^^0
РОЛЬ ОРГАНИЗАЦИИ ОБЪЕДИНЕННЫХ
НАЦИЙ В СОВРЕМЕННОЙ СИСТЕМЕ
МЕЖДУНАРОДНЫХ ОТНОШЕНИЙ
И НОВЫЕ МЕХАНИЗМЫ ЛЕГИТИМАЦИИ
САМООПРЕДЕЛИВШИХСЯ
ГОСУДАРСТВ

T.G. Shevchenko Pridnestrovian
State University
Centre of Social and Political
Research «Perspective»
Pridnestrovian Branch of the Russian
Academy of Natural Sciences
THE ROLE OF THE UNITED NATIONS
IN THE MODERN INTERNATIONAL
RELATIONS SYSTEM
AND NEW MECHANISMS OF LEGITIMATION
OF SELF-DETERMINED
STATES
n 'Pridnestrovian
Tiraspol,
2012

Приднестровский государственный
университет им. Т.Г. Шевченко
Центр социальных и политических
исследований «Перспектива»
Приднестровское отделение
Российской академии естественных наук
РОЛЬ ОРГАНИЗАЦИИ ОБЪЕДИНЕННЫХ
НАЦИЙ В СОВРЕМЕННОЙ СИСТЕМЕ
МЕЖДУНАРОДНЫХ ОТНОШЕНИЙ
И НОВЫЕ МЕХАНИЗМЫ ЛЕГИТИМАЦИИ
САМООПРЕДЕЛИВШИХСЯ
ГОСУДАРСТВ
Тирасполь,
2012

УДК 341.123:323.17(478.9)
ББК Ф4(0),612+ФО94(4Мол5)В27
Р 68
Редакционная коллегия:
С.И. Берил, И.Н. Галинский, В.В. Игнатьев
Роль Организации Объединенных Наций в современной системе между-
Р 68 народных отношений и новые механизмы легитимации самоопределившихся
государств. - Тирасполь, 2012. - 152 с.
Издание представляет собой сборник материалов научного форума «Орга¬
низация Объединенных Наций и ее роль в современной системе международных
отношений», посвященного 65-летию образования ООН, состоявшегося 29 июня
2010 г. в Приднестровском государственном университете им. Т.Г. Шевченко. В
центре внимания авторов история создания, задачи, основные направления дея¬
тельности ООН, миротворческий потенциал и миротворческие операции ООН:
принципы международного права в документах ООН; Приднестровская Молдав¬
ская Республика в современной международной системе и ее внешнеполитическая
деятельность и др. В заключительном разделе издания приведены опубликованные
в печатных и электронных средствах массовой информации материалы, имею¬
щие непосредственное отношение к проблеме легитимации самоопределившихся
государств.
Издание рассчитано на историков, политологов, дипломатов, экспертов,
журналистов, а также широкий круг читателей, интересующихся дискуссион¬
ными проблемами современных международных отношений.
The edition is a collection of materials of the scientific forum «The United
Nations and its role in the modern international relations system» dedicated to the
65-th anniversary of the UN formation and taken place on June 29, 2010 in the
T.G. Shevchenko Pridnestrovian State University. The authors focuse on the history
of formation, goals, and the UN main activities; peacekeeping potential and the UN
peacekeeping operations; principles of international law in the UN documents, the
Pridnestrovian Moldavian Republic in the modern international system and its foreign
policy, etc. In the final section of the edition one can find the materials published in
the print and electronic media relevant to the problem of legitimizing self-determined
states.
The edition is intended for historians, political scientists, diplomats, experts,
journalists, and a wide range of readers interested in the discussions of the current
international relationships.
УДК 341.123:323.17(478.9)
ББК Ф4(0),612+ФО94(4Мол5)В27
©Центр социальных и политических исследований
«Перспектива ПТУ им. Т.Г. Шевченко, 2012

ПРЕДИСЛОВИЕ
Среди главных акторов мировой политики особое место занимает Ор¬
ганизация Объединенных Наций, универсальная международная органи¬
зация, деятельность которой направлена на поддержание мира, междуна¬
родной безопасности и развитие сотрудничества между государствами.
Организация Объединенных Наций обладает законным рычагом при¬
менения международного права, что и делает ее наиболее авторитетной и
сильной международной организацией. Особенно важным для нас явля¬
ется то, что в Уставе ООН закреплено право народов на самоопределение
и построение самостоятельного государства.
О месте, роли и значении Организации Объединенных Наций в совре¬
менном мире, попытках создания новых механизмов легитимации самоопре¬
делившихся государств шла речь на заседании международного «круглого
стола» «Организация Объединенных Наций и ее роль в современной системе
международных отношений», посвященного 65-летию ООН, в г. Тирасполь
29 июня 2010 г., по материалам которого и подготовлен данный сборник.
В приведенных в нем материалах авторы рассматривают роль ООН
в современном мире в контексте новых вызовов и рисков, поиска дей¬
ственных механизмов международного признания самоопределившихся
государств.

ОРГАНИЗАЦИЯ ОБЪЕДИНЕННЫХ НАЦИЙ
В СОВРЕМЕННОЙ СИСТЕМЕ
МЕЖДУНАРОДНЫХ ОТНОШЕНИЙ
СОЗДАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ
ОБЪЕДИНЕННЫХ НАЦИЙ
КАК ИТОГ ДИПЛОМАТИЧЕСКОГО
СОТРУДНИЧЕСТВА СТРАН АНТИГИТЛЕРОВСКОЙ
КОАЛИЦИИ В ПЕРИОД
ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ войны
С. О. СИМОНЕНКО
Организация Объединенных Наций на протяжении вот уже 65 лет
остается самым представительным международным форумом, на кото¬
ром решаются ключевые вопросы мировой политики и международной
безопасности. В наши дни ценность этой организации, учитывая расту¬
щую напряженность в разных точках планеты, только возрастает. Именно
ООН, при поддержке стран-участниц, способна взять на себя координи¬
рующую роль, как по предотвращению глобальных угроз безопасности,
так и по урегулированию региональных конфликтов, требующих усилий
многих держав.
Создание Организации Объединенных Наций стало возможным в ре¬
зультате победы антигитлеровской коалиции над фашистской Германией
и ее союзниками. В создании этой организации была выражена воля ци¬
вилизованного человечества не допустить новых разрушительных войн и
возрождения варварских идеологий, проповедующих насилие, агрессию
и расовое превосходство. В год 65-летия Великой Победы необходимо
отметить, что ООН не просто ровесница Победы. Сами принципы этой
Организация Объединенных Наций
7
международной организации отшлифовывались в ходе Великой Отече¬
ственной войны - с первых ее месяцев и при непосредственном участии
советской дипломатии.
Первым шагом в создании антигитлеровской коалиции стало Согла¬
шение между правительствами СССР и Великобритании, подписанное 12
июля 1941 г. Затем последовали аналогичные соглашения с правитель¬
ствами Чехословакии (18 июля) и Польши (30 июля), находящимися в из¬
гнании в Лондоне.
Уже в августе-сентябре 1941 г. появился документ, объединивший
три державы - СССР, Великобританию и США, который стал идейной
основой антифашистской коалиции. Атлантическая хартия провозглашала
общие принципы, которыми руководствуются державы во время войны.
Это отказ от территориальных приращений в ходе войны, все территори¬
альные изменения должны были осуществляться в соответствии со сво¬
бодным волеизъявлением вовлеченных народов. Все народы имели право
выбирать форму правления, которая их устраивает. Суверенитет стран,
которые были насильственно лишены его, должен был быть восстанов¬
лен. Всем большим и малым государствам гарантировался равный доступ
к торговле и сырью, необходимым для их экономического процветания.
Предусматривалось сотрудничество всех наций с целью улучшения усло¬
вий труда, экономического развития и социальной защищенности. После
разрушения нацистской тирании должен был быть установлен мир, обе¬
спечивающий безопасность всем нациям в пределах их границ и свобод¬
ное бытие всех людей. Декларировался принцип отказа от применения
силы. Это подразумевало создание широкой и постоянной системы мер
безопасности, включающей разоружение.
Декларация Объединенных Наций, подписанная 1 января 1942 г. в ка¬
бинете американского президента Рузвельтом, Черчиллем, послом СССР
Литвиновым и министром иностранных дел Китая Суном Цзы-Венем,
явилась логическим продолжением Атлантической хартии. Страны, под¬
писавшие Декларацию, присоединились к общей программе целей и
принципов, воплощенных в Атлантической хартии. Полная победа над
противником объявлялась необходимым условием защиты жизни, сво¬
боды, независимости и религиозной свободы, а также прав человека и
справедливости. Правительства, подписавшие Декларацию, заявляли, что
употребят все свои военные и экономические ресурсы на борьбу против
стран фашистского блока, будут сотрудничать друг с другом и не будут за¬
ключать сепаратного перемирия или мира с противником. К Декларации
на следующий день присоединились еще 22 государства. Антигитлеров¬
8
ская коалиция получила свое оформление. Однако в данных документах
не было и речи о создании после войны международной организации для
поддержания мира.
В начале 1942 г. началось новое наступление германских войск на
Восточном фронте. Вопрос об открытии Второго фронта в Европе, по¬
ставленный Сталиным перед союзниками еще в сентябре 1941 г., оставал¬
ся туманной перспективой. США и Великобритания решали свои такти¬
ческие задачи в Северной Африке и на Ближнем Востоке. Очевидно, что
союзники ждали, пока Германия будет измотана в войне с Советским Со¬
юзом, чтобы вступить в войну на европейском континенте на последнем
этапе. Поэтому вопросы послевоенного мироустройства вновь вышли на
первый план только после разгрома фашистских войск под Сталингра¬
дом, а затем на Курской дуге. Эти победы многократно укрепили между¬
народный авторитет СССР как главной военной силы антифашистской
коалиции. Теперь он претендовал на одну из ведущих ролей в деле после¬
военного урегулирования. Когда Москва перехватила инициативу не толь¬
ко на театрах боевых действий, но и на дипломатическом фронте, вопрос
международной организации безопасности оказался среди ключевых.
Необходимо отметить, что именно Советскому Союзу принадлежала
идея создания международной организации по поддержанию мира и без¬
опасности. Эта линия прослеживается еще со времен борьбы советских
дипломатов за коллективную безопасность в рамках тех возможностей, ко¬
торые были у Лиги Наций. С началом Великой Отечественной войны эти
усилия были направлены в новое русло. Еще 4 декабря 1941 г. в Москве
была подписана «Декларация Правительства Советского Союза и Прави¬
тельства Польской Республики о дружбе и взаимопомощи». В ней указыва¬
лось, что обеспечение прочного и справедливого мира «может быть достиг¬
нуто только новой организацией международных отношений, основанной
на объединении демократических стран в прочный союз». Вопрос о такой
организации поднимался и в ходе встреч с союзниками, но свое оформле¬
ние он получил только на конференции министров иностранных дел СССР,
США и Великобритании, проходившей в Москве с 19 по 30 октября 1943 г.
В ходе Московской конференции была подписана «Декларация че¬
тырех государств по вопросу о всеобщей безопасности». Декларацию
подписал также представитель Китая. В Декларации участники конфе¬
ренции, в частности, заявляли о своей решимости совместно сотрудни¬
чать после победы над врагом «для организации и поддержания мира и
безопасности». Кроме того, провозглашалось, что в послевоенной поли¬
тике державы без взаимной консультации не будут применять военных
Организация Объединенных Наций
9
средств в решении спорных вопросов. Конференция признала «необхо¬
димость учреждения в возможно короткий срок Всеобщей международ¬
ной организации для поддержания международного мира и безопасности,
основанной на принципе суверенного равенства всех миролюбивых го¬
сударств, членами которой могут быть все такие государства - большие
и малые». По предложению советской стороны из представителей трех
держав была образована комиссия для предварительной совместной раз¬
работки вопросов, связанных с учреждением Всеобщей международной
организации. Решения Московской конференции были подтверждены на
встрече «Большой тройки» - Сталина, Рузвельта и Черчилля, в Тегеране.
К началу 1944 г. исход войны был уже предопределен, в связи с этим
работа по всему комплексу проблем, связанных с созданием новой меж¬
дународной организации, активизировалась. 30 мая 1944 г. Госсекретарь
США Кордэлл Хэлл информировал о готовности американского прави¬
тельства приступить к переговорам и предложил провести конференцию
в Вашингтоне. Летом 1944 г. США, Великобритания и СССР обменялись
меморандумами с предварительными предложениями по вопросу о созда¬
нии Международной организации безопасности. Конференция была от¬
крыта 21 августа 1944 г. на окраине Вашингтона в Думбартон-Оксе. В
ходе этого форума были достигнуты договоренности о целях, принципах
и основных органах новой организации.
В качестве главной цели на первый план было поставлено «поддер¬
жание международного мира и безопасности и принятие с этой целью
эффективных коллективных мер для предотвращения и устранения угро¬
зы миру и подавления актов агрессии или других нарушений мира и обе¬
спечения мирными средствами урегулирования или улаживания между¬
народных споров, которые могут привести к нарушению мира».
Было договорено, что Международная организация безопасности
должна действовать в соответствии со следующими принципами:
1.	Организация основана на принципе суверенного равенства всех ми¬
ролюбивых государств;
2.	Все члены организации обязуются выполнять взятые на себя обя¬
зательства;
3.	Все члены организации будут воздерживаться в своих международ¬
ных отношениях от того, чтобы угрожать силой или использовать силу
каким-либо образом, не совместимым с целями организации;
4.	Все члены организации будут оказывать ей всемерную помощь в
любом действии, предпринятом организацией в соответствии положения¬
ми статута;

10
5.	Все члены организации должны воздерживаться от оказания по¬
мощи любому государству, против которого организацией предприняты
действия превентивного или принудительного характера;
6.	Организация обеспечит, чтобы государства, не являющиеся ее чле¬
нами, действовали в соответствии с ее принципами.
В качестве основных органов организации, которую планировалось
назвать «Объединенные нации», были намечены: Генеральная Ассамблея,
Совет Безопасности, Международный Суд и Секретариат. Было догово¬
рено, что на Совет Безопасности возлагается главная ответственность за
поддержание международного мира и безопасности и что все члены орга¬
низации обязуются соглашаться с решениями Совета Безопасности и вы¬
полнять их в соответствии с положениями статута. Предусматривалось,
что Совет Безопасности должен действовать постоянно.
Работа конференции продолжалась до 28 сентября 1944 г. Некоторые
принципиальные вопросы, в том числе, о процедуре голосования в Со¬
вете Безопасности, решены не были, но в целом в ходе конференции в
Думбартон-Оксе была заложена база будущей Организации Объединен¬
ных Наций. Итоги конференции были зафиксированы в «Предложениях
относительно создания Всеобщей международной организации безопас¬
ности». Эти «Предложения», заложив фундамент Устава Организации
Объединенных Наций, по сути, оказали решающее влияние на все после¬
военное устройство мира.
Свое практическое завершение идея создания ООН обрела уже по
окончании войны. Учредительная конференция была открыта в Сан-
Франциско 25 апреля 1945 г. и закончила свою работу 26 июня 1945 г.
В ней приняли участие государства, подписавшие 1 января 1942 г. Де¬
кларацию Объединенных Наций, а также присоединившиеся к ней впо¬
следствии и объявившие до 1 марта 1945 г. войну фашистским державам.
Это была одна из самых крупных международных конференций в дипло¬
матической истории. В Сан-Франциско собрались делегаты пятидесяти
стран, представляющие свыше восьмидесяти процентов населения зем¬
ного шара. 26 июня 1945 г. был подписан Устав ООН. Он вступил в силу
24 октября 1945 г. после его ратификации пятью великими державами и
большинством других подписавших Устав государств.
Особенную ценность организации и принципам, заложенным при ее
создании, придает тот факт, что они формировались в условиях продол¬
жающейся мировой войны. Люди, участвующие в создании организации,
с особой остротой воспринимали всю несправедливость и ужас войны
и искренне стремились создать организацию, которая сможет в будущем
Организация Объединенных Наций	11
предотвратить любые кровавые конфликты и геноцид, саму возможность
попирания прав человека и свободу целых народов. Возможно, именно
этот порыв обусловил актуальность Устава ООН и принципов этой орга¬
низации на протяжении всех этих десятилетий.
К сожалению, появление ООН не смогло предотвратить локальных
конфликтов, некоторые принципы ограничивают возможности организа¬
ции объективно оценивать часть процессов, происходящие в мире, и по¬
ложительно влиять на их урегулирование. Тем не менее, потенциал ООН,
по признанию ведущих дипломатов мира, далеко не исчерпан. Организа¬
ция, при поддержке стран-участниц, способна к самореформированию с
тем, чтобы остаться универсальным инструментом по поддержанию меж¬
дународного мира, предотвращению и обузданию агрессии.

РОЛЬ ОРГАНИЗАЦИИ ОБЪЕДИНЕННЫХ НАЦИЙ
В ПРОЦЕССЕ ПРИЗНАНИЯ ГОСУДАРСТВ
А.А. МАЛЯРЧУК
С момента создания Организации Объединенных Наций ее ключе¬
вой задачей стало содействие мирному и бесконфликтному развитию на
планете. Отцы-основатели организации согласились в том, что это будет
возможным только тогда, когда все народы получат равные права и воз¬
можности. Поэтому уже в первой главе Устава ООН был заложен прин¬
цип, ставший краеугольным камнем всей существующей сегодня систе¬
мы международных отношений. В числе главных целей Организации ее
Устав определяет «развитие дружественных отношений между нациями
на основе уважения принципа равноправия и самоопределения наро¬
дов». Впервые в международно-правовой практике было провозглашено,
что народ имеет право сам определять свою судьбу, и это право должно
неукоснительно соблюдаться мировым сообществом. Впоследствии этот
принцип был закреплен во Всеобщей декларации прав человека, приня¬
той в 1948 г. и провозгласившей, что никто не должен содержаться в раб¬
стве или подневольном состоянии.
Развитие этих идей и их практическое применение во второй поло¬
вине прошлого века привело к радикальному изменению политической
карты мира. Основой его стал процесс деколонизации. В 1945 г. более
750 млн человек, а это примерно треть населения мира, жили на террито¬
риях, власть в которых принадлежала странам-метрополиям. Такая ситуа¬
ция прямо противоречила тем принципам, которые Объединенные Нации
положили в основу новой системы мироустройства. Она создавала опас¬
ный конфликтный потенциал на планете и угрожала разрушить баланс,
появившийся в мире с формированием ООН. Поэтому от государств-
членов этой организации потребовался согласованный механизм, который
позволил бы воплотить на практике идеи, провозглашенные междуна¬
родным сообществом. С этой целью в 1960 г. на Генеральной Ассамблее
ООН по инициативе СССР была принята Декларация о предоставлении
Организация Объединенных Наций
13
независимости колониальным странам и народам, известная также как
Декларация о деколонизации.
Этот международный документ провозгласил, что подчинение народов
иностранному влиянию, доминированию и эксплуатации противоречит
основным правам человека, Уставу ООН, и как результат - препятствует
поддержанию мира во всем мире. Было установлено, что угнетенные на¬
роды, в соответствии со свободно выраженным ими желанием, должны
получить возможность пользоваться полной независимостью и свободой.
Несмотря на то, что крупнейшие колониальные державы того времени,
в числе которых были США, Англия, Франция и Испания, воздержались
от голосования, эту декларацию поддержали большинство стран-членов
ООН. Такой результат стал возможным благодаря активной роли Москвы,
которая последовательно отстаивала право народов на самоопределение,
утвержденное Уставом ООН. В 1961 г. Генеральная Ассамблея ООН учре¬
дила Специальный комитет, который призван был на практике содейство¬
вать процессу деколонизации.
Важно отметить один ключевой момент, о котором сегодня некоторые
забывают. Организация Объединенных Наций не обладает какими-либо
полномочиями признавать то или иное государство или правительство.
Признание нового государства - это акт, который могут совершить только
другие государства. Поэтому роль ООН заключалась в том, чтобы принять
согласованные правила игры, сформировать нормативную базу и оказать
координирующее содействие в процессе деколонизации угнетенных на¬
родов. Вместе с тем, Организация Объединенных Наций стала мощным
инструментом для последующей легитимации новых государств - путем
принятия их в члены ООН. Сегодня из международно признанных неза¬
висимых государств в ООН не входит лишь Ватикан.
Важным этапом в создании правовых предпосылок деколонизации
стал целый ряд документов, разъясняющих принцип самоопределения
народов. В их числе - Пакт об экономических, социальных и культурных
правах и Пакт о гражданских и политических правах, принятые ООН в
1966 г. В них предусмотрено, что народы имеют право свободно устанав¬
ливать свой политический статус и свободно обеспечивать свое экономи¬
ческое, социальное и культурное развитие.
На новый уровень этот вопрос был выведен в «Декларации о прин¬
ципах международного права, касающихся дружественных отношений и
сотрудничества между государствами», принятой ООН 24 октября 1970 г.
Она стала одним из основополагающих документов, на которых построе¬
на вся современная система международно-правовых отношений. В Де¬
14
кларации, в частности, установлено, что носителем права на самоопреде¬
ление является не государство, а народ. Именно народ, а не нация. Для
Приднестровья, в котором мирно сосуществуют несколько равноправных
этносов, это принципиальный момент. С 1960 г. он открыл путь к неза¬
висимости десяткам сообществ, не являющихся этнически однородными.
Декларация предоставила возможность воспользоваться правом на само¬
определение территориям, на которых исторически сложилась общность
различных этносов. Тем не менее, единство культурных и политических
устремлений, общий менталитет и судьба, сплотившие эти этносы в еди¬
ный народ, предоставила ему право на международное признание соб¬
ственной государственности.
Такая принципиальная норма была продиктована объективной ре¬
альностью. К середине двадцатого века мононациональных стран в мире
было уже меньшинство. Кроме того, история знает немало примеров, ког¬
да представители одной и той же нации, разделенной в силу политиче¬
ских и географических факторов, проявляли сепаратистские настроения
и впоследствии обретали признание в качестве независимого государства.
Достаточно привести пример в лице одного из отцов-основателей ООН -
Соединенных Штатов Америки, которые откололись от Англии несмотря
на единство языка и культуры.
Хочу обратить внимание еще на один принципиальный момент, свя¬
занный с Декларацией 1970 г. Сегодня в мировом экспертном сообществе
развернута ожесточенная дискуссия на тему о том, что обладает большим
приоритетом - право народа на самоопределение или принцип террито¬
риальной целостности и нерушимости границ, который также был закре¬
плен в документе 1970 г. Однако Декларация дает вполне однозначный
ответ на этот ключевой вопрос. Из нее ясно следует, что международное
сообщество не противопоставляет эти два принципа - напротив, они, по
мнению ООН, дополняют друг друга. Седьмой абзац Декларации 1970 г.
провозглашает, что принцип самоопределения не может использоваться
против территориальной целостности только тех государств, которые со¬
блюдают право народов на самоопределение. Иначе говоря, государство
получает право на защиту своей территориальной целостности только в
том случае, если все народы, его населяющие, желают остаться в составе
этого государства. Если же какой-либо народ желает выделиться из соста¬
ва существующего государства, то у этого государства нет оснований для
сохранения своей территориальной целостности.
Декларация 1970 г. установила, что каждое государство мира обяза¬
но содействовать реализации воли самоопределившегося народа. В соот¬
Организация Объединенных Наций
15
ветствии с этим документом, было запрещено применять какие-либо на¬
сильственные действия, которые способны лишить народы их права на
свободу и независимость.
В результате работы, проведенной при ведущей роли ООН и основан¬
ной на этих фундаментальных принципах, в мире было создано более 80
новых независимых государств. Все они были приняты в Организацию
Объединенных Наций в качестве полноправных членов, что позволило
им в полной мере включиться в систему существующих международных
отношений. И конечно же, это значительно снизило уровень той угрозы
миру, которую несло нарушение прав и свобод народов государствами-
метрополиями.
Надо сказать, что далеко не всегда процесс обретения международно¬
го признания проходил бесконфликтно и гладко. И здесь особенно важно,
что в таких конфликтных случаях ООН, как правило, стремилась к стро¬
гому выполнению принятых международных документов, на практике
обеспечивая возможность для самоопределения народов. Яркий пример -
развитие ситуации в Юго-Западной Африке, оккупированной войсками
ЮАР, и впоследствии ставшей независимым государством Намибия. Не¬
смотря на то, что еще в 1976 г. на этой территории были проведены вы¬
боры в национальные органы власти, проходившие под наблюдением и
контролем ООН, свою независимость народу Намибии пришлось отвое¬
вывать в течение многих десятилетий. Важно отметить, что все это время,
несмотря на непризнанность намибийского государства, ООН оказывала
официальную поддержку ее народу в вооруженной борьбе за освобожде¬
ние от ЮАР. И только в 1990 г. Намибия стала, наконец, независимой и
получила признание международного сообщества.
Не менее ярко проявилась роль Организации Объединенных Наций в
случае с Восточным Тимором. Еще в 1975 г. народ этой территории при¬
нял декларацию государственной независимости страны от Португалии.
Однако уже через девять дней после этого соседняя Индонезия ввела в
Восточный Тимор войска, превратив его в одну из индонезийских провин¬
ций. За время ее 27-летней оккупации было убито почти четверть миллио¬
на человек, то есть треть населения Восточного Тимора. Такое вопиющее
нарушение основополагающих принципов международного права не мог¬
ло остаться без внимания Организации Объединенных Наций. В 1999 г.
под давлением ООН в Восточном Тиморе был проведен референдум по
вопросу самоопределения. Две трети его участников высказались за не¬
зависимость своего государства. Это привело к новой вспышке насилия с
индонезийской стороны, которую удалось погасить только после того, как
16
в провинцию был введен международный миротворческий контингент.
20 мая 2002 г. Восточный Тимор официально был объявлен независимым
государством.
И здесь мы подходим к одному из важнейших механизмов, которые
были использованы ООН для того, чтобы обеспечить процесс самоопре¬
деления народов. Им стал референдум - акт прямой демократии, пред¬
ставляющий собой непосредственное правотворчество народа. Рефе¬
рендумы были известны в мире задолго до образования ООН - первые
формы плебисцита практиковались еще в Древнем Риме. Но именно Ор¬
ганизация Объединенных Наций впервые применила их как инструмент
в процессе самоопределения народа. Современная история знает несколь¬
ко ярких примеров того, как результаты референдума стали решающим
аргументом для признания государства. Кроме Восточного Тимора, в их
числе - плебисцит 2006 г. в Черногории, по результатам которого она
стала независимым государством. И хотя решающую роль в организации
черногорского референдума сыграл Европейский Союз, он был основан
на фундаментальных международных принципах, утвержденных ООН.
Вместе с тем, в новейшей истории есть и примеры, когда воля народа,
выраженная на плебисците, приводила не к созданию нового государства,
а к сохранению прежнего статус-кво. Так, в 2007 г. под эгидой ООН был
проведен референдум о самоопределении на островах Токелау, которые
находятся под управлением Новой Зеландии. Однако сторонники незави¬
симости Токелау не смогли получить достаточного количества голосов.
Поэтому по результатам референдума острова сохранили прежний статус
несамоуправляющейся территории под внешним управлением.
Таким образом, сегодня ООН, не имея права осуществлять процедуру
признания той или иной страны, в то же время играет значительную роль
в процессе легитимации новых государств мира. Система международно¬
го права, разработанная в рамках этой организации, и опыт ее применения
сохраняет свою востребованность и актуальность для решения проблем,
возникающих в связи с самоопределением народов. Вместе с тем, оче¬
видно, что нормативно-правовая база, созданная в период существований
колониальной модели, требует определенной модернизации и уточнения с
тем, чтобы эффективно реагировать на новые вызовы времени.
В нашем случае - это вопросы международной легитимации само¬
определившихся государств на постсоветском пространстве, в числе ко¬
торых Абхазия, Южная Осетия, Приднестровье и Нагорный Карабах. По
сути, международно-правовое оформление распада СССР не может быть
завершено до тех пор, пока на его территории остаются неразрешенны¬
Организация Объединенных Наций	17
ми эти вопросы. И здесь механизм имплементации права народов на са¬
моопределение, в том числе посредством референдума, опробованный
на практике Организацией Объединенных Наций, может стать хорошей
основой для выработки международно-согласованного решения.
После признания Косово рядом стран-членов ООН в обход механиз¬
ма, разработанного Организацией Объединенных Наций, необходимость
разработки единых критериев легитимации государств, существующих
де-факто, становится насущной необходимостью для всего мирового со¬
общества. И в этой работе ООН, обладающая непревзойденным опытом в
этой деятельности, может сыграть одну из ведущих ролей.

ПРАВО НА САМООПРЕДЕЛЕНИЕ НАРОДОВ
В ДОКУМЕНТАХ ООН И ПОЛИТИЧЕСКИХ
ИНТЕРПРЕТАЦИЯХ
ИН ГАЛИНСКИЙ
Фундамент современного международного права, как известно, был
заложен Уставом Организации Объединенных Наций. Поэтому цели и
принципы, нашедшие отражение в Уставе ООН, принимаются в качестве
первоосновы в правовом регулировании международных отношений.
Перечисленные в Уставе ООН цели занимают верховную импе¬
ративную позицию во всей существующей иерархии международно¬
правовых актов современности. Важное место в этой иерархии, в каче¬
стве основного принципа международного права, занимает равноправие
и самоопределение народов1. Согласно этому принципу, межгосудар¬
ственные отношения должны осуществляться с учетом того, что все на¬
роды равноправны и каждый из них имеет право распоряжаться своей
судьбой. Правда, к сожалению, в Уставе ООН не раскрывается понятие
«народа», за которым закреплено это право, что позволяет многим весь¬
ма вольно трактовать это понятие. Хотя, такой известный ученый как
П. Торнбери, дискутируя по данному вопросу, приводит разъяснение
Секретариата конференции в Сан-Франциско, а именно: «народы» обо¬
значают группы людей, которые могут составлять (или не составлять)
государство или нацию2.
Дальнейшее закрепление и развитие данный принцип получил в резо¬
люции Генеральной Ассамблеи ООН № 637 от 16 декабря 1952 г., где за¬
писано, что «право народов на самоопределение является предпосылкой
для пользования всеми основными правами человека»3. В последующем,
в Декларации о принципах международного права этот принцип был су¬
щественно содержательно конкретизирован: «создание суверенного и
независимого государства, свободное присоединение к независимому го¬
сударству, или установление любого другого политического статуса, сво¬
бодно определенного народом, являются способами осуществления этим
народом права на самоопределение»4.

Организация Объединенных Наций
19
Нельзя также в этом контексте не упомянуть и Декларацию ООН 1981 г.
«О недопустимости интервенции и вмешательства во внутренние дела
государства», где зафиксировано, что на все государства мира возложена
обязанность в полной мере поддерживать право народов на самоопреде¬
ление, свободу и независимость5.
Вне всякого сомнения все это и представляет собой официальное тол¬
кование Организацией Объединенных Наций содержания принципа са¬
моопределения народов. Другими словами, его содержательный аспект в
трактовке ООН включает в себя:
-	все народы имеют право на самоопределение;
-	все участники международных отношений обязаны уважать это право;
-	это право реализуется путем свободного волеизъявления того или
иного народа;
-	реализация данного права исключает какое-либо давление, принуж¬
дение или вмешательство извне;
-	право это означает возможность выбора между государственным от¬
делением данного народа и вхождением на тех или иных условиях в дру¬
гое государство, т. е., свободу выбора политического статуса;
-	данное право означает также возможность выбора формы государ¬
ства;
-	наконец, оно означает возможность выбора социально-эконо¬
мического строя и путей своего развития.
Крайне важно и то, что право народов на самоопределение также за¬
писано в Заключительном Акте ОБСЕ «все народы имеют право... опре¬
делять, когда и как они желают, свой внутренний и внешний политиче¬
ский статус»6. Причем, следует отметить, что в этой интерпретации право
на самоопределение имеют все народы. О том, что это именно так, можно
судить хотя бы по реакции мирового сообщества на сделанную Индией
оговорку относительно ст. 1 Международных Пактов о правах человека,
где закреплены права всех народов на самоопределение. Так, Франция,
Германия, Нидерланды в резкой форме заявили, что право на самоопреде¬
ление, как оно зафиксировано в Уставе ООН, и как воплощено в Пактах,
относится ко всем народам, а не только к тем, которые находятся под ино¬
земным господством7.
Совершенно очевидно, что приведенный выше содержательный смысл
права на самоопределение в полной мере соответствует тому, как посту¬
пил, что выбрал и каким путем в своем развитии пошел приднестровский
народ, который на законных основаниях воспользовался предоставлен¬
ным ему правом на самоопределение.

20
В этой связи хотелось бы особо отметить, что само «право» потому
и считается фундаментальным демократическим принципом, что дает
возможность решать свою судьбу самому народу, а не передает решение
этой судьбы в руки того или иного политического или государственного
института.
Вместе с тем, в последние два десятилетия в определенных поли¬
тических кругах и экспертной среде стали проявляться тенденции по
приданию праву на самоопределение второстепенного характера по
сравнению с принципом территориальной целостности государства,
предприниматься попытки охарактеризовать его как весьма юридически
сомнительное.
Если попытаться более детально и концептуально глубоко рассмо¬
треть оба этих принципа, то мы убедимся в том, что они изначально, так
сказать, по факту своего существования, несут в себе определенное вну¬
треннее противоречие, выступают как неравные по своей значимости. И
если в этом контексте подойти к их ранжировке, то обнаруживается, что
данное неравенство с самого начала все расставляет по своим местам, и
определяет приоритетность принципа права на самоопределение.
Во-первых, как считает известный политолог С. Черняховский, прин¬
цип территориальной целостности по происхождению и реализации бо¬
лее молодой и исторически весьма ситуативный8. Реально, как принцип
он впервые был сформулирован только с принятием Устава ООН. До это¬
го его как общепринятого принципа международного права в реальности
просто не существовало, а вся реальная история человечества строилась
на перманентном изменении границ существующих государств.
Более того, данный принцип носит своего рода историко¬
конвенциональный и в значительной степени коньюктурный характер, а
не характер изначального исторического принципа обустройства обще¬
ства и государства. Он не восходит к тем или иным базовым цивилизаци¬
онным, ментальным ценностям, а выступает всего лишь как некое прави¬
ло игры определенного политического класса в конкретных исторических
и геополитических условиях.
В сравнении с ним, принцип права народов на самоопределение - это
не какое-либо отражение ситуативного расклада, а подлинное положение
дел на протяжении всей государственной истории, когда те или иные на¬
роды на определенном этапе своего развития вступали в борьбу за кон¬
кретную форму своего государственно-политического самоопределения.
А посему мы можем утверждать, что исторически, политически и кон¬
цептуально принцип права народов на самоопределение изначально более
Организация Объединенных Нации
21
приоритетен, чем принцип уважения территориальной целостности, кото¬
рый довольно часто мешает его реализации.
Во-вторых, вопрос заключается в самом характере определения этих
принципов. По утверждению того же С. Черняховского принцип терри¬
ториальной целостности фактически предстает как принцип «уважения»
территориальной целостности, т. е. предполагает, что это нечто важное,
значимое и уважаемое9. В то время, как принцип права на самоопределе¬
ние выступает как «право», как нечто приоритетное, существующее изна¬
чально, могущее быть ограничено лишь другим правом или доброволь¬
ным отказом народа. Отсюда вытекает, что территориальная целостность
относительна и ситуативна, в то время как право на самоопределение не¬
отъемлемо и абсолютно.
Наконец, в-третьих, принцип территориальной целостности как бы
выражает то, на что имеет право государство, в свою очередь право на
самоопределение утверждает то, на что имеют право народы.
В силу чего, на наш взгляд, если в какой-либо конкретной политиче¬
ской ситуации эти два принципа начинают «противоречить» друг другу,
вопрос признания того или другого приоритетным становится вопросом
политической идеологии и политической конъюнктуры, а вовсе не вопро¬
сом права, на что нас ориентируют документы Организации Объединен¬
ных Наций. Это в принципе мы можем сегодня наблюдать в ситуациях
«Косово» и «Приднестровья», когда право народа на самоопределение в
одном случае признано приоритетным, в другом же - приоритетным при¬
знается принцип территориальной целостности.
По нашему мнению, давно пришло время «навести порядок» в системе
ценностей международного права и отказаться от переполоха политиче¬
ской конъюнктуры в угоду «сильных мира сего». Назрела необходимость
на высоком международном уровне - Организации Объединенных Наций,
созвать представительную международную конференцию по вопросам
правомерности появления на международной арене новых государств,
реализации народами своего права на самоопределение и общеобязатель¬
ных правил признания международным сообществом этих государств.
1	Устав Организации Объединенных Наций. Ст. 1 п.2 // http://unic.ru/about/?page=7
2	Thornberry Р. International Law and the Rights of Minorities. - Oxford, 1992. -
P.15.
3	См.: Видеман В. Национальная автономия в различных формах И http://eursa.eu/
node1705

22
4	Декларация о принципах международного права, касающихся дружественных
отношений и сотрудничества между государствами в соответствии с Уставом ООН от
24 окт. 1970 г Текст декларации опубликован в сборнике: «ООН. Резолюции Генераль¬
ной Ассамблеи на ХХУ сессии». - Нью Йорк, 1970. - С. 151-155
5	См.. Тарасов А Право на самоопределение как фундаментальный демократич-
ский принцип И http//saint-juste.narod.ru/natio.htm
6	См.: Черниченко С.В. Принцип самоопределения народов // Московский Жур¬
нал международного права. - № 4. - 1996. - С. 16.
7	Барсегов Ю.Т. Самоопределение и территориальная целостность. - М., 1993. -
С. 24.
8	Черняховский С. Территориальная целостность и право на самоопределение //
http:novopol.ru/print-text51183.html
9	Там же.

ПРАВО НАРОДОВ НА САМООПРЕДЕЛЕНИЕ:
ВЗГЛЯД НА ПРОБЛЕМУ СКВОЗЬ ПРИЗМУ
РЕЗОЛЮЦИЙ ГЕНЕРАЛЬНОЙ АССАМБЛЕИ ООН
С.А. ОСИПОВА
Вопрос о признании государства возникает в случае его образования
на бывшей зависимой территории в результате деколонизации, а также
в случаях образования новых государств в результате объединения двух
или нескольких государств либо разделения государства на два или не¬
сколько независимых государств.
Непризнанные государства, представленные в современном полити¬
ческом поле, находятся в центре повышенного внимания политиков и
ученых. Формы и степень их признания, на наш взгляд, определяются
требованиями реальной политики. Однако, несмотря на то. что идея пра¬
ва народов на самоопределение и получила в современном мире широкое
распространение, следует констатировать, что в политической науке и на¬
уке международного права идет не особенно успешный поиск адекватных
методологических и теоретических подходов к исследованию феномена
непризнанности и, главное, к созданию модели эффективного механиз¬
ма признания вновь образующихся государств. При этом комплексный
анализ и прогнозирование развития непризнанных государственных об¬
разований как фактора мирового развития представляет определенный
интерес и важен для обеспечения стабильности развития и целостности
мира. Возможно, что посылы к решению вопроса о создании современ¬
ного эффективного механизма признания государств могут находиться
в международно-правовых актах, принятых во второй половине XX в. в
рамках деятельности Организации Йбъединенных Наций в исторические
периоды, так или иначе сопряженные с исследуемой нами проблемой.
Организация Объединенных Наций, образованная в 1945 г. под эгидой
стран-победительниц, стала глобальным межгосударственным объедине¬
нием, обладающим большими ресурсами и способным путем применения
различных политических и международно-правовых инструментов дей¬
24
ственно влиять на положение в мире. Именно ООН вменялось регулиро¬
вание международных отношений в исторических условиях середины и
второй половины XX в.
В 1949 г. Комиссия международного права при Организации Объеди¬
ненных Наций в список тем, отобранных для первоочередной кодифика¬
ции, включила вопрос о признании государств и правительств. Однако
проблема кодификации института признания до сих пор не решена, а
само отношение регулируется обычными нормами международного пра¬
ва, его общепризнанными принципами, некоторыми многосторонними
и двусторонними соглашениями, резолюциями международных органов
и организаций, а также дипломатическими документами отдельных го¬
сударств и доктринальными положениями. По мнению приднестровской
исследовательницы О. А. Малярчук, ввиду того, что данный институт осо¬
бенно тесно связан с политикой, доктрина международного права дале¬
ка от единства в понимании сути этого вопроса. Поэтому едва ли можно
удивляться тому, что Комиссия международного права ООН не справи¬
лась с задачей кодификации норм, составляющих институт признания1.
Несмотря на то что нормы международного права, относящиеся к ин¬
ституту признания, так и не были кодифицированы, в документах ООН
идея самоопределения международно-правового признания получила но¬
вое звучание. Так, в мае 1945 г. во время подготовки Устава Организации
Объединенных Наций на Конференции в Сан-Франциско рассматривалась
поправка к пункту 2 статьи 1, в которой непосредственно говорилось о
«праве народов на самоопределение». И хотя поправка была отклонена,
поскольку юристы увидели в ней множество противоречий (некоторые
эксперты опасались, что положение о праве народов на самоопределение,
выдвигаемое в качестве основы дружественных отношений между на¬
циями, может создать юридические основания для вмешательства извне),
предлагаемые принципы равноправия и самоопределения народов были
признаны элементами одной нормы, а их соблюдение - основой для вся¬
кого развития. Это означало, что идея самоопределения в Уставе ООН не
стала правом, но получила статус основополагающего принципа2.
На VI-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН в 1951 г. в ходе об¬
суждения Пакта о правах человека развернулась дискуссия по вопросу
о включении в обсуждаемый документ положения о самоопределении.
Сторонники включения в Пакт права на самоопределение настаивали на
том, что его применение является основным условием обеспечения мира,
безопасности и плодотворного международного сотрудничества, поэтому,
по их мнению, без этого положения принимаемый нормативно-правовой
Организация Объединенных Наций
25
акт лишается всякого смысла. Особый акцент при этом делался на двух
составляющих самоопределения: внутреннее самоопределение - дающее
возможность самоуправления, и внешнее - предоставляющее народу не¬
зависимость. На Х-й же сессии Генеральной Ассамблеи ООН в 1955 г.
активно выступили противники включения права на самоопределение в
Пакт о правах человека, аргументируя свою позицию положением о том,
что в Уставе ООН речь идет лишь о принципе, а не о праве народов на
самоопределение. Кроме того, по их мнению, право на самоопределение
есть коллективное право, и поэтому нецелесообразно включать его в до¬
кумент, излагающий права индивидуумов. На что сторонники первой точ¬
ки зрения возражали, ссылаясь на то, что хотя право на самоопределение
и является коллективным, но затрагивает каждого человека, и его изъя¬
тие - предпосылка к ограничению прав человека, а значит, государства,
принимавшие Устав ООН и признающие его, должны уважать принцип
самоопределения и вытекающее отсюда право, имеющее всеобщий и не¬
отъемлемый характер. Дискуссия закончилась победой этой точки зрения,
и положение о праве народов на самоопределение было внесено в тексты
статей 1 обоих Пактов о правах человека: «Все народы имеют право на
самоопределение. В силу этого права они свободно устанавливают свой
политический статус и свободно обеспечивают свое экономическое, со¬
циальное и культурное развитие»3.
На VII-й сессии Генеральной Ассамблеи 16 декабря 1952 г. была при¬
нята резолюция 637 (VII) «Право народов и наций на самоопределение»,
в которой подчеркивалось, что право наций на самоопределение является
предпосылкой для пользования во всей полноте правами человека; в соот¬
ветствии с Уставом ООН каждое государство-член ООН должно призна¬
вать право на самоопределение в других государствах; государства-члены
ООН должны поддерживать принцип самоопределения всех народов и на¬
ций; право на самоопределение имеет и население несамоуправляющихся
и подопечных территорий, а государства, отвечающие за управление эти¬
ми территориями, должны применять практические меры для реализации
этого права4. Таким образом, статус идеи самоопределения в цитируемой
резолюции повышался от уровня принципа до уровня права.
1960-е гг. сталй кульминацией национально-освободительной борь¬
бы народов африканского континента. Появление на политической кар¬
те новых независимых государств, провозглашенных народами, освобо¬
дившимися от колониальной зависимости, актуализировали проблему
международно-правового признания. Резолюция 1514 (XV) «Декларация
о предоставлении независимости колониальным странам и народам»,
26
принятая в 1960 г. на XV-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН, вызвала
целую волну возражений и протестов, но, тем не менее, была принята. В
этом документе, в частности, отмечалось, что Организация Объединенных
Наций признает горячее стремление всех зависимых народов к свободе и
в своих решениях исходит из убеждения, что дальнейшее существование
колониализма препятствует развитию международного экономического
сотрудничества, задерживает социальное, культурное и экономическое
развитие зависимых народов и идет вразрез с идеалами ООН. Подчине¬
ние народов иностранному игу и господству и их эксплуатация являют¬
ся отрицанием прав человека, противоречат уставу ООН и препятствуют
развитию сотрудничества и установлению мира во всем мире, а недоста¬
точная политическая, экономическая и социальная подготовленность или
недостаточная подготовленность в области образования не могут быть
предлогом для задержки достижения независимости, - подчеркивалось
в тексте резолюции5. Кроме того, в резолюции сделан акцент на связи
между правом народов на самоопределение и индивидуальными правами
и свободами.
Вслед за этой резолюцией последовала целая серия документов, ка¬
сающихся проблем самоопределения: например, резолюция 1803 (XVII)
от 14 декабря 1962 г. «Неотъемлемый суверенитет над естественными
ресурсами»6 (в этом документе признавалось неотъемлемое право всех
государств свободно распоряжаться своими естественными богатствами и
ресурсами в соответствии со своими национальными интересами и на ува¬
жение экономической независимости государств), резолюция 2105 (XX)
от 20 декабря 1965 г. «Осуществление Декларации о предоставлении не¬
зависимости колониальным странам и народам»7 (в этом документе при¬
знавалась законность борьбы, которую ведут народы, находящиеся под
колониальным господством, за осуществление своего права на самоопре¬
деление и независимость, а также предлагалось всем государствам оказы¬
вать материальную и моральную помощь национально-освободительным
движениям в колониальных территориях) и т. д.
Оценивая отношение Организации Объединенных Наций к
национально-освободительному движению как политической реалии,
важно отметить, что в ряде случаев резолюциями Генеральной Ассамблеи
ООН национально-освободительные движения признавались единственно
законными представителями соответствующих народов, т. е. экстеррито¬
риальные общественно-политические организации, такие как, например,
Организации освобождения Палестины (ООП) и Народной организации
Юго-Западной Африки (СВАПО), были фактически приравнены к суве¬
Организация Объединенных Наций
27
ренным субъектам международного права. Так, в 1973 г. ООН деклари¬
ровала, что, заслушав заявление представителя Народной организации
Юго-Западной Африки, который принимал участие в работе Совета Орга¬
низации Объединенных Наций по Намибии и выражая глубокое сожаление
по поводу продолжающейся незаконной оккупации Намибии Южной Аф¬
рикой, подтверждает неотъемлемое право народа Намибии на самоопре¬
деление и независимость и признает, что национально-освободительное
движение Намибии - СВАПО - является подлинным представителем
народа Намибии, и поддерживает усилия этого движения, направленные
на укрепление национального единства8, а в 1974 г. в качестве законного
представителя палестинцев была признана ООП: будучи глубоко озабо¬
ченной тем, что не достигнуто справедливое решение проблемы Палести¬
ны, и признавая, что эта проблема продолжает угрожать международному
миру и безопасности, признавая, что палестинский народ имеет право на
самоопределение, просит генерального секретаря установить контакты с
Организацией освобождения Палестины по всем вопросам9. В 1973 г. был
создан «Народный фронт за освобождение Сегиет-эль-Хамра и Рио-де-
Оро» (Фронт ПОЛИСАРИО), поставивший своей целью ведение борьбы
за полную независимость народа Западной Сахары, а в 1979 г. в соот¬
ветствии с Резолюцией №3437 (XXVIII) от 12 декабря 1973 г. «Вопрос
о Западной Сахаре» Генеральная Ассамблея подтвердила неотъемлемое
право народа Западной Сахары на самоопределение и независимость и
рекомендовала, чтобы Фронт ПОЛИСАРИО, представитель народа За¬
падной Сахары, принимал полное участие во всех поисках справедливого
прочного и окончательного политического решения вопроса о Западной
Сахаре10. Этот факт, на наш взгляд, можно расценивать, как поддержку
ООН политических сил, способных в будущем сформировать и возгла¬
вить правительства новых независимых государств.
Анализ резолюций Генеральной Ассамблеи ООН на предмет выявле¬
ния места и роли в международных отношениях принципа самоопреде¬
ления народов показывает, что данной проблеме на заседаниях органи¬
зации в течение всего времени ее деятельности уделялось достаточное
внимание. Однако и в этих документах не удалось избежать противоречия
между правом народов на самоопределение и принципом нерушимости
территориальной целостности и границ государства. Так, в статье 2 ре¬
золюции Генеральной Ассамблеи ООН 2625 (XXV) «Декларация о прин¬
ципах международного права, касающихся дружественных отношений и
сотрудничества между государствами в соответствии с Уставом Органи¬
зации Объединенных Наций» от 24 октября 1970 г., которая суммировала
28
все основные положения о самоопределении, изложенные в документах
ООН к 1970 г., говорится о том, что все народы имеют право на самоопре¬
деление, в силу этого права они свободно устанавливают свой политиче¬
ский статус и осуществляют свое экономическое, социальное и культур¬
ное развитие11. Одновременно в статье 6 записано, что всякая попытка,
направленная на то, чтобы частично или полностью разрушить нацио¬
нальное единство и территориальную целостность страны, несовместима
с целями и принципами Устава Организации Объединенных Наций12. Как
следствие, неминуемо встает вопрос о том, как совместить провозглаше¬
ние права народов на самоопределение с недопущением сепаратизма.
Следует, однако, признать, что в цитируемой резолюции Генеральной
Ассамблеей ООН была предпринята попытка разрешить сложившееся
противоречие, а также уточнены возможные формы и способы самоопре¬
деления, к которым были отнесены создание суверенного и независимого
государства, свободное присоединение к независимому государству или
объединение с ним, или установление любого другого политического ста¬
туса, свободно определенного народом. Правда, в тексте имеются косвен¬
ные указания на два момента: 1) право на самоопределение применимо к
колониальным ситуациям, что означает предоставление права на внешнее
самоопределение ндррдам, находящихся в колониальной или иностран¬
ной зависимости, и 2) часть населения независимой страны может вос¬
пользоваться этим праром при невозможности осуществления внутренне¬
го самоопределения13.
В 1990-х гг.,,в условиях новых политических реалий, Генеральная Ас¬
самблея Организации Объединенных Наций вновь обратилась к проблеме
самоопределения нарадов и признания государств. В Резолюции 4687 от
16 декабря 1991 г. «Значение всеобщего осуществления права народов на
самоопределение и скорейшего предоставления независимости колони¬
альным странам и народам для эффективной гарантии и соблюдения прав
человека», в частности, отмечалось, что ООН подтверждает неотъемлемое
право палестинского народа и всех народов, находящихся под иностран¬
ной оккупацией и колониальным господством, на самоопределение, наци¬
ональную независимость и территориальную целостность, национальное
единство и суверенитет без вмешательства из вне14. В Резолюции 4688
«Всеобщее осуществление права народов на самоопределение», принятой
на том же заседании, содержится заявление, что ООН, приветствуя посте¬
пенное осуществление права на самоопределение народов, находящихся
под колониальной, иностранной и чужеземной оккупацией, и их переход
к суверенной государственности и независимости, заявляет о своей реши¬
Организация Объединенных Наций
29
тельной оппозиции актам иностранного военного вмешательства, агрес¬
сии и оккупации, поскольку они привели к попранию права народов на
самоопределение и других прав человека в некоторых частях мира15.
Особое место в череде решений ООН занимает вопрос признания
Эритреи - государства в Восточной Африке, завоевавшего в результате
многолетней борьбы независимость от Эфиопии. В 1890 г. Италия объ¬
явила о создании колонии Эритрея, в которую вошли все захваченные
Италией на Красном море территории. В 1941 г. Эритрею освободили
от колониального господства англо-эфиопские войска, и последующие
четыре года она находилась под контролем Британской военной админи¬
страции, а в 1945-1952 гг. - под опекой ООН под управлением Велико¬
британии. В 1952 г. согласно Резолюции Генеральной Ассамблеи ООН
№617 (VII)16 Эритрея, кстати сказать, вопреки воле подавляющего боль¬
шинства эритрейцев, была присоединена к Эфиопии на правах автоном¬
ной области. По распоряжению монарха Эфиопии Хайле Селассие I на
территории Эритреи была запрещена любая политическая деятельность
и введена цензура, а в 1962 г. страна и вовсе, утратив статус автономии,
была объявлена одной из эфиопских провинций. В 1958 г. под началом
«Фронта освобождения Эритреи» эритрейский народ начинает воору¬
женную борьбу за независимость. В 1970 г. был образован «Народный
фронт освобождения Эритреи» (НФОЭ) - военно-политическая органи¬
зация с жесткой централизованной структурой, одним из руководителей
которой был И. Афеворки - лидер современного эритрейского государ¬
ства. В 1989 г. НФОЭ совместно с оппозиционным эфиопским «Народ¬
ным фронтом освобождения Тиграя» активизировал свои действия. К
маю 1991 г. отряды НФОЭ установили контроль над всей территорией
провинции. И. Афеворки возглавил Временное правительство Эритреи.
23-25 апреля 1993 г. в Эритрее состоялся национальный референдум, в
ходе которого 99,8% населения страны высказалось в пользу ее незави¬
симости, и 24 мая 1993 г. было образовано независимое государство Эри¬
трея, а уже 28 мая этого же года Эритрее получила статус члена Органи¬
зации Объединенных Наций17. Уникальность политической ситуации в
Эритрее заключается в том, что после упразднения колониальной зави¬
симости данное государственное образование стало частью эфиопского
государства, и вектор борьбы за независимость был переориентирован
с метрополии в лице Италии на власти Эфиопии. Фактически Эритрея
завоевала независимость от Эфиопии - государства, частью территории
которого она являлась, но этот факт нисколько не смутил членов Гене¬
ральной Ассамблеи ООН и не был увязан с принципом нерушимости
30
границ (в данном конкретном случае - эфиопских). Думается, что в этой
связи можно (и нужно) проводить параллели между признанием Эри¬
треи и борьбой за признание постсоветских самоопределившихся госу¬
дарственных образований.
Анализ решений Организации Объединенных Наций приводит к вы¬
воду о том, что признание права на самоопределение не подвергается
сомнению в случае национально-освободительной борьбы зависимых
народов, в этих условиях международное сообщество в лице ООН при¬
лагает всяческие усилия для скорейшего разрешения вопросов достиже¬
ния этими народами и странами независимости и суверенитета. Однако
события 1990-х гг., связанные с распадом социалистических федераций и
образованием на их территориях новых независимых государств, сделали
проблему самоопределения народов и международно-правового призна¬
ния государств неоднозначной. Наибольшую остроту исследуемые нами
явления приобрели на постюгославском пространстве. Особенность про¬
цессов урегулирования кризисной ситуации в Югославии посредством
инструментов ООН заключается в том, что с самого начала действенное
участие в развитии ситуации принимал Евросоюз и его организационные
структуры, с мнением которых однозначно считались участники ГА ООН
при принятии решений по югославской проблеме.
В июне 1991 г. Словения первой из югославских республик провоз¬
гласила декларацию о независимости, в ответ официальный Белград на¬
чал боевые действия против «мятежников». 7 июля 1991 г. при посред¬
ничестве Европейского экономического сообщества между Словенией и
Югославией был заключен мирный договор: Словения обрела независи¬
мость”. Вслед за Словенией внимание мирового сообщества привлекла
Хорватия - вторая по величине союзная республика СФРЮ. Милошевич
делал все возможное, чтобы удержать Хорватию в составе СФРЮ, не при¬
бегая к силе оружия. Однако, несмотря на все усилия, в сентябре 1991 г.
война между Хорватией и Сербией перешла из латентной фазы в стадию
открытых боевых столкновений. Начало войны в Хорватии осложнило по¬
ложение в Боснии, сербское население этой республики стало добиваться
создания независимого от остальной Боснии национального государства
и готовилось выступить против мусульман Сараево и их номинальных со¬
юзников хорватов. Импульсом, спровоцировавшим новую войну на пост¬
югославском пространстве, стала декларация о независимости Боснии от
Югославии, принятая в Сараево в апреле 1992 г.
На начальном этапе югославского кризиса Европейский союз при¬
держивался мнения, согласно которому конституционные вопросы долж¬
Организация Объединенных Наций
31
ны решаться путем переговоров в рамках федеративного югославского
государства, это означало, что первоначально европейское сообщество
рассматривало возможность признания мятежных республик лишь при
условии, что оно будет результатом соглашения всех конфликтующих
сторон. Эта линия соответствовала курсу, определенному 20 июня 1991 г.
министрами иностранных дел стран СБСЕ, высказавшимися за единство
и территориальную целостность Югославии на основе мирного урегули¬
рования текущего кризиса в этой стране19. В основу урегулирования были
заложены два принципа. Во-первых, право югославских народов самим
определять свое будущее должно было осуществляться в соответствии с
нормами международного права, в том числе с нормами, относящимися
к территориальной целостности государств (по сложившейся традиции,
как уже нами отмечалось, это право толковалось только в пользу народов,
борющихся против колониального, расового или иностранного господ¬
ства, в случае с Югославией им пользовались, исходя из новых посылок.
В результате этой подмены понятий Европейский союз узаконил свое
вмешательство в конфликт, который уже нельзя было рассматривать про¬
сто как внутреннее дело югославского государства). Во-вторых, никакие
односторонние акции, в особенности с применением насилия, не могут
быть одобрены и поддержаны (но и в этом случае общий принцип между¬
народного права также получил новое толкование: запрет на применение
силы, обычно ограничивающийся межгосударственными отношениями, в
Югославии был распространен на внутригосударственные).
В условиях роста угрозы европейской безопасности вследствие раз¬
вертывания в Словении, затем в Хорватии и, наконец, в Боснии и Герцего¬
вине военных действий позиция ведущих политических акторов Европы
эволюционировала в направлении условного и избирательного признания
независимости федеральных республик, входивших в югославское госу¬
дарство. Продолжающаяся эскалация конфликта на Балканах, в опреде¬
лении бельгийского политолога О. Пэ, заставила международное сообще¬
ство усилить осенью 1992 г. мероприятия по «менеджменту кризиса»20 с
целью ограничения масштабов военных действий.
События начала 1990-х гг. в Югославии нашли отражение в резо¬
люциях Генеральной Ассамблеи ООН. 22 мая 1992 г. в соответствии с
Резолюцией №46/23621 по рекомендации Совета Безопасности ООН Ре¬
спублика Словения была принята в члены Организации Объединенных
Наций. На этом же заседании членами ООН стали Республика Босния и
Герцеговина22 и Республика Хорватия23. Причем, все три резолюции были
приняты единогласно и без голосования (другими словами, факт незави-

32
симости новых государств и необходимость их международно-правового
признания никем не оспаривался).
27 апреля 1992 г. в Белграде была провозглашена Союзная Республика
Югославия в составе Сербии и Черногории, объявившая себя правопре¬
емницей СФРЮ. В связи с этим событием мировая общественность по¬
казала свое истинное отношение к праву народов на самоопределение и
проблеме признания: СРЮ было отказано в членстве в ООН. Кроме того,
30 мая 1992 г. Совет Безопасности ООН принял решение о санкциях про¬
тив Сербии и Черногории24. По мнению российского историка Е.Ю. Гусь¬
ковой, международные организации полагали, что введение жестких мер
сможет предотвратить развитие кризиса. Они преследовали цель ослабить
боевую мощь Югославии, предотвратить покупку вооружения, использо¬
вание средств, расположенных в зарубежных банках. Кроме того, Запад
стремился изменить политическую систему страны, отлучить от власти
С. Милошевича, увеличив разрыв между обществом и политической вла¬
стью и поддержав оппозицию23. Союзная Республика Югославия вступила
в Организацию Объединенных Наций только в 2000 г. как новый член26, а
не правопреемник Югославии - страны-учредителя ООН.
С признанием независимости бывших участников югославской фе¬
дерации Балканы не перестали быть очагом напряженности в Европе и
вопрос о политической ситуации в Югославии не раз включался в по¬
вестку дня Генеральной Ассамблеи. Так, в Резолюции №46/242 Органи¬
зация Объединенных Наций потребовала, чтобы все стороны в конфликте
немедленно прекратили боевые действия и выработали мирное решение;
чтобы те подразделения Югославской народной армии и Хорватской ар¬
мии, которые находились в то время в Боснии и Герцеговине, были либо
выведены, либо переданы в ведение правительства Боснии и Герцегови¬
ны, либо распущены и разоружены, а их вооружение поставлено под эф¬
фективный международный контроль27. Однако, несмотря на все усилия
в попытках урегулировать конфликт и прекратить кровопролитие, граж¬
данская война в Боснии и Герцеговине продолжалась до 1996 г. и унесла
жизни около 200 тыс. человек, более 500 тыс. было ранено, число бежен¬
цев и перемещенных лиц превысило 3 млн человек28. Неспокойно было и
в других регионах постюгославского пространства.
Развитие политического процесса в последнее десятилетие XX - на¬
чале XXI в. - практическое завершение в глобальном масштабе процесса
деколонизации, воссоединение Германии и распад СССР, СФРЮ и Че¬
хословакии - привело к широкому распространению мнения о том, что
внешнее самоопределение не должно увязываться только с колониальны¬
Организация Объединенных Наций
33
ми ситуациями. Однако среди специалистов и экспертов нет единства во
мнении о том, каков статус идеи самоопределения народов в современном
международном политико-правовом поле. Фактически сложились три
точки зрения на проблему, каждая из которых имеет в политико-правовом
экспертном сообществе как своих сторонников, так и противников. Неко¬
торые эксперты полагают, что право народов на самоопределение являет¬
ся высшей императивной нормой международного права. Другие - счита¬
ют, что право наций на самоопределение может признаваться только при
определенных условиях и в увязке с другими правовыми нормами. Рас¬
пространено и мнение, что самоопределение народов является не право¬
вым, а политическим или моральным принципом.
Исследование текстов резолюций Генеральной Ассамблеи ООН, как
впрочем, и иных международных политико-правовых актов и соглаше¬
ний, затрагивающих проблему международного признания государств,
показывает, что право наций на самоопределение не может трактоваться
как абсолютная категория. Поэтому мировому сообществу в лице лучших
юристов, политологов, политиков и др. специалистов необходимо пред¬
принимать энергичные действия по введению более конкретизированной
интерпретации данной политико-правовой категории и по выработке бо¬
лее четких правовых рамок реализации обозначенного права в политиче¬
ской практике.
1	Малярчук О.А. Теоретическая основа института международно-правового при¬
знания // Дипломатический вестник Приднестровья. - № 1. - 2011. - С. 81-82.
2	См. подробнее: Грушкин Д.В. Право народов на самоопределение: история раз¬
вития и воплощения идеи // http://www.memo.ru/hr/referats/selfdet/Chapter2.htm
3	Резолюция Генеральной Ассамблеи ООН № 2200 (XXI) «Международный пакт
об экономических, социальных и культурных правах, Международный пакт о граждан¬
ских и политических правах и Факультативный протокол к Международному пакту о
гражданских и полйтических правах» от 16 декабря 1966 г. // http://www.un.org/russian/
ga/21 /docs/ res21_l.htm
4	Резолюция Генеральной Ассамблеи ООН № 637 (VII) «Право народов и наций на
самоопределение» от 16 декабря 1952 г. И http://www.un.Org/russian/ga/7/docs/res7.htm
5	Резолюция Генеральной Ассамблеи ООН № 1514 (XV) «Декларация о предостав¬
лении независимости колониальным странам и народам» от 14 декабря 1960 г. // http://
www.un.org/russian/ga/15/docs/res 15_2.htm
6	Резолюция Генеральной Ассамблеи ООН № 1803 (XVII) от 14 декабря 1962 г.
«Неотъемлемый суверенитет над естественными ресурсами» // http://www.un.org/
russian/ga/17/docs/res 17_2.htm

34
7	Резолюция Генеральной Ассамблеи ООН № 2105 (XX) от 20 декабря 1965 г.
«Осуществление Декларации о предоставлении независимости колониальным стра¬
нам и народам» И http://wAVW.un.org/russian/ga/20/docs/res20_l.htm
’Резолюция Генеральной Ассамблеи ООН № 3111 (XXVIII) от 12 декабря 1973 г.
«Вопрос о Намибии» // http://www.un.org/russian/ga/28/docs/res28_2.htm
’Резолюция Генеральной Ассамблеи ООН № 3236 (XXIX) от 22 ноября 1974 г.
«Вопрос о Палестине» // http://wwwr.un.org/russian/ga/29/docs/res29_l.htm
10	Резолюция Генеральной Ассамблеи ООН № 3437 (XXVIII) от 12 декабря 1973 г.
«Вопрос о Западной Сахаре» И http://daccess-dds-ny.un.org/doc/RESOLUTION/GEN/
NR0/381/32/IMG/NR038132.pdf
”	Резолюция Генеральной Ассамблеи ООН № 2625 (XXV) «Декларация о принци¬
пах международного права, касающихся дружественных отношений и сотрудничества
между государствами в соответствии с Уставом ООН» от 24 октября 1970 г. И http://
www.un.org/russian/ga/25/docs/res25_l.htm
12	Там же.
13	Там же.
14	Резолюция Генеральной Ассамблеи ООН № 4687 «Значение всеобщего осущест¬
вления права народов на самоопределение и скорейшего предоставления независимо¬
сти колониальным странам и народам для эффективной гарантии и соблюдения прав
человека» от 16 декабря 1991 г. И http://daccess-dds-ny.un.org/doc/RESOLUTION/GEN/
NR0/586/19/IMG/NR058619. pdf
15	Резолюция Генеральной Ассамблеи ООН № 4688 «Всеобщее осуществление
права народов на самоопределение» от 16 декабря 1991 г. И http://daccess-dds-ny.un.org/
doc/RESOLUTION/GEN/NRO/586/19/IMG/NR058619.pdf
16	Резолюция Генеральной Ассамблеи ООН № 617 (VII) «Эритрея: Доклад ко¬
миссара организации Объединенных Наций в Эритрее» от 17 декабря 1952 г. И http://
daccess-dds-ny.un.org/doc/RESOLUTION/GEN/NR0/081/42/IMG/NR008142.pdf
17	Там же.
18	См. подробнее: Васильева Н., Гаврилов В. Балканский тупик? Серия: Истори¬
ческая судьба Югославии в XX веке. - М., 2000.
,9	Цит. по: Пэ О. Процесс международного признания бывших югославских респу¬
блик - опасный прецедент для многонациональных государств И http://poli.vub.ac.be/
publi/etni-3/olivierpaye.htm#3
20	Там же.
21	Резолюция Генеральной Ассамблеи ООН № 46/236 «Прием Республики Слове¬
нии в члены Организации Объединенных Наций» от 22 мая 1992 г.// http://daccess-dds-
ny.un.org/doc/UNDOC/GEN/N92/353/01/IMG/N9235301 .pdf
22	Резолюция Генеральной Ассамблеи ООН № 46/237 «Прием Республики Боснии
и Герцеговины в члены Организации Объединенных Наций» от 22 мая 1992 г. И http://
daccess-dds-ny.un.org/doc/UNDOC/GEN/N92/353/07/IMG/N9235307.pdf
23	Резолюция Генеральной Ассамблеи ООН № 46/238 «Прием Республики Хорва¬
тии в члены Организации Объединенных Наций» от 22 мая 1992 г. И http://daccess-dds-
ny.un.org/doc/UNDOC/GEN/N92/353/13/IMG/N9235313.pdf

Организация Объединенных Наций	35
24	Резолюция Совета Безопасности ООН № 757 «Положение в бывшей Югосла¬
вии» от 30 мая 1992 г. И httpV/www.un.org/russian/documen/scresol/res 19927res757.htm
25	Гуськова Е.Ю. Последствия международных санкций для Югославии // Инсти¬
тут славяноведения Российской академии наук // httpi//inslav.ni/index.php?option=com_
content&view=article&id= 190&Itemid=l
*	Резолюция Генеральной Ассамблеи ООН № 55/12 «Прием Союзной Республики
Югославии в члены Организации Объединенных Наций» от 1 ноября 2000 г. // http://
daccess-dds-ny.im.org/doc/UNIX)C/GEN/N00/560/13/PDF/N0056013.pdf?OpeiiElenient
27 Резолюция Генеральной Ассамблеи ООН № 46/242 «Ситуация в Боснии и Гер¬
цеговине» от 25 aBiycra 1992 г. // http7/daccess-dds-ny.un.org/doc/RESOLUTION/GEN/
NRO/599/11/IMG/NR05991 LpdlVOpenElement
^Данные приведены по: Чуксин НЛ. Детали распада: Босния и Герцеговина //
http7/armyJv/ru/-Detali-<aspada-Bosniya-i-Gertscgovina/l 199/2628

УСТАВ ООН
КАК ВАЖНЕЙШИЙ МНОГОСТОРОННИЙ
ДОГОВОР СОВРЕМЕННОСТИ
О.А. МАЛЯРЧУК
24 октября 2010 г. Организации Объединенных Наций исполнилось
65 лет. Как отметил министр иностранных дел Российской Федерации
С. Лавров: «65 лет - довольно небольшой исторический отрезок, но со¬
лидный возраст для международной организации. Весь период послевоен¬
ной истории свидетельствует о безальтернативности ООН как централь¬
ного многостороннего форума, обладающего универсальным мандатом и
общепризнанной легитимностью»1. Выступая на 65-й сессии Генеральной
Ассамблеи ООН, Постоянный представитель Российской Федерации при
ООН В. Чуркин подчеркнул, что в разрешении международных споров
«попытки разрубить гордиевы узлы с опорой на силовые методы в нару¬
шение Устава ООН лишь загоняют проблемы в тупик»2.
История создания ООН как наиболее влиятельной и значимой в меж¬
дународных отношениях международной организации современности
связана с деятельностью военного антигитлеровского союза, который по
предложению Ф. Рузвельта был назван «Объединенными нациями». Идея
создания универсальной международной организации, обеспечивающей
глобальную безопасность и поддержание мира получила свое закрепле¬
ние в 1941 г. в Декларации правительств СССР и Польши, но первона¬
чально не нашла поддержки у Объединенных Наций и не была отражена
в их совместных документах. И только в 1943 г. в текст Московской Де¬
кларации, подписанной представителями СССР, США, Великобритании
и Китая было включено положение о необходимости в кратчайшие сроки
создания «всеобщей международной организации для поддержания меж¬
дународного мира и безопасности, основанной на принципе суверенно¬
го равенства всех миролюбивых государств, членами которой могут все
такие государства - и большие и малые». Непосредственный участник
Организация Объединенных Наций
37
конференций по принятию Устава ООН профессор С.Б. Крылов утверж¬
дал, что «местом рождения Организации Объединенных Наций явилась
Москва, поскольку в Москве была подписана Декларация о создании все¬
общей организации безопасности»3. В решениях Тегеранской конферен¬
ции совместные намерения и взятые обязательства по обеспечению мира
союзными государствами были подтверждены.
После Московской и Тегеранской конференций разработка устава
будущей новой международной организации проводилась путем обмена
мнениями между СССР, США и Великобританией по дипломатическим
каналам и на неофициальной конференции этих держав в Думбартон-
Оксе (США), с 21 августа по 28 сентября 1944 г. Выработанные на этой
конференции «Предложения относительно создания Всеобщей Междуна¬
родной Организации безопасности» составили основу Устава ООН.
В п. 1 гл. II Предложений в качестве одного из важнейших прин¬
ципов Организации провозглашался принцип суверенного равенства ее
государств-членов. Он был закреплен затем в п. 1 ст. 2 Устава ООН.
На конференции были детально разработаны вопросы о составе, функ¬
циях и полномочиях Совета Безопасности. Положения соответствующего
раздела Предложений (гл. VI) с небольшими, главным образом редакци¬
онными, поправками затем были закреплены в Уставе ООН.
Эти положения предусматривали, что на Совет Безопасности, действую¬
щий в соответствии с целями и принципами Организации от имени всех ее
членов, будет возложена ответственность за поддержание международного
мира и безопасности. Совет будет состоять из представителей 11 (ныне -
15) членов Организации. Такие страны как СССР, США, Великобритания,
Китай и Франция будут являться постоянными членами Совета.
Конференция также тщательно и всесторонне обсудила важнейший
вопрос о процедуре голосования в Совете Безопасности. В основе это¬
го обсуждения лежал проект, разработанный США и предусматривавший
обязательное единогласие постоянных членов Совета при принятии ре¬
шений, касающихся поддержания международного мира и безопасности.
Правительство США решительно настаивало на своем проекте. Оно со¬
глашалось войти в Организацию лишь в том случае, если в Совете будет
действовать правило единогласия постоянных его членов.
Предстояло преодолеть расхождение точек зрения по вопросу об уча¬
стии в голосовании постоянного члена Совета, если он является стороной
в споре. При этом единодушно было согласовано, что Совет Безопасности
будет выносить решения большинством голосов при наличии, как прави¬
ло, единогласия его постоянных членов.

38
После конференции в Думбартон-Оксе, где принцип единогласия по¬
стоянных членов Совета Безопасности был установлен в качестве осно¬
вы деятельности организации по поддержанию международного мира и
безопасности, правительство США взяло на себя инициативу составления
окончательного проекта положений о процедуре голосования по указан¬
ным вопросам в Совете Безопасности; Этот проект был сообщен 15 дека¬
бря 1944 г. Советскому Союзу и Великобритании, рассмотрен и одобрен
тремя державами на Крымской конференции в Ялте в 1945 г., известен
поэтому как «ялтинская формула».
В заключительной части сообщения о результатах Крымской конфе¬
ренции три державы заявили, что это совещание вновь подтвердило их
«общую решимость сохранить и усилить в предстоящий мирный период
то единство целей и действий, которое сделало в современной войне по¬
беду возможной и несомненной для Объединенных Наций... Только при
продолжающемся и растущем сотрудничестве и взаимопонимании между
нашими тремя странами и между всеми миролюбивыми народами может
быть реализовано высшее стремление человечества - прочный и длитель¬
ный мир...»4.
5 марта 1945 г. США от своего имени и от имени СССР, Великобри¬
тании и Китая направили сорока странам приглашение на конференцию
в Сан-Франциско для подготовки Устава Всемирной Международной Ор¬
ганизации для поддержания международного мира и безопасности, пред¬
ложив при этом, чтобы конференция рассмотрела как базу для такого
Устава вышеуказанные Предложения, а также выработанные Крымской
конференцией положения о порядке голосования в Совете Безопасности,
вошедшие впоследствии в Устав ООН в качестве его ст. 27.
Вопрос о Совете Безопасности, в частности, о порядке голосования в
нем, вызвал самые оживленные прения и явился самым острым вопросом
на Конференции в Сан-Франциско.
Некоторые делегации на конференции выступили за разъяснение при¬
глашающими державами существа «ялтинской формулы» путем ответа на
сформулированные соответствующим комитетом конференции вопросы.
Эти вопросы касались, прежде всего, возможности применения вето (тре¬
бования единогласия) в случаях принятия решений Советом Безопасности
на основании разделов А и В гл. VI Думбартон-Окских Предложений (гл.
VI и VII Устава ООН), т. е. при мирном разрешении международных спо¬
ров и ситуаций и действиях в отношении угрозы миру, нарушений мира
и актов агрессии. Остальные вопросы касались применения вето при
определении, является ли данный вопрос процедурным или нет, значения
Организация Объединенных Наций
39
воздержания от голосования постоянного члена Совета при разрешении
непроцедурных вопросов, когда он является и не является стороной в
споре, а также уяснения, может ли постоянный член Совета участвовать в
голосовании по вопросу о том, является ли он стороной в споре.
Ответ на поставленные вопросы был дан 7 июня 1945 г. в Декларации
делегаций четырех приглашающих правительств о порядке голосования
в Совете Безопасности, к которой присоединилась также Франция. Де¬
кларация имела весьма важное значение для самой конференции и для
последующей работы Совета Безопасности.
Декларация четырех держав касается двух аспектов вопроса о про¬
цедуре голосования в Совете Безопасности: 1) принципиальной основы
правила единогласия постоянных членов Совета и 2) его применения в
практической деятельности Совета.
В отношении принципиальной основы правила единогласия в Декла¬
рации указывалось, что «ввиду основной ответственности постоянных
членов, от них нельзя ожидать, при настоящих условиях, существующих
в мире, принятия на себя обязательства действовать в таких серьезных
делах, как поддержание международного мира и безопасности, в соответ¬
ствии с решением, с которым они не согласились. Единственный практи¬
ческий метод принятия в этих условиях Советом Безопасности решений
по большинству голосов - предусмотреть в отношении непроцедурных
решений единогласие постоянных членов плюс совпадающие голоса, по
крайней мере, двух непостоянных членов. Четыре приглашающих прави¬
тельства представили поэтому «ялтинскую формулу» конференции как
необходимую для того, чтобы была создана Международная организа¬
ция, через которую миролюбивые нации могут наиболее эффективно не¬
сти их общую ответственность за поддержание международного мира и
безопасности»5.
В отношении пределов применения «ялтинской формулы» в практиче¬
ской деятельности Совета Безопасности в Декларации указывалось, что,
выполняя свои обязанности, Совет осуществляет две группы функций:
выносит решения, которые включают принятие им прямых мер в связи с
разрешением международных споров, урегулированием положений, кото¬
рые могут привести к спорам, определение угроз миру, устранение угроз
миру и подавление нарушений мира, и решения, которые не предусматри¬
вают принятия таких мер. Первая группа решений требует единогласия
постоянных членов, вторая - принимается процедурным голосованием.
26 июня 1945 г. Устав ООН был подписан. Тем самым была закончена
выработка поистине исторического документа, регулирующего межгосу¬
40
дарственные отношения уже на протяжении 65 лет. Со дня вступления
в силу Устава ООН 24 октября 1945 г., когда на хранение правительству
США была сдана 29-я ратификационная грамота СССР, официально от¬
считывается начало существования ООН.
Значение Устава ООН трудно переоценить. Прежде всего, это един¬
ственный международный документ, налагающий четкие и определенные
обязательства на все государства мира, образующий своеобразный фун¬
дамент мирового правопорядка, международной законности и справедли¬
вости. В рамках ООН было разработано и заключено свыше 500 различ¬
ных многосторонних соглашений и договоров, многие из которых имеют
фундаментальное значение для развития широкого международного со¬
трудничества (Договор о нераспространении ядерного оружия, Междуна¬
родные пакты о правах человека, Договор о всеобъемлющем запрещении
ядерных испытаний и др.). На основе Устава ООН возникла и продолжа¬
ет действовать и развиваться обширная система послевоенных соглаше¬
ний, регулирующих отношения государств в самых различных областях
деятельности. Они затрагивают такие сферы, как разоружение и нерас¬
пространение, борьба с терроризмом, наркотрафиком и организованной
преступностью, урегулирование региональных кризисов, преодоление
последствий природных и техногенных катастроф, противодействие кли¬
матическим изменениям, обеспечение устойчивого развития, продоволь¬
ственная безопасность, искоренение нищеты и болезней. Трансграничный
характер этих угроз требует коллективного поиска путей модернизации
глобального управления, в том числе и в первую очередь, посредством
системы ООН, реформирования ее механизмов и институтов, что должно
обеспечить предсказуемость в международных отношениях, потому что,
как любой международный институт, ООН требует постоянного совер¬
шенствования.
Однако процесс реформ должен вести к укреплению единства в це¬
лях повышения эффективности ООН, а не к обострению разногласий.
Это в полной мере относится к такой важной проблеме, как расширение
состава Совета Безопасности, вызвавшей многочисленные дискуссии
как на площадках международных организаций и конференций, так и в
науке международного права. Одним из принципиальных и неразрешен¬
ных до сих пор вопросов реформирования системы ООН остается так¬
же вопрос о ревизии самого Устава ООН. Так, признанный специалист
по ООН В. Федоров является противником внесения изменений в Устав
ООН, так как, по его мнению, подобные попытки «способны лишь подо¬
рвать устои Организации, увести ООН в сторону от решения ее основной
Организация Объединенных Наций
41
задачи - укрепления международного мира и безопасности»6. Другие ав¬
торы подходят к этой проблеме менее категорично, обращая внимание на
необходимость сохранить международную природу ООН при принятии
реформенных решений, допуская возможность преобразования Устава7.
Так или иначе, предлагаемые проекты реформирования ООН должны, на
наш взгляд, найти отражение в Уставе в виде изменений и дополнений. В
частности, представляется целесообразным исключить из Устава термин
«вражеские государства» и главу о Совете по опеке, так как опекаемых
территорий уже нет, и данный орган существует только формально.
Системно к задаче преобразований в ООН подошла Группа высоко¬
го уровня по угрозам, вызовам и переменам, представившая в своем до¬
кладе Генеральному Секретарю ООН ряд практических рекомендаций,
ориентирующих деятельность Организации на потребности и обстоятель¬
ства XXI в.8 Группа инициировала реорганизацию Совета Безопасности
в части представительства и расширения полномочий государств, не яв¬
ляющихся постоянными членами, но вносящих существенный военный,
финансовый и дипломатический вклад в деятельность Организации. С
точки зрения Группы назрела необходимость создания новых механиз¬
мов для устранения социальных и экономических угроз, которые стали
неотъемлемым элементом системы коллективной безопасности. Важным
направлением назревшего реформирования деятельности Совета Безопас¬
ности, вне сомнения, должны стать вопросы применения экономических
и иных санкций на основе главы 7 Устава ООН. В МИД РФ признают,
что введенные в начале 1990-х гг. с согласия России санкции в отношении
Ирака, Югославии и Ливии нанесли ей немалый экономический и поли¬
тический ущерб.
В целях повышения эффективности Совета Безопасности в сфере
обеспечения международного мира и безопасности требуется проведение
правовой регламентации ряда вопросов, связанных с проведением опера¬
ций по поддержанию мира ООН, практической реализацией государства¬
ми института коллективной и индивидуальной самообороны, основ взаи¬
модействия Совета с региональными организациями и других вопросов
путем принятия соответствующих дополнительных документов к Уставу
ООН или получения консультативных заключений Международного Суда
ООН. В частности, перспективным признается углубление взаимодей¬
ствия ООН с Организацией Договора о коллективной безопасности и
Шанхайской организацией сотрудничества, так как ОДКБ и ШОС вносят
реальный вклад в борьбу с терроризмом, наркоторговлей и организован¬
ной преступностью. ОДКБ активно развивает свой антикризисный и ми¬
42
ротворческий потенциал. В нынешнем году были подписаны декларации
о сотрудничестве между ООН и ОДКБ, ООН и ШОС. В этой связи счи¬
таем уместным создание на основании ст. 29 Устава ООН Совета регио¬
нальных организаций при Совете Безопасности, члены которой должны
нести ответственность за обеспечение международного мира и безопас¬
ности в отдельных регионах мира.
Деятельность ООН и других региональных организаций в области под¬
держания мира может быть значительно более эффективной, если рефор¬
мы ООН затронут и некоторые концептуальные вопросы соотношения и
взаимодействия таких основополагающих принципов Устава, как защита
прав человека и невмешательство во внутренние дела государств, а также
самоопределения и территориальной целостности государств. Представ¬
ляется, что абсолютизация одного из этих принципов в ущерб другому (в
каждой паре) была бы недопустима. Необходимо иметь как можно более
четкие критерии того, где, например, в какой момент и при каких услови¬
ях выступление в защиту прав человека в том или ином государстве будет
(или не будет) равнозначно нарушению суверенитета и вмешательству во
внутренние дела, в какой момент и при каких условиях право наций на
самоопределение будет (или не будет) иметь приоритет перед террито¬
риальной целостностью. Настоятельная необходимость выработки таких
критериев лишний раз подчеркивается ситуацией вокруг Приднестровья,
Абхазии, Южной Осетии, других регионов мира с неопределенным ста¬
тусом и не признаваемых большинством членов мирового сообщества.
Выработка таких критериев, несомненно, содействовала бы преодолению
двойного подхода в отношении к проблемам защиты прав человека, ска¬
жем, в США и Китае, в России и Прибалтийских государствах.
Несмотря на многообразие мнений и подходов к проблемам деятель¬
ности ООН, Совета Безопасности и других ее органов и механизмов, пе¬
реговорный процесс по реформе организации постепенно продвигается
вперед. Абсолютное большинство членов ООН нацелены на поиск уни¬
версального компромисса, максимальный учет интересов всех государств
и региональных групп. Важно понимать, что это уникальная площадка,
где у любой страны, независимо от ее политического и экономического
веса, есть право высказать свою точку зрения и быть услышанной. Благо¬
даря тому, что каждый член ООН может привлечь внимание к волнующей
его проблеме, мировое сообщество старается предпринять необходимые
для ее решения меры. Это не означает, что любую проблему удается бы¬
стро и конструктивно решить, однако вопрос, стоящий в повестке дня
ООН, находится в центре внимания международного сообщества.

Организация Объединенных Наций
43
ООН - уникальный международный форум для принятия решений
по вопросам развития, а сама работа Организации содержит внушитель¬
ный потенциал для модернизации и инноваций, необходимых для реше¬
ния насущных проблем развития, при этом следует помнить, что сама
ООН действенна настолько, насколько эффективно взаимодействуют ее
государства-члены.
1	«Российская газета». - Федеральный выпуск № 5322 (243). -2010.-27 октября.
2	http://www.un.org/ru/ga/65/mcetings/pdf/russia.pdf
3	Крылов С.Б. Материалы к истории Организации Объединенных Наций. - Вып.
1.-М., 1949.-С. 249.
4	См.: Организация Объединенных Наций: сб. документов / Сост. К. А. Бекяшев и
др.-М., 1981-С. 223-245.
3	Там же. - С. 245-247.
6	Цит. по: Международное публичное право / Под ред. К. А. Бекяшева. - М., 2009. -
С. 451.
7	См., напр.: Конзулин А.В. Сильная ООН - основа здоровых международных от¬
ношений И Международная жизнь. - 2006. - № 11. - С. 17.
8	См.: Doc. А/59/565/ December. - 2004. - Р. 55.

РЕФОРМА ООН: КУДА ДАЛЬШЕ?
Сегодня Организация Объединенных Наций уже не просто та органи¬
зация, которая создавалась 65 лет назад*. Сегодня - это громадный бюд¬
жет, огромный штат и представительства по всему миру. И все это нуж¬
дается в правильном управлении. Так 65 лет назад страны-победители не
могли предполагать и появление новых финансовых, политических цен¬
тров мира. И уже в 1990-х гг. стало ясно, что новые вызовы способны
снизить роль ООН в мире.
С приходом в 1996 г. Кофи Аннана на должность Генерального се¬
кретаря началась активная работа по подготовке и проведению реформы
организации. В 1997 г. Генеральным секретарем был предложен План
реформ, который был одобрен Генеральной Ассамблеей в своей резолю¬
ции 52/12. В вышеуказанном документе были сформулированы основные
принципы и направления реформы ООН.
Активная работа по претворению Плана реформ в жизнь началась в
1998 г., был создан Департамент по разоружению и введена должность
первого заместителя Генерального секретаря. Эта работа продолжалась и
в 1999-2000 гг.
В 2000 г. опубликовал Доклад Группы по операциям Организации
Объединенных Наций в пользу мира («Доклад Брахими»), в котором ре¬
комендованы коренные изменения, касающиеся стратегии и доктрины
миротворчества и операций по поддержанию мира.
В 2002 г. предлагается второй пакет реформ в «Программе дальней¬
ших преобразований» в которой изложены вопросы, касающиеся защиты
прав человека, проведения деятельности ООН и т. д.
В 2004 г. Главное контрольно-финансовое управление Соединен¬
ных Штатов Америки публикует всеобъемлющий обзор хода осущест¬
вления реформ в Организации Объединенных Наций, согласно кото¬
рому 85 процентов мер, намеченных в пакетах реформ 1997 г. и 2002
г., осуществлены либо полностью, либо частично. Также опубликован
Доклад Группы высокого уровня по угрозам, вызовам и переменам
«Более безопасный мир: наша общая ответственность». В данном до¬
Организация Объединенных Наций
45
кладе были оценены угрозы международному миру и безопасности,
проанализированы, как существующие стратегии и институты пока¬
зали себя в деле оказания противодействия этим угрозам, и внесены
рекомендации по укреплению Организации Объединенных Наций, с
тем чтобы она могла обеспечить коллективную безопасность для всех
в XXI в.
В данном докладе были предложены две модели реформирования
Совета Безопасности ООН. Модель «А» предусматривает шесть новых
постоянных мест, но никакого дополнительного права вето, и три новых
непостоянных места на двухлетний срок, которые будут распределяться
между основными региональными зонами следующим образом:
Регио¬
нальная
зона
Количество
государств
Постоян¬
ные места
(сохраняю¬
щиеся)
Предла¬
гаемые новые
постоянные
места
Предлагае¬
мые двухлет¬
ние места
(невозобнов¬
ляемые)
Итого
Африка
53
0
2
4
6
Азия и
Тихий
океан
56
1
2
3
6
Европа
47
3
1
2
6
Амери¬
канский
континент
35
1
1
4
6
Итого
191
5
6
13
24
Модель «В» не предусматривает никаких новых постоянных мест, но
предусматривает создание новой категории в виде восьми мест на четы¬
рехлетний возобновляемый срок и одного нового непостоянного места на
двухлетний (и невозобновляемый) срок, которые будут распределяться
между основными региональными зонами следующим образом:

46
Регио¬
нальная
зона
Количество
государств
Постоянные
места (сохра¬
няющиеся)
Предлагаемые
четырехлетние
возобновляе¬
мые места
Предлагаемые
двухлетние ме¬
ста (невозобнов¬
ляемые)
Итого
Африка
53
0
2
4
6
Азия и
Тихий
океан
56
1
2
3
6
Европа
47
3
2
1
6
Амери¬
канский
континент
35
1
2
3
6
Итого
191
5
8
11
24
В данном докладе также указан анахронический характер права вето
и указано, что любые предложения по реформе ООН и в частности Со¬
вета Безопасности не должны затрагивать вопрос о расширении права
вето. Предлагается внедрить процесс «индикативного голосования», по
которому члены Совета Безопасности могут потребовать в рамках пред¬
варительного голосования по резолюциям публичного указания своих по¬
зиций по данным вопросам. Но в тоже время такое голосование не несет
обязательной силы.
Особо указано, что не все делегации, представленные в Совете, имеют
возможность обратиться к грамотной консультативной помощи в военных
вопросах - также рекомендуется расширить возможности обращения та¬
ких делегаций к помощи Военного советника Генерального секретаря и
его сотрудникам в свете необходимости принятия решений с военными
последствиями Советом Безопасности.
Это одна из множества предложенных схем реформы ООН.
На вопрос о том, каковы шансы достичь консенсуса, члены секрета¬
риата Организации Объединенных Наций и представители стран-членов
отвечают уклончиво, но оптимистично. «Проблем хватает, но достигнут
неплохой прогресс, - объясняет заместитель Генерального секретаря по
информации Шаши Тарур. - Еще совсем недавно было невозможно пред¬
ставить себе, что мы продвинемся столь далеко в дискуссиях о рефор¬
мах». Сам Пэнг высказывается более сдержанно, акцентируя внимание
Организация Объединенных Наций
47
на большом количестве спорных вопросов, однако полагает, что некий
компромиссный вариант может появиться.
Генеральный секретарь так комментировал данный вопрос на пресс-
конференциях: «Вы же понимаете, что это нереально. Ни одна держава из
нынешней пятерки постоянных членов не согласится ни на распростра¬
нение права вето на новые государства, ни на отмену его». Правда, на
раннем этапе консультаций вопрос о вето поставила Индия - негоже, мол,
стране, где живет шестая часть населения земли, оставаться без такого
права. Однако Дели быстро вернули на землю: и не мечтайте.
Пока в дискуссиях доминирует первый вариант реформы СБ ООН, ак¬
тивные сторонники которого объединились в «группу четырех» - Герма¬
ния, Япония, Индия и Бразилия. Еще два постоянных места предлагаются
Африке. Однако определить своих представителей Черный континент пока
не может. Борьба развернулась между претендентами - фаворитами явля¬
ются ЮАР, Нигерия и Египет, но Сенегал, Кения и Ливия тоже не прочь
поучаствовать в борьбе. На саммите Африканского союза, прошедшем в
Триполи на прошлой неделе, решения не принято. В случае неспособности
африканцев договориться, а вероятность этого высока, шансы «четверки»
провести модель «А» через Генассамблею заметно снижаются.
«Если африканцы упустят нынешний шанс, другого может уже не пред¬
ставиться, - рассуждал один из ближайших соратников Кофи Аннана. -
Азия на подъеме, и центр внимания мировой политики будет смещаться
туда, вновь оставляя Африку на периферии. Следующий Генеральный Се¬
кретарь ООН скорее всего будет из Азии, и это, несомненно, повлияет на
всю повестку дня».
Но даже если Черный континент сделает выбор, заручиться поддерж¬
кой «пятерки» будет сложно. США говорят об увеличении числа посто¬
янных членов на две-три страны, но поддерживают пока только Японию,
против которой категорически возражает Китай. Амбиции Бразилии вы¬
зывают прохладную реакцию у других латиноамериканских стран, пре¬
жде всего Мексики и Аргентины. (Кстати, Бразилия упоминалась среди
кандидатов в постоянные члены еще в 1945 г., но тогда этому воспрепят¬
ствовала Австралия). Вообще любой набор стран почти сразу увязает в
сложной комбинации интересов и антипатий.
Абсурдной выглядит и ситуация, при которой государства, занимаю¬
щие второе и третье места по размеру вклада в бюджет ООН (Япония и
Германия), не только не представлены в Совбезе, но и до сих пор фигу¬
рируют в уставе как «враждебные». (Впрочем, с тем, что данную форму¬
лировку из документа надо убрать, не спорит никто). Права Индии тоже
48
неоспоримы - не только по причине ее бурного экономического и демо¬
графического развития, но и потому, что эта держава поставляет наиболь¬
шее число «голубых касок» для миротворческих контингентов ООН.
«И все же желающим занять постоянные места придется пойти на
уступки, - считает высокопоставленный сотрудник аппарата Генсека. -
Например, согласиться на возможность пересмотра их статуса каждые
пять лет».
В 2005 г. появился проект резолюции по расширению числа постоян¬
ных членов и отмене права вето, который был поддержан блоком Япония,
Германия, Бразилия, Индия. Однако данный проект подвергся активной
критике со стороны США и Китая.
Есть и другие предложения по реформированию Совета Безопасно¬
сти. Одно из самых радикальных - это предложение Афросоюза, который
предполагает наряду с расширением постоянных членов, главным обра¬
зом за счет увеличения представительства африканских стран, предостав¬
ление новым постоянным членам права вето.
Третий проект исключает возможность создания новых мест постоян¬
ных членов. Его сторонники придумали свой вариант решения проблемы.
Испания, Италия, Канада, Пакистан и другие, «Объединившиеся за кон¬
сенсус», внесли еще один проект резолюции о создании 10 дополнитель¬
ных непостоянных мест в СБ ООН.
Рассмотрим подробнее основные стороны данного предложения.
Во-первых, стоит выделить две основных темы в вопросе реформиро¬
вания Совета Безопасности:
-	число постоянных и непостоянных членов Совета Безопасности;
-	право вето и возможности его использования.
Во-вторых, стоит учитывать особенности развития мира за последние
60 лет. Так основной особенностью, касающейся состава Совета Безопас¬
ности - появление большого числа стран-членов ООН из африканского и
азиатского регионов, т. е. состав Совета в реальности не отражает реаль¬
ного соотношения членов организации, и в части нарушает Устав ООН.
Первый проект отчасти поддержан США - они поддержали вхожде¬
ние Германии и Японии в состав постоянных членов, а также 2-3 разви¬
вающихся стран. Но также высказались за непредоставление права вето
новым постоянным членам. Это вызвало неудовольствие у кандидатов,
прежде всего Бразилии и Индии. Им совсем не хочется находиться на
правах полу-постоянных членов. Также Китай не совсем заинтересован
во включении Японии и Индии в состав постоянных членов Совета Без¬
опасности. И Великобритания с Францией боятся того, что если данный
Организация Объединенных Наций
49
проект не пройдет, снова появятся разговоры о едином месте постоянного
члена от Евросоюза. Но в тоже время у этой четверки есть свои козыри.
Так Япония и Германия - одни из лидеров по вкладу в бюджет ООН, а
Индия предоставляет наибольшее число «голубых касок» во всех контин¬
гентах ООН. Данный проект также допускает пересмотр статуса вновь
включенных постоянных членов каждые 10 лет.
Второй проект во многом повторяет первый, но в тоже время афри¬
канцы не согласны без права вето войти в Совбез и не могут договориться
о кандидатурах постоянных членов от своего континента. ЮАР, Нигерия,
Египет - основные кандидаты на эти места, но и Ливия, Кения, Сене¬
гал также будут бороться за эти места. Но основное отличие от перво¬
го - это невозможность пересмотра статуса вновь включенных членов в
будущем.
По мнению экспертов, самым рациональным в данной ситуации будет
создание компромиссного варианта на основе этих проектов. Так как для
реформы Совета Безопасности необходимо одобрение 2/3 Генеральной
Ассамблеи, а по отдельности оба проекта наверняка не смогут набрать
необходимых голосов.
Третий проект представляет самый компромиссный вариант по срав¬
нению с двумя предыдущими, но также предусматривается расширение
представительства стран Африки.
Отдельные предложения касаются права вето, например возможности
преодоления права вето квалифицированным большинством голосов. Но
данные предложения категорически не устраивают постоянных членов
Совета Безопасности.
Таким образом, важно заметить, что необходимость проведения ре¬
формы ООН давно обсуждается и действительно требует ее реализации в
ближайшем будущем для успешной работы ООН. Мир развивается стре¬
мительно и если мировое сообщество действительно стремится сделать
Организацию Объединенных Наций сильной и эффективной, способной
решать любые проблемы мира, то оно должно поставить ценность мира
над сиюминутными интересами стран.
1	Википедия: http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A0%D0%B5%D 1%84%DO%BE%D
1%8O%DO%BC%DO%BO_%DO%9E%DO%9E%DO%9D
2	ООН о реформе // http://www.un.org/russian/reform/about-unrefonn.html
3	Доклад Генерального Секретаря «При большей свободе» И http://www.un.org/
russian/largerfreedom/
4	Российская газета И http://www.rg.ru/sujet/1947.html

50
5	Washington Profile I I http://www.washprofile.org/ru/node/4755
6	Федор Лукьянов «Реформа ООН - последняя попытка» // http://www.globalaffairs.
ru/articles/4325 .html
7	Хронология реформы // http://www.un.org/russian/reform/chronology.html
* Доклад Группы высокого уровня «Более безопасный мир - наша общая ответ¬
ственность» // http://www.un.org/russian/secureworld/
9	Доклад Генерального Секретаря «Выдача мандатов и их осуществление» И http://
www.un.org/russian/mandatereview/
10	Доклад Группы ООН по операциям ООН в пользу мира («доклад Брахими») //
http://www.un.org/russian/peace/reports/peace_operations/
* Приведено по: Реформа ООН Белгородская международная модель ООН 2010
http://oon.bsu.edu.ru/model_docs.htm

МОЛДО-ПРИДНЕСТРОВСКОЕ
УРЕГУЛИРОВАНИЕ:
РЕАЛИИ И ПРЕЦЕДЕНТЫ
РЕФЕРЕНДАРНЫЙ ПРИНЦИП
КАК ОСНОВА ОБЕСПЕЧЕНИЯ
РЕГИОНАЛЬНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ
В СВЕТЕ МЕЖДУНАРОДНОГО ОПЫТА
УРЕГУЛИРОВАНИЯ КОНФЛИКТОВ
(молдо-приднестровское измерение)
В.В. ИГНАТЬЕВ
9 июля 2011 г. мировое сообщество стало свидетелем появления оче¬
редного субъекта международного права вследствие признания нового
независимого государства - Республики Южный Судан.
Специфика ситуации заключается в том, что данные процессы проте¬
кают на фоне настойчивых заявлений ведущих государств и влиятельных
международных организаций (ООН, ЕС, ОБСЕ и др.) о невозможности
перекройки международной системы, «незыблемости» национального су¬
веренитета и границ у?ке существующих государств, бесперспективности
стремления к независимости и прочих идеологем, выдаваемых за скрепы
«глобальной стабильности».
Однако, как показывает реальность, процесс появления и международ¬
ного признания новых государств никогда не прекращался, свидетельством
чему является динамика государствообразования в конце XX - начале XXI в.
Значительная часть новых независимых государств возникла в резуль¬
тате распада СССР и т. н. «парада суверенитетов» в начале 1990-х гг.,
причем многие из новых суверенных республик имели сложный и про¬
52
тиворечивый характер исторической преемственности или не имели ее
вовсе: Литва, Украина, Молдова, Казахстан, Киргизия, Туркменистан.
Параллельно в постсоветских странах Восточной Европы образовались
новые независимые государства: Чехия и Словакия (1993 г.), всего в тот
период возникло более 20 новых стран.
Особое внимание следует уделить «непризнанным» и «частично при¬
знанным государствам»1, также образованным в начале 1990-х гг. в резуль¬
тате геополитических сдвигов, спровоцированных демонтажом Советско¬
го Союза: Приднестровская Молдавская Республика, Республика Абхазия,
Республика Южная Осетия, Нагорно-Карабахская Республика. Несмотря
на наличие исторических, политико-правовых, национально-культурных,
военных и других предпосылок государственности, данные акторы до сих
пор испытывают трудности с закреплением международно-правового ста¬
туса, развиваясь и реализуя свою независимость de facto уже на протяже¬
нии более двух десятилетий.
Новые независимые государства -
актуальный тренд мировых процессов
Большинство исследователей ближнего и дальнего зарубежья сходятся
во мнении, что геополитические трансформации данного исторического
периода, связанные с объединением Германии, образованием ряда новых
государств в результате распада СССР и Югославии, коренным образом
изменили конструкцию биполярной ялтинско-потсдамской системы, по¬
родив множество международных проблем и региональных конфликтов,
обусловленных перекройкой границ и появлением новых акторов2.
Вместе с тем процесс возникновения на международной арене но¬
вых государств отнюдь не закончился в 90-е гг. XX в., продолжившись
во флуктуационном режиме до настоящего времени. В результате на по¬
литической карте мира возникли: Эритрея (1993 г.), позднее Восточный
Тимор (2002 г.), далее Черногория (2006 г.), Косово (2008 г.) и, наконец,
Южный Судан (2011 г.). Здесь же необходимо отметить признание Рос¬
сийской Федерацией государственной независимости Абхазии и Южной
Осетии в августе 2008 г.
Таким образом, живой процесс трансформации геополитической
структуры мира путем переформатирования международных границ уве¬
ренно продолжается.
Однако политико-правовые регуляторы прежнего миропорядка, несмо¬
тря на фактическое отсутствие самой системы, по-прежнему используют¬
ся в международных отношениях, так как мировое сообщество оказалось
Молдо-приднестровское урегулирование
53
не в состоянии выработать новые действенные принципы и правовые ме¬
ханизмы, адекватные современным реалиям.
Кроме того, затяжная ситуация неопределенности предоставляет
влиятельным мировым игрокам дополнительные и чрезвычайно удобные
возможности для реализации собственных интересов путем использова¬
ния разнообразного арсенала методов: от гуманитарной интервенции и
локальных военных акций «во имя глобальной безопасности» до манипу¬
лирования устаревшими международно-правовыми принципами и «уни¬
кальными» прецедентами, выходящими далеко за рамки этих же принци¬
пов.
Такое положение вещей с избытком подтверждается международной
практикой. Сам факт образования новых государств является дополни¬
тельным индикатором, свидетельствующим о двойственном отношении
международных акторов к новым членам мировой «семьи». Одни госу¬
дарства они находят целесообразным не просто «признать», но и оказыва¬
ют всеохватывающую военно-политическую и социально-экономическую
помощь, которая, впрочем, ставит под вопрос фактическую состоятель¬
ность и перспективную жизнеспособность таких образований (Восточ¬
ный Тимор, Косово, Южный Судан).
Другим же де-факто участникам системы международных отношений
отказывается даже в малейшем международном внимании к проблемам
защиты и полноценного обеспечения прав и свобод своего населения, не
говоря уже о реализации права на свободное волеизъявление. Причем та¬
кая ситуация международно-правового игнорирования и самоустранения
от решения насущных практических вопросов, как показывает практика,
может длиться десятилетиями.
Тематика пресловутых «двойных стандартов» неоднократно подни¬
малась в многочисленных исследованиях, поэтому в рамках нашей темы
не будем останавливаться на детальном изучении этого феномена между¬
народных отношений, уходящего своими корнями в глубокую древность.
Отметим лишь, что такая ситуация полностью отражает классическое
правило real politik3, согласно которому наиболее сильные мировые игро¬
ки продвигают конкретные международные решения, руководствуясь ис¬
ключительно собственными государственными интересами.
Подчеркнем также, что наблюдаемые сегодня международно¬
политические процессы, связанные с появлением новых государственных
образований имеют самую непосредственную корреляцию с проблемой
урегулирования затяжных региональных конфликтов в мире в целом и в
Европе или на постсоветском пространстве в частности.

54
Явившись следствием распада СССР и вызванного этим обострения
комплекса проблем и противоречий, сотрясения геополитических скреп и
отката к историческим, цивилизационным, этнокультурным и иным раз¬
ломам, т. н. «замороженные конфликты» более двадцати лет продолжают
оставаться незатихающим эхом «крупнейшей геополитической катастро¬
фы XX в.».
Во многом именно возникновение прецедентов международно¬
правового признания новых независимых государств в качестве метода
урегулирования затяжных конфликтов привело к росту внимания к пост¬
советским «замороженным» конфликтам и введению данной проблемати¬
ки в международный дискурс. Одним из наиболее резонансных примеров
стало признание с подачи США и отдельных стран Евросоюза незави¬
симости Косово в феврале 2008 г. В данном случае инструментом раз¬
решения многолетнего косовского конфликта, вызванного теми же геопо¬
литическими потрясениями 1990-х гг., была избрана перекройка границ,
выразившаяся в отделении Косово от Сербии.
Еще одним практическим примером урегулирования затянувшихся кон¬
фликтов, на этот раз на постсоветском пространстве, стало признание Рос¬
сийской Федерацией государственной независимости Абхазии и Южной
Осетии, спровоцированное военной агрессией Грузии в августе 2008 г.
Таким образом, политическая карта мира пополнилась новыми го¬
сударствами, а международное сообщество получило конкретные моде¬
ли урегулирования многолетних затянувшихся конфликтов посредством
трансформации границ и волевого признания новых субъектов междуна¬
родного права. В данном случае расхождения в количественных показа¬
телях: признаны ли новые акторы тремя или тридцатью государствами-
членами ООН, а также полемика, у кого больше оснований и чей
прецедент уникальнее, не играют определяющей роли и лишь отражают
действительную ситуацию трансформации мировой системы.
Однако сам факт закрепления в прецедентном международном праве
референдарного принципа разрешения многолетних конфликтов является
неоспоримым.
Новые возможности для «старых» конфликтов
В контексте обозначенных международных процессов молдо-
приднестровский конфликт привлек к себе внимание заинтересованных
внешних игроков, поскольку остается одной из перспективных не разы¬
гранных «партий» постсоветского пространства или территории «проме¬
жуточной (расширенной) Европы»4 (по определению западных экспертов).

Молдо-приднестровское урегулирование
55
За последние годы тематика молдо-приднестровского урегулирования
прочно вошла в политическую повестку международного взаимодействия
на различных площадках, уровнях и форматах. Характер и содержание
ведущихся дискуссий свидетельствуют, что проблематика разрешения
многолетнего конфликта между Молдовой и Приднестровьем избрана в
качестве пункта политической повестки в контексте российских инициа¬
тив о создании новой архитектуры европейской безопасности.
Более того, такие качественные характеристики данного frozen conflict
как многолетняя военная безопасность, отсутствие острых межнацио¬
нальных, этнокультурных и религиозных противоречий между сторонами
в немалой степени способствовали формированию поверхностного пред¬
ставления о его относительной легкости. В этом плане весьма примеча¬
тельно определение президента РФ Д.А. Медведева на встрече с участ¬
никами выездного заседания Мюнхенской конференции по вопросам
политики безопасности в 2010 г., заявившего, что данный конфликт явля¬
ется «абсолютно решаемым»5, не менее оптимистичны и многочисленные
комментарии западных экспертов6.
Вместе с тем, итоги знаковых встреч на высшем уровне в Мезеберге
и в Довиле в 2010 г., а также в Ганновере в июле 2011 г. доказывают не¬
простой характер российско-европейского взаимодействия по вопросам
построения универсальной модели безопасности. Наряду с этим разно¬
уровневые и продолжительные дискуссии участников формата «5+2» по
разрешению ситуации на Днестре также не достигли какого-либо про¬
гресса, зависнув после Московского раунда в июне 2011 г. в формате
«приостановленных часов». Такое положение красноречиво свидетель¬
ствует о сложном и далеко не легковесном характере этого многолетнего
конфликта, который ни в коем случае не может быть сведен к упрощен¬
ным арифметическим формулам и сомнительным раскладам о неких гео¬
политических «сдачах» и «разменах», муссируемых отдельными СМИ.
На сегодняшний день единственным осязаемым результатом включе¬
ния «спрессованной» проблематики молдо-приднестровского урегулиро¬
вания в еще более сложный дискурс о едином пространстве безопасности
«от Ванкувера до Владивостока» стали заявления некоторых членов ЕС о
том, что «Приднестровье - это тест искренности для России и если она
решит приднестровскую проблему, то докажет свою заинтересованность в
европейской безопасности»7. Очевидно, что подобный подход не прибав¬
ляет динамики в процесс реализации идеи Договора о евробезопасности.
Представляется также, что на первый взгляд благое намерение встро¬
ить задачу урегулирования отношений между Молдовой и Приднестро¬
56
вьем в процесс выработки универсальных критериев безопасности на
европейском континенте на деле привело к осложнению поиска взаимо¬
приемлемых развязок конфликта. В немалой степени это обусловлено
обострением политико-идеологической составляющей, ростом геополи¬
тических претензий и амбиций, а также очередным всплеском информа¬
ционного шума и пропагандистской кампании, как со стороны традици¬
онных участников урегулирования, так и отдаленных заинтересованных
игроков - в первую очередь Румынии, Германии, Польши, других стран
ЕС.
Кроме того, опыт взаимодействия России и ЕС в вопросе модерни¬
зации системы безопасности обнаружил целый набор серьезных рас¬
хождений по таким принципиальным вопросам как расширение НАТО,
переговоры по ПРО, маршруты транзита углеводородов, распределение
влияния на постсоветском пространстве и др. На сегодняшний день мож¬
но констатировать несовпадение «ценностных измерений» России и ЕС и
сохранение инерции «блокового» мышления во взаимоотношениях веду¬
щих государств, фактическим подтверждением чего стали итоги Саммита
ОБСЕ в Астане 1-2 декабря 2010 г.
В этом свете примечательна характеристика российско-европейского
диалога по обновлению модели евро-атлантической безопасности, выска¬
занная директором Центра им. Бертольда Байтца при Германском сове¬
те по международным отношениям Александром Раром. По его мнению,
«все дело в том, что Запад, в частности Европейский союз и США, не
рассматривает Россию в качестве важного партнера в создании системы
безопасности. Они считают, что архитектура европейской безопасности
должна иметь два основания - НАТО и ЕС, а также европейскую полити¬
ку соседства. <...> На Западе сегодня никто не хочет, чтобы Россия стала
одним из столпов новой системы европейской безопасности. Лучшее, что
Европа может предложить России, - это быть младшим партнером, одна¬
ко наиболее вероятно, что России будет предложена роль страны, которая
поставляет газ и нефть, и ничего больше», - отмечает политолог8.
Но самое главное в данном вопросе, это то, что «Запад считает, что
существующая архитектура является очень стабильной и что все должно
остаться так, как есть»9.
Таким образом, дальнейшая привязка молдо-приднестровского уре¬
гулирования к проблематике общеевропейской безопасности в контексте
ожидания наступления эры всеобщего согласия и появления подарка от
больших игроков в виде универсального «лекарства» для всех конфлик¬
тов представляется довольно утопичной.

Молдо-приднестровское урегулирование
57
Между тем иной модус постановки задачи, на наш взгляд, способен
привнести более ощутимую практическую пользу для общего дела сохра¬
нения безопасности на различных пространственных уровнях. В данной
ситуации наиболее эффективен выбор тактики «малых дел» и пошаговое
формирование и закрепление тех элементов мирного политического уре¬
гулирования, которые на деле способны укрепить стабильность и безо¬
пасность в данном регионе Европы.
В этом отношении молдо-приднестровская «площадка» имеет все
основания стать одним из «островков» многостороннего взаимодействия
больших и малых участников, основанного на совпадении интересов и
нацеленного на создание общей атмосферы доверия и укрепление регио¬
нальной стабильности.
Многие эксперты сходятся во мнении, что Россия и Евросоюз объ¬
ективно заинтересованы в мирном ненасильственном разрешении «замо¬
роженных» конфликтов, считая недопустимым эскалацию напряженности
и опасность разбалансировки ситуации (отрицательным примером чего
являются события вокруг Южной Осетии в августе 2008 г.). Хорошо зна¬
комый с приднестровской тематикой немецкий политолог Петер Шульце
полагает, что сегодня сложилась благоприятная обстановка для победы
идеи строительства совместного будущего, стороны вынуждены разраба¬
тывать стратегии бесконфликтного общения друг с другом с целью пре¬
дотвращения напряженности10.
Российский исследователь Андрей Девятков приходит к выводу о том,
что «вряд ли в современных условиях возможно заключить всеобъемлю¬
щее соглашение между Россией и Западом, тем более что обе стороны уже
высказались о своих принципиальных позициях: приоритет hard security
(жесткой безопасности) и приоритет внутреннего контура безопасности
(общие ценности). Скорее, речь должна идти о пилотном сотрудниче¬
стве в значимых регионах или предметных областях, что создаст основы
для взаимопонимания между сторонами. То есть приоритетным видит¬
ся постепенное складывание общих основ обеспечения безопасности на
базе практического сотрудничества, а не заключение широкомасштабных
договоренностей»11.
Таким образом, современные международные процессы открывают
новые возможности для выработки и реализации оптимальной модели
урегулирования для застарелых конфликтов, одним из которых является
конфликт между Молдовой и Приднестровьем. К числу составных элемен¬
тов этого «окна возможностей» можно отнести международно-правовые
прецеденты урегулирования, показательным примером является недавнее
58
признание Республики Южный Судан, а также готовность вовлеченных
акторов оказывать всемерное содействие процессам разрешения затяж¬
ных конфликтов исходя из соображений реальной безопасности.
В связи с этим необходимо отметить, что достижение практических
подвижек в данном вопросе невозможно без учета современных факторов
и вне границ протекающих процессов.
Референдарный принцип: ноу-хау, проверенное временем
Вышеописанная динамика, связанная с международными прецеден¬
тами урегулирования конфликтов, по определению порождает соответ¬
ствующие условия, механизмы, принципы и прочие аспекты, имеющие
прикладное значение. Даже беглый анализ ряда фактов последнего деся¬
тилетия показывает, что в системе международных отношений появился
четкий тренд разрешения затянувшихся конфликтов, правовым ядром ко¬
торого выступает референдарный механизм.
Именно в результате референдумов обрели свою независимость Эритрея
(1993 г.), Черногория (2006 г.), Косово (2008 г.), Южный Судан (2011 г.).
Здесь же важно отметить, что народный референдум представляет со¬
бой один из институтов непосредственной демократии: «высшее выраже¬
ние власти народа»12 и не является международной новацией, поскольку
имеет давнее историко-правовое закрепление в качестве механизма опре¬
деления статуса территории.
Так, еще в 1968 г. был проведен референдум по поводу определения
статуса территории Гибралтара, очередной раунд народного волеизъявле¬
ния состоялся в ноябре 2002 г.
В марте 1973 г. в Северной Ирландии был проведен референдум по
вопросу о том, останется Северная Ирландия частью Соединенного Коро¬
левства либо войдет в состав Ирландской Республики. В результате сто¬
ронники отделения от Великобритании не получили достаточного числа
голосов.
Показателен также пример Майотты, бывшей части Союза Коморских
Островов. В 1976 г. Франция наложила вето на резолюцию ООН о предо¬
ставлении независимости острову Майотта как части Коморов, мотиви¬
руя это результатами референдума, в ходе которого большинство местных
жителей высказалось против независимости от Франции. С политической
точки зрения Майотта получила временный статус территориальной еди¬
ницы Франции. На протяжении нескольких десятков лет Майотта продол¬
жала добиваться получения статуса французского департамента. И лишь
в 2009 г. жители острова Майотта на очередном референдуме больший-
Молдо-приднестровское урегулирование
59
ством голосов проголосовали за то, чтобы остров стал департаментом
Франции. На основании данного волеизъявления 31 марта 2011 г. Майот¬
та окончательно получила статус департамента, став, таким образом, 101
департаментом Франции13.
Еще одним характерным примером цивилизованного подхода к реше¬
нию статусно-территориальных вопросов в новейшей истории служат ре¬
ферендумы по поводу независимости канадской провинции Квебек. Пер¬
вый референдум о независимости Квебека был проведен 20 мая 1980 г.
Порядка 60% проголосовавших высказалось против отделения Квебека
от Канадской Федерации. Второй референдум о независимости Квебека
состоялся 30 октября 1995 г. В результате 50,58% участников также вы¬
сказалось против отделения и создания суверенного государства. Таким
образом, оба референдума не привели к суверенитету провинции, однако
предоставили населению возможность открыто и цивилизованно опреде¬
лять свое будущее.
Аналогично, посредством демократического волеизъявления, не по¬
желала реализовать свое право на самоопределение Тихоокеанская тер¬
ритория Токелау, результаты референдумов в 2006 и 2007 г., проведенных
под эгидой ООН, не позволили ей выйти из-под внешнего управления
Новой Зеландии.
Возвращаясь к вопросам урегулирования территориально-полити¬
ческих конфликтов необходимо отметить, что именно референдарный
принцип был заложен в основу соглашения 1991 г. по проблеме опреде¬
ления статуса Западной Сахары, подписанного под контролем ООН. Бо¬
лее того, в 1991 г. на основании Резолюции Совета Безопасности № 690
была учреждена специальная Миссия Организации Объединенных Наций
по проведению референдума в Западной Сахаре (МООНРЗС), однако в
силу многих причин вопрос практической организации референдума по-
прежнему находится в подвешенном состоянии.
30 августа 1999 г. под эгидой ООН в Восточном Тиморе был проведен
референдум по вопросу самоопределения и отделения от Индонезии. В
результате 78,5% населения высказались за независимость. Это привело
к новой вспышке насилия, потребовавшей введения международного ми¬
ротворческого контингента. Между тем именно на основании волеизъяв¬
ления народа Восточный Тимор официально был объявлен независимым
государством в мае 2002 г.
Еще одним примером применения референдарного принципа являет¬
ся реализация плана по урегулированию кипрского конфликта, предло¬
женного Генеральным секретарем ООН Кофи Аннаном. 24 апреля 2004 г.
60
на Кипре был проведен референдум об объединении острова и создании
Объединенной Кипрской Республики, по результатам которого данный
проект урегулирования был отклонен населением.
Таким образом, даже этот далеко не полный перечень примеров
красноречиво свидетельствует о наличии демократичного и вполне эф¬
фективного референдарного принципа, положенного в основу моделей
урегулирования конфликтов в различных частях мира. Причем механизм
референдума используется в разнообразных условиях и обстоятельствах,
при разной степени остроты и типологии конфликта, применительно к
территориям с неодинаковыми уровнями самоорганизации, самодоста¬
точности, развития демократических и правовых институтов, что свиде¬
тельствует о его высокой универсальности.
Реальность показывает, что те самые «единые» принципы и подходы,
о которых все чаще говорят с высоких политических трибун и междуна¬
родных площадок в связи с проблемой региональных конфликтов, уже
получили постепенное оформление de facto, вобрав в себя такой меха¬
низм непосредственной демократии как свободное волеизъявление на¬
рода. Именно референдум, в конечном счете, является неоспоримым
индикатором воли народа, который отвечает требованиям разумности и
объективности и, что немаловажно, имеет политико-правовое закрепле¬
ние в международном праве.
Вместе с тем, многолетний процесс молдо-приднестровского урегу¬
лирования свидетельствует, что возможность применения референдарно¬
го принципа для окончательного решения данного затяжного конфликта
сопряжена с рядом препятствий. В качестве основной трудности мож¬
но отметить наличие собственных политических установок и интересов
у внешних игроков, вовлеченных в процесс урегулирования в качестве
гарантов, посредников и наблюдателей: Российская Федерация, Украи¬
на, ОБСЕ, ЕС и США. Столь серьезный и одновременно достаточно раз¬
нящийся состав участников вспомогательного механизма политических
консультаций, известного как «Постоянное совещание...» или коротко -
«5+2», является исторически сложившимся форматом международного
содействия мирному политическому урегулированию на Днестре.
Мировой опыт свидетельствует, что именно внешние акторы, - от¬
дельные страны или международные организации, в состоянии обеспечить
должную поддержку реализации референдарного принципа, достаточную
для закрепления и признания его результатов. Принимая во внимание нали¬
чие необходимых прецедентов, а также пристальное внимание к проблемам
безопасности в рамках российско-европейского диалога, представляется,
Молдо-приднестровское урегулирование
61
что текущий момент весьма удобен для продвижения идеи референдума в
качестве наиболее оптимального способа достичь мирного и жизнеспособ¬
ного решения застарелого конфликта между Молдовой и Приднестровьем.
Ведущую роль в обосновании эффективности такого варианта урегу¬
лирования играет признаваемая всеми серьезными акторами необходи¬
мость установления долговременной стабильности и «жесткой» безопас¬
ности в регионе, что, безусловно, окажет положительное влияние на все
пространство Юго-Восточной Европы.
Конфликтный потенциал молдо-приднестровского региона
Надо признать, что после трагических событий августа 2008 г. в мире
сложилось четкое понимание того факта, что использование односторон¬
них силовых методов урегулирования конфликтов - это путь саморазру¬
шения, чреватый непредсказуемыми последствиями и крайне высокими
издержками для потенциальных организаторов.
Применительно к молдо-приднестровским отношениям можно пред¬
положить, что любые меры давления, навязывание внешних решений,
попытки слома или переформатирования высокоэффективной миротвор¬
ческой операции в Приднестровье и прочие дестабилизирующие акции -
обречены на провал и не получат поддержки у вовлеченных междуна¬
родных игроков.
Согласно утверждению главы российской дипломатии Сергея Лавро¬
ва в одной из своих программных статей: «в Европе, к сожалению, до сих
пор не создано такой системы коллективной безопасности, которая была
бы открытой для всех и обеспечивала всем равную безопасность. <...>
Европе нужна позитивная, а не негативная повестка дня. Для начала было
бы неплохо посмотреть, адекватны ли сегодня созданные когда-то струк¬
туры и механизмы или надо думать о чем-то новом для строительства
новой европейской архитектуры, прочно гарантирующей нерушимость
послевоенных границ и в то же время учитывающей реалии XXI в. Пусть
это будет называться „аудитом14»14.
Таким образом, в условиях многолетнего кризиса переговорного
процесса по причине «серьезных расхождений в позициях Кишинева и
Тирасполя»15, вопросы пошагового формирования устойчивой системы
региональной безопасности в данном конкретном регионе могли бы стать
реальным предметом «общего пространства» взаимодействия России и
Европейского союза.
В целях получения более четкой картины, облегчающей процесс по¬
степенного складывания оптимальных основ локальной безопасности в
62
контексте молдо-приднестровского урегулирования, проведем краткий
«аудит» конфликтного потенциала данного региона.
Предварительно оговоримся, что во многом благодаря относительному
«спокойствию» и отсутствию рецидивов обострения военной фазы этого
постсоветского конфликта, внешние игроки не спешат с применением
формулы урегулирования, в основу которой положен международно обо¬
снованный, демократичный и неоднократно апробированный механизм
референдума. Свидетельств тому предостаточно - будь то контекст при¬
знания Россией Южной Осетии и Абхазии в связи с военной операцией
Грузии или периодически вспыхивающие вооруженные столкновения в
Южном Судане, количество жертв которых исчисляется сотнями тысяч.
Между тем недооценка конфликтного потенциала в отношениях Мол¬
довы и Приднестровья сама по себе является крайне опасным вызовом.
Иллюзия наличия большого запаса прочности в регионе создает вирту¬
альное пространство для вполне реальных геополитических игр и про¬
чих маневров, в ходе которых активизируются крайне ангажированные
сторонние акторы, которых соображения безопасности и жизни людей
волнуют в последнюю очередь. Такое недопустимо поверхностное отно¬
шение к ситуации провоцирует разного рода спекуляции, основной лейт¬
мотив которых сводится к тому, что Приднестровье является «разменной
монетой» в контексте российско-германского (европейского) диалога и
сильные внешние игроки неминуемо навяжут собственную модель урегу¬
лирования, не считаясь с мнением народа Приднестровья16.
В связи с этим считаем уместным напомнить концептуальный тезис
главы российской дипломатии, применимый в равной степени к ситуации
в Южной Осетии, Приднестровье или в любом другом регионе Европы:
«Мы не можем считать людей некой «принадлежностью» чьей бы то ни
было территории, которая может произвольно, без согласия этих людей,
переходить под суверенитет того или иного государства в нарушение
Устава ООН, принципов хельсинкского Заключительного акта. Такой под¬
ход возвращал бы нас - в сегодняшней Европе - к временам крепостного
права»17.
Таким образом, можно с высокой вероятностью предположить, что
любая попытка навязывания изготовленного в далеких столицах и по
чужим шаблонам заветного «ключа» урегулирования без обязательного
учета воли населения - обречена на провал. Более того, даже при на¬
личии консенсуса всех международных игроков, вовлеченных в молдо-
приднестровское урегулирование (что само по себе крайне маловероятно),
практическое воплощение решений «сверху» сопряжено с серьезными
Молдо-приднестровское урегулирование
63
препятствиями, а насильственное их продавливание чревато обострением
военного фактора и дестабилизацией обстановки по «принципу домино»
далеко за пределами региона18.
Для более четкого понимания общего контура конфликтогенности
молдо-приднестровского региона необходимо выделить следующие влия¬
тельные факторы.
Геополитическое измерение
•	Фактор размещения элементов системы ПРО США на юге Румынии
до 2015 г. Данные процессы резко отрицательно воспринимаются Россий¬
ской Федерацией, неоднократно заявлявшей об их негативном воздействии
на региональную и глобальную безопасность19. Именно в контексте разме¬
щения элементов американской ПРО на территории новых стран-участниц
НАТО министр иностранных дел РФ Сергей Лавров в своем недавнем
интервью констатировал тот факт, что «принцип неделимости безопасно¬
сти на практике не сработал»20. Таким образом, складывающаяся ситуация
создает дополнительные линии напряженности в молдо-приднестровском
регионе, причем на уровне трансграничной стратегической безопасности.
•	Еще одним вызовом является опасность разбалансировки региональ¬
ной ситуации в контексте многолетнего процесса «румынизации» Молдо¬
вы или проекта «аншлюса Молдовы»21 в рамках геополитической идеи
«Великой Румынии», что находит активную поддержку политического
класса и значительной части населения Молдовы.
•	Педалирование идей унионизма может привести к неизбежному раз¬
рушению динамического равновесия (гомеостазиса) всего пространства
Юго-Восточной Европы. Сразу же, по цепи: Румыния - Трансильвания -
Буковина - Добружда - Буджак - Бессарабия - Приднестровье, вспых¬
нут давние болевые точки во взаимоотношениях ряда государств. Только
по одному румынскому направлению возникнут конфликты между ру¬
мынами и венграми, румынами и болгарами, румынами и украинцами,
румынами и самоидентифицирующими себя молдаванами, румынами и
приднестровцами, наконец. Данный румынско-бессарабский «детонатор»
способен превратить регион во вторые Балканы начала XXI столетия22.
•	Наличие в регионе фактического военного присутствия Российской
Федерации - Оперативной группы российских войск (ОГРВ), численностью
1,5 тыс. военнослужащих, основными задачами которой являются участие
в миротворческой операции и охрана складов с боеприпасами близ придне¬
стровского населенного пункта Колбасное (на территории площадью 104 га
в настоящее время хранится более 21 тысячи тонн боеприпасов).

64
•	Фактор российского присутствия является давним и самым серьез¬
ным раздражительным элементом для Запада. В то же время руководство
ПМР подчеркивает, что «сохранение российского военного присутствия в
Приднестровье уже является одним из элементов новой формирующей¬
ся системы коллективной общеевропейской безопасности»23. Более того,
еще 1995 г. в ходе референдума население Приднестровья высказалось за
сохранение российского военного присутствия24.
•	Миротворческая операция представляет собой отдельный компонент
региональной стабильности, поскольку состоит из воинских контингентов
РФ, РМ и ПМР, образующих Совместные Миротворческие Силы с единой
системой управления на основе объединенного военного штаба СМС и
под руководством Объединенной Контрольной Комиссии. Действующая с
1992 г. трехсторонняя миротворческая операция является одной из самых
успешных в новейшей истории, однако власти Молдовы, представители
ЕС, США и Североатлантического альянса (НАТО) выступают за ее де¬
монтаж. Отражением шаткого состояния безопасности служат многочис¬
ленные инциденты в Зоне Безопасности.
•	Участие вооруженных сил Республики Молдова в военных учени¬
ях НАТО и реализация с 2006 г. Индивидуального плана действий пар¬
тнерства РМ - НАТО. Несмотря на формально-правовой статус Молдовы
как нейтрального государства практика многолетнего сотрудничества с
Североатлантическим альянсом вызывает множество вопросов и при его
дальнейшем расширении может привести к существенному изменению
силового баланса в регионе.
•	Важнейшим компонентом регионального расклада является диаме¬
трально противоположная направленность векторов стратегической ори¬
ентации Молдовы и Приднестровья. Если Республика Молдова избрала
западное направление евроинтеграции, то Приднестровская Молдавская
Республика четко определила восточный ориентир в направлении инте¬
грационных процессов на пространстве СНГ при ведущем участии Рос¬
сийской Федерации.
Уровень двусторонних молдо-приднестровских отношений
•	Приднестровье и Молдова располагают собственными боеспособны¬
ми вооруженными силами, имеющими опыт боевых действий друг про¬
тив друга, обладающими достаточным военно-техническим потенциалом
и соответствующей подготовкой.
•	Приднестровье обладает полноценным государственным механиз¬
мом, обеспечивает контроль над своей территорией, имеет работоспо¬
Молдо-приднестровское урегулирование
65
собную и развитую систему силовых и правоохранительных структур,
отдельное Черноморское Казачье Войско, выполняющее пограничные
функции.
•	Масштабные боевые действия в 1992 г. в связи с вторжением воо¬
руженных сил Молдовы с применением артиллерии и танков привели к
многочисленным жертвам, в том числе среди мирного населения, боль¬
шим разрушениям жилого фонда и другим материально-экономическим
потерям. В результате возник серьезный массово-психологический фактор
враждебности и недоверия к руководству РМ, которое на протяжении всех
последующих лет усилилось в связи с оказываемым на Приднестровье дав¬
лением, угрозами, блокадами и другими прессинговыми мерами. Примене¬
ние любых моделей урегулирования без предварительной долговременной
и системной работы по формированию у сторон взаимного доверия будет
иметь крайне негативные последствия для региональной безопасности.
•	За 21 год де-факто независимости в Приднестровье выросло целое
поколение, воспринимающее соседнюю Молдову в качестве чуждого и
недружественного государства. Сюда же можно отнести высокоразвитую
систему военно-патриотического воспитания ПМР, наличие активных
боевых союзов (Союз защитников Приднестровья), воинских братств и
ветеранских организаций.
•	Потенциально взрывоопасный характер имеет сложная ситуация в
Зоне Безопасности (районе действия Совместных Миротворческих Сил),
вызванная многочисленными инцидентами, инспирируемыми молдавской
стороной и нацеленными на слом миротворческого формата.
•	Отдельное место в системе угроз занимает проблема левобережных
сел Дороцкое, Кочиеры, Кошница, Новая Маловата, Погребя и Пырта,
расположенных в Зоне безопасности на территории Дубоссарского райо¬
на Приднестровья, но управляющихся официальными органами Молдо¬
вы. Данные населенные пункты являются постоянными очагами напря¬
женности и используются молдавской стороной в качестве площадок для
апробации механизмов противостояния с местными властями и право¬
охранительными органами Приднестровья.
•	Важным фактором, способным подорвать региональную стабиль¬
ность в случае попытки ее демонтажа, выступает сложившаяся в При¬
днестровье система межнационального согласия, основанная на этнокуль¬
турном многообразии и многоязычии (три официальных языка - русский,
молдавский, украинский). Данная модель несовместима с мононацио¬
нальным характером соседней Молдовы, в которой остальные этнические
группы имеют статус нацменьшинств.

66
•	Еще одним элементом регионального силового каркаса является на¬
личие двусторонних договоров и соглашений Приднестровья с Южной
Осетией и Абхазией в сфере развития военного сотрудничества и оказа¬
ния взаимной поддержки.
•	Фактор стратегической позиции Молдовы в многолетнем переговор¬
ном процессе, которая заключается в отказе воспринимать Приднестро¬
вье в качестве равной стороны политического диалога и стремлении ис¬
пользовать односторонние силовые методы.
В этом плане показателен официальный отказ молдавской стороны от
рассмотрения предложенных Приднестровьем проектов Договора о друж¬
бе и сотрудничестве между Республикой Молдова и Приднестровской
Молдавской Республикой (2008 г.) и Соглашения об основах системы га¬
рантий в молдо-приднестровском урегулировании (2009 г.). Данная пози¬
ция существенно осложняет процесс поиска взаимоприемлемых решений,
направленных на укрепление реальной стабильности и безопасности.
Таким образом, все вышеперечисленные факторы в той или иной
степени являются составными элементами региональной системы hard
security, разрушение баланса которой чревато самыми серьезными отри¬
цательными последствиями для безопасности не только на локальном, но
и на общеевропейском уровне, особенно в условиях сложно переплетен¬
ного узла международных интересов на Днестре.
Основания жизнеспособности референдарного принципа
в контексте молдо-приднестровского урегулирования
В свете вышеизложенного представляется чрезвычайно важным уйти
от иллюзий, что внушительный набор конфликтогенных факторов может
быть «легко» преодолен путем навязывания любого рода решений без
учета свободного волеизъявления населения Приднестровья. Очевидно,
что выбор модели урегулирования затяжного конфликта на Днестре дол¬
жен отвечать требованиям и параметрам системы эффективной и устой¬
чивой региональной безопасности.
Международный опыт в сочетании с комплексом региональных усло¬
вий позволяет предположить, что наиболее оптимальным механизмом
урегулирования молдо-приднестровских отношений может стать приме¬
нение референдарного принципа.
К числу аргументов в пользу его жизнеспособности в условиях дан¬
ного региона можно отнести следующие:
1.	Соответствие референдарного принципа международному праву и
современным демократическим стандартам. Он основан на практической
Молдо-приднестровское урегулирование	67
реализации права народов на самоопределение, закрепленного в Уставе
ООН (1945 г.), Международном пакте о гражданских и политических
правах от 16 декабря 1966 г., Декларации о принципах международного
права от 24 октября 1970 г., Хельсинкском Заключительном акте 1975 г.,
Итоговом документе Венской встречи 1986 г., документе Копенгагенско¬
го совещания Конференции по человеческому измерению СБСЕ 1990 г. и
других международно-правовых актах.
Одним из практических проявлений, одной из существенных проце¬
дур реализации такого фундаментального основания человеческой дея¬
тельности как самоопределение являются всенародные плебисциты - ре¬
ферендумы25.
2.	Наличие множества современных международно-правовых пре¬
цедентов использования референдума для урегулирования многолетних
затяжных конфликтов в мире и на европейском пространстве (описаны
в предыдущих разделах данного исследования). Как справедливо подчер¬
кивает известный российский ученый и политолог Александр Неклесса:
страны - это не территории, а люди; формирование трансграничных со¬
обществ требует пересмотра прежних догм и подходов26.
3.	Механизм реализации народного плебисцита основан на неотъем¬
лемых демократических правах и стандартах и обладает множеством воз¬
можностей прямого международного мониторинга и контроля, что делает
невозможным сколь-нибудь значительное искажение его результатов.
4.	Свободное волеизъявление населения является единственно де¬
мократичным, легитимным и бесконфликтным способом определения
дальнейшей судьбы де-факто независимого Приднестровья, обладающего
всеми элементами государственности, изложенными в Конвенции Монте¬
видео 1993 г.27
Именно народный плебисцит может считаться правомерным для
подтверждения или опровержения итогов всенародного референдума 17
сентября 2006 гп в ходе которого 97% проголосовавших высказалось «за
независимость Приднестровской Молдавской Республики и последую¬
щее свободное присоединение Приднестровья к Российской Федерации».
Более того, за все годы существования Приднестровья референдумы ста¬
ли нормой жизни, инструментом реальной политики и механизмом не¬
посредственной демократии (за 21 год было проведено 7 всенародных
референдумов)28.
5.	Только посредством референдума можно мирным путем нивелиро¬
вать последствия вооруженного конфликта 1992 г. и разрешить множество
потенциально взрывоопасных конфликтогенных факторов в отношениях
68
Молдовы и Приднестровья, детально описанных в предыдущем разделе
работы.
6.	Волеизъявление населения является единственно эффективным
механизмом принятия и реализации решений в условиях полиэтничного
приднестровского общества. Права и интересы многочисленных диаспор
проживающих в ПМР граждан России, Украины и Молдовы могут быть
учтены только посредством свободного волеизъявления.
7.	Народный плебисцит с включением механизма компетентного меж¬
дународного мониторинга позволит окончательно подтвердить направ¬
ления геополитической/цивилизационной ориентации населения Мол¬
довы и Приднестровья, которые носят диаметрально противоположный
характер: евроинтеграция и восточный (российский) вектор интеграции
постсоветского пространства. На этом основании может быть найден
жизнеспособный формат сбалансированного и мирного трансграничного
сосуществования Молдовы и Приднестровья.
8.	В условиях многолетнего системного кризиса процесса молдо-
приднестровского урегулирования дальнейшая пролонгация безуспеш¬
ных переговоров между полярно заряженными сторонами, в сочетании с
не менее разными установками посредников и гарантов, негативно сказы¬
вается на уровне жизни населения Приднестровья. Многие годы жители
ПМР испытывают целый набор препятствий и ограничений, не совмести¬
мых с международным правом. Это прямые и косвенные трудности, свя¬
занные ограничениями внешнеэкономической деятельности, отсутствием
полноценного железнодорожного сообщения, условиями пересечения
границ, административным преследованием лиц, не имеющих временной
регистрации в РМ, заведением уголовных дел на граждан ПМР и многое
другое.
В данных обстоятельствах референдум является наиболее гуманным
механизмом урегулирования, скорейшее применение которого способно
на деле обеспечить международно закрепленные права и свободы населе¬
ния. Как отмечается в официальном заявлении Министерства иностран¬
ных дел Приднестровья по поводу признания независимости Южного
Судана: «приоритетом в решении конфликтов на Европейском континен¬
те, так же, как и в Африке, должны выступать права человека, воля на¬
рода и принципы обеспечения стабильности и безопасности, а не полити¬
ческие интересы третьих сторон или отдельных стран»29.
В завершение исследования согласимся с выводами профессора Ди¬
пломатической академии МИД России Александра Задохина, который
отмечает: «Очевидно, возникновение новых государственного типа об¬
Молдо-приднестровское урегулирование
69
разований будет иметь место, как в недалеком и далеком прошлом? Вряд
ли удастся остановить этот процесс. <...> Как представляется, критерием
выбора между самоопределением, согласием на самоопределение и от¬
стаиванием «целостности» должны быть человеческие жизни и судьбы
населения. Они реальны, а принципы абстрактны»30.
1	Следует оговориться, что само понятие «непризнанное государство» носит до¬
статочно условный характер и может использоваться в научном плане с определен¬
ными оговорками. См., например, посвященные данной проблеме исследования А.Г.
Большакова, И.М. Бусыгиной, Г.М. Вельяминова, С.М. Мацкедонова, Н.И. Харитоно¬
вой и др.
2	См.: Лебедева М.М. Формирование новой политической структуры мира и ме¬
сто в ней России // http://www.archipelag.ru/geoeconomics/global/megatrend/forming/
3	В немецком оригинале «Real-Politik». Впервые понятие «реальная политика»
было введено в научный оборот книгой Августа Людвига фон Рохау (1810-1873)
«Основоположения реальной политики в применении к государственному состоянию
Германии», опубликованной в 1853 г.
4	Ряд западных исследователей относят к «промежуточной Европе» пояс госу¬
дарств между ЕС и Россией, от Балтийского до Каспийского моря, включая три го¬
сударства Южного Кавказа. См.: Schneider Deters W. (Schulze P.W.), Tim m erm an n
H. Die Europaische Union, Russland und Eurasien: Die Ruckkehr der Geopolitik. - Berlin,
2008; Schulze P.W. Die EU, Russland und die GUS: Auseinandersetzungen u ber das nahe
Ausland.-IPG 3/2005, c. 153.
5	Медведев считает решаемой проблему Приднестровья И http://ria.ru/
politics/20101020Z287650978.html
6	См., например, недавнее заявление аналитика Германского общества внешней
политики (DGAP) Штефана Майстера, полагающего, что «приднестровский конфликт
представляется наиболее легко решаемым во всем постсоветском регионе» // http://
www.nr2.ru/pmr/339654.html
7	Выступление и ответы Министра иностранных дел России С.В. Лаврова на во¬
просы СМИ // http://www.mid.ru/bdomp/ns-dos.nsf44a7dafc231dcllac32576d6002f70cl/
432569d800223f34c3257809005573e9!OpenDocument
8	Александр Рар: «Евразия выходит из тени», 19 июля 2011 г. И http://www.chaskor.
ru/article/aleksandr_rar_evraziya_vyhodit_iz_teni_24134
9	Там же.
10	Шульце П. Политика кооперативной безопасности в Европе: сценарии и шансы И
«Вестник аналитики». -№ 39 (1-2010). - С. 48.
11	Девятков А. Замороженные конфликты как предмет диалога о европейской без¬
опасности // Индекс Безопасности. - 2010. - № 4 (95). - С. 179-180.
12	Правоведение: Учебник / Под общей ред. В. А. Козбаненко. - 3-е изд. - 2006.

70
13	Юрин В., Канюэль Э. 101-й департамент, или Как в Индийском океане появи¬
лась частичка Франции И http://www.dw-world.de/dw/articleZO,, 14956654,00.html
14	Лавров С.В. Российская дипломатия и новое качество международной ситуации
И Журнал «Эксперт». - № 36 (625). - 2011. -15 сентября И http://expert.ru/expert/2008/36/
rossiyskaya_diplomatiya/
15	См.: О встрече участников формата «5+2» в Москве 21 июня 2011 г. И http://www.
mid.ru/bdomp/Brp_4.nsf/arh/02422B262287A5F9C32578B7001FABAB7OpenDocument
16	См., например, статью Линдон Эллин (Lyndon Allin) и Мэтью Рожански (Matthew
Rojansky) Оттаивание замороженного конфликта в Приднестровье // http://www.
themoscowtimes.com/opinion/article/thawing-the-frozen-conflict-in-transdnestr/412483. htm 1;
Характерны заголовки других материалов: Судьба Приднестровья станет испытанием
отношений России и ЕС («Le Monde», Франция, 2010); Медведев и Янукович подписали
«секретные протоколы» по Приднестровью? («Eurasia Review», Испания, 2010); При¬
днестровская карта Дмитрия Медведева («Независимая газета», Россия, 2011); Придне¬
стровью наращивают договороспособность («Коммерсант», Россия, 2011); Кто и зачем
пытается «сдать» Приднестровье («Российские вести», 2011) и мн. др.
17	Лавров С.В. Российская дипломатия и новое качество международной ситуации//
Журнал «Эксперт». - № 36 (625). - 2011. - 15 сентября И http://expert.ni/expert/2008/36/
rossiyskaya_diplomatiya
18	См.: Игнатьев В.В. Региональный контекст формирования новой архитектуры
общеевропейской безопасности на примере Молдовы и Приднестровья И Дипломати¬
ческий вестник Приднестровья. - 2010. - № 2. -С. 73.
19	Комментарий МИД России в связи с сообщением о достижении договоренности
между США и Румынией относительно места размещения базы ракет-перехватчиков
ПРО США на территории Румынии // http://www.mid.rU/bdomp/Brp_4.nsf/arh/3185С652
9A233985C3257885005AADC9?OpenDocument
20	Радио «Голос России» И http://rus.ruvr.ru/2011/07/12/53122749.html
21	Марков С. Проект «аншлюс Молдовы», косвенно поддерживаемый США, су¬
ществует и реализуется // http://www.nr2.ru/kishinev/343144.html
22	Игнатьев В.В. Региональный контекст формирования новой архитектуры обще¬
европейской безопасности на примере Молдовы и Приднестровья // Дипломатический
вестник Приднестровья. - 2010. - № 2. - С. 73.
23	Смирнов: Народы Молдавии и Приднестровья уважают армию России за то, что
она всегда несла освобождение И http://www.regnum.ru/news/1428335.html
24	Волкова А.З. Референдальная основа приднестровской демократии // От самоо¬
пределения к международному признанию: Абхазия, Нагорный Карабах, Приднестро¬
вье, Южная Осетия. - Тирасполь, 2008. - С. 127.
25	Евменова Т. Самоопределение народа как феномен политики и права И Бело¬
русский Журнал международного права и международных отношений - 2001. - № 1. //
http://evolutio.info/index.php?option=com_content&task=view&id=413&Itemid=52
26	Неклесса А.И. Русский Мир: цивилизация многих народов И Стратегия России. -
2011. -№ 6. - июнь. И http://sr.fondedin.ru/new/fullnews_arch_to.php?subaction=showfull
&id=l 309351589&archive=l 309351732&start_from=&ucat= 14&

Молдо-приднестровское урегулирование	71
27	Бабурин С.Н. Мир империй: территория государства и мировой порядок. - М.,
2010.-С. 563.
28	См.: Волкова А.З. Референдумы в Приднестровской Молдавской Республике
(1989-2006). - Тирасполь, 2006.
29	Заявление Министерства иностранных дел Приднестровской Молдавской Ре¬
спублики в связи с международным признанием независимости Республики Южный
Судан // http://mfa-pmr.org/index.php?newsid=l 146
30	Задохин А. Мифы и реалии балканской политики России, или еще раз о Косово И
Дипломатическая служба. - 2011. - № 2. - С. 75.

государственный суверенитет
ПРИДНЕСТРОВСКОЙ МОЛДАВСКОЙ РЕСПУБЛИКИ
И ЕГО ОСНОВНЫЕ СОСТАВЛЯЮЩИЕ
М.Н. КУШАКОВ
Государственный суверенитет является важнейшим свойством и не¬
пременным условием полноценности государственного образования. По
мнению ученого-правоведа Е. Кузнецовой, понятие государственного су¬
веренитета постоянно эволюционировало и обогащалось новым содержа¬
нием вместе с генезисом государства.
Впервые определение государственного суверенитета дал Жан Боден. В
своем труде «Шесть книг о государстве» им сформулировано и широко обо¬
сновано понятие суверенитета как существенного признака государства: «Су¬
веренитет - это абсолютная и постоянная власть государства... Абсолютная,
не связанная никакими законами власть над гражданами и подданными».
Власть государства постоянна и абсолютна; это - высшая и независи¬
мая власть как внутри страны, так и в отношениях с зарубежными держа¬
вами. Выше носителя суверенной власти - только бог и законы природы.
Суверенитет происходит от французского souverainete - верховная власть,
исключительное верховенство, совокупность верховных прав, принадле¬
жащих государству или его главе.
Государственный суверенитет рассматривался Боденом полноценным
только в том случае, когда государственное образование (в тот истори¬
ческий период) было независимым от папы римского, от церкви, от гер¬
манского императора, от сословий, от другого государства. Он рассматри¬
вал суверенитет как исключительное право верховной власти издавать и
отменять законы, объявлять войну и заключать мир, назначать высших
должностных лиц, осуществлять верховный суд, право помилования, пра¬
ва чеканить монету, устанавливать меры и веса, взимать подати.
В настоящее время на политической карте мира насчитывается более
200 различных по форме и устройству государств. Правоведы, политоло¬
Молдо-приднестровское урегулирование
73
ги, социологи активно изучают генезис понятий государства и государ¬
ственного суверенитета, предлагают свои трактовки эволюционных про¬
цессов.
Особый интерес для исследования представляют и непризнанные го¬
сударства, существующие де факто, но де юре не легитимизированные
в мировом сообществе стран, анализируется их государственный сувере¬
нитет. В международном праве такие государственные образования за¬
нимают свою нишу и наравне с признанными государствами являются
субъектами международного права. В научной литературе и СМИ их клас¬
сифицируют как «мезогосударства» (государство переходного состояния),
«так называемое государство», «фактические государства» и т. д. Среди
них Тайвань, Северный Кипр, Косово, Нагорный Карабах и Приднестро¬
вье. По данной проблематике проводятся международные конференции,
«круглые столы», издается научная литература. Для российских и укра¬
инских исследовательских центров, таких как Институт стран СНГ, Рос¬
сийский институт стратегических исследований, Центр проблем граждан¬
ского общества, Национальный институт стратегических исследований,
Национальный институт проблем международной безопасности, Центр
исследования Южно-украинского пограничья особый интерес представ¬
ляет все, что связано с ситуацией вокруг Приднестровья.
Образование Приднестровской Молдавской Советской Социалисти¬
ческой Республики (с 5 ноября 1991 г. - Приднестровская Молдавская
Республика) стало прямым следствием тех дезинтеграционных процес¬
сов, которые впоследствии привели к крупнейшей геополитической ка¬
тастрофе - распаду СССР, кардинально изменившей всю систему между¬
народных отношений и столкнувшей мировое сообщество «с совершенно
новыми политическими реалиями, которые в международной теории и
практике получили название феномена „непризнанных" или „самоопреде¬
лившихся" государств».
Независимость Приднестровья была провозглашена в ходе всена¬
родных референдумов на основе всеобщего свободного голосования в
1990-1991 гг., подтверждена с принятием на референдуме Конституции
Приднестровья (1995 г.).
Сама республика, ее система государственного управления изначально
создавались на основе общепризнанных демократических норм. Таковы
референдумы 1989-1990 гг. о вхождении левобережных и некоторых пра¬
вобережных городов и сел в состав приднестровской государственности,
референдум 1991 г. о независимости Приднестровья, референдум 1995 г.
по вопросу принятия новой Конституции и, наконец референдум 2006 г. о
74
взаимоотношениях с Россией и Молдовой, где подавляющее большинство
населения республики (98% от принявших участие) видит свою судьбу в
составе России.
Сегодня Приднестровская Молдавская Республика - суверенное, не¬
зависимое, демократическое, правовое, унитарное государство, с прези¬
дентской формой правления, с функционирующими демократическими
институтами государственной власти, устойчивой экономикой и развитым
гражданским обществом, которое было сформировано в соответствии с
нормами международного и внутреннего права, на основе объективных
политических, экономических, социально-демографических, военных и
иных предпосылок.
Первая Конституция Приднестровской Молдавской Республики (далее
Приднестровье) была принята на сессии Верховного Совета 2 сентября
1991 г., она узаконила республику в составе СССР. Следующим этапом
конституционного строительства было принятие на референдуме Консти¬
туции от 24 декабря 1995 г. Этот Основной закон государства в редакции
в 2000, 2006 г. действует до настоящего времени.
Главный закон республики соответствует самым высоким требовани¬
ям и международным стандартам. Конституционными в Приднестровье
являются определяющие демократические нормы: многообразие форм
собственности, гражданские свободы, равенство всех перед законом.
Одна из важных особенностей Конституции Приднестровья - статья 12,
где статус официального языка на равных началах придается молдавско¬
му, русскому и украинскому языкам. На основании статьи 58 осуществле¬
ние отдельных полномочий органов государства посредством принятия
конституционного закона может быть делегировано иному государству
или наднациональным органам. Допускается двойное гражданство.
В настоящее время в Верховный Совет Приднестровья внесен зако¬
нопроект об изменениях и дополнениях в действующую Конституцию
республики. Среди нововведений учреждение института правительства,
поста премьер-министра, ответственных за состояние экономики респу¬
блики; упраздняется институт вице-президента; работа будущего соста¬
ва парламента на профессиональной основе, порядок назначения судей
Конституционного суда, а также увеличение возрастного предела для су¬
дей Верховного, Арбитражного и Конституционного судов. Порядок про¬
ведения выборов депутатов Верховного Совета предполагается вывести
из конституционного поля и определять положениями Избирательного
кодекса, который в настоящее время гармонизируется с российским за¬
конодательством. Предлагается и новый порядок назначения глав госад-
Молдо-приднестровское урегулирование
75
министраций городов и районов. По мнению разработчиков проекта, они
должны назначаться по предложению премьер-министра и после согласо¬
вания с местным Советом.
Международным научным сообществом, наряду с выработкой реко¬
мендаций по урегулированию политических конфликтов, активно иссле¬
дуется наличие формальных признаков государственности и государствен¬
ного суверенитета у самоопределившихся государственных образований,
рассматриваются различные варианты их легализации и возможности
признания. К таким исследованиям, появившимся в последнее время,
можно отнести Доклад В219, подготовленный Международным советом
по демократическим институтам и государственному суверенитету. Он
посвящен анализу государственности Приднестровской Молдавской Ре¬
спублики в соответствии с международным законодательством. В резуль¬
тате научных изысканий участниками проекта, среди которых известные
юристы, политологи, сделан вывод о том, что Приднестровье является со¬
стоявшимся, самодостаточным государством, а также сделано предложе¬
ние мировому сообществу признать его в качестве полноправного участ¬
ника международного сообщества.
Среди авторов этого труда профессор Стивен Краснер - ведущий со¬
трудник Института международных исследований Стэнфордского уни¬
верситета. В научном мире он известен как специалист, исследующий
проблемы эволюции государства и государственного суверенитета. Аме¬
риканский ученый придерживается точки зрения, что эволюция государ¬
ственного суверенитета происходит синхронно с генезисом государства,
объективно зависит от происходящих изменений современного мира. Это
и утвердившаяся система международного права, достижения в области
обеспечения прав человека, утверждения демократических начал в госу¬
дарственном устройстве, новых форм управления государством, между¬
народного разделения труда, процесса глобализации и т. д. Основываясь
на своих исследованиях, Стивен Краснер предлагает рассматривать госу¬
дарственный суверенитет как состоящий из 4 составляющих:
1.	Внутренний суверенитет как принцип организации публичной вла¬
сти в государстве и контроля над ней со стороны общества.
2.	Суверенитет взаимозависимости (interdependence sovereignty), по¬
зволяющий контролировать трансграничные передвижения.
3.	Международный правовой суверенитет, утверждающий равнопра¬
вие государств на международной арене.
4.	«Вестфальский» суверенитет, запрещающий внешним факторам
вмешиваться в распределение властных полномочий внутри государства.

76
Внутренний суверенитет рассматривается Стивеном Краснером как
право народа на самоопределение и выбор формы правления. В Придне¬
стровской Молдавской Республике внутренний суверенитет реализуется
волей народа, через референдумы и принятие Основного закона респу¬
блики, где закреплено строительство независимого, суверенного, демо¬
кратического, правового государства с президентской формой правления,
при наличии трех ветвей власти (исполнительной, законодательной и
судебной). Конституционно гарантируется и осуществление народного
контроля за всеми ветвями власти. Стивен Краснер считает внутренний
суверенитет основной составляющей государственного суверенитета. И
сегодня можно констатировать, что данная компонента государственного
суверенитета Приднестровской Молдавской Республикой полностью реа¬
лизуется на всей ее территории.
Суверенитет взаимозависимости автор увязывает со способностью
государства контролировать финансовые, людские и товарные потоки,
проходящие через границу государства. На сегодняшний день можно уве¬
ренно утверждать, что мировые процессы глобализации, разделения тру¬
да, миграции населения, перемещения товаров, денег, делают с каждым
годом весьма затруднительной для подавляющего числа государств мира,
в том числе и Приднестровья, реализацию данной компоненты государ¬
ственного суверенитета.
Международный правовой или внешний суверенитет государства
предполагает, что суверен признается другими суверенами, которые вос¬
принимают его в качестве единственного представителя, уполномочен¬
ного говорить от имени политической общности (народ). Логично было
бы считать, что если подданные государства одобряют, поддерживают
структуры власти и передают ей демократическим, легитимным путем
свои полномочия на власть, другие суверены обязаны признать и уважать
держателя и представителя суверенитета. В данном случае суверенитет
подразумевает статус, который призван легитимизировать суверенную
власть в глазах подданных и других суверенов. Признание суверенности
государства de facto означает признание его равного статуса с остальны¬
ми. Однако в отношении Приднестровья такая система легализации не
действует.
Для международного признания республики как суверенного государ¬
ства необходимо, прежде всего, легитимизировать общность, проживаю¬
щую на территории Приднестровья, как народ, а также процедуру пере¬
дачи полномочий власти. Стивен Краснер, хотя и рассматривает внешний
суверенитет как важный инструмент позиционирования государства на
Молдо-приднестровское урегулирование
77
международной арене, в действительности считает его второстепенным
по отношению к внутреннему суверенитету.
Вестфальская модель суверенитета основывается на утверждении не¬
терпимости государства по отношению к внешнему вмешательству в свои
внутренние дела. Государство, суверенитет которого признается другими,
входит в круг суверенных государств и получает своего рода иммунитет
против вмешательства. Приднестровская государственность такого им¬
мунитета не имеет, однако состояние невмешательства обеспечивается
несколькими составляющими. Среди них успешная международная ми¬
ротворческой операция Российской Федерации при участии Украины,
ОБСЕ, а также поддержание на должном уровне национальной системы
обороны и безопасности.
Таким образом, используя предложенную Стивеном Краснером мо¬
дель, мы вычленяем уже действующие составляющие государственного
суверенитета, его основной компонент - внутренний суверенитет, и под¬
лежащий решению внешний суверенитет, на реализацию которого долж¬
ны быть направлены усилия власти и общественности Приднестровской
Молдавской Республики.

НОВЫЕ РЕАЛИИ И ПРЕЦЕДЕНТНЫЕ ФАКТОРЫ
МОЛДО-ПРИДНЕСТРОВСКОГО УРЕГУЛИРОВАНИЯ.
ВСЕ УПИРАЕТСЯ В ДВОЙНЫЕ СТАНДАРТЫ
И.Н. ГАЛИНСКИЙ
С каждым новым днем современный мир все больше и больше начи¬
нает испытывать на себе силу фактора народного самоопределения. Более
того, уже можно утверждать, что этот фактор становится категорическим
императивом в определении конструкции и содержания будущего миро¬
устройства.
В течение последних 20 лет, т. е. уже в период существования ПМР,
на политической карте мира появился целый ряд новых государств, кото¬
рые смогли сконструироваться именно благодаря реализации их народами
права на самоопределение и добиться международного признания, в их
числе Восточный Тимор, Эритрея, Словакия, Черногория, Косово.
Совсем недавно к ним присоединились Абхазия и Южная Осетия. К
этим странам можно также добавить Тайвань, Западную Сахару, Турец¬
кую Республику Северный Кипр, Пуэрто-Рико, Палестину.
На референдуме в Судане более 98% населения Южного Судана вы¬
сказалось в поддержку образования нового государства, официальное
провозглашение которого состоялось 9 июля 2011 г.
Чрезвычайно важным является также и озвученная готовность офи¬
циальных властей таких западных стран, как Канада, Великобритания
и Бельгия, руководствоваться принципом самоопределения народов при
предоставлении Квебеку, Северной Ирландии, Шотландии и Фландрии
независимости, если население этих регионов в ходе референдума вы¬
скажется в поддержку этой идеи.
Наконец, все мы являемся свидетелями поистине судьбоносных со¬
бытий, когда ярко выраженное активное народное волеизъявление бук¬
вально захлестнуло арабский мир: Тунис, Йемен, Египет, Алжир. Везде
народ начинает сам определять свою судьбу, свое будущее, т. е. самоо¬
пределяться.

Молдо-приднестровское урегулирование
19
Другими словами, право народов на самоопределение, которое зафик¬
сировано в качестве важнейшего принципа международного права в до¬
кументах ООН, становится ведущим практическим принципом конструи¬
рования нового мироустройства.
Особо хотелось бы обратить внимание на то обстоятельство, что гро¬
могласно о поддержке права народов на самоопределение уже заявили
президент США Б. Обама, президент РФ Д. Медведев, премьер РФ В.
Путин (правда пока только в контексте референдума в Судане). В свою
очередь сенатор Дж. Керри, бывший кандидат на пост президента США,
наблюдавший за суданским референдумом, обращаясь к народам афри¬
канского контингента заявил, что все народы Африки должны брать при¬
мер с Южного Судана.
И вот тут возникает вполне резонный вопрос, - а почему только на¬
роды Африки? А не скажем народы Европы и Азии?
Почему косоварам или южносуданцам можно идти путем референду¬
ма и через него определять свое будущее политическое устройство, а при¬
днестровскому народу в этом отказано?
Ответ, как говорится, лежит на поверхности. Все опять-таки упира¬
ется в двойные стандарты, в политические интересы господствующего
класса, интересы ведущих стран мира во главе с США и ЕС.
Не случайно, многие ведущие эксперты в области мироустройства со
знанием дела утверждают, что одним из главных противоречий современ¬
ного мира является противоречие между политическим идеализмом и ре¬
альной политикой.
Сенсационные разоблачения Дж. Ассанджа вскрыли порочные меха¬
низмы и циничную силовую политику США и их союзников. Прежде все¬
го это - полное пренебрежение правами человека, разрыв между мораль¬
ной риторикой и закулисными манипуляциями, запугиванием неугодных.
Чего стоит только поддержка, оказываемая США и ЕС премьеру Ко¬
сово X. Тачи, которого обвиняют в преступной деятельности, торговле
оружием, массовых убийствах, торговле органами людей. Для них он - не
убийца и насильник, а их главная опора в борьбе с уничтожением сербской
самобытности и независимой сербской государственности, а посему -
неприкасаемый.
Или же возьмите другой пример - разгон воинствующей многотысяч¬
ной толпы в Минске, которая после окончания президентских выборов,
не дожидаясь их результатов, попыталась силой захватить власть и даже
ворвалась, разбив окна и двери, в правительственную резиденцию, и раз¬
гон аналогичной антиправительственной демонстрации в Тиране (в Ал¬
80
бании, которая является союзницей США, членом НАТО) против режима
С. Бериши.
В первом случае - результат этой акции - несколько подбитых глаз и
административное задержание отдельных кандидатов в президенты, ко¬
торые принимали активное участие в попытке захвата власти. Во втором
случае 4 человека было убито и несколько десятков ранено.
. Но самое интересное как на это все отреагировал Запад. В первом
случае была поднята международная шумиха и приняты осуждающие
власти Белоруссии резолюции ПАСЕ, ЕС, Госдепартамента США, введе¬
ны различные санкции.
Во втором случае - тишь, да гладь, как будто не было убитых оппо¬
зиционеров.
Кстати говоря, было бы интересно посмотреть как бы отреагирова¬
ли власти США, если бы многотысячная толпа, смяв заграждения Бело¬
го Дома, ворвалась бы внутрь. Скорее всего положили бы из автоматов
столько нападавших, сколько бы смогли.
Вот все это и называется двойными стандартами.
Именно в этом кроется причина того, что западное сообщество от¬
казывает приднестровскому народу в его стремлении утвердиться в каче¬
стве субъекта международного права в рамках суверенного Приднестров¬
ского государства.
Говоря о поддержке референдума в Судане со стороны США, веду¬
щий аналитик Брюссельского политического центра Европы Аманда Пол
откровенно пояснила, что если у вас нет сверхдержавы, которая защитит
вашу независимость, то у вас нет шансов ее получить.
Однако как бы не пытались сильные мира сего затормозить и остано¬
вить этот процесс, по мнению ведущих специалистов в области междуна¬
родного государствоведения, в ближайшие годы на глобальном мировом
пространстве могут появиться десятки, если не сотни новых независимых
государств.
Что же нового в этом контексте наблюдается на поле молдо-
приднестровского урегулирования?
В первую очередь, давайте определимся в базовых понятиях. Нет ни¬
какого приднестровского конфликта. Этот термин навязан международ¬
ному сообществу заинтересованными западными странами. Да и вообще,
уже давно нет никакого конфликта, а есть 2 реально существующих госу¬
дарства - Молдова и Приднестровье, которые должны урегулировать свои
взаимоотношения и определиться, как им жить дальше бок о бок через
реку Днестр.

Молдо-приднестровское урегулирование
81
Причем, многие эксперты обоснованно считают, что Молдова, ее
политическое руководство, уже давно бы отказались от Приднестровья
ради европейской перспективы, как это сделала Сербия в отношении
Черногории, если бы не т. н. высшие стратегические интересы США и
ЕС, которые не дают ему это сделать. Буквально на днях эту мысль еще
раз озвучил британский эксперт из Лондонского королевского института
международных отношений Дж. Шерр, отметивший, что часть молдав¬
ской элиты готова пойти на риск «потерять» Приднестровье ради быстро¬
го вступления Молдовы в ЕС.
В этой связи весьма любопытно будет вспомнить как на заре сегод¬
няшней государственности Молдовы лидер Народного Фронта И. Хо-
дырка официально признавал, что исторически Приднестровье никогда
не входило в состав самостоятельного ни Румынского, ни Молдавского
государства, и потому, мол, мы на него не претендуем.
Сегодня же дело молдо-приднестровского урегулирования все актив¬
нее берет в свои руки ЕС, который явно пытается отодвинуть в сторону
ОБСЕ, как неэффективный институт.
Нынешний 2011 г., и об этом можно судить по многим признакам, ЕС
и США попытаются сделать решающим в принуждении Приднестровья
к т. н. реинтеграции. В частности, бывший представитель ЕС в Молдове
К. Мижей заявил, что в 2011 г. в урегулировании откроется новое дыха¬
ние. Не случайно новым представителем ЕС в молдо-приднестровском
урегулировании назначен очень опытный политический игрок - бывший
министр иностранных дел Словакии М. Лайчак, который будет прово¬
дить «европейскую политику умиротворения», и который много лет про¬
работал в кризисных зонах, в частности в Сербии, в момент ее развода с
Черногорией, в Боснии и Герцеговине в период принуждения боснийцев,
хорватов и сербов к объединенному государству, наконец, в Косово во
время его превращения в суверенное государство.
С молдавской стороны ответственным за урегулирование также на¬
значен новый и весьма опытный дипломат, в свое время представитель
Молдовы в ЕС Е. Карпов. Это Вам не В. Осипов, бывший представитель,
молодой и неопытный.
Уже одно это говорит о том, что Запад собирается в ближайшее время
взяться очень серьезно и основательно за то, что он называет реинтегра¬
цией, не исключая основательного политического давления как на само
Приднестровье, так и на его гарантов: Россию и Украину.
Но давайте попытаемся разобраться в том, что такое реинтеграция?
«Реинтеграция» - это, конечно же, не наш термин, также как и термин
82
«Транснистрия». Это чуждые приднестровскому народу понятия, которые
пытаются втиснуть в приднестровское общественное сознание заинтере¬
сованные внешние политические игроки.
Напомню, что Приднестровье самоопределилось в составе Советско¬
го Союза, когда государства Молдова еще не существовало. Поэтому мы
можем только реинтегрироваться в возрожденный Советский Союз, по¬
скольку были его составной частью.
О каком включении Приднестровья в состав нынешней Молдовы во¬
обще может идти речь? О включении на основе закона 2005 г. об автоном¬
ном статусе восточных регионов РМ?
О реинтеграции на основе идеологических конструкций и заявлений
зам. председателя Демократической партии Молдовы О. Нантоя, одного из
ведущих идеологов нынешнего режима, который заявляет, что в Придне¬
стровье установлен криминальный режим, что приднестровцы, которые
не захотят найти своего места в Конституции Молдовы, должны найти
свое место в уголовном кодексе РМ, что президент ПМР - государствен¬
ный преступник, а министра иностранных дел ПМР, когда он приедет в
Кишинев в российское посольство, следует арестовать, надеть наручники
и судить за узурпацию государственной власти?
О реинтеграции в Молдову, которая сама может вскоре стать частью
другого государства - Румынии, и которая хочет сохранить за собой по¬
стоянный нейтральный статус только на период молдо-приднестровского
урегулирования? Кстати, на самом высоком уровне было принято реше¬
ние о том, что все силовые ведомства Молдовы, включая армию, в бли¬
жайшее время должны перейти на североатлантические стандарты.
Спрашивается, а почему бы этим, озабоченным реинтеграцией поли¬
тикам, не спросить сам приднестровский народ - хочет ли он в Молдо¬
ву?
Ведь при этой, т. н. реинтеграции, Молдова, ее население ничем не
поступаются и ничем не жертвуют. Зато практически всем поступается
приднестровский народ и его государство.
Основная масса населения Молдовы уже давно «забыла» о том, что
рядом существует Приднестровское государство. Этот вопрос для них
неактуален. Возможно, они вспоминают об этом только проезжая по его
территории и глядя в окна автомобиля или поезда.
Приднестровье для них навсегда осталось где-то в прошлом. Все со¬
циологические исследования, проведенные в Молдове в последние годы,
убедительно подтверждают эту реальность - приднестровский вопрос
или приднестровская проблема для них не актуальна и в ряду приори¬
Молдо-приднестровское урегулирование
83
тетов находится где-то на 11-13 местах. «Присоединяй» к ним Придне¬
стровье, не «присоединяй» - у них остается все тот же уклад жизни, все
та же евро-румынская ориентация, все тот же государственный язык, все
то же государство - Молдова. Для приднестровцев же т. н. реинтеграция
будет означать насилие над их политической волей и самоопределением,
20 лет вычеркнутых из жизни, перестройку всех координат и сущностных
категорий общественной жизни, страшнейший психологический, духов¬
ный и личностный стресс, еще похуже чем во времена распада Советско¬
го Союза.
Разумеется, все это хорошо понимают в высоких кабинетах ЕС и в
американских политико-аналитических центрах, в которых пытаются
конструировать нынешние и будущие зоны политического влияния и про¬
движения. Но что для них - вершителей судеб, интересы и даже жизнь
какого-то приднестровского народа, в условиях глобального господства
талассократии?
Их, по большому счету, не волнует судьба самой России, которую они
низвели до уровня державы второго ранга и продолжают ее раскачивать и
ослаблять, доводя до категории распада.
Именно поэтому, для дальнейшего ослабления России им и понадоби¬
лось лишить ее еще и Приднестровья - исконно ментальной территории
России, как сегодня говорят идеологи - составной части Русской Земли,
лишить ее этого стратегического потенциала.
И вот тут-то мы сталкиваемся с очередным противоречием, противо¬
речием между стремлением России (по крайней мере декларируемом) к
своему возрождению, в том числе глобальному и узкоэгоистическими
интересами значительной части сегодняшнего российского политическо¬
го класса, который смотрит на современный мир, в том числе и на При¬
днестровье, с точки зрения духа буржуазности и быстрой адаптации к
Европе и США. Для таких «рыночных» политиков идея «Русской Земли»
или «Русского мира» - это скорее всего просто пустой звук, а подлинная
история - набор фактов и событий из запыленного архива, что на практи¬
ке означает продолжение политики сдачи своих (российских) позиций по
всему спектру проблем, в том числе по Приднестровью.
После возвращения из эмиграции в Россию великий русский философ
А. Зиновьев с горечью констатировал, что начиная с М. Горбачева и Б.
Ельцина в России наступила «Эра великого предательства».
А как еще можно назвать то, что первый президент СССР М. Горба¬
чев отпраздновал свое 80-летие не на родине - в России, а в Лондоне.
Это об очень многом говорит. Причем билеты на это торжество под на¬
84
званием «Человек, который изменил мир» стоили до 100 тысяч фунтов
стерлингов.
Вот что их, этих «рыночных» политиков, всегда интересовало и инте¬
ресует больше всего на свете - деньги. Ради этого они готовы пойти и на
прямое предательство и на развал собственной страны.
Многие представители сегодняшней интеллектуальной российской
элиты считают, что политическое предательство продолжается и в наши
дни. Крупнейший современный российский философ и социолог, еврази¬
ец А. Дугин в своем недавнем интервью отметил, что в России построен
проамериканский, либерально-демократический коррупционный режим.
Российские эксперты, изучающие феномен Приднестровья, по-
настоящему бьют тревогу в свете того, что приднестровская тематика це¬
ленаправленно исчезает из повестки дня массовой российской политики,
из средств массовой информации, а если и появляется, то часто в весьма
искаженном виде.
Население России постепенно начинает забывать, что есть такое При¬
днестровское государство, что там живут такие же россияне, как они, во
многом русские по национальности.
О том, что тональность российской политики на приднестровском на¬
правлении несколько меняется можно судить по прошлогоднему выска¬
зыванию В. Жириновского, который всегда подавал себя в качестве друга
Приднестровья и которого многие специалисты по пиару называют гово¬
рящей головой Кремля. Мы не поверили своим ушам, когда неожиданно
В. Жириновский заговорил совсем на другом языке, языке наших оппо¬
нентов - мол, хватит вам там цепляться за прошлое, давайте договаривай¬
тесь с Молдовой и живите в одном государстве.
Вместе с тем, это вовсе не означает, что Россия открыто «бросает»
Приднестровье. Россия по-прежнему является гарантом мира и безопас¬
ности для приднестровцев. Россия по-прежнему оказывает Приднестро¬
вью большую экономическую помощь. Россия по-прежнему остается для
Приднестровья единственным благожелательным внешнеполитическим
ориентиром. И как знать, если б не эта помощь России смогло бы При¬
днестровское государство выдержать все невзгоды и внешние давления?
И тем не менее, наделенные властью представители нового россий¬
ского политического класса, на сегодняшний день, мы подчеркиваем,
именно на сегодняшний день, одержимы идеей целостности Молдовы и
хотят, так сказать, побыстрее выдать Приднестровье замуж, пусть и за
нелюбимого, пусть и на условиях приживалки, но зато, в соответствии с
нормами западного цивилизованного мира, скажем по условиям Мемо¬
Молдо-приднестровское урегулирование
85
рандума Меркель-Медведев или еще по каким-либо не афишируемым до¬
говоренностям.
Может быть именно поэтому уважаемый нами российский посол в
РМ В. Кузьмин в одном из своих последних интервью совершенно неожи¬
данно для нас - приднестровцев сделал некое «сенсационное» открытие -
оказывается его личные наблюдения подтверждают результаты социоло¬
гических исследований, которые говорят о том, что значительная часть
населения Приднестровья стремится к реинтеграции. Нам бы очень хоте¬
лось, чтобы господин посол назвал хотя бы одно из этих исследований.
Что это? Искреннее заблуждение? Или все же нечто более знаковое и
целенаправленное?
Мы уже отмечали, что даже само слово реинтеграция не воспринима¬
ется абсолютным большинством приднестровских граждан. Если же гово¬
рить о социологических исследованиях, то все они, в том числе проведен¬
ные Центром социальных и политических исследований «Перспектива»,
демонстрируют совершенно другую картину, более 75% опрошенных
приднестровцев ни при каких условиях не хотят никакого объединения с
Молдовой. Поэтому не удивительно, что данные слова российского посла
уже вызвали резкую реакцию многих общественных движений и патрио¬
тических организаций Приднестровья.
Чрезвычайно важно то, что официальные российские лица в молдо-
приднестровском урегулировании придерживаются позиции равнопра¬
вия сторон и мирного решения всех возникающих разногласий. Однако
большой вопрос, как реализовать данные принципы, ибо интересы сторон
урегулирования кардинально противоположны.
Приднестровье видит себя только в качестве независимого суверенно¬
го государства, а политическое руководство Молдовы со своими западны¬
ми союзниками об этом и слышать не хочет.
О каком мирном молдо-приднестровском урегулировании может идти
речь, если на всем 20-летнем пути независимости, Приднестровье посто¬
янно испытывают на прочность всевозможными экономическими, финан¬
совыми, таможенными, транспортными, информационными и дипломати¬
ческими блокадами. Извините, это отнюдь не мирный путь. Да, это не
военный, но это разновидность силового урегулирования в пользу РМ.
Поэтому единственно справедливым, выстраданным и законным
для Приднестровья с точки зрения международного права путем молдо-
приднестровского урегулирования является продолжение реализации в
полном объеме права приднестровского народа на самоопределение, строи¬
тельство суверенного государства, права на свой политический выбор.

86
Похоже это даже понимают наши откровенные недоброжелатели. Так,
недавно, румынское издание «Дилемма Вече», комментируя реальности
молдо-приднестровского урегулирования, высказало предположение, что
лет через 15-20 молдавское общество примет сценарий юридического
отделения Приднестровья. Более того, в Кишиневе в настоящее время
спешно формируется политическая партия, основной задачей которой яв¬
ляется добиться отказа от политических последствий пакта «Молотова-
Риббентропа», т. е. отказа от Приднестровья. Как говорится - осталось
подождать, в историческом контексте, еще чуть-чуть.
Мы не побоимся сказать, что именно с Приднестровья, с придне¬
стровских референдумов 1989-1990-х гг., начался новый этап в мировом
развитии, в котором именно право народов на самоопределение стало
определять политическую картину современного мира.
Совершенно очевидно, что это право нельзя искусственно ранжиро¬
вать по каким-то там западным лекалам, определяя и взвешивая, сколько
его дать тому народу, а сколько другому и вообще - стоит ли его давать
этому народу.
Право народов на самоопределение - это цельная категория. Оно или
есть, или его нет. Только сам народ может определять уровень, качество и
наполнение этого права.
В связи с тем, что это право является важнейшим, основополага¬
ющим принципом современного международного права, центральным
пунктом Устава ООН, никакие рассуждения о территориальной целост¬
ности государства не могут подорвать его сущность и значение. Поэто¬
му, подчеркнем еще раз, территориальная целостность государства Мол¬
довы никакого отношения не имеет к праву приднестровского народа
на самоопределение, а посему не может являться препятствием для его
самоопределения.
Права человека, как и права народов всегда были и есть выше, чем
права государства. Несмотря на то, что люди населяющие нашу планету
достаточно разные как в расовом и национальном отношениях, так и по
духовной сущности, тем не менее, согласно Уставу ООН и Всеобщей Де¬
кларации прав человека - все они имеют равные права.
В силу чего и народы, населяющие нашу Землю, должны иметь одни
и те же права, а право на самоопределение народов должно стать господ¬
ствующим правом мироустройства. Это значит, что и подход к урегули¬
рованию различных конфликтов, отношений между народами и государ¬
ствами должен иметь общий знаменатель, исходить, как сказал в свое
время президент В. Путин, из одного критерия.

Молдо-приднестровское урегулирование
87
Референдум в Судане в очередной раз продемонстрировал нам, что
право на самоопределение выступает той международно-правовой нор¬
мой, которая является основой мирного разрешения противоречий и уста¬
новления добрососедских отношений между еще вчера враждовавшими
народами и территориями.
20 лет существования ПМР - это, конечно же, очень мало в истори¬
ческом контексте, но это очень много с точки зрения жизни одного по¬
коления. За эти годы в Приднестровье выросло новое поколение людей.
Сегодняшнее Приднестровье это во многом другая страна, по сравнению
с тем, какой она была в 1990 г. Совершенно очевидно, что историю нельзя
повернуть назад, хотя как вы видите, попытки в этом направлении пред¬
принимаются постоянно.
Западные стратеги попытались это сделать на Кипре, но ничего у
них из этого не вышло. Как утверждают ответственные за кипрские пе¬
реговоры, если до весны не будут найдены точки соприкосновения, при¬
дется предоставлять независимость и Турецкой Республике Северного
Кипра.
Почти ничего у них не получилось и при создании искусственного го¬
сударства Босния и Герцеговина (именно к такому результату видимо бу¬
дут толкать и Приднестровье). Его сегодняшние три различные общины
по-прежнему смотрят друг на друга через оптический прицел, что пред¬
полагает вероятный сценарий государственного распада.
Недавно нас, приднестровцев, несколько обнадежил в контексте при¬
менения общего подхода к рассматриваемой проблеме, министр ино¬
странных дел РФ С. Лавров. В частности он проинформировал журнали¬
стов о том, что Россия с рядом других государств разработала документ
о согласовании общих принципов урегулирования конфликтов, который
представлен в ЕС.
Приднестровский народ уже дважды проводил референдумы и дваж¬
ды «квалифицированным большинством» высказывался в поддержку не¬
зависимого суверенного Приднестровского государства - Приднестров¬
ской Молдавской Республики.
Отвечая свои западным оппонентам по вопросу Нагорного Карабаха,
президент Армении С. Саргасян сказал, что единственным способом уре¬
гулирования Нагорно-Карабахского конфликта является либо признание
результатов прошлого референдума, либо проведение нового референду¬
ма.
Мы убеждены, что если подобная дилемма встанет перед при¬
днестровским народом, он будет готов еще раз проявить свою полити¬
88
ческую волю, готов под самым строгим международным контролем
высказаться уже окончательно за суверенитет, за независимость При¬
днестровской Молдавской Республики. А политическое руководство
РМ должно проявить гражданскую и политическую мудрость и по¬
ступить аналогично тому, как поступил ныне президент Судана Омар
Хасан Ахмед аль-Башир - официально признать итоги референдума!

ЛЕГИТИМАЦИЯ САМООПРЕДЕЛИВШИХСЯ
ГОСУДАРСТВ В ФОКУСЕ
ЭЛЕКТРОННЫХ СМИ
ЛЕГИТИМНОСТЬ ПРАВА НА САМООПРЕДЕЛЕНИЕ
НАЦИИ НАГОРНО-КАРАБАХСКОЙ РЕСПУБЛИКИ
А.Г. АРУТЮНЯН
Нагорно-Карабахская Республика как будущий полноправный субъект
международного права, будучи непризнанным международным сообще¬
ством, продолжает жить своей нормальной жизнью, которая регулируется
не только Конституцией и внутригосударственным законодательством, но
и нормами международного права. Несмотря на то обстоятельство, что
непризнанность Арцаха не позволяет многим воочию ознакомиться с
происходящими в республике правовыми процессами, поскольку суще¬
ствует риск оказаться в «черных списках» Азербайджана, мы попытаемся
представить легитимность самоопределения народа Нагорно-Карабахской
Республики. Из нижеследующего материала станет ясно, что самоопреде¬
ление НКР абсолютно соответствует международному праву и действо¬
вавшему на то время законодательству СССР. Необходимость представле¬
ния данного материала обусловлена тем, что в процессе урегулирования
карабахского конфликта не уделяется надлежащего внимания его право¬
вой стороне, которая, понятно, не выгодна Азербайджану, поскольку про¬
тив веских правовых доводов карабахской стороны он не может предъя¬
вить соответствующих аргументов. Кроме того, давно уже пора, чтобы
карабахский конфликт был детально изучен и представлен всему миру с
правовой точки зрения.

90
Зарождение и утверждение принципа самоопределения наций и на¬
родов в международном праве обычно связывается с периодом Первой
мировой войны, однако, есть основания полагать, что идеология и прак¬
тика национального самоопределения имеет более глубокие и давние кор¬
ни. Еще в эпоху европейского Просвещения такие мыслители, как Локк,
Гроций, де Ваттель, Руссо, своими трудами создали предпосылки для
теоретического обоснования идеи национального самоопределения. Вы¬
движение концепции «народного суверенитета» в ходе Великой Француз¬
ской революции также заложило солидную основу для формулирования
принципа национального самоопределения1.
Утверждение принципа самоопределения - величайшее достижение
человеческой цивилизации. Он оказывает определяющее воздействие на
сам ход истории. Подавляющее большинство государств современного
мира возникло на юридической основе принципа самоопределения. Он
стал основой освобождения более сотни стран от колониализма и ино¬
странной зависимости. То же самое можно сказать в отношении госу¬
дарств, возникших на месте СССР2.
Право на самоопределение народов и наций как международный
принцип получило свое закрепление во многих международных докумен¬
тах, в частности в Уставе ООН, в статье 55, где написано, что «с целью
создания условий стабильности и благополучия, необходимых для мир¬
ных и дружеских отношений между нациями, основанных на уважении
принципа равноправия и самоопределения народов...». А это означает,
что право на самоопределение ООН видит в качестве основы дружеских
отношений между народами, а полное признание этого принципа - как
предпосылку сохранения международного мира и безопасности. Следова¬
тельно, отвергая право на самоопределение армян Арцаха, Азербайджан
сегодня откровенно препятствует установлению всеобщего мира в кавказ¬
ском регионе.
Принцип самоопределения неоднократно получал свое подтвержде¬
ние в других документах ООН, в частности в Декларации о предостав¬
лении независимости колониальным странам и народам 1960 г., Пактах о
правах человека 1966 г., Декларации о принципах международного пра¬
ва 1970 г. В Декларации принципов Заключительного акта СБСЕ особо
подчеркнуто право народов распоряжаться своей судьбой, однако в связи
с распадом колониальной системы вопрос о самоопределении наций по
большому счету решился3.
В Резолюции 1514 (XV) от 14 декабря 1960 г. Генеральная Ассамблея
ООН прямо указала, что «дальнейшее существование колониализма пре¬
Легитимация самоопределившихся государств
91
пятствует развитию международного экономического сотрудничества, за¬
держивает социальное, культурное и экономическое развитие зависимых
народов и идет вразрез с идеалом Организации Объединенных Наций, за¬
ключающимся во всеобщем мире». В иных документах ООН выражено
главное в нормативном содержании принципа самоопределения. Так, в
Декларации о принципах международного права 1970 г. сказано: «Созда¬
ние суверенного и независимого государства, свободное присоединение
к независимому государству или объединение с ним, или установление
любого другого политического статуса, свободно определенного народом,
являются формами осуществления этим народом права на самоопределе¬
ние».
Согласно статье 1 международного Пакта о гражданских и политиче¬
ских правах, «все народы имеют право на самоопределение. В силу этого
права они свободно устанавливают свой политический статус и свобод¬
но обеспечивают свое экономическое, социальное и культурное развитие.
Все народы для достижения своих целей могут свободно распоряжаться
своими естественными богатствами и ресурсами без ущерба без каких-
либо обязательств, вытекающих из международного экономического со¬
трудничества, основанного на принципе взаимной выгоды, и из между¬
народного права. Ни один народ ни в коем случае не может быть лишен
принадлежащих ему средств существования. Все участвующие в настоя¬
щем Пакте государства, в том числе те, которые несут ответственность
за управление несамоуправляющимися и подопечными территориями,
должны, в соответствии с положениями Устава Организации Объединен¬
ных Наций, поощрять осуществление права на самоопределение и ува¬
жать это право».
Подобная статья получила свое закрепление в международной Декла¬
рации об экономических, социальных и культурных правах 1966 г.
Еще в 1952 г. Конгресс ООН объявил, что право на самоопределение
народов и наций является предпосылкой для насаждения всех фундамен¬
тальных прав человека. Конгресс также заявил, что «страны ООН долж¬
ны содействовать принципу самоопределения народов и наций».
14 декабря 1960 г. ООН приняла Декларацию «О предоставлении не¬
зависимости колониальным странам и народам». Статья 2 указывает на
то, что «все народы имеют право на самоопределение; в силу этого права
они свободно устанавливают свой политический статус и осуществляют
свое экономическое, социальное и культурное развитие». Это факт, ко¬
торый утверждает, что освобождение Карабаха от колониального ярма
1988-1991 гг. и признание независимости НКР имеют прочную правовую
92
основу. НКР тоже освободилась от колониального ярма, которое было на¬
ложено на нее решением от 5 июля 1921 г. Кавбюро ЦК РКП(б).
В Декларации тысячелетия ООН 2000 г. говорится о праве «на само¬
определение народов, которые остаются под колониальным господством
и иностранной оккупацией»4.
Современный мировой порядок мыслйм лишь как система организо¬
ванных в государства народов. Субъектом права на самоопределение яв¬
ляется именно народ, нация, а не любая социальная, этническая или ре¬
лигиозная общность. Касаясь этого вопроса, Генеральный секретарь ООН
Б. Бутрос Гали говорил: «Нация не является племенем: в реальности одно
противоположно другому. Нация - это обязательно выход за рамки базо¬
вых обществ, это объединение нескольких из них... Задача нации как раз
и заключается в том, чтобы преобразовать примитивные антагонизмы и
создать пространство солидарности, благодаря чему она и является очень
современным понятием, которое мы находим в Уставе Организации Объ¬
единенных Наций»5.
Так, один из разработчиков Устава ООН - профессор Б.С. Крылов
утверждает, что «ООН ставит своей целью развитие дружественных отно¬
шений не только между своими членами-государствами («nations»), но и
между народами («peoples»), входящими в состав суверенных государств
и не имеющими своего государственного бытия»6. Советский ученый Д.Б.
Левин настаивал на том, что нация как таковая не может быть единствен¬
ным участником международно-правового регулирования. И.А. Умнова
подчеркивает, что правильнее считать субъектом права на самоопределе¬
ние народ, а не нацию. Такую же позицию отстаивает и Л.Ф. Болтенкова7.
В полном согласии с этой логикой Ю.Г. Барсегов определяет, что сторо¬
нами правоотношений, связанных с самоопределением, являются народ,
стремящийся воспользоваться своим неотъемлемым правом, и государ¬
ство, в границах которого пребывает этот народ8.
С.В. Черниченко считает, что принцип самоопределения народов
включает в себя следующие элементы:
-	все народы и нации имеют право на самоопределение;
-	все участники международного общения обязаны уважать это право;
-	оно реализуется путем свободного волеизъявления данного народа
или нации;
-	его реализация исключает какое-либо давление, принуждение или
вмешательство извне;
-	оно означает возможность выбора между государственным отделе¬
нием данного народа или нации и вхождением его (ее) на тех или иных
Легитимация самоопределившихся государств
93
условиях в другое государство, то есть свободный выбор политического
статуса;
-	оно означаег также возможность выбора формы государства (т. е.
формы правления, государственного устройства, политического режима);
-	оно, наконец, означает возможность выбора социально-эконо¬
мического строя и путей своего развития9.
Стоит привести некоторые статистические данные, которые свиде¬
тельствуют о том, что в Нагорном Карабахе жили и живут армяне. Вот эти
данные: в 1823 г. население Нагорного Карабаха составляло 36500 чело¬
век, из них армяне - 84,6%'°, 1832-1833 гг. - население - 26100, армяне -
84%", 1850 гг. - население - 43500, армяне - 83%12, 1886 г. - населе¬
ние 116800, армяне - 84,8%, а население города Шуши - 26800, армяне -
56,6%13, 1897 г. - население 128 600, армяне - 82,7%14, 1921 г. - 131 500,
армяне - 94,4%15, 1926 г. ИКАО - 125 300, армяне - 89,1 %16.
«Независимо от того, каким образом был поставлен данный народ
под власть государства - насилием или добровольно, он продолжает оста¬
ваться субъектом самоопределения, - пишет Ю.Г. Барсегов. - Неотъем¬
лемость и непогашаемость права народа на самоопределение связаны с
самой сутью этого права, с его характером, содержанием и правовой при¬
родой. Субъектом и дестинатором этого права является народ. Оно суще¬
ствует вместе с народом и, следовательно, независимо от существования
того или иного государства. Последнее может появиться и исчезнуть, но
народ всегда будет носителем права на самоопределение»17.
Право на самоопределение народа НКР неуязвимо, ибо организован¬
ные, начиная с 1988 г., демонстрации и митинги, затем факт провозгла¬
шения Нагорно-Карабахской Республики, становление государственных
институтов дают основание заключить, что все процессы, которые проис¬
ходили до и после провозглашения, соответствуют букве и духу междуна¬
родного права, действовавшему законодательству СССР, внутригосудар¬
ственным правовым актам, принятым на их основе. Это факт, который
невозможно ни оспаривать, ни опровергать.
2 сентября 1991 г.' Нагорно-Карабахская Республика приняла Де¬
кларацию «О провозглашении НКР», которой юридически реализовала
свое право на самоопределение, затем логически последовало юриди¬
ческое закрепление независимости 10 декабря 1991 г. путем всенарод¬
ного референдума. В референдуме приняли участие 108 736 человек, и
подавляющее большинство - 99,89% - высказалось за независимость
Нагорно-Карабахской Республики. В упомянутом документе закреплено
«основываясь на действующей Конституции и законах Союза ССР, предо¬
94
ставляющих народам автономных образований и компактно проживаю¬
щим национальным группам право на самостоятельное решение вопроса
о своем государственно-правовом статусе в случае выхода союзной ре¬
спублики из СССР».
Таким образом, во время принятия Декларации народ НКР реализо¬
вал положения Закона СССР от 3 апреля 1990 г. «О порядке решения во¬
просов, связанных с выходом союзной республики из СССР», статья 2
которого гласит, что «решение о выходе союзной республики из СССР
принимается свободным волеизъявлением народов союзной республики
путем референдума (народного голосования)».
Право на самоопределение - одно из тех естественных прав, кото¬
рое не может быть ограничено какими-либо международными правовыми
нормами, договорами или Конституцией страны. НКР реализовала свое
право на самоопределение, основываясь на международных документах
и путем последовательного выполнения процедур, принятых в междуна¬
родной практике.
Принцип территориальной целостности отражает то, на что имеют
право государства. Принцип права на самоопределение фиксирует то, на
что имеют право народы. Для либерализма, социал-демократии и комму¬
низма государство существует для народа, права народа первичны и пер¬
вично право на его самоопределение18.
Вместе с урегулированием карабахского конфликта в политических
кругах стали обсуждаться два международных принципа, которые, по
мнению некоторых авторов, противоречат друг другу. Речь идет о прин¬
ципах народов и наций на самоопределение и территориальной целост¬
ности. Нарушение принципа территориальной целостности однозначно
связано с захватом территории суверенного государства другим государ¬
ством, а не с самоопределением народа, живущего на территории государ¬
ства и основанием нового государства. Право на самоопределение связано
не только с территориальной целостностью, но и с другими принципами
международного права, в первую очередь, с уважением прав человека.
Упреки Азербайджана в том, что право на самоопределение народа
НКР нарушило территориальную целостность страны, также лишены
каких-либо правовых основ, поскольку НКР появилась в «составе» Азер¬
байджана по решению Кавбюро РКП(б), которое таким правом не наде¬
лялось.
Бывший сопредседатель Минской группы с проазербайджанской по¬
зицией Брайза часто любил повторять: «Есть правовой принцип террито¬
риальной целостности государств и есть политический принцип народов
Легитимация самоопределившихся государств
95
на самоопределение». Однако в действительности существует противо¬
положное явление. Упоминание этих правовых документов отнюдь не са¬
моцель. Как принцип международного права, право на самоопределение,
безусловно, отражает справедливое требование армян Арцаха. Отклоне¬
ние от этого является попранием прав человека. Между тем, ситуация
иная в случае принципа «территориальной целостности», на который де¬
лает упор Азербайджан. В данном случае не существует принципа «тер¬
риториальной целостности»: власти Азербайджана отлично осознают,
что с точки зрения международного права их основы обветшалые, что
не существует какого-либо правового документа, которым современная
Азербайджанская Республика могла бы обосновать свои претензии в от¬
ношении Республики Арцах. Баку также не имеет какого-либо правового
довода в пользу того, что Нагорный Карабах когда-то был частью геогра¬
фической территории или суверенного государства под названием «Азер¬
байджан».
Человечество не должно забывать, что название «Азербайджан» по¬
явилось только в 1930-х гг., а новое государственное образование было
создано искусственно. Следует помнить, что народ или нация под назва¬
нием «азербайджанцы» не существовали, их предками были кавказские
татары.
Одно время азербайджанская сторона постоянно спекулировала той
мыслью, что право на самоопределение лишено правового содержания и
что в случае Карабаха речь вовсе не идет о самоопределении, посколь¬
ку Карабах, якобы, является исконной азербайджанской территорией. В
противовес этому можно привести следующий довод, который в послед¬
нее время стал объектом интереса не только армянских, но и зарубеж¬
ных исследователей: в ходе раскопок еще раз было подтверждено, что на
территории Арцаха существовал город под названием Тигранакерт и не
только. Многие культурные монументы и памятники являются вырази¬
тельными свидетельствами того, что Арцах является армянской землей.
Уж не говорим о свидетельствах армянских и зарубежных историографов.
Цель приведения данных доводов в том, что в урегулировании карабах¬
ского конфликта вообще не может идти речь о территориальной целост¬
ности, о чем привыкли говорить азербайджанцы. Отсюда вытекает ясный
вывод: человек (или государство) не могут требовать того, что раньше им
не принадлежало. И как утверждает Александр Тарасов, «армяне Арца¬
ха (Нагорного Карабаха) имели не только национально-культурную, но и
национально-территориальную автономию (хотя и редуцированную поч¬
ти до национально-культурной), но это их не удовлетворило»19.

96
Знатоки международного права по разным поводам констатировали
следующее: «В рамках действующего международного права право на са¬
моопределение высшее в отношении территориальной целостности» или
«принцип территориальной целостности нельзя противопоставить прин¬
ципу наций на самоопределение и препятствовать его реализации».
Если раньше разными органами и должностными лицами было выра¬
жено мнение о том, что между принципами самоопределения и террито¬
риальной целостности существует противоречие, то сейчас ответ на этот
вопрос дал Международный суд ООН в Гааге, который не является новиз¬
ной в международном праве, а лишь констатирует уже существующее.
Стоит процитировать слова Председателя международного суда ООН
Хисаши Овада: «Международное право не содержит препятствия для про¬
возглашения независимости». А по мнению американского официального
представителя, «международное право не запрещает провозглашения не¬
зависимости и не требует для этого разрешения».
В доктрине и практике принцип самоопределения зачастую понима¬
ется как принцип одноразового действия, как право избрать форму своего
государственного существования. Однако из содержания принципа следу¬
ет, что речь идет о постоянно действующем праве народа свободно опре¬
делять свой политический статус. Главная цель права на самоопределение
состоит в обеспечении народу возможности демократическим путем, без
вмешательства извне определять характер общества и государства, основ¬
ные направления его внутренней и внешней политики20.
Сказанное нашло отражение в Заключительном акте СБСЕ 1975 г. В
нем говорится о принципе равноправия и права народов распоряжаться
своей судьбой. В соответствии с этим принципом «все народы имеют
право в условиях полной свободы определять, когда и как они желают,
свой внутренний и внешний политический статус без вмешательства из¬
вне и осуществлять по своему усмотрению свое политическое, экономи¬
ческое, социальное и культурное развитие». Таково современное понима¬
ние принципа самоопределения во взаимоотношениях демократических
государств21.
Таким образом, в обобщенном виде можно сказать:
-	та территория, на которой жил и живет народ Арцаха, с древних
времен принадлежит ему, и на небольшой части этой территории два де¬
сятилетия тому назад было образовано легитимное государство;
-	все шаги, которые предпринял Арцах в ходе реализации права на са¬
моопределение, соответствуют международному праву, действовавшему
законодательству СССР и т. д.;

Легитимация самоопределившихся государств
97
-	несмотря на то, что в международном праве используется право
на самоопределение народов и право на самоопределение нации, и они
равнозначны, в случае Арцаха можно использовать право на самоопреде¬
ление нации, поскольку на нашей территории живет нация, а не предста¬
вители разных наций;
-	поскольку Азербайджан является членом ООН и присоединился к
ряду международных документов, то, не уважая право на самоопределе¬
ние народа Арцаха, он одновременно демонстрирует неуважительное от¬
ношение к ООН и принятым ею документам, то есть к международному
праву.
‘.Кочарян В. Зарождение, развитие и современное содержание принципа само¬
определения народов в международном праве И Принцип самоопределения народов и
проблемы его реализации в современном международном праве. Сб. науч. ст. - Ереван,
2009.-С. 5.
2	Барсегов Ю.Г. Обязательная сила права народов на самоопределение и средства
его обеспечения И Серия «Нагорный Карабах». - Вып. № 1. - 1993. - С. 7.
3	Шлянцев Д.А. Международное право: курс лекций. - М., 2006 // www.alleng.ru
4	Лукашук И.И. Международное право. Общая часть: учебник для студентов юри¬
дических факультетов и вузов. - Изд. 3-е, перераб. и доп. - М., 2005 // www.alleng.ru
5	Бутрос Б.Г. Речь в Институте государства и права Российской академии наук по
случаю присуждения звания почетного доктора права. - Москва, 1992. - 7 сентября.
6	Крылов Б.С. Материалы к истории Организации Объединенных Наций. - Вып.
1.-М., Л., 1949.-С. 106-107.
7	Левин Д.Б. Принцип самоопределения народов в международном праве И «Со¬
ветский ежегодник международного права». - М., 1963. - С. 32; Умнова И.А. Консти¬
туционные основы современного российского федерализма. - М., 1998. - С. 154; Бол-
тенкова Л.Ф. Российская государственность: состояние и перспективы. - М., 1995. -
С. 62.
8	Барсегов Ю.Г. Право на самоопределение - основа демократического решения
межнациональных проблем. - Ереван, 1989. - С. 29.
9	Черниченко С.В. Принцип самоопределения народов (современная интерпрета¬
ция) И Московский журнал международного права. - № 4. - 1996. - С. 5.
10	Национальный Архив Армении, ф. 93, оп.1, д. 163, Камеральное описание Ка¬
рабахской провинции 1823 г. действительным статским советником Могилевским и
полковником Ермоловом Вторым. - Тифлис, 1866.
11	НАА, ф. 93, on. 1, дд. 49, 50, 51, Камеральное описание Карабахской провинции
на 1832-1833 гг.
12	Кавказский календарь на 1852 г. - Тифлис, 1851, С. 430-433, Кавказский кален¬
дарь на 1856 г. - Тифлис, 1855. С.358-359, 376, 441

98
13	Свод статистических данных о населении закавказского края извлеченных из
посемейных списков 1886 г. Елисаветпольская губерния. - Тифлис 1893 г. С. 438-463,
510-527.
14	Первая всеобщая перепись населения Российской Империи 1897 г. Елисавет¬
польская губерния, книга 63, СПб., 1904. Исторический архив России, ф. 1290, оп. 11,
дд. 636, 638, 695.
15	Нагорный Карабах за годы Советской власти. - Степанакерт, 1968. - С. 7.
16	Ходжа бе кян В.Е. Воспроизводство и перемещения населения Армении в
19-20 вв., на пороге 21-ого века. - Ереван, 2002. - С. 286. (на арм. яз.)
17	Козлов А.Е. Право на самоопределение как принцип международного права и
конституционное право человека // Права человека и межнациональные отношения. -
М., 1994.-С. 70-71.
11	Черняховский С. Территориальная целостность и право на самоопределение.
В международном праве эти принципы не равнозначны // http://www.novopol.ru/-
territorialnaya-tselostnost-i-pravo-na-samoopredeleni-text51183.html
19	Тарасов А. Право народов на самоопределение как фундаментальный демокра¬
тический принцип И http://saint-juste.narod.ru/natio.htm
20	Международное право: Учебник / Отв. ред. Е.Т. Усенко, Г.Г. Шинкарецкая - М.,
2003.-С. 54.
21	Лукашук И.И. Международное право. Общая часть: учебник для студентов
юридических факультетов и вузов. - Изд. 3-е, перераб. и доп. - М., 2005 // www.alleng.
ru

ПРИЗНАНИЕ РОССИЕЙ РЕСПУБЛИКИ АБХАЗИЯ:
ПОДВОДЯ НЕКОТОРЫЕ ИТОГИ
В.А. ЧИРИКБА
Три года прошло со дня дипломатического признания Абхазии Рос¬
сийской Федерацией*. Для многих, даже в самой Абхазии, это стало не¬
ожиданностью. Тем не менее, это был глубоко закономерный шаг, под¬
ытоживающий почти два десятилетия интенсивных российско-абхазских
отношений, в которых Россия проявила себя как защитник и гарант за¬
конных интересов народа Абхазии, а Абхазия - как ее надежный страте¬
гический партнер и союзник.
Дипломатическое признание Абхазии Россией и другими странами-
членами ООН заставило многих в Грузии и за ее пределами понять, что
Абхазия окончательно стала на путь самостоятельного развития, и что
надежды на ее возвращение под контроль Грузии являются несбыточной
утопией.
Российско-абхазские отношения выдержали испытание временем.
Обе стороны получили большие стратегические преимущества от своего
союза. Тем не менее, отношения между двумя странами нуждаются в по¬
стоянной гармонизации, на основе диалога, компромисса и учета интере¬
сов друг друга.
Россия, ее бизнес являются основными инвесторами в Абхазии. Наша
страна должна в краткие сроки полностью восстановить всю свою уста¬
ревшую инфраструктуру, активизировать мелкий и средний бизнес, под¬
нять сельскохозяйственное производство, существенно повысить качество
и уровень жизни всех граждан Абхазии. Без российской экономической и
технологической помощи все это является неосуществимым.
Абхазия признана пятью странами-членами ООН. Много это, или
мало? Если вспомнить, что во время войны народа Абхазии, а также в
период антигуманной блокады со стороны стран СНГ, речь шла о выжи¬
вании абхазского государства в крайне неблагоприятных условиях изоля¬
100
ции и постоянной угрозы нового грузинского вторжения, то сейчас, после
признания Абхазии Россией, мы уже можем говорить о начале вовлечения
Абхазии в мировой политический и экономический процесс. Если учесть
тот немаловажный факт, что среди признавших Абхазию стран - Россий¬
ская Федерация, мировая держава, постоянный член Совбеза ООН, то
можно сказать, что прогресс в деле укрепления своей государственности
и обеспечения безопасности, который Абхазия достигла за этот весьма
небольшой исторический срок, просто огромный.
Но в чем смысл существования независимого абхазского государства?
Для того чтобы использовать все его ресурсы для осуществления главной
стратегической цели - сохранения абхазского этноса, языка и культуры в
жестких условиях глобализации и конкуренции со стороны более круп¬
ных языков и культур. Если исчезнет абхазский язык, если из-за слабой
демографической политики нашего руководства и бесконтрольной имми¬
грации абхазский этнос вновь окажется незначительным меньшинством
на своей Родине, если мы утратим свое национальное лицо и важные эле¬
менты традиционной культуры, то борьба будет нами проиграна, и тог¬
да абхазское государство потеряет всякий смысл. Об этом всем нам надо
помнить, поскольку язык, демография и культура, наряду с экономикой и
правопорядком, должны являться приоритетами в деятельности любого
руководства Абхазии.
На международной арене Россия активно защищает интересы Абха¬
зии. Это мы ясно видим и в ходе Женевского процесса. Многие у нас кри¬
тикуют переговоры в Женеве за то, что они не приносят скорых резуль¬
татов. Но согласитесь, чудес не бывает. Ведь отношения между Абхазией
и Грузией уже давно находятся на нулевой точке. И добиться от Грузии
подписания двустороннего договора о неприменении силы является весь¬
ма сложной задачей. Ведь для грузинского руководства психологически
это было бы равносильно признанию Абхазии. А на это оно пока идти
не готово. Но давайте подумаем о более широком международном кон¬
тексте Женевских дискуссий. Ведь в них участвует не только Грузия. В
ходе Женевского процесса происходит очень важное для Абхазии прямое
и регулярное взаимодействие наших представителей с высокопоставлен¬
ными чиновниками из Евросоюза, ООН и ОБСЕ, с высокопоставленными
дипломатами из США и других стран. В Женеве мы регулярно сверяем
часы с нашими коллегами и партнерами из Российской Федерации и Юж¬
ной Осетии. Женева - это единственный доступный нам канал прямой
связи с этими важнейшими странами и организациями, где представите¬
ли Абхазии имеют возможность высказывать свою точку зрения на суще¬
Легитимация самоопределившихся государств
101
ствующие проблемы в области безопасности. Другого такого канала нет,
и в таком масштабе пока вряд ли представится. И вообще, мы не можем
позволить себе отсутствовать на тех международных переговорах, на ко¬
торых напрямую обсуждается положение дел вокруг Абхазии, вопросы ее
безопасности.
Мне уже приходилось об этом говорить, и я повторюсь: по моему
убеждению, в Женеве Запад, да и Грузия, готовят себя к мысли о неиз¬
бежности своего признания Абхазии.
Это очень хорошо видно наблюдая динамику Женевского процесса со
времени его начала в 2008 г. Это видно и по развернувшейся дискуссии
в Грузии по поводу необходимости признания Абхазии, чтобы выйти из
тупика в наших отношениях. На Западе многие все больше задаются во¬
просом - а почему собственно и нет, почему, если Запад признал Косово,
этого же не заслуживает и Абхазия? Теперь, после Эритреи, Словакии,
Черногории, Восточного Тимора, Косова, Южного Судана, противиться
идее признания Абхазии означает, по существу, идти против времени.
И это осознает все большее число западных экспертов и специалистов-
международников. Вслед за этим, неизбежно, последует и «прозрение»
политиков. Но здесь и Абхазия должна активнее работать, и не ждать,
когда ее кто-то заметит и решит признать. Абхазия должна энергично
продвигать идею своего признания, используя все современные техноло¬
гии, а также прямые контакты. От нее зависит, конечно, не все, но очень
многое. И это тоже мы должны ясно понимать.
Касаясь перспектив широкого международного признания Абхазии,
можно утверждать, что они есть, и они очень серьезные. Просто надо дать
время Евросоюзу, Америке, миру в целом свыкнуться с мыслью, что Аб¬
хазия никогда больше не станет частью Грузии, что возврат к прежнему
положению вещей невозможен. А такие иллюзии у многих на Западе все
еще есть. И участие Абхазии в международных Женевских дискуссиях
здесь весьма кстати - крупнейшие мировые политические игроки воочию
убеждаются, что сосуществование Абхазии и Грузии в рамках одного го¬
сударства, вопреки тому, что им говорят в Грузии, на самом деле невоз¬
можно и неосуществимо.
Если мы докажем прежде всего самим себе, а также и остальному
миру, что мы можем построить эффективное, демократическое, право¬
вое и экономически самодостаточное государство, то никаких аргументов
против признания Абхазии ни у кого просто не останется. Уже сейчас
мировые индексы степени демократичности государств ставят Абхазию
на один уровень с Грузией. Но в отличие от Грузии, где смена власти уже
102
третий раз подряд происходит насильственным путем, Абхазия показы¬
вает большую политическую зрелость как общества в целом, так и его
институтов. Выборы президента Абхазии еще раз подтвердят эту высо¬
кую репутацию истинно демократического общества, которой наш народ
имеет полное право гордиться.
Ф Приведено по: http://apsnypress.info/analytic/4003.html

ПРАВО НАРОДОВ НА САМООПРЕДЕЛЕНИЕ.
ЗАЩИТА МЕНЬШИНСТВ
В СОВРЕМЕННОМ МЕЖДУНАРОДНОМ ПРАВЕ
С. В. ЧЕРНИЧЕНКО
Защита прав меньшинств тоже относится к тематике прав человека.
Я хочу напомнить вам о том, что оба Международных Пакта о правах
человека 1966 г. начинаются как раз с сентенции о праве народов на са¬
моопределение*. И вообще, принцип равноправия и самоопределения
народов закреплен в Уставе ООН и является одним из основных прин¬
ципов современного международного права. В связи с этим я хотел бы
подчеркнуть, что права человека бывают не только индивидуальными, но
и коллективными. Вот, например, право на самоопределение - как раз кол¬
лективное право.
Если говорить о правах меньшинств, то здесь существует два подхо¬
да. Говоря о меньшинствах, можно иметь в виду индивидуальные права,
а можно - права меньшинств в целом. Вопросы эти взаимосвязаны, хотя
каждому из них можно было бы посвятить отдельную лекцию.
Почему я решил начать именно с права на самоопределение? Вы сами
понимаете: тут и Чечня, тут и палестинцы. Здесь можно было бы погово¬
рить и о терроризме, но это отдельная тема - «права человека и борьба с
терроризмом». Вопрос о самоопределении действительно актуальный и,
когда мы слышим выражение «самоопределение народов или наций», то,
прежде всего, возникает мысль об отделении. Ведь люди старшего по¬
коления помнят еще так называемую «формулу Ленина». У Ленина есть
две работы, посвященные этой тематике - «О праве наций на самоопреде¬
ление» и «Критические заметки по национальному вопросу». Ленин там
прямо говорит о том, что право на самоопределение наций - это право
той или иной нации на отделение от какого-либо государства, от чуже-
национального коллектива и на создание собственного государства. Но,
между прочим, уже в советское время и не только у нас, но и на между¬
104
народной арене на это право стали смотреть несколько иначе. Это будет
очевидно, если мы возьмем Устав ООН и обратимся к толкованию, кото¬
рое в нем дается этому праву.
Прежде всего, давайте разберемся вот с чем: право наций на самоо¬
пределение или право народов на самоопределение?
Честно говоря, я до сих пор не знаю, почему составители Устава ООН
употребили термин народ, а не нация. Может быть, потому что в англий¬
ском языке понятие nation (нация) равнозначно государству. А, может, это
вышло случайно. Я не знаю. Но, в общем-то, хороший документ получил¬
ся. До сих пор его боятся трогать, хотя разговор о необходимости рефор¬
мирования ООН, в том числе, реформировании системы прав человека в
рамках ООН давным-давно ведется. Так вот, понятие народ, несомненно,
более широкое. Конечно, и народ, и нация - понятия социальные. Пожа¬
луйста, не путайте их с этносом. Понимаете, мы же не говорим о праве
этноса на самоопределение, это просто глупо звучало бы. Потому что эт¬
нос - явление природное, а нация или народ - это, если можно так ска¬
зать, переложение этноса на социальные рельсы, не буквально, конечно,
а в какой-то степени. Я вас сейчас возможно шокирую, сказав, что, по-
моему, до сих пор в международном праве работает определение наций,
данное еще И.В. Сталиным. Правда, он это определение в значительной
степени заимствовал у известного итальянского деятеля Манченни. Если
вы сравните источники, то увидите, что не с потолка Иосиф Виссарио¬
нович брал свое определение наций. Это произошло примерно в 1912 г.
в работе «Марксизм и национальный вопрос». Он тогда, видимо, даже и
не думал, что станет тем, в кого он превратился позднее. Тогда он просто
честно отрабатывал свой хлеб. Я не цитирую, а просто передаю общий
смысл. Так вот, Сталин говорил, что нация - это исторически сложившая¬
ся устойчивая общность людей, возникшая на базе общности территории,
экономической жизни, языка и психического склада, выражающегося в
общности культуры.
С этим трудно поспорить. Ну, хорошо, а народ? Вот тут я вспоминаю
«круглый стол», проходивший некоторое время назад в помещении Госу¬
дарственной Думы, но к Думе это событие не имело никакого отношения.
А организовал его Институт прав человека, это такая неправительствен¬
ная организация. Проводил этот круглый стол академик Коландаров. Так¬
же туда был приглашен Затулин, в то время еще не бывший депутатом.
Он тогда был директором Института СНГ. Мы говорили о разделенных
народах и он, в частности, сказал о разделенном русском народе. Я ему
возразил, что не надо русский народ приравнивать к разделенным наро¬
Легитимация самоопределившихся государств
105
дам, а вот, к примеру, курды - действительно разделенный народ. На что
он ехидно потом мне заметил, что он вообще-то больше озабочен не кур¬
дами, а судьбой русского народа. Когда он заговорил о российском наро¬
де, мне пришлось ответить ему, что действительно, может быть, и стоит
говорить о российском народе, но нельзя говорить о российской нации.
Я приведу такой пример. Всем известно, что в Бельгии живут фла¬
мандцы и волоны, и они друг друга не любят. Волоны по-французски го¬
ворят, а фламандский - это, в сущности, голландский язык. С голландским
у него минимальное различие, по-моему, в каких-то буковках, если оно
вообще есть. Так вот, если вы приедете в Бельгию, то никто из бельгий¬
ских граждан Вам не скажет: «Я бельгиец». Они обязательно вам скажут:
«Я волон» или «Я фламандец», но перед лицом внешнего мира они ощу¬
щают себя бельгийцами. То есть, понимаете, две нации, а народ - один.
Я не исключаю, что рано или поздно может произойти то же самое, что,
скажем, в свое время с Чехословакией произошло. Так что, понимаете:
народ - понятие более широкое, чем нация.
Еще один характерный пример. Любимая мною Швейцария. Просто
я часто туда ездил в течение 25 лет заниматься правами человека в ООН.
Там 4 нации: германоязычные швейцарцы, франкофоны, италоговорящие
швейцарцы и маленький кантон, в котором говорят на языке, о существо¬
вании которого многие не знают - ретророманском. Он тоже относится
к группе романских языков, но нигде, кроме этого кантона, на нем не
говорят - он сохранился каким-то чудом! Тут такие любопытные вещи
наблюдаются. Скажем, в армии команды отдаются на французском язы¬
ке, а во франкоязычной части на службу в полицию предпочитают брать
немецко-говорящих швейцарцев - их считают более жесткими, что и
нужно для полиции. Франкофоны не любят тех, кто говорит по-немецки,
а их там большинство - две трети. Кстати, у них свой немецкий. Тот,
кто знает классический немецкий, не поймет, когда швейцарец будет го¬
ворить на швейцарском немецком. У них и газеты выходят, и программы
на немецко-швейцарском языке. И Боже упаси сказать немецкоговоряще-
му швейцарцу, что он немец! Может быть, вы помните повесть Рыбако¬
ва «Тяжелый песок», в которой автор наивно пишет, что герой, который
влюбился в еврейскую девушку, был немцем из Швейцарии. Не немцем
он был, а немецко-говорящим швейцарцем! По отношению к внешнему
миру швейцарцы чувствуют себя, конечно, единым народом.
Вот я и думаю, как определить народ после всех этих разговоров?
Уберите общность языка, и вы получите народ. Я, может быть, упро¬
щаю. Но уберите, скажем, монолитную общность психического склада,
106
выражающегося в общности культуры. Но какие-то элементы общности
культуры есть. Давайте вспомним ту же Бельгию. Характерный пример:
Шарль де Кастер с его Тиллем Уленшпигелем. Шарль де Кастер - волон,
он о фламандском герое Тилле Уленшпигеле написал на французском
языке. Де Кастер жил во фламандской части страны, там есть его музей,
его дом остался. Так вот, его фламандцы недолюбливали за то, что он про
их героя написал по-французски. А волоны его недолюбливали за то, что
он свое произведение написал о фламандском герое. В то же время все
они гордятся им, как автором шедевра всемирной литературы. Вот вам и
общее наследие, элемент общей культуры.
Кстати, о народах пришлось вспомнить еще в период деколонизации.
Есть народы в Африке. Типичный пример - Намибия, где нации просто
не сложились, и если покопаться, то там одни племена плюс тонкая про¬
слойка интеллигенции, а родовые связи очень сильны, даже в городе.
Но народ там все-таки есть, и от этого никуда не денешься. Ведь есть
общность территории. Не будем углубляться в эту тему, я хочу подчер¬
кнуть лишь следующее: не отрицая права наций на самоопределение, мы
всегда должны подчеркивать, что приоритет за правом народа на самоо¬
пределение.
Иногда мы употребляем термин народ в значении нации, особенно
когда речь идет о мононациональном государстве. Но дело в том, что
идеального мононационального государства не существует. Всегда есть
какие-то инокровные примеси. Между прочим, мы об этом вспоминаем,
когда защищаем права русскоязычного населения в Латвии. Мы говорим,
что нельзя так сужать вопрос о праве латышей как нации на самоопреде¬
ление, корректнее говорить о праве на самоопределение народа Латвии.
Ведь в свое время 38% русскоязычного населения Латвии высказалось за
независимость этой страны, а потом некоторые политические силы стали
оттирать это самое население от участия в политической жизни. На эту
тему можно говорить отдельно.
Давайте посмотрим на следующее. Если брать толкование понятия
«право на самоопределение», вытекающего из принципа самоопределе¬
ния народов, что же оно собой представляет? Каково его содержание?
В 1960 г. Генеральная Ассамблея ООН приняла Декларацию «О пре¬
доставлении независимости колониальным странам и народам». Тогда,
между прочим, в нашей юридической литературе путали понятия нации
и народа. Нас вообще тогда это не волновало, мы считали, что живем уже
в светлом завтра. Затем, в 1970 г., был принят более любопытный доку¬
мент - известная Декларация «О принципах международного права». На
Легитимация самоопределившихся государств
107
самом деле, у нее длинное название, но мы кратко ее называем так. Эта
декларация была принята в 1970 г., на юбилейной сессии Генеральной
Ассамблеи без голосования. В ней содержится единодушное толкование
ведущих принципов международного права ООН. Это придает элемент
обязательности этому толкованию, хотя формально эта декларация - со¬
ставляющая часть Резолюции Генеральной Ассамблеи и носит рекомен¬
дательный характер.
В этой Декларации «по полочкам» разложено содержание принципа
равноправия и самоопределения народов. Прежде всего, это означает, что
каждый народ имеет право самостоятельно определять свою политиче¬
скую судьбу, то есть высказываться за сохранение своего существования
в рамках какого-то государства или отделяться от него и образовывать
собственное государство, либо на каких-то условиях входить в другое го¬
сударство. С этой точки зрения иногда даже различают внутреннее са¬
моопределение и внешнее.
Внутреннее самоопределение - это выбор какой-то формы, ассоциа¬
ции с другими нациями, проживающими в рамках данного государства.
Скажем, на началах автономии, на федеративных началах. Тут можно
придумывать что угодно, я не буду сейчас заниматься конституционно¬
правовыми вопросами. Далее сказано, что каждый народ вправе само¬
стоятельно определять путь своего экономического, социального и куль¬
турного развития без вмешательства извне. Но везде содержится одна
оговорка (и в декларации 1970 г. и в Венской декларации, и в других до¬
кументах): после перечисления всех этих элементов права на самоопреде¬
ление везде подчеркивается, что ничто в вышеприведенных параграфах,
пунктах, положениях не должно истолковываться как наносящее ущерб
или умаляющее территориальную целостность и политическую незави¬
симость государства, если это государство уважает принцип равноправия
самоопределения народов и обеспечивает представительство всех слоев
населения без дискриминации в органах власти. Конечно, в оригинале
употребляется выражение не в органах власти, а в правительстве, но это
английское goverment - не высший исполнительный орган, а источник
политической власти в государстве, т. е. органы власти. Как видите, это
очень серьезная оговорка. Отсюда вывод о том, что ни в коем случае пра¬
во народа на самоопределение нельзя смешивать с правом на отделение.
В некоторых случаях право на самоопределение предполагает и право на
отделение. Обратите внимание - не обязанность, а право на отделение! И
далеко не во всех случаях. Я в течение десяти лет был экспертом ООН по
правам человека. Есть такой орган - Подкомиссия по предупреждению
108
дискриминации и защите меньшинств, с 1999 г. она называется Подкомис¬
сия по поощрению защиты прав человека. Там мой коллега из Норвегии
профессор Эйд проводил исследование о защите меньшинств, но попутно
высказал свою точку зрения на вопрос об отделении. Эта точка зрения
получила единодушное одобрение, и никто ни разу в ООН этих выводов
не оспаривал. А сводились они к следующему: право на самоопределение
предполагает право на отделение. Правда, в английском языке есть оттен¬
ки слова отделение: separation - сепарация, secession - выход. В русском
языке эта разница почти неуловима. Право на самоопределение предпо¬
лагает право на отделение в четырех случаях.
1.	Когда речь идет о народах-колониях, как бы они не назывались. То
есть речь идет об определенных территориях в Азии, Африке или Латин¬
ской Америке, которые когда-то были завоеваны выходцами из Европы.
Между прочим, после принятия Декларации «О предоставлении неза¬
висимости колониальным странам и народам» 1960 г., Генеральная Ас¬
самблея ООН утвердила список территорий, подлежащих деколонизации,
то есть подпадающих под понятия этих колониальных народов. Колони¬
альные империи рухнули - больше нет колониальных империй. Хотя не¬
которые говорят, что какие-то кусочки империй остались. А вот совсем
недавно после развала колониальных империй Великобритания вернула
Китаю Гонконг, а Португалии - Макао. Но здесь речь шла не о народе,
а о части территории, то есть о так называемом восстановлении истори¬
ческих прав. Это, конечно, связано с правом на самоопределение, но не
напрямую.
2.	Когда территория, на которой проживал какой-то народ, подверглась
фактической аннексии после 1945 г., т. е. после принятия Устава ООН,
после утверждения в международном праве принципа равноправия и са¬
моопределения народов. Сейчас можно говорить только об одном таком
народе: арабский народ Палестины. Я сейчас не собираюсь отслеживать
все перипетии взаимоотношений между израильтянами и палестинцами
и говорить, кто прав, а кто виноват. Вы знаете, это своего рода гримаса
истории, которая привела к страшным последствиям. Но Генеральная Ас¬
самблея неоднократно признавала, что с 1947 г. арабский народ Палести¬
ны имеет право на создание собственного государства. В отношении Из¬
раиля разговора не было, потому что его существование было признано, и
он существует, а экстремистские высказывания некоторых арабских лиде¬
ров о необходимости уничтожить Израиль всегда осуждались в ООН.
3.	Когда конституция какого-либо государства предусматривает воз¬
можность выхода территории, населенной определенным народом, из со¬
Легитимация самоопределившихся государств
109
става государства. Право союзных республик на выход из состава СССР
было фикцией: мы никогда не думали, что это будет когда-нибудь реали¬
зовано. Но что было, то было, и с этим никто не может спорить. Другое
дело, что мы не догадались в свое время заранее принять закон о порядке
выхода, а потом уже впопыхах приняли его и окрестили законом о невы¬
ходе.
4.	А этот случай вытекает как раз из той оговорки, которую я сфор¬
мулировал, и это самый деликатный случай. Если какое-либо государство
не соблюдает в отношении живущих на его территории народов принцип
равноправия и самоопределения народов и не обеспечивает без дискри¬
минации представительство всех слоев населения в органах власти, то
такой народ или нация, права которых ущемлены, могут ставить вопрос
об отделении, а также о создании собственного государства, выхода из
государства, воссоединения с другими государствами.
Вся беда в том, что механизма, позволяющего определить, а соблю¬
дает ли государство этот принцип, не существует. Когда разговор заходит
о Чечне, мы сразу перечисляем первые 3 случая: не попадает Чечня -
колонией не была, в список территорий, подлежащих деколонизации не
попадала, по Конституции право на выход не имела, аннексирована была
Бог знает когда, задолго до 1945 г. Вот только один остается вопрос: а
соблюдает ли Россия принцип равноправия и самоопределения народов в
отношении чеченцев? Если брать их выселение в 1944 г., то, конечно, это
был геноцид.
Геноцид - это не только физическое уничтожение какой-либо нацио¬
нальной или расовой, языковой группы, но и помещение в такие условия,
которые ведут к вымиранию группы. Вернулись чеченцы потом домой, а
обеспечено ли их представительство в органах власти?
В свое время я еще шутил, что один Хазбулатов чего стоил... Но я
не собираюсь специально останавливаться на Чечне, это попутные заме¬
чания. Эти моменты я бы попросил зафиксировать, потому что я сейчас
хочу от этих разговоров о праве народов на самоопределение перекинуть
мостик к меньшинствам.
Тут сразу возникает вопрос о концепциях защиты меньшинств. Есть
две концепции, принятые на вооружение в международных организа¬
циях и получившие отражение в международных документах. В 1992 г.
Генеральная Ассамблея ООН приняла Декларацию «О правах лиц, при¬
надлежащих к национальным или этническим, религиозным, языковым
меньшинствам». Вам это «или» ничего не говорит, а я лет пять сидел в
рабочей группе по разработке этой Декларации в Комиссии по правам

по
человека, и я очень хорошо знаю, чего стоило это «или». Дело в том, что
в статье 27 международного Пакта о гражданских и политических правах
говорится о защите прав лиц, принадлежащих к этническим, религиоз¬
ным и языковым меньшинствам, а о национальных ничего не говорится.
И некоторые сторонники чистоты юридического языка говорили, что не¬
зачем национальное добавлять. В конце концов, пришли к компромиссу:
«о защите прав лиц, принадлежащих к национальным или...», а дальше
шла формула, заимствованная из статьи 27. Вот на этом и сошлись, чтобы
все были довольны. Кстати, определение меньшинств в декларации не
дается. Вообще, инициатором разработки этой декларации в свое время
была Югославия. Это болгарам очень не нравилось, и они просили со¬
ветскую делегацию не поддерживать эту идею. Болгар интересовал маке¬
донский вопрос, они считали, что Македония - часть Болгарии. Там дей¬
ствительно по-болгарски говорят, но в свое время сербы захватили часть
болгарской территории.
Потом все изменилось, про Македонию все забыли и стали смотреть
более широко. При создании концепции раздавались голоса и справедли¬
вые о том, что защита меньшинств - вещь хорошая, но нельзя поощрять
искусственную изоляцию меньшинств. Да и меньшинства разные бывают.
Бывают компактно проживающими на определенной территории и дис¬
персные. Цыгане, евреи разбросаны по всей стране. Вместе с тем, первая
статья декларации говорит о том, что каждое государство обязано охра¬
нять самобытность меньшинств и защищать ее. То есть здесь речь идет
явно об обязанности государства и о корреспондирующем этой обязан¬
ности праве меньшинства. И тут возникает ряд вопросов.
Вопрос первый: какие лица могут быть отнесены к меньшинствам?
Какие могут быть категории меньшинств?
Когда я принимал участие в заседаниях рабочей группы в Комиссии
по меньшинствам, членом которой я был, там выступали представители
неправительственных организаций, и представитель мощной неправи¬
тельственной организации гомосексуалистов говорил о том, что и их нуж¬
но защищать. На это председатель ему ответил, что они руководствуются
той классификацией, которая имеется в международных документах. А
то так можно договориться и до защиты прав велосипедистов, почтальо¬
нов... Прямо никто не возражал этому человеку, но ясно, что речь должна
идти об этих четырех категориях: национальные, этнические, языковые и
религиозные меньшинства. Но вот что интересно. Мы все время сейчас
сталкиваемся в некоторых документах с попыткой дать расширительное
толкование «национального меньшинства». А возьмем, скажем, Конвен-

Легитимация самоопределившихся государств
111
цию о защите, по-моему, лиц, принадлежащих к национальным меньшин¬
ствам 1994 г. Россия в ней не участвует, хотя мы были инициаторами ее
разработки. Нас не устроило определение меньшинств. Там говорится,
что членами меньшинства являются лица, обладающие соответствую¬
щими количественными и прочими характеристиками по сравнению с
остальным населением. Депутатам этот термин «основное население» не
понравился. Я предлагал написать «титульная нация». Но решили, что это
очень мудрено. Конвенция, в общем, не плохая, но Россия ее не ратифи¬
цировала.
А вот есть рамочная конвенция, в которой мы участвуем. Конвен¬
ция Совета Европы от 1 февраля 1995 г. «О защите национальных мень¬
шинств». Мне даже пришлось принимать участие в одной из сессий
консультативного комитета, созданного этой рамочной конвенцией. Он
состоит из 18 экспертов, выносит только рекомендации и рассматривает
ситуации с меньшинствами по очереди государств-участников.
Когда очередь дошла до России, меня пригласили с правом совеща¬
тельного голоса. Дело в том, что я состою в списке экспертов, но я жду
своей очереди, чтобы быть включенным в число регулярных членов. Ра¬
бота была довольно интересная, выплывали проблемы турок-месхетинцев
и пр. Иногда татар почему-то вспоминали. Я говорил о том, что татары -
не меньшинство, они реализовали свое право на самоопределение, имеют
свою республику, субъект федерации, кстати, так же как и чеченцы т. е. я
отсекал такие вопросы.
Но когда я попытался доказывать, что не надо слишком широко трак¬
товать понятие национального меньшинства, Председатель, немец, про¬
фессор университета сказал: «Ну, как же так, а вот татары, например?»
Чтобы не ставить его в неловкое положение, я потом подошел к нему
и сказал о том, что среди татар много атеистов, и не надо ставить знак
равенства между татарином и мусульманином. Это не так. Тем более, что
есть татары-христиане.
Или возьмем аджарцев. Это грузины. В свое время их выделили в
автономию, потому что эти грузины исповедуют ислам. Но в советское
время там было столько же атеистов, сколько и в остальной Грузии.
Понимаете, есть одна проблема, и проблема очень острая, которой в
связи с этим я хотел коснуться. Представьте себе национальное меньшин¬
ство, которое компактно проживает на определенной территории. Бывают
случаи, когда под влиянием факторов, не правовых, а социальных, это
меньшинство приобретает качество нации. Ведь согласно практике ООН
меньшинства, особенно национальные, правом на самоопределение не
112
обладают! Они обладают только правом на специальный режим защиты,
сохранение языка и т. д.
Между прочим, не все авторы со мной согласны. Профессор Абашидзе
из Российского университета дружбы народов выпустил две очень хоро¬
ших монографии. В них он доказывает, что меньшинства имеют право на
самоопределение. А ведь за этим что стоит? Раз есть право на самоопре¬
деление, значит могут вспомнить о четвертом случае, о котором я гово¬
рил - о праве на отделение. Кочерян, известный юрист-международник из
Армении, тоже выпустил книгу, в которой доказывает, что меньшинства
имеют право на самоопределение. И, наконец, мой покойный приятель,
эксперт по правам человека, бывший посол России в Исландии, тоже со
мной спорил, говорил, что меньшинства имеют право на самоопределе¬
ние.
Право на самоопределение может приобрести меньшинство, которое
стало народом. Почему? Бог его знает. Когда эту мысль я высказал на Под¬
комиссии, ко мне подошла наблюдательница от Азербайджана, которая в
свое время Дипломатическую академию закончила. Мы - эксперты неза¬
висимые, а там сидят наблюдатели, которые слушают, что говорят экспер¬
ты и только потом голос подают. Так вот, она подошла ко мне и сказала:
«Господин Черниченко, Бога ради, пожалуйста, не развивайте эту мысль».
Я спросил, почему. Она говорит: «Нагорный Карабах». Я спрашиваю: «Ну
и что? Армянское меньшинство на территории Азербайджана». А она го¬
ворит: «А вы знаете, что в Карабахе очень популярна уже другая идея?
Мы - не армяне, а карабахцы, мы - отдельная нация. Мало ли, что мы
говорим по-армянски? Пожалуйста, Австралия или Новая Зеландия. Они
ведь когда-то тоже британцами были. А сейчас - отдельные нации. Вот и
с нами что-то подобное происходит». В свое время я наблюдал пленку,
которую мне показывал бывший карабахец, представитель Армении при
ООН в Женеве, когда я сидел у него дома. Он показывал мне военный па¬
рад в Карабахе. Команды подавались на русском языке. И репортаж велся
на русском языке, и только в самом конце по-армянски заговорили. Тем
самым карабахцы подчеркивают, что у них особая культура.
Или возьмите Молдову и Приднестровье. Там конгломерат русских,
украинцев и молдаван, но преобладает русский язык. Я как-то в Думе на
одной из научных конференций слышал, как выступал представитель Ти¬
располя. Он говорил о том, что они реализовали свое право на самоопре¬
деление. Мне не хотелось говорить, что они - меньшинство и не могли
вообще-то реализовывать право на самоопределение. Подсказывать ему я
тоже ничего не хотел, потому что вопрос деликатный. Но если бы он эти
Легитимация самоопределившихся государств
113
аргументы услышал, то, наверное, сказал бы: «А у нас своя нация уже
образовалась. Да, с преобладающим русским языком, но уже своя нация.
Мы - приднестровцы, а не молдаване, русские и так далее, поэтому име¬
ем право на самоопределение». Видите, ведь международное право - это
не рецепт на все случаи жизни...
Есть некоторые ориентиры. Западные авторы предлагали считать
группу лиц нацменьшинством. Определенные критерии, по которым, на¬
пример, это какая-то группа, обладающая особенными национальными,
религиозными, языковыми или культурными характеристиками числен¬
ностью меньше остального населения, или с титульной нации на 30-40%
или 50% минус 1 человек. Но главным образом речь шла о националь¬
ных, языковых, этнических, религиозных характеристиках, отличающих
эту группу от остального населения и которая сама себя идентифицирует
как меньшинство. Дело в том, что есть меньшинства, которые не рассма¬
тривают себя как меньшинства. У нас полно здесь украинцев, которые, в
общем-то не задумываются над тем, что они - меньшинство, спокойно ас¬
симилируются и не страдают от этого. Или русские на Украине. Или мек¬
сиканцы говорят: «А почему временно проживающих рабочих мигрантов
не относят к меньшинствам, ведь основной критерий - постоянное про¬
живание?». Или выступает нигериец, большой демагог: «А у нас вообще
народ нигерийский весь из меньшинств состоит. Ни одно из племен этих
или этнических групп не составляет большинства. То есть оно является
национальным меньшинством по отношению к остальному населению. И
так каждая группа». Ну, это уже издержки родоплеменного строя.
Или те же русские в России, которые составляют меньшинство в
районе, в котором преобладает, допустим, татарское население или еще
какое-то. Их рассматривать как меньшинство? Я не отвечу вам на все
эти вопросы. Я просто показываю вам проблемы, которые реально су¬
ществуют. Этим должны заниматься не только юристы-международники
и специалисты по конституционному праву, но и демографы, социологи,
политики.
Есть еще некоторые проблемы. Я в них не буду углубляться, но про¬
сто пунктиром намечу, чтобы где-то мне остановиться. Понимаете, на¬
циональные меньшинства надо еще отделять от так называемых корен¬
ных народов. Мы иногда неправильно говорим, скажем, о латышах как о
коренном населении. Коренных народов, слава Богу, сейчас список есть.
Я когда-то, еще до октября 1993 г., на одной из конференций говорил, что
надо такой список составить. Абдулатипов что-то записал и, по-моему,
потом все-таки такой список составили. Чукчи, эскимосы, индейцы - вот
114
коренные народы. Дать определение им тоже почти невозможно. Оно в
одной из МОТовских конвенций дается. Конвенция № 169. Но оно не яв¬
ляется идеальным. А вот здесь уже возникает другой вопрос: а коренной
народ имеет право на самоопределение? Я на одном из международных
форумов слышал представителя перуанских индейцев. Он заявил, что во¬
обще надо восстанавливать империю инков! То есть, можно было до чего
угодно договориться. И эти представители коренных народов все время
подчеркивали: «Только, пожалуйста, не держите нас за национальные
меньшинства! Мы - коренные народы. У нас есть своя специфика».
Если я Вас, как иногда принято говорить, озадачил, то я буду считать,
что на сегодня уже свою миссию выполнил.
* Приведено по: http://www.terralegis.org/terra/lek/lek_27.html

СООТНОШЕНИЕ ПРАВА НАРОДОВ НА
САМООПРЕДЕЛЕНИЕ И ПРАВА ГОСУДАРСТВ
НА НЕЗАВИСИМОСТЬ, СУВЕРЕНИТЕТ
И ТЕРРИТОРИАЛЬНУЮ ЦЕЛОСТНОСТЬ
СУ. КУСКОВА
Одним из достижений в области международного права стало созда¬
ние Организации Объединенных Наций, как института обеспечения мира
и безопасности всех народов*.
«Организация Объединенных Наций преследует Цели:
1.	Поддерживать международный мир и безопасность и с этой це¬
лью принимать эффективные коллективные меры для предотвращения и
устранения угрозы миру и подавления актов агрессии или других нару¬
шений мира и проводить мирными средствами, в согласии с принципами
справедливости и международного права, улаживание или разрешение
международных споров или ситуаций, которые могут привести к нару¬
шению мира;
2.	Развивать дружественные отношения между нациями на основе ува¬
жения принципа равноправия и самоопределения народов, а также прини¬
мать другие соответствующие меры для укрепления всеобщего мира»1.
Главной целью ООН является мир, как абсолютная ценность. «Все
Члены Организации Объединенных Наций воздерживаются в их между¬
народных отношениях, от угрозы силой или ее применения как против
территориальной неприкосновенности или политической независимости
любого государства, так и каким-либо другим образом, несовместимым с
Целями Объединенных Наций»2.
Признание народов в качестве субъектов международного права на¬
шло отражение в Декларации о предоставлении независимости колони¬
альным странам и народам, Международном пакте о гражданских и поли¬
тических правах и Международном пакте об экономических, социальных
и культурных правах: «Все народы имеют право на самоопределение.

116
В силу этого права они свободно устанавливают свой политический ста¬
тус и свободно обеспечивают свое экономическое, социальное и культур¬
ное развитие»’. Таким образом, эти одни из основополагающих между¬
народных документов закрепили правосубъектность не только человека,
государства, но и такого коллектива, как народ.
Свобода устанавливать политический статус дает народу право про¬
возгласить независимое суверенное государство на части территории го¬
сударства. В то же время, независимое, суверенное государство обладает
правом защищать свою независимость, суверенитет и территориальную
целостность. Если конфликт между народом, стремящимся провозгласить
независимое суверенное государство, и государством, стремящимся со¬
хранить независимость, суверенитет и территориальную целостность,
приобретает острый характер, то конфликт выходит за рамки «внутрен¬
них дел» и становится международным вопросом. В этом случае перед
ООН встает задача во имя мира содействовать выработке решения, при
помощи которого достигается баланс интересов сторон, и наблюдать за
соблюдением равенства прав сторон.
ООН стремится удерживать государства от вмешательства во вну¬
тренние дела другого государства: «Все государства должны строго и
добросовестно соблюдать положения Устава Организации Объединенных
Наций, Всеобщей декларации прав человека и настоящей Декларации на
основе равенства, невмешательства во внутренние дела всех государств,
уважения суверенных прав всех народов и территориальной целостности
их государств»4.
Эта позиция получила развитие в Декларации о принципах между¬
народного права: «Ни одно государство или группа государств не имеет
права вмешиваться прямо или косвенно по какой бы то ни было причине
во внутренние и внешние дела другого государства. Вследствие этого во¬
оруженное вмешательство и все другие формы вмешательства или всякие
угрозы, направленные против правосубъектности государства или против
его политических, экономических и культурных основ, являются наруше¬
нием международного права.
Ни одно государство не может ни применять, ни поощрять примене¬
ние экономических, политических мер или мер любого иного характера
с целью добиться подчинения себе другого государства в осуществлении
им своих суверенных прав и получения от него каких бы то ни было пре¬
имуществ. Ни одно государство не должно также организовывать, помо¬
гать, разжигать, финансировать, поощрять или допускать вооруженную,
подрывную или террористическую деятельность, направленную на изме¬
Легитимация самоопределившихся государств
117
нение строя другого государства путем насилия, а также вмешиваться во
внутреннюю борьбу в другом государстве»5.
Применение силы для лишения народов формы их национального су¬
ществования является нарушением их неотъемлемых прав и нарушением
принципа невмешательства одного государства в дела другого государства.
«Каждое государство в своих международных отношениях обязано
воздерживаться от угрозы силой или ее применения как против террито¬
риальной неприкосновенности или политической независимости любого
государства, так и каким-либо другим образом, не совместимым с целями
Организации Объединенных Наций. Такая угроза силой или ее примене¬
ние являются нарушением международного права и Устава Организации
Объединенных Наций; они никогда не должны применяться в качестве
средств урегулирования международных вопросов.
Агрессивная война является преступлением против мира, которое
влечет ответственность по международному праву...
Каждое государство обязано воздерживаться от угрозы силой или ее
применения с целью нарушения существующих международных границ
другого государства или в качестве средства разрешения международных
споров, в том числе территориальных споров и вопросов, касающихся го¬
сударственных границ»6.
«Применение силы для лишения народов формы их национального
существования является нарушением их неотъемлемых прав и принципа
невмешательства»7.
«Каждое государство обязано содействовать с помощью совместных
и самостоятельных действий осуществлению принципа равноправия и
самоопределения народов в соответствии с положениями Устава и оказы¬
вать помощь Организации Объединенных Наций в выполнении обязанно¬
стей, возложенных на нее Уставом в отношении осуществления данного
принципа, с тем чтобы:
а)	способствовать дружественным отношениям и сотрудничеству
между государствами;
Ь)	незамедлительно положить конец колониализму, проявляя должное
уважение к свободно выраженной воле заинтересованных народов, а так¬
же имея в виду, что подчинение народов иностранному игу, господству и
эксплуатации является нарушением настоящего принципа, равно как и от¬
казом в основных правах человека, и противоречит Уставу Организации
Объединенных Наций»8.
Если во имя мира надлежит стремиться содействовать государству со¬
хранить независимость, суверенитет и территориальную целостность, или

118
во имя мира надлежит стремиться содействовать отдельному народу об¬
рести независимое суверенное государство, то ООН стремится исходить
из соображений безопасности в регионе. Поэтому в международном пра¬
ве нет априорных предпочтений интересов государства или априорных
предпочтений интересов отдельного народа в составе государства.
1 Устав Организации Объединенных Наций // http7/www.un.org/ni/documents/
charter/chapterkshtml (дата обращения: 14 марта 2011 г.) - п.п. 1-2 - ст. 1.
2Там же-п. 4-ст. 2.
3	Декларация о предоставлении независимости колониальным странам и народам.
Резолюция 1514 (XV) Генеральной Ассамблеи от 14 декабря 1960 г. // httpJ/undp.by/
documents/humrigbts/pravonasamo/sampravotx l.html (дата обращения: 14 марта 2011 г.)
— п. 2.; Международ ный пакт о гражданских и политических правах. Принят резолю¬
цией 2200 А (XXI) Генеральной Ассамблеи от 16 декабря 1966 г. Вступил в силу 23
марта 1976 г. // http7/www.un.org/ni/documcnts/deci_conv/conventions/pactpol.shtnil (дата
обращения: 14 марта 2011 г.) - п. 1 - ст. 1; Международный пакт об экономических,
социальных и культурных правах. Принят резолюцией 2200 А (XXI) Генеральной Ас¬
самблеи от 16 декабря 1966 г. Вступил в силу 3 января 1976 г. // http7/www.un.ofg/ni/
documcnts/declconv/convcntions/pactecon.shtnii (дата обращения: 14 марта 2011 г.)—п.
1 - ст. 1.
4	Декларация о предоставлении независимости колониальным странам и народам. -
п.7.
5	Декларация о принципах международного права, касающихся дружественных
отношений и сотрудничества между государствами в соответствии с Уставом Орга¬
низации Объединенных Наций. 24 октября 1970 г. // http7/w'ww.tenalegis.ovg/tena/acl/
b252.html (дата обращения: 14 марта 2011 г. ) - абзацы 1-2 - Принцип, касающийся обя¬
занности в соответствии с Уставом не вмешиваться в дела, входящие во внутреннюю
компетенцию любого государства.
‘	Там же. Абзацы 1,2,4—Принцип, согласно которому государства воздерживают¬
ся в своих международных отношениях от угрозы силой или ее применения как против
территориальной неприкосновенности или политической независимости любого го¬
сударства, так и каким-либо другим образом, не совместимым с целями Организации
Объединенных Наций.
7	Там же. Абзац 3. Принцип, касающийся обязанности в соответствии с Уставом не
вмешиваться в дела, входящие во внутреннюю компетенцию любого государства.
*	Там же. Абзац 2. Принцип равноправия и самоопределения народов.
*	Приведено по: http7/versh.org/ofitsialnaya-pozitsiya/sootooshenie-prava-narodov-
na-samoopredelenie-i-prava-gosudarstv-na-nezavisimost-suverenitet-i-territonalniiyii-
tselostnost-lcuskova.html

ПРИДНЕСТРОВЬЕ:
В ПОИСКАХ НОВОЙ ПАРАДИГМЫ
о.в. кильдюшов
Приближающийся юбилей распада СССР является хорошим поводом
проанализировать судьбы тех политических проектов, что возникли на
постсоветском пространстве.* Сегодня особенно остро чувствуется по¬
требность в интеллектуальной рефлексии феномена постсоветской госу¬
дарственности, во многом остающегося непроясненным в своих основа¬
ниях. Поэтому ключевой вопрос, встающий сейчас со всей остротой, -
что представляют собой нынешние постсоветские государства. Ведь сей¬
час чуть ли не общим место стало мнение, что очевидный кризис пост¬
советских государств, принимающий самые различные формы, только
входит в свою острую фазу. Причем это касается не только таких явно
слабых государств, как Киргизия, Таджикистан или Грузия, но в полной
мере относится и к таким, считающимся более или менее устойчивыми
образованиями, как Казахстан, Украина или же сама РФ.
Как известно, постсоветская Молдавия здесь также не является ис¬
ключением. На этом фоне отдельный интерес представляет государствен¬
ность, возникшая на левом берегу Днестра. Рассмотрим здесь ряд аспек¬
тов, касающихся такого государственного образования, как возникшая 20
лет назад на территории Молдавской СССР Приднестровская Молдавская
республика (ПМР). Мы попытаемся здесь кратко обрисовать устоявшийся
модус речи о ПМР и других непризнанных образованиях в современном
политическом дискурсе, чтобы затем предложить новую оптику анализа
«приднестровской проблемы». В целом речь идет о смене парадигмы в вос¬
приятии ПМР, поскольку здесь предлагается рассматривать Приднестровье
не в рамках дискурса краха СССР или «молдавского сепаратизма» («логика
распада»), а в рамках наметившейся перспективы нового общего будущего
постсоветских государственных образований («логика интеграции»).

120
ПМР - «несостоявшееся государство»
«непризнанных сепаратистов»?
В глобальном масштабе встречается множество случаев, при которых
следует говорить как минимум о несостоявшейся государственности, если
не о распаде государства вообще. В 1990-х гг. дискуссия о так называемых
«failed states», «парагосударствах» или «квазигосударствах», «неустойчи¬
вой государственности» или «государственной аномии» даже оказалась
в центре научных дебатов. Вообще понятия, связанные с «распадом го¬
сударства», пережили в последнее время резкий рост конъюнктуры. Как
известно, подобных примеров действительно хватает в странах «Третьего
мира» - прежде всего в Африке (Либерия, Руанда, Сьерра-Леоне,^Сома¬
ли, Судан), а также в арабском мире («демократический» Ирак, Йемен,
Ливан), в различных регионах Азии («освобожденный» Афганистан и все
больше Пакистан), на Балканах (Косово, Македония) и Кавказе (Грузия,
Азербайджан), включая некоторые части Российской Федерации (Север¬
ный Кавказ, отчасти Тува). Сразу следует заметить, что в политическом
дискурсе под «несостоявшимися государствами» часто понимаются не
только самопровозглашенные образования типа ПМР, Абхазии, Южной
Осетии и - до недавнего времени - Аджарии, но и официально признан¬
ные государства. В СНГ под это определение лучше всего подходят та¬
кие слабые государства, как Киргизия или Молдавия. За 20 прошедших
лет нежизнеспособность и бессмысленность многих политических обра¬
зований на территории СНГ стала очевидной для многих их обитателей
- естественно, кроме самих национальных элит, наконец-то обретших
долгожданный «державный» статус.
Как и во многих других частях мира, в ряде постсоветских стран
также наблюдается неспособность официально признанных прави¬
тельств контролировать свою территорию - причем здесь затронуты
даже такие основополагающие государственные атрибуты, как монопо¬
лия на насилие или способность собирать налоги. Отличным примером
такого рода является ситуации с «независимой» Молдавией. Причем
молдавская ситуация содержит известный парадокс, отмеченный ирони¬
ей истории: когда здешние националисты перешли к реализации своих
сепаратистских целей, то оказалось, что данный ящик Пандоры открыт
не только для них. Так и возник феномен приднестровцев как «новых
сепаратистов», т.е. тех, кого отделили от политического тела Большой
России без их ведома и санкции, как бы заодно с румынофилами. Таким
образом, в ситуации с Приднестровьем очевидны параллели с движе¬
нием так называемых лоялистов в Северной Америке во время борьбы
Легитимация самоопределившихся государств
121
американских колоний за независимость от Англии в конце XVIII в.:
тогда значительная часть колонистов также отказалась разорвать госу¬
дарственную связь с метрополией и была вынуждена переселиться в
Канаду, оставшуюся под британской короной. Итак, с данной точки зре¬
ния, понятной и для вменяемого (насколько это возможно) западного
наблюдателя, приднестровцы не являются никакими сепаратистами,
но, напротив, попытались противостоять провинциальным сепаратист¬
ским элитам Кишинева, стремившимся повысить свой статус путем се¬
цессии. Ведь именно парламент Молдавии 27 августа 1991 г. отменил
действие единственного юридического документа, регламентирующего
нахождение Приднестровья в составе Молдавии - закон 2 августа 1940
г. «Об образовании союзной Молдавской ССР»!
Стоит ли говорить, что за - как выяснилось довольно скоро - симво¬
лическое право считаться независимой, например, напрямую обращаться
с криками о помощи к Вашингтону или Брюсселю, Молдавии пришлось
заплатить несоразмерно высокую цену дезинтеграции территории и так
небольшой республики. Таким образом, цена этого сомнительного права
оказалась дважды неадекватной - ведь символическое повышение статуса
небольшой группы лиц было достигнуто не только ценой разрыва жи¬
вой ткани культурных, человеческих взаимосвязей, но одновременно эта
«страна» была лишена какого-то ни было экономического смысла, что тут
же привело к феномену массового отъезда трудоспособного населения за
пределы республики. Как показывает недавняя история с тем же молдав¬
ским вином, местная экономика, являвшаяся когда-то частью огромной
системы и лишь в ее рамках имевшая какой-то смысл, в случае сецес¬
сии неизбежно превращается в хуторскую. Впрочем, как уже говорилось,
признаки подобной «дефицитарной» государственности характерны и для
многих других стран СНГ. Такова цена за подлинный, т. е. молдавский
сепаратизм, который и привел Молдавию, по сути, к полному экономи¬
ческому и социальному краху, к резкой депопуляции. Все это в целом на
научном сленге и называется «демодернизация».
Возвращаясь к вопросу адекватной интерпретации приднестровской
государственности, то с этой точки зрения проблематичность применения
к государственности ПМР определения «сепаратистская» более чем оче¬
видна. Речь скорее нужно вести о таких традиционных для политической
теории современности понятиях, как самоопределение народа, самокон-
ституирование нового политического сообщества, что является базовым
критерием признания его в качестве самостоятельного актора мировой
истории. Вызывает даже некоторое удивление тот факт, что сами придне¬
122
стровцы и их друзья недостаточно использовали для обоснования права
на свободу от румынизирующейся Молдавии такой мощный интеллекту¬
альный ресурс, как классические теории имманентного самообоснования
обществ Модерна (Гоббс, Локк, Руссо и т. д.) и другие базовые тексты
западной политической традиции («Федералист» и др.). А ведь в этом
смысле приднестровцы могут повторить слова Наполеона, сказанные им
перед заключением Кампоформийского мира: «Французская республика
так же не нуждается в признании, как не нуждается в нем солнце».
Одним словом, язык описания, применяемый в отношении ПМР За¬
падом - и, к сожалению, все чаще официальной Москвой («сепаратисты»,
«непризнанная республика»), не позволяет адекватно' описать те полити¬
ческие процессы самоопределения, что происходят на левом берегу Дне¬
стра последние 20 лет.
Необходимость нового русского взгляда
на Приднестровье
Сегодня уже не работают прежние смыслы, выступавшие идеологиче¬
ской доминантой на протяжении последних 20 лет. Общий фон государ¬
ственных процессов в это время во многом определялся «демонтажем»
советского наследия - от идеологии и истории до основ социальной, эко¬
номической и культурной организации общества. В этой перспективе у
нас и приднестровский проект привыкли рассматривать как осколок со¬
ветской империи, как эдакий - наряду с Белоруссией - заповедник со¬
ветского. Однако уже 20 лет после распада СССР там продолжают жить
наши соотечественники, которые не видят для себя никакого будущего
вне Русского мира и тесного союза с РФ, поскольку они сами являются
неотъемлемой часть исторической России!
Первые скромные успехи на пути экономической интеграции постсо¬
ветского пространства (ТС, ЕврАзЭс) вселяют осторожный оптимизм в
том отношении, что со временем в общее экономическое, культурное, со¬
циальное и - в пределе - политическое пространство России, Белоруссии
и Казахстана со временем войдет не только Украина, но и Приднестровье
(в идеал.е вместе с Молдавией). Естественно, если на то буде воля самих
приднестровцев. Впрочем, сомневаться в их воле к единству с Россией не
приходиться, поскольку они сами суть Россия. Гораздо большие опасения'
сейчас вызывает стремление части внешнеполитического истеблишмента
РФ слить ПМР в обмен на сомнительные западные посулы...
В целом же сегодня можно утверждать, что как энергии прошлого,
так и энергии борьбы с этим прошлым являются в значительной мере
Легитимация самоопределившихся государств
123
исчерпанными. Сейчас необходимы новые идеи для движения вперед,
для нового интеграционного строительства, причем идеи автономные и
перспективные, а не надоевшие призывы к «преодолению темного про¬
шлого».
Сегодня опять настало время поиска (старых) новых идей, смыслов и
энергий для восстановления единства Родины. Кстати, здесь и заключается
главная трудность для официальной Москвы в выборе новой оптики: При¬
днестровье - наряду с другими историческими русскими землями (Украи¬
на, Белоруссия) - имеет полное право на соучастие в интеграционных про¬
цессах ради нашего общего будущего на территории исторической России.
То есть это не просто «объект» чьей-то политики - РФ, ЕС или тем более
Молдавии. Это вполне состоявшийся геополитический субъект на террито¬
рии исторической России, имеющий собственное видение своего будуще¬
го. Естественно, только вместе с РФ. Надеемся, что подтверждением этому
станут результаты выборов президента ПМР.
Применительно к Приднестровью это также означает то, что России
пора перестать смотреть на ПМР глазами Кишинева! Это не просто по¬
литически глупо, но неверно по своей сути. Ведь ни один нормальный
человек и ни одно государство не откажется от клочка своей земли, ка¬
ковым для нас и является Приднестровье. В любой стране в любые
времена это было бы политическим самоубийством для той части власт¬
ной элиты, которая решилась бы на такое. Так что здесь уместно гово¬
рить о распространенном среди части элит РФ «эффекте Бунши» - по
имени героя знаменитого гайдаевского фильма «Иван Васильевич меняет
профессию», волею случая оказавшегося «врио царя». Как все помнят
из данного киношедевра, тогда исторически безответственную «царскую
морду», готовую «разбазарить казенные земли», вовремя остановил уго¬
ловник Жорж Милославский, оказавшийся большим государственником,
нежели псевдо-интеллигент И.В. Бунша...
Итак, в случае Приднестровья речь идет о русском государственном
образовании, право которого на независимость подтверждена пролитой
кровью, а жизнеспособность - двумя десятилетиями существования. И
это несмотря на все катастрофические прогнозы злопыхателей. Но самое
главное для нас - здесь речь идет о сотнях тысяч людей, наших соотече¬
ственников, отстоявших свое право жить в собственной стране. Так что в
этой перспективе жители Приднестровья должны восприниматься РФ не
как иностранцы, «интуристы», не как граждане заграничной «Молдовы»,
а как составная часть разделенного русского народа, имеющего законное
право на объединение в едином государстве.

124
К общему будущему
Модернизационная повестка дня, объявленная президентом Медведе¬
вым, означает также необходимость модернизации подходов к внутренней
и внешней политике. Применительно к Приднестровью и СНГ в целом
это означает необходимость выработки в РФ особой «русской политики»,
то есть политики по отношению к странам, возникшим на территории
исторической Руси. Здесь можно провести аналогию с «германской поли¬
тикой» (нем. Deutschlandpolitik), проводившейся в ФРГ, начиная с канцле¬
ра Конрада Аденауэра, и направленной на решение «немецкого вопроса»
путем объединения всех немцев. Кстати, в отличие от многих наших дея¬
телей, несколько поколений немецких политиков даже на символическом
уровне не допускало мысли о том, что две Германии навсегда станут друг
для друга заграницей - так дипломатическая миссия ГДР в ФРГ и ФРГ
в ГДР назывались не посольствами (Botschaft), а представительствами
(Vertretung)!
При этом важно иметь в виду, что успех будущей реинтеграции пост¬
советского мира возможен лишь в том случае, если сами территории исто¬
рической России будут динамично развиваться в одном направлении - к
современному Русскому миру (Модерну). Таким образом общее будущее
Приднестровья и РФ как частей Русского мира возможно лишь в рамках
политики совместной модернизации. Именно поэтому для нас очень важ¬
но иметь в Приднестровье партнеров, которые также пытаются реформи¬
ровать свою страну и сделать ее более комфортной для своих граждан. В
этом смысле новая интеграция Русского мира может выступать реальной,
а не фиктивной - вроде замены лампочек или отмены часовых поясов -
модернизационной сверхзадачей, решение которой успешно нейтрализует
попытки наших недругов и исторических конкурентов представить, на¬
пример, тот же приднестровский проект как некую зону бедности, отста¬
лости и цивилизационной архаики.
Итак, Приднестровье может обрести совершенно новый смысл своего
существования в рамках нового большого проекта «Общерусская инте¬
грация через совместную модернизацию», поскольку в таком сценарии
ему удастся избежать участи территории, у которой есть только советское
прошлое и никакого русского будущего при новой реконфигурации Вос¬
точной Европы.
Здесь, кстати, следует иметь в виду, что Приднестровская Молдавская
Республика, подтвердившая свою жизнеспособность не только пролитой
кровью, но и всеми последними 20 годами, не является чем-то застыв¬
шим, но имеет свою собственную динамику, тесно связанную с очевид¬
Легитимация самоопределившихся государств
125
ными геополитическими изменениями в Восточной Европе. Предстоящие
Выборы президента ПМР позволяют эксплицировать различные сцена¬
рии дальнейшего развития республики, которые воплощены в персонах
основных кандидатов на пост президента. Так что вероятно правы те на¬
блюдатели, что утверждают, будто республика на сей раз стоит не просто
перед очередными выборами, но перед выбором в смысле определения
дальнейшего вектора развития Приднестровья, в том числе геополитиче¬
ского. Будем надеяться, что, кто бы ни победил в ходе президентских вы¬
боров, любой глава Приднестровья станет надежным партнером России
в данном регионе. Другое дело, что официальная эРэФия сама до сих
пор с трудом приходит к пониманию и артикуляции русских интересов
на берегах Днестра. Это особенно заметно по тем рецидивам «козырев-
щины», что случаются в последнее время в определенных кругах РФ, от¬
ветственных за принятие внешнеполитических решений, в том числе по
приднестровскому вопросу. Так, давно перезревшее решение об офици¬
альном признании ПМР со стороны РФ до сих пор является для них табу,
не говоря уже признании результатов референдума, проведенном в При¬
днестровье 17 сентября 2006 г., на котором абсолютное большинство при¬
днестровцев высказалось за независимость республики с последующим
присоединением к Российской Федерации. Пока страх перед собственной
суверенной «русской политикой» все еще сковывает волю российских
властей предержащих. Хотя и здесь наши главные внешнеполитические
деятели могли бы поучиться у своих «старших партнеров», т. е. тех же
американцев, использующих самый широкий инструментарий при опре¬
делении статуса различных территорий, которые могут определяться как
инкорпорированные или неинкорпорированные, организованные или не¬
организованные. В этом смысле чем был бы плох для ПМР пример того
же Пуэрто-Рико с его статусом «неинкорпорированной организованной
территории США» (unincorporated organized territory of the United States)?
Понятно, что это для начала...
* Приведено по: http://www.apn.ru/publications/article24507.htm

ПРАВО НАЦИЙ НА САМООПРЕДЕЛЕНИЕ
И СОВРЕМЕННЫЕ МЕЖНАЦИОНАЛЬНЫЕ
КОНФЛИКТЫ
Р.М. ТИМОШЕВ
Право на самоопределение - один из важнейших общепризнанных
принципов международного права. Его сутью, как известно, является пра¬
во народов (наций) определять форму своего государственного существо¬
вания в составе другого государства или в виде отдельного государства.
Нередко считают, что данный принцип получил признание в процессе
распада колониальной системы, что, собственно, и отразилось в Деклара¬
ции о предоставлении независимости колониальным странам и народам,
принятой XV Генеральной Ассамблеей ООН от 14 декабря 1960 г., в по¬
следующих международных пактах и декларациях ООН1. Однако, в дей¬
ствительности, представление о данном праве родилось в XVI-XIX вв.
в период национально-освободительных движений в Европе и американ¬
ских колониях. Считалось, что основным принципом самоопределения
является право на создание при любых обстоятельствах своего государ¬
ства: «Одна нация - одно государство» (П. Манчини, Н.Я. Данилевский,
А.Д. Градовский). Причем, этот принцип распространялся только на «ци¬
вилизованные народы», предполагая тем самым существование колони¬
альных владений и колониальных форм угнетения народов. Активное же
обсуждение основ этого принципа началось в конце позапрошлого столе¬
тия, накануне Первой мировой войны и в самый «разгар» колониальной
политики ведущих стран мира. К примеру, в решениях Лондонского меж¬
дународного конгресса II Интернационала 1896 г. были сформулированы
основы данного принципа, как регулятора межнациональных отноше¬
ний. Но, несмотря на это, вплоть до начала войны в рядах, прежде всего,
социал-демократии шла ожесточенная дискуссия по проблемам его сущ¬
ности, социальных истоков и целесообразности применения в решении
национального вопроса. Понадобился развал всех европейских империй в
Легитимация самоопределившихся государств
127
ходе невиданной доселе войны и ряда революций, прежде чем принцип
национального самоопределения был провозглашен Советской Россией и
позже - президентом США Вудро Вильсоном, который декларировал это
право на Версальской мирной конференции. Однако должна была разра¬
зиться еще одна мировая война и пройти еще несколько десятилетий, пре¬
жде чем право наций на самоопределение стало общепризнанным прин¬
ципом международного права.
Тем не менее, и ранее и теперь данный принцип по-прежнему под¬
вергается сомнению с точки зрения эффективности применения в между¬
народной практике, уточняются его сущность и содержание, изменяется
представление о субъектах отношений, им регулируемых и т. д. Проис¬
ходит это всякий раз, когда новые межнациональные и межгосударствен¬
ные конфликты обнажают иные по характеру и напряженности противо¬
речия, высвечивают новые аспекты процесса самоопределения наций.
Пример - период распада ряда бывших социалистических государств, та¬
ких, как Югославия, Чехословакия, Советский Союз, когда мир стал сви¬
детелем новых межнациональных конфликтов в условиях, казалось бы,
незыблемых послевоенных границ. Сложность и противоречивость этих
конфликтов потребовали вновь обратиться к феномену национального са¬
моопределения как важнейшему регулятору международных отношений,
с одной стороны, и как к одному из вероятных источников возникновения
межнациональных противоречий - с другой.
Как уже отмечалось, право наций на самоопределение исторично.
Интересна в смысле предлагаемой исторической периодизации, хотя и
не бесспорна в своих выводах, книга американского правоведа Херста
Ханнума «Автономия, Суверенитет и Самоопределение»2. В ней автор
утверждает, что взгляды на право наций на самоопределение кардинально
изменялись, как минимум, три раза за последнее столетие, образуя, тем
самым, своеобразные этапы данного процесса.
Первый период начался в конце XIX в. и завершился примерно в 1945 г.
Тогда впервые в системе рассматриваемого принципа были увязаны такие
понятия как «нация», «язык», «культура» - с одной стороны, и «государ¬
ственность» - с другой. В этот период принцип национального самоо¬
пределения был чисто политическим - националисты большей частью
требовали не отделения от больших государств, а получения автономии
в какой-то форме.
Второй период начался в 1945 г. - после образования Организации
Объединенных Наций. ООН первоначально считала право на самоопреде¬
ление - правом государств, но не народов и, более того, не считала его

128
абсолютным и неотъемлемым. Так, в 1960 г. Генеральная Ассамблея ООН
приняла Декларацию о предоставлении независимости колониальным
народам. По этому документу принцип национального самоопределения
фактически стал синонимом понятия «деколонизации»: право на незави¬
симость получили не меньшинства в пределах новых государств, а лишь
колонии, имевшие право быть государствами, независимыми от метропо¬
лий. Границы новообразованных государств устанавливались по грани¬
цам бывших колониальных владений, которые изначально не учитывали
этническо-религиозные факторы. Результат - эти государства стали со¬
трясать внутренние межэтнические конфликты.
Третий период начался в конце 1970-х гг. и продолжается в настоящее
время. Он, по мнению автора, характеризуется попытками доказать, что
право на свое государство имеют абсолютно все народы. Однако эта идея
не нашла своего отражения в фундаментальных документах междуна¬
родного права и не была принята ни одним существующим государством
мира. Видимо поэтому не существует конкретных и четких критериев,
на основании которых новое государство может быть признано или не
признано международным сообществом, а имеющаяся система де-факто
не может гарантировать ни национальной целостности государств, ни
права наций на самоопределение. По сути, в зависимости от политиче¬
ских интересов, приоритетным выступает то принцип территориальной
целостности, то право наций на самоопределение.
К примеру, первой реакцией международного сообщества на проте¬
кающий процесс развала СССР стало подтверждение нерушимости го¬
сударственных границ: многие опасались, что распад СССР приведет к
дестабилизации ситуации в регионе и во всем мире. Эта позиция была
четко выражена Бушем-старшим в начале августа 1991 г. во время его ви¬
зита в Киев. Он заявил, что США будут поддерживать свободу в Украине,
но не независимость Украины от СССР. Однако всего через три недели
после этого Украина объявила о своей независимости, и взгляды между¬
народного сообщества срочно подогнали под изменившиеся реалии: во
главу угла вновь было поставлено право наций на самоопределение3. Так
что же, данный принцип - лишь средство для решения сиюминутных по¬
литических интересов? У него нет объективных оснований?
Проблема состоит в том, что чаще всего при рассмотрении права на¬
ций на самоопределение применяется известный односторонний подход:
право трактуется лишь в политико-этническом аспекте, в отрыве от его
социально-экономической основы. В действительности же в основе наци¬
ональных движений и процессов образования национальных государств
Легитимация самоопределившихся государств
129
лежит именно материальная, экономическая жизнь людей, в первую оче¬
редь рыночные отношения, требующие единых экономических и юриди¬
ческих правил, единого денежного обращения в рамках определенных
границ и, соответственно, единого государства, формирующегося прежде
всего в процессе идентификации народонаселения по языку и культуре.
Процесс складывания нации, тем самым, становится процессом склады¬
вания национального государства, и вопросы национального развития так
или иначе сопрягаются с вопросами развития национального государства.
Таковы и исторические примеры: образование наций в XVI-XVII вв.
исторически совпало со становлением рыночных отношений и образова¬
нием национальных централизованных государств.
Не избежала этого процесса и Россия, хотя, как известно, в отличие от
Европы, складывание централизованного Российского государства проис¬
ходило не только и не столько по экономическим причинам, сколько по
причинам внешнеполитическим, обусловленным, прежде всего, необхо¬
димостью защиты от внешней агрессии. Не в малой степени, именно это
обстоятельство способствовало и тому, что российское централизованное
государство изначально зарождалось и развивалось как государство мно¬
гонациональное, объединяющее многие народы, либо покоренные в ходе
многочисленных войн, либо добровольно вступившие в его состав, видя в
этом шаге единственно возможный способ самосохранения.
Таким образом, говоря словами классика, «образование националь¬
ных государств, наиболее удовлетворяющих... требованиям современ¬
ного капитализма, является поэтому тенденцией (стремлением) всякого
национального движения», а самоопределение наций, по сути, представ¬
ляет собой процесс складывания национальных государств. Отсюда, под¬
черкивал он, вытекают две, достаточно забытые исторические тенден¬
ции', первая - центробежная, проявляемая в пробуждении национальной
жизни и национальных движений, борьба против национального гнета,
стремление к обособлению, созданию национальных государств; вторая -
объединительная, связанная с развитием и учащением всяческих сно¬
шений между нациями, ломкой национальных перегородок, созданием
интернационального единства рынка, экономической жизни, политики,
науки, стремлением, в конечном счете, к интеграции уже сложившихся
национальных государств и т. д.4 Первая тенденция, как правило, сопро¬
вождается межнациональными напряженностями и конфликтами, в том
числе вооруженными. Именно желание предотвратить последние, обе¬
спечить свободное формирование и развитие многочисленных наций и
народностей страны и двигало некогда большевиками в их усилиях по
130
национально-административному обустройству государства и образова¬
нию Союза ССР на принципах национальной политики социалистическо¬
го государства, провозглашенных в первых документах советской власти
- право народов и наций на самоопределение, равенство и суверенность,
отмена всяких национальных привилегий и ограничений, свободное раз¬
витие национальных меньшинств, социалистическая федерация. Причем,
признание права наций на самоопределение и отстаивание принципов до¬
бровольного объединения наций в союз государств, отражали по своей
сути и первую и вторую исторические тенденции. И претворять в жизнь
эти идеи строителям СССР было сравнительно легко из-за установив¬
шейся экономической и социальной однородности на территориях побе¬
дившего социализма. Они как бы вышли за границы изначального поля
действия права наций на самоопределение - из реальных рыночных от¬
ношений, отчего даже та известная небрежность, с которой нередко отно¬
сились к проведению национально-административных границы без учета
этнического фактора, не вызывала сколь-нибудь заметных политических
коллизий: многонациональное население было равноправно и обеспечи¬
валось всеми правами и свободами, едиными на всей территории образо¬
ванного союза.
В этих условиях за весь период существования Советского государ¬
ства провозглашенное право наций на самоопределение оказалось при¬
менимым лишь однажды, в первые годы существования новой республи¬
ки, когда советское правительство признало самостоятельность Польши,
Финляндии, Латвии, Литвы, Эстонии, советских республик Закавказья,
Белоруссии, Украины, входивших еще недавно в состав Российской импе¬
рии. Позже, в период складывания союза советских государств, был уточ¬
нен порядок реализации права на отделение той или иной нации союза,
которое должно было реализовываться лишь исходя из целесообразно¬
сти, с точки зрения «интересов всего общественного развития, интересов
борьбы за всеобщий мир и социализм». При этом устанавливалось, по
сути, ограниченное применение данного права: не для всех национально¬
государственных образований, а лишь для тех, которые могли реально им
воспользоваться, находясь на границах союза, и которые получили поэто¬
му статус «союзной республики». Несмотря на то, что всем народам га¬
рантировались государственное самоуправление и защита их националь¬
ных интересов (национальной культуры, языка, школы, национальных
обычаев, религии и т. д.), не каждая нация или народность могла образо¬
вать союзную республику (официально - по причинам малочисленности,
не составления большинства на занимаемой ею территории и т. д.). Для
Легитимация самоопределившихся государств
131
большинства из них применялся принцип автономии: нации и народно¬
сти объединялись в автономные республики, области или национальные
округа, в том числе в составе союзных республик.
В 1991 г. подписанием Беловежского соглашения из состава СССР
вышли Россия, Украина и Белоруссия. Этот акт, в продолжение принятых
в 1990-1991 гг. Верховными Советами ЭССР, ЛитССР и ЛатССР деклара¬
ций о выходе из состава СССР, окончательно разрушил Советский Союз
и ознаменовал «парад независимостей» остальных союзных республик,
став, к сожалению, исходным обстоятельством начала межнациональных
конфликтов на территории бывшего СССР.
Все вновь образованные на постсоветском пространстве государства
в разной степени открытости и результативности ориентировались на ры¬
ночные отношения. В этом, собственно, и состояла суть происшедших
преобразований, приведших к исчезновению советской сверхдержавы.
Следовательно, заработали те экономические механизмы, которые в
ряде случаев под воздействием складывающего общенационального рынка
вновь вызвали к жизни все ту же историческую тенденцию в националь¬
ном вопросе: стремление к свободному самоопределению наций, входящих
в состав уже отделившихся государств. Как правило, это происходило с
их приграничными этносами или национальными государственными об¬
разованиями. Причем возникающие при этом межнациональные противо¬
речия наиболее остро, вплоть до вооруженного противостояния, проявля¬
лись там, где складывались особые политико-этнические условия. Они,
собственно, и составляют отличительную особенность современных меж¬
национальных конфликтов.
Во-первых, наиболее вероятно эти конфликты возникали там, где
национально-административные образования определялись по границам,
не учитывающим особенностей исторически сложившихся ареалов про¬
живания этносов. Разделение этносов и включение их более или менее
значительных групп в иные национально-государственные образования
в качестве этнического меньшинства является серьезной предпосылкой
возникновения межнациональных конфликтов.
Нередко это разделение являлось результатом преднамеренной поли¬
тики, как в большинстве случаев образования новых государств Азии и
Африки в период распада колониальной системы, границы которых вос¬
производили границы бывших колониальных владений, без учета этни¬
ческих факторов. Этот подход базировался на убеждении, что подобным
действием возможно минимизировать риск возникновения новых кон¬
фликтов. Таким образом, право на самоопределение могли использовать
132
не народы, а бывшие колониальные территории. Парадоксально, но кар¬
ликовые государства Европы являются постоянными членами ООН, а,
например, 30-миллионный курдский народ, не имеющий своего государ¬
ства, - нет.
В то же время, подобная демаркация границ происходила и по при¬
чине сложности учета этнических особенностей территорий из-за истори¬
чески смешанного проживания противоположных этносов, и в результате
исторически складывающейся политической ситуации и даже особенно¬
стей природных условий. В результате, к примеру, бывшие республики
Югославии - Словения, Хорватия, Босния-Герцеговина и Македония -
были признаны в имевшихся границах без учета этнического фактора.
Благодаря этому, в Хорватии образовалось значительное по населению
сербское «меньшинство», а в Боснии вынуждены были сосуществовать
представители многих народов.
Особые исторические условия предопределили сосредоточие русско¬
язычного населения в Приднестровье: в 1924 г., по инициативе Г.И. Ко¬
товского, П.Д. Ткаченко и др., здесь была создана Молдавская Автоном¬
ная Советская Социалистическая Республика в составе Украинской ССР
со столицей Балтой (украинским городом, переданный в состав МАССР
вместе с соседними районами для увеличения ее территории), затем с
1929 г. - Тирасполем, который сохранял эти функции до 1940 г. Именно к
МАССР в 1940 г. и была присоединена часть возвращенной Бессарабии,
объединение которых ознаменовало провозглашение союзной Молдав¬
ской ССР. После создания МССР в Приднестровье направились много¬
численные переселенцы из России и Украины для оказания помощи в соз¬
дании местной промышленности, поскольку экономика остальной части
Молдавии (Бессарабии) при румынской оккупации 1918-1940 гг. имела в
основном аграрный характер и была самой отсталой из всех провинций
Румынии. Приднестровье становится преимущественно русскоязычным.
Именно эти обстоятельства и стали основанием для II Чрезвычайного
Съезда депутатов всех уровней Приднестровья (в преддверии объявления
независимости Молдавии, ориентированной на воссоединение с Румыни¬
ей), провозгласить 2 сентября 1990 г. Приднестровскую Молдавскую Ре¬
спублику на основе результатов всенародного референдума.
Другой пример - Нагорный Карабах. Первоначально - в декабре
1920 г. - и Советская Россия, и Рабоче-крестьянское правительство Азер¬
байджана безоговорочно признали Нагорный Карабах, Зангезур и Нахи¬
чевань «составной частью Армянской Социалистической Республики».
Такая позиция объяснялась тем, что отношение местного населения к
Легитимация самоопределившихся государств
133
вопросу о самоопределении было выражено еще в 1918 г. Вплоть до со¬
ветизации в 1920 г. армянское население успешно отбивало все попытки
мусаватистов и турецкой армии установить контроль над этими террито¬
риями. Однако в июле 1921 г., после ультиматума СНК Азербайджанской
ССР, угрожавшего отставкой правительства, Кавказское бюро ЦК РКП(б)
при участии Сталина приняло решение о включении Нагорного Карабаха
и Нахичевани в состав Азербайджанской ССР - при полном игнорирова¬
нии мнения населения Нагорного Карабаха и Нахичевани. Большевики в
1921 г. опять-таки могли считать это решение непринципиальным в свете
мировой революции. Но последствия этого решения мир наблюдал уже в
конце 80-х - начале 90-х гг. XX в.
Осетины во время монгольского владычества были вытеснены из сво¬
их исторических мест обитания к югу от реки Дон в современной России,
а часть - и дальше на Кавказ, в Грузию, где они сформировали три от¬
дельных субэтноса. Дигоры на западе попали под влияние соседних ка¬
бардинцев, от которых они приняли ислам. Иронцы на севере стали тем,
чем является сейчас Северная Осетия, которая вошла в состав Российской
империи в 1767 г. Туалаги на юге - это нынешняя Южная Осетия, как
часть былых грузинских княжеств, где осетины нашли убежище от мон¬
гольских захватчиков. В свое время академик Н.Ф. Дубровин писал: «Ма-
лоземельность была причиной, что часть осетин переселились на южный
склон Главного Хребта и добровольно отдала себя в кабалу грузинских
помещиков. Заняв ущелья Большой и Малой Лиахви, Рехулы, Ксани и ее
притоков, осетины стали крепостными князей Эриставовых и Мачабело-
вых. Эти переселенцы и составляют население так называемых южных
осетин...»5. Таким образом, отчасти исторически естественная разделен¬
ность территории традиционного проживания осетин обусловила и исто¬
рическое же разделение единого народа на северных и южных, на Осетию
северокавказскую и закавказскую. А вот политическая необходимость
подготовки условий для включения Закавказья как единого государствен¬
ного образования в состав будущего СССР предопределила создание 20
апреля 1922 г. декретом ЦИК и Совнаркома Грузии Юго-Осетинской ав¬
тономной области в составе Грузии.
Во-вторых, наиболее настойчиво, как правило, добиваются реали¬
зации права на самоопределение, и наиболее непримиримы при дости¬
жении этого, те этносы-меньшинства, у которых либо имеется своя
государственность в лице суверенных соседних государств (Сербия -
у хорватских и боснийских сербов, Албания - у косовских албанцев,
Россия - у русскоговорящего Приднестровья, Северная Осетия в соста¬
134
ве России - у южных осетин, Армения - у армян Нагорного Карабаха,
Азербайджан - у азербайджанцев Нахичевани и т. д.), либо у которых во¬
обще отсутствует какая-либо государственность (палестинцы, евреи
до образования Израиля, курды и т. д.).
Во всех перечисленных случаях, объявление самостоятельности, то
есть реализация права на самоопределение того или иного союзного го¬
сударства, незамедлительно вызывало стремление входящих в него на¬
циональных государственно-автономных образований к объединению
со своим историческим этносом, тем более имеющим свою признанную
сообществом государственность, что в первую очередь выражалось в
стремлении собственного государственного самоопределения. Политиче¬
ские последствия этого известны. Этапы развертывания межнациональ¬
ного конфликта примерно одинаковы.
1)	Нежелание оставаться в составе государства иного этноса приводи¬
ло к стремлению этнических меньшинств воспользоваться своим правом
на самоопределение, и прежде всего в форме образования своего незави¬
симого этнического государства. Это происходило и тогда, когда такового
государства не имелось (как в случае с провозглашением Сербской Краи¬
ны, Приднестровской Молдавской Республикой и т. д.), и тогда, когда это
государство в той или иной форме автономии существовало (Нагорно-
Карабахская Республика, созданная из Нагорно-Карабахской автономной
области в составе Азербайджанской ССР, Республика Южная Осетия - из
Юго-Осетинской автономной области в составе Грузинской ССР и т. д.).
2)	Исходя из принципа территориальной целостности, даже тогда,
когда эта целостность была легитимной лишь в рамках уже несуще¬
ствующих государств (например, СФРЮ и СССР), новая центральная
власть предпринимает все возможные меры либо по недопущению об¬
разования на территории страны новых самостоятельных государствен¬
ных образований, либо по предотвращению выхода прежних автономий
из состава государства. По сути, самоопределившимися государствами
демонстрировалось непризнание права на самоопределение и свободное
развитие своих этнических меньшинств. Причем, почти на всех упомяну¬
тых выше территориях, меры, применяемые новой центральной властью,
так или иначе доходили до крайних, то есть до применения вооруженных
средств. Так, сразу после провозглашения независимости Азербайджаном
28 августа 1991 г., в начале сентября на Совместной сессии Нагорно-
Карабахского областного и Шаумяновского районного Советов народ¬
ных депутатов было провозглашено образование Нагорно-Карабахской
Республики (НКР) в границах Нагорно-Карабахской автономной области
Легитимация самоопределившихся государств
135
(ИКАО) и населенного армянами прилегающего Шаумяновского района
Азербайджанской ССР. Но уже 25 сентября начинается 120-суточный об¬
стрел Степанакерта противоградовыми установками «Алазань», эскала¬
ция военных действий разворачивается практически на всей территории
НКР, а 23 ноября Азербайджан аннулирует автономный статус Нагорного
Карабаха.
По тому же сценарию разворачивались события в грузино-осетинском
конфликте. 10 ноября 1989 г. Совет народных депутатов Юго-Осетинской
автономной области Грузинской ССР принимает решение о ее преобразо¬
вании в автономную республику. Верховный Совет Грузинской ССР не¬
медленно признает это решение неконституционным. В конце ноября при
непосредственной помощи высших должностных лиц республики более
15 тыс. грузин пытаются прибыть в Цхинвали, дабы провести там митинг.
В стычках между участниками акции, осетинами и милицией на пути в
город погибло минимум шесть человек, 27 получили огнестрельные ране¬
ния и 140 госпитализированы.
20 сентября 1990 г. Совет народных депутатов Юго-Осетинской ав¬
тономной области провозглашает Южно-Осетинскую Советскую Демо¬
кратическую Республику, принимается Декларация о национальном су¬
веренитете. В ноябре чрезвычайная сессия Совета народных депутатов
заявила о том, что Южная Осетия должна стать самостоятельным субъек¬
том подписания Союзного договора. 9 декабря 1990 г. проходят выборы
в Верховный Совет Южно-Осетинской Республики. Но уже 10 декабря
Верховный Совет Республики Грузия принимает решение об упразднении
осетинской автономии. 11 декабря 1990 г. в межэтническом столкнове¬
нии погибает три человека. Грузия вводит в Цхинвали и Джавском районе
чрезвычайное положение, а в ночь с 5 на 6 января 1991 в Цхинвали вхо¬
дят подразделения милиции и национальной гвардии Грузии. Начинаются
открытые вооруженные столкновения. Схожие события происходили и в
Хорватии, и в Боснии, и в Косово, и в Молдавии в конфликте с русского-
ворящим Приднестровьем.
3)	В создавшихся условиях на защиту самопровозглашенных госу¬
дарств в ряде случаев встают братские народы, во внутренний конфликт
втягиваются государства, этническое большинство которых составляют
представители самоопределившегося этноса, либо заинтересованные
государства-союзники тех или иных конфликтующих сторон. Внутрен¬
ний конфликт, тем самым, перерастает в межгосударственный, междуна¬
родный: западные страны активно участвуют в вооруженном конфликте
в Хорватии и Боснии, самолеты НАТО бомбят Белград; на территории
136
бывшего СССР впервые за более чем 70-летнюю историю вспыхивает
кровопролитная война между только что получившими независимость
Арменией и Азербайджаном; в вооруженных столкновениях в Придне¬
стровье принимают участие части 14-й армии России; в Южной Осетии
воюют добровольцы из Северной Осетии и казаки.
В-третьих, не всякое самоопределение наций вызывает крайние по¬
литические последствия. Как правило, это происходит в тех в случаях,
когда этнические меньшинства, даже имеющие свою государственность
в составе иного государства, испытывают скрытое или явное, актуаль¬
ное или ожидаемое в будущем неравноправие со стороны доминирую¬
щего этноса и его государственной машины. В данном случае, необхо¬
димость свободного развития нации в новых экономических условиях
толкает меньшинства на реализацию своего права на самоопределение,
как средства устранения препятствий этому развитию.
Подобное действие было характерно практически для всех вышепере¬
численных национальных движений, но особенно отчетливо проявилось
в грузино-абхазском конфликте, в котором абхазская сторона, не имею¬
щая никакой иной внешней государственности кроме автономной респу¬
блики в составе Грузинской ССР, не разделенная на этнические части
государственными границами, активно выступила за самостоятельность.
Причина - усиление в конце 1980-х гг. призывов грузинских национали¬
стических группировок к независимости от СССР и пересмотру статуса
грузинских автономий. Абхазское руководство, особенно после того, как в
1989 г. в Тбилиси прошли массовые демонстрации, в ходе которых зазву¬
чали требования ликвидации абхазской автономии, заявило о намерении
остаться в составе СССР. Опасаясь новой волны «грузинизации», абхаз¬
ские власти стали рассматривать отделение от Грузии как наиболее пред¬
почтительный вариант, хотя при этом, на тот период, абхазы составляли
национальное меньшинство в республике.
16 июля 1989 г. в Сухуми вспыхнули вооруженные беспорядки, вы¬
званные скандалом вокруг нарушений правил приема студентов в местный
университет (АГУ). Появились убитые и раненые. Для прекращения бес¬
порядков применяются войска. А вскоре, с распадом СССР, политические
конфликты в Грузии переходят в фазу открытого вооруженного противо¬
стояния как между Грузией и автономиями (Абхазия, Южная Осетия), так
и внутри Грузии как таковой. 21 февраля 1992 г. правящий Военный со¬
вет Грузии объявляет об отмене советской конституции и восстановлении
конституции Грузинской демократической республики 1921 г., по сути,
отменяющей автономный статус Абхазии. В ответ, 23 июля 1992 г. Вер¬
Легитимация самоопределившихся государств
137
ховный Совет республики восстанавливает действие Конституции ССР
Абхазии, согласно которой Абхазия является суверенным государством.
В Тбилиси принимается решение о вводе войск в автономию. Начинается
вооруженный конфликт 1992-1993 гг., в котором военную победу одер¬
жали Вооруженные силы Абхазии. Республика становится де-факто не¬
зависимым государством, но де-юре остается частью Грузии. Это стало
проявлением противоречия двух принципов международных отношений,
которыми руководствовались конфликтующие стороны: право нации на
самоопределение, которому следовала абхазская сторона, и принцип тер¬
риториальной целостности государства, на котором настаивала Грузия.
Последний принцип означает, что территория государства не может
быть изменена без его согласия. Неспособность сторон найти мирное
решение такого противоречия приводит к усугублению национальных
конфликтов, перерастанию их в военное противостояние. При этом в за¬
щиту своей позиции представители центральной государственной власти
обычно приводят утверждение о приоритете принципа территориальной
целостности по отношению к праву на национальное самоопределение.
Между тем, нельзя не видеть, что принцип территориальной целост¬
ности направлен исключительно на защиту государства от внешней агрес¬
сии. Именно с этим связана его формулировка в п. 4 ст. 2 Устава ООН:
«Все члены ООН воздерживаются в их международных отношениях от
угрозы силой или ее применения как против территориальной неприкос¬
новенности или политической независимости любого государства, так и
каким-либо другим образом, несовместимым с Целями Объединенных
Наций». Причем, применение принципа территориальной целостности
фактически подчинено осуществлению права на самоопределение. Так,
согласно Декларации о принципах международного права, в действиях
государств «ничто не должно истолковываться как санкционирующее или
поощряющее любые действия, которые вели бы к расчленению или к ча¬
стичному или полному нарушению территориальной целостности или по¬
литического единства суверенных и независимых государств, соблюдаю¬
щих в своих действиях принцип равноправия и самоопределения народов»6.
Другими словами, принцип территориальной целостности неприменим к
государствам, не обеспечивающим равноправие проживающих в нём на¬
родов и не допускающим их свободного самоопределения.
Особенно актуально подобное понимание после трагических событий
августа 2008 г. в Южной Осетии. Территориальная целостность Грузии в
границах бывшей Грузинской ССР вполне допустимое требование, но при
условии соблюдения ею равноправия и обеспечения свободного развития
138
своих негрузинских этносов-меньшинств7. К сожалению, и исторический
опыт этому свидетельствует, невозможно убедить нацию, испытавшую на
себе войну на истребление, что она способна процветать в составе госу¬
дарства, организовавшего геноцид своего народа.
В-четвертых, самоопределение наций состоит не только в отделении
этносов от центральной власти и образовании суверенных национальных
государств, но и в праве добровольно присоединяться к другим государ¬
ствам, объединяться с ними, создавать союзы государств и т. д., то есть
самостоятельно решать свою судьбу. Поэтому-то одной из особенностей
современных национальных движений, является, по сути, одновремен¬
ная актуализация двух тенденций в национальном вопросе: стремление
к обособлению и стремление к объединению. Стремящиеся к самостоя¬
тельности народы или новообразованные национальные государства,
как правило, изначально тяготеют к тем или иным более сильным в по¬
литическом, экономическом, военном и т. д. отношениях государствам,
либо этнически родственным, либо этнически или исторически близким.
Этому имеются как минимум три причины.
1)	Как уже отмечалось, многие провозгласившие независимость госу¬
дарства связывают свое процветание с объединением со своими этниче¬
скими собратьями, имеющими либо свое суверенное государство, либо
государство в составе той или иной федерации. Отсюда - неистребимое,
настойчивое стремление Нагорного Карабаха к Армении, Нахичевани - к
Азербайджану, южных осетин - к северным в составе РФ, Приднестровья -
к России и т. д.
2)	Малые, новообразованные государства, особенно в периоды своего
международного непризнания, объективно нуждаются в защите своей
независимости государствами более сильными и независимыми в эконо¬
мическом, политическом и военном отношении.
3)	Новообразующимся государствам для свободного и суверенного
развития необходимо не только провозглашение независимости, но и ее
международное признание. В противном случае, посягательства прежних
центральных властей на самостоятельность своих меньшинств, попытки
«пристегивания» их любой ценой к своей прежней государственности бу¬
дут перманентны. А в достижении этого национальные государства нуж¬
даются в сильном посреднике и союзнике, который бы активно способ¬
ствовал признанию новой независимости в международном сообществе,
в том числе и собственным примером.
Безусловно, признание новых государств означает пересмотр уста¬
новившихся в регионе и мире границ. Понятно, что принятие подобного
Легитимация самоопределившихся государств
139
решения - шаг решительный, зачастую сдерживаемый теми или иными
политическими соображениями8. Внять, к примеру, России настойчивым
просьбам Абхазии и Южной Осетии о принятии их в состав Российской
Федерации - значит незамедлительно крайне осложнить свои и без того
непростые отношения с Западом (достаточно вспомнить о реакции Запада
на Заявление Президента РФ о признании их независимости). Но, вместе
с тем, этот шаг - соответствующий объективной исторической тенденции
к объединению, без реализации которой невозможно решение националь¬
ного вопроса в регионе, невозможно предотвращение попыток вооружен¬
ного решения проблемы со стороны «великодержавного» руководства
Грузии. В то же время этот шаг продемонстрировал бы приверженность
России общепризнанным принципам международного права, ее твердость
в проведении последовательной национальной политики, правомерную
поддержку малых народов в их устремлениях к самоопределению, к удо¬
влетворению законного права на свободное, равноправное развитие.
В-пятых, в связи с вышесказанным, необходимо остановиться еще на
одном аспекте современных межнациональных отношений: на позиции
России в вопросах независимости Косово и Чечни. По уже укоренившей¬
ся практике недобросовестных западных политиков «валить с больной
головы на здоровую», Российскую Федерацию нередко обвиняют в по¬
литике «двойных стандартов»: в поддержке самоопределения народов,
входивших при СССР в состав Грузии, и непризнания такого права у ко¬
совских албанцев и Чечни.
Что касается независимости Косово, то позиция российского руковод¬
ства в свое время была открыто и недвусмысленно доведена до мировой
общественности: признание независимости Косово - есть прецедент для
решения своих национальных вопросов другими непризнанными государ¬
ственными образованиями, что, собственно, и подтвердили события на
Кавказе.
Относительно Чечни. Следует различать право наций на самоопреде¬
ление и откровенный сепаратизм, при котором отделение от государства
требуется не этносу, которому предоставлены все права и условия для
равноправного, свободного развития, а некоему военизированному мень¬
шинству населения под лозунгами ваххабизма - одного из наиболее ра¬
дикальных и ориентированных на терроризм религиозно-политических
движений в исламе. О том, что это так, свидетельствуют и те по сути
феодальные порядки, которые были установлены этим меньшинством
на всей территории Чечни после первой чеченской войны, и та неспо¬
собность экзальтированного руководства наладить мирную жизнь ре¬
140
спублики, полное разорение простого населения, и, как способ выхода
из кризиса - криминальная «экономика», бандитизм, возведенный в ранг
государственной политики, повсеместный захват заложников, грабеж и
разорение населения, теракты на территории России, попытка переноса
сепаратизма в Дагестан - соседний субъект Российской Федерации и т. д.
Ничего общего подобная политика с правом нации на самоопределение
и, тем самым, на создание условий для своего свободного развития не
имела, и иметь не могла.
Таким образом, право на самоопределение - это неотъемлемое право
нации на самостоятельное решение своей судьбы с целью свободного и
равноправного с другими нациями и народами развития. Необходимость
его применения объективно вызревает в недрах социального сосуще¬
ствования этносов, объединенных той или иной государственностью, а,
назрев, настоятельно требует своего воплощения. Это особенно необхо¬
димо учитывать в реализации внутри- и внешнеполитической стратегии
многонационального государства. Неисторический подход, недальновид¬
ная национальная политика по отношению к этносам-меньшинствам, же¬
лание власти вопреки объективным закономерностям воспрепятствовать
свободному волеизъявлению народов - всегда чреваты тяжелыми межна¬
циональными конфликтами, кровавыми вооруженными последствиями, а
нередко и откровенным геноцидом малого народа, что признается ООН
международным преступлением.
В Международном пакте об экономических, социальных и культур¬
ных правах и Международном пакте о гражданских и политических пра¬
вах от 19 декабря 1966 г. (статья 1) сказано: «Все народы имеют право на
самоопределение. В силу этого права они свободно устанавливают свой
политический статус и свободно обеспечивают свое экономическое, со¬
циальное и культурное развитие... Все участвующие в настоящем Пакте
государства... должны в соответствии с положениями Устава ООН поо¬
щрять осуществление права на самоопределение и уважать это право».
В Декларации о принципах международного права от 24 октября 1970 г.
значится: «В силу принципа равноправия и самоопределения народов, за¬
крепленного в Уставе ООН, все народы имеют право свободно опреде¬
лять без вмешательства извне свой политический статус и осуществлять
свое экономическое, социальное и культурное развитие, и каждое госу¬
дарство обязано уважать это право в соответствии с положениями Уста¬
ва». В этой же Декларации указывается, что способами осуществления
права на самоопределение могут быть «создание суверенного и независи¬
мого государства, свободное присоединение к независимому государству
Легитимация самоопределившихся государств
141
или объединение с ним, или установление любого другого политического
статуса».
1	В Международном пакте об экономических, социальных и культурных правах и
Международном пакте о гражданских и политических правах от 19 декабря 1966 г. (ста¬
тья 1) сказано: «Все народы имеют право на самоопределение. В силу этого права они
свободно устанавливают свой политический статус и свободно обеспечивают свое эконо¬
мическое, социальное и культурное развитие... Все участвующие в настоящем Пакте госу¬
дарства. .. должны в соответствии с положениями Устава ООН поощрять осуществление
права на самоопределение и уважать это право». В Декларации о принципах международ¬
ного права от 24 октября 1970 г. значится: «В силу принципа равноправия и самоопределе¬
ния народов, закрепленного в Уставе ООН, все народы имеют право свободно определять
без вмешательства извне свой политический статус и осуществлять свое экономическое,
социальное и культурное развитие, и каждое государство обязано уважать это право в со¬
ответствии с положениями Устава». В этой же Декларации указывается, что способами
осуществления права на самоопределение могут быть «создание суверенного и независи¬
мого государства, свободное присоединение к независимому государству или объединение
с ним, или установление любого другого политического статуса».
2	См.: Hurst Hannum, Autonomy, Sovereignity, and Self-Determination: The
Accomodation of Conflicting Rights. - Philadelphia, 1994.
3	См.: Принципы самоопределения в современном мире / http://ru.wikipedia.org/
wiki/
4	См.: Ленин В.И. Полное собрание соч. - 5 изд. - Т. 24. - С. 124.
5	Дубровин Н. История войны и владычества русских на Кавказе. - Т. 1. -
СПб.,1871.-С. 187.
6	См.: Декларация о принципах международного права, касающихся дружествен¬
ных отношений и сотрудничества между государствами в соответствии с Уставом
ООН (принята 24.10.1970 г. Резолюцией 2625 (XXV) на 1883-ем пленарном заседании
ГА ООН).
7	Кстати, в решении проблемы суверенитета Косово подобной точки зрения и при¬
держивались западные политики.
• В случае отсутствия помощи в этом вопросе, осуществляется попытка компенси¬
ровать непризнание самопровозглашенных государств международным сообществом
взаимопризнанием этих государств, как это произошло в середине 2001 г. в Степана¬
керте, когда было образовано Содружество Непризнанных Государств (СНГ-2) - не¬
формальное объединение, созданное для консультаций, взаимопомощи, координации
и совместных действий непризнанными самопровозглашенными государственными
образованиями на постсоветской территории - Абхазией, Нагорно-Карабахской Респу¬
бликой, Приднестровской Молдавской Республикой и Южной Осетией.
* Приведено по: http://www.nic-nauka.rU/material/l/

ГОСУДАРСТВА СТАРЫЕ И НОВЫЕ:
МЕНЯЮЩИЕСЯ ПАРАДИГМЫ
И НЕЛЕГКИЙ ПУТЬ К МИРУ
В НАГОРНОМ КАРАБАХЕ
В. л/. ОСКАНЯН
За последние десять лет содержание и акцент переговоров по Нагор¬
ному Карабаху радикально изменились. Если разбить процесс на несколь¬
ко этапов, становится понятно, как мы оказались в ситуации, когда, при
наличии политической воли, мы можем более целенаправленно двигаться
к разрешению наших разногласий.
Конфликт начался в 1988 г., когда Азербайджан применил силу в
ответ на мирные демонстрации населения Нагорного Карабаха, высту¬
павшего с призывами дать этому населенному армянами региону воз¬
можность определить свой собственный статус. Даже во время продол¬
жавшихся военных действий внутри бывшего советского пространства
предпринимались разного рода беспорядочные, несогласованные и им¬
пульсивные попытки посредничества. В 1992 г. процесс урегулирования
конфликта после подключения Совещания по Безопасности и Сотрудни¬
честву в Европе принял международный характер. Но когда мы решили,
что боевые действия уже закончились, Азербайджан предпринял еще
один штурм в декабре 1993 г. Нападение было отбито карабахскими ар¬
мянами, которые установили контроль над некоторыми окружающими
территориями для того, чтобы не допустить повторения военной агрес¬
сии. К маю 1994 г. была достигнута договоренность по прекращению
огня. На саммите теперь уже переименованной Организации по Безо¬
пасности и Сотрудничеству в Европе (ОБСЕ) в Будапеште в декабре
того же года ОБСЕ объединила в один процесс различные переговорные
направления. Таким образом, окончание военных действий совпало с
созданием механизма серьезных переговоров, которые продолжаются
по сей день.

Легитимация самоопределившихся государств
143
С годами международные события и процессы самоопределения в
разных уголках земного шара привели к фундаментальным сдвигам в вос¬
приятии мировым сообществом вопросов, лежащих в основе карабахско¬
го конфликта, равно как и в процессе и содержании переговоров. Отно¬
шения между государствами - новыми и старыми - сегодня переживают
трансформацию. Мы стали свидетелями провозглашения независимости
Восточного Тимора в результате проведенного там референдума; подпи¬
сания соглашения в Судане о прекращении длившегося десятилетиями
конфликта, на основе референдума, который будет проведен в одной из
частей страны. Всерьез обсуждается возможность проведения референду¬
ма по статусу Косово. Среди политологов, экономистов, специалистов в
области права растет понимание возможности и реальности признания в
отдельных случаях права нации на самоопределение.
Каждый пример борьбы за самоопределение должен оцениваться с
точки зрения конкретных исторических и юридических обстоятельств,
равно как и сложившейся ситуации на месте. Конфликты, связанные со
стремлением народа к самоопределению, делятся на четыре категории, в
зависимости от степени контроля, осуществляемого государством над при¬
надлежащей ему территорией (включая территорию, на которой прожива¬
ет стремящийся к самоопределению народ) и от степени самоопределе¬
ния, достигнутого на практике теми, кто к нему стремится. В конфликтах
первой категории народ, желающий самоопределения, осуществляет это
право путем голосования, в результате которого он решает остаться ча¬
стью другого государства. Единственным примером такого рода является
Квебек, население которого проголосовало за то, чтобы остаться в соста¬
ве Канады. Подавляющее большинство сегодняшних сепаратистских дви¬
жений относится ко второму типу, когда население лишено какого-либо
права на самоопределение государством, полностью контролирующим
оспариваемую территорию. Третья категория состоит из промежуточных
примеров, когда государство не способно полностью контролировать же¬
лающий добиться самоопределения народ, но и тот в свою очередь недо¬
статочно силен для того, чтобы контролировать свою собственную терри¬
торию с какой-либо уверенностью в сохранении данной ситуации.
Нагорный Карабах относится к совершенно иной, четвертой категории.
Азербайджан абсолютно не контролирует Карабах, который за последние
15 лет добился всех практических атрибутов полного сувернитета. В этом
контексте попытки убедить население Карабаха принять азербайджанскую
юрисдикцию путем обещания гарантий прав человека и экономических
выгод являются бессмысленным занятием. Кроме продолжительности и
144
фундаментальности этого самоопределения, сложившаяся в Нагорном
Карабахе ситуация подкрепляется и дополняется следующими момента¬
ми. Во-первых, он отделился вполне законным путем, в соответствии с
существующим в тот период законодательством. Во-вторых, территория, о
которой идет речь, никогда не находилась под юрисдикцией независимо¬
го Азербайджана. В-третьих, использовав насилие против людей, которые
считались его гражданами, Азербайджан потерял моральное право осу¬
ществлять какой-либо контроль над этими людьми. И, наконец, существу¬
ет де факто политическая реальность доказанной на практике способности
Нагорного Карабаха проводить выборы, управлять живущим там народом,
защищать свои границы и осуществлять внешнюю политику.
Властям Азербайджана трудно смириться с этими неоспоримыми
фактами. Вместо этого они строят свой подход на новых предположениях
и мифах. Прежде всего, они убедили себя в том, что камнем преткнове¬
ния в данном конфликте являются азербайджанские территории. Тем не
менее, таких территорий, контролируемых армянами за пределами Нагор¬
ного Карабаха, не существовало в начале конфликта. Эти территории по¬
пали под контроль армян не только из-за возникшего спора относительно
статуса Нагорного Карабаха, но и в результате попытки Азербайджана
полностью очистить Нагорный Карабах от армян.
Во-вторых, азербайджанскому руководству хочется верить, что если
ему не удастся максимально реализовать свои требования через перегово¬
ры, оно всегда сможет прибегнуть к силовому решению. Но разве не оче¬
видно, что окончательное силовое решение конфликта невозможно? Для
достижения военного успеха потребуется гораздо больше, нежели тради¬
ционные вооружения, направленные против народа Карабаха, который бу¬
дет защищать свои дома. Азербайджан сможет добиться успеха только в
том случае, если он проведет этническую чистку Карабаха, изгнав оттуда
всех армян.
В-третьих, Азербайджан считает, что время на его стороне. Эта вера
зиждется на уверенности в том, что доходы от продажи нефти повысят
боеспособность страны. Это величайшее заблуждение, ибо нет гарантий,
что время будет работать на какую-либо из сторон. Сегодня в мире су¬
ществует определенный и постоянно растущий крен в пользу поддержки
права нации на самоопределение. Чем дольше Нагорный Карабах сможет
поддерживать свою де факто независимость, тем труднее будет повернуть
вспять колесо истории.
В-четвертых, азербайджанские власти считают, что изолированная от
остального мира Армения не сможет сохранить свою позицию экономи¬
Легитимация самоопределивгиихся государств
145
чески и рано или поздно пойдет на серьезные уступки. Это предположе¬
ние ошибочно, потому что в первую очередь народ Нагорного Карабаха
должен сам дать согласйие на какие-либо уступки. Более того, и перед
Арменией, и перед Нагорным Карабахом уже не стоит вопрос элемен¬
тарного экономического выживания, и даже имеет место экономический
рост.
И, наконец, Азербайджан убедил себя в том, что представляя миру
Армению в качестве агрессора, он сможет использовать международные
резолюции для того, чтобы принудить армян к капитуляции. Тем не менее,
армяне не раз демонстрировали, что Азербайджан является жертвой соб¬
ственной агрессии. Территории вокруг Нагорного Карабаха могут быть
возвращены для того, чтобы обеспечить безопасное будущее Нагорного
Карабаха, но они могут быть и сохранены Арменией, если это поможет
добиться той же цели более эффективно. Цель же состоит в обеспечении
безопасности и самооопределения, а не в обретении территорий.
Решение этого конфликта не может быть найдено ни путем примене¬
ния силы, ни путем принятия международных резолюций, ни каким-либо
другим способом, навязанным извне. Единственный путь к нахождению
правильного решения лежит в готовности продемонстрировать полити¬
ческую волю и выработать реалистичный подход. Армяне не отступают
от своих первоначальных требований о том, что не должно быть никаких
вертикальных отношений между Нагорным Карабахом и Азербайджаном,
что у Нагорного Карабаха должна быть географическая связь с Арменией,
и что безопасность населения Нагорного Карабаха должна быть гаранти¬
рована.
Для нас основой урегулирования станет подтверждение права на са¬
моопределение народа Нагорного Карабаха и международное признание
этого права. Принятие этого факта Азербайджаном - и его формальное
закрепление в соглашении - откроет путь к разрешению этого конфликта
и ликвидации его последствий.
* Приведено по: http://highlander.hop.ru/nevvoldstates.htm

РЕЗОЛЮЦИЯ
МЕЖДУНАРОДНОГО «КРУГЛОГО СТОЛА»
«ОРГАНИЗАЦИЯ ОБЪЕДИНЕННЫХ НАЦИЙ
И ЕЕ РОЛЬ В СОВРЕМЕННОЙ СИСТЕМЕ
МЕЖДУНАРОДНЫХ ОТНОШЕНИЙ»
29 июня 2010 г. в конференц-зале Приднестровского государственно¬
го университета им. Т.Г. Шевченко состоялся международный «круглый
стол» «Организация Объединенных Наций и ее роль в современной си¬
стеме международных отношений», посвященный 65-летию образования
ООН.
Организаторами «круглого стола» выступили Министерство ино¬
странных дел Приднестровской Молдавской Республики и НИИ страте¬
гического анализа и прогнозирования ПТУ им. Т.Г. Шевченко.
В работе международного «круглого стола» приняли участие предста¬
вители Администрации Президента ПМР, Верховного Совета ПМР, Ми¬
нистерства иностранных дел ПМР, Уполномоченного по правам человека
в ПМР, преподаватели и сотрудники ПГУ им. Т.Г. Шевченко, Тирасполь¬
ского юридического института им. М.И. Кутузова, дипломатические пред¬
ставители Российской Федерации, Украины, Абхазии и Южной Осетии.
Участники «круглого стола» отметили, что в условиях глобальных
международных отношений особое значение приобретает действительное
соблюдение универсальных принципов, отраженных в Уставе Организа¬
ции Объединенных Наций и основанных на равноправии, справедливо¬
сти, верховенстве международного права, поощрении уважения к правам
человека и основным свободам для всех, без различия расы, пола, языка
и религии.
Мировой опыт урегулирования конфликтов конца XX - начала XXI в.
свидетельствует о настоятельной необходимости сохранения ООН в каче¬
стве универсального механизма по поддержанию международного мира и
глобальной безопасности, коллективному регулированию международных
отношений и обеспечению устойчивого развития и стабильности.

Легитимация самоопределившихся государств
147
Неотъемлемой частью широкого процесса обновления и совершен¬
ствования ООН должно стать комплексное реформирование организации,
обусловленное необходимостью ее дальнейшего укрепления для решения
задач в сложных условиях новых вызовов и угроз, адаптации к современ¬
ным геополитическим и региональным реалиям.
Участники международного «круглого стола» подчеркнули, что При¬
днестровская Молдавская Республика всецело принимает и стремится к
неукоснительному соблюдению общепринятых международных принци¬
пов, закрепленных в Уставе ООН, являясь последовательным сторонником
цивилизованных подходов и методов международного взаимодействия.
Международно-правовое оформление независимости Приднестров¬
ской Молдавской Республики может быть осуществлено исключительно
мирным политическим путем в полном соответствии с универсальным
принципом равноправия и самоопределения народов, с учетом фактиче¬
ского потенциала жизнеспособности Приднестровья.
Затянувшиеся процессы урегулирования конфликтов на постсовет¬
ском пространстве и в других регионах мира свидетельствуют о высокой
востребованности участия ООН в выработке единых принципов мирного
политического урегулирования, что станет существенным вкладом Орга¬
низации в дело обеспечения общемировой стабильности и безопасности
на современном этапе.
Участники международного «круглого стола» - ответственные пред¬
ставители органов государственной власти Приднестровской Молдавской
Республики выразили готовность продолжать активную работу по при¬
соединению Приднестровья ко всем конвенциям Организации Объеди¬
ненных Наций, устанавливающим основополагающие международные
принципы по широкому спектру жизненно важных направлений.
Принято 29 июня 2010 г.,
г. Тирасполь

СВЕДЕНИЯ ОБ АВТОРАХ
Арутюнян Аветик Гамлетович - аспирант кафедры права Арцахско¬
го государственного университета (г. Арцах)
Галинский Илья Николаевич - директор Института истории, госу¬
дарства и права ПГУ им. Т.Г. Шевченко, директор Центра социальных и
политических исследований. «Перспектива» НИИ стратегического анали¬
за и прогнозирования ПГУ им. Т.Г. Шевченко (г. Тирасполь)
Игнатьев Виталий Викторович - заместитель Министра иностран¬
ных дел ПМР, научный сотрудник Центра социальных и политических
исследований «Перспектива» НИИ стратегического анализа и прогнози¬
рования ПГУ им. Т.Г. Шевченко (г. Тирасполь)
Кильдюшов Олег Васильевич - ведущий аналитик группы «Прак-
сис», политический обозреватель журнала «Сократ» (г. Москва)
Кускова Светлана Михайловна - доцент Российского государствен¬
ного социального университета канд. филос. наук, (г. Москва)
Кушаков Михаил Николаевич - старший научный сотрудник Цен¬
тра социальных и политических исследований «Перспектива» НИИ стра¬
тегического анализа и прогнозирования ПГУ им. Т.Г. Шевченко, доц.,
канд. юрид. наук (г. Тирасполь)
Малярчук Александр Анатольевич - заместитель министра ино¬
странных дел ПМР (г. Тирасполь)
Малярчук Оксана Анатольевна - старший преподаватель кафедры
конституционного и административного права Института истории, госу¬
дарства и права ПГУ им. Т.Г. Шевченко (г. Тирасполь)
Осканян Вардан Минасович - министр иностранных дел Армении
в 1998-2008 гг. (г. Ереван)
Осипова Светлана Анатольевна - доц. кафедры основ политики и
политического управления Института истории, государства и права 111 У
им. Т.Г. Шевченко, канд. полит, наук (г. Тирасполь)
Симоненко Сергей Олегович - заместитель министра иностранных
дел ПМР (г. Тирасполь)

Сведения об авторах	149
Тимошев Рафаэль Миргалиевич - президент Фонда содействия на¬
учным исследованиям проблем безопасности «Наука-XXI», председатель
Комиссии Общественного совета при Министерстве обороны Российской
Федерации, генерал-лейтенант, д-р. филос. наук, профессор (г. Москва)
Черниченко Станислав Валентинович - вице-президент Россий¬
ской ассоциации международного права, директор Центра международ¬
ного права и гуманитарных проблем, профессор, д-р юрид. наук (г. Мо¬
сква)
Чирикба Вячеслав Андреевич - Чрезвычайный и Полномочный По¬
сол, глава делегации Республики Абхазия на Международных Женевских
дискуссиях (г. Сухум)

СОДЕРЖАНИЕ
ПРЕДИСЛОВИЕ	5
ОРГАНИЗАЦИЯ ОБЪЕДИНЕННЫХ НАЦИЙ В СИСТЕМЕ
СОВРЕМЕННЫХ МЕЖДУНАРОДНЫХ ОТНОШЕНИЙ
Создание Организации Объединенных Наций как итог дипломатического
сотрудничества стран антигитлеровской коалиции
в период Великой Отечественной войны (С. О. Симоненко) 	6
Роль Организации Объединенных Наций в процессе признания государств
(А.А. Малярчук)	12
Право на самоопределение народов в документах ООН и политических
интерпретациях (И.Н. Галинскии)	18
Право народов на самоопределение: взгляд на проблему сквозь призму резолюций
Генеральной Ассамблеи ООН (С.Л. Осипова)	23
Устав ООН как важнейший многосторонний договор современности
(О.А. Малярчук) 	36
Реформа ООН: куда дальше?	44
МОЛДО-ПРИДНЕСТРОВСКОЕ УРЕГУЛИРОВАНИЕ:
РЕАЛИИ И ПРЕЦЕДЕНТЫ
Референдарный принцип как основа обеспечения региональной безопасности в свете
международного опыта урегулирования конфликтов (молдо-приднестровское измерение)
(В. В. Игнатьев) 	51

Содержание
151
Государственный суверенитет Приднестровской Молдавской Республики и его
основные составляющие (М.Н. Кушаков)	72
Новые реалии и прецедентные факторы молдо-приднестровского урегулирования.
Все упирается в двойные стандарты (И.Н. Галинский)	78
ЛЕГИТИМАЦИЯ САМООПРЕДЕЛИВШИХСЯ ГОСУДАРСТВ В
ФОКУСЕ ЭЛЕКТРОННЫХ СМИ
Легитимность права на самоопределение нации Нагорно-Карабахской Республики
(А.Г Арутюнян)	89
Признание Россией Республики Абхазия: подводя некоторые итоги
(В.А. Чирикба)	99
Право народов на самоопределение. Защита меньшинств в современном
международном праве (С.В. Черниченко)	103
Соотношение права народов на самоопределение и права государств на
независимость, суверенитет и территориальную целостность (С.М. Кускова) 	115
Приднестровье: в поисках новой парадигмы (О.В. Кильдюшов)	119
Право наций на самоопределение и современные межнациональные конфликты
(Р.М. Тимошев)	126
Государства старые и новые: меняющиеся парадигмы и нелегкий путь к миру в
Нагорном Карабахе (В.М. Осканян) 	142
Резолюция международного «круглого стола» «Организация Объединенных Наций
и ее роль в современной системе международных отношений»	146
СВЕДЕНИЯ ОБ АВТОРАХ	148

Научное издание
РОЛЬ ОРГАНИЗАЦИИ ОБЪЕДИНЕННЫХ НАЦИЙ
В СОВРЕМЕННОЙ СИСТЕМЕ МЕЖДУНАРОДНЫХ
ОТНОШЕНИЙ И НОВЫЕ МЕХАНИЗМЫ ЛЕГИТИМАЦИИ
САМООПРЕДЕЛИВШИХСЯ ГОСУДАРСТВ
Издается в авторской редакции
Ответственный редактор ИМ. Благодатских
Компьютерный набор Е.Г. Толмачевская
Компьютерная верстка С.А. Войтенкова
Сдано в набор 14.11.2011. Подписано в печать 23.12.2011.
Печать офсетная. Бумага офсет. Формат 60x84 1/16.
Гарнитура Times New Roman. Усл. печ. л. 9,5. Тираж 500 экз. Заказ 160.
Приднестровский государственный университет им. Т.Г. Шевченко
MD 3300, г.Тирасполь, ул. Мира, 18.
E-mail: perspektiva@spsu.ni
Отпечатано с готового оригинал-макета
в типографии ООО «Литера»
3300 Молдова, г. Тирасполь, ул. Горького 56.
Тел.: +373 (533) 7-39-49
E-mail: litera@idknet.com