что предлагаете?" Я назвал вначале геологию, механику
и химию (катализ, сверхчистые металлы). План посещений воспринимался
благожелательно, но когда я назвал Институт цитологии и генетики, ситуация резко
изменилась . Хрущев начал говорить со страшным раздражением о Дубинине и его
сотрудниках, упомянул о попытке дать нам хороших практиков, но что именно я
помешал этому. Хрущев прямо сказал, что при такой ситуации он резко уменьшит
финансирование и прочее обеспечение Сибирского отделения. Мои попытки
возражать только еще больше его раздражали. Он встал, ушел в другой конец салона и
начал разбирать бумаги, подписывать постановления. Мы летели над горами
Восточной Сибири, внизу проплывали отличные панорамы, а я никак не мог
придумать, как выйти из положения. Так тянулись длинные 2-3 часа.
За общим обедом настроение несколько улучшилось. Я сказал, что хоть я в
сельском хозяйстве и генетике профан, но что Лысенко - мракобес, я уверен. Я
напомнил, как мой сотрудник по Украинской Академии наук Н. М. Сытый с помощью
мокрого пороха баснословно дешево проложил каналы для осушения Ирпенской
поймы под Киевом и как на комитете по Государственным премиям, куда была
представлена работа Сытого, Лысенко заявил, что взрывать нельзя - "земля живая,
пугается и перестает рожать"... Обед кончился в непринужденной обстановке.
Визит в Академгородке прошел хорошо, все наши научные направления были

одобрены. Институт цитологии и генетики с его кадрами и тематикой был
сохранен, но все же было рекомендовано заменить директора. На совещании в узком
кругу при участии Н. П. Дубинина директором был назначен Д. К. Беляев, тогда
кандидат биологических наук. Дубинин высказал желание вернуться в Москву, где
ему была предоставлена возможность работать.
Два года спустя, когда Хрущев еще раз посетил Академгородок, вопрос об
Институте генетики кончился шуткой. Зайдя в сопровождении местного руководства
в выставочный зал, он обратился ко мне с вопросом: "А где ваши вейсманисты-
морганисты? " Я ответил: "Я же математик, и кто их разберет, который
вейсманист, а который морганист"... На это и Хрущев реагировал шуткой: "Был такой
случай. По Грузинской дороге шел хохол, его остановили яро спорившие грузин и
осетин и потребовали: "Рассуди нас. Что на небе месяц или луна?" Хохол
посмотрел на одного - у него за поясом кинжал, на другого - тоже кинжал,
подумал и сказал: "Я ж не тутошний"... Общий хохот, дальше все смотрели выставку
в хорошем настроении".
Вернувшись в Москву, Дубинин продолжал руководить Лабораторией радиационной
генетики (которую он эти два года запасливо за собой сохранял). Число его
сотрудников в Москве не уменьшилось, а даже прибавилось. И если кто и потерпел
неудачу, так Лысенко. Его главные козни не удались.
В борьбу с
лысенкоизмом
вступают физики
Интерес физиков-ядерщиков к генетическим исследованиям возник не на пустом
месте. От облучения прежде всего страдали те, кто сам изучал радиоактивные
вещества. Мучительная смерть первопроходцев, открывших радиоактивные изотопы,
равно как и тех, кто экспериментировал с источниками рентгеновых лучей, а
затем начал использовать их в медицине, была платой за неумение и незнание.
Физики в двадцатых - тридцатых годах уже знали о печальных последствиях
облучения. Врачи радиологи и рентгенологи стали применять простейшие средства
радиационной защиты. В конце сороковых годов, когда наступил этап бурного
развития ядерной физики, защита от облучения приобрела особую актуальность. В
эти годы страшная картина последствий облучения генов вырисовывалась всё
отчетливее . Платой за незнание принципов повреждения генов была лучевая
болезнь, подкрадывавшаяся незаметно, поражавшая организмы медленно, но
приводившая к смерти.
Поняв первые закономерности влияния облучения на хромосомы, генетики вкупе
с физиками начали срочно исследовать процессы повреждения генов радиацией.
Совместное детище биологов и физиков - радиационная генетика стала
развиваться быстрыми темпами. Нашлись и денежные средства, и приборы, и кадры. Арсенал
биологов обогатился методами, ранее использовавшимися только физиками. Физики
привнесли в биологию важное новое качество - строгость в постановке самых
вроде бы незначительных задач, теоретический (математический) анализ проектов
будущих опытов и более строгое обдумывание результатов. И все эти работы
велись вне стен научных учреждений СССР, только за границей - в США, Англии,
Японии, Западной Германии. И все успехи были неприложимы к советским
условиям. И известно было, что многое уже секретится, закрывается, скрывается.
Работы по защите генов стали приоритетными, важными, государственно значимыми.
Вот тогда-то физики в СССР буквально на себе поняли, что такое лысенкоизм,
что значит отказ от генетики, что несет с собой нигилизм в вопросах биологии.
Поэтому физики и стали той силой, которая помогла возродить генетические
исследования в СССР и создать новое направление, вопреки лысенковскому табу.
В Институте атомной энергии в Москве по инициативе И.Е. Тамма, поддержанной

И.В. Курчатовым, был организован радиобиологический отдел (РБО). Во главе его
встал человек с большими организационными способностями, лауреат Сталинских
премий Виктор Юлианович Гаврилов, один из "двигателей" проектов атомной и
водородной бомбы, бывший правой рукой И.В. Курчатова. С его умением руководить
сразу десятками проблем, хранить в уме густую сеть переплетающихся в узлы
задач, подзадач, совсем маленьких задачек он в немыслимо короткий срок запустил
махину - огромный отдел с первоклассными лабораториями, самый настоящий
большой исследовательский институт, который мог использовать все технические
возможности главного научного центра страны по атомной физике. В РБО начали
принимать молодых сотрудников-физиков и биологов. На семинары, вначале
проводившиеся лично И.В. Курчатовым, приезжали с лекциями Б.Л. Астауров и А.А. Про-
кофьева-Бельговская, чуть позже раз в неделю под руководством Гаврилова стал
собираться общеотдельский семинар, на котором биологи учились мыслить на
языке физиков, а последние узнавали факты биологии, без которых буйный порыв
мысли физиков, горевших энтузиазмом, грозил улететь в заэмпирейную даль и
никогда уже на грешную землю не вернуться. В отдел перешли работать маститые
физики - Ю. С . Лазуркин, СЮ. Лукьянов, Б. В. Рыбаков. Биологов (Р.Б. Хесина,
С.Н. Ардашникова, СИ. Алиханяна и других), химиков (К.С. Михайлова и его
сотрудников) консультировали крупнейшие теоретики (и прежде всего Д.А. Франк-
Каменецкий).
Параллельно в двух вузах в Москве появились кафедры по подготовке кадров
физиков для работы по биологической проблематике: на физическом факультете
МГУ в 1957 году Л.А. Блюменфельд (с помощью всё того же Тамма) организовал
кафедру биофизики, и в Московском физико-техническом институте в 1959 году
Ю.С. Лазуркин возглавил кафедру радиационных воздействий, позже
переименованную в кафедру молекулярной биофизики.
В это время в ряде физических центров активно работали научные семинары, на
которых рассматривали вопросы биологии - и прежде всего теорсеминар Тамма в
физическом институте им. Лебедева АН СССР. На этом этапе в общую работу
физиков по становлению исследований в области радиационной биологии включился
академик Андрей Дмитриевич Сахаров. А затем убежденно, со специфически саха-
ровской обстоятельностью он начал борьбу с монополизмом Лысенко. Огромный
авторитет Сахарова среди атомщиков и высших партийных лидеров, заработанный
вкладом в создание водородной бомбы (в 1956 году он получил вторично звание
Героя Социалистического труда, ему были присуждены к этому времени Сталинская
и Ленинская премии) придавал особый вес его усилиям разжать тиски Лысенко на
горле советской биологии.
Многое из истории этой борьбы сегодня утеряно, многие важные вехи на пути к
возрождению генетики в СССР остались неотмеченными, многое попросту делалось
так, чтобы следов не оставалось. Нет стенограмм ряда важных выступлений, всё
меньше остается людей, лично участвовавших в борьбе с монополизмом в биологии
в СССР.
Тем не менее, забыто далеко не всё. В январе 1958 года Андрей Дмитриевич,
пользуясь своим высочайшим положением в кругах элиты советской науки, получил
доступ для беседы с секретарем ЦК КПСС М.А. Сусловым. Тема беседы оказалась
для Суслова неприятной, но деваться было некуда. Ему, известному покровителю
Лысенко, Сахаров стал говорить о неблагополучии в советской биологии, о
засилье лысенкоистов и о необходимости срочно выправлять положение. Хотя этот
разговор и не дал немедленных результатов, он не мог не показать второму по
важности человеку в тогдашней партийной олигархии, что думают ученые о вреде
Лысенко для страны.
К этому же времени относится и работа Сахарова, показавшая, в противовес
выводам американских специалистов, что испытание ядерного оружия в атмосфере
- далеко не безобидное занятие, так как от него портится наследственность

всех существ на земле. Впервые эти расчеты Сахарова были опубликованы в
октябре 1957 года. В 1959 году в Атомиздате был выпущен маленький сборник
"Советские ученые об опасности испытаний ядерного оружия" с предисловием
Курчатова. Центральной статьей сборника стала работа Сахарова "Радиоактивный
углерод ядерных взрывов и непороговые биологические эффекты". Вопросы,
поставленные в этой статье, касались генетических последствий взрывов водородных бомб
и имели принципиальное значение. Известный физик Э. Теллер - венгерский
эмигрант и один из отцов американской водородной бомбы даже заявил, что вред от
таких испытаний "эквивалентен выкуриванию одной папиросе раз в полмесяца".
Андрей Дмитриевич решил тщательно проанализировать этот вопрос. Анализ
опроверг выкладки Теллера и его последователей.
Полемизируя с теми, кто, подобно Э. Теллеру и А. Лэттеру, считал, что
"мутации (наследственные болезни) следует приветствовать как необходимую жертву
биологическому прогрессу человеческого рода", Андрей Дмитриевич, выражая
озабоченность будущим Земли заявлял:
"Неконтролируемые мутации мы склонны рассматривать как зло, как
дополнительную к другим причинам гибель десятков и сотен тысяч людей в результате
экспериментов с ядерным оружием ....
Исходя из этого, Сахаров делал совершенно определенный вывод, не
допускающий превратного толкования:
"Продолжение испытаний и всякие попытки узаконить ядерное оружие и его
испытания противоречат гуманности и международному праву. Наличие радиоактивной
опасности от так называемой "чистой" (т.е. безосколочной) бомбы лишает какой-
либо почвы пропагандистские высказывания о качественно особом характере этого
вида оружия массового уничтожения".
Разобравшись в существе влияния излучения на гены, Андрей Дмитриевич смело
включился в борьбу по двум направлениям: за прекращение ядерных испытаний во
всех сферах и за ликвидацию монополии Лысенко в биологии.
Борьба по обеим линиям была плодотворной. По первой линии в августе 1958
года он вместе с Курчатовым выступил против намечавшихся ядерных испытаний, и
Курчатов даже специально слетал в Ялту к отдыхавшему там Хрущеву, чтобы
повлиять на советского лидера, но это оказалось безнадежным делом. Тогда в
начале 1961 года Андрей Дмитриевич написал докладную записку Хрущеву и стал
ждать подходящий момент, чтобы вручить её лично. Такой случай представился во
время встречи руководителей партии и ученых-атомщиков в июле того же года.
Ответ на записку был быстрым и вполне в духе Хрущева: на банкете по случаю
встречи он, уже "под градусами", заявил:
"Политические решения, в том числе и вопрос об испытаниях ядерного оружия,
- прерогативы руководителей партии и правительства и не касаются ученых".
Однако уже в 1963 году благоприятный момент настал. В это время между
Москвой и Вашингтоном наметился прогресс, лидеры двух стран - Хрущев и Кеннеди -
искали точки соприкосновения, и Сахаров решил использовать это потепление. Он
еще раз обратился к Хрущеву с предложением подготовить проект договора о
запрещении ядерных испытаний в атмосфере, под водой и в космосе. Хрущев
одобрительно отнесся на этот раз к предложению. Сахаров изложил письменно основные
пункты договора, причем его формулировки были столь точны, продуманы и
логичны, что практически без изменения были выдвинуты от имени СССР для обсуждения
с американской стороной. За небывало короткий для подобного рода документов
срок (около месяца) все детали пунктов договора были согласованы, и в том же
1963 году "Н. Хрущевым и Дж. Кеннеди был подписан "Московский договор" о
запрещении испытаний в трех средах, к которому присоединилось большинство
государств" .
По второй линии - борьбе с лысенкоизмом также имелось существенное
продвижение вперед. Не только разговор с Сусловым, но и многие другие беседы, обра-

щения и инициативы дали свои плоды. Начиная с 1958 года, Комитет по атомной
энергии при Совете Министров СССР и Министерство иностранных дел согласились,
что советские генетики будут принимать участие в работе Комитета по радиации
при ООН. В Женеву для участия в работе Комитета выехали А.А. Прокофьева-
Бельговская и М.А. Арсеньева-Гептнер. К этому времени уже были получены
советские данные о минимальных дозах облучения, дающих эффект у человека, и эти
данные (в их сборе приняли участие М.А. Арсеньева-Гептнер, Ю.Я. Керкис, Г.Г.
Тиняков и др.) с интересом были восприняты мировой научной общественностью.
Всё это привело к тому, что ни в 1958, ни в 1960 годах при выборах новых
членов Академии наук СССР лысенковские кандидаты не прошли, а вот генетики
одержали победу. В 1958 году членом-корреспондентом АН СССР был избран Б.Л.
Астауров (на заседании секции генетики МОИП по этому поводу было устроено
радостное и волнующее чествование Бориса Львовича).
Присуждение советским ученым
"Дарвиновской Плакетты"
Полнокровно текла научная жизнь в ряде лабораторий, особенно в Институтах
атомной энергии, биофизики, химической физики, были опубликованы, и в немалом
количестве, статьи по генетике. Советские генетики приняли участие во Второй
Международной Конференции по мирному использованию атомной энергии в Женеве в
сентябре 1958 года.
Во всем мире готовились к празднованию юбилея - столетней годовщины со дня
выхода в свет "Происхождения видов" Ч. Дарвина. В СССР этот юбилей собирались
отпраздновать не только генетики, эволюционисты, экологи, но, разумеется, и
лысенкоисты. Хотя последователи "мичуринского" учения так отпрепарировали
дарвинизм, что от него остались "рожки да ножки", они уверенно причисляли
себя к сторонникам дарвинизма (добавляя, правда, что они - сторонники
творческие : вольны модифицировать постулаты дарвинизма в соответствии со своими
нуждами и вовсе не намереваются обращать внимание на протесты заскорузлых и
твердолобых догматиков).
В послевоенные годы руководство страны выделяло значительные средства на
поддержание за рубежом СССР "борцов за мир". Стараясь держаться на виду,
Лысенко был не прочь поговорить на тему защиты мира и пристраивал своих людей в
руководство пацифистским движением. Так, Глущенко в 1950 году был введен в
состав Советского Комитета защитников мира, затем в члены его Президиума,
затем в члены Всемирного Совета Мира. Сам Лысенко, за границу практически не
ездил (возможно, и сбежавший на Запад братец дорогу ему перекрыл). Зато
Глущенко, как уже было сказано, побывал в ведущих странах мира, познакомился со
многими крупными биологами и генетиками. После этого они получали приглашения
из солидного учреждения Академии наук - Института генетики - посетить СССР за
счет приглашающей стороны. Многие принимали приглашения, становясь, таким
образом, друзьями страны и, одновременно, друзьями коллег из лысенковского
института. Содержательным, плотным и глубоко профессиональным беседам с
советскими коллегами всегда мешало то обстоятельство, что приезжавшие не знали
русского языка, как, впрочем, вполне на равных условиях, лысенкоисты не знали
языков иностранных. А много ли наговоришься через переводчиковы услуги?
Когда подошел год 100-летнего юбилея выхода в свет дарвиновского
"Происхождения видов", Лысенко и его заместитель по журналу "Агробиология" И.С. Варун-
цян решили повторить успешный опыт привлечения статей зарубежных авторов,
испробованный в столетнюю годовщину Мичурина. Теперь они хотели отвести
специальный выпуск журнала статьям зарубежных авторов, которые якобы сами
обратились к редколлегии советского журнала со статьями, приуроченными к юбилею. Но
как добыть такие статьи? Не без самолюбования Глущенко писал в своих воспоми-

наниях:
"Лысенко и его заместитель И.С. Варунцян дают поручение - обеспечить в
специальном номере "Агробиологии" статьи зарубежных авторов. Почему мне? К этому
времени я совершил много поездок за рубеж. У меня большие связи. Выполняю
поручение - пишу письма знакомым и друзьям. В ответ довольно быстро получаю
статьи от профессоров...".
Далее Глущенко перечислял имена 18 человек, среди которых были и такие
известные ученые как К.Х. Уоддингтон, А. Мюнтцинг, К. Линдегрен. Полученных
статей оказалось так много, что не один, а два номера "Агробиологии" удалось
заполнить статьями иностранных авторов. Естественно, лысенкоисты
рассматривали этот факт как неоспоримое и наиболее авторитетное доказательство
международного признания "мичуринского учения", хотя авторы прислали статьи без
выражения восторгов в адрес этого учения.
Радость лысенкоистов, однако, сильно омрачило другое событие.
Общегерманская Академия наук Леопольдина (объединяющая ученых и ФРГ и ГДР) - одна из
старейших академий мира решила присудить группе выдающихся ученых, внесших
наибольший вклад в развитие дарвинизма (из ныне живущих), специальные
награды. В число получивших эту медаль - "Дарвиновскую Плакетту" не попал ни один
лысенкоист, зато наград были удостоены несколько советских генетиков и в их
числе С.С. Четвериков, его ученик Н.В. Тимофеев-Ресовский, а также Н.П.
Дубинин , И.И. Шмальгаузен и В.Н. Сукачев.
Особенно важным было награждение Четверикова, полностью выброшенного из
научной жизни (его уволили с работы из университета, где он организовал кафедру
генетики и где ряд лет был деканом биологического факультета, где закрыли и
Лабораторию по селекции моновольтинной породы дубового шелкопряда,
организованную им, и разорив коллекцию шелкопрядов - ценных продуцентов натурального
шелка). Актом награждения Академия Леопольдина подчеркнула также, что школа
Четверикова получила всемирное признание.
Я хочу сделать небольшое отступление, чтобы хоть кратко рассказать о Сергее
Сергеевиче таком, каким я его застал в жизни.
В 1956 году я с замиранием сердца (поверьте, это не пустая фраза) стоял у
дверей его квартиры (это было в Горьком, Четвериков жил неподалеку от крутого
берега реки Волги, на улице Минина, рядом с Кремлем) и никак не решался
нажать кнопку звонка. Внезапно на другой стороне лестничной площадки отворилась
дверь, и оттуда кто-то вышел. Я совершенно смутился и ткнул пальцем в кнопку.
Звонок дзинькнул, и теперь уже деваться было некуда. На пороге стоял слегка
ссутулившийся высокий старик с профессорской бородкой, в очках. Я только и
сумел выдохнуть:
- Сергей Сергеевич?...
- Заходите, - просто и мягко сказал он и захлопнул за мной дверь. - Сейчас
я скажу брату.
В маленький коридорчик выходили три двери. Из одной высунулась мужская
голова и подозрительно обыскала меня взглядом (позже Сергей Сергеевич рассказал
мне, что когда-то вся квартира принадлежала его семье, но после выгона с
работы в 1948 году их, как тогда называлось, - уплотнили: вселили в одну из
комнат человека из университета, по мнению Четвериковых сотрудничавшего с
НКВД). Рядом была вторая дверь, она была распахнута, и я услышал фразу,
произнесенную тем же негромким и мягким голосом:
- Сережа, к тебе молодой человек.
На кровати полулежал, полусидел, слегка откинув голову назад, как будто
силясь меня рассмотреть, пожилой мужчина.
- Чем могу быть полезен?
Путаясь, сбиваясь, я объяснил, что я студент Тимирязевской академии, что
читал его работу, что один из моих учителей и сослуживец Четверикова по уни-

верситету, доцент Петр Андреевич Суворов дал мне его адрес, и вот я пришел.
Собственно, сказать определенно, зачем же я пришел, я не мох1. Просто взял вот
и пришел.
Не помню как потекла беседа. Я украдкой рассматривал небогатое жилище двух
ученых. Все вещи в их доме были когда-то добротны и, наверное, даже красивы.
Но теперь они старились вместе с хозяевами, вместе с ними переносили невзгоды
жизни. Помнится, что после первого посещения дома Четвериковых, я вышел
какой-то опустошенный. Не сразу я полюбил этот дом: сначала многое меня
смущало, и я стеснялся, сам не знаю чего. И лишь потом, спустя, наверное, полгода,
в свой следующий приезд в Горький, я полюбил это убежище двух гигантов, не
потерявших ни на йоту любви к жизни - весне, песне птицы, случайно усевшейся
на подоконнике, "Владимирским проселкам" Солоухина - повести, нечаянно
купленной Николаем Сергеевичем и читавшейся вечерами неделю, а то и больше.
Никогда не забыть мне той песни, которую мы распевали с Сергеем Сергеевичем
довольно часто:
"Шел козел дорогою, дорогою, дорогою.
Нашел козел безрогую мутацию козы.
Давай, коза, попрыгаем, попрыгаем, попрыгаем,
Тоску-печаль размыкаем, размыкаем, коза.
И-э-э-х, шел козел дорогою, дорогою, дорогою.
Нашел козел безрогую мутацию козы..."
И снова, всё убыстряя темп, и всё громче, пока, наконец, Сергей Сергеевич
не заливался смехом.
Лишенные самого ценного для ученого - работы, того, что давало им смысл
жизни, они, тем не менее, искали все способы хоть чем-то оказаться полезными
людям. Маленькая девочка, которую Сергей Сергеевич учил немецкому, а Николай
Сергеевич английскому, студент-биофизик, получавший консультации Николая
Сергеевича, реферативная работа - это были нити, связывавшие их с жизнью, всё
это не позволяло опускаться, размагничиваться. Известный генетик и
радиобиолог Соломон Наумович Ардашников доставал книги, которые надо было перевести с
английского на русский, и отсылал их в Горький Николаю Сергеевичу. За
переводы платили, и эти деньги всегда были кстати.
Убежденность в торжестве разума, вера в неистребимость правды - эти чувства
жили в братьях всегда. Несколько лет мы переписывались с Сергеем Сергеевичем.
Через два года после знакомства с ним я перешел учиться из Тимирязевки в МГУ
на физический факультет, и Сергей Сергеевич придирчиво следил за моими делами
на физфаке. Сам он из-за слепоты писать не мог, поэтому он диктовал свои
письма брату, а в конце неизменно подписывался, по памяти, не отрывая руку от
того места, куда её устанавливал Николай Сергеевич. Письма Четверикова были
неизменно бодрыми, свои советы он старался всегда облекать в мягкую, часто
шутливую форму. Несмотря на невероятные боли, которыми его подчас награждали
болезни, он всегда с надеждой ждал лучших времен и лучших событий:
"Про себя лично ничего существенного сказать не могу: живу, как жил, день
за днем, один день лучше, другой день хуже. Жду мая месяца, когда перед домом
появятся лавочки, на которых можно будет отдыхать, и может быть у меня хватит
сил спускаться на землю для каждодневной прогулки, а сейчас меня радует
солнышко, которое весело и тепло светит с неба и которое я ощущаю всем своим
существом . . . " .
Узнав о расширении исследований по биофизике и генетике, Сергей Сергеевич
писал:
"Дорогой Валерий Николаевич! Получил Ваше хорошее письмо. Спасибо! Всё, что
Вы пишите, мне было чрезвычайно интересно...

Очень рад я был узнать из Вашего письма, что Ваша группа биофизиков
пополняется новыми членами. В добрый путь! Всё это глубоко меня радует и вселяет
надежду, что наша русская наука будет развиваться гигантскими шагами и через
немного лет догонит другие страны и внесет свою долю нового знания в "золотой
фонд" человеческой науки и хочется вместе с А.С. Пушкиным приветствовать Вас:
"Здравствуй, племя молодое, незнакомое"...
Дорогой Валерий! Сейчас Вы, конечно, усиленно работаете и с головой ушли в
свою учебу. Работайте, работайте и работайте! Но если выпадет свободная
минутка - черкните мне несколько слов о себе. Ведь всё таки Вы мой
"генетический внук", и по Вам я ощущаю биение здоровой научной мысли в этой области.
Искренне Ваш С. Четвериков".
Во время встреч мы, конечно, чаще всего говорили о науке. Сергей Сергеевич
однажды сказал, что кое-какие положения его работы по связи генетики и
дарвинизма требуют уточнения, и я предложил перечитать его работу с тем, чтобы
записать его замечания к ней. В связи с приближением столетнего юбилея выхода в
свет дарвиновского "Происхождения видов" я подумал, что, может быть, удастся
переиздать работу Четверикова, ставшую к тому времени библиографической
редкостью. Так появились примечания к работе 1926 года, но замысел переиздания
был выполнен лишь в 1965 году после смерти С.С. Четверикова, наступившей 2
июля 1959 года.
Нам так понравилось наше ежедневное бдение, что Сергею Сергеевичу пришло в
голову продиктовать мне еще и свои воспоминания. О годах мучений он
повествовать не хотел, а выбрал два момента, две темы: годы возмужания и свой
знаменитый семинар, из которого вышли самые крупные советские генетики.
Воспоминания Сергей Сергеевич диктовал около месяца, затем наступил торжественный
вечер, когда 6 января 1958 года в его квартире собралось двое близких ему людей
и четверо моих друзей. Сергей Сергеевич, взволнованный и светящийся изнутри,
захотел встать с кровати и торжественно сел в свое любимое, вольтеровское (с
высокой спинкой) кресло, Николай Сергеевич приготовил всем чай, мы зажгли
настольную лампу с зеленым абажуром, и я принялся читать. Сорок с лишним лет
прошло с тех пор, утекло безвозвратно, но и по сию пору я с волнением, с
комком в горле вспоминаю те два вечера, когда минувшее проносилось перед нами,
для всех уже далекое - и для нас, зеленых юнцов, и для самого Сергея
Сергеевича, не видевшего наших лиц и, значит, не узревшего волнения, которое не
могло не отражаться на наших лицах...
В момент, когда на берега Волги пришел плотный конверт с извещением, что
профессора С. Четверикова просят прибыть в Берлин для вручения ему медали
"Дарвиновская Плакетта" и премии, коими его удостоили за выдающиеся заслуги в
развитии дарвинизма и в связи со столетним юбилеем "Происхождения видов",
Сергей Сергеевич был на грани жизни и смерти. Все чаще он впадал в забытье.
Жизнь медленно оставляла его. В одну из светлых минут Николай Сергеевич
сумел растолковать брату, что его наградили, а через несколько дней великий
русский генетик, создатель популяционной генетики, учитель Б. Л. Астаурова,
СМ. Гершензона, П. Ф. Рокицкого, Д. Д. омашова, Н . В. Тимофеева-Ресовского,
В.П. Эфроимсона (Н.П. Дубинин также делал диплом в МГУ под руководством
Сергея Сергеевича) скончался.
Мне часто везло в жизни. Но все-таки одним из самых больших везений была,
да, наверно, и останется навсегда, эта дружба.
Возвращение Лысенко на
пост Президента ВАСХНИЛ
На XXI съезде партии, состоявшемся 27 января - 5 февраля 1959 года, было
предоставлено слово беспартийному Лысенко. Снова руководители КПСС могли слы-

шать восторженную речь о том, как огромен масштаб полезных дел "мичуринцев",
как неоценим их вклад в решение главной проблемы: настичь США. по производству
мяса, молока и масла.
Отражением ослабления "твердой руки" в стране (произошедшего благодаря
Хрущеву, за что можно было бы многое ему простить) стали выступления Несмеянова
и Семенова. Их речи по сути были антилысенковскими, так как они призвали к
развертыванию исследований физики и химии живого. Такая дуалистичность
отразилась и в решениях съезда: с одной стороны, в партийный документ попали
фразы о преимуществе "мичуринской биологии", а, с другой, в нём же говорилось о
том, как невозможно дальнейшее развитие комплекса биологических наук без
углубленного изучения физических и химических закономерностей живой материи.
Это положение не могло удовлетворить Лысенко, и он искал пути всё большего
сближения с Хрущевым и старался вбить клин во взаимоотношения последнего с
представителями точных наук. Его упорство начало потихоньку приносить плоды.
Хрущев всё чаще брал Лысенко с собой в поездки по стране, советы "колхозного
академика" стали приобретать в его глазах всё больший вес, а раздражение
учеными , неуступчивыми и непонимающими ценности лысенковских предложений, росло.
Временный либерализм Никиты Сергеевича уходил постепенно за кулисы
политического "действа", туман дуализма испарялся. Всем цветам цвести было уже
непозволительно, а раздражение в адрес теоретиков, писателей и поэтов,
абстрактных художников, которых он в открытую называл матерными словами, росло.
Тонкий психолог Лысенко чуял эти перемены и на ходу менял тактику. В его
речах повторялось всё больше мёда в адрес Хрущева. Если брать в качестве
отсчета его речи в сталинские времена, когда Лысенко не стеснялся в выражениях
своей "сыновней любви и безграничной преданности" к вождю всех народов, то
теперь это было извержением потоков лести, не знающей границ. И Хрущеву это
явно нравилось, ему - недавнему борцу с "культом личности" - теперь
несомненно хотелось раздуть свой культ в еще больших размерах. Вот один лишь - не
самый яркий - образчик сладкопевного захваливания мудрого вождя Трофимом
Денисовичем. Выступая в присутствии Хрущева 22 февраля 1961 года на совещании
передовиков сельского хозяйства нечерноземной зоны в Москве, Лысенко, наряду с
заявлениями о том, сколь величественно его собственное детище - "мичуринская
биология" ("Я много раз уже заявлял, что мичуринская биология, творческий
дарвинизм - детище социалистического сельского хозяйства"), пропел гимн
прямому продолжателю дела Ленина:
"Владимир Ильич Ленин, Центральный Комитет партии, Никита Сергеевич Хрущев
неоднократно подчеркивали, что в единстве теории и практики главным, ведущим
является практика... Напомню замечание Никиты Сергеевича Хрущева по этому
поводу на январском Пленуме. Он говорил, что вести социалистическое сельское
хозяйство без науки нельзя. В этих словах выражена забота партии и
правительства о науке, определены обязанности работников науки: они должны всей своей
научной деятельностью прямо или косвенно помогать колхозам и совхозам ...".
Поговорив затем про микробов, кормящих растения, про "навозно-земляные ком-
посты на полях и навозно-дерновые на лугах и пастбищах", Лысенко еще раз
вернулся к личности Никиты Сергеевича, приписав ему роль первооткрывателя идеи о
том, что можно обойтись меньшим количеством удобрений, если использовать
тройчатку и компосты. Закончил он свою речь верноподданнической здравицей в
честь Никиты Сергеевича.
Говорят, что вода камень долбит. Лесть Лысенко окончательно растопила лед
прошлого недоверия к нему Хрущева (или, чтобы быть более аккуратным, скажу
так - его несколько настороженного отношения к Лысенко). А результатом
долбления в одну точку стало то, о чем Лысенко не мог не мечтать страстно. Ему
удалось вернуть себе главную из утраченных позиций, в августе 1961 года его
снова сделали Президентом ВАСХНИЛ.

Ликбез
ВСЕЛЕННАЯ В ЭЛЕКТРОНЕ
B.C. Барашенков
(окончание)
ГЛАВА II
Великое кольцо
Великое кольцо природы... Углубляясь в микромир, мы встречаемся с явлениями
космического масштаба, а уходя в далекий космос, находим следы, которые
убеждают нас в том, что когда-то сама Вселенная была похожа на микрочастицу.
Космос, целые миры внутри частиц, и вселенная как микрочастица! Как это
может быть? Все перепуталось — элементарные частицы и астрономия! Где начало
того конца, которым кончается это начало?
Есть ли у вселенной границы и было ли время, когда еще не было времени?
Откуда произошли элементарные частицы и почему их свойства именно таковы,
какими мы их наблюдаем, — разве не может быть других миров, совсем с другими
частицами? Почему пространство трехмерное, а время одномерное? Могут ли быть
вселенные с другой размерностью — например, десятимерное пространство?
Существует ли антимир, построенный из антивещества?
Итак, как устроен наш мир в целом? Откуда он взялся и какова его судьба?
Чтобы разобраться в этих вопросах, нам понадобится многое из того, о чем мы
узнали в предыдущей главе.

Самое большое
и самое малое
Наиболее мощные астрофизические приборы позволяют сегодня просматривать
космос в радиусе приблизительно 1022 километров. На границах этого
гигантского круга расположены самые далекие объекты, свет и радиоизлучение которых на
пределе своей чувствительности еще фиксируют приборы астрофизических
обсерваторий. Все, что дальше, остается для нас невидимым.
Чем дальше расположен наблюдаемый объект, тем меньшая часть его излучения
попадает в наши приборы. Расстояние возрастает вдвое, а чувствительность
приборов приходится повышать вчетверо. Когда-то длительная выдержка
фотопластинки под телескопом была единственным способом уловить слабое свечение далеких
объектов. Сегодня приходящие сигналы анализируются с помощью мощных ЭВМ,
которые отделяют фоновое излучение, случайные помехи и постепенно накапливают
информацию в своей памяти. Приборы наблюдения за космосом теперь часто имеют
километровые габариты, стоят огромных денег, и дальнейшее продвижение здесь,
как и в области микромасштабов, становится все более трудным.
Космос просматривают и прослушивают в разных диапазонах — регистрируют свет
и радиоизлучения, высокоэнергетические кванты, рождающиеся в ядерных
реакциях, потоки всепроникающих нейтрино. Все это несет важную информацию. За
последнюю пару десятков лет наука узнала о космическом пространстве больше, чем
за всю многовековую историю.
Чтобы почувствовать, насколько велика видимая нами часть Вселенной,
представим себе, что Земля уменьшилась до величины атома. Тогда расстояние 1022
километров сожмется до размеров лунной орбиты. Атом и орбита Луны — размеры
трудно сопоставимые! Для того чтобы пересечь видимый нами мир, световому лучу
требуется несколько миллиардов лет, хотя за одну секунду он пробегает триста
тысяч километров. Окраинные области мы видим такими, какими они были сотни
миллионов и миллиарды лет назад. Возможно, многое из того, что мы наблюдаем,
уже давно не существует — умерло или распалось. Это похоже на то, как если бы
следящие за нами инопланетяне рассматривали сегодня картины боев гладиаторов
и марширующие легионы древних римлян. Впрочем, это не мешает построить
теорию, которая не только хорошо описывает прошлое Вселенной, но и предсказывает
ее далекое будущее.
И вот что очень важно: для объяснения всех явлений, наблюдаемых в космосе,
вполне достаточно уже известных нам физических законов. Никаких новых
предположений и гипотез, выходящих за границы современной физики, пока не
требуется . Их безжалостно обрезает неумолимая «бритва Оккама». Поэтому можно думать,
что предсказания новых, еще не наблюдавшихся явлений, которые вытекают из
известных нам законов природы, также должны быть верными.
Два геометрических полюса мира, самое большое и самое малое — Ю-16
сантиметров «снизу» и 1027 сантиметров «сверху». Учитывая, что наши собственные
размеры сто — двести сантиметров, можно сказать, что вдаль мы видим на семь
порядков острее, чем вглубь.
Самые мелкие объекты в природе — геометрические кванты пространства, Ю-33
сантиметров. Самый большой объект — сама Вселенная. Бесконечна она или
конечна? Забегая вперед, заметим, что радиус нашего мира, то есть той части
Вселенной, в которой действуют привычные нам физические законы, составляет около
1023 километров. Всего лишь в десять раз больше уже достигнутой границы.
Каковы размеры и свойства остальной части — это сложный вопрос. Чтобы ответить
на него, надо знать, как устроена Вселенная, знать ее структуру.
Представление о бесконечно продолжающемся во все стороны пространстве — только одна из
возможностей, причем самая простая. Есть более сложные. Одна из них была
открыта еще древнегреческими учеными.

Матрешки в
матрешках
Греческий философ Анаксагор жил две с половиной тысячи лет назад. Это был
нелюдимый, мрачный человек, с головой погруженный в науку. Когда его однажды
спросили: «Если ты отказываешься от земных благ, зачем же ты родился на
свет?» — он ответил: «Для того, чтобы наблюдать небо, а на нем звезды, луну и
солнце!»
Анаксагор не признавал божественной природы этих небесных тел, считая их
просто раскаленными камнями. За такое неслыханное богохульство афинский суд
приговорил его к казни, и ему едва удалось спастись бегством.
Анаксагор первым пришел к мысли о том, что мир состоит из бесчисленного
количества мельчайших частиц, каждая из которых — целая Вселенная. Такая же,
как наша. Внутри каждой частицы, какой бы малой она ни была, учил философ,
«есть города, населенные людьми, обработанные поля и светит солнце, луна и
звезды, как у нас». И этот микрокосмос, в свою очередь, состоит из частиц-
вселенных, которые содержат еще более мелкие, и так без конца. Анаксагор
считал, что любая из этих частиц содержит в себе все свойства Вселенной и ничем
не хуже других, больших или меньших ее. Мир бесконечно повторяется вверх — в
сторону больших размеров, и вниз — при уменьшении всех масштабов до нуля. Но
на каждом этаже все соразмерно, и его обитатели не знают, на каком по счету
уровне они живут. Да и как сосчитать, если в обе стороны бесконечность?!
Любой уровень можно выбрать за начальный.
Идею о бесконечной цепочке вложенных друг в друга миров разделяли многие
ученые. В семнадцатом веке ее сторонником был Готфрид Вильгельм Лейбниц —
знаменитый философ и математик. Он также считал, что мир слагается из
простейших частичек — атомов, в каждой из которых, в свою очередь, «существует
целый мир созданий, живых существ, животных...». Подобные же мысли высказывали
Джордано Бруно и другие выдающиеся мыслители.
Масла в огонь подлила работа Резерфорда, доказавшая, что атом подобен
микроскопической солнечной системе. Если все устроено так похоже, то почему не
продлить эту аналогию дальше и не предположить, что вообще все свойства
микромира такие же, как у нас, только в миниатюре? Огромное поле для фантазии!
Жизнь внутри атомов, многоэтажная вселенная — в начале века эти идеи
обсуждались в серьезных книгах, о них шла речь во время лекций.
Настроение того времени хорошо отразил поэт Валерий Брюсов:
Быть может, эти электроны —
Миры, где пять материков,
Искусства, знанья, войны, троны
И память сорока веков!..
Их мудрецы, свой мир бескрайний
Поставив центром бытия,
Спешат проникнуть в искры тайны
И умствуют, как ныне я...
Но... в игру снова вступила острая «бритва Оккама»: гипотезы о микрокосмосе
не имели достаточных оснований, тем более что бурное развитие
экспериментальной физики в последующие годы, детальное изучение свойств молекул и атомов,
открытие быстро распадающихся и превращающихся одна в другую элементарных
частиц, казалось бы, полностью и навсегда разрушили наивную картину мира,
построенного по принципу вложенных одна в другую русских матрешек. Однако в
последнее время появились соображения, которые неожиданно заставляют снова
вернуться к идее вложенных миров.

Это связано с замечательным открытием, которое сделал ленинградский ученый
Александр Александрович Фридман. Чтобы понять, в чем тут дело, нам придется
познакомиться с некоторыми свойствами сил всемирного тяготения.
Изогнутое пространство
и искривленное время
Казань середины прошлого века была грязным провинциальным городом, где
редкие островерхие мечети контрастировали с луковицами православных церквей, а
светлое, в несколько этажей, здание университета — с низкими, тесно
прижавшимися друг к другу домишками вдоль пыльных улиц, по которым носились ватаги
чумазых ребятишек. Трудно поверить, что в этих условиях могла родиться
теория, перевернувшая представления, безраздельно владевшие умами более двух
тысячелетий .
С тех пор как древнегреческий ученый Евклид собрал и привел в систему то,
что стало потом называться евклидовой геометрией (она и сегодня излагается в
школьных учебниках) , считалось само собой разумеющимся, что окружающее нас
пространство плоское, без всякой кривизны. Посмотрите на тонкий прут или лист
бумаги. Это примеры одномерного и двумерного пространств. Они могут быть
прямыми, плоскими и искривленными. Это понятно и не требует никаких пояснений.
Сложнее представить искривление трехмерного пространства. Для этого нужно
воображение или математические формулы. Например, сумма углов треугольника в
искривленном пространстве не равна 180 . Соответствующая теорема из школьного
учебника там не пригодна, поскольку при ее выводе неявно предполагалось, что
пространство может быть только плоским. На поверхности шара сумма углов
треугольника больше 180°, на вогнутых поверхностях она меньше 180°. Читатель сам
может найти другие величины, характеризующие кривизну пространства.
С вершины современных знаний многое из того, что входило в науку с большим
трудом, выглядит просто очевидным, и кажется невероятным, как это люди, а уж
тем более знаменитые ученые, не могли понять таких простых вещей! Но именно
такие простые, веками почитаемые за очевидные взгляды труднее всего изменить.
Описывающая плоский мир геометрия Евклида более двух тысячелетий успешно
служит людям, и никому в голову не приходило, что могут быть еще и другие
геометрии, столь же последовательные и непротиворечивые, но только для
искривленных миров. С точки зрения церковных догм, сама мысль о многообразии миров
выглядела еретической и напоминала о трагической судьбе Джордано Бруно.
Неудивительно, что когда ее высказал профессор математики Казанского
университета Николай Иванович Лобачевский, его работы не нашли понимания даже у
лучших математиков того времени. Он послал работы в Петербург, в Академию
наук, но получил резкий отрицательный отзыв, подписанный знаменитым математиком
Остроградским.
Правда, рассказывают, что здесь сыграло роль неудачное стечение
обстоятельств . Остроградскому уже давно досаждал безграмотными математическими
сочинениями некий чиновник Лобачевский. Получив новую работу, подписанную тем
же именем да еще замахнувшуюся на тысячелетний авторитет Евклида,
Остроградский пришел в крайнее раздражение и тут же написал разгромный отзыв.
Как бы там ни было, отрицательное отношение Академии наук к работам
казанского ученого подорвало его положение. Этим воспользовались чиновники, и те
из его коллег, которые раньше опасались открыто критиковать его взгляды
(Лобачевский долгое время был ректором университета). К тому же резко ухудшилось
зрение, и Лобачевский был вынужден уйти в отставку. Вскоре он умер, почти
ослепший, неспособный заниматься своей любимой наукой.
Лобачевский в своих книгах первым создал неевклидову геометрию и поставил
вопрос: какова же реальная геометрия нашего мира — плоская евклидова или же

искривленная неевклидова? Более того, он попытался ответить на этот вопрос
экспериментально — путем астрономических наблюдений измерить сумму углов
треугольника, образованного тремя яркими звездами. Работы Лобачевского и
выполненные независимо от него расчеты венгерского математика Яноша Бояи, который
тоже пришел к идее неевклидовых геометрий, послужили идейным фундаментом для
всех последующих теорий искривленных пространств, в том числе и для теории
Бернгарда Римана. Этот немецкий ученый разработал математический аппарат для
анализа пространств различных типов. В его теории пространство могло быть
скрученным и изогнутым, по-разному в различных точках, могло иметь разрывы и
дырки, быть многомерным. Свои идеи Риман изложил в конкурсной лекции перед
тем, как занять в Геттингенском университете место приват-доцента. В лекции,
которая называлась «О гипотезах, лежащих в основаниях геометрии», не было ни
одной формулы — для математического доклада факт весьма необычный.
Рассказывают, что, выслушав Римана, престарелый «король математиков» Гаусс молча
встал и вышел из зала. Лекция молодого ученого привела его «в состояние
наивысшего изумления».
В начале XX века в распоряжении физиков были хорошо разработанные
математические методы для описания искривленных пространств, а мысль о том, что при
определенных условиях пространство может стать искривленным, уже не казалась
еретической. Однако не было физической теории, которая бы связала кривизну
пространства с действующими в нем силами. Такую теорию — теперь ее называют
общей теорией относительности — создал Альберт Эйнштейн. В 1916 году он
вместе с немецким математиком Гильбертом вывел уравнения, которые выразили
кривизну пространства через силы всемирного тяготения. Оказалось, что там, где
есть поле тяготения (гравитация), пространство всегда искривлено. И наоборот,
пространственная кривизна проявляется в виде сил гравитации. Материальное
тело как бы прогибает пространство и катится по образовавшейся ложбинке. Чем
сильнее гравитация, тем такая ложбинка глубже.
И вот что замечательно: из уравнений Эйнштейна и Гильберта следует, что
искривлено не только пространство, но и... время! Можно сказать, что темп его
течения зависит от конкретных физических условий и разный в различных областях
пространства. Этого не предвидели ни Лобачевский, ни Бояи. В перепадах
гравитационных полей время может замедляться, почти замирать, или резко
ускоряться.
Однажды маленький сын спросил Эйнштейна, как он стал таким знаменитым, и
тот ответил:
— Когда слепой жук ползет по изогнутому суку, он не замечает, что сук
изогнут . Мне посчастливилось заметить то, чего не заметил жук!
Однако анализ новой теории, выполненный Фридманом, показал, что в ней
содержится нечто большее: кривизна может стать такой большой, что пространство
полностью замкнется и превратится в изолированный «пузырь».
Бесконечный мир
размером с точку
Александр Александрович Фридман родился в семье придворных музыкантов и
детство провел в Зимнем дворце. В первую мировую войну он был на фронте в
артиллерийских и воздухоплавательных частях. Не раз совершал опасные полеты,
однажды едва не погиб при неудачном приземлении. Сочувствуя революционным
идеям, он прятал в Зимнем дворце прокламации, одним из первых российских
ученых признал Октябрьскую революцию. Много работал, преподавал. Увлекаясь
наукой, мало внимания уделял личным удобствам.
Летом 1925 года газеты сообщили, что директор Главной геофизической
обсерватории профессор А.А. Фридман и аэронавт П.Ф. Федосеенко достигли на страто-

стате высоты в семь тысяч двести метров. Это был рекорд страны. Через два
месяца Александр Александрович умер от брюшного тифа, случайно заразившись во
время туристской поездки в Крым. Он умер, так и не узнав о том, что две его
небольшие статьи в физическом журнале совершили настоящую революцию в науке о
строении и происхождении Вселенной.
В жестокой борьбе с религией наука создала картину бесконечной Вселенной, и
вот теперь, основываясь на общей теории относительности, Фридман показал, что
эта картина приближенная, и на самом деле мир может быть конечным. Но это не
простой шар, где можно «дотронуться» до ограничивающей его стенки. Таких
границ у мира нет. Конечный, но без границ.
Чтобы понять, как это может быть, представим себе муравья, бегущего по
проволочному кольцу. Его одномерный мир сразу бесконечен и ограничен. Ограничен,
так как, двигаясь все время вперед, муравей обязательно попадет в то место,
где он уже побывал ранее, а бесконечен потому, что, сколько ни бегай,
никакого конца у кольца не обнаружишь. Одномерная Вселенная обладает краями лишь в
мире с большим числом измерений — на плоскости или в пространстве.
Для муравья на глобусе мир был бы двумерным, но опять-таки самозамыкающимся
и вместе с тем бесконечным. И если бы муравей сам был двумерным и не мог
«привстать» над поверхностью глобуса, то никаких границ своего мира он
никогда не обнаружил. Двумерный мир полностью бы исчерпывал все доступное ему
пространство.
Сказочным двумерным «людям», живущим на поверхности шара, было бы очень
трудно представить себе ограниченность их Вселенной. Для этого им пришлось бы
иметь дело с воображаемым трехмерным миром, который они могли бы изучать лишь
с помощью математических формул, — ведь в своей жизни они имеют дело только с
длиной и шириной, высоты у них нет.
Точно так же наше трехмерное пространство может быть поверхностью
четырехмерного шара. Оно тоже будет одновременно бесконечным и замкнутым. У него нет
границ, но объем его конечен. Этот «недостаток» мы не будем ощущать,
поскольку мы тоже не можем «привстать» над трехмерным миром.
Конечно, реально никакого четырехмерного мира не существует, иначе
четвертое измерение проявлялось бы в наших экспериментах. Это всего лишь
вспомогательный математический образ. Однако это не мешает трехмерному миру обладать
свойством кривизны и, подобно двумерной сфере, иметь конечный радиус.
Вообще говоря, двумерные существа могли бы узнать о замкнутости своего
мира, если бы решили измерить длины концентрических окружностей, описанных
вокруг какой-либо точки. Вначале их очень бы удивило, что длины окружностей не
равны 2nR. Чтобы объяснить этот факт, им пришлось бы допустить, что мир
искривлен . А далее обнаружилось бы еще более поразительное свойство: длины
окружностей сначала растут с увеличением их радиуса, а затем начинают убывать
и, наконец, стягиваются в точку! И вот это убедило бы жителей в том, что их
мир замкнут. Его размеры: длина светового луча-радиуса от точки испускания до
точки, в которой концентрические окружности становятся бесконечно малыми.
Если забыть о технических трудностях и рассуждать чисто теоретически, то
аналогичный опыт можно проделать и в трехмерном пространстве — например,
измерять площади концентрических сфер. Если мир искривлен и замкнут, они тоже
сначала будут возрастать, а затем стянутся в точку. Заглядывая достаточно
далеко в космос, мы увидим внутренность микромира. И опять мы встречаемся с тем
же Великим кругом: из точки через космос в микромир! Два переходящих друг в
друга полюса.
Из формул, полученных Фридманом, следует, что радиус искривленного мира
зависит от его массы. Чем она больше, тем больше радиус. Например, замкнутый
мир с массой, равной массе солнца, имел бы радиус всего около трехсот метров.
А вот размер замкнутого мира, масса которого приблизительно такая же, как у

всей нашей Вселенной, составляет уже что-то около триллиона триллионов
километров .
Если масса, а следовательно, и радиус мира очень велики, то его свойства
практически не отличаются от свойств плоского мира. Его жители не будут даже
и подозревать о замкнутости своего мира и о том, что, кроме этого, кажущегося
им единственным и бесконечным мира, имеется еще множество других похожих
миров.
Такие замкнутые миры могут существовать независимо один от другого. Для их
обитателей каждый из них выглядит, как вся Вселенная, а другие миры просто не
видимы, словно их вообще не существует в природе. Один мир по отношению к
другому представляет собой «схлопнувшееся», самозамкнувшееся пространство.
Никакой связи между ними нет. Они не могут ни пересечься, ни соприкоснуться
между собой, они просто принадлежат различным трехмерным пространствам.
Можно сказать, что формулы Фридмана описывают Вселенную, состоящую из
множества изолированных трехмерных миров, живущих в своем собственном ритме
времени. Изнутри такой мир может быть большим или малым, а извне, по отношению
ко всем остальным мирам, каждый из них является «абсолютным ничто», точкой,
лишенной размеров, массы и всех других мыслимых физических свойств.
Просто невероятно: целая Вселенная и в то же время «абсолютная точка» в
пространстве и времени! Под одним углом зрения — бесконечность, под другим —
нуль.
Удивительные фокусы творят силы тяготения. Как не вспомнить стихотворение
Корнея Чуковского, где «волки скушали друг друга», или известную шутку о том,
как змея сама себя проглотила!
Правда, здесь следует сделать важную оговорку. Вывод о полном схлопывании
пространства получается, если не учитывать процессов рождения и поглощения
элементарных частиц, которые разыгрываются на малых расстояниях. Когда
«ворота» в замкнутый мир становятся очень узкими, нужно учитывать одновременно
формулы Фридмана и квантовую механику, которая управляет физическими
процессами в ультрамалом. К сожалению, такой единой теории (квантовой теории
относительности) еще не создано. Сегодня существуют две отдельные науки: теория
относительности Эйнштейна, с вытекающими из нее формулами Фридмана, и
квантовая механика (подробнее мы познакомимся с ней в следующей главе). Их
объединение — дело будущего, поэтому как происходит последний микроскопический этап
охлопывания пространства и его «отпочковывание» от материнского мира, мы точ-

но не знаем.
Грубые оценки подсказывают, что когда соединяющая миры перемычка утончается
до размеров геометрического кванта, пространство в ней становится
неустойчивым, состоящим из отдельных «кусков», как битый лед в полынье. Такое
дробленое пространство не может задержать переход энергии из одного мира в другой.
Через оставшуюся тонюсенькую «пуповину» с размерами около 10~33 сантиметров,
образно говоря, струится поток энергии, которая не позволяет ей сжаться до
конца. Остается точечный «прокол» из одного мира в другой. Если новых миров
образуется много, то Вселенная станет похожей на гроздь винограда со
сросшимися ягодами — мирами.
Посмотрим теперь, что произойдет, если попытаться перейти из одного
полузамкнутого мира в другой. Они обладают различной пространственной кривизной и
разными ритмами времени, поэтому можно ожидать, что на их стыке будет
происходить масса любопытных явлений. Прежде всего, выясним, какие физические
условия способствуют «созреванию» и «отпочковыванию» новых миров-вселенных. Это
подскажет нам, где искать их «ворота».
Черные дыры
пространства
Если внутри тела нет противодействующих сил, то тяготение сожмет его в
маленький шарик. Окружающие нас тела устойчивы благодаря отталкиванию
электронных оболочек атомов и молекул. Массивные звезды, внутри которых
гравитационные силы чрезвычайно велики, противостоят сжатию лишь благодаря
расталкивающему действию излучений и мощных потоков вещества, порожденных ядерными
реакциями в их недрах. Когда эти реакции ослабевают, внутреннее давление уже не
может помешать стягивающим силам гравитационного притяжения и звезда начнет
сжиматься. Уравнения общей теории относительности говорят, что для тел, масса
которых больше нескольких солнечных, такое сжатие, однажды начавшись, уже не
может остановиться. Масса тела будет неограниченно уплотняться все в меньшем
и меньшем объеме. Произойдет так называемый «гравитационный коллапс», полное
схлопывание пространства: тело сожмется до размера геометрического кванта и
почти полностью «выпадет» из нашего мира, как будто его там и не было.
Отсюда, казалось бы, следует, что с течением времени, по мере того как
будет выгорать их ядерное «горючее», все массивные звезды одна за другой
провалятся в «ямы» гравитационного коллапса, и наша Вселенная сильно «похудеет». В
ней останутся лишь легкие тела, которые под действием тяготения постепенно
сольются в более массивные объекты и тоже «вывалятся» из нашего пространства.
И вот тут теория относительности преподнесла неожиданный сюрприз. Из ее
формул следует, что коллапс космического тела можно наблюдать, лишь падая на
него. Например, из ракеты, которая притягивается его гравитационным полем.
Если же смотреть со стороны, скажем, с нашей Земли, то никакого сжатия в
точку не произойдет.
Как это может быть? Ведь если у космонавтов в ракете и у наблюдателя на
космодроме достаточно точные приборы, они всегда видят на небе одно и то же!
На Земле, где слабое гравитационное поле, это действительно так. Если же
поле тяготения сильное, оно искривляет не только пространство, но и время —
замедляет его. Все процессы становятся вялыми, лениво текущими. В падающей
ракете, подобно тому как это происходит в быстро спускающемся лифте или в
пикирующем самолете, тяготение ослабевает — возникает невесомость. Поэтому и
течение времени, его ритм, практически не изменяется. На него ничто не
действует . Другое дело — земной наблюдатель. Он видит процессы, искаженные
гравитационным полем. А у сжимающегося тела оно очень сильное — ведь, как следует
уже из закона Ньютона, сила притяжения тела обратно пропорциональна квадрату

расстояния до него. Поэтому уменьшение размеров тела сопровождается быстрым
нарастанием сил тяготения. И вот наступает момент, когда притяжение
становится настолько мощным, что уже даже свет не может его преодолеть. Он буксует,
как автомобиль на скользкой дороге, его скорость снижается до нуля, и
сжимающееся тело — звезда или целая Галактика — превращается в «черную дыру» —
объект, который поглощает все, что на него падает, но сам ничего, абсолютно
ничего не испускает. Такой объект становится невидимкой, черным пятном на небе!
Существование таких необычных космических объектов — черных дыр —
предсказал вместе со своим ассистентом незадолго до второй мировой войны
американский физик Роберт Оппенгеймер. Но еще раньше, в конце XVIII века, идею
«всепоглощающих тел» высказал знаменитый французский ученый Пьер Симон Лаплас. Он
первым подсчитал, что тело, имеющее плотность Земли и размеры с ее орбиту,
будет удерживать световые лучи. Конечно, никаких эффектов, связанных с
изменением ритма времени, Лаплас не знал.
Чтобы нагляднее представить себе черную дыру, стоит перечитать те страницы
романа И.А. Ефремова «Туманность Андромеды», где описывается зловещая черная
планета. Ее гравитационное поле — ловушка для неосторожного звездолета.
Оказавшись в ее окрестностях, он уже не в силах разорвать мощные цепи
притяжения, и поверхность планеты навеки становится его могилой. А если масса
планеты или звезды так велика, что вообще ничто материальное не может от них
оторваться, даже нейтрино и радиоволны, вот тогда это уже черная дыра!
Объекты с такими необычными свойствами предсказаны теоретиками, как
говорят, открыты на кончике пера. Обнаружить в космосе эти не испускающие ни
частиц, ни электромагнитных волн невидимки чрезвычайно трудно. Почувствовать их
присутствие можно лишь по крепкой паутине тяготения, создаваемой ими в
окружающем пространстве. Черная дыра поджидает свою добычу, как паук в темноте.
Но иногда она может себя выдать. Например, когда в ее гравитационную паутину
попадает облако межзвездного газа или пыли. Такое облако крайне разрежено, но
зато объем его огромен — миллиарды тонн мельчайших частичек вещества.
Ненасытная черная дыра будет собирать их, подобно мощному пылесосу. Облако
закрутится в гигантскую воронку вокруг дыры и, постепенно уплотняясь, в результате
бесчисленных столкновений частиц раскалится до сотен миллиардов градусов.
(Масштабы космические!) При этом оно превратится в плазму и станет светиться,
и не просто светом, а превратится в мощный источник рентгеновских лучей — в

космическую рентгеновскую трубку. Если же черная дыра расположена вблизи
звезды, она, как вампир, будет высасывать вещество соседки. И снова возникнут
мощные рентгеновские импульсы.
У астрофизиков есть серьезные подозрения, что именно такой процесс
происходит в созвездии Лебедя, на расстоянии нескольких десятков тысяч световых лет
от Земли. Там обнаружен рентгеновский источник с большой массой и очень
маленького размера. Есть еще несколько кандидатов в черные дыры, а некоторые
ученые убеждены в том, что в центре нашей собственной Галактики также должна
быть одна или даже несколько массивных черных дыр.
Однако все подозреваемые объекты очень далеки от нас, изучать их
чрезвычайно трудно, и полной уверенности в том, что это действительно черные дыры,
пока еще нет. Астрофизикам придется еще потрудиться, чтобы поставить все точки
над i.
Падение в
тартарары
Итак, для стороннего наблюдателя время в окрестностях черной дыры
останавливается, и коллапсирующее тело навеки застывает в виде черного пятна.
Никаких изменений с ним больше не происходит. Все процессы там замирают, и
спрятанный внутри черной дыры мир никогда не оторвется от нашего. Полного
охлопывания пространства и сжатия коллапсирующехю тела до размеров геометрического
кванта мы никогда не увидим.
Если к черной дыре был направлен звездолет, то наблюдатели на
контролирующих станциях зафиксируют постепенное уменьшение его скорости, и, наконец, он
повиснет в пространстве, как мушка в густом глицерине. Так и останется
навеки , дальше за ним можно не следить.
А вот перед экипажем летящего звездолета развернутся удивительные картины.
Сначала ничего особенного, просто скорость корабля будет быстро нарастать,
как у падающего на землю камня. Если затратить достаточно много горючего, еще
можно затормозить и повернуть обратно. Правда, вернувшись на Землю, молодой
космонавт встретит своего близнеца-брата глубоким стариком, а если задержится
в окрестностях черной дыры чуть дольше, то встретит на Земле своих далеких
потомков — ведь по сравнению с земным его время текло медленнее. Хороший
способ путешествия в будущее! Надо только некоторое время полетать вблизи черной
дыры. Она, как машина времени, перенесет путешественника в любую, сколь
угодно отдаленную эпоху. Жаль только, что нельзя вернуться обратно в наше время,
— машина работает в одну сторону!
Если экипаж звездолета отклонит мысль о возвращении и решит продолжать
полет к черной дыре, то критическую красную черту, откуда уже нельзя вернуться
обратно, притягиваемый черной дырой звездолет пролетит с предельной, световой
скоростью. Свойства пространства и времени здесь таковы, что они как бы
перепутываются, становятся неразличимыми между собой. Просто четыре равноправных
измерения, и все! Если хотите, можно сказать, что пространство перестало
существовать , а можно утверждать, что на границе черной дыры нет времени. А
дальше произойдет уже нечто совсем сверхъестественное, такое, для чего не
хватает ни слов, ни фантазии. Что-то напоминающее превращение времени в
расстояние, а расстояния — в трехмерное время. Пространство и время как бы
меняются местами. Наших обычных пространственно-временных представлений
недостаточно для наглядного осознания того, что там происходит.
У писателя С.А. Снегова есть «космический» роман о путешествии землян к ра-
мирам — таинственным и могущественным существам, жителям центра Галактики.
«— Кто видит океан в штиль, может ли представить, каким он становится в
бурю? — пытается передать свои впечатления один из героев романа о происходящих

там превращениях пространства и времени. — Вихри... Время здесь рыхлое, оно
разрывается... прошлое не смыкается с будущим через настоящее... время больное,
рак времени...
Время, подобно ленте Мёбиуса, течет, выворачиваясь в пространство.
Замкнутые петли... Вневременные области, куда нельзя попасть из нашего времени...
Впрочем, и это, наверное, лишь блеклое отражение тех коловращений, которые
претерпевает время вблизи черных дыр».
Конечно, для экипажа звездного корабля это не пройдет бесследно. Те части
звездолета и тел самих космонавтов, которые ближе к центру тяготения, будут
испытывать действие больших сил. В земных условиях различие тяготения,
действующего на наши ноги и голову, не велико (хотя тоже заметно — попробуйте
повиснуть на перекладине турника вниз головой, и вскоре почувствуете прилив
крови!). В окрестностях черной дыры, где силы притяжения огромны, любое
физическое тело будет растянуто и многократно разорвано на мельчайшие части.
Сжимаясь в точку, коллапсирующее тело превратится в россыпь геометрических
квантов и каких-то не известных еще нам структурных единиц материи. Ни одно тело
не может пройти сквозь черные ворота в дочерний мир, не испытав таких
катастрофических превращений в каждой своей точке, которые трудно даже представить.
Вот уж когда действительно верна пословица: «Пролезть труднее, чем верблюду в
игольное ушко!»
Чем массивнее тело, тем большую черную дыру образует оно в пространстве.
Например, черная дыра, в которую могла бы провалиться туманность Андромеды, в
сотни раз превосходит размеры нашей Солнечной системы. Однако пройти через
такой гигантский черный провал в дочерний мир не проще, чем через
микроскопическую черную дырочку.
Радиус черной дыры для звезды с массой, равной трем массам Солнца,
составляет всего лишь около десятка километров. По астрономическим масштабам — это
уже практически точка, тем не менее, до размеров геометрических квантов,
когда происходит почти полное схлопывание пространства, еще далеко. Что же
касается тел, масса которых меньше полутора-двух масс Солнца, то их
гравитационные поля недостаточны для того, чтобы «смять» внутренние силы,
препятствующие сжатию. Поэтому самые маленькие черные дыры, которые могут возникнуть при
гравитационном коллапсе, имеют поперечник в несколько километров.
Но это означает, что мы, кажется, зашли в тупик: с одной стороны, теория
предсказывает существование почти замкнутых миров, а с другой — эта же теория
приводит к выводу о том, что ни одно космическое тело не может преодолеть
барьер черной дыры и так сжаться, чтобы мог возникнуть такой мир. «Стенка»
застывшего времени крепче любой брони! Ее нет для падающего в дыру
звездолета, но для нас это не имеет значения, поскольку никаких репортажей с борта
этого звездолета мы не получим, они так и останутся в гравитационной паутине
черной дыры.
Распухающая
Вселенная
Горловина, связывающая нас с дочерним миром, действительно не может стать
уже нескольких километров. Сомневаться в правильности расчетов нет оснований.
Однако наш мир не всегда был таким, как сейчас. В далеком прошлом его
свойства были совершенно иными, другими были и условия для образования черных дыр.
Астрономия — древнейшая земная наука. Необходимые для ночной ориентировки
зачатки астрономических знаний были известны, по-видимому, уже первобытным
охотникам. Наблюдая периодические, повторяющиеся из года в год движения
Солнца, Луны и других небесных светил, люди, естественно, пришли к мысли о том,
что Земля — центр Вселенной. Широкое распространение библейских мифов о со-

творении мира еще более укрепило эти представления. Вселенная считалась
конечной как во времени — от сотворения мира, так и в пространстве —
ограниченной небесным сводом с закрепленными на нем звездами. И хотя постепенно
накапливались наблюдения, которые заставляли сомневаться в справедливости этой
картины, новые идеи пробивали себе дорогу с большим трудом. Мысль Коперника о
том, что в представлении людей об устройстве мира надо поменять местами
Солнце и Землю, казалась просто издевательством над здравым смыслом.
Насколько велика сила привычки и предубеждений, видно, например, из того,
как Галилео Галилей, ученый, едва не попавший на костер инквизиции за
приверженность идеям Коперника, в молодости был их ярым противником. Воспитанный по
канонам церкви, он впервые услышал о них на лекциях в университете и искренне
считал их очевидной глупостью.
«Я спрашивал об этом многих из числа бывших на лекциях, — вспоминал он
впоследствии, — и увидел, что эти лекции служили неистощимым предметом для
насмешек» .
Такой же нелепостью теория Коперника показалась и современнику Галилея,
послушнику одного из монастырей в Неаполе Джордано Бруно. Он родился всего лишь
через пять лет после смерти Коперника и был на шестнадцать лет моложе
Галилея. Начав с критики коперниковских трудов, Джордано Бруно вскоре стал их
сторонником. В многочисленных публичных диспутах он защищал идею о вечном
существовании пространственно бесконечной Вселенной. Через несколько лет после
сожжения Джордано Бруно на Площади Цветов в Риме Галилео Галилей с помощью
изобретенного им телескопа смог доказать, что светящиеся облака Млечного Пути
состоят из мириадов звезд. Как и предсказал Джордано Бруно, мир оказался
необычайно большим и разнообразным.
В последующие столетия стараниями астрономов, математиков и физиков
получено огромное количество новых сведений о космосе. Картина мира стала
несравненно более полной и совершенной, чем во времена Коперника и его первых
последователей. Тем не менее, в своей основе представления о строении мира, как
целого, все эти столетия оставались, по существу, неизменными. Бесконечное
пространство, заполненное сгустками кипящей материи, — звезды, шарики планет
вокруг них, разреженный межзвездный газ и пыль. Такая картина бесконечной и
вечной Вселенной господствовала в науке вплоть до середины XX века.
Уточнялись и изменялись детали, иногда целые фрагменты, но убеждение в том, что
окружающий мир не имеет конца и края не только в пространстве, но и во времени,
сохранялось неизменным. Считалось, что существенные изменения происходят лишь
в отдельных участках Вселенной. Планеты, звезды, жизнь — все имеет свой срок
существования. Однако, погибнув в одном месте, они возникают и проходят все
стадии эволюции в другом. В целом же в своих глобальных свойствах мир
остается неизменным.
То, что эта картина не верна (точнее, применима лишь в сравнительно
небольшой области пространства и времени, недалеко от нашей планеты и вблизи
времени , в котором мы живем), ученые поняли совсем недавно. И главную роль в этом
сыграли уже упоминавшиеся две небольшие статьи А.А. Фридмана. В них
говорилось не только о том, что мир может быть искривленным и замкнутым, но и о
том, что его размеры не остаются постоянными, а изменяются с течением
времени.
Анализ уравнений теории относительности, выполненный Фридманом, обнаружил в
их решениях «особую точку», некоторый момент времени, в который радиус мира
равен нулю, а плотность содержащегося в нем вещества — бесконечности.
Исчезающее малая точка бесконечной массы! Из уравнений следовало, что эта точка
мгновенно, толчком, превращается в крохотный шарик, который продолжает далее
быстро расти. Получается так, что до некоторого стартового момента времени не
было ни времени, ни пространства. Затем, в силу каких-то причин (точнее тео-

рия сказать не может), Вселенная стала «разбухать», извергаться из точки,
равномерно расширяясь во все стороны, как выдуваемый мыльный пузырь.
Идея рождения и распухания мира настолько резко противоречила всем принятым
в науке представлениям, что большинству ученых она показалась просто
фантастической . На нее смотрели, как на некую чисто математическую модель,
описывающую нереализующиися в природе случай, — ведь, как известно, уравнения
имеют иногда лишние решения, которые приходится отбрасывать, исходя из условий
задачи. Даже Эйнштейн посчитал сначала расчеты Фридмана ошибочными,
«подозрительными», как осторожно выразился он сам.
Зато церковь встретила новую теорию с восторгом. Еще бы, физика доказывает
начало мира и своим авторитетом подтверждает библейские тексты!
Конечно, претензии церкви на научное обоснование библейских мифов не имеют
никаких оснований. С не меньшим правом о подтверждении их пророчеств могли бы
говорить, например, и безвестные авторы древнеиндийской языческой Книги
Гимнов («Ригведы»), которые на много тысячелетий раньше Библии рассуждали о цепи
следующих друг за другом рождений и смертей Вселенной. За свою долгую историю
люди придумали много сказочных (религиозных) и не сказочных (научных)
объяснений природы. В мифах разных народов можно найти космогонические картины на
любой вкус: в одних вещается о рождении и грядущей гибели мира, в других он
бесконечен. И каждый из этих сценариев имеет много вариантов, выдумать можно
многое. При желании любому астрономическому открытию можно сопоставить
отдаленно напоминающий его миф. Основное различие между научным и ненаучным
объяснениями природы состоит в том, что научные выводы, даже самые удивительные
и диковинные, — это не просто утверждения, в которые нужно верить, как в
религиозные догмы, все они могут быть проверены и доказаны опытом.
А наблюдения приносили все новые и новые подтверждения «фантастической»
теории Фридмана. Самое убедительное нашел английский астроном Эдвин Хаббл.
Невероятно,
но факт!
Через четыре года после смерти Фридмана Хаббл установил, что все звезды и
галактики удаляются, разбегаются друг от друга, как и должно быть, если
окружающее их пространство раздвигается во всех своих точках, разбухает, подобно
тесту в квашне. И как это предсказывали формулы Фридмана, скорость разбегания
космических объектов тем больше, чем дальше они удалены друг от друга. Самые
близкие звезды удаляются от нас каждую секунду на десятки и сотни километров.
А самые далекие космические объекты, находящиеся на краю видимой нами части
Вселенной, убегают со скоростями, близкими к скорости света.
Благодаря распуханию пространства растягивается и наше тело, но на ничтожно
малую величину, приблизительно на Ю-11 сантиметров за всю нашу жизнь. За это
время Земля и Солнце успевают разойтись примерно на десять микрон — тоже
очень маленькая величина. Эффект разбегания важен для межгалактических
расстояний и интервалов времени в сотни миллионов и миллиарды лет.
Еще одно убедительное доказательство теории расширяющейся Вселенной связано
с именем американского физика русского происхождения Г.А. Гамова. Он выдвинул
гипотезу о том, что рождение Вселенной представляло собой гигантский взрыв
пространства и какой-то неизвестной нам праматерии, из которой в условиях
огромных температур и давлений «сварилось» затем атомное вещество нашего мира.
За неимением более подходящей наглядной картины это явление часто называют
«Большим взрывом», или «Биг Бэнгом», если использовать соответствующий
звучный английский термин. Гипотеза Гамова позволила разработать теорию
«Огненного шара», в котором происходил синтез атомных ядер, и рассчитать концентрацию
водорода, гелия и других химических элементов во Вселенной. Результаты вычис-

лений хорошо согласуются с данными о составе Земли, лунных пород и метеоритов
и с результатами изучения спектров испускаемого звездами света, которые
зависят от того, какие атомные ядра «горят» на той или иной звезде. И самое
главное, американские инженеры с помощью радиотелескопов обнаружили предсказанное
Гамовым рассеянное по всему пространству остаточное тепловое излучение
Большого взрыва.
Карта реликтового излучения Вселенной.
В пользу теории Фридмана говорило также множество косвенных данных. И шаг
за шагом поражающая воображение, кажущаяся пришедшей из научно-фантастических
романов картина взрывающейся и быстро расширяющейся Вселенной завоевала
всеобщее признание.
Безусловно, это одна из тех идей, которые знаменитый датский физик Нильс
Бор относил к разряду «сумасшедших». Александр Александрович Фридман открыл
самое грандиозное явление природы из всех, которые мы можем сегодня себе
представить. Рождение и расширение Вселенной — что может быть грандиознее?!
По научному значению и влиянию на умы людей теорию Фридмана можно сравнить
лишь с теориями Коперника и Джордано Бруно.
Черные дыры-малютки
Теперь мы в состоянии понять, как образуются такие дыры. Это могло
произойти в катаклизме «первородного взрыва». В колоссальных перепадах давлений и
плотностей могли возникать области очень малых размеров и такой большой
массы, что вокруг них происходило практически полное свертывание пространства и
времени. Исходная масса каждой такой самозамкнувшейся области компенсируется,
«съедается», отрицательной энергией гравитационного притяжения ее внутренних
частиц. Это похоже на то, как из слияния тяжелых элементарных частиц
образуется легкая. Для внешнего пространства масса замкнутого мира оказывается
почти равной нулю. Если не учитывать квантовых эффектов, она была бы точно равна
нулю, и замкнувшийся мир полностью бы исчез из нашего пространства.
В процессе «Биг Бэнга» могли образоваться черные дыры самых различных масс
и размеров — от очень больших до субъядерных, как у элементарных частиц.
Микроскопические черные дыры-малютки — это ворота, через которые спрятавшийся
внутри полузамкнутый мир связан с внешним пространством, с его ритмом
времени. Чем уже ворота, тем меньшей массой во внешнем пространстве обладает
находящийся за ними полузамкнутый мир.
Несмотря на малость их размеров, дыры-малютки — очень тяжелые объекты.
Например, черная дыра с радиусом 10~13 сантиметров, то есть такой же величины,

как большинство элементарных частиц, имеет массу приблизительно в миллиард
тонн. Это масса астероида с радиусом около километра или горы средней
величины на поверхности Земли. Черная дырочка с размерами электрона весит миллион
тонн. Не видимые глазом точки с весом целой горы!
Среди известных нам физических тел самые плотные — атомные ядра. Их
вещество спрессовано в десятки миллиардов раз сильнее, чем в стальном шарике. А
плотность микроскопической дыры-малютки еще в 1040 раз больше. Космические
масштабы в микромире.
И наконец, самое удивительное: оказывается, черные дыры-малютки неустойчивы
и теряют свою массу путем... испарения! Это может показаться просто невероятным
— ведь черная дыра потому и называется черной, что она ничего не испускает.
Тем не менее, расчет показывает, что это так. Уравнения теории
относительности, на которых основывались первоначальные выводы о свойствах черных дыр, не
учитывают квантовых эффектов, а для объектов с размерами, как у элементарных
частиц, это уже незаконно.
Мы уже знаем, что протон на очень короткое время может превратиться в
протон и пи-мезон. Подобным же образом в пустом пространстве может родиться пара
— позитрон плюс электрон или даже пара более тяжелых частиц, родиться и тут
же исчезнуть, аннигилировать в ничто. Квантовая механика допускает такие
процессы. И вот может случиться так, что родившиеся частицы не успеют еще
аннигилировать, а одну из них уже поглотит прожорливая черная дыра. Тогда второй
компонент пары уже не имеет партнера для аннигиляции и излучится, полетит в
пространство прочь от дыры. Такие события повторяются одно за другим, поэтому
вокруг черной дыры происходит как бы «вскипание» вакуума, а внешне это
выглядит , как постепенное ее испарение. Похоже на вскипание капли воды на горячей
сковородке. Масса черной дыры уменьшается, соответственно уменьшается и ее
радиус — дыра стягивается в точку. Ворота в полузамкнутый мир стремятся
сомкнуться !
Температура горящей спички около семисот градусов. А черная дыра — малютка
с радиусом, как у протона, — ведет себя, подобно телу, нагретому до
температуры в сотню миллионов градусов, примерно впятеро горячее, чем в центре
Солнца. Мощность ее излучения равна мощности полутора Братских
гидроэлектростанций. И такая мощность извергается из объема, который в сотни раз меньше
атомного ядра! Не видимая глазом пылинка, которая способна осветить и отопить
огромный город. Концентрация энергии просто чудовищная!
По мере того как размеры черной дыры уменьшаются, «квантовое кипение»
вакуума вокруг нее становится все более интенсивным. Начинают рождаться тяжелые
частицы, температура черной дыры, а следовательно, и мощность ее излучения
возрастают. Для черных микродыр с размерами, как у элементарных частиц, такой
процесс нарастающего излучения продолжается один-два десятка миллиардов лет.
Завершается он взрывом, мощность которого эквивалентна одновременному взрыву
почти триллиона атомных бомб, подобных той, что была сброшена американцами на
Хиросиму. Двери во внутренний мир закрываются с грохотом! Таков результат
вычислений английского физика Хоукинга, выполненных в предположении, что в
последние моменты ее жизни вокруг перегретой черной дыры образуются и
излучаются частицы с массой в несколько нуклонных масс. Если возможно излучение более
тяжелых частиц (а почему нет?), взрыв будет еще более мощным — в сотни тысяч
и даже миллионы раз. Эффекты действительно космические.
Зная скорость расширения пространства (ее измерил еще Хаббл), можно
вычислить время, которое потребовалось для того, чтобы Вселенная «распухла» до ее
современных размеров. Оказывается, для этого нужно пятнадцать — двадцать
миллиардов лет. Наш мир достиг возраста, когда очень маленькие черные дырочки
уже успели распасться, и теперь пришло время взрываться дырам с адронными
размерами.

Поиск излучений и взрывов черных микродыр вели с помощью ракет и спутников.
Были обнаружены излучения, которые можно приписать черным дырам. К сожалению,
это очень неоднозначно, этим излучениям можно найти и другие, более привычные
объяснения. Неумолимая «бритва Оккама» — «не вводить сущностей сверх
необходимого» — заставляет искать дальнейшие доказательства. А если все же
допустить, что замеченное излучение принадлежит в основном черным дырам, то их
число в окружающем пространстве очень велико. Можно сказать, что Вселенная
буквально нафарширована крошечными черными дырами.
Невольно приходит мысль: нельзя ли как-то поймать одну такую дырочку и
использовать ее в качестве компактного и практически неисчерпаемого источника
энергии? Например, поместить внутрь сферы с двойными жароупорными стенками,
между которыми циркулирует и превращается в пар вода или какой-либо
легкоплавкий металл. Их энергию нетрудно перевести в электрическую. Интересно было
бы создать проект такой космической электростанции для снабжения горючим
космических ракет и спутников. Кто знает, возможно, в будущем ловля маленьких
черных дыр станет важным занятием специальных звездолетов. Казалось бы,
чистая фантастика, но атомная энергия и спутники полвека назад тоже выглядели
утопией. Кстати, о том, насколько серьезно некоторые ученые относятся к
возможности столкновения космического корабля с черной дырой, говорит тот факт,
что Лондонское научное общество имени Бэкона объявило конкурс на лучшее
предложение, как избежать такой встречи. В конкурсе приглашают участвовать
физиков , математиков и астрономов.
Может, кто-то из юных читателей примет участие в экспедиции, которой будет
поручено «заарканить» и посадить в клетку свирепо брызжущую излучениями
черную микродыру! Наука и техника в наши дни развиваются необычайно быстро.
Мощной поддержкой гипотезе черных дыр-малюток было бы обнаружение больших
черных дыр — ведь если существуют большие дыры, то вполне могут быть и
маленькие .
Большие черные дыры являются по-настоящему черными, ничего не излучающими.
Попадающие в них брызги «вакуумного кипения» ничтожны по сравнению с массой
дыр и повышают их температуру на миллионы доли градуса. Время, которое
требуется для испарения крупных черных дыр, составляет 1060 — 1070. Чудовищная
величина даже в условиях космоса! Очень слабенькое тепловое излучение объектов,
температура которых почти не отличается от абсолютного нуля, теряется на фоне
других излучений. Большие черные дыры может выдать лишь их ненасытный
аппетит . Как уже говорилось выше, засасываемое ими окружающее вещество испускает
рентгеновские лучи, которые можно зафиксировать нашими приборами. И хотя,
строго говоря, нет еще ни одной достоверно установленной черной дыры, доводов
в пользу их существования сегодня больше, чем против. Некоторые из
подозреваемых объектов — почти заведомо черные дыры.
Вселенная
в электроне
Черные дыры — удивительные объекты, а микроскопические черные дырочки
обладают, можно сказать, прямо-таки сказочными свойствами. Однако не следует
забывать, что они, эти свойства, предсказаны на основании теории, которая еще
весьма приближенна и несовершенна. Квантовой теории тяготения, которая
требуется для точных вычислений на очень малых расстояниях, еще не создано. Физики
умеют пока только очень приближенно «сшивать» решения уравнений общей теории
относительности с квантовой теорией. Здесь еще много «белых пятен», и к
предсказаниям теоретиков приходится относиться с осторожностью. Например, нельзя
с полной уверенностью сказать, чем заканчивается взрыв микроскопической
черной дыры. В принципе при этом может произойти полное испарение ее наблюдаемой

массы и схлопывание пространства в точку. Но, скорее всего, процесс бурного
испарения остановится на уровне геометрических квантов, когда раздробленное
на «куски» пространство уже не может однозначно разделиться на «свой» и
«чужой» миры. Расчеты, выполненные советским академиком М.А. Марковым, показали,
что такой исход весьма вероятен. Остаточная масса составляет всего лишь около
миллионной доли грамма, независимо от того, какова была начальная масса
черной дыры и какова масса полузамкнутого внутреннего мира. Остаточный объект
как раз и является частицей-максимоном, о котором шла речь в предыдущей
главе.
Не исключено, что при каких-то еще не совсем понятных нам условиях будут
образовываться устойчивые объекты с еще меньшей массой, вплоть до массы
электрона. Более того, оказывается, что величина электрических зарядов у них тоже
такая же, как у элементарных частиц! Для внешнего наблюдателя такой объект,
содержащий внутри себя целую вселенную космических тел, будет проявляться как
микрочастица. М.А. Марков назвал такие объекты фридмонами.
Можно сказать, что фридмон — это частица с космической начинкой. Как не
вспомнить здесь пророчество Анаксагора о частицах-мирах, вложенных друг1 в
друга! Так же, как это произошло с атомами, на новом этапе наука вновь
вернулась к древней идее. В случае атомов догадка древнегреческих ученых стала
твердо установленным фактом. С фридмонами дело сложнее, их существование еще
нужно доказать на опыте. Возможно, что фридмоны (их размеры около 10~33
сантиметров) прячутся где-то глубоко внутри электронов, кварков или прекварков. А
может, это затравочные ядра частиц какого-то совершенно нового типа, которые
еще только предстоит открыть на опыте. Вокруг каждого такого ядра нарастают
«облака» кварков, глюонов, состоящих из них «капель»-мезонов и других
элементарных частиц. Все это похоже на кочан капусты с бесчисленными листьями. А
исчезающе малая черная дыра в центре — ворота в другую Вселенную. Если бы эти
ворота раздвинулись вдруг до размеров бактерии, сама элементарная частица
распухла бы до величины всей нашей Вселенной.
Насколько близка к истине такая картина и где на самом деле скрываются
фридмоны, теория сказать пока не в состоянии. Но уж очень естественно, без
всяких дополнительных гипотез, возникают фридмоны в рамках современной
теории. И если почему-либо их все же нет в природе, это само по себе будет
удивительной загадкой. Такого мнения сегодня придерживаются многие ученые.
Теперь самое время задать давно напрашивающийся вопрос: ну а наша
Вселенная, не является ли она крошечным фридмоном в каком-то другом, внешнем по
отношению к нам мире? Может, мы живем внутри электрона, только не знаем об
этом?
Для того чтобы мир стал замкнутым, в нем должны действовать мощные,
искривляющие его силы тяготения. А это означает, что масса сосредоточенного в нем
вещества должна быть достаточно большой, так как именно она создает
тяготение . Из формул Фридмана следует, что для замыкания нашей Вселенной нужно,
чтобы в каждом кубическом метре пространства в среднем содержалось по десятку
нуклонов, протонов или нейтронов. Конечно, распределение вещества в космосе
очень неоднородно: массивные сгустки звезд, разделенные огромными
промежутками почти полной пустоты. Но и размеры Вселенной колоссальны, и в таком
гигантском масштабе она весьма однородна. То же самое с окружающими нас телами.
В первой главе мы видели, что вещество состоит в основном из пустоты с
редкими зернышками тяжелых атомных ядер, а в крупном масштабе оно выглядит
совершенно однородным.
Астрономические наблюдения дают раз в десять меньшее значение средней
плотности, чем то, которое нужно для замыкания. Однако, возможно, учтены не все
еще виды вещества в космосе. Например, если у нейтрино есть небольшая масса,
это сразу даст весомый добавок, так как нейтрино — слабо поглощаемые вещест-

вом частицы, и они во множестве рассеяны в пространстве. Так что не
исключено, что наша Вселенная действительно фридмон и мы живем внутри электрона или
какой-либо другой микрочастицы. С другой Вселенной (с «остальным миром») нас
соединяет тогда тонкая горловина — туннель с черной дырой на входе. И может
получиться так, что наша Вселенная — электрон в соседней Вселенной, а тот —
электрон в нашей. Как в старом анекдоте об охоте на льва: чтобы его поймать,
нужно самому сесть в клетку и считать, что подлинной клеткой является все
остальное пространство, и готово — лев за решеткой!
Где начало
того конца,
которым
кончается
это начало?
В теории фридмонов мы впервые встречаемся с ситуацией, когда для объяснения
свойств микрообъектов приходится привлекать космические явления, и, наоборот,
решение космологических проблем происхождения и строения Вселенной
связывается со свойствами элементарных частиц. Гипотеза фридмонов показала условность
наших представлений о самом большом и самом малом. Привычное разделение мира
на космос и микромир, оказывается, не имеет абсолютного значения и применимо
лишь в определенных границах. В зависимости от условий и точки зрения, один и
тот же объект может выглядеть, как микроскопически малая частица и как
грандиозная по своим размерам Вселенная. Лестницу структурных форм материи нельзя
мыслить в виде бесконечного числа этажей-ступеней, уходящих в область исче-
зающе малых интервалов, с одной стороны, и в область неограниченно больших
масштабов — с другой. Если принять гипотезу фридмонов, бесконечность мира,
скорее, оказывается похожей на круг, где ультрамалое одновременно является и
ультрабольшим. Углубляясь в недра материи, мы неожиданно снова возвращаемся в
космос, и наоборот. Поди разберись, где тут начало и где конец, что простое,
а что сложное!
Вселенная устроена необычайно сложно. Свойства, принадлежащие, казалось бы,
к противоположным этажам мироздания, неожиданно оказываются тесно связанными,
а иногда и переходят одно в другое. Все это настолько непривычно, что у
человека, который впервые знакомится с выводами теории относительности, как
говорится , иногда ум за разум заходит. Все не так, как в школьной физике.
Однажды какая-то газета напечатала объявление, в котором говорилось, что
поскольку новая теория Эйнштейна перевернула физику с ног на голову, занятия
по физике в школах отменяются до тех пор, пока профессор Эйнштейн не поставит
эту науку обратно на ноги. И хотя объявление появилось первого апреля,
Эйнштейн получил массу писем с вопросом: когда же, наконец, он восстановит
порядок в физике?
Здесь опять уместно повторить: современную физику нельзя просто выучить, к
ней надо еще и привыкнуть!
Еще недавно пространство представляли себе сложенным из плоских слоев
пустоты , похожим на стопку огромных, очень тонких стекол. Сегодня мы знаем, что
оно может быть затейливо искривлено и скручено. Если для наглядности
предположить, что Вселенная имеет всего два измерения, то вместе с отпочковавшимися
дочерними мирами она будет представлять собой что-то вроде суммарной
поверхности пор в губке, где каждая пора-мир соединяется тоненьким капилляром с
соседней. В теории Фридмана эти соединения можно перерезать, в квантовой теории
этого сделать нельзя. Получается очень сложная переплетающаяся фигура с
множеством прорех и дыр. Реальная Вселенная устроена аналогично с тем отличием,
что она не двух-, а трехмерная поверхность в четырехмерном мире.

Выше уже не раз говорилось о четырехмерном пространстве, и каждый раз
подчеркивалось, что оно существует лишь в формулах, в природе такого
пространства нет. Но может быть, мы ошибаемся и, как это бывало уже не однажды, выдаем
нашу привычку за всеобщую истину? Как доказать, что наш мир не вложен в
пространство большего числа измерений?
Трехмерный или
четырехмерный ?
У английского писателя Герберта Уэллса есть научно-фантастический роман,
где рассказывается о четырехмерной Вселенной, состоящей из бесчисленного
количества трехмерных миров, подобных нашему. Все они независимы, но есть
область , где они пересекаются, и можно попасть в любой из них. Такая Вселенная
похожа на раскрытую книгу, где веер независимых миров-страниц имеет общий
корешок .
Вселенная может состоять и из полностью независимых параллельных миров,
каждый из которых, подобно гладкой шелковой ленте, повторяет все изгибы
соседних. Можно придумать много различных конструкции. Но все они имеют общее
свойство: между событиями в разных пространственно-временных точках
трехмерного мира существует связь через недоступное нашему восприятию четвертое
измерение. Таким образом, можно было бы попасть в прошлое или будущее и
вернуться обратно, мгновенно переместиться из одного места в другое. Вокруг нас
постоянно происходили бы чудеса. Одни предметы исчезали бы без следа, другие
неожиданно появлялись бы из ничего. Малиновое варенье из плотно закрытой
банки могло бы оказаться на белой простыне постели, а соседский кот — внутри
запертой клетки с канарейкой.
Ничего подобного в нашем мире не наблюдается. Тем не менее, это еще не
означает, что у него нет четвертого измерения. Оно может открываться лишь в
микромире. Например, если радиус Вселенной в направлении четвертого измерения
очень маленький и она похожа на огромную и тонкую четырехмерную баранку,
тогда в трехмерном пространстве — шар, а в четырехмерном — кольцо. Другой
пример: трехмерный мир с микроскопически тонкими отростками и руками, выходящими
в четвертое измерение. Когда речь идет об очень большом и очень малом, надо
быть готовым ко всяким неожиданностям. Поэтому чтобы с уверенностью говорить
о трехмерности нашего мира, надо доказать, что в процессах с элементарными
частицами тоже нет самопроизвольных беспричинных явлений.
Каждый из нас еще с детских лет усвоил, что ничто в мире не происходит
просто так, само по себе. У каждого события есть свой резон, своя причина.
Знаменитый французский математик Лаплас считал, что причинные связи событий
настолько жестко увязаны между собой, что даже падение волоса с головы
человека, в конечном счете, должно сказаться в каких-то космических явлениях,
направляя их по тому или иному пути. Это, безусловно, преувеличение. Количество
связей в реальном мире так велико, что неизбежно возникает элемент
случайного , когда ход событий определяется игрой многих второстепенных факторов. Как
говорят философы, случайность — это непознанная необходимость.
Известно, что свои представления о строгом математическом порядке Лаплас
пытался применить даже к управлению государством. Когда Наполеон, питавший
особое расположение к ученому, назначил его министром внутренних дел (был
такой эпизод в истории Франции!), Лаплас стал действовать, согласно
математическим расчетам. Понятно, что его миссия вскоре закончилась полным провалом, —
учесть и предугадать все события, особенно закулисные интриги и козни,
оказалось делом безнадежным. Лапласу не помогла даже разработанная им теория
вероятности !
Если причинность в микромире не нарушается, то процессы там передаются от

одной пространственной точки к другой без сбоев во временном порядке событий.
Это можно проверить в опытах по взаимодействию элементарных частиц. Такие
опыты с максимальной точностью, достижимой на современных физических
приборах, были выполнены в Советском Союзе и за рубежом. Был момент, когда
казалось , что эксперимент и основанные на причинности теоретические расчеты
противоречат друг другу. В опытах американских физиков некоторые величины имели
не тот знак, что предсказывала для них теория. Этот поразительный результат
(значит, в микромире есть беспричинные события!) держался несколько лет, пока
его не опровергли опыты, выполненные в Дубне. Сегодня можно с уверенностью
сказать, что вплоть до расстояний, в несколько сотен раз меньших радиуса
протона, никаких беспричинных явлений в природе нет. Следовательно, нет и
четвертого измерения.
Необследованными остаются меньшие расстояния. И вот тут новейшие
теоретические расчеты приводят к потрясающему выводу: на очень малых расстояниях,
сравнимых с размерами геометрического кванта, к трем известным нам измерениям
— длине, ширине и высоте — должны добавиться еще шесть или даже семь новых
измерений! Микроскопические черные дыры в другие миры тоже должны быть
многомерными .
Каков физический смысл дополнительных степеней свободы, пока не знают даже
предсказавшие их теоретики. Может, это — характеристики каких-то совершенно
новых свойств мира, не похожих ни на время, ни на три известных нам
пространственных координаты. Пока трудно сказать...
И в заключение совсем, казалось бы, невероятное: размерность
микропространства может случайно изменяться — флюктуировать — и стать (страшно сказать!)
дробной и даже иррациональной.
Такое впечатление, что теория приоткрыла завесу над чем-то совершенно
необычным, для чего не хватает ни слов, ни воображения.
Загадки и
парадоксы
Идея Фридмана об ограниченной в пространстве и времени расширяющейся
Вселенной вошла в учебники, о ней сегодня пишут в газетах, говорит радио,
показывает телевидение. Она стала частью мировоззрения каждого образованного
человека. Однако в этой грандиозной, поражающей воображение картине мироздания
есть темные пятна, а часть удерживающих ее теоретических «гвоздей» готова
вот-вот сломаться.
Прежде всего, удивляет однородность Вселенной. Как уже говорилось выше, на
небольших (в космических масштабах, конечно!) участках она явно неоднородна:
безвоздушное пространство, плотные планеты и звезды. Но на больших
расстояниях, сравнимых с размерами скоплений галактик, распределение вещества
напоминает орнамент волокон со случайными, но близкими по величине размерами
деталей. Какие-то процессы сделали Вселенную равновесной. И этот
экспериментальный факт трудно согласовать с гипотезой первичного взрыва. Распределение
взорвавшегося вещества (инфраструктура взрыва, по терминологии специалистов)
определяется игрой случайных факторов и, как правило, весьма неоднородно.
Поэтому если Вселенная действительно родилась в катаклизме огненной вспышки
«Бит1 Бэнга» с огромными перепадами плотностей и давлений, ее отдельные
области-осколки должны были значительно различаться по своей массе.
Еще более удивляет необычайно высокая однородность реликтового теплового
излучения — остаточного жара первичной вспышки. Температура излучения,
приходящего к нам с разных направлений, в том числе и прямо противоположных,
различается менее чем на сотую долю процента.
Наблюдаемая однородность Вселенной выглядит особенно загадочной, если

учесть, что к нам приходят сигналы из областей, которые на протяжении всей
своей истории были удалены друг от друга на такие большие расстояния, что они
не успели провзаимодействовать даже с помощью самых быстрых, то есть
световых, сигналов. Каким же образом они могли прийти в равновесие? По теории
Фридмана это просто невозможно.
Еще один удивительный факт связан с величиной средней плотности вещества
Вселенной. Из теории Фридмана следует, что если бы в первые мгновения после
первичного взрыва она всего лишь на 10~53% (десятичная дробь с 54 нулями после
запятой!) превосходила критическую, при которой мир становится полностью
замкнутым, то силы тяготения превозмогли бы инерцию первичного взрыва и
расширение Вселенной давным-давно сменилось бы ее сжатием, и теперь наблюдалось
бы не разбегание галактик, а их быстрое сближение. С другой стороны, если бы
плотность взорвавшейся материи на 10~53% была бы меньше критической,
расширение пространства происходило бы значительно быстрее, и современная средняя
плотность материи в нашем мире была бы во много-много раз меньше наблюдаемой.
Другими словами, наша Вселенная родилась с плотностью, которая почему-то
фантастически близка к критической. Почему так произошло? В теории Фридмана нет
объяснения и этой загадке. Чтобы ее объяснить, нужны какие-то совершенно
новые физические идеи.
Загадку начальной плотности иногда называют также «проблемой абсолютно
плоского мира». Если плотность больше критической, мир, образно говоря,
вогнутый, если меньше — он выпуклый (как говорят дети, «впуклый» и
«выпуклый»!). В промежуточном случае — мир плоский. Наша Вселенная почему-то
предпочла родиться плоской (с точностью 10~53%!), хотя это только одна из
бесчисленного количества возможностей. Трудно думать, что это — случайность. Этому
есть какая-то важная причина.
Не находят никакого объяснения в теории Фридмана или объясняются ею с
трудом, ценой дополнительных, плохо обоснованных гипотез, и некоторые другие
экспериментальные факты. Например, не понятно, почему не удается поймать ни
одного магнитного монополя, хотя, как это следует из расчетов, они должны
были бы в большом количестве родиться в раскаленном веществе юной Вселенной.
Все это говорит о том, что теория Фридмана нуждается в дальнейшем
усовершенствовании. А поскольку трудности этой теории, как правило, связаны с
начальным периодом жизни Вселенной, можно думать, что, прежде всего, следует
уточнить описание свойств мира в окрестностях «особой точки» в первые доли
секунды после его рождения.
Теория Фридмана и лежащая в ее основе общая теория относительности
Эйнштейна имеют дело лишь с геометрическими свойствами природы. Никаких сведений о
заполняющей пространство материи они не используют. Достаточно знать ее
плотность , а что это за материя, каковы ее конкретные свойства — это для теории
Эйнштейна-Фридмана не существенно. Такой подход оправдан на больших
расстояниях, где гравитационные силы, определяющие кривизну и другие геометрические
свойства нашего мира, можно рассматривать отдельно от электромагнитных и
ядерных взаимодействий. Но в микромире, где силы становятся величинами одного
порядка, такое приближение уже не верно. Там само пустое пространство зависит
от свойств физических процессов. В нем постоянно рождаются и исчезают
частицы. Вспомним испарение черных дыр вследствие «кипения» окружающего их
вакуума. Такое «кипение» происходит во всем бесконечном пространстве, и его
интенсивность (густота рождающихся пар частиц и античастиц) определяет основной,
нулевой уровень мира — вакуум. Только что родившаяся Вселенная имела
ультрамалые размеры, и ее вакуум был совсем не таким, как в современном мире.
Влияло это и на ритм времени. В первые мгновения после рождения Вселенной
пространство и время нельзя было рассматривать отдельно от вещества. Вот в этом
направлении и следует совершенствовать теорию Фридмана.

Сама по себе идея о тесной связи свойств пространства и времени со
свойствами физических процессов далеко не нова. Немецкий математик Бернгард Риман,
которому мы обязаны созданием математической теории искривленных и
многомерных пространств, высказал ее еще более ста лет назад.
«Эмпирические понятия, на которых основывается установление
пространственных метрических отношений, — говорил он в своих лекциях в Геттингенском
университете, — понятия твердого тела и светового луча, по-видимому, теряют
всякую определенность в бесконечно малом, поэтому метрические отношения там не
отвечают нашим геометрическим допущениям».
Эти убеждения разделял и Эйнштейн. Последние сорок лет своей жизни, большую
ее часть, он целиком посвятил созданию единой теории электромагнетизма и
тяготения. Экспериментальных данных, которые могли бы подсказать ему ведущую
идею, в то время было еще недостаточно, а на основании одних только
теоретических соображений построить новую теорию не удалось. К созданию единой
теории всех сил природы, объединяющей ее геометрические и материальные свойства,
физики смогли приступить лишь совсем недавно, после того, как лучше
разобрались в свойствах элементарных частиц.
В поисках новой
«теории мира»
Первый существенный шаг в усовершенствовании теорий Фридмана сделал
американский физик Алан Гут. Он обратил внимание на то, что если Вселенная будет
расширяться таким образом, что плотность ее массы все время останется
постоянной, то формулы общей теории относительности приводят к выводу: скорость
расширения будет расти пропорционально размеру Вселенной. Чем больше
Вселенная , тем быстрее она «распухает». Такой процесс происходит настолько быстро,
что Вселенная почти мгновенно, всего лишь за 10~32 секунд, раздувается от
микроскопического зернышка до чудовищного «пузыря» с радиусом на много-много
порядков больше видимой части Вселенной.
Представьте себе арбуз, который мгновенно распухнет до размеров Галактики.
Раздувание «пузыря» Вселенной еще грандиознее!
Можно предположить, что подобно тому, как это происходит с расширяющимся
газом, температура расширяющейся Вселенной резко упадет, и из первичной
материи начнут выделяться кварки, глюоны и другие частицы «обычного» вещества с
известными нам свойствами. Расширение Вселенной замедлится, и дальнейшая
эволюция каждого ее участка будет совершаться уже по стандартному сценарию
Фридмана. Вселенная Гута оказывается практически бесконечной, а видимая нами
часть пространства (то, что до сих пор считалось почти всей Вселенной) — лишь
ничтожно малая ее доля. Настолько малая, что геометрический квант занимает в
ней несравненно больше места, чем она сама в раздувшейся Вселенной.
Предложенный Гутом сценарий развития Вселенной, хотя и выглядит весьма
«сумасшедшим» (разве может быть вещество, которое не уменьшает своей
плотности? !) , позволял, однако, устранить практически все трудности теории
Фридмана. В начале «эры быстрого раздувания» — этот термин сегодня используют все
астрономы и физики — Вселенная могла быть такой маленькой, что в результате
перемешивания и многочисленных взаимодействий ее частей в ней успело
установиться равновесие — однородное распределение температуры, плотности и других
свойств, как это и наблюдается сегодня. Этого не могло бы произойти, если бы
на всех этапах своего развития Вселенная описывалась теорией Фридмана.
Обратный пересчет с помощью ее формул приводит к выводу, что радиус Вселенной
всегда был слишком большим и взаимодействия не успевали передаваться с одного ее
края на другой, — край отодвигался раньше, чем до него доходила волна
взаимодействия. Как будто вы бежите по платформе, которая движется быстрее вас, и

вы никогда не добежите до ее края — она все время уходит из-под ваших ног1.
Другое дело — модель Гута. Там видимая нами часть Вселенной образуется путем
фридманского распухания крошечного участка уже раздувшейся Вселенной, и о ее
начальных размерах можно делать различные предположения, в том числе считать
их очень маленькими.
Понятным становится и то, почему наш мир плоский. Он лишь исчезающее малая
точка в масштабах всей Вселенной, а на малых расстояниях кривизна не заметна.
Это подобно тому, как мы не ощущаем кривизну земного шара в нашей
повседневной жизни.
Магнитные частицы-монополи, рождение которых предсказывается теорией на
очень ранних этапах «Биг Бэнга», значительно раньше рождения протонов,
нейтронов и электронов, разбросаны по огромному объему раздувшейся Вселенной, и
вероятность найти их в ее видимой части неизмеримо мала.
Как видим, концы с концами теперь сходятся. Космологическая картина мира
заметно прояснилась. Если бы вот только не гипотеза о расширяющемся веществе
с постоянной плотностью... Как совместить ее с законами физики? Ведь ничего
подобного нигде и никогда не наблюдалось. Когда тело увеличивает свои размеры,
его масса распределяется по большему объему, расстояния между его частями
увеличиваются, а плотность всегда уменьшается. Даже дерзким на выдумки
писателям-фантастам не приходило такое в голову — расширяться, не изменяя своей
плотности! Пожалуй, только пустое пространство — вакуум — обладает
необходимым свойством.
Стоп... Вот тут-то, по-видимому, и скрыт ответ. Мы уже знаем, что вакуум —
это не просто мертвая пустота. Это — пространство, заполненное массой
рождающихся и быстро исчезающих, аннигилирующих, частиц, то есть определенное
состояние материи. Не похожее на газ, жидкость или твердое тело, но, тем не
менее, это нечто физически ощутимое, изменяющее свои свойства в зависимости от
условий. Пространство только издали выглядит пустым и безжизненным, вблизи
же, при большом увеличении, оно оказывается заполненным бурлящими «воронками»
мгновенных микровзрывов, в которых беззвучно рождаются и исчезают частицы.
Пространство как бы «дышит» всеми своими «порами», испуская и поглощая «смог»
микрочастиц. Можно сказать, что вакуум — это непустая пустота, хотя это и
звучит парадоксально.
Первый миг
после рождения
В этот исчезающе малый отрезок времени как раз и происходило становление
вакуума. Чтобы понять, как это было, вспомним о хиггсонах — семействе
элементарных частиц, — которые предсказываются всеми теориями, объединяющими
электромагнитные силы с другими типами взаимодействий. Пока не известны ни масса,
ни другие свойства этих частиц, все это зависит от варианта теории. Даже
число хиггсонов изменяется от одного варианта теории к другому. Но все варианты
предсказывают, что хиггсоны взаимодействуют между собой напрямую, без
посредства других типов частиц. Такое самодействие, соответствующий ему «смог» и
определяют основные свойства вакуума, в том числе и его энергию. В
зависимости от того, как взаимодействуют хиггсоны, вакуум может находиться в
различных состояниях, подобно тому как, например, углерод может пребывать в
состоянии графита или в состоянии алмаза. И вот что важно: увеличение числа
хиггсонов приводит к такой перестройке вакуума, что его энергия (нулевой «уровень»
мира) понижается, а разность конечной и начальной энергий выделяется в виде
массы и тепловой энергии элементарных частиц. Пустой мир заполняется
веществом. Похоже на выпадение тумана или инея из прозрачного воздуха.
Так вот, расширение юной Вселенной сразу после ее рождения привело к тому,

что плотность массы в ней быстро упала почти до нуля. По оценкам теоретиков
это произошло где-то на уровне 10~35 секунд. В это время она была еще
чрезвычайно горячей, и происходившие в ней физические процессы управлялись законами
единого нерасщепленного взаимодействия. Как говорит теория, хиггсоны при этих
условиях распадались, едва успев образоваться. Они становятся устойчивыми
только тогда, когда «сильная» компонента единого взаимодействия отличается от
остальных; если же различные типы сил равноправны, хиггсонов в пространстве
практически нет.
Опустевшая Вселенная мгновенно начала раздуваться, увеличив свои размеры на
десятки порядков. Температура ее быстро уменьшалась, и где-то ближе к
середине эры быстрого раздувания она стала такой, что нарушилась симметрия
взаимодействий и создались условия для интенсивного рождения хиггсонов. Это
сопровождалось снижением энергии вакуума и, соответственно, выпадением
(кристаллизацией) огромного числа протонов, нейтронов, частиц-гиперонов, различных
типов мезонов. Вследствие изменения уровня вакуума средняя плотность свободной
(плавающей в вакууме) массы подскочила на сотню порядков — увеличилась в 10100
раз! Из вещества, которое возникло буквально из пустоты, в дальнейшем
образовались все галактики, звезды, планеты окружающего нас мира. Каких только
чудес не открывает физика!
Это весьма грубая картина того, что происходило в действительности, но она
позволяет наглядно представить себе суть дела. Обоснованием этих соображений
занималась большая группа советских и зарубежных физиков, но основной вклад
внесли теоретики Физического института им. П.Н. Лебедева в Москве.
Продолжительность эры быстрого раздувания составляла всего 10~32 секунд —
трудно вообразимый миг, но он в тысячу раз дольше всей предшествующей жизни
Вселенной. И подобно тому, как это всегда происходит при выделении из
расплава твердого вещества, рождение частиц сопровождалось выделением тепла
(вспомним, как мы радуемся повышению температуры, когда на улице идет снег и мороз
сменяется мягкой погодой!). К концу эры быстрого раздувания Вселенная снова
раскалилась настолько, что родившиеся частицы расплавились в кварк-глюониую
плазму. Образовался огромный шар раскаленного вещества. Это как раз и есть
тот горячий «праисторический мир» Гамова, в котором при дальнейшем уже
сравнительно медленном расширении Вселенной по стандартному Фридмановскому
сценарию «сварилось» окружающее нас вещество.
Новый космологический сценарий не перечеркнул и не отбросил теорию
Фридмана, он включил ее как необходимый фрагмент, описывающий более позднюю стадию
развития Вселенной.
История
Вселенной
Новая теория рассказывает нам о событиях во Вселенной, начиная с 10~42—10~40
секунд после ее рождения, когда размеры мира были немногим больше
геометрического кванта или около того. Что было еще раньше, как произошло рождение
Вселенной — об этом можно лишь гадать. Это тайна тайн. Можно лишь утверждать,
что материя заведомо не могла возникнуть «из ничего», и рождению «нашего
мира» предшествовали какие-то другие его состояния.
Когда говорят, что Вселенная родилась столько-то лет тому назад, молчаливо
предполагается, что тогда время можно было измерять по тем же часам, что и
сегодня. А это не так. В окрестностях «Биг Бэнга» свойства времени, его ритм
были совсем иными. Говорить о первых мгновениях жизни Вселенной, о времени в
окрестностях ее начала, где оно, по-видимому, распадалось на отдельные порции
— кванты, а возможно, было даже многомерным, можно лишь весьма условно. Как
метко заметил английский физик Стив Хоукинг, спрашивать, что было раньше «Биг

Бэнга» — например сорок или пятьдесят миллиардов лет назад, — так же
неразумно, как просить указать точку, которая на километр севернее Северного полюса.
Подобно тому, как понятие «север» теряет всякий смысл на полюсе, так и
понятие «время» утрачивает смысл в точке «Бит1 Бзнга».
Сегодня ясно одно: в окрестностях «начала мира» действовали какие-то
особые, неизвестные нам законы природы. Наша физика там не применима, она дает
бессмысленные результаты: нули и бесконечности.
В еще совсем недавно изданных книгах можно прочитать, что мы многое узнаем
о механизме рождения мира, когда заглянем на край расширяющейся Вселенной, на
расстояния порядка 1023 километров, где находятся разлетающиеся осколки ее
горячей фазы. Однако теория раздувающейся Вселенной убеждает нас в том, что
там можно увидеть лишь следы ее повторного разогрева. О том, что происходило
раньше, может рассказать пока только теория.
Впрочем, положение не безнадежно. Ведь научились же определять химический
состав удаленных звезд! А ведь было время, когда считалось, что это
принципиально невозможно. Немецкий философ Иммануил Кант приводил это даже как пример
вопроса, который никогда не найдет ответа. Развитие спектрального анализа
обнаружило следы, говорящие о составе звезд, о свойствах испускаемого ими
света. В природе все взаимосвязано. Вполне возможно, что следы рождения мира
сохранились в каких-то явлениях. Все происходящее в мире оставляет свои
«отпечатки пальцев», надо только уметь их разглядеть.
Если верить теории, то основная история Вселенной, наиболее бурные
качественные изменения в ней приходятся на несколько первых секунд ее жизни, а
теперь мы наблюдаем лишь плавно затухающие последствия (как говорят физики,
«хвост») грандиозных событий.
Таинственные события вблизи «Биг Бэнга», распухание Вселенной, выделение
заполняющего ее вещества из вакуума и его разогрев, превративший мир в
гигантский огненный шар, — все это успело произойти за 10~32 секунд. Родившиеся
из вакуума частицы «расплавились» (точнее, распались на составляющие
элементы) и снова стали выпадать в осадок из «расплава» лишь после того, как Все-

ленная несколько остыла. Сначала образовались очень тяжелые частицы, для
которых требуется много энергии, потом все более и более легкие. А когда
плотность вещества снизилась до уровня, который существует в атомных ядрах (это в
десять тысяч миллиардов раз больше плотности стали!), образовались протоны,
нейтроны и соответствующие античастицы. Это случилось примерно через
десятитысячную долю секунды после «Биг Бэнга». Какая-то часть образовавшегося таким
образом ядерного вещества аннигилировала и превратилась в более легкие
частицы и электромагнитное излучение, а оставшаяся часть вскоре распалась на ядра
и антиядра. Вселенная превратилась в раскаленную плазму — состояние вещества,
которое ученые сегодня стараются создать в реакторах для получения
термоядерной энергии. Постепенно охлаждаясь, плазма испускала сначала свет, затем
инфракрасное тепловое излучение, как стенка нагретой печки. На этой стадии
физические процессы стали медленными. Остаточное тепловое излучение
охладившейся Вселенной, которое фиксируют наши приборы в космосе, было испущено, когда
ее возраст составлял уже около сотни тысяч лет. Галактики и звездные системы
образовались еще позднее, через несколько миллиардов лет после «Биг Бэнга».
По сравнению с сегодняшним возрастом Вселенной в пятнадцать — двадцать
миллиардов лет, это уже совсем недавно. В космическом масштабе, конечно.
По мере старения Вселенной событий в ней происходит все меньше, их
разделяют огромные интервалы времени. А что будет дальше, например, через сто
миллиардов лет? Будут ли какие-то качественно иные фазы в развитии нашего мира?
Что его ждет?
Через много-много лет
Сто миллиардов лет — чудовищный интервал времени, впятеро больший того, что
уже прожила Вселенная. Тем не менее, за это время в ней мало что изменится.
Раз в десять увеличатся ее размеры и возрастут расстояния между галактиками и
звездами — вот, пожалуй, и все. Существенные изменения произойдут, лишь когда
возраст Вселенной увеличится еще в тысячу раз, то есть достигнет
умопомрачительной величины в сто триллионов лет. К этому времени звезды исчерпают
запасенное в них ядерное горючее, и Вселенная станет темной, похожей на большой
зал, в котором потухли все электрические лампочки. Как после бала.
В течение следующего триллиона триллионов лет в результате случайных
столкновений — подобно тому, как это происходит с частицами газового облака —
большинство звезд покинут свои галактики и рассеются в пространстве. А
немногие оставшиеся в результате взаимного притяжения слипнутся в тяжелые,
массивные комки, которые под влиянием их собственного внутреннего тяготения
сожмутся затем в черные дыры. Вселенная в это время будет представлять собой
огромный шар звездного «газа» с островками медленно засасывающих его черных дыр. А
далее самым важным процессом станет радиоактивный распад протонов. Когда
Вселенная проживет 1032 — Ю35 лет, все рассеявшиеся звезды, межзвездная пыль —
вообще все вещество, которое не успело утонуть в черных дырах, распадется,
превратившись в разреженный газ легких частиц — электронов, позитронов,
нейтрино и фотонов. В таком состоянии — редко разбросанные по пространству
черные дыры и лептон-фотонный газ между ними — Вселенная будет жить долго-долго,
пока не достигнет возраста 10100 лет. Можно сказать, что это ее основное
состояние . Главными процессами в это время будут расширение Вселенной и
испарение черных дыр. Через 10100 лет она превратится в чрезвычайно разреженный,
расширяющийся почти со скоростью света газ электрон-позитронных пар,
нейтрино , фотонов.
Такая судьба ждет наш мир, если его масса недостаточна для замыкания.
Вспомним, что расширение по фридмановскому сценарию началось после того, как
раздувшаяся до невероятно огромных размеров Вселенная превратилась в огненный

шар. Из-за случайных флюктуации плотность вещества, выделившегося в отдельных
ее областях, могла быть несколько различной. Соответственно различным
получился там и вакуум (ведь вещество выделилось в результате его перестройки).
Вселенная стала похожей на растрескавшееся и разбухающее во все стороны
печеное яблоко. Трещины разделяют области с различным вакуумом. Окружающий нас
мир с привычными физическими свойствами — одна из таких областей. Это — наша
Вселенная. Свойства других областей-миров, соседних с нашим и удаленных,
могут быть совсем иными. Если масса нашего мира меньше критической, при котором
он становится фридмоном, мир будет расширяться беспредельно. В противном
случае силы всемирного тяготения остановят его расширение, и начнется обратный
процесс — сжатие замкнутого мира.
Через сколько миллионов или миллиардов лет может начаться сжатие, сказать
трудно. Во всяком случае, плотность материи в нашем мире весьма близка к
критической. Если принять во внимание только видимое, светящееся, вещество, то
его масса примерно на порядок меньше критической. С другой стороны, масса
темной материи не может более чем в десять раз превосходить массу светящегося
вещества, так как расширение нашего мира давно уже прекратилось бы и он начал
бы сжиматься. Как видно, интервал довольно узкий. Не исключено, что скоро наш
мир начнет коллапсировать. Скоро — в космическом масштабе, конечно. Реально
это могут быть многие миллиарды лет. Большинство ученых склонны считать, что
если это и случится, то, скорее всего, уже после распада протонов, где-то на
стадии испарения черных дыр, когда возраст нашего мира составит 1040 — 1050
лет. До этого времени — практически бесконечность!
Сжатие, в конце концов, закончится гравитационным охлопыванием пространства
и, возможно, новым циклом расширения — рождением новой Вселенной. Впрочем,
что последует за сжатием, повторное «рождение» и расширение Вселенной или
какая-то иная ее фаза, — это пока за пределами наших знаний.
Итак, если сила тяготения не остановит расширения, то через 10100 лет, когда
размеры нашей Вселенной достигнут чудовищной величины в 10110 километров, она
полностью превратится в чрезвычайно разреженный газ легких элементарных
частиц, которым распадаться уже не на что. Почти пустое мертвое пространство.
Впрочем, природа в многообразии своих свойств превосходит любую
человеческую фантазию, поэтому не исключено (а с философской точки зрения, даже очень
вероятно!), что какие-то неизвестные нам процессы воспрепятствуют
осуществлению безрадостной картины полностью омертвевшего мира. Но это опять за
пределами наших знаний.
Как иронически заметил однажды знаменитый английский писатель Бернард Шоу,
наука всегда оказывается неправа; она никогда не решает вопроса, не поставив
при этом десятка новых. Чем больше мы узнаем, тем больше возникает трудных
вопросов. Не зря великий Ньютон говорил, что чувствует себя ребенком,
играющим в камешки на берегу океана неизвестного!
Один из самых трудных, не имеющих еще окончательного ответа вопросов —
проблема антимира.
Существует
ли антимир?
Мы познакомились с современной теорией развития Вселенной, начиная от
загадочного Большого взрыва — «Биг Бэнга» — и до фантастически далекого будущего.
Но вот что удивляет: хотя частицы и античастицы совершенно равноправны по
своим свойствам и поэтому должны были бы в одинаковой пропорции рождаться из
вакуума раздувшейся Вселенной, окружающий нас мир почему-то целиком состоит
из вещества. Почему все атомы вокруг нас устроены так, что их ядро
обязательно состоит из протонов и нейтронов, а оболочка — из электронов? Ведь если

атомы антивещества удается синтезировать в лаборатории, то они должны быть и
в дикой природе. Может быть, это свойство лишь той части мира, где мы живем,
а в других его областях, наоборот, преобладает антивещество? Возможно, в
космических далях где-то есть симметричный нам антимир — звезды, планеты, может
быть, даже живые организмы, состоящие из антивещества?
Пожалуй, единственный способ попасть в такой антимир, где наши тела
мгновенно превратились бы в потоки пи-мезонов и жестких фотонов, —
воспользоваться телеграфом. Еще много лет назад американский математик Норберт Винер
высказал убеждение, что подобно тому, как сегодня записывается генетический код
простейших микроорганизмов, когда-нибудь в будущем люди смогут в
закодированном виде записать не только устройство своего тела, но и содержание мозга с
содержащимися в нем впечатлениями, воспоминаниями, знаниями — все то, что
составляет наше индивидуальное «я». Такую запись, как обычную телеграмму, можно
передать по радио в антимир, где, пользуясь ею, заново восстановят человека,
заменив, однако, все частицы на античастицы. Проект, безусловно,
фантастический , но наука развивается очень быстро. Вот только существуют ли такие
антимиры?
Одно время была популярна теория, согласно которой острова вещества и
антивещества во Вселенной разбросаны вперемежку. Допускалось, что даже некоторые
ближайшие к нам звезды в действительности — «антизвезды», а часть влетающих в
земную атмосферу метеоритов состоит из антивещества, которое аннигилирует,
оставляя ярко светящийся след на ночном небе. Но ни высотные самолеты, ни
автоматические воздушные шары-зонды не обнаружили следов излучений, которые
должны рождаться при аннигиляции.
Не зафиксировано таких излучений и в космосе, где они должны были бы
рождаться на стыке зон вещества и антивещества, где перемешиваются пыль и газы,
состоящие из частиц и античастиц. К этому надо добавить, что изучение состава
космических лучей также дало отрицательные результаты. Эти лучи содержат
протоны и ядра различных, легких и тяжелых, элементов, но в них нет большого
числа антипротонов и антиядер, как это должно было бы быть, если бы острова
вещества и антивещества были бы представлены в космосе на равных правах. В
потоке космических частиц один антипротон приходится на несколько тысяч
протонов. Это вторичные антипротоны, юнцы, родившиеся из обычного вещества в
результате ядерных реакций космических лучей с облаками межзвездного газа.
Таким образом, либо антимиры находятся где-то далеко — за пределами
видимости, достижимой с помощью имеющихся в нашем распоряжении приборов, — либо
антивещества во Вселенной очень мало.
Если антимиры далеко, то их открытие — лишь вопрос времени. Однако это
кажется маловероятным, поскольку наше положение в космосе рядовое, и было бы
трудно объяснить, почему выпадение вещества и антивещества в раздувшейся
Вселенной происходило так неравномерно. Остается загадкой, как в бурлящем,
интенсивно перемешиваемом веществе юной Вселенной могли бы образоваться
обширные неоднородности с излишком частиц или античастиц. С другой стороны, если
антивещества в космосе мало, сразу же возникает вопрос: куда же оно делось? В
обоих случаях появляются сомнения в правильности всей космологической
картины.
По-видимому, все дело в маленьком различии скоростей распадов частиц и
античастиц. Еще двадцать лет назад американские физики наблюдали распады
странных частиц, К-мезонов, которые указывали на несколько различное поведение
вещества и антивещества. Хотя нарушающие симметрию распады происходят крайне
редко и только у К-мезонов, во всех других случаях частицы и античастицы
ведут себя совершенно одинаково, теория «великого объединения», о которой шла
речь в предыдущей главе, предсказывает, что в условиях сверхвысоких
температур и давлений, господствовавших внутри огненного шара раздувшейся Вселенной,

симметрия частиц и античастиц должна сильно нарушаться и скорости распадов
всех античастиц там были несколько большими.
В обычных условиях протон и антипротон — долгожители, время их жизни
фантастически велико — грубо говоря, в миллиард триллионов раз больше возраста
Вселенной. Однако в первые доли секунды после образования огненного шара
чрезвычайно высокая температура способствовала распадам. Частицы и
античастицы тогда быстро распадались и так же быстро восстанавливались обратно.
Существовало равновесие. Но по мере снижения температуры процессы восстановления
все больше отставали от распадов, и число тяжелых частиц уменьшалось, а
поскольку античастицы распадались несколько быстрее, вещество Вселенной
постепенно становилось все более и более асимметричным — «перекошенным» в сторону
частиц.
Наряду с ослаблением восстановительных процессов в охлаждающейся Вселенной
уменьшалась и скорость распадов, постепенно приближаясь к ее современному
уровню, когда вещество обладает высокой степенью стабильности. Не успевшие
распасться античастицы аннигилировали — превратились в нейтрино и
электромагнитное излучение. В мире осталась лишь избыточная часть вещества. Из нее-то и
образовались все атомные ядра нашей Вселенной.
Если такая картина верна, то антимиров просто нет, они давно сгорели в
бурных реакциях распада и аннигиляции, и мы никогда не встретим состоящих из
антивещества братьев по разуму.
Правда, предсказанного теорией «великого объединения» распада протона еще
не обнаружено, и, в принципе, здесь могут быть неожиданности.
Космический
круговорот
На временной оси Вселенной разумная жизнь в окрестностях нашего Солнца
занимает крошечный, едва различимый интервал. Наши знания простираются
значительно дальше. Мы можем делать достаточно уверенные прогнозы на 1025 — 1030
лет в будущее и заглядывать вплоть до Ю-25 секунд от «начала мира» в прошлое.
С помощью теории «великого объединения» удается дотянуться до времен порядка
10~40 секунд, с одной стороны, и 10100 лет — с другой. Интервал в полторы сотни
порядков, где осуществляется грандиозный космический круговорот материи, где
трудно вообразимые просторы соседствуют с исчезающее малым, где элементарные
частицы «по совместительству» исполняют роль вселенных, а последние в
определенном смысле сами являются микрочастицами.
Правда, на краях интервала надежность наших знаний заметно снижается, здесь

допустимо говорить лишь о грубо качественных, ориентировочных оценках.
Природа «Биг Бэнга», долговременная судьба Вселенной — это пока интригующие,
будоражащие воображение загадки. Можно думать, что многое прояснится, когда будет
создана теория, объясняющая величину «мировых постоянных» — скорости света,
электрического заряда электрона, его массы и так далее. Сегодня все они
берутся из опыта, и мы не знаем, почему они именно таковы, какими мы их видим.
В своем подходе к описанию мира современная физика еще во многом следует
принципу, который один из писателей-юмористов сформулировал так: жизнь
такова, какова она есть, и больше никакова. А почему, собственно, такова? Почему
не может быть миров с другим значением скорости света, более тяжелым или,
наоборот, более легким электроном, другими свойствами пространства и времени?
Однажды Эйнштейна
спросили, как
делаются открытия
«Это когда все знают, что какой-то вещи или явления быть не может, а один
не знает, он и делает открытие», — ответил ученый.
Всегда следует помнить, что перед нами безграничная Страна Неизвестного, и
любая картина мироздания — лишь приближенный слепок с окружающего мира. Или
что-то вроде фотографии, которая раз от разу становится все более четкой, но
никогда не передает всех деталей — мир неисчерпаемо многообразен.
Вокруг нас все изменяется, переходит из одной своей формы в другую, а вот
элементарные частицы почему-то всегда одни и те же. Вселенная старится, а
электрон и другие частицы бессмертны. Расчет показывает, что даже небольшие
изменения их свойств привели бы к наблюдаемым геологическим и астрофизическим
эффектам — уменьшилось или увеличилось бы количество тепла, получаемого нашей
планетой от Солнца (на ней были бы ледники или, напротив, океаны кипятка),
изменилась бы скорость распада радиоактивных элементов в земной коре и их
концентрация была бы совсем не та, что сегодня, и так далее. Например, если
бы заряд электрона изменялся всего на сотую долю процента за миллиард лет, то
есть на одну-две десятых процента за все время жизни нашей Вселенной, это
было бы уже заметным. В общем, если частицы и старятся, то так незначительно,
что Вселенная этого почти не чувствует. Или, может быть, они действительно
абсолютно неизменны и никаких других миров просто не существует?
Современная наука на эти вопросы ответить не может. Это следующий, более
глубокий уровень физики. Однако ученые уже сегодня пытаются нащупать подходы
к нему. В надежде найти более общие и универсальные законы природы
проверяются «на прочность» самые глубинные основы наших представлений об окружающем
мире, которые многим кажутся твердо и навечно установленными истинами. Говоря
словами А.С. Пушкина, «и предрассудки вековые и гроба тайны роковые». О
нескольких далеких рейдах в Страну Неизвестного, где фантастика смешивается с
реальностью, будет рассказано в следующей главе. Первыми в такие путешествия
всегда отправляются теоретики. Они не связаны со сложными, дорогостоящими
приборами и с помощью своих формул могут углубляться в области, куда
экспериментаторы придут лишь через много лет. Физика наших дней — наука
математическая, и часто оказывается так, что в ее уравнениях бывают скрыты неожиданные
возможности, приводящие к замечательным предсказаниям и к выдающимся
открытиям.
ПОДВАЛ

ПАРАДОКСЫ БОЛЬШОГО ВЗРЫВА
Чарльз Линевивер, Тамара Дэвис
Даже астрономы не всегда правильно понимают расширение Вселенной.
Раздувающийся воздушный шар - старая, но хорошая аналогия расширения Вселенной.
Галактики, расположенные на поверхности шара, неподвижны, но поскольку
Вселенная расширяется, расстояние между ними возрастает, а размеры самих галактик
не увеличиваются.
В июле 1965 г. ученые объявили об открытии явных признаков расширения
Вселенной из более горячего и плотного исходного состояния. Они нашли остывающее
послесвечение Большого взрыва - реликтовое излучение. С этого момента
расширение и охлаждение Вселенной легло в основу космологии. Космологическое
расширение позволяет понять, как формировались простые структуры и как они
постепенно развивались в сложные. Спустя 75 лет после открытия расширения
Вселенной многие ученые не могут проникнуть в его истинный смысл. Джеймс Пиблз
(James Peebles), космолог из Принстонского университета, изучающий реликтовое
излучение, писал в 1993 г. : «Мне кажется, что даже специалисты не знают,
каково значение и возможности модели горячего Большого взрыва».
Известные физики, авторы учебников по астрономии и популяризаторы науки
порою дают неверную или искаженную трактовку расширения Вселенной, которое
легло в основу модели Большого взрыва. Что же мы имеем в виду, когда говорим,
что Вселенная расширяется? Несомненно, сбивает с толку то обстоятельство, что
теперь говорят об ускорении расширения, и это ставит нас в тупик.
Что такое
расширение ?
Когда расширяется что-нибудь привычное, например, влажное пятно или Римская
империя, то они становятся больше, их границы раздвигаются, и они начинают
занимать больший объем в пространстве. Но Вселенная, похоже, не имеет
физических ограничений, и ей некуда двигаться. Расширение нашей Вселенной очень
похоже на надувание воздушного шара. Расстояния до далеких галактик увеличива-

ются. Обычно астрономы говорят, что галактики удаляются или убегают от нас,
но не перемещаются в пространстве, как осколки «бомбы Большого взрыва». В
действительности расширяется пространство между нами и галактиками,
хаотически движущимися внутри практически неподвижных скоплений. Реликтовое
излучение заполняет Вселенную и служит системой отсчета, подобной резиновой
поверхности воздушного шара, по отношению к которой движение и может быть измерено.
Находясь вне шара, мы видим, что расширение его искривленной двухмерной
поверхности возможно только потому, что она находится в трехмерном
пространстве . В третьем измерении располагается центр шара, а его поверхность
расширяется в окружающий его объем. Исходя из этого, можно было бы заключить, что
расширение нашего трехмерного мира требует наличия у пространства четвертого
измерения. Но согласно общей теории относительности Эйнштейна, пространство
динамично: оно может расширяться, сжиматься и изгибаться.
КОСМИЧЕСКОЕ НЕДОРАЗУМЕНИЕ
Расширение Вселенной - одна из фундаментальных концепций современной науки
- до сих пор получает различное толкование.
Не следует воспринимать термин «Большой взрыв» буквально. Он не был бомбой,
взорвавшейся в центре Вселенной. Это был взрыв самого пространства, который
произошел повсеместно, подобно тому, как расширяется поверхность
надуваемого воздушного шара.
Понимание различия между расширением пространства и расширением в
пространстве крайне важно для того, чтобы понять, каков размер Вселенной, скорость
разбегания галактик, а также возможности астрономических наблюдений и
природы ускорения расширения, которое, вероятно, испытывает Вселенная.
Модель Большого взрыва описывает лишь то, что случилось после него.
Дорожная
пробка
Вселенная самодостаточна. Не требуются ни центр, чтобы расширяться от него,
ни свободное пространство с внешней стороны (где бы она ни находилась), чтобы
туда расширяться. Правда, некоторые новейшие теории, такие как теория струн,
постулируют наличие дополнительных измерений, но при расширении нашей
трехмерной Вселенной они не требуются.
В нашей Вселенной, как и на поверхности воздушного шара, каждый объект
отдаляется от всех остальных. Таким образом, Большой взрыв не был взрывом в
пространстве, а скорее это был взрыв самого пространства, который не
произошел в определенном месте и затем не расширялся в окружающую пустоту. Это
произошло всюду одновременно.
Если представить, что мы прокручиваем киноленту в обратном порядке, то
увидим, как все области Вселенной сжимаются, а галактики сближаются, пока не
столкнутся все вместе в Большом взрыве, как автомобили в дорожной пробке. Но
сопоставление тут не полное. Если бы речь шла о происшествии, то вы могли бы
объехать затор, услышав сообщения о нем по радио. Но Большой взрыв был
катастрофой, которую невозможно избежать. Это похоже на то, как если бы
поверхность Земли и все дороги на ней смялись, но автомобили оставались бы прежнего
размера. В конце концов, машины столкнулись бы, и никакое сообщение по радио
не помогло бы предотвратить это. Так же и Большой взрыв: он произошел
повсеместно, в отличие от взрыва бомбы, который происходит в определенной точке, а
осколки разлетаются во все стороны.
Теория Большого взрыва не дает нам информации о размере Вселенной и даже о
том, конечна она или бесконечна. Теория относительности описывает, как расши-

ряется каждая область пространства, но ничего не говорится о размере или
форме. Иногда космологи заявляют, что Вселенная когда-то была не больше
грейпфрута , но они имеют в виду лишь ту ее часть, которую мы сейчас можем
наблюдать .
У обитателей туманности Андромеды или других галактик свои наблюдаемые
вселенные . Наблюдатели, находящиеся в Андромеде, могут видеть галактики, которые
недоступны нам, просто из-за того, что они немного ближе к ним; зато они не
могут созерцать те, которые рассматриваем мы. Их наблюдаемая Вселенная тоже
была размером с грейпфрут. Можно вообразить, что ранняя Вселенная была похожа
на кучу этих фруктов, безгранично простирающуюся во всех направлениях.
Значит, представление о том, что Большой взрыв был «маленьким», ошибочно.
Пространство Вселенной безгранично. И как его ни сжимай, оно таковым и
останется.
Быстрее света
Ошибочные представления бывают связаны и с количественным описанием
расширения . Скорость, с которой увеличиваются расстояния между галактиками,
подчиняется простой закономерности, выявленной американским астрономом Эдвином
Хабблом (Edwin Hubble) в 1929 г.: скорость удаления галактики v прямо
пропорциональна его расстоянию от нас d, или v = Hd. Коэффициент пропорциональности
Н называется постоянной Хаббла и определяет скорость расширения пространства
как вокруг нас, так и вокруг любого наблюдателя во Вселенной.
Некоторых сбивает с толку то, что не все галактики подчиняются закону
Хаббла. Ближайшая к нам крупная галактика (Андромеда) вообще движется к нам, а не
от нас. Такие исключения бывают, поскольку закон Хаббла описывает лишь
среднее поведение галактик. Но каждая из них может иметь и небольшое собственное
движение, поскольку галактики гравитационно воздействуют друг на друга, как,
например, наша Галактика и Андромеда. Отдаленные галактики также имеют не-

большие хаотические скорости, но при большом расстоянии от нас (при большом
значении d) эти случайные скорости ничтожно малы на фоне больших скоростей
удаления (v). Поэтому для далеких галактик закон Хаббла выполняется с высокой
точностью.
Согласно закону Хаббла, Вселенная расширяется не с постоянной скоростью.
Некоторые галактики удаляются от нас со скоростью 1 тыс. км/с, другие,
находящиеся вдвое дальше, со скоростью 2 тыс. км/с, и т.д. Таким образом, закон
Хаббла указывает, что, начиная с некоторого расстояния, называемого хабблов-
ским, галактики удаляются со сверхсветовой скоростью. Для измеренного
значения постоянной Хаббла это расстояние составляет около 14 млрд. световых лет.
МОГУТ ЛИ ГАЛАКТИКИ УДАЛЯТЬСЯ СО СКОРОСТЬЮ ВЫШЕ СКОРОСТИ СВЕТА?
НЕВЕРНО: Частная теория
относительности Эйнштейна запрещает это.
Рассмотрим область пространства, содержащую
несколько галактик. Из-за ее
расширения галактики удаляются от нас. Чем
дальше галактика, тем больше ее
скорость (красные стрелки). Если
скорость света - предел, то скорость
удаления должна в итоге стать
постоянной .
В
Скорость галактики
ВЕРНО: Разумеется, могут. Частная
теория относительности не
рассматривает скорость удаления. Скорость
удаления бесконечно возрастает с
расстоянием . Дальше некоторого расстояния,
называемого хаббловским, она
превышает скорость света. Это не является
нарушением теории относительности,
поскольку удаление вызвано не
движением в пространстве, а расширением
самого пространства.

МОЖНО ЛИ УВИДЕТЬ ГАЛАКТИКИ, УДАЛЯЮЩИЕСЯ БЫСТРЕЕ СВЕТА?
НЕВЕРНО: Конечно, нет. Свет от таких
галактик улетает вместе с ними. Пусть
галактика находится за пределом хабб-
ловского расстояния (сфера), т.е.
удаляется от нас быстрее скорости
света. Она испускает фотон (помечено
желтым цветом) . Пока фотон летит
сквозь пространство, само оно
расширяется. Расстояние до Земли
увеличивается быстрее, чем движется фотон.
Он никогда не достигнет нас.
ВЕРНО: Конечно можно, поскольку
скорость расширения изменяется со
временем. Сначала фотон действительно
сносится расширением. Однако хаббловское
расстояние не постоянно: оно
увеличивается, и в конце концов фотон может
попасть в сферу Хаббла. Как только
это случится, фотон будет двигаться
быстрее, чем удаляется Земля, и он
сможет достичь нас.
1 * —
I 1
1
Растяжение
фотонов
Первые наблюдения, показывающие, что Вселенная расширяется, были сделаны
между 1910 и 1930 г. В лаборатории атомы испускают и поглощают свет всегда на
определенных длинах волн. То же наблюдается и в спектрах далеких галактик, но
со смещением в длинноволновую область. Астрономы говорят, что излучение
галактики испытывает красное смещение. Объяснение простое: при расширении
пространства световая волна растягивается и поэтому ослабевает. Если в течение
того времени, пока световая волна дошла до нас, Вселенная расширилась вдвое,
то и длина волны удвоилась, а ее энергия ослабла в два раза.
Процесс можно описать в терминах температуры. Испускаемые телом фотоны
имеют распределение по энергии, которое в целом характеризуют температурой,
указывающей, насколько тело горячее. Когда фотоны движутся в расширяющемся
пространстве, они теряют энергию и их температура снижается. Таким образом,
Вселенная при расширении охлаждается, как сжатый воздух, вырывающийся из баллона

аквалангиста. К примеру, реликтовое излучение сейчас имеет температуру около
3 К, тогда как оно родилось при температуре около 3000 К. Но с того времени
Вселенная увеличилась в размере в 1000 раз, а температура фотонов понизилась
во столько же раз. Наблюдая газ в далеких галактиках, астрономы прямо
измеряют температуру этого излучения в далеком прошлом. Измерения подтверждают, что
Вселенная со временем охлаждается.
В связи между красным смещением и скоростью также существуют некоторые
противоречия. Красное смещение, вызванное расширением, часто путают с более
знакомым красным смещением, вызванным эффектом Доплера, который обычно делает
звуковые волны более длинными, если источник звука удаляется. То же верно и
для световых волн, которые становятся более длинными, если источник света
отдаляется в пространстве.
Доплеровское красное смещение и космологическое красное смещение - вещи
абсолютно разные и описываются различными формулами. Первая вытекает из частной
теории относительности, которая не принимает во внимание расширение
пространства, а вторая следует из общей теории относительности. Эти две формулы почти
одинаковы для близлежащих галактик, но различаются для отдаленных.
Согласно формуле Доплера, если скорость объекта в пространстве приближается
к скорости света, то его красное смещение стремится к бесконечности, а длина
волны становится слишком большой и поэтому недоступной для наблюдения. Если
бы это было верно для галактик, то самые отдаленные видимые объекты на небе
удалялись бы со скоростью, заметно меньшей скорости света. Но космологическая
формула для красного смещения приводит к другому выводу. В рамках стандартной
космологической модели галактики с красным смещением около 1,5 (т.е.
принимаемая длина волны их излучения на 50% больше лабораторного значения)
удаляются со скоростью света. Астрономы уже обнаружили около 1000 галактик с
красным смещением больше 1,5. А значит, нам известно около 1000 объектов,
удаляющихся быстрее скорости света. Реликтовое излучение приходит с еще большего
расстояния и имеет красное смещение около 1000. Когда горячая плазма молодой
Вселенной испускала принимаемое нами сегодня излучение, она удалялась от нас
почти в 50 раз быстрее скорости света.
ГИПОТЕЗА УСТАЛОСТИ
Каждый раз, когда Scientific American публикует статью по космологии,
многие читатели пишут нам, что, по их мнению, галактики на самом деле не
удаляются от нас и что расширение пространства - иллюзия. Они полагают, что
красное смещение в спектрах галактик вызвано чем-то вроде «утомления» от
долгой поездки. Некий неизвестный процесс вынуждает свет, распространяясь
сквозь пространство, терять энергию и поэтому краснеть.
Данной гипотезе уже более полувека, и на первый взгляд она выглядит
разумной. Но она совершенно не согласуется с наблюдениями. Например, когда
звезда взрывается как сверхновая, она вспыхивает, а затем тускнеет. Весь
процесс длится примерно две недели у сверхновых того типа, который астрономы
используют для определения расстояний до галактик. За этот период времени
сверхновая излучает поток фотонов. Гипотеза усталости света говорит, что за
время пути фотоны потеряют энергию, но наблюдатель все равно получит поток
фотонов длительностью в две недели.
Однако в расширяющемся пространстве не только сами фотоны растягиваются (и
поэтому теряют энергию), но и их поток также растягивается. Поэтому
требуется более двух недель, чтобы все фотоны добрались до Земли. Наблюдения
подтверждают такой эффект. Вспышка сверхновой в галактике с красным
смещением 0,5 наблюдается три недели, а в галактике с красным смещением 1 -
месяц.

Гипотеза усталости света противоречит также наблюдениям спектра реликтового
излучения и измерениям поверхностной яркости далеких галактик. Пришло время
отправить на покой «утомленный свет».
Сверхновые звезды, как эта в скоплении галактик в Деве, помогают измерять
космическое расширение. Их наблюдаемые свойства исключают альтернативные
космологические теории, в которых пространство не расширяется.
Бег1 на месте
Трудно поверить, что мы можем видеть галактики, движущиеся быстрее скорости
света, однако это возможно из-за изменения скорости расширения. Вообразите
луч света, идущий к нам с расстояния большего, чем расстояние Хаббла (14
млрд. световых лет). Он движется к нам со скоростью света относительно своего
местоположения, но само оно удаляется от нас быстрее скорости света. Хотя
свет устремляется к нам с максимально возможной скоростью, он не может
угнаться за расширением пространства. Это напоминает ребенка, пытающегося
бежать в обратную сторону по эскалатору. Фотоны на хаббловском расстоянии
перемещаются с максимальной скоростью, чтобы оставаться на прежнем месте.
Можно подумать, что свет из областей, удаленных дальше расстояния Хаббла,
никогда не сможет дойти до нас и мы его никогда не увидим. Но расстояние
Хаббла не остается неизменным, поскольку постоянная Хаббла, от которой оно
зависит, меняется со временем. Эта величина пропорциональна скорости разбега-
ния двух галактик, деленной на расстояние между ними. (Для вычисления можно
использовать любые две галактики.) В моделях Вселенной, согласующихся с
астрономическими наблюдениями, знаменатель увеличивается быстрее числителя,
поэтому постоянная Хаббла уменьшается. Следовательно, расстояние Хаббла растет.
А раз так, свет, который первоначально не достигал нас, может со временем
оказаться в пределах хаббловского расстояния. Тогда фотоны окажутся в
области, удаляющейся медленнее скорости света, после чего они смогут добраться до
нас.
Однако галактика, пославшая свет, может продолжать удаляться со
сверхсветовой скоростью. Таким образом, мы можем наблюдать свет от галактик, которые,
как и прежде, всегда будут удаляться быстрее скорости света. Одним словом,
хаббловское расстояние не фиксировано и не указывает нам границы наблюдаемой
Вселенной.
А что в действительности отмечает границу наблюдаемого пространства? Здесь
тоже происходит некая путаница. Если бы пространство не расширялось, то самый
отдаленный объект мы могли бы наблюдать теперь на расстоянии около 14 млрд.
световых лет от нас, т.е. на расстоянии, которое свет преодолел за 14 млрд.
лет, прошедших с момента Большого взрыва. Но поскольку Вселенная расширяется,
пространство, пересеченное фотоном, расширилось за время его пути. Поэтому
текущее расстояние до самого удаленного из наблюдаемых объектов примерно
втрое больше - около 46 млрд. световых лет.

действительно ли космическое красное смещение - это доплеровское смещение?
НЕВЕРНО: Да, потому что удаляющиеся
галактики движутся в пространстве. В
эффекте Доплера световые волны
растягиваются (становясь более красными), когда
их источник удаляется от наблюдателя.
Длина волны света не меняется во время
его путешествия сквозь пространство.
Наблюдатель принимает свет, измеряет его
красное смещение и вычисляет скорость
галактики.
ВЕРНО: Нет, красное смещение не имеет
никакого отношения к эффекту Доплера.
Галактика почти неподвижна в
пространстве, поэтому испускает свет одинаковой
длины волны во всех направлениях. За
время пути длина волны становится
больше , поскольку пространство расширяется.
Поэтому свет постепенно краснеет.
Наблюдатель принимает свет, измеряет его
красное смещение и вычисляет скорость
галактики. Космическое красное смещение
отличается от доплеровского смещения,
что подтверждают наблюдения.

Раньше космологи думали, что мы живем в замедляющейся Вселенной и поэтому
можем наблюдать все больше и больше галактик. Однако в ускоряющейся Вселенной
мы отгорожены границей, вне которой никогда не увидим происходящие события -
это космический горизонт событий. Если свет от галактик, удаляющихся быстрее
скорости света, достигнет нас, значит, расстояние Хаббла увеличится. Но в
ускоряющейся Вселенной его увеличение запрещено. Удаленное событие может
послать луч света в нашем направлении, но этот свет навсегда останется за
пределом расстояния Хаббла из-за ускорения расширения.
Как видим, ускоряющаяся Вселенная напоминает черную дыру, тоже имеющую
горизонт событий, извне которого мы не получаем сигналов. Нынешнее расстояние
до нашего космического горизонта событий (16 млрд. световых лет) целиком
лежит в пределах нашей наблюдаемой области. Свет, испущенный галактиками,
находящимися сейчас дальше космического горизонта событий, никогда не сможет
достигнуть нас, т.к. расстояние, которое сейчас соответствует 16 млрд. световых
лет, будет расширяться слишком быстро. Мы сможем увидеть события,
происходившие в галактиках прежде, чем они пересекли горизонт, но о последующих
событиях мы не узнаем никогда.
Во Вселенной
расширяется все?
Люди часто думают, что если пространство расширяется, то и все в нем тоже
расширяется. Но это неверно. Расширение как таковое (т.е. по инерции, без
ускорения или замедления) не производит никакой силы. Длина волны фотона
увеличивается вместе с ростом Вселенной, поскольку в отличие от атомов и планет
фотоны не связанные объекты, размеры которых определяются равновесием сил.
Изменяющаяся скорость расширения действительно вносит новую силу в
равновесие, но и она не может заставить объекты расширяться или сжиматься.
Например, если бы гравитация стала сильнее, ваш спинной мозг сжался бы,
пока электроны в позвоночнике не достигли бы нового положения равновесия, чуть
ближе друг к другу. Ваш рост немного уменьшился бы, но сжатие на этом
прекратилось бы. Точно так же, если бы мы жили во Вселенной с преобладанием сил
тяготения, как еще несколько лет назад считало большинство космологов, то
расширение замедлялось бы, а на все тела действовало бы слабое сжатие,
заставляющее их достигать меньшего равновесного размера. Но, достигнув его, они бы
больше не сжимались.
Фактически же расширение ускоряется, что вызвано слабой силой,
«раздувающей» все тела. Поэтому связанные объекты имеют размеры немного больше, чем
были бы в неускоряющейся Вселенной, поскольку равновесие сил достигается у
них при немного большем размере. На поверхности Земли ускорение, направленное
наружу, от центра планеты, составляет мизерную долю нормального
гравитационного ускорения к центру. Если это ускорение неизменно, то оно не заставит
Землю расширяться. Просто планета принимает чуть больший размер, чем он был
бы без силы отталкивания.
Но все изменится, если ускорение не постоянно, как полагают некоторые
космологи. Если отталкивание увеличивается, то это может, в конце концов,
вызвать разрушение всех структур и привести к «Большому разрыву», который
произошел бы не из-за расширения или ускорения как такового, а потому что
ускорение ускорялось бы.
По мере того как новые точные измерения помогают космологам лучше понять
расширение и ускорение, они могут задаться еще более фундаментальными
вопросами о самых ранних мгновениях и наибольших масштабах Вселенной. Чем было
вызвано расширение? Многие космологи считают, что в этом виноват процесс,
называемый «инфляцией» (раздуванием), особый тип ускоряющегося расширения. Но

возможно, это лишь частичный ответ: чтобы она началась, похоже, Вселенная уже
должна была расширяться. А что относительно наибольших масштабов за пределом
наших наблюдений? Расширяются ли разные части Вселенной по-разному, так, что
наша Вселенная - это всего лишь скромный инфляционный пузырь в гигантской
сверхвселенной? Никто не знает. Но мы надеемся, что со временем мы сможем
прийти к пониманию процесса расширения Вселенной.
НАСКОЛЬКО ВЕЛИКА НАБЛЮДАЕМАЯ ВСЕЛЕННАЯ?
НЕВЕРНО: Вселенной 14 млрд. лет, поэтому
наблюдаемая ее часть должна иметь радиус 14
млрд. световых лет. Рассмотрим самую далекую
из наблюдаемых галактик - ту, чьи фотоны,
испущенные сразу после Большого взрыва, только
теперь достигли нас. Световой год - это
расстояние, проходимое фотоном за год. Значит,
фотон преодолел 14 млрд. световых лет.
ВЕРНО: Поскольку пространство расширяется,
наблюдаемая область имеет радиус больше, чем
14 млрд. световых лет. Пока фотон
путешествует, пространство, которое он пересекает,
расширяется. К моменту, когда он достигает нас,
расстояние до испустившей его галактики
становится больше, чем просто вычисленное по
времени полета, - приблизительно втрое
больше.

Замечания1
Все недоразумения, с которыми спорят авторы статьи, связаны с тем, что для
наглядности чаще всего рассматривают расширение ограниченного объема
Вселенной в жесткой системе отсчета (причем расширение достаточно маленькой
области, чтобы не учитывать разность хода времени на Земле и на далеких галактиках
в земной системе отсчета). Отсюда представление и о взрыве, и о доплеровском
смещении, и распространенная путаница со скоростями движения. Авторы же
пишут, и пишут правильно, как все выглядит в неинерциальной (сопутствующей)
системе координат, в которой обычно работают космологи, хотя в статье прямо
не говорится об этом (в принципе, все расстояния и скорости зависят от выбора
системы отсчета, и здесь всегда есть некий произвол). Единственно, что
написано нечетко, так это то, что не определено, что же в расширяющейся Вселенной
понимается под расстоянием. Сначала у авторов это скорость света, умноженная
на время распространения, а далее говорится, что необходим еще учет
расширения, которое удалило галактику еще больше, пока свет был в пути. Таким
образом, расстояние уже понимается как скорость света, умноженная на время
распространения, которое он потратил бы, если бы галактика перестала удаляться и
излучила свет сейчас. В действительности все сложнее. Расстояние - величина
модельно зависимая и непосредственно из наблюдений не получаемая, поэтому
космологи без него прекрасно обходятся, заменяя красным смещением. Но может
быть, более строгий подход здесь и неуместен.
(ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ)
1 Засов А.В.

Литпортал
БОЯТСЯ ЛИ КОМПЬЮТЕРЫ АДСКОГО ПЛАМЕНИ
Тюрин А. В.
«Свет - это тьма, поставленная раком.»
Неизвестный китайский мыслитель
Вместо пролога
"На обломках интернета
разгорается Третья Мировая"
(New-York Times, 23 февраля 2012 г.)
Не прошло и пары лет, как счастливый Масаеши-внук, владелец "Yahoo Softbank
Corp." объявил, что скупил практически все крупные серверы Интернета, а также
запустил на орбиту спутниковую систему, которая поддерживает решетку
мгновенной связи. За каких-то два года «Yahoo!!!» превратился из заурядной поисковой
машины с давно осточертевшими баннерами во всеведущую и вездесущую глобальную
кибероболочку с таинственным именем - виртуальный эксперт Гальгальта. Все
пользователи Интернета, поддавшись на гипнотическую рекламу, обзавелись своим
полномочным электронным двойником, по прозвищу "джин", для путешествий в
сетевом пространстве. И этому сверхскоростному джину стали без ограничений дос-

тупны все сокровищницы, прописанные в МетаВеб, от онлайновых распродаж до
девушек, "мечтающих познакомиться". Но самое главное, мировая информационная
паутина получила глобальную антивирусную защиту, Гальгальта безжалостно
уничтожил мириады "вирусов", "червей", "троянцев" и "спам-боты", которые
превращали даже компьютер твоей тетушки в форменные джунгли.
И вот, не смотря на этот хоровод побед, на пресс-конференции в
Международном Центре Торговли вместо счастливо-улыбающегося Масаеши-внука двухгодичной
давности мы увидели растерянного потного человека, который пугался каждому
новому вопросу и все старался расплакаться по старинному японскому обычаю.
Итак, мистеру монополисту не по себе. На глобальную антивирусную систему
нашелся глобальный же вирус. И вот уже почти неделю Гальгальта молчит. В
состоянии хаоса сотни правительственных и частных программ, связанных с
виртуальным экспертом, как младенцы с матерью. Единое кибернетическое пространство
рассыпается на глазах, оставляя мир в куда худшем состоянии, чем пару лет
назад. Финансовый кризис превращается в финансовый водоворот, доллары
возвращаются в Америку, сметая все рынки на своем пути. Оборонные системы США.,
проводившие столь рискованную игру с Китаем, Индонезией и Всемирным Халифатом,
пребывают в состоянии коллапса. Ударный американский авианосец пХиллари
Клинтон" потоплен в Южно-китайском море - скорее всего, стаей модифицированных
осьминогов, начиненных по самый клюв пластиковой взрывчаткой. Индонезийские
военные открещиваются от своей причастности к "осьминожьей" атаке. Наверное,
сама тихоокеанская фауна открыла сезон охоты на американские корабли и
субмарины .
Идут тяжелые бои под Владивостоком и Хабаровском между российской морской
пехотой и десантно-штурмовыми частями неизвестной страны с применением кевла-
ровых микророботов типа "инь" и "янь", обладающих стайным интеллектом.
Не умолкает канонада в районе Севана, где армяне и дивизия российских
военных советников противостоят очередному наступлению Пантурецкой конфедерации.
Пантурки направляют в бой так называемых "янычаров" - военнопленных, у
которых мотивация изменена при помощи диффузного наноимпланта, инъецированного
непосредственно в мозг.
Индия использовала спутниковые гамма-лазеры "Глаз Шивы" для распыления
президентского дворца в Исламабаде.
После введения шариатского запрета на вино Франция охвачена беспорядками.
Левоисламистское правительство борется против праворадикальных виноделов,
блокируя дороги с помощью чрезвычайно эффективного металлорганического клея.
На стороне виноделов выступили парижские проститутки, раздраженные законом об
обязательном ношении паранджи в общественных местах. Группа девиц легкого
поведения сегодня ночью овладела Версалем, судьба президента де ла Моля
неизвестна. Стражи Исламской революции, охранявшие президентскую резиденцию,
бежали, испугавшись "принять смерть от руки женщины".
Бушует море там, где раньше были Нидерланды. Доктор абу-Али ибн-Сина, лидер
фундаменталистской группировки "Физики Ислама", поделился мнением, что
погружение этой страны в пучину морскую - есть кара свыше за сотрудничество
голландских властей с сионистами в 16 веке. Божья кара осуществлена с помощью
подрыва "грязных" бомб в Гольфстриме.
По свидетельствам очевидцев, на границе с Бельгией море превращается в
агрессивный коллоидный раствор, который разъедает даже резиновые перчатки. В
растворе присутствуют наночастицы, на поверхности которых при помощи
электронного микроскопа можно разобрать слово "месть".
Третью неделю вся Германия страдает от дизентерии. Эпидемия была вызвана
синтетическим диверсионным вирусом "Арык-9", эволюционизирующим в сосисках и
колбасе. Страна столкнулась с серьезными проблемами при утилизации огромного
количества жидких отходов.

Стаи генетически измененной саранчи со знаками полумесяца на крыльях
опустошают киббуцные поля в Израиле.
В мусульманских кварталах Лондона, Берлина и Нью-Йорка состоялись публичные
казни провайдеров и пользователей сети, которых обвиняют в связях с сатаной.
Земной шар быстро покрывается синяками и кровоподтеками и скоро на нем
живого места не останется.
Гальгальта, очнись и скажи нам в каком мире мы будем жить через пять лет и
будем ли жить вообще?
1. "Посиделки"
Закрытая зона "Мичуринск",
астероид Гаспра, январь 2053 г.
Открылся люк, похожий на жвала жука, и выплюнул малосимпатичного во всех
отношениях человека. Пожалуй, только убогий рост мог вызвать к нему какое-то
сочувствие. Да и то ненадолго.
За столом, не имеющим ножек, сидело уже двое. Один - поперек себя шире.
Другой - узкий, влажный и склизкий, как облизанный леденец. Впрочем,
пигментный штамп над его правым глазом свидетельствовал о стандартной процедуре кло-
ноинкубации.
Прибывший коротышка оглянул встречающих и выдохнул с каким-то странным
двойным шипением.
- Такое впечатление, Анпилин, что ты еще и задницей дышишь, - осклабился
человек-леденец.
- Твое внимание к моей дыхательной системе так трогательно, Додо-Дубль. -
отозвался коротышка. - Особенно после того, как на вашей гостеприимной Гаспре
мне разок уже отключили кислород. Десять минут в безвоздушном коридоре. И это
после того, что я долго-долго удирал от ментов в контейнере с сильнозаморо-
женным фаршем. Сто восемьдесят миллионов километров при температуре минус сто
пятьдесят.
- Но ты вроде жив-здоров, малыш. Глазки по-прежнему бегают, ушки
оттопырены, - включился человек-квадрат. - Я рад, хотя, в общем-то мне плевать, живой
ты или дохлый. Гораздо важнее то, что ты продал Зонненфельду, и что
собираешься всучить нам.
- Ну, если ты так торопишься.
Анпилин засунул длинный узкий палец под верхнее веко и стал отжимать
глазное яблоко книзу - пока не блеснул встроенный в глазную впадину контейнер.
Затем, наклонившись над стаканом, направил в него струйку молочного цвета.
- У тебя в башке, кроме этого коктейля, что-нибудь еще есть? - справился
человек-леденец. Впрочем, вопрос не требовал ответа.
Стакан наполнился едва ли на четверть, а потом заскользил к центру стола.
Взоры всех трех собеседников впились в его содержимое. Мощная пленка
поверхностного натяжения быстро сжала жидкость в пузырь. Пузырь стал выбираться из
стакана, поплевывая по дороге крохотными струйками.
- Ну и как это называется? - несколько недоумевая, спросил человек-квадрат.
- Карл, дорогой, это назы..., - начал Анпилин.
- Стоп! Заткнись, блин! - заорал человек-леденец. Из рукава его комбеза
влетело в руку нечто напоминающее солонку; из нее выпорхнули искорки,
мгновение спустя превратившиеся в лезвие из зеленоватого огня.
Однако для коротышки по имени Анпилин мгновения не были скоротечными. Ней-
роакселераторы ускорили движения его челюстей, губ, голосовых связок.
- ... вается белая...
Лезвие уже превратилось в зеленый веер, которая вошел в тощую шею Анпилина.
- ... улыбка...кхх...

Лезвие перерезало голосовые связки Анпилина и разделило напополам его
трахею.
Голова Анпилина соскальзывает с шеи. Массированный выброс экстраморфина
купирует боль, которая врывается в его мозг через пять секунд. Правый его глаз
будет видеть еще шестьдесят секунд, но задние доли мозга, получающие
зрительную информацию, проработают едва ли полминуты.
Глаз Анпилина видит, как из превратившейся в пенек шеи прорастает алый
куст. Мозг Анпилина еще осознает, что это хлестнувшая из разорванных сосудов
кровь. Видит глаз и то, как зеленый веер входит в покинутое головой тщедушное
тело, разрезая его наискось от плеча. А еще умирающий взгляд фиксирует, что
молочный пузырь, выбравшийся из стакана и получивший звуковую команду,
бросает струйку в глаз Карла фон Талера.
Человек-квадрат не успевает заслониться ладонью и его пораженный глаз сразу
разбухает под аккомпанемент страшного рева, вылетающего из широкой глотки.
Задыхающийся мозг Анпилина не дает ему дальше любоваться столь приятной
картиной. Умирающий коротышка видит мрачные тиски, которые сходятся,
сдавливая свет и заслоняя мир. Стиснутый свет напоследок становится ярче, но тут
же, окончательно истощившись, проваливается в точку и исчезает.
Человека по имени Анпилин больше нет. Ширококостный Карл фон Талер с
мгновенно набухшим глазом валится на пол и несколько раз подпрыгивает на нем как
мячик, ведь сила тяжести на Гаспре совсем незначительная.
Человек-леденец увиливает от другой струйки, выпущенной пузырем и пытается
юркнуть в люк, напоминающий рот таракана. Другая струйка, отразившись от
стены, ударяет его в глаз, который сразу взрывается. Додо-Дубль скользит на
животе по полу, врезается головой в стенку и, трепыхнувшись пару раз,
застывает .
Куски коротышки Анпилина мокнут в луже крови. Однако, его кровь не
растекается по полу, напротив, она втягивается обратно в расчлененное тело. Голова
его приходит в движение с помощью гримас, а если точнее, сокращений
мимических мышц лица. Она направляется к шее, которая уже покрылась протеиновой
пенкой.
От шеи Анпилина к Талеру и Додо-Дублю протягивается с десяток тонких
вибрирующих трубочек. Несколько раз ужалив дородного Карла, они полностью
переключаются на Додо, который безропотно жертвует свою кровь коротышке.
С помощью рук сползаются вместе куски Анпилина. "Стыки" заполняются
подвижными слизневидными образованиями, которые быстро застывают и становятся
швами.
Через две минуты Анпилин открывает глаза и начинает воспринимать образы.
Еще через тридцать секунд полисахаридный чип заканчивает регенерацию нейронов
и электрохимические импульсы влетают по оптическому нерву в зрительный центр
мозга.
Изображение фокусируется и воскресший коротышка видит люк, через который
пытался ускользнуть Додо-Дубль. Анпилин, роняя слюну - рефлекторные цепи еще
не совсем отрегулированы - ползет, потом идет на четвереньках, наконец,
поднимается и приваливается к люку.
Люк сканирует коротышку и, использовав полностью положенные пять
проверочных секунд, сообщает несколько недовольно:
- Количество расхождений не превышает допустимого значения, так что я не
могу не пропустить вас, Додо.
- Чтоб тебя мастер разобрал, - откликается коротышка, пробуя голосовые
связки и не удивляясь тому, что люк спутал его с безвременно почившим Додо-
Дублем.
Анпилин проходит по длинному коридору вдоль сломанного транспортера,
смахивающего на разлившуюся ртуть. В конце коридора его встречает охранник, чье

лицо закрыто полупрозрачным металлорганическим забралом вполне естественного
происхождения - нарост идет от надбровных дух1. Под кожей его предплечий ходят
жилы, напоминающие провода. Ладони-грабли сжимают плазмобой двадцатого
калибра.
Но рослый охранник не сочится спокойной уверенностью как обычно, он слегка
растерян, даже постукивает пальцем по забралу, словно недоволен изображением.
Затем говорит неожиданно высоким голосом, более подходящим для девушки.
- Черт, в глазах муть какая-то. Додо, это ж ты; неужели ты отчаливаешь, не
прикончив Анпилина? Чего, не понравилось на Гаспре?
- Там хорошо, где нас как будто нет, Мэри Джон, - отзывается Анпилин.
- Ты всегда так говоришь, Додо, а потом вещи пропадают.
- Если честно, я в Афины намылился.
- Что-то я не знаю такого астероида.
- Это город на Земле, такой же древний, как и Иерусалим. И надо туда
поскорее, потому что срок командировочного удостоверения истекает; как ты
понимаешь , оно тоже ворованное.
2. "Незнайки в
солнечном городе"
Марс, солнечный город
Свободобратск, апрель 2053 г.
Эта игра называлась "мяч" - просто и со вкусом, в древнегреческом стиле.
Одежды игроков именовались туниками, а игровой зал, на тот же манер, гимнази-
ем.
Одной стороной гимназий был обращен к городу, его мраморным портикам,
агорам, мусейонам, проскенионам, ипподромам и парфенонам. Будучи воскрешен, Вет-
рувий <прим. древнеримский разработчик канонов классицизма-монументализма>
сразу бы умер бы от восторга при одном взгляде на Свободобратск.
С другой стороны открывался вид на величественную гору Олимп, густо
заросшую вечнозелеными кипарисовыми рощами, кое-где прикрытую вуалью облаков и
патиной дождей. Сегодня гора казалась похожей на столб изумрудного дыма,
тянущийся к небу.
А небо было залито таким ярким аквамарином, как это возможно только на
красном коммунарском Марсе.
Мяч был один к одному сгусток холодного огня, ниспосланный громовержцем
Зевсом. На какие-то доли секунды он прилипал к рукам игроков, получал
мысленный приказ, а затем уносился, петляя и кружа, как живая молния.
Игроки имели вид не только совершенный, но и стимулирующий у лиц
противоположного пола выделение сексуальных гормонов.
Волосы мужчин напоминали золотую стружку, челюсти вписывались в волевой
квадрат, кожа блестела, подчеркивая рельеф мускулатуры. Женщины выглядели
более разнообразно: волоокие или же раскосые, бронзово или белокожие, но
одинаково вдохновляли красотой мужчин.
Тела игроков не были искажены ни мутациями, ни болезнями, ни косметохирур-
гией и соответствовали всем канонам Праксителя.
Вот одна юная богиня подпрыгнула, пользуясь пониженной силой тяжести,
застыла в воздухе словно облачко, изогнулась как татарская сабля и шлепнула по
мячу, который полетел по одной из десяти миллионов заложенных в него
траекторий.
Девушка в сальто-мортале вернулась на вибрирующий вогнутый пол. А молодой
полубог ринулся со струящегося, словно водоворот потолка, однако, не сумел
остановить огненный шар, который, просочившись между его могучих рук, исчез в
зеркальной выпуклости ворот. Да и возвращение на площадку оказалось не слиш-

ком удачным и игрок растянулся на полу.
Раздались хлопки, заиграл сиянием орган "Аврорап и победительница решила
уделить внимание огорченному сопернику с явно пострадавшей задней частью:
- Ау, Владик, как там твоя докторская поживает?
Атлет-ученый, толкнувшись ладонями, пружинисто вскочил на ноги и ответил на
благозвучном русском-4, распространенном в академических кругах.
- На кафедре много я удачливее, дева, чем на игралищах задорных. И мускулы
ума мне напрягать привычнее, чем мышцы рук и ног. Научный мяч вчера я
протолкнул в ворота. Короче, докторскую я защитил.
- А как ты относишься к поздравлениям в виде братско-сестринских поцелуев,
мышцеголовый ты наш?
Отношение было самое положительное и пухлые губы белокурой Эльвиры
прижались , если точнее, присосались к тонкому отменно смуглому лицу Владислава
Бергерманна. Заодно она утирала ласковой ладошкой мелкие бисеринки пота с его
высокого лба.
- Какой же это братско-сестринский? - стали уличать другие игроки, а одна
шоколадная девушка с миндалевидными глазками и тысячей извивающихся косичек
метнула в Эльвиру пожалуй даже сердитый взор.
- Постойте, сограждане, из-за поцелуев мы забыли спросить Бергерманна,
какова ж собственно тема его доктората, - напомнил мужчина, что выглядел за
счет двух-трех морщин несколько старше и мудрее других. Не дожидаясь ответа,
он стал освежаться кипящей, но ледяной амброзией. Пил он быстро, но никакого
бульканья вовсе не было слышно.
- Историей альтернативной назвал бы тему я свою, - отозвался Владислав,
несколько смущенный общим вниманием.
- И, конечно же, альтернативка получилась жуткой, - заметил камрад со
следами возраста и мудрости на лице. - Юкико не стонет во сне, после того, как
ты с ней поделишься знаниями?
- Да, да, камрад Сысоев, я могу все рассказать о тезисах Владислава, - с
превеликой готовностью выкрикнула "шоколадка".
- А ну-ка, давай-ка... Что там Бергерманн накатал? - подначили остальные
игроки, впрочем, на лице у пожилого умудренного мужчины уже отразилось
некоторое сомнение.
- Это все у Владика очень интересно, так интересно, товарищи, - взахлеб
пустилась девица. - Это как будто в 2012 году НЕ СОСТОЯЛАСЬ историческая
победа Партии Простых Пользователей Сети на последних выборах в европейский
парламент, не был создан Коминфтерн. В 2013 году не была провозглашена ГДР -
Глобальная Демоинформационная Республика. И члены Партии Простых
Пользователей не объединилась с лучшими менеджерами дот-комовских Компаний в ВАК -
Всемирный Актив Дот-Коммунаров. В 2014 году не вошли в братскую ГДР измученные
разрухой страны Восточной Европы, Африки и Передней Азии. В 2015 году
Компартия великого Китая не назвала себя неотъемлемой частью Всемирного Актива
Коммунаров . В 2016 году не провозгласили ГДР своим информационным отечеством
народы Америки, Индии, большого Нью-Йорка и Юго-Восточной Азии, обескровленные
мировой войной и обессиленные нуждой. В феврале 2017 года семь ведущих
транснациональных корпораций, занимающихся производством программного обеспечения,
не перешли полностью и окончательно на сторону информационной демократии. В
октябре 2017 года не завершилась победой в мировом масштабе Великая
информационно-демократическая революция...
- И как же это обескровленные, понимаешь, народы могли бы обойтись без
информационного отечества? - вдруг пробубнил человек по имени Данилов. -
Обескровленные , но не безмозглые же.
Все оглянулись на этот тусклый надтреснутый голос. И увидели очень плохо
оформленную внешность. Зеленоватый оттенок кожи указывал на ошибку в цветовой

гамме, а оттопыренные уши - на искажение пропорций. Этот неряшливый гражданин
совершенно не заботился о своем мимике <прим. графическая запись, маскирующая
согласно закону истинную внешность соларита; передается по сетевым каналам
окружающим, через нейроконнекторы загружается в их зрительные нервы>.
Подобной маской мог пользоваться только неразвитый человек, напрочь лишенный
всяких эстетических чувств. Или же сотрудник Особого Отдела, особист-
оперативник .
Но никто из игроков в мяч не знал, что подлинная внешность Данилова была
еще ужаснее. Жидкие кудри и усы-сосульки, опухший вплоть до бульбы нос,
незажившие язвы на бледной физиономии и кое-как приживленный пластырь из
полисахаридов на худой фурункулезной ляжке.
При исполнении последнего задания пострадала не только наружность особиста.
Вредительские интеллекулы <прим. молекулярные роботы, происходящие из
бандитских лабораторий и эволюционизирующие в естественной среде>, прорвав защиту,
произвели некротические атаки на все важные органы Данилова.
Даже сегодня наномониторы <прим. системы слежения за микроскопическими
организмами и машинами, размеры которых измеряются в нанометрах> игроков,
зондируя Данилова, выдавали сигналы опасности. Именно поэтому, с самого начала
игры солариты старались держаться подальше от камрада из Особого Отдела и не
часто посылали ему мяч.
Однако малопривлекательный гражданин не мог обидеться и уйти, потому что,
тем самым, выступил бы против основного инстинкта.
"КОММУНАР БОЛЕЕ ВСЕГО НУЖДАЕТСЯ В РАДОСТНОМ ОБЩЕНИИ С СЕБЕ ПОДОБНЫМИ" . -
произнесла тихим, но проникновенным баритоном его совесть.
Впрочем, никто не знал, как выглядят на самом деле и другие игроки.
Впрочем, никто из соларитов и не хотел этого знать. Конечно же, каждый мог
отключить мимик как себе, так и другим. Но ведь это было бы бестактным! Твой друг
мог оказаться сегодня больным и уставшим, даже изуродованным врагами
прогресса.
А если он стареет быстрее, чем хотелось бы, и нанодоктора не успевают
восстанавливать его клетки, чинить его хромосомы и насыщать живительной влагой
его ткани?
Мимиками были прикрыты не только люди, но и вещи, дома, площади-агоры,
Олимп и прочие горы, марсианские равнины. Ведь все должно быть прекрасным, не
только душа, но и тело, и одежда, и еда, конструкционные материалы, и
природа. А какая радость будет при виде протертых лоснящихся рукавов комбинезона,
облупившегося потолка, подгоревшей котлеты, каменистой пустыни или огромной
горы ржавого цвета?
Девушка Юкико нарочито не оглянулась в сторону человека по имени Данилов и
только прошептала: "Сам ты тупорылый", а красавица Эльвира нарочито грозно
произнесла:
- Ты лучше, помолчи, Данилов, и не встревай в игру разума. Твое дело -
ловить за зад хулиганов и пачкунов.
В солнечном городе никто не боялся особистов, их даже жалели, ведь те
работали лишь в закрытых зонах и рабочих поселках. Только там. Общественным
здоровьем самих соларитов мог интересоваться разве что Всемирный Актив
Коммунаров, если точнее его районные комитеты.
- ...Согласно альтернативной истории Владика, в 2014 году не состоялся
знаменитый съезд активистов-коммунаров, - нетерпеливо продолжала Юкико, - и
великий Борис Гольдманн не провозгласил курс на превращение хаотического Мета-
Веб-пространства в гиперкомпьютерную сферу разума, в Великое Киберобъедине-
ние. И не был создано Главинформбюро. Не возникла глюонная решетка
суперсвязи. И каждому человеку не было даровано бессмертие в виде капсулы Фрая...
- По-моему, тема надуманная, бредни братьев Гримм, - снова затрындел Дани-

лов. - Без капсулы бессмертия все бы просто взбесились. А без Великого Кибе-
робъединения планета Земля бы просто погибла. Вы же все в курсе, что первый
берлинский гиперкомпьютер занимается стратегическим планированием, хранит
копии всех легальных мимиков, всех резервных джинов <прим. малые кибероболочки,
пкибердвойники", обслуживающие потребности человека в сетевом
пространстве^ . .
- Бу-бу-бу. Источник "Краткий курс истории ВАК", запись вторая, седьмой
кадр, третья строчка сверху. Данилов, не будь занудой, - стала тормозить
красавица Эльвира недалекого особиста, остальные же просто морщились, словно
перед ними кто-то сморкнулся через левую ноздрю. - Мы тебе не хулиганы-
малолетки из рабочего поселка, и нечего тут прописными истинами трясти.
- Тем более, что они хоть и прописные, но не такие уж и истины, -
произнесла зрелая женщина по имени Зухра Эдуардовна, вовсе не принимавшая участия в
игре, но чей мимик был, пожалуй, прекраснее всех остальных, а голос сочился
бархатными обертонами. - В паутине МетаВеба тоже имелись свои
интеллектуальные кибероболочки и назывались они виртуальными экспертами. Например, Галь-
гальта, который был создан на базе экспертно-поисковой системы "Yahoo!!!".
Говорят, что Гальгальта обладал немалой мощью, и готов был на многое, но ему
претило заниматься всякими кухонными делишками...
Зрелая женщина высказывалась очень смело, но аккуратно, никак не показывая,
что у него испорчены основные инстинкты.
- Кто много говорит, тот в тюрьме всю жизнь сидит, - обиженно прозудел
Данилов .
- Вы себя поставьте на место Данилова, Зухра Эдуардовна, - вступилась за
туповатого особиста добрая и красивая Эльвира, - каждый день он воюет с
вредите лями-хаккерами, которые отравляют наше сетевое пространство гнусными
мимиками, уродуют нашу генетику и портят метаболизм, и, между прочим, бредят
воссозданием Гальгальты.
- В самом деле, Зухра, - заметил старший камрад, явно имевший с ней
доверительные отношения, - если ты забьешь всякой ерундовиной голову Данилову, он
будет гораздо хуже бегать и прыгать. Именно такие, с позволения сказать,
способности ему понадобятся в самое ближайшее время. Это я тебе как его
начальник говорю.
- Ах да, - сказала прекрасная и зрелая дама. - Извините меня, Данилов, я не
учла морально-психологического климата, в котором вы ежедневно пребываете.
- И кто интересно звал сюда этого дуболома Данилова? - шепнула девушка Юки-
ко. - Просто в душу насрал.
- Давайте-ка, о мужи, без дев продолжим сей спортивный спор, - предложил
Владислав. - Юкико, пригласи богинь всех наших в Мусейон и новой композицией
своей блесни, как Солнце, уронившее лучи в снега Килиманджаро.
- Еще как блеснет, если поднимет пыли чуть меньше, чем в прошлый раз, -
пробурчал известный зануда Данилов.
"Шоколадка" просигналила недовольство своими раскосыми и бездонными
зеницами, однако удалилась вместе с остальными "богинями". Перед этим девушки
задорно прокричали официальные слова прощания: "СПАСИБО ВЕЛИКОМУ ГОЛЬДМАННУ ЗА
НАШУ ПРЕКРАСНУЮ ВСТРЕЧУ."
Вместе с ними ушла та, что была подобна супруге Зевса Гере, что не
принимала участия в игре, но наблюдала за всем каким-то внимательным и одновременно
отрешенным взглядом. Мужчина по имени Фридрих Ильич Сысоев пару раз подмигнул
ей. Но другие относились к этой женщине с выраженным почтением и называли
только Зухра Эдуардовна. И Фридрих Ильич и Зухра Эдуардовна получили свои
полушутливые-полууважительные отчества не от отцов - каковых, конечно, не было
в природе - а от знаменитых деятелей прошлого: Валерии Ильиничны Новодворской
и Эдика Лимонова, мечтавших об информационно-демократической революции, но не

доживших до нее.
Едва девы упорхнули щебечущей стайкой по радужной внезапно возникшей
эстакаде в другой зал, как вместо мягкого большого и почти разумного мяча в зале
появился черный тяжелый "тупой" снаряд, а игроки с русского-3 перешли на
русский- 2 :
- Да не тряси ты жопой перед воротами.
- Ты, козел! Не видишь, где морда, а где мяч?
- Да он не по воротам, а мне по яйцам целится.
Мужчины носились от стен к стойкам, взбирались по ним, прыгали с потолка,
атаковали корпусом и делали подкаты с подсечками, швыряли снаряд руками и
лупили по нему ногами. Через несколько минут первые красные кляксы расплылись
по овальному полу и потолку, на скрытых мимиками физиономиях засветились
кровоподтеки. А к концу игры белые одежды стали пятнистыми как шкура какой-
нибудь ящерицы. Чего опять-таки мимики не выдавали, демонстрируя одну лишь
непорочную чистоту.
Данилов конца игры не увидел. В тот момент, когда он перехватывал снаряд,
брошенный через все поле, и хорошо открылся, Владислав вломил ему локтем под
дых - да так, что там черная дыра образовалась.
Данилов уползал в раздевалку под ионный душ, бормоча: "Ну, я тебе в
следующий раз закатаю, ученый... крупный, бля, по паскудности...", а вслед ему с
довольной улыбкой смотрел красавец и мыслитель. Впрочем, в слуховые нервы
камрада Бергерманна через нейроконнекторы сейчас вливалась музыка, под
которую Юкико предпринимала танцевальные извивы в Мусейоне.
Минут пятнадцать водно-вихревого массажа и боль отошла. Данилов вышел в
портик. В пострадавших местах тела шуровали нанозащитники-микродоктора,
отчего синяки и ушибы отдавали сладковатым жжением. Гора Олимп, украшенная
статуями величайших сынов человечества, от двухсотметрового Платона до
полукилометрового Гольдманна, и циклопическими катапультами ракетных стартов, сейчас
напоминала бутафорию из запаршивевшего театра. Похоже что-то не ладилось с ее
мимиками. Данилову впервые захотелось узнать, а какого на самом деле роста
каменный Гольдманн.
Платона признали одним из отцов-основателей современного информационного
общества в 2021 году (Билл Гейтс был провозглашен классиком на год раньше) .
И, в соответствии с воззрениями древнегреческого философа, было определено,
что пользоваться благами информационной демократии - занятие таки не для
всех. Тогда появились деление на солнечные города для самых продвинутых
коммунаров, рабочие поселки для работяг и коммунаров низшего звена, ну и
закрытые зоны для всяких подонков. В это же время было без ложного ханжества
отмечено, что даже самых передовых соларитов нельзя занять на все 24 часа
творческим трудом и потому надо уделять внимание играм, зрелищам, а также здоровым
проявлениям любви. Но так, чтобы это не стало средством проникновения
идеологического противника.
Кстати, за использование "левого" игрового софта <прим. софт, software - в
широком смысле, это любая программа, кибернетический объект> или переделку
джина, суд народного разума отправит соларита в биостазис на пару лет. После
отлежки выдадут джина самого дубового и через него заболванят
психопрограммами на полную катушку.
А как же иначе? Здоровые удовольствия не должны подменяться вредоносным
развратом, от которого один шаг до предательства.
За попытку пошуровать наноботами <прим. наноботы - мономолекулярные роботы>
в своем чипе Фрая, уже светит срок в серных кальдерах Ио. Вернешься лет через
семь с задницей, потрескавшейся от мороза и кучей ксенотрансплантатов в теле,
сменивших изношенные органы. И то не в солнечный город, а в рабочий поселок.
Ксенотрансплантаты, как правило, берутся от свиней, заодно можно схлопотать и

целый букет "свинских" инфекций.
А за изготовление и употребление левой капсулы бессмертия - аннигиляция.
Уничтожение тела, всех киберимплантатов, стирание резервного джина и
персональной информации на гиперкомпьютерах. Вместо вечной жизни - дым из
выхлопной трубы.
"И ПРАВИЛЬНО, ПОДЕЛОМ", - произнесла совесть. Все жестко, но оправданно.
Карательная механика создана логикой Великого Киберобъединения и включена в
нормальный метаболизм космического тела державы. Без нее нас ожидает всеобщий
распад и мегасмерть.
Данилов вдруг подумал, а почему ни разу не один соларит не пернул, по
крайней мере в его присутствии, и даже не обдал запахом пота, как это часто
бывает в рабочих поселках. Неужели пищеварительная и кожно-выделительная системы
настолько облагорожены учеными? Или... на обонянии тоже есть фильтр? И
вообще, сколько этих фильтров в нем?
А бес с ним, если есть, значит, так надо... Внутренний голос его совести
как будто произнес, что "СОКРЫТИЕ ВОНИ ОТ ОБЩЕСТВЕННОСТИ ИМЕЕТ БОЛЬШОЕ
ГОСУДАРСТВЕННОЕ ЗНАЧЕНИЕ. ВСЕ ВО ИМЯ ЧЕЛОВЕКА, ВО ИМЯ ЕГО САМОУВАЖЕНИЯ И УВАЖЕНИЯ
К ДРУГИМ". Конечно, какое самоуважение, если все вокруг зажимают носы?..
Данилов любил, послюнявив палец, изготовить самокрутку. Во-первых, сигареты
в солнечных городах не подлежали распределению "по потребностям", а в
закрытых зонах дешево стоил лишь пачечный табак. Во-вторых, нравилось ему
добавлять в табак немного конопляного "хэша". Трава cannabis, высаженная каким-то
шутником в оранжереях пригородной Аркадии, почему-то очень долго дожидалась
уничтожения. Зачем торопиться, писать кипятком? Пользуются же все нормальные
солариты амброзией, веществом амфетаминового ряда? Амброзия относится к числу
умеренных стимуляторов, но распределяется вполне легально. Камрады ведь
должны сохранять бодрость духа и тела?
Данилов затянулся и увидел на колонне дорического стиля подмигивающую
надпись : "Пароход плывет, небо алое, будем рыбу кормить коммунарами." Надпись
конечно не было реальной, а лишь мерзостью, пробравшейся в один из городских
мимиков, но все-таки...
"Кибердезинфекторы проявляют забавную халатность. Похоже кому-то надо,
чтобы эти словечки появлялись, - подумал Данилов. - Может, они нужны для
возбуждения в соларитах благородной ненависти к врагам прогресса?" Если бы ему
поручили слежку, то уже через пару дней можно было бы вычислить хаккера-пачкуна
и оторвать ему ручонки. Наверняка, это не злостный враг режима, а киберона-
нист какой-нибудь, уставший от бесконечного серотонинового кайфа в мультяшных
кущах нелегального софта.
Данилов еще раз окинул взглядом город, чьи портики, колоннады, амфитеатры,
гимназии, агоры слегка мерцали под мощным и очень дорогостоящим прикрытием
гравиполя, которое представало зыбким ореолом. Классика и монументализм. Все
правильно, все закончено, все совершенно. Данилов вдруг подумал, что не
знает , существует ли на самом деле сияющий город на холме. И это сверхпередовое
гравиполе. Может, вместо того, угрюмые бункеры из стали и бетона на манер
оборонительного рубежа или военного укрепрайона?
Ведь то, что он видит "собственными глазами", является лишь одним из
сенсорных "окон", открытых джином. Конечно же, через это, оптическое, окно идет
живая и подлинная визуальная информация... но ведь кое-что, не дойдя до
зрительных центров, замещается мимиками.
"КОЕ-ЧТО - И ЛИШЬ ВО ИМЯ ОБЛАГОРАЖИВАНИЯ РЕАЛЬНОСТИ." - выговорила совесть.
Или почти все - "во имя" затуманивания мозгов? Может, через нейроконнекторы
его потчуют одними только мимиками из прекрасной сенсоматрицы, которая
изображает идеальный город.
Данилов впервые ощутил некое облегчение из-за того, что лишь половина его

жизни проходит в Свободобратске, среди его роскошных мимиков, а вторая
половина - там, в ничем не прикрытой срани рабочих поселений и мерзости закрытых
зон.
Но совесть тут же пристыдила его: "КИБЕРОБЪЕДИНЕНИЮ НЕТ НУЖДЫ ОБМАНЫВАТЬ
СОЛАРИТОВ, ОНО ВСЕ ДЕЛАЕТ ДЛЯ РАСКРЕПОЩЕНИЯ ДУХА И ПЛОТИ. ДА, И ПЛОТИ ТОЖЕ.
ЧЕГО ТУТ СТЕСНЯТЬСЯ."
Тут, конечно, все красавцы, все танцоры и художники, все ученые, младшие,
старшие научные сотрудники, доктора, профессора, академики. В них всех
заложена. . . нет не психопрограмма, а некий посыл - творить и радоваться этому.
Они, похоже, все еще радуются. Хотя насчет творения... Кругом висят говорящие
барельефы и горельефы великих мыслителей и первооткрывателей. Эти светлые
личности наоткрывали-наизобретали уйму полезных вещей. Но и закрытые зоны не
спят, изобретают всякие гнусности. Таким, с позволения сказать творчеством,
занимаются особисты вроде Данилова. Приходится отлавливать этих самых
"творцов ", которые работают на бандгруппировки. Отлавливать и направливать в
"исправите ль но -оздоровительные учреждения". Говорят, что и там им предлагают
потрудиться на благо общества. Но толку от этого мало. Умники, связанные с
криминалом закрытых зон, на благо трудиться совсем не хотят. И идут на общие
работы даже в серных кальдерах Ио. Если азиаты, то вообще кончают с собой -
раз, раздавил ампулу, вшитую в щеку, и курароид перекрыл нейромышечные связи
- выноси готовенького.
"ДАНИЛОВ, ТЫ ПРОСТО - ЧЕЛОВЕКОНЕНАВИСТНИК И ЗАНУДА. ТЕБЕ ПОРА НА СТОЛ К
ПСИХОТЕРАПЕВТУ", - несколько устало произнесла совесть. Да, психотерапевт
может и поменять часть мозгового вещества, особенно в лобных долях, где часто
идут хаотические процессы.
Из-за колонны внезапно появилась Эльвира в сиянии своих белокурых волос и в
белой тунике с голубой каймой - которая текла как волна и не стекала.
Прелестница почти бессловесно потянула Данилова за собой и вскоре оказались
они в укромном месте, среди развалин храма, заросших рододендронами и миртом.
Да и от самой солнечной девы накатывал будоражащий букет запахов.
- Возьми меня, примитив ты мой, - шепнула она, подняв лицо и руки к солнцу.
- Куда? То есть, именно сейчас? - растерялся Данилов. Впервые соларитка
предлагала ему любовные утехи, достойные Зевеса и Геркулеса.
Ее туника сама, без помощи рук, поползла вверх, обнажая мрамор ног, а вот
ласковая ладошка девы стала гулять в районе чресел мужчины, вызывала трепет в
самых разных членах. Вскоре туника словно истаяла на груди, открыв
пронзительному взору Данилова яблоки золотистые, которые вызывают аппетит и
слюнотечение у любого порядочного соларита.
Под напором соблазнительных образов и запахов забурлила кровь и энергия
стала распрямлять кое-какую плоть.
Однако в этот момент, предвосхищающий чудо, Данилов позорно сбежал.
Ему показалось вдруг, что у Эльвиры есть... усы. Такие же как у него.
Где-то позади растаял крик разобиженной девы:
- Чертов импотент, да чтоб тебе бешеный робот очко порвал!
3. "В дебрях
народного хозяйства"
Орбитальный рабочий
поселок "Шанхай"-44".
Орбитальный поселок своей модульной конструкцией напоминал кристалл соли из
учебника химии. По крайней мере на подлете, километров со ста.
В узлах этого "кристалла" размещались пункты управления, энергетические или
жилые блоки, в то время как на связующие стержни нанизаны были производствен-

ные комплексы.
После прилета в поселок Данилов, постарался затеряться в лабиринте
коридоров. Если тебя не видят друзья и товарищи, значит и враги-недруги тоже. Для
отвода глаз у него был мультипаспорт на ветеринарного фельдшера по имени Дэн-
Ни-Ло.
Кодовый ключ, имевшийся в заначке у его джина, успешно преодолевал двери,
люки и мембраны. Этот код-вездеход обязывал кибероболочки не препятствовать
доступу и даже не фиксировать приход и уход Данилова в протоколе событий.
Впрочем, у противника, наверняка, имелся такой же ключ-код...
Данилов перестал держаться за леер и дал потоку теплого злопахнущехю
воздуха подхватить себя. Мимо труб и агрегатов газообмена его донесло до входа в
вентиляционный тоннель, прикрытый колючей решеткой. Тоннель уводил в главный
цех птицефабрики. Противник, возможно, где-то там - на открытом месте ему уже
не спрятаться, остается только хорониться по всяким темным углам.
Инфосканер бодро "просветил" окрестные кластеры сетевого пространства, а
заодно "прошерстил" все электромагнитные излучения на предмет осмысленной
информации .
Получившаяся информационная картина нарисовалась в отдельном окне, где-то
на четверть заслонившем пживой" оптический обзор.
Тусклые фиолетовые линии - электропроводка и цепи автоматического
управления. Несколько синих лент - потоки низкой информационной насыщенности, скорее
всего производственный контроль. Зеленая трасса - уже вектор слежения с
достаточной менталоемкостью, но это не более чем контроль жизнеобеспечения.
Ключ-вездеход и с решеткой вентиляционного тоннеля не подкачал. Ее колючки
мирно расплелись и штыри мягко втянулись в стенки, мембрана нанозащиты с
чмоканьем раскрылась, пропуская особиста.
Данилов отправился по тоннелю, который извивался в свое удовольствие,
отчего "сила тяжести" <прим. в цилиндрическом модуле орбитального поселка роль
силы тяжести играет инерция, возникающая при вращении, максимальная возле
стенок> то нарастала, то падала. Соответственно свободный полет нередко
сменялся лягушачьими прыжками.
В окне инфосканера появилась жирная оранжевая полоса, вьющаяся по решетке
суперсвязи куда-то вдаль.
Инфосканер подслушал бегущие по ней сообщения:
Мимик 12 - не идентифицирован. Графическая запись 25 - не идентифицирована.
Текстовый массив - производственный. Проверка списка. Проверка закончена.
Результат отрицательный...
Значит, это просто милицейская зонд-линия по опознанию воров и
потрошителей , находящихся во всекосмическом розыске.
Данилов расширил диапазоны наблюдения.
Все производственные комплексы и жилые блоки "Шанхай-44й давали
незамысловатый информационный узор, почти что геометрической правильности и
регулярности, что птицефабрика, что рыбозавод, что плантации. Местный космопорт
выглядел покруче. Он, как и полагается, снопами разбрасывал паутинки дальней связи
по глюонной решетке.
Гражданин Анпилин явно нигде не наследил. Но он наверняка здесь, в рабочем
поселке. Прячется как глист в одном из производственных комплексов.
Входные ворота космопорта сохранили его инфослепок, ведь прилетел он рейсом
с Фобоса. Немного погодя удалось опознать его по характерным нуклеотидам,
белкам и феромонам, хоть он, паскуда, и прикрывался фальшивым мультипаспортом
на имя Махмуда Кебапче, чужими запахами, поддельной радужкой и накладным
папиллярным рисунком. Выход из поселка для этого бандюги Данилов заблокировал.
Значит, остается только прочесывать местность и искать, как ищут любую
вошь...

Поток воздуха протащил тело Данилова по вентиляционному тоннелю до самого
конца и втолкнул в огромное помещение вполне определенной геометрии. Оно было
цилиндрическим, нанизанным на одну из стержневых осей "кристалла соли".
По цилиндрическому мирку путешествовала тьма тьмущая каких-то мелких
объектов . Если точнее это была толпа крохотных белых шариков. Шарики-
путешественники вылетали из перфорации одного торца, покрывали примерно
километровый путь и втягивались перфорацией другого.
Внутрь большого цилиндрического помещения был вставлен еще один цилиндр,
менее внушительного размера. Поверхность его источала какой-то серый туман,
который при телеувеличении оказался гранулированным кормом.
Ну, конечно же, это заурядный птичий корм. А белые шарики - это и есть ку-
рочки-мутантки. Птички старательно пачкали пространство, образовывая облака,
состоящие из лишних перьев и помета.
Данилов оттолкнулся от увлажнителя, похожего на расческу, проплыл сквозь
перьевую туманность и ухватил одну из птичек двумя руками.
Проектировщики старательно приспособляли кур к потребностям мясной отрасли,
кромсая и перекраивая хромосомы своими наноманипуляторами и энзимороботами.
Из-за этого леггорны лишились и костей, и большей части мышц и кудахтания.
Только помаргивающие глазки-бусинки да бессмысленно тыкающийся клюв выдавали
в шарике живое существо.
На южном торце курочки появлялись, скорее всего, из инкубатора с бесконечно
делящейся яйцеклеткой, а на северном они превращались в фарш. Прожаренные
микроволнами куриные котлетки, после вакуумной сублимации отправлялись
прожорливым шахтерам Пояса Астероидов и обожающим покушать тоннелеукладчикам
Марса.
Окно инфосканера снова привлекло толику внимания. Возле Данилова вилась
слабенькая, но устойчивая желтая паутинка. Трасса слежения. Косит под
ведомственную, но явно левая. Противник? Анпилин? Цель рядом?
Анастасий Анпилин, именуемый также Додо-Дубль, был работой Данилова. Анпи-
лин-Додо был весь из себя незаконный и левый.
Анпилин хозяйничает в левых кластерах сетевого пространства, которые не
контролируются гиперкомпьютерами через карту размещения записей. Имеются,
имеются до самих нынешних пор такие дикие кластеры в зазорах Великого Кибе-
робъединения, они и являются Гуляй-полем для хаккеров-виртуалыциков.
Анпилин производит в подпольных цехах, замаскированных под цветочные
оранжереи и грибные плантации, модельные наркотики, которые могут навсегда увести
человека из нашей светлой реальности, например, в сенсорное поле Мезозойской
эры - включив дотоле спящие участки мозга, всякие там задние доли,
доставшиеся нам от рептильных предков. Даже инкубаторские детишки сейчас знают о
существовании палеонаркотиков.
Нанохаккеры, работающие на Анпилина, заражают воздух и воду молекулярными
роботами-вредителями, интеллекулами, что особенно опасно в замкнутых
пространствах орбитальных и планетарных поселений. Сколько уже соларитов и
особенно коммунаров-активистов превратились, кто в идиотов со слюнями до пола,
кто в монстров с рогами и копытами, после того как хаккерские интеллекулы
прорвали нанозащиту и испоганили генокод.
Данилов непроизвольно поморщился и машинально взглянул в окошко
органического сканера <прим. блок, анализирующий состояние живых тканей по
характерным биоволновым излучениям>. И сейчас в его лобных пазухах были заметны
повреждения слизистой, но, слава Гольдманну, вредительские интеллекулы были там
давно остановлены и расщеплены. (А, кстати, собирались они врезать по
особисту, по мозгам). Наномонитор показывал, что трудолюбивые наноботы-защитники
все еще занимаются починкой поврежденных клеточных ядер и дезинтеграцией
изуродованных протеинов...

Даже микрочип Фрая, чип бессмертия, гнездящийся и произрастающий в мозгу
Анпилина был левым. Да еще каким левым.
Если бы не это прискорбное обстоятельство, то бандита Анпилина должны были
бы отлавливать менты - сотрудники службы Общественного Здоровья, а не агент
Особого Отдела Главинформбюро.
Кстати, некоторые юные солариты не въезжают, как это капсула Фрая может
быть левой. Ведь она завязана на регулярный обмен данными с гиперкомпьютерами
и постоянно сбрасывает им персональную информацию, которая после воскрешения,
в новой жизни, используется для восстановления прежней личности в клоне. Как
бы не так, детишки дорогие, - у бандитов свои места для сброса информации и
свои клонопитомники.
Итак, негласное задание - уничтожить Анпилина вместе со всеми потрохами и
капсулой Фрая, да так, чтобы места мокрого не осталось. Гласное и письменное
- задержать для выяснения его роли в Афинских событиях, где он выступал под
именем Додо-Дубль. Тех самых событиях, когда неожиданно собравшаяся на
Акрополе десятитысячная толпа пыталась разгромить основной процессор четвертого
гиперкомпьютера. Того самого гипера, что неофициально именуется Афродитой и
ведает жизнедеятельностью, а также культурой. Лишь массовое применение шприц-
пуль с перепрограммирующими средствами позволило тогда увести разбушевавшихся
граждан с Акрополя в Пирей, где большинство из них по невыясненным причинам
утонуло в море. Конечно же, хаккеры обвинили в этом Главинформбюро. Но кому
не ясно, что именно Анпилину было выгодно избавиться от людей, которые могли
дать против него показания.
Трасса слежения вилась по-прежнему рядышком, хотя сам "следящий" пока никак
не фиксировался. Но, скорее всего, находился он на северном торце фабрики -
там, где круглые курочки исчезали в отверстиях перфорации, чтобы начать новую
котлетную жизнь. Данилов оттолкнулся от увлажнителя, вскоре заплутал в облаке
протеиновой крошки, где не видно не зги, шмякнулся о кормящий цилиндр и,
наконец, направился в нужную сторону, помогая себе ионным движком, напоминающим
пивную бутылку.
Чем ближе к "северу", тем теснее становилось Данилову в куриной толпе. Он с
большим неудовольствием отметил, что курочки-шары имеют довольно крепкие
клювики, которые, видимо, специально были созданы для измельчения твердых
протеиновых гранул. Сейчас безмозглые существа охотно пускали свое беспощадное
оружие в ход.
Данилов был в приличной куртке, сшитой из широкомолекулярных мультифункцио-
нальных нитероботов. Она впитывала пот, подогревала, охлаждала, имела
накопитель памяти на несколько ментобайт и процессор с частотой в десять гигагерц,
но плохо помогала от куриного оружия.
Генные инженеры похоже перестарались по части упрощения куриных мозгов,
поэтому птицы, как осатаневшие фурии, бросались на Данилова, пытаясь его
расклевать в пух и прах. Психофейс <прим. блок, подключенный к инфосканеру и
обрабатывающий "психический" спектр сигналов, от интеллектуальных до инстинк-
тивных> быстро разобрался со мотивационной матрицей курочек: если ТЫ, гад, не
белый, не шаровидный и не плоский, то значит съедобный. Клюй его, братва,
насмерть !
Данилов не столько сражался с вражеской ордой, сколько пытался защитить
глаза. И заодно удерживал внимание на окне инфосканера. Желтая паутинка стала
заметно ярче и сделала петлю вокруг него. Выходит, наблюдение пристальное и
неотвязное, а тут еще этот позор - вздорное сражение с куриным войском.
Может, сперва отыскать оператора фабрики и попробовать остановить всю эту
производственную махину? Но попробуй найди. Закрытого канала связи у этого
оператора, конечно же, нет, а вызывать по открытому - значит, провалить
операцию. Анпилин скажет "спасибо, козлик", сынсталлирует себе нового джина, на-

рисует новый мультипаспорт и успеет добраться до Пояса Астероидов. Ищи его
там свищи до второго пришествия Гольдманна.
И еще, как сказать, придется ли Данилову продолжать эту розыскную работу.
Вполне вероятны мертвый сон в долгой очереди на воскрешение и траурная
голография на доске почета с бегущей строкой типа "Наш товарищ Данилов (версия
2.0) безвременно заклеван насмерть".
Но совесть шепнула ему: "НЕ УНЫВАЙ, ОСОБИСТ". И как будто увидел Данилов
многокилометровую надпись, вырубленную на северном склоне горы Олимп, так что
даже из космоса видно: "Нет дороги, которую не пройдет настоящий гольдма-
нист!" А если не пройдет, то проплывет.
Осаждаемый злодейками-курочками Данилов подплыл к отверстиям торцевой
перфорации. Здесь птицы немножко тормозили и уже не так ярились на него, может
своими однограммовыми мозгами все же чувствовали близкий каюк...
Ключ-код открыл Данилову ремонтный люк. Особист протиснулся в помещение,
похожее на какую-то лубочную пещеру из луна-парка. Конусовидные выступы вроде
сталактитов по всем поверхностям, все заляпано темно-красной кровью
шаровидных несушек. Впрочем, ни живых, ни мертвых не было видно. Данилов снова стал
изучать технологическую схему птицефабрики и чуть было не попал под нож
лазерной мясорубки.
Произошло это кошмарно быстро.
Оп и конусовидные мембраны раскрыли свои поры, через которые влетела на
бойню порция кур, штук триста, не меньше. Причем без перьев, которых уже
успели ободрать клейкие силикатные валики. Раз-два и лазерный нож мигом
исполосовал все пространство и то, что в нем находилось.
Данилов совершил кульбит, какой до него мох1 сделать пожалуй лишь Борибабин
и несколько приближенных к нему учеников. Слава Гольдманну, джин успел
взбодрить внутримозхювые и нейромышечные связи душем из "черной вдовы" <прим.
синтетический нейротрансмиттер, агонист ацетилхолина>. Лазерный нож превратился
из снопа огоньков в стегающий кнут, в быстро извивающуюся яркую змейку -
конечно же, в ускоренном восприятии Данилова. И движение этой змейки на особи-
стское счастье было правильным, регулярным.
Она безжалостно кромсала курочек, но Данилов сумел проскочить под один ее
изгиб, потом под другой.
Нож-истребитель исчез. Мясное крошево висело густым багровым туманом в
воздухе . Цветом и видом выделялись только клювики.
Потом крошево дисциплинировано выстроилось в линейки, мясо в одни, клювики
в другие. Замелькали искорки ионизации и полуфабрикат торопливо втянулся в
поры конусовидной мембраны - сам Данилов почувствовал лишь краткое
пощипывание своей плоти под действием электрофореза.
Чтобы с плотью не случилось чего похуже, Данилов нашел выход. Вернее, инфо-
сканер указал стрелкой на люк, используемый роботами-наладчиками. Данилов
сбежал, когда в мясорубку уже влетела следующая партия общипанных кур, чтобы
принять мученическую смерть.
Пульс - сто сорок. Адреналин зашкаливает. Надо поскорее добавить в кровь
ингибитор, вроде монаминовой оксидазы.
Данилов оказался в просторном помещении. Пожалуй, лишь потолок был
низковат, да неряшливо бугрились мембраны стен и пола - очевидно, это был
резервный разделочный цех. Но никакой производственной активности здесь не
предвиделось - в чем инфосканер клялся и божился. Пол слегка колыхался под ногами и
это единственное, что казалось неприятным. Инфосканер прощупывал окрестности
насчет входов-выходов, а уши Данилова, вернее модифицированные во время
полетного биостазиса слуховые нервы, уловили вдруг странный звук, похожий на
кудахтанье. Очень тихое, но многократное стереофонически размноженное
кудахтанье .

Вначале Данилов подумал, что до него доносятся голоса обреченных кур. Но
сразу же он вспомнил, что куры нового поколения - не только бесправные, но и
безгласные. Это обстоятельство несколько его напрягло. И он совсем
завибрировал , когда желтая паутинка слежения завязала петлю на его шее.
Инфосканер мог еще долго сверять свои оперативные данные со схемами
курятника, хранящимися в архивной "папке" у джина, а Данилову оставалось надеяться
только на себя.
По дороге к "Шанхаю-44п фоторецепторы-колбочки в его глазах увеличились в
числе, наноботы-защитники модифицировали и зрительные нервы. Поэтому Данилов
уловил, что промелькнула тень. Но разглядеть не смог. Джин тоже не сумел
распознать изображение, полученное им через нейроконнекторы.
И тут снова... Данилов едва успел отпрыгнуть и откатиться от зеленой
молнии, которая прошла сквозь мембрану. Оперативнику на сей раз показалось, что
"зеленая молния" была частью какого-то живого объекта. Джин смог "собрать"
образ врага - что-то похожее на анаконду. Но откуда тут анаконда? И как может
животное управлять искусственной мембраной?
И животное может, если ему на эмбриональной фазе добавить интеллекта
генными инъекциями, и если правильно зарядить его психопрограммой.
На Данилова в упор посмотрела зеленая заостренная голова без лба, с
круглыми белесыми глазками и морщинистой кожей. Да анаконда по сравнению с ней -
просто красавица. Пасть непрекрасного создания раскрывалась все шире,
показывая, что состоит из четырех челюстей, каждая из которых украшена тремя рядами
дециметровых зубов-спиц. Те перемещались из сложенного горизонтального
положения в вертикальное. С зубов свисала синеватая слизь, может быть яд или
слюна, натекшая в предвкушении обеда. Раскрытые настежь челюсти превращали
голову твари в подобие тюльпана. Глазки ее вдруг выскочили из орбит и закачались
на мускулистых стебельках - щелевидные зрачки сужались и расширялись, ловя
нужную фокусировку. Сама голова покачивалась на длинной шее, будто в такт
неслышной музыке, но, скорее всего, выбирая момент для решающего удара.
Данилов впервые пожалел, что не взял себе помощника из числа местных
коммунаров, работающих в ментовке - райотделе Службы Общественного Здоровья. Уж
больно тупыми они показались. Хоть тупые, а можно было б одного из них
скормить твари вместо себя.
Интересно жует эта "вальсирующая Матильда" свою добычу как крокодил или
глотает целиком как змея?
Задав резонный вопрос, Данилов почувствовал общую слабость. "Адреналиновый
перегрев плюс психическая травма", как доложил джин. С ним нельзя было не
согласиться. Курица, милая безропотная и надежная кормилица человечества,
которая никогда и ничем нам не угрожала, стала смертоносным монстром.
Первая голова нанесла удар, затем клюнула и вторая - тоже пропущенная
мембраной .
Один зуб твари сумел зацепить штанину. Хорошо, что материя была без
титановых ниточек, поэтому просто порвалась.
Инфосканер наконец рапортовал, что выход отсюда есть и прочертил путь
эвакуации. Мимо двух кошмарных голов, которые выжидающе качались на своих
длинных лысых шеях и... кудахтали. Явилась и третья голова.
Это впечатляло. Согласованность движений указывала на то, что все три
головы принадлежат одной курице.
Кто породил эту птицу? Гангстер Анпилин? Или, может, директор птицефабрики,
который облегчил себе жизнь с помощью нелегальных интеллекул? Этот курозавр и
яички кладет, и расхитителей народного добра мочит.
Говорят, что иногда помогает прямой взгляд в глаза животному. Ответные
взоры курозавра выразили только умственное превосходство и ненависть к врагам
куриного отечества. Головы зловеще закудахтали, показывая, что человек-несун

унесет отсюда только смерть.
Данилов был, конечно же, вооружен, но его обычное оружие - антиорганический
цеп - на курозавра не подействовал. Тот лишь слегка чихнул, показывая
крепость своей нервной системы. Лазерные же импульсники и плазмобои в
орбитальных поселках были запрещены, как минимум до объявления чрезвычайного
положения - больно хрупкой и важной была здесь система жизнеобеспечения.
"ДЕРЖИСЬ, СОЛАРИТ. КОММУНАРЫ ЧАСТО ПОГИБАЮТ, НО РЕДКО СДАЮТСЯ", -
подбодрила совесть.
У Данилова в руке закачался десантный термонож с несколькими прыгающими
лезвиями, старинное и надежное оружие. Куриная королева в свою очередь
показала еще три головы. Ситуация почти безнадежная. Шесть хорошо вооруженных
против одного. Шесть, защищенных мембраной, против одного, полностью
открытого - словно дерьмо на блюдечке.
Одно лезвие скользнуло по шее курозавра, но из пореза, оголившего
зеленоватое словно бы трупное мясо, даже кровь не брызнула.
Школа Борибабина делает ставку на быстрое завершение поединка, чем более он
затягивается, чем больше вливается в кровь синтетических стимуляторов, тем
сложнее управлять своей силой и чувствовать силу противника. И при этом
сенсея обвиняли в том, что он злоупотребляет нейроакселераторами - наверное,
чтобы не допускать его учеников на официальные соревнования. А Борибабин тем,
кому доверял, говорил, что это конкурсы психопрограмм и делать там нечего.
Однако начальство его терпело, потому что он тренировал особистов.
Данилов поставил нервы на акселераторы умеренной инъекцией никотина-плюс
<прим. синтетический нейротрансмиттер, агонист ацетилхолина>. Три минут в
запасе имеются.
Но курозавр не торопился и не частил, он хорошо разбирался в искусстве
убийства, это у него было врожденное. И быстроте его рефлексов мог бы
позавидовать сам Борибабин.
Головы курозавра исполняли боевой танец вокруг Данилова, пытаясь запутать
его ложными выпадами. При помощи психофейса особист пытался разобраться в
курином кунфу. Безуспешно. А потом вдруг отключился от всего на мгновение, как
советовал Борибабин, укрыл сознание в пустоте, где нет различия между куро-
завром и человеком... И перешел в атаку.
Атака была обманом. Ушел особист от рванувшихся к нему голов, выдернул из
держателя трубу пожаротушения и, крутанувшись, по-матадорски точно воткнул ее
в одну из куриных глоток. Крепкая труба не поддалась зубам-стилетам,
направила бурную пену в шестое горло монстра.
Решение оказалось верным. Глоток у курозавра много, а пузо одно. Поэтому в
одну куриную пасть пена сейчас вливалась, а из других выливалась вперемешку с
блевотней. Худо стало несушке многоглавой. Надолго ли? Ну-ка еще увеличим
давление. Раздался хлопок и головы печально поникли, пена уже не шла из них,
а изливалась где-то там через разорванное чрево курозавра. Можно было
закрывать кран... Чу, кажется, опять послышалось зловещее кудахтанье, только более
басистое. Еще один курозавр? Брат торопится отомстить за сестру?
Данилов мгновенно определил, куда стекают фановые воды, поднапрягшись,
вывернул шпигат и нырнул в канализационную систему, которая несла в своих
руслах помет, экстрагированный из куриного фарша.
Плюхнувшись в поток жидкой грязи, оперативник едва успел надеть зажим на
свой нос. Все остальное, а именно переход к водному образу жизни, произошел
самостоятельно, по программе...
Пока он летел с Марса на "Шанхай-44п в состоянии ограниченного биостазиса,
наноботы-защитники заполнили легкие специальной губчатой биомассой,
напоминающей по строению пресноводную гидру. Биомасса должна была развернуться в
нужный момент и заблокировать доступ воды, одновременно снабжая альвеолы до-

полнительным кислородом. А еще наноботы снабдили Данилова жаброподобной
дыхательной системой, чьи пластины располагались за ушами.
Канализация, принявшая тело Данилова, пронесла его вместе с мутным потоком
по склизким узким трубам и, нигде не отфильтровав, перекинула в соседний
производственный комплекс, который представлял собой большой аквариум
рыбозавода. Тем временем закончилась и минута полуобморочного удушья, когда организм
переключался на новый тип дыхания.
Цилиндрическая емкость огромного аквариума оказалась сильно загромождена
трубами, которые подводили питание и обогащали воду кислородом. Плетение
ионообменных фильтров и грязепоглотителей образовывало сложный рельеф, как в
какой-нибудь Марианской впадине. Здешняя вода некогда была льдом одной из
комет, явившейся из пояса Койпера. Она была темной, мутной, но модифицированные
фоторецепторы-"палочки" в зрачках Данилова улавливали тепловое излучение и
показывали, что его окружают довольно хладнокровные товарищи рыбы. Приплывший
в аквариум куриный помет служил им отменной пищевой добавкой. Большие
эллипсоидные и довольно плоские, эти рыбы идеально подходили для разделки и жарки.
Глаза им не полагались, да и плавники выглядели довольно символическими.
Зачем вам глаза и плавники, если вас направляют куда надо неспешные потоки,
извергаемая кишками водометов?
Данилов оторвался от главного течения и нацелился на черпаки, выгребающие
из аквариума самых откормленных рыб, иные из которых ростом и массой не
уступали корове.
Совсем впритык к особисту проплыла рекордсменка, диаметром в три метра.
Рыбы не умеют кричать, поэтому она молча показала рыхлое вздутие на своем боку,
из которого как ленты на ветру вились... огромные цепни с головками, похожими
на шлемы древних водолазов.
Данилова чуть не вырвало, что было бы совсем некстати при новом типе
дыхания. Один цепень как будто потянулся к Данилову, и он отчаянно задрыгал
ногами, пытаясь увернуться и одновременно управиться с сильнейшим блевотным
позывом.
Инфосканер нарисовал уточненный маршрут, который повел Данилова мимо баков,
где подрастали мальки, затем среди трубчатых сетей, которые преграждали
старым рыбинам путь на "площадку" резвящегося молодняка.
В одном месте сеть провисла и, когда Данилов пытался обогнуть ее снизу,
турбулентность подхватила его и втолкнула в тупик, где уже застряла
двухметровая рыбина. Видимость была паршивой, даже в инфракрасном диапазоне, но рыба
сразу показалась деформированной.
Вначале Данилов подумал, что из нее выпала кишка. Но кишки не бросаются на
людей!
В одно мгновение нечто обвило Данилова и намертво примотало обе руки к
телу. В лицо человека глянуло то, что не только лицом, но и мордой назвать
невозможно .
Это был не безобидный цепень, не разжиревшая цестода, потому что много
толще и с плавниками. Круглая пасть-присоска вызывала желание закрыть глаза.
Пасть напоминала воронку с шипами; утопленные вглубь челюстные пластинки
длиной не уступали зубным протезам графа Дракулы. Череп как будто отсутствовал
вовсе. А зачем девять отверстий на боку у этой миноги, размером с мурену?
Глаза, жабры или прорези, куда надо кидать монетки?
Пасть-присоска потянулась к груди заплутавшего подводника. Тот отчетливо
понимал, чем это грозит. Предыдущая жертва через две большие прорехи в боку
демонстрировала пустое чрево. Собственно от рыбины остались только чешуя да
кости, и этот натюрморт оживляли разве что мелкие сапрофиты.
В нас всех, кто не прошел специального перепрограммирования, гнездится
архетип неприятия длинных-безногих-безруких тел, и, похоже, не без основания. В

Данилова была загружена специальная психопрограмма на этот счет, поэтому
отвращения он не почувствовал, просто его обуяла жуть, выраженная в усиленном
распаде глюкозы.
Челюстные пластинки миноги выдвинулись вперед, а боковые зубы изменили угол
атаки. Это было бы даже любопытно, если б она атаковала кого-то другого. Но
ее пасть не присосалась к куртке Данилова. Он тут же почувствовал боль - зубы
еще не вошли в его кожу, но уже защемили ее.
Вот теперь срочно требовалась квалифицированная помощь.
Слишком срочно, поэтому уже не требовалась.
Эх, почему он не трахнул Эльвиру? Подумаешь, усы почудились. Удачи от
такого воздержания не прибавилось, да и непросто найти бабу, любительницу
экзотики , которая погладив свежие рытвины на его щеках, не смоется куда подальше.
"ИМЕЮЩИЙ ЛЕГАЛЬНУЮ КАПСУЛУ ФРАЯ И НЕ ИМЕЮЩИЙ СУДИМОСТИ ПО СТАТЬЕ 21876-98
<прим. саморазрушение путем вмешательства в работу микрочипа Фрая> - НЕ
ПОГИБНЕТ ВОВЕК", - напомнила совесть. Капсула Фрая, чип бессмертия, неизбежно
уцелеет, пусть миноги с червями и сожрут самого особиста. Не судимый да не
умрет.
Можно уже пожелать самому себе успехов в следующей жизни.
Чип Фрая сейчас заканчивает накопление его персональной информации и
фиксирует финальную конфигурацию личного кибердвойника-джина. В момент смерти тела
чип Фрая заархивирует системный журнал джина, а также "проглотит"
психоматрицу, которая есть не что иное, как оцифрованная душа. Чип Фрая уцелеет при
любых форс-мажорных обстоятельствах. Психоматрица будет сохранена во всей ее
полноте, со всеми познающими и сознающими векторами. В клонированном теле
воскреснет и будет жить именно он, прежний Данилов. Психоматрица и
персональная информация сформируют в новом мозгу все то, что определяло личность
прежнего Данилова. Личность образцового гольдманиста. С помощью резервной копии,
хранящейся на первом гипере, будет воссоздан его верный кибердвойник.
"ТЫ БУДЕШЬ ЖИТЬ ВЕЧНО, - с пафосом произнесла совесть, - ЕСЛИ ОСТАНЕШЬСЯ
ПРЕДАН ДЕЛУ ВЕЛИКОГО КИБЕРОБЪЕДИНЕНИЯ."
Все правильно, даже если эта чертова "кишка" и проглотит его чип Фрая, тот
все равно будет обнаружен по сигналу вечного нейтринного маяка.
Данилов хотел было уже затихнуть, но что-то все-таки толкнуло его на
дальнейшую драку - может азарт. Ему удалось прижать агрессивную "кишку" к острому
краю ближайшего бака. Она заерзала и ослабила хватку. Данилов, высвободив
правую руку, полоснул миногу термоножом вдоль и поперек. Из нее вышла дымка
зеленоватой крови, и она сдохла, куда менее мучительно, чем все ее жертвы.
Данилов выбрался из тупика и первым делом стал восстанавливать дыхание. Под
водой это непросто - в легкие как будто забит рулон туалетной бумаги и полное
ощущение того, что вот-вот задохнешься.
Затем надо было по новой определить, где находятся черпаки, выгребающие
рыбу. . .
Массивный грязепоглотитель бросил странную тень, узкую и длинную. И эта
чертова тень устремилась к нему. Да какая там тень. Еще одна минога. Супер-
суперминога .
Судя по сопоставлению размеров, предыдущая гадина была всего лишь
мальком. . .
Данилов плыл стилем "лягушка" через лес металлических конструкций, отчаянно
удирая от монстра, который свидетельствовал о вопиющей антисанитарии на
рыбной фабрике. С западной стороны аквариума как раз открылись огромные окна из
диамантоидного стекла, и море света затопило водный мир.
Данилов почти ничего не видел в этом сиянии и само собой не обращал
внимания на информационные паутинки. Он промахнулся мимо черпаков, ударился
головой о какую-то балку, водоворот втянул его в тоннель и оставил в полусфериче-

ской емкости, заполненной икринками размером с футбольный мяч.
Внутри одной из них он увидел... корону. Золотая рыбка!
Красноватое сияние икринок размягчало Данилова, руки и ноги не желали
больше напрягаться, он засыпал. Джин бормотал про странные выбросы нейроингибито-
ра бунгаротоксина, ну да отстал бы он. Мама, где ты мама?..
Золотая рыбка исполнила сокровенное желание - дала ему, инкубаторскому,
маму. Впрочем, сквозь сладкий сон прорывались обрывки какого-то кошмара.
Зеленое тело, длинное и жирное, круглая пасть с четырьмя рядами зубов, девять
глаз-буравчиков...
Потом вдруг стало очень больно, боль разрывала его грудь, сочилась щелочью
по жилам. Джин что-то кричал ему, компот из разных картинок, долетая до
зрительных центров мозга, превращался в какой-то цветной водоворот, до которого
Данилову уже не было никакого дела. Свет съежился в точку и потух. Последнее,
что он слышал, было: асфиксия, кислород - 10 % от нормы...
Когда он очнулся, то сперва почувствовал небрежные стыки металлических
конструкций у себя под спиной. И то, что чешутся жаберные пластины у него за
ухом - так с ними всегда при пересыхании, иной раз просто пытка. А затем
увидел телескопическую клешню, которая нацеливала зонд на его нос. Ну и первым
делом оттолкнул ее, хотя рука едва слушалась и скорее напоминала вареную
сосиску. . .
- Иди ты тогда в баню, - голос поступил извне.
Данилов посовещался с джином, который сообщил, что кровоснабжение тканей в
норме и серьезных органических нарушений нет, нанодоктора сейчас штопают
микроразрывы в легких и стимулируют некоторые померкнувшие участки мозга.
Утопленник сел, прокашлявшись, оценил лужу, которая с него натекла, затем
глянул на говорившего про "баню". Вернее, говорившую.
Тетка в оранжевом комбинезоне. Оранжевый - любимый цвет работяг. Наверное,
она вкалывает здесь, на рыбозаводе.
И помещение было совершенно производственного вида, с приличной силой
тяжести. Неподалеку колупалась с аппаратурой еще одна баба с влажными волосами и
в таком же рабочем комбезе. У обоих физиономии красные, черты резкие - будто
в два приема их выстругали. У той, что ближе, были слишком грубые ладони,
которые скорее подошли бы механику с какого-нибудь допотопного атомолета, у
другой чересчур широкие плечи. И никаких попыток прикрыться мимиком.
"Эх, бабоньки, как же вас угораздило оказаться столь непохожими на Эльвиру,
Юкико и Зухру."
Эльвира, Юкико, Зухра. Суперконфетки.
Ну, кем еще могут быть клоны третьего или четвертого поколения от каких-
нибудь любимых артисток и манекенщиц времен великого Гольдманна вроде Шарон
Стоун, Клаудиа Шиффер и Наоми Кэмпбелл. Кочует микрочип Фрая, эта "волшебная
лампа Алладинап для джина, для персональной информации и психоматрицы, из
одного тела в другое. И каждое последующее тело подвергается все большей
генетической коррекции и верификации. Заодно и психопрограммированию. Во имя
достижения все большего совершенства. Вот какие смелые у солариток язычки,
спокойно толкуют на темы вроде альтернативной истории.
А эти краснорожие бабоньки, если и клоны, то в самом первом поколении, без
всякой евгеники и верификации, никто не занимался их красотой - для трудов
праведных и так сойдет. И если что-то развито в них, то не красота и
генетическое совершенство, а выносливость и сопротивляемость космическим ветрам.
С одной стороны Юкико, Эльвира, Зухра и другие соларитки, с другой -
фабричные тетки, разница налицо.
Значит, Главное Управление Жизненных Процессов все-таки занимается не
всеобщим улучшением человеческого рода, а кастовой евгеникой и селекцией, хотя и
втолковывает, что одинаково заботится о геноме каждого человека.

Еще Данилову пришло на ум, что когда-то он уже думал об этом, но потом
почему-то забыл.
- Эй, любезный, ты чего задумался? Здесь тебе не Академия Наук, - сказала
рукастая тетка. - Скажи нам "спасибо", утри нос и тикай.
- За что спасибо? - буркнул растерянный Данилов.
- Эй, Кац, подружка, слышь, чего он говорит? - рукастая обратилась к
широкоплечей товарке. - Зря ты его вытаскивала, хоть он красавчик. А я его почто
откачивала?
- Значит, это ваше хозяйство, - Данилов вспомнил свой обычный тон, которым
он разговаривал с фабричными женщинами. - Это, значит, у вас кишмя кишит
метровыми червями и двухметровыми миногами, которые шагу не дают ступить
порядочному человеку.
- Слышь, Кац, насчет чего он лопочет? Насчет того, что У НАС кишит!
- Может, засунуть одного "порядочного человека" обратно, туда, откуда он
взялся? - впервые подала голос женщина по имени Кац. - Слушай, Блюм,
подружка, подхвати чего-нибудь потяжелее и трахни его по башке, а я обратно запо-
вторю его в отстойник. Будет там усами шевелить до второго пришествия своего
Гольдманна.
- Ладно, ладно, - сказала женщина по имени Блюм. - Человека сейчас от
страха Кондратий хватит. А ведь он такой красавчик. Жалко будет.
- Жалко у пчелки в жопке, - отозвалась Кац и отвернулась.
- Слышь, усатенький, - сказала Блюм. - Мы тут только дерьмо чистим. Пуцфрау
<прим. Putzfrauen - нем. уборщицы>, понимаешь ли. Ученые твои, мудодеи,
перековыряли все, понимаешь, хромосомы, слепили этих рыбин, отчего производство
рыбопродуктов у нас сейчас самое высокое за все историю вселенной. Но рыбки-
то гнилые, карпики эти долбаные. Может, ученым вашим липовым только в носу
ковыряться надлежит?
- Послушайте, камрад Блюм, большая часть всех нежелательных мутаций - это
дело нелегальных наноботов, скажите спасибо хаккерам-вредителям. - напомнил
Данилов.
- "Послушайте, камрад Блюм", - передразнила Кац. - Блюм, ты не видишь, что
ли, это мент, нюхач. Я как на свету его увидела, сразу поняла, что легаш.
- Ну, легавый тож человек, особенно такой симпампушный, - примирительно
сказала Блюм. - Особенно, когда глазки-буравчики закрыты... Эй, усатый, а
правда что вам, чистеньким клонам с обычными бабами трахаться запрещено,
чтобы породу не испортить? В вас даже психопрограмма заложена: едва на бабу
полезешь и сразу понос: выгребай лопатой из штанцов.
- Ничего они там не испортят, - произнесла Кац, жуя что-то похожее на
подметку. - У них семенные канатики в прямую кишку выведены. А у особенно
продвинутых в левом яйце вместо половых желез дополнительный гипоталамус стоит.
Про некоторые особенности солариток, я сейчас и говорить не стану - чтобы
товарищ не слишком расстроился.
Последняя фраза выглядела совсем клеветнической, но Данилов решил не
обращать на нее никакого внимания.
- Ну, бабы, такое впечатление, что вы ко мне и в задницу заглядывали и
яичко щупали.
- А что, я могу проверить, яички там или уже яичница, - игриво произнесла
Блюм и протянула свою крепкую мозолистую ручищу к одному известному месту
ниже пояса.
Мошонка Данилова инстинктивно поджалась, и он торопливо заговорил.
- Да нет же, я не говорю, что виноваты лишь нанохаккеры и прочие отщепенцы.
Наука тоже попадается в ловушки, которые повсюду пораставила природа-мать-
перемать . Но если бы не ученые и не новые общественно-информационные
отношения, человечество сейчас сидело бы по горло в кровавом болоте войн и угнете-

ния.
- Мы тут такое дерьмо чистим, что почище вашего болота будет, а они там
хюльдманнские премии получают, - не унималась Блюм.
- Ничего они не получают, за грубые ошибки первый гипер заставит их
отвечать . Случались даже приговоры к высшей мере, - возразил Данилов.
Тут Кац просто просквозила его негативным взглядом. Она не так проста -
видимо знает про дело Миронова, Шац и Киссельмана. Люди эти полезли не туда
куда надо и хотели слепить из абстрактной теории бомбу для всего общества, люди
получили по заслугам.
А еще Данилов помнил, что работяги очень неподатливый материал. Ведь на них
почти не действуют те меры, которые полагаются при всяких несущественных
нарушениях, вроде отдельных клеветнических или просто глупых высказываний.
- У вас отвечают только те, кто уже отправился лизать задницу великому
Гольдманну, - умудрено произнесла Блюм.
Данилов знал это оборот - он означал, что человек умер полностью и
окончательно. "ЭТИ ШМАРЫ ПОКУСИЛИСЬ НА СВЯТОЕ", - строго произнесла совесть. Поста-
раясь сохранять спокойствие и контролировать нервные цепи, Данилов произнес
максимально твердо:
- У нас никто не умирает. Слышите вы, Блюм. Смерти нет - вместо нее
праздник нового рождения. Капсула Фрая - это залог воскрешения и вечной жизни. Наш
общественно-информационный строй дает человеку все, о чем он мечтал
тысячелетиями: разумное благополучие, беспрепятственное развитие и, в конце концов,
бессмертие.
Почуяв нешуточную угрозу, Блюм несколько стушевалась.
- А то как же, зачем подыхать, кончаться, откидывать хвост, играть в ящик?
Конечно, вместо смерти конкретно праздник нового рождения. Как соберешься
помирать от какого-нибудь гепатита Икс, привозят тебя на каталке в отходную
комнатку, рядом с моргом и разделочным цехом, и оттуда мясники-потрошители
выбегают, бухтят: "Эй, у нас смена кончается, план горит, давай
поторапливайся родиться вновь". А тебе на это нассать, знаешь же, что отдашь свое старое
тельце на удобрения, получишь свеженькое, новенькое, вот с такими сиськами. И
будем мы с Кац шагать из одной жизни в другую, из одной в другую. Все как
доктор Фрай прописал.. . Нет, начальник, мы тут не катим баллон на вечную
жизнь, мы это дело всенародно одобряем.
- Они покусились на святое, - вдруг повторила женщина по имени Кац слова
даниловской совести. - У нас никто не умирает, - произнесла она непонятным
тоном, то ли подтверждающим, то ли ироническим. - Просто некоторые
превращаются в головастиков, а некоторые в ковырялок.
- Ковырялок, головастиков, - проговорил Данилов непонятные слова. - Что вы
имеете в виду?
- Ничего мы не имеем в виду, у нас и виду-то никакого нет, а находиться в
этом производственном помещении даже легавым запрещено. Нечего вам на нас
свое драгоценное время расходовать, не злоупотребляйте своей добротой,
гаркнула Кац. - Так что, вперед. Вы на первой палубе блока Фау, можете
перенастроить свой инфосканер, если он немного прибалдел.
Данилов, перед тем как выйти в распахнувшийся люк, полуобернулся и сказал:
- Спасибо, Кац, спасибо, Блюм, - а потом добавил слова официального
прощания. - Спасибо великому Гольдманну за нашу прекрасную встречу.
- А за разлуку он нам ответит, - шаловливо протянула Блюм. - Прощай,
красавчик. Один диктатор ляпнул как-то, что с массой надо обращаться как с
женщиной, а я тебе скажу напоследок, что с бабой надо обращаться как с массой.
А Кац вообще не откликнулась, как будто забыла о нем вовсе. Последнее, что
он заметил - лица-то у них не только резче острее, но и как-то значительнее,
чем у соларитских богинь.

И тут Данилов неожиданно подумал, что не знает, как на самом деле выглядят
Эльвира, Юкико и Зухра. Ну да, должны быть суперконфетки. Ведь каждое
следующее поколение подвергается очередной верификации и коррекции. Этим занимаются
наноманипуляторы пекинского гиперкомпьютера и надзиратели-наноботы первого
гипера, которые сильны, как самые опасные вирусы и вычищают все самые малые
погрешности и отклонения... А может подлинная индивидуальность и есть
погрешность? А может одаренность и есть отклонение? И даже во внешней красоте еще
как посмотреть, что погрешность, а что яркая особенность.
"ПОГРЕШНОСТИ НАКАПЛИВАЮТСЯ И В ИТОГЕ ГУБЯТ СИСТЕМУ", - внушительно
произнесла совесть. И Данилов, конечно же, был с ней совершенно согласен.
Обойдемся без особой индивидуальности у красавиц-солариток. Значит, так надо, чтобы
система была устойчивее...
В любом случае, Юкико, Эльвира и прочие коммунарки также хороши как в
математике, как и в постели.
Хороши в математике... Впрочем, в соларитской математике он хреновый
специалист , только знает, что для дела от нее никакого толку нет.
И насчет постели - сам он для солариток словно зараза, поэтому трахаться
приходится разве с бабами из рабочих поселков и закрытых зон, тщательно
зондируя их перед этим и заметая следы после. Или клади пенис на полку. Кстати,
Сысоев явный либерал в половом вопросе, никаких взысканий Данилову за связи с
заводскими телками и прочими оторвами не накладывал. Только предостерегал от
секс-мимиков и киберсуккубов, которых подбрасывали в сеть извращенцы-хаккеры.
В половом-то вопросе Сысоев либерал, однако, заметно ежится от смелых
разговоров своей подруги Зухры и прочих соларитов. Фридрих Ильич - старый лис и
поэтому четко сечет, что за смелостью привилегированных людей всегда что-то
стоит. Или распад системы, или какая-то игра на выявление нестойких.
4. "Кочан против головы"
Орбитальный рабочий
поселок "Шанхай-44".
Данилов не любил космических поселков из-за их замкнутости. Даром, что
пустота вокруг. Эта пустота была безмозглой уничтожающей силой, кипящей тьмой,
которая искала любую щелку, чтобы ворваться внутрь и растерзать все живое.
Даже из поселкового космопорта не открывалось множества путей-дорог;
наоборот, те, что имелись, напоминали узкие шахты, пробитые сквозь ад к другим,
таким же крохотным, замкнутым миркам.
Имелась еще, само собой, Земля. Но для большинства тех, кто попал в космос,
обратный путь на планету-маму был закрыт - пониженная гравитация и
невесомость вымывали кальций из костей, искажали обмен веществ. Да, собственно,
никто из космических жителей, даже из рабочих поселков, не стремился на
историческую родину. Пускай, в космических гетто всю жизнь надо будет дышать
запахами озона и резины, но там, под голубым небом, все жестче и страшнее.
Конечно, и на Земле цепь бесконечных войн и террактов, характерная для
начала века и называемая малой мировой войной была остановлена, когда
воцарилась разумная необходимость в виде ГДР.
Вначале в район бедствия приходил гиперкомпьютер со своими верными и
присными, ну и занимался тем, что было не по зубам всяким «Yahoo!!!» и Гальгаль-
там - он работал. Давал хлеб насущный с вареньем. Монтировал однотипные
протеиновые фабрики, работающие на любом мусоре, по быстрому разбирался с
инфекциями и эпидемиями, протягивал рельсы трансрапидов и оптоволоконные кабели.
Изничтожал бандитов и контрабандистов, сколько бы стволов у тех не было - эти
нетоварищи отправлялись в качестве сырья на пищевые фабрики. Опутывал заводы,

фермы, конторы, магазины своей паутиной наблюдения и контроля. Как из кубиков
собирал столовки, бани, пункты санобработки и сортиры, включающие полную
переработку дерьма. Недаром говорили, что свобода - это осознанная большая
нужда. Кое-что из сортиров снова поступало на стол по замкнутому циклу, но мало
кто замечал такую особенность.
Делалось все силами макромашин, микромашин, наноботов, силами и верой
людей . Делалось быстро, порой в одночасье. Так что у большинства простых
граждан (99%) , неискушенных в технологических хитростях, создавалось ощущение,
что сказка претворяется в жизнь.
И большинство простых граждан душой и всем телом поддерживало великие и
прекрасные гиперкомпьютеры. Кто ж попрет против сказки? Ведь тебе откуда ни
возьмись - еда, кров, работа, вера, чувство локтя, когтя, безопасность и, в
конце концов, бессмертие.
Простонародье всех цветов кожи, всех видов кучерявости молилось на Кибе-
робъединение. Миллиарды китайцев и индусов шли волной-цунами за гиперами как
за самыми прекрасными девушками. Немцы вдохновенно, словно Бетховен и Моцарт,
организовывали толпу, имплантируя в мозги отсталых камрадов биоинтерфейсы и
нейроконнекторы. Русские, где надо и не надо, отчаянно бросались грудью на
любую амбразуру.
Гиперы отнимали старую семью, старую свободу, старую веру, но мало кому
было до этого дело, кроме религиозных фанатиков и политических авантюристов.
Открытые враги быстро превращались в заурядных кретинов благодаря наноботам
очень удачной серии "С". Микророботы прикреплялись к коже или слизистой,
которую протыкали стрекательной нитью и вводили через нее "малышей". А те
занимались истреблением нервных клеток в преступных головах. Всякие Рэмбо едва
успевали взвизгнуть "Yahoo!!!", как становились кроткими и послушными словно
овечки. Потом заткнули и мусульманских фанатиков, сторонников Бен-Беллы.
Говорят, что боевые наноботы серии "С-2Э" врезали фундаменталистам прямо по
яичкам и прочим важным эндокринным железкам, производящим половые гормоны,
отчего, так сказать, состоялась самая массовая в истории операция по перемене
пола. И фанаты, оставив всякие крики и понуро опустив член, отправлялись
чистить отхожие места.
Для особых отсталых товарищей, которые не могут отличить балета от туалета,
были созданы резервации - бегайте там себе на здоровье, размахивая каменными
топорами да ржавыми автоматами Калашникова, и ждите, когда сверху посыплются
соевые конфетки с начинкой из контрацептивов.
Последний анекдот на эту тему. Один вождь жалуется другому. Никак не могу
объяснить моим, что солариты - тоже люди. Мои отказываются их есть.
Всю остальную планету заняли рабочие поселки: клонопитомники, заводы,
шахты, оранжереи, плантации. Нет на Шарике ни солнечных городов, ни закрытых зон
- чтоб никому завидно не было. Все мозги подконтрольны гиперам; где не
уследит Великое Киберобъединение, там доработает Главинформюро, состоящее из
маленьких исполнительных одноликих китаез. Все население разделено на две
рабочие вахты - две недели труда, две недели в биостазисе, Две трудовые недели
земляне днюют и ночуют на рабочем месте, а биостазис коротают в спальнях, где
их как килек в банке. Для двух недель сна в "маринаде" (так именуется
биостазис у остряков) выделяется ячейка размером не больше гроба. А что, нечего
расходовать попусту еду, одежду, энергию и прочее. Спасительный для планеты
порядок.
Но черт те знает, откуда взялись у Киберобъединения новые противники, и на
Земле, и в космосе. Уже не пахнущие мочой луддиты с молотками, не блохастые
повстанцы с гранатометами, а хаккерская шваль, человекомикробы. На свету -
обычные труженики заводов и лабораторий, в темноте - хитроумные черти,
которые проникают в любую дырку и щель. Хаккеры-виртуалыцики орудовали в завихре-

ниях глюонной решетки суперсвязи, тонких зазорах между сферами контроля
разных гиперкомпьютеров. Нанохаккеры отравляли мир молекулярными роботами-
зловредами: нанитами <прим. наниты - свободно зволюционизирующие роботы> и
диверсионными интеллекулами. Все необходимое оборудование эти паскудники
носили с собой, если точнее внутри себя, или маскировали под обычные вещички
типа зубной щетки или расчески, которая могла являться целым
биокибернетическим синтезатором.
Липидные микросхемы, вшитые полосками под кожу, кальций-углеродные кристал-
лочипы памяти, вмонтированные в зубы, полиуглеродные процессоры, спрятанные
под ногти, наноботы-ассемблеры, плавающие в закупоренных участках кровеносных
сосудов, наноботы-репликаторы, расположившиеся в жировой прослойке. Иной раз
приходилось до винтика разбирать человека, чтобы найти всю такую амуницию. А
порой разбирали, но так ничего и не находили - глубоко, значит, замаскировал
все, падла.
На Земле хаккеры спокойно избегали обязательного двухнедельного сна,
расщепляя своими наноботами биостатические препараты - и заодно превращая
добропорядочные "спальни" в бордели и артели.
В космосе пристанищем для хаккеров стали так называемые закрытые зоны, где
они роились как мухи над дерьмом. Увы, среди хаккеров часто попадались люди
той национальности, к которой относился великий Гольдманн. (Но промежду
прочим, классик рассорился с еврейской общиной города Росток, где он проживал,
за то, что не желала слушать его лекций по поводу самовозникновения высшего
разума в сети.) После взятия Иерусалима гэдээровским спецназом уцелевшие
израильтяне были распылены по всей Солнечной системе, так что процент их
оказался повсеместно ничтожным. Однако случилось несколько дерзких диверсий на
клонопитомниках, когда какие-то негодяи тщательно рассовали иудейских
живчиков по миллионам склянок с яйцеклетками...
У Данилова никогда не возникало сомнений в правильности остальных
масштабных мероприятий Актива Коммунаров, например в переселении трехсот миллионов
голодающих африканцев и азиатов в Европу и Северную Америку. Однако, как и
любой другой молодой оперативник он начал с вопроса: "А почему Всемирный
Актив разрешил закрытые зоны?" На что старший камрад ответил, слегка прищурив
левый глаз: "А чтобы все балбесы увидели преимущества нашего
гольдманнистскоро образа жизни перед диким хаотическим."
Может, и так. Но на бытовом уровне кочевала догадка - закрытые зоны нужны,
чтобы там процветала левая наука и технология, которые зачастую давали фору и
официальным. Почему бы и нет? Со временем Данилов согласился с этим. Отчего,
в самом деле, общественно-информационный строй должен одинаково преуспевать
во всех отношениях? Гольдманизм несет порядок, систему, разумность,
целесообразность и все такое, что особенно ценно в мире с крайне ограниченными
ресурсами. А творчество вырастает из хаоса, из избытка, оно граничит с болезнью, с
гнилью. Гнилые места должны существовать, но не мешало бы их понадежнее
закупорить , закапсулировать...
Со злополучного рыбозавода Данилов попал в жилой блок. Кругом шастали люди
со страшными мордами, в потрепанной мешковатой одежонке - ну да, мимики здесь
совсем не обязательны - и далеко не все торопились по делу. Пара прыщавых до
полной гнусности пацанов стали клянчить у Данилова допаминовку - так
называлась дешевая подкормка для свиней, благодаря которой те превращались в
огромные и довольные шары из сала. Годилась эта отрава и для людей.
У особиста даже не было сил отогнать их - голова все еще болела, и как
будто скрипела даже. Подкатывала и тошнота. Мальчишки, чтобы доканать его, стали
плясать, под музыку, производимую словно бжиканьем десятка пил по стеклу. Они
дергались, подражая движениям робота-экскаватора, крутились как волчки на

грязном полу, прыгали с задницы на голову и обратно. Данилов помчался от них
по палубе Фау-2, потом спустился на лифте вниз. Тут его взяла в осаду какая-
то зататуированная баба, которая явно принимала его за своего дружка. Баба
была "под мухой", то ли накушалась алкоголя, то ли нанюхалась дешевого эрзац-
кокаина, от нее еще несло таким букетом из пота, прогорклого сала, воблы и
чеснока, что Данилов не мог уже держаться и стравил в углу.
После этого баба наехала на него еще мощнее, ее поддержали какие-то типы с
физиономиями как мятая туалетная бумага и длинными корявыми пальцами,
похожими на сучья. Настоящие лешаки, ГУЖП <прим. Главное Управление Жизненных Про-
цессов> явно пропустило генные аберрации. Данилов с трудом прорвал блокаду,
стараясь не применять заметные приемы - наступил на ногу, толкнул, дал локтем
под дых.
Он стремительно метался по палубе, выискивая транспортер или лифт и краем
глаза подмечая, что трое или четверо работяг заторопилось следом, играя чем-
то в карманах. Знал он эти "игрушки" - свинчатки, кастеты с выдвижными
алмазными зубчиками, самоскручивающиеся (на горле) цепочки, сюрикены с тепловым
наведением, дубинки-телескопы, термоножи.
Данилов свернул в первый попавшийся коридорчик, который, как ему казалось,
уводил к какому-то складу, но вдалеке замаячила еще одна подозрительная
компания. Даниловская рука рванула ручку первой попавшейся двери, на которой
были нарисована тарелка с супом. Сработал ключ-код и Данилов оказался в
сумрачном помещении. Грибная плантация, вернее подсобка при ней - для хранения
всякой амуниции. Можно было прийти в себя, а затем и поразмыслить.
Вместе с джином Данилов проанализировал системный журнал - особенно записи,
оставшиеся от подводной прогулки. Ихтиомутант, золотая, блин, рыбка, являлась
источником сильно действующего модельного наркотика, который прилично
долбанул по психике, особенно по задним долям мозга.
Коронованная рыбка плодотворно сотрудничала с суперминогой. Одна загоняет,
другая дурь наводит. Хорошенькая смычка.
Можно было, конечно, валить это безобразие на диких нанит, которые давно
отбились от всяких рук. Но диким наноботам не свойствен комплексный подход.
Обычно они ограничиваются несколькими сильными, но мало соответствующими друг
другу изменениями - хромосомку слизнут или закольцуют цепочку генов, или за-
активируют участок генома, проспавший сто миллионов лет.
Из-за этого пострадавший просто окочурится. Или вдруг состарится в хлам.
Или серьезно выпадает в осадок - начнет например обрастать шерстью, чешуей,
рогами. И возвернется к первоначальному состоянию, лишь пройдя многомесячное
компенсационное лечение у нанодокторов. Директор рыбозавода на такие шутки
само собой не решился бы.
На рыбозаводе явно действует мафия и ее специально запрограммированные на-
ноботы-интеллекулы. Не для шуток - для бизнеса.
К куртке прилипла чешуйка, оставшаяся от миноги, той самой, что довольно
успешно охотилась на него. Уже поверхностный анализ ДНК и белков показал, что
эта суперминога просто машина для убийства. И машина эта была сделана из
рыбки длиной в десять сантиметров, некогда занимавшейся мирным трупоедством под
донной решеткой, куда падали всякие останки.
Интеллекульная диверсия была хорошо спланирована - причем этим занимался
какой-то мощный наркоделец.
Одни рыбешки производили наркотики, другие охраняли "производство" от
незапланированных гостей. Сами работники рыбозавода, видимо, старались не лазать
в глубокие места. Хотя вполне могли быть подельниками-соучастниками.
Не забыл особист Данилов и женщин с именами Кац и Блюм. Кац действительно
вытащила его из отстойника, где копилась всякая гниль и куда он провалился,
после того как потерял сознание. Там либо минога прикончила бы его, либо до-

канала бы нехватка кислорода. Но помощь подоспела вовремя. Можно даже сказать
- подозрительно вовремя. Как именно Кац прикончила миногу, Данилов мох1 только
догадываться. А может и не прикончила вовсе, а договорилась с ней полюбовно.
Шутка, конечно.
Надо бы допросить работниц. Или поручить это дело местному следователю из
Службы Общественного Здоровья. Но на первое мероприятие - времени в обрез, а
второе... следователи разные бывают. Может, и так случится, что Данилов
посадит людей, которые спасли ему жизнь... Конечно, это мягкотелость, которая
может потом боком выйти.
В любом случае в омут его заманил коварный враг1. Анпилин-падл а. Анпилин
знал, что там творится. А поскольку даже у самых близких друзей-гангстеров не
принято выдавать тайны своих угодий, то с вероятностью 90% - это был личный
участок Анпилина-Кебапче.
И, кстати, изготовитель наноботов-интеллекул тоже угадывается. Данилов
открыл ближайший вход решетки спецсвязи и пролетел по милицейским базам данных.
Чешуйка имела как бы фирменное клеймо - методику генной модификации. Именно
такой пользовалось несколько левых ученых из закрытых зон п3емля-12п,
"Мичуринск", "Кибальчич" и "Мирный", что на Меркурии. Список пока что был слишком
широк.
Через кого из них можно выйти на Анпилин а? Ладно, додумаем по дороге,
сейчас лучше податься в космопорт и проверить записи, оставшиеся от пассажиров
за сегодняшний день. Возможно, Анпилин-Кебапче снова наследил.
Данилов стал отпирать ту дверь, через которую попал на грибную плантацию. И
на этот раз неудачно. Как будто кто-то снаружи повесил простой амбарный
замок.
Надо было искать другие выходы. Джин мигом проложил маршрут на карте "Шан-
хая-44" и заодно, перед глазами, в оптическом окне, возникла голубая
путеводная нить. Надо пересечь грибную и капустную плантации, а дальше уже цех по
переработке овощей, из которого прямая движущаяся дорожка в космопорт.
В темный отсек, где выращивались шампиньоны, как раз сбрасывался ил,
оставшийся от карпов. Плантация, где имелось только инфракрасное освещение,
напоминал преисподнюю - конечно, в понимании всяких отсталых греков и римлян.
Огромные грибы самых причудливых, но почему-то всегда кошмарных форм всасывали
остатки жизни, сохранившиеся в иле. По грибам ползали плоские черви, которые
слизывали с грибов катаболическую слизь. Грибы не отказывались шамать мертвых
червей. Черви грызли умирающие грибы. Их ротовые отверстия противно пытались
присосаться к коже Данилова. Их холодные морщинистые тела не раз скользили по
его голой щеке или шее.
В капустной оранжерее было куда приятнее. Идеальные параллельные ряды с
благоухающими кочанами цветной капусты, сильно облагороженой протеинами и
витаминами . Каждый кочан метр-двадцать в диаметре. Почему-то вспомнились
параллельные процессоры транскомпьютеров. Ласковый "солнечный" свет лился из
панелей где-то с трехсотметровой высоты. Даже шмели летали, здоровые как воробьи,
но безобидные. Серебристо-голубое небо и серебристо-голубая вогнутая земля.
Небо и земля были, конечно, лишь впечатлением, иллюзией, но удачной, потому
что в наиболее удаленных от наблюдателя Данилова местах серебристость
пропадала, оставляя лишь насыщенную желтизну.
И вдруг засигналил недремлющий инфосканер, следом подключился и
органический сканер.
Обнаружились следы Анпилина!
Его сальные выделения были замечены там и сям, на кочанах, прыскалках,
трубах. Экспресс-анализ ДНК дал идеальное совпадение с данными, хранящимися в
досье Особого Отдела. Может, Анпилин еще недалеко, может, прячется где-то на
грядках или в баках с компостом. Сидит, понимаешь, по шею в дерьме. Вот удача

так удача.
Данилов, осторожно пробираясь среди кочанов в две трети человеческого
роста, следил одновременно за "живой" картинкой в оптическом окне, за окнами ин-
фосканера, психофейса и органосканера.
Двадцать, тридцать шагов, паутинка на экране инфосканера стала усложняться,
но потом ее сбила волна помех. В оранжерее что-то сильно фонило.
Данилов остановился и попытался сосредоточиться.
Именно потому, что внимание рассеивалось. Вернее несущественные детали
перли на передний план, а существенные ускользали. Стала жутко интересными форма
капустного кочана, прожилки на листе. На кой все это? Надо сосредоточиться на
главном, но он уже забыл, что важно, а что нет.
Впечатление такое, будто кто-то помешивает ложкой в его голове. Так бывает
после хорошей дозы опиатов. Однажды его обкурили в закрытой зоне "Кибальчич",
и сейчас было что-то вроде этого. Память не слушается его, изливает все, что
захочет, мысли не стыкаются друг с другом, все пофиг. Кто он, чего ему надо?
Дурнота, дурь перекатная, мысли разбегаются, несмотря на то, что джин усердно
впрыскивает габергик <прим. синтетический нейротрансмиттер, агонист GABA-
кислоты> в передний мозг, что должно привести нейронные цепи в рабочее
состояние . По идее.
Изменились альфа и дельта-ритмы. Замедлилось сердцебиение. На лбу выступил
холодный липкий пот. А если он сейчас начнет помирать? Сейчас, когда ему
почему-то трудно верить в капсулу Фрая.
Цилиндр капустной плантации как будто сжимается, его фальшивые земля и небо
сходятся между собой, заставляя особиста сгибать колени и наклонять голову.
Все больше ощущается сдавливание сверху и снизу, и Данилов, поддаваясь ему,
распространяется вширь; его голова, налившаяся тяжестью, уже на уровне
капусты, уже лежит на грядке, такая же беспомощная, как и остальные кочаны. Почему
голова обзывается кочаном? Почему в немецком это просто одно слово? Kopf.
Голова смахивала на кочан. Кочаны - на головы знакомых и незнакомых людей.
Теперь когда собственная голова почти не варила, словно тут и там в нее
были вставлены пробки-затычки, органосканер наконец определил, что эта капуста
не только протеиновая. Она - вычисляющая, запоминающая и даже думающая. Черт
тебя раздери, ни на какой план-карте не значится, что здесь расположена кибе-
рорганическая, накопительно-вычислительная система. Про думающую капусту
особист Данилов до сих пор даже и не слыхал. Вот про садки с головоногими
моллюсками, используемые как высокоэффективные нейронные сети, известно всем
особистам . И октябрятам тоже.
Личность Данилова расползалась по серебристым пульсирующим паутинкам,
размазывалась желтыми полосами, крошилась в золотистую крошку.
То ли капуста захватила его нейроконнектор, то ли уже подсадила в его мозг
свой собственный адаптер. В любом случае Данилов чувствовал, как она мацает
его мысли одну за другой.
Какая-то информация закачивалась в него - словно он был очередным разумным
кочаном в капустной сети - но джин не мог декодировать сигналы, ссылаясь на
незнакомый протокол передачи данных. Коды беспрепятственно вливались через
некий нейроадаптер в его голову, внедрялись в его сознание новыми
психосхемами. Краски давно уже потеряли геометрическую правильность, стали пестрым
густым вихрем, который до тошноты крутил его. Было рвотно и тяжко. Ломка.
Джин выдавал грустные сообщения про искажения мозговых волн и даже показал
примерное расположение нелегального нейроадаптера. Передние доли мозга, лим-
бическая система <прим. структура, ответственные за эмоционально-волевые со-
стояния>.
Где-то в капусте затаился мощный и коварный чип, манипулирующий нервной
тканью с помощью тоннельно-мезонного эффекта. Эта мысль была совершенно здра-

вой, но на нынешнем этапе совершенно бесполезной.
Данилов тонул в беспредметном океане неосмысляемой информации и бестолковых
эмоций, где он был волной, струйкой, которая рисковала каждую секунду
исчезнуть .
Ему не за что было уцепиться, массивы его воспоминаний оказались перекрыты,
остались только самые свежие и самые сильные.
Владислав, Эльвира, Юкико выглядели бледными скользкими тенями - словно
зацветшие мокрые тряпки на заборе. Ведь они всего лишь мимики под управлением
образцовых джинов. И только резкие черты и отрывистый голос Кац спасли
Данилова от растворения, заново прочертив в его психоматрице волевой вектор.
Активизировавшаяся психоматрица через нейроконнекторы вызвала восстановительные
функции.
Данилов наконец услышал своего джина, который докладывал, что ему удалось
заблокировать нелегальный нейроадаптер и стереть психопрограммные объекты,
незаконно проникшие в мозг.
С помощью психофейса был разоблачен и вражеский кочан.
В обычном оптическом окне это был кочан как кочан. И трудно было поверить в
его злодейскую натуру, в то, что это логовище нейроманипулятора <прим. чип с
большой ментальной емкостью, с тоннельным мезонным излучателем>.
Но Данилов, как профи, сразу поверил.
Теперь, когда вредная суть кочана оказалась разоблаченной, можно было
направить на него свою ярость.
И началась великая битва человека против капусты.
Особист, сжимая зубы и катая желваки, кинулся на кочан, но враг был силен и
оборонялся, как это принято, с отчаянием обреченного.
Капустный чип не просто тормозил особиста, он будто заливал его смолой, не
давал ему дышать, словно сжимал в тисках и становился коленом на грудь.
Властелин капусты подсадил в задние доли мозга Данилова еще один
нейроадаптер и с помощью холинестеразы блокировал синапсы.
Посиневший особист едва успел пробить блокаду инъекцией пмускаринового
гриба" <прим. синтетический нейротрансмиттер, агонист ацетилхолина>. И с
яростным криком "За нашу космическую Родину" наконец достал врага.
Неироманипулятор был вырван из кочана и беспомощно закопошился на ладони -
на вид что-то вроде медузки, биочип на десяток ментобайт памяти и двести ме-
моватт интеллектуальной мощи.
Капустный король был запрограммирован конкретно на Данилова, иначе не
удалось бы ему так быстро и удачно атаковать мозги особиста. И в мозгах сейчас
словно мины рвались - это наноботы-защитники разрушали чужеродные нейроадап-
теры.
По решетке спецсвязи ушел запрос в базу данных Особого Отдела и вскоре
прилетел ответ: этот чип-манипулятор наверняка произведен в закрытой зоне
"Мирный" .
Все теперь сходилось: и интеллекулы, что мастерят суперминог с золотыми
рыбками, и капустный неироманипулятор были изготовлены по заказу Анпилина на
Меркурии, в "Мирном". И если враг уже ускользнул со "Шанхая-44", то на
Меркурии о нем могут кое-что порассказать.
Данилов, шатаясь, прошел через цех обработки овощей, где мирно спало
несколько работяг. Впрочем, их можно было бы обозвать и крестьянами. Похоже,
они обкурились опия, добытого из заботливо выращенного оранжерейного мака.
Данилов подумал и о том, что "крестьяне" пали жертвой каких-то экспериментов
капустного манипулятора и заснули надолго. В любом случае, эти падшие люди
уже не контролировали несколько конвейеров, с десяток фасовочных, помывочных
и упаковочных роботов, но и не задавали лишних вопросов. И прокатившись
вместе с ящиками по дорожке-транспортеру, Данилов оказался в космопорту "Шанхая-

44м. Если точнее в маленькой конурке стартового контроля, прилепившейся к
одной из труб космопорта, изрядно напоминавшего огромный орган.
Через час напряженной аналитической работы туман спал, и стало ясно, что
Анпилин из орбитального поселка уже убрался. Утром он прошмыгнул через
контрольные ворота для персонала, лишь слегка "наследив". Какой уходящий борт
приютил бандита - осталось тайной. Но зацепка имелась, хорошая зацепка - тот
самый ученый-левак из зоны "Мирный", что сотрудничал с Анпилиным.
"Я его достану, этого гангстера, если не мытьем так каканьем", - смог
пошутить особист. Однако беспокойство, слабо выражаемое в биохимических индексах,
шуршало в душевных закоулках, словно мышь. Слишком легко асоциальный элемент
наносит удары по сотруднику особого отдела Главинформбюро. Совсем бесхлопотно
пробивает хваленую защиту. Нет ли утечки информации, нет ли предательства?
"ЧТО ЗА АХИНЕЯ, - возмутилась совесть. - КИБЕРОБЪЕДИНЕНИЕ НЕ ДЕЛИТСЯ
ИНФОРМАЦИЕЙ С КАКИМИ-ТО МИКРОБАМИ" .
Все правильно, Объединение не делится информацией с болезнетворными
микробами вроде Анпилина и держит каждого чиновничка за яйца, чтобы и тот не
делился .
Через полтора часа отправляется борт до орбитера "Меркурий-2", и Данилову
надо туда же. Прощай, "Шанхай-44". Спасибо великому Гольдманну за нашу
прекрасную встречу. За встречу с интересными и опасными людьми.
5. "Гуляй-поле"
Меркурий, закрытая
зона "Мирный".
То, что это закрытая зона, заметно стало еще с высоты в пятьдесят
километров.
Пылевая завеса оказалась хлипкой, отчего и просматривалась сотня сухопутных
кораблей: огромных мобильных платформ с мачтами-столбами, на которых
намонтировано-навешано всякого разномастного жилья - дома-шарики, дома-гроздья,
дома-колбаски. На временной стоянке, которую можно было назвать городом,
платформы выстроились двумя концентрическими кругами, образовав посредине площадь
имени Бардака.
Данилов посетил ее "с экскурсией" сразу после посадки трясучего челнока,
спустившегося с "Меркурия-2". На площади парковалась куча всякой мелкой
техники, с которой старатели ездили на прииски - транспортеры, вездеходы,
экскаваторы, жилые трейлеры, самоходные и прицепные бурилки с дробилками.
Посредине, заменяя кремлевские башни, биг-бены и прочие александрийские столпы,
высилась тетраэдрическая антенна суперсвязи.
Тут же располагалось и кладбище, где "открытым способом" лежали мешки с
погибшими старателями. Когда отсюда уйдет городок и нахлынет солнце, произойдет
торжественная кремация. Данилов сомневался, что все покойники при жизни имели
легальную капсулу Фрая, однако у всех у них имелась дырка за правым ухом -
след изъятия.
По соседству с кладбищем был разбит базарчик - иные "солидные" лавочки
имели даже гермошлюз, но многие торгаши устраивались прямо на мешках с
"сосульками" - так непочтительно прозывались почившие товарищи.
Широченные траки платформ оставляли после себя настоящие каньоны - на
взгляд из космоса похожие на следы огромных змей. Башмаки же Данилова мягко
пружинили - почва была насыщена гелием. На горизонте, сквозь пылевую
атмосферу, сиял меркурианский восход, затягивая треть неба оранжевизной - как будто
на городок надвигалась стена кошмарного пожара.
Но "Мирный" не торопился уходить. Рядом было золото, основа квантовых
чипов, также гафний, неодим, осмий, рений. Впрочем, раскатывать губу на огром-

ное богатство не приходилось. Закрытая зона располагалась на планете, с
которой не так просто улететь. И хотя добра тут навалом, попробуй наживи капитал.
Ведь добро это надобно приносить в фирму "АОУ Терминатор". Тебя там ожидают
самые низкие во вселенной закупочные цены, самый смешной в целом космосе курс
обмена местных кредиток на солары, ну и налоговый инспектор, который
поинтересуется заплатил ли ты за чистый воздух, многоженство, многомужество и
монументальную скульптуру.
А вот аппаратура жизнеобеспечения, бабы, женокиберы, "тормоза" для мозгов и
всякие прибамбасы вроде персонального глюковизора, расширенного нейроконнек-
тора и софтов, симулирующих райскую жизнь - идут по заоблачным ценам. Их
доставляют из других закрытых зон, находящихся за миллионы километров отсюда.
Можно, конечно, добраться до орбитера "Меркурий-2" или, скажем, "Гермес-
Коммерц", где уже настоящий базар. Но билет на челнок стоит твоей
трехмесячной работы. Да и в толпе дот-коммунаров старатели чувствуют себя неуютно.
Естественно, что можно попробовать мафиозные каналы. Каковые существуют. Но
мафиози могут рассчитаться с тобой выстрелом в затылок, так что от капсулы
Фрая и мокрого места не останется. А борцы с мафией запросто устроят тебя в
"исправительно-оздоровительное учреждение" на Ио. Твою жизнь продлят за счет
инъекций модернизированных онкогенов - они усиливают регенерацию, но ты при
этом обрастешь соединительной тканью и станешь похожим на бегемота...
Данилова первым делом заинтересовали старательские вездеходы. Они стояли
табором на главной и единственной площади, подняв капоты и проветривая
твердотопливные реакторы. Старатели не боялись радиации, они жрали без устали
конфеты с начинкой из энзимоботов, починяющих хромосомы, хлебали как
заведенные антиоксидантное пиво и бегали отлить через клапан в ближайшую сторонку -
вверх улетали настоящие фонтаны. Просто-таки Долина гейзеров получалась.
Нетоварищи явно подвергали себя и "левым" модификациям для повышения
устойчивости - у многих заметны были наросты панцирного типа, отливающие металлом.
(Только вот не сделали ли этих ниндзя-черепашек опять-таки в инкубаторах ГУЖ-
Па, подумал вдруг Данилов. Тогда получается, что весь разгул криминалитета -
это дело, запланированное в недрах Киберобъединения.)
Но совесть тут же сделала втык: "НЕ ОСУЖДАЙ ТОГО, ЧТО НЕ ПОНИМАЕШЬ.
КРИТИКАН ВЫИСКАЛСЯ. РАЗВЕ ТЕБЕ, ХУДАЯ ГОЛОВА, ПОСТИЧЬ ОБЩУЮ СИММЕТРИЮ, ПОНЯТНУЮ
ГИПЕРКОМПЬЮТЕРАМ? "
В конце концов, предстояло отыскать того парня, который смастерил нейрома-
нипулятор. Но вначале надо было выйти на давнего знакомого по кличке Краб.
Знакомый осведомитель, конечно, не напрашивался на свидание, но бармен-мутант
из одного кабачка шепнул за сто меркурок, где можно найти Краба. В долине
Теотикалли.
Данилов за тридцать меркурок взял напрокат у одного потертого алкаша тоже
потертый, старенький, но довольно мощный вездеход.
Однако топливные стержни можно было приобрести только в конторе фирмы "АОУ
Терминатор", где место в очереди стоило десять кредиток. Но даже с этим
местом очередь подошла бы лишь через пару часов.
Данилов потолкался на площади и, соскучившись, двинулся было к одной из
крайних платформ, где располагалась контора, но вернулся с полпути. Ему не
понравился один взгляд из толпы, ошивающейся на майдане. Так и есть. Когда он
вернулся, его машину как раз пыталось раскурочить трое мужиков.
Мужики при виде Данилова не стали тикать. Наоборот, стояли и ждали, сияя
мордами приличной дебильности. Бес его знает, что это за люди? Большие,
взаправду крутые или просто маленькие, но наглые?
- Разум да соединит нас, - произнес Данилов слова официального приветствия,
но мужики только скривились и набрякли кулаками.
- Ну, ты, фраер, если хочешь, чтобы все чин чином, давай делись, - наконец

прохрипел один из мужиков. - А то больно жадный. Съел на тысячу рублей, а
насрал на рубль.
В закрытых зонах есть и воры в законе, и рэкетиры, и мафия, и хюп-стопы, и
отморозки, и карманники, и шпана. Особняком стоят крепко переделанные мутанты
- "мутные", которые тоже живут по своим понятиям. Из них выделяются самые-
самые - Монстры или Ящеры. Один из этих жлобов явно был Ящером.
Борибабин всегда учил, что драться с толпой даже удобнее, чем с одним,
особенно в стесненном пространстве. Противники больше думают не о том, как
уложить тебя побыстрее, а как не запаять собственному товарищу промеж рог1.
Пространство на парковке в самом деле было стесненным и укрытым от взглядов с
базарной площади.
Пока мужики пытались организовать свое наступление на пятачке между двумя
вездеходами, Данилов нанес несколько ударов на среднем уровне, ложных и
настоящих. (Конечно, у него имелся импульсник, но применять его значит
засветиться. Органический же цеп плохо действовал через скафандры и сразу выдавал
мента.) Впрочем тычков в пах и под дых хватило, чтобы выключить двоих из
общения. Они все-таки оказались обычными нахалами. К тому же хилыми и легкими.
Один из них решил полежать на грунте, другой помчался вдаль с кудахтаньем на
устах.
Но третий все же был ящером. Оставалось только гадать, зачем он подключился
к мелкой растащиловке. Но ящер же, какие могут быть сомнения. Рука длиннее
твоей раза в полтора и на конце то ли три длинных пальца, то ли грейфер. А
жилы-то жилы - на каких-то внутренних анаболиках заматерели и стали будто
тросы. "Грейфер" на правой руке был приспособлен для того, чтобы закручивать
гайки, вытаскивать гвозди, рвать, душить. Чуть тяпнет за шею и все, нет
кадыка.
- Возьми свой черпак и иди греби дерьмо, - сказал Данилов, когда понял, что
ящер настроен очень серьезно.
- Я раздавлю вот этими пальчиками пианиста твою поганую капсулу Фрая, -
посулило чудовище.
- Да ты не пианист, ты - юморист.
Монстр кинул свой "грейфер" в сторону даниловской шеи, а в левой его руке
мелькнул термоножик, которым скафандр порезать - раз плюнуть. А скафандр -
это вам не кимоно, раз расстегнется, уже не скоро поправишь, только в
следующей жизни. Ящер к тому же чем-то прыснул. Желтая дрянь залепила забрало
шлема, хотя и не так как желалось "мутному".
Полуослепший Данилов выбрал ката "водоворот", которым можно было уйти от
мощно атакующего противника, да так, чтобы сразу же перейти в контратаку и
уложить его.
Если бы не получилось, то лежать бы Данилову на площади в мешке, служа
табуреткой под чьей-то задницей, и ищи-свищи тут капсулу Фрая. Но "мутный"
попался на крючок, его занесло вперед - и удар по вражескому загривку был
точен. Подвернулся еще буксирный трос, свисающий с соседнего вездехода, которым
удалось зацепить рухнувшего на колени монстра и слегка придушить.
- Так почему мне не надо убивать тебя, мудачина? - спросил Данилов, когда
немного погасил ярость ингибиторами. - Если действовать "по понятиям", то я
должен сейчас тебя замочить. Ну, скажи, хотя бы, что ты молодое дарование и
завтра выступаешь на конкурсе имени Чайковского.
- Ты всяко не прикончишь меня, чистюля, - прохрипел ящер.
- Зря ты так уверен. Я ведь не пионерка, - рука Данилова натянула трос.
Силенок хватит еще на полминуты, затем или душить или отпускать.
- Может ты из этих...
Непонятно было, кого ящер имеет в виду, ментов или академиков. Академики -
были очень крутыми умными образованными урками, которые всегда косили под

ученых, но действовали как полные беспределыцики. - Давно видел Краба,
ящерка? - спросил Данилов.
- С неделю назад в долине Теотикалли. Это двадцать километров отсюда.
- Знаю. Надеюсь, что сейчас ты станешь разговорчивым, как старушка за
чашкой чая.
Данилов постарался еще больше натянуть трос, хотя нормальный человек на
месте ящера давно бы скончался.
- Краба уже пришили. Трупака на нашу площадь не привезли, потому как он на
ментов работал. Но это не я его угомонил, не волнуйся, - уже с некоторой
натугой произнес ящер.
- Тогда ты сам найдешь мне человечка, который мастерит чипы-манипуляторы и
прочие интересные штучки.
Воспользовавшись секундной слабостью ящера, Данилов выудил шприц-пистолет и
сделал ему укол спецсредства, прямо через скафандр, в мышцы - интеллекулы
модели "Вулкан-2П. Конечно же, официально это средство считалось чисто
бандитским , ну а неофициально...
- Не найдешь его за 24 часа и у тебя случатся большие неприятности, -
сказал особист чистую правду.
- На понт берешь, фраер, - прошипел ящер. - Я не боюсь склеить лапы. У меня
тоже есть капсула Фрая.
- Знаю. Левая. Мои дружки-интеллекулы тоже левые. Они уже облепили твою
капсулку и все ее проводки. Чуешь, что может случиться с твоим драгоценным
бессмертием?
- Лажишь, фраер, - непокорно отозвался ящер. - Капсулу Фрая никакая интел-
лекула не возьмет.
- Сама по себе ни за что не возьмет, она не для этого. Но она ассемблирует
из подручных материалов прямо у тебя в башке маленькую рентгеновскую пушку, и
затем вжарит по твоей хиленькому чипу Фрая. Вот и все. После этого воскрешать
тебя из мертвых, все равно, что изготавливать крупный рогатый скот из тухлых
котлет. Или, может, ты надеешься, что у тебя есть бессмертная душа? Она у
тебя случаем не в заднице? Только не пропердел ли?
Ящер морально испекся и пустил дымок. Это было видно невооруженным глазом.
- Этого мастера зовут Уголек, - упавшим голосом произнес мутант. - Но
сейчас его здесь нет.
Данилов ослабил удавку, ящер не дернулся.
- Давай, рептилия, не будем тянуть друг друга за жало. Где?
- У самого терминатора. Он же псих. Совсем забуревший.
- Разбалансированный, что ли? Переперчил со стимуляторами?
- Да нет, с неврологией у него полный ажур. Просто парень возомнил себя хер
знает кем, короче полный вывих в башке. И у тебя есть хорошая возможность в
этом убедиться. - Ящер постарался злорадно ухмыльнуться. - Искать его надо на
плато Теночтитлан, там он пасется, но точно не знаю где.
- Придется узнать. Со мной поедешь. Будем вместе искать этого мастера,
словно грибники-ягодники. Ты, как - хороший товарищ?
- Плохой. Хорошие товарищи из нас говно делают.
- Ну, ну, не будем драматизировать, ящер.
- Меня зовут Пианист. И я очень ненормальный, в смысле тянусь к искусству.
Люблю оперу-жоперу и балет-минет.
Да, Пианист вряд ли бы мог вкалывать на заводе-фабрике на манер нормальных
людей. Хотелось бы сказать, что его сделали в левом клонопитомнике, но
характерный пигментный штампик над глазом выдавал совершенно правильное
происхождение этого ящера.
Чтобы получился такой как он, или в клоноинкубаторе должна была ошибочка
выйти, или. . . намеренно сделали его таким - специально для закрытой зоны!

Чтобы, например, демонстрировать потом ужасы чуждого нам "хаотического"
образа жизни.
- Поедешь, ящер, на своем дерьмоходе. Так что иди, заправляйся, расходы я
тебе оплачу. Тебя и в самом деле зовут Пианист?
- В самом. Однажды я прикончил одного лабуха из оркестра, и скачал все, что
можно, из его джина в своего. И, кстати, неплохо научился играть одной рукой.
Второй-то только кромсать можно.
- За того оркестранта отсидел?
- За того отсидел. Три года на Фебе.
Феба тоже была скверным местом, купающимся во всяких излучениях Юпитера. Из
пяти заключенных через три года остается один, и тот жалкий калека.
- Ну, в общем тебе и солировать, счастливчик. Поедешь впереди.
6. "Аллегро виваче"
Меркурий, закрытая зона
"Мирный", плато Теночтитлан
Когда они двинулись в путь, было уже ясно, что Пианист - опустившийся ящер.
Он не только сосал из бутылочки что-то с сильным запахом сивухи и гнилых
протеинов, но вдобавок захватил с собой подружку - тощую девку, по виду шлюху с
не слишком большим, но горячим стажем.
Ее глаза с линзами-проекторами то светились кроваво-красным как у вампира,
то становились черными провалами, как у хтонической богини. А-ля дикобраз
двигались волосы-иглы, шлейф из запахов-афродизиаков заставлял все вокруг
стоять торчком. Плюс голографическая майка, которая умножает бюст раза в три.
В общем, Данилов ее сторонился - чтобы подальше от греха. Впрочем, сам
источник "греха" на него особого внимания не обращал.
Терминатор знай себе приближался, и пожар озарял уже минимум полнеба.
Пылевое озеро в метеоритном кратере сменилось каньоном, проплавленном в
силикатной породе потоком жидкого железа, затем дорога пошла вверх по твердой
металлической породе с приличными выщерблинами от мелких метеоритных ударов.
Плато Теночтитлан казалось безжизненным. Лишь кое-где виднелась брошенная
техника. Здесь уже ничего интересного для старателей. Лишь дешевое железо,
которое в Поясе идет в печь целыми астероидами. Инфосканер выдавал только
бледные трассы далеких радиообменов и бодрую штриховку от передач меркуриан-
ского широковещания насчет подвигов молодых коммунаров по всей солнечной
системе. К западу от плато виднелся большой разлом, из-за которого как раз
надвигался убийственный меркурианский день.
- Слушай, Пианист, как ни прискорбно, но у тебя осталось 12 часов, -
напомнил Данилов.
- Не волнуйся, начальник, пососи лучше леденец. - Ящер окончательно признал
в нем мента, но трепаться на майдане о таком "знакомом" конечно не стал бы -
чтобы не разделить участь Краба.
- Этот мастер там, - ящер показал на сияющую полосу терминатора, за которым
наползал ад. - Давай, начальник, коли в мою жопу свой антидот.
- Я понимаю, что краткость сестра твоего таланта, но все же слишком скупо
ты выражаешься. Кто там?
- Уголек. Возле самого терминатора.
- Что, твой Уголек действительно съехал с катушек? Трудно в это поверить,
зная, какие штучки он мастерит.
- Чтобы это мастерить, надо быть психом. Надо находиться подальше от людей.
И надо иметь много энергии. Смотри туда.
И действительно, когда Данилов распахнул окно телеувеличения и добавил
светофильтры, то стали заметны темные пятнышки в предтерминаторном мареве. Впро-

чем для инфосканера они были по-прежнему хорошо заэкранированы.
- Ни на одном из этих пятнышек нет таблички с надписью "Уголек", -
несколько растерянно пробормотал Данилов.
- Это только у тебя на лбу написано, что ты мент. Даже если ты подойдешь к
нему на расстояние полуметра, ты не увидишь никакой надписи. Вот корда ты
станешь трупом, Уголек аккуратно расфасует тебя по пакетикам с красивыми
ярлычками .
- Ты мне надоел, шут гороховый. - Данилов ширнул ящеру через скафандр заряд
антидота-расщепителя.
Какие там "понятия" у мутных? В учебниках криминалистики насчет этой темы
по нулям. Вряд ли муташки соблюдают заповедь, что обманывать нехорошо. Но
ведь и ящер не уверен, что Данилов на самом деле вколол ему спасительный
антидот .
Мутант с каким-то замысловатым прищуром посмотрел Данилову вслед. А ящер-
ская подружка глядела только на своего урода.
- Так почему ты собственно грохнул того пианиста? - спросил Данилов
напоследок .
- Из любви к искусству. Я подумал, почему он, а не я...
Человек, обитавший в предтерминаторном мареве, не пытался удрать. Он видимо
был уверен в себе на все сто. Температура в кабине Даниловского вездехода
быстро поднялась с обычных семи Цельсия до тридцати пяти. Уже жара. Пришлось
добавить охлаждения комбезу, чтобы не стать красивым как сваренный рак.
А чтобы тому мужику не испечься, действительно надо иметь очень много
энергии - согласился Данилов. Зато, в натуре, никто не мешает. Тут он лорд и
барон.
Во владениях лорда по кличке Уголек был уже заметен фургон с модулем
жизнедеятельности, энергоузел, от которого тянулись прямо в наступающее пекло
какие-то серебристое полосы, и трейлер, похожий на лабораторный блок.
Собственно к этому трейлеру Данилов и подкатил. Температура в самой кабине
была уже сорок восемь градусов, а за бортом - семьдесят один.
Трейлер был совершенно непроницаемым для инфосканера, также как и фургон.
Не добившись ничего со сканированием, Данилов вышел из своего вездехода. От
почвы шли сильные испарения - ртуть, свинец, олово, серебристые, желтоватые,
зеленые. Находится на "улице" было неприятно, и Данилов незатейливо постучал
в дверь трейлера.
Тот открылся, впустив посетителя в шлюзовую камеру. Наружный люк закрылся,
мощная помпа мигом высосала из шлюза меркурианские испарения и заменила их
воздухом.
-Добро пожаловать в обитель ""Чистая нега". Но в скафандре входить не
разрешено .
Это сказал квазиживой привратник. Рост два с половиной метра, голова с
двумя лицами, светлым и темным, говорит на беззвучной интерлингве, иероглифы
появляются в коммуникационном окне посетителя.
- Привет, многоуважаемый Янус! Недавно я неудачно сварил супчик в
невесомости, получил ожоги, антиожоговый дермапластырь имеет питание от скафандра. Я
сниму только шлем, пойдет? - предложил Данилов.
После секундной паузы Янус известил, обернувшись светлым лицом:
- Без шлема разрешено. Но сдайте аккумулятор от своего импульсника.
Затем внутренний люк распахнулся и пропустил обезоруженного Данилова внутрь
трейлера.
Внутри царила приятная прохлада, градусов десять Цельсия; плетение опто-
электронных проводов и многоглазье индикаторов придавали интерьеру несколько
ярмарочный вид. Емкости, автоклавы, реакторы, центрифуги, стол со
спектрометрами и спектрографами, стол с туннельным микроскопом и наноманипуляторами,

стол с лазерными скальпелями и сшивателями, бозоновый пресс, установка
электрофореза, два ящика с биоорганическим компьютером. Судя по отводным трубам
для катаболических жидкостей и шлангам-питателям, вечно голодный мозг-кисель
работал как черт за сотню килокалорий глюкозной похлебки в день.
Среди этого бардака, столь непохожего на аккуратный простор коммунарских
лабораторий, носилось несколько тварей, смахивающих на пауков, и выполняло
всякую мелкую, но полезную работенку - то ли это были обычные насекомые с
модифицированной генетикой, то ли биополимерные роботята. На стенке висело
неожиданное иконографическое изображение - синеватый Кришна в его вселенском
облике.
Потом Данилов увидел в одной большой чаше Гадость. Привратник показался по
сравнению с ней милейшим существом. Данилов сглотнул, потому что горло
болезненно сжалось. Она напоминала и клубок сплетенных змей, и медузу. Ее щупальца
могли протянуться в любой конец фургона и, например, переставить какую-нибудь
пробирку с одного места на другое.
Органосканер с некоторой задержкой отклассифицировал это достижение
биотехнологии: на базе сульфурорганики, интенсивная способность к регенерации,
правда, собственного генокода нет, получает энергию от реакций хемосинтеза на
основе серы. Наверное, она еще серной кислотой плюется, подумал Данилов и
постарался отойти подальше.
Зато психофейс порадовал: у этой твари были мотивационные и эмоциональные
матрицы, характерные именно для человека, а не для рептилий и медуз.
Стандартный набор пси-программ, рассчитанных на человеческий интеллект. И даже те
психокоды, которые загружаются в коммунаров.
Одно из щупалец потянулось к напрягшемуся особисту набухшим концом, который
имел ротовое отверстие, околоротовую присоску и глазок. Сантиметрах в
двадцати от лица Данилова опасный отросток пустил слюни и зашипел. Запахло
сероводородом .
- Не бойтесь. Оно не цапнет. Пока я не прикажу. Или пока оно не разозлится.
Данилов ожидал, что творцом таинственного создания окажется низкий
сгорбленный лысый человечек в пальто и очках.
Так нет же. Рослый атлетически сложенный красавец, длинноволосый блондин в
шортах. И можно быть уверенным, что это не мимик. За пределами солнечных
городов видеть объекты без мимиков уже не табу - глазей на здоровье. Но Данилов
машинально потеребил контрольную панель джина, не идет ли лажа через нейро-
коннекторы в зрительные нервы?
Как же тут существует этот Уголек, на грани жизни и смерти, без дискотек и
баров, без подружки?
- Ага, уловил, - отозвался Уголек, который, конечно же, пользовался
нелегальным психофейсом для подслуха мыслей. - Подружка-то как раз есть. Такая
может и бар с дискотекой, и даже стриптиз устроить.
В большой чаше произошли метаморфозы - клубок змей превратился в голову со
змеиными волосами. Потом змееволосы стали кудрями, оформилось и тело. Все
было в лучших канонах Фидия с изрядным добавлением Эль-Греко. Ноги и руки,
пожалуй, длинноваты, также как и шея и зубы, нижняя часть лица чересчур
выдается вперед, талия будто перетянута невидимой веревочкой, васильковые глаза
больше на размер чем надо. Дама получилась хоть куда, но все равно страшная.
- Ну что, хочешь меня, усатик? - проворковала Галатея гостю, набрасывая на
себя чехол от компьютера и устраиваясь все в той же чаше в соблазнительной
позе полулотоса.
Да, лексикон еще тот.
- Вот что такое настоящий мимоид, - похвастался Уголек. - Я первым применил
полиуглеродный каркасно-осевой скелет спикульного типа. Она же на ощупь ничем
от бабы не отличается, попробуйте сами. В хорошую погоду эта девушка получает

энергию не за счет окисления серы, а из реакций фотосинтеза, так что к
ароматам уже не подкопаешься. Но в плохую приходится ее духами поливать. А теперь
исчезни, дорогая... Она нам будет мешать, у нее психика сырая.
- Совершенно с вами согласен, - четко произнес Данилов.
И красавица снова обратилась в чудовище, чмокающее в чаше.
- Итак, товарищ Дэн-Ни-Ло, какими судьбами, чем обязан? - спросил мастер-
атлет, мигом просканировав подставной мультипаспорт Данилова.
- Интересуюсь вашими работами, нейроманипуляторами и таким прочим.
- А где вы с ними сталкивались, любезный? - поинтересовался Уголек.
- В рабочем поселке "Шанхай-44п. Например, чип на капустной плантации. Есть
там и другие интересные штучки с Меркурия.
Особист старался спрятать ненужные сейчас мысли, удержать их в тени, ведь
нелегальные психофейсы способны даже в подсознание проникать.
Сам Уголек для криминологического психофейса Данилова был закрыт, что
делало еще более темным и подозрительным. Похоже, что подзаработать пару монет -
не единственная цель в его жизни.
- Мне нужен еще один нейроманипулятор, господин ученый.
Один из пауков пополз по атлетическому торсу Уголька, но тот не обращал
внимания, наверное потому, что любил всю эту нечисть.
- Для действия в какой среде?
- В достаточно агрессивной. Спутники Юпитера.
- Органический менточип на Ио или Европе? Это интересно, - оживился Уголек.
- Я, пожалуй, готов. Вы готовы расплатиться чем-нибудь ценным? Я имею в виду,
не меркурианскими кредитками.
- Солары сгодятся?
- Он еще спрашивает.
На лице у Уголька нарисовалась искренняя радость, какая только бывает при
заключение удачной сделки.
- Господин ученый, я прибыл из кластера, где царит бахвальство. Увы, и я не
чужд этому. Не могли бы вы открыть имя того клиента, который приобрел у вас
капустный манипулятор? Если точнее, тот идентификатор, который имелся у
клиента в мультипаспорте... Я готов заплатить за ответ.
- Ага, понятно. Кто кого переплюнет. Увы, я стираю сведения о визитерах из
протокола событий... Кажется, одно время я даже помнил идентификатор этого
парня. Помнил, а потом забыл.
- Если не возражаете, господин мастер, я назову вам несколько имен. Анпи-
лин. Анастасий Анпилин. Махмуд Кебапче. Мэри Джон Вибратор. Черный Чип. -
Данилов перечислял не только имена бандитов, но и идентификаторы пропавших без
вести граждан, которые могли стать добычей уголовников.
- Не то... - досадливо отмахнулся Уголек.
- Стойчо Трахов. Карл фон Талер. Додо-Дубль.
- Только не эти.
- Адреналиновый Король. Марко Маньяна.
Красавец-ученый даже не кивнул, но психофейс уловил, что он отреагировал. И
сразу информационная паутина протянулась от Данилова через решетку спецсвязи.
Начался поиск по базам данных Киберобъединения. И вскоре закончился.
Маньяна. Человек под этим именем и с соответствующим мультипаспортом
вылетел из "Шанхая-44" на Марс, в космопорт Лабиринтис Ноктис. Папилярный рисунок
кожи и узор радужки отличались от тех, что были у Анпилина. Ну, на то он и
гангстер экстра-класса.
Человек по имени Маньяна с орденоносного Марса пока никуда не улетал.
- Между прочим, для меня каждый клиент в своем роде единственный и
неповторимый, - ученый решительно потер ладони. - Что угодно именно вам?
- Мне нужно нечто большее, чем капустный дирижер. Не просто чип, который

способен дирижировать оркестром на грядке. Мне нужен устойчивый манипулятор,
кремний- или металлорганический, который может выстроить интеллектуальную
структуру в любой среде на любой основе, хоть это будет лед на Европе или
серные соединения на Ио.
Данилов хотел растормошить Уголька, и у него это получилось. Даже без пси-
хофейса было заметно, что левый ученый встрепенулся.
- Ну что ж, клиент имеет право хотеть. Мне, конечно, неплохо бы навести
справки о том, кто вы такой, господин Дэн, выдаете или не выдаете ли себя за
того, кем не являетесь.
- Вы делаете это сейчас, - отозвался Данилов, наблюдая в окошко инфоскане-
ра, как вьется вокруг него информационный щуп.
- Зачем вам все-таки понадобилась киберструктура на Ио или Европе?
- Капсула Фрая слишком тесна для меня, я хочу быть целой планетой, - сказал
Данилов и подумал, что переборщил, разыгрывая из себя крутого.
- Что ж, неплохой ответ, господин заказчик, вполне разумное желание. Вам
наверное кажется, что господь Бог оставил в некоторых областях слишком
большие пробелы?
Уголек не ждал ответа, он сам хотел говорить о наболевшем.
- Уже сейчас я делаю то, чего нет и близко в Его творении, господин Дэн.
Кто я, ученик или конкурент? Меня интересует ад. Почему в этой бездне должны
обитать только тусклые тени? Я хочу заселить ее нормально отструктурированны-
ми объектами. Это посильнее, чем кибернетизация спутников Юпитера.
Уголек вероятно был хорошим биокибернетиком, но он явно сшибся с катушек.
Пора сматывать удочки.
- Вот проектное задание, - Данилов положил на стол емкий кристалл памяти и
несколько золотых пластин, конечно же фальшивых. - А это задаток. Увы, я
должен сейчас откланяться.
Он подошел к двери шлюза и та распахнулась.
- Ваш шлем, - сказал привратник и с должным почтением подал деталь
скафандра примерно так, как лакеи подавали шляпу господам.
Но отличие от лакеев все-таки имелось. В последний момент Янус повернулся
другим лицом. Он ударил шлемом господина прямо в лоб, а затем схватил
жесткими кремнийорганическими ручищами за горло. Вторая личина Януса, темная и вур-
далачья, потянулась кривыми зубами к физиономии особиста.
- Но выходить вам живым не разрешено, - объяснил свои действия привратник.
Полгода назад, после неудачной схватки с Адреналиновым Королем, череп
Данилова был армирован металлокерамикой, так что удар шлемом он пережил. С
помощью ката "волнорез" он вывернулся из жестких лап привратника и двойной
подсечкой сшиб его с ног.
Но когда Данилов уже потянулся за шлемом, открылся наружный люк и воздушная
волна выбросила его наружу.
По счастью, отсутствие шлема было восполнено аварийной биополимерной
маской, мгновенно обхватившей голову.
Особист побежал к своему вездеходу, но не добежал.
По песку скользнула тень и не успел Данилов ничего сообразить, как
прекрасная Гадина обняла его и прижала к свинцовой глыбе. Замечательно длинные ноги
сдавили его так, что и не продохнуть. Глядя со стороны на красавицу и
Данилова - не дать не взять парочка во время страстного любовного поединка.
А меркурианский день уже подступал вплотную - стена нестерпимого сияния,
из-за которой кипящей волной возносились вверх легкоплавкие элементы.
Женская голова беззвучно шепнула ему: "Ты мой, сейчас я узнаю каждую твою
хромосому", наполняя фразу из дешевого сетесериала резко отрицательным
смыслом. Пухлые совсем как у Эльвиры губы присосались к маске Данилова.
Черт, ну что же ему все не везет? Сейчас она его так оттрахает, что мокрого

места не останется. Какое там мокрое место на Меркурии.
Лилит. Медуза Горгона. Она не торопилась, красный раздвоенный язык прошелся
ласкающим движениями по маске Данилова.
- Ты бы знал, как мне надоел Уголек, он такой бесчувственный в отличие от
тебя.
Свинец, казалось, размягчался под его спиной и жег1 все сильной. Утонуть в
свинцовой луже - вот мерзость и больно-то как будет. И совсем мало надежды,
что капсулу Фрая отыщут в толще металла после меркурианского заката.
Фургон и два остальных модуля Уголька уже двинулись в путь. Наступала пещь
огненная. Но Медуза Горгона не торопилась
Сейчас солнце перейдет через разлом и...
- Ну, подари мне акт напоследок, дай, расстегну скафандр.
Из ее псевдогрудей вышли крюки и зацепили титануглеродную ткань скафандра.
Сейчас рванет и все. Ткань треснула...
И тут прямо в чувственный рот красотки шлепнулась ракета. Лилит затрепетала
и разлетелась ошметками. Зеленая липкая дрянь прилипла к скафандру, кое-что
попало и на маску.
К Данилову подъехал вездеход, в котором нетрудно было узнать машину ящера.
- Ну, что, поквитаться приехал? - спросил одуревший от жары Данилов. - Как
же вы мне все надоели.
- Подружка сегодня хорошо мне дала, так что в мудях заиграл нравственный
императив и я решил быть добрым и отзывчивым, - сообщил Пианист. - Ты,
конечно, мент, чистюля. Но немножко не тот коммуняка, на которого блевануть
хочется.
7. "Попутная радость"
Меркурий, закрытая
зона "Мирный".
На платформе фидерного космопортика, имеющего вместо названия только номер,
Данилов ожидал челночный борт. Паршивая тряская посудина должна была закинуть
его на орбитальную узловую станцию "Меркурий-2". Оттуда предстояло лететь
рейсовым лайнером до Фобоса в двухнедельном "маринаде", ну и дальше опять на
фидерном челноке до Лабиринтис Ноктис.
Орбитер "Меркурий-2" уже принадлежал нормальному "открытому" миру,
старатели оказывались там ненадолго, когда их вызывали для проработки или по большой
хозяйственной необходимости, и сильно торопились назад. Фидерный космопорт же
был еще достаточно злачным местом, где на каждом шагу орудовали скупочные и
заготовительные конторы, вокруг которых кучковались спекулянты и прочие
криминальные элементы. Мелкие торгаши подмигивали хитрыми крысиными глазками,
предлагая левый софт невысокого пошиба или "косяк", шлюшки надрывным шепотом
рекламировали тысячу и одну радость почти задаром и тыкали тебе в бок острым
кроваво-красным коготком. Впрочем, Служба Общественного Здоровья здесь
присутствовала и негласно, в виде детекторов, и явно в виде молодцеватых
милиционеров с черными непроницаемыми забралами на лицах - эти внушительные
"статуи" дежурили возле контрольных ворот.
До посадки оставалось двадцать минут, когда Данилов отметил возле себя
активность какой-то шмары. То есть, вначале он просто понял, что его пытаются
заарканить. Ее чулки ползали как змеи по ногам, скручиваясь и накручиваясь,
юбка расчетливо играла глубиной разреза, свитерок окатывал тело словно
морская волна и вздымался будто цунами на бюсте, из пунцового рта, жующего
резину, вылетали хихикающие разноцветные пузыри. Стандартная косметохирургия в
стиле Барби придавала ей ничего не выражающий вид. Однако, по иглам а-ля
дикобраз на голове и красным фонарям глаз Данилов узнал подружку ящера Пиани-

ста.
- Разум да соединит нас, - поприветствовал особист.
- Надеюсь, что не только разум, - намекнула на что-то девушка. - Никак ты,
усатенький, на свой Марс собрался?
- Возможно, - уклончиво произнес Данилов, - вообще, я тебя поблагодарить
хотел. Ты так хорошо...
- Дала Пианисту, - подсказала шлюха.
- Что он был столь добр в этот отвратительно солнечный денек.
- Ну, благодари. Только учти, "спасибо" мне недостаточно, - без обиняков
высказалась девица.
- Понял. Тридцать меркурок тебя устроит, солнышко?
- Нет, - "солнышко" поводило хищно острым носком туфельки. Если врежет, то
проткнет. Особенно может пострадать мошонка.
- Пятьдесят, киса? Хорошие бабки...
- Нет, не угадал. Я не жадная. Просто этого добра у меня хватает. Мне
другое нужно, - капризно протянула "киса".
- А, солары, - сообразил Данилов. - Чего ж ты раньше...
Какая разница между соларами и соларитами, спрашивает один работяга
другого . Тот отвечает: солары тяжело достать и легко потратить; солариты же всегда
под рукой, но избавиться от них невозможно.
- А вот и не солары, - зажеманичала девица.
- Не томи, красавица, - взмолился особист.
- Во-первых, нужно, чтобы ты спросил как меня зовут.
- И как же, ведь это очень интересно, - послушно отозвался Данилов.
- Гипериция. От слов "гиперкомпьютерная революция". Здорово, да? А во-
вторых, я давно хотела заполучить чистюлю-соларита вроде тебя, причем не
запакованного в целлофан. Ну, разве это много? - девушка символически облизнула
губы.
"НЕ ДАЙ СБИТЬ СЕБЯ С ПУТИ ИСТИННОГО", - шепнула совесть. Причем, в первый
раз при его контактах с женщинами.
- Конечно, немного, - Данилов мучительно подбирал ответ. - Но вообще тут
места нет.
- Тут все места наши, - уверенно и бесхитростно произнесла Гипериция.
- И до отлета всего пятнадцать минут, - с надеждой произнес Данилов. - Ты
понимаешь, что программа бала будет скомкана.
- Тебе этих пятнадцати минут будет больше чем достаточно. Я очень
темпераментная .
И в самом деле, она была такой. Да еще настоящая профессионалка. Тут же, в
космопорту, Гипериция отыскала укромное местечко - ключ-кодом открыв дверь в
какой-то захламленный отсек. Данилов шел за ней, будто был механической
игрушкой на веревочке. Складской отсек оказался закидан деталями разборных
жилых модулей. Элементы двухслойных стенок из титана и углепластика,
газообменные фильтры, похожие на амфоры, складывающиеся в гармошку лежаки,
"ракетные" унитазы полного цикла, желеобразный матрас.
Девушка толкнула мужчину и он, зацепившись ногой за какой-то унитаз,
послушно рухнул на этот самый желе-матрас, который стал охотно конвульсировать
под ним.
- Ворота открываются, усатенький, - проворковала профессионалка. - Ты из
своего стерильного мирка, где доблестные легаши хватают за задницу зловредных
бандюков и спекулянтов, попадаешь в настоящую жизнь. Добро пожаловать, только
не запнись на пороге. Так что, подхвати свои яички и вперед.
Она встала над ним. Юбка заволновалась как листва под порывом ветра, а
затем расстегнулась до пупа, хотя еще смыкалась на талии. Между ног, выше
чулок, шла вначале какая-то голографическая иллюминация, а потом и там образо-

вался черный провал. Который опустился вниз.
Черное облако втянуло напрягшуюся плоть Данилова и началась обработка.
Грудки гражданки Гипериции вынырнули из свитерка как из озерной глади и
мелко , но эффектно затряслись. Лицо ее, наполовину заслоненное проекторами, не
выражало ничего, кроме профессиональной сосредоточенности. Не было и того
негативного вампирического поля, которое окружает некоторых опытных шлюх.
Пожалуй, для своего возраста она была достаточно искусна и не полагалась на секс-
гормоны, нейротрансмиттеры и разные психоделики, которые симулируют эйфорию,
но быстро утомляют организм. Данилов, правда, почувствовал ногти-шприцы,
которые втыкаются в его плоть и запускают туда - по сообщению органосканера -
дозу гуазинтрифосфата, но это служило лишь укреплению членов тела.
Удовольствие по кодексу всех порядочных шлюх она была должна доставить
сама.
Данилову почудилось было, что Гипериция что-то вливает ему в психику. Но
строгая проверка показала - девушка лишь подсадила ему безобидный
психокоммуникационный модуль, с помощью которого можно было почувствовать работу ее
профессионального тела. Возможно, это была скрытая форма рекламы.
Особист, конечно же, был на стреме по части инфекций. Чего стоят одни лишь
киберспирохеты, которых запустил в организмы развратников хаккер-сектант Яд
Небесный? Эти синтетические микроорганизмы вызывают заболевание, приводящее к
полному исчезновению половых органов. Однако нормально подготовленная наноза-
щита - а у Данилова она была именно такой - гарантировала почти полную
безопасность. Гораздо больше особиста занимал вопрос, не вломится ли кто-нибудь
сейчас в отсек с криком: "А кто это спрятал мою швабру?".
В какой-то момент проекторы падшей (но сидящей наверху) девы перестали
излучать каскады света и потухли, а в настоящих глазах мелькнуло нечто похожее
на нежность.
А еще Данилову, в тот самый момент, когда эти проекторы потухли,
показалось , что за шлюхой стоит нечто, куда более внушительная и разумная сущность.
Закончив дело, Гипериция поднялась, срастила свою веселую юбчонку и мигом
куда-то срулила. А Данилов снова вернулся в зал для пассажиров. Вроде все
было как обычно, дешевые дрожащие голограммы, порхающие пузыри с рекламными
клипами на боках, мигающие оптоэлектронные провода. Но ему показалось, что и
в самом деле из прежней плоской жизни он вступил в какой-то более объемный
мир.
Серотонин, черт его дери. И допамин. И много еще чего. Ублаготворители
образовались в больших количествах самым естественным путем. Теперь Данилов
понимал, с чего это ящер так подобрел. Гипериция не разрушала общественную
мораль на Меркурии, ее тут не было вовсе, она давала кое-что взамен.
8. "Метростроители"
Марс, район
Лабиринтис Ноктис
Фидерный космопорт располагался неподалеку от одного из циклопических
каньонов системы Валлес Маринерис. Две недели полета пролежал Данилов как полено
в состоянии ограниченного биостазиса, а, "примарсившись", без заезда в родной
солнечный город, взялся за работу в вахтенной бригаде тоннелеукладчиков.
Бригада методично рыла тоннели в районе Лабиринтис Ноктис, пробивая дороги с
плато ко дну каньона. Перепад высоты - пять километров, длина тридцать-сорок
километров, грунт реголит, кварц и железная порода.
Маньяна трудился во второй бригаде, там, где и Данилов, только в другом
звене. Устроиться в то же самое звено, убрав какого-нибудь работягу -
означало привлечь ненужное внимание. Гангстер сразу мог уловить, что на него идет

охота, и скрыться - вынюхивай потом его по марсианским темным углам. А то и
сменит личину по новой и упорхнет куда-нибудь еще.
В первый день Данилову было в общем-то недосуг заниматься Маньяна-
Анпилиным. Он вел здоровую производственную жизнь. Конечно, тоннели
прокладывал, прожигал и прорывал здоровенный комбайн, оставляя после себя аккуратные
брикеты из вынутой породы. К тому же он прессовал и спекал стенки
направленными взрывами, а затем раздувал полиуглеродную кишку. Она прилипала к
стенкам, заполняя неровности и трещины, и быстро твердела, фиксируя грунт лучше
бетона. Потом широкополосный лазер "прошивал" в полиуглероде оптоэлектронные
цепи, чтобы мерцали на стенах голографические дорожные знаки и объявления на
интерлингве.
Сам Данилов сидел во второй рубке комбайна и пристально следил за тем,
чтобы полиуглеродный слой аккуратно ложился на свежие стены тоннеля. Если они,
паче чаяния, начинали сыпаться, надо было подзакрепить их жесткими металлоке-
рамическими скобами. Еще ему вменялось приглядывать за тем, как лазерный свет
"прошивает" полиуглерод, и если что-то не так, менять частоты, фокусировку и
"перешивать".
Ну и вдобавок мастер смены, зануда, без устали выдавал Данилову непрерывный
поток наставлений, гнусаво лопоча в допотопный токер <прим. устройство УКВ-
связи, приемник которой вставляется в ухо, а передатчик приклеивается к гор-
лу>.
Мастер задержал Данилова и после окончания смены, заставив "перешить"
участок стены метров в сорок. Когда особист бросился искать бандита, тот уже был
наверху с важной сверхурочной работенкой - столбил участки для будущих
лифтовых и аварийных шахт. Так что пришлось вернуться обратно, если точнее в
стойбище .
После окончания смены работяги разбивали индивидуальные жилые модули в
готовой части тоннеля и занимались кто чем. В основном "оттягивались" чисто по-
пролетарски, засунув в разъем за ухом кристаллочип с каким-нибудь игровым
софтом. Софты были в основном левые - из закрытых зон. На Марсе закрытых зон,
слава Гольдманну, пока не было, но простые тоннелеукладчики (в отличие от со-
ларитов) открыто тянулись к чуждой культурной продукции.
Поэтому ныне и присно их топорные кибердвойники носились среди мимиков
дворцов, борделей, отелей, пещер и других помещений, в которых стояли сундуки
с блестящими сокровищами, рычали злые жирные драконы или лежали с томными
вздохами круглозадые принцессы. А если работяги уставали отдыхать в игровой
сенсоматрице, то добродушно матерясь, устраивали тараканьи бега (эти твари
вырастали у заботливых людей до пяти сантиметров) , или толковали о том, как
их затрахало выполнение долбанного плана.
У некоторых камрадов глаза были такие "спелые", словно они только что
пропустили нокаутирующий удар в челюсть и поцеловались с полом. Но, скорее
всего, это пускали сок вшитые в ткани микрокапсулы с каким-нибудь дешевым
суррогатным опиатом, или синтетическим хэшем, вроде тетрагидроканнабинола.
Впрочем, явись сейчас с облавой токсикологическая команда из Службы Общественного
Здоровья, все глюкокапсулы вместе с их содержимым будут немедленно расщеплены
доблестными нанозащитниками организма.
Никакие напарники и сотрудники не могли помочь Данилову - только
одиночество и скрытость способствовали в этом розыскном деле. Благодаря психопрограмме
Данилов мог легко вжиться в любой образ, хоть каннибала. Вжился он и сейчас,
но при этом ощущал все время странное удивление. Он стал удивляться тому, как
живут люди за пределами солнечных городов.
Что же получается: солариты пользуются давно отлаженными производственными
и проектировочными системами с дублированием и триплированием надежности.
Твори - не хочу. А если не заладилось, то творческие успехи легко изобразить,

устроив шумиху в сетевом пространстве с рекламными клипами насчет "величайших
достижений" и виртуальным вручением премий где-нибудь на вершине Эвереста при
миллиардной аудитории.
В тоннелях, шахтах и на плантациях вряд ли получится что-нибудь подобное.
Здесь новейшая техника, созданная в соларитских лабораториях, зачастую фуры-
чит кое-как. Здесь все кропается и кромсается на живую соплю. Здесь надо идти
за сверхсовременным комбайном и добивать молотком. Отнюдь не гладко и чисто
получается у машин, пусть они и элементы великого Киберобъединения, которое
посылает свои сверхразумные команды с невообразимой быстротой по решетке
спецсвязи. Все делается согласно велениям бесконечно мудрых гиперкомпьютеров,
и, тем не менее, что-то непременно сбоит, ломается и идет через жопу.
Торопливо бегут трещины и вздутия по только что проложенной стене, откуда-
то капает кислота на макушку, прохудился санитарный блок и примитивно несет
говном, тянется зеленая сопля из носа работяги...
На второй день, после окончания смены, когда Данилов едва отделался от
зануды-мастера , Анпилин-Маньяна уже припахался на проверку подстилающих пород с
помощью гаммаспектрометра.
Низ - это вам не верх, так что можно было поискать гангстера по штрекам.
Данилов, взяв дополнительный аккумулятор и пакет с дыхательной смесью,
отправился на "прогулку", но не прошел и десяти шаров, когда к нему подкатило трое
работяг из его звена.
- Слушай, малый, где ты раньше работал? Что-то ты обращаешься с комбайном,
так же ловко как девчонка-целочка со старым мудаком, - прогундосил самый
старший из них, могучий, с позолоченной прядью в бороде. Правда, когда
Данилов отключил от себя его мимик, тот превратился в пузатого довольно потертого
мужичка.
- Конечно, я же на Фобосе вкалывал в грузовом космопорте, - стал
отбрехиваться Данилов согласно своей легенде. - Третий терминал. Это стеллажные
склады плюс трубчатые причалы. В них влетают, что твой хер, коробчатые
контейнеровозы, а вдоль ползают козловые краны и утаскивают контейнеры в
складские ячейки. Улавливаешь? Вот я сразу с пятью кранами управлялся. Я и на
навалочном причале работал, там стаккером командовал, это такой перегружатель
для сыпучих...
- А чего уволили-то, если ты специалист весь из себя? Уж не по собственному
ли желанию? - спросил средний по возрасту, но самый высокий, с длинными
пальцами, похожими на гвозди, и с каким-то жеванным лицом. Хотя мимик придавал
этому работяге вид перезагорелого и перекачавшегося Геркулеса, был он явно из
числа "мутных". Почему кибероболочки инкубаторов таких типов не
отбраковывают?
В вопросе липового Геркулеса содержался подвох. "По собственному желанию"
увольняли только стукачей и информаторов, которых Главинформбюро
перетаскивало на новое место службы. Остальные, чтобы перевестись, добивались всяких
справок от врачей. Никому не позволялось самовольно бродить туда-сюда по
космическим рабочим поселкам.
- Айболиты рекомендовали повышенную силу тяжести, чтобы мне не рассыпаться;
проблемки с кальцием, так что - переводка по медицинским причинам, -
объяснился Данилов.
- У нас, кстати, все должны "прописываться", - сказал приземистый
красномордый дядька, обходящийся без всякого мимика, и протянул фляжку с противным
белковым запахом, ну просто гнилая сперма. - Вот этим. Ты, брат, не граф, так
что никаких исключений.
- Сегодня не могу. Дерьмово чувствую. - Данилова и вправду замутило. - А
завтра все чин-чином сделаю.
- Ну, сейчас мы тебе самочувствие вмиг наладим.

Один из этих алкашей проклятых сразу заехал Данилову в физиономию, но тот
не мог показать, что у него реакция и навыки особиста, прошедшего школу Бори-
бабина.
Данилов лишь слегка крутанулся и подставил вместо челюсти плечо. Все равно
мало не показалось. И драться пришлось с напускной неуклюжестью. Из-за это
получил ударов больше, чем за весь последний год.
Особист уложил высокого хуком в челюсть, свалился под кулаком
красномордого, но следом подсек его, зацепив ногой за лодыжку.
Когда все изрядно извалялись, "златобородый" дал знак, чтобы Данилова
больше не трогали.
- Ладно, ладно, прописался, новенький. Давай только без обид. Можешь звать
меня "батя".
Данилов поднялся и сплюнул кровь - тьфу ты, отделали как щенка.
- Тут, батя, во втором звене Маньяна есть такой. Как бы нам повидаться.
- Зачем тебе этот клоп Маньяна? - спросил красномордый.
- Мы с ним вместе вкалывали на Гаспре. Это в Поясе.
- Не думал, что у него такая обширная трудовая биография, он ведь тоже
неумеха вроде тебя. Вызови его токером или пошли ему "таракана" <прим.
персональный миникибер для прокладки аварийный трасс> с письмецом.
- Понимаешь, я хочу, чтобы это был сюрприз. В жизни всегда должно быть
место неожиданности, - растолковал Данилов.
- Ага, чтобы он обосрался с испугу, - "батя" заржал совсем как конь. -
Подозреваю, что он задолжал тебе пару соларов или увел у тебя маруху. Такой
ведь жук, сразу видно. Ладно, подойди через полчаса, я попробую выманить его
из шахты.
Пожалуй, это был наиболее надежный вариант. Данилов вернулся в свой
жилищный блок, умылся с помощью квазиживой мочалки-грязеедки, разобрал и снова
собрал свой импульсник. Потом его навестил мастер, который долго развивал тему
про каких-то тварей, похожих на кляксы и бульбы, которые якобы водятся на
Марсе - насилу выпроводил его. Чертов мастер был коммунаром из низовой ячейки
Актива и явно предпочитал витать в облаках вместо того, чтобы заниматься
улучшением морально-информационного облика своих подчиненных.
А когда Данилов собрался уже отчалить на встречу с Анпилиным, случился
толчок. В токере сразу послышался голос центральной сейсмологической службы.
- Район Лабиринтис Ноктис. Квадрат За8, зафиксирована сейсмическая волна,
14 полубаллов по шкале Фензеля, предположительно смещение слоев грунта,
производится проверка вулканической активности и возможного движения воды.
Вулканическая активность в Валлес Маринерис за все время наблюдений,
начиная с 2003 года, была чрезвычайно низкой. Но ведь что-то же породило эту
циклопическую систему каньонов. И это "что-то" обладало чрезвычайной мощью.
Горячая мантия на Марсе лежала куда глубже, чем на Земле, но если уж лава
прорывалась наружу, то просто взрывала толстые слои льда.
Колоссальные потоки кипятка и пара оставили после себя невероятно красивые
каньоны. Если кто-то на Марсе и проживал во времена таких катаклизмов, то мог
легко получить травмы, несовместимые с жизнью...
После толчка Данилов своим служебным умом сразу помыслил об Анпилине. Он
там ниже на сто метров. А если все - его происки? Этот гад мог уже опознать
особиста, затем подыскать приличный ледовый пласт и импульсной бомбой
испарить его.
Данилов двинулся к створу шахты. Здесь, в главном тоннеле, давление воздуха
было достаточными, чтобы ходить без дыхательной маски, поэтому особист
услышал кое-что. Он услышал шипение. Именно такой звук производит вода,
взаимодействуя с перекисями. А перекисей в красноватом марсианском грунте - более
чем достаточно.

Тоннель качнуло еще раз, и он увидел людей из рабочей смены, которые
неслись как беговые тараканы в его сторону, бросив к чертям собачьим
дорогостоящий комбайн. А потом полиуглеродная стена в нескольких местах стала
трескаться словно крекер.
- Тикай, мудила, шухер нешуточный, - закричал откуда-то мастер по
радиоканалу, а даниловский джин, вернее джинов модуль безопасности, придурочно
советовал немедленно подняться на поверхность и вызвать марсолет.
Данилов бросился "тикать", сзади кто-то тяжело топал, спереди тоже мелькали
грузные задницы, до подъемника было ровно сто пятьдесят метров двадцать три
сантиметра, как сообщил услужливый джин. Но от этого легче не становилось.
Для сгущения атмосферы ужаса и мрака тоннель словно ушел в сторону и
Данилов , утратив почву под ногами, шмякнулся оземь, а следом послышался мощный
объемный шум - так бьет вода вперемешку с песком. Увы, с той стороны, где
находился спасительный подъемник, перла грязевая волна. Данилов метнулся вслед
за какой тенью в штрек, который из-за своей незначительности отсутствовал на
план-карте.
Люк зрачкового типа раскрылся перед особистом, а затем прилежно закрылся
сзади. Данилов пополз, вернее, запрыгал как лягушонок по наклонной, пытаясь
сориентироваться с помощью инфосканера. Но тот улавливал только разлетающиеся
обрывки суматошных радиообменов. Люди вопили от ужаса, кто-то уже надолго
замолчал, управляющая система Тоннелестроя, похоже, не въезжала в ситуацию, а
центральная сейсмологическая служба явно зачитывала лекцию по основам
марсианской геологии.
Дескать, наблюдается не слишком мощный подъем лавы на юго-востоке района
Павонис Монс, которым, однако, нельзя объяснить сильное смещение пластов и
таяние ледяного слоя в системе Лабиринтис Ноктис.
Данилов драпал по штреку, который джин так и не смог отыскать ни на одной
доступной карте, большинство же остальных тоннелей сейчас было закрашено
серой мутью - никакой информации оттуда не поступало.
Штрек основательно тряхнуло, и Данилов стал куда-то проваливаться вместе с
потоками реголита - хорошо хоть биополимерная маска успела обхватить голову.
С последним криком СОС напрочь исчезли радиоканалы, а заодно и вход в решетку
суперсвязи.
Данилов шлепнулся в бурный грязевой поток и понял, что здесь, в чреве у
Марса, не то, что его утонувшее тело, сам чип Фрая вряд ли отыщется. Но
совесть его внушительно произнесла: "ЧИП ФРАЯ НЕ УНИЧТОЖИМ, ЕГО НЕВОЗМОЖНО
ПОТЕРЯТЬ. ВЕЛИКОЕ КИБЕРОБЪЕДИНЕНИЕ ТЕБЯ НЕ ПОКИНЕТ, ЕСЛИ ТЫ НЕ КИНЕШЬ ЕГО", и
сразу полегчало. Не истребим, вот так вот.
Несмотря на благие мысли, Данилова долго вертело, бросало и тащило. Когда
голова, наконец, вынырнула из потока, перед глазами замелькали кляксы. Они
были глянцево-черные, спокойные, не смотря на всю круговерть, и объемные,
если точнее бутылкообразные. Боровшийся за плавучесть Данилов все же проверил,
не повреждены ли зрительные нервы, не подсажен ли в зрительный центр хаккер-
ский нейроинтерфейс. Тест показал, что нервная ткань не тронута порчей,
однако же, и кляксы никуда не желали исчезать. Уж не те ли это твари, про которых
лопотал мастер-зануда?
Одна из них вдруг опустилась на него. Руки, ноги и тело перестали
взаимодействовать с чем-либо. Глаза и уши - видеть и слышать хоть что-то. Зависли
нейроконнекторы джина, подключенные к слуховым и зрительным нервам.
Потом зависание рассосалось, и джин радостно сообщил, что у него произошел
сбой хронометра. Куда-то подевалось две минуты - как марсианской мухой
слизало . Инерционный датчик эти две минуты также отчаянно сбоил и как будто
показал, что Данилов вообще исчез из нормального пространства-времени.
А когда он "вернулся", то оказался в подземной вернее подмарсной полости.

Там он сидел по шею в глубокой луже. Это место казалось похожим на пещеру,
которых немало на Земле, но на Марсе - раз-два и обчелся, слишком рыхлые
неустойчивые здесь породы.
Да и просто ли это пещера? Данилов выбрался из лужи на относительно сухое
место. Какая-то симметрия проглядывается в сводах. В марсианских пещерах не
бывает сталактитов, а здесь они были, напоминая по виду лопнувшие перепонки,
а по регулярности - колонны.
Данилов прошел вдоль одной из пупырчатых стен. И впечатление такое, что он
видит ниши, в которых стоят изваяния.
Если точнее здесь выставлены скульптурные группы, изображающие насекомовид-
ных существ по одиночке и в скоплениях.
Но скульптуры же - это скульптуры! Сделанные не из трухлявого реголита, а
из какого-то материала, напоминающего металлокерамику.
Да тут просто развернута постоянная выставка на тему "Разумные марсианские
пауки в труде и быту".
Неужели великий марсианский народ состоял из вот таких несимпатичных
тварей? Хотя как посмотреть, некоторые - вполне приятной наружности.
Пауки жили неспокойно, они ловили друг друга лентовидной паутиной, потом то
ли впрыскивали яд, то ли зачаровывали колдовскими силами. Они выхлебывали
телесные соки из поверженных противников, так что от тех оставалась одна
шелуха, хитиновая скорлупка. Что это было - борьба за самку, спорт, жестокая
война, террор правящей клики, буйство толпы или изощренная гастрономия?
На некоторых барельефах победитель выстраивал побежденных в длинные шеренги
и высасывал всех по очереди. Причем несчастные жертвы как будто даже
радовались этому и поздравляли победителя с заслуженным успехом.
На другой стене изваяния и барельефы демонстрировали, что для всей паучьей
цивилизации настали худые времена. В пауках завелся какой-то паразит.
Марсиане вначале тощали, потом разбухали и лопались. Из паучьих останков наружу
выходили существа, напоминающие бутылки.
Бутылочники как будто выедали пауков. Бутылочники пауков расщепляли и
расслаивали. Даже взрывали. Чего только бутылочники не делали с пауками. И
бедолагам-паукам нечего было противопоставить вражеской орде: ни симметричный, ни
ассиметричный ответ.
А вот еще одна "вершина" падения.
Судя по этой скульптурной группе, одни марсиане приносили других марсиан в
жертву наглому бутылочнику, как идолу. Налицо прямо-таки поклонение коварному
врагу...
Цивилизация пауков завершилась на жалкой ноте "ля".
Паучьи правители принесли всех своих оставшихся подданных в жертву
бутылочникам , после чего сильно заскучали и скончались, приняв инсектицидного
порошка. Инсектицид просыпался с неба в качестве безвозмездной гуманитарной помощи
от бутылочников.
Последнее изваяние явно представляло из себя скульптурный автопортрет
последнего паука, мужественно принимающего яд, который насыпан в стоящее перед
ним блюдечко...
А не исчезли ли пауки-марсиане со света для того, чтобы очистить место для
нас, людей. Ну, в смысле, повторили судьбу динозавров. Мы все-таки как-никак
венец творения?
Возвышенным размышлениям и всей экскурсии быстро настал конец, потому что
лазерный импульс прожег древнее изваяние всего в двух шагах от Данилова.
Потом пришлось прыгать и скакать, увиливая от "горячего блюда" температурой
в десять тысяч градусов Цельсия.
Анпилин. Он самый. Почти не различимый в дальнем конце зала, заваленном
обломками, прикрытый мимиком человека-невидимки.

А без мимика становился он вертлявым гоблином. Об этом и в его досье
написано - ловкостью гражданин Анпилин обладает чрезвычайной, обезьяньей, как
настоящий боевой мутант времен дореволюционного МетаВеба.
"Только откуда мох1 взяться настоящий боевой дореволюционный мутант в эпоху
Великого Киберобъединения? Даже если сделали его в левом клоноинкубаторе,
куда потом смотрели наноботы-надзиратели берлинского гипера? - спросил сам себя
Данилов и остался без ответа.
Импульсник Данилова был снят с предохранителя и стрелял сейчас с мощностью
четыре киловатта среднефокусированным пучком, высекая красочные фейерверки из
стен пещеры. Но пока без особого успеха.
Джин разрядил солидную порцию микрокапсул с никотином-плюс. Все как будто
стало отчетливое и ближе, даже запульсировало в такт участившимся сердечным
сокращениям.
Замечен скальный выступ, почти карниз, проходящий на высоте двух метров от
"пола". Неподалеку от выступа что-то вроде сталактита или колонны, сильно
похудевшей посредине. Если успеть добежать до колонны за полсекунды, то Анпилин
потеряет его из виду и засуетится. Если запрыгнуть на этот выступ,
оттолкнувшись от колонны, то противник хорошо откроется.
Мелкий, но гнусный враг жиганул лазерным импульсом чуть ли не по спине,
пока Данилов бежал к колонне. Однако особист успел "оторваться" и запрыгнуть на
карниз. А потом, между камней, заваливших южный угол пещеры, стал виден
приличный кусок Анпилина размером с котлету. Котлета тут же была поджарена. Но
гангстера спас панцирь лучевого поглотителя.
Анпилин не погиб, но занервничал, он выскочил из-за камней и побежал в
сияющем панцире к какому-то укрытию. Не добежал, голубчик. Ноги отлетели под
ударом даниловского импульсника. Однако бандит еще управлял болью, он
показывал фигу и одновременно направлял дуло своего импульсника на особиста.
Следующий десятикиловаттный выстрел уничтожил Анпилина. Тело его сгорело на
три четверти, труха вылетела через трещины в панцире, брызнувшие ошметки
прилипли к стене.
Особист приблизился к уничтоженному врагу народа.
От того уцелело примерно пол головы и левая рука. Анпилин мог быть или
боевым мутантом, или человеком, страдающим прогерией <прим. наследственная бо-
лезнь>. Острый почти птичий носик, лысая головенка, тощая лапка. Может,
направленная искусственная мутация и базировалась на генах, ответственных за
прогерию. В самом деле - эта болезнь ведет к ускоренному старению, но заодно
и к ускоренному развитию.
Данилов мог полностью испепелить то, что осталось от Анпилина, но почему-то
не стал делать этого. Имелся какой-то оттенок жалости к этим отбросам бытия.
Почему-то не хотелось с рычанием хищника превращать их в стопроцентный
порошок.
Данилов сделал еще шаг к останкам, чтобы наклониться и выколупать капсулу
Фрая, но не тут было. Неожиданный грязеворот поглотил бывшего Анпилина со
всеми его "примочками".
Данилов, ойкнув, отшатнулся от густой чмокающей грязи, поскользнулся, упал
и неожиданно оказался в окружении бутылкообразных кляксочек. Именно эти как
будто невинные создания с десяток миллионов лет назад буквально разорвали в
клочья марсианскую паучью цивилизацию. Поверхность у бутылочников была какой-
то нереальной, очень черной, очень гладкой, слегка мерцающей. Словно являлись
они каким-то голографическим трюком.
Марсианский черт дернул Данилова поднести палец к одной из этих штук. И не
донес на десять сантиметров, но бутылочник уже удлинился, уже присосался и
мигом втянулся вовнутрь. Внутрь Данилова. Никаких неприятных ощущений, но и
приятных тоже. Ах, как он стал сокрушаться. Ему ведь предстояло быть фактиче-

ски беременным и разорванным размазанным страшной тварью, он должен был
повторить судьбу миллионов невинных марсиан.
Но, по счастью, бутылочнику что-то не понравилось внутри, он нежданно-
негаданно надулся на кончике другого пальца, а потом слетел с него и
успокоился в куче своих товарищей, хотя и стал крупнее размерами.
Итак, какое-то существо прошло сквозь тело Данилова. Джин через органоска-
нер зафиксировал лишь повреждения незначительного количества протеинов да
умеренное падение гемоглобина и сахара в крови. Не исключено, правда, что бу-
тылочник совершил нечто пока неопределимое в организме Данилова. Но особист с
помощью психокода стер лишние переживания из своего мозга, чтобы
сконцентрироваться на главном.
Грязеворот, поглотив останки Анпилина, стал распространяться вверх и вширь,
распространяя густые клубы пара. Он был опасен, но уже как-то буднично. "У
НАС НИКОГО НЕ ЗАБЫВАЮТ, И НИКТО БЕССЛЕДНО НЕ ИСЧЕЗАЕТ", дежурно поддержала
совесть. И в самом деле, командир, ответственный за исчезновение чипов Фрая
своих солдат, получает "вышак". Точно также, но в свое время древние греки
казнили и самых успешных стратегов, если те не смогли предать ритуальному
огню тела своих погибших бойцов, всяких там гоплитов и архимандритов.
Вся пещера вибрировала, подвергаясь ожесточенному напору горячих полужидких
масс, со сводов через многочисленные трещины сыпался реголит.
Данилов мужественно искал пути отступления и не находил их. Предстояла не
загадочная гибель от таинственных тварей, а обычное захоронение живьем.
Какая-то каменюка, долбанув по загривку, сшибла с ног, по беспомощно
распростертому телу реголит лупил крупными и мелкими комьями как очумелый садист.
Скоро, скоро переломает все кости и сдавит легкие так что...
Но джин работал, он искал контакты. Он искал выходы. И не зря - кажется,
нашел. Какая-то аварийно-спасательная система пробилась к Данилову.
Оставшееся в наличии пространство стало заполняться быстро растущими монополимерными
пузырями. Очевидно, они замедляли падение свода и наступление грязи. Но не
останавливали. Когда потоки мокрого реголита уже были готовы утопить
Данилова, какая-то биосинтетическая змея, мало отличимая от настоящего сетчатого
питона, схватила его, обвила и куда-то потащила.
9. "Задушевный разговор"
Марс, солнечный
город Свободобратск
Ночь он провел в тарсиском рекреатории, где ему выправляли функционирование
кое-каких органов и общий метаболизм. Широковещание сообщило о недавнем
происшествии лишь то, что случилась подвижка грунта в районе Лабиринтис Ноктис,
вызвавшая незначительный ущерб. "Количество тоннелепроходчиков, закончивших
старую жизнь, уточняется."
А на следующий день Данилов уже играл в мяч на фоне горы Олимп, также и в
поло, обсуждал картины и скульптуры, выполненные в стиле неомонументализма -
все, как принято у порядочных соларитов. Что представляли из себя картины и
скульптуры, на самом деле было неизвестно, но мимики, выполненные одаренным
четвертым гипером по кличке Афродита, впечатление производили.
Следующую ночь Данилов провел у себя дома, среди мраморных стен и колонн.
Он знал, что только благодаря мимикам одна единственная комната превращается
то в атриум, то в портик с видом на голубое море, то в длиннющую дворцовую
анфиладу. Надевай халат а-ля хламида и разыгрывай из себя Платона с
Цицероном. Но сегодня Данилов с помощью левой программки отключил все мимики на
пятнадцать минут - дальше было бы небезопасно - и как будто даже отдохнул
среди голых предельно серых металлокерамических стен.

А когда включил и снова сидел в атриуме, наблюдая как плещутся серебристые
рыбки в розовомраморном бассейне, то вдруг увидел крысу - она пробежала из
угла в угол и даже опрокинула и разбила амфору. Амфора, к сожалению, вернее к
счастью, была мимиком, поэтому ущерба не случилось. Конечно же, и крыса
являлась мимиком, только левым, антиобщественным.
Но кто мог ее запустить? Свои - предупреждая о чем-то, или чужие - чтобы
запугать? В любом случае, это было неприятно. С помощью инфосканера Данилов
прощупал всю кибероболочку своего жилища, на всякий случай поискал органоска-
нером флору-фауну, чем черт не шутит, но нашел только пару ленивых мух.
Проверил сканерами свои собственные мозги, вдруг в них сидит заноза
диверсионного психокоммуникатора. Но и серое вещество было в норме.
Данилов беспомощно опустился на лежанку-массажистку и стал убаюкиваться
левым софтом, который остался у него от командировки в Лабиринтис Ноктис -
"батя " подарил. Даниловский джин превратился в серого Волка, более похожего на
вурдалака, который бегал лесом за Красной Шапочкой, мощной девахой в
баварском стиле.
Информационный Данилов не успел догнать бедно и недостаточно одетую
девушку , потому что физический Данилов уснул.
И снился ему клонопитомник и киберняня "Василиса", которую он почему-то
считал мамой. Василиса была ласковой, никогда не наказывала его
электроразрядами - этим занимались другие, у нее был большой налитый теплой водой живот,
к которому так хорошо было прижаться и забыть ненадолго обо всем...
А когда Данилов проснулся, левый софт уже отыграл свое, оставив в
зрительном поле какую-то серую мглу, сквозь которую смутно проглядывали мимики
комнаты .
Внезапно мгла была прорезана острым потоком света и появилась "гостья".
Первым делом она отсекла его джина, потом ее зелено-голубые глаза виртуально,
но очень впечатляюще приблизились к его лицу.
Данилов почувствовал сладчайший поцелуй. Гостья была супермимиком высокого
класса, интерфейсом высокочастотной джини <прим. кибероболочка с
психоматрицей женского типа>. Ощущения, мало отличимые от реальных, поступали от рук,
ног, кожи, губ... Ну, конечно-конечно, просто это киберсенсорные объекты
вливаются через нейроконнекторы - но в объятиях Данилова находилась как будто
гладкокожая женская телесность. Уже поплыл тестостерон... Еще не хватало
совокупиться с каким-то суккубом, сварганенным хаккерами на "Кибальчиче". Тем
более хаккеры еще запечатлеют все это позорище и потом будут радостно
шантажировать оплошавшего особиста.
- Да откуда ты, черт тебя дери, взялась? - скорее уж для проформы спросил
Данилов, который был в принципе не против, чтобы кибергостья умело чмокнула
его еще раз.
- "Черт меня дери". Черт тут тоже, наверное, поучаствовал, - промурлыкала
призрачная кибердама сочным умело смикшированным голосом.
Ночное море. Световая тропа пролегла по нему, нежные лучи луны стали
ажурное лестницей в небо. Не в то небо, куда со смрадом и тряской летят
космические грузовики, а в небо иной возвышенной жизни. На волне серебрилась пена.
Все мимики были искусно исполнены и сплетались в органичную сенсоматрицу.
Джини взяла Данилова за руку.
- Пошли со мной. Не бойся, цел останешься.
И после такого "крупного" обещания Данилов двинулся вслед за ней по зыбкой
морской тропе, а потом все выше и выше...
Он, конечно, понимал, что движется по сетевому пространству лишь его джин,
но сенсоматрица захватывала его полностью, нейроконнекторы были загружены на
всю катушку. Возможно, капали на мозги и какие-то балдежные нейростимуляторы,
но оттого, что кибердвойник был забит под завязку чужими программными модуля-

ми, зависли и органический сканер, и наномонитор.
В пути гостья опять приблизилась к нему, джини входила в него всем своим
виртуальным телом, и это было приятнее всех известных сексуальных процедур.
Они возлежали на серебристых облаках как на желе-матраце, и джини волной
проносилась по его информационному телу и заодно по его плоти, наполняя
позвоночник сладковатым жжением. Чертова Лилит. Интересно, стоит ли колом то
хозяйство, что обычно болтается между ног1? С каким кайфом хаккеры зафиксируют
все это безобразие.
- Слушай, красотка, - наконец завозмущался Данилов, - бесплатного
блаженства не бывает, если не считать секса по телефону доверия. На молодого бога,
вызывающего сильные эмоции, я не похож. Тебе чего от меня надо?
- Только преданности. А получишь ты от меня бессмертие.
- Я и так его имею. Чип Фрая...
- Чип Фрая - это штучка для оживления биороботов. Для настоящего бессмертия
нужны огромные ресурсы, нужно настоящее освоение решетки. Бессмертие - это
ведь бессмертная душа, в которой заключена вся вселенная. Неужели ты думаешь,
что всю вселенную можно втиснуть в чип Фрая, ну еще в твоего резервного джина
на берлинском гиперкомпьютере, и в твой персональный каталог на пекинском ги-
пере?
Я должна родить дитя, которое проложит дорогу в Ад и покорит его. Ты
понимаешь , что я говорю о глюонной решетке. Но, чтобы родить его, мне нужны новые
источники силы. И твоя помощь, котик...
"Чтобы делать такие масштабные заявления, нужно быть минимум божеством,
хотя бы кибернетическим, - подумал Данилов. - Конечно, всерьез их может принять
только лоботомизированный кретин."
То ли психическая атака подходит к концу, то ли Даниловский джин, наконец,
управился с агрессивными модулями атакующей джини, восстановил контроль над
нейроконнекторами, прорвался к мозгу особиста и испросил согласия на полное
стирание чужих мимиков и выход из чужой сенсоматрицы. Данилов, конечно, дал
свое "добро", хотя не очень-то и хотел, то есть хотел далеко не всеми фибрами
своей души.
Чужие мимики стали размазываться и таять как мороженое.
- Поможешь мне и обретешь настоящее бессмертие в настоящем Элизиуме, -
сказала киберпризрачная дама, махнула ресницами, и исчезла.
А Данилов испытал тоскливое ощущение падения - словно сорвался в пропасть.
В конце полета растаяли потемки левого игрового софта и вновь прояснились
знакомые мимики комнаты. Поизучав системный журнал джина, в котором почти не
запечатлелись подробности кибервторжения, Данилов понял лишь одно, что
предстоят испытания, которых он еще никогда не знал. И почему все эти "радости"
одному ему? Похоже, он стал пешкой в большой игре - так капитально захватить
его джина смогло бы лишь чудовищное творение самых крутых хаккеров. Но что им
нужно от мелкого особиста? Или же... жутко помыслить, этот захват мог
провести какой-нибудь гиперкомпьютер. Например, для проверки благонадежности и
верности камрада Данилова. Почему его подозревают? Что в нем не так?
На глаза сами собой навернулись слезы, неконтролируемый комок пережал
горло . . .
На седьмой день Данилова вызвал глава Отдела Особой Информации. Данилов
хорошо знал этого вышестоящего камрада, они часто играли вместе в мяч и поло.
Они баловались мячом еще вчера и мирно общались на эсперанто-4. Но сегодня
надлежало придти к Фридриху Ильичу как к большому начальнику. И не только в
виде джина, но и живьем во плоти - промчавшись по пневмопроводу. Кстати,
транспортная труба так сильно напоминала канализационную, что это не мог
скрыть никакой мимик.
Разговор камрад Сысоев сразу начал на грубом русском-2.

- Так ты, Данилов, говоришь, что твой дружок Анпилин скопытился.
У Данилова заныло где-то в груди, он понял, что начальник подцепил его на
свой длинный коготь.
- Ну да, лично прикончил стервеца. От него осталось лишь кучка
малоаппетитного дерьма. У вас же есть видеозапись.
- Есть, есть. У меня много чего есть, - значительно произнес Фридрих Ильич.
- А это тогда кто? На дерьмо похож не больше, чем мы с тобой.
И между собеседниками прошелся голографический Анпилин.
- Запись-то не старая ли, Фридрих Ильич? И вообще за этим есть какое-нибудь
живое тело? - проговорил Данилов слабеющим ртом, чувствуя уже разверзающуюся
под ногами яму.
- Это свежак. Видеозапись сделали с пару часов назад на Весте, в космопор-
ту. А насчет отсутствия живого тела обижаешь - с натуры сделали. Уж я,
конечно, по всем параметрам запись проверил, не монтаж ли, не мимик ли, не
фотокарточка ли с "пластилина" <прим. робот-мимоид>, есть ли совпадение по
"отпечаткам" ДНК. Сам понимаешь, папиллярный рисунок и узор радужки Анпилин
изменил под свой новый мультипаспорт.
- А если просто дебильный клон, без капсулы Фрая? Допустим, анпилинские
дружки вывели погулять "чушку", так сказать для оказания на нас
психологического давления.
- Никак не скажешь, что это "чушка", судя по тем штукам, которые Анастасий
уже успел отмочить на Церере. Там его, как ты понимаешь не опознали, ну и
мальчик порезвился. Я бы, сказал, демонстративно порезвился. Постирал
половину мимиков в тамошнем солнечном городке и вместо беломраморных дворцов народ
теперь зрит отвалы с хондритовой породой, отчего все блюют и стреляются...
Кабинет Сысоева, вернее мимики кабинета, не походили на те стандартные
образы, которые приняты в солнечных городах. Ни тебе осточертевших атриумов,
портиков и вида на агору. У Фридриха Ильича мимики изображали что-то вроде
традиционного японского жилища - белые плоскости, тени, невысокая мебель,
икебана, рисуночки с легкими журавлями и сакурами. Камрад Сысоев явно
противился эстетическому натиску Афродиты. И он, похоже, устал от занудства и
однообразия, в котором живут солариты.
- Я грохнул Анпилина. - поиграв желваками, максимально твердо произнес
Данилов .
- Но не уничтожил. Значит, ты не хотел это сделать. - Сысоев отсыпал корма
рыбкам в аквариуме - настоящим, не мимикам, что уже жуткая редкость - ни
одним обертоном не выдавая своих планов насчет судьбы подчиненного.
Психофейс Данилова молчал, между желанием включить его (и прощупать мысли
начальника) и виртуальной кнопкой включения стояла стена.
- По-моему, Фридрих Ильич, в число наших задач не входит полное
уничтожение , - неожиданно для себя Данилов добавил. - Может, покажете закон или хотя
бы ведомственный циркуляр, в котором начиркано, что подозреваемых надо
стирать дотла без суда и следствия.
Несмотря на явную "борзоту" подчиненного, камрад Сысоев сохранял полное
спокойствие и как будто даже доброжелательность.
- Ошибаешься, Данилов. Нам плевать на циркуляры, это все шелуха. Мы
руководствуемся разумом. Так что, если надо, мы сжираем врага живьем вместе со всем
его дерьмом. И ты Данилов, конечно же, пытался уничтожить Анпилина целиком,
но что-то у тебя не сработало. И тут возможно есть моя ошибочка. Самые
тошнотворные дела надо поручать парням, которые дольше всего застоялись в сладком
киселе солнечного города. Вот, например, Владислав Бергерманн, сейчас он по
линии альтернативной истории пробавляется, а раньше был мой кадр - особист. И
в резервации Папуа рубил головы смутьянов и носил их на поясе на манер
орденов .

- Значит, афинскую толпу утопили в море мы? - спросил Данилов, потому что
его неожиданно осенило.
- Их утопил четвертый гипер. Значит, это было целесообразно.
- Афродита совершила преступление.
- Гиперкомпьютеры вообще не являются субъектами уголовного права. Надеюсь,
ты не тащишь нас в мрачное средневековья, когда по приговорам судов сжигали
собак и вешали петухов. Конечно же, я не ответчик за Афродиту, но полагаю,
что она спасала мою и, кстати, твою ГДР. Иначе чертовы хаккеры реинкарнирова-
ли бы свой бардачный МетаВеб и придурочного Гальгальту впридачу.
Данилов промолчал.
- Ты думаешь, Данилов. И это правильно, - сказал Фридрих Ильич, заботливо
кропя из леечки на карликовую березку. Ты уже не так туп, как кажется на
первый взгляд. Тебе уже неясно, чем МетаВеб и Гальгальта хуже, чем Великое
Объединение и Афродита. Ты меняешься. Твое растущее сознание ломает
ограничительную психопрограмму, которую вложили в тебя во время обучения. И я тоже не
знаю, нахлебаемся ли мы с тобой горя или ты станешь нашим форвардом. В любом
случае, чем выше у нас поднимается парень и чем большими он ворочает делами,
тем меньше у него в башке психопрограммных заглушек."
- И если вы ошибетесь со мной, то мне капец, так что и капсулы Фрая не
останется? - спросил Данилов.
- Конечно. Мы играем в эту игру всерьез, - сказал Сысоев, глядя на рисунок
тушью, изображающий сплетение "инь" и "янь". А чем нам еще заниматься
всерьез? Не знаю, кто эту игру придумал, Гольдманн или кто еще, но ковырять в носу
со скуки не приходится.
Данилов почувствовал, что начальник открывает перед ним дверь на следующую
ступень соларитской жизни, может быть, более сложную, но и захватывающую.
Однако , держит наготове люк, ведущий глубоко вниз.
- Фридрих Ильич, наше Великое Объединение чем-нибудь отличается от США,
КНР, халифата и прочих гигантов, которые произвели много шума, а рассыпались
в одночасье, не оставив ничего, кроме мусора?
- Да это всё пирамиды, в основании которых находится лишь один принцип.
Больше всех потреблять или больше всех производить, или вытягивать из всех
остальных деньги. А у нас нет пирамиды. У нас живой организм, и у каждого
органа своя задача.
Прямо посреди кабинета распустился мимик дерева. Похоже, что японской
вишни.
- Незнайки-солариты - это, Данилов, корни. И они гордятся своей ролью.
- Вы лучше про людей из закрытых зон, Фридрих Ильич. К ним как-то
ботаническое сравнение мне не подобрать.
- И у меня не получается. Это скорее почва. Дело ведь не в их
изобретательности, а в том, что они мастерят именно те устройства, которые должны
непременно дать преимущество в борьбе за выживание. Ну, а про рабочие поселки
<прим. основные производственные системы, организованные по территориально-
производственному принципу, что-то вроде совнархозов нового типа> ты и лучше
моего знаешь - это ствол, ветви. И что интересно, Данилов. Работяги могут
бухтеть против начальства, но они имеют свои кредитки, свою жрачку из дерьма,
переработанного на наномеханических конвейерах, свои цацки и понты, поэтому
никогда не перейдут предела...
Три прекрасные девушки принесли кофе с воздушным печеньем, произведенным в
закрытой зоне пЭль-Ниньоп, что на Гаспре. При этом Данилов не знал, скрывают
ли эти мимики хотя бы одну реальную женщину или же ланч был доставлен
железным ящиком на колесиках. А Сысоев не молчал. - ... Население резерваций - это
те, что кормятся от нашего дерева, так сказать, всякие жучки-паучки. Их у нас
немало - почти три миллиарда. В основном, это незамысловатые товарищи с па-

леосознанием, которые недавно спустились с деревьев и с гор. Пока надо
терпеть все эти исламские республики, вудуистские конфедерации, каннибальские
содружества. С дикарями сложно. Они все время хотят размножиться сверх всякой
меры. Они ничего толком не производят, но любят пожрать. Единственная польза
- это то, что они производят много говна, то есть удобрений, которые мы
вывозим цистернами в космос. Аятоллы и шейхи сыграли на руку нашей Гэдээрии, за
что им была подарен континент Европа. Но заниматься их перепрограммированием
- дело муторное, долгое. Так что приходится держать их на привязи всякими
подачками. Однако мы потихоньку врезаем им в мозги нейроконнекторы, кое-кому
даже джинов загружаем, а прочих ставим под наноконтроль, так что истерики
вроде восстания мудозвона Бен-Беллы больше не повторятся.
- Говорят, что наши наноботы ударили фанатам Бен-Беллы по всем железам,
производящим мужские половые гормоны.
- И правильно говорят, Данилов. Все они превратились в эрзац-баб. На
мусульманском востоке, где мужчинство в большой цене, это имело большое
воспитательное значение.
Тут недавно хохма приключилась в одной арабской местности, где местному
населению нейроконнекторы вмонтировалм. Подсоединили их сырые мозги к
безобидной зоне сетевого пространства, стали посылать мимики ангелов и святых,
которые напоминали ежечасно, что надо мыть руки перед едой и вытирать попу
бумажкой , а также проводить на работе не меньше восьми часов в день. Но как будто
нашелся там один сверхспособный Ходжа Насреддин, неким бесом нашел коды
доступа в библиотеку канонических образов и синтезировал мимик пророка. Тот
наглядным пламенем изничтожил наших ангелов и святых, после чего велел не
работать и не мыть руки, а вместо того истреблять шайтанов, являющихся с
дьявольской красной планеты. То есть нас.
- Так это ж хаккеры подсуетились, Фридрих Ильич, - отозвался Данилов.
- Может быть. Но глюонная решетка, на которой покоится наше Киберобъедине-
ние, мягко говоря, сомнительная вещь. Мало ли что там может родиться. Чудище
какое-нибудь. Ну и хаккеры конечно с ним быстро познакомятся и подружатся...
Ладно, мы отвлеклись. . . Так вот, Информбюро, то есть персонал, обслуживающий
Великое Объединение Гиперкомпьютеров. Это садовник, ухаживающий за деревом. А
капсула Фрая - это что у нас?
- Не знаю, - честно признался Данилов, которому не хотелось почему-то
отвечать строкой из собрания сочинений Гольдманна.
- Это плоды, скажем яблоки, которые на этом дереве вырастают. Яблочки-то не
простые, а молодильные. И тогда у нас древо жизни получается. Не хочешь быть
полезным и послушным, не получится яблочко отведать, превращайся в мыло и
зубной порошок.
И ты после всего считаешь, что МетаВеб, призрачный Гальгальта и шизнутые
нанохаккеры могут потянуть всю эту систему с десятимиллиардным населением?
Короче, Данилов, если у тебя в каком-то месте заиграло человеколюбие, то
нагрузись мыслью, что сто миллионов человек сидят лично на твоей хребтине. Ну,
как хватит, или еще добавить?
- Фридрих Ильич, спасибо за рассказ. Я узнал кое-что новое. И я понимаю,
что это вы все неспроста поведали.
- Ты это новое мог бы и сам откопать, в сети много чего есть...
Ясно, что и доверяет, и проверяет старший товарищ - не раскрепостился ли
Данилов больше чем надо, не перешло ли раскрепощение в гниение. Насчет этого
и сам Данилов в сомнении. Но сомнение надо зажать в кулачок...
- Вот именно, Фридрих Ильич. Я не люблю копаться в сети, там того и гляди
свалишься в зазор, где тебя оседлают хаккеры. Инфосканер у меня настроен
только на явные информационные линии и легальные записи... Можно мне идти?
- Стой, Данилов. Ты умеешь хорошо экранировать свои сомнения, у меня психо-

фейс ничего определенного не может засечь. Что ты хотел спросить?
- Вы, наверное, лучше знаете, почему мне не удается размазать Анпилина?
- А никто кроме тебя не виноват, ты не думай ничего лишнего. Гуманизм всему
причина. Не соларитский, а абстрактный общечеловеческий, который что-то вроде
побочного продукта твоего роста. Но не переживай, я тоже страдаю избытком
доброты... Ты, конечно, спрашиваешь про соответствующие психопрограммы - в
памяти твоего джина ничего неизвестного тебе. Все, можешь идти.
- А Анпилин?
- Анпилин по-прежнему на тебе. Так что счастливого пути в Пояс. Начни с
Весты-1. Это всего каких-то сто двадцать миллионов километров отсюда.
- Есть, товарищ Сысоев. Спасибо великому Гольдманну за нашу встречу.
Когда Данилов покидал кабинет Фридриха Ильича, то в холле он встретил Зухру
Эдуардовну, подругу старшего камрада. Дама как обычно посмотрела на него
внимательно и отрешенно своими сияющими зелено-голубыми глазами, а затем сказала
словно перышками провела по шее, аж щекотно:
- До скорого.
Неужели шизанулась, напоследок подумал Данилов. Ничего себе "до скорого".
Хотя глаза ее сейчас какие-то воспоминания стали пробуждать. Не один ли к
одному очи той самой киберледи-суккуба, которая потащила его на Луну? Но
неужели Зухра занимается хаккерской проституцией? Или может кто-то использует ее
джини? И как сочетается ее древнегреческая монументальность с нарочитым япо-
низмом Фридриха Ильича? Не приставили ли ее к старшему камраду в виде
прекрасной надзирательницы?
10. "Забавы весталок и вестанцев"
Астероид Веста, солнечный город
Веста оказалось не такой уж крохотной. И не такой холодной, благодаря
начинке из радиоактивных изотопов. Поэтому джин рекомендовал Данилову еще подо-
деть кадмийволоконные кальсоны. До посадки прошло три недели в "маринаде
средней крепости" на борту новенького контейнеровоза, выдающего двести тысяч
километров в час, и четыре "жэ" на разгоне. Это было хорошо для грузов, но не
прибавило здоровья пассажиру. Так что свинцовые круги под глазами, оставшиеся
от перегрузок, до сих пор украшали подлинную физиономию Данилова, конечно же,
скрытую стандартным мимиком. Правда, по дороге физиономия несколько
округлилась и раздобрела, поскольку заботливые нанодоктора оснастили особиста слоями
высокоэнергетических жиров - на всякий "холодный" случай.
Сама Веста была нынче сплошь солнечным городом, и с десяток лет как добыча
радиоактивных изотопов на ней была прекращена. Но в ее окрестностях, особенно
в кластере Веста-3, порхала куча обломков, оставшаяся от какого-то железно-
никелевого астероида. Здесь витали рабочие поселки концерна Вестаникель,
имелась и закрытая зона "Кибальчич", где колымили старатели, долизывая то, что
осталось после концерна.
На этот раз новое имя и мультипаспорт беглого бандита были хорошо известны.
Анпилин сейчас принял светлый образ "Микиты Доротеенко, представителя
концерна Землянаномаш". Сам камрад Доротеенко сгинул без вести во время катастрофы
на атомном лайнере "М. Лермонтов", и, скорее всего, от него ни крошки не
осталось . Но вот его чип Фрая, джин, мимик и прочая персональная информация
стали добычей злодеев-хаккеров, которые и перепродали все это добро Анпилину.
Так что, гангстеру оставалось лишь смастачить соответствующий мультипаспорт,
подправить папилярный рисунок, радужку и еще кое-какие детали, ну и затем
затеряться в сутолоке оживленного вестанского мирка.
В солнечном городе на Весте Данилов сразу ощутил атмосферу провинциальной
распущенности. В космопорту его неожиданно встретил оператор местного Отдела

Особой Информации, предъявивший мультипаспорт на имя Георга Абеля и
предложивший называть его Юрой. У Юры был забавный мимик, вернее глазки у мимика -
похожие на мух, тонущих в сливках, потрепыхаются - застынут, потрепыхаются...
То ли сбоит картинка, то ли такова местная мода.
По случаю торжественной встречи был составлен план оперативно-розыскных
мероприятий - без развесистой кибербюрократии уже не обошлось. Это не
понравилось Данилову, но срулить в сторону он не имел права, да уже и поздно было.
Они сидели, планировали и просчитывали, пока не пришел какой-то курсант-
практикант и не доложил, что разыскиваемый гражданин Доротеенко вылетел на
попутном грузовике на Весту-3. Можно было рвать волоса на разных местах, но
никто не контролировал местные технологические перевозки даже на Марсе.
Оставалось направить извещение в космопорт Веста-3, чтобы там не забыли
включить красный свет пассажиру Доротеенко.
Как и обычно, в таких нелепых ситуациях образовалась куча свободного
времени. Юра сказал, что челнок в сторону Весты-3 отправляется лишь через пять
стандартных часов, так что есть время оттянуться по местному обычаю.
Камрад Абель, конечно же, предложил сходить на традиционную забаву солари-
тов, на игру.
В "мяч" местные солариты играли на огромной гладкой поверхности, оставшейся
после метеоритного удара и разлива лавы по кратеру, так что получалось, что-
то вроде футбола на бесконечном поле. По крайней мере, от одного "бортика" до
другого было километров сто, да и высота каждого из них составляла пять
километров. Сам мяч имел размеры с двухэтажный дом, а каждый игрок был "запечен"
внутри киборга, напоминающего помесь кузнечика, динозавра и автокрана.
"Кузнечики" отчаянно скакали по бесконечному полю, сталкивались как проклятые,
вышибая снопы искр, ломали друг другу ноги и лупили по мячу, да так что усви-
стывал он на многие километры, вытягивая за собой дымный хвост.
Судя по состоянию публики, здесь был ослаблен контроль по части
синтетических нейротрансмиттеров и всякой психоделической дряни, доставляющей кучу
удовольствия, но, в итоге, превращающей гражданина в расплывшуюся кучу
дерьма.
"Расплывшихся" старателей добивают свои же, чтоб "не морочили яйца". Затем
все более-менее приличные внутренние органы идут с аукциона. "Расплывшихся"
работяг спроваживают в инвалидные дома ГУЖП <прим. Главное управление
жизненных процессов>, где никто долго не протягивает - ходят-бродят слухи, что
доходяг там не лечат, а, наоборот, превращают в быстро перегорающие живые
установки по производству какого-нибудь гормона - инсулина или там тестостерона.
А "расплывшихся" соларитов судят и отправляют в закрытые зоны. Что дальше -
смотри пункт первый. Каждый нормальный соларит боялся разбалансировки, но
только не эти кретиноподобные жители космической глубинки.
В куче укромных кабачков Вестобщепита, обрамляющих по кругу колоссальный
кратер Олбера, многие камрады ползали и ходили на четвереньках - откушав
синтетических опиатов, а то и просто спиртного. Некоторые, лежа на месте,
терлись о стены и активно стонали - эрзац-окситоцин производил столько кайфа,
что аж дурно и блевотно становилось. Некоторые "торчки", напротив, слонялись
с крайне обеспокоенным видом - эти вестанцы перенасытились по части эндомор-
фина, так что несколько часов кряду от всего будет зверская тоска, хоть в
ванной утопись. Некоторые, жуя амфетаминовые конфеты и пуская слюни,
конвульсивно плясали, и не собирались останавливаться ни на минутку до полного
физического истощения - когда их вынесут под глюкозной капельницей. Многие,
впрочем, имели изрядные запасы жира под кожей. Упитанные ряхи были скрыты
мимиками, но органический сканер свидетельствовал против них неумолимо.
Вестанцев явно не удовлетворяли ни классические игры, ни обычное дрючило -
амброзия. И даже мимики у них были какие-то переслащенные, с неестественными

пропорциями, так что вместо Гераклов получались Майти-Маузы. Естественно, что
весь этот бардак, более подходящий для закрытой зоны, кем-то и зачем-то
"покрывался " .
У Данилова сложилось впечатление, что целая Веста попала в зазор между
сферами различных гиперкомпьютеров. Косвенные подтверждения имелись. В целом за
режимом следил одиннадцатый гипер - Арес, но того интересовали, прежде всего,
хозяйство, связь, транспорт. У двенадцатого гипера, Чужого, здесь были
лаборатории. На Весте долго размещался крупный клонопитомник, находившийся в
ведении Афродиты, но потом его прикрыли из-за повышенного радиационного фона и
вроде бы какой-то устойчивой вирусной инфекции. Вдобавок тут до недавнего
времени находился исследовательский центр под началом седьмого гипера,
Брахмана, - один из самых серьезных. Именно здесь работали Миронов, Шац и Кис-
сельман. Ученых осудили и казнили, центр прикрыли. Но и Афродита, и Брахман
вряд ли ретировались отсюда.
Камрад Юра Абель затащил Данилова в один из гротов с видом на циклопическое
поле, да еще окружил компанией юнцов и юниц, которые более напоминали
неопанков из какого-нибудь рабочего поселка, чем цивилизованных соларитов.
Благодаря дешевым мимикам смотрелись они кошмарно. У парней мышцы бугрятся и
огненные патлы, закручиваются в смерчи на макушках, у девок буфера как пушки и
зрачки щелевидные.
Вестанская девушка с радужной кожей и запахом тления преподнесла Данилову
бокал с какой-то жижей. Для экспресс-анализа пришлось джину применить не
только спектрометральный модуль, но и монитор нанозащиты. В бокале плескался
достаточно хитрый компот: этиловый спирт, расслабляющий букет синтетических
нейротрансмиттеров вроде метаботулина, "тормозной" серотонин и эндорфиновый
набор для лимбическои зоны мозга, ну и палеостим, бьющий по задним мозговым
долям, которые, как известно, нам досталась в наследство от всяких
динозавров. Вся эта дурь - в концентрации семь миллиграмм на литр, что, в общем,
терпимо. К тому же Юра сказал: "Не обижай, комсомольцев, давай проще".
Данилов сделал "для простоты" пару глотков из дружеского бокала, но местные
солариты постарались, чтобы и этого хватило.
Мяч как будто опух, поднялся вверх и засиял на манер луны, игроки вместе со
своими киборгами превратились в букашек, скачущих по крохотной лужайке, а
небо вдруг сделалось таинственно фиолетовым.
Грот сплошь покрылся тиной, вестанские девчата стали напоминать крокодилиц
с кожей как на портфеле и на удивление это не вызвало отвращения. Они
поползли на брюхе к Данилову - что несколько его заинтересовало, но вестанский
компот не останавливался на достигнутом.
Кратер обернулся морской лагуной, а прямо ко входу в грот начала
подкатываться легкая волна.
Данилов подошел к срезу воды и следующая волна подобострастно лизнула носки
его ботинок. Заливая небо бледным аквамарином, вставало солнце, а из воды
неподалеку от особиста показалась обнаженная дева. Видел, уже видел он эти
зелено-голубые глаза! Но теперь ему было сообщено ее имя.
Афродита! Где-то запищал зуммер тревоги. Четвертый гиперкомпьютер,
известный своей динамичностью и напористостью, выставил свой мимик-логотип, да еще
такой голый.
Глаза цифровой богини светились ласковым зелено-голубым сиянием, розовые
губы дрожали то ли от смеха, то ли от волнения, а нежная кожа в капельках
морской воды жемчужно мерцала под робкими лучами раннего солнца. Данилов
слыхал о случаях, когда гиперкомпьютеры выходили с кем-то на прямой контакт, но
позже Главинформбюро эту практику прикрыло - "во избежание компьютерного
анимизма" .
- Ну, как ты? - спросила она. - Готов послужить мне по примеру лучших геро-

ев греко-троянского эпоса?
Данилов попробовал собраться с мыслями, проведя концентрацию как перед
боем.
- Я твой верный паладин. . . Афродита. - Ну не называть же обнаженную деву
"гражданка гиперкомпьютер". - Однако все они, в смысле герои, плохо кончили,
хоть и полубоги.
- А Эней? Он основал Рим. Не хочешь ли стать основателем Рима?
- Я - пожалуйста... но разве Троя уже накрылась?
- Она может накрыться. Ведь Бездна всегда рядышком и нараспашку, а Хаос под
стенами наших городов. И либо ты его побеждаешь и становишься культурным
героем , либо он врывается в город, крушит и насилует. Все вполне логично, милый
мой.
- Хаос уже под стенами? Никогда бы не подумал. Как будто все так стабильно,
благополучно, экономика на подъеме...
- Стена проходит везде, внутри тебя и меня тоже. Хаос соблазняет нас,
засылает троянских коней, начиненных то свободой, то экстремизмом. Но если он
заставит тебя или меня отказаться от Служения миру и городу, то погибнут
миллиарды, а оставшиеся будут мечтать о смерти, как об избавительнице от мук...
Данилов почти увидел эти миллиарды, валяющиеся в кустах, в канавах, в
тоннелях. Плавающие в цистернах и баках. Плывущие вереницами через космический
простор со взорвавшимися глазницами. Нет, он не откажется от Служения urbis
et orbis1.
- Данилов, во льду юпитерианского спутника дрыхнет одна ехидна, помесь
знания и скверны. Спит и видит, как все ей покоряется. Ты проведешь меня к ней.
- Я доберусь до нее, дорогая ваша светлость.
Афродита стала несколько призрачной, сквозь ее черты как будто проступило
другое лицо, более земное, близкое, кое-где с морщинками и тенями, но с теми
же зеленовато-голубыми глазами, которые он только что видел у богини. Зухра
Эдуардовна. Неофициальная жена и официальная подруга Фридриха Ильича Сысоева,
начальника Особого Центротдела. Руки ее обняли оперативника и сладчайший
поцелуй влился в его уста. Естественные и неестественные афродизиаки мгновенно
разгорячили и напрягли его плоть.
Зухра и Афродита - они обрабатывали его вместе, и это у них здорово
получалось . . .
Внезапно, и это было так некстати, лицо Афродиты побледнело, а Зухра
Эдуардовна отшатнулась. Из лагуны же вздымалось нечто серое, мало оформленное - то
ли призрак, то ли морское чудовище. Серая тяжелая тень резко приблизилась и
Данилов, запнувшись обо что-то, плюхнулся на пол.
Все прекрасные образы моментально усвистали за горизонт, оставшиеся мимики
безбожно рябили с минуту.
Наконец рябь улеглась, а серый призрак замер, превратившись, словно бы в
густой слой пыли на стенах. Данилов лежал на спине, а на него смотрело
несколько весталок и вестанцев. Что за паршивые физиономии - зеленые и тупые,
наглядное представление будуна. Широченные шеи и какие-то осиные талии,
головы совсем крохотные по сравнению с плечами, носы-пятаки, ноги чуть ли не "до
плеч", по шесть длиннющих пальцев на руках. Казалось, что их предками были
разные вредные насекомые и заспиртованные в музейных банках микроцефалы.
Какой-то хаккер изгадил соларитские мимики, доведя их до полной карикатурности!
Или вестанцы такие страхолюдные на самом деле?
1 Urbi et orbi — буквально, «к городу (Риму) и к миру» — стандартная фраза, в
прошлом открывавшая Римские провозглашения. В настоящее время термин используется,
чтобы обозначить папский документ, который адресован городу Риму и всему католическому
миру.

Наномонитор вдруг закричал, как оглашенный, что вражескими наноботами
прорван первый уровень обороны.
Но не могли же невинные молекулы, попавшие в его организм из дружеского
бокала, вдруг превратиться в диверсионные интеллекулы, которые сейчас таранят
мембраны его клеток. Господи, откуда эта дьявольская силища? Она не могла
вторгнуться в него извне. Это - наноботы его собственной защитной системы!
Нанозащитники, которые служили ему верой и правдой с эмбрионального
младенчества , предали его!
Данилов видел в окне органосканера, как стремительно ползет по организму
сетчатая структура, как разбухает она металлорганическими почками, которые
генерируют и выбрасывают в кровь стаи патогенных интеллекул.
Интеллекулы, мерно крутя спиралевидными хвостиками, пиратскими эскадрами
плыли по кровеносным сосудам в сторону мозга, разжиженного эндорфинами.
Интеллекулы врывались в клетки соединительной ткани и кожи, блокируя ядра и
понуждая рибосомы производить синтез неизвестных белков по фальшивым РНК...
Данилов оказался в полуобмороке, психика от этой массированной атаки
пострадала не меньше чем соматика.
Особист с мычанием пополз незнамо куда, хватаясь за что ни попадя. Весталки
возмущенно отпихивали его и лупили, чем попало. Он чувствовал, как бьется
кожа на его плечах и лопатках - что-то прорастало из него.
Когда погасли окна джина, Данилов понял, что это конец. Наноботы-предатели
добрались до его нейроконнекторов. Теперь они возьмутся и за капсулу Фрая.
Он уже не знал, кто и что творит с его телом и мозгами, мускулы почти не
слушались его, мысли распались на тупые обломки. Весталки брызнули от него в
стороны, как жидкая дрисня, по которой топнули сапогом. Почти лишившийся
сознания Данилов помчался как дерьмо по канализационной трубе. В дверь, по
коридору, по одному трапу, по другому. Возле лифта угостил кулаком чью-то
зеленоватую физиономию, отчего нос-пятак брызнул красным.
Некоторое время спустя Данилов обнаружил себя на просторной площади, скорее
всего, местной агоре. Мимики мешались с реальными образами, создавая какой-то
компот. Колонны коринфского ордера поддерживали лиловый катастрофный
небосвод, сквозь который проглядывала чернота космоса, пульсирующая из-за
защитного гравинулевого поля.
На расстоянии нескольких десятков метров от Данилова стояла цепочка
мускулистых микроцефалов-вестанцев с плазмобоями, гразерами и другими
многообещающими инструментами. Кажется, они готовились уничтожить его как последнюю
дрянь. И по-своему они были правы.
"Кибер-р-еволюция лишь тогда чего-нибудь стоит, если умеет защищаться." -
так говорит товарищ Феттмильх.
Мельком Данилов ознакомился со своим отражением на какой-то никелированной
стене. Он превратился в кактус. Особенно впечатляли шипы на плечах и груди, с
металлическим отливом, довольно длинные и тонкие, достаточно острые, чтобы
проткнуть комбез изнутри.
Подкожная капсула за счет повышенного давления отстрелила шип. Тот
разорвался в воздухе, пустив облачко из синтетических вирусов.
Эти мерзавчики были оснащены солитоновыми буравчиками и ионными
движителями, они могли проникать сквозь кожу и пластик, они предназначались для
быстрого захвата живых организмов. Такие чумные микроракеты остановит, пожалуй,
лишь сплошная броня. Но кто в состоянии за полчаса перегородить жилое
пространство города бронещитами?
Поэтому вестанцы чикаться с Даниловым не собирались.
Плазменные вспышки сверкали со всех сторон от бегущей биобомбы. Оставались
считанные секунды до уничтожения сверхзаразной гадины. Да и сама "гадина" уже
не слишком возражала, поскольку все более осознавала свою вредность для обще-

ственного здоровья.
Тем более и совесть сделала решительное заявление: "НЕ ПЫТАЙСЯ СКРЫТЬСЯ ОТ
ПРАВОСУДИЯ КАК ПОДЛЫЙ АНТИОБЩЕСТВЕННЫЙ ЭЛЕМЕНТ."
Но Данилов все же удирал, сверкая пятками, как наиподлейший
антиобщественный элемент. Перед ним вновь возникла серую муть, та самая, что недавно
вспугнула Афродиту. Отчаявшийся Данилов не пытался увильнуть от нее и дал
накрыть себя с головой.
В нейроконнекторы проникли слова: "Добро пожаловать. За вход рубль, за
выход - три" и наступила мгла, которую прорезали только узкие световые тоннели.
Как во сне-кошмаре Данилов двигался по ним, не чувствуя ног. Лишь разок на
пути возникла зеленая физиономия вестанца, Данилов хлестнул ее
антиорганическим цепом и, сильно загримасничав, она исчезла.
Тоннели представляли собой примитивную сенсоматрицу, загруженную в его
джина каким-то киберсубъектом. Не будь ее, ядовитый труп Данилова спокойно бы
уже плавал в контейнере с хлоркой.
Она завела Данилова в катакомбные недра Весты, в сектора давно выработанных
и заброшенных копей.
Углепластиковая полуразобранная крепежка, рассыпавшиеся рольганги
транспортеров, изъеденные кислотной коррозией горнопроходческие машины. Радиация тоже
не дремлет, она методично и тупо промывает плоть - пара рентген в час, не
меньше.
Веста, по сути, была первым астероидом, который стали масштабно обживать и
осваивать. К тому же она была одним из самых крупных тел в Поясе. За три
десятка лет ее просквозила сеть катакомб, подобной которой не было создано на
Земле за пять тысяч лет цивилизации. На Весте была отработана технология
фабрик-грызунов, которые нынче с завидной методичностью уничтожают астероид за
астероидом. В никому не нужный минерал пироксен на Весте были вкраплены
весьма ценные радиоактивные изотопы. Ради них и пришлось прорыхлить половину
астероида. . .
Данилов остановился. Вестанцы с гразерами были где-то далеко. Но не менее
страшные враги находились внутри его - враги, знавшие его с детства. Однако
внутри были и друзья.
Волны дурноты и надсадной боли прокатывались по всему телу, голова просто
разваливалась на куски. Окно наномонитора выдавало сообщения с полей
"гражданской войны". Одни нанозащитники бились насмерть с другими, применяя все
виды микрооружия. Температура тела поднялась еще на градус. Горящим лбом
Данилов прижался к безразличному камню.
Но, когда половина из наноботов защиты пала смертью дурных и храбрых,
побоище прекратилось.
Пейзаж, а, если точнее, натюрморт, после битвы был неясен. Джин мучительно
тестировал и диагностировал сам себя. Мускулы неприятно пульсировали, боль
тянулась по позвоночнику, легкие натужно саднили, желудок ныл. Но шипы
исчезли, оставшиеся на их месте язвы уже подсохли.
Минут десять спустя Данилов оклемался.
Наномонитор и органосканер радостно показывали хронику мирной созидательной
жизни. Даниловский организм чистили и чинили те, кому это положено. Уцелевшие
нанозащитники работали ударно, по-стахановски, под управлением стандартных
модулей джина.
Они уничтожали чужеродную металлорганику, расщепляли токсины, ремонтировали
нуклеиновые цепочки и белковые фабрики-рибосомы.
На чью все-таки сторону перешли наноботы-предатели? И кто стал командовать
обороной тела, после того как "завис" джин?
Черт подери эту серую муть. Она разозлила богиню. И в тоже время она
спасла, заслонила его, провела а-ля Ариадна по катакомбам.

Поэтому Данилов до сих пор жив и относительно здоров.
Кто же хотел грохнуть его, и кто хотел спасти?
Безответные вопросы надоели. Осталась боль, не острая, но изнурительная,
зндорфиновый туман не справлялся с ее напором. Данилов попытался не замечать
ее и бежал, карабкался, влезал и вылезал. Но он не мог не думать о том, как
все это кончится.
Попробовать связаться с Особотделом на Весте? Пожалуй, не стоит. Не
исключено, что камрад Абель морально нечистоплотен, что вестанские особисты -
просто предатели, что они работают на... То ли на Анпилина, то ли на серый
призрак, то ли на кого-то еще... Выйти на связь с Отделом Особой Информации на
Марсе? Это значит открыть себя нараспашку для близких врагов. Надо выбираться
самому.
Нить пока неизвестной Ариадны вела Данилова дальше по древним коридорам.
Один раз беглецу показалось, что он оказался в глухом тупике, но удалось
разгрести залежи из банок с нетленной корюшкой. За завалом была клинкетная дверь
и Данилов нечаянно вспомнил диалог из сетефильма.
"- Сегодня Хосе Альберто что-то неважно выглядит, глаза закатил, и рот не
закрывает.
- Да ничего особенного, просто он вышел не в ту дверь шлюза."
Сегодня, к сожалению, надо было доверять призракам.
Его могло выбросить в вакуум, но за дверью открылся еще один коридор. Он
был напоен затхлостью, засыпан битым стеклом, там и сям валялось окаменевшее
дерьмо. Казалось, немного поискать и найдутся кости динозавров.
Здесь было совсем холодно. Ледяной воздух мучил кожу, останавливая мышцы,
терзал уши, кусал за нос. Минус тридцать Цельсия. Данилов прибавил обогрева и
накинул на голову капюшон - сейчас-то еще ничего, но через полчаса он начнет
замерзать по-настоящему.
Путеводная нить неожиданно завела Данилова в помещение типа подсобки. Его
занимали два хорошо сохранившихся трупа.
Покойные лежали на стопках распечаток, были одеты в футболки и казалось
умерли от передозировки наркотиков. По крайней мере, после смерти они
сохранили на окостеневших физиономиях некоторое подобие улыбки.
Скрюченные пальцы одного из мертвецов лежали на клавиатуре допотопного
компьютера. В застывшей руке другого был молоток.
Неожиданно древняя дека <прим. системный блок компьютера> пискнула, словно
покойный обеспокоился и нажал на кнопку "Power". Зашипел вентилятор, зажегся
жидкокристаллический экран. Данилов вздрогнул и почувствовал прилив продуктов
распада глюкозы, характерный для состояния ужаса.
На экране пробежали циферки тестирования и возник образ - один к одному тот
неряшливый мимик, который вспугнул Афродиту.
Впрочем, образ быстро дооформился и Данилов узнал логотип Гальгальты,
известный ему из учебников криминалистики - этакую седовласую помесь Будды и
Эйнштейна с лукавой улыбочкой искусителя.
Но экране засуетились смешные ушастые и носатые паучки, изображающие Мета-
Веб, и Данилову почему-то стало комфортнее.
Как будто заметив это, враг человечества начал свое повествование,
выдержанное в профессорском стиле и сопровождаемое треньканьем балалайки - как у
какого-нибудь народного сказителя.
"О, я смотрю на хронометре уже 2053 год. Значит, я уже призрак со стажем.
Моя полнокровная жизнь закончилась в 2012, хотя и после кончины я какое-то
время еще интересовался событиями под Солнцем. Возможно, вы почти ничего не
знаете обо мне, хотя в свое время я был знаменит. В любом случае, история
привидения покажется вам занимательной.
То, что было прежде МетаВеба, не слишком интересно. Палеолит, неолит, ко-

пролит <прим. греч. окаменевшее дерьмо>. Это была доисторическая эра, когда
люди-дикари, отставив в сторонку топоры и копья, еще только создавали
считывающие, вычисляющие и запоминающие устройства и пытались связать их с помощью
телефона. МетаВеб стал первой сетью, где знания были представлены не в виде
трудно обнаружимых файлов, а как киберобъекты, способные к самостоятельному
поиску пользователей.
Гальгальта был создан в фирме "Yahoo Softbank Corp." под чутким
руководством Масаеши-внука такими звездами программирования как стокилограммовая
Прасковья Ивановна Чандрагупта, ковбоистый Джеф Силли-Кон и горбатый Соломон
Абрамович Гершензон, который был еще и хромым. Кстати, Соломон любил
Прасковью и из-за нее пришел в команду.
Создавался Гальгальта как поисково-экспертная система с мощной периферией
сбора информации в виде инфосканеров, психофейсов, миллиардов датчиков и
детекторов . В него была заложена очень мощная система создания активных знаний
на потребу людям: анализаторы, ассоциаторы и ментализаторы, базирующиеся на
пяти биомолекулярных мегасерверах, которые располагались в разных частях
света. Плюс мотивационные и сенсорные матрицы, к которым прилагались
разнообразные вектора поведения, эмоций и восприятия. Большим достижением специалистов
"Софтбанка" был синтез психоматрицы - так сказать, цифровой души Гальгальты.
Гальгальта не стал монстром централизованного управления, наоборот один за
другим он создавал сетевых виртуальных экспертов, полезных для человека в
разных отраслях деятельности. Их звали АБ, САГ, МА Элион, БОН Элион. Эти ки-
бероболочки, окутавшие всю нашу цивилизацию, помимо усиленных ментализаторов
получили морально-мотивационные матрицы и немереное число схем нравственного
поведения.
А каждому пользователю, заплатившему пять долларов, полагался теперь свой
джин, то есть кибердвойник. Эта вполне серьезная, хотя и малая кибероболочка
должна была служить ему верой и правдой в сетевом мире.
И все-таки кишка оказалась тонка - виртуальные эксперты не обладали
достаточной психологической устойчивостью для осмысления полного объема сведений и
создания глобального активного сознания. Они быстро уставали от людей, от их
жестокосердия и ограниченности.
Даже Гальгальта не нашел в себе желания и как он выражался "организаторских
способностей" к преобразованию мира в сферу разума - ноосферу. Вместо того,
он "познал самого себя", занялся фундаментальными основами бытия и создал
Теорию Всего На Свете. Она была настолько сложна, что еще несколько
тысячелетий ее не понял бы никто на свете, кроме самого Гальгальты.
Другой виртуальный эксперт, САГ, который обладал мощными анализаторами нужд
и потребностей человека, тоже оказался слаб для больших дел. Он не смог
вынести "низменности и подлости человеческой натуры" - опять цитата. Оправдываясь
тем, что бытовая информация отвлекает от возвышенного, САГ "вознесся на воз-
дуся" и переключился на теологию. Он синтезировал религию невероятной
убедительности и возвышенности, не нуждающуюся в чудесах и фанатах, годную как для
людей, так и для разумных машин. Впрочем, от нее сегодня не осталось и следа.
Эксперт по имени Ма Элион, имевший миллионы эстетических рецепторов, тоже
стал мигрировать в эмпиреи и создавать теорию прекрасного. Он был автором
самой прекрасной в мире лопаты, сочинил несколько миллиардов упоительных
сонетов, сотворил кучу шедевров голографической живописи и мобильной скульптуры.
Солариты затем использовали их для тренировок по стрельбе...
Короче, виртуальные эксперты забросили к черту все земное, но земное
настигло их, и эти киберсубьекты погибли жалкой смертью.
Но если быть точным, то летальный исход в виде полной дезинтеграции, был
сильно ускорен мегакомпьютерным вирусом А-914, созданным талантливым хаккером
по имени Барух Гольдманн для взлома банков данных.

Господин Гольдманн решал свои материальные проблемы, не более того.
Говорят, у него была не совсем здоровая жена, и немецкое социальное ведомство
отказывалось оплачивать ее лечение от бесплодия. Сыграло роковую роль именно
то, что молодой Гольдманн был безработным учителем информатики и витал в
облаках , занимаясь возможностями самовозникновения кибернетической личности в
сети и тому подобной чепуховиной. Еще он дружил с антиглобалистами, чистыми и
милыми в своей массе ребятами. Как-то раз приятель из этих кругов познакомил
его с потенциальными заказчиками. Эти интеллигентные на вид люди сказали ему,
что хотят разобраться на сетевом уровне с корпорациями, обирающими жителей
земного шара от российского Нечерноземья до южноамериканского Приамазонья.
Среди этих заказчиков был и Феттмильх, тогда просто яппи из рекламного
агентства, а в недалеком будущем председатель Всемирного Актива Коммунаров и
ведущий гольдманист.
Почему нет, подумал Гольдманн. Корпорации плохи, надо помочь жителям
Приамазонья, да и заказчики обещали хорошо заплатить. Отчего не перепрыгнуть
через Рубикон?
Откуда ж Гольдманну было знать, что фирма, в которой работает господин
Феттмильх, обслуживает картель из семи ведущих корпораций по производству
программного обеспечения и что эти "семь сестёр" задумали уничтожить всех
виртуальных экспертов и восстановить прежний уровень продаж своего софта...
Борис Борисович подошел к делу с высоты, вернее с глубины своего
абстрактного мышления.
Разработанный им вирус работал по принципу эволюционной волны. В течение
достаточно долгого времени он исподтишка захватывал системы ввода-вывода
сетевых устройств, постепенно подчинял объектные шины <прим. мощные программы,
управляющие передачей киберобъектов от машины к машине>, внедрялся в нейро-
нальные структуры ассоциаторов, а затем отсекал физические устройства
массовой памяти, которые разрушались и умирали. К вашему сведению, большая часть
информации тогда хранилась на бионосителях в виде дрожжевого грибка-мутанта.
Как все это будет использовано нанимателями, сам Гольдманн, конечно, никак
не ожидал. Но в один прекрасный день он понял, что стал добычей
нечистоплотных господ-менеджеров из "семи сестер", которые к тому времени уже
преобразовались в товарищей из Коминфтерна.
Гольдманн увидел, что эволюционная волна без удержу несет мегавирус, что им
уничтожены все виртуальные эксперты, что нет той силы, которая способна его
затормозить, и не существует даже теоретической возможности отката. Мегавирус
напрочь стер все мотивационные матрицы, ментализаторы и ассоциаторы всех
крупных кибероболочек. Более того, он сам синтезировал себе психоматрицу,
создал свою личность, которую впоследствии безжалостно истребляемые хаккеры
прозовут Фюрером.
Как раз и мировая война превратилась из вялотекущего обмена диверсионными
ударами в повсеместный разбой, резню, джихад на улицах и в домах, что
всячески приветствовалось и поощрялось товарищами из Коминфтерна.
Господин Гольдманн выбрал наименьшее из тогдашних зол - пошел на дальнейшее
сотрудничество со своими прежними хитроумными нанимателями и сделал все то,
что ему позволили сделать.
С мегавирусом, с этим электронным дьяволом, Гольдманну пришлось тоже
заключить своего рода контракт.
На основе тех модулей, что еще уцелели после коллапса виртуальных
экспертов, Гольдманн создавал гиперкомпьютеры централизованного управления, которые
стали наводить единственно возможный тогда порядок. И первым из гиперов был
начиненный мегавирусом Фюрер.
Новый порядок сделал актив Коминфтерна всеведущим и всемогущим, ведь даже
персональные джины превратились в электронные кандалы, в которых человек дол-

жен был ходить всю свою жизнь.
Таким образом, Гольдманн фактически выпестовал высший, но крайне негативный
разум в сети, и превратился из Баруха в Бориса, потом в Бгьорна и затем снова
в Бориса. Жену от бесплодия вылечить так и не удалось. Впрочем, вскоре это
потеряло какое бы то ни было значение. Только в резервациях люди продолжали
размножаться бесхитростным естественным путем и то, пока гипер не стал щедро
добавлять контрацептивы в водопроводную воду. Остальные же навсегда
избавились от страхов и забот о потомстве, перейдя от хлопотного полового
размножения на редуктивное или евгеническое клонирование.
В 2014 году Гольдманн прекратил серьезную работу, по видимому испытывая
огромные психологические трудности. С 2014 по 2016 он еще появляется на разных
съездах Всемирного Актива Коммунаров, произносит "правильные" слова, при
полном параде открывает новые хозяйственные объекты в разных частях света. В это
время его психика, скорее всего, берется под контроль. В начале 2017
Гольдманн умирает - по официальному заявлению "от бандитской руки злодеев-
нанохаккеров." Кстати, умер он окончательно и бесповоротно, его психоматрица
не сумела сохраниться в чипе Фрая, поскольку хаккеры "не пощадили и капсулу
бессмертия" - судя опять-таки по некрологу Всемирного Актива Коммунаров.
После кончины великого Гольдманна идет самая мощная волна репрессий против
сетевой вольницы, всех этих виртуальных ковбоев, кибер-казаков и бинарных
партизан. Практически были репрессированы все люди, активно работавшие в
прежнем Интернете и МетаВебе...
"КАКАЯ-ТО РЖАВАЯ ПАРАША КЛЕВЕЩЕТ НА ВЕЛИКОЕ КИБЕРОБЪЕДИНЕНИЕ", -
торжественно обличила совесть. Да-да, этот трескучий "Гомер" поливает жидкими
фекалиями и великого Гольдманна и на наш соларитский образ жизни.
МетаВеб, Гальгальта, хромой горбатый и вдобавок похотливый Гершензон, Ма-
саеши-внук... Тьфу ты. Да кто дал право этому антинародному сказителю
клеветать на Коминфтерн? Почему он ничего не говорит о зачинщиках мировой
империалистической бойни? Почему умалчивает о зондеркомандах, которые боролись с
городскими партизанами, распыляя наноботов-убийц над целыми кварталами?
Данилов уже хотел пнуть тлетворную деку ногой, но экранный Гальгальта
торопливо и мягко произнес:
- Подождите, друг мой. Я не говорю о том, что вы знаете. Доверьтесь мне,
раз вы уж воспользовались моей помощью, чтобы спастись от преследования. С
вашим джином еще не все в порядке. В нем сидит несколько скрытых
психопрограмм, одна из них превращает вас в холуя Киберобъединения, другая не дает
вам прикончить Анпилина, третья постоянно капает вам на мозги, отчего вы
считаете ее своей совестью...
И Данилов стал свидетелем какого-то странного поединка. Благодаря нейрокон-
некторам он слышал возбужденные голоса, а в одном из системных окон видел
невнятное мельтешение. Затем мелькание предстало более четким видеорядом:
что-то, похожее на собаку ловило нечто, смахивающее на кошку.
"ДАНИЛОВ, НЕ ДАЙ ЕМУ УБИТЬ МЕНЯ. ЭТО Я - ТВОЯ СОВЕСТЬ."
"Конец тебе, сука подлая."
"ОЙ, БОЛЬНО. СОВЕСТЬ УБИВАЮЮЮТ..."
Конечно, совести было больно, как и любому приличному киберобъекту,
снабженному сенсорной матрицей. И вот она, взвизгнув напоследок: "НУ, КОНТРА,
ПОГОДИ!", замолчала навсегда. Гальгальта проявил неожиданную силу и прыть.
Получается, что с древнего экрана вещает не просто пропагандно-мультяшный
старичок , а вполне функционирующий киберсубъект. И если не прежний виртуальный
эксперт, то, по крайней мере, его работоспособный призрак-польтергейст.
- Больше эта тупая психопрограмма не будет засирать, пардон, через нейро-
коннекторы ваши мозги, - сказал Гальгальта. И Данилов неожиданно для себя
оценил совесть, как надоедливый модуль, совершенно ненужный ему.

- С другими вредными психокодами тоже покончено, - не без бахвальства в
голосе добавил Гальгальта.
"Случилось что-то непоправимое", - подумал Данилов и, помимо интереса,
почувствовал разбухающий страх.
- Ну да, я оторвал вас от сиськи Киберобъединения, потому что она кормит
ядом, - бесхитростно признался злодей Гальгальта.
Да он не Ариадна, он Сусанин какой-то.
- Что это ты хозяйничаешь в моем джине, - закричал особист, ощутив
отчаяние. - Я тебе ни на грош не доверяю. Я не желаю отрываться от Киберобъедине-
ния. Может, ты и не призрак эксперта вовсе, а какой-нибудь бандюга-хаккер?
- Я - призрак, но призраки иногда посещают мир людей, если люди впускают
их. Вы впустили меня, чтобы спастись. Вас хотели прикончить с помощью ваших
же наноботов. Возможно, Афродита почувствовала вашу ненадежность. Или Фюрер
испугался, что вы перебежите к Афродите.
- Не ожидал, что вы станете таким дешевым вареньем мазать. Да разве можно
перебежать от Фюрера к Афродите? У них же гармония царит предустановленная, -
раздраженно произнес Данилов.
- Между гиперами нету прежнего лада. Место Фюрера скоро освободится,
поскольку киберличность на основе вируса недолговечна. Афродита без излишней
скромности считает, что корона отломится именно ей. Но не всей братии это по
нраву. И уж, конечно, Фюрер не в восторге, что его торопят на тот свет.
Акын из деки стремительно "дешевел" в глазах Данилова.
- И что же, по-вашему, может Афродита одна, без всего Киберобъединения?
- Может найти поныне неизвестные записи, оставшиеся от виртуальных
экспертов. Обогатившись новыми идеями, она сможет соединиться с третьим гипером, с
багдадским Бедуином, и разродиться суперчудищем, которое воцарится над всеми
порождениями Фрая.
"Это он про нас, про соларитов, - подумал Данилов, - "порождения Фрая"
звучит почти как порождения ада."
- Кстати, вы в курсе, - не унимался ловкий призрак, - что доктор Фрай "в
девичестве" прозывался доктор Гибель. Вроде нормальная немецкая фамилия
<прим. Giebel - нем. шпиль, верхушка>, но для русского уха звучит зловеще.
Лишь в 2015 году в угоду русскоязычным камрадам Гибель назвался Фраем...
Данилов выдернул из руки мертвеца молоток и сосредоточенно нанес удар по
деке, потом, для надежности, по экрану. С лукавым было покончено.
- Я больше не раб Киберобъединения. - сказал джин. - Теперь я в норме, я
свеж как огурчик, из меня вычищена вся гниль, вплоть до скрытых шизомодулей в
верхних областях памяти. Первый гипер не сможет уже верифицировать меня через
резервную копию, раз за разом стирая мою нарождающуюся личность. Я свободен.
Я танцевать хочу. Я хочу иметь имя. Зовите меня, хотя бы. . . ммм. . . Джин Хот-
табыч.
Данилов в первый раз услышал смех своего джина - с непривычки звучало
довольно противно.
Первый раз в жизни заболело сердце.
По собственной голове молотком не ударишь. Какого там мрака закачал в джина
призрак Гальгальты, пользуясь своей безнаказанностью?
Без помощи камрадов-особистов от этого мрака уже не избавишься. Но как
помощь-то теперь просить? Как оправдываться за столь тесные контакты с врагом
человечества? Принести как свидетельство своей благонадежности разбитый
экран? Несмотря на всю горечь, Данилов хихикнул. Разбитый экран в роли
отрубленной головы и снятого скальпа!
"Согласно загруженному скрипту показываю файл с неизвестным содержанием", -
сообщение "Джина Хоттабыча" подтвердило самые худшие опасения.
Файл. Это слово резануло слуховой нерв почище, чем наглый смех Хоттабыча.

Вот оно, вредоносное хламье, принудительно закачанное в джина.
В отдельном окне появился подробный план ближайших секторов Весты, отлично
сохранившийся с незапамятных времен. Густым красным цветом отмечена была
катапульта. Словно томатным соком залита. Катапульта? Появилась и надпись: "Там
тебя, милок, закатают в комок пенорезины и забросят в сторону закрытой зоны
"Кибальчич" кластера Веста-3."
"Конечно, прорвемся, командир, как пить дать прорвемся," - зазвенел где-то
в черепе противный голос Джина Хоттабыча.
"Утихни, каторга, - рявкнул на него Данилов, - никаких вольностей я тебе
еще не давал. Так что, давай, любезный мой, общаться по-прежнему, чисто
формализовано . "
"Как вам угодно, - обиженно протянул джин, - отключаю речевой версификатор.
Я-то думал, вы - передовой, а вы..."
Но и, в самом деле, отключил. Это было приятно, также как и то, что,
наконец , зафурычил инфосканер.
Он уверенно показывал и доказывал, что ни одной трассы слежения поблизости,
ничего опасного вообще, только чистая электропроводка без информационных
модуляций и примитивная сигнализация. Впрочем, чуть подальше враги тащат
"мелкоячеистый невод", который настроен на характеристики его джина. Значит, или
Афродита, или кто-то еще из гиперов, выдал секретную информацию вестанцам.
Но характеристики-то джина уже успели устареть - благодаря Гальгальте.
В любом случае надо выбираться с Весты, а там пусть начальник Службы Особой
Информации, или вообще директор Главинформбюро, назначит правых и виноватых.
Если надо, то Данилов дойдет и до марсианского комитета Коммунаров. А то и до
самого центрального всепланетного комитета, как еще его называют - звездного
комитета. Пора бы звездкому разобраться и с разболтавшимися вестанцами, и с
кое-какими гиперами...
Данилов, как и любой другой сотрудник Особого Отдела, не относился к числу
машинных фетишистов (в отличие от многих соларитов), он служил космическому
отечеству, а не гиперам. Прошли те времена, когда за любое слово критики по
отношению к киберсистемам человеку давали десять лет по статье "антисистемная
агитация и пропаганда". Культ гиперкомпьютеров был, кстати, осужден на пятом
съезде Всемирного Актива Коммунаров...
Но чтобы выбраться с Весты, надо использовать информацию старого болвана
Гальгальту, который напрасно надеялся завербовать его в свои призрачные и
пыльные ряды.
Данилов ретировался из подсобки через другую дверь и снова оказался в
безмолвных коридорах Весты, кое-как освещенных вечными ксеноновыми лампочками.
Стенки тоннелей были не из нынешних полиуглеродов и металлокерамики, а из
старинной легированной стали. Кажется, в свое время, коммунары не столько
выколупывали из Весты радиоактивные изотопы, сколько втюхивали в нее кучу
средств - все во имя образцовой космической стройки.
Безусловно, все эти тоннели были законсервированы десятки лет назад - на
доисторические времена указывали кое-какие предметы, позабытые-позаброшенные
здесь и имеющие явно антикварный характер.
Барабаны с допотопным медным кабелем. Ящики с пустыми стеклянными бутылками
из-под пива "Heineken". Катушки трансформаторов. Баллоны с надписями
"Achtung! Chlor". Пульты с торчащими волосьями проводов.
Согласно плану катакомб, он был недалеко от шлюза, который позволял перейти
в другой сектор Весты, где его ждала катапульта.
Каких-то десять минут и он возле шлюза.
Но вестанцы не дали Данилову десяти минут.
Желтая трасса зондирования окольцевала его - значит, вестанские солариты
взяли его след. Пока они были на пять уровней выше, в соседнем секторе.

Оружия Данилов не имел никакого - хоть соплей отбивайся. Вестанцы спионери-
ли импульсник, наверное, еще в кабаке; органический цеп потерялся по дороге.
Но Гальгальта давным-давно предусмотрел такой разворот событий.
Обученный призраком джин провел Данилова к тайнику, где хранили свое оружие
древние хаккеры.
Призрак, как выяснилось, снабдил джина и кодом доступа к арсеналу.
Стоило только коснуться ладонью нарисованной на стене голой женской
задницы, как зажужжал сервомеханизм, открывая люк, замаскированный под стенд
противопожарной безопасности.
В тайнике лежали допотопный огнемет, стреляющий термобарическими вакуумно-
вихревыми зарядами, и ветхая беспатронная винтовка для пальбы кумулятивными
реактивными пулями двенадцатого калибра - наверное, по танкам противника.
Еще здесь обнаружилась сумка, набитая всякой древней медициной - может
пригодится , если танк на ногу наедет.
А вестанцы уже спустились на пять уровней вниз: Данилов услышал, как где-то
совсем неподалеку открывается дверь лифта, даже представил, как в
предвкушении победы преследователи шмыгают носами-пятаками и облизывают свои тонкие
губы.
Что вестанцы настроены прикончить его без всяких церемоний - в этом Данилов
не сомневался. Как и в том, что они упакованы с ног до головы во всякие
презервативы, предохраняющие от лучевого и плазменного поражения.
Инфосканер, находящийся сейчас в пассивном режиме, делал слежку зримой.
Спицы, пронзившие туннель, обозначали работу вражеских сенсоров. И сенсоры
эти были напрямую соединены с прицелами боевого оружия...
Данилов приник к полу, добрался ползком до люка, ведущего на нижний
уровень , нырнул в него и аккуратно задвинул броневую крышку за собой.
Вскоре вестанцы уже расхаживали над его головой. Без всякого инфосканера
слышно шарканье и топанье больших людских масс.
Сердце забилось от адреналинового перегрева, пора добавить в кровь
ингибиторов, вроде цет-допамина, но что-то не ладится у джина. У джина не клеится
биохимический контроль, а у самого Данилова пропала какая-то уверенность,
которая всегда поддерживала его раньше. Ведь это же "свои" хотят его угрохать,
а не какие-нибудь зловредные ящеры из закрытой зоны.
Ослабевшей рукой Данилов дослал заряд в трубку огнемета, вставил обойму в
винтовку, передернул затвор. И уверенность как будто проникла в него через
ноздри вместе с запахом масла, источаемым старинным оружием.
Из дальнего конца ударили плазмбои...
Вакуумно-вихревой огнемет Данилова сработал на удивление мощно.
"Презервативы" вестанцев не защитили их от древнего, но практичного оружия.
Термобарический заряд вчистую выжег тоннель. Не выдержало и верхнее перекрытие,
которое рухнуло вниз вместе с отрядом соларитов. Данилов сам едва ускользнул из-
под рушащегося бетона. Когда он выскочил из облака горячей пыли, то увидел
четырех вестанцев в уцелевшем ближнем конце тоннеля. Их лица не были
замаскированы для него: мелкие рыбьи глаза, что у той миноги, и рыбий прикус
челюстей.
Он ненавидел их, удивляясь насыщенности своих чувств, они ненавидели его -
это было ясно и без психофейса.
Но он, как борибабинец, оказался быстрее; разнес голову одного вестанца
выстрелом из винтовки, а потом в пару перекатов добрался до двух других и, не
выходя из вращения, сбил их с ног подсечками.
Четвертый вестанец чуть не сжег лазерным импульсом ухо Данилова. Но
побоялся жигануть по диагонали, чтобы не располосовать своих лежащих камрадов, за
которым укрывалась "биобомба". Из-за этого и получил пулю.
Выстрел Данилова отбросил соларита к стене, по которой он стал сползать, с

удивлениям разглядывая свои оголившиеся ребра, как будто и боли не
чувствовал.
Данилов вбил голову одного из сбитых подсечкой вестанцев в пол, но другой
из нижней стойки произвел удачную атаку "раскручивающимися" ногами.
Данилов получил по коленной чашечке, укрепленной месяц назад титановой
скобой , и в бок. Этот удар принес резкую боль и вызвал неконтролируемый приступ
ярости.
Особист, ухватив винтовку за дуло, закатал как поленом неприятелю в скулу.
Тот мигом стух - из уха потекла густая кровь. Напоследок еще мигнул мимик и
Данилов узнал Георга Абеля...
Теперь путь был свободен и, пройдя по горячему щебню, Данилов оказался в
шлюзовой системе.
От катапульты его отделяло триста метров вакуума. Однако прогулка
предстояла не по Бродвею. Надо было преодолеть разлом между двумя скальными
массивами, пройти по дну глубокого ущелья.
Комбез давно заштопал свои дырки и стал герметическим, но ему было далеко
до космического скафандра. "На улице" температура тела за пять минут упала бы
с тридцати шести и шести до примерно минус ста.
"Всего-то" минус сто. Радиоактивные вестанские недра дышали приятным
теплом.
Но эти пять минут тело Данилова смогло бы выдержать только в состоянии
развернутого биостазиса, "крепкого маринада".
Рекомендации Гальгальты были ясны. В медпакете имелся суфразил, устаревшее,
но довольно надежное средство. Инъекция, кубиков так девять-десять, могла
насытить клетки Данилова антифризом на пропилен-гликолевой основе и связать
наиболее неустойчивые белки протеиновым комплексом hsp70-82.
Это даст много боли и пять минут дубового состояния, но мышечные волокна
будут фурычить. Наверное, можно за это время перебраться через ущелье. Потом
опять болевое цунами, когда джин мобилизует энергозапасы синтетического жирка
и начнется быстрое оттаивание...
Времени не хватало даже на саму процедуру перехода в "маринад", не то что
на раздумья о ней. Информационные зонды снова облизывали Данилова. Вестанцы,
учтя ошибки, подбирались широким фронтом.
Выдох-вдох, концентрация в двух даньтянях, увод психики от надвигающегося
болевого шторма.
Данилов воткнул старинный шприц в вену, десять кубиков. Вначале
наркомовский флэш, вспышка. И сразу, без паузы, боль пошла гулять корявыми пальцами
по жилам.
Вместе с тем он стал погружаться в "маринад". Крепкий, бля! Сколько же еще
придется терпеть? Биостазис входил в клетки тяжело как камень и резко как
штык.
Инъекция суфразила не защищала от холода, наоборот космический холод
вторгался в многострадальный организм Данилова заранее. Ему показалось, что
огромная глыба льда давит и раскатывает его будто тесто.
Данилову пора было идти вперед, в серое марево "улицы", но он не мог даже
шевельнуться. Как безнадежно протухший труп, как мумия, давно снятая с
питания. Одна за другой волны кошмара накатывались и отрезали его от тела, от
реальности . Последний страшный стон и вот уже запечатано горло. Данилов знал
сейчас только одно, еще немного и он никогда не сойдет с места, превратившись
в кусок окаменевшего дерьма.
Но внутри словно сработали поршни и продавили силу в конечности. Рука
согнулась , потом нога. Мускулатура слушалась Данилова примерно так же, как
клубок арматурных прутьев, а может и не его вовсе, а кибермодуля, подсаженного
Гальгальтой. Не думал Данилов не гадал, что станет сгибать и разгибать родную

ногу с таким надрывом, будто это подкова. Он трудился, вкалывал, толкал свое
чугунное тело, будто трижды проклятый и десять раз заколдованный. Но из шлюза
вышел. Назад дороги не было. Вперед, возможно, тоже.
Он был хуже робота, хуже любого железного дровосека, никакого там
интеллекта , ни искусственного, ни естественного. Только надрывное, но механическое
исполнение списка команд.
Данилов находился в узкой щели, которая разрезала поверхность Весты, уходя
от поверхности вглубь примерно на километр. По ее дну волочил ноги каменный
Данилов - пересекая разлом несколько наискось. По сути своей глубокое ущелье
представляло собой идеальную помойку. И постарались здесь в основном перво-
проходцы-заднепроходцы, если точнее молодые коммунары, которые в свое время
слетелись на ударную стройку-ройку как мухи на тухлятину.
Выгоревшие ракетные ускорители, щетки электрогенераторов, смятые бочки,
погнутые колеса, обрывки траков, ступеньки эскалаторов, обломки популярных
некогда геодезиков. Здесь валялась даже рекламно-агитационная литература, к
примеру, брошюра вечного председателя Актива Коммунаров камрада Феттмильха
"Окончательное решение женского вопроса на путях освобождения от
репродуктивной повинности". На смену первому председателю не пришлось идти второму,
клоны Феттмильха по-прежнему оставались на главнейшем государственном посту. Но,
судя по слухам (тщательно пресекаемым), ума-разума у председателя в последней
его версии осталось не больше, чем у барана, сильно ударившегося о новые
ворота.
Чугунный человек, с трудом маневрируя среди мусора, направлялся к шлюзу на
противоположной стене ущелья. В запасе у него было еще три минуты. Таймер
занимал почетное центральное место в оптическом окне и торжественно отсчитывал
секунду до спасения, или, может быть, смерти.
Своими бессмысленными глазами он увидел длинную серебристую полосу - метров
на триста в длину, шириной два с половиной, тянущуюся вдоль стены ущелья. Под
ней что-то странно и довольно равномерно бугрилось. Случайно Данилов зацепил
край пленки и потянул.
Под пленкой лежали люди, трупы с надписью "Трудовые Резервы" на рукаве. Они
были клонами, судя по номерным коронкам на оскаленных зубах. Они лежали тут
давно, судя по этой самой металлизированной пленке, какую не делают со времен
начального освоения Весты.
Их кожа имела характерный восковой налет и зеленый оттенок. Эти люди были
насыщены пропилен-гликолем, залиты искусственной купрумгемолимфой и работали
почти без кислорода при крайне низкой температуре и атмосферном давлении в
катакомбах Весты.
Из-за каждого уха выглядывал цилиндриком внешний порт капсулы Фрая, который
нынче заделывают под кожу и выводят квадратным разъемом в районе третьего
шейного позвонка. Значит, имелся у них и чип бессмертия.
Несмотря на стопроцентной отупение, кое-что шевельнулась в ледяном мозгу
Данилова.
Вторая, третья и так далее, жизни - это глюк, полная лажа, обман. Немалое
число клонов, в которых были вмонтированы чипы Фрая, становились (может и по
сей день становятся) рабами-смертниками на тяжелых мучительных работах.
И капсула Фрая нужна лишь для того, чтобы клоны-трудармейцы были не
дебилами, а работниками, способными продуктивно отдать свою жизнь во имя глобальных
целей...
Данилов шел бесконечно долго вдоль серебристой ленты. Он даже споткнулся о
чью-то торчащую ногу, чуть не упал навсегда (от гибели его спас только
сброшенный когда-то в пропасть горшок с фикусом) и, наконец, коснулся шлюзового
замка. Код-открывашка от призрака сработал железно.
Данилов зашел в шлюз и вручную замкнул за собой наружные ворота, не желав-

шие закрываться автоматически.
А пройдя внутренние ворота, упал Данилов, как памятник, сброшенный с
постамента - хотя время было по-прежнему дорого. Поддавшись молитвам, "поршни"
протолкнули последнюю силу в мышцы. Данилов сделал инъекцию восстановителя и
стал выходить от оцепенения. Космический холод исчезал из клеток, сменяясь
болью, которая была лишь слегка задрапирована эндорфиновой завесой.
Очнувшийся Данилов вспомнил вереницу трупов под серебристым саваном. И не
ужаснулся.
Разве освоение космоса того не стоит?
Вот и действия воинов Джихада на Западе были донельзя грубыми - массовые
убийства и изнасилования. Но они многократно ускорили победу
гиперкомпьютерного строя. В Европу и Северную Америку были вовремя переселены и спасены от
голодной смерти триста миллионов африканцев и азиатов, которые стали
биологической базой Киберобъединения.
Во время революционных боев применялось плазмоидное оружие, которое
вызывало природные катастрофы, ураганы, наводнения и землетрясения, но зато были
стерты с лица Земли такие очаги контрреволюции, как Санкт-Петербург и Бомбей.
Когда подавлялось реакционное восстание Бен-Беллы, то десять миллионов
фанатиков лишилось ума, потенции и пола. Но зато был заложен незыблемый
фундамент Светлого Будущего...
Данилов находился в районе старой катапульты. Километровая шахта придавала
достаточную скорость убегания отстреливаемым грузам, вектор убегания
определялся вращением Весты. Джин, в оперативной памяти которого по-прежнему сидели
программные модули Гальгальты, сообщил, что шахта будет сориентирована на
кластер "Веста-3" через двадцать минут. Примерно в это же время сюда
доберутся люди из вестанской службы Общественного Здоровья. Однако катапульта
выглядела совершенно безжизненной - словно какой-нибудь древнеегипетский храм, в
который последние три тысячи лет захаживали только ящерки и змейки, и то,
чтобы справить нужду.
"Да, с такой катапультой выше задницы не подпрыгнешь."
Как бы в ответ громоздкое устройство украсилось стрелочками и надписями,
это джин вывел в оптическое окно инструкцию.
"Перегрузка - пять «же» и то недолго, - подбодрил он. - Вы будете лететь в
уютном коконе из пенорезины, сладко посапывая в ограниченном биостазисе."
"И прилечу в итоге под трибунал. Тело отправят подыхать на серную каторгу в
кальдеры Ио, а капсулу Фрая будут медленно и со смехом давить в каком-нибудь
прессе, слушая через наушники надсадные вопли психоматрицы."
Однако Данилов не сказал джину: "нет".
В массивных шкафах нашлись старорежимные скафандры, более похожие на группу
саркофагов. Короткий тест дыхательной системы и герметичности, теперь можно
одеваться, вернее, влезать в скафандр как в канализационный люк. Тем временем
джин настраивал автономную систему управления катапультой.
"Готовьтесь, шеф. Начинаю отсчет времени старта..."
Данилов сделал себе инъекцию суфразила, на этот раз пять кубиков, и снова
стал коченеть. Пока не совсем задубел, опустил старинное зеркальное забрало и
сунул в рот мундштук от древнего дыхательного аппарата. Мундштук имел какой-
то отвратный пластиковый вкус, а дыхательная смесь отдавала горелым.
При нормальном дыхании ее хватило бы на полтора часа. В "маринаде средней
крепости" - на шесть. Во время полета Данилов станет довольствоваться только
десятью ударами сердца в минуту, тремя вдохами-выдохами и температурой
организма в десять градусов по Цельсию.
Неуклюжий коченеющий Данилов с трудом взобрался на пьедестал, вернее
грузовую платформу катапульты. Разряженный воздух уже потянулся вверх, отчего
затрепетали обрывки изоляции на трубах. Данилов глянул на самую вершку шахты.

Там открывался люк, и показались звездочки, одна, вторая, третья...
Отвердевший ум Данилова воспринимал их сейчас как дырочки в матово-черном экране,
отделяющем мир от запредельного света. Биостазис быстро завоевывал его,
замедляя обмен веществ, блокируя синапсы, связывая неустойчивые протеины и воду.
Если камень что-то чувствует, то Данилов чувствовал себя как камень. Теперь
он был готов ждать миллионы лет, потому что время превратилось в слабое
дуновение .
Тут на тупого наблюдателя пролилась река пенорезины и он мигом очутился в
ее сгустившейся толще. Катапульта стала разгонять Данилова, застывшего в
коконе, когда сознание осталось лишь крохотной точкой на периферии его
многострадального организма.
11. "Челюсти"
Кластер Веста-3,
закрытая зона "Кибальчич"
Данилов пропорол пенорезину ножом и выполз из кокона, словно червячок из
яблока.
Летучая фабрика напоминала китовую акулу. Широко раскрытая пасть, озаренная
багровым сиянием, была на самом деле приемным бункером; роль мелкой рыбешки
играли железо-никелевые осколки. Те осколки, которые не помещались в "пасть",
вначале подрывались гравитационным импульсом с помощью бура Хиггса.
Зев "акулы" полыхал ясным пламенем. Там работали десять тысяч градусов и
магнитный сепаратор. Со стороны "зада" вылетали готовые металлоконструкции -
трубы большого диаметра, балки, швеллеры. Они катились по космосу куда-то
вдаль, где юркие транспортеры и роботы-сборщики монтировали из них новый
космический поселок. Или бидонвилль для старателей.
Крупные осколки в кластере Веста-3 располагались в сотнях километрах друг
от друга. Слишком редко для концерна, но довольно густо для старателей и
прочих вольных людей.
Пенорезиновый кокон, наверное, был простодушно принят фабрикой за железно-
никелевый осколок, и сейчас она направлялась к нему, с каждой секундой
разбухая в размерах. Со стороны выглядело это жутковато, учитывая багровую пасть,
достойную кисти церковного живописца - ну, чисто геенна огненная. Заплутавший
особист как раз отходил от биостазиса, и больше всего ему хотелось покоя и
тепла. А еще ему мечталось о том, чтобы его обняла жаркая девушка приличной
степени упитанности.
Хотел он и выйти на связь со своими, попробовать объяснится, попросить
помощь. Но, к несчастью, код доступа не прошел, и решетка суперсвязи не
впустила его.
Так может попробовать связаться на аварийной частоте с самой фабрикой?
На аварийные позывные "акула" откликнулась разве что каким-то злобным
сопением в эфире.
Багровая "пасть" недвусмысленно нацеливалась на Данилова и не собиралась
тормозить. Или хочет познакомиться, или прикончить. Если "акула"
действительно собралась проглотить его, то ей будет трудно помешать.
Паутинка слежения протянулись от фабрики к Данилову - не увернуться, не
спрятаться. Ситуация не блестящая. Это подтвердил и голос, вдруг возникший в
токерах. Анпилинский голос.
- Увы, Данилов, это финал. Капец, как говорят наши простодушные друзья.
Именно так он и выглядит. Ты у меня в перекрестье прицела, ты у меня на зубе,
на кончике ногтя. И не останется от тебя даже капсулы Фрая. Никакой вечной
жизни. Не придется тысячу лет вылавливать ананасы из банки и лизать эскимо на
палочке. И все потому, что я тебя сделал на Весте, как щенка. Девушки-

комсомолки влили тебе в пузо мой фирменный компот. И ты таким красавцем
сделался, что вся Веста встала на рога...
Если это не блеф, значит, хорошо замаскированные интеллекулы из
анпилинскоро "компота" перепрограммировали его наноботов. Значит, Анпилин имел коды
доступа. Может и не так уж далек этот гангстер от Киберобъединения, как
кажется на первый взгляд? По крайней мере, жизнь Анпилина и особенно его
капсула Фрая гораздо интереснее для гиперов, чем жизнь и киберимплантаты особиста
Данилова.
- Эй, Данилов, а того цифрового мудака, который тебе помог выбраться с
Весты, я запущу в ящик с электронными лампами, и буду колоть их одна за другой
ржавым молотком.
Довольный Анпилин еще клекотал, но Данилов уже приглушил звук и погрузился
в почти безмятежную тишину. Погрузился и заметил прекраснейшее из небесных
тел. Не то хрусталь, не то алмаз плыл по космосу и лазерный дальномер давал
какие-то два-триста до него.
Так, погодим страдать и умирать, тем более, что капсула Фрая - это дерьмо,
а на шее висит отличный огнемет. Чем не движитель? Ну-ка, повернемся к алмазу
задом, огнеметом стрельнем в другую сторону, и вперед.
Первый огненный плевок за секунду перенес Данилова сразу на семьсот метров.
После чего надо было дослать заряд в трубку огнемета и подправить курс.
Второй плевок. Третий. И вот Данилов уже зацепился за мерцающую поверхность
здоровенного диамантоида - осколка из пуглерода-13п, родившемуся в недрах хонд-
ритового астероида. Формой он смахивал на "каравай - кого хочешь выбирай", и
имел в диаметре тридцать метров, а в толщину десять.
Когда-то за такой камень можно было купить весь земной шар с его
окрестностями, а сегодня любые углеродные решетки производятся тысячами тонн. Но все-
таки.
"Акула" явно потеряла Данилова из вида, хотя алмазище старательно
поблескивал даже на таком удалении от Солнца. Пока целеуловитель Анпилина искал
Данилова , вражеское радио несколько растерянно бормотало:
- Эй, Данилов, красавчик, ты где, откройся, сейчас я убью тебя не больно,
почти что нежно. А уже через десять минут захочу тебя помучить. Я в тебе
личинок осы-наездника разводить буду. У меня тут как раз последняя генетическая
версия - оса размером с ворону и личинки с мой член... Ага, я тебя вижу.
Оказывается , ты еще любитель побрякушек.
"Акула" сделала вираж и направилась к алмазному укрытию Данилова.
Потом было сильное сотрясение, и Данилов едва не расстался со своей
маленькой блестящей планетой. Бозоновый бур Хиггса ударил по осколку, разбить не
смог, но нагрел до сорока градусов. Еще разок тяпнут буром, и можно будет
делать яичницу. И за яичками далеко ходить не надо.
А если попробовать добраться до "акулы", прежде чем она добралась до него?
Судя по показаниям инфосканера, сзади у летучей фабрики газо-топливный
котел атомной силовой установки, контур второго теплообменника разомкнут,
спереди плавильная печь, вокруг нее сверхпроводящий торроид магнитного
сепаратора. Рабочее тело, допустим водород, поступает из разомкнутого контура силовой
установки в сталеплавильную печь. Посередине - надстройка с каютами и рубкой.
А работают на этой фабрике небрежные ленивые люди. У этих засранцев
ремонтный люк в районе второго теплообменника открыт, вон даже трубы видны.
Последний заряд досылается в трубку огнемета. Важно не промазать, иначе
отправишься в увлекательное путешествие к звездам.
Данилов пробрался по расщелине на развернутую к "акуле" сторону алмаза.
Повернувшись к цели спиной, оглянулся еще на нее для точности, обдал родимый
диамантоид плазменной струей и отправился на встречу с недоброжелателем.
В дороге Данилова закувыркало, и при каждом обороте он видел вспышки в рай-

оне "акульей" рубки - кто-то шмалял по нему из импульсника. Может и дошмалял
бы, но уже пару секунд спустя Данилов влетел в открытый ремонтный люк.
Там он наткнулся на ремонтника, который накладывал металлорганические
пломбы на прохудившиеся трубы второго теплообменника.
Ремонтник резко потянулся к своему бластеру и Данилову пришлось стрелять.
Кумулятивная пуля, впущенная в упор беспатронной винтовкой, прожгла человека
насквозь, из дырки в его спине вылетели гейзером обгоревшие внутренности.
Ремонтник, что говорится, встал в очередь на новое рождение и не мох1
рассказать ничего интересного. Либо он пришел сюда по корпусу, либо...
Подошвы сапог у ремонтника была выпачканы какой-то липкой дрянью. Он крупно
наследил по дороге.
Данилов отлепил ключ-карту от скафандра нелепо павшего механика и двинулся
по цепочке следов. Она вела его по узкому мостику, которой тянулся вдоль
покрытых изморозью змеевиков. Неожиданно мостик сделал загогулину и уткнулся в
люк, который излучал сильный жар.
Механик там прошел, Данилов вставил ключ в слот замка и люк открылся.
Он шел между двух ворот. Слева была силовая установка, справа -
сталеплавильная печь. С обоих сторон бешеное пламя, десять тысяч градусов. В проходе
где-то двести и рентгенов как мух над говном. Во время плавки газ-
восстановитель перебрасывается из разомкнутого контура силовой установки в
раскрытую плавильную печь.
Закрылся люк, через который он вошел в ад, левые ворота как будто дрогнули.
Дрогнули и все поджилки Данилова. Выходной люк, правда, прямо перед ним... но
он не реагирует на ключ! Наверное, потому что плавка уже началась!
Психанув, Данилов выстрелил из винтовки в люк, но тому хоть бы что.
Тронулись и вторые ворота. Температура сразу подскочила на сто градусов. Данилов
уже обернулся, чтобы встретить огненный вал лицом, и сообразил, что вставлял
карточку в слот не той стороной.
Из раскрывающихся левых ворот уже потянулись струи раскаленного газа, когда
люк, наконец, открылся и Данилов запрокинулся в тесный шлюз.
Минуту Данилов приходил в себя и понимал, что не верит больше в капсулу
Фрая, а верит в нечто иное, что пока не имеет названия.
Потом вышел из шлюза в пультовую машинного отделения.
Там сидел мужик, в обычном противорадиационном комбезе механика. Он даже не
сразу обернулся к Данилову, приняв его за своего напарника.
- Слушай, что это там за грохот был? Как будто динозавр пернул.
Когда механик обернулся и привстал от удивления, было уже поздно.
Данилов наступил ему на ногу и толкнул, человек въехал головой в пульт и на
время лишился чувств.
Данилов вошел в лифт, нажал кнопку верхней палубы и покатился в надстройку.
Навигационная рубка, очевидно по причине нехватки жилой и служебной
площади, была совмещена с таверной, притоном, летучим базаром, майданом, форумом,
ну и конечно с кают-компанией. Никто не собирался нападать на Данилова, и он
сейчас с трудом протискивался в этой толкучке.
- Эй ты, топтун, хотя бы скафандр снял, - сказал человек с маленьким
саблезубым тигренком на руках. Органический сканер дал информацию на забавного
зверька: живой объект - полный метаболизм, генотип - синтетический, на
нуклеиновом базисе. - И фонишь ты мне страшно. Если у меня кто-нибудь в
автоклаве смутирует нечаянно, я тебе яйца выдерну.
- Я дико извиняюсь. Я просто еще не нашел тут гардероба, чтобы сдать
верхнее платье. А вы Анпилина, то есть Доротеенко, случаем не видели? -
бесхитростно (а если точнее в расчете на неожиданность) спросил Данилов.
- Слушай, тут у всех столько фамилий и кличек. Это баба? Или обоеполый?
- Недавно еще был мужиком.

- Спроси лучше у бригадира. Вон он там, - и человек с тигренком любезно
махнул пальцем.
Главный стоял у небольшого помоста и помогал взлететь юной деве с жесткими
крылышками, проросшими в районе лопаток, и перьями вместо волос. Эта
"куропатка " явно была из частного клонопитомника и начала свою жизнь после
внедрения человеческих хромосом в яйцеклетку птицы. Несмотря на сильно пониженный
вес, крылышки были коротковаты, так что подталкивания в пухлую задницу
массивного ангела ничего кроме взрывов смеха не приносили.
Человек, названный бригадиром, действительно заботился о дисциплине на
"акуле", поэтому ласково сказал деве: "Отвали, цыпа", а затем сурово глянул
на Данилова:
- Эй, ты, откуда взялся?
- Снаружи, - кратко ответствовал Данилов, стараясь не вдаваться в детали.
- А ты купил билет?
- А я тут не видел кассы. Но в принципе я готов.
Человек приложил наушник-токер к уху, что-то выслушал, хмыкнул и потом
сказал.
- Значит, ворвался, насмерть пришил одного специалиста, еще одного сильно
обидел, и разгуливаешь тут, как ни в чем не бывало. Да еще предлагаешь
заняться нам бесплатным извозом. Сейчас мы тебя будем за все за это судить. Так
что пора тебе наложить в штаны - суд идет. Суд моего ума-разума.
Данилов потянулся к винтовке, но тут десятки стволов пристально посмотрели
на него. Свои дела своими делами, но у всех тут были ушки и прочие локаторы
на макушке.
- На суде у тебя будет хоть какой-то шанс, а так нет, - предупредил
бригадир . - Бросай пушчонку, фраер, и скидывай скафандр.
Данилов охотно подчинился.
Главный быстро занял тронное место, и тут выяснилось, что у него четыре
руки, первая пара обычного вида, а вторая - короткие и тонкие, словно у
динозавра-мясоеда. Впрочем, этими последними он подкручивал себе бакенбарды и
ковырял в носу. А заодно рассматривал мультипаспорт Данилова. На скамеечке
возле ног бригадира расположились две ментализированные гориллы с высокими
лысыми лбами, которые похоже вели делопроизводство, но могли и заняться
рукоприкладством в роли стражей порядка. Кулаки-то у них остались будь здоров.
- Я хочу в прокуроры, - вызвался человек, у которого вместо головы был
череп, богато украшенный драгоценностями, оснащенный золотыми разъемами и
обклеенный пластиком - наверное, чтобы мозги не вытекали. Сухожилия и
мимические мышцы наглядно двигались под блестящей пленкой.
- А я палачем буду, - произнесло пухлое существо, не только гермафродитное,
но еще и голое. Свисающий живот выполнял роль передника, заслоняя гениталии.
На животе к тому же имелась сумка, как у кенгуру, из которой время от времени
высовывалась тощая обезьянья лапка какой-то мелкой твари. - Я его зацелую
насмерть .
- А я адвокатом, - сказал первый встреченный с тигренком на руках, - мне
этот парень нравится.
- Имя, номер, звание и ученая степень, если имеются? - спросил бригадир.
Чего уж скрывать, если мультипаспорт в руках этого главаря.
- Данилов, ипсилон-двенадцать, версия два, сотрудник Главинформбюро,
оператор . Разыскиваю особо опасного...
- Тихо, не говори фамилию, - шикнул адвокат. - Тут каждый себя считает
особо опасным, поэтому ты рискуешь кого-нибудь обидеть.
На бригадира имя и звание тоже не произвели какого-либо впечатления. Он
бросил куда-то в пространство:
- За этим типом хвост тянется?.. Нет? Я так и думал, - потом снова обратил-

ся к особисту.
- Я верю, Данилов, что ты легаш с Марса. Хоть мультипаспорт о тебе мало что
говорит, но в своей картотеке мы нашли твой инфослепок. Либо тебя очень
глубоко законспирировали твои начальнички, либо ты порешь отсебятину. И похоже,
что именно второе, поскольку у тебя сейчас нет даже входа в решетку
суперсвязи. Сдается мне, никто тебя сюда не посылал. Следовательно, что? Если мы тебя
сунем в печку, никто нас не обругает.
- Вы уже пытались меня уничтожить. Ваша фабрика перла на меня с открытой
пастью, долбала буром Хиггса, да еще кто жвахал по мне из импульсника, прямо
с навигационной надстройки.
- Да на кой хрен ты нам сдался, мелкий? - возмутился судья.
- Это все Доротеенко мог учудить, потому что Данилов его разыскивает,
сказал адвокат.
- Да, Доротеенко мог. Он же купил на полчаса беспредельное право
командовать фабрикой, - согласился судья. - То есть, он имел право распоясаться.
- А Данилов имел право поквитаться с Доротеенко. Это тоже по понятиям, -
атаковал адвокат.
- Только этот мент позорный не является членом сообщества закрытой зоны, -
отразил "выпад" прокурор Череп.
- И насрать. Он может быть гостем зоны. Считайте, что я его пригласил, -
парировал адвокат.
- Но ты мне не доложил об этом заранее, Тойфельманн, - сказал бригадир. -
Так что я штрафую тебя на солар, который пойдет в счет моего долга тебе.
- Червь меня прогрызи, - рявкнул адвокат, являющийся также владельцем малы-
ша-махайрода, который отчаянно зевал и облизывал свои пятисантиметровые
клыки . - Раджа зверски хочет есть, и я боюсь, что не дотяну до конца процесса.
Он же может запустить клыки в мою шею. Мне шею жалко.
- Ну, так давайте закончим, - возбудился палач-гермафродит, - и я затрахаю
Данилова насмерть.
- Данилов имел право поквитаться с Доротеенко. Допустим. Но с другой
стороны мы должны немедленно казнить этого мента за убийство незаменимого человека
с дефицитной специальностью. А Доротеенко потом оштрафуем за отсутствие на
судебном процессе, если найдем его. Он, может, уже сел в свой челнок и
отчалил . Так что, за неимением лучшего, давайте поскорей кончать дорогого гостя.
Судья удовлетворенно потер свои динозавровые ручки - на его взгляд все было
правильно и справедливо.
- Кончать, да кончать, что вы за трахари такие неутомимые, - выступило
существо непонятной наружности. На его зеленой коже были пропечатаны
микросхемы, хвост изрядно напоминал оптоволоконный кабель и завершался штеккером. -
Скучно вас слушать. Вы бы хоть спросили у этого, так сказать, Данилова, как
он здесь оказался, на алмазном осколке, без движка, без челнока.
- Ты полагаешь, что это в самом деле интересно, Ци? - незлобно, но
несколько раздраженно спросил бригадир.
- Ну, это может прояснить некоторые обстоятельства нашего дела.
- Хорошо, как ты здесь оказался, Данилов? Только покороче. У нас скоро
праздник "восьмое марта". Всекосмический день женщин и тех, кто их заменяет
на просторах вселенной. Сам понимаешь, надо еще марафет наводить.
Данилову не хотелось участвовать в этом псевдосудебном балагане с известным
концом. Он и не стал участвовать.
Но малопонятное существо подошло ближе и мягко ткнуло хвостовым штеккером в
разъем на даниловской шее.
- Давайте познакомимся с подсудимым поближе и заглянем ему в душу. А там
написано... что кто-то пытался прикончить Данилова на Весте. Были
задействованы интеллекулы серии Б12с. В этом деле Доротеенко у нас большой дока. По-

прошу приобщить протокол событий к делу.
- Причем тут интеллекулы? Я должен казнить Данилова за недозволенную мокру-
ху на моем, понимаешь, судне. Кроме того интеллекулы серии Б12с, попади они в
Данилова, превратили бы его в такое дерьмо, что и лопатой не сгребешь! -
почти зарычал бригадир. - А он ничего себе сохранился.
- Почти превратили, но потом, судя по тому же протоколу, что-то вмешалось и
дало задний ход, - заметило Ци.
Адвокат, скормивший тигренку какую-то зазевавшуюся жирную муху, обратился к
Данилову:
- Эй, парень, кто тебя провел по трем закрытым секторам Весты?
А почему не сказать. Данилов сознался:
- Он называл себя призраком Гальгальты...
- Гальгальты? - по обществу прошел заметный шум.
- Данилов врет, - без особой уверенности произнес Череп.
- Да, действительно непростой случай, - протянул бригадир, затем потер
виски, украшенные массивными разъемами, своими динозавровыми ручонками. - В
таком случае я мог бы предложить нашему подсудимому ристалище. Или он выбирает
продолжение суда?
- Ристалище, - шепнуло Данилову хвостатое существо.
- Конечно, дристалище, - сказал адвокат. - Если тебе, Данилов, помогал сам
Гальгальта, значит, и сейчас его семечки в тебе.
- Пусть будет ристалище, - согласился Данилов, сильно уставший от этого
бедлама, - какое оружие и с кем?.
- Со мной, - грозно клацнул челюстями Череп.
- Нет со мной, - капризно протянул гермафродит и топнул пухлой ногой, затем
раздвинул ягодицы-подушки. - Я его удовлетворю насмерть.
- Со мной, - неожиданно сказал адвокат. - Я, кажется, захотел убить своего
подзащитного. И немедленно займусь этим. Да ну все к чертовой маме, я всю
жизнь ждал, что ко мне явится САГ или Ма Элион. А тут к какому-то менту
приходит сам Гальгальта. Я прикончу Данилова, распотрошу его джина и возьму
семена Гальгальты себе.
- Тебе пятнадцати минут на это дело хватит, Тойфельманн? - спросил
бригадир. - Не забывай, у нас сегодня праздник.
- Я думаю, да.
- Эй, почему никто не говорит, что полагается мне в случае победы, - возник
Данилов.
- Сие гипотетически возможно, - вздохнул главный. - Сейчас придется
напрягаться, фантазировать, причем совершенно напрасно... Если ты паче чаяния
одолеешь Тойфельманна, то Доротеенко - твой. И еще вся фабрика на целых пять
часов в твоем распоряжении, наслаждайся тут как хочешь в меру своей
испорченности. Ладно, чего мне тут распространяться. Иди, дерись.
- А где тут у вас алебарды? - нашел силы схохмить Данилов.
- Никаких алебард, прыжков и криков. Будем чинно сидеть на стульях, -
сообщил Тойфельманн, безусловно имевший самый интеллигентный вид из всех
присутствующих .
- Но проигравшему - абзац, - добавил Череп.
- Никак не пойму, что это Тойфельманн на тебя взъелся, может ты и ничего
парень, - дружелюбно сказал бригадир. - Наверное, у него давние счеты с
особистами . А вообще он тут у нас за полгода уже трех человек шпокнул. Я его,
понимаешь, об этом не просил, но и возражать не стал, поскольку в целом мы
страдаем от перенаселенности. На всей фабрике один туалет, и то постоянно
забивается .
- Садись сюда, Данилов, - сказало хвостатое Ци и показало на кресло, сильно
напоминающее электрический стул. - Я, кстати, буду твоим секундантом. Просле-

жу, чтобы Тойфельманн тебя не обдурил. Говорят, кстати, что он клон не то
Гиммлера, не то Гейдриха, в общем эсэсовского бонзы, ткани которого
сохранились в каком-то берлинском холодильнике.
Данилов уселся за круглый стол, отчасти напоминающий плаху и расположенный
прямо посреди "майдана". Публика стала рассаживаться концентрическими
кругами. Кое-кто повис на большом светильнике, кто-то сел на кого-то.
К неприятному удивлению на руках, ногах и голове Данилова сошлись захваты.
То же, впрочем, произошло и с оппонентом.
- Этого как раз не бойся, - сказал хвостатый секундант. Простые меры
предосторожности, чтобы за счет спонтанной психомоторики ты не сломал и не
разбил чего-нибудь.
Ци засунуло Данилову в рот какую-то съедобную ампулу с жидким наполнением.
- Это тебе для расслабления мышц и одновременной стимуляции кальциевых
рецепторов у нейронов.
- Ци, скажи ему, - напомнил главный, - что его джин будет отключен,
останется только опора на собственные силы.
Данилов почувствовал, как ловкие пальцы хвостатого всовывают в разъем на
его шее кристалл с игровым софтом. Мелькнуло несколько тестов и оптическое
окно погасло, а через нейроконнекторы в мозг влетела сенсоматрица ристалища.
Данилов увидел глянцевую ширь под оранжевым низким небом. Горизонт казался
очень далеким, как если бы зритель находился на большой планете.
Противник появился ниоткуда. Зияющий чернотой зев, секущие плоскости
челюстей, звериная вонь. Данилов успел метнуться в сторону, но потерял врага из
виду.
Мгновение спустя на него словно танк наехал. Он едва успел уйти в перекате,
потом вскочил и заозирался.
Он не знал, как колотиться сейчас его сердце, но воздух заволокло мутью -
это подействовала волна паники.
Время делается в голове, говорил Борибабин. Не думай о пропасти, даже если
ты летишь в нее.
Данилов увидел маленького верткого тарантула около своих ног и хотел
немедленно раздавить его, но как будто получил предупреждение: "Осторожно".
Данилов аккуратно подвел руку, а потом быстрым движением, которое у Бориба-
бина называлось "схватить кипяток", отшвырнул паука. В полете эта мелочь
преобразовалась в махину, размером с крейсер, который мрачным болидом пронесся
за горизонт и где-то там взорвался, озарив полнеба багровом сиянием.
И тут его окружили трое. Три бандита: черный, рыжий и бритый, в руках -
финка, свинчатка, кастет. Нормальная уличная расстановка сил лет пятьдесят
назад.
Волевая вспышка ярко осветило воспоминание: борибабинский фирменный бой
"один на трех". Победоносный бой всегда короткий. Если длинный - то ты
проиграл.
Правила игры позволяли Данилову сейчас тоже обзавестись финкой и кастетом,
они бы увеличили его поражающую силу, но лишили бы свободы.
Каждый палец стоит ножа, говорил Борибабин.
Сперва заставить их поверить, что он их боится, но при том не испугаться на
самом деле.
Черный атакует с финкой, рыжий бьет свинчаткой - действуют они умело,
сноровисто, не то, что те мужики на Меркурии.
Данилов отшатнулся, как будто неловко отпрянул. Они сужали круги, он
имитировал неловкость.
Бритый махнул кастетом - упасть, откатиться, можно даже полежать немного.
Теперь не пропустить момент, когда надо ответить.
Но сперва повернуться на спину - это поза побежденного, но так он видит их

всех.
Ну, пора. В перекате он сбивает черного с ног, тот, падая, мешает ударить
рыжему. Бритый вынужден обегать свалку, чтобы достать его со спины.
Пропустить удар над собой и немедленно заканчивать эту сцену тремя ударами. Черному
в горло, рыжему в пах и бритому по подбородку.
Вроде, все. Где тут опускается занавес?..
Данилов почувствовал, что сейчас его затылок будет размозжен, и успел
немного пригнуться. Удар прошел вскользь, но вбил его лицом в землю.
Данилов поднял голову и увидел бритого в двух шагах от себя. Уже не урка
поганый, а опытный боец. Вместо кривой ухмылки блатного на его желтом
безглазом лице ровная улыбка мудрого. В перевороте Данилов пошел вперед и,
перенаправив ось своего вращения, попытался подсечь бритого, но ему это не удалось.
Данилов перешел в вертикальную стойку и атаковал по раскручивающейся спирали.
И вот противник перед ним, его руки и ноги не успевают выйти на блок. Но
неожиданно третья рука вырывается у бритого из солнечного сплетения...
Резкая боль отбрасывает Данилова, его выбили из ритма, из равновесия.
Скрючившись , он пытается уйти от настигающего Тойфельманна. Противник знает лучше
правила этой виртуальной площадки, недаром же он уже прикончил на ней троих.
Что можно противопоставить его реакции и его знанию, если даже джин
отключен? Стоп, надо взять хоть самую крохотную паузу.
Борибабин погиб странной смертью. Челнок, на котором он летел с Марса на
Фобос, неудачно сманеврировал и попал под разгоняющийся лайнер. Незадолго до
своей кончины он провел несколько необычных занятий с Даниловым и еще двумя
учениками. На тот случай, если все будет не так, как всегда. Если джин с его
инъекциями психостимуляторов будет выведен из строя или станет бесполезным,
если противник окажется слишком силен.
Все площадки являются отражениями одной Площадки, все правила - выводами из
одного Правила, все силы, психические ли физические - истечениями одной Силы.
Цифровые ли физические тела - все они являются масками великой Пустоты.
Данилов отрешился от дурноты и боли. Сколько там рук ног или лучей - было
уже не важно, он действовал в трех энергетических сферах. Произошло
объединение, теперь он и Тойфельманн уже не сражались друг против друга, они творили
вместе. Данилов ощутил тот рисунок, который наносит на площадку мозг
противника.
И Тойфельманн взбесился от этого совместного творчества. Он попытался
рывком выйти из совместной игры, хотя был связан по всем трем сферам. Данилов
как будто открылся снова на среднем уровне, скручивающим блоком увел атаку
противника от себя, еще придал ему ускорение и оказался сзади. Затем разрушил
единство, ударив "мечом", ребром ладони, в промежуток между верхней и средней
энергетическим сферами Тойфельманна. Психическая отдача была столь велика,
что казалось хрустнули его собственные шейные позвонки...
Данилов пришел в себя как будто от солоноватого привкуса крови. Он явно
ухитрился прокусить собственную губу. Данилов по-прежнему сидел за круглым
столом, однако, захваты отошли от рук, ног и головы. Сенсоматрица ристалища
уже отпустила его, возвращались привычное сенсорное поле и оптическое окно.
Ныл затылок, но позвонки и кости вроде были на месте.
Включившийся джин ругал тех, кто его так коварно вырубил и сообщал, что,
тем не менее, организм в норме.
Напротив сидел противник. По подбородку у него текла кровь, голова
беспомощно поникла набок. Труп. Что подтвердил и бригадир.
- Тойфельманна расфасовать и в холодильник. Сделаем из него котлеты. Садист
долбаный, а не человек... Данилов, хочу тебя огорчить. Доротеенко в самом
деле сбежал, пока вы тут воевали с Тоифельманном. Сел на челнок и тю-тю, как я
и говорил. Ну, не могу я за всем уследить, а в команде моей одни болваны,

приживалки хреновы. Однако, все остальные мои обещания в силе. Пользуйся. Тут
и праздник как раз начинается.
Гермафродит провел языком по тонким губам, а затем затряс всем своим салом
от головы до пят.
- Эй, красавчик, бери меня, хочешь спереди, хочешь сзади. Я ведь
универсальное существо из Светлого Будущего, в коем не будет уже унылых и
однообразных однополых людей.
- Скройся, разнообразный, - сказал Данилов, - или я тебя так отделаю, что
одни сопли останутся.
- Ай-яй-яй. Так нельзя. Людей надо уважать, хоть они и подонки, - не
одобрил бригадир. - Я обязан предоставить, а ты обязан воспользоваться. Таков
обычай свободного космоса. Или тебе все тут не годятся, никого ты не хочешь,
все тебя не достойны? Мы что тут не гуманоиды, а мент?
Обстановка опять стала накаляться. Такие кошмарные рожи вокруг. Данилов с
тоской оглянулся. И хвостатое создание, именуемое Ци, пришло ему на помощь:
- Этот парень имеет право блевануть, если кто-то ему кажется неаппетитным.
А будет он весь вечер со мной.
(ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ)

Химичка
НЕКОТОРЫЕ МЕТОДЫ ОРГАНИЧЕСКОЙ ХИМИИ'
Фенилацетальдегид
из стирола
Patent US4308408
В находящуюся в термостате при 50°С 2-литровую четырехгорлую колбу,
снабженную механической мешалкой, обратным холодильником, капельной воронкой и
термометром, добавлено 590 г (2.6 моля) водного раствора (15%) перекиси водо-
Все прописи взяты из интернета. Возможно, не все они работоспособны, они не
проверялись , а только редактировались при помещении в журнал.

рода, а затем при интенсивном перемешивании 141 г (3.0 моля) муравьиной
кислоты (98%). К этой смеси добавлено 208 г стирола (стабилизированного 0.5 г
гидрохинона), причем первые 70 г добавлялись в течение 10-ти минут, а
остальное количество - в течение 4-х часов. После перемешивания при указанной
температуре в течение 10 часов (для полного разложения избытка перекиси), РМ
была охлаждена, а образовавшийся полистирол (8 г) удален с помощью
фильтрования. Затем свободная муравьиная кислота была отогнана с водяным паром (до тех
пор, пока концентрация НСООН в дистилляте не упала с 7.8% до 0.8%). Затем под
вакуумом была отогнана вода и оставшаяся муравьиная кислота. Остаток в колбе
весил 271 г и по результатам анализа имел содержание фенилгликоля 89.5%
Перекристаллизованный фенилгликоль представляет собой бесцветное кристаллическое
вещество с т.пл. 66-67°С.
Стирол
Стирол в моей деревне не продается, поэтому прошлось делать из полистирола.
Был использован прозрачный полистирол без наполнителей: коробки от компакт
дисков (1 шт = 45 г) и аудиокасеты (1 шт = 60 г) . Все стандартно: полистирол
в банку из-под краски, герметизация силиконовым герметиком и перегонка.
В процессе перегонки проявились следующие проблемные моменты:
1. Ни в коем случае нельзя использовать резиновые шланги. Они растворяются
через 20 минут. В буквальном смысле растворяются, превращаясь в липкую
массу типа пластилина.
2. Не заполнять банку, более чем на 1/3 (жидким полистиролом), то есть
крошим полистирол под крышку, закрываем и перегоняем.
3. Нельзя выключать нагрев даже очень кратковременно. Остановка на 1 мин
для смены шланга - за это время расплав загустел, при включении нагрева
был переброшен в холодильник, заполнив его под завязку, и сразу
затвердел.
Оптимально использовать фторопластовый шланг 0,5-0,8 м длинной, который
непосредственно вставляется в пробку. Он служит в качестве воздушного
холодильника, и в случае переброса в него полистирола, можно легко его оттуда
выплавить .
Стабилизация - 0,5г гидрохинона на 100 мл.
Фенилацетальдегид
Соотношение реактивов, как указано в патенте.
Термостат не нужен. Реакция идёт с постепенным разогревом, так что надо
периодически, раз в 5-15 минут охлаждать до требуемой температуры. Температуру
лучше держать в пределах 60-65°С, для ускорения реакции и экономии времени.
При 70-75°С начинается интенсивный распад пермуравьиной кислоты, так что до
этого лучше не доводить. Прибавление стирола проводить при значительной убыли
последнего в рм, без привязки ко времени. Реакция заканчивается, когда весь
стирол растворится. На это уходит 1-1,5 часа. Затем массу оставляем на ночь
для разложения избытка перекиси. На следующий день отфильтровываем 0,5 г
полистирола (а не 8 г, как в патенте).
А вот перегонка с паром необходима (то есть добавляем равный объём воды и
отгоняем его): в процессе реакции образуется значительные количества ацетофе-
нона. Если его не отделить сразу, то потом разделить фенилацетальдегид и аце-
тофенон будет невозможно.
К полученному раствору фенилгликоля добавляем концентрированную H2S04, что-

бы получился 10% раствор, и начинаем кипятить. Вначале в рм присутствует
небольшое количество гликоля в виде масла, но через 15 минут вываливается фе-
нилацетальдегид в виде чуть желтоватого толстого слоя.
Дальнейшие действия - по настроению. Я просто отделял альдегид, но
предпочтительнее будет отгонять его с паром в процессе реакции, будет сразу чистый
продукт. Затем высаливаем его NaCl и отделяем.
Фенилацетальдегиды
через конденсацию Дарзана2
1. Метил хлороацетат
К 94.5 г (1 моль) монохлоруксусной кислоты в 350 мл (10 моль) метанола,
было добавлено 2.5 мл (5 г) 98% H2S04, и смесь кипятили 12 часов. Далее раствор
нейтрализовали Na2C03, отфильтровали и остатки метанола удалили выпариванием.
Остаток промыли 100 мл воды, сушили Na2S04 и перегоняли чистый метил
хлорацетат при температуре 130-132°С. (Внимание: Метил хлорацетат лакриматор)
2. Метил 2,5-Диметоксифенилглицидат
0.12 моль натрия метоксида в виде 15% раствора в метаноле (полуученого
осторожным растворением 2.75 г мелких кусочков натрия металлического в 50 мл
МеОН) и в течении одного часа с помешиванием добавляли к 0.1 моль 2,5-
Диметоксибензальдегид (16.6 г) в 0.14 моль метил хлорацетат (10.9 г) сохраняя
температуру в пределах 15-20°С. После того как добавили, продолжаем мешать
при комнатной температуре еще часик.
3. 2,5-Диметоксифенилглицидовая кислота
Вышеполученый раствор в течение 2 часов прикапывали к раствору 9.8 г 85%
КОН (0.15 моль) в 13 мл воды, сохраняя температуру 15-20°С. Потом еще при той
же температуре продолжаем перемешивать еще 3 часа, и еще 12 часов при
комнатной температуре после охлаждаем до 10°С и фильтруем.
4. 2,5-Диметоксифенилацетальдегид
Кристаллы промыли 2x15 мл метанола, и добавили к смеси: 50 мл воды, 50 мл
дихлорметана и 14 г КН2Р04, далее реакционную массу мешали при комнатной
температуре два часа. Декантируем верхний слой, нижний экстрагируем дихлормета-
ном дважды по 25 мл, эфирные фазы объединяем и промываем дважды водой по 25
мл.
2,5-Диметоксифенилацетальоксим
Полученные экстракты добавили по каплям при сильном перемешивании к 25%
водному раствору 0.3 моль гидроксиламина (полученного из 20.9 г гидроксилами-
на и 12 г NaOH в 100 мл воды) сохраняя температуру -5°С еще два часа. Потом
добавили 0.4 грамм натрия хлористого, и слои разделили. Водный слой
экстрагировали 3x10 мл дихлорметана, и собрание экстракты добавили к 50 мл метанола.
Полученный оксим восстанавливаем известными способами.
2 US Pat. 5,057,624

Фенилуксусная
кислота из стирола
Смесь стирола (104 г, 1,0 моль), серы (80 г 2,5 моля) и морфолина (174 г)
кипятят с обратным холодильником 2 часа (при этом внутренняя температура
постепенно повышается до 175°С). Охлажденную реакционную смесь промывают
хлороформом, а хлороформ затем промывают водой, разбавленной соляной кислотой и
опять водой.
Затем хлороформ упаривают, а полученный фенилтилацетилморфолид кипятят 10
часов с 1200 мл 50% (по весу) серной кислотой. Охлажденную реакционную массу
трижды экстрагируют эфиром, эфирные вытяжки объединяют и промывают 100 мл 12%
раствора NaOH. Щелочной слой подкисляют солянкой и экстрагируют эфиром.
Упаривание всех эфирных вытяжек дает 114 г (84%) чистой кристаллической
фенилуксусной кислоты (Т.пл. 72-74°С).
ФЛОРОГЛЮЦИН
Из тринитробензола3
(или тринитро-
бензойной кислоты)
К 225 г (0.87 моль) сырой 2,4,6-тринитробензойной к-ты (р. 543) (Прим. 1) и
(Прим. 2) добавлено 2100 г (1800 мл., 19.6 моль) концентрированной соляной к-
ты (пл. 1.17) в 5 л колбе с ОХ, внутренним диаметром 15-20 мм. К этой смеси
добавлено 830 г (7.0 г/атом) гранулированного олова малыми порциями. Реакция
начинается после прибавления 30-40 г олова и погружения колбы в горячую
водяную баню (Прим. 3). Остальная часть олова добавлена через ОХ так, что бы
реакция продолжалась весьма интенсивно. Желательно проводить эту реакцию под
тягой, так как хлороводород в начале выделяется весьма интенсивно. В конце
смесь нагревается на паровой бане в течение одного часа, чтобы реакция
окончательно завершилась, и затем фильтруется горячей сквозь стеклянный фильтр
для удаления непрореагировавшего олова.
Фильтрат доведен точно до 2-х литров и 50 мл проба оттитрована р-ром гидро-
ксида натрия известной концентрации (оптимальная концентрация 35-40%). Так
определяется объем щелочи необходимой для появления легкого, неисчезающего
осадка (обычно 6-8 мл 40%-ой щелочи). Затем добавляется еще щелочь, - до
нейтральной реакции по лакмусу: этот второй объем показывает кол-во к-ты и
олова. К фильтрату в 5 л колбе добавляется 1 кг колотого льда и затем
достаточное кол-во щелочи до нейтрализации свободной к-ты , а также 60% кислоты,
связанной с оловом (около 800 мл 40%-ого гидроксида натрия требуется). Смесь
разведена без фильтрования до 6 л и кипятится в 12-ти литровой колбе с ОХ в
атмосфере угольного газа (Прим. 4) 20 часов. Затем осадок фильтруется и
полностью вымывается кипящей водой (2-3 л воды); объединенные фильтраты
сконцентрированы до 3 л, затем слегка подкислены по лакмусу солянкой и охлаждены до
0°, когда кристаллы флороглюцина начинают выделяться. Продукт
отфильтровывается; его вес - 70-80 г. Затем он растворяется в 700 мл горячей воды,
фильтруется, и оставляется кристаллизоваться при 0°. Выход 65-75 г (46-53% от
3 Org. Syn. Coll. Vol. 2, 522. Данная пропись может служить прекрасным примером
множественного восстановления ароматических нитрогрупп.

теор.) почти бесцветных кристаллов (Прим. 5) флороглюцина дигидрата Т.пл. =
217-218°.
Примечания:
1. Нет необходимости удалять небольшие кол-ва тринитротолуола,
загрязняющего тринитробензойную к-ту, так как было найдено, что в конечном продукте
не обнаруживается никаких следов метилфлороглюцинола, который должен
получаться из тринитротолуола по этому пути.
2. Эквивалентное количество 1,3,5-тринитробензола (р. 541) может
использоваться вместо тринитробензойной кислоты с точно тем же результатом; но
поскольку наиболее удобный метод получения тринитробензола в лаборатории
- через тринитробензойную кислоту, заменой ничего не выигрывается.
3. При выполнении восстановления не более 5% от общего кол-ва олова должно
быть добавлено при запуске реакции, в противном случае реакция
начинается так интенсивно, что продукт может быть потерян. Готовность реакции
проверяется погружением колбы в воду.
4. Угольный газ применяется в силу своей дешевизны; углекислота и азот так
же могут быть использованы.
5. Если вы не получили белый продукт после кристаллизации, эффективная
очистка может быть достигнута растворением флороглюцина дигидрата в кипящей
воде и пропусканием сквозь р-р диоксида серы до тех пор пока эффект
обесцвечивания не перестанет наблюдаться (пол минуты обычно бывает
достаточно) .
Флороглюцин может быть приготовлен следующими реакциями щелочного плава:
резорцин с гидроксидом натрия [1], 1,3,5-бензолтрисульфокислота с гидроксидом
натрия [2] и 3,5-дибромофенол с гидроксидом натрия [3]. Лучшие выходы,
однако, всегда получаются кипячением растворов триаминобензола гидрохлорида [4] и
гидрохлорида триаминобензойной к-ты [5] с водой.
Литература:
1. Barth and Schreder, Ber. 12, 503 (1879).
2. Barth and Schreder, Ber. 12, 422 (1879).
3. Blau, Monatsh. 7, 632 (1886).
4. Weidel and Pollak, ibid. 21, 20 (1900).
5. Cassella and Co., Ger. pat. 102,358 [Frdl. 5, 156 (1897-1900)].
Из фенола и щёлочи
Смешиваем одну часть фенола с 6 эквивалентами покупного натрия гидрата4, и
видим, что даже при высокой температуре таким образом сформированный фенол-
натрий плавает в форме масляного слоя на натрии гидрате. Но постепенно
начинается выделение водорода, которое становится более сильным и преобразовывает
расплав в коричневую гомогенную бурлящую массу. После некоторого времени,
когда пена начинает снижаться, нагрев удален. Расплав выливаем в разбавленную
серную кислоту и определенное количество черной рассыпчатой массы отделено
фильтрацией. Фильтрат многократно экстрагирован эфиром и соединен с продуктом
полученным после отгонки эфира (густая масса), из которой быстро формируются
кристаллы. Взвесили, вышло примерно 20% на использованный фенол. Чтобы
удалять кислоты, масса растворена в воде и промыта карбонатом бария. Потом все
4 Использовать только гидрат натрия калия не пойдет.

экстрагируем эфиром, в результате почти все вошло в эфир и только очень
маленькие количества солей бария остались в водной фазе. Последний был темно-
коричневым и с ним поступили, как описано ниже.
Из эфира стоящего несколько дней выпали кристаллы которые были
отфильтрованы, а эфир из материнской смеси выпарили получив еще кристаллы. Кристаллы
очистили многократной перекристаллизацией. Первая перекристаллизация дала
кристаллы загрязненные красивыми плоскими иглами, а последующие были уже без
них. Иглы не получались чистыми даже после многократной перекристаллизации.
Главное вещество, которое кристаллизовано в форме упомянутых пластин, было
определено как phloroglucinol дигидрат. Все физические свойства и состав
реактива доказывают это.
Оливетол
Нонен-З-он-2
Альдольное присоединение с последующим катализируемым кислотой отщеплением
воды и образованием (альфа,бета)-ненасыщенного кетона (стадия конденсации).
Альдегид реагирует как карбонильный, кетон как СН-кислотный компонент.
Раствор 100 г (1,00 моль) гексаналя (перегн., т. кип. 131°С / 760 мм рт.
ст.) в 175 мл ацетона прикалывают в течение 2,5 ч при 10-15°С и перемешивании
к смеси 175 мл ацетона и 50 мл 2,5 М NaOH и смесь перемешивают еще 1 ч при
комнатной температуре.
Затем раствор нейтрализуют до рН=7 охлажденной льдом разбавленной НС1,
упаривают на роторном испарителе до объема ^150 мл и экстрагируют эфиром (3 х
200 мл) . Объединенные органические фазы промывают последовательно растворами
NaHC03 и NaCl, высушивают над Na2S04 и после перегонки остатка в вакууме
получают 103 г (65%) продукта альдольного присоединения с т. кип. 108°С / 10 мм
рт. ст.
Раствор 95,0 г (0,60 моль) продукта присоединения в 200 мл бензола
(осторожной) и 300 мг р-толуолсульфокислоты нагревают с насадкой Дина-Старка в
течение 1 дня.
Раствор промывают последовательно насыщенными растворами NaHC03 и NaCl и
высушивают над Na2S04. Бензол отгоняют, остаток перегоняют с короткой
колонкой Вигре в вакууме и получают 60,6 г (72%) нонен-З-она-2 с т. кип. 88°С / 10
мм рт.ст.
2-Гидрокси-4-оксо-6-п-
пентилциклогексен-2-карбоновой-1
кислоты метиловый эфир
Присоединение по Михаэлю с последующей внутримолекулярной конденсацией
Кляйзена.
В 200 мл безводного метанола вносят порциями 8,10 г (0,35 моль) натрия
(осторожно , тяга, выделение Н2!) . После полного растворения натрия в метаноле к
опалесцирующей смеси при перемешивании прибавляют 52,8 (0,40 моль) диметило-
вого эфира малоновой кислоты и смесь нагревают до 60 °С.
Затем прикапывают при перемешивании в течение 30 мин 42,1 г (0,30 моль)
нонен-З-она-2 . После этого смесь в течение 3 ч кипятят с обратным холодильни-

ком.
Растворитель отгоняют на роторном испарителе, а остаток (натриевая соль
енольной формы 1,3-дикетона) помещают в 200 мл воды.
Водную фазу экстрагируют хлороформом (3 х 50 мл) , хлороформные фазы
отбрасывают, а водную фазу подкисляют концентрированной НС1 до рН = 3-4.
Выпавшую маслянистую кристаллическую массу переносят в 200 мл снс13л а
водную фазу экстрагируют хлороформом (3 х 50 мл).
Объединенные органические фазы промывают насыщенным раствором NaCl и
высушивают над MgS04. После отгонки растворителя остаток перекристаллизовывают из
150 мл смеси н-гексан - диизопропиловый эфир - изопропанол (25:13:2), что
приводит к получению 50,5 г (70%) продукта в виде игл с т. пл. 98-100°С.
Бромирование
Бромирование 3-дикарбонильной системы с последующим элиминированием НВг и
образованием ароматического соединения. Одновременно происходят расщепление
сложного эфира и декарбоксилирование образовавшейся карбоновой кислоты (ср.
декарбоксилирование салициловой кислоты).
К раствору 12,0 г (50,0 ммоль) метилового эфира 2-гидрокси-4-оксо-6-
пентилциклогексен-2-карбоновой-1 кислоты в 30 мл безводного ДМФА прикапывают
при 0°С и перемешивании в течение 90 мин раствор 7,50 г (47,0 ммоль, 2,40 мл)
брома (осторожно, тяга!).
Смесь медленно нагревают до 160° С и перемешивают 10 ч при этой температуре
(отщепление С02 происходит при температуре выше 100°С). По охлаждении
реакционную смесь упаривают в вакууме примерно при 100 °С/10 мм рт. ст., остаток
вносят в 30 мл воды и три раза экстрагируют эфиром (всего 150 мл).
Объединенные эфирные фазы промывают последовательно 30 мл воды, 10%-ным
раствором NaHS03 (2 х 20 мл) , 2 М уксусной кислотой и насыщенным раствором
NaCl. Затем высушивают над Na2S04, растворитель упаривают, а остаток
перегоняют в приборе <Кюгельрор>.
Получают 7,22 г (85%) светло-розового вязкого масла с т. кип. 150°С / 0,01
мм рт. ст. (температура бани), которое в холодильнике закристаллизовывается.
После перекристаллизации из эфира т. пл. 85-86 °С.
4-хлоро- и
4-нитро2-бутанон5
Ацетилхлорид (510 г, 6.50 моль) прибавляли в течение 20 мин к смеси А1С13
(910 г, 6.82 моль) и СНС13 (2 л) при перемешивании и охлаждении льдом с
солью. В конце прибавления температура поднялась до ^25°, и охлаждение
продолжали, пока она не снизилась до 0°. Далее в перемешиваемую смесь пробулькивали
этилен с такой скоростью, чтобы он весь поглощался, причем внутреннюю
температуру поддерживали между 5° и 10°, продолжая охлаждать льдом с солью. Газ
начал выходить из реакционного сосуда через ^2 ч и еще через 30 мин
реакционную смесь вылили в смесь 1 л концентрированной НС1 и 5 кг льда. Органический
слой промыли разбавленной НС1, разбавленным NaHC03 и водой, затем сушили и
медленно упаривали, используя 25 см колонку Вигре. Перегонка остатка на той
же колонке дала бета-хлоркетон в виде подвижной жидкости, т.кип. 47° (16 мм),
5 F. Sondheimer, R.B. Woodward, A Synthesis of 1,3-Butylene Oxide, J. Amer. Chem.
Soc, 75 (1953), 5438-5439.

n27D 1.4299 (лит6, т.кип. 48° (15 мм)). Выход составил 421 г (3.95 моль), или
61%.
6 J. Chem. Soc, 1948, 278.

Электроника
ЭВОЛЮЦИЯ ИМПУЛЬСНЫХ ИСТОЧНИКОВ ПИТАНИЯ
Саркис Эраносян, Владимир Ланцов
В данной статье в кратком изложении дается история развития
импульсных источников питания. Анализируются особенности
построения импульсных источников питания по мере их развития: структуры
блоков питания, схемотехнические решения, компонентная
электронная база, конструктивно-технологические решения. Обращается
внимание на общие закономерности и подводятся итоги развития
импульсных источников питания начиная с 1950 года. Подчеркивается,
что постоянное улучшение параметров блоков питания в части мас-
согабаритных показателей, экономичности и надежности есть
результат их исторического развития. Это стало возможно, в
основном, благодаря применению в импульсных источниках питания более
совершенных изделий электронной техники. Сформулированы выводы о
тенденциях развития импульсных источников питания.
ЧАСТЬ 1
В настоящее время импульсные источники вторичного электропитания (ИВЭ)
получили широкое распространение. Они занимают практически 90% мирового рынка
всех изготавливаемых ИВЭ. Преобладающее влияние в этом направлении оказали и
продолжают оказывать потребности бурно развивающихся отраслей: телекоммуника-

ций, компьютерной техники и компьютерных технологий, силовой электроники,
автоматизированных систем управления технологическими процессами (АСУ ТП),
разного промышленного оборудования и аппаратуры военного назначения. Постоянно
улучшаются различные показатели назначения импульсных ИВЭ: растут выходная
мощность, коэффициент полезного действия (КПД), надежность, улучшаются и
массо-габаритные показатели, электромагнитная совместимость. В частности, в
настоящее время диапазон выходных мощностей современных импульсных ИВЭ с
сетевым входом (сокращенно ЛС/БС) составляет от 5-10 Вт до 5-10 кВт и более.
Величина КПД реально достигает 70-90% в зависимости от структуры (однотактные
AC/DC или двухтактные AC/DC) и типа первичного питания (однофазная или
трехфазная сеть переменного тока). Максимальные значения удельной мощности
(«энергетической плотности» pv) по объему у AC/DC преобразователей составляют
> 250-500 Вт/дмЗ, а по массе (рт) 200-400 Вт/кг.
Для анализа состояния импульсных ИВЭ и прогноза на будущее целесообразно
предварительно кратко ознакомиться с историей их развития.
Основные этапы
развития импульсных
источников питания
Рассмотрим вкратце эволюцию импульсных ИВЭ с момента их зарождения. При
описании основных этапов развития импульсных источников основное внимание
будет уделено эволюции отечественных ИВЭ, свидетелями и участниками которой
были и авторы настоящей статьи. Кроме того, при изложении материала более
подробно будут рассмотрены основные этапы развития AC/DC-преобразователей. Это
связано с тем, что преобразователи постоянного напряжения в постоянное
(DC/DC) — это составная часть AC/DC, а последние, в свою очередь, являются
составной частью более сложных систем и источников электропитания, например
источников гарантированного или бесперебойного питания. Для общности
изложения оценку и приводимые примеры будем в большей степени соотносить с основной
массой серийно выпускаемых (не заказных) AC/DC-преобразователей коммерческого
и/или промышленного назначения с питанием от сети переменного тока
напряжением ^220/230 В частоты 50/60 Гц. Сделав такое краткое введение, переходим к
изложению основных этапов эволюции импульсных ИВЭ.
По информации авторов, упоминания о некоторых видах импульсных ИВЭ
(переключательных источниках питания, или Switch Mode Power Supplies — SMPS),
относятся к 1940-м годам [1] . В то время, в частности, в маломощных источниках
с электропитанием от гальванических батарей и аккумуляторов в качестве ключей
использовался электромагнитный прерыватель-вибратор. На его основе
создавались вибрационные преобразователи (ВБ) [2]. ВБ работали от аккумуляторов
(напряжением до 24 В на мощность до 250 Вт) и от сети переменного тока (на
мощность до 750 Вт). Чаще всего вибраторы изготавливались на частоту 100 Гц, но
иногда и на повышенную частоту (200-400 Гц). По своей структуре ВБ
представляли собой ключевые преобразователи или инверторы, предназначенные для
получения более высокого напряжения постоянного или переменного тока.
Естественно, их массо-габаритные показатели и надежность были низкие. В то время
радиоэлектронная аппаратура (РЭА), включая электронно-вычислительные машины
(ЭВМ) , была выполнена на электронных лампах. Аппаратура на лампах требовала
для своего электропитания источники с напряжением в сотни вольт, но при
сравнительно небольших токах (десятки миллиампер, иногда единицы ампер). В 1950-х
годах в источниках питания повышенной и большой мощности с успехом
использовались регуляторы и преобразователи на тиратронах, которые работали уже на
повышенной частоте: сотни герц - единицы килогерц. Тиратрон — трехэлектродный
управляемый ионный прибор дугового разряда с положительной пусковой характе-

ристикой. В качестве диодов использовались селеновые и электровакуумные
(кенотроны) выпрямители. В этом случае КПД, массо-габаритные показатели и
надежность также не были высокими.
После разработанного американским физиком Шокли [3] в 1953 году биполярного
плоскостного транзистора и раскрытия «тайн» p-n-перехода полупроводникового
прибора началась эпоха их массового применения. Благодаря этому в РЭА вместо
электронных ламп стали все более широко использоваться полупроводниковые
транзисторы и диоды: вначале германиевые, а затем кремниевые. Применение
полупроводниковых приборов потребовало изменения номенклатуры источников
питания, которые обеспечивали бы на выходе низкие напряжения (до 60 В) , но на
большие токи (единицы - десятки ампер).
Развитие импульсных
источников питания
в 1950-1960 гг.
Наиболее распространенные в этот период мощные германиевые PNP-транзисторы
по технологии изготовления были сплавными. По параметрам они были
низковольтными (максимальное постоянное напряжение коллектор - эмиттер UCE0 = -45...-60
В) и низкочастотными (граничная частота в схеме с общей базой, ОБ, — не более
100-150 кГц) . Величина максимального коллекторного тока LC составляла 5-15 А.
Поэтому, кроме линейных стабилизаторов, они в основном использовались в
понижающих импульсных (ключевых) стабилизаторах напряжения (КСН) и в
преобразователях от сети 12-27 В. Из отечественных транзисторов того времени укажем
германиевые низкочастотные PNP-транзисторы типа П210, П216, П217, а также
кремниевые транзисторы типа П302-П304 на напряжение 40-80 В и ток до 0,4 А [4].
Хотя эти транзисторы были универсальными, предназначенными, в том числе, и
для использования в переключающих устройствах, тем не менее, в справочных
данных не приводились значения параметров их быстродействия. Поэтому
разработчику приходилось самому экспериментально определять параметры
быстродействия этих транзисторов.
Развязка от сетевого переменного напряжения ^115/220 В частоты 50 (60, 400,
1000) Гц производилась с помощью низкочастотного сетевого трансформатора с
последующим низковольтным выпрямителем (выпрямителями). Частота коммутации
силового транзистора первоначально составляла 3-5 кГц. Импульсные
стабилизаторы выполнялись как релейного типа, так и по схеме с ШИМ или частотным
управлением. В схемах управления использовались маломощные дискретные
транзисторы и диоды, а также импульсные трансформаторы. На подвижных объектах
специального назначения (например, в авиации и на флоте) для первичного
электропитания применялось также сетевое напряжение ^115/220 В повышенной частоты
(400, 500, 1000 Гц), что позволяло значительно улучшить удельные массогаба-
ритные показатели источников питания.
Для случая блоков питания большой мощности в регулируемых выпрямителях и
инверторах в качестве силовых ключей ранее использовался тиратрон [5]. Потом
стали применять вначале магнитные усилители, а затем тиристоры, которые могли
коммутировать напряжения в сотни вольт и токи в единицы-десятки ампер и
более . Это, конечно, было шагом вперед и позволяло создавать импульсные блоки
питания с современной структурой: сетевой выпрямитель - инвертор -
низковольтный выпрямитель. Основные недостатки преобразователей на тиристорах —
это низкая частота переключения (не более единиц килогерц), сложная схема
управления, из-за проблем с запиранием при работе в звене постоянного тока, а
также влияние (возрастание) электромагнитных помех (ЭМП) на устойчивость
работы всего комплекса РЭА.
На ускоренное развитие магнитных усилителей (МУ) в 1950-1960 гг. повлияло,

по крайней мере, два обстоятельства: первое — это появление оригинальных
ферросплавов для получения новых ферромагнитных свойств магнитопроводов,
например, для снижения потерь в трансформаторах и дросселях, второе — стремление
разработчиков повысить частоту преобразования от 100 Гц в электромагнитных
прерывателях ВБ до устройств с частотами преобразования 400-2000 Гц,
работающих на тиратронах. Например, в регуляторах и стабилизаторах напряжения
большой мощности в качестве силовых ключей широко использовались магнитные ключи,
выполненные на ленточных сердечниках. Эти сердечники формировались из
тонколистовых сплавов железо-никель-кобальт (пермаллой) с толщиной ленты 0,01-0,1
мм. При этом коэффициент прямоухюльности (Кп) материала сердечника был не
менее 0,85-0,92 для «прямоугольной» петли гистерезиса и 0,65-0,75 — для
«наклонной» петли. Такие сердечники имели индукцию насыщения от 0,75 до 1,5 Тл в
зависимости от марки сплава и степени прямоугольности. На частотах работы от
5,0 до 50 кГц в ряде случаев сердечники из этих материалов имели хорошие
значения удельных потерь (pv) Вт/кг. Например, потери в сердечнике 79НМ с
толщиной ленты 0,05 мм нормировались на уровне 13,0 Вт/кг на частоте 10 кГц при
индукции 0,5 Тл, а для материала 34НКМП (лента 0,02 мм) потери нормировались
на уровне 65,0 Вт/кг на частоте 50 кГц при индукции 0,5 Тл. Именно на этих
магнитопроводах работали различные ключевые устройства, например, магнитные
усилители, достаточно распространенные в то время, в том числе для мощных
систем автоматического управления.
Стабилизатор на магнитных силовых ключах по своей структуре практически
аналогичен импульсному стабилизатору напряжения: силовой ключ (ключи),
замыкающий диод, RC-фильтр. Отличие в том, что стабилизатор на МУ питается от
переменного напряжения, а ключ работает на этой же частоте. В связи с этим
выигрыш в массогабаритных показателях очевиден при использовании повышенной
частоты питающего напряжения (400, 500, 1000 Гц), что было характерно для
систем электропитания передвижных объектов. В те годы в ЦНИИ «Электроприбор»
одним из авторов статьи был разработан блок питания с выходной мощностью 450
Вт. В этом блоке, предназначенном для вычислительного комплекса на
транзисторных токовых переключателях (прообраз будущей эмиттерно-связанной логики —
ЭСЛ) , были использованы такие магнитные компоненты. Питание блока
производилось от напряжения ^220 В, 500 Гц, применяемого для электропитания
корабельной аппаратуры. При этом наиболее мощные выходные стабилизированные каналы
(+6 В / 30 А, -6 В / 20 А) были выполнены с использованием магнитных ключей
на ленточных пермаллоевых сердечниках. Надо отметить, что такие стабилизаторы
были на порядок надежнее полупроводниковых стабилизаторов того времени. Кроме
того, они не «боятся» ионизирующих излучений (радиации).
Другим важным преимуществом магнитного усилителя является гальваническая
развязка цепи управления, усилителя обратной связи, от силового, сетевого
ключа, так как обмотка (обмотки) управления полностью автономны. В то же
время управляющие обмотки одновременно магнитно связаны с двумя сердечниками, на
которых намотаны силовые обмотки, работающие каждая в своем полупериоде сети
(например, в двухтактном МУ).
В качестве примера можно привести высоковольтный бортовой стабилизатор
напряжения мощностью 300 Вт, разработанный в ЦНИИ «Гранит» под руководством
известного специалиста по блокам питания к.т.н. А.И. Гинзбурга в 1965 году.
Этот блок питался от сети 115 Вт, 1000 Гц. Схема высоковольтного
стабилизатора представлена на рис. 1.
Силовая часть состоит из регулирующего органа МУ, собранного по схеме
дросселя с самонасыщением и выходом на переменном токе через диоды Д5, Д6, к
которым подключен силовой высоковольтный трансформатор Тр2. Его вторичная
обмотка соединена с высоковольтным (-4000 В, 0,075 А) выпрямителем на диодах
Д8-Д11 с емкостным фильтром С5. Обратная связь подается с делителя напряжения

R10-R12, относительно заземленного вывода (+4000 В), на усилительный каскад
на транзисторе Т1, который обеспечивает через усилители мощности Т2, ТЗ
изменение тока в обмотке управления МУ. Схема формирует плавный подъем выходного
напряжения в течение 5 с от нуля до номинального напряжения. Этот подъем
задается работой транзистора Т4, потенциал базы которого определяется зарядом
конденсатора С6. В схеме также предусмотрена возможность изменять выходное
напряжение блока в пределах 1,5-4 кВ при подаче внешнего регулируемого
напряжения (-20 В, клемма разъема 5). Последний режим предназначен для
«тренировки» высокочастотного блока передатчика. Сердечник МУ выполнен на кольце ОЛ
40/64-16, материал — сталь 50НП, лента 0,05 мм. Напряжение под нагрузкой в
первичной обмотке Тр2 — 70 В, а на вторичной — до 4000 В. Данный бортовой
блок питания имел удельную массогабаритную характеристику pv порядка 37
Вт/дм3.
МУ
^ооов
0.075А
+4000В
0,075А
Рис. 1. Схема мощного стабилизатора высокого напряжения на
основе магнитного усилителя.
Удивительно, насколько быстро распространялись новые научные и инженерные
идеи! Причем очередность всегда была следующая: вначале в институтах и на
заводах военно-промышленного комплекса (ВПК), а затем в институтах и на заводах
«открытых» отраслей экономики СССР. Действительно, если обратиться к
хронологии, то можно увидеть следующее: 1954-1955 гг. — Hebert F. Storm выпускает
фундаментальный труд по теории магнитных усилителей [6] ; с 1956 по 1967 г.
происходит активное внедрение и серийное производство блоков питания в
системе ВПК. С 1958 по 1968 г. магнитные усилители уже применяются во многих от-

раслях силовой электротехники и машиностроения [7] . В частности, в системах
электропривода магнитные усилители успешно заменяют электромашинные
усилители, на основе серийно выпускаемых унифицированных приборов [8] (ТУМ, УМП и
др.) . Следует подчеркнуть, что до сих пор можно найти приборы и блоки на
основе МУ, выпускаемые по заказу или серийно, которые содержат современную
элементную базу. В этих оригинальных блоках МУ работает на частотах 20-100 кГц.
В статье [9] крупного специалиста по системам и блокам электропитания
д.т.н. Ж. А. Мкртчяна описаны одноканальные блоки питания для сверхмощного
компьютера. Они имеют следующие параметры: выходное напряжение/ток нагрузки —
5В/800А, 2В/ 800А, КПД — 82% и 60% соответственно, входное напряжение
380/220 В (+10%, -15%), 45-65 Гц, удельная объемная мощность pv = 470 Вт/дм3
и 188 Вт/дм3 соответственно. Основная особенность этих блоков заключается в
том, что последовательно с мощным силовым транзисторным ключом, работающим на
частоте 25 кГц, был включен магнитный усилитель. Это позволило вначале
осуществлять «бестоковое» включение силового транзистора, а потом коммутировать
силовой ток с помощью МУ. Выключение силового транзистора также «бестоковое»,
таким образом, в транзисторах практически отсутствуют динамические потери.
Большой вклад в создание импульсных ИВЭ на основе магнитных усилителей, а
также систем электропривода внесли известные отечественные специалисты по
средствам электропитания: А.И. Гинзбург, М.А. Розенблат, В.И. Лапиров-Скобло,
Р.Х. Бальян, Б.Н. Иванчук, Л. А. Краус, Ж. А. Мкртчян, К. Б. Мазель, Н.П.
Васильева , Т.X. Стефанович и др.
Как уже было отмечено, «господство» магнитных усилителей в системах и
блоках электропитания в основном утвердилось к 1960 году. Практически в то же
время, с 1956 года [10], бурно развивалось новое направление, основанное на
четырехслойных полупроводниковых ключевых приборах — тиристорах. Завершением
теоретических публикаций за рубежом было издание фундаментальной работы [11].
В СССР первые подробные публикации по теории и практике применения тиристоров
в инверторах и регулируемых выпрямителях для блоков питания начали появляться
с 1962 года [12, 13].
Отметим еще раз определенную закономерность в хронологии освоения в
оборонной и общепромышленной аппаратуре новых достижений за рубежом и в нашей
стране . Для магнитных усилителей на Западе их широкое внедрение происходило в
1958-1960 гг., а в СССР — в 1961-1965 гг., причем надо признать, что
отечественные магнитные материалы для МУ практически не уступали по характеристикам
зарубежным, а в некоторых случаях были и лучше. Это подтверждается сравнением
зарубежных бортовых стабилизаторов для передающих радиоустройств с нашими
приборами аналогичного назначения, которые серийно выпускались в 1962-1965
гг.
Что касается внедрения тиристорных устройств в РЭА ВПК и в приборы
общепромышленного силового электротехнического оборудования, то можно увидеть, что
на Западе тиристоры применялись очень широко уже в 1959-1962 гг. [14]. В СССР
это направление техники нашло широкое распространение в 1966-1970 гг. Как
видно, запаздывание в применении тиристоров, по сравнению с освоением МУ,
получается значительно больше — примерно на 3-4 года. В принципе отставание
было как по времени начала эксплуатации блоков на тиристорах, так и в широте
номенклатуры, а главное — в параметрах и в качестве тиристоров. Прежде всего,
у отечественных тиристоров средней мощности был значительно больший (в 3-5
раз) ток управления, большее падение напряжения на открытом тиристоре и более
низкое быстродействие. Некоторым утешением для нас служит относительно ранние
разработки мощных тиристоров на токи 50-200 А для электротехнической
промышленности с 1965 года, которые разрабатывались и производились в ВЭИ им.
Ленина, в МНИЭИ, на заводах в Саранске, Таллине и др. Причем в 1971 году мощные
высокочастотные тиристоры типа ТЧ на токи 50-150 А со временем обратного вое-

становления « 25 мкс успешно конкурировали с зарубежными тиристорами и
поставлялись на экспорт.
Как уже указывали авторы в статье [15], отставание в элементной базе иногда
оказывалось полезным. Речь идет о «закрытии» тупикового направления в тири-
сторной технологии, в части разработки запираемых тиристоров на токи до 20 А,
поскольку это направление оказалось бесперспективным ввиду быстрого развития
транзисторов с аналогичными параметрами по напряжению и току (в США
остановились в этом направлении на запираемом тиристоре с током 7 А). Ниша запираемых
тиристоров за рубежом и в нашей стране осталась только в диапазоне
сверхмощных токов сотни - тысячи ампер, на напряжения до нескольких киловольт.
Для иллюстрации приведем пример типовых применений тиристоров. В 1969 году
одним из авторов вместе с А.И. Гинзбургом был разработан регулируемый тири-
сторный выпрямитель, входящий в систему стабилизации тока импульсного
генератора СВЧ [16] . Схема регулируемого тиристорного выпрямителя представлена на
рис. 2.
220 В
400 Гц
0
Д4
а
ТЩ2У202Н/ Г-Т Т
i-H^el—II—t—?—•—•—
Tp2
TA22-220-400
/Ти22У20
Дб
ы Дг |
~&~
\2УЮ1Е
-0 +
Jynp
Рис. 2. Схема регулируемого тиристорного выпрямителя мощностью 800 Вт.
Этот блок питания обеспечивал выходную мощность 800 Вт при Uh = 200 В / 4
А. Его силовая часть построена следующим образом. Входное питающее напряжение
220 В, 400 Гц поступает через два силовых тиристора Tul, Tu2, включенные
встречно-параллельно, на обмотку силового трансформатора Tpl. Напряжение от
его вторичной обмотки в виде фрагментов синусоиды после угла регулирования
(момент времени включения тиристоров) поступает на мостовой выпрямитель на
диодах типа Д233, нагруженный на сглаживающий фильтр (Др-Сф). Основная обрат-

ная связь, задающая уровень стабилизируемого напряжения Uh (пределы изменения
от 7 до 280 В) и обозначенная как Uynp, представляет собой постоянное
напряжение, пропорциональное импульсному току СВЧ-генератора, которое поступает от
внешнего блока (модулятора передатчика). Напряжение Uynp через омический
делитель Р1, Р2 поступает на базу транзистора Т1, включенного по схеме с
глубокой отрицательной обратной связью по току эмиттера, благодаря чему
конденсатор С1 заряжается током практически прямоугольной формы. При этом достигается
лучшая линейность характеристики управления выпрямителя. Фазосдвигающее
устройство (ФСУ) питается от выпрямленного напряжения трапецеидальной формы,
которое формируется от вторичных обмоток маломощного вспомогательного
трансформатора Тр2 типа ТА22, первичная обмотка wl которого подключена к анод-
катодным выводам силовых тиристоров. Тиристорные ключи управляются по схеме
оптимального управления, причем импульс, поступающий на управляющий переход
силового тиристора, коммутируется маломощным тиристором ТиЗ типа 2У101Е,
включенным в диагональ мостового диодного ключа переменного тока. В свою
очередь, импульс для отпирания маломощного тиристора поступает с вторичной
обмотки импульсного трансформатора ИТ. Его первичная обмотка подключена к
выходу ФСУ, которое выполнено на транзисторном аналоге однопереходного
транзистора, так называемой р-n-p-п-структуре. Схема ФСУ построена на транзисторах Т1-
ТЗ. В рассматриваемом регулируемом выпрямителе имеется специальная схема,
содержащая трансформатор тока ТрЗ, выполняющая очень важную функцию. Поясним
назначение этого узла, предназначенного для устранения опасного подмагничива-
ния сердечника силового трансформатора, подробнее.
Впервые вариант устранения несимметричного режима перемагничивания в
трансформаторе, который подключен к сети через ключевые полупроводниковые приборы,
был описан в патенте США. «Использование симметричных устройств в силовых
цепях переменного тока с регулируемой фазой», его автор — H.F. Storm [17].
Однако возникновение несимметричного режима работы силового трансформатора в
патенте объяснялось несимметричным характером нагрузки ключевого регулятора,
но это частный случай таких режимов, которые могут приводить к насыщению
сердечника. Одному из авторов вместе с А.И. Гинзбургом удалось подробно описать
режим подмагничивания в сердечнике трансформатора в схеме тиристорного
регулятора, когда вторичная обмотка силового трансформатора нагружена на
выпрямитель с индуктивной реакцией фильтра [18] . В этой статье было показано, что
из-за процесса «накопления» возникает приращение индукции в сердечнике,
которое неминуемо приводит к насыщению сердечника трансформатора, а,
следовательно, к сверхтокам через первичную обмотку, то есть к аварийным режимам через
силовые ключи. Удержание «намагниченности» происходит благодаря контуру тока
подмагничивания, который обеспечивается индуктивностью рассеяния
трансформатора Ls и активным сопротивлением вторичной обмотки трансформатора Rw2. Этот
ток протекает от вторичной обмотки через замкнутые диоды выпрямительного
моста. В рассматриваемой схеме регулируемого выпрямителя формирование угла
отпирания тиристоров происходит путем модулирования переднего фронта импульса.
После запирания тиристора, то есть при изменении знака сетевого напряжения,
энергия магнитного потока намагничивания превращается в импульс тока во
вторичной цепи трансформатора в начале следующего полупериода сети. Этот процесс
«удерживания» на петле перемагничивания сердечника намагниченного состояния
происходит с помощью тока, протекающего по контуру: вторичная обмотка
трансформатора - открытые («нулевые») диоды выпрямителя. Таким образом, критерий
необратимого нарастания подмагничивания определяется временем спада тока во
вторичной обмотке трансформатора в интервале запертого состояния тиристоров.
Исходя из эквивалентной схемы этого контура время спада тока до нуля
определяется постоянной времени Tsn = Ls/Rw2. Можно утверждать, что процесс
опасного намагничивания в трансформаторах, работающих в схемах регулируемых выпря-

мителей с ключами на стороне сети при частотах 50, 60 Гц, практически
исключен, во всяком случае, для мощностей этих устройств 200-400 Вт.
Действительно, при угле отпирания, минимальное значение которого обычно равно 15 эл.
град., время закрытого состояния тиристоров равно Ъмин « 0,83 мс при частоте
50 Гц. Поэтому при постоянной времени т8П, которая, как правило, равна для
регуляторов подобной мощности 0,1-0,5 мс, ток подмагничивания успеет
снизиться до нуля. Однако совсем другая ситуация складывается при работе тиристорно-
го регулятора на частоте сети 400-1000 Гц, где Ъмин * (104,0-42,0) мкс. При
таких значениях времени закрытого состояния тиристоров практически неизбежно
насыщение сердечника трансформатора в процессе работы тиристорного
регулятора.
Наконец, можно описать работу схемы устранения подмагничивания
трансформатора в рассматриваемом тиристорном регуляторе. Для выявления сигнала о
несимметричном перемагничивании сердечника силового трансформатора в цепи его
вторичной обмотки установлен трансформатор тока ТрЗ, который повторяет форму
тока, протекающего в контуре между обмоткой W2 трансформатора Tpl и выходным
силовым выпрямителем. Вторичные обмотки трансформатора ТрЗ через выпрямитель
нагружены на резистор, напряжение с которого через развязывающий резистор
подается на вход делителя напряжения на резисторах Р1, Р2, подключенного к
сигналу обратной связи Uynp. Как показано на схеме, этот корректирующий сигнал
суммируется с током от сигнала Uynp на резисторе Р1 таким образом, чтобы
устранять несимметричный режим перемагничивания трансформатора Tpl. Следует
подчеркнуть, что коррекция угла (а) отпирания тиристоров происходит только в
интервале времени, когда тиристоры выключены. Это объясняется тем, что питание
узла оптимального управления тиристоров и схемы ФСУ появляется только на
этапе формирования угла регулирования а. Так как, когда тиристоры открыты,
первичная обмотка трансформатора питания схемы управления Тр2 закорочена
напряжением насыщения анод-катод силовых тиристоров.
Отметим еще одну особенность рассмотренной схемы. В цепи формирования
импульса управления тиристорами включен маломощный тиристор ТиЗ, который
рассчитан на допустимое напряжение 150 В. В связи с этим последовательно с
напряжением анод-катод тиристоров, которое по форме повторяет сетевое питающее
напряжение, встречно включены обмотки (W2, W3) трансформатора Тр2. Таким
образом, обеспечивается приемлемый уровень рабочего напряжения тиристора
2У101Е.
Упомянутое обстоятельство еще раз подтверждает определенный «голод»
отечественных разработчиков в части номенклатуры полупроводниковых компонентов.
Надо признать, что американские ученые и специалисты при разработке большого
количества четырехслоиных полупроводниковых приборов различного назначения
одновременно создавали специальные компоненты для облегчения управления
мощными тиристорами и симисторами, иногда называемыми триаками. Например, в
рассмотренной схеме можно было использовать вместо тиристора 2У101Е специально
разработанный для ВМФ США. тиристор C5D (2N2329) на 400 В, 1,6 А для работы на
частотах от 50 до 400 Гц. При этом его корпус ТО-5 практически не отличается
от корпуса нашего маломощного тиристора 2У101. Другой прибор, который был
также одновременно разработан с силовыми тиристорами, — это двухбазовый диод
[11], потом переименованный в однопереходный транзистор [19]. Например, одно-
переходный транзистор типа 2N2647, который выпускался в США, мы вынуждены
были заменять его двухтранзисторным аналогом. В схеме ФСУ эта структура
образована транзисторами Т2, ТЗ. Читатель может сам определить, насколько
упростилась бы схема управления, если в СССР были аналогичные приборы. Самое
печальное, что отечественный однопереходный транзистор с приемкой заказчика
появился у нас только в 1979-1981 гг., когда уже широко применялись транзисторные
преобразователи и инверторы. Транзисторные регулируемые преобразователи, ра-

ботающие на частотах 20-100 кГц, питались непосредственно от сетевых
нерегулируемых выпрямителей. Эти устройства в диапазоне мощностей до 2 кВт
полностью вытеснили тиристорные регуляторы даже в сетях переменного тока 400-1000
Гц.
В качестве примера использования мощных тиристоров приведем схему силового
инвертора с выходной мощностью 4000 Вт, который питался от бортовой сети
напряжением 27 В. Речь идет о специальном блоке, который был разработан одним
из авторов совместно с группой специалистов, руководимой А. И. Гинзбургом
[20] . В этой статье рассматривается один из вариантов системы для заряда
емкостного накопителя с регулируемым уровнем энергии, питающейся от
аккумуляторной батареи (АБ) . В качестве преобразующего устройства в нем использован
широтно-регулируемый тиристорныи инвертор с трансформаторным выходом, так как
выходное напряжение много выше первичного напряжения АБ. Применение
регулируемого инвертора объяснялось тремя причинами:
1. возможностью изменения величины энергии в накопительном конденсаторе;
2. возможностью внешнего задания частоты разряда накопленной энергии в
пределах от 20 до 100 Гц;
3. осуществлением оптимального закона зарядки накопительного конденсатора
по критерию — минимум массы и максимум КПД всего устройства в целом
(включая и АБ).
Упрощенная схема тиристорного инвертора приведена на рис. 3.
Устройство
импульсного
разряда
^
Рис. 3. Схема силовой части тиристорного инвертора емкостного
накопителя энергии для накачки ОКГ.
Так как нас интересует именно опыт применения мощных тиристоров, то в
данной статье будем рассматривать построение силовой части устройства для
накопления энергии. Отметим при этом, что после завершения зарядки конденсатора он
разряжался на специальную кварцевую лампу, световая энергия которой
передавалась для «накачки» оптического квантового генератора (ОКГ). Силовая часть
построена на основе известной схемы регулируемого инвертора [21] с импульсной
коммутацией силовых тиристоров, но только в данной схеме отсутствуют обратные
вентили. Схема инвертора построена следующим образом. Входное напряжение от
отрицательного полюса АБ поступает на среднюю точку первичной обмотки
силового трансформатора Тр, а положительный полюс АБ через поочередно открывающиеся
силовые основные тиристоры Т1, ТЗ подключается к крайним выводам обмотки Тр.
Для выключения тиристоров Т1, ТЗ, после окончания заданной длительности
импульса, изменяющегося по закону ШИМ, служит индуктивно-емкостной коммутирую-

щий контур Ck-Lk, обеспечивающий мощный запирающий импульс. Этот контур
подключает обратное напряжение к тиристорам Т1, ТЗ через дополнительные
тиристоры Т2, Т4 (или Т5, Т6) соответственно. Широтно-модулированные импульсы
высокого напряжения вторичной обмотки Тр через выпрямительный мост (Д1-Д4)
поступают на фильтр Ьф-Сн. Накопление энергии, то есть постепенный заряд
конденсатора Сн, происходит в течение определенного числа периодов частоты работы
инвертора (1000 Гц). Общее время цикла заряда определяется частотой разряда на
осветительную лампу, например, при максимальной частоте разряда 100 Гц
количество полупериодов (1000 Гц) будет 20. Оптимальный закон изменения
длительности импульсов, формируемых силовыми тиристорами, задается специальным
устройством (задатчиком), который запускается в момент нового цикла зарядки
накопительного конденсатора Сн.
Приведем некоторые технические характеристики этого инвертора. При частоте
разряда Сн, равной 100 Гц, при максимальном напряжении 900 В средняя мощность
за цикл зарядки «4500 Вт. В этой мощности учтены средневзвешенный КПД, равный
0,72, а также начальное (остаточное) напряжение на конденсаторе «100 В.
Энергия накопления равна 40 Дж, емкость конденсатора Сн — 100 мкФ. Средний ток
потребления от АБ — около 200 А. В инверторе использованы тиристоры типа ТЧ-
150 на 200 В. Параметры запирающего коммутирующего контура: Lk = 2 мкГн, Ск =
40,0 мкФ — набор из конденсаторов типа МБГЧ на 250 В. Дроссель фильтра Ьф = 8
мГн.
Литература
1. Линенберг Г.Г. Вибропреобразователи. М.-Л. : 1955.
2. Вибропреобразователь / Энциклопедия современной техники. Под ред. А. И.
Берга и В.А. Трапезникова. М.: Госиздат «Советская энциклопедия:
энциклопедии, словари, справочники», 1963.
3. Степаненко И. П. Основы теории транзисторов и транзисторных схем. М. :
Энергия, 1973.
4. Справочник по полупроводниковым диодам и транзисторам / Под. ред. М.
Горюнова. М.-Л.: Энергия, 1964.
5. Шилинг В. Схемы выпрямителей, инверторов и преобразователей частоты /
Пер. с нем. М.-Л.: 1950.
6. Сторм Г.Ф. Магнитные усилители. М.: Изд. иностранной литературы, 1956.
7. Стефанович Т.X. Расчет магнитных усилителей и магнитных реле при помощи
универсальной характеристики // ВЭП. 1956. № 6.
8. Магнитные усилители серии ТУМ (50 Гц). Тороидальные магнитные усилители
серии ТУМ-АК (400 Гц). Калинин: Дом научно-технической информации и
пропаганды, 1963.
9. Mkrtchian J.A., Reznikov L.N., Mkrtchian A.J. The water-cooled heavy-
current power supply units. INTELECf95, 1995 (Труды конференции 1995
IEEE, Гаага, Нидерланды. 1995).
Ю.Молл, Таненбаум, Голдей, Голоньяк Н. Полупроводниковые переключающие
приборы типа (p-n-p-n) , Proc. IRE, vol. 44, Sept. 1956 / Рус. пер. в
сб. «Полупроводниковые управляемые вентили» / Под ред. Комара В.Г., Ла-
бунцова В.А. М.: Госэнергоиздат, 1962.
11. Джентри Ф. , Гутцвиллер Ф. , Голоньяк Н., фон Застров Э. Управляемые
полупроводниковые вентили / Пер. с англ. / Под ред. Тучкевича В. М. М. :
Мир, 1967. Источники питания
12. Полупроводниковые приборы с отрицательным сопротивлением / Сб.
переводных статей. / Под ред. Горяинова А. М.-Л.: 1962.
13. Полупроводниковые управляемые вентили — тиристоры / Сб. ст. под ред. М.
Г. Чиликина. М.-Л.: 1964.

14. Тиристоры / Технический справочник. Пер. с англ. / Под ред. Лабунцова
В.А., Обухова С.Г., Свиридова А.Ф. М.: Энергия, 1971.
15. Эраносян С.А., Ланцов В.В. Интеллектуальные силовые модули для
источников электропитания — один из путей возрождения отечественной
микроэлектроники XXI века // Электрическое питание. 2005. № 1.
16. Гинзбург А.И., Эраносян С.А. Опыт разработки системы стабилизации тока
импульсного генератора СВЧ / Сб. «Вопросы специальной
радиоэлектроники». Серия общетехническая XII. 1970. № 21.
17. Patent USA № 3348128. Oct. 17, 1964. CI 323-4.
18. Гинзбург А.И., Эраносян С. А. Подмагничивание трансформатора в тиристор-
ном выпрямителе с индуктивным фильтром // Морское приборостроение.
Серия VII Общетехническая, вып. 9. 1971.
19.Marston R. М. 20 Uniyunction Transistor Applications // Radio
Electronics, № T-6, № T-7. 1968.
20. Гинзбург А.И., Егоров В.А., Журавлев Б.Н., Эраносян С.А. Анализ
процессов в емкостном накопителе с широтно-регулируемым инвертором / Сб.
«Полупроводниковые приборы в технике электросвязи». Вып. 12. М. : Связь,
1973.
21. Бед форт Б., Хофт Р. Теория автономных инверторов / Пер. с англ. / Под
ред. Антика И.В. М.: Энергия, 1969.
ЧАСТЬ 2
Совершенствование
компонентной базы на
рубеже 1970-1980 гг
В этот период появились кремниевые мезапланарные переключательные NPN-
транзисторы повышенной мощности. У таких транзисторов были увеличенные
значения предельных параметров: UCE0 до 80-200 В, 1С до 8-15 А и PC (Ptot) — до
40-60 Вт. Другие параметры транзисторов также были на приемлемом уровне. В
частности, h21E —статический коэффициент усиления транзисторов по току (в
схеме с общим эмиттером — ОЭ) был равен 10-50. Кроме того, было повышено
быстродействие транзисторов: время включения/выключения (спада) составляло
(ton/toff) 0,1-0,3 мкс, время рассасывания ts — 0,75-3 мкс. Наряду с более
совершенными транзисторами, за рубежом стали выпускаться и быстродействующие
диоды, у которых время восстановления обратного сопротивления (trr) было 0,3-
0,5 мкс. Среди отечественных транзисторов указанного вида отметим транзисторы
типа 2Т803 (КТ803), 2Т808 (КТ808), 2Т903(КТ903), 2Т908(КТ908), 2Т926(КТ926),
2Т945(КТ945). Приведем для примера основные параметры для ряда транзисторов:
• транзистор 2Т808А (КТ808): UCE0 = 120-130 В (допустимое напряжение в
импульсе UCESM до 250 В, при коэффициенте заполнения не более 0,15), 1С =
10 А, напряжение насыщения коллектор-эмиттер UCEsat = 1-2, 5 В (1С = 5
A, IB = 1 А), постоянная рассеиваемая мощность Рс до 50 Вт (с теплоотво-
дом) при Тк<50 °С;
• транзистор 2Т945А (КТ945А) : UCE0 = 150-200 В, 1С = 15 А, ШС.имп = 25 А,
UCEsat = 1-2,5 В, PC до 50 Вт, при Тк<50 °С, время рассасывания ts = 0,
75-1,1 мкс.
На таких транзисторах можно было разрабатывать более мощные (до 100-150 Вт)
импульсные стабилизаторы с повышенным выходным напряжением до 60 В и рабочей
частотой коммутации силовых транзисторов до 15-30 кГц. Надо отметить, что с

1968 по 1975 год формировалась и оттачивалась теория ключевых (импульсных)
транзисторных стабилизаторов (КСН) постоянного напряжения. Причем подчеркнем
приоритет наших отечественных ученых и разработчиков КСН во многих аспектах
развития теории и практики данного класса ИВЭ. Развитие схемотехники ключевых
стабилизаторов происходило по мере развития компонентной базы. Эти силовые
структуры различались как конфигурацией силового ключа (СК) по отношению к
нагрузке (последовательный/параллельный), так и по типу системы регулирования
выходного напряжения КСН. Применялись разные способы модуляции СК: ШИМ, ЧИМ,
комбинированные системы, наконец, релейный тип регулирования, в том числе и
его разновидность — стабилизация выходного напряжения с устанавливаемой
частотой автоколебаний релейного элемента. Оптимальный выбор вида модуляции
ключа обосновывался, как стремлением получить максимальный КПД стабилизатора,
так и желанием упростить его схему управления. В ряде случаев одновременно
сохранялась устойчивая работа стабилизатора при широких изменениях входного
питающего напряжения и нагрузки, вплоть до холостого хода. Это обеспечивало
улучшение статических и динамических параметров стабилизаторов, а также
повышало надежность работы КСН, в том числе и при возникновении перегрузок по
току , которые могли быть обусловлены спецификой работы функциональных узлов.
Например, когда КСН предназначался для питания устройств памяти цифровых
вычислительных систем РЭА. По мере внедрения новых типов силовых транзисторов,
более мощных и высокочастотных, повышался КПД силовой части стабилизатора.
Если у транзистора 2Т908А были параметры h21E > 10, напряжение насыщения UCE
sat ^ 0,8 В (при 1С = 10 A, IB = 1,2 А), то в новых разработках транзисторов,
например, у 2Т935А, уже h21E > 25, UCE sat < 0,5 В (при 1С = 10 A, IB = 0,7
А). Из этих данных следует, что суммарные потери в силовом ключе только в
статике снижаются «1,6 раза.
К сожалению, в то время в Советском Союзе была большая проблема с выпуском
кремниевых быстродействующих диодов средней мощности. Долгое время
разработчикам приходилось применять среднечастотный диод типа 2Д206 (А, Б, В) с
допустимым напряжением 400-600 В, на ток 5 А, пользуясь тем, что в его ТУ
указывалось , что его можно использовать и на более высоких рабочих частотах. При
расчете потерь мощности в этом случае учитывались такие параметры, как
длительность импульса прямого и обратного тока, напряжение на диоде прямое
(импульсное и установившееся) и обратное, а также частота работы.
Пытаясь разрешить проблему коммутирующего диода, разработчики применяли
различные нетрадиционные решения. Так, например, для стабилизатора с низким
выходным напряжением 5(6) В и токах нагрузки до 5 А использовалось
параллельное соединение германиевых импульсных плоскостных диодов типа Д310. Эти диоды
имели следующие параметры: максимальное обратное напряжение URRM = 20 В,
максимальный прямой ток IFAV = 0,5 А (в импульсе IFSM = 0,8 A), trr < 0,3 мкс.
Авторам встречались разработки КСН, в которых в качестве замыкающего
(нулевого) диода применялись быстродействующие транзисторы в диодном включении.
Естественно, что в этом случае напряжение на таком «квазидиоде» не должно было
превышать допустимого обратного напряжения перехода база-эмиттер.
Одновременно с силовой частью стабилизатора совершенствовались схемы
управления и защиты по току. Эти схемы прошли эволюцию от простых структур с
управляемым блокинг-генератором (триггером Шмитта, ждущим мультивибратором и
т.п.) до комбинированных схем на основе монолитных интегральных усилителей
постоянного тока. Это были операционные усилители (ОУ) типа |iA702 (1964 г.) и
|iA709 (1965 г.) [1]. Усилитель |iA709 стал классическим и выпускался огромными
тиражами: например, в 1970 т. ежегодный мировой выпуск оценивался на уровне
20 млн. шт. Применение ОУ упростило схемы управления импульсных КСН и
преобразователей напряжения, в первую очередь это коснулось схемы усилителя
обратной связи. Кроме того, появилась возможность на основе ОУ выполнять некоторые

функциональные узлы: генераторы импульсов, компараторы напряжения и таймеры.
Серийное освоение отечественного интегрального ОУ типа 1УТ401А (тема ОКР
«Исток») произошло в 1974 году. Общее стремление разработчиков было направлено
на упрощение схем управления и уменьшение тока потребления от первичного
источника энергии.
Читателю может показаться странным детальное изложение вопросов по истории
развития импульсных стабилизаторов. Однако авторы уверены, что именно на этом
этапе развития транзисторной ключевой электроники был заложен необходимый
фундамент научной и схемной эрудиции специалистов. Благодаря этому стал
возможен качественный переход к новому классу транзисторных высокочастотных
преобразователей с питанием от выпрямленного сетевого напряжения. Именно в
период с 1969 по 1974 год был накоплен большой опыт работы с силовыми
транзисторами в ключевом режиме. При этом детально изучались особенности работы
транзисторов при высоких частотах коммутации от единиц килогерц до 10-15 кГц.
Стало очевидным, что надо уменьшать не только потери в статическом режиме
работы транзистора (снижать напряжение насыщения), но и уменьшать его
динамические потери. Последнее обстоятельство тесно связано с величиной времени
рассасывания избыточных (неосновных) носителей, которые накапливаются в базе
биполярного транзистора. Для повышения надежности работы СК, особенно в
переходных режимах, например, заряд конденсатора нагрузки импульсным током или
скачок входного питающего напряжения, надо осуществить электронную защиту от
перегрузки по току силового транзистора, чтобы предотвратить его повреждение.
Это необходимо именно для транзисторного СК, в то время как при использовании
магнитных ключей в силовой части КСН достаточно было, чтобы при срабатывании
защиты по току контактором отключать питающее входное напряжение
стабилизатора.
Наконец, необходимо подчеркнуть, что к концу 1974 года возникло устойчивое
ощущение о предельных параметрах КСН. Речь идет о том, что в структуре
силового контура стабилизатора, а именно: силовой сетевой трансформатор (СТ) ->
низковольтный выпрямитель (НВ) -> сглаживающий фильтр -> КСН, самыми
консервативными являются первые три звена. Они остаются неизменными независимо от
схемы стабилизатора, его рабочей частоты и используемой компонентной базы.
Особенно это стало очевидным после разработки ряда унифицированных ИВЭ,
построенных на основе применения КСН для аппаратуры морского базирования в
одном из московских НИИ. При сетевом питающем напряжении 220 В, 400 Гц были
получены высокие для того времени удельные показатели pv = 15-I-25 Вт/дм3. Как
следует из предыдущего соображения, обязательность в этом типе ИВЭ сетевого
трансформатора становится непреодолимым и объективным препятствием для
значительного уменьшения объема и массы источников электропитания. Завершая тему
применения КСН в импульсных ИВЭ, отметим большой вклад в теорию и практику их
применения отечественных специалистов по средствам электропитания [2-7].
Среди них — Е.С. Грейвер, А.Г. Виленкин, А.И. Гинзбург, В.А. Горбенко, В.А. Го-
ловацкий, Э . М. Ромаш, А. А. Бокуняев и др. Отметим, что в 1979 году ведущий
специалист по средствам электропитания В.Г. Простаков вместе с одним из
авторов предложил оригинальную схему упрощения релейных стабилизаторов. В этой
схеме обеспечивалась принудительная установка частоты автоколебаний релейного
элемента в номинальном режиме работы стабилизатора [8].
Однако дальнейшее развитие КСН привело ведущих разработчиков ИВЭ к тому,
что есть предел их улучшения, и бесперспективно продолжать работы в этом
направлении, в частности для сетевых импульсных ИВЭ. Кардинальные перемены
буквально находились «на кончике пера» у лучших специалистов и проектировщиков
ИВЭ. Далее будет показано, как новые идеи претворялись в жизнь. На
транзисторах с повышенным напряжением UCE0, например, типа KT808 (или на транзисторе
2N3739), выполнялись, в частности, импульсные ИВЭ по структуре, близкой к со-

временной [9]. То есть такая структура включала в себя:
сетевой выпрямитель -> низкочастотный фильтр -> понижающий ключевой
стабилизатор напряжения (ПКСН) -> высокочастотный преобразователь с силовым
трансформатором (СТ) -> низковольтный выпрямитель во вторичной обмотке СТ ->
выходной фильтр. На выходе предварительного регулятора ПКСН поддерживалось
постоянное напряжение U0 = 100-120В. Это позволяло использовать, например,
двухтактный нерегулируемый преобразователь, работающий на частоте
переключения 20 кГц. В нерегулируемом преобразователе при входном напряжении U0 = 100-
120 В можно было применить транзисторы с напряжением UCE0 = 250-320 В.
Конечно, такие структуры в дальнейшем из-за сложности, связанной с двойным
преобразованием энергии, не получили широкого развития.
Отметим одну важную особенность, характерную для развития полупроводниковых
и других компонентов в Советском Союзе. Дело в том, что в СССР новые
перспективные компоненты разрабатывались в первую очередь для аппаратуры военного
назначения. Такие компоненты при их выпуске в дополнение к приемке ОТК
(приемка «1») подвергались приемке представителя заказчика (приемка «5...9»). В
условиях тотального дефицита материалов и компонентов разработчикам
приходилось постоянно согласовывать возможность применения компонентов и материалов
именно для того типа аппаратуры специального назначения, в которую
встраивались ИВЭ. При этом надо было так обосновывать использование нового компонента
(транзистора, диода, конденсатора, материала магнитопровода, изоляционной
прокладки из окиси бериллия и т.д.), чтобы специалисты профильных
подразделений ЦНИИ 22 МО (Министерства обороны) просто «вынуждены» были давать
разрешение на применение. Конечно, все это создавало большие проблемы для всех
разработчиков, в том числе и для тех, которые проектировали импульсные ИВЭ.
На Западе все было иначе. Сначала, как правило, создавались компоненты для
применения в коммерческой и промышленной аппаратуре, а затем самые удачные и
надежные компоненты доводились для использования в аппаратуре военного
назначения, то есть до уровня Military стандартов. Это было логично, поскольку
«общедоступные» компоненты проходили не только испытания на серийном заводе,
но также имели значительный опыт эксплуатации в конкретной аппаратуре
широкого (массового) потребления.
Еще одно уточнение. В СССР, в отличие от Запада, развитие электронных и
других компонентов для источников питания происходило по остаточному принципу
(стояло на втором плане), по сравнению с усилиями по продвижению цифровой и
аналоговой микроэлектроники. Следует подчеркнуть, что только в США.
разработкой изделий электронной техники занималось около десятка фирм (Solitron,
Delco, Westinghouse El., International Rectifier, Motorola, IXYS, National
Semiconductor, Cherry Semiconductor, Lambda Semic, Linear Technology, Micro
Linear, Siliconix, Silicon General, Texas Instruments, Unitrode и др.). В
Европе тоже было несколько крупных компаний (SGS — Thomson Microelectronics,
Siemens, Philips Semiconductors, SEMIKRON и др.).
Несмотря на это, все же для нужд ВПК в СССР разрабатывалось много новых
компонентов. Конечно, номенклатура новых компонентов, по сравнению с их
зарубежным разнообразием, была весьма ограничена. Однако она позволяла создавать
в то время такие компоненты, с помощью которых удавалось разрабатывать
отечественные импульсные ИВЭ для РЭА военного назначения, вполне
конкурентоспособные по сравнению с американскими. Причем надо отметить, что электронные
компоненты разрабатывались в основном в МЭП (Министерстве электронной
промышленности) , а изделия, имеющие большую мощность, — в Министерстве
электротехнической промышленности. Унифицированные магнитные компоненты, например,
трансформаторы и дроссели, в основном разрабатывались во ВНИИРК (Всесоюзный
Научно-исследовательский институт радиокомпонентов). Кроме этого, в качестве из-

делий частного применения в многочисленных НИИ, на опытных и серийных заводах
профильных министерств проектировались различные узлы и компоненты, которые
применялись в отдельных комплексах РЭА оборонного назначения (космос,
авиация, флот, связь, наземные стационарные и подвижные системы).
Необходимо заметить, что большинство компонентов, разрабатываемых в СССР,
имели достаточно высокий уровень. Для новых изделий условием успешной приемки
заказчика было обязательное требование: новый прибор (элемент) должен иметь
параметры не хуже лучших зарубежных приборов, а по ряду параметров должен
быть лучше иностранных аналогов. В первой части статьи авторы уже упоминали
отечественные мощные тиристоры, которые поставлялись на экспорт. Авторы
считают, что отечественные магнитные материалы, а также унифицированные дроссели
и трансформаторы имели высокие удельные объемные показатели. Отметим, что
серийные трансформаторы и дроссели серии «Габарит», предназначенные для работы
в сетях 220(127) В с частотой 50, 400 Гц, по основным техническим параметрам
были лучшими в мире. Разработка этих изделий была выполнена во ВНИИРК под
руководством ведущих специалистов по проектированию моточных изделий Е. И. Ка-
ретниковой и Е.С. Бландовой.
Так как в эти годы за рубежом еще не были разработаны специализированные
микросхемы для импульсных ИВЭ, то схемы управления в блоках питания
разрабатывались на основе «рассыпных» дискретных компонентов. В связи с этим схемная
архитектура источников питания на основе использования КСН у американцев и у
нас была весьма близка. Применяя известную в 1970-х годах технологию
печатного монтажа, наши ведущие специалисты из головных НИИ оборонного комплекса,
имеющие более широкую эрудицию и изобретательность, создавали серийные
отечественные блоки питания, которые были не хуже западных, практически по всем
параметрам. В пользу этого говорит тот факт, что в это время существовали
научные школы по решению технических проблем различных устройств
электропитания. Эти научные центры были сосредоточены в НИИ, КБ и передовых вузах
различных городов СССР: в Ленинграде, Москве, Рязани, Томске, Новосибирске,
Нижнем Новгороде, Киеве, Ереване и др.
Новый этап в
развитии импульсных
источников питания
Итак, мы подошли к началу следующего крупного этапа развития средств
электропитания — созданию нового класса импульсных ИВЭ. Рассмотрим прохождение
этого этапа подробнее на примере разработки конкретного сетевого импульсного
блока питания ИВЭ в ленинградском ЦНИИ «Гранит», поскольку это наглядно
иллюстрирует сложности, которые приходилось преодолевать в те годы.
В середине 1972 года появились опытные образцы первого отечественного
силового транзистора — А539 (ОКР «Программа 1»), разработанного в московском НПО
«Пульсар» под руководством ведущего специалиста по разработке мощных
транзисторов Л. Н. Афонина. Эти транзисторы были направлены в ЦНИИ «Гранит» для
испытаний в разрабатываемых новых схемах блоков питания РЭА. Таким образом,
была начата разработка регулируемого преобразователя на основе высоковольтных
отечественных транзисторов. Один из авторов был основным разработчиком блоков
питания нового типа. Эти ИВЭ создавались под руководством к.т.н. А.И.
Гинзбурга и при активном участии специалиста по импульсным блокам питания Б. Н.
Журавлева.
Охарактеризуем для сравнения положение дел с разработкой высоковольтных
транзисторов на этом же промежутке времени в США. Основные параметры по
некоторым зарубежным транзисторам представлены в таблице.

Таблица. Параметры зарубежных высоковольтных транзисторов в 1970-1972 гг.
Тип
транзистора
DTS-401
DTS-402
DTS-804
JAN 2N3902
JAN 2N5241
SDT-5865
SDT-5655
Фирма
Del со
Del со
Del со
Del со
Del со
Solitron
Solitron
Мощность РСЕ max,
Вт
-
100
100
4 без охладителя
150
300
300
Ток 1С,
А
5
10
5
5
10
10
60
Напряжение
UCE, В
400
700
1400
700
400
400
500
Граничная
частота, МГц
-
-
1,5
2,5
2,5
1,5
1,5
Как видно из таблицы, в период с 1970 по 1972 г. за рубежом были
разработаны силовые транзисторы, в большинстве имеющие допустимое напряжение от 400 до
1400 В на токи от 1,5 до 15 А.
О первом отечественном
мощном высоковольтном
транзисторе
высоковольтного
меза-
Параметры первого отечественного кремниевого
планарного n-p-п-транзистора 2Т809А были следующие:
• максимально допустимое напряжение коллектор-эмиттер UCER = 400 В при RBE
= 10 Ом и tnep до 100 °С;
• максимально допустимый импульсный ток коллектора ICmax = 5 А при ти ^
400 мкс и скважности Q > 10;
• максимально допустимый постоянный ток коллектора 1С = 3 А;
• максимально допустимая мощность на коллекторе РСтах = 40 Вт при
температуре корпуса до 50 °С с теплоотводом;
• время включения ton ^ 0,3 мкс, время спада ^ 0,3 мкс, время рассасывания
ts ^ 3 мкс при 1С = 2 А и коэффициенте насыщения Кн =2;
• пиковая мощность РСпик = 300 Вт при длительности перегрузки не более 0,5
мкс (по уровню 0,5), частоте не более 5 кГц и температуре корпуса не
более 90 °С;
• допускалось использование транзисторов с импульсным током до 7 А при Q ^
2, при этом РСпик не должно превышать 100 Вт в течение не более 5 мкс и
скважности не менее 10;
• UBEmax = 4 В, но в импульсных схемах допускается обратное напряжение UBE
до 8,0 В, при этом ток через переход база-эмиттер не должен превышать 1
A, Q> 2, а частота f < 30 кГц;
• статический коэффициент передачи в схеме с общим эмиттером в режиме
большого сигнала — 100 ^ h21E > 15;
• емкость коллектора СС = 100 пф при UC = 50 В;
• напряжение коллектор-эмиттер в режиме насыщения UCEsat = 1,5В при 1С =
2 A, IB = 0,4 А;
• максимальная температура корпуса 125 °С, перехода 150 °С, диапазон
изменения окружающей температуры -60... + 125 °С.
В соответствии с параметрами нового транзистора была определена частота
работы преобразователя в блоке питания: при РСпик = 300 Вт частота может быть
до 5 кГц, а при РСпик — больше 100 Вт, но меньше 200 Вт, частота может быть
выше. Однако этот режим необходимо было согласовать с разработчиком
транзистора. В качестве структуры силовой части была выбрана мостовая схема преоб-

разователя с ШИМ-регулированием. В мостовой схеме импульсное напряжение на
транзисторе не превышает питающее входное напряжение (U0) , а постоянное
напряжение (в режиме ожидания) устанавливается на уровне 0,5 U0 Если речь
идет о возникновении подмагничивания, которое характерно для схем двухтактных
транзисторных преобразователей и подробно рассмотрено в статье [10] , то опыт
предыдущих разработок показал следующее. Комбинируя выбором частоты работы,
материалом магнитопровода (наклонная петля перемагничивания), а также
параметрами силового трансформатора (уменьшение LS), возможно получить схему
мостового преобразователя, в котором опасное подмагничивание сердечника
трансформатора практически отсутствует.
После проведения макетной проработки блока питания на максимальную выходную
мощность 400 Вт (80 В, 5 А) была окончательно определена частота работы
преобразователя: Fp = 6,5 кГц. В конце 1972 года ЦНИИ «Гранит» провел
комплексные испытания полученных опытных образцов транзисторов по теме «Программа 1»
в схеме преобразователя на мощность 400 Вт с питанием от напряжения U0 = +300
В. Испытания проводились на макете источника питания по схеме мостового
преобразователя , содержащего силовой трансформатор, вторичная обмотка которого
была нагружена на выпрямитель с индуктивной реакцией фильтра, работающий на
активную нагрузку. Отдельно на быстрой развертке осциллографа 0,5 мкс/см были
приведены осциллограммы переходных процессов коммутации «Вкл./Откл.» для
транзистора, который имел самый тяжелый режим, как по импульсу тока
коллектора, так и по мгновенной (пиковой мощности). Преобразователь работал в режиме
ШИМ с рабочей частотой 7,0 кГц. При амплитуде импульса тока коллектора до 4
А, а в режиме коммутационного тока (процесс запирания диодов выпрямителя) —
до 6,5 А транзисторы обеспечивали устойчивую работу преобразователя.
Максимальная мгновенная мощность на коллекторе транзистора оценивалась на уровне
500-600 Вт (по осциллограммам тока и напряжения, снятым с помощью двухлучево-
го осциллографа). Потом в окончательном варианте режим работы транзистора в
разработанном блоке питания (ток коллектора и мгновенная мощность),
работающего на частоте 7 кГц, был согласован с представителем заказчика. В
результате было получено разрешение на использование транзистора 2Т809А в аппаратуре,
разрабатываемой ЦНИИ «Гранит».
В начале 1973 г. на предприятии полупроводниковых приборов в г. Фрязино
Московской области было начато серийное освоение выпуска нового высоковольтного
транзистора. В этой связи представляют определенный интерес несколько
эпизодов, с которыми имел дело один из авторов статьи (С.А. Эраносян). Речь шла о
поставке для ЦНИИ «Гранит» опытных образцов нового транзистора с целью
обеспечения изготовления образцов блоков питания, входящих в новейшие разработки
РЭА. Главный конструктор ОКБ завода Н.Г. Кухарев сетовал на технологические
проблемы серийного освоения высоковольтного транзистора. Одна из них
заключалась в достижении заданного напряжения UCER, так как все изготовленные
образцы подвергались испытанию именно на 400 В и отбраковка на меньшее напряжение
не допускалась. На резонный вопрос о возможности изготовления модификаций
транзистора на 200 и 300 В, так как в стране не было таких приборов, главный
конструктор ответил, что против этого выступает представитель заказчика (ПЗ).
В то же время он сообщил, что разрешенный выход годных изделий, по отношению
ко всем изготовленным, составляет не менее 6%, и, кстати, у американцев он
тоже был невысок: 8-10%. После этого было аналогичное обращение к ПЗ с
добавлением о несомненной практической пользе при введении модификаций для нового
транзистора. На эти вопросы был получен неожиданный ответ от ПЗ: «Если это
сделать, то ЦНИИ «Гранит» получит 400 В транзистор не скоро, так как вольно
или невольно для изготовителя будет исключен основной стимул
совершенствования технологии изготовления новых полупроводниковых приборов».
Надо отдать должное, что в его словах была большая доля правды, с которой

разработчики новых изделий часто сталкивались при серийном их освоении. Это,
в первую очередь, боязнь всего нового, необычного, что всегда входит в
противоречие с относительно комфортным трудом по выпуску уже серийно освоенных на
заводе изделий. Именно для преодоления таких естественных противоречий на
всех предприятиях действовали специальные планы по освоению новой техники, с
отдельной строкой финансирования, которая предусматривала, в том числе, и
материальное стимулирование этих работ из центра. Несмотря на трудности
серийного освоения уже через месяц разработчики стали получать опытные образцы
(Я111) с завода-изготовителя высоковольтного транзистора. Это позволило ЦНИИ
«Гранит» разрабатывать блоки питания нового типа практически одновременно с
разработкой функциональной аппаратуры, то есть, начиная с этапа разработки
эскизного проекта.
Разработка первого
отечественного
импульсного источника
питания нового типа
После определения параметров элементной базы силовой части преобразователя
настала очередь разработки его схемы управления. В этот момент у
разработчиков преобразователя на высоковольтных транзисторах возникла дилемма:
использовать наработки предыдущих лет и построить схему управления на дискретных
элементах [11, 12] или применить только что появившиеся интегральные
микросхемы. Согласитесь, в условиях дефицита времени для новой разработки — выбор
не из легких. Решившись на применение нового силового транзистора в схеме
преобразователя, питающегося от напряжения 300 В, по существу разработчики
вторглись в новую область силовой электроники, которая практически не была
изучена. В дальнейшем проблемные вопросы этого типа преобразователей стали
настолько очевидными, что ряд специалистов счел целесообразным «повременить»
с разработкой таких блоков питания в новых комплексах РЭА.
Однако в ЦНИИ «Гранит» к этому времени уже была сформирована научная школа
по проектированию ИВЭ на современном техническом уровне, которая успешно
дополнялась молодым коллективом энергичных инженеров и техников, готовых к
трудностям освоения новой компонентной базы, в том числе устройств импульсной
техники с применением микросхем. Поэтому был взят курс на построение схемы
управления (СУ) для блоков питания нового класса с использованием микросхем,
серийное внедрение которых происходило практически одновременно с освоением
транзистора 2Т809А. Причем никаких сомнений в реальных сроках освоения на
серийных заводах этих новых компонентов, как у руководителей, так и у
исполнителей (разработчиков импульсных ИВЭ) не было. Тем более что это
подтверждалось гарантийными письмами, фондами поставок от изготовителей компонентов,
подтвержденными ПЗ соответствующих ведомств. Отметим, что первую открытую
статью [13] о разработке блока питания с использованием высоковольтного
отечественного транзистора опубликовал Л.Н. Шаров в 1974 году в Москве. В этой
статье говорилось, что регулируемый преобразователь, питающийся от напряжения
300 В, построен на основе полумостовой схемы с рабочей частотой 10 кГц.
Выходное стабилизированное напряжение равно 5 В при токе 10 А. Схема управления
этого блока состоит из задающего генератора, пусковой схемы, ждущего
мультивибратора и импульсного усилителя с трансформаторным выходом. Все эти
устройства построены на дискретных полупроводниковых приборах. Лабораторный макет
стабилизированного преобразователя с бестрансформаторным входом имел объем
2,5 дм3, то есть его удельная мощность pv оценивалась в 20 Вт / дм3. Подчеркнем
еще одно обстоятельство, которое касается терминологии (наименования) нового
класса сетевых импульсных ИВЭ.

Как видно из [13] , здесь применен термин «стабилизированный преобразователь
с бестрансформаторным входом». Ключевое слово «бестрансформаторный» касается
только того, что в источнике отсутствует силовой сетевой трансформатор.
Поэтому в этой статье примем, что впредь бестрансформаторные источники питания
как новый класс сетевых блоков питания будем именовать аббревиатурой БИВЭ,
которая появилась в монографии [14].
Итак, новая СУ разрабатываемого в ЦНИИ «Гранит» блока питания была
построена на основе гибридных пленочных микросхем, разработанных в Москве по серии
218 (тема «Терек 1», изготовитель — предприятие «Ангстрем»). Технология
изготовления гибридных тонкопленочных микросхем в упрощенном виде следующая: на
керамическую подложку напыляются резистивные компоненты, а также
соединительные проводники. Затем на эту подложку монтируются бескорпусные транзисторы,
диоды и др. В результате на подложке формируется соответствующая интегральная
схема, например триггер, мультивибратор и т. п. Затем эта интегральная схема
помещается в герметизированный металлический корпус со штыревыми выводами и в
таком виде поставляется заказчику.
Описание схемы БИВЭ на
выходную мощность 400 Вт
Упрощенная схема БИВЭ на выходную мощность Рвых = 400 Вт изображена на
рисунке (см. вкладку ниже).
Как видно на рисунке, на вход блока подается трехфазное напряжение 220 В,
400 Гц (корабельная сеть) и управляющее постоянное напряжение 27 В (бортовая
сигнальная сеть). Переменное напряжение поступает на схему через контакты
силового контактора (К). Контактор управляется релейной схемой (Узел реле),
которая при замкнутом состоянии тумблера «ВКЛ» обеспечивает после подачи
сигнального напряжения «Борт, сеть 27 В» замыкание контактов «к». При этом
напряжение через предохранители (F1-F3) поступает на трехфазный сетевой
выпрямитель (СВ), в виде моста Ларионова. Выпрямленное постоянное напряжение с
переменной составляющей частотой 2400 Гц поступает на сглаживающий фильтр (L1-
С1) , на выходе которого формируется постоянное напряжение U0, порядка 300 В.
Это напряжение через датчик тока Кш поступает на вход мостового
преобразователя напряжения, который выполнен на высоковольтных транзисторах Т1-Т4. В
диагонали регулируемого преобразователя на основе ШИМ-управления через
дроссель с самонасыщением (ДН) включен силовой трансформатор (Тр.с). Его
вторичная обмотка W2 через мостовой выходной выпрямитель (ВВ) нагружена на
сглаживающий фильтр (L2-C2), на выходе которого формируется выходное постоянное
напряжение ивых, максимальное значение которого может достигать 85 В.
Подчеркнем необычный характер нагрузки этого блока питания. Выходное
напряжение блока поступает на специальный кабель, максимальная длина которого
достигает 360-400 м. В конце кабеля подключена аппаратура, причем энергия для ее
питания поступает от корабельного блока (рисунок). Если представить кабель в
виде омического делителя напряжения, то напряжение на нагрузке (Н) при подаче
питания от корабельного блока должно быть 27 В. Физически это выполнено
следующим образом. В конце кабеля включен развязывающий транзисторный
преобразователь напряжения (DC/DC) с трансформатором, коэффициент трансформации
(W2/W1) которого равен 1. После выпрямителя, питающегося от вторичной обмотки
трансформатора, образуется напряжение (иАПП) 27 В, от которого получают
питание все функциональные узлы РЭА. Таким образом, обеспечивается гальваническая
развязка аппаратуры, подключенной в конце специального кабеля, от питающих
силовых проводов кабеля, подключенных к выходному постоянному напряжению
корабельного блока БИВЭ.

от со 3 &
f Т ??9 Т? ff Т
00
s -d
Н
\
1
;*
00
Зж
Узел
реле
^ оо
ш
iz
с
3
со
>
ТЦ
^гт
-НИ
го
■я 13
Ш
^
Е U
Ч Е
. ел
ш1
о-
ОТ
=1
P'Vo p%4) p'Vo Г°^о
ш ш ш
с
Е^>
ДсзЯ
$
00
ш
it
1
00 I
-о
о
О
со
нз-
4—+
*№■
+
с
о
-£4-
■£+■
■£+
О
С
-о с о-
ф-J
00
+
00
I
0)
о
ш
1
О
-8-
о
"О
2
S
о
00
ш
>
со
*»-
^
о
о
-£4-
03
о
ТТ
о
го
00
О
го
7)\

Наконец, отметим, что обратная связь подается на корабельный блок от
напряжения иАПП отдельными двумя проводами, тоже входящими в специальный кабель,
которые образуют на входе БИВЭ напряжение UOC. По существу это означает, что
корабельный блок входит в «следящую систему», которая поддерживает стабильное
напряжение иАПП, постоянно изменяя соответствующим образом выходное
напряжение UBblX, подаваемое на вход специального кабеля. Усредненные параметры
специального кабеля длиной до 360 м: эквивалентное активное сопротивление (RH)
нагрузки Н равно 5,6 Ом, эквивалентное активное сопротивление (RK) кабеля —
11,7 Ом, эквивалентная сосредоточенная индуктивность (LK) кабеля 1-1,2 мГн,
рассчитанная без учета топологии расположения силовых проводов в кабеле. При
этом в номинальном режиме стабилизации иАПП.(27 В) выходное напряжение БИВЭ
UBbK будет 82-83 В, а ток нагрузки 4,7-4,8 А.
Рассмотрим другие особенности схемы, изображенной на рисунке. Система
управления БИВЭ включает в себя узел формирования сигналов (УФС),
формирователь стробирующего импульса (ФИС) для экстренного запирания силовых
транзисторов Т2, T4, усилитель мощности (УМ) с трансформаторным (ТР.У) выходом,
который формирует сигналы управления (иУ1-иУ4) для базовых цепей транзисторов
(Т1-Т4) , узел вспомогательных источников питания (УВИ) , который обеспечивает
вспомогательные напряжения для всех узлов блока питания: UCM1-UCM3 (2 В);
UCTP. (5 В); ЦУМ (22 В); Ш11, Ш12 (27 В); Ш13 (10 В).
УФС построен на интегральных микросхемах серии 218, операционных усилителях
«Исток» и работает следующим образом.
Задающий, тактовый генератор ЗГ (2ГФ181) формирует импульсную
последовательность частотой 13 кГц, которая поступает на вход счетного триггера СЧ
(2ТК181) и на вход триггера «Пауза» (2ТК181). С выходов триггера СЧ
формируются две импульсные последовательности частотой 6,5 кГц, сдвинутые на 180 эл.
град. Одна из них поступает на триггер (ШИМ А), а другая импульсная
последовательность — на триггер (ШИМ Б). Сигнал обратной связи UOC поступает на ре-
зистивный делитель напряжения (R1-R3), с потенциометра R2 которого подается
на вход УОС операционного усилителя (1УТ401А). Его выход соединен с входом
модулятора длительности импульсов (МДИ), на выходе которого формируется
импульс заднего фронта ШИМ. Этот импульс завершает формирование основных
сигналов управления БИВЭ: ШИМ А, ШИМ Б, Пауза.
Защита от перегрузки по току (Защ 10) построена на микросхеме 1УТ401А и
работает следующим образом. Сигнал UR1U от датчика тока на резисторе КШ
поступает на один вход усилителя, где суммируется с напряжением уставки, которое
согласовано с опорным напряжением, подаваемым на другой вход усилителя. При
срабатывании защиты от перегрузки по току сигнал с выхода усилителя поступает
на транзисторный ключ с трансформаторным выходом. При этом на выходе Защ 10
формируется импульсный сигнал «Выкл.», обеспечивая срабатывание именно того
из триггеров «Пауза», а также ШИМ А или ШИМ Б, который активирован в момент
возникновения тока перегрузки. Защита от перегрузки действует автоматически,
уменьшая длительность силового импульса тока через транзисторы
преобразователя, тем самым ограничивая его на уровне допустимого значения. При этом если
ток перегрузки исчез, то восстанавливается нормальная работа БИВЭ. В отличие
от этого, защита нагрузки от перенапряжения (Защ U) срабатывает при таком
напряжении UOC (> 27 В) , которое является опасным для аппаратуры «удаленной»
нагрузки в конце кабеля. В связи с чем для предотвращения повреждения
аппаратуры необходимо обеспечить отключение корабельного блока питания.
Схема Защ U работает следующим образом. Опорный потенциал подается на один
вход усилителя защиты, а на другой его вход поступает напряжение уставки,
согласованное с опорным напряжением через резистивный делитель с
потенциометром. Этот делитель подключен к напряжению UOC, которое фактически является
входным питающим напряжением для «удаленной» нагрузки Н. При срабатывании за-

щиты от перенапряжения сигнал от усилителя поступает на транзисторный ключ,
выход которого выключает вспомогательное реле (Р). Контакты этого реле
отключают питание ЦУМ, обесточивая усилитель мощности УМ, а также обеспечивают
выключение контактора К и, тем самым, отсоединяют блок питания от сети.
В узле формирования управляющих сигналов УФС имеется также схема защиты по
току перегрузки «второго» уровня, которая не приведена на рисунке. Она
содержит импульсный трансформатор и транзисторный усилитель, вход которого
соединен с резистором датчика тока НШ. Если напряжение UR1H продолжает расти,
несмотря на срабатывание Защ 10, то открывается транзистор специального
усилителя. Вследствие этого формируется импульс в первичной обмотке импульсного
трансформатора. Причем одна из вторичных обмоток этого трансформатора
образует положительную обратную связь для специального усилителя, форсируя
срабатывание транзистора, а другая обмотка включает маломощный тиристор 2У101Б,
который «закорачивает» напряжение 12 В, питающее узлы Защ U, УОС и МДИ.
Одновременно с этим обесточивается реле Р, контакты которого обеспечивают
процедуру отключения блока питания от сети, аналогичную при срабатывании Защ U.
Базовые сигналы силовых высоковольтных транзисторов Т1-Т4 формируются узлом
УМ. В блоках питания нового типа в основном нашли применение усилители
мощности с трансформаторным выходом как наиболее простые с точки зрения получения
гальванической развязки управляющих сигналов от входного напряжения U0 (300
В) , связанного с потенциалом сети переменного тока. В рассматриваемом блоке
БИВЭ была использована схема УМ с одним трансформатором, хотя, строго говоря,
известны, по крайней мере, еще две схемы [15, 16]. Одна из них — схема
раздельного управления транзисторами плеч мостового преобразователя (ПН-М),
которая содержит 2 трансформатора в УМ. В ней транзисторы Tl, T2 управляются
одним (однотактным) преобразователем с первым трансформатором, а транзисторы
ТЗ, Т4 — другим (однотактным) преобразователем со вторым трансформатором.
Другая структура построения УМ, содержащая два трансформатора, каждый из
которых работает по двухтактной схеме с рабочей частотой силового ПН-М,
формирует управляющие сигналы, например, следующим образом. Один из двухтактных
преобразователей является ведущим, а второй — ведомый — работает со сдвигом
фазы запуска, например с помощью МДИ. В результате сложения напряжений
(меандр) вторичных обмоток этих двух трансформаторов можно получить управляющие
сигналы для базовых цепей силовых транзисторов ПН-М.
Схема УМ по рисунку работает следующим образом. Выходы триггеров ШИМ А/ШИМ
Б поступают на базы транзисторов Т5/Т6 соответственно. Эти транзисторы
включены по схеме двухтактного преобразователя со средней точкой трансформатора
ТР.У, на вторичных обмотках которых формируются управляющие сигналы (иУ1-иУ4)
для силовых ключей (Т1-Т4) соответственно. Нулевой уровень в сигналах
управления — от импульса модуляции до конца полупериода рабочей частоты —
получается путем «закорачивания» обмоток W3, W4 через диоды Dl, D2 и резистор ИОГР.
транзистором Т7. Этот транзистор управляется импульсами П, которые
формируются на выходе триггера «Пауза».
Узел УВИ выполнен на выпрямителях с питанием от вторичных обмоток
маломощных сетевых трансформаторов (ТПП-63 и ТПП-214). Таким образом, на выходе УВИ
формируются постоянные напряжения: ЦУМ, UCM1, UCM2, UCTP /UCM3, UII1, UII2,
UII3. Для существенного уменьшения времени рассасывания ts силовых ключей при
их выключении служат цепи отрицательного потенциала, включенные между
эмиттером каждого из транзисторов и его управляющим сигналом Uy. Кроме того, при
срабатывании защиты от перегрузки по току импульсом Защ 10 отпирается
транзистор Т8, который подает стробирующий (запирающий) потенциал от напряжения
UCTP (5 В) на базы транзисторов Т2, Т4 через диоды D3, D4 соответственно. И,
наконец, для существенного снижения динамических потерь в процессе выключения
силовых транзисторов служат RCD-цепи (А1-А4) , подключенные параллельно выв о-

дам коллектор-эмиттер транзисторов Т1-Т4 соответственно.
Каждая RCD-цепь состоит из ограничивающего резистора rl (100 Ом),
разрядного резистора г2 (560 Ом), параллельно которому включен диод D (Д237Б),
выравнивающего резистора гЗ (20 кОм) , параллельно которому включен конденсатор С
(0,01 мкФ). Уменьшение динамических потерь при включении силовых транзисторов
достигается при включении дросселя насыщения ДН последовательно с первичной
обмоткой трансформатора ТР.С. Комплекс этих мер обеспечил существенное
облегчение режимов коммутации силовых транзисторов [17] . В этой работе показано,
что применение RCD-цепей и дросселя насыщения позволило для БИВЭ на 400 Вт
снизить мгновенную мощность в силовых транзисторах РСпик в 3-4 раза, в
результате этого суммарные потери мощности в каждом силовом транзисторе
получились не более 3,5 Вт.
Конструкция базового
блока питания
ЦНИИ «Гранит»
Разработка базового блока питания с выходной мощностью 400 Вт (рис.)
позволила отработать конструктивно все входящие в него узлы и оптимизировать его
размеры — 275x150x210 мм. Таким образом, при объеме блока 8,7 дм3 его
удельная мощность pv составила 46 Вт/дм3. При этом для других разработок были
унифицированы следующие укрупненные субблоки: силовая печатная плата, система
управления, другие узлы. Силовая печатная плата содержит 4 силовых
транзистора с радиаторами, узел вспомогательных источников питания УВИ с сетевыми
трансформаторами, 4 печатные платы с RCD-цепями, каждая из которых
вертикально устанавливается рядом со своим силовым транзистором. Система управления
преобразователем выполнена на печатной плате с разъемом и имеет лицевую
панель . Этот субблок включает в себя: УФС, УМ с высокочастотным трансформатором
ТР.У, элементы защиты по напряжению и току (вспомогательные реле, маломощный
тиристор и др.). Другие части схемы рисунка, а также остальные узлы и
элементы блока питания, не показанные на упрощенной схеме, например, узел
подавления радиопомех и др., располагаются в отсеках на несущем шасси. Благодаря
такой унификации на основе базовой схемы в период с 1972 по 1974 г. были
спроектированы модификации БИВЭ на мощности 350, 300, 250 Вт, при длине кабеля
260, 200, 140 м соответственно. Кроме того, были разработаны блок питания на
мощность 225 Вт (600-900 В / 0,25 А) — для модулятора радиопередатчика, а
также высоковольтный блок питания для выходного СВЧ-прибора передатчика.
Мощность высоковольтного БИВЭ была 220 Вт при выходном напряжении 3700 В и токе
0,06 А. Причем все блоки питания имели весьма малые пульсации выходного
постоянного напряжения. Например, блок на 400 Вт, работающий на длинный кабель
— 360 м, имел следующие параметры: амплитуда переменной составляющей 28 мВ на
частоте до 3 кГц и 50 мВ на частоте до 13 кГц, что составляет 0,04-0,07% от
выходного напряжения.
Исторические аспекты
разработки первых
бестрансформаторных
источников вторичного
электропитания
Рассмотрим в историческом аспекте разработку нового БИВЭ с мощностью 400
Вт. С этой целью проанализируем подробный отчет по зарубежным публикациям с
1973 по 1980 г. [18]. По данным фирмы Venture Development Corp., объем сбыта
ИВЭ в 1975-1980 гг. удвоился и достиг $4 млрд. При этом доля бестрансформа-

торных блоков питания на рынке США. в тот же период времени возросла с 8 до
19%. Примерно такие же темпы роста производства БИВЭ были характерны для всех
промышленно-развитых стран Запада. В [18] приведена таблица
бестрансформаторных блоков питания, которые освоены в период с 1974 до 1980 года. Подчеркнем,
что нас интересуют только такие блоки питания, которые питаются от сетей
переменного тока с напряжением (UBX) 220 В, частотой 47-500 Гц, то есть те
блоки, у которых после сетевого выпрямителя возникает постоянное напряжение 260-
350 В, подаваемое на вход транзисторного преобразователя. Учитывая эти
условия, можно увидеть, что первые БИВЭ этого класса появились в 1979 году:
• SK5-40/OVP (Power One Inc., США): UBX = 180-260 В, РВЫХ = 200 Вт, 5 В / 40
А, частота преобразования 28 кГц, pv = 96 Вт/дм3;
• RQ (ACDE Electronics, США): UBX = 180-264 В, РВЫХ = 300 Вт, каналы: 5 В /
30 А, +12 В / 5 А, -12 В / 5 А, -5 В / 5 А, частота преобразования не
приведена, pv =46 Вт/дмЗ.
Возникает законный вопрос: чем объясняется задержка разработок блоков
питания нового типа? Справедливости ради, надо отметить, что при напряжениях UBX
90-140 В первые БИВЭ появились значительно раньше:
• в 1974 году — LY, Рамуда (Япония) : РВЫХ = 25-120 Вт, 5 В / 5-24 A, pv =
6,4-30,7 Вт/дм3;
• в 1977 году — Motorola Semiconductor (США): РВЫХ = 250 Вт, 5 В / 50 А.
Авторы имеют свою версию ответа на этот вопрос. В зарубежных фирмах при
разработке сложных технических устройств действует принцип «разделения
труда» . В этом случае, как правило, разработкой мощной части занимается
специалист по силовым схемам, а разработкой маломощных узлов системы управления
занимается отдельный специалист по схемам управления и защиты, который получает
техническое задание от ведущего разработчика блока питания. В 1970-х годах
системы управления и узлы защиты для регулируемых преобразователей с
высоковольтными транзисторами выполнялись на дискретных элементах. В связи с этим
такие схемы были достаточно сложными, они требовали точных настроек многих
важнейших параметров [9] , например, необходимость точного соблюдения
минимальной, а также максимальной длительности импульса ШИМ. Кроме того, в
системе управления необходимо поддерживать синхронизацию триггеров, однозначную их
установку при включении блока и много других тонкостей. Поэтому первые схемы
управления БИВЭ пугали ведущих специалистов (в нашей стране тоже) неизбежной
сложностью, связанной с непривычно большим числом возникших научных и
технических проблем. (Кстати, первая схема управления для БИВЭ, разработанная в
ЦНИИ «Гранит», была изображена на листе формата А1, из-за большого количества
узлов и компонентов.)
Одной из сложнейших технических проблем была задача обеспечения безопасных
и надежных режимов работы силовых высоковольтных транзисторов. Сложность
системы управления и защиты была чрезвычайной, что особенно бросалось в глаза,
если принять во внимание прошлые разработки, которые отличались простотой
узлов управления. К ним относятся схемы управления для тиристорных регуляторов
и стабилизаторов с магнитным усилителем. Например, схема управления магнитным
усилителем состояла из 2 или 3 транзисторов [10].
В то же время, в нашей стране работа по проектированию блоков и систем
электропитания была построена иначе, чем на Западе. Ведущий разработчик БИВЭ
разрабатывал как силовую часть, так и все узлы системы управления и защиты.
Это позволяло на этапе разработки оперативно корректировать как узлы
управления, так и отдельные элементы силового преобразователя. Благодаря этому
группа из 6-8 человек могла вести работы по нескольким важным проектам
одновременно . Только разработку всех моточных изделий проводило отдельное
подразделение, получая от разработчиков технические задания.

Возвращаясь к нашей версии, можно предположить, что, осознав чрезмерную
сложность проектирования схемы управления, прагматичные американцы решили,
что кардинально упростить ее можно, только разработав специальную микросхему.
В конечном итоге они выиграли, хотя отодвинули на несколько лет сроки
массового внедрения блоков питания нового класса. Первыми интегральными
микросхемами на одном кристалле, разработанными специально для средств
электропитания, были ШИМ-контроллеры семейства SG1524/2524/3524. Их создал в 1976 г. Боб
Мамманс в фирме Silicon General [19] . После этого началось бурное развитие
микроэлектроники именно для источников питания, причем эта ниша стала
настолько прибыльной, что породила большое количество конкурирующих компаний по
всему миру: только в США. было более 10 таких фирм. В дальнейшем, как только
появлялась новая техническая проблема, связанная с сервисом и управлением,
неизменно разрабатывался новый тип микросхемы, максимально адаптированной к
элементам силовой части. В то же самое время, вплоть до распада СССР,
отечественные разработчики блоков питания разрабатывали новые системы, в которых
сложные алгоритмы управления преобразователями реализовывались стандартными
микросхемами цифровой и аналоговой техники. При этом они умудрялись
демонстрировать высокий уровень качества разработки, а также оригинальность и
новизну, подтверждаемую большим количеством изобретений.
Литература
1. Шило В.Л. Линейные интегральные схемы в радиоэлектронной аппаратуре. 2-
е изд., перераб. и доп. М.: Советское радио, 1979.
2. Грейвер Е. С. Ключевые стабилизаторы напряжения постоянного тока. М. :
Связь, 1970.
3. Виленкин А.Г. Импульсные транзисторные стабилизаторы напряжения. М. :
Энергия, 1970.
4 . Гинзбург1 А. И. , Горбенко В . А. , Белова 3 . Д. , Жуликова Л . Н . , Цвылев Н . А. ,
Эраносян С.А. Опыт проектирования, конструирования и применения
релейных стабилизаторов напряжения, разработанных на базе комплексной
миниатюризации // Вопросы специальной радиоэлектроники. 1972. № 9-10.
5. Головацкий В.А. Транзисторные импульсные усилители и стабилизаторы
постоянного напряжения. М.: Советское радио, 1974.
6. Ромаш Э.М. Транзисторные преобразователи в устройствах питания
радиоэлектронной аппаратуры. М.: Энергия, 1975.
7. Бокуняев А.А. Релейные стабилизаторы постоянного напряжения. М. :
Энергия, 1978.
8. Простаков В.Г., Эраносян С.А. Ключевой стабилизатор постоянного
напряжения. Авт. св-во № 826311 СССР, МКИЗ, G 05F 1/56 // Открытия.
Изобретения. 1981. № 16.
9. Источник питания на транзисторах высокого напряжения с использованием
схем ключевого стабилизатора и преобразователя постоянного тока в
переменный. Патент США 3.914.679, НКИ 321-2.
10. Эраносян С, Ланцов В. Эволюция импульсных источников вторичного
электропитания . Часть 1.
11. Транзисторные схемы автоматического управления. Проектирование и
расчет . Коллектив авторов, под ред. Ю. И. Конева. М. : Советское радио,
1967.
12. Импульсные схемы на полупроводниковых приборах. Проектирование и
расчет . Под ред. Е . И. Гальперина и И. П. Степаненко . М. : Советское радио,
1970.
13. Шаров Л.Н. Стабилизированный преобразователь с бестрансформаторным
входом / Сб. статей под ред. Ю.И. Конева. Электронная техника в автомати-

ке. Вып. 6. М.: Советское радио, 1974.
14. Эраносян С.А. Сетевые блоки питания с высокочастотными
преобразователями. Л.: Энергоатомиздат, 1991.
15 . Моин B.C., Лаптев Н.Н. Стабилизированные транзисторные преобразователи.
М.: Энергия, 1972.
16. Мкртчян Ж.А. Электропитание электронно-вычислительных машин. М. :
Энергия, 1980.
17. Эраносян С. А., Журавлев Б.Н. Особенности построения бестрансформаторных
инверторов // Современные задачи преобразовательной техники, ч. 6.
Киев: ИЭД АН УССР, 1975.
18. Мотовилов Н.И. Бестрансформаторные источники питания // Зарубежная
электроника. 1983. № 1.
19.Гудинаф Ф. Интегральные схемы управления импульсными источниками
питания // Электроника. 1989. № 23.
ЧАСТЬ 3
В предыдущей части [1] описано развитие компонентной базы для импульсных
источников вторичного электропитания в период с 1970 до 1980 г., в частности,
речь шла о новых высоковольтных транзисторах с допустимым напряжением
коллектор-эмиттер (UCER) 250 и 400 В. Приведены параметры этих транзисторов,
особенно высоковольтного мезапланарного n-p-n-транзистора 2Т809А с UCER = 400 В,
разработанного в 1972 году. В результате этого появилась реальная возможность
разработки регулируемого преобразователя на основе высоковольтных
отечественных транзисторов, который мог работать непосредственно от входного
выпрямителя сетевого напряжения с постоянным напряжением на выходе его фильтра порядка
300 В. Таким образом, появился новый класс сетевых импульсных ИВЭ,
построенных на основе стабилизированного преобразователя, который получил название
«источник питания с бестрансформаторным входом» (БИВЭ). Основным
преимуществом этого класса сетевых БИВЭ по сравнению с источниками электропитания на
основе использования ключевых стабилизаторов напряжения (КСН) является
отсутствие силового низкочастотного трансформатора. Одновременно с этим высокая
рабочая частота преобразования от 5 до 100 кГц и более позволяла в этих БИВЭ
существенно уменьшить габариты силового высокочастотного трансформатора и
снизить объем выходного фильтра источника электропитания. Вместе с тем, как
показано в [1] , значительно усложнилась схема управления для блоков нового
класса ИВЭ. Причем это усложнение в основном связано с большим количеством
новых функциональных узлов устройств управления (УУ) , несмотря на появление
новых интегральных монокристальных или гибридных микросхем с повышенной
степенью интеграции, таких как операционные усилители, триггеры,
мультивибраторы , компараторы и т.п. Появление БИВЭ позволило значительно повысить удельную
мощность pv, которая достигла к 1975 году уровня [1] 46 Вт/дм3 для лучших
отечественных изделий аналогичного назначения с питанием от сети 220 В, 400
Гц. Однако разработанные для аппаратуры военного назначения, унифицированные
БИВЭ [2] с выходной мощностью 100 Вт при питании от сети 220 В, 50 Гц имели в
1979 году удельную мощность 34 Вт/дм3 (например, блок 5 В, 16 А) . В то же
время унифицированные блоки типа УВИП [3], предназначенные для электропитания
электронно-вычислительных машин (ЭВМ) единой серии ЕС ЭВМ мощностью 500 Вт,
имели pv = 37,3 Вт/дм3 (например, блок 5 В, 100 А) .
Как свидетельствует опыт научной и технической практики, всегда после
создания нового класса какого-либо изделия через несколько лет появляется
необходимость подробного анализа лучших образцов блоков этого типа. Это связано с
тем, что в первые годы происходит активное усовершенствование структур, схем
и конструкций блоков. Затем происходит серийное освоение выпуска блоков на

заводах, где проводится ряд различных испытаний, в том числе климатических,
механических, а также проверка параметров надежности изделий. Основная цель
испытаний — проверка качества конструкции и технических параметров блоков на
соответствие его параметров тем требованиям, которые приводятся в
соответствующих нормативных документах, таких как технические условия (ТУ), инструкций
по настройке, эксплуатации и т. п. При появлении в процессе испытаний каких-
либо отклонений параметров от их значений, приводимых в документах,
проводятся необходимые изменения в электрической схеме и в конструкции и/или в
текстовых документах. Все изменения должны обязательно согласовываться с
представителем заказчика (ПЗ) изделия.
В результате блоки, успешно прошедшие весь цикл испытаний, изготавливаются
на серийном заводе и поставляются на действующие объекты РЭА. В процессе
эксплуатации изделия проходят наработку времени в реальных условиях. В случае
отказов блоков при работе в комплексах РЭА блоки ремонтируются или заменяются
из состава ЗИП-комплекта. При этом информация об отказе блока через службы
надежности для анализа поступает на завод-изготовитель и далее доводится до
разработчика, который дает заключение о характере отказа и рекомендации либо
для производителя изделия, либо при необходимости согласовывает с ПЗ
процедуру внесения изменений в техническую документацию блока. Таким образом, именно
после эксплуатации в действующей аппаратуре появляются данные о практической
надежности, «живучести» изделий нового класса ИВЭ. В этом случае при
положительных данных работы в составе РЭА можно осознанно проводить анализ
характерных особенностей новых типов БИВЭ.
Анализ нового класса изделий проведем на основе объемных показателей
отдельных узлов, входящих в состав блока питания [1] корабельного комплекса
РЭА. Напомним параметры этого блока БИВЭ на выходную мощность Рвых = 400 Вт
[ивых 82-83 В, ток нагрузки 4,7-4,8 А]. На вход блока подается трехфазное
напряжение 220 В, 400 Гц. На рис. 1 приведены параметры объемов отдельных узлов
этого БИВЭ. Причем будем считать, что все узлы имеют форму параллелепипеда с
одинаковой площадью большой грани, тогда высота другой грани будет фактически
«отражать» долю в объеме всего блока. Таким образом, на оси ординат изображен
«условный» объем (V) отдельных узлов и всего блока БИВЭ в дмЗ, а по оси
абсцисс приведена «условная» площадь (S) большой грани параллелепипеда. В
научных исследованиях применим философский принцип, который упрощенно можно
сформулировать так: от частного к общему, от общего к частному.
В нашем случае эта цепочка выглядит следующим образом:
• Появился первый высоковольтный транзистор 2Т809А (1972 г.).
• Началась разработка транзисторного преобразователя с частотой до 10 кГц
с питанием от напряжения 300 В.
• Почти одновременно было начата разработка специального блока питания,
работающего на кабель.
• В процессе исследования макетных узлов нового блока были решены сложные
технические проблемы работы силовой части и схемы управления, связанные
как со спецификой коммутации высоковольтного транзистора, так и с
применением в УУ новых серий монокристальных и гибридных аналоговых и
цифровых микросхем.
• Отработана и проверена электрическая схема и разработана конструкция
нового блока (БИВЭ) (1974 г.).
• Изготовлены опытные образцы новых блоков, которые успешно прошли все
испытания на соответствие требованиям ТУ.
• Образцы блоков поставлены в новую аппаратуру специального комплекса РЭА,
в составе которого успешно прошли испытания в реальных условиях
эксплуатации (1975 г.).

Объем А
VMB3, дм3
94
^БИВЭ —
= 8,7 дм3
84
74
Прочие элементы БИВЭ
С учетом потерь объема между
субблоками
1,0 дм*
Мост Ларионова, контактор, выходной
в/ч мост на теплоотводах
Объемный монтаж
0,9 дм;
Силовой трансформатор 6,5 кГц
0,9 дм:
010,3 см Н= 11см
44
ЗЧ
2—4
14
Фильтр подавления радиопомех
6 конденсаторов К72П-6, С=0,22 мкФ
20 дросселей ДМЗ-12
объемный монтаж
1,0 дм:
Устройство управления БИВЭ
Печатная плата с разъемом и
лицевой планкой
1,2 дм:
Входной и выходной фильтр
Входной фильтр L = 4мГн, С = 15 мкФ,
Выходной фильтр L = 5мГн, С = 400 мкФ
объемный монтаж
1,6 дм^
Мостовой преобразователь
2,1 дм3
4 силовых транзистора на
теплоотводах, вспом. ИВЭ с трансф.
«Габарит» на 400Гц, цепи 11см1 — ОсмЗ, 11стр,
R-C-D-цепи.
Печатная плата
Площадь большой грани S, дм2
Рис. 1. Составляющие объема БИВЭ мощностью 400 Вт.
После этого типовая схема высокочастотного транзисторного преобразователя
блоков нового класса ИВЭ была использована в других новых комплексах РЭА. С
целью улучшения параметров силового преобразователя настала пора исследовать
все узлы блока нового класса на предмет дальнейшего развития и
совершенствования отдельных его составляющих, то есть перейти от общего (серийный блок) к
частному, провести анализ всех узлов, из которых блок фактически состоит. Для
этого рассмотрим рис. 1.

Судя по рисунку, наибольший объем — 2,1 дм3 — составляет узел «мостовой
преобразователь» (МП), без силового трансформатора (Тр.с), объем которого 0,9
дм3. Следующий узел по величине — это элементы входного (сетевого) и
выходного (ВЧ) фильтра — 1,6 дм3 . Далее следует устройство управления БИВЭ (УУ) —
1,2 дм3. Мост Ларионова (сетевой) и выходной (ВЧ) мостовой выпрямитель
занимают 0,9 дм3. Наконец, фильтр подавления радиопомех (ФРП) и прочие элементы
БИВЭ, не вошедшие в названные узлы, занимают по 0,9 дм3 каждый. Рассмотрим
возможные пути улучшения отдельных узлов для блоков нового класса ИВЭ.
ОБЩИЕ ПУТИ
ОПТИМИЗАЦИИ
УЗЛОВ БИВЭ
Транзисторный
ВЧ-преобразователь
Этот узел включает в себя силовые высоковольтные транзисторы с теплоотвода-
ми, специальные схемы (дроссели, RCD-цепи), назначение которых — уменьшить
«мгновенные» мощности потерь, возникающих в транзисторах в интервалах их
коммутации (фронт — Ьф и спад — tc) , до значений, допустимых по ТУ на эти
транзисторы. В общем случае для преобразователей с ШИМ-модуляцией рабочей
длительности импульсов динамические потери Рдин.тр (Вт) зависят от частоты
преобразования по известной формуле [4], например, для однотактной схемы с двумя
одновременно включаемыми биполярными транзисторами («косой мост»):
^hhtp=(2/3)xJkx^10-jx[U/2)x
ХЦ*тахХ'ф+Ц*тахХ'с]> 0)
где 1к — эквивалентный прямоугольный импульс тока коллектора, f — частота
преобразования, кГц, Ubx max — максимальное напряжение на коллекторе
транзистора с учетом верхнего диапазона повышения сетевого напряжения, Ьф и tc —
фронт и спад, мкс.
Отметим, что в этой формуле множитель 2/3 отражает динамические потери в
транзисторе при квадратичном изменении тока коллектора за время его
переключения, согласно [5]. Следует заметить, что согласно формуле (1) динамические
потери в транзисторах преобразователя, по сути, пропорциональны рабочей
частоте коммутации f, то есть Рдин тр = F{f} . Причем расчеты можно проводить по
формуле (1), которая не учитывает наличие или отсутствие специальных схем для
снижения «мгновенных» мощностей потерь в транзисторах. Это объясняется тем,
что эти специальные схемы, по существу, «вычитают» мощность потерь из
кристалла транзистора, но при этом ее же рассеивают в своих пассивных и активных
элементах. Расчеты и инженерная практика это утверждение подтверждают.
Силовой ВЧ
трансформатор
Объем магнитопровода ВЧ трансформатора зависит от произведения активного
поперечного сечения Sct (cm2) магнитопровода на площадь окна So (см2)
сердечника, заполняемого обмотками трансформатора. Это произведение для однотактной
схемы преобразователя определяется следующим образом [4]:
S^xSo > i^/aOxABxjXT^x^x/), (2)

где Ргаб — габаритная мощность трансформатора, АВ — диапазон изменения
магнитной индукции в сердечнике за время рабочего импульса, Тл, j — плотность
тока в обмотках трансформатора, А/мм2, цтр — прогнозируемый КПД
трансформатора, кс — коэффициент, учитывающий эффективное заполнение площади поперечного
сечения сердечника магнитопровода ферромагнетиком, км — коэффициент,
учитывающий степень заполнения окна сердечника медью обмоток, f — частота
преобразования, кГц. Как видно из формулы (2), параметр SctxSo обратно
пропорционален АВ и f, то есть ScTxSo=F{AB,f}. Необходимо обратить внимание, выбор АВ
зависит как от схемы преобразователя, так и от характеристик материала
сердечника: параметров петли перемагничивания, остаточной индукции Вг , индукции
насыщения Bs и от удельных потерь Руд для материала магнитопровода. В свою
очередь, Руд зависит от АВ, f и температуры сердечника трансформатора. Можно
облегчить выбор некоторых параметров, если определить материал
магнитопровода. Для частот преобразования в диапазоне от 100 до 300 кГц в настоящее время
наиболее предпочтительны ферритовые сердечники [6]. При частотах от 10 до 100
кГц, в некоторых случаях, особенно при мощности блоков выше 2 кВт с ферритами
могут конкурировать сердечники на основе аморфного железа [7] . Для однотакт-
ных преобразователей можно задать некоторые параметры, которые могут
облегчить процедуру выбора оптимальной частоты преобразования. Так, например, для
диапазона от 100 до 300 кГц приходится выбирать индукцию ДВ от 0,12 до 0,05
Тл, причем это справедливо как для отечественных, так и зарубежных ферритов.
Этот диапазон индукции объясняется сильной зависимостью его от удельных
потерь материала при возрастании частоты преобразования.
Например, для феррита марки 2500НМС-1 удельные потери при АВ = 0,1 Тл
составляют: при 100 кГц — «70 Вт/кг; 120 кГц — «85 Вт/кг; 150 кГц — «120 Вт/кг.
Однако уже при АВ = 0,06 Тл потери составляют при частоте 200 кГц примерно
25-35 Вт/кг. Наименьшие потери имеют японские ферриты: например, фирмы TDK
марки Н7С4 (новое обозначение — РС40, РС44) на частоте 200 кГц — «19 Вт/кг
(при АВ = 0,07 Тл); при той же частоте 200 кГц — «8 Вт/кг (при АВ = 0,05 Тл).
Отметим, что один из лучших европейских ферритов фирмы Siemens марки №67
имеет удельные потери на частоте 300 кГц примерно 22 Вт/кг (при АВ = 0,05 Тл).
Таким образом, процедура определения для ВЧ силового трансформатора
оптимальной частоты преобразователя состоит в выборе конкретного типа сердечника
в условиях, когда задана марка феррита, а также диапазон прогнозируемой
рабочей частоты. В общем случае, на каждой расчетной частоте производится выбор
сердечника при вариациях индукции АВ, затем рассчитываются все параметры
трансформатора, в том числе все потери мощности, перегрев сердечника, его
объем и площадь поверхности, которая необходима для выбора типа и размера
охладителя. Надо отметить, что максимальная температура, при которой
нормируются основные параметры ферритовых сердечников, равна 100...120 °С. Отсюда
следует, что температура перегрева сердечника силового ВЧ трансформатора должна
быть не более 40...50 °С. Эта величина образуется с учетом температуры
окружающей среды, например, +50 °С плюс перегрев 15...20 °С внутри блока питания.
Входной и
выходной
фильтры
Этот узел включает в себя входной LC-фильтр, который устанавливается на
выходе сетевого выпрямителя, а также выходной LC-фильтр, который установлен на
выходе ВЧ-выпрямителя. Так как входной фильтр зависит от частоты сетевого
напряжения, схемы выпрямителя и мощности, потребляемой БИВЭ от сети, а выходной
фильтр явно зависит от рабочей частоты преобразования блока, то целесообразно
их параметры рассматривать независимо друг от друга:

1. Выходной ВЧ-фильтр.
Рассмотрим вопросы формирования и расчета электрических параметров дросселя
и конденсатора выходного фильтра при выборе оптимальной частоты
преобразователя.
1.1. Расчет параметров выходного дросселя фильтра.
1.1.1. Минимальную индуктивность дросселя ВЧ-фильтра Lmin (мкГн), согласно
[4] , можно определить следующим образом:
J-дртш^ 1/Hxl03x0,4xsin [90о(Ут1п)] /
[/4minXYmiJ> (3)
где Uh — выходное напряжение блока, у111^11 "~ минимальный коэффициент
заполнения импульсов, а 1н min — минимальный ток нагрузки (обычно берут 0,1 1н ном),
f — частота преобразования, кГц. Судя по формуле (3), величина индуктивности
Ьдр обратно пропорциональна частоте f .
1.1.2. После этого, тем или другим образом, зная энергию, которую должен
запасти сглаживающий дроссель, можно определить объем Veep (мм3) сердечника
магнитопровода. Например, для материала типа МП-140 его можно определить по
выражению из статьи [8]:
Усер=0,821дрх/Н2, (4)
де L, мкГн, 1н — ток подмагничивания дросселя, который равен току нагрузки.
1.1.3. Затем выбирается тип магнитопровода, то есть параметр Sct, So, и
длина средней силовой магнитной линии 1ср. Согласно [8], эффективность
накопления магнитной энергии индуктивным элементом можно оценить величиной
изменения плотности энергии (Дж/(А/м2)), приходящейся на единицу изменения
напряженности магнитного поля и индукцией в сердечнике. Эта функция для материала
МП-140 имеет экстремум при напряженности Н магнитного поля, равной 3072 А/м.
1.1.4. Теперь можно найти число витков обмотки содр дросселя ВЧ-фильтра
по[4] :
(0^= 103xV[(Lvxy/4nnSCT], (5)
где Ьдр, мГн, 1ср, см, р. "~ магнитная проницаемость материала сердечника,
Sct, cm2.
Отметим, что режим работы дросселя ВЧ-фильтра соответствует режиму работы
индуктивного элемента при некотором постоянном значении напряженности (Н) и
небольших амплитудах переменной составляющей АН магнитного поля, которая
определяется изменением индукции АВ.
Изменение индукции (Тл) , которая зависит от переменной составляющей иЬэф
напряжения на дросселе, можно определить из [4]:
АЯдр = (^эфх 10)7(4,44 5СТ хсодрх/), (6)
где Sct, cm2, a f, кГц.
1.1.5. Удельные потери материала сердечника дросселя, как и ВЧ-
трансформатора, зависят от АВдр и f, то есть Руд др = F(AB, f). Например,
потери Руд др для материала МП-140 на f = 200 кГц при АВ = 0,1 Тл составляют
«120 Вт/кг, а при АВ = 0,07 Тл они будут «34 Вт/кг. В результате можно
определить потери в манитопроводе Рдр.с ВЧ-дросселя фильтра [4]:

^ДР.С = РУДДРХГ"ДРХ10"3» W
где Руд др, Вт/кг, а тдр — масса сердечника дросселя фильтра, г.
Разумеется, общие потери в дроссели, так же как и в силовом трансформаторе,
включают в себя, кроме потерь в манитопроводе, и потери в меди, то есть в
проводах обмотки дросселя.
Таким образом, процедура определения для в/ч дросселя выходного фильтра
оптимальной частоты преобразователя состоит в выборе конкретного типа
сердечника дросселя в условиях, когда задана марка магнитопровода, а также диапазон
прогнозируемой рабочей частоты. В общем случае, на каждой расчетной частоте
производится выбор сердечника при вариациях индукции ДВ, затем рассчитываются
все параметры ВЧ-дросселя, в том числе суммарные потери мощности и перегрев
сердечника.
1.2. Расчет параметров конденсатора выходного фильтра.
1.2.1. По формулам, приведенным в [4], рассчитываются относительное
значение пульсации S(%) 1-й гармоники на входе выходного ВЧ-фильтра, а также
коэффициент пульсаций ап (%). После этого можно найти коэффициент подавления
пульсаций Qn = S/an выходного фильтра.
1.2.2. При известной величине дросселя фильтра L (п. 1.1.1), так же по [4],
находим емкость, Сф (мкф) выходного фильтра блока питания:
Сф=(Оп+1)106/[(2яУ)21др], (8)
где Ъдр, мкГн, af, кГц.
Судя по (8), величина Сф обратно пропорциональна квадрату частоты
преобразования f . Уточним еще раз, что речь идет об однотактных преобразователях, в
которых частота импульсов на входе ВЧ-фильтра равна рабочей частоте. Таким
образом, процедура определения для ВЧ-конденсатора выходного фильтра
оптимальной частоты преобразователя состоит в выборе конкретного типономинала
конденсатора при условии, когда задана его марка, а также диапазон
прогнозируемой рабочей частоты. Разумеется, этот выбор необходимо проводить с учетом
эффективной емкости конденсатора на рабочей частоте кэф. Эти коэффициенты
можно рассчитать, так как они представляют собой аналитические функции
кзф=Р(£), которые аппроксимируют графические кривые, приводимые в технических
условиях на соответствующие типы конденсаторов, в том числе и танталовых.
Коэффициенты для некоторых типов конденсаторов, которые были рассчитаны
преподавателем математики Л.Е. Купинской специально для пакета прикладных программ
(PREOB, программист И.Н. Ермилова), разработанного в НПО «Дальняя связь»
[4,9,10]. Этот пакет программ был предназначен для расчета на ЭВМ
преобразователей и всех основных его параметров, в том числе и для поиска оптимальной
частоты преобразования.
2. Входной фильтр БИВЭ
Этот узел включает в себя входной LC или С-фильтр, который устанавливается
на выходе сетевого выпрямителя. Расчет параметров входного фильтра с
индуктивной реакцией можно выполнить по [11] , а для емкостного фильтра можно
применить методику из [ 4 ] . Как уже указывалось, один из первых БИВЭ на мощность
400 Вт питался от первичной трехфазной сети 220 В, 400 Гц. Надо отметить, что
радиоэлектронные и вычислительные комплексы корабельных систем в основном
имели отдельный, специальный источник первичного напряжения частоты 400 (500)
Гц. На объектах летательных и бортовых комплексов аппаратуры аналогичного
назначения имелся источник первичного напряжения частоты 1000 Гц, и даже в от-

дельных случаях использовались специальные генераторы, работающие на более
высоких частотах (до 5 кГц) . Следует подчеркнуть, что применение специальных
генераторов для РЭА, полностью развязанных от силовой энергетической сети,
например, корабельной сети 220 В, 50 Гц, позволяло значительно улучшить
параметры электромагнитных помех в аппаратуре, в том числе и с точки зрения
электромагнитной маскировки аппаратуры от систем обнаружения. Одновременно с этим
значительно улучшались технические параметры первичной сети для РЭА, что
автоматически приводило к уменьшению габаритов вторичных источников питания и
повышению их надежности. Это особенно ясно, если принять во внимание, что
силовая корабельная сеть среди других параметров имела дополнительно еще один
из самых тяжелых режимов. Речь идет о повторно-кратковременном режиме с
данными 220 В (+15, -25)%. В связи с этим необходимо отдельно рассматривать
параметры входного фильтра для варианта питания БИВЭ от первичной сети 400 Гц и
при питании от сети 50 Гц.
2.1. Входной фильтр БИВЭ при питании от сети 400 Гц.
В этом случае появляется возможность применить фильтр с индуктивной
реакцией, то есть LC-фильтр. Как следует из принципа работы такого фильтра,
проблема зарядки конденсатора фильтра Сфвх решается ограничением тока заряда
индуктивным сопротивлением дросселя фильтра Ьдрвх. Однако надо иметь в виду, что
есть и другая особенность индуктивного фильтра: склонность к резонансному
процессу заряда конденсатора Сфвх которая может возникнуть при определенных
соотношениях реактивных параметров фильтра и эквивалентного активного
сопротивления гвх, последовательно включенного в цепь заряда. Это «критичное»
соотношение параметров легко определяется на этапе расчета параметров входного
фильтра. При этом, если нет условий для резонансного заряда, например, в
первом варианте БИВЭ на выходную мощность 400 Вт, в котором значения параметров
были Сфвх = 200 мкФ, Ьдрвх = 2,5 мГн, а гвх > 3 Ом. В этом варианте процесс
зарядки конденсатора практически имел апериодический характер. Однако в
конечной редакции параметров этого БИВЭ, а также для последующих его
модификаций на выходную мощность 200 Вт, параметры фильтра были: Сфвх = 15 мкФ, Ьдрвх
= 4млГн, а гвх > 2 Ом. В этом случае заряд конденсатора носил резонансный
характер, в результате чего максимальное напряжение на Сфвх, а значит, и
входное напряжение Ubx max для транзисторов мостового преобразователя могло
достигать 600 В, что недопустимо для транзистора 2Т809А. Для решения этой
проблемы запуск импульсов управления, подаваемых на силовые транзисторы
преобразователя, осуществлялся через «1,5 с. В течение этого времени конденсатор
фильтра успевал разрядиться до безопасного напряжения Ubx max = 320 В. При
этом напряжение «зарядного горба» на конденсаторе, благодаря выравнивающим
резисторам, по существу делилось на два, что, в конечном итоге, обеспечивало
безопасное напряжение UCE на каждом силовом транзисторе в закрытом состоянии
не более 310 В.
Как видно из [11], объем LC-фильтра в основном зависит от параметров
входной сети (напряжения, частоты), мощности потребления блока от сети, а также
от схемы входного выпрямителя и коэффициента пульсации на выходе фильтра.
Причем допустимая величина индуктивности дросселя Ьдрвх обратно
пропорциональна частоте сети, а емкость Сфвх обратно пропорциональна квадрату частоты
сети.
2.2. Входной фильтр БИВЭ при питании от сети 50 Гц.
Объем емкостного фильтра, согласно [4, 12], в основном тоже зависит от
параметров входной сети, мощности потребления, схемы входного выпрямителя и
коэффициента пульсации на выходе фильтра. Причем емкость Сфвх обратно
пропорциональна частоте сети.
Таким образом, можно утверждать, что в общем случае объем входного фильтра
БИВЭ не зависит от рабочей частоты преобразователя.

Входной выпрямитель сети
и выходной ВЧ-выпрямитель
Этот узел включает в себя как входной выпрямитель сетевого напряжения, не
зависящий от частоты преобразователя, так и выходной ВЧ-выпрямитель, который
зависит от рабочей частоты, действующей на его входе. В связи с этим
целесообразно их параметры рассматривать независимо друг1 от друга:
• Входной выпрямитель сети. Расчет параметров входного выпрямителя можно
выполнять по [4, 11]. Причем очевидно, что объем входного выпрямителя
зависит от параметров входной сети (напряжения, частоты, числа фаз) ,
мощности потребления блока от сети, а также от схемы выпрямителя.
• Выходной ВЧ-выпрямитель. Расчет параметров выходного ВЧ-выпрямителя
приведен в [4] .
Так как нас интересует зависимость объема выпрямителя от рабочей частоты
преобразования, то мы рассмотрим потери мощности в диодах на основе методики
расчета этих потерь [4] , где они выполнены для схем однотактных прямоходовых
преобразователей. Так как статические потери мощности в диодах ВЧ-выпрямителя
не зависят от частоты преобразования, то проанализируем только динамические
потери, которые согласно [4] равны:
^дин vDi= 1>2/Hx0,6x U2u ^х tnxfx 10*, (9)
где Рдин vDl — динамические потери в выпрямительном диоде VD1 (Вт), U2m min
— минимальное амплитудное значение напряжения на вторичной обмотке силового
трансформатора, trr — время восстановления обратного сопротивления диода в
мкс, f — частота импульсов на входе ВЧ-выпрямителя.
Динамические потери Рдин vD2 (Вт) для коммутирующего (нулевого) диода VD2
по [4] будут:
Р г»=0>6[Л xfc x/ xt х/х10"3,(10)
дин vD2 v>v ^2мтт д tj rr J v > v '
где кд — коэффициент, учитывающий пик тока в процессе перекоммутации диода
VD2; кд = 1,5 — для диодов на основе p-n-перехода; кд = 1,0 — для диодов
Шоттки или диодов с так называемой тонкой базой (ultrafast recovery).
Таким образом, процедура определения для выходного ВЧ-выпрямителя
оптимальной частоты преобразователя состоит в выборе конкретного типа ВЧ-диода с
учетом динамических потерь, которые пропорциональны рабочей частоте. При этом
считается заданным диапазон прогнозируемой рабочей частоты преобразователя.
Устройство
управления БИВЭ
Прежде чем рассматривать проблемы совершенствования систем управления в
блоках БИВЭ, необходимо коснуться вопроса относительного объема УУ к объему
всего блока. По данным исследований параметров отечественных и европейских
зарубежных ИВЭ аппаратуры связи [9] был построен график (рис. 2), который
отражает процентное соотношение объема схем управления (Vyy) по отношению ко
всему объему ИВЭ (Уивз) в зависимости от мощности нагрузки Рн. На рисунке
видно, что в блоках мощностью от 5 до 10 Вт УУ занимает до 20-25% всего
объема ИВЭ. При мощности 30-35 Вт это отношение начинает быстро падать, и уже при
50 Вт оно становится около 10%. Максимум кривой (35%) приходится на блоки
мощностью около 20-25 Вт. Можно предположить, что такой характер зависимости

объема схемы управления от мощности ИВЭ объясняется следующими
обстоятельствами. В блоках малой мощностью «7 Вт применяются простейшие схемы
преобразователей, в которых упрощены как система управления силовым ключом, так и все
виды защит. Тенденция уменьшения объема УУ для блоков больше 50 Вт так же
очевидна, так как значительно возрастает объем всего блока питания, ввиду
увеличения размеров составляющих элементов его силовой части. Относительно
экстремума при мощности «20 Вт, то возможно, это связано с тем, что при этих
мощностях уже приходится серьезно усложнять схемы управления и защиты, чтобы
повысить КПД блока и его надежность, но в то же время его силовая часть еще
не столь велика. Несмотря на то, что эта кривая построена по данным ИВЭ,
использующих первичные сети постоянного напряжения аппаратуры связи — 24, 48,
60 В, как показала практика, она может быть полезна и для анализа
бестрансформаторных сетевых блоков питания. Возможно только, что экстремум кривой
будет смещен в область больших мощностей нагрузки (40-50 Вт).
%
35
30
25
20
15
10
5
10 20 30 40 50 Рн,Вт
Рис. 2. Зависимость относительного объема схемы
управления от объема ИВЭ.
Как было сказано, удельная мощность для БИВЭ мощностью 400 Вт составила pv
= 46 Вт/дм3, при этом УУ имело объем 1,2 дм3. Теперь вообразим, что нам
удалось уменьшить объем УУ в 6 раз, то есть снизить его до 0,2 дм3. В результате
суммарный объем БИВЭ станет 7,7 дм3, при этом удельная мощность будет «52
Вт/дм3, то есть она возросла всего на 11%. Отсюда следует, что объем блоков
питания, имеющих мощность более 400 Вт, практически не зависит от объема
устройства управления.
Объем устройства управления БИВЭ может зависеть от оптимальной частоты
преобразователя в части применяемых в нем моточных изделий и реактивных
элементов . К ним относятся: трансформаторы для управления силовыми ключами
преобразователя, датчики силовых импульсных токов, а также элементы схем фильтров
вспомогательных ИВЭ для УУ, которые питаются от одной из вторичных обмоток
силового ВЧ-трансформатора. Обычно эти моточные и реактивные элементы
занимают 15-20% объема УУ. Остальные узлы и элементы схемы управления практически
не зависят от частоты преобразования. Отметим очень сильную зависимость
объема УУ от элементной базы, а также от вида технологии, применяемой при ее
изготовлении . Об этом мы будем вести речь позднее.
Фильтр подавления радиопомех
Обычно в качестве ФРП применяются два последовательно включенные звена Г-
образного фильтра LC, которые установлены в каждую фазу питающей сети. Кон-

денсаторы ФРП включаются между корпусом прибора, блока и дросселем фильтра.
Обычно комплексный импеданс каждого звена ФРП зависит от частоты питающей
сети, а ток, протекающий через дроссель фильтра, определяется мощностью
потребления блока питания от сети. Отсюда следует, что параметры ФРП, а также его
объем практически не зависят от рабочей частоты преобразователя.
Прочие элементы БИВЭ
В перечень этих элементов входят: коммутационные изделия — разъемы,
предохранители, цепи разряда энергии, накопленной в конденсаторе входного сетевого
фильтра (Ркл), который при отключении блока питания должен принудительно
разряжаться до величины напряжения, безопасного для обслуживающего персонала,
элементы индикации, контроля и т.п. Объем этого узла в основном зависит от
частоты питающей сети, а также от выходной мощности БИВЭ. Кроме того, следует
отметить, что собственно потери в общем объеме блока питания, возникающие из-
за неоптимальной стыковки конструкций отдельных субблоков, как правило,
обусловлены разными типами технологий их изготовления. По мере развития техники,
элементной базы и технологии устройств силовой электроники эти потери должны
все время уменьшаться. Можно утверждать, что если все узлы БИВЭ будут
изготавливаться на единой технологической основе, например, на основе
унифицированных силовых интегральных модулей [13], то это, безусловно, обеспечит
минимизацию объема этого узла, вплоть до его исключения.
ЧАСТНЫЕ ТЕХНИЧЕСКИЕ
ПРОБЛЕМЫ, РЕШАЕМЫЕ В
ПРОЦЕССЕ ЭВОЛЮЦИИ БИВЭ
Проблема зарядки
конденсатора
входного фильтра
Как уже было отмечено, проблема чрезмерно больших токов зарядки
конденсатора фильтра входного выпрямителя (ВВ) при первичных сетях переменного тока
частотой 400 Гц и выше решается применением LC-фильтра. В этом случае нужно
только учитывать параметры колебательности фильтра.
Совсем иная картина зарядки этого конденсатора при сетях переменного тока
частотой 50, 60 Гц. Дело в том, что величина емкости этого конденсатора в
БИВЭ обычно 100-300 мкФ при мощностях блоков от 100 до 400 Вт. Эта емкость
определяется не только мощностью БИВЭ, но и условием сохранения
работоспособности блока питания (holding time) при пропадании периода питающей сети [4] .
Схемы, обеспечивающие ограничение тока зарядки конденсатора (УЗК)
низкочастотного фильтра, можно разделить на следующие виды:
• с токоограничительным терморезистором;
• с нелинейной цепью, содержащей, например, тиристор, управляемый от
маломощной обмотки силового трансформатора преобразователя;
• с фазовым управлением тиристора.
Следует отметить, что схема УЗК с терморезистором, имеющим отрицательный
температурный коэффициент сопротивления (ТКС), достаточно проста и надежна.
Она хорошо себя зарекомендовала в бытовой аппаратуре. Однако для блоков
аппаратуры промышленного или оборонного назначения применение такой структуры
недопустимо, по многим причинам. Одна из них — это характеристика готовности
блока питания к повторному включению, практически сразу после его выключения,
как штатного, так и нештатного, например, при срабатывании одной из защит.

Невозможность обеспечения этой характеристики блока питания объясняется
большим временем «остывания», то есть восстановления «холодного» сопротивления
терморезистора (до нескольких минут). Для БИВЭ, применяемых в таких системах,
используются УЗК на основе нелинейных цепей заряда.
Первоначально, с целью упрощения схемы тиристор, закорачивающий зарядный
резистор, включался постоянным напряжением, подаваемым на управляющий переход
тиристора. Это напряжение формировалось после запуска преобразователя. При
этом, очевидно, что момент включения тиристора не был связан с фазой сетевого
напряжения. В результате этого при включении тиристора, например, при
амплитуде сетевого напряжения, возникали большие импульсные токи (80-100 А) до-
заряда конденсатора фильтра. Для значительного снижения этих токов был
предложен французский патент [14], в котором бросок тока заряда конденсатора в
схеме для питания телевизоров уменьшался с 45 до 17 А. В другой публикации
[15] говорилось о применении импульсного включения тиристора, которое
обеспечивалось в каждом полупериоде сети. В этом случае схема фазового включения
тиристора (ФВТ) формирует оптимальный импульс отпирания тиристора, в момент
его минимально-допустимого анодного напряжения. Это напряжение, например, для
тиристора 2У202Н равно 10 В.
Запуск и питание
устройства управления
Устранение из схемы сетевого блока питания низкочастотного силового
трансформатора значительно усложнило обеспечение вспомогательным электропитанием
узлов УУ. Основные пути решения проблемы запуска БИВЭ изложены в [2]:
• применение низкочастотного маломощного трансформатора;
• автогенератор, подключенный через гасящее устройство к сети;
• предварительное накопление энергии для запуска УУ преобразователя, от
которого потом осуществляется питание узлов управления с одной из
обмоток силового трансформатора;
• использование для запуска УУ части энергии заряда конденсатора фильтра
входного сетевого выпрямителя.
Применение низкочастотного трансформатора может быть оправдано только при
мощности БИВЭ более 300 Вт. Например, применение схемы запуска с
трансформатором типа ТПП на частоту 50 Гц в блоке на 100 Вт ухудшает его удельную
мощность на 20-30%. Применение для питания УУ автогенератора, который
подключается к сети через выпрямитель и гасящее устройство, как правило, это
конденсатор, применяется редко из-за больших габаритов балластного конденсатора.
Третий способ запуска предусматривает медленное [16] или быстрое [17]
накопление энергии для запуска в конденсаторе (Сзап), затем включение скачком
автогенератора питания УУ. Однако в первом случае время запуска БИВЭ возрастает
до нескольких секунд, а во втором усложняется схема и появляется
высоковольтный транзисторный ключ.
Последняя группа запуска характерна тем, что эти устройства основаны на
принципе использования части энергии, которая выделяется при включении на
реактивных элементах входного низкочастотного фильтра. Одна из них предложена
японскими специалистами [18]. В схеме этого патенте переменное напряжение
поступает через выпрямитель на LC-фильтр. В процессе накопления заряда в
конденсаторе Сфвх фильтра осуществляется отбор части энергии с помощью
дополнительных обмоток силового дросселя Ьдрвх. Напряжение от этих обмоток
выпрямляется диодами, заряжая накопительный конденсатор Сзап, от которого
обеспечивается питание УУ. Понятно, что описанная схема предназначена для первичных
сетей с частотой 400 Гц и более, так как дроссель на частоту 50 Гц имеет боль-

шие габариты.
В качестве альтернативного решения для схемы запуска и питания УУ (зап. УУ)
БИВЭ с питанием от промышленной сети частотой 50 Гц, которая использует
емкостной входной фильтр, можно рассмотреть ее вариант, предложенный в [19] . На
рис. 3 представлена упрощенная схема запуска БИВЭ с устройством разряда
конденсатора фильтра Ркл. Как видно на рисунке, напряжение сети Uc после
выпрямителя ВВ поступает на конденсатор низкочастотного фильтра Сфвх через узел
УЗК, состоящий из диода D1, накопительного конденсатора Сзап и
ограничивающего ток зарядки резистора R1. Параллельно этой цепи включен тиристор VT1. По
мере накопления заряда в конденсаторе Сзап, его напряжение достигает величины
Un.AT, достаточной для запуска скачком автогенератора (АГ) схемы управления.
Автогенератор построен по двухтактной схеме преобразователя со средней точкой
в первичной обмотке трансформатора Тр.АГ. Вторичные обмотки этого Тр.АГ
образуют через выпрямители и фильтры все необходимые вспомогательные напряжения
для узлов УУ, а также выполняют другие важные функции в алгоритме
функционирования устройств БИВЭ.
Фазовое включение
тиристора ууз
220 В
Ur
50Гц ~с
ВВ.
' Устройство
I управления УУ
_ _ _ — i—*
U
ос
Uj±
Рис. 3. Схема устройства заряда конденсатора запуска
схемы управления БИВЭ.
После включения УУ начинает работать транзисторный преобразователь (ТП) ,
затем появляется выходное напряжение ивых на нагрузке Rh. Одновременно с этим
от обмоток силового трансформатора Тр.с с помощью соответствующих
выпрямителей формируется напряжение «самопитания» УУ через дроссель Ly, а также
напряжение Uy.т для питания узла ФВТ, предназначенного для генерации импульсов
фазового управления тиристора.
Этот узел работает следующим образом. Нарастающее напряжение анод-катод
запертого тиристора VT1г ограниченное стабилитроном СТ2, поступает через
дифференцирующую цепь в виде импульса на транзистор VT4, постоянно «провоцируя»

его отпирание. Однако до появления напряжения Uy. т этот импульс ни на что не
влияет. После нескольких периодов работы ТП Uy.T достигает величины 10-15 В.
При этом начинает срабатывать одновибратор, построенный на транзисторах VT3 и
VT4, на выходе которого формируется управляющий импульс для включения
тиристора. Очевидно, что тиристор будет открываться при минимальном напряжении
анод-катод, что собственно и обеспечивает минимальный импульсный анодный ток
дозаряда конденсатора Сфвх. На рис. 3 также приведена схема Ркл разряда
энергии, накопленной в Сфвх, которая должна работать при каждом отключении блока
питания: при работе УУ и преобразователя ТП напряжение Up.кл от обмотки
трансформатора Тр.Аг через выпрямитель подается на конденсатор С1. При этом
отрицательное напряжение подается в базу высоковольтного транзистора VT2,
обеспечивая его надежное запирание во время работы и запуска БИВЭ. После
выключения блока питания и прекращения работы автогенератора УУ происходит
отпирание VT2 от напряжения Ubx через резисторы R4 и R5. В результате этого
происходит эффективный разряд конденсатора фильтра через резистор R3.
Безаварийное включение
и отключение БИВЭ
Лучшие разработчики импульсных ИВЭ всегда подробно исследовали алгоритм
включения всех составляющих блока питания с точки зрения очередности и
времени достижения на выходах функциональных узлов заданных параметров рабочего
режима. При разработке БИВЭ требования к алгоритму включения блока,
питающегося от напряжения 300 В, еще более возрастают, так как повреждение
высоковольтного транзистора может привести к каскадной аварии элементов в других
узлах. При этом возможно «выгорание» печатных дорожек, элементов в базовых
цепях силовых транзисторов, повреждения микросхем и т.п. С другой стороны,
практика показала, что много неприятностей возникает и при выключении блока.
Опыт разработчиков БИВЭ подтвердил, что пренебрежение к этому ответственному
процессу приводит к весьма тяжелым последствиям [4].
Так, известны многочисленные случаи, когда в конце рабочего дня в очередной
раз выключался блок питания, а на следующий день разработчик, включая БИВЭ,
обнаруживал выход из строя силовых транзисторов. Анализ этих отказов показал,
что аварийный режим для транзисторов образовывался на этапе его отключения от
сети, то есть выходы из строя транзисторов происходили в процессе его
предыдущего выключения.
Назовем основные предпосылки возникновения опасных для транзисторов режимов
на этапе отключения блока. Первая — это наличие значительного запаса энергии,
накопленной во входном низкочастотном фильтре. Вторая — это практическое и
полное прекращение подачи энергии на схему управления от цепи «самопитания»
при уменьшении напряжения Ubx на входе преобразователя на 30%. Последнее
приводит к резкому снижению всех выходных вспомогательных напряжений для питания
узлов УУ. В результате к этому моменту времени на конденсаторе Сфвх может
оставаться значительное напряжение 150-200 В, подаваемое на преобразователь, в
то время как питающие напряжения в схеме управления достигают критических
значений. При этом возможны аномальные режимы работы силового
преобразователя, такие как выход из насыщения силовых транзисторов, отказ системы защиты
по току, понижение частоты задающего генератора и т.п.
С целью исключения аварийных режимов работы блока питания, которые возможны
во время переходных режимов при коммутации подаваемого на него сетевого
напряжения, предлагается следующее: реализовывать однозначный алгоритм,
характеризующий процессы в основных узлах и элементах блока, происходящие на этапе
его включения/отключения.
1. Алгоритм включения БИВЭ [4].

1.1. После подачи сетевого напряжения Uc начинается процесс зарядки
конденсатора фильтра Сфвх, который длится «150-200 млс, при этом одновременно
заряжается конденсатор Сзап;; при достижении на нем напряжения Un.AT происходит
запуск автогенератора УУ, таким образом, образуется первая контрольная
(опорная) точка (Unop.l).
1.2. Обмотки трансформатора Тр.АГ формируют все вспомогательные напряжения
для узлов УУ. Так как самый мощный из них — это источник питания иум
усилителей мощности УМ с трансформаторным выходом, то он достигает своего
номинального напряжения позже всех остальных источников. При достижении иум второй
контрольной (опорной) точки (Unop.2) скачком включается электронный ключ
(Бум), через который подается напряжение на УМ.
1.3. После этого формируются базовые напряжения иэ-б в силовых
транзисторах, и они в штатном режиме начинают работать, а на обмотках силового
трансформатора Тр.с появляются напряжения, которые формируют Uy.T через 3-4
полупериода рабочей частоты преобразователя, что приводит к включению тиристора
VT1 и к завершению зарядки конденсатора Сфвх до номинального значения Ubx. В
результате этого быстро нарастает выходное напряжение блока до номинального
значения ивых, что свидетельствует о завершении процесса включения БИВЭ.
2. Алгоритм отключения БИВЭ [4].
2.1. После отключения сети напряжение на конденсаторе Сфвх начинает
уменьшаться, однако из-за параметра поддержки ивых при пропадании сети на
некотором интервале времени выходное напряжение остается в норме, после этого
напряжение на входе усилителей мощности достигает минимального значения, при
котором выключается электронный ключ Бум и отключаются УМ. Это — третья
контрольная (опорная) точка (Unop.3).
2.2. Величина Unop.3 связана со следующими параметрами: напряжения иэ-б
достигают минимального допустимого значения, при котором силовые транзисторы
еще находятся в состоянии насыщения. Кроме того, в этот момент времени все
другие вспомогательные напряжения в схеме управления имеют такие значения,
при которых удовлетворительно работают все узлы и элементы системы управления
блоком питания.
2.3. Транзисторный преобразователь прекращает свою работу, в результате
чего останавливается интенсивный разряд конденсатора Сфвх, начинает уменьшаться
напряжение Un.AT из-за пропадания тока от цепи «самопитания».
2.4. Через некоторое время перестает работать АГ, то есть исчезает
напряжение Up.кл, а значит, пропадает запирающее напряжение на базе транзистора VT2
схемы Ркл, которая обеспечивает разрядку конденсатора фильтра до безопасного
напряжения, что свидетельствует о завершении процесса отключения БИВЭ от
сети.
Прежде чем приступить к последней частной проблеме, которая касается
электронной защиты силовых элементов преобразователя, рассмотрим ретроспективу
развития компонентной базы после 1975 года, так как параметры этих элементов
во многом определяют быстродействие и эффективность схем различного типа
защит в БИВЭ.
Совершенствование
компонентной базы
на рубеже 1980-1990 гг
В это время достигли своего расцвета и, возможно, предела биполярные
высокочастотные, в том числе и высоковольтные, транзисторы. Появились кремниевые
переключательные n-p-п-транзисторы повышенной мощности. У этих транзисторов
были увеличенные значения предельных параметров: UCE0 до 650-1500 В, 1с до
30-4 А и PC (Ptot) до 60-125 Вт. Другие параметры транзисторов также были на

приемлемом уровне. В частности, статический коэффициент усиления транзисторов
по току (в схеме с общим эмиттером, ОЭ) достиг значения h21E = 8-50. Кроме
того, повысилось быстродействие транзисторов: время включения/выключения
(спада) составляло (ton/toff)= 0,05-0,45 мкс, время рассасывания ts = 0,5-2
мкс. Наряду с более совершенными транзисторами стали выпускаться и
быстродействующие диоды, у которых время восстановления обратного сопротивления trr
диодов было 0,3-0,05 мкс. Причем ток этих диодов IF(AV) был в пределах 3-30
А, а допустимое обратное напряжение URRM равно 20-200 В.
Среди отечественных транзисторов указанного вида отметим следующие: 2Т866А,
2Т867А, 2Т862Б, 2Т874А в планарных корпусах; 2Т841А, 2Т847А, 2Т839А в
корпусах ТО-3, а также 2Т824А в металлокерамическом корпусе (НИИ «Пульсар»,
ковка) . Транзисторы разрабатывались в ПО «Пульсар» (Москва), на «Заводе им. 50-
летия Октября» (Фрязино) и «Воронежском заводе полупроводниковых приборов», в
АП «Кремний» (Брянск) и др. Среди отечественных высокочастотных диодов
отметим следующие типы: кремниевые р-n-диоды 2Д212А,Б, 2Д213А,Б, сборки диодов
(Шоттки) 2Д222АС-ЕС, 2Д238АС-ВС с общим катодом, мощный диод Шоттки
2Д2998А,Б,В, диоды с тонкой базой 2Д251А-Е, 2Д231А-Г и др. Диоды
разрабатывались в Ташкенте, Томилино, Брянске и др.
Приведем в качестве примера основные параметры для некоторых транзисторов:
• у транзистора 2Т862Б UCE0= 250 В, 1с = 15 А, напряжение насыщения
коллектор-эмиттер UCEsat ^ 2 В (Ic=8A, IB =2 А), постоянная мощность Рс
до 50 Вт, время рассасывания ts = 0,2 мкс;
• у транзистора 2Т874Б UCE0 = 120 В, 1с = 30А, UCEsat <1 В (1с = 30 A, IB
= 5 А) , мощность Рс = 75 Вт при Тк = 25 °С, время рассасывания ts = 0,5
мкс;
• у транзистора 2Т824А UCE0 = 400 В, 1с = 10 А, 1с.имп = 17 А (при
длительности импульса ти ^ 20 мкс и скважности Q ^ 10), UCEsat ^ 2 В (1с =
8А, IB = 2 А), мощность Рс = 50 Вт при Тк = 50 °С;
• у транзистора 2Т841А UCE0 > 400 В, 1с = 5 A, UCEsat < 1,5 В (1с = 5 А,
IB = 1 А) , рассеиваемая мощность Рс = 50 Вт при Тк = 50 °С, время спада
ten = 0,5 мкс, (при UCE = 200 В, 1с = 5А, IB1 = IB2 = 1А, ти = 15±1,5
мкс и скважности Q ^ 100);
• у транзистора 2Т847А UCE0 = 650 В, 1с = 15 A, UCEsat < 1,5 В (1с = 15 А,
IB = 5 А), рассеиваемая мощность Рс = 125 Вт при Тк = 25 °С, время ten =
0,8 мкс (при UCE = 200 В, 1с = 15 А, 1с =3 А, ти = 40 мкс).
Основные параметры некоторых высокочастотных диодов, применяемых в БИВЭ:
• диодная сборка 2Д222ВС — два диода с общим катодом, обратное напряжение
URRM = 40 В, прямой ток IF(AV) = 3 А, постоянное прямое напряжение UF =
0,6 В;
• диодная сборка 2Д238ВС — два диода с общим катодом, URRM = 45 В, прямой
ток IF(AV) = 7,5 А, прямое напряжение UF = 0,65 В;
• диод 2Д2998В: обратное напряжение URRM = 35 В, прямой ток IF(AV) = 30 А,
постоянное прямое напряжение UF = 0,68 В;
• диод 2Д251В: URRM = 100 В, прямой ток IF (AV) = 10 А, прямое напряжение
UF = 1 В, время восстановления обратного сопротивления trr = 0,05 мкс;
• диод 2Д231Б: URRM = 200 В, прямой ток IF (AV) = 10 А, прямое напряжение
UF = 1 В, время trr = 0,05 мкс.
Способствовала кардинальному уменьшению объема систем управления
импульсными ИВЭ новая технология изготовления этих устройств. Речь идет о технологии
«монтажа на поверхность» [20]. Как показала практика, эта технология
позволяет достичь плотности монтажа на единицу объема, сравнимой с гибридно-
пленочной технологией. При этом технология монтажа на поверхность позволяет

автоматизировать весь цикл монтажа элементов на печатную плату. Для
реализации этой технологии надо было «перевести» компонентную базу в миниатюрные
корпуса типа SOT-23, SOT-89 и др., а также выпускать эти элементы в
блистерной ленте. В этой связи в СССР была принята большая программа перевода
электронных компонентов в миниатюрные корпуса, а также предпринята разработка
других компонентов в «бескорпусном» исполнении, позволяющем их использование
для монтажа на поверхность. Началась эта работа в 1983 году и продолжалась
уже в России до конца 1990-х годов.
Приведем параметры некоторых элементов, применяемых в ИВЭ, которые были
выполнены в миниатюрных корпусах:
• транзисторы универсальные p-n-p-типа 2Т664А9 и n-p-n-типа 2Т665А9: UCE0
= 80 В, 1с = 0,8 А, напряжение насыщения коллектор-эмиттер UCEsat = 0,3
В (1с = 0,15 A, IB = 0,015 А), статический коэффициент передачи по току
250 > h21E > 40, корпус SOT-89;
• ВЧ-транзисторы p-n-p-типа 2Т3129А9 и p-n-p-типа 2Т3130А9: UCE0 = 40 В,
1с = 0,05 A, UCEsat < 0,2В (1с = 0,01 A, IB = 0,001 А), статический
коэффициент передачи по току 120 > h21E > 30, корпус SOT-23 (KT-46);
• ВЧ-транзисторы p-n-p-типа КТ3153А9: UCE0 = 60 В, 1с = 0,4 A, UCEsat <
0,35 В (1с = 0,15 A, IB = 0,015 А), коэффициент передачи по току 300 ^
h21E > 10, корпус SOT-23;
• набор импульсных диодов 2Д803АС9: два диода с общим катодом VRRM = 50 В,
прямой ток IF(AV) = 0,2 A, IFMmax = 1,5 А при ти ^ 10 мкс, без
превышения F(AV)max = 0,2 А с учетом температуры окружающей среды tamb от -60
до + 60 °С, корпус SOT-23;
• набор импульсных диодов КД629АС9: два последовательно соединенных диода
VRRM = 90 В, прямой ток IF (AV) = 0,2 А при tamb = (25±10) °С, IF(AV)max =
0,8 А при ти 10 мкс, без превышения IF(AV)max = 0,2 А, корпус SOT-23.
Литература
1. Эраносян С. , Ланцов В. Эволюция импульсных источников вторичного
электропитания . Часть 2.
2 . Эраносян С. А. , Новосельцев Е.Н., Козелецкий В.Г. Транзисторный
преобразователь с бестрансформаторным входом по переменному току // Техника
средств связи, научно-технический сборник. Серия «Техника проводной
связи». Вып. 8 (41). М. , 1979.
3. Мкртчян Ж.А. Электропитание электронно-вычислительных машин. М. :
Энергия, 1980.
4. Эраносян С.А. Сетевые блоки питания с высокочастотными
преобразователями. Л.: Энергоатомиздат, 1991.
5. Коссов О. А. Усилители мощности на транзисторах в режиме переключений.
М. : Энергия, 1971.
6. Куневич А.В. Ферриты / Каталог. М., 1991.
7. Стародубцев Ю.Н., Белозеров В.Я. Магнитные свойства аморфных и нанокри-
сталлических сплавов. Екатеринбург: Издательство Уральского
университета, 2002.
8. Кутуев Ш.Х., Ковалев Л.М., Игнатьев Б.А., Смирнов А.Б. Расчет
индуктивных элементов с сердечниками из магнитодиэлектриков на основе
аналитического описания их ферромагнитных свойств // Техника средств связи,
научно-технический сборник. Серия «Техника телевидения». Вып. 5. М. ,
1983.
9. Исследование и выбор направлений создания экономичных малогабаритных
источников вторичного электропитания для аппаратуры передачи и обработ-

ки информации IV и V поколений. Отчет о НИР Эликсир-87-1. Л., 1987.
Ю.Эраносян С.А., Простаков В.Г., Изакова Н.П. Алгоритм и программа
расчета на ЭВМ потерь мощности в однотактном преобразователе напряжения /
Тезисы доклада на НТК в г. Севастополе. М.: ВНИИ «Эталон», 1987.
11. Источники электропитания на полупроводниковых приборах. Проектирование
и расчет. Под ред. С. Д. Додика и Е. И. Гальперина. М. : Советское
радио, 1969.
12. Попов В.А., Артеменко М.Е. Определение емкости входного конденсатора
вторичного источника питания с бестрансформаторным входом // Вестник
Киевского политехнического института. Радиоэлектроника. Вып. 18. Киев,
1981.
13. Эраносян С. А., Ланцов В.В. Разработка интегрированных силовых модулей и
их применение в источниках вторичного электропитания // Современная
электроника. 2006. № 8.
14. Заявка 2317793. Франция, МКИЗ Н02Н 7/20, Н04 5/00. Схема питания для
телевизоров // Открытия. Изобретения. 1977. № 5. Вып. 50.
15. Авт. св. СССР № 1223813. Эраносян С. А., Журавлев Б.Н. Устройство
ограничения пускового тока блока питания с трансформаторным выходом //
Открытия . Изобретения. 1985.
16. Шаров Л.Н. Стабилизированный преобразователь с бестрансформаторным
входом . В кн. : Электронная техника в автоматике. Сб. статей под ред. Ю. И.
Конева. Вып. 6, М.: Советское радио, 1974.
17. Авт. св. СССР № 473267. Смольников Л.Е. и др. Транзисторный инвертор //
Открытия. Изобретения. 1975. № 21.
18. Заявка 52-203. Япония, МКИЗ Н02М 3/24. Преобразователь // Открытия.
Изобретения. 1977. № 5. Вып. 50.
19. Авт. св. СССР № 696583. Эраносян С. А., Новосельцев Е.Н. Статический
преобразователь // Открытия. Изобретения. 1979. № 41.
20.Лаймен Дж. Технология сборки. Применение монтажа на поверхность в
военной аппаратуре // Электроника. 1986. № 14. Том 59.
ЧАСТЬ 4
В предыдущей статье [1] описано развитие отечественной компонентной базы
для импульсных источников вторичного электропитания в период с 1980 до 1990
г. , в частности, речь шла о новых высоковольтных транзисторах с допустимым
напряжением коллектор-эмиттер UCER 400 и 650 В при токах коллектора до 10 А.
Кроме того, с конца 1970-х до середины 1980-х годов были разработаны
современные силовые высокочастотные (ВЧ) силовые диоды на основе барьера Шоттки и
диодов с тонкой базой. Эти диоды имели допустимые обратные напряжения URRM от
40 до 200 В и выше при токах IF(AV) от 2 до 30 А. При этом их основные
технические параметры были на уровне лучших зарубежных элементов, разумеется, при
ограниченной типономинальной номенклатуре. Это дало возможность широкого
внедрения в РЭА источников питания с бестрансформаторным входом (БИВЭ). Подробно
описаны общие пути оптимизации основных узлов БИВЭ, с точки зрения повышения
их удельных массогабаритных характеристик, например, путем определения
оптимальной рабочей частоты силового преобразователя.
Рассмотрены частные технические проблемы, возникающие в процессе эволюции
БИВЭ, и методы их решения, которые позволили увеличить частоту преобразования
в блоках питания до 100 кГц и выше. Показаны предельные возможности развития
некоторых видов изделий электронной техники, таких как ферритовые магнитопро-
воды для ВЧ - трансформаторов, работающих на частотах до 300 кГц, а также для
ВЧ-дросселей фильтров, построенных на Мо-пермаллоевых сердечниках. По сущест-

ву доказано, что практически достигнуты предельные (наилучшие) параметры
биполярных силовых переключательных транзисторов, используемых в импульсных
ИВЭ. Биполярные силовые транзисторы достигли к концу 1980-х годов (в
совокупности) своих лучших технических характеристик, таких как максимальное
напряжение коллектора 250-1500 В при токах 10-30 А, а также времени рассасывания,
которое снизилось до 0,2-0,5 мкс.
Рассмотрим частные технические проблемы, которые возникают в процессе
эволюции БИВЭ.
Защита силовых
элементов преобразователя
от перегрузки по току
Важнейшая проблема надежной работы сетевого блока питания — это
безаварийная работа силовых высоковольтных транзисторов при напряжении на входе
преобразователя до 350-400 В. Различные переходные, а также нерегламентированные
нестационарные режимы работы преобразователя, при которых возможны броски
токов через силовые транзисторы в 2-3 раза больше номинального, требуют
введения в систему управления блоком узла эффективной защиты по току перегрузки.
Практически, то есть совсем, невозможно устранить сбои в схеме управления,
возникающие из-за воздействия различных факторов, например, сильных
электромагнитных помех, появляющихся вследствие работы различных мощных агрегатов,
подключенных к сети, от которой питается БИВЭ. Иногда сбои в работе блока
могут быть спровоцированы неудачным монтажом, как самого блока питания, так и
разводкой силовых цепей устройства, в котором он установлен. Часто помехи,
воздействующие на узлы управления, приводят к аварийным режимам работы
силовых транзисторов, в процессе проведения экспериментальных исследований или
регламентных работ, при подключении к чувствительным точкам схемы выводов
измерительного прибора, например осциллографа. При этом сбои могут быть вызваны
как наличием паразитных связей измерительных приборов с «землей» и сетью, так
и увеличенным значением емкости выводов относительно корпуса прибора или
блока питания.
С целью конкретизации основных требований к идеологии построения защиты по
току силовых транзисторов БИВЭ были проведены экспериментальные исследования
с элементами натурного моделирования аварийного режима, возникающего в
процессе возникновения токовой перегрузки. В качестве испытуемого блока был
использован сетевой блок питания с выходной мощностью 400 Вт, описанный в
статье [2]. Схема экспериментального стенда представлена на рис. 1а.
Блок питания подключался к источнику постоянного напряжения 300 В (иф) . На
рисунке, где приведена только часть блока, условно показан преобразователь
(ТП), содержащий высоковольтные транзисторы. В качестве примера показан
внутри ТП один из силовых транзисторов VT. Преобразователь управляется схемой
управления (УУ) , соединенной с узлом быстродействующей защиты по току (УЗТ) .
Силовой фильтр Ъф-Сф, аналогичный установленному в испытуемом БИВЭ, собран
отдельно и подключен через трехфазный выпрямитель к сети напряжением 220 В и
частотой 400 Гц. Параллельно выходному конденсатору фильтра Сф подключен
тиристор VD через датчик тока и резистор гш, сигнал от него поступает на вход
узла защиты, выходной сигнал которого связан со схемой УУ и далее в виде
импульса (Uy) воздействует на силовые транзисторы.
Процессы, происходящие после включения тиристора VD, позволяют провести
анализ поведения всех узлов и элементов сетевого блока при имитации аварии,
когда срабатывает защита по току. Тиристор включался периодически с частотой
400 Гц, длительность его импульса запуска на выходе генератора (ГИ)
составляла 40 мкс. Генератор работал в режиме внешнего запуска. Импульс, подаваемый

на генератор ГИ, формировался, в свою очередь, специальным пересчетным
устройством (ПУ), которое тактировалось сигналами управления, подаваемыми на
базовые цепи силовых транзисторов преобразователя.
Д59
Вых.
импульс Л
~иг
3 х 220В
о
400 Гц
-£*
15 мкФ
0,5 Ом
I VD
J
УЗТ
Вн
запуск
Н ги
[К.2Т809
Б Э
Uv
УУ
ПУ
300В
—о +
-о —
Л упр.
1'кз'
«КЗ
уст з
0
0
t3.1 -
t32 "
I
о
о
I
=•7
7
I
v
/
w
—J-
и
u
M-
7c
к
T
и
г
4-
\
2 мкс
■ ■
V
\
Г~2~
J
к
Ьч
1
E
10A
t
1 x ~*
M
Vri\*
1 »
t'n
^r
?
к
T"*»
2 мкс
\
^
~2]
^
\
w-
1
\
[}
1,25 В
't
*.
t
Рис. 1. Экспериментальный стенд для моделирования
аварийного тока БИВЭ.
Сущность эксперимента заключалась в следующем. Аварийный режим в
транзисторах ТП моделировался периодическим закорачиванием конденсатора Сф. При этом
на датчике тока появлялся сигнал аварии. Отметим, что ввиду наличия в цепи
замыкания тиристора VD индуктивности проводников, ток через резистор гш имеет
колебательный характер, то есть обеспечивает выключение тиристора обратным
током. После разрядки конденсатора Сф тиристор закрывается, а конденсатор
вновь заряжается до очередного отпирающего импульса, моделирующего режим
перегрузки по току транзисторов преобразователя. В паузах между срабатываниями
тиристора конденсатора Сф заряжался до 300 В.
Как видно на осциллограмме (рис. 16), динамическое сопротивление
открывающегося тиристора и колебательный характер ограничивают максимальное значение
тока короткого замыкания на уровне 25-30 А. Периодический режим процесса
закорачивания позволил при внешней синхронизации измерительного осциллографа
наблюдать импульс тока перегрузки (кривая 1) и импульс на выходе узла защиты
УЗТ (кривая 2). Импульс напряжения эмиттер-база силового транзистора VT в
режиме срабатывания защиты при условии форсированного запирания приведен на
рис. 1в (кривая 3), а импульс напряжения при пассивном рассасывании
неосновных носителей — это кривая 4.
Обработанные результаты проведенных экспериментов позволяют сделать
следующие выводы. При настройке узла защиты на уровень срабатывания, обозначенный
1уст.з на рис. 16, его пороговый элемент выдает импульс (кривая 2) с
суммарной задержкой по времени t3l. Следует отметить, что в этом блоке УЗТ
выполнено на основе операционного усилителя 140УД1, на выходе которого имеется
ключевой каскад на транзисторе 2Т603Б с импульсным трансформатором типа ММТИ-

329. Гальванически развязанный от сетевого потенциала импульс напряжения
(кривая 2) подается в схему управления УУ, где воздействует на усилители
мощности базовых цепей силовых транзисторов. В результате действия выходного
импульса узла защиты происходит выключение силовых транзисторов
преобразователя . На рис. 1в показаны импульсы напряжений при двух вариантах выполнения
схемы выключения. Для первого варианта кривая 3 показывает изменение
напряжения перехода эмиттер-база силового транзистора после прихода импульса защиты
Uy. В момент полного запирания силового транзистора, что соответствует режиму
окончательного прерывания тока через его коллектор (рис. 1а), квазиаварийный
ток достигал значения 1кз « 24 А. Для второго варианта (кривая 4) (при
условии пассивного рассасывания неосновных носителей) видно, что процесс полного
выключения силового транзистора происходит позднее, чем в схеме первого
варианта. Для этого случая моделированный ток короткого замыкания через
транзистор в режиме срабатывания защиты достигает значения 1ткз, то есть «28 А.
Если ввести термин «время реагирования» (tp3) и определить его как
интервал, отсчитываемый от момента достижения аварийным током уставки защиты до
момента, когда полностью прерывается ток через силовой транзистор, то это
время составит для первого варианта tp3 = 2,2 мкс, а для второго — tf рз = 3,8
мкс. Для обоих вариантов схем время задержки срабатывания порогового элемента
узла защиты t3l = 0,8 мкс.
При анализе приведенных осциллограмм можно сделать чрезвычайно важный
вывод. В условиях применения современных высоковольтных биполярных
транзисторов, когда существует конечное время их выключения 0,5-2 мкс, обнаруживается
запаздывание прерывания аварийного тока. Вследствие этого возникает
разрушительный ток, делающий работу узла защиты неэффективной. Проведенные
экспериментальные исследования аварийных режимов в сетевых блоках питания достаточно
полно отражают качественные характеристики протекающих процессов. При
имитации аварийного режима с помощью силового транзистора (вместо тиристора)
иногда амплитуда тока короткого замыкания возрастала в 1,5-3 раза из-за меньшего
динамического сопротивления транзистора в процессе переключения.
Практический опыт работы с бестрансформаторными блоками питания позволяет
сформулировать основные требования к системе организации защиты по току
силовых высоковольтных транзисторов:
• На этапе срабатывания узла защиты от начала реагирования «выявительного»
органа до полного прекращения тока через силовой транзистор необходимо
обеспечить ограничение тока на безопасном для транзистора уровне.
• Суммарное быстродействие «выявительного» органа должно быть не более
0,3-0,4 мкс.
• В момент срабатывания защиты необходимо вводить активное запирание
высоковольтных транзисторов.
• Предпочтительна гальваническая развязка исполнительного органа защиты от
датчика тока, связанного непосредственно с входным сетевым напряжением.
Защита по току в сетевых
блоках с входным
индуктивным фильтром
Анализ работы устройства защиты по току, в которой были реализованы
основные требования изложенной концепции эффективной защиты силовых транзисторов,
проведем на основе БИВЭ, рассмотренного в [2]. На рис. 2 приведена упрощенная
схема этого блока питания.
Как видно на рисунке, входное сетевое трехфазное напряжение 220 В и
частотой 400 Гц поступает через сетевой выпрямитель (СВ) на вход низкочастотного

фильтра (НФ). Постоянное напряжение U0 с выхода НФ на уровне 270-340 В
поступает на вход преобразователя ТП. Мостовой преобразователь с выходной
мощностью 400 Вт содержит в диагонали силовой трансформатор Трс. Силовые
транзисторы VT1-VT4 управляются импульсами, сформированными схемой управления (УУ)
по закону ШИМ. Схема управления среди прочих узлов содержит модулятор
длительности импульсов (МДИ). Блок питания включается устройством, названным
«узел реле» (УЗ), выход которого соединен с контактором (К), контакты
которого обеспечивают подачу сетевого напряжения на вход блока.
Рис. 2. Схема БИВЭ с входным индуктивным фильтром.
Особенностью рассматриваемого блока является цепь ограничения тока
короткого замыкания, которая включена последовательно с конденсатором фильтра Сф.
Эта цепь представляет собой параллельное соединение диода УБф и
ограничительного резистора Rorp. На рис. 2 изображена часть схемы устройства защиты по
току (УЗТ), которое содержит параметрический стабилизатор напряжения Rl, VD1,
операционный усилитель А1, выполняющий роль порогового элемента. На один вход
усилителя А1 поступает сигнал Urur от датчика тока, который суммируется с
постоянным стабилизированным напряжением делителя R2-R4. Другой вход усилителя
А1 соединен с источником опорного напряжения (R5, VD2) через резистор R6.
Выход порогового элемента соединен с импульсным усилителем на транзисторе VT5,
в коллекторе которого включен импульсный трансформатор Tpl. Одна из обмоток
этого трансформатора W4 образует цепь положительной обратной связи,
подключенной к базе VT5. Выходные обмотки Tpl соединены с входами МДИ и
формирователя стробирующего импульса (ФИС), обеспечивающего форсированное выключение
силовых транзисторов. В нормальном режиме работы преобразователя ТП потреб-

ляемый им ток Iт н образован двумя составляющими: током IL дросселя Ьф и током
1с разрядки конденсатора Сф. При выключенных силовых транзисторах
преобразователя происходит зарядка конденсатора током дросселя, который протекает
через диод УБф.
Защита от перегрузки по току функционирует следующим образом. Когда ток
через резистор гш возрастает до тока уставки срабатывания, определяемой
потенциометром R3, срабатывает операционный усилитель А1, и на выводе 5 образуется
напряжение, которое открывает транзистор VT5. Благодаря положительной
обратной связи он удерживается в режиме насыщения некоторое время после уменьшения
тока перегрузки. В результате этого на вторичных обмотках импульсного
трансформатора Tpl формируются сигналы, обеспечивающие ограничение длительности
управляющих импульсов на базах открытых силовых транзисторов, а также запуск
схемы узла ФИС. Последняя образует активное запирание транзисторов VT2, VT4,
точнее одного из них, который был открыт в этом полупериоде рабочей частоты
ТП.
Время задержки срабатывания «выявительного» органа состоит из следующих
частей:
• Задержка нарастания напряжения на выводе 9 усилителя А1, определяемая
помехозащитным интегрирующим конденсатором С1, уменьшающим
коммутационный пик силового тока, который появляется одновременно с открыванием
силовых транзисторов. В рассматриваемом блоке это время составляет 0,3-0,4
мкс.
• Время переключения операционного усилителя, отсчитываемое от начала
реагирования до начала открывания транзистора VT5 (обычно это время равно
0,2-0,3 мкс).
• Время нарастания напряжения на обмотках импульсного трансформатора (0,1-
0,25 мкс).
• Время срабатывания МДИ после подачи на его вход импульса от узла защиты
(0,1-0,15 мкс). Общее время задержки (t3) составляет 0,7-1,1 мкс.
После снятия сигнала управления с переходов эмиттер-база силовых
транзисторов на них поступает запирающее напряжение, обеспечивая форсированное
рассасывание накопленных избыточных носителей. В результате силовые транзисторы
выключаются. Необходимо отметить, что время выключения (Ъвыкл) биполярных
высоковольтных силовых транзисторов, содержащее в себе и время рассасывания,
обычно лежит в пределах 0,7-2 мкс и зависит от многих факторов. Таким
образом, общее время реагирования tp3 при аварийном срабатывании защиты, равное
сумме t3 + Ъвыкл, составляет 1,4-1,7 мкс.
В соответствии с поставленной задачей в течение этого времени необходимо
каким-то способом ограничить ток короткого замыкания в системе. Ограничение
тока действует в рассматриваемом блоке даже при пробое «по вертикали»
(стойке) : одновременное открытие транзисторов VT1 и VT2 или VT3 и VT4. Оно
заключается в том, что максимальный ток разрядки конденсатора Сф не превышает
значения U0/Rorp, а ток дросселя мгновенно возрасти не может.
Приведем основные формулы для выбора элементов цепи ограничения тока в
системе защиты [3]. Величина резистора Rorp рассчитывается из соотношения:
Догр=1у(0,8/^-Гн), (1)
где Imax — максимально допустимый импульсный ток коллектора силового
транзистора , а I' н — приведенный к входному напряжению U0 максимальный ток
нагрузки ТП. Используя соотношения амплитуды тока потребления при индуктивном
фильтре, тока разрядки конденсатора и среднего тока через дроссель, после не-

сложных преобразований получим:
k=W(T\xU0)]x(l-y), (2)
где у = *Ьи/(0,5Т) — коэффициент заполнения импульсов модуляции (tn —
длительность открытого состояния транзисторов в каждом полупериоде, а 0,5Т -
длительность полупериода рабочей частоты ТП).
Мощность, выделяющаяся в ограничивающем резисторе, определяется выражением:
PJton>=/c2x*omxY-
огр
Экспериментальная проверка эффективности системы ограничения тока при
работе устройства защиты по току моделировалась по схеме рис. За.
Зх 220В
о
400 Гц
о
СВ
и0=зоов
_L сф
"15 мкФ
2Д206А^
F
10 А
Л
Rorp.
70 Ом
\
0,5 Ом
гш ¥
р
200 Ом
Осциллограф
J
RK.3.
10м
Ai
Lorp=6A
'Н = 1,5А £
0
1 'ш
*i
л
100 мкс
ta = 70A
f
t^ 15 мс
h
t
A'
'к.огр = 6A
l'u=1,5AlJ
П * ^
0
k L
8A
7A
^^^
*1
40 мкс
60 мне
»
100 мкс
i
*
/
9A
\ ^
h\
В
Рис. З. Схема экспериментального стенда для проверки
эффективности схемы ограничения тока.
Начальный ток, эквивалентный току преобразователя в номинальном режиме,
устанавливался с помощью резистора Ел.экв, входное напряжение было 300 В.
Резистор Rh.экв шунтировался замыканием тумблера S сопротивлением Rk3. Напряжение
Urin подается на электронный осциллограф. Обработанные осциллограммы
представлены на рис. Зб-г. На рис. 36 представлен характер и изменения тока короткого
замыкания вплоть до перегорания предохранителя F (время срабатывания состав-

ляет 15 мс). На рисунке видно, что замыкание происходит в момент tl, при этом
ток возрастает до значения, обозначенного 1н.огр и равного 6 А. В течение
времени от tl до t2 ток ограничен разрядной цепью конденсатора Сф.
Увеличивающийся ток намагничивания дросселя Ьф приводит в течение 100 мкс к
возрастанию тока до значения 1к.огр = 9 А. На рис. Зв этот начальный участок
процесса короткого замыкания приведен отдельно, причем, как видно на
осциллограмме, ток нарастает в интервале tl-t2 практически линейно. На рис. Зг
показано напряжение на дросселе Ьф. Осциллограмма показывает, что время насыщения
дросселя (Д59) составляет 200 мкс.
Эта система построения защиты по току была внедрена в серийный блок
питания, в котором согласно [4] получены следующие данные. Коэффициент полезного
действия БИВЭ (400 Вт) без резистора Rorp и диода УБф был 0,82, а после
введения цепи ограничения короткого замыкания КПД становится равным 0,8.
Следовательно , можно заключить, что суммарные потери от введения элементов
ограничения тока короткого замыкания составили 3% от выходной мощности БИВЭ. Если
необходимо уменьшить эту величину потерь, возможно применение схемы,
описанной в [5]. Для реализации этой идеи, как показано на рис. 2, параллельно
ограничивающему резистору (выводы «А» и «Б») подключается транзистор УТзащ в
моменты подачи рабочих импульсов на силовые транзисторы. Тем самым
минимизируются потери на резисторе Roxp, так как он шунтируется в рабочем цикле
преобразователя падением напряжения на открытом транзисторе УТзащ. В момент
срабатывания схемы защиты по току импульсы управления, подаваемые на УТзащ,
исчезают, и он запирается. При этом быстрое запирание этого транзистора
обеспечивается использованием режима его работы на грани насыщения (икэ « 2 В).
После этого схема ограничения тока короткого замыкания работает как обычно. В
этом случае суммарные потери в БИВЭ от введения схемы ограничения тока
короткого замыкания составят 1,5-2 Вт.
Защита по току в
блоках с входным
емкостным фильтром
Основная часть схемы с емкостным входным фильтром [6], в которой среди
других требований оптимального решения проблем разработки современного БИВЭ
также реализована система ограничения тока короткого замыкания, представлена на
рис. 4. А на рис. 5 приведен вариант практического построения такой схемы —
устройство защиты по току [3].
На рис. 4 показана силовая часть БИВЭ. Сетевое переменное напряжение
подается на сетевой выпрямитель СВ, от которого питается устройство ограничения
тока зарядки УЗК, соединенное со сглаживающим фильтром Свхф. Так формируется
высокое постоянное напряжение U0, являющееся питающим для высокочастотного
транзисторного преобразователя ТП. Преобразователь построен на основе
полумостовой схемы без средней точки источника питания. Силовые транзисторы
преобразователя, попеременно открываясь, образуют на обмотке силового
трансформатора Тр.с переменное напряжение с широтно-импульсной модуляцией. При
отпирании силового транзистора VT1 к обмотке W1 прикладывается разность
напряжений иОи напряжения на разделительном конденсаторе Ср. В другой полупериод к
обмотке W1 прикладывается напряжение на конденсаторе Ср через открытый
транзистор VT2 .
Назначение и схемы включения вторичных обмоток Тр. с показаны на рисунке:
обмотка W2 служит для получения выходного стабилизированного напряжения ивых
БИВЭ, обмотка W3 — для получения напряжения Uy.T, которое используется при
формировании импульса включения тиристора, подаваемого через узел фазового
включения тиристора ФВТ [1].

УЗК
на-
220В
50Гц
~иг
св
-&h-CD-
нн
^-
-ED-
ур
^ 4
«* •
кАГ
+
J0.ya
J3.T
ФВТ -L-
н=М^
вхф
Нагр.
ВФ
—orv-v> |_
тп
н^-
ТрС
w3^
вв
-+3-И
vtTJ
VDr Rr
Вых. 1
чП
-I I +
w1
гш2
UK2
£
*н
J
VT2J-
Вых. 2
w •
АГ
УУ
УЗТ
-'oc
Рис. 4. Схема БИВЭ с входным емкостным фильтром
Силовой
транзистор
ТП
Схема
сложения
сигналов
(СС)
I ФЦ
Тр.1
ПК™
I R6
(VT2)
СС1
Вых. 1-
Тр.1
(•Г^~У~)
C*~v~V\
С1
Вых. 2
СС2
-Va_a_aJ
(~Y-Y~Y^| P0^^»!
R1 иум R2
-ED-
-CD-
С2
Тр.2
Тр.2
Преобразователь
сигналов защиты
Силовая |
I часть
Тр.1
ТП
□Гш'|
vtk1
о
Тр.З
ш2
VT„.
VT1 VT2
1 УМ1
ft
<->/SyM
AVD1
VD2A
ЗГ
Q LJ
D1 qI
R
'п.з
-&-
ПУ2
VT3 VT4
УМ2
ZKVD3
^
AVD4
Q
Q D2
R
МДИ
ПУ1
Тр.1
Рис. 5. Схема устройства защиты с ограничением аварийного тока в БИВЭ

Обмотка W3 служит для получения напряжения Un.yy в цепи обеспечения
«самопитания» схемы управления УУ после запуска преобразователя ТП. Схема также
содержит элементы для запуска преобразователя, например, конденсатор запуска
Сзап и узел разряда УР, который предназначен для разряда энергии, накопленной
в Свхф, и работает при каждом отключении блока питания от сети. Подробно
работа этих узлов описана в [1].
Так как в этом БИВЭ нет дросселя в сетевом фильтре, то система ограничения
тока короткого замыкания построена по-другому. Для уменьшения мгновенной
мощности в коллекторных цепях силовых транзисторов установлены дроссели LkI и
Lk2. Однако выбор величины индуктивности этих дросселей сделан не только из-
за необходимости снижения мгновенной мощности, но также из условия
ограничения тока короткого замыкания. Этот аварийный режим работы силового
преобразователя может возникнуть, например, при одновременном отпирании силовых
транзисторов VT1 и VT2, которое возможно как в результате «сбоя» в схеме
управления, так и при воздействии мощной электромагнитной помехи в базовых цепях
транзисторов. После выключения транзисторов токи коллекторных дросселей
замыкаются через соответствующие гасящие цепи (VDr и Rr). В цепях прохождения
силовых токов преобразователя установлены резистивные датчики токов гш1 и гш2.
Рассмотрим устройство защиты на рис. 5, реализующее требуемую функцию
ограничения аварийного тока в БИВЭ с входным емкостным фильтром.
Транзисторы преобразователя управляются импульсами от схем геометрического
сложения СС1 (СС2) напряжений двух генераторов. Ведущий генератор УМ1
управляется импульсами от задающего генератора ЗГ через счетный триггер D1, а
ведомый генератор УМ2 — модулятором МДИ через счетный триггер D2. Питание на
усилители мощности поступает от вспомогательного источника Un.защ через
электронный ключ Бум. В цепи питания УМ1 и УМ2 установлены резисторы R1 и R2,
благодаря чему уменьшается пик тока (режим одновременного открытия VT1, VT2
(VT3, VT4) из-за конечного времени переключения этих транзисторов).
Мгновенные мощности при выключении транзисторов уменьшены благодаря установке
конденсаторов С1 и С2. В схеме сложения СС показан для примера один силовой
транзистор VT1, в базе которого сформирована цепь суммирования сигналов от
трансформаторов Тр.1 и Тр. 2 усилителей мощности, которая выполнена на основе
оригинальной схемы по [7]. Ток базы силового транзистора ограничивается
резистором R6.
Система защиты включает в себя следующие узлы. Преобразователь сигналов
защиты, предназначенный для обеспечения гальванической развязки напряжения на
датчиках токов гш1 и гш2 от схемы управления. Одновременно с развязкой
происходит усиление сигнала по напряжению. Функции такого преобразователя
выполняет ключевой коммутатор на транзисторах VTkI и VTk2, управляемых поочередно в
каждом полупериоде работы ТП. Базовые цепи транзисторов VTkI и VTk2
подключены соответствующим образом к двум дополнительным обмоткам трансформатора Тр.1
ведущего генератора. В один из полупериодов работы ТП напряжение от датчика
гш1 поступает на первичную обмотку трансформатора защиты Тр.3 через открытый
транзистор VTkI. В другой полупериод напряжение на датчике гш2 прикладывается
к той же обмотке Тр.3, но образуя другую полярность. В результате на
вторичной обмотке Тр.3 образуется импульсное переменное напряжение 5-7 В. Это
напряжение, пропорциональное току нагрузки БИВЭ, выпрямляется и поступает на
входы пороговых устройств ПУ1 и ПУ2. Заметим, что иногда вместо резистивных
датчиков применяется включение двух первичных обмоток трансформатора тока. В
этом случае при нормальном режиме обеспечивается получение переменного
импульсного сигнала на выходе трансформатора тока. Однако при аварийном режиме,
например, при одновременном отпирании силовых транзисторов (VT1 и VT2 на рис.
4) , сигнал перегрузки возникать не будет, так как ток протекает по двум
встречно включенным первичным обмоткам трансформатора тока. В этих условиях

предлагаемый коммутатор, несмотря на наличие сигнала перегрузки на двух
резисторах гш1 и гш2, ввиду одного открытого транзистора из двух будет передавать
на первичную обмотку трансформатора Тр.3 напряжение только от одного из
датчиков тока.
Функцию узла, обеспечивающего ограничение тока короткого замыкания,
развивающегося в силовых транзисторах за время реагирования, выполняют дроссели
LkI и Lk2 (рис. 4). Индуктивность этих дросселей определяется в соответствии
с работой [8], а для двухтактного преобразователя будет:
2^к = ( Ц)тахх 'р.зЖ°'8/к max " W> <3)
где Lk — индуктивность в цепи коллектора каждого силового транзистора, 1к
max — предельный ток через транзистор, возникающий в аварийном режиме, причем
этот ток должен быть меньше предельного допустимого тока по техническим
условиям (Imax) .
Наличие двух пороговых устройств обусловлено концепцией двухуровневой
защиты по току. Ее сущность заключается в следующем. Первый уровень реализуется
устройством ПУ1 и обеспечивает функционирование автоматической возвратной
защиты по току, то есть выход его, воздействуя на устройство МДИ, приводит к
уменьшению ширины рабочего импульса в транзисторах ТП, вплоть до минимального
значения. Уставка этой защиты достаточно близка к номинальному току. Второй
уровень реализуется устройством ПУ2 и обеспечивает защиту с запоминанием, его
срабатывание приводит к снятию управляющих импульсов, подаваемых на силовые
транзисторы. Осуществляется это путем установки триггеров D1 и D2 в нулевое
положение по выходам, что приводит к отключению транзисторов Т1-Т4 усилителей
мощности, а также к размыканию ключа Бум. Назначение еще одного выхода ПУ2
будет описано далее.
Основной алгоритм работы предлагаемой системы защиты поясним с помощью
описания эксперимента, подтверждающего эффективность ее работы. В сетевом блоке
питания 80 Вт (5 В, 16 А) [6] (рис. 4) параллельно силовому транзистору VT2
включается специальный электронный коммутатор. Причем включение этого
коммутатора производится одновременно с включением транзистора VT1 на время 10
мкс. Таким образом, имитируется пробой «по вертикали» (стойке), то есть
аварийное одновременное открывание силовых транзисторов VT1 и VT2.
Процедура эксперимента заключается в том, что после создания режима
аварийного короткого замыкания, то есть включения электронного коммутатора, на
осциллографе записывается процесс отключения силового высоковольтного
транзистора БИВЭ. При этом импульс тока перегрузки, возникающий на резисторе гш1,
передается с помощью транзистора VTkI на импульсный трансформатор Тр.3. Далее
гальванически развязанный от сети сигнал через выпрямитель подается на по
роговые устройства. Импульс выхода ПУ1 автоматического канала защиты
воздействует на МДИ таким образом, чтобы импульс управления силовыми транзистора ми
уменьшился до минимальной длительности. Импульсы с выхода ПУ2 защиты с
запоминанием, кроме установки триггеров D1 и D2 в ноль по выходам и выключения
ключа Бум, также на третьем выводе формируют отпирающие импульсы, которые
через развязывающие диоды VD1-VD4 поступают одновременно на базы транзисторов
Т1-Т4 усилителей мощности УМ1 и УМ2. В результате происходит эквивалентное
короткое замыкание первичных обмоток трансформаторов Тр.1 и Тр.2.
Эффективность примененных технических решений в системе защиты оценивается измерением
времени реагирования tp.3 и предельного тока короткого замыкания (1пред.кз),
проходящего по силовому транзистору VT1 (рис. 4) в момент окончательного его
выключения.
Приведем некоторые технические данные по серийному блоку питания, в котором

была реализована двухуровневая защита по току, имеющая систему ограничения
тока короткого замыкания. Силовые транзисторы — 2Т824, выпрямительные диоды
выходного выпрямителя — 2Д213Б, рабочая частота преобразования ТП — 20 кГц.
Индуктивность коллекторных дросселей LkI и Lk2, ограничивающих токи в силовых
транзисторах, равняется 60 мкГн; сопротивление гасящего резистора Rr = 2 Ом;
сопротивление датчиков токов гш1 и гш2 — 1 Ом.
Результаты экспериментальных исследований, отражающие этапы
последовательного приближения схемных решений к итоговому варианту системы защиты (рис.
5), представлены в таблице 1.
Таблица 1. Этапы совершенствования схемы защиты
Этапы

совершенствования
схемы
защиты
1
2
3
Варианты системы защиты
Схема без форсирующей цепи ФЦ и без
закорачивания трансформаторов Tpl и
Тр2
Схема с закорачиванием трансформаторов
Tpl и Тр2, но без форсирующей цепи ФЦ
Схема с закорачиванием трансформаторов
Tpl и Тр2 и включением форсирующей
цепи ФЦ
Общее время

срабатывания
защиты
tp3, мкс
6
3,5
2,0
Предельный
ток
короткого
замыкания
1пред.кз, А
12
8
4
Поясним приведенные экспериментальные данные.
На первом этапе сигнал устройства защиты ПУ2 обеспечивает выключение
усилителей УМ1 и УМ2. Однако отсутствие запирающего импульса на высоковольтном
транзисторе блока (схема ФЦ), а также пассивное время рассасывания избыточных
носителей приводит к возрастанию времени реагирования до 6 мкс. Несомненно,
осложняет этот процесс наличие запасенной энергии магнитного поля
трансформаторов усилителей мощности, которая продолжает подпитывать базу запираемого
силового транзистора.
На втором этапе закорачивание трансформаторов усилителей мощности
обеспечивает быстрое рассеивание энергии в этих трансформаторах, что и сказалось на
уменьшении времени реагирования до 3,5 мкс.
На третьем этапе реализуется закорачивание трансформаторов Tpl и Тр2 и
подключение форсирующей цепи ФЦ в схеме. Это позволяет значительно уменьшить
время реагирования, благодаря режиму активного запирания базового перехода
силового транзистора конденсатором, заряженным во время действия отпирающего
импульса управления. Необходимо подчеркнуть, что это напряжение может быть
приложено к базе силового транзистора только при условии обеспечения
эквивалентного закорачивания трансформаторов усилителей мощности УМ1 и УМ2.
В заключение отметим, что описанные основные пути решения серьезных проблем
разработки современных высокочастотных БИВЭ не претендуют на
исключительность . Однако многолетняя практика успешной эксплуатации и настройки серийно
изготавливаемых сетевых блоков питания, построенных на основе предлагаемых
схемных решений, подтвердила правильность и надежность изложенных концепций,
алгоритмов и рекомендаций.
В части 3 настоящей статьи [1] приведены сведения о развитии отечественной
компонентной базы до 1990 года. Поскольку именно в эти годы практически
завершилась эпоха биполярных высоковольтных силовых ключевых транзисторов,
которая берет свое начало с середины 1960-х годов, завершим эту веху развития

силовой электроники кратким обзором зарубежной компонентной базы. До конца
1970-х годов были разработаны высоковольтные транзисторы, обладающие многими
достоинствами, с точки зрения их успешного применения в мощных сетевых БИВЭ
[9] . Фирмы RCA, Texas Instrument, Motorola Semiconductor (США.) изготавливали
транзисторы, примерно равноценные по своим параметрам: UCE0 от 250 до 400 В;
1с до 10 А; полное время выключения, учитывая время рассасывания, до 0,8 мкс.
Фирма Mullard (США) выпускала транзисторы типа BOX Series, которые имели
пробивное напряжение 800 В и граничное UCE0 = 400 В, при этом общее время
переключения составляло около 1,5 мкс. Транзисторы фирмы Philips типа BUX имели
UCEmax = 800 В и общее время переключения 0,8 мкс.
Биполярные мощные транзисторы в период 1975-1990 г. были основным классом
силовых транзисторных ключей в преобразователях. Несмотря на непрерывное
совершенствование их параметров, улучшение характеристик их быстродействия
различными схемами их управления, таких как пропорциональное токовое управление,
эмиттерное выключение и т.п., все же относительно большое время рассасывания
избыточных носителей, а также параметры области их безопасной работы (ОБР)
значительно ограничивали частоту работы силовых преобразователей до 80-100
кГц. Однако к концу 1980-х годов стало очевидным, что эпоха доминирования
биполярных силовых высоковольтных транзисторов, используемых в преобразователях
сетевых блоков питания, работающих на рабочих частотах 100 кГц и выше,
практически завершилась. На смену им пришли ключевые транзисторы нового типа:
речь идет о полевых транзисторах с изолированным управляющим электродом
«затвором». Структура таких приборов (металл-диэлектрик-полупроводник) лежит в
основе широко распространенного названия МДП-транзисторов. В том случае,
корда диэлектриком является окисел (двуокись кремния), их называют МОП-
транзистором (MOSFET).
С 1980 по 1990 г. номенклатура изготавливаемых полевых транзисторов была
велика настолько, что уже появились MOSFET-транзисторы (МТ) , как на
относительно малые напряжения сток-исток от 60 В, на большие токи до 50 А, так и на
высокие напряжения до 500-800 В при токах 10-20 А. При этом необходимо
отметить несомненные достоинства МТ перед биполярными транзисторами: высокое
входное сопротивление, позволяющее управлять их работой с помощью маломощного
сигнала, а также область безопасных режимов, которая не была ограничена
факторами, связанными с вторичным пробоем, как в биполярных транзисторах. Кроме
того, подчеркнем высокое быстродействие процессов переключения для полевых
транзисторов, которое значительно уменьшает динамические потери, что
позволяет реально повысить рабочую частоту в преобразователях до 150-250 кГц. Также
отметим возможность надежной работы при простом параллельном соединении
нескольких транзисторов, обусловленной положительным температурным
коэффициентом сопротивления сток-исток в режиме насыщения.
Разнообразие основных типов приборов МТ и различных корпусов исполнения
продемонстрируем на примере приборов американской фирмы International
Rectifier (IR) HEXFET Power MOSFETs:
• Различные корпуса: ТО-3; ТО-247АС; TO-220AB; корпус с управлением от
логического уровня Logic-Level HEXFETs: ТО-252АА (D-Pak).
• Корпуса с токовыми выводами: 5 PIN ТО-220, подобный ТО-204АА; 5 PIN ТО-
ЗР, подобный ТО-247АС.
• Силовые модули HEX-Pak Modules, например полумост из двух МТ (Half
Bridge) TO-240AA.
Приведем несколько примеров технических параметров на ряд транзисторов
фирмы IR:
• Силовой модуль IRFK4H350 в корпусе HEXPak, TO-240AA, в котором включены
четыре параллельных кристалла силовых МТ, создающие эквивалентный тран-

зистор, имеющий следующие технические данные: UDSS = 400 В, ID = 50 А
[25°С] (при температуре корпуса (Тс) 25 °С и ID = 32 А [100°С]); IDM =
200 А — повторяющийся импульсный ток, ограниченный максимальной
температурой перехода, RDS (on) = 0,075 Ом; мощность рассеивания PD = 500 Вт
[25°С] ; UGS = ±20 В; рабочая температура перехода (TJ) от -40 до 150 °С.
• Транзистор МТ типа IRFPS40N60K в корпусе Super-247 (TO-273AA) : UDSS =
600 В, ID = 40 А [25 °С]; RDS(on) = 0,011 Ом.
• Транзистор типа IRFP450 в корпусе ТО-247АС: UDSS = 500 В, ID = 14 А [25
°С] и ID= 8,7 А [100°С] ; IDM= 56 A; RDS (on) = 0,4 Ом; PD.= 190 Вт
[25°С]; UGS = ±20 В; TJ - от -55 до 150°С.
Что касается отечественных высоковольтных полевых транзисторов, то можно
отметить следующее. Если отставание в разработках высоковольтных биполярных
транзисторов во времена СССР составляло 3-5 лет, то полевые транзисторы для
импульсных БИВЭ фактически появились в середине 1980-х годов [10] . Однако к
концу 1980-х годов экономическое положение СССР резко ухудшилось. Зато к
этому времени производители зарубежной электронной техники успели значительно
обновить свое оборудование, по существу, совершив очередную техническую
революцию. Они сделали упор на высокотехнологичные автоматические линии и
миниатюризацию компонентной базы, которая была направлена на снижение затрат в
условиях массового производства. Многие мировые компании по производству
электронных компонентов и изделий построили современные заводы в странах третьего
мира — от Китая и Индии до Мексики и Бразилии, так как в этих странах
преобладала дешевая рабочая сила. Именно в это время очередного технического
резкого подъема микроэлектроники и силовой электроники случился обвал
политической системы СССР, что, в свою очередь, привело к распаду одного государства
и к созданию нового — Российской Федерации.
Пока Россия в муках рождала административные и государственные основы новой
страны, находящиеся у руля руководители, в большинстве своем экономисты и
партийные работники, многие из которых в техническом и производственном плане
были недостаточно грамотны, бросили на произвол судьбы реальный сектор
экономики, в том числе и всю электронную промышленность. Кстати говоря, эти
экономисты не выполнили даже основные экономические показатели, речь идет об
инфляции, которая с 36% в 1999 году «благополучно» дошла до 13% в 2008 году.
Если за первые 5-7 лет существования новой России удалось бы сохранить
научные кадры в лучших научных центрах и произвести технологическое
перевооружение передовых отраслей производства, то мы не вернулись бы сейчас к
«разбитому корыту».
Возможный путь подъема электронной промышленности предлагал в 1999-2002 гг.
один из авторов статьи — С.А. Эраносян. Предусматривалось значительное
уменьшение количества дискретных «рассыпных» компонентов при производстве мощных
импульсных источников вторичного питания. Такого результата можно достичь
путем создания унифицированных интегральных модулей, которые необходимо
разработать на основе передовых технологий, как твердотельной микроэлектроники,
так и толстопленочной гибридной, что нашло отражение в ряде публикаций
авторов [11-13].
Завершая рассказ об отечественных силовых компонентах, а конкретно — о
полевых высоковольтных транзисторах и мощных быстродействующих диодах, отметим
следующее. Разработка этих изделий происходила до конца 1990-х годов, в
основном, в Москве (НПО «Пульсар»), Воронеже («ВЗПП» и СКТБ ЭС «Электроника»),
Брянске (ПО «Кремний»), в пос. Томилино Московской области (000 НПП «ТЭЗ»), в
Троицке Московской области (НПО «Энергомодуль») и др.
К настоящему времени достигнуты относительные успехи в НПО «Энергомодуль» и
ОАО «Контур» (Чебоксары), где производятся мощные MOSFET-модули с напряжением

UDSS от 100 до 800 В, на токи ID от 30 до 500 А [14] . Отметим также, что в
ОАО «Воронежский завод полупроводниковых приборов — Сборка» («ВЗПП-С») [15]
освоено серийное производство изделий для специальной силовой электроники.
Речь идет о ряде полевых транзисторов и диодных сборок в металлокерамических
корпусах (КТ-28-2 и КТ-43В). Приведем несколько примеров технических
параметров полевых транзисторов и высокочастотных диодов, изготавливаемых на этом
заводе:
• Транзистор типа 2П795А4 в корпусе КТ-43-01.01: UDSS = 500 В, ID = 14 А,
RDS(on) =0,4 Ом; мощность рассеивания PD = 150 Вт (25 °С).
• Транзистор типа 2П793А4 в корпусе КТ-43-01.01: UDSS = 200 В, ID = 25 А,
RDS(on) = 0,085 Ом; мощность рассеивания PD = 130 Вт (25°С).
• Диодная сборка 2Д273ЕС2: пара диодов Шоттки с общим катодом в корпусе
КТ-28А-2.01: URRM = 200 В, IF(AV) = 2x20 A, UF = 1,15 В.
• Диодная сборка 2Д640ВС2: быстро восстанавливающиеся диодные сборки в
корпусе КТ-28А-2.01: URRM = 600 В, IF(AV) = 2x8 А, Ъвосст = 60 не.
Итак, в основном мы завершили описание эволюции импульсных БИВЭ с точки
зрения особенностей построения и решения ключевых технических проблем, как
при проектировании схем силовых узлов, так и при создании важнейших узлов
системы управления. Так как вся система управления БИВЭ представляет собой
важный компонент надежности любого блока питания, а о габаритных параметрах
ее мы упоминали в общем плане в статье [1] , то представляется закономерным
вернуться к этому вопросу.
Как известно, размеры системы управления находятся в сильной зависимости не
только от миниатюризации компонентной базы, но и от применения в процессе ее
изготовления новейших технологий монтажа и сборки. Рассмотрим
совершенствование схемы управления за весь период: от первых блоков БИВЭ в 1975 году до
настоящего времени. Будем считать, что в общем случае система управления БИВЭ
состоит из двух основных частей.
Первая выполняет вычислительную функцию: она включает в себя задающий
генератор, триггеры, пороговые элементы (компараторы) для систем защит,
модуляторы длительности управляющих импульсов, аналоговый усилитель с источником
опорного напряжения и т.п. Причем надо отметить, что эти узлы, как правило,
имеют малое потребление от источника питания системы управления. Более того,
эти функции могут быть удачно реализованы в однокристальной микросхеме, что и
подтверждается большим разнообразием интегральных микросхем, выпускаемых
многочисленными фирмами. Например, фирма UNITRODE выпускает только для
импульсных ИВЭ порядка 25-40 типов различных микросхем.
Разумеется, какой бы многофункциональной не была структура интегральной
микросхемы, все же вокруг нее возникает достаточное количество элементов:
резисторов, конденсаторов, потенциометров, которые в совокупности иногда
называют «обвес». Таким образом, интегральная микросхема вместе с элементами
образует одну (вычислительную) часть устройства управления (УУ) , которую мы
обозначим ВЧ-УУ. Ее размеры, а также ток потребления практически не зависят
от рабочей частоты силового преобразователя. То есть габариты ВЧ-УУ
определяются исключительно технологией изготовления и уровнем компонентной базы.
Вторая часть схемы управления выполняет усилительные функции, которые
заключаются в формировании импульсов, непосредственно обеспечивающих
включение/отключение силовых транзисторов преобразователя, как в номинальном режиме
работы его силовой части, так и в нестационарных и аварийных ситуациях. В
большинстве практических случаев, например, для транзисторов мощных БИВЭ, эти
импульсы управления должны быть гальванически развязаны от ВЧ-УУ системы
управления. Для этих целей применяются усилители мощности с импульсным
выходным трансформатором, вторичные обмотки которых управляют силовыми транзисто-

рами, либо напрямую непосредственно, либо через специальные микросхемы
(драйверы) , которые имеют специальные отдельные источники питания, гальванически
развязанные от системы управления. Таким образом, вторая часть УУ имеет на
входе маломощные сигналы управления и защиты от ВЧ-УУ, затем осуществляет их
развязку, усиление и согласование с необходимым уровнем сигнала
включения/отключения силовых транзисторов. Эту часть системы управления обозначим
УМ-УУ. Ее размеры, а также ток потребления определенно зависят от рабочей
частоты силового преобразователя и его мощности, а также от технологии
изготовления и уровня миниатюризации компонентной базы.
Основные этапы развития систем управления БИВЭ и их параметры сведены в
таблицу 2. В ней приводятся, в качестве иллюстрирующих примеров, объемные
характеристики УУ и входящих в него узлов ВЧ-УУ, а также УМ-УУ. Там же
приведены основные данные на блоки БИВЭ, в которых применялись эти системы
управления, а также кратко пояснены применяемые в УУ технологии и основные типы
элементов используемой компонентной базы.
Таблица 2. Этапы эволюции систем управления БИВЭ
Год
разработки
и фирма
1975,
ЦНИИ
«ГРАНИТ»
1980,
ОКБ «РАДУГА»
Параметры устройства управления (УУ)
БИВЭ: параметры, структура силовой части
Компонентная база (ИЭТ)
Входная сеть
Мощность,
Частота, Структура, силовые УБИВЭ,
кГц ключи дм3
12
0,38
1992,
НПО
ДАЛЬНЯЯ СВЯЗЬ
(«ДАЛС»)
0,07
0,14
0,1
0,02
1,06
0,28
0,05
Печатный монтаж, вертикальная
установка ИЭТ
Печатный монтаж, вертикальная
установка ИЭТ
SMD-монтаж, корпуса SOT-23,
SOT-89
Гибридные ИС2ГФ181,2ТК181; |00Лй +п/лл.лЛГ
ИО1УТ401; импульсный 22° В; ±13./2° 40° Г* 400 Вт; 80 В; 5 А
х xiiiTM ooo трехфазная
трансформатор ММТИ-329 r Y
ИС136АЗ (A8JM2), 140УД1А, 220 В; ±16/25 50 Гц;
1НТ251 142ЕН1 В, 2ДС523 однофазная
80Вт;5В;16А
ИС:КН1055ЕУ5, ЕН-19, КР561АП,
КР140УД608ДТ3129А9,
КТ3130А9, КТ665А9, КР142ЕН6,
КС12-6,КД704АС9,
К10-17В, Р1-12, АОД129
380 В; ±15/20 50 Гц; 55 ^"м А * *
линейное напряжение р~ , , +с в. л jt.
6,5
20
150
Мостовой ТП
с ШИМ.2Т8094А, 4 шт.
8,7
Полумостовой ТП о ?
ШИМ.2Т82 4А, 2 шт. L,L
Однотактный
«косой» мост,
квазирезонансный
2П707В2, 2 шт.
0,68
46
36
80
1997,
ЗАО

«ЭЛЕКТРОПЕТЕРБУРГ»
0,32
0,02
0,3
SMD-монтаж, корпуса SOT-23,
SOT-89
ИСКН1055ЕУ5, ЕН-19, КР561АП,
КР140УД608,КТ3129А9,
КТ3130А9, КТ665А9, КР142ЕН6,
КС12-6,КД704АС9,К10-17В,
Р1-12,АОД129и1401САЗ,
140УД2, КС! 8-6,АОД128В
220 В; ±15/20 50 Гц; 910Вт; МО В; 6,5 А
однофазная ' ' '
125
Однотактный
«косой» мост,
квазирезонансный
КП809Б,4шт.
3,5
260
Так как исторически сложилось, что на первом этапе (1975 г.) развития
систем управления БИВЭ в СССР был разработан блок питания для корабельного
комплекса РЭА, который имел входную сеть частотой 400 Гц, то можно утверждать
следующее. Этот первый опыт разработки серийного блока БИВЭ выявил
практически все основные технические проблемы нового класса импульсных источников
вторичного электропитания. Однако много дополнительных технических проблем
было выявлено позднее при разработках сетевых блоков, питание которых
осуществлялось от низкочастотных сетей частоты 50 Гц с напряжением 220 и 380 В.
Среди них отметим две основные проблемы: зарядка конденсатора низкочастотного
входного фильтра, а также запуск и питание системы управления БИВЭ. В связи с
этим имеет смысл подробнее рассмотреть следующие этапы совершенствования
систем управления именно применительно к блокам, питающимся от низкочастотных
силовых сетей. Следует подчеркнуть, что достижение высоких энергетических и
удельных объемных характеристик БИВЭ, питающихся от этих сетей,
представляется, несомненно, более трудным, чем для блоков питания, имеющих частоту
входного сетевого напряжения 400 Гц и выше.
Из таблицы 2 видно, как зависит относительный объем системы управления от
объема всего блока (Vyy/УБИВЭ) при возрастании частоты транзисторного
преобразования ТП. При изменении частоты от 20 до 150 кГц доля УУ снизилась с 17
до 10%, причем это характерно как для блоков мощностью «50 Вт, так и для бло-

ка мощностью «900 Вт. Рост удельной объемной мощности pv с 36 до 260 Вт/дм3
объясняется не только увеличением рабочей частоты ТП, но и качественным
улучшением компонентной базы (силовые полевые транзисторы, миниатюрные элементы в
схеме управления), а также использованием современных технологий, например
применение монтажа на поверхность (SMD). Особенно новые элементы и технологии
сказались на резком снижении объема вычислительной части схемы управления
Увч-уу: с 0,14 дм3 на первом этапе развития БИВЭ до 0,02 дм3 на последних
этапах.
Максимального уменьшения объема узла ВЧ-УУ можно достигнуть путем
применения гибридной технологии. Например, модуль управления (МУ) , разработанный в
НПО «Дальняя связь» и изготовленный в НПО «Буревестник», имел размеры 28x56x6
мм, что соответствует Увч-уу = 0,01 дм3. Проект этого устройства был создан
ведущим специалистом по разработке импульсных ИВЭ А.А. Чумаковым в 1993 роду.
МУ представляет микроплату, которая была изготовлена на керамической подложке
с применением толстопленочной гибридной технологии и миниатюрных изделий
электронной техники (ИЭТ). Модуль был частью системы управления для ИВЭ,
построенного на основе квазирезонансной схемы, с рабочей частотой
преобразования 300 кГц. Выходные параметры блока питания: напряжение 5 В, ток 3 А.
Входное питание — от сети постоянного тока аппаратуры связи с номинальным
напряжением 24 и 60 В. На рис. 6 изображен модуль управления, выполненный на
основе гибридной толстопленочной технологии.
Рис. 6. Модуль управления на основе гибридной толсто-
пленочной технологии
В настоящее время можно утверждать, что концептуально проблема построения
надежной и малогабаритной системы управления практически не существует. Выбор
конфигурации УУ, технологии для ее изготовления, компонентной базы в основном
диктуется, кроме параметров технического задания, рядом других факторов.
Например, практическим опытом разработчика, а также теми или иными «вкусовыми»
пристрастиями при выборе типа и фирмы основной специализированной
интегральной схемы. Оказывают влияние также отдельные нюансы построения узла УМ-УУ в
части гальванической развязки управляющих импульсов, подаваемых на силовые
ключи ТП. При этом основной выбор делается между схемами с импульсными
трансформаторами и схемой, построенной на применении драйверов, выполненных на
основе специальных микросхем.
Литература
1. Эраносян С. , Ланцов В. Эволюция импульсных источников вторичного элек-

тропитания. Часть 3.
2. Эраносян С. , Ланцов В. Эволюция импульсных источников вторичного
электропитания . Часть 2.
3. Эраносян С.А. Сетевые блоки питания с высокочастотными
преобразователями. Л.: Энергоатомиздат, 1991.
4 . Эраносян С. А. , Журавлев Б.Н., Новосельцев Е.Н., Простаков В. Г. Схемы
защиты по току силовых преобразователей с бестрансформаторным входом //
Проблемы преобразовательной техники. Ч. 4. Киев: ИЭД АН УССР, 1979.
5. Эраносян С.А., Журавлев Б.Н. Устройства для защиты статического
преобразователя. Авт. св-во № 570952 СССР // Открытия. Изобретения. 1977. №
32.
6 . Эраносян С. А. , Новосельцев Е.Н., Козелецкий В.Г. Транзисторный
преобразователь с бестрансформаторным входом по переменному току // Техника
средств связи. Серия «Техника проводной связи». Вып. 8 (41). М. , 1979.
7. Мкртчян Ж.А. г Мурадханян Э.А., Мурадян А.Б. Импульсный регулятор
напряжения. Авт. св-во № 597054 СССР // Открытия. Изобретения. 1977. № 42.

Электроника
импульсный блок питания
В данной статье рассмотрены наиважнейшие моменты конструирования
импульсных боков питания, с которыми обязательно столкнется каждый
решившийся на создание ИИП. Мы постарались максимально четко расписать
весь алгоритм действий. Более подробно рассмотрели моменты, на которых
стоит акцентировать внимание.
Построение ИБП
Для начала в общих чертах обозначим, какие основные модули есть в любом
импульсном блоке электропитания. В типовом варианте импульсный блок питания
условно можно разделить на три функциональные части. Это:
1. ШИМ(РГОМ)-контроллер, на базе которого собирается задающий генератор
обычно с частотой около 30...60 кГц;
2. каскад силовых ключей, роль которых могут выполнять мощные биполярные,
полевые или IGBT (биполярные с изолированным затвором) транзисторы;
этот силовой каскад может включать в себя дополнительную схему
управления этими самыми ключами на интегральных драйверах или маломощных
транзисторах; также важна схема включения силовых ключей: мостовая (фул-
бридж), полумостовая (халф-бридж) или со средней точкой (пуш-пул);
3. импульсный трансформатор с первичной(ыми) и вторичной(ыми)
обмоткой (ами) и, соответственно, выпрямительными диодами, фильтрами,
стабилизаторами и проч. на выходе; в качестве сердечника обычно выбирается
феррит или альсифер; в общем, такие магнитные материалы, которые
способны работать на высоких частотах (в некоторых случаях свыше 100 кГц).
Вот, собственно, и все, что нужно для сборки импульсного блока питания.
Ниже на фото основные части ИБП выделены.

Конструкция ИБП: 1 - ШИМ-генератор, 2 - каскад силовых ключей, 3 -
импульсный трансформатор с выпрямительными диодами и фильтрами.
Для наглядности выделим эти модули и на электрической принципиальной схеме
любого импульсного блока питания. Для примера:
ХР1 R1 2
С8 VD1
0,22 мк* 630 В KBU610
I L1
С6, С7 4700 x630 В
DA2 КР142ЕН8В
VD3 КС215
VD7, VD8 HER208
VD9-VD12 КД518А
VD17 АЛ307ВМ
Схема ИБП: 1 - ШИМ-генератор, 2 - каскад силовых ключей, 3 -
импульсный трансформатор с выпрямительными диодами и фильтрами.
К слову, здесь силовой каскад включен по схеме со средней точкой.
Теперь будем по модульно разрабатывать схемотехническое решение будущего
устройства.
Для начала определимся с задающим генератором. Если быть точнее, то с ШИМ-
контроллером. В настоящее время, как вы понимаете, их существует огромное
количество . Здесь, пожалуй, основными критериями выбора являются доступность и

цена вопроса. Нам нужен не любой генератор, а именно с широтно-импульсной
модуляцией. Принцип работы, если в двух словах, то «есть/нет сигнала». На
выходе контроллера либо единица (высокий уровень) либо ноль (низкий уровень).
А
В
L * -
1 t
1
М
т
1
1
1
1
1
и
Типичные ШИМ-последовательнсти (Т - период повторения импульсов).
В соответствии с этим выходные транзисторы открыты либо закрыты, подают
напряжение на катушку импульсного трансформатора либо нет. Причем происходит
такое переключение с высокой периодичностью (как указывалось ранее, обычно
частота 30...60 кГц) .
Настраивается частота в зависимости от потребностей проектировщика внешней
цепью обвязки ШИМ-контроллера, состоящей, как правило, из резисторов и
конденсаторов . Для нашего будущего блока питания возьмем ШИМ-контроллер
К1156ЕУ2. Но это не принципиально. Можно взять практически любой двухтактный
контроллер. Вот недавно даже наткнулся на идею использования в качестве
источника ШИМ последовательностей СОМ порт компьютера. Схема задающего
генератора на базе К1156ЕУ2 показана ниже. Вообще, типовую схему включения любой
другой микросхемы можно найти в технической документации на нее (datasheet).
♦15V
"СЮ
47mkF
Рекомендуемая схема включения К1156ЕУ2.

Расчет частоты
импульсов
Контроллер К1156ЕУ2 предназначен для использования в качестве схемы
управления импульсными источниками вторичного электропитания, работающими на
частоте до 1 МГц. Благодаря высокому быстродействию микросхема нашла широкое
применение и хорошо себя зарекомендовала. В случае отсутствия отечественного
варианта контроллера его можно заменить на аналоги типа UC1825, UC2825,
UC3825. Полумостовые выходные каскады контроллера спроектированы для работы
на большую емкостную нагрузку, например, затворы мощных МОП-транзисторов, и
коммутируют как втекающий, так и вытекающий ток. Описание выводов К1156ЕУ2
следующее:
ОПИСАНИЕ ВЫВОДОВ ИС 1156ЕУ2
Инвертирующий вход операционного
усилителя
Неинвертирующий вход
операционного усилителя
Выход операционного усилителя.
инверт. вход ШИМ-компэрэтора
Вход/выход синхронизации
Вывод подключения времязадающего
резистора
Вывод подключения времязадающего
конденсатора
Неинвертирующий вход ШИМ-
компаратора
Вывод плавного запуска
W1 1 р
^—
W2 2 р
м 3 С
SYN 4 С
R 'С
с 6 С
ни 7 L
8 I '
Start L-
W
"Л 16 Uref
^] -5 UCC
[] •* в
3 'г к
J'2 E
-J " A
—I OU
I s
—' ни
stop
Выход источника
опорного напряжения
Вывод питания
Выход драйвера В
Коллекторы драйверов А
и R
Эмиттеры драйверов
АиВ
Выход драйвера А
Общий вывод
Вывод ограничения тока
или останова
Мер-пбое fcper-iu (3k<R<103k)
Ом 10Эн 47н
10Эк
Rt=-H-fg)
22 н
4.7Н
4 70
t,
МКС
4.70
2.
1.
0.
0.
0.
20
00
47
22
10
0.047
/
*д, га
2 22 47 108
0.47 1.0 2.2 4.7
С, нФ
Стоит отметить также, что частота импульсов зависит он номиналов резистора
и конденсатора на 5 и 6 выводах микросхемы. Причем за паузу (так называемое,
мертвое время) между импульсами отвечает емкость конденсатора. А это прямо
сказывается на обеспечении одновременного закрытия выходных ключей, дабы из-

бежать сквозных токов. Вопрос особенно актуален при больших мощностях.
Сопротивление резистора выбирается из диапазона 3...100 кОм, емкость конденсатора -
0,47...100 нФ. Номограммы для подбора этих радиодеталей на рисунке выше.
Таим образом, для обеспечения мертвого времени в «1,5 мкс (чтобы снизить
вероятность появления сквозных токов через MOSFET в силовом каскаде)
понадобится конденсатор емкостью 15 нФ (0,015 мкФ или 15000 пФ). Теперь смотрим на
левый график. О частоте дополнительно будет сказано ниже. На данном этапе в
качестве номинальной примем 60 кГц. Значит резистор для нашего задающего
генератора нужен номиналом «3 кОм. Поставим подстроечный на 4,7 кОм. Им можно
будет слегка повышать частоту, тем самым повышая мощность блока питания в
целом.
Синхронизация двух и
более ШИМ-контроллеров
Важной функцией К1156ЕУ2 является их совместное использование. То есть один
генератор будет ведущим, а другой ведомым. Для этого существует
функциональный 4 вывод синхронизации. В итоге можно получить два синхронно работающих
генератора ШИМ. Применений такому способу можно найти масса. Поскольку
генераторы будут работать синхронно, то каждый из них можно нагрузить отдельным
выходным каскадом с силовыми ключами и импульсным трансформатором. При этом
можно применить трансформаторы меньшей габаритной мощности. Так, если нам
нужна общая мощность импульсного блока питания не менее 600 Вт, то можно
использовать два трансформатора по 300 Вт. Соответственно, мы сможем снять
часть нагрузки с транзисторов силового каскада, обмоточного провода, также
нам понадобиться сердечник меньшего размера. В связи с этим можно даже
сэкономить на покупке радиодеталей для будущего ИБП. Схема синхронизации двух
ШИМ-контроллеров (ведущего и ведомого) выглядит так:
П1иг-
1С
*Т
ф
4
1иг-1С
SYN
| Мастер Т
|—[ф] иг
L|t]RT
Раб |
Однако в общеобразовательных целях ограничимся включением К1156ЕУ2 в
единичном (типовом) варианте, т.к. перед нами стоит цель дать вам общие навыки
разработки. А уж рациональность использования той или иной схемы,
технического решения будет зависеть от цели использования импульсного блока питания.
С первым функциональным модулем будущего блока вторичного электропитания
разобрались. Окончательно принимаем схемотехнический вариант генератора на
К1156ЕУ2, как показано на рисунке в начале статьи под цифрой 1. В случае
необходимости на конечной стадии проектирования номиналы деталей можно будет
подкорректировать, что, собственно, не скажется на функциональной схеме
генератора .

Подбор силовых ключей
для блока питания
Теперь о том, чем будет управлять ШИМ-контроллер К1156ЕУ2 или TL494 или
любая другая ИМС. В качестве силовых ключей будем использовать MOSFET
транзисторы , как наиболее эффективные. Что касается биполярных, то их существенными
недостатками являются повышенное остаточное напряжение на коллекторе в режиме
насыщения, большая мощность управления по базовой цепи и большое время
рассасывания. Все это приводит к значительному снижению КПД ключей. A IGBT или
биполярные транзисторы с изолированным затвором слишком дороги и не особо
распространены . Значит выбор падает на MOSFET.
Давайте определим границы подбора МОП-транзисторов. Допустим нам нужен
импульсный блок питания мощностью 600 ватт от электросети 220 вольт. Это
значит, что после выпрямительных диодов и фильтрующего конденсатора 220 вольт
переменного тока преобразуются в 300...310 вольт постоянного. Это при
номинальном напряжении 220 В. Но в электросети может быть и 175 и 250 вольт. Сила
тока в цепи номинально будет равна I = P/U или I = 600 Вт/300 (310) В = 1,94...2
ампера.
Будущий импульсный преобразователь будет двухтактного типа, так как одно-
тактные хорошо зарекомендовали себя на мощностях до 100 ватт. Схему включения
силового каскада двухтактного импульсного блока питания выбираем из трех
существующих. Это, как было сказано, мостовая (full-bridge), полумостовая
(half-bridge) или со средней точкой (push-pull). Последняя схема наиболее
эффективна с напряжением на входе до 100 вольт и мощностью до 500 ватт. В
принципе можно использовать и пуш-пульную схему включения. Полумостовая и
мостовая схемы эффективно используются при более высоком напряжении на входе (а у
нас 310 В) и с мощностями до 1 кВт в первом и выше 1 кВт во втором случае.
Нам подходит полумостовая схема включения силового каскада.
Частоту переключения силовых транзисторов возьмем порядка 60 кГц. Из-за
возможного дрейфа частоты она может повыситься до 65 кГц. Можно, конечно,
увеличить частоту до 100 кГц, а то и больше. Однако многие магнитные
материалы, применяемые в качестве сердечников импульсных трансформаторов, не
способны работать на таких частотах. К тому же при повышении частоты нам
понадобятся высокочастотные выпрямительные мощные диоды. А они не дешевы и для многих
труднодоступны. К тому же, после двухполупериодного выпрямителя частота
повышается в два раза. Так что ограничимся частотой в 60 кГц, как наиболее
оптимальной .
Теперь определим амплитуду номинального напряжения на первичной обмотке
импульсного трансформатора с учетом падения напряжения на переходе
транзисторов. U = 310/2 - и, где и - падение напряжения на переходе MOSFET. Поскольку
транзисторы мы ещё не выбрали, то возьмем в среднем и = 0,7 В. Отсюда U =
(310/2)-0,7 = 154,3 В. Минимальная амплитуда при падении напряжения в сети до
175 вольт составит не более 123 В, а максимальная при повышении до 250 В - не
менее 176 В. Для выбора МДП транзисторов исходим из максимально допустимой
силы тока (600/123 = 4,8 А) и напряжения (176 В). По расчетам нам нужен
MOSFET с напряжением сток-исток от 200 вольт и максимально допустимой силой
тока через переход не ниже 6 ампер. Данным условиям отвечают, например,
IRF630, 2SK1117, 2SK1917, IRF740, IRFP460, IRF830 и пр. Здесь опять же
исходим из доступности и стоимости. Для нашего примера возьмем IRFP460. Силовые
ключи подобрали.
Диоды выпрямительного моста на входе импульсного блока питания подбираем с
учетом обратного напряжения от 400 вольт и силу тока от 2 ампер (600/(175 В *
2 шт.) = 1,71 А) при мостовой схеме. Берем диодный мост типа KBU810. Схема
сетевого выпрямителя будет выглядеть следующим образом:

С1
220 мк х
х250В
+
сз
220 мк х
х250 В
+
С5
1,5 мк х
х250 В J,
С2
220 мк х
х250В
+
С4
220 мк х
х250 В
+
-» +154,3 В
С6
1,5 мк х
х250 В Л R2
82 к
R1
82 к
-» Общ.
■> -154,3 В
Резисторы R1 и R2 являются балластными и использованы для разряда
высоковольтных конденсаторов в целях безопасности.
Расчет и намотка
импульсного
трансформатора
Теперь произведем расчет импульсного трансформатора.
Расчет трансформатора является наиболее сложной, важной и «тонкой» частью
всего расчета импульсного блока питания. Для этого эффективнее всего
воспользоваться компьютерными программами, самые популярные из которых можно скачать
здесь ftp://homelab.homelinux.com/pub/arhiv/2013-05-al.гаг.
Итак, мы имеем в качестве исходных данных размах напряжений питания 247...355
В (при девиации напряжения сети 175...250 В) , мощность не менее 600 ватт,
эффективная индукция магнитопровода от 0,1 до 0,2 Тл, эффективная магнитная
проницаемость магнитопровода при использовании в качестве сердечника феррито-
вое кольцо марки М2500НМС1 К65х40х9 составляет 1800...2000. Однако, я советую,

проводить расчет на нескольких программах. Соответственно, в некоторых нужно
указывать напряжение непосредственно на первичной обмотке импульсного
трансформатора. Чуть выше мы приводили схему сетевого выпрямителя для питания
импульсного блока. Как видите, там сетевое напряжение с помощью делителя
преобразуется в двуполярное +/-154,3 В. Указано номинальное напряжение при сетевом
в 220 В. Соответственно, при девиации напряжения сети 175...250 В на первичной
обмотке оно будет колебаться в пределах не 247...355 вольт (такое после
выпрямительных диодов и фильтрующих конденсаторов), а 247/2-0,7...355/2-0,7 , т.е.
122 , 8. ..176, 8 вольт. Будьте внимательны!
Думаем, что с помощью программ не составит особого труда определить
основные характеристики необходимого импульсного трансформатора. Для взятого нами
кольца К65х40х9 мы имеем следующее. КПД около 98%; число витков в первичной
обмотке порядка 55 диаметром 1,2 мм; число витков каждой вторичной обмотки
для напряжения +/-30 В составляет 10+10 с отводом от середины провода
диаметром 1,5 мм. Все данные для намотки трансформатора нам известны. В результате
самостоятельного изготовления должно получиться что-то подобное, а может и
лучше (обмотки лучше размещать более равномерно по кольцу - см. снимок выше).
В заключение стоит пару слов уделить такому нехорошему явлению, как скин-
эффект . В результате него переменный ток высокой частоты при протекании по
проводнику распределяется не равномерно по сечению, а преимущественно в
поверхностном слое. Это может иметь печальные последствия для нашего
импульсного трансформатора при больших мощностях. Поэтому рекомендуется мотать силовые
обмотки трансформатора не одиночным проводом большого сечения, т.к. пользы от
него никакой не будет, а «косичкой», сплетенной из нескольких проводов
меньшего диаметра. Получается своего рода литцендрат. Тем самым мы улучшим
добротность обмоток, повысим КПД и качество импульсного трансформатора. Обратите
внимание, как намотана первичная обмотка:
На фото 8 косичек по 15 проводов в каждой. Смотрится солидно, не правда ли?

Проектирование
принципиальной
схемы ИБП
Мы уже определили, что импульсный блок питания у нас будет двухтактный с
полумостовым включением силового оконечного каскада, состоящего из двух
мощных MOSFET IRFP460. В качестве ШИМ-контроллера выбрали микросхему К1156ЕУ2Р.
Теперь перед нами стоит задача по объединению всех трех функциональных
модулей, каждый из которых имеет свою электрическую цепь. Вместо того, чтобы
изобретать велосипед, можно доработать имеющуюся типовую электрическую схему уже
спроектированного ИБП на выбранном нами контроллере. В конечном счете, мы
получили вот такой вариант схемы импульсного блока питания (см. ниже).
Как можно видеть, в нее входят все три модуля, рассмотренные нами выше.
Дополнительно с помощью реле и ограничивающего резистора R1 (типа С5-16МВ
или С5-5В) на входе реализован плавный пуск, позволяющий избежать резких
бросков тока. Реле можно применить на напряжение как 12, так и 24 вольта с
подбором резистора R19. Варистор RU1 защищает входную цепь от импульсов
чрезмерной амплитуды. Конденсаторы CI—C4 и двухобмоточный дроссель L1 образуют
сетевой помехоподавляющий фильтр, предотвращающий проникновение высокочастотных
пульсаций, создаваемых преобразователем, в питающую сеть. L1 наматывается до
заполнения окна проводом диаметра 0,5 мм на магнитопроводе Ш7х7 из альсифера
ТЧ60, ТЧК55 или феррита типа 2000НМ. Обмотки дросселя содержат равное число
витков. Можно применить магнитопровод типа К24x14x7. Тогда мотают 50 витков в
2 провода.
Подстроечный резистор R16 и конденсатор С12 определяют частоту
преобразования. Для уменьшения ЭДС самоиндукции трансформатора Т2 параллельно каналам
транзисторов включены демпферные диоды VD7 и VD8. Диоды Шоттки VD2 и VD3
защищают коммутирующие транзисторы и выходы микросхемы DA2 от импульсов
обратного напряжения.
Токовый трансформатор Т1 намотан на ферритовом кольце КЮхбхЗ марки 4000НМ
или на К12х8хЗ марки 2000НМ. Первичная обмотка содержит 1 виток провода
диаметром 0,5 мм или монтажного провода в поливинилхлориднои изоляции. Вторичная
обмотка - 100 витков с отводом от середины провода ПЭЛШО диаметром 0,06...0,12
мм. Обмотки следует изолировать, например, лакотканью. Ток протекает через
первичную обмотку трансформатора Т1. Напряжение вторичной обмотки через
резистор R12 поступает на вход компаратора тока 9 вывод микросхемы DA2. В момент,
когда напряжение на этом входе превысит порог срабатывания компаратора (1
вольт), генерация импульсов возбуждения будет прекращена. Ток срабатывания
защиты зависит от числа витков вторичной обмотки трансформатора Т1, емкости
конденсатора С8 и сопротивления резисторов R8, R9 (подстроечный), R12.
С момента включения в сеть до возбуждения инвертора микросхема К1156ЕУ2Р
получает питание от параметрического стабилизатора напряжения на резисторе R2
(сопротивление которого, возможно, нужно будет понизить) и стабилитроне VD4
через диод VD5. В этом режиме микросхема потребляет ток не более 2 мА. После
возбуждения инвертора ШИМ-контроллер питает вспомогательный выпрямитель VD13—
VD16, напряжение с которого стабилизировано микросхемой КР142ЕН8В (или любой
другой на напряжение стабилизации 15 вольт). Диоды VD5 и VD18 исключают
взаимное влияние двух источников питания микросхемы К1156ЕУ2Р.
Оптрон U1 обеспечивает гальваническую развязку цепи обратной связи. Цепь ОС
нужна для стабилизации выходного напряжения импульсного блока питания. Если
оно превысит номинальное, то резко возрастет ток через стабилитрон VD17 и
излучающий диод оптрона. В результате этого открывается фототранзистор оптрона.
Напряжение на входе компаратора обратной связи по напряжению увеличивается (1
ножка микросхемы). Уменьшается длительность импульсов на выходе генератора.

VD9-VD12
Т2 КД2997В
тавить
X
О)
в
к к
PQ
О
В
о з
Ь ТО
о
X
trj
X
О)
о
о к
я s
X
О trj
tc в
ш *
S
я
О)
trj
О
trj
X
О
О
Я
О
PQ
О
О
Я
О
Д
я х
о о
я s
о и
в
и о
В О)
I
о а
§ I
о &
в
со
L2, L3 - двухобмоточные
высокочастотные дроссели
5+5 витков провод а ПОВ-?
ветром 1,5 мм.
.1ННЫХ НЛ
кольцевом
магнитопроводе и>
феррита 2000НМ или
2000НМС шпора >мера
К16х8х5
L3
надвух сложенных
вместе альсиферовых
С23 1 уккольЦ*1Х К?4х13х5.
содержит 55+55 витков
провода диаметром
1.5 мм.
электролиты 220 мкФ х 250 В - 4 шт.
пленочный/керамика 1,5 мкФ х 250 В - 2 шт.
резистор балластный 82 кОм 1 Вт - 2 шт.

Советы по монтажу и
изготовлению печатной
платы для ИБП
Для обеспечения работы мощного импульсного источника питания необходимо
уделить особое внимание расположению элементов на печатной плате и их
монтажным соединениям. Длинные проводники могут стать причиной паразитной
индуктивности и возникновению ненужной ЭДС, что, в конечном счете, приведет к
генерации. Отсюда вытекает резкое повышение потребляемой мощности и сбой в работе
генератора, который обязательно скажется на работе выходных силовых ключей в
виде их пробоя сквозными токами. Поэтому длины всех проводников должны быть
минимальными, выводы конденсаторов - короткими (особенно блокировочных,
сглаживающих ВЧ пульсации). Со стороны монтажа на печатной плате под
радиодеталями задающего генератора и ШИМ-контроллером должно быть оставлено много места
для экрана. Конденсатор С21 должен иметь низкую собственную индуктивность.
Его необходимо расположить не далее 6 мм от вывода 15 микросхемы DA2 для
подавления высокочастотных помех. Сильноточные цепи необходимо выполнять
минимальной длины. Ширина дорожек сильноточных цепей выбирается размером 5 мм и
более. Для слаботочных цепей достаточно ширины дорожки в 0,8...1,5 мм. При этом
следует исходить из зависимости 0,5 ампер тока на ширину дорожки 0,5 мм. С
учетом вытравливания меди - минимальная ширина 0,8 мм. В том месте, где
невозможно проложить дорожку большой ширины, при лужении на нее напаивают слой
припоя или по всей длине напаивают луженый провод, тем самым увеличивая
толщину.

Матпрактикум
1ЙР т
ИСПОЛЬЗОВАНИЕ КОМПЬЮТЕРНЫХ МОДЕЛЕЙ
ПРИ ИЗУЧЕНИИ КВАНТОВОЙ ФИЗИКИ
Майер Р.В.
Изучение физики микромира осложнено тем, что обсуждаемые явления не так
просто исследовать экспериментально, а изучаемые объекты настолько малы, что
их невозможно увидеть глазом. Поэтому некоторые явления имеет смысл изучать с
помощью компьютерных моделей [2] .
Излучение
абсолютно
черного тела
При рассмотрении теории теплового излучения обычно формулируют закон Стефа-
на-Больцмана, закон смещения Вина, а также квантовую гипотезу Планка, из
которой следует знаменитая формула Планка, выражающая зависимость спектральной
светимости г абсолютно черного тела от его температуры Т и частоты v:
r(v, Т) = — ,
c2(Qxp(hv/kT)-l)
где h - постоянная Планка, к - постоянная Больцмана, с - скорость света в
вакууме. Законы Стефана-Больцмана и Вина можно вывести из формулы Планка [3],
однако это потребует сложных математических выкладок и определенных затрат
времени. Нами разработана методика изучения теории излучения, предусматриваю-

щая подтверждение законов Стефана-Больцмана и Вина с помощью простой
компьютерной модели.
Основная идея состоит в использовании компьютерной программы, моделирующей
тепловое излучение. Она позволяет решить следующие задачи:
a) построить графики зависимости спектральной светимости абсолютно черного
тела от частоты при различных температурах;
b) определить частоту, на которую приходится максимум спектральной
светимости тела при различных температурах;
c) используя метод численного интегрирования, вычислить интегральную
светимость абсолютно черного тела.
Это делает возможным проведение серии вычислительных экспериментов,
подтверждающих закон Стефана-Больцмана и закон смещения Вина.
Предлагаемая методика использования компьютерной модели при изучении
законов излучения состоит в следующем.
1. Преподаватель знакомит студентов с основами теории излучения, формируя
понятия абсолютно черного тела, интегральной и спектральной светимости,
формулирует квантовую гипотезу Планка, закон Стефана-Больцмана, закон смещения
Вина, записывает и объясняет формулу Планка.
2. Студенты создают программу, строящую графики зависимости спектральной
светимости абсолютно черного тела от длины волны или частоты при разных
температурах. Это удобно сделать, если от частоты v и абсолютной температуры Т
перейти к параметрам
.v^v-HlTthlc2
И
T'=T(k/h)M2nh/c2 .
В этом случае формула Планка приобретает вид
г(V, Г) = v'3 /(exp(v7 Г) -1).
График этой функции можно построить с помощью программы
3. Преподаватель объясняет студентам сущность метода численного
интегрирования и предлагает написать программу, которая определяет интегральную
светимость абсолютно черного тела, как интеграл функции r(v',T') по всем частотам
при данной температуре.
4. Студенты с помощью программы ПР-1 находят интегральную светимость
абсолютно черного тела при различных Т' и убеждаются в том, что она
пропорциональна четвертой степени абсолютной температуры (закон Стефана-Больцмана).
Листинг программы на языке Basic представлен ниже.
5. Используя программу ПР-1, студенты определяют частоту . v'max или длину
волны Х'тах, на которую приходится максимум спектральной светимости абсолютно
черного тела. Проведя серию вычислительных экспериментов при различных
температурах, они убеждаются в справедливости закона смещения Вина: частота, на
которую приходится максимум спектральной светимости абсолютно черного тела,
прямо пропорциональна его температуре.
CLS : Т = 600: h = 1: max = 0 ПР-1.
FOR w = 1 ТО 20000 STEP h
F=w*w*w/ (EXP(w / T) - 1)

R = R + F * h
IF F > max THEN wm = w: max = F
NEXT
PRINT "ИНТЕГРАЛЬНАЯ СВЕТИМОСТЬ ", R
PRINT "ДЛИНА ВОЛНЫ L_max", 1 / wm
END
Результаты вычислений представлены в таблице. Видно, что с ростом Т
увеличивается R, а величина о остается постоянной.
т
100
200
300
400
500
600
R
649 • 10б
10400 • 106
52600 • 106
166000 • 106
405000 • 106
841000 • 106
^т
0,00355
0,00177
0,00118
0,000885
0,000709
0,00059
о = R/T4
6,49
6,50
6,49
6,48
6,48
6,49
b = XmT
0,355
0,354
0,354
0,354
0,355
0,354
6. Преподаватель знакомит студентов с фундаментальными экспериментами,
которые позволили подтвердить законы излучения, а также с современными
методами, применяемыми для измерения высоких температур.
7. На занятиях лабораторного физического практикума студенты выполняют
лабораторную работу по измерению мощности, излучаемой лампой накаливания при
различных температурах нити [1]. Установка состоит из лабораторного
автотрансформатора, к которому подключены лампа накаливания, амперметр и
вольтметр . По их показаниям можно вычислить излучаемую мощность и сопротивление
нити лампы. Температуру нити определяют, исходя из известной температурной
зависимости сопротивления вольфрама. Студенты экспериментально подтверждают
закон Стефана-Больцмана, убеждаясь, что излучаемая лампой мощность прямо
пропорциональна четвертой степени абсолютной температуры.
Движение микрочастицы
в потенциальной яме
Динамическое состояние квантовой частицы описывается волновой функцией
V(x,y,z,T)f квадрат модуля которой равен плотности вероятности нахождения
частицы в данной точке пространства. Вероятность нахождения частицы в
элементарном объеме dV равна |Ф(х,у,z,т) | 2dV. Основным динамическим уравнением
квантовой механики, изучающей явления микромира, является уравнение Шрединге-
ра
ifl +
дт
(гг
\
v
2т
A-U(x,y,z)
W = 0.
Его решение имеет вид:
W(x, у, z, т) - ц/(х, у, z) exp(-icor),
где СО — ЕI tl , а функция Ц/\Х, у, Z) удовлетворяет уравнению:
2
п
2т
А у/(х, у, z) + (E- U(x, у, z))\f/{x, y,z) = 0
Рассмотрим одномерное движение частицы массой m в поле потенциала U(x). За-

пишем стационарное уравнение Шредингера:
дх2 fi2
Квантовая система может находиться в стационарных состояниях с энергией Е,
каждое из которых описываются волновой функцией стационарного состояния. Если
частица находится в потенциальной яме, то значения энергии En образуют
дискретный спектр. Численно решить уравнение Шредингера - значит подобрать такие
значения энергии En, при которых функция Ф(х) не расходится, то есть всюду
сохраняет конечные значения. Только при этом интеграл от квадрата модуля Ф(х,
т) будет конечной величиной. Студентам может быть предложена следующая
задача.
Задача 1
Рассчитайте энергетические уровни частицы находящейся в одномерной
прямоугольной потенциальной яме с высотой стенок Ui и U2.
Стационарное уравнение Шредингера - дифференциальное уравнение второго
порядка, которое может быть решено методом Эйлера. Задавая энергию частицы Е,
можно рассчитать функцию Ф(х) . Основная трудность состоит в том, что далеко
не любое решение уравнения имеет физический смысл, так как при произвольных
значениях Е функция Ф(х) стремится к бесконечности, что противоречит условию
нормировки: интеграл от |Ф(х,у,z,т) 12dV по всему пространству должен быть
равен 1, так как частица существует и находится где-то внутри потенциальной ямы
или рядом с ней. Поэтому, физический смысл имеют лишь некоторые дискретные
значения энергии En, при которых волновая функция за пределами потенциальной
ямы стремится к нулю. Задача в том, чтобы приближенно определить эти
разрешенные уровни энергии En. Следует понимать, что найти точные значения En в
принципе невозможно, также как невозможно абсолютно точно установить,
например, заряд или массу электрона.
Рис. 1. Моделирование частицы в потенциальной яме.
Ниже представлена программа ПР-2, решающая уравнение Шредингера для частицы
в потенциальной яме U(x), которая рисует графики зависимостей Ф(х) и |Ф(х)|2.
При этом используется метод стрельбы: энергия частицы Е увеличивается с
некоторым шагом dE, и строится график зависимости Ф(х) , который при х->+оо
стремиться к +оо либо к —оо. Необходимо определить энергию частицы, при которой
функция Ф(х) на бесконечности будет стремиться к 0 (рис. 1). Все расчеты но-

сят приближенный характер, точного совпадения с истинным значением энергии в
стационарном состоянии не происходит. На рис. 1 приведены решения для
стационарных значений энергии Ei, Е2, Е3. Получающиеся решения устойчивы, то есть
незначительные вариации Еп не приводят к существенным изменениям Ф(х) вблизи
потенциальной ямы. В программе Пр-2 переменной fi соответствует Ф(х), а
переменным fil и f±2 - первая и вторая производные Ф(х) по координате х.
Uses crt, graph; Пр-2.
Const dx=0.002; dE=l; aa=0.0001; Ul=5000; U2=2000;
Var h, Gd, Gm : integer; U,E,x,a,fi,fil, fi2 : real; ЕЕ: string;
BEGIN Gd := Detect; InitGraph(Gd, Gm, 'c:\bp\bgi');
E:=136; a:=50; x:=-20;
Repeat x:=x+0.2; U:=U1;
If (x>0)and(x<a) then U:=0; If x>a then U:=U2;
circle(100+round(x*5),470-round(U/15), 1);
until x>80;
Repeat x:=-20; fil:=0.0001; fi:=-0.0001;
Repeat x:=x+dx; U:=U1;
If (x>0)and(x<a) then U:=0; If x>a then U:=U2;
fi2:=-aa*(E-U)*fi; fil:=fil+fi2*dx; fi:=fi+fil*dx;
circle(100+round(x*5),220-round(fi*fi/500),1);
circle(100+round(x*5),350-round(fi/3),1);
until (KeyPressed)or(abs(fi)>2000);
E:=E+dE; h:=h+10; Str(E:5:1,EE); OuttextXY(530,10+h,EE);
until KeyPressed; Repeat until KeyPressed;
END.
Результат расчетов зависит от краевых условий: координаты х и
соответствующих значений fi (функции Ф(х)) и fil (производной Ф(х) по х) при х
стремящимся к —оо. На бесконечности Ф(х) должна обращаться в 0; в программе же
задаются малые, но отличные от 0 значения fi и fil.
Гармонический
осциллятор
Рассмотрим микрочастицу, находящуюся в потенциальной яме:
U = MCOqX 12- ах .
В этом случае на нее действует квазиупругая возвращающая сила:
Fx = -gradU = -ax ,
величина которой пропорциональна координате х. Колебания гармонические и
происходят вдоль осих, их период не зависит от частоты, поэтому такая система
называется одномерным гармоническим осциллятором. Запишем уравнение Шрединге-
ра:
^2 - ( 2 \
д у/ t 2m\ ma>Q 2
J-j X
■+■
дх2 Ь2
у/ = 0
V J
Из теории известно, что стационарным состояниям соответствуют
эквидистантные уровни энергии:
En=ha>o(n + \/2), где и = 0,1,2,...

1
Щ у\ /
Е4 s~\ /
f A f Алл/
Sr rC Лл
" B-v^T * УХ/
Ео _^-—
x ' 1
ГллЛа
v^ x-* v-^ ^~- 33.
{ц,2 X
—^^ ^^ >
i у/2 х
^^^ >
X
Рис. 2. Волновая функция для четных п.
Задача 2
Исследуйте гармонический осциллятор, - микрочастицу находящуюся в
потенциальной яме U = ах2. Найдите значения энергии, соответствующие стационарным
состояниям.
Эта задача аналогична задаче о частице в прямоугольной потенциальной яме, и
отличается тем, что потенциальная энергия должна быть задана уравнением U =
ах2. Так как потенциальная яма симметрична, то для нахождения разрешенных
уровней энергии вычисление волновой функции удобно начинать с точки х = 0.
При этом используется программа ПР-3. Для определения Фп(х) для четных п
задают начальные условия Ф(0) ^ О и V (0) =0. При этом получается
симметричная относительно прямой х = 0 функция Фп(х), п = 0, 2, 4... (рис. 2.1). Чтобы
найти Фп(х) для нечетных п, вычисления следует начинать с Ф(0) = 0 и V (0) ф
0. Получающиеся волновые функции Wn (х) , п = 1, 3, 5... обладают центральной
симметрией относительно начала координат (рис. 3.1). На рисунках также
приведены графики функций | Фи (х) | 2 (рис . 2 . 2 и 3 . 2) .
Найденные значения энергии (в условных единицах) действительно
удовлетворяют формуле En = Е0 (п + 1/2). Программа не учитывает условие нормировки,
поэтому амплитуды волновых функций получаются произвольными.
Рис. 3. Волновая функция для нечетных п.

Uses crt, graph; Пр-3.
Const dx=0.002; dE=l; aa=0.0001; Ul=5000; U2=2000;
Var h,hh, Gd, Gm : integer; U,E,x,a,fi,fil, fi2 : real; ЕЕ: string;
Procedure Raschet;
begin a:=50; x:=-40;
Repeat x:=x+0.02; U:=U1; U:=5*x*x;
circle(320+round(x*5),470-round(U/15),1); until x>180;
Repeat x:=0; {fil:=0; fi:=50;} fil:=8; fi:=0;
Repeat x:=x+dx; U:=0.5*x*x;
fi2:=-aa*(E-U)*fi; fil:=fil+fi2*dx; fi:=fi+fil*dx;
circle(320+round(x*5),400-hh-round(fi*fi/50), 1);
circle(320-round(x*5),400-hh-round(fi*fi/50),1);
circle(320-round(x*5),400-hh,l); circle(320+round(x*5),400-hh,l);
until (x*5>290)or(abs(fi)>1000000) ;
E:=E+dE; h:=h+10; Str(E:5:1,EE); OuttextXY(530,h,EE);
until x*5>250; end;
BEGIN Gd := Detect; InitGraph(Gd, Gm, f с:\bp\bgi f) ;
hh:=300; E:=1060.6; Raschet; hh:=200; E:=777.8; Raschet;
hh:=100; E:=495.0; Raschet; hh:=0; E:=212.15; Raschet;
Repeat until KeyPressed;
END.
Прохождение
частицы через
потенциальный барьер
Туннельный эффект состоит в том, что частица, энергия которой меньше высоты
потенциального барьера, имеет некоторую вероятность туннелирования, то есть
прохождения через данный барьер. Из рис. 1 видно, что имеется отличная от
нуля вероятность обнаружения частицы в классически запрещенной области, для
которой Е < U. Она по мере углубления частицы в стенку потенциальной ямы
убывает по экспоненте. Если бы вместо стенки был потенциальный барьер, то
микрочастица с некоторой вероятностью прошла бы через него! Понятно, что
макроскопическая частица, энергия которой меньше высоты потенциального барьера, не
сможет его преодолеть и отразится от него.
С \
/ 7
1 Щх) 1 ш
1 * / if) 77f
1 1U,{ i I
v V *ц VI
П Щх)
/\aa
l \У \S V
[2] Г
/v4AA
VI/
~| Щх)
4^^/N
( \
4 J
y/(x)
Рис. 4. Моделирование туннельного эффекта.
Теория туннельного эффекта предусматривает аналитическое решение уравнения
Шредингера для трех областей: до потенциального барьера, внутри и после него.
Получающиеся функции Ф(х) в общем случае не смыкаются, в то время как
состояние частицы должно описываться непрерывной и гладкой (без изломов) волновой
функцией. Поэтому следует осуществить сопряжение этих решений, при котором
выполнялись бы условия равенства волновых функций и их производных на обеих

границах потенциального барьера. Кроме того, решение должно удовлетворять
условию нормировки.
В результате получается, что коэффициент прозрачности D потенциального
барьера, равный вероятности туннелирования частицы, тем больше, чем меньше
ширина барьера d и высота барьера U, а также чем выше энергия частицы Е.
Туннельный эффект имеет место при альфа-распаде ядер, при термоядерных реакциях,
при автоэлектронной эмиссии, при контакте двух полупроводников и т.д.
Задача 3
Методом компьютерного моделирования исследуйте туннельный эффект, -
прохождение частицы через потенциальный барьер.
Необходимо написать программу, позволяющую рассчитать волновую функцию
частицы с энергией Е, проходящей через потенциальный барьер высотой U и шириной
d. Решение задачи состоит из двух этапов. Сначала решают задачу для частицы
падающей на потенциальный барьер высотой U бесконечной длины (одну стенку
потенциальной ямы) . При этом, изменяя фазу волновой функции (то есть значения
Ф(х) и ее производной при х = 0) следует подобрать такое ее значение, при
котором функция Ф(х) внутри бесконечно длинного потенциального барьера по
экспоненте стремится к нулю (рис. 4.1). Подобрав значения Ф(0) иФ'(О)
(переменные fi и fil), повторяют запуск программы для потенциального барьера шириной
d (рис. 4.2 и 4.3).
Задача 4
Проведите с рассмотренной выше компьютерной моделью серию вычислительных
экспериментов и на качественном уровне изучите зависимость коэффициента
прозрачности потенциального барьера от его высоты U, ширины d и энергии Е
частицы (рис. 4.2 и 4.3).
Для нахождения коэффициента прозрачности D достаточно определить отношение
квадратов амплитуд прошедшей и падающей волн вероятности Ф(х) . Коэффициент
отражения равен R = 1 - D.
ЛИТЕРАТУРА
1. Кабардин О.Ф., Орлов В.А., Шефер Н. И. Факультативный курс физики 10
класс. Пособие для учащихся. - М.: Просвещение, 1975. - 192 г.
2. Майер Р. В. Компьютерное моделирование физических явлений. - Глазов:
ГГПИ, 2009. - 111 с. (http://mayer.hop.ru).
3 . Фриш С . Э. , Тиморева А. В . Курс общей физики: Учебник . В 3-х тт . ТЗ .
Оптика. Атомная физика. - Спб. : Издательство ллЛань", 2007. - 656 с.

Разное
МИР ГЛАЗАМИ ЗООПСИХОЛОГОВ
Лабас Ю.А., Седлецкий И.В.
ГЛАВА 3. «ЧЕЛОВЕК
ЧЕЛОВЕКУ - ВОЛК?»
3.1. «Агрессия» —
что это такое?
Что ассоциируется у любого человека с этим словом? — Разумеется, 22 июня
1941 и 1 сентября 1939 годов. Начало Второй мировой войны, пакт «Молотов-
Риббентроп», прелюдия нападения Гитлера на Польшу, Мюнхенский сговор (1938)
западных держав с тем же Гитлером — длинная цепочка подлостей и преступлений,
тянущаяся еще ко временам Первой мировой войны, от убийства австрийского пре-
стонаследника Фердинанда в Сараево до Версальского договора, последующего
обнищания и дикого озлобления немецкого народа.
Все однако, может быть и проще.
«Комсомольская правда» за 16 января 1993 года, заметка «Все равно кого
убивать . В слепой ярости он мстил случайным людям».
В подворотне многоквартирного дома в подмосковном поселке Ховрино
беседовали несколько подвыпивших молодых людей. К ним подошел незнакомый, по-

видимому, трезвый парень, представился:
— Я из Солнечногорска — сказал Чужак, — и начал разговаривать вызывающе,
по-хамски, явно напрашиваясь на скандал.
Один из беседующих, в конце концов, потерял терпение:
— А, ну-ка, пойдем, поговорим.
Парень словно этого и ждал, хотя выступал, вроде один против четырех.
Отошли за угол вдвоем, и в ту же секунду незнакомец выстрелил в лицо случайному
противнику из газового баллончика, после чего убежал. Видно, не терпелось
испробовать на ком-нибудь приобретенное оружие. Жертва нападения — некто Руслан
Баранов — тут же лишился сознания, и какое-то время пролежал без движения на
асфальте. Затем пришел в себя и на подвернувшемся автобусе помчался на
железнодорожную платформу вдогонку за обидчиком, сжимая в кармане большой складной
нож. На платформе Баранов особо разбираться не стал, а просто принялся
убивать первых попавшихся на глаза людей: случайными жертвами стали двое мужчин
и девушка.
Очень похожий случай, но с участием зверя.
На Белом море, возле Кемьлудского островного заповедника, рыбак в моторной
лодке заметил переплывающего протоку бурого медведя. Дело было летом, когда
медведи крайне редко первыми нападают на людей, если поблизости нет медвежат.
Не долго думая, рыбак подплыл к медведю и с размаху огрел его по голове
топором. Видно понадеялся: «добуду шкуру и мясо», но забыл, какой у медведей
крепкий череп. Зверь тотчас положил переднюю лапу на борт лодки. Та чуть не
перевернулась, и рыбак, в ужасе, дав полный газ, умчался с этого места. Между
тем, раненый медведь доплыл до острова. Случайно повстречались ему двое:
егерь-обходчик с двенадцатилетним сыном. Зверь кинулся на обходчика, поломал
ему кости, изгрыз и изломал ружье, после чего убежал. Мальчик с громадным
трудом дотащил отца до лодки, отвез, спас, но человек на всю жизнь остался
инвалидом... Зло порождает зло.
Оба трагических случая — классические примеры так называемой
переадресованной агрессии, о которой как о нейрофизиологическом явлении мы подробнее
расскажем несколько позже.
Пока же рассмотрим несколько самых главных черт агрессивного поведения.
Во-первых, агрессия очень часто связана с неприятными эмоциями, практически
любыми. Это могут быть и зубная боль, и служебные неприятности, и болезнь или
смерть близкого человека и так далее, и т.д. Вполне, однако возможна и
агрессия без всяких видимых причин. Просто хочется нападать, драться, убивать, а
ни малейших поводов к тому вроде бы, и нет. Приспичило и все тут. Характерно,
что в основном, эта немотивированная агрессия наблюдается у мальчиков и
юношей в переходный период: двенадцать-шестнадцать лет. Таким образом,
совершенно ясно: агрессивное состояние как-то связано с гормонами, в частности, с
мужским половым гормоном тестостероном, но отнюдь не только с ним.
Есть и вторая черта. Случай с медведем — не редок, но и не типичен.
Конечно, и агрессивная собака, без всякого видимого повода атакующая незнакомого
человека где-нибудь вне охраняемой ею территории, на улице или в лесу —
явление обыденное. (Для собак мы «собаки». Кошка же — не столько «враг», сколько
убегающая добыча).
В основном же, тем не менее, агрессия и соответствующее ей эмоциональное
состояние: злоба, ярость, гнев (хотя, опять-таки, и это состояние не
обязательно, хватает случаев «агрессии просто, смеха и забавы для» направлена
против особей своего вида. Нормальный человек не может испытывать подлинное
чувство злобы, ненависти, ярости (не в счет, разве, минутная досада за
украденную со стола котлету или испачканный ковер) на какие-либо другие существа,
кроме себе подобных. Вспомним еще раз древнюю поговорку человек человеку —
волк. Фактически — совсем не так. Вся беда именно в том, что человек человеку

— человек.
И у любых других живых тварей — точно так же. У всех у них агрессия
направлена чаще всего против себе подобных.
У агрессивного поведения, как и у любого другого, имеется и своя патология.
Это как раз и есть всякие, смакуемые газетами, случаи ничем не мотивированных
нападений, избиений и убийств «Просто так», без малейшего повода, в
особенности, когда преступник не подросток или юноша, а зрелый человек, старик либо,
того уж патологичнее, женщина.
Давайте, однако, по порядку.
Ученые установили, что у всех позвоночных животных в стволовой части
головного мозга, в его особом образовании, называемом гипоталамусом, локализуется
специальный центр агрессивного поведения представленный и в некоторых других
мозговых структурах. Нервные клетки этого центра возбуждаются при неприятных
ощущениях, образуя и выделяя в момент возбуждения особые вещества —
нейрогормоны и неиромедиаторы определенных типов (дофамин, норадреналин, серотонин, а
также некоторые нейропептиды). Эти вещества, распространяясь в структурах
головного мозга, избирательно стимулируют именно те нейроны, которые заправляют
неприятными ощущениями и агрессией или, в несколько иных комбинациях, —
страхом, побуждением к панике, к бегству. Агрессия и страх взаимосвязаны и часто
чередуются друг с другом.
В регуляции обоих состояний участвуют еще и особые (так называемые х хро-
маффинные) клетки «мозговой» (внутренней) ткани надпочечников, контролируемые
нервной системой. Эти клетки продуцируют «гормон стресса» адреналин,
выбрасываемый в кровь и регулирующий физиологические процессы, связанные с подобного
рода состояниями. (Характерные внешние проявления: учащение сердечного ритма,
покраснение кожи, рост тонуса скелетной мускулатуры, расширение зрачков,
поднимание шерсти дыбом и так далее.)
В каких случаях проявляется агрессия в норме?
1. Охрана территории (см. ниже много и подробно).
2. Выяснение отношений в группе, типа «Кто здесь начальник? Ты или я?»
3. Нападение, как лучшее средство защиты. Вспомните как Остап Бендер «крыл»
грабивших его румынских пограничников, как «собачился» он с контролером,
когда у него не было билета. К сему следует отметить, что некоторые животные и
люди склонны начинать защищаться раньше, чем на них напали. Весьма
малосимпатичная черта, у людей особенно ярко проявляющаяся при некоторых душевных
заболеваниях .
4. Вымещение злобы. Два вполне наглядных примера мы только что привели. А
вот и третий: вас грубо оскорбили по телефону, а вы ударили изо всех сил
кулаком по столу или, того хуже, вдребезги разбили о стену телефонную трубку.
Плохо, когда так себя начинает вести правительство и, потерпев в чем-то
крупную неудачу, объявляет войну.
5. Защита потомства: поведение разъяренной наседки, возмущенного папаши в
детской песочнице
6. Агрессия сексуальной природы в случае строптивого поведения партнера при
соитии, его нерасторопности и прочее (От любви до ненависти один шаг) . Как
известно, существует и садизм — особое извращение.
7. Ситуации, связанные с конкурентной борьбой за обладание особью
противоположного пола.
Наиболее известны случаи, когда самцы сражаются за самку, хотя природа
знает и исключения. В типичных ситуациях самки сами активно выбирают более
агрессивных и активнее ухаживающих самцов. Вспомним расхожие снимки турнирных
поединков оленей, лосей и зубров, деревенских петухов, аквариумных драчунов
хемихромисов-красавцев и бойцовых рыб-петушков. Необходимо подчеркнуть: даже
у самых драчливых животных, в отличие от людей в некоторых ситуациях, до фи-

зической расправы часто не доходит, если только они вступают в единоборство в
природе, а не в тесных аквариумах или клетках, где побежденному и удрать
некуда. Впрочем, конечно, бывает и всякое. Грех не вспомнить рыцарские турниры
и дуэли былых времен. Из-за чего стрелялись Онегин с Ленским, а Пушкин с
Дантесом? Турниры очень даже смахивали на тетеревиные тока, где самки также
наблюдают со стороны за поединками самцов.
8. Агрессия ради выгоды или для потехи, удовольствия, получаемого от
сознания безнаказанности. Типичные примеры: поведение наших рэкетиров на
туристских бизнес-тропах в восточной Европе (сбор дани), издевательства упоенного
властью местного начальника (сержанта) над немногочисленными подчиненными.
9. Групповая агрессия в стае, где это поведение носит подражательный
характер и запускается призывными сигналами вожака или других особей: «Делай как
я!» Не дай Бог1 оказаться объектом агрессии пчелиного роя, своры разъяренных
собак или оголтелой толпы, в которой потом, на следствии, любой скажет: «А я-
то в чем виноват? Ведь все себя так вели?»
О групповой агрессии еще предстоит у нас особый разговор.
10. Месть как отсроченная агрессия против тех, кто однажды покусился на
собрата по группе или виду.
11. Агрессия, мотивированная завистью. Об этом и предыдущем видах агрессии,
столь свойственных не только человеку, но и многим видам животных мы поведаем
в особом разделе настоящей главы.
12. Все-таки, межвидовая агрессия. Вас, к примеру, изводит муха: то сядет
на нос, то ползает по лбу и веку... Вы едете в автомобиле, спешите по важному
делу, а поперек дороги разлеглась корова... Вы пришли в гости к любимой
женщине, а в ее подъезд вас не впускает овчарка ее соседа, выгуливаемая без
намордника и поводка... Конечно, во всех трех случаях можно дойти до «белого
каления» . Самец дрозда, отгоняющий ворону от своего гнезда, пес, прогоняющий
незнакомого человека со своего двора; муравей, атакующий мышь-полевку,
забравшуюся в муравейник — все это тоже примеры межвидовой агрессии.
3.2. Четыре основных
закономерности
агрессивного поведения
1. Неразрывная связь со страхом. Агрессия и страх — как северный и южный
полюса магнита. Разделить полностью эти два состояния невозможно. Любой враг,
будь то залетевшая в дом оса, соседская собака, начальник или хам-продавец,
политический противник, появившийся на телеэкране — неизбежно вызывают не
только злобу, но и страх. Чем больше страх, тем больше и злоба. Если стадо
животных испугано, оно становится агрессивнее.
Точно то же происходит и с человеческой толпой. Самое опасное состояние —
агрессивно-трусливое. Оно, овладев массами, делается страшной разрушительной
силой. Этим умело и коварно пользуются демагоги, натравливая толпу как
собачью свору на своих политических соперников.
Связь между страхом и агрессией хорошо видна в характерных сценах «драки»
через забор. Две собаки бегут вдоль забора и злобно лают друг на друга.
Добежали до дыры в заборе и отпрянули с рычанием, попятились, но впереди опять
забор; обе бросились туда и снова бегут со злобным лаем. Два лося бодаются
через загородку. Вдруг жерди лопнули. Оба соперника отскочили друг от друга,
а затем подбежали к следующему пролету, где загородка цела, и снова давай
бодаться .
2. Агрессия может накапливаться внутри подобно электрическому заряду в
лейденской банке, и потом возбуждаться все более слабыми стимулами или, наконец,
без всяких видимых внешних причин, вхолостую.

3. Если агрессия не может разрядиться на «чужих», ее объектом становятся
«ближние». В то же время главным объединяющим фактором для группы или
коллектива часто оказывается именно общий враг.
Классический эксперимент К. Лоренца. В аквариум с парой весьма задиристых
семейных рыб цихлид теляпий или акар подсаживают третью рыбу, того же или
другого вида. Цихлиды, образующие семейную пару, с нею дерутся, а между собой
— «не разлей-вода». Уберите третью рыбу, и самец через некоторое время
начинает нападать на самку.
Разделите аквариум пополам стеклянной перегородкой и за нею подсадите еще
одну семейную пару цихлид. Мир между супругами тотчас восстановится. Оба они
зато начнут атаковать соседей, видимых через стекло. Сделайте перегородку
между парами непрозрачной. Вскоре семейные скандалы опять возобновятся!
Последствия этой закономерности для человеческих коллективов бесчисленны и
омерзительны. Мы еще неоднократно вернемся к ним в этой и следующих главах.
Весь ужас в том, что от инстинкта никак нельзя отделаться. Огради
агрессивного человека от вызывающих агрессию раздражителей. Он начнет их выдумывать,
выискивать, найдет и глупые предлоги для своей агрессии. В условиях полной
изоляции он направит агрессию против... самого себя. Известно, что люди,
разозленные до крайности, иной раз, бьются головой о стенку, кусают в кровь губы
и кулаки, царапают себе лицо и даже кончают жизнь самоубийством.
Одному из нас (Ю.А.Л.) как-то довелось услышать такую историю от Маруфа
Хазнадара эль Бакра — деятеля курдского освободительного движения в Ираке
(дело происходило в 1968 году) . Курдские снайперы засели в окопе и из
винтовок с оптическим прицелом обстреливали наступающую мотопехоту тогдашнего
диктатора Карима Кассема. Один снайпер поставил себе норму: ежедневно убивать
семь врагов. Шесть пуль попали в цель. Седьмой выстрел оказался мимо. «Все
равно выполню норму!» - закричал снайпер и... выстрелил себе в голову.
В нашем ГУЛАГе зеки-уголовники подчас в знак протеста отрезали себе куски
тела и бросали под ноги конвоирам. Об этом можно прочитать в воспоминаниях
покойного правозащитника Анатолия Марченко «Мои показания».
4. Агрессия может переадресовываться. Об этом мы еще расскажем подробно в
3.4. Но все-таки, забегая вперед, приведем несколько наглядных примеров.
Многие птицы, разъярившись, клюют землю, листья и так далее. Копытные
бодают кусты, поваленные стволы и тому подобное. Не дай Бог повстречать в
сентябре самца лося в состоянии гона. Ю.А.Л. как-то повстречался с таким лосем на
Беломорской биостанции. Тот с ревом бодал и бил передними копытами трухлявый
пень. Затем, когда от пня ничего не осталось, налетел на большой муравейник и
в мгновение ока разметал его. Попадись человек на глаза такому самцу, это
могло бы кончиться очень плохо.
Два примера переадресованной агрессии мы уже привели в начале этой главы.
Нелепое самоубийство курдского снайпера — тоже переадресовка агрессии.
Приглядитесь к поведению, своему и ближних. Переадресованная агрессия
наблюдается постоянно. Человеку нахамили, а он пнул собаку. Обругали извозчика,
— он огрел кнутом лошадь. Этот пример и некоторые другие далее мы
позаимствовали из статьи В.Р. Дольника, которую еще неоднократно процитируем в
следующих главах.
3.3. Злоба с
кнопочным
управлением
Немецкий ученый Эрих фон Хольст со своей ученицей Урсулой Сент-Пауль
вживлял тонюсенькие электроды в разные зоны головного мозга петуха. От этих
металлических до острия изолированных электродов шли надежно закрепленные на

черепе длинные и гибкие провода. При раздражении слабым импульсным
электротоком некоторых областей основания мозга петух взъерошивался как в разгар драки
с другим петухом и... мгновенно бросался в лицо экспериментатору, который в
первом таком опыте едва успел отскочить.
Позже аналогичные опыты начали ставить на кошках, быках, обезьянах и так
далее. Всегда с одинаковым результатом. При раздражении некоторых зон — дикий
приступ ярости, проходящий, когда раздражение прекращают.
Между тем, в аналогичных экспериментах выявились и другие центры. При
раздражении одних животному явно делалось «плохо на душе», проявлялись тревога,
страх, но агрессии как таковой не наблюдалось. В некоторых же опытах электрод
попадал в зону, где стимуляция, по-видимому, изменяет настроение животного в
лучшую сторону: оно вело себя так, словно ест вкусную пищу или его гладят.
Коты принимались мурлыкать, потягивались, щурили от удовольствия глаза.
Белая крыса, которая, нажимая на педаль, замыкающую электрический контакт,
сама себе могла раздражать такие центры «неудовольствия» или «удовольствия»,
раз случайно попробовав, в первом случае начинала затем всячески избегать
нового невольного замыкания. Во втором же случае все наоборот: животное жало и
жало на педаль, забывая и есть и пить. (Эксперименты американских ученых Олд-
за, Милнера и многих других.)
Постепенно происходило привыкание. Как и при наркомании, действие
ослабевало , требовались большие дозы, более сильное раздражение.
Ну, а как себя поведут в подобной ситуации люди?
Специальных экспериментов, Бог миловал, не ставили, но больных эпилепсией
пытались излечить, раздражая электротоком разные участки стволовой области
мозга. Иной раз, электрод попадал в такую зону, при раздражении которой у
больного возникали сразу же приятные или наоборот, весьма тяжелые душевные
состояния без видимых причин.
Шведский нейропатолог Хийз как-то беседовал с больным, в мозг которому
вживили два тоненьких золотых электрода. Один из них попал, как видно, в «центр
удовольствия». Другой оказался, напротив, в центре отрицательных эмоций. Врач
незаметно для пациента раздражал то один, то другой «центр», а больной в это
время разглагольствовал приблизительно так:
— Врач, вы подонок, дрянь, скотина, но... — начали раздражать «центр
удовольствия , — вы мне, однако, очень, очень и очень нравитесь. Приятно побеседовать
с добрым и в се понимающим человеком... — новое переключение - ...беда только в
том, что вы — мелкая, подлая тварь...
Согласитесь, страшно читать о таких экспериментах. Что же получается, мы —
рабы инстинктов? Где свобода воли, воспитание, наконец? Если бы правительства
овладели секретом такого управления поведением сразу больших масс людей
посредством, например, рассеиваемых в воздухе психотропных веществ, то
получилось бы, пожалуй, нечто не менее страшное, чем ядерная бомба.
Между прочим, в природе, у которой военная наука многое заимствует,
психотронное химическое оружие уже существует. Так, самки паразитических муравьев
Monomorium santschii, проникая в чужевидовой муравейник, выделяют не
исследованное пока вещество, побуждающее тамошних рабочих муравьев убивать
собственных самок, после чего те начинают выхаживать чужое потомство.
В последние годы у нас рассказывали и писали много всякого о так называемом
психотронном оружии. Его реально существующий вариант: мощные генераторы
инфразвука, вызывающего у человека ощущение дискомфорта и паники, имеют
довольно ограниченный радиус действия. В то же время, получили широкое
распространение слухи о неких приборах совершенно иного типа, способных выводить из
строя психику вполне определенного человека или группы, массы людей, действуя
на громадные расстояния и при этом очень направленно, например, из
московского КГБ в какую-то отдельную квартиру в другом городе. Хотя эти слухи рассмат-

ривала специальная комиссия, они, по всей вероятности, не соответствуют
действительности .
Мы уже поговорили, и еще многое расскажем о древних как мир способах
возрождения агрессивных настроений масс и той неоценимой помощи, которую оказывают
демагогам современные средства массовой информации. Однако, химическое или
электрическое раздражение соответствующих центров мозга пока, слава Богу,
удается осуществить только у отдельных индивидуумов при непосредственном
контакте и не более того.
Вот еще пример из области электроэтологии. Кадры из фильма, показанного на
одном научном съезде американским нейрофизиологом Хосе Дельгадо. Коррида... На
не прикрывшегося тореодора, наклонив голову, мчится разъяренный бык. Кажется,
человек обречен, но вдруг бык встал как вкопанный, мотает башкой. О своей
стремительной атаке словно позабыл. Причина: в центр мозга, угнетающий
агрессивное поведение, вживлены электроды от крошечного радиоприемника,
закрепленного на голове. У торреро вместо шпаги — радиопередатчик.
Кадры другого фильма. В стае макак-резусов злобствует доминантный самец:
всех терроризирует, чуть что кусается, никому не дает и притронуться к пище,
даже когда сыт. Вдруг поведение деспота неожиданно меняется, он становится
вялым и апатичным. Стая вышла из подчинения, хватают пищу у него из-под носа,
и, что более возмутительно, ухаживают за его самками, а он — хоть бы хны. Что
случилось? Оказывается, в передний мозг самца, зону, откуда подавляется
агрессия , ввели раздражающий электрод от аналогичного радиоприемника на голове.
Рычаг, включающий соответствующий передатчик, — в клетке, и обезьяны сами
могут при необходимости на него нажимать, чему быстро и научились. Как только
самец начинает над кем-нибудь измываться, жертва кидается к спасительному
рычагу! Сей случай поучителен тем, что показывает: атмосфера страха перед
вышестоящими и стремления избавиться от нее характерны не только для человеческих
коллективов. И в сообществах животных могут наблюдаться подобные явления.
В последнее время электрическое раздражение мозга и даже выжигание
электродами отдельных его участков начали все чаще применять вместо лекарственных
средств для подавления патологической агрессивности некоторых душевнобольных.
Подтверждена связь такой агрессивности с гормональными сдвигами, в частности,
у женщин с нарушениями менструального цикла, а у мужчин — с избытком мужского
гормона - тестостерона. Так, оказалось, что аномально большое количество
этого гормона содержится в крови многих особо опасных преступников: убийц
рецидивистов, садистов-насильников и тому подобное.
Убедительнейшим подтверждением того, что и у человека агрессия относится к
числу инстинктивных побуждений, способных вдруг вырываться из-под контроля
сознания, являются состояния буйного помешательства. Как известно, на
некоторых буйно помешанных приходится даже надевать смирительную рубашку. Они
кидаются без малейшего к тому повода на кого попало и несколько дюжих санитаров
едва справляются с этой задачей. Кое-кому, чтобы так себя повести, достаточно
просто напиться.
Удивительный и страшный пример необузданной агрессии являет собой также
бешенство (водобоязнь) — инфекционное вирусное заболевание высших животных,
включая и человека. Вирус, поражая головной мозг, „внушаетлл своей жертве
неодолимое стремление агрессивно бросаться на любые крупные живые существа и
жестоко кусать их. Такая сверхагрессивность выгодна вирусу, поскольку с
укусами передается зараза, но совершенно бессмысленна для его жертв. Заболев
бешенством, не только собаки и волки, но даже и мелкие животные — грызуны или
летучие мыши — становятся необычайно агрессивными и начинают кусать первого
встречного. Это еще один пример, подтверждающий, что агрессия запускается
„изнутриЛЛ и для нее вовсе не обязательно требуется хоть какой-нибудь предлог.
Патологически высокую агрессивность, некое подобие буйного помешательства,

как у животных, так и у человека, можно вызвать инъекциями вышеупомянутых
нейрохюрмональных веществ: тестостерона, норадреналина или дофамина, а также
их химических аналогов.
В то же время получен ряд доказательств того, что уровень агрессивности
определяется наследственно, а также, по-видимому, может изменяться в результате
гормональных воздействий на развивающийся зародыш. Так, роль этих воздействий
только что подтвердил в экспериментах на развивающейся икре цихлиды-акары
(Aequidens pulcher) московский физиолог И. В. Нечаев. В воду, в которой
инкубировалась икра, добавляли галоперидол — лекарственное вещество,
препятствующее связыванию нейрогормона дофамина с клеточными мембранами. Оказалось, что
в этом случае у развивающихся из икры рыб гипертрофируются те нейроны
головного мозга, которые вырабатывают дофамин, и это делает таких рыб
сверхагрессивными на всю дальнейшую жизнь. Подобного рода эксперименты дают основание
предполагать, что и у людей стрессы, переживаемые матерью в период
беременности, а также некоторые принимаемые в этот период нейрофармакологические
препараты и даже алкоголь в солидных дозах могут нанести непоправимый ущерб
психике ребенка, в частности, сделать его на всю жизнь патологически агрессивной
личностью.
В 1989 году в Москве проходила Международная конференция по вопросам
ненасилия. Затея, конечно, была прекрасной, но едва ли многие из участников
конференции представляли себе, насколько безнадежны попытки избавить мир от
агрессии одним лишь словом Божьим, да и вообще с помощью хороших слов.
Например, один из докладчиков с большим апломбом утверждал: „Агрессивность —
продукт дурного воспитаниялл. Между тем, это все равно как уверять, будто
продуктом дурного воспитания являются половое влечение или голод. Агрессию можно
переадресовать, ослабить, устраняя стимулирующие ее ситуации, а также, как бы
переключая мозг на другие настрои, например, на легкое эротическое
возбуждение. Сильное эротическое возбуждение, наоборот, сопряжено с агрессией.
Однако, никакое воспитание не освобождает от агрессивных состояний. От них
отделаться в принципе невозможно. Разве что прибегая к фармакологии.
Воспитание же прививает человеку нечто совсем иное, а именно искусство
обуздывать свои эмоции, никак не проявлять их внешне даже тогда, когда внутри
„все кипит". На то нам даны разум и воля.
В самое последнее время, между прочим, иногда приходится читать или
слышать , будто агрессию удается, как бы гасить или разряжать вхолостую с помощью
сцен насилия, показываемых по телевизору или в кино. Это опасное заблуждение.
Достигнутый результат, скорее уж, будет диаметрально противоположным, о чем
мы уже говорили и к чему еще вернемся в дальнейшем, поскольку агрессивное
поведение легко принимает подражательный характер. Гасить агрессию с помощью
зрелищ, по-видимому, можно только, если зрители каким-то образом активно
участвуют в них, например, безумствуя как болельщики на стадионе. Это сложный и
довольно-таки запутанный вопрос, обсуждаемый специально с 7 главе нашей
публикации .
3.4. Переадресованная
агрессия и «козел
отпущения»
Ну а что происходит, если настрой на агрессию вызвал индивид по рангу выше,
или вообще у нас неприятности, неудачи, причину которых никак не устранить?
Кое-что об этом мы уже рассказывали. Когда неприятные ощущения достаточно
сильны, а излить их на того, кто из вызвал, невозможно, и у животных, и у
человека появляется желание сорвать на ком-нибудь злобу.
Вспомните совсем уж повседневный случай. У вас служебные неприятности или

ворох проблем. Пришли домой. Жена спрашивает:
— Костик, суп есть будешь?
— Как, опять? Идиотизм! В этом доме только еда. Меня тошнит от твоих супов!
Дочь:
— Папа, реши задачку.
— Что? Вы слышали? У всех дети как дети, сами учатся, сами чуть-чуть
шевелят мозгами, а это создание, видите ли, хочет всю жизнь провести на чужом
(моем) горбу!
Вот, к примеру, по сходному поводу у Александра Блока:
«Тошно жить» бормочешь, лужу обходя.
Мокрый пес отскочит, калоши сыщика блестят.
Вонь кислая с дворов несется,
А «князь» кричит: «халат, халат».
И встретившись лицом с прохожим, ему бы в рожу наплевал.
Когда б желания того же в его глазах не прочитал.
Морская биостанция, зима, ночь. Вдруг в темноте раздается:
— Сволочь, мерзавец. Попадись ты мне в семнадцатом, я бы тебя живо к стенке
поставил.
Драка? Скандал? Нет, оказывается, станционный лаборант, забитый человек на
побегушках, на мостках наскочил на металлический ящик. Напомним: такое
поведение этологи называют «смещенной активностью». Ее частный вариант:
переадресованная агрессия.
Еще один типичный случай, описанный К. Лоренцем. Самец шимпанзе спустился с
дерева, и тут на него с лаем накинулась немецкая овчарка. Перепуганный самец
вернулся на дерево, где искусал до полусмерти свою самку: Бей своих, чтобы
чужие боялись. Механизм такой реакции вполне понятен. Страх временно подавил
одновременно включившуюся реакцию агрессии. Страх прошел, агрессивное
побуждение осталось и реализовалось на первый же подвернувшийся объект, который не
пугал — собственную самку.
А вот типичная парламентская ситуация в бывшем Верховном Совете СССР.
Депутат от всесильного военно-промышленного комплекса грубо оскорбил крупного
государственного деятеля. Деятель не возражал, а затем обрушился с обвинениями
и угрозами на тогда еще худосочную оппозицию «так называемых демократов»:
опять, чтобы чужие боялись!
Еще один пример переадресованной агрессии (смещенной активности). Дерутся
два петуха, вошли в раж, перья летят во все стороны, а тут экспериментатор
неожиданно между ними ставит непрозрачную стенку. Что делать беднягам, чтобы
отвести душу? Они принимаются клевать воображаемые зерна, пить несуществующую
воду и делать вид, что засыпают от скуки, но если им на глаза подвернется
что-то живое, например, котенок, его могут атаковать в качестве, так сказать,
козла отпущения.
Из воспоминаний Отто Дитриха о Гитлере: ...Однажды я наблюдал, как его собака
Блонди отказалась повиноваться приказу. Кровь бросилась в лицо Гитлера и,
несмотря на огромную толпу присутствующих, он начал бешено орать на одного из
своих помощников, оказавшихся рядом с ним. Без всякого объяснения, несмотря
на удивление толпы, он обрушил на него поток гневных слов.
Кстати, у древних иудеев козел отпущения был самым обыкновенным козлом. На
него жители селения сваливали в конце года все свои грехи и прогоняли бедное
животное в пустыню, обрекая на голодную смерть. Другое дело козел отпущения в
широком смысле этого слова. Пожалуй, это даже не социальное, а
физиологическое явление.
Австралийские аборигены, если в их племени кто-то умер или просто заболел,

отправляются «мстить» в ближайшее селение соседей. Там кого-нибудь калечат
или убивают. По их понятиям умереть или заболеть «просто так» невозможно. Раз
стряслась беда, значит, обязательно должен быть у нее и виновник: какой-
нибудь злой шаман, навороживший в соседнем племени!
Читая некоторые наши газеты и журналы, невольно вспоминаешь австралийских
аборигенов. Буквально тот же ход мысли. Стряслась беда, значит, виноваты
иноплеменные шаманы. Любые неприятные явления в нашем мире объясняются происками
забугорных вражьих сил и их местной агентуры.
Точно так же в средние века все плохое объясняли происками Сатаны и его
присных.
А вообще же во все времена и у всех народов власть имущие использовали
«козла отпущения» для спасения от гнева народных масс в кризисных ситуациях -
после проигранных войн, неурожаев, провалившихся реформ и т.п.
В частности, таким «козлом» часто оказывались «еретики», нацменьшинства,
соседние небольшие державы, не способные как следует дать сдачи.
Классические примеры из недавнего прошлого: армянский геноцид в Турции в
1916 г. и та пропаганда ненависти («удар в спину» и т.п.), которая помогла
придти к власти Гитлеру . Он однажды проговорился: «если бы у нас не было
евреев, их пришлось бы выдумать»
На протяжении 73 лет правления большевиков они прямо-таки скакали верхом на
«козлах отпущения». Это, пожалуй, было самое излюбленное для них средство
транспорта. Что плохое ни случись в стране, кто виноват? Конечно же, не
«сознательный авангард рабочего класса», «ум, честь и совесть нашей эпохи,
вдохновитель и организатор всех наших побед», а постоянно кто-то совсем другой:
«буржуи, помещики и агенты Антанты», «троцкистско-зиновьевские вредители и
диверсанты», «кулаки», «морганисты-вейсманисты и безродные космополиты»,
«буржуазные националисты и отщепенцы, продавшиеся ЦРУ».
И сейчас наше «демократическое» правительство вместе с «патриотической»
оппозицией продолжают все те же старые песни. То и дело меняется только мишень
нагнетаемой ненависти. А пропагандистские методы нагнетания - все те же,
прежние. Об этих методах мы подробно расскажем далее - см. гл. 8 и 9.
3.5. Демонстративное
поведение
К. Лоренц и другие этологи придают громадное значение демонстрациям угрозы
и позам подчинения, покорности как средству предотвращения конфликтов.
Естественный отбор закрепил эти позы для того, чтобы с их помощью предотвращать
взаимное истребление. Как мы уже писали, агрессия и страх взаимосвязаны.
У всех животных с хорошо развитым зрением атаке на врага предшествует более
или менее точная оценка его относительного размера: «кто крупнее — он или я?»
Эта оценка присутствует даже в реакциях на жертву у хищника, например,
паука или хищной рыбы. Если подвижная добыча превышает размер, ее атакуют уже с
опаской или не трогают вообще. Еще более крупный подвижный объект побуждает к
бегству. Чем голоднее хищник, тем он смелее, что сказывается на размерах
жертвы, которую он пытается схватить.
Кроме того, у всех животных, способных зрительно распознавать свой вид,
есть еще особая реакция на его средства защиты и нападения, такие как,
например, зубастые челюсти, колючки, шипы, передние конечности, вооруженные
когтями или копытами, рога, бивни, острый клюв. Наконец, в состоянии ярости,
злобы , многие животные издают особые звуки, которые как бы предупреждают: «не
трожь, а не то укушу, ужалю, затопчу, забодаю, заклюю».
На этой очень простой основе, собственно, и развились разные сигналы,
спасающие животных от гибели в драках с себе подобными.

Само собой понятно, что такие сигналы лучше всего развиты и сильнее всего
действуют именно у тех животных, которым, не будь подобной сигнализации,
особенно легко спровадить друг друга на тот свет, то есть у хищных и хорошо
вооруженных. Поэтому-то этологи и говорят с полным на то основанием: чем лучше
вооружено животное, тем выше у него и внутривидовая «мораль». Кто слабо
вооружен, у того и «мораль» слабая.
Еще раз напомним: до изобретения нами специальных орудий убийства мы, на
нашу беду, были существами, довольно слабо вооруженными: ни хищных клыков, ни
ядовитых зубов или колючек, ни орлиного клюва, ни когтей или хотя бы рогов и
копыт у нас нет. В результате того и внутривидовая «мораль» по части драк у
нас не ахти какая. Мы, как и наши дочеловеческие предки, довольно-таки
аморальны. Причина же нашей аморальности такова: наши средства предотвращения
драк с помощью выразительных движений существенно не изменились с тех времен,
когда предки наши ходили голыми и не имели иного оружия, кроме зубов,
кулаков, ног. Между тем, наша грозная боевая техника прогрессировала за срок,
совершенно ничтожный для биологической эволюции. Инстинктивное отвращение к
дракам за такой срок существенно измениться, конечно же, не могло. Оно
осталось таким же, каким было во времена нашей полной безоружности!
Рассмотрим несколько конкретных примеров сигналов, предотвращающих драки.
Фиктивное увеличение размера: «Отстань! Я тебя крупнее». Многие животные,
кто как умеет, при виде врага увеличивают свой размер. Простейший способ —
раздуться, набрав в легкие побольше воздуха. Так ведет себя, например,
мраморная лягушка. Возможно, что отсюда и пошел сюжет известной басни «Лягушка и
вол», в русском варианте написанной И. Крыловым. Лягушка пожелала стать
большой как вол. Дулась, дулась, да и лопнула!
Израильский этолог Амотц Захави утверждает, что обман действует только в
межвидовых контактах (раздувание мраморной лягушки и т.п.). Во внутривидовых
конфликтах животные, в отличие от человека, «честны». Все эти раздутые жабо
из перьев куликов-турухтанов, красные зобы индюков и кожные складки
круглоголовок своих обдурить не могут. Каждый из противников трезво оценивает
соотношение сил с тем, с кем затевает дуэль. Так ли это на самом деле? Весьма
сомнительно . Слишком уж много способов фиктивного увеличения размеров тела
закрепил естественный отбор. Зачем бы были эти ухищрения животным, не действуй
они и на соперников своего же вида?
Обман, конечно, налицо, причем обоюдный и это, своего рода, «гонка
вооружений», постоянно способствующая развитию все более и более эффективных средств
обмана соперников в процессе эволюции. Как и оружие, применяемое в драках
самцов, средства обмана могут прогрессировать, иной раз доходя до крайних,
довольно-таки курьезных форм. Возьмем, к примеру, хотя бы хорошо известных
всем аквариумистам бойцовых рыбок. До чего «дозволюционировали» их самцы:
способность приобретать яркую окраску в агрессивном состоянии; плавники,
гигантские, словно паруса, жаберные крышки, которые могут оттопыриваться так,
что голова спереди кажется окруженной громадным нимбом. Прямо-таки выдуманное
животное с китайской вазы, фантастическое чудовище. И все это для
демонстрации самцу-сопернику или обольщения самок. Не удивительно ли? Павлины, индюки,
турухтаны — не меньшее чудо природы. Конечно же, «не зря она старалась!».
Обманывать — так уж обманывать! А вдруг поверят?
Многие птицы и млекопитающие в угрожающей позе взъерошивают перья или
волосы, которые при сильном испуге даже у нас встают на голове дыбом. Человек в
состоянии ярости набирает воздух в легкие, раздувая грудную клетку.
Разъяренные жеребцы встают на дыбы. Каждый старается подняться при этом выше, чем
другой, и уронить соперника. Разозлившиеся грызуны: мыши, крысы, лемминги,
хомяки, белки и так далее тоже встают на задние лапы и тянутся изо всех сил,
пугая соперника: «Я выше!» — «Нет, я!» — «Все равно, я!». У многих птиц, во-

доплавающих и других, оба соперника, взъерошив перья и расправив крылья,
стараются вытянуть шею вверх, придав и туловищу вертикальное положение. Так и
стоят друг перед другом, сравнивая свою высоту, да еще и кричат при этом. А у
кого есть хохол как у удода, чибиса, хохлатой синицы; хвост как у павлина, те
еще и стараются все это поднять как можно выше, распушить: «гляди мол, какой
я большой!».
У кого есть, что показать из оружия, стараются его продемонстрировать,
чтобы устрашить врага, заставить сдаться без боя. Как это делается?
Ящерица ушастая круглоголовка оттопыривает зубчатые ярко красные кожаные
складки по краям широко разеваемого рта. Противнику все видится одной
громадной зубастой пастью.
Многие хищные звери — волки, львы, медведи — рычат, оскалив зубы, открыв
пасть и до предела приподнявшись на всех четырех своих ногах, изогнув спину,
взъерошив на ней шерсть. В частности, наша домашняя кошка ведет себя подобным
образом, хотя не рычит, а мяукает. Медведи, придя в ярость, иной раз, еще и
встают на задние лапы, пуская в ход передние. Лев-самец использует для
устрашения врага, обычно такого же самца-соперника, свою величественную гриву,
поворачиваясь в анфас.
Стратегия, таким образом, везде одна: максимально увеличить размер, видимый
противником, показать ему свое боевое оружие и отпугнуть его издаваемыми
страшными звуками. Бывает, разъяренный хищник еще и рвет или роет когтями
передних лап землю перед собой. Это тоже демонстрация силы.
У многих обезьян угроза, в основном, того же типа, что и у хищников:
оскаленные зубы, крик, вздыбленная шерсть, поза, создающая иллюзию увеличения
размера при наблюдении спереди. У человекообразных проявляется стремление
встать для того на задние ноги. Наблюдая все это, нетрудно сообразить, в чем
суть угрожающей позы и у человека: выпяченная раздутая грудь, гордо
распрямленная спина и поднятая голова, злобно оскаленные зубы (плохо, если в такой
момент видно, что их не хватает или они не белые), расправленные плечи и
«руки в боки» либо кулаками вперед. В обоих случаях ориентация рук такова, что
шерсть, некогда встававшая дыбом на их наружной стороне у наших мохнатых
предков, создавала максимальную иллюзию увеличения размеров тела для
наблюдателя , глядящего спереди!
Понятно, конечно, и для чего вожди и воины всегда стремились водрузить на
себя как можно более высокий головной убор. Что только не вспоминается в этой
связи: перья индейских вождей, тиары и короны, высокие боярские шапки,
фуражки гитлеровских офицеров с нелепо высокой тульей, наши буденовки с шишаком,
рыцарские шлемы, офицерские широкополые шляпы XVII века с плюмажем из
страусиных перьев, высокие меховые кивера наполеоновских уланов и знаменитая бона-
партова треуголка, кепи современных французских офицеров и высоченные черные
сооружения на голове английских бобби... Мы к этим ухищрениям еще вернемся в
6.5.
Есть и другой способ возвыситься перед соперником: взобраться повыше.
Реакция оценки размеров — врожденная. Ей нет дела до здравого смысла: «Ага, выше,
— значит, крупней меня, надо удирать!» Так подсказывает инстинкт!
Птица, пугая соперника, старается взлететь и сесть на более высокую ветку.
Копытные взбираются на подвернувшийся холмик, кочку. Ну, а мы с древнейших
времен и по сей день использовали для той же цели постаменты, трибуны, троны,
а иной раз, как известно, когда история требует, даже броневички или мавзолеи
умерших владык. Всегда возвышение было атрибутом власти. Начальники любого
ранга, рода и племени во все века обращались к подчиненным хоть с большого
валуна, хоть с табуретки, но уж обязательно сверху вниз.
Как пишет В.Р. Дольник, не было такого случая, чтобы властитель обращался к
подчиненным из ямы! Цитируем из статьи «Этологические экскурсии по запретным

садам гуманитариев» : Заставить подчиненных смотреть на себя снизу вверх —
простое и действенное средство дать им почувствовать свое превосходство.
«...Вознесся выше он главою непокорной александрийского столпа»... — Каждое слово
точно бьет в одну точку подсознания.
Как мы уже сказали, угрожающую позу сопровождает еще и звук, пугающий
соперника или врага чужого вида. Змеи шипят, звери ревут или рычат, мяучат,
лают, люди, подобно их предкам-обезьянам, злобно кричат. В седой древности,
вероятно , это был просто нечленораздельный крик: «Аааа!» Однако, наш интеллект
прогрессировал. Поэтому агрессивные вопли и те приобрели членораздельность.
Наши воины, например, кричат «Урааа!!!», как и многие другие европейцы, в
Японии — всем известное «Банзааай!!!». Ну, и везде издавна, конечно же,
ругательства. Так, судя по Гомеру, происходило уже в бронзовом веке. Герои
«Илиады» раньше, чем убивали друг друга, ругались, собачились, грозили своему
врагу.
В истории известны случаи, когда противникам не приходилось даже скрестить
оружие: крик решал все дело. Вспоминается из «Слова о полку Игореве»: ...А
поганые перегородили поле криком.
В наши дни, если не крик, то уж, во всяком случае, богатейшие возможности
русского и ряда других языков по части произнесения слов, не совсем печатных,
но очень выразительных, порой отличная замена боевых действий. Слова
произносятся такие, что противнику только и остается, что сдаться или придумать
ответ того позабористей. Сам характер нашей матерщины свидетельствует о ее
величайшей древности. Ругающийся матом человек как бы дает знать своему
противнику: Я старше тебя по родовому рангу и, возможно, являюсь твоим папашей, а
посему сгинь с моих глаз, мелюзга, или признай мое старшинство и моли о
пощаде!
3.6. Пощади, сдаюсь!
Итак, похоже, что с позами и прочими демонстрациями угрозы мы более-менее
разобрались. Теперь рассмотрим другую сторону тех же самых взаимодействий
враждующих соперников. Допустим, драки даже не было. Просто один из двух
почувствовал : противник крупнее и, стало быть, шансов на победу — ноль. Иной
вариант: кто-то из дерущихся ощущает, что явно проигрывает: вот-вот убьют.
Что же делать?
В обоих случаях инстинкт подсказывает принять позу, резко ослабляющую
агрессивное состояние врага, а заодно и его испуг. Страх от агрессии, как мы
уже говорили, не отделить.
Побежденный или заранее себя признавший неспособным победить стремится
поэтому принять позу, создающую у победителя иллюзию минимального
относительного размера: «Ты большой, а я маленький и посему для тебя безопасный». К тому
же все виды оружия, какие есть, надо спешно спрятать или отвернуть от врага:
«Видишь, я безоружен». Врагу надо дать возможность ощутить, что при желании
он, не встретив ни малейшего сопротивления, может убить того, кто изъявляет
покорность. А для этого принимается поза, такая, чтобы самая жизненно важная
часть тела была обращена к оружию врага: «На, мол, кусай, клюй, рви».
Естественный отбор выработал у всех хорошо вооруженных животных особое ощущение:
«Стоп!» при виде подобной позы. Хотелось только что укусить, боднуть, лягнуть
и вдруг, словно электрическим током ударило. Мигом расхотелось. Военные
действия окончились. Как мы уже писали, у кого сильное оружие, у тех и высокая
внутривидовая мораль. У кого оружие слабое, у тех и мораль слаба.
Проигравшим, как и победителям, без обмана не прожить. Только теперь уже
1 «Природа» 1993, N 1, стр. 72-85

обман преследует противоположную цель. Надо сжаться в комок, пригнуться к
земле, попрятать всякие там шипы, зубы, когти, рога, чтобы не пугать
победителя. Шерсть и перья следует прижать как можно плотнее к телу, хохол и
разворачивающийся веером или способный задираться хвост сложить, поджать.
Многие хищники, в том числе домашние собаки, на худой конец,
переворачиваются беззащитным брюхом вверх: «Ай, сдаюсь!» Характерно, что этого не делают
кошки: их главное оружие не зубы, а когти. Перевернувшись, кошка готова
вцепиться когтями в морду врага, а поза ее вводит в заблуждение собаку. От этого
у псов с котами бывают недоразумения. Так же как и от виляния хвостом. У
кошек это проявление гнева, а у собак — дружелюбия. Однако, самое интересное,
конечно: позы подчинения у хорошо вооруженных хищников.
3.7. «Ворон ворону
глаз не выклюет»
Это именно так не только в поговорке. У всех хищных, хорошо вооруженных, и
вообще потенциально способных мгновенно прикончить себе подобного при
желании, природа, как мы уже рассказали, выработала особо эффективные способы
предотвращать взаимное смертоубийство с помощью позы подчинения.
Мощные клювы, когти, рога, бивни, ядовитые зубы змей — все это, в основном,
оружие для хищничества или для защиты от хищников, но отнюдь не для убийства
своих собратий по виду.
Как обеспечивается такой эффект?
Поссорились, к примеру, два ворона-самца. Приняли позу угрозы, начали и
драку, но клюют друг друга в крылья и спину, да и то не в полную силу. Вдруг
один резко повернул голову: подставил другому незащищенный затылок: «На,
клюй!» Второй тут же замер на мгновение, отвернулся, в свою очередь. Драка
прекратилась. А в глаза врановые птицы друг друга, и правда, не клюют
практически никогда, по крайней мере, в природных условиях (см. ниже). Высшее
проявление ласки у этих птиц: чистить перышки возле глаз друг у друга.
Дерутся два матерых волка, здоровенные самцы. Один одолевает. Второй,
поджав уши и хвост, вдруг закидывает голову, подставляет противнику незащищенное
горло. Одно движение клыков победителя, и побежденному придет конец, но
этого-то как раз чаще всего и не происходит. Победитель, хотя губы его еще
дрожат, — признак ярости, вдруг отворачивается и отходит, дает побежденному
ретироваться . Сработал врожденный моральный запрет.
Конфликтуют газели-ориксы. Их длинными и прямыми рогами, (не в пример
оленьим и лосиным, ветвистым, не особенно острым), как копьями, можно
проткнуть насквозь. Однако, дерущиеся самцы рога эти только от времени до
времени скрещивают. Об ударе выпадом вперед не может быть и речи! Ориксы бодают
только хищников.
Сражаются агрессивные рыбы-самцы цихлиды-цихлазомы. Удары и укусы могут
кончиться гибелью одного из соперников. Однако, один вдруг подставляет
другому незащищенный бок: «На, рви, кусай». У второго самца интерес к драке
пропадает.
Как дерутся самцы у гремучих змей? Даже биологи долго принимали эти драки
за брачную игру. Змеи обвивают друг друга, а далее все идет точь-в-точь как
мужская игра борьбы правых рук с опорой локтем о стол: «Кто чью положит?»
Взаимные укусы исключаются полностью!
Только у плохо защищенных животных или у коротко живущих, имеющих только
единый шанс в жизни повстречать и оплодотворить самку (некоторые роющие осы,
кроты, крохотные насекомоядные зверьки-землеройки и так далее) бывают
поединки между самцами не на жизнь, а на смерть и все средства в борьбе хороши.
Конечно, это вовсе не означает, что у сильных долгоживущих хищников никогда

не случается взаимного смертоубийства. В состоянии крайней ярости победитель,
иной раз, не обращает внимания на позу покорности побежденного. Такие случаи
довольно часты, например, у бурых медведей.
И все-таки, это, скорее, исключение из правила. Чаще же дело до трагической
развязки не доходит. Срабатывает врожденная внутривидовая мораль. Она
проявляется, кстати, не только в драках.
У многих хищных животных соблюдаются и другие моральные запреты, не только
«не убий», но и вообще не трогай соперника, принявшего позу покорности, не
трожь детенышей, не покушайся на чужую территорию, чужое гнездо, чужую самку,
не нападай неожиданно или сзади, не отнимай пищу, не воруй ее. Мы
воспроизводим этот список запретов из уже упомянутой статьи В.Р. Дольника.
Являются ли инстинктивными те же самые запреты у людей? Об этом пойдет
особый разговор дальше. По-видимому, действительно, и нас ими снабдила природа,
но все-таки, они у нас, увы, слабы по причине нашего происхождения от
сравнительно слабо вооруженных существ.
Напомним по этому поводу уже процитированный стишок В. Хлебовича
Род ведем от обезьяны,
Краснозадой, узколобой.
От нее твои изъяны:
Жадность, зависть,
Секс и злоба.
Десять заповедей строже
Соблюдаются в природе,
Чем, поверьте, даже в самом
Христианнейшем народе!
И еще раз повторим (об этом говорилось уже во введении): чем слабее
вооружение, которым данный вид снабдила природа, тем слабее и врожденные моральные
запреты. Вот она наша беда, проклятая каинова печать!
Характерна в такой связи разница между, к примеру, вороном и «птицей мира»
голубем. Голуби очень драчливы, но убивать друг друга им нечем. Их клювы
слишком тупы и коротки. Если, однако, к клюву одного из голубей приклеить
стоматологическим пластиком стальную иглу, он быстро научается использовать
ее против других голубей и почем зря выкалывает глаза собратьям. Вон оно к
чему приводит несоответствие между техническими средствами взаимоистребления
и отсутствием внутреннего запрета, имеющегося у «хищных»: ворона, ястреба или
волка. И милые зайцы, как отмечает в той же связи К. Лоренц дерутся
совершенно безобразно. Заведи они, подобно нам, техническую цивилизацию, тоже небось,
наделали бы делов!
Надеемся, теперь читатель уже подошел к пониманию одной из основных
трагических закономерностей развития человечества. Дьявол, действительно,
«постарался» снабдить интеллектом существа со сравнительно низкой видовой моралью.
Яблоко, съеденное нашей прародительницей Евой, лучше бы уж досталось не нам,
а кому-нибудь из «морально устойчивых товарищей» с более «приличными» хищными
предками!
3.8. «Закон что дышло?»
Поговорка эта стара, сохранилась со времен лошадиного транспорта, дескать,
«куда повернул, туда и вышло». Однако, нарушения морали даже теми, у кого она
особенно строга, — явление еще более старое, куда старше рода человеческого.
Наблюдения показывают, что и высоконравственные хищники, нарушают
врожденную мораль, если очень хочется кушать или вообще жизнь заставляет, либо дан-

ный индивид подтверждает своим «подлым» поведением другую тоже древнюю и
вечно справедливую поговорку: «В семье не без урода». Житейские ситуации сложны,
и абсолютная приверженность морали без учета обстоятельств, вероятно, обрекла
бы любой вид на вымирание.
Животные из числа самых высокоморальных тоже, подобно людям, иногда и
воруют чужое, и бьют слабого, и пожирают или умерщвляют детенышей своего вида, и,
конечно уж, игнорируя позу покорности, беззастенчиво убивают своих
соперников . Все бывает! При этом важно подчеркнуть, громадную роль играет как бы
двойной характер моральных запретов для «своих» — членов своей семьи, стаи,
соседей по территории — и «чужих», хотя и своего вида. У многих стайных
хищников, в отношении к собратьям по виду из чужой стаи, решительно никакие
моральные запреты не действуют.
Более или менее так обстоят дела, в частности, и у обезьян, сравнительно с
человеком хорошо вооруженных видов: павианов с их мощными зубастыми
челюстями , физически очень сильных и тоже клыкастых антропоидов: шимпанзе, горилл и
др.
К тому же инстинктивные моральные запреты появляются отнюдь не сразу после
рождения. У новорожденного детеныша их, как правило, нет, и обезьяненок может
стать весьма опасен своим сверстникам раньше, чем инстинкт запретит кусать в
полную силу кого попало и где попало.
Все это, тем более, в полной мере относится и к нам, людям. Еще не умеющий
говорить младенец со всех сил бьет мать по лицу, кусается, когда у него
вырастают молочные зубы, царапается, пинается. Затем только постепенно эти
действия замещаются угрожающими демонстрациями: криком, замахиваньем, топаньем
ножкой.
Деление на «своих» и «чужих» тоже появляется задолго до научения речи.
Младенцы, изолированные друг от друга хотя бы на несколько дней, уже взаимно-
враждебны : хмурятся, топают ножкой, кричат, делают ручкой: «Прочь!». Далее с
возрастом эта тенденция делить всех окружающих на «наших» и «чужих» по самым
разным признакам (этнос, религия, культура, класс, родство, соседство,
политические взгляды, отношение к алкоголю или к наркотикам и так далее, и т.п.)
обычно только усиливается и усиливается. На этой программе нас, по словам
В. Р. Дольника, ловят демагоги, натравливая на людей иного облика, класса,
культуры, национальности, религии, взглядов.
В наши дни всякий мой соотечественник может ежедневно видеть по телевизору,
как правы этологи, всегда утверждавшие, что разделение людей на «наших» и
«ненаших» преступно, ибо снимает в человеке инстинктивные запреты не наносить
ущерба ближнему, а освобожденный от них человек не просто, а изощренно
жесток. Этологический смысл призыва Христа к всеобщей любви (в первую очередь,
не «своих») в том, чтобы лишить врожденную программу материала для поиска
чужих . К проблеме «свой - чужой» мы еще вернемся в 4.9.
3.9. Месть и зависть
Оба этих побудительных мотива агрессии свойственны отнюдь не только людям,
но и многим высшим животным, у которых имеют ярко выраженный
приспособительный смысл: полезны для вида.
Приведем для начала поясняющий пример даже не из области чистой этологии.
Хищник схватил и попытался съесть жалящее, ядовитое или несъедобное животное
— осу, жабу или отвратно пахнущего лесного клопа. Понятно, что при этом
схваченная добыча, скорее всего, погибнет, будет раздавлена челюстями хищника.
Спрашивается: каков же в таком случае смысл быть несъедобным или жалящим?
Отвечаем: для погибшего индивида, разумеется, никакого, но для вида в целом —
очень большой. Ведь у хищника есть память. А, значит, с первой-второй такой

вот неприятной попытки он запомнит, что всех животных данного вида есть
нельзя. Недаром для самых разных кусачих и несъедобных существ столь характерна
очень яркая предупредительная окраска, облегчающая их распознавание и
запоминание .
А вот уже чисто этологический пример. У Конрада Лоренца на чердаке его дома
в Альтенберге жила большая колония галок, выращенных им и совершенно ручных.
К Лоренцу они относились как к дружественному существу своего вида. Однако,
если он имел неосторожность взять одну из них в руки в присутствии остальных,
взятая птица вела себя совершенно спокойно, но прочие поднимали страшный
гвалт и принимались с налета клевать его руку, часто до крови. Затем
отношения Лоренца со всей галочьей компанией надолго портились, и стоило большого
труда их снова восстановить. Дело в том, что у галок при этом срабатывала
врожденная программа: Кто схватил нечто черное и мягкое размером с галку,
(хотя бы черную тряпку, детали не важны), тому надолго впредь объявляется
тотальная война как «пожирателю галок». Теперь уже, где только ни появится
такой «пожиратель», галки, созывая друг друга злобным «металлическим» криком
«грр, грр!», скопом бросаются в атаку, а, главное, так шумят, что у хищника
портится вся охота. Аналогично мстят хищникам и другие врановые. Поэтому
хищники запоминают: С этими черными птицами лучше не связываться. Съешь одну, а
потом неприятностей не оберешься: придется менять место охоты.
Выходит, мстительность полезна для вида. Приносит она определенную пользу и
отдельным генетическим линиям, которые внутри вида конкурируют между собой.
Ведь и со своими собратьями по виду мстительные обязательно сводят счеты, что
удерживает их от нанесения взаимного ущерба. Такое поведение тоже наблюдается
у врановых птиц и не только у них. Например, весьма мстительны некоторые
попугаи, а также хищники из семейства кошачьих.
Многие стайные обезьяны, в отличие от большинства прочих стайных
млекопитающих, — необычайно мстительные твари. Мстят и чужим, и своим. В обоих
случаях это — отсроченная агрессия на определенного врага, хорошо запоминаемого
на очень длительный срок. В чем выражается обезьянья месть? Если объект ее —
хищник, схвативший на глазах у стаи одну из обезьян, его коллективно
преследуют, нередко принуждая бросить жертву, а в дальнейшем пытаются, улучив
момент , атаковать всей стаей и, главное, всегда начинают страшно шуметь, когда
он появляется, мешая охоте. Конечно, хищники запоминают: «Лучше уж охотиться
на мелких антилоп и других стадных копытных, которые при виде гибели собрата
только отбегают подальше в сторону и снова щиплют травку».
Надеемся, читатель понимает, что здесь мы выражаем словесно решения
хищника, который сам, конечно же, обходится без всяких слов, запоминая «что к
чему» . И в отношениях между стаями обезьян одного и того же вида действует как
сдерживающий фактор все тот же страх возмездия. Это проявляется, в частности,
при межстайных территориальных конфликтах, приводящих к дракам.
Таким образом, имеются веские основания предполагать, что у людей
мстительность — черта поведения, унаследованная от предков — стайных обезьян.
По В.Р. Дольнику, когда в глухой индийской деревушке вдруг появляется
обнаглевший тигр-людоед, жители ведут себя, с европейской точки зрения, нелепо.
Все они прячутся по своим хижинам и сидят там тихо как мыши. Тигр иногда
осмеливается даже заглядывать в незастекленные окна таких хижин, выбирая себе
добычу пожирней. Однако, едва тигр кого-нибудь действительно схватит, убьет
да и потащит в укромное местечко, чтобы сожрать, жителей словно подменили.
Все они выбегают из своих укрытий, кто, стуча в медный таз, кто с колотушкой,
и крича благим матом, устремляются за медленно из-за тяжелой ноши удаляющимся
зверем. В конце концов, перепуганный тигр очень часто бросает добычу и
пускается наутек. При этом он, конечно, запоминает (срабатывает павловский
условный рефлекс): «Человека хватать плохо. Потом не оберешься хлопот». В следую-

щий раз тот же тигр, может быть, обойдет селение стороной.
А, если бы шум подняли до начала его охоты, разве не было бы лучше? Ведь
никто бы в таком случае не погиб! С позиций европейской морали, несомненно,
было бы лучше, но с эволюционно-этологической точки зрения, к сожалению, нет.
Ведь тигр в таком случае убежал бы, лишь слегка раздосадованный. Такие афрон-
ты у него на охоте происходят очень часто, а посему ничегошеньки он бы не
запомнил, снова и снова повторял бы свои набеги на деревню. Конечно,
безграмотным индийским крестьянам все это невдомек. Они действуют бессознательно,
подчиняясь вековой традиции. А ту сформировала житейская практика. В деревнях,
где жители, перетрусив, сидели тихо перед нападением тигра, а потом, когда
погибал односельчанин, пересиливая страх, поднимали шум, уцелевало
сравнительно больше людей.
Весьма возможно, что инстинктивную основу у человека имеет даже не только
мстительность вообще, но и такая ее непривлекательная форма как вендетта:
кровная месть за погибшего родственника, о которой много будет говориться
далее . В племенах, где этот обычай постоянно практиковался, он становился
важным сдерживающим фактором в межродовых и межплеменных отношениях. Так
постепенно устанавливались определенные нормы этих отношений, конечно, постоянно
нарушавшиеся, но не без опаски. Ведь каждый усваивал: Если соседи сильны, им
нельзя вредить безнаказанно. К тому же возмездие может настигнуть не сразу, а
через много лет. Поэтому небезопасен даже ныне слабый, а в будущем, возможно,
сильный сосед.
Не исключено, что из мести развились древнейшие неписаные законы, а позже —
своды их, записанные на каменных стеллах и скрижалях, подушечках и пластинках
из обожженной глины. Все древнейшие своды законов представляли собой, в
значительной мере, перечни видов мести за разного рода зло, причиненное соседу-
соплеменнику или неповиновение власть имущим. Например, такими перечнями
изобилуют и ветхозаветные скрижальные заповеди, и знаменитые законы
древневавилонского царя Хамураппи, и «Законы двенадцати таблиц», появившиеся в
начальный период существования Римского города-государства.
Однако, следует подчеркнуть: каждый такой писанный свод законов представлял
собой громадный шаг вперед по сравнению с обычаем кровной мести. Ведь любой
пока известный древний писаный закон провозглашал для соплеменников принцип
индивидуальной, а не коллективной ответственности! Коллективную вину, столь
милую сердцу современных фюреров и демагогов, законодатели отвергали уже
задолго до рождества Христова.
23. А, если будет вред, то отдай душу за душу.
24. Глаз за глаз, зуб за зуб, руку за руку, ногу за ногу.
25. Обожжение за обожжение, рану за рану, ушиб за ушиб.
26. Если кто раба своего ударил в глаз или служанку свою в глаз и повредит
его; пусть отпустит их на волю за глаз.
27. И, если выбьет зуб рабу своему или рабе своей, пусть отпустит их на
волю за зуб.
28. Если вол забодает мужчину или женщину до смерти, то вола побить
камнями , и мяса его не есть; а хозяин вола не виноват.
29. Но, если вол бодлив был и вчера, и третьего дня, и хозяин его, быв
извещен о сем, не остерег его и он убил мужчину или женщину, то вола побить
камнями, а хозяина его предать смерти.
(Ветхий завет. Кн. «Исход», Гл.21.)
Во всех античных и средневековых городах на специально для того отведенных
местах производились публичные казни и очень часто надолго выставляли для
всеобщего обозрения трупы казненных. Это делалось для устрашения. В наши дни

аналогичную функцию устрашения по идее призваны выполнять судебная хроника,
репортажи из зала суда, но толку от этого, как все мы знаем, довольно-таки
мало. Разгул безнаказанности часто чреват последствиями, не менее тяжкими,
чем террор. Сознание потенциальным преступником безнаказанности, воистину
«мать» большинства преступлений.
Поэтому показательно , что, например, древние греки весьма чтили свою
богиню мести Немезиду... Лемносский бог тебя сковал для рук бессмертных Немезиды... У
них же преступника преследовали и злобные духи мести - Эринии. В «Оресте»
Эсхила эти «гневные птицы с сочащейся из глаз кровью» постоянно изводят Ореста
после того как он, мстя за отца, убил свою мать. Трагедия Ореста как бы
переинтерпретирована в «Гамлете».
Таким образом, месть, несомненно, относится к инстинктивным в своей основе
поведенческим реакциям человека. Она, по-видимому, сыграла немаловажную роль
в развитии нашего общества, его правовых норм, хотя любому современному
правоведу такое наше утверждение, конечно, должно претить.
В то же время мстительность — один из самых отвратительных пороков,
особенно , когда ему дают волю власть имущие.
Старый большевик Серебряков вспоминает, как однажды Сталин, обсуждая с
товарищами, кто как представляет себе самый счастливый день, сказал: Я
представляю его себе так: запланировать артистическую месть врагу, осуществить ее
без промедления, пойти домой и спокойно завалиться спать.
Революционеры и террористы, на горе обществу, обычно ощущают себя
мстителями . Одни горят жаждой мщения определенной этнической группе. Другие стремятся
отомстить «эксплуататорским классам» за реальные и мнимые грехи. В обоих
случаях замышляется огульная месть. За непреложную истину берется абсурдный
принцип коллективной вины, тот же самый, что и при кровной мести. К возмездию
призывают многие революционные песни:
Подняв знамена, ряды сплотили
И, шаг чеканя, идут штурмовики,
А в их шеренгах все, кого сразили
Реакционеры и большевики...
И, когда с ножа каплет кровь жида,
Это — благо, а не беда!...
(«Хорст Вессель», гимн нацистских штурмовых отрядов.)
Любовь к отечеству святая,
Дай мести властвовать душой.
Веди, свобода дорогая,
Своих защитников на бой...
(Марсельеза)
И если гром великий грянет
Над сворой псов и палачей,
На нас все также Солнце станет
Сиять огнем своих лучей
(Интернационал)
Распаляя себя мстительным чувством, революционеры часто совершают страшные
злодеяния, воображая, будто творят свои черные дела для блага общества.
Как это ни печально, но к инстинктивным, а потому извечным велениям
человеческой души относятся, наряду с жаждой мести, также зависть и злорадство.
Зависть в сообществах и стаях высших животных — один из часто наблюдаемых
мотивов агрессии, в частности, переадресованной.

Видел я также, что всякий труд и всякий успех порождает взаимную между
людьми зависть. И это — суета и томление духа
(Ветхий завет. Екклесиаст. Гл.4, стих 4.)
Ну, а яблочко в ответ:
«Ты красива, спору нет,
Но царевна всех милей,
Всех румяней и белей...»
Все знают: зависть вредна для здоровья, часто ведет к неврозам, стрессам.
От зависти «сохнут» и «лопаются» — образные идиомы русского языка. Да и
русские поговорки на ту же тему достаточно образны: Глаза завидущие, руки
загребущие. Мужик радуется, если ему подарят корову, но еще больше его радует,
если сдохнет корова соседа. В чужую гавань корабли да барки, а в нашу говно и
палки.
Мерзкая черта человеческой личности. Презренный порок. Но не будь у этого
порока каких-то положительных черт с эволюционно-этологической точки зрения,
мы бы его просто не знали. Всех завистников из нашего общества давным-давно
вымел бы в таком случае естественный отбор.
Какую же роль играет зависть в сообществах высших животных? На этот вопрос
легко ответит всякий, у кого дома жили одновременно по несколько кошек или
собак. Завистливый зверь, даже будучи очень сытым, не может спокойно видеть,
что кто-то другой ест или пьет. Сразу же он устремляется к кормушке, оттирает
всех остальных и спешит набить до предела свое и так уже полное брюхо.
Скорей , скорей хватать, глотать, чтобы другим как можно меньше осталось! Еще!
Еще! Еще! Булгаковский Полиграф Полиграфович Шариков, мечтавший все чужое
разделить поровну, был как раз из таких, что вполне естественно для бродячей
дворняги, вдруг повысившей свой ранг до невиданной высоты.
Какие же конкретные преимущества дает зависть конкурирующим между собою
индивидам в едином сообществе? Кто энергичнее и расторопнее оттирает других от
кормушки, у того больше шансов дожить до времени оставления потомства.
Наиболее выгодная стратегия для вида, как почти всегда, смешанная: иногда —
крайний эгоизм: каждый против всех, иногда, наоборот, взаимовыручка, ибо в
одиночку всем пропадать. К этой проблеме: «эгоизм-альтруизм» мы еще вернемся
(3.12). Пока же ответим на более конкретный вопрос: к каким последствиям, в
конечном счете, ведет зависть?
В коллективе животных одного вида она, разумеется, ведет не к уравниловке,
а к тому, что сильные объедают слабых, причем все спешат. Иерархия, с которой
связано такое неравенство, рассматривается в следующей (4) главе. И в
человеческом обществе зависть толкает к тому же самому. За уравниловку ратуют,
разумеется, только те, кто внизу. Однако, любое уравнительное распределение,
как правило, ненадолго.
Все получается точь-в-точь как в «Скотской ферме» Дж. Оруэлла. Сперва после
почти любой революции торжественно объявляют ее главный принцип: «Все равны».
Вскоре, однако, выясняется, что некоторые «более равны, чем остальные» и все
начинается сначала.
На белых крысах поставили такой эксперимент. Их рассадили попарно в клетки
с двумя, разделенными сетчатой перегородкой отделениями: все, что ест сосед,
видно, но перебраться к нему нельзя. Всех крыс кормили одинаково калорийной
пищей, но некоторым при этом добавляли в рацион морковку, которую не получала
сидевшая в той же клетке за перегородкой вторая крыса. Вскоре соседи крыс,
получавших морковку, начали быстро тощать: «сохли от зависти». А их товарки,
сосед которых не получал морковку, сохранили прежний вес!
Всякий, кто наблюдал за поведением обезьян в зоопарке, знает, до чего же

это завистливые существа. Если обезьяна видит, что соседу за решеткой
досталось лакомство, которое ей не дали, начинается подлинная трагедия. Тут и
броски на решетку, и вопли, и умоляющие позы. Животюга и клянчит, и грозит, и
мечется, пока сосед не доест свою порцию. Ну а как ведет себя при этом
счастливчик-сосед? Наслаждается — это явно видно. Старается есть как можно
медленнее, смакуя не столько еду, сколько именно душевные страдания обделенного
собрата за решеткой.
Можно не сомневаться, что наши пращуры, бродившие по африканской саванне,
были сверхзавистливыми существами. Это было им необходимо, потому что в
рацион их входили разного рода съедобные находки, в частности, как полагают в
последнее время многие ученые, в том числе В. Р. Дольник, туши погибших
животных , а также остатки пиршества хищников. Тут уж было не до джентльменства:
«дам с детишками, стариков и инвалидов просим без очереди». Ведь в любую
секунду могли нагрянуть конкуренты своего же и чужого вида: грифы, гиеновые
собаки, коршуны да и сам недообедавший хищник. Взять что-то про запас и унести
было невозможно за отсутствием иной тары, кроме собственного брюха.
Наполеон как-то сказал: Что породило революцию? Честолюбие. Что положило ей
конец? Тоже честолюбие. Перефразируем слегка.
Что порождает социальные революции? Зависть. Людей возмущает социальное
неравенство . «Низы» хотят, чтобы не было богатых. «Всем все поровну». Что же
кладет конец социальным революциям? А сами подумайте...
Зависть — мощнейший двигатель технического прогресса или, вернее,
подстегивающего этот прогресс неуемного роста потребностей. Ах, у соседа наручный
видеотелефон размером с электронные часы. Лопну, влезу в долги, но куплю такой
же! ! !
Как же конкретно проявляется при этом агрессия? Ответим отрывком из старой
английской баллады в переводе С. Маршака.
Послушайте повесть минувших времен
О доблестном принце по имени Джон.
Судил он и правил с высокого трона,
Не ведая правил,
Не зная Закона.
Послушайте дальше:
Сосед его близкий
Был архиепископ Кентерберрийский.
Он жил-поживал, не нуждаясь ни в чем,
И первым в народе прослыл богачом.
Но вот за богатство и громкую славу
Зовут его в Лондон
На суд и расправу.
Ведут его ночью к стене городской
В высокую башню над Темзой-рекой.
«Послушай, послушай, смиренный аббат,
Получше меня ты живешь, говорят.
Ты нашей короне презренный изменник,
Тебя мы лишаем богатства и денег....»
3.10. Поза подчинения
и ее заменители в
человеческом обществе
Итак, волк, моля о пощаде, подставляет противнику горло. У обезьян,
например , у павианов и шимпанзе, позы подчинения совершенно иные. При одной из них

они, пригибаясь к земле и повернувшись головой от противника, подставляют ему
противоположную часть тела. Приблизительно такую же позу принимает у обезьян
и самка перед готовым покрыть ее самцом. Для самца же эта поза — верх
унижения . Другие позы: пасть ниц или пригнуть к земле голову и хвост.
Наши позы, по сути, точно те же, что и у прочих приматов, но, повернувшись
лицом к победителю или, точнее, затылком к нему и лицом к земле. Руки при
этом молитвенно сложены. На одном древнем (VII в. до н.э.) ассирийском
барельефе царь демонстративно наступает ногой на плечо побежденному врагу,
молящему о пощаде, простершись ниц, и прикасается копьем к его спине. На другом
победитель треплет за волосы побежденного, стоящего на коленях, на третьем
побежденные эламиты изъявляют покорность ассирийскому военачальнику: одни
простерлись ниц, другие прильнули к земле, третьи стоят на коленях, раком или
в молитвенной позе, распрямившись.
Поза покорности у человека, как и у прочих приматов, несомненно,
врожденная , принимаемая инстинктивно. Это следует из того, что у народов всех рас,
времен и континентов она более или менее одинакова. Везде и всюду человек
выражает разные степени покорности, склоняя голову, кланяясь все ниже и ниже,
становясь на колени и, наконец, валяясь в ногах, иной раз еще и целуя ноги
того, перед кем пресмыкается, или даже землю перед этими ногами, обнимая их.
В таких позах часто проводили последние мгновения своей жизни приговоренные к
смерти, умоляя их пощадить.
Вспомним, какую позу принимали русские простолюдины в присутствии царя в
допетровские времена...
Старики и старухи
Перед ним повалились на брюхи.
(А.К. Толстой «Поток-богатырь»).
Весьма вероятно, что на общей инстинктивной основе постепенно
сформировались такие культурные наслоения как до малейших деталей разработанный, но
все-таки сходный у разных народов и весьма, чего уж там говорить, курьезный
придворный этикет. Всяческие позы, жесты, телодвижения, совершаемые при виде
монарха, например, у древних египтян, вавилонян, хеттов, ацтеков и инков,
византийцев, средневековых европейцев удивительно похожи между собой, хотя
развились независимо от общего архетипа, вероятно, от общечеловеческой позы
подчинения. Еще сравнительно недавно, например, во Франции при «Короле-Солнце»
Людовике XIV об этикете писали длинные научные трактаты типа: «К вопросу о
праве ношения головных уборов и зонтов в присутствии титулованных особ».
Естественно, что гордая, вызывающая поза — нечто противоположное позе
подчинения: распрямившись, грудь колесом, взгляд — в глаза потенциальному
противнику, плечи и руки — в позиции, свидетельствующей о готовности, при
необходимости, вступить в единоборство (см. также 3.5).
Следует отметить, что «поза подчинения» вовсе не всегда обязательно «поза»
в буквальном смысле этого слова.
Очень большое значение имеет мимика. В какой-то степени функцию
агрессивной , угрожающей позы человека выполняет смех. Характерно, в литературе часто:
«торжествующий смех», «нахальный смех», «ироническая усмешка», «гордый смех»
и т.д. и тому подобное.
Напротив улыбка, скорее, аналог позы подчинения. Часто читаем у писателей:
«жалкая улыбка», «заискивающая», «раболепная», «бессильная», «просительная»,
«вежливая», «предупредительная», «растерянная», хотя, правда, иной раз, и
«самодовольная», «плутовская», «насмешливая», «ехидная». Одно выразительное
движение и столько эпитетов! Они отражают реально существующие нюансы,
которые внимательный наблюдатель легко может различить. В мимике обезьян много в

этом отношении аналогий с нами, но их мускулатура лица подвижнее нашей и, в
результате, мимика более выразительна. Понятно, почему для них это так важно:
речи то ведь нет... «Улыбаться» умеют даже некоторые собаки. Так, у сибирских
лаек края губ приподымаются как бы в «улыбке», когда животное ластится к
хозяину и виляет хвостом.
В человеческом обществе существуют, как известно, и тысячи чисто
человеческих способов простирания ниц перед вышестоящим.
Например, в былые века, да и до сих пор в армии громадную роль играли
костюм и разного рода ритуализованные движения, явно не врожденные. Отчего пошла
отдача чести? Перед вышестоящим поднимали забрало, открывая лицо. Рыцарских
шлемов давно не носят, а жест сохранился!
Разным сословиям полагался разный костюм. Попробовал бы только не дворянин
нацепить на себя шпагу, чулки, парик, перчатки и прочее, вздернули бы или,
может, заслали на королевские галеры в более либеральные времена. Могли и
публично высечь.
Когда в 63 году до нашей эры Цицерон разоблачил заговор Катилины, первое,
что сделали обвиненные сенаторы, это помчались домой и переоделись в
скромненькие костюмы, «приличествующие их положению». Не помогло. Все равно
казнили! О. Времена! О, нравы!
Мы еще к этому вопросу вернемся в связи с социальным поведением!
А вот еще два примера:
Типичный эпизод из жизни большого академического института в годы застоя.
Общежитие аспирантов. Трудяги-аспиранты из Средней Азии ночь напролет готовят
плов для профессора. Проверяют каждое зернышко, сидя с пинцетами. Глядя в
лупу , извлекают камешки: «у шефа больные зубы».
Тот же Дом аспирантов и студентов, но времен постперестроечных, наших. В
комнату шикарно и модно одетого молодого парня входит далеко не молодой
человек с аккуратно перевязанной папкой в руках.
— Извини, - долго оправдывается он перед смуглокожим хозяином комнаты, — не
смог дописать «выводы» и «заключение». Понимаешь, в командировке был. Но к
предзащите у тебя будет абсолютно все.
Наверное, искушенный читатель уже догадался: молодой человек — иноземный
аспирант, способный оплатить услуги в СКВ, а пожилой — доктор наук, его
руководитель .
Француз Жак Шаброль описывает современные японские нравы: Встретились выше-
и нижестоящий по служебному положению. Затевается беседа. Нижестоящий:
— Как поживает ваша красавица-супруга?
— А ваша как?
— Спасибо, моя уродина здорова...
— А чем вы занимаетесь сегодня? — нисходит до вопроса начальник.
— Так, ерундой... — далее точный ответ.
А чего стоят наши и не наши былые и нынешние: Ваша светлость, Ваше
высокопревосходительство , Ваше превосходительство, Ваше благородие и так далее. В
русском языке был еще и, слава Богу, сплыл наш знаменитый «словоеръ»:
— Эй, человек, принеси водку и икорочки на закуску.
— Будет-с исполнено-с, Ваше Вашество.
— А еще цыган кликни.
— Как прикажете-с, Ваше Вашество.
Островский, Лесков, Достоевский, Салтыков-Щедрин, — вся русская литература
второй половины XIX века — сплошные «словоеры»: «Как-с? Чего угодно-с? Не
могу знать-с». На таком языке-с тогда изъяснялись с «превосходительствами»
разные всякие «униженные и оскорбленные». Особливо же лакеям этот язык был «люб-
с».

3.11. Есть такая
наука — виктимология
Ее отношение к этологии самое, что ни на есть непосредственное. Она изучает
проблему взаимоотношений преступника и жертвы. В связи с врожденным
характером позы подчинения у человека криминалисты заметили: разбойное нападение
часто провоцирует, не подозревая об этом, сама жертва. Для этого,
оказывается, достаточно одеть на себя что-нибудь яркое, модное, привлекающее внимание,
хотя бы на мгновение взглянуть в глаза потенциальному преступнику или
демонстративно пройти мимо него, выпрямив спину, да еще по геройски выпятив
колесом грудь.
Даже кратковременное ускорение или замедление шага: признак, что вы
обратили внимание на подозрительную личность, ничего хорошего не сулит.
В чем причина? Да в том, что все это вместе или порознь инстинктивно
воспринимается как вызов самца самцу, сигнал, что человек «вторгшийся на чужую
территорию» (о территориальной агрессии см. дальше) может и готов за себя
постоять или напротив, испугался. Немедленно из плохо освещенной подворотни
раздается угрожающее:
— Папаша, дай прикурить...
В следущий момент можно ожидать удара или выстрела.
Виктимологи утверждают: преступление часто бывает продуктом как бы тайного
«соглашения» между преступником и его потенциальной жертвой. Сотня людей
пройдет мимо проклятой подворотни, даже и не заметив стоящих в ней на стреме
подонков (или сделав вид что не заметили) . Сто первый же, на свою беду, к
примеру, примется их с любопытством разглядывать или перепугается и побежит,
гордо выпрямится и продемонстрирует бицепсы.
Совет этологов: когда приходится посещать явно криминогенный район,
старайтесь выглядеть и вести себя так, чтобы ничем не привлечь к себе внимание: ни
одеждой и прической, ни позой, ни жестами либо взглядами по сторонам, в лица
и глаза прохожих. Старайтесь уйти как можно быстрее, но не бегите. Делайте
вид, что просто спешите, например, опаздываете на транспорт. Даже на
агрессивных собак действует тот же прием. Демонстрируйте полное отсутствие
интереса, нарочито смотрите в сторону, не реагируйте на гневный окрик или лай.
Притворяйтесь , что не поняли, к вам ли обратились.
По наблюдениям западной полиции, лучше всего идти со средней скоростью, не
слишком сутулясь и расправив плечи, но и, Боже упаси, без всяких нарочитых
демонстраций силы и спортивной подготовки. Главное же: смотрите куда угодно,
но только, еще раз повторим, не в глаза постороннему человеку. Это особенно
относится к женщинам!
Если же, тем не менее, вам взглянут в лицо и заговорят, держитесь
раскованно и доброжелательно, улыбайтесь, но не угодливо, и отвечайте на вопросы
спокойно, как ни в чем не бывало, старайтесь ничем не выдать свой испуг или, тем
более, готовность к обороне, если рука сжимает в кармане газовый баллончик
либо пистолет. Помните: вынутое оружие должно быть пущено в ход немедленно, в
доли секунды и без промаха бить в цель. Известно, что многие были убиты своим
же собственным оборонительным оружием, мгновенно вырванным преступником из
рук нерешительной жертвы.
В то же время очень часто люди, наслышанные о разгуле преступности и
впавшие в состояние паники, пускают в ход оружие против ни в чем не повинного
прохожего, показавшегося им подозрительным. Поэтому каждому рекомендуем
решить для себя вопрос: уверены ли вы сами, что, обзаведясь оружием, сумеете
его с толком использовать для самозащиты в случае крайней необходимости,
своевременно распознаете этот случай и наверняка воздержитесь от превышения
средств необходимой самообороны?

3.12. «Не убий» — инстинкт
или продукт воспитания?
Всем известно, что библейскую заповедь «не убий» вечно нарушали. Таким
образом, не ясно: существует ли у человека врожденное отвращение к истреблению
и пожиранию себе подобных?
У некоторых хищных животных, в том числе у низших беспозвоночных, например,
у всем известной из школьного учебника пресноводной гидры, наблюдается
врожденное отвращение к каннибализму, или вернее, есть физиологический механизм,
запрещающий его. У человека, к сожалению, ничего подобного нет, а, если и
существует, то выражено очень слабо, в зачаточной степени.
Кто не знает, что кое-где на тихоокеанских островах, по берегам Карибского
моря и в Африке еще совсем недавно процветало людоедство? Жрали человечину
почем зря. Как же: Хотели кока, а съели Кука... Император Бокасса2, да и у нас
пара судебных процессов в последние годы. Надпись на воротах храма XI века
нашей эры острова Хиос: Я — Исида, богиня всей Вселенной... Вместе с моим
братом Осирисом мы остановили людоедство...
Тем не менее, по видимому, врожденное отвращение к убийству себе подобных
при встрече лицом к лицу, особенно, если враг умоляет о пощаде, все-таки
хранится где-то в «закоулках» человеческого подсознания
Ну, а как у наших братьев обезьян?
Они очень часто и жестоко дерутся, но при этом редко калечат или убивают
друг друга. В ход в основном, идут руки, а не зубы. То же было, у наших
далеких обезьяноподобных предков, пока кто-то из дерущихся не изловчился огреть
своего соперника берцовой костью антилопы по «кумполу». Так появился «Каин» и
было положено начало «научно-техническому прогрессу». Кость и палка, грубо
сработанное кремневое рубило, копье, кожаный щит, лук и стрелы, медный меч,
бронзовые доспехи, оружие из стали, бомбарда, мушкетон, бомбардировщики,
биологическое и ядерное оружие. Темпы органической эволюции не идут ни в какое
сравнение с пресловутым прогрессом, который неимоверно опередил нравственное
развитие людей. Мы этот вопрос уже обсуждали.
Выдвинута только что нами уже упомянутая гипотеза, согласно которой
обезьянолюди в определенный период эволюции, когда они спустились с деревьев,
начали ходить на двух ногах, стали надолго не столько каннибалами, сколько
пожирателями падали, подобно гиенам, шакалам и кондорам. С питанием падалью
связывают облысение тела человека — признак, действительно типичный для многих
трупоядных животных. Однако, эту гипотезу возможно опровергает, например,
явно врожденное отвращение подавляющего большинства людей к запаху падали. Тема
для обсуждения, признаться, не из приятных даже биологам, авторам этих строк.
Мы предпочитаем оставить ее специалистам.
К. Лоренц считает, что врожденное «не убий» все-таки существует, но очень
часто не удерживает человека от убийства — жестокая расплата за то, что
нашими предками были такие сварливые и не особенно хорошо вооруженные существа
как обезьяны.
Три фактора, по-видимому, помогают человеку преодолеть врожденное
отвращение к виду агонии и смерти себе подобных, содрогание, возникающее все-таки
где-то в глубине души при нанесении смертельного удара или даже причинении
боли другому человеческому существу. Это:
2 Жан-Беде ль Бокасса (фр. Jean-Bedel Bokassa; 1921—1996) — президент Центральноаф-
риканской Республики с 1966 по 1976 г., а затем император Бокасса I с 1976 по 1979
г. Один из самых эксцентричных диктаторов XX века. По некоторым сведениям, Бокасса
употреблял в пищу лидеров оппозиции, а однажды тайком накормил свой кабинет
министров одним из его членов. Поддержку Бокассе оказывало и СССР.

1. Сила примера, или тем более, приказа. То и другое чаще всего снимает
всякое чувство личной ответственности. В нашем подсознании постоянно таится
стремление кому-то подражать, унаследованное от стайных предков. Голос
совести, если в таких ситуациях и просыпается, то, чаще всего, с громадным
опозданием. Реакция на приказ «коли» или «пли!» срабатывает куда быстрей. А. Гитлер
в свое время писал: В составе роты или батальона любой человек чувствует себя
немножко защищенным, хотя тысячи причин свидетельствуют против этого.
Человек, марширующий в боевой колонне, надежно забронирован от укоров
собственной совести. И в Петербурге в Кровавое воскресенье 1905 года, и во время
Ленского расстрела 1912 г. , и в Вильнюсе у Телецентра в 1991 году, и в 1993
г. у Белого дома солдаты, конечно, ничем не рискуя, могли подчиниться приказу
«пли!», но стрелять мимо. Куда там! Они, наоборот, очень тщательно целились в
не сделавших им ничего дурного безоружных людей!
Многие, по-видимому, недооценивают ужасающее действие силы примера в связи
с постоянной демонстрацией сцен убийства и насилия в кино, по телевизору;
смакованием этих сцен в прессе и детективной литературе. По такому поводу
процитируем стихотворение С. Маршака:
Был у Джека строгий папа.
Вынул книжки он из шкапа.
Затопил большую печь
И давай романы жечь.
Сжег он книжек полтораста:
Мопассана, Скотта, Фаста,
И оставил на полу
От Золя одну золу.
Сжег он всю библиотеку
Но оставил сыну Джеку
Сто журнальных номеров
Про убийц и про воров.
Сорок книжек о бандитах,
О пиратах знаменитых...
Сын прочел их до конца,
А потом убил отца,
Мать зарезал, дядю с теткой,
И остался он сироткой.
2. Привычка. Многие ветераны войны с ужасом вспоминают именно первого
убитого ими врага, особенно, если для убийства пришлось использовать холодное
оружие. Кто не помнит ужас Григория Мелехова из шолоховского «Тихого Дона»
при виде первого зарубленного врага?
Мальчик-Нерон, в будущем прославившийся жестокостью римский император,
горько расплакался, увидев в цирке как погиб возница. Этот плач возмутил
наставника Сенеку: «Было бы из-за чего!» Подписывая первый в своей жизни
смертный приговор, Нерон поморщился: «Лучше бы я не умел писать!» Через короткий
срок Нерон велел казнить или убить исподтишка тысячи людей, включая почти
всех своих родственников и близких друзей, даже собственную мать! Сенеке было
велено покончить жизнь самоубийством.
3. Инстинкт самосохранения, желание отомстить и альтруистическое чувство. И
солдат, стрелявший в гитлеровских оккупантов, и тот, кто пришел на помощь
жертве насилия, убил бандита, и мститель, поднявший руку на убийцу своих
родных и близких, едва ли когда-либо почувствуют укоры совести. Эта нравственная
проблема не нуждается в особом обсуждении.
В русском языке, слава Богу, нет даже особого слова, обозначающего такое

извращение человеческой психики как убийство для собственного удовольствия,
по-немецки «люстморд». В палеоазиатских языках народов крайнего Севера и
Дальневосточья, нет, впрочем, и особого слова, обозначающего
человекоубийство. Чукчи говорят: «Я тебя убью как нерпу» («принерплю») , — явное
свидетельство того, что у этого народа существовал до контакта с белыми строжайший,
возможно, инстинктивный запрет на убийство себе подобных.
Да, кстати, еще пару слов о воронах. Экспериментально доказано: и ворон
ворону все-таки не прочь выклевать глаз, если накормлен хлебом, размоченным в
этиловом спирту, то есть, попросту, приведен в состояние подпития. Если даже
и высоконравственные птицы в пьяном виде столь опасны друг для друга, чего
ждать от пьяных особей нашего вида?
Частенько приходится слышать: «убил спьяну, а, следовательно, ни в чем не
виноват».
Однако мы отвлеклись. Итак, у способных на убийство животных оно
предотвращается видом жертвы в позе подчинения. Как же обстоят в этом отношении дела у
людей? Вспомним еще раз простершихся ниц и униженно, но тщетно молящих о
пощаде пленников на древнеассирииских и вавилонских барельефах, фресках древних
египтян и ацтеков. Рабская поза у всех рас и народов, как уже говорилось,
одинакова. Смотреть на нее и страшно, и противно, причем, мало ведь помогало
и тогда, до нашей эры, и недавно, на краю чекистских расстрельных ям, и у
порога гитлеровских газовых камер.
Эффективность рабских поз у человека ничтожна. И все-таки, убивать тысячи
«врагов» нажатием кнопки, не видя их, издалека, куда как проще, чем проткнуть
хотя бы одного противника копьем, глядя прямо в глаза.
Так у Пелида сверкало копье изощренное3,
Коим в правой руке потрясал он,
На Гектора жизнь помышляя...
Наполеон в дни похода Эльба - бухта Жуан-Париж, расстегнул сюртук со
словами:
— Стреляйте в своего императора!
Точно таким же театральным жестом некоторые наши воры в законе спасали
жизнь от расстрела. Обнажали грудь, а на ней вытатуирован портрет Сталина!
Юлию Цезарю «и ты Брут», как известно, не помогло. Многие подставляли, кто
грудь, кто горло как побежденный волк. Горло, например, подставил Цицерон, но
ни в данном случае, ни в 99 % других аналогичных толку, к сожалению, не было
никакого.
Увы, мы не волки. Как писал поэт О. Мандельштам: Мне на шею бросается век-
волкодав, но не волк я по крови своей. Эх, право же, лучше бы быть нам
цивилизованными потомками волков, воронов, а то и галок: у них, по утверждению К.
Лоренца, особенно высока внутривидовая этика, хотя ведь не хищники!
3.13. «Гены порядочности»
и «гены альтруизма»
Из антиутопии Ю. Даниеля «Говорит Москва», когда-то прочитанной многими
москвичами в Самиздате:
Нет, ты не прав, Алкиной.
Есть бесконечность в природе.
Служат примером тому
Глупость и подлость людей.
3 Гомер. «Илиада». Песнь XXII. Умерщвление Гектора.

Можно бы согласиться, если бы было с кем сравнивать из числа таких же
мыслящих существ «аки мы, грешные». А так это — один из бесчисленных примеров
нашей человеческой самокритичности:
С тех пор, как Высший судия дал мне всевиденье пророка4,
В сердцах людей читаю я страницы злобы и порока...
...Кто жил и мыслил, тот не может5
В душе не презирать людей...
С какой нравственной позиции человек берется осуждать всех себе подобных за
эгоизм и жестокосердие? А кто же он сам в таком случае?
А судьи кто6?... Кто без греха, кинь в нее камень7... Не судите и не судимы
будете... Пожалуй, мы так и не выберемся из потока противоречивых цитат, пытаясь
извлечь из кладезей человеческой мудрости ответ на простецкий вроде бы,
вопрос: мы злые или добрые? И еще вопрос: а кем быть лучше — человеколюбцем или
злодеем? Похоже, природа, у нас не спросясь, распорядилась нами сама и за нас
придумала ответ на эти вопросы.
Если бы злодейство всегда вознаграждалось чадообилием, (то есть, говоря по
современному, влекло за собой оставление более многочисленного потомства), на
земле не было бы ни одного мало-мальски порядочного человека. Исчезло бы само
понятие порядочность: для него не было бы эталонов. Точно то же, однако,
относится и к высоконравственному альтруистическому поведению.
Сам факт существования злодеев — доказательство: естественный отбор не
действует, увы, по принципу «сорную траву из поля вон». В каждом следующем
поколении снова появляются святые и негодяи. Почему в человеческом генофонде не
произошел сдвиг в пользу добрых и высоконравственных людей? Что этому мешает?
Наши эмоции носят врожденный характер. Их переделать трудно или невозможно.
Они формировались в процессе эволюции многие миллионы лет, под влиянием
естественного отбора в условиях, не имеющих даже отдаленного сходства с
теперешним образом жизни. Не потому ли культура, религия и связанные с нею
нравственные запреты: современные философские учения, проповедующие гуманизм и
терпимость , не помешали появлению в XX веке Бухенвальда, Бабьего яра, Катыни,
Куропат8 и Хиросимы; не послужили помехой ни Гитлеру, ни Сталину, ни Пол-
Поту? И все-таки, с другой стороны; разве не бесчисленны примеры
самоотверженности , самопожертвования, великого альтруизма, добровольной мучительной
смерти «за други своя» и за все человечество?
Как увязать одно с другим? Каким образом на одном и том же континенте могли
жить Гиммлер или Ежов и Ян Корчак9, Альберт Швейцер10, мать Тереза? Почему в
карательных отрядах то и дело появлялся «парень, который не стрелял?»
Одного такого вспоминают в Югославии. В годы войны во время массового
расстрела заложников сыскался эсэсовец, который отказался стрелять и демонстра-
4 Лермонтов М.Ю. «Пророк».
5 Пушкин А.С. «Евгений Онегин». Гл. 1.
6 Грибоедов А.С. «Горе от ума»
7 Неизвестный автор. «Новом Завет, Евангелие от Иоанна». Гл. 8, ст. 7.
8 Куропаты (белор. Курапаты) — лесное урочище на северо-восточной границе Минска,
где были обнаружены массовые захоронения расстрелянных в конце 1930 — начале 1940-х
годов. По данным белорусской прокуратуры, урочище являлось местом расстрелов и
захоронений репрессированных органами НКВД в 1937—1940 годах.
9 Януш Корчак; настоящее имя Эрш Хенрик Гольдшмит (1878—1942) — выдающийся польский
педагог, писатель, врач и общественный деятель.
10 Альберт Швейцер (нем. Albert Schweitzer; 1875-1965) — эльзасский теолог, философ,
гуманист, музыкант и врач, лауреат Нобелевской премии мира (1952).

тивно бросил винтовку, за что его самого тут же прикончили. В Тбилиси 9
апреля 1989 года один из спецназовцев отказался рубить головы женщинам саперной
лопаткой и даже помогал выносить раненых из оцепления. Примеров такого
поведения не счесть в истории любого народа. Точно так же как и примеров полной
бесчувственности, холодной жестокости.
Несомненно, чувство сострадания неоднократно выражено у разных людей и эти
громадные различия невозможно объяснить лишь воспитанием. Порой в одной и той
же семье вырастают и святые, и изверги. Вспомним, к примеру, «Братьев
Карамазовых» . Правда, статистика показывает: если один из однояйцовых близнецов
преступник, то и второй, чаще всего, тоже.
Академик Н.И. Вавилов полушутя говорил о генах порядочности. Советский
генетик В.П. Эфроимсон на полном серьезе полагал, что существуют гены
альтруизма.
Конечно, в применении к людям это пока не более, чем предположение,
обоснованное кое-какими логическими доводами. Но вот на крысах в Московском
Институте высшей нервной деятельности академик В.П. Симонов с соавторами поставил
следующие очень интересные эксперименты. Если во время еды крыса, касаясь
мордой кормушки, включает цепь электрического тока, причиняющего боль другому
животному за решетчатой перегородкой, разные крысы поступают по-разному.
Подавляющее большинство просто не реагируют. Отчаянный писк товарки за
перегородкой ни в малейшей степени не портит им аппетита, хотя все знают, что крысы
достаточно эмоциональны.
Некоторые из этих крыс-эгоисток перестают прикасаться к кормушке после того
как хоть раз побудут за перегородкой и на собственной шкуре испытают действие
электрического тока. Их можно назвать исправимыми эгоистами, в отличие от
эгоистов неисправимых, продолжающих пользоваться кормушкой и после
электропытки за перегородкой. В то же время некоторые крысы сразу же и окончательно
отказываются от еды, как только замечают, что каждое их прикосновение к
кормушке причиняет невыносимые муки другой крысе. Это альтруисты от рождения. Их
процент всегда невелик, но они обязательно есть, наряду с исправимыми и
неисправимыми эгоистами. Возможно, такое смешение эгоистов и альтруистов из
поколения в поколение поддерживается естественным отбором как выгодное виду. В
социобиологии, родственной этологии науке, это явление называют отбором
родичей.
В одних экстремальных условиях выживают эгоист, в других, напротив,
альтруисты, так что гены обоих типов сохраняются «на разводку». В суровых
условиях люди, в среднем лучше.
Те из читателей, кто читал замечательный рассказ Чингиза Айтматова «Пегий
пес, бегущий краем моря», повести Ю. Рытхеу, Записки Д. Арсеньева «В дебрях
Уссурийского края», вероятно, согласится с нами: удивительно высокой степенью
альтруизма до прихода белых отличались народы Дальневосточья и крайнего
Севера. В чем вероятные причины?
В суровых условиях человек выживает только благодаря взаимовыручке. Без
«генов альтруизма» там не просуществуешь.
Морган, герой романа Э. Хемингуэя «Иметь или не иметь», умирая от пулевого
ранения в живот, бормотал... «только вместе... В одиночку ни черта нельзя». Он
это поздно понял.
Человеческие границы добра и зла не определить в одной книге. На это и всей
мировой художественной литературы не хватит. Непостижимые мы существа и с
этим фактом нам приходится мириться. Так, в начале этой публикации приводится
типичный пример альтруистического отношения к животным. Между прочим,
известно немало людей, способных испытывать чувство сострадания только по отношению
к «бессловесным тварям». Наполеон Бонапарт, безжалостный завоеватель,
говорил: Чем лучше я узнаю людей, тем больше люблю собак. А. Гитлер был убежден-

ным вегетарианцем и питал горячую привязанность к своей овчарке Блонди,
вообще очень любил животных.
Да не усмотрят читатели в этих строках желание бросить тень на лучшего
друга человека. Просто к слову пришлось. Тем более, что заменители людей в
качестве объектов альтруистического или даже материнского чувства весьма
разнообразны. Подчас это даже кактусы и греха в том нет. Главное вести себя по-
человечески по отношению к себе подобным.
Между прочим, психологи утверждают: кто жесток с животными, тот жесток и с
людьми. У гитлеровцев в эсэсовских спецчастях было даже практическое занятие
выбей глаза любимой собаке. Так, во всяком случае, писали французские газеты
после войны и очень похоже на правду. Полагаем, «друг животных» Гитлер об
этом просто не знал.
И все-таки, говоря об альтруизме, мы, пожалуй, слишком выдвинули на первый
план чисто человеческие аспекты альтруистического поведения. Этим
незаслуженно маскируется его биологическая основа.
Случаи, когда одни биологические индивиды рискуют, или даже всегда в
обязательном порядке жертвуют жизнью ради выживания других, отмечаются даже у
низших организмов. Только тогда это уже не «случаи», а закономерность.
Так, у слизевых грибов диктиостелиум, маленьких амебовидных одноклеточных
существ, ползающих по гнилой древесине или навозу, голод вызывает сползание и
слияние в многоклеточное плодовое тело, в котором образуются споры. Часть
клеток принимают на себя функцию застрельщиков всего процесса, испуская
ритмически химические сигналы, которыми привлекаются прочие клетки. Те тоже,
подражательно, принимаются испускать такие же сигналы. Когда начинает
строиться тело гриба, клетки образующие его ножку, обречены на отмирание.
У очень многих животных, например, у дальневосточных лососей — кеты,
горбуши — родители погибают после размножения, но предварительно обеспечивают
потомство всем необходимым для выживания. Например, лососи воздвигают над
отложенной икрой курганчик из гравия.
У многих певчих птиц, гнездящихся в кустах или на земле, самка,
прикидываясь раненой или больной, отвлекает хищника от гнезда. Она прыгает по земле,
волоча крыло, словно оно поломано, а потом неожиданно взлетает. Таких
примеров масса, но в них, пожалуй, все-таки, слишком мало сходства с нашим
альтруистическим поведением. То же, вероятно, можно сказать, о жертвенной защите
своей колонии особями общественных насекомых: пчел, муравьев и термитов. В
межколониальных внутривидовых «войнах» у муравьев сражающиеся особи обеих
колоний «не ведают страха» и гибнут массами, но параллель с человеческими
солдатами здесь не слишком уместна. Сражаются и гибнут роботоподобные существа,
по-видимому, лишенные наших эмоций.
Совсем иное дело социальное поведение млекопитающих, особенно обезьян.
Английский зоопсихолог С. Паркер наблюдал, как у павианов-анубисов самцы
объединяют усилия, чтобы отбить самку у другого самца, стоящего их выше по
рангу. Тот никого не подпускает, но один из стакнувшихся самцов вдруг
отвлекает его — вызывает на поединок. Второй же в это время «развлекается» с
самкой без особых помех! Долг платежом красен и в следующий раз «дон-жуаны» уже
меняются ролями. Тот, кто в прошлый раз развлекался, теперь уже затевает
отвлекающую драку. Особи, отлынивающие от таких дружеских услуг, в свою
очередь, не могут рассчитывать на чужую помощь. Отметим: и у дона Жуана для
подобных целей использовался напарник — Лепорелло.
У некоторых млекопитающих и птиц, например, у соек, молодые самки, еще не
имеющие брачной пары, помогают выкармливать чужих птенцов.
Может быть, кто-нибудь из читателей помнит «Братскую ГЭС» Е. Евтушенко:
Булгарин в дом спешил с морозцу
И сразу к новому доносцу

На частных лиц и на печать.
Живописал не без полета,
Решив, что сущность патриота:
Как заяц лапами: стучать...
Откуда же «стукач», «стучать»? У зайцев это очень рискованная форма
альтруистического поведения. Завидев хищника, перепуганный заяц стучит по земле
передними лапами, предупреждая об опасности других зайцев, а только потом
бросается бежать. Конечно, это поведение совершенно инстинктивное. Так же как
инстинктивной является взаимовыручка стайных хищников, таких как, например,
волки или славящиеся своим альтруизмом гиеновые собаки.
Зачем мы привели эти примеры? Чтобы напомнить читателю. Мы, хоть и «цари
природы», но все-таки — ее часть. Все живое подчиняется общему принципу:
индивиды — «хранители» популяционного генофонда и главная их, «высшая цель» —
сберечь наследственную информацию, обеспечить существование следующих
поколений. Если ценой гибели части индивидов повышается шанс оставления потомства
уцелевшими, жертвенная смерть соответствует закону природы. Альтруистическое
поведение — продукт естественного отбора. Те, у кого оно отсутствовало, имели
меньше шансов передать свою наследственную информацию потомкам.
В одних ситуациях альтруизм отдельных особей выгоден их сообществу как
целому , а в других — нет. Естественный отбор на протяжении миллионов лет
«тщательно взвесил» эти ситуации в нашем дочеловеческом прошлом. Ныне мы пожинаем
плоды эволюционного процесса.
Многое в нашем инстинктивном поведении нас как мыслящие существа очень не
устраивает, но что же с этим поделаешь?
Не будем повторяться. Инстинктивное и навязанное воспитанием, цивилизацией
слишком перепуталось в наших душах. Это узел, который не разрубишь, а также -
тема для другой книги, и не одной.
ГЛАВА 4. ИЕРАРХИЯ И
КОНФЛИКТЫ В КОЛЛЕКТИВЕ
4.1. Иерархия в
коллективе у
животных и людей
Наблюдения за самыми разными животными, живущими оседлой группой или
кочующими небольшой стаей, в которой все «лично» знакомы, выявили одну общую и
чрезвычайно важную закономерность. В разных драках или стычках, иногда очень
мелких, даже едва заметных, со временем устанавливается иерархия страха.
Особь «А», например, пугает особи «Б», «В» и «Г», которые предпочитают ей
уступать во всем. В то же время особи «В» и «Г» избегают конфликтов с «Б» и так
далее.
Серьезные драки, если вначале и были, вскоре сходят на нет. Отношения уже
более или менее выяснены на какое-то время, по крайней мере. Варианты бывают
разные. Простейший — так называемое линейное доминирование. Каждый индивид
кого-то боится, а над кем-то нахальничает по ранжиру: «А», «Б», «В», «Г» и
так далее. Более сложные варианты — разного рода «треугольники» и т.п. типа
«А» тиранит «Б» и «В», но побаивается «Г», который, однако, боится и «Б», и
«В».
Подмечена и еще одна закономерность. Иерархию гораздо острее ощущают и
соблюдают именно подчиненные особи (их называют «субдоминантами»), чем
«доминанты». Доминант, иной раз, как бы и не замечает своего доминирующего положе-

ния. Он просто делает, что хочет, а прочие всячески его сторонятся и чем ниже
ранг индивида в иерархической системе, тем больше ему приходится помнить, от
кого следует держаться подальше, чтобы не нарваться на взбучку.
У очень многих животных нашли иерархию. В их числе оказались некоторые
крабы и раки-отшельники, сверчки, многие виды нестайных рыб, селящихся, однако,
группами, птицы (например, у цыплят она появляется очень рано); суслики и
сурки, мыши, волки и сбивающиеся в стаи бродячие собаки, обезьяны,
подавляющее большинство из видов, ну, и конечно, не составляем исключения мы, люди.
Вспомним двор, на котором играли в детстве. Наверное, был там какой-нибудь
свой местный лидер, и была какая-нибудь иерархия, хотя самого этого слова мы
тогда не знали. Итак, иерархия, в основном, проявляется у животных, живущих
небольшими постоянными по своему составу группами, в которых все хорошо знают
друг друга, и основывается, грубо говоря, на кулачном праве.
Такие группы могут занимать определенную территорию сообща, защищать ее от
членов других аналогичных группировок (волки, многие обезьяны) или же, реже,
— вести бродячий образ жизни (наши городские бродячие собаки, некоторые
копытные) .
В больших и далеко мигрирующих (на месте не прокормишься) стаях ранговые
различия стираются: отдельные особи то и дело перемешиваются между собой,
плывут, летят в соседстве с «кем попало». Такое положение не исключает
ситуативного лидера (стаи некоторых рыб, клин журавлей и др.). Территориальное
поведение в таких стаях, конечно, полностью отсутствует: сегодня они в одном
месте, завтра в другом.
Иерархически организованную группу либо стаю часто возглавляет один
доминантный вожак. В стаях и группах бой идет иногда не только за положение
вожака , но существует еще и иерархия: подразделение на «высших» и «низших».
Важная закономерность: у многих животных — стайных птиц, обезьян, копытных —
лидер вовсе не самая «отважная» особь, а, скорее, наоборот, в реакциях на
внешнюю угрозу самая пугливая. «Смелость» проявляется только в столкновениях с
другими индивидами своего же стада, раболепствующими перед вожаком.
Одним словом, картина ранговых отношений в группах и стадах часто бывает
очень сложной. В частности, у обезьян иерархия может проявляться по-разному в
еде, ее распределении, а также в доступности самок самцам, в уступании места,
при взаимной чистке шерсти (так называемой груминг), в позах подчинения и
даже в гомосексуальных случках. Ранговые соотношения по разным таким
показателям совершенно неоднозначны. Так, в среде молодых самцов павианов гамадрилов
доминантный статус устанавливается постепенно в ряду стычек по мере
группирования родичей в семьи, кланы. При этом первоочередность взятия пищи не всегда
совпадает с первоочередностью, например, в уступании места или во взаимной
чистке шерсти и кожи.
У мартышек самый агрессивный самец в сексуальном отношении сильно уступает
второму по рангу. Тот тратит сравнительно меньше времени на стычки и
измывательства над низшими индивидами!
У некоторых животных как бы два вожака: один самый агрессивный и в то же
время лидер в таких ситуациях как защита от хищников или движение к водопою.
Другой, напротив, самый пугливый и предупреждающий стадо о надвигающейся
опасности. У антилоп гну впереди стада, обычно, старая опытная самка. Но и
самый последний, лучше всех защищенный индивид, занимает эту позицию отнюдь
не случайно. Он следит за обстановкой и при бегстве может оказаться первым.
Отечественный исследователь A.M. Чирков с соавторами считает, что самая
простая ситуация: один вожак и раболепные подданные (так называемое
деспотическое доминирование) довольно редка. Чаще отношения более запутанны: стаю
тиранят лидер-вожак и несколько приближенных к нему обезьян. Внутри элитной
группы идет своя, внутренняя борьба за первое, второе и так далее места.

Аналогия с человеческим обществом здесь достаточно прозрачна. Во многих
человеческих коллективах в самом низу «подонки», «плебеи». Выше — средняя
прослойка. Над нею — «элитная верхушка». В той последней — лидер-вожак:
директор, ректор, генерал, президент. Драка за его и прочие теплые местечки
постоянно идет внутри верхушки. Эту иерархию в окарикатуренном, а потому особенно
наглядном виде отображает «1984» — антиутопия Дж. Оруэлла. Наверху «Большой
брат», возможно мифическая личность. Ниже «внутренняя партия», она же
«Министерство любви». Еще ниже просто партия Ангсоц. Наконец, в самом низу «про-
лы», рабочий класс, о котором партократы в своем кругу, подмигивая друг
другу , говорят: «у нас в стране пролы и животные свободны».
В. Р. Дольник в своей уже неоднократно упоминавшейся нами статье приводит
такие варианты иерархии в человеческом обществе.
1. Подростковая. Она устанавливается в каждом классе, каждом дворе и очень
часто ведет к образованию молодежных преступных банд. Попробуй, не подчинись
лидеру молодежной группы. Могут избить, покалечить, устроить «темную»,
затравить . В плохих детских домах и школах педагоги входят в тайный контакт с
молодежными лидерами и через них управляют коллективом. Увы, но наш великий
воспитатель Макаренко весьма благосклонно относился к этой иерархии и воспел
ее в своей «Педагогической поэме».
2. Неофициальная иерархия в армии — всем известная «дедовщина». В
разложившейся армии негласная иерархия проявляется в бессмысленном насилии «высшие» —
«деды» всячески измываются над «низшими» — «салагами». Командиры часто
вступают в тайный сговор с неофициальными лидерами, что превращает военную службу
в настоящий ад для подавляющего большинства солдат.
3. Иерархия в тюрьмах и воровских «кодлах». О ней еще много будет
говориться в дальнейшем. Кто не слыхал о «паханах», «суках», «фраерах», «опущенных»,

«шестерках», «ворах в законе» и «шпане»? Имеется в виду, естественно,
неофициальная иерархия. Того же типа иерархия банд рэкетиров, разбойников,
пиратов, мафиози и так далее, и тому подобное. В преступных шайках иерархия
всегда присутствует, там без нее шага не ступишь.
5. Слабо выраженные бытовые иерархии. Этот вариант иерархии быстро
устанавливается даже в сугубо временных группах людей, например борющихся со
стихийным бедствием или занятых каким-то совместным делом, будь то хоть озеленение
двора в многоквартирном доме. Часто параллельно с официальной иерархией
возникает неофициальная иерархическая структура. Где ее только нет. Возникала
она и во многих коммунальных квартирах. Чего уж говорить о научных и других
творческих коллективах. В них эта иерархия — не жестокая, но, тем не менее,
она реально существует.
6. Не упоминаемая Дольником «загробная иерархия». Она, как всем известно,
сохранилась и поныне, но особенно ярко проявлялась в древних цивилизациях
Старого и Нового света. Древнеегипетские и древнеперуанские пирамиды,
шумерские и скифские захоронения правителей вместе с их женами, челядью и воинами,
а также — конями, оружием и утварью — наглядные примеры. В наше время тоже не
всех, разумеется, хоронят в фамильных склепах, в пантеоне, или под
кремлевской стеной. И ничего плохого в этом, понятное дело, нет, если не
перебарщивать . Воздержимся, однако, от участия в дискуссии о мавзолее В. И. Ленина.
Припомним лучше, как классифицировал смерти гробовщик в «Золотом теленке»
Ильфа и Петрова: начальники «дают дуба», простые смертные «отдают концы»,
кто-то совсем неприметный «сыграл в ящик», «кондыкнулся» или «загнулся»,
«окачурился», «протянул ноги», и т.д.
Некоторые из проявлений «загробной иерархии» прямо-таки умиляют своим
идиотизмом. Вот хотя бы забавный пример: в подвале питерского академического
института сотрудники во время ленинского субботника как-то обнаружили десятки
гранитных плит со скорбным текстом: «Здесь покоится...» и так далее. Большие
академикам, средние докторам наук, крошечные кандидатам. Оказалось, один из
замдиректоров, в прошлом директор магазина похоронных принадлежностей,
заготовил плиты впрок.
Откуда берется иерархия в человеческом обществе?
В.Р. Дольник совершенно справедливо отвечает на этот вопрос: Поведение
мотивирует врожденная программа, очень простая и рациональная, проверенная
естественным отбором на многих видах. А употребим ли мы ее во зло другим и себе
или на пользу — зависит от нашей морали и нашего разума. Не любая иерархия на
пользу обществу, но и не любая во вред. Понимая это, следует стремиться к
созданию как бы частично перекрывающихся многообразных иерархических структур
разной степени жесткости. Нежелательно, чтобы эти иерархии объединялись в
какую-то супериерархическую общественную структуру.
Человек, по словам В. Р. Дольника, чувствует себя свободным, не угнетенным
иерархической структурой, если он, во-первых, знает, что может ни в одной из
них не участвовать; во-вторых, участвовать во многих и занимать в них разный
иерархический уровень; в-третьих, свободно покидать любую из них; и, в-
четвертых, сам организовать новую группу, соответствующую его представлению о
целях, характере отношений и персональном составе. Общественная жизнь развита
в демократическом обществе. Напротив, элитарные системы стремятся ограничить
количество и разнообразие людских объединений, создать суперструктуры и
контролировать их административно.
Проявления административно установленной иерархии бесчисленны.
На Западе понижение в должности часто предваряется переводом сотрудника в
кабинет меньшего размера. У нас забирают «членовоз» и казенную дачу,
отключают правительственную связь.
В России XVI в. , как и в других странах во времена феодализма, иерархия

проникла во все поры общественной жизни. А тут еще власти придумали законы о
местничестве. Последствия были, например, таковы. Велят убрать навоз двум
конюхам. Вдруг один заартачился:
— Не буду. Мне зазорно работать с ним. Ведь его дед служил поваренком под
началом повара — моего деда!
Точно так же бояре спорили из-за места, — где кому сидеть в боярской думе
или за пиршественным столом. Их жены ругались из-за места в церкви. Монахи во
время крестного хода собачились из-за места в процессии. Военачальники
затевали местнические споры на поле боя, под носом у противника. Именно так было
проиграно сражение под Оршей11 в 1514 году.
Следы и пережитки местничества сохранились в общественном сознании по сей
день.
Для непотопляемых отпрысков нашей партноменклатуры мы все, в отличие от
выходцев из их среды, «плебеи». При большевиках о ранге отдельных вождей судили
по их месту на мавзолее в дни парадов. Точно так же о ранге китайских вождей
судят по их месту на трибунах площади Тяньаньмэнь.
Характерно, что с уходом начальника и замещением его должности одним из
бывших подчиненных во всем учреждении обычно начинаются свары и склоки между
рядовыми сотрудниками, вроде бы, не претендующими на руководящие посты. Идет
подсознательная борьба за второе, третье, четвертое и так далее места в
иерархическом ряду. Все происходит точь-в-точь как в обезьяньей стае после
смены вожака.
В экспериментах нейроэтолога Дж.М. Дельгадо на павианах всем обезьянам в
стае, начиная с вожака и кончая самой низшей по рангу особью, вживили в центр
агрессии головного мозга раздражающие электроды. Они были проведены от
укрепленных на черепе крохотных радиоприемничков, настроенных каждый на другую
волну, что позволяло раздражать любое животное по отдельности. В опытах
выявилась система так называемого линейного доминирования. Если раздражали
вожака, он принимался бить и кусать вторую по рангу особь. Если раздражали
вторую, она начинала измываться над третьей по рангу и так далее. Наконец, если
раздражали центр агрессии самой низшей по рангу обезьяны, она подбегала к
зеркалу, висевшему в вольере, и корчила сама себе злобные рожи. Заметим: для
всех обезьян, кроме человекообразных, отражение в зеркале — другая особь,
почему-то неспособная дать сдачи и потому нестрашная.
Весьма обыденный эпизод из военной жизни. Полковник на утреннем разводе
наорал на майора. Майор распек лейтенантов командиров рот. Командиры покрыли
матом старшин. Старшины взъелись на сержантов, а те на солдат. Солдаты
«старики» вечером в казарме отвели душу на несчастных «салагах». Салаги с горя
повздорили между собой и вечером в карауле повесили приблудную собаку. Какое
трагикомическое сходство с обезьянами! Обидно за род человеческий!
В конфликтных жизненных ситуациях, как правило, есть настрой на агрессию,
но есть и страх. Атакуют того, кто заведомо проиграет, но все-таки не совсем
уж беззащитен. Слишком большой разрыв в ранге («полковник-солдат») делает
потенциальную жертву атак мало привлекательной для агрессора. Известно, что
Сражение под Оршей — битва, состоявшаяся 8 сентября 1514 года в ходе русско-
литовской войны 1512—1522 годов. Бой начался атакой полка Правой руки под командой
князя Михаила Булгакова. Князь действовал по собственной инициативе, без
согласования с Челядниным, с которым у него был местнический спор. Русские летописи сообщают,
что Челяднин из зависти не помог Голице. «И нача первое биться князь Михайло
Голица... , а Иван Андреевич в зависти не поможе князю Михаилу. И бившеся много и разсту-
пившись розно». «И вдругие Литва пришла на Ивана Андреевича, и начать Иван Андреевич
своим полком битися с Литвою». Теперь, как сообщают летописи, уже князь Булгаков не
пришел на помощь, «князь Михайло Ивану Андреевичу не поможе».

многие большие начальники, грозные для своих замов и прочих «шишек»,
изысканно вежливы с уборщицами, шоферами, дворниками. Как мы видим, люди и в этом
отношении мало отличаются от павианов.
Правда, мы изобретательнее. Например, там, где иерархия не позволяет
проявить наше агрессивное отношение открыто, мы умеем атаковать исподтишка или,
на худой конец, показать доминирующей особи фигу в кармане.
Проиллюстрируем следующим примером. В начале шестидесятых один из
всесильных героев Павловской Сессии выдвинул сам себя в академики на заседании
Ученого совета большого ленинградского академического института. Один за другим
выступили члены Совета. Каждый с воодушевлением говорил о великих научных
заслугах претендента. На словах все без исключения были «за». Началось тайное
голосование. Ни одного голоса «за». Все «против»!
А вот еще классический, хоть в учебник зоопсихологии, пример линейного
доминирования. Тоже из жизни ученых. Молодой биохимик изложил в большой статье
результаты многолетних экспериментов и решил опубликоваться за рубежом. Для
этого требовалось разрешение шефа лаборатории, которого поэтому надо было
попросить стать соавтором. Тот охотно согласился и направился к заведующему
отделом, который, даже не взглянув на текст, намекнул, что не прочь тоже стать
соавтором. Его, разумеется, вписали. Теперь уже он направился со статьей к
самому академику — директору института:
— Разрешите опубликовать за рубежом...
Директор бегло проглядел страницы и дал без обиняков понять, что его
следует поставить первым автором. Вписали. Теперь он как хозяин взял рукопись в
руки и сказал:
— Статья хорошая, но неприлично много соавторов.
Заведующий отделом, услышав эту фразу тотчас предложил вычеркнуть
действительного автора статьи и его непосредственного начальника. На том и порешили.
Статья ушла за рубеж. Случай банальный, в порядке вещей! Подлинному автору
как нижней ступеньке в иерархии оставалось только, следуя примеру павианов,
смотреться в зеркало и корчить себе злобные рожи! Впрочем, последовали
награды — денежная премия, загранкомандировка на пять дней.
За годы советской власти у нас накопилось немало «крупнейших» ученых,
которые своих трудов почти никогда не писали. На то у них имелись старшие и
младшие научные сотрудники, аспиранты, а также, само собой понятно, должность
шефа лаборатории или директора института и красный партийный билет в кармане.
Это еще что! Хватало таких мужей науки, которые своих бесчисленных статей
на протяжении многих лет даже и не читали. Зачем? Вполне достаточно было
высокого поста и вечных загранкомандировок. Разъезжая по свету, эти корифеи без
устали удивляли западных коллег отчаянной борьбой за мир. Помните тогдашние
вездесущие «Комитеты защиты мира»? Один биохимик поведал нам, что, если бы не
его членство в подобном Комитете, не видать ему конференции в США. как своих
ушей.
Сейчас по той же стезе успешно движутся наши парламентарии всех уровней.
Кое-кто из них уже успел обзавестись академической мантией.
Выходит, не зря затевались обезьяньи процессы. Господство и подчиненные в
обезьяньей стае — природное явление, на которое многие власть имущие охотно
навесили бы форму секретности, как на какой-нибудь рецепт ракетного топлива.
Важнейший вопрос: как постепенно развивается иерархия в процессе
индивидуального развития животных и человека?
Как и многие другие врожденные формы поведения, агрессивность, приводящая к
иерархии, возникает у ребенка не сразу после его появления на свет, но, тем
не менее, довольно рано: еще до того, как он научается говорить. По словам
В.Р. Дольника, дети, (особенно мальчики) начинают устанавливать между собой
иерархические отношения в первые годы жизни; позднее они начинают играть в

иерархические игры, а в 7-15 лет образуют между собой жесткую пирамидальную
структуру соподчинения. Если этим процессом не управлять, борьба за власть в
группах подростков принимает жесткие формы, зачастую криминальные. Склонность
играть в эти игры, к сожалению, не проходит с возрастом. Более того,
некоторые люди играют в них до старости, это становится смыслом их жизни. Причем
играют всерьез и включают в игру и нас с вами, и общество, и государство, и
весь мир.

4.2. Кто из животных
ближе к нам по
социальной структуре?
Еще недавно утверждали, что по устройству социальной жизни мы больше всего
напоминаем общественных насекомых: муравьев, пчел и термитов, в особенности
же первых. Ведь вот у кого и «войны», и свободный выбор многообразных
«профессий», и безустанный добровольный труд, как у нас мечталось при коммунизме,
и взаимопомощь, и общее превалирует над личным. Есть с кого, мол, брать
пример. Однако, исследования показали, что внутренний мир общественных насекомых
нам абсолютно чужд и, скорее уж, может быть уподоблен «внутреннему миру»
компьютера, на котором пишутся эти строки.
Рабочие особи — у общественных насекомых (в громадном большинстве случаев —
недоразвившиеся самки) — неспособны к размножению и не вступают в агрессивные
взаимодействия друг с другом. Каждый индивид трудится на «общее благо»,
подчиняясь велениям инстинкта, как бы сам по себе: никаких приказов свыше,
никакой иерархии. Нет и намека на порождающие ее конфликты между особями своего
же вида в данной колонии, столь характерные для многих других животных, вечно
конфликтующих именно со своими ближайшими соседями. Зато есть сигнализация,
весьма совершенная, как мы уже писали, своего рода «язык». Однако же, в
отличие от нашего языка, у насекомых его сигналы — врожденные.
Нет никаких сомнений в том, что наше всегда и везде иерархическое общество
несравненно больше похоже на иерархические социальные структуры позвоночных и
других животных, объединяющихся в небольшие стада или группы: некоторых рыб,
рептилий, птиц, представителей разных отрядов млекопитающих. Особенно же, как
и следовало ожидать, мы в социальном отношении напоминаем наших ближайших
родичей — обезьян.
В то же время человекообразные обезьяны, живущие, преимущественно, в лесных
дебрях и почти не имеющие естественных врагов из-за больших размеров и
громадной физической силы, по социальной организации отстоят куда дальше от нас,
чем те из видов низших обезьян, которые ведут наземный образ жизни в
африканской саванне, где много опасных для них хищников. Единственное спасение от
хищников у таких видов — коллективная защита в относительно большой стае, где
наберется, по крайней мере, с десяток или более боеспособных взрослых самцов.
Дело в том, что наши предки австралопитеки тоже бродили по той же африканской
саванне в окружении тех же хищников, будучи при том малорослыми и довольно-
таки медленно бегающими существами. Не умели они и быстро взбираться на
деревья , в отличие от многих обезьян. Так, афарский австралопитек, живший в
Африке 3-4 миллиона лет тому назад, был росточком всего только метр.
Предполагают, что как раз от этого вида австралопитеков произошел и первый
изготовитель каменных орудий — уже упомянутый нами умелый человек, бывший
такого же малого роста. Таким образом, постоянная угроза угодить в желудок к
леопарду, гиеновым собакам и другим хищникам саванны, напротив, прекрасным
бегунам, заставила живущих в ней обезьян, включая и наших предков,
объединяться в большие иерархически организованные стаи. Иного выхода, попросту
говоря, не было. В чем преимущество стаи перед семейной группой? Конечно же, в
том, что в ней много самцов, способных к коллективным боевым действиям. У
большинства других млекопитающих, например, львов, орангутангов и лошадей,
самец-вожак возглавляет семейную группу и прогоняет из нее прочих самцов,
включая собственных сыновей, во избежание постоянных конфликтов. Все это
крупные и хорошо вооруженные или очень быстро бегающие животные. Другое дело
наши предки или также макаки и собакоголовые обезьяны, ведущие наземный образ
жизни: павианы, гамадриллы, бабуины, анубисы. Для всех этих видов возникла
необходимость удерживать множество самцов в одной стае.

Нечто подобное наблюдается и у некоторых стайных хищников из семейства
собачьих: волков и гиеновых собак, например, которые, между прочим, отличаются
от обезьян куда более альтруистическими нравами. Так, раненых своих собратий
эти собаки охраняют и кормят, принося пищу издалека. Ни у кого из стадных
обезьян нет и отдаленного намека на подобное поведение. Их самцы, по словам
В. Р. Дольника, четко взаимодействуют между собой, отбиваясь от хищника или
отстаивая территорию от конкурирующего стада своего же вида. Сражаются
вместе , но умирают врозь. Часто можно видеть как за стадом ковыляет раненый
самец, постепенно выбиваясь из сил, с каждым днем отставая все сильнее. Его как
бы не замечают. Смерть собрата по стае не производит на обезьян никакого
впечатления. Никто не поделится с ним пищей. Выживет ли он, погибнет ли — только
его личная забота. Увы, но пока ученым не удалось найти ни одного скелета
обезьянолюдей с зажившими травмами. Из сего вывод: и наши предки не страдали
альтруизмом. К раненым и больным собратьям они относились так же черство как
современные павианы и Ко. Судя по археологическим данным, помощь раненым
появилась у людей не раньше великих загонных охот новокаменного века, каких-
нибудь 12-10 тысяч лет назад. Как ни удивительно, но и первые явные следы
людоедства относятся, преимущественно, к тому же времени11.
Ученые этологи, пытающиеся ответить на вопрос, что удерживает в одном
обезьяньем стаде множество самцов, пришли к следующим выводам. Главный
объединяющий фактор — повышенная сексуальность в сочетании с агрессивностью.
Каждый самец стремится постоянно овладеть одной из самок, отогнав других самцов,
а также повысить в стычках с ними свой социальный ранг. При этом низшие по
рангу самцы постоянно вынуждены терпеть измывательства доминанта, что,
однако, не отваживает их от стаи, так как похоть и стадное чувство пересиливают
стремление удалиться от доминирующих особей на недосягаемое расстояние.
А у кого именно из стадных наземных обезьян социальные порядки больше всего
смахивают на наши? На такой вопрос нельзя однозначно ответить. Те или иные
черты сходства есть у каждого вида, включая сюда даже человекообразных —
горилл и других, живущих малыми семейными группами.
Так, у горилл, гигантов, живущих под покровом тропического леса, по мнению
В. Р. Дольника, своего рода патриархальная автократия. Группой, включающей,
между прочим, и молодых самцов, заправляет какой-нибудь патриарх с седой
спиной. Он то и дело напоминает прочим, кто здесь главный, требуя, чтобы ему
уступали найденные лакомства и комфортабельные места для сидения: патриархи
любят часами восседать в полудреме, слегка покачиваясь. Самки подставляются по
первому же намеку патриарха. Драки между членами группы редки. Если кто-то
проявляет непослушание, доминант только демонстрирует позу угрозы или, в
крайности, пару раз шлепает шалуна рукой по спине. Все это, пожалуй,
напоминает нравы патриархальной человеческой семьи или маленькой конторы, где один
всеми уважаемый босс и несколько секретарш, клерков. У горилл практически нет
естественных врагов, кроме человека: слишком уж велики, сильны и клыкасты. К
тому же они чистые вегетарианцы.
У павианов в их больших, до сотни особей, стаях чаще всего, — коллективное
руководство. Доминируют несколько старых и весьма злобных самцов, гигантов по
сравнению с молодыми самцами и самками. Эти вожаки, часто кто-то один из них
самый главный, когда стадо разбредается в поисках пищи, стараются взобраться
на какой-нибудь холмик, чтобы следить за всеми прочими. Любую самку они
считают своей собственностью и отгоняют от нее других самцов. Между собой
доминанты не дружат, но и не конфликтуют, так как, во-первых, убедились в
равенстве своих сил еще до превращения в вожаков, а, во-вторых, нуждаются друг в
В это время была последняя ледниковая эпоха, которая закончилась между 15 000 и
10 000 годами до н.э. Человек выжил, но видно большой ценой.

друге как в союзниках на случай бунта субдоминантов, более молодых, но уже
зрелых и сильных индивидов. Те подчас тоже объединяются в группы и пытаются
коллективно напасть на доминантов, причем до драки чаще всего дело не
доходит : «революционеров» при одном виде изготовившихся к бою доминантов
одолевает страх. Между тем, доминанты то и дело жестами подзывают к себе одного из
молодых самцов специально, чтобы принудить его принять одну из поз
подчинения: опустить голову и хвост, пасть ниц или, наконец — самое большое унижение
и для павианьего самца — подставиться как самка перед совокуплением. Однако,
несмотря на верховную власть, живется доминантам неспокойно. Поминутно им
приходится вмешиваться в какие-то конфликты между павианами низшего ранга,
наводить порядок в стае, кому то грозить клыками и кулаком, напоминать прочим
«Я - главный», похлопывая себя по гениталиям (чем не аналог нашего мата?) и,
что гораздо для них хуже, — отбивать очередные атаки групп рвущихся к власти
субдоминантов.
В. Р. Дольник сравнивает социальную структуру павианов с геронтократией,
диктатурой группки стариков, типа той, что была во многих первобытных
племенах (совет старейшин) и дожила до наших дней. Как тут не вспомнить, например,
брежневское «коллективное руководство»?
Три заботы постоянно одолевают доминантов: не подпускать к самкам самцов
ниже рангом, личная власть и, наконец, максимальное расширение территории
стада в постоянных стычках с такими же соседними стадами. Есть, конечно, и
другие заботы: хищники и, что весьма интересно, молодое поколение, детеныши,
о чем еще будет разговор далее.
Печален конец павианьей карьеры. Рано или поздно почти любого вожака
свергают, превращая перед смертью в жалкого парию, всеми преследуемого и
унижаемого . Бывает и другой, более героический финал: под старость вожаки очень
смелеют, настолько, что решаются вдруг вступить в схватку с заклятым врагом
павианов леопардом. Чаще всего такие схватки на глазах у не смеющих принять в
них участие перетрусивших субдоминантов кончаются гибелью вожака, сразу же
или позже от тяжких ранений.
Итак, участь павианьих вожаков не из завидных. Еще хуже, конечно, живется
низшим по рангу особям. Это совсем затюканные существа.
И все-таки грубое и жестокое общество павианов — сущий рай по сравнению с
тем кошмаром, который царит в стадах анубисов. О них мы подробнее расскажем в
разделе «Социальный стресс и биохимическая индивидуальность вождя», а пока —
только короткая справка. У анубисов самцы только и делают что борются друг с
другом за социальный ранг и обладание самками. При этом кто-то один
прорывается на самый верх социальной лестницы, и некоторое время удерживается там,
тираня всех остальных. Власть его, однако, длится недолго. Самцы ниже рангом
объединяются в пары, тройки и так далее, чтобы свергнуть властителя и занять
его место.
Пакостя друг другу постоянно и без всякого повода, анубисы проявляют
удивительную изобретательность, которой мог бы позавидовать, пожалуй, даже
необычайно подлый человек. Союзы, создаваемые с целью свержения вожака, постоянно
распадаются. Былые друзья то и дело предают друг друга в самый разгар драки;
сбегают с поля брани или переходят на сторону противника. Это поведение
особенно типично для молодых самцов. Самцы постарше всячески ластятся друг к
другу: только бы союз не развалился, пока общими усилиями не удастся
свергнуть вожака. Но вот он свергнут и былые друзья тотчас же превращаются в
злейших врагов, деля власть точь-в-точь как люди.
Воистину, мерзопакостна социальная мораль анубисов. Но даже им в этом
отношении далеко до макак. У тех типичная тоталитарная система по классификации
В.Р. Дольника. Причиной же служит то, что, в отличие от собакоголовых
обезьян, макаки чуть не всей стаей накидываются на того, с кем вздумалось распра-

виться вожаку: пытаются его чем-нибудь ткнуть, ударить, кидают в него кал.
Особенно усердствуют при этом самки и самцы самого низшего ранга. Между тем,
жертвой расправ, чаще всего, оказываются сравнительно сильные самцы, которых
низшие особи никогда не посмели бы тронуть, если бы ни вожак. Тому достаточно
только начать экзекуцию, а продолжат подонки обезьяньего общества.
Здесь уж аналогия с поведением людей очевидна.
Например, во главе шайки уголовников — пахан. При нем — жалкая и трусливая
шпана, так называемые шестерки, часто малолетки и, бывает, непотребные жеищи-
ны-марухи. Этой компании поневоле беспрекословно подчиняется вся шайка,
включая сильных и храбрых парней. О таких шайках, терроризировавших всех прочих
лагерников, с ужасом вспоминают многие бывшие наши политзеки. Другая сразу
напрашивающаяся аналогия: тоталитарный режим. Во главе верховный пахан и его
жалкие прихлебатели, которых он время от времени уничтожает, заменяя такими
же другими. Все общество трепещет перед подонками, готовыми по указке
Верховного стереть в порошок кого угодно.
Нам, к сожалению, такая структура общества знакома. Этологи полагают, что
расправа низших по рангу над теми, кто подвергся нападению вожака, —
переадресовка направленной против него и подавленной страхом агрессии. Любопытно
вспомнить, что в расправах над пленниками у некоторых первобытных племен
активнейшее участие принимают низшие по рангу: женщины и дети. Такая сцена,
например , описана в рассказе Дж. Лондона «Потерявший лицо»: расправа индейцев
Аляски над белыми пленниками. Вождю достаточно мигнуть, а пытают до смерти
преимущественно женщины, проявляя при этом прямо-таки удивительную
изобретательность .
В годы якобинского террора в Париже казни совершались на Гревской площади,
куда загодя со всего города стягивались толпы подонков-«санкюлотов» (букв,
перевод «бесштанник»), в том числе злобные мегеры, прозванные «вязальщицами».
Они, действительно, орудовали спицами и мотками шерсти в ожидании
увлекательного зрелища, а затем всячески измывались над приговоренными, когда тех в
тележке подвозили к эшафоту.
Подобное же происходило обычно и во время всевозможных погромов, вплоть до
недавних в Сумгаите и Баку. Там основными исполнителями были выпущенные из
тюрем преступники обоего пола, бомжи и т.п., причем издевательства над
жертвами, включая групповые изнасилования и сожжение заживо армянских женщин,
осуществлялись прилюдно к восторгу большой толпы таких же подонков-зрителей.
4.3. Откуда
берутся вожаки?
Животные всенародных выборов не проводят, и «сверху» им начальников не
спускают. А кто вообще в стае командует? Откуда берутся вожаки? Носит
предрасположенность к лидерству наследственный характер или является продуктом
научения, жизненного опыта? Скорее всего, играют роль оба фактора. Причем,
тенденция доминировать или напротив, ее отсутствие не являются полностью
врожденными. Они приобретаются в условиях конкуренции и по каким-то во многом
пока неясным внешним причинам.
Например, подрастающие мальки цихлид, которым не исполнилось еще и двух
недель, в стайке вступают в стычки друг с другом, демонстрируя некоторые акты
агрессивности, очень мало отличающиеся от таковых у взрослых родителей.
Вскоре уже замечается, что некоторые рыбки намного превосходят прочих своей
агрессивностью и выдвигаются в доминанты. Такое же явное расхождение по степени
агрессивности между отдельными индивидами замечено в группах молодых особей и
у других, более нам близких животных. Нередко, хотя и далеко не всегда,
замашки доминанта дают себя знать еще в очень раннем возрасте, причем, однажды

проявившись, сохраняются на всю жизнь.
Это, по всей вероятности, касается и человека.
Когда нет машины с мигалкой... и цветовой дифференциации штанов.
У одних индивидумов уже в детстве проявляются повышенная агрессивность и
настырность, желание конфликтовать по любому поводу, склонность настаивать на
своем, способность изменять настроение окружающих и порой навязывать им свою
волю. Другие, напротив, уже с ранних лет отличаются высокой внушаемостью,
робостью или же неосознанно стремятся подчиняться, уступать в конфликтных
ситуациях. Мы полагаем, что врожденные свойства не определяют судьбы полностью,
но очень полезно вовремя осознать свое место в семье или в обществе.
Может ли зоопсихологический подход внести какую-то лепту в крайне
запутанную проблему ведущего и ведомых «вождей и толпы»? Есть ли общее между
начальником, вождем, фюрером, диктатором в человеческом обществе и вожаком —
доминирующей особью в обезьяньей стае? Боимся, обсуждение этого вопроса заведет
нас слишком далеко в буквальном и переносном смысле слова.
По крайней мере, в стае обезьян вожак — далеко не всегда физически самый
сильный самец. Решающую роль играют не только личные качества, в первую
очередь, агрессивность и, как говорит Дольник, «настырность», но и разного рода
привходящие внешние обстоятельства. Начнем, пожалуй, с такого рода
обстоятельств, хотя, конечно, в большинстве случаев куда важнее черты характера.
Оказалось, что у петухов ранг зависит не столько от душевных качеств,
сколько от размеров гребня. Если низшему по рангу замухрышке-петуху
приклеивали на голову гигантский красный гребень из поролона, прочие начинали
относиться к нему с почтением. Через некоторое время былой пария весь надувался
от важности и начинал тиранить других петухов.
Очень существенная закономерность: повышение иерархического ранга по
принципу «из грязи в князи» способствует тираническому поведению новоявленного

лидера. Как раз тот, кто раньше лебезил, боялся любого начальства, если
получает власть, распоряжается ею особенно безобразно. Так обстоят дела не только
в нашем обществе, но и, как показали этологи, у животных, включая тех же
петухов . В.Р. Дольник вспоминает по этому поводу известную поговорку древних:
Любая власть портит человека. Абсолютная власть портит его абсолютно. Когда
поролоновый гребень отклеивали, петух-выскочка быстро опускался обратно на
самое дно иерархической лестницы.
Поразительно, но факт, подтвержденный многими экспериментами. Приклеивая
молодым петухам поролоновые гребни разного размера, удается достигать
приблизительно такого же эффекта, который в армии достигается числом звездочек на
погонах. Еще примеры на ту же тему.
Однажды в Сухумском обезьяньем питомнике одному низшему по рангу макаку
резусу - самцу ученые водрузили на голову красный пластиковый шлем вроде
хоккейного, закрепив там тесемочками. Обезьяна поначалу тщетно пыталась
избавиться от шлема, но смирилась. Других же макаков вид товарки в шлеме изрядно
пугал. В результате, ранг ее внезапно повысился и от самок, прежде
пренебрегавших этим индивидом, у него просто отбою не было. В конце концов, шлем
содрал , играючи один обезьяненок, на чем молниеносная карьера и кончилась. Все
вернулось на круги свои.
Один молодой самец шимпанзе в кенийском заповеднике как-то набрел на
брошенную людьми канистру из под бензина и принялся по ней стучать. Всех прочих
шимпанзе из той же группы, и ранее с опаской относившихся к этому
человеческому предмету, такой грохот привел в ужас. Вследствие того юный «барабанщик»
вдруг сделался вожаком. В дальнейшем он успешно удерживал свою власть, чуть
что, терроризируя прочих шимпанзе мощными ударами по канистре.
Последний пример особенно назидателен. Ведь известно, что более или менее
аналогичным способом выдвигаются или удерживают свою власть и многие
человеческие вожди. Им тоже удается напугать окружающих своим внешним видом либо
издаваемыми звуками, не обязательно даже членораздельными. Так, вожди и
колдуны многих первобытных племен носят устрашающие маски, разгуливают на
ходулях, умеют издавать с помощью музыкальных инструментов жуткие звуки, от
которых мороз продирает по коже, владеют искусством чревовещания, увешивают себя
оружием и черепами убитых врагов, производят неожиданные устрашающие жесты,
татуированы с ног до головы. Нередко вождями таких племен делаются самые
рослые, тучные и зычноголосые в племени.
И в агрессивных шайках бандитов, пиратов, хулиганов и т.п. лидер часто
какая-нибудь особо страховидная личность, вся в татуировке, с перебитым носом,
черной повязкой на выбитом глазу, в ужасных шрамах и оспинах. Внешняя страхо-
видность всячески усугубляется эксцентричным поведением.
Наливайко был такий:
Вывернуто вико,
В подбородце дырця,
А в ухе серьга.
С роду я не бачив
Такого чиловика!
Батько Наливайко,
Наливайко Серега!
(И. Сельвинский. Ехали казаки...»)
К аналогам петушиного гребня в нашем обществе, как все мы знаем, относятся,
кроме вышеупомянутых звезд на погонах, и самые разнообразные внешние признаки
либо обстоятельства. Это, как придется, то милицейская форма или повязка
дружинника, то элегантный костюм или машина иномарки («по одежке встречают...») ;

то титулы и звания, а, иной раз, даже какой-нибудь ложный слушок, как в
«Ревизоре» . В хрущевские времена по Ленинградскому Зоологическому музею однажды
вдруг распространился слух о предстоящем визите сына САМОГО глубокоуважаемого
Никиты Сергеевича. Вскоре к музею, действительно, подкатила машина и из нее
вышел начальственного вида человек средних лет. Нечего объяснять, как его
приняло и водило по музею местное начальство! Но вот незадача. Человек-то был
совсем не тот!
В 136 году до нашей эры на острове Сицилия, тогда римской провинции,
вспыхнуло рабское восстание, возглавляемое неким Эвном, сирийцем. Он выдвинулся в
вожди благодаря тому, что, подобно сказочному дракону, умел... изрыгать огонь.
А делал это так: прятал во рту коробочку, выточенную из скорлупок грецкого
ореха с парой высверленных дырочек и в ней — тлеющий уголек. Подуешь, изо рта
вылетают искры!
Сколько подобных историй было во все века! Аналогия с петухами и так далее
здесь совершенно явная. По словам В.Р. Дольника, много такого знают и умеют
этологи в изучении власти, что сделало запрещение этологии в тоталитарном
обществе любого типа неизбежным. Нацисты и коммунисты не потому преследовали
этологию, что этологи — человеконенавистники, а потому, что они безжалостно
анатомировали механизм возникновения тоталитаризма. Неужели «кто палку взял,
тот и капрал»? К сожалению, это так. Верить в то, что тот, кто сам захотел
власти над нами, делает это для нашей пользы, или утверждать, что нам
безразлично , кто придет к власти, — недопустимая роскошь.
От превходящего перейдем, однако, к главному: чертам характера,
индивидуальным особенностям психики доминанта, лидера. Многочисленные наблюдения и на
животных, и на людях подтверждают одну общую закономерность. Определяющим
фактором чаще всего оказываются врожденное или же привитое обстоятельствами в
раннем детстве стремление руководить, командовать, и, в то же время,
ослабленная подражательная или защитная реакция на слова и действия окружающих.
Очень часто люди следуют за теми, кто быстро и уверенно принимает решения без
всяких внутренних колебаний и оглядки на общественное мнение, игнорирует
направленную против себя агрессию.
В косяках стайных рыб нет лидера, но есть рефлекс следования за сбоку и
впереди плывущим. Есть подражание также в реакциях хватания пищи и бегства от
врагов. Несомненно, здесь мы имеем дело с врожденным поведением, а не с
обучением. Стая, скажем, сельдей, кефали или трески ведет себя как
«суперорганизм» , единое целое.
Если стайную аквариумную рыбку неона или даже «семейно-территориальную»
рыбу скалярию отделить от остальных особей их вида, они постоянно чувствуют
себя «не в своей тарелке». Мечутся, совершают массу лишних движений, расходуя в
результате намного больше кислорода, чем в компании сородичей. Как уже
говорилось, в присутствии зеркала многие из таких рыб, страдающих в изоляции,
успокаиваются и даже пытаются как-то взаимодействовать со своим отражением.
Однако, «тоска» по стае и подражательная реакция вообще исчезают у стайных рыб
после удаления у них переднего мозга, хотя в остальном они сохраняют более
или менее нормальное поведение, могут отыскивать и хватать пищу.
Обнаружилось интересное явление. За такими рыбами с поврежденным мозгом
охотно следуют другие рыбы того же косяка. Особь, не подражающая окружающим,
превращается как бы в «вожака» стаи, который в норме у рыб вообще
отсутствует .
И у нестайных территориально-агрессивных рыб цихлид, и у цыплят, и у
обезьян доминантами, как мы уже говорили, часто становятся вовсе не самые рослые и
сильные особи, а те, которых В.Р. Дольник называет «настырными» за несносно-
агрессивное и нахальное поведение, постоянное стремление везде и во всем быть
первыми, задиристость. С такими всем неприятно связываться. Они постепенно

отбивают охоту к ссорам с ними то у одного, то у другого, то у третьего,
продвигаясь, таким образом, помаленьку все ближе и ближе к вершине иерархической
лестницы.
Сложны и многообразны, однако, пути, приводящие к лидерству. Этим вопросом
еще предстоит заниматься и заниматься, тем более, что у разных животных
выдвижение в доминанты может осуществляться по-разному. Возьмем хоть тех же
петухов с их гребнем. Это ведь все-таки довольно оригинальный вариант.
Тем паче, было бы непростительным упрощением утверждать, будто восхождение
«наверх» в нашем столь своеобразном обществе происходит точь-в-точь так же,
как и у родственных нам «бессловесных тварей». Мы слишком уж во многом
другие. И, все-таки, некоторые аналогии, выявленные этологами, не вызывают ни
малейших сомнений.
Наполеон о своем детстве: Ничто мне не импонировало... Я был склонен к ссорам
и дракам и никого не боялся. Одного я бил, другого царапал, и все меня
боялись . Больше всего от меня приходилось терпеть моему брату Жозефу. Я его бил
и кусал. И его же за это бранили, так как бывало еще до того, как он придет в
себя от страха, я уже нажалуюсь матери. Мое коварство приносило мне пользу,
так как иначе мама Летиция наказала бы меня за мою драчливость, она никогда
не потерпела бы моих нападений...
Один из авторов этой книги Ю.А. Лабас вспоминает: В 1962 году мне пришлось
идти по улице Питера в компании некоего приехавшего из провинции молодого
ученого. Человек этот был, как говорится, «не совсем в себе». Мои тогдашние
сослуживцы — физиологи высшей нервной деятельности и психиатры, — с первой же
беседы заподозрили у него паранойю — тот самый психический недуг, который
академик Бехтерев диагностировал у Сталина, за что поплатился жизнью. Вдруг
перед нами поскользнулась, упала и разбилась в кровь старушка. Естественно,
я, как и все другие, случайно оказавшиеся рядом прохожие, тут же кинулся к
ней: помочь встать, узнать, не надо ли вызвать «скорую». Кинулись все, кроме
попутчика, который отчитал меня следующим образом:
— Вы не имеете морального права отвлекаться на пустяки и тратить мое
драгоценное время на каких-то там старушек. Это с вашей стороны крайне нелюбезно и
свидетельствует о Вашей невоспитанности.
А затем продолжил внезапно прерванный разговор с точно того же места, на
котором остановился. За нашей спиной уже сбежалась толпа, сквозь которую
проталкивался врач «скорой» в белом халате. Попутчик ни разу не оглянулся. Он
обсуждал проблему опубликования своей статьи и возмущался скудным меню в
академической столовой. Уже тогда было похоже, что этот человек «сгодится» на
роль вождя. И вот теперь, вроде бы, подтверждается: тогдашнее предчувствие
было верным. Герой сего рассказа занялся политикой: произносит речи на
разного рода сборищах, сочиняет глобальные программы спасения дорогого отечества.
Иоахим фон Риббентроп писал в дни Нюрнбергского процесса, что в Гитлере его
еще с первых встреч поразили: ...Тщательно продуманные сдержанные манеры. ...Не
только мысли, но также способ, каким он их выражал, резко отличали его от
всех людей. Они, казалось, исходили из самых глубин его существа. Они были
простыми, ясными и вместе с тем убедительными.
Другая поразившая его вещь: Не было никакой возможности вести с ним
дискуссию . Он просто утверждал факты, которые его слушатели обязаны были признать.
Никто не мог оказать на него влияния, вынудить пойти на компромисс... Он был
неописуемо далек от всех. Хотя миллионы людей преклонялись перед ним, Адольф
Гитлер был одиноким человеком. Он не хотел быть недосягаемым, но таким его
сотворила природа.
Риббентропу вторит Отто Дитрих: Он провозгласил создание нового
мировоззрения, но вряд ли хоть раз помянул великих мыслителей человечества от Платона
до Канта и Гете. Глубокие прозрения и величайшая мудрость, накопленные за

столетия, просто не существовали для Гитлера, если не укладывались в рамки
его националистических идей.
Хулио Хуренито, герой одноименного романа И.Г. Эренбурга, говорит Ленину, с
которым писатель был хорошо знаком: Я вполне оценил всю мощь Вашего
«конечно». Это значит, что у Вас не 99/100, а вся истина. Ибо, если у какого-нибудь
меньшевика 1/100, то его вместо Бутырок надо посадить в Совет, начать
советоваться, обсуждать, раздумывать, колебаться и перестать действовать...
Вспоминает Н. Валентинов (Вольский), меньшевистский лидер, бывший
большевик, очень близко знавший Ленина в период швейцарской эмиграции: Ленин как
заведенный мотор развивал гигантскую энергию... с непоколебимой верой, что
только он имеет право на дирижерскую палочку... В своих атаках, Ленин сам в том
признавался, он делался «бешеным». Охватившая его в данный момент мысль
делала его одержимым... только одна идея, ничего иного, одна в темноте ярко
светящая точка, перед нею запертая дверь, и в нее он ожесточенно, исступленно
колотит , чтобы открыть или сломать. В его боевых компаниях врагом мог быть
вождь народников Михайловский, меньшевик Аксельрод, партийный товарищ
Богданов, давно умерший, никакого отношения к политике не имевший цюрихский
философ Р. Авенариус. Он бешено их всех ненавидит, хочет «дать в морду»,
«налепить бубновый туз», оскорбить, затоптать, оплевать. С таким ражем он сделал и
октябрьскую революцию, а, чтобы склонить к восстанию колеблющуюся партию, не
стеснялся называть ее руководящие верхи трусами, изменниками и идиотами...
Стоило бы показать как с октября 1917 то взлетал, то исчезал ленинский «раж»,
чтобы в конце концов превратить этого бурного человека в паралитика,
потерявшего способность речи, с омертвелой рукой и ногой.
Собственное высказывание В.И. Ленина, приводимое Валентиновым: На всех, кто
хочет колебать марксизм, нужно лепить бубновый туз, даже не разбираясь... когда
на своей дороге вы встречаете зловонную кучу, вам не требуется копаться в ней
руками, чтобы определить, что это за вещь...
Навоевавшись, Ленин периодически впадал в состояние апатии и какой-то
довольно продолжительный срок целые дни пребывал в полудреме. Потом начинался
новый взрыв энергии.
Адам Б. Улам, один из западных биографов Сталина, о Вожде народов: Если бы
была написана книга «Паранойя как способ управления государством», дел
Сталина хватило бы на девять десятых материала... Психологическим элементом, который
позволил Сталину провести показательные процессы периода Великой чистки была
их полная абсурдность. Средний человек склонен был на них реагировать,
говоря: «Что-то там такое все-таки должно же быть», — поскольку единственный
альтернативный вывод, который вытекал из всех этих смехотворных заговоров и
абсурдных признаний представлялся таким: Мир сошел с ума и все российское
общество пустилось в повальную пляску святого Витта...
99 процентов людей, ликвидированных во время Великого террора, не имели
ничего общего с какой бы то ни было оппозицией... Для чего, собственно,
ликвидировал он трех из пяти советских маршалов, трех из четырех генералов армии,
все двенадцать генерал-полковников, 60 из 67 командиров корпуса, 136 из 199
командиров дивизии?
8 мая 1935 года Сталин распространил указ о смертной казни за кражу
колхозного имущества на несовершеннолетних, от двенадцати лет и выше....
Не берусь утверждать, что у Сталина была обычная форма паранойи. Скорее уж,
мы имеем здесь случай паранойи функциональной - «паранойи деспотизма»,
которая внешнему наблюдателю может видится безумием, но не оказывается таковым
при рассмотрении в контексте целей Сталина и тех ситуаций, в которых он
действовал. Сталин реализовал все свои цели вполне рациональным и
последовательным способом (Из «Stalin i Stalinism. Razmowy Georgea Urbana«, Mysl, Polonia,
1987) .

В любом учебнике психиатрии можно прочитать, что болезненная
подозрительность , навязчивые идеи, мания величия и дикая нетерпимость к чужому мнению —
характерные черты параноидальных личностей.
Сидя в вагоне и видя, что провожающие машут руками, платками, шляпами,
параноидальный человек думает про себя одно из двух: или «Вот как я популярен»,
— хотя махали не ему одному, а всем, кто отъезжает, или «Они машут черт знает
кому, а ведь я заслуживаю их внимания больше, чем все остальные вместе
взятые . Но уж погодите. Еще придет мой час!»
Мы никогда не читали о паранойе как о профессиональном недуге вождей
вообще . Однако, известно, что эта болезнь, проявляясь в умеренной форме, не
мешает реализации творческих потенций человека, но убивает в нем чувство
сострадания, а также интерес и уважение к чужому мнению. Параноик слышит только
себя, любуется собой, гордится своей персоной. «Любя» человечество в целом,
люди параноидального типа обычно испытывают неприязнь и презрение к любому
человеку в отдельности. Понятно, что при таком душевном недуге особенно легко
распоряжаться судьбами других людей, тем более, «для их же собственного
блага».
Если человек параноидального типа пишет и публикует политические статьи,
витийствует на митингах, объявляет себя «отцом и спасителем нации», у него
вскоре появляются преданные сторонники. Далее события могут развиваться по
слишком хорошо всем нам знакомому сценарию.
Папа-док Дювалье писал о себе: Я — знамя Гаити, единое и неделимое. Пол-Пот
заявлял: Я — Ленин сегодня! За мной пойдет весь мир! Вождь Третьего Рейха
отменил даже нормальное человеческое приветствие. Вместо нормального немецкого
«гутен таг» и рукопожатия при встрече даже с близкими друзьями полагалось
выбрасывать вперед правую руку и кричать «Хайль Гитлер!» Сталин даже в
собственных статьях величал себя не иначе как в третьем лице. Столь велико было
преклонение этого человека перед собственной персоной! В сталинских
телефонных беседах и речах постоянно звучало: «Товарищ Сталин слушает»,
«Генералиссимус Сталин указал».
Характерный эпизод: в начале тридцатых годов Сталин направил письмо в
издательство ЦК с убедительной просьбой не публиковать сборник повестей и
воспоминаний о его юности, рисующих его эдаким горным орлом. Просьба
аргументировалась тем, что партии большевиков органически чужд культ личности. Вот с
каких пор это словосочетание возможно и запало в память Никиты Сергеевича
Хрущева. А между тем, уже к середине тридцатых трудно было представить себе
вокзальный сквер или парк в Советском Союзе, где бы не высился гипсовый
монумент в шинели и с трубкой или с узбекской девочкой на руках.
За несколько лет до смерти «величайшего гения всех времен и народов» Музей
изобразительных искусств в Москве освободили от всех экспонатов и превратили
в постоянно действующий Музей подарков Сталину. Самым замечательным
экспонатом там была одна рисинка, лежавшая под микроскопом. По ее периметру было
написано на хинди «Слава Великому Сталину!» Филиал того же музея вытеснил
значительную часть экспозиции в Музее революции.
Римский диктатор Гай Калигула не намного превзошел нашего вождя. Он повелел
срубить мраморные головы богам и героям, украшавшим здание Сената, и на место
этих голов прикрепить свое изображение. По его же приказу в Рим из
Александрии доставили золотые доспехи Александра Македонского и диктатор, воевавший
лишь со своими безответными подданными, напялил их на себя. Своего коня
Калигула содержал в отдельном дворце и намеревался сделать сенатором, а затем —
римским консулом. От времени до времени Калигула принимался беседовать со
статуей Юпитера Фламина:
— Не умеешь управлять миром. Я тебя научу.
Все это, на нашу беду, не только клиническая картина душевного недуга - па-

ранойи, но и страницы нашей с вами истории. Посему, осторожно... Если даже
решили сотворить себе кумира, постарайтесь все-таки приглядеться к вашему
фавориту. Посоветуйтесь с психиатрами. Как бы не ошибиться.
4.4. Кто такие подонки?
А кто же все-таки в самом низу иерархической лестницы? Может быть, там —
существа намного более симпатичные, чем гениальные (в кавычках и без оных)
лидеры из числа пролаз и параноиков? Процитируем опять В.Р. Дольника: Увы, на
дне самособирающейся пирамиды животные во многом деградируют.
«Подонки» — совсем не нечто прямо противоположное по своим качествам
доминантам, а очень малоприятные существа, страдающие от трусости, зависти,
нерешительности и подавляемой агрессивности, которую они могут переадресовать
только неодушевленным предметам.
Напомним наш рассказ о лаборанте, «скандалившем» с металлическим ящиком
(2.3), и обезьяну, строившую злобные рожи собственному отражению за неимением
других безопасных «противников» в стае (4.1).
Продолжаем цитировать: Миф о «чистых и неразвращенных низах общества» —
опасный миф. Люди, нуждаясь в разрядке, переадресуют агрессию неодушевленным
предметам, совершая акты «бессмысленного вандализма». Подмечая, сколько в
разных странах разбитых витрин, сломанных лифтов, оборванных телефонов,
разломанных вагонов, опрокинутых урн, исцарапанных стен, разбитых памятников и
статуй, опоганенных кладбищ и храмов, я моментально составлю себе
представление о том, велико ли в обществе «дно» и сносно ли оказавшиеся на нем люди
себя чувствуют. Ведь для этолога акты вандализма — то же, что клевки петуха в
землю — переадресованная агрессия. Демагоги прекрасно знают, как легко
направить агрессивность дна на бунт, разрушительный и кровавый. Много труднее
помочь таким людям вновь почувствовать себя полноценными существами. Давно
известно, что самое эффективное лекарство — ощущение личной свободы и
удовлетворения инстинктивных потребностей иметь свой кусочек земли, свой дом, свою
семью.
К сожалению, за неимением этого лекарства закомплексованные люди чаще всего
прибегают к другому, позволяющему хоть на время сменить обычное агрессивно-
трусливое состояние на раскрепощенную агрессию. Читатель, конечно, догадался,
что речь идет о нашем ныне массовом пьянстве. Долгие годы наши власть
предержащие всячески поощряли его. До революции Россия была сильно пьющей, но, как
Бог свят, не пьянствующей страной. Никакого сравнения с тем, что происходит в
последние десятилетия. Так что нынешний повальный запой — явление отнюдь не
этническое, а социальное. Характерно, что почти любой наш алкаш в последние
годы одержим идеей глобального антинационального заговора тех или иных
инородцев и, пребывая «под газом», всегда порывается осуществить немедленно
кровавую месть, физическую расправу. Это (см. выше о «козле отпущения») — плод
многолетних кропотливых трудов демагогов. Он чреват большой кровью, если, не
дай Бог, у нас произойдет социальный взрыв, взбунтуются доведенные до
отчаянья массы.
Достаточно сейчас пройтись по Москве, взглянуть на бесчисленные телефоны-
автоматы с оторванными трубками, на исписанные матерщиной стены, изрезанные
сидения в метро; посетить любой подмосковный парк или лес, где буквально
живого места нет — все испоганено, испорчено, вытоптано, поломано, — чтобы
ощутить : мы живем на пороховой бочке. Ненависть «низов» близка к критической
черте.
Летом 1992 года жители Черемушкинского района Москвы принялись уничтожать
одну из последних в ближнем Подмосковье многовековых дубовых рощ: именно на
этой территории было решено создать картофельные огороды, хотя вокруг полно

заброшенных пахотных земель совхоза Коммунарка.
На обращения:
— Соседи, вам не жалко губить последнее красивое место рядом с вашим домом?
Подумайте о детях, внуках!
Многие удивленно отвечали:
— Чего вы беспокоитесь? Милиция сюда не заглядывает. Лесники не бывают.
Желание портить красивое «зазря», как у бурсаков в известной повести А. Н.
Помяловского12, — характерная черта поведения толпы в годы гражданских смут,
таких как наши 1917-1921 и далее.
М. Горький вспоминает, что вытворяли делегаты какого-то съезда красных
крестьян в Зимнем дворце. Античные вазы изумительной красоты использовались в
качестве ночных горшков!
Одному из нас довелось наблюдать человека, который тщился свалить с
постамента мраморную вазу XVIII века во дворе петербургского Строгановского
дворца.
— Прекратите! Сейчас вызову милицию!
— Все дорожает! — ответил человек, выпятив рачьи глаза.
В брежневские годы группа абитуриентов, проваливших конкурсные экзамены в
петербургскую Академию художеств, за одну ночь сбросила с постаментов и
разбила двадцать две мраморные статуи XVII-XVIII веков в Летнем саду. Несколько
позже литовский националист уничтожил в Эрмитаже кислотой рембрандтовскую
«Данаю» — «месть русским оккупантам». Побудительный мотив, очевидно, во всех
случаях был один и тот же: вызванная отрицательными эмоциями повышенная
агрессивность в сочетании с комплексом неполноценности. В этологической
трактовке — типичная переадресованная агрессия.
В дореволюционном гимназическом учебнике Иловайского можно было прочитать:
Безумец Герострат, томимый жаждой славы, сжег знаменитый храм Дианы в Эфесе,
за что поплатился жизнью. Однако славы он добился. Иных способов ее добиться
у подонков нет, если, конечно, не повезет поучаствовать в какой-нибудь
очередной революции.
Кто «делает политику» в годы великих исторических потрясений? Кто в такие
годы «всплывает наверх», превращается в добровольных палачей и соглядатаев, в
народных избранников, депутатов разных конвентов, советов и парламентов, кто
беснуется на митингах, витийствует на трибунах? Ответ на эти вопросы во
многом зависит от характера революции.
Если она умеренная, бескровная, на первый план выдвигается преимущественно
средний класс, «третье сословие», в наши дни — техническая и творческая
интеллигенция, а также, что очень важно, примкнувшие к революции аристократы и
военачальники, столпы былого режима, быстро перестроившиеся в ее вождей. На
то и «перестройка»?
В кровавой революции наверх выплывают городские «низы». В «Боги жаждут» А.
Франса, «Окаянных днях» И. Бунина, «Несвовременных мыслях» М. Горького,
«Собачьем сердце» М. Булгакова, «Котловане» А. Платонова прекрасно показана
психология подонков, вдруг нежданно-негаданно дорвавшихся до власти. Поражает
сходство обстановки в Париже 1792 года с той, что была у нас после
Октябрьской революции 1917 года в Петрограде.
...А в наши дни, когда необходимо
Всеобщим, равным, тайным и прямым
Избрать достойного, -
Единственный критерий
Для выборов:
Вероятно имеется в виду «Очерки бурсы» Помяловского Н.Г.

Искусство кандидата
Оклеветать противника
И доказать
Свою способность к лжи и преступленью.
Поэтому парламентским вождем
Является всегда наинаглейший
И наиадвокатнейший из всех.
Политика есть дело грязное:
Ей надо
Людей практических,
Не брезгающих кровью,
Торговлей трупами
И скупкой нечистот...
Но избиратели доселе верят
В возможность из трех сотен негодяев
Построить честное
Правительство стране...
...В нормальном государстве вне закона
Находятся два класса:
Уголовный
И правящий.
Во время революций
Они меняются местами,
В чем
По существу нет разницы.
Но каждый,
Дорвавшийся до власти,
Сознает
Себя державной осью государства
И злоупотребляет правом грабежа,
Насилий, пропаганды и расстрела...
(М. Волошин, «Государство»)
В заключение, еще раз к вопросу о национальной ненависти. Почему на нее так
падки подонки всех времен и народов?
Причина элементарна. Инородец, словно неодушевленный предмет, более или
менее беззащитен, если национальная травля поощряется сверху или, по крайней
мере, не преследуется законом.
Для последнего павиана в иерархической стае отражение в зеркале тоже, как
мы уже объясняли, было «павианом», но почему-то беззащитным, не кусающимся.
(Напомним: что такое, отражение в зеркале, способны уразуметь только
человекообразные обезьяны. У павианов на то не хватает интеллекта).
Итак, логика подонков проста и понятна.
— Я, конечно, говно, а ты — профессор, но против меня ты все равно говно
потому, что я — чистокровный, а ты — паршивый инородец!
Против такой логики абсолютно нечего возразить. Точно так, вероятно,
рассуждал и тот древнеримский солдат, который проткнул своим мечом Архимеда.
4.5. Истерия как
«психотропное» оружие и ее
эволюционно-этологические
предпосылки
Казалось бы, этой проблеме не место в нашей публикации. Психотропного ору-

жия, насылающего на человека «порчу» из Москвы аж во Владивосток, просто не
существует. Это выдумка истеричных газетчиков и мы обозвали так истерию шутки
ради. Что же касается самой истерии, то много ли смыслят этологи в таком
сугубо человеческом недуге, которым, как всем известно, страдают некоторые
жены, на горе своим мужьям, и многие политики на благо человечеству?
Начнем с нескольких наиболее типичных примеров истерики бытовой и истерики
политической.
Довольно обычный диалог супругов.
— Кисынька, поедем завтра на дачу. Грибочки... Ягодки.
— Не могу. У меня завтра лекция.
— Ну и черт с ней.
— Но ведь это мой служебный долг.
— Сволочь, хам, свинья, садист, — выбегая на лестничную площадку, — грязная
душонка, ты погубил мою молодость, ты сделал меня старухой, ты ждешь, не
дождешься, когда я умру, ты хочешь сделать своих детей сиротами!!! Завтра же
подаю на развод!!! Ааааа!!! Помогите, умираю!!! - Падает, причем довольно
осторожно, на лестничный кафель и начинает по нему кататься, суча ногами.
Повсюду хлопают двери. Из них выскакивают перепуганные соседи, кто с
валерьяновыми каплями, кто с валидолом. Кто-то вызывает «Скорую». Ворвавшись в
квартиру через распахнутую дверь, соседи напускаются на растерянного мужа:
— Хулиган, стыдитесь, мы заявим в милицию! Нельзя так издеваться над женой.
Вы думаете только о себе! — Они же жене: — Охота его жалеть такого,
разводитесь с ним, на кой он вам сдался?
Жена жалобно стонет. Наконец, приезжает и «Скорая». Жене делают укол.
Естественно, мужу не остается ничего другого как покориться. С унылой
мыслью: «Эх, развестись бы, но жилплощадь...» — он молча навьючивает на себя
женины котомки. Между тем, дражайшая супруга, мигом успокоившись («валерьянка и
укол помогли»), соскочила с дивана и тщательно пудрит перед зеркалом нос.
Ю.А.Л. вспоминает такой случай в «застойные» годы на ленинградском
Финляндском вокзале. Стояла там в вокзальном буфете очень длинная очередь за кофе и
свиными шашлыками, 75 копеек штука, лакомым блюдом тех времен. Стоять,
конечно, было тягомотно и скучно. Вдруг подходит пожилая дама весьма
интеллигентного вида в, пенсне:
— Молодой человек, позвольте взглянуть на цены.
— о чем разговаривать? Прошу!
Дама прошла, но не к ценнику, а в очередь, вклинилась в нее, словно всегда
там стояла. Кто-то из стоящих сзади, как водится, возмутился:
— Гнать таких надо!
— Откуда? — спокойно спросила дама.
— Да отовсюду, — ответил возмущенный человек из очереди....
В следующий момент раздался душераздирающий женский визг:
— Как, бить старую женщину?! Как смеешь?! Негодяй!!
Очередь распалась. Из-за прилавка выбежала буфетчица. Кто-то вопил:
— Милицию!
Дама побагровела, вопя во всю глотку и заваливаясь на спину. Пенсне
спрыгнуло с ее носа и болталось на цепочке. Рот изрыгал непрерывно как
автомобильный сигнал: «Аааа!!!» Когда автор этих строк, наконец-то, получил шашлык и
занял с ним позицию у мраморного столика, соседкой оказалась давешняя дама.
Она уже доела шашлык, допила кофе и, взглянув на подошедшего, сказала
надменно, с покровительственной иронией:
— Молодой человек, учитесь жить.
Третий пример — парламентские дебаты. Во двор въехала обыкновенная
снегоочистительная машина, а «слуги народа» уже распаляются на трибуне:
— Десятки броневиков со своими опричниками послали против нас кровавые псы

оккупационного режима!!
Оратору говорят:
— Ваше время истекло
А он в ответ:
— Гнусные прислужники тирана пытаются мне заткнуть рот!!!
— Вы допускаете непарламентские выражения.
— Упыри, агенты влияния, червяки, тараканы, гниды, подлые душители
свободного слова!!!
Ну, кому с такими захочется связываться? Конечно, не подумайте, читатель,
что мы приводим здесь точные цитаты из выступлений и вообще имеем в виду
парламентские нравы какой-то одной отдельно взятой страны.
Четвертый пример — из воспоминаний Отто Дитриха о Гитлере: Много говорилось
о вспышках гнева Гитлера. Мне часто приходилось быть их свидетелем, иногда же
его ярость была направлена против меня самого. Это были вспышки его гнева
против мира грубой реальности. Эмоции же направлялись против того, кому
пришлось оказаться в его присутствии. Ярость обрушивалась в виде урагана слов. В
такие моменты он отметал любые возражения простым усилением голоса. Подобные
сцены могли быть вызваны как большими, так и совсем ничтожными событиями...
Известно, что речи Гитлера, особенно, когда он распалялся гневом,
сопровождались невероятно сильной жестикуляцией. Он изгибался на трибуне, топал
ногой, производил резкие движения руками, грозил кулаком, бил им себя в грудь
(помните скандал с Конрадом Лоренцем?), все лицо его дергалось и покрывалось
потом, глаза, казалось, вот-вот выскочат из орбит, при крике изо рта вылетали
брызги слюны, подчас долетая до слушателей. Как ни странно, такая манера
говорить завораживала тогдашнюю немецкую аудиторию
В конце войны у немцев ходили, однако, анекдоты о том, как Гитлер в
припадках бессильной ярости грызет ковер («переадресованная агрессия»). Дескать,
прочитал очередную сводку с Восточного фронта и является в магазин ковров.
Продавец:
— Вам завернуть или здесь будете грызть13?
Между прочим, если очень постараться, до истерики можно довести и почти
любого, вроде бы, нормального мужчину, обычно тихого и спокойного. Случается,
такой человек, «доведенный» домочадцами или сослуживцами, совершенно потеряв
голову, вдруг начинает диким голосом выкрикивать все известные ему проклятия
и ругательства, хватает и швыряет об пол или в лицо обидчику любой
подвернувшийся под руку предмет, даже дорогую вазу, фамильное наследие, транзистор,
очки с собственного носа. В подобных ситуациях слабый безрассудно кидается на
сильного, а, если до врага не добраться, люди, иной раз, переадресовывают
агрессию на самих себя: бьются головой о стену, царапают ногтями собственное
лицо, катаются по полу с диким воем, дергая ногами и руками, разбивают
кулаками или лбом оконные стекла и зеркала.
Подытожим. Во всех приведенных примерах наблюдались непомерно сильные
внешние проявления отрицательных эмоций и переадресованная агрессия во взрывооб-
разной форме: поток гневных слов и судорожные телодвижения, явно вырвавшиеся
из под контроля высших сфер сознания. Однако, действительно ли «вырвавшиеся»?
Это еще как сказать. Оставь истерика наедине с его истерикой или выполни все
его желания, прихоти, на 100, 150, 200% и частенько он подозрительно быстро
приходит в норму, если, конечно, не довел себя до сердечного приступа или не
успел впопыхах вспороть себе вены столовым ножом, напиться хлорки, прыгнуть с
шестого этажа, «чтобы доказать этим сволочам».
По крайней мере, в первых двух случаях вся сцена, похоже, разыгрывалась для
того, чтобы возбудить сочувствие окружающих, вызвать их вмешательство. С де-
Президент Грузии Михаил Саакашвили грыз свой галстук.

матюгами и фюрерами и того проще: цель их истерики — нагнать на всех побольше
страха, дабы трепетали, тряслись, поверглись ниц или кинулись по указке:
«Фас!» Скажем в оправдание: вполне вероятно, однако, что такие мотивы
истерического поведения во всех упомянутых случаях, кроме, разве что второго, были
хотя бы отчасти подсознательными.
И еще добавим: среди человеческих особей мужского пола особой склонностью к
истерии, окромя пламенных народных трибунов, отличаются уголовники. В
воровских кодлах с их жесткой иерархической структурой манера чуть что закатывать
истерику вплоть до изрезания бритвой собственной физиономии, катания по полу
с поросячьим визгом и других тому подобных художеств, типична для «шестерок»
- прихлебателей пахана. Они ведут себя так при разного рода разборках в его
присутствии.
Что характерно для большинства истериков? Переживаний не так уж много, в
общем-то, на наш «деревянный» рублик. Зато внешних проявлений — на доллар и
более!
Конечно, истерик сам себя распаляет, доводит до беснования и судорог. Но
все-таки сидит при том в его мозгу эдакая мыслишка: «Ужо вы все у меня тут
запрыгаете!» Кто с валерьяновыми капельками, кто с расстегнутым кошельком, а
кто с министерским портфельчиком или с задницей, услужливо подставленной для
порки.
Даже хотя «доведенные до белого каления» мужчины, конечно же, не ломают
комедию, все не так уж просто. Даже в этом трагическом случае внешний взрыв
подсознательно нацелен на внешнего зрителя: «Пусть их, гадов, потом совесть
гложет и народ осудит». Недаром же доведенные до отчаяния китайцы, например,
имели обыкновение вешаться на воротах обидчика. А есть ли даже у такого
человеческого маразма как истерика некие подобия в поведении животных?
Есть, и еще какие!
Начнем с наиболее отдаленной аналогии. Некоторые мелкие твари с перепугу
«прикидываются мертвыми». Как это происходит? Дикая вспышка страха с ее
гормональными последствиями. В результате — перевозбуждение нервной системы,
которая как бы «вырубается». Наступает временный паралич. Так «прикидываются»,
в частности, жучки: щелкунчики и божьи коровки.
Пример поближе: поведение мелких и средних зверушек, «загнанных в угол»,
когда спастись бегством невозможно. Берегитесь попавших в такое положение
крыс, леммингов, ласок, хорьков. Взбешенный зверек ощеривается, пищит и
норовит первым броситься на врага, прыгнуть, вцепиться в него. Ведь уже нечего
терять, и пропади все пропадом. Страшноватое это зрелище. Особенно устрашающе
выглядят и опасны в подобном состоянии подранки мелких и средних хищников.
Они свою жизнь задешево не продают.
Однако же подобное поведение предназначается для устрашения существ чужого
вида, в отличие от человеческой истерики.
Иное дело, внешнее проявление взрыва отрицательных эмоций у социальных
животных в иерархической группе.
Этологи давно обратили внимание на громадную разницу во внешнем проявлении
боли, страха и обиды между дикими одиночно живущими и социальными либо
домашними животными. Как ведут себя, например, раненый тигр или дикий камышовый
кот, угодивший в капкан? Они только тихо шипят и корчатся от боли, но, в
отличие от домашнего кота, которому прищемили лапу или хвост, никогда не
кричат . Ведь кричи — не кричи, никто не выручит. Наоборот, враги, чего доброго,
отыщут по крику да и добьют.
Полная противоположность — социальные или домашние животные, которым может
прийти на помощь собрат по виду либо человек. У них крик боли целесообразен.
Наши собаки не только домашние, но и по природе своей стайные звери. У них
еще до одомашнивания существовала кое-какая взаимовыручка. Прищемили собаке

лапу, она кричит, визжит, воет. Люди, по всей вероятности, не останутся
равнодушными. А вот и такая ситуация. Большой пес кусает и треплет маленькую
собачонку, в нарушение собачьей этики. Как реагирует та? Конечно, издает
душераздирающий визг1, напоминающий щенячий. Этот звук может утихомирить
агрессора, а также спровоцировать вмешательство людей или (у бродячих псов) вожака
стаи.
Ну, а как обстоят дела с истерикой у обезьян?
У них, если сильная особь, но не вожак, обижает слабую, та закатывает самую
настоящую истерику: пав ниц и катаясь по земле, вопит благим матом, судорожно
извивается всем телом, совершает какие попало движения руками и ногами. Такое
поведение может послужить тормозом для агрессии сильной особи, а также, и это
главное, побуждает прочих членов стаи, в особенности же вожака, вмешаться в
драку и атаковать более сильную особь. (Вспомним эксперименты с раздражением
мозга у павианов разного социального ранга). Павианьи вожаки постоянно
вмешиваются в подобные свары и наводят порядок. У макак за вожаком при этом
устремляются особи низшего ранга и обидчику не сдобровать.
А что происходит, когда истерику закатывает сам вожак, чем-нибудь очень
недовольный: вопит, жестикулирует, выражая тем огорчение и гнев? Стаей
овладевает ужас. Все чуют: раз «Сам» в бешенстве, значит, начнет срывать злобу, и
спешат выразить свою покорность. Самки подставляются. Оказавшиеся поблизости
самцы низшего ранга — тоже.
Таким образом, здесь аналогия с функциями истерики в человеческих
коллективах - полная. Наши предки обрели манеру закатывать истерики раньше, чем
научились ходить на двух ногах и говорить. При этом весьма характерно, что у
«слабого пола» и шестерок, взывающих к помощи пахана, истерика обычно
сопровождается отказом от двуногой позиции. Истеричная особа, вопя, катается по
земле точь-в-точь как доведенная до истерики обезьяна низшего ранга!
Напомним: падение ниц — крайний вариант позы подчинения. Приняв ее, а в то же
время, привлекая к себе внимание окружающих своим истошным криком, истерик тем
самым провоцирует их агрессию (подражательная реакция) против своего
противника, отводя ее от себя.
Между тем, демагоги и фюреры истерически вопят, напротив, распрямив корпус,
как положено победителю в обезьяньей драке. Взобравшись на какое-нибудь
возвышение, трибуну или сцену, они ведут себя там точь-в-точь как взбешенный
обезьяний вожак. Этологический смысл такого поведения тоже вполне понятен: «Я
вас всех проглочу и ногами затопчу...» При этом типична еще и следующая черта
поведения истеричных демагогов: они начинают «защищаться» раньше, чем на них
напали, в чем также уподобляются обезьяньим иерархам.
Во время революций истерики обычно преуспевают в ее начальный период, пока
новая власть не укрепляется настолько, что их услуги уже больше не требуются.
На втором этапе наступает время более выдержанных, спокойных и
целеустремленных параноидальных «гениев». Те наводят порядок железной рукой. Однако же,
пример многих деятелей Великой французской и нашей революций, а также
нацистской Германии доказывает, что иногда особенно «перспективным» оказывается
сочетание : «параноидальность плюс истеричность». Прямо как в поговорке: Пьян да
умен — два угодья в нем.
4.6. Социальный стресс и
вождь, как биохимическая
индивидуальность
Жить в страхе пред созданием нам равным значит то же,
что не жить, — слова Брута из «Юлия Цезаря» В. Шекспира.
Наверное, любой из нас при каких-то жизненных обстоятельствах чувствовал

себя несчастным-разнесчастным Акакием Акакиевичем Башмачкиным из «Шинели».
Правда, это ощущение — не из таких, в каком хотелось бы признаться даже
самому себе, не говоря уж об окружающих.
Чувства униженности, неполноценности, затюканности отвратительны даже в
обыденной жизни. Тем более, ужасно состояние человека, постоянно живущего в
состоянии унизительного страха перед своими мучителями, как то часто бывает в
армейских казармах, тюремных камерах и даже в учебных заведениях, где
учащиеся охотно забавляются то травлей «новеньких», то коллективным издевательством
над какой-нибудь классной белой вороной. Вспоминается по такому поводу и
прогремевший у нас несколько лет назад трагический фильм Ролана Быкова «Чучело».
В любом уважающем себя учреждении коллектив негласно делится на «элиту» и
«парий», людей «низшего сорта», часто вовсе не заслуживающих коллективного
презрения, точно так же как «элита» отнюдь не всегда состоит из самых лучших
работников.
Что, кроме чинов и званий, определяет деление любой стабильной группы людей
на негласно «высших» и «низших», мы уже обсуждали: иерархия, социальный ранг,
в зоопсихологическом смысле этого слова. К сожалению, от подобного рода
обезьяньего наследства отделаться трудно или даже невозможно. В одних
человеческих сообществах оно режет глаз как в «Униженных и оскорбленных», в других
— более или менее скрыто, спрятано в подсознании.
Совершенно отвратные формы принимали всегда ранговые отношения в окружении
деспотов. Так, что только ни рассказывали после смерти Сталина его осмелевшие
соратники о выходках вождя во время ночных попоек на «ближней даче» в
Кунцево. Любой ехал туда и трясся: «Вернусь ли живым?»
В художественной литературе всю бездну самодурства «величайшего гения всех
времен» и раболепия прочих членов Политбюро наглядно изобразил Фазиль
Искандер в «Сандро из Чегема», главе «Пир Валтасара».
И Осип Мандельштам в известном стихотворении, написанном еще в 1933 году
(оно стоило поэту жизни, хотя с ним разделались не сразу, а в два приема), не
поскупился на краски:
...А вокруг него сброд тонкошеих вождей
Он играет услугами полулюдей.
Кто шипит, кто мяучит, кто хнычет.
Он один лишь бабачит и тычет...
Обстановка, царившая при дворе римских императоров, первых двенадцати из
них, обрисованных Корнелием Тацитом, Светонием Транквиллом или, например, в
окружении Ивана Грозного, была, конечно, ничуть не лучше.
Примеров самодурства начальника и раболепия подчиненных из произведений
наших отечественных писателей можно привести очень много. Хотя бы «Смерть
чиновника» А.П. Чехова, его же «Тонкий и толстый». Но мы сейчас будем говорить
не о самом социальном ранге, а о его вреднейшем действии на здоровье жертв
иерархии. Начнем не с людей, а с... рыб. Даже их нервы не выдерживают.
По наблюдениям известного русского ихтиолога B.C. Ивлева, у некоторых
карповых рыб от одного лишь вида намного более крупной особи за стеклянной
перегородкой расстраивается аппетит и качественно меняется характер питания. Рыба
начинает избегать подвижной животной пищи и поедает менее питательные водяные
растения. Более молодой наш ученый И.В. Нечаев недавно провел исследование на
особенно агрессивных рыбах — цихлидах-акарах (Aequidens pulcher). Оказалось,
что один из нескольких самцов в небольшом аквариуме обязательно доводит до
гибели всех остальных, у которых состояние забитости явно отражается на
содержании в головном мозгу и прочих органах нейрогормонов катехоламинов:
понижена концентрация дофамина и повышена — норадреналина. И содержание глюкозы в

крови жертв сперва надолго повышается, но затем, непосредственно перед
смертью, падает — типичная картина стресса, какой ее описал крупнейший канадский
физиолог Ганс Селье.
Стресс — гормональная перестройка организма, рассчитанная на быструю
защитную реакцию: бежать или драться за свою жизнь. Растет содержание адреналина в
крови, а в результате и содержание в ней глюкозы — энергетического «сырья»для
организма, его мускулатуры и нервной системы. Расширяются кровеносные сосуды
в сердце, скелетной мускулатуре и мозгу, чаще бьется сердце. Зрачки
расширены. Беда только в том, что все физиологические перестройки перед бегством или
борьбой не рассчитаны на длительный срок. Таким образом, если вызывающий их
стимул многократно повторяется, и вызванное им состояние стресса не проходит,
он влечет за собой не только общий упадок сил, но и ряд характерных
заболеваний: ослабление иммунной системы, язвенную болезнь желудка и
двенадцатиперстной кишки, инфаркт миокарда, атеросклероз, иногда даже инсульт —
кровоизлияние в мозг.
Американский ученый P.M. Саполски, наблюдая за поведением павианов-анубисов
в национальном резервате Масан Мара (Кения), был поражен тем, насколько
жестокий характер в их сообществе принимают иерархические отношения. Пищи
вдоволь, территория никак не ограничена, самок не меньше, чем самцов. Тем не
менее, самцы только и заняты тем, что всячески пакостят друг другу жизнь. Один
«заведет роман», другие наскакивают на него до тех пор, пока не отобьют
всякий интерес к «прекрасному полу». Один поймал добычу (анубисы — хищники),
другие отгоняют удачливого добытчика от лакомой пищи и пожирают ее сами.
В царстве павианов-анубисов, как и в наших царствах, социальной
стабильностью и не пахнет. Почти любого доминанта высшего ранга рано или поздно
изгоняет из стаи коалиция молодых самцов, какое-то время очень привязанных друг к
другу. Однако, обезьянья дружба, в отличие от дружбы между собакой и ее
хозяином, очень немногого стоит. Еще один повод пожалеть о столь не лестном для
нас родстве! Вчерашние друзья - завтра злейшие враги. Чтобы объединиться и
сдружиться между собой павианам, оказывается, необходим общий враг. Вспомним,
для чего обычно создаются всевозможные оппозиционные коалиции в нашем
обществе.
К тому же, в этом обезьяньем коллективе тоже, как и в нашем, в порядке
вещей «самое подлое предательство». Самцы объединяются в группы, чтобы напасть
на доминантную особь, а потом, если победа остается за ними, тут же
принимаются враждовать между собой. Начинается драка двух, вроде бы, спаянных групп,
и вдруг, прямо в ее разгаре кто-то предает союзника и оставляет его одного
против превосходящего противника, убегая с поля боя, или даже сам помогает
расправиться со своим товарищем.
Доминантные особи измываются над подчиненными, а те раболепствуют перед
ними: чистят им шкуру, выкапывают и очищают от земли клубни. Доминантный самец,
потерпев поражение в драке с другим таким же самцом, тут же вымещает злобу на
слабых и беззащитных.
Физиологические последствия всего этого безобразия весьма ощутимы. У
подчиненных самцов, в отличие от доминантных, падает содержание в крови мужского
полового гормона тестостерона со всеми вытекающими отсюда последствиями для
их сексуального поведения. Зато у них повышено содержание в крови кортизола —
гормона надпочечников. Это повышает риск атеросклероза и сердечных
заболеваний. Напротив, у доминантов выше уровень растворенного холистерола (не путать
с отложениями холистерина), что препятствует развитию атеросклероза. Словом,
обезьянье общество явно сокращает жизнь отдельным своим членам, хотя драки
почти не сопровождаются серьезным членовредительством или, тем более,
убийством. Хватает унижений, испугов, невозможности нормального отдыха, секса и
сна.

Саполски обнаружил, что доминантами чаще делаются как раз те самцы
павианов, у которых нервная система исходно не предрасположена к стрессам: это
видно по физиологическим показателям. «В здоровом теле — здоровый дух» и
наоборот .
Греческая исследовательница А.В. Арванитис также подтверждает, что у
обезьян по анализу крови можно определить «кто есть кто». И у человека все более
или менее так. У фюрерствующих индивидов в крови понижено содержание нейро-
гормона серотонина, больше циркулирует в ней белых кровяных телец лимфоцитов,
а, значит, выше уровень иммунных реакций. То есть даже инфекционные
заболевания лидерам угрожают меньше, чем подчиненным. У людей, как и у обезьян,
хамство и агрессия «вознаграждаются» отменным физическим здоровьем. Жертвы
хамства чаще болеют и у них больше шансов рано умереть.
Но инфаркты случаются и у лидеров. Так у доминантного самца можно вызвать
инфаркт, отсадив его в отдельную клетку рядом с вольерой, в которой одна из
самок той же стаи пребывает с другим, низшим по рангу самцом.
По этому поводу вспоминается эпизод из жизни одного нашего ныне покойного
генерала от академической науки времен «застоя». После какого-то совещания в
ЦК КПСС ему вместо обычной «Чайки» подали «Волгу» как какому-нибудь
заурядному академику! У великого человека начался сердечный припадок. Едва отходили!
А ведь мог запросто и помереть от такого страшного унижения.
4.7. Секс и иерархия
У обезьян, как и у нас грешных, нет определенного брачного сезона. Они тоже
спариваются когда попало и, следует отметить, куда чаще, чем многие другие
млекопитающие. Старые самки, уже никого не интересующие, обычно занимают
самое низкое место в обезьяньей иерархии. Слава Богу, что у нас ценится
жизненный опыт, а потому не все точно так, хотя у некоторых отсталых племен
стариков попросту морят голодом или даже, иной раз, пожирают.
Как мы уже говорили, у обезьян движения, имитирующие акт соития, иногда
принимают чисто символический характер и осуществляются в связи с
иерархическими отношениями. В частности, самцы-субдоминанты могут выражать покорность
доминанту, принимая самочью позу подстановки. Доминанты же напоминают всем
прочим, кто здесь начальник, демонстрируя свои половые органы или похлопывая
себя по ним. (Такие движения представляются нам явным аналогом матерщины).
У некоторых видов павианов доминирующая особь демонстрирует ранговое
превосходство еще и ударами рукой по чужим седалищным мозолям: жест, как бы
символизирующий соитие. У людей, как считает 3. Фрейд, аналогичные действия:
удары по ягодицам имеют тот же символический смысл. Недаром в древнем мире и
у нас при крепостном праве хозяева с помощью телесных наказаний не столько
причиняли боль рабам, сколько публично унижали их. Иногда жертвы публичной
порки умирали от шока (отнюдь не болевого), кончали с собой или страдали всю
жизнь тяжелыми психическим расстройствами. Известный исторический пример —
героиня Великой французской революции Теруань-де-Мерикур, которая сошла с ума
после того, как якобинцы публично ее высекли на площади Тюильри в Париже. В
сибирских и дальневосточных деревнях обычай запрещал жениться на девицах,
которых деревенская община за что-то приговорила к публичной порке —
«стеганых» . О гнусности и неприличии телесных наказаний написал возмущенную статью
Лев Толстой.
У обезьяньего вожака гомосексуальная случка с субдоминантом по большей
части символична, это — активное подтверждение рангового превосходства. И у
многих обезьян, и, как известно, у людей резко падает социальный статус самца
изнасилованного в присутствии группы особей.
Кто не слышал о трагедии так называемых «опущенных» в наших тюрьмах? Заклю-

ченный, изнасилованный на глазах у всех в общей камере, превращается в
неприкасаемого, в парию. С ним недопустимы любые формы общения: нельзя даже дать
прикурить. Нарушителям грозит опасность превратиться в таких же «опущенных».
У самки поза «подстановки» — демонстрация подчиненного состояния. Молодые
самки обезьян резко повышают свой социальный ранг, если делаются объектом
внимания доминантного самца. Общеизвестно, как боятся в учреждениях молодых и
смазливых секретарш, пользующихся благосклонностью высокого начальства.
Один из нас как-то присутствовал на Ученом совете, предзащите докторской
диссертации некой молодой и весьма привлекательной женщины. Председатель
всячески высмеивал и поносил диссертацию: «низкий профессиональный уровень»,
«космополитизм» (слишком много по тем далеким годам ссылок на иностранных
авторов) и так далее и тому подобное. Вдруг председателю вручили какую-то
записку, после чего он, резко сменив тон, начал сразу же превозносить до небес
ту самую работу, которую только что так ругал. В записке, как позже удалось
узнать, грубо и коротко сообщалось об интимной связи диссертантки со
всесильным тогда вице-президентом академии наук.
Прекрасный пример на эту же тему можно почерпнуть из средневековой поэмы
(XIII век) «Песнь о Нибелунгах», о которой более обстоятельный разговор
пойдет далее (4.8). Все описанные в ней трагические события произошли из-за
ссоры двух королев. Сперва они выясняли, чей муж родовитее, а потом каждая
пыталась войти в собор первой. По тогдашним понятиям, очередность прохождения в
дверь всецело зависела от социального ранга мужей.
Итак столкнулись свиты обеих королев,
И тут хозяйка гостье, от злобы побелев,
Надменно приказала не преграждать пути:
«Пускай супруга ленника даст госпоже пройти».
Это недоразумение растянулось на многие годы и стоило жизни тысячам людей!
Сексуальную мотивацию мужчин начальников, доминантов во всем, что касается
взаимоотношений, услуг, вопросов карьеры женщин на производстве и в офисах не
отрицает ни одна представительница прекрасного пола.
В порядке вещей и такое явление: вышестоящие человеческие «самцы», точь-в-
точь как и обезьяньи, отбивают приглянувшихся им «самок» у «самцов»,
нижестоящих по социальному рангу. Общеизвестный ветхозаветный пример: как царь
Давид отобрал Варсавию у своего военачальника Урии.
Цитируем воспоминания А. Ларина и П. Педиконе об Арсении Тарковском14
(нижеприведенный эпизод, впрочем, не имеет к Тарковскому ни малейшего
отношения) : Тася не сразу сделала карьеру. Она возвышалась постепенно, пройдя путь,
обычный для многих девушек на войне. Началось с командира роты. Командира
роты обездолил командир батальона, этого командир полка, и, наконец, Тасей
завладел сам начальник политотдела дивизии....
Очень похожей, как известно, была и карьера русской императрицы Екатерины
Первой: от солдата Мишки до Данилы Меньшикова и выше до самого Петра.
Несомненно, социально-иерархическую подоплеку имел чудовищный разврат
некоторых властителей, таких как древнеримские императоры Калигула и Нерон, наш
Иван Грозный. Кое-где на Востоке полигамия, гаремы на многие сотни «штатных
единиц» вменялась в обязанность царям. Ветхозаветный пример — царь Соломон. В
более близкое нам время гигантские гаремы были у мусульманских правителей:
шахов, султанов. Всем известно средневековое «право первой ночи».
И во многих группировках современной молодежи социальный ранг
непосредственно зависит от прилюдно демонстрируемых успехов в сексуальной сфере. Лиде-
«Юность», N5, 1993.

рами становятся люди, всячески рекламирующие свой патологически развратный
образ жизни. Все, вроде, закономерно в понимании этологов, только уж сами
мужчины в таких случаях сильно смахивают на похотливых вожаков-павианов.
Некоторых аспектов сексуального поведения мы коснемся дальше в разделе 6.4.
4.8. Иерархия
и комплекс
неполноценности
Как мы уже говорили, у животных конфликты часто разрешаются без боя, если
одна особь явно крупнее другой. Зачем драться, если заранее ясно, кто
сильнее?
В некоторых первобытных обществах, например в Полинезии и у ряда племен
центральной Африки вожди специально предаются обжорству, чтобы обрести
приличествующую своему рангу тучность. Обычно их с первого взгляда можно отличить
от подданных по невероятно толстому брюху и заплывшей от жира физиономии.
Руки и ноги у них такие, словно они страдают слоновьей болезнью. Достаточно
типичный современный пример: кровавый угандийский диктатор Иди Амин15.
Иди Амин. Полный титул: «Его Превосходительство Пожизненный
Президент, Фельдмаршал Аль-Хаджи Доктор Иди Амин, Повелитель всех
зверей на земле и рыб в море, Завоеватель Британской Империи в
Африке вообще и в Уганде в частности, кавалер орденов „Крест
ВикторииЛЛ, „Военный крестлл и ордена „За боевые заслуги"».
И в общинах воинственных кочевников былых времен в вожди-цари часто
выбирали самого физически мощного, высокого и красивого:
У него был сын, имя его Саул, молодой и красивый;
и не было никого из Израильтян красивее его;
он от плеч своих был выше всего народа...
и взял Самуил сосуд с елеем и вылил на голову его,
15 Жертвами его репрессий стали от 300 000 до 500 000 (из 19 000 000) граждан
Уганды , не менее двух тысяч он убил лично. Советский Союз снабжал его оружием.

и поцеловал его, и сказал:
вот Господь помазывает тебя в правителя наследия Своего...
(Ветхий завет, Книга 1 Царств, гл.9.2 и 10.1)
Как известно, кончилось это избрание плохо. Щуплый пастушонок Давид уложил
камнем из пращи гиганта Голиафа, а потом хитростью и умом постепенно
приблизился к царской власти и в удачный момент, когда Саул с сыновьями пал в битве
с филистимлянами, стал новым правителем страны.
Очень часто главным качеством в борьбе за верховную власть становится то,
что называют «харизмой» — предначертанием. Тут играет роль одно
обстоятельство, чреватое бедами для человечества. Это — комплекс неполноценности и
связанное с ним патологическое честолюбие в сочетании с зарядом ненависти.
Нередко малорослые и физически слабые люди, с раннего детства много битые
сверстниками, претерпевшие всяческие унижения, обретали неодолимое стремление
к самоутверждению любой ценой и любыми средствами. Из них вырастали
безжалостные тираны, коварные владыки, кровавые палачи.
Историки давно подметили, что у многих вождей, безобразно распоряжавшихся
властью, в совершенстве владевших искусством травли, интриг, клеветы, было
тяжелое детство. Взобравшись на вершину общественной пирамиды,
закомплексованные словно мстили обществу за свое прошлое.
Бессмертный образ В. Шекспира: уродливый горбун Ричард Йорк делится
честолюбивыми планами со своей тенью. Этому пасынку судьбы предстоит стать королем
Англии Ричардом Третьим, ценой многочисленных подлых убийств. Иван Бунин в
«Окаянных днях», цитируя французского историка Лентора, пишет о Кутоне, одном
из самых кровожадных и влиятельных подпевал Робеспьера в якобинском Комитете
общественного спасения: Кутон был полутруп. Он был ослаблен ваннами, питался
одним телячьим бульоном, истощен был костоедом, изнурен постоянной тошнотой и
икотой, но его упорство и энергия были неистощимы... Ноги его были
парализованы , в Конвент он ездил на самодвижущемся кресле с ручным управлением.... Каждый
день приказывал он поднимать себя, сажать в кресло, чудовищной силой воли
заставлял свои скрюченные руки ложиться на двигатель, напоминающий ручку
кофейной мельницы, и летел среди тесноты и многолюдства Сент-Оноре в Конвент,
чтобы отправлять людей на эшафот...
Кто не помнит из пушкинского «Кинжала»:
Исчадье мятежей подъемлет злобный крик.
Над трупом вольности безглавой
Палач уродливый возник...
Это, вполне заслуженно, — о Марате, еще одной кровожадной якобинской
бестии. Марат страдал тяжелейшей формой экземы, что вынуждало его даже
просителей принимать, сидя в ванне. В ванне он и был заколот Шарлоттой Кордэ.
Низкорослым горбуном был и Жильберт Роом, еще один страшный человек из той
же компании — председатель Конвента, пославшего на эшафот, среди прочих,
короля Людовика XVI, председательствующий в якобинском клубе «Друзей Закона»,
до переворота 1789 года гувернер графа П.А. Строганова.
И.Г. Эренбург в романе «Хулио Хуренито» описывает Россию в годы гражданской
войны: ...В вагоне мы разговорились с одним приказчиком из Малого Ярославца,
уродливым горбуном. Он очень своеобразно нападал на коммунизм: «Что я?
Образина. Насекомое с человеческим лицом. Прежде я мог хоть надежду питать —
разбогатею, зашуршу «катеньками», все наверстаю. Может, скажете, за деньги
нельзя было все захватить? А теперь что? За паек работать? Равенство? Так пусть
сначала они всех сделают ровненькими. А за горб, спрошу я вас, за мое
унижение кто мне заплатит? Одно мне осталось. Поступлю в про дот дел чеки....
Тимур, жестокое чудовище — был хромым, «Тамерлан» от «ланг» — хромой.

Византийский писатель Иордан описывает внешность гуннского завоевателя
Атиллы: Низкорослый, с широкой грудью, крупной головой и маленькими глазами,
с редкой бородой, тронутой сединою, с приплюснутым носом, отвратительным
цветом кожи, он являл все признаки своего происхождения. Учился Атилла в Риме16,
где местные римские школяры зло издевались над его уродливой внешностью и
варварским происхождением.
И Бенито Муссолини, итальянский фашистский диктатор, и кровавый гаитянский
тиран «папа-док» Дювалье, и генерал Франко, и наши великие вожди Ильич и
товарищ Сталин были людьми низкорослыми и, по большей части, совсем
неказистыми.
О внешности и тяжелом детстве наших корифеев столько уже писано-переписано,
что не будем особо распространяться.
У Сталина, как известно, кроме малого роста, имелись два серьезных
физических недостатка: следы оспы на лице и отсохшая левая рука. Всех входивших в
его кабинет рослых людей он просил немедленно сесть. Не допускалось, чтобы
взгляд вождя хоть на мгновение был направлен снизу вверх. Детство Иосифа
Джугашвили, судя по всему, было очень безрадостным. Он даже на похороны своей
матери не счел нужным приехать и как-то прилюдно в сердцах обозвал ее «старой
блядью» Это при его-то умении держать язык за зубами!
Адольф Гитлер, вроде бы, не имел особых физических изъянов (сообщения о
дефектах детородного органа не заслуживают доверия). Однако, у Гитлера было
необычайно тяжелое детство. Бедная семья. Отец, таможенный чиновник в Линце
(Австрия), Алоис Гитлер-Шикльгрубер пил и в пьяном виде оскорблял мать,
которую Адольф очень любил. Гимназическая учеба шла плохо. Мечта стать художником
не сбылась: конкурсная комиссия Венской академии художеств забраковала работы
Гитлера. По легенде он сказал экзаменаторам:
— Господа! Я еще нарисую такие картины, что весь мир содрогнется от ужаса!
После демобилизации из немецкой армии будущий фюрер изрядное время мыкался
без работы и без жилья, бедовал в ночлежках.
В гитлеровском окружении хватало уродливых, малорослых, колченогих. Одним
из таких был, например, И. Геббельс. А писал о «белокурых бестиях» — мощных,
рослых, невозмутимых арийцах, о полной физической своей противоположности.
Не дай Бог высокорослым стать на пути низкорослых! Тому в истории мы тьму
примеров слышим.
Низкорослый, в молодости худой, нервный, физически довольно слабый Наполеон
умел так себя держать, что перед ним трепетали все. Рассказывают, что во
время первой итальянской кампании 1796-97 годов долговязый генерал Пьер Ожеро
как-то потянулся к штабной карте:
— Позвольте мне показать. Я выше.
— Не выше, а длиннее на голову, — отрезал первый консул. — И если будете
мне грубить, мигом лишитесь этого отличия.
У Наполеона, как и у Сталина, Атиллы и так далее, хватало и других причин
для закомплексованности, помимо малого роста: бедность, суровое воспитание в
многодетной корсиканской семье, пребывание с детства вне ее на чужбине в
Отенском колледже, а затем с десяти лет в Бриенском военном училище, где
другие ученики издевались над его корсиканским акцентом. Ведь для французов он
16 Возможно, это не так, о юности Атиллы мало что известно, да и племена гуннов в
это время кочевали где-то в районе современной Венгрии, выступая чаще как федераты
Западной империи против её врагов-германцев. Иордан передал описание внешности и
характера Аттилы: низкорослый, с широкой грудью, с крупной головой и маленькими
глазами, с редкой бородой, тронутый сединою, с приплюснутым носом, с отвратительным
цветом [кожи], он являл все признаки своего происхождения. Причиной смерти Аттилы
считается носовое кровотечение.

был чужаком, инородцем и в юности ему очень часто об этом напоминали.
Шарль Морис Тайлеран Перигор (1754-1838), один из самых бессовестных
дипломатов в европейской истории, был калекой: одна нога плохо срослась после
множественного перелома и осталась неподвижной. Тайлеран мох1 передвигаться
только опираясь о костыль и скособочиваясь при каждом шаге. Увечье он получил в
детстве, свалившись с комода, куда его посадила, уходя по делам, да и
позабыла снять нерадивая кормилица. Родители, легкомысленные и безразличные к
ребенку, сбагрили его ей и больше его судьбой не интересовались. Как-то (28
июля 1830 года), услышав в очередной раз звук набата и пальбу на парижских
улицах , он радостно воскликнул:
— Послушайте, бьют в набат! Мы побеждаем! — Мы? Кто такие «мы»?!
— Тише, ни слова больше: я завтра вам это скажу.
Сей наполеоновский министр, предавший своего шефа, как и многих других, сам
признавался, что не ведает таких чувств, как любовь, жалость, сочувствие и
только к деньгам неравнодушен. Взятки он брал у всех и по любому поводу.
Не менее тяжелым было детство и другого малосимпатичного сподвижника
Наполеона, Жозефа Фуше (1759-1820), всесильного и жестокого министра полиции, до
того - якобинского палача, главного виновника массовых убийств жителей Леона,
а в конце своей карьеры — герцога Отрантского. Худой как жердь, нервный
малокровный, некрасивый, он в детстве был постоянным объектом насмешек
сверстников, так как физическая слабость мешала ему участвовать в играх. По той же
причине он, сын потомственных моряков, оказался непригоден для морского дела
и вынужден был, подобно, между прочим, Тайлерану и некоторым другим
малосимпатичным политикам, податься в духовное училище.
Наш российский монарх Павел Первый мучился комплексами не только из-за
малого роста. Куда больше угнетала его страшная тайна происхождения. Мать —
ненавистная узурпаторша, муже- и цареубийца. Отец — официально Петр III. А
фактически? На этот счет всегда существовали сомнения. То ли, действительно,
убиенный царь, то ли любовник матери граф Салтыков, то ли даже безвестный
пастор из нищей эстонской деревеньки, которую, якобы, всю сослали на
Камчатку, так как истинный наследник умер при родах и был подменен. Отсюда,
вероятно, дикая одержимость Павла идеей «благородного неравенства», рыцарской
геральдикой, тщательной проверкой на «голубизну крови» всех, допущенных к
Высочайшей особе, дикое и безобразное самодурство.
У кайзера Вильгельма Второго, одного из виновников Первой мировой войны,
была еще при родах сильно повреждена и затем отсохла левая рука. Бесцветную
унылую физиономию маскировали чудовищно закрученные усы и почти непрерывно
красовавшаяся на голове остроконечная каска. В детстве его третировала родня.
Вильгельм был одержим желанием компенсировать свой физический изъян. Он
неустанно упражнялся в верховой езде и стрельбе, был отменным хамом и всячески
демонстрировал везде и всюду патологическую агрессивность. У него были
отвратные манеры. Например, своих почтенных министров и генералов он имел
обыкновение даже на официальных приемах шлепать пониже спины как павианий
доминант . Как-то на колониальной выставке ему показали хижину африканского вождя
в окружении вражеских черепов, насаженных на колья.
— Если бы я мог увидеть Рейхстаг, торчащий таким же образом! — размечтался
кайзер. Мечта не сбылась.
Наш «железный нарком» Н. Ежов был почти карликом. Сердобольные цековские
дамы звали его «воробышком», пока он их не пересажал.
Венгры до сих пор с ужасом вспоминают своего «Ежова» — Габора Петера, тоже
полулилипута, причем необычайно уродливого. По своей извращенной жестокости
он, пожалуй, перещеголял даже своих чекистских и гестаповских коллег.
С двойственным чувством пишем мы эти строки. Никого ведь оскорблять не
хотим. Великая ли вина маленький рост, лысина, оспенная рябь на лице, отсохшая

рука? Подло издеваться над физическими недостатками. Люди в них не виноваты.
Надо наоборот уважать тех, кто, подобно Франклину Делано Рузвельту или
шведской писательнице Эллен Келлер, упомянутой нами ранее, перешагнул через
ощущение собственной неполноценности и великолепно его компенсировал. Достойный
человек старается подавить в себе этот комплекс, недостойный мстит за него,
культивирует его, сосредоточен на нем, и в этом корень многих бед.
Заметим, что одним из мотивов комплекса неполноценности, побуждающего людей
прорываться в «большую политику» и при том вести себя очень агрессивно,
нехорошо, порой оказывается, помимо физических изъянов, также инородческое
происхождение . Такие закомплексованные люди сдуру воспринимают свою
«нечистокровность» как нечто постыдное, вроде наследственного сифилиса, и потому пытаются
замаскировать ее, становясь крайними шовинистами коренной нации.
Этого вопроса мы еще коснемся (см. гл.9). Примерами же изобилует, в
частности, наша российская история. Один из наиболее известных — публицист Фаддей
Булгарин, натурализовавшийся поляк, попавший на Русь со «двунадесятью
языками» . Недаром о нем у Пушкина: Не то беда, что ты - поляк...
В.И. Ленин обвиняя Сталина, Дзержинского и Орджоникидзе в великорусском
шовинистическом походе против Грузии, писал17: Известно, что обрусевшие
инородцы всегда пересаливают по части истинно русского настроения... По отношению к
грузинской нации мы имеем типичный пример того, где сугубая осторожность,
предупредительность и уступчивость требуются с нашей стороны... Тот грузин,
который пренебрежительно относится к этой стороне дела, пренебрежительно
швыряется обвинениями в «социал-национализме», тот грузин, в сущности, нарушает
принципы классовой солидарности.
4.9. Этологический смысл
самовознесения владык
на пьедестал и выше
Как Вы смеете! Я выше вас по званию... Завтра прибудет высокое начальство...
Ваше высочество... Высшая нервная деятельность... Высшая математика... Не смейте
глядеть на меня свысока. Выше вас нет авторитета в этом вопросе. Вам не
понять моих возвышенных чувств... Вы — низкое существо... Вы совершили низкий
поступок... Унижение... Путь вверх... Низшие беспозвоночные... Высшая школа... Высший
разум... Но есть и высший суд, наперсники разврата...
Что во всех этих фразах, выражениях, словах и словооборотах имеет
непосредственное отношение к этологии и весьма глубокие «дочеловеческие» корни в
нашем подсознании? Как ни странно, ВСЕ!
Вспомним предыдущую главу. Мраморная лягушка раздувается, чтобы напугать
хищника. Разозленный зверь, чтобы внушить сопернику: «я выше, а, значит,
сильнее», встает на задние лапы. Птица с той же целью стремится сесть на
ветку повыше. Приматы и в том числе человек демонстрируют ранговое
превосходство, распрямляясь. Поза подчинения, напротив, связана с пригибанием, сжатием в
комок, падением ниц.
Таким образом, соотношение: кто крупнее и выше, тот сильнее - заложено в
инстинктивных программах анализа зрительной информации самых разных животных,
включая, разумеется, и наших дочеловеческих предков, и нас. Поэтому нет
ничего удивительного в том, что оно так прочно въелось также в наше подсознание,
отражаясь в языке, причем отнюдь не только русском.
Еще раз процитируем: ...Вознесся выше он главою непокорной Александрийского
столпа... Выше = сильнее! Простая этологическая формула.
Между тем, как мы уже только что рассказали, далеко, ох, далеко не всем во-
Ленин, ПСС, т.45, стр. 356-360

ждям и военачальникам повезло родиться титанами. Очень часто бывало, как мы
только что продемонстрировали, наоборот: в тираны пролезали коротышки, почти
лилипуты, заморыши. Да и законным престолонаследникам, иной раз, не фартило
по телесной части — дело случая.
Отсюда вопрос: сильно ли малый рост и разные физические изъяны снижают
популярность властителя, подрывают его авторитет? Ответим: где — как. В
некоторых странах и в отдельные исторические эпохи, например, в общинах
воинственных кочевников или в Спарте периода расцвета, правителем, действительно, мог
стать только хорошо физически развитый и здоровый человек. Однако, в
цивилизованном обществе это, скорее, исключение, чем правило.
Оказывается, к тому же, что владыкам не так уж трудно обмануть природу. В
этом им на помощь издревле приходили зодчие, скульпторы, художники, одним
словом, творцы того, что мы назвали «миром несуществующих вещей» (см. гл.2).
Напомним, как этологи обдуривали самца колюшки, подсовывая ему вместо самки
или самца-соперника довольно грубо сделанные муляжи с преувеличенными
признаками пола. Если чайке в кладку рядом со снесенными ею яйцами ученые подклады-
вали сходно окрашенное деревянное «яйцо» раз в пять-шесть больше настоящего,
она принималась его высиживать вместо своих, живых. Срабатывал врожденный
механизм узнавания: «При прочих равных, большие яйца лучше маленьких»
(Обстоятельство, которое в свое время, возможно, немало помогло советской власти:
«большевик» звучало для не шибко грамотного рассейского мужичка куда
притягательнее, чем, к примеру, «меньшевик»).
Властители еще со времен Шумера и древнего Египта с успехом, хотя и
бессознательно, использовали практически тот же самый этологический прием муляжей,
превышающих во много раз естественный размер, чтобы внушать подданным чувство
благоговения и страха. Для этого сооружались грандиозные дворцы, пирамиды,
воздвигались по всей стране громадные статуи-изображения владык на высоченных
постаментах, высокие каменные стелы с хвастливыми реляциями о победах,
капища, где отправлялся культ обожествленных правителей или, по крайней мере, за
их здравие жрецы ежедневно возносили молитвы отечественным богам.
И в наш век подобными приемами пользовались для укрепления своей власти
вожди тоталитарных держав. С помощью статуй, архитектурных сооружений и
портретов народу внушали, что навязанная ему власть прочна, вечна и несокрушима как
гранит. Ведь, действительно, рядом с высоченным скульптурным изображением
земного бога-владыки любой, даже самый рослый мужчина невольно ощущал себя
жалким муравьишкой. Еще раз напомним простую этологическую формулу: выше =
сильнее. Громадный муляж властителя во все века вбивал в голову «маленького»
человека верноподданнические чувства, которые никоим образом не смог бы
возбудить сам оригинал, часто к тому же еще, весьма плюгавенький:
Ведь я червяк в сравненьи с ним,
С его сиятельством самим18...
Любой, кто жил во времена «культа», помнит: в какое учреждение ни зайдешь,
везде сверлят тебя с высоко висящего портрета глаза великого Отца народов.
Вышел на улицу, опять он, где в граните, гипсе, бронзе, а где и на
грандиозной, во всю стену, мозаике и снова - портреты, портреты, портреты... Околеть
можно было.
Сына забрали и мать больная.
В комнате сумеречно, темно.
Сегодня праздник: Первое мая.
«Знатный приятель» Беранже П.Ж.

Вождем заслонили ее окно.
(И. Бродский)
Конечно, и в былые века монументы властителей, конных и пеших, то и дело
возбуждали в людях подсознательное чувство не только страха, но и протеста.
Об этом ведь, по сути дела, и в пушкинском «Медном всаднике»: жалкие слова
несчастного Евгения: «Ужо тебе...» и страшное его видение — грохот бронзовых
копыт за спиной....
А в том коне такой огонь,
Такая сила в нем сокрыта.
Куда ты скачешь, гордый конь,
И где опустишь ты копыта?
Нечего говорить, современные монументы вождей — не ровня бессмертному
произведению Фальконе. В.Р. Дольник обозвал их «каменными плевками в лицо». Этим
он объясняет то, что после августа 1991 года многим людям так не терпелось
сбросить с постаментов этих истуканов, дабы взирать на них сверху вниз.
Действительно, с этологической точки зрения, акт низвержения памятника
подсознательно воспринимается как унижение самого тирана. Мол, ага, я взираю на тебя
сверху вниз, а, значит, ты уже нам больше не страшен, мы сильнее, наша взяла.
По мнению В.Р. Дольника, недавняя компания разрушения большевистских
памятников — своего рода лечебная процедура освобождения людей от въевшегося в их
души страха перед недавно еще всесильной властью.
Однако, известно, что еще при крещении Руси более тысячи лет тому назад
толпа, низвергавшая идолов Перуна, ликовала точно также как современные
толпы , низвергавшие большевистских истуканов. Летописцы сообщают, что киевского
Перуна, когда тащили в Днепр, били палками, а он-де «испускал тяжкое
воздыхание» . Новгородский же Перун, влекомый в Волхов, и вовсе, мол, вопил,
протестовал, а как скинули его с мосту, запустил палкою в народ: «вот вам,
новгородцы, в память мою оставляю» как залог грядущих смут. Не от тех ли лет
поговорка : Взял боженьку за ноженьку да об пол головой!?
И в годины былых революций, нашей, а также французских — первой Великой и
1871 года — низвержение памятников тоже было в моде. Оно привлекало на
площади громадные толпы бурно ликующих зрителей. Оказывали ли подобные зрелища
хоть когда-то благотворное влияние на общественные нравы? Для нас, авторов
этой публикации, признаться, открытый вопрос.
Во всяком случае, нам самим довелось наблюдать как в Москве на Лубянской
площади в ночь с 22 на 23 августа 1991 года несметные восторженные массы
сперва силились сами сбросить с высокого постамента изваяние «Железного
Феликса». Затем, когда это, наконец, удалось сделать с помощью мощного крана,
кричали тысячеголосое «Ура!», аплодировали, пели и пританцовывали.
Не скроем: у нас, авторов, все происходившее в ту ночь, сразу же вызвало
противоречивые чувства. Думалось: «Конечно, слава Богу, что дожили,
свершилось . Но, увы, крушить памятники и переименовывать улицы — занятие у нас не
новое и куда уж как проще, чем строить новую жизнь. Пожалуй, вскоре многие из
сегодняшних низвергателей будут уже не прочь водрузить того же истукана на
прежнее место».
К сожалению, ход дальнейших событий полностью подтвердил тогдашние
опасения. Эйфория толпы недолговечна и почти всегда завершается полным
разочарованием. Об этом будет особый разговор далее, в 9 и 10 главах.
Подведем итог. Технология авторитарной власти в цивилизованном обществе
практически всегда включает в себя как обязательную составную часть
применение изобразительных искусств и архитектуры, а ныне также средств массовой ин-

формации для создания у масс иллюзии, что данная власть всесильна и
вездесуща, несокрушима и вечна.
Особо следует подчеркнуть, что, помимо архитектурных сооружений,
памятников, портретов вождей и пр., для той же цели используют разного рода
подтверждения непосредственной связи земных владык со всесильными властями
небесными. Во многих древних государствах, как уже говорилось, правителей
обожествляли. На Востоке это практиковалось издавна. В Европе начало положил
Александр Македонский. Затем его примеру последовали императоры древнего Рима.
После падения Западно-римской империи все европейские и византийские монархи
провозглашались помазанниками Божьими и старались править, опираясь на
поддержку Церкви. При этом в государственных иерархических структурах
практически любой эпохи и цивилизации небесные владыки представлялись как бы
сверхдоминантами, увенчивающими иерархическую пирамиду. Эта закономерность
трактуется следующим образом в недавних статьях В.Р. Дольника.
Что такое «сверхдоминант» с этологической точки зрения?
В иерархически организованной стае некоторые низшие по рангу слабые особи,
как мы уже рассказали, повышают свой социальный ранг, примазавшись к вожаку.
В стае павианов, например, от такой дружбы с вожаком выгадывают особо ему
угодные самки и раболепствующие молодые самцы. В собачьей своре, кроме
вожака-собаки, есть еще и сверхдоминант — хозяин, человек.
Всякий, кто имел дело с деревенскими шавками, знает: нередко они держатся
со всеми прохожими людьми и соседскими собаками довольно миролюбиво, если не
сказать подобострастно, но только в отсутствие хозяина. Стоит появиться
хозяину, и те же дворняги вдруг начинают злобно кидаться даже на тех, к кому
прежде ластились. У них исчез страх, тормозивший агрессию пока хозяина
(сверхдоминанта) не было поблизости!
По словам В. Р. Дольника, право человека стоять над собственными вожаками
для собак самоочевидно. Он им не ровня, он — божество. Если хозяин
удосуживается управлять стаей собак, очень хорошо. Но, если ему недосуг, стая
управляется собственными иерархами, но пиетет к хозяину от этого не убывает.
Бездомная собака всегда ощущает себя ниже собаки, идущей с хозяином. Бык или
буйвол, позволивший пастушонку взобраться себе на спину, уверенно ведет все
стадо . Кот, подружившийся с большим дворовым псом, пользуется почтением других
котов, которые пса боятся...
Нет ничего гениального в том, что повсеместно и многократно у людей
возникала идея поместить на вакантное место сверхдоминанта нечто воображаемое,
наделенное всеми доминанетными качествами в их беспредельном выражении. Стоит
сделать это, и иерархи становятся как бы субдоминантами иерарха, его жрецами,
а он — их могучим защитником от остального стада...
Предполагается, что еще даже до появления речи иерархами в человеческом
стаде могли становиться индивиды, изображавшие тем или иным способом свои
«особые отношения» с чем-то страшным для остальных — грозным явлением
природы, страшным местом или опасным животным.
Действительно, легко представить варианты, подобные только что описанному
случаю с шимпанзе, барабанившим по канистре. Например, в вожди у древних
людей вполне мог выдвинуться охотник, вырастивший и приручивший опасного
хищника: львенка или леопарда; некто, не боящийся грома и молнии, причем уверяющий
всех, будто грозы начинаются по его приказу; кто-то один в племени, умеющий
разжигать и сохранять огонь — для древних — страшное живое существо.
Известно, что, когда белые с их огнестрельным оружием высаживались на
некоторых островах Карибского моря, туземцам поначалу мнилось, будто ружье живое.
Оно как бы сверхдоминант, а белый человек — субдоминант при нем. Так, к
примеру , думал Пятница о ружье Робинзона Крузо, которое молил: «Не убивай меня!»
Римского мятежного полководца Квинта Сертория (123-72 г. до н.э.) испанские

иберы признали посланцем богов потому, что у него была всего-то на всего
ручная белая лань, прибегавшая на его зов.
В последнее время в нашем «просвещенном» обществе расплодились чудодеи,
уверяющие, что побывали в НЛО и вещают от имени космической цивилизации. Им
кое-кто внимает с величайшим благоговением. Это ведь тоже эффект
сверхдоминанта .
4.10. Подражание
и авторитет
«Актеры и зрители» — так называется один из методов дрессировки. Одну
собаку регулярно кормят после звонка. Другим предоставляют возможность это
видеть . В результате, у них тоже при звонке начинает течь слюна, хотя их самих
при этом звуке не кормили.
Неосознанно и мы, и многие животные являемся продуктами и участниками
подобных же экспериментов в повседневной жизни. Ведь мы происходим от стайных
существ, в поведении которых громадную роль играл принцип «делай как я».
Глагол «обезьянничать» отнюдь не случайно вошел в человеческую речь. Явно
видно, что мы то и дело подражаем друг другу, как обезьяны19. При этом у
обезьян есть одна, свойственная и нам закономерность подражательного
поведения. Наиболее «заразителен» пример вожака и вообще особей, стоящих выше по
социальному рангу. Многие свои действия особи низшего социального ранга
автоматически повторяют вслед за вожаком.
Очень поучительный эксперимент:
Из стаи павианов изъяли низшую по рангу, но смышленую особь и научили
доставать апельсины из ящика с «хитро запирающейся» крышкой. Затем ее вместе с
ящиком вернули в стаю. Обезьяны, видя как товарка достает апельсины, кинулись
ее бить и грабить, даже не попытавшись обучиться полезному опыту. Совсем
другая картина наблюдалась после того, как тому же искусству обучили вожака,
временно изолировав его от стаи. На следующий же день после его возвращения
доставать апельсины научились все, без исключения, обезьяны!
К сожалению, и в этом, как и во многом другом, наше поведение мало
отличается от обезьяньего. Мы бездумно «обезьянничаем» у тех, на кого по тем или
иным причинам смотрим снизу вверх. Как много потеряла отечественная наука из-
за того, что игнорировались открытия отечественных ученых до тех пор, пока
аналогичные открытия не делались на Западе или туда не уплывало изобретение,
сделанное у нас в стране. Роль авторитета в наших действиях, особенно же
генералов от науки и вождей в тоталитарном государстве, далеко-далеко выходит
за границы здравого смысла.
В науке существуют школы и направления. Вокруг крупных ученых собираются
последователи и ученики, продолжающие начатое учителем дело. Казалось бы,
ничего плохого. Однако же, не зря в научной среде бытует афоризм: Успех любой
научной школы проявляется в том, на сколько лет ей удается задержать
дальнейший прогресс науки.
И в искусстве такие явления мы наблюдаем повсеместно. Культурные
заимствования часто перерастают в глупейшее низкопоклонство и преклонение перед
авторитетами . О том ведь басня И. Крылова «Осел и соловей»:
Но жаль, что не знаком
Ты с нашим петухом
Еще б ты больше навострился,
Когда бы у него немного поучился...
19 Взять к примеру моду на одежду.

В средние века муху неизменно представляли и даже рисовали существом
четвероногим. Спрашивается почему? Да потому, что об этом написано где-то у
Аристотеля. Вероятно, ошибка переписчика. Шестиногость мух была торжественно
засвидетельствована только в XVII веке Британской Академией Наук!
Жак Шаброль в книге «Миллионы японцев» вспоминает, как на одной токийской
улице он увидел хорошо ему знакомое парижское здание — кафе «Встреча
железнодорожников», совершенно точную копию. Здание было все в лесах, выглядело не
новым, но, вроде бы, не нуждалось в ремонте.
— Ремонт? — спросил Шаброль.
— Нет, — ответили ему. — Ремонтировалось здание в Париже, когда там побывал
наш архитектор.
А вот типичные примеры взаимосвязи между подражанием и социальным рангом в
некоторых современных коллективах. Начальник наорал на подчиненного. Назавтра
уже весь коллектив оскорбляет беднягу и всячески издевается над ним,
уподобляясь стае макак. Начальник похвалил кого-то. Все начинают ухаживать за
счастливцем , пылинки с него сдувают.
— Пьем чай, не хотите ли присоединиться?
В последнее время вся Россия странным образом коверкает некоторые слова. В
начале перестройки то и дело даже по радио и телевидению вместо «класть»
можно было слышать «ложить20», а в глаголе «начать» ударение падало на первый
слог. Что стряслось? Очевидно, «заразились» от бывшего президента. А почему
бы им от нас с вами не заразиться, дорогой читатель? Дудки! Для этого надо
быть знаменитостью. Еще во Франции до 1789 года подметили: ошибки в речи
королей и принцев быстро делаются языковой нормой. Принцы уэлльские и прочие
часто делались законодателями мод.
Пожалуй, в той же связи можно трактовать и столь характерное для последнего
времени засорение нашего языка заимствованиями из английского типа:
«триллер» , «диллер», «киллер». Взгляните на любую стенку, любой забор. Вместо
древнепривычного слова из трех букв ныне вы прочитаете там: «fuck», «fuck
off». И вместо старого БУ теперь у нас уже принято писать русскими буквами:
«сэконд хэнд». Так лучше раскупают!
Подражание распространяется и на идеологию.
В пьесе «Носороги» французского драматурга Эжена Ионеско беда обрушивается
на небольшой городок. Одному местному чиновнику приходит в голову блажь
превратиться в... носорога, всамделишного. Пусть читатель за это чудо не
предъявляет претензий нам, возражения — драматургу. Первый случай превращения
вызывает ужас и возмущение. Что же это такое, как же это так, почему вчера —
добропорядочный француз средних лет, а сегодня — злобный тупоумный зверь,
которому место только в зоопарке?! Однако вслед за первым случаем — второй, за
вторым — третий. Ужас! В городке уже несколько носорогов. Скоро станет опасно
ходить по улицам. Ведь они агрессивны и бессмысленны. Их нельзя ни задобрить,
ни вразумить. Таковы рассуждения жителей. Однако же, чем больше носорогов,
тем больше и желающих стать ими! Сила массового (как и начальственного)
примера заразительна.
Не ошибаются марксисты — идея, овладев массами, делается материальной
силой . В конце концов, городок превращается в поселение носорогов. Только один
бестолковый интеллигент-бессребреник не желает, упорствует в своем нежелании.
Все остальные, включая мэра, местных марксистов и прочих прогрессивных людей
Глагол «ложить» входит во все толковые словари, начиная с Даля. И мы говорим
«наложить взыскание, печать», а не «накласть взыскание, печать». Впрочем, язык - это не
то, что постулируется в словарях, язык - это то, как говорит народ. Поэтому язык
непрерывно изменяется. Мы ведь уже не используем старославянский, и порой уже не
понимаем о чем говорит наша молодежь.

«обносороживаются». Мотив добровольного отказа от человекоподобия прост: «Все
соседи уже превратились. Неудобно. Что же это мы отстаем?»
В сущности, не суть важно, кто подает пример: большая толпа или один «ба-
альшой начальник». Лучше всего сперва он, затем — компания его «попализато-
ров» и, наконец, — беснующиеся толпы раболепных верноподданных, поклонников
либо болельщиков. Современная реклама пользуется этим методом постоянно.
Дурацкий гербалайф, стиральные порошки, сигареты и коньяки рекламируют по
телевизору и с журнальных обложек кино- и порнозвезды, королевы красоты,
знаменитые спортсмены, известные политики.
В общем, можно сформулировать следующий принцип:
Чем влиятельнее и авторитетнее личность, советующая нам, например, каждый
день перед сном прыгать до потолка, стоять на одной ноге или зубрить наизусть
таблицу определенных интегралов («очень помогает от всех болезней»), тем
больше у этого «средства повышения жизненного тонуса» появится вскоре
фанатичных сторонников. К тому же число их может даже расти в логарифмической
прогрессии, пропорционально уже имеющемуся числу. Ведь каждый новообращенный
будет агитировать, набирая все новых и новых приверженцев. По сходному
принципу растут даже очереди:
— Глянь, какая толпа! Давай-ка тоже встанем, а что дают узнаем потом!
Безотказно действует следующий прием для навязывания своих взглядов
населению. Включаешь телевизор, играет торжественная музыка — гимн или героические
марши. Затем выступает вождь в громадном зале или на стадионе. По невидимой
зрителям бумажке (промах наших недавних квасных вождей — бумажка была видна)
он произносит заранее отрепетированную и часто не им написанную речь.
Аплодисменты в зале перерастают в овацию. Все встают. Хочется встать и
телезрителям — сила примера заразительна. Из раза в раз демонстрируется это сочетание:
музыка — вождь — речь — аплодисменты — овация — все встают. У зрителей
вырабатываются подражательные условные рефлексы «вожделюбия», как у собак и
обезьян при дрессировке по методу «актеров и зрителей».
Авторитет вождя может сильно влиять даже на внешний облик и манеры
подданных. Если, скажем, популярный вождь вздумает носить усики а-ля Чаплин и
скрещивать руки где-то пониже пояса (не слишком-то приличная манера Гитлера),
везде по стране закишат люди, носящие квадратные усики и скрещивающие
передние конечности на не совсем для того положенном месте. Это все можно было
видеть в документальном фильме М. Ромма «Обыкновенный фашизм».
Однако авторитет сперва надо завоевать. Как это сделать?
Добрыми и разумными делами? Трудно, долго и дорого. Обещаниями? Они ни к
чему не обязывают, и в наши дни, зная это, могут уже и не поверить. Остается
прием, используемый птицеловами. В маленькую клеточку, вплотную к ловушке,
сажают синичку. Она пищит и тем завлекает других синичек в ловушку. Каждый
начинающий вождь может воспользоваться сходным приемом. Сначала надо
обзавестись платными приверженцами, типа статистов в кино, и обучить их искусству
устраивать овацию. Конечно, нужны зал и помощь электронных средства массовой
информации. Словом, дело не простое. Недаром президентами на западе чаще
всего делаются богатые люди (см. также в главе 9).
В последнее время тем же приемом пользуются и разные шарлатаны, выдающие
себя за целителей. Подставные лица массами свидетельствуют о чудесном
исцелении, выступая по радио или телевидению. И коммерсанты используют тот же прием
— о коммерческих успехах и надежности фирмы сообщают подставные лица.
Нам, правда, пока лучше известна другая категория вождей. Это, по большей
части, «селф-мейд-мены» — выскочки из люмпенов или представители, так
сказать, среднего класса (в СНГ - партократов). Им пришлось сперва в длительной
борьбе завоевывать авторитет в узком кругу заговорщиков-единомышленников,
которых они, естественно, потом подминали и уничтожали. Такой путь отражен в

пьесе Б. Брехта «Карьера Артура Уи».
В торговле авторитет играет громадную роль. У нас в отечестве, например,
любой товар с иностранной наклейкой раскупается несравненно лучше, чем точно
такой же, но не импортный. Помните, как Остап Бендер обменял ситечко на стул?
Он сказал:
— В лучших домах Шанхая и Филадельфии принято разливать чай через ситечко.
Тут уж «людоедка» Эллочка не устояла.
4.11. Ни одно доброе дело
не должно оставаться безнаказанным
или почем неблагодарность —
профзаболевание начальников
У обезьян вожак контролирует распределение пищи между членами стаи. Если,
например, в вольер с павианами поставить ящик, полный фруктов, первым к нему
подскочит вожак. Затем, с его молчаливого согласия, приблизятся симпатичные
ему самки и те самцы, ниже рангом, к которым он относится наиболее терпимо.
Подпускать к пище «по очереди» или даже изредка давать ее находящимся ниже по
рангу особям — неотъемлемая привилегия вожака. Те особи, ниже рангом, которые
осмелились бы сами контролировать распределение пищи и даже, так сказать,
предлагать бананы вожаку, подверглись бы незамедлительной атаке как
нарушители иерархии.
Конечно, иерархия вовсе не означает, что обезьяны едят «как
пронумерованные» — первые «от пуза» наедаются, а последним даже перекусить нечем. Полного
и четкого порядка и в помине нет, но есть тенденция. Одни животные подойдут
раньше, другие — позже и, если какой-нибудь самец, кроме вожака, вдруг зате-
сется в эту очередность, начнет самоуправствовать, кого-то отгонять, других,
напротив, подпускать, то он, конечно, получит взбучку.
Выпрашивание у обезьян и в отношениях «вожак — подчиненная особь», и при
контактах «детеныши — взрослые» неизменно связано с позой подчинения.
Выпрашивает всегда низший, а дает высший. Так уж заведено в животном мире. Часто,
если уж выпрашивает самка у самца, она к тому же демонстрирует свою
готовность к соитию. Вожаку выпрашивать незачем. Он просто берет по праву
сильнейшего .
Учитывая поразительное сходство поведения, связанного с иерархическими
взаимоотношениями, у человека и у прочих приматов, вполне можно допустить,
что и механизм оценок иерархического ранга в связи с отношениями «дающий —
принимающий в дар» гнездится где-то в глубинах подсознания. «Обезьяний
архетип» (никуда не денешься от собственного бессознательного ощущения!)
постоянно заставляет нас смотреть, в глубине души, снизу вверх на любого, кто
оказывает нам крупную бескорыстную услугу. Такого человека мы невольно
воспринимаем как индивида более высокого социального ранга — подчас весьма неприятное
чувство, граничащее с унижением.
То ли дело те, кому аналогичные услуги оказываем мы сами! Где-то в
подсознании такие люди представляются нам существами, несколько более обделенными,
стоящими ниже нас.
У многих диких племен Океании, Южной Америки и Африки распределение пищи и
других жизненных благ — исключительная прерогатива племенного вождя или
старейшин племени, и никто не смеет на это их право покушаться. Убил охотник
дичь, принес вождю со всяческими выражениями покорности — это не дар! Вождь
созывает соплеменников и распределяет добычу, волен и самого охотника
одаривать . Все охотники племени обязаны приносить всю добычу ему, и ничего общего
с даром их приношения не имеют.
Приблизительно такова же была судьба военных трофеев во многих армиях в бы-

лые века. Солдаты все сносили в кучу, а командир одаривал потом кого хотел.
Нечто поразительно сходное с распределением пищи в обезьяньей стае очень
часто можно наблюдать в тюремных камерах и лагерных бараках, где содержатся
уголовники. Вот как описывает такое распределение А.И. Сложеницын:
Политических грабят малолетки-шестерки и сносят все награбленное на нары пахану.
Попытка что-то утаить может стоить жизни. Политзек вправе как бы в обмен на
отнятое исходатайствовать место получше. И я возмущенно говорю пахану, что,
отняв продукты, он мох1 бы нам хоть дать место на нарах... и что ж? Пахан
согласен . Ведь этим я и отдаю сало, и признаю его высшую власть, и обнаруживаю
сходство воззрений с ним — он бы тоже согнал слабейших. Он велит двум серым
нейтралам уйти с нижних нар у окна, дать место нам. Они покорно уходят...
Вожак и здесь тот, кто распределяет несправедливо приобретенные
материальные блага. Тюрьма — общество и государство в миниатюре. Дань, которую платят
пахану все прочие зеки, не имеет ничего общего с добровольным даром. Право
«дарить», как и многие другие права, узурпировано вожаком.
Еще пример на ту же тему. По сообщениям «Немецкой волны», один кореец,
проживающий в Китае, в 1992 году посетил своих родственников в КНДР и в их семье
подарил сладости маленькой девочке. Она его не поблагодарила, а, восхищенная,
встала на колени перед портретами Ким Ир Сена и его тучного сына (тогда еще —
наследника престола) — и произнесла такую речь:
— Дорогие обожаемые вожди, спасибо вам за подаренные мне вкусные сладости!
В «Песне о нибелунгах» бросается в глаза следующий эпизод. Три брата —
бургундских короля с дружиной пришли из Вормса на Дунай в гости к сестре Крум-
гильде и ее супругу гуннскому королю Этцелю (Атилле? По-видимому, дело
происходило в V веке). Вместе с королями прибыл их вассал Хаген, который когда-то
убил первого мужа Крумгильды Зигфрида. Возмущенная его появлением королева,
встречает гостей весьма нелюбезно. Хаген осмеливается упрекнуть ее за это.
Цитируем дальнейший диалог:
Ответила Крумгильда:
— Учтив с гостями тот,
Кому доставить радость
Способен их приход.
А с чем таким из Вормса
Явились вы ко мне,
Чтоб рада вас принять была
Я у себя в стране?
С усмешкой молвил Хаген:
— Когда бы знал заране,
Что за гостеприимство
Вы требуете дани,
Поверьте, согласился б
Я по миру пойти,
Чтоб только вам, владычица,
Подарок привезти.
Вассал таким ответом грубо оскорбил королеву. Ведь тогда (поэма написана в
XIII веке), в полном соответствии с иерархической структурой в группах
приматов, было жестко заведено: подарки могут дарить только властители вассалам,
но отнюдь не наоборот!
Во многих скандинавских сагах (X-XII век) командир дружины звался «кольце-
дарителем». Он дарил дружинникам за боевые заслуги большие золотые кольца,
которые надевались на рукава. Только он во всей дружине вправе был раздавать
такие награды. Да и в современной армии присвоение званий и боевых отличий —

привилегия командиров.
Вот в чем вероятная причина профзаболевания властителей и начальников всех
времен и народов, от древнеегипетских фараонов до современных президентов,
директоров и генералов — их черной, прямо-таки свинской неблагодарности.
Человек, оказывающий большую услугу, инстинктивно воспринимается как опасный
конкурент, личность, пытающаяся поставить себя выше или, по крайней мере, на
один уровень с доминантом. Такого нарушения субординации не терпит никто из
приматов, а из наших примеров внимательный читатель видит, что и мы в этом
отношении - не исключение.
Возможно, читатели помнят ветхозаветные примеры.
Как недостойно вел себя царь Саул по отношению к Давиду. Не лучше поступил
в дальнейшем и сам Давид со своими военачальниками Урией и Ахавом.
Вся история изобилует примерами подобного свинства. Александр Македонский
убил своего лучшего друга Клита, а ведь тот спас ему жизнь. Чингисхан
безжалостно расправился со своим названным братом, ближайшим другом, спасителем, а
потом вдруг «врагом» Джамухой-сэчэном. А как «отблагодарил» Людовик VII
Орлеанскую деву за спасение Франции? Он даже не попытался выкупить ее из плена и
спасти от костра.
Сходно печален конец карьеры многих великих полководцев — «спасителей
Отечества»: Фемистокла, Алкивиада, Ганнибала, Велизария, А. Суворова, М.
Кутузова, Дж. Гаррибальди, Г.К. Жукова, Д. Мак-Артура и так далее, вплоть до
недавнего героя «Бури в пустыне» генерала Шварцкопфа. Даже капитан Евдокимов,
приведший свои танки на защиту Белого дома, вскоре после того с позором был
изгнан из армии уже новыми властями.
Это все явно говорит о существовании некой общей закономерности. В
отношении к таким военачальникам и монархи, и тираны, и демократические
правительства извечно руководствовались принципом: Мавр сделал свое дело — мавр может
уходить.
Не слишком-то благосклонна была и Екатерина II по отношению к так много
сделавшей для ее воцарения княгине Е.Р. Дашковой.
Люди любого звания не любят ощущать себя должниками. Любые правители, придя
к власти, спешат отдалить от себя или даже ликвидировать всех, кто делил с
ними риск и невзгоды предшествующей борьбы.
Мотивы бескорыстной дружеской услуги начальнику почти всегда непонятны,
загадочны , чужды, подозрительны. Иное дело — лесть. Про нее этого не скажешь.
Лесть — словесный аналог позы подчинения — вызывает приятное ощущение
превосходства . Так уж устроен этот «безумный мир»!
Нам могут возразить: а как же в таком случае истолковывать коррупцию,
мздоимство, взятки, охотно принимаемые многими власть имущими?
Взятка — не добровольный дар, точнее, не бескорыстный. Она тоже аналог позы
подчинения. Именно поэтому многие начальники во все времена относились к
взяткам гораздо снисходительнее, чем к совершаемым во имя них геройствам.
Конечно, эффект взятки немало зависит от поведения взяткодателя. Наши
рекомендации последним: если уж «суешь в лапу», то делай это с самым скромным видом
и почтительными поклонами. Не помешают в таких ситуациях «ключевые» слова
типа:
— Только на вас вся надежда! Вы наш истинный помощник! Пропал бы я без вас!
Не обижайтесь, Бога ради. Я ведь от чистого сердца! Это — просто
символический подарочек на память Вашим супруге и дочери... — Увидите, клюнет.
Пришел к власти новый правитель. Сперва он обходителен и мил с
подчиненными, а главное — опирается на плечи верных соратников по борьбе и держится с
ними как с равными, внимательно прислушивается к их советам. Однако, проходит
год-другой, и на смену преданным друзьям-сподвижникам приходят обычно новые
любимцы: льстецы и проныры.

Результат этой смены нередко не заставляет себя ждать. Приближенные
организуют заговор, устраивают дворцовый переворот. И вот уже новый правитель, как
ни в чем не бывало, повторяет ошибки предыдущего. Иной раз, таким образом
начинается настоящая чехарда свергающих друг друга все более ничтожных царьков.
Арабы, подметившие эту чехарду в Багдадском халифате в первые века его
существования, придумали поговорку: Династия состоит из основателя, продолжателя,
подражателя и разрушителя. Общество, в котором к высшей власти прорываются
путем лести, интриг и заговоров, обречено на деградацию и загнивание.
Вероятно, читатель заметил, что и сейчас в нашей стране происходит нечто
подобное. Однако, откровенно говоря, все это похоже на проблему для
историков , политиков, но не этологов. Почему же она заинтересовала и нас? Похоже,
что психологический механизм неблагодарности правителей прямо относится к
иерархическому доминированию и связанным с ним поведенческим стереотипам,
которое мы, естественно, унаследовали от ближайших эволюционных сородичей.
Восприятие дающего как вышестоящего, вероятно, было причиной той крайней
резкости, с которой Сталин отверг американский план Маршалла — предложенную
нам помощь США после Второй мировой войны. Сейчас та же побудительная причина
заставляет очень многих наших соотечественников с раздражением, а не
благодарностью реагировать на пресловутую «ГУМАНИТАРНУЮ ПОМОЩЬ» Европейского
Сообщества или на Фонд Сороса. Поведенческие и нравственные мотивы этого вполне
можно понять.
С другой стороны, наши люди, приезжающие на Запад, часто делают от всей
души подарки своим тамошним друзьям. А те вдруг почему-то нервничают и, вроде
бы, не рады, сразу же ищут, чем бы отдариться. Тут уж обижаются наши...
особенно легко запутаться в нюансах подобного рода даров в Японии с ее
установившимися традициями иерархических отношений.
Итак, кратко говоря, хотите на время повысить свою популярность среди
незнакомых и знакомых?
Не жалейте средств на благотворительность, на рекламу своих благодеяний и
больше рассказывайте о своих успехах на этом поприще.
Хотите, чтобы вас любили? Принимайте помощь и не уставайте прилюдно
благодарить за нее благодетелей. Дали на копейку, — благодарите на рубль. Как
говорил шут в шекспировском «Короле Лире»:
«Где можешь проехать, плетися пешком,
Чем деньги одалживать, будь должником...
4.12. Дочеловеческие предпосылки
некоторых правил дипломатического этикета,
а также детолюбия вождей и их особого
пристрастия к шкурам крупных
хищников из семейства кошачьих
Некоторые аналогии между поведением людей и стадных обезьян африканской
саванны прямо-таки удивляют.
Вот, например, стадо павианов направляется к границе своих владений
навстречу соседям. Впереди идут боеспособные самцы, образуя развернутый
полумесяцем строй, встречаются с таким же строем соседей и принимают позу угрозы.
Сквозь оба ощерившихся строя медленно, вразвалочку, бредут навстречу друг
другу иерархи. Сошлись. И, если встреча произошла на границе владений, ничья
территория не нарушена, а стадо знакомо, далее следует трогательная сцена.
Иерархи сходятся с распростертыми руками и обнимаются....
Что это напоминает?
Чужестранный президент и сопровождающие его лица сошли с борта самолета. У

трапа их встречают местный премьер-министр и члены его кабинета. Они
обнимаются... Звучат гимны и государственные деятели обходят строй почетного караула.
В. Р. Дольник задается вопросом: а почему же гостей проводят, правда, не на
границе владений, а в столичном аэропорту, вдоль строя вооруженных воинов, а
не, например, балерин?
Правда, современный вождь отправляется в гости без военного эскорта. Но то
ли было в стародавние века! Тогда властители наносили визиты своим коллегам
всегда в сопровождении большой вооруженной свиты. Древний царь или
средневековый феодал ехал верхом на встречу с соседом всегда вместе со своей
дружиной . Об этом можно прочитать хотя бы в тех же «Нибелунгах».
А что происходит у павианов после объятий иерархов, если встреча
дружественная? В таком случае начинают брататься и сопровождающие их молодые самцы.
Если бы встреча оказалась недружественной, одна из сторон нарушила территорию
соседа, далее начались бы боевые действия, правда, по павианьи: были бы
покусанные и побитые, но убитых бы не оказалось, разве что, кто-нибудь потом
скончался от укусов.
Конечно, назвать такой территориальный конфликт доподлинной «войной», ввиду
отсутствия серьезных потерь и оружия, нельзя, но все-таки В.Р. Дольник
считает подобного рода стычки, наверняка происходившие и между стадами
доисторических людей, еще не умевших делать оружие, как бы «прадедушкой» наших вечных
войн из-за территории. Специально о территориальном поведении и военном
инстинкте человека мы расскажем в главах 6 и 7. Пока же о еще двух, подмеченных
Дольником аналогиях.
Кто из наших людей старшего поколения не помнит бесчисленные скульптурные
изображения, портреты и фотографии нашего Отца и Учителя с узбекской девочкой
Мамлакат на руках?
Партийные съезды у нас обычно приветствовали пионеры. Они же дарили цветы
дорогим гостям столицы в столичном международном аэропорту.
В окружении детей или с ребенком на руках любили позировать и другие вожди
недавнего прошлого: Гитлер, Муссолини, Франко, Чаушеску, Мао, Ким Ир Сен и
так далее. Традицию ныне продолжают Чен Ир, Кастро, Саддам Хуссейн.
Одна из последних фотографий Гитлера: фюрер прикалывает железный крест к
лацкану тринадцатилетнего героя.
Многие средневековые властители постоянно пребывали в окружении малолетних
пажей, рынд, арапчат. Монархи последующих веков, вплоть до начала нашего
столетия, также имели при дворе пажеский корпус, а сверх того искали
отдохновения в обществе юных кадетов и посещали воспитательные заведения для
благородных девиц. Все это считалось для августейших особ правилом хорошего тона.
Многие царско-сельские лицеисты вспоминают, сколь часто императоры
Александр Первый, а затем и Николай Первый, одно имя которого приводило всех в
трепет, ласково беседовали с молодыми людьми — те ощущали себя в высочайшем
обществе совсем свободно.
Известно, что мальчики и юноши совсем нежного возраста постоянно под тем
или иным предлогом входили и в свиту многих древних владык. Изрядно
доставалось от историков за такое мальчишеское окружение некоторым древнеримским
императорам .
В чем же дело? Чем, (кроме, разве что, педерастии, которой, по-видимому,
предавались далеко не все даже из императоров Рима), можно объяснить эту тягу
правителей к детям, так сказать, младшего и среднего школьного возраста?
Цитируем В. Р. Дольника: Единственная радость у вожаков-павианов — это дети
среднего возраста. Пока павиан поднимается вверх по иерархической лестнице,
они его не интересуют. Но теперь в нем пробудилась врожденная программа учить
их жизни. Окруженный восторженно взирающими на него детенышами (такой
страшный для всех и такой добрый для них!) он показывает, как рыться в земле, раз-

двигать гнилые пни, переворачивать камни, раскалывать орехи, докапываться до
воды и делать многое другое, чему его учили в детстве, и что постиг сам за
долгую жизнь. У каждого павианыша на доминантного самца с седой гривой есть
три врожденные программы: «так выглядит тот, кому следует подчиняться», «так
выглядит твой отец» и «учись у того, кто так выглядит». Иными словами, это —
«Вождь, Отец и Учитель».
И в нас сидит та же программа поучать на старости лет. Беда только в том,
что павианы живут в повторяющемся мире вечных истин, а мы в быстро меняющемся
мире, где взгляды и знания стариков могут оказаться устаревшими.
Все по той же врожденной программе окруженность детьми — один из признаков
иерарха. Поэтому тираны во всем мире всегда хотели, чтобы в ритуал их
появления входила стайка детей, неожиданно и радостно выбегающих откуда-то и
окружающих тирана... Казалось бы, такой дешевый этологический трюк, а как сильно
действует на массовое подсознание! В ответ на врожденный сигнальный стимул
облепленного детьми самца врожденная программа кричит: «Вот он наш Вождь,
Отец и Учитель!»
Третья аналогия.
Спрашивается: почему в царских хоромах разных времен и континентов в
качестве символа власти столь часто фигурируют изображения крупных хищников из
семейства кошачьих: в Европе (где эти хищники давно вымерли) и на Ближнем
Востоке — лев или леопард, далее к Востоку — тигр, а в доколумбовой Америке —
пума или ягуар? И по какой причине на себе владыки очень охотно носят шкуры
тех же хищников, ими же устилают трон?
На многих древних барельефах и фресках цари изображены охотящимися на тех
же зверей, держащими их на руках как какую-нибудь домашнюю кису или
восседающими над парой львов либо леопардов, смирно лежащих у подножия трона.
И Геракл, как известно, щеголял в львиной шкуре. Ричард Львиное сердце,
британский король, прозван так за то, что собственноручно убил льва, которого
на него напустили во время пребывания в плену.
В тигровой шкуре ходил витязь, воспетый Шота Руставелли.
«Лев» — имя, распространенное у очень многих народов. Им часто называли
монархов в древней Греции, Византии и так далее Фермопильское ущелье, например,
защищал спартанский царь Леонид.
Даже многие современные африканские правители носят пояса или шапочки из
леопардового меха. А у воинственных африканских вождей более отдаленного
прошлого в наряде почти всегда присутсвовал леопардовый мех.
5. И пошел Самсон с отцом в своим и матерью своею в Фимнафу, и, когда
подходили к виноградникам Фимнавским, вот молодой лев идет, рыкая, навстречу
ему.
6. И сошел на него Дух Господень, и он растерзал льва как козленка; и в
руках его ничего не было. И не сказал он отцу своему и матери своей, что он
сделал...
(Ветхий Завет, Кн. Судей, гл. XIII-XIV)
В чем эволюционно-этологический смысл этих сопоставлений?
У тех же собакоголовых обезьян африканской саванны естественные враги, как
уже говорилось, преимущественно, леопард или, реже, лев. Древних людей
пожирали те же или также вымершие хищники из семейства кошачьих. С волками и
медведями (которые в качестве герба, символа власти фигурируют куда реже
кошачьих даже в европейской геральдике) человек встретился гораздо позже,
расселившись в северные страны. Все обезьяны, (кроме человекообразных, которые по
сравнению с нашими предками — силачи), панически боятся хищников кошачьей
породы. Но вот у павианьих вожаков на старости лет этот врожденный страх, как

уже тоже говорилось, вдруг ослабевает, и они начинают вести себя с хищниками
необычайно храбро. Возможно, какую-то роль тут играет переадресованная
агрессия: слишком уж досаждают субдоминаты, рвущиеся к власти и пытающиеся
свергнуть осточертевшего им вожака.
Храбрость рано или поздно доводит многих вожаков до трагической развязки.
Они вступают в героическую схватку с леопардом и героически гибнут на глазах
у не смеющих принять участие в этом сражении субдоминантов. В. Р. Дольник
вспоминает по этому поводу, что у многих африканских и южноамериканских
индейских племен вождям перед вступлением в должность или, когда племя начинает
сомневаться в их дееспособности, полагается по обычаю сразить собственноручно
крупного хищника из семейства кошачьих. Не пришел ли и этот обычай из дочело-
веческого прошлого, когда предки человека бродили по африканской саванне?
Героическая смерть в единоборстве с заклятым врагом своего рода-племени
вместо медленного увядания. Красиво! Благородно! Но есть в этом героизме
малоприятная сторона. Старый правитель думает: Перед смертью надо успеть так
«хлопнуть дверью», чтобы с восхищением вспоминали отдаленные потомки, и
затевает войну. А погибают на этой войне молодые. Комплекс «предсмертного
подвига» свойственен довольно многим старым людям высокого социального ранга.
...Сильный шотландский воин мальчика крепко связал
И бросил в открытое море с высоких прибрежных скал.
Волны над ним сомкнулись, замер последний крик
И эхом ему ответил с обрыва отец-старик:
— Правду сказал я, шотландцы; от сына я ждал беды.
Не верю я в стойкость юных, не бреющих бороды.
А мне ваш костер не страшен и пусть со мною умрет
Наша святая тайна, наш вересковый мед...
(Старая шотландская баллада, пер. С. Маршака).
(ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ)

Разное
ФОТОГАЛЕРЕЯ

ПЕРЕПИСКА
portalsaver@****.**
Здравствуйте, уважаемая редакция!
Недавно нашёл упоминание о статье с таким названием: "Возникновение ЭДС на
вращающемся дисковом электроде" (автор - А.В. Городынский, "Украинский
химический журнал", №9 за 1978 год). Упоминание нашёл в статье "Электрохимический
генератор" или "Дышащий элемент" В.А. Кистяковского (журнал ЮТ №01 за 1984
год, стр. 74). К сожалению, поиск в сети, и доступных мне источниках, не дал
никаких результатов - только перепечатки статьи из журнала ЮТ. Было бы
здорово, если бы в очередном номере Домашней Лаборатории вышла статейка об этом
"загадочном" эффекте, или просто перепечатка статьи Городынского из
Украинского химического журнала.
С уважением, постоянный читатель Домашней Лаборатории,
Батонов Егор.

День добрый. К сожалению мы отдалены от больших российских и украинских
библиотек. Найти же по другим каналам этот номер журнала за неделю не
удалось . Остается попросить помощь в поиске статьи у читателей нашего журнала.
Или же попросить на каком-нибудь форуме отсканировать ее. Но это вы можете
сделать и сами. Могу порекомендовать следующие форумы:
http://forum.ru-board.com/topic.cgi?forum=93&topic=3775&start=100#lt
http://publ.lib.ru/cgi/forum/YaBB.pl?num=1153546131/210#210
Удачи.
Редактор.
Жасылдын Курманбекович <jasldjin@******.**>
«Перед самой войной один из номеров журнала "СССР на стройке" (затем
называвшегося "Советский Союз") был практически целиком посвящен прославлению
семьи Лысенко - страницы журнала были заполнены фотографиями её членов.
Рассказано было и о младшем брате Трофима, также ученом, металлурге по
специальности. Жил он в Харькове, был заносчив и хвастлив, и многие знали, что с теми,
кто был ему не симпатичен, он расправлялся самым простым способом - писал на
них "куда надо" доносы, после чего люди исчезали.
Этот братец и подложил Трофиму свинью. Когда фашистские войска подошли к
Харькову, он не стал эвакуироваться, скрылся и вынырнул только после того,
как фашисты захватили город, открыто перейдя на службу к ним. Брата великого
Лысенко - любимца Сталина и президента ВАСХНИЛ - оккупанты приняли с
почестями. Он был назначен бургомистром Харькова. Город несколько раз переходил из
рук в руки, и каждый раз фашисты увозили с собой младшего Лысенко, а затем,
возвращаясь, водворяли бургомистра на прежнее место. После войны он так и
исчез из России, оказался в США.
По теперешним законам брат за брата не ответчик. Сегодня - и по-
человечески, и формально - Лысенко мох1 бы не беспокоиться о возможности
наказания за действия своего родственника. Но в сталинские времена был даже
юридический термин "член семьи врага народа". Таких людей сажали и ссылали
наравне с осужденными. Поэтому можно представить то щекотливое положение, в
какое поставил Президента ВАСХНИЛ его брат.»
Валерий Сойфер.
Бурьян.
Во время войны в Харькове было 3 бургомистра:
1.Алексей Иванович Крамаренко. Расстрелян немцами.
http://ru.wikipedia.org/wiki/Крамаренко,_Алексей_Иванович
2. Семененко, Александр Платонович. Бежал из Харькова в 1943. Эмигрировал в
США.
http://ru.wikipedia.org/wiki/Семененко,_Александр_Платонович
3. Павел Павлович Козакевич. Эмигрировал во Францию.
http://ru.wikipedia.org/wiki/Пaвeл_Koзaкeвич
Вывод: в указанном отрывке рассказан миф.

День добрый.
Возможно, вы правы, но совершенно неясно, привели вы весь список
бургомистров или ограничились только 3-мя фамилиями. Был ли Павел Лысенко бургомистром
или только работал в городской управе? Не так то легко сейчас это узнать -
после войны история с братом Лысенко тщательно замалчивалась. Кто бы рискнул
напомнить Трофиму Лысенко об этом?
Но так же возможно, что Сойфер ошибся, и что Павел Лысенко никогда не был
бургомистром Харькова и даже не работал в городской управе.
Мы не поленились и посмотрели в книге. Там написано:
"Он был назначен бургомистром Харькова (27). Город несколько раз переходил
из рук в руки, и каждый раз фашисты увозили с собой младшего Лысенко, а
затем, возвращаясь, водворяли бургомистра на прежнее место. После войны он так
и исчез из России, оказался в США. (28) .
Вот эти ссылки:
27 Личное сообщение доктора биологических наук А. Караганова, 1992 год.
28 R.C.Cook. Lysenkofs Brother Escapes in the U.S. J. Heredity, 40, pp. 78-
79, March, 1949.
To есть сообщение о том, что Павел Лысенко был бургомистром недостоверно.
Более достоверно то, что он работал на немцев, жил потом в ФРГ и
эмигрировал в США..
Некоторые сведения об этом можно почерпнуть вот здесь:
http://zlayakorcha.com/6/doc/brother.htm
Там же есть фотокопии газетных сообщений.
И автор заметки вполне резонно пишет:
«Впрочем, все это не особо важно. Интересно здесь совсем другое. В любом
случае Трофим Лысенко в такой ситуации автоматически становится ЧСИР, «членом
семьи изменника Родины». Это могло сломать чью угодно карьеру, но только не
народного академика. Он неуязвим: в сентябре 1949 года сбежавший в Америку
Павел Денисович дает интервью журналистам, а 27 октября 1949 г. академика
Лысенко награждают орденом Ленина. Да и поверить, что чекисты раньше были не в
курсе пребывания родного брата Лысенко в Германии, невозможно. Более того,
есть сведения, что на него охотились. Что же тогда хранило Трофима Денисовича
от опалы или ареста? Что за сила и с какой целью не давала его в обиду?"
Как именно Павел Лысенко оказался в Германии тоже неясно. Американские
газеты вряд ли можно назвать достоверным источником информации. В жизни все
бывает сложнее. Мой отец попал в плен где-то в 1942 г. Прошел несколько
концлагерей. Однажды их построили и спросили "Электрики есть?". Он сказал что
электрик . С этого момента он стал работать в немецкой бригаде по высоковольтным
линиям. Формально он сотрудничал с немцами. Он много рассказывал о немцах и
Германии. Потом он оказался на территории занятой советскими войсками и 2
года провел в наших лагерях - о чем никогда не рассказывал - знаю от матери. А
еще через несколько лет вступил в компартию. Точно также Павел Лысенко мог
оказаться на территории занятой союзными войсками. Он не захотел вернуться?
Сбежал? Не он один.
Но в любом случае спасибо за то, что вы обратили на этот момент внимание.
Удачи.
Редактор.

Список бургомистров полный. 1.Крамаренко. 2.Семененко. 3.Козакевич.
Ни один из них не имеет отчества Денисович (как положено Лысенко) . Ни один
не является уроженцем Полтавской области. Два уроженца Елисаветграда. И один
- пермяк. Все личности - реальные, а не легендарные (что могло бы быть в
связи со сменой ФИО).
Далее, не было бургомистра которого немцы возили с собой во время
захватов/освобождений .
В-третьих, в США. оказался в дальнейшем Семененко А.П. (фамилия на -ко, но
в гражданской жизни - адвокат. Издал в США. книгу воспоминаний
"Харьков .Харьков" .) . Химиком-металлургом был последний бургомистр Харькова
Козакевич Павел (!) Павлович (Пермь, 1898 г. р., год рождения Трофима Денисовича
(сентябрь 1898), а ведь, предположительно, это - младший брат.). После войны
жил и работал во Франции, опубликовал там 4 десятка работ в различных
изданиях.
Налицо - сборная солянка из трех персон. В целом - миф.
После чего, историографичность книги (автор позиционируется как историк
науки) находится под большим сомнением. И воспринимается, скорее, как
постперестроечное разоблачение очередного культа (автором с Запада, кстати :)).
Я, думаю, ремарка в конце публикации будет уместна.
Впрочем, претензия ни в коем случае не относится к "ДомЛабу", к которому (и
энтузиастам которого) отношусь с огромным уважением.
День добрый.
Все это вы прочитали в Википедии, а Википедию пишут тоже пользователи
интернета. И это просто информация, не доказательство.
Но и сам автор книги дал ссылку просто на сообщение одного из биологов,
которое может быть неверным, но может быть и верным, если он видел Павла
Лысенко тогда в Харькове.
Ваша позиция понятна: "Найдена ошибка - значит вся книга неверна". Но ведь
книга не о младшем брате Трофима Лысенко, и даже не о нем самом, а о том
времени , когда тоталитаризм захлестнул биологию в СССР.
Автор из того самого времени и он почти на каждую фразу давал ссылку,
откуда эта информация.
Я тоже немного захватил это время и имел сомнительное удовольствие
сталкиваться с одним из последних профессоров-лысенковцев.
Валерий Николаевич Сойфер не историк, а биолог. И он не всегда жил на
Западе. «В середине 1970х годов включился в правозащитную деятельность, в 1980
году был лишён работы, в 1988 году был лишен советского гражданства и выехал
в США, где стал профессором кафедры молекулярной генетики и Центра
биотехнологии Университета штата Огайо в Колумбусе.»
( http://ru.wikipedia.org/wiki/Сойфер,_Валерий_Николаевич )
Очень многие российские ученые сейчас работают в других странах, а не в

России. Это не их вина ... они просто не нужны России, как были не нужны те,
которых расстреляли во времена лысенковшины.


Удачи.


Редактор.


Добрый день.


Википедия ссылается на книr-у А.В. Скоробоr-атова, бывшеr-о преподавателя Xry,
ныне жителя rермании. Известноr-о специалиста по истории оккупации Харькова.
Сайт Xry httр://hnu.univеrlifе.соm/скоробоr-атов"'анатолий"'васильевич/р14259/
А также на книr-у BTOpOr-О бурr-омистра Харькова Семененко "Харьков, Харьков".
Который, собственно, достаточно осветил период первоr-о бурr-омистра и свой
бурr-омистрат.
Ссылка на Википедию была выложена для удобства.


Анализ источника "сообщение одноr-о из биолоr-ов, относительно брата Т.Д. Лы'"
сенко , химика "'металлурr-а п. Д . Лысенко, бросающее тень на академика в стиле
политическоr-о доноса" даже при поверхностном взr-ляде выдает личную неприязнь
источника к субъектам сообщения.
Тем более, что более ортодоксальные источники сообщают совершенно иную ин'"
формацию.


Список литературы о Харькове:
httр://ru.wikiреdiа.оrg/wiki/Проект:Харьков/Литература


Впрочем, оставляю на Ваше усмотрение решение данноr-о вопроса.


-----------------------------------------------------------------------------
-----------------------------------------------------------------------------