Аэрокосмический мониторинг лесного покрова - Седых В.Н.

Автор: Седых В.Н.

Теги: плодоводство почвоведение почвенные исследования науки о земле геологические науки география геология космическая техника лесоводство

ISBN: 5-02-030058-6

Год: 1991

Похожие

Генезис и диагностическое значение новообразований почв лесной и лесостепной зон

География почв

Почвоведение. Часть 2. Типы почв, их география и использование

Атлас почв Республики Коми

Текст

УДК 634.0.587+631.4:55(571.1)
Аэрокосмический мониторинг лесного покрова / Седых В.Н. -
Новосибирск: Наука. Сиб. отд-ние, 1991. - 239 с.
ISBN 5-02-030058-6.
В монографии рассматриваются вопросы применения аэрокосмических
снимков в системе мониторинга лесного покрова. На основе установленных
взаимосвязей между изображениями, рельефом и растительностью разра-
ботаны методы дистанционной индикации структуры лесорастительных
условий и типов леса, таксационной оценки возрастных состояний лесных
сукцессий, позволившие выявить закономерности размещения лесов в
зависимости от геолого-геоморфологического строения равнинной тер-
ритории. Дана оценка современного состояния лесного покрова централь-
ной части Западной Сибири и составлен прогноз его естественного хода
развития.
Книга рассчитана на лесоводов, почвоведов, геологов, ландшафтоведов.
Табл. 11. Ил. 65. Библиогр.: 147 назв.
Рецензенты
доктора биологических наук Ф. 3. Г лебов , И. В. Таран
Утверждено к печати
Институтом леса и древесины им. В. Н. Сукачева СО АН СССР
С39О04Ж2Р9Г~645-91 1 полУгодие
© Издательство ’’Наука”, 1991
ISBN 5-02-030058-6
ПРЕДИСЛОВИЕ
Лесной покров в Западной Сибири представляет собой сово-
купность лесных сообществ, возникших и развивающихся под
воздействием комплекса эндо- и экзогенных факторов различной
природы. Характер и скорость динамики лесных сообществ опре-
деляются различными параметрами этих факторов, действие
которых взаимообусловлено. Такое сложное преобразование
лесного покрова приводит к необходимости мониторинга всех
возможных состояний лесной растительности и выявления
причин этих изменений.
Применение дистанционных методов, в частности космиче-
ских снимков в сочетании с аэроснимками, позволяет более
эффективно решать задачи комплексной оценки природных про-
цессов, определяющих структуру и динамику лесного покрова,
акцентировать внимание на основных причинах его преобразо-
вания на территориях любого размера и тем самым строить более
надежный прогноз развития лесов, что является основной целью
мониторинга лесного покрова.
Собственно мониторинг леса состоит в слежении за двумя
группами признаков: характеризующих состояние лесного покро-
ва в ландшафте и характеризующих лесорастительные условия
в параметрах ландшафтов и типов леса.
Для регистрации различных состояний леса как в макропа-
раметрах ландшафтов, так и в параметрах фитоценозов необ-
ходимы региональные методы лесного дешифрирования, ко-
торых для территории Западной Сибири пока нет, что является
основным препятствием для широкого использования аэрокос-
мических снимков в целях мониторинга лесного покрова. В
частности, в лесоведении они не находят активного применения
из-за отсутствия региональных методических разработок по
лесному дешифрированию. Накопленный опыт и знания по
использованию аэроснимков, ориентированных на выполнение
детальных лесотаксационных работ, недостаточны для про-
ведения оперативной оценки состояния и динамики лесного
покрова на больших территориях. Поэтому возникла необходи-
мость приступить к разработке научной основы и методов
применения космических снимков в сочетании с аэроснимками
в решении проблемы регионального мониторинга лесного покро-
ва Западной Сибири, что и определило содержание настоящей
работы.
Рис. 1. Картосхема района исследований.
1 — ключевые участки; 2 — граница левобережного широтного Приобья.
Комплексные исследования по разработке и апробации мето-
дов использования аэрокосмических снимков в решении
поставленной проблемы проводились на обширной территории,
прилегающей к широтному отрезку течения Оби, ограниченной
с запада Иртышем, с юга - водоразделом Демьянки и Васюгана
(рис. 1). Район исследований своим историческим развитием,
структурной организацией и динамикой лесной растительности
характерен для центральной части Западной Сибири. Он также
типичен для нефтегазового комплекса с точки зрения изучения
антропогенных воздействий, вызванных интенсивной хозяйст-
венной деятельностью. Здесь в большом разнообразии и в
широких масштабах представлены различные состояния лесного
покрова, возникшие как в процессе естественного хода разви-
тия лесов, так и в результате техногенеза таежных территорий.
Наземные работы проводились на ограниченных по площади
ключевых участках, представляющих весь спектр разнообразных
состояний лесов и их среды обитания. В пределах этих участков
проложены топоэкологические профили, на которых проведены
таксационные, геоботанические, геоморфологические и поч-
венные исследования, а также маршрутное исследование по
сокращенной методике.
Материалы, использованные в работе, включают характеристи-
ки 102 км топоэкологических профилей, 72 пробных площадей,
2550 таксационно-геоботанических описаний, полученных при
маршрутных обследованиях, и 19 200 таксационных выделов по
данным лесоустройства. В процессе решения задач исследований
использовались космические снимки масштаба 1:10 000 000,
1:3 500 000, 1:1 000 000 и 1:200 000, полученные с искусственных
спутников Земли ’’Метеор” и ’’Салют ’, и черно-белые аэроснимки
масштаба 1:50 000 - 1:15 000.
4
Геолого-геоморфологические исследования на ключевых
участках проведены старшим научным сотрудникЬм Института
геологии и геофизики СО АН СССР И.А. Волковым с участием
автора работы. Описание почвенных разрезов и лабораторный
анализ почвенных образцов выполнены старшим научным
сотрудником Института почвоведения и агрохимии СО АН СССР
С. М. Овчинниковым.
Методические вопросы автоматизации лесного дешифриро-
вания разрабатывались на базе лаборатории математической
обработки аэрокосмических изображений Вычислительного
центра СО АН СССР совместно с В.П. Пяткиным и В.С. Си-
доровой.
Автор выражает искреннюю благодарность и глубокую призна-
тельность сотрудникам лаборатории динамики лесного покрова
ИЛиД СО АН СССР С. В. Васильеву, В. Г. Мозалевскому, И. В. Ли-
сицкой и М.В. Иванковой, активно содействовавшим проведению
исследований.
Часть I
ПРИНЦИПЫ И МЕТОДЫ ПРИМЕНЕНИЯ
АЭРОКОСМИЧЕСКИХ СНИМКОВ
В РЕШЕНИИ ЗАДАЧ МОНИТОРИНГА
ЛЕСНОГО ПОКРОВА
Глава 1
СТРУКТУРА ИЗОБРАЖЕНИЙ ЛЕСНОГО ПОКРОВА
НА АЭРОКОСМИЧЕСКИХ СНИМКАХ
И ДЕШИФРОВОЧНЫЕ ПРИЗНАКИ
В различных областях тематического дешифрирования ме-
тодика интерпретации изображений основывалась до сих пор
на принципе описания эталонов, что не утратило своего значе-
ния и сейчас. Использование космических снимков значительно
расширило арсенал применения дешифровочных признаков, как
косвенных, так и прямых, комплексное применение которых
повышает надежность идентификации объектов.
Природоведческая интерпретация фотографических изобра-
жений земной поверхности, полученных с различных летательных
аппаратов, предполагает обязательное использование регио-
нальных методических руководств по их дешифрированию.
Основным содержанием таковых должно быть описание изобра-
жений эталонов дешифрируемых объектов в признаках, адек-
ватно отражающих физические показатели и свойства этих объектов.
Чем совершеннее описан эталонный образ объектов в признаках изо-
бражений, тем достовернее будет определен и охарактеризован при-
родный объект, зарегистрированный на фотоснимке.
При работе с фотографиями земной поверхности имеют дело
лишь с изображением объектов, зарегистрированных на снимках
в плановой проекции. Изображение в этом случае подменяет
собою объект и само становится объектом исследований. Для
отличия одного объекта от другого используются характерные
элементы, составляющие изображение, которые и являются де-
шифровочными признаками исследуемых объектов на фотогра-
фии. Дешифровочные признаки относятся к признакам изобра-
жений, имеющим предметную основу, с помощью которых ин-
терпретатор составляет образ объекта в демаскирующих при-
знаках [Живичкин, Соколов, 1980J, отвечающий или неотвечающий
ему в действительности. Дешифровочные признаки - это и есть отли-
чительные свойства или элементы изображений, позволяющие со-
ставить характеристику объекта, т.е. определить его демаскирующие
6
Рис. 2. Структура фотографического
изображения.
а — рисунок; б — макротекстура; в —
микротекстура структурных элементов
рисунка.
признаки, отбор и использование которых является проблемой
правильной интерпретации изображений, не решенной до сих
пор.
Фотография - фотоснимок земной поверхности, полученный
с летательных аппаратов, представляет собой изображение объ-
ектов и предметов в плановой проекции, зарегистрированных на
светочувствительных слоях (СЧС) пластинок, пленок, бумаги.
Рисунок представляет собой совокупность линейно-пластич-
ных элементов, образующих различные геометрические формы,
пространственное размещение которых определяет структуру
рисунка и изображения в целом (рис. 2). Структурными элемен-
тами рисунка являются линия и формы, очерченные линией.
Линейная структура изображения возникает в результате сочле-
нения пятен различного тона или цвета, и граница этого сочле-
нения может быть воспроизведена в виде линии разреза этих
пятен. Многообразие структур рисунка определяется простран-
ственными сочетаниями различных форм, отличающихся по
размеру и конфигурации. Наряду с качественной оценкой ри-
сунка элементы его можно измерить и представить в линейных
и площадных показателях.
Макроструктура - часть изображения, его особенность, обус-
ловленная пространственным размещением и сочетанием пятен
7
различной формы и цвета (тона), она образует элементы, пло-
щадь которых может быть измерена (см. рис. 2). Свойства макро-
текстур определяются структурой рисунка и особенностью про-
странственной дифференциации цвета в пределах изображения.
Таким образом, макроструктура, кроме оценки структуры рисун-
ка, может быть охарактеризована цветом составляющих элемен-
тов, контрастностью их перехода и количественным их пред-
ставлением в изображении.
Микротекстура - это особенность изображения структурных
частей макротекстуры, образованная пространственным разме-
щением элементарных по форме и малых по размеру пятен
различного цвета (тона). Площадь этой элементарной составной
части невелика и, как правило, неопределенна по форме (см.
рис. 2). В основе микротекстуры также лежат рисунок и цвет,
которые в виде совокупности элементарных единиц составляют
характерную особенность изображений отдельных пятен, обра-
зующих макротекстуру. Она также характеризуется простран-
ственным размещением элементарных пятен, цветом и формой
пятен, контрастностью их перехода. Микротекстура является
составной частью практически любого изображения и наряду
с рисунком и макротекстурой отражает отличительные особен-
ности отображенного на плоскости объекта. На фотографиях
земной поверхности, в частности лесного покрова, все рассмот-
ренные составные части изображений присутствуют и являются
дешифровочными признаками этих объектов.
Уже в первых классификациях признаков изображений без
расслоения последних на структурные части выделялись де-
шифровочные признаки основные и комплексные [Василевский,
1940], которые в более поздних работах стали называть соответ-
ственно прямыми и косвенными.
Прямые признаки являются характеристиками изображения
самого объекта. Их называют также просто признаками изобра-
жения [Прэтт, 1982], основными [Василевский, 1940; Самойлович,
1953], общими [Колосова, Райзер, 1953] и собственными [Ревзон
и др., 1979]. Отдельными исследователями этот класс признаков
подразделяется на постоянные и временные [Живичкин, Со-
колов, 1980], геометрические и фотограмметрические [Петру-
севич, 1962], геометрические и оптические [Гудилин, Комаров,
1978], контурные и яркостные [Прэтт, 1982]. Последний к классу
прямых признаков относит еще текстурные, которые вместе
составляют класс естественных признаков. Под искусственными
признаками им понимается совокупность статистических гисто-
граммных и пространственно-спектральных показателей изо-
бражений, получаемых посредством обработки снимков на ЭВМ.
И. С. Гудилин, И. С. Комаров [1978], В. М. Валях [1982] наряду
с геометрическими и оптическими также выделяют текстурные
признаки.
Понятием ’’текстура изображений” (структура рисунка, харак-
тер изображения, структура изображений, ландшафтный рису-
8
нок) исследователи пользуются давно [Викторов, 1955; Пет-
русевич, 1962; Виноградов, 1966; Григорьев, 1975; Гудилин,
Комаров, 1978; Валях, 1982; Викторов 1986; и др.], часто не рас-
сматривая его содержания и значения. Б. В. Виноградов [1966]
относил текстуру изображений к наиболее устойчивому дешиф-
ровочному признаку. Им впервые выделены три вида текстур:
микро-, мезо- и макротекстура и выявлены причины и условия
их возникновения на аэроснимке растительности аридных зон.
Нами, как и другими авторами [Haralic et al., 1973; Weska et al.,
1976; Ehrich, 1979; Rosenfeld, 1979; Прэтт, 1982; и др.], этот признак
отнесен к числу основных признаков изображений [ Алексеев
и др., 1981; Седых, Сидорова, 1985; Васильев, Седых, 1987; Седых,
1990] и использован как один из приоритетных.
Классификация прямых дешифровочных признаков
Группа Признак
признаков
Оптические Тон и цвет: абсолютный, относительный; вектор с мер-
ностью, зависящей от канала съемки
Граница: тональный контраст, цветовой контраст, тон и
цвет перехода
Геометрические Размер: линейный, площадный
Форма: метрические показатели (вытянутость, насы-
щенность, изогнутость); топологические признаки (связ-
ность, ветвистость, округлость)
Граница: ширина перехода, форма края
Структура ри- Неупорядоченный рисунок: геометрические признаки
сунка элементов. Упорядоченный рисунок: геометрические при-
знаки элементов; характер размещения элементов
Плотность рисунка
Извилистость и протяженность линий
Макро- и микро- Оптические признаки элементов: тон и цвет фона; тон и
текстура цвет доминирующих элементов
Геометрические признаки элементов
Контрастность
Сложность
Граница: текстурный контраст, текстура перехода
Признакам границ изображений (характеру края) исследова-
тели, кроме Б. В. Виноградова [1966, 1978, 1984], придавали
небольшое значение. Б. В. Виноградов впервые дал классифи-
кацию границ изображений (формы, края). Нами, наряду с В. М.
Валяхом [1982], характер границ отнесен к числу прямых при-
знаков.
Таким образом, из всего многообразия прямых признаков,
представленнных в литературе, отобраны четыре группы - оп-
тические, геометрические, текстурные и текстура рисунка,
которыми мы пользовались при описании и дешифрировании
аэрокосмических изображений.
Тон при описании изображений определялся по семибалльной
шкале, принятой в настоящее время в лесном дешифрировании
[Дмитриев и др., 1981].
9
Размер выдела оценивался независимо от масштаба снимка
по балльной шкале, отражающей пять градаций крупности. К
мелким относились участки площадью 0,25-1 см2; к средним -
1-4; к крупным - 4,0-16; к очень крупным - 16 см2.
Форма выдела изображения является одним из самых устой-
чивых признаков, не подверженных или слабо подверженных
изменению при смене технических условий получения снимков,
и одним из наиболее сложных при оценке. Простые контуры при
описании обычно относят к известным правильным геомет-
рическим фигурам, и их оценка не вызывает трудности. Пробле-
ма оценки формы возникает при описании сложно организован-
ных контуров неправильной конфигурации, состоящих из раз-
личного набора проекций простых геометрических фигур. Для
описания таких форм необходимы выработка критериев и их
классификация, посредством которой можно было бы однознач-
но интерпретировать конфигурацию выдела.
Для упрощения задачи набора параметров, характеризующих
форму, заимствованы методические приемы ее оценки, исполь-
зуемые в разработке алгоритмов анализа изображений на ЭВМ
[Прэтт, 1982]. Это позволило получить работоспособную клас-
сификацию наиболее распространенных форм и существенных
для визуальной оценки изображений. Приняты топологические
признаки - связность, ветвистость, лопастность и метрические -
вытянутость, изогнутость.
К топологическим признакам относят особенности располо-
жения контуров, не меняющиеся при всех непрерывных преоб-
разованиях рисунка [Викторов, 1986], или свойство формы, ин-
вариантное по отношению к преобразованию ’’резинового листа”
[Прэтт, 1982]. Такое преобразование или отображение можно
представить себе ”... как растяжение резинового листа с нарисо-
ванным объектом заданной формы, в результате которого про-
исходит некоторое пространственное искажение фигуры”
[Прэтт, 1982, с. 548].
Связность контура определяется количеством несвязан-
ных друг с другом кривых, которыми очерчиваются границы
изображения объекта (рис. 3). Нами рассматривались одно-, дву-
и многосвязные контуры. Односвязные - любой формы контуры,
не имеющие разрывов внутри. Двусвязные контуры ограничивают
площади, имеющие внутри разрыв, и, таким образом, имеют две -
внешнюю и внутреннюю - независимые границы. Многосвязные
контуры ограничивают площади с множеством разрывов. Такие
контуры присущи фоновым сообществам (болотам), имеющим
внутри себя локальные включения других сообществ - леса на
отдельных островах. Последние относятся к односвязным кон-
турам. Двусвязные контуры свойственны переходным сообще-
ствам, занимающим края отдельных ложбин или бугров. Дву-
связный включает один контур.
Ветвистость рассматривалась только для удлиненных кон-
туров, при этом указывалась степень ветвистости: неветвистые, прос-
товетвистые с ветками только первого порядка и сложноветвистые с
Рис. 3. Топологические признаки контуров.
а — связность (1 — односвязный, 2 — двусвязный, 3 — многосвязный); б — ветвистость
(1 — неветвистый, 2 — простоветвистый, 3 — сложноветвистый); в — округлость (1 —
округлый, 2 — округло-извилистый, 3 — округло-лопастный); г — лопастность (1 —
простолопастный, 2 —двулопастный, 3 — сложнолопастный).
ветками второго порядка (см. рис. 3). Изоморфные контуры, по-
добные кругу, эллипсу, яйцу, в зависимости от формы края раз-
делялись на округлые, округло-извилистые и округло-лопастные.
К округлым контурам относились выделы, не имеющие отрица-
тельной кривизны края. Округло-извилистые выделялись при из-
вилистой границе, не образующей подчиненной составляющей
формы, подобной ’’заливу” или ’’лопасти”. Округло-лопастные
выделялись при площади отдельной лопасти, составляющей
10—20 % общей площади контура. Контуры, совмещающие в себе
признаки ветвистости и округлости, выделялись как лопа-
стные, которые разделялись на три вида — простолопастные,
двулопастные и сложнолопастные. Простолопастные выделя-
11
лись в том случае, если одна или несколько лопастей составляли
более 20 % площади контура, не разделялись на лопасти второго
порядка; двулопастные выделялись, если дробились на лопа-
сти второго порядка, и сложнолопастные - когда лопасти дро-
бились на три и более порядков.
Метрические характеристики изображения основаны на из-
мерении форм контуров.
Вытянутость оценивалась двумя параметрами: удлинен-
ностью и обеспеченностью. Обеспеченность представляет собой
отношение площади контура к его периметру и показывает
степень заполненности данного контура площадью, вычисля-
емой по формуле [Прэтт, 19821: Q = 4 я -, где s - площадь, Р -
р
периметр, 4 я - нормирующий коэффициент. Значение этого
показателя для круга - фигуры, имеющей максимальную пло-
щадь при данном периметре, равно 1. Он использовался для
оценки вытянутости ветвистых, лопастных и изогнутых контуров,
где отношение длины к ширине неоднозначно. Для визуальной
оценки использовалась палетка с эталоном форм по классам
вытянутости, которые оценивались двумя коэффициентами
(табл. 1).
Показатель вытянутости, или удлиненности (К), характери-
зовался коэффициентом формы [Викторов, 1986] - отношением
длины контура к ширине: 1 - длина контура; d - ширина; К = 1/d .
Изогнутость оценивалась только для удлиненных конту-
ров. Рассматривались однократно и многократно изогнутые
формы, а также степень изогнутости, которая определялась
углом разворота ветвей фигуры: изогнутые (180°), слабоизогнутые
(90-180°), изогнутые (90-0°), сильноизогнутые и закрученные
(рис. 4).
Рисунок относится к части изображения, структура которого
определяется совокупностью линейных элементов, размещенных
в различных сочетаниях на плоскости. Таким образом, структура
рисунка может состоять только из незамкнутых и замкнутых
линий, очерчивающих различные по сложности геометрические
фигуры - формы элементов.
В зависимости от характера распределения элементов струк-
тура разделялась на неупорядоченную (имеющую случай-
ное неопределенное размещение элементов) и упорядоченную
(имеющую определенное ориентированное размещение элемен-
тов структуры). В пределах двух этих категорий структура ри-
сунка не классифицировалась, и при описании ее особенностей
пользовались критериями и терминами, разработанными
Б. В. Виноградовым [1966], А. А. Григорьевым [1975], А. М. Берлян-
том [1986], С. А. Викторовым [1986] и другими исследова-
телями. Для обеих структур оценивалась только плотность
размещения элементов. Распределение считалось плотным при
расстоянии между элементами менее средних диаметров от-
дельных смежных элементов, средней плотности - при расстоя-
нии между смежными элементами менее двух средних диамет-
12
Таблица 1
Классификация вытянутости форм
Наименование Отношение длины к ширине Обеспеченность
Изоморфные 1-2 0,81-1,0
Слабо вытянутые 2-3 0,61-0,8
Вытянутые 3-5 0,41-0,6
Сильно вытянутые 5-11 0,21-0,4
Линейные >11 0 —0,2
ров, редкой плотности - при расстоянии, превышающем два ди-
аметра.
Текстура контура - сложный, многокомпонентный аспект
изображения. Для описания макротекстуры при оценке изобра-
жений составляющих элементов использовались рассмотренные
оптические и геометрические признаки отдельных контуров.
При описании микротекстуры также включали оценку состав-
ляющих ее элементов, среди которых выделяли точку, зерно,
пятно и штрих. Точка понималась как четко ограниченный эле-
мент изображения одного тона и такого размера, что ее форма
не различалась. Зерно рассматривалось как точка с односторон-
ним градиентом яркости; пятно - четко ограниченная область,
имеющая форму; штрих - ограниченные по протяженности линии
менее 5 мм. При оценке элементов указывались частные особен-
ности, не имеющие систематического характера.
При описании текстур также указывались общетекстурные по-
казатели, которые включали тон фона, доминирующий тон
элементов, контрастность и текстурность. Тон фона и домини-
рующих элементов различался по семибалльной шкале. Контра-
стность оценивалась по разнице тона фона и элементов. Текстура
считалась малоконтрастной, если разница тонов составляла
1-4 ед., контрастной - 4-6, сильноконтрастной - 6-7 ед. По тек-
стурности выдели разделялись на нетекстурные, текстурные и
сложнотекстурные. К нетекстурным относились выделы, не
имеющие текстуры, к текстурным - имеющие два элемента,
различающихся по тону, и к сложнотекстурным - сформирован-
ные более чем из трех элементов. Кроме того, по резкости границ
между элементами текстура разделялась на размытую, слабо
дифференцированную и дифференцированную. Размытая тек-
стура выделялась при плавном переходе тона (цвета) одного
элемента в другой, слабо дифференцированная - при нерезких
границах между элементами и дифференцированная - при
резких границах.
Для контуров отдельно по группам признаков границы не
выделялись. Для всех случаев оценивались только два признака
границ - резкость и извилистость. Резкие границы выделялись
при отсутствии полосы перехода, нерезкие - при фиксированной
ее ширине, размытые - когда полоса перехода плохо отличима
13
Рис. 4. Формы контуров и линий.
а — изогнутость (1 — неизогнутые, 2 — слабоизогнутые, 3 — изогнутые, 4 — сильно-
изогнутые, 5 — закругленные); б — извилистость (1 — простоизвилистые, 2 — изви-
листые, 3 — сложноизвилистые); в — протяженность (1 — сквозные, 2 — полуусечен-
ные, 3 — усеченные); г — сложность (1 — простоветвистые, 2 — ветвистые, 3 — слож-
новетвистые).
от соседних областей как по тону, так и по текстуре; мозаичная,
или диффузная, граница - полоса перехода обусловлена взаимо-
проникновением отдельных элементов текстуры в смежные
выдели. Кроме того, выделялись окантованные границы, если
между смежными областями имелась полоса контрастного тона.
Извилистость границ оценивалась по трем категориям - про-
стоизвилистые, извилистые и сложноизвилистые (см. рис. 4).
Первые выделялись, когда граница многократно изогнутого
контура оставалась целостной и на ней нет изогнутостей второго
порядка; извилистая граница ~ имеющая извилистости второго
порядка и сложноизвилистая - третьего порядка.
14
Критерии, оценивающие признаки линий и формы, рассмот-
рены выше. Дополнительно к ним определялись протяженность
и разветвленность линий. По протяженности линии разделялись
на сквозные полуусеченные и усеченные. Сквозная линия
выделялась в том случае, если она пересекала контур; полу-
усеченная - если один конец линии упирался в край линии
контура, и усеченная - если оба конца линий не упирались в
границы контура. Каждая из линий по признаку изогнутости
определялась по критериям удлиненных контуров. Дополни-
тельно к ним также выделялись линии прямые, не имеющие
изогнутости.
По разветвленности линии разделялись на простоветвистые,
ветвистые и сложноветвистые по критериям, рассмотренным для
удлиненных контуров (см. рис. 4).
Косвенными признаками пользуются при дешифрировании не
непосредственно, а опосредованно, через опознавание объектов,
связанных с дешифрируемым. Эти признаки не принадлежат
изображению дешифрируемого объекта и поэтому противопо-
ставляются прямым. Их применение базируется на использо-
вании существующих связей между компонентами ландшафтов
(рельеф, растительность, почвы, гидрография и др.) и в целом
с физико-географической средой и является одним из условий
успешного дешифрирования [Викторов, 1955; Викторов, Восто-
кова, 1961; Петрусевич, 1962; Альтер, 1966; Виноградов, 1966, 1984].
Систематизируя литературные сведения о формах приме-
нения косвенных признаков, их можно разделить на три вида:
а) установление взаиморасположения (смежность, соседство,
окружение, сочетание) объектов определенного ранга или не-
скольких компонентов ландшафта; б) определение принадлеж-
ности объекта одного ранга некоторой территориальной единице
большего ранга; в) выявление сопряженности (совмещенности)
объектов различных компонентов ландшафта.
Признаки взаиморасположения отражают пространствен-
ную сопряженность, соседство, степень близости лесов с отдель-
ными составными элементами строения ландшафта или с со-
вокупностью элементов. Для того чтобы представить эти ситу-
ации как признаки изображений, можно использовать идею
контекста при обработке аэрокосмических снимков на ЭВМ
[Smith et al., 1981], согласно которой изображение отдельных
типов объектов чаще встречается в некотором окружении других
объектов, в пространственном контексте. В этом случае призна-
ками последних пользуются для обнаружения первых. Здесь
контекстуальные признаки представляют собой условные ве-
роятности встречи данного типа объектов в некотором тональ-
ном, цветовом и текстурном окружении, соответствующем дру-
гим типам объектов.
Признаки принадлежности предполагают использование пря-
мых признаков территориальных единиц большего ранга для
дешифрирования объектов, содержащихся в этой единице. В
15
данном случае используется идея ’’этажерки” - одновремен-
ного применения возможного набора разномасштабных аэро-
космических снимков, где весь комплекс прямых признаков
высших единиц становится индикатором для обнаружения и
описания искомого объекта. Они могут использоваться и
наоборот: меньший объект может быть индикатором крупной
единицы.
Фотографическое изображение земной поверхности, слабо
затронутой антропогенной деятельностью, представляет собой
совокупность элементов изображений (пятен) различного тона
(цвета), расположенных на плоскости в различных сочетаниях и
соотношениях по размеру и тону. В совокупности они состав-
ляют структуру (текстуру) изображений, которая состоит из двух
компонентов - структурно-пластического (линейного), очерчи-
вающего геометрические формы пятен, и тонального (цвето-
вого), заполняющего их. Геометрические формы являются
отражением различных форм и типов рельефа, а тон (цвет)
пятен и их микротекстура определяются свойствами раститель-
ности, присутствующей на различных формах рельефа. Из этого
следует, что в изображении земной поверхности участвуют
в основном только два компонента ландшафтов (исключая
водные поверхности), связи между которыми и их прямые
признаки в отдельности и совокупности могут быть использо-
ваны при дешифрировании как одного компонента, так и дру-
гого и связанных с ними неотображенных объектов.
На существование связей, выраженных в изображениях зем-
ной поверхности, и использование их в дешифрировании прямо
или косвенно указывают многие исследователи [Викторов, 1955;
Викторов, Востокова, 1961; Виноградов, 1966; Григорьев, 1975;
Киреев, 1977; Седых, Волков, 1979], но более определенно их
применили в дешифрировании J. A. Howard, С. W. Mitchell [1980]. Эти
авторы предложили фитогеоморфологический принцип дешифри-
рования аэрокосмических снимков, который нами был в основ-
ном использован при применении аэрокосмических снимков в
решении методических задач аэрокосмического мониторинга
[Васильев, Седых, 1984; Седых, 1987, 1988, 1990].
Во всех рассмотренных аспектах применения косвенных
признаков заложена единая идея использования прямых при-
знаков изображений одних объектов для дешифрирования дру-
гих на основе ландшафтных взаимосвязей, и в связи с этим
предлагается неопределенный термин ’’косвенные признаки”
заменить термином ’’контекстуальные признаки” (лат.соЩес-
tus - сцепление, соединение, связь). В последующем изложении
контекстуальные признаки будут употребляться как синоним
косвенных, под которыми понимаются прямые признаки ото-
бражаемых объектов на снимках, применяемые для дешиф-
рирования связанных с ними объектов.
Проведенная оценка рабочих возможностей [Васильев,
Седых, 1987] отобранных прямых и косвенных дешифровочных
16
признаков выявила высокую надежность идентификации лес-
ных объектов при условии их комплексного применения.
Следует отметить, что, как бы ни варьировали условия при-
менения признаков, во всех случаях ведущее устойчивое поло-
жение занимают контекстуальные признаки. В частности, при-
знаки принадлежности и сопряженности, т.е. взаимосвязи
рельефа и растительности, обеспечивали до 70 % распознава-
емости типов леса.
Глава 2
ОЦЕНКА ДРЕНИРОВАННОСТИ ЛЕСНЫХ ТЕРРИТОРИЙ
И ФОРМАЦИОННОГО СОСТАВА ЛЕСОВ
ПО КОСМИЧЕСКИМ СНИМКАМ
Проведение лесорастительного районирования в целях мо-
ниторинга лесного покрова возможно только на основе косми-
ческих снимков, с помощью которых можно получить объек-
тивные критерии для выделения лесных территорий относи-
тельно одинаковых по структуре лесорастительных условий.
О возможности и перспективности применения космических
снимков в этой области пишет М. П. Поликарпов [1977, с. 16]:
”С помощью космической техники и летательных аппаратов
могут быть получены такие экологические характеристики
природных комплексов, которые не всегда можно получить
наземными методами, - радиационные, тепло-балансовые,
ландшафтно-геоморфологические, водоохранно-защитные и
другие”.
В формировании изображений земной поверхности участ-
вуют в основном рельеф и растительность, признаки которых
в совокупности и отдельно могут быть использованы для де-
шифрирования каждого из них или связанных с ними неотобра-
женных на снимках других компонентов ландшафтов. Решение
этой задачи обеспечивается изучением на полигонах корреля-
ционных связей [Гарелих и др., 1976] между информативными
признаками ландшафтов и различными показателями природ-
ной среды, не регистрируемых или опосредованно регистриру-
емых на фотоизображениях.
Из показателей, характеризующих структуру лесного покрова
на космическом снимке, с высокой степенью достоверности
можно определить лесистость - долю покрытой лесом площади
в составе общей площади территории. Лесистость является
одним из ведущих экономических показателей лесного района,
а также фактором, определяющим важнейшие экологические
свойства ландшафтов, характеризующих их водообеспечен-
ность, дренированность, развитие эрозионного, лесо- и болото-
образовательного процессов. Из утверждения, что леса отно-
сятся к элювиально-устойчивым типам растительности и пре-
имущественно занимают склоновые формы рельефа [Морозов,
17
1931; Пономарева, 1970], возникло предположение о возмож-
ности использования лесистости в качестве индикационного
признака для получения количественной информации о рас-
члененности рельефа - факторе, определяющем дренирован-
ность местообитаний лесов и их качественный состав.
Г. И. Танфильев [1923] под расчлененностью понимает изре-
занность территории оврагами, ее холмистость и возвышенность.
Сочетание этих орографических факторов создает оптимальные
условия для выноса органогенов и существования древесных
растений [Пономарева, 1970]. Изрезанность поверхности овра-
гами или гидросетью как показатель эродированности терри-
торий широко используется в геоморфологии и выражается
через отношение протяженности водотоков к площади изучае-
мой территории [Полканова, 1968; Берлянт, 1978; Зятькова, 1979].
Однако этот показатель в оценке расчлененности рельефа
не является исчерпывающим, так как отражает только одну
сторону его влияния через поверхностный и русловой сток.
Более полную модель строения рельефа предложил В. Н. Чен-
цов [1949], который для характеристики его расчленения ввел
три показателя: глубину расчленения р — среднюю разность
отметок между соседними точками максимума и минимума;
частоту расчленения а - среднее расстояние между соседними
точками экстремума и интенсивность расчленения - средний
тангенс уклона.
Поскольку эти показатели разработаны для одномерных
профилей, то они в этом виде не могли быть использованы
для выявления связей между ними и лесистостью - площадным
показателем. Необходимо было найти их аналоги. Ими послу-
жили показатели среднего уклона поверхности и дисперсии
высот для р, способы вычисления которых даны в руководствах
по картометрии [Волков, 1950; Берлянт, 1978]. Значение этих
показателей определяется на топографических картах с по-
мощью прямоугольной палетки. Высота снимается в точках
пересечения линий палетки, а при вычислении среднего ук-
лона подсчитывается число точек пересечения изолиний с
линиями палетки. Далее дисперсия высот определяется по
формуле
oh2 = _J__ . S(hi-h)2, (1)
П — 1
где hi - значение высот в точках палетки; h - средняя высота
площадки; п - число точек палетки, а средний уклон - по
формуле
t₽*P=2L. dmAZ . (2}
где az - величина сечения рельефа изолиниями; d-сторона
квадрата палетки; ш - число точек пересечения изолиний с
линиями палетки; Р - площадь учетной площади.
Проведение площадной оценки этих показателей осущест-
18
вляется на ключевых участках на крупномасштабных картогра-
фических материалах. Ключевые участки равномерно распре-
деляются по исследуемому району и служат основой для полу-
чения данных на всю его площадь. Для обеспечения удовлет-
ворительной точности традиционным методом оценки рас-
члененности рельефа больших территорий требуются выполне-
ние огромного объема работ на крупномасштабных картах,
значительные затраты времени и средств, что не всегда может
быть оправдано.
В целях ускорения получения этих сведений на основе аэро-
космической информации необходимо было выявить взаимо-
связи между рельефом и лесистостью и использовать послед-
нюю в качестве индикатора дешифрирования рельефа, с одной
стороны, и в оценке дренированности лесных территорий - с
другой. Для этого на основе данных, полученных по топогра-
фическим картам и материалам аэросъемки ключевого участка,
расположенного в бассейне рек Ларьеган и Кульеган (см. рис. 1),
был проведен корреляционный анализ связей лесистости и
расчлененности рельефа.
Показатели рельефа определялись по топографическим кар-
там масштаба 1:25 000 путем обработки 182 квадратных площа-
док, равномерно размещенных по ключевому участку. Терри-
тория каждой площадью 16 км2 на карте разбивалась на сеть
взаимно перпендикулярных линий с интервалом 4 см, и полу-
ченная сетка использовалась как квадратная палетка для вы-
числения средних значений интенсивности (tg ) и глубины
(ah ) расчленения рельефа по формулам (1) и (2).
Средние значения лесистости и другие показатели лесного
покрова вычислялись в пределах тех же площадок на основе
дешифрирования черно-белых аэроснимков масштаба 1:50 000.
Для этого квадратная палетка переносилась на аэроснимки,
и в точках пересечений линий определялись небходимые дан-
ные. Кроме того, для сравнения качества признаков и выявле-
ния степени их связи с лесистостью определялись еще три
показателя эродированности территории: длина долин стока,
отнесенная к единице площади, средний уклон долин стока
и частота эрозионного расчленения.
Обработка массовых данных (4550 наблюдений), полученных
описанным способом, позволила выявить состояние связей
между показателями расчлененности рельефа и лесистостью, из
которых наиболее точными оказались показатели В. Н. Ченцова -
средний тангенс уклона и среднее квадратическое отклоне-
ние высот. Отличаясь простотой и объективностью, они не
теряют смысла и при отсутствии гидросети, когда показатели
эродированности обращаются в нуль. Кроме того, оба эти пока-
зателя имеют наибольшие коэффициенты корреляции с ле-
систостью.
Коэффициенты корреляции для среднего уклона и глубины
расчленения рельефа равны соответственно 0,814 и 0,719 с до-
19
Рис. 5. Изменение расчлененности рельефа (а) и эколого-формационного
состава лесов (б) в связи с лесистостью.
Пояснение см. текст.
стоверностью на 99 %-м уровне. Связь почти линейная, корреля-
ционные отношения среднего уклона и дисперсии высот по ле-
систости равны соответственно 0,816 и 0,809, коэффициент
линейности связи 0,003 и 0,138. Состояние связей отражают
кривые и эмпирические формулы зависимости указаных
показателей рельефа от лесистости: oh = 0,933 • ехр(2,270Р);
tg 0,00259-ехр(2,596Р), где tg^ - средний уклон, oh-среднее
квадратическое отклонение высот, Р - лесистость (рис. 5, а, б).
20
В целях удобства пользования признаками расчленения они
были объединены в один показатель R ="V ah*tg<P,' что позволило
получить обобщенный показатель расчленения. Корреляцией*
ное отношение лесистости по этому показателю равно 0,824,
а отдельно по дисперсии высот и тангенсу уклона соответствен-
но 0,809 и 0,816 (рис. 5, в).
Экологический смысл выявленных связей заключается в том,
что более расчлененные территории имеют большую долю дре-
нированных участков и склонов и в связи с этим более
залесены. Дисперсия высот характеризует потенциальные воз-
можности стока как поверхностных, так и грунтовых вод, а
средний уклон - кинетические характеристики этого стока.
Показатель R, содержащий обе характеристики, отражает в со-
вокупности топографические условия, обеспечивающие ско-
рость освобождения верхней толщи отложений от избытка
влаги.
По закону Дарси [Молчанов, 1960; Ланге, 1969], скорость дви-
жения потока грунтовых вод (V) упрощенно выражается форму-
лой V = К h/1, где К - коэффициент водопроницаемости (филь-
трация) породы; h - разность уровней в верхнем и нижнем се-
чении грунтового потока; 1- расстояние между сечениями.
Поскольку поверхность грунтовых вод (депрессионная поверх-
ность) в сглаженном виде обычно повторяет рельеф земной
поверхности [Дружинин, 1978], постольку h/1 - напорный гра-
диент потока, или уклон депрессионной поверхности, в этом
случае есть tg^ уклона рельефа. Если принять К за 1, то ско-
рость освобождения излишней влаги в породе будет возра-
стать прямо пропорционально глубине расчленения oh-tg^, и
в этом случае обобщенный показатель расчлененности рельефа
R ah*tg<P’ может быть использован как косвенный показатель
дренированности - коэффициент дренированное™ территории.
В лесной зоне Западной Сибири при общем избыточном увлаж-
нении независимо от литологического состава горных пород и
почв дренированность является одним из определяющих фак-
торов продуктивности лесов (как отдельных участков, так и
крупных территорий), и оценка должна быть обязательной при
определении экологического состояния лесных земель дистан-
ционными средствами. Для решения этой задачи разработана
шкала, предлагаемая к использованию при дешифрировании
космических снимков масштаба 1:3 500 000 - 1:200 000:
Балл Лесистость Расчлененность Дренированность
1 Слабая Слабая Слабая
1-20% oh =0,1-1,0 tg^P =0,001—0,003 R = 0,01-0,05
2 Средняя Средняя Средняя
21-40% oh ~ 1,0—2,0 tg = 0,003-0,005 R = 0,05—0,1
3 Умеренная Умеренная Умеренная
л 41 -60% oh = 2,0—3,5 tg Ф = 0,05—0,01 r =0,1-0,2 21
Балл
Лесистость
Расчлененность
Дренированность
4 Хорошая 61-80% Хорошая oh = 3,5-5,0 tg^= 0,01—0,02 Нормальная R = 0,2—0,3
5 Сильная Глубокая Хорошая
81-100 % oh = 5,0-10,0 tg ¥>= 0,02-0,05 R = 0,3-0,7
Основной составляющей шкалы является показатель лесис-
тости, по которому оцениваются в баллах или определяются в
соответствующих мерах параметры расчленения и дренирован-
ность территорий.
Шкала предназначена для работы в пределах равнинной
лесной зоны Западной Сибири, в основном в ее центральной
части. При экстраполяции ее в другие районы, отличающиеся
геоморфологическим строением территорий, необходимо внести
поправку или составить новую, руководствуясь рассмотренной
выше технологической схемой.
Использование предлагаемого метода позволяет:
а) проводить геоморфологическое и экологическое карто-
графирование крупных территорий на космических снимках
масштаба 1:10 000 000 - 1:200 000 с отражением параметров строе-
ния рельефа в количественных показателях и оценкой состоя-
ния дренированности;
б) при точности оценки значений показателей расчленен-
ности на уровне 95 % более чем в 10 раз сократить объем мор-
фометрических работ;
в) увеличить объем и качество получаемой при дешифри-
ровании геоморфологической и экологической информации и
тем самым объективизировать результаты дешифрирования;
г) дополнить существующие схемы геоморфологического и
ландшафтного дешифрирования новой информацией и тем
самым повысить содержание и качество работ по тематичес-
кому картографированию;
д) использовать эмпирическую формулу в обратном направ-
лении для расчета потенциальной лесистости в районах интен-
сивной антропогенной деятельности.
Из предпосылки, что различные лесные породы неодинаково
реагируют на дренированность и эродированность местооби-
таний, возникло предположение о возможности определения
качественного состояния лесистости по космическим снимкам
или, точнее, выявления формационной структуры лесного
покрова. Для проведения корреляционного анализа связей на
ключевом участке все разнообразие типов леса классифици-
рованно по трем формационно-экологическим группам — кедров-
ники, сосняки суходольные и сосняки гидроморфные, которые
достоверно дешифрировались на аэроснимках масштаба 1:50 000.
К кедрачам относились все насаждения с доминированием в
них кедра, ели и пихты как зеленомошной, так и сфагновой
группы типов леса. В категорию суходольных сосняков включа-
22
лись насаждения с доминированием сосны зеленомошной
группы типов леса, а в гидроморфные сосновые леса объединя-
ли сосновые и кедрово-сосновые сфагновые насаждения
полнотой не менее 0,3. Все лиственные насаждения относились
к кедровым лесам, производными от которых они являлись.
Для выяснения связей между формационным составом и
лесистостью с помощью прямоугольной палетки обработано
150 аэроснимков масштаба 1:50 000. В точках пересечения линий
палетки насаждения дешифрировались и распределялись
по соответствующим категориям.
В результате анализа три выделенных формационных клас-
са разделились на две альтернативные группы: сосняки сухо-
дольные, с одной стороны, и кедрачи с гидроморфными сосня-
ками - с другой. Оставшуюся часть покрытой лесом площади
занимают кедрачи и гидроморфные сосняки вместе взятые.
Анализ связей с лесистостью в отдельности кедрачей и гидро-
морфных сосняков показал слабую зависимость. Поэтому воз-
никла необходимость для кедровой формации использовать
другой показатель, а именно - долю участия ее в покрытой
лесом площади суходольных территорий. Этим удалось пока-
зать изменение площади кедровых лесов в площади суходолов
в зависимости от лесистости. Все корреляционные отношения
и коэффициенты корреляции достоверны на 95%-м уровне.
Для использования выявленных связей при интерпретации
космических снимков мелкого масштаба достаточно предста-
вить регрессионные модели для некоторых из них. Если изве-
стны показатели участия сосновых лесов в покрытой лесом
площади и кедровых лесов в площади суходолов, то вычисля-
ются также доли участия кедрачей и гидроморфных сосняков
(см. рис. 5, б).
Аналитическое выражение зависимостей выглядит следую-
щим образом: участие суходольных сосняков в покрытой лесом
площади Рс = 0,3O6’P1>68; участие кедровой формации в площа-
ди суходолов Ркс = 1 “0,377-Р1,57.
Производные от регрессионных моделей для участия кедро-
вых лесов в покрытой лесом площади Рк = 0,812’Р0»11 - 0,306 х
х РМ8 и участия гидроморфных сосняков в покрытой лесом пло-
щади Ргс = 1 -о,812-ро,11.
Располагая выявленными связями, можно определить по кос-
мическим снимкам формационный состав лесов также в абсо-
лютных единицах измерения.
Как отмечалось выше, установленные связи можно распро-
странить только на территории, содержащие элементы геолого-
геоморфологического строения ключевого участка. На осно-
вании этого положения для выявления областей экстраполя-
ции был проведен сравнительный анализ теоретически рас-
считанного по космическим снимкам формационного состава
лесов с составом лесных формаций, полученным по данным
лесоустройства (табл. 2). При этом сравнивались шесть террито-
23
верностью получить информацию о природно-территориальных
комплексах, не отображенную на космических снимках, ис-
пользуя при этом ограниченный объем данных.
В качестве примера приведены результаты дешифрирования
телевизионного космического снимка на основе установленных
связей между рассмотренными показателями ландшафтов
(рис. 6). Представленные связи в этом виде могут рассматри-
ваться как корреляционная карта [Букс, 1977; Сочава, 1979] или
фитогеоморфологическая картосхема дешифрирования, в
которых нашли отражения количественные показатели леси-
стости, расчлененности рельефа, дренированности лесных
территорий и формационный состав лесов.
Глава 3
ВОЗРАСТНЫЕ СОСТОЯНИЯ ЛЕСНЫХ СУКЦЕССИЙ
НА АЭРОКОСМИЧЕСКИХ СНИМКАХ
К одной из основных задач аэрокосмического мониторинга
лесного покрова относятся выявление и оценка его состояний,
развивающихся как в процессе возрастных изменений лесных
сообществ, так и вызванных различными экзогенными природ-
ными и антропогенными воздействиями. Несмотря на равнин-
ность Западной Сибири, структура лесного покрова отличается
сложностью и разнообразием. Специфика пространственной
организации лесного покрова обусловлена пестротой лесора-
стительных условий и множеством различных форм динамики
леса, возникающих в процессе сингенеза, эндоэкогенеза и
галогенеза лесных формаций [Сукачев, 1972].
Лесной покров Западной Сибири в настоящее время пред-
ставляет собой совокупность сообществ различного возраста и
происхождения, закономерно размещенных в пространстве
согласно геолого-геоморфологическому строению территории.
Причины их происхождения крайне разнообразны, но в основ-
ном они обусловлены пожарами, эндогенезом лесного покрова,
аллювиальными процессами, динамикой взаимоотношений
леса и болота, а в последнее время сукцессиями, вызванными
рубками, разведкой и эксплуатацией месторождений нефти
и газа, строительством промышленных сооружений и населен-
ных пунктов, прокладкой линейных сооружений и локальными
загрязнениями территории* В связи с таким разнообразием при-
чин происхождения и развития лесных сообществ возникает
прежде всего необходимость разработки методов дистанцион-
ной индикации наиболее распространенных лесных сукцессий,
исторически определивших структуру лесного покрова.
Смена пород, возникающая в результате пожаров кедровых
лесов и последующих послепожарных сукцессий на территории
Западной Сибири, является наиболее распространенной формой
динамики лесообразовательного процесса, и слежение за ней
26
Таблица 3
Формационный состав лесного покрова левобережного широтного Приобья
Автоморфные леса Гидроморфные леса Лесная площадь
Формация тыс. га % ' % лес- ной пло- щади тыс. га % % лес- ной пло- щади тыс. га %
С 941,3 23,9 17,2 924,9 60,1 16,9 1866,2 34,1
К 881,1 22,5 16,1 290,0 18,9 5,3 1171,1 21,4
Е 240,8 6,1 4,4 153,2 10,0 2,8 394,0 7,2
П 27,4 0,7 0,5 10,9 0,7 0,2 28,3 0,7
Б 1138,2 28,9 20,8 158,8 10,3 2,9 1297,0 23,7
Ос 706,0 17,9 12,9 — — 70С,0 12,9
Итого..... 3934,8 100,0 71,9 1537,8 100,0 28,1 5472,6 100,0
должно быть первоочередной задачей аэрокосмического мони-
торинга лесного покрова.
На территории левобережного широтного Приобья кедровые
леса имеют широкое распространение как по всему району
исследований, так и по отдельным лесхозам. В составе покры-
той лесом площади они составляют около 21,4 % (табл. 3).
Среди них не менее 60 % площади занимают суходольные
наиболее производительные кедровники IV класса бонитета
зеленомошной группы типов леса. Они занимают повышенные
элементы рельефа среди плоских водораздельных поверхностей
дренированные склоны долин и приречные участки, приуроче-
ны к суглинистым свежим почвам. На аэроснимках масштаба
1:50 000 осеннего залета зеленомошные кедрачи отображаются
мелкозернистым темным тоном, выделы имеют четкие границы
и довольно контрастно выделяются на общем фоне аэросъемоч-
ного изображения (рис. 7).
Зеленомошные кедровники возникли на гарях через смену
пород [Седых, Смолоногов, 1975; Седых, 1979, 1981] в ре-
зультате возрастных изменений фитоценотической структуры
лесных сообществ.
Березняки и осинники, возникшие после пожаров на месте
темнохвойных лесов, занимают 46,8 % площади суходольных
лесов (см. табл. 3). Наземными обследованиями установлено,
что они повсеместно распространены на месте темнохвойно-кед-
ровых лесов, которые согласно схеме восстановительной ди-
намики следует рассматривать как возрастные этапы форми-
рования кедровников после пожаров. На черно-белых аэросним-
ках масштаба 1:50 000 лиственные леса отображаются мелкозер-
нистыми от почти белого до средне-серого тона и так же, как
и кедровые насаждения, контрастно выделяются на общем
фоне изображения (см. рис. 7).
Повсеместное наличие подроста, или второго яруса темно-
хвойных пород, под пологом лиственных древостоев и их при-
27
Рис. 7. Отображение различных лесных сообществ на аэрофотоснимке масштаба
1:50 000 осеннего залета.
1 — насаждения кедра, 2 — березы.
сутствие в одном пологе с осиной и березой свидетельствует
о принадлежности таких лиственных насаждений к одному
естественно-генетическому ряду развития леса [Колесников,
1956; Колесников, Смолоногов, I960], и их следует рассматри-
вать в качестве возрастных этапов восстановительно-возрастной
динамики кедровых лесов пирогенного происхождения. Со-
гласно этой динамике пожары, воздействуя на лес, приводят к
разрушению насаждений кедра и возникновению условий для
поселения на гарях лиственных и темнохвойных пород. Длитель-
но развиваясь под лиственным пологом, темнохвойные породы
в 140-160 лет становятся доминирующими в лесных сообщест-
вах, и только в возрасте 160-200 лет завершается восстановле-
ние допожарных кедровников, что ведет к увеличению пло-
щади кедровых лесов в структуре лесного покрова [Седых, 1979]
(рйс. 8). На протяжении 200 лет насаждения проходят три пери-
ода и семь фаз развития, закономерно и последовательно сме-
няющихся во времени.
Под периодами развития леса понимается одно из качест-
венных состояний лесных сукцессий, характеризующихся до-
минированием в составе сложных лесных сообществ одного или
28
Рис. 8. Картосхема лесонасаждений.
а — лесоустройство 1952 г., б — 1970 г.; 1 — кедр, 2 — ель, пихта, 3 — сосна, 4 — бере-
за, осина, 5 — болото.
нескольких элементов леса или других компонентов фитоце-
нозов, определяющих специфику лесообразовательного про-
цесса на определенном отрезке времени.
Под фазой развития понимается одно из качественных со-
стояний лесных сукцессий, характеризующееся сравнительно
одинаковыми морфоструктурными признаками сложных лес-
ных сообществ, обусловленных онтоценогенетическими стади-
ями элементов леса.
Под стадией развития леса понимается одно из качественных
возрастных состояний элементов леса, возникающее в опреде-
29
ленной последовательности в его онтоценогенезе, характери-
зующееся сравнительно одинаковыми темпами роста и специ-
фикой развития древостоя. z
В основу понимания последней временной категории по-
ложены представления Г. Ф. Морозова [1931] о стадийном раз-
витии леса, которые в настоящее время широко используются
в лесоведении и лесоводстве. К ней относятся стадии разви-
тия - самосев, подрост, молодняк (чаща), средневозрастные
(жердняк), приспевающие, спелые и перестойные насаждения.
Каждый возрастной этап лесного сообщества отличается оп-
ределенным строением, продуктивностью и морфологией и
своими признаками отображения на аэрокосмических снимках,
исследование которых для целей идентификации динамики
лесов является первоочередной задачей. Многообразие видов
лесных сукцессий и их временных состояний, связанных со
стадийным развитием элементов леса, определяет различия
в морфоструктурах насаждений, что вызывает необходимость
изучения значения элементов леса и их стадий в формировании
изображений сложных лесных сообществ на аэрокосмических
снимках.
Методика дистанционной оценки восстановительно-возра-
стной динамики кедровых насаждений, относящихся к зеле-
номошной группе типов леса, рассмотрена на примере березово-
и осиново-кедровой сукцессий. За исключением отдельных
отличий, обе имеют принципиально одинаковые характер раз-
вития и способ их выявления на аэрокосмических снимках.
Анализ морфоструктуры насаждений позволил установить
специфику взаимосвязей между вертикальной и горизонталь-
ной проекциями сложных лесных сообществ, развивающихся
после пожара [Седых,1981]. Характер изображений насаждений
на аэрокосмических снимках обусловлен пространственным
положением всех морфоструктурных частей фитоценозов, среди
которых определяющим является вертикальное положение
элементов леса. Связь между морфоструктурой насаждений
и характером их изображений на аэрокосмических снимках
закономерна и устойчива. Изменчивость морфоструктуры в
пределах однотипных лесорастительных условий вызывается
возрастными преобразованиями лесных сообществ. В соответ-
ствии с временной динамикой видового состава насаждений,
численности и размера деревьев изменяются вертикальные
и горизонтальные проекции древостоев и согласованно с ними
тон и текстура их изображений (рис. 9). Это свойство морфоло-
гии насаждений использовано для разработки дистанционной
индикации пирогенной лиственно-кедровой сукцессии. Подоб-
ный прием дешифрирования без анализа причин формирования
и динамики изображений был применен для выявления и
картографирования послепожарных стадий формирований
темнохвойных лесов [Фуряев, 1983].
30
Рис. 9. Возрастные этапы послепожарной лиственно-кедровой сукцессии на
аэроснимках масштаба 1:50 000 осеннего залета.
Фазы развития: а — 2-я, б — 3-я, в — 4-я, г — 5-я, д — 6-я, е — начало 7-й, ж — -я.
31
Фаза 1
Фаза 2
Рис. 10. Горизонтальная (а) и вертикальная (б) морфоструктура насаждений
I периода развития.
1 — темнохвойные породы; 2 — ель, пихта; 3 — кедр; 4 — лиственные породы; 5 — су-
хостойные деревья; 5 — тени от сухостойных деревьев; 7 — травянистые растения.
V 7
Период I разделяется на две фазы развития и характеризу-
ется преобладанием в лесных сообществах травяно-кустарнич-
ковых растений. Он начинается с поселения растений на гарях,
специсЬичных для открытого экотопа лесной зоны, и заверша-
ется образованием сомкнутых древостоев лиственных пород.
Продолжительность периода 15-20 лет. Многие стороны лесо-
образовательного процесса определяется эдификаторной ролью
травяно-кустарничковых растений. Ими же в сочетании с от-
дельными сохранившимися элементами леса допожарных гене-
раций определяются специфические черты изображений на
аэрокосмических снимках (рис. 9,10).
Фаза 1 наступает с момента образования открытого экотопа,
вызванного пожаром. Она характеризуется активным усыха-
нием деревьев, испытавших воздействие огня, образованием
и разрушением сухостоя и в целом гибелью всех компонентов
32
фитоценоза. В год пожара или в последующий год минерали-
зованные участки начинают интенсивно заселяться березой
или осиной, отдельно и в смешении при приобладании одной
из них. Береза обычно возобновляется обсеменением со стороны
прилегающих участков леса или за счет оставшихся на гари
несгоревших деревьев. Осина может быть как семенного проис-
хождения, так и корнеотпрысковой. Количество экземпляров
этих пород на одном гектаре исчисляется сотнями тысяч и мил-
лионами.
Наряду с лиственными породами в это время начинают по-
являться темнохвойные - кедр, пихта, ель, количество которых
не превышает сотни штук на одном гектаре. В первой фазе 1
происходит только появление самосева, возникновение и фор-
мирование первой стадии развития всех элементов леса, обра-
зующих будущие сложные лесные сообщества на гарях. В силу
небольшого размера особей, по высоте не превышающих 10 см,
древесные растения в формировании изображений не участвуют
в течение всей фазы развития.
Живой напочвенный покров начинает формироваться из
хвоща лесного, осоки круглой, вейника тростникового, кипрея
узколистного при доминировании последнего к концу фазы. В
моховом покрове появляются Dicranum, Polytrichum alpestre,
Polytrihum commune. Из кустарников поселяются малина лес-
ная, ива козья, шиповник иглистый. На сохранившихся мелких
участках лесной подстилки часто присутствуют типичные
растения зеленомошных лесов средней тайги.
Вновь возникающий живой напочвенный покров в начале
фазы не участвует в формировании изображений, и только к
концу по мере заполнения минерализованных участков расте-
ниями он становится одним из основных элементов. Состояние
насаждений этой фазы отображается на черно-белых снимках
осеннего залета масштаба 1:50 000 в виде контуров серого тона,
неконтрастной плотной мелкозернистой микротекстуры.
После верхового пожара эта фаза может также отображаться в
виде контуров темно-серого или почти черного тона, без диффе-
ренциации его на микротекстуру. Конфигурация контуров
может быть различной, от простой круглой до сложнолопастной.
Границы резкие, но по контрастности могут быть различными
в зависимости от плотности тона соседних участков. К концу
фазы развития в связи с образованием сплошного живого напоч-
венного покрова и частичного распада сухостоя фон изобра-
жения становится более светлым со штриховой слабоконтраст-
ной текстурой.
В целом на протяжении всей фазы развития структура изо-
бражений определяется состоянием сухостойных древостоев
бывших насаждений и выделена нами по типу первой стадии после-
пожарной динамики темнохвойных лесов [Фуряев, Злобина,
1981].
Фаза 2 начинается с возникновения открытого экотопа и
2 В. Н. Седых
33
продолжается до образования сомкнутого полога лиственных
пород 15-20 лет. Процесс возобновления лиственных пород
продолжается, но менее интенсивно, чем в фазе 1. Стадия
самосева переходит в стадию подроста. Особи лиственных по-
род высотой 0,5-2,0 м образуют отдельные группы различной
сомкнутости, случайно размещенные по территории участка.
Их количество наряду с появляющимся самосевом может до-
стигать 50-100 тыс. шт./га. Продолжается постепенное подсе-
ление темнохвойных пород. Кедр, ель и пихта рассеянно рас-
пределены по участку и сомкнутых групп не образуют. Коли-
чество их в это время обычно не превышает 5 тыс. шт./га, а
максимальная высота 0,5 м.
В целом фаза 2 характеризуется преобладанием травяно-
кустарничковых растений в формирующихся лесных сообще-
ствах. Живой напочвенный покров, состоящий из кипрея, хвоща
лесного, осоки круглой, малины лесной и в основном из пред-
ставителей рода Polytrichum, в сочетании с подростом листвен-
ных пород и сухостоем образуют серый тон изображения с упо-
рядоченной штриховой слабоконтрастной микротекстурой (см.
рис. 9, 10). Штриховатость изображению придают тени, отбра-
сываемые сухостойными деревьями. В начале фазы тон фото-
изображения более серый и менее текстурный из-за высокой
сомкнутости сухостойных деревьев. Для фазы 2, как и для
фазы 1, характерно наличие сохранившихся сырорастущих от-
дельных деревьев или их групп. Они чаще всего приурочены
к западинам, ложбинам и ручьям и хорошо отображаются на
снимках. В виде темных точек и пятен отображаются темно-
хвойные породы, в виде светлых - лиственные. Контуры таких
лесных участков довольно четко отличаются от соседних на-
саждений.
Фазой 2 завершается I период восстановительной динамики,
на протяжении которого основным фоновым элементом мор-
фоструктуры насаждений и их изображений является травяно-
кустарничковый ярус. Следует отметить, что в этот отрезок
времени имеет место варьирование пространственной структуры
напочвенного покрова, что в совокупности с отдельными со-
хранившимися деревьями и группами их обусловливает исклю-
чительно большое разнообразие структуры изображений.
Во И периоде в составе лесных сообществ преобладают лист-
венные породы, которые на протяжении 120-140 лет играют
эдификаторную роль в биогеоценотических процессах и тем
самым определяют специфику морфоструктуры насаждения и
их изображений на аэрокосмических снимках.
На гарях формируются сложные лиственно-темнохвойные
насаждения с участием ели, пихты и кедра. Темнохвойные
породы, постепенно накапливаясь под пологом березы и осины,
сначала образуют биогруппы подроста, затем второй ярус и
далее, внедряясь в верхний полог, приводят к ослаблению
эдификаторной роли лиственных пород и вытесняют их из
насаждений.
34
Рис. 11. Схема восстановительно-возрастной динамики березово-кедровых (а)
и осиново-кедровых (б) насаждений.
1 — береза; 2 — кедр; 3 — кедр, ель, пихта; 4 — темнохвойные породы; 5 — осина.
Образованием одноярусных насаждений завершается пери-
од II. Эдификаторная роль здесь переходит к темнохвойным
породам, в частности к кедру. Участие березы и осины в составе
насаждений становится незначительным. По существу, II пери-
одом заканчивается лесовосстановительный процесс, посколь-
ку сформированные смешанные березово- и осиново-кедровые
насаждения становятся близкими к исходным.
Период II охватывает три фазы развития (рис. 11). Фаза 3
(20—40 лет ) - фаза развития лиственных молодняков и возоб-
новления темнохвойных пород - начинается с формирования
сомкнутого полога из березы и осины. Лиственные породы из
стадии подроста переходят в стадию молодняка или чащи,
они отличаются в это время интенсивным возрастающим при-
ростом в высоту и началом дифференциации деревьев по раз-
меру. Количество деревьев на гектаре значительно уменьшает-
ся и составляет к концу фазы не более 20 тыс. Запас их в это
время достигает 40-60 м3/га. Темнохвойные породы переходят в
стадию подроста, в котором начинает формироваться возраст-
2
35
ная группа из самосева предыдущих фаз с потенцией образо-
вания будущего древостоя. Общая численность самосева и под-
роста кедра, ели и пихты в этой фазе может достигать
10 тыс. шт./га при доминировании последних. Средняя высо-
та подроста не превышает 1-1,5 м.
Подлесок редкий. Его образуют шиповник, рябина сибирская.
Ива и малина лесная встречается единично.
Живой напочвенный покров состоит из хвоща лесного, осоки
круглой, багульника, черники, брусники. Изредка начинают
встречаться линнея северная, седмичник европейский, майник
двулистный. В моховом покрове - Polytrichum commune, Pleu-
rozium schreberi, Hylocomium proliferum. Несмотря на высокую
сомкнутость молодого древостоя березы и осины, подрост и
напочвенный покров частично участвуют в формировании
изображений.
Деревья березы и осины в этой стадии развития имеют не-
большую среднюю высоту (5-8 м), ажурную неглубокую крону
и в совокупности с нижним ярусом фитоценоза отображаются на
снимках серым гладким тоном. Текстура, характерная для пре-
дыдущих фаз, исчезает. Только отдельные участки с частью
сохранившегося сухостоя имеют слабо выраженную штриховую
текстуру, образуемую тенями деревьев. Для изображения также
характерны светлые и темные точки и пятна различного раз-
мера, свидетельствующие о присутствии в фитоценозах сыро-
растущих допожарных поколений деревьев (см. рис. 10-14) .
Фаза 4 (от 40 до 80 лет) - фаза интенсивного роста лиственных
деревьев и формирования подроста темнохвойных пород в
сомкнутые биогруппы. Древостои березы и осины находятся
в средневозрастной и приспевающей стадии развития, отли-
чаются высокими показателями прироста по диаметру и запа-
су (см. рис. 11).
В течение 40 лет масса древесины березы увеличивается
от 50-60 до 150-170 м3/га (3 м3/(га-г.)), осины - от 80-90 до 250-
270 м3/га (4м3/(га-г.)). Для этой фазы развития характерна вы-
сокая сомкнутость древостоев лиственных пород. Количество
деревьев березы составляет от 12 тыс. экзУга в начале до
140 экз./га в конце фазы при средней высоте соответственно от
8 до 18 м; количество деревьев осины в начале фазы составляет
4 тыс. экз./га, в конце - 700-800 экз./га п^и средней высоте 12-
20 м. Кроны деревьев обеих пород хорошо развиты, плотные и
при высокой сомкнутости образуют гладкий или мелкозерни-
стый от светло-серого до светлого тона фотоизображения. Этот
признак наиболее типичен для насаждений этой фазы. Штри-
ховая текстура отсутствует в связи с полным отпадом к этому
времени сухостойных деревьев. Она замещается слабо выражен-
ной зернистой микротекстурой, возникновение которой об-
условлено чередованием теневых и освещенных частей крон
деревьев. Береза и осина допожарных поколений, если они со-
хранились, имеют одинаковую яркость с деревьями послепо-
36
жарной генерации и поэтому распознаются с трудом по призна-
ку размера крон. Темнохвойные породы допожарного поколе-
ния, так же как и в предыдущей фазе, хорошо видны на изо-
бражениях в виде пятен и точек темного тона различного раз-
мера и формы.
Подрост в этой фазе еще не просматривается на снимках,
и о его состоянии можно судить по статистическим данным
наземных исследований. В связи с отпадом тонкомерной части
древостоя начиная с 50-60 лет отмечается интенсивный рост
темнохвойных пород, особенно кедра [Седых, 1979]. В частности,
в березняках текущий прирост кедра по высоте в начале фазы
составляет 0,05 м, в конце - 0,23, в осинниках соответственно
0,05-0,13 м. К концу фазы текущий прирост средней высоты
составляет 5-7 м в березово-кедровых и 4-5 м в осиново-кедро-
вых насаждениях. Темпы возобновления темнохвойных пород
не снижаются и в этой фазе развития. Общее количество под-
роста с самосевом достигает максимума 5-7 тыс. шт./га. Под-
рост в это время переходит в стадию молодняка и представляет
собой ярус из темнохвойных пород в среднем невысокой сомк-
нутости группового размещения 1,5 м высотой в начале фазы
и до 6 м в конце. Сомкнутые биогруппы подроста чаще всего
приурочены к местам более разреженного верхнего древесного
яруса и к редким кнам, которые на аэроснимках отображаются
в виде мелких темных пятен и точек округлой формы с нерез-
кими границами. К концу фазы из подроста начинает форми-
роваться второй древесный ярус.
Подлесок редкий. Рябина и шиповник совместно с живым
напочвенным покровом, состоящим из брусники, черники,
линнеи северной, седмичника, майника, кислицы обыкновен-
ной, Pleurozium schreberi, Hylocomium proliferum, Polytrichum com-
mune и др., отображения на снимках не имеют и в формировании
изображений не участвуют.
Фаза 5 продолжительностью 40 лет (от 80 до 120 лет) в берез-
няках и 60 лет (от 80 до 140 лет) в осинниках характеризуется
формирование двухъярусных насаждений и активным распадом
лиственных древостоев. Лиственные породы этой фазы перехо-
дят в стадию спелых и перестойных древостоев и отличаются
максимальными показателями таксационных признаков. За-
пас древесины березы и осины наибольший в начале фазы раз-
вития, а в конце ее в результате происходящего распада дре-
востоев он сильно снижается. Прирост по высоте и диаметру
становится незначительным. В связи с изменениями экологиче-
ских условий, обусловленными распадом лиственных древо-
стоев, резко улучшается рост подроста темнохвойных пород из ко-
торого формируется второй древесный ярус. Во второй половине
фазы часть деревьев начинает врастать в верхний полог. Быстро
увеличивается запас древесины темнохвойных пород, текущий
прирост которого в березово-кедровых насаждениях достигает
4,0-5,0 м3/га, а общий запас за 40 лет изменяется от 30-40 до
37
160-170 м3/га. В осиновых насаждениях текущий прирост запа-
са второго яруса в среднем составляет 2-3 м3, а общий запас за
60 лет изменяется от 20-30 до 150-160 м3/га. К 120-140 годам
участие лиственных и темнохвойных пород в составе лесных
сообществ становится примерно одинаковым (см. рис. 11).
На протяжении всей фазы развития насаждения представ-
ляют собой ярко выраженные двухъярусные лесные фитоце-
нозы. Во втором ярусе, как правило, в березняках преобладают
ель и пихта, в осинниках - кедр.
Лиственные древостои, достигшие максимальной высоты,
на аэроснимках отличаются зернистой микротекстурой светло-
серого тона (см. рис. 10, 12). Хорошо развитые плотные кроны
позволяют различать отдельные деревья на общем фоне кон-
тура. Для рисунка также характерно обилие мелких темных
пятен, равномерно размещенных на снимке. Их происхождение
связано с образованием окон и разрывов в лиственном пологе,
заполненных тенью и группами деревьев темнохвойных пород.
В это время кедр, ель и пихта образуют сомкнутые древостои
высотой от 6 м в начале до 16-17 м в конце фазы и находятся
в стадии жердняка. Несмотря на то что к концу фазы по запасу
оба древесных яруса сравниваются, общий светло-серый тон
изображения образуют лиственные породы. Это связано с тем,
что по высоте второй ярус значительно уступает первому и
большая часть его скрыта лиственными породами. Для насаж-
дений этой фазы характерно усложнение и повышение текстур-
ности их изображений, которая формируется здесь из несколь-
ких компонентов фитоценозов и их состояний. В ее образовании
участвуют признаки лиственных древостоев, темнохвойных
пород и окна, возникшие в результате отпада деревьев верхнего
полога. На изображениях этой фазы развития уже не опозна-
ются деревья допожарных поколений, так как их отображения
становятся неотличимыми от признаков возникших состояний
в лесных сообществах.
Ухудшение экологических условий в связи с увеличива-
ющейся сомкнутостью темнохвойного яруса и соответственно
всего насаждения приводит к снижению активности возобнови-
тельного процесса. Однако подроста в этой и следующей фазах
достаточное количество (см. рис. И). Новые генерации ели, пих-
ты и кедра также появляются, но они не выходят из стадии под-
роста и отмирают. Высота и возрастная структура подроста
длительное время остаются стабильными.
Вновь возникающие подрост, подлесок и живой напочвенный
покров, состоящий из типичных представителей темнохвойной
тайги - брусники, черники, линнеи северной, осоки круглой,
седмичника европейского, хвоща лесного, плаунов булавовид-
ного и сплюснутого, кислицы обыкновенной, Pleurozium schre-
beri, Hylocomium proliferum, Poly trichum commune и др., в форми-
ровании изображения этой и нескольких последующих фаз
не участвуют.
38
Фаза 3
Фаза
Фаза 5
Рис. 12. Горизонтальная (а) и вертикальная (б) морфоструктура насаждений
II периода развития.
1 — темнохвойные древостои, 2 — лиственные. Ост. усл. обозн. см. рис. 10.
Этой фазой заканчивается II период восстановительного про-
цесса лиственно-кедровых насаждений. В дальнейшем, если
будет исключено воздействие пожаров или других разрушаю-
щих факторов, весь комплекс биогеоценотических процессов
начнет регулироваться главным образом возрастными измене-
ниями елово-пихтово-кедровых древостоев и изображения на
аэрокосмических снимках будут определяться совокупностью
оптических свойств кедра, ели и пихты.
Период III характеризуется доминированием темнохвойных
пород в составе лесных сообществ. Начинается он с образования
смешанных одноярусных лиственно-темнохвойных, а затем
кедровых насаждений. Основную эдификаторную роль в них
играет главный лесообразователь - кедр. Специфика возраст-
ной динамики лесных фитоценозов обусловлена межвидовыми
отношениями только темнохвойных пород и тем отличается от
восстановительной динамики I и II периодов. В частности, рост
и развитие новых генераций кедра и сопутствующих пород про-
исходят под пологом старших поколений, увеличивается дли-
тельность их формирования, а в процессе постепенной смены
поколений возрастная структура древостоев элементов леса
становится не однородной. Развиваясь в крайне напряженных
условиях среды, древесные породы образуют насаждения, со-
вершенно отличающиеся от лесных сообществ предыдущих
возрастных этапов строением, продуктивностью и спецификой
отображений на аэрокосмических снимках.
39
Фаза 6 начинается с формирования одноярусных насаждений
и завершается разрушением лиственной части древостоев.
Это происходит в 120-140 лет в березняках и в 140-160 лет в
осинниках (см. рис. 11).
В продолжении фазы 6 происходит дальнейший интенсивный
отпад березы и осины. Об этом свидетельствует прежде всего
резкое снижение их запаса (от 200 до 80 м3/га березы, от 260
до 100 м3/га осины), а также крайне незначительный, замедля-
ющийся, переходящий в отрицательный прирост средней вы-
соты и среднего диаметра деревьев [Седых, 1979]. Это проис-
ходит в результате отпада деревьев из низких ступеней тол-
щины, а также крупномерных деревьев, что с возрастом приво-
дит к снижению средней высоты и среднего диаметра листвен-
ной части насаждений и, наоборот, наблюдается высокий при-
рост всех таксационных показателей темнохвойных пород.
Средний ежегодный прирост темнохвойных пород в, березняках
4,0 м3/га. Общий запас их древесины за 40 лет увеличивается
более чем на 160 м3/га и близок к максимальному. Темнохвой-
ные породы в осинниках в течение фазы имеют прирост запаса
около 3 м3/(га г.), а общий запас увеличивается на 110 м3/га; к
160 годам за 40 лет запас кедра, ели и пихты повышается до
250-300 м3/га.
Наилучшими показателями роста отличаются кедр и ель.
Пихта из-за высокой зараженности древесины гнилями имеет
более низкие показатели роста, а к середине фазы начинает
интенсивно выпадать.
В первой половине фазы образуются одноярусные березово-
пихтово-елово-кедровые насаждения. Участие кедра в составе
древостоев колеблется в пределах 30-50 %. Под пологом дре-
востоев обилен валеж березы, осины, пихты и частично ели,
отпад которой будет интенсивно происходить в более позднее
время. В этой фазе развития лиственные древостои находятся
в стадии перестойности, ель и пихта переходят в стадию спе-
лости, а кедр пребывает еще в приспевающем состоянии.
Фаза 6 в развитии осиново-кедровых насаждений значитель-
но короче, чем березово-кедровых (около 20-30 лет), и может
завершаться на 10-20 лет позже. Кедр развивается под пологом
осинников в более жестких экологических условиях и меж-
видовых отношениях, поэтому осиново-кедровые насажде-
ния пребывают в состоянии двухъярусных значительно более
длительное время. При этом четко выраженных одноярусных
осиново-кедровых насаждений нет. Кедр в 140-160 лет не до-
стигает высоты осины, которая в этом возрасте выше его на
3-5 м. Только небольшое присутствие осины в этой фазе позво-
ляет считать такие насаждения одноярусными.
С выходом деревьев темнохвойных пород в верхний ярус
начинается период обильного плодоношения. Улучшение
световой обстановки под пологом леса также стимулирует
процесс возобновления. К концу фазы количество подроста
40
Фаз и 6
Фаза 7
ill Л Л имени
I I
Рис. 13. Горизонтальная (а) и вертикальная (б) морфоструктура насаждений
III периода развития.
Ост. усл. обозн. см. рис. 10, 12.
начинает увеличиваться. Но оно еще незначительно, высота
стабильна и не превышает 1-1,5 м. Травяно-кустарничковый
ярус состоит из тех же видов, что и в предыдущей фазе.
С проникновением кедра, ели и пихты в верхний полог и из-
реживанием древостоев лиственных пород количество темных
пятен и их площадь на изображении контуров увеличиваются и
соответственно сокращается площадь светло-серого тона (рис. 9,
13). Это свидетельствует о происходящей смене лиственных
пород темнохвойными. Отдельные темные пятна, специфичные
для предыдущего возрастного этапа, соединяются между собой
в пятна округло-лопастных форм, а местами образуют темные
поля. В свою очередь, светлый тон зернистой микротекстуры
распадается на пятна, образуемые группами деревьев, и свет-
лые точки, отражающие отдельные деревья. Соотношение
светлых и темных пятен создает своеобразное мозаичное изо-
бражение на аэроснимке, которое характерно для фазы 6 вос-
становительно-возрастной динамики. Присутствие светлого и
41
темного тона становится примерно равным к концу фазы.
Изображение насаждений отличается высокой текстурностью,
которая в это время достигает максимума, и по этому признаку
насаждения легко распознаются на снимках.
Фаза 7 - смешанных пихтово-елово-кедровых древостоев,
начавшаяся в 140-160 лет, продолжается до 200-250 лет (см.
рис. 11). В течение этого времени древостой березы и осины,
доминировавшие на ранних фазах, полностью разрушаются.
В конце фазы только одиночные перестойные деревья березы
и осины напоминают о былом их господстве. Они распростра-
нены группами или отдельными деревьями, которые хорошо
видны на аэрокосмических снимках в виде светлых пятен
и точек на темном поле изображений (см. рис. 9,13).
Древостои темнохвойных пород имеют наивысшие средние
высоту, диаметр и запас. Отмечается высокая зараженность
комлевыми и стволовыми гнилями пихты и ели. В это время
древостои обеих пород находятся в стадии перестойности. Де-
ревья пихты первого поколения к концу фазы в составе древо-
стоев не превышают 10 %. В начале фазы начинается интен-
сивный отпад ели. Кедр, наоборот, все время укрепляет свое
положение в насаждении. В 160-200 лет он пребывает в стадии
спелости и характеризуется наивысшими таксационными
показателями. Общий запас насаждений составляет 300-
350 м3/га. Деревья имеют хорошо развитые кроны и обильно
плодоносят. Фаутность значительно ниже, чем у пихты и ели,
стволовая часть отличается наивысшими техническими каче-
ствами. Если в начале фазы доля кедра в насаждениях была
в среднем 50-60 % и состав насаждений значительно варьиро-
вал, то к концу фазы он становится более стабильным, а кедр
составляет 80-90 %. Остальные породы — береза, осина и пихта -
первой послепожарной генерации к концу фазы встречаются
только единично.
В связи с отпадом березы, осины, пихты и ели улучшается
световая обстановка в насаждениях, что способствует обиль-
ному плодоношению и улучшению естественного возобнов-
ления. Количество подроста кедра, ели и пихты увеличивается
и к концу фазы в некоторых насаждениях доходит до 10-15 тыс.
шт./га. Заметны дифференциация подроста на биогруппы или
куртины и увеличение подроста в высоту.
Живой напочвенный покров образует растения, специфичные
для зеленомошных кедровых лесов средней тайги, - черника,
брусника, линнея северная, майник, хвощ лесной, кислица
обыкновенная, зеленые мхи, которые в зависимости от типа
леса находятся в различных количественных соотношениях.
В подлеске в основном присутствуют шиповник и рябина,
количество которых на протяжении всех фаз развития не изме-
няется. Следует отметить, что подлесок в процессе восстанов-
ления кедровых лесов варьирует незначительно как по числу
видов, так и по обилию.
42
В этой фазе развития, как и в предыдущих, ни подрост, ни на-
почвенный покров в формировании изображений насаждений
не участвуют. Изображения формируют только темнохвойные
породы, которые в совокупности на аэрокосмических снимках
образуют контуры темного тона слабо выраженной зернистой
микротекстуры с отдельными светлыми пятнами и точками (см.
рис. 9, 12). Светло-серый и серый тон изображений, а также
выраженная текстурность, характерные для предыдущих фаз
развития, в фазе 7 полностью исчезают в связи с происшедши-
ми возрастными изменениями фитоценотической структуры
сложных лесных сообществ. Этой фазой развития завершается
восстановление кедровников, последующее развитие которых
будет определяться взаимоотношениями древостоев послепо-
жарной генерации и новыми возрастными поколениями кедра.
Для насаждений последующей фазы развития характерным
будет полное отсутствие лиственных пород и небольшое уча-
стие ели в верхнем пологе, примесь пихты во втором ярусе и
преобладание кедра в составе древостоев. Подобные насажде-
ния на аэрокосмических снимках представлены в виде контуров
темного тона с зернистой слабо выраженной микротекстурой.
Эта совокупность прямых признаков является основным де-
шифровочным признаком, которым следует пользоваться для
выявления насаждений кедра в возрасте 200-250 лет.
Таким образом, для каждого этапа восстановительно-воз-
растной динамики кедровых лесов свойствен определенный
характер изображений лесных сообществ на аэрокосмических
снимках, который обусловлен морфоструктурой насаждений,
изменяющийся в процессе развития элементов леса. Изобра-
жение насаждений I периода развития формируется в основном
сухостоем и травяно-кустарничковым покровом, возникшим на
гарях, и частично сохранившимися сырорастущими деревьями и
подростом последующего возобновления. Изображения насаж-
дений II периода связаны, в основном, со спецификой отобра-
жения возрастных состояний древостоев лиственных пород.
С проникновением темнохвойных пород в лиственный полог,
что характерно для III периода, изображения лесных сообществ
определяются совокупностью спектральных характеристик
кедра, ели, пихты, осины и березы.
Как видно из анализа морфоструктуры насаждений, адекват-
но с ней меняется структура изображений, что дало возмож-
ность составить дешифровочную таблицу (табл. 4) для дистан-
ционной оценки восстановительно-возрастной динамики кедро-
вых лесов применительно к работе с черно-белыми аэрокосми-
ческими снимками масштаба 1:25 000 - 1:100 000 осенних зале-
тов. На этой стадии разработки дешифровочные признаки могут
быть использованы для изучения пространственных закономер-
ностей размещения кедровых и лиственных лесов, дешифриро-
вания литологии поверхностных отложений и почв, выявления
площади лесов, подлежащих рубкам ухода, разработки перспек-
43
Таблица 4
1.1
Таблица для дешифрирования состояния восстановительно-возрастной динамики кедровых лесов
1.2
П.3
II. 4
Возрастной
этап, пери-
од, фаза
Прямые дешифровочные признаки
Тон, цвет Микротекстура Граница
Темно- и средне- серый Средне- и светло- серый Светло-серый и почти белый Светло-серый Текстурная, зернистая и штриховая, слабоконтрастная, слабо дифференцированная; тон фона средне-серый; форма элементов — зерно и штрих; тон элементов черный, почти черный и средне-се- ?ый; плотность элементов — плотная; распределение элементов равномерное Отдельные включения светло-серых и почти черных пятен, ука- зывающие на присутствие групп сырорастущих деревьев листвен- ных (светлый тон) и темнохвойных пород (темный тон), сохранив- шихся после пожара Сложнотекстурная, штриховая, слабоконтрастная, дифферен- цированная; тон фона средне- и светло-серый; форма элементов — штрих; тон элементов черный и почти черный; плотность элемен- тов — средняя в начале фазы и редкая в конце; распределение элементов — равномерное и групповое Отдельные включения светло-серых и почти черных пятен и зе- рен, указывающие на присутствие групп деревьев лиственных и темнохвойных пород, сохранившихся после пожара Микротекстуры нет и слабо выражена Отдельные включения пятен и зерен почти черного тона, указы- вающие на присутствие: емнохвойных пород, сохранившихся по- сле пожара Текстурная, зернистая, слабоконтрастная, слабо дифференциро- ванная; тон фона светло-серый и почти белый; форма элементов — точки и зерна; тон элементов почти черный; плотность элементов редкая и средняя; распределение равномерное Темные точки и зерна связаны с возникновением окон в пологе Резкая и нерезкая в зависимости от изображе- ний сопредельных выде- лов Нерезкие и диффуз- , ные в зависимости от изображений сопредель- ных выделов Резкая и нерезкая в зависимости от изобра- жений сопредельных вы- делов Резкая, нерезкая и диф- фузная в зависимости от изображений сопредель- ных выделов

Окончание табл. 4
Возрастной этап, пери- од, фаза Прямые дешифровочные признаки
Тон, цвет Микротекстура Граница
П.4 Светло-серый лиственных древостоев, заполненных тенью и подростом темно- хвойных пород
II.5 Средне- и светло- серый Сложнотекстурная, зернистая, контрастная, дифференциро- ванная; тон фона светло-серый; форма элементов — точки, зер- на и пятна; тон элементов — почти черный, темно-серый, свет- ло-серый, почти белый; плотность элементов — плотная и сред- няя, распределение равномерное и групповое Характерно обилие темных зерен и пятен, указывающих на присутствие темнохвойных пород во зтором и первом ярусах Нерезкая и диффуз- ная в зависимости от изображении сопредель- ных выделов
Ш.6 Темно- и средне- серый Сложнотекстурная, зернисто-пятни^ая, контрастная, диффе- ренцированная; тон фона темно-серый; форма элементов —зер- на и пятна; тон элементов — светло-серый и почти белый, рас- пределение групповое и равномерное; плотность элементов — средняя и редкая Характерно мозаичное размещение светлых пятен, образуемых группами деревьев лиственных пород на темном фоне кедра, ели и пихты Нерезкая и диффуз- ная в зависимости от изображений сопредель- ных выделов
Ш.7 Почти черный и темно-серый Микротекстуры нет или плохо выражена, слабоконтрастная, слабо дифференцированная Характерны включения отдельных точек, зерен и пятен свет- ло-серого и почти белого тона, указывающие на присутствие лиственных пород, доминировавших на ранних фазах развития Резкая и нерезкая в зависимости от изобра- жений сопредельных выделов
тивного плана освоения лесных ресурсов в связи с территори-
альной тенденцией смены пород и в целом для осуществления
эффективного аэрокосмического мониторинга лесного покрова.
Глава 4
ДЕШИФРИРОВАНИЕ ПОЧВ
И ПОЧВООБРАЗУЮЩИХ ПОРОД
В области лесного дешифрирования необходимость выявле-
ния лесорастительных условий на аэроснимках возникла в се-
редине 20-х гг. вместе с постановкой вопроса о возможности
применения аэроснимков в изучении типов леса [Самойлович,
1961]. И в дальнейшем любое лесное дешифрирование так или
иначе было направлено на совершенствование диагностики
типов леса и его структурных элементов. Несмотря на то что
изучение этого вопроса ведется давно и методы дешифрирова-
ния рельефа и растительности достаточно развиты в силу их
непосредственного отображения на аэрокосмических снимках,
дешифрирование почв и почвообразующих пород, покрытых
лесом, и особенно таежных территорий остается проблематич-
ным. До сих пор не определены принципиальные подходы к ре-
шению этой задачи, что свидетельствует о ее сложности.
При проведении почвенно-географических работ геолого-
геоморфологическое строение территории обычно служило
основой для изучения закономерностей пространственного
распределения почв и почвенного покрова. Границы почвенных
выделов при составлении почвенно-картографических матери-
алов проводились в соотвествии с границами литолого-геомор-
фологических разностей, а при отсутствии сведений о почвооб-
разующих породах пространственные закономерности измене-
ния почвенного покрова контролировались главным образом
рельефом. В этом случае данным о растительности придава-
лось второстепенное значение и различные тематические кар-
ты растительного покрова применялись как вспомогательный
материал.
Использование в почвоведении аэроснимков, начавшееся
в 30-е гг. [Гавеман, Ливеровский, 1953], и применение космиче-
ских снимков в настоящее время выдвинуло растительность в
число приоритетных индикационных признаков для картогра-
фирования почв на основе аэрокосмических снимков. При изу-
чении же таежных территорий по аэрс- или космическим сним-
кам знанию растительности и сопряженности ее границ с грани-
цами почвенных выделов стало придаваться первостепенное
значение при дешифрировании [Гавеман, Ливеровский, 1953; Вави-
лов, 1964; Харин, Труфанова, 1965; Березин и др., 1969; Афанасьева
и др., 1977; Андронников, 1979; Корсунов и др., 1979; Константи-
нов, 1982; Седых, 1990; и др.]. Это вызвано тем, что на аэрокосми-
ческих снимках непосредственно отображаются признаки
46
растительного покрова, которые и позволяют при интерпрета-
ции изображений принимать их наряду с рельефом в качестве
основных для установления границ почвенных выделов. По-
этому возникла необходимость более глубокого изучения
взаимосвязей между почвой, рельефом и растительностью
в целях использования признаков последней в дешифрирова-
нии почв на аэрокосмических снимках.
Лесной покров таежной территории представляет собой со-
четание лесных сообществ коренных типов леса и их производ-
ных, возникновение которых связано с пожарами, ветровалами
и другими экзогенными факторами. Исходя из принципов ге-
нетической типологии Б.П. Колесникова [1956], следует пола-
гать, что к одним и тем же почвам и геологическим отложе-
ниям могут быть приурочены лесные сообщества различной
фитоценотической структуры и морфологии. В связи с этим
для установления границ того или иного почвенного выдела
на основе аэрокосмических снимков возникает необходимость
выявления всей совокупности генетически связанных с ним
насаждений, контрастно различающихся морфоструктурны-
ми характеристиками [Седых, 1981]. В этом заключается слож-
ность решения задачи дешифрирования почв и почвообразую-
щих пород, которая определяется состоянием изученности
сукцессионной динамики лесов и их связей с типом лесорасти-
тельных условий.
Руководствуясь положениями генетической типологии для
выделения контура одной и той же почвы на аэрокосмических
снимках, необходимо располагать сведениями об индикацион-
ных признаках производных и коренных типов леса, распрост-
раненных в пределах одних форм рельефа и границ одних и тех
же почвенных выделов. Для этого необходимы данные, под-
тверждающие, что насаждения, различающиеся морфострук-
турными характеристиками, являются возрастными состояни-
ями одного и того же типа леса, объединенными в один естест-
венно-генетический ряд развития по признаку сходства эколо-
гических условий и истории возникновения насаждений. Для
получения таких данных необходимо обратиться к анализу
почв как к более консервативному компоненту биогеоценоза,
но экологически адекватному растительности. Исходя из по-
следнего, следует ожидать совпадения по объему генетическо-
го типа леса с определенной таксономической единицей почв.
Несовпадение почвенных выделов с растительными контурами
может быть связано или с экологической неадекватностью кар-
тографируемых таксонов [Фридланд, 1972], или, вопреки генети-
ческой типологии, с интерпретаций производных насаждений
как самостоятельных таксономических единиц.
Среди автоморфных почв района исследований доминируют
подзолистые поверхностно-глееватые почвы, которые формиру-
ются на суглинисто-глинистых породах [Гаджиев, Овчинников,
1977], широко распространенных на надпойменных террасах и
48
междуречных поверхностях. Лесной покров в пределах прости-
рания этих почв отличается пестротой лесных сообществ, состо-
ящих из различных лесообразующих пород. К ним приурочены
гари, покрытые травяно-кустарничковыми сообществами, бе-
резняки различного возраста, березово-кедровые и кедровые
насаждения пирогенного происхождения, которые в совокуп-
ности могут быть использованы как индикаторы подзолистых
поверхностно-глееватых почв. Для проверки степени адекватно-
сти местообитаний кедровников и березняков, резко различаю-
щихся дешифровочными признаками, проведен анализ фито-
ценотической структуры насаждений и почвенных характери-
стик двух участков, выделенных на топоэкологическом профи-
ле в бассейне р. Ильяк (рис. 14).
Профиль заложен на междуречной поверхности, пересекаю-
щей долину небольшого водотока. Обследованные участки (1,3,
4) расположены на одинаковых по геоморфологическим усло-
виям местоположениях. Относительное превышение обоих
участков над ближайшим урезом воды, расчлененность, крутизна
склонов и положение относительно элементов рельефа сов-
падают.
Участки 1, 3 покрыты 55-летним березняком высотой 16 м,
полнотой 0,8 и запасом 130 м3/га. В первом ярусе присутствуют
единичные деревья кедра в возрасте 250 лет. Второй ярус не
выражен. Подрост представлен темнохвойными породами
составом 7К2Е1П, возрастом от 10 до 50 лет, высотой в среднем
1,5 м в количестве более 1,5 тыс. шт./га. В подросте редко встре-
чаются шиповник и рябина.
Травяно-тустарничковый ярус образуют (в порядке убывания
обилия) хвощ лесной, линнея северная, майник, осока круглая,
черника, брусника с общим покрытием 30-40 %. Моховой покров
в основном представлен зелеными мхами с проективным покры-
тием 70-90 %, мощностью 5 см.
Одновозрастность древостоя березы, наличие углей под
слоем подстилки, малая мощность живого напочвенного покро-
ва свидетельствуют о послепожарном происхождении данного
древостоя. Единичные растущие деревья кедра в возрасте 250
лет и валеж указывают, что допожарное насаждение относилось
к мелкотравно-зеленомошному кедровнику. Присутствие под
пологом древостоя обильного подроста из темно-хвойных пород
при доминировании кедра дает основание отнести это насаж-
дение к фазе 4 развития восстановительно-возрастной дина-
мики кедровых лесов, рассмотренной в гл. 3.
На черно-белом снимке масштаба 1:50 000 изображение этого
насаждения характеризуется светло-серым тоном, плотной
Рис. 14. Размещение насаждений на склонах долин водотока.
а — аэроснимок масштаба 1:50 000, б — профиль 1;I, III— березняк мелкотравно-зе-
леномошный 55 лет, II — болото, IV—кедрач мелкотравно-зеленомошный 220 лет;
1 — береза, 2 — кедр, 3— торф, 4 - суглинок, 5 — почвенный разрез, 6 — граница
участков.
49
мелкозернистой текстурой. Выдел имеет резкие границы и
высокую контрастность на общем фоне фотоснимка. Подобные
насаждения надежно опознаются на космических снимках
масштаба 1:200 000.
На участке 4 произрастает 220-летний кедровник IV класса
бонитета, полнотой 0,6, запасом 270 м3/га. В составе древостоев
имеется примесь ели и пихты. Подрост образуют темнохвойные
породы (5П4К1Е) возрастом 30-60 лет, средней высотой 1,0 м
и количеством 8 тыс. шт./га.
В подлеске очень редко встречаются рябина и шиповник.
Травяно-кустарничковый покров образуют преимущественно
линнея северная, хвощ лесной, майник, кислица, плаун була-
вовидный с общим покрытием 40-50 %. Моховой покров мощно-
стью 15 см образуют преимущественно зеленые мхи с покрытием
90-95 %. Обнаруженные угли под слоем лесной подстилки
также свидетельствуют о послепожарном происхождении
насаждений, которое согласно восстановительно-возрастной
динамике относится к фазе развития 7.
На аэроснимке насаждение характеризуется темным тоном
и неконтрастной зернистой микротекстурой. Такие насаждения
опознаются надежно на аэроснимках всех масштабов, а также
и на космических снимках масштаба 1:200 000. Как видно из
описаний, несмотря на геоморфологически одинаковые усло-
вия, насаждения резко отличаются таксационными и изобра-
зительными характеристиками, что и осложняет применение
аэрокосмических снимков в дешифрировании почв.
Морфологическое описание разрезов под рассмотренными
насаждениями и результаты физико-химического анализа
почв свидетельствуют об их сходстве на обоих участках [Овчин-
ников и др., 1985]. В профилях почв выделяется оторфованный
гор. АО, сравнительно маломощный осветленный с признаками
оглеения гор. А2В и бурые или светло-бурые, обычно оглеенные
или слабо оглеенные подгоризонты Bl, В2, ВЗ. В нижней части
профиля вновь появляются отчетливые признаки оглеения,
не связанные с грунтовыми водами. Последние залегают на
глубине более 10 м и не оказывают влияния на почвообразова-
ние данных профилей. Степень оглеения нарастает с глубиной
и достигает максимума в нижних частях иллювиального гори-
зонта или в почвообразующих породах. Таким образом, в про-
филях описанных почв постоянно наблюдается пространст-
венная разобщенность двух зон ’’атмосферного” глея - перио-
дического элювиального оглеения в осветленном гор. А2 и бо-
лее стабильного ’’полузастойного” висячего глея в нижней
части профиля.
Этим почвам присущ относительно однородный легкогли-
нистый механический состав, среди фракций преобладают круп-
нопылеватые частицы, содержание которых достигает 41 %.
Песчаная фракция незначительна. Количество илистых частиц
и так называемой физической глины постоянно увеличивается
50
книзу, достигая наибольших значений в иллювиальных гори-
зонтах почвенного профиля. Потеря тонкодисперсной фракции
в элювиальном горизонте может быть связана с разрушением
илистых частиц (истинное оподзоливание) и с выносом их без
разрушения (лессиваж).
Результаты химических и физико-химических анализов
подтверждают близость изучаемых почв. Распределение гумуса
по профилю почти одинаково в обоих разрезах при небольшом
различии в содержании его в верхнем горизонте. В слое под-
стилки, судя по потере при прокаливании, находится 73-80 %
органического вещества. Под березовыми насаждениями ме-
нее развит моховой покров, поэтому зольность подстилки в них
выше, чем в подстилке кедровников, где моховой покров развит
сильнее. В верхнем минеральном гор. А2 содержание гумуса
в почвах под березняками достигает 3,44 %, а в почвах под
кедровником - 2,8 %. В иллювиальных горизонтах обоих раз-
резов содержание гумуса практически одинаково, а с глубиной
резко падает. На глубине 50-60 мм содержание его не превы-
шает 0,41 %.
Почвы характеризуются кислой реакцией среды, особенно
в подзолистом горизонте (рНводы 4,4-4,8). Поглощающий комп-
лекс описываемых почв слабо насыщен основаниями. В иллю-
виальных горизонтах ненасыщенность составляет 51-60 %, а в
иллювиальных подгоризонтах резко снижается. В составе по-
глощенных оснований кальций преобладает над магнием.
Механический и валовой химический анализы почвенных
образцов из обоих разрезов сходны, что проявляется в диффе-
ренциации гранулометрического и химического состава поч-
венных профилей, характерных для суглинистых и легкосу-
глинистых поверхностно-глееватых почв Западной Сибири
[Гаджиев, Овчинников, 1977; Караваева, 1982; Овчинников и
др., 1985; и др.].
Однако, несмотря на высокое сходство этих разрезов, остают-
ся и некоторые различия, которые могут вызвать возражения
относительно идентичности этих почв.
Прежде всего отмечается несколько менее развитый моховой
покров под березняком, большее осветление горизонтов А2, А2В,
В1 и большая мощность гор. А2 и особенно А2В по сравнению с
такими горизонтами в разрезе под кедрачом.
В почве на первом участке также обнаруживается увеличе-
ние щелочности во всех горизонтах по сравнению с почвой под
кедрачом. Эти различия можно связать с воздействием пожара
и лиственного опада березы. Щелочная реакция золы, вымывае-
мой водами в нижних горизонтах почвы, оказывает нейтрали-
зующее воздействие.
К послепожарному воздействию можно, вероятно, отнести и
большее количество зольных элементов в почве под берез-
няком, что обнаруживается в относительно меньшей доле крем-
незема. Однако относительное содержание последнего с глу-
51

,о0°о°| 7 |-| 111112 gz.:—J J 4

биной становится равным в обоих разрезах, что может говорить
о современном происхождении этого различия.
Различие в содержании гумуса также может иметь двоякое
происхождение. Пониженное его содержание в иллювиальных
горизонтах в разрезе под березняком может иметь связь с по-
жаром, однако резкое его повышение в верхних горизонтах
может соответствовать только современному действию лист-
венного опада.
При анализе механического состава обращает на себя вни-
мание максимум содержания илистой фракции в гор. А2В в
разрезе под березняком и его отсутствие в разрезе под кедра-
чом. В этом горизонте расхождение наблюдается также и в со-
держании СаО. Из этого можно предположить, что повышенное
содержание ила и СаО - признаки, сопряженные между собой.
Накопление СаО в верхнем горизонте может определяться его
разовым освобождением в большом количестве из сгоревшей
органики. Если это следствие пожара и его перемещение вниз
по профилю определяется современными процессами вымы-
вания, то можно оценить глубину активных элювиальных про-
цессов, происходящих при современных климатических и гид-
рологических условиях.
Степень дифференциации профиля по горизонтам А2 — А2В,
как показывают данные по валовому составу (разность в со-
держании полуторных окислов и кремнезема), более выражена
под кедрачом. Ослабление современного оподзоливания под
молодыми лиственными древостоями, возможно возникшее в
связи с резким увеличением содержания зольных элементов по
причине пожаров, может быть объяснением этой разницы. Здесь
же не исключена собственная пространственная неоднород-
ность почвенного покрова.
Рассмотренные физико-химические свойства почв и морфо-
логическое строение почвенных профилей позволяют заклю-
чить, что разница, которая наблюдается между двумя рассмот-
ренными разрезами, вполне может быть объяснена пожарным
и вторичным фитогенным воздействием.
В связи с вышесказанным нет оснований вводить какое-либо
таксономическое подразделение для отличия описываемых
почв и следует рассматривать их в одной таксономической
группе, как было определено выше.
Материалы анализа почв подтверждают сходство рассмот-
ренных местообитаний и принадлежность их к одному типу
условий произрастания, характеризующемуся общностью почв
и геолого-геоморфологических элементов. Согласно генетиче-
ской типологии Б.П. Колесникова, насаждения березы и кедра
Рис. 15. Картосхема дешифрирования рельефа и подзолистых поверхностно-
глееватых почв на аэроснимке масштаба 1:50 000.
а — рельеф, б — контур подзолистых поверхностно-глееватых почв; 1 — днища
Долин, 2 — склоны долин, 3 — водораздельные участки, 4 — подзолистые поверх-
ностно-глееватые почвы. Аэроснимок см. рис. 14.
53
следует считать отдельными этапами восстановительно-возрастной
динамики кедровых лесов, развивающихся согласно послепожарной
сукцессионной динамике (см. гл. 3). Это дает основание всю совокуп-
ность генетически связанных насаждений этой динамики и их де-
шифровочные признаки использовать как индикационные приз-
наки подзолистых поверхностно-глееватых почв при работе с аэрокос-
мическими материалами (см. табл. 4).
Описанные признаки насаждений и генетический принцип их ис-
пользования позволяют идентифицировать эти почвы и подобный
тип лесорастительных условий на аэроснимках масштаба 1: 15 000 -
150 000 и космических снимках масштаба 1200 000. На снимках мас-
штаба 1:50 000 и крупнее они оконтуриваются по признаку рельефа
по стереомодели местности, воспроизводимой с помощью стереоско-
па. В пределах выделенной поверхности участки, текстурно совпада-
ющие с дешифровочными признаками насаждений, развивающихся
согласно схеме восстановительно-возрастной динамики, относятся к
исследуемой почве. Идентификация фазовых состояний насажде-
ний проводится обязательно, поскольку в пределах выделенных
местоположений могут встречаться насаждения, развивающиеся в
ином типе лесорастительных условий.
По разработанным индикационным признакам в качестве
примера выделены подзолистые поверхностно-глееватые почвы
на основе дешифрирования черно-белого аэроснимка масшта-
ба 1:50 000 (рис. 15).
Утверждение о необходимости привлечения всей совокуп-
ности генетически связанных насаждений при дешифрирова-
нии лесорастительных условий относится не только к почвам,
распространенным на суглинистых отложениях. Оно также
правомерно относительно почв, имеющих легкий механический
состав, и вообще всех почв, на которых возникают и развиваются
насаждения, состоящие из нескольких лесообразователей.
Наземными исследованиями с использованием аэрокосми-
ческих снимков установлено, что в районе исследований на
песчаных субстратах, свойственных сосновым лесам, нередко
встречаются также кедровые насаждения, обычные для сугли-
нистых отложений [Седых и др., 1983]. Это подтверждается
материалами обследований двух участков, занятых кедровыми
и сосновыми насаждениями, расположенными на второй над-
пойменной террасе (рис. 16). На единство происхождения участ-
ков кроме рельефа, отраженного на профиле, указывает также
и литологический состав отложений (табл. 5).
Как на первом, так и на втором участке терраса сложена
русловым аллювием, на 90-95 % состоящим из песков и алеври-
тов. По данным морфологического описания разрезов и физи-
ко-химического анализа почвы на обоих участках относятся к
типу подзолистых [Мозалевский, Овчинников, 1987], которые
широко распространены в средней тайге Западной Сибири.
Несмотря на сходство местообитаний, лесные сообщества
имеют значительные отличия. На первом участке находится
кедровое насаждение IV класса бонитета, 270-летнего возраста, в
составе которого до 40 % сосны. Строение элементов леса и нали-
чие углей в верхнем слое почв указывают на послепожарное
54
Рис. 16. Размещение лесных сообществ на второй надпойменной террасе
р. Ларьеган.
а — аэроснимок, масштаба 1:50 000, б — профиль 2; I — кедрач ягодниково-зелено-
мошный 270 лет, П — сосняк бруснично-зеленомошный 120 лет; 1 — сосна, 2 — кедр,
3 — песок, 4 — граница участков.
происхождение насаждений, в которых на ранних этапах раз-
вития доминировала сосна. В подросте - кедр, сосна с участием
ели. В напочвенном покрове - черника, брусника, зеленые мхи
и другие виды, характерные для зеленомошных лесов.
Лесное сообщество на втором участке представляет собой
55
Таблица 5
Механический состав почв по методу Качинского (расчет на сухую навеску)
[Овчинников, Мозалевскии, 1987]
Глубина, взятия об- разцов, см Количество частиц (%) диаметром (мм)
1-0,25 0,25-0,05 0,05-0,01 0,01-0,005 0,005-0,001 менее 0,001 менее 0,01
Разрез на участке № 1
16- 19 23,2 57,7 9,9 2,8 3,0 3,2 9,0
19- 30 20,0 52,7 10,0 3,1 4,4 8,3 15,8
30- 49 23,1 50,4 10,4 2,8 3,8 9,0 15,6
60- 65 18,7 60,3 8,4 1,9 2,8 7,5 12,2
145-150 33,8 51,5 5,5 1,6 2,1 5,4 9,1
185-190 28,9 60,0 4,4 1,1 1,6 4,0 6,7
Разрез на участке № 2
16- 21 28,5 53,1 10,5 2,8 2,8 2,2 7,8
25- 30 22,4 55,6 6,0 2,9 3,4 9,7 16,0
70- 75 26,9 48,0 9,0 2,5 4,0 9,2 15,7
185-190 35,9 54,3 3,7 1,4 1,3 3,3 6,0
495-500 24,6 63,7 4,0 1,7 1,6 5,5 8,5
чистое сосновое насаждение V класса бонитета 120-летнего
возраста. Древостой высокополнотный, одновозрастный, что
указывает на его послепожарное происхождение. Это подтверж-
дается наличием углей в верхних горизонтах почвы. В напоч-
венном покрове в основном присутствуют те же виды, что и на
первом участке. Отличительной чертой является доминиро-
вание кедра и ели в составе подроста. Подрост кедра представ-
лен всеми возрастными группами. Отдельные особи кедра до-
стигают возраста ПО лет и высоты 10 м. Характер размещения
подроста, его возрастная структура и происхождение указывают
на возможную смену сосны на кедр [Седых, 1979; Мозалевский,
1988]. Это дает основание считать оба насаждения возрастными
состояниями одной сукцессионной линии развития, а их разли-
чия - не связанными с литогенными условиями.
На подобных местообитаниях повсеместно встречаются
сосновые насаждения с темнохвойными породами в подросте,
во втором и первом ярусах с доминированием кедра, а также
чистые кедровые древостои, подтверждающие тем самым, что
зарегистрированные различия в насаждениях обусловлены
возрастными изменениями древостоев, возникающими в про-
цессе восстановительной динамики насаждений. Поскольку
каждое возрастное состояние лесных сообществ характеризу-
ется присущими только ему индикационными признаками,
то при оценке местообитаний, сложенных подзолистыми почва-
ми и песчаными почвообразующими породами, также следует
привлекать всю совокупность генетически связанных сосново-
кедровых насаждений, произрастающих в этих условиях (рис. 17).
56
Рис. 17. Картосхема дешифрирования аэроснимка масштаба 1.50 000.
а — ступени рельефа, б — контуры подзолистой почвы; 1 — пойма реки, 2 — первая
надпойменная терраса, 3 — вторая надпойменная терраса, 4 — междуречная
поверхность, 5 — контур подзолистой почвы на второй надпойменной террасе.
Аэроснимок см. рис. 16.
57
Отсюда восстановительно-возрастная динамика позволяет,
с одной стороны, объяснить причину многообразия лесных
сообществ, приуроченных к одним и тем же местообитаниям,
и, с другой (что важно для рассматриваемого вопроса) — при-
менить их для оценки местообитаний леса. Последнее служит
основанием для использования всей совокупности контрастно
различающихся и генетически связанных насаждений в каче-
стве дешифровочного признака при идентификации лесных
почв и почвообразующих пород, что указывает на необходи-
мость обязательного привлечения знаний о лесообразователь-
ном процессе.
Глава 5
ОПРЕДЕЛЕНИЕ ТАКСАЦИОННЫХ ПОКАЗАТЕЛЕЙ
НА АЭРОКОСМИЧЕСКИХ СНИМКАХ
Составление и использование таблиц хода роста
для лесотаксационного дешифрирования
Определение таксационных показателей насаждений отно-
сится к одной из основных задач лесного дешифрирования,
которое в настоящее время выполняется на аэроснимках мас-
штаба 1:15 000 и крупнее. Их разрешение позволяет проводить
инструментальное измерение морфологических элементов
дерева и их совокупностей, видимых на изображениях, корре-
лирующих со всеми таксационными показателями леса [Са-
мойлович, 1953; Белов, 1959; Киреев, 1963; Сухих и др., 1979; и др.].
Это дает возможность путем расчета получать полную такса-
ционную характеристику насаждений на основе установленных
связей. С уменьшением масштаба снимков измерительное
дешифрирование усложняется.
На снимках масштаба 1:50 000 и мельче, получаемых как при
аэрофотоснимке, так и при космофотосъемке, использование
средств инструментального измерения элементов леса стано-
вится практически невыполнимым. На снимках такого масшта-
ба отображается чаще всего не отдельные деревья, а их совокуп-
ности, преимущественно однозначные по тону, сочетания
которых образуют значительные по размеру области определен-
ной текстуры. Вследствие такой генерализации изображений на
снимке мелкого масштаба измерение морфологических эле-
ментов строения деревьев становится невозможным, что вызы-
вает необходимость поиска и разработки иных принципов и
методов лесотаксационного дешифрирования.
Таблицы хода роста модальных насаждений, составляемые
на материалах массовой таксации, представляют собой средние
значения таксационных показателей древостоев, развивающих-
ся в однотипных лесорастительтных условиях [Анучин, 1971].
В этих таблицах располагаются таксационные характеристики
58
древостоев во временной последовательности, что позволяет
проследить изменения таксационных показателей древостоев
в зависимости от возраста. Исходя из того, что с возрастом
однозначно изменяются признаки изображений (см. гл. 3),
решение задачи лесотаксационного дешифрирования как
аналитико-измерительным способом, так и с помощью ЭВМ
становится возможным при введении в состав таблиц хода роста
этих признаков [Седых, 1981, 1985; Седых, Сидорова, 1985].
Сложность составления таких таблиц общеизвестными ме-
тодами по материалам массовой таксации заключается в от-
сутствии четких критериев для установления типов лесорас-
тительных условий и в связи с этим выявления всего разнооб-
разия приуроченных к ним насаждений и установления есте-
ственно-генетических рядов развития леса. Решение этих за-
дач в значительной мере может быть облегчено применением
аэрокосмических снимков.
Теоретической основой выявления типов лесорастительных
условий, регистрации приуроченных к ним насаждений и со-
ставления таблиц хода роста может быть генетическая клас-
сификация типов леса Б. П. Колесникова [1956]. Основной
единицей ее является тип леса, под которым понимаются
’’участки леса (насаждения, биогеоценозы), принадлежащие к
различным стадиям возрастных и коротковосстановительных
смен, свойственных данному типу условий местопроизрастания,
и характеризующиеся общностью главной породы, а также
других пород, закономерно сопутствующих главной на всех
стадиях указанных смен” [Колесников, 1956, с. 147].
Такое понимание леса позволяет успешно использовать гео-
морфологическую основу для выявления пространственной и
типологической структуры лесов, что нашло особенно эффек-
тивное применение при изучении горных лесов [Смолоногов и
др., 1972; Махонин, Смолоногов, 1976; и др.].
При использовании аэрокосмических снимков с целью выяв-
ления территориального размещения типов леса признак рель-
ефа как наиболее стабильный и информативный показатель
ландшафтов становится определяющим.
По морфологическим признакам рельефа, отображенных на
снимках различного масштаба, представляется возможным по-
следовательно дифференцировать территорию земной поверх-
ности на элементарные формы и тем самым на участки, отно-
сительно одинаковые по экологическим режимам. Последо-
вательность проведения этой работы раскрывает схема прост-
ранственной индикации типов леса лесорастительных условий
(рис. 18), основанием к составлению которой послужили мето-
дические разработки Е. П. Смолоногова с соавторами [1972].
хема классификации содержит единицы четырех таксо-
номических рангов рельефа и приуроченных к ним комплексов
типов лесорастительных условий, последовательно уточняет
их пространственное положение и позволяет довести деление
59
60
территории до элемента рельефа, лесного участка с узким эко-
логическим режимом - типа лесорастительных условий или
географической фации. Наряду с установлением границ типов
лесорастительных условий выделяется также весь существен-
ный набор насаждений, приуроченный к однотипным формам
рельефа, и тем самым выделяется т^п леса в объеме генетиче-
ской типологии.
Использование аэрокосмических снимков в этом виде явля-
ется исключительно важной операцией, которая дает возмож-
ность планировать необходимый объем наземных работ для
выявления конкретных типов леса, т.е. на аэроснимках под-
бирается вся совокупность насаждений в объеме, достаточном
для построения таблиц хода роста (рис. 19).
С целью последующей группировки материалов для выяв-
ления типов леса и построения естественно-генетических рядов
их развития посредством математической обработки таксоно-
мические единицы классификации индексируются арабскими
цифрами [Смолоногов и др., 1972; Махонин, Смолоногов, 1976].
Отсюда каждый тип леса получает пятизначный индекс и тем
самым пространственную и таксономическую ординацию. Да-
лее, на основании положения генетической типологии насаж-
дения разных возрастов, имеющие сходную историю происхож-
дения и развития, приуроченные к однотипным элементам
рельефа (типам лесорастительных условий), объединяются
в один естественный (генетический) ряд развития и извест-
ными методами таксации обрабатываются и составляются
таблицы хода роста насаждений [Семечкин, 1962; Лесков, 1967;
Колесников, Фильрозе, 1967; Махонин, Смолоногов, 1976; и др.].
Таким методическим приемом выявляется вероятный ход
роста древостоев на участках, границы которых длительное
время остаются неизменными, и в силу этого свойства могут
устанавливаться на аэрокосмических снимках повторных за-
летов. Это позволяет в точно опознанных границах регистри-
ровать изменения в лесном покрове, связанные с возрастным
развитием древостоев, и вносить поправки в таблицы. Посколь-
ку таблицы хода роста отражают изменения таксационных
показателей во времени, то они могут применяться, с одной
стороны, в качестве временной модели развития леса для
идентификации ожидаемых состояний лесного покрова и,
с другой - для лесотаксационного дешифрирования.
Таблицы хода роста составляются на материалах массовых
описаний и являются среднестатистическими показателями
таксационных признаков древостоев различного возраста,
наиболее распространенных в пределах определенных форм
рельефа, что дает основание применять таблицы для получе-
ния таксационных характеристик при дешифрировании лесов.
Такое использование таблиц предполагает наряду с простран-
ственной индикацией типов леса разработку дешифровочных
признаков типов насаждений - возрастных состояний различ-
61
62

ных генетических линий развития леса. В этом случае привле-
кается весь набор дешифровочных признаков, пригодных для
надежного определения возраста насаждений по аэрокосми-
ческим снимкам.
На основании рассмотренной выше методике на материалах
массовой однократной таксации составлены таблицы хода
роста послепожарных кедровников (табл. 6), распространенных
на расчлененных пологобугристых участках и отдельных буграх
озерно-ингрессионной террасы р. Ларьеган.
Для этого на космическом снимке масштаба 1:1 000 000 была
выделена терраса в пределах ее небольшого доступного района
по космическим снимкам масштаба 1:200 000 и аэроснимкам
масштаба 1:50 000 подобран весь возможный перечень насаж-
дений одного генетического ряда, распространенных на расчле-
ненных пологобугристых формах рельефа, сложенных суглини-
стыми отложениями и подзолисто-поверхностно-глееватыми
почвами. Путем наземного обследования каждого выделенного
участка получены таксационные характеристики древостоев,
на основе которых составлена приведенная таблица хода роста.
Для использования таблицы в качестве дешифровочной в
нее введены описание дешифровочных признаков насаждений
в интервале времени фазы развития и эталоны их изображе-
ний (см. гл. 3).
На статистических материалах дешифрирования, сопостав-
ленных с данными наземных описаний, точность определения
возраста составила + 20 лет, т.е. возрастное состояние насаж-
дений определяется в интервале 40 лет. Это соответствует
классу возраста кедровых лесов или примерно фазе развития
лиственно-кедровой пирогенной сукцессии. В связи с этим
для удобства пользования таблицей при всех видах дешифри-
рования индикационные признаки насаждений даны по фазам
развития.
Апробация дешифровочных таблиц показала, что более чем
на 70 % участках, привлеченных к анализу, по большинству
таксационных показателей древостоев первого яруса - составу,
средней высоте, среднему диаметру - отклонения от наземных
данных составили не более 20 %, запас же с этой точностью оп-
ределен только на 56 % участков [Седых, 1983, 1985]. Результа-
ты апробации свидетельствуют о состоятельности методических
приемов составления таких таблиц и о перспективности их
использования в области лесотаксационного дешифрирования
Для аэрокосмического мониторинга лесного покрова. В решении
Рис. 19. Насаждения на пологобугристых формах рельефа озерно-ингрессион-
ной террасы, относящиеся к одному естественно-генетическому ряду.
а. — аэроснимок масштаба 1:50 000, б — картосхема дешифрирования аэроснимка;
1 — березняки 10—20 лет (фаза развития 2), 2 — березняки 20—30 лет (фаза 3), 3 —
березняки 50—60 лет (фаза 4), 4— двухъярусные березово-кедровые насаждения
100—120 лет (фаза 5), 5 — смешанные березово-кедровые насаждения 140—160 лет
(фаза 6), 6 — кедрачи 180—200 лет (фаза 7).
63
Лесотаксационное дешифрирование лиственно-кедровых насаж
Фаза раз- вития Ярус Состав Возраст, лет Средняя высота, м Средний диаметр, см Количество деревьев, шт./га
1 2 3 4 5 6 7
2 I 10Б 10 2 1 20000
II 7К 0,1 — 500
2Е 0,1 — 200
Ш 0,1 «м» 100
3 I 10Б 20 8 4 5700
II 7К 0,5 —- 2000
2Е 0,5 «МВ 500
Ш 0,5 — 100
4 I 10Б 40 12 8 2300
II 7К 1 4400
2Е 1 1200
1П 1 500
I 10Б 60 15 12 1200
II 7К 2 2 6000
2Е 1 1500
1П 1 1000
5 I 10Б 80 18 16 800
П 7К 4 4 3400
2Е 2 2 700
- 1П 2 2 300
I 10Б 100 20 18 600
II 6К 7 6 1900
2Е 5 6 500
2П 5 4 800
6 I 10Б 120 22 20 500
II 7К 11 10 1100
2П 8 8 600
1Е 8 300
I 10Б 140 22 22 350
п 7К 17 18 600
2П 12 12 400
1Е 13 12 200
I 5К 160 20 24 400
1П 15 14 300
1Е 16 16 150
ЗБ 23 29 300
7 I 5К 180 21 28 300
Ш 17 16 200
1Е 18 20 100
ЗБ 23 22 250
I 6К 200 | 22 30 250
1Е 18 20 100
64
Таблица 6
дений, распространенных на пологобугристых формах рельефа
Сумма пло- щадей сече- ния, м^/га Запас, м3/га Индикационные признаки насаждений
8 9 10
1,5 10 Тон фона средне-серый, микротекстура сложно-
— — текстурная, штриховая, дифференцированная,слабо-
—• — контрастная и контрастная; тон элементов черный и
«мм почти черный; плотность элементов средняя в начале фазы и редкая в конце, распределение равномерное и групповое; границы нерезкие и диффузные. Отдель- ные включения светло-серых и почти черных пятен, указывающих на присутствие групп деревьев лист- венных и темнохвойных пород, сохранившихся после пожара
7,0 40 Тон фона светло-серый и почти белый; микротек-
— — стуры нет или слабо выражена; границы резкие. От-
— — дельные включения пятен и точек черного тона, ука-
зывающие на присутствие темнохвойных пород, до- пожарных поколений Тон фона средне-серый; микротекстура текстурная, зернистая, слабо дифференцированная, слабоконтраст- ная; тон элементов в виде точек и пятен почти черный; плотность элементов редкая; распределение равно-
13,5 130 мерное; границы резкие и нерезкие. Темные точки и пятна связаны с возникновением окон в пологе лист- венных древостоев, заполненных тенью и подростом темнохвойных пород
16,0 150 Тон фона средне-серый; микротекстура сложнотек-
6,5 20 стурная, зернистая, контрастная, дифференцирован-
0,3 ная; тон элементов темно-серый и почти черный, свет-
0,2 160 ло-серый и почти белый; распределение элементов
15,0 средней плотности и плотное, равномерное; границы
5,0 20 нерезкие и диффузные. Характерно обилие темных
1,6 5 зерен и пятен, указывающих на присутствие темно-
1,0 5 хвойных пород во втором ярусе и в пологе листвен- ных древостоев
15,5 150 Тон фона темно-серый; микротекстура сложнотек-
8,5 50 стурная, зернисто-пятнистая, контрастная, дифферен-
3,0 15 цированная; тон элементов светло-серый и почти бе-
1,5 5 лый; распределение групповое и рассеянное; плот-
13,5 140 ность элементов средняя и редкая; границы нерезкие,
15,0 130 диффузные. Характерно мозаичное размещение свет-
4,5 30 лых и темных пятен, образуемых группами деревьев
2,0 10 лиственных и темнохвойных пород, составляющих
18,0 180 один ярус
4,5 40
3,0 30
11,5 130
18,5 220 Тон фона почти черный и темно-серый; микротек-
5,0 40 стуры нет или слабо выражена; границы резкие. Ха-
3,0 30 рактерны отдельные включения точек и пятен светло-
9,5 110 серого и почти белого тона, указывающие на присут-
18,0 210
3,0 30 1
Н. Седых
3
65
1 2 3 4 5 6 7
7 Ш 17 18 100
2Б 23 22 200
I 8К 220 22 30 250
1Е 17 18 100
0,5П 17 18 50
0,5Б 22 22 100
задач количественного прогноза динамики лесных ресурсов таб-
лицы наиболее пригодны для работы с аэроснимками масштаба
1:15 000 - 1:50 000 и космическими снимками масштаба 1:200 000.
В рабочий вариант таблицы обязательно включаются эталоны
изображений на аэрокосмических снимках.
Применение таблиц предусматривает выполнение операций
в такой последовательности: по топографическим картам и
космическим снимкам идентифицируется геоморфологическая
поверхность; на аэроснимках с помощью стереоскопа оконтурива-
ются повышенные расчлененные участки с пологобугристым
рельефом и бугры, распространенные среди болотных массивов;
по описаниям индикационных признаков и эталонам изображе-
ний по таблице хода роста получают полную лесотаксационную
характеристику насаждений.
Составленные таблицы предназначены для лесотаксацион-
ного дешифрирования насаждений; распространенных на дре-
нированных участках озерно-ингрессионной террасы [Седых
и др., 1983] в пределах бассейнов рек Ларьеган, Кульеган,
Мал. Юган. Использование их в других лесорастительных рай-
онах приведет к снижению точности дешифрирования в силу
географической изменчивости строения и продуктивности
лесов. В этом случае следует внести поправки в таблицу или
(при большом отклонении показателей) составить новую, про-
ведя дополнительные наземные обследования.
Автоматизация процесса
лесотаксационного дешифрирования
Появление технических средств автоматической обработки
изображений внесло в существующую технологию дешифриро-
вания аэрокосмических снимков принципиально новый вид
операций, который может быть эффективно использован в об-
ласти дистанционного мониторинга лесов и, в частности, в про-
цессе лесотаксационного дешифрирования [Седых, Сидорова,
1985].
Анализ динамики морфоструктуры лесных сообществ и их
изображений на аэроснимках показал (см. гл. 3), что каждой фа-
зе развития насаждений свойственна определенная структура
изображений, характеризующаяся специфическими особенно-
66
Окончание табл. 6
8 9 10
2,5 20 ствие лиственных пород, доминировавших на ранних
7,5 80 фазах развития
18,0 100
3,0 30
1,5 10
2,0 20
стями текстуры и тона. С возрастным изменением строения
насаждений происходит сложное преобразование текстуры и
тона изображения, которое явилось основой для разработки
автоматизированного метода лесотаксационного дешифри-
рования.
В области математической обработки видеоинформации аэ-
рокосмические изображения характеризуются тоном, текстурой
и контекстом [Haralic et al., 1973 ]. Тон-это точечная характери-
стика изображения, когда в каждой точке (элементе разреше-
ния изображения) определяется значение вектора яркостей в
каждом спектральном канале (для многоспектральной съем-
ки). Текстура обычно определяет устойчивое пространственное
распределение яркостей на изображении (как правило, в одном
из спектральных каналов) и часто дается статистической мерой
по небольшому блоку изображения. Контекст характеризует
взаиморасположение блоков, окружающих заданный. Эти при-
знаки всегда присутствуют на изображении, но роль их может
быть различна. Она зависит как от способа получения изобра-
жения (прямая трансляция со спутника в оцифрованном виде
в одном или нескольких спектральных каналах, аэрофотосъем-
ка) и масштаба снимков, так и от характера самих физических
объектов на изображении.
Важная роль текстуры при описании изображений широкого
класса объектов отмечается также и другими специалистами, в
частности [ Weszkaetal., 1976; Ehrich, 1979; Rosenfeld, 1979 ]. Из-
вестно, что даже при многоспектральной космической съемке,
когда основная роль в различении и классификации объектов
принадлежит многомерному вектору яркостей, присоединение
текстурного признака повышает точность классификации
на 10-15 %.
На черно-белых аэроснимках осеннего залета масштаба
1:50 000, использованных при решении поставленной задачи,
текстура изображений имеет исключительно важное значение
[Седых, Сидорова, 1985]. Исследование морфоструктуры насаж-
дений и их изображений показывает, что именно качественное
описание текстуры характеризует сообщество в целом и каждую
фазу развития в отдельности и позволяет различать эти фазы.
Изображение лесных сообществ представлено частым чередо-
ванием пятен различной яркости, расположение которых ста-
з*
67
тистически устойчиво для каждого сообщества, что является
основой -для их дешифрирования. Для данного масштаба
снимков каждое относительно однородное по тону пятно изо-
бражения - это обычно группа деревьев одной породы, тене-
вой провал между группами деревьев или наличие второго
яруса из темнохвойных пород. Отдельно стоящие деревья при
этом масштабе просматриваются плохо, поэтому физической
основой выделения лесного массива на снимках описываемого
масштаба является взаиморасположение групп различных
лесных пород, имеющих неодинаковые спектральные свойства,
численность групп и их пространственное расположение.
Для математического описания текстуры изображения леса
могут быть использованы различные модели [Haralic, 1973;
Weszka, 1976; Ehrich, 1979]. Среди них наиболее популярны
статистические как наиболее простые и дешевые [Rosenfeld,
1979].
Кедровникам зеленомошной группы типов леса, возникшим
на гарях и развивающимся совместно с березовыми древостоя-
ми, свойственна довольно простая зернистая текстура - соче-
тание светлых и темных пятен (светлый тон соответствует бе-
резе, темный - кедру). С возрастным развитием доля кедра
и березы в составе насаждений закономерно изменяется, в
связи с чем меняется и текстура. Она может быть охарактери-
зована простой в вычислительном отношении статистикой
[Weszka, 1976], согласно которой измеряется вероятность раз-
ностей яркости в двух точках с заданным расстоянием в паре
этих точек по небольшому блоку изображения. Используя раз-
личные меры статистики, можно подчеркнуть те или иные
особенности текстуры [Weszka, 1976]. В данном случае была ис-
пользована средняя разность по блоку: для arg (сГ) равно 0 и
mod (7) равно 1. Эта мера легко связывается с визуальным
восприятием текстур, особенно простых, и тем самым облегчает
анализ изображения. Чем мельче и контрастнее текстура, тем
больше значение меры.
Сопоставляя значение возраста леса и меры текстуры через
определенный интервал времени, можно получить кривую из-
менения текстуры в дополнение к аналогичным кривым для
таксационных показателей. Для такого построения кривой не-
обходимо измерить текстуру лесных сообществ через некоторый
возрастной интервал, по возможности охватывая весь генети-
ческий ряд. На основе таких измерений изображений строит-
ся кривая, характеризующая во временной последовательности
изменение текстуры насаждений (рис. 20).
Для определения значения текстуры в узловых точках ис-
пользован автоматический метод выделения протяженных од-
нородных по текстуре областей [Алексеев и др., 1981]. Путем
сопоставления этих областей с известными насаждениями
(возраст которых был определен наземной таксацией), отражен-
ными на снимке, набирались узловые точки, для которых оп-
68
Рис. 20. Изменение текстуры
(а) и тона (б) изображений в за-
висимости от возраста листвен-
но-кедровых насаждений.
ределялись возраст и сред-
нее значение текстуры по
области. Благодаря боль-
шим площадям выделен-
ных областей изображе-
ний обеспечивалась до-
статочная статистика.
Поведение возрастной
кривой структуры восста-
новительно-возрастной
динамики кедровников
оказалось в полном соот-
ветствии с ожидаемым. В
начале фазы развития
(до 20 лет) изображение лесных участков имеет преимуществен-
но серый тон и слабо выраженную текстуру. Следует отметить,
что в это время, пока молодняки еще не сомкнуты, не выпал
сухостой и живой напочвенный покров отображается на аэро-
снимках, текстура может быть весьма разнообразной - гладкой,
штриховой и т.д. i поведение ее в этих фазах довольно неустой-
чиво. Она может в любой части фазы иметь один максимум
или два, но значения ее всегда низкие и разброс их невелик.
Далее, по мере смыкания крон березы, в фазе 3(20-40 лет) сред-
ний тон светлеет, текстура устойчиво уменьшается и достигает
минимума. Фаза 4 (40-80 лет) характеризуется высокой сомкну-
тостью древостоев березы. Освещенная часть крон деревьев
в сочетании с затененными образует на изображениях зерни-
стую, хорошо читаемую текстуру. Кривая текстуры монотонно
поднимается. В фазе 5 (80-120 лет) происходит активный распад
древостоев березы и, в связи с этим, постепенное освобождение
второго темнохвойно-кедрового яруса. Оба яруса в совокупности
образуют на изображениях хорошо выраженную текстуру, кото-
рая в это время достигает максимума. В фазах 6 (120-160 лет) и
7 (160-200 лет) с проникновением кедра в верхний полог и про-
должающимся отпадом березы средний тон изображения тем-
неет, текстура уменьшается, достигает- минимума и далее
стабилизируется.
Кривую возрастную изменения текстуры можно было бы ис-
пользовать для решения обратной задачи - определения воз-
раста леса по значению текстуры, но обратная функция неодно-
значна (см. рис. 20), что связано с выбором текстуры-статистики
разности яркостей в паре соседних точек (т.е. черные точки на
белом фоне и белые на черном могут дать одно и то же значе-
ние текстуры). Однако эта неоднозначность снимается присо-
единением к текстурному признаку тонового. Аналогично
69
Рис. 21. Изображения насаждений на аэроснимке масштаба 1:25 000 (а) и по-
лученные на ЭВМ (б).
70
Рис. 22. Картосхема дешифрирования изображений.
а — по данным аналитико-измерительного дешифрирования аэроснимка масшта-
ба 1:25 000, б — по данным ЭВМ; 1 — фоновые растительные сообщества, насажде-
ния, 2 — фаза 3,3 — фаза 4,4 — фаза 5,5 — фаза 7.
кривой изменения текстуры построена кривая роста среднего
тона по тому же б.; ок у изображений (см. рис. 20). Использование
текстурного признака в сочетании с тоновым позволяет решить
задачу определения возраста насаждений по их изображениям.
Стало возможным не только автоматическое определение воз-
раста насаждений, но и (с помощью таблиц хода роста) получе-
ние количественных характеристик леса. Более того, как пока-
зал эксперимент, эти два признака с большей степенью веро-
ятности отличают лесные сообщества, развивающиеся согласно
динамике кедровников, не только друг от друга, но и от нелес-
ных объектов. В этом разделении текстурный признак играет
главную роль. Таким образом, подобное использование тек-
стуры и тона изображений позволило подойти не только к оп-
ределению возраста насаждений по аэроснимкам с помощью
ЭВМ, но и к принципиально новому решению задачи автомати-
зации лесотаксационного дешифрирования.
Для автоматического построения карты вначале проводилась
кластеризация данного изображения по двум признакам -
тону и текстуре. Затем на соответствующих графиках также
автоматически с заданной точностью отыскивалась соответст-
вующая возрастная точка данного сообщества и этот возраст
приписывался области. Если же такой возрастной точки не
находилось, область считалась не принадлежащей к этому клас-
су сообществ. Точность определения возраста была принята
равной интервалу фазы развития - 40 лет. Области, окрашенные
одним из тонов серого, принадлежат одной и той же фазе раз-
вития; не отнесенные к данному сообществу окрашены своим
тоном и создают общий фон (рис. 21). Как показало сравнение с
наземными данными, автоматическое определение возраста
71
Таблица 7
Сходство и сопряженность контуров на картах
Показатель Фаза
3 4 5 6 7
Сходство 0,818 0,690 0,504 0,764 0,745
Сопряженность 0,642 0,616 0,513 0,732 0,742
фаз и отделение одного сообщества от другого проведены
весьма успешно.
Для оценки качества машинного дешифрирования был про-
веден анализ сходства картосхем, построенных ручным и ма-
шинным способами (рис. 22). При этом анализировались площади
совпадения контуров, одно- и разноименных фаз, доли которых
составили исходную для расчетов матрицу вероятностей.
Общее сходство двух картосхем составляет 76,0 %, при этом
по фазам (табл. 7) наибольшее - у фаз 3, 6, 7 и наименьшее у фа-
зы 5. Сходство оценивалось как доля перекрытия одноименных
контуров от суммарной их площади: Rj = 2а (Ъ + с), где Rj - пло-
щадь перекрытия контуров одной фазы; а, Ь, с - площади кон-
туров этой фазы соответственно на картосхемах (см, рис. 21, а, б).
Сопряженность контуров оценивалась по коэффициенту
корреляции Пирсона, который был переписан как
Р0 - РГР2
R2 =------------------’
Pl(l-Pl) • P2(l-P2)
где Ро - относительные площади совпадения контуров одной
фазы, ₽! и Р2 - относительные доли площади этой фазы на карто-
схемах (см. рис. 22 а, б).
В целом все фазы развития по данным показателей сходства
и сопряженности дешифрируются с помощью ЭВМ удовлетво-
рительно. Уровень автоматического определения возраста со-
ответствует различению фаз при визуальном дешифрировании.
Более детальное сравнение показывает, что в большинстве слу-
чаев точность определения возраста гораздо выше, а в фазах 6
и 7 приближается к точности на уровне 20 лет.
Дальнейшее совершенствование предлагаемого метода оп-
ределения возраста насаждений и других таксационных при-
знаков требует большего набора опорных точек для более точ-
ного построения кривых текстуры и тона, использования раз-
личных мер в определении текстуры, а также привлечения
признаков контекста и априорной информации. Но уже сейчас
ясно, что текстурные признаки в сочетании с признаками
среднего тона играют определяющую роль в идентификации
возрастных состояний лесных сообществ, развивающихся в со-
ответствии с восстановительно-возрастной динамикой. Даль-
нейшее совершенствование изложенного метода комплексного
использования текстуры и тона может позволить подойти к
конструктивному решению задачи оценки состояния лесных
ресурсов и построения прогноза динамики лесов с помощью
ЭВМ.
Часть II
АНАЛИЗ СТРУКТУРЫ И ДИНАМИКИ
ЛЕСНОГО ПОКРОВА
ЛЕВОБЕРЕЖНОГО ШИРОТНОГО ПРИОБЬЯ
С ИСПОЛЬЗОВАНИЕМ АЭРОКОСМИЧЕСКИХ СНИМКОВ
Глава 6
ГЕОЛОГО-ГЕОМОРФОЛОГИЧЕСКИЕ УСЛОВИЯ
ФОРМИРОВАНИЯ СТРУКТУРЫ ЛЕСНОГО ПОКРОВА
Значение геолого-геоморфологических факторов
в формировании структуры лесного покрова
Интерпретация материалов аэрокосмической съемки,
проведенная с помощью разработанных методов в сочетании
с небольшим объемом наземных исследований, позволила
получить новые представления о состоянии лесов на обширной
территории левобережного широтного Приобья, выявить зако-
номерности пространственной организации лесного покрова,
определить направленность его динамики. Прежде всего обна-
ружилась значительно более тесная связь, чем считалось ранее,
между геолого-геоморфологическим строением равнинной
территории и лесным покровом.
Геологическое строение и рельеф земной поверхности
в пределах относительно одинаковых климатических условий
оказывают решающее влияние на существование и пространст-
венное распределение других компонентов ландшафтов и, в
частности, на структурную организацию лесного покрова. Со-
став и характер поверхностных отложений, крутизна и экспо-
зиция склонов определяют различные экологические режимы
местообитаний леса, чем определяется необходимость выяс-
нения значения геологических и геоморфологических факто-
ров в территориальном размещении и развитии лесных сооб-
ществ. Это особенно важно при решении задач экологической
классификации территории с целью оценки состояния лесов
дистанционными методами.
Необходимость глубокого изучения геолого-геоморфоло-
гического строения земной поверхности при решении задач
лесоведения возникла вместе с необходимостью решения за-
дачи типологии лесов и была наиболее развита Б. П. Колесни-
ковым [1956]. Им принята в качестве приоритетной геолого-
геоморфологическая основа выявления типов леса и их комп-
лексов, а в области лесного дешифрирования она стала веду-
щей в разработке ландшафтных методов дешифрирования
аэрокосмических снимков [Киреев, 1977]. Изучение аэрокосми-
ческих материалов позволило существенно изменить представ-
ления о строении геолого-геоморфологической основы ланд-
73
1
Рис. 23. Ступени рельефа левобережного широтного Приобья.
а — изображение с метеорологического ИСЗ; б — картосхема дешифрирования: 1 - низ-
кая оэерно-ингрессионная терраса, 2 — пониженная ступень междуречной поверхности,
3 — основная ступень междуречной поверхности, 4 — водораздельная поверх-
ность междуречий.
ООО
о о
74
Рис. 24. Геолого-геоморфологическое строение ступеней рельефа.
а — озерно-ингрессионная терраса (терраса р. Ларьеган), б — сниженная ступень
междуречий (междуречье рек Бол. Покур — Обь), в — основная ступень междуре-
чий (междуречье рек Ларьеган — Ильяк); I — глубоко рассчлененные макроскло-
ны, II — центральные водораздельные поверхности, Ш — умеренно расчленен-
ные макросклоны, г — водораздельные поверхности крупных рек (водораздел
рек Ларьеган — Васюган); 1 — суглинки, 2 — песок, 3 — торф, 4 — озера, 5 — темно-
хвойные и лиственные породы, 6 — сосна.
шафтов всей таежной зоны Западной Сибири и его значения
в формировании равнинных ландшафтов.
Прямо или косвенно на аэрокосмических снимках отобра-
жены многие особенности строения рельефа, одной из харак-
терных черт которого является ярусное строение (рис. 23).
Эта специфика строения рельефа на территории Западно-
Сибирской равнины рассматривалась многими исследовате-
лями и ранее [Заррина и др., 1961; Тарноградский, 1963; Городец-
75
кая, 1964; Волков и др., 1969; Волков, Волкова, 1975], однако за
исключением отдельных работ [Седых, Волков, 1979; Седых и
др., 1983] изучение ступеней рельефа и их связей с лесной ра-
стительностью не проводилось.
Следующей особенностью рельефа, отображаемой на аэро-
космических снимках, является его эрозионное расчленение.
Характер речной сети, ее глубина и густота зависят прежде
всего от того, какую высотную ступень прорезают долины речек.
При этом глубина и интенсивность расчленения ступеней рель-
ефа определяют многообразие типов рельефа и лесораститель-
ных условий и соответственно специфику пространственной
организации лесного покрова (рис. 24).
Озерно-ингрессионная терраса
Комплексные исследования связей между растительностью
и геолого-геоморфологическими факторами, проведенные на
ключевых участках с использованием аэрокосмических сним-
ков, позволили выделить единый последовательный ряд исто-
рически сформировавшихся ступеней рельефа, в пределах
которых геологическое строение, рельеф и структура лесного
покрова обладают определенной общностью.
В пределах левобережного широтного Приобья наиболее
низкой ступенью рельефа является озерно-ингрессионная
терраса, широкой полосой простирающаяся вдоль поймы Оби и
непосредственно примыкающая к ней (рис. 23, 25). Она имеет
плоскую слабо расчлененную поверхность. Тангенс угла накло-
на (tg^=O,005-0,01) и дисперсия высоты (oh = 2-3 м) крайне малы,
что свидетельствует о слабой дренированности и слабой выра-
женности эрозионных процессов. Поверхность этой ступени
более чем на 50 % покрыта болотами верхового и переходного
типа. Вблизи долины Оби она возвышается над рекой всего на
5-7 м, но в краевых частях ее поверхность поднимается до аб-
солютных отметок 60-65 м. Терраса не везде достаточно четко
отграничивается от междуречных пространств, однако по упо-
рядоченной полосчатой структуре рисунка хорошо выделяется
на зимних и весенних космических снимках всех масштабов -
1:10 000 000 — 1:200 000 (см. рис. 23, 25). В виде постепенно сужаю-
щихся заливов терраса входит, в приустьевые участки местных
долин и продолжается в глубь междуречий в виде первой над-
пойменной террасы. Преобладают неслоистые и горизонтальные
суглинки, часто со слабым ожелезнением по плоскостям на-
пластывания; явных следов деятельности речных русел нет;
много озер, имеющих неправильные очертания и заболоченные
берега. Терраса имеет озерное происхождение [Волков и др.,
1969; Архипов, 1971; Волков, Волкова, 1975; и др.], о чем свиде-
тельствует ее сложный разрез.
По данным И. А. Волкова [1987], нижняя часть разреза терра-
сы представлена речными русловыми песками, перекрытыми
76
4-5-метровой толщью горизонтально-слоистых озерных супесей
и суглинков. Радиоуглеродные датировки указывают на поздне-
ледниковый возраст ее речных и озерных осадков (Q3 - Qj). На
всей поверхности верхнюю толщу отложений слагают преиму-
щественно покровные плитчатые суглинки, на которых развит
своеобразный пологобугристый рельеф, имеющий важнейшее
значение в строении этой ступени рельефа и в формировании
структуры лесного покрова.
В пределах данной ступени рельефа на аэрокосмических
снимках выделяются три террасы: пойменные террасы или пой-
мы местных рек, первая и вторая надпойменные террасы, ко-
торые кроме геологических отличий имеют также различную
структуру растительного покрова.
Пойма местных рек сформировалась одновременно с поймами
транзитных рек - Оби и Иртыша, но отличается от них строени-
ем и характером осадков [Архипов, 1971; Седых, Волков, 1979;
Седых и др., 1983; Волков, 1984, 1987; Седых, Васильев, 1987;
и др.]. На этой поверхности встречаются самые молодые формы
рельефа, которые в различных сочетаниях и последователь-
ности распространены на территории. Терраса состоит из пой-
менных участков, возникших и развитых в процессе блуждания
русла и русловых преобразований (рис. 26-29). Каждый участок
представляет собой в идеале единообразный веер грив и меж-
гривных понижений различной степени сглаженности, хорошо
отличаемых на аэрокосмических снимках. Для выделения пойм
рек и их картографирования наиболее предпочтительны аэро-
космические снимки масштаба 1:50 000 -1:200 000.
В пределах пойменной террасы на снимках масштаба 1:50 000
и крупнее можно выделить, кроме того, три поверхности, отра-
жающие возрастные этапы формирования террасы, - новейшую,
молодую (основную) и древнюю поймы [Седых, Волков, 1979;
Седых и др., 1983; Волков, 1987]. По классификации В. Р. Виль-
ямса [1926], новейшей, молодой и древней поймам соответст-
вуют прирусловая, центральная и притеррасные поймы (см. рис.
26-28).
Новейшую низкую пойму составляют прирусловые бичев-
ники, косы, отмели. Эти формы рельефа сложены пестрыми
по составу осадками, варьирующими от песков до тяжелых су-
глинков. Наиболее широко распространены пески. Они харак-
терны для прирусловой поймы среднего течения рек. Пойма ни-
зовий в основном состоит из мелкозернистых песков со значи-
тельной примесью суглинистых частиц. Возраст осадков изме-
ряется несколькими сотнями лет голоцена (Qp. Новейшая пой-
ма формируется на выпуклых растущих берегах меандровых
участков и обычно еще не покрыта растительностью. В межень
она хорошо выделяется на черно-белых снимках в виде вытяну-
тых суженных полос различной изогнутости белого или почти
белого тона (см. рис. 27,28).
Следующая по развитию - молодая, или центральная, пойма,
77
Рис. 25. Левобережное широтное Приобье на космическом снимке масштаба
1:1 000 000 (а) и картосхема дешифрирования рельефа этой территории (б).
I — озерно-ингрессионная терраса, II — низкая ступень междуречии, Ш — основная
ступень междуречий; 1 —пойма Оби, 2 — поймы местных рек, 3 — соровые участки
пойм местных рек, 4 — первая и вторая надпойменные террасы, 5 — сниженная
ступень междуречий, 6 — умеренно расчлененные макросклоны междуречий,
7 — глубоко расчлененные макросклоны междуречий, 8 — центральные водо-
раздельные поверхности междуречий, 9 — границы ступеней рельефа.
78
79
Рис. 26. Низовья пойм рек и надпойменных террас.
а — аэроснимок масштаба 1:50 000, б — картосхема дешифрирования рельефа; I —
пойма реки, II — первая надпойменная терраса, III - вторая надпойменная тер-
раса; 1 — русла рек, озера, старицы, 2 — низовья пойм рек — соровые участки, 3 —
80
состоящая из меандровых участков основного русла. Она ха-
рактеризуется развитым мелким ложбинно-гривным рельефом,
сглаженным вторичными аллювиальными процессами, сложен-
ным осадками различного состава, среди которых преобладают
супесчано-суглинистые. Для нее обычны двучленные отложе-
ния, внизу состоящие из песков, перекрытых 3-4-метровой
толщей пойменных осадков суглинистого состава. Возраст
отложений поймы определяется как конец голоцена ( q^). Ос-
новная пойма отличается расчлененностью рельефа, хорошо
дренирована и в связи с этим в отличие от других участков
пойменной террасы наиболее залесена. Лесистость ее может
составлять 90-100 %.
На черно-белых снимках основная пойма выглядит в виде
совокупности вытянутых параллельно изогнутых полос различ-
ного тона от светло-серого, почти белого до темно-серого раз-
личной ориентации. Макротекстура таких участков может быть
от слабоконтрастной до сложной. Основная пойма дешифри-
руется на всех видах аэрокосмических материалов и хорошо
картографируется на снимках масштаба 1:50 000 и крупнее (см.
рис. 27,28).
Древняя, или притеррасная, пойма характеризуется слабо
расчлененным рельефом, состоящим из грив и межгривных
понижений, сглаженных вторичными процессами. Для нее ха-
рактерно обилие стариц, озер и заболоченных участков, возник-
ших на месте последних. Осадки образуют речные и старично-
озерные супесчаные и суглинистые отложения с преобладани-
ем суглинков. Возраст осадков - вторая половина голоцена
(q2 + 3)# Преимущественно суходольные участки сложены пес-
4 „
чаными и супесчаными отложениями руслового и поименного
аллювия. Древняя пойма хорошо выделяется только на аэрокос-
мических снимках крупного масштаба благодаря контрастному
сочетанию пятен различной формы и тона.
Пойма рек от верховьев реки до низовий, где распространены
соры, полностью залесена, что свидетельствует о благоприят-
ных геолого-геоморфологических условиях существования леса.
Она выделяется на снимках масштаба 1:200 000 = 1:50 000 по со-
вокупности меандровых участков в виде параллельно изогну-
тых полос различного размера и направления. Макротекстура
сложная, контрастная. Вообще структура изображения поймы
отличается от сопредельных территорий крайней пестротой.
проточные заболоченные участки террас с мелкокочкарниковым рельефом, 4 —
точные и замкнутые котловины террас и междуречий с торфяной залежью до 2 —
6 м, 5 — пониженные плоские участки террас и междуречий с торфяной залежью
До 1—2 м, 6 — пониженные плоские участки террас и междуречий с торфяной за-
лежью до 1 м, 7 — слабо повышенные плоские участки, отдельные плоские бугры
ТеРрас, сложенные суглинками, 8 — повышенные слабо расчлененные участки
с пологобугристым рельефом и отдельные уплощенные бугры террас, сложен-
ные суглинками, 9 — повышенные расчлененные участки с пологобугристым рель-
ефом и отдельные выпуклые бугры террас, сложенные суглинками.
81
Ill II 11.1
82
Это связано с набором большого числа участков, различающих-
ся по лесорастительным условиям, с одной стороны, и, с дру-
гой - большим разнообразием возрастных состояний лесных со-
обществ, развивающихся в пойменных условиях.
Среди геоморфологических поверхностей поймы особое
место занимают приустьевые участки местных рек, так называе-
мые соры, которые широко распространены в среднем и нижнем
течении Оби (см. рис. 25, 26). Они нередко имеют ступенчатое
террасированное строение, регулярно подтопляются паводко-
выми обскими водами, и в то же время их строение в большей
части определено гидрологической деятельностью притока.
Эти образования можно рассматривать как участки первой
надпойменной террасы, сформированные притоками Оби [Вол-
ков, 1987]. Строение рельефа соровых участков в целом анало-
гично строению пойменной террасы Оби [Седых, Васильев,
1987], но отличается тем, что он образован из более мелких эле-
ментарных форм.
Видовой состав растительных сообществ этих территорий
беден. Прирусловая пойма занята ивняками только в верхнем
течении реки в пределах сора, а все остальные поверхности -
луговыми сообществами, низинными болотами и озерами.
Соровые участки поймы дешифрируются на аэрокосмических
снимках всех масштабов. На космических снимках масштаба
1:10 000 000 - 1:3 500 000 выделяются соры крупных притоков Оби -
Салыма, Бол. Югана, Мал. Югана, Балыка, Кульегана, Ларьегана
и других рек этого ранга. В масштабе 1:500 000 - 1:200 000 разли-
чаются детали их строения, а на таких соровых участках, как
Бол. Юган, выделяются составляющие поймы - пойменная и
первая надпойменная террасы. Кроме того, здесь можно отли-
чить соры небольших притоков второго и более мелких по-
рядков.
К более древней поверхности, не всегда ясно отличимой по
высоте и изображению от древней поймы и от второй надпой-
менной террасы (собственно озерно-ингрессионная терраса),
относится первая надпойменная терраса (см. рис. 26-29). В
Рис. 27. Поймы рек в среднем течении и прилегающих территорий.
а- — аэроснимок масштаба 1:50 000, б — картосхема дешифрирования рельефа; I -
пойма реки, П — первая надпойменная терраса, Ш — вторая надпойменная тер-
раса, IV — глубоко расчлененные макросклоны междуречий; 1 — русла рек, озера, ста-
рицы; 2 — прирусловая пойма, 3 — центральная пойма, 4 — притеррасная пойма, 5 —
сточные и замкнутые котловины террас и междуречий с торфяной залежью до
^—6 м, 6 — слабо повышенные плоские участки и отдельные плоские гривы тер-
Расс, сложенные мелкозернистыми песками и супесями, 7 — повышенные слабо
Расчлененные участки с пологогривным рельефом и отдельные уплощенные
гРивы, сложенные мелкозернистыми песками и супесями, 8 — повышенные
Расчлененные участки с пологогривным рельефом и отдельные выпуклые гривы
ТеРрас, сложенные мелкозернистыми песками и супесями, 9 — лога, 10 — крутые
эРозионно расчлененные склоны, сложенные песками и двучленными отложе-
ниями, 11 — плоские водораздельные участки, сложенные супесчаными и дву-
членными отложениями, 12 — слабо расчлененные участки междуречий с полого-
бугристым рельефом, сложенные суглинками.
83
84
долинах большинства местных рек она представлена отдельны-
ми поверхностями, состоящими из болотных массивов и дрени-
рованных участков, сложенных песчаными и супесчаными
отложениями. Обычно дренированные участки покрыты сосно-
выми лесами, и поэтому терраса называется боровой. Возраст
ее осадков определяется как конец позднеледниковья - начало
голоцена (Q3- QJ). Терраса почти полностью переработана в
пойму, тем не менее на ее территории повсеместно распростра-
нен крупноостанцевый рельеф, образовавшийся в результате
вторичной неполной переработки первой террасы во время
формирования поймы.
Для первой надпойменной террасы в целом характерны
слабое расчленение поверхности и сильная заболоченность.
Кое-где на участках этой террасы сохранились остатки русла, в
7-10 раз более широкого, чем современное [Волков, 1987]. Осо-
бенно четко поверхность первой террасы отличается от поймы и
более древней озерной террасы в низовьях рек и их приустьевых
частях. На аэроснимках (см. рис. 26) и на местности видно, что
раньше поймы образовалась терраса, ограниченная четким
уступом от более древних элементов рельефа - междуречных
поверхностей или второй надпойменной террасы. Во многих
местах первая терраса плохо отграничена от более древней
поверхности озерной террасы, так как она существенно не
отличается от нее по высоте и часто заполнена болотами.
По мере продвижения вверх по реке размеры террасы умень-
шаются, и в верховье она замещается второй надпойменной
террасой (см. рис. 29). Местами терраса не имеет самостоятель-
ного выражения в рельефе и полностью сливается с более
древней заболоченной поверхностью в единую террасу.
На большей ее части достаточно четко различаются припой-
менные и внутренние дренированные участки с пологогривным
Рис. 28. Вторая надпойменная терраса и прилегающие территории,
а — аэроснимок масштаба 1:50 000, б — картосхема дешифрирования рельефа; I —
пойма реки, II — первая надпойменная терраса, III — вторая надпойменная
терраса, IV — умеренно расчлененные макросклоны междуречий; 1 — русла рек,
озера, старицы, 2 — прирусловая пойма, 3 — центральная пойма, 4 — притеррас-
ная пойма, 5 — днища долин речек первой и второй надпойменной террас, 6 —
сточные и замкнутые котловины террас и междуречий с торфяной залежью до
2—6 м, 7 - пониженные плоские участки террас и междуречий с торфяной за-
лежью до 1—2 м, 8 — пониженные плоские участки террас и междуречий с торфя-
ной залежью до 1 м, 9 — проточные заболоченные участки террас с мелкокочкар-
никовым рельефом, 10 — слабо повышенные плоские участки и отдельные плос-
кие бугры террас, сложенные суглинками, 11 — повышенные слабо расчлененные
Участки с пологобугристым рельефом и отдельные уплощенные бугры террас,
сложенные суглинками, 12 — повышенные расчлененные участки с пологобуг-
ристым рельефом и отдельные выпуклые бугры террас, сложенные суглинками,
13 — слабо расчлененные склоны средней крутизны, сложенные двучленными
отложениями, 14 — пологие склоны, осложненные пологобугристым рельефом,
сложенные суглинками, 15 — крутые эрозионно расчлененные склоны, сложен-
ные песками и двучленными отложениями, 16 — расчлененные участки между-
речий, сложенные супесчаными и двучленными отложениями.
85
86
рельефом различной расчлененности (см. рис. 27, 28). Они сложены
в основном из песчаных и супесчаных отложений с отдельными
включениями суглинков пойменного генезиса. На аэрокосмических
снимках участки отличаются в большинстве средне- и темно-
серым тоном с редкими слабоизогнутыми и изогнутыми поло-
сами более светлых или темных тонов. Макротекстура таких
участков малоконтрастная, слабо дифференцированная, часто
размытая, простая по составляющим элементам. Границы,
обращенные к пойме рек, простоизвилистые, резкие, часто
окантованные; граница перехода к следующей ступени часто
мозаичная или диффузная.
По характеру переработанности рельефа вторичными процес-
сами повышенные участки можно подразделить на расчленен-
ные хорошо дренированные, слабо расчлененные умеренно
дренированные и выположенные слабо дренированные.
На поверхности террасы часто встречаются гривы и гряды
различной высоты и формы. На аэрокосмических снимках они
отображаются в виде изоморфных или слабо вытянутых изог-
нутых полос средне- или темно-серого тона. Остальные формы
рельефа в пределах террасы представляют собой котловины,
заполненные торфяной залежью, отображенные на снимках
пятнами различной конфигурации почти белого, светло- и
средне-серого тона (см. рис. 27,28).
Слабо расчлененная озерными котловинами и долинами
позднеледниковая озерная равнина, включающая ингрессион-
ные заливы, образует вторую надпойменную террасу (см. рис. 26-
29), или собственно озерно-ингрессионную террасу. Она зани-
мает подавляющую часть площади ступени рельефа. Терраса
пересекается многочисленными низовьями местных мелких
долин, склоны которых обычно облесены. Озерная терраса на
всем ее протяжении от более древних междуречных поверх-
ностей отделяется четким уступом, граница которого хорошо
прослеживается на космических снимках масштаба 1:10 000 000 -
1:200 000 и аэроснимках. Она также хорошо выделяется на кос-
мических снимках по структуре рисунка и макротекстуре,
Рис. 29. Глубоко расчлененные макросклоны междуречий.
а — аэроснимок масштаба 1:50 000, б — картосхема дешифрирования рельефа;-! —
пойма реки и первая надпойменная терраса, II — вторая надпойменная терраса,
III — глубоко расчлененные макросклоны междуречий; 1 — пойма и первая над-
пойменная терраса в верховьях рек, 2 — пониженные плоские участки террас и
междуречий с торфяной залежью до 1—2 м, 3 — пониженные плоские участки
террас и междуречий с торфяной залежью до 1 м, 4 — повышенные слабо расчле-
ненные участки с пологогривным рельефом и отдельные уплощенные гривы
террас, сложенные мелкозернистыми песками и супесями, 5 — плоские пологие
склоны, сложенные двучленными отложениями, 6 — слабо расчлененные склоны
средней крутизны, сложенные двучленными отложениями, 7 — крутые эрозион-
Но расчлененные склоны, сложенные песками и двучленными отложениями,
& — слабо расчлененные водораздельные участки, сложенные супесчаными
Двучленными отложениями, 9 — расчлененные участки междуречий, сложенные
супесчаными и двучленными отложениями, 10 — лога.
87
сформированной отображениями приречных залесенных участ-
ков и открытыми болотными массивами, разделяющими их.
Структура рисунка не везде упорядочена, но в целом имеет
полосчатый характер с присутствием пятен различной конфи-
гурации светло-серого и серого тона, разделенных вытянутыми
полосами темного тона с извилистыми границами.
Для этой геоморфологической поверхности характерен по-
логобугристый рельеф, который определяет все своеобразие
структуры лесного покрова (см. рис. 26-28). Отдельные бугры,
составляющие участки различного размера до сотен метров
в поперечнике, возвышающиеся над поверхностью болот на
0,5-5 м, являются наиболее типичными формами рельефа,
сложенными покровными плитчатыми суглинками. Исследова-
ния И. А. Волкова [Седых и др., 1983; Волков, 1987], проведенные
в долине р. Ларьеган, показали, что плитчатые суглинки пред-
ставляют собой самостоятельный в генетическом и возрастном
отношении осадочный покров. Они обычно имеют небольшую
мощность (5-10 м) и распространены в виде плаща как на озер-
ной террасе, так и на всех более древних элементах рельефа.
Их нет только на пойме и на первой надпойменной террасе.
Бугры в зависимости от плотности их агрегации и возвыше-
ния над поверхностью болот образуют участки различной
степени расчленения и дренированности, представляющие
разнообразный спектр лесорастительных условий. Участки, сло-
женные буграми и разделенные обсушенными межбугорными
понижениями, обычно наиболее расчленены и дренированы и
соответственно отличаются наивысшей продуктивностью лесов.
Пологобугристый рельеф имеют также приречные участки,
которые в значительной части преобразованы гидрологической
деятельностью рек. Они отличаются наибольшей дренирован-
ностью и в зависимости от водности реки могут иметь в сло-
жении рельефа элементы аллювиального происхождения.
Участки с пологобугристым рельефом, сложенные суглини-
стыми отложениями, наиболее характерны для территорий,
примыкающих к пойме Оби и к соровым участкам пойм (см. рис.
26). Продвигаясь вверх по террасе в глубь междуречных по-
верхностей, такие формы рельефа постепенно замещаются по-
логогривными участками (см. рис. 27), и в верховьях рек озерно-
ингрессионная терраса может полностью состоять из участков
с пологоволнистым рельефом, сложенных песками (см. рис. 29).
Площадь террасы в основном состоит из системы котловин
различной конфигурации, заполненных торфяной залежью
различной мощности (от 1 до 6 м). Среди болот распространены
участки с мелкокочкарниковым рельефом и проточным ув-
лажнением, которые обычно примыкают к междуречным по-
верхностям и представляют собой систему слившихся устьевых
частей мелких водотоков междуречий. На снимках крупных
масштабов они хорошо выделяются по пятнистой макро- и
микротекстуре (см. рис. 28).
88
Таким образом, для озерной, или второй надпойменной,
терГасы наиболее характерны приречные дренированные уча-
стки с плоским, пологоволнистым и пологобугристым релье-
фом. слабо повышенные участки среди болотных массивов
с пологобугристым рельефом, отдельные бугры и заболочен-
ные участки, которые в совокупности определяют структуру
лесорастительных условий и внешний облик этой территории.
Озерно-ингрессионная терраса как ступень рельефа генети-
чески является целостным геологическим образованием. Од-
нако в силу географической изменчивости фонового геологи-
ческого процесса в пределах ступени [Седых, Васильев,
1987], сформировавшего ее, она в различных своих частях по-
строена неодинаково. На космических снимках различного
масштаба видно (см. рис. 23, 25), что в зависимости от взаимного
расположения террасы с сопредельными территориями меня-
ются размер и конфигурация частей ее поверхности, изменя-
ется набор составляющих ее форм и типов рельефа, а вместе
с ними и состав геологических отложений, определяющих
структуру лесорастительных условий.
Верховья террас, наиболее узкие их части, расположенные
в глубине междуречий, значительно отличаются по геолого-
геоморфологическому строению от территорий, прилегающих
к пойме Оби. Возникшие раньше, они характеризуются более
легкими осадками, с пологогривным рельефом и, следователь-
но, специфическими чертами пространственной организации
лесного покрова. Территории же, причлененные к пойме Оби,
возникшие в более позднее время, объединяют определенный
набор типов и форм рельефа, свойственных только этим частям
террасы. Для них наиболее характерны пологобугристые формы,
сложенные суглинками, которые могут быть выделены в от-
дельные ассоциации типов рельефа (рис. 30).
Между первыми и последними также распространены уча-
стки, несущие в себе черты тех и других и представляющие
также определенные ассоциации типов рельефа. Так, напри-
мер, в пределах озерно-ингрессионной террасы особым геолого-
геоморфологическим образованием выделяется на космиче-
ских снимках Салым-Юганская сквозная долина [Волков,
1987]. По местоположению, ориентации, геолого-геоморфоло-
гическим признакам, структуре лесного покрова и изображению
На аэрокосмических снимках она резко отличается от сопре-
дельных территорий. Эта долина, видимая на всех космических
снимках, почти прямолинейно простирается от Иртыша в во-
сточном направлении к среднему течению Бол. Югана. Поло-
жение долины, контролируемое линеаментом, прямолинейно
Пресекающим междуречье, в целом предопределено текто-
ническими процессами [Волков, 1987]. На ней широко распро-
странены озера различной площади и конфигурации и парал-
лельные друг другу гряды, сложенные хорошо отмытыми раз-
Нозернистыми озерными песками и супесями. Эти осадки почти
89
расчленением, чем все остальные, большей дренированностью, по-
этому более всех залесена. Лесистость здесь варьирует в пределах
70-90 %, а в отдельных районах составляет 100 %. Интенсивность
и глубина расчленения максимальные и составляют соответственно
0,02-0,05; 5-10 м, 0,2-0,7.
Материалы исследования И. А. Волкова [Седых и др., 1983] сви-
детельствуют, что обе ступени рельефа возникли в процессе озерной
деятельности, в результате которой отложился покров монотонных
по составу преимущественно суглинисто-супесчаных реже песча-
ных осадков. Он известен под названием покровных суглинков,
сформировавшихся во время сартанской ледниковой стадии [Волков
и др., 1973]. Ступень в значительной части в верховьях рек Мал.
Салым, Мал. и Бол. Балык, междуречий Мал. Юган, Ильяк перера-
ботана эрозионными процессами, хорошо дренирована и характери-
зуется максимальными показателями расчленения и лесистости.
На зимних космических снимках эти районы отражаются сплошным
темным тоном, изредка прерываемым светлыми пятнами водораз-
дельных болот.
В верховьях бассейна Бол. Югана эта ступень характеризуется
умеренным расчленением, средней дренированностью и лесис-
тостью, не превышающей 70 %. Интенсивность (0,001-0,015) и глубина
расчленения рельефа (3-5 м) средние. Для этой территории харак-
терны плоские водоразделы местных рек, занятые болотными
массивами, и сильная залесенность приречных участков. Она хорошо
выделяется на космических снимках своеобразной структурой
изображения, состоящей из сочетаний листовидных пятен темного
тона различной ориентации.
Эрозионное расчленение рельефа этой ступени обусловило боль-
шое многообразие типов рельефа. Здесь развита густая сеть мелких
местных долин, которые врезаны в верхнюю часть осадков между-
речий. Основная часть склонов выработана в древних озерных
супесях, ледниковых легких суглинках, реже субареальных покров-
ных плитчатых суглинках. Долины местных рек имеют склоны
различной крутизны и плоские днища водотоков, преимущественно
заболоченных или покрытых заболоченными лесами. Такие пло-
ские днища выделяются на космических снимках в виде светлых
лент различной ориентации.
Следует отметить, что с увеличением губины вреза и крутизны
склонов уменьшаются по ширине днища долин и увеличиваются в
составе осадков легкие отложения, что особенно влияет на разме-
щение лесных пород. Водораздельные участки со слабым расчлене-
нием отличаются пологобугристым рельефом и осадками, состоя-
щими из покровных суглинков.
К последней ступени рельефа можно отнести плоские нерас-
члененные заболоченные поверхности, занимающие водораздель-
ные пространства между бассейнами рек Обь, Демьянка и Васюган.
Эта поверхность располагается в пределах отметок 80-100 м и
сплошь заболочена (см. рис. 23—25). Для нее характерны высокая
заозеренность и почти полное отсутствие залесенных участков. По
92
окраинам ступени распространены участки с пологобугристым
рельефом, сложенные отложениями суглинистого состава (рис. 31).
Несмотря на генетическую обособленность ступеней рельефа,
междуречные поверхности в морфологическом отношении, как
и озерно-ингрессионная терраса, не одинаковы. Выделенные по
космическим снимкам территории, расположенные между Ир-
тышем и Обью, Обью и Васюганом и верховьем бассейна р. Бол.
Юган, отличаются не только ориентацией, формой, размерами и
сочетаниями частей ступеней рельефа, но и спецификой структуры
лесного покрова, обусловленного географическим своеобразием \
геслого-геоморфологического строения поверхностей.
Для всех ступеней рельефа характерно распространение эрози-
онных форм рельефа, степень развитости которых обусловлена
положением этих поверхностей относительно местных базисов
эрозии. С повышением гипсометрического положения участков
междуречий возрастает глубина и интенсивность расчленения
рельефа и вместе с ними повышаются дренированность и леси-
стость. Оба фактора - ступенчатость и эрозионное расчленение-
определяют многообразие типов рельефа, которые в пространствен-
но-генетическом отношении могут быть обособлены в отдельные
ассоциации типов рельефа. Границы таких ассоциаций можно вы-
делить с помощью аэрокосмических снимков на основе анализа
структуры изображений, содержащих региональные черты геомор-
фологического строения междуречий (рис. 32).
В пределах низкой ступени междуречий выделяются три ассо-
циации рельефа, разделенные террасами рек. Первая в бассейне
среднего течения Мал.Салыма, вторая - в среднем течении Мал.
и Бол. Балыка и третья - на междуречье Бол. Покур и Обь (см.
рис. 32). Типичными чертами строения этих территорий являются
слабая расчлененность рельефа и пониженная дренированность.
Днища долин местных речек имеют слаборазвитый террасовый
комплекс, состоящий из пойменных и надпойменных террас.
Склоны долин пологие протяженные, сложенные бугристыми фор-
мами рельефа. Они сплошь залесены, на аэрокосмических снимках
масштаба 1:10 000 000 - 1:200 000 отображаются темно-серым и почти
черным тоном. Макротекстура контрастная, простая. В целом струк-
тура рисунка, образованная гидросетью местных рек, дендритовая,
состоящая из сложноветвистых линий, собирающихся в пучок к
северной границе территорий. Внешние границы приречных участ-
ков переходят постепенно в водоразделы в виде пологобугристых
комплексов и отдельных бугров.
Наиболее характерной чертой строения ассоциаций рельефа этого
типа являются широкие плоские заболоченные водоразделы с
обилием озер и суходольных участков с пологобугристыми формами
рельефа. Водоразделы выделяются на аэрокосмических снимках
всех масштабов в виде контуров, не имеющих определенной кон-
фигурации, от белого до средне-серого тона (см. рис. 25). Средняя
часть этих водоразделов имеет простую слабоконтрастную микротек-
93
94
стуру, образованную мелкими озерами в сочетании с участками
болот.
Все бугристые формы рельефа, а также склоны долин сло-
жены преимущественно суглинистыми осадками различной
мощности.
Следующие несколько видов ассоциаций типов рельефа,
характеризующиеся наиболее глубокой расчлененностью рель-
ефа, дренированностью и лесистостью, составляют значитель-
ную часть площади основной ступени междуречий (см. рис. 23,
32). Для всех них типичны хорошо развитая сложная овражно-
балочная эрозионная система, относительно не широкие во-
доразделы и узкие долины.
Днища долин мелких притоков рек заполнены преимущест-
венно болотами, которые на аэрокосмических снимках масшта-
ба 1:100 000 - 1:200 000 выделяются в виде мелких светлых вет-
вистых полос на темном фоне (см. рис. 25). Склоны долин раз-
личной крутизны, от пологих до крутых, часто сложены пест-
рыми осадками, от песков до суглинков, и по этой причине
могут быть покрыты лесами, состоящими из нескольких лесо-
образователей (см. рис. 26-28, 33, 34). Крутые склоны долин,
сложенные легкими осадками, часто глубоко расчленены
логами, лощинами с узкими днищами водотоков. Пологие скло-
ны чаще осложнены пологими буграми и сложены преимущест-
венно суглинками.
Частные водоразделы местных мелких речек в основном
имеют пологобугристый рельеф различной степени расчленен-
ности (см. рис. 27-29,33,34). Распространены как плоские участ-
ки со слабо выраженными бугристыми уплощенными формами
рельефа, так и с развитым бугристо-западинным рельефом.
Плоские участки чаще всего имеют небольшую торфяную за-
лежь (до 2 м), залесены гидроморфными лесами и на аэрокос-
мических снимках выделяются в виде пятен различной конфи-
гурации средне и темно-серого тона. Бугристые участки имеют
пятнисто-мозаичную структуру изображений, выраженную
макротекстуру и по этим признакам хорошо оконтуриваются на
снимках. Все мелкие водораздельные участки, как и склоны,
залесены. Они в основном сложены суглинистыми осадками
большой мощности и в силу различной расчлененности и уда-
ленности от водотоков имеют разную дренированность.
Несмотря на общие черты строения рассмотренных ассоциа-
ций типов рельефа, они сильно отличаются между собой по наи-
более общим конструктивным признакам - ориентации, размеру
лодораздельных поверхностей и макросклонов. Для всех них,
Рис. 31. Центральные водораздельные поверхности.
а — аэроснимок масштаба 1:50 000, б — картосхема дешифрирования; I — централь-
ные водораздельные поверхности, II — умеренно расчлененные макросклоны
Междуречий; 1 — озера, 2 — сточные и замкнутые котловины террас и междуре-
Чий с торфяной залежью до 2—6 м, 4 — слабо повышенные плоские участки и от-
дельные плоские бугры, сложенные суглинками, 5 — пологие склоны, осложнен-
ные пологобугристым рельефом, сложенные суглинками.
95
98
ховьев долин. На пологих склонах долин почвообразующими
породами являются озерные и ледниковые суглинки и супеси,
реже плитчатые субареальные суглинки. Повсеместно распро-
странены среди болотных массивов повышенные участки с по-
логобугристым рельефом на покровных плитчатых суглинках.
Здесь преобладает плоский мелкогрядовый рельеф водораз-
дельных болот. В пределах центральных водоразделов болотные
днища долин постепенно сливаются с массивами верховых
болот.
Следующие три вида ассоциаций типов рельефа, расположен-
ных в верховье бассейнов рек Бол. Юган, Негусъях и Мал. Юган,
характеризуются умеренным эрозионным расчленением и
умеренной дренированностью с лесистостью, не превышающей
60 %. Интенсивность и глубина расчленения соответственно
составляют 0,005—0,01 и 3-4 м. Эти поверхности сартанской
озерной равнины расчленены эрозионными формами далеко не
повсеместно. Для них характерны плоские заозеренные водораз-
делы местных рек, занятые болотными массивами, и высокая
залесенность приречных участков. Днища и склоны сложены
преимущественно озерными супесчаными и суглинистыми
осадками. Долины рек изобилуют как эрозионными формами
рельефа, так и плоскобугристыми. Бугристые формы рельефа,
так же как и для рассмотренных выше ассоциаций, характерны
для водораздельных участков мелких речек. Территория этих
ассоциаций типов рельефа хорошо выделяется на космических
снимках масштаба 1:10 000 000 - 1:200 000 своеобразной струк-
турой изображений, состоящих из сочетаний листовидных пятен
со сложными извилистыми границами темного тона и сложно-
ветвистых полос светлых тонов (см. рис. 25).
Следует отметить, что ввиду отсутствия отличий строения
последней ступени рельефа от водораздельных участков между-
речий местных рек участки центральных водораздельных по-
верхностей вошли составными частями в характеристику рас-
смотренных выше ассоциаций типов рельефа.
Рис. 3 3. Умеренно расчлененные макросклоны междуречий.
а "-аэроснимок масштаба 1:50 000, б — картосхема дешифрирования рельефа; 1 —
Днища долин мелких речек междуречий, 2 — пониженные плоские участки тер-
рас и междуречий с торфяной залежью до 1 м, 3 — пологие склоны, осложненные
п°л°гобугристым рельефом, сложенные суглинками, 4 — плоские пологие скло-
Иь1> сложенные двучленными отложениями, 5 — слабо расчлененные склоны
сРедней крутизны, сложенные двучленными отложениями, 6 — плоские водораз-
^ельные участки, сложенные супесчаными и двучленными отложениями, 7 —
Лабо расчлененные участки с пологобугристым рельефом, сложенные суглинка-
ми, 8 _ расчлененные участки с пологобугристым рельефом, сложенные су-
глинками.
4*
99
100
Типы ассоциаций ступеней рельефа
Региональные особенности строения проявляются не только
внутри каждой из рассмотренных ступеней рельефа, но и в
совокупности их частей. Из анализа космических снимков мас-
штаба 1:10 000 000 видно, что территория, расположенная в
северо-западном углу между Иртышом и Бол. Юганом, Обью
с севера и южной границей сквозной Салым-Юганской долины
(см. рис. 1), представляет собой комплекс ступеней рельефа,
простирающихся почти параллельно друг другу. Это проявляет-
ся и в структуре рисунка, отражающего направленность основ-
ных структурных элементов строения рельефа - уступов, раз-
деляющих ступени, и в направленности гидросети (рис. 36).
Такое положение террас и их гипсометрическое положение
предопределены тектоническими процессами, которые обус-
ловили строение древней поверхности, а вместе с ней структу-
ру ландшафтов. Гипсометрическое положение ступеней воз-
растает от пойменной террасы к югу к сквозной Салым-Юган-
ской долине, потом с некоторым падением фиксируется на
поверхности последней (см. рис. 35). Вместе с возрастанием
гипсометрического положения ступеней возрастают последо-
вательно глубина и расчленение рельефа, а вместе с тем дрени-
рованность территорий и в целом преобразование структуры
лесорастительных условий. Для всей ассоциации ступеней рель-
ефа характерна слабо выраженная асимметрия водоразделов и
долин рек, что свидетельствует о невысокой активности эро-
зионных процессов. Весь комплекс террас находится в пределах
Среднеобского опущенного блока, характеризующего нисходя-
щими тектоническими движениями [Зятькова, 1979].
Рассмотренный комплекс участков ступеней рельефа, харак-
теризующийся ступенчатостью размещения, объединяется в
отдельную ассоциацию ступеней рельефа, в рамках которой
целесообразно осуществлять слежение за состоянием лесного
покрова по космическим снимкам масштаба 1:10 000 000 -
1:3 500 000 (см. рис. 36).
Следующую ассоциацию ступеней рельефа составляют уча-
Р ис. 34. Центральные водораздельные поверхности и макросклоны умеренно
расчлененных равнин.
а — аэроснимок масштаба 1:50 000, б — картосхема дешифрирования рельефа;
I — центральные водораздельные поверхности, II — умеренно расчлененные
макросклоны междуречий; 1 — днища долин мелких речек междуречий, 2 —
склоны средней крутизны, осложненные пологобугристым рельефом, сложенные
суглинками, 3 — слабо расчлененные склоны средней крутизны, сложенные
Двучленными отложениями, 4 — сточные и замкнутые котловины с торфяной за-
лежью до 2—6 м, 5 — пониженные плоские участки с торфяной залежью до 1 м,
6 — плоские водораздельные участки, сложенные двучленными отложениями,
— слабо расчлененные участки с пологобугристым рельефом, сложенные су-
глинками, 8 — расчлененные участки с пологобугристым рельефом, сложенные
суглинками, 9 — повышенные расчлененные участки с пологобугристым рель-
ефом и отдельные выпуклые бугры, сложенные суглинками.
101
Абс. от и
Рис. 35. Геоморфологическое строение ассоциаций ступеней рельефа
Профили: А — ступенчато-террасовой Обь-Иртышской равнины, Б — Юган-Обской
равнины с асимметричными междуречьями, В — Юганской равнины с симметрич-
ными междуречьями; I — озерно-ингрессионная терраса, II — сниженная ступень
междуречий, III — основная ступень междуречий, IV — Салым-Юганский линеа-
мент, V — междуречья; 1 — ель, пихта, 2 — кедр, 3 — сосна, 4 — береза, 5 — осина,
6 — болото.
стки, являющиеся крупными структурными элементами терри-
торий, расположенных в северо-восточной части левобережного
широтного Приобья между Мал. Юганом, Обью и Васюганом (см.
рис. 1). Несмотря на то что ступени рельефа здесь, что и в преды-
102
дущей ассоциации, их части расположены совершенно по-иному
и внутри себя имеют значительные различия. Озерно-ингрес-
сионная терраса представлена в основном отдельными изоли-
рованными участками, глубоко проникающими в междуречные
поверхности (см. рис. 23). В них врезаны водотоки с четко выра-
женными асимметричными долинами, в которых реки распо-
ложены с правой стороны, прижимаясь к уступам краевых
поверхностей междуречий (см. рис. 25, 36). Междуречья мест-
ных рек также имеют асимметричное строение, что в совокуп-
ности свидетельствует об интенсивной гидрологической ак-
тивности рек, связанной в целом со значительно более высоким
положением водоразделов и низкими отметками базисов эро-
зий. Эта ассоциация ступеней рельефа изобилует развитыми
эрозионными формами рельефа, пестрым составом осадков
на всех участках ступеней. В структурно-геоморфологическом
плане она совпадает с возвышенностью Тобольского материка
с абсолютными отметками более 100 м и характеризуется по-
ложительными тектоническими движениями [Зятькова, 1979].
Характерной чертой структуры рисунка всей территории яв-
ляются веерорасходящиеся линии от района, имеющего наибо-
лее высокую гипсометрическую отметку (см. рис. 36).
Последнюю ассоциацию ступеней рельефа составляют глу-
боко вдающиеся в междуречья участки озерно-ингрессионной
террасы и основне й ступени междуречных пространств верхо-
вий бассейнов рек Бол. Юган, Негусъях, Мал. Юган, обрамлен-
ных с юга водоразделами Демьянки и Васюгана (см. рис. 1).
Структура рисунка, образованная основными линиями водо-
разделов, уступов, террас и врезами местных рек, совершенно
отличается от предыдущих ассоциаций ступеней рельефа
(см. рис. 36).
Эта ассоциация располагается в пределах Демьянско-Ва-
сюганского приподнятого блока, характеризующегося нали-
чием положительных структур [Зятькова, 1979]. Структура
рисунка представляет собой чередование параллельно изо-
гнутых линий, копирующих направленность основных водо-
токов и водоразделов, образующих своеобразную морфострук-
туру изображения. Долина самой крупной р. Бол. Юган, а так-
же водоразделы здесь преимущественно симметричны. Только
Долины Негусъяха и Мал. Югана и их водоразделы имеют от-
дельные черты строения, сходные с предыдущей ассоциацией.
Глубина и интенсивность расчленения рельефа этой террито-
рии, а также ее дренированность занимают промежуточное
положение между вышерасположенными ассоциациями сту-
пеней рельефа. Показатели расчленения рельефа и дрениро-
ванность составляют: 0,011, 4,1 м, 0,21. Территория также изо-
билует эрозионными формами рельефа, но менее развитыми,
Чем на территории Юган-Обской равнины. Верхний покров отло-
жений в основном состоит из суглинков и супесей, что вместе
103
Рис. 36. Ассоциации ступеней рельефа.
а — космический снимок, полученный с ИСЗ "Метеор”, б — картосхема дешиф-
рирования структуры рисунка, в — картосхема дешифрирования ассоциаций
ступеней рельефа; равнины: 1 — Обь-Иртышская, 2 — Обь-Юганская, 3 — Юган-
ская; 4 — орографические линии, 5 — профили.
с благоприятными климатическими условиями обеспечивает
более высокую производительность местообитаний лесов.
Классификация и дешифровочные признаки рельефа
левобережного широтного Приобья
Несмотря на равнинность левобережного широтного Приобья,
территория района исследования характеризуется сложным гео-
лого-геоморфологическим строением, что является, как будет
рассмотренно в следующей главе, определяющим условием
формирования структуры лесного покрова. Как видно из анали-
за аэрокосмических снимков и данных наземных исследований,
территория отличается большим разнообразием типов и форм
рельефа, возникших в результате различных геологических
процессов, определивших литологический состав поверхно-
стных отложений.
В целях использования рельефа как основы для изучения
структуры формирования лесорастительных условий и их ти-
пологии для оценки различных состояний лесной растительно-
104
сти дистанционными средствами в рамках стабильных границ
необходима классификация рельефа, удовлетворяющая ре-
шению этих задач. Классификация должна содержать, с одной
стороны, основные геолого-геоморфологические параметры,
определяющие условия существования леса, и, с другой - так-
сономические единицы рельефа должны надежно идентифи-
цироваться на аэрокосмических снимках.
На основе выявленных закономерностей геолого-геоморфо-
погического строения левобережного широтного Приобья по-
строена классификационная схема рельефа, состоящая из так-
сономических единиц, опознаваемых на аэрокосмических сним-
105
ках масштаба 1:10 000 000 - 1:15 000. Схема включает четыре
иерархически соподчиненные таксономические единицы, по-
зволяющие в последовательности от мелких к крупным мас-
штабам дифференцировать территорию на геоморфологические
поверхности, типы и формы рельефа и тем самым на участки,
в границах которых наиболее целесообразно осуществлять
слежение за состоянием лесного покрова.
Каждая единица классификации содержит главные пара-
метры строения рельефа, определяющие основные эдафические
условия существования леса, дренированность и литологиче-
ский состав почвообразующих пород. Классификация построена
дедуктивно с отражением элементов строения рельефа в по-
следовательности от наиболее крупных форм к мелким. К
единицам первого ранга относятся основные ступени рельефа,
имеющие отображения на аэрокосмических снимках масшта-
ба 1:10 000 000 — 1:1 000 000. Единицы второго ранга составляют
мезоформы рельефа, выявленные на аэрокосмических снимках
масштаба 1:1 000 000 - 1:200 000. Единицы третьего и четвертого
рангов объединяют формы рельефа и их элементы, дешифри-
рующиеся только на аэроснимках масштаба 1:50 000 и крупнее и
являющиеся собственно границами типов лесорастительных
условий и типов леса. Для удобства пользования каждому
классификационному рангу присвоен цифровой индекс, что
дает возможность представлять пространственную ординацию
элементов строения рельефа в оцифрованном виде.
Описания дешифровочных признаков применительно к ра-
боте с черно-белыми изображениями в классификационной
схеме даны только для единиц первых двух рангов. Дешифро-
вочные признаки остальных двух единиц, изображения кото-
рых в значительной мере определяются спектральными свой-
ствами растительности, рассматриваются в следующей главе
при обсуждении типологии лесов.
Следует отметить, что ввиду исключительно большого варьи-
рования изображений, зависящего от технических условий
и спектрального канала съемок, использование классификаци-
онной схемы в качестве рабочего инструмента дешифрирования
наиболее эффективно при сопровождении ее эталонами изоб-
ражений.
КЛАССИФИКАЦИОННАЯ СХЕМА РЕЛЬЕФА
ЛЕВОБЕРЕЖНОГО ШИРОТНОГО ПРИОБЬЯ
И ЕГО ДЕШИФРОВОЧНЫЕ ПРИЗНАКИ
1. Озерно-ингрессионная терраса со слабо расчлененным рельефом, сложенная
озерными и озерно-речными отложениями.
Дешифрируется на космических снимках масштаба 1:10 000 000 —1:1 000 000.
Расположена на территории левобережного широтного Приобья и занимает
около четверти ее площади. На севере на значительном пространстве грани-
чит с поймой Оби, а остальная ее часть преимущественно примыкает к ос-
новной ступени междуречий.
Крупные и мелкие сильно вытянутые простоветвистые выделы со сложноиз-
106
вилистыми преимущественно резкими границами, простирающиеся на юг
в виде конусообразных полос светло- и средне-серого тона; в северо-восточной
части выдел двусвязный, местами имеет диффузную границу с низкой сту-
пенью междуречий.
Рисунок упорядоченный, состоящий из ритмично размещенных сильно вы-
тянутых линейных контуров сложноветвистой формы, сквозных и полуусе-
ченных сложноветвистых линий, простирающихся преимущественно парал-
лельно, и беспорядочно расположенных мелких изоморфных форм.
Макротекстура дифференцированная, текстурная, контрастная, состоящая
из сильно вытянутых и изоморфных контуров темно-серого и почти черного
тона, чередующихся с контурами средне- и светло-серого тона округло-лопа-
стной формы; плотность элементов редкая.
Для весенних снимков в пограничной с поймой Оби области характерны
включения мелких вытянутых конусообразных контуров с извилистыми гра-
ницами черного тона, отображающих соровые участки.
В пределах сквозной Салым-Юганской долины терраса имеет слабоконтра-
стную, штриховую, дифференцированную, сложную текстуру, с беспорядочно
расположенными сложноизвилистыми сквозными полуусеченными и усечен-
ными линиями; плотность элементов редкая; граница этой части террасы
с сопредельными контурами имеет диффузный характер.
1.1, Гривистые поймы местных рек, сложенные речными песками, супесями, су-
глинками и болотно-старичными глинами.
Дешифрируются на аэрокосмических снимках масштаба 1:500 000 —1:50 000.
Расположены преимущественно на озерно-ингрессионной террасе, соприка-
сающейся с первой и второй надпойменной террасами и междуречными
территориями.
Сильно вытянутые и линейные сложноветвистые выделы со сложноизвили-
стыми резкими, размытыми и диффузными границами, от средне-серого до
почти черного среднего тона.
Рисунок неупорядоченный, состоящий из сложноизвилистых сквозных полу-
усеченных линий и мелких от слабоизогнутых до закрученных форм и пятен
различного тона.
Макротекстура дифференцированная, контрастная, сложнотекстурная; тон
фона — от средне-серого до почти черного; тон доминирующих элементов —
почти черный и черный; плотность элементов средняя.
1.1.1. Прирусловая новейшая пойма, образуемая косами, отмелями, бечевника-
ми, береговыми валами с ложбинно-гривным рельефом, сложенная речными
песками и супесями.
Дешифрируется на аэроснимках масштаба 1:50 000 — 1:15 000. Распо-
ложена на пойменной террасе в прирусловой ее части. Мелкие изо-
гнутые и сильноизогнутые выделы с внешней окантованной грани-
цей и размытой внутренней; внешняя граница окантована узкой полосой
почти белого тона.
Рисунок упорядоченный, состоящий из чередования изогнутых и сильно-
изогнутых линий.
Макротекстура слабо дифференцированная, слабоконтрастная, состоящая из
чередующихся полос средне- и темно-серого тона; средний тон средне-серый;
плотность элементов средняя.
Микротекстуру образует растительность.
1*1.2. Прирусловая новейшая пойма, образуемая косами, отмелями, бечевника-
ми, береговыми валами с пологогривным рельефом, сложенная речными су-
песями и суглинистыми осадками.
Дешифровочные признаки те же, что и у 1.1.1, только внешняя граница окан-
тована узкой полосой почти черного и черного тона.
1*1*3. Центральная молодая пойма с расчлененным ложбинно-гривным релье-
фом, сложенная речными двучленными песчано-суглинистыми осадками.
Дешифрируется на аэроснимках масштаба 1:50 000 — 1:15 000.
Расположена между прирусловой и притеррасной или между прирусловой
107
и надпойменной террасами или участками междуречий. Рисунок упорядочен-
ный, состоящий из чередования слабоизогнутых и изогнутых полос различ-
ного тона; граница от размытой до резкой и диффузной.
Макротекстура сильно варьирует и имеет исключительно разнообразный ха-
рактер; средний тон от светло-серого до почти черного; плотность элемен-
тов средняя.
1.1.4. Притеррасная древняя пойма с выположенным ложбинно-грядовым релье-
фом, сложенная речными и озерно-старичными суглинками и глинами.
Дешифрируется на аэроснимках масштаба 1:50 000 —1:15 000.
Расположена между центральной и надпойменной террасами или участками
междуречий.
Рисунок неупорядоченный, состоящий из изогнутых полос и пятен различ-
ного тона; граница от размытой до резкой и диффузной.
Макротекстура слабо дифференцированная, текстурная, слабоконтрастная;
средний тон — средне- и темно-серый; плотность элементов средняя.
1.1.5. Заболоченные старицы.
Дешифрируются на аэроснимках масштаба 1:50 000 —1:15 000.
Различной изогнутости сильно вытянутые контуры светло- и средне-серого
тона.
1.1.6. Старицы.
Дешифрируются на аэроснимках масштаба 1:50 000 —1:15 000.
Различной изогнутости сильно вытянутые контуры черного тона.
1.1.7. Озера.
Дешифрируются на аэроснимках масштаба 1:50 000 —1:15 000.
Округло-извилистые контуры черного тона.
1.1.8. Русло реки. (
Дешифрируется на аэроснимках масштаба 1:50 000 —1:15 000.
Линейные извилистые контуры черного тона.
1.2. Первая надпойменная терраса с плоским пологогривным и останцовым
рельефом, сложенная озерными и озерно-речными отложениями.
Дешифрируется на космических снимках масштаба 1:200 000 и аэроснимках
масштаба 1:50 000 —1:15 000.
Расположена фрагментарно на территории озерно-ингрессионной террасы,
примыкает с одной стороны к пойменной террасе и с другой — ко второй над-
пойменной террасе и к междуречным поверхностям.
Крупные и мелкие выделы округло-лопастной формы чаще вытянутые и силь-
но вытянутые с извилистыми границами.
Структура рисунка упорядоченная, состоящая преимущественно из мелких
удлиненных контуров различной изогнутости и пятен округло-лопастных
форм различного тона от светло-серого до почти черного. Граница с поймен-
ной террасой и междуречьями простоизвилистая, чаще резкая; граница со
второй надпойменной террасой неоднородная, местами диффузная и размы-
тая и по этой причине не всегда четко отчленяется от последней. Особен-
ностью террасы является ее представленность отдельными участками, внут-
ренняя граница которых имеет вид амфитеатров.
Макротекстура слабо дифференцированная, сложнотекстурная от слабо- до
сильноконтрастной. Средний тон — от серого в низовье террасы до светло-
серого в верховье.
1.2.1. Днища долин местных речек и мелких водотоков, покрытые лесом и бо-
лотами.
Дешифрируются на аэроснимках масштаба 1:50 000 —1:15 000.
Мелкие линейной формы контуры с извилистыми резкими и нерезкими
границами.
Структура рисунка неупорядоченная.
Макротекстура слабо дифференцированная, текстурная и сложнотекстурная,
слабоконтрастная; средний тон — средне- и темно-серый.
108
1.2.1.1. Пойма местных рек, состоящая из береговых валов, сложенная супесчаны-
ми и суглинистыми осадками.
1.2.1.2. Заболоченные участки с проточным увлажнением и мелкокочкарниковым
рельефом.
1.2.1.3. Плоские заболоченные участки.
1,2.2. Приречные и внутренне расположенные дренированные участки с поло-
гогривным рельефом и отдельные гривы, сложенные мелкозернистыми
песками и супесями.
Дешифрируются на аэроснимках масштаба 1:50 000 —1:15 000.
Средние и мелкие контуры неопределенной формы и мелкие вытянутые сла-
боизогнутые выделы с резкой границей при контакте с болотами и размы-
тыми границами при контакте с залесенными участками; границы просто-
извилистые и извилистые.
Макротекстура нетекстурная и текстурная, слабоконтрастная, размытая и
слабо дифференцированная, тон фона средне- и темно-серый; тон элемен-
тов темно-серый; плотность рисунка редкая.
1.2.2.1. Повышенные расчлененные хорошо дренированные и отдельные выпук-
лые гривы.
1.2.2.2. Повышенные слабо расчлененные и нерасчлененные умеренно дрени-
рованные участки с отдельными уплощенными гривами.
1.2.2.З. Слабо повышенные плоские слабо дренированные участки и отдельные
плоские гривы.
1.2.2.4. Пониженные плоские участки с застойным увлажнением с торфяной
залежью 0,5—1 м.
1.2.2.5. Пониженные плоские участки с застойным увлажнением с торфяной
залежью 1—2 м.
1.2.2.6. Участки с кочкарниково-бугорниковым рельефом.
1.2.2.7. Система сточных котловин с торфяной залежью 2—6 м.
1.2.2.8. Озера.
1.2.3. Останцы междуречных поверхностей и второй надпойменной террасы.
Дешифрируются на аэроснимках масштаба 1:50 000 —1:15 000.
Средние и мелкие контуры неопределенной формы с резкой простоизвили-
стой границей.
Макротекстура нетекстурная; тон от светло-серого до почти черного.
1.2.3.1. Останцы междуречных участков, сложенные пестрыми по составу осад-
ками — песками, супесчаными и суглинистыми осадками.
1.2.3.2. Останцы второй надпойменной террасы с пологогривным рельефом и
отдельные высокие гривы, сложенные мелкозернистыми песками и супесями,
хорошо дренированные.
1.2.3.3. Останцы второй надпойменной террасы с пологобугристым рельефом
и отдельные выпуклые бугры, сложенные суглинистыми отложениями, хоро-
шо дренированные.
1.3. Вторая надпойменная или собственно озерно-ингрессионная терраса, сложен-
ная пестрыми по составу озерными и озерно-речными осадками.
Дешифрируется по космическим снимкам масштаба 1:10 000 000 —1:200 000.
Расположена между междуречьями и первой надпойменной и пойменной тер-
расами. Дешифровочные признаки см. пункт 1.
1.3.1. Днища долин местных речек и мелких водотоков, покрытые лесом и бо-
лотами.
Дешифрируются на аэроснимках масштаба 1:50 000 —1:15 000.
От крупных до мелких линейной ветвистой формы контуры со сложноизви-
листыми преимущественно резкими границами.
Макротекстура — от нетекстурной до сложнотекстурной; тон фона от почти
белого до почти черного.
1*3.1.1. Пойма местных речек, состоящая из береговых валов, сложенных супес-
чаными и суглинистыми осадками.
109
1.3.1.2. Заболоченные участки с проточным увлажнением, с мелкокочкарнико-
вым рельефом.
1.3.1.3. Плоские заболоченные участки.
1.3.2. Днища долин местных речек и водотоков, покрытые лугами и болотами.
Дешифрируются на аэроснимках масштаба 1:50 000 — 1:15 000.
От крупных до мелких линейной ветвистой формы контуры со сложноизвили-
стыми преимущественно резкими границами.
Макротекстура нетекстурная; фон тона от почти белого до средне-серого.
1.3.3. Приречные дренированные и расположенные среди болотных массивов
с пологобугристым рельефом участки, сложенные покровными суглинками.
Дешифрируются на аэроснимках масштаба 1:50 000 —1:15 000.
От очень крупных до мелких лопастной и округлой формы контуры со слож-
ноизвилистыми и диффузными преимущественно резкими границами.
Макротекстура нетекстурная и сложнотекстурная в зависимости от возраст-
ных состояний лесных сообществ; тон фона и элементов от белого до черного
в зависимости от растительности; структура рисунка неупорядоченная; плот-
ность преимущественно средняя.
1.3.3.1. Повышенные расчлененные хорошо и нормально дренированные участки
и отдельные выпуклые бугры.
1.3.3.2. Повышенные слабо расчлененные и нерасчлененные умеренно дрениро-
ванные участки и отдельные уплощенные бугры.
1.3.3.3. Слабо повышенные и слабо дренированные выположенные нерасчленен-
ные участки и отдельные плоские бугры.
1.3.3.4. Внутренние и внешние пониженные плоские участки с торфяной залежью
до 1 м с застойным увлажнением.
1.3.3.5. Внутренние и внешние пониженные плоские участки с застойным увлаж-
нением с торфяной залежью 1—2 м.
1.З.З.6. Лощины.
1.3.4. Приречные дренированные и расположенные среди болотных массивов с
пологогривным рельефом участки, сложенные мелкозернистыми песками и
супесями.
Дешифрируются на аэроснимках масштаба 1:50 000 —1:15 000.
Различной формы и размера вытянутые слабоизогнутые контуры с резкими
сложноизвилистыми и диффузными границами при контакте с болотами и
размытыми границами при контакте с залесенными участками.
Макротекстура нетекстурная и текстурная, слабоконтрастная и слабо диффе-
ренцированная; тон фона средне- и темно-серый; тон элементов темно-серый;
плотность рисунка редкая.
1.3.4.1. Повышенные расчлененные хорошо и нормально дренированные участки
и отдельные выпуклые гривы.
1.З.4.2. Повышенные слабо расчлененные и нерасчлененные умеренно дрениро-
ванные участки и отдельные уплощенные гривы.
1.З.4.З. Слабо повышенные плоские слабо дренированные участки и отдельные
плоские гривы.
1.З.4.4. Внутренние и внешние пониженные плоские участки с застойным увлаж-
нением с торфяной залежью до 1 м.
1.З.4.5. Внутренние и внешние пониженные плоские участки с застойным ув-
лажнением с торфяной залежью 1—2 м.
1.3.5. Приречные дренированные и расположенные среди болотных массивов
с пологогрядовым рельефом озерно-эолового происхождения участки, сложен-
ные крупнозернистыми песками.
Дешифрируются на аэроснимках масштаба 1:50 000 —1:15 000.
От очень крупных до мелких слабо вытянутые контуры с резкими простоизви-
листыми границами.
Макротекстура нетекстурная; тон фона средне-серый.
1.З.5.1. Повышенные расчлененные хорошо и нормально дренированные участки.
1.3.5.2. Повышенные слабо расчлененные умеренно дренированные участки.
110
1.3.5.3. Слабо повышенные плоские слабо дренированные участки.
1.З.5.4. Внутренние и внешние пониженные плоские участки с застойным увлаж-
нением с торфяной залежью до 1 м.
1.3.5.5. Внутренние и внешние пониженные плоские участки с застойным увлаж-
нением с торфяной залежью 1—2 м.
1.3.5.6. Лощины.
1.3.6. Внутренние примыкающие к междуречьям участки с кочкарниково-бугор-
никовым рельефом с проточным увлажнением.
Дешифрируются на аэроснимках масштаба 1:50 000 —1:15 000.
Крупные и среднего размера сложнолопастной формы с нерезкими диффуз-
ными границами.
Макротекстура текстурная и сложнотекстурная, контрастная, дифференциро-
ванная, состоящая из изоморфных элементов почти белого тона, случайно раз-
мещенных на средне- и темно-сером тоне изображения; структура рисунка
неупорядоченная; плотность рисунка средняя.
1.3.7. Система замкнутых и сточных котловин с торфяной залежью 2-6 м с мелко-
грядовым болотным рельефом.
Дешифрируются на космических снимках масштаба 1:1 000 000 — 1:200 000 и
аэроснимках масштаба 1:50 000 —1:15 000.
Очень крупные контуры различной формы преимущественно с резкими слож-
ноизвилистыми и диффузными границами.
Макротекстура от нетекстурной до сложнотекстурной; тон фона светло- и
средне-серый; структура рисунка неупорядоченная и упорядоченная, состоящая
из усеченных и полуусеченных линий различной ветвистости, размещенных
по полю изображения с изоморфными пятнами черного тона; плотность
рисунка средняя и редкая.
1.3.7.1. Котловины замкнутые.
1.3.7.2. Котловины сточные.
1.З.7.З. Котловины проточные.
1.3.7.4. Озера.
2. Междуречные эрозионно расчлененные поверхности, сложенные пестрыми
по составу отложениями озерно-ледникового происхождения.
Дешифрируются на космических снимках масштаба 1:10 000 000 —1:200 000.
Расположены преимущественно между озерно-ингрессионными террасами,
региональными водоразделами и частично поймой Оби. Изображение отли-
чается сложными дендритовой структурой рисунка и макротекстурой, состо-
ящими из контуров различной формы и размера.
Z7. Слаборасчлененная сниженная ступень междуречий, сложенная озерно-лед-
никовыми суглинистыми осадками.
Дешифрируется на космических снимках масштаба 1:10 000 000 —1:200 000.
Сниженная ступень междуречий представлена тремя изолированными
участками, расположенными между основной ступенью междуречий и озерно-
ингрессионной террасой; частично на Западе примыкает к пойме Иртыша
и на северо-востоке к пойме Оби.
Крупные слабо вытянутые округло-извилистые контуры с границей от раз-
мытой и диффузной до резкой. Структура рисунка упорядоченная, состоящая
преимущественно из чередования участков сложноветвистой формы темного
и серого тона и участков округло-лопастных форм светло-серого и почти бе-
лого тона, а также из отдельных изоморфных элементов и пятен темно-се-
рого тона.
Макротекстура дифференцированная, контрастная, сложнотекстурная; тон
фона светло-серый, тон элементов темно-серый и почти черный; плотность
элементов редкая.
2.1.1. Днища долин местных речек, сложенные супесчаными и суглинистыми
осадками, покрытые лесами и болотами.
Дешифрируются на аэроснимках масштаба 1:50 000 —1:15 000.
111
2.1.1.1. Поймы, состоящие из береговых валов, сложенные супесчаными и суглини
стыми осадками.
2.1.1.2. Заболоченные участки поймы с мелкокочкарниковым рельефом и проточ-
ным увлажнением.
2.1.1.3. Плоские заболоченные участки.
2.1.2. Приречные дренированные и примыкающие к уступам ступени и распо-
ложенные среди болотных массивов с пологобугристым рельефом участки,
сложенные суглинистыми отложениями.
Дешифрируются на аэроснимках масштаба 1:50 000 —1:15 000.
2.1.2.1. Повышенные расчлененные хорошо и нормально дренированные участки
и отдельные выпуклые бугры.
2.1.2.2. Повышенные слабо расчлененные умеренно дренированные участки и
отдельные уплощенные бугры.
2.1.2.З. Слабо повышенные плоские слабо дренированные участки и отдельные
плоские бугры.
2.1.2.4. Внутренние и внешние пониженные плоские участки с застойным увлаж-
нением с торфяной залежью до 1 м.
2.1.2.5. Внутренние и внешние пониженные плоские участки с застойным увлаж-
нением с торфяной залежью 1—2 м.
2.1.2.6. Лощины.
2.1.3. Система замкнутых и сточных котловин с торфяной залежью 2—6 м с мелко-
грядовым болотным рельефом.
Дешифрируются на космических снимках масштаба 1:10 000 000 —1:200 000
и аэроснимках масштаба 1:50 000 —1:15 000.
2.1.3.1. Котловины замкнутые.
2.1.З.2. Котловины сточные.
2.1.3.3. Котловины проточные.
2.1.3.4. Озера.
2.2. Умеренно расчлененные дренированные макросклоны междуречных поверх-
ностей с эрозионным рельефом, сложенные преимущественно двучленными и
суглинистыми отложениями.
Дешифрируются на космических снимках масштаба 1:1 000 000 —1:200 000.
Расположены между центральными водораздельными поверхностями и озер-
но-ингрессионной террасой.
Граница с террасой преимущественно резкая, простоизвилистая; граница с
водоразделами диффузная.
Структура рисунка упорядоченная, состоящая из сложноветвистых ритмично
размещенных сквозных и усеченных линий, направленных в сторону озерно-
ингрессионной террасы.
Макротекстура контрастная, дифференцированная, сложнотекстурная, со-
стоящая из скоплений мелких сложноветвистых полос почти белого тона,
ритмично размещенных с пятнами, не имеющими текстуры, темно-серого и
почти черного тона; плотность элементов редкая; средний тон фона средне-
серый.
2.2.1. Днища долин местных речек и ручьев.
Дешифрируются на космических снимках масштаба 1:200 000 и аэроснимках
масштаба 1:50 000 —1:15 000.
Крупные и средние сложноветвистые сильно вытянутые контуры с преиму-
щественно резкими сложноизвилистыми границами.
Макротекстура нетекстурная; тон почти белый и светло-серый, а в отдельных
случаях средне- и темно-серый.
2.2.1.1. Участки с кочкарниково-бугристым рельефом с проточным увлажнением.
2.2.1.2. Участки с мелкокочкарниковым рельефом с проточным увлажнением.
2.2.1.3. Участки с мелкогрядовым болотным рельефом.
2.2.2. Эрозионно расчлененные склоны долин местных речек и ручьев, сложен-
ные двучленными и суглинистыми отложениями.
Дешифрируются на космических снимках масштаба 1:200 000 и аэроснимках
масштаба 1:50 000 —1:15 000.
112
Очень крупные контуры со сложноизвилистыми резкими границами на
контакте с руслами речек и диффузными размытыми внутренними грани-
цами, обращенными к междуречьям.
Макротекстура — нетекстурная и сложнотекстурная, контрастная и неконтра-
стная, дифференцированная и размытая, состоящая преимущественно из
пятен различного тона в зависимости от состояний лесной растительности;
тон фона средне- и темно-серый; структура рисунка неупорядоченная, плот-
ность рисунка различная.
2.2.2.1. Крутые (>10°) хорошо дренированные склоны.
2.2.2.2. Плоские нормально дренированные склоны крутизной 5—10°.
2.2.2.3. Нормально дренированные склоны, осложненные пологобугристым рель-
ефом крутизной 5—10°.
2.2.2.4. Пологие плоские слабо дренированные склоны крутизной до 5°.
2.2.2.5. Пологие слабо дренированные склоны, осложненные пологобугристым
рельефом крутизной до 5°.
2.2.3. Водораздельные участки местных речек и ручьев, сложенные суглинистыми
отложениями.
Дешифрируются на космических снимках масштаба 1:200 000 и аэроснимках
масштаба 1:50 000 —1:15 000.
2.2.З.1. Расчлененные хорошо дренированные с пологобугристым рельефом.
2.2.3.2. Слабо расчлененные умеренно дренированные.
2.2.3.3. Плоские слабо дренированные.
2.2.3.4. Плоские с застойным увлажнением с торфяной залежью до 1 м.,
2.2.3.5. Плоские с застойным увлажнением с торфяной залежью 1—2 м.
2.2.3.6. Замкнутые котловины с мелкогрядовым болотным рельефом с торфяной
залежью 2—6 м.
2.2.3.7. Сточные котловины с мелкогрядовым болотным рельефом с торфяной
залежью 2—6 м.
2.3. Резко и глубоко расчлененные хорошо дренированные макросклоны между-
речных поверхностей с эрозионным рельефом, сложенные преимущественно
мелкозернистыми песками, супесями и двучленными отложениями.
Дешифрируются на космических снимках масштаба 1:200 000 и аэроснимках
масштаба 1:50 000.
Расположены на краевых частях макросклонов, граничащих с озерно-ингрес-
сионной террасой преимущественно на поверхностях с асимметричными во-
доразделами.
Крупные сильно вытянутые и линейные неветвистые полосы с простоизви-
листой границей. Граница с пойменной террасой часто размытая, нерезкая с
первой надпойменной террасой и резкая со второй; граница с водораздель-
ными и умеренно расчлененными поверхностями размытая и диффузная.
Структура рисунка упорядоченная, состоящая из сложноветвистых рит-
мично размещенных сквозных и полуусеченных линий, направленных в сто-
рону озерно-ингрессионной террасы.
Макротекстура нетекстурная, неконтрастная, размытая; средний фон эле-
ментов средне- и темно-серый.
2«3.1. Лога и узкие днища долин местных речек и ручьев.
Дешифрируются на аэроснимках масштаба 1:50 000 —1:15 000.
Линейные ветвистые мелкие контуры.
Макротекстура нетекстурная; тон фона средне-серый и почти черный.
•3.2. Эрозионно расчлененные склоны долин местных речек и ручьев, сложен-
ные пестрыми по составу осадками, чаще песками, супесями и двучленными
отложениями.
Дешифрируются на аэроснимках масштаба 1:50 000 —1:15 000.
Крупные вытянутые ветвистые контуры с нерезкими и резкими границами
с террасами и размытыми внутренними границами.
Макротекстура нетекстурная и текстурная, слабо дифференцированная и сла-
боконтрастная; тон фона — средне- и темно-серый.
113
х
к
2.3.2.1. Расчлененные эрозионными потоками крутые (>10°) хорошо дренирован-
ные склоны, сложенные песками и супесями.
2.3.2.2. Слабо расчлененные дренированные склоны крутизной 5—10°, сложенные
супесями и двучленными отложениями.
2.3.2.3. Плоские пологие склоны крутизной до 5°, сложенные супесчаными дву-
членными отложениями.
2.3.2.4. Пологонаклонные плоские основания склонов, сложенные суглинистыми
осадками.
2.3.2.5. Присклоновые плоские участки, сложенные супесчанными и двучлен-
ными отложениями.
2.3.3. Водораздельные участки местных речек и ручьев, сложенные супесчаными
и двучленными отложениями.
Дешифрируются на аэроснимках масштаба 1:50 000 —1:15 000.
Округлые и округло-лопастные крупные и среднего размера контуры с размы-
тыми простоизвилистыми границами.
Макротекстура нетекстурная, текстурная и сложнотекстурная, неконтраст-
ная и контрастная, слабо дифференцированная и дифференцированная
в зависимости от возрастных состояний растительности; тон фона средне- и
темно-серый.
2.З.З.1. Расчлененные хорошо и нормально дренированные с пологобугристым
рельефом.
2.3.3.2. Слабо расчлененные умеренно дренированные с пологобугристым
рельефом.
2.3.3.3. Плоские слабо дренированные.
2.3.3.4. Плоские с застойным увлажнением с торфяной залежью до 1 м.
2.3.3.5. Котловины с торфяной залежью 1—2 м.
2.3.3.6. Замкнутые котловины с торфяной залежью более 2-6 м.
2.3.3.7. Сточные котловины с торфяной залежью более 2—6 м.
2.4. Центральные водораздельные поверхности со слабо расчлененными грядово-
болотным рельефом, сложенные озерными и озерно-ледниковыми отложе-
ниями.
Дешифрируются на космических снимках масштаба 1:10 000 000 — 1:2 000 000
и аэроснимках масштаба 1:50 000 —1:15 000.
Расположена преимущественно между умеренно расчлененными поверхно-
стями основной ступени междуречий.
Крупные сильно вытянутые и линейного вида полосы сложноветвистой
формы с диффузными границами светло-серого и почти белого тона.
Макротекстура контрастная, текстурная, состоящая из изоморфных пятен
почти черного тона, размещенных на почти белом фоне; плотность элемен-
тов редкая.
2.4.1. Повышенные расчлененные дренированные участки с пологобугристым
рельефом, сложенные суглинистыми отложениями.
Дешифрируются на аэроснимках масштаба 1:50 000 —1:15 000.
Округлые и округло-лопастные средних размеров и мелкие контуры с резки-
ми простоизвилистыми границами.
Макротекстура нетекстурная и сложнотекстурная, неконтрастная и контраст-
ная, размытая и дифференцированная в зависимости от состояний лесной
растительности; тон фона средне- и темно-серый.
2.4.1.1. Повышенные расчлененные хорошо дренированные с пологобугристым
рельефом и отдельные выпуклые бугры.
2.4.1.2. Повышенные слабо расчлененные умеренно дренированные с пологобуг-
ристым рельефом и отдельные уплощенные бугры.
2.4.1.3. Слабоповышенные и расчлененные слабо дренированные и отдельные
плоские бугры.
2.4.1.4. Плоские участки с застойным увлажнением с торфяной залежью до 1 м.
2.4.1.5. Плоские участки с застойным увлажнением с торфяной залежью 1—2 м.
2.4.2. Верховья долин местных речек (истоки).
114
Дешифрируются на аэроснимках масштаба 1:50 000 —1:15 000.
Мелкие линейной формы простоизвилистые контуры преимущественно с
резкими границами.
Макротекстура нетекстурная; тон фона средне- и темно-серый.
2.4.2.1. Днище долин.
2.4.2.2. Слабо расчлененные дренированные пологие склоны.
2.4.3. Система сточных и замкнутых котловин с мелкогрядовым болотным
рельефом.
Дешифрируются на космических снимках масштаба 1:10 000 000 — 1:200 000
и аэроснимках масштаба 1:50 000 —1:15 000.
Дешифровочные признаки см. 1.3.6. и 2.4.
2.4.З.1. Замкнутые котловины.
2.4.3.2. Сточные котловины.
2.4.3.3. Озера.
Глава 7
СТРУКТУРА И ДИНАМИКА ЛЕСНОГО ПОКРОВА
Выявленные особенности геолого-геоморфологических ус-
ловий района исследований послужили основой для изучения
закономерностей территориального размещения лесов. Ярусный
характер строения рельефа и его эрозионное расчленение яв-
ляются основными причинами большого разнообразия типов
рельефа и геологических отложений, а также, как было уста-
новлено, определяющими факторами формирования простран-
ственной структуры растительного покрова в целом и лесного
в частности [Седых, Волков, 1979; Седых и др., 1983],
Леса озерно-ингрессионной террасы
Разновозрастность поверхностей, разнообразие литологиче-
ского состава осадков, условий дренажа и различная поемность
пойменных террас местных рек определяют все характерные
черты пространственной организации лесного покрова озерно-
ингрессионной террасы, отличающие ее от всех остальных ступе-
ней междуречий. Здесь наиболее сильно залесены поймы рек и
местами первая надпойменная терраса, лесной покров которых
сложен всеми лесообразователями, распространенными в рай-
оне исследований. Лесистость второй надпойменной террасы
не превышает 50 %. Растительный покров сложен наполовину
болотами, занимающими преимущественно плоские между-
речья местных рек и ручьев. Леса приурочены только к при-
речным участкам и участкам с пологобугристым рельефом,
Расположенным среди болотных массивов.
Поймы местных рек, врезанные в озерно-ингрессионную тер-
расу, полностью залесены, за исключением участков пляжей,
пРичлененных к руслу реки (рис. 37). Повышенная же часть
Песчаных пляжей прирусловой поймы, сложенных русловым
аллювием, обычно занята травянистой растительностью, состо-
115
| Кедр a Сосна б \_Елъ в ?Осина е 7 дереза д \)Ива е
Поименный аллювий в
Русловый аллювий и
Суглинок ж
Торф к
Рис. 37. Размещение лесных сообществ в пойме среднего течения р. Ларьеган
(профиль 3).
I — прирусловая пойма, II — центральная пойма, III — притеррасная пойма, IV —
глубоко расчлененный макросклон; а - кедр, б — сосна, в — ель, г — осина, д — бе-
реза, е — ива, ж — суглинок, з — пойменный аллювий, и — русловый аллювий, к —
торф, 1, . . . , 12 — порядковые номера фаций; полужирным выделены на-
саждения со вторым темнохвойным ярусом. Ост. усл. обозн. см. табл. 11.
ящей из хвоща полевого, подбела ненастоящего, осоки пузыр-
чатой, осоки береговой и кустов ивы корзиночной. Наиболее
высокая часть пляжей прирусловой поймы с расчленением
ложбинно-гривным рельефом чаще всего занята ивой, сосной
и березой. Сосняки и сосново-березовые насаждения П-Ш
класса бонитета тяготеют преимущественно к верхним частям
прирусловых валов, сложенных отложениями более грубого
аллювия. Березняки же чаще всего располагаются в меж-
гривных понижениях на отложениях со значительной пристав-
кой наилка. В подросте всех насаждений присутствует обычно
кедр, ель и пихта, которые в процессе возрастного развития
образуют второй ярус и в дальнейшем по мере снижения по-
емности поймы замещают сосновые, сосново-березовые и
березовые насаждения [Седых, Смолоногов, 1972; Седых, 1979].
В возрасте 20-30 лет сосна, береза и ива образуют насаж-
дения различной сомкнутости, в которой первый ярус обычно
представлен ивой, второй - сосной и березой, третий — кедром,
елью и пихтой. Количество подроста в отдельных случаях
может достигать 10-20 тыс. шт./га. В подлеске группами или
единично малина лесная, спирея иволистая, крушина ломкая.
Напочвенный покров образуют типичные виды луговой ра-
116
стительности - подбел ненастоящий, костер безостый, вейник
назекный, хвощ полевой, золотая розга, лютик ползучий,
дудник лесной, герань лесная, горошек мышиный, мятлик
сибирский, лисохвост равный, полынь обыкновенная, тысяче-
листник хрящеватый и др. Моховой покров не развит и состоит
из редких пятен.
Наиболее высокая часть прирусловой поймы в зоне перехода
к центральной пойме обычно занята сложившимися спелыми
березово-сосновыми, березовыми и сосновыми насаждениями.
Березняки занимают более выположенные участки, под ко-
торыми формируются пойменные дерновые глеевые почвы
[Гаджиев, Овчинников, 1977]. Сосняки же занимают верхнюю
часть грив, береговых валов, сложенных грубым аллювием с
неразвитыми пойменными слоистыми почвами.
Березово-сосновые насаждения отличаются высокой сом-
кнутостью и продуктивностью. В возрасте 90-100 лет средняя
высота их достигает 25-27 м, запас 300-400 к^/га. Темнохвой-
ные породы, состоящие из кедра, ели и пихты, при доминиро-
вании последней образуют сомкнутые биогруппы и второй ярус
насаждений. Подрост многочисленный и состоит, как и вто-
рой ярус, из темнохвойных пород при доминировании в них
пихты.
В подлеске редки и единичны рябина сибирская, дерен
белый, шиповник иглистый, спирея иволистная.
Живой напочвенный покров составляют виды, типичные
для мелкотравно-зеленомошных лесов средней тайги Запад-
ной Сибири. Он представлен грушанкой круглолистной, лин-
неей северной, майником двулистным, кислицей обыкновен-
ной, седмичником европейским, брусникой, черникой, хвощем
лесным, костяникой каменистой, княженикой, а также раз-
нотравьем, типичным только для поймы, - вербейником обык-
новенным, вероникой двулистной, таволгой вязолистной.
Моховой покров образуют Pleurozium schreberi, Hylocomiuni
splendens, Ptilium crista-castrensis, Rhytidiadelphus triquetrus, Cli-
niacium dendroides, Polytrichum commune, мощность его не более
5*10 см.
Прирусловая часть поймы с размещенными на ней расти-
тельными сообществами имеет обычно небольшую протяжен-
ность и на аэроснимках масштаба 1:50 000 выделяется в основ-
ном по признаку кос, пляжей, имеющих белый и почти белый
Тон. Залесенная часть отображается в виде изогнутых парал-
лельных узких полос мелкозернистой микротекстуры. Тон
Полос средне-серый. Мактротекстура неконтрастная, слабокон-
трастная в том случае, когда в прирусловой пойме березняки
Чередуются с сосняками. Макротекстура также слабоконтраст-
Ная, плотная (рис. 38).
Молодая, или центральная, часть поймы в основном занята
смешанными сосново-березово-темнохвойными насаждения-
ми, кедровыми, кедрово-елово-пихтовыми и производными
117

Рис. 3 9. Размещение лесных сообществ в пойме и на первой надпойменной
террасе среднего течения р. Ларьеган (профиль 4).
1 — центральная пойма, II — притеррасная пойма, III — приречный слабо расчле-
ненный участок первой надпойменной террасы с пологогривным рельефом;
1 — песок. Ост. усл. обозн. см. рис. 37.
березовыми насаждениями, возникшими на гарях (рис. 38-40).
Сосново-березово-темнохвойные насаждения представляют
собой один из возрастных этапов смены березово-сосновых и
сосновых насаждений на темнохвойные, происходящей в про-
цессе аллювиальных сукцессий [Седых, 1979]. Они характери-
зуются одноярусными смешанными сообществами исключи-
тельно высокой сомкнутости с общим запасом 500-550 м^/га,
которые распространены в пойме на небольших участках.
Развитие их завершается постепенным распадом и замеще-
нием новыми генерациями темнохвойных пород. Часто на их
месте присутствуют насаждения, состоящие из древостоев
сосны первого поколения полнотой 0,1-0,3 и среднего возраста
древостоев темнохвойных пород высокой сомкнутости. Такие
насаждения характеризуются разнообразным видовым соста-
вом подлеска, состоящего из рябины сибирской, дерена сибир-
ского шиповника иглистого, черемухи обыкновенной, жимо-
Р и с. 38. Структура лесного покрова поймы первой надпойменной террасы и
междуречья Ларьеган — Ильяк.
а — аэроснимок масштаба 1:25 000, б — картосхема дешифрирования типов леса;
I — пойма, II — первая надпойменная терраса, III — глубоко расчлененные мак-
росклоны междуречий, IV — умеренно расчлененные макросклоны междуре-
чий; 1 — сосняк прируслово-пойменный, 2 — сосняк бруснично-зеленомошный,
3 — сосняк склоновый, 4 — сосняк ягодниково-зеленомошный, 5 — сосняк мши-
стый, 6 — сосняк кустарничково-сфагновый, 7 — сосняк болотный, 8 — кедрач
пойменный, 9 — кедрач мелкотравно-зеленомошный, 10 — березняк ягодниково-
зеленомошный, 11 — березняк прируслово-пойменный, 12 — осинник кустарни-
ково-пойменный, 13 — болото, 14 — реки, старицы.
119
Рис. 40. Размещение лесных сообществ в пойме и на первой надпойменной
террасе и на глубоко расчлененных макросклонах междуречий среднего тече-
ния р. Ларьеган (профиль 5).
I — пойма; II — первая надпойменная терраса; III — глубоко расчлененные мак-
росклоны междуречий. Ост. усл. обозн. см. рис. 37, 39.
лости алтайской, бузины сибирской, спиреи иволистной. В тра-
вяно-кустарничковом ярусе обильны типичные представители
темнохвойной тайги - кислица обыкновенная, майник дву-
листный, щитовник Линнея и др.
В зависимости от обладания той или иной темнохвойной
породы на месте березово-сосновых насаждений формируются
преимущественно кедровые или пихтовые насаждения с при-
месью ели.
Пойменные темнохвойные насаждения с преобладанием
кедра - наиболее продуктивные леса района исследований.
Для них обычна производительность П-Ш класса бонитета. В
возрасте 200-250 лет средняя высота кедровых насаждений
составляет 25-28 м, запас в отдельных местах достигает
600 м3/га при среднем диаметре древостоев кедра 40-48 см
и полноте 0,9-1,0. Участие кедра в таких насаждениях не
превышает 7-8 ед. Чистые кедровники, как правило, не встре-
чаются. Ель и пихта присутствуют во всех ярусах, особенно
много их в пороете - 10—20 тыс. шт./га. В подросте кедр зани-
мает не больше 2 ед. Подлесок средний густоты из черемухи,
шиповника, рябины. В травяно-кустарничковом ярусе с типич-
ными таежными видами присутствуют борец высокий, ка-
калия копьевидная, вейник тупоколосковый, фиалка одно-
цветная, золотая розга, вороний глаз. Моховой покров хорошо
развит, с покрытием 80-90 % площади. В основном он состав-
лен Hylocomiurn proliferum, Pleurozium schreberi, Rhytidiadelphus
triquetrus и др.
120
Насаждения с преобладанием пихты наиболее широко
распространены в поймах рек Бол. и Мал. Салым, Бол. и Мал.
Балык, Бол. и Мал. Юган и их притоков. Они менее продук-
тивны, чем кедровые. Для них обычен IV класс бонитета, реже
П. В возрасте 120-150 лет они имеют запас не более 300 мЗ/га,
высоту 20-24 м, полноту 0,7-0,9. В 150 лет начинают интенсивно
разрушаться и замещаться новыми генерациями темнохвой-
ных пород. По видовому составу и строению нижние ярусы
пихтачей аналогичны кедровым. На аэроснимках масштаба
1:50 000 и крупнее насаждения темнохвойных пород хорошо
дешифрируются благодаря почти черному и черному тону
изображений, микротекстура у кедровников зернистая, слабо-
контрастная. У пихтачей она более размытая и мелкозерни-
стая, по среднему тону более темная (рис. 41).
В центральной пойме кроме насаждений темнохвойных
пород повсеместно распространены лиственные и сосново-
лиственные разновозрастные насаждения, возникшие на гарях
(см. рис. 36, 38, 39). Они представляют собой различные воз-
растные состояния послепожарного восстановительно-воз-
растной динамики кедровых лесов. Среди них наибольшее
распространение имеют березняки. Продуктивность их оцени-
вается II классом бонитета. Запас этих насаждений в возрасте
80-100 лет составляет 300-350 м3/га при высоте 25-27 м и пол-
ноте 0,9-1,0. Во всех возрастных состояниях в них присутствуют
деревья темнохвойных пород в виде подроста, второго яруса
или в смешении с березой в верхнем ярусе, что свидетельст-
вует о процессе смены березы на кедр. Эти насаждения хорошо
выделяются на аэроснимках в масштабе 1:50 000 - 1:15 000 и
мельче (см. рис. 38). Подлесок и напочвенный покров такой
же, что и в темнохвойных насаждениях, видовой состав ко-
торых варьирует в зависимости от полноты и возраста насаж-
дений.
В центральной пойме также встречаются осинники, которые
более типичны для низовий поймы рек. Здесь они повсеместно
занимают наиболее высокие участки грив и совместно с бе-
резняками и ивняками, приуроченными к понижениям, со-
ставляют основу структуры лесного покрова. В них отсутствует
подрост темнохвойных пород. Они хорошо выделяются на аэро-
космических снимках и представляют собой чередование
Изогнуто-параллельных полос светло-серого тона слабокон-
трастной зернистой микротекстуры.
Осинники и березняки низовий поймы отличаются большим
обилием и разнообразием травяно-кустарниковой раститель-
ности. В них слабо представлен, а чаще полностью отсутствует
Подрост темнохвойных пород. Их генезис определяется па-
водковым режимом рек и пожарами, которые обеспечивают
Условия для возникновения новых генераций лиственных
Пород.
Притеррасная и древняя поймы состоят из выположенных
121
122
участков с кочкарниковым рельефом, покрытых заболочен-
ными березовыми, сосновыми, кедровыми насаждениями,
кустарниковыми сообществами и болотами (см. рис. 37, 39).
Здесь распространены низкорослые березняки с сосной (сбгры)
V-Va класса бонитета с подлеском из спиреи, шиповника,
ивы. Повышенные участки поймы обычно покрыты кедрово-
темнохвойными насаждениями. Гривы занимают сосняки
и кедрачи зеленомошной группы типов леса IV и V класса
бонитета, имеющие черты строения фитоценозов как цент-
ральной поймы, так и первой надпойменной террасы. Имея
признаки строения тех и других, такие насаждения ненадежно
дешифрируются на аэрокосмических снимках.
Территорию первой надпойменной террасы повсеместно
покрывают сосновые насаждения в основном зеленомошной
и сфагновой групп типов леса (см. рис. 38, 40, 41). Зеленомош-
ные сосняки преимущественно IV класса бонитета приурочены
только к гривным и повышенным участкам с расчлененным
пологогривным рельефом. Это чистые высокополнотные на-
саждения различного возраста, которые развиваются на пес-
чаных и супесчаных глубскоподзолистых почвах [Гаджиев,
Овчинников, 1977]. Они, как правило, пройдены неоднократ-
ными низовыми пожарами и поэтому имеют простую фито-
ценотическую структуру. Нередки среди них насаждения,
имеющие кедр в составе верхнего яруса, во втором ярусе и в
подросте. В подросте кедр может достигать 10 тыс. шт./га и
по мере развития в дальнейшем образует хорошо выраженный
второй ярус с тенденцией смены соснового древостоя [Седых,
1979]. О возможности этих смен свидетельствует присутствие
кедровых насаждений на местообитаниях, характеризующихся
такими же геологическими отложениями и глубокоподзоли-
стыми почвами [Седых, 1979; Седых и др., 1983; Мозалевский,
Овчинников, 1987].
В результате полного или частичного уничтожения накоп-
ленного горючего материала при периодически возникающих
низовых пожарах видовой состав нижних ярусов насаждений
непостоянен. В подросте в зависимости от времени прошедших
Пожаров преобладают попеременно сосна и кедр. Обычно
после пожара происходит активное возобновление сосны.
^ис. 41. Структура лесного покрова поймы, террас и глубоко расчлененных
макросклонов междуречий среднего течения р. Ларьеган.
а — аэроснимок масштаба 1:25 000, б — картосхема дешифрирования типов леса;
1 *- пойма, П — первая надпойменная терраса, III — глубоко расчлененные мак-
Росклоны междуречий; 1 — кедрач пойменный, 2 — кедрач бруснично-зелено-
^ошный, 3 — кедрач кустарничково-сфагновый, 4 — кедрач травяно-болотный,
$ — березняк травяно-болотный, 6 — березняк пойменный, 7 — березняк прирус-
лово-пойменный, 8 — сосняк бруснично-зеленомошный, 9 — сосняк ягодниково-
зеленомошный, 10 — сосняк склоновый, 11 — сосняк болотный, 12 — сосняк мши-
Стый, 13 — сосняк кустарничково-сфагновый, 14 — сосняк лотовый, 15 — болото,
16 — река.
123
Впоследствии в результате развития напочвенного покрова и
увеличения мощности лесной подстилки сосна замещается
кедром [Мозалевский, 1988]. Наиболее благоприятные усло-
вия для поселения кедра возникают с установлением зеле-
номошного покрова мощностью 5-10 см.
В насаждениях, не затронутых пожарами, напочвенный
покров хорошо развит. Травяно-кустарничковый ярус образуют
брусника, черника, осока шаровидная, линнея северная,
багульник и др. В моховом покрове покрытием 0,7-0,9 обычны
Pleurozium schreberi, Hylocomium proliferum, Dicranum polysetum,
Cladina rangiferina, C. stellaris, C. arbuscula.
Для зеленомошных сосняков характерно образование
соснового древостоя нескольких поколений. Присутствие
двух-трех генераций в древостое, которые могут образовывать
отдельные ярусы с кедром, обусловлено также пожарами и
их периодичностью. Чем длительнее интервал между пожа-
рами, тем чаще можно встретить насаждения, состоящие из
нескольких генераций сосны или с присутствием новых ге-
нераций кедра.
На гривах и повышенных расчлененных участках с волни-
стым рельефом, сложенных крупнозернистыми песками на
иллювиально-железистых подзолах, также нередки лишай-
никово-брусничные сосняки. Они характеризуются производи-
тельностью преимущественно V класса бонитета, средней
полнотой 0,5-0,7 и чистым составом. Запас древостоев варьи-
рует в пределах 100-200 м3/га. В них чаще возникают низовые
пожары, и поэтому среди них типичны сосняки с полнотой
также 0,3-0,5 и редины. Подлесок не развит. Подрост, имею-
щий обычно групповое размещение, состоит из сосны различ-
ной численности, в качестве примеси могут присутствовать
кедр и ель, но они, как правило, приурочены только к
западинам.
Травяно-кустарничковый ярус обычно состоит из брусники
и отдельных групп багульника. Багульник присутствует в виде
отдельных небольших пятен, Мохово-лишайниковый покров
сложен Cladina rangiferina, С. stellaris, С. arbuscula и отдельных
пятен Pleurozium schreberi и Dicranum polysetum по микроза-
падинам.
На аэроснимках масштаба 1:50 000 лишайниково-бруснич-
ные сосняки дешифрируются достаточно надежно. Для них
характерны средне-серый тон изображения, зернистая конт-
растная микротекстура средней плотности. Зеленомошные
сосняки от них отличаются более серым тоном изображений
и слабоконтрастной микротекстурой (см. рис. 38,41).
На надпойменной террасе на слабо повышенных плоских
нерасчлененных участках распространены долгомошные
сосняки или группа мшистых сосняков. Их не следует относить
к долгомошным соснякам потому, что долгомошные мхи не
доминируют в моховом покрове. Он в основном состоит из
124
сфагновых Sphagnum russowii и зеленомошных мхов, которые
в различных сочетаниях образуют покров мощностью 15-30 см.
В травяно-кустарничковом ярусе наиболее типичны багуль-
ник, хвощ лесной с примесью брусники, черники, голубики.
Сосняки характеризуются Va и частично V классом бонитета,
полнотой 0,4-0,6 и запасом 100-170 м3/га. В древостоях повсе-
местно распространена береза различного возраста и нередко
кедр, который может иметь 2-3 ед. в составе.
Подрост образует кедр, сосна, береза и единично среди них
могут встречаться ель и пихта. Местами количество подроста
достигает 10 тыс. шт./га с присутствием кедра до 5 ед. Под-
лесок обычно не выражен. Эти сосняки подвержены пожарам
меньше, чем предыдущие, и в связи с этим их динамика часто
связана с возрастным развитием поколений, возникающим
под пологом материнских древостоев. Об этом свидетельст-
вуют часто встречающиеся насаждения с относительно разно-
возрастной структурой. Под мшистыми сосняками формиру-
ются иллювиально-железисто-гумусовые подзолы с призна-
ками глубинного оглеения [Гаджиев, Овчинников, 1977].
На аэроснимках мшистые сосняки слабо отличаются от
зеленомошных. Они занимают сопредельные участки и по со-
вокупности дешифровочных признаков близки им; имеют
средне-серый тон изображений с зернистой слабоконтрастной
микроструктурой. Зеленомошные сосняки постепенно пере-
ходят в мшистые, и по этой причине граница между ними
имеет размытый характер.
Сфагновые сосняки располагаются преимущественно на
пониженных межгривных участках, плоских выположенных и
плоских слабо приподнятых участках с торфяной залежью
0,5-2,0 м (рис. 41, 42). Для них характерна низкая полнота
0,2-0,5, производительность V6 и редко Va класса бонитета,
запас 50-150 м3/га. Высота древостоев, а также средний диа-
метр сильно варьирует ввиду присутствия различных поколе-
ний сосны. В них повсеместно распространена береза различ-
ного возраста и на отдельных участках она может занимать
до 4 ед. состава. Кедр в древостоях встречается не больше 1-2
ед. Подрост, состоящий из сосны, березы, кедра в количестве
3-7 тыс. шт./га, чаще групповой, приурочен обычно к микропо-
вышениям. Древостои абсолютно разновозрастные, что сви-
детельствует о постепенной замещаемости поколений в воз-
растной динамике древостоев. Насаждения редко подверга-
ются пожарам. В тех случаях, когда в засушливые годы воз-
никают пожары, на месте их могут формироваться насаждения
одного поколения. Подлесок не развит. Травяно-кустарничко-
вый ярус состоит из осоки круглой, осоки волосистоплодной,
осоки изящной, пушицы, клюквы, морошки, багульника, Кас-
сандры. В моховом покрове Sphagnum magellanicum, Sph. russo-
wii, пятнами присутствует Polytrichum commune. Под сфагно-
выми сосняками формируются торфяно-глеевые и торфяные
почвы верховых болот [Гаджиев, Овчинников, 1977].
125
126
Сфагновые сосняки хорошо выделяются на снимках благо-
даря равномерному средне- и светло-серому тону изображений,
имеющих слабоконтрастную зернистую или штриховую микро-
текстуру (см. рис. 41, 42). Штриховая микротекстура образуется
в низкополнотных древостоях тенями деревьев, отображаемы-
ми на гладком фоне напочвенного покрова. Контуры обычно
дву- или многосвязные. Границы с болотами и сопредельными
участками мшистых сосняков размытые. В местах контакта с
другими лесными объектами границы обычно резкие.
На надпойменной террасе кроме сосняков наиболее широко
распространены сфагновые березняки. Они приурочены только
к участкам с проточным увлажнением или контактирующим с
паводковым режимом пойм (рис. 43, 44). В верховьях долин
местных рек они могут заполнять все пространство надпоймен-
ной террасы и в виде узких лент простираться на значительные
расстояния. Березняки характеризуются небольшой продук-
тивностью V-Va класса бонитета, низкой полнотой 0,1-0,5
и запасом 30-70 м3/га. Деревья в возрасте 70-100 лет не пре-
вышают 15 м и имеют низкую техническую ценность. В составе
древостоев часто присутствует сосна, а также в виде отдельных
деревьев и групп встречаются кедр и ель, приуроченные к
микроповышениям и буграм. Подрост состоит из сосны, бере-
зы, кедра, ели, пихты, которые преимущественно распростра-
нены мозаично, группами; подлесок - из кустарниковых ив,
местами образующих сплошные заросли, травяно-кустарнич-
ковый покров образуют вейник Лангсдорфа, осока волосисто-
плодная, осока пузырчатая, хвощ топяной, сабельник, Кас-
сандра, подбел, клюква. Наряду с перечисленными видами
на микроповышениях и приствольных участках также распро-
странены багульник, черника, брусника. Моховый покров на
90 % представлен сфагновыми мхами.
Следует отметить, что сфагновые березняки, расположен-
ные на надпойменной террасе, в низовьях долины в значитель-
ной мере отличаются от сфагновых березняков верховий.
Первые обычно более чистые по составу и отличаются гомо-
генной структурой древостоев. В них присутствует сосна, ко-
торая может нередко составлять значительную долю. Вторые
отличаются развитием кочкарниковым бугристо-западинным
рельефом, а в связи с этим и гетерогенной структурой расти-
тельного покрова, образованного фрагментами различных
Рис. 42. Структура лесного покрова верховья поймы и террас р. Ларьеган.
а — аэроснимок масштаба 1:25 000, б — картосхема дешифрирования типов леса;
I — пойма, И—первая надпойменная терраса, III — вторая надпойменная тер-
раса, IV — междуречье; 1 — кедрач травяно-болотный, 2 — сосняк мелкотравно-
зеленомошный, 3 — сосняк бруснично-зеленомошный, 4 — сосняк ягодниково-
зеленомошный, 5 — сосняк болотный, 6 — сосняк травяно-болотный, 7 — сосняк
кустарничково-сфагновый, 8 — сосняк бруснично-лишайниковый, 9 — березняк
травяно-болотный, 10 — луг, 11 — болото, 12 — реки, озера, 13 — березняк
пойменный.
127
Рис. 43. Размещение лесных сообществ на первой и второй надпойменных
террасах низовья р. Ларьеган (профиль 6).
I — пойма; II — первая надпойменная терраса; III — приречные хорошо и уме-
ренно дренированные участки с пологобугристым рельефом; IV — замкнутые
и сточные котловины; V —выпуклые бугры.
лесных ассоциаций. Здесь по микроповышениям и буграм рас-
пространены группы кедра, ели, пихты различной продуктив-
ности, что в совокупности с древостоями березы и участками,
лишенными деревьев, образуют контрастную микротекстуру
изображений с низкой плотностью зерна. Березняки низовий
на аэрокосмических снимках имеют более ровный светло-
и средне-серый тон изображений и неконтрастную мелкозер-
нистую микротекстуру (см. рис. 44).
Кедровые насаждения на первой надпойменной террасе
нетипичны. В основном они занимают положения между
поймой рек и первой надпойменной террасой и в зонах контак-
Рис. 44. Структура лесного покрова первой и второй надпойменных террас
низовья р. Ларьеган,
а — аэроснимок масштаба 1:25 000, б — картосхема дешифрирования типов леса;
I — пойма, II — первая надпойменная терраса, III — приречные расчлененные
хорошо дренированные участки второй надпойменной террасы с пологобугри-
стым рельефом, IV— система замкнутых и сточных котловин второй надпой-
менной террасы; 1 — березняк мелкотравно-зеленомошный, 2 — березняк мши-
стый, 3 — березняк травяно-болотный, 4 — осинник мелкотравно-зеленомош-
ный, 5 — сосняк болотный, 6 — сосняк кустарничково-сфагновый, 7 — луг, 8 —
реки, озера, 9 — болото.
128
^3^8
S в ,
H. Седых
129
132
относительно одновозрастные, что свидетельствует об их
послепожарном происхождении. Количество подроста часто
превышает 10 тыс. шт./га. Обычно его образуют в различных
соотношениях кедр, ель и пихта. Подлесок редкий, представ-
лен вегетирующей рябиной и шиповником. В травяно-кустар-
ничковом ярусе доминируют линнея северная, седмичник
европейский, кислица, черника, майник, хвощ лесной, папо-
ротник Линнея, багульник. В зависимости от состояния дре-
нированности участков соотношение видов меняется, что
позволяет по составу напочвенного покрова выделить несколь-
ко ассоциаций кедровников - бруснично-, кустарничково-,
мелкотравно-зеленомошные и мелкотравно-папоротниково-
зеленомошные. Моховой покров в кедровниках хорошо развит,
и в спелых, и в перестойных кедровниках он достигает 15-
20 см. В нем доминируют обычно Pleurozium schreberi, Hyloco-
mium splendens, Rhytidiadelphus triquetrus с примесью Dicranum
polysetum, Ptilium crista-castrensis, Poly trichum commune. Мик-
розападины часто заполнены сфагновыми мхами.
Мелкотравно-зеленомошные кедровники встречаются
обычно на более расчлененных участках или на отдельных
выпуклых буграх. Они отличаются более высокой продуктив-
ностью, чаще III класса бонитета и более значительным уча-
стием ели и пихт* I в составе древостоев. В напочвенном покро-
ве таких кедровников наряду с типичным таежным мелко-
травьем и кустарничками участвуют, а иногда доминируют
вейник тупоколосковый, борец высокий, звездчатка Бунге,
какалия, что свидетельствует о лучшем дренаже этих
участков.
На аэрокосмических снимках все зеленомошные кед-
ровники отображаются в спелом и перестойном возрасте
темно-серым или почти черным тоном слабоконтрастной
зернистой микротекстуры (см. рис. 40, 47, 49). На аэросним-
ках масштаба 1:50 000 они не разделяются на типы и их
можно оконтурить только в комплексе. На аэроснимках
масштаба 1:15 000 можно отделить зеленомошные кедров-
ники IV класса бонитета от кедровников III класса бони-
тета по признаку рельефа, высоте и составу пород.
Мшистые кедровники, состоящие из хвощево-сфагново-
зеленомошных и кустарничково-сфагново-зеленомошных
ассоциации, относящихся по состоянию увлажненности к * **
рис. 48. Структура лесного покрова второй надпойменной террасы, причленен-
ной к пойме Оби.
** аэроснимок масштаба 1:25 000, б — картосхема дешифрирования типов леса; I—
Пойма местных рек, II — приречные слабо расчлененные умеренно и слабо дре-
нированные участки с пологобугристым рельефом, III — замкнутые и сточные
котловины; 1 — кедрач мелкотравно-зеленомошный, 2 — кедрач мшистый, 3 —
КеДрач кустарничково-сфагновый, 4 — сосняк кустарничково-сфагновый, 5 — сос-
Няк болотный, 6 — березняк ягодниково-зеленомошный, 7 — осинник ягодниково-
зеленомошный, 8 — луг, 9 — болото, 10 — реки.
133
-55
Рис. 49. Размещение лесных сообществ на буграх второй надпойменной террасы,
причлененной к пойме Оби (профиль 10).
I — сточные и замкнутые котловины; II — выпуклые бугры;III — уплощенные буг-
ры; IV — плоские бугры. Ост. усл. обозн. см. рис. 39.
полугидроморфным лесам [Глебов, Седых, 1985], располагаются
на плоских приречных поверхностях и слабо повышенных не-
расчлененных участках среди болотных массивов (см. рис. 46,
47). Для них характерны болотно-подзолистые почвы, форми-
рующиеся в условиях застойного увлажнения [Гаджиев, Ов-
чинников, 1977].
Мшистые кедровники также занимают пологие склоны буг-
ров и переходную зону зеленомошных кедровников к болотам
(см. рис. 47, 48). Это типично разновозрастные низкополнотные
кедровники преимущественно V класса бонитета. Полнота
древостоев составляет 0,3-0,6, запас колеблется в пределах
80—150 м3/га. В насаждении могут быть в примеси ель, береза
и сосна различного возраста. Пихта присутствует единично.
В подросте - кедр, ель, береза, а также местами в небольшом
количестве встречается сосна. Подлесок отсутствует. Напочвен-
ный покров состоит в основном из хвоща лесного, осоки шаро-
видной, багульника, в виде отдельных пятен распространены
Рис. 50. Структура лесного покрова на буграх второй надпойменной террась* 1
причлененной к пойме Оби.
а — аэроснимок масштаба 1:25 000, б — картосхема дешифрирования типов леса!
1 — кедрач мелкотравно-зеленомошный, 2 — кедрач ягодниково-зеленомошный,
3 — кедрач кустарничково-сфагновый, 4 — березняк мелкотравно-зеленомошный,
5 — болото, 6 — озера.
134
135
черника, брусника, Кассандра. В моховом покрове доминируют
Sph. russowii, Sph. angustifolium с участием Polytrichum commune,
Pleurozium schreberi, Hylocomium proliferum. Сфагновые мхи рас-
пространены в виде отдельных и сомкнувшихся пятен, перекры-
вающих слой зеленых мхов. Мшистые кедровники обычно
больших массивов не образуют, но тем не менее их можно выде-
лить на аэрокосмических снимках масштаба 1:50 000 по средне-
и темно-серому тону и слабоконтрастной зернистой микротек-
стуре (см. рис. 48).
Сфагновые кедровники, состоящие из багульниково-осоково-
сфагновых ассоциаций, занимают слабо пониженные плоские
участки с торфяной залежью 0,5-1,0 м (см. рис. 47, 49). Древостои
кедра полнотой 0,3-0,5 характеризуются абсолютно разновоз-
растной структурой и низкой продуктивностью на уровне Va
класса бонитета. В их составе повсеместно присутствуют сосна и
береза, ель и пихта встречаются единично. Подрост состоит
из кедра, сосны, березы в количестве 3-5 тыс. шт./га. Подлеска
нет. В травяно-кустарничковом ярусе изобилуют осока шаро-
видная, багульник, Кассандра. Черника и брусника встреча-
ются в виде отдельных пятен, приуроченных к приствольным
микроповышениям. Моховой покров состоит из всех видов сфаг-
новых мхов. Зеленые мхи встречаются на микроповышениях
и на полуразложившемся валеже.
На аэрокосмических снимках масштаба 1:50 000 сфагновые
кедровники дешифрируются по средне-серому тону изображе-
ний и зернистой контрастной микротекстуре средней плотности
(см. рис. 48).
Среди сфагновых кедровников следует особо выделить на-
саждения, располагающиеся на участках с кочкарниковым
бугристо-западинным микрорельефом с проточным увлажне-
нием (см. рис. 28). Они распространены на внутренне располо-
женных участках террасы, в районах конусов выноса водотоков
междуречий. Сливаясь воедино, местами образуют поверхно-
сти, не встречающиеся на междуречьях и характеризующиеся
своеобразными признаками изображений. Здесь западины
перемежаются с буграми и кочками, которые в комплексе об-
разуют гетерогенную структуру местообитаний. Массивы таких
кедровников формируют отдельные небольшие участки на-
саждений различной продуктивности, состава и полноты. В
целом они характеризуются производительностью V и IV класса
бонитета. В составе древостоев в различных соотношениях
повсеместно встречаются ель, пихта, береза, осина, которые
в совокупности слагают сложный по составу лесной покров.
В подросте группового размещения присутствуют все виды
лесообразователей, составляющих верхний ярус. В подлеске
рябина, шиповник, черемуха, смородина, которые также раз-
мещены группами или отдельными кустами, приуроченными к
повышенным участкам. Напочвенный покров, состоящий из
евтрофных, мезотрофных и олиготрофных растений, также
136
имеет мозаичную гетерогенную структуру. На аэрокосмических
снимках масштаба 1:200 000 и крупнее кочкарниковые кедров-
ники хорошо выделяются по контрастной мелкопятнистой
микротекстуре (см. рис. 42).
Наряду с широким распространением зеленомошных кедров-
ников на буграх и приречных дренированных участках на тех же
местоположениях встречаются насаждения кедра, которые по
фитоценотической структуре сходны с мшистыми и сфагновы-
ми кедровниками. Это типичные разновозрастные древостои
полнотой не более 0,6, Va класса бонитета, в составе которых
наряду с примесью ели и березы присутствует сосна с долей
участия до 50 %. Подрост редкий, состоящий из лесообразова-
телей материнского древостоя с доминированием сосны. Под-
леска нет. Травяно-кустарничковый ярус состоит в основном из
багульника с примесью брусники, осоки шаровидной, Кас-
сандры. Моховой покров развитый, мощность 30-40 см, состоя-
щий из зеленых и сфагновых мхов. Последние в виде подушек
значительного размера перекрывают участки, занятые ранее
зелеными мхами.
Одни кедровники подобного типа формируются на буграх
с наличием мерзлоты [Горожанкина, Константинов, 1978; Седых
и др., 1983], другие - на буграх, не имеющих мерзлоты (см. рис. 49, 50).
Возникновение последних, как было установлено, обусловлено про-
цессами заболачивания, приведшими к изменению гидротермиче-
ского режима почв в сторону ухудшения их лесорастительных
свойств [Седых, 1983]. Об этом свидетельствуют признаки суще-
ствования на подобных местообитаниях более продуктивных
зеленомошных кедровников послепожарного происхождения.^
Это наличие углей в верхних горизонтах почвы, нахождение
в валеже кедра первой генерации, значительно превышающих
размеры деревьев, образующих современные древостои, а также
наличие небольших участков напочвенного покрова, свойствен-
ного зеленомошным кедровникам IV класса бонитета, еще не
перекрытых очесом сфагновых мхов.
На аэрокосмических снимках масштаба 1:50 000 сфагново-
зеленомошные кедровники на буграх отличаются от зелено-
мошных кедровников более серым средним тоном изображений
и нерезкими границами.
В древостоях этих кедровников в первом ярусе нет березы,
поэтому на изображениях отсутствуют светло-серые и белые
точки.
Как уже отмечалось, производными насаждениями, возника-
ющими на месте кедровников после пожаров, являются березо-
вые, березово-осиновые и осиновые (см. рис. 43, 44, 46-50). Берез-
няки распространены чаще на слабо дренированных выположен-
ных участках, сложенных тяжелыми суглинистыми осадками, а
осинники приурочены преимущественно к сильнее расчленен-
ным и хорошо дренированным участкам с более легкими отло-
жениями. Последние характерны также для береговой зоны
137
Рис. 51. Размещение лесных сообществ на песчаной гряде второй надпойменной
террасы среднего течения р. Бол. Юган (профиль 11).
I — замкнутые и сточные котловины; II — хорошо дренированная гряда. Ост. усл.
обозн. см. рис. 37, 39.
покрытие которых не превышает 10—20 %. Мохово-лишайнико-
вый покров развит, представлен Cladina rangiferina, С. stellaris,
С. arbuscula и отдельными пятнами Pleurozium schreberi и Dicra-
num polysetum.
Лишайниковые сосняки (кроме распространенных на Салым-
Юганской долине) на озерной террасе встречаются в верховьях
долин Мал. Югана, Кульегана, Ларьегана на участках, образован-
ных крупнозернистыми песчаными отложениями. На аэроко-
смических снимках они отображаются средне-серым тоном,
контрастной мелкозернистой микротекстурой. В образовании
этой текстуры участвует кроме деревьев напочвенный покров,
состоящий из лишайников, отображаемых на снимках почти
белЪям тоном (см. рис. 42).
Днища долин местных мелких речек, пересекающих озерную
террасу, заняты преимущественно смешанными лиственно-
кедрово-елово-пихтовыми насаждениями. Эти местообитания
характеризуются кочкарниковым, часто мелкобугристо-запа-
динным рельефом и проточным увлажнением.
Насаждения представляют мозаику участков,сложенных раз-
личными породами различного возраста. Производительность
таких участков варьирует в пределах III и Va класса бонитета. В
среднем леса характеризуются IV классом бонитета и полнотой
0,3-0,6. Ярусы подлеска, травяно-кустарничкового и мохового
покрова хорошо развиты. В них присутствуют все таежные
виды, типичные для средней тайги Западной Сибири. Насаж-
дения, слагающие эти леса, не имеют четко выраженной при-
надлежности к определенному типу леса. Их можно объединить
в один приручейниковый тип леса, который точно идентифици-
руется на аэрокосмических снимках.
140
Несмотря на генетическую целостность, ступень рельефа
в различных своих частях, как было отмечено раньше, построена
неоднозначно. В связи с этим, а также с территориальной изо-
лированностью отдельных ее участков девять ассоциаций типов
рельефа, отличаются не только геолого-геоморфологическим
строением, но и, как было установлено, структурой лесного покрова.
Среди ассоциаций наиболее резко выделяются Салым-Юган-
ская сквозная равнина (см. рис. 30). Она характеризуется самой
низкой лесистостью (32,8 %), слабой расчлененностью (ah= 2,0 м,
tg^ = 0,006), слабой дренированностью (0,11) и свойственными
только ей эоловыми формами рельефа и крупнозернистыми
песчаными отложениями. Эти особенности геолого-геомор-
фологического строения стали основой формирования также
только ей свойственной структуры лесного покрова (Прил.
табл. 6).
В составе покрытой лесом площади сосновые леса занимают
66,6 %, половина из них относится к суходольным соснякам.
Последние на 90 % состоят из сосняков лишайниковой группы
типов леса IV-V класса бонитета, в таком количестве более
не встречающиеся в районе исследований.
На этой территории наименьшее распространение имеют
кедровые (19,1 %) и лиственные леса (9,8 %), что свидетельст-
вует об отсутствии благоприятных условий для их произраста-
ния. Особенно характерно для этой ассоциации почти полное
отсутствие осинников, занимающих всего 1,5 % покрытой лесом
площади, а также незначительное присутствие суходольных
кедровников (12,6 %) и их производных березовых насаждений
(8,3 %).
Наибольшими отличиями, свидетельствующими о географи-
ческой специфичности геолого-геоморфологического строения
озерно-ингрессионной террасы, в структуре лесного покрова
характеризуются две ассоциации, занимающие одно местопо-
ложение - Обь-Салымскую и Обь-Балыкскую приречные рав-
нины (см. рис. 30). Они отличаются только шириной и протя-
женностью зоны, пограничной с поймой Оби, но это явилось,
видимо, главной причиной возникновения отличительных
черт в геолого-геоморфологическом строении и вместе с ними
формирования структур лесного покрова (Прил., табл. 6,7).
Обь-Балыкская приречная равнина отличается от Обь-Са-
лымской не только меньшей шириной и большей протяжен-
ностью границы контакта с поймой Оби, но и иным соотноше-
нием площадей лесных формаций, слагающих лесной покров.
Здесь площадь темнохвойных лесов (32,1 %), преимущественно
состоящих из кедровников (31,0 %), более чем на 50 % превы-
шает таковую на соседней территории. К тому же на Обь-Са-
лымской равнине заметную часть площади занимают пихтачи
(0,6 %) и ельники (2,6 %), которых на Обь-Балыкской равнине
нет. Это связано, видимо, с тем, что на последней пойменные
террасы рек представляют собой соры и глубоко вдающиеся в
141
междуречья равнины, покрытые луговой растительностью. Со-
ровые участки здесь занимают значительную площадь, что
хорошо регистрируется на аэрокосмических снимках всех мас-
штабов. На Обь-Салымской же равнине в силу ее большей
ширины и меньшей зоны контакта с поймой Оби пойменные
террасы рек имеют обычный гривистый рельеф и соответствен-
но покрыты преимущественно пихтовыми и еловыми лесами.
Обе равнины также значительно отличаются площадью забо-
лоченных лесов.
Обь-Салымская равнина менее залесена (36,9 %), чем Обь-
Балыкская (51,9 %), и менее расчленена, поэтому заболоченных
лесов на первой (37,7 %) значительно больше, чем на второй
(28,2 %).
Рассмотренные различия в лесном пскрове двух соседних
ассоциаций типов рельефа наряду с геолого-геоморфологиче-
ской спецификой строения послужили основой для их разде-
ления.
Остальные шесть ассоциаций типов рельефа также отлича-
ются по структуре лесного покрова. Тем не менее, несмотря на
территориальную обособленность, для них более характерны
общие черты лесного покрова, чем различия, что дополнитель-
но свидетельствует о структурно-функциональной однород-
ности этих территорий (Прил., табл. 14,17,19,21,22,25).
Общим для большинства ассоциаций типов рельефа озерно-
ингрессионной террасы является преобладание в структуре
лесного покрова темнохвойных и лиственных лесов, которые
занимают от 50 до 80 % лесопокрытой площади, отражающих
преимущественно суглинистый состав поверхностных отложе-
ний террасы. Об этом свидетельствует также небольшое участие
сосняков в составе лесов суходольных территорий. Также сход-
ной чертой всех ассоциаций типов рельефа является возрастной
состав лесных формаций. Для них характерно скопление при-
спевающих и спелых насаждений, что свидетельствует о дли-
тельном отсутствии пожаров и слабой лесопромышленной осво-
енности лесов.
Леса междуречий
Ступени рельефа, составляющие междуречные поверхности,
имеют один и тот же набор форм рельефа, возникших в резуль-
тате эрозионной деятельности. Они отличаются только сте-
пенью развитости этих форм и пестротой геологических отло-
жений, которые вместе обусловили специфику структуры лес-
ного покрова каждой ступени междуречий. Поэтому для по-
лучения наиболее полного представления о размещении ле-
сов на междуречьях достаточно охарактеризовать те террито-
рии, где эрозионные формы рельефа наиболее ярко выражены
и представлены наиболее полно. К ним относятся территории
142
600 800 1000 1200 1400 1600 WO 2000 2200 2400 2600 м
К М3 С. с. Ск.Сф. С.я.3. Б.я.з. С.я.3. с.б. С.я.з Ос м.з.
ж V
Рис. 52. Размещение лесных сообществ на междуречье Ларьеган — Ильяк
(продолжение профиля 3).
IV — глубоко расчлененные макросклоны; V — умеренно расчлененные макро-
клоны. Ост. усл. обозн. см. рис. 37, 39.
с несимметричным размещением водоразделов, состоящие из
глубоко и умеренно расчлененных макросклонов и водораздель-
ных поверхностей (см. рис. 35).
Глубоко расчлененные макросклоны междуречий преимуще-
ственно заняты сосняками, состоящими из лишайниково-зеле-
номошных и зеленомошных ассоциаций. Лишайниково-зелено-
мошные сосняки располагаются на наиболее повышенных рас-
члененных формах рельефа и крутых склонах междуречий,
примыкающих к озерно-ингрессионной террасе (рис. 38, 40,
41, 52). Это чистые, высокополнотные насаждения производи-
тельностью в основном V класса бонитета. Подрост сосново-
кедровый от 5 до 20 тыс. шт./га. Кедр приурочен к микропони-
жениям и в первый ярус, вследствие частых низовых пожаров,
выходит редко. Подлесок отсутствует. Характерной особенно-
стью этих сосняков является мозаичная структура напочвен-
ного покрова. На буграх распространены лишайниковые синузии
с брусникой и кладониями, а в западинах - зеленомошная си-
нузия с багульником и брусникой. Такое сложение напочвен-
ного покрова обусловило бугристо-западинным рельефом и со-
четанием песчаных и супесчаных отложений. Структура почвен-
ного покрова отличается пестротой, сочетанием эолово-дефля-
ционно-аккумулятивных и иллювиально-железистых подзолов
и подзолов иллювиально-железистых гумусовых [Гаджиев, Ов-
чинников, 1977]. Эти сосняки по признаку рельефа объединены
в тип леса сосняк склоновый, который хорошо выделяется на
аэрокосмических снимках (см. рис. 38,40).
143
АС с. отм., м
Рис. 53. Размещение лесных сообществ на глубоко расчлененных макросклонах
междуречья Соснинский Еган — Ларьеган (профиль 12).
I — днища долин местных речек и ручьев; II— расчлененные хорошо и умеренно
дренированные склоны крутизной 5—10°. Ост. усл. обозн. см. рис. 37, 39.
Сосняки, состоящие из мелкотравно и ягодниково-зелено-
мошных типов леса, занимают участки с более пологими скло-
нами, часто сложенные двучленными отложениями (рис. 53, 54).
Насаждения высокополнотные производительностью III—IV
класса бонитета. Подрост кедрово-сосновый от 5 до 20 тыс. шт. /га.
Кедр часто образует второй ярус высотой до 10 м и нередко
насаждения на местоположениях сосняков. Подлесок из шипов-
ника и рябины. Травяно-кустарничковый ярус обычно состоит
из таежного мелкотравья с обильным присутствием черники и
брусники. В моховом покрове доминируют зеленые мхи с пятна-
ми лишайников. Эти сосняки часто горят, и поэтому нередки
насаждения, состоящие из двух или более генераций. Характер-
ной особенностью их является примесь осины в первом ярусе.
Ее присутствие в зеленомошных сосняках, расположенных на
склонах, хорошо определяется на аэрокосмических снимках
по наличию мелких светлых точек на средне-сером мелкозерни-
стом тоне изображений (см. рис. 54).
Слабонаклоненные участки с плоским и пологоволнистым
рельефом, примыкающие к склонам, заняты преимущественно
144
^Ис.54. Структура глубоко расчлененных макросклонов междуречья Соснин-
ский Еган — Ларьеган.
*- изображение лесов на аэроснимке масштаба 1:25 000, б — картосхема дешифрирова-
ния типов леса; I — днища долин местных речек и ручьев, II — расчлененные хорошо и
Уверенно дренированные склоны крутизной 5—10°, Щ — расчлененные нормально дрени-
р°ванные водораздельные участки с пологобугристым рельефом; 1 — сосняк мелкотрав-
^-зеленомошный, 2 — сосняк ягодниково-зеленомошный, 3 — осинник мелко-
травно-зеленомошный, 4 — сосняк травяно-болотный, 5 — болото.
сосновыми, сосново-кедровыми и кедровыми насаждениями
сфагновой и мшистой групп типов леса. Как и на озерной тер-
расе, эти насаждения чаще разновозрастные и характеризуют-
ся в основном V-Va классом бонитета и полнотой 0,4-0,5. Сос-
няки большей частью приурочены к более выположенным уча-
сткам с мощностью торфа 0,5-1,0 м.
На глубоко расчлененных поверхностях следует выделить
также сосняки, занимающие узкие днища логов (см. рис. 41),
Эти местообитания имеют проточное увлажнение, связанное
с деятельностью мелких ручьев, прорезающих поверхность.
Насаждения сосны преимущественно IV класса бонитета, сред-
ней полноты 0,4-0,6 и в основном с групповым размещением
деревьев. В древостоях в примеси береза, кедр, ель, пихта раз-
личного возраста и размера. Подлесок редкий, сформирован
рябиной, шиповником. Живой напочвенный покров сложный по
структуре и видовому составу, сложен типичными видами
средней тайги.
Автоморфные кедровники на этой поверхности встречаются
значительно реже, чем сосняки. Они также могут занимать
крутые выпуклые и расчлененные склоны, сложенные супес-
чаными и легкими суглинистыми осадками. Кедровники ха-
рактеризуются высокой полнотой. Они обычно IV класса бони-
тета, нередко III , относятся к мелкотравно-зеленомошному
типу леса. Происхождение кедровников связано с пожарами,
поэтому на тех же местообитаниях распространены смешанные
сложные по строению лиственно-сосновые насаждения. В дре-
востоях повсеместно присутствуют ель, пихта, береза, осина.
Наряду с ними часто встречается сосна с участием от 1 до 4 ед.
состава. Ее присутствие свидетельствует о наличии облегчен-
ных осадков и хорошем дренаже. В подлеске - шиповник, ря-
бина. Напочвенный покров состоит из типичных видов зелено-
мошных лесов, в нем хорошо развит ярус из мелкотравья. Все
они возникли в процессе послепожарной восстановительно-
возрастной динамики сложных березово-осиново-сосновых на-
саждений.
Кедровники этого типа хорошо выделяются на аэрокосмиче-
ских снимках по признаку склонов и микротекстуры темного
тона с примесью светло-серых точек.
Мшистые и сфагновые кедровники располагаются на водо-
раздельных участках местных речек, характеризующихся поло-
гобугристым рельефом (см. рис. 38, 41). Для них типичен смв'
шанный состав, V-Va класс бонитета, полнота 0,4-0,6. В со-
ставе древостоев кедра сосна и береза могут занимать от 1 Д°
4 ед. Нередко в них единично встречается сосна. Подрост преД'
ставлен различными породами, 5-10 тыс. шт./га.
В подлеске единично присутствует рябина. В напочвенной
покрове доминируют багульник, хвощ лесной, осока шаровидна^
брусника, черника. Моховой покров сплошной из Sph. russov/i1’
146
Ск.Сф. Ос.м.з. С.6. К.м. К.м.з. К.п. К.м.з.
Ш п I Л
Рис. 55. Размещение лесных сообществ на умеренно расчлененных макроскло-
нах междуречья Ларьеган — Ильяк (профиль 13).
1 — днища долин местных речек и ручьев; II — хорошо и нормально дренирован-
ные склоны крутизной 5—10°; III—водораздельные участки с пологобугристым
рельефом. Ост. усл. обозн. см. рис. 37.
Sph. magellanicum с участием Polytrichum commune, Pleurozium
schreberi.
Мшистые кедровники занимают более повышенные
сглаженные участки с мощностью торфяной залежи 0,2-
0,5 м.
Насаждения лиственных пород преимущественно сме-
шанные, с примесью осины, приурочены к местообитаниям
кедровых лесов и являются их производными. Они в основ-
ном III класса бонитета, высокополнотные и на аэрокосми-
ческих снимках отображаются сплошной микротекстурой
светло- и средне-серого тона.
Слабо и умеренно расчлененные поверхности междуречий
в отличие от резко и глубоко расчлененных макросклонов ха-
рактеризуются спокойным пологоволнистым рельефом. Днища
Долин здесь преимущественно заняты болотами переходного
типа, а также нередко залесенными участками, покрытыми в
основном смешанными лесами сфагновых групп типов леса
(см. рис. 38,52,55,56).
Залесенные участки заболоченных днищ встречаются как с
пРоточным увлажнением и насаждениями IV-V класса боните-
так и с застойным увлажнением. Первые обычно заняты кед-
Рово-елово-пихтово-березовыми насаждениями с примесью
сосны и осины. Для них характерен мелкокочкарниковый
Рельеф и сложное строение нижних ярусов растительности.
йторые участки, часто располагающиеся вблизи оснований
салонов долин, заняты преимущественно сосняками V и Va
л&сса бонитета, низкой полноты (0,3-0,5). Эти типичные сфаг-
147
8
148
новые сосняки, смешанные по составу, с хорошо развитым по-
кровом из сфагновых мхов. Днища речек, покрытые лесом, хо-
рошо выделяются на аэрокосмических снимках, и их дешифри-
рование труда не представляет (см. рис. 38,56).
На склонах долин местных речек лесной покров представ-
ляет собой мозаику кедровых, кедрово-сосновых, сосновых и их
производных лиственных и лиственно-сосновых насаждений
зеленомошной группы типов леса (см. рис. 38, 52,55).
Как кедровые, так и сосновые леса и их производные размеща-
ются на различных литологических разностях. Они занимают
участки, сложенные как двучленными отложениями, состоящи-
ми из суглинков, подстилаемых песками, так и монотонными
супесчаными и легкосуглинистыми литологическими разно-
стями. Тем не менее кедровые и их производные березовые и
осиново-березовые насаждения приурочены чаще к дренирован-
ным суглинистым осадкам, а сосновые смешанные и кедрово-
сосновые насаждения с их производными сосново-осиновыми
насаждениями располагаются преимущественно на свежих
супесях и легких суглинках. Насаждения, состоящие из не-
скольких лесообразующих пород, отличаются высокой полно-
той, высокой продуктивностью IV-III, нередко II класса бони-
тета, сложным строением. Для лесного покрова характерно
повсеместное присутствие во всех лесных сообществах темно-
хвойного подроста и второго яруса. Количество егс может до-
стигать 20 тыс. шт./га. Наличие второго яруса из кедра, ели и
пихты в средневозрастных приспевающих и спелых лиственных,
лиственно-сосновых и сосновых насаждениях на склонах сви-
детельствует об активной восстановительно-возрастной дина-
мике кедровых лесов на этих местообитаниях.
Леса, занимающие склоны, - это типичные насаждения
мелкотравно-зеленомошных типов леса с хорошо развитым
напочвенным покровом, состоящим из майника, линнеи север-
ной, папоротника Линнея, седмичника европейского, брусники,
черники, вейника, грушанки, плаунов булавовидного и сплюс-
нутого и др. Расчлененные склоны крутизной 5-15° обычно за-
няты мелкотравно-зеленомошными лесами, а пологие - ягодни-
ково-зеленомошными.
На склонах также могут встречаться плоские площадки, за-
нятые мшистыми и сфагновыми типами леса, но они не харак-
терны для этих мест.
На аэрокосмических снимках масштаба 1:200 000 и крупнее
Р и с. 56. Структура лесного покрова умеренно расчлененных макросклонов меж-
дуречья Ларьеган — Ильяк.
а — аэроснимок масштаба 1:25 000, б — картосхема дешифрирования типов леса;
* * *• днища долин местных речек и ручьев, II — хорошо и нормально дренирован-
ные склоны крутизной 5—10°, III — водораздельные участки с пологобугристым
Рельефом; 1 — кедрач приручейниковый, 2 — кедрач мелкотравно-зеленомош-
Ный, 3 — кедрач мшистый, 4 — кедрач кустарничково-сфагновый, 5 — сосняк кус-
т^рничково-сфагновый, 6 — сосняк болотный, 7 — осинник мелкотравно-зелено-
мошный, 8 — болото.
149
Ос.м& Б.м. Ос.м.3. Б.м.з К.я.з К.м з. К.п.
Ш П I
Рис. 57. Размещение лесных сообществ на умеренно расчлененных макроскло-
нах долины р. Бол. Юган (профиль 14).
I — пойма; II — склоны средней крутизны, осложненные пологобугристым рельефом;
III — слабо расчлененные водораздельные участки с пологобугристым рельефом.
Ост. усл. обозн. см. рис. 37, 39.
склоны вместе со всем набором присутствующих насаждений
хорошо отделяются от сопредельных участков. Разделение
лесного покрова внутри склонов на лесные формации и типы
леса возможно только на аэроснимках масштаба 1:50 000 и
1:15 000.
Частные водоразделы местных рек характеризуются полого-
бугристым рельефом различной степени выраженности и более
тяжелыми, чем на склонах, осадками. Участки с расчлененным
и слабо расчлененным пологобугристым рельефом в основном
покрывают зеленомошные кедровники и их производные бе-
резняки и осинники (рис. 38,52,55-58). Они отличаются высокой
полнотой и продуктивностью IV и нередко III класса бонитета.
Примесь сосны в них меньше, чем на склонах, или отсутствует
полностью. Наиболее расчлененные участки и отдельные вы-
пуклые бугры занимают мелкотравно-зеленомошные типы леса,
которые этой территории менее присущи, чем ягодниково-зе-
леномошные кедровники. Все кедровники послепожарного
развития возникли в процессе восстановительно-возрастной
динамики.
На слабо повышенных плоских и выположенных участках
между буграми располагаются мшистые и сфагновые кедров-
ники V-Va класса бонитета. По своему составу, строению яру-
150
Рис. 58. Размещение лесных сообществ на умеренно расчлененных макроскло-
нах долины р. Иртыш (профиль 15).
I — крутые расчлененные склоны; II — расчлененные водораздельные участки
с пологобугристым рельефом. Ост. усл. обозн. см. рис. 37.
сов растительности они мало чем отличаются от таковых на озерной
террасе. В отличие от последних здесь чаще присутствует осина.
На местообитаниях кедровников повсеместно распростране-
ны березовые, березово-осиновые и осиновые насаждения II—III
и IV класса бонитета. Осинники наиболее широко представ-
лены и находятся как в чистом виде, так и в смешении с дру-
гими породами. Они вообще наиболее характерны для всех
ступеней рельефа междуречий. Особенно много осины на пер-
вой сниженной слабо расчлененной ступени (до 30 % покрытой
лесом площади). В возрасте спелости это высокополнотные на-
саждения Ц-Ш класса бонитета, высотой 24-26 м, средним ди-
аметром 36-40 см и запасом 300-350 м3/га. В них хорошо выра-
жен второй ярус из темнохвойных пород с доминированием кед-
ра, который в возрасте 150-170 лет замещает осиновые древо-
стои [Седых, 1979]. Подлесок из шиповника и рябины, редкий.
Напочвенный покров из таежного мелкотравья и зеленых мхов
хорошо развит. Спелые осинники выделяются на аэрокосмиче-
ских снимках по светло-серому тону изображений и контраст-
ной зернистой микротекстуре (см. рис. 38,56).
Пониженные межбугорниковые участки и плоские водораз-
делы с торфяной залежью 0,5-1,0 м обычно заняты сфагновыми
сосняками Va и V6 класса бонитета, полнотой 0,4-0,6. В примеси
обычно - кедр, ель, береза и единично осина. На аэрокосмиче-
ских снимках сфагновые сосняки хорошо дешифрируются, как
такие же сосняки на озерно-ингрессионной террасе.
Леса центральных водоразделов мало чем отличаются от
151
лесов частных водоразделов. Они также приурочены к участкам
с пологобугристым рельефом, сложенным суглинистыми отло-
жениями. Мелкотравно- и ягодниково-зеленомошные кедров-
ники приурочены к повышенным расчлененным и слабо рас-
члененным участкам. Они обычно IV-V класса бонитета, ред-
ко Ш. Для них характерно большое участие в составе пихты и
ели, особенно в южных районах левобережного широтного
Приобья. На тех же местообитаниях располагаются производ-
ные лиственные насаждения с подростом или вторым ярусом
из темнохвойных пород. Бугры здесь также нередко заняты
сосновыми и сосново-лиственными насаждениями с развитым
ярусом из темнохвойных пород. Мшистые и сфагновые кедров-
ники занимают обычно небольшие межбугорниковые пониже-
ния и внешние участки на контакте с болотами. Сфагновые
сосняки обычно располагаются на пониженных плоских уча-
стках и на периферии автоморфных лесов в зоне контакта
с болотными массивами. Как и на других ступенях рельефа,
они занимают участки с развитой торфяной залежью 0,5-2,0 м,
которые хорошо выделяются на аэрокосмических снимках.
В отличие от озерно-ингрессионной террасы, где своеобра-
зие структуры лесного покрова обусловлено в значительной
мере слабым расчленением и местоположением ее различных
частей по отношению к сопредельным территориям, на между-
речьях оно определяется в основном развитостью эрозионных
форм рельефа и их сочетаний.
Среднесалымская, Среднебалыкская и Обь-Покурская рав-
нины (см. рис. 32), расположенные в пределах границ снижен-
ной ступени междуречий, отличаются от других ассоциаций
не только наиболее низкими показателями лесистости, рас-
члененности рельефа и дренированности, но и структурой
лесного покрова (Прил., табл. 7, 8, 12). Особенно они различа-
ются по структуре лесного покрова с территориями, имеющи-
ми асимметричное строение долин и водоразделов, таких
как Юган-Кульеганская, Кульеган-Соснинская, Соснинско-
Ларьеганская, Ларьеган-Ильякская (Прил., табл. 13,15,16,18).
В первых трех присутствие сосновых лесов в покрытой лесом
площади примерно 21,9-26,3 %. Среди них суходольные сосняки
составляют не более 10 %, а в пределах Среднесалымской рав-
нины не превышают 2 %. Наоборот, на последних четырех по-
верхностях сосняки имеют значительно большее распростра-
нение. В лесном покрове они занимают от 39 до 43 % площади,
среди них суходольные сосняки составляют более 60—70 %. Это
свидетельствует о более благоприятных условиях произраста-
ния сосновых лесов, связанных с лучшей дренированностью
территорий и повсеместным распространением легких осадков
и двучленных отложений. По сравнению с первыми территори-
ями здесь ближе к поверхности расположены пески, которые
вскрыты активной эрозионной деятельностью водотоков.
Следует отметить, что Верхнебалыкская, Верхнесалымская
152
и Иртыш-Салымская ассоциации (Прил., табл. 9-11), особенно
две последние, примыкающие к пойме Иртыша, несмотря
на высокую расчлененность рельефа, также характеризуются
небольшим участием сосняков в лесопокрытои площади. Их
здесь 18,1-26,0 %, а суходольные составляют всего 3,9-11,4 %.
Это, видимо, обусловлено глубоким залеганием песков, пере-
крытых суглинками, которые, несмотря на развитую гидросеть,
не вскрыты водотоками. Свидетельство этому - значительное
присутствие темнохвойных и лиственных насаждений, связан-
ных с распространением суглинистых отложений в ассоциациях,
не имеющих асимметричного строения поверхностей. Лист-
венные и темнохвойные формации в лесном покрове занимают
здесь 74,0-81,9 % площади, из них суходольные составляют не
менее 60 %. В ассоциациях с асимметричным строением между-
речий эти лесные формации в среднем занимают только око-
ло 60 % лесопокрытой площади. Из них около 50 % приходится
на суходольную часть.
Характерных черт в распределении темнохвойных формаций
в зависимости от геолого-геоморфологического строения меж-
дуречных поверхностей не наблюдается. В составе лесопокры-
той площади их участие варьирует в пределах 20,7-36,2 %, за
редким исключением, при непременном доминировании кед-
ровников. Только в двух случаях в ассоциациях, примыкающих
к Иртышу (Прил., табл. 7, 9, 11), в составе лесных формаций
преобладает ель. Это, видимо, связано с изменениями клима-
тических ситуаций, благоприятствующих развитию ельников
на плакорах. Никаких особенностей не наблюдается и в распро-
странении пихтовых насаждений. В большинстве случаев они от-
сутствуют или занимают не более 2,5 % лесопокрытой площади.
В составе лиственных формаций преобладают березняки, и
в их распространении наблюдается определенная закономер-
ность. В ассоциациях, расположенных в восточной части района
исследования (Прил., табл. 18—21), березняков больше, а по
мере продвижения на запад, в направлении Иртыша, и на юг, к
верховьям Бол. Югана, наблюдается снижение их количества и
увеличение площади осинников. В отдельных случаях осин-
ники даже преобладают. В частности, на территории Обь-По-
курской равнины их больше на 8,9 %, а на Негусьях-Юганской
равнине площадь осинников в 10 раз превышает площадь авто-
морфных березняков (Прил., табл. 24).
Суходольные лиственные насаждения, как березняки, так и
осинники, возникли на месте темнохвойно-кедровых насаж-
дений и в настоящее время представляют различные фазы
Развития пирогенных сукцессий. В основном они представлены
4-й и 5-й фазами развития восстановительно-возрастной дина-
мики кедровых лесов, что указывает на возможность замеще-
ния их кедровыми насаждениями в ближайшие 50 лет.
Одна из характерных черт лесного покрова междуречий, как
и озерно-ингрессионной террасы, - скопление приспевающих,
153
спелых и перестойных насаждений всех лесообразующих пород,
что говорит об отсутствии в течение длительного времени
пожаров и слабой затронутости лесов промышленными рубками
(Прил., табл. 1-27).
Леса ассоциаций ступеней рельефа
При исключении из анализа лесного покрова Салым-Юган-
ской сквозной долины как территории, являющейся некото-
рой аномалией в геолого-геоморфологическом отношении,
в пределах трех ассоциаций ступеней рельефа различия в струк-
туре лесного покрова проявляются достаточно четко (Прил.,
табл. 2, 3, 5). Обь-Иртышская равнина, характеризующаяся наи-
более низкими показателями лесистости (63,2 %), расчленен-
ности рельефа (ah = 3,9; tg = 0,013) и дренированности (0,22),
имеет в составе лесного покрова значительно меньшую пло-
щадь, занятую сосновыми лесами, по сравнению с Обь-Юганской
и Юганской равнинами. Особенно различия проявляются в рас-
пределении суходольных сосняков. На первой территории их
всего 7,8 %. На второй, имеющей наиболее высокие показатели
лесистости (75,7 %), расчлененности рельефа (ah = 5,2;
tg = 0,018) и дренированности (0,31), суходольные сосняки в ле-
сопокрытой площади составляют 27,3 %. На Юганской равнине
они распространены на 12,2 % площади и занимают место между
двумя первыми территориями, также и по показателям леси-
стости (64,7 %), расчлененности рельефа (ah = 4,1; tg 0,014)
и дренированности (0,24).
На Обь-Иртышской равнине, где сосновых лесов минимальное
количество, лиственно-темнохвойные формации имеют среди
трех ассоциаций наибольшее представительство. Здесь в со-
ставе лесопокрытой площади они занимают 74,6 % территории,
и из нее на суходольные леса приходится 60,0 % площади. На-
оборот, в Обь-Юганской ассоциации, характеризующейся наи-
большим присутствием сосняков, эти формации занимают
62,3 %, и из них суходольные насаждения - 52,9 %. На территории
Юганской ассоциации ступеней рельефа соотношение сосновой
формации с темнохвойно-лиственными занимает в структуре
лесного покрова промежуточное место между первыми двумя.
В распределении темнохвойных формаций в зависимости
от геолого-геоморфологического строения территорий опреде-
ленных особенностей не наблюдается. Зарегистрированное
небольшое варьирование площади кедровников в пределах
17,4-26,2 %, скорее всего, не связано с геолого-геоморфологи-
ческим строением ассоциаций. Это состояние, видимо, опреде-
ляется пожарами, одинаково проявляющими себя на всех
территориях и обусловливающими соответственно одинаковую
специфику восстановительно-возрастной динамики кедровых
лесов.
Некоторые зафиксированные особенности в распределении
154
ельников, видимо, больше связаны с климатом, чем с геологи-
ей района исследований. На территории Обь-Иртышской ассо-
циации ельники занимают площадь 12,3 %, Обь-Юганской -
ЗД, Юганской - 7,2 %, т.е. просматривается увеличение их пло-
щади в западном и юго-западном направлениях, что согласу-
ется с общим характером распределения ельников в Западной
Сибири, связанным со сложными физико-географическими
условиями их произрастания. Тенденция увеличения ельников
на запад, как уже отмечалось выше, отражает, скорее всего,
изменение климатической ситуации.
Пространственное размещение пихтачей, во всех случаях ми-
нимальное (0,2-1,6 %), мало о чем говорит, но тем не менее
большее их количество на территории Юганской ассоциации
также согласуется с общей тенденцией увеличения пихта-
чей к югу.
Одной из примечательных черт, отраженных в материалах
структуры лесного покрова, свидетельствующих о реакции
леса на изменение климатических условий, является распре-
деление лесов по классам бонитета. На территории Обь-Юган-
ской равнины, расположенной в северо-восточной части района
исследований, насаждений II класса бонитета 4,4 %, а в сумме
с III классом - 24,6 %. На территории Обь-Иртышской равнины,
расположенной на западе, и Юганской, на юге, насаждений II
класса бонитета 8,0 и 12,3 % соответственно. Вместе с насажде-
ниями III класса бонитета они в этих территориях составляют
около 32,2-32,6 %, что на 7-8 % превышает площадь этих лесов на
первой территории. Общая же площадь насаждений IV и V клас-
са бонитета в первой ассоциации составляет 68,2 % лесопокры-
той площади, а в остальных двух - около 50 % в каждой. Такое
распределение лесов также скорее связано с климатическими
условиями, чем со спецификой геолого-геоморфологического
строения рассмотренных ассоциаций ступеней рельефа.
Данные распределения лесов по возрасту свидетельствуют,
что на всей территории левобережного широтного Приобья
в структуре лесного покрова преобладают исключительно
спелые и перестойные насаждения. Вместе с приспевающими
насаждениями общая площадь лесов, пригодных к освоению, в
настоящее время составляет в районе исследования около 90 %
лесопокрытой площади.
Таким образом, анализ аэрокосмических материалов и дан-
ных лесного фонда, распределенных по ассоциациям типов и
ступеней рельефа, свидетельствует не только о существовании
тесной связи между структурой лесного покрова и геолого-гео-
Морфологическим строением крупных поверхностей, но и о
структурно-функциональном единстве ландшафтообразующих
факторов территорий любого размера. Установление зависимо-
сти распространения лесов от строения рельефа указывает на
необходимость использования геолого-геоморфологической
основы ландшафтов в качестве базиса для выделения иерар-
155
хически соподчиненных территориальных единиц лесного по-
крова, в границах которых должно осуществляться слежение
за состоянием лесов.
Глава 8
ИДЕНТИФИКАЦИЯ ТИПОВ ЛЕСА
НА АЭРОКОСМИЧЕСКИХ СНИМКАХ
Одной из первоочередных задач, подлежащих решению в про-
грамме аэрокосмического мониторинга, является разработка
методов дешифрирования типов леса - основной таксономиче-
ской единицы лесного покрова, в границах которой изучается
природа лесов и осуществляется хозяйственная деятельность.
Решение ее обеспечивает возможность идентификации струк-
турных частей лесного покрова любого объема и тем самым по-
зволяет построить систему слежения за состоянием лесов в
соответствии со всеми существующими масштабами аэрокос-
мических снимков.
Из-за малой информативности аэроснимков крупных мас-
штабов решить эту проблему пока не удалось. Исследова-
тели ставили вопрос о дешифрировании типов леса, в понятии
которых содержалось ограниченное число структурных эле-
ментов, имеющих отображение на аэроснимках [Леонтьев, 1931;
Самойлович, 1961; Квасов, Киреев, 1963; Киреев, 1963; и др.].
В частности, исследования в этой области были направлены на
дешифрирование типов леса в объеме определения I Всесоюз-
ного совещания: ’’Тип леса - это участки леса, однородные по
составу древесных пород, по другим ярусам растительности
и фауне, по комплексу лесорастительных условий (климатичес-
ких, почвенных и гидрологических), по взаимоотношениям меж-
ду растениями и средой, по восстановительным процессам и
по направлению смен в них, а следовательно, требующие при
одинаковых экологических условиях однородных лесохозяй-
ственных мероприятий” [Сукачев, 1972, с. 230]. В перечне при-
знаков этого понятия типа леса содержится только один пока-
затель - состав древесных пород, который может быть исполь-
зован как индикационный признак, что не обеспечивает при-
емлемую достоверность в опознавании дешифрируемого объек-
та. При этом показатель состава пород может быть определен
на аэроснимках только крупных масштабов. Это резко ограни-
чивает возможность привлечения всего комплекса аэрокосми-
ческих снимков различных масштабов и достижения эффекта
применения дистанционных средств в диагностике типов леса.
Для мониторинга лесного покрова с использованием аэрокос-
мических снимков должна быть принята или разработана та-
кая типология лесов, которая позволяла бы не только надежно
дешифрировать тип леса, но и обеспечивала бы успешное ре-
156
щение основных задач мониторинга, направленных на
оперативную оценку состояний и динамики лесных сооб-
ществ, идентификацию причин их изменений. Это предпола-
гает рассмотрение поведения лесных сообществ в такой таксо-
номической единице лесного покрова, границы которой, однаж-
ды зафиксированные на аэрокосмических снимках, оставались
бы постоянными на протяжении длительного времени.
Ни одна из современных типологий, кроме географо-гене-
тической классификации лесов Б.П. Колесникова [1956, 1961,
1974; и др.], не отвечает этим требованиям, и по этой причине
другие направления не могут быть приняты в системе лесоэко-
логического мониторинга.
В лесной типологии московско-ленинградского направления,
основоположником которой является В. Н. Сукачев [1927, 1934,
1972; и др.], фитоценотическая часть типа леса и его составляю-
щая - лесорастительные условия - не имеют четких критериев
для их выделения на аэрокосмических снимках. В связи с этим
они не обеспечивают решение задачи лесного дешифрирования
в целях дистанционного мониторинга.
Наоборот, в основе типологической схемы ’’украинской шко-
лы” [Воробьев, 1953; Погребняк, 1956; Остапенко, 1978; и др.]
лежат четкие и стабильные критерии для выделения типов
леса по трофности и влажности почвы, но их определение воз-
можно только наземными методами.
Основная единица географо-генетической классификации
Б. П. Колесникова и его последователей [Фильрозе, 1970; Смоло-
ногов и др., 1972; Махонин, Смолоногов, 1976; и др.] - тип леса -
рассматривается как этап лесообразовательного процесса,
время существования которого ограничивается жизнью одного
поколения главной лесообразующей породы, развивающейся в
пределах определенного типа лесорастительных условий,
имеющих твердые границы, выделяемые по геоморфологиче-
ским признакам. Тип леса по генетической классификации,
понимаемый как комплекс генетически связанных и последова-
тельно сменяющихся насаждений, развивающихся в лесорас-
тительных условиях определенного класса бонитета, выделя-
емых по признаку рельефа, с одной стороны, обеспечивает
достижение основных целей мониторинга лесного покрова и, с
другой - позволяет решать их дистанционными средствами.
Входящие в понятие типа леса геоморфологические элементы
территории и лесные сообщества одного естественно-генетиче-
ского ряда развития имеют не только отражение на аэрокос-
мических снимках, а в совокупности определяют все морфо-
структурные свойства изображений. Каждый в отдельности и в
сочетании они могут быть эффективно использованы как диаг-
ностические признаки типов леса, что подтверждает связи меж-
ду ними, раскрытые в предыдущих главах.
Решение задачи диагностики типов леса на аэрокосмических
снимках зависит от того, в какой мере выявлены и могут быть
использованы при дешифрировании существующие связи
между' структурными элементами типов леса и элементами
структуры изображений. При этом должны быть использованы
такие связи и критерии их применения, которые позволили бы
не только опознавать тип леса, но и выявлять его важнейшие
свойства. Для этого необходимо отобрать признаки изображе-
ний, сопряженные со структурными элементами типов леса,
позволяющие оценивать их состояние. Прежде чем перейти к
разработке такой системы дистанционного слежения за состо-
янием типов леса, необходимо в каждом лесорастительном
районе разработать типологию лесов, руководствуясь принци-
пами и методами генетической классификации, в которую
входили бы признаки изображений.
Понимание типа леса как комплексной многомерной едини-
цы лесного покрова, как этапа лесообразовательного процесса,
объединяющего в границах одного типа лесорастительных ус-
ловий комплекса лесных участков [Колесников, 1956], вызыва-
ет необходимость разработки перечня четких критериев, позво-
ляющих упорядочить все многообразие лесов и свести их в кон-
структивную классификацию. Тем более это необходимо при-
менительно к лесам равнинной территории Западной Сибири,
геолого-геоморфологическое строение которой значительно
отличается от горных районов, где возникла и развивалась
генетическая классификация лесов. Особенно это важно в раз-
работке требований, касающихся выявления лесораститель-
ных условий, связанных с пестротой геологических отложений
и характером увлажнения, обусловленных рельефом. В связи с
этим, наряду с существующими требованиями для выделения
типов леса, были введены дополнительные критерии, которые
позволили составить типологию лесов, пригодную к использо-
ванию в системе аэрокосмического мониторинга лесного
покрова.
При выделении лесных участков или фаций [Анненская и
др., 1962] и их классификации по лесорастительным условиям
использовано несколько критериев [Глебов, Седых, 1985]. По
первому критерию классификации местообитаний - степени ув-
лажненности и автоморфности идущих в фации процессов -
фации или лесные участки подразделяются на автоморфные,
полугидроморфные и гидроморфные.
К автоморфным местообитаниям отнесены лесные фации,
находящиеся на повышенных участках, различных по степени
расчленения и элементах рельефа, где географические компо-
ненты (рельеф, климат, литология, растительность), непосред-
ственно взаимодействуя между собсй, определяют экологиче-
ские особенности местообитаний. К комплексу этих фаций
приурочены автоморфные леса, состоящие из лишайниковых
и зеленомошных групп типов леса. Они хорошо выделяются
на космических снимках масштаба 1:200 000 и аэроснимках по
признакам рельефа и растительности.
158
К гидроморфным фациям относятся такие лесные участки,
где из-за обильного увлажнения почвы географические
взаимодействия опосредованы гидрологическим режимом.
Особенности гидроморфных фаций, расположенных на боло-
тах, обусловлены в основном или саморазвитием болотного
массива, частью которого они являются, или экзогенными про-
цессами (изменением климата и др.). К ним относятся болотные
леса, распространенные на мощной торфяной залежи, приуро-
ченные к котловинам. Они хорошо выделяются на аэрокосми-
ческих снимках всех масштабов по признакам рельефа и рас-
тительности.
К полугидроморфным фациям относятся заболоченные ле-
са - промежуточные образования между авто- и гидроморфными
фациями. Для них характерно то, что корни деревьев находятся
в минеральном субстрате, а травяно-кустарничково-моховой
покров сложен мезофилами, свойственными суходольным
лесам, и гидрофилами, свойственными болотам. Они зани-
мают переходные плоские и слабо пониженные местоположе-
ния между авто- и гидроморфными лесами. Выделение их на
аэрокосмических снимках мелких масштабов затруднено. На
аэроснимках масштаба 1:50 000 и крупнее они выделяются
надежно. К автоморфным относятся фации сухие, свежие,
влажные, к полугидроморфным - сырые и к гидроморфным -
мокрые. Последние разделялись на мокрые с застойным и про-
точным увлажнением.
Приведенный перечень местообитаний по влажности доста-
точно надежно идентифицируется признаками рельефа, имею-
щими отображение на аэрокосмических снимках. Они опреде-
ляются по стереоскопической модели местности и текстурным
признакам изображений, характерных для участков различной
степени увлажнения.
Второй критерий заключается в разделении местообитаний
по трофности, связанной с типами рельефа, имеющими ото-
бражение на аэрокосмических снимках. По признаку механи-
ческого состава почв и почвообразующих пород, характеризую-
щих плодородие местообитаний, лесные участки разделялись
на сложенные крупно- и мелкозернистыми песками, супесями,
суглинками, дву- и многочленными отложениями.
Крупнозернистый состав песков характерен для гряд эоло-
вого происхождения. Мелкозернистыми песками и супесями
сложены гривы и участки с пологогривным рельефом надпой-
менных террас. Супеси и легкие суглинки характерны для
Крутых и расчлененных склонов междуречий. Средними и тя-
желыми суглинками сложены бугры и участки с пологобугри-
стым рельефом, а также пологие склоны междуречий. Дву- и
Многочленные отложения встречаются на глубоко расчленен-
ных поверхностях междуречий и в поймах рек.
Перечисленные генетические типы рельефа и связанный с
Ними литологический состав определяются достаточно надеж-
159
но на космических снимках масштаба 1:200 000 и аэроснимках
масштаба 1:50 000-1:15 000,
Третий критерий классификации местообитаний характери-
зует обусловленную микрорельефом степень целостности
экологического режима фаций [Глебов, Седых, 1985]. По этому
критерию они подразделены на гомогенные, в которых микро-
рельеф выражен слабо и растительный покров относительно
однороден, мозаичные, в которых развитый микрорельеф кон-
тролирует распределение видов травяно-кустарничкового и
мохового ярусов, не затрагивая распределение деревьев, и
комплексные (гетерогенные), где из-за резкой дифференциа-
ции микрорельефа растительный покров образован фрагмента-
ми различных ассоциаций. Такая детальная классификация
растительного покрова в зависимости от микрорельефа, осо-
бенно в заболоченных и болотных лесах, вызвана тем, что на-
почвенный покров в полугидроморфных лесах образован не-
большим количеством видов растений и реакция фитоценозов
на изменение условий обводненности проявляется не в изме-
нении видового состава, а в характере размещения растений по
площади. При одинаковом видовом составе, обилии и покрытии
мозаичный покров в лесах характеризует, как правило, значи-
тельно более обводненные местоположения, чем гомогенный
покров, в котором те же растения расположены диффузно.
Лесные фации, в которых деревья даже при резкой диффе-
ренциации микрорельефа являются эдификаторами, подразде-
ляются на гомогенные и мозаичные, болотные - на гомогенные
и комплексные. На аэрокосмических снимках наиболее надеж-
но опознаются заболоченные гомогенные и комплексные
фации. На суходолах мозаичные фации выделяются только на
аэроснимках крупных масштабов.
Четвертый критерий для разделения местообитаний - дре-
нированность фаций, которая отражает скорость освобождения
почвенной толщи от избытка влаги, и ее состояние определя-
ется литологическим составом отложений и положением ме-
стообитаний, микрорельефом, мощностью торфяной залежи,
степенью и режимом влажности. Для разделения фаций по
дренажу приняты шесть категорий, предложенных О. Г. Черто-
вым [1981], куда внесены небольшие изменения, связанные со
спецификой строения территории.
Местообитания по дренажу разделялись на хорошо дрениро-
ванные, нормальные, недостаточные, слабо дренированные,
очень слабо дренированные и проточные. Состояние дрениро-
ванности полностью контролируется геолого-геоморфологиче-
скими условиями местообитаний, и поэтому ее оценка по аэро-
космическим снимкам несложна.
Хорошим дренажом характеризуются все повышенные рас-
члененные участки, крутые склоны долин, пойменные место-
обитания, сложенные различными горными породами и мно-
гочисленными отложениями. Нормальный дренаж свойствен
160
для слабо расчлененных поверхностей и пологих склонов.
Недостаточной дренированностью обладают слабо повышен-
ные плоские участки и очень пологие протяженные склоны.
Очень слабым дренажом характеризуются все пониженные
местообитания, покрытые торфяной залежью различной мощно-
сти. Проточный дренаж типичен для ложбин, участков, при-
легающих к ручьям, а также для болотно-лесных массивов, при-
мыкающих к междуречьям. Для них характерен кочкарниково-
бугорниковый микрорельеф, хорошо опознаваемый на аэро-
космических снимках.
Пятый критерий введен для оценки топографических ус-
ловий местообитания лесных сообществ, разделяющих участки
по признакам приподнятости, расчленения и крутизны склонов.
Эти признаки сопряжены с гидрологическим режимом место-
обитаний и могут быть определены по стереоскопической
модели местности. К повышенным участкам относились место-
положения, возвышающиеся над близлежащими болотными
массивами на 5 м и более, к средне повышенным - на 1-3, к
слабо повышенным до 1 м, к плоским - не имеющие превыше-
ний. Пониженные участки по толщине торфяной залежи раз-
делялись на две категории - слабо пониженные и пониженные.
Участки с торфяной залежью 0,5 м относились к слабо пони-
женным, 1-2 м — к пониженным. Они опознаются на аэрокос-
мических снимках по специфической морфоструктуре насаж-
дений и их продуктивности. Слабо пониженные занимают за-
болоченные леса Va класса бонитета, а пониженные участки
покрыты болотными лесами V б класса бонитета.
Склоны по характеру строения разделялись на вогнутые
и выпуклые, а по крутизне - на крутые с уклоном более 10°,
средней крутизны (5-10°) и пологие (5°).
Топографические условия, кроме того, характеризовались
признаками расчленения, согласно которым участки разделя-
лись на расчлененные, слабо расчлененные, уплощенные. Рас-
члененность оценивается по частоте встречаемости положи-
тельных и отрицательных форм рельефа и определяется на
аэрокосмических снимках на основании приобретенного опыта
анализа изображений.
Шестым критерием для характеристики условий местопроиз-
растания является уровень грунтовых вод. Глубина грунтовых
вод оценивалась в метрах с градацией выделения уровней -
до 1 м, 1-5, 5-10, более 10 м. Уровни грунтовых вод определя-
ется по повышению местообитаний относительно поверхности
болотных массивов и урезов воды.
Для характеристики почв введен седьмой критерий, согласно
которому на основании установленных связей между
трофностью, гидрологическим режимом, рельефом местооби-
таний и растительностью определялся генетический тип
почв.
6 В. н. Седых
161
Для разделения лесной растительности в пределах выяв-
ленных типов лесорастительных условий приняты критерии,
которыми руководствуются при генетической классификации
лесов - класс бонитета, главная лесообразующая или домини-
рующая порода, коренные или производные типы леса.
Понятие главной лесообразующей породы применялось
только по отношению к суходольным кедрачам, возникшим под
пологом производных лиственных насаждений. Остальные ти-
пы леса в силу отсутствия знаний о их сукцессионной динамике
описывались по насаждению в возрасте спелости по доминиру-
ющей породе, считая ее главным лесообразователем в данных
условиях. При этом оценивалось состояние восстановительно-
возрастной динамики типов леса, обусловленной природными
экзогенными факторами, и отмечались тенденции развития
лесных сообществ в процессе экзогенеза лесорастительных
условий [Смагин, 1965].
Перечисленные признаки насаждений достаточно надежно
определяются на аэрокосмических снимках, что в совокупности
с признаками рельефа позволяет решить задачу дешифрирова-
ния типов леса.
В названии типов леса соблюдена преемственность и сохра-
нено двойное название - родовое и видовое по признаку расти-
тельности, предложенное В. Н. Сукачевым [1934]. Родовое на-
звание соответствует лесной формации, а видовое - доминан-
там живого напочвенного покрова. В тех случаях, когда в травя-
но-кустарничковом ярусе было трудно выделить доминант,
видовое название давалось по признаку рельефа. Все типы леса
описаны по состоянию одного насаждения в возрасте спелости.
В отличие от горных систем, на равнине участки, часто имею-
щие различное топографическое положение, характеризуются
однородным режимом комплекса природных факторов, которые
обеспечивают одинаковую производительность насаждений в
возрасте спелости. В связи с этим, а также с учетом цели аэро-
космического мониторинга и основных принципов генетиче-
ской типологии Б. П. Колесникова к одному типу леса относи-
лись различные и одинаковые по геолого-геоморфологическому
происхождению участки, имеющие относительно однородные
лесорастительные условия, объединяющие насаждения одной
или нескольких лесных сукцессий в пределах жизни одного
поколения общей для них лесообразующей породы, характери-
зующейся специфической структурой изображений на аэрокос-
мических снимках. Согласно перечисленным требованиям, на
территории левобережного широтного Приобья выделено 42
типа леса семи лесных формаций, отражающих все разнообра-
зие экологических режимов местообитаний и состояния на-
саждений в возрасте спелости (табл.8). При их выделении и
описании, кроме оригинальных материалов исследований,
использовались также данные, накопленные в области изуче-
ния лесотипологической структуры лесов Западной Сибири
162
эХ
О
« CD
CD
c
Ю
3
ix
3
о
X
Л
о
О
CD
О
С
cd
cd
К
о
X
ffl
CD
X
о
О
CD
О
E
x
CD
f)
ra
ra
cd
Е
X
Е
X
cd
cu
си
0)
X
cd
X
X
X
X
X
си
о
о
X
к
cd
X
П
CD
X
X
X
X
X
54
CD
га
е
(D
о
X
н
CD
га
X
си
<D
X
н
Е
о
Е
<d
х
X
X
X
X
cd
О
Е
X
X
эХ
га
си
CD
X
о
К
cd
X
со
CD
(D
X
54
О
ra
ra
X
5
cd
54
о
CD
X
CD
X
X
CD
X
m
о
X
о
X
S
<D
cd
X
о
-G
cd
Е
&
5
CD
га
х
X
S
ra
X
§
&
CD
га
га
о
cd о
54 О
X CQ
х .
X
X
g, -
& 2
X
_ х
_? CD
7 га
1 &*
- о
X
54
о
_Г CD
га ?
оо
CD
ffi
X
cd
E
cd
cd
о
x
rs
О
54
<D
<d
uo
га
га
X
e
Q
X
E
О
163
6*
к
к
X
E
га
га
о
0)
>>
га
га
cd
X
X
X
cd
X
X
cd
X
X
cd
X
га
X
54
о
54
CD
Ь
О
X
a
CD
54
CD
о
E
X
X
CD
CD
X
cd
X
X
ra
E
cd
X
X
CD
E
CD
*
CD
X
54
О
эХ
CD
4
X
X
CD
*
О
га
о
С
о
С
X
о
Cu
О
S
CD
E
X
3
ra
CD
X
X
CD
эХ
<d
3
х
2
о
Е
о
га
о
ё
CD
Я JS
X
X
CD
О °
X 2
гч
ЭХ 5
R
ra
ID
§
cu

Й
CD
гаи
CD
ко
о
га
CD
Е
S
<и
CD
X
а
га
о
си
х
Фитоценотическая структура насаждений в возрасте спелости. Прямые дешифровочные признаки со
Лесорастительные условия. Контекстуальные (кос- венные) дешифровочные признаки сч
Тип леса и его индекс
X
54
R
X
о
о
га
о
54
X
X
>Х
<d
3
х
Е
й)
га
X
cd
CD
H
X
X
О
о
X
ra
E
(D
b
X
ra
о
X
cd
>x
ra
X
cu
CD
E

CD
cd
Е
CD
га
X
• ra
н о
3 G®
Я 14 .
о ° “
3 c
H ЭХ
ra
X
X
<D
ra
jr
о
E
cd
* CD
- X
х
S
cd
X
ь
Е
Е
X
S
га
X
U
X
2
cd
cu
cd
o
E
X
CD
X
X
CD
П
CD
СЪ
<d
54
X
cd
X
X
о
54
О
Е
cd
X
CD
S
га
о
л
о
Е-
54
cd
X
о
54
R
cd
X
54
со
S
CD
X
га
X
X
X
cd
н
CD
Е
О
X
X
cu
CD
to
о
54
E
CD
К
cd
X
X
cd
ra
о
га
о
н
X
CD
S
CD
Е
X
Е
X
К
cd
54
СО
CD
CU
CD
X
S
О
Q
CD
E
cd
H
CD
A
X
X
О
KO
CD
X
cd
о
X
X
54
X
X
эХ
cd
3
х
о
га
х
га
х
X
CD
О
X
ra
<
X
s
cd
cu
cd
£
о
E
га
*
о
E
CD
X
ra
s
о
н
o
о
О о о cd (D Е R га Е CD R О cd си со си о Е О га R X ^4 X X
О О Н О cd о cd
X Е О га X Е си
-эолово- I 'еррасе, юдиче- е; поч- совые L; окру- ЙНИКО-
О X н эХ ей CD га X >> ио cd а
си CD со о с X X Е х" гг X cd о со • 1 X Е
о •5 со н 1 X
rai X О о га 54
Е о Г 5 вЗ 2 X ь К
эХ
о
га
о
х
X
си
f-
3
о
X
о
Е
Е
JX ко
га
X
си
CD
X
X
Е
X
cu
• 2
cu
ra a
о E}
CU
54
О
E
ЭХ
CD
X
E
CD
R
CD
CU
E
эХ
CD

54
cd
X
ь
R
Е
CD
cd
54
X
cd
X
X
E
)X
X
X
54
о
E
cd
X
(D
s
CD
га
X
X
CD
X
CD
R
rr
о
cd
CD
га
х
X
CD
3
cd
X
X
X
X
cd
о
x
о
X
о
cu
Е
о
>х
га
га
о
54
X
X
X
X
Си
CD
cn
О
X
Е
<D
ra
X
X
cd
m
о
Си
X
X
CD
cu
3
о
Си
О
И
CD
X
м
X
ra
E
cd
X
ra
e
E
E
X
га
га
о
X
X
CD
К
Р<
Е
о
>X
О
X
X
о
X
CD
ra
X
X
CD
*
О
E
CD
3

X
X
X
cd
Н
О
X
X
X
>
О
X
си
(D
со
о
о
X
а
CD
§
cd
X
X
си
С
CD
га
га
о
х
си
CD
га
эХ
о
X
X
CD
s
ЭХ
о
Е
cd
X
эХ
О
га
си
CD
Е
2
о
(D
X £
X
X
К
X
о
о
О
X
X
эХ
cd
3
х
Е
।
О
X
E
Ю
6
X
CU
CD
E
v' X
<d
ra
о
cu
X
x
<D
X
X
cu
CD
CO
О
54
E
<D
3
CD
CD
X
co
CD
E
CD
£
I
о
X
ra
E
cd
X
m
2
&
cd
X
X
Продолжение табл. 8
1 2 3
Сосняк бруснично- лишайниковый (С.б.л.) Принадлежность и сопряженность — 1.2.2.1,1.2.3.2, 1.3.4.1, 1.3.4.2, 1.3.5.2, 1.3.5.3; окружение—верховые болота, поймы рек и днища ручьев, сосняки мшис- тые и сфагновые Микротекстура зернистая, текстурная, недифференци- рованная, неконтрастная; тон фона темно-серый; тон эле- ментов темно-серый с отдельными включениями точек светло-серого или почти белого тона; плотность элементов плотная; граница с безлесными участками резкая, с зале- сенными участками размытая, с водой нерезкая
Автоморфные зеленомошные сосняки
Сосняк прирус-
лово-пойменный
(С.п.п.)
Прирусловые участки пойм рек, береговые валы,
сложенные песчано-суглинистым русловым аллюви-
ем, хорошо дренированные, гомогенные; почвы —
аллювиальные, слоистые; глубина грунтовых вод —
1—5 м
Принадлежность и сопряженность — 1.1.1; окру-
жение — русло реки и насаждения центральной
поймы
Сосняк мелко-
травно-зеленомош-
ный (С.м.з.)
\
Средней крутизны склоны долин междуречий,
сложенные двучленными отложениями, свежие, хо-
рошо дренированные, гомогенные; почвы подзоли-
стые; глубина грунтовых вод 10-15 м
Состав 6С4Б. Класс бонитета П.Полнота 0,8—1,0.
Второй ярус из кедра, ели и пихты. Подрост — темно-
хвойные породы 10—20 тыс. шт./га. Подлесок — ряби-
на, черемуха, шиповник, жимолость, средней густо-
ты. Напочвенный покров — грушанка, линнея, май-
ник, брусника, зеленые мхи. Смена сосняков на тем-
нохвойные насаждения в процессе развития аллю-
виальных сукцессий
Микротекстура зернистая, текстурная, дифферен-
цированная, неконтрастная и контрастная в зависи-
мости от присутствия березы; тон фона средне-серый;
тон элементов темно-серый и почти белого тона;
граница с руслом и песчаным пляжем резкая, с
насаждениями нерезкая
Состав: I ярус 6С20с2Б ед.К.; II ярус 8К1Е1П.
Класс бонитета III. Полнота 0,7—1,0. Подрост 8К1Е1П
3—5 тыс. шт./га. Подлесок — рябина, шиповник;
редко. Напочвенный покров — седмичник, майник,
линнея, плауны, хвощ, черника, брусника, зеленые
мхи. Восстановительно-возрастная динамика опреде-
ляется пожарами. Пирогенная смена поколений.
При отсутствии пожаров смена сосновых насаждений
на кедровые
Сосняк бруснич-
но-зеленомошный
(С.б.з.)
Принадлежность и сопряженность — 2.2.2.1,2.2.2.2,
2.3.2.1, 2.3.2.2; окружение — залесенные инезалесен-1
ные днища ручьев и залесенные присклоновые уча-
стки
Повышенные расчлененные участки с полого-
гривным рельефом и высокие гривы первой и вто-
рой надпойменной террас, сложенные мелкозерни-
стыми песками, свежие, хорошо дренированные,
мозаичные; почвы — подзолы иллювиально-желези-
сто-гумусовые; глубина грунтовых вод 5—7 м
Сосняк склоно-
вый (С.с.)
Принадлежность и сопряженность — 1.2.2.2,
1.2.3.2,1.3.4.1,1.3,4.2; окружение — болотные массивы,
сосняки мшистые и сфагновые
Крутые склоны долин и расчлененные участки
глубоко расчлененных макросклонов междуречий,
сложенные мелкозернистыми песками и супесями,
хорошо дренированные, периодически сухие и све-
жие, гетерогенные; почвы — подзолы иллювиально-
железисто-гумусовые; глубина грунтовых вод 10—15 м
Сосняк ягодни-
ково-зеленомошный
Принадлежность и сопряженность — 2.3.2,1; окру-
жение — поймы и первые надпойменные террасы
рек, днища ручьев и залесенные присклоновые
участки
Среднеповышенные слабо расчлененные участ-
ки с пологогривным рельефом и пологие склоны
Микротекстура зернистая, текстурная и сложнотек-
стурная, контрастная, дифференцированная; тон фо-
на темно-серый; тон элементов светло-серый, почти
белый; плотность элементов средняя и редкая; грани-
цы нерезкие, диффузные
Состав: I ярус 8С1Е10с ед.К. II ярус 9К1Е ед.П.
Класс бонитета IV. Полнота 0,7—1,0. Подрост 9К1Е
ед.П, 3—5 тыс. шт./га. Подлесок — шиповник; редко.
Напочвенный покров - брусника, черника, багуль-
ник, зеленые мхи с примесью лишайников. Восста-
новительно-возрастная динамика определяется по-
жарами. Пирогенная смена поколений. При отсутст-
вии пожаров смена сосновых насаждений не кед-
ровые
Микротекстура зернистая, текстурная и сложно-
текстурная, слабоконтрастная, дифференцированная;
тон фона темно-серый; тон элементов светло- и
средне-серый; плотность элементов редкая; граница
с болотами резкая, с залесенными участками размытая
Состав: I ярус 8С1Б10с ед.К, II ярус 9К1Е, выражен
плохо. Класс бонитета V. Полнота 0,6—0,8. Подрост
9К1Е, 1—3 тыс. шт./га. Подлесок — шиповник; редко.
Напочвенный покров — брусника, черника, багуль-
ник, зеленые мхи с примесью лишайников. Восста-
новительно-возрастная динамика определяется по-
жарами. Пирогенная смена поколений. При наличии
второго яруса смена сосновых насаждений не кед-
ровые
Микротекстура зернистая, нетекстурная и тек-
стурная, слабоконтрастная,слабо дифференцирован-
ная; тон фона темно-серый; тон элементов светло-
и средне-серый; плотность элементов редкая; грани-
цы нерезкие и размытые
Состав: I ярус 9С1Б ед. Ос,К, II ярус 9К1Е. Класс бо-
нитета IV. Подрост 9К1Е, 3—5 тыс. шт./га. Подлесок —
166
Продолжение табл. 8
1 2 3
Сосняк ягоднико- во-зеленомошный (С.я.з.) междуречий, сложенные супесчаными отложения- ми, влажные, нормально дренированные, гомоген- ные; почвы подзолистые; глубина грунтовых вод 3—5 м Принадлежность и сопряженность — 1.2.2.2, 1.2.3.2, 1.3.4.2, 2.2.2.4, 2.3.2.3; окружение — болотные массивы, поймы рек и днище ручьев, присклоновые участки шиповник, рябина; редкий. Напочвенный покров — черника, брусника, багульник, зеленые мхи с при- месью кукушкиного льна. Восстановительно-возраст- ная динамика определяется пожарами. Пирогенная смена поколений. При отсутствии пожаров смена со- сновых насаждений на кедровые Микротекстура зернистая, текстурная, неконтра- стная, слабо дифференцированная; тон фона темно- серый; тон элементов почти черный и светло-серый; плотность элементов редкая; граница с болотными массивами резкая, с залесенными участками раз- мытая
Полугидроморфные мшистые сосняки
Сосняк мшистый
(С.м.)
Участки с уплощенным пологогривным рельефом
фом, плоские гривы, основания склонов долин, сло-
женные песчаными, супесчаными отложениями, не-
достаточно дренированные, влажные, гомогенные;
почвы — перегнойно-подзолистые; глубина грунто-
вых вод -1—2 м
Принадлежность и сопряженность —1.2.2.3,1.3.4.3,
1.3.5.3, 2.3.2.4, 2.3.2.5; окружение — болотные массивы,
сосновые зеленомошные и сфагновые насаждения
Состав:! ярус 7С2К1БД1 ярус 10К ед.Е, часто не вы-
ражен. Класс бонитета V. Полнота 0,5—0,7. Подрост
6К2С1Е1Б, 1—3 тыс. шт /га. Подлеска нет. Напочвен-
ный покров — багульник, черника, брусника, хвощ,
зеленые и сфагновые мхи; мощность 20—30 см. Вос-
становительно-возрастная динамика частично опре-
деляется пожарами и эндогенезом насаждений. Сме-
на поколений под воздействием пожаров и возраст-
ной динамики. Смена сосновых насаждений пробле-
матична
Микротекстура зернистая, нетекстурная, слабо-
контрастная, недифференцированная; тон фона
средне-серый; тон элементов — темно-серый; граница
с болотными массивами нерезкая, с зелесенными
участками размытая
Гидроморфные сфагновые сосняки
Сосняк кустар-
ничково-сфагновый
(С.к.сф.)
Сосняк болотный
(С.б.)
Сосняк травяно-
болотный (С.т.б.)
Слабо пониженные плоские межгривные и меж-
бугорниковые понижения террас и междуречий с
торфяной залежью до 1 м, мокрые, слабо дрениро-
ванные, гетерогенные; почвы торфяно-подзолисто-
глеевые; грунтовые воды на поверхности
Принадлежность и сопряженность —1.2.2.3,1.2. L4,
1.3.2.3,1.3.3.4,1.3.4.4, 1.3.5.4, 2.1.1.3, 2.1.2.4, 2.2.1.3,
2.2.3.4, 2.3.3.4, 2.4.1.4; окружение - болотные масивы
и залесенные участки
Пониженные плоские межгривные имежбугорни-
ковые понижения террас и междуречий с торфяной
залежью более 1 м, мокрые очень слабо дренирован-
ные, гетерогенные; почвы болотные верховые тор-
фяно-глеевые; грунтовые воды на поверхности
Принадлежность и сопряженность —1.1.5,1.2.1.3,
1.2.2.5, 1.3.1.3, 1.3.3.5, 1.3.3.6, 1.3.4.5, 1.3.5.5,
1.3.5.6, 2.1.1.3, 2.1.2.5, 2.1.2.6, 2.2.1.3, 2.2.3.5, 2.3.3.5,
2.4.1.5; окружение — болотные массивы и кустарнич-
ково-сфагновые сосняки
Участки первой и второй надпойменных террас
с кочкарниковым микрорельефом, мокрые с проточ-
ным увлажнением, гетерогенные; почвы болотные
низинно-торфянисто-глеевые; грунтовые воды на по-
верхности
Принадлежность и сопряженность —1.2.1.2,1.2.2.6,
1.3.1.2,1.3.6, 2.1.1.2, 2.2.1.1,2.2.1.2; окружение - русла
ручьев, болотные массивы, склоны долин

Состав 9С1Б ед.К. Класс бонитетаУа.Полнота
0,4-0,6. Подрост 6СЗБ1К ед.Е. Подлеска нет. Напоч-
венный покров — багульник, Кассандра, осока, брус-
ника, черника, морошка, сфагновые мхи с пятнами
зеленых. Возрастная динамика древостоев в процессе
эндогенеза насаждений. Смены сосновых насажде-
ний нет
Микротекстура зернистая в сочетании со штрихо-
вой, текстурная, неконтрастная, слабо дифференци-
рованная; тон фона средне-серый; тон элементов
темно-серый или почти черный
Состав ЮС ед.Б.К. Класс бонитета V6. Полнота
0,3—0,5. Подлеска нет. Подрост ЮС, 1—3 тыс. шт./га.
Напочвенные сфагновые мхи. Возрастная динамика
древостоев в процессе эндогенеза насаждений. Сме-
на сосновых насаждений нет
Микротекстура зернистая, нетекстурная, неконт-
растная, недифференцированная; тон фона светло-
и средне-серый; тон элементов средне- и темно-се-
рый; плотность элементов редкая; граница с болот-
ными массивами нерезкая, с залесенными участками
размытая
Состав 6С1К1Е2Б, ед.П. Класс бонитета V-Va.
Подрост 6С1К1Е2Б, 1-3 тыс. шт./га. Подлесок - ряби-
на, шиповник, спирея; редкий. Напочвенный по-
кров — мезофильные и гидрофильные растения.
Возрастная динамика древостоев в процессе эндо-
генеза насаждений. Смены сосновых насаждений нет
Микротекстура мозаично-зернистая, текстурная
и сложнотекстурная, контрастная, дифференциро-
ванная; тон фона средне- и светло-серый; тон элемен-
тов темно-серый и почти черный; плотность элемен-
тов средняя; граница диффузная

Продолжение табл. 8
00
Сосняк лотовый
(С.л.)
Днища логов междуречий с хорошим проточным
увлажнением, гетерогенные, сложенные супесчаны-
ми и песчаными отложениями; почвы болотные, тор-
фянисто-глеевые; грунтовые воды на глубине 0,5—
1,0 м
Принадлежность и сопряженность -1.3.3.6,1.3.4.6,
1.3.5.6, 2.1.2.6, 2.3.1; окружение — зелесенные склоны
Состав 8С1К1Б ед.Е. Класс бонитета IV. Полнота
0,3-0,7. Подрост 8С1К1Б, 1—3 тыс. шт./га. Подле-
сок - шиповник, рябина; редкий. Напочвенный по-
кров — мезофильные и гидрофильные растения; мощ-
ность мохового покрова до 0,5 м. Возрастная динами-
ка древостоев определяется эндогенезом насаждений
Смены сосны нет
Микротекстура зернистая, текстурная, контраст-
ная, дифференцированная, тон фона средне-серый;
тон элементов средне-серый; плотность элементов
плотная; граница резкая
Автоморфные кедрачи зеленомошные
Кедрач поймен- ный (Кл.) Кедрач мелко- травно-зеленомош- ный (К.м.з.) Участки центральной поймы рек с гривно-ложбин- ным рельефом, сложенные суглинистыми и супес- чаными отложениями пойменно-руслового аллювия, свежие хорошо дренированные, гетерогенные; почвы аллювиально-оподз о ленные; глубина грунтовых вод 4—5 м Принадлежность и сопряженность - 1.13; окруже- ние — русло реки, прирусловые сосняки, кедрачи мшистые Повышенные расчлененные участки с пологобуг- ристым рельефом и повышенные бугры озерно-ин- грессионной террасы, склоны междуречий, сложенные Состав: I ярус 7К2ЕШ ед.С,Б, II ярус 6П2Е2К. Класс бонитета II, III. Полнота 0,7-1,0. Подрост 6П2Е2К, 5—10 тыс. шт./га. Подлесок — рябина, шипов- ник, черемуха, смородина, спирея; средней густоты. Напочвенный покров — кислица обыкновенная, гру- шанка, седмичник, линнея северная, майник, чер- ника, брусника, щитовник Линнея, зеленые мхи. Возник в процессе аллювиальных сукцессий. Смена кедрачей на производные березняки под воздейст- вием пожаров Микротекстура зернистая, текстурная, неконт- растная, слабо дифференцированная; тон фона почти черный и черный; тон элементов темно-серый и отдельные включения почти белых точек; плот- ность плотная; границы резкие Состав 7К2Е1П ед.Б,6с. Класс бонитета III, Пол- нота 0,7—1,0. Подрост 7К2ЕШ, 5—10 тыс. шт./га. Под- лесок - рябина, шиповник; редкий. Напочвенный
суглинистыми и супесчаными отложениями, свежие,
хорошо дренированные, гомогенные; почвы подзо-
листые поверхностно-глеевые, глубина грунтовых
вод 5—10 м
Кедрач бруснич-
но-зеленомошный
Принадлежность и сопряженность —1.2.3.1,1.2.3.3,
1.3.3.1, 2.1.2.1, 2.2.2.2., 2.2.2.3, 2.2.3.1, 2.3.3.1, 2.4.1.1; ок-
ружение — поймы рек, днища долин ручьев, болот-
ные массивы, березняки и кедрачи ягодниково-зеле-
номошные
Повышенные участки с пологогривным рельефом
и гривы надпойменных террас, крутые склоны между
речий, сложенные мелкозернистыми песчаными и
супесчаными отложениями, свежие, хорошо дрени-
рованные; почвы — подзолы иллювиально-желези-
сто-гумусовые; глубина грунтовых вод более 5—10 м
Принадлежность и сопряженность —1.2.2.1,1.2.3.1,
1.2.3.2,1.3.4.1; окружение — поймы рек, днища долин
ручьев, болотные массивы, зеленомошные сосняки
Кедрач ягоднико-
во-зеленомошный
Слабо повышенные, слабо расчлененные участки
с пологобугристым рельефом и плоские бугры озер-
но-ингрессионной террасы и водораздельных поверх-
ностей, пологие склоны междуречий, сложенные су-
глинистыми отложениями, свежие, нормально дре-
нированные, гомогенные; почвы подзолистые по-
верхностно-глеевые; глубина грунтовых вод 3—5 м
Принадлежность и сопряженность —1.2.3.3,1.3.3.2,
2.1.2.1, 2.2.2.3, 2.2.2.4, 2.2.2.5,2.2.3.2,2.3.2.3,2.3.3.2,
2.4.1.2; окружение — поймы рек, днища долин и
ручьев, болотные массивы, кедрачи мелкотрав-
но-зеленомошные и мшистые
покров — седмичник, линнея, майник, кислица, брус-
ника, черника, хвощ, зеленые мхи. Возник в процес-
се восстановительно-возрастной динамики листвен-
но-кедровых насаждений. Смена после пожара на
лиственные леса
Микротекстура зернистая, текстурная, неконт-
растная, слабо дифференцированная; тон фона
почти черный; тон элементов темно-серый и отдель-
ные включения светло-серых и почти белых точек;
границы резкие и диффузные
Состав 8К2С ед.Е,Б,6с. Класс бонитета IV. Пол-
нота 0,7—1,0. Подрост 8К2Е 3—5, тыс. шт./га. Подле-
сок — рябина, шиповник; редкий. Напочвенный по-
кров — брусника, майник, черника, зеленые мхи с
примесью лишайников. Возник на месте сосново-
лиственных насаждений. Восстановительно-возраст-
ная динамика насаждений определяется пожарами
Микротекстура зернистая, текстурная, неконтра-
стная, слабо дифференцированная; тон фона темно-
серый и почти черный; тон элементов средне- и тем-
но-серый с отдельными включениями светло-серых
и почти белых точек; граница с незалесенными уча-
стками резкая, с залесенными нерезкая
Состав 8К1Е1П ед.Б,Ос. Класс бонитета IV. Полно-
та 0,7—1,0. Подрост 5КЗП2Е, 5—10 тыс. шт./га. Подле-
сок — рябина, шиповник; редкий. Напочвенный по-
кров — черника, брусника, седмичник, багульник, зе-
леные мхи. Восстановительно-возрастная динамика
насаждений определяется пожарами. После пожара
смена на производные лиственные леса
Микротекстура зернистая, текстурная, неконт-
растная, слабо дифференцированная; тон фона поч-
ти черный; тон элементов темно-серый с отдельными
включениями светло-серых и почти белых точек; гра-
граница резкая
169
Продолжение табл. 8
1
По лугидроморфные мшистые кедрачи
Кедрач мшистый
(К.м.)
Плоские участки с невыраженным пологобугрис-
тым рельефом надпойменных террас и водоразделов,
сложенные супесчаными и суглинистыми отложени-
ями, недостаточно дренированные, влажные, гомо-
генные; почвы перегнойно-подзолистые; глубина
грунтовых вод 1-2 м
Принадлежность и сопряженность - 1.1.4, 1.3.3.3,
2.1.2.3, 2.2.2.4, 2.2.2.5, 2.2.3.3, 2.3.2.4, 2.3.2.5, 2.3.3.3,
2.4.1.3, 2.4.2.2; окружение — поймы рек, днища долин
ручьев, болотные массивы, зеленомошные кедрачи
и сфагновые сосняки
Состав 8К2Е ед.П,Б. Класс бонитета V. Полнота
0,5-0,8. Подрост 8К1Е1Б, 3—5 тыс. шт ./га. Подлесок —
шиповник; редкий. Напочвенный покров — хвощ лес-
ной, осока шаровидная, багульник, черника, зеленые
и сфагновые мхи. Восстановительно-возрастная дина-
мика определяется пожарами и эндогенезом на-
саждений
Микротекстура зернистая в сочетании со штрихо-
вой, текстурная, контрастная, дифференцированная;
тон фона темно-серый; тон элементов почти черный;
плотность средняя; граница нерезкая, размытая
Гидроморфные сфагновые кедрачи
Кедрач кустар-
ничково-сфагновый
(К.к.сф.)
Кедрач травяно-
болотный (К.т.б.)
Пониженные плоские участки надпойменных тер-
рас и междуречий с торфяной залежью до 0,5 м, сла-
бо дренированные, гетерогенные; почвы торфяно-
подзолисто-глеевые; грунтовые воды на поверхности
Принадлежность и сопряженность -1.1.4,1.3.3.4,
2.2.2.4, 2.2.3.4, 2.3.3.4,2.4.1.4,2.4.2.2; окружение — бо-
лотные массивы, кедрачи мшистые и сфагновые
сосняки
Участки первой и второй надпойменных террас с
кочкарниковым микрорельефом, с проточным ув-
лажнением, гетерогенные; почвы низинные, торфя-
нисто-глеевые; грунтовые воды на поверхности
Состав 6К2С1Е1Б. Класс бонитета Va. Полнота
0,3-0,6. Подрост 6К2С1Е1Б, 1—3 тыс. шт./га. Подле-
ска нет. Напочвенный покров — багульник, хвощ
лесной, осока шаровидная, Кассандра, брусника,
сфагновые мхи. Возрастная динамика поколений
определяется эндогенезом насаждений
Микротекстура зернистая в сочетании со штрихо-
вой, сложнотекстурная, контрастная, дифференци-
рованная; тон фона средне-серый; тон элементов
почти черный и светло-серый; плотность элементов
средняя; граница нерезкая и диффузная
Состав 6КЕ1П1С1Б ед.Ос. Класс бонитета IV - V.
Полнота 0,3—0,7. Подрост 4КЗЕ1П1С1Б, 3—5 тыс. шт./га.
Подлесок — шиповник, рябина; редкий. Напочвен-
ный покров — таежные мезофильные и гигрофиль-
ные растения; мощность торфяной залежи 0—2 м. Воз-
растная динамика определяется эндогенезом на-
Кедрач приру-
чейниковый (К.пр.)
Принадлежность и сопряженность — 1.1.4,1.2.2.6,
1.3.6; окружение — болотные массивы, поймы рек и
днища долин ручьев
Днища долин мелких водотоков, междуречий и
террас с мелкокочкарниковым рельефом с проточ-
ным увлажнением, гетерогенные; почвы болотные
низинные торфянисто-глеевые; грунтовые вода на
поверхности
Принадлежность и сопряженность —1.2.1.1,1.2.1.2,
1.3.1.1, 1.3.1.2, 2.1.1.1, 2.1Л.2, 2.2.1.1, 2.2.1.2; окруже-
ние — залесенные склоны долин ручьев
Микротекстура пятнисто-зернистая, сложнотек-
струрная, контрастная, дифференцированная; тон
фона средне-серый; тон элементов почти черный и
почти белый; плотность элементов средняя и редкая;
граница диффузная
Состав 5К2Е2П1Б ед.С,Ос. Класс бонитета IV. Пол-
нота 0,3-Ю,7. Подрост 4КЗП2Е1Б, 5—15 тыс. шт./га.
Подлесок - шиповник, рябина; редкий. Напочвен-
ный покров — мезофильные и гигрофильные расте-
ния. Возрастная динамика древостоев определяется
эндогенезом насаждений
Микротекстура пятнисто-зернистая, сложнотек-
стурная, контрастная, дифференцированная; тон
фона средне-серый; тон элементов почти черный и
почти белый; плотность элементов средняя и редкая;
граница диффузная
Автоморфные зеленомошные ельники
Ельник поймен-
ный (Е.п.)
Участки центральной поймы с гривно-ложбин-
ным рельефом, сложенные суглинистыми, супесча-
ными отложениями пойменно-руслового аллювия,
свежие, хорошо дренированные, гетерогенные; поч-
вы аллювиальные оподзоленные; глубина грунтовых
вод 4—5 м
Ельник мелко-
травно-зеленомош-
ный (Е.м.з.)
Принадлежность и сопряженность —1.1.3; окруже-
ние — русло реки, прирусловые сосняки и пойменные
кедрачи
Повышенные расчлененные участки террас и во-
доразделы местных рек с пологобугристым рельефом,
средней крутизны склоны долин, сложенные сугли-
Состав 4ЕЗКЗП ед.Б. Класс бонитета III. Полнота
0,7—1,0. Подрост 6ЕЗП1К, 4—10 тыс. шт./га. Подлесок -
рябина, шиповник, черемуха, смородина, спирея;
средней густоты. Напочвенный покров — кислица,
седмичник, линнея северная, майник, черника,
брусника, щитовник Линнея, зеленые мхи. Возникли
в процессе аллювиальных сукцессий. Смена ельни-
ков на производные березняки под воздействием
пожаров
Микротекстура зернисто-штриховая, текстурная,
неконтрастная, недифференцированная; тон фона
почти черный и черный; тон элементов темно-серый;
плотность элементов плотная; граница резкая
Состав 4ЕЗКЗП ед.Б. Класс бонитета III. Полнота
0,7—1,0. Подрост 4ЕЗКЗП, 5—10 тыс. штУга. Подле-
сок — рябина, шиповник; редкий. Напочвенный
Продолжение табл. 8
Ельник мелко-
травно-зеленомош-
ный (Е.м.з.)
Ельник ягодни-
ково-зеленомошный
(Е.я.з.)
нистыми отложениями, свежие, хорошо дренирован-
ные, гомогенные; почвы подзолистые поверхностно-
глееватые; глубина грунтовых вод 5-10 м
Принадлежность и сопряженность — 1.3.3.1,
2.1.2.1,2.2.2.2, 2.2.2.3, 2.2.3.1, 2.4.1.1; окружение — пой-
мы рек, болота, березняки и кедрачи мелкотравно- и
ягодниково-зеленомошные
Повышенные слабо расчлененные участки террас
и водоразделы местных рек с пологобугристым рель-
ефом, пологие склоны долин, сложенные суглини-
стыми отложениями, влажные, умеренно дрениро-
ванные, гомогенные; почвы подзолистые поверхно-
стно-глееватые; глубина грунтовых вод 3—5 м
Принадлежность и сопряженность — 1.3.3.2,
2.1.2.2, 2.2.2.4, 2.2.2.5, 2.2.3.2, 2.4.1.2; окружение — пой-
мы рек, болота; кедрачи и березняки мелкотравно-
зеленомошные и мшистые
покров—седмичник, линнея, майник, кислица, брус-
ника, черника, хвощ, зеленые мхи. Восстановительно-
возрастная динамика определяется пожарами. Пос-
ле пожара смена ельников на березняки
Микротекстура зернистая, текстурная, неконтра-
стная, слабо дифференцированная; тон фона почти
черный и черный; тон элементов темно-серый и
отдельные включения светло-серых и почти белых
точек; плотность элементов плотная; граница резкая
Состав 5ЕЗК2П ед.Б. Класс бонитета IV. Полнота
0,7—1,0. Подрост 5Е4П1К, 5—10 тыс. шт./га. Подлесок —
рябина, шиповник; редкий. Напочвенный покров —
черника, брусника, багульник, хвощ, зеленые мхи.
Восстановительно-возрастная динамика определяет-
ся пожарами. После пожара смена на березняки
Микротекстура зернистая, текстурная, неконтра-
стная, слабо дренированная; тон фона почти черный;
тон элементов темно-серый с отдельными светло-се-
рыми точками; плотность элементов плотная; грани-
ца резкая
Полугидроморфные мшистые ельники
Ельник мшистый
(Е.м.)
Плоские участки надпойменных террас и водораз-
делов, сложенные суглинистыми отложениями, сы-
рые, недостаточно дренированные, гомогенные; поч-
вы -перегнойно-подзолистые; глубина грунтовых
вод 1—2 м
Принадлежность и сопряженность -1.3.3.3, 2.1.2.3,
2.2.3.3,2.4.1.3; окружение —поймы рек, болота, зеле-
номошные кедрачи и березняки, сфагновые сосняки
\ и кедрачи
Состав 7ЕЗК ед.Б. Класс бонитета V. Полнота 0,5-
0,7. Подлесок — шиповник; редкий. Напочвенный по-
кров — хвощ лесной, осока, багульник, черника,
брусника, зеленые и сфагновые мхи. Восстановитель-
но-возрастная динамика определяется пожарами и
эндогенезом насаждений
Микротекстура зернисто-штриховая, текстурная,
контрастная, дифференцированная; тон фона темно-
серый; тон элементов средний; граница нерезкая,
размытая
Ельник приручей-j Днища долин мелких водотоков надпойменных
никовый (Е.пр.) террас и междуречий с мелкокочкарниковым релье-
фом с проточным увлажнением, гетерогенные; поч-
вы болотные низинные торфянисто-глеевые; грунто-
вые воды на поверхности
Принадлежность и сопряженность —1.2.1.1,1.2.1.2,
1.3.1.1, 1.3.1.2, 2.1.1.1, 2.1.1.2, 2.2.1.1, 2.2.1.2; окруже-
ние — залесенные склоны долин ручьев
Состав 5Е2П2К1Б ед.С,Ос. Класс бонитета YV .
Полнота 0,3-0,7. Подрост 5Е2П2К1Б, 5-10 тыс. шт./га.
Подлесок — шиповник, рябина; редкий. Напочвен-
ный покров — мезофильные и гигрофильные расте-
ния. Возрастная динамика древостоев определяется
эндогенезом насаждений
Микротекстура пятнисто-зернисто-штриховая,
сложнотекстурная, контрастная, дифференцирован-
ная; тон фона темно-серый; тон элементов почти чер-
ный и почти белый; плотность элементов средняя и
редкая; граница диффузная
Автоморфные зеленомошные пихтачи
Пихтач поймен-
ный (П.п.)
Участки центральной поймы рек с ложбинно-
гривным рельефом, сложенные суглинистыми, су-
песчаными отложениями пойменно-руслового аллю-
вия, свежие, хорошо дренированные; почвы аллюви-
альные оподзоленные; глубина грунтовых вод 4—5 м
Пихтач мелко-
травно-зеленомош-
ный (П.м.з.)
Принадлежность и сопряженность —1.1.3; окруже-
ние — русло реки; прирусловые сосняки и поймен-
ные кедрачи
Повышенные расчлененные участки с пологобуг-
ристым рельефом, сложенные суглинистыми отложе-
ниями, хорошо дренированные, гомогенные; почвы
подзолистые поверхностно-глеевые; глубина грунто-
вых вод 5—10 м
Принадлежность и сопряженность —1.3.3.1,2.1.2.1,
Состав: I ярус 5ПЗЕ2К ед.С,Б, II ярус — 8П1Е1К.
Класс бонитета П —III. Подрост 8Б1Е1К, 5—10 тыс.
шт./га. Подлесок — рябина, шиповник, черемуха,
смородина, спирея. Напочвенный покров — кислица,
седмичник, линнея северная, щитовник Линнея,
черника, брусника, зеленые мхи. Возник в процессе
аллювиальных сукцессий. Смена пихтачей на произ-
водные березняки под воздействием пожаров
Микротекстура зернисто-штриховая, текстурная,
слабоконтрастная, слабо дифференцированная; тон
фона почти черный и черный; тон элементов плот-
ная; граница резкая
Состав 6П1ЕЗК ед.Б. Класс бонитета III. Полнота
0,7-1,0. Подрост 8П1Е1К, 5-10 тыс. шт./га. Подлесок -
шиповник, рябина; редкий. Напочвенный покров —
седмичник, майник, линнея северная, кислица, пла-
уны, хвощ, брусника, черника, зеленые мхи. Восста-
новительно-возрастная динамика определяется по-
жарами. После пожара смена на производные лист-
венные
Микротекстура зернисто-штриховая, текстурная,
Продолжение табл. 8
1 2 3
2.2.2.3, 2.2.3.1, 2.4.1.1; окружение — кедрачи мелко- травно-зеленомошные и производные лиственные насаждения слабо дифференцированная; тон фона почти черный и черный; тон элементов темно-серый с отдельными включениями почти белых точек; плотность элемен- тов плотная; граница резкая
Автоморфные травяные березняки
Березняк прирус- Прирусловые участки пойм рек с ложбинно-грив- Состав 7БЗС. Класс бонитета Ш . Полнота 0,7—1,0.
лово-пойменный ным рельефом, сложенные супесчано-суглинистым Подрост 8П2Е, 10—20 тыс. шт./га. Подлесок — ива,
(Б.п.п.) русловым аллювием, хорошо дренированные, гете- рогенные; почвы иллювиальные слоистые; глубина грунтовых вод 1—3 м Принадлежность и сопряженность —1.1.1,1.1.2; окружение — русло реки, прирусловые сосняки, пой- менные и темнохвойные леса малина лесная, крушина ломкая; средней густоты. Напочвенный покров — вейник, ястребинка зонтич- ная, герань лесная, линнея северная, грушанка, зеле- ные мхи. Начальный этап аллювиальной сукцессии. Смена березняков на темнохвойные насаждения Микротекстура зернистая, текстурная, слабоконт- растная, слабо дифференцированная; тон фона средне-серый; тон элементов почти белый; плотность элементов средняя и плотная; граница резкая с рус- лом реки и темнохвойными насаждениями, нерезкая с песчаным пляжем и сосняками
Автоморфные березняки зеленомошные
(производные)
Березняк поймен-
ный (Б.п.)
Участки центральной поймы местных рек с грив-
но-ложбинным рельефом, сложенные суглинисты-
ми и супесчаными отложениями пойменно-руслово-
го аллювия, свежие, хорошо дренированные, гетеро-
генные; почвы — аллювиальные оподзоленные; глу-
бина грунтовых вод 4—5 м
Состав: I ярус 8Б1Ос1Сг II ярус 5ПЗК2Е. Класс бо-
нитета II - III. Полнота 0,7-1,0. Подрост 5ПЗК2Е,
5—10 тыс. шт./га. Подлесок — рябина, шиповник;
средней густоты. Напочвенный покров — седмичник,
майник, линнея северная, щитовник Линнея, плау-
ны, осока шаровидная, брусника, черника, зеленые
мхи. Возник после пожара на месте темнохвойных на-
саждений. Смена березняков на темно-хвойные на-
Принадлежность и сопряженность —1.1.3; окруже-
ние — русло реки, прирусловые сосняки, темнохвой-
ные насаждения
Березняк мелко-
травно-зеленомош-
ный (Б.м.з.)
Березняк ягодни-
ково-зеленомошный
(Б.я.з.)
Повышенные расчлененные участки с пологобуг-
ристым рельефом и повышенные бугры озерно-ин-
грессионной террасы и частных водоразделов, сред-
ней крутизны склоны долин речек, сложенные су-
глинистыми осадками, свежие, хорошо дренирован-
ные, гомогенные; почвы подзолистые поверхностно-
глеевые; глубина грунтовых вод 5-10 м
Принадлежность и сопряженность —1.2.3.1,1.2.3.3,
1.3.3.1,1.2.2.1, 2.2.2.2,2.2.2.3,2.2.3.1,2.3.3.1, 2.4.4.1; ок-
ружение — поймы рек, днища долин ручьев, болот-
ные массивы, березовые и темнохвойные зеленомош-
ные леса
Повышенные слабо расчлененные участки с поло-
бугристым рельефом и плоские бугры озерно-ингрес-
сионной террасы и частных водоразделов, пологие
склоны долин местных речек, сложенные суглини-
стыми отложениями, свежие, нормально дрениро-
ванные, гомогенные; почвы подзолистые поверхно-
стно-глееватые; глубина грунтовых вод 3—5 м
Принадлежность и сопряженность —1.2.3.3,1.3.3.2,
2.1.2.1, 2.2.2.3,2.3.2.3, 2.3.3.2, 2.4.1.2; окружение — пой-
мы рек, днища долин ручьев, болотные массивы,
кедрачи зеленомошные и мшистые
саждения в процессе восстановительно-возрастной
динамики
Микротекстура зернистая, сложнотекстурная,
дифференцированная; тон фона светло-серый, почти
белый; тон элементов темно-серый, почти черный;
плотность элементов средняя и редкая; граница с
темнохвойными насаждениями резкая, диффузная,
с сосняками нерезкая
Состав: I ярус 9Б1Ос, II ярус 4К4П2Е. Класс бони-
тета И—III. Полнота 0,7—1,0. Подрост 4К4П2Е. Подле-
сок — шиповник, рябина; редкий. Напочвенный
покров — седмичник, майник, линнея северная, кис-
лица, щитовник Линнея, хвощ, плауны, черника,
брусника, зеленые мхи. Восстановительно-возраст-
ная динамика поколений определяется пожарами.
Смена березняков на темнохвойные насаждения
Микротекстура крупнозернистая, сложнотекстур-
ная, дифференцированная; тон фона светло-серый и
почти белый; тон элементов почти черный и черный;
плотность элементов редкая и средней плотности;
граница с болотами нерезкая, диффузная, с темно-
хвойными насаждениями — резкая, диффузная
Состав: I ярус 10Б, II ярус 6К2П2Е. Класс бонитета
III. Полнота 0,7—0,9. Подрост 6К2П2Е, 5—10 тыс. шт./га.
Подлесок — шиповник, рябина; редкий. Напочвенный
покров — черника, брусника, седмичник, багульник,
зеленые мхи. Восстановительно-возрастная динами-
ка определяется пожарами. Смена березняков на
кедровые насаждения
Микротекстура мелкозернистая, сложнотекстур-
ная, контрастная, дифференцированная; тон фона
почти белый; тон элементов почти черный и черный;
плотность средняя и редкая; граница с болотами не-
резкая диффузная, с темно-хвойными насаждения-
ми резкая, диффузная
175
Продолжение табл. 8
3
Полугидроморфные мшистые березняки
(производные)
Березняк мшис-
тый (Б.м.)
Нерасчлененные плоские участки с невыражен-
ным пологобугристым рельефом озерно-ингрессион-
ной террасы и частных водоразделов, сложенные су-
глинистыми отложениями, влажные, недостаточно
дренированные, гомогенные; почвы перегнойно-
подзолистые; глубина грунтовых вод 1—2 м
Принадлежность и сопряженность —1.1.4,1.3.3.3,
2.1.2.3, 2.2.2.4, 2.2.2.5, 2.2.3.3, 2.3.2.4, 2.3.2.5, 2.3.3.3,
2.4.1.3,2.4.2.2; окружение — поймы рек, днища долин
ручьев, зеленомошные и сфагновые кедрачи
Состав: I ярус 10Б, II ярус 8К1П1Е. Класс боните-
та IV. Полнота 0,5-4,7. Подрост 8К1П1К, 3—5 тыс.
шт./га. Подлесок — шиповник; редкий. Напочвенный
покров — хвощ, осока шаровидная, багульник, чер-
ника, зеленые и сфагновые мхи. Восстановительно-
возрастная динамика определяется частично пожа-
рами и частично эндогенезом насаждений
Микротекстура зернистая, текстурная, слабокон-
трастная, слабо дифференцированная; тон фона
средне-серый; тон элементов темно-серый и почти
черный; плотность элементов редкая; граница не-
резкая, размытая
Гидроморфные сфагновые березняки
Березняк кустар-
ничково-сфагновый
(Б.к.сф.)
Пониженные плоские участки надпойменных тер-
рас и междуречий с торфяной залежью до 0,5 м, мок-
рые, слабо дренированные, гетерогенные; почвы тор-
фяно-подзолисто-глеевые; грунтовые воды на по-
верхности
Принадлежность и сопряженность -1.1.4,13.3.4,
2.1.2.4, 2.2.3.4,2.3<3.4, 2.4.1.4,2.4.1.2; окружение — бо-
лотные массивы, кедрачи мшистые и сосняки сфаг-
новые
Березняк травя-
но-болотный (Б.т.б.)
Участки первой и второй надпойменных террасе
кочкарниковым микрорельефом, избыточно-влаж-
ные, слабопроточные, гетерогенные; почвы низин-
Состав 7БЗС ед.К. Класс бонитета Va. Подрост
5СЗБ2К, 1—3 тыс. шт./га. Полнота 0,3—0,5. Подлеска
нет. Напочвенный покров — осока шаровидная, хвощ
лесной, багульник, Кассандра, черника, брусника,
сфагновые мхи. Возрастная динамика поколений
определяется эндогенезом насаждений
Микротекстура зернистая в сочетании со штрихо-
вой, сложнотекстурная, неконтрастная, дифференци-
рованная; тон фона средне- и светло-серый; тон эле-
ментов темно-серый; плотность элементов средняя
и редкая; граница нерезкая, диффузная
Состав 7Б1К1Е1С ед.Ос. Класс бонитета V. Пол-
нота 0,3-4,5. Подрост 5БЗС2К ед. Е, 1—3 тыс. штУга. Под-
лесок — шиповник, рябина; редкий, Напочвенный
( ные торфянисто-глеевые; мощность торфяной зале-
жи до 2 м
Принадлежность и сопряженность - 1.1.4, 1.2.1.2,
окружение — русло реки, болотные массивы, грунто-
вые воды на поверхности
Березняк приру-
чейниковый (Б.пр.)
Днища долин мелких водотоков надпойменных
террас и междуречий с мелкокочкарниковым релье-
фом с проточным увлажнением, гетерогенные; поч-
вы болотные низинные торфянисто-глеевые; грун-
товые воды на поверхности
Принадлежность и сопряженность —1.2.1.1,1.2.1.2,
1.3.1.1, 1.3.1.2, 2.1.1.1, 2.1.1.2, 2.2.1.1, 2.2.1.2, окруже-
ние — залесенные склоны долин
покров — мезофильные и гигрофильные растения.
Возрастная динамика определяется эндогенезом
насаждений
Микротекстура зернистая в сочетании со штри-
ховой, сложнотекстурная, контрастная, дифферен-
цированная; тон фона средне-серый; тон элементов
почти белый и почти черный; плотность элементов
редкая; граница нерезкая
Состав 6П2Е1К1П ед.Ос. Класс бонитета IV. Пол-
нота 0,3—0,7. Подрост 6Б2Е1К1П, 1—3 тыс. шт./га. Под-
лесок — рябина, шиповник; редкий. Напочвенный по-
кров — таежные мезофильные и гирофильные ра-
стения. Возрастная динамика определяется эндоге-
незом насаждений
Микротекстура пятнисто-зернистая, контрастная,
сложнотекстурная, дифференцированная; тон фона
светло-серый; тон элементов белый и черный; гра-
ница резкая, диффузная
Автоморфные травяные осинники
Осинник кус-
тарниково-поймен-
ный (Ос.к.п.)
Участки низовий местных рек с гривно-ложбин-
ным рельефом, сложенные суглинистым пойменно-
русловым аллювием, влажные, нормально дрениро-
ванные, гетерогенные; почвы аллювиальные слоис-
тые; глубина грунтовых вод 3—5 м
Принадлежность и сопряженность —1.1.2; окруже-
ние — русло реки и прирусловые ивняки
Состав 8Ос2Б ед.С. Класс бонитета Щ, Полнота
0,3—1,0. Подрост 8Ос2Б, 5—20 тыс. шт./га. Подлесок —
шиповник, рябина, черемуха, малина, смородина,
спирея. Напочвенный покров — луговые и таежные
мезофильные растения, зеленые мхи пятнами.
Аллювиальные смены поколений осины
Микротекстура крупнозернистая, текстурная, сла-
боконтрастная, дифференцированная; тон фона
светло-серый; тон элементов темно-серый; плотность
элементов редкая; граница резкая с руслом реки и
нерезкая с ивняками
Автоморфные зеленомошные осинники
н* Осинник поймен-
<1 ный (Ос.п.)
Участки центральной поймы рек с грядово-лож-
бинным рельефом, сложенные супесчаным поймен-
Состав: I ярус 7Ос1Б2С, II ярус 5КЗЕ2П. Класс бо-
нитета II. Полнота 0,7-1,0. Подрост 5КЗЕ2П, 5-10 тыс.
Продолжение табл. 8
3
Осинник поймен-
ный (Ос.п.)
но-русловым аллювием, свежие, хорошо дренирован-
ные; гетерогенные; почвы аллювиальные оподзолен-
ные; глубина грунтовых вод 4-5 м
Принадлежность и сопряженность —1.1.3; окруже-
ние — русло реки, темнохвойные насаждения
Осинник мелко-
травно-зеленомош-
ный (Ос.м.з.)
Повышенные расчлененные участки с пологобуг-
ристым рельефом частично на озерно-ингрессион-
ной террасе и в основном на частных водоразделах
и склонах средней крутизны долин, сложенные су-
песчаными и легкими суглинками, свежие, хорошо
дренированные, гомогенные; почвы подзолистые;
глубина грунтовых вод 5—10 м
Принадлежность и сопряженность —1.3.3.1,1.3.4.1,
2.1.2.1, 2.2.3.1,2.3.3.1,2.4.1.1; окружение — поймы рек
днища долин ручьев, болотные массивы, березовые
и темнохвойные зеленомошные леса
Осинник ягодни-
ково-зеленомошный
(Ос.я.з.)
Повышенные слабо расчлененные участки с поло-
гобугристым рельефом и плоские бугры озерно-ин-
грессионной террасы, водоразделы междуречий, по-
логие склоны, сложенные супесями и легкими су-
глинками, влажные, нормально дренированные, го-
могенные; почвы подзолистые; глубина грунтовых
вод 3—5 м
шт./га. Подлесок — рябина, шиповник, ива; редкий.
Напочвенный покров — седмичник, плауны, майник,
линнея северная, щитовник Линнея, черника, брус-
ника, зеленые мхи. Восстановительно-возрастная ди-
намика определяется пожарами. Смена осинников
на кедровые насаждения
Микротекстура крупнозернистая, текстурная,
контрастная, дифференцированная; тон фона свет-
ло-серый, почти белый; тон элементов почти черный;
граница резкая, диффузная
Состав: I ярус 60с2Б2С ед.К, II ярус 7К2Е1П. Пол-
нота 0,7-1,0. Подрост 7К2Е1Б, 5-10 тыс. шт./га. Подлет-
сок — шиповник, рябина; редкий. Напочвенный
покров — седмичник, плауны, майник, линнея се-
верная, щитовник Линнея, черника, брусника,
зеленые мхи. Восстановительно-возрастная динами-
ка поколений определяется пожарами. Смена осин-
ников на кедровые насаждения
Микротекстура крупнозернистая и мелкопятни-
стая, сложнотекстурная, контрастная, дифференци-
рованная; тон фона почти белый, белый; тон элемен-
тов почти черный и черный; граница резкая и диф-
фузная
Состав I ярус 7Ос2Б1С, II ярус 6КЗЕ1П. Класс бо-
нитета III. Полнота. 0,7—1,0. Подрост 6КЗЕ2П, 5—
10 тыс. шт./га. Подлесок — шиповник, рябина; ред-
кий. Напочвенный покров — черника, брусника,
плауны, седмичник, багульник, зеленые мхи. Восста-
новительно-возрастная динамика поколений опре-
деляется пожарами. Смена осинников на кедровые
насаждения
Принадлежность и сопряженность — 1.2.3.3, 1.3.3.2,
2.1.2.1, 2.2.3.3, 2.2.2.4, 2.2.2.5, 2.2.3.2, 2.3.2.3, 2.3.3.2,
2.4.1.2; окружение — поймы рек, днища, долин и ручь-
ев, болотные массивы, кедрачи зеленомошные и
мшистые
Микротекстура крупнозернистая и мелкопятни-
стая, сложнотекстурная, контрастная, дифференци-
рованная; тон фона светло-серый, почти белый; тон
элементов почти черный и черный; граница резкая
и нерезкая, диффузная
Полугидроморфные
мшистые осинники
Осинник мши-
стый (Ос.м.)
Нерасчлененные плоские участки с невыражен-
ным пологобугристым рельефом, водоразделом меж-
дуречий и частично озерно-ингрессионной террасы,
сложенные супесчаными суглинистыми отложения-
ми, гомогенные; почвы подзолистые поверхност-
но-глеевые; глубина грунтовых вод 1-2 м
Принадлежность и сопряженность —1.2.2.3,1.3.3.3,
1.3.4.3, 2.1.2.3, 2.2.2.4, 2.2.2.5, 2.2.3.3, 2.3.2.4, 2.3.2.5,
2.3.3.3, 2.4.1.3,2.4.2.2; окружение — поймы рек, пнища
долин ручьев, зеленомошные и сфагновые кедрачи
Состав: I ярус 5ОсЗБ2С, II ярус 5КЗЕ2П. Класс бо-
нитета IV. Полнота 0,4-0,7. Подрост 5КЗЕ2П, 5-10 тыс.
шт./га. Подлесок — шиповник, рябина; редкий.
Напочвенный покров — вейник, хвощ, багульник,
черника, брусника, зеленые и сфагновые мхи. Восста-
новительно-возрастная динамика частично опреде-
ляется пожарами и эндогенезом насаждений
Микротекстура крупнозернистая, текстурная ,
слабоконтрастная, дифференцированная; тон фона
светло- и средне-серый; тон элементов белый и почти
черный; плотность средняя и редкая; граница, не-
резкая диффузная
Автоморфные травяные ивняки
Ивняк кустарни-
ково-пойменный
(Ив.к.п.)
Прирусловые участки поймы низовий рек с лож-
бинно-гривным рельефом, сложенные суглинистым
русловым аллювием, дренированные, гетерогенные;
почвы аллювиально-слоистые; глубина грунтовых
вод 1—3 м
Состав ЮИв. Класс бонитета III.Полнота 0,7-0,8.
Подроста нет. Подлесок — крушина ломкая, сморо-
дина черная, черемуха, спирея иволистная; средней
густоты. Напочвенный покров — осока изящная,
осока вздутая, чистец болотный, наумбургия кисте-
цветная, василистник сложный, хвощ топяной. На-
чальный этап аллювиальной сукцессии. Смена ивня-
ка на осинник
179
оо
Окончание табл
cd
В-
X
о
54
Ф
X
к
Ф
со

X
X
ft
га
«з
54
Ф
о

сч
Ф
X
я
ф
ft
о
Ф
Я
г
Ф
X
я
X
о
X
X
cd
га
о
X
X
о
ft
о
X
tt
Ф
X
й
х
н
о
Я
Е
>Х
2
ft
Ф
о
X
2
о
га
X
ф
2
Ф
я
л
X
к ~
«з га
X ft
Н Ф
X
54
Ф
2
о
я
к
cd
54
со
0)
X
X
X
cd
ft
X
С
га
X
Ф
2
cd
н
о
X
X
Ф
X
<d
54
о
ф
X
X
о
га
о 2
cd
ф
А
X
X
о
ю
с
cd
54
О
>
О
эХ эХ
х
с
cd
3
о
св
X
га
СО
>х
о
X
о
ф
X
5?
О
га
х
X
Ф
X
X
ф
ю
Я
о
X
Е
54
О
И
X
X
О
)Х
X
О
эХ
га
X
га
X
cd
х
св
X
X
ф
га
о
X
а
cd
X
X
га
Ф
X
Ф
X
Я
ф
о
X
Е
ф
св
X
§
cd
X
Ф
2
X
X
§
X
св
X
о
X
о
эХ
га
X
Ф
X
54
Ф
2
X
X
54
X
§
§
X
§
«л
О
«л
га
<d
а
о
к
га
о
ft
54
О
С
>Х
га
X
X
ф
га
ф
ft
ф
ю
54
54
г
Ф
о
О
w
X
О
X
2
х
св
со
hi О
3 а
О
Я
« ° » A Ф О У с & § § я $ ф ° X & й ф о £ § з S § ° 5 о ft g Л о X 54 X И ft § Я s 2 я 1 d « х а MS X О g 54 я С НН,, Ч ° ф Й X га Ч* 2> Й ф га о р га s с о $ 2 я S с я & ф К % * X X cd в! Я сс 1 2 1 1 7 । § > га а к га । га 2 ; £ : & 1 Св : § ю ' я i 2 2 1 га 1 н
О
га
S
га
х
о
X
54
Ф
В
о
эХ
§
а
ф
X
)Х
о
X
га
X
га
2
cd
С
§
X
ф
я
*
cd
о
cd
X
2
га
га
о
со
Ф
ft
Ф
ю
X
ф
га
га
о
X
54
ф
3
X
га
3
54
со
Ф
ft
Ф
X
X
2
О
X
о
св
X
га
о
о
X
X
ft
ф
со
cd
54
Ф
ft
3
0>
*
54
о
л
я
к
о
к
к
ft
с
о
о
X
л
о
о
я
5
ё
ft
X
X
ф
ft
ф
X
и
ф
X
5
X
cd
о
о
Л
л
о
я
§
ft
с
и
tx
к
с
«
га
S
с
Ф
С
5
54
о
о
х
эХ
Л
р
ф
ф
га
X
ф
2
ф
х
л
X
X
cd
54
tt
Ф
га
X
ф
2
ф
зХ
га
ft
ф
с
га
о
X
X
Я
X
2
cd
о
54
Ф
X
2
ф
*
§
Е
2
га
х
cd
Я4
о
Ф
Е
5
X
2
га
га
X
X
св
я
л
X
X
ф
и
X
ft
Е
X
га
8
ф
я
S
§
X
3
к
со
X
ft
Е
Ф
га
X
Ф
ь
X
о
ф
X
X
св
5?
Ф
2
X
ft
К
св
*&
Ф
Ф
ft
X
X
X
cd
§
X
180
[Крылов, 1961; Прокопьев, 1968; Горожанкина, Константинов,
1978; Ильина и др., 1985; Валуцкий, Лапшина, 1987; и др.].
В отличие от обычного описания эталонов изображений
предлагаются характеристики типов леса и их дешифровочные
признаки, которые можно использовать как дешифровочную
таблицу или технологическую схему последовательного исполь-
зования аэрокосмических снимков различных масштабов в на-
правлении от мелких к крупным в решении лесных задач.
Практически в таблице отражены состояния ландшафтных свя-
зей между рельефом, растительностью и изображениями, ко-
торые и использованы для диагностики типов леса. Простран-
ственное положение типов леса определяется с помощью кон-
текстуальных (косвенных) признаков, а их временное состояние
идентифицируется прямыми дешифровочными признаками на-
саждений. Описания контекстуальных признаков изображений
рельефа даны в классификационной схеме (см. гл. 7). При
использовании дешифровочной таблицы желательно привле-
чение космических снимков масштаба 1:1 000 000 и 1:200 000 и
аэроснимков масштаба 1:50 000 -1:15 000 осенних залетов.
При апробации дешифровочных таблиц установлено, что до-
стоверность определения типов леса на уровне 90 % на аэро-
снимках масштаба 1:15 000 - 1:25 000 обеспечивается при одно-
временном использовании всех перечисленных масштабов
аэрокосмических снимков. На аэроснимках масштаба 1:50 000
дешифрируются надежно в основном все леса с разделением
их на группы типов леса и в отдельных случаях с выделением
из них отдельных типов леса. На всех остальных снимках более
мелких масштабов дешифрируются геоморфологические комп-
лексы типов леса различного размера, с разделением лесов на
лесные формации на космических снимках масштаба 1:200 000
и классы лесных формаций на космических снимках масшта-
ба 1:1 000 000.
Глава 9
ТЕРРИТОРИАЛЬНЫЕ ЕДИНИЦЫ
ЛЕСНОГО ПОКРОВА,
ПОДЛЕЖАЩИЕ НАБЛЮДЕНИЮ
ДИСТАНЦИОННЫМИ СРЕДСТВАМИ
Региональный мониторинг лесного покрова Западной Сибири
наряду с разработкой методов дешифрирования типов леса
требует решения задач выделения и опознавания на аэрокосми-
ческих снимках территориальных единиц лесного покрова,
состоящих из типов леса и их комплексов, входящих в природ-
но-хозяйственные системы [Карпухин, 1983]. Для этого необ-
ходима такая система территориального расчленения лесного
покрова, в которой каждая таксономическая единица обладала
бы не только внутренним единством природных процессов и
181
определенной типологической структурой лесов, но и опозна-
ваемостью на аэрокосмических снимках. Соблюдение данного
условия обязательно для выделения всех таксономических
единиц любого ранга.
В разработке иерархической системы классификации лесного
покрова, пригодной для решения задач дистанционного мони-
торинга лесов, наиболее плодотворно могут быть использованы
принципы лесорастительного районирования [Колесников, 1977;
Поликарпов, 1977; Гельтман, 1982; Смагин, 1985; и др.] и идеи,
заложенные в методических вопросах изучения морфологи-
ческой структуры ландшафтов [Солнцев, 1949; Анненская, Ви-
дина и др., 1962; Исаченко, 1965; Киреев, 1976; Калашников,
1987; и др.].
Одной из важных черт принципов лесорастительного райони-
рования является принятие типа леса как низшей таксономи-
ческой единицы, составляющей комплексы типов леса во всех
единицах высшего ранга - зональный комплекс типов леса,
провинциальный, районный, геоморфологический. Однако к
существенным проблемам лесорастительного районирования
следует отнести отсутствие определения и выделения таксо-
номических единиц, заполняющих разрыв между последней
единицей лесорастительного районирования и типом леса. Но
именно эти отсутствующие единицы в лесорастительном райо-
нировании, физиономические свойства которых определяют все
своеобразие изображений на аэрокосмических снимках, осо-
бенно нужны для разработки территориальных единиц лесного
покрова, подлежащих наблюдению.
Поставленные вопросы наиболее эффективно могут быть
решены на основе использования связей между рельефом и
растительностью, которые позволяют при интерпретации видео-
изображений последовательно переходить от геоморфологи-
ческого дешифрирования к фитоценотическому и в отдельных
случаях от фитоценотического к геоморфологическому дешиф-
рированию. Установлено, что рельеф и растительность - до-
статочно надежные индикаторы различных свойств ландшаф-
тов, поэтому принят фитогеоморфологический метод выде-
ления территориальных единиц на аэрокосмических снимках
в качестве первого принципа для решения поставленной
задачи.
Второй принцип - генетический, означающий генетическую
однородность единицы, либо одинаковую историю происхож-
дения всех частей единицы, возникших в разное время, либо их
одновременное возникновение и развитие. Различие в содержа-
нии этих определений имеет ключевое значение в отношении
применения этого принципа [Седых, Васильев, 1987].
Согласно первому определению, выделяется однородная,
гомогенная область распространения генетически однородных
форм рельефа поверхности, возникших в разное время или по-
следовательно в течение некоторого времени в результате
182
проявления одного геологического процесса, единообразно дей-
ствовавшего в пространстве в условиях возможно неоднородной
географической среды. Данная единица имеет относительно
жесткие временные границы и дискретно отделяется от со-
седних. Отличие одной единицы от другой обусловлено только
геологическими процессами иной мощности или иного типа в
условиях одной и той же или другой географической среды.
Такой метод деления территории на единицы назван условно
геологическим.
В соответствии со вторым определением выделяется еди-
ница, не локализованная во времени и пространстве, имеющая
один равномерный географический фон, на котором идет тот
или иной геологический процесс. Каждая такая единица со-
стоит из качественно отличных друг от друга частей, внутри
себя гомогенных, но в совокупности составляющих гетероген-
ную структуру. Ее части определены различным проявлением
геологических процессов и их различной интенсивностью.
Отличие одной такой единицы от другой обусловлено геогра-
фическими условиями проявления одного геологического
процесса. Такой подход к делению территории и единицы
условно назван географическим.
Под геологическими факторами в данном случае понима-
ются процессы, п 'еобразующие рельеф поверхности Земли и
метаморфизирующие поверхностные горные породы, под гео-
графическими - условия протекания геологических процессов,
которые определяют их интенсивность и направленность. Так,
различные процессы эрозии и аккумуляции рассматриваются как
геологические процессы, а их интенсивность, мощность и специ-
фика проявления определяются географическим фоном, взаи-
модействием контактирующих территорий и другими условия-
ми проявления геологических процессов.
Категории геологических и географических единиц образуют
чередующуюся иерархию территориальных подразделений,
которые являются качественными частями друг друга.
Например, озерно-ингрессионная терраса как геологическое
образование хорошо выделяется на космический снимках всех
масштабов. В этом смысле генетически она является однород-
ным образованием, независимо от того, в каких климатических
или географических условиях она формировалась. В то же
время, анализируя ее морфологию на снимках более крупных
масштабов, видно, на каком пространстве изменяется ее мор-
фология и вместе с ней специфика строения, что связано с
различными географическими условиями образования. Ее
конфигурация, размеры, плотность и ориентация составляющих
ее элементов изменяются, а вместе с ними, как подтверждают
наземные исследования, изменяется состав поверхностных от-
ложений и в целом дифференцируется экологическая ситуа-
ция. На основании этого методического подхода в пределах
озерно-ингрессионной террасы выделено несколько ассоциа-
183
. ций типов рельефа, территории которых отличаются не только
геолого-геоморфологическими модификациями, но и в значи-
тельной мере структурой лесного покрова (см. рис. 30).
Этот же принцип принят и при дальнейшем делении сту-
пени на мелкие территориальные единицы. Так, например,
участки этой же террасы в долине Ларьегана, примыкающей
к пойме Оби, сложены суглинистыми отложениями, которые
дальше к верховью постепенно замещаются песчаными и в
верховье полностью сложены только песчаными отложениями
(см. рис. 26-32). Варьирование геолого-геоморфологического
строения террасы связано с географическими факторами -
шириной и ориентацией ее поверхности, контактирующими
с ней ландшафтами и другими пространственными особенно-
стями, в которых модифицировался один геологический про-
цесс, приведший к образованию этой террасы. В связи с этим
возникает необходимость расчленения террасы в поперечном
направлении на отрезки или участки, в которых географиче-
ский фон был бы сведен к минимуму и в географическом от-
ношении она стала бы гомогенной. Таким образом, локализо-
ванные в пространстве участки названы условно географиче-
скими единицами, которые внутри себя могут быть далее раз-
делены уже на геологические единицы.
Необходимость выделения географических и геологических
различий возникает в единицах всех рангов, и этот подход
принят в качестве определяющего при построении всей иерар-
хической системы выявления территориальных единиц лесного
покрова на аэрокосмических снимках. При этом представляет-
ся возможным осуществить контроль полноты иерархической
структуры единиц, начиная построение с любого территориаль-
ного образования, не пропуская ранги, и достроить схему вниз
и вверх по уровням иерархии.
Согласуясь с приведенными принципами, в пределах лево-
бережного широтного Приобья выделено семь иерархических
территориальных единиц, в границах которых предлагается
осуществлять слежение за различными параметрами лесного
покрова с использованием аэрокосмических снимков (см.
рис. 59-63). Последней единицей является тип насаждений
по Б. П. Колесникову.
Каждая выделенная единица, кроме последней, представ-
ляет собой комплекс типов леса, приуроченных к генетической
однородной территории определенного размера, количество или
доля которых в составе лесного покрова убывает от крупной
единицы к мелкой.
Следует отметить, что количество типов леса, входящих в
состав той или иной единицы, может быть одинаковым, но во
всех случаях пространственное размещение и их долевое уча-
стие в структуре лесного покрова всегда будут различными.
Третий принцип, введенный в определение и описание еди-
ниц, - возрастание детализации классификационных критериев
184
a
Рис. 59. Территориальные единицы лесного покрова левобережного широтного
Приобья первого (а) и второго (б) рангов, подлежащие наблюдению на космиче-
ском снимке масштаба 1:10 000 000 —1:3 500 000.
Равнины: 1.1 — Обь-Иртышская, 1.2 — Обь-Юганская, 1.3. — сквозная Салым-Юган-
ская, 1.4 — Юганская.
по мере дробления таксонов, - согласованный с информацион-
ными возможностями аэрокосмических снимков, т.е. в описа-
ние единиц введены признаки растительности, которые можно
получить с видеоизображений в том или ином масштабе.
Наиболее крупная единица первого уровня - левобережное
широтное Приобье (географическая единица) - выделена на
гидросети ряда бассейнов рек, впадающих слева (юга) в Обь
в пределах широтного отрезка ее течения. Территория хорошо
опознается на космических снимках масштаба 1:10 000 000 —
1:3 500 000 независимо от сезона съемки. Растительность здесь
характеризуется на уровне двух типов - лес - болото. Основным
Признаком является лесистость, изменение которой позволяет
Получать сигнал о крупных преобразованиях площади лесного
Покрова (см. рис. 59).
Единицы второго ранга выделены в соответствии с граница-
ми типов ассоциаций ступеней рельефа (геологическая еди-
ница). В результате того, что Салым-Юганская сквозная долина
185
Рис. 60. Территориальные единицы лесного покрова третьего ранга, подлежа
щие наблюдению на космических снимках масштаба 1:1 000 000.
Равнины: 1.1.1 — Обь-Салымская приречная, 1.1.2 — Обь-Балыкская приречная.
1.1.3 — Среднесалымская, 1.1.4 - Среднебалыкская, 1.1.5 — Верхнесалымская
1.1.6 — Верхнебалыкская, 1.1.7 - Иртыш-Салымская, 1.2.1 — Обь-Покурская, 1.2.2 -
Юган-Кульеганская, 1.2.3 - Кульеганская приречная, 1.2.4 - Кульеган-Соснин-
ская, 1.25 — Соснинско-Ларьеганская, 1.2.6 — Ларьеганская приречная, 1.2.7 -
Ларьеган-Ильякская, 1.2.8 - Ильякская приречная, 1.2.9 — Ильяк-Обская, 1.4.1 -
Малоюганская приречная, 1.4.2 — Негусъяхская приречная, 1.4.3 — Негусъях-
Юганская, 1.4.4 — Салым-Юганская, 1.4.5 - Большеюганская приречная, 1.4.6 -
Верхнеюганская.
значительно отличается от сопредельных территорий в геолого-
геоморфологическом отношении, структурой лесного покрова
и изображением на аэрокосмических снимках, она рассматрива-
ется дважды на уровнях второй и третьей единиц. Территори-
альные единицы второго уровня хорошо выделяются на кос-
мических снимках 1:3 500 000. Растительность характеризуется
на уровне двух типов - лес - болото - с разделением лесного по-
крова на лиственные и хвойные леса. Основными признаками
слежения за состоянием лесного покрова будут лесистость и
долевое соотношение площади лиственных и хвойных лесов
(см. рис. 59).
Единицы третьего уровня (географические единицы) выде-
лены по обобщенным ассоциациям типов рельефа, локализо-
ванным в пределах ступеней рельефа. Растительность характе-
ризуется на уровне типов и класса лесных формаций. Основ-
ными признаками являются лесистость и долевое соотношение
площади светлохвойных, темнохвойных и лиственных лесов.
Масштаб космических снимков 1:1 000 000 - 1:500 000. При выде-
лении единиц четвертого уровня (геологические единицы) кри-
териями послужили обобщающие геоморфологические показа-
тели, такие как общий уклон и степень расчленения поверх-
ности и ее макроформы - региональные водоразделы и макро-
склоны. Признаки оценки состояния лесного покрова - леси-
стость и долевое соотношение площадей, занятых лесные и фор'
мациями. Масштаб аэрокосмических снимков 1:500 000 - 1:200 00^
(см. рис. 60).
186
шп
Рис. 61. Территориальные единицы лесного покрова четвертого ранга, подлежа-
щие наблюдению на космических снимках масштаба 1:500 000 —1:200 000.
1.2.5 — Соснинско-Ларьеганская равнина и 1.2.6 — Ларьеганская приречная рав-
нина: 1.2.5.1 — глубоко расчлененные макросклоны междуречий, покрытие пре-
имущественно сосновыми лесами; 1.2.5.2 — умеренно расчлененные макроскло-
ны междуречий, покрытые преимущественно кедровыми и производными ли-
ственными лесами и частично сосняками; 1.2.5.3 — центральные водораздельные
поверхности, покрытые кедровыми и производными лиственными лесами;
1-2.6.1 — низовая часть приречной равнины, покрытая кедровыми и производны-
ми лиственными лесами ; 1.2.6.2 — средняя часть приречной равнины, покры-
тая кедровыми, сосновыми и производными лиственными лесами; 1.2.6.3 — вер-
ховая часть приречной равнины, покрытая преимущественно сосновыми леса-
ми. Ост. усл. обозн. см. рис. 61.
187
7.2.5.2.3 |*'q°o \l.2.6.1.1 [%°0°17.2.6.7.2
Рис. 62. Территориальные единицы лесного покрова пятого ранга, подлежащие на-
блюдению на космических снимках масштаба 1x200 000 —1:100 000.
U.5.1 — глубоко расчлененные макросклоны междуречий Соснинско-Ларьеганской рав-
нины; 1.2.5.2 — умеренно расчлененные макросклоны междуречий Соснинско-Ларьеган-
ской равнины; 1.2.6.1. — низовая часть Ларьеганской приречной равнины; 1.2.5.1.1 —
крутые склоны, покрытые автоморфными сосняками; 1J.5.1.2 — водоразделы, покрытые
полугидроморфными сосняками и кедрачами; 1.2.5.1.3 — днища долин, покрытые гид-
роморфными сосняками; 1Х5.2.1 — склоны, покрытые автоморфными кедрачами и
производными лиственными лесами; L2.5.2.2 — водоразделы, покрытые автоморфными
и полугидроморфными кедрачами и сосняками; 1.2.5.2.3 — днища долин, покрытые
болотами и гидроморфными кедрачами и сосняками; 1J2.6.1.1 — участки среди болот-
ных массивов, покрытые автоморфными кедрачами и производными лиственными ле-
сами; 1»2.6.1-2 — приречные участки, покрытые автоморфными кедрачами.
Единицы четвертого уровня (географические единицы)
представляют собой ассоциации крупных мезоформ рельефа -
долины, водоразделы местных рек. Критерий растительности -
экологические модификации лесных формаций, разделяемые
по степени увлажнения на авто-, гидро- и полугидроморфные.
Масштаб аэрокосмических снимков 1:200 000 — 1:100 000.
Признаки слежения - лесистость, долевое соотношение лесных
формаций и их экологических подразделений (см. рис. 61).
Единицы пятого уровня (геологические единицы) выделены
по макроформам рельефа - часть днищ, склонов, водоразделов
местных рек. Критерий растительности - группы типов леса.
Масштаб аэрокосмических снимков 1:100 000 - 1:50 000. При-
знаки оценки состояния лесного покрова - лесистость, площадное
соотношение лесных формаций и групп типов леса, возрастные состо-
яния сообществ по трем категориям возраста - молодняки, средне-
возрастные и приспевающие, спелые и перестойные (см. рис. 62).
ШаЗ/2522у/ЕЕЗ/252.3/^ZEJ/2.5232[ t 1 HJ/25233
Рис. 63. Территориальные единицы лесного покрова шестого ранга, подлежа-
щие наблюдению на аэроснимках масштаба 1:100 000 — 1:50 000.
1.2.5.2.1 - склоны долин; 1.2.5.2.2 - водоразделы; 1.2.5.2.3 - днища долин;
1.2.5.2.1.1 — кедрачи мелкотравно-зеленомошные (80 %) в сочетании с кедрача-
ми зеленомошно-ягодниковыми (20 %); 1.2.5.2.1.2 — кедрачи мелкотравно-зе-
леномошные; 1.23.2.1.3 — кедрачи ягодниково-зеленомошные (70 %) в сочета-
нии с кедрачами мшистыми (30 %); 1.2.5.2.2.1 — кедрачи мелкотравно-зеленомош-
ные (60 %) в сочетании с кедрачами ягодниково-зеленомошными (40 %);
1.2.5.2.2.2 — кедрачи мшистые; 1.2.5.2.2.3 — кедрачи мшистые (60 %) в сочетании
с кедрачами ягодниково-зеленомошными (40 %); 1.2.5.2.2.4 — сосняк болотный;
1.2.5.2.3.1 — болота; 1.2.5.2.3.2 — кедрачи травяно-болотные (50 %) в сочетании с
сосняками болотными (50 %); 1.2.5.2.3.3 — сосняки травяно-болотные.
Типы леса (географические единицы) - единицы седьмого. уров-
ня — занимают элементы форм рельефа и различные литологичес-
кие разности. Критерий растительности — совокупность генетически
связанных насаждений и их возрастных состояний по классам возра-
ста. Масштаб аэрокосмических снимков 150 000 - 1:15 000. Призна-
ки оценки состояния лесного покрова - лесистость, долевое
соотношение лесных формаций и типов леса и их насаждений
по всем категориям возраста (см. рис. 63).
Построенную на геолого-геоморфологической основе систему
иерархически соподчиненных территориальных единиц,включа-
ющую адекватно единицы классификации рельефа и типов
леса, можно рассматривать и применять так же, как технологи-
ческую схему дешифрирования типов леса и их комплексов, по-
зволяющую последовательно переходить от мелких масштабов к
крупным, детализируя признаки, характеризующие состояние
лесного покрова.
189
Поддержание оптимального соотношения площадей, покры-
тых лесом и не покрытых лесом, обеспечивающего устойчивость
ландшафтов, считается обязательным условием научного при-
родопользования. В связи с этим получение периодической ин-
формации о количественном и качественном изменении леси-
стости интенсивно развивающихся районов должно являться
текущей деятельностью мониторинга лесного покрова, позволя-
ющей оперативно вносить поправки в долгосрочные проекты ос-
воения лесных ресурсов и оценивать общую тенденцию разви-
тия лесного покрова.
Существующие методы определения лесистости, требующие
привлечения огромного материала лесоустройства и земле-
устройства, трудоемки, и часто затраты времени на их обработ-
ку не оправдываются результатом. При этом, поскольку инвен-
таризация лесов проводится через 10-15 лет, данные часто
устаревают и не позволяют своевременно получать сведения о
динамике лесистости и ее последствиях.
Современные достижения в области получения видеоинфор-
мации с искусственных спутников Земли не только могут ре-
шить эту задачу, но и организовать слежение за состоянием
лесистости в системе аэрокосмического мониторинга лесного
покрова на высоком качественном уровне. На космических
снимках в зависимости от их разрешения можно не только
определять лесистость, но также и получать данные о ее качест-
венном содержании, т.е. /дешифрировать количественное соот-
ношение категорий земель и получать информацию о причинах
и скорости их преобразования,. Кроме того, космические снимки
дают возможность, в отличие от традиционных методов, оцени-
вать лесистость не в границах административных районов, а
в пределах выделенных территориальных единиц, достоверно
дешифрируемых на изображениях земной поверхности. В таком
виде сведения о лесистости более ценны, так как они позво-
ляют произвести глубокую экологическую интерпретацию
происходящих изменений в лесных ландшафтах.
Космические снимки любого масштаба пригодны для оценки
и анализа состояния лесистости. Изображения Земли, полу-
ченные с метеорологического спутника в зимнее время, ма-
сштаба 1:10 000 000 и 1:3 500 000 удобны для расчета лесистости
крупных ландшафтов и обширных территорий. На них четко
отделяются покрытые лесом площади от непокрытых. Косми-
ческие снимки масштаба 1:500 000 - 1:1 000 000, полученные
в летнее время, позволяют дешифрировать категорию земель,
составляющих лесной и сельскохозяйственный фонды. Косми-
ческие снимки масштаба 1:200 000 и крупнее дают возможность
получить детальную информацию о качественном состоянии
земель и о протекающих в них процессах.
Для определения стратегии и тактики лесоводственной и
любой другой хозяйственной деятельности в пределах выделен-
ных территориальных единиц нужна изначальная количествен-
ная информация о современном состоянии лесного покрова.
Прежде всегс она необходима для регистрации и оценки проис-
190
шедших изменений в тех же параметрах, в которых охаракте-
ризованы наблюдаемые лесные объекты. Это должны быть
данные, отражающие состояние лесного фонда в показателях,
принятых в лесном хозяйстве, - размеры территориальных еди-
ниц, распределение лесной площади по категориям земель,
распределение покрытой лесом площади по лесным форма-
циям, по классам бонитета, типам леса, по группам или клас-
сам возраста. Кроме того, каждая территориальная единица
должна содержать сведения о лесорастительных условиях и
данные о состоянии лесов, отражающие тенденции их развития.
К числу обязательных экологических параметров, характе-
ризующих лесорастительные условия, должны быть отнесены
глубина и расчлененность рельефа, дренированность террито-
рии, литологический состав поверхностных отложений, доми-
нирующие почвы, глубина грунтовых вод. Эти данные необхо-
димы не только для отражения сложившихся лесорастительных
условий с точки зрения их значения в оценке продуктивности и
ценности лесов, но и, что не менее важно, для оценки возмож-
ной реакции среды обитания леса на тот или иной фактор эк-
зогенного воздействия.
Со структурой лесорастительных условий, обусловленной
геолого-геоморфологической основой лесных территорий, непо-
средственно связаны структура лесного покрова и соответст-
венно ее функциональные особенности. Это означает, что в
зависимости от характера размещения лесов, их продуктивно-
сти, лесистости и комплексности типов леса по-разному прояв-
ляются различные природные процессы, влияющие на специ-
фику развития лесного покрова в целом, т.е. в зависимости
от характера структурно-функциональной организации лесного
покрова следует ожидать различные последствия от воздейст-
вия одного и того же фактора, что важно для определения спе-
цифики лесохозяйственной деятельности в пределах тех или
иных территорий.
Так, например, в двух соседних территориальных единицах
(рис. 64), имеющих совершенно различные эколого-лесоводст-
венные характеристики, один и тот же вид воздействия может
вызвать различные последствия. В первой территориальной
единице, характеризующейся высокой расчлененностью, глу-
боким уровнем залегания грунтовых вод, хорошей дренирован-
ностью и соответственно значительной лесистостью и более
продуктивными лесами, прокладка дорожной сети вызовет
только локальное или временное обратимое заболачивание
лесов. На второй же территории, где эколого-лесоводственные
ситуации совершенно иные, прокладка дорожной сети вызовет
необратимое заболачивание лесов и повышение обводненно-
сти территории в целом. В настоящее время осуществляющееся
строительство дорог на этих территориях подтверждает сказан-
ное. Или в силу высокой лесистости и широкого распростране-
ния суходольных сосняков в первом случае возникший пожар
191
4
5
чип-
'и
Рис. 64. Структура лесного покрова Соснинско-Ларьеганской (1.2.5) и
Ларьеганской (1.2.6) равнин.
1 - кедровые и производные лиственные леса; 2 - сосновые леса; 3 - кедровые,
сосновые и производные леса; 4 - болота; 5 - луга.
может привести к уничтожению лесов на всей площади, тогда
как во втором случае пожар нанесет ущерб только в пределах
отдельных небольших участков.
192
Паспорт
лесного покрова Соснинско-Ларьеганской равнины (1.2.5)
Эколого-лесоводственная характеристика
Признак
Общая площадь
Географическое поло-
жение
Происхождение
Поверхностные геоло-
гические отложения
Расчлененность рель-
ефа
глубина (oh)
интенсивность (tg<p)
Глубина грунтовых вод
Дренированность
Почвы
Лесопокрытая площадь
(лесистость)
Распределение лесопо-
крытой площади по лесным
формациям и классам бо-
нитета
Возрастной состав лес-
ных формаций
Прогноз восстановитель-
но-возрастной динамики
автоморфных лесов
Класс пожарной опас-
ности
Тенденция развития
лесообразовательного про-
цесса
Типичные природные
экзогенные факторы
Современные антро-
погенные факторы
Ожидаемые антропо-
генные факторы
Реакция леса на экзо-
генные воздействия
Показатель
2880 км2
Междуречье Соснинский Еган —
Ларьеган. Абс. отм. 60—100 м
Эрозионно расчлененная рав-
нина озерно-ледникового проис-
хождения
Преимущественно суглинистые
подстилаемые песками и частично
песчаные
3,5—10 м
0,01—0,05
5-10 м
0,2-0,7
Преимущественно подзолистые
поверхностно-глееватые и подзолы
иллювиально-железисто-гумусовые
85,8 % от общей
См. прил., табл. 17
См. прил., табл. 17
См. табл. 9
II
Послепожарные сукцессии, веду-
щие к смене автоморфных листвен-
ных насаждений и сосняков на
кедр
Пожары, редко ветровалы
Пожары, сплошно-лесосечные
рубки, прокладка автодорог и неф-
тепроводов, строительство и экс-
плуатация нефтегазодобывающих
объектов, охотники, рыбаки, сбор-
щики ягод и грибов
Кислотные дожди в связи с
фоновым и локальным загрязнени-
ем атмосферы, парниковый эффект
Пожар и сплошно-лесосечные
рубки вызывают смену пород и по-
следующее активное восстановле-
ние насаждений; прокладка маги-
стральных сооружений приводит к
локальному заболачиванию лесов
193
Паспорт
лесного покрова Ларьеганской приречной равнины (0.6)
Эко лого- лесоводственная характеристика
Признак
Показатель
Общая площадь 1408 м2
Географическое положение Долина р. Ларьеган абс. отм. 40—€0 м
Происхождение
Поверхностные геологи-
ческие отложения
Расчлененность рельефа
глубина (oh)
интенсивность (tg
Глубина грунтовых вод
Дренированность
Почвы
Ингрессионная
озерно-речная
раннего позднеледниковья
Преимущественно
равнина
покровные суглинки
мощностью 4—5 м и частично пески
0,1—2 м
0,001-0,005
1-5 м
Слабо и среднедренированная
Преимущественно торфяно-подзолисто-
глеевые и подзолистые поверхностно-гле-
еватые
Лесопокрытая площадь
(лесистость)
Распределение лесопо-
крытой площади по лесным
формациям и классам бони-
тета
Возрастной состав лесных
формаций
Прогноз восстановитель-
но-возрастной динамики ав-
томорфных лесов
Класс пожарной опасности
Тенденция развития лесо-
образовательного процесса
Типичные природные эк-
- зогенные факторы
Современные антропо-
генные факторы
35 % от общей
См. прил., табл. 18
См. прил., табл. 18
См. табл. 10
IV
Послепожарные сукцессии, ведущие к
смене автоморфных лиственных лесов на
кедрачи с последующим заболачиванием
Пожары, редко ветровалы
Ожидаемые антропо-
генные факторы
Реакция леса на экзо-
генные воздействия
Пожары, сплошно-лесосечные и выбороч-
ные рубки, прокладка автодорог и нефте-
проводов, строительство и эксплуатация
нефтегазодобывающих объектов, охотники,
рыбаки, сборщики ягод и грибов
Кислотные дожди в связи с фоновым и
локальным загрязнением атмосферы,
парниковый эффект
Заболачивание гарей и вырубок и после-
дующее восстановление коренных насажде-
ний; прокладка магистральных сооружений
вызовет сплошное заболачивание и при-
ведет к общему повышению обводненности
территории
Дополнительно к перечисленным эколого-лесоводственныМ
показателям необходимо также иметь сведения о существую-
щих и ожидаемых факторах экзогенного воздействия и вместе
с ними знания о возможных реакциях лесной растительности на
различные виды воздействия, степени пожарной опасности, аК-
194
'Лености лесообразовательного и болотообразовательного про-
цессов, количественные данные о тенденциях эндогенной ди-
намики лесного покрова. Последние сведения могут быть полу-
чены на основе анализа эколого-лесоводственных материалов
путем построения моделей развития леса известными мето-
дами, а при отсутствии таковых возможностей - проведение на-
земных исследований динамики лесов с использованием аэро-
космических снимков.
Таким образом, для каждой территориальной единицы дол-
жен быть заведен паспорт, содержащий по возможности полный
перечень сведений о состоянии лесного покрова в статике и ди-
намике. Он будет являться информационной основой, точкой
отсчета для последующей регистрации и оценки изменений в
лесном покрове дистанционными средствами. Следует отме-
тить, что по мере дальнейшего изучения лесного покрова пере-
чень паспортных данных о его состоянии будет расширяться и
наполняться более глубоким содержанием.
С точки зрения как перспективного планирования использо-
вания лесных ресурсов, так и изучения экологии и динамики
лесов представляется важным прогноз их состояний. Хотя де-
ятельность по прогнозированию различных природных объектов
достаточно развита в современной науке, тем не менее метод
прогнозирования еще слабо разработан применительно к лес-
ным объектам. Тем более в связи с развитием дистанционных
методов исследования лесов необходимо обсуждение возможно-
стей использования аэрокосмических снимков в этой области
[Седых, Корзухин, 1981; Корзухин, Седых, 1982,1983]. Особенно важно
это для таежных территорий Западной Сибири, которые в послед-
нее время испытывают сильную антропогенную нагрузку. Дело
в том, что в этих районах слабо развито лесное хозяйство и дей-
ствуют в основном естественные механизмы регуляции лесной
динамики, в настоящее время недостаточно изученные, поэто-
му последствия антропогенного воздействия плохо предска-
зуемы. х
Прогноз состояния лесного покрова для целей аэрокосмиче-
ского мониторинга может осуществляться на уровне различных
географических единиц, например на уровне ландшафтов,
оперируя непосредственно лесистостью или долями площадей,
занятых лесными формациями и их лесотипологическими
Комплексами.
Ландшафтный подход удобен и реален тем, что дает прямой
ответ на вопрос о состоянии растительности любой территории,
если известны сукцессионные линии развития типов леса, сла-
гающих ее комплекс. В этом случае возможен количественный
Прогноз запаса и других таксационных показателей каждой
лесной породы при обеспеченности таблицами хода роста мо-
дальных насаждений, составленных для каждого типа ме-
стообитаний.
В связи с этим естественными территориальными единицами
195
прогноза будут тип леса в понимании Б.П. Колесникова [1956]
и комплексы типов леса, знание эндогенной и экзогенной
динамики которых дает широкие возможности прогноза состо-
яния растительности территории любого размера.
Предварительным условием построения прогноза является
установление времени, в пределах которого следует ожидать
существенные изменения лесного покрова, обусловленные
как природными, так и антропогенными факторами. Временные
ограничения позволяют произвести выделение растительных
объектов, динамических на заданном отрезке времени, и оп-
ределить тем самым территорию для анализа современного
и ожидаемого состояния лесного покрова. Например, ограни-
чиваясь временем прогноза порядка 200 лет, болотные массивы
и заболоченные леса, состояние которых заметно меняется
на большом отрезке времени, не будут приниматься в рассмот-
рение, за исключением случаев контакта болота и леса в по-
граничных зонах, где возможно существенное влияние болот-
ных систем на лесной покров суходольных территорий.
Следующим необходимым условием построения прогноза
является экологическая классификация территории. Для этой
цели она может быть удовлетворительной при осуществлении
ее на геолого-геоморфологической основе с отражением гео-
логических условий, почвенных и гидрологических характе-
ристик. Степень однородности экологической структуры вы-
деляемых участков будет определяться подробностью инфор-
мации об этих признаках и желаемой точностью прогноза. В
этом случае найдут эффективное применение аэрокосмические
снимки и ландшафтные методы их интерпретации [Киреев,
1966, 1977, 1979; и др], а также положения генетической класси-
фикации Б.П. Колесникова [1956]. Исходя из утверждения, что
участки, принадлежащие к исходной по географическому
положению и происхождению форме рельефа, характеризуются
качественно однородным режимом комплекса природных фак-
торов, что было рассмотрено в предыдущих главах, представ-
ляется возможным по геоморфологическим признакам релье-
фа, отображенным на аэрокосмических снимках различного
масштаба, последовательно дифференцировать территорию на
элементарные формы рельефа и их комплексы, относительно
одинаковые по лесорастительным условиям. Наряду с уста-
новлением на аэрокосмических снимках границ типов лесорас-
тительных условий выявляется весь возможный комплекс
возрастных состояний лесов, необходимый для последующего
формирования естественно-генетического ряда развития лес-
ных сообществ.
Инструментом прогноза является пространственно-диффе-
ренцированная количественная модель, описывающая сукцес-
сионную динамику лесообразующих пород в данных экологи-
ческих условиях, которая может быть построена известным ₽
таксации методом составления таблиц хода роста модальных
196
Таблица 9
Прогноз
росстановительно-возрастной динамики автоморфных лесов Соснинско-Ларье-
ганской равнины (площадь, %)
Лесная фор- мация Группа возраста, лет
1-40 41-80 81-120 >120 Итого
• 1990 г.
К 0,2 0,6 5,7 19,1 25,6
Е — — 0,2 0,5 0,7
С — 0,3 5,9 26,9 33,1
Б 0,2 0,4 0,4 12,2 13,2
Ос — — — 12,9 12,9
Итого . . . 0,4 1,3 12,2 71,6 85,5
2030 г.
К ОД 0,4 3,1 34,3 37,9
Е — 0,1 0,6 0,7
С 0,1 3,2 29,7 33,0
Б 0,1 0,3 0,4 6,6 7,4
Ос — — — 6,5 6,5
Итого . . . 0,2 0,8 6,8 77,7 85,5
2070 г.
К 0,2 0,5 49,9 50,6
Е — — 0,1 0,6 0,7
С — — 0,5 32,5 33,0
Б — 0,2 0,4 0,6 1,2
Итого . . . — 0,4 1,5 83,6 85,5
насаждений, рассмотренным в гл. 3. Достоинство этого метода
заключается в том, что выявление всей совокупности линий
развития леса, присутствующей на той или иной территории,
можно провести при однократной инвентаризации лесов. В дан-
ном случае аэрокосмические снимки используются на всех
этапах изучения сукцессионной динамики лесного покрова -
от определения типов лесорастительных условий до выдачи
прогноза. При этом при описании дешифровочных признаков
всех возрастных состояний лесных сообществ, введенных в со-
держание таблицы хода роста, количественный прогноз мо-
жет составляться прямо на основе аэрокосмических снимков
с изготовлением серии карт лесов будущего.
Конкретной формой представления прогноза развития лес-
ного покрова каждой территориальной единицы может быть
серия таблиц распределения лесов по группам возраста (табл. 9-
11) и карт динамики лесного покрова, составленных через опре-
197
Таблица 10
Прогноз
восстановительно-возрастной динамики автоморфных лесов Ларьеганской
приречной равнины (площадь, %)
Лесная фор- мация Группа возраста, лет Итого
1-40 41—80 80-120 >120
К •о 1990 г. 11,1 26,8 37,9
С — •— 2,8 10,1 12,9
Б 5,5 5,5 0,9 12,2 24,1
Ос — —• — 1,9 1,9
Итого . • . 5,5 5,5 14,8 51,0 76,8
К 2030 г. 5,5 39,5 45,0
С — — 1,4 11,4 12,9
Б 2,7 5,5 3,3 6,5 18,0
Ос — — — 0,9 о,9
Итого . . . 2,7 5,5 10,2 58,4 76,8
к мм 2070 г. 52,0 52,0
С — — — 12,9 12,9
Б — 2,7 5,5 3,7 11,9
Итого . . . — 2,7 5,5 68,6 76,8
деленный интервал времени - 20, 50 или 100 лет. В частности,
картосхемы динамики лесного покрова территориальных еди-
ниц второго уровня (рис. 65, табл. 11) составлены на основе ана-
лиза возрастного состава лесных формаций и его изменений со-
гласно известным лесным сукцессиям. В них представлены ре-
зультаты ожидаемых состояний в составе суходольных лесов,
могущих возникнуть в процессе восстановительно-возрастной
динамики лесов левобережного широтного Приобья, если раз-
Таблица 11
Прогноз
динамики состава лесных формаций суходольных территорий левобережного ши-
ротного Приобья (площадь,%)
Год 1.1 1.2 1.3 1.4
1990 4Б2Ос1С2К1Е ЗСЗК2Б2Ос 6С2К2Б 2С2К1ЕЗБ2Ос
2030 7К1Е1С1Б 6КЗС1Б 6СЗК1Б 6К1Е2С1Б
2070 8К1Е1С 7КЗС 6С4К 7К1Е2С
198
1985
Рис. 65. Прогноз динамики состава лесных формаций суходольных территорий
(%) левобережного широтного Приобья.
1 — кедр, ель, пихта; 2 — сосна; 3 — береза, осина; Ост. усл. обозн. см. рис. 62.
витию этого процесса не помешают экзогенные факторы воз-
действия.
Ценность сведений о естественном ходе развития лесного
покрова, полученных таким методом, очевидна, однако веро-
ятность наступления этих состояний, воспроизведенных с
помощью пространственно-временной модели, всегда будет от-
носительной. Надежность прогноза будет повышаться постоян-
ной отладкой модели на аэрокосмических материалах, полу-
чаемых последующими съемками.
Работы по отладке и корректировке прогноза лесного покро-
ва, как и сами исследования по методике ее состояния, следует
проводить на полигонах, и они должны являться составной
частью деятельности аэрокосмического мониторинга лесного
покрова.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
В решении задач аэрокосмического мониторинга лесного
покрова Западной Сибири наиболее эффективно применение
космических снимков в сочетании с аэроснимками. Для одно-
временного использования аэрокосмических снимков всех мас-
штабов необходимы руководства, содержащие региональные
методы лесного дешифрирования, разработанные на основе
изученных закономерностей формирования структуры изобра-
жений и задействования максимально возможного набора* де-
шифровочных признаков. Для этого исследована структура изо-
бражений и предложена оригинальная классификация прямых
и косвенных дешифровочных признаков, комплексное приме-
нение которых обеспечивает оперативность и высокую досто-
верность идентификации лесных объектов на черно-белых аэро-
космических снимках различных масштабов.
Корреляционный анализ массовых статистических данных
позволил установить, что лесистость, расчленение рельефа и
формационный состав лесов тесно взаимосвязаны. Это послу-
жило основой для разработки методов количественной оценки
глубины и интенсивности расчленения рельефа, дренированно-
сти лесных территорий и эколого-формационного состава лесов
по данным лесистости, определяемой по космическим сним-
кам. Методические разработки и результаты исследований
имеют теоретическое и практическое значение в изучении за-
кономерностей формирования пространственной структуры
лесов и лесорастительных условий территориальной классифи-
кации лесного покрова, а также могут быть использованы для
восстановления и расчета оптимальной лесистости ландшаф-
тов, сильно затронутых антропогенной деятельностью,
В соответствии с возрастным изменением состава насаждений,
численности и размера деревьев меняются вертикальная и го-
ризонтальная проекции древостоев и согласованно с ними тон
и структура изображений. Свойство синхронной динамики
морфологии насаждений и структуры их изображений исполь-
зовано для разработки метода дистанционной оценки смены
пород, лесотаксационного дешифрирования с применением
таблиц хода роста и лесотаксационного дешифрирования на
ЭВМ.
К относительно одинаковым формам рельефа, почвам и
почвообразующим породам приурочены насаждения различных
лесообразующих пород, резко отличающихся структурой изо-
бражений.
200
Руководствуясь географо-генетическим анализом их прост-
ранственно-временного распределения на примере подзолистых
поверхностно-глеевых почв, разработаны научные и методиче-
ские основы дешифрирования почв и почвообразующих пород
росных территорий. Они состоят в использовании всей сово-
купности изображений насаждений, относящихся к лесным
сукцессиям, возникающим на участках с одинаковыми фор-
мами рельефа и с относительно одинаковыми почвами и поч-
рообразующими породами.
Интерпретация материалов аэрокосмической съемки, про-
веденная с использованием разработанных методов в сочета-
нии с наземными исследованиями, позволила выявить, что
расчлененность рельефа и геологический состав поверхностных
отложений - решающие факторы формирования экологических
режимов местообитаний леса, определяющие в основном сов-
ременную структуру лесного покрова и структуру изображений
на аэрокосмических снимках. На основе этих закономерностей
составлена классификация рельефа, состоящая из 128 таксоно-
мических единиц четырех уровней, регистрируемых на аэро-
космических снимках.
В районе исследований наиболее распространены автоморф-
ные мелколиственные леса - березняки и осинники (34,0 %),
возникшие после пожаров на месте кедрачей. Вместе с авто-
морфными кедровниками (15,1 %) они составляют около 50 %
площади суходольных лесов, располагаясь на слабо и умеренно
расчлененных геоморфологических поверхностях с пологобуг-
ристым рельефом, сложенных покровными суглинками поздне-
ледникового происхождения. Суходольные сосняки (17,2 %)
приурочены к повышенным расчлененным участкам надпой-
менных террас с пологогривным рельефом, сложенным песка-
ми, и к глубоко расчлененным формам рельефа междуречий
с двучленными отложениями. Наиболее характерны они для
асимметричных междуречий. Заболоченные леса всех лесных
формаций, занимающие около 33 % лесопокрытой площади,
распространены на всех ступенях рельефа и занимают в основ-
ном пониженные плоские участки с торфяной залежью раз-
личной мощности.
Такой характер распространения лесных формаций свиде-
тельствует о ведущей роли геологических факторов в размеще-
нии лесов и о значении этих факторов в поддержании устойчи-
вости исторически сложившегося экологического баланса.
Считывая возрастающее усложнение экологических проблем,
связанных с разрушением геологической среды в процессе
техногенеза, возникает необходимость развития экологической
геологии как отдельного направления, ориентированного на
Решение задач экологии и охраны окружающей среды.
мена пород в результате пожаров кедровых лесов и последу-
ющих послепожарных сукцессий в районе исследований явля-
ется наиболее распространенной формой динамики лесс обра-
зовательного процесса. На обширной площади, составляющей
201
95 % суходольных лиственных лесов или 31 % лесопокрытой
площади, распространены березняки и осинники 100-130 лет,
относящиеся к фазам 5 и 6 восстановительно-возрастной ди-
намики кедровых лесов. Через 40-50 лет следует ожидать уве-
личения количества кедровых лессв за счет площади листвен-
ных насаждений, в лесопокрытой площади они будут состав-
лять около 52 %. Через 100 лет при исключении воздействия
экзогенных факторов лесной покров суходольных территорий
будет, согласно прогнозу, состоять в основном из насаждений
двух главных лесообразователей - кедра и сосны.
Предложенный прогноз уже сейчас вызывает необходимость
конструктивного пересмотра многих решений, касающихся ле-
соводственной деятельности в Западной Сибири. В частности,
учитывая возрастающую численность населения нефтегазового
комплекса, нужно значительно увеличить площадь орехопро-
мысловых зон и усилия лесного хозяйства направить на уско-
рение формирования типа припоселковых кедровников из
лиственно-кедровых насаждений.
Для повышения эффективности аэрокосмического мони-
торинга лесного покрова необходимо составить прогноз эндоген-
ной динамики лесов, на фоне которого должен периодически
составляться новый прогноз в связи с возникновением возможных ре-
акций леса на тот или иной вид экзогенного воздействия. В
качестве инструмента прогноза мы предлагаем использовать
пространственно-временную модель развития лесов, описыва-
ющую сукцессионную динамику лесов, в виде таблиц хода роста
модальных насаждений, составленных с использованием аэро-
космических снимков. Надежность прогноза будет повышаться
постоянной отладкой модели по данным дешифрирования
аэрокосмических материалов, получаемых последующими
съемками. Работы по отладке и корректировке прогноза лесно-
го покрова, как и сами исследования по его построению, сле-
дует проводить на полигонах, и они должны являться составной
частью деятельности аэрокосмического мониторинга.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
Алексеев А. С., Васильев С. В., Мозалевский В. Г. и др. Автоматизация
процесса обработки аэрокосмических снимков в инвентаризации
лесов // Исследование Земли из космоса. — 1981. ~№6. - С. 93—100.
Альтер С. И. Ландшафтный метод дешифрирования аэроснимков. — М.:
Наука, 1966. — 88 с.
Андронников В. Л. Аэрокосмические методы изучения почв. — М.: Колос,
1979. -280 с.
Анненская Г. Н., Видина А. А. Морфологическая структура географиче-
ского ландшафта. — М., 1962. — 54 с.
Анучин Н. П. Лесная таксация. — М.; Л.: Гослесбумиздат, 1971. — 512 с.
Архипов С. А. Четвертичный период в Западной Сибири. — Новосибирск:
Наука. Сиб. отд-ние, 1971. —331 с.
Афанасьева Т. В., Петрусевич Ю. М., Трифонова Г. А. Практикум по де-
шифрированию аэрофотоснимков при почвенных исследованиях. —
М.: Изд-во МГУ, 1977. - 158 с.
Белов С. В. Аэрофотосъемка лесов. — Л.: Изд-во АН СССР, 1959. — 219 с.
Березин А. М., Вавилов Е. И., Григорьев А. А. Индикационная роль
лесной растительности при дешифрировании почв и четвертичных
отложений. — Л.: Наука. Ленингр. отд-ние, 1969. — 128 с.
Берлянт А. М. Картографический метод исследования. — М.: Изд-во МГУ,
1978.-255 с.
Берлянт А. М. Образ пространства // Карта и информация. — М.: Мысль,
1986.-240 с.
Букс И. И. Методика составления и краткий анализ корреляционной эко-
лого-фитоценотической карты Азиатской России. Масштаб 1:75 000. —
Иркутск, 1977. - С. 15-54.
Вавилов Е. И. Дешифрирование и картирование почвенного покрова лес-
ной зоны на примере Белоруссии // Опыт картирования растительно-
сти и почв по аэроснимкам. — М.; Л.: Наука, 1964. — С. 17—27.
Валендик Э. Н. Дистанционные методы в решении проблемы лесных по-
жаров // Исследование таежных ландшафтов дистанционными мето-
дами. — Новосибирск: Наука. Сиб. отд-ние, 1979. — С. 168—182.
Валуцкий В. И., Лапшина Е. И. Структура растительного покрова средней
тайги Обь-Иртышского междуречья (бассейн Бол. Салыма) // Геобо-
танические исследования в Западной Сибири и Средней Сибири. —
Новосибирск: Наука. Сиб. отд-ние, 1987. — С. 120—139.
Валях В. М. Аэрофотографические и сканерные аэрометоды при инженер-
но-геологических исследованиях. — М.: Недра, 1982. — 262 с.
Василевский Л. П. Краткий критический обзор и анализ работ по вопро-
сам лесного дешифрирования аэроснимков // Сборник статей по лес-
ному дешифрированию аэроснимков. — М.: Гослестехиздат, 1940. —
С. 3-70.
Васильев С. В., Седых В. Н. Классификация признаков изображений при
203
лесном дешифрировании аэроснимков // Дистанционные исследования
ландшафтов. — Новосибирск: Наука. Сиб. отд-ние, 1987. — С. 138—148.
Викторов А. С. Рисунок ландшафта. — М.: Мысль, 1986. —180 с.
Викторов С. В. Использование геоботанического метода при геологиче-
ских и гидрологических исследованиях. — М.; Л.: Изд-во АН СССР,
1955.- 199 с.
Викторов С. В., Востокова Е. А. Основы индикационной геоботаники. —
М.: Госгеотехиздат, 1961. —87 с.
Вильямс В. Р. Почвоведение. — М.; Л.: Госиздат РСФСР, 1926. — 448 с.
Виноградов Б. В. Аэрометоды изучения растительности аридных зон. —
М.; Л.: Наука, 1966. — 362 с.
Виноградов Б. В. Космические методы изучения природной среды. — М.;
Мысль, 1976. —286 с.
Виноградов Б. В. Геоботанические границы по дистанционным данным //
Геоботаническое картографирование. — Л.: Наука. Ленингр. отд-ние,
1978. - С. 22-23.
Виноградов Б. В. Аэрокосмический мониторинг динамики экосистем //
География и природ, ресурсы. — 1980. — № 2. — С. 58—67.
Виноградов Б. В. Преобразованная земля (аэрокосмические исследова-
ния). — М.: Мысль, 1981. — 296 с.
Виноградов Б. В. Аэрокосмический мониторинг экосистем. — М.: Наука,
1984. -320 с.
Волков И. А. Палеогеографическое значение некоторых радиокарбоновых
датировок на юге Западной Сибири // Геология и геофизика. — 1973. —
№ 2. - С. 3-8.
Волков И. А. Дистанционные методы и новейшие геологические обра-
зования центральной части Западной Сибири // Комплексные аэрокос-
мические исследования Сибири. — Новосибирск: Наука. Сиб. отд-ние,
1984. — С. 79-85.
Волков И. А. Геолого-геоморфологическая основа ландшафтов централь-
ной части Западной Сибири (на основе использования дистанционных
методов исследования) // Дистанционные исследования ландшафтов.—
Новосибирск: Наука. Сиб. отд-ние, 1987. — С. 64—91.
Волков И. А., Волкова В. С. Великая приледниковая система стока Сиби-
ри // История озер в плейстоцене. — Л.: Наука. Ленингр. отд-ние,
1975. -Т. 2. - С. 133-140.
Волков И. А., Волкова В. С., Задкова И. И. Покровные лессовидные от-
ложения и палеогеография юго-запада Западной Сибири в плиоцен-
четвертичное время. — Новосибирск: Наука. Сиб. отд-ние, 1969. —332 с.
Волков И. М. Принципы и методы картометрии. — М.: Изд-во АН СССР,
1950.-328 с.
Воробьев Д. В. Типы лесов европейской части СССР. — М.: Изд-во
АН СССР, 1953. - 450 с.
Гавеман А. В., Ливеровский Ю. А. Аэросъемка в почвенном картирова-
нии // Почвоведение. — 1953. — № 3. — С. 1—9.
Гаджиев И. М.» Овчинников С. М. Почвы средней тайги Западной Сиби-
ри. — Новосибирск: Наука. Сиб. отд-ние, 1977. — 152 с.
Гарелик И. С., Грин А. М., Цветков Д. Г. Аэрокосмические полигоны;
Задачи исследований и состав наземных наблюдений // Космические
исследования земных ресурсов. — М.: Наука. 1976. — С. 333—347.
Гельтман В. С. Географический и типологический анализ лесной расти-
тельности Белоруссии. — М.: Наука и техника, 1982. — 328 с.
Глебов Ф. 3., Седых В.* Н. Опыт изучения ландшафтной лесоболотной
структуры в Среднем Приобье // Изв. СО АН СССР. Сер. биол. наук.
1985. - Вып. 3. - С. 14-20.
Городецкая М. Е. Морфоструктура и возраст рельефа равнин юга Западной
Сибири // Изв. АН СССР. Сер. геогр. - 1964. - № 3. - С. 41-48.
204
Городков Б. Н. Движение растительности на севере лесной зоны Западно-
Сибирской низменности // Проблемы физической географии. — М.;
Л.: Изд-во АН СССР, 1946. - С. 81-105.
ророжанкина С. М., Константинов В. Д. География тайги Западной Си-
бири. — Новосибирск: Наука. Сиб. отд-ние, 1978. — 192 с.
Горский П. В. Руководство для составления таблиц. — М.: Гослесбумиздат,
1962.-97 с.
Григорьев А. А. Космическая индИ1<а^пл ландшафтов Земли. — Л.:
Изд-во ЛГУ, 1975. - 166 с.
Гудилин И. FL, Комаров И.С. Применение аэрометодов при инженерно-геологических
и гидрогеологических исследованиях. — М.: Недра, 1978. — 320 с.
Данюлис Е. П., Кренев И. А. Инвентаризация таежных лесов на основе
материалов космической съемки при повторном лесоустройстве // Ле-
соустройство, таксация и аэрометоды. — Л., 1985. — С. 93—100.
Дмитриев И. Д., Мурахтанов Е. С., Сухих В. И. Лесная аэрофотосъемка
и авиация. — М.: Лесн. пром-сть, 1981. — 344 с.
Дружинин М. К. Основы инженерной геологии. — М.: Недра, 1978. — 248 с.
Живичкин А. Н., Соколов В. С. Дешифрирование фотографических изо-
бражений. — М.: Недра, 1980. —254 с.
Жирин В. М. Основы космического слежения за динамикой лесного фон-
да // Лесн. хоз-во. — 1982. — № 9. — С. 53—55.
Заррина Е. П., Каплянская Ф. А., Краснов И. И. и др. Перигляциальная
формация Западно-Сибирской низменности // Тр. ин-та / ВСЕГЕИ. —
1961. -Т. 55. - 185 с.
Зятькова Л. К. Структурная геоморфология Западной Сибири. — Ново-
сибирск: Наука. Сиб. отд-ние, 1979. — 200 с.
Ильина И. С., Лапшина Е. И., Лавренко Н. Н. и др. Растительный покров
Западной Сибири. — Новосибирск: Наука. Сиб. отд-ние, 1985. — 251 с.
Исаев А. С. Задачи изучения лесов с использованием аэрокосмических
средств // Исследование таежных ландшафтов дистанционными метода-
ми. — Новосибирск: Наука. Сиб. отд-ние, 1979. — С. 3—20.
Исаев А. С. Достижения и задачи лесной науки в Сибири // Изв. СО АН
СССР. Сер. биол. наук. — 1982. — Вып. 2. — С. 3—14.
Исаев А. С. Использование аэрокосмических методов для изучения
состояния лесов // Комплексный глобальный мониторинг состояния
биосферы: Тр. 3-го Междунар. симп., Ташкент, 14—19 окт. 1985 г. — Л.,
1986.-Т. 2.-С. 47-52.
Исаев А>С., Сухих В. И. Аэрокосмический мониторинг лесных ресурсов
Северного полушария // Лесоведение. — 1986. — № 6. — С. 11—21.
Исаченко Г. А. Основы ландшафтоведения и физико-географическое
районирование. — М., 1965. — 327 с.
Калашников Е. Н. Система ландшафтно-статистических методов инвента-
ризации и картографирования лесов // Исследование таежных ланд-
шафтов дистанционными методами. — Новосибирск: Наука. Сиб.
отд-ние, 1979. — С. 60—74.
Калашников Е. Н. Ландшафтные методы инвентаризации и картографи-
рования лесов И Актуальные вопросы исследования лесов в Сибири. —
Красноярск: ИЛиД СО АН СССР, 1981. - С. 61-63.
Калашников Е. Н. Исследование лесных ландшафтов дистанционными
методами (на примере Ангаро-Енисейского региона) // Исследование
лесов аэрокосмическими методами. — Новосибирск: Наука. Сиб.
отд-ние, 1987. — С. 10—34.
алашников Е. Н., Первунин В. А., Коротков И. А. Ландшафтные прин-
ципы и технология лесотипологического картографирования с исполь-
зованием материалов космо- и аэросъемки // Исследование лесов
аэрокосмическими методами. — Новосибирск: Наука. Сиб. отд-ние,
1987. - С. 35-54.
205
Караваева Н. А. Заболачивание и эволюция почв. — М.: Наука, 1982. —
296 с.
Карпухин С. С. Принципы природно-хозяйственного районирования СССР
на основе космической фотоинформации // Новое в картографирова-
нии природной среды по материалам космических съемок. — М.
1983. - С. 37-45.
Квасов Д. В., Киреев Д. М. Отражение на аэроснимках связи типов леса
с гидрологическими условиями // Методы дешифрирования лесов по
аэроснимкам. — М.; Л.: Изд-во АН СССР, 1963. — С. 75—81.
Киреев Д. М. Опыт дешифрирования по аэроснимкам типов леса // Ме-
тоды дешифрирования лесов по аэроснимкам. — М.; Л.: Изд-во АН
СССР, 1963а. - С. 38-57.
Киреев Д.М. К вопросу о лесном измерительном дешифрировании круп-
номасштабных аэроснимков // Методы дешифрирования лесов по
аэроснимкам. - М.; Л.: Изд-во АН СССР, 19636. - С. 109—116.
Киреев Д. М. Ландшафтный подход при лесном дешифрировании аэро-
снимков И Аэрофотосъемка и картографирование лесов Сибири. — М.:
Наука, 1966. - С. 105-119.
Киреев Д. М. Программа и методика изучения лесных ландшафтов с при-
менением аэрометодов // Ландшафтный метод дешифрирования
аэроснимков. — Новосибирск: Наука. Сиб. отд-ние, 1976. — С. 44—71.
Киреев Д. М. Методы изучения лесов по аэроснимкам. — Новосибирск:
Наука. Сиб. отд-ние, 1977. — 214 с.
Киреев Д. М. Структура таежных ландшафтов и методы ее дистанционно-
го изучения (на примере Западно-Сибирской лесоболотной равни-
ны). — Новосибирск: Наука. Сиб. отд-ние, 1979. — С. 11—59.
Колесников Б. П. Кедровые леса Дальнего Востока // Тр. Дальневост,
фил. АН СССР. Сер. ботан. - 1956. - Т. 2(4). - 264 с.
Колесников Б. П. Генетическая классификация типов леса и ее задачи
на Урале // Тр. ин-та / Ин-т биологии УФ АН СССР. — Свердловск,
1961. — Вып. 27. - С. 47-59.
Колесников Б. П. Генетический этап в лесной типологии и его задачи //
Лесоведение. — 1974. — № 2. — С. 3—20.
Колесников Б. П. Районирование лесного фонда — научно-организацион-
ная основа интенсификации лесного хозяйства // Первое Всесоюз.
совещ. по проблеме районирования лесного фонда СССР. — Красно-
ярск: ИЛиД СО АН СССР, 1977. - С. 2-7.
Колесников Б. П., Смолоногов Е. П. Некоторые закономерности возраст-
ной и восстановительной динамики кедровых лесов Зауральского
Приобья // Тр. по лесному хозяйству Сибири. — 1960. — Вып. 6. —
С. 21-33.
Колесников Б. П., Фильрозе Е. М. Применение таксационно-статистиче-
ского метода и генетической классификации типов леса для изу-
чения продуктивности лесов И Лесоведение. - 1967. - № 4. - С. 16—25.
Колосова А. Е., Райзер П. Н. Использование аэроснимков при таксации. —
М: Гослесбумиздат, 1953. — 116 с.
Константинов В. Д. Крупномасштабное картографирование почв с приме-
нением аэросъемки // География и картография почв. — Новосибирск:
Наука. Сиб. отд-ние, 1982. — С. 6—31.
Константинов В. Д., Горожанкина С. М. Дистанционная индикация дина-
мического состояния почвенно-растительного покрова // Аэрокосми-
ческие методы исследования лесов. — Красноярск: ИЛиД СО АН
СССР, 1984. - С. 113-115.
Корзухин М. Д., Седых В. Н. О программе динамики лесов // Проблемы
экологического мониторинга и моделирование экосистем. — Л.:
Гидрометеоиздат, 1982. — Т. 3. — С. 91—102.
Корзухин М. Д., Седых В. Н. О мониторинге состояния лесов Западной Си-
206
бири // Проблемы экологического мониторинга и моделирование эко-
систем. — Л.: Гидрометеоиздат, 1983. — Т. 4.— С. 122—130.
Корсунов В. М., Боболева Э. Е., Карпенко В. Д., Плешиков Ф. И. Картиро-
вание почвенного покрова таежных ландшафтов с использованием
дистанционных методов // Исследование таежных ландшафтов ди-
станционными методами. — Новосибирск: Наука. Сиб. отд-ние,
1979. - С. 135-152.
Крылов Г. В. Леса Западной Сибири. — М.: Изд-во АН СССР, 1961. — 254 с.
Данге О. К. Гидрология. М.: Высш, шк., 1969. - 366 с.
Леонтьев В. Л. О применении аэрофотоснимков при лесотипологических
исследованиях в Бузулукском бору // Тр. и исслед. по лесному хозяй-
ству и лесной промышленности. — 1931. — Вып. 13. — С. 89—111.
Лесков Н. Д. Опыт составления эскизов таблиц хода роста древостоев
с использованием данных упрощенной измерительной таксации //
Типы и динамика лесов Урала и Зауралья. — Свердловск, 1967. —
С. 157-165.
Махонин А, С., Смолоногов Е. П. Генетическая классификация лесов се-
верного макросклона Восточного Танну-Ола (Тувинская АССР)// Тр.
ин-та/Ин-т экологии растений и животных. — Свердловск: УНЦ АН
СССР, 1976. - Вып. 101. - С. 3-91.
Мозалевский В. Г. Динамика сосново-кедровых лесов Среднего Приобья:
Автореф. дис.... канд. биол. наук. — Новосибирск, 1988. — 18 с.
Мозалевский В. Г., Овчинников С. М. Дешифрирование почв Среднего
Приобья // Дистанционные исследования ландшафтов. — Новоси-
бирск: Наука. Сиб. отд-ние, 1987. — С. 92—96.
Молчанов А. А. Гидрологическая роль леса. — М.: Изд-во АН СССР,
1960. - 487 с.
Морозов Г. Ф. Учение о лесе. — М.; Л., 1931. — 438 с.
Овчинников С. М., Седых В. Н., Кульшин В. А. Дистанционная индикация
подзолистых поверхностно-глеевых почв среднетаежного Приобья //
Дистанционные исследования рельефа Сибири. — Новосибирск:
Наука. Сиб. отд-ние, 1985. — С. 66—73.
Остапенко Б. Ф. Лесоводственно-экологическая типология и ее класси-
фикационная система. — Харьков, 1978. — 71 с.
Петрусевич М. Н. Аэрометоды при геологических исследованиях. — М.:
Госгеолтехиздат, 1962. —408 с.
Погребняк П. С. Основы лесной типологии. — М.: Изд-во АН СССР, 1956. —
456 с.
Поликарпов Н. П. Лесорастительное районирование как основа для сель-
скохозяйственного районирования и порайонной специализации лес-
ного хозяйства // Первое Всесоюз. совещ. по проблеме районирования
лесного фонда СССР. — Красноярск: ИЛиД СО АН СССР, 1977. —
С. 12-16.
Полканова В. Б. Возможность применения структурно-геоморфологиче-
ского метода в центральной части Западной Сибири. — Красноярск,
1968. - 94 с.
ономарева В. В. Лес как элювиально устойчивый тип растительности //
Ботан. журн. - 1970. - Т. 55. - С. 1585-1595.
рокопьев Е. П. Типы леса левобережной части Александровского рай-
она // Природа и экономика Александровского нефтеносного района:
(Томская область). — Томск, 1968. — С. 194—211.
Прэтт У. Цифровая обработка изображений. — М.: Мир, 1982. — 790 с.
Вевзон А. А., Садов А. В., Бурлешин М. Ц. Аэрокосмические методы
изучения экзогенных рельефообразующих процессов в инженерных
целях // Вопр. географии. — Вып. 3. — С. 103—108.
амойлович Г. Г. Применение авиации и аэрофотосъемки в лесном хо-
зяйстве. — М.: Гослесбумиздат, 1953. —476 с.
207
Самойлович Г. Г. Применение аэроснимков при изучении типов леса //
Применение аэрометодов в ландшафтных исследованиях. — М.; Л,:
Изд-во АН СССР, 1961. - С. 70-83.
Седых В. Н. Формирование кедровых лесов Приобья. — Новосибирск:
Наука. Сиб. отд-ние, 1979. — 110 с.
Седых В. Н. Дистанционная индикация восстановительно-возрастной
динамики кедровых лесов Среднего Приобья // Дистанционная инди-
кация структуры таежных ландшафтов. — Новосибирск: Наука. Сиб.
отд-ние, 1981. — С. 36—49.
Седых В. Н. Особенности возрастной динамики кедровых лесов Среднего
Приобья // Возобновление и устойчивость лесов Западной Сибири. —
М.: Наука, 1983. - С. 66-76.
Седых В. Н. Лесотаксационное дешифрирование насаждений, восстанав-
ливающихся на гарях // Восстановление лесов Западной Сибири. —
Красноярск: ИЛиД СО АН СССР, 1985. - С. 72-80.
Седых В. Н. Аэрокосмические методы в изучении лесов Западной Сиби-
ри // Исследование лесов аэрокосмическими методами. — Новосибирск:
Наука. Сиб. отд-ние, 1987. — С. 157—173.
Седых В. Н. Составление фитогеоморфологической основы в целях тема-
тического дешифрирования аэрокосмических снимков // Проблемы
комплексного изучения и картографирование природных ресурсов
Сибири на основе использования космической информации. — М.,
1988.-С. 86-97.
Седых В. Н. Аэрокосмические методы мониторинга лесного покрова За-
падной Сибири: Автореф. дис.... д-ра биол. наук. — Красноярск, 1990. —
42 с.
Седых В. Н., Васильев С. В. Аэрокосмические снимки в изучении лесов
поймы Оби // Дистанционные исследования ландшафтов. — Новоси-
бирск: Наука. Сиб. отд-ние, 1987. — С. 96—138.
Седых В. Н., Васильев С. В., Мозалевский В. Г. Использование взаимо-
связей растительности и рельефа при дешифрировании космических
снимков // Космические исследования природных комплексов Сибири
и Дальнего Востока. — Новосибирск: Наука. Сиб. отд-ние, 1983а. —
С . 155-160.
Седых В. Н., Волков И. А. Предварительные результаты комплексного изу-
чения лесов Западной Сибири с использованием аэрокосмических
снимков // Аэрокосмические исследования природных ресурсов Сибири
и Дальнего Востока. - Новосибирск: Наука. Сиб. отд-ние, 1979. —
С. 130-142.
Седых В. Н., Волков И. А., Васильев С. В., Мозалевский В. ^Территори-
альные особенности размещения лесов северной части Обь-Иртыш-
ского междуречья // Возобновление и устойчивость лесов Западной
Сибири. — М.: Наука, 19836. — С. 4—33.
Седых В. Н., Корзухин М. Д. О прогнозе состояния лесного покрова Сред-
него Приобья с использованием данных аэрокосмического мониторин-
га // Актуальные вопросы исследования лесов Сибири. — Красноярск,
1981. - С. 147-149.
Седых В. Н.э Сидорова В. С. Текстура изображений лесных сообществ на
аэроснимках // Дистанционные исследования рельефа Сибири. — Ново-
сибирск, 1985. — С. 73—78.
Седых В. Н., Смолоногов Е. П. Динамика древесной растительности в пой-
ме реки Куль-Еган // Растительность речных пойм, методы ее изуче-
ния и вопросы рационального использования. — Уфа, 1972. —
С. 129-131.
Седых В. Н., Смолоногов Е. П. Восстановительная динамика темнохвойно-кед-
ровых лесов низовий реки Назым // Лесообразовательный процесс Урала и
Зауралья. — Свердловск, 1975. — С. 146—168.
208
Семечкин И. В. Опыт использования данных глазомерной таксации для
изучения динамики насаждений. - Красноярск; ИЛиД СО АН СССР,
1962. - С. 119-133.
Смагин В. Н. Леса бассейна р. Уссури. — М.: Наука, 1965. — 272 с.
Смагин В. Н. Принципы лесорастительного районирования и классифика-
ция типов леса // Современные проблемы лесной типологии. — М.:
Наука, 1985. - С. 44-51.
Смолоногов Е. П., Кирсанов В. А., Трусов П. Ф. Классификация лесорас-
тительных условий и типы леса Лозьвинского Урала // Проблемы типо-
логии и классификации лесов. — Свердловск, 1972. — С. 78—127.
Солнцев Н. А. О морфологии природного географического ландшафта //
Вопр. географии. — 1949. — Вып. 16. — С. 61—86.
Сочава В. Б. Растительный покров на тематических картах. — Новоси-
бирск, 1979. — 192 с.
Сукачев В. Н. Краткое руководство к исследованию типов леса. — М.: Но-
вая деревня, 1927. — 150 с.
Сукачев В. Н. Дендрология с основами лесной геоботаники. — М.; Гослес-
бумиздат, 1934. — 614 с.
Сукачев В. Н. Избранные труды. Основы лесной типологии и биогеоце-
нологии. — Л.: Наука. Ленингр. отд-ние, 1972. — Т. 1. — 418 с.
Сухих В.И., Гусев Н. Н., Данюлис Е. П. Аэрометоды в лесоустройстве. —
М.: Лесн. пром-сть, 1977. —192 с.
Сухих В. И., Жирин В. М., Марков В. А. и др. Аэрокосмический монито-
ринг антропогенной деятельности в лесу // Применение аэрокосмиче-
ских методов для изучения и контроля состояния земной поверхностиг-
М., 1986. - С. 36-46.
Сухих В. И., Синицын С. Г., Апостолов Ю. С. и др. Аэрокосмические
методы в охране природы и в лесном хозяйстве. — М.: Лесн. пром-сть,
1979.-287 с.
Танфильев Г. И. Очерк географии и истории главнейших культурных
растений. — Одесса, 1923. — 195 с.
Тарноградскии В. Д. Основные черты геоморфологического строения юго-
западной части Западно-Сибирской низменности // Тр. ин-та / ВСЕГЕИ.
Нов. сер. - 1963. - Т. 90. - С. 134-145.
Третьяков Н. В. Методы исследования динамики древостоев данного ти-
па леса // Тр. лесотехнической академии им. С. М. Кирова. — 1956. —
Вып. 73. - С. 101-116.
Фильрозе Е. М. Проблемы и методы типологического картирования
лесов//Тр. ин-та / Ин-т экологии растений и животных. — Свердловск:
УНЦ АН СССР, 1970. - Вып. 67. - С. 153-174.
Фридланд В. М. Структура почвенного покрова. — М.; Мысль, 1972. — 424 с.
Фуряев В. В. Мелкомасштабное картирование послепожарной динамики
лесов по аэрокосмическим снимкам // Исследование Земли из космо-
са. - 1980. - № 2. - С. 51-56.
Фуряев В. В. Опыт ландшафтно-экологической оценки влияния пожаров
на формирование лесов с использованием материалов аэрокосмической
съемки // Космические исследования природных комплексов Сибири
и Дальнего Востока. — Новосибирск: Наука. Сиб. отд-ние, 1983. —
С. 140-149.
Фуряев В. В., Злобина Л. П. Послепожарные стадии темнохвойных лесов и
их картирование по высотным снимка^ // Дистанционная индикация
структуры таежных ландшафтов. — Новосибирск: Наука. Сиб. отд-ние,
1981. - С. 22-23.
^арин Н. Г., Труфанова Н. В. Методика картирования почв Тувы на ос-
нове аэрофотосъемки // Вопросы лесной аэрофотосъемки и картогра-
фии. — Красноярск, 1965. — С. 21—37.
Ченцов В. Н. Морфологические показатели на геоморфологической карте
209
мелкого масштаба // Тр. ин-та / ИГ АН СССР. — 1949. — Вып. 39. —
С. 291-306.
Чертов О. Г. Экология лесных земель. — Л.: Наука. Ленингр. отд-ние,
1981.- 192 с.
EhrichR.V. A View of texture Topology and Texture Description // Computer
Graphics and Image Processing. — 1979. — N 8. — P. 144—202.
Haralic R. M., Schnmugon R., Dinstein J. Texturaj Ffea ture for Image Classificati-
on // IEEE Trans Syst. Man. Cybern. - 1973. - Vol. SMG-3. - P. 610-621.
Howard J. A., Mitchell C. W. Phito - geomorphic classification of land - scape // Geoforum,
1980. - VoL 11, N 2. - P. 85-106.
Rosenfeld A. Some Recent Developments in Texture Analysis // IEEE Comp.
Soc. Confer. Recogn. Image Proces. — Chicago; Illinois, 1979. - P. 618-623.
Weszka J. S., Duer C. R., Rosenfeld A. A. Comparative Study of textures for
Terrain Classification // IEEE Trans. Syst. Man. Cybern. - 1976. - Vol.
SMS-6. P. 269-285.
Таблица 1 ица 1), % Итого 17,2 16,1 40 ОС, о ' С С СЧ СЧ —4 71,9 со CO СЧ о> to <гГ сГ o' сч* 28,1 100,0
120 СО о> с£ чо СЧ ЧО о о 40 ОС С- 55,9 СО Ot тГ со r-ч ЧО о сч" .U 73,0
ьная един зраста, лет 81-120 СО СЧ СО СЧ Л 1 1,2 0,1 о о 40 TJ- СО *t ЧО О о о 6,7 1 1 16,7
i t о m сЗ С с о 7 ГН оо 0,6 1 СО <= 1 4,4 о со ЧО o' ЧО О 0,2 4,3 8,7
X Л £*
£ к Л ю о S a 1-40 '-Г) сч о о 1 1 0,7 0,2 40 •4 1 1 1 1 1 1 9‘Т
гротного П Итого :е леса 17,2 16,1 "’З" чо с ОО О- о оГ СЧ г-< 71,9 «3 о ф г: ф S X ’в* Л о 2 at to со ЧП °о сч сч at с сч 28,1 о о о
много пп 9А м о р ф н ы 1 1 1 1 1 1 i‘L । 1 с 1 о 9*6 9*4
левобере Va Авто: 0,3 1 1 1 1 со о о сх t[ X 1 4,9 I 0,1 0,4 £‘0 5,6 6‘S
1 ь Ф ь X X о > ТУ СЧ со чо О. с <=>" 1 9,3 ° СО со сч еч о 10,3 1 19,6
крытой г Класс б IV <х со o' о чо с о 8,7 1,0 33,5 1 L‘0 । оо *t о' т}- 1 4,6 . 00 со
о с о 8 ф д s*z L‘1 1.2 1 О <О Ot 40 20,9 1 1 1 1 1 1 I 20,9 1
ределеш я 1 с 1 1 сч t/T О> 44 1 1 1 1 1 1 1 6<i 1
£ Лесная IX X i с с £ 1 О Ы С W О 4 Итого . . . Итого . . . Всего ... |
Примечание. Общая площадь 84 064 км 2; лесопокрытая площадь 65,1 %; ah = 4,1, tg^= 0,014; R = 0,240.
8*
211
212 Ш 213
Таблица 2
Распределение лесопокрытой площади Обь-Иртышской равнины (территориальная единица 1.1), %
Лесная формация Класс бонитета Итого Группа возраста, лет Итого
II Ш IV V Va V6 1-40 41—SO 81-120 120
Автоморфные леса
С — 0,6 3,8 3,1 0,3 — 7,8 0,1 0,7 2,3 4,7 7,8
К — 1,4 6,6 3,7 — — И,7 0,3 2,6 3,2 5,6 11,7
Е 1,8 4,9 0,3 0,1 мм» 7,1 0,1 1,5 1,9 3,6 7,1
П — 0,1 — ММ 0,1 — 0,1 0,1
Б 4,1 13,4 11,4 0,5 0,1 — 29,5 0,9 0,8 0,5 27,3 29,5
Ос 3,9 6,9 0,8 — — мм 11,6 0,2 — 11,4 11,6
Итого . . . 8,0 24,2 27,5 7,6 0,5 — 67,8 1,6 5,6 7,9 52,7 67,8
Гидроморфные леса
С — —- 0,7 3,2 5,8 7,9 17,6 мм 3,0 6,4 8,2 17,6
К — мм 1,9 3,4 0,3 0,1 5,7 - 1,0 1,7 3,0 5,7
Е — МВ 0,9 2,6 1,1 0,6 5,2 явм 1,4 1,0 2,8 5,2
П — МВ — 0,1 — — 0,1 0,1 0,1
Б МВ *м 1,4 1,9 0,3 — 3,6 — 0,1 0,1 3,4 3,6
Итого . . . — — 4,9 11,2 7,5 8,6 32,2 5,5 9,2 17,5 32,2
Всего . . . 8,0 24,2 32,4 18,8 8,0 8,6 100,0 1,6 11,1 17,1 70,2 100,0
Примечание. Общая площадь 22 512 км2; лесопокрытая площадь 63,2 %; ah = 3,9, tg <Р= 0,013; R = 0,229.
Таблица 3
Распределение лесопокрытой площади Обь-Юганской равнины (территориальная единица 1.2), %
Лесная формация Класс бонитета Итого Группа возраста, лет Итого
II III IV V Va V6 1-40 41-80 81-120 120
Автоморфные леса
С 2,6 18,8 5,7 0,2 — 27,3 0,2 0,8 5,8 20,5 27,3
К — 2,5 15,0 4,1 МВ — 21,6 0,4 1,9 5,9 13,4 21,6
Е — 0,3 1,2 0,5 мм — 2,0 — 0,1 0,5 1,4 2,0
П — — 0,1 — — 0,1 — мм» 0,1 од
Б 0,8 7,3 7,0 1,3 — — 16,4 1,1 1,0 1,4 12,9 16,4
Ос 3,6 7,5 1,7 — — — 12,8 0,4 0,1 0,3 12,0 12,8
Итого . . . 4,4 20,2 43,7 11,7 0,2 — 80,2 2,1 3,9 13,9 60,3 80,2
Гидроморфные леса
С — — 1,0 3,3 3,3 2,8 10,4 0,1 1,1 2,8 6,4 10,4
К — 0,9 3,6 0,1 МВ 4,6 — 0,6 1,1 2,9 4,6
Е — 0,3 0,8 — 1,1 — — 0,2 0,9 1,1
П — — — 0,4 0,1 — 0,5 — 0,3 0,2 0,5
Б — — 1,3 1,2 0,4 0,3 3,2 0,1 0,2 0,2 2,7 3,2
Итого . . . — — 3,5 9,3 3,9 3,1 19,8 0,2 1,9 4,6 13,1 19,8
Всего . . . а 4,4 20,2 47,2 21,0 4,1 3,1 100,00 2,3 5,8 18,5 73,4 100,0
Примечание. Общая площадь 26 304 км2; лесопокрытая площадь 75,7 %; ah = 5,2, tg<P= 0,018; R = 0,310.
ю Таблица 4
X Распределение лесопокрытой площади сквозной Салым-Юганской равнины (территориальная единица 13), %
Лесная формация Класс бонитета Итого Группа возраста, лет Итого
II III IV V Va V6 1-40 41-80 81-120 120
Автоморфные леса
С 1.1 11,9 19,3 0,4 32,7 2,5 4,5 3,0 22,7 32,7
К — 2,4 6,0 4,2 — 12,6 о,3 0,8 2,2 9,3 12,6
Е — — 1,3 0,7 — — 2,0 — — 1,2 0,8 2,0
П — — — — — — —
Б 0,4 6,5 1,0 0,4 — «шв 8,3 — 1,5 0,5 6,3 8,3
Ос 0,9 0,3 0,3 — — — 1,5 — — 1,5 1,5
Итого . . . 1.3 10,3 20,5 24,6 0,4 — 57,1 2,8 6,8 6,9 40,6 57,1
Гидроморфные леса
С — 1,1 6,0 11,2 15,6 33,9 «м 11,1 5,0 17,8 33,9
К — — — 5,8 0,7 — 6,5 0,5 0,5 5,5 6,5
Е — 0,8 — — 0,8 — — 0,3 0,5 0,8
П — — — — — — — •• мм» —
Б — — 0,8 0,9 — — 1,7 •— * 1,7 1,7
Итого . . . — 1,9 13,5 11,9 15,6 42,9 — 11,6 5,8 25,5 42,9
Всего . . . 1,3 10,3 22,4 38,1 12,3 15,6 100,0 2,8 18,4 12,7 66,1 100,0
Примечание. Общая площадь 5 184 км2; лесопокрытая площадь 32,8 %; uh = 1,9, tg = 0,006; R =0,109.
Таблица 5
Распределение лесопокрытой площади Юганской равнины (территориальная единица 1.4), %
Лесная Класс бонитета Итого Группа возраста, лет Итого
формация
II III IV V Va V6 1-40 41—80 81-120 120
Автоморфные леса
С 0,1 1,7 7,4 2,6 0,4 — 12,2 0,1 1,6 1,8 8,7 12,2
К 0,3 3,4 8,6 1,9 — — 14,2 0,1 1,2 3,3 9,6 14,2
Е — 1,8 2,5 0,3 — — 4,6 — 0,4 1,3 2,9 4,6
П — 0,3 1,2 — 1,5 — 0,1 1,4 1,5
Б 3,0 7,7 9,2 0,2 — — 20,1 0,2 0,9 1,6 17,4 20,1
Ос 8,9 5,7 0,4 — — — 15,0 — 0,1 14,9 15,0
Итого . . . 12,3 20,3 28,4 6,2 0,4 •в» 67,6 0,4 4,2 8,1 54,9 67,6
Гидроморфные леса
С — — 0,5 4,9 5,4 10,9 21,7 0,1 4,2 5,0 12,4 21,7
К — — 2,8 2,9 0,1 мм 5,8 0,1 0,5 1,3 3,9 5,8
Е 0,7 1,7 0,2 — 2,6 — о,з 0,7 1,6 2,6
П •MB — 0,1 — — 0,1 — — 0,1 0,1
Б — — 1,4 0,7 — 0,1 2,2 — 0,2 — 2,0 2,2
Итого . . . — — 5,4 10,3 5,7 11,0 32,4 0,2 5,2 7,0 20,0 32,4
Всего . . . 12,3 20,3 33,8 16,5 6,1 11,0 100,0 0,6 9,4 15,1 74,9 100,0
Ю
сл Примечание. Общая площадь 30 064 км2; лесопокрытая площадь 64,7 %; uh =4,1, tg^= -- 0,014; R = 0,237.
NJ
at
Таблица 6
Распределение лесопокрытой площади Обь-Салымской приречной равнины (территориальная единица 1.1.1), %
Лесная формация Класс бонитета Итого Группа возраста, лет Итого
II III IV V Va V6 1-40 41-80 81-120 120
Автоморфные леса
С — 0,4 1,8 0,5 0,5 3,2 0,4 0,2 1,4 1,2 3,2
К — 3,8 8,0 1,1 — — 12,9 0,4 5,6 3,3 3,6 12,9
Е — 1,1 1,5 — — 2,6 0,2 0,2 0,8 1,4 2,6
П — — — 0,6 — — 0,6 —» —в 0,6 0,6
Б — 20,8 12,6 0,3 33,7 0,6 2,4 30,7 33,7
Ос 1,7 7.4 1,2 — — 10,3 0,4 0,4 — 9,5 10,3
Итого . . . 1,7 33,5 25,1 2,5 0,5 — 63,3 2,0 8,8 5,5 47,0 63,3
Гидроморфные леса
С — — 0,9 2,6 5,7 14,6 23,8 ом 6,9 6,2 10,7 23,8
К — 1,9 3,8 0,6 6,3 — 2,0 1,8 2,5 6,3
Е — М 1,1 — 1,1 — 2,2 0,2 0,4 0,2 1,4 2,2
П — •— — — — — — «ж •м
Б — 1,3 2,5 0,6 — 4,4 — 0,2 — 4,2 4,4
Итого . . . — — 5,2 8,9 8,0 14,6 36,7 0,2 9,5 8,2 18,8 36,7
Всего . , . 1,7 33,5 30,3 11,4 8,5 14,6 100,0 2,2 18,3 13,7 65,8 100,0
Примечание. Общая площадь 5088 км2; лесопокрытая площадь 36,9 %; ah =2,2, tg^= 0,0007; R =0,120,
Т аблица 7
Распределение лесопокрытой площади Обь-Балыкской приречной равнины (территориальная единица 1.1.2), %
Лесная формация Класс бонитета Итого Группа возраста, лет Итого
II III IV V Va V6 1-40 41-80 81-120 120
С 0,6 6,0 Авто 0,3 м о р ф н ы te леса 6,9 0,5 1,6 4,8 6,9
К — 0,8 12,6 9,7 — — 23,1 1,3 5,3 7,7 8,8 23,1
Е — — — — — — — — — —
П — — — —- — — вм» — Mi ВМ вм
Б 1,3, 7,2 22,5 0,8 — 31,8 4,2 2,3 1,7 23,6 31,8
Ос 1,6 7,1 0,8 — — — 9,5 0,8 — — 8,7 9,5
Итого . . . 2,9 15,1 36,5 16,5 0,3 — 71,3 6,3 8,1 11,0 45,9 71,3
С м 0,5 Гидро 5,0 МОрфн! 12,8 >i е леса 18,3 5,3 5,8 7,2 18,3
К — — 1,1 4,6 2,2 — 7,9 М 3,4 2,6 1,9 7,9
Е — — — 1,1 — 1,1 — о,3 ’ 0,3 0,5 1,1
П — — — — — — «вм —
Б — — 0,9 0,5 — — 1,4 — — 1,4 1,4
Итого . . . мм » 2,0 6,7 7,2 12,8 28,7 — 9,0 8,7 11,0 _ 28,7
Всего . . . 2,9 15,1 38,5 23,2 7,5 12,8 100,0 6,3 17,1 19,7 56,9 100,0
Примечание. Общая площадь 2800 км2; лесопокрытая площадь 51,9 %; ah =3,0, tg<£= 0,010; R = 0,174.
217
218
Таблица 8
Распределение лесопокрытой площади Среднесалымской равнины (территориальная единица 1.1.3), %
Лесная формация Класс бонитета Итого Группа возраста, лет Итого
П III IV V Va V6 1-40 41--80 81-120 120
С 1,8 Автоз И 0 р ф н ы е леса 1,8 0,6 0,6 0,6 1,8
К — 0,6 3,2 0,6 — — 4,4 0,3 0,6 1,2 2,3 4,4
Е — 2,2 3,4 — — — 5,6 — 1,5 1,8 2,3 5,6
П — — «м мм — — — — —
Б 6,0 13,6 19,2 — 38,8 — 0,6 38,2 38,8
Ос 8,6 4,6 0,4 — — — 13,6 — — — 13,6 13,6
Итого . . . 14,6 21,0 28,0 0,6 — — 64,2 0,3 2,7 4,2 57,0 64,2
С 0,8 2,3 Гидро 9,3 МОрфн! 9,0 »i е леса 20,4 3,0 10,9 6,5 20,4
К — — 3,1 1,1 — — 4,2 — 0,3 1,5 2,4 4,2
Е — — 1,8 2,4 2,3 6,5 — 3,5 1,2 1,8 6,5
П — — — — — — — — —. —
Б — — 2,0 2,0 0,7 — 4,7 — — 0,3 4,4 4,7
Итого . . . — — 5,9 7,2 12,4 10,3 35,8 — 6,8 13,9 15,1 35,8
Всего . . . 14,6 21,0 33,9 7,8 12,4 10,3 100,0 0,3 9,5 18,1 72,1 100,0
Примечание. Общая площадь 2384 км2; лесопокрытая площадь 66,4 %; oh =4,2, tg^ = 0,015;R =0,247.
Таблица 9
Распределение лесопокрытой площади Среднебалыкской равнины (территориальная единица 1.1.4), %
Лесная формация Класс бонитета Итого Группа возраста, лет Итого
II III IV V Va V6 1-40 41—80 81-120 120
С К Е П Б Ос 0,9 4,5 0,3 1,1 2,3 8,1 14,6 3,3 8,5 1,2 11,2 2,1 3,9 7,6 0,3 Авто 0,3 морфны мм е леса 7,5 17,2 3,5 20,8 21,2 я» 0,6 0,4 0,2 2,0 0,6 0,4 4,8 4,5 0,6 2,5 10,7 2,3 19,8 20,8 7,5 17,2 3,5 20,8 21,2
Итого . . . С К Е П Б 1 1 1 1 1 1 £ 1 1 1 1 1 26,3 1,3 1,5 0,4 0,7 11,8 3,0 2,3 1,1 2,3 0,3 Гидро 4,3 0,4 0,4 МОрфн! 10,2 0,4 1,5 70,2 ле леса 18,8 4,6 3,4 3,0 1 1 1 1 1 г о 3,2 2,7 1,0 0,8 0,2 9,9 8,3 1,6 0,6 0,2 56,1 7,8 2,0 2,0 2,6 70,2 18,8 4,6 3,4 3,0
Итого . . . — — 3,9 8,7 5,1 12,1 29,8 — 4,7 10,7 14,4 29,8
Всего . . . to ко Примечан 5,4 ие. Общ 26,4 дя площа 30,2 щь 3200 к 20,5 м2; лесоп 5,4 скрытая 12,1 площадь 100,0 63,2 %; ah = 1,0 = 3,9, tg^=( 7,9 9,013; R = 0, 20,6 229. 70,5 100,0
220 221
Таблица 10
Распределение лесопокрытой площади Верхнесалымской равнины (территориальная единица 1.1.5), %
Лесная формация Класс бонитета Итого Группа возраста, лет Итого
II III IV V Va V6 1-40 41-80 81-120 120
С К Е П Б Ос 9,1 2,1 0,7 3,0 21,7 3,1 2,6 1,0 8,6 11,2 0,7 0,5 0,2 Авто 0,6 А ! к а 1 1 1 1 1 1 О S ie леса 3,9 1,7 12,1 42,2 5,2 0,7 0,1 0,2 1,0 2,2 0,7 0,2 4,0 0,3 3,0 0,5 5,2 41,8 5,2 3,9 1,7 12,1 42,2 5,2
Итого . . . С К Е П Б 11,2 28,5 23,4 0,5 0,9 3,0 1,4 3,3 2,6 6,0 3,0 0,6 Гидро 6,1 3,4 1,3 МОр-фн! 4,8 65,1 >i е леса 14,2 3,1 10,3 7,3 1 1 1 1 1 о Ъо 3,4 1,2 0,2 2,9 мя» 5,2 4,3 1,2 2,9 55,7 8,7 1,7 4,5 7,3 65,1 14,2 3,1 10,3 7,3
Итого . . . — — 4,4 14,9 10,8 4,8 34,9 — 4,3 8,4 22,2 34,9
Всего . . . Примеча 11,2 ние. Об 28,5 щая плои 27,8 цадь 1760 16,3 км2; лесс И.4 >покрыта. 4,8 я площад 100,0 ь 84,7 %; 0,8 ah =6,4, 7,7 tg = 0,023 13,6 ;R =0,386. 77,9 100,0
Таблица 11
Распределение лесопокрытой площади Верхнебалыкской равнины (территориальная единица 1.1.6), %
Лесная формация Класс бонитета Итого Группа возраста, лет Итого
П III IV V Va V6 1М0 41-80 81-120 120
С 0,8 7,7 2,7 Abtoi 0,2 м о р ф н ы е леса 11,4 0,2 1,1 3,1 7,0 11,4
К ям» 1,7 8,2 4,4 MB 14,3 0,2 1,9 4,2 8,0 14,3
Е МЯВ 1,1 6,5 0,6 0,2 «в* 8,4 0,1 1,8 2,5 4,0 8,4
П МВ» —• 0,1 — 0,1 — — — 0,1 0,1
Б 0,6 9,2 11,7 0,5 — — 22,0 1,0 0,1 0,1 20,8 22,0
Ос 4,6 8,1 0,5 — — — 13,2 — — — 13,2 13,2
Итого . . . 5,2 20,9 34,6 8,2 0,5 — 69,4 1,5 4,9 9,9 53,1 69,4
С 1,0 4,6 Гидро 3,8 МОрфН! 5,2 я е леса 14,6 1,3 5,6 7,7 14,6
К 2,2 4,5 0,5 7,2 — 0,5 1,8 4,9 7,2
Е — — 0,8 3,9 1,4 — 6,1 — 1,5 0,6 4,0 6,1
П — — 0,1 «мп 0,1 — — 0,1 0,1
Б — — 0,5 2,1 — — 2,6 — — — 2,6 2,6
Итого . . . — — 4,5 15,2 5,7 5,2 30,6 — 3,3 8,0 19,3 30,6
Всего . . . 5,2 20,9 39,1 23,4 6,2 5,2 100,0 1,5 8,2 17,9 72,4 100,0
Примечание. Общая площадь 4288 км2; лесопокрытая площадь 82,7 %; oh = 6,1, tg £= 0,022; R = 0,367.
Таблица 12
Распределение лесопокрытой площади Иртыш-Салымской равнины (территориальная единица 1.1.7), %
Лесная формация Класс бонитета Итого Группа возраста, лет Итого
II III IV V Va V6 1-40 41-80 81-120 120
С 2,3 2,3 1,0 Авто м о р ф н ы ie леса 5,6 0,2 1,4 1,8 2,2 5,6
К -— 1.4 4,1 0,3 — — 5,8 0,4 2,4 1,4 1,6 5,8
Е — 3,3 9,2 0,6 — 13,1 3,4 2,6 7,1 13,1
П — — — — мм
Б 11,4 16,8 4,8 0,7 — — 33,7 0,4 1,8 1,4 30,1 33,7
Ос 4,5 2,9 0,7 — — вам 8,1 мв 8,1 8,1
Итого . . . 15,9 26,7 21,1 2,6 — 66,3 1,0 9,0 7,2 49,1 66,3
С вм 4,2 Гидро 3,7 МОрфН! 8,9 >i е леса 16,8 0,2 4,0 5,4 7,2 16,8
К — — 2,5 4,2 — — 6,7 мм 1,0 2,4 3,3 6,7
Е — — 3,1 3,1 0,5 — 6,7 — 1,6 1,4 3,7 6,7
П — — 0,2 — мм» 0,2 мм — мм 0,2 0,2
Б 1,8 1,5 — — з,з — 0,2 3,1 3,3
Итого . . . — — 7,6 13,0 4,2 8,9 33,7 0,2 6,6 9,4 17,5 33,7
Всего . . . 15,9 26,7 28,7 15,6 4,2 8,9 100,0 1,2 15,6 16,6 66,6 100,0
Примечание. Общая площадь 2992 км2; лесопокрытая площадь 74,0 %; oh = 5,0, tg V = 0,018; R = 0,298.
Таблица 13
Распределение лесопокрытой площади Обь-Покурской равнины (территориальная единица 1.2.1), %
Лесная формация Класс бонитета Итого Группа возраста, лет Итого
II III IV V Va V6 1-40 41-80 81-120 120
С 4,6 5,5 Abtoi и о р ф н ы е лес? 10,1 5,7 4,4 10,1
К 0,4 10,4 8,6 0,4 мм 19,8 0,4 5,7 9,3 4,4 19,8
Е мм 1,8 0,6 2,4 — — 1,6 0,8 2,4
П мм мм — — —- — — — —• —
Б ^м 3,0 13,3 3,9 — — 20,2 — 0,4 0,8 19,0 20,2
Ос 6,1 19,3 6,1 0,5 — 32,0 — — 0,4 31,6 32,0
Итого . . . 6,1 22,7 36,2 19,1 0,4 мм 84,5 0,4 6,1 17,8 60,2 84,5
С 1,0 Гидро 5,8 МОрфН! 5,8 ,1 е леса 12,6 1,2 9,7 1,7 12,6
К — — — — — — — — — —
Е — — — — — — — — — — —
П мм ММ в» мвв мм — — — — —• —
Б — мм — — 1,1 1,8 2,9 — — 0,4 2,5 2,9
Итого . . . — — — 1,0 6,9 7,6 15,5 мм 1,2 10,1 4,2 15,5
Всего . . . 6,1 22,7 36,2 20,1 7,3 7,6 100,0 0,4 7,3 27,9 64,4 100,0
Примечание. Общая площадь 2048 км2; лесопокрытая площадь 65,2 %; oh =4,1, tg£= 0,014; R = 0,240.
К w Таблица 16
о> Распределение лесопокрытой площади Кульеган-Соснинской равнины (территориальная единица 1.2.4), %
Лесная формация Класс бонитета Итого Группа возраста, лет Итого
II III — .j IV V Va V6 1-40 41-80 81-120 120
Автоморфные леса
С 1,5 21,8 5,5 0,2 «МВ 29,0 0,1 0,2 9,3 19,4 29,0
К 1,5 18,2 3,2 0,2 — 23,1 1,0 0,4 6,1 15,6 23,1
Е — — 0,8 0,7 — — 1,5 «а* 0,2 1,3 1,5
П — — 0,1 — — 0,1 — «м 0,1 0,1
Б о.1 5,1 7,8 0,2 — — 13,2 1,3 1,0 0,2 10,7 13,2
Ос 1,0 4,8 4,3 — Ml — 10,1 — 0,1 0,1 9,9 10,1
Итого . . . 1,1 12,9 52,9 9,7 0,4 — 77,0 2,4 1,7 16,0 56,9 77,0
Гидроморфные леса
С 0,6 8,3 4,1 1,1 14,1 — 0,1 4,3 9,7 14,1
К мм мм 0,5 5,2 — 5,7 — 0,3 2,2 3,2 5,7
Е мм — — — 0,5 — 0,5 — — ММ 0,5 0,5
П — —> — — ым — — ММ мм
Б 1,7 ,1'° — мм 2,7 — 0,2 0,1 2,4 2,7
Итого . . . — — 2,8 14,5 4,6 1,1 23,0 — 0,6 0,6 15,8 23,0
Всего . . . 1,1 12,9 55,7 24,2 5,0 1,1 100,0 2,4 2,3 22,6 72,7 100,0
Примечание. Общая площадь 3536 км2; лесопокрытая площадь 84,9 %; oh =6,4, tg<P= 0,023; R =0,388.
Таблица 17
Распределение лесопокрытой площади Соснинско-Ларьеганской равнины (территориальная единица 1.2.5), %
ю Лесная формация Класс бонитета Итого Группа возраста, лет Итого
II III IV V Va V6 1-40 41—80 81-120 120
С К Е П Б Ос мм мм 0,9 4,3 5,7 4,8 0,3 8,7 7,6 22,0 18,5 0,4 3,6 1,0 5,2 2,3 Abtoi 0,2 мм мм морфны мм Ml е леса 33,1 25,6 0,7 13,2 12,9 0,2 0,2 0,3 0,6 0,4 5,9 5,7 0,2 0,4 мм 26,9 19,1 0,5 12,2 12,9 33,1 25,6 0,7 13,2 12,9
Итого . . . С К Е П Б 1 1 1 1 1 у» ьэ 27,1 45,5 1,1 0,3 1,4 7,5 2,2 4,2 0,3 1,0 0,2 Гидро 2,9 lilies 1 - е* X НН 85,5 ,ie леса 6,2 5,3 0,6 2,4 ''З* о 1 1 1 1 1 1,3 0,1 0,2 ММ 12,2 1,1 0,7 0,1 71,6 5,0 4,4 0,5 2,4 85,5 6,2 5,3 0,6 2,4
Итого . . . — — 2,8 7,7 2,9 1,1 14,5 — 0,3 1,9 12,3 14,5
Всего . , . Примечан 5,2 сие. Оби. 27,1 1ая площе 48,3 щь 2880 к 15,2 м2; лесог 3,1 [скрытая 1,1 площадь 100,0 85,8 %; ah = 0,4 = 6,5, tg^= 1,6 3,024; R = 0, 14,1 396. 83,9 100,0
228 229
Таблица 18
Распределение лесопокрытой площади Ларьеганской приречной равнины (территориальная единица 1.2.6), %
Лесная формация Класс бонитета Итого Группа возраста, лет Итого
II III IV V Va V6 1-40 41-80 81-120 120
Автоморфные леса
С — — 11,3 1,6 — мм 12,9 мм 2,8 10,1 12,9
К — 4,5 27,9 5,5 — — 37,9 — ММ И,1 26,8 37,9
Е — — — — — — — —- — мм
П — — — — — О, мм ^м
Б 1,2 17,2 4,6 1,1 мм — 24,1 5,5 5,5 0,9 12,2 24,1
Ос — 1,9 — — — — 1,9 — — 1,9 1,9
Итого . . . 1,2 23,6 43,8 8,2 — мм 76,8 5,5 5,5 14,8 51,0 76,8
Гидроморфные леса
С — — — — 5,6 3,7 9,3 — — 1,8 7,5 9,3
К — — 6,5 — — 6,5 — — 3,7 2,8 6,5
Е — — — — — мм мм ——
П — — — — — мм — — мм м i
Б 2,9 2,9 1,6 — 7,4 — 0,9 — 6,5 7,4
Итого . . . — — 2,9 9,4 7,2 3,7 23,2 — 0,9 5,5 16,8 23,2
Всего . . . 1,2 23,6 46,7 17,6 7,2 3,7 100,0 5,5 6,4 20,3 67,8 100,0
Примечание. Общая площадь 1408 км2; лесопокрытая площадь 35,0 %; ah = 2,1, tg у - 0,006; R =0,115.
Т аблица 19
Распределение лесопокрытой площади Ларьеган—Ильякской равнины (территориальная единица 1J2.7), %
Лесная формация Класс бонитета Итого Группа возраста, лет Итого
II III IV V Va V6 1-40 41-80 81-120 120
Автоморфные леса
С мм 3,5 18,2 8,5 0,1 «ш» 30,3 0,2 0,7 6,0 23,4 30,3
К 0,3 2,4 14,3 2,7 0,2 — 19,9 0,4 0,7 4,9 13,9 19,9
Е мм 0,4 0,2 — — 0,6 — ММ 0,2 0,4 0,6
П — — 0,1 0,4 — 0,5 — — 0,1 0,4 0,5
Б 1,6 15,0 2,0 0,3 — 18,9 0,8 0,5 1,3 16,3 18,9
Ос 7,7 3,6 0,1 — — — 11,4 — мм 0,4 11,0 11,4
Итого . . . 9,6 24,5 35,0 11,8 0,7 — 81,6 1,4 1,9 12,9 65,4 81,6
Гидроморфные леса
С — • мм 0,8 0,1 4,3 3,5 8,7 — 0,8 1,7 6,2 8,7
К — — 1,3 3,3 0,1 0,4 5,1 0,1 0,1 0,6 4,3 5,1
Е мм — — 0,4 — — 0,4 мм — — 0,4 0,4
П — — — —. мм * — — — — — —
Б — — 2,5 1,2 0,5 — 4,2 — 0,1 0,1 4,0 4,2
Итого . . . — — 4,6 5,0 4,9 3,9 18,4 0,1 1,0 2,4 14,9 18,4
Всего . . . 9,6 24,5 39,6 16,8 5,6 3,9 100,0 1,5 2,9 15,3 80,3 100,0
Примечание. Общая площадь 3440 км2; лесопокрытая площадь 87,5 %; ah = 6,5, tg^= 0,024; R = 0,396,
230
Таблица20
Распределение лесопокрытой площади Ильякской приречной равнины (территориальная единица 1*2.8), %
Лесная формация Класс бонитета Итого Группа возраста, лет Итого
II III IV V Va V6 1—40 41-80 81-120 120
• Автоморфные леса
С — 6,7 6,8 — 13,5 — тм — 13,5 13,5
К — — 16,2 8,1 — — 24,3 mm «нм 5,4 18,9 24,3
Е — — 2,8 — — 2,8 — — — 2,8 2,8
П — — — — а—
Б 17,0 10,0 — — 27,0 — — 2,7 24,3 27,0
Ос — 2,7 «в — — — 2,7 — аят — 2,7 2,7
Итого . . . — 19,7 32,9 17,7 «ав» — 70,3 «тв — 8,1 62,2 70,3
- Гидроморфные леса
С — «« — 4,1 4,0 8,1 * — 2,7 5,4 8,1
К — «Я 16,2 2 — 16,2 — 2,7 2,7 10,8 16,2
Е — — — — — — «И — — — — —
П — — — — — — * — м»
Б — —• — 4,1 1,3 — 5,4 — 2,7 — 2,7 5,4
Итого . . . — — — 24,4 5,3 — 29,7 тм 5,4 5,4 18,9 29,7
Всего . . . — 19,7 32,9 42,1 5,3 — 100,0 — 5,4 13,5 81,1 100.0
Примечание. Общая площадь 464 км2; лесопокрытая площадь 54,4 %; ah = 3,2, tg 0,011; R = 0,185.
Таблица 21
Распределение лесопокрытой площади Ильяк —Обской равнины (территориальная единица 1.2.9), %
Лесная формация Класс бонитета Итого Группа возраста, лет Итого
II III IV V Va V6 1-40 41-80 81-120 120
Автоморфные леса
С 1,8 10,4 5,6 — 17,8 1,0 1,0 2,8 13,0 17,8
К — 4,5 11,5 1,5 тм 17,5 0,6 0,3 2,6 14,0 17,5
Е 1,1 1,1 — — — 2,2 0,9 0,9 0,4 2,2
П — — — 0,6 — — 0,6 — 0,3 0,3 — 0,6
Б 3,0 17,5 11,0 3,5 — 35,0 0,8 2,3 8,7 23,2 35,0
Ос 4,4 8,1 0,7 — — — 13,2 — 1,2 1,2 10,8 13,2
Итого . . . 7,4 33,0 34,7 11,2 — — 86,3 2,4 6,0 16,5 61,4 86,3
у Гидроморфные леса
С — «м» «м 1,0 6,6 1,0 8,6 0,3 1,3 3,1 3,9 8,6
К — — 0,3 2,1 — — 2,4 — — 0,3 2,1 2,4
Е — — — — — — — — — — — —
П — — — — — — — — — —
Б — — 0,5 1,2 0,5 0,5 2,7 — 0,3 0,6 1,8 2,7
Итого . . . — — 0,8 4,3 7,1 1,5 13,7 0,3 1,6 4,0 7,8 13,7
Всего . . . 1 ^4 33,0 35,5 15,5 7,1 1,5 100,0 2,7 7,6 20,5 69,2 100,0
Примечание. Общая площадь 4256 км2; лесопокрытая площадь 85,0 %; ah = 6,4, tg^ = 0,024; R = 0,389.
Таблица22
Распределение лесопокрытой площади Малоюганской приречной равнины (территориальная единица 1.4.1), %
Лесная формация Класс бонитета Итого Группа возраста, лет Итого
II III IV V Va V6 1—40 41-80 81-120 120
Автоморфные леса
С — — 10,2 6,8 — — 17,0 мм 2,8 7,6 6,6 17,0
К — — 6,6 0,9 — — 7,5 мвв — 2,8 4,7 7,5
Е — — — 2,8 — — 2,8 •и. — 2,8 2,8
П — — — — — — — — мм мм
Б 3,5 8,9 3,6 «в — — 16,0 0,9 — —> 15,1 16,0
Ос — - 6,6 — — — — 6,6 — — — 6,6 6,6
Итого . . . 3,5 15,5 20,4 10,5 — — 49,9 0,9 2,8 10,4 35,8 49,9
Гидроморфные леса
С — — — 11,8 10,3 12,7 34,8 — 6,5 4,7 23,6 34,8
К — — 1,6 6,3 1,6 — 9,5 — мм 1,9 7,6 9,5
Е — — 0,9 2,0 — — 2,9 — — * 2,9 2,9
П — — — — — — — — — —
Б 2,9 — — — 2,9 — — — 2,9 2,9
Итого . . . — — 5,4 20,1 11,9 12,7 50,1 — 6,5 6,6 37,0 50,1
Всего . . . 3,5 15,5 25,8 30,6 11,9 12,7 100,0 0,9 9,3 17,0 72,8 100,0
Примечание. Общая площадь 1024км2; лесопокрытая площадь 45,9 %; oh - 2,6, tg0,009; R = 0,150.
Таблица 23
Распределение лесопокрытой площади Негусъяхской приречной равнины (территориальная единица 1.4.2.), %
Лесная формация Класс бонитета Итого Группа возраста, лет Итого
II III IV- V Va V6 1-40 41—80 81-120 120
Автоморфные леса
С — 1,0 0,4 — — 1,4 мяв — — 1,4 1,4
К — 1,7 3,5 1,8 — •• 7,0 — 7,0 — — 7,0
Е — 8,4 — — — 8,4 —* 1,4 — 7,0 8,4
П — 1,4 — — — — 1,4 — мм — 1,4 1.4
Б — 9,6 9,6 1,9 «МВ —• 21,1 — 21,1 21,1
Ос 3,5 3,5 — — — — 7,0 — м — 7,0 7,0
Итого . . . 3,5 24,6 14,1 4,1 — — 46,3 — 8,4 — 37,9 46,3
- • Гидроморфные леса
С мм «в мм 17,4 5,8 7,8 31,0 — 11,3 7,0 12,7 31,0
К мм мм 7,1 мм — — 7,1 — 1,4 5,7 7,1
Е — — •м 2,9 — — 2,9 — — — 2,9 2,9
П — — — — — — —
Б — — 12,7 — — 12,7 — — — 12,7 12,7
Итого . . . — — 19,8 20,3 5,8 7,8 53,7 — 12,7 7,0 34,0 53,7
Всего . . . | 3,5 24,6 33,9 24,4 5,8 7,8 100,0 — 21,1 7,0 71,9 100,0
В СР Примечание. Общая площадь 672 км2; лесопокрытая площадь 46,7 %; ah = 2,7, tg^= 0,009; R = 0,153.
A. n _ Таблица 24
Распределение лесопокрытои площади Негусъях—Юганской равнины (территориальная единица 1.4.3), %
Лесная формация Класс бонитета Итого Группа возраста, лет Итого
II III IV V Va V6 1-40 41—80 81-120 120
Автоморфные леса
С 0,2 1,9 16,9 5,9 0,6 •МВ 25,5 0,2 7,1 2,8 15,4 25,5
К 0,6 1,4 10,9 4,3 мм — 17,2 0,5 1,6 2,7 12,4 17*2
Е П 1,0 2,3 0,4 о,1 — 3,4 0,4 0,1 0,1 0,4 0,1 2,9 0,2 3,4 0,4
Б — 1,0 0,9 0,1 — 2,0 — 1,6 0,4 2,0
Ос 2,6 16,2 2,2 — — — 21,0 — 21,0 21,0
Итого . . . 3,4 21,5 33,6 10,4 0,6 — 69,5 U 0,7 8,9 7,6 52,3 69,5
Гидроморфные леса
С — 2,4 9,3 2,4 3,9 18,0 0,5 6,7 5,2 5,6 18,0
К — 3,4 2,4 — 5,8 0,1 0,1 0,9 3,7 5,8
Е — 2,6 0,6 — — 3,2 — 0,5 0,5 2,2 3,2
П —• 0,1 0,2 — 0,3 — — «Ж 0,3 0,3
Б 1,0 2,2 — 3,2 — 0,2 — 3,0 3,2
Итого . . . — 9,5 14,7 2,4 3,9 30,5 0,6 8,5 6,6 14,8 30,5
Всего . . . 3,4 21,5 43,1 25,1 3,0 3,9 100,0 1,3 17,4 14,2 67,1 100,0
Примечание. Общая площадь 2720 км2; лесопокрытая площадь 81,2 %; oh = 5,9, tg^=0,021;R =0,354.
Таблица 25
Распределение лесопокрытой площади Салым—Юганской равнины (территориальная единица 1.4.4.), %
Лесная формация Класс бонитета Итого Группа возраста, лет Итого
II III IV V Va V6 1-40 41-80 81-120 120
Автоморфные леса
С 0,9 3,6 1,4 0,2 — 6,1 0,1 0,2 1,0 4,8 6,1
К 0,3 3,6 6,0 1,5 — 11,4 1,1 3,0 7,3 11,4
Е 0,2 2,4 3,3 0,2 — — 6,1 — 0,6 2,1 3,4 6,1
П — 0,5 2,0 — — — 2,5 — — 0,1 2,4 2,5
Б 7,8 5,5 14,1 — — — 27,4 — 1,7 2,5 23,2 27,4
Ос 10,1 2,7 0,1 — — — 12,9 — — — 12,9 12,9
Итого . . . 18,4 15,6 29,1 3,1 0,2 — 66,4 0,1 3,6 8,7 54,0 66,4
Гидроморфные леса
С — 0,1 3,2 5,1 14,8 23,2 0,1 4,9 6,3 11,9 23,2
К — — 2,8 2,5 о,1 — 5,4 0,5 1,2 3,7 5,4
Е — 0,7 1,8 0,4 ММ 2,9 — 0,3 1,0 1,6 2,9
П — — —. — — Ml — — — Мм —
Б — — 1,2 0,9 — — 2,1 — 0,2 0,1 1,8 2,1
Итого . . . — — 4,8 8,4 5,6 14,8 33,6 0,1 5,9 8,6 19,0 33,6
Всего . . . 18,4 15,6 33,9 11,5 5,8 14,8 100,0 0,2 9,5 17,3 73,0 100,0
Примечание. Общая площадь 12 128 км2; лесопокрытая площадь 64,3 %; oh =4,0, tg = 0,014; R = 0,235.
Ln
Таблица 26
Распределение лесопокрытой площади Большеюганской приречной равнины (территориальная единица 1.4.5), %
Лесная формац? я Класс бонитета Итого Группа возраста, лет Итого
II III IV V Va V6 1-40 41-80 81-120 120
С «м« 1,2 5,4 0,6 Авто 1,9 м о р ф н ь: е леса 9,1 0,5 1,9 6,7 9,1
К — 1,4 12,1 0,7 — 14,2 — 3,0 4,0 7,2 14,2
Е 2,5 1,7 — — 4,2 — — 0,9 3,3 4,2
П — 0,4 2,6 — 3,0 — * 3,0 3,0
Б 0,9 14,7 6,2 — —— 21,8 0,5 0,7 0,9 19,7 21,8
Ос 5,4 5,3 — — — 10,7 — 0,2 — 10,5 10,7
Итого . . , 6,3 25,5 28,0 1,3 1,9 — 63,0 1,0 3,9 7,7 50,4 63,0
С 3,8 Гидро 12,1 МОрфН! 7,6 >ie леса 23,5 1,6 4,9 17,0 23,5
К «м« «м 1,9 9,9 — — 11,8 0,9 3,9 7,0 11,8
Е — «а» — — — — — о — —
П — — — — * ж
Б — 0,8 0,4 — 0,5 1,7 — — — 1,7 1,7
Итого . . . — — 2,7 14,1 12,1 8,1 37,0 — 2,5 8,8 25,7 37,0
Всего . . . 6,3 25,5 30,7 15,4 14,0 8,1 100,0 1,0 6,4 16,5 76,1 100,0
Примечание. Общая площадь 3248 км2; лесопокрытая площадь 54,4 %; uh =3,2, tg^= 0,011; R =0,185.
Таблица 27
Распределение лесопокрытой площади Верхнеюганской равнины (территориальная единица 1.4.6), %
Лесная формация Класс бонитета Итого Группа возраста, лет Итого
II III IV V Va V6 1-40 41-80 81-120 120
Автоморфные леса
С 0,1 3,4 9,0 3,1 0,4 16,0 0,1 0,8 2,2 12,9 16,0
К 0,1 5,2 11,3 1,4 — — 18,0 0,1 4,1 13,8 18,0
Е ша» 1,1 1,8 0,3 «» 3,2 waa 0,5 0,6 2,1 3,2
П — — 0,1 — — 0,1 —- — 0,1 0,1
Б 1,1 8,7 8,0 — — 17,8 0,6 0,1 0,5 16,6 17,8
Ос 11,8 5,9 0,2 — — — 17,9 — — «а* 17,9 17,9
Итого . . . 13,1 24,3 30,4 4,8 0,4 73,0 0,7 1,5 7,4 63,4 73,0
Гидроморфные леса
С — ша» 0,6 5,1 5,0 8,3 19,0 — 1,5 2,6 14,9 19,0
К «» — 2,6 1,7 — — 4,3 0,1 — 0,8 3,4 4,3
Е — 0,2 2,2 — 2,4 0,1 0,1 0,5 1,7 2,4
П — — — — —- а *
Б «м» — 1,0 — 0,3 1,3 — 0,1 — 1,2 1,3
Итого . . . — «ав 4,4 9,0 5,3 8,3 27,0 0,2 1,7 3,9 21,2 27,0
Всего . . . | 13,1 I 24,3 34,8 13,8 5,7 8,3 100,0 0,9 3,2 11,3 84,6 100,0
Примечание. Общая площадь 10 272 км2; лесопокрытая площадь 65,5 %; иh= 4,1, tg ^ = 0,014; R = 0,242,
ОГЛАВЛЕНИЕ
Предисловие...................................................... 3
Часть I
Принципы и методы применения аэрокосмических снимков в решении за-
дач мониторинга лесного покрова ....................... 6
Глава 1
Структура изображений лесного покрова на аэрокосмических снимках и де-
шифровочные признаки......................................... 6
Глава 2
Оценка дренированности лесных территорий и формационного состава ле-
сов по космическим снимкам................................... 17
Глава 3
Возрастные состояния лесных сукцессий на аэрокосмических снимках. 26
Глава 4
Дешифрирование почв и почвообразующих пород.................... 46
Глава 5
Определение таксационных показателей на аэрокосмических снимках ....... 58
Часть П
Анализ структуры и динамики лесного покрова левобережного широтно-
го Приобья с использованием аэрокосмических снимков.......... 73
Глава 6
Геолого-геоморфологические условия формирования структуры лесного по-
крова ....................................................... 73
« Глава 7
Структура и динамика лесного покрова........................... 115
Глава 8
Идентификация типов леса на аэрокосмических снимках............ 156
Глава 9
Территориальные единицы лесного покрова, подлежащие наблюдению ди-
станционными средствами................................... 181
Заключение................................................... 200
Список литературы ............................................. 203
Приложение.............................................. 211
Научное издание
Седых Владимир Николаевич
АЭРОКОСМИЧЕСКИЙ МОНИТОРИНГ ЛЕСНОГО ПОКРОВА
Редактор издательства Т. В. Щербинина
Художественный редактор В. В. Реймхе
Художник Н. А. Пискун
Технический редактор Н.М. Остроумова
Корректор Г. Д. Смоляк
ИБ № 42803
Сдано в набор 24.04.91. Подписано к печати 23.08.91. Формат
60x901/16. Бумага офсетная. Гарнитура Тиде. Офсетная
печать. Усл. печ. л. 15. Усл. кр.-отт. 15,3. Уч.-изд. л. 17,2.
Тираж 980 экз. Заказ № 837. Цена 4 р. 80 к.
Ордена Трудового Красного Знамени издательство ”Наука”,
Сибирское отделение. 630099 Новосибирск, ул. Советская, 18.
4-я типография издательства ”Наука”. 630077 Новосибирск,
ул. Станиславского, 25.