Вопросы истории №09 за 1961 год

Г.А. Деборин — К итогам второй Международной конференции по истории движения Сопротивления

Академик С.Г. Струмилин — К вопросу о генезисе капитализма в России

А.М. Сахаров — Проблема образования Русского централизованного государства в советской историографии

Л. Группи, член ЦК Итальянской коммунистической партии — Стратегия и тактика Итальянской коммунистической партии на современном этапе

Б.С. Никиров — Из истории рабочего движения на Кубе

В.А. Александров, Н.Я. Мерперт — Сессия Отделения исторических наук Академии наук СССР, посвященная полевым исследованиям 1960 года

Ю.О. Бем — О работе Археографической комиссии Отделения исторических наук АН СССР

И.В. Дубровина, В.В. Сучков — О сборнике «Советская Прибалтика в братской семье народов СССР»

А.П. Новосельцев — «История Азербайджана». Т. 1

И.Г. Акманов — X.Ф. Усманов. Столыпинская аграрная реформа в Башкирии

Д.И. Вдовиченко — П.П. Моисеев. Аграрные отношения в современной Турции

В.Ф. Семенов — С.И. Архангельский. Крестьянские движения в Англии в 40—50-х годах XVII века

Статьи в советских исторических журналах

Н.М. Пашаева — Выставка «Движение Сопротивления в странах Европы в годы второй мировой войны»

Список тем диссертаций на соискание ученой степени кандидата исторических наук, защищенных в 1959 году

Сведения об авторах, статьи которых опубликованы в данном номере журнала

Теги: журнал исторический журнал журнал вопросы истории

Год: 1961

Похожие

Журнал "Вопросы Истории", 1961 №7

Журнал "Вопросы Истории", 1961 №2

Вопросы истории №09 за 1987 год

Вопросы истории №01 за 1964 год

Текст

АКАДЕМИЯ НАУК СССР
ОТДЕЛЕНИЕ ИСТОРИЧЕСКИХ НАУК
ОПРОСЫ
№9 СЕНТЯБРЬ 1961 г.
ИЗДАТЕЛЬСТВО «ПРАВДА» МОСКВА
СОДЕРЖАНИЕ
СТАТЬИ
Е, А. Болтин — Советский Союз и движение Сопротивледия в Европе
в годы второй мировой войны 3
Г. А. Деборин — К итогам второй Международной конференции по
истории движения Сопротивления 22
М. Н. Коровина, Т. Ф. Коган — Борьба за улучшение благосостояния
рабочего класса (1921—1925 гг.) 42
Академик С. Г. Струмилин — К вопросу о генезисе капитализма
в России г ; . 56
A. М. Сахаров — Проблема образования Русского централизованного
государства в советской историографии 70
JI. Группи, член ЦК Итальянской коммунистической партии — Стра¬
тегия и тактика Итальянской коммунистической партии на со¬
временном этапе 89
Б. С. Никиров — Из истории рабочего движения на Кубе 103
ИСТОРИЧЕСКАЯ НАУКА В СССР
В ОТДЕЛЕНИИ ИСТОРИЧЕСКИХ НАУК АН СССР И НАУЧНЫХ СОВЕТАХ
Чествование академика А. М. Деборина 116
B. А. Александров, Н. Я. Мерперт — Сессия Отделения исторических
наук Академии наук СССР, посвященная полевым исследова¬
ниям I960 года 118
Ю. О. Бем — О работе Археографической комиссии Отделения исто¬
рических наук АН СССР . . . « , , . 125
ОБЗОРЫ И РЕЦЕНЗИИ
Л. В. Пономарева — Работы советских исследователей по новой и
новейшей истории Испании . . 131
М. И. Хлусов — Н. П. Липатов. Черная металлургия Урала в годы
Великой Отечественной войны (1941—1945 гг.). Очерки исто¬
рии строительства 140
И. В. Дубровина, В. В. Сучков — О сборнике «Советская Прибалтика
в братской семье народов СССР» 142
А. П. Новосельцев — «История Азербайджана». Т. 1 145

Академик АН Эстонской ССР X. А. Моора (Таллин) —В. Т. Пашуто,
Образование Литовского государства 150
И. Г. Акманов — X. Ф. Усманов. Столыпинская аграрная реформа
в Башкирии 155
Д. И. Вдовиченко—П. П. Моисеев. Аграрные отношения в современ¬
ной Турции 157
B. Ф. Семенов — С. И. Архангельский. Кр ес1ьянскпе движения в Ан¬
глии в 40- 50-х годах XVII века 160
Новые книги 163
Статьи в советских исторических журналах 166
ХРОНИКА НАУЧНОЙ жизни
A. К. Бирон (Рига) — Работа историков Академии наук Латвий¬
ской ССР в I960 году 170
М. И. Пшедеикий (Ленинград) — «Декада историка» 173
H. М. Пашаева — Выставка «Движение Сопротивления в странах
Европы в годы второй мировой войны» 174
Хроникальные заметки 175
Список тем диссертаций на соискание ученой степени кандидата исто¬
рических наук, защищенных в 1959 году 177
ИСТОРИЧЕСКАЯ НАУКА ЗА РУБЕЖОМ
ОБЗОРЫ И РЕЦЕНЗИИ
И. В. Козьменко — «В боях с фашизмом, 1941—1944 гг.». Документы,
статьи и воспоминания о борьбе трудящихся в Софии .... 184
ПО СТРАНИЦАМ ЗАРУБЕЖНЫХ ЖУРНАЛОВ
Содержание журналов, выходящих в странах народной демократии . 186
Заметки о статьях 187
Рецензии на книги советских авторов . 202
ХРОНИКА научной жизни
C. А. Фейгина—Международная библиография исторических наук . 203
Хроникальные заметки. . * 205
ПИСЬМА И ЗАМЕТКИ .
Э. Маркова (Польша)—Один из многих 207
B. Н. Нефедов (Мурманск) — Разночтения должны быть устранены 209
Сведения об авторах, статьи которых опубликованы в данном
номере журнала 214
Резюме статей на английском языке : : : 215

СТАТЬИ
СОВЕТСКИЙ СОЮЗ И ДВИЖЕНИЕ СОПРОТИВЛЕНИЯ
В ЕВРОПЕ В ГОДЫ ВТОРОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ *
Е. А. Болтин
Вторая мировая война 1939—1945 гг. отличалась широким разма¬
хом народно-освободительного движения. Еще никогда в прошлом мас¬
сы не участвовали столь активно в вооруженной борьбе, как в годы
минувшей войны. Причина этого явления кроется в характере современ¬
ней эпохи — эпохи, когда народные массы все более непосредственно
влияют на ход исторического процесса.
Народно-освободительное, антифашистское движение Сопротивле¬
ния возникло, по существу, одновременно с началом войны. Оно яви¬
лось ответом народных масс на фашистскую агрессию в странах, ок¬
купированных гитлеровской Германией. На востоке Европы развер¬
нул национально-освободительную борьбу польский народ. В странах
Западной и Северной Европы, правительства которых капитулировали
перед фашистской Германией, в борьбу с гитлеровцами включились
патриоты Франции, Бельгии, Голландии, Норвегии. Вступление в эту
борьбу народов Албании, Греции, а затем и Югославии знаменовало
собой значительное расширение освободительного движения в Европе.
Конечной целью движения было изгнание оккупантов и. восстановление
национальной независимости оккупированных Германией европейских
государств.
Вторая мировая война, возникшая как столкновение двух империа¬
листических коалиций, со стороны противников Германии начала менять
свой характер именно тогда, когда в вооруженную борьбу стали вклю¬
чаться широкие народные массы. С этого времени война постепенно
принимает справедливый — освободительный и антифашистский — ха¬
рактер, окончательно определившийся и утвердившийся с вступле¬
нием в войну, вследствие нападения гитлеровцев, Советского Союза.
В свою очередь, освободительный характер, который приобрела
война против фашизма, в огромной степени стимулировал развитие
движения Сопротивления.
Крупное значение движения Сопротивления признают даже те, кто
отрицал его правомерность. Так, бывший гитлеровский генерал J1. Рен-
дулич пишет о партизанской борьбе: «История войн не знает ни одно¬
го примера, когда партизанское движение играло бы такую же боль¬
шую роль, какую оно сыграло в последней мировой войне. По своим раз^
мерам оно представляет собой нечто совершенно новое в военном искус¬
стве. По тому колоссальному воздействию, которое оно оказало на фрон¬
товые войска и на проблемы снабжения, работу тыла и управление в
оккупированных районах, оно стало частью понятия тотальной войны.
Партизанское движение, с годами постепенно усилившееся в России,
* В настоящей статье кратко излагается содержание доклада, прочитанного авто¬
ром 27 марта 1961 г. на II Международной конференции по истории движения Сопро¬
тивления, состоявшейся в Милане (Италия). В разработке доклада принимали участие
сотрудники отдела истории Великой Отечественной войны Института марксизма-лени¬
низм а при ЦК КПСС.

4
E. A. Болтин
ß Польше, на Балканах, а также во Франции и Италии, повлияло на
характер всей второй мировой войны» ц Но вынужденное признание
роли движения Сопротивления не ослабляет остроты разногласий меж¬
ду реакционными и прогрессивными историками. Водораздел между
теми и другими пролегает в вопросе о характере движения Сопротив¬
ления.
Советские историки, как и прогрессивные историки других стран,
признают движение Сопротивления правомерным, закономерным и об¬
щедемократическим. Иного мнения у них и не может быть, так как они
считают народ главной движущей силой исторического процесса. Дви¬
жение Сопротивления — это одно из проявлений решающей роли на¬
родных масс в истории.
Иначе рассуждают представители реакционных течений в истори¬
ческой науке. Некоторые из них повторяют утверждения гитлеровцев,
что партизанское движение будто бы противоречило международному
праву и обычаям войны. Англичане Ч. Диксон и О. Гейльбрунн пишут:
«Правовое положение партизан не является совершенно ясным и бес¬
спорным»2; Л. Рендулич идет еще дальше, говоря, что «борьба пар¬
тизан противоречила нормам международного права»3. Другие реак¬
ционные историки отрицают закономерный характер движения Сопро¬
тивления, выдвигая тезис, что оно якобы возникло в силу случайных
причин. К таким причинам они относят в первую очередь «недостат¬
ки» гитлеровского оккупационного режима. Если бы, утверждают эти
авторы, немецкая оккупационная политика была бы более гибкой, дви¬
жение Сопротивления не возникло бы. Среди сторонников подобного
взгляда — западногерманские историки В. Гёрлити и И. Бирнбаум
и англичанин Я. Ситон-Уотсон4. На Западе находятся и такие люди, ко¬
торые утверждают, что злодеяния немецких фашистов будто бы были
вызваны движением Сопротивления. В этой связи нельзя не заметить,
что зверства гитлеровцев были предусмотрены ими заранее и состав¬
ляли неотъемлемую часть политики нацизма, о чем свидетельствуют со¬
чинения Гитлера и его подручных, а также такие чудовищные докумен¬
ты, как «План Ост», и многие другие. Вся ответственность за преступ¬
ления фашистской армии всецело ложится на германский империа¬
лизм, верными слугами которого были гитлеровцы.
Наконец, ряд фальсификаторов истории пытается доказать, что
движение Сопротивления якобы не носило общенародного, демокра¬
тического характера, что оно было организовано коммунистами в их
узкопартийных целях. Следует отметить, что данный тезис наряду с
западногерманскими авторами отстаивают и некоторые американские
историки. Можно сослаться хотя бы на книгу Д. Тредголда5. По тому
же пути идет и западногерманский историк В. Гёрлитц, когда он пишет,
что движение Сопротивления якобы было направлено не только про¬
тив оккупантов, но и «против государств, которые выступили для того,
чтобы восстановить в мире свободу и справедливость»6 (очевидно, здесь
имеются в виду Англия и США.— Е. Б.).
Все эти писания реакционных буржуазных историков не имеют под
собой никакой правовой основы. Правомерность и закономерность дви¬
жения Сопротивления определяются рядом важнейших обстоятельств.
Во-первых, международное право не запрещает и не может запретить
1 «Итоги второй мировой войны». Сборник статей. М. 1957, стр. 135.
2Ч. О. Диксон и О. Гейльбрунн. Коммунистические партизанские дейст¬
вия. М. 1957, стр. 117.
3 «Итоги второй мировой войны», стр. 137.
4 См. I. Birnbaum. Kleine Geschichte der Sowjetunion. Frankfurt a/M. 1960:
H. S e t о n-W a t s о n. Resistance in Easte Europe (in «Special Operations», ed.,
L. P. Howarth. London. 1955).
5 D. Treadgold. Twentieth Century Russia. Chicago. 1959, pp. 403, 426.
• W. Görlitz. Der Zweite Weltkrieg, 1939-1945. Bd. II. Stuttgart. 1952. S. 171.

Советский Союз и движение Сопротивления в Европе
любому народу защиту своей родины от вражеского нашествия. Ме¬
ждународное право по самой своей сути призвано оградить националь¬
ные интересы народов любой страны от всяких покушений извне. Имен¬
но поэтому движение Сопротивления не только не противоречило, а,
напротив, отвечало принципам международного права. Во-вторых, за¬
щита национальной независимости и самого существования народа не
может быть делом лишь какого-то ограниченного круга лиц. В защите на¬
ционального суверенитета заинтересозаны широкие народные массы.
И они имеют все основания отстаивать свою свободу в борьбе с вторг¬
шимся захватчиком. В эгой связи следует заметить, что само понятие
«движение Сопротивления» включает в себя широкий круг форм и
средств борьбы — от саботажа до военных действий вооруженных пар¬
тизанских отрядов и соединений.
Движение Сопротивления возникло в результате действия объек¬
тивных законов исторического развития. Война со стороны противников
Германии не могла не стать народной войной против фашизма, войной
во имя свободы и демократии. Если и ранее стремления завоевателей
к мировому господству были авантюристичны и несбыточны, то тем бо¬
лее они беспочвенны в дни великих народных движений. Не только звер¬
ства гитлеровцев породили движение Сопротивления, хотя эти
зверства вопреки расчетам оккупантов ускоряли приобщение к борьбе
все более широких народных масс. Движение Сопротивления возникло
как широкое народное движение во имя освобождения порабощенных
гитлеровцами стран и восстановления их национальной независимости.
Оно было столь же закономерно, сколь закономерно патриотическое
стремление народа каждой страны к независимому национальному
существованию, к свободе и демократии. После второй мировой войны
аналогичные национально-освободительные движения народов коло¬
ниальных стран привели к завоеванию национальной независимости
многими бывшими колониями в Азии и Африке, а также некоторыми
странами Латинской Америки, сбросившими ярмо иностранных пора¬
ботителей и их ставленников.
Коммунисты вправе гордиться той ролью, которую сыграли комму¬
нистические партии в движении Сопротивления. Но это движение от¬
нюдь не было только коммунистическим. Оно являлось широким обще¬
демократическим движением, в котором участвовали люди различной
партийной принадлежности, разных вероисповеданий, убеждений и
классов. Наряду с трудящимися в нем принимали участие представи¬
тели мелкой и средней буржуазии. Главную же силу движения Сопро¬
тивления, несомненно, составляли рабочие и крестьяне, особенно рабо¬
чий класс. Если коммунисты заняли видное место среди руководи¬
телей движения Сопротивления и стали играть в нем ведущую роль,
то это объяснялось тем, что именно коммунисты являются самыми пла¬
менными патриотами, поборниками национальных прав народов, наи¬
более последовательными борцами за великое дело свободы и демокра¬
тии. Руководящая роль рабочего класса и его авангарда — коммунисти¬
ческих партий — придавала движению Сопротивления революционный
характер. Целью передовых сил Сопротивления являлось не только
изгнание захватчиков и наказание предателей, но и преобразования в
политическом и социальном устройстве своих стран. Движение Сопро¬
тивления в период второй мировой войны не было лишь националь¬
но-освободительной борьбой — оно представляло собой социальную,
классовую борьбу. Участники освободительного движения боролись за
установление подлинно демократического строя, так как видели в этом
лучшую гарантию от возможной реставрации фашизма в будущем.
Замечательной чертой движения Сопротивления является его ин¬
тернациональный характер. Это движение возникло одновременно
(или почти одновременно) во многих оккупированных странах Евро-.

6
E. A. Болтин
пы, хотя оно но объединялось общим руководством и даже не направ¬
лялось едиными лозунгами. Движение Сопротивления охватило в конеч¬
ном счете буквально все оккупированные фашистами страны. Более то¬
го, оно развивалось и крепло в самих странах фашизма, блестящим
примером чего служит, в частности, антифашистская борьба итальян¬
ского народа. В каждой стране наряду с коренным населением в дви¬
жении Сопротивления участвовали люди разных национальностей. Так
было во Франции, где вместе с французами сражались итальян¬
цы, поляки, чехи, русские, представители других народов СССР и мно¬
гих наций, включая немцев; так было и в Италии, Югославии, Поль¬
ше, Чехословакии. Это ли не яркое свидетельство общности идей дви¬
жения Сопротивления, их принадлежности всему свободолюбивому че¬
ловечеству! Это ли не подтверждение того, что движение Сопротивле¬
ния было исторически обусловлено, закономерно и развивалось на ши¬
рокой народной, общедемократической основе!
Летом 1941 г. национально-освободительная борьба народов окку¬
пированных стран Европы вступила в новую фазу. Начало Великой
Отечественной войны Советского Союза и создание антифашистской
коалиции содействовали сплочению демократических сил и активизации
их борьбы против агрессоров. Народно-освободительное движение по¬
лучило прочную базу. Освободительные цели Великой Отечественной
войны Советского Союза явились могучим средством мобилизации наро¬
дов зарубежных стран на борьбу с фашизмом. Подавляющее боль¬
шинство населения стран, порабощенных гитлеровцами или стоявших
перед угрозой порабощения, передовые люди в самих фашистских го¬
сударствах справедливо увидели в Советском Союзе ту главную силу,
которая несла им освобождение. Они глубоко верили в то, что СССР
остановит фашистские полчища и разгромит их, избавит человечество
от коричневой чумы, спасет мировую цивилизацию, вызволит многие
миллионы людей из той тюрьмы, которую представлял собой гитлеров¬
ский «новый порядок».
Одной из главных трудностей в развитии движения Сопротивле¬
ния до начала Великой Отечественной войны было отсутствие четкой
перспективы борьбы. Такой перспективы в полном смысле слова и не
могло быть, пока не завершился процесс превращения войны против
Германии в справедливую и освободительную, пока Германия еще не
вступила в войну против Советского Союза. После нападения Германии
на СССР и создания антигитлеровской коалиции ясно определились
и перспективы народно-освободительной борьбы. Вот почему только по¬
сле 22 июня 1941 г. движение Сопротивления стало серьезно влиять
на ход второй мировой войны.
Советский Союз, признавая сопротивление фашизму великим народ¬
ным движением, стремился объединить свои усилия с этим движением
во всех странах, где оно возникло и развивалось. Само собой разумеет¬
ся, что такое единство предполагало широкое содействие со стороны
СССР движению Сопротивления. Идея тесной связи и единства осво¬
бодительной борьбы советского народа и всех других народов Европы
красной нитью проходит через все заявления правительства СССР в
годы войны. Практические шаги Советского Союза в отношении движе¬
ния Сопротивления в различных европейских странах полностью соот¬
ветствовали этим заявлениям и коренным образом отличались от дей¬
ствий правительств США и Англии. В то время как Советский Союз
оказывал помощь и поддержку всем патриотическим, свободолюбивым
силам в каждой стране, правительства США и Англии, опасаясь роста
политической активности народных масс и перерастания национально-
освободительного движения в революционную борьбу против буржуаз¬
ных устоев, стремились сдержать размах народной борьбы. Вот почему
они призывали к выжиданию (политика «аттантизма»), ограничивали

Советский Союз и движение Сопротивления в Европе
7
размеры материальной помощи боровшимся прогрессивным силам, от¬
страняли их от активного участия в упраВгтении освобождаемой от фа¬
шистов территорией и т. д. С той же целью они поддерживали орга¬
низации различных предателей, маскировавшихся под движение Со¬
противления («Бали Комбетар» в Албании, Драже Михайлович в Юго¬
славии и т. д.).
Для политики западных держав было характерно стремление про¬
тивопоставить рабочий класс и коммунистов остальным социальным груп¬
пам и политическим течениям, участвовавшим в движении Сопротив¬
ления, и в конечном счете сузить его масштабы. Правительства США
и Англии пытались подавить стремление трудящихся масс Европы к
широким социальным преобразованиям. Американо-английское коман¬
дование, используя освободительную борьбу народов для достиже¬
ния победы над гитлеровскими войсками, в то же время старалось не
допустить в оккупированных странах национальных восстаний. Не¬
которые буржуазные политические партии западноевропейских госу¬
дарств, боясь потерять свое влияние на массы, принимали участие в дви¬
жении Сопротивления, но в то же время всячески препятствовали пе¬
рерастанию борьбы трудящихся во всеобщее восстание. Командова¬
ние армий США и Англии и руководители большинства буржуазных
партий поощряли лишь пассивный саботаж, диверсии в тылу немецких
войск, разведывательные действия, мотивируя это тем, что вооруженная
борьба против оккупантов вызывает со стороны последних жестокие ре¬
прессии не только по отношению к партизанам, но и ко всему населе¬
нию. Отсюда и такие конкретные антинародные действия, как попыт¬
ки распустить и запретить вооруженные силы движения Сопротивле¬
ния во Франции после освобождения Парижа в августе 1944 г., призы¬
вы к прекращению партизанской войны в Северной Италии зимой
1944—1945 гг., подавление народно-освободительного движения в Гре¬
ции и т. п.
Все это позволяет характеризовать политику западных держав
(и прежде всего США и Англии) по отношению к движению Сопротивле¬
ния как политику, исходившую из боязни перед выступлениями наро¬
да и стремления не допустить осуществления той демократической
программы, вокруг которой объединились широкие массы участников
движения Сопротивления. Политика же СССР была направлена на ши¬
рокое развитие движения Сопротивления во всех его формах и проявле¬
ниях, на всемерное развязывание политической активности народных
масс и на мобилизацию их сил на открытую вооруженную борьбу с фа¬
шизмом.
Помощь Советского Союза движению Сопротивления носила раз¬
нообразный характер в зависимости от условий, в которых находи¬
лись те или иные оккупированные страны. По просьбе коммунистиче¬
ских и рабочих партий, антифашистских общественных организаций, а
также представителей некоторых эмигрантских правительств в СССР
подготавливались национальные кадры партизанских командиров.
Советские самолеты доставляли в эти страны оружие и боеприпасы.
Кроме того, Советский Союз посылал туда своих опытных партизан¬
ских командиров, а в ряде случаев и целые партизанские формиро¬
вания, оказывал прямое содействие боровшимся народам авиацией и
наземными войсками. Но, оценивая помощь СССР движению Сопро¬
тивления в целом, надо прежде всего учитывать значение и масштабы
той гигантской борьбы, которую вели Советские Вооруженные Силы
против немецко-фашистской армии и армий сателлитов Германии. Борь¬
ба и победы Советской Армии были наиболее действенной помощью
движению Сопротивления. Без этих побед освобождение Европы бы¬
ло бы невозможно. Это открыто признавали в свое время и руководи¬
тели западных держав Ф. Рузвельт, У..Черчилль, Ш. де Голль и другие.

8
E. A. Болтин
Это признают и те западные историки и мемуаристы, которые стоят на
почве фактов.
На движение Сопротивления победы Советских Вооруженных
Сил влияли двояко: с одной стороны, они способствовали активиза¬
ции этого движения, росту его рядов, созданию более выгодных усло¬
вии для его развития и применению действенных и решительных форм
освободительной борьбы; с другой — они привели к непосредственному
освобождению ряда европейских стран Советской Армией, действовав¬
шей совместно с патриотическими силами этих стран. Что касается ро¬
ста движения Сопротивления под влиянием военных успехов Советско¬
го Союза, то здесь необходимо прежде всего отметить решающее значе¬
ние исторических побед Красной Армии под Москвой и Сталинградом
и последующего изгнания немецких оккупантов из пределов СССР.
Сталинград стал началом политического кризиса в странах фаши¬
стского блока — Италии, Венгрии, Румынии, Финляндии, кризиса, ко¬
торый закончился полным развалом этого блока. Несмотря на жесто¬
кий террор в этих странах, а также в Болгарии, после Сталинграда и
под влиянием последующих побед Советской Армии резко усиливает¬
ся антифашистское движение. 1943 год, первый год после сталинград¬
ской победы, характерен ростом численности участников движения Со¬
противления и их активности в большинстве оккупированных стран.
Если до этого движение Сопротивления носило скорее характер соби¬
рания сил, то после Сталинградской битвы оно характеризовалось ак¬
тивными выступлениями организованного антифашистского фронта во
многих оккупированных странах. Антифашистское движение нараста¬
ло и в самой Германии, о чем говорила активизация подпольной дея¬
тельности компартии и рост антифашистских групп в 1943 году. Для
всех народов, боровшихся против фашизма, Сталинград стал симво¬
лом грядущей победы. Сталинград осветил дальнейший путь борьбы
французских патриотов, умноживших свои удары по врагу. Для пат¬
риотов Италии, боровшихся против фашизма, Сталинград стал нача¬
лом массовой народно-освободительной борьбы. Р. Батталья пишет,
что в Италии «именно в этот момент и родилось Сопротивление в соб¬
ственном смысле этого слова, то есть массовое движение, а не выступ¬
ления одного лишь героического авангарда и не отдельные стихийные
вспышки народного возмущения»7.
Влияние побед Советского Союза на освободительную борьбу наро¬
дов продолжало возрастать по мере того, как огненный вал войны при¬
ближался к центру Европы, достигая своей кульминации в момент
вступления советских войск в пределы той или иной страны и переноса
военных действий на ее территорию.
Военные действия западных союзников СССР по антигитлеровской
коалиции — США и Англии—также оказывали влияние на движение
Сопротивления. Однако размеры этого влияния были неизмеримо мень¬
шими в сравнении с влиянием вооруженной борьбы советского наро¬
да. И это понятно, поскольку с лета 1940 г. и вплоть до середины 1943 г.
вооруженные силы Англии и США не вели боевых действий на европей¬
ском континенте, а второй фронт в Западной Европе был открыт ими
лишь тогда, когда вопрос о военном разгроме Германии Советскими
Вооруженными Силами был уже предрешен.
★
Исключительно велика была помощь Советского Союза народно-
освободительному движению в Чехословакии.
СССР никогда не признавал позорного мюнхенского договора.
7 Р. Батталья. История итальянского движения Сопротивления. М. 1954, стр. 74.

Советский Союз и движение Сопротивления в Европе 9
С первых дней Великой Отечественной войны Советское правительство
объявило себя сторонником установления и развития союзнических от¬
ношений с чехословацким эмигрантским правительством. Движимое
намерением оказать дружескую помощь братскому чехословацкому на¬
роду, Советское правительство выступило инициатором заключения со¬
глашения между СССР и Чехословакией. Это соглашение, подписан¬
ное 18 июля 1941 г., предусматривало оказание его участниками друг
другу взаимной помощи и поддержки в войне против гитлеровской Гер¬
мании и, в частности, формирование на территории СССР национальных
чехословацких воинских частей8. Соглашение СССР с Чехословакией
имело неизмеримое значение для развития народно-освободительного
движения и для дальнейших судеб чехословацкого народа и его го¬
сударства. Вскоре в Бузулуке был сформирован ί-й чехословацкий ба¬
тальон, ставший ядром будущих чехословацких воинских формирова¬
ний в СССР, к концу войны выросших до размеров отдельной армии.
Л. Свобода, командовавший ею, отмечал огромную помощь, оказанную
советским командованием чехословацким воинским частям9.
Высшей фазой подъема народно-освободительной борьбы чехо¬
словацкого народа явилась вторая половина 1944 г., когда Советская
Армия приблизилась к границам Словакии. Именно в этот период дви¬
жение Сопротивления приобретает в Словакии характер открытой
вооруженной борьбы — партизанской войны, а затем и народного вос¬
стания. В течение июля—августа 1944 г. в Словакию из Восточной и
Южной Польши пришло несколько советских партизанских отрядов.
Среди них были бригада имени Александра Невского под командова¬
нием В. А. Карасева (известная под названием Нитранской бригады),
соединения М. М. Щукэева, В. А. Квитинского, отряды С. В. Мацнева,
Курова, отряд имени Пожарского (руководитель — JI. И. Беренштейн)
и другие10. В июле 1944 г. в Словакии советскими летчиками были вы¬
сажены 24 партизанских группы в составе 404 парашютистов11. На
базе этих групп выросли крупные словацкие партизанские формирова¬
ния. Так, группа майора П. А. Величко, действовавшая в бассейне ре¬
ки Турея и в районе от Ружомберока до Жилины, за короткое вре¬
мя увеличила свою численность в несколько раз. Группа капитана
А. С. Егорова в момент высадки насчитывала 22 человека, в середине
августа в ее составе было около 850 человек 12.
В последних числах августа 1944 г. народное восстание охватило
значительную часть Словакии. В связи с обращением 31 августа посла
Чехословакии в Москве 3. Фирлингера в Народный комиссариат ино¬
странных дел СССР Советское правительство приняло решение о под¬
держке словацкого восстания 13. Было организовано снабжение повстан¬
цев вооружением и различными военными материалами. С 5 по 27 сен¬
тября советские транспортные самолеты доставили в Словакию на
аэродром повстанцев «Три дуба» 916 автоматов, 248 противотанковых
пушек, 330 ручных и 86 станковых пулеметов, 1 миномет и большое ко¬
личество боеприпасов14. 7 сентября началась Карпатско-Дуклинская
наступательная операция 38-й армии и 1-го Чехословацкого армейско¬
го корпуса, действовавших в составе 1-го Украинского фронта. Пре¬
8 Внешняя политика Советского Союза в период Отечественной войны. T. I М.
1944, стр. 118.
9 L. Svoboda. Z Buzuluku do Prahy. Praha. 1960.
10 М. Г и око. Словацкое народное восстание. Братислава. 1954, стр. 24.
11 См. «Коммунистическая партия Чехословакии в борьбе за свободу». М. 1951.
12 См. «Rude Pravo», 8 zâri 1949; С. Грачев. Помощь СССР народам Чехо¬
словакии в их борьбе за свободу и независимость. М. 1953, стр. 148.
13 См. «Советско-чехословацкие отношения во время Велтой Отечественной вой¬
ны 1941—1945 гг.». Документы и материалы. М. 1960, стр. 201.
14 «Partizânské hnuti v Ceskoslovensku za Drughé Svëtové vâlky». Praha 1961.
str. 234,

ÏO
Е. А. Болтин
одолевая упорное сопротивление врага в Карпатах, неся большие по¬
тери, советские и чехословацкие воины овладели перевалом Дукля и
перешли границу Чехословакии. И хотя в силу исключительно трудной
обстановки советским войскам не удалось пробиться в район восста¬
ния, Карпатско-Дуклинская операция имела крупное значение. Она
вошла в историю как символ нерушимой дружбы советского и чехосло¬
вацкого народов, боевого содружества Советской и Чехословацкой ар¬
мий. Словацкое народное восстание не увенчалось успехом, но оно сы¬
грало важную роль в освободительной борьбе народов Чехословакии. От¬
ступившие в горы партизанские отряды продолжали вооруженную борь¬
бу с врагом, которая охватывала все новые районы страны.
Заключительным этапом борьбы за освобождение Чехословакии
явились военные события 1945 года. Вступление советских войск на
территорию Чехословакии вызвало невиданный ранее подъем нацио¬
нально-освободительной борьбы чешского и словацкого народов. С но¬
вой силой разгорелся огонь партизанской войны. Уже к началу 1945 г.
в партизанских отрядах и бригадах насчитывалось более 20 тыс. че¬
ловек ,5. В это время особенно широко развернулось освободительное
движение в чешских землях. В глубокий тыл немецких войск пере¬
брасывались парашютные десанты из Советского Союза, а также пар¬
тизанские соединения и группы из Словакии. Центрами действий пар¬
тизан становятся Бескиды и Чешско-Моравская Высочина, где прохо¬
дили важные коммуникации врага. Отдельные группы парашютистов
действовали в пограничных районах Чехии. Всего к марту 1945 г. в Че¬
хии и Моравии было высажено 11 смешанных советско-чехословацких
десантов, в состав которых входили офицеры, имевшие большой опыт
партизанской борьбы. В марте было высажено еще 9 групп в районе
Бродской возвышенности16. На территорию Моравии перешла из
Словакии прославленная партизанская бригада имени Яна Жижки.
Парашютисты и партизаны составили то ядро, вокруг которого начали
формироваться многочисленные партизанские группы и отряды. Груп¬
пы, возглавляемые советскими офицерами Богуном, Олесинским, Сули-
гой, Фоминым, поручиком Войска Польского Чехом 17, выросли в парти¬
занские отряды.
Освобождение Чехословакии было завершено в результате стреми¬
тельной и огромной по своему размаху Пражской операции, проведен¬
ной войсками трех советских фронтов в период с б по 9 мая и одновре¬
менного вооруженного восстания в Западной Чехии, центром которого
явилась Прага.
Так, последовательно с первого и до последнего дня Великой Оте¬
чественной войны Советский Союз оказывал непосредственную поддерж¬
ку и помощь патриотическим силам Чехословакии, боровшимся за сво¬
боду и независимость своей страны.
Огромную помощь оказал СССР движению Сопротивления в Поль¬
ше. Советско-польские отношения в период войны развивались в слож¬
ной и трудной обстановке. Польское эмигрантское правительство в Лон¬
доне было признано Советским Союзом в самом начале Великой Оте¬
чественной войны. При этом Советское правительство было готово к
деловому сотрудничеству с польской эмиграцией, но, разумеется, на на¬
чалах честной политики и действительной поддержки эмигрантскими
кругами всех прогрессивных антифашистских сил в Польше. Однако
польское эмигрантское правительство преследовало совершенно иные
15 М. К г о р i 1 а k. Narodno oslobodovaci boj па Slovensku г. 1945. В сборнике
«Otâzky nârodni a demokraticke revoiuce CSR». Praha. 1955, str. 102.
16 Институт маркоизма-ленииизма при ЦК КПСС. Документы и материалы Отдела
история Великой Отечественной войны. Инв. № 11094, л. 2.
17 «Partizânské hnuti v Ceskoslovensku za Drughé Svëtové vâîky». Piaha. 1961,
str. 386, 398.

Советский Союз и движение Сопротивления в Европе
11
цели. Его антисоветская реакционная политика была направлена не на
развитие освободительного движения в стране, а на восстановление в
ней прогнившего, антинародного довоенного режима. Не имея возмож¬
ности отказаться от союзнического соглашения, предложенного СССР,
правительство Сикорского, подписывая это соглашение, оставило от¬
крытым вопрос о восточных границах Польши. Советско-польское согла¬
шение было подписано 30 июля 1941 года. Оно содержало обязатель¬
ства о взаимной помощи в войне против Германии, а также преду¬
сматривало создание польской армии на территории СССР18. Для поль¬
ского народа соглашение с СССР имело первостепенное значение: оно
открывало перспективу освобождения страны и возрождения ее государ¬
ственности. Весть о заключении соглашения была радостно встречена
в оккупированной Польше.
Польское эмигрантское правительство пыталось воспрепятство¬
вать сближению советского и польского народов на основе совместной
борьбы против общего врага. Отражением этой предательской политики
было, например, поведение главнокомандующего польской армией, фор¬
мировавшейся на советской территории, генерала Андерса. Политика
саботажа, проводимая им л другими представителями польского военно¬
го командования, в конечном счете привела к тому, что польская ар¬
мия, сформированная в СССР в 1941—1942 гг., не только не приняла
участия в освобождении своей страны, но оказалась далеко за преде¬
лами главного, восточно-европейского театра военных действий. Одна¬
ко нашлись десятки и сотни тысяч польских патриотов,- создавших но¬
вое Войско Польское, с осени 1943 г. и до конца войны сражавшееся
бок о бок с Советской Армией.
Реакционная и антисоветская политика польского эмигрантского
правительства, с которым СССР был вынужден в апреле 1943 г. по¬
рвать отношения 19, явилась главной причиной, тормозившей развитие
движения Сопротивления в оккупированной Польше. Такая политика
польского эмигрантского правительства препятствовала оказанию помо¬
щи польским патриотам со стороны Советского Союза, она порождала
междоусобную борьбу отдельных течений в этом движении, что было
на руку немецким оккупантам. Но тем не менее вопреки проискам
польской реакции советский народ и его Вооруженные Силы оказали
решающую помощь народно-освободительному движению польского
народа, стремившегося создать сильное и независимое демократиче¬
ское Польское государство. Советское правительство помогало всем
тем элементам польского народа, которые честно боролись или были го¬
товы бороться против германского фашизма и искали путей сотрудни¬
чества с Советским Союзом.
Основной демократической и антифашистской политической орга¬
низацией, выражавшей подлинные интересы польского народа, была
Польская рабочая партия (ППР). Она сумела сплотить вокруг своей
политической платформы 14 демократических организаций. В манифе¬
сте, обнародованном ею совместно с этими организациями в декабре
1943 г., говорилось, что будущая Польша должна быть независимым
и суверенным государством, дружественным Советскому Союзу20. На
этой платформе 1 января 1944 г. была образована Крайова Рада
Народова (КРН) — центральный орган антифашистского националь¬
ного фронта и вместе с тем высший представительный орган демократи¬
ческих сил, новый парламент Польши. В результате большой органи-
18 «Внешняя политика Советского Союза в период Отечественной войны». T. I,
стр. 121 — 122.
19 См. «Переписка Председателя Совета Министров СССР с Президентами США н
Премьер-министрами Великобритании во время Великой Отечественной войны 1941—
1945 гг.» (далее «Переписка...»). T. ï. М. 1957, стр. 119—127.
20 См. «История Польши». T. III. М. 1958,'стр. 608—609,

12 E. A. Болтин
загорской и политической деятельности ППР и КРН национально-ос¬
вободительная борьба в стране поднялась на новую ступень и начала
приобретать характер народно-демократической революции. Усилилась
вооруженная борьба. Этому в немалой степени способствовало образо¬
вание 1 января 1944 г. вооруженной силы польского народа — Армии
людовой, численность которой непрерывно росла. Осенью 1943 г. по
просьбе прогрессивной польской эмиграции из находившихся среди
партизан Украины и Белоруссии поляков было создано несколько пар¬
тизанских отрядов, хорошо вооруженных и снаряженных. В апреле
1944 г. для руководства партизанской борьбой на территории Польши
был сформирован Польский штаб партизанского движения. В его под¬
чинение поступили один отряд и три польских партизанских бригады, об¬
щая численность которых превышала 1 800 человек21. От советских ор¬
ганов штаб получил средства связи, автотранспорт и др. Под руковод¬
ством этого штаба польские партизанские соединения были вскоре пе¬
реброшены в Польшу, в тыл врага, где влились в состав Армии лю¬
довой.
Огромное влияние на развитие вооруженной борьбы польского на¬
рода против гитлеровских агрессоров оказали победы Советской Ар¬
мии. Быстрое приближение ее к границам Польши укрепляло веру
польских патриотов в скорое освобождение от фашистского ига, повы¬
шало их боевую активность. Большую роль в усилении национально-
освободительного движения сыграла и та материально-техническая
помощь, которую Советский Союз оказывал польским патриотам. На¬
чиная с апреля 1944 г. они получали из СССР автоматы, боеприпасы,
взрывчатые вещества, тяжелые пулеметы и противотанковые ружья 22.
В 1944 г. партизанская война разгорелась во всей оккупированной
Польше. Активно сражались партизаны в Люблинском воеводстве.
Близость к советско-германскому фронту и районам действий советских
партизан, выгодные географические условия сделали Люблинщину
центром действий партизанских отрядов. Отдельные районы партизаны
контролировали почти полностью. Это вынужден был признать даже
гитлеровский генерал-губернатор Франк. «...Люблинский район,— го¬
ворил он,— практически на одну треть не находится уже больше
в руках немецкой администрации. Там не действует ни администра¬
ция, ни исполнительные органы, лишь только транспортный аппарат.
На этой территории немецкая полиция может действовать в составе
не менее полка»23. Большое влияние на развитие партизанского дви¬
жения в Польше, особенно в Люблинском воеводстве, оказал при¬
ход на польскую территорию советских партизанских соединений и от¬
рядов, имевших богатый опыт борьбы с немецко-фашистскими за¬
хватчиками. В феврале—апреле 1944 г. в связи с приближением ли¬
нии фронта на широком участке от Бреста до Львова на территорию
Польши вышли Первая украинская партизанская дивизия имени
С. А. Ковпака под командованием П. П. Вершигоры, партизанские
соединения и отряды И. Н. Банова, В. А. Карасева, Г. В. Ковалева,
М. Я- Неделина, В. П. Полиха, Н. А. Прокопюка, С. А. Санкова,
В. П. Чепиги, Б. Г. Шангина, И. П. Яковлева и др.24.
В Польше, кроме Армии людовой, существовала другая крупная
вооруженная организация — Армия крайова, подчиненная эмигрантско¬
му правительству в Лондоне. Ее руководителями были реакционеры,
стремившиеся восстановить буржуазно-помещичьи порядки в стране.
21 Партархив Института истории партии при ЦК КП Украины, ф. 62, οπ. 1, д. 1,
л. 113.
22 W. Tuszynski. Walki partizanskie w Lasach Lipskich, Janowskich i puszczy
Solskiej. Warszawa. 1954, str. 115, 117,
23 T a μ же, стр. 30.

Советский Союз и движение Сопротивления в Европе 14
«Мы должны смазывать рельсы маслом, чтобы немецкие поезда ско¬
рее доезжали до Восточного фронта»,— заявляло командование Ар¬
мии крайовой 25. Ее руководство, создавая лишь видимость борьбы про¬
тив оккупантов, стремилось сохранить силы для вооруженного выступле¬
ния с целью захвата власти в момент отступления немцев с польской
территории. Однако основную массу солдат и большую часть младших
офицеров Армии крайовой, подчеркивал В. Гомулка, «составляли чест¬
ные, патриотически чувствующие и мыслящие поляки, они рвались з
бой с оккупантами, в решительный бой, подобный тому, какой вела
Гвардия людова, а потом Армия людова по призыву и под руководством
Польской рабочей партии»26. Большинство бойцов Армии крайовой при¬
нимало участие в борьбе против немецко-фашистских захватчиков.
Установление летом 1944 г. власти трудящихся на освобожден¬
ной территории Польши, широкий размах национально-освободитель¬
ной борьбы в оккупированных районах вызывали тревогу и страх в кру¬
гах польских реакционеров. Их планы восстановления довоенного ре¬
жима оказались под угрозой срыва. В этой обстановке главное коман¬
дование Армии крайовой приняло решение поднять восстание и за¬
хватить Варшаву, чтобы установить в столице политическую и адми¬
нистративную власть эмигрантского правительства 27. Варшавское вос¬
стание было начато в неблагоприятный момент, без предварительного
согласования с советским Верховным командованием и без необходи¬
мой военно-технической подготовки. Польские патриоты, рядовые уча¬
стники восстания, сражались героически. Но авантюризм руководите¬
лей восстания заранее обрек его на неудачу.
Советское правительство было поставлено в известность о восста¬
нии лишь после того, как оно началось28. К этому времени советские
войска на Варшавском направлении уже 40 дней вели непрерывное
грандиозное наступление, прошли с боями свыше 500 км, понесли круп¬
ные потери и, выйдя к Висле, не имели возможности с ходу форсиро¬
вать ее. Несмотря на сложность обстановки, советское командование при¬
нимало все меры, чтобы оказать помощь восставшим. 10 сентября
47-я армия 1-го Белорусского фронта, в состав которой входила одна
дивизия Войска Польского, перешла в наступление. В результате че-
тырехдневных ожесточенных боев советские и польские войска 14 сен¬
тября освободили Прагу, восточное предместье Варшавы, расположен¬
ное на правом берегу Вислы. В результате были созданы условия для
оказания непосредственной помощи повстанцам. Эта задача возлага¬
лась на 1-ю армию Войска Польского. 15 сентября она вступила в Пра¬
гу и начала операцию по форсированию Вислы и захвату плацдармов
в Варшаве. В боях за Вислой солдаты и офицеры Войска Польского про¬
явили чудеса героизма и самоотверженности. Однако мощная оборона
противника не позволила переправившимся подразделениям расши¬
рить захваченные плацдармы и слить их воедино. Одной из причин
неудачи было также нежелание руководителей восстания обьединить
повстанческие отряды с польскими частями, сражавшимися на плац¬
дармах. Обстановка на плацдармах оказалась настолько тяжелой, что
командующий армией Войска Польского принял решение эвакуировать
подразделения из Варшавы на восточный берег Вислы. К 23 сентяб¬
ря эвакуация была закончена с большими потерями.
Советское командование после овладения Прагой оказывало вос¬
ставшим регулярную материально-техническую помощь. Всего с 14 сен¬
тября по 1 октября 1944 г. советская авиация совершила 2243
25 См. В. Гомулка. Народная Польша уверенно вдет по светлому пути социа¬
лизма. «Правда», 22 йюля 1959 года.
26 Т а м же.
27 «Polskie Sily Zborojne w drugiej Wojnie Swiatowej». T. 3. London. 1950, s. 654.
28 См. «Переписка...». T. 1, стр. 257.

14
E. A. Болтин
самолето-вылета и сбросила восставшим 156 минометов, 505 проти¬
вотанковых ружей, 2 667 автоматов и винтовок, 41 780 гранат, 37 516 мин
и снарядов, 3 млн. патронов, свыше 126 т продовольствия и 500 кг меди¬
каментов29. При этом все грузы сбрасывались с малых высот и попа¬
дали по назначению. Этого нельзя сказать об американской авиации:
она, по существу, ограничилась демонстративными действиями. Так,
18 сентября 1944 г. около ста «летающих крепостей» под прикрытием
истребителей сбросили с высоты более 4 тыс. м около тысячи единиц
различных грузов на парашютах, но из них повстанцам досталось лишь
20 единиц, столько же попало в район расположения советских войск,
а все остальное было захвачено немецкими фашистами.
Десятки тысяч советских и польских воинов отдали свою жизнь
в боях за Варшаву. Но в то время как части 1-й армии Войска Поль¬
ского вели кровопролитные бои с целью оказать помощь восставшим,
командование Армии крайовой, по существу, отказалось от совместных
действий с Советской Армией и польскими частями. Страданиями и мно¬
гочисленными жертвами заплатил польский народ за эту преступную
авантюру эмигрантского правительства. Потери Армии людовой,
Армии крайовой, а также гражданского населения во время Варшав¬
ского восстания были огромны. Варшава подверглась страшным раз¬
рушениям.
Полное освобождение Польши произошло в начале 1945 г. благо¬
даря новым усилиям Советских Вооруженных Сил, одержавших бле¬
стящую победу в гигантском сражении, происходившем на террито¬
рии между Вислой и Одером.
Крупную роль сыграла помощь Советского Союза в победе народ¬
но-освободительного движения в Югославии. Югославия была первой
европейской страной, в которой широко разгорелось пламя партизан¬
ской народной войны. Эта война началась с момента оккупации страны
и получила особенно мощный размах после нападения Германии на
СССР. Во главе народно-освободительного движения в Югославии стоя¬
ла Коммунистическая партия, сумевшая создать единый фронт всех
антифашистских организаций и групп. Советский Союз с первых дней
войны полностью поддерживал освободительную борьбу народов Юго¬
славии, исключительно высоко оценивая ее влияние на все антифа¬
шистское движение в целом. В конце ноября 1943 г. на второй сессии
Антифашистского веча народного освобождения Югославии были со¬
зданы законодательные и исполнительные органы новой Югославии.
В своем заявлении по этому поводу от 14 декабря Советское правитель¬
ство указало, что оно рассматривает эти события как «положительные
факты, способствующие дальнейшей успешной борьбе народов Юго¬
славии против гитлеровской Германии»30.
Советский Союз, считая единственной силой, ведущей эффектив¬
ную борьбу с итало-немецкими оккупантами в Югославии, Народно-ос¬
вободительную армию (НОАЮ), решительно выступал за оказание ей
действенной материально-технической помощи. Между тем правящие
круги Англии делали ставку на отряды четников, сформированные
Д. Михайловичем — военным министром находившегося в Лондоне
эмигрантского правительства Югославии. Эти круги не хотели допу¬
стить создания новой, демократической Югославии и рассчитывали, опи¬
раясь на Михайловича, сохранить в Югославии угодный Англии ре¬
жим. Советский Союз неоднократно указывал Великобритании на то,
что Д. Михайлович сотрудничает с итало-немецкими оккупантами и
ведет борьбу с НОАЮ. Только в январе 1944 г. английское правитель¬
29 Архив Министерства обороны СССР, ф. 233, оп. 2356, д. 329, лл. 219—220
30 «Внешняя политика Советского Союза в период Отечественной войны». T. I,
стр. 436.

Советский Союз и движение Сопротивления в Европе
15
ство, не желая окончательно скомпрометировать себя поддержкой
Михайловича, решило прекратить оказание ему помощи31.
Несмотря на отдаленность советско-германского фронта от Юго¬
славии, трудности связи и снабжения, СССР всеми доступными спо¬
собами стремился помочь югославским патриотам. По решению Совет¬
ского правительства, принятому в конце 1943 г., в Верховный штаб На¬
родно-освободительной армии и партизан Югославии была направле¬
на советская военная миссия. Ее основной задачей было изыскание пу¬
тей и возможностей оказания всех видов помощи партизанам и НОАЮ.
Вскоре в Москву прибыла югославская военная миссия. Боевое содру¬
жество народов СССР и Югославии было скреплено кровью советских
людей, сражавшихся в рядах НОАЮ. Так, в составе ее 9-го корпуса,
действовавшего на территории Словенского Приморья, воевал с вра¬
гом советский партизанский батальон. Он принял также участие в
освобождении Триеста. Ядро батальона составляла группа бежавших
из фашистского плена военнослужащих во главе с А. И. Дьяченко.
Этот батальон, численностью до 500 человек, гитлеровцы считали воз¬
душно-десантной частью Советской Армии.
По мере приближения советско-германского фронта к Югославии
росла помощь Советского Союза НОАЮ. Эту помощь можно было ока¬
зывать только воздушным путем, что требовало преодоления серьез¬
ных трудностей. К началу 1944 г. линия фронта проходила в 1 250 км
от освобожденной территории Югославии. Все это расстояние советские
летчики должны были лететь над территорией противника. Положение
усложнялось тяжелыми метеорологическими условиями и отсутствием
оборудованных и обеспеченных надежной защитой аэродромов в осво¬
божденных районах самой Югославии. Несмотря на это, советские пи¬
лоты за несколько месяцев совершили тысячи самолето-вылетов в Юго¬
славию и доставили НОАЮ и партизанам большое количество различ¬
ных грузов. Для организации более эффективной помощи НОАЮ и пар¬
тизанам Советское правительство весной 1944 г. договорилось с коман¬
дованием английских и американских войск о создании советской авиа¬
ционной базы в Бари (Италия). Полет с этой базы на освобожденную
территорию Югославии занимал в оба конца всего 2—3 часа. Советские
самолеты, базировавшиеся на аэродроме Бари, вывезли в Италию
тысячи больных и раненых солдат и офицеров НОАЮ и партизан.
После освобождения Белграда все самолеты этой базы были без¬
возмездно переданы Советским правительством Югославии. С авиаба¬
зы в Бари за 1944 г. советские самолеты совершили 1 460 самолето-вы¬
летов и перебросили НОАЮ около трех тысяч тонн различных военных
грузов32.
По просьбе югославского командования Советское правительство
передало Югославии две авиационные дивизии, несколько батальонов
аэродромного обслуживания и отдельно авиационные части и части
ПВО. В результате к ноябрю 1944 г. в распоряжение главного коман¬
дования НОАЮ поступила авиационная группа (около 350 самоле¬
тов) под командованием советского генерала Витрука33. 6 октября
1944 г. в районе г. Неготин советское командование передало НОАЮ
полностью вооруженную и экипированную отдельную пехотную брига¬
ду, сформированную из югославов. НОАЮ были переданы также две
танковые бригады и танковая рота, сформированные и вооруженные
в Советском Союзе и укомплектованные обученными югославскими вои¬
нами. Советское правительство приняло решение вооружить, обмунди¬
ровать и снабдить всеми видами боевого снаряжения ряд дивизий
31 См. «Переписка...». T. I, стр. 183.
и См. «Советские Вооруженные Силы в борьбе за освобождение Югославии». М.
1960, стр. 48.

НОАЮ, действовавших главным образом в Центральной Сербии и на
белградском направлении. Большая часть оружия для этих дивизий
была передана югославским властям в сентябре и начале октября
1944 года. Общее количество вооружения, которое было передано Со¬
ветским Союзом НОАЮ за 1944 г. и за пять месяцев 1945 г., состави¬
ло более 96 тыс. винтовок и карабинов, свыше 68 тыс. пулеметов
и автоматов, 895 полевых и 170 зенитных орудий, 3 364 миномета,
491 самолет, 65 танков, 1 329 радиостанций, а также большое коли¬
чество боеприпасов, обмундирования, снаряжения, обуви и другого
имущества 34.
Но Советский Союз не ограничивался помощью оружием, боепри¬
пасами и боевой техникой, Соединения и части Советской Армии вели
боевые действия в целях непосредственного освобождения Югославии
от немецко-фашистских оккупантов. Важнейшее место в этих действиях
занимает Белградская наступательная операция, осуществленная по
плану Ставки Верховного Главнокомандования войсками 3-го и 2-го Ук¬
раинских фронтов совместно с войсками НОАЮ. Объединенными уси¬
лиями советские, югославские и входившие в состав 3-го Украинского
фронта болгарские войска разгромили основные силы немецкой груп¬
пы армий «Ф» (13 дивизий и бригад), а также 6 дивизий, переброшен¬
ных в Югославию из Албании и Греции. «С помощью славной Красной
Армии,— заявил летом 1945 г. И. Тито,— были быстро освобождены
Белград и Сербия, а с помощью болгарской армии была освобождена
Македония»35.
Поддержку Советского Союза получали также антифашистские си¬
лы Румынии, Болгарии и Венгрии. Победоносные боевые действия Со¬
ветской Армии в Румынии, Югославии и Венгрии оказали также реаль¬
ную помощь народно-освободительному движению в Албании и Гре¬
ции, хотя советские войска и не вступали на территорию этих стран.
Советский Союз придавал большое значение освободительной борь¬
бе албанского народа. Заявление Советского правительства о незави¬
симости Албании, опубликованное в декабре 1942 г.36, восторженно
встреченное албанским народом, способствовало дальнейшему развер¬
тыванию антифашистского движения и партизанской войны в Албании.
Советский Союз оказывал народно-освободительным силам Албании
всестороннюю моральную поддержку, а конечное очищение страны Ал¬
банской народно-освободительной армией и установление в этой стране
народно-демократического строя стали возможны благодаря победам,
одержанным Советской Армией.
Такую же поддержку встречало со стороны Советского Союза
и освободительное движение в Греции. Греческий народ в течение всей
войны вел ожесточенную борьбу с фашистскими оккупантами и собствен¬
ными силами добился значительных успехов. К осени 1944 г. большая
часть материковой территории Греции была освобождена войсками На¬
родно-освободительной армии (ЭЛАС). Политическая власть на осво¬
божденной территории перешла в руки органов Национально-освобо¬
дительного фронта (ЭАМ). Победы Советской Армии на Балканах вы¬
нудили немецко-фашистских оккупантов покинуть пределы Греции. 10—
11 ноября 1944 г. последние германские части ушли на территорию
Югославии. Таким образом, успешное наступление советских войск, по¬
ставившее под угрозу коммуникации гитлеровцев, заставило их после
четырехлетней оккупации окончательно очистить землю древней Эл¬
лады. Это создало благоприятные возможности для высадки войск за-
34 Та м же, стр. 51—52.
35 Из выступления И. Тито на заседании Антифашистского веча 8 августа 1945 г.
«Известия», 12 августа 1945 года.
36 См. «Правда», 18 декабря 1942 года.

Советский Союз и движение Сопротивления в Европе
*-
17
падиых держав в Греции, чем воспользовалась Великобритания. Ан¬
глийская интервенция привела в конечном счете к утверждению власти
антидемократических сил в Греции.
★
Борьба и победы советского народа оказали мощное влияние на
движение Сопротивления в оккупированных странах Западной Евро¬
пы, в частности во Франции и Италии.
Советский Союз относился с большим вниманием и уважением к
национальным интересам Франции, оказывал поддержку освободитель¬
ному движению французского народа, направленному к возрожде¬
нию суверенитета Франции и ее роли как великой державы. С пер¬
вых дней Великой Отечественной войны Советское правительство всту¬
пило в контакт с Национальным комитетом свободной Франции и за¬
явило о своей твердой решимости после достижения совместной
победы над общим врагом «обеспечить полное восстановление независи¬
мости и величия Франции»37. Когда в начале июня 1943 г. в Алжире
был создан Французский комитет национального освобождения, пра¬
вительства США и Англии отказали ему в признании38. Совершенно
иную позицию заняло Советское правительство: оно решительно выска¬
залось в пользу немедленного признания Комитета всеми членами ан¬
тигитлеровской коалиции.
Французские патриоты высоко оценивали справедливую позицию
СССР в отношении движения Сопротивления во Франции. Представи¬
тель Комитета национального освобождения в письме от 16 июля 1943 г.
отмечал, что дружественное отношение советского народа было для
французской нации «самой сильной поддержкой и укрепило ее убе¬
ждение в том, что дело свободы, триумфу которого она всегда посвя¬
щала все самое лучшее, восторжествует над варварскими силами гит¬
леровской Германии»39. Между тем правительства США и Англии про¬
должали упорствовать в своем нежелании признать Французский
комитет национального освобождения. Несмотря на неприязненное от¬
ношение правительств США и Англии к Французскому комитету нацио¬
нального освобождения, Советское правительство решило признать Ко¬
митет. 26 августа 1943 г. соответствующее письмо было вручено пред¬
ставителю Комитета в СССР. Эта акция Советского Союза вынудила
правительства США и Англии также опубликовать заявления о при¬
знании Комитета. Однако они сделали это с существенными оговор¬
ками. Так, правительство США выступило с меморандумом, в котором
говорилось, что хотя «отношение к освобожденной территории Фран¬
цузской метрополии будет дружественным, главнокомандующий англо-
американскими союзными силами будет обладать всеми правами воен¬
ной оккупации, вытекающими из состояния войны. В своих действиях
он будет руководствоваться тем, что во Франции не существует суве¬
ренного правительства» 40. Этот меморандум, как говорится, не требует
комментариев.
С горячей симпатией относились к французскому движению Сопро¬
тивления Советская Армия, все советские люди. Такими же чувствами
отвечали им миллионы французов. Это, в частности, выражалось в
спасении французскими патриотами жизни сотен советских людей, бе¬
жавших с фашистской каторги и из концентрационных лагерей. Прави¬
37 «Внешняя политика Советского Союза в период Отечественной войны». T. I,
стр. 168.
38 «Советско-французские отношения во время Великой Отечественной войны
1941—1945 гг.». Документы и материалы. М. 1959, стр. 167.
39 Т а м же, стр. 182.
40 Ch. de Gaulle. Mémoires de guerre. L-Unite 1942—1944. Paris. 1956, p. 591.
2. «Вопоосы истории» 9.

18
£. А. Болтин
тельство СССР пошло навстречу желанию некоторых французов внести
свой вклад в героическую борьбу, которую вела с врагом Советская
Армия. По соглашению между Советским правительством и Француз¬
ским комитетом национального освобождения была создана француз¬
ская авиационная эскадрилья (в дальнейшем полк «Нормандия»), кото¬
рая сражалась на фронте в составе Советских Военно-Воздушных Сил.
Мужество французских летчиков вдохновляло народ Франции на уси¬
ление борьбы с оккупантами, содействовало укреплению дружбы совет¬
ского и французского народов, сплочению сил антифашистской коа¬
лиций.
Советские люди также внесли вклад в освобождение Франции и
своим личным участием в движении Сопротивления. В 1943 г. в немец¬
ких лагерях военнопленных на территории Франции находилось около
25 тыс. советских граждан. Побегами их из лагерей руководила груп¬
па уполномоченных Национального фронта Франции. В октябре 1943 г.
был создан Центральный комитет бывших советских военнопленных,
в состав которого вошли В. Порик, В. Таскин, Н. Скрипай, В. Постни¬
ков и другие41. В ноябре 1943 г. на востоке Франции был сформи¬
рован первый советский партизанский отряд «Сталинград» под
командованием П. Пономарева. Позднее были созданы отряды: «Париж¬
ская коммуна», «Железняк», «Чапаев», «Каховка», «Котовский», «Ков¬
пак», «За Родину», «Донбасс» и другие. В мае 1944 г. в г. Нанси был
создан штаб советских партизанских отрядов. Он издавал газету «Со¬
ветский партизан». Всего к весне 1944 г. во Франции насчитывалось
35 партизанских отрядов, в составе которых сражались советские люди42.
Летом 1944 г. во Франции сформировался первый советский пар¬
тизанский полк. Этот полк освободил г. Ним и участвовал в освобожде¬
нии ряда других французских городов. За боевые подвиги в департа¬
ментах Гар и Лозер Временное правительство Французской республи¬
ки наградило полк боевым знаменем и орденом «Боевой крест с сереб¬
ряной звездой». Командир полка майор А. Казарян так рассказывает
о действиях своих боевых товарищей: «Наш полк насчитывал свыше
2 200 бойцов и офицеров — представителей 37 национальностей и на¬
родностей Советского Союза. Плечом к плечу с французскими патрио¬
тами мужественно сражались с нашим общим врагом Сергей Петров,
Михаил Андронин, Насыб Амиров, Иван Дудко, Михаил Сисадзе и
многие другие. 563 воина полка за мужество и отвагу были награж¬
дены французскими орденами и медалями. Многие из них имели по
три-четыре боевые награды» 43. Советские партизаны приняли активное
участие и в боях за освобождение Парижа. Ущерб, причиненный со¬
ветскими партизанами оккупантам, был весьма значительным. Данные
об этом были в разное время опубликованы во французской прогрессив¬
ной печати44.
Д. Эйзенхауэр и Б. Монтгомери считали, что французские
внутренние вооруженные силы (ФФИ) в период высадки союзных
войск во Франции оказали им помощь, равную поддержке 15 дивизий45.
Нам представляется, что такая оценка снижает действительную роль
французского движения Сопротивления, которое пользовалось поддерж¬
кой миллионов французов. Его моральное влияние на борьбу народа
за свободу и независимость невозможно переоценить. В годы тяжелых
испытаний с особой силой подтвердились слова Манифеста ЦК Фран¬
+i М. А. Кокорин, А. А. Стручков. О боевой деятельности советских патрио¬
тов на территории Франции в 1943—1944 годах. «Вопросы истории», 19GQ, Λ1* 3.
стр. 93, 98.
42 Та м же, стр. 97.
43 «Комсомольская правда», 12 марта I960 года.
44 См., например,«Cahiers du communisme», 1960, № 3,
45 «France d‘Abord», 9 июня 1949 года.

Советский Союз и движение Сопротивления в Европе
19
цузской коммунистической партии, опубликованного в июле 1940 г., о
том, что никогда великий французский народ не будет народом рабов,
что Франция с ее славным прошлым не станет на колени. Французский
народ, объединившийся вокруг рабочего класса, спас Францию. В этом
ему оказал большую поддержку и помощь Советский Союз. «Французы
знают,— заявил в декабре 1944 г. Ш. де Голль,— что сделала для них
Советская Россия, и знают, что именно Советская Россия сыграла глав¬
ную роль в их освобождении» 46.
Огромное влияние борьбы Советского Союза против фашистской
Германии испытало на себе и антифашистское движение в Италии.
Выше уже приводилось высказывание Р. Батталья о том, что победа
под Сталинградом дала начало массовому движению Сопротивления
в Италии. Отзвук Сталинградской битвы был особенно сильным в Ита¬
лии потому, что в этой битве участвовала и потерпела поражение италь¬
янская армия. Сотни тысяч простых итальянцев, против своей воли
вовлеченных Муссолини и его кликой в преступную войну против СССР,
своими глазами увидели тот бесчеловечный режим разбоя и насилия,
который принесли на советскую землю гитлеровцы. Большинство италь¬
янских солдат и даже часть офицеров, вернувшись в 1943 г. домой после
разгрома итальянской экспедиционной армии, с началом вооруженной
борьбы против гитлеровской оккупации ушли в партизаны. Капитан
войск кавалерии Франческо Ваннети, бывший участник похода в Со¬
ветский Союз, возглавил драгунский полк «Генуя», вставший на защи¬
ту Рима от нацистов. Он погиб в бою и посмертно был награжден Зо¬
лотой медалью за военную доблесть47. Джованни Бурландо, командир
80-й гарибальдийской бригады, действовавшей в долине Ланцо (Север¬
ная Италия), также был в составе итальянских войск на Восточном
фронте. В 1943 г. он вернулся в Италию, полный восхищения героиче¬
ским сопротивлением советских людей и вместе с тем ненависти к гит¬
леризму и его кровавым делам. Именно это чувство привело его в ряды
партизан и помогло стать одним из партизанских командиров.
И здесь, в Италии, как и во Франции, Бельгии, Норвегии и дру¬
гих странах Западной Европы, в рядах движения Сопротивления сра¬
жались советские люди, бежавшие из фашистского плена и концен¬
трационных лагерей. Их деятельность была высоко оценена патриота¬
ми Италии. В обращении итальянских партизан к советским гражда¬
нам, действовавшим в районе Реджо-дель-Эмилия, в день 27-й годов¬
щины Великой Октябрьской социалистической революции, 7 ноября
1944 г., говорилось: «В этот исторический день мы особенно хотим вы¬
разить чувство глубокой признательности вам, которые, не колеблясь,
взялись за оружие, чтобы помочь нам в нашей вооруженной борьбе»48.
Бессмертной славой покрыл себя мужественный сын советского народа
Ф. А. Поэтан, бежавший из немецкого концлагеря и сражавшийся в со¬
ставе итальянской партизанской бригады «Оресте». За боевой подвиг
он посмертно удостоен высшей награды Итальянской республики —Зо¬
лотой медали.
После свержения правительства Муссолини, в период боевых дей¬
ствий американо-английских войск в Италии и оккупации северной
части страны немецко-фашистскими войсками, политика Советского Сою¬
за была направлена на полную ликвидацию фашистского режима и
установление в Италии подлинно демократического строя. Этому могло
способствовать широкое развитие итальянского движения Сопротив¬
ления, которому следовало оказывать всемерную помощь. Иной оказа¬
48 «Советско-французские отношения во время второй мировой войны», стр. 340.
47 P. Calamandrei. Uomini е citta della Resistenza. Editori Laterza. Bari.
1955, pp. 182—183.
48 «Международная жизнь», 1960, № l, стрг 156.

20
E. A. Болтин
лась политика США и Англии, несмотря на то, что именно их войска
сражались в Италии. Командование англо-американскими вооружен¬
ными силами даже предприняло шаги по разложению партизанского
движения на севере Италии, в оккупированных немецкими войсками
районах страны. «Очень мешают эти партизаны»,— раздраженно
заявил однажды генерал Александер своим приближенным43. A t3
конце 1944 г. он обратился с директивой-воззванием к партизанам,
призывая их «прекратить на некоторое время организованные опера¬
ции в широком масштабе» под предлогом того, что «...наступление до¬
ждей и распутица неизбежно приведут к замедлению темпов битвы»50.
Нетрудно видеть, что цель этой директивы заключалась в том, чтобы
добиться ослабления партизанского движения в Италии, свести его
роль к случайным выступлениям, не имеющим серьезного политическо¬
го и военного значения. Однако вопреки этому приказу патриотические
силы Италии продолжали вооруженную борьбу против фашистских ок¬
купантов и довели ее до победного конца.
★
Приведенные факты, число которых можно было бы без труда уве¬
личить, характеризуют принципиальную сущность позиции СССР и его
действий по оказанию поддержки освободительной борьбе народоз
Европы в годы минувшей войны. Советский Союз был непоколебимо ве¬
рен великим освободительным целям борьбы с фашистскими захватчи¬
ками, он внес решающий вклад в освобождение народов Европы от на¬
цистского ига.
Изучение движения Сопротивления и его роли в победе антигит¬
леровской коалиции над фашистским блоком показывает, что это дви¬
жение было закономерным и правомерным. Оно явилось одной из форм
справедливой освободительной войны народов Европы против фашиз¬
ма, надежным помощником для государств антигитлеровской коалиции,
вооруженные силы которых вели боевые действия на территории окку¬
пированных гитлеровцами стран. Для народов, порабощенных фашист¬
ской Германией, движение Сопротивления было способом их участия
з антигитлеровской коалиции. Главной движущей силой Сопротивления
являлись широкие массы народа и прежде всего рабочий класс — са¬
мый передовой, организованный и боеспособный класс современного об¬
щества. Вместе с тем по своему характеру движение Сопротивления
было общедемократическим, объединявшим различные социальные
группы населения, представленные разными политическими партиями
и течениями. Основной целью движения Сопротивления было осво¬
бождение стран, оккупированных фашистскими агрессорами. Однако
эта цель не была единственной. Одновременно с ее достижением наи¬
более прогрессивные силы движения Сопротивления боролись за то.
чтобы установить в своих странах новые, более справедливые и демо¬
кратические социальные порядки. Это слияние национально-освободи¬
тельных задач с задачами социального освобождения придавало дви¬
жению Сопротивления революционную окраску.
Советский Союз, его правительство и военное командование при¬
держивались последовательной и четкой линии всемерной поддержки
движения Сопротивления. Это нашло яркое выражение как в поли¬
тике СССР внутри антигитлеровской коалиции, так и в действиях Со¬
ветской Армии. СССР поддерживал всех, кто вел активную антифа¬
шистскую борьбу, независимо от принадлежности их к тем или иным
социальным группам или политическим партиям, настойчиво добиваясь
49 См. Р. Батталья. Указ. соч., стр. 497.
** См. там же, стр. 524.

Советский Союз и движение Сопротивления в Европе
21
объединения всех прогрессивных и демократических антифашистских ор¬
ганизаций и течений. Совершенно иной характер носила политика США
и Англии. Признавая движение Сопротивления и оказывая ему извест¬
ную военно-техническую помощь, правительства этих стран стремились
ограничить цели и масштабы движения Сопротивления, фактически вы¬
ступая против широкого развертывания его наиболее действенной фор¬
мы — вооруженной борьбы. При этом правящие круги западных
держав ориентировались на буржуазные и умеренно-либеральные эле¬
менты в движении Сопротивления и отказывали в своей поддержке его
революционным, особенно пролетарским элементам. И если силы дви¬
жения Сопротивления в некоторых странах Европы не были полностью
использованы в интересах быстрейшей и полной победы, то причину
этого надо искать не внутри самого движения, а в политике правящих
кругов западных государств, а также некоторых поддерживаемых ими
реакционных эмигрантских правительств.
Помощь, оказанная Советским Союзом движению Сопротивления
в странах Восточной и Юго-Восточной Европы, имела для них решаю¬
щее значение. Освобождение этих стран было достигнуто непосредствен¬
но благодаря боевым действиям Советской Армии, опиравшейся на под¬
держку народно-освободительных сил в этих странах. Борьба и победы
Советского Союза и его Вооруженных Сил оказали могучее влияние
на развитие движения Сопротивления и в других оккупированных фа¬
шистами европейских странах, несмотря на то, что советские войска
непосредственно не действовали на их территории.

К ИТОГАМ ВТОРОЙ МЕЖДУНАРОДНОЙ
КОНФЕРЕНЦИИ ПО ИСТОРИИ ДВИЖЕНИЯ
СОПРОТИВЛЕНИЯ
Г. А. Деборин
С 26 по 29 марта 1961 г. в итальянском городе Милане —одном из
главных центров итальянского Сопротивления в годы второй мировой
войны — состоялась Вторая международная конференция по истории
движения Сопротивления. Конференция носила широкий представи¬
тельный характер. В ее работах приняли участие свыше 300 истори¬
ков и участников движения Сопротивления из 20. стран: Австрии, Алба¬
нии, Англии, Бельгии, Болгарии, Венгрии, Германской Демократической
Республики, Голландии, Греции, Дании, Италии, Норвегии, Польши, Ру¬
мынии, Советского Союза, США, Франции, Федеративной Республики
Германии, Чехословакии и Югославии.
Состав конференции свидетельствует о признании со стороны вид¬
ных представителей буржуазной исторической науки того факта, что
без историков социалистических стран невозможна плодотворная разра¬
ботка важнейших проблем движения Сопротивления. С позиций бур¬
жуазной методологии и классовой враждебности правящих кругов
империалистических держав к движению Сопротивления нельзя дать
правильный ответ на главные относящиеся к нему вопросы. Идти по
этому пути — значит обречь себя на бесплодие и полное банкротство
в науке.
Это с полной очевидностью показала Первая международная кон¬
ференция по истории движения Сопротивления, состоявшаяся в
г. Льеже (Бельгия) в сентябре 1957 года. Созванная без участия пред¬
ставителей марксистско-ленинской историографии и в обстановке враж¬
дебности к ней, она оказалась бесплодной.
После конференции в Льеже группа видных представителей буржу¬
азной историографии пришла к выводу о необходимости научного об¬
щения с историками социалистических стран в разработке вопросов
.истории движения Сопротивления. Этот вывод обусловливался ря¬
дом серьезных обстоятельств. Во-первых, тот объективный характер,
который был присущ движению Сопротивления, толкает влево всех
вдумчивых его исследователей, среди которых имеются и активные
участники этого движения. Во-вторых, среди буржуазных историков
усиливается тяга к ознакомлению с идейными основами марксистско-
ленинской историографии. В-третьих, часть буржуазных историков уже
поняла, что без знания литературы социалистических стран нельзя ска¬
зать что-либо серьезное об истории движения Сопротивления.
Большую положительную роль в созыве конференции и ее успеш¬
ной деятельности сыграли итальянские историки самых различных идей¬
ных направлений. Следует отметить значительные усилия в организа¬
ции конференции, приложенные итальянским сенатором Феруччо
Парри, принимавшим в годы войны активное участие в движении Со¬
противления в Северной Италии.
Конференция была посвящена теме «Союзники и движение Со¬

Международная конференция по истории движения Сопротивления
23
противления в Европе». Задачей конференции являлось всестороннее
рассмотрение взаимоотношений главных держав антифашистской ко¬
алиции (СССР, США и Англии) и сил Сопротивления в европейских
странах, находившихся под гнетом фашизма. Французскому историку
Анри Мишелю был поручен общий доклад о разработке данной пробле¬
мы. Историки СССР, США и Англии выступали с главными докладами
на эту тему. Представителям остальных участвовавших в конференции
стран была предоставлена возможность выступить со своими националь¬
ными докладами. Было заслушано 15 таких докладов. Кроме того, италь¬
янскому историку Воккарино был поручен доклад о методологии разра¬
ботки вопросов истории движения Сопротивления.
Все доклады были представлены в письменном виде, размноже¬
ны и розданы, а короткое их резюме заслушивалось на заседаниях кон¬
ференции (не выступали с устными сообщениями только историки Авст¬
рии, Греции и Норвегии). Обсуждение докладов носило широкий ха¬
рактер.
В ходе работ Миланской конференции сложилась совершенно опре¬
деленная расстановка сил ее участников. Марксистско-ленинская исто¬
риография была представлена историками социалистических стран и
рядом ученых из капиталистических государств. Все они решительно
отстаивали свои идейные позиции, разоблачали взгляды, и приемы фаль¬
сификаторов истории, проявляя в то же время добрую волю к междуна¬
родному сотрудничеству ученых, обмену накопленным фактическим
материалом, деловому обсуждению вопросов.
Представители буржуазной историографии не были едины, в их
среде имелись по крайней мере две группы. Значительная часть их
стремилась сотрудничать с представителями марксистско-ленинской
историографии. Она отнюдь не была нейтральной в идейной борьбе, но
и не пыталась выходить за рамки научной дискуссии. Другая часть
буржуазных историков придерживалась крайне реакционных взгля¬
дов, выступала с позиций антикоммунизма. Эта группа в полной мере
выявила свое пренебрежение к исторической науке и далеко не бескорыст¬
ное служение интересам правящих кругов империалистических дер¬
жав. К чести конференции, следует отметить, что данная группа была
крайне немногочисленной, ее составили: два-три американца, выдавав¬
ших себя за историков, один-два приверженца Андерса, бежавших из
Польши и обосновавшихся во Франции, два представителя из Голлан¬
дии. Характерно, что приверженцы «холодной войны» не вступали в дис¬
куссию по кардинальным теоретическим и методологическим вопросам.
Они оперировали трафаретньими клеветническими обвинениями против
СССР, зачастую черпая их из арсенала гитлеровской пропаганды. На
конференции обнаружилось далеко идущее «сродство душ» немецко-
фашистских идеологов и некоторых современных реакционных исто¬
риков.
Профессор Воккарино пытался защищать буржуазную методоло¬
гию изучения истории движения Сопротивления. Однако его доклад ока¬
зался совершенно беспомощным и несостоятельным. Кроме обычных
«обвинений» по адресу марксизма-ленинизма в том, что он «пользует¬
ся для объяснения исторических событий схемой классовой борьбы», в
нем ничего не содержалось, не было даже и попытки выдвинуть ка¬
кую-либо теоретическую концепцию.
Следует отметить, что искреннее стремление историков-марксистов
к научному сотрудничеству было правильно понято и поддержано боль¬
шинством буржуазных ученых, что сказалось и в организации кон¬
ференции и во всей ее работе. Это дало возможность историкам всех
социалистических стран Европы принять участие в работе конферен¬
ции и внести свой значительный вклад в разработку проблем истории
Сопротивления в Европе,

24
Г. А. Деборин
Поставленная на обсуждение конференции тема дала возможность
выдвинуть в центр внимания такие важнейшие принципиальные вопро¬
сы, как: 1) историческая роль движения Сопротивления и его значение
для судеб Европы; 2) значение героической борьбы народов СССР для
движения Сопротивления; 3) движущие силы движения Сопротивле¬
ния и роль в нем различных политических партий; 4) отношение прави¬
тельств СССР, США и Англии к движению Сопротивления.
★
Вопрос об исторической роли движения Сопротивления и его зна¬
чении для судеб Европы был поставлен в первом же докладе на кон¬
ференции, сделанном Анри Мишелем.
Доклад французского ученого представлял собой попытку синтези¬
ровать различные взгляды по вопросам истории движения Сопротив¬
ления. По каждому вопросу, рассмотренному в докладе, были приведе¬
ны существующие точки зрения, хотя и не говорилось конкретно, кто
разделяет тот или иной взгляд. Ряд положений его доклада, в том числе
и по вопросу об исторической роли движения Сопротивления, вызвал
вполне обоснованные возражения со стороны не только историков-мар-
ксистов, но и большинства участников конференции.
В письменном тексте доклада говорится: «Войну выиграли союзни¬
ки, хотя больше всего от нее пострадало движение Сопротивления.
Но именно это движение придало конфликту его моральный смысл, вы¬
ходящий за пределы простого антагонизма империализма». Движение
Сопротивления «было не столько силой, сколько разумом, не столько
политикой, сколько мистикой» В устном выступлении Анри Мишель
еще более ясно сформулировал свою мысль. Он сказал, что «участники
движения Сопротивления больше страдали и погибали, чем боро¬
лись и побеждали», что, следовательно, результаты войны были бы
теми же самыми и без движения Сопротивления 2.
В приведенных словах Анри Мишеля содержится признание того,
что движение Сопротивления сыграло большую роль в изменении
характера войны, начавшейся как империалистическая война двух
капиталистических группировок государств. Однако, признавая мо¬
ральную силу движения Сопротивления, Анри Мишель отрицает его
значение как вооруженной силы, сыгравшей определенную роль в завое¬
вании победы над немецко-фашистскими армиями. С этим никак нельзя
согласиться.
Взгляд Анри Мишеля не случаен, он отражает столь свойственную
буржуазной науке недооценку роли народных масс в историческом про¬
цессе. Марксистско-ленинская историография придерживается противо¬
положного взгляда, она исходит из решающей роли народных масс, тво¬
рящих историю. В докладе советских историков на Миланской конфе¬
ренции, сделанном Е. А. Болтиным, со всей ясностью и определенностью
было показано, что вторая мировая война ознаменовалась участием в
ней широких народных масс. Активность народов — важнейшая харак¬
терная особенность второй мировой войны. Движение Сопротивления
было одной из главных форм этой активности масс, их участия в борьбе
с захватчиками.
Движение Сопротивления приобрело в годы второй мировой войны
огромный размах, охватив в той или иной степени все оккупированные
1 Все доклады цитируются по их официальному тексту, распространенному под¬
готовительным комитетом Второй международной конференции по истории движения
Сопротивления.
3 Все устные выступления цитируются по записям советских участников конфе¬
ренции.

Международная конференция по истории движения Сопротивления
25
фашистскими захватчиками страны. Уже одно это вынуждает истори¬
ков разных течений уделять значительное место изучению движения
Сопротивления. Глубокий анализ движения Сопротивления, его исто¬
ков, содержания и влияния на исторические судьбы многих стран мо¬
жет быть дан только с идейных позиций марксизма-ленинизма. Имен¬
но на этой методологической основе только и можно выяснить харак¬
тер, движущие силы движения Сопротивления, его закономерность и
историческую обусловленность, влияние этого движения на ход второй
мировой войны и послевоенное развитие.
Большинство буржуазных исследователей не только не вскрывает
TGro нового, что было присуще движению Сопротивления в годы второй
мировой войны, но пытается уподобить его тем движениям, которые
имели место в прошлых войнах. Этим они закрывают себе путь к под¬
линно научному изучению движения Сопротивления, которое явилось
качественно новым явлением, отразившим новые закономерности и тен¬
денции, -присущие второй мировой войне.
Каковы же характерные черты движения Сопротивления в годы вто¬
рой мировой войны?
1) Одно из новых качеств заключалось уже в самом размахе дви¬
жения Сопротивления, отвечавшем главной особенности второй миро¬
вой войны. Эта особенность состоит в том, что против фашистских за¬
хватчиков, предпринявших поход за утверждение своего мирового гос¬
подства и сокрушение социализма, поднялись широкие народные массы,
сплотившиеся вокруг СССР, выступившие за справедливые, освободи¬
тельные цели войны. Война стала войной народов против фашизма и им¬
периализма, против гнета и насилия, за свободу, демократию и социаль¬
ное переустройство общества. В движении Сопротивления приняли уча¬
стие не тысячи и даже не сотни тысяч, а миллионы людей. Они не толь¬
ко нанесли немецко-фашистским захватчикам большой урон, облегчив
завоевание победы, но и определили ее особенности, что сыграло важ¬
ную роль в возникновении могущественной коалиции свободолюбивых
народов, сложившейся вокруг СССР и во главе с ним.
2) Движение Сопротивления, как это признает и Анри Мишель, сы¬
грало важную роль в изменении характера второй мировой войны. Имен¬
но с развитием движения Сопротивления стали быстро возрастать осво¬
бодительные тенденции, имевшиеся в войне с самого ее начала, посте¬
пенно приобретая первостепенное значение. Этот процесс завершился с
вступлением в войну Советского Союза. Вторая мировая война превра¬
тилась в войну свободолюбивых народов против фашизма.
3) В движении Сопротивления органически сочетались националь¬
ные и интернациональные стремления его участников. Национальные
стремления были отражены в непреклонной решимости патриотов осво¬
бодить от фашистских захватчиков свою родную землю. Интернацио¬
нальные — в горячем желании помочь другим народам в борьбе с фа¬
шизмом, помочь великому советскому народу, несшему на своих плечах
основную тяжесть войны с Германией и ее союзниками, внести свой
вклад в общее дело завоевания победы над империалистическими за¬
хватчиками. Между бойцами движения Сопротивления самой различ¬
ной национальности устанавливалось боевое братство по оружию. Одной
из форм этого братства было совместное осуществление важных опера¬
ций против войск противника.
4) В движении Сопротивления, как и во всем ходе событий воен¬
ных лет, ярко проявились основные закономерности современной эпохи,
главным содержанием которой является переход человечества от ка¬
питализма к социализму. Именно в эту историческую эпоху руководя¬
щая роль в историческом процессе все более непосредственно переходит
к народным массам, возглавляемым рабочим классом и его коммуниста*

26
Г, А. Деборин
ческим авангардом. Не могли народы не сказать свое веское слово в го¬
ды второй мировой войны. И они это слово сказали, в полной мере вы¬
явив свои стремления, чаяния и надежды. В движении Сопротивления
проявилась испепеляющая ненависть народных масс к империализму,
их готовность навсегда разделаться с той общественной системой, ко¬
торая порождает захватнические войны.
Значение, которое играло движение Сопротивления в годы войны,
определяло и его роль в послевоенном мире. Анри Мишель и в этом во¬
просе встал на путь принижения движения Сопротивления. В своем
письменном докладе он утверждает, будто бы «послевоенное устрой¬
ство мира было создано союзниками. Движение Сопротивления не на¬
шло в этом устройстве своего отражения».
Тезис о том, что движение Сопротивления не нашло своего отраже¬
ния в послевоенном устройстве мира, глубоко ошибочен, противоречит
общеизвестным фактам. Движение Сопротивления имело глубокий смысл
и далеко идущие перспективы, заставляло и союзные державы считать¬
ся с ним. В своем могучем развитии оно привело народные массы стран
Восточной и Юго-Восточной Европы к решающей победе, к созданию на¬
родной демократии, к победе социалистических революций.
Содержательный ответ Анри Мишелю был дан в докладе, прочи¬
танном Е. А. Болтиным, в котором был раскрыт характер движения Со¬
противления, его влияние на судьбы народов. В докладе подчеркивалось,
что развернувшаяся в странах Восточной и Юго-Восточной Европы на¬
ционально-освободительная борьба закономерно поднялась с течением
времени на более высокую ступень, приобретая характер народно-де¬
мократической революции.
Значение движения Сопротивления для победы народных масс в
странах Восточной и Юго-Восточной Европы было детально и убедитель¬
но показано в национальных докладах историков Албании, Болгарии,
Венгрии, Польши, Румынии и Чехословакии. В этих докладах содержал¬
ся богатый фактический материал, раскрывающий ход исторического
процесса в странах Восточной и Юго-Восточной Европы. Историки-мар¬
ксисты социалистических стран установили закономерную связь важней¬
ших событий, протекавших в этих странах в годы войны и в послевоен¬
ное время. Естественно, что народные массы, героически сражавшиеся с
оккупантами, поднявшиеся на Словацкое народное восстание, осуще¬
ствившие сентябрьскую революцию 1944 г. в Болгарии, свергнувшие
фашистский режим в Румынии, покончившие с наследием пилсудчины
в Польше, были творцами нового, народно-демократического устрой¬
ства, созданного по их свободной воле, в соответствии с их желаниями.
Народы не допустили никакого вмешательства в их внутренние дела,
они стали хозяевами своей судьбы.
В ходе Миланской конференции обнаружилось, что многие буржуаз¬
ные историки не знают важнейших исторических фактов развития дви¬
жения Сопротивления, хотя и считаются специалистами в данной обла¬
сти. Свои «знания» эти историки черпают из такого отравленного источ¬
ника, каким являются сочинения различного рода предателей и пере¬
бежчиков. Эти историки не знакомы с обширной литературой по истории
движения Сопротивления, изданной в Советском Союзе и других социа¬
листических странах. Советские же ученые изучают литературу, изда¬
ваемую в США, Англии, Франции, ФРГ и других капиталистических
государствах. В своем заключительном слове Е. А. Болтин говорил, что
буржуазные историки движения Сопротивления рискуют безнадежно
отстать, если не будут изучать историографию Советского Союза и дру¬
гих стран социалистического лагеря.
Историки социалистических стран оказали и конксетную помощь
участникам конференции, предоставив им специально подготовленные
обширные библиографические указатели.

Aiеясдународная конференция по истории движения Сопротивления
27
★
Огромное значение героической борьбы народов СССР для разви¬
тия движения Сопротивления отмечалось подавляющим большинством
участников Миланской конференции. Этому вопросу уделил большое вни_
мание в своем докладе Анри Мишель. В соответствии с исторической
правдой он подчеркнул, что Советский Союз представлял собой в годы
войны надежду всех свободолюбивых народов и явился общепризнан¬
ным вдохновителем всего движения Сопротивления, а его роль в этом
движении не может идти ни в какое сравнение с ролью США и Англии.
Анри Мишель признал, что Советский Союз всемерно поддерживал дви¬
жение Сопротивления и был самым верным поборником дела освобож¬
дения европейских народов от фашизма.
Анри Мишель согласился с периодизацией истории движения Со¬
противления, исходя из признания решающей роли Советского Союза
в войне. Согласно этой периодизации, поддержанной большинством
участников конференции, история движения Сопротивления в Европе
включает четыре основных периода. Первый — от начала второй миро¬
вой войны до нападения гитлеровской Германии на СССР — был перио¬
дом зарождения и первых шагов движения Сопротивления. Второй —
от нападения гитлеровской Германии и начала Великой Отечественной
войны Советского Союза до разгрома немецких войск под Сталингра¬
дом — был периодом широкого развития движения Сопротивления и
вооруженной борьбы патриотов против оккупантов. Третий — от Ста¬
линградской победы Красной Армии до ее летнего наступления 1944 г.
и создания второго фронта в Европе — был периодом мощного подъема
движения Сопротивления и широкого развития вооруженной борьбы на¬
родов с захватчиками. Наконец, четвертый — от летнего наступления
советских войск в 1944 г. и создания второго фронта в Европе до конца
войны — ознаменовался широкими народными восстаниями и массовой
вооруженной борьбой против фашизма3.
В докладе Анри Мишеля отмечалось, что именно «с вступлением
СССР в войну движение Сопротивления в Европе приняло огромный
размах... Сталинградская победа явилась решающим поворотом. Отны¬
не влияние и значение СССР в движении Сопротивления в Европе не
перестает возрастать». Надо, однако, сказать, что Анри Мишель не по¬
казал все значение героической борьбы народов СССР для движения
Сопротивления. Он в первую очередь интересовался вопросом: чье влия¬
ние в движении Сопротивления было большим? На этот вопрос он пра¬
вильно ответил, утверждая, что влияние СССР во много раз превосхо¬
дило влияние США и Англии. Не были вскрыты в докладе Анри Мишеля
и те причины, в силу которых героическая борьба народов СССР при¬
обрела такое огромное значение для движения Сопротивления.
В докладе советских историков внимание сосредоточивалось на тес¬
ной взаимной связи Великой Отечественной войны Советского Союза с
движением Сопротивления, на том решающем влиянии, которое имели
выдвинутые Советским Союзом справедливые освободительные цели вой¬
ны с фашистскими захватчиками. «Признавая движение Сопротивле¬
ния великим народным движением, правомерным и закономерным,— го¬
ворилось в докладе советских историков,— Советский Союз не мыслил
своей деятельности в период войны иначе, как в тесном единстве с дви¬
3 В журнале «Résistence unie» (1961, № 5) помещена заметка, в которой со¬
держится утверждение, будто бы конференция в Милане единодушно пришла к итого¬
вым выводам. Мы считаем необходимым подчеркнуть, что никаких обших решений
конференция не принимала. Можно только говорить о преобладании тех или иных точек
зрения в освещении обсуждавшихся вопросов. В частности, не отвечает действитель¬
ности содержащееся в этой заметке утверждение, что конференция единодушно при¬
знала преобладание английского влияния на движение Сопротивления в первый иердод
его развития.

28
Г. А. Деборин
жением Сопротивления во всех странах, где это движение возникло и
развивалось. Само собой разумеется, что такое единство предполагало
широкое содействие со стороны СССР движению Сопротивления».
Мысли о роли СССР в движении Сопротивления, содержавшиеся в
докладе советских историков, получили свое подтверждение и дальней¬
шее развитие в выступлениях других историков социалистических стран
и .многих участников конференции из капиталистических государств Ев¬
ропы. Все они подчеркивали, что Советский Союз сыграл выдающуюся
роль в развитии движения Сопротивления. Больше того, возможность
возникновения такого массового и могучего движения была обусловлена
самим существованием СССР, общим кризисом капитализма. Героиче¬
ский советский народ, осуществив Великую Октябрьскую социалистиче¬
скую революцию и построив социализм, стал вдохновителем народных
движений нашего века. Поэтому, когда речь идет о роли СССР в разви¬
тии движения Сопротивления, то прежде всего надо подчеркнуть вдох¬
новляющее влияние самого факта существования Советского Союза на
трудящиеся массы всех стран, на международные силы пролетариата,
на все демократическое, рабочее и коммунистическое движение. При¬
мер Советского Союза, героически отбивавшего натиск мощных сил не¬
мецких империалистических захватчиков и их союзников, сочетание на¬
циональных и интернациональных задач борьбы советских людей, ве¬
ликие освободительные цели Отечественной войны — все это не могло не
оказать решающего влияния на движение Сопротивления.
Следует подчеркнуть, что роль СССР в развитии движения Сопро¬
тивления заключалась в следующем:
1) Своей героической борьбой с фашизмом Советский Союз вдохноз-
лял трудящихся других государств на патриотическую борьбу за осво¬
бождение. Мужество и героизм советских воинов и партизан, труже¬
ников советского тыла вдохновляли на борьбу патриотов оккупирован¬
ных стран, подымали их дух и укрепляли волю к победе. Участники дви¬
жения Сопротивления учились на примере советских воинов-героев и
стремились повторить их подвиги в специфических условиях той борьбы,
которая развертывалась ими в своих странах.
2) Население оккупированных фашистами стран по праву видело
в Советском Союзе ту главную силу, которая несла им освобождение.
Они понимали, что только Советский Союз был способен остановить и
разгромить фашистские полчища, спасти мировую цивилизацию, взло¬
мать двери той гигантской тюрьмы, которую представлял собой пресло¬
вутый гитлеровский «новый порядок». Народы связали свои надежды
и свою судьбу с борьбой советского народа.
3) Народы Европы хотели быть достойными собратьями советских
воинов, их товарищами по оружию. Они стремились оказать посильную
помощь великому советскому народу. Не могло социалистическое госу¬
дарство, подвергшееся нападению главных сил мировой империалисти¬
ческой реакции, остаться одиноким в дни такого серьезного для него
испытания. Возник боевой союз народов, против фашизма повсеместно
поднялись могучие народные силы, возникла антифашистская коали¬
ция народов.
4) Огромное значение для движения Сопротивления имели спра¬
ведливые, освободительные цели Великой Отечественной войны, непре¬
клонная борьба СССР за претворение этих целей в жизнь. Освободи¬
тельные задачи Великой Отечественной войны Советского Союза не
только призлекли к нему горячие симпатии народов зарубежных стран,
но и явились могучим средством их мобилизации на борьбу с фашизмом.
5) Советский Союз оказывал всемерную помощь движению Сопро¬
тивления: дипломатическую, моральную, политическую, экономиче¬
скую и военную. Главной формой этой помощи была вооруженная борь¬
ба советских людей с фашистскими захватчиками. Громя пемецко-фа-

Международная, конференция по истории движения Сопротивления 29
шистские полчища, советские люди помогали всем народам Европы.
Мощное наступление Красной Армии от Москвы до Берлина было для
европейских народов основой их освобождения. В своем развитии эхо
наступление привело к непосредственному освобождению ряда евро¬
пейских стран Красной Армией, действовавшей совместно с силами
народного освобождения и в братском союзе с ними.
Группа наиболее реакционных участников конференции, о кото¬
рой уже говорилось выше, пыталась умалить роль СССР в истории дви¬
жения Сопротивления. Будучи не в состоянии опровергнуть реальные
факты, она прибегла к своебразному маневру. Представители этой груп¬
пы в своих выступлениях утверждали, что Советский Союз будто бы не
мог оказать большого влияния на движение Сопротивления, потому чго
оно возникло до вступления СССР в войну с фашистскими захватчи¬
ками. При этом в свойственной для реакционной историографии манере
брались под сомнение цели советско-германского договора о ненапа¬
дении, заключенного 23 августа 1939 года.
Эти злобные выпады вызвали возмущение подавляющего большин¬
ства участников конференции. Ученые из социалистических стран дали
клеветникам дружный отпор. Они напомнили, что заключение советско-
германского договора о ненападении было обусловлено необходимостью
сорвать планы создания единого антисоветского блока империалистиче¬
ских держав, основы для которого были заложены в Мюнхене.
Освободительные элементы были и в годы первой мировой войны.
Они были представлены, в частности, борьбой сербского народа против
напавших на него империалистических хищников. Однако тогда эти эле¬
менты не могли изменить империалистический характер войны. В годы
же второй мировой войны борьба с фашизмом со стороны народов при¬
обретала с самого начала освободительный характер, хотя война в це¬
лом в первом ее периоде была империалистической.
Чем же объяснить, что события стали развиваться именно по этому
пути? Именно здесь и сказалось влияние Советского Союза на все меж¬
дународное развитие. Даже не будучи в начале войны ее участником,
СССР влиял на ход событий. С одной стороны, империалистические кру¬
ги западных держав не оставляли мысли о военном сокрушении нена¬
вистного им Советского государства, разжигая против него всяческие
провокации и конфликты. С другой стороны, все свободолюбивые народы
видели в Советском Союзе залог своей неминуемой победы над черными
силами фашизма.
Вот почему нельзя согласиться с мнением Анри Мишеля, который
считает, что будто бы в первый период второй мировой войны решающее
влияние на развитие движения Сопротивления оказывала Англия. Если
и существовало такое влияние, то оно носило отнюдь не положительный,
а отрицательный характер, не способствовало развитию движения Со¬
противления, а препятствовало ему. Не рассматривая всех относящихся
к этому вопросу фактов, остановимся лишь на одном. С началом второй
мировой войны самым мощным проявлением освободительной тенден¬
ции и зарождением движения Сопротивления явилась героическая
борьба трудящихся Польши против гитлеровских орд. Но ведь именно
тогда Англия и Франция, объявившие войну Германии якобы в порядке
выполнения своих обязательств перед Польшей, не оказали последней
никакой помощи. В дальнейшем правительство Англии покровительство¬
вало реакционерам из польской эмиграции, но совершенно не считалось
с народными силами Польши. Обо всем этом убедительно говорил в
своем докладе генерал Окенский, выступавший на конференции от име¬
ни польских историков.
Вылазки поборников антикоммунизма не смогли умалить ту роль,
которая по праву принадлежит Советскому Союзу в истории движения
Сопротивления.

30
Г. А. Деборин
Большинство буржуазных участников конференции стремилось укло¬
ниться от обсуждения вопроса о движущих силах движения Сопротив¬
ления и роли в нем различных политических партий. Такое же отноше¬
ние проявили они и к проблеме характера движения Сопротивления.
Четкий анализ этих вопросов был дан в национальных докладах истори-
ков-марксистов, что вызвало нападки реакционной прессы, обвинявшей
этих историков в «марксистском догматизме» и в стремлении анализи¬
ровать исторические проблемы «с односторонней классовой точки зре¬
ния».
В противоположность реакционной печати орган Итальянской ком¬
мунистической партии «L’Unita» 28 марта 1961 г, справедливо отмечала,
что на конференции выявились две принципиально различные концепции
в отношении движения Сопротивления. Одна из них, последовательно от¬
стаиваемая историками-марксистами и поддерживаемая некоторой ча¬
стью буржуазных ученых, рассматривает движение Сопротивления
как широкое, правомерное и закономерное общенародное движение,
руководимое рабочим классом, другая, представленная англо-амери¬
канской историографией и рядом буржуазных ученых других стран,
выдвигает на первое место военно-технические и дипломатические во¬
просы, стремясь не вскрывать характер и закономерности движения Со¬
противления.
Историки-марксисты убедительно показали, что движение Сопро¬
тивления было национально-освободительным движением, возникшим в
оккупированных фашистскими захватчиками странах Европы, направлен
ным против иноземных поработителей и против сотрудничавших с ними
предателей, квислингов. Движение Сопротивления явилось широким
общедемократическим движением, в котором участвовали люди различ¬
ной партийной принадлежности, различных убеждений и вероиспове¬
даний. В движении Сопротивления принимали участие трудящиеся го¬
рода и деревни, интеллигенция, мелкая и средняя буржуазия. Однако
его главной социальной силой были рабочие и крестьяне, и прежде всего
рабочий класс, возглавляемый коммунистами. Противниками движе¬
ния Сопротивления и пособниками оккупантов являлись крупная мо¬
нополистическая буржуазия, помещики, монархическое чиновничество и
реакционное офицерство. Но в то время как одна часть этих реакцион¬
ных сил пособничала фашистским оккупантам, другая ориентировалась
на английских и американских империалистов и сотрудничала с ними
против народных масс собственных стран.
Коммунисты сыграли в движении Сопротивления ведущую роль по¬
тому, что именно они являлись самыми пламенными патриотами, побор¬
никами национальных прав народов, наиболее последовательными бор¬
цами за великое дело освобождения трудящихся от всех форм угнете¬
ния, за национальную независимость и демократию. Коммунисты зако¬
номерно встали во главе народных сил Сопротивления именно потому,
что они идут во главе великих свершений нашего века. Руководящая
роль коммунистических партий в движении Сопротивления определя¬
лась еще и тем, что только коммунисты могли дать и дали движению
Сопротивления четкую программу и направленность, только они, буду¬
чи последовательными патриотами и в то же время интернационалиста¬
ми, могли поднять, возглавить и сплотить народные массы. Именно ком¬
мунисты были в первых рядах патриотов, боровшихся с оружием в ру¬
ках, именно они понесли самые большие потери в годы войны.
Некоторые докладчики, далекие от коммунизма, старались объектив¬
но освещать ход событий, признавали величайшую роль коммунистов,
рабочего класса, трудящихся в движении Сопротивления. Именно та¬
ким объективным выступлением явился национальный доклад итальян¬
ских историков, представленный на конференции в Милане сенатором
Парри и профессором Вентури. В этом докладе были отмечены тот раз¬

Международная конференция по истории движения Сопротивления
мах и то значение, которые приобрело движение Сопротивления в Ита¬
лии, охарактеризованы выдающиеся подвиги итальянских патриотов, го¬
ворилось об отношении союзных держав к итальянскому Сопротивлению.
И все же в нем не была показана во всем объеме та выдающаяся роль,
которую сыграла в движении Сопротивления славная Итальянская ком¬
мунистическая партия. Этот недостаток был восполнен пламенным,
хорошо аргументированным выступлением на конференции итальян¬
ского профессора Роберто Батталья, много и плодотворно работаю-
щего над историей движения Сопротивления и историей второй мировой
войны.
Итальянские историки напомнили, что в Италии в освободительной
войне против фашизма приняли участие 256 тыс. итальянских партизан,
организованных в 1 090 боевых бригад, из которых 575 назывались гари-
бальдийскими и непосредственно возглавлялись коммунистами. Из
350 тыс. человек, принявших участие в вооруженной борьбе за все вре¬
мя войны, 210 тыс. были коммунистами. Из 71 тыс. погибших парти¬
зан 43 тыс. составили коммунисты4.
Интересные факты и обобщения содержались в национальном до¬
кладе греческих буржуазных историков, представленном Комниносом
Пиромаглу. Автор доклада не скрывал своей враждебности к комму¬
низму, однако сделал ряд важных признаний, подкрепляя их конкрет¬
ными фактами. Определяя характер движения Сопротивления, он под¬
черкнул, что «национальная борьба в Греции в значительно большей
степени, чем в других странах, не могла ограничиться простейшими фор¬
мами борьбы за национальную независимость. Национальная борь¬
ба народа, было ли это оправдано или нет, являлась в то же время
борьбой за восстановление демократических, политических и граждан¬
ских свобод». Движение Сопротивления превратило идеи национально¬
го и социального освобождения в «текущую реальность повседневной
жизни».
Подчеркивая роль Коммунистической партии Греции в движении
Сопротивления, К. Пиромаглу посвятил ее деятельности значительную
часть своего доклада. Он неопровержимо доказал, что Коммунистиче¬
ская партия Греции, рассматривая движение Сопротивления как обще¬
демократическое, не предпринимала никаких попыток изменить его ха¬
рактер. «В течение всего периода оккупации и Сопротивления,— пишет
он,— Коммунистическая партия не выступала с лозунгами немедленной
пролетарской революции; эта партия, как и все остальные организа¬
ции, входившие в движение Сопротивления, а также и многие другие
партии, всегда выступала в пользу плебисцита и создания республики».
Эти выводы крупнейшего знатока современной истории Греции, а также
его категорическое утверждение, что Коммунистическая партия Греции
действовала самостоятельно и не руководствовалась «приказами Моск¬
вы », имеют большое значение. Они опрокидывают ту ложь, к которой
прибегает официальная английская историография с целью оправда¬
ния кровавой расправы войск английского империализма над гречески¬
ми патриотами.
На Второй международной конференции по истории движения
Сопротивления были представлены два германских национальных докла¬
да— директора Института современной истории в Берлине профессора
В. Бартеля и директора Института современной истории, находящегося
в Мюнхене, профессора Краушника. Идейные установки и все содержа¬
ние этих докладов оказались, как и следовало ожидать, диаметрально
противоположными.
Проф. Краушник предпринял попытку отстоять один из главных те¬
зисов западногерманской буржуазной историографии; будто бы антифа-
4 См. также «За прочный мир, за народную демократию!», 6 мая 1955 года.

32
Г. А. Деборин
шистекое движение в Германии в годы второй мировой войны возглав¬
лялось буржуазией и военщиной, а самыми выдающимися его представи¬
телями были реакционные участники заговора против Гитлера 20 июля
J944 года. Таким образом, поборниками германского движения Со¬
противления объявляются его враги, матерые фашисты и в их числе
фельдмаршалы Вицлебен и Роммель, промышленник Герделер, развед¬
чик Гизевиус, все усилия которых были направлены к тому, чтобы, заме¬
нив Гитлера другим лицом, спасти террористическую диктатуру герман¬
ского империализма. Подобная грубая фальсификация истории исполь¬
зуется для того, чтобы представить находящихся у власти в ФРГ мили¬
таристов и реваншистов прямыми продолжателями германского движе¬
ния Сопротивления.
Доклад В. Бартеля в отличие от доклада Краушника был построен
на строго документальной основе, сочетаемой с убежденностью и эмоцио¬
нальностью изложения, отличался своей глубиной, содержательностью
и обоснованностью выводов. В этом докладе было воздано должное са¬
моотверженности и мужеству немецких антифашистов, не прекращав¬
ших в самых трудных условиях чудовищного террора борьбу против гит¬
леровского режима. В докладе В. Бартеля было наглядно показано, что
в антифашистском движении в Германии руководящую роль играли ра¬
бочий класс, Коммунистическая партия Германии. Именно по инициа¬
тиве Коммунистической партии был создан на территории СССР Нацио¬
нальный комитет «Свободная Германия», который, как отмечал
В. Бартель, с течением времени «вырос в центр героической борьбы всех
немецких патриотов.
В то время как Советская Армия и армии всей антигитлеровской
коалиции громили фашистские армии, в ходе Сопротивления военной
политике германского империализма возник широкий политико-идеоло¬
гический фронт национально мыслящих немцев. Против антинациональ¬
ной политики фашистского империализма поднялся национальный фронт
свободы и демократии. За этот национальный фронт, цели которого пол¬
ностью совпадали с интересами народов, боровшихся в составе антигит¬
леровской коалиции, десятки тысяч подлинных героев немецкого на¬
рода отдали свою кровь и самую жизнь». Признание заслуг и ведущей
роли рабочего класса Германии в борьбе против фашизма не умаляет
мужества и готовности к самопожертвованию, которые проявляли и пред¬
ставители других социальных слоев Германии в борьбе против фашизма
и войны.
Оценивая политическую программу участников заговора 20 июля,
которая нашла свое отражение во многих документах и высказываниях,
В. Бартель пишет: «Герделер и его окружение стремились к открытию
Западного фронта и к продолжению борьбы на советско-германском
фронте. Следовательно, была предпринята попытка взорвать антигит¬
леровскую коалицию и дать истечь кровью немецкому народу в пре¬
ступной войне против Советского Союза. Этот план противоречил интере¬
сам германской нации, которая нуждалась в немедленном заключении
мира на всех фронтах... Заговорщики намеревались сохранить герман¬
ский империализм, его армию и даже фашистский государственный ап¬
парат, хотя и без его фашистских руководителей, имена которых стали
для всех чересчур ненавистны. Подобные цели противоречили основным
принципам антигитлеровской коалиции, которые предусматривали лик¬
видацию немецко-фашистского режима и лишение власти виновников
войны».
Выводы В. Бартеля полностью опрокидывают попытки боннских ре¬
ваншистов и милитаристов прикинуться противниками фашизма и сто¬
ронниками дела антигитлеровской коалиции. В действительности правя¬
щие круги Бонна унаследовали политику тех кругов, которые в свое вре¬
мя породили кровавый фашистский режим, а позднее ради его спасения

Международная конференция по истории движения Сопротивления 33
были готовы пожертвовать одними диктаторами ради предоставления
власти другим таким же диктаторам. Эти круги были не сторонниками,
а яростными врагами того справедливого дела, за которое вели борь¬
бу антифашистская коалиция, возглавленная Советским Союзом, все
движение Сопротивления в странах Европы.
Попытки представить врагов подлинного движения Сопротивления
его сторонниками были предприняты во время работы Миланской кон¬
ференции и в других формах. В национальных докладах историков Гол¬
ландии, Дании и Бельгии и особенно в докладах историков Англии и
США содержалась преувеличенная оценка роли в движении Сопротив¬
ления эмигрантских кругов и эмигрантских правительств.
В национальных докладах историков Польши, Чехословакии, Юго¬
славии был дан глубокий анализ политики эмигрантских правительств.
Эти правительства, в которых господствовали антинародные силы, не¬
изменно оставались на протяжении всей войны сугубо враждебными по
отношению к движению Сопротивления. Их враждебность проистекала
из классовой ненависти крупной буржуазии и помещиков к трудящимся
массам, усугубленной страхом перед волей этих масс и их решимостью
определять судьбы своих стран, нашедшими яркое проявление в движе¬
нии Сопротивления. .
Вот почему эмигрантские правительства создавали на территориях
соответствующих стран свои вооруженные отряды, наносившие удары ь
спину движению Сопротивления, вот почему они призывали народные
массы к «терпению и выжиданию». Политика пассивного выжидания
(«аттантизма») стала той официальной политикой, которую эмигрант¬
ские правительства рекомендовали и навязывали патриотам своих стран.
Но, с другой стороны, опасаясь открыто противопоставить себя движе¬
нию Сопротивления, а следовательно, народным массам и оказаться в
положении политической изоляции, эмигрантские круги лицемерно при¬
кидывались сторонниками этого движения. Они предпринимали попыт¬
ки возглавить движение Сопротивления, чтобы подчинить его своей во¬
ле и своей политике, противоречившей целям и характеру данного дви¬
жения.
Во всем этом эмигрантские правительства находили сочувствие и
поддержку со стороны правительств США и Англии. Однако последние
имели и свои собственные намерения, не совпадавшие иной раз с пла¬
нами эмиграции. Но прекращая борьбы между собой за обеспечение вли¬
яния в послевоенной Европе, правительства США и Англии стремились
поставить у власти в европейских странах, освобожденных от фашистско¬
го ига, своих сторонников. С этой целью под видом борьбы против фа¬
шизма они забрасывали на территории оккупированных стран свою
агентуру.
Противники народного движения Сопротивления нередко объединя¬
лись с гитлеровцами, выступая заодно с ними. Сотрудничество эмигрант¬
ских правительств и англо-американской агентуры с немецкими фаши¬
стами принимало самые разнообразные формы и наносило ущерб дви¬
жению Сопротивления.
Все эти высказывания историков социалистических стран были глу¬
боко аргументированы, детально подкреплены доказательствами, и воз¬
ражать против них было трудно. Анри Мишель, ознакомившись с текста¬
ми докладов историков социалистических стран, в своем устном докла¬
де предпринял попытку «примирить» противоположные точки зрения.
Он заявил, что, по его мнению, движение Сопротивления существова¬
ло в годы второй мировой войны в двух главных формах, отличавшихся
не только методами действий, но и их целями: внутренней и внешней.
Под внутренним Сопротивлением он предложил понимать борьбу внут¬
ренних сил, протекавшую на территориях оккупированных стран, под
внешним — деятельность эмигрантских правительств, а также агентуры
3. «Вопросы истории» № 9.

34
Г. А. Деборин
Англии и США. Таким образом, Анри Мишель, с одной стороны, признал
коренное различие между внутренним движением Сопротивления и внеш¬
ними силами. Но, с другой стороны, эти силы, враждебные внутреннему
движению Сопротивления, он предложил также считать Сопротивле¬
нием.
Концепция Анри Мишеля встретила сочувственное отношение боль¬
шинства буржуазных историков. Историки-марксисты заявили о своем
решительном несогласии с мнением Анри Мишеля. В своих выступлениях
они отмечали, что движение Сопротивления — это широкое антифашист¬
ское, освободительное народное движение, рядом с которым нельзя
ставить реакционную деятельность эмигрантских правительств и импе¬
риалистов Англии и США.
Историки-марксисты высоко оценили и единодушно поддержали
следующее важное положение доклада советских историков: «Движение
Сопротивления возникло именно потому, что антинародные правитель¬
ства западных стран отказывались от борьбы с фашистами и капиту¬
лировали перед ними. В этих условиях народные массы брали в свои
руки дело национального освобождения своих стран». В самих словах
«движение Сопротивления» заключен глубокий смысл, они отражают
тот факт, что это движение было также и проявлением сопротивления
масс антинациональной политике буржуазных правительств.
Вот почему термин «движение Сопротивления» неприменим по отно¬
шению к советскому партизанскому движению. Между движением Со¬
противления и партизанским движением на оккупированной фашиста¬
ми советской территории существует глубокое качественное различие.
В СССР не было и не могло быть антагонизма между правительством и
народными силами, а, напротив, было полное единодушие, полное един¬
ство. Советское правительство было единственным правительством, ко¬
торое призвало народ не к пассивности и выжиданию, а к величайшей
активности в борьбе с оккупантами. В то время как правительства за¬
падных стран боялись развертывания партизанской борьбы, считая ее
опасной для себя, Коммунистическая партия Советского Союза и Со¬
ветское правительство призывали к всемерному развертыванию воору¬
женной борьбы с оккупантами, зная о том, что весь советский народ еди¬
нодушно поддерживает свою родную власть и борется за нее. В во¬
оруженной борьбе советский народ видел важнейший залог победы
над фашизмом.
Партизанская война на оккупированной немецкими фашистами со¬
ветской территории была ярчайшим проявлением глубокого патрио¬
тизма советского народа, его безграничной преданности социализму.
Советское партизанское движение было монолитным, преследова¬
ло единые цели, не раздиралось классовыми противоречиями, как в
капиталистических странах. Народ был всецело предан Коммунисти¬
ческой партии, безгранично верил ей и в руководстве партии ви¬
дел важнейший источник своих сил и залог неминуемой победы над фа¬
шизмом.
В докладе советских историков впервые были приведены цифры, ха¬
рактеризующие размеры партизанского движения на оккупированной
территории СССР. Общая численность советских людей, принявших не¬
посредственное участие в партизанской борьбе с оккупантами, составила
более одного миллиона человек. Всенародное, руководимое и направ¬
ляемое Коммунистической партией и Советским правительством парти¬
занское движение в СССР стало вдохновляющим источником высокого
морального духа движения Сопротивления в Европе, примером героиче¬
ской борьбы, превратилось в один из важных политических и военно¬
стратегических факторов разгрома фашистской Германии и ее союзников
в Европе.

Международная конференция по истории движения Сопротивления 35
★
Официальная тема Миланской конференции — «Союзники и дви¬
жение Сопротивления в Европе».
В докладе советских историков было ярко и убедительно показано
отношение Советского Союза к движению Сопротивления. Это отноше¬
ние определялось следующими основными моментами:
î. Оказывая всемерную поддержку движению Сопротивления, Со¬
ветский Союз не руководствовался какими-либо привходящими, корыст¬
ными, эгоистическими соображениями, как это было свойственно полити¬
ке правительств США и Англии. Его отношение к движению Сопротив¬
ления представляло собой определенную принципиальную линию, обу¬
словленную самим характером советского общественного и государствен¬
ного строя, справедливыми, освободительными целями Великой Отече¬
ственной войны.
2. В соответствии с этим Советский Союз в отличие от правящих
кругов Англии и США не считал движение Сопротивления подсобным
для себя движением и не пытался подчинить его своей политике. Он рас¬
сматривал борьбу народов оккупированных стран как важный состав-1
ной элемент всеобщей войны с фашизмом и в то же время как проявле¬
ние народного волеизъявления. Участников движения Сопротивления
Советский Союз считал своими равноправными партнерами и союзника¬
ми в борьбе против общего врага. СССР всемерно поддерживал все силы
Сопротивления, которые вели активную антифашистскую борьбу не¬
зависимо от принадлежности этих сил к тем или иным социальным
группам и политическим партиям. Советский Союз выступал лишь
против тех реакционных, по существу, профашистских, элементов, ко¬
торые вредили движению Сопротивления и стремились разложить, его
изнутри.
3. Советский Союз оценивал движение Сопротивления как право¬
мерное и закономерное. Правомерность движения Сопротивления выте¬
кала из самой его сути. Это было широкое народное движение в защи¬
ту законных, неотъемлемых прав народов, самого их существования. Та¬
кое движение было столь же закономерным, сколь закономерно патрио¬
тическое стремление народа каждой страны к независимому националь¬
ному существованию, к свободе и демократии.
4. Оказывая всемерную помощь и поддержку движению Сопротив¬
ления, Советский Союз никогда не связывал эту помощь с получением
каких-либо встречных обязательств со стороны участников движения, не
домогался каких-либо особых прав и привилегий для себя. Его полити¬
ка была бескорыстной.
В докладе советских историков были приведены реальные факты,
характеризующие отношение Советского Союза к движению Сопротив¬
ления в Чехословакии, Польше, Югославии, Франции, Италии и других
странах, помощь ему со стороны СССР, участие Советских Вооружен¬
ных Сил и отдельных групп советских людей в борьбе народов Европы
за освобождение от фашизма. Много аналогичных, весьма убедительных
фактов содержалось в выступлениях историков Чехословакии, Польши,
Болгарии и др. Представители исторической науки многих стран счита¬
ли своим долгом дать высокую оценку отношению СССР к движению Со¬
противления в годы войны и высказать свою благодарность советскому
народу за тот решающий вклад, который был сделан им в общее дело
разгрома фашизма и освобождения народов Европы.
Отношение Советского Союза к движению Сопротивления коренным
образом отличалось от отношения к нему со стороны правительств США
и Англии. Формально признавая движение Сопротивления и оказывая
отдельным его отрядам некоторую военно-техническую помощь, прави¬
тельства США и Англии в то же время стремились ограничить цели и

36'
Г. А. Деборин
масштабы движения, решительно выступали против широкого разверты¬
вания его наиболее действенной формы — вооруженной борьбы. Эти пра¬
вительства ориентировались на буржуазные элементы и отказывали в
своей поддержке решающей силе движения Сопротивления — трудя^
щимся.
В подавляющем большинстве выступлений на конференции содер¬
жалась острая, справедливая критика политики правящих кругов США
и Англии в отношении движения Сопротивления. Выступавшие на кон¬
ференции историки и участники Сопротивления приводили огромное ко¬
личество фактов, свидетельствующих о том, что линия правительств
США и Англии была глубоко враждебна движению Сопротивления и
наносила ему огромный ущерб. В частности, была резко осуждена
политика США и Англии в отношении движения Сопротивления во
Франции и Италии.
Итальянские ученые высказали мнение, что встречающееся в лите¬
ратуре выражение «итальянский фронт явился второстепенным фрон¬
том второй мировой войны» требует комментария. Если бы высадившие¬
ся в Италии в Î943 г. английские и американские войска вступили в бое¬
вой союз с патриотами страны, рвавшимися в бой с немецкими фаши¬
стами, итальянский фронт мог бы сыграть важную роль. Но командова¬
ние англо-американских войск не только не привлекало к борьбе уча¬
стников итальянского движения Сопротивления, а даже выступало про¬
тив него.
Многие участники конференции с негодованием вспоминали о кро¬
вавой расправе английского империализма в 1944—1945 гг. с движе¬
нием Сопротивления в Греции. В этой связи большой интерес вызвал до¬
клад Комниноса Пиромаглу. Греческий историк рассмотрел взаимоот¬
ношения правящих кругов Англии и США и движения Сопротивления
в Греции в историческом плане. Он оценил довоенный режим в стране
как диктатуру, созданную по образцу германского фашизма. Но этот
«режим диктатуры в Греции нашел себе поддержку в английском по¬
сольстве». Движение Сопротивления в Греции, подчеркнул К. Пиромаг-’
лу, носило антифашистский характер. Оно было направлено не только
на освобождение страны от иноземных фашистских захватчиков, но и на
уничтожение «отечественной» фашистской диктатуры, на создание рес¬
публики на основе свободного всенародного волеизъявления. Именно
потому, что движение Сопротивления носило республиканский харак¬
тер, оно вызывало к себе сугубо враждебное отношение правящих кру¬
гов Англии. Их политика, по словам К. Пиромаглу, «была направлена
против всех политических движений и организаций Сопротивления,
выступавших против возвращения короля без проведения плебисцита».
Правительство Англии хорошо знало о ненависти населения Греции к
монархо-фашистскому режиму. Именно поэтому оно задолго до траги¬
ческих событий осени 1944 г. поставило своей задачей восстановить
этот режим путем гражданской войны и вооруженного вмешательства
извне. «Так или иначе,— пишет К. Пиромаглу,— одно остается несомнен¬
ным: с самого начала Лондон замышлял гражданскую войну». Прави¬
тельство Англии добилось своего. Опираясь на силу оружия, оно вручи¬
ло власть в Греции своим ставленникам, «шайке соглашателей и колла¬
борационистов».
Объективное исследование политики союзных держав в отношении
движения Сопротивления, ставшее главным стержнем работы Милан¬
ской конференции, ставило в трудное и явно неблагоприятное положе¬
ние буржуазных историков США и Англии. Докладчики от этих стран
Норман Коган и Артур Дикин не смогли при таком положении стать
на путь безусловного оправдания политики своих правительств. В ре¬
зультате в их докладах появились некоторые важные признания и ра¬
зоблачения, уместившиеся рядом с прикрытыми попытками оправдания

Международная конференция по истории движения Сопротивления
37
официальной политики Вашингтона и Лондона в отношении движения
Сопротивления в годы войны.
Американский профессор Норман Коган признал враждебность от¬
ношения правительства США к движению Сопротивления. В тексте его
доклада говорится, что США в течение всех военных лет относились «с
подозрительностью к чистоте намерений и к характеру представитель¬
ства» этого движения. Правительство США поддерживало эмигрантские
правительства Польши, Югославии и Греции, «носившие консерватив¬
ный и националистический характер». С крайней враждебностью от¬
носилось оно к движению Сопротивления во Франции, причем эта враж¬
дебность особенно обострилась накануне высадки американских войск
в Нормандии. В своей политике в отношении Италии США «восхваля¬
ли Савойскую королевскую династию... однако очень мало сделали, что¬
бы поощрить противников фашизма з Италии». Они стремились осуще¬
ствлять свою оккупационную власть в стране и «не желали, чтобы их
власти бросали вызов партизанские отряды». Коган признает, что сдел¬
ка Аллена Даллеса с группой Герделера в Германии была направлена
протиз антифашистсксто движения в стране. Он утверждает, что прави¬
тельство США будто бы не одобряло действий англичан в Греции в
1944—1945 гг., но отмечает, что «весной 1947 г., то есть менее чем через
три года, американское правительство повторило путь английской поли¬
тики в Греции».
Таким образом, в докладе Когана содержится ряд важных при¬
знаний, но американский историк непоследователен, особенно там, где
пытается перейти от описания фактов к их объяснению: в его объяснениях
видна скрытая тенденция оправдать американскую политику.
По мнению Когана, политика США в отношении движения Сопро¬
тивления определялась тремя обстоятельствами.
Первым обстоятельством он считает «изоляционистские устремле¬
ния американцев», которые якобы «нашли свое выражение в нежелании
иметь дело с движениями Сопротивления в ряде стран Европы». Это
объяснение нельзя считать серьезным, ибо сразу же возникает вопрос,
почему эти изоляционистские устремления не мешали американскому
правительству поддерживать в европейских странах тесные отношения
с реакционными силами вплоть до сил фашизма. Достаточно поста¬
вить этот вопрос, чтобы выявилась вся необоснованность рассуждений
Когана.
Вторым обстоятельством Коган считает преобладание в партизан¬
ской борьбе левых политических элементов, к которым правительство
США относилось отрицательно. Значит, по его странной логике, пра¬
вительство США могло поддерживать только угодные ему элементы в
движении Сопротивления, а если таковых не было, то относиться к это¬
му движению отрицательно. Подобное объяснение — лишь простая кон¬
статация фактов.
В-третьих, Коган утверждает, что США предпочли уступить Анг¬
лии ведущую роль по отношению к движению Сопротивления. Это за¬
явление докладчика противоречит действительности. Американские импе¬
риалисты не уступали Англии ни в одном вопросе европейской полити¬
ки, в чем проявлялось их стремление к мировой гегемонии. Другое дело,
что правительство США иной раз давало возможность Англии проявить
инициативу, чтобы не компрометировать себя.
Политика США, как и Англии, в отношении движения Сопротивле¬
ния была своекорыстной, империалистической политикой, враждебной
коренным интересам народных масс. Правящие круги США и Англии хо¬
тели видеть послевоенную Европу близкой им по духу, устройству, со¬
циальной природе, способной служить орудием их политики в борьбе за
мировое господство. Они хотели подчинить своей воле и своим целям
страны Европы, освобождавшиеся из-под гитлеровского ига. Не уничто¬

38
Г. А. Деборин
жить пресловутый фашистский «новый порядок», а поставить его себе
на службу — таково было содержание политики правящих кругов США
и Англии. Вот почему эти круги и были так враждебны левым полити¬
ческим элементам, выступавшим в движении Сопротивления с ясной и
четкой программой полного восстановления национального суверени¬
тета и последовательного демократического развития своих стран.
Коган фактически признает, что правительство США делало свою
ставку не на народные силы, а на силы реакции. Он отмечает, что сделка
США с Дарланом «оскорбила свободных французов и всех антифашистов
во всем мире». Но единственным виновником этой сделки и автором
всей политики США в отношении движения Сопротивления во Франции
он пытается выставить тогдашнего президента США Франклина Руз¬
вельта. «Без сомнения,— говорится в докладе Когана,— Рузвельт со¬
вершил ряд грубых ошибок в своих отношениях с Французским комите¬
том национального освобождения, позволив своей личной антипатии к
де Голлю одержать верх в своих суждениях».
Выпады Когана против Рузвельта насторожили многих участни¬
ков конференции. На Ф. Рузвельта нападают в США сторонники без¬
рассудной и авантюристической агрессивной политики. Им ненавист¬
но имя Ф. Рузвельта как человека, трезво оценивавшего обстановку.
Но политика США не была личной политикой президента. Прези¬
денту Ф. Рузвельту приходилось считаться с мнением членов его прави¬
тельства и еще больше — с давлением тех кругов, которые играют ре¬
шающую роль в формировании внутренней и внешней политики.
Во всем этом можно убедиться даже в результате ознакомления с
мемуарами членов кабинета Рузвельта и его помощников. Государствен¬
ный секретарь К. Хэлл был яростным и непримиримым противником
движения Сопротивления. Он писал в своих мемуарах о ряде возмути¬
тельных акций, осуществленных Государственным департаментом и им
лично против движения Сопротивления. В конце декабря 1941 г. На¬
циональный комитет свободной Франции отстранил от власти Петэна
и освободил от немецкой оккупации острова Сен-Пьер и Микелон.
К- Хэлл разразился нападками на движение свободных французов,
угрожая применить против них вооруженную силу5. Это открытое про¬
явление стремления правящих кругов США использовать свои воору¬
женные силы в интересах прислужников немецко-фашистских захват¬
чиков вызвало такой общественный протест даже внутри США, что
К. Хэлл не мог осуществить свою угрозу. Но он все-таки добился исклю¬
чения свободной Франции из списка участников Декларации Объединен¬
ных Наций, подписанной в Вашингтоне 1 января 1942 года6.
Послы США в вишистской Франции Буллит и Леги питали особенные
симпатии к предателю Петэну и его режиму, открыто восхваляли измен¬
ников. Нельзя без чувства крайнего отвращения читать то, что писал
о Петэне Буллит в своих донесениях в Вашингтон. «Маршал Петэн,—
распинался он,— пользуется огромной популярностью, он исключитель¬
но честен и откровенен. Петэн является полным хозяином положения.
Он старается сделать лучшее в этом чрезвычайно трудном положении» С
Вряд ли Буллит сам верил в то, что писал. Ему была известна та нена¬
висть, которая окружала в оккупированной и неоккупированной Фран¬
ции предателей и немецких прихвостней. Подлинный смысл донесений
Буллита заключался в другом. Он стремился доказать бесперспектив¬
ность движения Сопротивления, возможность для правящих кругов США
поставить послевоенную Францию в прямую зависимость от себя.
По этому же пути шел и Леги. Он писал в Вашингтон, что движе-
5 «The Memoirs oi Cordell Hull». Vol. I. New York. 1948, p. 1130.
e W. H. McNeill. America, Britan and Russia. New York. 1953, p. 96.
7 Cm. W. L. Langer, Our Vichy Gamble, New York. 1947, p. 76.

Международная конференция по истории движения Сопротивления 39
нке Сопротивления во Франции будто бы «не имеет последователей», чго
его успехи ничтожны, а участники движения только «раздражают окку¬
пантов актами саботажа и пропагандой среди населения», не имея проч¬
ных позиций и поддержки в массах. Леги был очень обеспокоен тем, что
развитие движения Сопротивления может причинить неприятности Пе-
тэну 8. Он рассматривал последнего не как ставленника немецких окку¬
пантов, а как возможного будущего ставленника правящих кругов США.
Враждебное отношение Леги к французскому народу, к движению Со¬
противления и его безусловные симпатии к вишистским предателям и
их немецким хозяевам не подлежат сомнению.
Отношение правительств США и Англии к движению Сопротивле¬
ния определялось их крайней неприязнью ко всем народным движе¬
ниям, нежеланием понять глубокие корни Сопротивления. На протя¬
жении всей войны эти правительства стремились подменить движение
Сопротивления действиями своей агентуры. Свидетельством и подтвер¬
ждением этого факта явился доклад на конференции английского исто¬
рика Артура Дикина.
В докладе А. Дикина и особенно в выступлениях членов английской
делегации деятельность агентуры была поставлена выше движения Со¬
противления, а история этого движения подменена историей засылки и
снабжения разведывательной и диверсионной агентуры, разрешения
связанных с этим материально-технических вопросов. Наиболее рьяно
отстаивал такую подмену выступивший в прениях английский генерал
Колин Гоббинс, руководивший в дни войны разведывательной службой
Великобритании.
По мнению Дикина, история движения Сопротивления в Европе
начинается с создания Черчиллем в июне — июле 1940 г. специального
«комитета координации подрывных и диверсионных действий». Опера¬
тивным органом, подведомственным этому комитету и начальникам шта¬
бов Великобритании, явилась «Служба специальных операций». Зада¬
ча этой «службы» заключалась в широкой засылке агентуры в европей¬
ские страны. Стремясь приукрасить деятельность английской агентуры,
А. Дикин называет ее «предвестником освобождения». Однако из даль¬
нейшего изложения становится очевидным, что «предвестники освобож¬
дения» занимались насаждением английского влияния и устанавли¬
вали связь с заклятыми врагами движения Сопротивления, вроде пре¬
дателя Михайловича в Югославии.
А. Дикин признает, что английская агентура направляла свои уси¬
лия на раскол движения Сопротивления, препятствуя «тенденции к объ¬
единению отдельных групп Сопротивления». Об этих усилиях наиболее
подробно говорится в той части его доклада, в которой идет речь об
Италии. «Основная задача союзников... в Северной Италии после сентяб¬
ря 1943 г. заключалась в том, чтобы обуздать энергию стихийного взры¬
ва партизанского сопротивления и применить ее в качестве вспомо¬
гательного средства, способствующего продвижению англо-американ¬
ских войск... Как и в других странах оккупированной Европы, партизаны
могли рассматриваться в качестве ценного помощника в том случае, если
они действовали небольшими группами, собирая разведывательные дан¬
ные о противнике и совершая диверсии на линиях связи и складах вра¬
га. Подобная деятельность всегда рассматривалась как деятельность,
которая должна осуществляться под прямым военным контролем анг¬
личан».
Обо всем этом английский докладчик повествует с эпическим спокой¬
ствием и полной невозмутимостью. Создается впечатление, что А. Ди¬
кин, подобно известному мольеровскому герою, не знавшему, что он го¬
8 D. Leahy. I was There. New York- 1950, p. 43.

40
Г. А. Деборин
ворит прозой, даже не замечает, каким обвинением английской полити¬
ке звучат приводимые им факты. По существу, доклад А. Дикина сви¬
детельствует о том, что английская политика в годы войны была враж¬
дебна внутренним силам Сопротивления в странах Европы и ее главной
задачей было, как пишет А. Дикин, «создание на европейском континенте
неполитической «пятой колонны»... задачи которой были бы ограничены
саботажем, разведкой и действиями небольших групп, а не крупных от¬
рядов».
Дикин заявляет, что отношение Англии к движению Сопротивле¬
ния «было продиктовано скорее соображениями безопасности, чем по¬
литики». Но ведь «соображения безопасности», под которыми следует
понимать традиционное стремление правящих кругов Англии к созданию
на континенте Европы выгодного для них соотношения сил,— это имен¬
но политика, извечная политика крупной британской буржуазии.
Американский и английский докладчики предпочитали не упоминать
о советской политике в отношении движения Сопротивления. Однако они
поддержали фальшивую версию У. Черчилля, что будто бы осенью
1944 г. между Англией и СССР было заключено соглашение о разделе
сфер влияния в Юго-Восточной Европе. Советские историки — участ¬
ники конференции решительно выступили против этой клеветы.
Один из натурализовавшихся во Франции андерсовцев в своем вы¬
ступлении на конференции восхвалял политику правящих кругов США
и Англии, которые, по его мнению, правильно поступали, с подозритель¬
ностью относясь к движению Сопротивления. Одновременно он заявил,
что Советский Союз был пристрастен, поскольку он не оказывал помощь
и поддержку всем вооруженным группам, имевшимся в дни войны на
территории Польши. На это член советской делегации Герой Советского
Союза Н. А. Прокопюк, активный участник партизанского движения, ре¬
зонно возразил, что нельзя же требовать от советских людей, чтобы они
вооружали банды, стремившиеся нанести удар в спину наступавшей
Красной Армии.
Обсуждение вопроса о взаимоотношениях трех великих союзных
держав с движением Сопротивления в годы второй мировой войны бы¬
ло весьма поучительным. Оно в полной мере вскрыло коренное различие
между политикой СССР, с одной стороны, Англии и США—с другой.
Реакционной части конференции не удалось посеять сомнение в искренно¬
сти и чистоте намерений СССР в отношении движения Сопротивления.
Зато политика США и Англии предстала в ее подлинном, непривлека¬
тельном виде.
В результате борьбы мнений на конференции полнее раскрылось
историческое значение движения Сопротивления. Это движение было
великой школой гражданственности, идейности, мужества и стойкости.
Оно воспитало многочисленных поборников национальной независимо¬
сти, демократии и свободы, непримиримых к любому гнету и порабоще¬
нию. Задача всей прогрессивной исторической мысли в данном вопросе
заключается в том, чтобы разрабатывать историю движения Сопротив¬
ления, правдиво показать его во всей силе, духовной красоте и огром¬
ном значении для всего мирового развития.
На участников конференции произвели глубокое впечатление аргу¬
ментированность положений доклада советских историков, логичность и
доказательность его выводов, боевая политическая направленность, все¬
стороннее раскрытие закономерностей движения Сопротивления и вы¬
сокая оценка его значения. Даже сугубо враждебная передовым идеям
нашего века реакционная печать, как, например, итальянская газета
«И Popolo», наряду со стандартными обвинениями в «догматизме» и
«марксистском схематизме» была вынуждена признать, учитывая отно¬
шение подавляющего большинства участников конференции к советско¬
му докладу, что в нем «объективно и серьезно в историческом плане обос-

Международная конференция по истории движения Сопротивления
41
нсвана закономерность Сопротивления и правильно оценен народный и,
стало быть, социально-революционный характер этого движения»9.
Участники конференции и многие итальянские газеты отмечали, что
в докладах и выступлениях историков социалистических стран сочетают¬
ся твердость и решительность в защите основных идейных положений со
стремлением к взаимопониманию и широкому международному сотруд-
ничеству историков различных стран.
Все участники конференции, за редким исключением, признали ее
интересной, полезной и поучительной, отметили значение участия в
конференции историков социалистических стран. Сенатор Парри, выступ
пая в газете «Avanti» 31 марта, отметил, что, несмотря на глубокие идей¬
ные расхождения, встреча историков различных стран в Милане была
плодотворной и наглядно показала возможность широкого международ¬
ного сотрудничества в области исторической науки. «Так называемое
мирное сосуществование,— писал Парри,— представляет собой форму¬
лу временного и осторожного компромисса, который может стать сотруд¬
ничеством, полезным и откровенным обменом мнениями только при усло¬
вии устранения всякого предубеждения... Именно наличие такого стрем¬
ления у большинства участников позволило Миланскому конгрессу за¬
кончиться с перспективами на дальнейшее и даже в атмосфере спо¬
койствия и надежд».
Советская историография добилась в идейной борьбе на конферен¬
ции безусловного успеха. Решающую роль в успехе советской историо¬
графии сыграли два обстоятельства. Первое из них — высокий идей¬
ный уровень советского доклада, его законченность и целеустремлен¬
ность. Второе — хорошее знание историками-марксистами источников и
литературы. Доклады и выступления всех историков-марксистов отлича¬
лись не только четкостью и выдержанностью методологии, но и прево¬
сходной аргументированностью, использованием широкой документаль¬
ной базы, столь необходимой для глубокого исторического исследования.
В противоположность этому доклады буржуазных историков обнаружи¬
ли не только склонность к эмпиризму и эклектике, методологическую
слабость, но и примитивную аргументированность, недостаточность фак¬
тического материала.
Миланская конференция вызвала широкий международный резо¬
нанс. Отклики на ее работу были помещены в печати многих европейских
стран. Одно из английских издательств подготовляет к печати материалы
конференции. На заседании ее Общего комитета принято решение о даль¬
нейшем развитии сотрудничества историков различных стран в изучении
проблем истории движения Сопротивления в Европе.
δ «II Popolo», 28 марта 1961 года.

БОРЬБА ЗА УЛУЧШЕНИЕ БЛАГОСОСТОЯНИЯ
РАБОЧЕГО КЛАССА
(1921 — 1925 гг.)
М. Н. Коровина, Т. Ф. Коган
Изучение истории рабочего класса СССР — одна из назревших за¬
дач советской историографии. Важное значение для ее решения имеет
исследование проблемы собирания рабочих кадров, роста политической
активности и сознательности рабочего класса в восстановительный пе¬
риод. Однако эта проблема не может быть должным образом освеще¬
на без показа борьбы Советского государства за повышение материаль¬
ного благосостояния рабочих. В работах по истории нашей страны в
восстановительный период частично характеризуются и мероприятия
Коммунистической партии и Советского правительства по улучшению
материального положения рабочих и крестьян. Этому вопросу, напри¬
мер, посвящены небольшой раздел в монографии Э. Б. Генкиной* и
параграф в очерках, подготовленных и изданных Институтом истории
АН СССР 2. Касаются данной темы и авторы ряда кандидатских диссер¬
таций 3.
Тем не менее вопрос об улучшении материального положения рабо¬
чих в годы восстановления народного хозяйства страны требует даль¬
нейшего освещения.
Советская республика переходила от войны к мирному социали¬
стическому строительству в обстановке тяжелой экономической раз¬
рухи. Объем продукции крупной промышленности в 1920 г. уменьшил¬
ся по сравнению с 1913 г. почти в семь раз. Катастрофически пала про¬
изводительность труда: в 1920—1921 гг. она составляла лишь 21% от
довоенного уровня4. Падение сельскохозяйственного производства а
неурожаи 1920 и 1921 гг. вызвали голод в ряде губерний страны.
Наибольшие трудности выпали на долю рабочего класса. Заработ¬
ная плата рабочих в 1920 г. была значительно ниже довоенной5. За пер¬
вые годы своего политического господства пролетариат испытал тяжкие
бедствия и лишения, голод, ухудшение своего экономического положения,
л Э. Б. Генкина. Переход Советского государства к новой экономической
политике {1921—1922). М. 1954.
2 «СССР в период восстановления народного хозяйства (1921—1925 гг.)».
М. 1955.
3 П. П. Щелкунов. Рабочий класс СССР в восстановительный период (вос¬
становление индустриальных кадров рабочего класса в 1921 — 1925 гг.). М. 1951;
Т. Ф. Коган. Борьба московских большевиков за восстановление социалистической
промышленности в 1921—1925 гг. М.. 1951; Н. Г. Гриднев. Коммунистическая партия
в борьбе за укрепление профсоюзов в период восстановления народного хозяйства
(1921 — 1925 гг.). М. 1954; И. С. Ефимов. Борьба Коммунистической партии за мо¬
билизацию профсоюзов на восстановление народного хозяйства (1921 — 1925 гг.).
JI. 1956; М. Н. Коровина. Коммунистическая партия в борьбе за улучшение мате¬
риального положения рабочего класса в восстановительный период (1921 — 1925 гг.).
М 1957
4 «Промышленность за 10 лет (1917— 1927 гг.)». М. 1927, стр. 3,
* Там же.

Борьба за улучшение благосостояния рабочего класса (1921—1925 гг.)
вызванные иностранной интервенцией и разрухой6. Остановка пред¬
приятий и продовольственный кризис в городах привели к деклассиро¬
ванию части рабочего класса. В то время как основная масса рабочих
самоотверженно восстанавливала промышленные предприятия, некото¬
рые рабочие занимались кустарничеством и мешочничеством или осе¬
дали в деревне, порывая с городом. Число рабочих крупной промыш¬
ленности сократилось с 2 608 тыс. в 1917 г. до 1 347 тыс. в 1920 году7.
В этой обстановке перед Коммунистической партией и Советской стра¬
ной встала серьезнейшая задача: спасти от голода и деклассирования
рабочий класс — главную производительную силу нового общества.
«В стране, которая разорена, первая задача — спасти
трудящегося,— говорил В. И. Ленин.— Первая производи¬
тельная сила всего человечества есть рабочий, тру¬
дящийся. Если он выживет, мы все спасем и восстановим»8.
Прочную базу для роста рабочего класса и улучшения его мате¬
риального положения, для создания основ строительства нового, социа¬
листического общества могли дать только крупная промышленность и
повышение производительности труда. Однако в тот период, в условиях
упадка всех отраслей народного хозяйства и жесточайшего продоволь¬
ственного кризиса, нельзя было поднять промышленность, не восстано¬
вив сельское хозяйство. В. И. Ленин писал, что «...для улучшения положе¬
ния рабочих нужны хлеб и топливо. Сейчас «задержка» самая боль¬
шая— с точки зрения всего государственного хозяйства — именно из-за
этого. А увеличить производство и сбор хлеба, заготовку и доставку топ¬
лива нельзя иначе, как улучшив положение крестьянства, подняв его
производительные силы»9.
X съезд РКП (б) (март 1921 г.), принявший решение о замене
продразверстки продналогом, знаменовал собою поворот от политики
военного коммунизма к новой экономической политике, которая была
рассчитана на упрочение союза рабочего класса и крестьянства и долж¬
на была в условиях преобладания в стране мелкотоварного производ¬
ства обеспечить построение фундамента социалистической экономики.
Замена продразверстки продналогом и разрешение крестьянам прода¬
вать излишки сельскохозяйственных продуктов на рынке увеличили за¬
интересованность крестьян в развитии своего хозяйства. Восстановле¬
ние же сельского хозяйства создавало условия для подъема промыш¬
ленности и улучшения материального положения рабочих.
Уже в начале восстановительного периода Советское государство
осуществило ряд важных мероприятий по смягчению трудностей, кото¬
рые переживал рабочий класс. В первую очередь нужно было обеспе¬
чить продовольствием рабочих крупных промышленных центров. Для
успешного решения этой задачи 31 января 1921 г. при Совете Труда и
Обороны (СТО) была создана специальная хлебная комиссия под пред¬
седательством В. И. Ленина’0. 12 июля 1921 г. Туркестанскому нарком-
проду была передана по прямому проводу записка В. И. Ленина:
«Ввиду необходимости срочного смягчения продовольственного кризи¬
са [вЗ центрах, достигшего исключительной остроты, просим [в] порядке
боевой срочности, имеющей политическое значение, немедленно погру¬
зить маршруты, Си] отправить [в! Москву 1в1 адрес Наркомпрода двести
пятьдесят тысяч пудов хлеба»11. Аналогичные директивы были посланы
в Сибирь, на Северный Кавказ, в Ростов-на-Дону и другие районы стра¬
6 См. В. И. Ленин. Соч. Т. 32, стр. 250.
7 Г. М. Кржижановский. Десять лет хозяйственного строительства СССР
(1917— 1927 гг.). М. 1927, стр. 124.
8 В. И. Ленин. Соч. Т. 29, стр. 334.
9 В. И. Ленин. Соч. Т. 32, стр. 320.
10 См. там же, стр. 521.
11 «Ленинский сборник» XX, стр. 274 — 275.

М. И. Коровина, Т. Ф. Коган
ны 12. Принимались экстренные меры к быстрейшему продвижению про¬
довольственных маршрутов к Москве, Петрограду, Туле и другим про¬
мышленным городам. Партийные организации Москвы, Петрограда,
Урала, Сибири послали на продовольственный фронт сотни коммуни¬
стов. Так, Сиббюро РКП (б) мобилизовало для этой цели свыше ты¬
сячи членов партии 13.
В деревне была развернута широкая агитационная работа. Массо¬
вым тиражом издавались ленинские работы о продналоге, выпускались
листовки, организовывались, митинги и собрания. В результате этих мер
были достигнуты значительные успехи: крестьяне ряда урожайных мест
Сибири, Тульской, Орловской и других губерний досрочно и с превы¬
шением выполнили план сдачи хлеба в счет продналога. По предложе¬
нию В. И, Ленина от имени Совнаркома РСФСР и ВЦИК Советов прод-
работникам этих губерний была объявлена благодарность.14. Но в связи
с неурожаем в 1921 г. было собрано по продналогу лишь 183 млн. пудов
хлеба вместо предполагавшихся 240 млн. пудов и необходимых по са¬
мым минимальным расчетам 423 млн. пудов хлеба 15.
Часть хлеба предполагалось заготовить путем обмена на промыш¬
ленные товары. Ряд декретов и постановлений, широкая агитационно¬
пропагандистская кампания, начатая весной 1921 г., были направлены
на организацию товарообмена. Государство выделило для организован¬
ной передачи местным органам Наркомпрода и губсоюзам в обмен на
продукты сельского хозяйства мануфактуру, гудрон, топоры, гвозди,
ведра, лопаты. «Правда» в специальном разделе «К организации това¬
рообмена» систематически публиковала сведения о выделении обмен¬
ных товаров. Часть имевшейся у правительства РСФСР мануфактуры
по указанию В. И. Ленина была передана для обмена на хлеб на Украи¬
ну. К лету 1921 г. здесь было заготовлено для Петрограда 170 тыс. пу¬
дов хлеба 16.
Важным продуктом товарообмена являлась соль. «Будет хлеб,
если будет соль» — так ставился тогда вопрос. Поэтому расширялась
разработка соляных месторождений на озерах Эльтон и Баскунчак, в
Бахмуте, в Крыму, на Урале и других местах. СТО поручил М. В. Фрун¬
зе, в то время командовавшему войсками Украины, руководство добы¬
чей и вывозом соли в Бахмутском, Одесском и Крымском районах.
В. И. Ленин в мае 1921 г. писал М. В. Фрунзе, что для получения хлеба
с Украины «главное — соль. Все забрать, обставить тройным кордоном
войска все места добычи, ни фунта не пропускать, не давать раскрасть.
Это вопрос жизни и смерти. Поставьте по-военному» 17. Декретом Совета
Народных Комиссаров РСФСР 31 мая 1921 г. была введена государст¬
венная монополия на соль ,8.
В результате принятых мер добыча соли возросла с 14,7 млн. пудов
в первом полугодии 1921 г. до 45,8 млн. пудов во втором полугодии19.
Чтобы облегчить положение рабочих и усилить приток продуктов из
деревни, Советское правительство разрешило индивидуальный обмен.
С этой целью на предприятиях создавался специальный фонд «натур-
премирования». Рабочие могли обменять полученные ими промышлен¬
ные товары на продукты. Чтобы придать индивидуальному обмену орга¬
12 См. там же, стр. 10, 274—275.
13 Центральный партийный архив Института марксизма-ленинизма при ЦК КПСС
(ЦПА ИМЛ), ф. 17, оп. 3, д. 945, л. 83.
14 Т а м ж е, ф. Секретариата В. И. Ленина, отчеты с мест.
15 «Статистический ежегодник 1921 г.». T. VIII. Вып. 2, М. 1921—1922, стр. 235;
«История СССР» (эпоха социализма). М. 1957, стр. 258.
16 «Правда», 14 июня 1921 года.
17 «Ленинский сборник» XXXIV, стр. 415.
18 Собрание узаконений и распоряжений рабоче-крестьянского правительства
(СУ), № 49, 1921, ст. 263.
19 «Правда», 7 марта 1922 года,

Борьба за улучшение благосостояния рабочего класса (1921—1925 гг.)
45
низованный характер, рабочим было предложено передавать полученные
ими на производстве товары потребительской кооперации, которой декре¬
том СНК РСФСР от 7 апреля 1921 г. было предоставлено право заготовки
продуктов сельского хозяйства в обмен на изделия фабрично-заводской
и кустарной промышленности 20. Проведение указанной меры в известной
степени облегчило снабжение рабочих.
Однако в целом эта система не дала нужного эффекта. В условиях
экономической разрухи Советское государство не могло выделить доста¬
точного количества товаров для обмена. Аппарат кооперации был в то
время еще очень слаб. Частные торговцы, пользуясь этими трудностями,
срывали товарообмен, превращая его в обычную торговлю по спекулятив¬
ным ценам. Выступая на VII Московской губернской партконференции
29 октября 1921 г., В. И. Ленин говорил по этому поводу: «С товарооб¬
меном ничего не вышло, частный рынок оказался сильнее нас, и вместо
товарообмена получилась обыкновенная купля-продажа, торговля. ...Те¬
перь,— продолжал он,— мы очутились в условиях, когда должны отойти
еще немного назад, не только к государственному капитализму, а и к
государственному регулированию торговли и денежного обращения»2|.
Была разрешена свободная торговля. В октябре 1921 г. был открыт
Госбанк для регулирования денежного обращения.
Для смягчения трудностей с продовольствием Советское правитель¬
ство решило закупить часть нужного стране хлеба за границей. В февра¬
ле 1921 г. СТО принял постановление о выделении для этой цели фонда в
размере до 10 млн. руб. золотом22. В. И. Ленин требовал быстрейшей
реализации планов заграничных закупок. 10 мая 1921 г. он телеграфи¬
ровал советской торговой делегации в Лондоне: «Данный вам наряд на
два миллиона пудов хлеба надо начать исполнением немедленно. Бли¬
жайшие хотя бы небольшие партии закупайте где угодно, не стесняясь
ценою»23. Всего на заграничных рынках было решено закупить от 30 до
50 млн. пудов хлеба24.
Деятельность Советского государства по ликвидации продоволь¬
ственных трудностей дала положительные результаты. Рабочий класс
Советской России был спасен от голода и дальнейшего распыления.
В крупных промышленных центрах рабочие были обеспечены, хотя и в
очень ограниченных масштабах, продуктами питания. По общей калорий¬
ности питание рабочих в 1921 г. было несколько выше, чем в 1919 году25.
Одновременно с решением продовольственного вопроса были приня¬
ты меры по улучшению быта рабочих. Для выработки и осуществления
необходимых мероприятий 20 марта при ВЦИК была образована осо¬
бая временная центральная комиссия26. В губерниях и крупных городах
создавались местные комиссии. Возглавляли их наиболее опытные ком¬
мунисты, видные деятели партии. Так. по решению бюро МК РКП (б), ко¬
миссию по улучшению быта рабочих при Президиуме Московского Сове¬
та возглавил Ф. Э. Дзержинский27. Комиссии проделали большую рабо¬
ту, помогая партийным и профсоюзным организациям решить многие
насущные вопросы: принимали участие в выделении для семей рабочих
земельных участков под огороды; налаживали работу столовых; про¬
водили переселение рабочих из подвалов в особняки богачей; обследо¬
вали склады и распределяли среди рабочих промышленные товары; со¬
20 СУ, № 28, 1921, ст. 156.
21 В. И. Ленин. Соч. Т. 33, стр. 72 — 73.
22 См. «Ленинский сборник» XX, стр. 15—16.
23 «Ленинский сборник» XXXV, стр. 246.
24 См. «Ленинский сборник» XX, стр. 251.
25 Е. О. Кабо. Питание русского рабочего до и после войны. М. 1926, стр. 52.
26 Центральный государственный архив Октябрьской революции и социалистиче¬
ского строительства СССР (ЦГАОР и СС), ф. 1251, οπ. 1, д. 4, л. 3.
27 Архив МК КПСС, ф. 3, оп. 2, д. 2$, кор. 26, л. 23.

46
М. Н. Коровина, Т. Ф. Коган
здавали пошивочные мастерские и другие бытовые учреждения; органи¬
зовывали заготовку топлива и т. п.
Осуществление упомянутых мер убеждало рабочих, что главной
целью Советской власти является забота о благе трудящихся и что она
направляет все усилия для ее достижения. Это способствовало повыше¬
нию трудовой активности трудящихся. Самоотверженная борьба трудя¬
щихся за преодоление трудностей восстановительного периода давала
свои плоды. Уже в 1921 г. значительно оживилась работа промышленно¬
сти, увеличился выпуск продукции. Особенно успешно этот процесс шел
в Москве и Петрограде. В Москве, например, с июля по октябрь 1921 г.
было восстановлено и пущено в ход свыше 140 предприятий28. Быстрее
других отраслей промышленности восстанавливалась легкая промыш¬
ленность, что было особенно важно для обеспечения необходимыми то¬
варами рабочих и крестьян. Общая выработка текстильных фабрик Мо¬
сквы увеличилась с 2,5 млн. аршин ткани в первом полугодии 1921 г. до
12 млн. аршин во втором полугодии того же года 29. Валовая продукция
текстильных фабрик Иваново-Вознесенска за 1921 г. выросла в 2,5 раза.
Рабочие Невской бумагопрядильной фабрики Петрограда в 1921 г. до¬
стигли довоенного уровня производства30. Кое-каких успехов в 1921 г.,
несмотря на засуху в ряде районов, добилось и крестьянство.
На основе первых достижений в развитии сельского хозяйства и лег¬
кой промышленности Советское государство смогло вложить некоторые
средства в тяжелую индустрию. Уже в 1922 г. на эти цели оно имело воз¬
можность ассигновать 20 млн. руб. золотом 31. Успешно осуществлялся
ленинский план ГОЭЛРО, были пущены в ход Каширская электростан¬
ция и электростанция «Красный Октябрь» под Петроградом. Разверну¬
лось строительство Волховской, Шатурской и других электростанций.
Почти вдвое увеличилось по сравнению с 1921 г. производство стали и
чугуна. Добыча нефти возросла с 20,9 млн. пудов в 1921 г. до 24,8 млн.
пудов в 1922 году32.
В связи с начавшимся подъемом легкой промышленности и сель¬
ского хозяйства улучшилось положение рабочих, особенно в крупных
промышленных центрах. «...Улучшение положения рабочих Петрограда
и Москвы,— говорил В. И. Ленин,— несомненно»33. Увеличивалось коли¬
чество рабочих в промышленных городах. В Москве за 1921 г. оно вы¬
росло более чем на 40 тысяч34. Число рабочих Иваново-Вознесенского
текстильного треста увеличилось с 4,8 тыс. в январе 1921 г. до 21,2 тыс. в
декабре 1921 года35.
Советское государство, партийные и профсоюзные организации все¬
мерно поощряли рабочих, показывавших пример упорного и беззавет¬
ного труда. ВЦСПС предложил всем ЦК союзов, облбюро ВЦСПС и
ГСПС присылать сведения о рабочих и служащих (а также предприя¬
тиях), особо отличившихся на трудовом фронте36. Обсуждение кандида¬
тур, представляемых к награде, проходило на общих собраниях членов
союза или на профсоюзных конференциях. В марте 1922 г. за производ¬
ственные успехи ВЦИК наградил орденом Трудового Красного Знамени
28 «Отчет Московского губернского экономического совещания на 1 апреля 1922 г.»,
М. 1922, стр. 91.
29 «СССР в период восстановления народного хозяйства (1921—1925 гг.)»,
стр. 162.
30 «Правда», 24 марта 1922 года.
3Î См. В. И. Лени н. Соч. Т. 33, стр. 388.
.32 «Народное хозяйство СССР в цифрах». М. 1924, стр. 154.
33 В. И. Ленин. Соч. Т. 33, стр. 387.
34 «Отчет Московского губернского экономического совещания на I апреля
1922 г.», стр. 91.
33 «Правда», 24 марта 1922 года.
36 «Труд», 10 мая 1922 года.

Борьба за улучшение благосостояния рабочего класса (1921—1925 гг.)
47
петроградский завод «Треугольник» 37. Тогда же за превышение довоен¬
ного уровня производства на 150% получили Красное знамя рабочие Нев¬
ской бумагопрядильной фабрики38. За 1921—1922 гг. ВЦИК наградил
орденом Трудового Красного Знамени восемнадцать коллективов, одну
фабрику, семь заводов и два нефтепромысла зэ. Поощрение лучших ру¬
ководителей и передовиков производства способствовало повышению
производительности труда, улучшению трудовой дисциплины. Производи¬
тельность труда рабочих в 1922 г. составила 51 % от довоенной 40.
По мере восстановления народного хозяйства улучшалось матери¬
альное положение рабочих; прежде всего росла их заработная плата.
Увеличение последней обусловливается, как известно, в первую очередь
повышением производительности труда. Однако повысить производитель¬
ность труда можно было, лишь обеспечив личную материальную заинте¬
ресованность рабочего. Основным средством для достижения этой цели
явилась правильная политика в области заработной платы.
До введения нэпа существовала уравнительная система оплаты тру¬
да рабочих. Декрет СНК РСФСР от 7 апреля 1921 г. «Об урегулирова¬
нии оплаты труда рабочих» положил начало поискам новых форм, кото¬
рые показали бы рабочим «связь между их производительностью и сум¬
мой заработной платы»41. С апреля 1921 г. для поощрения рабочих, по¬
вышающих производительность труда, применялась натурально-преми¬
альная оплата. Декретом СНК РСФСР от 9 мая предприятиям разреша¬
лось отчислять в фонд натурпремирования от 0,5% до 5% продукции про¬
изводства 42. Оценивая эту форму оплаты, ВЦСПС подчеркивал: «На-
турпремирование было... шагом вперед в области повышения производи¬
тельности труда и увеличения заработка рабочих» 43. Однако эта форма
оплаты имела и свои недостатки: нередко она приводила к дезоргани¬
зации производства, так как участились прогулы; на некоторых пред¬
приятиях процент отчисления продукции доходил до 10—2044. Вот почему
IV Всероссийский съезд профсоюзов и IV съезд Совнархозов в конце
мая 1921 г., обсудив вопросы тарифной политики, предложили профсою¬
зам изыскивать и другие формы оплаты труда.
ВЦСПС настоятельно рекомендовал введение коллективного снаб¬
жения и бюджетно-сдельной оплаты труда. В. И. Ленин придавал орга¬
низации коллективного снабжения большое значение, рассматривал про¬
екты постановлений по этому вопросу, вносил в них свои поправки, вни¬
мательно следил за проведением в жизнь принятых решений45. 10 мая
1921 г. В.И.Ленин лично руководил заседанием Политбюро ЦК РКП(б),
на котором обсуждался вопрос о коллективном снабжении рабочих46.
Коллективное снабжение по решению СТО и СНК было введено
впервые на ведущих предприятиях в июне 1921 года. Первоначально это
касалось 39 крупных заводов и фабрик, а к февралю J922 г. их число
возросло до 97 47, По сравнению с натургтремированием введение коллек¬
тивного снабжения давало возможность не только обеспечить рабочих, ве¬
дущих отраслей промышленности необходимыми продуктами, но и ста¬
вило их заработную плату в более тесную связь с количеством и каче¬
ством затраченного труда. Это стимулировало рост производительности
37 «Правда», 24 марта 1922 года.
38 «Труд», 6 августа 1922 года.
39 ЦГАОР и СС, ф. 5451, ап. 9, д. 544. л. 24.
40 С. Г. Сто у мил ии. Заработная плата и производительность т.руда в рус¬
ской промышленности за 1913 — 1922 гг. М. 1923, стр. 56.
41 СУ, № 27, 1921, ст. 154.
42 СУ, № 45, 1921, ст. 224.
43 «Отчет ВЦСПС с мая 1921 г. по апрель 1922 г.». Петроград. 1922, стр. 214.
44 ЦПА ИМЛ, ф. 47, οπ. 1, д. 10, л. 76.
45 См. «Ленинский сборник» ХХШ, стр. 142—143.
46 См. В. И. Ленин. Соч. Т. 32, стр. 526.
47 «Отчет ВЦСПС с мая 1921 г. по апрель 1922 г.», стр. 214.

48
М. Н. Коровина, Т. Ф. Коган
труда, повышало чувство ответственности каждого работника за успехи
предприятия. В Москве с 15 июля 1921 г. были переведены на коллектив¬
ное снабжение в порядке опыта десять предприятий. К 1 октября 1921 г.
таких предприятий насчитывалось уже 42 с числом рабочих 60,5 тысячи.
На всех предприятиях, переведенных на коллективное снабжение, повы¬
силась производительность труда, увеличился выпуск продукции, сокра¬
тились прогулы. На заводе «Динамо», например, производительность тру¬
да выросла за один месяц на 10% 48, на заводе «Серп и молот» — на 5%,
на Мытищинском заводе —на 9%, на Сормовском заводе — на 34% 4Э.
В августе 1921 г. была созвана Всероссийская тарифная конферен¬
ция. Она обсудила вопросы снабжения и оплаты труда рабочих. На ос¬
нове ее решений СНК РСФСР 10 сентября 1921 г. принял декрет «Основ¬
ные положения по тарифному вопросу»50. В нем были определены как
принципы оплаты труда, так и ее формы. В качестве ведущей формы
оплаты труда рекомендовалась сдельщина, которая получила широкое
распространение с 1922 года. К марту 1923 г. уже 41,5% рабочих тяже¬
лой промышленности оплачивались сдельно, в марте 1924 г. — 47,8%,
а в марте 1925 г.—58,3% 51.
Введение сдельной оплаты труда привело к повсеместному повы¬
шению заработной платы рабочих, которая с 1922 г. вновь стала ос¬
новным источником дохода рабочего и основным средством существова¬
ния его семьи. В декабре 1922 г. заработная плата составляла в общем
доходе рабочих Воронежа 53%, Петрограда — 77%, Москвы—86,4% 52,
шахтеров Донбасса — 87% 53. Если в 1921 —1922 гг. реальная заработная
плата рабочих достигала только ]/з довоенного уровня, то в 1922—1923 гг.
она уже составляла 49% довоенной54, а в середине 1923 г.— 54,8%, в том
числе по Петрограду — 64,8%, по Москве — 80% 55. Одновременно с
ростом заработной платы происходило изменение форм ее выдачи. На¬
туральная форма оплаты постепенно заменялась денежной и к началу
1924 г. была полностью ликвидирована. Замена натуральной формы оп¬
латы денежной также облегчила положение рабочих. Рабочим не надо
было теперь торговать получаемыми ими товарами или обменивать их
на продукты питания. Они могли больше уделять внимания улучшению
работы предприятий, повышению своей квалификации, отдыху.
В борьбе за повышение заработной платы и улучшение материаль¬
ного положения рабочих большое значение имела введенная с 1922 г. си¬
стема заключения на государственных предприятиях коллективных до¬
говоров. Заключение коллективных договоров привело к повсеместно¬
му повышению производственной активности рабочих, росту производи¬
тельности труда и заработной платы. Об этом свидетельствуют много¬
численные сообщения с мест. Кампания заключения коллективных до¬
говоров в мае 1924 г. в Свердловске имела своим результатом повыше¬
ние заработной платы в среднем на 50—70% 56. «Проводимая полити¬
ка по заключению колдоговоров,— отмечало бюро Пермского окружко-
ма РКП (б) в марте 1925 г.,— способствовала поднятию производитель¬
ности труда и дала возможность окрепнуть промышленности округа»57.
В 1925 г. коллективными договорами было охвачено уже 86% рабочих, а
48 «Экономическая жизнь», 23 октября 1921 года.
49 «Коммунистическая революция», 1 августа 1922 г., № 8 (32), стр. 39.
50 СУ, № 67, 1921, ст. 513.
51 А. Р а ш и н. Зарплата рабочих в восстановительный период. М. 1928,
стр. 32—33.
52 См. В. Ильинский. Бюджет рабочих СССР в 1922 — 1926 годах. М. 1928,
ci р. 30.
53 ЦПА ИМЛ, ф. 6, οπ. 1, д. 11, л. 4.
54 «Промышленность за 10 лет (1917—1927 гг.)», стр. 35.
55 «Московская промышленность в 1922/23 операционном году». М. 1924, стр. 83.
“ ЦГАОР и СС, ф. 5451, оп. 6, д. 162, л. 30.
& ЦПА ИМЛ, ф. 17, он. 216, д. 300, л. 70.

Борьба за улучшение благосостояния рабочего класса (1921—1925 гг.)
49
по индустриальным профсоюзам — 94% 58. Заработок рабочих, охвачен¬
ных коллективными договорами, повсюду превышал заработную плату
остальной массы рабочих59.
В первые годы нэпа заработная плата рабочих различных отраслей
промышленности росла неодинаково. Те отрасли промышленности, ко¬
торые легче могли приспособиться к рынку, имели возможность за счет
реализации своей продукции обеспечить более высокую заработную пла¬
ту своим рабочим. (Самой высокой была оплата труда пищевиков, наибо¬
лее низкой — металлистов.) Наблюдались поэтому случаи перехода рабо¬
чих с предприятий тяжелой промышленности, находившихся в руках го¬
сударства и имевших наиболее важное значение, на предприятия легкой
и пищевой промышленности, переведенные на хозрасчет или сданные
в аренду.
XII съезд РКП (б), отметив значительный рост заработной платы по
всем категориям рабочих и связанное с ним значительное повышение про¬
изводительности труда, вместе с тем указал на необходимость борьбы
за выравнивание средней заработной платы во всех отраслях промышлен¬
ности. Съезд поставил перед партией задачу дальнейшего улучшения ра¬
боты промышленности, исходя из того, что длительное и всеохватываю¬
щее улучшение материального положения рабочего класса «возможно
только на основе развивающейся, т. е. приносящей прибыль, промыш¬
ленности». Съезд вынес решение о дальнейшем совершенствовании руко¬
водства промышленностью и проведении «радикальной концентра¬
ции производства на технически наилучше оборудованных и гео¬
графически наилучше расположенных предприятиях»60.
В 1923 г, была проведена концентрация промышленности, завершена
перестройка руководства ею (трестирование), часть предприятий пере¬
ведена на хозрасчет и укреплена опытными кадрами. Это позволило
значительно сократить управленческий аппарат, повысить количество ра¬
бочих, занятых непосредственно на производстве. Проведение указанных
мероприятий положительно сказалось на работе промышленности в це¬
лом, на повышении загрузки предприятий, росте их производительности,
снижении себестоимости продукции.
Однако развитие промышленности сдерживал недостаток оборотных
средств. Особенно тяжелое положение с финансированием промышлен¬
ности создалось осенью 1923 г. в связи с кризисом сбыта. Высокие цены
на промышленные товары тормозили продвижение их на крестьянский
рынок. Склады трестов были переполнены товарами. Это привело к серь¬
езной задержке выплаты заработной платы рабочим. На сентябрьском
Пленуме ЦК РКП (б) (1923 г.) была создана специальная комиссия по
урегулированию заработной платы в составе Ф. Э. Дзержинского,
В. В. Куйбышева, И. В. Сталина 6*. В наиболее важные промышленные
районы страны были посланы уполномоченные комиссии по заработной
плате. Для исправления положения в Донбассе, где был#допущены гру¬
бые нарушения в выплате заработной платы, выехала специальная ко¬
миссия во главе с E. М. Ярославским 62. Комиссия ЦК и ее уполномочен¬
ные на местах проделали большую работу, в которой приняли активное
участие местные партийные и профсоюзные организации.
Борьба за урегулирование выплаты заработной платы привела к
положительным результатам. В информационных отчетах партийных
организаций за 1924 и особенно за 1925 г. отмечается своевременность
оплаты труда рабочих. В феврале 1925 г. «Правда» сообщала, что «Дон-
58 «Труд в СССР в 1924—1926 гг.». Диаграммы. М. 1926, стр. 16.
59 Архив МК КПСС, ф. 3, on. 3, д. 4, кор. 29, л. 31.
60 «КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК>.
Ч. 1. Изд. 7-е, стр. 695, 698 — 699.
61 ЦПА ИМЛ, ф. 79, on. 1, д. 268, л. 6.
62 «Труд», 23 ноября 1923 года.
4. «Вопросы истории» № 9,

50
М. Я. Коровина, Т. Ф. Коган
уголь», где подолгу задерживалась выплата заработной платы, пол¬
ностью ликвидировал такого рода задолженность63. Аналогичные сооб¬
щения поступали из Пермской, Свердловской и других губерний 64.
Решающее значение в улучшении работы промышленности имело по¬
вышение уровня партийного руководства. Исходя из решений XII и
XIII съездов РКП (б), партийные организации проводили большую ра¬
боту по снижению себестоимости и улучшению качества выпускаемых из¬
делий в целях приспособления промышленности к обслуживанию кре¬
стьянского рынка, удовлетворения потребностей рабочих и ликвидации
кризиса сбыта. Это была задача большой политической и государствен¬
ной важности. Проведение мер по ликвидации кризиса сбыта, урегули¬
рованию выдачи заработной платы, денежная реформа, укрепление про¬
мышленности положительно сказались на улучшении материального по¬
ложения рабочего класса и росте его реальной заработной платы. Осо¬
бенно значительно выросла заработная плата, прирост которой за 1923 г.
составил 26% 65.
Рост заработной платы в то время опережал рост производительно¬
сти труда. Если производительность труда рабочих с октября 1922 г.
по январь 1924 г. увеличилась только на 23,3%, то заработная плата за
этот же период выросла на 90% 66. Дальнейший рост заработной платы
и даже закрепление достигнутого уровня ее можно было обеспечить
только при условии, если рост производительности труда превысит
рост заработной платы. Поэтому вопросы повышения производитель¬
ности труда стояли в центре внимания партийных и профсоюзных орга¬
низаций.
Одной из наиболее действенных форм вовлечения трудящихся в борь¬
бу за повышение производительности труда стали производственные со¬
вещания. Они возникли по инициативе рабочих еще в начале восстано¬
вительного периода. В 1924—1925 гг. они получили широкое распростра¬
нение, чему способствовали рост промышленности, подъем культурного
уровня и активности самих рабочих, их стремление к усовершенствова¬
нию производства и усилившийся интерес к вопросам хозяйственного
строительства. В результате деятельности производственных совещаний
снижался процент брака, пересматривались нормы выработки, внедря¬
лись рационализаторские предложения, улучшалось финансовое поло¬
жение предприятий. Производственные совещания явились школой мас¬
совой самодеятельности рабочего класса. В 1925 г. по стране в них при¬
нимали участие свыше 6% рабочих. Совещания сыграли большую обще¬
ственно-воспитательную роль. Через них рабочий класс выдвинул из сво¬
ей среды сотни и тысячи талантливых организаторов производства, ад¬
министраторов и хозяйственников.
Производственные совещания успешно выполняли свою основную
задачу— применение рабочих к участию в разработке и проведении ме¬
роприятий по поднятию производительности труда. Активное участие
рабочих в деятельности производственных совещаний, борьба за выпол¬
нение взятых обязательств привели повсеместно к улучшению работы
предприятий и росту производительности труда. Так, если в 1923—1924 гг.
заработная плата по стране выросла на 26%, а выработка на одного
рабочего—-на 23%, то в первой половине 1924/25 хозяйственного года
выработка каждого рабочего повысилась на 26%, тогда как заработная
плата оставалась стабильной67. В целом по СССР за 1924—1925 гг. про¬
63 «Правда», 22 февраля 1925 года.
64 ЦПА ИМЛ, ф. 17, ап. 216, д. 531, л. 294; д. 300, л. 70; д. 2S6, л. 29.
65 «Промышленность СССР в 1925—1926 гг.». Ежегодник ВСНХ. М.-Л. 1927,
стр. 45.
66 «КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК». Ч. II,
стр. 96.
67 «Промышленность СССР в 1925—1926 гг.», стр. 45,

Борьба за улучшение благосостояния рабочего класса (1921—1025 гг.) 51
изводительность труда повысилась на 29,6%, а заработная плата по всей
цензовой промышленности выросла на 24% б8.
К числу постоянных факторов, способствующих повышению мате¬
риального уровня рабочих, относится государственное социальное стра¬
хование. Оно было введено декретом СНК РСФСР от 15 ноября 1921 г.,
но в широких размерах начало осуществляться только с 1923 года. Фонд
социального страхования образовывался из взносов предприятий и уч¬
реждений, без какого бы то ни было вычета из заработной платы рабо¬
чих 69. В этом состоит коренное отличие советской системы социального
страхования от страхования в капиталистических странах, где фонды его
в основном складываются из отчислений от заработной платы рабочих и
служащих. Социальное страхование включало материальное обеспече¬
ние по старости, в случае болезни и потери трудоспособности, обслужи¬
вание санаториями и домами отдыха, обслуживание отдыха детей во
внешкольное время и др. Оно распространялось на всех лиц наемного
труда государственных, кооперативных, арендных, частных и концесси¬
онных предприятий.
Осуществление социального страхования возлагалось на профсоюзы.
В 1925 г. помощь по соцстраху получили 460 тыс. безработных и 700 тыс.
пенсионеров и инвалидов труда 70. На средства соцстраха организовы¬
вался отдых рабочих. Уже в 1921 г., несмотря на тяжелое в целом поло¬
жение в стране, Советское правительство сумело изыскать средства для
организации курортов и санаториев. В распоряжение трудящихся были
переданы царские дворцы и пансионы Крыма и Кавказа, дворцы Подмо¬
сковья, открыты новые курорты в Ейске, Бердянске, Сестрорецке, Гаг¬
рах и других местах. По Волге и Каме начал курсировать первый плаву¬
чий санаторий. «Правда» писала по этому поводу: «Это событие является
примером, который лишний раз убеждает, что в годину экономического
кризиса и разрухи Советская власть не щадила ни средств, ни сил для
охраны здоровья трудящихся»7!. За 1921 г. только в домах отдыха Мос-
здравотдела отдыхали около 4 ты с. рабочих п.
К концу восстановительного периода организация отдыха трудя¬
щихся приобрела более широкий размах. В 1924 г. на эти цели было из¬
расходовано около 6,75 млн. рублей. В домах отдыха и санаториях от¬
дыхали свыше 221,6 тыс. человек. В 1925 г Советское правительство до¬
полнительно к средствам соцстраха отпустило на организацию отдыха ра¬
бочих 500 тыс. рублей73. В 1925 г. в домах отдыха и санаториях отды¬
хали 513,1 тыс. человек, из них 85% —рабочие74.
Тяжелым наследием прошлого, а также последствием военной раз¬
рухи была безработица. Она ухудшала и без того трудное положение ра¬
бочих. В 1924/25 г. Советское государство израсходовало на по¬
мощь безработным 39,5 млн. руб., из них 22,9 млн. руб. было выдано
деньгами, 16,6 млн. руб. составили натуральные формы помощи75. Кроме
помощи от государства, временно безработные получали пособия из фон¬
да соцстраха, пользовались льготами по квартирной плате и оплате ком¬
мунальных услуг, обеспечивались бесплатной медицинской помощью на¬
равне с работающими. В восстановительный период безработица не бы¬
ла еще ликвидирована. Но проведенные Советским государством меры,
особенно восстановление промышленности, привели к ее существенному
сокращению. Если в июле 1924 г. в стране насчитывалось 1 344 тыс. без¬
68 «Статистический справочник СССР». М. 1928, стр. 301.
69 «Законодательство о труде». A4. 1955, стр. 337.
70 «Промышленность за 10 лет (1917—1927 гг.)», стр. 41.
71 «Правда», 6 мая 1921 года.
72 «Правда», 26 июля 1922 года.
73 ЦГАОР и СС, ф. 5451, оп. 9, д. 390, лл. 5, 14.
74 «Промышлемность за 10 лет (1917—1927 гг.)», стр. 41,
75 Там же, ст,р. 43.

52
М. Н. Коровина, Т. Ф. Коган
работных, то к октябрю 1925 г. количество их уменьшилось до 920,4 тыс.
человек76.
В условиях нэпа возникла задача охраны труда рабочих, занятых на
частных предприятиях. К началу 1922 г. на частных предприятиях тру¬
дилось около 180 тыс. чел., причем 2/з из них работали на мелких пред¬
приятиях77. Нередко рабочие этих предприятий не имели профорганиза¬
ций, на большинстве из них отсутствовали партячейки. Все это давало
возможность предпринимателям усиливать эксплуатацию рабочих. Об¬
следование условий труда рабочих частных предприятий, проведенное в
ноябре 1921 г., вскрыло повсеместное нарушение их владельцами зако¬
нов о труде. Рабочий день нередко доходил здесь до 10—12 часов. На¬
пример, в сапожной мастерской «Гельфер и Каждан», в мастерских'Чу-
нова, Хамина, Зарубина и др. (в Ростове-на-Дону) рабочий день длился
16 часов78. Тульский горком РКП (б) сообщал, что жилищные условия
рабочих частных предприятий ужасны: рабочие спали там, где работали.
В отчете Сокольнического районного комитета РКП (б) города Москвы
говорилось, что рабочие-строители спят в ночлежных домах, а весной и
летом — на улицах и в парке79.
Партийные и профессиональные организации обратили серьезное
внимание на защиту прав рабочих частных предприятий. На них были
посланы коммунисты, почти повсюду создавались профсоюзные органи¬
зации. В Москве, Саратове, Новгороде и других городах над нарушите¬
лями трудового законодательства были организованы показательные
судебные процессы80. В сентябре 1922 г. ЦК РКП(б) в циркулярном
письме предложил партийным организациям обратить особое внимание
на воспитание классового самосознания рабочих частных предприятий,
используя для этого все случаи нарушения трудового законодательства,
усилив работу по ознакомлению рабочих с декретами Советской вла¬
сти81. 8 июля 1923 г. ЦК РКП (б) разослал новый циркуляр о необходи¬
мости усиления работы партийных организаций на частных предприя¬
тиях, увеличения в их коллективах партийной прослойки82. При
парткомах некоторых крупных предприятий были созданы постоянные
комиссии по работе с рабочими частных предприятий. По ленинскому
призыву лучших рабочих частных предприятий принимали в партию.
В результате число коммунистов на этих предприятиях составило в
1924—1925 гг. до 6—8% общего числа рабочих 83. Работа, проводимая со¬
ветскими, партийными и профессиональными организациями, обеспечи¬
ла защиту прав и улучшение материального положения рабочих, занятых
на частных предприятиях.
Успехи в восстановлении промышленности привели к вытеснению
частного капитала из этого сектора народного хозяйства страны. В 1924-—
1925 гг. государственная и кооперативная промышленность составляла
уже 81%, а на долю частного капитала приходилось только 19%. По мере
вытеснения частного капитала сокращалось и количество рабочих част¬
ных предприятий. К концу 1925 г. в этом секторе работали 67,2 тыс. ра¬
бочих, что составляло лишь 2,5% от общего числа рабочих84.
Одним из важных завоеваний Советской власти явилось улучшение
жилищных условий трудящихся. Уже в первые месяцы после победы
Октября в экспроприированные дома капиталистов, дворян и крупных
76 «Год работы правительства» (материалы к отчету за 1924/25 бюджетный год).
М. 1926, стр. 571.
77. «Известия ЦК ВКП(б)», 1926, № 35—36.
78 «Труд», 10 февраля 1922 года.
79 ЦПА ИМЛ, ф. 17, оп. б/н, д. 136, лл. 100, 101.
80 Там же, л. 4; «Труд», 10 февраля 1922 г.; «Правда», 22 апреля 1923 года.
81 «Известия ЦК РКП (б)», 1923, № 4(52), стр. 88.
82 ЦПА ИМЛ, ф. 17, оп. б/н, д. 137, л. 27.
85 Там же, л. 43.
** «Труд в СССР». М. 1936, стр. 24.

Борьба за улучшение благосостояния рабочего класса (1921—1925 гг.)
53
чиновников из подвалов, лачуг и каморок переселились семьи рабочих.
Однако к началу восстановительного периода жилищное хозяйство стра¬
ны продолжало оставаться в тяжелом, запущенном состоянии. В годы
империалистической войны жилые дома не только не строились, но и не
ремонтировались. Многие города в годы иностранной интервенции и
гражданской войны подверглись разрушению. На Украине было разру¬
шено более одной трети жилых зданий. Потери в жилищном фонде в
Москве и Московской губернии исчислялись суммой в 62 млн. рублей.
Общий ущерб, понесенный жилищным хозяйством, составлял в целом по
стране 2 704 млн. рублей 85.
В первые годы нэпа Советская республика для улучшения жилищ¬
ных условий могла выделить из своего скудного бюджета на ремонт и
восстановление наименее разрушенных зданий лишь небольшие сред¬
ства. Восстановление промышленности и транспорта и рост численности
рабочего класса резко увеличили потребность в жилье. Между тем жи¬
лищный фонд к 1924 г. уменьшился по сравнению с 1915 г. по Москве на
30%, по Петрограду — на 17%, по Одессе и Харькову — на 28%, а всего
по стране — на 20% 86- «Важнейшим вопросом материального быта рабо¬
чих все больше становится жилищный вопрос»87,— отмечал в своих ре¬
шениях XIII съезд РКП (б).
Советское государство приняло ряд мер по ликвидации жилищного
кризиса. Вопрос о мобилизации средств на улучшение жилищно-бытовых
условий рабочих неоднократно обсуждался местными партийными, со¬
ветскими и хозяйственными организациями. Так, в июле 1924 г. Пленум
ЦК КП(б)У решил ускорить жилищное строительство в промышленных
центрах Украины; трестам вменялось в обязанность включить в свои
сметы расходы по строительству жилищ для рабочих. Выполняя указа¬
ния ЦК КП(б)У, правительство Украины выделило в 1924 г. на жилищ¬
ное строительство для заводов «Югостали» 2 млн. рублей88. «Текстиль-
трест» в Иваново-Вознесенске за 1923—1925 гг. затратил на жилищное
строительство около 10 млн. рублей89. Увеличивали ассигнования на со¬
оружение жилищ и другие хозяйственные объединения.
Профсоюзные организации включали в коллективные договоры тре¬
бования к администрации о выделении средств на жилищное строитель¬
ство. Профсоюз текстильщиков, например, добился того, что 23 те¬
кстильных треста, охватывающие предприятия с 219,5 тыс. рабочих, вы¬
делили для улучшения жилищных условий на период с октября 1922 г.
по август 1923 г. свыше 3 млн. рублей золотом 90. В 1925 г. Советское го¬
сударство вложило в жилищное строительство 279 млн. рублей91. Одна¬
ко средств, выделяемых государством и трестами, было недостаточно.
Необходимо было через кооперацию вовлечь самих рабочих в жилищное
строительство. Структура и задачи жилищной кооперации были опреде¬
лены постановлением СНК РСФСР еще в августе 1921 года. Но широкое
развитие она получила только в 1924 году.
В 1924 г. при Наркомтруде СССР был образован комитет содействия
кооперативному строительству рабочих жилищ; такие же комитеты со¬
здавались в национальных республиках, автономных областях и губер¬
ниях. 6 января 1925 г. был учрежден Центральный банк коммунального
хозяйства и жилищного строительства по кредитованию кооперативных
организаций и отдельных застройщиков. Советское государство оказы¬
85 Г. Пузис. Коммунальное хозяйство и жилищное строительство за 15 лет.
М. 1932, ст<р. 11.
86 В. В. Ш м и д т. Рабочий класс СССР и жилищный вопрос. М .1929, стр. 15.
87 «КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК», Ч. I,
стр. 849.
88 ЦПА ИМЛ, ф. 17, оп. б/н, д. 32, л. 3.
89 Там же, д. 48, л. 70.
90 «Труд», 16 сентября 1923 года.
91 Г, Пузис, Указ, соч., стр. 15*

54 Ai. //, Коровина, Г. Ф. Коган
вало жилищным кооперативам всемерную помощь, отпускало долго-*
срочные кредиты, предоставляло льготы в снабжении строительными ма¬
териалами и т. д. В 1925 г. в стране насчитывалось уже 1 065 жилищных
кооперативов, в которые входило 180 тыс. членов92. В 1924—1925 гг. раз¬
вернулось'строительство жилых домов в рабочих районах Москвы — в
Ленинской слободе, Покровском-Стрешневе, в Рогожско-Симоновском
районе и др. В 1924 г. в Москве в новые квартиры въехало 18 тыс., а в
1925 г.—27 тыс. рабочих 93. В 1925 г. на заводах «Югостали» в Макеевке
было построено 100 домов, в Сталино—140 домов. В том же году в Гроз¬
ном было заселено свыше полутора тысяч новых квартир, в Гомеле —
68 двухквартирных домов, в Ярославле — квартиры на 735 человек94.
За 1923—1926 гг. по РСФСР было выстроено домов с жилой площадью
5 060 тыс. кв. м 95. Жилищное строительство развернулось также в Киеве,
Баку, Тифлисе и других городах страны. Только за 1924—1925 гг. жил¬
площадь в промышленных районах страны увеличилась на 4,2 млн. кв. м96.
Стремясь всемерно улучшить материальное положение рабочих, Со¬
ветское правительство предоставляло им квартиры в бесплатное пользо¬
вание. Так, к концу 1925 г. бесплатными квартирами пользовались в тор¬
фяной промышленности 94,4%, каменноугольной — 82,9%, нефтяной —
77,9%, золото-платиновой—71,7%, керамической —48,2%, стекольной —
44,3%, лесопильно-фанерной — 38,1 %, текстильной — 32,7% рабочих 97.
Улучшению материального положения рабочего класса в значитель¬
ной мере содействовала сеть предприятий общественного питания.
В 1923 г. было создано товарищество «Народное питание» («Нарпит»),
ЦК РКП (б), учитывая важное значение деятельности этой организации
в деле перестройки семейного быта рабочих на общественных началах и
более широкого привлечения женщин на производство, в циркулярном
письме от 16 мая 1924 г. предложил партийным организациям оказывать
«Нарпиту» помощь, выделив для работы в нем членов партии, комсо¬
мола, делегаток-работниц98. Первая образцовая столовая «Нарпита»,
обслуживавшая 400 рабочих, открылась на заводе имени Владимира
Ильича в Москве 10 февраля 1923 года. В этом же году в Москве были
созданы столовые для рабочих завода «Серп и молот» и фабрики «Крас¬
ная звезда», в Петрограде — для рабочих фабрик «Большевик», «Воло-
дарец», «Скороход». Такие же столовые открывались и в других городах.
За полтора года с момента организации «Нарпит» создал 200 столовых,
в которых ежегодно питались около двухсот тысяч рабочих ". Обеды в
столовых «Нарпита» были значительно питательнее и дешевле, чем у
частника. Питаясь в общественных столовых, рабочий тратил на обед
лишь 9—12% своего месячного заработка 10°. Это существенно улучшало
материальное положение рабочей семьи.
К концу восстановительного периода героическая работа советского
народа, руководимого Коммунистической партией, принесла свои плоды.
Промышленность выпускала две трети довоенной (1913 г.) продукции.
Неуклонно возрастал национальный доход страны: в 1925 г. он составил
80% довоенного101. Валовая продукция сельского хозяйства достигла
87% довоенного уровня. Восстановление народного хозяйства позволило
92 ЦГАОР и СС, ф. 5474, ап. 5, д. 245, лл. 9, 35, 41, 69, 300.
93 А. М a т ю г и н. Москва в период восстановления народного хозяйства. М. 1947,
стр. 75.
94 ЦПА ИМЛ, ф. 17, оп. б/н., д. 48, л. 70.
95 «Итоги десятилетия Советской власти в цифрах. 1917—1927» М. 1927, стр. 364.
96 «Промышленность за 10 лет (1917—1927 гг.)», стр. 42.
97 «Статистика труда», 1926, № 6, стр. 7.
98 «Справочник партийного работника». М. 1925, стр. 303.
99 «Правда», 8 марта 1925 года.
100 «Продовольственная газета», 23 октября 1923 года.
301 Д. Аллахвердян. Национальный доход СССР. М. 1952, стр. 56.

Борьба за улучшение благосостояния рабочего класса (1921—1925 гг.) 55
не только спасти рабочий класс от деклассирования, но и значительно
пополнить его ряды. Только в крупной промышленности количество рабо-
чих увеличилось с 1 185,5 тыс, в 192! г ло 2 347,9 тыс. к концу 1925 го¬
да102. Таким образом, классовая база диктатуры пролетариата была
упрочена.
Меры, принятые Коммунистической партией и Советским правитель¬
ством, привели к значительному повышению материального благосостоя¬
ния рабочих. Превысив на 40% номинальный уровень заработной платы
довоенных лет, реальная заработная плата рабочих в 1925—1926 гг. со¬
ставляла 94% от уровня 1913 года103. При этом следует иметь в виду,
что достижение уровня 1913 г. по заработной плате далеко не отражало
истинной картины роста материального благосостояния рабочих. Нельзя
забывать о том, что с победой Советской власти коренным образом был
перераспределен национальный доход: большая часть его шла теперь на
удовлетворение потребностей трудящихся. К 1925/26 г. национальный
доход СССР превысил уровень 1921 г. в 2,3 раза 104. Наиболее быстрыми
темпами при этом росли личные доходы рабочих и трудящихся крестьян.
Если учесть расходы Советского государства на здравоохранение, про¬
свещение, удовлетворение коммунальных и культурных нужд трудящих¬
ся, то окажется, что уровень реальной заработной платы рабочих к концу
восстановительного периода значительно превзошел довоенный.
В условиях слаборазвитой экономики и общей отсталости страны
в восстановительный период еще нельзя было достигнуть высокого уров¬
ня материального благосостояния и всестороннего удовлетворения по¬
требностей рабочего класса. Прочную основу для решения этой задачи
могла дать только крупная промышленность, оснащенная передовой
техникой, обеспечивающей непрерывный рост производительности труда,
и крупное механизированное сельское хозяйство, в изобилии снабжаю¬
щее страну продовольствием и сырьем. Вот почему перед Коммунисти¬
ческой партией и Советским государством в конце восстановительного
периода с объективной необходимостью встал#т задача быстрейшей инду¬
стриализации страны и коллективизации сельского хозяйства, создаю¬
щих материальную базу социализма.
За прошедшие с тех пор годы советский народ построил социалисти¬
ческое общество в нашей стране и ныне успешно решает задачи развер¬
нутого строительства коммунизма. Благодаря непрерывному ускорен¬
ному росту промышленного и сельскохозяйственного производства
неуклонно повышается жизненный уровень трудящихся. «Сейчас наша
страна,— говорится в решениях январского (1961 г.) Пленума ЦК
КПСС,— имеет такую мощную индустрию, такую могучую оборону, что
она не в ущерб дальнейшему развитию промышленности и укреплению
обороны может выделить больше средств для дальнейшего подъема бла¬
госостояния народа» 105, Проект Программы Коммунистической партии
Советского Союза предусматривает такой рост социалистической эконо¬
мики, который позволит решить главную экономическую задачу партии и
советского народа — создать материально-техническую базу коммуниз¬
ма. С выполнением этой задачи СССР займет первое место в мире по
производству продукции на душу населения.
102 «Промышленность за 10 лет. 1917—1927 гг.». стр. 37.
103 В. В. Куйбышев. Хозяйственное положение и задачи промышленности.
И.-Л. 1926, стр. 3—4.
104 «Советское народное хозяйство в 1921—1925 гг.». М. 1960, стр. 530.
105 «Постановления январского Пленума ЦК КПСС 1961 года». М. 1961, стр. 14—15.

К ВОПРОСУ О ГЕНЕЗИСЕ КАПИТАЛИЗМА В РОССИИ *
Академик С. Г. Струмилин
Вопрос о генезисе капитализма в' России имеет уже свою историю.
Народники еще в конце прошлого века оспаривали не только наличие,
но даже самую возможность капиталистического развития России. Важ¬
нейшим аргументом народников в защиту такой концепции было их ни¬
чем не обоснованное утверждение об отсутствии в отсталой России внут¬
реннего рынка, достаточного для развития капитализма в условиях,
когда внешние рынки уже прочно завоеваны передовыми странами ка¬
питализма. Именно поэтому В. И. Ленин в своем глубоком исследовании
«Развитие капитализма в России» заострил внимание на вопросе, как
складывается внутренний рынок для русского капитала, и на конкрет¬
ном примере капиталистической эволюции пореформенного земледелия
в русской деревне показал, как именно капитализм оам создает себе
необходимый ему внутренний рынок.
С тех пор у нас уже не спорят на эту тему. Основной факт, что капи¬
тализм в России можно считать господствующей в стране формацией
уже со времени освобождения крестьян в 1861 г., пользуется у нас общим
признанием. Но этим еще не исчерпывается проблема генезиса капи¬
тализма на более ранних ступенях его развития. Возникает целый ряд
вопросов периодизации экономической истории России в эпоху перехода
от феодализма к капитализму.
Перед историками школы М. Н. Покровского не возникали эти во¬
просы. Дореформенные мануфактуры они именовали «крепостными» и,
начисто отрицая их капиталистическую природу, не усматривали и ника¬
ких иных зачатков капиталистического уклада, вызревающих еще в нед¬
рах доживающего свой век феодализма. Но в такой трактовке истории
не было ни грана диалектики. И трактовка эта давно уже забыта. В но¬
вейших исторических работах ставятся уже вопросы о капиталистическом
укладе в недрах феодализма и о самых ранних его зачатках, а также
о том переломном моменте от восходящей к нисходящей стадии феода¬
лизма, когда в нем стали зарождаться эти зачатки новой формации.
И спорными остаются лишь века и даты, к которым следует отнести те
или иные переломные моменты развития.
Так, например, давно уже выяснилось, что еще до освобождения
крестьян в России в ней созревали не только отдельные капиталистиче¬
ские мануфактуры, так как здесь еще до реформы была подготовлена
целая промышленная революция на путях от мануфактуры к фабрике
в решающих отраслях индустриального труда. Правда, и по этому поводу
возникали споры о сроках. Некоторые историки вслед за В. К. Яцунским
пытались ослабить значение указанного факта тем, что, по их мнению,
лишь начало промышленного переворота в России нужно отнести к
дореформенной эпохе, тогда как завершение его они относят уже к
1870-м годам, если не позже. Однако по такому поводу едва ли стоит
* Настоящая статья публикуется в связи с дискуссией по вопросам, поднятым
акад. М. В. Нечкиной в ее статье «О «восходящей» и «нисходящей» стадиях феодаль¬
ной формации» (См. «Вопросы истории», 1958, № 7).

К вопросу о генезисе капитализма в России
57
ломать копья. Вполне понятно, что промышленный переворот в любой
стране своим первым взлетом открывает лишь начало, а не завершение
новой эры машинной индустрии. Подобно этому и Великая Октябрьская
социалистическая революция в нашей стране не потому именуется
Октябрьской, что в этом именно месяце 1917 г. она завершила свои за¬
дачи, а потому, что уже с этой даты ею открывается новая эра решаю¬
щих побед социализма.
Не спорят у нас историки уже давненько и о том, что в области
крупной мануфактурной промышленности капиталистический уклад сло¬
жился в России не позже XVIII в., хотя одни из них датируют его вто¬
рой, а другие первой половиной этого века. Для екатерининской эпохи
в пользу такого решения свидетельствуют успехи легкой, в особенности
бумаготкацкой мануфактуры, а для петровской — еще более крупный
скачок в развитии доменных заводов, благодаря которому Россия по
производству железа уже в первой половине XVIII в., обогнав капита¬
листическую Англию, вышла на первое место в мире. Казалось бы, и
здесь спорить не о чем. Ведь петровская эпоха с ее мировыми успехами
в области черной металлургии предшествовала екатерининской. Однако
здесь возможен такой формальный отвод. Петровские доменные заводы
были крупнее и производительнее, чем в Англии, но на них применялся
не только свободный труд. А там, где применяются и посессионные и
крепостные кадры рабочей силы, можно ли ставить вопрос о капитали¬
стическом укладе?
На этот вопрос давались различные ответы. Одни историки, ссылаясь
на К. Маркса, утверждали, что «капиталистическая форма кооперации
уже с самого начала предполагает свободного наемного рабочего, про¬
дающего свою рабочую силу капиталу», и потому решительно отказы¬
вались признать за вотчинной или посессионной мануфактурой капита¬
листическую форму производства. Другие, опять же ссылаясь на
К. Маркса, напоминали, что «мануфактурное разделение труда есть со¬
вершенно специфическое создание капиталистического способа производ¬
ства», что такое разделение труда на той исторической основе, на которой
оно возникает, может развиваться только в капиталистической форме
и отсюда делали обратный вывод, что даже за вотчинной мануфактурой
нельзя отрицать явственных черт капиталистического способа производ¬
ства. Наконец, нашлось место и для третьей точки зрения. Она пытается
«диалектически» примирить взаимно исключающие друг друга решения
первых двух, утверждая, что по характеру производительных сил посес¬
сионные и вотчинные мануфактуры с их новым типом разделения труда
принадлежат капиталистическому способу производства, но, поскольку
труд рабочего в них не стал еще товаром, производственные отношения
в основном остаются здесь еще по существу феодальными 2.
Такое соломоново решение, отдавая «всем сестрам по серьгам», ка¬
залось бы, способно примирить самые противоположные точки зрения.
Почему же, однако, столь тонкий диалектик, как К. Маркс, никогда не
склонялся к такому половинчатому решению этого вопроса, нигде в мире
не усматривал крепостных или феодальных мануфактур и категорически
любые из них рассматривал как создание капиталистического способа
производства и только в капиталистической форме их развития? А вот
акад. М. В. Нечкина, даже воздавая честь характеру производительных
сил дореформенных мануфактур, не сомневается «в феодальном харак¬
тере производственных отношений на мануфактуре, применявшей фео¬
дально-зависимый труд». И для нее эти отношения не только «феодаль¬
ная оболочка». Она признает их «феодальными по существу»3. Здесь
1 К. Маркс. Капитал. T. I. М. 1955, стр. 341, 367,
2 М. В. Нечкина. Указ. соч., стр. 9&.
3 Там же, стр. 9в и 102.

58
Академик С. Г. Струмилин
уж концепция М. В. Иечкиной явно расходится с определением
К. Маркса. Но, может быть, К. Маркс, изучая развитие капитализма в
свободной Англии, попросту чего-то недосмотрел в крепостной России,
и М. В. Нечкина права в этом споре?
Для решения этого вопроса посмотрим прежде всего, в чем именно
заключается существо феодальных производственных отношений. Как
известно, важнейшим их отличием от капиталистических является гос¬
подство мелкого натурального хозяйства, в котором собственность на
средства производства сохраняется еще за непосредственными произво¬
дителями, а эксплуатация труда в форме изъятий феодальной земельной
ренты осуществляется методом внеэкономического принуждения. Вместе
с тем для натурального хозяйства феодалов в основном типичны простое
воспроизводство и потребительское использование его плодов, в то время
как капиталистическая эксплуатация труда носит всегда приобретатель¬
ский характер и ставит своей задачей расширенное воспроизводство то¬
варного продукта и капитала. В связи с этим важнейшим признаком
начавшегося разложения феодальных отношений на нисходящей стадии
их развития было бы неправильно считать появление первых мануфактур
с наемным или подневольным трудом. Это разложение начинается еще
раньше, уже в основном земледельческом хозяйстве феодалов в меру
расширения его товарности.
Говоря о «существенных признаках капитализма», В. И. Ленин в
споре с народниками еще в 1895 г. указывал, что первым из них является
товарное производство, когда оно становится общей, а не единичной или
случайной формой производства. И лишь вторым признаком капитализ¬
ма он назвал «принятие товарной формы не только продуктом труда, но
и самим трудом, т. е. рабочей силой человека»4. Второй признак,
разумеется, следовал за первым, как дальнейшее следствие ликвидации
натуральных производственных отношений феодального хозяйства. Та¬
ким образом, разложение феодализма — это процесс, непосредственно
связанный с внедрением в него товарно-денежных отношений и приобре¬
тательских форм хозяйства не только в таких новообразованиях, как
крупная мануфактурная промышленность, но и в самых глубинных нед¬
рах феодального земледелия.
Спрашивается, к какому же времени можно отнести существенные
сдвиги в этом процессе и определить переломный момент от восходящей
к нисходящей стадии феодализма и начальным шагам капиталистиче¬
ского развития в России?
К сожалению, до сих пор выполнено еще очень немного исследова¬
ний товарного хозяйства и внутреннего рынка феодальной России. Гораз¬
до больше интереса проявили советские историки (Б. Б. Кафенгауз,
Е. И. Заозерская, Н. В. Устюгов, Н. И. Павленко и др.) к начальной
истории русской мануфактуры XVII—XVIII веков. Известное указание
В. И. Ленина о новом периоде русской истории примерно с XVII в., ко¬
торый характеризуется ростом товарного обращения и концентрацией
местных рынков в единый всероссийский рынок 5, в новейшей работе о
всероссийском рынке XVII в. раскрывается уже на широкой базе ряда
конкретных исследований. И в итоге своей очень содержательной сводки
А. А. Преображенский и Ю. А. Тихонов находят, что «нет оснований
рассматривать XVII век как период роста лишь простого товарного про¬
изводства, приурочивая начало его превращения в капиталистическое
только к XVIII веку». По их мнению, «зародыши новых, капиталисти¬
ческих отношений не только в сфере обращения, но и в сфере производи
ства» можно датировать уже XVII веком. И они заключают: «С XVII сто-
4 В. И. Ленин. Соч. Т. 1, стр. 417.
6 См. там же, стр. 137,

К вопросу о генезисе капитализма в России
59
летия товарное хозяйство начинало постепенно превращаться в капита¬
листическое» 6.
Однако, если говорить о зародышах капитализма, то их можно
усмотреть и раньше XVII века. Напомним, что Б. Д. Греков «зачаточные
формы товарного производства и денежных отношений» находил еще в
конце XV и первой половине XVI века 7. М. В. Нечкина, первая поста¬
вившая в своей интересной статье вопрос о восходящей и нисходящей
стадиях феодализма, не уточняя особо момента этого перелома, период
с конца XVI в. в России относила уже к нисходящей стадии феодализма.
Но все эти датировки еще не подкреплены убедительными конкретно-
историческими фактами и цифрами. И потому наряду с ними другие
исследователи относят начало той же нисходящей стадии феодализма к
гораздо более поздним срокам — не ранее второй половины XVIII в. или
даже ко второй четверти XIX столетия 8.
При таких расхождениях по столь существенному вопросу особый
интерес приобретает новая книга смоленского историка Д. П. Маков¬
ского о товарно-денежных отношениях в сельском хозяйстве России
XVI века 9. Насыщенная конкретными фактами и цифрами, она вносит
немало нового в решение спорной проблемы генезиса капитализма в Рос¬
сии. Новым в этой книге является уже то, что в центре внимания автора
оказываются не ранние формы русской мануфактуры, а само феодальное
сельское хозяйство XV—XVI вв. в процессе его подъема и деградации
в связи с ростом товарно-денежных отношений. Ново и то, что перзый
скачок в их развитии Д. П. Маковский относит не к XVII в. с его всерос¬
сийским рынком, а уже к началу XVI в. и смело утверждает, что в связи
с насаждением барщины и сокращением денежных оброков, вызвавшими
тяжелый аграрный кризис XVI в. в Русском государстве, «в конце XVI
и в начале XVII в. имело место значительное сокращение рынков и то¬
варного производства...» î0. Но если это верно, если товарное производ¬
ство до кризиса XVI в. было даже шире, чем в XVII в., то, значит, и
переломный поворот к капитализму следует искать значительно раньше,
чем его находит большинство историков.
Чем же это подтверждается?
Д. П. Маковский между прочим ссылается и на свидетельства ино¬
странцев, побывавших в тогдашней России. Они еще в XV—XVI вв. от¬
мечали здесь наличие таких же крупных городов, как Париж, Рим и
Флоренция на Западе, а Москва, по Ченслеру, была даже много больше
Лондона. Вместе с гем еще в начале XVI в. Альберт Кампензе писал
римскому папе, что «Московия весьма богата монетою... ибо ежегодно
привозится туда со всех концов Европы множество денег за товары, не
имеющие для московитян почти никакой ценности, но стоящие весьма
дорого в наших краях» и. Очевидно, большие города России уже широко
торговали не только внутри страны, где, по сообщению Ченслера, в зим¬
нее время обозы шли в Москву из отдаленных мест, отстоящих на
I ООО миль, но и за ее рубежами. Масштабы этой торговли были очень
велики. Например, смоленские купцы закупали огромные партии хлеба
на суммы 841, 2 250, 2 968 рублей 12. При ценах начала XVI в. на рожь.
6 А. А. Преображенский, Ю. А. Тихонов. Итоги изучения начально¬
го этапа складывания всероссийского рынка (XVII в.). «Вопросы истории», 1961, № 4,
стр. 95, 109.
7 Б Д. Греков. Крестьяне на Руси М.-Л. 1946, стр. 674.
8 См. А. М. Сахаров. К вопросу о двух стадиях развития феодальной фор¬
мации в России. «Вспросы истории», 1959, № I, стр. 107; Ф. Я· Полянский.
Первоначальное накопление капитала в России. М. 1958, стр. 24.
9 Д. П. Маковский. Развитие товарно-денежных отношений в сельском хо¬
зяйстве Русского государства в XVI веке. Смоленск, 1960.
10 Та м же, стр. 14.

60
Академик С. Г. Струмилин
не свыше 1 коп. за пуд за 1 ООО руб. можно было купить 100 тыс. пудов
хлеба в зерне.
Крупно торговали в Москве и с заграницей. Только царский двор
покупал у иностранцев товаров на многие десятки и сотни тысяч флори¬
нов. Этот двор покупал и продавал самые разнообразные товары, даже
солому и мякину. Особой страстью к стяжательству и накоплению, по
свидетельству иноземцев, отличался сам царь Иван IV, прозванный
Грозным. Этот царь «был самым главным богатым, энергичным и пред¬
приимчивым купцом и промышленником» 13. Но к середине XVI в. извест¬
ны уже и сотни других гостей и купцов, владевших, по оценке Д. П. Ма¬
ковского, «крупными капиталами». Они сбывали свои товары за границу
не только на наличные, но и в кредит. В частности, московские купцы
«суконного ряда» Савва Емельянов, Важен Иванов и Тараканов креди¬
товали английскую компанию на 3 555 руб. (свыше 300 тыс. руб. зо¬
лотом), а смоленскому купцу Афанасию Юдину английские купцы
Уильям Фомик и Антон Марш задолжали к 1589 г. еще большую по
тому времени сумму, в б 200 руб. (свыше 450 тыс. руб. золотом по ценам
конца XIX в.) м. Торговала Москва не только с Западом. В 1534 и
1563 гг. в Москву наезжало с огромными табунами лошадей свыше
тысячи восточных купцов, в 1570 г. в Москву с польскими послами при¬
ехало 645 литовско-польских купцов ,5. Не менее широко развертывалась
и внутренняя торговля.
Все такие факты нельзя считать единичными или случайными для
данной эпохи. Знаменуя собой рост товарно-денежных отношений и на¬
чальную стадию разложения феодализма в России, они вполне гармо¬
нируют с аналогичными процессами в Западной Европе. Не случайна,
в частности, и та экономическая политика в области обращения, кото¬
рую проводил уже первый «царь всея Руси», предприимчивый «купец»
и великий стяжатель Иван Грозный (1547—1584 гг.). Мы имеем в виду
его запрет вывоза монетных драгоценных металлов за границу и ту
практику, по которой он ревниво отбирал их даже у своих послов, воз¬
вращающихся не с пустыми руками на родину. Обычно в качестве первых
русских меркантилистов называют Ордина-Нащокина, Юрия Крижанича
и Ив. Посошкова. Иногда к ним относят и Петра Великого. Но все это
деятели XVII—XVIII веков. Первым представителем раннего мерканти¬
лизма на практике уже в XVI в., несомненно, следует признать Ивана IV.
А меркантилизм, как известно, является политикой ряда феодальных
государств в период возникновения капиталистического производства,
проводившейся в интересах торгового капитала.
Последним толчком в развитии товарно-денежных отношений и в
России и на Западе послужил тот весьма обильный прилив из американ¬
ских колоний награбленного там, а потому и весьма дешевого, монетного
металла, который обусловил собою в XVI в. целую «революцию цен» в
Европе. Как известно, этот прилив денег оказал то же воздействие и на
русские рынки. Денег поступало сюда даже больше, чем требовал внут¬
ренний оборот феодального хозяйства, и часть их за отсутствием сбере¬
гательных касс припрятывалась в земле в виде денежных кладов.
В одном лишь Смоленске, по свидетельству Д. П. Маковского, уже обна¬
ружено около десяти крупных кладов серебряных монет XVI в., из
которых только в одном, найденном у подножия Соборного холма,
было зарыто на глубине полутора метров до 10 тыс. таких монет·16. Об
относительном избытке денег свидетельствует и небывалый рост
сельскохозяйственных цен —в два-три раза и выше за одно столетие.
13 Там же, стр. 33, ISO.
14 Т а м же, стр. 20, 33, 172.
,δ Т а м же, стр. 33.
»«Там же, стр. 172.

к вопросу о генезисе капитализма в России 61
Вместе с ними росло и разложение натуральных устоев феодальной
деревни.
Из анализа писцовых книг XV—XVI вв. видно, что еще в 1478—1480
годах по «старому письму» на Руси явно преобладала натуральная фор¬
ма феодальной ренты: оброк продуктами или долей урожая по Дерев-
ской пятине составлял 60% случаев; смешанный, натурой и деньгами,—
30% и чисто денежный — только 10%. И ни одного случая барщины или
отработочной ренты в полеводстве не знает ни «старое», ни «новое пись¬
мо» к 1500 г. в этой пятине. Размер полевых запашек был невелик, в
среднем по 3,2 обжи на каждого, а в общем итоге на всех не более 9%
всей «живущей» пашни, и обычно обрабатывали их помещики «своими
людьми», то есть холопами (до 71%) или «сами пахали» (не менее
10%), а остальные земли обрабатывались либо «своеземцами» безоб¬
рочно, либо крестьянами за оброк, деньгами или натурою. Но с прили¬
вом денег и ростом цен все большее число крестьянских платежей пере¬
водилось на деньги и возрастало, опережая самый высокий рост цен.
И если цены на скот и хлеб в зерне поднялись к 1570-м годам с начала
века от 2 до 4 раз, то государственные налоги возросли с 28 до 150 руб.
за соху в 800 четей, то есть в 5 с лишним раз, а денежная рента феода¬
лов— с 2 гривен до 2 рублей с обжи в 10 четей, или в 10 раз 171
К этому надо добавить, что натуральные повинности все шире за¬
мещались при этом денежной рентой. И уже в начале 50-х годов XVI в.
почти все натуральные повинности были переведены на деньги 18. В ре¬
зультате этого процесса все большее число крестьян вынуждено было в
уплату возраставших денежных платежей продавать скупщикам все
большую долю своей продукции. Одновременно росли и товарность сель¬
ского хозяйства и... разорение мелкого крестьянства. И на Западе, как
было отмечено уже К. Марксом, замена натуральной ренты денежной ве¬
ла к разорению мелких крестьян 19. Разорялись они и в России. И совре¬
менник царя Ивана IV публицист Ермолай Эразм прямо указывал на
гибель крестьян «от сребра», то есть от денег, и требовал, запретив брать
с них деньги, взимать от «трудов их» оброк натурой. Но ничто уже не
могло повернуть назад колесо истории.
Конечно, денежное хозяйство в деревне, разоряя мелкое крестьян¬
ство, кое-кого и обогащало в ней. И наряду с разоренными задворника-
ми, захребетниками и бобылями, вынужденными «наймоваться», Судеб¬
ник 1589 г. знает и такую фигуру, как «добрый крестьянин», который и
сам имел захребетников или «бобылей во дворе» 20. Расслоение русской
деревни XVI в. достигало уже весьма значительной степени. И в актах
этого века стало уже обычным деление оельского населения на такие
категории: «лучшие или добрые крестьяне, середние, молодчие и бобы¬
ли». Разоряемые крестьяне разбегались, бросая свои запустевшие дворы
и пашни. Конечно, этот процесс разорения и обезземеливания крестьян¬
ства лишь усиливал его социальное расслоение. И к концу века мы на¬
ходим, по данным Д. П. Маковского, такую меру этого расслоения.
По писцовой книге 1608 г. в Яренском уезде с преобладанием менее
пострадавшего черносошного крестьянства насчитывалось: лучших дво¬
ров — 36, средних — 298, молодших — 1 682, бобыльских — 180 и 435
вовсе пустых дворов полностью разоренных и разбежавшихся землеро¬
бов21. Бобыли не пахали. Таким образом, на 2 631 дворовое место 615
17 Т а м же, стр. 72, 82, 83—86.
18 Н. Рожков. Исторические и социологические очерки. Ч. I. М. 1906, стр. 59.
19 См. К. Маркс. Капитал. T. III. М. 1955, стр. 812.
20 Статья 62 Судебника 1589 г. гласит: «а доброму крестьянину, который тор¬
гует, или деньги и рожь взаймы дает, или в волости его назовут добрым человеком,
безчестия ему три рубля, а жене его вдвое». Статья 58 Судебника 1550 г, уравнивала
в этом отношении «добрых крестьян» с «детьми боярскими»,
21 Д. П. Маковский. Указ. соч., стр. 153.

62
Академик С. Г, Струмилин
бывших земледельцев, то есть свыше 23%, уже выбыли здесь из их чис¬
ла. А в других районах, с преобладанием дворянского землевладения,
эта норма крестьянского разорения и обезземеливания была гораздо вы¬
ше. Так, в 10 станах Вяземского уезда Д. П. Маковский насчитал к
1595 г. «живущих дворов», включая бобыльские, 3 717 и 1 233 пустых
(25%). А по земле запустело при этом под перелогом и лесом 41 296 че¬
тей, или 58,6% всего земельного фонда. В новгородских пятинах эта
«пустота» даже в среднем превышала 60%, поднимаясь в Шелонской
пятине до 84%. В районе Пскова, под залежью, она достигала, по дан¬
ным Н. Рожкова, 92%, в Московском уезде — от 76 до 95%, причем
наибольшее запустение — до 100% — обнаружилось в деревнях наиболее
мелких помещиков 22.
Разорялось в XVI в. и население мелких городов и рядков, тесно свя¬
занных с сельским хозяйством. В 17 рядках о 1495 по 1546 г. из 724 дво¬
ров убыл 191 двор, или 26%. Но за вторую половину XVI в. этот процент
убыли резко возрастает. Например, в рядках Боровичи, Волочек и Бе¬
лый с 1546 по 1583 г.— всего за 37 лет — число дворов убыло с 158 до 33,
на 79%, а в начале XVII в. разорение городов достигает своего макси¬
мума 23.
Помещики «разгоняли и грабили» крестьян, разоряя их мелкое хо¬
зяйство. Классовая борьба обострялась. И массовая утечка рабочей силы
из феодальных поместий стала новым грозным оружием крестьян в этой
борьбе. А между тем с ростом хлебных цен становилось все выгоднее
товарное земледелие, производство зерна на рынок. И оно стало при¬
нимать все более приобретательский характер. Во владениях всех фео¬
далов возрастают барские запашки и сокращаются крестьянские наделы.
Обычной нормой такого надела на двор до аграрного кризиса в XVI в.
была «выть», площадью от 10 до 16 четей пашни в одном поле, то еоть от
15 до 24 десятин — в зависимости от качества земли — во всех трех по¬
лях. Но вот по писцовым книгам Вяземского уезда к 1595 г., средний на¬
дел крестьян не превышал уже 6,9 чети на двор, с колебанием в разных
поместьях от 1—3 до 10 и выше четей в одном поле. А в вотчинах Тро-
ице-Сергиевского монастыря, в подмосковном центре, только с 1562 по
1593 г. средний крестьянский надел сократился с 9 до 4,5 чети на двор,
то есть ровно вдвое24. Таким образом, если учесть, что в ряде районов
этого центра до 60% пашни было вовсе заброшено и запустело, а из
остальной пашни до 50% убыло у крестьян в результате сокращения
феодалами их наделов, то получим и общую меру обезземеления рус¬
ского крестьянства в таких районах — до 80% их общего земельного
фонда.
В свете таких фактов невольно напрашивается аналогия между аг¬
рарным кризисом XVI в. в России и той «земледельческой революцией»
в Англии, которая и там возникла в связи с «революцией цен», разоряя
сельское хозяйство и открывая собою методами первоначального нако¬
пления новую эру общественного хозяйства. Как известно, в Англии эта
революция, или, точнее, «пролог переворота, создавшего основу капитали¬
стического способа производства, разыгрался в последнюю треть XV
н первые десятилетия XVI столетия»25. Она началась с того, что «земель¬
ные ренты очень возросли, а обработка пашни (til läge) пришла в боль¬
шой упадок». По требованию рынка здесь пашню стало выгоднее обра¬
щать в пастбища. И мелких крестьян феодалы стали безжалостно изго¬
нять с пашни, огораживая и экспроприируя брошенные ими общинные
земли. И вот если еще на протяжении большей части XV в. один акр
22 Т а м же, стр. 71.
й Там же, стр. 120, 164, 202—208.
24 Там же, стр. 73, 74.
35 К. Маркс. Капитал. T. I, стр. 722, 727.

К вопросу о генезисе капитализма в России
63
пастбищ приходился на 2—3 и даже 4 акра пашни, то в середине XVI в.
уже 2 акра пастбищ стало приходиться на 2, позднее на 1 акр пашни и,
наконец,— 3 акра пастбищ на один акр пашни 26.
Правда, английские пастбища были сразу же заняты многочислен¬
ными стадами овец и баранов, а московские монастырские стяжатели
и прочие феодалы не могли, разумеется, сами заменить собою этих ба¬
ранов на обретенных ими огромных залежах и перелогах, но масштабы
экспроприации мелкого крестьянства в интересах товарно-денежного
сельского хозяйства были, по-видимому, и там и здесь одного порядка.
Нужно еще учесть, что трехпольное паровое хозяйство было вершиной
достижений феодального земледелия. Дофеодальные системы мотыж¬
ного и подсечно-переложного земледелия соответствовали значительно
более низкому уровню производительных сил. А в XVI в. к снижению
его, несомненно, толкал и такой «переворот», как массовое вытеснение
пашни из феодального трехполья за очет пастбищ и перелогов. Значит,
в нисходящую стадию постепенного разложения феодализма Россия
вступила и по этому признаку не позже XVI века. Но и в Англии «зем¬
ледельческая революция» как пролог поворота в сторону капитализма
датируется временем не позже XV—XVI веков.
Почему же этот переломный момент остается еще столь спорным
для многих советских историков? Конечно, они ссылаются на крепост¬
ное право, которое у нас расцвело уже после этого перелома и продер¬
жалось, даже укрепляясь в XVIII в., вплоть до реформы 1861 года. Этот
факт так называемого «второго издания» крепостничества в ряде стран
восточнее Эльбы, после того как в первом своем издании, на Западе, оно
уже было ликвидировано, представляет собою существенное своеобразие
стран Востока. Однако он никак не может отменить или изменить дати¬
ровку начального момента нисходящей стадии феодализма. Замедляется
здесь лишь самый процесс его разложения. К тому же на Руси после рез¬
кого расширения денежной ренты в сельском хозяйстве XVI в. действи¬
тельно получили свое начало и заметные зачатки отработочной ренты,
но они не идут ни в какое сравнение с отработочной рентой в первом ее
«издании» раннего с-редневсковья на Западе. Дело в том, что на заре
феодализма в натуральном хозяйстве феодала отработки сервов слу¬
жили в основном лишь потребительским нуждам сеньора и его двора,
а даровой труд крестьянина на барской запашке помещиков XVI —
XVII вв., в условиях товарного производства, служит уже чисто предпри¬
нимательским интересам феодалов, обуреваемых неутолимой жаждой
прибавочного труда 27.
Говоря иначе, это еще феодализм, но, как говорят, и «Федот, да не
тот». Если ранний феодализм Запада, поднимаясь от наиболее отсталых
своих форм отработочной ренты, шел еще по восходящей линии к все
более прогрессивным формам продуктовой ренты и денежного оброка,
то поздний феодализм «за Эльбой» на своих путях от денежных оброков
к барщине и полному закрепощению крестьянской рабочей силы, несом¬
ненно, снижал уровень производительности такого подневольного труда
землеробов и тем самым обретался уже на нисходящей линии своего
развития. И нам следует лишь установить важнейшие даты этого
процесса в Русском государстве.
В этом отношении весьма показательно, что еще в 1571 г., по обыск¬
ной книге Вотской пятины, из 179 деревень только в одной практикова¬
лись отработки: за пользование 1 обжей пашни (10 десятин посева)
крестьяне должны были обработать помещику 2 чети (1 десятину) и на¬
косить 15 копен сена (0,5 десятины луга). А денежный оброк за обжу
20 Т а м же, стр. 724, 732.
27 Ср. С. Д. Сказки и. Основные проблемы так называемого «второго изда¬
ния крепостничества» в Средней и Восточной Европе. «Вопросы истории», 1958, Ns 2,
стр. 102—105.

64 Академик С. Г. Струмилин
они платили 1—2 рубля. В 19 других деревнях тоже применялись раньше
мелкие работы, но были уже заменены деньгами с такими примерно рас¬
ценками: «за дело и за мелкий доход» — 2 или 3 алтына, то есть не свы¬
ше 5—6% денежного оброка с обжи. Однако с заповедных лет (1581 г.
и сл.), после закрепощения крестьян, барщина начинает быстро расти.
Правда, в монастырях еще в 1590-х годах господствовала денежная рента,
и попытка волоколамских мнихов заменить с 1591 г. денежный оброк
«издельем» из 3-го и из 4-го снопа, встретив сопротивление крестьян, не
увенчалась успехом. Но к концу века в ряде мест и во многих владениях
барщина становится уже господствующей^. А в половине XVII в. кре¬
постное право получает наконец и свое законодательное завершение в
Уложении 1649 г. по всей стране.
И тем не менее даже в XVII в., несмотря на столь полное закрепоще¬
ние, наряду с дворянскими поместьями оказалось немало и черносошных
волостей, а в дворянских деревнях наряду с барщинными — и оброч¬
ные крестьянские хозяйства, а главное, уже был налицо и охватывающий
все эти хозяйства «буржуазными связями» всероссийский товарно-де¬
нежный рынок. Однако если учесть и разорительный аграрный кризис
конца XVI в., включая огромное сокращение жилой пашни и массовый
уход людей из деревни, а также разорение посадского населения многих
городов начала XVII в. и общее тормозящее действие закрепощения кре¬
стьян к 1649 г. на товарное производство, то окажется вполне правдо¬
подобным и тот вывод Д. П. Маковского, по которому в конце XVI и на¬
чале XVII в. имело место значительное сокращение рынков. Кстати ска¬
зать, мы могли бы подкрепить этот его тезис и некоторыми прямыми
подсчетами.
Англичанин Флетчер, побывавший в Москве в 1588 г., сообщает та¬
кие сведения о русских финансах. Приходный бюджет Русского госу¬
дарства «одними деньгами» он определяет в 1 430 тыс. руб. «чистого до¬
хода», отмечая, что в эту сумму не входят дворцовые расходы — до
230 тыс. руб. в год — и постоянное жалованье войску в мирном его со¬
ставе (96 300 чел.) — ежегодно до 250 тыс. руб., «которые удовлетворя¬
ются другими способами», то есть за счет сборов хлебом и припасами,
сибирской пушниной и прочими доходами натурой29. Таким образом,
весь бюджет 80-х годов XVI в. достигал деньгами и натурой 1 910 тыс.
руб., из которых на долю денежного обложения падает до 75%. С этими
цифрами можно сопоставить некоторые итоги XVII века. В государствен¬
ном бюджете 1680 г. чистый доход деньгами — без оборотных поступле¬
ний и остатков прошлых лет — составил всего 1 530 667 рублей30. К это¬
му следует добавить доходы натурой: хлебом с 793 тыс. дворов до
606 тыс. четей примерно на 303 тыс. руб. и соболиной казной по Сибир¬
скому приказу на 102 тыс. руб., а всего — на 405 тыс. рублей31. Таким
образом, общий доход 1680 г, достигал 1 935 тыс. рублей.
Для полной сопоставимости сравниваемых итогов следует еще
учесть порчу и обесценение денег, а также рост населения в стране
с 1580-х до 1680 года. Дело в том, что за указанное время, во-пер¬
вых, из одного фунта серебра стали чеканить вместо 6 уже не менее
8 руб. 64 коп. серебром, а по ценам хлеба покупательная сила рубля сни¬
зилась еще заметнее. Сопоставляя их с ценами 1882 г., В. О. Ключев¬
ский, Н. А. Рожков, а вслед за ними Д. П. Маковский оценивают рубль
второй половины XVI в. в 25 рублей. Но с учетом и дальнейшего роста
28 Д. П. Маковский. Указ. соч., стр. 84, 127.
29 Размеров дворцового расхода Флетчер не указывает, но едва ли он был мень¬
ше тех «остатков» доходов дворцового хозяйства (230 тыс. руб.), которые переда¬
вались из дворцового приказа в другие. Д. Флетчер. О государстве Русском. СПБ.
1906, стр. 59—60, 79—81.
80 П. Милюков. Государственное хозяйство России в первой четверти
XVIII столетия и реформа Петра Великого. СПБ. 1905, стр. 76.
31 Т а м же, стр. 120. 560.

К вопросу о генезисе капитализма в России 65
дороговизны с 1882 по 1913 г. почти на 20% один рубль второй половины
XVI в. по ценам 1913 г. составит почти 31 руб. золотом, а примерно через
100 лет, в XVII в., он уже стоил не свыше 15,5 золотого рубля по тем же
ценам, то есть вдвое дешевле. А во-вторых, и население страны за те же
100 лет, по имеющимся приблизительным расчетам, возросло по меньшей
мере вдвое32. С учетом этих обстоятельств получаем следующую кар¬
тину:
1580-е годы
1680 год
I. Доходы (в тыс. руб.):
по номиналу
1 910
1 935
в валюте 1913 г
59 000
30000
в %.,.··«.«*·
100
50
II. Податное население:
в тыс. дворов
396
793
в %
100
200
III. Доходы на 1 000 податных
дворов .
149
38
в тыс. рублей 1913 г. . .
в %
100
25
Следовательно, тяглецам XVI в. приходилось добывать из своегс
хозяйства денег для уплаты одних лишь государственных налогов раза
в четыре больше, чем сто лет спустя, в XVII веке. Правда, не все эти
суммы извлекались непосредственно прямыми налогами из крестьянско-·
го хозяйства. Изрядную долю государственных доходов составляли и
косвенные налоги, а в их числе торговые пошлины и кабацкие дохо¬
ды, доход от монетной операции и некоторые другие, извлекаемые из
всех категорий городского и сельского населения. На долю прямых на¬
логов и оброков (кроме хлеба) падало в бюджете 1680 г. 640 тыс. руб.
из общего итога денежных поступлений в 1531 тыс. руб. (42%), и,
стало быть, на поземельные платежи из расчета на один податной
двор по ценам XVII в. это составит около 80 коп., а в валюте 1913 г.—
не менее 12 руб. 50 коп. золотом.
В бюджете 1580-х годов поземельные прямые налоги («сошные
и подушные») составляли, по Флетчеру, 400 тыс, руб., то есть всего
28% в общем итоге денежных доходов казны (1 430 тыс. руб.)33. Не
из расчета на 396 тыс. дворов это составит даже несколько больше
одного рубля деньгами на каждый податной двор, а в ценах 1913 г.—
до 32 руб. золотом. И, стало быть, денежность крестьянского хозяй¬
ства к 1580-м годам по этому признаку была значительно выше, чем
сто лет спустя (32:12,5 = 2,5). К платежам в казну нужно еще доба¬
вить денежные оброки помещику. В XVII в. с закрепощением крестьян
и расширением барщины распространение этих оброков резко сокра*
тилось. Но перед аграрным кризисом 1580-х годов они получили самое
широкое применение. И, по оценке Н. А. Рожкова, денежные оброки бы¬
ли уже не ниже 1 руб. с обжи в пределах всей Вотской пятины34. Зна¬
чит, в общем итоге с налогами все денежные платежи земледельца
достигали здесь не менее двух рублей на податной двор.
А между тем весь чистый сбор такого хозяйства с посевом в 10 де¬
сятин при урожае сам-три, за вычетом семян, не превышал 10 четверо
32 Прирост тяглых дворов за 40—50 лет до переписи 1678 г. составил, по
П. Н. Милюкову, не менее 30,8%. За год это дает не свыше 0,5—0,6%, а за 10Û лет —
от 70 до 95% прироста. Но у П. Н. Милюкоза не учтена еще значительная утечка
тяглецов на окраины. На одном лишь Урале с 1579 до 1678 г. число тяглых дворов
возросло за этот счет с 2 197 до 11 811. См. П. Милюков. Указ. соч., стр. 31—32,206.
Ср. С. Г. Стру милин. История черной металлургии. М. 1954, стр. 136.
33 Д. Флетчер. Указ. соч., стр. 60.
34 Н. Рожков. Указ. соч., стр. 60—61-,
5. «Вопросы истории» № 9.

66
Академик С. Г. Струмилин
тей ржи и 20 четвертей овса. Значит, в 1580—1584 гг. при ценах в 26 коп.
за четь ржи и 11 коп. за четь овса весь этот сбор стоил всего 4 руб.
80 копеек. И чтобы только уплатить из него оброк и налоги — 2 руб.,
нужно было отоварить и сбыть на рынке до 42% всего чистого сбора.
Это очень высокая норма товарности крестьянского хозяйства. Она не
полностью обеспечивала даже нормальное потребление крестьянской
семьи в семь душ, которой по самым скудным нормам на питание лю¬
дям и корм скоту, очитая по 18 пудов на душу, требовалось не менее
126 щудов зерна в год. А к концу века, когда крестьянские наделы со¬
кратились примерно вдвое, цены же на рожь упали к 1597 г. до 15 коп.
за четь, а по овоу — до 6,5 коп.35, и за весь чистый сбор такого хозяй¬
ства на рынке можно было выручить едва 1 руб. 40 коп.,— положение
стало критическим. Ни уплатить налоги и оброки в 2 руб. из этой сум¬
мы, ни прокормиться за счет чистого дефицита не оставалось никакой
возможности.
Разоряемые крестьяне могли лишь в этих условиях, .распродав свой
скудный скарб и рабочий скот и лишившись таким образом послед¬
них средств производства, бежать куда глаза глядят от своих наибо¬
лее лихих хозяев-стяжателей. А этих последних сама экономическая
необходимость заставила отказаться от денежных оброков, которых все
равно невозможно было взыскать. И, предоставив своим крестьянам
самим кое-как кормиться на своих урезанных наделах, феодалы гото¬
вы были уже заменить эти ускользавшие оброки хотя бы отработочной
рентой на своих барских запашках. Но для этого надо было еще как-тс
закабалить и закрепить на своих местах стихийно разбегающихся от гос¬
под крестьян. Массовая утечка рабочей силы из феодальных владений
грозила полным разорением и самим феодалам, в особенности наибо¬
лее мелкопоместным из них. И это толкало их к решительным дей¬
ствиям.
До аграрного кризиса и крестьянского разорения помещики при¬
влекали в свои владения «новоселов» разными льготами и ссудами
на обзаведение двором, на посев и другие нужды и таким образом при¬
вязывали их к своей земле — до уплаты долга — экономическими узами.
Но разоренных до конца землеробов — ни новоселов, ни старожильцев —
уже никакими льготами и ссудами или посулами невозможно было
удержать на пашне. Появившийся спрос на рабочую силу гнал их к
новым источникам средств существования. Вполне понятно, что, спасая
свои классовые интересы, феодалы приложили тут все усилия, чтобы
по возможности закрепостить у себя уже полностью и вернуть в тягло
хотя бы силой царских застав весь этот разбегающийся рабочий люд.
И это повлекло к насаждению и усилению крепостных отношений в цар¬
ской России. Однако страна была очень обширна. И беглецам было
Куда в ней спасаться, обходя на своих путях все заставы. Возникали
не раз и грозные крестьянские восстания, подавить которые феодалам
удавалось лишь вооруженной рукой. Тем важнее было всем крепостни¬
кам удержать и укреплять столь необходимое им в такой большой стра¬
не единодержавие и самодержавие защищавшей их царской власти.
И действительно, в таком сочетании крепостное хозяйство под опекой
крепнувшей царской власти, надолго притормозив неуклонный рост в
нем новых, буржуазных отношений, продержалось у нас еще сотни лет.
Но это был уже разлагающийся феодализм.
Огромное расширение барщины с конца XVI в., несомненно, резко
сузило товарность крестьянского хозяйства. Но зато, расширяя свои
запашки за счет барщинного труда, приобретали все более товарный
характер помещичьи экономии. Й разложение натурального хозяйства
35 А. Г. М а н ь к о в. Цены и их движение в Русском государстве XVI века.
М.-Л. 1951, стр. 38, 107—108.

К вопросу о генезисе капитализма в России
67
в стране лишь замедлилось, не прекращаясь даже в районах наиболь¬
шего закрепощения. К. тому же подневольный труд на барщине был
малопродуктивным. И помещики не замедлили себе уяснить, что по¬
всюду, где растут промыслы, а в районах малоплодо*родного земледе¬
лия в особенности, барщинный труд крепостных приносит им меньше
выгод, чем денежные оброки в тех владениях, где крестьянам вместе
барщины предоставляется возможность свободных заработков на мест¬
ных или отхожих промыслах. А в результате этого, если после закре¬
пощения, к началу XVII в., барщина даже в нечерноземной полосе ста¬
ла «господствующей формой повинности»36, то в XVIII в., по четвертой
ревизии, эта форма и в черноземном земледельческом центре, ставшем
основным очагом крепостничества, охватывала к 1782 г. не свыше 44%
всего крестьянского населения, падая в нечерноземном «промышленном
центре» до 27, а на Севере даже до 4% этого населения. Даже в сред¬
нем по всей стране эта доля не превышала 30% 37.
Однако в XVII в. закрепощение деревни означало не только сниже¬
ние товарности крестьянских хозяйств. Вместе с тем сокращался, по-види¬
мому, и общий товарооборот города и деревни. Об этом до известной сте¬
пени можно судить по сокращению таможенных пошлин на внутренних
рынках и в портах Русского государства к 1680 году. В бюджете 1580-х
годов они, по Флетчеру, достигали 340 тыс. рублей. В 1680 г. они вместе
с кабацкими сборами составили 650 тыс. рублей38. А за вычетом кабац¬
ких сборов, на которые следует отнести не менее 60% от итога таможен¬
ных пошлин39, эта сумма составит не свыше 407 тыс. руб. (650:1,6 —
407) И мы можем привести такое их сопоставление за два века (в тыс.
РУб.):
1580-е годы 1680 год
В текущей валюте 340 407
В ценах 1913 г. 10 540 6 309
В % 167 100
Торговые пошлины на внутренних таможнях в XVII в. составляли
5% от продажных цен. Значит, товарооборот России по ценам 1913 г. не
превышал 6,3 X 20=126 млн. золотых руб., а оборот 1580-х годов по
своему объему был примерно на 67% выше. Если же еще учесть рост на¬
селения за 100 лет, то падение товарооборота из расчета на душу насе¬
ления окажется еще раза в два значительнее.
Подобные иллюстративные расчеты не претендуют, конечно, на боль¬
шую точность. Но игнорировать их не приходится. Они подтверждают
большие сдвиги в развитии товарности сельского хозяйства России на про¬
тяжении XVI века.
Эти сдвиги не могли не оказать своего действия и на все другие
стороны жизни страны. В частности, Д. П. Маковский отмечает довольно
широкое использование наемного труда на Руси уже в XVI веке. Приме¬
нялся он и в монастырях и даже в крестьянских хозяйствах, на речном
транспорте и в строительстве,^ купцов и ремесленников, на соляных вар¬
ницах и других промыслах. В особенности значительное количество наем¬
ного труда поглотило в XVI в. крупное церковное и монастырское строи¬
тельство, а также сооружение больших крепостей. В одном лишь Смолен¬
ске на постройке крепостной стены «было занято около 10 тысяч человек».
И царский указ повелевал «те все дела делати наймом, а наймовати на те
на все дела охочих людей и уговариваться с ними, а наем им давать из го¬
сударевы царевы великого князя Федора Ивановича всея Руси казны,
36 Д. П. Маковский. Указ. соч., стр. 84.
37 С. Г. С т р у м и л и н. Указ, соч., стр. 272.
38 Д. Флетчер. Указ. соч., стр. 58; П. Милюков. Указ. соч., стр. 73.
39 См., например, П. Милюков. Указ. соч., стр. 17.

68
Академик С. Г. Струмияин
смотря по делу, отчего что пригоже». Но для той же Смоленской крепо¬
сти требовалось еще по смете заготовить 32 тыс. куб. сажен бутового кам¬
ня, 620 тыс. больших белых облицованных камней, 1 млн. возов песку,
320 тыс. свай, 150 тыс. бревен, 500 тыс. досок, 150 млн. штук кирпича, 320
тыс. пудов извести, 320 тыс. пудов полосового железа, 150 тыс. пудов пру-
тового железа, свыше 1 млн. крупных гвоздей 40. На заготовку этих мате¬
риалов требовалось еще больше труда.
Возможность получить на одну лишь стройку до 500 тыс. пудов рас¬
кованного железа свидетельствует к тому же о весьма широком разви¬
тии мелкотоварного производства железа уже к концу XVI века. Дело в
том, что по нормам кустарной металлургии на каждый пуд железа, расхо¬
довалось не менее 9—10 человеко-дней труда. А стало быть, на 500 тыс.
пуд. железа требовалось до 5 млн. человеко-дней, или до 20 тыс. годовых
работников. На заготовку кирпича, считая по 10 тыс. штук в лето на ра¬
ботника, нужно еще добавить до 15 тыс. рабочих, на заготовку свай, бре¬
вен и досок по нормам XVI—XVII вв.— около 3 тыс. рабочих, да лишь на
доставку к месту работы всех этих материалов — свыше 5 млн. возов —
потребно было не менее 20 тыс. годовых возчиков. Всего, стало быть, на
постройку одной только Смоленской крепости нужно было нанять до 68
тыс. пеших и конных работников. А ведь в XVI в. было построено до 30
крепостей, в том числе в Москве — Кремль и Китай-город, в Архангель¬
ске, Казани, Самаре, Саратове, Царицыне, Астрахани, Туле, Воронеже,
Курске, Белгороде и других городах. И строились в стране не только де¬
сятки церквей и крепостей, но и целые сотни новых больших и малых го¬
родов. «Таким образом,— не без основания заключает Д. П. Маковский,—
только одно строительство требовало многих сотен тысяч наймитов»41.
И притом на каждый десяток тысяч строителей требовалось в пять-шесть
раз больше работников в промышленности и других отраслях хозяйства,
на заготовках и транспорте строительных материалов.
Все эти факты, казалось бы, вполне подтверждают, что и рост товар¬
но-денежных отношений, и разложение феодальной базы сельского хо¬
зяйства, и массовое появление лишенной всех средств производства рабо¬
чей силы на рынке, и немалые капиталы в торговле и промыслах — все
эти предпосылки расцвета «буржуазных связей» уже в XVI в. были доста¬
точными, чтобы признать их зачатками новой, капиталистической эры. Не¬
трудно было бы усмотреть уже в этом веке и переломный момент в разви¬
тии феодализма и по меньшей мере «пролог» назревающего переворота
общественных отношений. Ведь было уже немало и на селе крестьян-скуп-
щиков, промышлявших и хлебом и деньгами. Закон XVI в. именует этих
крестьян «добрыми», но мы знаем, что в народе они зовутся мироедами и
живоглотами, а в марксистско-ленинской науке — сельской буржуазией.
Возникали уже рассеянные, а кое-где и централизованные мануфактуры.
Особенно широко множились железные и соляные промыслы с вольнона¬
емным трудом. Весьма показательно, кстати сказать, что в Старой Руссе,
где уже в XVI в. процветала в крупных масштабах солепромышленность,
казна собирала даже больше таможенных пошлин, чем в торговой
Москве42. И, стало быть, промышленный капитал оборачивался здесь в
масштабах, не уступающих торговому капиталу столицы.
Чего же здесь не хватает для признания зачатков новых обществен¬
ных отношений?
М. В. Нечкина не усматривает производственных отношений капита¬
лизма на мануфактурах XVII—XVIII вв. с принудительным трудом, ссы¬
лаясь на то, что рабочая сила не стала здесь еще товаром. Но ведь она
еще в XVI в., до закрепощения крестьян, стала товаром. И никакие по¬
40 Д. П. Маковский. Указ. соч., стр. 188—189.
41 Т а м же, стр. 190.
42 12 тыс. руб. за год в Москве и 18 тыс. руб. в Старой Руссе 1580-х годов
Д. Флетчер. Указ. соч., стр. 57.

К вопросу о генезисе капитализма в России 69
следующие победы феодалов не могли изменить этого факта. История,
как и -время,—необратимый процесс. Феодалы новой формации в так
называемом втором российском издании крепостничества смогли органи¬
зовать у себя кое-где на своих мануфактурах каторжный режим. Впро¬
чем, и в свободной Англии на заре капитализма он был не лучше. Но и
феодалы не смогли обойтись на этих мануфактурах без оплаты труда
своих рабочих, лишенных средств производства. Не смогли они эксплуа¬
тировать их труд и без вложений постоянного и переменного капитала,
незаметно превращаясь, таким образом, и сами в капиталистов. Но ка¬
питал— это уже не деньги, а общественное отношение. И там, где капи¬
тал извлекает прибавочную стоимость, там не только создаются новые
производительные силы, но и возникают новые, капиталистические про¬
изводственные отношения, возникают, развиваются и побеждают даже
в наименее благоприятной внешней обстановке.
Феодальная оболочка этих отношений способствует, конечно, расхож¬
дению мнений об их содержании в среде советских историков. Но каждое
новое исследование о генезисе капитализма в нашей стране сокращает
объем и глубину таких расхождений. В связи с этим можно лишь привет¬
ствовать появление в свет интересной книги Д. П. Маковского и пожелать
дальнейших столь же плодотворных исследований в области изучения
экономики этого переломного века нашей истории.

ПРОБЛЕМА ОБРАЗОВАНИЯ РУССКОГО
ЦЕНТРАЛИЗОВАННОГО ГОСУДАРСТВА В СОВЕТСКОЙ
ИСТОРИОГРАФИИ
А. М. Сахаров
Предпосылки образования и характер возникшего в конце XV —
начале XVI в. единого Русского государства закономерно являются
одной из центральных проблем отечественной историографии. Как ус¬
ловия, в которых происходило объединение русских земель, так и его
последствия оказали большое влияние на весь ход русской истории в
средние века.
Уже буржуазная историография пыталась выяснить объективные
предпосылки образования Русского государства Следует вспомнить,
например, труды С. М. Соловьева, выдвинувшего тезис о внутренней
закономерности этого процесса, хотя автор понимал такую закономер¬
ность в чисто идеалистическом плане борьбы «родового» и «государ¬
ственного» начал. Буржуазная историография сделала немало для
выяснения отдельных сторон процесса образования Русского государ¬
ства, но, во-первых, она, как правило, смешивала этот процесс с дру¬
гим—возвышением Москвы, а во-вторых, никогда не могла раскрыть
социально-экономического, классового характера Русского государст¬
ва. Более того, в канун Великой Октябрьской социалистической рево¬
люции, как бы подводя итоги разработке этой проблемы в буржуазной
историографии, один из видных ее представителей, А. Е. Пресняков,
заявил об отказе от самой постановки вопроса в теоретическом плане.
В первых же строках своей монографии «Образование Великорусского
государства» он писал о том, что эта проблема «стала в нашей историо¬
графии жертвой теоретического подхода к материалу, который обра¬
тил данные первоисточников в ряд иллюстраций готовой, не из них вы¬
веденной схемы»2. Поставив своей целью «восстановить значение
источника и факта», А. Е. Пресняков действительно многое исправил
в представлениях о фактическом ходе событий, но осмыслить их с точ¬
ки зрения общеисторических закономерностей он даже и не попытался,
сведя все дело к «собиранию власти» московскими князьями. Работа
А. Е. Преснякова отразила очевидный идейный кризис буржуазной
историографии в России в начале XX века.
Советская историография, основывающаяся на принципах маркси¬
стско-ленинской методологии, ушла далеко вперед в разработке
проблемы складывания централизованного государства в России, со¬
средоточив свое внимание на главном ее аспекте — изучении процессов
социально-экономического развития. Недавно вышла в свет капиталь¬
ная работа Л. В. Черепнина «Образование Русского централизованно¬
1 Как предмет специального исследования эта проблема была впервые постав¬
лена Н. В. Станкевичем в статье «О причинах постепенного возвышения Москвы до
смерти Иоанна III» («Ученые записки» Московского университета. Ч. 5. М. 1834).
а А. Е. Пресняков. Образование Великорусского государства. П. 1918, стр. V.

Проблема образования Русского централизованного государства
71
го государства». В связи с оценкой этого исследования можно подвести
некоторые итоги изучения указанного вопроса в советской историо¬
графии 3.
★
После Октябрьской революции вопросы образования единого Рус¬
ского государства не сразу привлекли внимание историков-марксистов.
Изучение далекого прошлого России в течение десяти — пятнадцати
лет сосредоточивалось преимущественно в руках ученых старого поко¬
ления, которые в большинстве своем в те годы оставались еще на пози¬
циях буржуазной методологии. Своими работами, хотя они и давали
ценный конкретный материал, эти историки, как правило, не только не
способствовали созданию научной концепции образования Русского
централизованного государства, но содействовали распространению оши¬
бочных, противоречивших марксизму-ленинизму положений по различ¬
ным вопросам социально-экономического, политического и этнического
развития России 4.
Марксистский анализ социально-экономического и политического
строя Русского государства XVI—XVII вв. был дан В. И. Лениным в
ряде его трудов начиная с 90-х годов XIX века. Характеризуя «москов¬
ское царство», В. И. Ленин подчеркивал, что «о национальных связях
в собственном смысле слова едва ли можно было говорить в то время:
государство распадалось на отдельные «земли», частью даже княже¬
ства, сохранявшие живые следы прежней автономии, особенности в
управлении, иногда свои особые войска (местные бояре ходили на войну
со своими полками), особые таможенные границы и т. д.». «Основой»
Русского государства XVI в. В. И. Ленин считал «местные союзы», обра¬
зовавшиеся в ходе закрепощения крестьян. «Помещики и монастыри
принимали к себе крестьян из различных мест, и общины, составлявшие¬
ся таким образом, были чисто территориальными союзами»,— писал
В. И. Ленин и подчеркивал, что только в новый период русской истории
(примерно с XVII в.) произошло действительно фактическое слияние
всех таких областей, земель и княжеств в одно целое, что было обуслов¬
лено складыванием всероссийского рынка, возникновением националь¬
ных буржуазных связей, причем «руководителями и хозяевами этого
процесса были капиталисты-купцы»5. Образование всероссийского рын¬
ка, составившее основу нового периода русской истории, началось при¬
мерно с XVII столетия и завершилось уже в послереформенное время,
во второй половине XIX века 6. Политический строй Русского государ¬
ства даже в XVII в. В. И. Ленин характеризовал как монархию с бояр¬
ской думой и боярской аристократией, указывая, что лишь в XVIII сто¬
летии начался период чиновничье-дворянской монархии7.
В специальной исторической литературе 20-х — начала 30-х годов
попытка рассмотрения проблемы образования единого Русского госу¬
3 В монографии Л. В. Черепнина имеется обширная историографическая глава,
посвященная как буржуазной, так и советской литературе по истории Русского цен¬
трализованного государства. Однако содержащийся в ней анализ развития совет¬
ской историографии, с одной стороны, явно неполон из-за отсутствия характеристики
работ самого J1. В. Черепнина, а с другой — вызывает некоторые возражения, например,
в связи с оценкой концепции С. В. Бахрушина — К. В. Базилевича.
4 См., например, Р. Ю. Виппер. Иван Грозный. М. 1922. С. Б. Веселов¬
ский. К вопросу о происхождении вотчинного режима. «Летопись занятий постоян¬
ной историко-археографической комиссии». Вып. I (34). Л. 1927., М. К. Любав-
с к и й. Образование основной государственной территории великорусской народности.
Л. 1929«
5 В. И Ленин. Соч. T. I, стр. 137.
β См. А. М. Сахаров. В. И. Ленин о социально-экономическом развитии фео¬
дальной России. «Вопросы истории», 1960, № 4.
7 См. В, И. Ленин. Соч. Т. 15, стр. 308; т. 17, стр. 47.

72 A. M. Сахаров
дарства с новых позиций, отличных от позиций буржуазных истори¬
ков, была сделана в работах М. Н. Покровского. В противовес буржуаз¬
ным историкам автор попытался раскрыть классовый характер Русско¬
го государства и показать социально-экономические условия его воз¬
никновения и развития. В этом состояла определенная научная заслуга
М. П. Покровского, хотя в конкретном анализе явлений того периода он
сильно ошибался. Он, например, утверждал, будто еще до татаро-мон¬
гольского ига началось «перегнивание городской Руси в деревенскую»
и якобы вторжение татаро-монголов «одним ударом» закончило этот
процесс. В то же время М. Н. Покровский правильно отмечал, что объ¬
единение Руси происходило в условиях господства феодальной деревни.
Город с его «буржуазией» служил лишь опорой князьям в их объедини¬
тельной политике, руководящую же роль в этом процессе играли круп¬
ные землевладельцы-бояре и церковь — передовая экономическая и по¬
литическая сила русского средневекового общества. Объединение Руси
не было, по мнению М. Н. Покровского, образованием единого государ¬
ства. «Московское завоевание» носило «консервативный характер», мало
что меняя на местах. Лишь под воздействием денежных отношений ис¬
чезла в XVI в. прежняя замкнутость, причем погибла боярская вотчина,
не сумевшая приспособиться к новым условиям. Прогрессивную роль
сыграло дворянское поместье, втянувшееся в денежные отношения.
Только в XVII в. образовалось вследствие этого действительно единое
государство 8.
Концепция М. Н. Покровского страдала внутренней противоречи¬
востью. С одной стороны, автор справедливо отмечал феодальный харак¬
тер социально-экономического развития Руси в XIV—XV вв. и подчер¬
кивал, что если бы активную роль в ее объединении играли торговые
города, то результатом должно было бы стать «образование новой городо¬
вой власти.., а не феодальной монархии, какой было Московское госу¬
дарство» 9. С другой стороны, он писал о растущей «буржуазии», квали¬
фицировал борьбу Москвы и Новгорода как «борьбу за рынки», настой¬
чиво отстаивал идею о торговом капитале как руководящей силе исто¬
рического процесса, в том числе и объединения русских земель.
Тезис о торговом капитале, якобы сложившемся в Московской Руси
в XIV в., он особенно подчеркивал в «Русской истории в самом сжатом
очерке», вышедшей в свет в 1920 году. Позднее М. Н. Покровский понял
свою ошибку и отказался от своих представлений о роли торгового ка¬
питала в средние века. Отметив, что «власть московских царей и рос¬
сийских императоров — не только феодального происхождения, но и
имела своим назначением поддерживать феодальные методы продук¬
ции», он, взяв в основу выводы В. И. Ленина об этапах развития Рос¬
сии в докапиталистическую эпоху, попытался различить две стадии в
развитии Русского государства: первую — «феодальное государство
средневекового типа» и вторую — с XVII в.— «бюрократическую монар¬
хию», переход к которой обусловливался развитием торгового капита¬
ла ,0. Эти мысли М. Н. Покровского имели, по нашему мнению, серьез¬
ные основания. Но если М. Н. Покровский сумел отказаться от своих
неправильных взглядов на торговый капитал, то он Ht смог понять про¬
грессивного значения объединения страны и вхождения в состав центра¬
лизованного государства многих нерусских народов м. Он упрощенно,
8 См. М. Н. Покровский. Русская история с древнейших времен. T. I, гл. V
(во всех изданиях).
9 М. Н. Покровский. Русская история с древнейших времен. T. I. М. 1933.
стр. 12,0.
10 М. Н. Покровский. О русском феодализме, происхождении и характере
абсолютизма в России. «Русская история с древнейших времен». T. I, стр. 261, 267,
11 См., например, глубоко ошибочную статью М. Н. Покровского «Возникно¬
вение Московского государства и «великорусская народность». Там же.

Проблема образования Русского централизованного государства
73
вульгаризованно понимал роль классовой борьбы в истории и не слу¬
чайно не смог оценить ни роли княжеской власти в ту эпоху, ни роли
народных масс. Он не сумел понять значения борьбы русского народа
против внешних врагов. Оперируя более всего абстрактными категори¬
ями, беря факты, как примеры, из чужих рук и не занимаясь самосто¬
ятельным исследованием тех процессов, о которых он судил, М. Н. По¬
кровский чрезвычайно упрощал сложную и противоречивую картину
исторической жизни общества. Менее всего он усвоил свойственный
марксизму-ленинизму дух историзма, и в этом был один из главных ис¬
точников ошибок и неудач этого ученого, посвятившего свою жизнь борь¬
бе против буржуазной историографии.
Новый этап развития советской историографии начался в середине
30-х годов и был связан с преодолением ошибок М. Н. Покровского и его
«школы», на что нацелили историков известные решения Коммунисти¬
ческой партии и Советского правительства, принятые <в 1934—1936 годах.
Создавались новые учебники для школ и вузов и вместе с тем разраба¬
тывалась новая концепция русской истории, в том числе и концепция
образования Русского государства. Конкретное исследование историче¬
ского процесса в то время сильно отставало. Историки располагали в
основном материалами, введенными в оборот еще старой наукой. Раз¬
работка проблемы образования Русского государства велась прежде
всего в теоретическом плане. Не случайно поэтому конкретные иссле¬
дования, проведенные впоследствии, заставили историков отнестись кри¬
тически к положениям, выдвинутым в конце 30-х годов. Несмотря на
острую критику взглядов М. Н. Покровского, некоторые из его пред¬
ставлений, особенно преувеличение роли товарно-денежных отноше¬
ний, оказались удивительно живучими. В то же время оценка
М. Н. Покровским роли церкви в объединительном процессе и его
высказывания по поводу отличия феодальной монархии средневеко¬
вого типа от бюрократической монархии остались вне поля зрения
историков.
Большой вклад в создание концепции образования Русского госу¬
дарства внесли своими трудами С. В. Бахрушин и особенно К. В. Бази¬
левич. Руководящей основой для них послужили работы основоположни¬
ков марксизма-ленинизма о централизованных государствах, и прежде
всего впервые опубликованная у нас в 1936 г. статья Ф. Энгельса
«О разложении феодализма и образовании национальных госу¬
дарств» 12. С. В. Бахрушиным и К. В. Базилевичем впервые к возникшему
в конце XV— начале XVI в. политическому объединению русских земель
было применено понятие «централизованное государство».
Исходной позицией при разработке концепции образования Русско¬
го государства явилось признание единства закономерностей возникно¬
вения централизованных государств на западе Европы и в России. Выво¬
ды, сделанные Ф. Энгельсом на материале стран Западной Европы, бы¬
ли применены теперь при изучении процесса возникновения единого
Русского государства. Отметив, что Ф. Энгельс связывал образование
централизованных государств с начальным этапом развития буржуаз¬
ных отношений, С. В. Бахрушин счел возможным объяснить объедине¬
ние русских земель аналогичным фактором. Поняв известное положе¬
ние В. И. Ленина о «новом периоде русской истории» и складывании
всероссийского рынка «примерно с 17 века»13 как указание на «усло¬
вия образования единого государства на месте феодальной раздроблен¬
12 Эта статья была напечатана по рукописи Ф. Энгельса, не имевшей названия,
и вошла в XVI том (ч. I) Собрания сочинений К. Маркса и Ф. Энгельса под заголов¬
ком «О разложении феодализма и развитии буржуазии».
13 См. В. И. Ленин. Соч. Т. 1, стр. 137..

74
A. Μ. Сахаров
ности» u, хотя речь у В. И. Ленина шла о «действительно фактическом»
объединении русских земель уже после образования «московского цар¬
ства», С. В. Бахрушин не обратил достаточного внимания на содержав¬
шуюся здесь же ленинскую характеристику Русского государства
XVI века.
С. В. Бахрушин, К. В. Базилевич, а за ними и многие другие уче¬
ные пришли к заключению, что XVII век является временем, когда сло¬
жился всероссийский рынок 15. Период, предшествовавший XVII в., рас¬
сматривался поэтому ими под углом зрения «предпосылок» образова¬
ния всероссийского рынка, как время, когда имели место начальные
стадии этого процесса. С. В. Бахрушин посвятил специальное исследо¬
вание «предпосылкам всероссийского рынка в XVI веке», в котором
высказал мысль о том, что начало развития рыночных связей «вряд ли
справедливо относить... слишком далеко назад, к XIV—XV вв.» и что
лишь в конце XV—начале XVI в. появились «признаки роста товарно-
денежных отношений», а «установление рыночных связей между от¬
дельными районами Русского государства в широком масштабе, судя
по конкретным данным, происходит только в XVI в., главным образом
во второй его половине»16.
Тот взгляд, что товарно-денежные отношения возникли в конце
XV в., чем и определился весь последующий период русской истории,
развивал в своих работах и акад. Б. Д. Греков. Приступая к исследо¬
ванию истории крестьян в период с конца XV в., он заявлял, что «про¬
блема появления товарного хозяйства и превращения его в капитали¬
стическое стала проблемой, от правильного решения которой зависит
понимание общественно-экономического развития всей Европы и России
в частности»17. Вместе с тем Б. Д. Греков отмечал, что «старый способ
производства оставался в силе. Этот факт для характеристики эпохи
имеет решающее значение. Капитал шел не по революционизирующему
производство пути, а в направлении консервации феодального способа
производства» 18, что в общем противоречило тезису о перестройке все¬
го феодального хозяйства под воздействием рыночных отношений и эво¬
люции в сторону капитализма.
Обосновывая периодизацию истории СССР феодального периода,
К. В. Базилевич доказывал, что «с конца XV в. начинается развитие
товарно-денежных отношений, которые в XVIII веке приводят к возник¬
новению капиталистического уклада» 19. Весь период с конца XV в. он
предлагал понимать как время господства денежной ренты. Несмотря
на все оговорки, согласно концепции Б. Д. Грекова, С. В. Бахрушина,
К. В. Базилевича, главным моментом, определявшим социально-эконо¬
мическое развитие России с конца XV в., являлось развитие товарно-
денежных отношений.
По мнению К. В. Базилевича, централизованное государство
сложилось в середине 80-х годов XV в., однако экономическая раздроб¬
ленность была преодолена лишь в XVII в., когда образовался всерос¬
14 С. В. Бахрушин. «Феодальный порядок» в понимании М. Н. Покровского.
«Против исторической концепции М. Н. Покровского». Ч. I. М.-Л. 1939, стр. 139.
15 С. В. Бахрушин. Указ. соч. Там же; К. В. Базилевич. К вопросу об
исторических условиях образования Русского государства. «Вопросы истории», 1946, №7,
стр. 27; его же. Опыт периодизации истории СССР феодального периода. «Вопросы
истории», 1949, № И, стр. 69.
16 С. В. Бахрушин. Научные труды. T. I. М. 1952, стр. 25.
17 Б. Д. Греков. Крестьяне на Руси с древнейших времен до конца XVII века.
М.-Л. 1946. стр. 552. В новом, посмертном издании слова «появления» и «превраще¬
ния его в капиталистическое» сняты (см. Б. Д. Греков. Указ. соч. Кн. 2-я. Изд. 2-е.
М. 1954, стр. 8), но существо концепции от этого, конечно, не могло измениться.
18 Б. Д. Греков. Указ. соч. Кн. 2, стр. 42.
19 К Базилевич, Опыт периодизации истории СССР феодального перио¬
да, стр. 69.

Проблема образования Русского централизованного государства 75
сийский рынок. Но если слияние русских земель в единое целое «завер¬
шилось под влиянием усиливающегося экономического общения между
областями, то вполне понятно, что это же условие действовало и на
начальной стадии процесса»20. Такое своеобразие, то есть возникновение
политической централизации до экономического объединения, К- В. Ба¬
зилевич объяснял специфическим для Восточной Европы фактором —
потребностями обороны от внешних врагов. Но здесь же он подчерки¬
вал, что «эти местные особенности не настолько значительны, чтобы из¬
менить характер изучаемого процесса» 21, и что основой для объедине¬
ния русских земель являлся, как и на Западе, рост общественного раз¬
деления труда и экономических спзязей между областями.
Тождество процессов образования централизованных государств
в России и в странах Западной Европы С. В. Бахрушин и К. В. Базиле¬
вич простирали столь далеко, что признавали Русское государство кон¬
ца XV в. национальным и лишь серединой XVI в. датировали начало
«превращения его в многонациональное», хотя это противоречило оче¬
видному факту вхождения в состав Московского великого княжества
в конце XV в. многих нерусских народностей Европейского Севера и
междуречья Оки и Волги.
Весь процесс образования и развития Русского централизованного
государства К. В. Базилевич делил на два этапа: объединение русских
земель вокруг Москвы в XIV—XV вв. и собственно образование цен¬
трализованного государства с конца XV до середины XVII столетия.
На первом этапе еще не было экономических условий, которые делали
бы возможной централизацию,— господствовало натуральное хозяйст¬
во, хотя с 60-х годов XIV в. оживились денежные отношения, что при¬
вело к «феодальной концентрации». Попытки рассматривать время дея¬
тельности Ивана Калиты как начало образования централизованного
государства К. В. Базилевич считал «основанными на полнейшем недо¬
разумении» и отмечал, что «Московское княжество ни при Дмитрии
Донском, ни при его сыне и внуке (Василий I и Василий II) не только не
являлось централизованным», но, напротив, «мы не наблюдаем в это
время даже в эмбриональной форме возникновения централизованной
системы управления»22. Что касается борьбы Москвы и Твери, то она
являлась обычным феодальным насилием и грабежом; никаких принци¬
пиальных отличий в политике московских и тверских князей в XIV в.
не существовало, они опирались, по словам К. В. Базилевича, «на гос¬
подствующий класс феодальных землевладельцев своего княжества,
то есть на своих бояр и церковь» 23. Лишь со второй половины XV в.,
на основе связанных с ростом денежных отношений изменений в эконо¬
мике и победы объединительных сил в феодальной войне, сложились
предпосылки образования единого государства. «Централизованное
русское государство,— писал К. В. Базилевич,— создавалось на фео¬
дальной социально-экономической основе, но самая эта основа претер¬
пела значительные изменения под влиянием развития товарно-денеж¬
ных отношений»24.
Работы К. В. Базилевича не были лишены внутренней противоре¬
чивости. С одной стороны, он указывал, что только с конца XV в. под
воздействием товарно-денежных отношений началось образование цен¬
20 К. Базилевич. К вопросу об исторических условиях образования единого
Русского государства, стр. 28.
21 Там же, стр. 27.
22 К. Базилевич. Опыт периодизации истории СССР феодального периода,
стр. 71, 73.
23 К. Базилевич. «Торговый капитализм» и генезис московского самодержа¬
вия. «Против исторической концепции М. Н. Покровского». Ч. I, стр. 143.
24 К. Базилевич. Опыт периодизации истории СССР феодального периода,
стр. 81,

А, М. Сахаров
трализованного государства, и рассматривал XIV—XV вв. как время
господства натурального хозяйства, время феодальной раздробленно¬
сти; с другой (в соответствующих главах учебника истории СССР для
высшей школы) —относил развитие экономических связей уже к периоду
XIV—XV вв. как времени складывания предпосылок образования цен¬
трализованного государства25. При этом фактическая аргументация по¬
следнего положения была весьма ограниченной. Указывая, что «основ¬
ными социальными силами в этом процессе выступают торгово-ремес¬
ленное население городов и земледельческое дворянство» 26, К. В. Бази¬
левич при анализе социальных предпосылок централизации выдвигал,
однако, на первый план заинтересованность феодальных земельных соб¬
ственников в создании сильной верховной власти, способной подавить
сопротивление крестьян (при наличии ускоряющего фактора борьбы с
внешней опасностью) 27. Главной социальной опорой самодержавия он
считал дворянство28 и даже по отношению к XVII в. ставил купечество
на явно второстепенное место в социальной структуре централизован¬
ного государства. Он писал, что окончательно сложившееся в XVII в.
Русское государство «оставалось феодальным по своей социально-эко¬
номической основе и самодержавным по системе организации политиче¬
ской власти. Самодержавная феодально-крепостническая централизо¬
ванная монархия выражала прежде всего интересы дворянства, обра¬
зующего ее социальный базис. Самодержавная власть была необходима
купечеству, так как устанавливала на всей большой территории госу¬
дарства единый политический порядок. Царская власть хотя и не была
создана торговым капиталом, но усиленно поддерживала его интересы
и стремления к овладению внутренним рынком и к распространению
внешних торговых связей»29.
Разрешение противоречия между тем, что экономической основой
объединения русских земель в XV—XVI вв. был рост товарно-денежных
связей, носителем которых должно было являться прежде всего тор¬
гово-ремесленное население городов30, и тем, что социальной опорой
великокняжеской власти оказались не горожане, а феодальное дворян¬
ство, К. В. Базилевич видел, надо полагать, в том, что дворянство и
вообще феодалы усиленно втягивались в товарно-денежные отноше¬
ния и сами становились их носителями. Так, критикуя М. Н. Покров¬
ского за «преувеличение развития товарно-денежных отношений в пер¬
вой половине XVI века», К. В. Базилевич в то же время утверждал, что
в целом в XVI в. «товарное обращение и возникающие элементы денеж¬
ного хозяйства» (то есть капиталистического) оказали глубокое вли¬
яние на все феодальное хозяйство, как крупное вотчинное, так и сред¬
нее и мелкое поместное, вызвав повсюду «перестройку его в сторону
приспособления к денежным отношениям» 3!.
Таким образом, взгляды К. В. Базилевича были противоречивы и
по вопросу о времени образования экономических связей (с конца XV в.
или в XIV—XV вв.) и в оценке движущих сил (в объединительном про¬
цессе на первом плане выступали горожане и дворянство, а в едином
государстве — феодальные собственники вообще, дворянство в особен¬
ности, при второстепенной роли купечества даже в XVII веке).
Оценивая концепцию К. В. Базилевича, следует иметь в виду, что,
25 «История СССР». Т. 1. Изд. 2-е. М. 1947, стр. 202.
26 К Базилевич. «Торговый капитализм» и генезис московского самодержа¬
вия. стр. 143.
37 «История СССР». T. I. Изд. 2-е, стр. 259.
28 К. Базилевич. «Торговый капитализм» и генезис московского самодержа
ΒΉ Я, стр 178.
29 Т а м же.
30 См. К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч. Т. 3. Изд. 2-е, стр. 53.
31 К. Базилевич. «Торговый капитализм» и генезис московскою самодер¬
жавия, стр. 149—150.

Проблема образования Русского централизованного государства
77
хотя она вошла в научную и учебную литературу, разработка ее самим
автором не была закончена. Преждевременная кончина (1950 г.) пре¬
рвала его большую творческую работу, которая должна была завер¬
шиться созданием обобщающей исследовательской монографии. В по¬
смертно опубликованном труде К. В. Базилевича «Внешняя политика
Русского централизованного государства» наметился некоторый отход
автора от прежних представлений об усиленном развитии денежной рен¬
ты с конца XV века. «По отношению к концу XV и началу XVI в. можно
говорить лишь о спорадическом появлении денежной ренты» 32,— писал
К. В. Базилевич в этой книге. Вместе с тем он вернулся к ранее отверг¬
нутому им 33 мнению М. Н. Покровского о том, что «среднее и мелкое зем¬
левладение оказалось более гибким и более приспособленным к разви¬
вавшимся рыночным отношениям»34. Все это, как и некоторые другие
противоречия между положениями, высказанными в разных работах,
указывает на очевидную незавершенность концепции К. В. Базилевича
об образовании Русского централизованного государства. Сказывалась
и неизученность многих вопросов социально-экономического развития
Руси в XIV—XV вв. как в области феодального землевладения, так и
(особенно) в области ремесла, торговли и развития городов.
Если рассматривать те общие положения, на которые опирался
К. В. Базилевич, создавая свою концепцию образования централизован¬
ного государства, то теперь очевидны некоторые ошибки в понимании
автором этого процесса. Во-первых, исходя из правильной по своему
существу посылки о единстве исторических закономерностей развития
феодальных стран на Западе и на Востоке Европы, К. В. Базилевич
и другие исследователи не учли, однако, высказываний основополож¬
ников марксизма-ленинизма как о весьма специфических путях обра¬
зования феодальных многонациональных государств35, так и о том, что
экономическое объединение не является обязательной предпосылкой
централизации36. Во-вторых, не была учтена должным образом ленин¬
ская характеристика «московского царства» как лишенного внутрен¬
него экономического единства. Было неверно понято ленинское положе¬
ние о всероссийском рынке как об уже сложившемся якобы в XVII веке.
Сама проблема образования национального рынка рассматривалась
в отрыве от проблемы генезиса капитализма. Считалось, что общенаци¬
ональный рынок складывался уже в период до XVII в., но капиталисти¬
ческое развитие еще не наступило. Между тем В. И. Ленин особо
подчеркивал, что «степень развития внутреннего рынка есть степень раз¬
вития капитализма в стране. Ставить вопрос о пределах внутреннего
рынка отдельно от вопроса о степени развития капитализма... непра¬
вильно»37. В-третьих, неверно оценивались характер и степень развития
товарно-денежных отношений в XIV-—XVI веках. Неправильным было
представление о возникновении этих отношений только в конце XV в.
и о том, что они сами по себе ведут к капитализму. Место товарных
отношений в феодальной экономике, их подчиненное положение не
были выяснены. Характер внутренней торговли остался непроанализиро¬
ванным, не были вскрыты ее феодальный характер, связь между торго¬
вым и ростовщическим капиталом, их место в развитии феодального спо¬
соба производства.
32 К. В. Базилевич. Внешняя политика Русского централизованного госу¬
дарства. М. 1952, стр. 22.
33 К. Базилевич. «Торговый капитализм» и генезис московскою самодержа¬
вия, стр. 150.
34 К. В. Базилевич. Внешняя политика Русского централизованного госу¬
дарства, стр. 25.
35 См. К. Маркс иФ. Энгельс. Соч. Т. 4. Изд. 2-е, стр. 472—473.
36 См. К- Маркс иФ. Энгельс. Соч. Т. 18. Изд. 2-е, стр. 572.
37 В. И. Лени н. Соч. Т. 3, стр. 47.

78
A. M. Сахаров
Несмотря на эти весьма серьезные недостатки, разработка
К. В. Базилевичем и С. В. Бахрушиным вопроса об условиях образова¬
ния Русского централизованного государства явилась крупным этапом
в изучении этой проблемы. Создание авторами определенной схемы
данного процесса указало путь многим конкретным исследованиям,
вскрывшим как сильные, так и слабые стороны концепции. Периоди¬
зация этапов объединения русских земель в XIV—XV вв., тезис об опе¬
режении экономического объединения политическим прочно утверди¬
лись в советской исторической науке.
Взгляды С. В. Бахрушина и К. В. Базилевича, став на определен¬
ном этапе господствующими в литературе, были, однако, не единствен¬
ной попыткой разрешения проблемы. Ее изучение развивалось в борьбе
различных мнений. Первым шагом к общему пересмотру проблемы
было выступление П. П. Смирнова на страницах журнала «Вопросы
истории» в 1946 г., положившее начало дискуссии по вопросам образова¬
ния Русского централизованного государства. Корни создания единого
государства П. П. Смирнов попытался найти в изменениях производи¬
тельных сил 33. Положительным фактом было обращение автора прежде
всего к проблемам аграрного развития, но созданная им концепция
«аграрного переворота» в XIV в., совершенного московскими князьями
под влиянием потребности выплаты денег в Орду, была решительно
отвергнута участниками дискуссии—К. В. Базилевичем, В. В. Мавро-
диным, И. И. Смирновым, С. В. Юшковым и другими — как совершенно
несостоятельная. Вместе с тем были высказаны и другие мнения по
проблеме образования централизованного государства в России.
С. В. Юшков поддержал точку зрения П. П. Смирнова о том, что
этот процесс протекал на Руси уже с XIV в., а завершением его явилась
лишь опричнина. С. В. Юшков высказал мысль о недопустимости меха¬
нического применения положений Ф. Энгельса к русской истории. Под¬
черкнув исключительное методологическое значение анализа процесса
образования централизованных государств, произведенного Ф. Энгель¬
сом, С, В. Юшков писал вместе с тем: «Не надо забывать, что высказы¬
вания Энгельса относятся к образованию централизованных государств
в Западной Европе. Имеются довольно крупные различия в процессе
развития производительных сил в странах Западной Европы и в Рос¬
сии... Советским исследователям надо не ограничиваться простым цити¬
рованием высказываний Энгельса, но, используя их методологическое
значение, надо выявлять причины, условия и обстановку образования
русского государства, которое предопределялось особенностями в эко¬
номическом и политическом развитии русских земель XIV—XVI ве¬
ков» зэ. С. В. Юшков высказался против мнения о дворянстве как ос¬
новной социальной опоре великокняжеской власти при объединении
русских земель. В XIV в., подчеркивал он, дворянство было еще крайне
незначительной силой, и московское боярство, а не оно в течение дли¬
тельного времени являлось опорой власти московских великих князей.
С. В. Юшков отметил необходимость исследования того большого зна¬
чения, какое имел союз великокняжеской власти с церковью,— явление,
существенным образом отличавшее расстановку политических сил на
Руси от расстановки политических сил в странах Западной Европы в пе¬
риод образования централизованных государств, где католическая
церковь выступала противником королевской власти. Наконец, роль на¬
родных масс, поддерживавших объединение страны, также должна была
быть изучена и показана.
38 П. П. Смирнов. Образование Русского централизованного государства в
XIV—XV вв. «Вопросы истории», 1946, № 2—3. стр. 55—90.
30 С. Юшков. К вопросу об образовании Русского государства в XIV—XVI ве¬
ках. «Вопросы истории», 1946, № 4, стр. 65.

Проблема образования Русского централизованного государства 79
В. В. Мавродин подчеркнул неразрывную связь, которая существова¬
ла между развитием феодального способа производства и возникновени¬
ем централизованного государства. Он указывал на развитие дворянско¬
го землевладения, на потребность дворянства в создании сильной центра¬
лизованной власти, способной обеспечить и защитить права дворян на
владение землей и трудом крестьян. Наряду с этим фактором В. В. Мав¬
родин называл и процесс общественного разделения труда, рост городов,
начавшуюся ликвидацию хозяйственной раздробленности страны. В каче¬
стве третьего фактора объединения он выдвигал рост национального само¬
сознания и формирование великорусской народности. В. В. Мавродин
вслед за Я. С. Лурье40 высказал мысль, что начальный период объедини¬
тельного процесса связан не с Москвой, а с Тверью 41.
В целом, однако, дискуссия 1946 г. не привела к серьезному продви¬
жению вперед в изучении рассматриваемой проблемы. Редакционная ста¬
тья, заключавшая дискуссию («Вопросы истории», 1946, № 11 —12), не
внесла ясности в вопрос, сделав резкие упреки К. В. Базилевичу в том,
что он не увидел экономического единства страны уже с начала XIV века.
В 1947 г. вышел в свет первый том «Истории народного хозяйства
СССР». Автор этой книги П. И. Лященко также исходил из того, что в
XVII в. в России образовался «единый, крупный национальный рынок, ос¬
новы которого были в начальной форме заложены в XVI в.» 42. Однако он
подчеркнул существенные различия «социального содержания историче¬
ских особенностей» процесса возникновения централизованного государ¬
ства в России и в Западной Европе. П. И. Лященко высказал мысль о
том, что даже само образование Русского государства происходило позд¬
нее, нежели возникновение национальных государств на Западе. Лишь к
середине XVII в. относил П. И. Лященко окончательное сложение центра¬
лизованного национального государства в России43. Такое решение проб¬
лемы вытекало из того, что П. И. Лященко, с одной стороны, считал един¬
ственно возможной экономической основой централизации образование
национального рынка, а с другой — справедливо отказывался видеть в
экономике России XV—XVI вв. элементы буржуазного развития.
Более плодотворным явилось новое обсуждение проблемы создания
Русского централизованного государства в ходе дискуссии о периодиза¬
ции истории СССР в 1949—1951 годах. Дискуссия открылась статьей
К. В. Базилевича, содержание которой в части, относящейся к этой проб¬
леме, было уже изложено выше. Концепция автора встретила решитель¬
ные возражения С. В. Юшкова, который категорически отвергал тезис о
господстве денежной ренты с конца XV в. и обращал внимание на господ¬
ство барщины и на то, что ведущим фактором в процессе образования
централизованного государства было развитие крепостного права. Ника¬
ких новых принципиальных моментов до и после 80-х годов XV в., по мне¬
нию С. В. Юшкова, указать было нельзя. Основной политической силой
по-прежнему оставались старая феодальная знать — княжата — и москов¬
ское боярство. Политическое влияние дворянства и посадских людей яв¬
лялось незначительным 44. Лишь со второй половины XV в., подчеркивал
С. В. Юшков, утвердилась приказная система, возникла единая организа¬
ция военных сил. Иммунитетиые привилегии, система вассальных огпоше-
40 Я. С. Лурье. Роль Твери в процессе образования Русского национального
государства. «Ученые записки» Ленинградского государственного университета.
Вып. 36. Серия историческая. № 3, 1939.
41 В. Мавродин. Несколько замечаний по поводу статьи П. П. Смирнова
«Образование Русского централизованного государства в XIV—XV вв.». «Вопросы
истории», 1946, № 4, стр. 53.
42 П. И. Лященко. История народного хозяйства СССР. T. I. М. 1947,
стр. 236.
43 Т а м же, стр. 224.
44 С. Ю ш ков. К вопросу о политических формах русского феодального госу¬
дарства. «Вопросы истории», 1950, № 1, стр. 33,

80
A. M. Сахаров
ний и феодальных ополчений не исчезли в конце XV века. Политический
строй Русского государства второй половины XVI — первой половины
XVII в. С. В. Юшков характеризовал как сословно-представительную мо¬
нархию 45 с господством дворянства и торгово-ремесленной городской вер¬
хушки в земских соборах, которые наряду с боярской думой ограничива¬
ли царскую власть.
Мнение С. В. Юшкова о том, что денежная рента не являлась господ¬
ствующей в XVI в. (ведущее место принадлежало, по его словам, ренте
продуктами) и что политическим строем XVI—XVII вв. являлась сослов¬
но-представительная монархия, было поддержано А. А. Зиминым, кото¬
рый вместе с тем согласился с К. В. Базилевичем в том, что 80-е годы
XV в. послужили рубежом образования централизованного государства.
А. А. Зимин связывал этот поворот не с утверждением господства де¬
нежной ренты, а с обострением классовой борьбы, в том числе и в фор¬
ме реформационно-гуманистического движения46.
П. Ф. Баканов также отверг тезис о возникновении товарно-денеж¬
ных отношений в конце XV века. Он подчеркнул, что всероссийский рынок
не сложился еще в XVII веке. Этот процесс, уходивший своими корнями в
феодальную раздробленность, завершился лишь в эпоху капитализма 47.
А. П. Пьянков отметил явную переоценку К. В. Базилевичем значения де¬
нежной ренты и высказал принципиально важную мысль о том, что «ти¬
пичным и определяющим явлением, характерным для XVI—XVIII вв.,
следует считать не развитие внутреннего рынка, а дальнейшее усиление
феодально-крепостнической эксплуатации и связанное с ним полное за¬
крепощение крестьянских масс. Обе эти перемены в организации фео¬
дального способа производства были вызваны развитием производитель¬
ных сил, причем полное закрепощение крестьянства стало возможным
только после образования единого централизованного государства»48.
А. П„ Пьянков справедливо заметил, что преувеличение роли товарно-
денежных отношений в развитии феодальной России ведет в конечном
счете к возрождению ошибочных воззрений М. Н. Покровского.
Таким образом, в ходе дискуссии 1949—1951 гг. концепция К. В. Ба¬
зилевича подвергалась основательной критике, выявившей очевидное пре¬
увеличение им роли товарно-денежных отношений и недооценку (несмотря
на все оговорки на этот счет) феодального характера социально-экономи¬
ческого развития России в XIV—XVI веках. Большинство участников ди¬
скуссии высказалось также за включение XIV—XV вв. в период образова¬
ния централизованного государства. Заключавшие дискуссию уже после
кончины К. В. Базилевича В. Т. Пашуто и Л. В. Черепнин во многом ото¬
шли от его концепции. Возникновение объединительных процессов они от¬
носили ко времени Даниила Галицкого, Владимира Мономаха и Андрея
Боголюбского. Татарское нашествие прервало эти процессы, но последние
возобновились, и «уже во времена Калиты началось сложение централизо¬
ванной государственности в Московском княжестве и объединение рус¬
ских земель вокруг Москвы»49. Рассматривая самый ход объединения
русских земель в XIV—XV вв., В. Т. Пашуто и Л. В. Черепнин связывали
его не только с экономическим развитием, которое они понимали прежде
всего как рост экономических связей, но и с этапами классовой борьбы,
определяя ее как «движущую силу» процесса. В. Т. Пашуто и Л. В. Че-
45 См. также С. В. Юшков. К вопросу о сословно-представительной монархии
в России. «Советское государство и право», 1950, Λ® 10.
46 А. А. 3 и м и н. Некоторые вопросы периодизации истории СССР феодально¬
го периода. «Вопросы истории», 1950, № 3.
47 П. Ф. Баканов. О принципе периодизации и начальном периоде истории
СССР капиталистической эпохи. «Вопросы истории», 1950, λ1« 2.
48 А. П. Пьянков. О периодизации истории феодальных отношении в Рос¬
сии. «Вопросы истории», 1950, Ν» 5, стр. 83.
49 В. Т. Пашуто, Л. В. Черепнин. О периодизации истории России эпохи
феодализма. «Вопросы истории», 1951. № 2,

Проблема образования Русского централизованного государства
81
репнин признали ошибочным мнение о господстве с конца XV в. денеж¬
ной ренты и о том, что в XVII в. завершился процесс складывания всерос¬
сийского рынка, приняв в данном вопросе точку зрения П. Ф. Баканова.
Главными социальными силами образования централизованного государ¬
ства они считали дворянство и горожан и согласились с мнением С. В.
Юшкова и А. Л. Зимина о наличии сословно-представительной монархине
XVI веке. В. Т. Пашуто и Л. В. Черепнин отметили также большую роль
боярской аристократии в Русском централизованном государстве.
Статья В. Т. Пашуто и Л. В. Черепнина была в действительности серь¬
езным пересмотром исходных позиций концепции образования Русского
централизованного государства. Отказ от признания XVII века временем
завершения процесса образования всероссийского рынка разрушал самое
основание концепции о «предпосылках всероссийского рынка», о разви¬
тии товарно-денежных отношений как основе объединения русских зе¬
мель, хотя названные авторы сохранили эти элементы в своей схеме.
В 1952 г. Л. В. Черепнин указал на неправомерность деления процесса об¬
разования Русского централизованного государства на национальный
и многонациональный этапы, отметив, что оно с самого начала склады¬
валось как многонациональное50.
В 1953 г. Институтом истории Академии наук СССР были изданы
«Очерки истории СССР. Период феодализма. IX—XV вв.» (в двух ча¬
стях). Во введении к «Очеркам» авторы сжато изложили основные зако¬
номерности исторического развития русских земель в IX—XV веках.
Заявив, что «основная причина создания Русского централизованного
государства заключалась в подъеме производительных сил, росте обще¬
ственного разделения труда, развитии ремесла, усилении экономическо¬
го общения и рыночных связей внутри страны», авторы «Очерков» далее
отметили, что «в России социально-экономическое развитие вследствие
татарского нашествия, подорвавшего производительные силы страны,
не достигло того уровня, при котором возникли централизованные госу¬
дарства в западноевропейских странах»51. Далее они подчеркнули фео¬
дальный характер централизованного государства, его классовую при¬
роду, его роль в процессе усиления феодальных отношений и закрепо¬
щения крестьян.
В историографическом введении ко второй части «Очерков» JI. В. Че¬
репнин писал, что «ускоренное потребностями борьбы с внешними вра¬
гами образование централизованного государства в России произошло
раньше, чем в ней сложились буржуазные отношения», что «экономиче¬
ская раздробленность еще не была полностью преодолена, русская на¬
родность еще не оформилась в нацию, процесс политической централи¬
зации был более быстрым, опережая появление буржуазных отноше¬
ний» 52. К сожалению, теоретический анализ вопроса о социально-эконо¬
мической основе образования Русского централизованного государства
был изложен в «Очерках» преимущественно в виде цитат. При этом по¬
прежнему не уделялось должного внимания оценке Русского государства
XVI в., данной В. И. Лениным. Во второй части «Очерков» об этой оцен¬
ке даже не было упомянуто.
Правда, в томе «Очерков», посвященном периоду конца XV — начала
XVII в., эта ленинская характеристика приводится несколько раз, но не
всегда в полном виде и не всегда с точными комментариями. В конкрет¬
ном изложении авторы сосредоточили все внимание на проблеме склады¬
вания «всероссийского рынка», сделав этот процесс стержнем социально-
экономического развития России второй половины XVI в. и оставив в
50 См. «Ученые записки» Московского государственного университета. Вып. 156. М.
1952, стр. 17.
51 «Очерки истории СССР. Период феодализма. IX—XV вв.». Ч. 2. М. 1953,
стр. 17.
62 Там же, стр. 19.
С. «Вопросы истории» № 9.

82
A. Ai, Сахаров
стороне указание В. И. Ленина о «местных союзах», на которых основы¬
валось государство в то время, и о том, что «государство распадалось на
отдельные «земли», частью даже княжества». Вместе с тем в следующем
томе «Очерков», вышедшем в 1955 г., XVII век характеризовался уже не
как завершение, а как «начало складывания всероссийского рынка»,
Аналогичная концепция была проведена и в соответствующих разделах
нового учебника истории СССР для вузов, выпущенного в 1956 году.
Наряду с созданием общей концепции образования Русского центра¬
лизованного государства шла большая исследовательская работа, посвя¬
щенная выяснению отдельных сторон этого процесса. Акад. Б. Д. Грекову
принадлежит заслуга глубокой разработки истории феодально-крепостни¬
ческих отношений в России в XIV—XVII веках. Акад. М. Н. Тихомиров
показал процесс развития Москвы как центра русских земель. Акад.
Б. А. Рыбаков исследовал развитие ремесленного производства на Руси.
Акад. С. Б. Веселовский, А. И. Копанев, Л. В. Данилова, А. Д. Горский
изучили развитие феодального землевладения и хозяйства и историю кре¬
стьянства XIV—XV вв., Н. А. Казакова, Я- С. Лурье, А. И. Клибанов,
И. У. Будовниц раскрыли историю идеологической борьбы в указанное
время, А. А. Зимин выяснил ряд вопросов истории освободительной борь¬
бы и процесса формирования централизованной государственной системы,
А. Н. Насонов, Б. Д. Греков, А. Ю, Якубовский изучили вопросы истории
отношений с Золотой Ордой, К- В. Базилевич — внешнюю политику кон¬
ца XV в., А. В. Арциховский, В. Н. Вернадский — историю Новгорода,
H. Н. Масленникова — историю Пскова, П. П. Смирнов — общие процес¬
сы развития городов, А. М. Сахаров — историю северо-восточных русских
городов за указанный период и т. п. Эти и многие другие, не названные
здесь исследования принадлежат авторам, взгляды которых по отдельным
сторонам проблемы образования централизованного государства иногда
значительно расходятся, но в целом работы их воссоздают более или ме¬
нее полную фактическую картину различных сторон процесса.
Наибольшее значение в изучении проблемы образования Русского
централизованного государства приобрели последние работы Л. В. Череп-
нина. Еще в 1948—1951 гг. появилось его двухтомное исследование «Рус¬
ские феодальные архивы XIV—XV вв.», а затем ряд публикаций докумен¬
тов, выполненных под его руководством и при его участии, создавших бо¬
лее широкую источниковедческую базу для изучения процесса складыва¬
ния Русского централизованного государства. Многолетние работы
Л. В. Черепнина в этой области завершились теперь созданием капиталь¬
ного исследования 53. В марксистской литературе такой труд появляется
впервые, в известной мере подводя итоги изучения проблемы образования
Русского централизованного государства в советской историографии. Уже
одно это обстоятельство вынуждает остановиться на дайной книге не¬
сколько подробнее, хотя мы отнюдь не ставим своей задачей ее всесторон¬
ний анализ.
Обращает на себя внимание прежде всего сама конструкция моно¬
графии Л. В. Черепнина. Две главы посвящены анализу предпосылок
образования централизованного государства. Первая из них рассматри¬
вает эти предпосылки «в области аграрных отношений», вторая —
«в развитии городов, товарного производства и обращения». Следова¬
тельно, круг факторов, обусловивших образование централизованного
государства в России, принципиально расширен по сравнению с тем, что
давала концепция С. В. Бахрушина — К. В. Базилевича, причем склады¬
ванию предпосылок в области аграрных отношений Л. В. Черепнин
придает первостепенное значение по сравнению с развитием товарного
53 Л. В. Черепнин. Образование Русского централизованного государства в
XIV XV веках. Очерки социально-экономической и политической истории Руси.
М. 19ÔÜ-

Проблема образования Русского централизованного государства 83
производства и обращения. В общей форме о значении развития
феодальных отношений для образования централизованного государства
з литературе говорилось и раньше 54, но JI. В. Черепнин впервые проана¬
лизировал этот процесс на основе огромного фактического материала,
в первую очередь — актового, который он впервые рассматривает в ас¬
пекте создания предпосылок государственного объединения русских
земель.
Л. В. Черепнин убедительно показал подъем производительных сил
в земледелии, осуществленный трудом русского крестьянства в XIV—
XV вв., рост ценности земли в этой связи и развитие феодальной соб¬
ственности на землю. С полным основанием он приходит к заключению,
что «одной из наиболее важных предпосылок централизованного госу¬
дарства в сфере аграрных отношений было развитие в XIV—XV вв.
в Северо-Восточной Руси условного землевладения»55, и показывает
этот процесс. Изучив положение крестьян, Л. В. Черепнин обосновал
важное положение «о росте крепостничества в связи с развитием бар¬
щинного хозяйства как об одной из предпосылок образования Русско¬
го централизованного государства, а не только как о последствии это¬
го явления»56. Он отметил также, что «развитие феодальной собствен¬
ности на землю разрушало существовавшую систему политической раз¬
дробленности. Феодальное землевладение, распространяясь, не считалось
с границами отдельных княжеств» 57. При этом Л. В. Черепнин указал
на ведущую роль церковного землевладения. Происходившее вследствие
роста феодальной земельной собственности «обострение классовой борь¬
бы в деревне заставляло феодалов усиливать аппарат принуждения.
Государственная централизация должна была этому опособствовать»58.
В монографии Л. В. Черепнина доказано, что развитие феодальной
собственности было основой тех изменений в социально-экономическом
строе, которые вели к образованию Русского централизованного государ¬
ства. Феодальный характер последнего получил теперь глубокое объяс¬
нение в связи с анализом предпосылок его образования, развивавшихся
в сфере аграрных отношений. То, что раньше высказывалось в обще¬
теоретическом плане — феодальная основа образования Русского цент¬
рализованного государства,— теперь приобрело совершенно конкретное
доказательство и может быть отнесено к числу прочных завоеваний на¬
шей науки. Принципиально важное значение имеет также глубокий
анализ классовой борьбы в XIV—XV вв., данный Л. В. Черепниным
и показавший со всей полнотой крепостнический характер Русского
централизованного государства.
Наряду с этим Л. В. Черепнин осветил в своей монографии вопросы
развития городов, товарного производства и обращения. Эта сторона
социально-экономического развития Руси XIV—XV вв. изучена им также
на основе громадного материала и содержит много интересных наблюде¬
ний. Л. В. Черепнин подчеркивает, что «экономика XIV—XV вв. являлась
натуральной, о развитии товарного производства в сельском хозяйстве
по-настоящему говорить еще не приходится» 59. Вместе с тем он указы¬
вает на многочисленные факты торговли сельскохозяйственными продук¬
тами со стороны как крестьянских, так и феодальных хозяйств. Жалован¬
ные грамоты князей пестрят указаниями на торговлю (нередко, правда,
и на мену) товаров. Однако, как отмечает Л. В. Черепнин, наличие тор-
04 Об этом писал и сам Л. В. Черепнин в предисловии к III выпуску серии
«Памятники истории русского права». М. 1955. стр. 6.
65 J1. В. Ч е р о п н и и. Образование Русского централизованного государства в
XIV—XV вв., стр. 195.

84
A. M. Сахаров
говли «не дает права говорить о товарном производстве в русской де¬
ревне, полностью сохранявшей свой натурально-хозяйственный облик» 60.
Тем не менее, по мнению Л. В. Черепнина, «рост (в связи с развитием
сельского хозяйства) экономических связей в стране (хотя бы в области
товарного обращения, а не производства) служил предпосылкой полити¬
ческого объединения русских земель» б1. Более того, Л. В. Черепнин
считает, что поскольку хлеб возили феодалам из их разных владений, то
«рента продуктами способствовала установлению связей между различ¬
ными районами и центром Руси, между селами в пределах разных
районов». Это было «постоянное общение, подготавливавшее условия
для политического объединения на феодальном базисе русских земель»62.
Конечно, формы общения между различными русскими землями в период
феодальной раздробленности были многообразны, проявлялись в раз¬
личных хозяйственных, политических, культурных отношениях. Имели
значение также миграционные процессы, связывавшие районы севера с
центром. Не подлежит сомнению, что связь между отдельными землями
нарастала на протяжении XIV—XV вв. и сыграла свою роль в объеди¬
нительном процессе.
Но вряд ли правильно определять природу объединения русских
земель в XIV—XV вв. как объединения, покоящегося на росте рыночных
отношений. Основой «действительно фактического слияния» русских
земель (происходящего только в новом периоде русской истории, при¬
мерно с XVII в.) было складывание внутреннего рынка в результате
роста товарного производства и обращения при руководящей роли тор¬
гового капитала, «капиталистов-купцов», как на то указывал В. И. Ленин.
Те же явления, о которых пишет Л. В. Черепнин, не представляли чего-
либо качественно нового для XIV—XV веков. Вероятно, количествен¬
ные масштабы феодальной и крестьянской торговли или перевозок хле¬
ба для феодалов из вотчин в XV в. были более крупными, чем в XIV
или в XIII столетии, но принципиально нового здесь ничего нет — это
типичные явления феодальной экономики, которые не могли стать осно¬
вой преодоления экономической раздробленности страны. Наличие мно¬
гих местных торжков (как и 21 центра чеканки монеты) свидетельствует
о разобщенности экономической жизни, процесс же концентрации мел¬
ких местных рынков развернулся позже. Мало установить факт торгов¬
ли, необходимо раскрыть ее действительное социально-экономическое
содержание и только в зависимости от этого строить суждение о ее
роли в экономических и политических процессах того или иного вре¬
мени. Заметим, что многие материалы, которые привлек Л. В. Череп¬
нин для характеристики внутренней торговли, относятся к последним
десятилетиям XV в., когда наступило общепризнанное в литературе
оживление товарно-денежных отношений. Но в контексте его книги эти
материалы объективно проецируются на весь период XIV—XV вв., ли¬
шая общую картину динамики, преувеличивая степень развития товар¬
но-денежных отношений XIV — первой половины XV века.
Между тем, несмотря на все оговорки, Л. В. Черепнин придает чрез¬
вычайно большое значение торговле сельскохозяйственными продуктами
в XIV—XV веках. Он формулирует тезис о том, что феодальная раздроб¬
ленность сильно тормозила развитие сельского хозяйства, хотя период
феодальной раздробленности был временем интенсивного развития про¬
изводительных сил, в том числе и в XIV—XV вв., характеризовавшихся,
как отмечает сам автор, подъемом земледелия. Л. В. Черепнин считает,
что «в обстановке экономической замкнутости отдельных русских земель,
усугубляемой наличием политических перегородок между ними, в слу¬
60 Та м же, стр. 318.
е1 Там же, стр. 313.
62 Г а м же, стр. 165.

Проблема образования Русского централизованного государства 85
чае неурожая в какой-либо части Руси ее население иногда оказывалось
на грани вымирания»63. Но опять-таки ничего специфического для
XIV—XV вв. в голоде нет. Низкий уровень крестьянского производства,
рутинная техника, постоянная угроза голода — все это связано не с
феодальной раздробленностью, а с господством феодального способа
производства. Даже в условиях капитализма, при интенсивном процессе
образования внутреннего рынка, крестьянство России в 1891 г. оказалось
подверженным вымиранию вследствие неурожая. Л. В. Черепнин верно
обращает внимание на губительные для сельского хозяйства феодальные
войны, но это тоже специфично не только для XIV—XV вв., но и для
более раннего времени феодальной раздробленности.
Торговля хлебом и другими продуктами, производившаяся феодала¬
ми и крестьянами без посредства купеческого капитала, была лишь до¬
полнением к натуральному хозяйству и не вела сама по себе к образова¬
нию внутренйих рыночных связей. В торговлю вовлекались излишки
натурально-хозяйственного производства и продукты промыслового
хозяйства. Ведущая роль на внутреннем рынке принадлежала не купе¬
ческому капиталу, а крупным феодалам (в особенности монастырям).
Создававшиеся в результате торговли денежные богатства шли, как пра¬
вило, не в производство, а в ростовщичество. К* Маркс указывал, что
«торговля повсюду влияет более или менее разлагающим образом на те
организации производства, которые она застает и которые во всех своих
различных формах направлены главным образом на производство потре¬
бительной стоимости. Но как далеко заходит это разложение старого
способа производства, это зависит прежде всего от его прочности и его
внутреннего строя» в4. Даже по отношению к гораздо более позднему
времени К. Маркс отмечал, что «русская торговля... оставляет незатро¬
нутой экономическую основу азиатского производства» 65. Поэтому несо¬
мненные свидетельства о развитии феодальной торговли и тем более о
простой транспортировке продуктов не могут служить основанием для
выводов о преодолении экономической раздробленности, покоящейся на
натурально-хозяйственной основе феодального производства. Лишь
в XVII в. наступил качественно новый этап развития товарно-денежных
отношений, и это хорошо показано в статье А. А. Преображенского
и Ю. А. Тихонова 66.
Решающая роль в создании экономических связей принадлежала
в феодальную эпоху не феодалам и крестьянам, а горожанам. От того,
насколько были развиты города, зависело развитие новых отношений
производства и обмена, экономически подтачивавших старую систему
феодальных отношений и ведших к созданию национального единства.
Л. В. Черепнин уделяет в своей монографии большое внимание городам.
В противовес распространенному в литературе, например, в «Очерках
истории СССР. Период феодализма. IX—XV вв.» (ч. 2), мнению он верно
констатирует, что «нельзя механически переносить на средневековую
Русь те выводы, к которым пришли исследователи при изучении средне¬
вековых городов ряда стран Западной Европы. В громадной аграрной
стране, где происходил дальнейший рост крепостничества, где города
еще не стали очагом буржуазного развития, их роль в экономической
и социальной истории была не такова, как в Западной Европе» 67. Тем не
менее при конкретном анализе политического развития русских земель
в XIV—XV вв. Л. В. Черепнин настойчиво стремится выявить и подчерк¬
63 Т а м ж е, стр. 149.
64 К. .Ma р к с. Капитал. T. III. М. 1955, стр. 344.
63 Т а м же, стр. 346.
66 А. А. Преображенский, Ю. А. Тихонов. Итоги изучения начально¬
го этапа складывания всероссийского рынка (XVII в.). «Вопросы истории», 1961, N? 4.
87 Л. В. Черепнин. Образование Русского централизованного государства
в XIV—XV вв., стр. 341.

A. M. Сахаров
нуть активную роль горожан в объединительном процессе. Здесь много
верных, хотя не всегда новых наблюдений. Но с другой стороны, многое
остается весьма сомнительным, особенно интерпретация произведений
общественной мысли, как выражающих идеологию горожан и именно их
объединительные устремления (например, истолкование текста Никонов¬
ской летописи под 1367 г., оценка Ермолинской летописи и др.)·
Л. Б. Черепнин неоднократно говорит о «союзе» великокняжеской
власти с горожанами. Если это положение может быть принято в извест¬
ной степени для характеристики отношений московских князей с Новго¬
родом, то оно более чем спорно для городов Северо-Восточной Руси, где
при самом тщательном рассмотрении удается обнаружить лишь следы
городских учреждений, исчезающих в XIV в. под натиском княжеской
власти, особенно в период правления Ивана Калиты и Дмитрия Донского,
Союз каких-либо сил предполагает их самостоятельное существование,
чего нельзя сказать о северо-восточных городах XIV—XV веков. Речь
должна идти уже не о союзе, а о подчинении городов, тем более ослаблен¬
ных монголо-татарским нашествием. Горожане действительно в ряде
случаев поддерживали московского великого князя, но, во-первых, эта
поддержка становится очевидной лишь с 70-х годов XIV в., со времени
усиления Москвы. Во-вторых, горожане поддерживали не только москов¬
ских, но и других князей.
Городское население, естественно, было заинтересовано в сильной
княжеской власти, но не города были главной ее опорой, и не они решали
ее судьбы. Если бы город был движущей силой образования Русского
централизованного государства, как в тех странах, где города, по словам
К. Маркса, были «колыбелью» расцвета абсолютной монархии68, то Рус¬
ское государство не приобрело бы того крепостнического характера, какой
оно имело в XVI и в последующих столетиях. И дело тут вовсе не в «при¬
нижении» или в «недооценке» значения русского города, а в реальной
исторической действительности, крайне тяжелой и неблагоприятной для
развития русских городов XIV—XV вв., которое обнаружило те же общие
тенденции, что и на Западе69. Между тем изложение материала и его
интерпретация построены у Л. В. Черепнина таким образом, что автор с
большой настойчивостью говорит о роли горожан, создавая у читателя
впечатление, будто горожане являлись главной социальной силой русско¬
го феодального общества в XIV—XV вв.70, хотя автор говорит и о роли
дворян и очень интересно доказывает, что и боярство было сторонником
централизации.
Л. В. Черепнин хорошо раскрыл сложность, диалектическую проти¬
воречивость социально-экономического развития Руси в XIV—XV вв., но
так как книга лишена заключения, то остается неясным, каково же было
соотношение между феодальными и городскими элементами в складыва¬
68 См. К. М а р к с и Ф. Энгельс. Соч. Т. 4. Изд. 2-е, стр. 308.
69 См. А. М. Сахаров. Города Северо-Восточной Руси XIV—XV вв. М. 1959.
70 Сильно преувеличивается роль городов в XIV в. ив новой монографии
И. У. Будовница «Общественно-политическая мысль древней Руси» (М. 1960). Автор
утверждает, будто «Москва с самого начала опиралась на передовые общественные
элементы в лице горожан» (стр. 304), хотя признает, что не знает, почему так слу¬
чилось (стр. 369). Между тем в 1293 г. москвичи поддерживали тверского князя,
в 1297 г. переяславцы поддерживали не только московского, но и тверского князя,
бывших союзниками, в 1316 г. новгородские «черные люди» уклонились от поддержки
Москвы в борьбе с Тверью, в 1318 г. тверичи поддержали своего князя в борьбе
с Москвой и т. п. Даже в 1370 г. в Москве были «доброхоты» тверского князя. По¬
этому утверждение И. У. Будовница о том, что нельзя привести ни одного факта
выступления горожан против Москвы (стр. 367—368), неверно. Сам автор пишет, что
восхваление тверского князя Михаила Александровича (стр. 421) —это выражение идео¬
логии тверских горожан. Но Михаил Александрович вел упорную борьбу против Мо¬
сквы, и если принять мнение Будовница о принадлежности горожанам похвалы Михаилу
Александровичу, то .мы имеем еще один факт антимосковских настроений горожан
в Твери.

Проблема образования Русского централизованного государства 87
нии предпосылок централизации Руси. Что же было социально-экономи¬
ческой основой объединения русских земель? По-видимому, и развитие
феодального землевладения и возникновение экономических связей, при¬
чем на первый план выведены феодальные элементы (судя по конструк¬
ции монографии). Но если на первом плане в экономике стоят феодаль¬
ные элементы, то почему в политических процессах первенствуют горо¬
жане? Если экономика XIV—XV вв. была натуральной и буржуазные
элементы не зарождались ни в деревне, ни даже в городе, то что же пред¬
ставляли по своей экономической природе торговые и хозяйственные свя¬
зи этого периода? В какой степени они были способны разрушить местную
обособленность? К глубокому сожалению, на эти важные вопросы ответа
в монографии Л. В. Черепнин не дал, хотя намного продвинул вперед
своим исследованием изучение проблемы образования Русского центра¬
лизованного государства в целом.
Наконец, о хронологических рамках процесса централизации. Если
К. В. Базилевич в свое время исключал XIV—XV вв. из этого процесса,
то Л, В. Черепнин именно это время рассматривает как период образова¬
ния централизованного государства. В книге, однако, нет ответа на дру¬
гой вопрос, в каком отношении друг к другу находятся объединительные
процессы XIV—XV вв. и более раннего времени. Выдвигаемая Л. В. Че-
репниным начальная дата изучаемого процесса, на наш взгляд, не обо¬
снована: автор начинает с рубежа XIV в., с возвышения Москвы, оставляя
в стороне выдвижение в конце XIII в. Твери, не говоря уже о более ран¬
них объединительных явлениях. Кроме того, при таком подходе не может
быть раскрыто сильное воздействие монголо-татарских вторжений и мон¬
голо-татарского ига на процессы общественно-экономического и полити¬
ческого развития Руси. Нет в монографии и анализа связи политических
процессов с процессами формирования великорусской народности 71.
Внося большой вклад в разрешение проблемы социально-экономиче¬
ского развития Руси XIV—XV вв., монография Л. В. Черепнина тем не
менее не исчерпывает всех аспектов проблемы как в конкретно-историче¬
ском, так и и в теоретическом отношении. Это лишний раз свидетель¬
ствует о том, насколько сложен вопрос об образовании централизованно¬
го государства в России и как важно его глубокое, всестороннее изучение.
Дальнейшая его разработка должна, на наш взгляд, идти прежде
всего в направлении изучения социально-экономической основы объеди¬
нительного процесса. Теперь, когда исследователи справедливо отказат
лись и от признания XVII в. временем завершения складывания всерос¬
сийского рынка и от признания наличия буржуазных элементов в XV—
XVI вв., когда выявлено значение развития феодально-крепостнических
отношений для политической централизации, нужно очень осторожно по:
дойти к оценке рыночных отношений в XIV—XV вв. и роли горожан в
объединительном процессе. Как совместить «минимум экономических свя¬
зей» (в XV в.) с тем, что, по словам В. И. Ленина, даже в XVI в., «в эпоху
московского царства», «о национальных связях в собственном смысле
слова едва ли можно было говорить»?
Экономические связи и рост рыночных отношений нельзя превращать
в «универсальную отмычку» для выяснения причин возникновения фео¬
дальных монархий всюду и везде. Нужно в полной мере учесть мысль
Ф. Энгельса о возможности централизации при отсутствии экономических
связей, характеристику В. И. Лениным «московского царства» и его ана¬
лиз складывания единства русских земель. Опираясь на уже достигнутые
в науке результаты (и здесь монографии Л. В. Черепнина принадлежит
видное место), нужно в полной мере раскрыть феодальную экономиче¬
7,1 Этому вопросу посвящен один из разделов статьи Л. В. Черепнина в сборни¬
ке «Вопросы формирования русской народности и нации» (М. 1968), но и там исто¬
рия образования народности выглядит мало связанной с объединительным процессом.

88
A. M. Сахаров
скую основу политической централизации, закономерно приведшую к соз¬
данию крепостнического государства, главная функция которого заклю¬
чалась в создании системы крепостного права. Необходимо раскрыть ре¬
альную структуру государства XVI в., основывавшегося на «местных сою¬
зах», распадавшегося на отдельные «земли», частью даже княжества, го¬
сударства, политическим строем которого являлось самодержавие с бояр¬
ской думой и боярской аристократией. Напомним, что лишь по отноше¬
нию к XVIII в., а не к XVII и тем более не к XVI, В. И. Ленин говорил о
«чиновничьи-дворянской монархии».
Огромное теоретическое богатство ленинских мыслей об истории
России наряду с высказываниями К. Маркса и Ф. Энгельса о различ¬
ных путях образования феодальных монархий дает твердую теоретиче¬
скую основу для изучения вопроса. Необходимо также изучать пробле¬
му централизованного государства в широком аспекте аналогичных
процессов не только в странах Запада, но и в странах Востока. Следует
напомнить при этом замечание В. И. Ленина о том, что «сравнение по¬
литического и экономического развития разных стран... имеет громадное
значение с точки зрения марксизма... Но подобное сравнение надо про¬
изводить умеючи. Азбучным условием при этом является выяснение
вопроса, сравнимы ли исторические эпохи развития сравниваемых
стран»72. Необходимо учитывать тяжелые последствия монголо-татар¬
ского ига, наиболее губительно сказавшегося на городах, бывших по¬
всюду очагами прогресса в средние века, но разрушенных и обессилен¬
ных на Руси. Требуется глубокий анализ и всесторонний учет колони¬
зационных процессов и процесса образования великорусской народно¬
сти в их органической связи со складыванием предпосылок объединения
Руси под главенством Москвы. Следует дать оценку такому фактору
политической централизации, как развитие поместной системы (госу¬
дарственная собственность на землю имела важнейшее значение в ряде
централизованных феодальных государств Востока), а также тому этапу
в развитии товарно-денежных отношений, который наступил с конца
XV в., в условиях уже достигнутого политического единства русских
земель.
Несомненно, что всестороннее конкретное исследование процессов
централизации Руси приведет к полному и безусловно убедительному ре¬
шению этой проблемы.
72 В. И. Ленин. Соч. Т. 20, стр. 377.

СТРАТЕГИЯ И ТАКТИКА ИТАЛЬЯНСКОЙ
КОММУНИСТИЧЕСКОЙ ПАРТИИ НА СОВРЕМЕННОМ
ЭТАПЕ
J1. Группи,
член ЦК Итальянской коммунистической партии
Мощные антифашистские выступления трудящихся Италии в
июне — июле 1960 г. наглядно показали, что итальянские народные мас¬
сы обладают достаточной силой для того, чтобы воспрепятствовать реак¬
ционным переворотам, и имеют возможности не только удерживать от¬
крытым путь к развитию демократии, но и двигаться вперед по этому
• пути.
Движение трудящихся, в особенности в связи с участием в нем моло¬
дежи, приобрело черты не просто обороны, но борьбы за развитие де¬
мократии; в нем проявилось сознание массами того положения, которое
всегда стремилась разъяснить наша партия, а именно, что демократию
нельзя сохранить, лишь обороняясь, ее необходимо обновлять, постоян¬
но борясь за обогащение ее социального содержания и форм.
В связи с этим пленум ЦК ИКП, состоявшийся в дни празднования
40-летия партии, положительно оценил деятельность партии, под руко¬
водством которой развернулась борьба трудящихся летом 1960 года.
Однако пленум ЦК отметил, что движение можно было бы развернуть
еще шире, если бы партия проявила должную инициативу и реши¬
мость во всех областях и провинциях страны, если бы кое-где не была
допущена недооценка степени возмущения, охватившего массы, если бы
более правильно был понят глубокий процесс созревания политического
сознания молодого поколения.
После падения правительства Тамброни Коммунистическая партия
вместе с социал-демократами, республиканцами и социалистами потре¬
бовала создания переходного правительства, призванного устранить не¬
посредственную опасность захвата власти крайней реакцией. Комму¬
нисты указывали, что новое правительство должно учитывать наиболее
насущные политические и социальные демократические требования, ко¬
торые были выдвинуты в ходе летней борьбы.
Правящая христианско-демократическая партия (ХДП) откло¬
нила требования, вытекавшие из движения масс, и Фанфани сформи¬
ровал правительство не временного, а постоянного характера. Это пра¬
вительство ориентировалось вправо, о чем свидетельствовали участие в
нем таких людей, как Шельба, Андреотти и Пелла, а также его програм¬
ма, хотя и содержавшая некоторые новые черты (не получившие, впро¬
чем, в дальнейшем отражения в правительственной деятельности), но
стоявшая, безусловно, ниже тех требований, которые созрели в ходе анти¬
фашистского народного движения.
Перейдя в оппозицию правительству Фанфани, коммунисты осуди¬
ли поддержку правительства социал-демократами и республиканцами,
которые, имея возможность выдвинуть свои условия по поводу фор¬
мирования правительства и принудить христианских демократов счл-

90
JJ. Группи
таться со своими требованиями, капитулировали, согласившись с со¬
зданием правительства, совершенно отличного по характеру от того, на
котором они сами настаивали. Коммунисты подвергли также критике ру¬
ководителей социалистической партии, которые воздержались в пар¬
ламенте при голосовании полномочий новому правительству, оказав этим
услугу Фанфани и не добившись взамен никаких уступок требованиям на¬
родных масс. Тем самым социалисты ослабили борьбу против политики
ХДП. Такая позиция социалистов сказалась на ослаблении единства
трудящихся.
Христианско-демократическая партия вновь навязала стране свою
политическую монополию, опираясь справа на поддержку либералов,
а слева — социал-демократов и республиканцев. Она стремится втя¬
нуть в сферу своей политики даже социалистическую партию, чтобы раз¬
бить единство демократического лагеря и прежде всего единство рабо¬
чего класса. С помощью монополистических групп христианская демо¬
кратия усиливает антикоммунистическую деятельность, придавая ей са*
мые разнообразные формы.
Результаты такой политики известны заранее: не было случая, что¬
бы христианско-демократическая партия при решающем выборе не оста¬
новилась на самом реакционном из возможных вариантов, не считаясь
с требованиями даже социал-демократов и республиканцев. Так было с
планом помощи сельскому хозяйству, переживающему в настоящее вре-
мя тяжелый кризис, с политикой в «южном вопросе», в области внеш- *
ней политики (например, в отношении Алжира и Конго).
Капитуляция республиканцев и социал-демократов так же, как
и капитуляция социалистов (хотя и выражавшаяся в иных формах), за¬
медлила и осложнила процесс консолидации антифашистских и демо¬
кратических сил, развернувшийся в стране в ходе летней борьбы 1960 г.,
в выступлениях в защиту независимости Алжира, в манифестациях про¬
теста в связи с убийством Лумумбы и т. п. Она обеспечила христианской
демократии передышку и дала ей возможность в какой-то степени сгла¬
дить, хотя и временно, те внутренние противоречия, в результате кото¬
рых она неоднократно оказывалась в положении острого кризиса.
В ходе избирательной кампании в ноябре прошлого года ИКП от¬
крыто и широко поставила перед народными массами и обсудила про¬
блемы единства рабочего класса и демократического движения, то есть
вопрос о том, какова должна быть в настоящее время тактика рабо¬
чего движения в Италии.
Христианско-демократическая партия представляет собой массо¬
вую буржуазную партию, опирающуюся на широкие слои крестьянства,
значительные городские слои и даже на некоторую часть рабочего клас*
са. Глубокие противоречия внутри партии находят проявление в столк¬
новении различных течений, существующих в партии. Однако действие
этих противоречий в партии ограничивается определенными рамками
благодаря давлению со стороны монополий и католической церкви;
объективно существующие противоречия между интересами массовой
базы партии и проводимой ее руководством политикой до сих пор не
смогли привести к возникновению действенного левого крыла христи¬
анской демократии.
Необходимо нанести удар по христианско-демократической партии
для того, чтобы левые силы в католическом движении получили воз¬
можность для выявления. Для достижения этой цели нужно, чтобы
оппозиция господству монополий и их партии окрепла и расширилась,
чтобы она нашла опору в единстве рабочего класса, в единстве дей¬
ствий коммунистов и социалистов. Любое ослабление этого единства и
оппозиции христианской демократии (что тесно связано друг с другом)
помогает ХДП и Ватикану сдерживать демократические тенденции в
массах. Именно так коммунисты поставили эту проблему в ходе изби-

Стратегия и тактика Итальянской коммунистической партии 91
рательной кампании в ноябре I960 года. Они указывали, что контакт
между трудящимися, ориентирующимися на идеалы социализма, и тру¬
дящимися, находящимися под влиянием католической идеологии, уста¬
навливается и развивается там и тогда, где и когда не делается усту¬
пок политике христианской демократии и трудящиеся католические мас¬
сы широко привлекаются к участию в борьбе фронта антимонополист¬
ских сил.
Ноябрьские муниципальные выборы подтвердили правильность это¬
го положения. В то время как ХДП потеряла около миллиона голосов и
крайне правые также понесли тяжелый урон, ИКП улучшила свои по¬
зиции больше всех других партий. Несмотря на то, что для социалистов
объективно ситуация сложилась благоприятная, ИСП потеряла более
200 тыс. голосов.
ЦК И1\П отметил положительные результаты муниципальных выбо¬
ров для нашей партии. Однако было подчеркнуто, что эти результаты
могли бы оказаться лучшими, если бы не была допущена потеря пар¬
тией голосов в Южной Италии и главным образом в Сицилии.
Центральный Комитет обратил внимание на тот скачок вперед, ко¬
торый был сделан демократическим движением, на развивающийся в
низах процесс единения народных сил, на интенсивность профсоюзной
борьбы, пережившей значительный взлет в 1959 и 1960 гг. и протекав¬
шей почти всегда в условиях единства действий профсоюзов трех на¬
правлений. Это новые моменты в политической жизни Италии по срав¬
нению с прошлыми годами, и Коммунистической партии надлежит раз¬
вивать инициативу, чтобы не только быть на высоте положения, но и
стимулировать развитие этих процессов, руководить ими.
Результаты борьбы в июне — июле 1960 г. не удовлетворили рабо¬
чий класс и трудящиеся массы, но и не ослабили их боеспособности.
Среди масс все больше зреет сознание того, что нельзя ограничиваться
переменами внутри системы, что необходимо изменить самую систему.
Вот почему в настоящее время, более чем когда бы то ни было, любая
догматическая позиция, любое проявление слепоты по отношению к тре¬
бованиям масс, любой элемент рутины в нашей работе может оказать¬
ся крайне опасным и может ослабить доверие, которое питают к ИКП
трудящиеся. Необходимо не только развивать политическую инициативу
партии, чтобы иметь возможность дать позитивное решение многообраз¬
ных проблем, встающих перед страной, но и обогатить идеологиче¬
ское содержание нашей деятельности, раскрыть трудящимся, особен¬
но молодежи, широкие, способные породить энтузиазм перспективы.
Чтобы достигнуть этого, партия должна отчетливо представлять, что
происходит в жизни страны, и по возможности предвидеть развитие
событий.
Объем промышленного производства Италии в условиях благопри¬
ятной конъюнктуры прошлого года увеличился на 17%. Наряду с ростом
числа крупных монополистических предприятий возникло множество
мелких и средних предприятий, связанных с монополиями и находя¬
щихся в зависимости от них. В производственный процесс были введены
новые силы, и в связи с этим произошли глубокие изменения в структуре
рабочего класса. Развитие производства вызвало в последние годы силь¬
ную внутреннюю миграцию из одной области в другую, и прежде всего
из деревни в город, с юга на север, в крупные промышленные центры.
Южная Италия также охвачена, хотя и в меньшей степени, этим процес¬
сом. Однако во многих зонах Южной Италии положение осталось без
изменений, и диспропорция в развитии различных областей возросла.
Кризис сельского хозяйства, в особенности глубоко поразивший мелкую
крестьянскую собственность, повлек за собой бегство людей из деревни
и породил ряд новых проблем как в деревне, так и в городе. В общем
расширение производства привело к росту прибылей монополий, увели¬

92
чило их экономическую мощь, в значительно меньшей степени удовлет¬
ворило средние слои и ничего не дало рабочему классу. Те уступки, ко¬
торых рабочий класс все же добился, были завоеваны в борьбе против
монополий.
Все эти явления необходимо своевременно отмечать и анализиро¬
вать, чтобы постоянно сообразовывать с ними политическую деятель¬
ность, организационные формы и идеологическую работу партии. По¬
стоянное внимание ко всем новым явлениям, отказ от схематизма и упро¬
щенческой позиции в анализе положения — таковы основные требова¬
ния при разработке стратегии и тактики Коммунистической партии. Это
стало необходимым особенно после того, как в 1955—1956 гг. коммуни¬
сты поняли, после ряда профсоюзных поражений на крупных предприя¬
тиях (последствия этих поражений ныне уже в значительной мере пре¬
одолены), насколько опасно догматически толковать развитие общего
кризиса капитализма, не считаться с тем, что монополистический капи¬
тал еще располагает возможностями развивать производство. Не питать
иллюзий в отношении так называемого «неокапитализма», не подходить
к вопросу о нем схематически и догматически — таков еще один крите¬
рий, который мы постоянно применяем в своей деятельности, и в связи
с этим один из элементов нашей дискуссии с социалистами. Эти иллю¬
зии оказывают некоторое влияние на руководство Итальянской социа¬
листической партии. Ныне иллюзии вызываются благоприятной конъ¬
юнктурой для итальянской капиталистической экономики, в которой, од¬
нако, уже отмечаются некоторые симптомы замедления темпов. У руково¬
дящих деятелей ИСП возникает обманчивое представление, будто настает
благоприятный момент для быстрого продвижения не по пути борьбы
объединенных широких народных масс, а по более гладкому пути кон¬
тактов и компромиссов в верхах с христианско-демократической партией.
Итальянская коммунистическая партия концентрирует внимание
на реальных потребностях трудящихся. Это дает коммунистам возмож¬
ность упрочить унитарный характер их политики и способствовать про¬
цессу объединения масс. ИКП использует объективную тенденцию к един¬
ству, развивающуюся в низах, и тем самым усиливает свою мощь, свое
влияние на массы.
Для того, чтобы понять, как в последние годы разрабатывались стра¬
тегия и тактика ИКП, необходимо обратиться прежде всего к оценке вой¬
ны за национальное освобождение, которую наш народ вел против не¬
мецких и итальянских фашистов, и к той роли, которую играли в этой
войне рабочий класс и Коммунистическая партия. Это широкое, могучее
национальное движение было возглавлено рабочим классом и ИКП.
Благодаря руководящей роли в войне за освобождение рабочий класс
занял такое значительное место в национальной жизни, что его уже не¬
льзя оттеснить на задний план, а Коммунистическая партия превратилась
в сильную массовую партию, имеющую глубокие корни в рабочем клас¬
се, тесно связанную с трудящимися массами, со средними слоями и с
важнейшими группами интеллигенции.
После освобождения страны Коммунистическая партия столкнулась
с большими трудностями. Если на севере Италии развернулась исклю¬
чительная по своему размаху борьба за национальное освобождение, то
юг страны не сумел принять участия в освободительной войне: рабочее
и демократическое движения здесь были слабыми, социалистические
традиции недостаточно развитыми. Да и в Северной Италии за осу¬
ществление социалистических целей выступал авангард рабочего клас¬
са, тогда как союзники пролетариата руководствовались главным обра¬
зом лозунгами общенационального и демократического характера и не
были еще завоеваны на сторону идеалов социализма. На Италии тяже¬
лым бременем лежала англо-американская оккупация, которая наложи¬
ла свой отпечаток на политическую жизнь страны и являлась серьез¬

Стратегия и тактика Итальянской коммунистической партии
93
ной угрозой независимости и территориальной целостности Италии. Окку¬
панты ограничивали демократические свободы, поддерживали италь¬
янскую крупную буржуазию, которая получила сильнейший удар в ре¬
зультате поражения фашизма, но сохранила свои экономические по¬
зиции. Ватикан служил катализатором процесса объединения всех ре¬
акционных и консервативных сил в стране.
В сложившейся обстановке нельзя было дать угаснуть боевому по¬
рыву трудящихся, позволить разбить единство национальных демокра¬
тических сил. Разобщение демократических сил и быстрое углубление
социально-экономических и политических противоречий грозили вовлечь
рабочий класс в гражданскую войну.
ИКП учитывала все эти опасности и выдвинула на первый план
на этапе борьбы за национальную независимость и демократизацию
страны задачу сохранения единства всех политических сил, совместно
участвовавших в войне за освобождение. Коммунисты понимали необ¬
ходимость сохранить за рабочим классом ту руководящую роль, кото¬
рую он выполнял в ходе войны за национальное освобождение, отстоять
и укрепить массовый, общенациональный характер партии с тем, чтобы
она была способна не только активно выступать в оппозиции, но и каж¬
дый раз выдвигать позитивные решения проблем, встающих перед
страной, увлекая массы на борьбу за их разрешение.
Этими соображениями руководствовалась Коммунистическая пар¬
тия, принимая участие в ряде правительств, сменявших друг друга после
освобождения страны. Те же принципы руководили ИКП в борьбе, ко¬
торую она вела совместно с социалистами и другими демократически¬
ми силами за установление республики, за придание итальянскому го¬
сударству такого конституционного устройства, которое соответствовало
бы стремлениям, вдохновлявшим итальянский народ в ходе войны за
освобождение.
С самого начала Коммунистическая партия понимала конституцию
как договор между различными политическими силами, заключенный
с тем, чтобы гарантировать национальное единство на демократической
основе и указать стране путь экономического и социального прогресса.
Вклад рабочего класса Италии в дело создания демократической кон¬
ституции был чрезвычайно велик благодаря той роли, которую он сыграл
в период борьбы за освобождение. С полным основанием можно утверж¬
дать, что именно рабочий класс со своими союзниками дал Италии
первое в ее истории Учредительное собрание, первую «не дарованную
свыше» конституцию; это еще буржуазная конституция, но она, несом¬
ненно, имеет демократический характер.
Итальянская монополистическая буржуазия, ' тесно связанная с
Ватиканом, восстановив свои силы, главным образом с помощью амери¬
канского и английского империализма, выступила против политики
левых партий, преследуя две цели: отстранить рабочий класс — комму¬
нистов и социалистов — от участия в правительстве; уничтожить един¬
ство демократических сил и рабочего класса с тем, чтобы открыть
возможность для ломки конституционного устройства, которое было за¬
воевано итальянскими трудящимися в результате освободительной вой¬
ны. Реакции удалось добиться первой цели: в мае 1947 г. коммунисты и
социалисты были удалены из правительства. Что же касается второй за¬
дачи, то здесь положение гораздо сложнее. Итальянская монополи¬
стическая буржуазия сумела воспрепятствовать проведению в жизнь
ряда основных принципов конституции. Но ей не удалось помешать то¬
му, что конституция стала действенной политической силой, вдохновля¬
ющей итальянский народ на борьбу за демократию. Ныне рабочий
класс и все демократические силы, борющиеся за претворение в жизнь
конституции, стоят на позициях законности, используя преимущества
конституционного характера своей деятельности. Те же силы, которые

94
JI. Группи
открыто выступают против конституции, оказываются на позициях, ста¬
вящих их вне закона, благодаря чему их легче изолировать. Правящая
христианско-демократическая партия и ее союзники, подчиняя свою
политику противоречащим конституции монополистическим интересам,
но в то же время не имея возможности отречься от конституции, в выра¬
ботке которой они сами принимали участие, оказываются вследствие
этого в тисках противоречий.
Борьба за конституцию, за демократические свободы, за права пар¬
ламента и других выборных органов приобрела для рабочего класса
и для итальянских коммунистов принципиальное значение. В этой борь¬
бе Коммунистическая партия неминуемо должна была столкнуться с
многочисленными сложными практическими и теоретическими пробле¬
мами. Каковы революционная ценность и, следовательно, стратегическое
значение борьбы рабочего класса и его союзников за претворение в
жизнь конституции, являющейся по своему характеру буржуазной? Ка¬
ковы революционная ценность и стратегическое значение содержащих¬
ся в конституции так называемых переходных лозунгов (национализация,
аграрная реформа и т. д.)? Должны ли эти лозунги выдвигаться лишь
в период острых кризисов буржуазной власти или, напротив, стать по¬
стоянной целью в борьбе рабочего класса и других слоев населения?
Правильно ли, что коммунисты борются за осуществление этих лозун¬
гов, в то время как у власти находится монополистическая буржуазия?
Как увязываются между собой борьба за осуществление социально-
экономических реформ и борьба за власть? Иначе говоря, каким обра¬
зом эти реформы могут вызвать демократические изменения политиче¬
ской власти в смысле все более широкого участия рабочего класса в ру¬
ководстве государственной жизнью страны? Должен ли рабочий класс
выдвигать в качестве своей цели только преобразование социально-эко¬
номического базиса или бороться также и за соответствующую пере¬
стройку государственной структуры с тем, чтобы реформы, касающиеся
базиса и надстройки, протекали параллельно и помогали Друг другу?
Эти вопросы постоянно возникали при осуществлении политической ли¬
нии ИКП, неизменно направленной на достижение единства всех демо¬
кратических сил и всех слоев населения, которые могут выступать в
союзе с рабочим классом, на укрепление руководящей роли пролетариа¬
та и Коммунистической партии в борьбе за демократию. Эти вопросы
возникали в ходе повседневной профсоюзной борьбы в защиту трудя¬
щихся от увольнений, в процессе движения безземельных крестьян за
захват необрабатываемых латифундий, во время различных выступле¬
ний крестьянства и городских средних слоев. При этом все более отчет¬
ливо выступал вопрос общего характера: каким образом увязать непо¬
средственные требования рабочего класса и его союзников с задачей
движения к социализму?
Историческая обстановка в Италии была охарактеризована VIII
съездом ИКП в декабре 1956 г. следующим образом: «Весь процесс эко¬
номического и социального развития в Италии указывает на необходи¬
мость социалистической революции» 1. Но завоевание политической вла¬
сти пролетариатом не может еще быть поставлено в качестве непосред¬
ственной задачи. Как должны действовать коммунисты, чтобы их борь¬
ба за социализм не сводилась к простой пропаганде его принципов
(что само по себе весьма важно и необходимо), но конкретно и убеди¬
тельно увязывалась с непосредственными требованиями трудящихся и
с переходными лозунгами, вытекающими из самих условий Италии?
Помимо того, существует еще одна проблема национальной жизни
Италии, в которой все указанные выше вопросы преломляются в специ-
. 1 «Материалы VIII съезда Итальянской коммунистической партии» М. 1957,
стр. 173.

Стратегия и тактика Итальянской коммунистической партии 95
фической форме и приобретают особенное значение. Речь идет о про¬
блеме Южной Италии.
Южная Италия превращена в колонию крупной буржуазией Севе¬
ра, которая установила свою гегемонию в объединенном итальянском го¬
сударстве, причем гегемония эта основывалась не на борьбе против фе¬
одальных и полуфеодальных сил, особенно стойких на Юге, а на союзе
с ними. К моменту освобождения страны Южная Италия представляла
собой резерв реакционных сил. Обстановка на Юге, которую еще
А. Грамши охарактеризовал как обстановку постоянного социального
распада, а также малочисленность рабочего класса способствовали уста¬
новлению здесь полновластия местных реакционных клик. Традицион¬
ное недоверие, искусственно культивируемое идеологами буржуазии,
разъединяет трудящиеся массы Севера и Юга.
К моменту освобождения страны «южный вопрос» стоял во всей
своей остроте. В то время особенно актуальным было положение, вы¬
сказанное Грамши, что нельзя добиться реконструкции и демократиче¬
ского развития Италии, не разрешив «южный вопрос». Путь демократи¬
ческой и социалистической революций в Италии лежит через разреше¬
ние «южного вопроса».
Задача состояла в том, чтобы коренным образом изменить политику,
проводившуюся старой социалистической партией Италии до прихода
к власти фашизма. В тот период социалисты плелись в хвосте политики
либеральной буржуазии, заставлявшей крестьянские массы Юга опла¬
чивать те ограниченные уступки, которые она делала рабочему классу
Севера. Этой политике следовало противопоставить политику, сформу¬
лированную Грамши: крепить союз рабочего класса Севера с крестьян¬
ством Юга с тем, чтобы разбить буржуазно-помещичий блок, ликвиди¬
ровать феодальные пережитки на Юге, сбросить бремя старого рефор¬
мизма и вовлечь трудящиеся массы крестьянства, мелкую и среднюю
буржуазию Юга в демократическое движение. Учитывая специфику про¬
блемы аграрной реформы на Юге, коммунисты возглавили широкое дви¬
жение крестьянства за захват необрабатываемых латифундий. Пробле¬
ма аграрной реформы тесно переплелась с проблемой индустриализации
Юга. Коммунисты выдвинули требование общего возрождения Южной
Италии при участии государства, которое должно было приложить мак¬
симум усилий для того, чтобы поднять эту часть Италии до общего уров¬
ня развития страны.
Не останавливаясь на описании борьбы, которую вели итальян¬
ские трудящиеся в годы, когда вырабатывались стратегия и тактика
ИКП, накануне такого решающего события в политической жизни Италь¬
янской коммунистической партии, каким явился ее VIII съезд, хотелось
бы отметить движение 1953 г. против попытки реакции навязать стране
мошеннический избирательный закон. Вступление этого закона в дей¬
ствие привело бы к искажению парламентских норм и лишило бы пар¬
ламент предусмотренного конституцией демократического содержания.
Борьба, которую левые силы вели против этого мошеннического зако¬
на, была широкой, массовой борьбой, выразившейся в ряде забастовок
на заводах и достигшей наивысшего развития во всеобщей забастовке,
в проведении митингов, в решительных выступлениях представителей
интеллигенции и т. д. Благодаря большой разъяснительной работе ком¬
мунистов трудящиеся осознали опасность, которую нес с собой избира¬
тельный закон, осознали то, что это была попытка государственного пе¬
реворота, направленного против конституционного строя и замаскиро¬
ванного внешними формами законности. Именно благодаря этому италь¬
янский народ оказался в состоянии предотвратить реакционный перево¬
рот и сохранить демократические нормы, на которых основывается
парламент. Если бы начиная с момента освобождения и в дальнейшем
ИКП ограничивалась одной лишь критикой буржуазного парламента¬

96
Л. Гpynrut
ризма (критика эта, разумеется, необходима, и коммунисты ее прово¬
дят), если бы она не подчеркивала ту положительную роль, которую мо¬
жет выполнять парламент на современном историческом этапе нацио¬
нальной жизни, народные массы не выступили бы с такой готовностью
против покушения на права парламента, как это было в действитель¬
ности.
Событием исторического значения для всего международного ра¬
бочего движения явился XX съезд Коммунистической партии Советско¬
го Союза. XX съезд с особой силой подчеркнул необходимость соблюде¬
ния принципа мирного сосуществования в отношениях между государ¬
ствами, возможность в современных условиях предотвратить взрыв ми¬
ровой войны, подготовляемой империалистами. Съезд поставил вопрос с
том, что в настоящее время пути, которыми может прийти к власти ра¬
бочий класс, все в большей степени разнообразятся в зависимости от
условий каждой страны. В документах съезда указывалось на возмож¬
ность мирного перехода к социализму и была отмечена роль, которую
ныне может играть парламент. Тем самым XX съезд КПСС оказал ИКП
решающую помощь в определении общих перспектив ее деятельности.
Теперь итальянские коммунисты могли с успехом решить ряд вопро¬
сов, которые выдвигала перед ними жизнь. Какова связь между борь¬
бой против монополий и задачей осуществления социалистической ре¬
волюции? Какова связь между борьбой за демократическую револю¬
цию и борьбой за социалистическую революцию? Дать ответ на эти во¬
просы— значило сделать большой шаг вперед в разработке стратегии
Коммунистической партии и таким образом придать тактике ИКП боль¬
ше целеустремленности, больше гибкости и широты.
Партия, итальянский рабочий класс и его союзники ведут борьбу за
осуществление конституции. Но проведение в жизнь конституции само
по себе не может удовлетворить самого глубокого стремления трудящих¬
ся — стремления к социализму. До тех пор, пока нет полной ясности в
стратегическом содержании борьбы за конституцию, может иметь и в
действительности имела хождение концепция, согласно которой борьба
за конституцию представляет собой якобы временную платформу такти¬
ческого порядка, под прикрытием которой ведется подготовка к смене
целей и методов борьбы. Тот факт, что подобный взгляд разделялся, хотя
и не всегда осознанно, частью членов ИКП, в известной степени ограни¬
чивал боевой порыв борцов за конституцию, против монополий и, следо¬
вательно, тормозил их способность к политической инициативе и возмож¬
ности осуществления в ходе антимонополистической борьбы более
широких союзных связей. Недостаточно ясное представление о взаимоот¬
ношении между демократической борьбой в защиту конституции, против
монополий и борьбой за социализм сужало горизонты рабочего класса и в
известной мере ограничивало его способность к руководству.
Анализируя конституцию, VIII съезд ИКП отметил, что она конста¬
тирует необходимость новой организации государственного аппарата, ко¬
торая дала бы возможность сломить систему бюрократического центра¬
лизма, типичного для итальянского государства на протяжении всего его
развития. Эта новая организация должна приблизить итальянский на¬
род к осуществлению власти путем создания органов областного само¬
управления, носящих народный характер и обладающих широкой авто¬
номией. Съезд подчеркивал, что конституция предусматривает ограни¬
чение полновластия частной собственности, что она предписывает про¬
ведение ряда экономических и социальных реформ «для подрыва вла¬
сти монополистических групп, защиты интересов всех трудящихся про¬
тив экономической и финансовой олигархии, отстранения этой олигархии
от власти и привлечения к власти трудящихся классов»2. Борьба против
а Таи же, стр. 178—160.

Стратегия и тактика Итальянской коммунистической партии
97
монополий является, согласно этой установке, сердцевиной всего по¬
литического курса Коммунистической партии и решающим моментом в
устранении главного препятствия на пути к социализму. Экономические
реформы выступают в этой связи не только как демократические цели, но
и как узловые точки, в которых борьба за демократию переплетается с
борьбой за социализм, так что между ними не может быть никакой ки¬
тайской стены, о чем говорил в свое время В. И. Ленин. Поэтому борь¬
ба против монополий рассматривается во всех ее аспектах и разрабаты¬
вается как борьба не только за национализацию решающих отраслей
промышленности, но и за проведение целого ряда мер по установлению
контроля демократических органов над прибылями, ценами, производ¬
ственными планами и т. д. Борьба за аграрную реформу тесно увязы¬
вается с борьбой против монополий, ибо расценивается как средство
сопротивления проникновению финансового капитала в деревню. Ло¬
зунг всеобщей земельной реформы, которая даст «землю тем, кто ее
обрабатывает», увязанный с лозунгом защиты крестьянских хозяйств,
является образцом того, как в стратегической концепции, окончатель¬
но созревшей на VIII съезде, отражается тесная связь между борь¬
бой за демократию и борьбой за социализм. Осуществлением этих ло¬
зунгов завершается демократическая революция в деревне и одновре¬
менно создаются необходимые предпосылки для коллективных форм
собственности и строительства социализма.
В этом плане борьба за конституцию уже не может рассматривать¬
ся как линия действия, которая в определенный момент может поте¬
рять перспективу. В «Основных положениях программного заявления
Итальянской коммунистической партии» говорится: «Есть основания
утверждать, что республиканская конституция, отличаясь от конститу¬
ции социалистического характера как по своему социальному содержа¬
нию, так и тем, что она не предусматривает демократию, непосредственно
основывающуюся на производственной базе, конкретно признает, од¬
нако, за трудящимися право на участие в управлении государством и вы¬
двигает ряд условий, которые в случае их осуществления будут содей¬
ствовать этому участию и позволят значительно продвинуться вперед
на пути преобразования национального общества в социалистическом
направлении» 3.
В этой же плоскости была поставлена проблема борьбы за власть.
«Основываясь на развитии международного и внутреннего положения,
Коммунистическая партия подтверждает свою позицию, заявляя, что в
Италии существуют условия, необходимые для того, чтобы в рамках кон¬
ституционного строя рабочий класс смог организоваться в господствую¬
щий класс, сплотив вокруг своей программы социалистического пре¬
образования общества и государства преобладающее большинство
народа» 4.
Таким образом, завоевание рабочим классом и его союзниками по¬
литической власти, завоевание диктатуры пролетариата определялось
здесь как кульминационный пункт, как качественный скачок в последо¬
вательном процессе, в ходе которого рабочий класс не ждет часа рево¬
люции, а осуществляет ее повседневно, шаг за шагом, путем достиже¬
ния ряда демократических целей, которые по мере воплощения их
в жизнь способствуют достижению социалистических целей. Все это,
разумеется, рассматривается не как эволюционный процесс, а как
процесс революционного характера, требующий широкой и мощной
массовой борьбы, предполагающей возникновение острых политических
кризисов.
Следует подчеркнуть, что диалектическая связь между демокра¬
3 Там же, стр. 180.
4 Там же.
7. «Вопросы истории» № 9.

98
Л. Группа
тическими задачами, предусмотренными конституцией, и социалистиче¬
скими целями определяется тем обстоятельством, что конституция пред¬
ставляет собой следствие осуществления рабочим классом руководящей
роли в войне за освобождение, что именно рабочий класс возглавляет
борьбу за осуществление конституции. Тем самым устанавливается клас¬
совая преемственность между борьбой за демократические цели, преду¬
смотренные конституцией, и борьбой за социализм, определяющаяся
той ролью, которую играет ныне пролетариат в жизни итальянского об¬
щества. Без учета этого нельзя понять связи между демократической и
социалистической революциями. «Борьбу за демократию коммунисты
рассматривают как составную часть борьбы за социализм»,— говорится
в Заявлении Совещания представителей коммунистических и рабочих
партий, состоявшегося в Москве в ноябре 1960 года5.
XX съезд КПСС выдвинул тезис о том, что мирный переход к со¬
циализму возможен при условии, если он трактуется не как парла¬
ментский путь, осуществляемый посредством избирательных маневров,
а как переход, опирающийся на борьбу масс, настолько широкую и мощ¬
ную, что классовый враг лишается возможности перейти к вооружен¬
ному сопротивлению. Чем активней и последовательней ведет ИКП
борьбу за мирный переход итальянского общества к социализму, тем
больше возможности для пролетариата и его союзников изолировать
своего классового врага, закрыть ему путь к вооруженному сопротивле¬
нию и нанести ему поражение, если он все же прибегнет к такой форме
борьбы.
Определяя роль парламента и демократических институтов вообще
в жизни страны, ИКП исходит из того, что развитие демократических
институтов представляется возможным в качестве эффективной ба¬
зы такого строя, который, парализуя подрывные действия монополи¬
стических групп и расшатывая фундамент их власти, идет вперед, к
социализму. Система местных органов самоуправления и децентрализа¬
ция могут и должны развиваться, с тем чтобы удовлетворить в опреде¬
ленной степени требования о самоуправлении и непосредственной де¬
мократии, не нанося при этом ущерба, а, напротив, способствуя про¬
цессу укрепления демократического единства Италии. Парламентский
строй, уважение принципа свободного волеизъявления большинства,
указанный конституцией метод обеспечения свободного и демократиче¬
ского формирования большинства — все это не только совместимо с про¬
ведением в жизнь глубоких социальных реформ, но и облегчает и обес¬
печивает в нынешних условиях завоевание большинства населения
партиями рабочего класса, способствует развитию связей и сотрудниче¬
ства с другими общественными политическими силами и приходу к вла¬
сти новых классовых сил, среди которых рабочий класс был бы ре¬
шающей силой. «Парламент может и должен играть активную роль
как в демократическом и социалистическом преобразовании страны, так
и в новом, социалистическом обществе при условии, что наряду с ним
смогут и обязательно будут развиваться формы непосредственной де¬
мократии, обеспечивающие дальнейшее развитие и превосходство социа¬
листической демократии»6.
Из такой постановки вопроса, при которой центральное место за¬
нимает борьба против монополий, увязанная с борьбой за социалисти¬
ческие цели, вытекает также наша концепция союза рабочего класса с
другими социальными слоями, угнетаемыми монополиями и заинтересо¬
ванными в борьбе с ними.
В процессе монополистической концентрации, обостряющей лроги-
5 «Программные документы борьбы за мир, демократию и социализм». М. 1961,
стр. 72.
6 «Материалы VIII съезда Итальянской коммунистической партии», стр. 181—182,

Стратегия и тактика Итальянской коммунистической партии
99
воречия итальянского общества, все более широкие социальные слои мо¬
гут явиться потенциальными союзниками рабочего класса в борьбе про¬
тив монополий. Отсюда то внимание, которое уделяет ИКП работе в
массовых крестьянских организациях, в организациях ремесленников,
мелких торговцев и предпринимателей. Отсюда то внимание, с которым
ИКП относится к специфическим требованиям этих слоев, стремясь
придать им прогрессивный характер и превратить в элементы общей
борьбы против монополий. Требования крестьянства, ремесленников,
мелких торговцев и предпринимателей отнюдь не являются, с точки зре¬
ния коммунистов, требованиями, которые рабочий класс намерен исполь¬
зовать лишь для достижения своих собственных целей. Требования
средних слоев не только поддерживаются рабочим классом, но стано¬
вятся его собственными, включаются в его политику как существенные
элементы антимонополистической борьбы, в которой рабочий класс вы¬
ступает в роли гегемона.
Отсюда вытекает ответ на вопрос, который неизбежно возникает у
представителей всех слоев, не принадлежащих к рабочему классу, но
проявляющих готовность последовать его призыву к участию в борь¬
бе против монополий: «А что же дальше?» Что же будет с нами, спра¬
шивают они, после того, как будет нанесено поражение монополиям
и итальянское общество вступит на путь осуществления социалистиче¬
ских преобразований? Отвечая на этот вопрос, коммунисты учитывают
вес этих слоев населения в итальянском обществе, то обстоятельство,
что рабочий класс сможет объединить вокруг себя большинство народа
только благодаря союзу с ним. Средние слои деревни и города должны
активно участвовать под руководством рабочего класса в строительстве
социализма; формы их производственной и торговой деятельности под¬
вергнутся в дальнейшем преобразованию на основе объективных зако¬
нов, действующих в период построения социализма, и достигнут новых,
кооперативных форм более высокого, социалистического типа, в пре¬
восходстве и преимуществах которых должны убедиться сами предста¬
вители средних слоев.
Стержнем политических союзов, за которые борются рабочий класс
и Коммунистическая партия, является единство с Итальянской социа¬
листической партией. Это единство представляет собой фундамент со¬
юзов, распространяющихся на социал-демократов, республиканцев и
другие демократические силы. Единство действий с социалистами лежит
также и в основе союза с трудящимися католическими массами, ко¬
торый, безусловно, имеет для ИКП решающее значение в борьбе про¬
тив монополий, за социализм.
IX съезд ИКП, состоявшийся в январе — феврале 1960 г., развивая
положения, выдвинутые VIII съездом, заявил: «Коммунисты не только
отклоняют лживое толкование, будто бы политика Итальянской коммуни¬
стической партии, направленная на соглашение с католическим миром,
является лишь орудием достижения ее целей; они подчеркивают причи¬
ны, которые лежат в основе этой политики.
Лозунг о соглашении с католическим миром не является для Италь¬
янской коммунистической партии одним из вариантов традиционной ком¬
мунистической тактики единого фронта, достигаемого благодаря дейст¬
виям снизу, которая осуществлялась в период между двумя войнами по
отношению к рядовым членам социал-демократии. Он специфически свой¬
ствен нашей стране и основывается на анализе движущих сил италь¬
янской революции, начатом Грамши, то есть на признании того обстоя¬
тельства, что католическая церковь и католическое движение дают в
Италии направление не только определенным звеньям рабочего клас¬
са, но и прежде всего значительной части крестьянства и тех средних
слоев, которые сегодня могут и должны, как таковые, принять участие
в построении нового общества. Так как победа социализма в Италии свя¬

100
Л. Группа.
зана с созданием более широкого и разнообразного блока сил, чем союз
рабочих и бедных крестьян, то и действия, направленные на обеспечение
соглашения с католическим миром, следует рассматривать как один из
аспектов итальянского пути к социализму, как длительную перспективу
единой борьбы и союзов не только с католическими народными массами,
но также и с их организациями» 7.
IX съезд ИКП подвел итоги трех лет работы на основе курса, сфор¬
мулированного VIII съездом, и констатировал, что партия укрепила за
это время свое единство и достигла более высокого уровня зрелости. Под¬
твердив программное заявление, принятое VIII съездом, IX съезд разра¬
ботал ряд моментов политики партии, уточнил, каким образом должны
осуществляться стратегические задачи в конкретной деятельности партии,
в различных условиях отдельных областей страны и в зависимости от тех
политических и социальных сил, с которыми взаимодействует рабочий
класс. IX съезд ИКП подтвердил и развил основные положения преды¬
дущего съезда относительно тесной связи борьбы за экономические и со¬
циальные реформы с борьбой за политическую власть.
В 1956 г. VIII съезд ИКП выдвинул в качестве политической целя
всей нации образование демократического правительства трудящихся
масс, способного провести такие реформы, которые могут направить раз¬
витие Италии по пути социализма, но в то же время указал, насколько
ошибочно представление, будто сейчас, до создания такого правитель¬
ства, невозможно в результате борьбы добиться проведения целого ря¬
да реформ. Более того, в ходе проведения определенных реформ может
быть подготовлена почва для создания демократического правитель¬
ства трудящихся масс. IX съезд провел дальнейшую разработку поли¬
тической тактики, с помощью которой рабочий класс может приблизить¬
ся к цели создания демократического правительства трудящихся масс.
Съезд указал, что линия борьбы за такое правительство проходит че¬
рез создание нового, демократического большинства, которое было бы
способно сместить влево политическую линию правительства и дать
трудящимся возможность приблизиться к руководству политической
жизнью страны. Создание нового большинства в парламенте нельзя
понимать как цель, к которой следует стремиться лишь посредством
парламентских выборов. В нынешних условиях можно добиться возник¬
новения нового парламентского большинства, способного обеспечить
государству демократическое руководство в ходе повседневной полити¬
ческой и профсоюзной борьбы, защищая и укрепляя единство действий
с социалистами, осуществляя единство действий с трудящимися социал-
демократами и католиками, создавая местные органы власти под ру¬
ководством демократических сил, приводя в движение народные массы
в защиту демократических свобод, за социальный прогресс страны.
На съезде были подчеркнуты новые задачи, которые возникли перед
итальянским рабочим классом и перед рабочим классом всей капи¬
талистической Европы в связи с империалистическими планами так
называемой «интеграции» западноевропейской экономики. В рамках
капиталистических производственных отношений этот процесс приво¬
дит лишь к росту монополистической концентрации и усилению господ¬
ства монополий.
Планам «интеграции» Европы рабочий класс противопоставляет
политику еще более тесного сотрудничества между его партиями и проф¬
союзами для лучшей координации стратегической и тактической линий,
которые должны проводить коммунистические партии в конкретных
условиях своих стран. Необходимость координации действий в связи
с новыми задачами побудила коммунистические партии капиталистиче¬
7 «IX съезд Итальянской коммунистической партии». М. I960, стр. 276—277.

Стратегия и тактика Итальянской коммунистической партии
101
ских стран Европы провести совещание в Риме в 1959 году. На сове¬
щании партии, поделившись опытом борьбы, выработали общую плат¬
форму действий, обогатившую их перспективы и давшую им возмож¬
ность усилить свою боеспособность.
Правильность политики проверяется на практике. Жизнь подтвер¬
ждает правильность политической линии ИКП. Так, например, резуль¬
таты борьбы трудящихся под руководством ИКП против монополий,
за социально-экономические реформы, которые ограничивают и подры¬
вают их власть, выразились в том, что антимонополистический фро-нт
расширился, и вопрос о монополиях сейчас поставлен перед обществен¬
ностью Италии с такой силой, что самые различные политические груп¬
пировки вынуждены считаться с остротой этой проблемы.
Борьба крестьянства за занятие необрабатываемых латифундий и
за аграрную реформу принудила правительство разработать законо¬
проект о реформе. Законопроект носил ограниченный характер, и его
основная цель заключалась в том, чтобы разделить крестьянские мас¬
сы и открыть путь проникновению финансового капитала в сельское хо¬
зяйство. Заявив о своем принципиальном несогласии с этим законо¬
проектом, коммунисты развернули борьбу за удовлетворение требо¬
ваний крестьянских масс. Вопрос о проведении всеобщей аграрной ре¬
формы в Италии до сих пор остается открытым.
Борьба, которую вела Коммунистическая партия за возрождение
Юга, принудила правительство расширить капиталовложения в южных
районах. Разумеется, эти капиталовложения недостаточны, и, самое
главное, порочна программа их использования, ибо они предназнача¬
ются для того, чтобы открыть путь проникновению финансового капита¬
ла, и, следовательно, не разрешат, а еще больше обострят «южный
вопрос». Но, с другой стороны, это дало возможность поднять борьбу
за разрешение «южного вопроса» на более высокий уровень.
Вот еще один пример того, как можно в настоящее время эффек¬
тивно использовать в интересах трудящихся парламент. Когда после
многих лет крестьянских волнений представители ИКП в парламенте
подняли вопрос о медицинском обслуживании и об учреждении пен¬
сий для крестьян, правительство не могло не посчитаться с этим и было
вынуждено разработать соответствующий законопроект. Теперь кресть¬
яне пользуются, хотя и весьма ограниченно, системой медицинского об¬
служивания и пенсией. Это — важное демократическое завоевание.
Большой размах приобрела борьба за административную децен¬
трализацию государства на основе областного самоуправления и за из¬
брание областных советов, предусмотренных итальянской конституцией.
Исходя из конкретных проблем каждой области и из борьбы за их
разрешение, показывая, что административная децентрализация и со¬
здание органов областного самоуправления могли бы способствовать
разрешению этих проблем, коммунисты сумели организовать в стране,
в особенности в отдельных ее областях, движение за областную ав¬
тономию, объединяющее большинство населения, причем в ряде слу¬
чаев (например, в Умбрии) даже демохристианская партия не смогла
уклониться от участия в этом движении. В некоторых областях (Сици¬
лии, Сардинии, Валь д’Аоста и Альто Адидже), отличающихся специфи¬
ческими этническими и историческими условиями, была осуществлена осо¬
бая автономия. Коммунисты превратили здесь защиту принципов мест¬
ного самоуправления и успехи областной автономии в знамя, вокруг
которого объединилось все население этих областей в борьбе против
бюрократической централизации власти.
Активное участие в борьбе за областную автономию явилось од¬
ним из условий, позволивших Коммунистической партии и ее союзни¬
кам завоевать большинство в правительстве автономной области Валь
д’Аоста. Тысяча пятьсот муниципальных советов коммун и 20 провин¬

102
JI, Группи
циальных советов, возглавляемых коммунистами и социалистами, пред¬
ставляют собой .опорные пункты борьбы народных масс против моно¬
полий. Эти центры демократической административной власти проводят
б интересах народных масс мероприятия по социальному обеспечению,
развитию народного образования, облегчению налогового обложения.
Проводимая муниципальными советами политика планирования город¬
ского строительства направлена на ограничение частной спекуляции и
обеспечение трудящихся жилыми помещениями за сравнительно низ¬
кую квартирную плату. Борьба против закрытия заводов, против уволь¬
нения трудящихся неизменно находит поддержку со стороны муни¬
ципальных советов, возглавляемых левыми силами. Повсюду, где ведет¬
ся борьба в защиту демократических свобод, в ней неизменно самое
активное участие принимают мэры и муниципальные советники — ком¬
мунисты и социалисты. Таким образом, местные административные
органы служат опорными пунктами для народных масс в борьбе за
форсирование демократического развития Италии.
Подводя итоги развитию итальянского рабочего и демократическо¬
го движения за последние годы, мы убеждаемся в том, что, несмотря
на временные спады и значительные трудности, это развитие непрерыв¬
но шло по восходящей линии. Общая оценка результатов борьбы демо¬
кратических сил такова: народное движение, хотя и не остановило по¬
ка процесса концентрации экономической и политической власти моно¬
полий, ЕО всяком случае, сумело не только воспрепятствовать развитию
политической жизни в реакционном духе, но и сохранить открытым путь
демократического развития, расширить возможность борьбы рабочего
движения и углубить кризис, которым охвачена политика, подчиняю¬
щаяся интересам монополий.
Итальянская коммунистическая партия, получившая на выборах
1946 г. немногим более 4 млн. голосов, ныне собирает свыше 7 млн.
голосов. Число ее членов совместно с членами Федерации коммунисти¬
ческой молодежи достигает 2 миллионов. Левые силы, которые собра¬
ли на парламентских выборах 1948 г. около 8 млн. голосов, в настоящее
время пользуются поддержкой почти 11 млн. избирателей. Каждый чет¬
вертый итальянец голосует за коммунистов или социалистов.
Опыт Итальянской коммунистической партии подтверждает, что
борьба за мир — важнейшая задача современности — способствует рас¬
ширению лагеря демократических сил, изолирует монополистические
силы, в особенности когда она тесно и умело увязывается с борьбой за
демократию и за социальный прогресс. Борьба за мирное сосущество¬
вание представляет собой благотворную почву для развития классовой
борьбы в капиталистических странах, почву, на которой рабочий класс
может наиболее успешно продвигаться вперед.
Наш опыт подтверждает также, что, учитывая новое соотношение
сил, сложившееся на международной арене, и общее развитие рабо¬
чего движения, рабочий класс целого ряда стран имеет основания вы¬
двинуть программу мирного пути к социализму и может одерживать все
большие успехи на этом пути.
Наш опыт подтверждает, что чем прочнее единство международ¬
ного коммунистического и рабочего движения, тем успешнее отдель¬
ные партии, опираясь на международную солидарность и придержи¬
ваясь принципов пролетарского интернационализма, могут творчески
разрабатывать политическую линию, отвечающую конкретной обстанов¬
ке тех стран, в которых они действуют.

ИЗ ИСТОРИИ РАБОЧЕГО ДВИЖЕНИЯ НА КУБЕ
Б. С. Никиров
Кубинская революция, свергнувшая иго ставленника американских
монополий диктатора Батисты, и успешная борьба кубинского народа
под руководством правительства Фиделя Кастро за национальное воз¬
рождение, защиту завоеваний революции, против американского им¬
периализма и внутренней реакции показали народам слаборазвитых
и угнетенных стран путь к достижению.национальной независимости, к
освобождению от засилья иностранных монополий.
Высокое мужество, организованность и стойкость, проявленные ку¬
бинским народом и прежде всего трудящимися в борьбе против режима
Батисты, тесно связаны с героической историей этого маленького острова,
со славными боевыми традициями его рабочего класса. Кубинский про¬
летариат многократно демонстрировал еще во время долголетней кро¬
вавой борьбы против реакционного диктаторского режима Мачадо, в
классовых боях периода второй мировой войны и в послевоенные годы
неукротимый революционный дух и волю к победе.
В конце 30-х годов по инициативе и при участии Коммунистической
партии Кубы была создана единая демократическая профсоюзная ор¬
ганизация— Конфедерация трудящихся Кубы (КТК). Она объединяла
крупнейшие профсоюзные организации страны — профсоюзы рабочих
сахарной промышленности, табачников, портовиков, железнодорожников
и т. п. Важным моментом классовой борьбы кубинских рабочих стано¬
вилось отстаивание профсоюзного единства как необходимого условия со¬
хранения боеспособности рабочего движения в борьбе против капитали¬
стической эксплуатации и происков империалистической агентуры. В дан¬
ной статье рассмотрены некоторые вопросы борьбы трудящихся Кубы
за сохранение КТК в период 1944—1948 годов.
.★
Победы Советского Союза, одержанные в борьбе против фашист¬
ской Германии и ее сателлитов, вызвали бурный подъем демократическо¬
го и национально-освободительного движения во всем мире. На Кубе в
результате усиления борьбы народа за свои демократические права в
1944 г. пал режим военной клики генерала Батисты. Потерпев пораже¬
ние на президентских выборах, Батиста был вынужден эмигрировать в
США. К власти в стране пришла так называемая Кубинская революци¬
онная партия (аутентики), с момента своего создания (1934 г.) находив¬
шаяся в оппозиции к правительству. Партия аутентиков опиралась в
основном на мелкую и часть средней буржуазии, а также пользовалась
влиянием среди рабочих. Ее лидеры в демагогических целях обещали
народу добиваться экономической независимости Кубы, развивать на¬
циональную промышленность, строить торговый флот и т. д. Нередко они
выступали с общими декларациями, осуждавшими экспансию американ¬
ского империализма в странах Латинской Америки. Партия аутентиков
одержала победу на выборах, а ее глава доктор Грау Сан Мартин был

104
Б. С. Никиров
избран президентом страны. Однако на деле партия аутентиков ничем
не отличалась от других буржуазных партий и пользовалась доверием и
поддержкой правительства Соединенных Штатов Америки.
Во главе всех прогрессивных сил страны стояла Коммунистическая
партия Кубы, которая была создана в 1925 году. В 1944 г. партия
изменила свое название и стала называться Народно-социалистическая
партия Кубы (НСП). За годы второй мировой войны НСП выросла в
крупную силу, оказывавшую большое влияние на прогрессивные проф¬
союзные организации страны, на Конфедерацию трудящихся Кубы. Пар¬
тия активно участвовала в политической жизни. Она имела своих пред¬
ставителей в палате депутатов и в сенате.
Рабочий класс Кубы к концу войны насчитывал свыше миллиона
человек. Основной отряд трудящихся — рабочие сахарной промышлен¬
ности, находившейся под безраздельным контролем монополистического
капитала США, а также рабочие транспорта (железнодорожники, пор¬
товики и т. д.) —составлял более 600 тыс. человек.
Рабочие сахарной промышленности имели работу только 3—4 меся¬
ца в году — в период сбора и переработки урожая сахарного тростника.
Остальное время года они оставались без работы. Массовая хрониче¬
ская безработица в сахарной промышленности вызывала рост безработи¬
цы и в других отраслях экономики Кубы. На Кубе постоянно армия без¬
работных насчитывала примерно 500—600 тыс. человек.
Демократическое профсоюзное движение Кубы за годы войны ок¬
репло; основная масса рабочих сплотилась вокруг Конфедерации тру¬
дящихся Кубы, в которую входили рабочие, принадлежавшие к самым
различным политическим партиям: коммунисты, аутентики, республи¬
канцы и т. д.
Демократическое руководство исполкома КТК высказывалось за
единство профсоюзного движения в стране, считая, что КТК должна
объединять всех рабочих независимо от их политической принадлежно¬
сти. Осенью 1944 г. КТК предложила аутентикам, создавшим особый
аппарат для руководства профдвижением — «Рабочую комиссию», объ¬
единиться с КТК. Это предложение было принято, и руководители «Ра¬
бочей комиссии» вошли в состав исполкома КТК. В КТК вошли также
немногочисленные так называемые нейтральные профсоюзы. Созданный
под руководством КТК единый фронт профсоюзного движения страны,
несмотря на его рыхлость и постоянное стремление «Рабочей комиссии»
подорвать профсоюзное единство, внес большой вклад в развитие рабо¬
чего движения на Кубе.
Рабочие Кубы хорошо понимали значение профсоюзного единства.
Оно неоднократно помогало им успешно отражать атаки предпринима¬
телей и их агентов, направленные на снижение жизненного уровня тру¬
дящихся. Профсоюзное единство парализовало попытки реакции сокру¬
шить демократическое рабочее движение. Вследствие этого, придя к вла¬
сти, правительство аутентиков приложило все усилия, чтобы с помощью
находившегося в их руках правительственного аппарата захватить ру¬
ководство в КТК, разрушить профсоюзное единство кубинских трудя¬
щихся.
Период 1944—1948 гг. явился периодом бурной боевой активности
кубинского рабочего класса.
В годы второй мировой войны КТК добилась определенных успехов
в борьбе за улучшение положения рабочего класса. Был установлен ми¬
нимум заработной платы для рабочих ведущих профессий, КТК была
официально признана правительством и добилась права наряду с пред¬
ставителями правительства и предпринимателей принимать участие в
ежегодных переговорах с США о продаже сахара, которые являлись
важнейшим событием в экономической жизни страны (80% всего экс¬
порта Кубы составляли сахар и его производные). Предприниматели бы¬

Из истории рабочего движения на Кубе
105
ли вынуждены согласиться на выплату рабочим в конце каждого года
дополнительного вознаграждения (так называемого дифференциала) в
случае повышения цен на сахар.
В конце 1944 г. кубинские профсоюзы потребовали от предпринима¬
телей повышения заработной платы рабочим сахарной промышленности
на 40%. Предприниматели, ссылаясь на возраставшие осложнения на ми¬
ровом сахарном рынке, пытались уговорить профсоюзных лидеров отка¬
заться от предъявленных требований. По этому вопросу 4 января 1945 г.
в Гаване состоялось специальное совещание представителей Националь¬
ной ассоциации предпринимателей Кубы с участием Хозе Мануэля Каза¬
нова, Нестора Мендоса и др. совместно с представителями КТК: Лазаро
Пенья — ее генеральным секретарем, генеральным секретарем Нацио¬
нальной федерации рабочих сахарной промышленности (НФРС) Хесусом
Менендесом и др. К В ходе переговоров предприниматели категорически
отвергли требование профсоюзов о повышении заработной платы. В ответ
профсоюзы апеллировали к массам. В прогрессивной прессе были опуб¬
ликованы данные о росте доходов крупнейших сахарных компаний Ку¬
бы. Профсоюз рабочих сахарной промышленности Кубы опубликовал
специальный меморандум по этому вопросу. В дело срочно вмешалось
правительство. После длительного обсуждения вопроса правительство
приняло компромиссное решение «заморозить» заработную плату на
уровне 31 марта 1945 г. и одновременно объявило о «замораживании»
уровня квартплаты. О росте влияния демократического профсоюзного
движения на Кубе свидетельствовал также и тот факт, что первомай¬
ская демонстрация трудящихся 1945 г. в Гаване проходила под лозун¬
гами ктк2.
КТК являлась одним из самых активных и многочисленных членов
Конфедерации трудящихся Латинской Америки (КТЛА). В декабре
1944 г. на втором конгрессе КТЛА в городе Кали (Колумбия) генераль¬
ный секретарь Конфедерации трудящихся Кубы Лазаро Пенья был изб¬
ран членом исполкома КТЛА. КТК была представлена и на всемирной
Лондонской профсоюзной конференции в 1945 году. Ее представитель
принимал активное участие в работе комитета по выработке устава Все¬
мирной федерации профсоюзов (ВФП). С момента создания Всемирной
федерации профсоюзов Конфедерация трудящихся Кубы была ее актив¬
ным членом. Руководитель КТК Лазаро Пенья являлся вице-президен¬
том ВФП.
Возросшее влияние КТК и развитие демократического профсоюзно¬
го движения все больше беспокоили хозяйничавших в стране американ¬
ских монополистов и их кубинскую агентуру. В конце 1945 г. активизи¬
рует свою подрывную деятельность на Кубе Американская федерация
труда (АФТ). В течение многих лет она выступает как агент империа¬
листов в рабочем движении, стремясь расколоть и подчинить себе проф¬
союзное движение Латинской Америки. Еще до второй мировой войны
АФТ пыталась создать «желтое» объединение профсоюзов Латинской
Америки, так называемую Панамериканскую рабочую конфедерацию
(ПРАКО). Но эта затея не имела успеха. Профсоюзы стран Латин¬
ской Америки, объединившись вокруг Конфедерации трудящихся Латин¬
ской Америки, бойкотировали «детище» АФТ. В годы второй мировой
войны ПРАКО была окончательно похоронена. С целью раскола кубин¬
ского профсоюзного движения в Майами (Флорида) с 23 по 31 января
1946 г. АФТ провела специальное совещание по борьбе с демократиче¬
ским профсоюзным движением в Латинской Америке, возглавляемым
КТЛА. На этом совещании нелегально присутствовали лидеры «Рабочей
комиссии» аутентиков X. Аревало и Ф. Агирре (члены исполкома КТК),
1 «Notidas de Ноу», 5 января 1945 года.
2 «Notidas de Ноу», 2 мая 1945 года.

106
Б. С. Никиров
которые еще ранее вели секретные переговоры с Грином и другими руко¬
водителями АФТ о совместной борьбе против КТК3. В Майами Аревало
и Агирре обсуждали с лидерами АФТ меры по захвату «Рабочей комис¬
сией» руководства в КТК-
Исполком КТК, узнав о сепаратных, предательских действиях Аре¬
вало и Агирре, призвал их к ответу. На заседании Национального сове¬
та КТК раскольники были разоблачены и осуждены. Аревало и Агирре
были вынуждены каяться и заверять в своей лояльности и верности един¬
ству профдвижения страны4. Но это было лишь тактической улов¬
кой, к которой прибегли руководители «Рабочей комиссии» ввиду того,
что реальной силой в профсоюзах для открытой борьбы с КТК и ее де¬
мократическим руководством раскольники не располагали. В скором
времени они предприняли новый маневр для раскола профсоюзного
движения.
Пытаясь захватить руководство в КТК в свои руки, вожаки «Рабочей
комиссии» (Э. Мухаль, Ф. Агирре, X. Аревало и др.) предложили изме¬
нить структуру исполкома конфедерации: вместо генерального секрета¬
ря КТК создать секретариат из 5 человек, причем 3 места в секретариа¬
те раскольники требовали для себя. Исполком КТК отказался произве¬
сти реорганизацию за спиной Национального конгресса конфедерации.
Согласно уставу, только Национальный конгресс мог изменить структу¬
ру созданного им исполкома КТК5. Попытка аутентиков захватить ру¬
ководство в КТК в свои руки провалилась.
Кульминационным моментом борьбы за руководство профсоюзным
движением в стране явился период подготовки и проведения V Нацио¬
нального конгресса КТК.
С конца 1946 г. в профсоюзах Кубы развернулась борьба с расколь¬
никами по вопросу о выборах делегатов на V конгресс, который должен
был открыться 6 апреля 1947 года. Опираясь на поддержку предпринима¬
телей и местных властей, раскольники надеялись путем разнузданной
демагогии, запугивания и подлогов обеспечить большинство на конгрессе,
что позволило бы им захватить руководство в КТК- Мухаль и Агирре
заявили 8 марта 1947 г., что будущий генеральный секретарь Конфедера¬
ции трудящихся Кубы будет аутентиком6.
«Рабочая комиссия» стремилась представить свои подрывные дей¬
ствия против единства профсоюзного движения в стране как политиче¬
скую борьбу за руководство профсоюзами между аутентиками и комму¬
нистами. Она рассчитывала убедить сторонников партии аутентиков
в профсоюзах выступить на стороне «Рабочей комиссии».
Исполком КТК и ее генеральный секретарь Лазаро Пенья энергич¬
но разоблачали пропаганду раскольников. «...Мы защищаем и проводим
политику единства. Против нее выступают руководители так называе¬
мой «Рабочей комиссии» Кубинской революционной партии, которые по¬
лучают советы, деньги и поддержку от империалистической Американ¬
ской федерации труда с целью разрушить единство КТК...» — заявил
Лазаро Пенья 7.
Конфедерация трудящихся Кубы проводила большую разъясни¬
тельную работу среди рабочих. В централях *, на промышленных пред¬
приятиях и на плантациях были проведены многочисленные митинги,
на которых рабочие разоблачали маневры капиталистов и их прислуж¬
ников из «Рабочей комиссии».
25 марта 1947 г. генеральный секретарь НФРС ХесуС Менендес об¬
3 «Noticias de Ноу», 20 февраля 1946 года.
4 «Noticias de Ноу», 27 января и 2 февраля 1946 года.
5 «Noticias de Ноу», 17 мая 1947 года.
6 «Prenza Libre», 10 марта 1947 года.
1 «Noticias de Ноу», 7 марта 1947 года.
* Централь — кубинское название завода по переработке сахарного тростника.

Из истории рабочего движения на Кубе
107
ратился ко всем членам Национальной федерации рабочих сахарной
промышленности с открытым письмом, в котором разоблачал маневры
раскольников. Он писал: «...Сторонники раскола, агенты реакционных
промышленников и империалистов работают внутри некоторых проф¬
союзов с тем, чтобы разрушить единство рабочих, используя для этого
политические сектантские страсти и заношенный лозунг антикоммуниз¬
ма... Крупные иностранные предприятия финансируют реакционную
антикоммунистическую кампанию потому, что ее единственная цель —
разрушить КТК и нашу НФРС, разрушить профсоюзы и заключить в
тюрьму лучших защитников рабочих, чтобы не выполнять социальных
законов, не увеличивать заработную плату, не позволять, чтобы мы, ра¬
бочие, принимали участие в переговорах по продаже сахара, не вы¬
плачивать дифференциала в зависимости от максимальной цены на
сахар в течение года...» 8. На страницах прогрессивной прессы за един¬
ство профсоюзов высказались руководители всех крупнейших проф¬
союзов страны: сахарников, табачников, железнодорожников, портови¬
ков, электриков, музыкантов, учителей и т. д. Так, генеральный секре¬
тарь профсоюза рабочих сигарной промышленности в городе Консо-
ласьон дель Сур (провинция Пинар дель Рио) член партии аутентиков
Луис Маури, избранный делегатом на V конгресс КТК, заявил: «...Так
называемая «Рабочая комиссия»... вербует своих сторонников... среди
тех, кто выделяется своей ненавистью к единству пролетариата, кто не
разбирается в средствах для достижения целей, кто пытается расколоть
славную КТК— Своими махинациями «Рабочая комиссия» добилась то¬
го, что все рабочие считают ее организацией авантюристов на службе
у хозяев...» 9.
Подавляющее большинство рабочих, членов различных политиче¬
ских партий, в том числе и те, которые принадлежали к партии аутен¬
тиков, выступали против раскольников, за единство профсоюзного дви¬
жения в стране. К концу марта 1947 г. стало совершенно ясно, что рас¬
кольники потерпят на конгрессе полное поражение и что абсолютное
большинство профсоюзов страны выступает за единство КТК.
Маневры «Рабочей комиссии», направленные на то, чтобы отколоть
идущих за аутентиками членов профсоюзов от КТК и внести раскол
в конфедерацию, полностью провалились. Выборы на местах делегатов
на V конгресс КТК продемонстрировали отсутствие у раскольников ка¬
кой-либо серьезной опоры в рабочих массах: к апрелю 1947 г. в стране
было избрано 1 058 делегатов, из которых сторонниками «Рабочей ко¬
миссии» являлись всего 174 человека 10. Это свидетельствовало о полном
поражении раскольников в профсоюзах.
Понимая, что конгресс ничего хорошего им не сулит, руководители
«Рабочей комиссии» Мухаль и Агирре решили сорвать его открытие.
Агирре, который являлся членом мандатной комиссии КТК, повел так¬
тику саботажа и без всяких оснований и объяснений отказался при¬
знать сотни мандатов делегатов конгресса. Объясняя свою позицию,
Агирре откровенно заявил на заседании исполкома, что «американцы
заинтересованы в другом составе руководства КТК» и. Однако и эта
уловка не привела к желаемым результатам.
Приближалась дата открытия конгресса, сулившего раскольникам
полную изоляцию. Чтобы сорвать конгресс, раскольники из «Рабочей
комиссии» пошли на вооруженные провокации.
Второго апреля 1947 г. на заседании исполкома КТК был разору¬
жен генеральный секретарь «Рабочей комиссии» Сури Кастильо, пытав¬
шийся стрелять в делегатов.
8 «Noticias de Ноу», 25 марта 1947 года.
9 «Noticias de Ноу», 16 марта 1947 года.
10 «Noticias de Ноу», 6 апреля 1947 года,
11 Там же.

108
S. С. Никиров
Пятого апреля, накануне открытия конгресса, вооруженная группа
бандитов во главе с Сури Кастильо напала на помещение профсоюза
текстильщикО'В, где в этот .момент вручались мандаты делегатам кон¬
гресса от рабочих сахарных централей провинций Матансас и Лас
Вильяс. Нападающие открыли стрельбу; несколько делегатов было ра¬
нено, а один из них, Феликс Б. Палу Массблеоне, делегат конгресса от
профсоюза централя «Альмейда», был убит,2. «Рабочая комиссия»,
ссылаясь на организованные ею же инциденты, в тот же день потребо¬
вала у правительства отложить открытие конгресса. Министр внутрен¬
них дел Пекеньо охотно пошел на это и отменил открытие конгресса, на¬
значенное на 6 апреля.
В обстановке террора и провокаций Конфедерация трудящихся Ку¬
бы проявила высокую организованность и пролетарскую сознательность.
На предприятиях и в централях проходили массовые митинги, на кото¬
рых рабочие принимали резолюции протеста и требовали отмены запре¬
щения созыва конгресса.
К середине апреля стало очевидно, что планы «Рабочей комиссии»
добиться назначения генеральным секретарем КТК ренегата Агирре не
имеют шансов на успех. Провалились и различные проекты замены по¬
ста генерального секретаря секретариатом, в котором раскольники на¬
деялись получить большинство. Тогда «Рабочая комиссия» выдвинула
в качестве кандидата на пост генерального секретаря КТК генерального
секретаря профсоюза электриков, главу так называемых нейтральных
профсоюзов Анхеля Кофиньо 13. Тем самым «Рабочая комиссия» рассчи¬
тывала, во-первых, обеспечить себе поддержку так называемых незави¬
симых профсоюзов, а во-вторых, навязать делегатам конгресса видимость
«компромиссного» решения вопроса, хотя в действительности «нейтраль¬
ный» Кофиньо был послушным слугой хозяев и мало чем отличался от
Мухаля, Агирре и прочих вожаков «Рабочей комиссии». Пока шли пере¬
говоры, раскольники предприняли еще один провокационный маневр, на¬
правленный против самого мощного профсоюза страны — Националь¬
ной федерации рабочих сахарной промышленности. В конце апреля
1947 г. ими был инсценирован «конгресс НФРС», на котором якобы при¬
сутствовало 92 генеральных секретаря профсоюзных организаций
централей и более 200 делегатов V конгресса КТК (однако на просьбы
корреспондентов назвать имена этих «генеральных секретарей» и «де¬
легатов» Сури Кастильо ответил отказом). Этот «конгресс» принял ре¬
шение снять Хесуса Менендеса с поста генерального секретаря НФРС 14.
Хесус Менендес немедленно выступил с разоблачением этого маневра
«Рабочей комиссии». Его поддержали члены исполкома НФРС и проф¬
союзы централей страны. Пленарная ассамблея НФРС подавляющим
большинством голосов исключила Сури Кастильо из федерации как
«шантажиста и предателя». Это решение было поддержано представи¬
телями централей и других организаций, входящих в НФРС и прибыв¬
ших в Гавану на V конгресс КТК 15.
В начале мая исполком КТК, опираясь на полную поддержку ра¬
бочих, решил проводить конгресс, не дожидаясь окончания работы ко¬
миссии министерства труда, созданной для проверки мандатов делега¬
тов конгресса.
Пятого мая 1947 г. в главном зале резиденции КТК Дворца труда
открылся V национальный конгресс Конфедерации трудящихся Кубы.
* На конгрессе присутствовало 1 403 делегата, представлявших
923 профсоюзных организации страны. Председательствовал на конгрес¬
се один из старейших профсоюзных деятелей страны, принимавший в
12 «Information», 6 апреля 1947 года.
13 «Diarîo de la Marina», 18 апреля 1947 года.
14 «Diario de la Marina», 30 апреля 1947 года.
15 «Notidas de Hoy», 6 мая 1947 года.

Из истории рабочего движения на Кубе
109
свое время активное участие в создании КТК, Рамон Леон Рентариа, С
докладом на конгрессе выступил Лазаро Пенья. Докладчик отметил за¬
воевания, достигнутые кубинскими рабочими за последнее время, ука¬
зал, что почти во всех отраслях промышленности рабочие добились по¬
вышения заработной платы, создания пенсионных фондов и т. д. Лазаро
Пенья заявил, что борьба за улучшение положения рабочего класса
должна продолжаться, так как параллельно с повышением заработной
платы происходит интенсивное падение реальной стоимости песо, что в
значительной степени сводит на нет достигнутое повышение заработков
рабочих. Далее Л. Пенья говорил о росте демократического движения
во всем мире и отметил, что его успехи сокрушают попытки реакционе¬
ров ослабить борьбу рабочего класса. Он подчеркнул, что империали¬
сты предпринимают драконовские меры против демократического проф¬
союзного движения; в США растет волна антирабочих актов, за послед¬
нее время в конгресс США было представлено 218 проектов антирабо¬
чих законов и т. д. Активно включилась в эту кампанию и АФТ, стре¬
мившаяся разрушить прогрессивную профсоюзную организацию трудя¬
щихся Латинской Америки — КТЛА. К числу подрывных действий АФТ
относятся и действия «Рабочей комиссии» на Кубе, направленные па
раскол КТК.
Пенья сказал: «Противники единства КТК объявили нам войну во
имя интересов реакционеров и империалистов, являющихся врагами ра¬
бочего единства, стремящихся разрушить КТК и уже доказавших, что
для этого они готовы применить любые средства... Основным оружием
«Рабочей комиссии» в ее борьбе с КТК является ложь и клевета, ан¬
тикоммунистическая пропаганда...» ]6. Он отметил, что. как заявили чле¬
ны «Рабочей комиссии», «американское правительство предъявило пре¬
зиденту Грау ультиматум с требованием удалить коммунистов из руко¬
водства КТК, и, поскольку Грау не может этого сделать легальным пу¬
тем, это должна осуществить «Рабочая комиссия» 17.
Выступившие в прениях по докладу Лазаро Пенья делегаты кон¬
гресса единодушно осуждали действия раскольников и характеризовали
роль деятелей «Рабочей комиссии» как врагов рабочего движения и ла-
кеез империализма.
Во время конгресса раскольники с помощью правительства пред¬
приняли еще одну попытку осуществить свой ранее провалившийся план
захвата руководства в КТК.
По предложению президента Грау Сан Мартина в президентском
дворце было созвано совместное совещание руководства КТК, «Рабо¬
чей комиссии» и руководства так называемых нейтральных профсоюзов.
На этом совещании Грау Сан Мартин предложил реорганизовать секре¬
тариат КТК, заменить пост генерального секретаря специальным секре¬
тариатом из трех человек.
Пост генерального секретаря по связи с фабрикантами и правитель¬
ством Грау предложил Лазаро Пенья. Секретарем по о'ргвопросам пред¬
полагалось назначить Агирре. Пост так называемого секретаря-админи-
страторл предполагалось предложить Кофиньо.
Таким образом, план Грау Сан Мартина предусматривал переда¬
чу всех текущих дел конфедерации в руки раскольников. Л. Пенья от¬
верг это предложение, заявив, что без ведома конгресса и исполкома
КТК он эти вопросы решать не может. Он указал также, что Агирре и
Кофиньо не хотят работать в КТК; единственно, чего они добиваются,—
это разрушения конфедерации. Переговоры у президента не привели к
желаемым результатам 18. К этому времени закончил свою работу и
конгресс КТК.
16 «Noticias de Ноу», 7 мая 1947 года.
17 «Noticias de Ноу», 9 мая 1947 года.
18 «Noticias de Ноу», 7 мая 1947 года. -

110
Б. С. Никиров
Основным результатом V конгресса явилось осуждение действий рас¬
кольников м разоблачение их как агентов империализма в рабочем дви¬
жении, а также избрание нового состава исполкома КТК, целиком
сформированного из сторонников единства профсоюзного движения. Ге¬
неральным секретарем КТК был переизбран Лазаро Пенья. В состав
исполкома вошли Хесус Менендес, Рамон Леон Рентариа, Арселио
Иглесиас и другие — всего 54 человека 19.
В историю рабочего движения на Кубе V конгресс КТК вошел как
конгресс единства. Действительно, борьба против раскольников сплоти¬
ла рабочих, примыкавших к различным политическим партиям. Кон¬
гресс еще раз убедительно показал, что борьба раскольников против
КТК — это форма борьбы капиталистов против рабочих, проявление
классовой борьбы между трудом и капиталом. V конгресс КТК нанес
сокрушительное поражение раскольникам, от которого они в дальней¬
шем так и не смогли оправиться. Версия о том, что «Рабочая комиссия»
имеет массовую поддержку в профсоюзах, была похоронена окончатель¬
но. По итогам работы конгресса по всей стране, в централях, поселках,
на фабриках, в портах и т. д. прошли собрания профсоюзных организа¬
ций, которые одобрили решения V конгресса и осудили раскольников как
агентуру империализма в рабочем движении. В адрес КТК поступили
тысячи поздравительных телеграмм и писем от профсоюзов, муниципа¬
литетов, различных организаций и отдельных граждан.
В правительстве и в рядах раскольников царила паника и расте¬
рянность. После закрытия V конгресса КТК Агирре срочно вылетел в
Панаму для консультации с уполномоченным АФТ по Латинской Аме¬
рике Серафимо Ромуальди. Из Панамы, не заезжая на Кубу, Агирре от¬
правился в США для консультаций с лидерами АФТ20.
После поражения, понесенного раскольниками на V конгрессе, кра¬
ха их попыток захватить руководство в КТК с помощью раскола проф¬
союзных масс они стали на путь открытой борьбы с профсоюзным дви¬
жением методами шантажа и террора. В этом они нашли полную под¬
держку у правящей партии аутентиков и правительства.
3 противовес V конгрессу КТК раскольники организовали свой
«конгресс профсоюзов», который открылся 6 июля 1947 г. в Гаване под
председательством Мухаля 2l. Фамилии делегатов конгресса не сооб¬
щались. В зале конгресса сидели переодетые полицейские и солдаты.
Рабочие энергично разоблачали эту инсценировку раскольников. Напри¬
мер, после того как раскольники сообщили, что в «конгрессе» прини¬
мает участие представитель профорганизации централя «Виолетта»,
рабочие этого предприятия немедленно опровергли это сообщение и за¬
явили, что они никого не направляли на этот «конгресс»22.
На «конгрессе» генеральным секретарем марионеточной «Конфеде¬
рации грудящихся Кубы» был избран А. Кофиньо. Был избран и «испол¬
ком» «конфедерации», куда вошли лидеры раскольников Мухаль,
Агирре, и другие.
30 июля 1947 г. полиция на основании устного распоряжения ми¬
нистра труда Прио Саккараса заняла принадлежащий КТК Дворец
труда, который был построен на средства, собранные рабочими, и дли¬
тельное время являлся штаб-квартирой Конфедерации трудящихся Ку¬
бы. КТК заявила решительный протест президенту республики и потре¬
бовала отмены решения министра труда. Руководство КТК, кроме того,
подало в гаванский городской суд официальную жалобу на действия
Прио Саккараса. Однако протесты КТК против незаконного захвата по¬
19 «Noticias de Ноу», 10 мая 1947 пода.
20 «Noticias de Ноу», 22 мая 1947 года.
21 «Diario de la Marina», 7 июля 1947 года.
22 «Noticias de Ноу», 10 сентября 1947 года.

Из истории рабочего движения на Кубе
ш
мещения оказались безрезультатными. Правительство объявило о пере¬
даче Дворца груда марионеточной КТК во главе с А. Кофиньо. В ответ
на решение правительства по всей стране вспыхнули забастовки про¬
теста.
Захват Дворца труда положил начало широкой практике вооружен¬
ного захвата правительством помещений профсоюзных организаций,
поддерживавших КТК- Как правило, полиция захватывала помещения
профсоюзов и передавала их агентам «желтой», марионеточной КТК.
Правда, зачастую, как только полиция и солдаты удалялись, рабочие
вышвыривали вон этих агентов. Правительство, попирая конституцию,
начало подлинную войну против Народно-социалистической партии Ку¬
бы и КТК. Так, в провинции Ориенте (в городе Баньяс) начальник гар¬
низона лейтенант Мирабель совершил нападение на помещение город¬
ского комитета НСП, которое было разгромлено солдатами. Расколь¬
ники часто использовали в борьбе с КТК уголовные элементы, действо¬
вавшие в прямом контакте с полицией.
Характерен следующий случай. 31 августа 1947 г. профсоюз же¬
лезнодорожников «Унион» города Морон, провинции Камагуэй, должен
был проводить свою конференцию. Заранее стало известно, что группа
бандитов во главе с неким Сеперо намерена совершить налет на поме¬
щение профсоюза во время конференции. Руководство профсоюза офи¬
циально оповестило полицию о готовившемся налете и назвало фамилии
бандитов. 27 августа 1947 г. бандиты распространили листовки, в ко¬
торых угрожали расправой всем тем, кто явится на собрание проф¬
союза. После этого руководство профсоюза «Унион» вторично обрати¬
лось в полицию с письменной просьбой о защите, а копию этой просьбы
направило в г. Кахмагуэй, в провинциальное управление полиции и в ка¬
честве доказательства приложило листовки с угрозами бандитов. 31 ав¬
густа 1947 г. в 11 час. 30 мин. члены профсоюза пришли на собрание.
В помещении профсоюза находились присланные для охраны собрания
два отряда солдат под командованием офицера и шесть полицейских.
Несмотря на охрану, восемь вооруженных бандитов ворвались в здание,
разбили окна, мебель, картины, портреты. На глазах у солдат и полиции
бандиты пытались увести с собой председателя собрания, адвоката проф¬
союза доктора Луиса Сейгле, но рабочие дали им отпор и попытались
разоружить бандитов. Тогда солдаты и полицейские, спокойно наблю¬
давшие за действиями бандитов, немедленно пришли им на помощь и под
их охраной налетчики удалились из здания профсоюза 23.
Аналогичные нападения происходили и в других провинциях. Так,
например, з городе Сагуа де Гранде (провинция Лас Вильяс) бандиты
обстреляли помещение городской профсоюзной организации и ранили
рабочего Бонифасио Фернандеса 24.
Репрессии, которым подвергалась КТК со стороны «желтых» проф¬
союзов и властей, были тесно связаны с антикоммунистической
кампанией, развязанной Соединенными Штатами. 2 сентября 1947 г. на
межамериканской конференции министров иностранных дел в Рио-де-
Жанейро был подписан так называемый договор о взаимной помощи,
который не только обязывал латиноамериканские страны участвовать
в войне на стороне США независимо от того, в какой части земного ша¬
ра она разразится, но и санкционировал в завуалированной форме во¬
оруженную интервенцию США в латиноамериканские страны. Статья
шестая договора предусматривала «оказание взаимной помощи странами
Америки» на случай агрессии, которая «не является вооруженным напа¬
дением»: под этим подразумевалось не что иное, как национально-осво¬
бодительное движение. Вместе с тем правительство США прибегло к
23 «Notidas de Ноу», 2 сентября 1947 года.
24 «Noticias de Ноу», 5 сентября 1947 года.

! 12
Б, С. Никиров
грубому давлению на страны Латинской Америки, в частности на Кубу,
с целью заставить их правящие круги вести более энергичную борьбу с
прогрессивным демократическим движением. 8 августа 1947 г.,президент
США Г. Трумэн подписал закон об изменении квоты на импорт сахара.
По этому закону квота Кубы на ввоз сахара в США снижалась с 43 до
28,6%. Кроме того, закон предоставлял право государственному секре¬
тарю США сокращать квоту страны, «которая не обеспечит справедли¬
вого отношения к гражданам Соединенных Штатов» 25. Сразу же вслед
за этим кубинские реакционеры перешли в решительное наступление
против демократического профсоюзного движения. Президент Грау Сан
Мартин отбросил маску «нейтрального судьи» и, выступая на партийной
конференции аутентиков в городе Пуэрта де Агуа Дульсе в начале сен¬
тября 1947 г., заявил о полной поддержке правительством «желтой»
КТК, созданной в июне 1947 года26.
Реакционная пресса с радостью встретила это заявление Грау, Жур¬
нал «Картелес» поспешил истолковать его как объявление истинной
Конфедерации трудящихся Кубы вне закона 27. Правительство, как по¬
казали дальнейшие события, действительно готовило подобное распоря¬
жение.
11 октября 1947 г. был опубликован декрет министра труда, объ¬
являвший вне закона Конфедерацию трудящихся Кубы и передававший
все ее юридические права марионеточной, правительственной КТК28.
13 октября 1947 г. трудящиеся страны ответили на этот акт всеоб¬
щей забастовкой. Правительство бросило против забастовщиков поли¬
цию и войска. Было арестовано более тысячи человек, почти все члены
исполкома и актив КТК, среди них генеральный секретарь КТК Лазаро
Пенья, генеральный секретарь профсоюза НФРС Хесус Менендес и др.
Была закрыта радиостанция Народно-социалистической партии «Миль
Диес!»29. Арестованные лидеры профсоюзов объявили голодовку.
К тюрьме, где они находились, непрерывно направлялись делегации
трудящихся, выражая протест против действий властей и солидарность
с арестованными. Народно-социалистическая партия в конгрессе, в
прессе и по радио требовала немедленного освобождения всех аресто¬
ванных и отмены незаконного декрета министра труда.
Забастовка была поддержана профсоюзами других стран. Так,
профсоюз меховщиков США, входивший в КПП, обратился к президенту
Кубы Грау Сан Мартину с протестом против преследований КТК, потре¬
бовал отмены антирабочих мер и освобождения арестованных членов
профсоюзов.
Под давлением общественности правительство вынуждено было
27 октября освободить сначала 500 арестованных, а затем и всех
остальных30.
Переход к политике репрессий против Народно-социалистической
партии и демократического профсоюзного движения окончательно со¬
рвал маску с правительства аутентиков, обнажил его истинную роль
агента американских монополий, хозяйничавших на Кубе.
15 января 1948 г. было опубликовано распоряжение министра труда
Кубы о признании незаконными решений V конгресса Конфедерации
трудящихся Кубы. Одновременно правительство отпустило 800 тыс.
песо на создание аппарата «желтой», правительственной КТК31.
Капиталисты, и прежде всего владельцы сахарных централей,
25 «Cuba Economica у Financiera», ноябрь 1947 года.
2® «Informacion», 18 сентября 1947 года.
27 «Carteles», 18 сентября 1947 года.
28 Сообщение агентства «Ассошиэйтед Пресс» от 15 октября 1947 года.
29 «Infomacion», 15 октября 1947 года.
30 «Daily Worker», 28 октября 1947 года.
31 «Ее Pais», 22 июля 1947 года.

Из истории рабочего движения на Кубе
ИЗ
стремились использовать объявление КТК вне закона для того, чтобы
лишить рабочих достигнутых ими ранее завоеваний. Ассоциация вла¬
дельцев сахарных централей Кубы поставила перед правительством во¬
прос о необходимости снижения заработной платы рабочим, мотивируя
это ухудшением конъюнктуры на мировом рынке сахара. Правительство
немедленно согласилось с предложением сахарозаводчиков.
Кроме того, монополисты и правительство попытались лишить ра¬
бочих причитавшегося им дифференциала. По официальным данным,
дифференциал за 1947 г. составил 22 млн. долларов. Однако в декабре
1947 г. министерство труда Кубы объявило о том, что к рождеству рабо¬
чим будет выплачен дифференциал только в размере 3 млн. долларов.
Национальная конфедерация рабочих-сахарников призвала рабочих
к забастовке. Работа на централях и плантациях была парализована.
Правительство и сахарозаводчики начали переговоры с конфедерацией.
Переговоры закончились 27 декабря 1947 г. половинчатым соглашением,
которое не удовлетворило рабочих. Правительство и сахарозаводчики
были вынуждены согласиться на сохранение в 1948 г. заработной платы
рабочим сахарной промышленности на уровне 1947 года. Вопрос о пол¬
ной выплате дифференциала, однако, не был решен, и рабочие продол¬
жали бастовать32.
Глава «желтой», правительственной федерации рабочих-сахарников
Сури Кастильо, ссылаясь на соглашение от 27 декабря, призвал рабочих
немедленно начать работу на плантациях33. Однако его призыв не на¬
шел отклика. Забастовка рабочих сахарной промышленности продолжа¬
лась.
Трудящиеся Кубы были на стороне бастовавших сахарников.
3 января 1948 г. в Центральном парке Гаваны состоялся многочисленный
митинг в поддержку забастовщиков. Митинг принял резолюцию, в кото¬
рой выдвигалось требование полной выплаты дифференциала34.
Реакция, взбешенная стойкостью и организованностью кубинского
пролетариата, открыто требовала расправы с руководством НСП и КТК.
Глава Национальной ассоциации предпринимателей Кубы М. Казанова
на страницах печати клеветал на генерального секретаря НСП Блас
Рока, утверждая, будто бы он дал приказ рабочим поджигать сахарный
тростник, чтобы уничтожить урожай 1948 года35. 5 января 1948 г. делега¬
ция сахарозаводчиков во главе с Казанова посетила президента Грау
и категорически потребовала расторжения соглашения от 27 декабря
1947 г. о сохранении уровня заработной платы рабочим-сахарникам.
Вечером 5 января Казанова выступил по гаванскому радио с клеветой
на генерального секретаря НФРС Хесуса Менендеса, обвиняя его в
стремлении разрушить экономику Кубы. Буржуазная пресса как по
команде начала травлю Хесуса Менендеса и других руководителей
НСП и КТК36. 7 января 1948 г. Хесус Менендес выступил с ответом Ка¬
занова, в котором он разоблачил маневры сахарозаводчиков. Менендес
показал, что правительство, ссылаясь на отсутствие средств, не увели¬
чивает заработную плату рабочим, не выплачивает полагающегося им
дифференциала за 1947 год. Вместе с тем оно нашло средства для вы¬
платы сахарным компаниям в виде премий за 1947 год более 41 млн.
долларов37.
Пролетарская Куба верила Менендесу. Забастовка продолжалась.
Тогда реакция решила расправиться с лидером НФРС. Днем 22 января
32 «Noticias de Ноу», 28 декабря 1947 года.
33 «Noticias de Ноу», 2 января 1948 года.
34 «Noticias de Ноу», 4 января 1948 года.
35 «Siempre», 4 января 1947 года.
36 «Informacion», 6 января 1948 года.
37 «Noticias de Ноу», 8 января 1948 года:
8. «Вопросы истории» № 9.

114
В. С. Никиров
на железнодорожной станции города Мансанильо (провинция Ориенте)
депутат кубинского парламента, член Центрального комитета Народно¬
социалистической партии Кубы, генеральный секретарь Национальной
федерации рабочих-сахарников Хесус Менендес был убит выстрелами в
спину капитаном кубинской армии Касильяс-Думпти. На следующий
день после убийства X. Менендеса начальник генерального штаба ку¬
бинской армии генерал Перес Дамера сделал в президентском дворце
поразительное по своей наглости и цинизму заявление для прессы, в
котором полностью оправдывал это злодейское убийство. Затем Дамера
отправился в Мансанильо, где демонстративно сфотографировался с
убийцей. Характерно, что три дня спустя в прессе появилась фотография,
на которой генерал Дамера, президент Грау и посол США в Кубе Но-
руэб были засняты на банкете38.
Наглое убийство Хесуса Менендеса вызвало бурю возмущения у
трудовой Кубы. По сахарным централям и другим предприятиям стра¬
ны прокатилась волна митингов протеста. Представители Народно-со¬
циалистической партии в парламенте внесли на обсуждение сената во¬
прос о нарушении конституции начальником генерального штаба и
министром внутренних дел. Однако сенаторы-аутентики прибегли к
провокационному методу: в день обсуждения они не явились в сенат,
и, поскольку не было кворума, заседание не состоялось39.
Однако, несмотря на все свои усилия, несмотря на то, что их под¬
держивал весь государственный аппарат, лидеры «Рабочей комиссии»
не смогли взять под свой контроль профсоюзное движение Кубы. Не по¬
могли им и методы террора, к которым правительство аутентиков откры¬
то перешло в 1947—1948 годах. Рабочие убедились, что лидеры «Рабочей
комиссии», так же как и правительство аутентиков, являлись верными
слугами американских монополий и кубинской крупной буржуазии, тес¬
но связанной с монополиями США. Партия аутентиков теряла доверие
масс и начала быстро распадаться. Уже в 1947 г. из ее рядов вышли
наиболее радикальные члены, которые организовали оппозиционную
партию «ортодоксов». В дальнейшем процесс распада пошел еще
быстрее.
Несмотря на то, что аутентики объявили КТК вне закона и создали
правительственную «желтую» «Конфедерацию трудящихся Кубы»,
подлинная КТК и после ее запрещения продолжала жить и бороться.
Силы для борьбы она черпала в поддержке 'профсоюзов, в помощи широ¬
ких масс рабочих.
Неспособность аутентиков разгромить демократические профсоюзы
Кубы подорвала доверие к ним со стороны господствовавших на Кубе
американских монополий. В 1948 г. на политической арене Кубы вновь
появляется генерал Батиста, прибывший из США. Монополии вновь
делают ставку на открытую военную диктатуру. Батиста, имея большие
денежные средства, развернул интенсивную политическую деятельность,
группируя вокруг себя наиболее реакционные элементы. В 1952 г.,
свергнув правительство Прио Саккараса (министра труда в период
1944—1948 гг.), Батиста установил в стране военную диктатуру.
За семилетний период диктатуры Батисты (1952—1958 гг.) рабочий
класс и демократическое профсоюзное движение Кубы понесли тяжелые
потери. Была запрещена и подверглась преследованиям Народно-социа¬
листическая партия — авангард кубинского рабочего класса. Сотни и
тысячи профсоюзных активистов были расстреляны, замучены и бро¬
шены в тюрьмы. Запрещенная властями Конфедерация трудящихся
Кубы подверглась жесточайшим преследованиям. «Желтая» КТК во
38 «El Mundo», 25 февраля 1948 года.
39 «Noticias de Ноу», 25 февраля 1948 года.

Из истории рабочего движения на Кубе
115
главе с бывшим лидером «Рабочей комиссии» аутентиков Мухалем,
созданная по указке АФТ, активно сотрудничала с диктатурой Батисты.
Эта КТК объявила о выходе из рядов Конфедерации трудящихся Ла¬
тинской Америки и вошла в Межамериканскую региональную организа¬
цию трудящихся, состоящую в раскольнической Международной конфе¬
дерации свободных профсоюзов.
После свержения диктатуры Батисты демократическое профсоюзное
единство на Кубе было восстановлено. В ноябре 1959 г. X конгресс кон¬
федерации принял решение о выходе КТК из Межамериканской регио¬
нальной организации трудящихся, охарактеризовав ее как организацию,
находящуюся под контролем американских империалистов40.
Демократические кубинские профсоюзы играют огромную роль в
строительстве новой, народной Кубы. «Профсоюзы, чья главная и спе¬
цифическая функция состоит в том, чтобы представлять рабочих и
защищать их права и интересы, также являются частью сил, осуществля¬
ющих революцию и участвующих в экономическом развитии, индустри¬
ализации, вооруженной защите завоеваний революции, повышении куль¬
турного уровня, улучшении здравоохранения и т. п.»,41 — писал генераль¬
ный секретарь Народно-социалистической партии Кубы Блас Рока.
Трудящиеся Кубы полны решимости отстоять священное дело нацио¬
нально-демократической революции. Яркое свидетельство этому — по¬
зорный провал организованной правительством США весной этого года
преступной военной интервенции против свободной Кубы. На стороне
кубинского народа помощь и сочувствие могучей социалистической
системы и всего прогрессивного человечества.
40 См. «Правда», 24 ноября 1959 года.
41 «Political Affairs», 1961, № 1, p. 56.

ИСТОРИЧЕСКАЯ НАУКА В СССР
В отделении исторических паук АН СССР
и научных советах
ЧЕСТВОВАНИЕ АКАДЕМИКА А. М. ДЕБОРИНА
23 июня 1961 г. состоялось заседание Ученого совета Института истории АН
СССР, посвященное чествованию одного из старейших советских философов и истори¬
ков, академика Абрама Моисеевича Деборина в связи с 80-летием со дня рождения и
56-летием научной и педагогической деятельности.
Открывая заседание, директор института, член-корреспондент АН СССР
В. М. Хвостов поздравил юбиляра с высокой правительственной наградой — орде¬
ном Трудового Красного Знамени — и пожелал ему долгих лет жизни, здоровья и даль¬
нейших успехов в научной работе.
Вице-президент АН СССР, академик К. В. Островитянов зачитал поздрави¬
тельный адрес Президиума АН СССР, Отделения исторических наук и Отделения эко¬
номических, философских и правовых наук, в котором высоко оценивается научная и
общественная деятельность юбиляра. В приветственном адресе, в частности, говори¬
лось, что своими научными исследованиями по истории философии и общественной
мысли и критике реакционной буржуазной идеологии А. М. Дебории внес значитель¬
ный вклад в марксистскую философию и советскую историческую науку, также отмеча¬
лось большое значение активных выступлений юбиляра в защиту идей гуманизма,
дела мира, теории социализма, против идеологии империалистической реакции. Как
подчеркнул К. В. Островитянов, А. М. Дсборин, являющийся ветераном в области осве¬
щения проблем марксистской философии, всю свою деятельность постоянно связывает
с общественно-политическими задачами, стоящими перед нашей партией и социалисти¬
ческой Родиной.
Академик И. М. Майский посвятил свою речь характеристике Абрама Моисее¬
вича как человека, ученого и общественного деятеля. Он отметил, что юбиляр прошел
большой жизненный путь — от ученика приходской школы до известного ученого —
философа и историка, от участника революционного движения конца 90-х годов про¬
шлого столетия до общественного деятеля. Он пережил полицейские аресты, высылку,
годы эмиграции в Германии и Швейцарии. Он был лично знаком е В. II. Лениным,
Г. В. Плехановым, популяризировал марксизм-ленинизм, боролся против махизма. Пос¬
ле Февральской революции А. М. Деборин работал в Полтавском Совете рабочих и кре¬
стьянских депутатов, а после Октябрьской революции обучал и воспитывал молодые
советские кадры в Коммунистической Академии, университете имени Я. М. Свердлова,
Институте Красной профессуры, работал директором ряда философских институтов, за¬
местителем директора ИМЭЛ. академиком-секретарем Отделения истории и философии
АН СССР, являлся членом Президиума АН СССР. Юбиляр, заключает академик
И. М. Майский, успешно работает по сегодняшний день, создавая книги, которые
хорошо известны и с интересом читаются не только в Советском Союзе, но и за ру¬
бежом.
С теплой речью в адрес юбиляра выступил заместитель академика-секретаря От¬
деления исторических наук доктор исторических наук В. И. Ш у н к о в. Он отметил,
что А. М. Деборин, активно работая в области разоблачения реакционных политиче¬

Историческая наука в СССР
117
ских учений, в своих исследованиях поднимается до широких философских обобщений,
что делает его труды увлекательными и интересными, доступными широкому кругу·
советских читателей.
От Института философии ЛН СССР выступил профессор М. А. Д ы н н и к, зачитав¬
ший приветственный адрес юбиляру от коллектива сотрудников института. В адресе
особо отмечаются заслуги Абрама Моисеевича в области изучения истории философии
в новое и новейшее время.
От сектора новой истории и группы по изучению истории социалистических идей
к юбиляру обратился с приветствием профессор Б. Ф. Поршне в, отметивший, что
А. М. Деборин внес фундаментальный вклад в изучение истории социалистических
идей, истории философии и исторической мысли в новое и новейшее время.
От сектора новейшей истории юбиляра приветствовал ученый секретарь сектора
Л. П. Лавров. Он отметил, что Абрам Моисеевич в течение ряда лет работал заве¬
дующим этим сектором и оказывал своим коллегам большую помощь в разработке и
освещении основных проблем новейшей истории западноевропейских стран и стран
Америки.
Далее были оглашены поступившие в адрес юбиляра поздравительные телеграммы
от различных научных учреждений, редакций журналов и издательств, ряда ученых,
в том числе от Президента АН СССР М. В. Келдыша, академиков А. В. Топчиева,
Е. К. Федорова, К. В. Островитянова, В. П. Волгина.
В заключение выступил юбиляр, поделившийся с присутствующими воспомина¬
ниями о своем жизненном пути, революционной и научной деятельности. Особенно
большой интерес вызвали воспоминания А. М. Деборина о встречах с В. II. Лениным.
Жившие в бернской эмиграции русские марксисты обратились в 1903 г. к В. И. Ле¬
нину с просьбой прочитать доклад для Бернской группы содействия социал-демокра¬
тической партии. Н. К. Крупская известила членов группы письмом о дне приезда
Владимира Ильича в Берн. После встречи членами группы В. И. Ленина все отправи¬
лись в гостиницу на Рейхштрассе, где Владимир Ильич прочитал закрытый доклад о
втором съезде партии, затем публичную лекцию по аграрному вопросу. À. М. Деборн-
ну во многом помогли указания В. И. Ленина о методике и методологии исследова¬
тельской работы. Владимир Ильич, продолжал свой рассказ юбиляр, ознакомился с
книгой Деборина «О диалектическом материализме» и дал на нее ценные замечания.
Ленин знал также о работе А. М. Деборина над книгой «Введение в философию диа¬
лектического материализма», которая была закончена еще в 1908 г., но ввиду нало¬
женного на нее цензурой запрета вышла в свет лишь в 1916 г., когда В. Д. Бонч-Бруе¬
вич, руководивший в то время издательством «Жизнь и знание», принял рукопись к
печати. После Октября она была переиздана и служила учебным пособием по марк¬
систской философии для вузов.
Второй раз, вспоминает юбиляр, он встретился с Владимиром Ильичем в 1922 г.,
когда был основан журнал «Под знаменем марксизма», в редакцию которого А. М. Де¬
борин вошел как ответственный редактор. Для третьего номера этого журнала Влади¬
мир Ильич написал широко известную статью «О значении воинствующего материа¬
лизма». По указанию В. И. Ленина при журнале было создано общество воинствующих
материалистов-диалектиков, сыгравшее определенную роль в борьбе с реакционной
идеологией буржуазного мира.
В заключение Абрам Моисеевич выразил сердечную благодарность Коммунисти¬
ческой партии и Советскому правительству за высокую оценку его научной и общест¬
венной деятельности, поблагодарил всех присутствующих и выступавших за теплые
слова привета и пожелал славной советской науке дальнейшего прогресса и про¬
цветания.

118
Историческая наука в СССР
СЕССИЯ ОТДЕЛЕНИЯ ИСТОРИЧЕСКИХ НАУК
АКАДЕМИИ НАУК СССР, ПОСВЯЩЕННАЯ ПОЛЕВЫМ
ИССЛЕДОВАНИЯМ I960 года
В апреле сего года в Москве состоялись сессия Отделения исторических наук
АН СССР, пленум Института археологии и расширенное заседание Ученого совета
Института этнографии при участии Института истории искусств, посвященные итогам
полевых экспедиционных исследований 1960 года. В работе сессии приняли участие
свыше 800 ученых — этнографов, антропологов, археологов, фольклористов, искусство¬
ведов из академий наук всех союзных республик, ряда научно-исследовательских
институтов автономных республик и областей, вузов и музеев более 40 городов
страны.
В ходе сессии отчетливо проявились усиливающаяся из года в год координация
научных исследований между родственными по профилю научными учреждениями,
комплексное решение вопросов археологии и этнографии этнографами, археологами,
искусствоведами и фольклористами. Укрепившееся за последний год творческое со¬
дружество между Институтом этнографии АН СССР и Институтом истории искусств,
выразившееся в совместном проведении экспедиционных работ, позволило обоим учреж¬
дениям провести сессию совместно. Тесная координация научных исследований хоро¬
шо проявилась и в работе некоторых секций: секции народов Кавказа и Средней Азии
Института этнографии и Института археологии АН СССР работали совместно. Секция
фольклора и народного искусства отдельные заседания координировала с работой сек¬
ций славянской этнографии, народов Кавказа, народов Средней Азии, неславянских
народов Европейской части РСФСР (прибалтийских народов, народов Европейского Се¬
вера и Поволжья).
На сессии были обсуждены доклады, посвященные изучению закономерностей
развития человеческого общества на ранних, наиболее длительных этапах его раз¬
вития. Чл.-корр. АН Армянской ССР Б. Б. Пиотровский (Ленинград) выступил
с докладом «О характере закономерностей в истории культуры». Исследование и объ¬
яснение закономерностей в развитии культуры, отметил докладчик, возможны толь¬
ко на базе марксистско-ленинской теории. Попытки западноевропейских буржуазных
ученых установить эти закономерности не могли привести к удовлетворительным ре¬
зультатам, поскольку они либо распространяли на историю человеческого общества
законы естествознания (Э. Тэйлор), либо исходили из представлений о психологиче¬
ском единстве человечества и т. п. Марксизм-ленинизм учит, что развитие человече¬
ского общества происходит путем закономерной смены одного общественного строя
другим. Основной закон развития — соответствие определенного уровня производи¬
тельных сил характеру производственных отношений. А определенный уровень раз¬
вития производительных сил обусловливает определенный характер памятников куль¬
туры, часто весьма близких друг к другу» несмотря та, самостоятельное возникновение
на различных территориях. Развитие производительных сил определило также и зако¬
номерности развития основных форм производящего хозяйства — земледелия и ското¬
водства — с рядом общих ступеней, пройденных в эпоху энеолита населением Север¬
ной Африки, Южной Месопотамии и Передней Азии — от раннеземледельческих посе¬
лений до государственных образований.
Старший научный сотрудник К. Ф. Смирнов (Москва) в докладе «Особенно¬
сти общественного строя савроматов» проследил изменения в родовых и семейных
группах савроматов в начале железного века, постепенное нарастание в них социаль¬
ных и имущественных различий. По топографии могильников выделены районы рассе¬
ления отдельных родовых групп савроматов. Основой хозяйственной деятельности
савроматов, как показал докладчик, являлось скотоводство. Неравенство в распреде¬
лении скота должно было привести к разделению савроматов на отдельные общест¬
венные группы. Вместе с тем в савроматском обществе сохранялись такие архаичные
признаки родового строя, как «гинекократия»—пережитки матриархальных отноше¬
ний. Эти признаки получают все новые археологические подтверждения. Участие жен¬
щин в войне и охоте подтверждается находками оружия и конской сбруи в женских
погребениях; наличие в них же каменных жертвенников свидетельствует о значитель-

Историческая наука в СССР
119
яой роли женщин в отправлении культовых церемоний. Докладчик показал, что еще
с V в. до н. э. в савроматском обществе род распадался на большие и малые семьи,
заметно отличные друг от друга по своему имущественному положению. В эту эпоху
особенно усилилось значение военных дружин. Последние полевые исследования на
Илеке (Оренбургская область) привели к открытию типичных дружинных захороне¬
ний, где одновременно с вождем были погребены богатые вооруженные воины и осед¬
ланные кони. Разложение родового строя и образование родовых дружин особенно ин¬
тенсивно протекали у савроматов Южного Приуралья, где в IV в. до н. э. образовался
мощный союз кочевых племен.
С большим вниманием был прослушан доклад сотрудников лаборатории Ленин¬
градского отделения Института археологии — проф. С. И. Руденко, В. В. Артемь¬
ева, С. В. Бутом о, В. М. Дрожжина, E. Н. Романовой — «Радиоуглерод¬
ный метод определения абсолютного возраста». Авторы доклада отметили, что новей¬
шие достижения естественнонаучных дисциплин все более широко применяются в ар¬
хеологических исследованиях. Одним из наиболее эффективных является метод уста¬
новления абсолютного возраста археологических находок по содержанию радиоактив¬
ного углерода С 14, находящегося в веществах органического происхождения. Создан¬
ная в последние годы в Институте археологии специальная лаборатория в настоящее
время приступила к планомерной работе. Уже получены абсолютные даты для 38 архео¬
логических и геологических образцов в возрасте от 700 до 45 тыс. лет. В их числе —
древесина из 5-го Пазырыкскоио кургана на Алтае (результат 2 440 ± 50), уголь из
землянки эпохи бронзы из Кобяковского поселения в Ростовской обл. (2 850 ± 110),
обугленные злаки из нижнего слоя энеолитического поселения Квацхелла в Грузии
(4 760 ± 90) и др.
Интересным был доклад проф. М. П. Грязнова (Ленинград) «Курган как архи¬
тектурный памятник». Основные выводы докладчика сводятся к следующему.
Подобно тому, как в древности не строили городищ, а укрепляли свои поселения
оборонительной стеной (городища же представляли собой сглаженные временем следы
развалин этих поселений), так и курганы (круглые земляные холмы) не насыпались
над могилой. Над могилой строились или воздвигались различной формы и размеров
сооружения из земли, камня, кирпича, дерева и других материалов. Находимые ныне
курганы представляют собой сглаженные временем остатки разрушившихся надмогиль¬
ных сооружений. При раскопках кургана археолог должен не только открыть погре¬
бение, но и исследовать его как архитектурный памятник: обнаружить остатки
архитектурного сооружения, найти следы конструктивных деталей, с максимальной
полнотой восстановить первоначальный вид надмогильного сооружения. Работа в этом
направлении даст новый источник для изучения истории культуры прошлых эпох,
откроет в ряде случаев новый для нас вид созидательной деятельности древнейших
обществ.
В 1960 г. были расширены работы советских археологов за рубежом. Проф.
П. И. Б о р и с к о в с к и й, консультировавший полевые исследования вьетнамских
ученых, сделал сообщение о выдающемся открытии памятников каменного века в про¬
винции Тхань-Хоа. Здесь было обнаружено древнепалеолитическое местонахождение,
датируемое шелльским и ашельским временем. До этого древнейшими археологически¬
ми памятниками Вьетнама считались открытые французскими археологами Хоабинь-
ские пещеры, относящиеся к самому концу палеолита или к мезолиту. Исследования
в провинции Тхань-Хоа позволяют говорить о более раннем характере заселения Вьет¬
нама человеком и относить начало его к первым периодам нижнего палеолита. В той же
провинции открыты и успешно исследованы неолитические памятники нового, неиз¬
вестного прежде во Вьетнаме типа, и в их числе мастерская по обработке камня. Рас¬
копки показали наличие здесь хорошо выраженного культурного слоя развитого
неолита. Следует отметить, что ранее неолит во Вьетнаме был представлен только
пещерами и раковинными кучами. Наконец, значительные результаты дали разведки
пещер в Хоабинской провинции и в горном массиве Бакшон. Здесь открыты новые
пещеры с мезолитическими местонахождениями.
На сессии был заслушан также ряд докладов советских этнографов, выступив¬
ших по основным теоретическим вопросам этнографической науки и главным образом

Историческая наука в СССР
по вопросу об изучении процессов изменения социально-бытового и культурного укла¬
дов народов СССР в период развернутого строительства коммунизма.
Теоретический доклад чл.-корр. АН СССР С. Я. Тол сто ва (Москва) «Некото¬
рые проблемы всемирной истории в свете данных современной исторической этногра¬
фии» 1 был посвящен проблеме истории первобытного общества, истории бесписьмен¬
ных или младописьменных народов. Решение этой проблемы, отметил докладчик, мо¬
жет быть успешным гари условии использования всей совокупности исторических
источников, прежде всего этнографических материалов (то есть дашгых непосредствен¬
ного наблюдения жизни народов), археологических источников и для более позднего
периода — письменных памятников. С. П. Толстов особо подчеркнул, что опыт строи¬
тельства социализма в нашей стране, когда после Великой Октябрьской •социалистиче¬
ской революции ранее отсталые народы, сохранявшие многочисленные пережитки пер¬
вобытнообщинного строя, сделали гигантский шаг вперед и ныне активно строят ком¬
мунистическое общество, имеет большое значение для бывших колониальных народов,
вышедших сейчас на широкую арену мировой истории.
С. Д. Толстов выступил также с докладом «История освоения древней дельты
Сыр-Дарьи (по материалам Хорезмской археолого-этнографической экспедиции)». За
последние годы, отметил он, научные исследования этнографов все чаще приобретают
прикладное значение для практики народного хозяйства и коммунистического строи¬
тельства. Материалы экспедиционных работ позволяют этнографам внести ряд прак¬
тических рекомендаций по вопросам перестройки и подъема хозяйства, культуры и
быта народов СССР.
С. П. Толстов на основе материалов многолетних работ Хорезмской археолого¬
этнографической экспедиции поставил очень важный вопрос о реальных возможно¬
стях нового освоения и использования под земледелие обширных пространств земель
древнего орошения в области дельты Сыр-Дарьи. Он подробно охарактеризовал исто¬
рию развития ирригационной сети в этом районе в античный период, в средневековье
и новое время (XVII — начало XIX в.) и пришел к выводу, что в запустении земель
дельты Сыр-Дарьи играли роль не столько природные факторы, -сколько социально-
исторические причины. Поэтому в настоящее время новое освоение этой обширной
территории путем ее обводнения и орошения при помощи современных технических
средств может создать базу для развития крупных многоотраслевых хозяйств, соче¬
тающих возделывание зерновых культур с интенсивным стойловым животноводством
и посевами на поливных землях кормовых культур.
Ряд докладов был посвящен проблемам, отражающим процессы, характерные
для современного развития народов СССР.
В коллективном докладе Т. А. Ж д а н к о, В. К. ГардановаиБ. 0. Долгих
(Москва) «Основные направления этнических процессов у народов СССР» подытожи¬
вались материалы полевых исследований Института этнографии (прежде всего в Сред¬
ней Алии, на Кавказе и на Крайнем Севере). Авторы доклада основное внимание уде¬
лили важнейшему тезису В. И. Ленина о том, что в разрешении национального вопроса
целью социализма является не только уничтожение обособленности наций, но и их
сближение. На конкретном материале полевых исследований и переписей населения
СССР в докладе были охарактеризованы современные процессы этнического развития в
СССР, которые, по мнению докладчиков, протекают в основном по двум направлениям.
Одно из них характеризуется продолжающейся консолидацией и развитием социали¬
стических наций и народностей; второе отражает общий процесс все большего сбли¬
жения социалистических наций и народностей нашей страны на базе развития их
сотрудничества и дружеских интернациональных связей в области экономики, куль¬
туры и духовной жизни, на базе развивающихся общесоветских форм культуры и быта.
В докладе указывалось, что если процесс консолидации наций был особенно характе¬
рен для ранних этапов истории советского общества, вплоть до окончательной победы
социализма в нашей стране, то процесс их все большего сближения приобретает перво¬
степенное значение на современном историческом этапе, в период развернутого строи¬
тельства коммунизма, когда на основе всестороннего расцвета экономики и культуры
народов, братской, бескорыстной помощи более развитых наций (русской, украинской
1 Доклад будет опубликован в одном из ближайших номеров нашего журнала.

Историческая наука в СССР
12!
и др.) народам, отстававшим в своем экономическом и культурном развитии, создается
прочная основа для дальнейшего тесного сближения народов. В этом процессе сбли¬
жения важнейшую роль в настоящее время играет русский язык, который становится
вторым родным языком в ряде автономных республик и областей, являясь основным
средством общения между разноязычными коренными народностями этих республик.
Докладчики уделили много внимания чертам, характеризующим культурный облик
всех советских людей, независимо от их национальности. Эти черты, сложившиеся
в результате образования социалистической по содержанию культуры народов СССР,
заключаются в сознательном, коммунистическом отношении к труду, в культуре быта
и коммунистических принципах морали, в социалистическом реализме в области ли¬
тературы и искусства и т. д. Докладчики подчеркнули, чго в ходе дальнейшего раз¬
вития национальной по форме культуры народов СССР необходимо бороться против
проявляющегося еще иногда нигилистического отношения как к национальному, так
и региональному своеобразию культуры народов СССР, против недооценки трудовых
навыков, сложившихся в определенных природно-географических зонах, особенностей
бытовых укладов, художественных традиций и вкусов. Вместе с тем должна всемерно
осуждаться «фетишизация» и идеализация всех особенностей старой культуры и пе¬
режитков старого быта, в которых проявляются националистические тенденции.
С докладом «Современные течения в буржуазной этнографии» выступила канд.
ист. наук 10. П. Аверкиева (Москва)2. На примере состояния этнографических
исследований в США она показала идейный кризис буржуазной науки.
★
На пленуме Института археологии с докладом «Любеч — феодальный двор Мо-
номаха и Ольговичей» выступил академик Б. А. Рыбаков (Москва). Исследование
Любеча — города и замечательного феодального замка русского средневековья — осо¬
бенно важно, так как полная неизученность русских феодальных замков приводила к
ошибочным выводам в оценке русского феодализма вообще. При раскопках городища
открыт ряд слоев от эпохи бронзы до начала XX века. Основной слой замка отно¬
сится к последней трети XI — середине XII веков. Благодаря хорошей сохранности
потолочных перекрытий удалось установить наличие в замке зданий, имевших до
четырех этажей (дворцовые башни, башня-донжон, деревянная церковь). Сочетание
письменных и археологических данных позволяет считать строителем замка чернигов¬
ского князя Владимира Мономаха. Любечский комплекс впервые в истории русской
и славянской археологии позволяет представить облик богатого феодального замка XI в.
с его планировкой и размещением военных и хозяйственных объектов.
Проф. А. П. Смирнов (Москва) посвятил свой доклад новым данным о ранних
памятниках Волжской Болгарии. В докладе освещен важный вопрос о появлении на
Волге болгарских племен, сыгравших решающую роль в образовании древнейшего го¬
сударства Волго-KajMCKoro района — Волжской Болгарии. На основании открытых в
последнее время памятников на территории Ульяновской области, Чувашской и Та¬
тарской автономных республик можно утверждать, что болгары появились на правобе¬
режье Волги, вплоть до Северной Чувашии, не позднее IX века. Помимо собственно
болгарских памятников, открыты и отличные от них своеобразные памятники, свиде¬
тельствующие о разноплеменности и сложном составе болгарских орд. Докладчик
считает возможным говорить о наличии в них и славянского компонента, а также
остатков гуннских племен. К числу последних, по его мнению, относятся, например,
сувазы. Сами же болгары большинством источников отделяются от гуннов.
С дискуссионным докладом «Культуры с боевыми топорами в связи с пробле¬
мой формирования индоевропейских народов» выступил проф. А. Я. Брюсов (Мо¬
сква). Этот вопрос крайне важен как для историков, так и для лингвистов. В конце
неолита каменные сверленые боевые топоры распространились на огромной террито¬
рии от Рейна на западе до Вятки иа востоке и от Средней Скандинавии на севере до
Швейцарии на юге. Однако на всей этой огромной территории культуры с боевыми
2 В одном из ближайших номеров журнала Ю. П. Аверкиева выступит со статьей
па эту тему.

122
Историческая наука в СССР
топорами являются пришлыми. Вопрос же об исходной области таких культур, а
также о причинах и путях их экспансии до сего времени оставался открытым. Поэто¬
му особую важность приобретают собранные и систематизированные за последние го¬
ды факты, способствующие разрешению указанного вопроса. Докладчик отметил, что в
ряде северных культур с боевыми топорами на 1ерриториях СССР, Швеции, Дании и
Финляндии известны предметы, характерные для южнорусской катакомбной культу¬
ры, и на этом основании предположил значительное участие племен названной куль¬
туры в данной экспансии. Более южные западноевропейские и белорусские культуры
с боевыми топорами рядом черт связываются со среднеднепровской культурой и куль¬
турой шаровидных амфор. Естественнее всего предположить, отметил А. Я. Брюсов,
что исходной территорией распространения этих культур были южнорусские степи.
Причины продвижения южнорусских племен катакомбной и среднеднеировской куль¬
тур и культуры шаровидных амфор к северу и западу докладчик видит в давлении
племен срубной культуры с востока, а еще раньше — племен трипольской культуры
с юго-запада. Возможность далекого расселения скотоводческих племен к северу обу¬
словливается, по мнению докладчика, тем, что в конце неолита степи распространя¬
лись гораздо дальше на север, чем теперь. Территория распространения культур с
боевыми топорами в раннеисторическое время оказывается занятой племенами гер¬
манцев и балто-славян. Ввиду относительно позднего разделения языков этих групп
автор заключает, что племена культур с боевыми топорами представляли собой еще
не разделившихся германо-балто-славян.
Выступившие по докладу А. Я. Брюсова археологи (С. В. Киселев, О. Н. Ба-
д е р, Д. А. К р а й н о в, Е. В. П у з а к о в) и лингвисты (Н. С. Ч е м о д а н о в, Б. В. Г о р-
н у н г) отметили безусловный интерес поставленной проблемы и плодотворность все¬
стороннего исследования ее представителями различных дисциплин.
Итогам больших археологических раскопок в Прикамье был посвящен доклад
старшего научного сотрудника 0. Н. Бадера (Москва) «Основные проблемы истории
Прикамья в свете археологических исследований на новостройках». Этими исследо¬
ваниями была охвачена огромная территория от истоков Камы до устья Белой, на
которой открыто и изучено свыше 700 памятников. Древнейшие из них, например,
мустьерское местонахождение у Пещерного лога на Чусовой, позволили поставить во¬
прос о первоначальном заселении Урала человеком во второй половине ашельской
эпохи с территории Средней Азии или Кавказа. Раскопки позднепалеолитических
стоянок засвидетельствовали преобладание сибирских черт в культуре Урала этого
времени, об изоляции Урала от основной части Европы. Впервые в районе Камы от¬
крыты мезолитические стоянки, позволяющие говорить о продвижении сюда южных
этнических групп из Черноморско-Каспийской области. Эпоха неолита представлена
десятками стоянок, составляющих особую историко-культурную область, на базе ко¬
торой позднее развились местные культуры бронзового века: турбинская — на Сред¬
ней Каме и волосовская — на Нижней Каме и Средней Волге. Сотни исследованных
экспедицией памятников бронзового века дают возможность восстановить сложную
картину культурного взаимодействия во втором тысячелетии ряда племенных групп:
указанных местных и продвинувшихся в лесную зону балановской, срубной и аба-
шевской. К концу бронзового и началу раннего железного века относится ряд пере¬
ходных культур, на основе которых сформировалась известная ананьинская культура.
Изучение памятников последней привело к выделению новой, шестой группы племен
этой культуры, оставивших на Средней Каме поселения с обширными наземными
жилищами четырехугольной формы, с глинобитными очагами. Памятники более позд¬
ней, гляденовской культуры тоже подразделены на локальные группы. Экспедицией
изучена своеобразная культура Прикамья III—IX вв., а также культуры X—XV вв.,
■среди которых особенно интересна сылвенская культура камско-уфимского между¬
речья, территория которой в свете археологических и топонимических дашных являет¬
ся районом вероятной локализации Великой Венгрии. Интересные данные получены
экспедицией по изучению древней культуры коми. Раскопкам подверглись также древ¬
нерусские поселения Прикамья.
Исследования древнемонгольских городов, как указал чл.-корр. АН СССР С. В.
Киселев (Москва) в своем докладе «Древнеимоигольский город Хирхира», произьо-

Историческая наука в СССР
123
дятся ныне советскими и монгольскими археологами в МНР, Тувинской автономной
области и Забайкалье. Начиная с 1957 г. исследованию подвергся монгольский город
в низовьях р. Хирхира (Читинская обл.). Здесь удалось раскопать центральное зда¬
ние цитадели, ряд других зданий, остатки фортификационных сооружений и большой
курган вблизи города. При раскопках здания найдена монета династии Сун, такие
же монеты найдены и при исследовании других домов, имевших более простую кон¬
струкцию. В кургане на горе Окошки вблизи города обнаружены остатки трех очень
богатых, но сильно ограбленных погребений. В четвертом погребении, не подвергшем¬
ся ограблению, был открыт дощатый гроб, на котором лежали седло со стременами,
лук, узда и берестяной колчан со стрелами. В гробу сохранились остатки трупа маль¬
чика в шелковых одеждах и кожаных сапожках, с поясом, украшенным серебряными
бляхами, кошелечком с кресалами, плетью и серебряной чашей, на дне которой имеет¬
ся знак — сложная санскритская лигатура. Докладчик предполагает, что исследован¬
ный город был центром владений племянника Чингисхана — Исункэ.
Старший научный сотрудник Е. И. Крупнов (Москва) в основу своего докла¬
да «Новое в изучении истории Северного Кавказа» пололгил результаты многолетних
изысканий Северокавказской экспедиции, работающей при участии ряда местных на-
>чных учреждений республик Северного Кавказа, особенно на территории Чечено-Ин¬
гушской АССР и Северо-Осетинской АССР.
Исследованию подверглись ценные энеолитические памятники — как поселения,
так и курганы,— позволяющие на целое тысячелетие «удревнить» историю местного
населения и его связи с Закавказьем, с Западным Кавказом и со степными районами
Приазовья, Подонья и Нижнего Поволжья. В частности, наряду с собственно кавказ¬
скими элементами открыты элементы степных культур энеолита и раннего бронзового
века — древнеямной и катакомбной. Более поздние эпохи представлены рядом памят¬
ников развитого бронзового века и переходного периода от бронзового к раннему же¬
лезному веку. Из последних крайне интересно поселение у с. Сержень-Юрт, к востоку
от Грозного. Принципиально важными для средневековой истории и культуры чечен¬
цев и ингушей являются первые результаты археологического изучения высокогорных
районов, где обследованы памятники башенной архитектуры, домусульманские погре¬
бения и пр. Опыт сравнительного изучения памятников культуры Чечни и Ингушетии
приводит к заключению о глубокой общности и единстве материальной культуры обоих
так называемых вейнахских народов — чеченцев и ингушей, родственных по языку
и этнографически.
Ценные материалы получены по малоизученной проблеме северокавказского
средневекового города. Особый интерес представляют здесь раскопки огромного городи¬
ща Верхний Джулат в Северной Осетии. На городище установлено наличие мощного
аланского культурного слоя X — XII вв. с рядом кирпичных зданий. В числе послед¬
них — христианская церковь с характерными чертами византииско-русского церковно¬
го зодчества и несколько мусульманских зданий. На основании летописных данных
докладчик считает возможным сопоставлять городище Верхний Джулат со «славным
ясским городом Дедяковым». Помимо «его, экспедицией исследован еще ряд средне¬
вековых памятников Северо-Осетинской АССР и Карачаево-Черкесской автономной об¬
ласти. Одним из важных итогов работ экспедиции явилось освещение тысячелетних
связей народов Северного Кавказа е народами Юго-Восточной Европы.
Большое число докладов было обсуждено на секционных заседаниях. Всего ра¬
ботало восемь секций: секция каменного века, секция неолита и бронзового века, сек¬
ция раннего железного века, секция античной археологии, секция славяно-русской
археологии, секция нумизматики, секция Кавказа и секция Средней Азии (последние
две — совместно с этнографами). В докладах были представлены интересные резуль¬
таты сотен экспедиций, проведенных в 1960 г. археологами Москвы, Ленинграда, Кие¬
ва, Ташкента, Минска, Тбилиси, Еревана, Ашхабада, Казани и многих других городов
страны.
Ряд докладов был заслушан на расширенном заседании Ученого совета Институ¬
та этнографии АН СССР.
Так, канд. ист. наук Л. Н. Терентьева (Москва) в своем докладе «Полевые
исследования Института этнографии в области изучения современности» основное
внимание уделила тому новому, что характеризует работу по изучению процессов

124
Историческая наука в СССР
изменения социально-бытового и культурного укладов народов СССР в период раз¬
вернутого строительства коммунизма. Она показала, что исследования значительно рас¬
ширились как по объему, так и по тематике, большое место заняли исследования,
посвященные духовной культуре, вопросам развития коммунистического мировоззре¬
ния, процессам преодоления религиозных и бытовых пережитков. Изучалось население
не только отдельных населенных пунктов, колхозов и совхозов, но и целых районов
и областей. Эго способствовало разработке вопросов обобщающего характера.
В докладе канд. фил. наук И. А. Крывелева (Москва) «Вопросы изучения
религиозных пережитков и их преодоления» освещены некоторые методические сто¬
роны изучения проблемы. Докладчик подчеркнул, что исследование должно проводиться
в широком плане; внимание этнографа в первую очередь должно быть направлено на
изучение мировоззрения людей, на идеологическую сущность религии, на выявление
степени живучести традиционных религиозно-жультовых обрядов и праздников.
С интересом был прослушан доклад канд. ист. наук И. В. Маконецкого
«Опыт комплексного экспедиционного изучения искусства и быта русского населения
Восточной Сибири». Доклад был построен на материалах экспедиции, впервые про-
веденной Институтом этнографии совместно с Институтом истории искусств АН
СССР. Экспедиция изучала вопросы современной культуры среди сложного по про¬
исхождению и этническим связям русского населения Забайкалья (в основном среди
«семейских»),
О работе Тувинской археодого-эгнаграфнчешой экспедиции рассказал проф.
Л. П. Потапов (Москва). Много места в его докладе было уделено результатам
археологических раскопок курганов гуннского времени, давших богатый материал
для истории материальной культуры местного населения того времени.
С сообщением о предварительных итогах археологических раскопок в Халчаяне
(юг Узбекистана) выступила доктор ист. наук Г. А. Пугаченкова (Ташкент).
Материалы этих раскопок вносят большой вклад в изучение раннекушаяского ис¬
кусства.
Чл.-корр. АН СС€Р Д. А. Ольдерогге (Москва) рассказал о своей поездке
по новым государствам Африки — Сенегалу и Мали. Докладчик отметил огромный
интерес африканских народов к своей истории.
Доктор ист. наук М. Г. Левин (Москва) в докладе «Основные проблемы антро¬
пологии Японии», опираясь на обширный фактический материал, осветил вопросы
древней этнической истории Японии, до настоящего времени недостаточно изученные.
С. А. Арутюнов (Москва) в докладе «Этнографические наблюдения в Японии»
охарактеризовал современный быт японцев. Он отметил, что быт японцев в значитель¬
ной степени сохраняет свои национальные традиционные черты, наблюдающиеся почти
в равной степени во всех слоях общества. Однако конкретные формы проявления тех
или иных черт в разных группах населения неодинаковы. На примерах отдельных
элементов материальной и духовной культуры (жилище, одежда, религия) С. А. Ару¬
тюнов показал, что в тех случаях, когда происходит заимствование, в частности, евро¬
пейских черт культуры, во взаимоотношениях культур чаще преобладает синтез.
Работа семи этнографических секций (славянской этнографии, неславянских на¬
родов Европейской части ООСР, народов Сибири, антропологии, фольклора и народ¬
ного искусства, народов Средней Азии, народов Кавказа) свидетельствовала о значи¬
тельном расширении тематики по сравнению с предшествующими сессиями.
На секциях было поставлено много сообщений по всем основным направлениям
этнографической науки, что свидетельствует об успешных и широко проводимых в
СССР исследованиях в области этногенеза и этнической истории, антропологической
тематики, фольклористики, в области изучения народного искусства. В частности,
следует признать весьма удачными результаты изучения современных этнических про¬
цессов сотрудниками Кара-Калпакского филиала АН УзССР.
Содержательными были доклады, посвященные населению и искусству Башки¬
рии. Доклады и сообщения на секции народного искусства и фольклора отчетливо
показали возможность использования народных художественных традиций в современ¬
ном быту и художественной промышленности.
Особый интерес вызвала на секции Средней Азии серия докладов по сако-кушан-

Историческая наука в СССР
125
ской проблеме. Важность разработки данной проблемы подчеркивалась на XXV Между¬
народном конгрессе востоковедов. Большой размах работ по изучению истории куль¬
туры сакских племен позволяет сейчас поставить вопрос о целесообразности объеди¬
нения усилий скифологов и специалистов но археологии сакских племен Средней Азии.
Работа секций показала необходимость дальнейшего исследования вопросов, свя¬
занных с современной культурой и бытом народов СССР, религиозными пережитками,
в частности среди народов Сибири, народным прикладным искусством и др.
В резолюции, принятой на сессии, отмечены значительные успехи полевых ис¬
следований 1960 г. и важность их для разработки актуальных исторических проблем.
Особо подчеркнута активная деятельность местных научных учреждений, в том числе
краеведческих музеев. Сессия призвала к усилению координации комплексности
исследований, к совершенствованию их технической базы, к активной популяризации
научных знаний и постоянному усилению охраны памятников культуры, к расши¬
рению исследований в области зарубежной археологии и этнографии.
В. А. Александров, Н. Я. Мерперт
О РАБОТЕ АРХЕОГРАФИЧЕСКОЙ КОМИССИИ
ОТДЕЛЕНИЯ ИСТОРИЧЕСКИХ НАУК АН СССР
В апреле сего года исполнилось пять лет со дня организации Археографической
комиссии при Отделении исторических наук АН СССР. В состав ее входят крупней¬
шие специалисты в области археографии, источниковедения и других вспомогатель¬
ных исторических дисциплин. В комиссии 35 постоянных членов, которые представ¬
ляют основные научные учреждения страны, занимающиеся вопросами археографии:
академики И. М. Майский, С. Д. Сказкин, В. В. Струве, М. Н. Тихомиров, члены-кор¬
респонденты АН СССР Б. Г. Гафуров, А. А. Губер, Д. С. Лихачев, члены-кор¬
респонденты АН УзССР А. К. Боровков и Р. Н. Набиев, доктора наук Л. Г. Бескров¬
ный, С. Н. Валк, Э. Б. Генкина, А. А. Зимин, Б. Б. Кафенгауз, А. Д. Люблинская,
Ш. А. Месхиа, А. Н. Насонов, С. А. Никитин, А. А. Новосельский, E. Н. Сербина,
Н. А. Сидорова, 3. В. Удальцова, Н. В. Устюгов, Л. В. Черепнин, В. И. Шунков,
В. К. Яцунский, кандидаты наук Л. С. Хачикян, Е. Э. Гранстрем, В. В. Максаков,
В. И. Малышев, Д. А. Чугаев, Ф. П. Шевченко, М. В. Щепкина, научные сотрудники
И. А. Голубцов и Ю. 0. Бем. Руководство ее практической работой возложено на бюро,
в которое входят председатель (акад. М. Н. Тихомиров), два заместителя (А. А. Зи¬
мин и А. А. Новосельский), члены бюро (С. Н. Валк, II. А. Сидорова, 3. В. Удаль¬
цова, Д. А. Чугаев), ученый секретарь.
Археографические комиссии существовали и ранее. Еще в 1834 г. при Мини¬
стерстве народного просвещения была создана такая комиссия, занимавшаяся изда¬
нием славяно-русской литературы исторического содержания и государственно-юри¬
дических актов, а также организацией археографических экспедиций. С 1834 по
1917 г. комиссией было опубликовано значительное количество документоь
и материалов.
После Великой Октябрьской социалистической революции комиссия была
(в 1922 г.) слита с Постоянной исторической комиссией при Академии наук СССР.
В 1944 г. при Институте истории вновь была создана Археографическая комиссия.
Она просуществовала вплоть до 1948 года.
Функционирующая ныне Археографическая комиссия Отделения исторических
наук АН СССР, созданная в 1956 г., отличается от своих предшественниц. Ее основ¬
ными задачами являются: координация работы по изданию исторических документов,
по составлению правил издания исторических источников, терминологических сло¬
варей и словников-транскрипций имен и названий; издание «Археографического
ежегодника» как периодического органа комиссии; учет и выявление рукописных

Историческая наука в СССР
материалов в периферийных музеях и в частных собраниях; организация археогра¬
фических экспедиций для учета и сбора исторических материалов; организация об¬
щих собраний и сессий Археографической комиссии с постановкой научных докладов
по археографии и другим вспомогательным историческим дисциплинам; реставрация,
консервация и микрофильмирование исторических документов.
Большое внимание в своей деятельности комиссия уделяет изучению вопросов
археографии советского периода. За пять лет своего существования она' проделала не¬
малую работу в этой области.
Еще в декабре 1958 г. на общем собрании комиссии акад. М. Н. Тихомиров
поставил вопрос о состоянии изучения археографии советского периода. Он отметил
значительно возросший интерес к этой проблеме, которой стали заниматься не толь¬
ко академические и архивные учреждения, но и высшие учебные заведения, научные
учреждения СССР и ряда стран социалистического лагеря. Необходимо, в частно¬
сти, расширить, подчеркнул тогда М. Н. Тихомиров, изучение таких исторических
дисциплин, как палеография и историческая география конца XIX — начала XX века.
Важно значительно активизировать сбор материалов по истории Октябрьской рево¬
люции и гражданской войны, Великой Отечественной войны и социалистического
строительства. Следует уделить самое серьезное внимание собиранию и изданию мему¬
арной литературы, особенно воспоминаний видных деятелей Коммунистической пар¬
тии, без чего работа археографов советского периода нередко бывает затруднена.
Готовясь достойно встретить XXII съезд Коммунистической партии Советского
Союза, комиссия значительно расширила тематику научных докладов по советскому
периоду, было увеличено число статей по этим вопросам в «Археографическом еже¬
годнике». На одном из своих общих собраний комиссия обсудила «Правила публика¬
ции источников по истории советского общества», а также заслушала доклады Т. В. Ив-
ницкой «Особенности издания документов по истории рабочего класса СССР в 1918—
1920 гг.», В. В. Кузина «Значение археографии в преподавании истории СССР
периода социализма в высшей школе» и сообщение М. С. Селезнева «О методологии
советской археографии».
В число задач Археографической комиссии входит разработка проблем совет¬
ской палеографии. Начата работа над соответствующим пособием по этой вспомо¬
гательной дисциплине. В марте 1960 г. был заслушан первый доклад по советской
палеографии — «Знаки почтовой оплаты и штемпеля как исторический источник».
(А. Н. Дьяков). При комиссии будет создана группа по изучению марок и штемпелей,
которая должна поставить филателию на подлинно научную основу.
Важные вопросы, связанные с публикацией мемуарной литературы по совет¬
скому периоду, были подняты в докладе М. Н. Черноморского «Об изданиях совет¬
ской мемуарной литературы».
Организованные комиссией археографические экспедиции занимались изучением
и сбором документов по истории Октябрьской революции и гражданской войны.
Это далеко не полный перечень того, что сделала Археографическая комиссия
в области разработки проблем источниковедения советского общества.
Постоянный печатный орган комиссии «Археографический ежегодник» широко
освещает на своих страницах вопросы археографии, источниковедения и других
вспомогательных исторических дисциплин, содействуя дальнейшему развитию этих
отраслей науки. Вышло в свет три тома «Ежегодника» (за 1957, 1958, 1959 гг.).
К концу этого года читатель сумеет познакомиться с четвертым томом. Все они вы¬
ходят под общей редакцией акад. М. Н. Тихомирова. Каждая книга «Археографиче¬
ского ежегодника» делится на четыре основных раздела. В первый входят статьи
по вопросам археографии, источниковедения и других вспомогательных историче¬
ских дисциплин, второй состоит из обзоров архивных фондов, библиографических
обзоров, систематических обзоров документов. В третьем публикуются документы,
имеющие особо важное значение (они обычно снабжены комментариями), в четвер¬
том дается хроника. Последний том «Ежегодника» включает также раздел «Рецензии».
В первом томе «Ежегодника» заслуживают наибольшего внимания работы
В. Б. Кафенгауза о «Таможенных книгах XYIII в.» — важнейшем источнике для изу¬
чения внутреннего рынка и внешней торговли России XVIII в.; В. К. Яцунского,

Историческая наука в СССР
127
наметившего программу публикации источников по социально-экономической исто¬
рии России XVIII—XIX вв. («О выявлении и публикации источников по социально-
экономической истории России XVIII—XIX вв.»); С. М. Каштанова, опубликовавшего
хронологический перечень иммунитет-ных грамот XVI в.; В. А. Кондратьева «Из исто¬
рии издания документов о деятельности Советов рабочих депутатов 1905 г.».
Во втором томе опубликованы статья акад. М. II. Тихомирова о записях XIV
XVII вв. на рукописях Чудова монастыря, историографическая работа С. Н. Валка
«Русская Правда» в изданиях и изучениях XVIII — начала XIX вв.», открывающая
новый этап в исследовании этого крупнейшего памятника Древней Руси, краткий об¬
зор коллекции Г. В. Юдина в Государственном архиве Красноярского края (А. А. Пре¬
ображенский) и статья Б. И. Мусатова «Научно-публикаторская работа государствен¬
ных архивов Российской Федерации», рассматривающая деятельность архивов РСФСР
с 1918 г. до наших дней.
В третьем томе помещено продолжение работы С. Н. Валка о «Русской Правде»—
«Русская Правда» в изучениях и изданиях 20—40-х годов XIX в.». Обе статьи
С. И. Валка подводят итог деятельности ряда поколений русских и зарубежных уче¬
ных по исследованию данного памятника. Определенное значение для изучения соци¬
альной истории XVI в. имеет статья В. Б. Кобрина «Состав опричного двора Ивана
Грозного». Археографическая деятельность наших ученых в первые годы Советской
власти освещен а в статье В. А. Кондратьева и В. М. Хевролиной.
С 1959 г. в «Ежегоднике» начата публикация описания рукописей проф.
И. Н. Шляпкина (известного собирателя и исследователя древнерусской письменности),
которое составлено акад. В. Н. Перетцем.
В «Археографическом ежегоднике» за 1960 г. значительно расширяется число
статей по археографии советского периода. Читатель найдет здесь статью В. И. Бугано¬
ва «О некоторых приемах научного исследования статистических источников по мелкой
промышленности в работах В. И. Ленина в 1890-х годах», раскрывающую методы
изучения и обработки В. И. Лениным статистических материалов. Археографической
деятельности архивных органов будут посвящены статьи E. М. Тальман «Археографи¬
ческая деятельность Центрархива в 1920—30 гг.» и Д. М. Эпштейн «Археографиче¬
ская деятельность государственных архивов во время Великой Отечественной войны
(1941 —1945 гг.)». Акад. М. Н. Тихомиров печатает в томе публикацию уникальных
документов по древнейшему периоду истории России — «Забытые и неизвестные про¬
изведения русской письменности». Три славяновалашских грамоты XIV в. публикует
проф. Дамян Богдан (Румынская Народная Республика). Внимание историков привле¬
чет «Описание о бунтах 1730 и 1731 гг. в Константинополе», сделанное русским ре¬
зидентом И. Неплюевым (публикует Н. А. Смирнов).
Помимо «Археографических ежегодников», комиссия подготовила к изданию ряд
других публикаций. В этом году закончена работа над изданием памятника XIV в.
«Мерило праведное». Рукопись представляет собой свод важнейших византийских и
славянских юридических памятников. Она включает в себя наряду с другими докумен¬
тами «Закон судный людем» и «Русскую Правду». «Мерило праведное» печатается
фототипическим способом по древнейшему, так называемому Троицкому списку
XIV в., хранящемуся в Рукописном отделе Государственной библиотеки имени
Б. И. Ленина.
В 1961 г. выйдет в свет последний, четвертый том «Избранных произведений»
акад. Б. Д. Грекова. Этот том, издание которого осуществляет Археографическая ко¬
миссия, содержит не публиковавшийся в советское время капитальный труд «Новго¬
родский дом св. Софии».
Такова вкратце издательская деятельность комиссии за прошедшее пятилетие.
Большое значение в работе комиссии имеют ее общие собрания, которые обычно
проводятся один-два раза в год совместно с научной общественностью различных горо¬
дов нашей страны.
Первое общее собрание (октябрь 1956 г.) обсудило основные задачи и формы
работы Археографической комиссии. В июле 1957 г. были заслушаны и обсуждены
доклады по отдельным научным проблемам, а также вопросы состояния архивного де¬
ла в системе Академии наук СССР. Большой интерес вызвали доклады Б. Б. Кафен-

128
Историческая наука в СССР
гауза «Таможенные книги XVIII в.», Г. Е. Кочина «Терминологический словарь исто¬
рических памятников Древней Руси», И. М. Кудрявцева «Об археографических поезд¬
ках отдела рукописей Библиотеки имени В. И. Ленина», заместителя директора Архива
АН СССР П. Н. Корявова «Об упорядочении режима хранения и о научном использова¬
нии документальных материалов Архива АН СССР и его отраслевых архивов». В янва¬
ре 1958 г. состоялось общее собрание комиссии, посвященное итогам 1957 года. Оно
заслушало доклады Д. А. Чугаева «О публикации источников по истории Великой Ок¬
тябрьской социалистической революции», Б. И. Мусатова «Работа по публикации ар¬
хивных материалов в государственных архивах Российской Федерации», В. И. Шункова
«Археографические работы 1957 г.», М. Н. Тихомирова «Документы по истории зем¬
ского собора 1650 г.». К собранию была приурочена большая выставка публикаций
документов, осуществленных в 1957 году.
О втором собрании 1958 г., состоявшемся в декабре и посвященном вопросам со¬
ветской археографии, уже было сказано выше.
В октябре 1959 г. на общем собрании комиссии рассматривались проблемы изуче¬
ния палеографии. С докладами выступили М. Н. Тихомиров («О задачах изучения па¬
леографии») и Н. А. Сидорова («О задачах изучения палеографии по истории западно¬
европейского средневековья в СССР»). Собрание приняло развернутое решение по этим
вопросам.
Большой интерес вызвала научная сессия в Ереване (июнь 1960 г.), посвящен¬
ная вопросам археографии, палеографии и источниковедения. Она была организована
комиссией совместно с Научно-исследовательским институтом древних рукописей при
Совете Министров Армянской ССР — «Матенадараном». В работе сессии участвовали
также научные сотрудники Института истории АН СССР, Института рукописей АН
ГрузССР, Институтов истории и археологии АН АрмССР, Института народов Азии АН
СССР, Республиканского рукописного фонда Азербайджанской ССР, Ленинградского
государственного университета, Государственной библиотеки имени В. И. Ленина и Ар¬
хивного управления МВД AplmCCP. Было заслушано 23 доклада и сообщения, в том
числе доклады акад. М. Н. Тихомирова «Славянские отрывки в рукописях Матена-
дарана», действительного члена АН АрмССР А. Г. Иоаннисяна «О сборнике материалов
по истории армяно-русских отношений первой трети XVIII в.», кандидатов историче¬
ских наук Л. С. Хачикяна «Задачи советского армяноведеиня в области изучения и
публикации исторических памятников древней и средневековой Армении» и Е. П. Ме-
тревели «Зарубежные коллекции грузинских рукописей», докторов исторических наук
Н. А. Сидоровой «Французская школа хартий» и 3. В. Удальцовой «Новые данные
равеннских папирусов по социально-экономической истории Италии VI в.».
Итоги сессии обсуждались на заседании бюро Отделения исторических наук АН
СССР. Бюро приняло постановление, в котором отмечался положительный опыт сессии
в Ереване.
В октябре 1960 г. прошло общее собрание комиссии, посвященное вопросам со¬
ставления сводного каталога рукописей, хранящихся в СССР.
В общей сложности на своих заседаниях комиссия заслушала 22 научных докла¬
да и сообщения, охватывающих разнообразную тематику.
Особое заседание комиссия посвятила памяти выдающегося советского историка
акад. В. Д. Грекова.
В постановке и широком обсуждении насущных проблем на общих собраниях
с участием представителей научно-исследовательских учреждений, принятии согласо¬
ванных решений и заключается та координационная деятельность, которой занимается
комиссия в области археографии. Она проявляется и в организации совместных засе¬
даний, как это было, например, во время сессии в Ереване, или при обсуждений вопро¬
сов на заседаниях, устроенных совместно с работниками Литературного музея, Инсти¬
тута народов Азии АН СССР, Исторического музея и Библиотеки имени В. И. Ленина
(в связи с 850-летием памятника древнерусской литературы XII в. «Хождения игумена
Даниила» —май 1957 г.); работниками Института народов Азии АН СССР (посвящен¬
ное изданию восточных памятников — февраль 1960 г.); работниками Лаборатории
консервации и реставрации документов АН СССР (по вопросу о восстановлении потух¬
ших текстов — май 1960 г.).

Историческая наука в СССР
129
Многие вопросы, связанные с координацией работы в области археографии, ста¬
вились и разрешались на заседаниях Бюро комиссии. В 1957 г., например, Бюро со¬
вместно с представителями большинства научных учреждений, проводящих архео¬
графические экспедиции, рассмотрело и скоординировало планы предстоявших экспе¬
диций.
С 1958 г. Археографическая комиссия начала проводить научные экспедиции.
Были намечены две большие экспедиции: в Приморский край и в Бурятскую АССР.
Первая экспедиция (1958—1959 гг.), проводившаяся членами комиссии и сотрудни¬
ками Дальневосточного филиала АН СССР, обследовала фонды Государственного архива
и Краеведческого музея Приморского края, Партийного архива и Музея Военно-Мор¬
ского Флота во Владивостоке, фонды Государственного архива Хабаровского края и Ха¬
баровского краеведческого музея. При этом изучались документы периода гражданской
войны, иностранной интервенции и установления Советской власти на Дальнем Восто¬
ке, а также рукописные и старопечатные книги. Дирекция владивостокского Музея
Военно-Морского Флота передала в дар комиссии оригиналы партизанских газет 20-х го¬
дов, ряд документов предреволюционного периода, воззвания и листовки партийных
организаций края. Экспедиция составила список хранящихся в музеях и архивах Вла¬
дивостока воспоминаний участников гражданской войны на Дальнем Востоке. Члены
экспедиции провели предварительное обследование ряда районов края, проехав по марш¬
руту Владивосток — Уссурийск—Арсеньев—Чугуевка. При этом было обнаруже¬
но и приобретено более 20 ценных старопечатных книг и рукописей.
В 1959—1960 гг. Археографическая комиссия провела совместно с Бурятским
научно-исследовательским институтом Сибирского отделения АН СССР археографи¬
ческие экспедиции по Бурятской АССР. Бурятия — одна из малоисследованных в ар¬
хеографическом отношении областей нашей страны. Ознакомление с ее историей позво¬
ляло предположить наличие древних рукописей и старопечатных книг у местного на¬
селения. В некоторых селах Бурятии живут группы русского населения — потомки
старообрядцев, переселившихся в Забайкалье из европейских областей России еще во
второй половине XVIII века. В эти-то так называемые «семейские села» и выехала экс¬
педиция комиссии. В 1959 г. экспедиция носила скорее предварительный характер.
Тогда было приобретено несколько старопечатных книг и рукописей, а также состав¬
лена опись библиотеки рукописных и старопечатных книг, хранящихся в Бурятском
научно-исследовательском институте. В 1960 г. были приобретены у населения «се-
мейских сел» такие любопытные рукописи и книги, как «Сборник конца XVI — нача¬
ла XVII вв.», в числе статей которого имеется «Слово Максима Грека»; сборники
XVIII в., включающие «Житие Иоанна Новгородского», «Страдание Сидора Юрьев¬
ского», «Повесть о Вавилонском царстве», «Сказание о Иерусалимском свитке», «Но¬
вопрестольное евангелие», напечатанное в Вильно в типографии Мамоничей Петром
Мстиславцем (1575 г.), и другие.
Отчеты экспедиции обсуждались на заседаниях Археографической комиссии. На¬
учное описание собранных рукописей и книг будет публиковаться в «Археографиче¬
ском ежегоднике».
Большую помощь экспедициям оказали местные научно-исследовательские инсти¬
туты, советские и партийные организации, краеведы и любители книги. На них в
основном опирается комиссия в своей деятельности на местах. Немало помогли ей
также работники местной печати, освещавшие на страницах прессы ход работы экспе¬
диции и разъяснявшие местному населению ее цели и задачи.
Благодаря розыску книг, покупке их у населения и дарениям комиссия смогла
создать Научную библиотеку рукописных и старопечатных книг. С помощью Фунда¬
ментальной библиотеки АН СССР она создала также подсобную библиотеку современ¬
ной исторической литературы.
Научными сотрудниками комиссии ведется подготовка словников-транскрипций,
терминологических словарей, списков сокращений, описаний небольших рукописных
собраний и т. д. Готовится «Словник русской транскрипции историко-географических
названий по истории народов СССР» (до XVI века включительно) (Н. Б. Шеламанова).
Первая часть (до IX в.) уже близка к завершению. Заканчиваются «Сведения о неболь¬
ших собраниях славяно-русских рукописей в СССР» (А. И. Рогов). Указатель особенно
важен для исследователя, так как небольшие собрания в отличие от более значнтель-
9. «Вопросы истопии» N1 9.

130
Историческая наука в СССР
ных нередко ускользают от внимания, а среди них имеются весьма ценные материа¬
лы. Книга дает краткую аннотацию каждой рукописи, указывает местонахождение
собрания. В текущем году будет закончено составление «Списка сокращенных назва¬
ний книг, журналов, исторических обществ и учреждений, архивов, фондов» (готовит
II, А. Саморукова). Важной библиографической работой по палеографии («Библиогра¬
фический указатель работ по русской палеографии») занят В. Б. Павлов-Сильванский.
К XXII съезду КПСС комиссия готовит еще одну библиографическую работу — «Труды
по археографии, источниковедению и вспомогательным историческим дисциплинам за
1956—1961 гг.».
Основной задачей, которую ставит перед собой Археографическая комиссия на
текущее семилетие, является составление сводного каталога рукописей, хранящихся
на территории СССР. Мысль о составлении такого каталога была высказана
М. Н. Тихомировым на общем собрании Археографической комиссии в октябре
1960 года В архивах, библиотеках и музеях СССР сосредоточено обширное коли¬
чество письменных источников на языках самых различных народов. Однако условия
хранения источников не всегда благоприятны. Плохо обстоит дело и с их научным
описанием. Совершенно необходимо привести в порядок рукописи, описать их. Лишь
тогда можно будет в полной мере ознакомиться с богатствами, которыми мы обладаем.
Создание каталога позволит также наладить охрану этих величайших государственных
ценностей. В настоящее время комиссия подготовила инструкцию, излагающую основ¬
ные принципы составления сводного каталога. Она рассылается в соответствующие на¬
учные учреждения СССР.
Повседневную помощь работе Археографической комиссии оказывают Президиум
Академии наук СССР, Отделение исторических наук, Институты истории, славяноведе¬
ния, народов Азии. Исключительно велика помощь ей и со стороны актива научных
сотрудников наших крупнейших учреждений: Институтов истории, народов Азии, сла¬
вяноведения, археологии, этнографии, русской литературы, Московского и Ленинград¬
ского государственных университетов, Государственной библиотеки имени В. И. Лени¬
на, Государственной библиотеки имени М. Е. Салтыкова-Щедрина, Исторического му¬
зея, Государственного архивного управления СССР и РСФСР, Центрального государ¬
ственного архива древних актов, Центрального государственного архива Октябрьской
революции, Историко-архивного института, «Матенадарана», гуманитарных институ¬
тов АН СССР, союзных республик и филиалов, а также ученых из различных городов
Советского Союза и из зарубежных стран. Именно эта широкая помощь позволила раз¬
вернуть работу комиссии, построенную главным образом на общественных началах.
Члены комиссии, научные сотрудники, активисты организуют подготовку докладов,
статей, рецензий, экспедиционную работу и т. п.
Не меньшее значение имеют и связи комиссии с периферийными учреждениями и
отдельными любителями-краеведами. Они весьма разнообразны: участие в собраниях
комиссии, переписка по различным вопросам археографии, поездки членов комиссии
на места для оказания помощи работникам архивов, археографические экспедиции. На¬
лаживаются контакты с учеными зарубежных и прежде всего социалистических
стран. Наши зарубежные коллеги принимают участие в заседаниях комиссии, сотруд¬
ничают в «Ежегоднике».
В работе комиссии, конечно, и много пробелов. Все еще слабо координируется
деятельность различных учреждений в области археографии, недостаточны связи с
некоторыми крупными научными центрами, имелись задержки с выпуском в свет «Ар¬
хеографического ежегодника». Все это объясняется недостаточным опытом, а также
трудностями, с которыми приходится сталкиваться комиссии при ее небольшом штате.
К устранению этих пробелов, к дальнейшему подъему работы в области археогра¬
фии, к достойной встрече XXII съезда Коммунистической партии Советского Союза
сейчас направлена деятельность работников Археографической комиссии при Отделе¬
нии исторических наук АН СССР.
Ю. О. Бем
1 Подробнее об этом см. журнал «Вопросы истории», 1961, N° 4.

Историческая наука в ÇCCP
131
Обзоры и рецензии
РАБОТЫ СОВЕТСКИХ ИССЛЕДОВАТЕЛЕЙ
ПО НОВОЙ И НОВЕЙШЕЙ ИСТОРИИ ИСПАНИИ
Вторая половина 50-х годов XX в. отмечена заметными успехами в работе со¬
ветских историков, занимающихся новой и новейшей историей Испании Об этом сви¬
детельствует даже простой перечень книг по названной тематике, изданных в
1956—1960 гг.: семь монографий, из которых пять были посвящены внутриполитиче¬
скому аспекту испанской истории и две — внешнеполитическому; сборник статей «Из
истории освободительной борьбы испанского народа»; около двадцати научных статей,
опубликованных в различных изданиях, не считая статей публицистического характера и
мемуарной литературы. Помимо того, главы по истории Испании включены в недавно
вышедшие в свет учебники для высших учебных заведений по новой и новейшей исто*
рии, а также в V—VII тома «Всемирной истории». Это оживление в развитии советской
испанистики явилось проявлением общего подъема советской исторической науки после
XX съезда КПСС 2.
В настоящем обзоре, посвященном работам советских историков, изучающих
новую и новейшую историю Испании, сделана попытка дать ответ на следующие во¬
просы: каково тематическое направление развития этой области советской испанистики;
какие проблемы ставятся и решаются в недавно опубликованных работах; каков науч¬
ный уровень этих работ и каков круг использованных источников.
Вышедшие за последние годы книги по новой истории Испании можно подраз¬
делить на два вида: обобщающие очерки испанской истории нового времени и иссле¬
дования отдельных вопросов на различных отрезках этой истории.
К работам первого вида надо отнести прежде всего книгу академика И. М. Май¬
ского «Испания 1808—1917» (М. 1957), написанную на основе лекций, которые были
прочитаны автором в Московском государственном университете в 1948—1953 годах.
Эта книга вошла в советскую историографию как первый обобщающий марксистский
труд по истории Испании 1808—1917 годов. Краткий очерк испанской истории нового
времени помещен в трехтомном учебнике по новой истории для вузов, последний том
которого вышел в свет в 1960 году. В главах по истории Испании в этом издании дано
сжатое описание коренных процессов, происходивших в стране с середины XVII до
начала XX века. Новая история Испании освещена также в главах и подразделах
V—VII томов «Всемирной истории».
В названных изданиях дана в целом идентичная периодизация испанской истории
нового времени. Основы этой периодизации, выделяющей в истории Испании XIX в.
пять буржуазных революций, были заложены еще К. Марксом и Ф. Энгельсом. Однако
в определении авторами точных хронологических граней испанских революций наме¬
тились некоторые расхождения.
1 Ряд новых ценных исследований появился за последние годы и в области изуче¬
ния испанского средневековья. Историографический обзор работ, посвященных средне¬
вековой Испании, недавно сделан И. С. Пичугнной. См. И. С. Пичугина. Изучение
средневековой Испании в советской историографии. «Средние века», XIII, стр. 69—78.
2 Благотворное влияние на работу историков-испанистов оказало создание в
июне 1957 г. под руководством академика И. М. Майского «Испанской группы» при
Институте истории АН СССР. Группа, объединяющая свыше 40 человек из среды исто¬
риков, экономистов, философов и писателей, ставит своей целью координацию работы
испанистов и достижение планомерного изучения стержневых проблем испанской исто-
dhh. Среди советских историков-испанистов имеется сравнительно многочисленный кол¬
лектив медиевистов (академик С. Д. Сказкин, А. Р. Корсунский, С. В. Фрязинов,
М. Б. Карасе, Н. С. Маслеников, И. С. Пичугина, Э. Э. Литаврина и другие). В области
новой истории Испании работают академик И. М. Майский, H. Н. Косорез, Н. И. Миц-
кун, Э. Н. Рапп-Лантарон, Альберто Гонсалес, Н. В. Королев и др. Изучением новей¬
шей истории Испании занимаются Хосе Гарсиа, К. Л. Майданик, X. М. Галан,
Э. Н. Рапп-Лантарон, C. II. Пожарская, Д. П. Прицкер, E. М. Тепер, М. Т. Мещеряков,
И. Н. Слободянюк, П. Баскес Байон, Б. К. Решетник и др. К сожалению, после смерти
А. В. Мишулина, создателя классического труда «Античная Испания», работа по изуче¬
нию древней истории Испании несколько сузилась.

132
Историческая наука в СССР
Это относится, во-первых, к датированию начала третьей революции: у И. М. Май¬
ского эта дата совпадает, по существу, с началом гражданской войны с карлистами
(1833 г.) 3; Э. Н. Рапп-Лантарон, автор испанских глав в учебниках по новой истории,
относит начало революции к 1834 г., то есть к моменту, когда в стране развернулось
массовое народное движение и регентство Марии-Кристины было вынуждено присту¬
пить к проведению назревших реформ 4. Хотя окончательное решение этого спорного
вопроса следует, по-видимому, отнести ко времени, когда будет написана подробная
история третьей революции, нам думается, что уже сейчас можно привести ряд сообра¬
жений в пользу 1834 г. как даты начала революции. Истинный смысл революционных
событий в годы третьей революции заключался, на наш взгляд, не в военных действиях
против карлистов, а в тех внутренних социальных сдвигах в антикарлистском лагере,
которые были вызваны гражданской войной. Доказательством этому служит, в частно¬
сти, вторая карлистская война, не оказавшая заметного влияния на социальную жизнь
страны и рассматриваемая историками-марксистами как реакционное восстание.
Известное расхождение существует и в определении даты окончания пятой рево¬
люции. В книге И. М. Майского и в шестой главе VII тома «Всемирной истории»
(М. 1960), написанной автором данного обзора, окончание революции отнесено к
1874 году. И. М. Майский считает, что уже в январе 1874 г., после государственного
переворота генерала Павиа, оттеснившего от власти правых республиканцев, «...соб¬
ственно и кончается история первой испанской республики, а вместе с тем и история
пятой испанской революции»5. В то же время глава книги И. М. Майского, посвя¬
щенная пятой революции, завершается изложением событий переворота 29 декабря
1874 г., восстановившего монархию. В VII томе «Всемирной истории» время, когда был
совершен этот переворот, признается датой окончательного поражения пятой револю¬
ции. Со своей стороны, Э. Н. Рапп-Лантарон {«Новая история», т. 2) временем окон¬
чания пятой революции называет 1873 год. Последняя дата, как и январь 1874 г., ка¬
жется нам малооправданной. Отступление революции, начавшееся летом 1873 г. с
отставки Пи-и-Маргаля и поражения кантональных восстаний, носило длительный ха¬
рактер: до января 1874 г. у Еласти были республиканцы, выражавшие интересы про¬
мышленной буржуазии; после переворота генерала Павиа их сменили лидеры крупной
торговой и финансовой буржуазии, без сопротивления уступившие в декабре 1874 г.
главную роль в государстве земельной аристократии. С восстановлением власти послед¬
ней и наступил, по нашему мнению, конец буржуазной революции 1868—1874 годов.
А. И. Молок в VI томе «Всемирной истории», где характеризуется история Испа¬
нии 30—50-х годов XIX в., выделяет два периода в испанской истории указанного вре¬
мени: «Кзрлистскую войну» и «Революции 40—50-х годов»6. При этом он ни слова
не говорит о том, что во время карлистскоЙ войны в стране происходила третья бур¬
жуазная революция, которая завершилась не с окончанием войны, а лишь в 1843 году.
Таким образом, из раздела следует, что события 1840—1843 гг. (диктатура Эспартеро)
не составляют один из этапов революции 1834—1843 гг., а якобы представляют собой
особую «революцию 40-х годов». В том же разделе при описании истории 50-х годов
не указано, что восстания 1854 и 1856 гг. знаменовали собой начало и конец единой,
четвертой по счету буржуазной революции в Испании. Это противоречит установив¬
шейся в советской испанистике периодизации испанской истории.
Какие новые, интересные моменты с точки зрения изучения общих закономерно¬
стей испанской истории содержат рассматриваемые обзорные курсы?
В этой связи должна быть отмечена разработка И. М. Майским вопроса об эко¬
номических и политических последствиях осуществленной в ходе буржуазных рево¬
люций XIX в. «дезамортизации» (конфискации и распродажи) церковных, монастыр¬
ских и общинных земель, а также тесно связанной с этим вопросом проблемы посте¬
пенного образования союза крупной финансовой и торговой буржуазии с земельной
аристократией, окончательно сложившегося к середине 70-х годов XIX века. Излагая
историю пяти незавершенных буржуазных революций XIX в., И. М. Майский система¬
тически прослеживает, как совершался своеобразный подкуп испанской буржуазии,
3 И. М. Майский. Испания 1808—1917, стр. 195.
4 «Новая история». Т. 2. М. 1958, стрь 271—272.
5 И. М. Майский. Указ. соч., стр. 303.
6 «Всемирная история». T. VI. М. 1959, стр. 225—228.

Историческая наука в СССР
133
довольствовавшейся небольшими политическими уступками со стороны властей и по¬
купавшей конфискованные церковные земли. В соответствии с этим И. М. Майский
дает социально-экономическую характеристику режима реставрации (конец XIX —
начало XX в.) как эпохи комлромисса между крупными землевладельцами и крупной
буржуазией. Хотя детальное исследование данного процесса еще не осуществлено и
это дело будущего, общее освещение его в книге И. М. Майского является, без сомне¬
ния, новым словом в советской испанистике.
И. М. Майский приводит также ценный систематизированный материал о воз¬
никновении и развитии испанского рабочего движения, о промышленном капитализме
в Испании и росте ее экономической зависимости от иностранного капитала, полити¬
ческих отношениях страны с крупнейшими государствами Европы.
В главах учебника «Новая история», написанных Э. Н. Рапп-Лантарон, прово¬
дится мысль об известной противоречивости интересов крупной торговой и финансовой
буржуазии, с одной стороны, и промышленной буржуазии — с другой. Это позволяет
автору дать логичное объяснение целому ряду неясных моментов в истории страны:
внутренним противоречиям в революционном лагере в период диктатуры Эспартеро,
проводившего политику в интересах узкого слоя торговой и банковой буржуазии;
изменению характера власти во время пятой революции, когда с установлением рес¬
публики главную роль в государственной политике стала играть промышленная бур¬
жуазия, а не банкиры, и т. д.
Следует отметить в работе Э. Н. Рапп-Лантарон постановку вопроса о значении
государственных займов в истории Испании XIX века. Автор показывает, что в отста¬
лой, аграрной Испании спекуляции на облигациях государственных займов были для
правящих классов наиболее выгодной сферой приложения капитала. Тем самым госу¬
дарственные займы отвлекали капиталы от промышленности, сельского хозяйства и
торговли, служили дополнительной помехой для капиталистического развития страны.
Завершая характеристику обзорных курсов с точки зрения разработки в них
коренных проблем испанской истории нового времени, необходимо подчеркнуть, что в
силу крайней малочисленности марксистско-ленинской исторической литературы по
новой истории Испании авторам этих изданий приходилось проделывать самостоя¬
тельные изыскания почти по всем вопросам не только общего, но и частного порядка.
Однако ряд важных тем еще не нашел отражения в рассматриваемых работах (про¬
блема промышленного переворота, национальный вопрос в XIX в., марокканская по¬
литика Испании и др.).
Одной из слабых сторон современной советской испанистики является почти пол¬
ное отсутствие в ней специальных проблемных исследований, посвященных не отдель¬
ным узким периодам, а тому или иному историческому процессу. Объектами подобного
рода исследований по новой истории могли бы быть, в частности, такие темы, как
изменение аграрных отношений в Испании XVIII—XIX вв. в связи с ростом капита¬
лизма и реформами, осуществленными в ходе буржуазных революций; проблема
промышленного переворота в Испании; зарождение рабочего движения; складывание
наций на Пиренейском полуострове; национальный вопрос и связанная с ним проблема
испанского регионализма; перерастание испанского капитализма в монополистическую
стадию развития и т. д.
За последние годы в области новой истории Испании была предпринята лишь
одна подытка осуществить такое исследование, но. на наш взгляд, она не может быть
признана успешной. Речь идет о сообщении Н. С. Масленикова «О предпосылках обра¬
зования испанской буржуазной нации»7. Автор использовал редкие источники
XVI—XVII вв., и в связи с этим его работа представляет определенный интерес.
Однако он не принял во внимание тот факт, что на территории Испании шел процесс
складывания не только собственно испанской (или, как ее иногда называют, кастиль¬
ской) нации, но и каталонской, баскской и галисийской. Н. С. Маслеников рассматри¬
вает территорию всей Испании как область распространения лишь испанской нации,
не упоминая ни слова ни об одной другой. По ходу изложения он пишет о промыш¬
ленности и культуре Барселоны, расценивает уничтожение таможен между Каталонией,
Валенсией и Кастилией, как фактор, способствовавший образованию испанского на¬
7 «Вопросы истории», 1954, Mb 11.

134 Историческая наука в СССР
ционального рынка, ссылается при исследовании вопроса об общности экономиче¬
ской жизни складывавшейся испанской нации на состояние сельского хозяйства в Га¬
лисии. Тем самым из статьи логически вытекает неверное положение о том, что ката¬
лонцы, баски и галисийцы вошли в состав собственно испанской нации.
Подавляющее большинство недавно вышедших работ по новой истории Испании
посвящено изучению отдельных небольших этапов этой истории.
За последние годы заметно оживилась работа по исследованию истории первой
буржуазной революции (1808—1814 гг.). Академиком И. М. Майским, помимо главы
его уже упоминавшейся книги, были написаны статьи об испанской герилье, в которых
автор использовал материал Архива внешней политики России 8. Н. И. Мицкун в статье
«О восстаниях в Валенсии летом 1808 года»9 осветила вопрос о движении городских
низов и борьбе между различными социальными группами внутри валенсийской хунты
на начальном этапе освободительной войны с французскими интервентами. В этой
статье на основе документов Архива внешней политики России (АВПР) приводятся
важные сведения об антифеодальном крестьянском движении в провинции Валенсия
летом 1808 года. В статье Ф. Сиутат «Война испанского народа за независимость
(1808—1814 гг.) (Очерк военных операций)»10 дано подробное описание развития воен¬
ных действий между французскими войсками, с одной стороны, и испанскими войсками
и партизанами — с другой.
Истории второй революции (1820—1823 гг.) посвящены статьи H. Н. Косорез J1.
В центре внимания автора — проблема углубления революции и связанные с этим
противоречия в революционном лагере.
H. Н. Косорез дает несколько иную социальную характеристику испанских пар¬
тий 20-х годов XIX в., чем это делает И. М. Майский. Партию «модерадос» (умерен¬
ных) она определяет, в частности, как выразительницу интересов либерального дворян¬
ства. В книге И. М, Майского говорится, что «социальные корни умеренных уходили
главным образом в круги крупной городской буржуазии», а также в среду «интелли¬
генции, чиновничества, офицерства и дворянства»12. Э. Н. Рапп-Лантарон характери¬
зует социальную природу «модерадос» так же, как и H. Н. Косорез. Пока еще нельзя
отдать предпочтение какой-либо точке зрения, поскольку для этого требуется специ¬
альное исследование вопроса о классовом характере соответствующих партий с
привлечением новых источников.
Другой спорной проблемой является вопрос о развитии второй революции и при¬
чинах ее поражения. H. Н. Косорез следующим образом определяет положение в
стране накануне французского вторжения: «Между тем конституционный строй в
Испании становился все более шатким: обманутое в своих надеждах на землю кре¬
стьянство становилось все более равнодушным к революции, абсолютистские восста¬
ния ширились, а внешняя угроза надвигалась все ближе»,3. В книге И. М. Майского
о том же периоде сказано: «Революция еше раз восторжествовала. Власть восторжен¬
ных укрепилась. Шансы реакции резко упали. Были основания полагать, что теперь
революция, пройдя через ряд дальнейших трансформаций, приведет в конце концов
к ликвидации феодализма со всеми вытекающими отсюда последствиями»]4. В соот¬
ветствии со своей точкой зрения H. Н. Косорез при перечислении причин поражения
революции французской интервенции придает второстепенное значение, тогда как
И. М. Майский считает ее фактором первостепенной важности. Окончательное решение
8 И. М. Майский. Из истории освободительной борьбы испанского народа
1808—1814 гг. (К 150-й годовщине первой революции), «Новая и новейшая история»,
1958, № 5; его же. Мужественные «герильерос». «Молодая гвардия», 1958, № 5.
9 «Новая и новейшая история», I960, № 1.
10 Сборник «Из истории освободительной борьбы испанского народа». М. 1959.
11 H. Н. Косорез. Аграрный вопрос в испанской революции 1820—1823 годов.
«Вопросы истории», 1955, № 3; е е же. Рафаэль Риего — герой испанского народа.
«Новая и новейшая история», 1958, № 6.
12 И. М. Майский. Испания 1808—1917, стр. 124. Отметим, что в недавно
впервые опубликованном отрывке из статьи К. Маркса «модерадос» так же характе¬
ризуются, как «высшие слои буржуазии». См. К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч.
Т. 10, изд. 2-е, стр. 633.
13 «Новая и новейшая история», 1958, № 1, стр. 61.
14 И. М. Майский. Испания 1808—1917, стр. 143.

Историческая наука в СССР
135
этого вопроса зависит, без сомнения, от результатов дальнейшего изучения движения
народных масс города и деревни в годы второй революции. В настоящее же время
еще неясно, как изменилось в 1820—1823 гг. отношение к революции крестьянства,
тщетно ожидавшего от кортесов принятия аграрного закона, и в какой мере буржуаз¬
ная партия «восторженных» была связана с низами городского населения, игравшего
большую роль в революции.
Вопросы внешней политики Испании конца XIX в. затронуты в книге Л. Ю. Слез-
кина «Испано-американская война 1898 года» (М. 1956). Рассматривая историю испано-
американского конфликта в связи со всем комплексом межимпериалистических проти¬
воречий, автор вместе с тем уделяет внимание экономическим и политическим отно¬
шениям Испании с ее колониями в конце XIX века. Последний вопрос интересен с точки
зрения изучения истории развития испанского капитализма и его перехода в империа¬
листическую стадию.
Внешняя политика Испании в первые годы XX в. рассматривается в статье
Н. В. Королева 15, построенной на материалах АВПР. К сожалению, приводимые в ней
факты дипломатической истории почти не связываются автором с внутренней полити¬
кой испанского государства.
Многие крупные периоды новой истории Испании еще ждут специального иссле¬
дования. «Белым пятном» является история Испании с середины XVII до середины
XVIII века. Между тем именно этот ранний период новой истории Испании дает ключ
к пониманию того, когда и как испанская экономика совершила переход от регресса
и упадка (начавшегося во второй половине XVI в.) к развитию капиталистических от¬
ношений и подъему производства. Этот период представляет большой интерес и в
отношении изучения социальных движений: каталонские восстания середины XVII и
начала XVIII в, привлекают к себе внимание как широким участием в них народных
масс, так и тем, что их можно считать ранними проявлениями каталонского нацио¬
нально-освободительного движения.
Другим периодом, лишь частично рассмотренным в общих обзорах исламской
истории, является время третьей, четвертой и пятой революций. Оценивая данный
период испанской истории, К. Маркс писал в 1854 г.: «...Можно сказать без преувели¬
чения, что нет другой страны в Европе, включая даже Турцию и Россию с ее войной,
которая бы представляла для вдумчивого наблюдателя такой глубокий интерес, как
Испания наших дней»16. Бесспорно, изучение истории испанских революций XIX в.
имеет огромное значение не только для понимания внутренней истории Испании, но и
для лучшего познания общих закономерностей развития человеческого общества, на¬
ходящегося на пути от феодализма к капитализму.
Малоисследованными остаются также 1900—1914 годы — период появления в
Испании капиталистических монополий и развития острых классовых боев.
Дальнейшее расширение и углубление изучения новой истории Испании неиз¬
бежно потребует разработки проблемных тем по стержневым процессам истории стра¬
ны и написания подробной истории каждой из пяти испанских революций XIX века.
*
В развитии советской историографии по новейшей истории Испании также про¬
изошли важные сдвиги. За 1956—1960 гг. вышли в свет пять монографий и многочис¬
ленные научные статьи, посвященные различным этапам новейшей истории Испании.
Заметно изменилось и качество научных исследований: советские историки-испанисты
используют в своих работах более разносторонние виды источников, чем прежде (испан¬
скую прессу различных политических направлений, некоторые архивные материалы).
В 1956—1960 гг. советские испанисты пересмотрели ряд догматических оценок и мето¬
дов, укоренившихся в некоторых исторических работах предшествовавшего периода.
Сейчас наши историки работают в контакте с испанскими коммунистами, которые
в последние годы приступили к систематическому изучению истории испанской компар-
15 Н. В. Королев. Внешняя политика Испании в начале XX века (К истории
образования англо-французской Антанты 1904 года). «Ученые записки» Кишиневского
педагогического института. Т. 11. Кишинев. 1959.
16 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч. Т. 10, стр. 425,

136
Историческая наука в СССР
тии и национально-революционной войны 1936—1939 годов. В советской и иностранной
печати были опубликованы статьи Д. Ибаррури и других представителей руководства
КПИ, посвященные главным образом истории Компартии Испании. В i960 г. в Пари¬
же была издана «Historia del Partido Comunisia de Esparia», написанная комиссией
ЦК КПИ в составе Д. Ибаррури, М. Аскарате, Л. Балагер, А. Кордон, И. Фалкон и
X. Сандовал. Опубликование этих работ значительно облегчает советским историкам
исследование истории испанского рабочего движения.
Советские ученые, занимающиеся новейшей историей Испании, еще не создали
обобщающего труда, охватывающего всю испанскую историю 1918—1960 годов. Име¬
ются исследования, посвященные отдельным крупным периодам новейшей истории
Испании и небольшим ее этапам.
В 1956—1960 гг. было издано несколько кратких очерков истории Испании
1918—1939 годов. Обзор испанской истории этого периода дан X. Гарсиа на страницах
учебного пособия по новейшей истории, подготовленного Институтом истории
АН СССР17. М. Т. Мещеряков опубликовал популярный очерк рабочего движения
Испании 1918—1939 годов 18. А. Л. Ефимову, автора главы «Испания на первом этапе
общего кризиса капитализма», в учебном пособии по новейшей истории, выпущенном
ВПШ19, можно упрекнуть в том, что ею допущены некоторые фактические ошибки,
упрощенческий подход к оценке различных течений рабочего движения. Так, оперируя
только термином «правые социалисты», А. Л. Ефимова ни слова не сказала о суще¬
ствовании с 1934 г. в Испанской социалистической рабочей партии (ИСРП) мощного
левого крыла и называет «правыми социалистами» и лидера этого крыла Ларго Ка¬
бальеро и центриста И. Прието.
Наиболее детальной разработке подверглась за истекшее пятилетие история
испанской революции 30-х годов и особенно периода национально-революционной вои¬
ны 1936—1939 годов.
В книге X. Гарсиа20, предназначенной для широкого читателя, была впервые си¬
стематически изложена история испанской революции 1931—1939 годов. Вышедшая в
свет еще в 1956 г., эта первая советская обобщающая работа по истории Испанской
республики, естественно, не могла всесторонне осветить все проблемы данного периода.
В книге почти отсутствовало, з частности, описание анархоснндикалистского движеиня
в Испании.
Во второй половине 50-х годов в нашей стране опубликован ряд специальных
работ, посвященных истории буржуазно-демократической революции 1931—1936 годов.
В статье С. П. Пожарской исследован вопрос о роли народных масс в свержении
испанской монархии и о взаимоотношениях социалистической партии с руководившими
антимонархическим движением буржуазными республиканцами21. В другой статье
того же автора, посвященной разбору тактики испанских социалистов в 1931—1933 гг.22,
содержится критика деятельности социалистов.
История каталонского аграрного и национального движения в первые годы рес¬
публики получила освещение в статьях Л. В. Пономаревой23. Тема пролетарского
17 «Новейшая история». T. I, М. 1959.
18 М. Т. Мещеряков. Рабочее движение в Испании в 1918—1939 годах (Лек¬
ции, прочитанные в Казанской Высшей партийной школе). М. 1958. Рассматривая при¬
чины поражения республиканцев в национально-революционной войне, М. Т. Мещеря¬
ков необоснованно, на наш взгляд, считает основной причиной поражения внутренние
противоречия в Народном фронте, а не внешние факторы (интервенцию, «политику
невмешательства»).
19 «Новейшая история». Ч. I. М. 1958.
20 X. Гарсиа. Испанский народ в борьбе за свободу и демократию против фа¬
шизма (1931—1939 гг.). М. 1956.
21 С. П. П о ж а рек а я. Борьба испанского народа за свержение монархии
14 апреля 1931 г. «Вестник Московского университета», 1957, № 3.
22 С. П. Пожарская. Тактика Испанской социалистической рабочей партии
в первые годы буржуазно-демократической революции (1931—1933 гг,). Сборник
«Из истории освободительной борьбы испанского народа».
23 Л. В. Пономарева. Социально-экономические отношения в каталонской
деревне и борьба каталонских крестьян в 1931—1934 гг. «Новая и новейшая история»,
1958, № 2; ес же. Национальный вопрос в Испании и освободительное движение
каталонцев в 1931—1933 гг. Сборник «Из истории освободительной борьбы испанского
народа».

Историческая наука в СССР
137
восстания в Астурии в октябре 1934 г. рассматривается в статье ленинградских исто¬
риков Д. П. Прицкера и E. М. Тепера 24. В статье изложен ход астурийских событий
и дан критический анализ тактики социалистической партии накануне и во время
восстания. Статья П. Баскес Байон посвящена истории борьбы КПИ за создание На¬
родного фронта (конец 1934 — начало 1936 г.) ?5.
Проблематика буржуазно-демократической революции 1931—1936 гг. еше далеко
не исчерпана. Ни одна из указанных работ не исследует вопроса об особенностях и
ходе развития в Испании мирового экономического кризиса (1929—1933 гг.), что
имеет важнейшее значение для понимания политических событий первых лет револю¬
ции. Недостаточно изучено еще само развитие революции (в частности, вопрос о том,
намечался ли спад революционного накала накануне ноябрьских выборов 1933 г.).
Ждут дальнейших исследований такие темы, как астурийское восстание 1934 г., на¬
циональное движение каталонцев, басков и галисийцев, анархо-синдикалистские восста¬
ния 1932—1933 гг., история «левого крыла» в социалистической партии до 1936 года.
Наконец, еще не написана история внешней политики Испании в эти годы, как и
история экономических и политических отношений Испанской республики с Марокко
и другими африканскими колониями.
Проблемы национально-революционной воины 1936—1939 гг. получили более все¬
стороннее освещение.
Общая картина борьбы республиканской Испании в 1936—1939 гг. дана в книге
X. Гарсиа «Испания Народного фронта» (М. 1957). В отличие от своей первой работы
X. Гарсиа значительно расширил в названной книге освещение центральных проблем
истории 1936—1939 годов.
Военному аспекту национально-революционной войны посвящены статьи
И. М. Майского, Н. Николаева и раздел в первом томе «Истории Великой Отечествен¬
ной войны Советского Союза 1941—1945» 26.
Опубликованы новые работы, в которых рассказывается о движении междуна¬
родной солидарности с испанским народом. Среди них следует отметить исследование
X. Гарсиа об интернациональных бригадах, основанное на изучении обширной истори¬
ческой и мемуарной литературы27. Мемуарная литература об интернациональных
бригадах обогатилась за последнее время сборником воспоминаний латвийских добро¬
вольцев, принимавших участие в освободительной борьбе испанского народа, воспоми¬
наниями А. В. Эйснера, Н. Оларя и др.28. Статья Я. И. Гордона 29 основана на обоб¬
щении ряда ранее вышедших воспоминаний о Матэ Залка. О дипломатической, мо¬
ральной и военной помощи Советского Союза испанскому народу рассказывает
Б. К. Решетняк, основываясь на материалах советской прессы и Центрального госу¬
дарственного архива Октябрьской революции и социалистического строитель¬
ства 30.
Проблема империалистического вмешательства в испанские дела давно привле¬
24 Д. П. Прицкер, E. М. Т е п е р. Вооруженное восстание пролетариата Асту¬
рии в октябре 1934 года. «Новая и новейшая история». 1961, № 1.
25 П. Баскес Байон. Борьба Коммунистической партии Испании за созда¬
ние Народного фронта. «Ученые записки» Харьковского университета. Т. 87. Труды
кафедр истории КПСС и диалектического и исторического материализма. Т. 5. 1957.
26 И. М. Майский. Борьба за Мадрид; Н. Николаев. Испанский флот в
национально-революционной войне 1936—1939. Сборник «Из истории освободительной
борьбы испанского народа»; «История Великой Отечественной воины Советского
Союза 1941—1945». T. I. М. 1960.
27 Хосе Г а реи а. Интернациональные бригады в Испании (1936—1938 гг.). «Во¬
просы истории», 1956, № 7.
28 «Viva republical Воспоминания участников антифашистской войны в Испании».
Рига. 1957; А. Эйс не р. Писатели в интербригадах. «Иностранная литература», 1957,
№6; его же. Смерть генерала Лукача. «Новый мир», 1957, № 6; Н. Оларь. Это
было на испанской земле. «Днестр», 1959, № 11, и др.
29 Я. И. Гордон. Матэ Залка в Испании. «Ученые записки» Таджикского уни¬
верситета. Т. 19. Серия филологических наук, вып. 3, 1959.
30 Б. К. Решетняк. Помощь СССР испанскому народу в борьбе против фа¬
шизма и войны (1936—1937 гг.). «Ученые записки» Харьковского университета. Т. 85.
'Груды кафедр истории КПСС и диалектическою и исторического маюриализма. Т. 4,
1957, стр. 123—142.

138
Историческая наука в СССР
кает внимание советских историков. В опубликованной в 1959 г. книге Р. С. Овинни-
кова всесторонне исследуется сложный комплекс межимпериалистических противо¬
речий в Испании, определяется место «испанского вопроса» в общей системе мюнхен¬
ской политики Англии, Франции и США. Исследование Р. С. Озинникова имеет непо¬
средственное значение и для уяснения ряда вопросов внутренней истории Испании.
С этой точки зрения значительный интерес представляют раздел об иностранных вло¬
жениях в испанскую экономику до мятежа, очерк испано-англо-американо-французских
отношений в 1931—1936 гг. и особенно факты об экономических и политических связях
Англии, Франции и США с франкистами в 1936—1939 годах31.
Важнейшим аспектом испанской национально-революционной войны является
внутренняя история республики, развитие революции. В работах К. Л. Манданика32
дано углубленное исследование проблем испанской революции и развития рабочего
движения на первом этапе национально-революционной войны (июль 1936 — май
1937 г.). В книге «Испанский пролетариат в национально-революционной войне
1936—1937 гг.» К. Л. Майданик рассматривает проблемы испанской революции второй
половины 30-х годов. К. Л. Майданик останавливается на вопросе о характере испан¬
ской революция в 1936—1939 гг., обстоятельно исследует вопрос о деятельности и роли
«левого крыла» ИСРП и его руководящего центра — кабальеристов. Подобно анархо-
синдикалистам, показывает автор, кабальеристы в годы гражданской войны проявили
свою неспособность играть руководящую роль в борьбе против фашизма и в развитии
революции. Изучение этого вопроса имеет значение не только для понимания внутрен¬
них проблем испанской истории, но и для борьбы с так называемым «ультралевым»
течением в историографии национально-революционной войны, воспевающим полити¬
ческий курс кабальеристов. Через всю книгу проводится идея борьбы КПИ за един¬
ство рабочего движения.
К. Л. Майданик доводит изложение событий до мая 1937 г. включительно. Исто¬
рия рабочего движения и развития революции в следующий период национально-ре¬
волюционной войны еще не получила подробного освещения в советской историогра¬
фии. Совсем не исследована история франкистской зоны в 1936—1939 годах.
По сравнению с периодом 30-х годов другие этапы новейшей истории Испании
изучены гораздо меньше. Начало ознакомлению с эпохой революционного подъема
1918—1923 гг. было положено в 1952 г. кандидатской диссертацией Э. Н. Рапп-Ланта¬
рон Μ, однако до сих пор по этому периоду опубликовано очень мало работ: статья
X. Гарсиа и один из разделов книги X. М. Галана34.
X. М. Галан з своей книге «Крушение монархии в Испании (1917—1931 гг.)» из¬
лагает историю 1917—1931 гг. как единый процесс нарастания политического кризиса
бурбонскбй монархии, завершившегося в апреле 1931 г. ее окончательным крахом. Под
этим углом зрения автор освещает и историю диктатуры Прямо де Ривера, показы¬
вая относительность и непрочность временной стабилизации монархического строя и
власти землевладельческо-финансовой олигархии.
Колониальная политика Испании в Марокко получила освещение в книге совет*
ского арабиста Н. С. Луцкой «Республика Риф»35. Основной темой этой работы яв¬
31 Р. С. Овинников. За кулисами политики «невмешательства». Испанский
вопрос в политике империалистов Англии, Франции и США накануне второй мировой
войны. М. 1959. Антинациональной политике французских правящих кругов в «испан¬
ском вопросе» посвящена статья 3. Белоусовой и И. Кремера «Политика
окружения Франции». «Международная жизнь», 1960, № 7.
32 К. Л. Майданик. Борьба Коммунистической партии Испании за единство
с социалистами в 1936—1937 годах. «Новая и новейшая история», 1958, № 1; его же.
Испанский анархо-синдикализм в первый период национально-революционной войны
1936—1939 гг. Сборник «Из истории освободительной борьбы испанского народа»;
его же. Нациоиалыкнреволюциоиная война испанского народа. «Преподавание исто¬
рии в школе», 1960, № 1; его же. Испанский пролетариат в национально-революцион¬
ной войне 1936—1937 гг. М. 1960.
33 Э. Н. Рапп-Лантарон. Предательская политика правых испанских социа¬
листов в 1917—1923 гг. Кандидатская диссертация. М. 1952.
34 X. Гарсиа. Испания в 1918—1923 гг. Сборник «Советская Россия и капита¬
листический мир в 1917—1923 гг.», М. 1957; X. М. Галан. Крушение монархии в
Испании (1917—1931 гг.) М. 1959.
35 Н. С. Л у цк а я. Республика Риф. М. 1959,

Историческая наука в СССР 1Г9
ляется освободительная борьба марокканского народа против наступления испанского
и французского империализма.
Значительно слабее охвачена историческими исследованиями испанская история
1939—1960 годов. По периоду второй мировой войны имеется хорошо документиро¬
ванная статья Ф. И. Видясова, положившего начало изучению экономических и поли¬
тических отношений франкистской Испании с США в 1939—1945 годах 36. Многочислен¬
ные публицистические очерки, посвященные франкистской Испании 1946—1960 гг., не
могут возместить недостаток серьезных научных исследований на эту тему. В 1959 г.
была опубликована статья экономиста Е. В. Ковалева о современной аграрной про¬
грамме КПИ и аграрной политике франкизма37. В статье обобщен сравнительно боль¬
шой экономический материал, на основе которого автор показывает состояние сель¬
ского хозяйства при франкистском режиме. В работе приведен фактический материал,
иллюстрирующий остроту классовых противоречий в современной испанской деревне.
Попыткой подвести итоги политического развития франкистской Испании является
статья X. М. Галана 38.
Так же, как в области изучения новой истории Испании, среди трудов по новей¬
шей истории пока нет специальных исследований по стержневым проблемам этого
периода. Чрезвычайно важно было бы провести специальное изучение таких проблем,
как особенности развития империализма в Испании; изменения, происшедшие за по¬
следние десятилетия в структуре испанского пролетариата, его экономическом положе¬
нии и идеологии; изменения аграрного строя Испании за последние 40 лет; роль церкви
в новейшее время; развитие национально-освободительного движения каталонцев,
басков и галисийцев с учетом того влияния, которое оказали на их положение капи¬
талистическое развитие и политические факторы испанской истории.
Несколько слов о научных методах исследования, применяемых в работах по
новейшей истории Испании. За последние годы круг источников, доступных научному
работнику, занимающемуся новейшей историей Испании, несколько расширился (хотя
в целом проблема источниковедческой базы коренным образом не решена). Для
исследователя открылись новые возможности более тщательного отбора материалов,
проверки и сопоставления фактов. Однако в ряде работ эти возможности не исполь¬
зуются в должной мере. В качестве примера возьмем использование данных испанской
статистики. Известно, что официальная статистика, исходившая от испанского мини¬
стерства труда, давала сильно преуменьшенные данные о стачечном движении. В свою
очередь, рабочие организации публиковали время от времени свои сведения, резко
отличные от официальных. В связи с этим необходимо при использовании статистиче¬
ских данных по крайней мере точное указание первого или второго вида источника.
Однако это делается далеко не во всех работах. Так, X. М. Галан в своей книге нигде
не оговаривает, какой вид статистики он использует, а в одном случае без каких-либо
пояснений приводит количество стачек по данным официальной статистики, а коли¬
чество забастовщиков — по данным рабочей прессы39. Другой пример: некоторые ав¬
торы вследствие скудости источников используют для характеристики рабочего движе¬
ния сведения буржуазной печати, не принимая во внимание, что буржуазные и анар¬
хистские политики часто называли коммунистическими такие организации, которые не
имели ничего общего с КПИ.
Не все публикуемые работы снабжены удовлетворительным научным аппаратом.
В недостаточной степени обращается внимание на необходимость коллективной
разработки научных проблем (это относится и к новейшей и к новой истории Испании).
Между тем, помимо централизованной координации научных исследований (которая
может быть осуществлена через посредство «Испанской группы»), многое здесь зави¬
сит от индивидуальных усилий историков. Так, в исследованиях по новой и новейшей
истории Испании далеко не всегда делаются ссылки на книги других советских исто¬
36 Ф. И. В и д я с о в. К вопросу об американо-испанских отношениях в период
второй мировой войны. «Новая и новейшая история», 1959, № 2.
37 Е. В. Ковалев. Корни и сущность современной аграрной программы Ком¬
мунистической партии Испании. Сборник «Из истории освободительной борьбы испан¬
ского народа».
38 X. М. Галан. Франкистская Испания. «Международная жизнь», 1959, № 11.
39 X. М. Г а л а н. Крушение монархии в-Испании (1917—1931 гг.), стр. 95.

140 Историческая наука в СССР
риков, работавших по той же или смежной теме; еще реже можно встретить на стра¬
ницах исторических работ попытку обосновать свою точку зрения в вопросе, по которому
у данного автора наметилось расхождение с другими исследователями. Одним
из типичных примеров является разработка проблем второй буржуазной
революции XIX века. Статьи H. Н. Косорез по этой теме вышли в 1955 и 1958 гг.,
книга И. М. Майского — в 1957 году. Однако оба автора не только не обмолвились
о наметившихся между ними расхождениях, но даже не сослались на работы друг
друга ни в сносках, ни в списке литературы. Подобного рода примеры можно привести
и по работам, в которых освещается новейшая история: так, X. М. Галан дает в своей
книге иную трактовку истории Сан-Себастьянского пакта, чем С. П. Пожарская, ка¬
сающаяся этого вопроса в статье, опубликованной за два года до выхода его книги.
Тем не менее в работе X. М. Галана нет намека на дискуссионность этого вопроса,
отсутствует в ней и какая-либо аргументация в пользу точки зрения автора.
Отмеченные недостатки не меняют общего положительного итога развития со¬
ветской испанистики за последнее пятилетие: заметно расширился круг изученных
вопросов, в научный оборот вовлечены новые виды источников, более ясно наметились
темы и пути дальнейших исследований. Залогом будущих успехов советской испани¬
стики должно явиться смелое расширение тематики исследований за счет важнейших
стержневых проблем испанской истории и усиление коллективной работы советских
историков-испанистов. «Испанская группа» при Институте истории АН СССР плани¬
рует в ближайшие годы привлечь историков к коллективному исследованию аграрной
истории Испании от древнейших времен до наших дней. Другим важнейшим направ¬
лением работы группы явится дальнейшее изучение истории национально-революцион¬
ной войны 1936—1939 гг. и, в частности, издание воспоминаний участников этой
войны.
Л. В. Пономарева
Η. П. ЛИПАТОВ. Черная металлургия Урала в годы Великой Отечест¬
венной войны (1941—1945 гг.). Очерки истории строительства. Изд-во
АН СССР. М. 1960. 284 стр. Тираж 1 700. Цена 1 р. 25 к.
В конце 1960 г. вышла в свет монография
Η. П. Липатова, посвященная строительству
и строителям черной металлургии Урала в
1941—1945 годах. В книге рассказывается
о героических трудовых подвигах уральцев,
об их выдающейся роли в обеспечении побе¬
ды советского народа над фашизмом в годы
Отечественной войны.
Монография написана на основе широко¬
го круга источников, преимущественно ар¬
хивных, впервые введенных автором в на¬
учный оборот. В работе использованы мате¬
риалы Центрального государственного
архива Октябрьской революции и социали¬
стического строительства СССР, Централь¬
ного партийного архива Института марксиз¬
ма-ленинизма при ЦК КПСС, архивов
ВЦСПС и ЦК ВЛКСМ, архива Главного
управления трудовых резервов при Совете
Министров СССР, государственных и пар¬
тийных архивов Свердловской и Челябин¬
ской областей, фондов .Московского отделе¬
ния архива Президиума АН СССР и архива
Совета по изучению производительных сил
АН СССР, а также материалы опубликован¬
ных работ, центральной и местной периоди¬
ческой печати.
В первых двух главах книги рассматрива¬
ются вопросы, связанные с вынужденным
перебазированием промышленности южных
и центральных районов страны на Восток в
начале Великой Отечественной войны, раз¬
работкой планов строительства новых, рэс-
ширения и реконструкции действовавших ме¬
таллургических предприятий, с осуществле¬
нием различных организационно-технических
мероприятий по быстрому развертыванию
уральской металлургии. Особое внимание ав¬
тор уделил освещению деятельности Комму¬
нистической партии и Советского правитель¬
ства по мобилизации богатств Урала на
укрепление экономической и оборонной мо¬
щи страны, показал их руководящую роль
в разработке планов увеличения произвол-

Историческая наука в СССР 141
ства чугуна, стали и проката, в оперативном
решении всех задач, связанных с осуще¬
ствлением этих планов, проанализировал ра¬
боту различных учреждений и организаций
по выполнению заданий партии и прави¬
тельства. В частности, представляет инте*
рес характеристика деятельности советских
ученых, объединившихся в августе 1941 г.
под руководством президента АН СССР
В. Л. Комарова в комиссию по мобили¬
зации ресурсов Урала на нужды обо¬
роны.
Много места уделено в книге вопросам
реорганизации и укрепления материально-
технической базы строительно-монтажных
организаций Урала, обеспечения их рабочи¬
ми и инженерно-техническим персоналом.
Η. П. Липатов разработал такие интерес¬
ные вопросы, как состав уральских рабочих
по возрасту, полу и национальному призна¬
ку. В течение всей войны основной силой
на стройках Урала являлась молодежь, со¬
ставлявшая 60—70% всех рабочих (стр. 69),
36—40% строителей приходилось на женщин
(стр. 58—59).
В книге рассказано и о трудностях, кото¬
рые приходилось преодолевать строителям
на пути осуществления стоявших перед ни¬
ми ответственных задач.
В четырех последующих главах повест¬
вуется о практических делах строителей по
созданию новых металлургических предприя¬
тий, реконструкции и расширению старо¬
уральских заводов, о строительстве электри¬
ческих станций, коксовых батарей и других
объектов. Страницы книги, рассказывающие
об этом, насыщены богатым фактическим
материалом. Книгу Η. П. Липатова выгодно
отличает от ранее вышедшей литературы
показ широкого круга действующих лиц,
показ рабочих масс в действии, условий, в
которых приходилось трудиться строителям.
Широко освещены вопросы организации за¬
работной платы, жилищного строительства,
продовольственного обеспечения, культурно-
бытового обслуживания.
Большое внимание уделил автор социа¬
листическому соревнованию строителей, раз¬
витию различных форм проявления полити¬
ческой и трудовой активности масс, раскры¬
тию авангардной роли в производстве ком¬
мунистов и комсомольцев. Соревнование по¬
могало строителям бороться за решение по¬
ставленных задач, вовлекать в активную
творческую работу молодые кадры, преодо¬
левать трудности. В течение всей войны со¬
ревнованием было охвачено от 75 д-о 90%
рабочих, ИТР и служащих (стр. 73). Массо¬
вый трудовой героизм строителей особенно
наглядно проявился при сооружении Чебар-
кульского металлургического завода и ком¬
сомольско-молодежных строек — домны
№ 6 Магнитогорского комбината и домен¬
ной печи № 3 Ново-Тагильского завода
(стр. 91—94, 125—138, 160—166).
В книге получила всестороннее освещение
деятельность партийных, хозяйственных и
общественных организаций по развитию чер¬
ной металлургии Урала, созданию необходи¬
мых условий для высокопроизводительного
труда строителей, организации социалисти¬
ческого соревнования. Автор привлек мате¬
риалы, свидетельствующие о помощи ураль¬
цам в битве за металл со стороны многих
промышленных предприятий Центра, Сиби¬
ри, Казахстана (стр. 134, 136, 163).
Положительной стороной работы Η. П.
Липатова следует считать обстоятельное
освещение места и роли в процессе произ¬
водства, в данном случае в промышленном
строительстве, руководящих инженерно-тех¬
нических кадров. Этому вопросу в историче¬
ской литературе, относящейся не только к
данной теме, уделяется пока еще мало вни¬
мания. В качестве начальников строитель¬
ных управлений, руководителей и главных
инженеров строек, механиков, мастеров, про¬
рабов различных объектов инженеры, техни¬
ки, ИТР-практики вели огромную напряжен¬
ную работу по организации новых строи¬
тельств, их материально-техническому снаб¬
жению, по обеспечению строек квалифици¬
рованными рабочими кадрами и т. д. Можно
без преувеличения сказать, что без этого бы¬
ли бы невозможны те успехи, которые были
одержаны уральцами по наращиванию мощ¬
ностей черной металлургии. Η. П. Липатов
сумел, как нам кажется, правильно подойти
к вопросу об освещении роли трудовой со¬
ветской инженерно-технической интеллиген¬
ции, отведя ему в книге такое большое
место.
Из недостатков книги прежде всего сле¬
дует отметить перегруженность ее фактиче¬
ским материалом. Стремление автора вклю¬
чить в книгу все, что с большой скрупулез¬
ностью им было собрано в архивах, извлече¬
но из печатных источников, привело в ряде
случаев к повторениям, нагромождению де¬
талей и т. д. Например, данные таблиц на
стр. 64 и 81 частично повторяются в табли¬
цах на стр. 147, 168, 208, 235, 249. Выдаю¬
щиеся успехи строителей зачастую представ¬
лены только цифрами о выполнении заданий.
Автору следовало бы пойти по линии обоб¬
щения цифрового материала, больше рас¬

142
Историческая наука в СССР
сказать о повседневной работе строителен,
вскрыть характерные явления и про¬
цессы.
Серьезный недостаток рецензируемой кни¬
ги заключается в том, что ей явно недостает
теоретических обобщений и выводов. В «За¬
ключении», кроме выводов по производ¬
ственно-техническим вопросам, не содержит¬
ся никаких других. Во введении и по ходу
изложения автор ограничился лишь некото¬
рыми частными обобщениями. Как нам ка¬
жется, о« должен был полнее обобщить н
оценить огромную роль в строительстве чер¬
ной металлургии Урала советской молоде¬
жи, героических советских женщин, вынес¬
ших на своих плечах основную тяжесть бит¬
вы за металл, значение опыта тесной связи
науки с производством, особо остановиться
на подвигах во имя победы над врагом тру¬
дящихся разных национальностей.
В книге встречаются отдельные фактиче¬
ские ошибки, неточности, стилистические и
иные погрешности. Так, говоря о тяжелых
последствиях войны для советской метал¬
лургии, автор без ссылки на источник заяв¬
ляет: «СССР был отброшен по размерам
производства черного металла примерно к
уровню царской России 1913 г.» (стр. 23).
Но так ли это? По имеющимся статистиче¬
ским и другим опубликованным сведениям,
производство черных металлов в нашей
стране даже в наиболее трудном 1942 г. не
опускалось ниже уровня 1931 года. Причем,
это относится только к производству чугу¬
на. Если же сравнить выплавку стали и
производство проката, то здесь показатели
1942 г. находились на уровне 1933—1934 го¬
дов. Выплавка стали, по абсолютным дан¬
ным, превосходила уровень 1913 г. почти
вдвое (1942 г.— 8 млн. 70 тыс. т; 1913 г.—
4 млн. 310 тыс. т) 1. Указанное заявление
автора тем более непонятно, что все эти
сведения ему известны. Абсолютные показа¬
тели производства черных металлов за годы
войны приведены в рецензируемой работе
(стр. 268). По данным таблицы на стр. 147,
количество стахановцев и ударников треста
«Магнитострой» в 1943 г. равно 14 008 чело¬
век, а на стр. 148 приведена цифра 12 184 че¬
ловека.
Подводя общий итог, следует сказать, что
Η. П. Липатову удалось создать книгу, в
общем объективно освещающую деятель¬
ность одного из крупнейших отрядов совет¬
ских строителей — строителей уральской
металлургии.
М. Я. Хлусов
1 «Народное хозяйство СССР». Стати¬
стический сборник. М. 1956, стр. 62, 63, 65:
Р. С. Л и в ш и ц. Размещение черной метал¬
лургии СССР. М. 1958, стр. 188.
О сборнике «гСоветская Прибалтика в братской семье народов СССР»
В I960 г. народы Прибалтики торжествен¬
но отметили 20-летне восстановления Совет¬
ской власти в Литве, Латвии, Эстонии. За
короткий срок эти республики добились вы¬
дающихся успехов в развитии экономики и
культуры, в повышении благосостояния тру¬
дящихся. Об успехах народов Советской
Прибалтики свидетельствуют, в частности,
материалы межреспубликанского семинара-
совещания «Советская Прибалтика в брат¬
ской семье народов СССР», проведенного
в Риге в июне 1960 г. Всесоюзным обще¬
ством по распространению политических н
научных знаний совместно с правлениями
обществ Латвийской, Литовской и Эстон¬
ской ССР.
Материалы семинара были изданы Лат¬
вийским государственным издательством в
шести тематических сборниках
В сборники вошли статьи по следующим
проблемам: исторические связи народов
Прибалтики с другими народами СССР, их
экономическое и культурное сотрудничество,
борьба против фальсификации буржуазно-
националистическими эмигрантскими исто¬
риками истории прибалтийских народов,
борьба с современным ревизионизмом по во¬
просу о роли партии и социалистического
государства в строительстве коммунизма.
Рецензируемое издание открывается стать¬
ей секретаря ЦК КП Латвии А. Восса «Во¬
1 См. «Советская Прибалтика в братской
семье народов СССР». Сборники 1—'VI.
Рига 1960.

Историческая наука в СССР 143
просы воспитания трудящихся в духе про¬
летарского интернационализма и дружбы
народов» (сб. I, стр. 7—34). На конкрет¬
ном материале А. Восс убедительно разоб¬
лачает классовую сущность буржуазного на¬
ционализма, в особенности латышской бур¬
жуазно-националистической эмиграции, по¬
казывает ее идеологию и политику вражды
между народами, направленную на преда¬
тельство национальных интересов трудя¬
щихся.
Исторической дружбе народов Прибалти¬
ки с братскими народами СССР, и в первую
очередь с великим русским народом, посвя¬
щены статьи академика АН Литовской ССР
Ю. И. Жюгжды, академика АН Белорусской
ССР Т. С. Горбунова, кандидата историче¬
ских наук В. И. Савченко2.
Одним из наиболее ярких проявлений
дружбы народов СССР является постоянно
крепнущая экономическая связь между ни¬
ми. Изложению этой проблемы посвящены
статьи кандидатов экономических наук
Л. А. Тульп, В. Р. Пурина, Э. Ю. Брандта
и зам. директора Института экономики АН
Литовской ССР В. П. Пуронаса 3.
Анализируя экономические связи Эстонии
с другими советскими республиками,
Л. А. Тульп на конкретных примерах пока¬
зала, что основой экономических отношений
между социалистическими странами, а так¬
же между советскими союзными республи¬
ками является всесторонняя взаимопомощь
в целях скорейшего подъема всей социали¬
стической системы. Так, изучая динамику
в-воза и вывоза Эстонской ССР в послевоен¬
ный период, Л. А. Тульп констатировала
здесь большой перевес общей стоимости вво¬
за над вывозом. Например, за 1945—
1949 гг. ввоз составил 63,4%, а вывоз —
36,6% всего внешнего товарообмена Эстон¬
ской ССР. Это свидетельствует о большой
и бескорыстной помощи братских советских
республик эстонскому народу в подъеме
2 Ю. И. Ж ю г ж д а. Взаимоотношения
литовского и русского народов в историче¬
ском развитии; Т. С. Г о р б у н о в. О свя¬
зях белорусского народа с народами При¬
балтики; В. И. Савченко. История
дружбы латышского и русского народов
(сб. III).
3 Л. А. Тулып. Экономическое сотруд¬
ничество Эстонской ССР с братскими союз¬
ными республиками; В. Р. Пури н. До¬
стижения социалистической экономики Лат¬
вийской ССР; Э. Ю. Брандт. Развитие
социалистической экономики Эстонской
ССР за 20 лет; В. П. П у р о н а с. Успехи
в развитии народного хозяйства Литовской
ССР (сб. II, III),
экономики республики и быстрейшей ликви¬
дации последствий фашистского нашествия.
Превышение ввоза над вывозам наблюда¬
лось и в 1950—1956 годах. Это объяснялось
тем, что братские республики помогали
Эстонии проводить социалистическую пере¬
стройку ее промышленности и сельского хо¬
зяйства. С 1956 г. по настоящее время ввоз
и вывоз находятся в равновесии. Так совет¬
ский исследователь убедительно опроверг
измышления буржуазных эмигрантских дея¬
телей о том, что недра Советской Эстонии
якобы истощаются, а ее ресурсы выкачива¬
ются в интересах других союзных республик.
Интересны по обилию приводимого фак¬
тического материала также статьи В. Р. Пу¬
рина, В. П. Пуронаса и Э. Ю. Брандта. Эти
авторы обстоятельно показывают, как со¬
циалистический строй превратил прибалтий¬
ские страны из аграрных придатков импе¬
риалистических держав в цветущие социа¬
листические республики с высокоразвитой
промышленностью и крупным механизиро¬
ванным сельским хозяйством. Особенно под¬
черкивается мысль о том, что эти успехи
оказались возможными благодаря братской
помощи советских народов и в первую оче¬
редь русского народа.
Живой интерес участников семинара вы¬
звали вопросы культурного строительства в
Советской Прибалтике. Этому были посвя¬
щены лекции министра культуры Латвий¬
ской ССР В, К. Калпиня «Расцвет социали¬
стической культуры Советской Латвии»,
зам. министра культуры Литовской ССР
В. В. Якелайтиса «Достижения социалисти¬
ческой культуры Советской Литвы», мини¬
стра культуры Эстонской ССР А. Я. Айсбер¬
га «Развитие культуры в Советской Эсто¬
нии» (см. сб. V).
На семинаре-совещании были заслушаны
и обсуждены доклады А. Дризула, кандида¬
тов исторических наук Ю. Юргиниса,
В. Маамяги, разоблачающие фальсификацию
истории народов Прибалтики *.
Докладчики подвергли критике антинауч¬
ные концепции реакционных историков бур¬
жуазных стран и верхушки буржуазно-на¬
ционалистической эмиграции по истории
Прибалтики.
4 А. Д р и з у л. Как извращается исто¬
рия социалистической революции в Латвии
прислужниками империализма; Ю. Юрги-
н и с. Фальсификаторы истории литовского
народа; В. Маамяги. Против фальси¬
фикации истории Эстонии буржуазно-на¬
ционалистическими эмигрантскими истори¬
ками (сб. IV),

144
Историческая наука в СССР
После восстановления Советской власти в
Прибалтике буржуазные деятели, духовен¬
ство, предатели рабочего класса, эмигриро¬
вав за границу, начали там клеветническую
кампанию против социалистических респуб¬
лик Прибалтики. Буржуазные националисты
Б. Калнынь, А. Швабе, Р. Дрейманис,
3. Ивинскис, И. Сквирецкас и др. занялись
фальсификацией важнейших проблем исто¬
рии народов Прибалтики. Искажению под¬
верглась в первую очередь история револю¬
ционного движения эксплуатируемых масс
Латвии, Литвы и Эстонии.
Особенно грубо извращался вопрос о
влиянии Великой Октябрьской социалистиче¬
ской революции на прибалтийские народы.
Клеветнически изображался процесс уста¬
новления Советской власти в Прибалтике
в 1940 г. и ход социалистического строи¬
тельства в трех прибалтийских республиках.
А. Дризул, Ю. Юргинис и В. Ma амяги
показали не только вздорность антинаучных
концепций реакционных буржуазных исто¬
риков, но и вскрыли тот неопровержимый
факт, что в основе всех действий верхушки
буржуазно-националистической эмиграции
лежит ненависть к народам Советского Сою¬
за, в том числе к народам Прибалтики, на¬
всегда сбросившим в 1940 г. буржуазно-
фашистскую диктатуру и восстановившим
Советскую власть.
Интерес представили также доклады
проф. Н. В. Пуховского «Борьба с современ¬
ным ревизионизмом по вопросу о роли пар¬
тии и государства в строительстве социализ¬
ма и коммунизма» и кандидата историче¬
ских наук Ф. Т. Константинова «Дальней¬
шее укрепление дружбы и сотрудничества
социалистических стран и перспективы раз¬
вития их по пути к коммунизму».
На семинаре был организован широкий
обмен опытом работы исторических секций
по пропаганде идей дружбы народов и со¬
циалистического интернационализма. В нем
приняли участие передовики промышленно¬
сти и сельского хозяйства Прибалтики. Вы¬
ступили бригадир бригады коммунистическо¬
го труда машинист паровоза Р. А. Линтин,
Герой Социалистического Труда работница
треста «Вильнюсстрой» Л. Т. Стельмокегия,
Герои Социалцсгического Труда доярки
Ф, А. Чуплинская и П. П. Ярвекюла и дру¬
гие.
Семинар и публикация его материалов —
пример научно-популярного изложения про¬
блем марксистской теории и пропаганды
ленинского учения о пролетарском интерна¬
ционализме и дружбе народов среди широ¬
ких слоев трудящихся.
Сборники содержат обобщенный материал
о расцвете социалистической экономики и
культуры народов Прибалтики. Они вполне
могут быть использованы лекторами, руко¬
водителями кружков и семинаров сети по¬
литического просвещения, агитаторами, учи¬
телями. Материалы сборников могут быть
полезны также для культурно-просветитель¬
ных учреждений, библиотек, кабинетов
политического просвещения, при организа¬
ции выставок, витрин, при изготовлении
наглядных пособий.
Семинар способствовал повышению актив¬
ности историков, экономистов, философов и
литераторов, установлению более тесного их
сотрудничества. Положительным результа¬
том проведенного семинара-совещания яв¬
ляется значительное увеличение в прибал¬
тийских республиках колкчества лекций по
вопросам дружбы и социалистического ин¬
тернационализма. Опыт семинара совеща¬
ния в Прибалтике был успешно использо¬
ван при проведении аналогичных семина¬
ров-совещаний в Баку, Ташкенте, Львове в
течение апреля и мая 1961 года.
В работе этих семинаров приняли участие
партийные, государственные, общественные
деятели и ученые союзных республик и Мо¬
сквы: первый секретарь ЦК КП Азербайджа¬
на В. Ю. Ахундов, первый секретарь ЦК
Компартии Узбекистана Ш. Р Рашидов,
секретари ЦК компартий союзных респуб¬
лик H. М. Гаджиев (Азербайджан), 3. Ра*
химбабаева (Узбекистан), Н. Л. Джандиль-
дин (Казахстан), первый секретарь Львов¬
ского обкома КП Украины И. С. Грушец-
кий, министр культуры Грузинской ССР
Д. И. Чхиквишвили, министр культуры
Узбекской ССР С. М. Мухамедов, министр
финансов Украинской ССР А. М. Баранов¬
ский, президент АН Азербайджанской ССР
Ю. Г. Мамедалиев, вице-президент АН
Киргизской ССР А. А. Алтмышбаев и дру¬
гие.
В многочисленных лекциях и докладах,
прочитанных на семинарах, были освешены
вопросы экономического сотрудничества
братоких народов СССР, их взаимное обо¬
гащение в области науки и культуры, даль¬
нейший расцвет и сближение социалистиче¬
ских наций в период развернутого строи¬
тельства коммунизма. На конкретном фак¬
тическом материале раскрывалась братская
дружба и сотрудничество народов СССР и
трудящихся всего социалцотнческого лагеря.

Историческая наука в СССР
145
Специальные лекции были посвящены разоб¬
лачению фальсификации истории народов
СССР буржуазной историографией. Значи¬
тельное внимание участники семинаров уде¬
лили обсуждению задач, стоящих перед
организациями Всесоюзного общества по
распространению политических и научных
знаний в связи с предстоящим XXII съездом
КПСС.
Перед участниками семинаров выступили
председатель Национального комитета исто¬
риков СССР член-корреспондент АН СССР
А. А. Губер, член-корреспондент АН СССР
М. Д. Каммари, доктора исторических наук
А. Ф. Миллер и А. Н. Мнацаканян, акаде¬
мик АН Азербайджанской ССР И. А. Гусей¬
нов, доктор философских наук М. С. Джу-
нусов и другие.
Большое внимание на семинарах было
уделено обобщению и обмену опытом пропа¬
ганды идей дружбы народов и социалисти¬
ческого интернационализма. Итоги обмена
опытом работы лекторов подвели в своих
выступлениях доктор исторических наук
И. Б. Берхин (в Ташкенте), профессор
А. И. Козаченко (во Львове) и кандидат
исторических наук Г. Н. Голиков (в Баку).
Интересно прошла встреча участников се¬
минара в Ташкенте с профсоюзными деяте¬
лями стран Азии, Африки, Латинской Аме¬
рики и Европы, собравшимися в столице
Узбекской ССР на свой международный фо¬
рум.
Материалы семинаров, проведенных в
Баку, Ташкенте и Львове, подготавливаются
к изданию.
И. В. Дубровина, В. В. Сучков
«История Азербайджана». T. I. Баку. 1958. 423 стр. Тираж 20 000. Цена
12 руб. 50 коп. {1 руб. 25 коп.)
Первый том трехтомной «Истории Азер¬
байджана» охватывает период с дрезней-
ших времен до начала XIX века. Том со¬
здан коллективом ученых Института исто¬
рии АН Азербайджанской ССР. Этот труд
является как бы итогом многолетней дея¬
тельности историков Азербайджана и дру¬
гих советских республик, занимающихся
изучением прошлого азербайджанского на¬
рода.
В современной реакционной буржуазной
историографии укоренилась антинаучная
точка зрения, будто бы азербайджанский
народ не имеет своей собственной истории,
а прошлое его является якобы составной, не
очень существенной частью истории Ирана.
Наибольшее развитие это положение полу¬
чило в иранской историографии, в которой
Азербайджан рассматривается как геогра¬
фическая область, исконно входившая в со¬
став государственных образований Ирана
Лишь в пантюркистской турецкой историо¬
графии история Азербайджана рассматри¬
вается самостоятельно. Однако при этом
преследуется определенная цель — доказать
«единство» всех тюркских народов, среди
1 См. работы. Р Пазуки, А. Экба-
л я, А. Т а д ж б е X ш а и других иранских
историков.
10. * Вопросы ттеторич» № 9.
которых, по учению пантюркистов, наибо¬
лее передовыми и развитыми являются
османские турки2.
Подобный подход к освещению истории
Азербайджана направлен на отрицание не
только прав азербайджанского народа на
свое самостоятельное историческое и куль¬
турное прошлое, но и на принижение его
современной роли. Недаром реакционные
иранские историки в своих сочинениях уси¬
ленно подчеркивают тезис об исконной при¬
надлежности Ирану Закавказья, якобы
несправедливо отторгнутого у него царской
Россией. При этом, акцентируя свое вни¬
мание на агрессивной политике царской
России, они замалчивают, скрывают захват¬
ническую, грабительскую политику шахов
Ирана — вековых угнетателей народов За¬
кавказья.
Перед историками Советского Азербай¬
джана стояла сложная задача — по суще¬
ству, заново разработать и написать, ру¬
ководствуясь марксистско-ленинским уче¬
нием, историю азербайджанского народа,
показать его богатое историческое прошлое,
его культуру как составную часть культу-
? См. Джехангир 3 о й н е л ь-о г л ы.
MvxTacap Азербайджан тарихи, Стамбул.
1342 г. X. (1924).

146
Историческая наука в СССР
ры Востока и мировой культуры. Вместе с
тем эта история должна была быть вос¬
создана как история народных масс —
творцов истории.
Задача эта осложнялась тем, что доре¬
волюционная историография сделала очень
немного даже в вопросах изучения источ¬
ников и разработки политической и куль¬
турной истории Азербайджана. Самостоя¬
тельная азербайджанская историография,
возникшая в Северном Азербайджане после
присоединения его к России, так и не пере¬
шагнула в своем развитии уровень средне¬
вековых хронистов. Азербайджанские исто¬
рики XIX века в силу традиции и других
причин во многом зависели в вопросах исто¬
рии Азербайджана до XIX в. от иранских
историков: они идеализировали иранских
шахов, начиная от Сасанидов и кончая пер¬
выми Каджарами.
Другим, еще более существенным пре¬
пятствием при изучении истории средневе¬
кового и древнего Азербайджана является
положение с источниками. Специфика по¬
литического и национального развития
Азербайджана до XIX в. имела следствием
то обстоятельство, что до нас не дошло,
если не считать нескольких дипломатиче¬
ских документов XVI—XVIII вв., ни одно¬
го исторического источника на азербай¬
джанском языке. Поэтому сведения о
прошлом Азербайджана приходится чер¬
пать из источников, написанных авторами
различных народностей на арабском и пер¬
сидском языках, а также из армянских, гру¬
зинских, европейских и других источников.
Ценность их для истории Азербайджана
различна. Например, в арабоязычных сочи¬
нениях VIII—XIII вв. данных по Азербай¬
джану сравнительно немного, значительно
меньше, чем по Ирану или Средней Азии,
тогда как в персоязычных хрониках XVI в.
материалов по истории Азербайджана не
меньше, чем по Ирану. При наличии таких
многоязычных и трудных для исследования
источников встает вопрос о сборе и обоб¬
щении сведений по средневековому Азер¬
байджану. Необходимо отметить, что и в
настоящем коллективном труде список ис¬
пользованных источников ограничен. Его
можно было бы значительно расширить за
счет привлечения большего числа арабских,
армянских, европейских и иных материалов.
К тому же достойным сожаления являет¬
ся тот факт, что при создании такого со¬
лидного труда, как «История Азербайджа¬
на», во многих случаях использовались не
подлинники источников, а неопубликован¬
ные переводы, хранящиеся в архиве Ин¬
ститута истории АН Азербайджанской ССР.
Это обстоятельство снижает научную цен¬
ность труда. Между тем, многие азербай¬
джанские историки превосходно знают и
критически используют литературу на ев¬
ропейских и восточных языках.
Весьма важен и вопрос о литературе. За
последние годы советские историки проде¬
лали большую работу в области изучения
истории Азербайджана до XIX века. Рабо¬
ты И. Алиева, А. А. Али-заде, Г. Араслы,
И. М. Джафар-заде, В. Н. Левиатова,
Е. А. Пахомова, И. П. Петрушевского,
М. Шарифли и других способствовали раз¬
работке многих конкретных вопросов исто¬
рии Азербайджана и в значительной мере
содействовали появлению данного труда.
В рецензируемом труде полезно было бы
дать источниковедческий и историографиче¬
ский разделы. В обширном и чрезвычайно
полезном списке литературы, приложенном
к тому, весьма мало указано работ зару¬
бежных авторов. Большинство книг и ста¬
тей приведены со сноской на рукописные
переводы, хранящиеся в архиве Института
истории АН Азербайджанской ССР, тогда
как у историков Азербайджана есть пол¬
ная возможность дать вполне научный
аппарат со ссылкой на оригинал.
В «Истории Азербайджана» получили от¬
ражение все основные вопросы социально-
экономической, политической и культурной
истории Азербайджана.
Во главу угла поставлено исследование
производительных сил и производственных
отношений. В каждом разделе тома, вы¬
деленном в соответствии с существующей в
нашей науке периодизацией истории Азер¬
байджана, имеется отдел, посвященный этим
важнейшим вопросам. Вместе с тем содер¬
жание рецензируемого труда показывает,
что именно на эти проблемы должно быть
в дальнейшем обращено внимание истори¬
ков Азербайджана. Там, где имеется кон¬
кретное исследование по определенному пе¬
риоду (например, по периоду ΧΠΙ—XIV вв.,
обстоятельно изученному в многочисленных
работах А. А. Али-заде), более основатель¬
но и аргументированно изложены и вопро¬
сы экономики. Большим недостатком
является слабая археологическая изучен¬
ность средневекового Азербайджана. Имен¬
но данные археологии могли бы в значи¬
тельной степени восполнить пробелы пись¬
менных источников. При недостатке мест¬
ных материалов, возможно, следовало бы
привлечь материалы по экономике сопре¬

Историческая наука в СССР
147
дельных стран, например, Армении, Ира¬
на. В частности, к этому методу успешно
прибегали А. А. Али-заде и некоторые дру¬
гие историки. Более серьезное внимание сле¬
довало бы обратить на раскрытие на кон¬
кретном материале известного положения
К- Маркса о сосуществовании земледельче¬
ского и кочевого хозяйства. Для истории
Азербайджана это положение имеет прямое
и очень важное, а в ряде случаев и опре¬
деляющее значение. Известна отрицатель^·
ная роль кочевников и кочевой знати в сред¬
невековом Азербайджане, то, в какой сте¬
пени наличие их тормозило экономическое
развитие страны. Ведь господство кочевни¬
ков с их примитивными формами хозяйства
и вытекавшими из них видами собственно¬
сти оказывало тормозящее воздействие не
только, скажем, на развитие городов и то¬
варно-денежных отношений, но и на разви¬
тие самой феодальной собственности. Оче¬
видно, в значительной мере с этим было
связано отсутствие или, точнее, слабое раз¬
витие господского хозяйства в Азербайджа¬
не и Иране.
Странным нам кажется положение на
стр. 250, в котором утверждается, что в
XVI в. наблюдаются «относительное умень¬
шение иноземных вторжений и хозяйствен¬
ный подъем». Малейшее знакомство с
источниками убеждает как раз в обратном.
Уже шах Исмаил I большую часть своего
правления провел в войнах с узбеками и
турками. При Тахмаспе I войн, часто не¬
удачных для шаха, было еще больше. Азер¬
байджан (особенно Южный); непрестанно
страдал от турецких нашествий, тогда как
Ширван то и дело восставал против Сефе-
видов. Карательные экспедиции в Ширван
не могли не влиять отрицательно на его эко¬
номику. К тому же феодальные ополчения,
составлявшие главную, а для XVI в., по су¬
ществу, единственную военную силу шахов,
содержались за счет населения. Последнему
это обходилось недешево. Множество войн
и феодальных усобиц наблюдалось особен¬
но в конце XVI века. Все это находится в
резком контрасте с XVII столетием (исклю¬
чая его первые два десятилетня)', когда
Азербайджан почти не испытывал на себе
влияния внешних войн.
Одной из основных проблем, которыми
занимается советская историческая наука,
является классовая борьба. Авторы «Исто¬
рии Азербайджана» уделили большое вни¬
мание этой проблеме. В частности, основа¬
тельно изложено одно из крупнейших вос¬
станий в Аббасидском халифате — восста¬
ние Бабека (стр. 118—124). Вместе с тем
и эта важнейшая часть исторического про¬
шлого Азербайджана требует еще более
основательного анализа источников, из ко¬
торых можно извлечь и новые факты клас¬
совой борьбы. Наряду с восстаниями сле¬
довало бы уделить внимание и другим фор¬
мам классовой борьбы: побегам крестьян,
отказам от уплаты податей и т. д. В источ¬
никах, особенно по позднему периоду
(XVI—XVIII вв.), отражены и эти вопросы.
Вместе с тем требовалось бы уточнить оцен¬
ку ряда движений, упомянутых в работе.
Например, на стр. 233 и 236, где речь идет
об антисефевидском восстании в Ширване
в 1549 г. во главе с Бурхан-мирзой, это
восстание характеризуется как феодальный
мятеж. Между тем и в восстании Бурхан-
мирзы и в ряде других антисефевидских вы¬
ступлений в Ширване принимали участие
наряду с феодалами, возглавившими их и
связанными с Турцией, также и массы шир-
ванских крестьян, у которых отбирались
земли и раздавались кызылбашским эмирам
и кочевым племенам, переселяемым в Шир¬
ван из Южного Азербайджана, Армении
и Ирана. Недаром Ширван наряду с Гиля-
ном являлся в XVI в. самой «мятежной»
областью в составе Сефевидской державы.
Неверная оценка дана и движению Мех-
лу-баба (стр. 275—276). Единственным
источником по этому вопросу является рас¬
сказ армянского историка Закарии Сарка-
вага. Однако из него отнюдь не вытекает,
что в данном случае имело место откры¬
тое восстание. Мехлу явно не выступал
против властей, и никакого карательного от¬
ряда на его подавление никто не посылал3.
Точно так же, на наш взгляд, следует кри¬
тически отнестись к смешению реального
Кероглу и героя азербайджанского, турк¬
менского и турецкого эпосов, известного
под тем же именем *.
На стр. 276 в разделе о восстании 1629 г.
следовало бы уточнить, что основным рай¬
3 См. Закария Саркаваг. Mémoires
historiques sur les Sofis par le diacre Zaka-
ria. Tr. par M. Brosset. Collection d’histori¬
ens Armeniens. T. II. SPb. 1876, p. 37;
см. также И. П. Петрушевский.
Очерки по истории феодальных отношений
в Азербайджане и Армении в XVI — нача¬
ле XIX в. Л. 1949, стр. 329—331.
4 См. А. П. Новосельцев. Из истории
классовой борьбы в Азербайджане и Во¬
сточной Армении в XVII — XVIII вв.
«Исторические записки». Т. 67. I960, стр.
.239.

148
Историческая наука в СССР
оном восстания был Гилян и цифра в
30 тыс. восставших относится в основном
к этой области5. Можно было бы приве¬
сти и другие факты, показывающие, что
над вопросами классовой борьбы азербай¬
джанским историкам предстоит еще осно¬
вательно поработать.
Важным является вопрос о складывании
азербайджанской народности с единым
языком тюркской группы. Ему уделено выни¬
мание в разделе о формировании азербай¬
джанского языка (стр. 169—172). Правиль¬
но показано, как ряд языков различных
языковых групп был вытеснен единым язы¬
ком тюркской группы. Лишь в результате
этого процесса постепенно сложилась азер¬
байджанская народность. Едва ли только
следует преувеличивать влияние тюрок в
Азербайджане в V—VII веках.
В реакционной буржуазной историогра¬
фии установилось неправильное положе¬
ние, будто бы азербайджанский народ не
принимал участия в создании каких-либо
государственных образований. Как и дру¬
гие работы советских историков, рецензи¬
руемый труд полностью опровергает это по¬
ложение. Исследования историков позволя¬
ют утверждать, что предки азербайджанцев
играли большую роль в создании таких
древних государств, как Манна, Мидия,
Антропатена и другие. И в средние века
Азербайджан знал свою государственность,
примером ее являются Ширван, Арран и
другие. В «Истории Азербайджана» подроб¬
но прослежена история этих государств, их
политическое и международное значение,
сделаны попытки, насколько позволяют
источники, дать характеристику их госу¬
дарственного строя.
Менее удачна, на наш взгляд, постанов¬
ка вопроса о Сефевидском государственном
образовании XVI — начала XVIII века. По
существу, и в рецензируемой работе бытует
тезис о том, что Сефевидское государство
XVI в. до шаха Аббаса I (1587—1629 гг.)
являлось азербайджанским государством, а
затем каким-то путем переросло в Иран¬
ское национальное государство. В связи с
этим вольно или невольно напрашивается
мысль о прогрессивности этого государства
для Азербайджана в XVI в., в то время
как в XVII в. те же Сефевиды характери¬
зуются как национальные угнетатели Азер¬
байджана. При рассмотрении вопроса об
5 Об этом восстании см. И. П. Петру-
ш е в с к и й. Народное восстание в Гиляне
в 1629 г. «Ученые записки Института во¬
стоковедения». T. III. 1951, стр. 225—256.
образовании Сефевидского государства вы¬
двигается тезис о закономерности этого об¬
разования, будто бы вызванного определен¬
ными экономическими причинами, а на
стр. 227 утверждается, что движение, воз¬
главленное Сефевидами, отражало потреб¬
ности оседлого населения. К сожалению, все
эти положения не подкреплены фактиче¬
ским материалом. Если же обратиться к
источникам, то из них видно, что опорой
Исмаила 1, при котором и было создано
Сефевидское государство, было не оседлое
население, а кочевые племена, составившие
союз кызылбашских племен. Именно о них
идет речь во всех известных нам источни¬
ках. Наиболее ранние и достоверные источ¬
ники свидетельствуют, что наряду с коче¬
выми племенами Южного Азербайджана,
Армении, Ирана значительную поддержку
Исмаилу оказали и восточные турецкие
племена Малой Азиив. По свидетельству
венецианца Марино Сануто, современника
Исмаила, внимательно следившего за со¬
бытиями в Турции, в Малой Азин сторон¬
ники Сефевидов составляли до 4/в населе¬
ния 1. По Азербайджану (Южному) у нас
нет таких данных, хотя Сефевидское дви¬
жение началось оттуда, не говоря уже о
Ширване, который до XVII в. так, по су -
шеству, и не покорился Сефевидам. Лишь
резня, произведенная Селимом I накануне
похода 1514 г., обеспечила покорность Ма¬
лой Азии султану. Интересен тот факт, что
уже Исмаил I попытался осуществить то,
что столетием позже сделал Аббас I, а
именно — ограничить власть и влияние ко¬
чевой знати. Но при этом он вовсе не про¬
являл какого-либо пристрастия именно к
азербайджанской некочевой знати. Уже в
915 г. X. (1509—1510 гг.) он лишил высшей
должности в государстве — векнля своего
воспитателя Хусейн-бека шамлу и передал
ее Наджму Гилянн, а после смерти послед¬
него назначил векилем Яр-Ахмеда Хузани
Исфагани*. Но поражение на Чалдыран-
ской равнине (1514 г.) заставило Исмаила
вернуть эту должность Кызылбашам. Сле¬
6 См. «The early Years of Shah Ismail, fo¬
under of the Safavi Dynasty», by E. D. Ross.
IRAS. 1896, p. 23 (перс, текст); Хасан-
бек румлу. Ахсан-ат-таварих. T. I. Ба-
рода. 1931, стр. 35; Хондемир Гияс
ад-дин. Хабиб ас-сийар. Т. 4. Тегеран.
1954, стр. 452.
7 См. «История Ирана с древнейших вре¬
мен до конца XVIII в.». Л. 1958, стр. 254.
8 Хондемир Гияс ад-дин. Указ.
соч., стр. 492; III е р е ф-х ан бидлнеи,
Шереф-наме. T. II, стр. 145, 146.

Историческая наука в СССР
149
довательно, уже дальновидный Исмаил де¬
лал попытку ослабить кочевую знать, одна¬
ко это ему не удалось. При преемниках
Исмаила это тем более было невозможно.
В результате к 80-м годам XVI в. держа¬
ва Сефевидов практически распалась на ряд
владений. По словам современника Шереф-
хана бидлиси, семь крупнейших кызылбаш-
ских эмиров разделили между собой госу¬
дарство9. Реформа же Аббаса I привела
не «к вытеснению азербайджанского эле¬
мента» в государстве и замене его иран¬
ским, а к уравнению с кызылбашской
знатью знати других племен, созданию но¬
вой знати из числа гулямов, усилению влия¬
ния духовенства и оседлой землевладельче¬
ской знати. Об этом красноречиво свиде¬
тельствует второй список эмиров Исканде¬
ра Мунши, относящийся к 1628 г., в котором,
кстати говоря, нет ни одного иранца,0.
В оценке природы Сефевидского государ¬
ства справедливее согласиться с авторами
«Истории Ирана с древнейших времен», ко¬
торые рассматривают Сефевидское государ¬
ство как «конгломерат разных племен и
народностей, связанных завоеванием, каки¬
ми были прежние государственные образо
вания на территории Ирана»п.
Если вопросам государства в рецензируе¬
мом труде уделено значительное внимание,
то этого нельзя сказать о праве. Необхо¬
димо было хотя бы в общих чертах дать
характеристику мусульманского права, ко¬
торое, несмотря на свою косность, претер¬
пело за период средневековья некоторые
изменения как под влиянием государствен¬
ных постановлений, так и под воздействием
обычного права — адатов. Следовало бы
более основательно остановиться на мусуль¬
манстве и его влиянии на общественную и
культурную жизнь страны.
Позднее средневековье было для Азер¬
байджана периодом установления и неук¬
лонного роста экономических и политиче¬
ских связей с Россией. Этот процесс освещен
и в «Истории Азербайджана». Подробно
прослежены русско-ширванские отношения
в XV в. (стр. 206—207). Приведены данные
о русско-азербайджанской торговле XVI в.
(стр. 245—247). Большое внимание уделе¬
но развитию политических связей России с
9 Ш е р е ф-х ан бидлиси. Шереф-наме.
T. II, стр. 255—256.
10 Иск ан д е р-б е к турке м ан Мун-
III и. Тарих-е алам арай-е Аббаси. Тегеран.
1314 г. X., стр. 761—764.
и «История Ирана с древнейших времен
до конца XVIII в.», стр. 255,
ханствами Азербайджана во второй полови¬
не XVIII в., сыгравших известную роль для
усиления русской ориентации в Азербай¬
джане. Несколько менее разработаны эко¬
номические связи Азербайджана с Россией
в XVIII веке. Для разработки этого во¬
проса необходимо использовать богатые ма¬
териалы архивов Москвы, Ленинграда,
Астрахани. В последнее время азербайджан¬
ские историки начинают широко привлекать
их. Желательно было бы использовать дан¬
ные об усилении тяготения к России в
XVIII в. ремесленников, купечества и от¬
части крестьянства Азербайджана, объ¬
яснить причины этого тяготения. Вместе с
тем следует показать непоследовательную,
двойственную политику большинства азер¬
байджанских ханов, которые стремились
использовать русскую помощь для борьбы
со своими феодальными противниками.
Наконец, следовало бы большее внима¬
ние уделить взаимосвязям — экономическим,
политическим и культурным — между азер¬
байджанским и другими народами Закав¬
казья. Наряду с приведенными данными в
книге можно было бы показать тесные эко¬
номические связи между Азербайджаном и
Арменией, о чем, в частности, свидетель¬
ствует наличие значительного армянского
торгово-ремесленного населения в средневе¬
ковом Азербайджане. Можно было бы пол¬
нее отразить совместную борьбу угнетенных
масс народов Закавказья против «своих»
и чужих феодалов. Так, упоминая о вос¬
стании 1614 г. в Ширване (стр. 275), можно
отметить, что восставшие ширванские
райаты действовали в тесном контакте с
повстанцами Восточной Грузии12.
Большое внимание уделено в книге во¬
просам культуры. Авторы показали, что
азербайджанский народ внес значительный
вклад в мировую культуру. Во всех разде¬
лах тома приведены многочисленные дан¬
ные о поэтах, ученых, художниках, кото¬
рые занимают почетное место среди круп¬
нейших деятелей мировой культуры. Они
оказали значительное влияние на развитие
культуры в Иране, Турции, арабских стра¬
нах и сами, в свою очередь, восприняли
то лучшее, что было создано представите¬
лями культуры других народов.
В томе имеются некоторые мелкие недо¬
четы и погрешности. Например, на стр. 95
есть такая фраза: «...у Табари хазары на-
12 См. Искандер М у н ш и. Тарих-е
алам арай-е Аббаси. Тегеран. 1956—1957,
стр. 888—913; А. П. Новосельцев,
Указ. соч., стр. 240- 212.

150
Историческая наука в СССР
зываются «тюрками»». Поскольку речь идет
о IV в. н. э., то следует уточнить, что в
то время никаких хазар не было, а у Та¬
бари идет речь о гуннских племенах, часть
которых была тюркского происхождения. На
стр. 188 и других даны ссылки на некоего
Казвини. Подобные ссылки ничего не гово¬
рят, ибо ученых с этой нисбой было много.
Очевидно, здесь имеется в виду космограф
XIV в. Хамдаллах Казвини.
На стр. 239 Ардебиль и его область от¬
несены к категории земель хассе (шахский
домен). Между тем Ардебиль был вклю¬
чен в хассе лишь при Аббасе II
(1642—1667 гг.) !3. На стр. 246 непонятно,
на основании каких источников говорится
13 См. Мухамед Тахир Вахид. Аб-
бас-наме. Арак. 1951, стр. 216.
о сношениях Сефевидов с Францией в
XVI веке. Насколько нам известно, сноше¬
ния Ирана с Францией начались лишь в
XVII веке.
Резюмируя все вышесказанное, необходи¬
мо отметить, что наши замечания ни в коей
мере не умаляют значения первого опыта
создания сводной работы по истории Азер¬
байджана до XIX века. Появление первого
тома «Истории Азербайджана» с интере¬
сом встречено широкими кругами читателей.
Наличие же некоторых недостатков свиде¬
тельствует о том, что ряд вопросов истории
азербайджанского народа требует дополни¬
тельной разработки с более полным при¬
влечением и изучением источников и лите¬
ратуры.
А. П. Новосельцев
В. Т. ПАШУТО. Образование Литовского государства. Академия наук
СССР. Институт истории. Изд-во АН СССР. М. 1959. 531 стр. + 2 карты.
Тираж 2 500. Цена 24 руб. 25 коп. (2 руб. 43 коп.).
Вопрос о возникновении Литовского го¬
сударства, игравшего большую роль в сред¬
невековой Европе, занимал многих истори¬
ков, Посвященная этому вопросу литера¬
тура весьма обширна; в своем подавляю¬
щем большинстве она принадлежит литов¬
ским, русским, польским и немецким бур¬
жуазным исследователям. Эта литература,
помимо того, что в ней проявились различ¬
ные политические симпатии и интересы от¬
дельных авторов, рассматривала данный
вопрос односторонне, главным образом с
точки зрения возникновения в Литве мо¬
нархии.
Даже самая значительная и крупная ра¬
бота довоенного времени — двухтомный
труд польского историка Г. Ловмяньского
«Исследование о началах литовского обще¬
ства и государства» (Вильно. 1931—1932) —
страдает, как правильно отметил в рецензи¬
руемом исследовании В. Т. Пашуто, круп¬
ными, свойственными вообще буржуазной
историографии недостатками. Ловмяньский
правильно охарактеризовал состояние хо¬
зяйства древних литовцев и социальное по¬
ложение их знати, но не сумел связать с
социально-экономическими факторами воз¬
никновение государства. Он типичным для
буржуазных исследователей образом свел
вопрос о возникновении государства к во¬
просу об образовании великокняжеской вла¬
сти и объяснил причины его возникновения
по преимуществу влиянием внешних факто¬
ров и обстоятельств.
Работы советских исследователей и исто¬
риков народно-демократических стран до
настоящего времени касались, если не счи¬
тать ряда обобщающих трудов, лишь от¬
дельных, частных, связанных с данной про¬
блемой вопросов или представляли собой
небольшие статьи. Последние вышли
(в основном) из-под пера В. Т. Пашуто и
являлись подготовительной работой к напи¬
санию большого исследования «Образование
Литовского государства». Выход в свет
этого капитального труда является значи¬
тельным событием, вкладом в историогра¬
фию данного вопроса. Автор, исходя из
марксистского понимания истории, впервые
последовательно раскрыл процесс образова¬
ния государства в Литве, доказав, что оно
создавалось прежде всего на основе про¬
исходившего здесь развития производитель¬
ных сил и общественных отношений, а не
только в результате благоприятных внеш¬
них условий.

Историческая наука в СССР
151
Исследование В. Т. Пашуто состоит из
трех частей, за которыми следуют обстоя¬
тельная библиография, указатели имен и
географических названий и четыре прило¬
жения (генеалогическая таблица литовских
князей, текст и перевод Кишпоркского дого¬
вора между Тевтонским орденом и прусса¬
ми, текст «Помезанской правды» и послание
князя Гедимииа от 1324 г, ливонским епи¬
скопам и датскому наместнику в Ревеле).
Рецензируемая книга создана на прочной
документальной основе.
В первой части книги подробно анали¬
зируются выявленные и использованные
автором источники: русские и литовские
летописи, немецкие хроники, актовые мате¬
риалы. Ввиду того, что относящиеся к теме
древнелитовские источники, по существу,
отсутствуют, исследование строится по
преимуществу на источниках соседних
стран. В. Т. Пашуто привлек также немало
документальных материалов более поздне¬
го времени. По отдельным конкретным
вопросам могут быть высказаны отличные
от толкований автора суждения, но это вряд
ли поколеблет основные положения книги.
В частности, нам представляется, что
В. Т. Пашуто слишком доверчиво относится
к переводу Ливонской хроники Генриха,
сделанному С. А. Аннинским. Учитывая все
достоинства этого перевода, следует иметь
в виду, что Аннинский вследствие недоста¬
точного знания местных исторических усло¬
вий допустил в своем переводе ряд неточ¬
ностей. Так, он спутал древнеэстонские тер¬
риториальные объединения кихельконды с
маакондами (земли, союзы кихелькондов).
Возможно, что именно поэтому то же самое
случилось и с автором рассматриваемого
исследования, когда он в последнем абзаце
на стр. 113 указывает, что мааконды вхо¬
дили в кихельконды, хотя в других случа¬
ях их соотношение дано в правильном по¬
рядке. В книге не использовано другое из¬
дание хроники, вышедшее в 1955 г. в Ган¬
новере 1. В этом издании учтены резуль¬
таты работы прибалтийского историка
Л. Арбузова, долго и подробно изучавшего
источники хроники, а также показаны рас¬
хождения, имеющиеся между дошедшими
до нас ее рукописными вариантами.
По-видимому, есть необходимость уточ¬
нить перевод некоторых встречающихся
1 Heinrici chronicon Livonîae. Editio
altera. Heinrichs livländische Chronik. Zwei¬
te Auflage, bearbeitet von L. Arbusow und
Albert Bauer. Hannover. 1955.
в старых источниках терминов. Так, слово
«gentilium» (riius gentiiium, quasi gentilium
sacerdotes), встречающееся в статьях
1 и 3 второй части Кишпоркского договора
(стр. 501, ср. также стр. 105, 107), переве¬
дено С. П. Кондратьевым как «родовой
(племенной, простонародный)». Однако в
средневековой латыни слово «gens» имело
еще одно значение — «язычник». Ввиду то¬
го, что в данном контексте договора «язы¬
ческие обряды» и жрецы «вроде языческих
священников» противопоставляются именно
христианским обрядам и христианским
(подлинным) священникам, то в этом слу¬
чае «gentilium», очевидно, следует перево¬
дить как «языческий».
В других случаях, когда смысл того или
иного термина с течением времени значи¬
тельно изменился и его позднейшее значе¬
ние больше не соответствует древнему по¬
нятию, будет целесообразно применять та¬
кой термин не в современной, а в старой
его форме. Например, при переводе извест¬
ного сообщения Вульфстана о его поездке
в IX в. к эстиям-пруссам там, где говорится,
что у пруссов было много городов (замков),
а в каждом городе «cyning», последний
термин целесообразнее передавать не совре¬
менным словом «король» (стр. 84), а оста¬
вить его непереведенным в его древней фор¬
ме, ибо древнее значение этого слова было
не «король», а «предводитель», «военачаль¬
ник». В более поздних источниках, напри¬
мер, в Ливонской рифмованной хронике,
этому термину в том же общем его значе¬
нии соответствует термин «kunig». Если
эти термины давать в древней их форме,
связь между cyning'aMH IX в. и kunig’aMH
XIII в. будет сама по себе ясна и не будет
затемняться ассоциациями, которые неволь¬
но вызывает передача первого из них совре¬
менным словом «король».
Вторая часть исследования посвящена
историографии вопроса. Автор, в общем, дал
исчерпывающий анализ русской, польской,
литовской и немецкой литературы, а также
литературы советской и стран народной де¬
мократии.
Одиако В. Т. Пашуто следовало бы
в историографическом обзоре охарактеризо¬
вать по крайней мере еще одну работу, от¬
носящуюся непосредственно к вопросу
исследования и лишь мимоходом процити¬
рованную в труде, а именно работу Таубе2,
2 М. Taube. Russische und litauische
Fürsten an der Düna zur Zeit der deut¬
schen Eroberung Livlands. Breslau. 1935.

152
Историческая наука в СССР
Следует иметь в виду, что на эту работу
для обоснования своих взглядов нередко
ссылаются зарубежные историки норманнст-
ского толка.
Приведенная в конце рецензируемой кни¬
ги библиография включает почти всю лите¬
ратуру проблемы. Упоминания заслуживало
бы разве только одно небольшое, но ценное
исследование советского историка Т. Зейда 3.
В третьей, основной части труда В. Т. Па¬
шуто на основании анализа всех имеющих¬
ся в его распоряжении данных раскрыл осо¬
бенности общественно-политического разви¬
тия Литвы до середины XIV века. Совет¬
ская историческая наука обогатилась новы¬
ми выводами по такой сложной проблеме,
как генезис феодализма и происхождение
государства. Прослежен переворот в обще¬
ственном строе Литвы, который продолжал¬
ся около полутора столетий.
В книге проанализированы особенности
политической структуры Литовского Вели¬
кого княжества, сложившегося на основе
синтеза институтов незавершенного феода¬
лизма коренной Литвы с более развитыми
институтами феодального строя Белоруссии.
И, наконец, подробно освещена собственно
политическая история Литвы вплоть до
XIV в. и особенно ее вековая освободи¬
тельная борьба с агрессией немецкого орде¬
на, поддержанного многими правительства¬
ми и папской курией.
Ожесточенная борьба в Понеманье и
Подвинье сопровождалась тяжелым разоре¬
нием Жемайтии и неоднократным вторже¬
нием крестоносцев в земли Белоруссии и
Аукштайтии.
Основные выводы книги по всем назван¬
ным вопросам не вызывают сколько-нибудь
серьезных возражений. При обилии затро¬
нутых в труде проблем естественно, что по
некоторым, преимущественно частным во¬
просам со взглядами автора нельзя пол¬
ностью согласиться. Отдельных из них, от¬
носящихся главным образом к характери¬
стике особенностей хозяйственного и обще¬
ственного развития Литвы, коснемся ниже.
Но прежде всего нам хочется остановиться
на некоторых более общих вопросах, воз¬
никающих при чтении рецензируемого ис¬
следования.
В, Т. Пашуто неоднократно (и совершен¬
но правильно) отмечает особенности обще¬
ственного строя жемайтов по сравнению
с общественным строем аукштайтов, или
я Т. Zeids. Feodalismus Livonia Riga.
1951.
восточной части литовцев. Но, рассматри¬
вая экономику литовских земель, он не от¬
мечает различий в экономике разных ча¬
стей Литвы, а говорит о хозяйстве Литвы
в целом. Между тем в экономике Лит¬
вы должны были существовать известные
местные особенности, в значительной сте¬
пени объясняющие различия, наблюдае¬
мые автором в общественном строе. Нам
представляется, что, привлекая, в частно¬
сти, некоторые дополнительные этнографи¬
ческие данные (относящиеся, правда, к
значительно более позднему времени) и
учитывая некоторые местные особенности
природных условий и ресурсов, можно бы¬
ло бы получить представление об извест¬
ных различиях хозяйственной жизни, суще¬
ствовавших уже в древности.
Территория Литвы делится в географиче¬
ском отношении на северо-западную (ее
ядром является древняя Жемайтия), отли¬
чающуюся равнинным рельефом, и на во¬
сточную и юго-восточную части (Аукштай-
тия и другие земли), характеризующиеся
холмистостью и густой сетью долин, в ко¬
торых расположено множество озер. Если
в Жемайтии имелись естественные условия
для возникновения сравнительно больших
сплошных полевых массивов, то в условиях
сильно расчлененного рельефа Аукштайтии
пригодные для обработки участки земли
нередко были мелкими и разбросанными.
Качество почвы здесь сильно варьировало:
рядом с плодородными суглинками часто
находились малопригодные для земледе¬
лия пески. Таким образом, условия для раз¬
вития земледелия в названных частях Лит¬
вы были неодинаковы.
Требует уточнения утверждение автора
(стр. 249) о том, что реки Литвы обильны
рыбой, а леса — зверем и что это в равной
мере относится ко всей литовской террито¬
рии. На богатом водоемами юго-востоке
и востоке страны значительно большая
часть населения, чем на западе и севере,
занималась рыболовством как подсобным
промыслом. То же относится и к охоте.
Обширные, богатые зверем леса находи¬
лись главным образом на юге-востоке, где
они непосредственно переходили в лесные
массивы Полесья. Этим объясняется нали¬
чие более развитого в этой части Литвы
(по сравнению с другими ее районами)
смолокурения и других лесных промыслов,
а, возможно, также и бортничества. Дан¬
ные археологии свидетельствуют о.том, что
с древних времен в холмистой, богатой

Историческая наука в СССР
153
озерами южной части Литвы были особенно
развиты также плавка и обработка же¬
леза.
Таким образом, можно предполагать, что
в хозяйстве Жемайтии в основном преоб¬
ладали земледелие и скотоводство, а раз¬
ные промыслы отступали на задний план,
в то время как в Аукштайтии сельское хо¬
зяйство тесно сочеталось с другими подсоб¬
ными отраслями. Иными словами, в
Аукштайтии хозяйство носило в большей
мере многоотраслевой характер.
Разница была, как видим, не в существо¬
вании в той или другой части Литвы разных
отраслей экономики или в степени разви¬
тия хозяйства в целом, а в его структуре,
в разном соотношении и взаимном пере¬
плетении разных его отраслей. Не подлежит
сомнению, что характер общественных от¬
ношений, культуры и быта населения из¬
вестном территории определяется не только
его занятиями и степенью их развития, но
и тем, в каком сочетании и относительном
соотношении друг с другом находились раз¬
ные отрасли производства.
Население Жемайтии добывало себе сред¬
ства существования, занимаясь преимуще¬
ственно сельским хозяйством и только
в сравнительно небольшой степени—подсоб¬
ными промыслами. Этнографы указывают,
что здесь господствовал обычай передавать
свой участок одному наследнику, как пра¬
вило, старшему сыну. Поэтому в этой части
Литвы на протяжении всей эпохи феода¬
лизма удержалась многочисленная прослой¬
ка лично свободного крестьянства, владев¬
шего относительно крупными земельными
участками. Существование в Жемайтии
большого числа землевладельцев — мелких
нобилей - уже в ΧΙΠ—XIV вв. отмечено
также в рецензируемом исследовании.
Вероятно, наличие сравнительно много¬
численного слоя экономически относитель¬
но самостоятельных землевладельцев и бы¬
ло главной причиной того, что здесь мощь
и власть крупного нобилетета не достигла
той степени завершения, как в Аукштайтии.
В Аукштайтии, где в экономике подсоб¬
ные промыслы играли сравнительно боль¬
шую роль, земельные наделы нередко дели¬
лись между наследниками. В результате
этого здесь, видимо, рано возникло много
мелких хозяйств, которые неминуемо попа¬
дали в зависимость от своих богатых сосе¬
дей. Пожалуй, этим в значительной степени
и объясняется более быстрое здесь, чем
в Жемайтии, развитие и укрепление мощи
верхов знати. Этому процессу содейство¬
вали еще и другие факторы. Так, возможно,
что в условиях аукштайтского многоотрас¬
левого хозяйства имущая знать располага¬
ла большим количеством и разнообразием
товаров для сбыта. Важным стимулом был
также и пример феодальной верхушки со¬
седних русских княжеств. Но внешнее
влияние могло быть лишь дополнительным,
а не основным фактором. Решающую роль,
разумеется, играла экономика, ее местная
специфика.
Указанные особенности хозяйства и быта
обеих частей Литвы известны нам по источ¬
никам и материалам, относящимся главным
образом к более позднему времени. Не
может быть, однако, сомнения в том, что
в некоторой мере эти или подобные им
местные особенности существовали уже и в
период возникновения Литовского государ¬
ства. Иначе невозможно объяснить того ха¬
рактерного для всей истории Литвы разли¬
чия в развитии ее основных частей — Же¬
майтии и Аукштайтии,—которое, судя по
археологическим памятникам, существовало
уже в начале нашей эры, а также и в бо¬
лее отдаленные времена.
Различия в структуре экономики и соот¬
ветствующие особенности общественного
строя и политической организации, отли¬
чающие жемайтов от аукштайтов, были
одной из причин возникновения распрей
между ними. По этой причине великокняже¬
ской литовской власти не удалось приобре¬
сти в Жемайтии сколько-нибудь крупных
домениальных владений (стр. 309) и тем
самым стать ее полновластным хозяином.
Аналогичную картину представляла так¬
же Прусская земля и ее экономика. В се¬
верной, равнинной части Пруссии, начиная
с Помезании на западе и кончая Надровией
и Скальвией на востоке, преобладало зем¬
ледельческое хозяйство. В южной, хол¬
мистой и богатой озерами части, включаю¬
щей Галиндию и Судавию-Ятвягию, эконо¬
мика носила в целом, как и в Аукштайтии,
характер многоотраслевого хозяйства. По
своей материальной культуре галинды и
судавы-ятвяги, начиная уже с первых веков
н. э., настолько резко отличались от своих
северных соплеменников, что встает вопрос,
отнести ли их к пруссам или выделить
в особую группу западных балтов, По-види¬
мому, у них так же, как у аукштайтов, раз¬
витие политического строя в направлении
укрепления мощи и власти верхов знати
шло быстрее, чем у собственно пруссов.

Γ4
Историческая наука в СССР
V последних, как это убедительно показал
В. Т. Пашуто, особенно на примере Поме¬
рании, политическая организация состояла
лишь в слабоспаянной конфедерации само¬
стоятельных, по существу, земель, быв¬
ших племенных территорий (стр. 335).
Аналогичным был политический строй
жемайтов.
Сходством характера хозяйства, обще¬
ственного строя и политической организа¬
ции собственно пруссов и жемайтов объ¬
ясняется и то подчеркнутое автором об¬
стоятельство, что к сложившемуся у прус¬
сов праву сравнительно легко приспосабли¬
вались жемайты.
Необходимо также иметь в виду, что
«Помезанская правда» и Кишпоркский до¬
говор, привлеченные В. Т. Пашуто в каче¬
стве источников, могут быть использованы
для выводов преимущественно в отношении
Жемайтии и только при условии известной
осторожности для заключений в отношении
аукштайтских порядков.
Особенности структуры хозяйства, отли¬
чающие аукштайтов от жемайтов, в то же
время связывали в большей или меньшей
мере аукштайтов с населением ближайших
белорусских земель. В экономике белору¬
сов, как и аукштайтов, намечалось много¬
отраслевое направление, что определило
развитие здесь мелких хозяйств. Надежным
признаком, свидетельствующим об общно¬
сти характера экономики белорусов и
аукштайтов, является, между прочим, рас¬
пространение у тех и других в XI—XII вв.
общего типа жилой постройки — избы с рус¬
ской духовой печью и неотапливаемыми
сенями. Эта общность отмечена также
и в рецензируемом труде (стр. 258). О ней
говорится как о примере культурных заим¬
ствований у белорусов. Однако следует учи¬
тывать, что заимствования извне восприни¬
мались, как правило, лишь тогда, когда для
этого имелись соответствующие условия.
Жилой дом, как хозяйственно-бытовой ком¬
плекс, мог получить распространение лишь
при наличии у обоих народов однородных
условий хозяйственной жизни. Напомним,
что в Жемайтии сложился совершенно иной
комплекс жилого дома.
Общность хозяйства и материальной куль¬
туры прослеживается у населения белорус¬
ских и восточнолитовских земель с весьма
отдаленных времен. Литва и соседние части
Белоруссии были в древности заселены бал¬
тийскими племенами. Исследования А. А.
Кочубинского, А. Л. Погодина и А. И. Со¬
болевского по топонимике и особенно гид¬
ронимике соседних с Литвой и Латвией ча¬
стей Белоруссии свидетельствуют о том, что
представители балтийских племен продол¬
жали долго существовать среди пришедших
туда в середине 1 тысячелетия славян и
лишь постепенно сливались с последними.
В. Т. Пашуто использует работы назван¬
ных авторов и соглашается с тем, что
балтийское население влилось в славян¬
ское, но полагает, очевидно, что этот про¬
цесс ко времени возникновения Литовского
государства уже завершился. Однако все
же можно полагать, что в тот период в ука¬
занных частях Белоруссии жило еще немало
балтийского населения. Во всяком случае,
нет основания сомневаться в том, что
в XII—XIII вв. между литовцами и бело¬
русами не было резкой этнической границы:
их разделяла довольно широкая полоса со
смешанным населением. Но это, пожалуй,
не самое главное. Гораздо важнее уже упо¬
мянутое нами обстоятельство — сходный
характер экономики у населения восточной
Литвы и соседней части Белоруссии. Это
должно было определить и сходные пути
формирования общественных отношений
у населения обеих соседних территорий.
Г. Б. Федоров, на выводы которого
ссылается автор рецензируемой монографии,
пришел на основании изучения литовских
кладов к заключению, что владельцы этих
кладов, то есть возвышающаяся литовская
знать, уже с X в. были в оживленных эко¬
номических сношениях с соседними русски¬
ми землями и городами, в особенности
с верхним Приднепровьем.
В. Т. Пашуто склонен рассматривать
включение ближайших белорусских земель
в состав складывавшегося Литовского го¬
сударства преимущественно как результат
их подчинения последнему. Но ведь в дан¬
ном случае речь идет не о XIV в„ когда
литовские великие князья стали завоевы¬
вать отдаленные русские земли, а о време¬
ни возникновения Литовского государства.
Литовское Великое княжество создавалось
как этнически смешанное литовско-русское,
точнее, литовско-белорусское государство,
что было следствием общности экономиче¬
ского и общественного развития населения
этих районов, сложного переплетения обоих
этнических элементов и т. д. Хотя все эти
факты, как мы видели, и отмечены в моно¬
графии, но достаточно четкого вывода из
них не сделано. А следовало бы под¬
черкнуть, что «синтез» русских и литовских
общественных и политических порядков,
о котором говорится в книге (стр. 245), воз¬

Историческая наука в СССР
155
ник не только с образованием Литовского
государства; он имел глубокие корни в
весьма отдаленном прошлом.
В. Т. Пашуто недооценил или по крайней
мере недостаточно подчеркнул значение
дружинной организации в государствен¬
ном и раннем государственном политиче¬
ском строе литовцев. Правда, он не раз
касается вопроса о дружинниках и дру¬
жине {стр. 272, 298, 301, 337, 346), однако,
учитывая большую важность дружинной
организации, следовало посвятить ей хотя
бы небольшой специальный раздел (что
автором сделано в отношении других ин¬
ститутов власти и управления). Ведь дру¬
жина была в тот период не только военной,
но и важной политической организа¬
цией. Дружинников («сородичей и друзей*)
знатных пруссов отмечает уже Вульфстан.
Примечательно, что несколькими столетия¬
ми позднее теми же словами (cognati et
amid)' обозначают дружину у ливов и дру¬
гих прибалтийских народов Генрих Латыш¬
ский и другие хронисты. Говоря о мощи
крупных литовских нобилей, наподобие
Лингевина. источники подчеркивают факт
наличия у них множества «друзей» (amici,
vrûnde). Хронист Генрих указывает
(ГЛ 10,5), что ливские нобили рассчи¬
тывали на вече или совете себе подобных
на поддержку со стороны своих «друзей» и
«сородичей». Из этих и других подобных
сведений можно заключить, что крупные
нобили осуществляли свою власть в воло¬
стях, опираясь на дружину. Надо пола¬
гать, что на дружинную организацию в
основном опирался и Миндовг. В связи с
этим возникает сомнение, правомерно ли
называть Лингевина без оговорок «васса¬
лом» Миндовга (стр. 173). Ведь дружин¬
ная организация сменилась феодальной не¬
сколько позже. Нельзя не высказать сожа¬
ления, что автор не остановился на вопросе
о смене дружиннических отношений фео¬
дальными.
Нам кажется сомнительным и то, что
В. Т. Пашуто, следуя Ю. М. Юргинису, на¬
зывает коллективно сооружаемые и оборо¬
няемые жемайтские крепости «общинными».
Община, несомненно, существовала у же-
майтов, как и у пруссов, но уже в пережи¬
точной форме. Важнейшую роль в деле
обороны страны играла в XII—XIII вв., на¬
до полагать, уже «е община, а дружина.
Поэтому представляется более правильным
называть эти крепости дружинными. Об¬
щинным более правильно называть извест¬
ный тип крепостей-убежищ, относящихся в
Прибалтике к первым векам нашей эры, то
есть к позднему этапу родового строя.
Сделанные нами замечания ничего су¬
щественного из выводов автора рецензи¬
руемого труда не снимают. Это большое ис¬
следование, как всякое проникнутое творче¬
ским духом произведение, не только решает
сложные научные вопросы, но вместе с тем
порождает много новых мыслей и откры¬
вает новые перспективы в исследовании
ряда проблем и вопросов, по которым при¬
ходится в некоторых случаях оппонировать
автору. Бесспорно, рассматриваемая работа
является крупным вкладом в историогра¬
фию средневековья как нашей страны, так
и соседних западных стран.
Академик АН Эстонской ССР
X. А. Моора
X. Ф, УСМАНОВ. Столыпинская аграрная реформа в Башкирии. Баш¬
кирский филиал АН СССР. Институт истории, языка и литературы. Уфа.
1958. 176 стр. Тираж 2 000. Цена 3 руб. 15 коп. (31 коп.).
В советской исторической литературе
имеется ряд трудов, посвященных аграрной
политике царизма в начале XX века Авто¬
1 С. М. Дубровский. Столыпинская
реформа. Капитализация сельского хозяй¬
ства в XX веке. М. 1930; Д. А. Батурин-
с к и й. Аграрная политика царского пра¬
вительства и Крестьянский поземельный
банк, М. 1925; П. Н. Ефремов. Столы¬
пинская аграрная политика. М. 1941, и др.
ры их на материалах центральной России
показывают экономические предпосылки сто¬
лыпинской реформы, формы и методы про¬
ведения и итоги ее. Столыпинская аграрная
политика коснулась районов с неодинако¬
вым уровнем развития производительных
сил. В этой связи приобретает особый инте¬
рес изучение реформы и ее последствий на
окраинах России, особенно на восточных,
которые заметно отставали в своем разви¬

156
Историческая наука в СССР
тии от центра страны Каким был уровень
производительных сил сельского хозяйства
этих областей накануне реформы? Какие хо¬
зяйственные изменения произошли в резуль¬
тате реформы? На какой путь (прусский или
американокий) развития толкала она сель¬
ское хозяйство этих районов? Вот вопросы,
на которые наряду с широким показом по¬
литических целей царизма должны, по на¬
шему мнению, обратить особое внимание
исследователи при изучении столыпинской
реформы на окраинах страны.
Одной из отсталых аграрных окраин цар¬
ской России была Башкирия. Проведению
здесь столыпинской реформы посвящена
книга X. Ф. Усманова. Во введении автор
излагает сущность аграрного вопроса в Рос¬
сии в конце XIX — начале XX в. в целом
и столыпинской реформы в частности. Здесь
же дана краткая характеристика источников
и литературы. Основной смысл первой главы
состоит, по существу, в ответе на вопрос:
имелась ли экономическая база для столы¬
пинской реформы в Башкирии? Автор от¬
вечает на этот вопрос утвердительно.
Непосредственно проведению реформы и
ее итогам посвящены остальные две главы
книги. X. Ф. Усманов приводит цифры, ха¬
рактеризующие разрушение общины по
Уфимской и Оренбургской губерниям 2, мас¬
совую продажу крестьянами наделов после
выхода из общины, подробно показывает
деятельность Крестьянского банка в ущерб
интересам крестьянских масс. Остановив¬
шись на переселенческой политике царизма,
он пишет, что Башкирия являлась не столь¬
ко местом, куда переселяли крестьян,
сколько объектом колонизации края в со¬
ответствии с планами его русификации. Ав¬
тором выявлены особенности хуторских хо¬
зяйств в Башкирии, заключавшиеся в том,
что среди хуторян был высокий процент
зажиточных переселенцев из Европейской
России, в то время как башкир среди ху¬
торян почти не было. В последней главе
приведены некоторые цифры по краю в це¬
лом, показывающие расширение посевных
площадей за 1905—1912 гг., увеличение
производства товарного хлеба, некоторый
рост применения машин. На основе этих
данных X. Ф. Усманов делает вывод, что
аграрная реформа в Башкирии, как и в
остальной России, в известной мере спо¬
собствовала развитию капиталистических
2 Башкирия входила в состав Уфимской
и Оренбургской губерний, и поэтому автор
Cej.tT данные по этим губерниям.
отношений в сельском хозяйстве (стр. 146).
Однако основные пережитки крепостниче¬
ства в Башкирии сохранились (крупное по¬
мещичье землевладение, преобладание об¬
щины). Потерпела неудачу и политика на¬
саждения столыпинских «помещиков».
В книге показан размах аграрного движе¬
ния в крае. Царскому правительству не уда¬
лось успокоить крестьянство Башкирии. Бо¬
лее заметной по сравнению с предыдущим
периодом стала и борьба внутри самого
крестьянства. Положительной стороной ра¬
боты является также использование автором
неопубликованных архивных материалов.
В целом книга X. Ф. Усманова полезна
для изучения истории Башкирии начала
XX века. Однако не все поднятые в ней во¬
просы освещены в должной мере и не со
всеми выводами автора можно согласиться.
Не совсем удачно, на наш взгляд, введе¬
ние. У читателя так и не складывается це¬
лостного впечатления о сущности аграрного
вопроса в России в конце XIX — начале
XX века. Верно, что помещичье землевладе¬
ние было главным пережитком средневе¬
ковья, и это отмечено в книге. Но не сле¬
дует забывать, что и существовавшая форма
крестьянского землевладения также тормо¬
зила развитие производительных сил, на
что указывал В. И. Ленин3,
Рассматривая крестьянские хозяйства на¬
кануне реформы, X. Ф. Усманов должное
внимание уделил расслоению крестьянства.
Он пишет, что в Башкирии указанный про¬
цесс принял довольно значительные разме¬
ры. Желая показать темпы расслоения сре¬
ди башкир, автор берет за основу волости
с преобладающим башкирским населением.
Эти данные он сравнивает с показателями
по губернии в целом и делает вывод, что
расслоение среди башкир происходило теми
же темпами, что и среди крестьян других
национальностей (стр. 49, 52). Но ведь в
Уфимской губернии, по данным самого
автора, башкиры составляли 41% населения,
русские — 36%, татары — 8%, люди прочих
национальностей—12% (стр. 17). Такое
соотношение отдельных групп населения,
как нам думается, делает приведенное выше
сравнение неправомерным. Автору следова¬
ло сравнивать данные башкирских волостей
с данными волостей, где преобладали не-
башкиры (например, русские крестьяне).
Вот почему и вывод автора о темпах рас¬
слоения среди башкир, на наш взгляд, со¬
мнителен.
3 См. В. И. Лен и н. Соч. Т. 18. сгр. 60.

Историческая наука в СССР 157
При характеристике крестьянского хозяй¬
ства X. Ф. Усманов ограничился лишь про¬
блемой расслоения. Он не показал состоя¬
ния сельскохозяйственной техники и степе¬
ни применения наемного труда, а также
развития животноводства. Непонятно пол¬
ное игнорирование автором положения, су¬
ществовавшего в крестьянской общине пе¬
ред реформой. В книге мало конкретного
материала, показывающего формы и мето¬
ды, которые применяла царская админи¬
страция в ходе разрушения общины в Баш¬
кирии. Не совсем убедительно звучит объ¬
яснение X. Ф. Усмановым довольно боль¬
шой разницы в проценте выходцев из
общины в Уфимской и Оренбургской губер¬
ниях. Высокий процент выходцев по Орен¬
бургской губернии (30%) он объясняет при¬
нудительным укреплением земли в частную
собственность (стр. 83). Возникает вопрос:
почему в соседней Уфимской губернии не
удалось принудительно поднять процент
выходцев (он составлял здесь 15% ) ? Оче¬
видно, дело здесь не только в принужде¬
нии, но и в экономических особенностях
Оренбургской губернии. Отметив, что выход
из общины у башкир происходил медлен¬
нее, чем у крестьян других национальностей,
X. Ф. Усманов связывает это с враждеб¬
ностью башкир к политике царизма и с
нежеланием башкирского кулачества выхо¬
дить из общины. Не отрицая значения этих
факторов, главную причину, по нашему
мнению, следует искать в экономическом
строе башкир. Предпосылок для развития
по капиталистическому пути у них было
меньше, чем у крестьян других националь¬
ное гей. Не случайно результатом насиль¬
ственного выхода башкир из общины была
не капиталистическая перестройка хозяй¬
ства, а массовая продажа земли.
Хотя последняя глава книги и посвящена
социально-экономическим последствиям ре¬
формы, имеющиеся здесь материалы носят
иллюстративный характер. Конкретные хо¬
зяйственные изменения, которые произошли
в Башкирии в результате реформы, не по¬
казаны. Таким образом, главным пробелом
книги является недостаточно конкретный
анализ состояния крестьянского хозяйства
края и слабый учет особенностей экономики
Башкирии, заключающихся в неодинаковом
уровне развития хозяйства у крестьян раз¬
личных национальностей.
И. Г, Акманов
П. П. МОИСЕЕВ. Аграрные отношения в современной Турции. Изд-во
восточной литературы. М. 1960. 223 стр. Тираж 1 500. Цена 85 коп.
В рецензируемой работе большое место
уделено освещению особенностей развития
капиталистических отношений в турецкой
деревне, политике правящих классов в кре¬
стьянском вопросе и анализу результатов
земельной реформы 1945 года.
По широте охвата проблем книга П. П.
Моисеева превышает круг вопросов, подня¬
тых в вышедшей в 1959 г. монографии А. Д.
Новичева «Крестьянство Турции в новейшее
время», в которой изложение эволюции аг¬
рарных отношений в турецкой деревне дове¬
дено только до предвоенных лет.
Для написания своей монографии П. П.
Моисеев использовал значительное количе¬
ство официальных источников — законода¬
тельные акты меджлиса, постановления пра¬
вительства, статистические ежегодники и
бюллетени, а также материалы прессы,
главным образом статьи из анкарского жур¬
нала «Forum» и органа деловых кругов
Турции газеты «Tiirkiye Iktisam gazetesi».
Привлечены автором труды советских исто¬
риков и экономистов и литература на за¬
падноевропейских языках.
Книге предпослан небольшой историогра¬
фический очерк, в котором дается краткая
характеристика монографий и статей совет¬
ских и иностранных авторов по аграрному
вопросу в Турции. В конце книги имеется
приложение, состоящее из статистических
таблиц, составленных известным исследова¬
телем сельского хозяйства Турции Харман-
далыоглу и опубликованных в журнале «Fo¬
rum*.
В первой главе рассматриваются сложив¬
шиеся в Турции формы землевладения и не¬
которые особенности ее аграрного строя.
П. П. Моисеев подчеркивает, что верхушеч¬
ный характер кемалнстской революции в

158
Историческая наука в СССР
Турции сказался и на ограниченности всех
последующих мероприятий национальной
буржуазии, составившей вместе с помещи¬
ками правящий блок. Вследствие этого лом¬
ка старых и внедрение новых, буржуазных
отношении происходила чрезвычайно мед¬
ленно.
Проанализировав результаты сельскохо¬
зяйственных переписей, автор устанавливает,
что большинство земельных собственников
(53,6% всех крестьянских хозяйств в турец¬
кой деревне) составляют мелкие земледель¬
цы, которым принадлежало лишь 18,6%
обрабатываемой земельной площади.
Рассмотрев затем процесс концентрации
в руках помещиков и кулаков земельной
собственности, который особенно усилился
в последние два десятилетия, П. П. Мои¬
сеев приходит к выводу, что этот процесс
протекает уже на базе становления бур¬
жуазной земельной собственности и являет¬
ся доказательством изменения способа про¬
изводства и аграрного строя страны.
Во второй главе автор концентрирует вни¬
мание на анализе существующих форм
землепользования и изменений в социаль¬
ной структуре турецкой деревни. Подробно
осветив основные формы земельной ренты в
Турции, П. П. Моисеев убедительно показы¬
вает сдвиги, происшедшие после войны в
землепользовании, иллюстрируя свои до¬
воды данными таблиц, многие из которых
составлены им самим. Переход помещичьих
хозяйств от полуфеодальных методов экс¬
плуатации крестьянства к методам капита¬
листическим сопровождался массовым сго¬
ном арендаторов с помещичьих земель,
превращением их в сельских пролетариев.
Основываясь на данных исследования, про¬
веденного в 1952 г. Анкарским университе¬
том, автор выдвигает положение о том, что
в последние годы в сельском хозяйстве
Турции особое значение приобретает про¬
слойка капиталистических предпринимате¬
лей и что капиталистическая аренда все
больше пробивает себе дорогу. Это утверж¬
дение П. П. Моисеева не вызывает возра¬
жений. Важно, однако, установить уровень
развития капитализма в современной ту¬
рецкой деревне. И здесь мы сталкиваемся с
противоречивой и явно завышенной оцен¬
кой автором степени развития капитализма
в сельском хозяйстве Турции.
На стр. 63 читаем: «Помещичьенкапитали-
стическим хозяйствам уже теперь принад¬
лежит около 20% всех обрабатываемых зе¬
мель». Всего в Турции насчитывается
38 тыс. помещичьих хозяйств, которые вла¬
деют четвертой частью земельной площади.
Таким образом, по мнению автора, лишь
5% помещичьих земель обрабатываются на
основе старых, докапиталистических мето¬
дов эксплуатации крестьянства.
К несколько иному выводу П. П. Моисеев
приходит на стр. 73, где он пишет; «Ори¬
ентировочно можно считать, что около
К помещичьих земель (то есть 3—3,5 млн.
га из 8,8 млн. га) заняты капиталистически¬
ми хозяйствами, около !/е — под различны¬
ми переходными формами, а остальная зем¬
ля сдается в кабальную аренду безземель¬
ным и малоземельным крестьянам». Для
подтверждения своего вывода об удельном
весе капитализировавшихся помещичьих хо¬
зяйств автор в сноске отмечает, что такое
же количество земельной площади вспахи¬
вается в настоящее время тракторами. Од¬
нако при этом П. П. Моисеев не учел того
факта, что тракторы в Турции используются
не только в помещичьих, но также и в зна¬
чительной части кулацких хозяйств. Следо¬
вательно, действительная площадь вспахи¬
ваемой тракторами помещичьей земле
меньше указанной. Отсутствие официаль¬
ных статистических данных не дает воз¬
можности точно установить, какая часть
помещичьих земель сдается в издольную
аренду. Сведения, опубликованные в раз¬
ное время турецкими авторами, позволяют,
однако, сделать вывод, что число поме¬
щичьих хозяйств, использующих старые,
полуфеодальные методы эксплуатации кре¬
стьянства, значительно больше, нежели это
считает П. П. Моисеев. По данным турец¬
кого исследователя проф. Казыма Койлю,
относящимся к 1954 г., в Турции более
половины средних и крупных землевла¬
дельцев (то есть помещичьи хозяйства с
площадью от 200 га и выше) сдавали
землю в издольную аренду *. В течение по¬
следующих 5—6 лет сфера полуфеодальной
эксплуатации, по-видимому, уменьшилась.
Однако это не дает основания для столь
категорических выводов, которые делает
П. П. Моисеев. Особенно много помещичьих
хозяйств старого типа находится на восто¬
ке и юго-востоке страны, о чем в книге по¬
чему-то не упоминается. Проф. Бесим Дар-
кот, автор вышедшей в 1958 г. «Географии
Турции», пишет, что «в некоторых местах,
например, на юго-востоке, село или даже
несколько сел находятся в руках одного
1 Kâzim К о у I ü. Türkiye ziraatinde özel-
Iikler, prodüktivite ve envestiman imkanlari.
«Türk ekonomisi» ,vj 127. Oeak 1954, s. 12.

Историческая наука в СССР
159
крупного землевладельца на положении
марабаджи»2 (категория наиболее прини¬
женного издольщика). Наконец, многочис¬
ленные свидетельства о сохранении полу¬
феодальной эксплуатации в значительной
части страны содержат статьи, опублико¬
ванные в турецкой прессе после переворота
в мае I960 года3.
Аграрная политика турецкого правитель¬
ства и земельная реформа 1945 г. освещают¬
ся в третьей главе. Анализируя эволюцию
аграрной политики правящих кругов Тур¬
ции, автор отмечает, что эта политика про¬
шла ряд этапов и что на всех этапах она
отвечала прежде всего интересам помещи¬
ков и кулаков и предавала забвению основ¬
ные нужды и запросы подавляющего боль¬
шинства крестьянства.
В четвертой и пятой главах рецензируе¬
мого исследования освещается положение
турецкого крестьянства и изменения в сель¬
скохозяйственном производстве. Заслуга
П. П. Моисеева состоит в том, что он гораз¬
до полнее, чем это было сделано в других
работах по данной теме, освещает налого¬
вый гнет крестьянства. Автор рассказывает
об ухудшении положения крестьянских
масс, несущих на себе основную тяжесть
военных расходов, связанных с участием
Турции в агрессивных военных блоках.
Крестьянство подвергается также экс¬
плуатации ростовщическим капиталом, со¬
храняющим свое значение из-за недостаточ¬
ного развития банковского кредитования.
В книге отмечается, что крестьянские вы¬
ступления в Турции носят характер стихий¬
ных спорадических волнений (стр. 175—176).
Здесь, на наш взгляд, следовало бы
в качестве причин слабости крестьянского
движения указать на сохранение в турец¬
кой деревне чрезвычайно сильной экономи¬
ческой зависимости крестьян от крупных
землевладельцев -и на идеологическое влия¬
2 Besim Dar ko t. Türkiye cografyasi.
Istanbul. 1958, s. 79.
3 «Ulus», 6 декабря 1950; «Aksam», 20—31
декабря 1960.
ние духовенства, которое особенно усили¬
лось за годы пребывания у власти демокра¬
тической партии 4.
В главе пятой автор переоценивает, на
наш взгляд, достигнутый в Турции уровень
сельскохозяйственного производства. Проил-
люстрируем это следующим примером. П. П.
Моисеев утверждает, что в стране «в на¬
стоящее время в среднеурожайный год ва*
ловой сбор полеводческих культур при со¬
хранении низких норм потребления позво¬
ляет обеспечить потребности страны в хле¬
бе до нового урожая, снабжать промышлен¬
ность хлопком, табаком, сахарной свеклой
и другим сырьем, а по некоторым культу¬
рам создавать экспортные и внутренние ре¬
зервы» (стр. 184). Но это не так. Несмотря
на значительное увеличение посевных пло¬
щадей, особенно под пшеницей, Турция не
в состоянии обеспечить собственные потреб¬
ности в продовольствии. Начиная с 1954 г*
она ввозит зерно из США даже в средне¬
урожайные годы. Продовольственная про¬
блема в Турции, по признанию самих турец¬
ких экономистов, весьма далека от своего
разрешения.
Существенным недостатком рецензируе¬
мой работы является также отсутствие по¬
каза борьбы, развернувшейся в последние
годы в правящем лагере вокруг вопроса о
земельной реформе.
Д. И. Вдовиченко
4 В качестве иллюстрации этого явления
приведем выдержку из журнала «Forum*:
«Известно ли вам, сколько в Турции свя¬
щеннослужителей? Более 8 млн. сектантов
идет за сомнительными пастырями. Кресть¬
яне отдают им более половины своего до¬
хода. Взрослые и дети работают на пред¬
ставителей церкви, выполняя самую разно¬
образную работу... В мечетях, так же как
шесть веков назад, крестьянина убеждают,
что бунт против правительства — это бунт
против аллаха. Радио... убеждает населе¬
ние, что бунт против правительства — это
бунт против аллаха. Вот на такой почве
мы создали демократию...» («Forum», 1 ию¬
ля I960 г., № 150, стр. 5).

160
Историческая наука в СССР
С. И. АРХАНГЕЛЬСКИЙ. Крестьянские движения в Англии в 40—50-х
годах XVII века. М. Изд-во АН СССР. 1960. 356 стр. Тираж 1 800. Це¬
на 16 руб. 70 коп. {1 руб. 67 коп.)
Вышедшая посмертным изданием моно¬
графия чл.-корр. АН СССР профессора
Горьковского университета С. И. Архан¬
гельского посвящена одной из наиболее ин¬
тересных и важных проблем начального пе¬
риода новой истории. Автор поставил сво¬
ей задачей показать активную роль,
сыгранную крестьянством в ходе Англий¬
ской буржуазной революции середины
XVII века. В буржуазной историографии
никогда еще не появлялось работы о кре¬
стьянских движениях эпохи революции.
Только попутно, лишь в связи с другими
вопросами — о крайних демократических
течениях периода революции или о ходе
гражданской войны в отдельных граф¬
ствах,— английские историки производили
экскурс в тему о крестьянских движениях,
но обычно неглубоко, явно недооценивая
значения этого важнейшего социального
явления Г У большинства зарубежных ис¬
следователей сложилось представление,
будто английские крестьяне в противопо¬
ложность французским играли пассивную
роль во время революции. Английская ре¬
волюция, по мнению большинства буржуаз¬
ных исследователей, была совершена дво¬
рянством и буржуазией, в то время как
крестьянство «стояло в стороне».
Советские историки, опровергнув в своих
работах эти ошибочные представления, по¬
казали активное участие крестьян в рево¬
люции, прежде всего в качестве солдат
кромвелевской армии. Но о других формах
крестьянской борьбы, в первую очередь та¬
кой, как непосредственные столкновения с
помещиками-лордами, писалось мало.
С. И. Архангельский сумел на основе
многочисленных и разнообразных, часто
весьма редких старинных публикаций ис¬
точников детально проследить участие на¬
родных масс в буржуазной революции, по¬
казать своеобразие крестьянских движений
в разных районах Англии и выяснить при¬
чины ограниченности результатов движе¬
ний в смысле влияния на аграрное законо¬
дательство буржуазного правительства.
1 Даже в наиболее серьезной работе —
книге Маргарет Джемс (М. James. Social
Problems and Policy during the Puritan Re¬
volution 1640—1660. London, 1930)—зе¬
мельной проблеме уделена лишь одна гла¬
ва, а крестьянское движение рассматривает¬
ся как случайное явление,
Монография начинается вводными разде¬
лами, к которым относится предисловие
проф. В. М. Лавровского, много сделавше¬
го для появления в свет книги покойного, и
авторское введение, в котором содержится
постановка исследуемого вопроса и харак¬
теризуется историография Английской рево¬
люции.
В первой главе, несмотря на ее неболь¬
шие размеры, хорошо показан ряд своеоб¬
разных черт английской деревни первой по¬
ловины XVII века. С. И. Архангельский под¬
черкивает прежде всего большую роль
сельского хозяйства в экономике Англии
того времени, когда английская промыш¬
ленность находилась еще на мануфактур¬
ной стадии развития; далее им рассматри¬
вается процесс первоначального накопле¬
ния. При анализе црложения предреволю¬
ционной деревни много внимания уделяется
вопросам развития товарного хозяйства,
роста хлебного рынка и сбыта шерсти. Ав¬
тор правильно подчеркивает сочетание в
предреволюционной деревне двух форм об¬
щественных отношений: капиталистиче¬
ских, все более пробивавших себе дорогу, и
старых, феодальных. Нам представляется
особенно важным это внимание автора к
методам феодальной эксплуатации. Кресть¬
янские движения того времени вызывались
по большей части недовольством крестьян
феодальным притеснением, тормозившим
развитие крестьянского хозяйства, и прояв¬
лялись в виде борьбы за уменьшение ренты
и уничтожение дополнительных штрафов,
борьбы за лесные и пастбищные угодья
и т. д. Уже в первых главах монографии
часто отмечаются разрозненные, но порой
довольно бурные выступления крестьян
против лордов в разных местах Англии. Из
этих движений наиболее широкими были
выступления в Восточной Англии в 20—30-,\
годах, связанные с осушительными работа¬
ми в низинах, предпринятыми в интересах
лордов и в ущерб интересам крестьян как
владельцев скота и пастбищ. В юго-запад¬
ных графствах в 30-х годах наблюдалось
движение крестьян, упорно добивавшихся
права свободного пользования лесами.
Лишь позднее, в период революции, стали
характерны и политические выступления
крестьян, особенно в графствах, территори¬
ально близких к Лондону. В 1G10 -1641 гг.

Историческая наука в СССР 161
жители деревень приходили большими груп¬
пами в столицу и участвовали в демонстра¬
циях городских народных масс, например,
в связи с преданием суду королевского фа¬
ворита графа Страффорда. Это был один
из случаев совместных выступлений сель¬
ского и городского плебса (стр. 90—92).
В общем, картина большого возбуждения,
царившего в тогдашней деревне, нарисова¬
на автором весьма ярко, хотя по имею¬
щимся у него источникам он смог описать
движения лишь в наиболее близких к Лон¬
дону районах Центральной, Восточной и
Юго-Западной Англии.
Характеристика большинства крестьян¬
ских выступлений периода самой революции
1640—1660 гг. дается С. И. Архангельским
в ΠΙ—X главах. Главы III—V рассматри¬
вают столкновения крестьян-общинников с
лордами: действия против «осушителей» в
графствах Восточной Англии и борьбу за
леса и пастбища на Юго-Западе. В Восточ¬
ной Англии движение достигало порою
больших масштабов. Например, в Линкольн¬
шире весной 1641 г. в движении участво¬
вало до 3 тыс. крестьян (стр. 103); в
1643 г. в том же Линкольншире «болотные
люди» опустошили 7 тыс. акров земли, за¬
сеянной «осушителями», и снова превратили
ее в пастбища (стр 116); в 1643 г. кресть¬
яне юго-западных графств действовали
против «огораживателей» с оружием в ру¬
ках; тогда же наблюдались захваты иму¬
щества феодалов (стр. 135). Палата лордов
рассматривала эти выступления как «под¬
линный мятеж» и требовала от мировых
судей принятия немедленных мер к ликви¬
дации «беспорядков». В том же 1643 г. до¬
стигли наибольшего распространения лес¬
ные порубки. Они производились особенно
широко в лесном массиве графства Гло¬
стершир, а также в графствах Мидлсекс и
Серри (стр. 152—153). Таким образом, фак¬
ты массовых движений крестьянства во
время революции находят яркое отображе¬
ние в монографии С. И. Архангельского.
Однако как бы ни были многочисленны
выступления крестьян, современников пора¬
жали в них прежде всего новые, необычные
элементы; известная организованность, на¬
личие элементов политической и социальной
программы. Этим вопросам движения уде¬
лены в монографии главы VI—VII. Наибо¬
лее оригинальной является, на наш взгляд,
глава VI — «Движение клобменов в эпоху
Английской революции». До сих пор о клоб-
менах в литературе встречались лишь не¬
большие заметки или случайные упомина¬
13. «Вопросы истории> ,\ь 9.
ния 2. При этом данное движение рассмат¬
ривалось как движение наиболее отсталой
части крестьян западных графств, а иногда
подчеркивалась даже его реакционная роль.
С. И. Архангельский собрал большой фак¬
тический материал о клобменах, показав,
что они действовали не только на западе,
но и в графствах юга и центра страны.
Особенно активно клобмены выступали в
разгар гражданской войны. Поражают не¬
которые цифры в сравнении с обычными
для той эпохи данными: число участников
выступлений достигало 4 000—15 000 чело¬
век (стр. 164—165). В клобменском движе¬
нии участвовали и горожане. Например, на
юге центром подобных выступлений являл¬
ся город Шефтсбери. Клобмены выдвигали
программу, отчасти выражавшую желание
крестьян защитить свои права и имущество
от обеих воюющих сторон — и от «кавале¬
ров» и от «круглоголовых». Они создали
вооруженные отряды, которые могли вести
длительную борьбу и действовали вплоть
до 1646 года. С. И. Архангельский пока¬
зал, что это движение отнюдь не являлось
незначительным эпизодом, как писали о
том многие английские историки; оно носи¬
ло массовый характер. Однако автор при¬
шел все же к выводу, что данное движение
не вышло за рамки партизанской войны,
что клобмены не выдвигали каких-либо
четких социальных требований, что созда¬
ние независимой крестьянской «третьей
партии» в условиях буржуазной револю¬
ции оказалось в действительности утопией.
В условиях ранних буржуазных револю¬
ций гегемоном, руководителем крестьян
могла быть, естественно, только буржуазия.
Но конкретные обстоятельства развития
Английской революции, в которой активную
роль играло и новое дворянство, связывали
буржуазию, делали ее союзником джентри.
Поэтому крестьянство было лишено непо¬
средственного политического руководства
со стороны горожан, что сказалось и на
клобменском движении.
Глава VII монографии посвящена дру¬
гим важным народным движениям —
левеллерскому и диггерскому. Они изучены
в историографии 3, в гом числе и совет¬
2 См., например, S. R Gardiner Histo¬
ry οί the Great Civil War. Vol. Ill—IV.
London. 1890—1891; A. H. Савин. Лек¬
ции по истории Английской революции. М.
1937, стр. 298.
3 Укажем на работу Беренса (L. Н. Ве-
rens. The Digger Movement in the Days
of the Commonwealth. London. 1906), не
потерявшую значения еще и сегодня; из но-

162
Историческая наука в СССР
ской4, довольно подробно. Поэтому автор
останавливается на этих движениях лишь
вкратце, хотя мы считаем, что их более
полный анализ был бы все же необходим.
Ценным моментом является данный
С. И. Архангельским критический анализ
аграрной программы левеллеров (стр. 203—
208). Относительно большое внимание уде¬
лено диггерам. Автор расширил наше
представление о географических масштабах
движения, показав, что диггеры выступали
не только в С'ерри и Бекингемшире, как это
обычно подчеркивалось в литературе, но и
в ряде других графств, преимущественно
Средней Англии. Главы VIIî—X рассмат¬
ривают снова местные выступления кре¬
стьян (в 50-х годах), связанные с борьбой
за пользование пастбищами, лесами н нед¬
рами. Наконец, в главе XI прослеживаются
выступления начала 60-х годов, то есть уже
после реставрации Стюартов.
В «Заключении» автор объясняет причи¬
ны неудачи крестьянских движений изучен¬
ной им эпохи: I) расчлененность деревни в
экономико-географическом отношении; ряд
районов на Западе, Севере и Северо-Восто¬
ке жил еще обособленной жизнью; 2) в Анг¬
лии XVII в. окончательно сформировалось
новое дворянство, цепко державшееся за
землю и сумевшее использовать в своих
интересах данную революцию; 3) в деревне
XVII в. наблюдалось уже сильное расслое¬
ние; зажиточным (и даже богатым)
крестьянам противостояла деревенская бед¬
нота в лице мелких владельцев — копиголь¬
вых исследований назовем D.W. Р е t е g о г-
s к у. Left-wing democracy in the English
War. London. 1944.
4 И. Л. Π о п о в-Л e н с к и й. Лильберн и
левеллеры. М. 1928; Г. Р. Левин. Левел¬
леры и солдатское движение в апреле —
мае 1649 г. «Ученые записки» Ленинград¬
ского государственного педагогического ин¬
ститута. Т. 68. 1948; Я. А. Левицкий.
Индепендентская республика и майское
восстание левеллеров в армии в 1649 г.
«Ученые записки» Московского областного
педагогического института. Вып. 1. 1950;
Ю. М. Сапрыкин. К вопросу об отноше¬
нии левеллеров к борьбе классов за землю.
«Вестник» Московского университета. Се¬
рия общественных наук. Вып. 2. 1951, № 4:
М. А. Б а р г. К вопросу о социальной идео¬
логии диггеров. «Новая и новейшая исто¬
рия», 1960, № 4. См. также изданные в Со¬
ветском Союзе книги: Дж. Лильберн.
Памфлеты. М. 1937; Дж. Уинстенли.
Избранные памфлеты. М.-Л. 1950.
деров и краткосрочных держателей — лиз¬
гольдеров, а также батраков — коттеров;
объединить интересы зажиточного йомен-
ства и пролетаризирующихся низов и вы¬
ступить единым фронтом против лендлор-
дизма было невозможно; 4) недостаточное
внимание к аграрному вопросу левеллер-
ской партии, типичной буржуазно-ради¬
кальной партии, отражавшей настроения
зажиточных слоев города и верхушки де¬
ревни (йоменов, фригольдеров и фермеров),
что в конце концов лишило основную мас¬
су сельского населения политического ру¬
ководства (стр. 326—332).
Таково содержание и выводы монографии
С. И. Архангельского о роли народных
крестьянских масс в одной из ранних бур¬
жуазных революций в Западной Европе.
Конечно, исследование истории крестьянских
движений в эпоху Английской революции
нельзя считать завершенным. По-видимому,
дальнейшее изучение архивных материалов
прольет новый свет на эти события. Крайне
необходимо точнее определить социальный
состав участников движений, ибо еще не
вполне ясно, какую же роль играли в нем
беднейшие элементы и какую позицию за¬
нимала верхушка деревни в конкретных
случаях и в определенных районах. Не изу¬
чена вполне и эволюция земельной ренты в
период революции. Зато весьма ярко вы¬
ступает теперь перед нами и социальная
роль английского крестьянства в целом и
его слабость как класса, вынужденного
вести борьбу в тот момент решительной
ломки феодальных отношений и возникно¬
вения капиталистического строя, когда все
выгоды достались буржуазии и ее союзни¬
ку, новому дворянству, в ушерб интересам
трудящихся масс города и деревни Рост
производительных сил, экономический про¬
гресс Англии во второй половине XVII и
в XVIII в. бесспорны и общеизвестны; они
явились, безусловно, одним из следствий
победы буржуазной революции в стране.
Однако следует помнить, что английскому
крестьянству пришлось пройти путь окон¬
чательной пролетаризации, полной потери
земли, экспроприации. Крестьянство как
класс в основном исчезло в Англии уже в
десятилетия, непосредственно следовавшие
за буржуазной революцией середины
XVII века.
В. Ф. Семенов

Историческая наука в СССР 163
НОВЫП КНИГИ
История СССР
Абашевская культура в Среднем По¬
волжье. (Сборник статей). Отв. ред.
Н. Я. Мерперт. М. Изд-во АН СССР. 1961.
227 стр. (Ин-т археологии. Материалы и
исследования по археологии СССР. № 97).
1 500 экз. 1 руб. 65 коп.
А д а м и я В. И. Из истории английской
интервенции в Грузии. 1918—1921 гг. Су¬
хуми. Абгиз. 1961. 258 стр. 1 ООО экз. 85 коп.
Бадалян С. А. Проблема преодоления
существенного различия между городом и
деревней в период строительства коммуниз¬
ма. Ереван. Айпетрат. 1961. 151 стр. 3 000
экз. 38 коп.
Вернадский В. Н. Новгород и Новго¬
родская земля в XV веке. М.-Л. Изд-во АН
СССР, Ленинградское отд-ние. 1961. 395 стр.
1 600 экз. 2 руб. 35 коп.
Вуда к И. Г. Буржуазные реформы
60— 70-х годов XIX века в Бессарабии. Ки¬
шинев. «Картя молдовеняска». 1961. 219 стр.
1 500 экз. 78 коп.
Валуев Г! А. Дневник П. А. Валуева,
министра внутренних дел. В 2-х томах.
(Вступит, статья П. А. Зайончковского).
Т. 1. 1861—1864. М. Изд-во АН СССР. 1961.
422 стр (Ин-т истории. Глав, архивное
управл. при СМ СССР). 8.000 экз. 1 руб.
90 коп.
В пороховом дыму. Воспоминания участ¬
ников гражданской войны. Ред.-сост. С. Г.
Мухин. Пермь. Кн. изд. 1961. 246 стр. 5 000
экз. 47 коп.
В фашистских застенках. Минск. Госиздат
БССР. 1961. 279 стр. 50 000 экз. 60 коп.
Записки советских женщин — бывших уз¬
ниц концлагеря Освенцим.
В. И. Ленин и революционная Одесса.
Рекоменд. указатель литературы. Сост.
П. Т Миронов. Одесса. Кн. изд. 1961.
45 стр, 2 000 экз. 6 чоп.
Возненко В В. Историческая победа
советского народа в Великой Отечественной
войне 1941—1945 гг. К 20-легию начала
войны. М. 1961. 31 стр. 15 000 экз. 4 коп.
Вопросы истории Коммунистической пар¬
тии Литвы. Сборник статей в помощь изу¬
чающим историю КПСС. Вильнюс. Госпо-
литнаучиздат. 1961. 223 стр. 2 000 экз.
50 коп.
Восьмая конференция РКП (б). Дек. 1919 г.
Протоколы. М. Госполитиздат. 1961. XVI +
315 стр. (Ин-т марксизма-ленинизма при
ЦК КПСС. Протоколы и стенографии, от¬
четы съездов и конференций КПСС).
15 000 экз. 75 кои.
Гавриленков И. Н. О развитии со¬
циалистической государственности в комму¬
нистическое общественное самоуправление.
М. Госюриздат. 1961. 124 стр. 10 000 экз.
42 коп.
Горбунов Э. П. Советские темпы и их
буржуазные критики. М. «Знание». 1961.
48 стр. 47 200 экз. 9 коп.
Грузия в датах. Хроника важнейших по¬
литических, экономических и культурных
событий. Сост. М. Давиташвили. Тбилиси,
Изд-во ЦК КП Грузии. 1961. 46 стр. 5 000
экз. 30 коп.
Грушин Б А. Очерки логики историче¬
ского исследования. Процесс развития и
проблемы его научного воспроизведения.
М. «Высш. школа». 1961. 214 стр. 5 000 экз.
59 коп.
Давыдов М. Александр Дмитриевич
Цюрупа. М. Госполитиздат. 1961. 104 стр.
25 000. 12 коп.
Джаваншир А, О политическом су¬
ществовании Карабахского ханства (с 1747
по 1805 г.). Вступи-, статья Э. Б. Шукюр-
заде. Баку. Изд-вп АН АзССР. 1961, 104
стр. (Ин-т истории). 6 500 экз. 40 коп.
На азербайдж. и русск. языках.
Диалектика развития социалистического
общества. (Сборник статей). М. Изд-во
ВПШ и АОН. 1961. 280 стр. 26 000 экз.
1 руб.
Дон и Нижнее Поволжье в период кре¬
стьянской войны 1773—1775 годов. Сборник
документов. Сост. Н. И. Мастерова и др.
Под ред. А. П. Пронштейна. Ростов-на-До¬
ну. Изд-во Ростовского ун-та. 1961.231стр.
2 000 экз. 1 руб. 20 коп.
Елагин А. Красные горные орлы Тар-
багатая. Алма-Ата. Казгосиздат, ”1961. 51
стр. 6 000 экз. 6 коп. Очерк о партизанском
отряде «Красные горные орлы Тарбагатая»,
действовавшем в 1918—1920 гг. в Север¬
ном Семиречье.
Жучкевич В. А. Происхождение гео¬
графических названий (топонимика) Бело¬
руссии. Минск. Изд-во Белорусского ун-та.
1961. 79 стр. 3 200 экз. 21 коп.
«Закон Судный людем» краткой редак¬
ции. Подгот. к печати М. Н. Тихомиров и
Л. В. Милоз Под ред. и с предисл. Μ, Н,
Тихомирова. М. Изд-во АН СССР. 1961.
178 стр. 1 700 экз. 1 руб. 95 коп. Один из
древнейших памятников славянской юриди¬
ческой мысли, различные списки которого
относятся к XIII—XVII векам.
Изменение классовой структуры общества
в процессе строительства социализма и ком¬
мунизма. М. Изд-во ВПШ и АОН. 1961.
363 стр. 10 200 экз. 1 руб. 24 коп.
Инджикян О. Г. Богдан Кнунянц. Ере¬
ван. Айпетрат. 1961. 255 стр. 5 000 экз.
52 коп. Книга о профессиональном револю-
ционере-большезике Б. Кнунянце (1878—
1911 гг.).
Исторические связи и дружба украинско¬
го и армянского народов. Сборник материа¬
лов научной сессии. Ереван. Изд-во АН
Арм. ССР. 1961. 265 стр. (Йн-т истории).
I 000 экз. 1 руб. 07 коп.
История Великой Отечественной войны
Советского Союза 1941—1945. В 6 томах.
Т. 2. Отражение советским народом веро¬
ломного нападения фашистской Германии
на СССР. Создание условий для коренного
перелома в войне (июнь 1941 г.— ноябрь
1942 г.). М. Военизпат. 1961. 682 стр. (Ич-т
марксизма-ленинизма при ЦК КПСС).
180 000 экз. 3 руб.
К а с и м-з аде Ф. Дружба и братское
сотрудничество социалистических наций За¬

164 Историческая наука в СССР
кавказья. Баку. Азернешр. 1961. 50 стр.
6 ООО экз. 5 коп.
Кировская областная партийная органи¬
зация в годы Великой Отечественной войны.
Сборник документов. Киров. Кн. изд. 1961.
376 стр. 3 000 экз. 78 коп.
Климов И. Д. Героическая оборона
Тулы. (Оборонительная операция войск
50-й армии, окг.— дек. 1941 r.). М. Воениз-
дат. 1961. 136 стр. 10 500 экз. 31 коп,
Колотилов И. Вологодский паровозо¬
вагоноремонтный завод. Вологда. Кн. изд.
1961. 119 стр. (Из истории фабрик и заво¬
дов). 2 000 экз. 15 коп.
Корочкин В. М. Проникновение идей
К. Маркса и Ф. Энгельса в экономическую
литературу революционных демократов
России, М. Изд-во ВПЩ и АОН. 1961. 91
стр. 8 000 экз. 28 коп.
Латышева А. В. Постоянно действу¬
ющие производственные совещания. Из опы¬
та работы промышленных предприятий Ле¬
нинграда, Л, Лениздат. 1961. 76 стр. 5 000
экз. 13 коп.
Летопись дружбы грузинского и русского
народов с древних времен до наших дней.
Худож. произведения, документы, письма,
мемуары, статьи. (В 2 томах). Тбилиси.
«Заря Востока». 1961. 3 000 экз. Т. 1. 574 —
XI стр. 1 руб. 40 коп. Т. 2. 506-j—VIII стр.
1 руб. 45 коп.
Лихачев Д. С. Культура русского на¬
рода X—XVII вв. М.-Л. Изд-во АН СССР.
Ленинградское огд-ние. 1961. 120 стр.
8 000 экз. 23 коп.
Мамикоиян К. А. В. И. Ленин и
большевистские организации Закавказья.
1893—1907. Ереван. Айпетрат. 1961. 195 стр.
2 000 экз. 38 коп.
Маркс К. и Энгельс Ф. Сочине¬
ния Изд. 2-е. Т 19. М. Госполитиздат.
1961. XXVI. 670 стр. 130 000 экз. 1 руб.
Матвеева И, Вера Фигнер. М. Соцэк-
гиз. 1961. 72 стр. 52 000 экз. 8 коп.
Материалы к историко-этнографическому
атласу Средней Азии и Казахстана. М.-Л.
Изд-во АН СССР. Ленинградское отд-ние.
1961. 198 стр. («Труды» Ин-та этнографии
им. H. Н. .Миклухо-Маклая. Новая серия.
Т. 48). 1 700 экз. I руб. 60 коп.
Москаленко А. Т. Секта иеговистов
и ее реакционная сущность, М. «Высшая
школа». 1961. 78 стр. 15 000 экз. 11 коп.
Москалев М. А. Разработка В. И. Ле¬
ниным программы Коммунистической пар¬
тии, М. «Высшая школа». 1961. 176 стр.
9 000 экз. 87 коп.
Мунчаев Р. М. Древнейшая культура
Северо-Восточного Кавказа. М. Изд-во АН
СССР. 1961. 167-f 23 стр. (Ин-т археологии.
Материалы и исследования по археологии
СССР. № 100). 1 500 экз. 1 руб. 37 коп.
Наша великая Родина. Авт. С. С. Брыкин
и др. М. Госполитиздат. 1961. 614 стр.
400 000 экз. I руб. 10 коп. Учебное пособие
по истории СССР для профессионально-
технических учебных заведений.
Незримый фронт. Воспоминания бывших
узников концлагеря «Заксенхаузен». Сост.
В. И. Савостьянов. М. Воениздат. 1961.
271 стр. 115 00U экз. 62 коп.
О новых общественных явлениях и про¬
цессах на современном этапе коммунистиче¬
ского строительства в СССР. Доклады и
выступления на научной сессии. 1960 г.
Харьков. Изд-во Харьковского ун-та. 1961.
204 стр. {АН УССР), 1 500 экз. 75 коп.
II а ш у т о В. Т., С а л о в В. И. и X о р о-
шкевич А. Л. Против фальсификации
истории нашей Родины немецкими реван¬
шистами. М. «Знание». 1961. 32 стр. (Все¬
союзное общ^во по распространению полит,
и науч. знаний. Серия 1. История. Ла 10).
67 400 экз. 6 коп.
Пейса хович А. Я. Культурное строи¬
тельство в Белорусской ССР в 1943—
1945 гг. Минск. Изд-во Белорусского ун-та.
1961. 67 стр. 3 000 экз. 8 коп.
Подъем культурно-технического уровня
советского рабочего класса. Под ред. М. Т,
Иовчука и др. М. Соцэкгиз. 1961. 551 стр.
(Ин-т философии. Уральский гос. ун-т им,
А. М. Г о р ь к о г о). 8 000 экз. 1 руб. 33 коп.
Постникова-Л о сева М. Серебря¬
ных дел мастера. Из истории серебряного
дела в Калуге в XVII—XIX вв. Калуга. Кн.
изд. 1961. 40 стр. 2 000 экз. 6 коп.
П о ч е б у г Г. А. Первомай. (К 70-летию
празднования первой революционной маевки
в России). Л. Лениздат. 1961. 85 стр.
10 000 экз. 6 коп.
Промышленность Грузии за 40 лет. 1921 —
1961 гг. (Сборник статей). Тбилиси «Заря
Востока». 1961. 255 стр. 3 000 экз. 76 коп.
Рапохин А. Молодое поколение интер¬
националистов. М. «Молодая гвардия».
1961. 176 стр. 15 000 экз. 15 коп. О работе
комсомола по интернациональному воспи¬
танию советской молодежи в 1956—1959 го¬
дах.
Самарин Ф. И. В мятежные годы.
Большевики Грозного в авангарде борьбы
за ленинскую тактику в годы первой рус¬
ской революции на Тереке. Грозный. Чече¬
но-Ингушское кн. изд. 1961. 134 стр.
2 000 экз. 37 коп.
С а п а р о в А. Дорога жизни. М. Воен¬
издат. 1961. 319 стр. 50 000 экз. è3 коп. До¬
кументальная повесть о людях, проложив¬
ших дорогу через Ладожское озеро в бло¬
кированный фашистами Ленинград.
Саркисов А. Ленинская «Искра» и
большевистская печать Закавказья. Ереван.
Айпетрат. 1961. 131 стр. 1 500 экз. 15 коп.
Седина А. М. Страницы из истории ра¬
бочего движения на Кубани. 1910—1916 гг.
Краснодар. Кн. изд. 1961. 99 стр. 3 000 экз.
12 коп.
Сейранян Б. С, Борьба большевиков
против военно-промышленных комитетов.
Ереван. Айпетрат. 1961, 155 стр. 1 000 экз.
15 коп.
Сибирский этнографический сборник. От.в.
ред. Л. П. Потапов. Вып. 3. М.-Л. Изд-во
АН СССР. Ленинградское отд-ние. 1961.
213 стр. («Труды» Ин-та этнографии им.
H. Н. Миклухо-Маклая. Новая серия.
Т. 64). 1 500 экз. 1 руб. 23 коп.
Смирнов С. Герои Брестской крепости.
(доп. изд.). М. «Молодая гвардия». 1961.
236 стр. 100 000 экз. 55 коп.
Смирнов С. С. На войне. М. Воениз¬
дат. 1961. 678 стр. 100 000 экз. 1 руб. 27
коп. Содержание: Герои Брестской крепо¬

Историческая наука в СССР
165
сти.— Сталинград на Днепре.— На полях
Венгрии.
Советская Грузия за 40 лет. "Стат. сбор¬
ник. Тбилиси. Госстатиздат. 1961. 208 стр.
о ООО экз. 78 коп.
Сокровищница истории Узбекистана. Пу¬
теводитель по залам Музея истории УзССР.
Ташкент. Изд-во АН УзССР. 1961. 91 стр.
10 ООО экз. 10 коп.
Сорок лет Советской Грузии. Краткий
очерк. Ред. И. Чхиквишвили и Г. Хуцишви-
ли. Тбилиси. «Сабчота Сакартвело». 1961.
540 стр. 5 ООО экз. 1 руб. 70 коп.
Софроненко К. А, Общественно-поли¬
тический строй Урарту. М. Изд-во Москов¬
ского ун-та. 1961. 47 стр. 1 100 экз. 7 кои.
Та ленский Н. О характере второй ми¬
ровой войны. М. Госполитиздат. 1961. 36 стр.
(Консультации по истории КПСС.). 100 000
экз. 5 коп.
Урманов К. Красная гвардия не сдает¬
ся. Барнаул. Алт. кн. изд. 1961. 86 стр.
(Борцы за власть Советов на Алтае). 3 000
экз. II коп. Очерк об одном из эпизодов гра¬
жданской войны на Алтае — героическом
походе отряда Красной гвардии под коман¬
дованием большевика П. Ф. Сухова против
белогвардейцев.
Харитонова Ю. и Щербаков Д.
Крестьянское движение в Калужской гу¬
бернии. 1861—1917 гг. Калуга. Кн. изд. 1961.
159 стр. 3 000 экз. 40 коп.
Хрущев Н. С. Воспитывать активных и
сознательных строителей коммунистическо¬
го общества. Речь на XIII съезде ВЛКСМ
18 апреля 1958 г. М. «Молодая гвардия».
1961. 48 стр. 150 000 экз. 3 коп.
Хрущев Н. С. Речь на торжественном
заседании в городе Ереване, посвященном
40-летию установления Советской власти и
создания Коммунистической партии Арме¬
нии. 6 мая 1961 г. Ереван. Айпетрат. 1961.
35 стр. 2 000 экз. 4 коп.
Ш е л о в Д. Б. Некрополь Танаиса. Рас¬
копки 1955—1958 гг. М. Изд-во АН СССР.
1961, 136 стр. (Ин-т археологии. Материалы
и исследования по археологии СССР.
№ 98). 1400 экз. 1 руб. 27 коп.
Штурмующим рубежи семилетки. (Запи¬
сали И. Казанский и В. Николаев). М.
«Молодая гвардия». 1961. 158 стр. 30 000
экз. 49 коп. В книге помещены беседы госу¬
дарственных и общественных деятелей,
ученых, мастеров культуры, передовиков
сельского хозяйства и производства о пре¬
творении в жизнь заданий семилетки, о ро¬
ли молодежи в борьбе за ее выполнение, о
дальнейших перспективах развития народ¬
ного хозяйства, науки и культуры в нашей
стране.
Всеобщая история
Аркадьев H. Н. Свежий ветер в ООН.
М. «Знание». 1961. 48 стр. 60 000 экз. 9 коп.
Басевнч А. М. Иоахим Лелевель —
польский революционер, демократ, ученый.
(1786—1861). М. Соцэкгиз. 1961. 192 стр.
3 000 экз. 23 коп.
Б е р е н д т А. Борьба за единство проф¬
союзного движения в Г ер мании. Межзо¬
нальные конференции нем. профсоюзов. Пе-
рев. с немец. М. Профиздат, 1961. 247 стр.
1 500 экз. 69 коп.
Боевые действия народного Войска Поль¬
ского. 1943—1945 гг. Сборник статей. Перев.
с польск. Под ред. и с предисловием С. Г.
Поплавского. М. Воениздат, 1961. 360 стр.
2 600 экз. 1 руб. 74 коп.
Васильев В. И. 40 лет народной рево¬
люции в Монголии. М. «Знание». 1961.
48 стр. 59 500 экз. 9 коп.
Волгин В, П. Сен-Симон и сенсимо¬
низм. М. Изд-во АН СССР. 1961. 158 стр.
5 000 экз. 50 коп.
Древняя Греция и Древний Рим. Библио¬
графический указатель изданий, вышед¬
ших в СССР. 1893—1959 гг. Сост. А. И. Во¬
ронков. М. Изд-во АН СССР. 1961. 523 стр.
(Ин-т истории). 1 800 экз. 4 руб. 38 коп.
Ежегодник по аграрной истории Восточ¬
ной Европы. 1959. М. Изд-во АН СССР.
1961. 458 стр. (Ин-т истории). 1400 экз.
2 руб. 56 коп.
Изложение учения Сен-Симона. Перев. с
франц. Вступит, статья В. П. Волгина. М.
Изд-во АН СССР. 1961. 608 стр. (Предшест¬
венники научного социализма). 4 000 экз.
1 руб. 38 коп.
Истоки современного ревизионизма и его
буржуазная сущность. (Сборник статей). М.
Изд-во Московского ун-та. 1961. 415 стр.
3 200 экз. 1 руб. 45 коп.
Коваль В. С, Правда о заговоре против
Гитлера 20 июля 1944 г. Киев. Изд-во АН
УССР. 1961. 100 стр. (Ин-т истории).
200 000 экз. 20 коп.
Карякин Ю. и Плимак Е. Мистер
Кон исследует «русский дух». М. Соцэкгнз.
1961. 183 стр. (Против фальсификации ис¬
тории). 25 000 экз. 22 коп. В книге разобла¬
чается лживость и аятинаучность книг
американского проф. Г. Кона «Дух совре¬
менной России» и «Основы истории совре¬
менной России».
Лобатенко Н. Международное комму¬
нистическое и рабочее движение на совре¬
менном этапе. Минск. Госиздат БССР.
1961. 72 стр. 5 500 экз. 7 коп.
Лозинский С. Г. История папства.
М. Изд-во АН СССР. 1961. 592 стр. (Ин-т
истории). 5000 экз. 1 руб. 87 коп.
Недорезов А. И. КПЧ — организатор
победы социализма в Чехословакии. К 40-
летию образования Коммунистической пар¬
тии Чехословакии. М. «Знание». 1961.
48 стр. 54 000 экз. 9 коп.
Новиков А. И. Реакционная сущность
буржуазной идеологии. Л. Лениздат. 1961.
92 стр. 10 000 экз. 11 коп.
Общегосударственная конференция Ком¬
мунистической партии Чехословакии. Пра¬
га. 5—7 июля 1960 г. (Перевод с чешек.). М.
Госполитиздат. 1961. 174 стр. (Документы
и материалы зарубежных коммунистиче¬
ских и рабочих партий). 20 коп.
Ошеверов Г. Фидель Кастро. М. Гос¬
политиздат. 1961. 31 стр. 350 000 экз. 3 коп.
Рока Б. Куба — свободная территория
Америки. Доклад на VIII Национальной
ассамблее Народно-социалистической пар¬
тии Кубы. Перев. с испан. М. Изд. иностр.
лит. 1961. 151 стр. 30 коп.
' Сиденко В. Ангола в огне. М. Госпо-

166
Историческая наука в СССР
лптизда1. 1961. 30 стр. 100 000 экз. 3 коп.
Очерк о национально-освободительном дви-
жении в португальской колонии Анголе.
Сидоров Д. И. Война и религия. М.
Воениздат. 1961. 170 стр. 44 000 экз. 28 коп.
Советский Союз — искренний друг наро¬
дов Африки. Пребывание Председателя
Президиума Верховного Совета СССР
Л. И. Брежнева в Марокко, Гвинее, Гане
9—21 февр. 1961 года. М. Госполитиздат,
1961. 167 стр. 50000 экз. 35 коп. Сборник
материалов советской и зарубежной печа¬
ти. Некоторые речи и выступления африкан¬
ских деятелей на русск. яз. целиком публи¬
куются впервые.
Современная социологическая теория в ее
преемственности и изменении. Перев. с
англ. Предисловие Г. Беккера и А. Боскова.
Послесловие Д. И. Чеснокова. М. Изд.
иностр. лит. 1961. 895 стр. 3 руб. 91 коп.
Хазанов А. М. Сомалийская Республи¬
ка. Ист. очерк. М. Изд. восточ. лит. 1961.
147 стр. (Ин-т народов Азии). 8000 экз.
30 коп.
Хейфец Ф. А. Парижские коммунары.
М, Госполитиздат. 1961. 87 стр. 40 000 экз.
10 коп.
XVИ Национальный съезд Коммунистиче¬
ской партии США. 10—13 дек. 1959 г. (Пе-
рев. с англ.). М. Госполитиздат. 1961. 239
стр. (Документы и материалы зарубежных
коммунистических и рабочих партий^.
47 коп.
40 лет Народной Монголии. (Сборник ста¬
тей). М. Изд-во ИМО. 1961. 167 стр. 65 коп.
СТАТЬИ В СОВЕТСКИХ ИСТОРИЧЕСКИХ ЖУРНАЛАХ
<гВоенно-исторический журнал» № 6. 1961.
Р. Малиновский. Двадцатилетие на¬
чала Великой Отечественной войны;
Д. Григорович. Героическая страница
(К 20-й годовщине обороны Киева в
1941 гаду); Е. Ч а л и к. Советская Ар¬
мия — армия массового героизма; Ф, Т е-
легин. Использование фашистской Гер¬
манией ресурсов оккупированных и зави¬
симых страи Европы для войны против
СССР; «Они защищали Родину» (подг. ма¬
териалы Г. П. С е ч к и н, П. В. Терехов,
C. H. X а X а н о в, С. М. Крылов, П. Д.
Корзин кин, А. В. Б а с о в, Д. Д. К о-
дола, В. В. Николаев); А. Хрулев.
Становление стратегического тыла в Вели¬
кой Отечественной войне; «Гитлеровские
планы завоевания мирового господства» (до¬
кументы); А. Кру пен ни ков, T. X о д-
цева. Бессмертие подвига (К 20-летию
обороны Брестской крепости).
«Украинский исторический журнал» М 3.
1961 (на украннск. яз.). В. 3. Сердюк.
Из истории развития Устава Коммунисти¬
ческой партии Советского Союза; Р. Г. С и-
м о н е н к о. Документы Совещания пред¬
ставителей коммунистических и рабочих
партий — дальнейшее развитие ленинского
учения о мирном сосуществовании; Н. И,
Ткач. Организационно-хозяйственное
укрепление колхозов Украины в период
победы социализма (1934—1938 гг.); Е. С.
Шаблиовский. Революционно-демо¬
кратическое наследие Чернышевского и
Шевченко з свете марксизма-ленинизма;
В. И. Клоков. Решающий фактор изме¬
нения характера второй мировой войны;
А. Т. Чеканюк, И. П. Кож у ка л о. Ге¬
роическая оборона Киева в 1941 г. и ее
'роль в срыве фашистских планов «блиц¬
крига»; Г. И. Ванеев. Участие трудящих¬
ся Севастополя в обороне родного города
(октябрь 1941 — июль 1942 гг.); О. В. Мои¬
сеев. Массовый героизм советских воинов
в битве за Днепр (1943 г.); П. П. Бы-
стренко. Мемуары о партизанском дви¬
жении на Украине (1941 — 1944 гг.); И. М.
К у л и ч и ч. «Международные тетради дви¬
жения Сопротивления»; О. А. Парасунь-
к о. Источники по истории рабочего движе¬
ния на Украине в период промышленного
капитализма (60 — 90-е годы XIX в.).
«Вестник Московского университета»
№ 3. Серия история. 1961. В. И. Т е т jo¬
ui е в. Борьба партии за генеральную линию
против правого уклона в ВКП(б) в период
между XV и XVI съездами; В. П. С м и р-
н о в. К истории капитуляции Франции н
франко-германского перемирия 1940 г.;
Н, В. С и в а ч е в. Движение за создание
третьей партии в США в середине 30-х го¬
дов; Г. Е. Марков. Раскопки первобыт¬
ной стоянки Оюклы.
«Вестник АН СССР» № 4. 1961. E. М.
Жуков. Понятие прогресса в мировой
истории.
«Вестник истории мировой культуры»
М 2. 1961. Н. И. Конрад. Заметки о
смысле истории; А. И. Казарин. Мабли
как гуманист и мыслитель.
«Вестник АН Казахской ССР» 4. 1961.
«Н. С. Хрущев в Академии наук Казахской
ССР»; «Ученые Академии наук Казахской
ССР навстречу XXII съезду партии» (ре-
дакц. ст.) ; А. Ф и л и π п о в с к л й. Состоя¬
ние сельского хозяйства Казахстана нака¬
нуне сентябрьского Пленума ЦК КПСС
1953 года.
<гВестник АН Казахской ССР» № 5. 1961.
«Из истории Коммунистической партии Ка¬
захстана (Партийная организация Букееи-
ской степи в 1919 г.). (Публикация. Подг.
В. С. Познаней ий, X. Г. Сейтка-
з и е в а).
«Известия АН Азербайджанской ССР».
Серия общественных наук Λν 1. 1961.

Историческая наука в СССР 167
Т. Мус а ев а. Комсомол Азербайджана в
борьбе за ликвидацию неграмотности в
республике в годы первой пятилетки
{1928—1932 гг.); 3. М. Б уния то в. О
длительности пребывания хазар в Алба¬
нии в VII—VIII вв.; М. X. Гейдаров.
К вопросу о ремесленных организациях в
городах Азербайджана XVII в.; М. X.
Н е й м а т о в а. Надписи Джума мечети в
городе Шуше (на азерб. яз.); Г. Абдул-
са л им заде. Электрификация республи¬
ки в восстановитальный период (1921 —
1925 гг.) (на азерб. яз.).
«Известия АН Азербайджанской ССР».
Серия общественных наук № 2. 1961, И. И.
Мирцхулава. Борьба трудящихся Гру-
зии за Советскую власть (на азерб. яз.);
Кемал Алиев. К истории изучения архео¬
логических памятников на территории древ¬
ней Кавказской Албании; Г. А. Г у л и е в.
Производство медной посуды в с. Лагич в
XIX — начале XX в. (на азерб. яз.); П. М.
Алиев. Победа и укрепление Советской
власти в Карабахе (на азерб. яз.).
«Известия АН Армянской ССР». Обще¬
ственные науки № 3. 1961. В. Н. Казахе-
цян. Совхозное строительство в Армении
в 1921 — 1930 гг. (на армян, яз.); М. К. 3 у-
л а л я н. Турецко-персидские войны на тер¬
ритории Армении и их последствия (1555 —
1-595) (на армян, яз.); Т. С. Хачатрян.
Комплекс бронзовых предметов из селения
Вардакар (Артикский район).
«Известия АН Армянской ССР», Обще¬
ственные науки № 4. 1961. Н. О. Огане¬
сян. Ирак накануне революции 14 июля
1958 г. (на армян, яз.); Р. В. Казан-
д ж я н. Из истории Карсской подпольной
организации РКП(б) — КПА (1919—1920);
С, А, Е с а я н. Археологические находки
близ поселка Иджеван; С. М. Айвазян.
О локализации страны Хабди ассирийских
источников.
«Известия АН Латвийской ССР» № 2.
1961. К. П л а у д е. Основные итоги науч¬
ной деятельности и внедрения законченных
научных работ Академии наук Латвийской
ССР за I960 год; В. Самсон. Основные
направления научных исследований Акаде¬
мии наук Латвийской ССР в 1961 году;
Е. М у р а в с к а я. Тоэговые связи Риги с
Полоцком, Витебском и Смоленском в
XIII—XIV вв.; X. Строд. Третий меж¬
республиканский симпозиум по вопросам
аграрной истории Восточной Европы (на
латыш, яз.).
«Известия АН Латвийской ССР» Кг 3.
1961. Я. Грзудонис. Виды костяных
предметов I тысячелетия до н. э. в Латвии
(на латыш, яз.).
«Известия АН Таджикской ССР». Отде¬
ление общественных наук № 1. 1961. «О не¬
которых итогах работы научных учрежде¬
ний Отделения общественных наук за
10 лет существования АН Таджикской
ССР» (редакц. ст.); М. А. Бубнова. Из
истории металлургии серебра в Средней
Азии; Е. А. Д а .в и д о в и ч. Материалы для
характеристики экономики и социальных
отношений з Средней Азми XVI в.; И. Г.
Добровольский. Еще один фельс са-
манида Мухаммеда ибн Исхака; Т. П.
Кия тки и а. Краниологические материа¬
лы с городища Кахкаха (Шахристан II).
Б. А. Л и т в и и с к и й. О топорах эпохи
бронзы из Таджикистана; H. Н е г м а т о в,
Т. И. Зеймаль. Раскопки на Тирмизак-
тепе; А. М. Мандельштам. Наскаль¬
ные изображения «Текке-таш» в Каратегн-
не; В. А. Ра нов. О сопоставлении архео¬
логических данных со стратиграфией чет¬
вертичных отложений Таджикистана.
«Известия АН Туркменской ССР». Серия
общественных наук М 1. 1961. И. Г. И в а н-
ч е н к о. К вопросу о развитии принципа
материальной заинтересованности в сель¬
ском хозяйстве; Д. М. Р е д ж е б о в. К во¬
просу повышения политической и производ¬
ственной активности рабочего класса Турк¬
менистана в годы II и III пятилеток.
«Общественные науки в Узбекистане»
№ 3. 1961. А. Уралов. Из истории разви¬
тия народного образования в БНСР
(1920— 1924 годы); Е. А. Деев а. Всеоб¬
щая октябрьская политическая стачка
1905 года в Туркестане; О. Д. Чехов и ч.
О размере хараджа в Бухаре XIX века;
Э. X о д ж и е в. Из истории экономических
взаимоотношений Ташкента с Россией (ко¬
нец XVIII — начало XIX века) (на узбек,
яз.); А. Д. Юн. Завершение социалистиче¬
ской перестройки сельского хозяйства
КНДР; Д. Муха медова. Расовая ди¬
скриминация индийцев в Южно-Африкан¬
ском Союзе; М. Кути на. Из истории по¬
литических организаций индийской нацио¬
нальной буржуазии — -предшественниц Ин¬
дийского национального конгресса; Р.
Аминова. Из опыта подготовки сборника
документов по социалистическому пере¬
устройству сельского хозяйства Узбекиста¬
на.
«Краткие сообщения Института славяно¬
ведения АН СССР». Г, 31. 1961. М. А. Б и d-
м а h, A. X. К л е в а н с к и й, А. Я. М а н у-
севич и Г. М. Славин. Ленин и образо¬
вание коммунистических партий в зарубеж¬
ных славянских странах; И. И. Удаль¬
цов. Решающая победа социализма в Че¬
хословацкой Социалистической Республике;
В. В. Виноградов, Итоги IV Междуна¬
родного съезда славистов и дальнейшие
перспективы работы Международного коми¬
тета славистов.
«Труды Абхазского института языка, ли¬
тературы и истории им, Д. И. Гулиа АН
Грузинской ССР». Т. 32. 1961. М. Т. Б г а ж-
б а. Сорок лет Советской Абхазии; М. К.
Делба. По ленинскому пути (к сорокале¬
тию Советской Грузии); А. Э. К управа,
А. А. Олонецкий. Краткий обзор изуче¬
ния истории Абхазии за сорок лет; Л. X.
Акаба. Этнографическое изучение абха¬
зов за годы Советской власти; Л. Н. Со¬
лов ь"е в, М. М. Т р а п ш. Археологиче¬
ские исследования в Абхазии за 40 лет Со¬
ветской власти; А. К. Адлейба. Печать
периода культурной революции в Абхазии.
«Труды Азербайджанского сельскохозяй¬
ственного института». Серия общественных
наук. T. XI. i960. А. М. Г а с а н о в. Опреде¬
ляющая роль Коммунистической партии и
Советского государства в создании и раз¬
витии национальной культуры по форме, со¬

168 Историческая наука в СССР
циалистической по содержанию (на азерб.
яз.); Г, 3. М и р з о е в. О коллективизации
сельского хозяйства и некоторых итогах ее
осуществления в Азербайджане; К. М. Г а-
санов. Социалистическое соревнование
текстильщиков грех городов Закавказья —
Кировабада — Кутаиси — Ленинакана;
A. Д. Мамедов. Борьба Коммунистиче¬
ской партии Азербайджана за развитие про¬
мышленности республики 1926—1929 гг.;
Т. Танрыьердиев. Происхождение ре¬
лигии ислама и борьба против его догматов
(на азерб. яз.); Г, С. Намазов. Борьба
Коммунистической партии Азербайджана
за подготовку предпосылок для перехода к
массовой коллективизации сельского хозяй¬
ства в республике; Г. С, Касим о в. Рево¬
люционные выступления бакинского проле¬
тариата в 1905—1907 гг. и вопрос коллек-
тивеного договора (на азерб. яз.); Г. Г у м-
батов. Из истории крестьянского движе¬
ния в Елизаветпольской губернии в 1905 —
1907 гг. (на азерб. яз.); К. М. Г а с а и о в.
Творческий трудовой подъем рабочих горо¬
да Кировабада в честь XXI съезда КПСС.
«Труды Г орьковского политехнического
института им. А. А. Жданова (Обществен¬
но-экономические науки). Т. 16, вып. 4.
1961. В. К. Бабин. Борьба нижегородских
большевиков за укрепление сельских пар¬
тийных организаций в конце зосстанови-
тельного периода (1924—1925 гг.) ; В. В.
Семашко. Строительство партийного ап¬
парата в период от X до XI съезда
РКП(б); E. М. Щепетов. Из истории
борьбы Горьковской партийной организа¬
ции за развитие творческой инициативы
масс в промышленности в годы четвертой
пятилетки (1946— 1950 гг.),
«Труды Института этнографии им. Н. И.
Миклухо-Маклая АН СССР»ш Новая серия.
T. LXIV. Сибирский этнографический сбор¬
ник. III. 1961. В. А. Александров. Чер¬
ты семейного строя у русского населения
Енисейского края XVII—начала XVIII в.;
И. С. Вдовин. Эскимосские элементы в
культуре чукчей и коряков; Е. А. Алек¬
сеенко. Средства передвижения кетов.
Ч. М. Таксами. Селения, жилые и хо¬
зяйственные постройки нивхов Амура и За¬
падного побережья о. Сахалина (середина
XIX —начало XX в.); М. О. Косвен.
Этнографические результаты Великой Се¬
верной экспедиции 1733—1743 гг.
«Труды Института этнографии им. Н. И.
Миклухо-Маклая АН СССР». Новая серия.
T. LXV. Индийский этнографический сбор¬
ник. 1961. В. И. Κοπή ев. Пенджаб в пе¬
риод мисалей и образование государства
сикхов; М. К. Кудрявцев, О народном
образовании в древней Индии; Η. Р. Г у-
сева. Органы самоуправления в индий¬
ской деревме; В. В. Петров. К вопросу
об учете численности населения Индии и ее
национальностей; С, А. Болдырева.
Черты материнскородовой организации у
гаро и кхаси (Ассам).
«Труды Ленинградского государственного
библиотечного института им. Н. К. Круп¬
ской». Т. 7. К 90-летию со дня рождения
B. И. Ленина. 1960; П. Е. Никитин. Ле¬
нин и питерские рабочие; Г, Н. Реутов.
В. И. Ленин — организатор и вдохновитель
Коммунистического Интернационала
(1918 год); П. В. Карпов. В. И. Ленин
об укреплении союза рабочего класса и
крестьянства в период перехода Советского
государства к новой экономической полити¬
ке (1921 — 1922 гг.); Р. Д\. П е р с и а н о в.
Об особенностях развития рационализатор¬
ского и изобретательского движения в
СССР; Η. Н. Маслов. Борьба Коммуни¬
стической партии за повышение квалифика¬
ции и технического уровня рабочих кадров
в годы Великой Отечественной войны; Р. И.
Фрадкина. Участие работниц в защите
Петрограда осенью 1919 г.; Н. И.-Коров¬
ник о в а. Роль центральной партийной пе¬
риодической печати в воспитании коммуни¬
стического отношения к труду в период
борьбы партии за упрочение Советской вла¬
сти (1918 г.); Д. Е. Червяков. Борьба
большевиков за Советы в период мирного
развития революции (март — июнь 1917 го¬
да) ; В. А. Ц ы б у л ь с к и й «Освобожде¬
ние» сестрорецких оружейников.
«Труды Новочеркасского ордена Трудово¬
го Красного Знамени политехнического ин¬
ститута им. Серго Орджоникидзе», Т. 111
(серия историческая). 1960. Г. В. Мала-
шенко. В. И. Ленин—организатор раз¬
грома кадетско-калединской контрреволю¬
ции (ноябрь 1917 — февраль 1918 г.); М. А.
Толокно в. Борьба В. И. Ленина за уси¬
ление руководящей роли Коммунистической
партии в период перехода от войны к миру
(1921—март 1922 года); В. Ф. Тимо¬
шенко. Ленинский кооперативный план —
план социалистического преобразования де¬
ревни; Н. А. Бизи ко в. В. И. Ленин об
условиях возникновения марксистской ра¬
бочей партии в России,
«Труды Института истории им. Ахмада
Дониша АН Таджикской ССР». T. XXVI1.
Археологические работы в Таджикистане.
Вып. VI (1958 год). 1961. «О работах Тад¬
жикской археологической экспедиции в
1958 г.»; А. П. Окладников. Исследова¬
ния памятников каменного века на юге
Таджикистана в 1958 г.; В, А. Р а н о в.
Изучение памятников каменного века на
Восточном Памире в 1958 г.; Б. А. Л и т-
ви некий. Раскопки могильников на Во¬
сточном Памире в 1958 г.; А. М. М а н*
дельштам. Новые данные о Тулхарском
могильнике по работам 1958 г.; Б. А. Л и т-
в и н с к и й. Исследование могильников
Исфаринского района в 1958 г.; А. М.
Беленицкий. Об археологических рабо¬
тах Пенджикентского отряда в 1958 г.:
Б. Я. С та в некий. Работы Магианской
группы в 1958 г.; Н. И е г м а т о в. Работы
Ходжентско-Усрушанского отряда в 1958 г.;
Е. В. 3 е й м а л ь. Археологические развед¬
ки в Гиссарской долине; Η. Н е г м а т о в,
Е. Д. Са л то в ска я, Т. П. К и я т к и н а.
Изучение погребальных памятников кочев¬
ников на территории Усрушаны; Э. Г у л я-
м о в а. Раскопки цитадели на городище
Хульбук в 1957 г.
«Труды Института истории, археологии и
этнографии АН Таджикской ССР». Т. 30.
/961. А. Джа лилов. Согд накануне
арабского нашествия и борьба согдийцев

Историческая наука в СССР 169
против арабских завоевателей в первой по¬
ловине VIII в.
«Труды Туркменского сельскохозяйствен¬
ного института». T. X, вып. 3. Обществен¬
ные науки. i960. А. А. Арутюнова. Осу¬
ществление ленинской национальной поли¬
тики в СССР; Д. Г. Абдуллаев. Борьба
политических отделов МТС за организа¬
ционно-хозяйственное укрепление колхозов
Туркменистана (1933—1934 гг.); Д. Ма¬
ме д с а х а т о в. В. И. Ленин о богатствах
Туркмении.
«■Ученые записки Бийского государствен¬
ного педагогического института». Кафедра
марксизма-ленинизма. Вып. 4, Серия исто¬
рическая. 1961. В. А. Авдеев. Коммуни¬
стическая партия—организатор разгрома
белогвардейцев « интервентов в Сибири;
И. И, Крамаренко. Руководство губерн¬
ской партийной организации Алтая дея¬
тельностью революционных комитетов;
В. М. Андреев. Деятельность местных
Советов в первый год Советской власти;
И. Б. Иловайский. Из истории органи¬
зации и деятельности комитетов деревен¬
ской бедноты; А. В. Шестаков. О связи
преподавания истории с преподаванием дру¬
гих предметов в 5—6-х классах восьмилет¬
ней школы.
сУченые записки Казахского государ¬
ственного университета им. С. М. Кирова».
Г, 48. Серия историческая. Вып. 7. Вопро¬
сы истории Казахстана. 1961. Н. Кали-
страто в, А. Нурканов. Изучение
истории Казахстана к 40-летию республики;
H. Н. Д аул баев. Развитие социалисти¬
ческого соревнования среди шахтеров Кара¬
гандинского бассейна в послевоенный пе¬
риод; С. К. Жакупбеков. Машиноснаб-
жение сельского хозяйства Казахстана в
20-х годах; С. Н. Покровский. Борьба
за укрепление советских вооруженных сил в
Семиречье и боевые действия на Семире-
ченском ф-ронте в 1919 году; П. Г. Г алу-
з о. О классовом расслоении Семиреченеко-
го казачьего войска; 3. Мусурманов.
Расширение и укрепление сети сельских
культурно-просветительных учреждений Ка¬
захстана в послевоенный период; И. Г.
Пичугин. Помощь рабочих Москвы Ка¬
захской республике в развитии промыш¬
ленности (1929—1932 гг.); А. А. Ч упе¬
ков. Первые мероприятия Советской вла¬
сти по решению аграрного вопроса в Казах¬
стане (1920—1925 гг.); A. С. Т а к е н о в.
Участие трудящихся Казахстана в разгро¬
ме белогвардейцев на Актюбинском фрон¬
те; К. П. К о р ж е в а. Революционная дея¬
тельность В. В. Куйбышева в Петропавлов¬
ске в 1905—1907 годах, (По материалам
воспоминаний); X. Баймендин. Рево¬
люционная деятельность Алибия Джангидь-
дина; Д. И. Дулатова. К истории изу¬
чения научного наследия Чокана Валиха-
пова; М. К. Ермакова. История рабоче¬
го класса промышленных предприятий Ка¬
захской республики в постановлениях Ком¬
партии Казахстана (Краткий обзор).
«Ученые записки Ленинградского ордена
Ленина государственного университета им.
А. А. Жданова». № 294. Восточный факуль¬
тет. Серия востоковедческих наук, Вып. 12.
Филология и история стран Востока, 1961.
А. Д. Н о в и че в. К вопросу о феодальных
отношениях и положении крестьян в Тур¬
ции во второй половине XV века.
«Ученые записки Ташкентского вечерне¬
го педагогического института им. В. Г. Бе¬
линского». Вып. 17. Работы по обществен¬
ным наукам. 1961. Л. К. Абрамова. На¬
циональный вопрос в ранних произведе¬
ниях К. Маркса и Ф. Энгельса; Г. А. Ш и-
стер. В. И. Ленин о возможности мирного
развития революции и некоторых особенно¬
стях тактики большевиков после разгрома
корниловщины; X. Саидов. ААороприятия
Коммунистической партии по крутому
подъему советского хлопководства (1953—
1958 гг.); X. Саидов. Из истории борь¬
бы КПСС за хлопковую независимость
СССР (1929—1932 гг.); К. 3. Ф и т е р м а н.
Участие профессиональных союзов в сен¬
тябрьских событиях 1917 года в Таш¬
кенте.
«Сборник статей по истории Кабардино-
Балкарии Кабардино-Балкарского научно-
исследовательского института при Совете
Министров КБАССР». Вып. 9. 1961. X. Г.
Берикетов. В. И. Ленин и исторические
судьбы народов Кавказа; Η. Ф. М н ш к о в.
Н. И. Т р о ц е н к о. Вдохновенный труд
строителей коммунизма; X. М. Б е р б е-
к о в. Социально-экономические предпосыл¬
ки Октябрьской социалистической револю¬
ции в Кабардино-Балкарии; E. Т. Хакуа-
ш е в. Промышленность Кабардино-Балка¬
рии в годы восстановления народного хо¬
зяйства СССР (1921 — 1925 гг.); Г. X.
Мамбе то в. К вопросу о проникновении
капиталистических отношений в экономику
Кабарды и Балкарии во второй половине
XIX—начале XX в.; М. М. Ц о р а е в.
Из истории аграрного движения в Балка¬
рии в годы нового революционного подъема
(1910—1914 гг.); В Б. Видинбахов.
Военное дело в Кабарде (XVIII — XIX вв.).

170
Историческая наука в СССР
Хроника научной жизни
РАБОТА ИСТОРИКОВ АКАДЕМИИ НАУК ЛАТВИЙСКОЙ ССР
В 1960 ГОДУ
Институт истории Академии наук Лат¬
вийской ССР — крупнейшее в республике
научно-исследовательское учреждение в об¬
ласти изучения истории латышского народа.
Завершив в 1958 г. фундаментальное
трехтомное издание «История Латвийской
ССР», коллектив научных сотрудни¬
ков Института сосредоточил свои основные
усилия на подготовке двух томов истории
народного хозяйства Латвийской ССР, трех
томов истории красных латышских стрел¬
ков, а также на изучении важнейших вопро¬
сов археологии и этнографии Латвийской
ССР и подготовке отдельных монографий.
Занимаясь разработкой проблемы «Исто¬
рия социально-экономического развития
Латвийской ССР», коллективы научных со*
трудников сектора новой и новейшей исто¬
рии Латвии и сектора древней и средне¬
вековой истории Латвии под руководством
члена-корреспондента АН СССР Я. Я. Зу-
тиса и действительного члена АН Латвий¬
ской ССР Я, П. Крастыня продолжали сбор
материалов и подготовку отдельных раз¬
делов и глав I и И томов «Истории на¬
родного хозяйства Латвийской ССР». Они
работали также над монографиями: «Раз¬
витие сельского хозяйства в Латвии в
период разложения феодально-крепостниче¬
ского строя (конец XVIII — первая поло¬
вина XIX века)», «Крестьяне Рижского
патримониального округа в XIII—XIX вв.»,
«Феодально-крепостническое хозяйство в
Видземе в последней четверти XVI века»,
«Положение подмастерьев и учеников в риж¬
ском цеховом ремесле (XIV—XVIII вв.)».
Большое внимание уделялось изучению
революционной борьбы латышского на¬
рода (проблема «Борьба за Советскую
власть»). По теме «История латышских
стрелков» продолжался сбор материалов и
был написан ряд разделов и глав.
Проводился сбор материалов и для об¬
общающей монографии «Борьба латышско¬
го народа против немецко-фашистских за¬
хватчиков в годы Великой Отечественной
войны».
Значительное место в планах институ¬
та отводилось разоблачению буржуазно¬
националистической фальсификации исто¬
рии Латвии. Коллектив сотрудников под
руководством действительного члена АН
Латвийской ССР К. Я. Страздиня работал
над созданием сборника статей «Против
буржуазно-националистической фальсифи¬
кации истории Латвии».
Большое внимание в работе института
уделяется публикации материалов и источ¬
ников по истории Латвийской ССР. В этой
связи велась подготовка к изданию IV тома
материалов и исследований «Городище и
селише Кентескалнс», V тома материалов
и исследований «Неолитическая стоянка и
могильник Крейчи», сборника этнографиче¬
ских материалов «Материальная культура
и быт латышей в Видземе в XIX—XX вв.»,
сборника документов «Источники по исто¬
рии феодализма в Латвии XIII—XVII вв.».
По проблеме «Археология и этнография»
продолжалась разработка следующих тем:
«Семья н семейный быт латышских
крестьян в Латгалии в XIX—XX вв.», «По¬
ложение и быт сельскохозяйственных ра¬
бочих в Видземе во второй половине
XIX в.», «Культура и быт колхозни¬
ков видземских рыболовецких артелей»,
«Крестьянское жилише в Латвии в
XIX—XX вв.», «Одежда древних латгалов
в VII—XIII вв.», «Древние пути сообщения
в Латвии в IX—XIII вв.», «Ремесло латга¬
лов в IX—ХШ вв.»; сдана в издательство
монография «Развитие земледельческих
орудий труда в Латвии в период разложе¬
ния барщинного хозяйства и укрепления
капитализма» (автор — кандидат историче¬
ских наук И. А. Лейнасаре). '
Объем печатной продукции института в
1960 г. составил 250 печатных листов. Бы¬
ло издано 7 плановых работ:
I) Сборник документов «Советская Лат¬
вия в 1919 году». Том II—«Борьба ла¬
тышского народа против иностранной ин¬
тервенции и местной контрреволюции в
1919 г.» (отв. ред. Я. П. Крастынь)
В сборнике опубликовано 337 документов,
извлеченных из фондов Центрального го¬
сударственного архива Советской Армии,
Историко-дипломатического архива МИД
СССР, Центрального государственного
1 «Советская Латвия в 1919 году». T. II.
Рига, i960,

Историческая наука в СССР 171
архива Октябрьской революции и социа¬
листического строительства СССР, Архива
Института истории партии при ЦК КПЛ,
Центрального государственного архива
ЛССР. Документы показывают борьбу тру¬
дящихся Латвии под руководством Ком¬
мунистической партии против внутренней
и внешней контрреволюции в 1919 г., а
также мероприятия по социалистическому
строительству в Латгалии после падения
Риги в мае 1919 года. В сборнике помеще¬
ны документы о ходе мирных переговоров
и заключении мира между Латвией и Со¬
ветской Россией. Большинство документов
впервые введено в научный оборот.
2) Сборник документов и воспоминаний
«Латышские стрелки в борьбе за Совет¬
скую власть» (отв. ред. Я- П. Кра-
стынь, составители Я. П. Крастынь и
А. И. Спреслис) 2. В сборнике опублико¬
ваны 109 документов, извлеченных из фон¬
дов Центрального государственного архива
Советской Армии, Архива Института исто¬
рии партии при ЦК КПЛ, Центрального
государственного архива ЛССР и Государ¬
ственного музея революции ЛССР, а так¬
же воспоминания 32 латышских стрелков —
участников гражданской войны. Значитель¬
ная часть документов . и воспоминаний
публикуется впервые.
3) Книга Т. Я- Драудина «Боевой путь
латышской стрелковой дивизии»3. Это пер¬
вый исторический очерк, посвященный ла¬
тышской советской стрелковой дивизия
(1917—1920 гг.). Книга поможет трудя¬
щимся республики, в особенности молоде¬
жи, познакомиться с героической борьбой
латышских стрелков на фронтах граждан¬
ской войны.
4) Сборник статей «Проблемы истории»,
т. III (редколлегия: член-корреспондент АН
СССР Я- Я. Зутис (отв. редактор), дей¬
ствительный член АН Латвийской ССР
К. Я. Страздинь, член-корреспондент АН
Латвийской ССР А. А. Дризул) 4. Сборник
содержит статьи В. В. Дорошенко «По¬
следствия военных опустошений в сельском
хозяйстве в Видземе и Латгалии во второй
половине XVI века», Д. Э. Лиепинь «Клас¬
совая борьба крестьян Рижского патримо¬
ниального округа в период польско-швед¬
ской войны (1600—1629 гг.)», Г. П. Строда
2 «Latviesu strëlnieki einä par Padomju
varu 1917. -1920, gada». Riga. 1960.
3 Т. Я. Д р а у д и н. Боевой путь латыш¬
ской стрелковой дивизии (1917—1920). Ри¬
га. 1960.
* «Vestures problëmas». III. Riga. 1960.
«Барщина курземских казенных крестьян в
первой половине XIX века», А. Я- Берзинь
«Рижские плотники и каменщики в
XIV—XVIII веках» и др. Основанные на
архивных материалах, эти статьи имеют
важное значение для создания труда «Исто¬
рия народного хозяйства Латвии».
5) Сборник статей «Против идеализации
младолатышского движения»5. В нем опу¬
бликованы статьи действительного члена
АН Латвийской ССР К. Я. Страздиня
«О классовой сущности младолатышского
движения», действительного члена АН Лат¬
вийской ССР Я. П. Крастыня «К вопросу
о младолатышском движении», кандидатов
исторических наук А. Я- Салминя «Социаль¬
ные устремления идеологов младолатыш¬
ского движения», М. И. Козина «Младо-
латыши и крестьянское движение в Лат¬
вии в 60 годах XIX века» и А. Ю. Миеринь
«К вопросу о развитии капитализма в сель¬
ском хозяйстве Курляндской губерния во
второй половине XIX века». Материалы
сборника имеют важное значение для раз¬
решения сложных проблем социально-эко¬
номического развития и классовой борьбы
в Латвии в 60—70-х годах XIX в. и выясне¬
ния вопроса о классовой сущности младо¬
латышского движения.
6) Сборник статей «Археология и этно-
гр афия», т. II (редколлегия: действи¬
тельный член АН Латвийской ССР
К. Я. Страздинь, член-корреспондент АН
Латвийской ССР А. А. Дризул, кандидат
исторических наук Т. Я- Зейд, доктор исто¬
рических наук М. К. Степерманис) 6. Статьи
сборника посвящены исследованию методов
обработки металлов на территории Латвии
до XIII в., одежде древних латгалов, а
также характеристике уровня развития до¬
машнего ремесла в Видземе, вопросам бы¬
та крестьянской семьи и батраков поме¬
щичьих имений в период капитализма.
Сборник в значительной части основан на
собранных в последние годы и до сих пор
не публиковавшихся археологических и
этнографических материалах.
7) Монография А. К. Крастынь «Крестьян¬
ские жилища Видземе в период разложе¬
ния баршинного хозяйства и укрепления
капитализма»7. Монография дает научный
5 «Против идеализации младолатышского
движения». Рига. 1960.
5 «Arheologija un etnografija». II. Riga.
1960.
7 A. Krastina. Zcmnieku dzivojamäs
ëkas \7idzcmë klausu saimniecibas sairsanas
un kapitälisma nostiprinâsanâs laikà.
Riga, 1959.

172
Историческая наука в СССР
анализ изменений в развитии крестьянского
жилища, их основных типов и использова¬
ния помещений.
Из печати вышел также ряд других мо¬
нографических исследований: члена-кор¬
респондента АН Латвийской ССР А. А. Дри-
зула «Латвия под игом фашизма» (второе,
дополненное издание на русском языке),
Я. Л. Бабриса «Революция 1905—1907 гг,
в Латгалии».
В монографии А. А. Дризула8 рассматри¬
вается период фашистской диктатуры в
Латвии (1934—1940 гг.). Основываясь на
большом архивном материале, автор вскры¬
вает классовую сущность фашизма, разо¬
блачает предательскую политику латыш¬
ской националистической буржуазии, пока¬
зывает зависимость фашистской Латвии от
германского империализма, пытавшегося
использовать страну как плацдарм для на¬
падения на Советский Союз, правдиво ри¬
сует картину тяжелого положения латвий¬
ских трудящихся, их борьбу с фашизмом.
А. А. Дризул дает глубокий анализ собы¬
тий 1940 г.— подъема революционного дви¬
жения и победы социалистической револю¬
ции в Латвии.
Монография Я. Л. Бабриса 9 написана на
основе богатого материала, собранного в
архивах Москвы, Ленинграда, Гомеля, Мин¬
ска, Вильнюса, Риги и Даугавпил-
са. Исходя из общих теоретических уста¬
новок В. И. Ленина, автор определяет в
своей книге этапы революции, ее движу¬
щие силы. Работа Я. Л. Бабриса накосит
удар по латышским буржуазным истори¬
кам, фальсифицировавшим историю револю¬
ции 1905—1907 гг. и пытавшимся изобра¬
зить ее как национальное движение за
«независимую» Латвию. Разоблачая фаль¬
сификаторов истории, Я. Л. Бабрнс на
большом и новом документальном материа¬
ле убедительно показывает, что револю¬
ционная борьба в Латгалии в 1905—1907 гг.
являлась неотъемлемой частью первой бур¬
жуазно-демократической революции в Рос¬
сии, что гегемоном в революции выступал
рабочий класс, боровшийся под руковод¬
ством большевиков.
Помимо указанных монографических ра¬
бот. в свет была выпущена брошюра
Λ. И. Спреслиса и Ю. Н. Нетесина 1о, по¬
8 А. А. Дризул. Латвия под игом фа¬
шизма. Рига. 1960.
9 J. В а b г i s. 1905—7. g. revolueija
Latgalë. Riga. 1960.
1° A. S p r p s 1 i s, J. N e t i о s i n s. Proie
tariäta interesu sardzé. Riga. 1960.
священная истории профсоюзного движения
в Латвии начиная с образования проф¬
союзов в 1905 г. по 1919 год. Кроме того,
следует упомянуть 35 статей, опубликован¬
ных в различных журналах.
В 1960 г. были подготовлены и сданы
в издательство монографии В. В. Доро¬
шенко «Очерки аграрной истории Латвии
в XVI в.» и Э. Д. Шноре «Асотское горо¬
дище»; сборники статей «Проблемы исто¬
рии», т. IV, и «Археология и этнография»,
т. IV.
Сектор археологии организовал три экс¬
педиции в район строительства Плявинь-
ской ГЭС и завершил раскопки крупного
городища Тервете в Добельском районе. Из
археологических материалов, полученных
за рассматриваемый период, большой науч¬
ный интерес представляют остатки разно¬
цветных сложных росписей на дереве, впер¬
вые обнаруженные на территории Латвий¬
ской ССР (курганный могильник в Леяс-
Допелес Екабпилсского района).
Летом 1960 г. состоялась этнографическая
экспедиция в Екабпилсский район. Перед
ее участниками стояли две большие зада¬
чи: 1) изучить преобразования в быту и
культуре латышского народа в период со¬
циализма. 2) собрать материал по этниче¬
ской истории латышского народа.
Осуществляя решения XX и XXI съездов
КПСС и постановление ЦК КПСС «О за¬
дачах партийной пропаганды в современ¬
ных условиях», сотрудники Института про¬
читали более 150 лекций и докладов о со¬
циалистическом и коммунистическом строи¬
тельстве, о пролетарском интернационализме
и дружбе народов, о героическом револю¬
ционном прошлом латышского народа. Ин¬
ститут организовал две конференции и во¬
семь научно-выездных сессий: научную
конференцию, посвященную 20-летию вос¬
становления Советской власти в Прибал¬
тике (совместно с научным Советом по
истории Октябрьской революции АН
СССР), конференцию, посвященную итогам
археологических и этнографических экспе¬
диций Института за 1959 г„ четыре научно¬
выездные сессии в Тервете, Селпилсе, Пля-
винясе и Кокнесе (сектор археологии), че¬
тыре научные сессии, посвященные 20-летию
восстановления Советской власти в Лат¬
вии: в Лиепае, Кулдиге. Лудзе и Карсаве
(сектор новой и новейшей истории Лат¬
вии). Научно-выездные сессии, организо¬
ванные в районных центрах, привлекли к
себе большое внимание колхозников, интел¬
лигенции и местных партийных работников.

Историческая наука в СССР
173
В 1960 г, продолжалось составление биб¬
лиографического указателя по истории Лат¬
вийской ССР.
А. А. Дризулом и М. К. Степерманисом
были защищены докторские диссертации.
Коллектив сотрудников Института исто¬
рии АН Латвийской ССР прилагает все уси¬
лия, чтобы внести достойный вклад в осу¬
ществление задач, поставленных Коммуни¬
стической партией и Советским правитель¬
ством перед исторической наукой.
А. К. Бирон,
«ДЕКАДА ИСТОРИКА»
В апреле сего года в Государственной
публичной библиотеке имени М. Е. Салты¬
кова-Щедрина (ГПБ) в Ленинграде прохо¬
дила «Декада историка». Читальный зал, в
котором в свое время занимался В. И. Ле¬
нин (Ленинский зал), был предоставлен для
организации выставки советской и зарубеж¬
ной лшературы по истории КПСС, история
СССР, всеобщей истории и вспомогатель¬
ным историческим дисциплинам. Десятки
столов и выставочных стендов едва вмести¬
ли огромную массу литературы, вышедшей
всего лишь за год с небольшим.
«Декада историка» была задумана и фак¬
тически вылилась во встречи читателя с
книгой, библиотекой и издательствами, пре¬
вратившись, таким образом, в своеобразную
трехстороннюю конференцию. В ходе дека¬
ды библиотека организовала библиографи¬
ческие обзоры литературы, вызвавшие ин¬
терес у читателей.
Библиографический обзор литературы по
истории КПСС, опубликованной в 1960 г.,
был сделан главным библиотекарем ГПБ
кандидатом исторических наук М. И. Пше-
децким. Автор охарактеризовал ряд изда¬
ний, имеющих значение политико-теорети¬
ческого и исторического источника: очеред¬
ные тома Полного собрания сочинений
В. И. Ленина, второго издания Собрания
сочинений К. Маркса и Ф. Энгельса. IV ча¬
сти книги «КПСС в резолюциях и реше¬
ниях съездов, конференций и пленумов
ЦК», стенографические отчеты пленумов
ЦК КПСС. В 1960 г. вышли из печати
заключительный том Избранных произведе¬
ний Я. М. Свердлова, первый и второй то¬
ма Избранных произведений М. И. Кали¬
нина. Местные партийные организации уве¬
личили количество публикаций документов
и материалов. Все это позволяет неуклонно
расширять исследовательскую работу по
истории КПСС.
Обзор основных зарубежных библиогра¬
фических изданий по истории сделал глав¬
ный библиограф ГПБ кандидат историче¬
ских наук И. И. Фролова. Она подчеркну¬
ла, что библиографии по истории сравни¬
тельно лучше, нежели зарубежная литера¬
тура других типов, представлены в ГПБ.
И. И. Фролова охарактеризовала такое
важное издание, как «International biblio¬
graphy of Historical Sciences», выпускаемое
ЮНЕСКО, в котором учитываются работы,
публикуемые более чем на 30 европейских
и восточных языках (правда, делается это
выборочно и на основе весьма неопределен¬
ного критерия), а также крупнейшие нацио¬
нальные библиографии Великобритании,
Франции, Польши, Чехословакии, США и
ряда других стран.
Старший редактор Г. П. Почепко рас¬
сказала о состоянии библиографирования
исторической литературы в СССР. Она
остановилась на недавно опубликованных
библиографиях по истории СССР в целом
и на указателях по отдельным темам и
периодам. Г. П. Почепко назвала также ряд
новейших страноведческих библиографий,
которые могут быть широко использованы
историками.
Следует, кстати, заметить, что, несмотря
на наличие ряда крупных библиографиче¬
ских указателей различного типа, положе¬
ние дел в области научной исторической
библиографии нельзя все же считать удо¬
влетворительным. Не налажен до сих пор
систематический учет советской и иностран¬
ной новейшей литературы по истории, нет
фундаментальных библиографий по некото¬
рым проблемам и периодам истории СССР
и всеобщей истории.
Выступая с обзором поступлений, ино¬
странной исторической литературы за 1960 г.,
главный библиограф ГПБ кандидат исто¬
рических наук А. Л. Гольдберг дал крат¬

174
Историческая наука в СССР
кую критико-библиографическую характе¬
ристику наиболее интересных изданий:
сборников трудов болгарских и румынских
историков, выпущенных к XI Международ¬
ному конгрессу исторических наук; первых
книг капитального марксистского труда по
истории Соединенных Штатов Америки, над
которым работает Герберт Аптекер; рабо¬
ты французского историка Э. Пари, посвя¬
щенной истории Ватикана; последних работ
по истории второй мировой войны, опубли¬
кованных в ФРГ,
Главный библиограф ГПБ кандидат исто¬
рических наук Ю, Л. Кузнец рассмотрел
литературу по истории международного ра¬
бочего и коммунистического движения, а
также истории международных отношений
и внешней политики СССР, Он отметил
большое значение для историка внешней
политики СССР таких источников, как
опубликованные в 1960 г. сборники выступ¬
лений Н. С. Хрущева по вопросам между¬
народных отношений, а также сборники
внешнеполитических документов, издавае¬
мые МИД. Много внимания Ю. Л, Кузнец
уделил критике иностранных библиографи¬
ческих указателей и сборников документов
по рассматриваемому вопросу.
О новых материалах по истории СССР
в фондах отдела рукописей (допетровский
период) рассказал главный библиограф
ГПБ кандидат исторических наук Д. Н. Аль-
шиц.
С обзором литературы по истории фаб¬
рик и заводов Ленинграда выступила
П, Г. Гранская, с обзором новейшей лите¬
ратуры по истории Ленинграда — И. И. Пет¬
рова.
Выставку посетило около тысячи истори-
ков-специалистов. Они положительно ото¬
звались об этом еще сравнительно новом
для ГПБ методе обслуживания читателей,
который дал им возможность более широ¬
ко ознакомиться с исторической литера¬
турой.
Ai. И. Пшедецкий
ВЫСТАВКА «ДВИЖЕНИЕ СОПРОТИВЛЕНИЯ В СТРАНАХ
ЕВРОПЫ В ГОДЫ ВТОРОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ»
В июне сего года в Государственной
публичной исторической библиотеке была
открыта выставка «Движение Сопротивле¬
ния в странах Европы в годы второй миро¬
вой войны». На выставке были представ¬
лены многочисленные книги и статьи, по¬
казывающие, как боролись против фаши¬
стского режима и гитлеровской оккупации
народы Франции, Италии, Чехословакии,
Польши, Югославии, Болгарии, Греции и
других стран Западной, Центральной и
Южной Европы. Особый раздел был по¬
священ борьбе прогрессивных сил против
фашизма в самой Германии.
Документальные материалы выставки
рассказывают о том, как коммунистические
партии временно оккупированных фаши¬
стами стран возглавили движение Сопро¬
тивления, показывают ту решающую роль,
которую сыграла Советская Армия в осво¬
бождении Европы от гитлеризма. Плечом к
плечу со словацкими повстанцами, юго¬
славскими партизанами, патриотами других
стран сражались советские партизаны,
внесшие огромный вклад в дело разгрома
гитлеризма. В совместной борьбе за спасе¬
ние человечества от коричневой чумы креп¬
ла связь антифашистских сил всех стран
Европы.
На выставке были представлены мате¬
риалы на русском, французском, немецком,
польском, итальянском, английском, чеш¬
ском, болгарском и многих других языках.
Привлекали внимание посетителей статьи
и речи выдающихся деятелей коммунисти¬
ческих партий П. Тольятти, Г. Димитрова,
В. Ульбрихта, К. Готвальда и др., а также
такие документы движения Сопротивления,
как «Героично поколение» (Болгария), мно¬
готомный «Зборник докумената и података
о народноослободилачком рату jyr-ословен-
ских народа», L. Lafaye «Documents pour
l’histoire de la libération», письма рас¬
стрелянных гестаповцами антифашистов,
«Lettere di condannati a morte délia Resis-
tenza europea» с предисловием T. Манна,
«Morts pour la France», ряд книжных се¬
рий по истории Сопротивления — «Bibliote-
са délia Resistenza» (Италия)- «Esprit de
la Resistance» (Франция), многочисленные
мемуары, записки и дневники, большая ра¬
бота П. Секкья и Ч.Москателли «li Monte

Историческая наука в СССР
175
Rosa е sceso a Milano» {о героической
борьбе антифашистов на севере Италии) и
многое другое.
Большое место было отведено на выстав¬
ке документам, свидетельствующим о со¬
вместной борьбе советских, югославских,
чешских, польских партизан. Посетители с
интересом знакомились с трудами «Совет¬
ские вооруженные силы в борьбе за осво¬
бождение народов Югославии», «Smer Pra¬
ha»— воспоминания бойцов 1-го Чехосло¬
вацкого корпуса в СССР и участников Сло¬
вацкого народного восстания, с книгой «В
горах Италии», написанной ленинградцем
А. Тарасовым, который в 1943 г. бежал из
немецкого плена и сражался в партизан¬
ском отряде братьев Черви. Неизгладимое
впечатление оста'вляют материалы, пове¬
ствующие о движении Сопротивления в
Польше, о варшавском гетто: ряд работ
Бернарда Марка, сборники документов (на¬
пример, «Вечная память»), фотоальбом «Мы
не забудем» на трех языках. На выставке

были представлены многочисленные свиде¬
тельства гитлеровских злодеяний в лагерях
смерти Бухенвальде, Освенциме, Бржезин-
ке, Равеисбркже,
Разнообразны были иллюстративные ма¬
териалы и фотоснимки: варшавские «Miasto
nieujarzmione», фотографии очевидца потоп¬
ления французского флота в Тулоне —
A. Piernic «L’heroique sabordage de la
flotte française», альбомы картин о Сопро¬
тивлении — «Narodnooslobodilacka borba u
delima likovnih umetnika Jugoslavije», «Slo-
venské narodné povstanie v vÿtvarnom ume-
ni», рисунки Бориса Таслицкого и других
прогрессивных зарубежных художников.
Экспонировались также материалы, показы¬
вающие, как отображена тема Сопротивле¬
ния в художественной литературе: роман
Луи Арагона «Коммунисты», рассказы Вер-
кора, стихи Поля Элюара, сборники парти¬
занских песен.
//. М. Пашаева
Хроникальные заметки
В Ашхабаде в конце июня проходила
IV научная конференция по истории Комму¬
нистической партии Туркменистана. Высту¬
пивший на конференции директор Туркмен¬
ского филиала Института марксизма-лени¬
низма при ЦК КПСС А. А. Росляков
охарактеризовал задачи историко-партий¬
ной науки в свете решений XX и XXI съез¬
дов КПСС. Вопросам партийной работы в
Туркменистане в условиях развернутого
строительства коммунизма были посвящены
доклады секретарей ЦК КП Туркменистана
В. К. Акулинцева («Возрастание руко¬
водящей роли партии в период развернуто¬
го строительства коммунизма») и Ш. Т а ш-
лиева («Коммунистическая партия Турк¬
менистана в борьбе за осуществление по¬
становления ЦК КПСС «О задачах партий¬
ной пропаганды в современных условиях»),
заведующего кафедрой марксизма-лениниз¬
ма Ашхабадского медицинского института
К. Мухамедбердыева («Деятель¬
ность Компартии Туркменистана по даль¬
нейшему укреплению дружбы народов в
условиях развернутого строительства ком¬
мунизма»), заместителя председателя Сове¬
та Министров республики А. Атанепесо-
в о й «Борьба Коммунистической партии
Туркменистана за дальнейшее повышение
культуры колхозного "ела»). На конферен¬
ции был заслушан ряд научных сообщений:
«Журнал «Коммунист Туркменистана» в
борьбе против буржуазной идеологии»
(А. М а м е д к у л и е в), «Партийная орга¬
низация г. Небит-Дага — руководитель дви¬
жения коллективов коммунистического тру¬
да» (H. Т. Телков), «Партийная органи¬
зация г. Ашхабада в борьбе за технический
прогресс» (А. О в е з о в) и др. В работе
конференции приняли участие преподавате¬
ли общественных ьаук вузов республики,
научные сотрудники институтов, партийные
работники, редакторы газет и журналов,
представители ИМЛ при ЦК КПСС, Узбек¬
ского и Таджикского филиалов ИМЛ,
В июне в Алма-Ате состоялась науч¬
ная конференция Института истории партии
при ЦК КП Казахстана и Алма-Атинского
горкома партии, посвященная 40-летию Ком¬
мунистической партии Казахстана. С докла¬
дами на конференции выступили директор
Института истории партии при ЦК КП Ка¬
захстана Т. Жанге льдин («Коммуни¬
стической партии Казахстана—40 лет»),
секретарь Алма-Атинского горкома партии
Б. И. Кос у нов («Об идеологической ра¬
боте партийных организаций на современ¬
ном этапе»), секретарь Целинного крайко¬
ма КП Казахстана С. Н. И м а ш е в («Но¬
вый этап в освоении целины в Казахстане»),
секретарь ЦК ЛКСМ республики К- К у-
нантаева («Ленинскому комсомолу Ка¬
захстана — 40 лет») и др.
Научные сессии и конференции, по¬
священные 20-й годовщине со дня начало
Великой Отечественной войны Советского

Историческая наука в СССР
Союза, состоялись в .июне в ряде городов
страны.
На конференции в Минске, организо¬
ванной Институтом истории партии при ЦК
КПБ, Институтом истории АН БССР, Мин¬
ской Высшей партийной школой и Бело¬
русским государственным музеем истории
Великой Отечественной войны, были за¬
слушаны доклады докт. истории, наук
И. С. Кравченко {«Великая Отечествен¬
ная война советского народа против не¬
мецко-фашистских захватчиков»), канд.
историч. наук П. П. Л и пило («КПСС —
организатор н руководитель всенародного
партизанского движения в тылу гитлеров¬
ских оккупантов»), С. Р. Ш у ц к о г о
(«Вклад белорусского народа в завоевание
победы в Великой Отечественной войне»),
И. М. Ступиикова («Всемирно-истори¬
ческое значение великой победы Советского
Союза над фашистской Германией и импе¬
риалистической Японией»),
На объединенной сессии Армянского фи¬
лиала ИМЛ при ЦК КПСС и АН АрмССР
были сделаны доклады: «КПСС — органи¬
затор победы советского народа в Великой
Отечественной войне» (А. М н а ц а к а-
няи), о роли Коммунистической партии
Армении в оказании помощи фронту в го¬
ды войны (В. 3 а X а р я и), об участии армян
в партизанском движении (Е. Халеян).
С воспоминаниями на сессии выступили Ге¬
рой Советского Союза А. Ка р а п е т я н,
заместитель командира действовавшего во
Франции партизанского полка Бартух Пет¬
росян, бывший редактор газеты 89-й Та¬
манской дивизии «Кармир зинвор» С. Нал*
б а и д я н и др.
Героической обороне и освобождению
Киева была посвящена научная конферен¬
ция, организованная в конце июня Киев¬
ским университетом имени Т. Г. Шевченко
и политуправлением Киевского военного ок¬
руга. На ней были заслушаны доклады
проф. А. А. Бородина («Коммунисти¬
ческая партия — организатор героической
обороны и освобождения г. Киева от гитле¬
ровских захватчиков»), полковника Д. Ф
Г р и г о р о в и ч а («Героические боевые
действия советских войск в обороне и осво¬
бождении столицы Советской Украины
г. Киева от фашистских захватчиков»),
канд. историч. наук Я. Е. Пашко («Киев¬
ская партийная организация в дни оборо¬
ны столицы Советской Украины г. Киева от
фашистских захватчиков»). С воспомина¬
ниями выступили участники обороны Кие¬
ва и боев за его освобождение — К, Ф.
М о с к а л е ц, И. И, Локтионов, И. Ф.
Чепурной.
В дни подготовки к празднованию
300-летия Иркутска в институтах .города ив
университете состоялись научные сессии,
на которых йылч подведены итоги исследо¬
вательской работы по изучению истории
Иркутска. В заключительной объединенной
сессии приняли участие представители Во¬
сточно-Сибирского филиала АН СССР, выс¬
ших учебных заведений и научно-исследо¬
вательских учреждений города, совнархоза.
Доклад о возникновении и развитии Ир¬
кутска от казацкого острога до крупного
промышленного и культурного центра сде¬
лал на этой сессии доц. Ф. А. Кудряв¬
цев (Ин-т имени А. А. Жданова). Этапы
промышленного развития города были ос¬
вещены в докладе председателя Иркутско¬
го совнархоза М. Н. Маркелова. Проф,
М. М. Одинцов (Восточно-Сибирский
филиал АН СССР) и А. И. К у з-
нецова (Иркутский сельхоз. ин-т) по¬
святили своя доклады вкладу ученых в раз¬
витие производительных сил Иркутской об¬
ласти. Процессы развития народного об¬
разования и здравоохранения в Иркутске
за годы Советской власти были раскрыты
в докладах доц. Е. И. Недоспасо-
в о й (Иркутский педагогический ин-т) и
А. И. Малоземовой (Иркутский меди¬
цинский ин-т).
Итоги научной работы кафедр истории
СССР Горьковского, Ивановского, Костром¬
ского и Ярославского педагогических ин¬
ститутов были подведены на объединенной
конференции в Ярославле. На ней были за¬
слушаны доклады и сообщения об исследо¬
вании истории рабочего класса СССР. За¬
дачи изучения этой проблемы были охарак¬
теризованы в докладе Р. П. Дадыкина
(Ин-т истории АН СССР). С докладами
выступили М. М, Бизяева (Иваново;
«От первых коммунистических субботни¬
ков к бригадам коммунистического труда»),
проф. H. М. Добротвор (Горький;
«К вопросу о формировании рабочих кад¬
ров на новостройках первой пятилетки»),
А. В. Шипулина (Иваново; «Массовое
социалистическое соревнование ивановских
рабочих з годы первой пятилетки»). Вы¬
ступления В. И. Андрианова, П, Я-
Лемукова и др. были посвящены рабо¬
те историков четырех областей над созда¬
нием книг по истории фабрик и заводов.
На конференции были обсуждены также
вопросы координации научной работы педа¬
гогических институтов указанных областей;
состоялся обмен опытом педагогической и
методической работы кафедр истории СССР
этих институтов. На обсуждение был по¬
ставлен доклад М. Н. Белова (Костро¬
ма) «О преподавании курса истории совет¬
ского общества в свете постановления ЦК
КПСС «О задачах партийной пропаганды
в современных условиях». Участники кон¬
ференции приняли решение — создать по¬
стоянное объединение исторических кафедр
с целью улучшения координации их науч¬
ной деятельности, организации системати¬
ческого обмена опытом, оказания активной
помоши школе, ежегодного созыва науч¬
ных конференций. К участию в объедине¬
нии решено привлечь другие педагогические
институты Верхнего Поволжья. Центром
объединения является кафедра истопии
СССР Ярославского педагогического инсти¬
тута.
На совместном совещании Постоянной
комиссии по общественным наукам Сибир¬
ского отделения АН СССР, Сибирского фи¬
лиала Научно-технического совета по гума¬

Историческая наука в СССР
177
нитарным наукам Министерства высшего
образования РСФСР и Научного совета по
истории Сибири и Дальнего Востока, со¬
стоявшемся в Новосибирске в мае 1961 г.,
был обсужден проект проспекта пятитом¬
ной «Истории Сибири и Дальнего Восто¬
ка». В работе пленума совещания и двух
его секций — секции истории дооктябрьско¬
го периода и секции истории советского пе¬
риода — приняли участие более 200 ученых
(историков, философов, экономистов, лите¬
ратуроведов) из Москвы, Ленинграда, Но¬
восибирска, Владивостока, Омска, Томска,
Красноярска, Тюмени, Якутска и других го¬
родов. На заседаниях выступило около
60 человек. Среди выступавших были проф.
В. И. Дулов, М. Г. Лезин, И. И.
Матвеенков, А. П. Окладников,
И. М. Разгон, Н. В. Устю го в,
В. И. Шунков, многие преподаватели
вузов, писатети Сибири. Первые три тома
«Истории Сибири» будут посвящены доре¬
волюционному периоду, два последую¬
щих — советскому периоду. Совещание из¬
брало организационные группы для опре¬
деления авторских коллективов и редакци¬
онных коллегий по каждому тому «Исто¬
рии Сибири». На заседаниях были обсуж¬
дены также итоги научной работы вузов
Сибири в области общественных наук за
1960 г. и намечены мероприятия по коор¬
динации научных исследований в Сибири
в области этих наук.
В июне в Томске проходило совещание
организационных групп по созданию IV и
V томов «Истории Сибири». В нем приня¬
ли участие ученые Томска, Владивостока,
Иркутска, Кемерова. На совещании были
рассмотрены планы-проспекты этих томов.
IV том охватит период от установления Со¬
ветской власти в стране до принятия Кон¬
ституции 1936 года. В V томе будут осве¬
щены события, начиная с 1937 г. до наших
дней.
Научная общественность. Татарской
АССР широко отметила 100-летие револю¬
ционной ситуации 1859—1861 годов. В Ка¬
занском филиале АН СССР, Казанском го¬
сударственном университете имени В. И.
Ульянова (Ленина), Государственном му¬
зее Татарской АССР состоялись сессии, по¬
священные этой дате.
Крупнейшим событием того времени,
привлекшим внимание всей демократиче¬
ской общественности России, явилось вос¬
стание крестьян в селе Бездна, Спасского
уезда, Казанской губернии (ныне село Ан¬
тоновка, Куйбышевского района Татарии),
под руководством Антона Петрова (Сидо¬
рова). В мае с. г, в связи со 100-летием
Безднинского восстания в бывшем селе
Бездна состоялась объединенная научная
сессия Казанского филиала АН СССР, Ка¬
занского государственного университета и
Казанского государственного педагогиче¬
ского института. В ней приняли участие
представители общественности Казани,
Куйбышевского, Билярского, Алькеевского
и других районов Татарии, а также Улья¬
новской области. На сессии были заслуша¬
ны доклады: «Историческое значение Безд¬
нинского восстания» (X. Г, Гимади),
«100-летие Безднинского восстания» (Е. И.
Устюжанин), «Бездни,некая панихида и
А. П. Щапов» (Г. Н. Вульфсон), «Ис¬
ториография Безднинского восстании»
(Ш. Ф. Мухамедьяров), «Народные
сказы о Бездшгнском восстании и А/нточе
Петрове» (В. Ф, Павлова). Доклад пер¬
вого секретаря Куйбышевского РК КПСС
Д. А. Тютюрина был посвящен совре¬
менной Бездне (Антоновке). На ярких при¬
мерах он показал, как бывшая нищая Безд¬
на превратилась за годы Советской власти в
благоустроенный социалистический поселок.
В селе Антоновке состоялось открытие
памятника на могиле Антона Петрова.
СПИСОК ТЕМ ДИССЕРТАЦИЙ НА СОИСКАНИЕ
УЧЕНОЙ СТЕПЕНИ КАНДИДАТА ИСТОРИЧЕСКИХ НАУК,
ЗАЩИЩЕННЫХ В 1959 году*
История СССР
Аберкулов Н. Коммунистическая
партия Узбекистана в борьбе за развитие
социалистического соревнования в про¬
мышленности республики в четвертой пяти¬
летке (1946—1950 гг.).— МГУ.
А б о л и в а Р. Я- Борьба КПСС за
укрепление связи с массами трудящихся на
современном этапе коммунистического
строительства.— МГУ.
Агалаков В. Т. Формирование орга¬
нов Советской власти в Восточной Сибири
(Из истории советского строительства в
бывших Иркутской и Енисейской губерниях
в конце 1918 — начале 1921 гг.).—Иркут¬
ский гос. ун-т.
Аксенов С. В. Борьба Коммунистиче¬
ской партии за идейно-политическое воспи¬
тание рабочего класса в первые годы НЭП а
(1921—1923 гг.).— МГПИ имени В. И. Ле¬
нина.
* В перечне применены следующие сокра¬
щения:
АОН — Академия общественных наук
при ЦК КПСС.
- ВПА — Военно-политическая академия
имени В. И. Ленина.
12. < Вопросы истории» Л? 9.

178
Историческая наука в СССР
Алпысбаев X, А. Позднепалеолити¬
ческое поселение Костенки II. — Ин-т
археологии АН СССР.
Андреев Г. И. Побережье Южного
Приморья в III—I тысячелетиях до нашей
эры.-- Ин-т археологии АН СССР.
Андреев Е. Г. Колхозная партийная
организация в борьбе за укрепление и рост
общественного производства 1953—1957 го-
ды (по материалам Казахстана).— Ин-т
языка и литературы и Ин-т истории, архео¬
логии и этнографии АН Казахской ССР.
Аннанепесов М. Революционные вы¬
ступления солдатских масс гарнизонов
Туркмении в период революции 1905—
1907 гг.— Отделение общественных наук
АН Туркменской ССР.
Анохин И. В. Сельскохозяйственная
кооперация Московской губернии в 1926—
1929 годы. МГПИ имени В. П. Потемкина.
Аренберг Р. Г. Рабочее движение в
Туркестане в годы нового революционного
подъема (1910—1914 гг.).— Узбекский гос.
ун-т.
А с а н о в А. Борьба партийных органи¬
заций Казахстана за укрепление сельского
хозяйства республики квалифицированными
кадрами в 1953 — 1956 гг.— ЛГУ.
Бабаджанова Р. Ю. Партийно¬
массовая работа Коммунистической партии
Узбекистана в кишлаке в период подготов¬
ки и проведения земельно-водной реформы
(1925—1926 гг.).— МГУ.
Бабичев Г. С. Комсомольцы Кры¬
ма — активные помощники партии в Вели¬
кой Отечественной войне (1941—1944).—
К ГУ.
Багаев Б. Ф. Борьба Коммунистиче¬
ской партии за мир в период упрочения Со¬
ветской власти (ноябрь 1917 г.— март
1918 г.).— Томский гос. ун-т.
Б а г и р о в H. Т. Большевистская газета
«Гудок».— Азербайджанский гос. ун-т.
Батуев Б. Б. Коммунистическая пар¬
тия Советского Союза в борьбе за победу и
упрочение Советской власти в Бурятии.—
МОПИ.
Бекоева С. Г. Юго-Осетия в период
первой русской революции.— Азербайджан¬
ский гос. ун-т.
ВПШ — Высшая партийная школа при
ЦК КПСС.
ИМЛ — Институт марксизма-ленинизма
при ЦК КПСС.
КГУ — Киевский государственный уни¬
верситет имени Т. Г. Шевченко.
ЛГПИ — Ленинградский государствен¬
ный педагогический институт имени А. И.
Герцена.
ЛГУ — Ленинградский государственный
университет имени А. А. Жданова.
МГПИ имени В. И. Ленина—Москов¬
ский государственный педагогический ин¬
ститут имени В. И. Ленина.
МГПИ имени В. П. Потемкина — Москов¬
ский городской педагогический институт
имени В. П. Потемкина.
МГУ — Московский государственный
университет имени М. В. Ломоносова.
МОПИ — Московский областной педаго¬
гический институт имени Н. К- Крупской.
Белянская Л. Б. Крах переселен¬
ческой политики царизма в период столы¬
пинской аграрной реформы на Дальнем
Востоке ( 1906—1914 гг.).— Томский гос.
ун-т.
Б и к ж а и о в а М. А. Семья и положе¬
ние женщины в колхозах Наманганской
области.— Отделение общественных наук
АН Узбекской ССР.
Билецкий С. Т. Классовая борьба в
городе Львове в середине XVII в.— Ин-т
истории АН УССР.
Бондаренко И. Н. Киевские боль¬
шевики накануне и в период первой русской
революции 1905—1907 гг.— КГУ.
Булкин Г. П. Коммунистическая пар¬
тия Украины в борьбе за усиление массово-
политической работы на селе в период
четвертой пятилетки (1946—1950 гг.).—
КГУ.
Б у т к у т е-Р а м я л е н е А. А, Ком¬
мунистическая партия Литвы в борьбе за
упрочение Советской власти в республике
(1940 — июнь 1941 г.).— МГУ.
Бутулова И. М. КПСС — руководи¬
тель и организатор трудовой активности ра¬
бочего класса в годы пятой пятилетки (на
примерах машиностроительных заводов Мо¬
сквы и Ленинграда).— МГПИ имени
В. И. Ленина.
Вайткевичюс Б. Ю. Борьба трудя¬
щихся Литвы за победу социалистической
революции (1918—1919 гг.).— АОН.
В а к с е р А. 3. Восстановление тяжелой
промышленности Ленинграда (1921—
1925 гг,).— ЛГПИ.
Валиев A. X. Положение оседлого
дехканства Ферганы в последней четверти
XIX и начале XX вв. (1876—1917).— Ин-т
истории и археологии АН Узбекской ССР.
Васильев Г. А. Коммунистическая
партия — организатор и руководитель пар¬
тизанского движения в Приенисейском крае
в годы иностранной военной интервенции и
гражданской войны.— Томский гос. ун-т.
В а X н о в Т. С. Советская военная
печать — мощное орудие Коммунистической
партии в идейно-политическом воспитании
воинов (на опыте окружной и флотской
печати 1956 — 1958 гг.).— ВПА.
Вдовин В. В. Крестьянский поземель¬
ный банк (1883—1895 гг.).— МГУ.
Гасанов С. М. Партийная организа¬
ция Дагестана в борьбе за осуществление
ленинской национальной политики
(1917—1925 гг.).— ЛГПИ.
Гасвиани Г. А. Национальная поли¬
тика Коммунистической партии в период
проведения Октябрьской революции.— Тби¬
лисский гос. ун-т.
Гвннчидзе О. Ш. Из истории обще¬
ственного движения в России конца XV111 в.
(Евграф и Петр Грузиновы).— Тбилисский
гос. ун-т.
Геворкян Л. Е. Роль армянской боль¬
шевистской печати 1905—1907 гг. в борьбе
за осуществление тактической линии пар¬
тии.— Ереванский гос. ун-т.
Г е н и н г В. Ф. Пьяноборская культура
на Средней Каме (Iff в. до н. э.—
// в. н. э.).— Ин-т археологии АН СССР.
Г с т ь м а н -К р а в ч е н к о Н. А. Дея¬

Историческая наука в СССР
179
тельность Коммунистической партии Совет¬
ского Союза по развитию и укреплению
сельскохозяйственной кооперации в 1921—
1929 гг. (по материалам Украины).— КГУ.
Глущенко И. И. Борьба пролетариа¬
та Дальнего Востока за осуществление ра¬
бочего контроля над производством (фев¬
раль 1917—июль 1918 гг.).— Томский гос.
ун-т.
Голуб П. А Солдатские массы Юго-
Западного фронта в борьбе за власть Сове¬
тов.— ИМЛ.
Гольденберг Л. А. Русские карто¬
графические мате риалы как исторический
источник и их классификация (по фондам
центральных государственных исторических
архивов СССР).— Ин-т истории АН СССР.
Горбачев В. С. Армейская печать —
мощное оружие Коммунистической партии
в патриотическом воспитании советских
воинов (по материалам военных газет
1944 г.).— Харьковский гос. ун-т.
Горский А. Д. Очерки экономиче¬
ского положения крестьян Северо-Восточ¬
ной Руси в XIV—XV вв.— МГУ.
Горячев Ю. Борьба смоленских боль¬
шевиков за осуществление ленинской аграр¬
ной программы (март 1917 — декабрь
1918 гг.).— МОГШ.
Гоциридзе Г. Г. XV конференция
ВКП(б) и ее значение для победы социа¬
лизма в СССР.— Тбилисский гос. ун-т.
Гулбани Г. Е. Деятельность русских
социал-демократов в Г рузии (1890—
1904 гг.).— Тбилисский гос. ун-т.
Гусев К. В. Борьба большевиков за
крестьянство и крах партии «левых» эсе¬
ров.— АОН.
Гусейнов Г. М. Борьба трудящихся
Нахичевани под руководством большевиков
за победу и упрочение Советской власти
(1917—1921 гс.).— Азербайджанский гос.
ун-т.
Г у т и н. М. Л. Роль окружных военных
газет в подготовке боевых резервов для
фронта (июнь 1941 г.— май 1945 г.).— ВПА.
Д а ж и н а И. М. Нелегальная печать
партии большевиков в годы первой миро¬
вой империалистической войны.— ИМЛ.
Дементьев В. М. Ленинградский ком¬
сомол — верный помощник партийной орга¬
низации города в годы Великой Отечествен¬
ной войны Советского Союза (1941—
1945 гг.).— ЛГПИ.
Демешина Е. И. Рабочий класс До¬
на в годы реакции и начала нового рево¬
люционного подъема (1907 — март
1912 г.).— МГПИ имени В. И. Ленина.
Дильбазов А. К. Роль союза рабоче¬
го класса и крестьянства в восстановлении
народного хозяйства Азербайджанской
ССР в первые годы Советской власти
(1920—1923 гг.).— Азербайджанский гос.
ун-т.
Дмитриев П. Н. Подготовка людских
резервов для Красной Армии в период
военной интервенции и гражданской войны
в СССР (1918—1920 гг.).—Военная акаде*
мня Генерального штаба.
Довгополый И. И. Образование
коммунистической организации Бессарабии
и ее руководящая роль в борьбе трудящих¬
ся масс против иностранных интервентов
(1918—1921 гг.).— ИМЛ.
Д о и д ж а ш в и л и Л. А. Партийная
организация Грузии в борьбе за политико¬
хозяйственное укрепление колхозов в пятой
пятилетке (на примерах Г о райского райо¬
на).— Тбилисский гос. ун-т.
Д р у л е в А. М. —Руководство Комму¬
нистической партии Советского Союза осу¬
ществлением всеобуча в РСФСР. (Период
первой и второй пятилеток),— МОПИ.
Дурдыев Т. Подъем культурного
уровня туркменского дайханства в после¬
военный период ( 1946—1955 гг.).— Отделе¬
ние общественных наук АН Туркменской
ССР.
Забиров К. Г. Колониальная полити¬
ка царизма и аграрные отношения в Кир¬
гизии в конце XIX — начале XX вв.— Ин-т
истории АН СССР.
Заболотская А. Р. Борьба партий¬
ных организаций Ульяновской, Пензенской
областей и Башкирской АССР за подъем
общественного животноводства колхозов в
пятой пятилетке.— МГУ.
Залевский А. Д. Переход к новой
экономической политике на Украине
(1921—1922 гг.).—Ин-τ истории АН УССР.
Замша П. М. Ленинская газета
«Правда» в борьбе за крестьянские массы
в период подготовки и проведения Великой
Октябрьской социалистической революции
(март — октябрь 1917 года).— КГУ.
Злотник М. И. ЦКК — РКП Белорус¬
сии в борьбе за укрепление и совершенство¬
вание государственного аппарата республи¬
ки (1926—1929 гг.).—Отделение обществен¬
ных наук АН БССР.
Зубец В. В. Бернская конференция за¬
граничных секций РСДРП (б) 1915 года и
ее историческое значение.— АОН.
И б р а е в Ж. И. Борьба Коммунистиче¬
ской партии Казахстана за повышение
идейно-политической подготовки коммуни¬
стов в послевоенный период (1946—
1956 гг.).— Ин-т языка и литературы и
Ин-т истории, археологии и этнографии АН
Казахской ССР.
Иванов В. М. Коммунистическая пар¬
тия в борьбе за ленинское единство своих
рядов в конце восстановительного периода
(1924—1925 гг.).—ЛГУ.
Иванов М. Б. Борьба партийной орга¬
низации Бурят-Монголии за дальнейшее
укрепление колхозного строя и подъем
сельского хозяйства республики в годы
третьей пятилетки (1938 — июнь 1941 гг.).—
МГУ.
Иоанесян Г. А. Коммунистическая
партия в борьбе за осуществление ленин¬
ского плана коллективизации сельского хо¬
зяйства (по материалам Нагорно-Карабах¬
ской автономной области Азербайджанской
ССР).-—Азербайджанский гос. ун-т.
Исаев И. Ю. Зарождение и формиро¬
вание марксистско-ленинской организации в
Азербайджане (1898—1904 гг.).—МГУ.
-Ка баш В. И. Крестьяне и крестьян¬
ское движение в С.-Петербургской губер¬

Историческая наука в СССР
нии в конце XVIII и первой четверти
XIX вв.— ЛГПИ.
Казарян Г. М. Западно-ирмянское
демократическое течение 1860-х годов.—
Ин-т истории АН Армянской ССР.
Кайханиди А. Е. Разработка
В. И. Лениным основных принципов органи¬
зации многонационального социалистиче¬
ского государства (дооктябрьский
период).— Белорусский гос. ун-т.
Калинин А. Ф. Местные Советы в
борьбе за подъем промышленности и сель¬
ского хозяйства, за повышение материаль¬
ного и культурного уровня жизни трудя¬
щихся в годы второй пятилетки (По мате¬
риалам Ленинграда и Ленинградской
области).— Л ГУ,
Камешков Б. II. Петроградские
большевики в Октябрьском вооруженном
восстании (14 сентября — 26 октября
1917 г.).— ИМЛ.
К а р а к е е в К Г. Борьба Коммунисти¬
ческой партии Киргизии за развитие куль¬
туры киргизского народа в условиях побе¬
ды социализма.— АОН.
Каревская А. Г. Проведение кре¬
стьянской реформы 1861 года в Самарканд¬
ской губернии.— МГУ.
Касымбеков Ж- И. Коммунистиче¬
ская партия Узбекистана в борьбе за раз¬
витие социалистического соревнования в
промышленности и на железнодорожном
транспорте в годы первой пятилетки.—
ЛГУ.
Катков Η. Ф. Роль «Правды» в про¬
пагандистской и агитационной работе Ком¬
мунистической партии в период военной ин¬
тервенции и гражданской войны (1918—
1920 гг.).— ЛГУ.
Кац Я. Г. Октябрьская районная пар¬
тийная организация города Ленинграда в
годы Великой Отечественной войны Совет¬
ского Союза (Период героической обороны
Ленинграда: июнь 1941 г.— январь
1944 с.).— ЛГУ.
Киселев А. Н. Советская военная
печать накануне Великой Отечественной
войны и ее роль в боевой и политической
подготовке войск (1938 — июнь 1941 гг.).—
ВПА.
Ковальский С. Л. Коммунисты Во¬
сточного Казахстана в борьбе за власть
Советов (1917—1920 гг.).— Казахский гос.
ун-т.
Ковшаров Н. Л. Роль комсомола в
восстановлении и развитии социалистиче¬
ской промышленности БССР в период чет¬
вертой пятилетки.— Белорусский гос. ун-т.
Кожевников E. М. Борьба Коммуни¬
стической партии за дальнейшее укрепле¬
ние Советского государства в предвоенные
годы (1936-1941 гг.).— МГУ.
Козин С, К. Борьба Краснодарской
краевой партийной организации за дальней¬
шее организационно-хозяйственное укреп¬
ление колхозов в третьей пятилетке.— МГУ.
Коканбаев А. Борьба трудящихся
Ферганы за установление и упрочение Со¬
ветской власти.— МГУ.
Колбенков Η. Ф. Деятельность
КПСС по совершенствованию руководства
промышленностью на основе ленинского
принципа демократического централизма
(1956—1958 гг.).—КОН.
Коломин Д. В. КПСС в борьбе за
развитие лесозаготовительной промышлен¬
ности в послевоенный период ( 1946—
1955 гг.).—Томский гос. ун-т.
Кондратенко Η. П. Коммунистиче¬
ская партия Советского Союза в борьбе за
укрепление местных Советов в годы восста¬
новительного периода (1921—1925 гг.).—
А1ГПИ имени В. И. Ленина.
Кондратьев В. А. Документальные
источники о деятельности Советов рабочих
депутатов в первой русской революции
1905—1907 гг (состав источников и методы
их публикации).— Ин-т истории АН СССР.
Короткова 3. А. Ленинский прин¬
цип коллективного руководства в деятель¬
ности Коммунистической. партии в период
восстановления народного хозяйства
(1921—1925 гг.).— МГУ.
Косенко Я. И. Устав партии, приня¬
тый XIX съездом КПСС — дальнейшее
развитие ленинских норм и принципов пар¬
тийной жизни (на материалах партийных
организаций Украины),— КГУ.
К о ц у р а Е. И. Борьба КПСС за созда¬
ние основ национальной государственности
киргизского народа (1917—1921 гг.).—МГУ.
Крнвошеин К. А. Возникновение а
деятельность профсоюзов Баку в годы пер¬
вой русской революции.— МГПИ имени
В. П. Потемкина.
Крутько Н. Г. Коммунистическая
партия Советского Союза в борьбе за
укрепление и развитие морально-политиче¬
ских источников могущества социалистиче¬
ского государства (1939 — июнь 1941 гс.).—
Белорусский гос. ун-т.
Крылов Н. А. Из истории борьбы
Коммунистической партии за преодоление
религиозных предрассудков в сознании
трудящихся (1917—1925 гг.).— ЛГУ.
Кувши некий А. И. Колхозное строи¬
тельство в Марийском крае в 1918—
1929 годах.— Казанский гос. ун-т.
Кузнецов В. Л, Борьба КПСС и Со¬
ветского правительства за демократический
мир в Европе после окончания 11 мировой
войны (1945—1949 гг.).—Уральский гос.
ун-т.
Кузнецов М. С. Культурное строи¬
тельство на советском Дальнем Востоке в
восстановительный период (1922—
1925 гг.).— Томский гос. ун-т.
Куманев В. А. Ликвидация массовой
неграмотности в советской деревне в годы
первой пятилетки (1928—1932 гг.).— Ин-т
истории АН СССР.
Лай панов X. О. Развитие промыш¬
ленности Киргизии в годы первой и второй
пятилеток (1928—1937 гг.).— Азербайджан¬
ский гос. ун-т.
Ларин П. А. Боевой путь 8-го эстон¬
ского стрелкового корпуса Советской
Армии в Великой Отечественной войне
1941—1945 гг.— Отделение общественных
наук АН Эстонской ССР.
Лелекач H. М. Проблемы истории За¬
карпатья феодально-крепостнической эпохи
XI—XVIII ст.— Ин-т истории АН УССР,

Историческая наука в СССР
181
Летифов А. Л. Борьба Коммунистиче¬
ской партии за осуществление ленинской
национальной политики в Дагестане
(1920—1928 гг.).—АОН.
Линьков С. М. Массово-политическая
работа партийных организаций и ее значе¬
ние в выполнении решения XX съезда
КПСС по увеличению производства про¬
дуктов животноводства (по материалам
Ставропольского края).— МОПИ.
Логинов В. Т. Деятельность ЦК
РСДРП по руководству легальной больше¬
вистской газетой «Правда» в 1912—
1914 гг.— ИМЛ.
Лопаткин М. И. КПСС в борьбе- за
укрепление союза рабочего класса и кре¬
стьянства (1926—1929 гг.).— МОПИ.
M a к и е в с к и й Г. М. Коммунистиче¬
ская партия — организатор шефства рабо¬
чего класса над деревней в годы борьбы за
укрепление колхозного строя (1933—
1934 гг.).—МОПИ.
Мальков Р. А. Дальнейшее совершен¬
ствование партийно-организационной рабо¬
ты КПСС в годы пятой пятилетки.— Мо¬
сковский гос. эконом, ин-т.
Мамедов Э. И. Классовая борьба в
азербайджанской деревне накануне сплош¬
ной коллективизации сельского хозяйства
( 1927—1929 гг.).— Азербайджанский roc
ун-т.
Мандрыкина Л. А. Отзвуки восста¬
ния декабристов в народных массах (конец
20-х годов XIX века).— ЛГУ.
М а н к е в и ч А. И. Краснознаменная
Ладожская военная флотилия в Великой
Отечественной войне 1941—1944 гг.— ЛГУ.
Маркиянов Б. К. Борьба Коммуни¬
стической партии Белоруссии за укрепле¬
ние единства своих рядов в 1921—1925 го¬
дах.— Белорусский гос. ун-т.
Мартовицкий В. И. Коммунистиче¬
ская партия в борьбе за проведение ново¬
го курса работы в деревне в 1924—1925 гг.
(по материалам БССР).— Белорусский гос.
ун-т.
Мартынов В. Ф. КПСС во главе на¬
родных масс в борьбе за подъем промыш¬
ленности в предвоенные годы (1939—июнь
1941 гг.).— ВПШ.
М е д а л и е в X. Т. Борьба Кабардино-
Балкарской областной парторганизации за
осуществление ленинской политики социа¬
листической индустриализации в годы пер¬
вой и второй пятилеток.— МГПИ имени
В. П. Потемкина.
М е н ь ч и к о в а О. В. Деятельность
КПСС по воспитанию трудящихся в духе
пролетарского интернационализма в пер¬
вые годы новой экономической политики
(1921—1923 гг.).—АОН.
М е р к в и л а л з е В. Н. Борьба грузин¬
ских коммунистов за осуществление ленин¬
ской национальной политики в период уста¬
новления и упрочения Советской власти в
Грузии (февраль 1921 — декабрь 1922 г.).—
АОН.
МичуринА. В. Деятельность Коммуни¬
стической партии по укреплению МТС в на¬
чальный период борьбы за крутой подъем
сельского хозяйства (1953—1955 гг.).—АОН.
Муньков Η. П. Дипломатическая дея¬
тельность Ai. И. Кутузова (1792—1813 гг.).—
Казанский гос. ун-т.
Мухаммедбердыев К. Коммуни¬
стическая партия в борьбе за победу народ¬
ной советской революции в Хорезме
(1917—1921 гг.).—ИМЛ.
Мысов Л. Д. Партийные организации
западных областей Украины в борьбе за
улучшение партийной работы на основе
Устава КПСС, утвержденного XIX съездом
партии (1952—1956 годы) (по материалам
Львовской, Дрогобычской и Станиславской
областей).— Львовский гос. ун-т.
Назаренко И. Д. Борьба Коммуни¬
стической партии Казахстана за реализа¬
цию решений сентябрьского Пленума ЦК
КПСС в области подъема сельского хозяй¬
ства (1953—1956 гг.).— Казахский гос.
ун-т,
Насонкина Л. И. Московский универ¬
ситет и его студенты в общественном дви¬
жении России 1826—1831 гг.— МГУ.
Николаенко В. Е. Борьба Коммуни¬
стической партии за развитие народного
образования на Украине в годы первой пя¬
тилетки (1928—1932).— КГУ.
Николеишвили М. В. Из истории
возникновения новых городов в буржуазной
Грузии (Самтредиа с 1870 по 1921 год).—
Ин-т истории АН Грузинской ССР.
Новлянская М. Г. Жизнь и деятель¬
ность И. К. Кирилова.— Ин-т истории АН
СССР.
Новосельцев А. П. Города Азербайд¬
жана и Восточной Армении в XVII—XVIII
вв.— Ин-т истории АН СССР.
Новрузов Т. А. Колхозное крестьянст¬
во Азербайджана в годы Великой Отечест¬
венной войны Советского Союза (1941—
1945).— Ин-т истории АН СССР.
Носкова В. Н. Массово-политическая и
организационная работа Петроградской
большевистской организации в 1919 г.—
ЛГУ.
Нюнько Л, М. Культурное строительст¬
во в Карелии в первые годы Советской вла¬
сти (1918—1923 гг.).— Петрозаводский гос.
ун-т.
О б и д о в И. О. Развитие народного об¬
разования в Таджикской ССР в послевоен¬
ный период (1946—1955 гг.).— Таджикский
гос. ун-т.
Овезов Д. М. Племя мурчали (Истори¬
ко-этнографический очерк).— Ташкентский
гсс. ун-т.
Одиноков В. Ф. Борьба Коммунисти¬
ческой партии Советского Союза за осуще¬
ствление решений сентябрьского Пленума
ЦК КПСС 1953 года о крутом подъеме
сельского хозяйства.— ВПШ.
О м о р о в Б. О. Борьба КПСС за вовле¬
чение аильно-деревенской бедноты и сред¬
него крестьянства в социалистическое пере¬
устройство киргизского аила (1921—
1930 гг.).—МГУ.
Остапенко И. П. Производственные
совещания в промышленности СССР в годы
первой пятилетки,— Ин-т истории АН
СССР.

Историческая
Пав люк Н. И. Военно-революционные
комитеты на Украине в конце 1919 — начале
1929 годов.— Харьковский гос. ун-т.
П а к Д. Н. Борьба Коммунистической
партии Узбекистана за дальнейший подъем
социалистической промышленности в годы
П пятилетки (1933—1937 гг.).— ЛГУ.
Паначин Ф. Г. Большевики Иваново-
Вознесенского промышленного района в
борьбе за установление Советской власти и
проведение первых социалистических пре¬
образований (1917—1918 гг.).— АОН.
Панов И. П. Партийная организация
Енисейской губернии во главе борьбы за
восстановление сельского хозяйства в усло¬
виях НЭПа (1921—1925 гг.).— Московский
гос. экономич. ин-т.
Пиганова В. Т. Партийно-политиче¬
ская работа в деревне в период подготовки
коллективизации сельского хозяйства
(1927—1929 гг.).— МГУ.
Поляков Д. Е. Коммунистическая
партия в борьбе за завоевание и использо¬
вание национальных резервов в период под¬
готовки и проведения Октябрьской социали¬
стической революции.— АОН.
Попов В. Ф. Уральские партийные орга¬
низации в борьбе за электрификацию про¬
мышленности и сельского хозяйства в чет¬
вертой пятилетке (1916—1950 гг.).— Перм¬
ский гос.' ун-т.
Приходько Е. С. Социально-экономи¬
ческое развитие помещичьего (поместного)
хозяйства на Правобережной Украине во
второй половине XVIII века.— Ин-т исто¬
рии АН УССР.
Пушкарева И. М. Железнодорожники
России во Всероссийской октябрьской поли¬
тической стачке 1905 г.— Ин-т истории АН
СССР.
Р а е н к о Г. Я. Из истории борьбы Севе¬
ро-Кавказской партийной организации за
проведение в жизнь ленинского кооператив¬
ного плана (1921—1925 гг.).— Ростовский-
на-Дону гос. ун-т.
Разбигнов Ю. Б. Ленинградская пар¬
тийная организация в борьбе за подготовку
трудовых резервов рабочего класса в годы
четвертой пятилеткиЛГУ.
Р а з у м о в а Т. 3. Деятельность Комму¬
нистической партии по подъему материаль¬
ного благосостояния советского народа
(1953—1958 гг.).— АОН.
Р а й н е с Г. Комсомол Латвии под руко¬
водством Коммунистической партии в борь¬
бе против фашизма (1934—1940 гг.).— Лат¬
вийский гос. ун-т.
Рахмани А. А. Тарих-и Алам Арай-и
Аббаси как источник по истории Азербайд¬
жана.— Азербайджанский гос. ун-т.
Родионов Д. М. Борьба Коммунисти¬
ческой партии Советского Союза за превра¬
щение Кузбасса в важнейшую угольно-ме¬
таллургическую базу страны в годы первой
пятилетки.— ВПШ.
Р о з н е р И. Г. Яицкое казачество нака¬
нуне крестьянской войны 1773—1775 гг. под
руководством Е. Пугачева.— Ин-т истории
АН УССР.
РозовЕ. К. Разложение феодально-
крепостнической системы хозяйства и дви¬
наука в СССР
жение помещичьих крестьян в Тверской гу¬
бернии с начала XIX века до реформы
1861 года.— МГПИ имени В. П. Потемкина.
Ромашин И. С. Возникновение и раз¬
витие суконной промышленности Симбир¬
ской губернии (1754—1880 гг.).— Казанский
гос. ун-т.
Рудзянский Д.И. Укрепление сотруд¬
ничества узбекского и киргизского народов
в годы первой пятилетки (1928—1932).—От¬
деление общественных наук АН Узбекской
ССР.
Сабадырев И. Л. Столыпинская аг¬
рарная реформа и крестьянское движение в
губерниях Новороссии (1907—1914 гг.).—
АОН.
Саидалиев С. С. Борьба Коммунисти¬
ческой партии Узбекистана за осуществле¬
ние ленинского кооперативного плана
(1930—1937 гг.).— Ин-т языка и литерату¬
ры и Ин-т истории, археологии и этногра¬
фии АН Казахской ССР.
Саматов В. А. Борьба партийных ор¬
ганизаций Урала за дальнейший техниче¬
ский прогресс в промышленности в годы
четвертой пятилетки (1946—1950 гг.).—
Уральский гос. ун-т.
СамохинаС. И. Комсомол — боевой
помощник Коммунистической партии в раз¬
громе колчаковщины.— МГУ.
Седанов П. Я. Большевики и Совет
рабочих депутатов Петербурга в 1905 г.—
ЛГУ.
Сельчук В, В. Рабочий вопрос в Рос¬
сии в русской публицистике 60-х гг. XIX ве¬
ка.— МГУ.
Семенюк Г. И. Рабство в Казахстане в
XV—XIX вв.— Ин-т языка и литературы и
Ин-т истории, археологии и этнографии АН
Казахской ССР.
Сичинава В. Н. Из истории Батуми
(присоединение к России и социально-эко¬
номическое его развитие в 1878—1907 гг.).—■
Ин-т истории АН Грузинской ССР.
Славинский А. Н. Борьба КПСС за
идейно-политическое воспитание рабочего
класса в годы пятой пятилетки (1951—
1955 гг.).— МГПИ имени В. И. Ленина.
Соколов О. Д. Революционная пропа¬
ганда среди рабочих в России 1870-х го¬
дов.— АОН.
С о к о л о в а А. И. Газета «Правда» в
борьбе за перестройку и укрепление Советов
в деревне в годы массовой коллективизации
сельского хозяйства (1929—193/ гг.).—
Ин-т истории АН СССР.
Соколова М. В. Борьба трудящихся
Крайнего Северо-Востока под руководством
Коммунистической партии за установление
и упрочение Советской власти (1917—1923
гг.).— МОПИ.
Степаненко А. Т. Развитие творче¬
ской активности рабочего класса Белорус¬
сии и первые годы социалистической инду¬
стриализации страны ( 1926—1929 гг.).— От¬
деление общественных наук АН БССР.
Стратиевскнй К. В. Трудовой подъ¬
ем колхозного крестьянства Молдавской
АССР в годы второй пятилетки (1933—
1937 гг.).— Кишиневский гос. ун-т.
Стрелкова М. С. О руководящей ро¬

Историческая наука в СССР
183
ли Коммунистической партии Советского
Союза в организации советского здраво¬
охранения на примере Узбекистана (1917—
1928 гг.).— МГУ.
Студендова Э. Е. Петроградский
пролетариат в борьбе за победу Февраль¬
ской биржиазно-демократической револю¬
ции.— ЛГПИ.
Т а л а н Е. Г1. Борьба КП(б) Украины за
укрепление сельских партийных организа¬
ций в 1925—1927 годах.— К ГУ.
Талыбзаде И. А. Обязательный вы¬
куп надельных земель в Азербайджане
(1913—1917 гг.).— Азербайджанский гос.
ун-т.
Тарасенко К. С. Рост и укрепление
большевистской партии в период мирного
развития революции (март — июль 1917 го¬
да).— АОН
Ташмухамедов М. Борьба трудя¬
щихся за создание и укрепление Туркестан¬
ской Советской республики.— Отделение
общественных наук АН Узбекской ССР.
Тер-Гевондян А. Н. Двинский эми¬
рат в Армении в IX—XI вв.— ЛГУ.
ТимашевН. Г. Партийная организация
Башкирии в борьбе за подъем культурного
уровня трудящихся республики в годы вто¬
рой пятилетки (1933—1937 гг.).— МОПИ.
Тиунова К. П. Коммунистическая пар¬
тия — организатор массового социалистиче¬
ского соревнования в промышленности в
1929 г (по материалам Тат. АССР).— ЛГУ
ТишкевичК. Е. Борьба Коммунистиче¬
ской партии Литвы за социалистические
преобразования в республике (1940—1941
гг.).— ВПШ.
Тогошвили Г. Д. Из истории грузино¬
осетинских взаимоотношений (с древней¬
ших времен до конца XIV века). Ин-т исто¬
рии АН Грузинской ССР.
Толстых Д. А. Деятельность Москов¬
ской партийной организации по созданию
органов Советской власти в Москве.— МГУ.
Т о м а з о в а М. К. Коммунистическая
партия Советского Союза — организатор
социалистического соревнования в сельском
хозяйстве в период четвертой пятилетки.
(По материалам Саратовской области).—
лгу.
Т р а с к у н о в М. Б. Героический боевой
путь 11-й арчпи на фронтах гражданской
войны (1918—1921 гг.).— Тбилисский гос.
ун-т.
Т у г о в П. И. Продовольственный вопрос
в Казахстане в период Октябрьской револю¬
ции и гражданской войны (1917—1920 гг.).—
Ин-т истории, археологии и этнографии АН
Казахской ССР.
Т ю к а в к и н В. Г, Переселение крестьян
в Восточной Сибири в период столыпинской
реформы.— Иркутский гос. ун-т.
Ульянов Л. Н. Организаторская и по¬
литическая работа КПСС по освоению це¬
линных и залежных земель Западной Сиби¬
ри (1954—1957 гг.) (на материалах Алтай¬
ского края, Новосибирской и Омской обла¬
стей).— АОН.
Федоров И. А. Комсомол Украины —
активный помощник Коммунистической пар¬
тии Советского Союза в борьбе за коллекти¬
визацию сельского хозяйства.— КГУ.
Федотов А. И. Тульские рабочие в
борьбе за восстановление промышленности
(1921—1925 гг.).— МГГ1И имени В. И. Ле¬
нина.
ФесенкоИ. К. Борьба трудящихся
Черновицкой области за претворение в
жизнь программы КПСС по крутому подъ¬
ему сельского хозяйства (1953—1958 гг.).—
Ин-т истории АН УССР.
Хайн ас В. В. Коммунистическая пар¬
тия Закарпатской Украины — организатор и
руководитель борьбы трудящихся Закар¬
патья за воссоединение с Советской Украи¬
ной (октябрь 1944—1945 гг.).— КГУ.
Халипов А. С. Борьба В. И. Ленина
за партию нового типа между 11 и 111
съездами РСДРП (1903—1905 гг.).— Бело¬
русский гос. ун-т.
X а л у с П. И. Борьба трудящихся масс
Закарпатья против фашизма, за воссоедине¬
ние с Советской Украиной в 1939—1945 гг.—
Львовский гос. ун-т.
X и ж н я к В. П. Борьба Коммунистиче¬
ской партии за укрепление Советской вла¬
сти на Украине (ноябрь 1918 — июль
1919 гг.;— КГУ.
X л у с о в М. И. Восстановление и разви¬
тие текстильной промышленности СССР в
1946—1950 гг. (на примере Глуховского
хлопчатобумажного комбината имени В. И.
Ленина).— МГУ.
Хорошкевич А. Л. Торговля Вели¬
кого Новгорода с Прибалтикой и Ганзой в
XIV—XV веках (состав ввоза и вывоза).—
Ин-т истории АН СССР.
X р е н о в В. А. В И. Ленин об основных
закономерностях строительства социализ¬
ма.— МГПИ имени В. И. Ленина.
Худавердян К· Культурное строи¬
тельство в Советской Армении в годы пер¬
вой пятилетки (1928—1932).— Ин-т истории
АН Армянской ССР.
Хунцария Г. К. Теория и программа
большевистской партии по национальному
вопросу в период буржуазно-демократиче¬
ской революции.— Тбилисский гос. ун-т.
Цогоев А. С. Ленинская тактика изо¬
ляции либеральной буржуазии в 1905 году
и ее значение для развития русской револю¬
ции.— АОН.
Цхведиани Т. Н. Кавказский краевой
комитет РСДРП (б) и Кавказское бюро ЦК
РКП (б) во главе борьбы трудящихся Гру¬
зии за победу социалистической революции
(1917—1921 гг.).— Ереванский гос. ун-т.
(Продолжение следует.)

ИСТОРИЧЕСКАЯ НАУКА ЗА РУБЕЖОМ
Обзоры и рецензии
«В бой с фашизма, 1941—1944». Документи, статии и спомени из бор-
бата на софийските трудеши се. София. «БКП». 1960. 692 стр.
«В боях с фашизмом, 1941—1944 гг.». Документы, статьи и воспоминания
о борьбе трудящихся Софии.
Героической освободительной антифа¬
шистской борьбе болгарского народа под
руководством Болгарской коммунистической
партии в годы второй мировой войны по-
евяшено немало сборников документов.
В 1954 г. в Софии были опубликованы «Не¬
легальны позиви на БКП»— обращения
партии к народу в годы антифашистского
движения. В другом сборнике о деятельно¬
сти БКП («Българската Комунистическа
партия в резолюции и решения». Т. Ш. Со¬
фия. 1953) помещены ценнейшие докумен¬
ты по истории борьбы коммунистического
авангарда болгарских трудящихся в 1924—
1944 годах. Важным источником является
также семитомное издание «Говори радио¬
станция «Христо Ботев» (София, 1950—
1952). Помимо того, имеются интересные
воспоминания о действиях партизанских
отрядов, например, «Спомени на участниии
във войнишкин партизански батальон «Хри¬
сто Ботев» (София, 1959), «Партизанският
отряд Гавриил Генов» (София, 1954) и др.
Однако вплоть до последнего времени
источники об антифашистской деятельности
рабочего класса и трудовой интеллигенции
Софии были недостаточно известны. Этот
пробел и восполняет рецензируемый сбор¬
ник. Книга снабжена введением и кратки¬
ми примечаниями. Она содержит неопубли¬
кованные документы Софийской городской
партийной организации и Рабочего союза
молодежи за 1941 —1944 гг., материалы не¬
легальной печати, а также воспоминания
руководителей и активистов районных со¬
фийских коммунистических партийных орга¬
низаций и ячеек РМС.
ЦК БРП 1 придавал особое значение Со-
1 В 1938 г. ЦК Болгарской коммунисти¬
ческой партии принял решение о слиянии
фин как важнейшему политическому и ин¬
дустриальному центру страны. В 1941 —
1944 гг. столица Болгарии являлась, с одной
стороны, лагерем прогрессивных сил: здесь
трудилось около 150 тыс. рабочих, а также
лучшие кадры национальной интеллигенции,
в абсолютном большинстве своем настроен¬
ной антифашистски; София была нелегаль¬
ным штабом ЦК БРП; столичная парторга¬
низация являлась сильнейшей организацией
болгарских коммунистов: здесь же находил¬
ся и авангард молодежи — РМС; в 1943 г.
в Софии возникла широкая сеть комитетов
Отечественного фронта. С другой стороны,
София была средоточием сил болгарской
реакции: здесь помещался царский двор,
военное и другие министерства, основная
масса полицейских отрядов, германская
«союзническая» армия, всякого рода фа¬
шистские организации («Бранник», «Отец
Паисий» и др.). Разгром главного штаба
реакции являлся одной из важнейших
задач, вставших в годы войны перед
БРП и болгарскими трудящимися. В этой
связи рецензируемый сборник показы¬
вает, как столичная парторганизация БРП
укрепляла свое руководство, пополняла свои
ряды лучшими представителями рабочего
класса, нацеливала пролетариат на антифа¬
шистскую борьбу. В I и II разделах книги
помещены призывы, обращения, лозунги,
решения и директивы Софийского окружно¬
го комитета БРП. К сожалению, системати¬
зация этих документов сделана, на наш
взгляд, не совсем удачно, нарушен строгий
хронологический принцип: в I разделе даны
документы за 1943—1944, во II—за 1941—
компартии и рабочей партии в единую
Болгарскую рабочую партию (БРП). На¬
звание БКП было восстановлено в 1948 г.,
на V съезде партии.

Историческая наука за рубежом 1RS
1942 годы. Таким же образом систематизи¬
рованы документы о деятельности ячеек
РМС. Составители сборника отделили ди¬
рективы и инструкции Окружного комитета
БРПи РМС от лозунгов, призывов и обра¬
щений партии к народу. Это не дает полной
возможности проследить, как болгарские
коммунисты и ремсисты развертывали борь¬
бу против фашизма, за свержение реакцион¬
ной диктатуры и изгнание гитлеровцев. Не
вполне ясны читателю и этапы героической
борьбы софийского пролетариата.
В целом материалы сборника чрезвычай¬
но интересны. Как мы полагаем, они по¬
зволяют наметить в работе Софийской пар¬
тийной организации за годы войны два пе¬
риода: с 1940 по 1943 г. и с 1943 г. до
9 сентября 1944 года. Героическая борьба
болгарских трудящихся направлялась ЦК
БРП и Софийским окружным комитетом.
Она осуществлялась главным образом через
районные парторганизации и их боевые
группы, причем основное внимание уделя¬
лось антигитлеровской пропаганде, разъяс¬
нению всей пагубности реакционной, анти¬
народной политики правящих кругов Болга¬
рии. Этот период нашел отражение в доку¬
ментах II раздела сборника, в том числе в
нелегальной печати. Читатель найдет здесь
снимки отдельных номеров бюллетеня
окружной парторганизации, газет «Отечест¬
венный фронт», «Патриот» и «Вестник Оте¬
чественного фронта». Два последних изда¬
ния печатались на гектографе.
В III разделе сборника — «Воспомина¬
ния» — есть много волнующих рассказов о
героических действиях рядовых граждан
Болгарии, которые активно помогали комму¬
нистам и РМС. Член боевой группы Станко
Тодоров вспоминает бабушку Марию, кото¬
рая давал? приют подпольщикам, медицин¬
ский персонал больницы Красного Креста,
простую неграмотную женщину Велику и ее
мужа Василя Данкова (стр. 526). Весьма
ценны воспоминания Георги Костова, Стоя¬
ка Петровского, Бориса Темкова, Руси
Христозоаа и Петра Станева, членов район¬
ных партийных организаций. Они вели ра¬
боту среди мобилизованных в армию,
разъясняя им всю пагубность великобол¬
гарского шовинизма и захватнических
устремлений болгарской буржуазии по от¬
ношению к Югославии и Греции. Коммуни¬
стам удалось провести кампанию протиз
сбора подарков для немецко-фашистской
армии (стр. 388—389). С интересом читают¬
ся страницы о том, как распространялись
среди населения призывы БРП. В почтовые
ящики вместе с пачками листовок заклады¬
вался механизм, открывавший крышку,
после чего листовки внезапно разлетались
но улице. Активисты оказывали помощь
беднякам, организовывали массовые проте¬
сты против ограбления населения (стр. 394—
395). Существовали боевые группы, задачей
которых был сбор сведений о расположении
германских войск, складов оружия, анти¬
военная пропаганда в казармах и диверсии
(стр. 399—402). Боевым помощником пар¬
тии являлся РМС. Он вел упорную борьбу
за молодежь. Фашисты пытались воздей¬
ствовать на учащихся через свои организа¬
ции, особенно через «Бранник». Ремсисты
успешно выступали против этого разлагаю¬
щего влияния. Лишь небольшая часть мо¬
лодежи поддалась фашистской пропаганде.
Не говоря уже о рабочих, большая часть
гимназистов и студентов шла за РМС. В
сборнике много документов, характеризую¬
щих героическую деятельность ремсистов
во главе с Лиляной Димитровой. Ее свет¬
лый образ не раз встает перед читателем,
особенно при чтении воспоминаний Димн
Паламаровой (стр. 420—421).
Важнейшим моментом в антифашистской
деятельности Софийской организации
БРП нужно считать 17 июля 1941 г., когда
БРП обратилась к жителям столицы с об¬
ращением, в котором разоблачалась преда¬
тельская, антинародная деятельность пра¬
вительства; граждане призывались к борь¬
бе за свободу. В 1941—1942 гг. партия
агитировала за изгнание гитлеровцев из
Болгарии, к свержению реакционного ре¬
жима и созданию народного, демократиче¬
ского правительства (док. №№ 20, 23, 25).
Обращения были лаконичны, но действен¬
ны: «Граждане, сегодня — триста граммов
хлеба, завтра — день без хлеба, затем —
неделя без хлеба, а пятьсот тысяч кило¬
граммов зерна и муки отправлено в Герма¬
нию» (док. № 21). В листовках сообщалось
об успехах Советской Армии, разоблачались
вымыслы гитлеровской пропаганды. Партия
вела борьбу с предателями народа, которые
пытались онемечить болгар, заставить их
забыть свое прошлое и национальную куль¬
туру (док. j4“№ 26, 29). В директивах
Окружного комитета городской партийной
организации указывалось, как следовало
ликвидировать организационные недочеты
в работе, усилить связь партийных ячеек с
предприятиями, бороться за создание Оте¬
чественного фронта (ОФ).
'Новый этап в деятельности Софийской

186
Историческая наука за рубежом
партийной организации наступил в 1943 г..
когда ЦК БРП и Окружной комитет при¬
знали необходимым создать городской ко¬
митет партии. В 1944 г. партия взяла курс
на вооруженное восстание. Особое внима¬
ние было уделено софийской «боевой орга¬
низации». Столицу разделили на три воен¬
ных сектора; было создано 28 комитетов
ОФ. К августу 1944 г. здесь существовало
уже несколько боевых групп, которые уста¬
новили связь с партизанскими отрядами
около Софии, отрядами Радомирским, Шоп-
ским и «Чавдар» (стр. 502—505). Впечат¬
ляют страницы, посвященные подготовке и
проведению вооруженного восстания 9 сен¬
тября 1944 года. Эти волнующие события
описаны в воспоминаниях их участника
Владимира Бонева (стр. 505—512) и мно¬
гих других. Огромной заслугой болгарских
коммунистов явилось превращение армии
из оплота реакции в резерв революции. Ка¬
кие именно части выступили на стороне
восставшего народа, каковы были их дей¬
ствия, рассказывают генерал Петр Илиев и
Георгий Станкулов (стр. 615—632).
В приложениях к сборнику помешены
доклады дирекции полиции за 1941—1942 гг.
о действиях антифашистов по организации
диверсий, демонстраций и стачек, а также
карта боевых действий партизан. Материа¬
лы книги «В боях с фашизмом» — весьма
ценный источник по истории героической
борьбы болгарского народа против фашиз¬
ма во время войны и в период народно*де-
мократической революции 9 сентября
1944 года.
И. В. Козьменко
По страницам зарубежных журналов
СОДЕРЖАНИЕ ЖУРНАЛОВ,
ВЫХОДЯЩИХ В СТРАНАХ НАРОДНОЙ ДЕМОКРАТИИ
«Исторически преглед». София. 1961, АГ° 2.
Г. Д. Т о д о р о з. Политика правительств
буржуазной Болгарии в аграрном вопросе
и по отношению к беженцам после госу¬
дарственного переворота 1881 г. (1881 —
1886) ; В. П р и м о в. Об экономическом и
политическом значении Первого Болгарско¬
го государства в международных отноше¬
ниях средневековой Европы; Д. Шарла-
н о в. Нелегальная печать Отечественного
фронта (1942 — 9.IX.1944); И. Орманд-
ж и е в. Необходимые поправки в истории
македонского и фракийского революционно¬
го движения.
«Tärsadalmi szemle». Budapest. 1961, № 4.
И. Ш а н т а. Опыт мирной победы дик¬
татуры пролетариата в нашей стране;
О. Бенедикт. Об общественной роли ав¬
томатизации.
<rTärsadatmi szemle». 1961, № 5.
Ф. Печи. Большие возможности укреп¬
ления антимонополистического рабочего еди¬
ного фронта; Э. Чизмадья. Новые про¬
блемы союза рабочего класса и крестьян¬
ства; И. К е п е ш. Рабочий класс Западной
Европы против немецкого милитаризма;
Г. Р и п п. «Общество изобилия» и идеоло¬
гические проблемы сосуществования.
«Nghiên сй-и lich su». Ханой. 1961, № 28.
Чан Хьюи Лье у. Несколько допол¬
нительных замечаний об использовании ма¬
териалов в исторических исследованиях;
Жан Ш е н о. Марксистские исследования
и пробуждение современной Азии и Африки;
Нгуен Фан К У а н г. К дискуссии о ро¬
ли Хо Кьюи Ли, его реформ и его пораже¬
ния; Ван Тан. О вьетнамском обществе
в эпоху государств Ван Лан и Ау Лак;
Чан Хьюи Л ь е у. Отражение вьетнам¬
ского революционного движения в литера¬
туре; Пан Зиа Бен. Американская ин¬
тервенция в Лаосе и ее провал.
<Z Pola walki», Warszawa. 1961, Ληί 1.
А. Жарновская. ППС накануне рас¬
кола (VII съезд и июньское совещание);
М. Д р о з л о в с к и й. Освещение вопроса о
положении рабочего класса Польши в
1918—1939 гг. в период между двумя вой¬
нами; Б. К р а у з е. К вопросу об оценке по¬
зиции Социал-демократической партии Гер¬
мании по польскому вопросу (по поводу не¬
которых рецензий).
«Kivartalnik hislorii kultury materialnej».
Warszawa. 1960, № 1.
K. Масвский. Некоторые вопросы исто¬
рии материальной культуры « ее система¬

Историческая наука за рубежом
187
тизации; А. В и ш а н с к и й. О потреблении
пищевых продуктов в Польше в XVI веке;
B. С о 6« с я к. Вклад в изучение орудий
для обработки льна и конопли в XVI—
XVIII вв.; А. С ц и п и о р с к и й. Профессио¬
нальный и социальный состав населения
Варшавы в 1864—1882 гг.; А. В а в р ж и н-
ч и к. Современное состояние исследований
о рентабельности сельского хозяйства
Польши в XVI—XVIII вв.; С. Головин¬
ская. Археологические материалы для ис¬
следований города Гданьска в первое время
после его возникновения; Я. К у ч и н с к и й.
Остатки водопроводной системы XVI—
XVII вв.
«Kwartalnik historii kultury materialnej».
1960, № 2.
A. К у т p ж е б а-П о й н а р о в а, Кази-
меж Мощинский — историк материальной
культуры Полыни « славянский мир;
C, Травконский. Проблема немецкой
колонизации в развитии польских земель в
XIII в.; Б. Барановский. Опыт оценки
объема сельскохозяйственной продукции и
ее потребления в эпоху Герцогства Варшав¬
ского и Королевства Польского (1807—
1830).
«Kwartalnik historii kultury materialnej».
1960, № 3.
3. Либишовская. Сельское хозяйст¬
во в Польше β XVII в. глазами иностран¬
цев; Г, Самсонович. Материалы к исто¬
рии мореплавания в XVII в.; Г. Ш в а н-
к о в с к а я. Внутренность домов Варшавы
в XVIII в.; А. На дольский. О методе
исследования в области военной истории
Польши в раннем средневековье; С. 3 а я ч-
к о в с к и й. Теоретические вопросы город¬
ской и сельской агломерации.
«Ц"niskowy przeglad historyczney».
Warszawa. 1961, № 1.
Полковник М. Клибанский. Боевые
действия 2-й артиллерийской дивизии в
Лужицкой операции 20.3—5.5.1945 г.; Ш.
Д а т н е р. Преступления германских воору¬
женных сил по отношению к беглым воен¬
нопленным; Полковник Т. Р а в с к и й. Ита-
ло-греческая кампания 1940—1941 гг., ч. И;
Полковник Ю. Лидер. Китайская Народ¬
ная Армия. Исторический очерк; Маршал
Советского Союза А. Гречко. Некоторые
вопросы военного искусства в Львовско-
Сандомирской операции Советской Армии;
Подполковник Б. Швейгерт. Подполь¬
ные вооруженные формирования «нацио¬
нального лагеря» в 1939—1945 гг.; Бригад¬
ный генерал Ф. Скибииский. 1-я тан¬
ковая дивизия в боях за освобождение
Франции 27.7—6.9.1944; Бригадный генерал
Е. Кирхмайер. О штабах и штабных ра¬
ботниках в досентябрьской армии.
«Ceskoslevenskÿ casopis historickÿ».
Praha. 1961, № 3.
А. Г а й ко в а. Борьба КПЧ в 1923 г. про¬
тив принятия законов «об охране республи¬
ки»; Ю. Крамер. Словацкое автономист¬
ское движение в 1918—1920 гг.; М. Г р о х.
К проблематике формирования буржуазной
нации в Европе; Я. П у р ш. История и ки¬
бернетика.
ЗАМЕТКИ О СТАТЬЯХ
Из истории колониального проникновения
Г ер мании в Южную Америку в XV—XVI ве¬
ках
«Wissenschaftliche Zeitschrift der Hum¬
boldt — Universität zu Berlin», Gesellschafts¬
und sprachwissenschaftliche Reihe. Jg. IX.
1959/60, Hf. 3, S. 189—204.
Литература по проблеме генезиса капи¬
тализма в Германии пополнилась еще
одной работой — статьей Клауса Тимма
«Вельзеры и Фуггеры в Южной Америке».
Библиография о проникновении германско¬
го торгового капитала в Америку в конце
XV и в XVI в. включает ныне десятки книг
и статей. Историками широко освещены раз¬
личные аспекты экспансии крупных немец¬
ких торговых домов в Америке, колониаль¬
ные устремления нарождавшейся герман¬
ской буржуазии.
В статье К. Тимма выясняются причины,
отличительные черты и особенности герман¬
ской и испанской колонизации Южной Аме¬
рики. По сравнению со своими предшест¬
венниками, которые касались почти исклю¬
чительно самого процесса германской коло¬
низации и, как пишет Тимм, не находили
принципиальной разницы между испанской
и германской колонизациями, автор рецен¬
зируемой статьи по-новому подошел к во¬
просу и на основании ряда наблюдений
сумел выявить существенные различия в
характере обоих типов колонизации. Но, с
другой стороны, сознательное ограничение
исследования таким слишком узким, спе¬
циальным вопросом не позволило Тимму, по
его же признанию, «дать всестороннюю
оценку господства Вельзеров и Фуггеров»
в Южной Америке и вынудило его ограни¬

ISS Историческая наука за рубежом.
читься изложением лишь «некоторых сооб¬
ражений, которые не нашли до сих пор от¬
ражения в литературе».
Автор начинает статью с краткой харак¬
теристики социально-экономического поло¬
жения Германии в конце XV — начале
XVI века. При этом основное внимание он
уделяет развитию германской торговли, ее
роли в международной торговле. Затем он
выясняет предпосылки проникновения гер¬
манских капиталов в Америку. Упадок ле¬
вантийской торговли и открытие Америки
изменили торговые устремления герман¬
ских купцов. Взоры крупнейших торговых
домов богатых южногерманских городов
обратились на новый континент. Представи¬
тели Фуггеров, Вельзеров, Гохштетте-
ров, Имгофов, Госсенбротов и других
фирм стали осаждать дворцы испанских и
португальских королей. Они заключали со¬
глашения об участии в снаряжении дале¬
ких морских экспедиций, в работорговле,
покупке пряностей, добыче драгоценных
металлов и т. д. В статье дан анализ неко¬
торых из этих договоров.
Выводы автора кратко можно сформули¬
ровать следующим образом.
Носителем испанской колонизации явля¬
лось дворянство во главе с королем; испан¬
ская колонизация проходила на чисто фео¬
дальной основе в соответствии с господство¬
вавшими в Испании феодальными отноше¬
ниями. На завоеванных испанцами землях
возникло крупное землевладение, носившее
феодальный характер. Совершенно иной,
раннекапиталисгический характер носила
колонизация Вельзеров и Фуггеров. Как
представители зарождавшейся германской
буржуазии и носители раннекапиталистиче¬
ских отношений они строили свою пред¬
принимательскую деятельность на капита¬
листической основе. Торговля рабами-ин-
дейцами, финансирование морских экспеди¬
ций, обширная торговля по линии Европа —
Америка, наконец, строительство рудников
и добыча металлов — все это автор счи¬
тает признаками капиталистической органи¬
зации предпринимательства. Тем не менее,
подчеркивается в статье, раннекапиталисти¬
ческий характер германской колонизации
проявлялся не вполне отчетливо, поскольку
в германских колониях капиталистические
фермы ведения хозяйства уживались с фео¬
дальными методами, что объясняется об¬
щей незрелостью капиталистических отно¬
шений. развивавшихся еще в недрах фео¬
дализма.
Колонизаторскую деятельность герман¬
ских торговых фирм в Южной Америке в
конце XV—XVI вв. необходимо было, на
наш взгляд, рассматривать как метод так
называемого первоначального накопления
капитала а Германии: привлеченные авто¬
ром материалы давали полную возможность
показать, на какой грабительской основе
складывались начальные формы капитали¬
стического производства.
Нам представляется также, что Тимм не¬
достаточно проанализировал самую хозяй¬
ственную деятельность Вельзеров и Фугге¬
ров в Южной Америке. Кроме того, у авто¬
ра, задавшегося целью дать сравнительную
характеристику германской и испанской ко¬
лонизации, фактически не оказалось воз¬
можностей для подобного сравнения, по¬
скольку в статье полностью отсутствует
анализ хозяйства испанских колонизато¬
ров. Поэтому в общем правильные выводы
его статьи о различии обоих типов коло¬
низации требуют большей аргументации.
Ю. М. Григорьян
Изучение истории тайнинского восстания
в КНР
«JIuuiu яньцзю», Пекин. 1961. № 2,
стр. 123—135.
Исследование крестьянских войн и вос¬
станий является в настоящее время одним
из основных направлений китайской истори¬
ческой науки. За последние годы на страни¬
цах партийной печати и научных журналов
КНР появились десятки статей, посвящен¬
ных этой важной проблеме. Статья Цзинь
И-чжоу «Изучение истории тайпинтяньго*
знакомит читателя с тем кругом вопросов,
над разрешением которых уже свыше деся¬
ти лет работает большая группа китайских
исследователей.
Цзинь И-чжоу отмечает, что подлинно
научное изучение истории тайпинов нача¬
лось в Китае только со времени образова¬
ния КНР. После победы народной револю¬
ции была проделана серьезная работа по
изданию тампинских документов, сбору ма¬
териалов о тайнинской армии, реставрации
и охране различных памятников, связанных
с деятельностью тайпинов, и т. п. Одним из
основных вопросов, вызвавших в свое вре¬
мя оживленную дискуссию среди китай¬
ских историков, явился вопрос о характере
тайпинской революции. В ходе обсуждения

Историческая наука за рубежом
выявились лве основные точки зрения:
одна группа историков рассматривала тай-
пинскую войну как «крестьянскую револю¬
цию», другая группа утверждала, что это
была «крестьянская революция, носившая
буржуазный характер». Кроме того, отдель¬
ные историки были склонны рассматривать
это восстание как «революцию горожан».
Столь сильное расхождение во взглядах на
одни и те же события объяснялось различ¬
ной оценкой характера китайского обще¬
ства второй половины XIX века. Некоторые
историки считали, что Китай в то время
был феодальным государством и поэтому
противоречие между крестьянами и поме¬
щиками являлось основным социальным
противоречием; ряд других исследователей
полагал, что к тому времени в Китае уже
начали развиваться капиталистические от¬
ношения и что участие в восстании город¬
ских слоев придало восстанию буржуазный
характер. Результатом дискуссии, длив¬
шемся несколько лет, было то, что большин¬
ство китайских историков стало рассматри¬
вать тайпинское восстание как антифео¬
дальную войну китайского крестьянства.
Наряду с изучением характера тайпин-
ской войны китайские историки уделяли и
продолжают уделять серьезное внимание
исследованию различных вопросов, связан¬
ных с осуществлением аграрной программы
тайпинов и с внутренним устройством тай¬
нинского государства. В начале 50-х годов
часть китайских историков считала, что
тайпинам удалось осуществить свою знаме¬
нитую «Земельную систему Небесной дина¬
стии», уничтожив повсеместно на террито¬
рии тампинского государства помещичью
земельную собственность. В то же время
другая группа историков утверждала, что
эта система была введена лишь в отдель¬
ных районах таипинского государства.
Сейчас в результате тщательного и всесто¬
роннего изучения документальных материа¬
лов подавляющее большинство историков
пришло к выводу, что аграрная программа
тайпинов не была проведена в жизнь.
Известно, что во всех освобожденных
районах тайпины создавали низовые органы
управления, учредив специальный институт
сельских чиновников. Вопрос о социальном
составе этих чиновников имеет весьма важ¬
ное значение, так как его разрешение помо¬
жет выяснить целый комплекс проблем,
связанных с устройством таипинского госу¬
дарства и внутренней политикой тайпинов.
В настоящее время среди китайских исто¬
риков нет еще пока единого мнения о со¬
циальном составе чиновников низовых орга¬
нов власти тайпинов, однако большинство
китайских исследователей считает, что на
первом этапе крестьянской войны на долж¬
ности сельских чиновников назначались
главным образом представители трудящих¬
ся, а на втором этапе социальный состав
чиновников перестал быть однородным.
Автор статьи отмечает, что вопрос о со¬
циальном составе тайнинской администра¬
ции все еще остается открытым и нуждает¬
ся в дальнейшем изучении.
Китайские историки занимаются также
исследованием следующих проблем: про¬
граммные документы тайпинов, идеология
повстанцев, оценка роли руководителей
восстания, взаимоотношения представите¬
лей различных национальностей внутри
тайнинского лагеря, деятельность тайпин-
ской армии в отдельных районах и т. п.
Л. С. Переломов
К 1300-летию со дня рождения выдающего¬
ся китайского историка
«Лиши яньцзю». Пекин. 1961, № 2,
стр. 110—119.
Лю Чжи-цзи (661—721 гг.) является ро¬
доначальником китайской историографии.
Ему посвящена статья видного философа и
историка КНР Хоу Вай-лу, анализирующе¬
го теоретические предпосылки, из которых
исходил Лю Чжи-цзи в оценке историче¬
ских сочинений.
Хоу Вай-лу отмечает, что взгляды Лю
Чжи-цзи могут) быть правильно поняты
лишь при учете характерных особенностей
исторической литературы Китая в период
раннего средневековья. Только при таком
подходе можно оценить прогрессивный, бое¬
вой дух его мировоззрения. Говоря о взгля¬
дах замечательного ученого, Хоу Вай-лу
сопоставляет их с господствовавшими в его
время понятиями о задачах и роли исто¬
рика, об интерпретации материала и т. д.
Главная особенность исторических взглядов
Лю Чжи-цзи состоит в том, что он высту¬
пал против фатализма, за рационалистиче¬
ское и гуманистическое истолкование исто¬
рии. Именно с этой точки зрения Лю Чжи-
цзи сурово критиковал летопись «Чуньцю»,
которая была отредактирована самим Кон¬
фуцием, и «Исторические записки» Сыма
Цяня. Лю Чжи-цзи писал, что при сужде¬
нии о причинах успехов и неудач историче¬
ских деятелей нельзя ссылаться на судьбу;

190 Историческая наука за рубежом
эти причины нужно искать в сфере челове¬
ческих действий и отношений, в которых
должна быть выявлена какая-то рациональ¬
ная основа. Несмотря на то, что объясне¬
ния, которые дает Лю Чжи-цзи историче¬
скому процессу, сводятся к психологиче¬
ской мотивировке и в основном исчерпыва¬
ются выявлением умственных и моральных
качеств исторических деятелей, его стрем¬
ление найти рациональный, а не фаталисти¬
ческий подход к истории следует признать
прогрессивным для своего времени момен¬
том в его мировоззрении.
Большой заслугой Лю Чжи-цзи является
и то, что он выступал против консерватизма
и отстаивал взгляд о том, что историческое
развитие носит прогрессивный характер.
Уже с середины I тысячелетия до н. э. в
конфуцианской литературе стала традицией
идеализация древности. С этим Лю Чжи-
цзи решительно боролся. В специальной
главе своего труда «Тунши», названной
«Сомнение в древности», он развенчивал
легенды о добродетели и мудрости древних
правителей Китая, настаивал на отказе от
преклонения перед древностью и стремле¬
ния во всем ей подражать. В отличие от
большинства своих современников Лю Чжи-
цзи рассматривал период, наступивший
после правления древней династии Чжоу,
как время прогрессивного развития, а не
вырождения и упадка.
Большое значение для дальнейшего раз¬
вития китайской историографии имел вы¬
двинутый Лю Чжи-цзи идеал «правдивой
книги». Под такой книгой он понимал сочи¬
нение историка, не боявшегося репрессий со
стороны властей и не поддававшегося чув¬
ству любви или ненависти. Не остановив¬
шись перед критикой Конфуция за умолча¬
ния и приукрашивание им действительности
в летописи «Чуньцю», Лю Чжи-цзи обви¬
няет в этом и других историков, следовав¬
ших примеру «великого учителя». Считая
причиной фальсификации истории прежде
всего страх перед власть имущими, Лю
Чжи-цзи твердо верил, что историком мо¬
жет быть лишь тот, кто обладает силой
духа, твердостью и мужеством.
Хоу Вай-лу отмечает, что в философских
взглядах Лю Чжи-цзи заметна материали¬
стическая тенденция, выразившаяся глав¬
ным образом в его борьбе с религиозно¬
мистическим подходом к истории. В этом
отношении Лю Чжи-цзи был продолжате¬
лем дела великого китайского философа-ма-
териалиста Ван Чуна и решительно высту¬
пал против тех историков, которые перено¬
сили явления природы на жизнь человече¬
ского общества. Лю Чжи-цзи писал, что
небо — это не божественная, а естественная
субстанция, не имеющая никакого отноше¬
ния к человеческим действиям. Вместо того,
чтобы ссылаться на волю неба, историки
должны искать социальные причины исто¬
рических событий.
Прогрессивные для своего времени взгля¬
ды Лю Чжи-цзи оказались неприемлемыми
для господствующего класса. В течение
долгого времени его воззрения либо замал¬
чивались, либо намеренно искажались
комментаторами. Справедливая оценка тру¬
дов Лю Чжи-цзи, выявление его роли в раз¬
витии китайской исторической науки явля¬
ются важной частью проводящейся в на¬
стоящее время в КНР работы по критиче¬
скому освоению наследия китайской куль¬
туры.
В. А. Рубин
Социально-экономические сдвиги в странах
Центральной и Восточной Европы
XV/—XVII вв. и революция цен
«Kwartalnik historyczny». Warszawa. 19С1,
№ 2. str. 297—314, 315—321.
Исследование комплекса проблем, свя¬
занных с так называемой революцией цен
и ее воздействием на социально-экономиче¬
ское развитие европейских стран, началось
сравнительно давно. И все же до сих пор
в нем существует известная диспропорция:
процессы, наблюдавшиеся в Центральной и
Восточной Европе XVI—XVII вв., изучены
гораздо меньше, чем аналогичные явления
в западноевропейских государствах. Тем
большего внимания заслуживает статья
Ст. Хошовского «Революция цен в Цен¬
тральной Европе в XVI и XVII вв.». Она
опирается на обширный материал историко¬
статистических исследований, относящихся
к территории современной Чехословакии,
Польши, Австрии и Югославии. При этом
ее выводы, несомненно, имеют более широ¬
кое значение, представляя, в частности, ин¬
терес для специалистов по истории народов
СССР. То же самое можно сказать о статье
М. Маловиста «Польша и революция цен
в Европе в XVI и XVII вв.», где автор,
рассматривая вопрос под несколько иным
углом зрения, подчеркивает взаимосвязь
изменений, которые происходили на западе
и на востоке Европы.
Анализ имеющихся данных позволил

Историческая наука за рубежом
191
Ст. Хошовскому прийти к заключению, что
в изменении цен в странах Восточной Евро¬
пы прослеживаются три этапа. Незначи¬
тельное повышение цен в первой половине
XVI в. сменилось во второй половине сто¬
летня их большим и систематическим ро¬
стом. В первой же половине XVII в. при
сохранении общей тенденции к повыше¬
нию цепы поднимались незначительно. Та¬
ким образом, движение цен в Центральной
Европе в основном происходило аналогично
тому же процессу, который наблюдался в
странах Западной и Южной Европы. Это
еще раз подтверждает, что революция цен
была всеобщим явлением и везде имела
общие корни.
Значительно более трудным оказалось
установить особенности роста цен на раз¬
личные виды сельскохозяйственных и про¬
мышленных товаров в отдельных странах,
найти причины тех или иных отклонений от
общих закономерностей Сосредоточив
свое внимание главным образом на
изучении специфики революции цен
в Польше, где рост хлебных цен начался
раньше и протекал быстрее, чем в других
странах, Ст. Хошовский считает недоста¬
точным объяснение этого явления лишь
выгодной конъюнктурой. По его мнению,
известную роль здесь мог играть наплыв в
страну серебра, поступавшего в обмен на
экспортировавшийся хлеб; в условиях
сравнительно слабого развития товарно-де¬
нежного хозяйства в Польше отношение
массы денег к обшей товарной массе ока¬
зывалось таким, что вызывало обесценение
монеты. Во второй половине XVII в. силь¬
ный рост цен в стране прекратился. Автор
статьи усматривает причины этого не в
разорении страны (как было в Чехии и
Австрии), а в отливе драгоценных металлов
из Польши (в связи с военными расходами
и общим пассивным балансом внешней тор¬
говли). Это явление было вызвано главным
образом экономическим упадком барщинно¬
крепостнической системы.
Убедительными и открывающими пер¬
спективы для дальнейшего изучения пред¬
ставляются наблюдения Ст. Хошовского
над движением платы наемным работни¬
кам в течение XVI—-XVII веков. Сравне¬
ние польских и австрийских материалов по¬
казывает характерное различие в движении
платы наемным работникам в упомянутых
странах. В Австрии плата (отставая от
растущих цен) в течение второй половины
XVI в. все же поднималась, а за последую¬
щие полвека выросла на 22—70%. В Поль¬
ше же, напротив, после значительного по¬
вышения (на 77—88%) с начала XVII в.
наступила стабилизация и даже некоторое
понижение платы. Исследователь ищет
корни этого различия в особенностях исто¬
рических судеб двух стран, обращая, в
частности, внимание на последствия Три¬
дцатилетней войны для Австрии и на обо¬
значившийся в XVII в. регресс польской
экономики, сдерживавший рост заработков.
Ст. Хошовский делает вывод, что
в странах Центральной Европы революция
цен укрепляла феодальные отношения. «От
новой ситуации выиграли прежде всего фео¬
дальные собственники земли, пострада¬
ли же крестьяне и горожане». Наиболее
ясно это видно на примере Польши, где ре¬
волюция цен благоприятствовала односто¬
роннему развитию земледелия, стимулиро¬
вала развитие барщиннб-крепостнической
системы и задерживала рост промышлен¬
ности и городов.
М. Маловист в своей статье присоеди¬
няется к большинству выводов Ст. Хошов¬
ского, также считая, что наплыв драгоцен¬
ных металлов и революция цен явились
важным фактором усиления феодального
строя в районе Балтийского моря (за
исключением Швеции), Вместе с тем он
подчеркивает, что эти явления лишь уско¬
ряли и обостряли ранее начавшиеся про¬
цессы, отнюдь не являясь причиной их воз¬
никновения. Статья М. Маловиста направ¬
лена против наблюдавшейся в ряде работ
тенденции рассматривать революцию цен
в отрыве от других сторон социально-эко¬
номической жизни Европы XVI—XVII ве¬
ков. Автор с полным основанием настаивает
на необходимости учитывать особенности в
развитии отдельных стран. Попутно он об¬
ращается к проблеме так называемого
кризиса феодализма в XIV—XV вв., кото¬
рая уже неоднократно была предметом
дискуссий, и по-прежнему считает неоспо¬
римым наличие кризиса, видя в нем про¬
явление противоречия между уровнем
развития производительных сил и производ¬
ственных отношений. Аргументация М. Ма¬
ловиста не вносит ничего существенна но¬
вого по сравнению с его прежними работа¬
ми на эту тему и едва ли может отстоять
тезис, не выдержавший критической про¬
верки применительно к странам Запада и,
на наш взгляд, совершенно неприложимый
к истории восточноевропейских народов.
.Полемизируя со Ст. Хошовским, М. Ma-

Î92 Историческая наука за рубежом
ловист усматривает причину промышленно¬
го преобладания Западной Европы в
XVI—XVII вв. не столько и распростране¬
нии технических усовершенствований,
сколько в дешевизне рабочей силы, все бо¬
лее отчетливо проявлявшейся в ходе рево¬
люции це«. Местный рынок западноевро¬
пейских стран был весьма ограничен, что
толкало Голландию и Англию к промыш¬
ленно-торговой экспансии в отношении
Польши и России. Автор останавливается в
конце своей статьи на вопросах методики.
По его мнению, для более глубокого изуче¬
ния социально-экономических процессов за
исходный пункт исследования необходимо
брать состояние производительных сил и
производственных отношений в отдельных
странах и лишь затем переходить к про¬
блематике, связанной с революцией цен.
В. А. Якубский
Из истории антифашистского движения
в Италии
cRivista storica del socialismo». Milano. 1960,
№ 11, pp. 759—789.
В наши дни, когда в Италии вновь подни¬
мают голову силы фашизма и реакции,
естествен большой интерес прогрессивной
общественности к истории борьбы народных
масс против диктатуры Муссолини. Италь¬
янские прогрессивные историки уделяют
большое внимание показу вооруженной
борьбы трудящихся масс в 1943—1945 го¬
дах. Значительно слабее освещено в италь¬
янской историографии антифашистское дви¬
жение в Италии в первые годы после при¬
хода фашизма к власти.
Серьезным вкладом в изучение этой про¬
блемы является статья историка-коммуни-
ста Доменико Цукаро «Начало подпольного
антифашистского движения в Турине и
Пьемонте». Статья освещает борьбу трудя¬
щихся масс Пьемонта в 1926—1929 гг.,
после проведения чрезвычайных фашист¬
ских законов 1926 г., упразднивших парла¬
ментские свободы в стране. Локальные
рамки исследования не снижают его цен¬
ности, ибо именно в Пьемонте антифашист¬
ское движение носило в те годы наиболее
массовый характер. К тому же автор удач¬
но сочетает анализ движения в крупнейшем
промышленном районе страны с раскры¬
тием некоторых характерных черт антифа¬
шистской борьбы в национальном мас¬
штабе.
Цук бдительно показывает, что в
то вре.\, как все буржуазные партии и
первые годы господства фашизма пере¬
несли свою деятельность за границу,
Итальянская коммунистическая партия, не¬
смотря на жесточайшие репрессии, ни на
минуту не прекращала борьбы против фа¬
шизма. Важное место в статье отводится
вопросу о перестройке работы и об измене¬
нии организационной структуры компартии
в связи с уходом ее в подполье. Цукаро
подчеркивает, что эта перестройка была
теснейшим образом связана с проходившим
в то время процессом преодоления сек¬
тантских и догматических установок бор-
дигнанства.
В 1923—1926 гг. был накоплен известный
опыт подпольной работы. Это помогло Ком¬
мунистической партии и после чрезвычай¬
ных законов 1926 г., запретивших существо¬
вание антифашистских печатных органов и
всех политических партий, кроме фашист¬
ской, сохранить сеть периферийных орга¬
низаций — ячеек, федераций. Опираясь на
большой документальный материал и, в
частности, на личные воспоминания видных
деятелей Коммунистической партии, Доме¬
нико Цукаро описывает структуру руково¬
дящих органов партии, начиная от загра¬
ничного центра ИКП в Париже и политиче¬
ского секретариата партии и кончая так
называемым «внутренним центром» в Мила¬
не, который через 8 межрайонных секрета¬
риатов (Милана, Турина, Болоньи, Вене¬
ции. Флоренции, Рима, Неаполя и Бари)
осуществлял непосредственное руководство
всей подпольной деятельностью низовых
организаций. В январе 1927 г. в Турине и
Милане стал нелегально издаваться цен¬
тральный орган партии «L’Unità».
Цукаро подробно рассказывает о первых
антифашистских рабочих выступлениях в
Турине, Бьелле и других городах Пьемон¬
та. Он показывает, как в ходе этих выступ¬
лений складывалось снизу — еше до того,
как было достигнуто соглашение о един¬
стве действий между партиями в целом,—
единство рабочих различных политических
убеждений: коммунистов, социалистов, ка¬
толиков и т. д.
Наряду с характеристикой антифашист¬
ской деятельности Коммунистической пар¬
тии Цукаро приводит интересный материал
о первых, еще робких шагах общедемокра¬
тического антифашистского движения в
Пьемонте. В 1927 г. в Турине возникли
антифашистские подпольные группы среди

Историческая наука за рубежом
193
демократического студенч,. имевшие
известный контакт с коммунист 4Wi. Респуб¬
ликанцами и социалистами была создана
группа «Umanita Nuova», из которой по¬
зднее вышли руководители антифашистской
группировки «Giustizia е Liberia», сыграв¬
шей положительную роль в борьбе с фа¬
шизмом. Была создана демократическая, ан¬
тифашистская организация «Молодая Ита¬
лия», имевшая влияние также в Милане,
Генуе, Венеции, Триесте и других районах
страны. Цукаро в то же время подчерки¬
вает, что буржуазные интеллигенты, стояв¬
шие у руководства этими организациями,
ограничивались призывами к «моральному»
и «культурному» сопротивлению фашизму,
не принимая действенных мер для развития
массового движения. Таким образом, указы¬
вает Цукаро, эти организации оказались не
в силах в те годы сойти со старых, обанкро¬
тившихся позиций Авентинского блока
J924—1926 гг., побоявшегося развернуть
общенародное движение против фашист¬
ской диктатуры в дни политического кри¬
зиса 1924 года.
Подводя итоги, Цукаро пишет, что в
1929 г. завершился первый этап антифа¬
шистского рабочего и демократического
движения в Турине и Пьемонте, в ходе ко¬
торого был накоплен известный опыт борь¬
бы с фашизмом в новых, нелегальных усло¬
виях.
3. П. Яхимович
Итальянский ученый о родоплеменной
организации кочевников Древнего Двуречья
iArchivio Glottologico Italiano». Firenze.
1960. XLV. № 1, pp. 37—60.
Статья П. Фронцароли «Семитская родо¬
вая организация и тексты из Мари» посвя¬
щена анализу клинописных юридических,
хозяйственных и дипломатических текстов
из древнего государства Мари на среднем
Евфрате, относящегося к концу XIX —
началу XVIII в. до н. э. На основании
данных, почерпнутых из изданных текстов,
автор воссоздает картину родоплеменной
организации кочевых и полукочевых пле¬
мен, связанных с этим царством. Хотя по¬
добные попытки делались и раньше L они
1 См. J. R. Kupper. Les nomades en
Mésopotamie au temps des rois de Mari.
Paris. 1957; H. Klengel. Halbnomaden
am mittleren Eufrat. «Das Altertum», 1959,
№ 4, S. 195—205, и др.
13. «Вопросы истории» № 9.
значительно менее убедительны, чем вы¬
воды П. Фронцароли.
«Род» в текстах из Мари назывался
«биту» (буквально: «дом»). Возможно, что
этот же термин относился и к большесемей¬
ной общине. Глава биту в ряде случаев
назначался или же подбирался царской
администрацией. Некоторые из абубити—
«отцов рода» (то есть старейшин) назнача¬
лись даже на должность шалиту — судьи,
или руководителя племени. При этом
древний институт родового строя ставился
под контроль центральной, царской власти.
Роды соединялись в более крупные объеди¬
нения — хибру («товарищества»), причем
в состав племени — гайу—входило по
нескольку хибру. Это дает возможность вы¬
сказать предположение, что термин «хибру»
соответствует фратрии. Во главе племен
стояли «сугагу». Термин этот, как справед¬
ливо отмечает П. Фронцароли, соответ¬
ствует слову «шейх» в быту староарабских
племен. Крупные племенные объединения —
беньяминиты и ханейцы — подразделялись
на несколько гайу. Согласно выводам авто¬
ра, сделанным на основании анализа тек¬
стов, представители племенной верхушки
занимали видное положение в царской
администрации. Далее П. Фронцароли по¬
казывает, что с постепенным переходом
племен к оседлости выборные родовые и
племенные должностные лица превраща¬
лись в утверждаемых, а иногда и назначае¬
мых царем администраторов территориаль¬
ных округов. В статье отмечается также
наличие в Древнем Двуречье военной и тру¬
довой повинности как оседлого, так и коче¬
вого населения.
М. Л. Гельцер
С. Вебб о первом лейбористском правитель¬
стве
«The Political Quarterly». London. 1961. Vol.
32, № I, pp. 6—34.
Рецензируемая статья была написана из¬
вестным английским реформистским деяте¬
лем, одним из основателей Фабианского
общества, Сиднеем Веббом, еще в 1925 г.,
но опубликована она лишь через много лет
после его смерти. С. Вебб был членом пер¬
вого лейбористского правительства, и его
анализ и оценка деятельности этого прави¬
тельства не лишены интереса.
Статья Вебба подчинена одной цели —
«оправдать» в глазах буржуазного обще¬
ственного мнения политику первого лейбо¬

194
Историческая наука за рубежом.
ристского правительства, доказать, что в
целом лейбористы—«респектабельные, здра¬
вомыслящие и умеренные люди», которые
верно служат буржуазной Англии.
В начале статьи автор касается вопросов
формирования первого лейбористского пра¬
вительства, во второй ее части — деятель¬
ности этого правительства. Вебб пишет, что
до конца 1923 г., вплоть до всеобщих выбо¬
ров, лидеры лейбористской партии не рас¬
сматривали серьезно вопрос о возможности
своего прихода к власти. Таким образом,
наглядно видна безответственность лейбо¬
ристских руководителей, которые, по сути
дела, не думали об использовании госу¬
дарственной власти в интересах трудя¬
щихся.
Не вызывающее сомнений свидетельство
Вебба, являвшегося в то время одним из
виднейших лейбористских теоретиков, гово¬
рит о том, что в момент своего прихода к
власти лейбористская партия не имела ка¬
кой-либо положительной программы Со¬
циальных реформ, направленных на корен¬
ное улучшение положения рабочего класса,
а первое лейбористское правительство, по
существу, ничем не отличалось от обычных
буржуазных правительств.
С. Вебб напоминает, что первое лейбо¬
ристское правительство единогласно решило
применить выработанные еще в 1919—
1920 гг. коалиционным (то есть буржуаз¬
ным) правительством чрезвычайные меры
против забастовки лондонских транспортни¬
ков. В таком же довольном тоне он коммен¬
тирует решение правительства выступить
против национально-освободительного дви¬
жения в Индии.
С. Вебб акцентирует внимание на том,
что полиция установила постоянную слежку
за деятелями компартии, а министр внут¬
ренних дел Гендерсон еженедельно пред¬
ставлял премьеру Макдональду сводки по¬
лицейских докладов, содержание которых
держалось в секрете даже от других чле¬
нов кабинета.
Весьма характерно, что о том немногом,
что под давлением масс первое лейборист¬
ское правительство было вынуждено сде¬
лать для рабочих (увеличение пособий без¬
работным, жилищное законодательство
Уитли), Вебб или умалчивает, или упоми¬
нает вскользь.
В конце статьи Вебб сетует на англий¬
скую буржуазную прессу того времени,
критиковавшую первое лейбористское пра¬
вительство за его «левизну», и сожалеет о
«непонимании» и «нападках» с ес стороны.
Признания, содержащиеся в статье
Вебба, еще раз доказывают правоту совет¬
ских историков, говорящих о буржуазном
характере первого лейбористского прави¬
тельства.
Э. Н. Лооне
Апологетика расовой дискриминации на
страницах английского журнала
«African Affairs». Journal of Royal African
Society. London. 1961. Vol. 59, № 238,
pp. 56—65.
Преступления колонизаторов-расистов в
Южно-Африканской Республике вызывают
законное негодование всей прогрессивной
мировой общественности. Перед лицом ра¬
стущего возмущения общественного мнения
расисты предпринимают безнадежные по¬
пытки оправдать свою политику, снять с
себя ответственность за чинимые в ЮАР
злодеяния. Трудно сказать, чего больше в
подобных выступлениях — лицемерия или
откровенного цинизма.
В конце прошлого года такую попытку
предпринял Б. П. Эразмус — сотрудник па¬
латы представителей парламента ЮАР, ко
торому для этой неблагодарной роли лю¬
безно предоставил свои страницы англий¬
ский научный журнал «African Affairs»,
Главная задача Эразмуса — обелить одну
из наиболее отвратительных форм расовой
дискриминации в ЮАР (политику искус¬
ственного «обособления» коренного населе¬
ния страны — африканцев, а также индий¬
цев, малайцев, мулатов) — апартеид.
Признавая, что в последние годы вопрос
об апартеиде как системе угнетения корен¬
ного населения белыми стоит в центре вни¬
мания мировой общественности, Эразмус
«объясняет» введение его следующим обра¬
зом. Политика апартеида, пишет автор,
позволяет якобы более эффективно решить
расовую проблему, гарантировать африкан¬
цам их участие в управлении страной. По
мнению Эразмуса. особая заслуга в разви¬
тии страны будто бы принадлежит евро¬
пейцам, в частности, африканерам, которые
якобы принесли мир враждующим тузем¬
ным племенам и приобщили их к европей¬
ской цивилизации.
Известно, однако, что вся история обосно¬
вания европейцев в Южной Африке —
это история войн белых против афри¬
канцев. Эразмус глухо упоминает об этом.
Однако он старается доказать, что евро¬
пейские колонизаторы будто бы не вели

Историческая наука за рубежом.
195
истребительных войн против коренного на¬
селения. Они будто бы всегда стремились
строить свои отношения с местными племе¬
нами на договорных основах, искренне же¬
лали мирного сосуществования с народами
Южной Африки. Эразмус умалчивает о
том, что колонизация Южной Африки осу¬
ществлялась, как правило, силой оружия,
а многие вожди племен скрепляли в до¬
говорах свой отказ от земли в результате
подкупа, обмана или принуждения. Умал¬
чивает Эразмус, например, о судьбе буш¬
менов. Ведь в пределах Капской колонии и
Трансвааля на протяжении XVII—XIX вв.
бушмены были почти полностью истребле¬
ны голландскими, английскими и герман¬
скими колонизаторами. Остатки бушмен¬
ских племен сохранились лишь в пустыне
Калахари да в Юго-Западной Африке.
Каковы же внутренние причины возник¬
новения апартеида в трактовке Эразмуса?
К концу прошлого века определились тер¬
ритории расселения белых и племен банту.
Однако, уверяет Эразмус, в связи с тем,
что в 1886 г в Южной Африке началась
разработка месторождений золота и алма¬
зов, происходит миграция коренного насе¬
ления. поскольку европейским промыш¬
ленникам понадобились рабочие руки.
В результате сотни тысяч банту устреми¬
лись на работу в индустриальные центры.
Так, согласно Эразмусу, произошло пересе¬
ление почти 4 млн. человек. В действитель¬
ности дело обстояло иначе. Местное насе¬
ление отказывалось работать на рудниках.
Вот почему промышленным компаниям при¬
шлось создать хорошо организованную сеть
по набору рабочей силы, которая действо¬
вала на огромной территории Южной и
Центральной Африки. Но африканцы бежа¬
ли с работ. Поэтому был принят закон
«О регламентации туземного труда», по ко¬
торому за побег африканец подвергался
штрафу в 10 ф. ст. (50 долл.) или двух¬
месячному тюремному заключению. Эраз¬
мус утверждает, что апартеид стал необ¬
ходим в новых условиях будто бы как сред¬
ство для обеспечения «гармонического раз¬
вития народов» после всеобщего переселе¬
ния. Апартеид якобы вовсе не означает, что
один народ главенствует над другим. На¬
оборот, политика апартеида, заявляет ав¬
тор, обеспечивает, мол, населяющим ЮАР
народам банту суверенность и демократи¬
ческое самоуправление, способствует их
консолидации в единую нацию и т. д.
и т. п.
Что же такое система апартеида в дей-.
ствительности? На деле — это жесточайшая
колониальная эксплуатация и расовая
дискриминация коренного населения. В си¬
лу закона о «цветном барьере» африканец
под страхом ареста не может появиться на
улице без специального пропуска, он не
имеет права без разрешения переехать со
своей семьей в другой населенный пункт.
Африканцы не допускаются к квалифициро¬
ванным работам в промышленности, они
используются только на самых тяжелых и
низкооплачиваемых работах. Согласно за¬
кону об апартеиде, африканцы не имеют
права владеть землей. Процветает также
под видом контрактации рабский труд.
Таким образом, апартеид — это бесчело¬
вечная система подавления элементарных
прав коренного населения ЮАР в целях
увековечения господства кучки колонизато-
ров-расистов над миллионами африканцев,
самоотверженно борющихся за свои права.
С. Р. Ким
История английской агрессии против
Афганистана в 1878—1880 годах
«English historical review». London. Janua¬
ry 1961. Vol. 76, № 298, pp. 59—79.
Английский буржуазный историк М. Ко-
улинг в своей статье излагает закулисную
историю английской политики в отноше¬
нии Афганистана, которая привела к раз¬
вязыванию англо-афганской войны 1878—
1880 годов. Статья построена на обширном
новом материале: автор использовал лич¬
ные архивы государственных деятелей,
направлявших в те годы английскую
политику на Востоке: Дизраэли, Солсбери,
министра по делам Индии Кренбрука и
вице-короля Индии лорда Литтона.
В центре повествования лорд Литтон. Ав¬
тор пишет, что с момента его назначения на
пост вице-короля (апрель 1876 г.) Литтон
поставил перед собой задачу «восстановить
влияние Англии в Афганистане», то есть, по
существу, заставить афганского эмира
Шир-али подчиниться английскому диктату.
Когда дипломатический нажим оказался
безрезультатным, Литтон предпринял се¬
рию интриг против Шир-али: в широких
масштабах началась засылка в Афганистан
шпионов и агентов, осуществлялись попыт¬
ки подкупа вождей племен, чтобы побудить
их к выступлению против Шир-али и т. д.
Картина, нарисованная Коулингом, нагляд¬
но иллюстрирует методы английской внеш-

196
Историческая наука за рубежом.
пей политики на Востоке. В начале авгу¬
ста 1878 г. Литтон возобновил нажим на
Афганистан: на этот раз было решено на¬
править сюда английскую военную миссию,
чтобы оказать давление на несговорчиво¬
го эмира.
В статье настойчиво проводится мысль,
будто Литтон действовал вопреки жела¬
ниям английского правительства и в неко¬
торых случаях прямо игнорировал указания
из Лондона. Так, утверждает автор, несмот¬
ря на запрет из Лондона, Литтон.21 сентяб¬
ря 1878 г. приказал генералу Чемберлену
направить миссию в Афганистан, не позабо¬
тившись получить на это разрешение аф¬
ганского правительства. Автор «забывает»
упомянуть при этом, что «миссия» состояла
ни много, ни мало из 2 тыс. человек и, по
существу, являлась армией вторжения.
2 ноября 1878 г., использовав отказ Шир-
али допустить «миссию» в Афганистан,
Литтон, направил эмиру ультиматум, в ко¬
тором потребовал «извинений» и согласия
на принятие постоянной английской мис¬
сии. Не получив ответа на ультиматум,
Литтон 21 ноября отдал войскам приказ о
наступлении. Англо-афганская война, спро¬
воцированная Англией, началась.
Автор статьи излагает события таким об¬
разом, чтобы создать впечатление, будто
единственным виновником и инициатором
войны являлся лорд Литтон и, следователь¬
но, англо-афганская война была как бы
«личным предприятием» этого деятеля, ко¬
торый навязал ее кабинету вопреки воле
последнего. Этот тезис далеко не нов: уже
много лет с ним выступает английская офи¬
циальная историография, которая таким пу¬
тем стремится снять с английского прави¬
тельства ответственность за агрессивную
войну 1878—1880 годов.
Однако этот тезис не выдерживает кри¬
тики. Против него свидетельствует и при¬
водимый Коулингом материал. Так, из
статьи явствует, что основная идея Литто-
на — посылка в Афганистан специальной
«миссии» — была одобрена в Лондоне. Это
означает, что английское правительство
полностью разделяло агрессивные планы
Литтона. Правда, некоторые руководящие
деятели английского кабинета испытывали
колебания и сомнения по поводу курса, взя¬
того Литтоном. Однако, как свидетельству¬
ют документы, разногласия касались не
существа дела, а лишь формы и процедуры,
вопросов тактики развязывания войны. Ми¬
нистры, которые критиковали Литтона, стре¬
мились представить английскую агрессию в
Афганистане «вынужденной акцией», чтобы
таким образом оправдать свою политику
перед английским и мировым обществен¬
ным мнением. «Жесткий» курс Литтона за¬
труднял лавирование английской диплома¬
тии. Исходя именно из этих соображений,
лорд Кренбрук не утвердил инструкции
Литтона Чемберлену, на основании которой
афганскому правительству должно было
быть предъявлено требование удалить рус¬
скую миссию из Афганистана. Кренбрук
полагал, что подобное требование означа¬
ло бы «оскорбление, которое великая дер¬
жава Не снесет» и могло лишь побудить
Россию активизировать свои действия в
Афганистане Тем не менее, несмотря на
все колебания, в конце концов кабинет
одобрил курс, взятый Литтоном, и, следо¬
вательно, санкционировал объявление вой¬
ны Афганистану.
Таким образом, попытка автора предста¬
вить англо-афганскую войну как «личное
предприятие» Литтона и возложить на
него всю ответственность за этот позорный
эпизод из истории английской дипломатии,
оказывается неудачной. Авантюристический
характер восточной политики Дизраэли
слишком хорошо известен, чтобы можно
было всерьез поверить в его непричастность
к развязыванию англо-афганской войны.
Впрочем, и сам автор приводит одно выска¬
зывание Дизраэли, которое не оставляет
сомнений в том, что между политикой Ди¬
зраэли и курсом Литтона не было сущест¬
венных различий. Так, в частном письме
Кренбруку 22 сентября 1878 г. Дизраэли
писал: «Бывают случаи, когда благоразу¬
мие (prudence) не является мудростью
(wisdom); данный случай принадлежит
именно к таким. Мы должны контролиро¬
вать и даже создавать ситуацию... Мы
должны утвердить наше преобладание в
Афганистане, и для осуществления этой за¬
дачи мы не должны останавливаться перед
мелочами». Следует заметить, что автор в
своем стремлении выпятить роль Литтона
крайне скупо рисует деятельность других
руководителей английской политики и в
особенности Дизраэли. Однако даже эти
скупые детали показывают несостоятель¬
ность традиционной концепции английских
колонизаторов.
Приводимые Коулингом архивные мате¬
риалы опровергают еще один тезис офици¬
альной английской историографии, а имен¬
но ее утверждение о том, будто английская

Историческая наука за рубежом
197
политика на Среднем Востоке в тот период
носила «оборонительный» характер и обу¬
словливалась активностью царской России
в этом районе. Они свидетельствуют о том,
что стремление Литтона добиться подчине¬
ния Афганистана имело в виду обеспечить
тыл англо-индийской армии в ее продвиже¬
нии в Среднюю Азию для нападения на
Россию. Автор указывает, что этот замы¬
сел Литтона являлся частью еще более
грандиозного плана «расчленения России»:
приводимые в статье материалы из архива
Солсбери показывают, что такой план дей¬
ствительно разрабатывался в английских
кругах. Таким образом, «оборонительная»
концепция английской политики в Средней
Азии на поверку также оказывается ми¬
фом. В этих разоблачениях — немалый ин¬
терес статьи английского историка.
Н. А. Ерофеев
Из истории французских колониальных
захватов в Африке
«Revue historique». Paris. Janvier — Mars
1961, t. CCXXV, pp. 99-120.
В статье французского буржуазного ис¬
торика Б. Шнапера излагается история со¬
здания в 1837—1843 гг. французских коло¬
ниальных баз на берегу Гвинейского зали¬
ва — в Либерии, на Золотом Береге и в
Габоне. Автор выступает с критикой суще¬
ствующих представлений о происхождении
французской политики так называемых
«опорных точек», то есть создания факто¬
рий, которые должны были способствовать
проникновению в Африку французского ка¬
питала, французских товаров, служить ис¬
ходными пунктами для расширения коло¬
ниальных владений Франции. Б. Шнапер
полемизирует с известным французским
историком Шефером, который в своей книге
«Алжир и эволюция французской колониза¬
ции» утверждает, что эта политика была
разработана Гизо и по его инициативе
утверждена в 1843 г. советом министров.
Опираясь на данные архива министерства
колоний, автор пишет, что этому решению
совета министров предшествовала довольно
длительная история. Он отмечает, что за
расширение французских колониальных
владений в Западной Африке ратовали ка¬
питалист из Бордо Кальве и морской офи¬
цер Буэ. В докладной записке, адресован¬
ной Бордоской торговой палате в сентябре
1837 г., Кальве развивал мысль о тех пер¬
спективах. которые должен открыть перед
французской торговлей захват тропического
побережья Западной Африки. По просьбе
Бордоской торговой палаты министерство
морского флота направило в начале 1838 г.
в воды Гвинейского залива канонерку
«Малуэн» под командой капитана Буэ. За
шесть месяцев, проведенных в этих водах,
Буэ тщательно обследовал берега, изучил
возможности французской торговли в этих
краях и заключил множество договоров с
местными вождями об уступке Франции их
территории.
Затем капитаны Буэ и Брокан предста¬
вили в министерство флота доклад, в кото¬
ром отмечали серьезное отставание в этом
районе французских торговцев от англий¬
ских и указывали, что для исправления по¬
ложения необходимы создание крепкой и
централизованной торговой организации и
поддержка ее со стороны правительства.
Авторы доклада даже наметили пункты на
побережье Гвинейского залива, которые, по
их мнению, следовало занять в ближайшее
время. Обсуждение доклада, разосланного
торговым палатам, выявило разногласия
между отдельными группами французской
торговой буржуазии относительно методов
колониальной политики в Западной Африке.
Эти разногласия задержали осуществление
плана, предложенного Буэ. Далее автор пи¬
шет, что решаюшее влияние на колониаль¬
ную политику Франции в Западной Африке
оказала активизация действий английской
буржуазии на африканском континенте.
В марте 1842 г., согласно решению англий¬
ского парламента, была создана специаль¬
ная комиссия для обследования английских
колониальных владений в Западной Афри¬
ке. Доклад этой комиссии привлек к себе
внимание во Франции и содействовал уско¬
рению осуществления планов аннексии в
Африке. 29 декабря 1842 г., не дожидаясь
созыва парламента, Луи-Филипп подписал
ордонанс о выдаче кредитов на сооружение
укрепленных факторий в Западной Афри¬
ке— Гран-Басан в Либерии, Ассини на Зо¬
лотом Береге и в Габоне. Таким образом,
как показывает автор, в разработке аннек¬
сионистской политики «опорных точек» при¬
няли активное участие торговые круги
французской буржуазии. Статья Шнапера
представляет интерес для понимания исто¬
рии французской колониальной политики в
Африке и для характеристики ее движу¬
щих сил.
£. А. Николаев

198
Историческая наука за рубежом,
Извращение истории американского рабо¬
чего движения в новом историческом
журнале США
€Labor History». New York, 1961. Vol. 2, Jvfe 1.
В 1960 г. в Соединенных Штатах Америки
начал выходить новый исторический жур¬
нал, посвященный истории рабочего движе¬
ния.
О направлении этого журнала можно су¬
дить по составу его редакционной колле¬
гии, возглавляемой видным буржуазным
исследователем профессором Ричардом
Моррисом (Колумбийский университет)
Помимо Морриса, узкой специальностью
которого является история трудовых отно¬
шений, государства и права в ранний пери¬
од существования Соединенных Штатов, в
редколлегию входит социолог Даниэл Белл
(Колумбийский университет), принадлежа¬
щий к крайне правому крылу в американ¬
ской буржуазной социологии, профессор
Корнельского университета М. Нёфельд,
профессор У. Галенсон (Калифорнийский
университет) и профессор Ф. Тафт (Брау-
новский университет, Род-Айленд). Трое
последних — представители реакционной
буржуазной историографии рабочего движе¬
ния в США.
Журнал имеет три раздела: исследова¬
тельских статей, дискуссионных и источни¬
коведческих материалов, а также рецен¬
зий на монографические работы по исто¬
рии рабочего движения.
Первый номер журнала за 1961 г. откры¬
вается довольно значительной по объему
статьей Дж. Хардмана «Дж. Льюис. Рабо¬
чий лидер и человек. Интерпретация». Эта
статья привлекает к себе внимание глав¬
ным образом потому, что она является наи¬
более типичным отражением тех взглядов
на проблемы рабочего движения в США в
новейшее время, которые господствуют в
современной американской буржуазной ис¬
ториографии. К тому же статья Хардмана
характерна и в смысле выявления сущест¬
венных методологических приемов, приме¬
няемых буржуазными историками при ис¬
следовании истории рабочего движения.
В ней, как в фокусе, отразились и отреше¬
ние от показа реального содержания про¬
исходивших событий, и-полное пренебреже¬
ние к закономерностям социально-экономи¬
ческого развития, определяющим характер
и общее направление рабочего движения,
и назойливое выпячивание роли отдельных
«выдающихся» реформистских лидеров за
счет рядовых участников рабочего движе¬
ния, и концентрирование внимания на пси¬
хологических деталях, на личных качествах
того или иного персонажа, который, по
мысли буржуазных авторов, олицетворяет
собой активное начало в событиях
Именно с этих субъективно-идеалистиче¬
ских позиций и написана статья Хардмана,
посвященная деятельности Джона Льюи¬
са — крупной фигуры среди реформистских
деятелей профсоюзов США, долгое время
возглавлявшего влиятельный Объединен¬
ный союз шахтеров, первого председателя
Конгресса производственных профсоюзов
(КПП).
Хардман приписывает Льюису необыкно¬
венные организаторские способности, кото¬
рые якобы позволили ему в короткое время
вовлечь в профсоюзы рабочих большинства
отраслей с массовым производством. Он, по
словам автора, «возродил веру рабочих в
себя, придал им силы в борьбе и помог вы¬
явить их способность к совместной защите
профессиональных интересов посредством
коллективного договора». Здесь Хардман
идет по проторенной дорожке грубой фаль¬
сификации, повествуя о «желтом» профсо¬
юзном боссе, прислужнике монополистиче¬
ского капитала Джоне Льюисе, как о мес¬
сии, принесшем рабочему классу США сча¬
стливое избавление от летаргического сна,
в котором он якобы длительное время пре¬
бывал. Борьбе же самих рабочих в защиту
своих экономических и социальных прав, их
роли в общедемократическом движении
Хардман отводит третьестепенное место.
Наиболее существенные выводы Хардма¬
на строятся в полном соответствии с об¬
щепринятой среди буржуазных историков
схемой, согласно которой прогресс в США,
будто бы достигнутый усилиями отдельных
выдающихся политических деятелей —
«прогрессистов», с начала так называемого
«нового курса» сделал такие успехи, что
рабочему движению оставалось только од¬
но — приспособиться к процессу, связанно¬
му с социальными преобразованиями в
рамках реформ Ф. Рузвельта. Буржуазные
идеологи утверждают, будто эти реформы
дали новое направление всему политиче¬
скому развитию США, внесли устойчивость
в экономику страны и возродили веру на¬
рода в ее политические и социальные ин¬
ституты. В этой реакционной схеме нет ме¬
ста для основной движущей силы общест¬
венного развития — классовой борьбы, бур¬
ным развитием которой в 30-х годах и объ¬

Историческая наука за рубежом
199
яснялся в действительности ряд уступок
трудящимся массам со стороны буржуазии
США.
Оценивая развитие рабочего движения
с субъективно-идеалистических позиций,
Хардман то и дело приходит к выводам,
столь же реакционным, сколь и абсурдным.
Например, вместо того чтобы вскрыть дей¬
ствительные причины раскола американско¬
го профсоюзного движения в 30-х годах и
его последствия, Хардман договорился до
того, что стал утверждать, будто «соперни¬
чество» АФТ и КПП пошло на пользу рабо¬
чему движению США. В подтверждение
этого «тезиса» он не нашел- ничего более
подходящего, нежели прибегнуть к сравне¬
нию с... капиталистической конкуренцией.
«Конкуренция.— заявляет автор,— стала
«жизнью» рабочего движения, так же как
она стала жизнью бизнеса».
Статья Хардмана является еще одним
свидетельством того глубокого идейного и
методологического кризиса, которым отме¬
чено сегодняшнее состояние американской
буржуазной историографии рабочего дви¬
жения, Действительная история рабочего
движения США, насыщенная эпизодами не-
прекращающейся жестокой борьбы между
трудом и капиталом, не укладывается в
прокрустово ложе, уготованное ему на стра¬
ницах псевдонаучных исследований буржу¬
азных авторов, подменяющих научный ана¬
лиз исторических процессов реакционными
вымыслами.
В. Л. Мальков
Португальский колониализм обречен
€The Nation». New York. March 4, 1961.
Vol. 192, № 9, pp. 181—184.
Еще год назад все, что происходило в
португальских колониях — Анголе, Мозам¬
бике, Португальской Гвинее, Гоа, Макао,—
было скрыто от мировой общественности
под покровом тайны.
Лиссабонское правительство уверяло, что
в португальских «заморских провинциях»
будто бы не существует никаких политиче¬
ских и социальных проблем. Однако собы¬
тия нынешнего года — героический рейд
лайнера «Санта Мария» и вспыхнувшее
вслед за тем народное восстание в Анголе—
вдребезги разбили созданный салазаров-
ской пропагандой миф о якобы царящих в
Португалии и ее колониях «социальной
идиллии» и «расовой гармонии».
В статье «Гниющая империя Салазара»
видный деятель антисалазаровского движе¬
ния Жоан Кабрал разоблачает измышления
апологетов колониализма о «процветании»
португальских колоний, о «гуманном» обра¬
щении португальцев с коренным африкан¬
ским населением и с большой убедительно¬
стью показывает, что представляет из себя
на деле португальский «колониальный
рай».
В своем знаменитом докладе о португаль¬
ских колониях, представленном правитель¬
ству. Салазара еще в 1947 г., капитан Энри¬
ке Галвао охарактеризовал этот «рай» та¬
ким образом: «В определенном смысле по¬
ложение сейчас хуже, чем во времена раб¬
ства. Тогда негр, раз купленный, приобре¬
тенный как лошадь, становился собственно¬
стью, которую хозяин был заинтересован
сохранять. Теперь негр не покупается, он
лишь нанимается государством, хотя теоре¬
тически он свободный человек. Хозяин те¬
перь равнодушен к тому, что негр заболел
или умирает, он заинтересован только в
том, чтобы негр, пока он жив, работал как
можно больше, ибо когда он станет инва¬
лидом или умрет, хозяин наймет другого».
Со времени доклада Галвао, пишет
Ж. Кабрал, в Анголе, Мозамбике и Порту¬
гальской Гвинее ничего не изменилось, за
исключением того, что с 1951 г. эти коло¬
нии стали называться «заморскими провин¬
циями».
Несмотря на огромные природные богат¬
ства португальских колоний, их коренное
население влачит жалкое существование,
подвергаясь бесчеловечной эксплуатации,
унижениям и самым разнузданным формам
расовой дискриминации. Португальское
правительство считает образование ненуж¬
ным и даже вредным для африканцев. За
500 лет своего колониального господства
оно не построило для 13-миллионного на¬
селения своих колоний ни одного универси¬
тета. В Анголе и Мозамбике есть районы
большие по площади, чем Португалия, ко¬
торые не имеют ни одной школы. 99% жи¬
телей португальских колоний неграмотны.
Одним из чудовищных результатов наса¬
ждения португальцами своей «цивилиза¬
ции» в колониях является существование
там принудительного труда. Согласно дан¬
ным, приводимым автором статьи, ежегод¬
но 250 тыс. жителей Анголы насильственно
вербуются властями на сельскохозяйствен¬
ные, горные и строительные работы. В Мо-
. замбике на принудительные работы каждый

Историческая наука за рубежом
год направляются 400 тыс. человек, из ко¬
торых 100 гыс. «экспортируются» за грани-
uv — на шахты и рудники Южно-Африкан¬
ской Республики, Родезии и Ньясаленда.
За поставку рабочей силы в эти страны
португальские власти получают огромные
барыши. Туземная рабочая сила стала од¬
ним из главных «экспортных товаров» пор¬
тугальских колоний. Официально на прину¬
дительные работы могут рекрутироваться
только лица в возрасте от 18 до 55 лет, но
фактически, по словам Энрике Галвао,
«только мертвые освобождаются от прину¬
дительного труда». В широких масштабах
используется принудительный труд женщин
и детей, которые, как правило, не получают
за свою работу ни денег, ни питания. Офи¬
циально система принудительного труда в
португальских колониях именуется системой
«контрактации» рабочей силы, но на деле
эго не что иное, как современная разновид¬
ность рабства.
Чтобы обеспечить выполнение «контрак¬
тов», по существу, юридически закрепляю¬
щих отношения рабства, колонизаторы при¬
меняют уголовные санкции к нарушителям
условий найма, сокращают заработную пла¬
ту, заключают в тюрьмы, высылают на
отдаленные острова, где ссыльные умирают
с голоду. К тем, кто осмеливается проте¬
стовать против колониальных порядков, при¬
меняются варварские меры наказания.
Чудовищный колониальный гнет, навя¬
занный народам колоний фашистским ре¬
жимом Салазара, вызвал к жизни мощное
национально-освободительное движение.
Почти во всех португальских колониях
успешно действуют национальные патрио¬
тические .организации. Борьбу народов Ан¬
голы против колонизаторов возглавляют
партии «Народное движение за освобожде¬
ние Анголы» и «Союз народа Анголы».
В Португальской Гвинее большой попу¬
лярностью пользуется «Африканская пар¬
тия независимости Гвинеи». В Мозамбике
активно действуют две подпольные органи¬
зации — «Африканский национальный союз
Мозамбика» и «Партия национального
союза».
В декабре 1S60 г. в Лондоне состоялась
конференция лидеров национально-освобо¬
дительного движения португальских коло¬
ний, в которой приняли участие представи¬
тели патриотических партий Анголы, Пор¬
тугальской Гвинеи, островов Зеленого Мы¬
са и Гоа. Конференция приняла решение в
случае отказа Португалии дать самоуправ¬
ление своим колониям начать вооружен¬
ную борьбу против колонизаторов. «Своим
упрямым отказом учесть наши националь¬
ные стремления,— заявили участники кон¬
ференции,— Португалия дает нам только
одну альтернативу. Своими жестокими реп¬
рессиями и подготовкой к колониальной
войне она провоцирует нас использовать
эту альтернативу — прямое действие».
Ж. Кабрал заканчивает свою статью вы¬
ражением уверенности в неизбежности взры¬
ва народно-освободительной борьбы в пор¬
тугальских колониях. События в Анголе
полностью подтверждают этот прогноз.
А. М. Хазанов
Новые материалы о С. М, Степняке·
Кравчинском
«The American Slavic and East European
Review». New York. 1961, № 1, pp. 55—71.
С. М. Степняк-Кравчинский являлся вид¬
ной фигурой народнического движения в
России 70—80-х годов XIX века. Он был од¬
ним из организаторов «Земли и воли», при¬
нимал участие в восстании народов
Боснии и Герцеговины против турец¬
кого ига и в национально-освободительном
движении в Италии. Вынужденный в 1878 г.
эмигрировать за границу, С. М. Степняк-
Кравчинский продолжал борьбу за освобо¬
ждение России от самодержавно-полицей¬
ского режима. Он организовал в Англии
«Общество друзей русской свободы» и га¬
зету «Свободная Россия», установил связи
с видными прогрессивными политическими
деятелями и писателями.
С. М. Степняк-Кравчинский известен и
как талантливый писатель и публицист, ав¬
тор целого ряда литературных произведе¬
ний о русском народничестве. В них он дал
яркие образы русских революционеров.
С М Степняк-Кравчинский много сделал
для ознакомления зарубежных читателей с
политической жизнью России и с русской
литературой.
Заслуживают внимания некоторые новые
материалы о Кравчинском, опубликованные
Чарльзом Мозером в статье «Карьера ниги¬
листа. С. М. Степняк-Кравчинский». Автор
статьи — американский буржуазный исто¬
рик-объективист, отрицающий социальное
содержание воззрений Степняка-Кравчин-
ского. Он пытается представить его как не¬
кую абстрактную личность, «борца за сво¬
боду», принципиально ничем не отличавше¬
гося от представителей либеральных на¬

Историческая наука за рубежом
201
правлений в России 70—90-х годов XIX в.,
отражавших настроения либеральных поме¬
щиков и буржуазии. Тем самым автор сма¬
зывает классовую сущность революционно¬
го народничества, выражавшего интересы
крестьянской демократии. Ч. Мозер ставит
своей задачей изложить неизвестные факты,
связанные с выходом в свет книги Степ¬
няка-Кравчинского «Карьера нигилиста
(Андрей Кожухов)» и его поездкой в конце
1890 —начале 1891 г. в США.
В статье полностью опубликовано неиз¬
вестное письмо Степняка-Кравчинского от
13 марта 1889 г. к секретарю английского
Фабианского общества Эдуарду Пизу. Это
письмо было написано по поводу сделанных
Э. Пизом замечаний на книгу «Андрей Ко¬
жухов». Представляют интерес изложенные
в нем авторские замыслы Степняка-Крав¬
чинского и особенно его оценка главного
героя книги — Андрея Кожухова. Основной
сзосй целью автор поставил «описать ду¬
шу, сокровенное сердце» революционера.
Он подчеркивает, что Андрей Кожухов —
типичная фигура рядового русского револю¬
ционера, у него нет «ни частицы фанатиз¬
ма». Это вполне «земной» человек, который
«при других обстоятельствах мог бы стать
отцом процветающего семейства». В этом
письме Степняк-Кравчинский высказывает
намерение в другой повести показать на¬
стоящего «лидера» революционеров и вы¬
вести его под именем Тараса Кострова,
эпизодически представленного в книге
«Андрей Кожухов». Свой замысел Степня-
ку-Кравчинскому реализовать не удалось.
Ч. Мозер, используя хранящиеся в биб¬
лиотеках Гарвардского и Калифорнийского
университетов неопубликованные письма
Степняка-Кравчинского к Марку Твену и
Гаррисону, а также материалы американ¬
ской прессы за 1891 г., подробно описывает
деятельность Степняка-Кравчинского в
США в декабре 1890 — мае 1891 года.
В статье отмечается большой интерес
американской общественности к лекциям
Степняка-Кравчинского о России, которые
он читал в Нью-Йорке, Бостоне и Чикаго.
Его лекции преследовали цель склонить об¬
щественное мнение США на сторону рус¬
ских революционеров-народников. На это
же была направлена и статья Степняка-
Кравчинского «Что американцы могут сде¬
лать для России?», опубликованная в
«North American Review» (ноябрь 1891 r.).
Интересны приводимые в статье сведения
об организации Степняком-Кравчинским
американского «Общества друзей русской
свободы» в апреле 1891 г. в Бостоне, о при¬
влечении в это общество писателя Марка
Твена. Хотя названное общество существо¬
вало недолго, оно, как указывает Ч. Мозер,
«произвело большое впечатление» на амери¬
канские общественные круги.
Буржуазный объективизм автора не по¬
зволил ему дать правильную оценку соци¬
альным воззрениям Степняка-Кравчинского.
Ч. Мозер ограничился лишь внешним опи¬
санием его лекционной и организаторской
деятельности в Америке.
В. А. Федоров
Неоколониалистская интерпретация собы¬
тий в Конго
«Aussenpolitik». Stuttgart. 1961, № 1,
S. 31—39.
В статье западногерманского обозрева¬
теля Петера Иохака предпринята попытка
оправдать бельгийскую колониальную поли¬
тику в Конго и объяснить, исходя из своей
политической концепции, причины «конго¬
лезского кризиса». Автор отражает пози¬
цию тех колониалистских кругов Запада,
которые пытаются задержать развитие
освободительной борьбы в Африке. Свои
«изыскания» он начинает с общей оценки
колониальной политики Бельгии в Конго.
П. Иохак повторяет ложную версию о том,
будто бельгийская колониальная политика
могла служить «образцом европейского ру¬
ководства на черном континенте». Не стес¬
няясь в выражениях, автор пишет, что кон¬
голезцы якобы считали себя счастливыми в
связи с самим фактом участия в «промыш¬
ленном просперити» Конго, а их братья из
Родезии и Анголы им завидовали. Автор
предпочитает забыть о колоссальных при¬
былях монополистов в результате нещадной
колониальной эксплуатации «счастливых»
конголезцев, о варварской политике бель¬
гийской колониальной администрации, ко¬
торая привела к сокращению населения
страны с конца XIX в. почти в два раза.
Вместе с тем автор утверждает, что
Бельгия «совершила ошибку», «рано» пре¬
доставив независимость Конго, не подгото¬
вив предварительно политических деятелей
из среды африканцев, которым можно было
бы доверить судьбу страны. П. Иохак ре¬
комендует создать в Конго своеобразный
«инкубатор» для будущих «цивилизован¬
ных» политических деятелей прозападного
-типа. Но пока эти руководители «созрева¬

202
Историческая наука за рубежом
ют», всеми делами должны руководить ев*
ропейские советники, которые могут оста¬
ваться в тени за спиной нынешних «необра¬
зованных» конголезских руководителей. Ре¬
цепт автора, однако, не нов. Он принят на
вооружение ведущими деятелями современ¬
ного неоколониализма и был выдан еще
Йозефом ван Бильзеном (нынешний полити¬
ческий советник Касавубу) в написанной
им в 1959 г. книге о Конго. Этот автор
определил срок получения независимости
Конго 1990 годом, также исходя из пре¬
словутой концепции «неподготовленности
Конго к независимому существованию».
Этот же рецепт содержится в речи бывшего
президента США Эйзенхауэра на XV сес¬
сии ООН, а также в заявлении короля Бо¬
дуэна в июне 1960 г. в Леопольдвиле.
П. Иохак категорически высказывается
за расчленение Конго. Однако в целях за-
вуалирования испытанной тактики импери¬
алистов — «разделяй и властвуй» — он пы¬
тается обосновать этот разбойничий акт
псевдонаучными доводами исторического,
этнического и экономического характера
Автор тщится доказать, будто бы Конго
исторически еще не созрело для образова¬
ния единого государства, что его экономиче¬
ская и культурная отсталость создают не¬
преодолимые препятствия на этом пути.
Этнически Конго также не едино: племена
говорят на разных диалектах, враждуют
между собой, провинции разобщены, дорог
нет и т п Все это, по мнению автора, ме¬
шает образованию единого государства
Конго.
Стоящий на позициях воинствующего нео¬
колониализма, автор не допускает и мыс¬
ли, что указанные трудности могут быть
преодолены в относительно короткие исто¬
рические сроки объединенными усилиями
самого конголезского народа. Сошлемся на
примеры. Гвинея,· ставшая независимой в
1958 г., уже добилась крупных успехов в
развитии национальной экономики и куль¬
туры. В стране осуществляется трехлетний
план экономического развития. На общест¬
венных началах прокладываются дороги,
строятся мосты, школы, лечебные учрежде¬
ния. В школах Гвинеи уже учится свыше
200 тысяч детей. Создан политехнический
институт. Строятся промышленные пред¬
приятия. Ведется работа по ликвидации
неграмотности населения. Все это сделано
лишь за три года со времени освобождения
от колониальной зависимости. Колоссаль¬
ных успехов в строительстве национальной
экономики и культуры добились за сравни¬
тельно короткие сроки также многие дру¬
гие страны Азии и Африки.
Этническая «концепция» автора опровер¬
гается существованием многих государств,
населенных многочисленными национально¬
стями, которые плодотворно сотрудничают
в развитии общегосударственной экономи¬
ки, науки и культуры, сохраняя в то же
время свою национальную культуру, ее са¬
мобытность. Эта «концепция» направлена на
защиту и оправдание тактики натравлива¬
ния одного племени на другое, которую в
течение долгого времени проводила коло¬
ниальная администрация Бельгии в целях
ослабления сопротивления конголезского на¬
рода. Как и прочие «концепции» подобного
рода, она опровергается всем ходом исто¬
рического развития, обусловливающего
скорую и неминуемую гибель остатков по¬
зорной системы колониального угнетения.
Ф. И. Панкевич
РЕЦЕНЗИИ НА КНИГИ СОВЕТСКИХ АВТОРОВ*
Авдусин Д. Археологические разведки
и раскопки. М. 1959. 514 стр. Рец.: Торба¬
нов П.— «Археология». София. 1961, № 1,
с. 78—79.
Винберг Н. А., Заднепровская
Т. H., Любимова А. А. Советская ар¬
* Перечень рецензий составлен сотруд¬
никами сектора науки Фундаментальной
библиотеки общественных наук АН СССР
по журналам, поступившим в ФВОН в те¬
чение июня 1961 года,
хеологическая литература. Библиография.
1941—1957. М. 1969. 773 стр. Рец.: Бел¬
ков В.— «Археология», София. 1961, № 1,
с. 77—78.
Греков В. И. Очерки из истории рус¬
ских географических исследований в 1725—
1765 гг. М. 1960. 425 стр. Рец.: В a b i с z J.—
«Kwartalnîk historii nauki i techniki». War¬
szawa. 1961, № 2, s. 318—319.
Г умилев Л. Н. Хунну. Срединная Азия
в древние времена. М. 1960. 291 стр. Редд

Историческая наука за рубежом
203
Vernadsky G.—«Amer. hist, review».
New York. 1961, N 3, p. 711—712.
Жордания Г. Очерки из истории
франко-русских отношений конца XVI и
первой половины XVII вв. Ч. 2. Тбилиси. 1959.
468 стр. Рец.: V. А.— «Studii. Revistä de
istorie». Bucuresti. 1960, N 6, p. 259—261.
«История гражданской войны в СССР.
1917—1922». Т. 4, 5. М. 1959—1960. Т. 4.
443 стр. Т. 5. 419 стр. Рец.: Pruck Е.—
«Osteuropa». Stuttgart. 1961. Hi. 4—5,
S. 375—376.
К а ж д а н A. П. Деревня и город в Ви-
зантии IX—X вв. М. 1960 431 стр. Рец.:
E. F.— «Studii. Revistä de istorie». Bucu-
reçti. I960, № 6, p. 270—272.
Керженцев П. М. История Париж¬
ской коммуны. 1871. 2-е изд. М. 1959. 511
стр. Рец.: Adler. Ch. C.— «Amer. hist,
review». New York. 1961, № 3, p. 728—730.
Ковал ьченко И. Д. Крестьяне и
крепостное хозяйство Рязанской и Тамбов¬
ской губерний в первой половине XÎX века.
М. 1959. 276 стр. Рец.: А. С.— «Studii. Re¬
vistä de istorie». Bucureçti. 1961, № 1,
p. 227—228.
Кон И. С. Философский идеализм и
кризис буржуазной исторической мысли.
М. 1959. 400 стр. Peu.: S о с h о г L.— «His-
toricky materialismus a soucasna burzoazni
filosofie dëjin. «Nova mysl» Praha. 1961,
№ 4, s. 518—525.
«Крестьянское движение в России 1890—
1900 гг.». М. 1959. 756 стр. Рец.: Е. В. —
«Studii. Revistä de istorie». Bucuresti. 1960,
№ 6, p. 252—253.
«Крестьянское движение в 1861 году
после отмены крепостного права». Ч. I—2.
М.-Л. 1949. 368 стр. Пер. на нем яз.:
Berlin. 1958. XL, S. 422. Рец.: R. Р.—«Studii.
Revistä de istorie». Bucureçti. 1961, № 1,
p. 228—229.
Ленин В. И. Сочинения. T. 9. Изд. 4.
М. 1947. VIII, 463 стр. Пер на итал. яз.:
Roma. 1960. 482 р. Рец.: S p i п е 11 а М.—
«Société Roma. 1960. № 6, p. 1033.
«Межимпериалистические противоречия
на первом этапе общего кризиса капита¬
лизма». Сб. ст. М, 1959. 311 стр. Рец.: Е.В.—
«Studii. Revistä de istorie». Bucureçti.
1960, № 6, p. 261—262.
Михайлов М. И. Союз коммунистов —
первая международная организация про¬
летариата. М. 1960. 371 стр. Рец.: С е γ-
γο ni U.—«Rassegna sovietica». Roma. 1961,
№ 3, p. 94.
Нотович Ф. И. Бухарестский мир
1918. М. 1959. 260 стр. Рец.: С a za n Gh.—
«Studii. Revistä de istorie». Bucureçti. 1961.
№ 1, p. 16—22.
«Очерки новой истории Японии (1640—
1917)». М. 1958. 598 стр. Рец.: Schâffle-
rova — Vasil jevovä Z.— «Archiv ori-
entàlnl». Praha, 1961, № 2, s. 350—351.
«Пакистан. История и экономика».
М. 1959. 218 стр. Рец.: Merhaut В.—
«Archiv orientälni». Praha. 1961, № 2,
s. 341—342.
Подпалова Г. И. Крестьянское пети¬
ционное движение в Японии во второй по¬
ловине XVII — начале XVIII в. М. 1960.
278 стр. Рец.: Schäfilerovä — Vasi-
1 j е V о V ä Z.—«Archiv orientälni». Praha.
1961. № 2, s. 349—350.
Розенталь Э. М. Дипломатическая
история русско-французского союза в
начале XX века. М. 1960. 272 стр. Рец.:
М с G г е w R. Е.— «Amer. hist, review».
New York. 1961, № 3, p. 716—717.
«Русско-индийские отношения в XVII в.»
М. 1958. 455 стр. Рец.:—Merhaut В.—
«Archiv orientälni». Praha. 1961, № 2,
s. 342—344.
«Советские Вооруженные Силы в борьбе
за освобождение народов Югославии».
Пер. на болгар, яз.· София. 1960. Рец.: Це¬
нен труд за решаващата роля на Съветска-
та армия за освобождението на югослав-
ските народи.— «Пропагандист« агитатор».
София. 1961. № 2, с. 85—91.
«Советско-французские отношения во вре¬
мя Великой Отечественной войны 1941 —
1945 гг.». М. 1959. 551 стр. Рец.: Rieb er
А. Л.— «Amer. hist, review». New York.
1961, № 3, p. 794—795.
Штранге М. М. Русское общество и
французская революция.' 1789—1794 π*. М.
1956. 205 стр. Рец.: Lefebvre G.—«An¬
nales hist, de la Revolution franc.». Paris.
1961, № 163, p. 129—130.
Хроника научной жизни
МЕЖДУНАРОДНАЯ БИБЛИОГРАФИЯ ИСТОРИЧЕСКИХ НАУК
Одним из наиболее капитальных изданий
Международного комитета исторических
наук является выходящая ежегодно в Па¬
риже «Между(1ародная библиография исто¬
рических наук»; с 1954 г. в издании ее уча¬
ствует Фундаментальная библиотека обще¬
ственных наук АН СССР. Это издание
включает описание литературы за каждый
данный год во всех странах, но, к сожале¬
нию, с некоторым опозданием, ибо состави¬
тели пользуются такими источниками, как
национальные библиографии, которые отра¬

Историческая наука за рубежом
жают текущую книжную продукцию каж¬
дой страны с известным «зазором». Это не
исчерпывающая, а выборочная библиогра¬
фия, хотя историческая тематика представ¬
лена в ней достаточно широко. Издание
описывает не только мировую монографи¬
ческую продукцию, но и статьи по всем
почти разделам гуманитарных знаний, рас¬
крывающие свой материал в историческом
разрезе.
Классификация произведена по хроноло¬
гическому принципу, с географическими и
тематическими подрубриками для каждого
исторического периода. Всем прочим раз¬
делам предшествует раздел вспомогатель¬
ных исторических дисциплин, содержащий
данные о специальной литературе из раз¬
ных стран. Затем следуют разделы общих
работ, доисторической эпохи, Древнего
Востока, Греции, Рима, средних веков,
истории церкви и религий, истории нового
времени (с XVI в.). Имеются также разде¬
лы по истории культуры, социально-эконо¬
мической истории, истории международных
отношений и истории права нового време¬
ни. Отдельна дана литература по странам
Западной, Центральной и Восточной Азии,
а также Америки, Африки и Океании доко¬
лониального периода. Как мы видим, пе¬
риодизация, принятая в данной библиогра¬
фии, не соответствует научной периодизации
исторического процесса и не отражает по¬
ступательного развития общественно-эконо¬
мических формаций, что сильно снижает
ценность библиографии.
Библиография советской литературы под¬
готавливается для этого издания в ФБОН
АН СССР. При просмотре и описании книг
и статей они классифицируются согласно
схеме, принятой в «Международной библио¬
графии исторических наук», тут же приво¬
дятся ссылки на рецензии о них. В каждом
разделе и рубрике описание библиографий
и публикаций источников (но не источни¬
коведческих работ, помещаемых вместе с
историческими исследованиями) предшест¬
вует описанию книг и статей. Весь мате¬
риал располагается по латинскому алфави¬
ту. Советская литература описывается в ла¬
тинской транскрипции, причем названия
книг и статей приводятся также в перево¬
де на один из западноевропейских языков.
Если из заглавия работы не видно предме¬
та ее исследования, дополнительно даются
краткие аннотации.
Переиздания (если они не представляют
собой переработки), научно-популярные
книги, учебники и учебные пособия в биб¬
лиографии не отражены. Мемуарная и эпи¬
столярная литература, записки и дневники,
представляющие интерес в научном плане,
указываются в ряду источников. Однотем-
ные сборники статей описываются целиком,
а сборники статей разного содержания —
аналитически (каждая статья порознь). Ли¬
тература по юбилейным и иным знамена¬
тельным датам помещается в специальной
подрубрике. Отметим, что было приведено,
в частности, описание обширной советской
литературы к публикаций, вышедших в свя¬
зи с 50-летием революции 1905 г. и 40-ле¬
тием Октябрьской революции. Каждый том
библиографии содержит тщательно состав¬
ленные указатели: именной (авторский) и
географический. Библиография освещает
научную продукцию множества стран. Из¬
дание является по своему характеру ана¬
литическим; в нем наряду с книгами рас¬
писаны статьи научно-периодичсских изда¬
ний. Сравнительно малая дробность схемы
классификации упрощает пользование биб¬
лиографией.
Рецензируемое издание, конечно, еще да¬
леко не совершенно. Помимо методологиче¬
ских ошибок, указанных выше, серьезным
недостатком его следует также считать зна¬
чительное отставание во времени от выхода
в свет описываемой в нем литературы (на¬
пример, том, отражающий литературу за
1957 г., вышел из печати лишь в середине
1960 г.). Тем не менее необходимо сказать,
что «Международная библиография исто¬
рических наук» с каждым годом улучшает¬
ся, способствуя сотрудничеству научной об¬
щественности разных стран
С. А. Фейгина

Историческая наука за рубежом
205
Хроникальные заметки
♦ В Варшаве, в Музее В. И. Ленина,
была открыта в июне выставка «Сорок лег
Коммунистической партии Чехословакии».
Собранные на ней экспонаты (фотокопии
документов, фотографии и т. п.) иллюст¬
рируют развитие и деятельность КПЧ с мо¬
мента ее возникновения до нынешнего вре¬
мени. Особые разделы выставки посвяще¬
ны борьбе чешских и словацких коммуни¬
стов в межвоенный период и в годы войны
с гитлеровскими оккупантами. Самый боль¬
шой раздел выставки рассказывает об успе¬
хах в строительстве социализма в Чехосло¬
вакии в послевоенные годы.
♦ В Польской Народной Республике
идет подготовка к празднованию 20-летия
со времени провозглашения Польской ра¬
бочей партии (январь 1942 г.). Предпо¬
лагается прочитать ряд лекций по ее
истории; деятельности боевого аван¬
гарда польских трудящихся будут посвяще¬
ны выставки. Самая большая из них от¬
кроется в Варшавском музее польского
революционного движения. Польская АН,
Институт истории . партии при ЦК ПОРП,
Военно-исторический институт и Высшая
школа общественных наук проведут в ян¬
варе будущего года научную сессию, по¬
священную знаменательной дате. В период
подготовки к 20-летию ПОРП будет издан
ряд научных и научно-популярных работ по
истории партии. Среди подготовленных к из¬
данию работ «Избранные произведения»
Владислава Гомулки, охватывающие его
выступления и статьи 1943—1948 годов. Бу¬
дет издан сборник политической публици¬
стики ППР периода гитлеровской оккупа¬
ции Польши, сборник резолюций, прокла¬
маций и инструкций ЦК ППР и т. д. Исто¬
рии ПОРП будет посвящен также специаль¬
ный номер квартальника «Z pol a walki».
♦ В начале июня 1961 г. в Берлине
состоялась двухдневная конференция по
проблеме национально-освободительного
движения в странах Латинской Америки.
Конференция была проведена по инициати¬
ве Центральной секции по международным
вопросам Общества по распространению на¬
учных знаний ГДР. Были заслушаны сооб¬
щения председателя секции проф. Штейни-
гера и заместителя министра иностранных
дел ГДР Георга Штиби. Конференция уч¬
редила «Общество Германия — Латинская
Америка». Его председателем избран
проф. Иоганн Лоренц (Немецкая Акаде¬
мия наук в Берлине), вице-председателем —
генеральный секретарь Общества культур¬
ных связей с заграницей Герберт Мейер,
членами президиума — заместитель минист¬
ра иностранных дел Георг Штиби, канди¬
дат в члены Политбюро ЦК СЕПГ Пауль
Вернер и другие лица из демократических
массовых организаций, государственных и
научных учреждений ГДР. Задачей Обще¬
ства, как сказано в организационном уста¬
ве, является «углубление и расширение дру¬
жественных связей между ГДР и странами
Латинской Америки». В «Уставе» говорится
также о необходимости широкого ознаком¬
ления населения стран Латинской Америки
с демократическим строительством, эконо¬
мическим и культурным развитием ГДР, а
населения ГДР — с историей и культурой
стран Латинской Америки, с их борьбой за
независимость, разоружение и мир. Прези¬
диум Общества направил приветственный
адрес народам и миролюбивым патриоти¬
ческим силам Латинской Америки.
♦ 19 июня 1961 г. состоялась организо¬
ванная Институтом истории Немецкой
Академии наук в Берлине международная
научная конференция на тему «Варварст¬
во — ярчайшее выражение господства мо¬
нополий в буржуазной Германии». В связи
с процессом гитлеровского преступника
Эйхмана конференция поставила своей за¬
дачей огласить серию подготовленных из
новых материалах сообщений об антидемо¬
кратической, варварской сущности герман¬
ского империализма. В конференции при¬
няло участие более 200 научных работников
из ГДР, СССР, ЧССР, ПНР, ВНР и Ита¬
лии. На конференции присутствовали так¬
же представители ЦК СЕПГ, правительства
ГДР, послы дружественных стран и прези¬
дент Немецкой Академии наук Вернер
Хардтке. С основными докладами выступи¬
ли проф. Юрген Кучииский (ГДР), проф.
Фокин (СССР) и проф. Заборовский (ПНР).
♦ Советско-германская комиссия исто¬
риков провела коллоквиум по вопросу о
фальсификации истории так называемым
обществом «Остфоршунг» в ФРГ. Были
разоблачены различные «теории» западно-
германских «восточных экспертов», в част¬
ности их попытки оправдать империали¬
стический «Дранг нах Остен».
♦ Ягеллонский университет в Кракове
отметил 100-летие со дня смерти Тараса
Шевченко. На сессии был заслушан ряд
сообщений, в том числе доклад д-ра наук
А. Подраза «Экономические и политиче¬
ские изменения на Украине во времена Та¬
раса Шевченко».
♦ ЮНЕСКО издала сборник материа¬
лов, посвященных развитию высшего об¬
разования в СССР. Помещены статьи:
М. А. Прокофьева — «Советская высшая
школа». М. Г. Чиликина — «Высшее техни¬
ческое образование в СССР», С. И. Тюль-
панова — «Гуманитарные науки в СССР».
♦ В Вильнюсском университете 27 мая
состоялась научная конференция, посвящен¬
ная столетию со дня смерти выдающегося
польского демократа ученого Иоахима Леле-
веля, который являлся воспитанником, а за¬
тем профессором Вильнюсского университе¬
та. Доклад «Иоахим Лелевель — профессор
Вильнюсского университета» сделал канди¬
дат исторических наук М. Ючас.
♦ 29 мая в Институте истории Польской
Академии наук состоялась специальная на¬
учная сессия, посвященная столетию со дня
смерти Иоахима Лелевеля. О месте И. Ле-
левеля в современной ему исторической нау¬
ке рассказал М. Серейский. Доклад «Иоа¬
хим Лелевель в мнениях польских истори¬
ков» сделала Г. Венцковская. Сессия заслу¬

206
Историческая наука за рубежом
шала также доклады о значении работ вы¬
дающегося ученого для развития историче¬
ской географии, нумизматики, археологии,
истории права. Участники сессии посетили
выставку неизвестных рукописей И. Леле-
веля, открытую в Национальной библио¬
теке.
♦ Недавно в Пальмире (Сирия) был
открыт неизвестный до сих пор тип гроб¬
ницы, представляющей собою башню и под¬
земелье, соединенные специальными лест¬
ницами. Два этажа башни и семь подзем¬
ных коридоров хорошо сохранились. Захо¬
ронение относится к Ï в. н. э. В нем обна¬
ружены останки сановника Таймарсу и чет¬
верых его детей. Данное открытие считают
в Сирии крупнейшим по значению за по¬
следние 50 лет.
♦ В Люблине, на перекрестке улиц
Остервы и Сташица, на глубине трех мет¬
ров обнаружена археологами мостовая из
толстых, хорошо сохранившихся бревен.
Ими была вымощена улица «Краковское
Предместье» Люблина в 1558 г. после боль¬
шого пожара. О том, что эта улица была
покрыта толстыми бревнами, свидетельст¬
вуют и документы, относящиеся к 1660 го¬
ду. В раскопе найдены также металличе¬
ские вещи.
♦ Для лучшего ознакомления читающей
публики с современной периодикой стран
Азии Национальная библиотека (Париж) н
французская Комиссия по делам ЮНЕСКО
выпустили библиографический справочник
«800 журналов Азии». Справочник содер¬
жит сведения о выходных данных, краткой
истории и содержании каждого журнала.
♦ Польские археологи, исследующие
раннесредневековое городище в Скрвильне
(под Рыпином), во время раскопок на ме¬
сте бывших валов обнаружили клад сере¬
бряных и золотых предметов (золотые бра¬
слеты, ожерелья, диаде.чы, перстни, укра¬
шенные бриллиантами и другими драгоцен¬
ными камнями, прекрасно выполненные ко¬
ваные серебряные подсвечники, столовые
приборы, подносы и цепи). На одном из се¬
ребряных подносов выбита дата — 1617 год.
Остальные предметы также относятся к на¬
чалу XVII века. Найденные веши храни¬
лись, по-видимому, в деревянном сундуке,
от которого остался только заржавевший
замок. На многих предметах клада имеют¬
ся гербы.
♦ Военно-воздушный флот Польской На¬
родной Республики тесно сотрудничает с
археологами, осуществляя воздушную раз¬
ведку над местами нахождения древних
стоянок и населенных пунктов. За послед¬
ние 2 года летчиками обнаружено более
80 неизвестных ранее городищ.
♦ Во Франции издана «Практическая
энциклопедий» по просвещению. Том из
1 200 стр. содержит сведения об истории
развития и современном состоянии народ¬
ного просвещения во всех странах земного
шара. Большая часть материалов состав¬
лена на основании данных из опросных ан¬
кет ЮНЕСКО.
♦ Близится к завершению подготовка
труда «История Албании». Преподаватели
Тиранского государственного университета,
сдав в печать 2 тома этого коллективного
труда, готовят сейчас к изданию двухтом¬
ную хрестоматию исторических докумен¬
тов.
♦ По случаю столетия воссоединения
Италии в Болонье открыта выставка «По¬
ляки в борьбе за объединение Италии». На
ней отражена, в частности, деятельность од¬
ного из героев Рисорджименто, товарища
Д. Гарибальди по оружию, полковника
Юзефа Грабиньского.
♦ В архиве библиотеки Познанского
университета обнаружены документы о се¬
паратистском движении в Западной Герма¬
нии в 1918—1919 гг. и 1923—1924 годах.
Часть документов освещает неблаговидную
деятельность Конрада Аденауэра, нынешне¬
го канцлера ФРГ, выступавшего в то время
за создание автономной Рейнской республи¬
ки и состоявшего в связях с Людендорфом,
Брюнингом, Штреземаном и кардиналом
Пачелли (впоследствии папой Пием XII).
♦ Вроцлавский институт антропологии
составил антропологические карты Польши,
Швейцарии, Греции и работает над мате¬
риалами по Финляндии и Ирландии. Труд
по его завершении приведет к созданию ан¬
тропологической карты Европы.

ПИСЬМА И ЗАМЕТКИ
один из многих
В боях за свободу и независимость Польши в годы второй мировой войны пали
смертью храбрых многие сыны советского народа. Среди них был советский офицер,
командир польских партизан, носивший кличку «Сашка». Бойцов его отряда назы¬
вали «сашковцами». Настоящее имя Сашки долгое время было неизвестно. Одни
называли его Василенко, другие — Уральским. Лини» недавно на основе найденного
документа удалось установить, что фамилия Сашки — Бойченко. Вот что он писал
о себе: «Я, Бойченко Василий Петрович, урожден в 1921 г. в Оренбургской обл.
(нынче Чкаловская область), Халиловского района, Камейкинского с/совета, селе
Калиновка. В 1939 г. окончил авиационно-техническое училище... В октябре 1939 г.
был направлен в 49-й авиационный истребительный полк.., где и служил
до 1941 года. Сашка» *. На этом обрывается автобиография В. П. Бойченко, напи¬
санная им 2 октября 1943 г. для Главного командования Гвардии людовой (ГЛ). О его
дальнейшей боевой деятельности известно из рассказов и воспоминаний партизан и
из сохранившихся документов.
Один из активных участников движения Сопротивления в Польше, Юзеф Ярош
(«Вицек»), рассказывает, как он был послан в Свентокшижские горы для того, чтобы
наладить контакт с группой советских военнопленных, бежавших из фашистской
неволи. Эта группа насчитывала 7 человек. Среди них был и будущий легендарный
келецкий партизан Сашка. В ноябре 1941 г. они организовали боевой отряд.
Зимой отряд воздерживался от широкой боевой деятельности: нужно было продер¬
жаться до весны. На Витославской горе (округ Радом, повет Опатув) партизаны
выкопали две землянки. Когда в округе появился отряд немецкой жандармерии,
местные жители сообщили об этом партизанам, и они смогли заблаговременно уйти
в лес. Здесь, под Червоной гурой, произошло первое столкновение отряда с немецкой
жандармерией2. Вскоре группа советских партизан двинулась на восток, за Вислу.
По пути, вблизи деревни Лясоцин, ей пришлось снова вступить в бой с жандарме¬
рией и полицией.
Летом 1942 г. советские партизаны вернулись в округ Радом. В феврале
1943 г., когда они установили связь с Гвардией людовой, их присоединили к отряду
ГЛ имени Бартоша Гловацкого, которым командовал «Баца» (Хиль Браверман). Имя
Сашки стало известным после операции в деревне Бугай, в районе Стараховице.
Группа безоружных партизан во главе с Сашкой окружила мельницу, в которой
расположились на отдых несколько десятков жандармов, и разоружила их 3. Именно
после этой операции родилась песенка «О сашковцах отважных и их смелых делах»,
которую пели партизаны и за пределами округа Радом.
В апреле 1943 г. организовался партизанский отряд имени Мариана Лянге-
вича. Командование отрядом было поручено Сашке. Районом деятельности этого
отряда стали поветы Илжа, Опатув, Кельце, Сандомир. Через месяц в отряде насчи¬
тывалось уже 60 хорошо вооруженных бойцов. Оружие партизаны добывали глав¬
ным образом во время «оружейных» операций у немцев и полевой полиции. О дей¬
ствиях отряда имени М. Лянгевича рассказывается в рапортах и коммюнике Глав¬
ного командования Гвардии людовой.
1 Воспроизводится с русского оригинала, находящегося в AZHP, 192/1Ï—10/5.
2 Отчет Юзефа Яроша от 3 марта 1960 года. AZHP, 2467, ροζ. 13, s. 5—6.
ч г» к Λ VL.in Clio о _ о. т u t. : : .. —

208
Письма и заметки
В канун 1 мая 1943 г. отряды ГЛ имени Бартоша Гловацкого и имени Мариана
Лянгевича разрушили железнодорожную станцию Кунув. Партизаны провели ряд
массовок среди фольварочных рабочих, раздавали первомайские листовки и газеты.
После выполнения задания оба отряда ушли в Свентокшижские горы. Здесь немцам
удалось окружить их, а затем атаковать силами около 2 тыс. человек, тогда как в
отрядах едва насчитывалось 120 человек. Целый день длился неравный бой под
Еленей гурой (повет Опатув). Партизанам удалось вырваться из окружения с самыми
минимальными потерями — один человек был убит и один ранен. Этой операцией
руководил Сашка 4.
После боя под Еленей гурой Сашка вывел свой отряд в безлесный район
Сандомирского яовета 5. В июне 1943 г. он с группой бывших военнопленных пы¬
тался перейти Вислу и Буг, чтобы соединиться с советскими партизанами. Однако
эта попытка оказалась неудачной. Частые облавы и непрерывные стычкн с жандар¬
мерией заставили группу возвратиться в Келецкий район. В августе 1943 г. отряд
Сашки вновь был вклк в состав Гвардии людовой. Районом его действий ста¬
ли поветы Опатув, Илжа, Бельце 6.
В отряде, который теперь носил имя Сокола, Сашка считался непобедимым.
Он пользовался непререкаемым авторитетом и уважением не только в своем отряде,
но и среди местного населения. В его отряде царили порядок и дисциплина. Он был
требователен к себе и своим подчиненным. Гвардисты готовы были идти за ним на
самые рискованные предприятия. Своей необычайной отвагой Сашка сеял страх и
панику среди жандармов и полиции. Фашисты назначили за его голову высокую
награду и часто устраивали на него засады. Однако Сашка оставался неуловимым.
23 сентября 1943 г. его отряд совместно с отрядом имени Совиньского пустил
под откос военный поезд, прервав тем самым на 20 часов движение на линии Остро-
вец — Стараховице. 10 октября Сашка со своим отрядом атаковал немецкий фоль¬
варк Войцеховице (повет Опатув). Бой с охраной, которая насчитывала 15 жандар¬
мов, продолжался несколько часов. Спустя четыре дня, отряд Сашки атаковал местечко
Пшеушин7. В течение октября 1943 г. отряд провел еще ряд боевых операций, одно¬
временно продолжая пропагандистскую работу среди польского населения,
В ноябре 1943 г. Сашка был назначен оперативным офицером штаба VII округа
ГЛ (Радом). С этих пор он стал носить псевдоним «Михал». Но в районе его по-преж¬
нему называли Сашкой. 15 декабря 1943 г. приказом Главного командования
Гвардии людовой ему было присвоено звание поручика8. Сашка сумел развернуть
политическую работу среди советских военнопленных, устанавливал с ними связь
и при их участии и помощи совершал смелые нападения на военные объекты врага.
Одной из таких операций было разоружение 21 февраля 1944 г. фашистского отряда,
располагавшегося на цементном заводе около Бодзехува. Партизаны захватили руч¬
ной пулемет, 9 карабинов, 1 200 штук патронов, большое количество обмундирования
и снаряжения.
Сашка боролся не только с гитлеровцами. Вместе с немцами против отрядов
Армии людовой выступали польские фашисты из организации «Народове силы
збройне» (НСЗ). Чтобы прекратить их кровавый террор, командование VII округа
Армии людовой издало приказ о концентрации отрядов имени Гловацкого («Гураля» —
С. Шиманьского) и имени М. Лянгевича («Бжозы» — Ч. Борецкого) для борьбы с пре¬
дателями польского народа. Общее командование отрядами было поручено Сашке. Стыч¬
ка с отрядом НСЗ произошла 10 марта 1944 г. в деревне Викторин (повет Опатув).
НСЗ-овцы в панике бежали, бросив много оружия и боеприпасов. 24 марта 1944 г. в
Денкове (под Островцом) фашисты по доносу своего агента окружили дом, в котором
ночевал Сашка. Враги пытались взять его живым, но пока они выламывали дверь,
4 «Gwardzista», № 20, 10.VI.1943 г., s. 1; Рапорт округа. Радом № 11,
AZHP, 191/111—2/21; Отчет Ч. Борецкого. AZHP, 8181, ροζ. I; Komunikaty Dowodztwa
üiôwnego GL i AL Warszawa. 1959, s. 103—106.
5 Отчет Юзефа Яроша и Стефана Шиманьского. AZHP, 2467, ροζ. 13, s. 15—16
J, Bilwin. «Saszka». «Za Wolnosc i Lud». № 3. 15.X—1949.
e Отчет Юзефа Малецкого. AZHP, 3787, s. 74, 81.
7 Komunikaty Dowodztwa Gtownego GL i AL, s. 164, 166, 178.
8 Приказ Главного командования ГЛ. AZHP, 191/2—34.

Письма и заметки 200
Сашка влез на чердак и в удобный момент бросил несколько гранат, убив многих
гитлеровцев, а затем, пользуясь замешательством фашистов, скрылся 9.
31 марта Сашка (Михал) получил звание капитана Армии людовой10. В это
же время командир I1J области АЛ «Фелек» (Анджей Адриан) вошел в Главное коман¬
дование Армии людовой с предложением наградить Сашку — Михала за героизм,
проявленный в боях с оккупантами 11.
16 мая 1944 г. партизанские отряды имени Б. Гловацкого и имени М. Лянге-
вича совместно с советской диверсионной группой атаковали город Илжа. Партизаны
блокировали жандармский и полицейский посты, которые даже не пытались сопроти¬
вляться. Были разрушены почта, немецкий магазин, немецкая мельница. Руководил
этой операцией Сашка !2. В июне он принимал участие в нескольких схватках отрядов
Армян людовой с жандармерией.
14 июня с согласия Главного штаба Армии людовой капитан Сашка вместе
с 117 солдатами этой армии ушел за оружием за Вислу 13. Когда началось летнее
наступление советских войск, Сашка, находясь на правом берегу Вислы, перешел
в одну из частей Советской Армии. Но уже в конце июля 1944 г. в составе десант¬
ной группы он возвратился в Келецкий район. Ему было поручено выполнение спе¬
циального задания командования Советской Армии. Сашка создал отдельную раз¬
ведывательную группу, подчиненную непосредственно одному из штабов Советской
Армии. Вместе с тем он поддерживал тесный контакт с командованием Армии людо¬
вой и. Сашка снова громил фашистских захватчиков на келецкой земле. Здесь он
и погиб в бою 7 декабря 1944 г. в деревне Мазяже (повет Илжа).
Похоронен Сашка на кладбище в Островце. На его могиле воздвигнут памят¬
ник. Польский народ свято чтит память о Василии Петровиче Бойченко (Сашке),
славном сыне братского советского народа, отдавшем свою жизнь во имя победы над
темными силами фашизма.
Э. Маркова
9 Отчет Г. Половника. AZHP, 7508, ροζ. 1, s. 27, 30—33, 46; Отчет Станина
Мариана. AZHP, 5448, ροζ. 9, s. 8—9; Рапорт VII округа JVfs 36, AZHP, 192/III —
2/8; Рапорт № 40 VII округа от 21 июня 1944 года. AZHP, 192/111—2/22.
10 Приказ № !6 Главного командования А. Л. AZHP, I92/I—16.
11 Представление о награждении Крестом Грюнвальда. AZHP, '62/111—1/1.
12 Komunikaty Dowôdztwa Giôwnego GL i AL, s. 227.
13 Рапорт № 40 VII округа. AZHP, 192/III — 2/22.
14 M. J a n i k. Id§ partyzanci. MON. 1953, s. 57.
РАЗНОЧТЕНИЯ ДОЛЖНЫ БЫТЬ УСТРАНЕНЫ
Учителя средней школы, готовясь к урокам, широко используют разносторонний
материал, в том числе вузовские учебники и учебные пособия. Естественно, что между
изданиями, предназначенными как для школы, так и для вузов, не должно быть рас¬
хождений в изложении конкретных фактов. Однако подобные неточности встречаются
часто, особенно в цифровых данных.
Мы понимаем, что вузовские и школьные учебники и учебные пособия предназна¬
чены для разных категорий учащихся. Но даже учитывая это обстоятельство, при¬
ходится удивляться необъяснимому порой разнобою в сведениях. Учитель оказывается
иногда в неловком положении на уроках, особенно в школах рабочей молодежи, когда
он использует различные источники, так как цифры или факты, приводимые в них,
не совпадают с данными учебника. В таких случаях учителям не всегда удается убе¬
дить учащихся в правильности преподносимого им материала, поскольку учащиеся не¬
редко верят больше учебнику. Неловкость возникает и тогда, когда учитель опирается
на учебпик, а учащиеся используют иные источники. В нашей практике было не¬
сколько случаев, когда кто-либо из учащихся после рассказа учителя поднимал руку и
14. «Вопросы истории» № 9.

210
Письма и заметки
смущенно говорил, что в имеющемся у него пособии приведены другие данные. Нам
нриходилось зачитывать вслух эти разные источники и коротко объяснять возможную
причину расхождения.
Возьмем школьный учебник для 9-го класса под редакцией акад. А. М. Панкра¬
товой и те вузовские учебники и пособия, которые соответствуют этому курсу и чаще
всего используются учителями при подготовке к урокам: I и II тома «Истории СССР»
(М. 195В, М. 1959), учебники по истории СССР для педагогических институтов под
редакцией П. И. Кабанова и Н. Д. Кузнецова (М. 1960), учебное пособие по истории
СССР для Высшей партийной школы при ЦК КПСС (М. 1960), методическое пособие
«Изучение истории СССР в IX классе», ч. 1, под редакцией А. И. Молока (М. 1959),
пособие для учителей по «Истории СССР XVIII — середины XIX веков» И. В. Кузне¬
цова и В. И. Лебедева (М. 1958), «Очерки истории СССР» С. Б. Окуня (Л. 1956,
Л. 1957), пособие для учителей «Истории СССР. 1861—1917» Е. А. Луцкого
(М. 1956) — и сравним некоторые данные, приводимые в этих книгах.
По теме «Азовские походы и путешествие Петра I за границу» школьный учеб¬
ник на стр. 8 сообщает: «Весной 1696 г. под Азовом появился русский флот из 30
галер и большого числа транспортных судов и лодок»; в методическом пособии утвер¬
ждается (стр. 16): «К весне 1696 г. флот был готов. Он состоял из двух крупных
кораблей, 23 галер, 4 брандеров и нескольких сотен разных барок для перевозки вой¬
ска»; в пособии И. В. Кузнецова и В. И. Лебедева (стр. 12) говорится: «Ранней вес¬
ной 1696 г. в половодье на Дону появились первенцы русского флота в составе 29 га¬
лерных судов, около тысячи стругов и плотов для перевозки войска».
Расхождения имеются и по теме «Окончание войны со Швецией. Войны России
на Востоке». Школьный учебник (стр. 19): «Только небольшой отряд шведской ка¬
валерии, во главе с Карлом и Мазепой, ушел от преследования и скрылся за турецкой
границей. Остальные шведские войска сдались. Всего было взято в плен около 20 ты¬
сяч человек, в том числе все генералы Карла XII»; университетский учебник
(стр. 470): «Общее число пленных шведов превысило 18 тыс. человек»; пособие
И. В. Кузнецова и В. И. Лебедева (стр. 24): «Остатки армии противника были на¬
стигнуты у Днепра, окружены и принуждены к капитуляции: 16 тысяч шведских
офицеров и солдат сложили оружие». По этой же теме имеются также следующие дан¬
ные: школьный учебник (стр. 19): «Петр тотчас же двинулся с 40-тысячной армией
к Дунаю; он рассчитывал на помощь польских войск и на восстание покоренных Тур¬
цией славян. Однако большая турецкая армия (около 200 тысяч человек), направ¬
лявшаяся к русским границам, окружила в 1711 г. на реке Прут русское войско во
главе с Петром»; университетский учебник (стр. 470): «Весной 1711 г. стодвадцати¬
тысячная турецкая армия, к которой присоединилось более 50 тыс. крымских татар,
перешла Дунай. Навстречу ей двинулась тридцативосьмитысячная русская армия под
командованием фельдмаршала В. П. Шереметева»; пособие И. В. Кузнецова и В. И.
Лебедева (стр. 25): «В 1711 г. Турция объявила войну России, требуя возвращения
Азова, и бросила 200-тысячную армию к границам нашей страны. Петр с 40-тыс. ар¬
мией стал быстро продвигаться навстречу турецким войскам».
Весьма разноречивые данные приводятся и по такой сложной теме, как «Со¬
циально-экономическое положение России и экономическая политика правительства
Петра I». Школьный учебник (стр. 24): «К концу царствования Петра насчитывалось
около 240 мануфактур»; университетский учебник (стр. 427): «За первую четверть
XVIII в. в России возникло около 180 мануфактур»; пособие для ВПШ (стр. 90):
«К 1726 г. в России насчитывалась 191 мануфактура»; методическое пособие
(стр. 30): «К 1725 г. было около 200 крупных, средних и мелких мануфактур по
всем видам производства»; пособие И. В. Кузнецова и В. И. Лебедева (стр. 34): «Чис¬
ло промышленных яредприятий к концу правления Петра превысило 200, некоторые
из них насчитывали сотни и даже тысячи рабочих».
В отношении подушной подати данные также разноречивы и неясны. Школьный
учебник (стр. 26): «Размер подушной подати для помещичьих крестьян был установ¬
лен в 74 кол. в год (кроме повинностей и платежей помещику), а для государствен¬
ных крестьян и для посадских людей — в 1 рубль 20 коп.»; университетский учеб¬
ник (стр. 421): «Денежное выражение повинностей государственных крестьян прави¬
тельство определило в 1724 г. суммой в 40 коп. с души мужского пола; повинности

Письма а заметки
помещичьих крестьян были значительно выше»; пособие И. В. Кузнецова и В. И. Ле¬
бедева (стр. 38): «С каждой мужской души был установлен налог в 74 коп. Государ¬
ственные крестьяне платили сверх подушной подати 40 коп. с мужской души».
Отсутствуют единые статистические данные и о количестве мануфактур в конце
XVIII века. Школьный учебник (стр. 61): «Общее число мануфактур за время царст¬
вования Екатерины II увеличилось примерно в три раза»; университетский учебник
(стр. 518): «Следовательно, количество всех учтенных к концу XVIII в. промышлен¬
ных заведений составляло около 2 300. Из этого количества действительно крупных
предприятий с числом рабочих не менее 16 было лишь 1000—1200»; пособие для
ВПШ (стр. 105): «К концу XVIII в. в России насчитывалось около 1 ООО крупных
промышленных предприятий»; методическое пособие (стр. 77): «По статистическим
данным, в 60-х годах XVIII в. в России насчитывалось более 650 промышленных пред¬
приятий с общей численностью рабочих 81 780 человек. К концу XVIII в. количество
промышленных предприятий увеличилось до 2 300»; пособие И. В. Кузнецова и
В. И. Лебедева (стр. 105): «К концу XVIII в. в России насчитывалось около 1 ООО
крупных промышленных предприятий».
Значительные расхождения в цифровом материале мы встречаем по теме «Оте¬
чественная война 1812 года». Школьный учебник (стр. 110): «Военные силы Напо¬
леона численно намного превосходили силы России: в его армии насчитывалось свыше
500 тысяч солдат»; университетский учебник (стр. 662): «Для нападения на Россию
Наполеон поставил под ружье 1 200 тыс. человек. Из них для похода на Москву
была сформирована так называемая «большая армия», численностью в 600 тыс. чело¬
век при 1 372 орудиях»; пособие для ВПШ (стр. 141): «В поход на Россию была
брошена армия, насчитывавшая свыше 600 тыс. человек и 1 420 орудий». Или возь¬
мем другой пример по той же теме. Школьный учебник (стр. 110): «В русских ар¬
миях, расположенных на западных границах, насчитывалось всего 180 тыс. солдат»;
университетский учебник (стр. 661): «Накануне войны 1812 г. численность войск
России составляла около 540 тыс. человек, однако для активных действий на Западе
можно было выделить до 210 тыс. человек, сведенных в три армии»; пособие для
ВПШ (стр. 141): «Русская армия к началу войны насчитывала около 500 тыс. чело¬
век, но непосредственно против вторгшегося неприятеля на западной границе находи¬
лось немногим более 200 тыс. человек, т. е. в три раза меньше, чем у противника»;
методическое пособие (стр. 169): «Русские войска на западной границе насчитывали
около 180 тыс. человек». Еще один пример. Школьный учебник (стр. 114): «Всего
русских регулярных войск под Бородином было около 112 тысяч. К ним присоеди¬
нились 7 тысяч казаков и 10 тысяч ратников московского и смоленского ополчений.
К Бородинскому полю Наполеон подошел с армией в 130 тыс. и с 587 орудиями»;
университетский учебник (стр. 669): «Противники располагали следующими силами:
русская армия имела 120 тыс. человек при 640 орудиях, французская — 135 тыс. при
587 орудиях». Далее. Школьный учебник (стр. 113): «Шевардинский редут с вели¬
чайшим героизмом обороняли его немногочисленные защитники»; университетский
учебник (стр. 669): «Начавшийся 24 августа бой за Шевардино носил весьма упорный
характер. 18 тысяч русских войск в течение дня героически отражали атаки 35 тысяч
солдат противника»; пособие для ВПШ (стр. 145): «24 августа разыгрался ожесто¬
ченный бой у Шевардинского редута, где 18 тысяч русских солдат и офицеров герои¬
чески отражали атаки превосходивших сил противника»; методическое пособие
(стр, 176): «У Шевардинского редута была сосредоточена крупная группировка русских
войск — около 8 тыс. пехоты, 4 тыс. конницы и 36 орудий»; пособие И. В. Кузнецо¬
ва и В. И. Лебедева (стр. 200): «Шевардинский редут был передовым опорным укре¬
плением русских войск, его обороняли части под командованием князя Горчакова в
количестве до 12 тыс. человек, в числе которых была 27-я дивизия Неверовского. На¬
ступлением наполеоновских войск руководили маршал Мюрат и Даву. Они бросили
в бой до 40 тыс. французских войск».
Потери противников в Бородинском бою также указываются по-разному. Уни¬
верситетский учебник (стр. 671): «Потери обеих сторон были огромны. Наполеон по¬
терял 58 тыс. человек, русские войска 38,5 тыс. человек»; методическое пособие
(стр. 179): «Армия Наполеона потеряла в Бородинском сражении около 60 тыс. сол¬
дат убитыми и ранеными, в том числе 1 800'офицеров и 47 генералов. Русские войска

212
Письма и заметки
потеряли 38,5 тыс. убитыми и ранеными, в том числе 23 генерала»; «Очерки» С. Б.
Окуня (стр. 229): «Французская армия потеряла в этот день 58 478 человек, рус¬
ская — 43 ООО человек». А вот данные о потерях французской армии при переправе
через Березину. Школьный учебник (стр. 120): «Не менее 10 тыс. французов погибло
у Березины. Через Березину переправилось около 60 тыс. человек, но и эта армия
продолжала редеть. В конце декабря от «великой армии» едва осталось 30 тыс. чело¬
век, и Наполеон, покинув свою разгромленную армию, поспешно уехал в Париж»;
университетский учебник (стр. 676): «Воспользовавшись оплошностью Чичагова, На¬
полеон начал действительную переправу у деревни Студенка. Она продолжалась с
14(26) и по 16(28) ноября. Наполеон успел переправить около 9 тыс. человек; 20 ты¬
сяч погибли под ударами войск Витгенштейна и Чичагова, более 10 тысяч было за¬
хвачено в плен»; пособие И. В. Кузнецова и В. И. Лебедева (стр. 218): «16(28) нояб¬
ря он начал переправу по двум наведенным мостам... Около Березины было подобрано
свыше 24 тысяч трупов. При переправе погибло свыше половины людей, и после Бе¬
резины у Наполеона осталось всего-навсего 30 тысяч человек».
По теме «Восстание 14 декабря 1825 года» также даны разные сведения. Школь¬
ный учебник (стр. 144): «На Сенатскую площадь стекались крепостные, мастеровые
и городская беднота»; методическое пособие (стр. 215): «Адъютант генерал-губерна¬
тора графа Милорадовича А. П. Балицкий предполагает, что на Дворцовой площади
утром было более 20 тыс. человек народа»; пособие И. В. Кузнецова и В. И. Лебедева
(стр. 282): «А народу собралось в это время на площади до 30 тысяч человек».
По разделу «Крымская война» приводятся различные данные о войсках про¬
тивника, высадившихся в Крыму. Школьный учебник (стр. 176): «В начале сентября
1854 г. англо-французский флот высадил десант у Евпатории с целью овладеть Сева¬
стополем с севера. 62-тысячная армия англичан, французов и турок двинулась по по¬
бережью к Севастополю»; университетский учебник (стр. 784): «Преступная беспеч¬
ность последнего (А. С. Меньшикова.— В. Н.) позволила врагам беспрепятственно
высадить в начале сентября в Евпатории 64-тысячную армию, которая затем двину¬
лась на юг, к Севастополю»; пособие И. В. Кузнецова и В. И. Лебедева (стр. 388):
«К 6 сентября 1854 г. в Евпатории было высажено свыше 60 тысяч войск про¬
тивника».
В данных по теме «Отмена крепостного права» также имеется разнобой. Школь¬
ный учебник (стр. 216): «Только за два года, 1861 —1863, произошло свыше 2 000
крестьянских волнений. В 400 случаях крестьяне оказали сопротивление войскам и
были жестоко усмирены»; университетский учебник (стр. 38): «За 1861 г. 3-м отде¬
лением были зарегистрированы выступления крестьян в 1 176 имениях, в 337 слу¬
чаях была применена военная сила и в 191 случае крестьяне прибегли к активным
действиям»; учебник для пединститутов (стр. 27): «Всего в 1861 г. кроме незначи¬
тельных ослушаний, прекращенных без содействия местных властей, оказано было
временнообязанными крестьянами неповиновение в 1176 имениях; военные коман¬
ды были введены в 337 имениях...»; на стр. 34: «В 1862 г. волнения имели место уже
голько в 400 имениях». Далее. Школьный учебник (стр. 217): «Тогда Апраксин в
упор расстрелял крестьян. Было убито несколько десятков человек и 350 ранено.
Антон Петров по приговору полевого суда был расстрелян»; университетский учебник
(стр. 37): «Последовали один за другим несколько залпов, вырвавшие из крестьянских
рядов множество убитых и раненых (более 350)»; пособие для ВПШ (стр. 229): «При
подавлении восстания царскими войсками 91 человек был убит и 87 ранено. Царь
распорядился судить Антона Петрова военно-полевым судом, по приговору которого
DH 19 апреля 1861 г. был расстрелян».
По теме «Капитализм в сельском хозяйстве и в промышленности после крестьян¬
ской реформы» сведения в различных пособиях также расходятся. Школьный учебник
(стр. 232): «Из среднего крестьянства выделялась сельская буржуазия — кулаче¬
ство... К началу 80-х годов не менее половины всех крестьянских дворов составляла
безлошадная и однолошадная беднота»; университетский учебник (стр. 92): «Объеди¬
няя материалы этого описания в три ленинские группы, получили, что к числу сель¬
ской буржуазии относилось около 23% всех крестьянских хозяйств, к числу середня¬
ков — 37% и к числу бедняков — 40%. Число безлошадных и однолошадных хо¬
зяйств составляло 54%; пособие Е. А. Луцкого (стр. 61—62): «Зажиточное крестьян¬

Письма и заметки 513
ство к концу 80-х годов XIX века составляло около 20% крестьянских дворов, но оно
экономически господствовало в деревне... Сельская беднота в 80-х годах составляла
около половины всех крестьянских дворов... Между этими полосами деревни стояло
среднее крестьянство — около 30% всех дворов». Далее. Школьный учебник
(стр. 234): «Достаточно указать, что в 1861 г. в необъятной Российской империи было
всего только 1 488 верст железных дорог... С 1861 до 1881 г., за 20 лет, было по¬
строено 15,5 тысячи верст железных дорог»; учебник для пединститутов (стр. 56):
«Сеть железных дорог в России за 20 лет выросла с 1,5 тыс. км до 22 тыс. км»;
пособие для ВПШ (стр. 247): «В 1860 г. действовавшие железнодорожные линии со¬
ставляли 1491 версту, а в 1865 г.— 3 578 верст, в 1870 г. 10 092 версты и в
1878 г. — 21 176 верст».
Подобные примеры можно было бы умножить. Практически нет ни одной темы,
ни одной главы учебника, где бы не встречались такого рода расхождения. Особенно
много разночтений имеется в главах, посвященных вопросам экономики и внешней
политики. Все это весьма затрудняет работу и учителя и учеников.
В настоящее время готовится к изданию ряд школьных учебников, в том числе и
по истории СССР. Нам хотелось бы пожелать, чтобы в новых учебниках приводился
такой цифровой материал, в достоверности которого не приходилось бы сомневаться.
В. Н. Нефедов

214
Сведения об авторах
СВЕДЕНИЯ ОБ АВТОРАХ, СТАТЬИ КОТОРЫХ ОПУБЛИКОВАНЫ
В ДАННОМ НОМЕРЕ ЖУРНАЛА
Болтин Евгений Арсеньевич, кандидат военных наук, заведующий Отделом
истории Великой Отечественной войны Института марксизма-ленинизма при
ЦК КПСС, доцент Московского университета имени М. В. Ломоносова. Автор ряда ра¬
бот по истории первой мировой, гражданской и Великой Отечественной войн, замести¬
тель председателя Редакционной комиссии и один из авторов «Истории Великой
Отечественной войны Советского Союза 1941—1945». Наиболее значительные работы:
«Очерки мировой войны», «Контрнаступление Восточного фронта в 1919 г. и разгром
Колчака».
Деборин Григорий Абрамович, доктор экономических наук, профессор, ру¬
ководитель первой редакции Отдела истории Великой Отечественной войны Инсти¬
тута марксизма-ленинизма при ЦК КПСС, специалист в области истории междуна¬
родных отношений. Основные научные работы: «Торговый капитал в эпоху
империализма», «Социализм—мировая система», «Вторая мировая война», «О ха¬
рактере второй мировой войны»,— а также ряд работ по истории международных
отношений 1870—1959 года.
Коровина Мария Никтополионовна, кандидат исторических наук, старший
преподаватель Московского полиграфического института. Работает в области исто¬
рии КПСС, автор статей по истории восстановительного периода.
Коган Тамара Федоровна, кандидат исторических наук, старший преподава¬
тель Московского медицинского стоматологического института. Работает в области
истории КПСС, автор статей по истории восстановительного периода.
Струмилин Станислав Густавович, академик, лауреат Ленинской премии,
профессор, имеет труды по истории народного хозяйства СССР, статистике, учету и
социалистическому планированию. Основные монографии: «Проблемы экономики
труда», «Очерки советской экономики», «Промышленный переворот в России», «Исто¬
рия черной металлургии в СССР» (т. I), «На плановом фронте», «Статистико-эконо¬
мические очерки», «Очерки экономической истории России» и др.
Сахаров Анатолий Михайлович, кандидат исторических наук, доцент исто¬
рического факультета Московского государственного университета имени М. В. Ло¬
моносова, специалист по истории русского феодализма, автор книг: «Го'рода Северо-
Восточной Руси XIV—XV вв.», «Очерки истории СССР XVII века», раздела по исто¬
рии феодальной России в томе «СССР» (2-е изд. Большой Советской Энциклопедии)
и ряда статей по историографии.
Г руппи Лючано, член ЦК Итальянской коммунистической партии.
Никиров Борис Сергеевич, сотрудник Московского государственного уни¬
верситета имени М. В. Ломоносова. Занимается исследованием в области новейшей
истории Кубы.
ОПЕЧАТКИ
В № 8 за 1961 г. на стр. 63, 20-я строка снизу, после слова
«дифференциация» пропущены слова: «в литературе употреб¬
ляется выражение «социальная дифференциация».
На стр, 80, 1-я и 9-я строки снизу, следует читать вместо
XVIII в,— XVII в.
На стр. 186, 30-я строка снизу, вместо «Жак Собуль» следует
читать «Альбер Собуль».

SUMMARIES OF MAJOR ARTICLES
E. A. BOLTIN. The Soviet Union and the Resistance Movement in Europe in the Years of
World War II
The article represents a brief summary of the Soviet Delegation’s paper read by
E. A. Boltin at the Second World Conference on the History of the Resistance Movement,
held in Milan (Italy) in March 1961 It is devoted chiefly to illustrating the Soviet Union’s
contribution to the development of the Resistance Movement in the European countries
occupied by nazi Germany in the years of the Second World War as well as to the
significance of this movement for the achievement of victory over nazism.
The author emphasizes the rightful and profoundly democratic character of the Resis¬
tance Movement as one of the manifestations of the decisive role played by the popular
masses in the making of history and criticizes those bourgeois historians who deny these
characteristic features of the Resistance Movement. It was one of the forms of the just
war of liberation waged by the enslaved peoples against fascism, a means of their partici¬
pation in the anti-Hitler coalition. This movement vividly reflected the natural patriotic
desire of the peoples to safeguard their national sovereignty against any encroachments
from without. The very concept ‘Resistance Movement” embraces many different forms
and methods of struggle, beginning with sabotage and ending with military operations
conducted by partisan units. People of different party affiliations, religious beliefs, political
convictions and classes actively shared in this movement. But its principal motive force
was the popular masses, primarily the working class. The guiding role of the working class
and the Communist Parties imparted a revolutionary character to the entire movement. Its
aim was not only to liberate the peoples from the yoke of the aggressors and their ac¬
complices but also to change the political and social system of the countries in which it took
place. One of the remarkable features of the Resistance Movement was its international
character
The article vividly shows the significance of the Soviet Union’s entry into the war
for the development of the liberation struggle in the nazi-occupied European countries.
The beginning of the Great Patriotic War and the emergence of the anti-Hitler coalition
finally determined the aims and prospects of the Resistance Movement. The Soviet Union
actively supported and assisted the fighters against fascism, resolutely and perseveringly
striving to unite all progressive and democratic forces. Quite different was the policy
pursued by the ruling circles of Britain and the U.S.A Fearing the upsurge of political
activity among the popular masses, they did everything in their power to restrict the
scope of the Resistance Movement and prevent the revolutionary national uprisings in
the occupied countries.
The Soviet government’s assistance to the Resistance fighters was extremely varied
in character. The most effective form of this assistance was the victories scored by the
Soviet Army over the armies of nazi Germany and its satellites. The Soviet Union’s
victories in the war influenced the Resistance Movement in two ways: first, they contri¬
buted to the activization of this movement, stimulated the growth of its ranks, created
the most favourable conditions for its development and for transition to the most effec¬
tive forms of struggle; second, they resulted in direct liberation of a number of countries
by the Soviet Army, which operated jointly with the patriotic forces of these countries.
The author stresses the vast importance for the spread of the Resistance Movement in
Europe of such major events as the defeat of the fascist troops in the battles of Moscow
and Stalingrad and their subsequent expulsion from the Soviet territory. Before the
Battle of Stalingrad the Resistance Movement was in the stage of mustering and rallying
the forces opposed to nazism; after that momentous battle it assumed the character of
an active struggle by the anti-fascist front in many countries, including the countries of
the nazi bloc. The impact of the Soviet Army’s victories on the liberation struggle of
the peoples was growing with the advancement of the Soviet-German front, reaching its
climax with the shifting of hostilities to the territory of one or another country. In con¬
trast, the influence of the military operations conducted by the U.S.A. and Britain on the
Resistance Movement was immeasurably smaller because from the summer of 1940 to mid-
1943 their armies did not conduct any hostilities directly in Europe, while the second
front was opened by them only at a time when the question of nazi Germany’s defeat by
the Soviet Union had already been predetermined.
The author cites numerous facts of concrete assistance rendered by the Soviet Union
to the peoples of Czechoslovakia, Poland and Yugoslavia, as well as of Albania and
Greece, in their struggle for freedom and national independence and briefly describes

216
Summaries of Major Articles
the influence exerted by the Soviet people’s struggle against nazi Germany on the
Resistance Movement in France and Italy. On the example of these countries the author
shows the fundamental difference between the Soviet Union’s policy towards the lib¬
eration struggle of the peoples and the position held on that issue by the governments
of its Western allies in the anti-Hitler coalition.
At the end of his article the author comes to the conclusion that in certain European
countries the Resistance Movement was not fully utilized for the achievement of a speedy
and complete victory over nazism owing to the policy pursued by the ruling circles of
the Western Powers and the reactionary émigré governments supported by them. As to
the Soviet Union, its assistance to the Resistance Movement in the countries of Eastern
and Southeastern Europe was of decisive importance for their liberation. The victories
of the Soviet Army also powerfully influenced the development of the liberation struggle
in the nazi-occupied countries of Western Europe, although the Soviet troops did not
conduct military operations on their territory.
G. A. DEBORIN. Summarizing the Results of the Second World Conference on the History
of the Resistance Movement
The article reviews the proceedings of the Second World Conference on the History
of the Resistance Movement, held in Milan in March 1961. The Conference was attended
by historians and participants in the Resistance Movement from 20 countries. The Con¬
ference agenda included a general report on the elaboration of this problem by the
French historian Henri Michel, reports by historians from the U.S.S.R., the U.S.A. and
Britain—the three Great Allied Powers of the war period, and national reports made
on behalf of historians of other countries which participated in the anti-Hitler coalition.
The author examines each of the four principal problems on which the attention of
the Conference was focussed.
The first of these problems is that of the historical role of the Resistance Move¬
ment and its significance for the destinies of Europe. Henri Michel’s report contained
the important admission that the Resistance Movement had played a big part in changing
the character of the second world war which began as an imperialist war between two
groups of capitalist powers. However, while admitting the moral force of the Resistance
Movement, Henri Michel denied its significance as an armed force which had made a def¬
inite contribution to the defeat of the nazi armies.
The author of the article voices his resolute opposition to these views of Henri Michel.
The Resistance Movement vastly influenced the progress and outcome of World War II.
It was a vivid manifestation of the decisive role played by the popular masses in the
historical process. Millions of men and women took part in this movement. Apart from
inflicting heavy losses on the nazi aggressors and facilitating the achievement of vic¬
tory, they made this war a war of liberation, determined its specific features and en¬
sured the emergence of a mighty coalition of freedom-loving nations headed by the
U.S.S.R. The Resistance Movement organically combined the national and internationalist
aspirations of its participants. The national aspirations were reflected in the inflexible
determination of the patriots to liberate their native land from the fascist aggressors. The
internationalist aspirations found their expression in the ardent desire to assist other
peoples in their struggle against nazism, to help the great Soviet people that bore the
brunt of the war against Germany and its allies and make their own contribution to the
common cause of achieving victory over the imperialist aggressors.
The second problem is the heroic struggle of the peoples of the U S.S.R. and its
significance for the Resistance Movement. The vast importance of the heroic struggle of
the peoples of the U.S.S.R. for the development of the Resistance Movement was stressed
by 11 ■■c overwhelming majority of the participants in the Milan Conference. Acknowledging
the irrefutable historical truth, Henri Michel said that in the war years the So¬
viet Union had been the hope of all freedom-loving nations and, hence, the generally
recognized inspirer of the entire Resistance Movement; its role in this movement, said
Henri Michel, is beyond any comparison with that played by Britain and the U.S.A.
The majority of the Conference delegates approved the following periodization of the
history of the Resistance Movement, which reflects the role of the Soviet Union. Accord¬
ing to this periodization, the history of the Resistance Movement in Europe comprises
the following four major periods.
The first period—from the outbreak of World War II to nazi Germany’s perfidious
attack on the U.S.S.R.—was a period of the birth and initial development of the Resist¬
ance Movement. The second period—from nazi Germany’s attack and the beginning of
the Soviet Union’s Great Patriotic War to the defeat of the German troops in the Battle
of Stalingrad—was marked by the mighty spread of the Resistance Movement and the
armed struggle waged by the patriots against the nazi invaders. The third period—from
the victory scored by the Red Army at Stalingrad to its powerful offensive launched in
the summer of 1944 and the opening of the second front in Europe—was a period of
the powerful upsurge of the Resistance Movement and the broad development of the
armed struggle waged by the peoples against the aggressors. And, finally, the fourth
period—from the offensive mounted by the Soviet troops in the summer of 1944 and the

Summaries of Major Articles
217
opening of the second front in Europe to the end of the war—was marked by broad popu¬
lar uprisings and the mass armed struggle against fascism.
Henri Michel’s report failed to bring out the entire significance for the Resistance
Movement of the heroic struggle of the peoples of the U.S.S.R. In contradistinction to this,
the reports by historians from the socialist countries showed the close interconnection
between the Soviet Union’s Great Patriotic War and the Resistance Movement. The prin¬
cipal factors that made possible the emergence of such a mass and powerful movement as
the Resistance were the existence of the U.S.S.R. and the general crisis of capitalism.
The third problem concerns the motive forces of the Resistance Movement and the
part played m it by various political parties. A lucid and detailed analysis of these
questions was given only in the reports by Marxist historians. They convincingly proved
that the Resistance Movement was a broad, genuinely democratic movement embracing
people of different party affiliations, political convictions and religious beliefs.· Tile
Resistance Movement embraced industrial workers and farm labourers, intellectuals, petty
and middle bourgeoisie, but the chief force was represented by workers and peasants,
particularly the working class headed by the Communists. The Communists held a pro¬
minent place among the leaders of the Resistance Movement and played an outstanding
part in this movement precisely because they were ardent patriots and champions of
people’s national rights, because they were the most consistent fighters for the great
cause of human freedom, national independence and democracy. The Communists were
entitled to assume the role of popular leaders in the Resistance Movement precisely
because they are always marching in the van of the great movements of our era.
The attitude of the Allies to the Resistance Movement in Europe likewise figured
as an official item on the agenda of the Milan Conference. The Soviet report vividly and
convincingly showed the Soviet Union’s attitude to the Resistance Movement. The
Soviet Union regarded the struggle of the peoples in the occupied countries as an im¬
portant component element of the general struggle against fascism and at the same
time as a manifestation of popular will. The Soviet Union regarded the Resistance
fighters as its equal partners and allies in the struggle against the common enemy. The
Soviet Union regarded the Resistance as a lawful and just movement.
The Soviet Union’s attitude to the Resistance Movement fundamentally differed
from that of the British and U.S. governments. While formally recognizing the Resistance
Movement and rendering it certain military and technical assistance, the U.S. and Brit¬
ish governments at the same time tried to limit the aims and scope of the movement
and resolutely opposed the broad development of its most effective form, namely, the
armed struggle. These governments oriented themselves on bourgeois elements and
refused to support the working people—the decisive force of the Resistance Movement.
The American and British historians could not unconditionally justify the policy
of their governments and endeavoured to give an objective picture of the progress of
events in their reports. This explains the important admissions and exposures which ap¬
peared in their reports side by side with veiled attempts to justify the official Washing¬
ton and London policy towards the Resistance Movement during the war.
The discussion of*the question of interrelations between the three Allied Powers—
the U.S.S.R., the U.S.A. and Britain—and the Resistance Movement during World War
II proved highly instructive. It fully revealed the fundamental difference between the
Soviet policy, on the one hand, and that of Britain and the U.S.A., on the other, towards
the Resistance Movement.
M. N. KOROVINA and T. F. KOGAN. The Rise in the Material Well-Being of the Soviet
Working Class During the Economic Rehabilitation Period (1921-1925)
Drawing on extensive documentary material furnished by Party, government and
trade union archives, the authors of the article vividly describe the economic rehabilitation
period in the U.S.S.R. following the Civil War and foreign military intervention. The
article shows how the Communist Party and Soviet government, despite the unprecedent¬
ed economic dislocation caused by the war and the extremely backward state of the na¬
tional economy inherited from the past, carried out a series of important measures to
moderate the difficulties and hardships experienced by the working people and consid¬
erably raised their material standards compared with the prewar level.
The greatest difficulties during the economic rehabilitation period fell on the shoul¬
ders of the working class. As a result of the postwar economic dislocation many indus¬
trial enterprises in the country came to a standstill and the working class was under¬
going a process of degradation. In this situation V. I. Lenin enjoined the Communist
Party and Soviet government to take resolute and energetic steps to save the working
class from hunger and degradation, regarding this as the most serious and pressing task
of the moment. A number of urgent measures were carried out to improve the position
of the working people.
One of the most difficult and acute problems was that of supplying food to workers
of major industrial centres. How this complex problem was solved is shown in the first
part of the article. The authors describe the activity of the Bread Committee established
at the Labour and Defence Council under V. L Lenin’s chairmanship, Soviet grain pur¬

218
Summaries of Major Articles
chases abroad, the organization of direct commodity exchange between town and country.
However, the only solid and reliable base For raising the working people’s living stand¬
ards, the authors write, could be provided by large-scale industry and mechanized agri¬
culture. The article shows how this important task was gradually solved by the introduc¬
tion of a new economic policy. Having strengthened the dictatorship of the proletariat and
the alliance between the working class and the labouring peasantry, the Communist Party
ensured the rehabilitation of Soviet industry and agriculture.
Along with the rehabilitation of industry further steps were taken to improve the
material conditions of the working class and raise the wages of industrial workers.
Guided by Lenin’s directives on the necessity of stimulating workers’ material interest
in raising labour productivity, the government introduced different forms of labour remu¬
neration, including payment in kind, bonuses, piece rates, collective supplies of food and
manufactured goods, etc. The article highlights the organizational work of local Party
and trade union organizations, laying particular emphasis on their efforts to ensure higher
productivity by stimulating the workers’ labour enthusiasm and political activity. The
authors examine the forms and methods of enlisting the working masses in the struggle
to improve the operation of industry, achieve higher quality standards, lower production
costs, etc. The article contains a special chapter devoted to the important work carried
on by Party and trade union organizations among the workers employed at private
enterprises.
One of the chapters vividly describes the Soviet government’s efforts to improve
housing conditions and social insurance, render assistance to unemployed, provide recrea¬
tion facilities for the working people and extend the network of public catering establish¬
ments.
In conclusion the authors write that the restoration of the war-ravaged economy
and the steady improvement in the material conditions of the working class are graphic
and convincing evidence of the limitless potentialities latent in the socialist system. Having
won political power under the leadership of the Communist Party, the working class of
Russia has, for the first time in history, become a ruling class. By nationalizing private
property and taking key positions in the country’s economy into its own hands, the
working class directed the whole might of its government machine, established under
the leadership of the Communist Party, towards the organization of social production in
the interests of the working people, in the interests of building a socialist society.
S. G. STRUMILIN. Concerning the Genesis of Capitalism in Russia
The article examines one of the key problems of Russian history—the time of the
rise and development of bourgeois relations in the country. This problem is now the sub'
ject of discussion by Soviet historians.
Drawing on the materials and conclusions set forth in the recently published work
by the Smolensk historian D. P. Makovsky entitled “The Development of Money-Com-
modity Relations in the Agriculture of the Russian State in the 16th Century,” the
author maintains that the turn to capitalism in the social and economic development
of Russia took place already in the 16th century. The article cites interesting facts on
the development of Russian towns, money circulation, 16th-century home and foreign
trade, the impact of the “revolution of prices” on Russia and the mercantile policy pur¬
sued by Ivan the Terrible. All these facts, in the author’s opinion, were by no means
exceptional or accidental; they signified the initial stage in the process of disintegration
of feudalism and fully harmonized with similar processes taking place at that time in the
countries of Western Europe.
Contending the opinion that the relations of production at patrimonial and posses-
sional manufactures continued to remain feudal in character, the author holds that any
manufacture is the product of bourgeois development. Hence, he does not share the view
that the appearance of the first manufactures employing wage or serf labour is the most
important sign of the initial disintegration of feudal relationships. The process of disin¬
tegration, in his opinion, began earlier in the sphere of agriculture with the extension of
its output for the market.
The article devotes considerable attention to the problem of disintegration of the
basic natural economy elements in the countryside of feudal Russia. The author believes
that the process of transition from duty in kind to money in mid-16th century led to the
extension of peasant trade in farm products, to the ruination of one section of the peas¬
antry and enrichment of another. The social stratification process in the Russian country¬
side, according to the author, already reached a very considerable degree in the 16th centurv.
With the rise in grain prices the landowners began to realize the benefits and advantages
of commercial farming and extended their crop areas at the expense of the peasant
plots. This tended to increase the number of the ruined peasants who fled from their
masters and swelled the army of people deprived of the means of production and forced
to sell their labour power. In this connection the author draws a parallel between the
16th-century agrarian crisis in Russia and the “agricultural revolution" at the turn of the
16th century in England, which ushered in a new era in the development of that country.

Summaries of Major Articles
219
Those historians who reject the view that the 16th century marked a turning point
in the social-economic development of Russia usually refer to the institution and pro¬
tracted existence of serfdom in the country. In the author’s opinion, the peasants’ gra¬
tuitous labour on the landed estates of their masters in conditions of developing com¬
modity production at the end of the 16th and in the 17th centuries merely served the enter¬
prising interests of the feudals. Thus, serfdom only retarded the process of disintegration
of feudalism and hampered the development of commodity production, which resulted
in a substantial contraction of markets. The author confirms the conclusion of D. P. Ma-
kovsky’s by analyzing the budget revenue of the Russian State for 1580’s and 1680.
The author’s calculations enable him to draw the conclusion that in the hundred-year
period referred to above the revenue derived from the peasant economy dropped nearly
2.5 times.
According to the author’s estimates, in the 16th century the peasants had to sell
more than 40 per cent of the total grain harvest to pay their quit-rent and taxes, which
is a very high marketability rate. Serf labour and corvée undoubtedly served to reduce
the amount of farm produce grown for the market as well as the volume of trade between
town and country, which is clearly evidenced by a decrease in the sum of customs duties
collected throughout the country. The author’s calculations show that between 1580 and
1680 the volume of trade in Russia declined by approximately 67 per cent.
The changes that occurred in Russia in the 16th century affected every aspect of na¬
tional life. It was at that period, too, that wage labour began to be employed extensively,
especially in construction. The author cites a graphic example by analyzing the estimate
for the construction of the Smolensk Fortress at the close of the 16th century.
The growth of money-commodity relations, disintegration of the basic natural eco¬
nomy elements in agriculture, the appearance on the market of labour power deprived
of the instruments and means of production, accumulation of big capitals in trade and
the handicraft production, the emergence of isolated and even centralized manufactures—
all this testifies to the birth of new, capitalist relations in Russia already in the 16th cen¬
tury. Criticizing those who fail to notice the existence of such relations in 17th- and 18th-
century manufactures employing compulsory labour, inasmuch as labour power there did
not become a commodity, the author of the article writes that labour power became a
commodity already in the 16th century, i.e., prior to the institution of serfdom. The
regime established at patrimonial and possessional manufactures was nothing short of
hard labour, but the factory-owners were compelled to remunerate the labour of their
workers who were deprived of the means of production. Unable to exploit the labour of
their workers without the investment of constant and variable capital, the factory-owners
were gradually becoming capitalists. The existence of the feudal shell in which these new
relations were developing, the author writes in conclusion, gives rise to different opin¬
ions concerning the sum and substance of these relations. However, the divergence
of opinions on this issue is gradually diminishing in proportion with the progress of
research devoted to the genesis of capitalism in Russia.
A. M. SAKHAROV. The Problem of the Rise and Development of the Centralized Russian
State in Soviet Historiography
The author sums up certain results of research carried on by Soviet historians over
many years into the history of the formation of a unified Russian State at the turn of the
16th century. The article is based on the appraisal, given by V. I. Lenin in a number
of his works, of the social, economic and political system of the Russian State in the
16th-17th centuries.
In special historical literature, the author says, the attempt to examine the problem
of formation of a centralized Russian State was made by M. N. Pokrovsky, who pointed
out that the unification of Russia was proceeding in conditions when the country was dom¬
inated by the feudal countryside and the town served as a strongpoint of the princely
rule. The leading social forces in the unification process were big secular and ecclesias¬
tical feudal lords. Contradicting his own theses, M. N. Pokrovsky asserted that trade
capital played a determinative part in Russian history. Shortly before his death he re¬
nounced his views about the role of trade capital in the Middle Ages and singled out two
periods in the development of the Russian State—the “medieval-type” feudal state which
existed at the turn of the 16th century and “bureaucratic monarchy,” the transition to
which took place in the 17th century under the impact of the growth of trade capital.
M. N. Pokrovsky was not in a position to understand the progressive character of the
unification process and the significance of the Russian people’s struggle against external
enemies.
A new stage in the development of Soviet historiography which bergan in mid-1930’s
was connected with the efforts to overcome the errors committed by M. N. Pokrovsky
and his pupils. These were the conditions in which a new conception of ine forma mai
of a centralized Russian State was taking shape, being elaborated by S. V. Bakhrushin
and particularly by Κ. V. Bazilevich. It was premised on the thesis about the similarity
of the process of the emergence of centralized states in Western and Eastern Europe.
S. V. Bakhrushin and К- V. Bazilevich proceeded from the fact that the 17th century

220
Summaries of Major Articles
already witnessed the formation of a single all-Russian market and regarded the preced¬
ing period as one marked by growing economic ties within the country, which provided
the basis for political unification. At the same time Κ. V. Bazilevich maintained that
the origin of money relations dated back to the end of the 15th century. Somewhat later,
however, he already referred to the 14th-15th centuries as the period of the growth of
economic ties, stressing the role of the towns and the nobility in the unification process.
The centralized Russian State which arose as a result of the unification process was
characterized by Κ.. V. Bazilevich as a feudal monarchy in which the nobility played the
dominant role. The theoretical elaboration of this conception remained unfinished.
Κ. V. Bazilevich and other historians, writes the author, failed to take into con¬
sideration a number of theoretical propositions, advanced by the founders of Marxism-
Leninism, concerning the specific features attending the emergence of centralized states in
the countries of Eastern Europe and pointing out that economic unification is by no means
an indispensable condition for the political centralization of feudal countries. It was an
erroneous view to regard the 17th century as the final stage in the formation of an all-
Russian market because, in actual fact, this period witnessed the beginning of that
process, which was organically linked with the genesis of capitalist relations and termi¬
nated much later. The conception advanced by Bazilevich and Bakhrushin played a big
part in focussing attention on the social-economic character of the unification process
in Russia. At the same time a number of its propositions were subjected to criticism by
S. V. Yushkov and other scientists. L. V. Cherepnin and V. T. Pashuto emphasized the
role of the class struggle in the formation of a centralized state and showed the signifi¬
cance of the feudal nobility in its development. In the “Outline History of the U.S.S.R."
devoted to the country’s history in the 14th-16th centuries, it is pointed out that political
centralization appeared in Russia prior to the emergence of bourgeois relations and the
elimination of the country’s economic disunity. At the same time much importance in
this edition was attached to the development of the home market in the 14th-17th centu¬
ries. In the “Outline History of the U.S.S.R.” devoted to the country’s 17th-century
history, this century is characterized not as the final stage in the formation of an
all-Russian market but as a period marking the beginning of that process. Elaboration
of the general conception was accompanied by intensive research work devoted to diverse
aspects of the history of the social, economic and political development of Russia in the
14th-16th centuries. L. V. Cherepnin’s new research work entitled “The Formation of
the Centralized Russian State” (published in I960) for the first time makes an attempt
to reveal, on the basis of extensive material, the prerequisites for the formation of a
single Russian State in the sphere of agrarian relations. L. V. Cherepnin showed that the
development of the serf-owning system was not only the consequence but also the
condition for the formation of a unified state, since in the situation of an acute class
struggle the feudals needed a strong state organization capable of protecting their owner¬
ship of the land and peasant labour. L. V. Cherepnin also makes an attempt to analyze
the role of trade, the towns and commodity circulation in the unification process. He
believes that the development of economic ties took place in the 14th-15th centuries and
that the towns played an important part in political events. However, at that period
commercial ties did not yet affect the foundations of feudal production and did not
assume the character of a qualitatively new phenomenon. The arguments advanced by
L. V. Cherepnin on that issue are regarded by the author as highly debatable ones. A new
stage in the development of trade began only from the 17th century, when the merchants
formed a separate class of feudal society. In the 14th-15th centuries the dominant role
in home trade was played by the feudals. It is very doubtful whether L. V. Cherepnin is
right when he writes about an alliance formed by the Grand Prince with the population
of the towns, since, with the exception of Novgorod and Pskov, the towns in the 14th-15th
centuries did not represent an independent political force, although the role played by
their population was quite significant. Another problem that requires elucidation in L. V.
Cherepnin’s monograph is the correlation between feudal and urban elements in the
unification process. Representing a major contribution to Soviet historiography, L. V.
Cherepnin’s monograph has profoundly disclosed the processes of the class struggle in
the 14th-I5th centuries and revealed the complexify and contradictory character
of the social-economic development at that period. At the same time it testifies to the
complex character of the problem of formation of the centralized Russian State and shows
that a number of concrete problems require further elucidation. It is necessary com¬
prehensively to examine the feudal character of Russia's political centralization, proceed¬
ing from V. I. Lenin’s directives and the results of contemporary research; to compare
the centralization processes not only in the countries of Western and Eastern Europe
but also in the countries of the East; to assess the influence of the Tatar-Mongol invasion
on the level and rate of Russia’s social-economic development (particularly the decline of
the towns), the significance of the processes of migration of the population and the forma¬
tion of the Great-Russian nationality. It is necessary to assess, in the author’s opinion,
the role and significance of the development of the state iandownership and landlord sys¬
tems for centralization, as well as the character and the basic stages in the delevopment
of money-commodity relations in feudal Russia. Profound research into every aspect of
the social, economic, political and ethnic development of feudal Russia in their close
interconnection will provide a firm basis for appraising the historical significance of the

Summaries of Major Articles
221
formation of the centralized Russian State in the entire'dialectical contradictoriness of
that process with its progressive and conservative aspects.
L. GRUPPI. The Strategy and Tactics of the Italian Communist Party at the Present Stage
Written by a member of the Central Committee of the Italian Communist Party, this
article examines the basic strategic and tactical principles of the Communist Party of
Italy, formulated by the Eighth (1956) and Eleventh (1960) Party Congresses, and re¬
views the development of the Italian labour and democratic movement in recent years.
The author comprehensively analyzes the alignment of class forces in Italy, the
position of various political parties and the general situation in the country (particularly
the “southern question”). The article cites the following statement from the documents of
the Eighth Congress of the Communist Party of Italy, which gives a generalized appraisal
of this situation: “The entire process of economic and social development in Italy points
to the need of a socialist revolution.” L. Gruppi points out that two basic questions were
of major significance for elaborating the strategy of the Italian Communist Party: What
is the connection existing between the anti-monopoly struggle and the task of carrying
out a socialist revolution? How is the struggle for a democratic revolution linked with the
struggle for a socialist revolution?
The author writes that clear answers to these questions were given by the Eighth
Congress of the Italian Communist Party. The struggle against the monopolies is the
keynote of the entire political line of the Communist Party; it is of decisive importance
in removing the chief obstacle from the road to socialism. Examining the question of the
struggle for power, L. Gruppi writes that the conquest of political power by the working
class and its allies should be regarded as a qualitative leap in a consecutive process, in
the course of which the working class does not wait for the hour of the revolution, but
carries it out daily, step by step, by achieving a number of democratic aims that are
gradually and consistently carried into practical effect, thus contributing to the attain¬
ment of socialist aims. It goes without saying that all this is regarded not as an evolution¬
ary process but as a process of a revolutionary character, which requires a broad and
powerful class struggle in a situation marked by acute political crises. Another question
comprehensively examined by the author concerns the role of the struggle waged bv the
working class for the implementation of the Constitution in the general struggle for
power. L. Gruppi emphasizes the dialectical interconnection existing between the democra¬
tic aims set forth in the Constitution and socialist aims. This interconnection is determined
by the fact that the Constitution is the logical sequence of the leading role played by the
working class in liberating the peoples from fascism in the last war, that it is precisely
the working class that stands at the head of the struggle for the practical implementation
of the Constitution. This explains the class succession between the. struggle for the demo¬
cratic aims envisaged by the Constitution and the fight for socialism. This succession
is determined by the role now played by the working class in the social life of Italy.
Without taking this into account it is impossible to understand the interconnection exist¬
ing between democratic and socialist revolution.
Then the article examines the conclusion drawn by the Eighth Congress of the Italian
Communist Party concerning the role of Parliament in the struggle for socialism.
The .author comprehensively analyzes the concept of an alliance between the working
class and the other sections of society suffering from monopoly oppression. Unity with
the Italian Socialist Party is the kingpin of the political alliances fought for by the
working class and the Communist Party. This unity constitutes the underlying basis of
the alliances extending to the Social-Democrats, Republicans and other democratic forces.
Unity of action with the Socialists is also the foundation of an alliance with the labouring
Catholic masses, which is of major significance to the Italian Communist Party in the
struggle against the monopolies, for socialism. The author cites convincing facts testifying
to the correctness of the political line mapped out by the Communist Party of Italy.
Summing up the results of the development of the Italian labour and democratic
movement in recent years, the author points out that in spite of considerable difficulties
and temporary setbacks this development proceeded uninterruptedly along an ascending
line. The results of the struggle carried on by democratic forces are generally assessed in
the following way: although the popular movement has so far failed to check the process
of concentration of the economic and political power of the monopolies, at any rate it
has succeeded not only in preventing the development of political life along reactionary
lines but also in removing the obstacles from the road of democratic development, stimu¬
lating and extending the struggle waged by the labour movement and aggravating the
crisis of the policy subordinated to the interests of the monopolies.
The article stresses that the Communists, who polled slightly more than 4,000,000
votes in the 1946 elections, now represent upwards of 7,000,000 constituents in Parlia¬
ment. The present membership of the Communist Party, including members of the Com¬
munist Youth Federation, comes to 2 million. All the Left forces in the country, which
polled nearly 8 million votes in the 1948 parliamentary elections, now enjov the support
of almost 11 million voters. Twenty-five per cent of the population in Italy vote Commu¬
nist or Socialist

222
Summaries of Major Articles
The experience of the Italian Communist Party, writes L. Gruppi, confirms that the
struggle for peace—the paramount task of our time—contributes to the growth and ex¬
tension of the camp of democratic forces and isolates the monopolist forces, particularly
when it is closely and skilfully linked with the struggle for democracy and social progress.
The fight for peaceful coexistence offers favourable opportunities to the working people
of the capitalist countries for waging a successful struggle for their rights. It creates
most beneficent conditions for the working class to continue its successful onmarch.
This experience also confirms that, with the new alignment of forces that has taken
shape in the international arena and the general development of the labour movement,
the working class in a whole number of countries has good grounds to put. forward a
program for a peaceful transition to socialism and score ever new and bigger successes
in carrying this program into practical effect.
This experience confirms, lastly, that the stronger the unity of the international Com¬
munist and labour movement, the more effectively can individual parties, relying_ on
international solidarity and adhering to the principles of proletarian internationalism,
creatively map out their political line in accordance with the concrete situation obtaining
in their countries.
B. S. NIKIROV. From the History of the Labour Movement in Cuba
The article is devoted to the history of the struggle waged by the Cuban workers
in defence of their trade union organization—the Cuban Federation of Labour—against
the offensive launched by the capitalists and imperialist agents in 1944-1948.
The author describes the powerful upsurge of the Cuban people’s struggle for their
rights in 1944 under the impact of the victories scored by the anti-Hitler coalition headed
by the U.S.S.R. in the war against nazism, which resulted in the downfall of the reactionary
dictatorial regime instituted by General Batista. However, the power was seized by
the bourgeois Partido Auténtico which put forward a demagogic program of “national
economic development” and proclaimed anti-imperialist slogans. The conquest of power
by this party was used by the reactionary elements for launching an offensive against
democratic forces, primarily the Cuban Federation of Labour which had achieved definite
successes in the struggle to improve the position of the working class during the second
world war.
The Cuban and U.S. monopolists intended to smash the Cuban Federation of Labour
with the help of the so-called "Labour Committee” set up by the ruling Partido Auténtico
with the aim of splitting the labour movement, whose members were actually paid agents
of the American Federation of Labour in the Cuban trade unions.
The author of the article points out that the struggle for the leadership of the
country’s trade union movement reached its climax in the period of preparation for the Fifth
National Congress of the Cuban Federation of Labour, held in the spring of 1947. To
secure a majority at the Congress the “Labour Committee” resorted to every conceivable
means, going to the length of organizing armed bandit attacks on progressive leaders
and organizations. But despite its foul activities the overwhelming majority of Cuban
workers were determined to safeguard the unity of the trade union movement in their
country. The Fifth National Congress of the Cuban Federation of Labour opened in the
early part of May and was attended by 1.403 delegates from 923 trade union organiza¬
tions. The overwhelming majority of the delegates sharply condemned the subversive acti¬
vity of the “Labour Committee”—that agent of imperialism in the labour movement.
Staunch fighters for working-class unity headed by Lâzaro Pena were re-elected to the
leading bodies of the Cuban Federation of Labour.
The article further tells how after the Congress the Auténticos’ government, encour¬
aged and supported by U.S. monopolists and the Cuban bourgeoisie, began openly to
suppress the democratic trade union movement in the country. The army, the police
and hired bandits raided the premises of progressive trade unions and subjected promin¬
ent leaders of the Cuban Federation of Labour to savage reprisals. On October 11, 1947,
the government outlawed the Cuban Federation of Labour and transferred its legal
powers to a puppet government-directed trade union organization set up by a group of
splitters from the “Labour Committee.” The mass protest demonstrations organized by
the Cuban workers against these arbitrary acts were suppressed by the government by
force. However, notwithstanding this reign of terror the Cuban Federation of Labour con¬
tinued to fight for workers’ interests even after it was banned, drawing new strength
in the support of the trade unions, in the assistance and sympathy of the broad masses
of Cuban workers.
Having failed in its attempt to smash and stifle the democratic forces with the
Auténticos’ help, the Cuban and American reaction once again appealed to the military
clique headed by General Batista to take over power in Cuba in 1952.
Following the triumph of the Cuban national revolution in 1959 and the overthrow
of the Batista dictatorship, the trade union unity was re-established in the country. Today
the Cuban Federation of Labour plays an outstanding part in the building of a new and
free Cuba.

ЙШ
тзс
^ · и * жкщ
tè · Μ * ШЙ**
A&^XAIMÎ№Î№W (1921—1925if:) щ . Щ . Ш * Я * ПШ
да · ш · да^адш:
ш /аа и · ж · fp^A
ШАЙ^М1№йШйЙ?ПЙЩ ЙАЙЙ/^Ф^ЙШ · шшш
яахАшжпт ш · т · &£W3t
т&щ^шчк
шпш* И·Ш№±
Ш:®(^^КШЙИ-^®^-Т1960ф.|^йШ5йХ№.··!: · Ж · ЖШФ А^А, JS ■ Ш ·
X · Ä· ЯШ
ЗМ^ГгИ
тт&тьт^ттшжтхк и · * · ш тш)
“шшфшъ}” ж· № · ъътш c^otisiö)
MiffiÄ Æ · А · «й>Ш
1959#ШьЦ#Щ±^1зШ4Ш^£ай fô S&
ШМ^1^
- Ψ#Ψ№
гойш£®ии*1Шл-я м * ж * ш&т
:ЙШ-^4
CONTENTS
Articles: £. A. Boltin. The Soviet Union and the Resistance Movement in Europe in the
Years of World War II; G. A. Deborin. Summarizing the Results of the Second International
Conference on the History of the Resistance Movement; M. N. Korovina and T. F. Kogan.
The Efforts to Improve the Material Well-Being of the Working Class (1321-25); Acade-
mician S. G. Strumilin. Concerning the Genesis of Capitalism in Russia; A. M. Sakharov.
The Problem of the Rise and Development of the Centralized Russian State in Soviet
Historiography; L. Gruppi. Member of the CC, Italian Communist Party. The Strategy and
Tactics of the Italian Communist Party at the Present Stage; B. S. Nikirov. From the His¬
tory of the Labour Movement in Cuba. Historical Science in thelJ. S. S. R.
In the Department of History of the U.S.S.R. Academy of Sciences and Research Councils:
Honouring Academician A. M. Deborin; V. A. Alexandrov and N. Y. Merpert. Session of
the Department of History of the U.S.S.R. Academy of Sciences Devoted to the Results of
Research Expeditions Carried Out in 1960; Y. O. Bern. The Activities of the Archeographic
Committee of the U.S.S.R. Academy of Sciences Department of History. Surveys and
Reviews. New Books. Articles in Soviet Historical Journals. Chronicle of Scientific Life:
A. K. Biron (Riga). Research Work Carried Out by Historians of the Latvian S.S.R. Aca¬
demy of Sciences in I960; M. I. Pshedetsky (Leningrad). “Historians’ Week”; N. M. Pa-
shayeva. The “Resistance Movement in the Countries of Europe During World War II”
Exposition; List of Theses Awarded the Candidate (Hist.) Degree in 1959. Historical
Science Abroad Surveys and Reviews. Scanning Foreign Journals. Chronicle of
Scientific Life: S. A. Feighina. International Bibliography of Historical Sciences. Letters
and Notes.

SOMMAIRE
Articles : Е. A. Bottine. Union Soviétique et le mouvement de la Resistance en Europe
au cours de la deuxième guerre mondiale ; G. A. Déborine. Sur les bilans de la 2-e Con¬
férence Internationale de l’histoire du mouvement de la Résistance; M. N. Korovina.
T. F. Kogan. La lutte pour l'amélioration du bien-être de la classe ouvrière (1921-1925) !
Académicien S. G. Stroumiline. Sur la question de la genèse du capitalisme en Russie :
A. M. Sakharov. Problème de la formation de l’Etat Russe centralisé dans la science his-
toriographique soviétique ; L. Grouppî, membre du Comité Central du Parti Communiste de
I Italie. La stratégie et la tactique du Parti Communiste Italien au cours de l’étape actuelle ;
B. S. Nikirov. Sur l’histoire du mouvement ouvrier à Cuba. Science historique en
U.R.S.S. Au Département des sciences historiques auprès de (’Académie des Sciences de
l’U.R.S.S. et aux Conseils scientifiques: Célébration de l’anniversaire de l’académicien
A M. Déborine ; V. A. Aleksandrov, N. J. Merperte. Session du Département des Sciences
historiques de l’Académie des Sciences del’U.R.S.S. ; G. O. Bern. Sur le travail de la Comis¬
sion Archéographique au Département des sciences historiques auprès de l’Académie des
Sciences de l’U.R.S.S. Revue et comptes-rendus. Livres nouveaux. Articles publiés dans les
revues historiques soviétiques. Chronique de la vie scientifique : A. K. Biron (Riga). Travail
des historiens de l'Académie des Sciences de la République Socialiste Soviétique de Let¬
tonie; M. J. Pchedezki (Léningrad). «Décade de l’historien»; N. M. Pachaéva. Exposition
«Mouvement de la Résistance dans les pays de l’Europe au cours de la deuxième guerre
mondiale». Liste de thèmes des thèses soutenus en 1959 pour le grade de licencie des
sciences historiques. Science historique à l’étranger. Revues et comptes-ren¬
dus. Lu dans les revues étrangères. Chronique de la vie scientifique : S. A. Feyguina. Bi¬
bliographie internationale des sciences historiques. Lettres et notes.
INHALT
Beiträge: Е. A. Boltin. Die Sowjetunion und die Widerstandsbewegung in Europa
während des zweiten Weltkrieges; G. A. Deborin. Die Ergebnisse der zweiten Internatio¬
nalen Konferenz über die Geschichte der Widerstandsbewegung; M. N. Korowina, T. F. Ko¬
gan. Der Kampf für die Hebung des Wohlstandes der Arbeiterklasse (1921—1925); Akade¬
miemitglied S. G. Strumilin. Zur Genesis des Kapitalismus in Rußland; A. M. Sacharow.
Die sowjetische Historiographie zum Problem der Bildung des zentralisierten Russischen
Staates; L. Gruppi, Mitglied des ZK der Italienischen Kommunistischen Partei. Strategie
und Taktik der Italienischen Kommunistischen Partei in der Gegenwart; B. S. Nikirow.
Aus der Geschichte der Arbeiterbewegung auf Kuba. Die Geschichtswissen¬
schaftin der UdSSR. Inder Abteilung für Geschichtswissenschaf
ten der UdSSR und in den wissenschaftlichen Räten: Ehrung des
Akademiemitglieds A. M. Deborin; W. A. Alexandrow, N. J. Merpert. Tagung der Abtei¬
lung für Geschichtswissenschaften bei der Akademie der Wissenschaften der UdSSR über
Feldforschungen 1960; J. O. Bem. Die Tätigkeit der Archäographischen Kommission der
Abteilung für Geschichtswissenschaften bei der Akademie der Wissenschaften der UdSSR,
Übersichten und Besprechungen. Neue Bücher. Abhandlungen in sowjetischen Geschichts¬
zeitschriften. Wissenschaftliche Chronik: A. K. Biron (Riga). Die Tätigkeit der Historiker
bei der Akademie der Wissenschaften der Lettischen Sozialistischen Sowjetrepublik (1960):
M. I. Pschedezki (Leningrad). „Dekade der Historiker“; N. M. Paschajewa. Ausstellung
„Widerstandsbewegung in europäischen Ländern während des zweiten Weltkrieges“. Ver¬
zeichnis der Themen der 1959 verteidigten Dissertationen von Kandidaten der Geschichts¬
wissenschaften. Die Geschichtswissenschaft im Auslande. Übersichten
und Besprechungen. Querschnitt durch ausländische Zeitschriften. Wissenschaftliche Chro¬
nik: S. A. Feigina. Internationale Bibliographie der Geschichtswissenschaften. Briefe
und Notizen.
Редакционная коллегия:
В. Г. ТРУХАНОВСКИИ (главный редактор), Л. С. ГАПОНЕНКО, Г. Н. ГОЛИКОВ
(первый заместитель главного редактора), Я. Я, ЗУТИС, В. М. КУЛАКОВ,
П. А. ЛАВРОВ, А. И. ЛЕВКОВСКИИ. А. Л. НАРОЧНИЦКИй, С. Д. СКАЗКИН,
Н. А. СМИРНОВ, И. А. ХРЕНОВ, В. И. ШУНКОВ.
Адрес редакции: Москва, К-6, М. Путинковский пер., 1/2, тел. Б 8-96-21.
А 06126. Подписано к печати 2/IX 1961 г. Тираж 19 950 экз.
Изд. № 1774. Заказ № 1885. Формат бум. 70х1081/16. 7 бум л.— 19,18 печ. л.
Ордена Ленина типография газеты «Правда» имени И. В. Сталина. Москва, А-47, ул, «Правды», 24,