А.П.ЖИЛИН

ПОСЛЕДНЕЕ
НАСТУПЛЕНИЕ
(июнь 1917 года)

АКАДЕМИЯ НАУК СССР

Серия «Страницы истории нашей Родины»

А. П. ЖИЛИН

ПОСЛЕДНЕЕ
НАСТУПЛЕНИЕ
(ИЮНЬ 1917 г.)

ИЗДАТЕЛЬСТВО «НАУКА»

Москва 1983

Книга посвящена одному из важных событий предоктябрь­
ского периода истории России — наступлению русской ар­
мии летом 1917 г. Автор рассматривает мероприятия поли­
тического и военного руководства России по подготовке на­
ступления, боевые действия армии и их результаты. Боль­
шое внимание уделяется настроению солдатских масс, их
отношению к наступлению, деятельности партии больше­
виков.
Книга рассчитана на широкий круг читателей.

Ответственный редактор
доктор исторических наук
И. И. РОСТУНОВ

0505020000-075
Ж 042(02)—83 № 48-1983—II

©

Издательство «Наука»,
1983 г.

ВВЕДЕНИЕ

Первая мировая война 1914—1918 гг. принадлежит к
числу наиболее крупных событий истории человечества.
Война продолжалась свыше четырех лет. В ней участво­
вало 38 государств. В вооруженные силы было призвано
свыше 70 млн. человек. Общие людские потери составили
10 млн. человек убитыми и 20 млн. ранеными.
Исключительно велики и многообразны последствия
первой мировой войны. Империалисты, развязав ее, пре­
следовали корыстные цели. Они стремились к захвату
чужих территорий, к переделу уже поделенного мира. Од­
нако во всем мире росло и ширилось революционное дви­
жение трудящихся масс, национально-освободительная
борьба угнетенных народов. Война до предела обострила
противоречия внутри империалистических государств,
ускорила вызревание объективных предпосылок победы
Великой Октябрьской социалистической революции. «Пер­
вая мировая война и Октябрьская революция,— сказано
в Программе КПСС,— положили начало общему кризису
капитализма» 4.
История первой мировой войны привлекала и привле­
кает внимание многих исследователей. В Советском Сою­
зе, во многих европейских странах, а также в США
издано огромное количество научных трудов, сборников,
документов, мемуаров. Тысячи томов посвящены проис­
хождению, ходу, результатам и последствиям этой вой­
ны 2. Написан ряд историографических работ3.
Однако изучение данной темы не потеряло своей ак­
туальности и в наши дни, ибо оно связано с решением
одной из самых острых проблем современности — пробле­
мы войны и мира.
В истории первой мировой войны есть немало собы­
тий, которые вызывают особый интерес. К их числу от­
носится летнее наступление русской армии 1917 г. Оно
занимает весьма важное место в истории России, посколь­
ку являлось составной частью процессов, влиявших на
развитие в стране революционных событий. «Вопрос о
3

наступлении,—писал тогда В. И. Ленин,—вовсе не как
стратегический вопрос поставлен жизнью сейчас, а как
политический, как вопрос перелома всей русской рево­
люции» \
Летнее наступление 1917 г. в той или иной мере уже
рассматривалось в исторической литературе. Ему уделя­
лось внимание в работах о подготовке Великой Октябрь­
ской социалистической революции и революционном дви­
жении в армии накануне Октября. Прежде всего здесь
следует назвать труды советских историков В. С. Васю­
кова, Л. С. Гапоненко, П. А. Голуба, М. И. Капустина,
И. И. Минца, Н. М. Якупова5. В этих работах рассмат­
риваются политика и замыслы Временного правительст­
ва, связанные с наступательными действиями русской
армии, взаимоотношения с союзниками, роль соглаша­
тельских партий в подготовке наступления, освещается
борьба партии большевиков против продолжения импе­
риалистической войны, кратко излагается ход наступ­
ления.
Документальных публикаций появилось сравнительно
немногов. Они отражают преимущественно революцион­
ное движение в стране и армии. Включенные в них мате­
риалы дают представление о настроениях солдатских
масс, об их отрицательном отношении к наступлению на
фронте.
Значительный вклад в изучение данной проблемы
внесли военные историки. Среди первых военно-научных
работ на эту тему следует назвать «Стратегический очерк
войны 1914—1918 гг.», часть 7-я которого посвящена
кампании 1917 г. (М., 1923). Ее автор А. М. Зайончковский обстоятельно описал разработку плана ведения воен­
ных операций в 1917 г., в том числе и летнего наступле­
ния. Однако события на русском фронте он рассматри­
вал в отрыве от политических целей правящих кругов
России, от революционного движения в стране и армии,
которое оказывало огромное влияние на стратегические
решения военного командования. Тем не менее работа
участника первой мировой войны А. М. Зайончковского
является ценным исследованием. Вопрос о летнем наступ­
лении 1917 г. рассмотрен также в трехтомном произве­
дении этого автора «Мировая война 1914—1918 гг.»
(М., 1938).
Много новых фактических данных и научных обоб­
щений, относящихся к наступлению русской армии летом
4

1917 г., содержится в монографии И. И. Ростунова «Рус­
ский фронт первой мировой войны» (М., 1976) и в кол­
лективном двухтомном труде «История первой мировой
войны 1914—1918 гг.» (М., 1975). А. А. Строков в книге
«Вооруженные силы и военное искусство в первой миро­
вой войне» (М., 1974) обратился к интересующей нас
теме. Эти работы наиболее полно отражают достижения
советской исторической науки в области изучения исто­
рии первой мировой войны вообще и летнего наступления
русской армии 1917 г. в частности.
Однако в настоящее время еще нет специальных тру­
дов о наступлении русской армии летом 1917 г.; появи­
лось лишь несколько журнальных статей, где данный
вопрос стал предметом самостоятельного изучения7.
В настоящей работе автор поставил следующие зада­
чи: раскрыть военно-политические цели наступления и
его подготовку; дать конкретно-историческое освещение
хода военных действий на Северном, Западном, ЮгоЗападном и Румынском фронтах; оценить Итоги и послед­
ствия наступления.
Теоретической и методологической базой исследования
служили произведения В. И. Ленина, документы Комму­
нистической партии Советского Союза. Многие статьи
Владимира Ильича Ленина, публиковавшиеся в тот бур­
ный, предоктябрьский период почти ежедневно в «Правде»,
его доклады, выступления, особенно речь о войне на
I Всероссийском съезде Советов рабочих и солдатских
депутатов 4/17 июня и доклад о текущем моменте на
Всероссийской конференции фронтовых и тыловых воен­
ных организаций РСДРП (б) 20 июня (3 июля) 1917 г.
непосредственно связаны с исследуемой темой.
В настоящей работе широко использованы докумен­
тальные источники, прежде всего материалы Централь­
ного государственного военно-исторического архива СССР
(ЦГВИА). Архивные материалы содержат довольно под­
робные сведения о планировании наступления, определе­
нии направлений главного и вспомогательных ударов,
характере ведения военных действий на различных
фронтах.
Важным источником при написании книги служила
мемуарная литература. В ней мы находим яркие свиде­
тельства складывающейся политической обстановки в стра­
не весной и летом 1917 г., борьбы большевиков против про­
должения империалистической войны, против реакцион­
5

ной военной политики буржуазного Временного прави­
тельства. И, безусловно, мемуары передают атмосферу,
царившую в тот период в Ставке, в штабах фронтов и
армий, непосредственно в войсках.
Из военных мемуаров следует особо выделить воспо­
минания А. А. Брусилова, М. Д. Бонч-Бруевича и
А. И. Верховского8. Их авторы, занимавшие в пред­
октябрьский период высокие посты в русской армии,
а после Октября перешедшие -на сторону Советов, доста­
точно объективно освещают факты и события летнего
наступления 1917 г. и причины его провала.
В настоящей работе критически рассмотрены и ис­
пользованы мемуары врагов Советской власти, принимав­
ших активное участие в борьбе против нее. К ним отно­
сятся воспоминания А. И. Деникина, А. С. Лукомского,
П. Н. Милюкова, Б. В. Савинкова и др.
Автор стремился возможно полнее использовать имею­
щиеся источники и литературу. Но, разумеется, он не
считает, что ему удалось дать исчерпывающее представ­
ление о военных событиях на русском фронте первой
мировой войны летом 1917 г. И потому замечания и по­
желания, касающиеся содержания данной книги, будут
приняты с благодарностью.

1 Программа Коммунистической партии Советского Союза. М.,
1976, с. 25.
2 Хмелевский Г. Г. Мировая империалистическая война 1914—
1918 гг.: Сист. указ. кн. и ст. воен.-ист. лит. за 1914—1935 гг.
М., 1936; История СССР: Указ. сов. лит. за 1917—1952 гг. М.,
1958. Т. 2. История СССР в период капитализма (1861—1917 гг.);
Россия в период первой мировой войны и Февральской буржу­
азно-демократической революции (июль 1914 — февраль 1917 г.):
Библиогр. указ. сов. лит., изд. в 1953—’1968 гг. Л., 1975.
3 Виноградов К. В. Буржуазная историография первой мировой
войны: Происхождение войны и международные отношения в
1914—1917 гг. М., 1962; Ростунов И. И. Некоторые вопросы изуче­
ния истории первой мировой войны.— Вести, воен. ист. Науч,
зап., 1970, № 1; Шестаков С. В. Историография деятельности
большевистской партии в период первой мировой войны и Фев­
ральской революции. М., 1977.
4 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 32, с. 300—301.
5 Васюков В. С. Внешняя политика Временного правительства.
М., 1966; Гапоненко Л. С. Солдатские массы Западного фронта в
борьбе за власть Советов (1917). М., 1953; Голуб П. А. Солдат­
ские массы Юго-Западного фронта в борьбе за власть Советов.
Киев, 1958; Капустин М. И. Солдаты Северного фронта в борь­
бе за власть Советов. М., 1957; Минц И. И. История Великого
6

Октября: В 3-х т. М., 1967—1973; Якупов Н. М. Борьба за армию
в 1917 году. М., 1975.
6 Разложение армии в 1917 г.: 1917 г. в документах и материалах.
М.; Л., 1925; Революционное движение в России после сверже­
ния самодержавия. М., 1957; Революционное движение в России
в мае —июне 1917 г.: Июньская демонстрация. М., 1959; Рево­
люционное движение в России в июле 1917 г.: Июльский кри­
зис. М., 1959; Революционное движение в армии и на флоте
в годы первой мировой войны (1914 — февраль 1917 г.): Сб.
док./Под ред. А. Л. Сидорова. М., 1966; Революционное движе­
ние в русской армии (27 февраля — 24 октября 1917 г.): Сб.
док. / Под ред. Л. С. Гапоненко. М., 1968.
7 Громова 3. М. Провал июньского наступления и июльские дни
на Северном фронте.— Изв. АН ЛатвССР, 1955, № 4(93); Васю­
ков В. С, Крах военно-политической авантюры Временного пра­
вительства летом 1917 г.— История СССР, 1965, № 5; Кавтарад­
зе А. Г. Июньское наступление русской армии в 1917 г.— Воен.ист. журн., 1967, № 5; Жилин А. П. Из истории подготовки на­
ступления русской армии летом 1917 г.— История СССР, 1974,
№ 6.
• Брусилов А. А. Мои воспоминания. 5-е изд. М., 1963; Бонч-Бруе­
вич М. Д, Вся власть Советам. М., 1964; Верховский А. И. На
трудном перевале. М., 1959.

Глава первая
ПРИЧИНЫ И ПОДГОТОВКА НАСТУПЛЕНИЯ

Военно-политические цели

Сложная и противоречивая обстановка в России летом
1917 г. характеризовалась острой борьбой между партией
большевиков и буржуазными партиями за массы, в том
числе за солдатские массы, борьбой за политическую
власть в стране. Большевики во главе с В. И. Лениным
настойчиво проводили линию на мирное перерастание
буржуазно-демократической революции в революцию со­
циалистическую. С этой целью они добивались передачи
всей полноты власти Советам, разоблачали антинародную
сущность Временного правительства, империалистический
характер мировой войны, продолжавшейся три года.
«Временное правительство,— писал В. И. Ленин,— есть
правительство капиталистов. Оно не может отказаться от
стремления к завоеваниям (аннексиям), оно не может
кончить грабительскую войну демократическим ми­
ром...» 1
В статьях и выступлениях В. И. Ленин разъяснял,
что войну ведут капиталисты всех стран с целью захва­
та и грабежа чужих земель, с целью обогащения. Про­
стому народу эта война, кроме жертв и опустошений, ни­
чего принести не может. 14(2) * мая 1917 г. Владимир
Ильич выступил в актовом зале Морского кадетского кор­
пуса в Петрограде с лекцией «Война и революция»; при­
сутствовало на лекции более 2 тыс. человек. Вождь про­
летариата глубоко раскрыл сущность войны, ее клас­
совый характер, показал всю реакционность политики
Временного правительства. Это правительство, отмечал
В. И. Ленин, прикрывается революционными фразами,
лозунгами о «революционном оборончестве», на самом же
деле ведет политику захватов, экономического соперниче­
ства, кровавой войны из-за дележа чужих территорий.
♦ Все даты приводятся по старому стилю.
8

Буржуазные и мелкобуржуазные партии целиком и
полностью поддерживали Временное правительство, рато­
вали за продолжение войны, за немедленное наступление.
Эсеры и меньшевики обманывали народные массы, про­
поведуя, что война после Февральской революции пере­
стала быть захватнической со стороны России.
После свержения самодержавия в стране установилось
двоевластие в лице Временного правительства и Петро­
градского Совета рабочих и солдатских депутатов. В ар­
мии создавалась широкая сеть солдатских комитетов.
Солдаты отказывались воевать за чуждые им интересы.
На фронте происходили массовые братания. Временное
правительство направляло огромные усилия для сохра­
нения армии в своих руках. «Правительству крайне необ­
ходимо срочно вполне определенно и твердо сказать,—
писал начальник штаба верховного главнокомандующего
генерал М. В. Алексеев,— что армии никто не смеет
касаться и что все распоряжения должны производиться
через верховного главнокомандующего...» 2
Временное правительство стремилось сохранить в ар­
мии старые порядки, укрепить пошатнувшуюся после
Февральской революции власть офицерства, не допустить
распространения революционного движения в армии, пре­
вратить ее в послушное орудие буржуазии. В борьбе за
армию оно было готово пойти на уступки, признать
некоторые завоевания солдат в ходе революции, чтобы
затем, когда укрепится власть капиталистов, свести их
на нет. Так, 5 марта 1917 г. был издан приказ военного
министра А. И. Гучкова, уравнивавший солдат в правах
с гражданским населением. Солдатам разрешалось участ­
вовать в различных политических и общественных орга­
низациях3. Кроме того, была создана специальная комис­
сия под председательством генерала А. А. Поливанова
для пересмотра воинских уставов и наставлений и для
разработки новых форм отношений между военнослужа­
щими. Однако даже это вызывало недовольство у части
верховного командования русской армии. Стремясь не
допустить распространения революционного влияния на
армию, они считали, что если и необходимо устранить
некоторые отжившие формы, то делать это надо испод­
воль, осторожно, а главное, отнюдь не придавая этому
характера «завоеваний революции».
В борьбе за армию Временное правительство распола­
гало ограниченными возможностями. Большая часть лич­
9

ного состава вооруженных сил шла за Петроградским
Советом рабочих и солдатских депутатов. Особенно воз­
рос авторитет Совета после опубликования им приказа
№ 1, получившего широкое распространение в войсках и
сыгравшего исключительно важную роль в демократиза­
ции и революционизировании армии. Приказ предписывал
выбрать во всех воинских частях, учреждениях и на
кораблях военного флота комитеты из представителей
нижних чинов. В частях, в которых еще не были выбра­
ны представители в Совет рабочих и солдатских депута­
тов, приказывалось избрать от каждой роты по одному
представителю. Все воинские части должны были выпол­
нять распоряжения Совета рабочих и солдатских депута­
тов и приказы своих комитетов. Приказы военной комис­
сии Государственной думы предписывалось выполнять
только в случае, если они не противоречили приказам
и постановлениям Совета рабочих и солдатских депута­
тов. Все оружие переходило в распоряжение и под конт­
роль ротных и батальонных комитетов и не выдавалось
офицерам даже по их требованию.
Приказ № 1 устанавливал новый порядок во взаимо­
отношениях офицеров и солдат. Согласно шестому пунк­
ту приказа солдаты должны были соблюдать строжай­
шую воинскую дисциплину в строю, но вне службы и
строя в своей политической, общегражданской и частной
жизни они пользовались теми же правами, что и все
граждане. Отменялось титулование офицеров, вставание
во фронт и обязательное отдание чести вне службы.
«Грубое обращение с солдатами всяких воинских чи­
нов,—говорилось в приказе,— и, в частности, обращение
к ним на „ты“ воспрещается и о всяком нарушении сего,
равно как и о всех недоразумениях между офицерами
и солдатами, последние обязаны доводить до сведения
ротных комитетов» 4"5.
Временное правительство сознавало возраставшее
влияние Петроградского Совета на армию. 9 марта воен­
ный министр Гучков писал генералу Алексееву: «Прошу
верить, что действительное положение вещей таково:
Временное правительство не располагает какой-либо ре­
альной властью и его распоряжения осуществляются
лишь в тех размерах, кои допускает Совет рабочих и сол­
датских депутатов, который располагает важнейшими
элементами реальной власти, так как войска, железные
дороги, почта и телеграф в его руках. Можно прямо ска­
10

зать, что Временное правительство существует, лишь
пока это допускается Советом рабочих и солдатских де­
путатов. В частности, по военному ведомству ныне пред­
ставляется возможным давать лишь те распоряжения,
которые не идут коренным образом в разрез с постанов­
лениями вышеназванного Совета» б.'
И если Временному правительству еще удавалось со­
хранять контроль над армией, то этим оно было обязано
главным образом меньшевикам и эсерам, которые зани­
мали тогда руководящее положение в Петроградском Со­
вете, большинстве местных Советов, а также фронтовых,
армейских, полковых и ротных комитетов.
В своих расчетах Временное правительство возлагало
большие надежды на армию. Она должна была служить
«верой и правдой» российской буржуазии, оберегать ее
от «внутреннего врага». Армия нужна была Временному
правительству и для достижения своих внешнеполитиче­
ских целей. Эти цели были сформулированы в опублико­
ванном 7 марта обращении к населению России. В нем
говорилось: «Правительство... приложит все силы к обес­
печению нашей армии всем необходимым для того, чтобы
довести войну до победного конца. Правительство будет
свято хранить связывающие нас с другими державами
союзы и неуклонно исполнит заключенные союзниками
соглашения» 7. Об этом же неоднократно говорил министр
иностранных дел П. Н. Милюков. Так, в беседе с пред­
ставителями французской печати он сказал: «Перемена
правительства не изменила наших стремлений. Мы более
чем когда-либо желаем владеть Константинополем, кото­
рый необходим для нашей экономической свободы» 8.
Одним из самых неотложных мероприятий Временное
правительство считало проведение крупного наступления
на русском фронте. В. И. Ленин отмечал, что суть
«программы» нового правительства — наступление, на­
ступление, наступление9. Он указывал, что наступление
означало продолжение грабительской, империалистиче­
ской войны в интересах российских помещиков и капита­
листов, в интересах империалистов других стран. Оно
было призвано «затянуть империалистскую, захватную
войну, пойти по дороге не мира без аннексий... а войны
ради аннексий». Именно в этом, по его словам, заключа­
лась «суть наступления с точки зрения внешней поли­
тики» 10.
И

Сильное давление на Временное правительство оказы­
вали союзники, требуя ускоренной подготовки и прове­
дения наступления. Правящие круги Англии, Франции,
США и Италии использовали различные средства воздей­
ствия на Временное правительство: сокращение военных
поставок и кредитов, посылку различных делегаций в Рос­
сию и т. п. На проведении наступления особенно настаи­
вало англо-французское командование, которое рассчиты­
вало таким путем облегчить положение союзных армий,
потерпевших поражение на Западном фронте в апреле
1917 г. Временное правительство, в свою очередь, надея­
лось, что союзные державы, которые связывали размер
своей помощи России с активными боевыми действиями
на русском фронте, предоставят ему новые кредиты, уве­
личат военные поставки.
Но не только собственные внешнеполитические планы
и требования союзников заставляли Временное прави­
тельство принять решение о проведении наступления на
русско-германском фронте. Оно исходило прежде всего
из необходимости достижения своих внутриполитических
целей. Напуганные усиливавшейся классовой борьбой в
стране, ростом влияния Советов, революционизированием
армии, буржуазия и помещики видели в наступлении на
фронте единственную возможность покончить с револю­
цией. Член ЦК партии кадетов В. А. Маклаков откровен­
но говорил: «Судьба России в ее руках, и эта судьба
решится очень скоро. Если нам действительно удастся
наступать и вести войну не только резолюциями, не толь­
ко речами на митингах и знаменами, которые носят по
городу, а вести войну так же серьезно, как мы ее вели
раньше, тогда быстро наступит полное оздоровление Рос­
сии. Тогда оправдается и укрепится наша власть...»11
Расчет организаторов наступления сводился к следую­
щему: в случае успеха наступление упрочило бы власть
Временного правительства, отвлекло бы внимание масс
от острых внутриполитических проблем, восстановило бы
в армии власть офицеров и дало бы им возможность рас­
правиться с наиболее революционно настроенными частя­
ми. Но самое главное — успешное наступление позволило
бы разогнать Советы и солдатские комитеты, принять
репрессивные меры против партии большевиков. Даже в
случае, если наступление было бы неудачным, Временное
правительство надеялось всю вину свалить на большеви­
ков, обвинив их в разложении армии, запретить их дея­
12

тельность и перейти «к насилию над массами, к пресле­
дованию интернационалистов, к отмене свободы агитации,
к арестам и расстрелам тех, кто против войны» 12.
Необходимо отметить, что часть контрреволюционной
буржуазии в союзе с высшим командованием армии рас­
считывала в ходе наступления подготовить почву для
установления в стране военной диктатуры, которая одним
ударом покончила бы с большевиками и Советами. Ко­
мандующий Черноморским флотом адмирал Колчак гово­
рил: «Наступление, к чему бы оно ни привело, будет
„водой на нашу мельницу“. Если победа будет на нашей
стороне, авторитет командного состава поднимется в ре­
зультате успешно проведенной операции. Если будет по­
ражение, все впадут в панику и обвинят в поражении
большевиков, а нам дадут в руки власть...» 13.
Таким образом, намеченное наступление русской ар­
мии преследовало прежде всего политические цели. Оно
должно было укрепить позиции Временного правительст­
ва, всей контрреволюции в тылу и на фронте. Вопрос о
наступлении стал центральным не столько военным,
сколько политическим вопросом или, как неоднократно
подчеркивал В. И. Ленин, вопросом «судеб всей нашей
революции» 14.
Вопрос о наступлении русской армии и для союзни­
ков имел не только военно-стратегическое значение. Ре­
волюция в России способствовала обострению классовой
борьбы в странах Антанты. Так, во Франции в мае
1917 г. произошло 90 стачек, а в июне — 285. В них
приняли участие около 109 тыс. рабочих15. Многочислен­
ные митинги и демонстрации проходили во Франции под
лозунгами «Долой войну!», «Да здравствует русская ре­
волюция!». Многие части французской армии были охва­
чены восстанием, в частности в мае и июне 1917 г. они
произошли в 115 воинских частях18. Против войны вы­
ступали рабочие и солдаты Англии и Италии.
Правительства Франции, Англии и Италии были обес­
покоены революционными событиями в России и видели
в них одну из главных причин усиления классовой борь­
бы в своих странах. Они считали также, что наступле­
ние должно было стать наступлением на революцию. «На­
ступление,— писал В. И. Ленин,— неизбежно означало
возобновление империалистской войны, гигантское усиле­
ние влияния, веса, роли империалистской буржуазии,
широчайшее распространение шовинизма в массах, нако13

пец —last but not least (последнее по счету, но не по
важности) передачу власти, сначала военной, а потом и
государственной вообще, в руки контрреволюционных ко­
мандных верхов армии» 17.
Активную поддержку буржуазии и в данном вопросе
оказывали меньшевики и эсеры. Их представители на
многочисленных митингах и собраниях солдат заявляли,
что якобы Временное правительство стремится к дости­
жению мира без аннексий и контрибуций, что наступле­
ние необходимо во имя защиты революции, во имя до­
стижения мира. В воззвании к армии Петроградского
Совета рабочих и солдатских депутатов, руководство ко­
торого состояло из меньшевиков и эсеров, говорилось:
«Помните, товарищи на фронте и в окопах, что вы стои­
те теперь на страже русской свободы. Вы защищаете
российскую революцию, защищаете своих братьев рабо­
чих и крестьян... Поклявшись защищать русскую свободу,
не отказывайтесь от наступательных действий...»
Однако ратуя за наступление, меньшевики и эсеры
на деле стремились упрочить союз с буржуазией, уси­
лить власть Временного правительства, поднять его авто­
ритет у союзников, пресечь антивоенные настроения в
армии, использовать подготовку и само наступление для
совместной с буржуазией борьбы против партии больше­
виков, против дальнейшего развития революции. По
признанию одного из деятелей соглашательских партий,
В. Б. Станкевича, для достижения этих целей «лучшим
выходом было бы в смысле внутренней политики, если
бы наступление начал сам противник. Но он не наступал.
Значит, надо было двинуться на него и ценою войны
на фронте купить порядок в тылу и в армии» 19.
Партия большевиков во главе с В. И. Лениным реши­
тельно выступала против проведения наступления на
Фронте. Большевики прекрасно понимали опасные по­
следствия этого наступления. Используя Советы рабочих
и солдатских депутатов, солдатские комитеты и печать,
они вели активную работу по разоблачению политики
Временного правительства. В. И. Ленин неоднократно
подчеркивал, что вопрос о войне может быть решен толь­
ко с приходом к власти рабочего класса и беднейшего
крестьянства. В статье «Третьеиюньские зубры за немед­
ленное наступление» он так охарактеризовал значение
наступления: «За немедленное наступление — это значит
за продолжение империалистской войны... за оживление
14

и укрепление контрреволюции... за войну ради аннексий.
Против немедленного наступления — это значит за пере­
ход всей власти к Советам» 20.
Стратегический план и его обеспечение

Наступление русской армии готовилось длительное
время. Еще в ноябре 1916 г. в Шантильи (Франция) на
межсоюзнической конференции представителей союзных
армий был разработан общий стратегический план кам­
пании 1917 г. Он предусматривал начать согласованные
наступательные действия армий Антанты в начале фев­
раля с таким расчетом, чтобы завершить кампанию окон­
чательной победой над Германией. Участники конферен­
ции условились, что Западный фронт будет главным.
Важная роль отводилась и русской армии, наступавшей
на Восточном фронте. Ее наступление было призвано ско­
вать силы противника, не дать возможности перебросить
их на англо-французский фронт и тем самым содейство­
вать успеху операций союзников. Было решено также в
течение зимы 1916/17 г. продолжать частные наступа­
тельные операции, чтобы неприятель не смог вернуть
себе инициативу21.
Следует отметить, что план был заранее составлен во
французском и. английском штабах. Председательствую­
щий на конференции верховный главнокомандующий
французской армией генерал Жоффр старался избегать
широкого обсуждения участниками подготовленного про­
екта. Представитель России на конференции Дессино в
телеграмме в Ставку докладывал: «Все возражения и по­
правки принимались Жоффром крайне неохотно и он тот­
час переходил к следующим вопросам... Мое впечатление
такое, что англичане и французы ведут свою отдельную
линию, направленную на оборону своих государств с наи­
меньшей потерей войск и наибольшим комфортом, ста­
раясь все остальное свалить на наши плечи и считая,
что наши войска могут драться даже без всего необхо­
димого. Они для нас не жертвуют ничем, а для себя тре­
буют наших жертв и притом считают себя хозяевами
положения» 22.
Ставка верховного главнокомандующего довела до
сведения главкомов Северного, Западного и Юго-Западно­
го фронтов результаты межсоюзнической конференции в
Шантильи. Генерал от кавалерии В. И. Гурко, временно
15

исполнявший обязанности начальника штаба верховного
главнокомандующего, в директиве от 21 ноября 1916 г.
предложил им подготовить соображения по разработке
плана предстоящего наступления русской армии23.
17—18 декабря 1916 г. в Ставке состоялось совещание
главнокомандующих фронтами, которые к его началу
представили свои соображения относительно плана кам­
пании 1917 г. На совещании обсуждался вопрос о выбо­
ре направления главного удара. Были высказаны различ­
ные точки зрения. Главнокомандующий армиями Север­
ного фронта генерал Н. В. Рузский считал, что в создав­
шейся обстановке необходимо готовить наступательные
операции на широком фронте одновременно с обоих, на­
висавших над противником флангов, т. е. в полосах как
Северного, так и Юго-Западного фронта24. Основные
усилия, по его мнению, следовало сосредоточить к северу
от Полесья, поскольку там пролегали кратчайшие пути в
Германию, которые выводили русские войска к Восточной
Пруссии. Генерал Рузский полагал, что первейшей зада­
чей наступления должно быть освобождение собственной
территории. Он считал необходимым отбросить немцев к
линии р. Неман и создать угрозу вторжения на их тер­
риторию. Такова была, по его словам, «конечная цель
этой операции» 28.
Свой взгляд высказал главнокомандующий армиями
Западного фронта генерал А. Е. Эверт. Он утверждал,
что главный удар целесообразнее наносить в полосе его
фронта. «Ударом в направлении на Вильно,— говорил
он,—создается угроза Восточной Пруссии, и противник,
вероятно, принужден будет очистить всю территорию, за­
нимаемую им ныне перед Северным и Западным фрон­
тами» 2в.
Генерал А. А. Брусилов, главнокомандующий армия­
ми Юго-Западного фронта, изложил на совещании свой
план наступательной операции. Он отличался от планов,
представленных Рузским и Эвертом. По мнению Бруси­
лова, наступление сможет успешно развиваться при вы­
полнении следующих условий: оно должно вестись ар­
миями всех союзников на всех фронтах одновременно;
необходимо иметь большое число ударных группировок
на фронте; одновременно с атакой ударных группировок
должны вести наступление войска на соседних участках,
чтобы везде сковать противника. Что же касается выбора
направления главного удара, то Брусилов находил пред­
16

почтительным наносить его южнее Полесья, т. е. в по­
лосе Юго-Западного фронта в общем направлении на
Львов27.
Несмотря на различие мнений главкомов по вопросу
о сосредоточении главных усилий для наступления, они
были единодушны в том, что совершенно невозможно на­
чать наступление в феврале. Высказывались предполо­
жения, что лучшее время для наступления — апрель —
май 1917 г.28 Кроме того, Рузский, Эверт и Брусилов
для организации наступления требовали значительного
увеличения численности войск, артиллерии, боеприпасов.
Итак, на совещании в Ставке не был принят общий
план согласованных действий фронтов. Присутствовавший
на совещании Николай II, бывший в этот период верхов­
ным главнокомандующим русской армией, занимал пас­
сивную позицию. Не дождавшись окончания обсуждения
вопроса, он уехал в Царское Село. В своих воспомина­
ниях генерал А. А. Брусилов писал: «Понятно, мы —
главнокомандующие, генералы Рузский, Эверт и я — сго­
вориться ни о чем не могли, так как различно понимали
положение дел... Никаких подробностей того, в каком
направлении мы должны действовать, каких целей долж­
ны достигнуть и какой маневр в широком смысле этого
слова должны совершить, ни говорено, ни решено не
было» 29.
К такому же выводу пришел начальник штаба верхов­
ного главнокомандующего генерал М. В. Алексеев. В док­
ладе главковерху от 9 января 1917 г. он писал: «Судя
по записке, озаглавленной „Результаты совещания 17 и
18 декабря“, по этому капитальному вопросу — наносить
ли один мощный удар или несколько и на каком фрон­
те — совещание ни к какому решению не пришло»30.
В этом же докладе Алексеев высказал свою точку зре­
ния. Главный удар, по его мнению, должны были нано­
сить войска Юго-Западного фронта в наиболее чувстви­
тельном для неприятеля направлении, а именно на львов­
ском направлении. Кроме того, Алексеев считал необхо­
димым нанесение второстепенных ударов: на Западном
фронте — в направлении Лида, Вильно, а на Северном
и Румынском фронтах — сообразуясь с обстановкой и уче­
том сил и средств.
Обобщив все предложения по плану наступательных
действий русской армии, высказанные на совещании в
Ставке, генерал В. И. Гурко подготовил доклад. 24 ян­
17

варя 1917 г. Николай II утвердил его31. Этот документ
и явился основой планирования наступления па русском
фронте. Главный удар намечалось наносит!» силами 11-й
и 7-й армий Юго-Западного фронта в общем направлении
на Львов. Войскам Румынского фронта ставилась задача
в ходе наступления занять Добруджу. На Северном и
Западном фронтах должны были проводиться вспомога­
тельные удары на участках по выбору главнокомандую­
щих.
В развитие общего плана наступления главнокоман­
дующий Северным фронтом Рузский 29 января 1917 г.
издал директиву, согласно которой главный удар должна
была наносить 5-я армия при активной поддержке сосед­
них армий из района Двинска в общем направлении на
Вильно32.
На Западном фронте по распоряжению главнокоман­
дующего Эверта главный удар наносила 10-я армия в
направлении Молодечно, Вильно.
Соседним справа
3-й армии и слева 2-й армии было приказано всеми сред­
ствами содействовать наступлению 10-й армии и по мере
развития успеха перейти в наступление в направлениях
на Вильно и Слоним.
Итак, русское командование определило задачи фрон­
тов, но время перехода в наступление установлено не
было. Это, разумеется, беспокоило союзников. Они счита­
ли необходимым уточнить все вопросы и выработать сог­
ласованную программу военных действий. С этой целью
по инициативе английского правительства в январе —
феврале 1917 г. в Петрограде состоялась очередная кон­
ференция союзников, на которой обсуждались планы
дальнейшего ведения войны, рассматривались вопросы
оказания
материально-технической помощи русской
армии.
В ходе работы Петроградской конференции ее участ­
ники пришли к единому мнению, что «кампания 1917 г.
должна вестись с наивысшим напряжением и с приме­
нением всех наличных средств, дабы создать такое поло­
жение, при котором решающий успех союзников был бы
вне всякого сомнения»33. Разногласия возникли относи­
тельно сроков наступательных действий. Состояние рус­
ской армии, ее слабая оснащенность вооружением не
позволяли начать наступление в феврале, как об этом
было решено на конференции в Шантильи. Генерал Гур­
ко заявил, что «русские армии могут начать крупные
18

наступления лишь к 1 мая» (нового стиля) 34. Это выз­
вало недовольство французского командования, потребо­
вавшего, «чтобы план операций (русской армии), каков
бы он ни был, отвечал потребностям наших действий и
обязательствам, принятым в Шантильи, т. е. предполагал
как можно раннее наступление, развиваемое максималь­
ными средствами» 35.
Французы настаивали, чтобы наступление русских ар­
мий состоялось не позднее 15 марта нового стиля и
даже указывали место его проведения — на Румынском
фронтезв. Несмотря на сильный нажим со стороны
Франции, было решено провести общее наступление на
всех фронтах между 1 апреля и 1 мая, причем последняя
дата признавалась всеми союзниками предельной37.
Одним из главных обсуждаемых на Петроградской
конференции вопросов был вопрос материального снаб­
жения русской армии. Правительства союзных держав
придавали большое значение действиям русской армии
на Восточном фронте, от которых во многом зависел ис­
ход наступления англо-французских войск на Западе.
Учитывая это, а также слабую оснащенность русской
армии вооружением, в особенности тяжелой артиллерией,
союзники пришли к выводу о необходимости оказания
русской армии эффективной материальной помощи. Воен­
ный министр Англии еще до начала работы конференции
высказывался за предоставление значительной помощи
русской армии со стороны Франции и Англии, особенно
это касалось тяжелой артиллерии и снарядов, «причем
не только за счет могущего оказаться у них излишка
таковых, но даже в ущерб собственным потребностям» 38.
Верховное командование России стремилось использо­
вать все эти обстоятельства в интересах обеспечения рус­
ской армии всем необходимым. Именно в этом оно видело
главную задачу конференции.
В военном министерстве к началу конференции было
составлено большое количество справок, ведомостей и
других документов для определения потребностей русской
армии в вооружении на 1917 г. Потребности были огром­
ны. Русская армия нуждалась почти в 35 тыс. орудий всех
видов, из которых около 16 тыс. предполагалось получить
из-за границы39. Для строившихся артиллерийских заво­
дов требовалось оборудование примерно на 25 млн. руб.
Большие заявки были составлены также на самолеты,
авиамоторы, пулеметы, винтовки, снаряды и многое
другое.
19

В ходе работы конференции стало ясно, что много­
численные заявки на военные материалы в полном объ­
еме выполнены не будут. Особенно это касалось артил­
лерии. Из нескольких тысяч орудий, заказанных русским
правительством, союзники обещали поставить лишь не­
сколько сот орудий. Так, французы заявили, что могут
отправить 470 тяжелых орудий и траншейных мортир
вместо требуемых 9 тыс. орудий40. Общая же потреб­
ность России в заграничных военных материалах по тон­
нажу на 1917 г. была снижена почти втрое и составила
3,4 млн. т вместо 10,5 млн. ти. На случай потери в
дороге или замедления темпов доставки было решено
увеличить общий тоннаж грузов на 25%. Всего в Рос
сию планировалось доставить 4 млн. 250 тыс. различны^
военных грузов, что было значительно меньше, чем тре­
бовалось для выполнения задач, которые возлагались на
русскую армию в предстоящем наступлении.
Временное правительство, взяв курс на продолжение
империалистической войны, приступило к подготовке на­
ступления русской армии на фронте в соответствии с
решениями межсоюзнических конференций в Шантильи
и Петрограде. Однако на состоявшемся 18 марта 1917 г.
в Ставке совещании представителей центральных управ­
лений военного министерства было высказано мнение,
что русская армия не сможет начать наступление в на­
меченный срок, а именно во второй половине апреля. При
этом учитывалось состояние армии, упадок дисциплины
в войсках, расстройство железнодорожного транспорта и
продовольственного снабжения армии, задержка форми­
рования артиллерийских частей, неблагонадежность запас­
ных частей и в связи с этим невозможность в ближайшее
время отправить на фронт пополнения. Участники сове­
щания считали, что необходимо отказаться от весеннего
наступления русской армии и перейти к обороне. «При­
водить ныне в исполнение намеченные весной активные
операции недопустимо...— таково было решение участни­
ков совещания.— Надо, чтобы правительство все это со­
вершенно определенно и ясно сообщило нашим союзни­
кам, указав на то, что мы теперь не можем выполнить
обязательства, принятые на конференциях в Шантильи
и Петрограде» 42.
Генерал М. В. Алексеев, назначенный на пост верхов­
ного главнокомандующего после свержения самодержа­
вия, в письме военному министру А. И. Гучкову от
20

12 марта 1917 г. писал: «Мы приняли на этих конферен­
циях (в Шантильи и Петрограде.—Л. Ж.) известные
обязательства, и теперь дело сводится к тому, чтобы с
меньшей потерей нашего достоинства перед союзниками
или отсрочить принятые обязательства, или совсем укло­
ниться от исполнения их...— писал Алексеев.— Сила об­
стоятельств приводит нас к выводу, что в ближайшие
4 месяца наши армии должны были бы сидеть покойно,
не предпринимая решительной, широкого масштаба опе­
рации» 43.
Однако Временное правительство продолжало настаи­
вать на ускоренной подготовке и проведении наступления
на фронте. Это его намерение соответствовало захватниче­
ским целям русской буржуазии и требованиям союзников
поддержать англо-французское наступление, которое
должно было состояться в начале апреля.
Но была еще одна, пожалуй, самая главная причина,
а именно — стремление буржуазии, ее главной партии —
кадетов — ликвидировать в стране двоевластие, Советы,
добиться того, чтобы Временное правительство стало
единственным органом власти в стране. Для достижения
этой цели, по мнению министров Временного правитель­
ства Милюкова, Гучкова и их сторонников, необходимо
было организовать «стихийное» выступление трудящихся,
отрицательно относившихся к продолжению войны, ис­
пользовав его для разгона Советов, для ликвидации боль­
шевистской партии. Наступление армии на фронте долж­
но было стать средством провокации.
Большие надежды на наступление возлагало и вер­
ховное командование русской армии, надеявшееся, как
уже указывалось, в ходе наступления восстановить власть
офицеров в армии, подчинить себе солдатские комитеты,
а затем и уничтожить их. Военный министр Временного
правительства Гучков в беседе с офицерами Генерально­
го штаба говорил: «Революция — тяжелое бедствие для
государства. Она срывает жизнь с ее привычных рель­
сов, массы выходят на улицу. Теперь мы должны
снова загнать толпу на место... Нужно восстановить в
стране порядок, нужно спасти от разложения армию.
Для этого мы должны собрать достаточные вооруженные
силы и в первый благоприятный момент нанести
Удар» 44.
О необходимости скорейшего наступления на фронте
докладывали в Ставку главнокомандующие Западным и
21

Юго-Западным фронтами, полагавшие, что, чем скорее
войска начнут боевые действия, «тем они скорее отвле­
кутся от политических увлечений» 45. В телеграмме воен­
ному министру главнокомандующий Юго-Западным фрон­
том генерал А. А. Брусилов докладывал: «На военном
совете всех командиров фронта под моим председательст­
вом единогласно решено: 1) армии желают и могут на­
ступать, 2) наступление вполне возможно. Это наша обя­
занность перед союзниками, перед Россией и перед всем
миром...». Генерал-квартирмейстер Ставки А. С. Лукомский наложил следующую резолюцию на эту телеграмму:
«Какое было бы счастье, если бы действительность оправ­
дала эти надежды»46. Только главнокомандующий Се­
верным фронтом генерал Н. В. Рузский считал необходи­
мым «отказаться в ближайшие месяцы от выполнения
наступательных операций и сосредоточить все усилия на
подготовке к упорной обороне» 47.
30 марта 1917 г. верховный главнокомандующий ге­
нерал Алексеев отдал директиву № 2647 о подготовке
к наступлению48. Наступление русской армии на фронте
должно было начаться в первых числах мая. Директивой
определялись направления главных ударов фронтов: для
Юго-Западного фронта— прежнее, т. е. в общем направле­
нии на Львов, для Западного фронта —на Вильно и для
Северного фронта, если обстоятельства позволят ему
перейти в наступление,— на Митаву.
Сохраняя общую идею плана наступления и отводя
главную роль Юго-Западному фронту в предстоящем на­
ступлении, Ставка тем не менее наметила ряд мер для
усиления Северного фронта, имевшего и без того значи­
тельный перевес сил над противником. Так, в распоря­
жение главнокомандующего этим фронтом назначались
10 батальонов с Кавказского фронта, 5-я Кавказская ка­
зачья дивизия, 1-й армейский корпус49 и другие части.
Кроме того, ему был подчинен Балтийский флот. Усиле­
ние фронта Ставка объясняла готовившимся якобы на­
ступлением немцев на Петроград. Тем самым организато­
ры наступления, отлично знавшие, что германская армия
не в состоянии предпринять какие-либо наступательные
действия на русском фронте в ближайшие месяцы, пы­
тались скрыть свои истинные цели — разогнать Советы,
покончить с большевистской партией и революцией.
Но буржуазии и генералитету не удалось использовать
наступление русской армии на фронте как средство про22

вокации. Почти во всех донесениях, докладах, рапортах,
поступавших в Ставку с фронта, отмечались многочис­
ленные выступления солдат против продолжения войны,
массовые братания с противником, дезертирство с фрон­
та, отказ выполнять приказы командиров. «В армиях раз­
вивается пацифистское настроение,—докладывал главко­
верх Алексеев военному министру 16 апреля.— В солдат­
ской массе зачастую не допускается мысли не только о
наступательных действиях, но даже и о подготовке к ним,
на каковой почве происходят крупные нарушения дисцип­
лины, выражающиеся в отказе солдат от работ по соору­
жению наступательных плацдармов» 50.
Стремление солдат к миру с особой силой проявилось
в дни апрельского кризиса. Возмущенные содержанием
ноты министра иностранных дел Милюкова союзникам от
18 апреля, в которой говорилось о верности Временного
правительства заключенным ранее с союзниками догово­
рам и решимости продолжать войну до победы, солдаты
и рабочие Петрограда и многих других городов вышли
на улицы с лозунгами: «Долой войну!», «Долой Милюко­
ва!», «Мир без аннексий и контрибуций!», «Вся власть
Советам!». Верховное командование русской армии, обес­
покоенное ростом антивоенных настроений в армии, было
вынуждено отказаться от проведения наступления на
фронте в срок, установленный директивой главковерха.
Апрельский кризис заставил буржуазию в интересах
сохранения своей власти пойти на создание коалиционного
правительства, введя в его состав представителей согла­
шательских партий меньшевиков и эсеров. Предприняв
этот маневр, буржуазия надеялась, используя влияние ми­
нистров-социалистов в массах, осуществить свои контр­
революционные планы, в том числе и проведение наступ­
ления армии на фронте. В. И. Ленин, характеризуя зна­
чение создания коалиционного правительства, писал:
«...6-го мая „коалиционное“ министерство с участием Чер­
нова, Церетели и К° стало фактом... Капиталисты потира­
ли руки от удовольствия, получив себе помощников про­
тив народа в лице „вождей Советов“, получив обещание
от них поддерживать „наступательные действия на фрон­
те“, т. е. возобновление приостановившейся было импе­
риалистической, грабительской войны» б1.
В то время, когда между Временным правительством
и эсеро-меньшевистским исполкомом Петроградского Сове­
та шли переговоры об условиях создания коалиционного
23

правительства, в Ставке (в Могилеве) 1 мая состоялось
совещание главнокомандующих фронтами под председа­
тельством верховного главнокомандующего генерала
Алексеева. На этом «историческом», по выражению одно­
го из его участников, генерала Щербачева, совещании
рассматривались вопросы, связанные с моральным состоя­
нием армии, ее боеспособностью, а также с возможностью
проведения наступления на фронте. В ходе их обсужде­
ния участники совещания пришли к выводу, что настрое­
ние солдат на всех фронтах почти одинаковое. В выступ­
лениях главнокомандующих фронтами отмечались много­
численные случаи падения дисциплины, отказы солдат
выполнять приказы командования, неповиновение офи­
церам. «Общее настроение армии,—говорил новый глав­
нокомандующий Северным фронтом генерал Драгоми­
ров,—мир во что бы то ни стало». Касаясь вопроса об
отношении солдат к Временному правительству, главно­
командующие были вынуждены признать, что солдаты на
правительство не надеются, «для них все в Совете рабо­
чих и солдатских депутатов». Генерал Брусилов говорил:
«Солдаты ныне управляются лишь нравственным автори­
тетом Совета солдатских и рабочих депутатов, офицеры и
начальники вообще для них не больше как буржуи, так
как стоят за Временное правительство и против Совета».
Приказы офицеров выполнялись постольку, поскольку они
соответствовали решениям солдатских комитетов52.
Участники совещания, признавая необходимость про­
ведения наступления на фронте, тем не менее пришли к
убеждению, что в настоящее время, т. е. в мае, армия не
готова вести успешные боевые операции. Они исходили из
оценки настроений солдатских масс и недостаточной под­
готовленности войск в чисто военном отношении. В вы­
ступлении генерала Брусилова отмечалось, что если бы в
армии и был наступательный дух, то все равно недоста­
ток продовольствия, фуража, конского состава исключил
бы возможность наступления.
По мнению главнокомандующих фронтами, провести
наступление можно было в лучшем случае в июне 1917 г.
В связи с этим на совещании был рассмотрен вопрос об
отношениях с союзниками, которые настойчиво требова­
ли, особенно после провалившегося апрельского англо­
французского наступления на Западном фронте, скорей­
шего проведения русской армией наступательных опера­
ций. Союзное командование поставило в известность
24

Ставку, что если в ближайшее время она не сможет ор­
ганизовать наступление, то в дальнейшем Россия может
остаться без поддержки. Требуя наступления, союзные
державы в то же время мало беспокоились о выполнении
своих обязательств перед Россией. Главковерх генерал
Алексеев в выступлении на совещании отметил сокраще­
ние без того ограниченных военных поставок союзников.
Участники совещания пришли к единодушному решению
во что бы то ни стало осуществить наступление на фрон­
те, видя в нем единственное средство «спасения» армии
и России, восстановления пошатнувшегося авторитета у
союзников. Началась усиленная подготовка к наступ­
лению.
Примерно в это время в Ставку поступили два сек­
ретных сообщения из Берна от поверенного в делах Рос­
сии в Швейцарии. В первом из них от 25 апреля отмеча­
лось, что между правительствами Англии, Франции, Ита­
лии и Японии состоялся обмен мнениями о дальнейших
действиях в случае неспособности русской армии осущест­
вить крупную наступательную операцию. Предполагалось,
если Россия не сможет или не захочет организовать на­
ступление, то Япония пошлет на итальянский и француз­
ский фронты миллионную армию и будет вести войну до
полного поражения Германии. За это Россия должна была
уступить Японии Уссурийский край. Союзники надеялись
убедить русское правительство заплатить уступкой Ус­
сурийского края за военную слабость России. В случае
успеха этой комбинации, говорилось в сообщении, окон­
чание войны ожидалось не позже осени 1917 г.53 Во вто­
ром донесении от 27 апреля сообщалось: «Один из видных
членов японской миссии в частной беседе заявил, что
если Россия заключит сепаратный мир, то Япония напа­
дет на Россию»54. Насколько эти сведения соответство­
вали действительности, сказать трудно. Однако они были
срочно и в строго секретном порядке направлены началь­
ником штаба верховного главнокомандующего генералом
А. И. Деникиным всем главнокомандующим фронтами.
Временное правительство и верховное командование
большое значение придавали морально-политической об­
работке солдатских масс. Во все армии были направлены
меньшевистско-эсеровские агитаторы, призывавшие сол­
дат перейти в наступление, убеждавшие их в том, что
наступление призвано защитить российскую революцию и
что путь к миру лежит через окопы противника. На фронт
25

посылалось большое количество брошюр, воззваний и
листовок с призывами к наступлению, с лозунгами: «Мир
после победы —вот самый скорый мир», «Лучшая обо­
рона — в наступлении» 55.
Весной и летом 1917 г. русские войска активно посе­
щались делегациями союзников, представителями «союз­
ной демократии». Они стремились любой ценой сохранить
союз с Россией и заставить ее воевать, опасаясь, что по­
явление пацифистских тенденций после Февральской ре­
волюции может стать гибельным для продолжения войны.
В России побывали лидеры западных социалистов: Артур
Гендерсон (Англия), Эмиль Вандервельде (Бельгия),
Лерда (Италия) и др.
9 апреля 1917 г. из Парижа в Петроград прибыла мис­
сия французского министра вооружения Альберта Тома с
целью убедить русских продолжать войну до победного
конца. В этот период между военным министром
А. Ф. Керенским и министром иностранных дел П. Н. Ми­
люковым разногласия начались по вопросам внешней по­
литики Временного правительства. Милюков ратовал за
союз с Антантой, за сохранение секретных соглашений,
Керенский требовал модификации целей войны. В этом
конфликте Тома стал на сторону Керенского. «Я заявил
Керенскому,—пишет Тома,—что очень хорошо понимаю
его трудности, тем более что при нереволюционном режи­
ме моя позиция в правительстве напоминает его, что мы
очень тесно связаны, служа одному и тому же делу» бв.
По его мнению, усилия Керенского должны были позво­
лить русской армии вновь перейти в наступление. Если
же русская армия не будет в этот период наступать, то
ее присутствие на фронте заставит немцев перебросить
свои дивизии из Франции на Восточный фронт. Тома за­
явил: «Сегодня у нас большая уверенность вернуть Рос­
сию к войне, и все признают, что мы сделали много для
этого»57. А. Тома во время пребывания в Петрограде,
а также в поездках по фронтам приложил немало уси­
лий, чтобы помочь Керенскому проводить политику про­
должения войны.
На русский фронт с агитационными целями выезжали
члены и других иностранных миссий, особенно часто пред­
ставители союзных армий. В июне на Юго-Западном и
Румынском фронтах побывали генералы Жанен, Валып,
Бартф, Ромеи, Скотт и многие другие. Наплыв членов
союзных миссий был настолько велик, что исполнявший
26

обязанности начальника штаба Юго-Западного фронта
генерал Н. Н. Духонин послал на имя генкварверха теле­
грамму, в которой говорилось: «Очень прошу, если воз­
можно, не направлять больше в район фронта иностран­
ных миссий. Нет никакой возможности принимать такую
массу лиц, снабжать автомобилями, назначать сопровож­
дающих офицеров. Задачи фронта требуют в настоящее
время наличности всех имеемых в распоряжении офице­
ров и материальных средств по прямому своему назна­
чению» 58.
Выезжал на фронт и новый военный министр Керен­
ский. Однако солдаты многих полков и дивизий отказы­
вались^ не только идти в наступление, но и занять исход­
ные позиции. Так, на Северном фронте в 5-й армии про­
тив наступления высказались солдаты 135, 12, 36, 3-й
Сибирской стрелковой дивизий, многих полков других
дивизий59. В 12-й армии солдаты 4-й Особой дивизии на
полковых митингах приняли решение противиться наступ­
лению вплоть до применения оружия против офицеров.
Солдаты 112-й Сибирской дивизии поддержали это ре­
шение 60.
Волнения охватили многие части Западного фронта.
Новый командующий фронтом генерал А. И. Деникин
докладывал 11 июня вновь назначенному верховному
главнокомандующему генералу А. А. Брусилову, что «об­
щее отношение солдат 10-й армии к наступлению скорее
отрицательное» 61. Отказались наступать 16-я Сибирская,
132-я, 2-я Кавказская гренадерская и некоторые другие
дивизии. Еще более худшим, по признанию Деникина,
было настроение войск 2-й армии. 169, 7 и 17-я Сибир­
ские дивизии были «по своему настроению небоеспособ­
ны». Напуганное размахом солдатских волнений командо­
вание Западного фронта сняло с передовой и отвело в тыл
до 30 тыс. солдат62.
Выступали против наступления и солдаты Юго-Запад­
ного фронта. Из частей 7-го Сибирского корпуса выпол­
нили приказ командования о занятии передовых позиций
только разрозненные части, всего около двух с полови­
ной полков63. Отказывались наступать части 33, 16, 32,
12, 41, 11, 1-го гвардейского, 3-го Кавказского корпусов.
Командование фронтов жестоко расправлялось с непо­
корными полками. Почти все они были разоружены и
расформированы, революционно настроенные солдаты
преданы суду. Так, по делу «о массовом невыполнении
27

боевых приказов» были привлечены к суду солдаты 52
частей 5-й армии. Под суд было отдано 12 725 солдат,
10 390 солдат переведено в части других фронтов ®4.
Однако меньшевикам и эсерам путем обмана удалось
добиться согласия начать боевые действия. На проходив­
ших в конце мая —начале июня съездах фронтов и ар­
мий соглашатели протащили резолюции, в которых под­
держивалась идея наступления. Наступление было одоб­
рено I Всероссийским съездом крестьянских депутатов
(4—28 мая) и I Всероссийским съездом Советов рабочих
и солдатских депутатов (3—24 июня); подавляющее боль­
шинство их составляли сторонники меньшевистско-эсеров­
ского соглашательского блока. Армия пошла за меньше­
виками и эсерами, веря их заявлениям, что наступление
необходимо во имя скорейшего мира65.
В Ставке, в штабах фронтов и армий шла напряжен­
ная работа: изучались данные разведки, ставились задачи
войскам, отрабатывались вопросы взаимодействия, прово­
дилась перегруппировка войск, намечались сроки насту­
пательных операций. Верховный главнокомандующий ге­
нерал Брусилов 4 июня 1917 г. отправил главнокомандую­
щим фронтами телеграмму, в которой определялись сле­
дующие сроки наступления: для Юго-Западного фронта —
12 июня, Западного фронта —22 июня, Северного и Ру­
мынского — 1 июлявв.
По плану Ставки главный удар должны были нанести
армии Юго-Западного фронта. В связи с этим главноко­
мандующий Юго-Западным фронтом генерал А. Е. Гутор
поставил перед армиями, наносившими главный удар, за­
дачи: 11-й и 7-й армиям — прорвать фронт противника и
развивать наступление в направлении на Львов; 8-й
армии, прикрывавшей со стороны Карпат 11-ю и 7-ю ар­
мии,— наносить вспомогательный удар в направлении на
Калуш, Болехов; Особой армии — сковать противника и
не позволять ему перебрасывать войска в район главного
удара67. Для развития прорыва на направлении главного
удара были сосредоточены 1-й и 2-й гвардейские, 14-й
армейский и 5-й кавалерийский корпуса.
Верховное командование придавало большое значение
в предстоящем наступлении артиллерийской подготовке.
Начальник штаба верховного главнокомандующего гене­
рал Лукомский писал в своих мемуарах: «На успех на­
деялись вследствие сосредоточения на фронте значитель­
ной артиллерии и считали, что, может быть, при поддерж­
28

ке могущественного артиллерийского огня части пойдут
вперед, а победа даст и все остальное»68. «Все осталь­
ное» в планах контрреволюционного генералитета озна­
чало разгон Советов, ликвидацию партии большевиков,
установление в стране военной диктатуры.
Таблица 1
Сравнительные данные армий России и противника (1917 г.)”

1 мая

русская
армия

против­
ник

русская

армия

против­
ник

10 июня

452
340

182
151

496
324

189
151

710
1415
610
463
390
195
фронт

580
550
330

1482
467
206

560
550
330

288
229

538
322

274
219

750
610
220

1458
293
149

730
610
230

636
473

1033
674

628
466

1460
520
740

2389
422
3Ö4

1370
440
700

против­
ник

русская
армия

3 апреля

Северный фронт
Пехота
батальоны
численность (тыс. шты­
ков)
Артиллерийские орудия
легкие
тяжелые
гаубицы

460
337

1536
430
205
Западный

240
186

Пехота
420
502 350
батальоны
344
424 266
численность (тыс. шты­
ков)
Артиллерийские орудия
1505 980
1470
легкие
тяжелые
246
236 300
гаубицы
178
165 280
Юго-Западный фронт
Пехота
530
батальоны
948
852
394
702
численность (тыс. шты­
632
ков)
Артиллерийские орудия
легкие
1972 1210 2267
407
тяжелые
212
470
гаубицы
630
329
282

В таблице 1 приведены сравнительные данные о рус­
ской армии и армии противника. Она составлена на осно­
ве материалов Управления генерал-квартирмейстера шта­
ба верховного главнокомандующего и включает лишь ак­
тивно действующие силы трех фронтов. Суммарные
данные по состоянию на 10 июня 1917 г. свидетельствуют,
29

что русская армия превосходила противника по числен­
ности почти в полтора раза (1320 тыс. русских против
836 тыс. войск противника), имела она значительное пре­
восходство и по артиллерии (7170 орудий против 5520).
В намеченных районах наступления было сосредото­
чено значительное количество орудий всех калибров.
Так, в 7-й армии на фронте прорыва ударных корпусов
находилось 682 орудия (из них 286 тяжелых и 396 лег­
ких орудий) против 284 орудий противника (140 тяжелых
и 144 легких). Всего же в 70-километровой полосе наступ­
ления войск Юго-Западного фронта было сосредоточено
около 1300 орудий (800 легких и свыше 500 средних и
тяжелых), 42 пехотные и 9 кавалерийских дивизий (свы­
ше 300 тыс. человек) против 700 орудий и 22 дивизий
противника70.
Ставка, создав крупную группировку войск на Юго-За­
падном фронте, стремилась как можно быстрее начать
активные боевые действия. Тем не менее назначенное на
12 июня наступление было отложено на четыре дня. Это
было вызвано тем, что находившийся в то время на ЮгоЗападном фронте военный министр Керенский решил
объехать войска и поднять наступательный дух солдат.
Лишь после этого был отдан приказ о переходе в на­
ступление. 18 июня 1917 г. после двухдневной артилле­
рийской подготовки войска Юго-Западного фронта перешли
в наступление. За несколько дней до начала в «Правде»
была опубликована статья В. И. Ленина «Союз для оста­
новки революции», в которой отчетливо высказана мысль
о том, что это наступление организуется для укрепления
основных позиций контрреволюции, что независимо от
его военных результатов оно направлено па укрепление
сил контрреволюции и империализма. «Вопрос о наступ­
лении,— писал В. И. Ленин,— вовсе не как стратегиче­
ский вопрос поставлен жизнью сейчас, а как политиче­
ский, как вопрос перелома всей русской революции»71.

Настроения солдатских масс
Важным фактором, влияющим на характер вооружен­
ной борьбы, является отношение к ней солдат, их мораль­
ный дух, настроения. В. И. Ленин отмечал, что «во вся­
кой войне победа в конечном счете обусловливается со­
стоянием духа тех масс, которые на поле брани проливают
30

свою кровь» 72. Это положение в полной мере относится
и к летнему наступлению русской армии 1917 г. Именно
отношение к наступлению широких солдатских масс оп­
ределяло его подготовку, результаты и последствия.
Основным в настроении солдат на фронте было стрем­
ление к миру, к скорейшему окончанию длительной и
кровопролитной войны. Русская армия, в которой нака­
нуне падения самодержавия только на фронте находилось
около 7 млн. человек, требовала мира. Неудачные боевые
операции, плохое вооружение, огромные потери привели
к небывалому по своим масштабам росту антивоенных
выступлений в армии.
Но крестьянская в своем большинстве, малограмотная,
мелкобуржуазно настроенная солдатская масса не могла
сразу разобраться в сложной политической обстановке,
в истинности лозунгов той или иной политической партии.
Именно этим объясняется тот факт, что в первые месяцы
после Февральской буржуазно-демократической революции
народные массы, в том числе и солдаты, связывали дости­
жение своих целей, и в первую очередь справедливого
мира, мира без аннексий и контрибуций, е деятельностью
Временного правительства, Петроградского Совета, у руко­
водства которым стояли эсеро-меньшевистские лидеры.
В. И. Ленин, выступая 8 мая 1917 г. с докладом на
общегородском собрании петроградской партийной орга­
низации, вскрыл причины поддержки большинством сол­
дат, крестьян политики Временного правительства, их
доверия эсерам и меньшевикам. «...Сейчас,—говорил
В. И. Ленин,—в Совете рабочих и солдатских депутатов
большинство солдат-крестьян, которые не понимают, чего
на деле добивается каждая партия»73.
В резолюциях многочисленных солдатских митингов,
собраний, проходивших в начале весны 1917 г. на фронте
и в тылу, нередко можно было встретить выражение до­
верия Временному правительству, эсеро-меньшевистским
советам. Генерал-квартирмейстер 5-й армии К. К. Чер­
ный в донесении штабу Северного фронта 10 марта 1917 г.
сообщал: «От нового правительства (Временного прави­
тельства.—Л. Ж*.) ждут хорошего, говорят, что теперь
лучше будет. Некоторые рассматривают совершившийся
факт как конец войны, другие как улучшение своего пи­
тания, часть безразлично. В общем ожидают и надеются
на создание порядка с целью победить врага и отстоять
честь Родины» 74.
31

Солдатские массы, восторженно встретив Февральскую
революцию, падение самодержавия, воодушевленные за­
воеванием и официальным объявлением ряда демократи­
ческих свобод, в силу указанных выше причин возлагали
большие надежды на Временное правительство. Эти на­
строения прослеживаются в солдатских письмах с фрон­
та. Солдат 68-го пехотного полка (19-го армейского кор­
пуса 5-й армии Северного фронта) писал: «Поздравляю
вас с новым русским, а не немецким правительством
штюрмеров, фредериксов, шрейдеров, кого на виселицу,
кого в ссылку, никто за старое правительство не стоял из
солдат, все перешли на сторону нового». В другом солдат­
ском письме говорилось: «Указана свобода всем крестья­
нам; теперь крестьяне перешли в граждан. Дом Романо­
вых низложен. Государь отказался от престола, теперь у
нас Временное правительство, поставленное крестьянами;
называется оно народным правительством, солдаты рады,
что дождались полной свободы, что сбросили с себя тя­
гость, которую должны были нести» 75.
Член Государственной думы Н. О. Янушкевич, высту­
пая 13 марта перед представителями Временного комитета
Государственной думы с отчетом о поездке на Северный
фронт, говорил, что настроение в войсках хорошее, не
пессимистическое, дисциплина держится. Однако в конце
своего доклада он вынужден был отметить, что «солдаты
чего-то ждут» 7в.
Солдаты действительно ждали. Они с нетерпением
ждали скорейшего окончания войны. Но об этом умалчи­
вал депутат Государственной думы, хотя он прекрасно
понимал, чего ждали солдаты. В связи с этим представ­
ляет интерес доклад о поездке на фронт депутатов Госу­
дарственной думы А. М. Масленникова и П. М. Шмако­
ва77. В апреле они объезжали войска наименее револю­
ционизированного, по мнению Ставки, Юго-Западного
фронта. Депутаты отмечали радушный прием, который им
оказывали солдаты многих частей. Речи депутатов вы­
слушивались внимательно. Солдаты интересовались внеш­
ней и внутренней политикой Временного правительства и
прежде всего вопросами продолжения войны, необходимо­
сти наступления, земли, форм будущего правления.
В своих ответах депутаты неизменно говорили о долге
перед союзниками, о защите Отечества, призывали сол­
дат подождать с решением земельного вопроса до Учре32

дительного собрания. Все эти объяснения, по словам де­
путатов, вполне удовлетворяли солдат.
В докладе депутатов Государственной думы отмеча­
лось, что у солдатской массы не вызвало протеста и за­
мечание депутата Масленникова о роли Совета рабочих и
солдатских депутатов. Признавая большую организа­
ционную работу, проделанную Советом в первые дни ре­
волюции, он убеждал солдат, что Совет «не должен стре­
миться к законодательной власти и тем более управлению
страной, ввиду опасности двоевластия».
Характеризуя политические взгляды солдат 5-го ар­
мейского корпуса Юго-Западного фронта, авторы доклада
указывали, что в общем эти взгляды сходятся с воззре­
ниями правого крыла Совета рабочих и солдатских депу­
татов. «Отношение к Думе и Временному правительст­
ву,— говорилось в докладе,— (подчеркивается иногда не­
обходимость единения последнего с Советом солдатских
и рабочих депутатов) крайне благожелательное»78. Бое­
способность 5-го армейского корпуса депутаты определи­
ли следующим образом: хотя солдаты и ставят девизом
«без аннексий и контрибуций», тем не менее, несомнен­
но, в наступление пойдут.
Но несмотря на желание представить войска Юго-За­
падного фронта как надежные в политическом отношении
и боеспособные, депутаты Государственной думы были
вынуждены отметить целый ряд выступлений солдат про­
тив продолжения войны, против политики Временного
правительства. Так, на объединенном заседании комите­
тов 1-й и 2-й гвардейских дивизий в некоторых речах
солдат были и такие высказывания: «Штык против нем­
цев, приклад против внутреннего врага». В одном из сол­
датских выступлений содержалась даже угроза Временно­
му правительству: если оно не пойдет об руку с Советом
рабочих и солдатских депутатов, то его следует «удалить».
На собрании гвардейских саперов в присутствии депута­
тов был затронут вопрос о мире. Ораторы требовали немед­
ленного опубликования тайных договоров с союзниками,
с тем чтобы убедиться, что солдаты не борются «за им­
периалистические и капиталистические стремления на­
ших союзников» 79.
Депутаты Государственной думы после посещения ря­
да частей Юго-Западного фронта пришли к следующему
заключению: моральное состояние войск ухудшилось по
сравйению с первыми^ днями революции. Основной при2

Заказ № 2213

33

чиной они считали немецкую пропаганду, которая велась
провокаторами и шпионами как в тылу, так и на фронте
под видом перемирий и братаний. Призывы офицеров
продолжать войну до победного конца в большинстве
случаев не встречали одобрения у солдат. Немалое бес­
покойство у депутатов вызывало укоренившееся в солдат­
ской среде «неправильное понимание» мира без аннексий
как отказ от всякой наступательной войны. Именно этим,
по мнению депутатов, объясняется недоверие солдат к
власти и союзникам, их недоброжелательное отношение
к офицерскому составу. Обобщая свои наблюдения о мо­
рально-боевых качествах солдат Юго-Западного фронта,
депутаты Государственной думы вынуждены были при­
знать: «Солдаты более не рвутся в бой...»80.
Представляет
интерес
высказывание
генерала
М. В. Алексеева, руководившего русской армией в первые
месяцы после Февральской революции. В письме военно­
му министру А. И. Гучкову 16 апреля он писал: «Нам
нужно... всем, всей России, всем партиям без различия их
программ громко сказать: родина в опасности. Громко и
открыто заявить России о тех язвах, которые разлагают
ее армию, и немедленно лечить их. С большим удивле­
нием читают отчеты безответственных людей о „прекрас­
ном“ настроении армии. Зачем? Немцев не обманем,
а для себя —это роковое самообольщение. Надо называть
вещи своими именами, и это должны сделать Временное
правительство, трезвая печать, общество, все партии,
пользующиеся авторитетом масс и коим дорога свобода
народов, населяющих Россию» 81.
Конечно, генерал Алексеев — ярый монархист, контр­
революционер — был обеспокоен низким боевым и мо­
ральным состоянием армии. Его, как и все верховное ко­
мандование, тревожил упадок дисциплины в армии,
многочисленные случаи неповиновения солдат, возрастаю­
щее с каждым днем недоверие солдат к Временному
правительству, генералитету, огромное влияние на армию
Петроградского Совета рабочих и солдатских депутатов.
Но особенно большую тревогу у всего командования ар­
мии вызывали принявшие массовый характер отказы сол­
дат продолжать войну, их нежелание готовиться к на­
ступлению. Генерал А. М. Драгомиров, выступая 4 мая
на объединенном заседании главнокомандующих фронта­
ми, членов Временного правительства и представителей
исполнительного комитета Петроградского Совета рабочих
34

и солдатских депутатов, так охарактеризовал настроения
и состояние армии: «Господствующее настроение в ар­
мии — жажда мира... Стремление к миру является на­
столько сильным, что приходящие пополнения отказыва­
ются брать вооружение — „зачем нам, мы воевать не со­
бираемся“».
Стремление солдат к скорейшему окончанию войны
проявлялось в различных формах. Наиболее массовой из
них было братание. Случаи братания имели место еще до
Февральской революции, но особенно оно усилилось в
апреле — мае 1917 г. Почти во всех сводках о настроениях
в армии, поступавших в Ставку весной, указывалось на
большой размах братания.
В братании принимали участие целые полки. Так,
в сводке донесений войсковых начальников о настроении
в армии с 6 по 13 мая отмечалось, что некоторые части
2-го Сибирского корпуса (Северный фронт) находятся в
фактическом перемирии с противником. На участке 21-го
корпуса солдаты переправлялись для братания через
Двину и никто не смог им помешать 82~83. Для того чтобы
прекратить братание, командование прибегало к различ­
ным средствам: угрозам, арестам, но чаще всего прика­
зывало разгонять братавшихся солдат артиллерийским и
пулеметным огнем. Но это не помогало.
Буржуазия враждебно относилась к братанию, рас­
сматривая его как препятствие в достижении своих це­
лей, как одну из составных частей борьбы солдат против
захватнической, грабительской войны. В буржуазной
прессе развернулась широкая кампания против братания,
представляя его как «измену» революции, как «обман»
русских солдат немецким командованием.
Оценивая отношение капиталистов к братанию,
В. И. Ленин в статье «Значение братанья», опубликован­
ной в «Правде» 28 апреля, писал: «С точки зрения охра­
ны „священной собственности“ на капитал и на прибыль
с капитала, такая политика капиталистов вполне пра­
вильна: действительно, для подавления пролетарской со­
циалистической революции в ее зачатках необходимо от­
носиться к братанью именно так, как относятся к нему
капиталисты» 84.
Временное правительство призывало командование
беспощадно бороться с братанием и подавлять любые по­
пытки солдат вступить в контакт с войсками противника.
Меньшевики и эсеры также были противниками брата2*

35

йия. Петроградский Совет рабочих й соЛДатскик Депу^Йтов 30 апреля принял «Воззвание о прекращении брата­
ния с противником». Эсеротменьщевистское руководство
Совета демагогически заявляло, что Петроградский Совет
и Временное правительство ведут русский народ к всеоб­
щему миру, миру без аннексий и контрибуций. Единст­
венный путь к такому миру — добиться от правительств
воюющих держав отказа от политики захватов. Но для
этого, говорилось в воззвании, необходимо укрепить бое­
вую мощь русской армии, которая стоит «на страже рус­
ской свободы» и могла бы защитить «революционную
Россию».
Братание, в котором принимают участие не отдельные
группы солдат, а целые роты, батальоны и даже полки,
отмечалось далее в воззвании, может привести лишь к се­
паратному миру, что позволит Германии разгромить на
западе союзников, а затем всей силой своего оружия об­
рушиться на Россию. Кроме того, братание является
«ловушкой», так как притупляет бдительность солдат и
используется германским командованием в разведыва­
тельных целях. Воззвание заканчивалось словами: «Це в
сепаратном мире и не в сепаратном перемирии спасение
русской революции, торжество всего мира. К гибели вас
самих, к гибели русской свободы ведут люди, уверяющие
вас, что братание — путь к миру. Не верьте им. Путь к
миру другой, его указал вам Совет рабочих и солдатских
депутатов. Поддержите его. Отметайте все, что ослабляет
вашу боевую мощь, что вносит в армию разложение . и
упадок духа. Ваша боевая мощь служит делу мира»85.
Резолюции с осуждением братания были приняты мно­
гими местными Советами, армейскими и фронтовыми ко­
митетами, съездами делегатов фронтов, находившихся под
большим влиянием меньшевиков и эсеров. Так, на сове­
щании делегатов фронтовых частей, состоявшемся 13—
17 мая в Петрограде, большинством голосов была приня­
та резолюция против братания8в.
Партия большевиков была единственной партией, ко­
торая приветствовала и поддерживала братание, видя в
нем проявление революционной инициативы солдатских
масс, одну из действенных форм борьбы солдатских масс
за справедливый, всеобщий мир, «одно из звеньев в цепи
шагов к социалистической, пролетарской революции»87.
В. И. Ленин в статьях, выступлениях весной 1917 г. не­
однократно подчеркивал важность братания солдат на
36

фронте. Он отмечал й некоторые слабые его стороны. Бра­
тание в большинстве случаев было еще стихийным.
В связи с этим перед партией большевиков уставала за­
дача придать братанию солдат наибольшую организован­
ность и политический характер.
Выступая с докладом о текущем моменте 24 апреля
на Седьмой (Апрельской) Всероссийской конференции
РСДРП (б), В. И. Ленин говорил: «Чего недостает в бра­
тании — это ясной политической мысли. Солдаты ин­
стинктивно почувствовали, что надо действовать снизу, их
классовый инстинкт революционно настроенных людей
подсказал им, что только здесь настоящий путь. Но это­
го недостаточно для революции»88. Чтобы братание
перешло в ясное политическое сознание, В, И. Ленин
поставил задачу перед членами партии, работавшими в
армии, добиваться, чтобы «братанье не ограничивалось
разговорами о мире вообще, а переходило к обсуждению
ясной политической программы, к обсуждению вопроса,
как кончить войну, как свергнуть иго капиталистов...» 89.
Важно было превратить стихийное братание в сознатель­
ное и организованное движение, главная цель которо­
го—переход власти к революционному пролетариату.
Солдатам необходимо было объяснить, что войну нель­
зя закончить отказом воевать, прекращением военных
действий только одной из воюющих сторон. Не к сепа­
ратному миру с Германией призывали большевики, как
это клеветнически утверждали представители буржуазных
партий, меньшевики и эсеры. Партия большевиков в сво­
их обращениях, воззваниях к солдатам, в резолюциях
подчеркивала, что положить конец империалистической
войне, добиться действительно справедливого, демокра­
тического мира можно только в случае перехода всей го­
сударственной власти в руки революционных Советов ра­
бочих и солдатских депутатов.
Руководствуясь ленинской оценкой братания, боль­
шевики проводили большую агитационную работу среди
солдат. Организованные братания происходили на всех
фронтах. Так, на Северном фронте по инициативе боль­
шевиков состоялось братание на участке 436-го пехотного
Новоладожского полка 109-й пехотной дивизии, входив­
шей в состав 12-й армии. Попытка командования разо­
гнать братавшихся солдат с помощью артиллерии окончи­
лась неудачно. Солдаты во главе с поручиком Хаустовым
арестовали офицеров, а командиру артиллерийской бата­
37

реи приказали не открывать огня, «не испросив на то
предварительного разрешения комитета полка»90.
На состоявшемся в середине апреля объединенном соб­
рании делегатов 2, 3 и 4-го Латышских стрелковых пол­
ков, 4-й Сибирской артиллерийской бригады и 2-го Си­
бирского мортирного артдивизиона обсуждался вопрос о
проведении революционной пропаганды в войсках про­
тивника. Собрание приняло инструкцию по организации
братания, которая предусматривала ведение устной и
письменной пропаганды.
За организационное братание выступили и большевики
Западного фронта, возглавляемые М. В. Фрунзе. Боль­
шую работу среди солдат 55-й дивизии проводил депутат
Петроградского Совета Д. П. Михайлов. Командир 55-й
дивизии в своем рапорте в штаб 3-й армии писал: «Аги­
татор Михайлов ведет агитацию за организованное брата­
ние... и сегодня лично принимал участие в братании в
220-м полку. Братание распространилось и на 218-й
полк, причем уговоры офицеров не действуют» 91. Коман­
дующий 3-й армией генерал М. Ф. Квецинский был на­
столько обеспокоен моральным состоянием 55-й дивизии,
солдаты которой с сочувствием воспринимали агитацию
Михайлова, что категорически требовал немедленно ото­
звать депутата Петроградского Совета с фронта. Нередки
были случаи организованного братания в армиях ЮгоЗападного и Румынского фронтов.
Другой весьма распространенной формой протеста
против продолжения войны являлось дезертирство с пе­
редовых позиций маршевых рот, направляемых на фронт,
а также из тыловых гарнизонов. Случаи дезертирства
имели место еще до февраля 1917 г. Но особенно их чис­
ло увеличилось после Февральской революции. Генерал
М. Д. Бонч-Бруевич, занимавший в первое время после
революции должность начальника Псковского гарнизона,
в своих мемуарах писал: «Все больше и больше солдат
уходило с фронта. По засекреченным данным Ставки, ко­
личество дезертиров, несмотря на принимаемые против
них драконовские меры, составило к Февральской рево­
люции сотни тысяч человек. Такой „молодой“ фронт, как
Северный, насчитывал перед Февральским переворотом
пятьдесят тысяч дезертиров. За первые два месяца после
Февральской революции из частей Северного фронта са­
мовольно выбыло двадцать пять тысяч солдат» 92.
38

Только за две недели, с 15 июня по 1 июля, на Се­
верном фронте дезертировало: из 1-й армии — 72 чело­
века, из 5-й —142, из 12-й —2320 человек, из 42-го кор­
пуса — 291 93. Число дезертиров из запасных частей За­
падного фронта с 19 по 31 мая составило 2931 человек94.
Всего же число дезертировавших со всех фронтов к
1 августа 1917 г. достигло более чем 365 тыс. человек95.
Борьба солдат за мир весной 1917 г. находила свое
выражение и в других формах. Солдаты отказывались
выполнять боевые приказы, распоряжения о перегруппи­
ровке войск, производить инженерные работы, связанные
с подготовкой плацдармов для наступления.
Солдаты на собраниях, митингах принимали резолю­
ции, осуждавшие готовящееся наступление. Так, общее
собрание полковых комитетов 169-й пехотной дивизии
(Западный фронт), состоявшееся 15 июня, одобрило
резолюцию, в которой отмечалось:
«I. Обсудив внутреннюю и внешнюю политику Времен­
ного правительства, соединенное заседание комитетов
169-й пехотной дивизии признает ее вредной для револю­
ционной демократической России и требует немедленного
созыва вновь переизбранных на демократических началах
равным и тайным голосованием представителей действую­
щей армии, дабы они, совместно с Советами рабочих и
крестьянских депутатов, приняли бы власть в свои руки.
II. Наступление русской революционной армии в на­
стоящее время, при существовании договоров, заключен­
ных старым правительством с империалистическими пра­
вительствами союзников, есть измена лозунгам, провозгла­
шенным нашей революционной демократией, вместе с тем
это шаг, могущий, при незаконченности организации
армии и недостаточности ее демократизации, повлечь за
собой переход власти в руки контрреволюционных сил,
а потому в настоящее время наступления быть не мо­
жет» 9в.
Незадолго до того, как была принята эта резолюция,
командующий 10-м армейским корпусом (169-я дивизия
входила в состав этого корпуса) в рапорте от 7 июня
командующему 10-й армией генералу Н. М. Киселевскому
так оценил боеспособность и настроение дивизии: «Доно­
шу, что 169-я дивизия как боевая единица не существует».
Во время посещения командиром корпуса одного из пол­
ков дивизии солдаты откровенно говорили, что наступать
они не будут, «что если Керенский призывает к наступле39

нию, то и ему верить не надо... если же прикажут на­
ступать, то они сначала перебьют всю буржуазию, или
заставят офицеров идти на проволоку впереди всех и
когда их перебьют, то разойдутся по домам». Командую­
щий вынужден был признать, что почти вся дивизия на­
ходится под сильным влиянием большевиков 97.
С отказами наступать выступили многие другие сое­
динения и части Западного фронта. Большое влияние на
отношение солдат фронта к наступлению оказало реше­
ние Минского Совета рабочих и солдатских депутатов,
в котором, в частности, говорилось, что при существую­
щей в данный момент международной обстановке призыв
к наступлению не соответствует интересам международ­
ной демократии, он навязан революционной России воин­
ствующими империалистами России и союзных с ней
стран. В этих условиях наступление будет содействовать
осуществлению тайных замыслов русской и международ­
ной буржуазией, связывающей с ним надежду на прекра­
щение русской революции98.
Особое беспокойство у командования Западного фрон­
та вызвало одобрение фронтовым комитетом в начале
июня резолюции с осуждением наступления, что было
сделано под давлением решений многих полковых комите­
тов, Минского Совета рабочих и солдатских депутатов.
Правда, вскоре эсеро-меньшевистское руководство фрон­
тового комитета отменило резолюцию и приняло новое
постановление в пользу наступления. Однако резолюция
против наступления сыграла определенную роль в форми­
ровании у солдат Западного фронта антивоенных
настроений.
Нежелание солдат наступать было настолько сильным,
что в некоторых частях дело доходило до избиения деле­
гатов Петроградского Совета, призывавших солдат перей­
ти в наступление. Так, 20 июня солдаты 703-го пехотного
Сурамского полка избили и арестовали членов делегации,
направленных Исполкомом Петроградского Совета на
Западный фронт, за их призыв к наступлению. Этот слу­
чай обсуждался на I Всероссийском съезде Советов ра­
бочих и солдатских депутатов. Соглашательское большин­
ство съезда приняло резолюцию, в которой осудило пове­
дение солдат, видя в нем «прямую измену революции и
предательство всей армии» ".
На Северном фронте антивоенные выступления среди
солдат приобрели особенно широкий размах, Распрложец^
40

йый ближе Других к Петрограду, фронт находился йбд
огромным влиянием большевиков. Военные большевист­
ские организации вели неустанную работу среди личного
состава частей и соединений фронта по разоблачению
реакционных целей готовившегося наступления.
Большую роль в организации солдатских масс против
наступления сыграла большевистская печать. Широкое
распространение в войсках получили газеты «Правда»,
«Солдатская правда», «Окопная правда» и др. В этих
газетах публиковались статьи В. И. Ленина, видных
партийных деятелей по актуальным вопросам револю­
ционной борьбы. Генерал А. С. Лукомский, командовав­
ший в апреле —мае 1917 г. 1-м армейским корпусом,
отмечал в «Воспоминаниях»: «Близость Петрограда дава­
ла себя чувствовать. Вся выходящая в Петрограде пропа­
гандная литература, в виде всевозможных воззваний,
листовок и прочее, уже на следующий день по выходе
была в частях войск моего корпуса» 10°.
Лозунги большевиков находили широкую поддержку
у солдат. Вести борьбу с агитацией большевиков, по
признанию Лукомского, было почти невозможно. Влия­
ние большевиков росло с каждым днем. Уже в мае —
начале июня солдаты некоторых частей и подразделений
Северного фронта выражали недоверие своим комитетам
и требовали удаления представителей соглашательских
партий, оправдывавших продолжение войны. Командова­
ние 1-й армии в донесении в штаб фронта сообщало, что
солдаты «наступать не хотят, начальникам не верят,
выбранные комитеты полным авторитетом не пользуются,
многие против войны вообще и против занятий по обуче­
нию, идеи Ленина распространены широко в солдатской
массе, что объясняется полученными укомплектованиями
из Петроградского округа»101.
На митингах солдаты многих частей заявляли о своем
отказе наступать. С решительным протестом против
наступления выступил 479-й Кадниковский полк (120-я
пехотная дивизия, 37-й армейский корпус). В резолюци­
ях, принятых на собраниях, солдаты требовали немедлен­
ного окончания войны, отказывались идти в наступле­
ние, находя его бесцельным. С подобными заявлениями
выступили также солдаты 121-й и 135-й пехотных диви­
зий, входивших в состав 37-го корпуса (5-я армия) 102.
Категорически отказались наступать солдаты 69-го Рязан­
ского, 65-го Московского, 540-го Сухиничского, 439-го
41

Илецкого, 11-го Сибирского и ряда других полков Север­
ного фронта 103.
Юго-Западный фронт, по мнению Ставки, был менее
революционизирован, чем Северный и Западный фронты.
Но и там происходили крупные волнения солдат, реши­
тельно выступавших против наступления. В 7-й армии
отказались выполнять боевые приказы, связанные с
выдвижением на передовые позиции, почти все части
7-го Сибирского корпуса. Комиссар Временного правитель­
ства в 7-й армии эсер Б. В. Савинков в своем докладе
военному министру от 4 июня так охарактеризовал
состояние армии: «Общее настроение войск в 7-й армии,
насколько я могу о нем судить по резолюциям, делега­
циям, собеседованиям и впечатлениям от полков, рот,
батарей и эскадронов в тылу и в боевой линии, не пред­
ставляет единства. В артиллерии, в специальных войсках
и в кавалерии оно отлично. В пехоте не всегда и не вез­
де удовлетворительно. Так, в 7-м Сибирском корпусе...
волнения едва не вылились в форму открытого бунта,
в 22-м корпусе еще на днях были отдельные случаи
братания (в 9-м Финляндском стрелковом полку),
в 34-м корпусе (в 104-й пехотной дивизии) существует
глухое брожение, и во всех корпусах можно усмотреть
наличность противогосударственной пропаганды». По
мнению Савинкова, состояние армии накануне наступле­
ния было настолько тревожно, «что не устранена опас­
ность полного ее разложения» 104.
Идентичным этому было настроение и частей 11-й
армии. В отчете комиссара 11-й армии эсера И. Кириенко
и его помощника меньшевика А. Чекотило подробно
описывается моральное состояние войск накануне наступ­
ления. Кириенко и Чекотило приехали в армию за 10 дней
до начала наступления и стали свидетелями различных
конфликтов, мешавших осуществлению намеченного пла­
на военных действий. Конфликты были вызваны отказом
отдельных частей армии исполнять приказы командова­
ния. Были случаи, когда части намеревались бросить ору­
жие и вернуться домой. Призывы комиссаров наступать
далеко не всегда встречали поддержку солдат. Холодно,
почти враждебно встретил комиссаров 78-й Навагинский
полк 20-й пехотной дивизии. Речи комиссаров выслуши­
вались неохотно и прерывались возгласами: «довольно»,
«долой», «слышали». Такой же прием встретили соглаша­
тели и в других полках. Оценивая моральное состояние
42

личною состава 20-й пехотной дивизии, авторы отчета
отмечали, что «дивизия не отказывалась стоять на пози­
ции и с гордостью говорила, что она будет защищать
родину, но только не станет наступать» 10®.
Настроения солдат 20-й дивизии, их отношение к вой­
не вообще и к летнему наступлению в частности харак­
теризует протокол митинга частей дивизии, состоявшего­
ся 28 мая по инициативе 78-го пехотного Навагинского
полка. На митинге солдаты единогласно постановили, что
Временное правительство не является, несмотря на его
коалиционный характер, истинным выразителем воли
демократической России, что вся власть до созыва Учре­
дительного собрания должна перейти к Всероссийскому
Совету солдатских, крестьянских и рабочих депутатов.
Наступление, даже частичное, дивизия считала ненуж­
ным и вредным для дела демократии. В то же время,
чтобы предотвратить малейшие попытки противника
начать активные действия на фронте, солдаты дивизии
считали необходимым вести стойкую и упорную оборо­
ну108. С категорическими отказами выполнять приказы
командования и принимать участие в наступлении вы­
ступили 13-й, 21-й Финляндские стрелковые полки и
многие другие части.
События, происходившие в 1-м гвардейском корпусе,
вызвали особое беспокойство командования 11-й армии.
В течение весны 1917 г. солдаты гвардии Гренадер­
ского полка (этот полк входил в состав 1-го гвардейского
корпуса) под влиянием агитации большевиков, больше­
вистской литературы неоднократно выступали против
продолжения войны, против наступления, выражали свое
недоверие Временному правительству, требовали пере­
дачи всей власти Совету рабочих и солдатских депутатов.
В полк приезжали комиссары 11-й армии, члены фрон­
тового и армейского комитетов, представители черномор­
ской делегации107. Они уговаривали солдат поддержать
наступление. Однако это не принесло желаемых резуль­
татов.
14 июня на многотысячном митинге солдат 1-го гвар­
дейского корпуса была принята резолюция о полном
недоверии Временному правительству, о необходимости
передачи всей власти в руки Советов и об отказе от на­
ступательных действий. 16 июня гвардейцев посетил воен­
ный министр Керенский. Во время митинга председатель
полкового комитета гвардии Гренадерского полка поручик
43

И. Л. Дзевалтовский вручил Корейскому резолюцию, в ко­
торой выражалось недоверие Временному правительству,
отказ от наступления108. Позднее солдаты гвардии Гре­
надерского полка и присоединившиеся к ним солдаты
Павловского и 13-го Финляндского стрелкового полков
отказались выполнить приказ командования занять ис­
ходные позиции и перейти в наступление.
Румынский фронт был наиболее отдален от центров
революционной борьбы. Это, естественно, сказалось на
том, что он медленнее других подвергался большевистско­
му влиянию. Среди солдат фронта немногочисленной была
и Прослойка представителей рабочего класса, что затруд­
няло работу большевиков. Маршал Советского Союза
А. М. Василевский писал о своей службе в 1917 г.
в войсках Румынского фронта: «На нашем, Румынском
фронте реакционные силы имели значительное влияние
и всячески противодействовали политической работе
большевиков»109. Руководство в комитетах, образован­
ных в соединениях и частях фронта, находилось в руках
эсеров и меньшевиков. Реакционное командование фрон­
та, поддерживающие его комитеты делали все возможное,
чтобы сведения о революционных событиях в стране не
проникали в войска. Тем не менее и на Румынском фрон­
те происходили антивоенные выступления. Солдаты отка­
зывались выполнять приказы, арестовывали офицеров,
принимали на митингах резолюции с осуждением полити­
ки Временного правительства, требовали «мира во что
бы то ни стало». Так, категорически отказались подчи­
няться Временному правительству солдаты 650-го пехот­
ного Тотемского полка 163-й пехотной дивизии (6-я ар­
мия). Большую агитационную работу в этом полку про­
водил большевик подпоручик Филиппов. Нежелание
солдат 650-го полка продолжать войну было настолько
велико, что они арестовали командира полка и несколь­
ких офицеров110.
Накануне наступления моральное состояние армий
Румынского фронта определялось командованием как
неустойчивое. В сводке сведений о настроении солдат
фронта говорилось: «Иногда достигнутое с большим тру­
дом улучшение разрушается в несколько дней приезжи­
ми агитаторами, пропагандой большевизма и распростра­
ненной на фронте газетой „Правда“» 1И.
С каждым днем на фронте увеличивалось число анти­
военных выступлений. И если в первые месяцы после
44

Февральской революции, в марте — апреле, солдатские
массы стихийно боролись с продолжением империалисти­
ческой войны, то уЖе в период непосредственной подго­
товки летнего наступления, в мае —начале июня, коман­
дование русской армии все чаще сталкивалось с орга­
низованными, сознательными отказами солдат идти в
наступление.
Огромным авторитетом в войсках пользовался Петро­
градский Совет рабочих и солдатских депутатов. Значи­
тельная часть солдат на фронте считала его единственным
своим руководителем.
Все это не могло не беспокойть Временное правитель­
ство и верховное командование. Для того чтобы укрепить
свое влияние в армии, сохранить над ней власть, они ис­
пользовали различные средства, хотя единодушия по мно­
гим вопросам достигнуто не было. Наглядным примером
может служить отношение к «Декларации прав военнослу­
жащих». Около двух месяцев разрабатывался и редакти­
ровался этот документ в комиссии, которую возглавлял
генерал А. А. Поливанов. Он был опубликован лишь
11 мая приказом военного министра коалиционного Вре­
менного правительства А. Ф. Керенского по армии и
флоту112.
Декларация состояла из 18 пунктов. Часть из них пов­
торяла положения приказа № 114 от 5 марта 1917 г.
военного министра А. И. Гучкова. Так, пункт 1-й урав­
нивал военнослужащих в правах с гражданским населе­
нием; пункт 2-й закреплял за солдатами право быть
членом любой политической, национальной, религиозной,
профессиональной организации. Декларация несколько
изменяла распорядок несения внутренней службы. Так,
пункт 7-й разрешал ношение гражданского платья вне
службы, 9-й — заменял обязательные ранее особые выра­
жения для ответов, например, «так точно», «никак нет»,
«рады стараться» и т. д. на «да», «нет», «постараемся».
Пункт 10-й отменял назначение солдат в денщики, одна­
ко в действующей армии и на флоте офицерам разреша­
лось иметь вестового ДЛЯ личных услуг.
В декларацию были включены также новые пункты,
которых не было в приказах военного министра Гучкова.
Это прежде всего пункты, направленные на ограничение
завоеванных солдатами в ходе революции прав, на уси­
ление власти офицеров. В 3-м пункте, например, говори­
лось, что каждый военнослужащий имеет право свободно
45

и открыто высказывать свои политические, религиозные,
социальные взглядыш. Но при этом оговаривалось,
что пользоваться этими правами солдаты могут только
во внеслужебное время. 14-й пункт предоставлял офице­
рам право применять оружие к подчиненным. «Никто из
военнослужащих не может быть подвергнут наказанию
или взысканию без суда,— отмечалось в декларации,—
Но в боевой обстановке начальник имеет право, под своей
личной ответственностью, принимать все меры, до приме­
нения вооруженной силы включительно, против не испол­
няющих его приказания подчиненных. Эти меры не
почитаются дисциплинарными взысканиями»<н. И на­
конец, последний, 18-й пункт запрещал выборность
начальников в армии. Право назначения на должность
или отстранения от нее принадлежало исключительно
командованию. Ему же предоставлялось право отдавать
распоряжения, касающиеся боевой подготовки и боевой
деятельности войск. Функции выборных войсковых орга­
низаций сводились к решению вопросов внутреннего
самоуправления.
Временное правительство, вводя в действие «Деклара­
цию прав военнослужащих», стремилось укрепить свое
влияние в армии, превратить ее в надежное орудие бур­
жуазии. Декларация была важным звеном в цепи меро­
приятий Временного правительства по подготовке армии
к летнему наступлению. Однако отношение верховного
командования к ней было резко отрицательным. Генера­
лы, приверженцы старой дисциплины, требовавшей от
солдат безоговорочного повиновения, не могли мириться с
введением в армии новых порядков и тем более с появле­
нием выборных солдатских организаций — комитетов,
с которыми офицеры вынуждены были делить власть.
Отношение представителей верховного командования к
декларации особенно ярко проявилось на совещании в
Ставке 1 мая. Проект декларации заранее был разослан
всем командующим фронтами — участникам совещания.
Председательствовал генерал М. В. Алексеев — верхов­
ный главнокомандующий. Во вступительном слове он про-,
сил командующих откровенно высказать свое мнение
о том, как отразится на нравственном состоянии армии
объявление «Декларации прав военнослужащих». Гене­
ралы были единодушны в оценке. «Декларация — последа
ний гвоздь, вбиваемый в гроб, уготованный для русской
армии»,—таков был вывод командующих. «Этот акт,-?
46

говорил командующий армиями Западного фронта гене­
рал Гурко,— развалит ячейки, те кирпичи, из которых
создано здание армии. Кто понимает положение, не должен
под этим приказом приложить руку... Поэтому оставать­
ся на своем посту, если бы мне пришлось опубликовать
этот приказ, я не могу» 11б-11в. Об уходе в отставку, если
декларация будет опубликована, заявили также генералы
Алексеев и Брусилов. Командующий Северным фронтом
генерал Драгомиров, начальник штаба Северного фронта
генерал Данилов, помощник главнокомандующего Румын­
ским фронтом генерал Щербачев возражали против тако­
го шага.
Участники совещания решили немедленно выехать в
Петроград и обратиться к Временному правительству и
руководителям Петроградского Совета рабочих и солдат­
ских депутатов с требованием не вводить в действие
декларацию. «Мы сделаем все от нас зависящее,— сказал
в конце совещания генерал Алексеев.— Воздействуем на
Совет рабочих и солдатских депутатов, будем просить
Временное правительство и центральные учреждения не
ставить нам палок в колеса и задержать опубликование
декларации прав до осени, когда выйдет новый устав
внутренней службы, в котором положения декларации не
будут так резать глаза» 117“119.
4 мая в Петрограде состоялось совместное заседание
командующих фронтами, членов Временного правитель­
ства и представителей Исполнительного комитета Петро­
градского Совета. Выступления участников заседания в
основном сводились к взаимному обвинению. Генералы
обвиняли Совет рабочих и солдатских депутатов в том,
что он способствовал своими приказами разложению ар­
мии. Настаивая на передаче всей полноты власти в армии
в руки верховного командования, генералы требовали
дать им возможность выполнить до конца своей долг и
победно окончить войну. В свою очередь, представители
Совета И. Г. Церетели и М. И. Скобелев обвиняли гене­
ралитет в недоверии Совету, который пользовался автори­
тетом у солдат. Именно в этом соглашатели видели
основную причину потери командованием власти в армии.
«Дисциплина должна быть,— замечал в своем выступле­
нии Церетели.—Но если солдат поймет, что вы (т. е.
командующие.—А. Ж.) не боретесь против демократии,
то он поверит вам. Этим путем можно спасти армию.
Этим путем Совет укрепил свой авторитет». Скобелев
47

Заверил генералов, что Совет не ставит своей целью
подорвать власть офицеров, не домогается выборного
командного состава, не выступает против наступления.
По его мнению, для того, чтобы двинуть армию в наступ­
ление, генералы должны совместно с меньшевиками и
эсерами внушить солдатам мысль о том, что наступление
на фронте приблизит окончание войны.
Закрывая заседание, А. Ф. Керенский, как представи­
тель Временного правительства, попытался, успокоить
генералов. «Ответственность мы берем на себя,— сказал
он,— но получаем и право вести армию и указывать ей
путь дальнейшего развития. Тут никто никого не упре­
кал... Каждый искал причину происходящих явлений.
Но наши цели и стремления — одни и те же». Далее
Керенский отметил, что Временное правительство высоко
оценивает деятельность как Совета рабочих и солдатских
депутатов, так и командования. Генералам было предло­
жено выехать на фронт и спокойно выполнять свои
обязанности.
Как же восприняли декларацию солдатские массы?
Сведения о декларации просачивались на фронт еще
до ее публикации. Солдаты ожидали значительного улуч­
шения своего положения, расширения прав, ограничения
власти офицеров. Однако декларация, как уже было от­
мечено, не вносила серьезных изменений. Более того, она
давала офицерам право силой оружия расправляться с
неугодными. Декларация еще больше усилила недоволь­
ство солдат верховным командованием, офицерами.
Представляет интерес характеристика, декларации,
данная Всероссийской конференцией фронтовых и тыло­
вых военных организаций РСДРП (б), проходившей в
Петрограде 16—23 июля. В резолюции о демократизации
армии говорилось: «Всероссийская конференция военных
организаций РСДРП, обсудив декларацию прав солдата,
находит, что хотя в этой декларации имеется много пра­
вильного и необходимого для солдат, но вместе с тем в
основных своих положениях в целом ряде важнейших
пунктов она является на деле декларацией бесправия
солдат, так, например, пункт 3, указывающий, что поль­
зоваться всеми правами солдат может только во вне­
служебное время, чем и дается возможность произвольно­
го толкования этого пункта, чем права солдата могут
свестись к нулю. Далее пункт 10, который вводит инстп48

Тут денщиков под Видом вестовых, что и является остат­
ком старых порядков.
Пункт 14, дающий право начальникам применять ору­
жие, т. е. расстреливать солдат, что и есть позор и изде­
вательство над свободой и над правами солдата-гражда­
нина. Наконец, пункт 18, не дающий права выборности и
назначения, представляет собою не что иное, как оставле­
ние основ старой постоянной армии... Поэтому, принимая
во внимание, что главные пункты декларации не соответ­
ствуют интересам солдат и противоречат основным прин­
ципам демократизации армии, конференция признает, что
таковая декларация должна быть отменена и заменена
другой декларацией широких прав солдата соответствен­
но принципам демократии» 12°.
Командование, как уже отмечалось, в целом отрица­
тельно относилось к декларации и ее опубликованию, ни
оно все чаще стало применять на практике 14-й пункт
декларации, дававший право использовать вооруженную1
силу против не исполняющих приказания солдат. К неповинующимся частям применялись самые жестокие меры:
они разоружались, расформировывались, зачинщики вол­
нений арестовывались и предавались суду. Иногда в це­
лях усмирения ненадежных частей генералы использова­
ли артиллерию и кавалерию.
Стремление высшего командования восстановить в ар­
мии старые порядки, ликвидировать революционные
завоевания солдат ярко выражены в телеграмме генера­
ла Алексеева 21 мая военному министру и министру-пред­
седателю Временного правительства. Для спасения армии
Алексеев считал необходимым: немедленно восстановить
военно-полевые суды, которые во всем объеме использо­
вали бы прежние законы; приводить приговоры суда в
исполнение без всяких смягчений и изъятий; расформи­
ровать от имени Временного правительства ненадежные
части, отказавшиеся исполнять боевые распоряжения
командиров;
вернуть
начальникам дисциплинарную
власть. «Только при такой постановке вопроса,—писал
Алексеев,— возможно водворение в армии порядка и воз­
вращение утраченной дисциплины. Увещания, воззвания
действовать на массу не могут. Нужны власть, сила,принуждение^ страх наказания. Без этого армия суще­
ствовать при своем данном составе не может. Считаю
своим священным долгом сказать об этом честно и на­
стойчиво. Развал внутренний достиг крайних пределов,
49

дальше идти некуда. Войско стало грозным не врагу,
а Отечеству» 121.
Однако Временное правительство не решалось осуще­
ствить меры, предложенные Алексеевым, понимая, что
они не улучшат состояние армии, а, наоборот, могут
вызвать еще большее недовольство солдат. Опасаясь окон­
чательно потерять свое влияние в армии накануне
наступления, Временное правительство не могло пойти на
восстановление старой дисциплины, на применение от­
крытого насилия над солдатскими массами. 22 мая коали­
ционное Временное правительство вынуждено было снять
генерала М. В. Алексеева с поста верховного главно­
командующего.
Увольнение Алексеева было не случайным. Еще в
начале марта Временный комитет Государственной думы,
обсуждая кандидатуры на пост верховного главнокоман­
дующего, выступал против назначения на эту должность
Алексеева. На заседании 19 марта члены комитета, рас­
смотрев предыдущую деятельность Алексеева, пришли к
заключению, что он недостаточно разбирается во всех
сложностях внутренней политики, и в связи с этим тре­
бовали в интересах успешного ведения войны освободить
Алексеева от обязанностей верховного главнокомандую­
щего. Тем не менее Алексеев еще около двух месяцев
находился на посту верховного главнокомандующего. Он
активно боролся с революционным движением в армии,
был сторонником самого жестокого подавления солдат­
ских волнений.
Генерал Алексеев открыто выступал за продолжение
войны до окончательной победы, сохранение в неприкос­
новенности заключенных ранее соглашений с союзниками.
Это соответствовало интересам Временного правительства.
Но в достижении целей Алексеев, будучи профессиональ­
ным военным, а не политиком и не дипломатом, был
слишком прямолинеен. Если Временное правительство
после апрельских событий, наглядно показавших непопу­
лярность продолжения войны, стало маневрировать, опи­
раясь на соглашательское руководство в Советах, обещая
заключить мир без аннексий и контрибуций, то Алексеев
продолжал заявлять, что лозунг «мир без аннексий и
контрибуций»
является утопической фразой. Это,
разумеется, вызвало отрицательную реакцию и послужи­
ло причиной его отстранения от должности. Временное
правительство, сменив главковерха, стремилось этим
50

актом поднять свой авторитет в армии. Реакционно
настроенный генерал Алексеев был заменен популярным
в войсках, более либеральным, чем другие представители
верховного командования, генералом А. А. Брусиловым.
Здесь следует отметить еще одно мероприятие Времен­
ного правительства и верховного командования. Массовые
отказы солдат продолжать войну привели командование
к мысли о создании надежных ударных частей из добро­
вольцев. В предстоящем наступлении ударные доброволь­
ческие части должны были первыми начинать операцию
и своим примером увлекать колеблющихся. Но приступая
к формированию ударных частей, командование пресле­
довало и другую, пожалуй, более важную цель. В усло­
виях нарастающего революционного движения в армии
и в стране оно рассчитывало, что отборные части послу­
жат опорой для восстановления «порядка» в армии,
в борьбе с революцией.
В мае сначала на Юго-Западном фронте, а затем на
других фронтах началось формирование ударных «рево­
люционных» батальонов из добровольцев тыла. Название
«революционные» давалось этим подразделениям для
обмана солдатских масс, не сразу понявших их действи­
тельное назначение. При штабах фронтов были органи­
зованы комитеты, при Ставке — Центральный исполни­
тельный комитет по формированию революционных ба­
тальонов. В Петрограде был учрежден Всероссийский
центральный комитет по организации добровольческой
революционной армии. По всем крупным городам разъ­
езжали представители этих комитетов, которые при актив­
ной поддержке эсеро-меньшевистского руководства мест­
ных Советов вели агитацию за образование ударных
частей и производили вербовку добровольцев. Ударные
команды создавались также непосредственно в войсках
действующей армии.
Сначала солдаты, введенные в заблуждение громкими
фразами о защите революции, благожелательно встретили
формирование ударных батальонов. Но вскоре, когда
командование стало использовать эти подразделения глав­
ным образом для подавления революционного движения,
отношение к ним резко изменилось. Солдаты насторожен’
но и даже враждебно встречали ударников, прибываю­
щих на фронт. Антивоенные настроения проникали и в
ударные части. Со всех фронтов в Ставку поступали све­
дения об отказах некоторых ударных батальонов выпол51

пять боевые приказы. Так, 13 июня на Юго-Западном
фронте отказался от участия в наступлений первый
батальон 139-го Волховского полка122’123.
Даже солдаты наиболее преданного командованию
«Корниловского ударного отряда» выступили с требовани­
ем о выводе их из боевой линйи. Командир отряда капи­
тан Нежинцев оценивал моральное состояние отряда как
близкое к полному развалу. Это особенно взволновало
генерала Л. Г. Корнилова, в честь которого был назван
отряд. В телеграмме на имя командира отряда он писал:
«До меня дошли слухи, что мои ударные батальоны...
пришли в полное расстройство и отказываются исполнить
свой долг. Объявите всем ударникам, что я не допускаю
и мысли, чтобы среди них оказались предатели й изменйики. Примите все меры к установлению порядка...» ш“125.
Верховное командование, понимая бесплодность своей
затеи с формированием ударных частей, все же стремясь
иметь их как можно больше, широко применяло индиви­
дуальную обработку солдат. В ударные части направля­
лись реакционно настроенные офицеры, юнкера, выход­
цы из зажиточных слоев казачества и крестьянства. Этим
Формированиям давались различные наименования: «ба­
тальоны смерти», «революционные батальоны», «штурмо­
вые батальоны» и другие. Но назначение их было в ос­
новном одно: борьба с революционным движением на
фронте и в тылу. Моральный уровень личного состава
ударных частей был чрезвычайно низким. Даже реакцион­
ный генерал А. И. Деникин называл эти формирования
«суррогатами вооруженной силы». О непопулярности
ударных частей среди солдат-фронтовиков говорит тот
факт, что, несмотря на усиленную агитацию, командова­
нию Северного фронта накануне наступления удалось
сформировать всего лишь два ударных батальона 128’128.
О настроениях солдатских масс накануне летнего
наступления 1917 г. знали в штабах армий и фронтов,
в Ставке и во Временном правительстве. Чтобы укрепить
моральный дух войск, принимались энергичные меры.
Широкий размах приобрела так называемая «словесная
кампаний». На фронт совершались многочисленные аги­
тационные поездки представителей соглашательских пар­
тий. Перед наступлением в частях действующей армии
побывали верховный главнокомандующий генерал Бруси­
лов и военный министр Керенский. Но все мероприятия
большого результата не дали. Керенский, вернувшись в
52

Ставку из поездки по войскам Западного фронта, зая­
вил Брусилову: «Ни в какой успех наступления не
верю».
Союзники, так настойчиво добивавшиеся быстрейше­
го йёрёйода русской армии в наступление, тоже сомнева­
лись в его успехе. Генерал Нокс, представитель англий­
ского командования, записал вечером 18 июня (в первый
день наступления) в своем дневнике: «Успеха здесь нё
будет» 129.
Последующие события подтвердили эти опасения.
♦

♦

♦

Подготовка наступления на русском фронте продолжа­
лась более полугода. Временное правительство, контрре­
волюционная буржуазия ставили перед собой достижение
политических целей. Возобновление активных боевых
действий на фронте должно было упрочить положение
Временного правительства, усилить его влияние на
международной арене, но главным образом укрепить
власть буржуазии в стране. Несмотря на проведённую
большую подготовку по организации наступления, несмот­
ря на все усилия командования добиться успехов на
фройте, осуществленные мероприятия не дали поло­
жительных результатов. Планы, достижение которых
буржуазия связывала с проведением наступления русской
армии, оказались не выполненными. Это касалось как
внутренней, так и внешней политики.

1 Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 32, с. 2.
2 Вёрхойное командование в первые Дйй революции.—Красный
архив, 1924, № 5, с. 226.
9 Революционное движение в России после свержения самодержа­
вия: Док. и материалы. М., 1957, с. 424.
4”12*45*7810
11Революционное движение в русской армии (27 февраля —
24 октября 1917 года): Сб. док. М., 1968, с. 20—21.
8 Стратегический очерк войны 1914—1918 гг. М., 1923, ч. 7. Кам­
пания 1917 г. Прцл. 3, с. 121.
7 Революционное движение в России после свержения самодер­
жавия, с. 425.
8 Цит. по; Васюков В. С. Внешняя политика Временного Прави­
тельства. М., 1966, с. 31.
0 См.: Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 32, с. 52.
10 Там же, с. 301—302.
11 Речь, 1917, 4 июня.
S3

Ленин В. И. Поли. собр. соя., т. 34, с. 67.
Верховский А. И. На трудном перевале. М., 1959, с. 275.
Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 32, с. 298.
Иоффе А. Е. Русско-французские отношения в 1917 г. М., 1958,
с. 99.
16 Строков А. А. История военного искусства: Капиталистическое
общество периода империализма (до конца первой мировой
войны 1914—1918 гг.). М., 1967, с. 555.
17 Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 34, с. 43.
18 Революционное движение в русской армии, 1917 г.: Сб. док. М.,
1968, с. 78.
19 Станкевич В. Б, Воспоминания.— В кн.: Февральская револю­
ция: Мемуары. М.; Л., 1925, с. 425.
20 Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 32, с. 298.
21 ЦГВИА, ф. 2003, он. 1, д. 61, л. 295.
22 Там же, д. 1165, л. 553-554.
23 Там же, д. 61, л. 295.
24 Там же, д. 63, л. 128.
25 Там же, л. 254—255.
28 Там же, л. 129.
27 Там же, л. 129.
28 Там же, л. 40.
29 Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1963, с. 255.
30 ЦГВИА, ф. 2003, on. 1, д. 63, л. 94. (Генерал Алексеев в работе
совещания участия не принимал. Он находился на лечении в
Севастополе).
31 Там же, л. 284.
32 Капустин М. И. Солдаты Северного фронта в борьбе за власть
Советов. М., 1957, с. 77.
33 Конференция союзников в Петрограде в 1917 г.— Красный ар­
хив, 1927, т. 1(20), с. 42.
34 Там же, с. 50.
35 Емец В. А. Очерки внешней политики России в период первой
мировой войны. М., 1977, с. 338.
88 Там же, с. 345.
37 Конференция союзников в Петрограде в 1917 г.— Красный ар­
хив, 1927, т. 1(20), с. 53.
38 Емец В, А. Петроградская конференция 1917 г. и Франция.— Ист.
зап., 1969, т. 83, с. 25.
39 Сидоров А. Л. Отношения России с союзниками и иностранные
поставки во время первой мировой войны 1914—1917 гг.— Ист.
зап., 1945, т. 15, с. 168.
40 Иоффе А. Е. Указ, соч., с. 45.
41 Сидоров А. Л. Указ, соч., с. 177.
42 Разложение армии в 1917 году: 1917 год в документах и мате­
риалах, с. 11.
48 Там же, с. 28—29.
44 Верховский А. И, Указ, соч., с. 228.
45 Великая Октябрьская социалистическая революция: Хроника
событий. М., 1957, т. 1, с. 223.
48 Разложение армии в 1917 году, с. 30.
47 ЦГВИА, ф. 2003, on. 1, д. 65, л. 136; Стратегический очерк вой­
ны 1914—1918 гг., ч. 7. Прил. 5, с. 130.
48 ЦГВИА, ф. 2003, on. 1, д. 65, л. 134—135; Стратегический очерк
войны 1914—1918 гг., ч. 7, с. 58.
12
13
14
15

54

ЦГВИА, ф. 2003, ой. 1, Д. 65, Л. 108, 266.
Революционное движение в русской армии в 1917 г., с. 61.
Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 34, с. 63.
Стратегический очерк войны 1914—1918 гг., ч. 7. Прил. 6, с. 133—
151.
53 ЦГВИА, ф. 2067, он. 1, д. 2774, л. 521.
54 Там же, л. 522.
55 Капустин М. И, Солдаты Северного фронта в борьбе за власть
Советов, с. 79—80.
56 Revue Historique de Гагтёе, 1973, N 3, p. 66—68 (в опубликован­
ной в данном номере журнала статье «Миссия Альберта Тома
в России: проблемы и ненадежность альянса с русскими (май —
июнь 1917 г.)» на документальной основе излагаются задачи
миссии, дана политическая и военная оценка положения в Рос­
сии накануне наступления русской армии).
57 Revue Historique de Гагтёе, 1973, N 3, р. 73.
58 ЦГВИА, ф. 2067, on. 1, д. 2974, л. 154.
59 Минц И. И. История Великого Октября. М., 1968, т. 2, с. 469.
60 Шурыгин Ф. А. Революционное движение солдатских масс Се­
верного фронта в 1917 году. М., 1958, с. 71.
61 Разложение армии в 1917 году, с. 90.
82 Стратегический очерк войны 1914—1918 гг., ч. 7, с. 154.
63 Разложение армии в 1917 году, с. 86.
64 Шурыгин Ф. А. Указ, соч., с. 72.
85 См.: Ленин В. И, Поли. собр. соч., т. 32, с. 366.
88 ЦГВИА, ф. 2003, on. 1, д. 530, л. 342.
87 Там же, л. 353.
88 Лукомский А. С. Из воспоминаний.— В кн.: Февральская рево­
люция: Мемуары, с. 230.
89 ЦГВИА, ф. 2003, on. 1, д. 65, л. 194; д. 1181, л. 105-106, 130—131.
70 Воен.-ист. журн., 1964, № 7, с. 80; Муратов X. И. Революционное
движение в русской армии в 1917 году. М., 1958, с. 47.
71 Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 32, с. 300—301.
72 Там же, т. 41, с. 121.
73 Там же, т. 32, с. 50.
74 Революционное движение в русской армии в 1917 г., с. 31.
75 Там же, с. 57.
78 Разложение армии в 1917 году, с. 46.
77 Головин Н. Н. Военные усилия России в мировой войне. Париж,
1939, т. 2, прил. 2, с. 219—226.
78 Там же, с. 221.
79 Там же, с. 224.
80 Там же, с. 226.
81 Революционное движение в русской армии в 1917 г., с. 62—63.
82-аз революционное движение в русской армии в 1917 г., с. 95.
84 Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 31, с. 459.
85 Революционное движение в русской армии в 1917 г., с. 78.
88 Минц И. И. Указ, соч., т. 2, с. 455.
87 Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 31, с. 460.
88 Там же, с. 352.
89 Там же, с. 460.
90 Капустин М, И. Солдаты Северного фронта в борьбе за власть
Советов, с. 67.

49
50
51
52

55

91 Гапоненко Л. С, Солдатские Массы Западного фронта в борьбе
за власть Советов. М., 1953, с. 46.
92 Бонч-Бруевич М. Д. Вся власть Советам. М., 1964, с. 130.
93 ЦГВИА, ф. 2031, on. 1, д. 351, л. 60.
94 Революционное движение в русской армии в 1917 г., с. 135.
95 Россия в мировой войне 1914—1918 гг.: (В цифрах)- М., 1925,
с. 26.
96 ЦГВИА, ф. 366, on. 1, д. 19, л. 265.
97 Революционное движение в русской армии в 1917 г., с. 127—128.
98 Там же, с. 129—130.
99 ЦГВИА, ф. 2048, on. 1, д. 25, л. 792 об., 793.
100 Лукомский А. С. Воспоминания. Берлин, 1922, т. 1, с. 153.
101 Журавлев Г. И, Борьба солдатских масс против летнего наступ­
ления на фронте (июнь — июль 1917 г.).— Ист. зап., 1957, т. 61.
с. И.
402 Капустин М. И. Солдаты Северного фронта в борьбе за власть
Советов, с. 86.
103 Шурыгин Ф. А. Указ, соч., с. 61.
J°4 ЦГВИА, ф. 366, оп. 2, д. 167, л. 28-31.
105 Там же, л. 61 об.
100 Революционное движение в русской армии в 1917 г., с. 118—120.
107 Делегация была сформирована по инициативе командования
Черноморского флота при поддержке эсеров и меньшевиков для
агитации в частях действующей армии эа продолжение войны
до победного конца, необходимость перехода в наступление.
Большинство членов делегации составляли представители со­
глашательских партий.
108 Революционное движение в русской армии в 1917 г., с. 241.
109 Василевский А. М. Дело всей жизни. 2-е изд. М., 1975, с. 30.
110 Муратов X. И. Укав, соч., с. 152.
111 Революционное движение в России в мае — июне 1917 г. Июнь­
ская демонстрация: Док. и материалы. М., 1959, с. 368.
112 Там же, с. 237—239.
113 Там же, с. 238.
114 Там же, с. 239.
lis-не Стратегический очерк войны 1914—1918 гг., ч. 7. Прил. 6,
с. 142.
117-119 Там же, с> 150.
120 Коммунистическая партия Советского Союза в резолюциях и
решениях съездов, конференций и пленумов ЦК. 8-е ивд. М.,
1970, с. 472.
121 ЦГВИА, ф. 366, on. 1, д. 17, л. 32—32 об.
122-123 Капустин М. И, Заговор генералов. М., 1968, с. 82.
124-125 ЦГВИА, ф. 2067, on. 1, д. 173, л. 385.
126-126 Капустин М. И. Солдаты Северного фронта в борьбе ва власть
Советов, с. 79.
129 Cruttwell. A History of the Great War 1914—1918: Second Edition.
Oxford, 1969, p. 428.

Глава вторая

НАСТУПЛЕНИЕ ЮГО-ЗАПАДНОГО ФРОНТА

Прорыв австро-германских позиций
Основной задачей Юго-Западного фронта в наступа­
тельной операции являлось овладение Львовом. В поло­
сах 11-й и 7-й армий, наносивших главный удар, было
намечено несколько участков прорыва. В случае успеха
предполагалось соединить эти прорывы в общий, образо­
вав в укрепленной полосе противника брешь шириной до
40 км. В дальнейшем войскам надлежало наступать в се­
веро-западном направлении — на Глиняны и Бобрку.
Кроме того, на фронте этих армий, а также Особой и
8-й армий намечался ряд вспомогательных ударов, кото­
рые сковали бы противника и не позволили ему перебра­
сывать войска в район главного удара.
Наступление на Юго-Западном фронте началось
16 июня 1917 г. мощной артиллерийской подготовкой.
Русское командование сосредоточило огромное количе­
ство артиллерии различного калибра на участках проры­
ва. В полосах наступления 11-й и 7-й армий от д. Звижень до д. Топелихи (около 70 км) находилось 800 лег­
ких. 158 среднего калибра и 370 тяжелых орудий1.
Эти армии имели значительный перевес в артиллерии над
противником. Русские войска превосходили врага в тяже­
лых орудиях более чем в два раза и в легких в три раза.
Плотность артиллерии на участке прорыва 7-й армии до­
стигала 40 орудий на 1 км фронта. Никогда еще за три
года войны русская армия не располагала таким количе­
ством артиллерии.
В штабе Юго-Западного фронта с помощью наземной
разведки, фотоснимков, сделанных с самолетов, показа­
ний пленных были собраны достаточно подробные сведе­
ния о противнике: его переднем крае, ближайших тылах,
системе заграждений, о количестве и расположении ог­
невых точек. Эти сведения во многом определили эффек­
тивность артиллерийской подготовки.
В течение двух дней на фронте 11-й и 7-й армий ар­
тиллерия вела интенсивный огонь по окопам, заграждени­
ям, ходам сообщения и тылам противника. Артиллерий­
ская подготовка велась и днем и ночью. Противник нес
большие потери. К 10 часам утра 18 июня огонь достиг
57

максимальной силы, и корпуса ударной группы начали
атаку неприятельских позиций. Натиск русских войск
был стремителен. К 12 часам была уже занята первая
линия окопов врага, а местами — вторая и третья. На­
ступление велось главным образом отборными, предан­
ными правительству, генералитету ударными частями.
Однако беспрепятственное продвижение русских войск
продолжалось недолго. Во второй половине дня 18 июня
германо-австрийские войска начали оказывать ожесто­
ченное сопротивление. Наступление в районе Бжежанского леса частей 41-го корпуса 7-й армии было встречено
мощным огнем артиллерии противника. Одновременно его
пехота произвела ряд контратак. Русские ударные части
были вынуждены отступить в исходное положение.
Не менее упорное сопротивление встретили на своем
пути и другие корпуса 7-й армии. Так, в течение первого
дня наступления противник произвел три контратаки про­
тив частей 34-го корпуса. Не выдержав натиска, 19-я ди­
визия этого корпуса оставила вторую линию вражеских
окопов, а 23-я дивизия отошла в исходное положение.
В первый день наступления большого тактического
успеха достигли войска 11-й армии. Ее ударные корпуса
овладели рядом опорных пунктов неприятеля: 49-й кор­
пус занял д. Коржилув, 17-й корпус — д. Пресовце.
19 июня войска этой армии также добились некоторого
успеха.
В ходе наступления 18 и 19 июня русские войска за­
хватили большое количество пленных, орудий разного
калибра, пулеметов и минометов. Только 18 июня на
Юго-Западном фронте ударными корпусами 7-й и 11-й
армий было взято в плен 192 офицера и 10471 солдат
противника2. Однако успехи первого дня достались ог­
ромной ценой. Потери в обоих армиях составили: убиты­
ми — около 2565 человек, ранеными — почти 10 тыс. че­
ловек ’.
Но эти жертвы не смущали организаторов наступле­
ния. Главным для них было то, что наступление из обла­
сти предположений стало фактом. Контрреволюция могла
приступить теперь к осуществлению своих далеко иду­
щих внешних и внутриполитических планов, связанных с
активизацией русской армии.
Кроме того, начало наступления на фронте сыграло
важную роль и в разрядке положения в стране, грозивше­
го новым кризисом власти.
58

Имеййо 18 июйя й Петрограде, Москве, Киеве, Мийске
и в других крупных городах прошли массовые антиправи­
тельственные демонстрации. Наиболее мощная из них со­
стоялась в Петрограде. Подавляющее большинство демон­
странтов шли с большевистскими лозунгами: «Вся власть
Советам!», «Долой 10 министров-капиталистов!», «Ни се­
паратного мира с немцами, ни тайных договоров с англо­
французскими капиталистами» и др.
Рабочие и солдаты столицы открыто выступили про­
тив коалиционного Временного правительства, против со­
глашательской политики меньшевиков и эсеров. Это была
большая победа большевиков, сплотивших вокруг сво­
их лозунгов пролетариат и гарнизон столицы. Усиливаю­
щаяся экономическая разруха, угроза голода, империали­
стическая антинародная политика правительства, которая
вела страну к катастрофе,—все это приводило трудовой
народ, солдат к мысли о необходимости революционных
преобразований. Демонстрация 18 июня показала, что
авангард рабочих и солдатских масс столицы идет за
большевиками, поддерживает их программу.
Обстановка в стране накалялась. Назрел новый кри­
зис власти. Но наступление на фронте отсрочило его.
В. И. Ленин в статье «Три кризиса» писал о событиях
18 июня: «Политический кризис, по признанию самих
эсеров и меньшевиков вечером 18 июня, разразился бы
наверное, если бы его не перерезало наступление на
фронте»А.
Временное правительство, верховное командование,
контрреволюционные организации восторженно восприня­
ли сообщение о начале активных наступательных дейст­
вий русской армии. В поздравительных телеграммах, ко­
торыми они обменивались, 18 июня называлось «историче­
ским днем» великих надежд, днем возрождения армии.
Особенно много поздравлений поступало на имя воен­
ного министра Керенского. Одним из первых прислал
свои поздравления министр — председатель Временного
правительства князь Львов. Он заверил Керенского, что
правительство примет самые решительные меры, чтобы
поддержать армию и создать необходимые условия успеха
в тылу5.
Поздравления шли и в адрес действующей армии«
С воззванием к ней обратился Всероссийский съезд Со­
ветов, на котором преобладали меньшевики и эсеры, го­
рячо выступавшие за проведение наступления. Посылая
59

«братский привет» войскам, онл твёрдйлй — йуть к все­
общему миру лежит только через наступление. Коман­
дующий ЮготЗападным фронтом генерал Гутор придавал
особое значение этому воззванию съезда Советов для под­
нятия наступательного духа солдат. Он приказал распро­
странить тысячу экземпляров этого документа6.
Наступление русских войск после некоторого успеха
18 и 19 июня приостановилось. Ставка, оценивая резуль­
таты первых дней наступления, решила: ввиду перехода
войск 7-й армии к пассивным действиям продолжать наг
ступление только силами 11-й армии и добиваться на ее
участке расширения прорыва в полосе обороны противни­
ка. Командование армии начало спешно перегруппиро­
вывать ударные части. Для усиления 11-й армии из ре­
зерва фронта ей придавался 1-й гвардейский корпус.
Однако этого было явно недостаточно. Только за че­
тыре дня, с 18 по 22 июня, 7-я и 11-я армия потеряли
более 180 убитых и 850 раненых офицеров, 4862 убитых
и 27 600 раненых солдат (без учета контуженных, отрав­
ленных газом, пропавших без вести)7. Такие потери,
естественно, ослабляли войска. Верховный главно­
командующий Брусилов был обеспокоен отсутствием ар­
мейских и фронтовых резервов, необходимых для разви­
тия успеха, и рекомендовал командующим Юго-Запад­
ным фронтом и 11-й армией проявлять «больше смелости
как в вопросе стратегического сосредоточения, так и в
выполнении операции» 8.
23 июня после артиллерийской подготовки войска 11-й
армии двинулись вперед. В ходе атаки было захвачено
несколько линий окопов противника. На этом и закончи­
лось продвижение 11-й армии. Встретив упорное сопро­
тивление врага, войска получили приказ закрепиться и
перейти к обороне.
Таким образом, верховному командованию не удалось
осуществить намеченный план глубокого прорыва оборо­
ны противника силами 7-й и 11-й армий. Малоэффектив­
ными оказались и начатые 18 июня вспомогательные
действия Особой армии.
Иначе сложилась обстановка в полосе 8-й армии. Как
уже отмечалось, общим планом наступления войск ЮгоЗападного фронта на 8-ю армию возлагалось нанеоение
вспомогательных, отвлекающих ударов с целью выхода в
долину р. Ломница и последующего продвижения на
Калуга и Болехов. Еще 11 июня командующий армией
60

fötießaji Л. Г. Корнилов поставил перед УдарньШй кор­
пусами (16-м и 12-м) следующие задачи: 12-му армей­
скому корпусу прорвать позицию противника между
железной дорогой Станиславув — Галич и д. Пацинув
включительно и в дальнейшем развивать успех в общем
направлении на Калуш; 16-й корпус должен был содей­
ствовать наступлению 12-го корпуса, выдвинув передовые
части к шоссе Ляховце — Росульна и в районе Яблонка
и Порогы9. 12-й корпус под командованием генерала Черемисова, наносивший главный удар, был усилен свежи­
ми частями.
Накануне наступления 12-й и 16-й корпуса по числен­
ности и вооружению значительно превосходили противни­
ка. Девяти дивизиям 12-го корпуса (более 66 тыс. чело­
век) и пяти дивизиям 16-го корпуса (свыше 42 тыс. че­
ловек) он смог противопоставить соответственно пять
дивизий (около 36,6 тыс. человек) и две дивизии
(21,5 тыс. человек). В артилдерии и особенно в тяжелой
12-й корпус имел превосходство почти в два раза (98 тя­
желых орудий против 46) 10. Таким образом, командо­
вание 8-й армии располагало достаточным количеством
войск и техники (бронеавтомобили, самолеты, бронепоез­
да) на главных направлениях предстоящего наступления.
Это в совокупности с детальной разработкой операции и
подробным изучением противостоящего противника да­
вало основания надеяться на успех.
Активные наступательные действия 8-я армия начала
23 июня. Первыми в атаку были брошены части 16-го
корпуса. Они успешно справились с поставленными перед
ними задачами. В ходе наступления, прорвав оборону
противника, войска овладели его передовыми позициями
на участках Ляховце, Дзвиняч и Яблонка, Порогы.
В этот же день началась артиллерийская подготовка
и в районе главного удара 8-й армии — в полосе 12-го
корпуса. В течение двух дней тяжелая и легкая артил­
лерия вела интенсивный огонь по вражеским укреплени­
ям, его ближайшим тылам. Чтобы неприятель не смог
исправить разрушения в своих оборонительных линиях,
артиллерийский огонь продолжался и ночью.
25 июця 12-й корпус 8-й армии перешел в стреми­
тельное наступление в районе Станиславува. В течение
дня он прорвал оборону на глубину пять-шесть километ­
ров, овладев девятью линиями траншей11. В ходе атаки
было взято в плен 131 офицер, 7100 солдат, захвачено
48 орудий12.
61

На следующий день 4асти 12-го kopüycä продолжалй
развивать наступление, имея целью выход в долину
р. Ломницы на фронте Галич, Калуш. За день упорных
боев вновь было захвачено более тысячи пленных, боль­
шое количество оружия, инженерного имущества, боепри­
пасов.
Все попытки противника остановить мощный натиск
русских войск были безрезультатны. Утром 27 июня 12-й
и 16-й армейские корпуса 8-й армии возобновили наступ­
ление. Прорвав укрепленные позиции врага, части право­
го фланга 12-го корпуса к 12 часам заняли город-крепость
Галич и, преследуя противника, вышли в долину р. Лом­
ницы. 16-й корпус, тесня неприятеля, достиг линии Садзава, Глебовка, Космач, Кривичи13.
Не добившись глубокого прорыва вражеских укрепле­
ний в полосе 11-й и 7-й армий, где находились основные
силы Юго-Западного фронта, верховное командование
русской армии было обрадовано удачным наступлением
частей 8-й армии. Военный министр Керенский и главко­
верх Брусилов направили поздравления в связи с «бле­
стящим началом наступления» командарму Корнилову и
командиру 12-го корпуса Черемисову. Брусилов, выражая
свое восхищение действиями «родного» 12-го корпуса14,
просил «наградить достойнейших георгиевскими крестами,
выдав по усмотрению от 4 до 6 крестов на каждую отли­
чившуюся роту, батарею, сотню» 15.
Действительно, успехи 8-й армии были весьма значи­
тельны по сравнению с 11-й и 7-й армиями. Переправив­
шись на левый берег р. Ломницы, части 164-й и 117-й
дивизий 12-го корпуса 28 июня после упорного боя овла­
дели Калушем. В ходе наступления армия продвинулась
на 25—30 км в глубину на фронте около 50 км. Пленные
германские офицеры на допросе заявляли, что за всю
войну они не видели такого стремительного удара, при­
ведшего к панике среди германских войск1в.
Наступление 8-й армии встревожило верховное коман­
дование германо-австрийских войск. Положение на фронте
3-й австрийской армии, противостоящей ударным корпу­
сам 8-й русской армии, становилось серьезным. Дальней­
шее продвижение русских в этом районе грозило ей круп­
ным поражением. Противник срочно приступил к пере­
группировке и усилению своих войск, особенно на
калушском направлении. Им ставилась задача во что бы
то ни стало удержать фронт по линии р. Ломницы. По
62

данным русской разведки и показаниям пленных, здесь в
период наступления 8-й армии появились свежие герман­
ские дивизии, которые были переброшены с других фрон­
тов: 16-я резервная, 20-я пехотная, 8-я баварская резерв­
ная и 83-я пехотная17. Из различных источников посту­
пали сведения о продолжающихся усиленных перевозках
германских войск на восток.
К перегруппировке своих войск на Юго-Западном
фронте приступило и русское командование. Успехи 8-й
армии и пассивность 11-й и особенно 7-й армий вынуж­
дали Ставку пересмотреть план дальнейших действий на
Юго-Западном фронте. Было намечено нанести удары
11-й армией в направлении на Злочев и 8-й армией —на
Рогатин18. Изменение в направлении наступления 8-й
армии (по первоначальному плану она должна была дви­
гаться на Болехов) диктовалось опасностью, грозившей
ее правому флангу, который был по существу открыт со
стороны Рогатина. К тому же по замыслам верховного
командования наступление 8-й армии в этом направлении
активизировало бы 7-ю и 11-ю армии, так как одна 8-я
армия, несмотря на ее успешный прорыв, не могла вы­
полнить задачи, поставленные перед всем Юго-Западным
фронтом.
28 июня главнокомандующий Юго-Западным фронтом
издал директиву, согласно которой войскам 11-й армии
предписывалось не позже 30 июня начать активные на­
ступательные действия в общем направлении на Злочев,
а 7-й армии —начать артподготовку в районе Брезжан.
8-я армия должна была наступать в северо-западном на­
правлении по р. Днестр. Перед войсками Особой армии,
как и прежде, ставилась задача сковывать своими дей­
ствиями противника19.
Однако эта операция не была осуществлена. Ее нача­
ло неоднократно переносилось главным образом из-за
отказов солдат занять позиции и продолжать наступле­
ние. Многие части самовольно покидали передовую и
уходили в тыл. Все это, естественно, сказывалось на бое­
способности армии и дальнейшем ходе событий. Отказы
солдат выполнять приказы командования приняли мас­
совый характер. Так, командование Юго-Западного фрон­
та было вынуждено вывести в резерв 4-ю и 6-ю Финлянд­
ские, 82-ю пехотную дивизии 49-го корпуса, 2-ю финлянд­
скую, 4, 16 и 155-ю дивизии 6-го армейского корпуса
и др.20
63

Главковерх Брусилов, информируя военного минист­
ра о положении на Юго-Западном фронте, писал: «По
сообщению главкоюза, настроение первой гвардейской
пехотной дивизии настолько ухудшилось, что заставляет
его признать первый гвардейский корпус неспособным к
активным действиям. Это обстоятельство и погода задер­
живают возобновление активных действий на фронте
11-й армии»21.
Ссылка Брусилова на погоду не случайна. Во многих
донесениях, рапортах, поступивших с фронта в конце
июня —начале июля в Ставку, говорилось о продолжи­
тельных дождях, которые мешали ведению огня, о по­
вышении уровня воды в реках, что затрудняло наведение
переправ.
Какова же была обстановка на фронте?
К 30 июня части ударных корпусов 8-и армии занима­
ли линию, проходившую главным образом по р. Ломнице
с небольшим выступом на левом ее берегу в районе Калуша. На этом наступление русских войск захлебнулось.
Противник оказывал упорное сопротивление и даже пе­
реходил в контратаки, поддерживаемые огнем тяжелой
артиллерии, стремясь прорвать позиции русских северовосточнее Калуша.
Положение становилось серьезным. Частям 12-го кор­
пуса, находившимся на западном берегу р. Ломницы, гро­
зила опасность быть отрезанными от основных сил ар­
мии. В этой ситуации помощь могли бы оказать сосед­
ние 11-я и 7-я армии, но они бездействовали. Моральное
состояние войск резко снизилось. Солдаты сознавали бес­
смысленность наступления. Приказы командования, ка­
савшиеся перегруппировки войск и подготовки новых на­
ступательных действий, обсуждались солдатами на митин­
гах и чаще всего не выполнялись. В некоторых частях
недовольство солдат было настолько велико, что дело до­
ходило до убийства офицеров, требовавших беспрекослов­
ного подчинения и продолжения наступления. Так,
в 11-й армии 2 июля был убит командир 22-го гренадер­
ского Суворовского полка подполковник Рыков за то, что
призывал солдат занять позиции22. Командующий ЮгоЗападным фронтом генерал Гутор в ответ на это приказал
немедленно расформировать 22-й гренадерский полк, а ви­
новных предать суду23.
Из-за отсутствия надежных резервов, поддержки со­
седних армий командование 8-й армии вынуждено было
64

3 июля оставить Калуш и отвести измотанные в боягх
части 12-го корпуса с западного берега р. Ломницы на ее
восточный берег. Правда, в сводках о боевых действиях
на Юго-Западном фронте, поступавших в Ставку, указы­
валась чаще всего другая причина отхода 12-го корпуса,
а именно сильный разлив Ломницы, который затруднял
оказание поддержки и доставку продовольствия войскам,
находившимся на западном берегу реки24.

Контрнаступление противника

Германскому командованию было известно о подго­
товке русской армии к наступлению. Об этом свидетель­
ствовали данные разведки. Особенно ценные сведения
противник получал благодаря широкому использованию
на фронте подслушивающих аппаратов. Пленные немцы
и австрийцы позднее на допросах показывали, что все
разговоры русских по телефону подслушивались и пере­
давались в штабы. Неприятель знал день начала русско­
го наступления, расположение частей, планы артиллерий­
ской подготовки и т. д. Кроме того, о подготовке наступ­
ления довольно подробно писалось в русских газетах.
Германо-австрийское командование, располагая доста­
точными сведениями о готовящемся наступлении русских
войск, принимало необходимые меры для его отражения.
Значительно были усилены войска, противостоявшие
11-й и 7-й русским армиям, которые по плану наносили
главный удар. Усиление проходило в основном за счет
переброски германских дивизий с Западного фронта. Эта
возможность появилась у германского командования пос­
ле провала в апреле англо-французского наступления.
Понеся большие потери, союзники России были вынуж­
дены отказаться на время от крупных наступательных
операций.
С Западного фронта на Восточный германское верхов­
ное командование перебросило шесть дивизий: 16-ю ре­
зервную, 20-ю пехотную, 1-ю и 2-ю гвардейские, 5-ю и 6-ю
дивизии. В распоряжение главнокомандующего Восточ­
ным фронтом генерал-фельдмаршала Леопольда Бавар­
ского поступали дивизии и с других фронтов: 101-я гер­
манская—с Македонского, 7-я и 62-я австро-венгерские
дивизии — с Итальянского фронта. В табл. 2 и 3 приве­
дены данные об усилении войск противника на русском
фронте.
*/аЗ

Закав М 2213

65

Таблица 2
Пехотные дивизии противника к началу летнего наступления
русской армии в 1917 г.25

Дивизии
Фронт

Северный
Западный
Юго-Западный
Румынский
Итого

герман­
ские

австрий­
ские

болгар­
ские

турец­
кие

всего

16 1/2
27 1/2
27
10

—
—
28 1/2
10

—
—
—
3

—
—
1
3

16 1/2
27 1/2
56 1/2
26

81

38 1/2

, 3

4

126 1/2

Таблица 3
Пехотные дивизии противника к 1.5 июля 1917 г.2*

Дивизии

Фронт

Северный
Западный
Юго-Западный
Румынский

Итого

герман­
ские

австрий­
ские

болгар­
ские

турец­
кие

всего

15 1/2
24 1/2
38
10

—
—
28 1/2
12

—
—
—
3

—
—
1
3

15 1/2
24 1/2
67 1/2
28

88

40 1/2

3

4

135 1/2

Войска, направляемые на восток в район Юго-Запад­
ного фронта, предназначались, по словам одного из руко­
водителей германского генерального штаба, генерала
Людендорфа, для того, «чтобы покончить расчеты с Рос­
сией и развязать себе здесь руки...»27. Верховное ко­
мандование германской армии давно стремилось к этому.
Еще в мае—начале июня 1917 г., когда по сведениям раз­
ведки в России усилилась подготовка к наступлению,
в немецкой ставке неоднократно обсуждался вопрос о не­
обходимости перехода к активным наступательным дейст­
виям на Восточном фронте, т. е. о нанесении упреждаю­
щего удара по русским войскам. Однако по политическим
и военным соображениям пришлось отказаться от этой
идеи.
Каковы же были соображения? Прежде всего, тяже­
лое экономическое и военное положение Германии. Пра­
66

вящие круги были крайне обеспокоены истощением эко­
номических ресурсов страны, усилившимся продовольст­
венным кризисом, ростом революционных настроений.
В апреле 1917 г. в ряде промышленных центров Германии
произошли крупные забастовки, носившие политический
характер. Около 300 тыс. рабочих принимало участие в
забастовке в Берлине.
Огромное влияние на усиление антивоенного движе­
ния в Германии оказывали революционные события в
России. Это особенно волновало имперское правительст­
во. Генерал Людендорф отмечал в своих мемуарах, что
правительство было озабочено опасностью подобного же
развития событий в Германии28.
Достаточно трудным было положение и на театрах
военных действий. 1 февраля 1917 г. Германия начала не­
ограниченную подводную войну, которая по замыслам
германского верховного командования должна была опре­
делить ход войны и рассматривалась как единственное
средство для победоносного окончания войны. Но несмот­
ря на то что в первые месяцы был достигнут определен­
ный успех, подводная война не оказывала желаемого дей­
ствия. Серьезным испытанием в апреле 1917 г. для Гер­
мании явилось мощное наступление англо-французских
войск на Западном фронте. Германская армия сумела от­
разить натиск противника, но и сама при этом понесла
значительные потери в людях и технике (потери состави­
ли около 280 тыс. человек).
Выход из сложившегося положения германские импе­
риалисты видели в скорейшем заключении сепаратного
мира с Россией, который, по их мнению, давал возмож­
ность преодолеть экономические, военные трудности.
Именно желанием заключить сепаратный мир с Россией
объясняется отказ правящих кругов Германии от актив­
ных, наступательных действий на Восточном фронте. На­
чальник штаба Восточного фронта генерал Гофман в ме­
муарах со свойственной ему прямотой отмечал: «Наше
министерство иностранных дел предалось обманчивой
надежде, что удастся вступить в переговоры с новым пра­
вителем Керенским и заключить мир. Отсюда стремление
пока не нападать на русских и не раздражать их» 29.
Даже представители германского верховного командо­
вания, считавшие, что мира с Россией следует добиваться
путем решительного наступления, после чего и продик­
товать ей с позиции силы свои условия, были вынужде­
3*

67

ны отказаться от этих планов. Для успешного наступле­
ния на востоке требовалось значительно усилить армию
резервами, но в то время они больше были нужны на За­
падном фронте. В апреле 1917 г. главнокомандующий Во­
сточным фронтом Леопольд Баварский предпринял на­
ступательную операцию в районе Ковеля, имевшую мест­
ное значение и ставившую целью овладение предмостным
укреплением на р. Стоходе. Наступление было удачным.
Войска генерала Линзингена, осуществлявшие операцию,
захватили большое количество оружия и пленных. Одна­
ко это вызвало тревогу в правительственных кругах Гер­
мании, надеявшихся путем переговоров заключить с Рос­
сией компромиссный «мир по соглашению». «Имперский
канцлер обратился ко мне с просьбой,— писал гене­
рал Людендорф,— как можно меньше раздувать этот
успех»30. Верховное командование германской армии по
договоренности с правительством запретило командующе­
му Восточным фронтом предпринимать в дальнейшем
какие-либо военные действия.
Представители германских правящих кругов внима­
тельно следили за событиями в России. Они не без осно­
ваний полагали, что наступление на востоке могло «при­
остановить развал России»31, давало возможность рус­
скому правительству восстановить дисциплину в армии,
возродить ее боевой дух и под лозунгом «защиты рево­
люции» активно продолжать войну с Германией.
Однако все попытки германских империалистов осу­
ществить свои аннексионистские планы, заключив на вы­
годных условиях сепаратный мир с Россией, были безре­
зультатными. Начавшееся в июне наступление русской
армии со всей определенностью показало, что Временное
правительство намерено продолжать войну. Период вы­
нужденного затишья на Восточном фронте окончился.
Германское верховное командование приступило к
подготовке контрнаступления, на которое возлагались
большие надежды. По расчетам Гинденбурга, Людендор­
фа и других представителей высшего командования, оно
должно было в значительной степени повлиять на ход
войны. Прежде всего, ускорило бы разложение русской
армии и заключение с Временным правительством сепа­
ратного мира. Этот мир давал возможность Германии,
используя огромные ресурсы России, и особенно ее хлеб­
ные районы, преодолеть экономические трудности, про­
довольственный кризис. Высвободившиеся на Восточном
68

фронте войска немецкая ставка планировала перебросить
на запад, с тем чтобы, создав там значительный перевес
в силах, перейти к решительным наступательным опера­
циям.
- Расценивая положение Германии весной и летом
1917 г. как «серьезное, но прочное», верховное командо­
вание не утратило надежду на победное окончание войны.
Кроме того, немецкие генералы надеялись, что успешное
контрнаступление на русском фронте поднимет настрое­
ние в стране, укрепит в народе «волю к войне», убедит
рейхстаг в возможности достижения благоприятного ис­
хода войны военным путем, а не «мирными резолю­
циями».
Контрнаступление на Восточном фронте должно было
сыграть важную роль в осуществлении агрессивных за­
мыслов германского правительства и верховного командо­
вания.
В основу плана контрнаступления немецких войск
были положены предложения генерала Гофмана, началь­
ника штаба Восточного фронта, заключавшиеся в сле­
дующем: сосредоточить в районе Злочева крупную удар­
ную группировку главным образом за счет переброски
свежих дивизий с других фронтов и нанести затем удар
вдоль железной дороги Львов — Тарнополь, в стык 11-й
и 7-й русских армий. Наступление именно в этом направ­
лении сулило наибольший успех, так как «отсюда можно
было стремиться к охвату расположенной далее к югу
части русской армии» 32.
Ориентировочно день перехода в контрнаступление
был назначен на 3 июля. Однако из-за тяжелой обстанов­
ки на фронте 3-й австрийской армии пришлось отложить
начало операции на несколько дней. Ставка была чрезвы­
чайно обеспокоена глубоким прорывом 8-й русской армии
и безудержным отступлением австрийцев. Генерал Гоф­
ман так описывал события тех дней: «Германские войска
были вовлечены в отступление, фронт 3-й армии отодви­
нулся за Ломницу, Калуш попал в руки русских, в ре­
зультате чего положение стало очень серьезно. Если бы
не удалось удержать линию Ломницы и взять обратно
Калуш, а отступление 3-й армии продолжалось бы, то
Стрый, главный тыловой пункт Южной армии, и нефтя­
ные источники Дрогобыча оказались бы под угрозой» 33.
Главнокомандующий Восточным фронтом, стремясь
восстановить положение на этом участке фронта, был
69

вынужден усилить австрийскую армию несколькими гер­
манскими дивизиями, предназначенными для злочевской
ударной группировки. Лишь после того, как продвижение
русских частей было остановлено на р. Ломнице и там
начались позиционные бои, командование смогло развер­
нуть войска в намеченном районе между р. Серет и
Зборовом.
Противник спешил начать контрнаступление. «Воен­
ные и политические условия на востоке,—отмечал Гин­
денбург,— именно теперь вынуждали выйти из бездея­
тельного, созерцательного состояния. Следовало опасать­
ся, что если за наступлением Керенского не последует
немедленно наш контрудар, то воинственное течение в
России снова окрепнет» 34.
6 июля в рейхстаге обсуждалась «мирная резолюция».
В ней говорилось о стремлении рейхстага к такому миру,
с которым несовместимы ни насильственный захват чу­
жих территорий, ни политический, экономический и фи­
нансовый контроль над другими странами. Однако в за­
ключительной части резолюции отмечалось, что если Ан­
танта не захочет заключить мир, то Германия будет
воевать до тех пор, пока не обеспечит себе и своим союз­
никам право на жизнь и развитие.
Большинство депутатов рейхстага одобрило эту резо­
люцию. Но голосуя за нее, они и не думали отказываться
от агрессивных, аннексионистских планов, а предпочита­
ли, учитывая тяжелое военное и экономическое положе­
ние Германии, осуществить их путем компромиссного
мира по соглашению. Обеспокоенные ростом антивоенно­
го и революционного движения в стране, они надеялись
с помощью «мирной резолюции» успокоить народные
массы.
Верховное командование выступало против резолюции
рейхстага, считая, что она будет способствовать сниже­
нию боеспособности армии, приведет к дальнейшему упад­
ку настроения в народе, будет воспринята противником
как признак слабости. Генералы хотели помешать при­
нятию резолюции и надеялись, что сообщением о" начале
крупной наступательной операции на Восточном фронте
удастся повлиять на депутатов рейхстага. «Генерал Лю­
дендорф просил меня,—писал Гофман,—известить его о
ходе операции до 6 часов вечера, т. е. до того момента,
когда рейхсканцлер намеревался выступить в рейхстаге
с речыь Артиллерийская наблюдательная вышка, с кото­
70

рой командующий фронтом и я наблюдали за боем, была
связана телефоном со Ставкой, и таким образом уже в
5 часов пополудни высшее командование могло в несколь­
ко минут осведомить рейхсканцлера об исходе боя» 3\
Какова же была обстановка на Юго-Западном фронте?
Перед началом немецкого контрнаступления русские ар­
мии занимали следующее положение: 11-я и 7-я армии,
прикрывая дубненское и тарпопольское направления,
располагались на линии Шельвов, Мерва, Куропатники,
Потуторы, Славептии; 8-я армия занимала фронт Галич,
р. Ломница, Добровляны, Пневи, Ботошул. В состав
11-й армии (командующий генерал Эрдели), которой
первой пришлось принять удар противника, входили: де­
вять пехотных и один конный корпус, две кавалерийские
дивизии. На участке Жаркув, Млыновце, Куропатники,
т. е. в том месте, где немецкие генералы планировали пе­
рейти в контрнаступление, командование 11-й армии име­
ло 22 пехотные и две конные дивизии (140 тыс. штыков,
около 100 тяжелых и 475 легких и гаубичных орудий).
Противник сосредоточил на этом же участке фронта де­
вять дивизий — около 55 тыс. штыков, 400 легких и
60 тяжелых орудий. 7-я армия (командующий генерал
Селивачев) состояла из четырех корпусов и одной ка­
зачьей дивизии. Она насчитывала 74,8 тыс. штыков,
168 тяжелых и 350 легких орудий36.
Рано утром 6 июля ударная группировка германских
войск начала мощную артиллерийскую подготовку по ле­
вому флангу 11-й армии на участке Жаркув, Млыновце.
Противник широко использовал химическое оружие, в част­
ности новый сильнодействующий газ «желтый крест»,
от которого не спасали противогазы. При поддержке ар­
тиллерии немецкие войска перешли в наступление и, от­
бросив противостоящие им части русской армии, начали
развивать удар в юго-восточном направлении. Все попыт­
ки командования 11-й армии остановить прорыв герман­
ских войск были безрезультатны. Атакованные русские
части понесли большие потери и не могли оказать серьез­
ного сопротивления. Не выдержав натиска противника,
они начали отступать. Отход одних частей обнажал флан­
ги других и создавал угрозу окружения. Боясь быть отре­
занными от своих войск, солдаты соседних полков остав­
ляли свои позиции и уходили в тыл, подчас не дожидаясь
атаки противника. Прорыв германских войск развивался
с чрезвычайной быстротой. Только в первый день контр­
71

наступления они продвинулись на 15 км на фронте шири­
ной около 20 км. К вечеру 6 июля части 11-й армии от­
ступили па линию Чепеле, Ратище, Олеюв, Млыновце.
Отступление 11-й армии вызвало тревогу в Ставке.
Главковерх Брусилов считал, что главнокомандующий
Юго-Западным фронтом Гутор не проявил достаточной
решительности в сложившихся условиях. 7 июля он на­
правил ему телеграмму, в которой писал: «Войск в Ва­
шем распоряжении больше чем нужно. Необходимо при­
нять все меры к тому, чтобы их заставить драться. Не
допускаю мысли, чтобы между сосредоточенными в райо­
не прорыва частями не нашлось доблестных и верных
долгу полков, которые бы не остановили небольшие ча­
сти противника, наступающие только потому, что перед
ними отходят. Приказываю не только принять все меры
к тому, чтобы остановить наступление противника, но
энергично перейти в контратаку и восстановить положе­
ние... Комиссара Савинкова, армейских комиссаров и ко­
митеты прошу помочь командному составу и призвать
войска к исполнению долга» 37.
Однако локализовать прорыв германских войск не уда­
валось. Противник продолжал успешно продвигаться.
Попытки командования 11-й армии восстановить положе­
ние выдвижением резервов и переходом в контратаки не
принесли положительных результатов. Генерал Лукомский, начальник штаба верховного главнокомандующего,
в докладе, посвященном боевым действиям русской армии
с 6 по 16 июля 1917 г., отмечал: «Посылаемые на под­
держку и для контратаки части 49-го корпуса38 в боль­
шинстве случаев отказывались их исполнять или вы­
сказывали полную неустойчивость, уходя под влиянием
только одного артиллерийского огня... 1-й гвардейский
корпус, смененный в ночь на 7 июля 5-м армейским
корпусом, самовольно ушел в Вишневец (65 верст от
боевой линии)»39. Уже к вечеру 8 июля неприятель
захватил предместье Тарнополя — Загребеля. Части 11-й
армии, неся большие потери, отходили на восток за
р. Серет.
В тяжелом положении оказалась и 7-я армия. Ей при­
ходилось сдерживать натиск противника как с фронта,
так и с правого фланга, обнажившегося после отступле­
ния 11-й армии. В этих условиях командующий 7-й ар­
мией вынужден был начать отвод своих войск. Обстанов­
ка на Юго-Западном фронте становилась очень серьезной.
72

Наступление врага между р. Серет и р. Стрыпа созда­
вало реальную угрозу окружения 7-й и 8-й армий. По
мнению верховного командования, только отступление
этих армий на восток позволяло избежать катастрофы.
В связи с тем, что обстановка на фронте изменялась
чрезвычайно быстро, а указания Ставки могли запазды­
вать, Брусилов предоставил генералу Корнилову, новому
главнокомандующему армиями Юго-Западного фронта40,
право «при первой к тому необходимости отвести право­
фланговые корпуса 8-й армии на надежный рубеж с целью
избегнуть окончательного поражения, сократить фронт и
иметь возможность образовать сильные резервы...»41.
9 июля 8-я армия начала отход на линию Монастержиска, Задарув, Угорники, Надворная, Тартарув.
Тем временем германские и австрийские войска про­
должали развивать контрнаступление. 10 июля им удалось
форсировать р. Серет и закрепиться на ее восточном бере­
гу. В тот же день противник возобновил атаки в южном
направлении, между реками Серет и Стрыпа. Находившие­
ся там русские части, не выдержав натиска врага, отсту­
пили на линию Островчик, Брикуля Нова, Гайворонка.
Главнокомандующий Юго-Западным фронтом, стре­
мясь не допустить продвижения противника к востоку от
Серета и стабилизировать положение между Серетом и
Стрыпой, приказом от 10 июля поставил перед армиями
фронта следующие задачи: 11-й армии —начать с утра
11 июля артиллерийскую подготовку для наступления на
фронте Ратище, Хладки; 7-й армии — во что бы то ни ста­
ло остановить продвижение вдоль восточного берега Сере­
та и прочно удерживаться на линии Трембовля, Монастержиска; 8-й и 1-й армиям42 — упорно оборонять за­
нимаемые позиции43.
Однако войска Юго-Западного фронта были не в со­
стоянии выполнить этот приказ. Ослабленные в предыду­
щих боях, неся большие потери в людях и технике, они
не могли оказать серьезного сопротивления противнику.
С каждым днем положение на фронте ухудшалось.
И июля 1-й гвардейский корпус, оборонявший г. Тарнополь, бросил свои позиции и отошел на восток. В руки
неприятеля попали артиллерийские, интендантские, сани­
тарные склады, находившиеся в городе. 12 июля отступи­
ли части 45-го армейского корпуса, занимавшие оборону
у Трембовля. Фронт был прорван на р. Гнезна и южнее
Трембовля на р. Серет.
4

Заказ Ks 2213

73

Из Ставки в штаб Юго-Западного фронта шли теле­
граммы с категорическими требованиями принять все
меры к прекращению отходов, прочно закрепиться на од­
ном из выбранных рубежей обороны. Особенно отмечалось,
что отступление соседних частей «отнюдь не должно вы­
зывать отходов с неатакуемых участков...»44. Для уси­
ления войск Юго-Западного фронта Брусилов приказал
немедленно перебросить 10-й корпус с Западного фронта
и 29-й корпус с Румынского фронта.
Но и это не помогло командованию Юго-Западного
фронта остановить продвижение противника и прекратить
самовольное отступление войск. Генерал Корнилов в до­
несении от 11 июля в Ставку указывал, что обстановка
из-за усилившегося разложения в войсках исключает вся­
кую возможность прочно закрепиться на занятой позиции
и не дает уверенности в быстром прекращении вражеского
наступления, несмотря на все принятые меры45. Он счи­
тал необходимым продолжать последовательный отвод
войск на восток с тем, чтобы там на укрепленных рубе­
жах попытаться остановить наступление неприятеля. При
отступлении требовалось удерживать фланги фронта, не
оголять их и иметь связь с войсками Западного и Румын­
ского фронтов.
Командование Юго-Западного фронта считало, что в
ближайшее время германские и австрийские войска про­
должат свое наступление, имея главной задачей вытесне­
ние русских армий из Буковины и захват Черновиц и
Каменец-Подольска. Корнилов еще 13 июля писал Лукомскому: «Оценивая общую обстановку на всем Юго-За­
падном фронте, я прихожу к убеждению, что участок наи­
большего давления противника находится ныне на фрон­
те 7-й армии и правом фланге 8-й. Предполагаю, что
противник в ближайшие дни будет развивать действия в
юго-восточном направлении, продолжая прежний маневр,
то есть давя на стык армий, теперь стык 7-й и 8-й с
целью заставить нас очищать постепенно Буковину...»48
Неприятель, перегруппировав свои войска, возобновил
наступление. В течение 16—17 июля австро-германские
войска форсировали р. Збруч в районе Гусятина. Но даль­
ше они не продвинулись; более того, в результате боев
они были отброшены за р. Збруч. Русские войска восста­
новили прежнее положение. Не добившись развития на­
ступления на Збруче, противник начал наступать южнее,
по обоим берегам Днестра. 3-й Кавказский и 12-й армей74

скйй корпуса вынуждены были отступить. Войска 8-й
армии отошли правым флангом на линию р. Збруч, от
Скала до устья р. Збруч, а левым флангом — Баламутовка, Глиница.
На южном крыле Юго-Западного фронта противнику
21 июля удалось овладеть важным пунктом — Черновцы.
Но на этом, по сути дела, и закончились наступательные
действия германо-австрийских войск на Юго-Западном
фронте.
Почему же контрнаступление противника не получило
дальнейшего развития?
Главными причинами были: отсутствие достаточно
боеспособных сил, значительные потери, трудности в ор­
ганизации снабжения армии всем необходимым. Гинден­
бург в своих воспоминаниях отмечал, что германское вер­
ховное командование в высшей степени было заинтересо­
вано в развитии контрнаступления, но «наши тыловые
связи были, однако, так затруднены, благодаря разруше­
нию железных дорог отступающими русскими, что мы,
к сожалению, должны были отказаться от продолжения
операции на этом месте» 47. Начальник штаба Восточного
фронта генерал Гофман писал: «Наши войска слишком
удалились от своей базы, подвоз не поспевал, а австрий­
ским войскам, расположенным дальше к югу, не хватало
необходимой энергии для дальнейшего развития ус­
пеха» 48.
Аналогичные соображения высказывал и Э. Люден­
дорф, рассчитывавший на дальнейшее развитие наступле­
ния и овладение Молдавией. «Но наступательная сила
австро-венгерских войск,—отмечал 3. Людендорф,—была
слишком ограничена, а одних германских войск было не­
достаточно. Кроме того, тыловые сообщения складыва­
лись так трудно, что организовать правильное снабжение
армий до восстановления железных дорог было невозмож­
но. Работами по восстановлению их были заняты большие
силы, но разрушения оказались столь капитальными, что
должны были пройти недели, прежде чем можно было
думать развивать далее операцию южнее Днестра»49.

4*

75

♦

♦

♦

Итак, наступление Юго-Западного фронта, несмотря на
тщательную его подготовку, окончилось неудачей. Рус­
ская армия отошла к государственной границе. Огромны
были потери в людях. За время летнего наступления,
с 18 июня по 21 июля, они составили около 132,5 тыс.
человек (129 126 солдат и 3349 офицеров)50.
В ходе летнего наступления русской армии противник
понес серьезные потери. Войска Юго-Западного фронта
в период активных наступательных действий с 18 по
30 июня взяли в плен 834 офицера противника, 35 809
солдат, захватили 93 тяжелых и легких орудия, 28 тран­
шейных, 403 пулемета, 44 миномета, 45 бомбометов, много
винтовок, патронов, снарядов и другого имущества51.
Э. Людендорф в своих мемуарах так оценивал летнее
наступление русской армии: «Когда теперь я мысленно
прикраиваю русские июльские успехи на апрель или май
(время весеннего наступления англо-французских войск
на западе.—A. 2ff.), то я с трудом себе представляю, как
бы верховное командование вышло из создавшегося по­
ложения» 52.

1
2
3
4
5
6
7
8
9

10
11
*2
13
14
15
18
17
18
19
76

ЦГВИА, ф. 55, оп. 5, д. 1, л. 16.
ЦГВИА, ф. 366, on. 1, д. 106, л. 30.
ЦГВИА, ф. 2067, on. 1, д. 478, л. 7.
Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 32, с. 429—430.
ЦГВИА, ф. 366, on. 1, д. 106, л. 28.
ЦГВИА, ф. 2067, on. 1, д. 171, л. 62.
Там же, д. 478, л. 18.
Там же, д. 233, л. 57.
Журин Б. И. Взаимодействие артиллерии при прорыве укреп­
ленной полосы 8-й русской армией у Станиславува. М., 1943,
с. 118.
Там же, с. 15.
ЦГВИА, ф. 366, on. 1, д. 106, л. 84.
ЦГВИА, ф. 2003, on. 1, д. 397, л. 162.
ЦГВИА, ф. 366, оп. 2, д. 17, л. 55.
А. А. Брусилов был командиром этого корпуса с августа 1913 г.
по начало первой мировой войны.
ЦГВИА, ф. 2067, on. 1, д. 172, л. 30.
ЦГВИА, ф. 2003, on. 1, д. 397, л. 270.
Там же, д. 1579, л. 29.
ЦГВИА, ф. 55, оп. 5, д. 1, л. 17.
Стратегический очерк войны 1914—1918 гг., М., 1923, ч. 7, Кам­
пания 1917 г., с. 77.

20

21

22
23
24
25
26

27
28
29

30
31
32
33

34
35
36

37
38
39

40

41
42

43
44
45
46
47

48
49

50
51
52

ЦГВИА, ф. 2048, on. 1, д. 410, л. 20 об.
ЦГВИА, ф. 366, on. 1, д. 106, л. 97.
Там же, оп. 2, д. 17, л. 126.
ЦГВИА, ф. 2067, on. 1, д. 173, л. 97.
ЦГВИА, ф. 366, оп. 2, д. 17, л. 127.
ЦГВИА, ф. 2003, on. 1, д. 1579, л. 29.
Там же.
Людендорф Э. Мои воспоминания о войне 1914—1918 гг. М., 1924,
т. 2, с. 26.
Там же, с. 37.
Гофман М. Война упущенных возможностей. М.; Л., 1925, с. 140.
Людендорф Э. Указ, соч., т. 2, с. 25.
Там же.
Там же, с. 26.
Гофман М. Указ, соч., с. 150—151.
Воспоминания Гинденбурга: Сокр. пер. с нем. Пг., 1922, с. 50.
Гофман М. Указ, соч., с. 152.
ЦГВИА, ф. 55, оп. 5, д. 1, л. 17—17 об.
ЦГВИА, ф. 2067, on. 1, д. 172, л. 99.
К началу немецкого наступления 49-й корпус находился в ре­
зерве.
ЦГВИА, ф. 55, оп. 5, д. 1, л. 18—18 об.
Генерал Корнилов 8 июля сменил на этом посту генерала Гутора, отчисленного в распоряжение верховного главнокомандую­
щего; командующим 8-й армией был назначен генерал Череми­
сов. Смена командования произошла и в 11-й армии: генерал
Эрдели стал командующим Особой армией, а место командую­
щего 11-й армией занял генерал Балуев.
ЦГВИА, ф. 2067, on. 1, д. 172, л. 120.
10 июля И, 23 и 18-й корпуса 8-й армии вошли в состав 1-й ар­
мии, занимавшей участок между 8-й и 9-й армиями.
ЦГВИА, ф. 2067, on. 1, д. 173, л. 536.
Там же, д. 172, л. 331.
ЦГВИА, ф. 55, оп. 5, д. 1, л. 20.
ЦГВИА, ф. 2067, on. 1, д. 173, л. 706.
Воспоминания Гинденбурга, с. 51.
Гофман М. Указ, соч., с. 153.
Людендорф Э. Указ, соч., т. 2, с. 29.
ЦГВИА, ф. 2067, on. 1, д. 478, л. 43; Россия в мировой войне
1914-1918 гг.: (В цифрах). М., 1925, с. 32.
ЦГВИА, ф. 2067, on. 1, д. 173, л. 55.
Людендорф Э. Указ, соч., т. 2, с. 21.

Глава третья
ВОЕННЫЕ ДЕЙСТВИЯ НА ДРУГИХ ФРОНТАХ

Боевые действия на Румынском фронте
Основы общего стратегического плана Антанты на
1917 г., принятые на межсоюзнической конференции в
Шантильи (ноябрь 1916 г.), предусматривали проведение
наступления румынской армии. Эта армия во взаимодей­
ствии с русскими войсками и салоникской армией союз­
ников должна была нанести удар по Болгарии и вывести
ее из войны. Но вскоре после конференции румынская
армия потерпела крупное поражение от германских войск
и их союзников. Плохо обученная, испытывая огромный
недостаток в вооружении и особенно в артиллерии, она не
смогла противостоять натиску противника.
Не подготовленным к войне оказалось и командование
румынской армии, которое не имело, по признанию
А. А. Брусилова, «никакого понятия об управлении вой­
сками в военное время» \ К концу 1916 г. Румыния по­
теряла значительную часть своей территории. Против­
ник захватил Бухарест, Плоешти, Бузео, богатые нефтью
Валахию и Добруджу. Румынская армия, измотанная в
боях, неся потери, отступила в Молдову. Наступление не­
приятеля было остановлено лишь в январе 1917 г. Фронт
стабилизировался по линии Фокшаны, устье Дуная. Вели­
ки были людские потери.. Если перед вступлением Румы­
нии в войну ее армия насчитывала 620 тыс. человек, не
считая имевшихся в запасе 420 тыс. человек, то к
концу 1916 г. в строю осталось около 100 тыс. человек2.
События на Румынском фронте вызвали беспокойство
в России. Для оказания помощи румынским войскам и
прикрытия фланга Юго-Западного фронта верховное ко­
мандование русской армии было вынуждено перебросить
на образовавшийся новый Румынский фронт значительные
силы. В состав фронта вошли три русские армии: 4, 6 и
9-я. 9-я армия заняла позиции на правом фланге, на ле­
вом находилась 6-я армия, в центре расположилась 4-я
армия. Румынские войска обороняли лишь небольшой уча­
сток фронта между 9-й и 4-й русскими армиями (около
30 верст). Здесь стояла 2-я румынская армия. Глав­
нокомандующим фронтом номинально считался король
Румынии Фердинанд. Фактически же войсками командо­
78

вал представитель русского генералитета, занимавший
должность помощника главнокомандующего Румынским
фронтом (поглавкорум). На эту должность был назначен
генерал Сахаров, в апреле 1917 г. его сменил генерал
Щербачев.
Таким образом, почти полный разгром румынской ар­
мии привел к изменению стратегической обстановки на
Балканском театре военных действий. Русскому верховно­
му командованию для спасения Румынии пришлось про­
извести серьезную перегруппировку своих сил и перебро­
сить на Румынский фронт около одной четверти всех
своих войск. Это значительно ослабило русские армии на
других фронтах.
Правительства Англии, Франции и Италии в это вре­
мя не торопились усиливать салоникскую армию. Премь­
ер-министр Англии Ллойд Джордж отмечал в своих ме­
муарах: «К январю 1917 г. поражение Румынии совершен­
но изменило положение на Балканах. Полное поражение
румынской армии и оккупация наиболее важных городов
Румынии, а в особенности тот факт, что румынский хлеб
попал в руки немцев, совершенно уничтожили стратеги­
ческие планы союзников и укрепили положение централь­
ных держав... Когда центральным державам удалось от­
резать Румынию, вопрос о наступлении в Салониках
отпал» 3.
Румынский фронт был уже не в состоянии решать
сколько-нибудь важные стратегические задачи. Однако на
Петроградской конференции в январе — феврале 1917 г.
представители союзного командования, в особенности
французского, пытались убедить представителей русской
Ставки в целесообразности наступления на Румынском
фронте. Французское верховное командование считало,
что на Румынском фронте Россия могла бы в кратчай­
ший срок организовать и провести достаточно мощное
наступление и тем самым облегчить наступление союзни­
ков на западе. Однако все эти попытки французской деле­
гации остались безрезультатными.
Еще в начале 1917 г. начальник штаба верховного
главнокомандующего генерал Алексеев в докладе царю
указывал на нереальность плана вывода из войны Болга­
рии в сложившихся условиях и на бесполезность осуще­
ствления главного удара в предстоящей кампании Румын­
ским фронтом. «Теперь нельзя говорить о разгроме Бол­
гарии,— писал Алексеев.—...При данной стратегической
79

обстановке эта операция падет всей’тяжестью главным об­
разом на нас и потребует от нас исключительных напря­
жений за счет всех фронтов... Благоприятная обстановка
для разгрома нашим союзом Болгарии упущена беспово­
ротно...» 4
В связи с этим М. В. Алексеев предлагал произвести
на Румынском фронте частный удар в пределах сил и
средств. С таким определением задач для Румынского
фронта был согласен А. А. Брусилов. «Румынский
фронт,— отмечал он,— считаю теперь второстепенным,
ибо время, когда можно было на Балканах легко раз­
громить Болгарию и замкнуть кольцо вокруг нашего про­
тивника, с потерей Добруджи прошло» 5.
Согласно плану наступательных операций на 1917 г.,
разработанному Ставкой и одобренному Николаем II, пе­
ред войсками Румынского фронта ставилась следующая
задача: разбить находящегося перед армиями фронта не­
приятеля и занять Добруджу6. Директивой от 30 марта
1917 г. Румынскому фронту было определено направле­
ние главного удара — на Браилов7.
В войсках началась подготовка к предстоящему на­
ступлению: собирались сведения о противостоящем про­
тивнике, разрабатывались планы артиллерийской подго­
товки, велись инженерные работы. Кроме того, перед
командованием фронта стояла очень серьезная задача: вос­
становить боеспособность румынской армии, потерпевшей
крупное поражение в конце 1916 г. В сравнительно корот­
кий срок эта задача была выполнена. В тылу при участии
французских и русских инструкторов шло формирование
и обучение новых частей. Уже к лету 1917 г. румынская
армия была реорганизована и состояла из 15 пехотных и
двух кавалерийских дивизий. Ее личный состав насчиты­
вал около 400 тыс. человек8. Всего же на Румынском
фронте, протянувшемся почти на 500 км, к началу на­
ступления находилось 612 батальонов русских и румын­
ских войск против 510 батальонов противника.
Верховное командование русской армии, располагая
данными, что неприятель готовится нанести удар против
войск Румынского фронта, приняло решение: разграничи­
тельную линию между Юго-Западным и Румынским
фронтами установить по Днестру до Могилева и далее:
Гайсин, Звенигородка, Черкассы (все пункты для ЮгоЗападного фронта включительно); части 8-й армии, рас­
положенные к северу от Днестра, передать в 7-ю армию
80

Юго-Западного фронта, передать 8-ю армию из трех кор­
пусов (11, 18 и 23-го) в состав войск Румынского
фронта9.
По замыслам верховного командования активные на­
ступательные действия на Румынском фронте так же, как
и на Северном и Западном фронтах, должны были прико­
вать как можно больше сил противника и тем самым об­
легчить наступление войск Юго-Западного фронта, нано­
сивших главный удар. Поэтому Ставка стремилась согла­
совать наступление всех фронтов по времени. Однако
вследствие многочисленных отказов целых частей идти в
наступление его начало неоднократно откладывалось.
Отсрочка наступления на Юго-Западном фронте вызы­
вала изменение в сроках наступления на остальных фрон­
тах. Первоначально, как отмечалось, предполагалось осу­
ществить наступление в мае. Затем Ставка перенесла
начало наступления для Юго-Западного фронта на 10
июня, а для других фронтов — 15 июня10. 4 июня глав­
коверх Брусилов указал уже новые сроки перехода войск
в наступление: для Юго-Западного фронта —12 июня,
Западного — 22 июня, для Северного и Румынского фрон­
тов — 1 июля11. Но и эти сроки не были окончательными.
Наступление на Юго-Западном фронте началось 16 июня.
Войска же Румынского фронта перешли к активным бое­
вым действиям только 9 июля.
На Румынском фронте наиболее значительными были
три сражения: у Мэрешти, Мэрэшешти и в долине р. Ойтуза. В сражении у Мэрешти в наступление перешли
войска 4-й русской армии (командующий генерал Рагоза) и 2-й румынской армии (командующий генерал Авереску). Их задача состояла в том, чтобы, опрокинув не­
мецкие войска, оборонявшие Мэрешти, открыть дорогу
на Фокшаны. Немецкие войска, входившие в группу
войск «Герок», используя гористую местность, подготови­
ли здесь оборонительные сооружения, траншеи и прово­
лочные заграждения.
Наступление началось внезапно для немецких войск и
развивалось стремительно. Сломив упорное сопротивление
противника и окружив его, русские и румынские войска
овладели д. Мэрешти. Создавались благоприятные условия
для преследования. Продолжая теснить неприятеля, рус­
ские и румынские войска к 17 июля достигли р. Путна.
Но в это время в связи с угрожающей обстановкой в Га­
лиции и Буковине главком Румынского фронта приказал
81

приостановить дальнейшее наступлёйиб на этом Направ­
лении.
Наступление на Румынском фронте проходило в то
время, когда армии Юго-Западного фронта неудержимо
отступали на восток под ударами немецких войск. По за­
мыслу Ставки наступательная операция на Румынском
фронте должна была отвлечь внимание противника и в
определенной степени облегчить положение на Юго-Запад­
ном фронте. Однако отход войск Юго-Западного фронта
продолжался. Это создавало реальную угрозу оголения
правого фланга Румынского фронта. Дальнейшее разви­
тие наступления на Румынском фронте в этих условиях
могло привести к серьезным последствиям. Кроме того,
в русских армиях, входивших в состав Румынского фрон­
та, усилились антивоенные выступления солдат. О на­
строении в действующей армии Управление генерал-квартирмейстера в докладе военному министру отмечало, что
состояние частей армии Румынского фронта можно на­
звать хаотическим. «...Настроение меняется каждый день
и совершенно нельзя быть уверенным, что боеспособная,
здоровая сегодня часть не изменится завтра в худшую
сторону. Большинство солдат во что бы то ни стало хотят
мира...»12. В связи с этим командованию Румынского
фронта пришлось заменять многие русские части румын­
скими войсками.
Учитывая сложившуюся обстановку на фронте и в
тылу, Керенский 12 июля от имени Временного прави­
тельства предложил верховному командованию приоста­
новить наступление на всех фронтах «в целях сохранения
боеспособности армии»13. Войска Румынского фронта
получили приказ прекратить дальнейшее наступление.
Используя паузу в боевых действиях, немецкое коман­
дование решило взять инициативу в свои руки и перей­
ти в наступление через долину р. Ойтуз в общем направ­
лении Фокшаны, Мэрэшешти, Аджуд. В случае успеха
оно рассчитывало окружить русские и румынские войска,
а затем овладеть всей Молдавией. По замыслам верхов­
ного командования германской армии, наступление на
Румынском фронте совместно с ударами вдоль Днестра и
южнее его привело бы к окончательному разгрому Румы­
нии, захвату богатых нефтяных и хлебородных районов,
а это создавало бы хорошую основу для дальнейших на­
ступательных операций на юге России. Вступивший в ко­
мандование немецкими войсками фельдмаршал Макензен
82

24 июля отдал приказ войскам 9-й немецкой армии ата­
ковать позиции двух русских дивизий 4-й армии и пози­
ции 5-й и 9-й румынских дивизий.
В течение 24—27 июля здесь разгорелись упорные и
кровопролитные бои. Атаки и контратаки следовали одна
за другой. Они были упорными и часто доходили до ру­
копашных схваток. Но ни одной из сторон не удалось
продвинуться вперед. Русская артиллерия, находившаяся
на левом берегу р. Серет, точными ударами по противни­
ку наносила ему тяжелые потери.
В следующие два дня бои в районе Мэрэшешти и в до­
лине р. Ойтуз продолжались с неослабевающим упорст­
вом. С русской и румынской стороны в сражение были
введены свежие силы, которые позволяли командованию
Румынского фронта активизировать боевые действия. Про­
тивник, в свою очередь, подтянув резервы, предпринял
сильные атаки в стыке между русскими и румынскими
войсками. В упорной борьбе немцам удалось прорваться
к окраине д. Мэрэшешти.
Критическое положение создалось в долине р. Ойтуз,
где австро-немецкие войска вышли к г. Тыргу Окна. Од­
нако русские и румынские войска оказали упорное со­
противление, нанося противнику сильные контрудары.
В боях на Румынском фронте обе стороны понесли боль­
шие потери. Немцы потеряли около 47 тыс. убитыми и
ранеными. Потери румынской армии составили 27,5 тыс.
человек, русской — почти 25 тыс. человек14. Общие
же потери русской армии в боях в защиту Румынии в
ходе первой мировой войны достигли 100 тыс. человек15.
В результате активных и согласованных действий
русской и румынской армий планы немецкого командова­
ния на Румынском фронте были сорваны. Румынский
историк полковник Константин Николае справедливо пи­
шет: «Успехи, одержанные румынской и русской армия­
ми в сражениях под Мэрешти, Мэрэшешти и Ойтузом,
свели на нет планы противника соединиться с войсками,
действующими в Буковине и Галиции, а затем продолжать
свой завоевательный поход в восточном направлении» 1в.

83

Наступление Западного и Северного фронтов

По плану летнего наступления войска Западного
фронта должны были наносить вспомогательный удар в
общем направлении на Вильно. К началу наступления в
состав фронта входили три армии —2, 3 и 10-я. На
флангах фронта находились 2-я (на левом) и 3-я (на
правом) армии. В центре располагалась 10-я армия. Пе­
ред каждой армией были поставлены определенные зада­
чи. Осуществление главного удара возлагалось на войска
10-й армии. 2-й и 3-й армиям предписывалось содейство­
вать продвижению 10-й армии и вести наступательные
действия в направлении на Слоним и Вильно.
Подготовка к наступлению началась еще зимой
1917 г. В штабах тщательно изучались сведения о про­
тивнике, его численности, передвижениях, системе оборо­
нительных рубежей, расположении огневых точек. С по­
мощью авиации все позиции врага были сфотографирова­
ны. Оборона немецких войск состояла из нескольких
укрепленных полос. Перед каждой линией окопов были
протянуты проволочные заграждения. Большинство блин­
дажей, убежищ имели железобетонные покрытия. Коман­
дование Западного фронта производило перегруппировки
войск. Велись инженерные работы по оборудованию плац­
дармов. Разрабатывались планы согласованных действий
пехоты и артиллерии и т. д. Для прорыва обороны коман­
дование Западного фронта сосредоточило в полосе 10-й
армии большое количество артиллерии.
Командующий 10-й армией генерал Киселевский решил
нанести главный удар правым флангом в районе Сутковского и Новоспасского лесов. Удалось создать крупную
группировку войск, значительно превышавшую силы про­
тивостоящего противника. Так, на 20-километровом участ­
ке прорыва было сосредоточено 184 батальона и около
900 орудий против 29 батальонов и 300 орудий врага17.
Ударную группу войск 10-й армии составили 38-й армей­
ский, 1-й Сибирский и 2-й Кавказский корпуса.
Однако успех наступления в большей степени зави­
сел от настроения солдатской массы. Командование от­
лично понимало это и было обеспокоено массовыми про­
тестами солдат против наступления, отказами целых ча­
стей выходить на исходные позиции. Командующий 10-й
армией генерал Киселевский18 в строго секретном письме
от 14 июня главнокомандующему Западным фронтом
84

А. И. Деникину отмечал: «В настоящее время главной
данной, от которой зависит успех или неудача предстоя­
щего наступления, является настроение войск. При посе­
щении моей армии Вы сами изволили видеть некоторые
части, о боевой пригодности которых говорить вовсе не
приходится; из подробных ежедневных донесений Вам из­
вестно, насколько настроение войск, предназначенных
для атаки, заставляет сомневаться не только в том, пой­
дут ли они в атаку, но даже выполнят ли приказ о заня­
тии исходного положения. Есть, правда, части, особенно
в 38-м корпусе, внушающие, по-видимому, доверие; од­
нако, настроение войск так переменчиво, что нельзя быть
уверенным в завтрашнем дне.
В последнее время я получил неутешительные сведе­
ния о состоянии войск, предназначенных в мой армей­
ский резерв; так, начальник 81-й пехотной дивизии до­
ложил, что известие о движении дивизии на север с
целью принять участие в общем наступлении было встре­
чено очень тревожно и настроение дивизии внушает опа­
сение; а командир 10-го корпуса определенно доложил,
что 169-я дивизия как боевая единица не существует.
Таким образом, если бы при неудаче войск ударных
корпусов мне пришлось ввести в бой мои резервы, то на­
дежных войск, влитием которых можно было бы испра­
вить положение, у меня не оказалось бы совершенно».
Оценивая морально-политическую подготовку войск, Ки­
селевский вынужден был признать: «...вероятность успеха
или, вернее, вероятность того, состоится ли атака, можно
определить только так: „авось пойдут“.
Сознавая весь ужас такого признания, я принужден
идти еще дальше: какова же ценность таких войск, на
которые можно рассчитывать не потому, что, сознавая свой
долг перед Родиной, они пойдут в бой, слепо веря своим
вождям или хоть просто по привычке повиноваться,
а только потому, что может быть („авось“) в решитель­
ную минуту у них появится желание атаковать?» 19.
Перед самым наступлением Деникин счел необходи­
мым увести в тыл и расформировать наиболее «неблаго­
надежные» войска: 2-й Кавказский корпус, 169-ю пехот­
ную дивизию. Но и заменившие их части 20-го корпуса
и 9-й пехотной дивизии оказались малопригодными для
ведения наступательной операции. Деникин в своих мему­
арах так описывал настроение 28-й и 29-й пехотных диви­
зий, направленных на смену 2-го Кавказского корпуса: «На
85

корпусный участок кавказцев были двинуты 28-я и 29-я
пех. дивизии, считавшиеся лучшими на всем фронте...
И что же: 29-я дивизия, сделав большой переход к ис­
ходному пункту, на другой день почти вся (два с полови­
ной полка) ушла обратно; 28-я дивизия развернула на
позиции один полк, да и тот вынес безапелляционное
постановление — „не наступать“»20. Настроение в этих
дивизиях не изменилось и после выступлений военного
министра Керенского, приехавшего на Западный фронт
уговаривать солдат перейти в наступление. Лишь под
угрозой расформирования и разоружения дивизии заня­
ли исходные позиции.
Нежелание солдат наступать отрицательно сказыва­
лось на артиллерийской подготовке, затягивало ее выпол­
нение. Это вынуждало командование фронта неоднократно
переносить срок наступления. Только 6 июля, когда про­
движение русских войск на Юго-Западном фронте оконча­
тельно застопорилось, началась артиллерийская подго­
товка на Западном фронте.
В течение трех дней артиллерия вела огонь по про­
тивнику, разрушая его укрепления, делая проходы в про­
волочных заграждениях, подавляя огневые точки. При об­
стреле живой силы противника в большом объеме ис­
пользовались химические снаряды. Русские батареи
продолжали вести огонь и в ночное время. Командование
придавало большое значение артиллерийской подготовке,
от которой во многом зависел успех наступления. Мощ­
ный артиллерийский огонь на фронте ударных корпусов
должен был повлиять на настроение солдат, поднять их
наступательный дух.
Результаты артподготовки были обнадеживающими.
Артиллерия расчистила путь пехоте, почти полностью
смела проволочные заграждения, произвела большие раз­
рушения в первой, второй и третьей линиях обороны про­
тивника, подавила его огневые точки. Тем не менее на­
строение во многих частях ударных корпусов, по призна­
нию командиров, продолжало оставаться неустойчивым.
В сводке сведений о настроении в войсках Западного
фронта за время с 1 по 9 июля отмечалось: «Во многих
дивизиях и полках полный разлад между их составными
частями; одни полки и рогы соглашаются выполнить при­
каз о занятии исходного положения и о наступлении, дру-.
гие категорически отказываются, не поддаваясь никаким
уговорам не только начальниковт но своих же комите*
86

21. В 20-м корпусе, входящем в ударную группу
10-й армии, отказались наступать 114, 115, 116-й полки
29-й дивизии; в 1-м Сибирском корпусе категорически
отказался от наступления 62-й Сибирский полк в полном
составе.
Но несмотря на это, главком Западного фронта Дени­
кин 7 июля отдал приказ, в котором говорилось: «9 июля
приказываю 10-й армии атаковать врага. Прочим армиям
фронта поддержать и развить удар» 22.
9 июля в 7 часов утра войска ударной группы под
прикрытием мощного артогня перешли в наступление.
Атака русских частей началась успешно. Войска сломили
сопротивление противника, прорвали линию его обороны.
Особенно успешно развивалось наступление на участке
1-го Сибирского и 38-го корпусов. Уже через несколько
минут с начала наступления войска этих корпусов заняли
всю первую линию вражеских окопов, а 175-я дивизия
проникла во вторую линию28. Вскоре штурмовые части
1-го Сибирского корпуса закрепились в Новоспасском
лесу. В ходе наступления 1-й Сибирский корпус взял в плен
14 офицеров, 1250 солдат, захватил 50 пулеметов, 20 бом­
бометов, 38-й корпус взял в плен 10 офицеров, 4 подпра­
порщика, около 650 солдат24.
Однако успешное продвижение ударных корпусов не
получило развития. Противник сумел оправиться от пер­
воначального замешательства, вызванного мощной артпод­
готовкой и атакой русских войск, подтянул резервы, ар­
тиллерию. К середине дня сопротивление немецких войск
усилилось. Выдвинувшиеся вперед штурмовые отряды
русских корпусов, попав под сильный фланговый артилле­
рийский и пулеметный огонь, вынуждены были отойти на
исходные рубежи. На некоторых участках фронта немец­
кие войска сами стали переходить в контратаки. Так,
в результате наступления немцев в районе Богушинского
леса, а также под влиянием панических слухов о том, что
соседняя 16-я Сибирская дивизия 1-го Сибирского корпу­
са оставила свои позиции и противник зашел в тыл, на­
чала отходить 62-я дивизия 38-го корпуса. К концу дня
части 38-го корпуса оказались в исходном положении.
Неудачным было и наступление войск 20-го корпуса.
Почти вся 29-я дивизия отказалась начать активные бое­
вые действия. Части 28-й дивизии вовремя не заняли ис­
ходное положение, перешли в наступление позднее на­
значенного часа и, встретив упорное сопротивление враtob»

87

га, отступили. Лишь частям 51-й дивизии удалось занять
первую линию окопов. Однако не имея поддержки со сто­
роны своих соседей — 28-й и 29-й дивизий, отошла назад
и 51-я дивизия. Все попытки командования возобновить
наступление оставались безрезультатными.
В период наступления в армиях Западного фронта
увеличились случаи дезертирства. Солдаты многих частей
поодиночке, группами, целыми ротами самовольно уходи­
ли с позиций, захваченных у противника, поскольку счи­
тали, что наступательная задача ими выполнена.
Начальник штаба Западного фронта генерал Марков
в донесении в Ставку, оценивая ход военных действий
за 9 июля, писал: «... Первоначальный успех 1-го Сибир­
ского и 38-го корпусов является результатом отличной
артиллерийской подготовки, что подтверждается показа­
ниями пленных, свидетельствующих о больших матери­
альных потерях противника и его моральном потрясении.
Дальнейшее развитие успеха 1-го Сибирского корпуса за­
держано вследствие стояния на месте частей 20-го кор­
пуса и отхода в свои основные окопы почти всех частей
38-го корпуса. Главная причина отхода —малый подъем
духа войск... Ряды бойцов быстро редеют не только от
огня, но и от разбегающихся...»25. Нежелание солдат
продолжать наступление, массовое дезертирство, усилив­
шееся сопротивление противника — все это вынудило ко­
мандование Западного фронта прекратить наступательную
операцию. Положение было настолько тяжелым, что
10 июля Ставка специальной директивой отдала приказ
войскам перейти к обороне. Так безуспешно закончилось
наступление на Западном фронте. Следует, однако, отме­
тить, что, по признанию Людендорфа, это была одна из
самых сильных атак на Восточном фронте. Людендорф
писал: «Русские прорвали ландверную дивизию, которая
оборонялась необыкновенно храбро, но была растянута на
очень широком фронте. Несколько дней обстановка была
очень серьезной, пока наши резервы и артиллерийский
огонь не восстановили положение. Русские очистили наши
окопы. Это уже были не прежние русские солдаты»26.
Подготовка наступления русских войск на Северном
фронте в основном проходила так же, как и на других
фронтах: изучался противник, разрабатывались планы на­
ступления, производились инженерные работы. Однако в
ходе морально-политической подготовки солдат командова­
ние Северного фронта столкнулось с большими трудностя­
88

ми. Близость центра революционной борьбы — Петрограда,
активная деятельность большевиков на фронте по разъ­
яснению действительных целей наступления оказывали
значительное влияние на настроения солдат, на их отно­
шение к наступлению.
Во всех армиях фронта проходили многочисленные
митинги, на которых солдаты обсуждали вопрос о перехо­
де в наступление и чаще всего отказывались начинать
активные боевые действия. В 5-й армии отказывались на­
ступать многие полки. В конце июня командование сооб­
щало о полном падении дисциплины в армии, отсутствии
сознания долга, что затрудняло перегруппировку войск,
необходимую для предстоящей операции, подготовку плац­
дармов и т. д. «Все это,—говорилось в донесении штаба
5-й армии,— заставляет сказать, что армия к 30 июня к
наступлению совершенно не готова» 27.
Состояние войск 5-й армии вызвало крайнее беспо­
койство в Ставке, особенно после того, как туда посту­
пила телеграмма от командующего Северным фронтом
генерала Клембовского, в которой указывалось, что «на­
строение на фронте 5-й армии очень скверное и благода­
ря агитации, идущей с тыла и главным образом из Петро­
града. Многие части отказываются занимать позиции и
категорически высказываются против наступления. Во
многих частях настроение крайне возбужденное, а в не­
которых полках открыто заявляют, что для них, кроме
Ленина, нет других авторитетов»28. Генерал Клембовский просил безотлагательно командировать в 5-ю армию
комиссаров Временного правительства и делегатов съезда
Петроградского Совета рабочих и солдатских депутатов
для агитационной деятельности «в противовес подполь­
ным и явным агитаторам ленинского направления».
Но еще большую тревогу у верховного командования
вызывало положение в 12-й армии, которую генерал
Клембовский считал полностью небоеспособной и не име­
ющей никакой устойчивости29. Для водворения порядка
главком Северного фронта предложил командующему
12-й армией применить оружие, но у него не оказалось
надежных частей. Таким образом, для верховного коман­
дования было очевидно, что войска Северного фронта в
данное время не способны вести сколько-нибудь успеш­
ные наступательные действия. Однако, исходя в первую
очередь из политических соображений, Ставка отдала
приказ начать наступление на Северном фронте.
89

По общему плану летнего наступления войска Север­
ного фронта должны были выполнять вспомогательные
задачи: содействовать наступлению Западного фронта и
активными действиями приковать к себе противника, не
давая ему возможности перебрасывать войска на главное
направление наступления русской армии (на Юго-Запад­
ный фронт).
Осуществление главного удара на Северном фронте
возлагалось на 5-ю армию. Войсками 5-й армии командо­
вал генерал Ю. Н. Данилов. Основные задачи армии сво­
дились к следующему: она должна была своей ударной
группировкой, в состав которой включались 1, 13, 14-й
армейские корпуса, перейти в наступление на участке Медум, Скирна, нанося главный удар в общем направлении
Двинск, Вильно; активными действиями сковать врага.
Наступление войск 5-й армии началось 8 июля.
В первый день оно имело некоторый тактический успех.
После артподготовки войска ударной группировки прорва­
ли вражескую оборону, заняли первую линию его окопов
и вклинились во вторую линию. Но развить дальше
этот успех они не смогли. Причинами этого послужили:
усилившееся сопротивление войск противника, отсутствие
резервов, необходимых для наращивания удара. Кроме
того, солдаты многих частей, а надо отметить, что войска
ударной группировки были наиболее болыпевизированы,
отказались перейти в наступление. Так, не приняли уча­
стия в наступлении 1, 22 и 161-я дивизии 1-го армейско­
го корпуса.
Такое же положение сложилось и в 14-м армейском
корпусе, войска которого находились на левом фланге ар­
мии, где из трех дивизий только одна (70-я пехотная)
перешла в наступление. Что же касается 12-й армии, то
она должна была вести демонстративные действия, облег­
чая наступление войск 5-й армии. Но 12-я армия этой за­
дачи не выполнила. По признанию главкома Северного
фронта генерала Клембовского, командующий 12-й ар­
мией генерал Д. Р. Радко-Дмитриев не решился даже
открыть по противнику артиллерийский огонь, «так как
солдаты этого не допускают» 30.
Наступление войск Северного фронта фактически про­
должалось всего два дня, с 8 по 10 июля. За это время
5-я армия потеряла около 13 тыс. человек. Наступление
не имело успеха и не принесло тех военных результатов,
на которые рассчитывали командование фронта и Ставка.
90

*

*

*

Итак, наступление на Румынском, Западном и Север­
ном фронтах, как и на Юго-Западном фронте, окончилось
полной неудачей. Общей причиной этого являлось неже­
лание солдат наступать, проливать свою кровь за чуждые
им интересы. Если на Юго-Западном фронте меньшевикам
и эсерам вначале удалось внушить солдатам мысль, что
наступление проводилось в интересах революции, то на
других фронтах сделать это в полной мере не удалось.
Отсюда ограниченный размах наступательных операций,
их кратковременность и безрезультатность.
1 Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1963, с. 244.
2 Виноградов В. Н. Румыния в первой мировой войне. М., 1969,
с. 173—174, 187. ’
3 Ллойд Джордж Д. Военные мемуары. М., 1935, т. 3, с. 230—231,
235.
4 ЦГВИА, ф. 2031, on. 1, д. 1532, л. 76—76 об.
5 ЦГВИА, ф. 2003, он. 1, д. 63, д. 329.
8 Там же, л. 284.
7 Там же, д. 65, л. 134.
8 Виноградов В. Н. Указ, соч., с. 215.
9 ЦГВИА, ф. 2067, on. 1, д. 172, л. 279.
10 ЦГВИА, ф. 2003, он. 1, д. 530, л. 281.
11 Там же, л. 342.
12 ЦГВИА, ф. 366, оп. 2, д. 57, л. 44 об.
13 ЦГВИА, ф. 2067, on. 1, д. 172, л. 171.
14 Виноградов В. Н, Указ, соч., с. 217.
15 Антосяк А. В. В боях за свободу Румынии. М., 1974, с. 13.
18 Revue Internationale d’Histoire Militaire, 1975, N 34, p. 62.
17 Стратегический очерк войны 1914—1918 гг. М., 1923, ч. 7. Кам­
пания 1917 года. Прил. 7, с. 156.
18 Накануне наступления командующим 10-й армией вместо Ки­
селевского был назначен генерал Ломновский.
19 ЦГВИА, ф. 55, оп. 5, д. 1, л. 12 об.— 13.
20 Деникин А. И. Очерки русской смуты. Париж, 1922, т. 1, вып. 2,
с. 175.
21 Революционное движение в русской армии, 27 февраля — 24 ок­
тября 1917 года: Сб. док. М., 1968, с. 208.
22 ЦГВИА, ф.2067, on. 1, д. 233, л. 125.
23 ЦГВИА, ф.2003, on. 1, д. 306, л. 69.
24 ЦГВИА, ф.2067, on. 1, д. 233, л. 167.
25 ЦГВИА, ф.2003, on. 1, д. 306, л. 104—105.
28 Людендорф Э. Мои воспоминания о войне 1914—1918 гг. М., 1924,
т. 2, с. 28—29.
27 Журавлев Г. И. Борьба солдатских масс против летнего наступ­
ления на фронте (июнь — июль 1917 г.).— Ист. зап., 1957, т. 61,
с. 25.
28 ЦГВИА, ф. 366, on. 1, д. 106, л. 67.
29 Стратегический очерк войны 1914—1918 гг., ч, 1 Прил. 7, с. 161,
30 Там же, с. 160,

ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Наступление русской армии летом 1917 г. было пред­
принято Временным правительством после Февральской
буржуазно-демократической революции, оно было послед­
ним крупным наступлением русской армии в первой ми­
ровой войне. Его организаторы преследовали империали­
стические цели. Наступление осуществлялось в тот пе­
риод, когда в стране создалось двоевластие. Наряду с Вре­
менным правительством, правительством буржуазии, су­
ществовало другое правительство — Петроградский Совет
рабочих и солдатских депутатов. Однако в руководстве
Совета оказались лидеры мелкобуржуазных партий мень­
шевиков и эсеров, проводившие политику соглашения с
Временным правительством. Меньшевики и эсеры везде
выступали с речами в защиту буржуазного правитель­
ства.
Организуя наступление, русская буржуазия разверну­
ла обширную пропагандистскую кампанию, применяя
различные формы лжи и обмана народа и солдатских
масс. Утверждалось, будто наступление ведется с целью
защиты революции, достижения мира. В. И. Ленин, разоб­
лачая эту ложь в статье «Революция, наступление и наша
партия», писал: «Наступление объявлено во имя мира...
Этот обычный прием всех империалистов русские мини­
стры из „социалистов“ разукрасили самыми трескучими
фразами, в которых слова о социализме, демократии, ре­
волюции звучат как погремушки в руках ловкого жонг­
лера. Никакими трескучими фразами не прикрыть того
факта, что революционная армия России послана в бой
во имя целей империалистов Англии, Франции, Италии,
Японии, Америки» \
Временное правительство, Ставка верховного главно­
командующего, штабы фронтов и армий провели большую
работу по планированию и подготовке наступления.
В нем участвовало большое количество войск. И тем не
менее наступление успеха не имело. Более того, русская
армия понесла значительные людские потери, материаль92

ные и моральные издержки. Общая цифра потерь дости­
гла 200 тыс. человек.
В чем причины провала наступления русской армии?
Если говорить о военных причинах, то необходимо
отметить следующее: 1. Наступление готовилось около ше­
сти месяцев. О нем писали в газетах, говорили на раз­
личного рода собраниях и митингах как в тылу, так и
на фронте. Оно не было неожиданным для противника.
2. Неспособность высшего командования и Ставки орга­
низовать правильное управление войсками в период на­
ступления. 3. Отсутствие четкого взаимодействия фрон­
тов. Войска Румынского, Западного и Северного фронтов
начали выполнять поставленные перед ними задачи в то
время, когда наступление армий Юго-Западного фронта
закончилось неудачей. 4. Отсутствие поддержки союзни­
ков — Франции и Англии, что позволило немецкому ко­
мандованию быстро перебрасывать свои войска с Запад­
ного фронта на Восточный.
Были, однако, и другие причины, носившие полити­
ческий характер. Солдатские массы, измученные трехлет­
ней войной, все больше и больше осознавали ее граби­
тельский характер, не желали участвовать в боях и сра­
жениях и отдавать свою жизнь за интересы буржуазии.
В армии усилилось дезертирство. Широкий размах при­
обретало братание. Все это, разумеется, снижало боевые и
моральные качества личного состава армии.
В тот сложный исторический период, насыщенный
острой классовой борьбой, единственная партия — партия
большевиков во главе с ее вождем В. И. Лениным прово­
дила принципиальную политику в интересах трудового
народа России, в интересах революции. Она широко раз­
вернула разъяснительную работу в массах, особенно в
армии, добиваясь сознательного отношения широких народ­
ных масс ко всему тому, что происходило в стране. «С не­
устанной энергией будем мы,— писал В. И. Ленин,— про­
должать разоблачать политику правительства, решитель­
но предостерегая, по-прежнему, рабочих и солдат против
нелепых надежд на разрозненные, дезорганизованные вы­
ступления» 2.
Партия большевиков, В. И. Ленин боролись против
продолжения войны. Но они не были сторонниками заклю­
чения сепаратного мира ни с немецкими, ни с какимилибо другими капиталистами. Большевики выдвинули
радикальную программу революционного решения этой
93

проблемы. «Как же практически представляем мы себе
выход из этой войны?» — задавал вопрос Ленин. И от­
вечал на него: «Мы говорим: выход из этой войны только
в революции. Поддерживайте революцию угнетенных ка­
питалистами классов, свергайте класс капиталистов в
своей стране и тем давайте пример другим странам. Толь­
ко в этом социализм. Только в этом борьба с войной» 3.
Большевики целеустремленно и последовательно про­
водили намеченный ими курс на подготовку и проведение
социалистической революции. В этом отношении неудача
наступления русской армии послужила важным этапом,
или, как неоднократно подчеркивал В. И. Ленин, перелом­
ным моментом всей русской революции4. Переломным в
том отношении, что буржуазия, Временное правительство,
мелкобуржуазные партии эсеров и меньшевиков потеряли
доверие у солдатских масс. Широкие слои народа осозна­
ли, убедились в том, что единственный выход из создав­
шегося кризисного положения — это путь свержения пра­
вительства, власти буржуазии революционным путем,
к которому призывала партия большевиков.
Огромная роль в разработке стройной программы, стра­
тегии и тактики в проведении идейно-политической и ор­
ганизационной работы большевистской партии в тот кри­
зисный период истории революции принадлежит ее вож­
дю — Владимиру Ильичу Ленину. В своих статьях и вы­
ступлениях Ленин глубоко проанализировал классовую
расстановку сил в период подготовки и проведения на­
ступления русской армии, вскрыл и подверг критике им­
периалистические, контрреволюционные цели русской
буржуазии, Временного правительства, соглашательских
мелкобуржуазных партий, взявших курс на продолже­
ние войны. Он разработал и обосновал пути выхода Рос­
сии из войны. «Прекратить войну,— писал Ленин,— или
изменить ее характер „народ“ может лишь переменив
классовый характер правительства» 5.
Провал летнего наступления заставил реакционные
силы активизировать свою деятельность в тылу и на
фронте с тем, чтобы предотвратить дальнейшее развитие
революции. Контрреволюция перешла к грубым и откро­
венным методам борьбы. Буржуазия и ее пособники —
меньшевики и эсеры обвинили большевиков в поражениях
на фронте. 4 июля 1917 г. в Петрограде была расстреляна
антивоенная демонстрация рабочих и солдат. Начались
репрессии. Главный удар контрреволюция обрушила про94

тйв большевиков й йх вождя В. И. Ленина. Реакционные
генералы при активной помощи комиссаров Временного
правительства, войсковых комитетов разоружали и рас­
формировывали революционные полки, часто используя
для этого конницу и артиллерию. Издавались приказы,
направленные на ограничение демократических свобод в
армии и на флоте. 9 июля 1917 г. главнокомандующим
фронтов был разослан приказ о применении оружия за
неисполнение распоряжений командования и революци­
онную агитацию. 10 июля последовал приказ о запреще­
нии митингов и собраний в воинских частях. Вскоре был
подписан приказ о введении смертной казни на фронте.
Окончилось двоевластие. Крупная буржуазия взяла
курс на установление открытой военной диктатуры. На
пост верховного главнокомандующего был назначен реак­
ционный генерал Л. Г. Корнилов, выдвинувший програм­
му решительной борьбы с революционным движением в
стране и армии.
Но это не могло остановить развития революционных
событий.
В. И. Ленин, оценивая политическое положение в тот
период, писал, что «корниловщина и последующие собы­
тия, как практические уроки, сделали возможной октябрь­
скую победу. Ошибка желавших разделить и в октябре
власть —в том, что они не связали октябрьской победы с
июльскими днями, наступлением, корниловщиной и т. д.,
и т. д., что подвело многомиллионные массы к сознанию
того, что Советская власть стала неизбежна» в.
Таким образом, политические последствия наступления
русской армии непосредственно связаны с социалистиче­
ской революцией. Революционизирование солдатских масс,
переход их на сторону большевиков ускорили социальнополитические процессы, связанные с подготовкой и успеш­
ным проведением Великой Октябрьской социалистической
революции.

1
2
3
4
5
8

Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 32, с. 365.
Там же, с. 366.
Там же, с. 286.
Там же, с. 301.
Там же, т. 31, с. 124.
Там же, т. 36, с. 4.

КРАТКАЯ БИБЛИОГРАФИЯ
Труды В. И. Ленина

Ленин В. И. Социализм и война.— Поли. собр. соч., т. 26.
Ленин В. И, Империализм, как высшая стадия капитализма: (По­
пулярный очерк).— Поли. собр. соч., т. 27.
Ленин В. И. Военная программа пролетарской революции.— Поля,
собр. соч., т. 30.
Ленин В. И. О сепаратном мире.— Поли. собр. соч., т. 30.
Ленин В. И. Пацифизм буржуазный и пацифизм социалистиче­
ский.— Поли. собр. соч., т. 30.
Ленин В. И. Задачи пролетариата в нашей революции.— Поли. собр.
соч., т. 31.
Ленин В. И. Значение братанья.— Поли. собр. соч., т. 31.
Ленин В. И. Петроградская общегородская конференция РСДРП (б),
14—22 апреля (27 апреля — 5 мая) 1917 г.— Поли. собр. соч.,
т. 31.
Ленин В. И. Политические партии в России и задачи пролетариа­
та.— Поли. собр. соч., т. 31.
Ленин В. И. Проект резолюции о войне.— Поли. собр. соч., т. 31.
Ленин В. И. Седьмая (Апрельская) Всероссийская конференция
РСДРП (б), 24—29 апреля (7—12 мая) 1917 г.—Поли. собр. соч.,
т. 31.
Ленин В. И. Уроки кризиса.— Поли. собр. соч., т. 31.
Ленин В. И. Большевизм и «разложение» армии.— Поли. собр. соч.,
т. 32.
Ленин В. И. «Великий отход».— Поли. собр. соч., т. 32.
Ленин В, И. Внешняя политика русской революции.— Поли. собр.
соч., т. 32.
Ленин В. И. Война и революция. Лекция, 14(27) мая 1917 г.— Поли,
собр. соч., т. 32.
Ленин В. И. Классовый сдвиг.— Поли. собр. соч., т. 32.
Ленин В. И. Восемнадцатое июня.— Поли. собр. соч., т. 32.
Ленин В, И, Где власть и где контрреволюция? — Поли. собр. соч.,
т. 32.
Ленин В. И. Доклад об итогах VII (Апрельской) Всероссийской
конференции РСДРП (б) на собрании Петроградской организа­
ции, 8(21) мая 1917 г.— Поля. собр. соч., т. 32.
Ленин В. И. «Кризис власти».— Поли. собр. соч., т. 32.
Ленин В. Я. Куда привели революцию эсеры и меньшевики? —
Поли. собр. соч., т. 32.
Ленин В. И. На переломе.— Поли. собр. соч., т. 32.
Ленин В. И. На что могли рассчитывать кадеты, уходя из мини­
стерства? — Поли. собр. соч., т. 32.
Ленин В. И. Накануне.— Поли. собр. соч., т. 32.
Ленин В. И. Ничего не изменилось.— Поли. собр. соч., т. 32.
Ленин В. И. О вреде фраз.— Поли. собр. соч., т. 32.
96

Ленин В. И. О твердой революционной власти.— Поли. собр. соч.,
т. 32.
Ленин В. И. Открытое письмо к делегатам Всероссийского съезда
крестьянских депутатов.— Поли. собр. соч., т. 32.
Ленин В. И, Переход контрреволюции в наступление («Якобинцы
без народа»).— Поли. собр. соч., т. 32.
Ленин В. И. Печальный документ.— Поли. собр. соч., т. 32.
Ленин В. И. Правящие и ответственные партии.— Поли. собр. соч.,
т. 32.
Ленин В. И. Революция, наступление и наша партия.— Поли. собр.
соч., т. 32.
Ленин В. И. Классовое сотрудничество с капиталом или классовая
борьба против капитала? — Поли. собр. соч., т. 32.
Ленин В. И. Есть ли путь к справедливому миру? — Поля. собр.
соч., т. 32.
Ленин В. И. Как бороться с контрреволюцией.— Поли. собр. соч.,
т. 32.
Ленин В. И. Сделка с капиталистами или низвержение капитали­
стов? (Как кончить войну).— Поли. собр. соч., т. 32.
Ленин В. И. Союз для остановки революции.— Поли. собр. соч.,
т. 32.
Ленин В. И. Речь на заседании фракции большевиков I Всероссий­
ского съезда Советов рабочих и солдатских депутатов, 31 мая
(13 июня) 1917 г.— Поли. собр. соч., т. 32.
Ленин В. И. Речь об отношении к Временному правительству,
4(17) июня.— Поли. собр. соч., т. 32.
Ленин В. И. Тайны внешней политики.— Поли. собр. соч., т. 32.
Ленин В. И. Третьеиюнъские зубры за немедленное наступление,—
Поли. собр. соч., т. 32.
Ленин В. И. «Фактическое перемирие».— Поли. собр. соч., т. 32.
Ленин В. И. Грозящая катастрофа и как с ней бороться.— Поли,
собр. соч., т. 34.
Ленин В. Я. Доклад Совета Народных Комиссаров, 13(26) января.
Чрезвычайный Всероссийский железнодорожный съезд, 5—
30 января (18 января —12 февраля) 1918 г.— Поли. собр. соч.,
т. 35.
Ленин В. И. Речь в Московском Совете рабочих, крестьянских и
красноармейских депутатов, 12 марта 1918 г,— Поли. собр. соч.,
т. 36.
Ленин В. И. Доклад о ратификации мирного договора 14 марта.
IV Чрезвычайный Всероссийский съезд Советов, 14—16 марта
1918 г.— Поли. собр. соч., т. 36.
Материалы Центрального государственного
военно-исторического архива СССР (ЦГВИА)

Фонд 55 — Личный фонд генерала М. В. Алексеева
Фонд 366 — Военный кабинет министра-председателя Временного
правительства и верховного главнокомандующего
Фонд 2003 — Штаб верховного главнокомандующего (Ставка)
Фонд 2031 — Штаб главнокомандующего армиями Северного фрон­
та
Фонд 2048 — Штаб главнокомандующего армиями Западного фрон­
та
Фонд 2067 — Штаб главнокомандующего армиями Юго-Западного
фронта
97

Публикации документов и материалов
Армия в период подготовки и проведения Великой Октябрьской ре­
волюции.— Красный архив, 1937, № 5 (37)
Большевистские организации Украины в период подготовки и про­
ведения Великой * Октябрьской социалистической революции
(март — ноябрь 1917 г.): Сб. док. и материалов. Киев, 1957.
Большевики Молдавии и Румынского фронта в борьбе за власть
Советов (март 1917 — январь 1918). Кишинев, 1967.
Борьба партии большевиков за армию в социалистической револю­
ции: Сб. док. М., 1977.
Великая Октябрьская социалистическая революция в Белоруссии:
Док. и материалы. Минск, 1957. Т. 1, 2.
Великая Октябрьская социалистическая революция: Хроника со­
бытий. М., 1957—1959. Т. 1, 2.
Великая Октябрьская социалистическая революция на Украине
(февраль 1917 — апрель 1918 г.): Сб. док. и материалов. Киев,
1957. Т. 1-3.
Верховное командование в первые дни революции.—Красный ар­
хив, 1924, № 5.
Военные вопросы в решениях КПСС, 1903—1917 гг.: Сб. док. М.,
1960.
Военные поставки США, Англии и Франции — России при Времен­
ном правительстве (март — октябрь 1917 г.): Публикация до­
кументов.— Исторический архив, 1955, № 3.
Коммунистическая партия Советского Союза в борьбе за победу
социалистической революции в период двоевластия, 27 февра­
ля — 4 июля 1917 г.: Сб. док. М., 1957.
Коммунистическая партия Советского Союза в борьбе за победу
Великой Октябрьской социалистической революции, 5 июля —
5 ноября 1917 г.: Сб. док. М., 1957.
Конференция союзников в Петрограде в 1917 г.—Красный архив,
1927, № 1.
КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов
ЦК, 8-е изд. М., 1970. Т. 1, 2.
КПСС о Вооруженных Силах Советского Союза: Документы, 1917—
1968. М., 1969.
Мировая война в цифрах. М.; Л., 1934.
На фронте в предоктябрьские дни: По секретным материалам Став ­
ки.— Красная летопись, 1923, № 6.
Некоторые цифры первой мировой войны: Док. и материалы.— Воен.-ист. журн., 1964, № 7.
Октябрьская революция в Латвии; Док. и материалы. Рига, 1957.
О положении армии накануне Октября,— Исторический архив, 1957,
№6.
О попытках Временного правительства России реорганизовать ар­
мию.— Исторический архив, 1961, № 4.
Партия большевиков в годы мировой империалистической войны.
Вторая революция в России (1914 год — февраль 1917 года):
Док. и материалы. М., 1963.
Программа Коммунистической партии Советского Союза. Приня­
та XXII съездом КПСС. М., 1976.
50 лет Великой Октябрьской социалистической революции: (По­
становление Пленума ЦК КПСС. Тезисы ЦК КПСС). М., 1967.
Разложение армии в 1917 году. 1917 год в документах и материа­
лах. М.; Л., 1925.
98

Революционное движение в России 6 мае — Июне 1917 г.: Июньская
демонстрация. М., 1959.
Революционное движение в России в июле 1917 г.: Июльский кри­
зис. М., 1959.
Революционное движение в России после свержения самодержа­
вия. М., 1957.
Революционное движение в армии и на флоте в годы первой ми­
ровой войны, 1914 — февраль 1917: G6. док. / Под ред. А. Л. Си­
дорова. М., 1966.
Революционное движение в русской армии, 27 февраля —24 ок­
тября 1917 г.: Сб. док. / Под ред. Л. С. Гапоненко, М., 1968.
Россия в мировой войне 1914—1918 гг. (в цифрах). М., 1925.
Ставка и Министерство иностранных дел.—Красный архив, 1928,
т. 3(28), 5(30).
Мемуарная литература

Антонов-Овсеенко В. А. В революции: (Воспоминания о событиях
1917 г.). М., 1957.
Бонч-Бруевич В. Д. Воспоминания о Ленине. 2-е изд. М., 1969.
Бонч-Бруевич М. Д. Вся власть Советам. М., 1964.
Брусилов А. А. Мои воспоминания. 5-е изд. М., 1963.
Василевский А. М. Дело всей жизни. 2-е изд. М., 1975.
В борьбе за Октябрь в Белоруссии и на Западном фронте: Воспо­
минания активных участников Октябрьской революции. Минск,
1957.
Верховский А. И. На трудном перевале. М., 1959.
Герасимов М. В. Пробуждение. М., 1965.
Гинденбург. Воспоминания: Сокр. пер. с нем. Пг., 1922.
Гофман М. Война упущенных возможностей. М.; Л., 1925.
Давыдов П. М. Путь солдата. Ставрополь, 1964.
Дыбенко П. Е. Из недр царского флота к Великому Октябрю. М.,
1958.
Егоров И. В. От монархии к Октябрю: Воспоминания. Л., 1980.
Из офицерских писем с фронта в 1917 г.— Красный архив, 1932,
«Ns 1—2.
Калинин С. А. Размышления о минувшем. М., 1965.
Ллойд Джордж Д. Военные мемуары: Пер. с англ. М., 1935—1938.
Т. 3—5.
Лукомский А. С. Воспоминания. Берлин, 1922. Т. 1, 2.
Людендорф Э. Воспоминания о войне 1914—1918 гг.: Пер. с нем.
М., 1923—1924. Т. 1, 2.
Милюков П. Н. История второй русской революции. София, 1924.
Т. 1, 2.
Милюков П. Н. Воспоминания (1859—1917). Нью-Йорк, 1955. Т. 1, 2.
Палеолог М. Царская Россия во время мировой войны. М.; Пг., 1923.
Петров Н. Г. Большевики на Западном фронте в 1917 году: Воспо­
минания. М., 1959.
Самойло А. Две жизни. 2-е изд. Л., 1963.
Солдатские письма 1917 года. М.; Л., 1927.
Солдатские письма в годы мировой войны (1915—1917).—Красный
архив, 1934, т. 4, 5.
Фош Ф. Воспоминания. (Война 1914—1918 гг.): Пер. с фр. М., 1939.
Шапошников Б. М. Воспоминания: Воен.-науч. труды. М., 1974.
Шихлинский А. А. Мои воспоминания. Баку, 1944.
99

Исследования и научно-популярные работы

А страхан X. М. Большевики и их политические противники в
1917 году: Из истории политических партий в России между
двумя революциями. Л., 1973.
Барсуков Е. 3. Русская артиллерия в мировую войну. М., 1938. Т. 1;
1940. Т. 2.
Барсуков Е. 3. Царская армия накануне Октябрьской революции.—
Воен.-ист. журн., 1940, № 4.
Борьба большевиков за армию в трех революциях. М., 1969.
Васин И. Армия и революция: Борьба московских большевиков за
солдатские массы в трех революциях. М., 1973.
Васюков В. С. Внешняя политика Временного правительства. М.,
1966.
Васюков В. С. Крах военно-политической авантюры Временного
правительства летом 1917 г.— История СССР, 1965, № 5.
Виноградов В. Н. Румыния в годы первой мировой войны. М., 1969.
Вержовский Д. В., Ляхов В. Ф. Первая мировая война 1914—
1918 гг.: Воен.-ист. очерк. М., 1964.
Военно-боевая работа партии большевиков (1903—1917 гг.). М.,
1973.
Военные организации российского пролетариата и опыт его воору­
женной борьбы, 1903—1917. М., 1974.
Гаврилов Л. М. Численность русской действующей армии в период
Февральской революции.— История СССР, 1972, № 3.
Галактионов М. О роли второго фронта против Германии в первую
мировую войну. М., 1943.
Гапоненко Л. С. Рабочий класс России в 1917 году. М., 1970.
Гапоненко Л. С. Солдатские массы Западного фронта в борьбе за
власть Советов (1917). М., 1953.
Головин Н, Н. Военные усилия России в мировой войне. Париж,
1939. Т. 1, 2.
Голуб П. А, Солдатские массы Юго-Западного фронта в борьбе за
власть Советов. Киев, 1958.
Голуб П. А. Партия, армия и революция: Отвоевание партией боль­
шевиков армии на сторону революции (март 1917 — февраль
1918). М., 1967.
Голуб П. А. Большевики и армия в трех революциях. М., 1977.
Громова 3. М. Провал июньского наступления и июльские дни на
Северном фронте.—Изв. АН ЛатвССР, 1955, № 4(93).
Гуревич Н. Е. Борьба солдатских масс Западного фронта против
империалистической политики наступления Временного пра­
вительства.—Учен. зап. Кабардин. гос. пед. ин-та. Нальчик,
1955, вып. 7.
Емец В. А. О роли русской армии в первый период мировой вой­
ны 1914—1918 гг.— Ист. зап., 1965, т. 77.
Емец В. А. Петроградская конференция 1917 г. и Франция.— Ист.
зап., 1969, т. 83.
Емец В. А. Очерки внешней политики России в период первой ми­
ровой войны: Взаимоотношения России с союзниками по во­
просам ведения войны. М., 1977.
Жилин А. Наступление русской армии летом 1917 года в военно­
политических планах Антанты.— Воен.-ист. журн., 1982, № 3.

100

Журавлев Г. И. Борьба солдатских масс против летнего наступле­
ния на фронте (июнь — июль 1917 г.).— Ист. зап., 1957, т. 61.
Журин Б. И. Взаимодействие артиллерии с другими родами войск
при прорыве укрепленной полосы 8-й русской армией у Станиславува. М., 1943.
Зайончковский А. М. Мировая война 1914—1918 гг. 3-е изд. М.,
1938. Т. 1—3.
Знаменский О. Н. Июльский кризис 1917 года. М.; Л., 1964.
Игнатьев А. В. Русско-английские отношения накануне Октябрь­
ской революции (февр.— окт. 1917 г.). М., 1966.
Игнатьев А. В, Внешняя политика Временного правительства. М.,
1974.
История Коммунистической партии Советского Союза. М., 1966—
1967. Т. 2, 3. Кн. 1.
История Коммунистической партии Советского Союза. 5-е изд., доп.
М., 1977.
История первой мировой войны 1914—1918 гг. / Под ред. И. И. Ростунова. М., 1975. Т. 1, 2.
История СССР с древнейших времен до наших дней: В 2-х сер. М.,
1968. Сер. первая. Т. 6. Россия в период империализма, 1900—
1917 гг.
Истрати Е. Н. Демократическое движение за мир на Румынском
фронте в 1917 году. Кишинев, 1973.
Иоффе А. Е. Русско-французские отношения в 1917 г. (февраль —
октябрь). М., 1958.
Кавтарадзе А. Г. Июньское наступление русской армии в 1917 г.—
Воен.-ист. журн., 1967, № 5.
Капустин М. И. Солдаты Северного фронта в борьбе за власть Со­
ветов. М., 1957.
Капустин М. И. Заговор генералов: (Из истории корниловщины и
ее разгрома). М., 1968.
Капшуков С. Г, Борьба большевистской партии за армию в период
первой мировой войны (1914 — март 1917 гг.). М., 1957.
Карлинг ер М. Англия и Петроградская конференция Антанты
1917 г.— В кн.: Международные отношения: Политика. Дипло­
матия, XVI—XX вв. М., 1964.
Керенский А. Ф. Дело Корнилова. М., 1918.
Козлов П. В. Борьба большевиков за солдатские массы в период
первой мировой войны, подготовки и проведения Великой Ок­
тябрьской социалистической революции. Киев, 1962.
Крыленко Н. В. Февральская революция и старая армия.— Проле­
тарская революция, 1927, № 2, 3.
Маниковский А. А. Боевое снабжение русской армии в мировую
войну. 3-е изд. М., 1937.
Мар тынов Е. И. Царская армия в февральском перевороте. Л.,
1927.
Мар тынов Е. И. Корнилов: Попытка военного переворота. Л., 1927.
Миллер В. Из истории приказа № 1 Петроградского Совета.— Воен.ист. журн., 1966, № 5.
Миллер В. И, Солдатские комитеты русской армии в 1917 г.: Воз­
никновение и начальный период деятельности. М., 1974.
Минц И, И. История Великого Октября. М., 1967—1973. Т. 1—3.
Муратов X. И. Революционное движение в русской армии в 1917 г.
М., 1958.
Первая мировая война, 1914—1918; Сб. статей. М., 1968.
101

Петров Й. Ф. Стратегий и тактика партии большевиков в подготбйке победы Октябрьской революции. М., 1964.
Протасов Л, Г. Классовый состав солдат русской армии перед Ок­
тябрем.— История СССР, 1977, № 1.
Ростунов И. И. Генерал Брусилов. М., 1964.
Ростунов И. И. Русский фронт первой мировой войны. М., 1976.
Рубинштейн Н. Л. Внешняя политика Временного правительства.
М., 1946.
Сидоров А. Л. Отношения России с союзниками и иностранные по­
ставки во время первой мировой войны 1914—1917 гг.— Ист.
зап., 1945, т. 15.
Сидоров А. Л. Финансовое положение России в годы первой миро­
вой войны (1914—1917). М., 1960.
Сидоров А. Л. Исторические предпосылки Великой Октябрьской со­
циалистической революции. М., 1970.
Сидоров А. Л. Экономическое положение России в годы первой ми­
ровой войны. М., 1973.
Соболев Г. Л. Революционное сознание рабочих и солдат Петрогра­
да в 1917 г. Период двоевластия. Л., 1973.
Стратегический очерк войны 1914—1918 гг. М., 1923. Ч. 7. Кампа­
ния 1917 г.
Строков А. А. История военного искусства. Капиталистическое об­
щество периода империализма (до конца первой мировой вой­
ны 1914-1918 гг.). М., 1967.
Строков А. А. Вооруженные силы и военное искусство в первой
мировой войне. М., 1974.
Таленский Н. А. Первая мировая империалистическая война 1914—
1918 гг.: Кампания 1917 г. М., 1938.
Таленский Н. А. Первая мировая война 1914—1918 гг.: (Боевые
действия на суше и на море). М., 1944.
Флеровский И. Большевики и июльские дни. М., 1957.
Френкин М. С, Революционное движение на Румынском фронте
(1917 — март 1918 г.). М., 1965.
Френкин М. С. Демократизация армии и реакционный генерали­
тет.— Вопросы истории, 1967, № 7.
Чемоданов Г. Н. Последние дни старой армии. М.; Л., 1926.
Шкловский В. Революция и фронт. Пг., 1923.
Шурыгин Ф. А. Революционное движение солдатских масс Север­
ного фронта в 1917 году. М., 1958.
Эйдеман Р., Меликов В, Армия в 1917 году. М.; Л., 1927.
Якупов Н. М. Борьба за армию в 1917 году: (Деятельность больше­
виков в прифронтовых округах). М., 1975.

ОГЛАВЛЕНИЕ

3

Введение............................................................

Глава I.

Глава

Причины и подготовка наступления.....................

8

Военно-политические цели............................
8
Стратегический план и его обеспечение
...
Настроения солдатских масс........................
30

15

II. Наступление Юго-Западного фронта...........

57

Прорыв австро-германских позиций..........
Контрнаступление противника....................

57
65

Глава III. Военные действия на других фронтах ....
Боевые действия на Румынском фронте
...
Наступление Западного и Северного фронтов . .
Заключение..............................................................

92

Краткая библиография......................................

96

78
78
84

Александр Павлович Жилив
ПОСЛЕДНЕЕ НАСТУПЛЕНИЕ
(ИЮНЬ 1917 г.)

Утверждено к печати
редколлегией серии «Научно-популярная литература
Академии наук СССР

Редактор издательства 3. Г. Демидова
Художник В. П. Хлебников
Художественный редактор Н. Н. Власик
Технический редактор А. М. Сатарова
Корректоры В. А. Бобров, М. В. Борткова

ИБ № 2717/83
Сдано в набор 10.11.82
Подписано к печати 28.01.83
Т-03920. Формат 84х108*/«2
Бумага типографская № 2
Гарнитура обыкновенная
Печать высокая
Уел. печ. л. 5,46.
Усл. кр.-отт. 5,8. Уч.-изд. л. 6
Тираж 16 500 экэ. Тип. зак. 2213
Цена 35 коп.
Издательство «Наука»
117864 ГСП-7, Москва, В-485, Профсоюзная ул., 90
2-я типография издательства «Наука»
121099, Москва, Г-99, Шубинский пер., 10

мировом историческом процесс
се. Авторы исследуют особен­
ности и своеобразие каждого из
исторических этапов, пройден­
ных советским рабочим классом.
Заказы просим направлять по одному из
перечисленных адресов магазинов «Книга-почтой» «Академкнига»:
480091 Алма-Ата, 91, ул. Фурманова,
91/97; 370005 Баку, 5, ул. Джапаридзе,
13; 320093 Днепропетровск, проспект
Ю. Гагарина, 24; 734001 Душанбе, прос­
пект Ленина, 95; 252030 Киев, ул. Пиро­
гова, 4; 277012 Кишинев, проспект Лени­
на, 148; 443002 Куйбышев, проспект Ле­
нина, 2; 197345 Ленинград, Петрозавод­
ская ул., 7; 220012 Минск, Ленинский про­
спект, 72; 117192 Москва, В-192, Мичу­
ринский проспект, 12; 630090 Новоси­
бирск, Академгородок, Морской прос­
пект, 22; 620151 Свердловск, ул. Мами­
на-Сибиряка, 137; 700187 Ташкент, ул.
Дружбы народов, 6; 450059 Уфа, 59, ул.
Р. Зорге, 10; 720001 Фрунзе, бульвар
Дзержинского, 42; 310078 Харьков, ул.
Чернышевского, 87.

ИЗДАТЕЛЬСТВО НАУКА-