Людвиг
Мис ван дер Роэ
(1886-1969)
Комсомольская правда Директ-Медиа Москва 2015

Жизнь и творчество
Мис ван дер Роэ говорил: «Каждая идея приводит к особого рода порядку. Таким образом, мы должны ясно представлять принципы этого порядка и четко их сформулировать. Долгий путь от исходного материала через определение функции к творческой работе над формой имеет только одну цель: создать порядок в отчаянной неразберихе нашего времени»
Эклектизм — стилевое направление в архитектуре второй половины XIX века. Архитекторы использовали формы и композиционные приемы разных эпох и стилей, создавая здания и сооружения в стиле неоклассицизма, неоренессанса, руссковизантийском и др.
Людвиг Мис ван дер Роэ
Есть имена, без которых невозможно рассказать историю современной архитектуры. Имя Людвига Миса ван дер Роэ принадлежит к их числу. Он создал легкоузнаваемый образ архитектурного сооружения: высотное здание из стекла и металла. Образ этот так широко растиражирован последователями мастера, так обманчив в своей простоте и универсален, что не потерял актуальности и сегодня, спустя почти век после появления. Архитектор, влюбленный в свет и пространство, в поисках абсолюта раздвинул границы архитектуры, чтобы оставить только самое главное — «почти ничего», по его собственным словам. Автор выражений, ставших афоризмами: «бог — в деталях!» и «меньше значит больше», он изобрел, как говорил сам, «новую грамматику архитектуры — то, что вы не можете создавать заново утром каждого понедельника...»
Людвиг Мис ван дер Роэ (Мария Людвиг Михаэль Мис) появился на свет 27 марта 1886 года в Аахене — немецком городе на границе с Голландией, бывшей столице Германской империи, на родине Карла Великого. Людвиг был самым младшим, пятым ребенком в семье
3

Дом Риля
Дом Риля. План первого этажа
Модерн (ар-нуво) — одно из названий стилевого направления в европейском и американском искусстве конца XIX — начала XX века. Для архитектуры модерна характерны отказ от ордерной системы и иных заимствований из прошлых стилей, единство конструктивного и художественного начал, многообразие форм, применение каркасных конструкций, новых строительных материалов.
мастера-каменщика Якоба Миса и Амалии Роэ (позже он прибавит к фамилии отца фамилию матери). Его отец содержал свою мастерскую, где изготавливались мраморные надгробия, кухонные столешницы и каминные порталы из камня. С 14 лет он работал в мастерской отца, здесь и познакомился с красотой камня. Сопричастность к ремеслу приучила к жесткой дисциплине, последовательности в работе, уважению к традиции. Затем Людвиг учился в народной, а позднее в ремесленной школе, одновременно подрабатывая чертежникомрисовалыциком в мастерской гипсовой орнаментики. В конце XIX века в архитектуре господствовала эклектика, и орнаменты всех стилей и эпох были востребованы. «Людовик XIV — до обеда, Ренессанс — после обеда», — шутил об этих годах Людвиг Мис ван дер Роэ.
В 1905 году Мис уехал в Берлин, где работал сначала у малоизвестного архитектора, специализирующегося на деревянном строительстве, а позже перешел в бюро Бруно Пауля, одного из лучших в то время специалистов по архитектуре и оборудованию интерьеров. Свой первый дом — дом Риля в Потсдаме — Людвиг построил, когда ему был всего 21 год. Он ничем не отличается от других частных домов тех лет и внешне выдержан в традициях местного строительства.
4

Дом Риля. Фрагмент
В 1908 году Мис поступил в молодое проектное бюро Питера Беренса. Беренс был в числе первых архитекторов, начавших проектировать промышленные здания в соответствии с требованием времени. Он писал: «Искусство не должно больше рассматриваться как личное дело, служащее прихоти. Мы не хотим эстетики, которая находит свои законы в романтических мечтаниях, а стремимся к эстетике, все закономерности которой возникают из шумной жизни». А жизнь в начале века была действительно шумной и стремительной. Искусство будто предчувствовало грядущие глобальные изменения, появилось большое количество разных художественных направлений.
Старый Свет начала XX века все еще находится под влиянием эклектики, традиции классицизма, но модерн, несмотря на недолговечность, ясно продемонстрировал новые пути для развития архитектурной мысли, став своеобразным катализатором к созданию чего-то принципиально нового. Позднее Мис ван дер Роэ писал: «В 1900 году в Европе была группа очень талантливых людей, которая основала движение ар-нуво. Они стремились создать все по-новому: новые дома, новые костюмы, новые ложки, новую жизнь — все новое. Они думали, однако, что это вопрос формы. В целом движение
Дом Риля. Фасад со стороны улицы
5

Жилой дом Л. Миса ван дер Роэ в поселке Вайсенхоф. Штутгарт, Германия
Жилой дом Л. Миса ван дер Роэ в поселке Вайсенхоф. Фрагмент фасада
осталось типичной модой и никогда не выходило за ее пределы. Они были очень талантливыми людьми, возможно, самыми талантливыми во всем мире, и все-таки они не смогли осуществить задуманное в полной мере».
Современная архитектору эпоха требовала принципиально нового подхода к архитектуре, который бы не отражал близость тому или иному историческому стилю, а представлял собой художественнокомпозиционную систему, лежащую в основе нового искусства. Мастера новых направлений ориентировались на «левое» изобразительное искусство (супрематизм, кубизм, футуризм) и вдохновлялись достижениями научно-технического прогресса (современнейшие строительные материалы, конструкции и технологии, рациональный подход к решению внутренних пространств, функциональность). Они извлекли из ордерной системы конструктивные первоэлементы форм, отказались от исторических реминисценций в облике здания и традиционных декоративных элементов, которые отражают причастность архитектуры к той или иной конфессиональной, этнической или исторической зоне. Таким образом, стерильность и абстрактность форм нового стиля вывели его на универсальный, общемировой уровень, позволили легко интегриро¬
6

Поселок Вайсенхоф. Вид сверху
ваться практически в любую культуру, поэтому он получил название «интернациональный стиль». Именно в русле интернационального стиля будет развиваться зрелое творчество Людвига Миса ван дер Роэ.
Возвращаясь к проектному бюро Питера Беренса, следует сказать, что Беренс также отдал дань стилю модерн. Собственный дом он создал как тотальное произведение искусства ( Gesamtkunstwerk): кроме самого здания он спроектировал и сделал своими руками мебель и разработал дизайн тканей. После успеха постройки в среде профессионалов Беренса пригласили для создания единого стиля компании по выпуску турбин AEG. Отношение к конструкции выдвинуло Беренса в новаторы, у которого многие хотели учиться. В 1907 году он основал архитектурное бюро в Берлине, где в числе прочих обучались трое молодых людей, которые позже напишут историю современной архитектуры: Вальтер Гропиус, Ле Корбюзье и Мис ван дер Роэ.
Мис ван дер Роэ перенял у Беренса его подход к конструкциям как первооснове архитектуры. При этом его не удовлетворяло ограниченное представление учителя об архитектурном проектировании как о процессе нахождения форм: «Я понял тогда, что архитектура — это не только новые формы... Чтобы понять,
многоэтажный дом Миса ван дер F блокированные дома П. Ауда, дом В.Буржуа, дом Адольфа Шрека, i дома Ле Корбузье и Пьерра Жаннере, дома Вальтера Гропиуса, дом Людвига Гильберсеймера, дом Бруно Таута, дом Ханса Пельцига, дом Ричерда Докера, дома Макса Таута, дом Адольфа Радинга, дом Иосифа Франка, дом Марта Штамма, дом Петера Беренса, дом Ганса Шаруна
Поселок Вайсенхоф. План
Супрематизм, кубизм, футуризм —
направления в изобразительном искусстве, зародившиеся в начале XX века. Супрематизм явился новой вехой в развитии беспредметной живописи. Кубизм характеризуется использованием подчеркнуто геометризованных условных форм. Футуристы-художники искали формы визуального и пластического выражения стремительности движения как основного признака темпа современной жизни.
7

Фабрика «Ферзайдаг». Фрагмент фасада. Крефельд, Германия
8

что же является строительным искусством, я потратил 50 лет — половину столетия!» За время ученичества у Беренса Мис ван дер Роэ перенял у него и отношение к технике как части современной культуры, прямому источнику новой эстетики. Там же он познакомился с прусским классицизмом (влияние творчества Карла Шинкеля особенно заметно в первых работах Людвига), но устоявшиеся классицистические приемы формообразования не устраивают молодого человека.
Так и не получив профильного архитектурного образования, он всему учился на практике и всегда очень много читал.
Пока шло накопление знаний, Мис выполнял частные заказы, строил дома в богатых пригородах Берлина. С помощью своего первого заказчика, господина Риля, Мис вошел в общество, где познакомился с будущей супругой Адой Брун. Они поженились в апреле 1913 года, в этом же году архитектор открыл свое проектное бюро в Берлине. В браке у них родились три девочки: Доротея, Марианна и Вальтраут. Несмотря на то что семья жены была богата и обладала связями, Людвига призвали в армию в октябре 1915 года. Служил он рядовым в Румынии, где не участвовал в боевых действиях, и в 1919 году вернулся к родным. Отношения с женой были очень эмоциональными, ив 1921-м супруги расстались; в этом же году Мария Людвиг Михаэль Мис присоединяет к своему имени фамилию матери и становится Людвигом Мисом ван дер Роэ. Немного времени спустя, в 1925 году, Мис познакомился с дизайнером текстиля Лили Рейх. Она стала его спутницей, менеджером и соратником вплоть до его отъезда из Германии в 1938 году, а после отъезда через нее архитектор поддерживал финансовые отношения со своими дочерьми и женой.
Время после открытия бюро было очень насыщенным, Мис активно взаимодействал с другими новаторами в архитектуре. Свои собственные идеи Мис воплощает в серии проектов. Особенного внимания заслуживают три проекта: во-первых, потому что в них ясно видны ключевые точки в формировании творческой концепции мастера, а во-вторых, они представляют собой своеобразный манифест новой европейской архитектуры. Это стеклянный небоскреб 1921 года, кирпичный и бетонный дома, 1921-1923 годов.
Стеклянное административное здание на Фридрихштрассе представляет собой сооружение из трех симметричных башен с острыми углами, с планом в виде трехчастного кленового листа, где центр — транспортное ядро. Однако новизна этого проекта не в
Фабрика «Ферзайдаг»
Фабрика «Ферзайдаг». Фрагмент интерьера
9

Проект стеклянного административного здания на Фридрихштрассе
Проект стеклянного административного здания на Фридрихштрассе. Берлин, Германия
Стеклянный стол из выставочного павильона. Барселона, Испания
Гезамткунстверк (Gesamtkunstwerk) — совокупное художественное произведение. Термин ввел немецкий композитор Р. Вагнер в середине XIX века. Им он определил «искусство будущего», должное, по его мнению, прийти на смену существующему разнообразию искусств. Вагнер мечтал о синкретическом слиянии музыки, слова и танца.
плане: это была одна из попыток исследовать стекло как новый строительный материал. В классической архитектуре одним из средств выражения пластики сооружения всегда была светотень. В современных прозрачных зданиях этот эффект отсутствует, потому что плоскости остекленных стен, расположенные под различными углами друг к другу, отражают на своей поверхности соседние дома и природное окружение и таким образом становятся гигантскими зеркалами, отчего архитектура здания как бы растворяется и отступает на второй план. Миса чрезвычайно заинтересовал этот эффект и, сделав макет своего проекта, он написал: «Я решил, что форма призмы наилучшим образом подходит для треугольной строительной площадки. Я разместил стеклянные стены под такими острыми углами, чтобы разрушить монотонность огромной стеклянной поверхности. Работая с реальными стеклянными моделями, я обнаружил, что важной является игра отражений, а не эффекты света и тени, как в обычных зданиях. При сплошном остеклении нет нужды использовать обычные оконные конструкции, так как нет стены как таковой». Архитектор, по его собственным словам, считал, что стекло — это «кожа», а каркас — это «кости». Так он создал свою архитектуру «кожи и костей».

Реконструированная обстановка детской на вилле Тугендхат. Брно, Чехия
Также важными стали два проекта сельских домов: один из железобетона, другой из кирпича. В них архитектор использует супрематическую идею так называемого свободного плана, открывшего перед ним широчайшие композиционные возможности. Что же такое универсальная, многофункциональная планировка, то есть свободный план? Оказывается, гибкая и мобильная, что на практике означает фактическое отсутствие перегородок и зонирования. Эти ранние проекты содержат в себе главные принципы архитектурного мышления Миса ван дер Роэ: свободный план, каркасное строительство (архитектура «кожи и костей») и внимание к материалу.
Дом Ланге и дом Эстер 1930 года — виллы, основанные на проекте кирпичного дома 1923 года. Стена уже не рассматривается как подчиненный элемент замкнутой со всех сторон коробки здания — она приобретает самостоятельное значение, выведена за пределы внутреннего пространства, связывая его с окружающей средой. Вместо отдельных, вставленных в стены окон применены сплошные остекленные поверхности, контрастирующие с глухими участками стен. Авангардисты — современники Миса ван дер Роэ стремились делать стены гладкими и таким образом подчеркивали
Кресло «Барселона»
11

Дом Эстер. Крефельд, Германия
их геометрию. В отличие от коллег Мис оставался приверженцем выразительности натуральных материалов, в данном случае кирпича, видя в нем носителя структуры. Он точно вымерял кирпичную кладку, подчиняя все размеры сооружения модулю кирпича. Кирпич при этом заказывался в Голландии, и Мис лично занимался отбором каждой партии, чтобы они не отличались по цвету, ведь «сооружение — это единое целое от вершины до подножия, а его мельчайшие детали выражают те же идеи...» или «бог — в деталях!».
Мис ван дер Роэ принимал активное участие в авангардном движении в Германии в период после Первой мировой войны, состоял в немецком «Веркбунде».
Для того чтобы продемонстрировать широкой публике эстетические и функциональные преимущества новых материалов и возможностей строительства, и даже шире — «нового образа жизни», в рамках устроенной «Веркбундом» международной выставки «Современная квартира» (Штутгарт, 1927) был построен образцовый поселок Вайсенхоф. Мис руководил проектом, в создании которого участвовали молодые архитекторыноваторы Бруно Таут, Ле Корбюзье, Вальтер Гропиус, Ганс Шарун, а также представители старшего поколедом Эстер. Фрагмент интерьера ния Питер Беренс и Ганс Пёльциг. Всего поселок строи-
12

Дом Ланге. Крефельд, Германия
ли и оформляли 17 архитекторов и 55 дизайнеров интерьеров из пяти европейских стран. Вайсенхоф был не только демонстрацией передовых архитектурных идей 1920-х годов, но еще и следствием глобальности и близости различных направлений современного движения. Создатель генерального плана поселка и руководитель всего проекта Мис ван дер Роэ, по его словам, «отказался от того, чтобы устанавливать жесткую программу, обеспечивая каждому как можно больше свободы для выражения своих идей». Например, здание Ле Корбюзье иллюстрировало его тезис «дом — машина для жилья», Вальтер Гропиус своим проектом хотел показать эффективность сбора целых домов в заводских условиях. Дом, построенный Мисом, представляет собой самый крупный жилой дом, состоящий из четырех секций и являющийся центральной точкой в плане всего поселка. Неподвижными в доме оставались только стены, разделяющие секции, лестничные клетки и санузлы. В квартирах возможно было менять планировку с помощью подвижных перегородок, что показывало, таким образом, преимущества мобильного пространства.
После успеха Вайсенхофа, в 1929 году, Мис был избран для строительства павильона Германии на международной выставке в Барселоне. Если в Вайсенхофе
Дом Ланге. Фрагмент интерьера
13

Дом Лемке. Берлин, Германия
архитектор продемонстрировал свои идеи применительно к утилитарному пространству, то павильон в Барселоне идеально воплощал концепцию «свободного плана» и наглядно объяснял тезис о «боге в деталях» (весьма, надо заметить, дорогостоящих деталях), потому что выставочный павильон давал такую возможность — он сам по себе экспонат, архитектура только для архитектуры.
Несмотря на кризис, который охватил всю Европу, в 1930 году Мис строит в Брно (тогда Чехословакия) виллу для семьи известных чешских промышленников Тугендхатов. В 1932 году он создает последнюю свою постройку в Германии — дом семьи Лемке. Главная уникальная особенность дома — две стеклянные стены, которые своей прозрачностью соединяют внутреннее пространство дома с природной средой своеобразного дворика.
В июне 1930 года Мис заменил Ханнеса Мейера на посту директора школы «Баухауз», основанной архитектором Вальтером Гропиусом в 1919 году. «Баухауз» символизировал саму сущность современного дизайна и был очень левым по своим политическим настроениям. Мис пытался деполитизировать школу, но ему это не удалось. В 1932 году правительство отозвало финансо¬
14

вую поддержку, однако Мис вновь открыл школу — уже на собственные средства. В середине марта 1933 года в Германии начали работу первые концентрационные лагеря, и 11 апреля нацисты закрыли «Баухауз».
К 1935 году современное искусство в Германии почти под запретом. Многие прогрессивные художники и ученые покидают страну (и вообще Европу), эмигрируя в США, но Мис пытается остаться на родине. В 1933 году он участвует в конкурсе на здание Рейхсбанка, в котором попытался разработать высотное каркасное сооружение. Его стиль был отвергнут как «не немецкий».
Большую часть 1937 года Мис провел в США, где встретился с американским архитектором-новатором Фрэнком Ллойдом Райтом. В их эстетике много общего: концепция пространства и использование самых лучших отделочных материалов никогда не приносятся в угоду функциональности. В 1938 году Мис ван дер Роэ принял приглашение стать директором архитектурной школы Чикагского технологического института вооружений, который вскоре станет Иллинойским технологическим институтом. Впоследствии маэстро назначили главным проектировщиком новых зданий и генерального плана университетской территории. Все его постройки сохранились здесь до сих пор, среди них Зал выпускников,
Дом Лемке. Интерьеры
15

Вилла Фарнсворт. Плано, США
Вилла Фарнсворт. Фрагмент интерьера
часовня и настоящий шедевр — «Краун-холл», построенный для факультета архитектуры. Также Мис получил возможность создать свою систему образования архитекторов, соединив все лучшие достижения европейской авангардной школы и так называемой первой Чикагской школы конца XIX века. Его ученики стали работать в стиле, который считают второй Чикагской школой.
В 1944 году Мис ван дер Роэ получил американское гражданство.
Творческая система архитектора к тому времени в целом уже сложилась. В американский период он развивал два типа зданий: первый — горизонтальный параллелепипед с нерасчлененным пространством, перекрытым без промежуточных опор, здание — хрустальный ларец, идущее от виллы Фарнсворт; второй — вертикальный параллелепипед, каркасное здание, образованное суммой равноценных ячеек, «упакованной» в единый объем прозрачными экранами навешенных на каркас стеклянных стен.
В 1946 году архитектурное бюро процветало, Мис тогда считался одной из авторитетнейших фигур мировой архитектуры. На одной из светских вечеринок он познакомился с известным чикагским доктором Эдит Фарнсворт и принимает ее предложение построить
16

Вилла Фарнсворт. Фрагмент
небольшой загородный дом на реке Фокс, на участке более 40 гектаров. Это здание, по сути, является манифестом концепции архитектуры «кожи и костей», сооружением, ставшим символом новой американской архитектуры. Пожалуй, ни одно творение Миса ван дер Роэ не вызвало столько ожесточенных споров, как возведенная в 1950 году вилла Фарнсворт. Несмотря на небольшие размеры — 23x9 метров, она поднялась до статуса монумента. Сама постройка представляет собой предельно простую структуру из восьми двутавровых стоек, которые держат две одинаковые по площади горизонтальные плоскости — потолок и подиум. При этом нижняя плоскость приподнята над землей на высоту в 1,6 метра, что создает эффект подвешенной стены, которая в данном случае сделана из стекла. Стойки, расставленные по периметру вытянутых сторон здания на расстоянии 7 метров одна от другой, не доходят до углов, оставляя их свободными, что усиливает эффект приподнятости всей конструкции. С одной из сторон к зданию примыкает третья плоскость — меньшая по площади терраса, опирающаяся на шесть невысоких стоек. Призматический объем здания и плоская терраса образуют асимметричную композицию, состоящую из двух симметричных элементов,
Первая Чикагская школа — направление в американской архитектуре, сложившееся в 1880-е годы в Северной Америке с центром в Чикаго. Архитекторы первой Чикагской школы разрабатывали новый тип сооружений — высотное здание. Они применяли металлический каркас и строго вертикальные пропорции зданий, следуя логике и ритмике, свойственным ячеистой структуре конторского здания.
Двутавр — стандартный профиль конструктивных элементов из черного проката или дерева, имеющий сечение, близкое по форме букве «Н». Балка двутаврового профиля в 30 раз жестче и в 7 раз прочнее балки квадратного профиля аналогичной площади сечения.
Травертин — природный камень, широко применяемый для строительства и отделки с самых давних времен, хорошо поддается шлифовке. Для травертина характерны пористое строение, ноздреватость, небольшая твердость (не оставляет царапин на стекле), светлая окраска (белый, сероватый, желтоватый), красота и выразительность природного рисунка шлифованной поверхности.
17

Внутри, за фанерными
Стеклянные стены стойками, скрыто
основного объема — это Расстояние между сантехническое ядро
«кожа» здания стойками — 7 м здания
Вилла Фарнсворт
18

Двутавры, несущие конструкцию, — это «кости» здания
Расстояние от земли до пола — 1,6 м
Свободные углы придают конструкции визуальную легкость
19

Мебель «Тугендхат» в интерьерах виллы Фарнсворт
Вилла Фарнсворт. Интерьер
и целых три разных пространства: застекленный основной объем, крытую террасу и открытую террасу.
Подиум, терраса и ступени отделаны травертином, а открытые металлические элементы после тщательной шлифовки швов выкрашены белой эмалью. Внутреннее пространство никак не разграничено, только в центре выделено сантехническое ядро (душевая и туалет), скрытое фанерными стенами. Притом что лаконичные формы постройки далеки от природных биоморфных, она как будто растворяется в окружающем ландшафте. Так и должны, по мнению ван дер Роэ, соотноситься человеческое и Божественное: проникать друг в друга и дополнять, сохраняя свою изначальную сущность. Будучи живым воплощением принципа «кожи и костей», вилла предлагала ничем не защищенную, открытую форму проживания в своеобразном аквариуме. Несмотря на то что на начальном этапе Эдит Фарнсворт предоставила архитектору абсолютную свободу, к концу строительства их отношения заметно разладились, они даже устроили взаимную судебную тяжбу по поводу возросшей стоимости работ. В профессиональной среде мнения разделились на «за» и «против» довольно радикально, однако вся эта шумиха только прибавила заказов архитектурному бюро Миса ван дер Роэ.
20

Мебель «Барселона» на вилле Фарнсворт
Свое первое высотное здание в США Мис построил в 1949 году. Жилой комплекс «Промонтори» в Чикаго стал отправной точкой для второй важнейшей линии творческой деятельности Миса ван дер Роэ в Новом Свете — строительства высотных жилых и общественных зданий со сложной функциональной программой, выполненных из стекла и металла. В 1951 году Мис возвел одно из самых значительных своих сооружений — жилой комплекс «Лейк-Шор-драйв, 860-880». Благодаря этому проекту американский интернациональный стиль распространился по всему миру. Несмотря на множество недостатков и неудобств, выявившихся после заселения жильцов, рождение эталона состоялось.
В 1954 году Мис ван дер Роэ спроектировал здание, которое можно считать вершиной высотной модернистской архитектуры — «Сигрэм-билдинг» в Нью-Йорке. Здания жилого комплекса на Лэйк-Шор в Чикаго произвели впечатление на владельца фирмы «Бронфман и сыновья», производившей виски «Сигрэм». Фирма планировала открытие своей штаб-квартиры в Нью-Йорке. Соавтором проекта выступил американский архитектор Филип Джонсон, очень влиятельная фигура не только в американской архитектуре, но и один из теоретиков интернационального стиля.
Вилла Фарнсворт. Интерьер
21

ш
:
Щ] :
у >
Ш1
&т
«Сигрэм-билдинг». Нью-Йорк, США
22

«Сигрэм-билдинг». Вид на вестибюль
На небольшой квадратной в плане площадке, на знаменитой и престижной Парк-авеню, расположился невысокий по нью-йоркским меркам 38-этажный небоскреб высотой 157 метров. Однако он заметно выделяется среди других зданий Манхэттена. Мис предложил простой прием: отодвинуть здание от красной линии метров на 20-30. Этого оказалось вполне достаточно, чтобы открыть взгляду человека не нависающую стену небоскреба, а элегантный фасад с идеальными пропорциями и дорогими отделочными материалами, который предваряют два симметричных бассейна с фонтанами. Учитывая стоимость земли на Манхэттене и штраф за нерациональное использование строительного участка, эта небольшая площадь перед зданием едва ли не дороже всего строительства. Симметрия и строгое следование структурированной форме стали залогом успеха «черного кристалла», как назвали высотку критики.
В структуре фасадов здания повторен метод, применявшийся в зданиях на Лейк-Шор-драйв, но здесь облицовка сделана не из стали, а из бронзы, а прозрачное стекло заменено затемненным дымчатым. Верхний объем небоскреба, выполненный в идеальном пропорциональном соотношении к основному объему, вообще не застеклен и не имеет горизонтального членения, как
т—т — ■
<Сигрэм-билдинг». План застройки участка
Красная линия застройки — условная граница, отделяющая улицы, проезды, площади от застраиваемых территорий. Чаще всего здания возводятся вдоль красной линии.
23

«Доминион-центр». Торонто, Канада
бы венчая башню сплошным коробом, что усложняет композицию и придает ей большую выразительность. Благодаря вовсе не дешевым материалам внешней отделки здание выглядит торжественно. Отделка интерьеров подхватывает дорогостоящую элегантность фасадов — травертин, бронза, мозаики из разных видов натурального камня, обилие деревянных и стеклянных элементов. Совершенство исполнения всегда входило в эстетическую программу маэстро. На одном из верхних этажей расположен ресторан «Четыре сезона», который спроектировал Филип Джонсон. Это здание — ранний пример ускоренного строительства, когда сопутствующая документация создавалась одновременно с работами. Строительство «Сигрэм» закончилось, когда Мису было уже 72 года, тогда же он оставил руководство архитектурным факультетом. Так и не получив высшего профессионального образования, он состоялся как один из самых выдающихся архитекторов своего времени. Небоскреб «Сигрэм», вилла Фарнсворт и «Краунхолл» воплотили основные принципы и его философию понимания архитектуры.
Свою последнюю работу — здание Новой национальной галереи в Берлине Мис завершил в 1968 году. Архитектор умер 17 августа 1969 года — через год после окончания строительства галереи, которое курировал лично. После кремации его прах захоронен на чикагском кладбище Грэйслэнд.
Видимая простота форм зданий Миса обманчива, уникальность каждого достигается тонко модулированными ритмами и нюансами деталей, которые трудно выделить. Приемы, выработанные архитектором, стали стереотипами массовой культуры, они освобождены от сложных подтекстов и более удобны для тиражирования, чем исходные образцы. Сам архитектор в одном из поздних интервью сказал: «[Моя] концепция не выйдет из моды по двум причинам. Она прогрессивна, и она консервативна — в одно и то же время. Она прогрессивна, так как использует научные и технические достижения и основные возможности нашего времени. Она имеет научный характер, но она — не наука. Она использует технологические средства, но она — не технология. Она консервативна, так как сосредоточена не только на пользе, но связана и со смысловым значением, сосредоточена не только на функции, но и на выражении. Она консервативна, так как основана на вечных законах архитектуры: порядок, пространство, пропорции».
Здание «ИБМ-плаза». Чикаго, США

fiilSiffeg
Немецкий павильон на выставке в Барселоне в 1929 году

Немецкий павильон в Барселоне. 1929 г.
Немецкий павильон в Барселоне. Стереометрия
Неопластицизм — художественное течение начала XX века, базирующееся на доктрине «искусства чистой пластики», выработанной голландским абстракционистом Питом Мондрианом и осуществленной им в собственном творчестве. Неопластицизм утверждал ясность, простоту, конструктивность чистых, неприродных геометрических форм.
После успеха выставочного поселка Вайсенхоф Миса ван дер Роэ избрали для строительства немецкого павильона на международной выставке в Барселоне в 1929 году. Предполагалось, что павильон будет представлять Веймарскую республику процветающей, культурно-прогрессивной и пацифистской — такой вот автопортрет через архитектуру. Комиссар немецкого павильона Георг фон Шницлер считал, что это должен быть «голос духа новой эры». Единственное серьезное ограничение, с которым столкнулся архитектор, — время: на создание проекта у Миса был всего год.
Павильон стал воплощением новой концепции пространства, свободного плана и взаимопроникновения экстерьера и интерьера. Свобода возведена в абсолют, в павильоне нет ни дверей, ни замкнутых помещений. В композиции вертикальных и горизонтальных плоскостей, сведенных к единству подиумом и двумя плоскими крышами, ни одно пространство не было замкнуто архитектурной формой, но лишь направлялось ей и «текло» беспрерывно. Метафору конструкции Мис соединил с метафорой пространства, направляемого в своем движении, но не изолированного от космической целостности внешнего пространства.
26

Общий вид павильона
В основании павильона — монументальный цоколь из итальянского травертина, с двумя бассейнами. Легкая горизонтальная плита кровли опирается на асимметрично расположенные, отдельно стоящие стены из оникса, травертина, зеленого мрамора и на два ряда стальных, крестообразных в сечении хромированных стоек. Несмотря на регулярную восьмиколонную сетку, пьедестал и использование камня, которые ассоциировались с классицизмом, павильон в Барселоне — безусловно абстрактная композиция. Прообразами для Миса служили работы Райта, Лисицкого, голландских неопластицистов. Своеобразное восприятие строения во многом вызвано иллюзорным оформлением поверхностей. Панели, облицованные мрамором, отражаются в стеклянных экранах и сами отражают блеск хромированных стоек, которыми закреплено стекло. Игру фактуры и цвета являют плоскости внутреннего «ядра» из полированного оникса и длинная стена из травертина. Стена фланкировала главную террасу с большим бассейном, водная гладь которого стала отражающей горизонтальной поверхностью. По контрасту с этим внутреннее пространство павильона со стойками и перегородками, демонстрирующими красоту
Фрагмент стены из зеленого мрамора
27

Длина скамьи — 15,5 м
Отражающие свойства воды и стекла использованы в качестве декоративных элементов
Стена из травертина длиной 21 м
Скамья стоит на некотором расстоянии от павильона и к долгому отдыху не располагает
В павильоне не было экспонатов — он сам был экспонатом
Немецкий павильон в Барселоне
28

Эта стена — из зеленого мрамора
Для перегородок Мис выбрал красивый природный камень, а для опор — хромированный металл
В глубине павильона находится полузамкнутый дворик, стены которого облицованы зеленым мрамором. В нем также есть небольшой декоративный бассейн
Стекло чуть затемнено и с зеленоватым оттенком
29

Стена и скамья из травертина у большого бассейна
природного камня, замыкается в полузамкнутом дворике с бассейном с дном, выложенным черным стеклом. Фокусом композиции стала скульптура «Утро» Георга Колбе, высеченная из зеленого мрамора и установленная над зеркальной гладью маленького бассейна. Волнистые, природные очертания статуи только подчеркивают строгую геометрию общего пространства. Предполагалось, что в пару изваянию в павильоне будет размещена еще одна скульптура — «Вечер», но впоследствии Мис отказался от этой идеи.
Павильон расположен на пути в королевский дворец, который был во время выставки местом официальных приемов короля Альфонсо XII. По замыслу архитектора его постройка могла служить местом для отдыха по дороге к дворцу. Единственными предметами в павильоне стали кресла «Барселона», которым отводилась роль, ни много ни мало, тронов для короля и королевы. Свое название они получили потому, что созданы специально для этого места, а позднее стали знаковым предметом мебели. Их отличает простой и теперь узнаваемый дизайн: Х-образные металлические опоры и кожаные сиденья и спинки. Ширина и глубина сиденья и высота задней спинки равны, а кривые линии опор являются производными от комбинации трех
30

Фрагмент стены из оникса и вид на внутренний дворик
пересекающихся кругов. Спинку и сиденье поддерживает металлический каркас с прочными усиленными кожаными ремнями. Кожаные подушки, декорированные стяжкой с пуговицами, легко крепятся к каркасу, ремни и подушки заменяемы. Мис ван дер Роэ говорил об этой работе: «Кресло — очень сложный предмет. Все, кто когда-либо пытался сделать кресло, знают это. Существуют бесконечные возможности и уйма сложностей — кресло должно быть легким, крепким и удобным. Построить небоскреб чуть ли не проще, чем сделать кресло».
Первоначально, до появления нержавеющей стали и технологии бесшовной сварки, опоры и каркас кресел скреплялись между собой болтами. С развитием технологий и началом использования нержавеющей стали в 1950 году Мис ван дер Роэ изменил конструкцию каркаса и опор, применив технологию бесшовной сварки. Также свиная кожа, используемая в оригинальном кресле, была заменена на телячью. Но, несмотря на возможности машинного производства, для изготовления кресла «Барселона» требуется много ручной работы.
После выставки павильон был разобран и отправлен обратно в Германию, где его части использовались для других строений. В 1980 году власти Барселоны решили
Скульптура «Утро» Г. Колбе во внутреннем дворике
31

Стена из оникса
восстановить павильон. Работы велись очень тщательно, натуральный камень привезли из тех же мест, что и материал для оригинальной постройки; они начались в 1983 году и закончились в 1986-м.
Когда городской совет только принял решение о реконструкции павильона, был основан фонд Миса ван дер Роэ. Фонд существует и до сих пор — это некоммерческая организация, занимающаяся поддержкой современной архитектуры. Одна из главных задач фонда — дважды в год организовывать церемонию вручения награды «Приз Европейского союза за достижения в области современной архитектуры».
Мебель «Барселона>

Вилла Тугендхат

Эскиз виллы
— J 1—3! Ш.'.'ХУ.чГ
Г”
ш
4J 1
Гп Шв
1*
- : у |
’ сз г*
" гф'ТПГ"!
Чертеж западного фасада виллы
Чешский город Брно долгое время был частью Австро-Венгерской империи, где проживало большое количество немцев. После ее распада в 1918 году Чехия и Словакия объединились в одно государство и приняли демократическую конституцию. Чехословакия стала наследницей основных производственных регионов: в частности, в Брно, втором по величине городе страны, было сконцентрировано металлообрабатывающее и текстильное производство. В либеральной политической атмосфере того времени чехословацкие партии сосуществовали с немецкими социал-демократической партией и партией судетских немцев, которые отражали интересы немецкоговорящего меньшинства, проживающего в регионе. Развитие промышленности способствовало строительному буму, а интернациональный язык современной архитектуры позволял создавать совершенно разные новые формы. Если столица Чехии Прага считается городом барокко, то Брно стал центром модернистской архитектуры.
Семьи Греты и Фрица Тугендхат принадлежали к немецкой промышленной элите. Участок для первого общего дома супругов подарил Грете на свадьбу ее отец. Заказчики познакомились с Мисом летом 1928 года в Германии, и почти сразу архитектор посетил место бу¬
34

Макет виллы
дущего строительства. Он хорошо знал, что собирается работать в городе, где очень активна группа современных архитекторов и сконцентрировано, вероятно, наибольшее количество современных зданий во всей Европе. В 1928 году в Брно прошла выставка современной культуры, которая демонстрировала свободный дух молодого чехословацкого государства в год его 10-летия и потенциал современного искусства. Отец Греты, Альфред, и брат Фрица, Эмиль, участвовали в финансировании экспозиции. Благодаря ей на окраине города появился квартал «Новый дом», при строительстве которого были учтены все последние архитектурные идеи, впервые «прозвучавшие» в Вайсенхофе.
Работа над проектом виллы Тугендхат шла одновременно с работой над выставочным павильоном в Барселоне. В вилле архитектор воплотил те же идеи каркасного строительства и свободного пространства, что и в конструкции павильона, но адаптировал их для функционального жилища. Возведение дома Тугендхатов началось летом 1929 года, сразу же после открытия в мае выставки в Барселоне.
Участок, предназначенный для здания, был довольно обширен, однако архитектор выбрал склон — с него открывался прекрасный вид на город и старый замок.
Совмещенный план жилых этажей
35

Вид на виллу со стороны сада
36

Уличный фасад
Дом состоит из трех этажей, у каждого свой оригинальный план и назначение. Со стороны улицы оно выглядит одноэтажным, вытянутым по горизонтали, с довольно аскетичным фасадом из нескольких частей. Главным, безусловно, является фасад, обращенный в сад. Здесь первый этаж напоминает, скорее, массивный цоколь и скрывает в себе инженерные системы жизнеобеспечения дома. Пространство второго этажа заключено в стеклянную оболочку, отсюда открывается панорамный вид с высоты на сад и город. Ко второму этажу ведет лестница, которая выходит на открытую входную террасу. Верхний этаж дома — он единственный имеет уличный фасад — также напоминает огромную террасу, на которой расположены закрытые, отдельно стоящие объемы жилых помещений для всех обитателей виллы.
Такая огромная площадь остекления и открытые террасы на разных уровнях стали возможны благодаря новаторской конструкции здания. Основу ее составляет каркас из 29 крестообразных в плане металлических опор, на уровне второго этажа они хромированы и являются неотъемлемой частью интерьера. Эта конструкция освобождает внешние стены от несущей нагрузки, что и позволило сделать их стеклянными на всем уровне второго этажа. Заполняющая каркас кирпичная
Вход в виллу со стороны улицы
37

Гладкие, нейтрального
цвета стены — характерная Только у этого этажа есть
черта модернистской противоположный фасад Здесь располагались
архитектуры со стороны улицы личные покои хозяев виллы
Вилла Тугендхат
38

Благодаря стеклянной стене сад становится частью интерьера гостиной
Две из четырех стеклянных панелей опускаются автоматически. Размер каждой панели — 3x4,9 м
Первый этаж выглядит как цоколь, на нем находятся технические помещения
Толщина оригинальных стекол была 9,8 мм
39

Интерьеры виллы
кладка скрыта под светлой штукатуркой, что было более характерно для местного строительства.
Кухня и другие хозяйственные помещения находятся на втором этаже, они занимают левую часть этажа и спрятаны внутри основного объема. В кухне был лифт для еды на случай, если дети остаются обедать с няней наверху в своих комнатах. За стеклянной стеной второго этажа, которая выступает из основного объема здания в сад, располагаются гостиная, столовая, музыкальный салон, библиотека и зимний сад — и все это в едином пространстве. Это, безусловно, главная часть дома, она производила впечатление на гостей не только своим размером (24x16,5 метра). Две из четырех стеклянных панелей длинной части стены опускались и исчезали в полу — в то время это воспринималось как аттракцион. К слову сказать, вилла была оборудована самыми новыми изобретениями. Кроме уже упомянутых опускающихся окон и лифта для еды здесь стояла система охлаждения, нагрева и очищения воздуха, прототип современных кондиционеров, а также электрическая система сигнализации.
Функционально зоны гостиной разделяет полукруглая стена из макасарского дерева с выразительным природным рисунком (дерево привезено из Юго-
40

Интерьер виллы
Восточной Азии) и стена из натурального оникса медово-желтого цвета со светлыми прожилками из Марокко. Все окна в комнате можно было закрыть шторами из шелка и бархата. В зоне между окном и стеной из оникса располагается гостиная, за ней — зона библиотеки. Полукруглая стена из темного дерева обрамляет зону столовой, за ней находилась зона отдыха с мягким освещением — благодаря стене из опалового стекла, за которой в свою очередь скрыта лестница. Опаловое стекло было современным изобретением в Германии и широко использовалось в Берлине, критики в 1932 году назвали его «городом опалового стекла».
Пол в гостиной был застелен линолеумом, который изготавливали из натуральных древесных смол, коры пробкового дуба и извести. В Германии он известен с 1882 года, применялся в основном для кухонь и ванных, часто был с декоративной и красочной поверхностью, имитирующей восточные ковры. На вилле Тугендхат линолеум постелен в самой главной части дома — гостиной, он такого же белого цвета, как и потолок, что подчеркивает пластическую ясность лаконичной мебели. Вдоль короткой боковой стеклянной стены устроен зимний сад и даже небольшой бассейн, в котором и зимой могли плавать рыбки. Десять сверкающих
Опаловое стекло — изготовленное методом машинной вытяжки белое стекло. При его изготовлении в массу для получения стекла примешивают сырьевые материалы, способные понизить светопропускную способность будущего стекла. Опаловое стекло в обязательном порядке проходит процесс закалки, оно не боится царапин, обладает повышенной ударостойкостью.
41

хромированной сталью колонн задают ритм пространству, разделяя его на равные промежутки. В качестве отделочного камня для открытых террас и ступеней лестницы внутри дома использовался травертин.
Фриц Тугендхат ненавидел комнаты, «полные фарфоровых фигурок и связанных вручную салфеток», а его будущая жена Грета желала жить в «просторном современном и светлом доме простых форм».
Вся мебель и текстиль разработаны специально для виллы самим архитектором и его помощницей, компаньоном и партнером Лили Рейх. В первую очередь, это кресла «Брно» и «Тугендхат». Подобно креслам «Барселона», они сочетают современный дизайн с хромированными элементами и дорогую кожаную отделку с декоративной стяжкой. Расстановка мебели также была тщательно продумана. Например, в столовой зоне стоял большой круглый стол грушевого дерева, вмонтированный в пол, чтобы его нельзя было передвинуть. Существует история, что после строительства хозяева привезли на виллу рояль — без ведома архитектора, и, когда он, спустя какое-то время, собирался навестить Тугендхатов в их доме, они даже хотели вынести инструмент, но визит отложился и им не пришлось этого делать.
К сожалению, спокойная и счастливая жизнь на вилле Греты и Фрица Тугендхатов закончилась в 1938 году, когда они были вынуждены покинуть Брно и вообще предвоенную Европу из-за своего еврейского происхождения. У их любимого дома судьба сложилась непросто. Во время войны в нем размещалось конструкторское бюро фирмы «Мессершмит», в этот период здание подверглось радикальной переделке: были выстроены разделительные стены, а декоративные ониксовая и деревянная исчезли. После входа советских войск в Чехословакию в 1945 году в вилле устроили конюшню. После войны поэтапно здесь размещались школа танцев и институт лечебной физкультуры. В 80-е годы XX века на вилле были проведены первые ремонтные работы, и ее использовали как представительское здание, здесь в 1993 году был подписан исторический договор о разделении Чехословакии.
С 2001 года вилла вошла в Список объектов культурного наследия ЮНЕСКО. Масштабная реконструкция виллы, которая предполагала восстановление ее в первоначальных формах, началась в 2010 году и была закончена в 2012-м. С тех пор вилла функционирует как музейный объект и место проведения конференций.
Интерьеры виллы

Иллинойский технологический институт

«Комонс-холл» (университетская столовая)
Комонс-холл». Интерьер
В 1938 году Людвиг Мис ван дер Роэ стал главой архитектурного факультета Иллинойского технологического института в Чикаго. В своей речи по этому поводу он сказал: «Архитектура — поле боя для духа. Архитектура пишет по-своему историю эпох и дает им их имена. Архитектура зависит от своего времени. Она — кристаллизация его внутренней структуры, постепенное раскрытие его формы». Мис ван дер Роэ видел архитектуру неотделимой от технологий и техники. Также он считал, что цель образования — не просто дать студентам определенные навыки и умения, а сформировать личность, способную различать цену и ценности. Архитектура, с одной стороны, обладает ценой, потому что стоимость строительства можно выразить в денежном эквиваленте, с другой — она безусловная ценность, потому что является искусством, считал Мис ван дер Роэ.
Кроме того, что архитектор был назначен главой факультета, он еще и получил возможность спроектировать городок для Иллинойского технологического института. В проекте застройки, которая была распланирована на 10 лет вперед, проявляются сразу две генеральные линии, наблюдаемые в творчестве Миса ван дер Роэ с начала 1930-х годов. С одной стороны — стремление к дематериализации архитектуры, перевод строительной
44

Корпус выпускников. Часть фасада
формы в систему скользящих плоскостей, подвешенных в прозрачном пространстве, с другой — преклонение перед ясно выраженной структурой. Таким образом, Мис совмещает пространство и конструкцию, прозрачность и материальность, обращаясь к стеклу, которое в зависимости от условий позволяет по-разному интерпретировать стену как необходимую тектоническую опору.
Другая важная особенность этого заказа заключалась в следующем: Мис ван дер Роэ впервые строил общественные здания, функциональная задача которых столь изменчива, что от мастера требовалась архитектура свободная, которая не устарела бы морально и соответствовала изменчивой природе университетских построек.
В основе планировки застройки лежит геометрическая прямоугольная сетка с ячейками 7,2x7,2 метра, раскинувшаяся на площади 45 гектаров. В качестве единого вертикального модуля выбран один этаж высотой 3,6 метра. Все здания расположены симметрично, но достаточно свободно расставлены по сетке. Перспективу в промежутке между двумя параллельными корпусами всегда замыкает третий корпус, что создает особую гармонию перетекающего пространства, лишенного тупиков и композиционных перегрузок. Это
Корпус выпускников. Фрагмент фасада
45

V
w
Факультет минералогии и металловедения
Факультет минералогии и металловедения. Фрагмент фасада
не что иное, как идея структурированного «свободного плана», уже опробованная в павильоне в Барселоне, но перенесенная на гораздо больший масштаб. В качестве планировочной и конструктивной основы был взят металлический каркас, четко выявляемый на всех фасадах, заполнение — кирпич и стекло. Технологичность и единообразие в использовании материалов определили гармонию всего комплекса. Структурная правдивость стала основой грамматики всех сооружений.
Первым зданием на территории института и вообще первым зданием, построенным Мисом в Америке, стал факультет минералогии и металловедения (1942—1943). Технологической сутью здания являются двутавровые опоры, которые создают его каркас, они легко читаются как в экстерьере, так и в интерьере. Здание представляет собой простой прямоугольный объем, металлический каркас которого заполнен кирпичной кладкой. На южном фасаде кирпич маркирует только цокольную часть, остальная часть — плоскость сплошного остекления.
Здание было открыто 11 января 1943 года, несмотря на то что во время Второй мировой войны строительство в стране в основном было заморожено, особенно проекты, предполагавшие использование большого количества металла. Но Иллинойский институт служил
46

Факультет минералогии и металловедения. Вид со стороны шоссе
своей стране, став центром военной технологической подготовки на Среднем Западе, где развернулись обучающие программы для женщин и «белых воротничков», которые потеряли работу. Здесь готовили специалистов, способных разбираться в металлах для создания и усовершенствования оружия. Таким образом, здание факультета минералогии и металловедения было необходимым в условиях войны. В пресс-релизе, выпущенном по случаю его открытия, с гордостью отмечалось, что строение ясно демонстрирует стиль, в котором будет осуществлен весь проект, и что это самая современная архитектура. В творчестве Миса ван дер Роэ оно примечательно еще и тем, что в нем впервые были использованы двутавровые балки как часть структурной грамматики, тогда как в европейских постройках опоры, как правило, имели крестообразный план.
В здании Корпуса выпускников (1946) идея двутавровой опоры достигает своего апогея: пожарный надзор запретил оставлять открытыми металлические части конструкции, и Мис ван дер Роэ решает выполнить их облицованными бетоном, но при этом он навешивает на них декоративные двутавры, что превращает сугубо утилитарный металлический профиль в элемент оформления вроде пилястры. Вот она технологичность,
Мис ван дер Роэ считал: «Если бы человек каждый день изобретал что-нибудь новое, мы бы никуда не ушли. Ничего не стоит придумать интересные формы, но требуется очень многое для того, чтобы их разработать.
Мы намеренно ограничиваем себя теми структурами, которые реальны в настоящий момент, и разрабатываем их во всех деталях. Таким образом мы хотим создать основу для дальнейшего развития»
47

В цокольном этаже расположены основные функциональные помещения — аудитории и мастерские
Площадь стеклянного объема «Краун-холла» составляет около 2500 м2 — половина футбольного поля
Несущие двутавровые опоры являются одновременно и элементом декора
Общий вес стекла здания более 22 т
«Краун-холл». Фрагмент фасада
48

Декоративные П-образные арки фиксируют стеклянный
параллелепипед основного Широкая лестница придает Верхние прозрачные окна
объема зданию монументальность имеют размер 3,5x2,9 м
49

«Краун-холл»
ставшая архитектурой! Чтобы гармонично встроить здание в общую сетку кампуса и соотнести все внутренние пропорции, Мис выбирает единый модуль(60,96 сантиметра в длину, столько же в ширину и 30,48 сантиметра в высоту) для всех построек. Вместе с тем масштабность Корпуса выпускников предвосхитила формирование нового типа конструкции для жилого дома, в основе композиции фасада которого лежит остекление, переплеты и конструкция внешней стены. С использованием этого же модуля были вскоре построены здание для химических исследований (1946) и здание для исследований в области инженерии в металлургии и химической промышленности (1947).
Продолжая линию зданий с четко выделенным объемом и структурой, обладающих универсальным пространством, Мис ван дер Роэ проектирует в 1952 году «Краун-холл» — здание факультета архитектурного и художественно-промышленного проектирования, не входившее в первоначальный план застройки институтского городка. Это здание для его собственного факультета, созданное им самим и «канонизированное» впоследствии его почитателями.
Стеклянный параллелепипед основного объема «Краун-холла» приподнят над уровнем земли и как бы
50

Л. Мис ван дер Роэ в «Краун-холле>
51

«Краун-холл». Интерьер
Мис ван дер Роэ был известен как человек немногословный. Он никогда не отстаивал свои идеи в речах и сочинениях, как это делали Ле Корбюзье, Райт или Гропиус, и только после войны его имя стало известно широкой публике
зафиксирован четырьмя огромными П-образными арками с вынесенными за основной объем двутавровыми опорами. Пол основного объема является перекрытием цокольного этажа, в котором собственно и разместились все функциональные помещения факультета (аудитории, мастерские, лаборатории). К высоко приподнятому основному объему ведет парадная двухъярусная лестница, которая придает зданию монументальность. Пожарная инспекция была, естественно, против обнажения несущих конструкций, как и в случае с другими зданиями на территории городка, они же настояли, чтобы у лестницы появились перила. Ситуацию удалось урегулировать, обозначив это здание как склад, но перила пришлось поставить.
Начиная с этого времени подчеркнутый и преувеличенный в своих размерах каркас стал играть роль тектонической метафоры — на фасад была спроецирована все же скрываемая до того несущая конструкция. Стекло же соединило предельную простоту визуального восприятия с технической сверхустойчивостью каркаса. В 2001 году здание было названо историческим памятником — спустя всего 45 лет после окончания строительства!
На территории университета есть маленькая часовня, которая была построена после Второй мировой войны (за ее скромный размер студенты называют ее «God box», англ. God — Бог, box — ящик). В более поздних интервью Мис говорил, что всегда мечтал построить собор, но ему удалось только совершить небольшой «налет» в мир церковной архитектуры. Это единственное здание за пределами Европы, в котором он отошел от своих принципов архитектуры «кожи и костей». Стены часовни из кирпича и выложены специальной прочной английской кладкой, потому что они являются несущими. Мис считает, что прозрачные стены и ощущение большого пространства делают человека обращенным вовне, в то время как в замкнутом небольшом пространстве у него есть возможность обратить внимание вглубь себя. Он так сказал об этом здании: «Мы часто думаем об архитектуре как о чем-то, что должно впечатлять. Ничего выдающегося в этой церкви нет, она не предназначена впечатлять. Она предназначена быть простой, и, по сути, она простая. Но в своей простоте она не примитивна, а благородна; и несмотря на свои маленькие размеры, великолепна и даже монументальна».
Мис ван дер Роэ покинул Иллинойский технологический институт в 1958 году. Здания институтского городка продолжали строить, следуя его генеральному плану и выбранным им архитектурным принципам.

Новая национальная галерея в Берлине

Форум культуры в Берлине. Макет
Новая национальная галерея находится к югу от парка «Тиргартен» рядом с Потсдаммерплатц в Берлине. Эта часть города была разрушена еще до Второй мировой войны в ходе осуществления плана Гитлера по превращению Берлина в столицу мира. После войны здесь сохранилась только церковь Святого Матфея середины
XIX века, восстановленная в 1959-1960 годах. Когда в 1961 году возвели Берлинскую стену, в этом районе города было решено создать Форум культуры — как альтернативу и поддержку Музейному острову, оставшемуся в Восточном Берлине. К тому времени здесь уже строилось новое здание филармонии по проекту архитектора Ганса Шаруна. Среди других построек Форума культуры помимо Новой национальной галереи — Зал камерной музыки, Новая государственная библиотека, Музей музыкальных инструментов, Музей прикладного искусства и другие.
Формирование коллекции произведений искусства
XX века началось в Германии в 1919 году с создания отдела Нового искусства во Дворце кронпринцев под руководством немецкого историка искусства Людвига Юсти. В 1937 году борьба национал-социалистов с «дегенеративным искусством» приостановила разрастание собрания. Снова к этому вопросу вернулись уже в 1945
54

Кессонированное перекрытие
году, в 1957-м был учрежден фонд Прусского культурного наследия, который координировал создание коллекции в восточной и западной частях города. Однако строительство Берлинской стены окончательно похоронило надежды собрать единую коллекцию искусства XX века в Берлине.
Весной 1961 года Людвиг Мис ван дер Роэ получил предложение построить музейное здание, в котором разместится часть коллекции искусства XX века, оставшаяся в Западном Берлине. Для здания Новой национальной галереи Мис адаптировал проект, созданный им несколькими годами раньше для офиса компании по производству рома «Баккарди» в Сантьяго-де-Куба. Проект на Кубе не был осуществлен, потому что в 1960 году там произошла революция и все активы семьи Баккарди новая власть национализировала. Проект галереи был готов к 1963 году, тогда же Мис приехал в Берлин, чтобы лично руководить строительством. Новая национальная галерея торжественно открылась 15 сентября 1968 года выставкой Пита Мондриана.
Архитектурная композиция галереи образуется из двух частей: массивного монолитного цоколя, скрывающего в себе основное внутреннее пространство галереи с постоянной экспозицией и административными
Фрагмент фасада
55

Свободные углы визуально облегчают тяжелые перекрытия
Массивный цоколь скрывает под собой пространство постоянной экспозиции
В основе всех прямоугольных членений лежит модуль размером 1,2 м
Кессоны перекрытия
Новая национальная галерея
56

8 крестообразных в плане опор
Примерно половину
Вынос перекрытия площади цоколя занимает
составляет 7,2 м сад скульптур
Стеклянный объем холла и временного выставочного пространства
поддерживают массивное
кессонированное
перекрытие
шМшш
1Ш1Я
янир
11!1щ
.
ШиШи!
|мняй|
57

Интерьеры стеклянного зала
помещениями, и стеклянного параллелепипеда, стоящего на приподнятой площадке — цоколе-постаменте. Стеклянная часть занимает примерно половину площади цоколя, остальное открытое пространство представляет собой сад скульптур. Квадратный в плане параллелепипед, преподносимый в качестве основного объема, представляет собой развитие стилистики «Краун-холла» и виллы Фарнсворт — большой и стеклянный, он словно парит, придерживаемый жесткой конструкцией каркаса. Новым элементом стало массивное структурное перекрытие, нависающее над стеклянным объемом и опирающееся на восемь металлических крестообразных в плане стоек. Стойки расставлены таким образом, чтобы оставить свободными углы. Таким образом, стеклянный объем несколько скрыт в тени мощной конструкции перекрытия и опор. Кроме того, конструкция перекрытия состоит из стальных рам, которые образуют кессоны.
Здание Новой национальной галереи в Берлине иногда называют «Парфеноном XX века». Ордер — значит порядок. Применительно к архитектуре — порядок расположения частей сооружения. Использование ордерных правил, а не форм, подчеркнутая композиционная строгость галереи, подчинение всех ее пропорций
58

единому модулю (размером 1,2x1,2 метра) — все это позволяет сравнить здание с классическим греческим храмом.
«Я считаю, что в архитектуре вы должны иметь дело с конструкцией, но вы должны, однако, понимать конструкцию. Когда конструкция достигает утонченности и когда она становится выражением сущности нашего времени, тогда и только тогда она будет становиться архитектурой. Каждое здание имеет свое значение, не каждое из них — собор. Это должно быть осмыслено и понято», — сказал в одном из интервью Мис ван дер Роэ. Конструкция и свободное, перетекающее пространство — вот два основных элемента архитектуры, которые Мис ставит во главу угла. Что же такое конструкция и пространство в архитектуре? Попробуем разобраться.
Особенность любой архитектурной постройки в том, что она прочно стоит на земле и в отличие от, например, машины всегда принадлежит конкретному месту. Архитектуре свойственны устойчивость и долговечность, и эти ее свойства обеспечиваются конструкцией. Конструкция воспринимает механические, тепловые и прочие нагрузки, противостоит всем воздействиям внешней среды, которые грозят нарушить лежащее в основе сооружения сложное равновесие взаимно противоположных и дополняющих друг друга требований, материалов, сил. Процесс конструирования для Миса ван дер Роэ никогда не был только техническим актом, он говорил, что конструкция всегда должна быть приспособлена к потребностям архитектуры. «Там, где конструирование достигает своих вершин, возникает архитектура». Здание Новой национальной галереи производит впечатление уже даже не архитектуры конструкции, а конструктивной скульптуры, служащей оболочкой для выставочного пространства современного музея.
Часто архитектуру отождествляют с инертной массой — колонной, стеной, фасадом, а пространство понимают просто как пустое место, так сказать, как «дырку от бублика». Действительно, казалось бы, пространство — это то, что расположено между стенами или снаружи его фасада. Это и так, и совсем не так. Так, потому что действительно архитектурное пространство становится осязаемым, обретает свою форму только в результате того или иного распределения массы материала в конструкции. Не так, потому что распределение этой массы в значительной степени подчинено задаче создания пространства, имеющего некоторые
Фрагмент инсталляции «Стволы и камни» Д. Чипперфильда в прозрачном зале
Интерьер прозрачного зала во время одной из временных выставок
59

Интерьер галереи
Мис ван дер Роэ говорил: «Я стараюсь делать здания нейтральной рамкой, в которой люди и произведения искусства могут жить своей собственной жизнью. Это требует скромности»
конкретные параметры и свойства. И в этом отношении архитектурное пространство первично, а масса является лишь средством его фиксации. Например, комната — это не просто промежуток, случайно получившийся при расстановке стен. Это пространство заранее заданного размера, которое требует четырех стен для своего обособления. Как это ни парадоксально, но именно невесомое, нематериальное пространство является главным «рабочим телом» архитектуры, а массивные, непроницаемые стены всего лишь оболочкой, «одеждой» этого тела. Мис ван дер Роэ говорил: «Архитектура — воля времени, воплощенная в пространство. Живая. Развивающаяся. Новая. Не вчера. Не завтра. Только сегодня она обретает форму».
Таким образом, «воля времени» выразилась в стеклянном параллелепипеде выставочного зала Новой национальной галереи. По словам куратора галереи, это пространство лучше всего подходит для масштабных инсталляций и скульптур. Выставки, которые проходят здесь, невозможно повторить, потому что художники вынуждены вступать в диалог с выставочным залом, подстраиваться под него. «Пространство этого огромного зала, конечно, представляет определенные трудности для экспонирования. Я полностью это осознаю. Но оно имеет такой потенциал, что я просто не могу принять во внимание эти трудности», — заметил на критику Мис ван дер Роэ.
С 2015 года здание музея будет закрыто на глобальную реставрацию до 2018 года. Конкурс на проведение реставрационных работ выиграл английский архитектор Дэвид Чипперфильд.
Кессон — небольшое углубление, чаще всего в форме квадрата, на поверхности потолка. Кессоны берут начало от конструкции перекрытия балочного типа, распространенного в античной архитектуре. Кессоны облегчают перекрытие и создают декоративный и зрительный эффект.

lift
Жилой комплекс на Лейк-Шор-драйв

План застройки участка на Лейк-Шор-драйв
Чертеж башен на Лейк-Шор-драйв
Свой первый проект стеклянного небоскреба Мис ван дер Роэ создал еще в 1919 году в Германии. Тогда основным предметом его интереса было использование выразительных свойств стекла в архитектуре. В 1951 году он уже строит один из самых значительных комплексов в своей жизни — две стоящие под углом 90 градусов друг к другу 26-этажные многоквартирные башни. Комплекс расположен на большом участке земли престижнейшей магистрали Чикаго, третьего по величине города США, — Лейк-Шор-драйв, проходящей по кромке озера Мичиган. Расположение домов под углом друг к другу явно отсылает нас к проектам небоскребов 1920-х годов.
За счет того, что два огромных фасада-экрана поставлены под углом друг к другу, достигается эффект обогащения пространственной композиции и дематериализации архитектурных форм. Подобно малоэтажным сооружениям того времени, оба здания установлены на колонны, за которыми отступает вестибюль — создается эффект оторванности основного объема от земли. При этом вестибюли обоих зданий соединены небольшой полосой перекрытия, которая позволяет перейти из одного в другое, не намокнув под дождем. В центре каждой из башен находится техническое ядро с лифта-
62

Вид на жилой комплекс «Лейк-Шор-драйв, 860-880»
ми и прочими коммуникациями, вокруг него и располагаются квартиры нескольких типов, во многом позаимствованных из многоквартирного дома для поселка Вайсенхоф. Однако идею изменяющейся планировки самих квартир воплотить не удалось. На пешеходном уровне площадка жилого комплекса выложена травертином, вокруг были специально высажены деревья.
Бесспорно, важнейшим элементом здания является трактовка каркаса («костей») и остекления («кожи»). Пожарные ограничения запрещали оставлять открытыми конструктивные элементы, поэтому они покрыты тонким слоем бетона. Чтобы вернуть металлическую сущность каркаса на фасад, Мис принимает решение облицевать каркас полосовой сталью. Декоративные двутавры, разделяющие окна, создают различное восприятие фасада в зависимости от точки обзора. Четкий ритм, единый для всей высоты основного объема, черный цвет каркаса в сочетании с отражающими эффектами стекла — вот залог легко узнаваемого образа стройности и стилевого единства башен. Еще одной примечательной деталью является то, что здание построено из готовых частей. Секция из четырех оконных блоков собиралась на заводе, а на строительной площадке просто закреплялась между металлическими
Вид на жилой комплекс «Лейк-Шор-драйв, 860-880»
63

НЩЩ
ЩЙ\
п**
IJifiii]
1-11
Тяги каркаса — «кости» здания — облицованы полосовой сталью
Предельно простой по форме стеклянный параллелепипед, поверхность которого расчленена лишь равномерно повторяющимися стойками, — воплощение принципа «меньше значит больше»
Оба здания стоят на опорах, за которыми располагается входной вестибюль
Благодаря единообразию оконных жалюзи не нарушается геометрическая строгость композиции фасадов
Секции из четырех окон собирались на заводе. Широкая часть каждого здания состоит из пяти таких секций, узкая — из трех
Жилой комплекс «Лейк-Шор-драйв, 860-880»
64

тягами каркаса. Широкая сторона каждого здания состоит из пяти таких секций, узкая — из трех.
Воспринимаемый сейчас как данность, образ небоскреба в свое время произвел колоссальное впечатление на критиков и общественность. Несмотря на это, был очевиден ряд существенных недостатков здания. И самый главный из них — сложности проживания в квартирах, которые перегревались от солнечных лучей, отражаемых водной гладью озера. К тому же, чтобы не нарушать стилевого единства фасада, в квартирах было запрещено использовать шторы, окна прикрывали изнутри жалюзи, дизайн которых был единым для всего жилого комплекса.
В конце 1950-х — начале 1960-х годов в карьере Миса ван дер Роэ наступает наиболее успешный период. Сразу после появления двух стеклянных небоскребов на Лейк-Шор-драйв количество заказов у его архитектурного бюро начинает расти в геометрической прогрессии: он строит в Нью-Йорке, Детройте, Латинской Америке. Будь то жилые комплексы или административные здания, для воплощения своей архитектурной философии Мис использует два типа объемно-пространственного решения: приподнятый над землей малоэтажный вытянутый или квадратный параллелепипед и высотный
Структурная решетка фасада комплекса
Тяга — горизонтальный пояс, разделяющий стену или обрамляющий потолок или панно. Тяги могут быть и вертикальными.
65

Опоры башни
66

Вид на вестибюль и крытый переход, соединяющий башни
каркасный небоскреб со стеклянным фасадом. Можно сказать, что к середине 1950-х годов закончилась творческая эволюция архитектора — он нашел формы, композиционные приемы, материалы и заказчика, к которому была обращена его архитектура. Все, что строится после, демонстрирует лишь поиск более совершенного выражения структуры и оттачивание формы.
Представительный, уравновешенный стиль Миса стал востребован у крупных компаний, рекламировавших себя строгими структурными призмами небоскребов. Архитектура Миса ван дер Роэ основывалась на современной технике, новых материалах — металлическом прокате и стекле, реализовала идею сборного строительства. Таким образом маэстро смог объединить достижения европейской архитектуры функционализма со спецификой американского строительства. В США начиная с 1930-х годов появились архитектурные компании, занимавшиеся проектированием крупных типовых проектов административных и жилых, преимущественно высотных, зданий. Во многом это было следствием необычайного прогресса в строительной индустрии и современных монтажных технологиях, позволивших освоить конвейерное производство типовых деталей каркасных конструкций. Поэтому нет
Пешеходная зона вокруг башен, выложенная натуральным камнем
67

*
Вестибюль жилого комплекса
Вестибюль жилого комплекса
ничего удивительного в том, что архитектура Миса ван дер Роэ, основанная на эстетике технологичности, стала стилистической базой для таких строительных гигантов, как «СОМ» и «Мерфи».
Компания «СОМ» — бесспорный рекордсмен по количеству выстроенных в США зданий в интернациональном стиле. Свое первое известное здание компания возвела в 1952 году — это «Левер-хауз». Оно стало первым нью-йоркским небоскребом, полностью облицованным стеклом, и явно перекликалось с мисовскими проектами тех лет и, конечно же, с высотками на Лейк-Шор-драйв. Компания «Мерфи», строившая преимущественно в Чикаго, последовательно развивает концепцию высотных каркасных сооружений Миса, причем часто проекты выполнялись при непосредственном участии самого маэстро. Наиболее значимые работы, выполненные компанией, — Чикагский международный аэропорт, Чикагский общественный центр и Континентальный центр.
Интернациональный стиль в США и Европе имел ряд существенных отличий, связанных с экономическими, политическими и социальными составляющими. Вторая волна модернизма в Европе вызвана более всего необходимостью быстро восстановить разрушенные
68

Второй мировой войной города и заменить язык классической архитектуры, который был дискредитирован фашистскими архитекторами. В 1950-1960-х годах расцвет интернационального стиля, олицетворяющего индустриальный прогресс, совпал с восстановлением экономики Западной Германии, родины Миса ван дер Роэ. Первые западногерманские небоскребы представляли собой прямоугольные призмы, выдержанные в общем стандарте архитектуры Миса. Это, например, здание компании «Феникс-Рейнрор» в Дюссельдорфе 1960 года архитекторов X. Хентриха и Г. Печнига, здание Маннесмана архитектора П. Шнайдера-Эслебена и другие.
Однако к концу 1960-х годов интерес к интернациональному стилю начинает стремительно падать. Холодность и одинаковость чистых форм стали вызывать равнодушие. Филип Джонсон, американский архитектор и историк искусства, писал после окончания строительства «Сигрэм-билдинг»: «Мис основал свое искусство на трех вещах: экономия, наука, технология. Конечно, он был прав. Но как раз от этого мне и скучно. Нам всем скучно». Тогда же многие критики начали высказывать опасения, что американская архитектура может застыть в холодных и однообразных «стеклянных клетках». Причинами падения популярности интернационального стиля во всем мире были, как ни странно, те же факторы, которые первоначально обеспечили ему победу и признание.
Вестибюль жилого комплекса
Козырек над входом в вестибюль
69

Основные этапы творчества
Дом Риля
1907
Потсдам, Германия
Проект стеклянного административного здания на Фридрихштрассе
1921
Берлин, Германия
План образцового поселка Вайсенхоф и дом в поселке
1927
Штутгарт, Германия
Немецкий павильон на международной выставке
1929
Барселона, Испания
Кресло «Барселона»
1929
Барселона, Испания
Вилла Тугендхат
1928-1930
Брно, Чехия
Кресло «Тугендхат» и стул «Брно»
1930
Брно, Чехия
Дома Ланге и Эстер
1930
Крефельд, Германия
Дом Лемке
1932
Берлин, Германия
Фабрика «Ферзайдаг»
1935
Крефельд, Германия
План застройки кампуса Иллинойского технологического института
1939-1958
Чикаго, США
Здание факультета минералогии и металловедения Иллинойского технологического института
1943
Чикаго, США
«Вишник-холл» Иллинойского технологического института
1946
Чикаго, США
Корпус выпускников Иллинойского технологического института
1946
Чикаго, США
«Перлстейн-холл» Иллинойского технологического института
1947
Чикаго, США
Жилой комплекс «Промонтори»
1949
Чикаго, США
Жилой комплекс «Лейк-Шор-драйв, 860-880»
1951
Чикаго, США
Вилла Фарнсворт
1951
Плано, США
Капелла Спасителя в Иллинойском технологическом институте
1952
Чикаго, США
«Краун-холл» Иллинойского технологического института
1956
Чикаго, США
Жилые высотные здания
1956
Чикаго, США
«Сигрэм-билдинг»
1958
Нью-Йорк, США
Здание федерального управления
1962
Де Моне, Айова, США
Жилой дом «2400 Лэйк вью»
1963
Чикаго, США
Жилой квартал
1965
Детройт, США
Новая национальная галерея
1968
Берлин, Германия

Содержание
Жизнь и творчество 3
Немецкий павильон на выставке в Барселоне в 1929 году ... 25
Вилла Тугендхат 33
Иллинойский технологический институт 43
Новая национальная галерея в Берлине 53
Жилой комплекс на Лейк-Шор-драйв 61
Основные этапы творчества 70

Издательство «Директ-Медиа» по заказу
АО «Издательский дом "Комсомольская правда"»
ИЗДАТЕЛЬСТВО «ДИРЕКТ-МЕДИА» Главный редактор А. Барагамян Руководитель проекта А. Войнова Ответственный редактор С. Ананьева Фоторедактор М. Гэрдеева Верстка С. Туркиной Корректор Г. Барышева
Автор текста В. Русева Фото на обложке Hedrich Blessing
— Адрес издательства —
117342, Москва, ул. Обручева, д. 34/63, стр. 1 e-mail: editor@directmedia.ru www.directmedia.ru
Том 25
«Мис ван дер Роэ»
© Издательство «Директ-Медиа», 2015 © АО «Издательский дом "Комсомольская правда"», 2015
— Издатель —
АО «Издательский дом "Комсомольская правда"» 125993 г. Москва, ул. Старый Петровско-Разумовский проезд, 1/23, e-mail: kollekt@kp.ru www.kp.ru
Отпечатано в типографии PNB Print, Латвия www.pnbprint.eu
Подписано в печать 25.09.2015 Формат 70x100/8. Печать офсетная Бумага мелованная. Уел. печ. л. 11,61 Заказ № 109526
2015 год
© При подготовке издания использовались материалы фотобанка Vostock Photo

СЛЕДУЮЩИЙ ВЫПУСК:
Фрэнк Ллойд Райт — «пионер американской культуры», «последний романтик и первый функционалист архитектуры», крупнейший зодчий США. В поисках собственного стиля он пришел к органической архитектуре, которая противопоставлялась строгой и сухой геометрии интернационального стиля. В постройках мечтатель Райт пытался воплотить свой идеал человеческих отношений, поэтому формировал всеохватывающую среду, способную положительно воздействовать на общество. До конца дней зодчего волновал вопрос: как при возрастающей роли техники, машины в нашей жизни, продолжать оставаться людьми.