2022353741

Ёжелмьсягный иллюстрированный военно­
общественный жуналъ.

97$. 1.

Январь 1907.

Бол. золотая медал.
Золотая медаль.

Нижній Новгородъ.

Золотая медаль.

Чикаго 1893 г.

Парижъ 1900 г.

1896 г.

Москва 1903 г.

П:N№

ФАБРИКА

л COLI МИ JS

Москва 1902 г.

Военно-шорно-сѣдельныхъ издѣлій
И СКЛАДЪ ПРЕДМЕТОВЪ ВОЙСКОВОГО ХОЗЯЙСТВА

торговаго дома

Г. ВОЛКЪ и К* въ МОСКВѢ.

Для телеграммъ: Москва, Геволкъ, СаДОВНИКИ, собственный

Теле фоны №№ 10-55 н 66-16.

ДОМЪ.

I. Фабрика Торговаго Дома Г. ВОЛКЪ и К0 въ Москвѣ.
ПРОИЗВОДИТЪ:
9. Конюшенныя принадлежности

10. Брезенты форменные для всѣхъ пово­

лабораторныя.
12. Снаряженіе для пѣхоты, кавалерія,

ар­

тиллеріи и казаковъ.

13. Обмундированіе для всѣхъ частей войскъ.

образца и скорострѣльной.
6. Упряжь для интендантскаго обоза.
7. Принадлежности для интендантскаго обоза

(предметы для укладки).
для артельныхъ пово­
зокъ и походныхъ кухонь.

8. Упряжь рабочую

14. Непромокаемыя накидки

брезентовыя,

виксатиновыя и друг.
15. Постельное

и носильное

бѣлье

для

нижнихъ чиновъ и госпиталей.

Упряжь городскую и загородную (одййочй., парй., Троей, ц четй.).

II. Кожевенный заводъ Торговаго Дома Г. ВОЛКЪ и К0 въ Москвѣ,
ВЫДѢЛЫВАЕТЪ а ОТДѢЛЫВАЕТЪ:

Кожу, сыромятную, юфтовую, глянцевую, выростки для обтяжки
ноженъ и всѣ другіе сорта, потребные для войскового хозяйства.

III. Оптово-фабричный вкладъ Торговаго Дома Г. ВОЛКЪ и К0 въ Москвѣ
доставляетъ частямъ войскъ всѣ предметы войскового хозяйства:
байковыя, суконныя, хлопчато­
бумажныя (въ большомъ выборѣ).

6. Шанцевый

тулупы, папахи, фуфайки,
перчатки вязаныя и кожаныя на мѣху.

7. Подковы, шипы, гвозди, завода Посселя,

1. Одѣяла

2. Полушубки,

сапоги (валяные, кожаные
войлокѣ и бурочной матеріи).

3. Теплые

на

4. Сукно, холстъ и всѣ матеріалы для швальни.

5. Инструментъ мастерской,

новленнаго описанія.

согласно уста­

инструментъ и чахлы

въ

1

зокъ и матерія для нихъ.
11. Палатки походи., лагери., госпитальн, н

кав ал ер ій скія и казачь я для с т р а ж н и к о в ъ

Сѣдла кав ал ер ій скія и казачь я для с тр а ж н и ко в ъ

4. Упряжь артиллерійскую новаго образца
изъ нечерненой кожи.
5. Принадлежности для артиллеріи прежняго

(недо­

уздки, троки, щетки, скребницы и друг.).

нему.

по заводскимъ цѣнамъ.
8. Нефтяные смазочные продукты Тов.
А. Л. Фроловъ и К0, но заводскимъ цѣнамъ.
9. Колеса, оси, втулки, шайбы для казен­

ныхъ повозокъ.
Посуду кухон. и артельн. (лужен., »ма­
ляров., мѣдную).

10.

Прэйоъ-Куранты всѣхъ отдѣленій фабрики и склада высылаются безвозмездно.
Новый иллюстрированный нреіісь-кураитъ фирмы на 1907 г. находится въ печати и будетъ разо­
сланъ въ части войскъ въ непродолжительномъ временя.

*Ъдла
С

для гг. офицеровъ и
нижнихъ чиновъ всѣхъ частей войскъ.
1
2. Сѣдла англійскія, скаковыя, дамскія, дѣт­
скія и др.
. 3. Манежныя принадлежности я вольти­
жер. сѣдла.
1. Сѣдла форменныя

. .

ЖУРНАЛЪ ВОЕННО ОБЩЕСТВЕННЫЙ.

Январь JCs 1 1907 г.

МОСКВА.
Типографія подъ фирм. „ПЕЧАТЬ и ГРАВЮРА“. Б. Дмитровка, д. Георгіевск. мои.

1907,

ЕГО ИМПЕРАТОРСКОЕ ВЕЛИЧЕСТВО

ГОСУДАРЬ ИМПЕРАТОРЪ

піжолай /жюндговичъ.

osT93HN,nag зоючотачзп/пм oia
епотлязпми еллдасп
.«жасндн/ш™ йлпоші

-.

ЕЯ ИМПЕРАТОРСКОЕ ВЕЛИЧЕСТВО

ГОСУДАРЫНЯ ИМПЕРАТРИЦА
ллттдгл

ѳюдоровна,

0QT?3PNRgS ЖЯЭЯПТАЯЗТіЛМ R9
s "HîcNAWO 1
лжяошна

ящмэийвд

Русско-Японская война, не давшая нашей арміи ни
одной побѣды, а только пораженія, закончившаяся тяже­
лымъ для родины миромъ, побудила военную среду при­
ложить усилія, чтобы разобраться въ причинахъ этого
явленія. Рядъ критическихъ статей, болѣе или менѣе
страстныхъ, показываетъ насколько глубоко затронута
наша среда постигшимъ армію и страну несчастіемъ.
Для серьезной и обстоятельной критики едва ли настало
время: нужно выждать объявленія офиціальныхъ данныхъ,
подлинныхъ распоряженій и донесеній, чтобы сдѣлать
это научнымъ путемъ. Но вопросъ о дальнѣйшей работѣ
арміи, о перемѣнахъ въ организаціи ея нельзя не при­
знать своевременнымъ. Пока будетъ издана исторія войны
съ приложеніемъ подлинныхъ документовъ, имѣется до­
статочно времени обсудить проекты тѣхъ измѣненій, ко­
торыя желательны въ нашей арміи. Коренные недостатки
сознаются большинствомъ, чему доказательствомъ слу­
жатъ многочисленныя статьи, съ указаніемъ тѣхъ или
другихъ измѣненій по различнымъ отраслямъ военнаго
дѣла.
Вопросъ же, слѣдуетъ ли пересмотрѣть всѣ основы
организаціи нашей арміи, или ограничиться частичными
поправками, видимо не нашелъ еще твердаго рѣшенія.
Со времени Основателя регулярной арміи въ Россіи
прошло 200 лѣтъ. Въ теченіе перваго вѣка послѣ него
войны были почти непрерывно, а потому не было вре­
мени выяснить недочеты въ организаціи, хотя указаній
на нихъ, какъ видно изъ исторіи войнъ, было достаточно.
1

ЕГО ИМПЕРАТОРСКОЕ ВЫСОЧЕСТВО

ГОСУДАРЬ НАСЛѢДНИКЪ ЦЕСАРЕВИЧЪ И ВЕЛИКІЙ КНЯЗЬ

АЛЕКСѢЙ НИКОЛАЕВИЧЪ.

.

Основы

а ri
■ня

.!

оатззроУіае зонзяотлззпмм

ТЯЖ

013

æKiü-1 «ІНМгеЗѲ-N cTHN'ßWXI. сГЬ’ІПГДГ.Ж dW?<9ûl
стаастныхъ, показываетъ

время: нужно Выждать объявлен!!! «w:;n
подлинныхъ распоряженій и динеле;
по научнымъ путемъ. Но вопросъ ■> л- с..-:/'Л
.. . ’!И О !!•..•].)■ ■ Иѣі: •’■
гнать своеврёмснн - ѵ ь
ме
лиложенй-мъ і‘Л.: иныхъ
ста чно времени обсуди л- проекты
арміи t г
■1 орыя желательн!..
co;jh I ются бол ьрт ÏCTBO
жатъ МйогочйС.теоН'ЫЯ статьи, съ укь,;
/.ру.-ихъ измѣненій по разлачаимъ •
дѣла.
: ■ Ъ' '
' ЛОВЫ
Вопросъ же, ( тЬдуетъ ли .персе"-.
■•;
.••; ячными
■■ ■ .ліи'.аціи паліей арміи, или •.-гран

іенія»
». -о времени Основателя рогуля’
р|
•: ІіЪ РоССѴ
в постѣ
лр лило 200 лѣтъ. Въ теченіе пег
• Не было
С’.’И'іы были почти непрерывно,
ХОТЯ
;ІИ.
ъеш: выяснить недочеты въ ор::
-ён
іло ДОС
*
’ -' на нихъ, какъ видно изъ исторіи койні

1

„ВОЙНА, и МИРЪ“

5

Основы организаціи нашей арміи.

Въ царствованіе Александра I, когда массы войскъ, со­
средоточенныя на одномъ театрѣ дѣйствій, достигли зна­
чительныхъ размѣровъ, были сдѣланы лишь мѣропріятія,
вызываемыя этимъ явленіемъ. Учрежденіе министерства
лишь измѣнило названіе до т.го бывшаго учрежденія, не
внося въ основы организаціи ничего новаго. Реформы въ
арміи были произведены послѣ Крымской войны, въ связи
съ перемѣной внутренняго строя государства: освобожде­
ніемъ крестьянъ, всеобщей воинской повинностью и пр.
Эти реформы внесли въ армію много новыхъ началъ, но
тѣмъ не менѣе не затронули нѣкоторыя старыя, въ то
время уже отжившія. Эти начала остались нетронутыми
до нашего времени; главныя изъ нихъ: избытокъ центра­
лизаціи, имѣвшій мѣсто когда арміи были малы и отъ под­
чиненныхъ самодѣятельности не требовалось, и система
недовѣрія къ подчиненнымъ, красной ниткой проходящая
черезъ все законодательство, ведущая къ чрезмѣрному
умноженію переписки въ войскахъ.
Кромѣ того при реформахъ 60-хъ годовъ не было при­
нято во вниманіе то вліяніе на укладъ въ арміи, которое
должны были оказать перемѣны во внутреннемъ строѣ
государства. Кадромъ арміи попрежнему считался составъ
нижнихъ чиновъ, а потомъ пробовали видѣть его въ
сверхсрочныхъ унтеръ-офицерахъ. Остался взглядъ на
офицера, какъ на высшее существо, на барина, обязан­
ности котораго въ мирное время заключаются лишь въ
представительствѣ, а не въ черной работѣ по боевой
подготовкѣ войскъ.
Опытъ Франко-Прусской войны, въ которой принимали
участіе арміи новаго типа—вооруженный народъ, внесшій
новые взгляды на подготовку къ войнѣ, далъ нашей арміи
.лишь учрежденіе корпусовъ и приподнялъ значеніе Ге­
неральнаго Штаба.
При такихъ условіяхъ, теперь, когда мы находимся въ
положеніи, весьма сходномъ съ бывшимъ послѣ Крымской
войны, когда налицо даже реформы внутренняго быта
государства,— едва ли есть основаніе отказаться отъ ко­
реннаго пересмотра нашей организаціи.
Ослабленное какъ внѣшней неудачной войной, такъ
и внутренними безпорядками, отечество наше вынуждено
будетъ нѣкоторое время вести мирную политику, чтобы
имѣть возможность собраться съ силами и все привести
въ порядокъ. Какъ не воспользоваться этимъ временемъ
для реформъ въ арміи, чтобы поставить ее на началахъ,
ближе стоящихъ къ современнымъ боевымъ требованіямъ
и новымъ условіямъ внутренняго быта государства.

6

„ВОИНА и МП-Р'Ь

.V- t

Основы организаціи нашей арміи.

Частичныя реформы, пересмотръ отдѣльныхъ вопросовъ
не приведетъ къ цѣли. Вспомнимъ, сколько разъ собира­
лись комиссіи для пересмотра положеній о перепискѣ
въ войскахъ, съ цѣлью уменьшенія ея. Всѣ работы не до­
стигли цѣли, и переписка въ войскахъ увеличивается, а
не уменьшается. Объясняется это исключительно ’тѣмъ,
что вопросъ о перепискѣ тѣсно связанъ съ организаціей
арміи, и, не -трогая ея, никоимъ образомъ переписку
уменьшить нельзя.
Приведенныя соображенія побудили представить на­
стоящій трудъ на судъ читающей публики. Цѣль его—вы­
звать. обмѣнъ мнѣній работниковъ военной литературы,
перенести центръ тяжести ихъ работы съ критики про­
шлаго на творческій трудъ проектированія организаціи
будущаго.
Приводимыя основы организаціи арміи ничего новаго
представить не могутъ,—онѣ общеизвѣстны. Даже введеніе
инспекціи войскъ, какъ самостоятельнаго учрежденія,
представляемъ собою лишь развитіе идеи, уже практикуе­
мой у насъ. Но способъ примѣненія ихъ, степень раз­
витія каждой идеи для приложенія на практикѣ,—вотъ во­
просы, всестороннее обсужденіе коихъ въ печати весьма
желательно для пользы дѣла. Къ тому времени, какъ въ
печати эти вопросы будутъ обсуждены, появятся офиці- -альные источники минувшей войны. Тогда, послѣ свѣрки
съ выводами изъ нихъ выработаннаго проекта реформъ,
можно было бы приступить и къ садимъ реформамъ.

I.

Духъ войскъ.
Старая истина, что армія тѣмъ лучше, чѣмъ выше духъ
войскъ. Это положеніе и должно быть поставлено крае­
угольнымъ камнемъ организаціи арміи: все, что клонится
къ подъему духа войскъ, должно соблюдаться и бережно
сохраняться, не взирая на трудности, какъ денежныя,
такъ и всякаго другого рода. Содержаніе государствомъ,
арміи—это страхованіе его цѣлости, его существованія. Ко­
нечно, желательно, чтобы оно обошлось возможно дешевле.
Но разъ экономія поведетъ къ тому, что самое страхова­
ніе будетъ не надежно, тогда лучше совсѣмъ отказатьсяотъ страховки.
Духъ войскъ въ арміи зависитъ: 1) отъ желанія побѣ­
дить во что бы то ни стало, 2) отъ вѣры въ самихъ себя,
3) отъ вѣры въ своихъ командировъ, 4) отъ физическаго-

№ 1

...ВОЙНА и МИРЪ“

Основы организаціи нашей арміи.

состоянія воиновъ и, наконецъ, 5) отъ нравственнаго спо­
койствія за оставленныя долга семьи, т.-е. отъ убѣжденія,
что если придется положить животъ свой за родину,—семья
будетъ обезпечена.
Разберемъ, въ чемъ заключаются условія подъема духа
войскъ.
1) Желаніе побѣдить во что бы то ни стало дается па­
тріотизмомъ, популярностью войны въ народѣ и въ вой­
скахъ. Это можетъ быть достигнуто лишь продолжитель­
номъ воспитаніемъ народа, веденнаго къ познанію инте­
ресовъ государства, въ свою очередь направляющаго дѣя­
тельность такъ, чтобы интересы его и народа были нераз­
дѣльны.
2) и 3) Вѣра офицера и солдата въ себя и въ своихъ
командировъ достигается надлежащимъ воспитаніемъ и
обученіемъ; кромѣ того—установленіемъ соотвѣтствующихъ
отношеній воиновъ различныхъ степеней между собою.
Для постановки дѣла на требуемую высоту необходимъ
настойчивый и непрерывный трудъ. Кадръ арміи знаніемъ
дѣла и преданностью службѣ долженъ вселить уваженіе
перемѣнному составу вооруженной силы государства. Про­
должительное и .тѣсное знакомство другъ съ другомъ
должно дать мѣсто взаимной привязанности.
4) Въ отношеніи физическаго состоянія наибольшую роль
играютъ возрастъ и втяну гость въ походъ. Солдатъ 21—30
лѣтъ удовлетворяетъ всѣмъ требованіямъ. Онъ еще спосо­
бенъ къ энтузіазму, смѣлъ, не удрученъ заботами. Онъ въ
полномъ расцвѣтѣ силъ и обладаетъ наибольшею упруго­
стью сопротивленія какъ усталости, такъ и болѣзнямъ.
Этотъ послѣдній пунктъ весьма важенъ, ибо одной
усталости достаточно, чтобы подорвать даже высокій духъ
войскъ. На это должно обращаться самое серьезное вни­
маніе.
Передъ началомъ кампаніи войска должны быть втянуты въ
походъ, иначе усталость, которая не замедлитъ овладѣть
всѣми, поведетъ къ роковымъ послѣдствіямъ. Усталость
порождаетъ въ организмѣ въ теченіе продолжительной ра­
боты отбросъ отъ недостатка окисленія крови—ядовитый
шлакъ. Современной химіи удалось отдѣлить это вещество,
названное левкомаиномъ. Въ нормальномъ состояніи орга­
низма левкомаинъ сжигается при посредствѣ кислорода
крови, разрушается въ печени или уничтожается почками.
При большой усталости, когда ея размѣръ переходитъ
физіологическій предѣлъ, человѣкъ отравляется левко­
маиномъ, отчего всѣ органы разслабляются; настроеніе его
въ это время подвергается наибольшимъ случайностямъ, и

„ВОЙНА и МИРЪ“

№ 1

Основы организаціи нашей арміи.

упадокъ духа всегда появляется одновременно съ упад­
комъ физическихъ силъ *).
5) Что воинъ, отстаивающій грудью интересы отече­
ства, находясь на войнѣ, долженъ быть спокоенъ за оста­
вленную семью въ случаѣ собственной гибели —само собою
понятно. Трудно ожидать подъема духа у человѣка, преис­
полненнаго такими заботами.
Вопросъ о воспитаніи народа, направленномъ къ по­
ниманію интересовъ государства для развитія сознатель­
наго патріотизма, а равно вопросъ о призрѣніи семействъ
воиновъ, лежатъ внѣ среды военнаго вѣдомства. Тѣмъ нс
менѣе они не могутъ остаться безъ разрѣшенія, не нанося
существеннаго вреда надлежащему исполненію арміей своей
обязанности въ трудную минуту жизни государства. Въ
настоящее время армія и вооруженный народъ - синонимы,
а потому какъ населеніе, такъ и гражданская админи­
страція должны сдѣлать все отъ нихъ зависящее, чтобы
помочь арміи стать на высоту своей задачи.
Поэтому при разработкѣ проекта реформъ арміи необ­
ходимо ясно и опредѣленно формулировать свои требо­
ванія къ государству.
Если, при предстоящемъ измѣненіи внутренняго устрой­
ства нашего отечества, за основаніе будетъ принята мел­
кая земская единица (приходъ, община или что-либо
другое)і то при управленіи такой единицы непремѣнно
должно быть и учрежденіе, связующее армію съ народомъ.
Такимъ учрежденіемъ можетъ быть попечительный коми­
тетъ о семьяхъ солдатъ въ случаѣ войны и для призрѣнія
увѣчныхъ. Развѣтвленія комитета должны быть въ каждомъ
неселенномъ пунктѣ, чтобы семья солдата заблаговременно
знала, къ кому ей придется обратиться въ случаѣ
нужды.
Средства комитета, кромѣ добровольныхъ пожертвова­
ній, должны образоваться изъ обязательнаго ежегоднаго
взноса членовъ общины и взноса казны за каждаго при­
званнаго на дѣйствительную службу солдата. При такихъ
условіяхъ, за продолжительный періодъ мирнаго времени
послѣ каждой войны, собрались бы къ новой войнѣ такія
значительныя средства, что вопросъ о призрѣніи сталъ бы
на твердыя основанія. .
Въ каждой общинѣ или на нѣсколько общинъ дол­
женъ быть агентъ отъ арміи изъ отставныхъ или со­
стоящихъ на службѣ офицеровъ или унтеръ-офицеровъ.
Кромѣ дѣлопроизводства въ комитетѣ призрѣнія, они дол-

*) „Ее moral des troupes, par le général Négrier“.

къ столътпему юбилею
ЛЕ-ЙБЪ-ГРАРДІИ ФИНЛЯНДСКАГО ПОЛКА.

государь императоръ

.

СЪ АВГУСТѢЙШИМЪ ШЕФОМЪ ИЛ ГУКАХЪ ПЕРЕДЪ РЯДАМИ
ФИНЛЛГІДЦЕРЪ.

- явно вопрсм ■ . ■ чи; •.■
,♦
Среды 1.ООИИЩ-.,-...л
уі ь остаться безъ разрѣши и У. -а
■ à надлежащему исполнсні ■
•р.ыуи- минуп ЖЦ ІЯ ГОСА’.'іу
■•о .и;.
'Ci
народъ С1

•

OTOM V

врем
каь ъ

•J;.-і

■
іЯ

ч ,
;

-ли.

.

-

"

-

за« нешцее.

. ...
■ ОіЬ Ul
(лзпмаоі v.MWdiiOT? <г.р

Ч'

неоо
pëfiO"

. .АИПОЛ отеВДВШФ. МДЯАф-сГЛЛЛП

дада äHÄPQ і

.

ашдзл dxam ед сГмофзш сгедШ^трѵіад а?
•..ущізлтдамф 'M;..: ■
■.{.'• ■ •■"■ :'л:-'чаѣ
ь
щ
'■ je: *<■
.
■ ?;о;о-.Кй ■ о ■
■ • іи;.?-}
1СШ: V ■ .. НК Ь.
. г;\Чья С0Л..?-4Т«t'
. .. Л
■••
. .
;■ .'ШН'іетот лираѵи«/=■. .; ;>ъ су
КДЫ
рздетва. КОМ'ІТ'
■ ■
:■ ?р
i.ü.flUx'i- ГІОЬ-ч
■
.чч::« об| йсі .
' и ■ ч.з;лъ іьнаго е;к
О'нов'ь
і 4
ул казни за на"
І ІІЙСТВИТ
. "бу <:•■■■; !ат-і.
■ ...ч
.
еоодо.чуіі • •■.?,. ■ .;.Ѵ: иедіодъ мир ■
к‘<и войны, со
-eu 4м къ яигзо.!средства. :■ 1 ч ■
; ;фИЗ|
.ы
or,, ар.:
•■:...■») офицер, ч-

= ■'

и upes. раі

■

■■.
-it; ■■
■ • ’ ѵй'тёрі 1Э?ед.;</).)!■ .

■ à N'i'grù і

№ 1

,.ВОЙНА и МИРЪ“

9

Основы организаціи нашей арміи.

жны помогать населенію въ сношеніяхъ съ войсковыми
учрежденіями, а также вѣдать военными празднествами,
на которыя собирались бы запасные въ свободное время;
на комитетѣ же должно лежать завѣдываніе складомъ
ружей, хотя бы охотничьихъ, для стрѣльбы на призы, и
другими принадлежностями военныхъ упражненій, или же
полученіе оружія изъ уѣздныхъ складовъ.
Значеніе военныхъ празднествъ среди населенія, съ
точки зрѣнія расширенія популярности войска и развитія
интереса къ нему, не подлежитъ сомнѣнію. Если же при­
нять во вниманіе, что на этихъ празднествахъ и состяза­
ніяхъ въ стрѣльбѣ запасные поддерживаютъ свою военную
подготовку,, то станетъ яснымъ, что едва ли . слѣдуетъ
казнѣ останавливаться передъ расходами на заведеніе та­
кихъ складовъ оружія, на устройство призовъ за стрѣльбу,
за гимнастическія упражненія и т. п.
Вопросъ можетъ быть разрѣшенъ такъ или иначе, въ
зависимости отъ мѣстныхъ условій, но что практическое
разрѣшеніе его принесетъ большую пользу военному дѣлу
государства— это не подлежитъ сомнѣнію.
Чтобы покончить съ вопросомъ о необходимости уста­
новленія связи гражданскаго управленія страны съ воен­
нымъ дѣломъ, необходимо высказаться по поводу предо­
ставленія отставнымъ офицерамъ и унтеръ-офицерамъ
мѣстъ на гражданской службѣ.
Ниже, при разсмотрѣніи вопроса объ офицерскомъ со­
ставѣ арміи, одного изъ самыхъ главныхъ, мы увидимъ,
что обезпеченіе офицеровъ, увольняемыхъ въ отставку,
составляетъ краеугольный камень, на которомъ можетъ
создаться надежное разрѣшеніе вопроса.
Чтобы уменьшить расходъ казны, вызываемый необхо­
димостью увольнять офицеровъ, не соотвѣтствующихъ тре­
бованіямъ военной службы, но годныхъ для другой,—гра­
жданскія вѣдомства должны придти на помощь предоста­
вленіемъ извѣстнаго числа мѣстъ для отставныхъ военныхъ.
Въ каждомъ вѣдомствѣ есть должности, не требующія
особой подготовки для отправленія ихъ или если и требую­
щія подготовки, то такой небольшой, что офицеръ послу­
жившій можетъ пріобрѣсти ее безъ особаго труда въ те­
ченіе года. Такихъ мѣстъ въ особенности много къ поч­
товомъ и желѣзнодорожномъ вѣдомствахъ. Человѣкъ дис­
циплинированный, привыкшій къ порядку,
притомъ
знакомый съ отчетностью, несомнѣнно можетъ быть по­
мощникомъ начальника большой почтовой конторы или
начальникомъ второстепенной, помощникомъ начальника
большой желѣзнодорожной станціи или начальникомъ ма-

10

„ВОЙНА и МИРЪ“

№ î

Основы организаціи нашей арміи.

лой. Кромѣ того подборъ такихъ агентовъ, напримѣръ, на
желѣзнодорожной службѣ, былъ бы весьма полезенъ и
для самого дѣла, ибо политика нежелательнаго направле­
нія едва ли нашла бы благопріятную почву среди отстав­
ныхъ военныхъ. Кромѣ названныхъ вѣдомствъ, много мѣстъ
отставнымъ военнымъ ' могли бы предоставить Министер­
ство путей сообщенія, Государственной контроль, Мини­
стерство Двора и удѣловъ.
Такое рѣшеніе вопроса значительно сберегло бы инте­
ресы казны. Въ настоящее время много капитановъ и
подполковниковъ, несоотвѣтствующихъ требованіямъ во­
енной службы, только потому остаются на ней, что у
начальства, во вниманіе къ продолжительной прежней
службѣ, не поднимается рука обречь ихъ на нищету, по
незначительности выслуженной пенсіи. Увеличивать пен­
сію—слишкомъ тяжелое бремя для государства. Между
тѣмъ для гражданской службы они не только годны, но
могли бы быть весьма полезны. Ущерба же для граждан­
скаго вѣдомства быть не можетъ, такъ какъ къ переходу въ
это вѣдомство изъ военныхъ будутъ допускаться только
тѣ, въ порядочности которыхъ и способности къ ка­
бинетному труду нѣтъ сомнѣнія.

II.

Установленіе большей связи между офицерами и нижними
чинами,
Вѣра въ себя будетъ у нижнихъ чиновъ, если они
знаютъ свою спеціальность во всѣхъ подробностяхъ, на­
сколько то возможно на практикѣ мирнаго времени, если
въ нихъ развита сознательность при надлежащей дисцип­
линѣ; если они хорошо знаютъ тѣхъ товарищей, въ ря­
дахъ которыхъ пойдутъ въ бой; если въ нихъ вселена
привязанность къ отечеству, къ начальнику, къ своей
части и къ товарищамъ.
Порядокъ обученія нижникъ чиновъ своей спеці­
альности у насъ установленъ настолько прочно, посте­
пенно видоизмѣняясь согласно требованіямъ времени,
что коренныхъ перемѣнъ здѣсь быть не можетъ. Надо
только перенести центръ тяжести съ обученія въ казар­
махъ разсказомъ—къ обученію въ полѣ показомъ.
Опытъ Японской войны ничего новаго туда не внесетъ,
а только заставитъ обратить особое вниманіе на нѣко­
торые отдѣлы, и до того входившіе въ курсъ обученія:

№ 1

ВОИНА и МИРЪ“

11

Основы организаціи нашей армій.

улучшеніе постановки стрѣльбы, способовъ пополненія
патроновъ, самоокапываніе и примѣненіе къ мѣстности.
Слѣдуетъ также обратить вниманіе на выработку метода
усовершенствованія солдата на второй и третій годы
службы, а не ограничиваться только повтореніемъ перечня
свѣдѣній, обязательныхъ для рядового, извѣстныхъ уже
молодому солдату. На второй и третій годы службы надо
вырабатывать большую сознательность и самодѣятель­
ность. Подъ послѣднимъ словомъ подразумѣвается само­
стоятельное рѣшеніе вопросовъ при исполненіи задачъ,
которыя представляются теперь рядовому въ бою. Гра­
мотность — могучій пособникъ развитія людей—предста­
вляетъ собою одинъ изъ вопросовъ, по которымъ государ­
ство должно помочь арміи.
Требованіе, чтобы солдатъ шелъ въ бой съ частью, въ
которой раньше служилъ, и съ офицерами и товарищами,
которыхъ раньше зналъ, составляетъ одно изъ основныхъ
положеній военнаго дѣла, на которомъ зиждется подъемъ
духа войскъ.
Въ виду этого формированіе импровизированныхъ ча­
стей передъ самой войной должно быть совершенно от­
вергнуто, какъ противорѣчащее основнымъ положеніямъ
военнаго дѣла. Наоборотъ, должно быть поставлено какъ
непреложное правило: каждый военачальникъ долженъ
въ мирное время командовать тѣми частями, которыя онъ
будетъ вести въ бой; нижніе чины должны идти на
войну въ составѣ тѣхъ частей, въ которыхъ служили; въ
этихъ же частяхъ запасные должны отбывать учебные
сборы. Связь съ частью должна поддерживаться и съ
уходомъ въ запасъ.
Что увѣренность въ себѣ увеличивается, когда знаешь,
что любимъ начальниками и товарищами, которыхъ въ
свою очередь любишь—это не подлежитъ сомнѣнію. За­
трудненіе въ томъ, что вопросы, относящіеся къ области
чувствъ, не поддаются регламентированію. Тѣмъ не менѣе
важность вопроса заставляетъ остановиться на немъ.
Это чувство можетъ появиться только при близкомъ
единеніи офицера и солдата. Пустившій корни въ нашемъ
отечествѣ соціализмъ, имѣющій въ числѣ прочихъ задачъ
растлѣніе арміи, уменьшеніе сроковъ службы въ строю,
наконецъ, перемѣна взгляда среди простолюдиновъ на
такъ - называемаго „барина“,—все это данныя, которыя
заставляютъ придавать огромное значеніе возможно боль­
шему единенію нижнихъ чиновъ съ офицерами.
Привязанность солдата къ офицеру основывается на
простыхъ началахъ: надо, чтобы послѣдній, требуя все

12

„ВОИНА и МИРЪ“

№ 1

Основы организаціи нашей арміи.

неуклонно по службѣ, принималъ участіе въ нуждахъ
солдата и былъ отзывчивъ къ нему. Простое по виду и
обыкновенное дѣло оказывается труднымъ въ дѣйстви­
тельности. Для проведенія его въ жизнь мало одного
желанія,—нужно знать солдата и хорошо понимать его.
Если вспомнить случаи, когда отзывчивость командировъ
оказывалась безполезной для дѣла, а иногда и вредила,
давая возможность выдѣляться пролазамъ и ловкачамъ,
то станетъ яснымъ, что одна отзывчивость не рѣшаетъ
вопроса.
Если въ промышленномъ мірѣ, на благоустроенномъ
заводѣ, техникъ съ самымъ высокимъ образованіемъ не
станетъ во главѣ мастерской, пока не поработаетъ среди
простыхъ рабочихъ, то какъ же въ военномъ дѣлѣ, гдѣ
все основано на духѣ, а слѣдовательно — на близкомъ
знаніи другъ друга, не сдѣлать этого основнымъ прин­
ципомъ.
Оберечь армію отъ революціонной агитаціи можно
только близкимъ общеніемъ офицеровъ съ нижними чи­
нами, т. е. при условіи, чтобы первые жили среди нихъ.
Надежное обученіе людей при короткихъ срокахъ
службы, а главное — правильное воспитаніе въ воинскомъ
духѣ, возможно лишь при совмѣстной жизни офицеровъ
и нижнихъ чиновъ.
Вѣрить, что это сдѣлаютъ наемники, сверхсрочнослу­
жащіе, едва ли есть основаніе, если внимательно при­
смотрѣться къ ихъ взглядамъ и вожделѣніямъ. Огромное
большинство, оставаясь на лишнюю службу, мечтаетъ
получить 250—1000 рублей и сдѣлаться владѣльцами та­
бачной или сидѣльцемъ въ монопольной лавкѣ. Можно
ли ожидать, что они вложатъ душу въ дѣло воспитанія
солдата, если это будетъ имъ даже по силамъ. Этимъ не
отрицается польза сверхсрочныхъ, какъ подручныхъ для
офицеровъ при обученіи людей, но дѣлается возраженіе
противъ взгляда, что кадръ арміи представляютъ собою
они, а не офицерскій составъ.
Поэтому, при сокращеніи срока службы людей, первой
заботой должно быть увеличеніе числа и улучшеніе быта
офицеровъ, а не сверхсрочнослужащихъ. Если срокъ
службы сокращенъ на четверть, то первый расходъ казны
долженъ быть сдѣланъ на увеличеніе офицерскаго состава
надлежащаго качества. Каждое сокращеніе срока службы
людей приближаетъ армію къ милиціонной и вызываетъ
поэтому усиленіе и укрѣпленіе кадровъ. Сверхсрочные
могутъ быть включены у насъ въ составъ кадровъ лишь
т^гда, когда въ странѣ будетъ избытокъ въ развитыхъ

„ВОИНА и МИРЪ“

13

Основы организаціи нашей арміи.

простолюдинахъ, чтобы оставшійся на сверхсрочной службѣ
унтеръ - офицеръ дѣйствительно могъ считать, что луч­
шаго и болѣе выгоднаго приложенія труда онъ найти
не можетъ. Въ настоящее же время требуются слишкомъ
большія затраты казны, чтобы поставить дѣло такъ, въ
особенности если признать, что расходы на увеличеніе
офицерскаго состава и на улучшеніе его быта все-таки
неизбѣжны.
Приведенные доводы указываютъ на необходимость
установленія порядка, чтобы каждый офицеръ непремѣнно
прожилъ, по крайней мѣрѣ, въ теченіе года или двухъ
въ казармахъ, среди нижнихъ чиновъ, чтобы могъ ближе
узнать ту среду, во главѣ которой онъ пойдетъ въ бой.
Здѣсь же умѣстно остановиться на совершающейся
эволюціи во взглядѣ простолюдина на барина. Было вре­
мя, когда на барина смотрѣли какъ на высшее существо,
которому позволяется многое то, о чемъ простолюдинъ и
помышлять не долженъ. Теперь этотъ взглядъ отходитъ
въ область исторіи, и съ этой перемѣной намъ, военнымъ,
также необходимо считаться, если задаться цѣлью устано­
вить возможно большую связь между нижними чинами
и офицерами.
Нужно признать, что солдатъ смотритъ теперь на офи­
цера, какъ на старшаго товарища или, точнѣе, какъ на
старшаго мастера военнаго дѣла, а потому престижъ дол­
женъ основываться не на томъ, что офицеръ баринъ,
т. е. высшее существо, а на всестороннемъ знаніи службы
и неуклонномъ выполненіи ея, какъ при начальствѣ, такъ
и внѣ его надзора, т. е. на образцовомъ выполненіи сво­
его долга. Посвящая военной службѣ всю свою жизнь,
въ томъ числѣ и зрѣлые годы, офицеръ, конечно, можетъ
имѣть преимущество въ одеждѣ, квартирѣ, пищѣ и вообще
нѣкоторомъ комфортѣ передъ нижнимъ чиномъ, отдаю­
щимъ ей лишь три года своей юности. Но при со­
вмѣстномъ исполненіи службы, во время похода, долженъ
ѣсть, спать и мокнуть на дождѣ вмѣстѣ съ солдатомъ.
Для поясненія мысли приведу примѣръ. Случалось вамъ
замѣчать взгляды нижнихъ чиновъ на закусывающихъ и
выпивающихъ около походнаго буфета офицеровъ, во
время привала, въ жаркій день, когда у нижнихъ чиновъ
закусить и промочить горло нечѣмъ. Нехорошіе то были
взгляды. Не ладно въ той части, гдѣ это допускается.
Взглядъ, что баринъ высшее существо и что ему это
можно, а намъ нельзя, отошелъ въ вѣчность. Трудно ожи­
дать отклика въ сердцахъ этихъ нижнихъ чиновъ на при­
зывъ офицера въ трудную минуту, ибо они перестали

14

„ВОИНА и МИРЪ“

1

Основы организаціи нашей арміи.

считать его высшимъ существомъ, а видятъ въ немъ та­
кого fee человѣка, какъ сами. Возможно, конечно, возра­
женіе, что если допустить одно, то потребуютъ и боль­
шого, будутъ возмущаться, когда людямъ дадутъ мясо
или сало съ хлѣбомъ, въ то время какъ офицеръ на виду
у нихъ будетъ ѣсть что-нибудь повкуснѣе. На это можно
возразить, что, конечно, найдутся и такіе нижніе чины,
но что, при современныхъ взглядахъ въ народѣ, ихъ бу­
детъ ничтожное число. Зависть къ лучшему положенію
другого,—чувство идейное, и такія идеи не пустили кор­
ней въ нашей странѣ, между тѣмъ зависть голоднаго къ
насыщающемуся — чувство естественное, оно въ натурѣ
человѣка, какъ животнаго. И такихъ чувствъ никакимъ
образомъ не слѣдуетъ возбуждать въ людяхъ, съ которыми
придется переживать минуты самаго высокаго подъема
духа, когда сердца должны биться въ унисонъ.
. Сюда же относятся случаи, когда изъ части, стоящей
на привалѣ подъ дождемъ, офицеры уходятъ въ дома,
оставляя людей однихъ;—словомъ, всѣ случаи, нарушаю­
щіе правило, что нижніе чины и офицеры—боевые това­
рищи, раздѣляющіе вмѣстѣ всѣ трудности похода. Что
офицеръ будетъ имѣть лучшую накидку отъ дождя, бо­
лѣе теплое платье,— это понятно для нижнихъ чиновъ,
знающихъ, что ихъ служба срочная, а офицерская—безъ
срока. Тѣмъ не менѣе, во избѣжаніе кривотолка, въ
виду важнаго нравственнаго значенія вопроса, желательно,
чтобы онъ былъ подробно разобранъ въ законодатель­
номъ порядкѣ.
Вмѣстѣ съ тѣмъ не менѣе важно, при современныхъ
условіяхъ, подтвердить1 офицерскому составу, что они
должны смотрѣть на себя какъ на образецъ для нижнихъ
чиновъ въ отношеніи служебной исполнительности, въ
особенности въ отсутствіи начальства, и что такое отпра­
вленіе службы офицерскимъ составомъ имѣетъ огромное
воспитательное значеніе, ибо словами учатъ, а воспиты­
ваютъ примѣромъ.
Здѣсь между прочимъ слѣдуетъ упомянуть, что разрѣ­
шеніе ротнымъ командирамъ быть въ строю верхомъ, по
желанію, противорѣчитъ высказанному принципу. Ротный
командиръ долженъ быть настолько сильнымъ человѣ­
комъ, чтобы могъ перенести все то, что выносятъ люди
его роты. Это должно быть поставлено основнымъ усло­
віемъ при назначеніи ротнаго командира.
Вообще слѣдуетъ тщательно вдуматься въ подробности
отношеній офицеровъ къ нижнимъ чинамъ. Если нѣтъ
способовъ для пріобрѣтенія привязанности нижнихъ чи­

„ВОЙНА и МИРЪ“

15

Основы организаціи нашей арміи.

новъ, то слѣдуетъ избѣгать всего того, что можетъ воз­
будить обратное чувство. Предоставленіе нижнимъ чинамъ
права хотя бы разъ въ мѣсяцъ говорить съ начальствомъ,
■какъ частный человѣкъ, касаясь служебныхъ отношеній,
также могло бы повести къ большему пониманію и связи
другъ съ другомъ.
III.

Духъ и свойства офицерскаго корпуса арміи.
Вопросъ о вѣрѣ офицеровъ въ самихъ себя и свое
начальство, въ связи съ пріобрѣтеніемъ служебнаго авто­
ритета среди нижнихъ чиновъ—это самый важный во­
просъ въ организаціи арміи: сюда входитъ комплектова­
ніе, прохожденіе службы и устройство быта офицерскаго
состава. Чѣмъ лучше кадръ арміи, офицерскій составъ,
тѣмъ лучше сама армія, это—аксіома.
Обратимся къ положеніямъ, на которыя должно опе­
реться разрѣшеніе вопроса.
1) До Крымской войны, при 15-лѣтнемъ срокѣ службы,
при взглядѣ простолюдина на своего барина, какъ на
высшее существо, кадромъ части являлся составъ ниж­
нихъ чиновъ, офицеры же часто перемѣнялись на виду у
служащаго 15 лѣтъ рядового. За 60 лѣтъ въ этомъ отно­
шеніи произошла рѣзкая перемѣна: теперь кадромъ арміи
является офицерскій составъ.
Но если бы этотъ взглядъ былъ твердо установленъ,
въ сводѣ законовъ не нашла бы себѣ мѣста статья, вос­
прещающая расходованіе изъ остатковъ хозяйственныхъ
суммъ полка на офицерскія собранія и улучшеніе быта
офицеровъ.
2) Строевую службу слѣдуетъ поставить такъ, чтобы
она была почетнѣе и выгоднѣе, чѣмъ въ различныхъ упра­
вленіяхъ, корпусахъ жандармовъ и пограничной стражи
и т. п. Тогда офицеры, работая на своихъ стоянкахъ,
будутъ чувствовать себя удовлетворенными и перестанутъ
мечтать объ уходѣ на болѣе хлѣбныя мѣста. Только тогда
исчезнетъ то преобладаніе недовольства среди офицер­
скаго состава, которое замѣчено даже иностранными кор­
респондентами на войнѣ.
3) Вѣра офицеровъ въ самихъ себя появится, когда
они будутъ видѣть признанное всѣми значеніе работы
въ строю; когда эта работа будетъ оцѣниваться по тща­
тельномъ изученіи ея, а не послѣ поверхностнаго обзора;

16

„ВОЙНА и МИРЪ'

№ 1

Основы организаціи нашей арміи.

если движеніе впередъ по службѣ будетъ происходить
только на основаніи данныхъ этой оцѣнки.
4) Производимые въ настоящее время смотры, заклю­
чающіеся въ поверхностномъ обзорѣ всего полка въ тече­
ніе двухъ-трехъ дней, не даютъ возможности провѣрить
результаты работы каждаго офицера.
Въ такой промежутокъ времени обстоятельно можно про­
вѣрить лишь роту или эскадронъ. Надо провѣрить такъ,
чтобы каждый нижній чинъ былъ опрошенъ по всѣмъ
отдѣламъ службы. Тогда можно составить вѣрное пред­
ставленіе о работѣ офицера.
Поэтому должны производиться не смотры, а ревизіи.
Каждый прибывшій начальникъ, кромѣ общаго обзора,
непремѣнно подробно и всесторонне дѣлаетъ испытаніе
какой-либо роты, эскадрона, взвода въ артиллеріи, если
у него нѣтъ времени произвести испытанія всей части.
Слѣдующій начальникъ сдѣлаетъ это относительно дру­
гой роты, и тогда, хотя бы въ теченіе 2—3-хъ лѣтъ, всѣ
составныя части полка будутъ осмотрѣны во всѣхъ по­
дробностяхъ и будетъ сдѣлана полная оцѣнка офицерской
работы.
Такого рода оцѣнка, кромѣ указанной пользы, вселитъ
убѣжденіе среди нижнихъ чиновъ, что начальство инте­
ресуется каждымъ отдѣльно и что никто не уйдетъ въ
запасъ безъ провѣрки. Начальники мелкихъ частей (ротъ,
эскадроновъ) будутъ оцѣниваться на основаніи всесто­
ронняго изслѣдованія состоянія части, а не случайнаго
осмотра, какъ это имѣетъ мѣсто теперь.
Полученное офицеромъ одобреніе, послѣ всесторонняго
изслѣдованія его дѣятельности, поселитъ въ немъ дѣй­
ствительную вѣру въ себя, которая послужитъ источни­
комъ иниціативы и самодѣятельности въ трудную мину­
ту; а это, какъ извѣстно, одинъ изъ вѣрныхъ залоговъ
военнаго успѣха.
5) Вѣра офицеровъ въ свое начальство—весьма важный
факторъ. Въ трудную минуту, когда въ бой ведутъ лю­
ди, которыхъ мало знаешь и которымъ мало вѣришь, не­
возможно ожидать подъема духа, а слѣдовательно и
успѣха.
Вѣра въ начальство будетъ у офицеровъ, когда выдви­
женіе представителей изъ ихъ среды на высшія команд­
ныя ступени будетъ производиться по опредѣленнымъ,
совершенно одинаковымъ для всѣхъ, правиламъ. Способъ
изслѣдованія свойствъ строевого офицера, для опредѣле­
нія его способности къ дальнѣйшему повышенію по служ­
бѣ, долженъ быть публичный, т.-е. примѣняемый на виду

№ 1

17

.ВОИНА и МИРЪ“

Основы организаціи нашей арміи.

у всѣхъ, одинаковый для всѣхъ офицеровъ даннаго ранга,
и притомъ безпристрастность его должна быть внѣ со­
мнѣнія. Если окажется возможнымъ найти такой способъ
и примѣнить его на практикѣ, то всѣмъ будетъ ясно,
что лицо, продвигаемое быстро по службѣ, получаетъ
такое повышеніе только благодаря труду, при надлежа­
щемъ знаніи и характерѣ, и что трудъ, давшій осязатель­
ные результаты, оцѣненъ безпристрастными органами.
Вѣра въ такихъ начальниковъ должна появиться и бу­
детъ, если они своею дѣятельностью докажутъ, что спо­
собъ избранія ихъ организованъ удачно.
На практикѣ это теоретическое положеніе полностью
весьма трудно достижимо. Можно только приближаться
къ нему, какъ къ идеалу. Но трудность задачи не исклю­
чаетъ необходимости работать въ этомъ направленіи.
Необходимо при этомъ считаться со свойствами нашей
славянской натуры. Одно изъ нихъ—-это слишкомъ боль­
шое мѣсто, удѣляемое велѣніямъ сердца при разрѣшеніи
житейскихъ вопросовъ.
Есть націи, въ характерѣ которыхъ въ такихъ случаяхъ
преобладающее мѣсто предоставляется уму. Тамъ, разъ
начальникъ находитъ подчиненнаго несоотвѣтствующимъ
занимаемой должности, онъ, въ силу „долга службы“, въ
виду отвѣтственности передъ государствомъ, увольняетъ
такового, не входя въ разсмотрѣніе, насколько это раз­
страиваетъ интересы подчиненнаго. Онъ убѣжденъ, что
интересы отдѣльнаго лица, при такихъ условіяхъ, должны
быть принесены въ жертву интересамъ арміи, а слѣдо­
вательно и государства. Не то у насъ. Только какъ исклю­
ченіе можно найти такого командира части, который,
порабощая голосъ сердца, дастъ неудовлетворительную
аттестацію несоотвѣтствующему требованіямъ службы, но
многосемейному и матеріально необезпеченному офицеру,
положимъ капитану. Дождется своей очереди этотъ капи­
танъ и попадетъ въ штабъ-офицеры. Только дальнѣйшее
движеніе бываетъ ему иногда закрыто, такъ какъ здѣсь
въ аттестаціи болѣе живое участіе принимаетъ высшій
командный составъ. Но именно только иногда, ибо началь­
ники дивизій, командиры корпусовъ, если только лично
знаютъ этого офицера, не преминутъ отдать невольную
дань диктатурѣ сердца.
Какъ показалъ опытъ, борьба противъ этого секретными
циркулярами о болѣе строгой аттестаціи, съ угрозами
отвѣтственностью, которые разсыпались въ теченіе послѣд­
нихъ 25 лѣтъ, не дала результатовъ: свойствъ натуры не
измѣнишь.
„Воина и Миръ“.

2

18

„ВОЙНА и МИРЪ“

№ 1

Основы организаціи нашей арміи.

Представляется возможность помочь дѣлу, если прибѣг­
нуть къ производству оцѣнки служебной стоимости офи­
цера посредствомъ комиссіи изъ лицъ, не соприкасав­
шихся до того съ нимъ по службѣ. Эта оцѣнка въ связи
съ аттестаціей начальства дастъ болѣе вѣрное представле­
ніе о свойствахъ офицера. Если, несмотря на наблюденіе
начальства надъ хозяйственными оборотами части, всетаки учрежденъ контроль изъ лицъ сторонняго вѣдомства,
то во сколько разъ важнѣе учредить контроль изъ сторонныхъ лицъ надъ работою по боевой подготовкѣ и, какъ
частность—надъ выборомъ команднаго состава. Надлежа­
щій выборъ послѣдняго представляетъ цѣнность, трудно
даже опредѣлимую посредствомъ денежныхъ знаковъ.
Такимъ образомъ мы приходимъ къ необходимости учре­
дить инспекцію, независимую отъ строевого начальства.
Если инспекція будетъ составлена изъ лицъ, которыя
съ объявленіемъ войны займутъ должности въ штабахъ
армій и тыловыхъ учрежденіяхъ, то этимъ избѣжимъ пе­
ретасовки старшихъ чиновъ, которая происходитъ у насъ
при сформированіи штабовъ арміи и ихъ тыловыхъ учре­
жденій. Къ тому же эти чины въ мирное время, не имѣя
подчиненныхъ, будутъ имѣть возможность болѣе незави­
симо производить критическую оцѣнку команднаго состава
арміи и его дѣятельности.
Ревизіи они могутъ производить на тѣхъ же основа­
ніяхъ, какъ генералы, командированные по Высочайшему
повелѣнію. Въ то же время, производя свою работу, они
успѣютъ отлично ознакомиться съ командирами, которые
съ объявленіемъ мобилизаціи поступятъ въ подчиненіе
къ нимъ. Въ свою очередь и будущіе дѣятели штабовъ
арміи сдѣлаются хорошо извѣстными строевымъ чинамъ.
Учрежденіе инспекціи дастъ возможность оказывать боль­
шее довѣріе подчиненнымъ органамъ и предоставитъ имъ
широкую самостоятельность въ предѣлахъ круга вѣдѣнія.
Высшее начальство ставитъ цѣль для достиженія, предо­
ставляя выборъ способовъ исполнителямъ. Непосред­
ственное начальство слѣдитъ, чтобы направленіе свободы
дѣятельности не приняло оборота, вреднаго для службы,
а въ прочихъ случаяхъ лишь даетъ совѣты. Инспекція
же, производя ревизію, будетъ всесторонне оцѣнивать
правильность расхода средствъ, въ смыслѣ труда и денегъ,
и опредѣлять свойства распорядителя ими, какъ отвѣт­
ственнаго дѣятеля. Поэтому опасеніе, что предоставленная
свобода можетъ привести къ злоупотребленіямъ и ко вреду
для службы, въ общемъ едва ли имѣетъ основанія. Въ част­
ности такія явленія будутъ, но едва ли чаще, чѣмъ теперь.

" fв
-№ 1

„ВОИНА и МИРЪ“

S-l

Основы организаціи нашей арміи.

Въ особенности важно умѣрять вмѣшательство стар­
шихъ командныхъ лицъ, первое время по введеніи этой
реформы, дабы дать развиться самодѣятельности, совер­
шенно не привитой къ нашему командному составу.
6) Выборъ старшихъ командныхъ лицъ, выше коман­
дира корпуса, представителями отъ войскъ тоже долженъ
■способствовать увеличенію вѣры офицеровъ въ своихъ
начальниковъ. Выборъ ограниченъ лицами выше корпус­
наго командира для того, чтобы избѣжать выборнаго на­
чала въ строю. Результаты выборовъ помогутъ Верховной
власти лучше оріентироваться при рѣшеніи вопроса.
7) Кромѣ указанныхъ, признаются необходимыми слѣ­
дующія мѣры. Юнкера военныхъ училищъ должны отбы­
вать лагерные сборы непремѣнно въ тѣхъ войсковыхъ
частяхъ, куда они намѣрены выйти: первый годъ—рядо­
выми, а второй годъ—унтеръ-офицерами. Принципъ, чтобы
всѣ офицеры выходили изъ рядовъ строя, необходимо со­
блюдать неуклонно.Только тогда самоувѣренность въ
распоряженіяхъ офицеровъ солдатскими силами будетъ
имѣть авторитетъ въ глазахъ людей, когда офицеры побы­
вали на сихъ мѣстахъ. Эта, повидимому, невѣсомая данная
имѣетъ огромное нравственное значеніе.
8) На сверхсрочную службу, съ одобренія начальства,
должны оставаться лишь тѣ нижніе чины, которые жела­
ютъ быть офицерами. Послѣ пяти лѣтъ пребыванія на
сверхсрочной службѣ имъ долженъ производиться неслож­
ный практическій экзаменъ для испытанія въ пригодности
быть младшимъ офицеромъ. Затѣмъ они должны дви­
гаться въ чинахъ наравнѣ съ прочими до чина штабсъ-капи­
тана. Тѣ, которые удовлетворятъ испытанію на командира
роты, получаютъ ее. Испытаніе же на штабъ-офицерскій
чинъ будетъ настолько серьезно, что со своею подготов­
кою едва ли они его выдержатъ. Но если окажутся лица
съ такими способностями и характеромъ, такъ сказать, са­
мородки, которые превозмогутъ всѣ трудности, то такіе
штабъ-офицеры будутъ желанными для арміи.
9) Чтобы поднять духъ строевого офицера, вселить
уваженіе въ себя, вмѣстѣ съ тѣмъ, чтобы облегчить учетъ
строевыхъ офицеровъ, слѣдуетъ рѣзко раздѣлить военно­
служащихъ на строевыхъ офицеровъ и военныхъ чинов­
никовъ. Всѣ, кто предназначенъ идти въ бой въ составѣ
частей и строевыхъ штабовъ, должны называться строе­
выми офицерами и генералами, имѣть строевые чины и
форму. Всѣ же прочіе, тоже необходимые для жизни и
дѣятельности арміи, но исполняющіе тыловыя и другія
вспомогательныя функціи, должны называться военными

20

ВОЙНА и МИРЪ“

№ 1

Основы организаціи нашей арміи.

чиновниками, имѣть особую форму и вмѣсто чиновъ раз­
дѣляться на классы. Этимъ раздѣленіемъ затруднится воз­
вращеніе въ строй административныхъ офицеровъ, кото­
рые, уйдя въ малыхъ чинахъ и отставъ отъ строя, вновь
возвращаются. Представляя нежелательный элементъ для
строя, они въ то же время мѣшаютъ правильному ходу по
службѣ, строевымъ офицерамъ, отвѣчающимъ своему на­
значенію. Вѣдь теперь у строевыхъ офицеровъ признается
за непреложную истину: если хочешь командовать пол­
комъ,—уйди изъ строя въ интенданты, полевые жандармы
или въ обозные.
Безспорно, въ военномъ дѣлѣ органы вспомогательнаго
назначенія существенно необходимы. Но ставить ихъ и
придавать имъ значеніе наравнѣ со строевыми офицерами
никоимъ образомъ не слѣдуетъ. Обособленіе строевыхъ
офицеровъ подчеркнетъ ихъ важное значеніе, подниметъ
ихъ въ глазахъ общества; одновременно заставитъ смотрѣть
за собою строже.
Изложенное говорится не для униженія института во­
енныхъ чиновниковъ, важное значеніе которыхъ несо­
мнѣнно. а для выясненія необходимости установленія взгля­
да, что офицеръ можетъ быть только въ строю. Затѣмъ,
все, что будетъ сдѣлано для улучшенія быта и значенія
военныхъ чиновниковъ, должно быть принято съ откры­
тымъ сердцемъ, лишь бы этихъ двухъ вопросовъ не
только не соединяли вмѣстѣ, но даже и не смѣшивали. Во­
енные чиновники должны составлять особую корпорацію,
и всѣ права и преимущества, данныя имъ какъ таковой,
полезны для военнаго дѣла. Только преимущества должны
быть меньше, чѣмъ строевыхъ офицеровъ соотвѣтствую­
щаго ранга; иначе строевое дѣло—эта основа арміи—можетъ
пострадать.
10) Вообще нужно приложить всѣ усилія, чтобы сдѣ­
лать строевую службу выгодною и обезпечивающею ка­
рьеру, если офицеръ, при надлежащихъ способностяхъ и
воинскомъ духѣ, будетъ хорошимъ работникомъ.
IV.

Втянутость въ походную жизнь.
Войска должны быть втянуты въ походную ' жизнь до­
начала войны, чтобы скоро наступающее утомленіе неповело къ упадку духа.
Важность этого требованія несомнѣнна.

№ 1

„ВОЙНА и МИРЪ“

21

Основы организаціи нашей арміи.

Трудность исполненія его заключается въ продолжи­
тельности періодовъ между войнами, отчего постоянное
нахожденіе войскъ въ движеніи скоро начинаетъ пред­
ставляться безцѣльнымъ. Двойственность назначенія воин­
ской части въ мирное время также представляетъ затруд­
неніе: быть боевою частью и въ то же время школою для
вооруженнаго народа; послѣднее, т.-е. необходимость обу­
ченія новобранцевъ, лишаетъ воинскую часть подвижности.
Тѣмъ не менѣе требованіе это должно быть выполнено.
Нужно разрѣшить вопросъ о способѣ выполненія. Люди,
въ кавалеріи и лошади, должны подготовляться для строя
въ своихъ частяхъ, дабы первые могли проникнуться ду­
хомъ ихъ; ,это требованіе тоже должно быть принято во
вниманіе. Если выдѣлить молодыхъ солдатъ и лошадей
изъ состава ротъ, эскадроновъ и батарей въ отдѣльное
учрежденіе, образовавъ резервный отдѣлъ части, но дать
офицеровъ и учителей отъ нихъ, то. послѣднее требова­
ніе будетъ соблюдено. Въ полкахъ, расположенныхъ на
границѣ, резервный отдѣлъ части можетъ быть располо­
женъ даже въ другомъ пунктѣ, подальше отъ границы.
Опытъ продолжительныхъ командировокъ ротъ и эскад­
роновъ во время внутреннихъ безпорядковъ показалъ, что
въ частяхъ, гдѣ молодые солдаты съ своими учителями и
офицерами оставались при штабахъ частей, обученіе мо­
лодыхъ нисколько не отличалось отъ прежнихъ лѣтъ. На­
оборотъ, въ большихъ городахъ, гдѣ части стояли на
мѣстѣ, частые вызовы на дежурства ротъ, изъ которыхъ
молодые выдѣлены не были, мѣшали обращать на ново­
бранцевъ должное вниманіе, и они отстали въ обученіи.
При выдѣленіи молодыхъ остальные люди воинской
части имѣютъ возможность круглый годъ, съ необходимыми
отдыхами, производить упражненія въ боевой подготовкѣ
и содержаться постоянно втянутыми въ походную жизнь.
Удѣленіе значительнаго времени для походной жизни
поможетъ перенести центръ тяжести обученія съ разсказа
на показъ, что для пользы дѣла весьма важно.
Всѣ походныя упражненія должны производиться частями
въ составѣ военнаго времени и съ пополненіемъ запасными.
Въ виду того, что эти занятія должны идти круглый годъ,
призывъ запасныхъ въ учебные сборы можетъ произво­
диться и зимою, и притомъ болѣе продолжительное время,
безъ ущерба для интересовъ сельскаго населенія.
Запаснымъ, подлежащимъ призыву въ данномъ году,
можетъ быть предоставлено право заблаговременно за­
являть, когда ему удобнѣе отбывать сборъ, лѣтомъ или
зимою.

22

„ВОИНА и МИРЪ“

Основы организаціи нашей армій.

Несмотря на всѣ трудности разрѣшенія вопроса о содер­
жаніи войскъ постоянно втянутыми въ походъ, онъ не­
премѣнно долженъ быть проведенъ въ жизнь, ибо на немъ
зиждется одно изъ условій боеваго успѣха арміи.
Возраженіе, что къ походной жизни пріучается лишь
наличный составъ, а не запасные, не имѣетъ основаній,
потому что запасные, отбывая учебный сборъ въ разное
время года, въ большинствѣ будутъ участвовать въ про­
должительныхъ походахъ либо лѣтомъ, либо зимою. Прі­
ученіе частей войскъ, въ особенности офицерскаго состава,
чувствовать себя на походѣ какъ дома, имѣетъ большое
значеніе. Слишкомъ рѣзокъ переходъ для офицера, при­
выкшаго Жить осѣдло въ опредѣленномъ мѣстѣ, пустив­
шаго здѣсь корни, отъ мирной жизни къ военному походу.
Для него это—коренная ломка установившагося режима,
при которомъ трехъ-четырехъ дневные маневры предста­
вляютъ лишь пріятное разнообразіе. Тѣмъ не менѣе и тутъ
не обходится безъ воплей полковыхъ дамъ, да и самихъ
офицеровъ. Не этой ли рѣзкой перемѣной въ режимѣ
объясняется то съ избыткомъ приподнятое настроеніе, съ
которымъ многіе офицеры шли на войну? Думается, что
этимъ же приподнятымъ настроеніемъ можно объяснить,
стремленіе людей съ сильными чувствами притупить воз­
бужденіе посредствомъ вина, безсонныхъ ночей за картами
и пр. Несомнѣнно, что у людей, свыкшихся съ поход­
ной жизнью, приподнятость настроенія съ объявленіемъ
военнаго похода будетъ меньше, а съ нею и меньше жертвъ
такого настроенія.

В. Косовъ.
{Продолженіе слѣдуетъ).

Реорганизація службы офицеровъ Генеральнаго Штаба.
Въ текущей литературѣ появился за послѣднее время
рядъ статей, изобличающихъ неудовлетворительность по­
становки у насъ службы офицеровъ Генеральнаго Штаба.
Статьи эти вызваны тѣми соображеніями, что въ ми­
нувшую неудачную для насъ войну съ Японіей офицеры
Генеральнаго Штаба въ своей спеціальной работѣ не
были всегда на высотѣ призванія.
Естественно, конечно, что общество, смотрящее на
офицеровъ Генеральнаго Штаба какъ на руководителей—
профессоровъ военнаго дѣла, считаетъ ихъ и главными
виновниками проигрыша послѣдней кампаніи.
Въ обвиненіи корпуса офицеровъ Генеральнаго Штаба ,
какъ неудовлетворительныхъ высшихъ руководителей воен ныхъ операцій въ эту кампанію, общество безусловн о
имѣло основаніе, такъ какъ стратегія у насъ проявляла с ь
крайне своеобразно, зачастую вовсе не согласуясь съ е я
основными принципами, выработанными путемъ вѣковог о
историческаго опыта; принятіе рѣшительныхъ боевъ съ
противникомъ до сосредоточенія своихъ силъ, сосредото­
ченіе арміи въ сферѣ вліянія противника, неправильная
стратегическая оцѣнка крѣпости Портъ-Артура, а отсюда
и непонятное тяготѣніе къ ней полевой арміи, кордонное
расположеніе войскъ на позиціяхъ,—вотъ въ главныхъ
чертахъ тѣ существенныя уклоненія отъ требованій стра­
тегіи, за которыя мы жестоко поплатились въ минувшую
кампанію.
Съ огульнымъ обвиненіемъ всѣхъ офицеровъ Генералъ

„ВОЙНА и МИРЪ“

24

№ 1

Реорганизація службы офицеровъ Генеральнаго Штаба.

5

наго Штаба въ непродуктивности ихъ работы по своей
спеціальности въ минувшую кампанію согласиться, конечно,
нельзя, но доля правды и здѣсь есть. Возьмемъ, напри­
мѣръ, хотя бы работы этихъ офицеровъ по рекогносци­
ровкамъ гористой мѣстности Манчжурскаго театра: не
могли онѣ давать, особенно въ началѣ кампаніи, положи­
тельныхъ результатовъ, потому, естественно, что боль­
шинство офицеровъ Генеральнаго Штаба привыкло рабо­
тать на театрахъ болѣе или менѣе равниннаго характера.
Главную причину отрицательной работы офицеровъ
Генеральнаго Штаба въ минувшей кампаніи нѣкоторые
хотятъ видѣть въ томъ, что офицеры эти мало знакомы
со строемъ, — слишкомъ изолированы отъ строевыхъ
частей.
Отсюда казалось бы прямымъ слѣдствіемъ должна была
проявиться въ минувшую кампанію и несоотвѣтственная
работа офицеровъ Генеральнаго Штаба въ качествѣ строе­
выхъ начальниковъ. Между тѣмъ дѣйствительность пока­
зала совсѣмъ другое. Въ роли строевыхъ начальниковъ
офицеры Генеральнаго Штаба менѣе всего заслуживаютъ
упрека; достаточно перебрать въ умѣ крупныхъ строевыхъ
начальниковъ, какъ:3арубаевъ, Дембовскій, Ренненкампфъ,
Кондратенко, Самсоновъ, Гершельманъ, Селивановъ и
прибавить къ нимъ большое количество доблестныхъ ко­
мандировъ полковъ бывшихъ офицеровъ Генеральнаго
Штаба,—какъ указанное обвиненіе само собой отпадаетъ.
Корень зла заключается не въ томъ, что офицеры Ге­
неральнаго Штаба недостаточное время проводятъ въ
строю, а въ томъ, что, находясь при строевыхъ частяхъ
въ войсковыхъ штабахъ, занимаются не своимъ прямымъ
дѣломъ, тратя непроизводительно силу и энергію на мерт­
вую канцелярщину.
Доискиваясь причинъ отрицательности въ работѣ офи­
церовъ Генеральнаго Штаба по своей спеціальности въ
минувшую кампанію, наши военные писатели замѣчаютъ
двѣ главнѣйшія изъ нихъ:
1 ) Несоотвѣтствіе академическаго курса съ жизненмо-боевыми
требованіями.
2) Нецѣлесообразное использованіе офицеров о Генеральнаго
Штаба въ теченіе ихъ службы по выходѣ гізъ стѣнъ академіи.
Оба эти кардинальные вопроса настолько серьезны и
сложны, что разрѣшеніе ихъ и даже полное освѣщеніе не
составляетъ предмета настоящей статьи; мы задаемся бо­
лѣе скромнымъ желаніемъ—хотя нѣсколько освѣтить эти
вопросы, дабы помочь подойти къ правильному разрѣше­
нію ихъ въ будущемъ.

№ 1

„ВОИНА и МИРЪ“

25

Реорганизація службы офицеровъ Генеральнаго Штаба.

Остановимся сначала на первой изъ указанныхъ при­
чинъ: соотвѣтствуетъ ли академическій курсъ жизненно­
боевымъ требованіямъ,—или онъ, какъ говорятъ нѣкото­
рые, принялъ схоластическій оттѣнокъ; для этого выяс­
нимъ сначала задачи, которыя должна преслѣдовать
академія Генеральнаго Штаба. Полагаю, что въ эти
задачи не должно входить стремленіе выпускать офице­
ровъ, подготовленныхъ для занятія отвѣтственныхъ строе­
выхъ должностей низшаго порядка:—ротныхъ, эскадрон­
ныхъ и даже полковыхъ командировъ.
Эти задачи разрѣшаются въ офицерскихъ школахъ и
путемъ долголѣтней практики въ строевыхъ частяхъ. За­
дача академіи Генеральнаго Штаба должна быть болѣе
широкой: академія должна расширить военный кругозоръ
своихъ слушателей настолько, чтобы каждый изъ нихъ
самостоятельно могъ бы разбираться въ сложныхъ бое­
выхъ явленіяхъ, а это достигается только путемъ систе­
матическаго ознакомленія съ военно-исторической жизнью
народовъ.
Систематически разобранный, этотъ богатый историче­
скій матеріалъ устанавливаетъ опредѣленный взглядъ на
военныя явленія во всей ихъ совокупности, вырабатывая
въ слушателяхъ академіи опредѣленный масштабъ для
оцѣнки или методъ изслѣдованія всѣхъ этихъ явленій.
При продуктивной работѣ въ этомъ направленіи всѣ
извѣстные намъ принципы военнаго искусства становятся
одухотворенными, а не мертвой буквой, какими кажутся
неподготовленному читателю.
Такимъ образомъ, путемъ систематическаго изученія
детально разработанныхъ операцій въ минувшихъ кампа­
ніяхъ, академія должна развить въ обучающихся способ­
ность къ трезвой критикѣ военныхъ явленій во всей ихъ
совокупности, къ правильной оцѣнкѣ работы руководи­
телей и войскъ въ этихъ кампаніяхъ и, наконецъ, такъ
подготовить своихъ слушателей, чтобы каждый изъ нихъ
могъ самостоятельно разрѣшить теоретически боевую за­
дачу отряда, поставленнаго въ извѣстную искусственно
созданную стратегическую обстановку, наиболѣе отвѣчаю­
щую дѣйствительности на одномъ изъ вѣроятныхъ теат­
ровъ будущихъ военныхъ дѣйствій. Эту главную задачу
свою, въ знакомый намъ Лееровскій періодъ, академія
безусловно выполняла. Желательно только, чтобы въ раз-витіе своей основной задачи академія установила соотвѣт­
ствующую градацію предметовъ главныхъ и второстепен­
ныхъ. Изъ положеній основной задачи академіи логически
вытекаетъ, что главными предметами изученія слѣдуетъ

26

,ВОИНА il МИРЪ1

№ fi

Реорганизація службы офицеровъ Генеральнаго Штаба.

установить: Тактику, Стратегію, Исторію военнаго искус­
ства, Администрацію, Военно-Географическій отдѣлъ Ста­
тистики и Полевыя практическія работы. Къ слову ска­
зать, желательно нѣсколько расширить курсъ исторіи
военнаго искусства, введя въ него такія крупныя кам­
паніи, какъ отечественная 1812 года, Русско-Турецкая
1877/8 г. г. и, наконецъ, недавно минувшая Русско-Япон­
ская.
Расширяя постепенно курсъ Исторіи военнаго искус­
ства, можно нѣсколько поступиться даже такими предме­
тами, какъ Геодезія, Статистика, которые и посейчасъ,
считаются въ академіи также главными предметами. Пере­
водъ Геодезіи и Статистики (кромѣ Военной Географіи)
въ разрядъ второстепенныхъ и исключеніе изъ курса ихъ
всего, имѣющаго справочный характеръ, значительно
освободитъ отъ излишняго непроизводительнаго труда
слушателей академіи и дастъ имч> возможность основа­
тельно проштудировать главные предметы академическаго,
курса. Въ практической работѣ въ полѣ слѣдуетъ по­
меньше заниматься инструментальной съемкой, взамѣнъ
чего расходовать время болѣе производительно на глазо­
мѣрную съемку въ горизонталяхъ (безъ штриховъ и осо­
бой отдѣлки), обратить особое вниманіе на работы по.
выбору и оцѣнкѣ позицій, по распредѣленію войскъ и
укрѣпленій на позиціяхъ, на рекогносцировку мѣстныхъ
предметовъ и проч, всегда съ быстрымъ и сноровистымъ
составленіемъ полевыхъ кроки.
Нужно считаться съ тѣмъ, что офицеру Генеральнаго
Штаба въ его службѣ никогда не приходится производить
инструментальной съемки, рѣдко—полуинструментальную,
часто—глазомѣрную и почти всегда дѣлать бѣглые поле­
вые кроки.
Вспомнить страшно, сколько времени и силъ было за­
трачено въ академіи на изученіе Астрономіи и Геодезіи,
на штриховку и отдѣлываніе плановъ и какъ мало былонеобходимой жизненной работы по рекогносцировкамъ
позицій и мѣстныхъ предметовъ и вообще разрѣшеній
задачъ въ полѣ.
Будучи въ академіи въ Лееровскій періодъ, съ глубо­
кой признательностью оглядываемся назадъ и приносимъ
искреннюю благодарность за умѣло постановленное тогда
въ академіи изученіе Исторіи военнаго искусства, Стра­
тегіи и Тактики.
Крупный военный ученый, генералъ Лееръ, много по­
ложилъ труда на то, чтобы внѣдрить въ своихъ питом­
цахъ правильный методъ изслѣдованія сложныхъ военныхъ.

№ 1

„ВОЙНА и МИРЪ“

27-

Реорганизація службы офицеровъ Генеральнаго Штаба.

явленій; и намъ кажется, что труды эти не пропали да­
ромъ; каждый изъ насъ, бывшихъ его учениковъ, разста­
ваясь съ дорогими стѣнами академіи, выходилъ созна­
тельно усвоивши этотъ Лееровскій масштабъ. Про другіе
періоды академической жизни не говоримъ, — не зная
ихъ.
Но все же должны признать, что въ академическій
періодъ нашей жизни масса молодыхъ силъ тратилась
непроизводительно на изученіе обширныхъ курсовъ гео­
дезіи, астрономіи, статистики и администраціи. Послѣдніе
два предмета, конечно, необходимы для основательнаго
изученія будущему офицеру Генеральнаго Штаба, но только
въ болѣе сжатомъ видѣ, и все то, что носитъ въ нихъ
справочный характеръ, не должно быть предметомъ обя­
зательнаго изученія.
Такимъ образомъ, отвѣчая на первый изъ постановлен­
ныхъ упрековъ, мы должны признать, что академическій
курсъ отвѣчаетъ по существу задачамъ академіи.
Необходима только нѣкоторая переоцѣнка главныхъ и
второстепенныхъ предметовъ, сокращеніе курса указан­
ныхъ изъ нихъ и болѣе цѣлесообразная постановка прак­
тическихъ полевыхъ работъ слушателей академіи.
По усвоеніи въ стѣнахъ академіи правильныхъ основ­
ныхъ отправныхъ точекъ для трезвой критической оцѣнки
сложныхъ военныхъ явленій, было бы желательно, чтобы
окончившимъ офицерамъ представлялась бы и дальше
полная возможность пополнять свое образованіе путемъ
обслѣдованія текущихъ, военныхъ событій и литературы,
а для этого нужно, чтобы и условія дальнѣйшей ихъ
службы давали имъ на это необходимое время.
Здѣсь мы подходимъ къ освѣщенію второй изъ двухъ
кардинальныхъ причинъ, вліяющихъ отрицательно на ра­
боты офицеровъ Генеральнаго Штаба, а именно: нецѣле­
сообразное использованіе этой корпораціи офицеровъ въ
дальнѣйшей ихъ службѣ.
Намъ кажется, что, для правильной эксплоатаціи полу­
ченныхъ въ академіи знаній, офицеры по выходѣ изъ нея
должны быть пріурочиваемы къ слѣдующимъ работамъ:

»

1) Къ постоянной практикѣ въ полѣ, въ различ­
ное время года, оцѣнкѣ мѣстныхъ данныхъ въ при­
граничной полосѣ вѣроятныхъ будущихъ театровъ
военныхъ дѣйствій и разрѣшенію на мѣстѣ стратеги­
ческо-тактическихъ задачъ подъ руководствомъ стар­
шихъ опытныхъ офицеровъ Генеральнаго Штаба. Эти

-28

„ВОИНА и МИРЪ“

№ 1

Реорганизація службы офицеровъ Генеральнаго Штаба.

работы должны лечь въ основаніе теоретической раз­
работки плановъ сосредоточенія и стратегическаго
развертыванія войскъ пограничныхъ округовъ.
Къ этимъ работамъ надлежитъ привлекать, ко­
нечно, и офицеровъ Генеральнаго Штаба внутреннихъ
военныхъ округовъ, періодически командируя ихъ
для этого въ сосѣдніе пограничные округи.
2) Къ практическому ознакомленію путемъ ко­
мандировокъ съ театрами сосѣднихъ округовъ, а
также съ театрами на территоріи прилегающихъ ино­
странныхъ государствъ.
3) Къ научной разработкѣ и освѣщенію вопро­
совъ текущей военной литературы и къ оцѣнкѣ со­
временныхъ военныхъ операцій по имѣющимся сырымъ
матеріаламъ.
4) Къ систематическому и регулярному ознако­
мленію строевыхъ офицеровъ, въ популярномъ изло­
женіи, о всѣхъ выдающихся военныхъ явленіяхъ со­
временной эпохи и подготовкѣ ихъ къ сознательному
примѣненію тактическихъ и уставныхъ требованій
въ полевой работѣ войсковыхъ частей.
5) Къ отбыванію строевыхъ цензовъ, для прак­
тическаго ознакомленія ст бытомъ, устройствомъ и
работой строевыхъ частей всѣхъ трехъ родовъ
оружія.
Дабы дать возможность работать въ такомъ направле­
ніи, нужно освободить офицеровъ Генеральнаго Штаба отъ
занятія канцелярскихъ и другихъ должностей, на кото­
рыхъ вовсе нельзя приложить академическихъ познаній,
а, наоборотъ, отъ продолжительнаго служенія на которыхъ
цѣнныя академическія познанія постепенно глохнутъ.
Только съ успѣхомъ для дѣла можно замѣстить офице­
рами изъ строя ниже перечисленныя должности, которыя
почему-то пока занимаются офицерами Генеральнаго Штаба.
Въ Штабахъ Округовъ-.
Дежурнаго генерала, начальника военныхъ сообщеній.
Старшихъ адъютантовъ:
Мобилизаціоннаго, строевого, этапнаго и дорожнаго отдѣ­
леній.
Въ Штабахъ Корпусовъ и. Дивизій-.
Старшихъ адъютантовъ по строевой части.
Завѣдыва/ющихъ передвиженіемъ войскъ.
Сообразно съ этимъ, конечно, надлежитъ освободитъ
массу офицеровъ Генеральнаго Штаба и въ Главномъ Штабѣ
отъ занятія соотвѣтственныхъ указаннымъ должностей.

№1

„ВОЙНА и МИРЪ'-.

29-

Реорганизація службы офицеровъ Геннральнаго Щтаба.

Вся канцелярская работа, кромѣ необходимой по спе­
ціальности офицеровъ Генеральнаго Штаба, должна лечь
на взятыхъ изъ строя офицеровъ, которыхъ не слѣдуетъ
уже возвращать обратно въ строй, а для этого нужно дать
имъ возможность сдѣлать особую штабную карьеру. Всѣ
старшіе адъютанты въ Штабахъ Дивизій и Корпусовъ и
помощники старшихъ адъютантовъ въ Штабахъ Округовъ,
занимая послѣдующія нестроевыя должности, какъ то: стар­
шихъ адъютантовъ въ Штабахъ Округовъ, уѣздныхъ воин­
скихъ начальниковъ и проч., должны получить возмож­
ность разсчитывать дослужиться въ будущемъ до долж­
ности дежурнаго генерала или начальника мѣстной бри­
гады; эти послѣднія должности и должны заниматься исклю­
чительно указанными штабными офицерами.
Особая категорія офицеровъ изъ строя, служащихъ
на желѣзныхъ дорогахъ, должна также имѣть выходъ для
составленія своей карьеры, получивъ для этого исключи­
тельное право занимать въ будущемъ отвѣтственныя долж­
ности: завѣдывающихъ передвиженіемъ войскъ и началь­
никовъ военныхъ сообщеній.
Такое освобожденіе офицеровъ Генеральнаго Штаба отъ
несоотвѣтствующихъ должностей принесетъ двоякую пол­
зу: съ одной стороны дастъ имъ возможность продуктивно
работать по своей спеціальности; съ другой стороны лю­
дямъ, пбсвятившимъ себя канцелярской службѣ, дастъвозможность въ будущемъ занимать болѣе отвѣтственныя,
почетныя и лучше оплачиваемыя должности, на которыхъ,
оставаясь болѣе или менѣе продолжительное время, они
принесутъ несравненно большую пользу, нежели быстро
смѣняющіеся офицеры Генеральнаго Штаба.
Назначеніе офицеровъ Генеральнаго Штаба на должно­
сти, ничего общаго не имѣющія съ ихъ спеціальностью,
только подрываетъ авторитетъ этого корпуса офицеровъ.
Развѣ можно, напримѣръ, чѣмъ-нибудь оправдать на­
значеніе этихъ офицеровъ въ минувшую кампанію на долж­
ности начальниковъ транспортовъ, начальниковъ этапныхъ
участковъ, комендантовъ поѣздовъ, начальниковъ канце­
лярій и проч. Что общаго онѣ имѣютъ со службой офи­
церовъ Генеральнаго Штаба?
Вполнѣ соглашаемся съ мнѣніемъ одного изъ военныхъ
писателей, который находитъ желательнымъ для окончив­
шихъ академію офицеровъ установить одну изъ двухъ ли­
ній карьеръ въ ихъ будущей служебной дѣятельности: или
строевую, или Генеральнаго Штаба,—смѣшенія обѣихъ не
должно имѣть мѣста.

•'30

„ВОЙНА и МИРЪ“

№ 1

Реорганизація службы офицеровъ Генеральнаго Штаба.

Полагаемъ, что до полученія полка офицеры Генераль­
наго Штаба, отбывая лишь строевые цензы, должны быть
использованы главнымъ образомъ по спеціальности.
Съ полученіемъ полка офицеръ Генеральнаго Штаба
.долженъ идти или только по строевой линіи, или же по
линіи Генеральнаго Штаба. Идя по строевой линіи, офи­
церы Генеральнаго Штаба, по способностямъ своимъ, въ
особой ускоренной очереди получаютъ послѣдовательно
бригады, дивизіи и корпуса.
При назначеніи на должности начальниковъ дивизій и
командировъ корпусовъ крайне желательно всѣмъ назна­
ченнымъ производить предварительную повѣрку знаній по
стратегія и тактикѣ въ особыхъ компетентныхъ комис­
сіяхъ.
По линіи Генеральнаго Штаба послѣ командованія пол­
комъ, офицеры Генеральнаго Штаба занимаютъ послѣдова­
тельно должности начальниковъ Штабовъ Корпусовъ, ге­
нералъ - квартирмейстеровъ, начальниковъ Окружныхъ
Штабовъ, а особо выдающіеся изъ нихъ—начальника Глав­
наго Штаба и, наконецъ, начальника Генеральнаго
Штаба.
Офицерамъ Генеральнаго Штаба, выдѣлившимся по сво­
имъ ученымъ трудамъ, желательно широко открывать
стѣны академіи для профессорской службы; возвратъ въ
строй профессоровъ не долженъ имѣть мѣста, а- тѣмъ бо­
лѣе совмѣщеніе профессорской службы съ какой-либо дру­
гой. Вѣнцомъ профессорской карьеры слѣдуетъ считать
должность начальника академіи Генеральнаго Штаба.
Проведеніе въ жизнь принципа правильной утилизаціи
корпуса офицеровъ Генеральнаго Штаба, повторяю, —
слишкомъ серьезный вопросъ, подлежащій основательной
разработкѣ въ особой компетентной комиссіи.
Мы намѣтимъ его только въ общихъ чертахъ, остана­
вливаясь по пути на тѣхъ техническихъ затрудненіяхъ, ко­
торыя могутъ встрѣтиться при разрѣшеніи этой сложной
задачи.
Указанныя техническія затрудненія могутъ встрѣтиться,
напримѣръ, при замѣщеніи офицерами изъ строя такихъ
должностей: старшихъ адъютантовъ Штаба Округа строе­
вого, мобилизаціоннаго, этапнаго и дорожнаго отдѣленій,
а также старшихъ адъютантовъ по строевой части Шта­
бовъ Дивизій и Корпусовъ. Думаемъ, что выдѣленіемъ со­
отвѣтствующихъ дѣлъ въ отдѣленія оперативное и по обу­
ченію войскъ эти затрудненія не будутъ имѣть мѣста. П-о

№ 1

„ВОЙНА и МИРТ“

31

Реорганизація службы офицеровъ Генеральнаго Штаба.

слѣднія два отдѣленія, имѣя во главѣ офицеровъ Генераль­
наго Штаба, должны находиться въ непосредственномъ
вѣдѣніи генералъ-квартирмейстера.
Въ общемъ, въ Управленіе генералъ - квартирмейстера
могли бы войти слѣдующія отдѣленія: отчетное, оператив­
ное, по обученію войскъ и мобилизаціонное; въ Управле­
ніе начальника военныхъ сообщеній— дорожное, этапное и
навѣдывающаго передвиженіемъ войскъ мѣстнаго района;
въ Управленіе дежурнаго генерала — всѣ имѣющіяся сей­
часъ отдѣленія, съ добавкомъ еще и строевого отдѣленія.
Послѣднее,за выдѣленіемъ изъ него дѣлъ пообученію войскъ,
полагаемъ, можно было бы слить съ инспекторскимъ отдѣле­
ніемъ.
Въ Штабахъ Дивизій и Корпусовъ вопросами по обуче­
нію войскъ и разработкой плана сосредоточенія частей
должны вѣдать особо назначенные офицеры Генеральнаго
Штаба; прочія штабныя дѣла—по хозяйственной, инспек­
торской, строевой и мобилизаціонной части—должны рас­
предѣляться между соотвѣтствующими старшими адъютан­
тами, взятыми изъ строя.
Избавивъ офицеровъ Генеральнаго Штаба отъ занятія
несоотвѣтствующихъ должностей, намѣтимъ въ общихъ
чертахъ распредѣленіе ихъ по штабамъ и характеръ ихъ
работы.

Старшимъ непосредственнымъ начальниковъ всѣмъ офи­
церовъ Генеральнаго Штаба Округа долженъ быть окруж­
ный генералъ-квартирмейстеръ, имѣющій личный докладъ
у командующаго войсками по спеціальнымъ стратегиче­
скимъ задачамъ Округа. Отсюда уже видно, что выборъ
на эту должность надлежитъ производить особенно осто­
рожно, назначая дѣйствительно выдающихся по работо­
способности и уму, наиболѣе талантливыхъ офицеровъ
Генеральнаго Штаба. Затѣмъ въ порядкѣ постепенности
слѣдуютъ должности начальниковъ Штабовъ Корпусовъ и
Дивизій, непосредственному вѣдѣнію коихъ должны под­
лежать только работы офицеровъ Генеральнаго Штаба.Они
являются у начальниковъ дивизій и командировъ корпу­
совъ органами для проведенія въ жизнь строевого и так­
тическаго образованія войскъ и докладчиками по вопро­
самъ стратегическаго плана намѣченныхъ операцій въ мѣст­
номъ приграничномъ районѣ.
Въ періодъ военныхъ дѣйствій генералъ-квартирмей­
стеры и всѣ начальники строевыхъ штабовъ должны при
посредствѣ своихъ органовъ собирать свѣдѣнія о против-

32

„ВОЙНА и МИРЪ“

№■ 1

Реорганизація службы офицеровъ Генеральнаго Штаба.

никѣ, постоянно имѣть свѣдѣнія о состояніи своихъ войскъ
и, на основаніи этихъ данныхъ и указаній свыше, соста­
влять распоряженія по войскамъ въ формѣ диспозицій и
приказовъ.
Докладчики по прочимъ штабнымъ вопросамъ у на­
чальниковъ дивизій и командировъ корпусовъ должны
быть или соотвѣтствующіе адъютанты, или же особые на­
чальники канцелярій.
Прочіе офицеры Генеральнаго Штаба въ округѣ распре­
дѣляются между Штабами Округа, Корпусовъ и Дивизій.
Въ послѣднихъ двухъ категоріяхъ штабовъ желательно
имѣть ихъ въ количествѣ не меньшемъ числа составныхъ
частей дивизій и корпусовъ.
Имѣя, положимъ, въ дивизіи кромѣ начальника штаба,
4-хъ офицеровъ Генеральнаго Штаба, можно ихъ утилизи­
ровать примѣрно такъ: въ мирное время каждый изъ 4-хъ
офицеровъ, кромѣ общихъ своихъ штабныхъ обязанностей,,
долженъ будетъ вести указанныя выше занятія со строе­
выми офицерами опредѣленнаго полка. Обшее наблюденіе
и руководство надъ работами этихъ офицеровъ по всѣмъ
отраслямъ ихъ службы лежитъ на начальникѣ Штаба Ди­
визіи. Въ военное время два изъ этихъ офицеровъ остаются
при Штабѣ Дивизіи, для соотвѣтственныхъ работъ по нуж­
дамъ дивизіи (развѣдывательной, рекогносцировочной,
связи и проч.), а по одному слѣдуетъ придать въ распо­
ряженіе командировъ бригадъ, такъ какъ послѣдніе, какъ
показала минувшая кампанія, часто являлись въ роли
крайне отвѣтственныхъ, почти самостоятельныхъ началь­
никовъ.
Выше мы намѣтили въ пяти пунктахъ перечень работъ
по службѣ офицеровъ Генеральнаго Штаба. Постараемся
разобрать теперь въ общихъ чертахъ приложимость этихъ
работъ въ жизни.
1. Постоянная работа въ полѣ, въ различное время
года, по оцѣнкѣ мѣстныхъ данныхъ приграничной полосы,
вѣроятныхъ будущихъ театровъ военныхъ дѣйствій и
разрѣшеніе на мѣстѣ стратегическо - тактическихъ за­
дачъ каждаго изъ приграничныхъ округовъ съ отдѣль­
ности.
Работы эти должны производиться въ опредѣленной оче­
реди всѣми офицерами Генеральнаго Штаба Округа ежегод­
но, въ опредѣленный періодъ и въ различное время года, по
заранѣе составленнымъ программамъ. Програ ммы разраба­
тываются окружными ген.-квартирмейст., въ обязанность ко
*

№ 1.

„ВОЙНА и МИРЪ“

33

Реорганизація службы офицеровъ Генеральнаго Штаба.

торыхъ вмѣняется и общее непосредственное руководство этими
работами. Генералъ - квартирмейстеръ распредѣляетъ работы
по Штабамъ Корпусовъ, эти послѣдніе—между Штабами Диви­
зій; начальники Штабовъ Корпусовъ являются ближайшими
помощниками генералъ-квартирмейстера, начальники Штабовъ
Дивизій — помощниками начальниковъ Штабовъ Корпусовъ.
Повѣрки задачъ производятся обязательно на мѣстѣ лицами,
руководившими работами; работы начальниковъ Штабовъ Ди­
визій также на мѣстѣ повѣряютъ начальники Штабовъ Кор­
пусовъ, а работы этихъ послѣднихъ генералъ-квартирмейстеры.
Объѣздъ всей приграничной полосы, съ выясненіемъ на
мѣстѣ важныхъ стратегическихъ и тактическихъ факторовъ,
производится генералъ-квартирмейстеромъ совмѣстно съ на­
чальниками Штабовъ Корпусовъ и Дивизій; эти послѣдніе про­
изводятъ такіе же объѣзды со всѣми подчиненными имъ офи­
церами Генеральнаго Штаба въ Штабахъ Дивизій и Корпусовъ.
Такого рода работы прежде всего даютъ необходимый мате­
ріалъ для составленія отчетныхъ работъ по сосредоточенію и
выработкѣ плана первоначальныхъ дѣйствій частей войскъ
Округа, затѣмъ дадутъ громадную практику офицерамъ Гене­
ральнаго Штаба въ продуктивной работѣ въ полѣ по реког­
носцировкамъ и оцѣнкамъ разнообразныхъ мѣстныхъ данныхъ
и т. п.; сдѣлавъ офицеровъ Генеральнаго Штаба болѣе по­
движными и втянутыми въ полевую работу, дадутъ въ концѣконцовъ надежный контингентъ работниковъ въ боевой обста­
новкѣ.
Когда въ теченіе извѣстнаго періода времени будутъ закоп­
чены работы по обслѣдованію приграничныхъ полосъ мѣстныхъ
театровъ, то все же постоянныя командировки въ эти районы
офицеровъ Генеральнаго Штаба для производства работъ ре­
когносцировочнаго характера должны продолжаться. Такая
постоянная работа офицеровъ въ приграничной полосѣ дастъ
возможность имъ детально ознакомиться съ главнѣйшими объ­
ектами, подлежащими стратегическо-тактическому изслѣдованію,
дастъ необходимую практику вновь прибывающимъ офицерамъ
Генеральнаго Штаба въ Округъ, дастъ возможность ежегодно
исправлять карты, а иногда, быть-можетъ, и внести серьезныя
поправки въ раньше разработанный стратегическій планъ пер­
воначальныхъ дѣйствій войскъ Округа.
2. Въ практическомъ ознакомленіи путемъ командировокъ съ
театрами сосѣднихъ Округовъ, а также съ театрами приле­
гающихъ территорій сосѣднихъ государствъ.

34

„ВОЙНА и МИРЪ“

Л» 1.

Реорганизація службы офицеровъ Генеральнаго Штаба.

Цѣль такихъ командировокъ ясна сама по себѣ уже изъ
предыдущихъ разсужденій. Заблаговременное знакомство съ
театрами сосѣднихъ Округовъ необходимо прежде всего пото­
му, что мобилизація можетъ застать офицеровъ Генеральнаго
Штаба на службѣ въ такихъ Округахъ, куда они попали срав­
нительно недавно, почему въ самое нужное время они не были
бы въ курсѣ дѣла.
Цѣль командировокъ за границу также ясна сама по
себѣ. Въ иностранныхъ арміяхъ такія командировки очень
популярны; онѣ даютъ, кромѣ знакомствъ въ общихъ чер­
тахъ съ вѣроятными театрами будущихъ военныхъ дѣй­
ствій, знакомство съ характеромъ полевыхъ дѣйствій иностран­
ныхъ войскъ, практическое знакомство съ мѣстными языками
и прочее.
Въ общемъ же всѣ намѣченныя этимъ пунктомъ команди­
ровки дадутъ возможность получить громадную практику по
оцѣнкѣ самыхъ разнообразныхъ мѣстныхъ данныхъ, чего нельзя
достигнуть въ предѣлахъ окружнаго района.
Распоряженія о такого рода командировкахъ должны исхо­
дить отъ начальника Генеральнаго Штаба, съ указаніемъ об­
щаго числа командируемыхъ отъ Округа, мѣстъ командировки
и цѣли. Очередь командируемыхъ изъ Округовъ ведутъ гене­
ралъ-квартирмейстеры, они же представляютъ соотвѣтствую­
щіе мотивированные доклады начальнику Генеральнаго Штаба,
указывая мѣстныя нужды Округа, вызывающія необходимость
въ выясненіи тѣхъ или другихъ вопросовъ на территоріи
театра сосѣднихъ округовъ и государствъ.
3. Научная разработка и освѣщеніе вопросовъ текущей воен■ной литературы и оцѣнка современныхъ военныхъ операцій
по имѣющимся сырымъ матеріаламъ.
Такого рода работы производятся и сейчасъ офицерами Ге­
неральнаго Штаба, но производствомъ ихъ могутъ заниматься
лишь тѣ изъ офицеровъ, которые не завалены штабной канце­
лярской перепиской.
Сообщенія на различныя военныя темы, дѣлаемыя въ Шта­
бахъ Округовъ очередными офицерами Генеральнаго Штаба,
обработанные въ печати статьи по жизненнымъ запросамъ
военнаго быта, службы и проч.,—все это есть налицо и сей­
часъ, но все это носитъ случайный характеръ, такъ какъ
принимаетъ участіе въ такой работѣ лишь незначительное ко­
личество офицеровъ, главнымъ образомъ вслѣдствіе недостатка
свободнаго отъ повседневной службы времени.

Л; 1.

35

„ВОЙНА и МИРЪ“

Реорганизація службы офицеровъ Генеральнаго Штаба.

При намѣченномъ нами освобожденіи офицеровъ Генераль­
наго Штаба отъ излишней канцелярщины необходимое время
найдется и для военно-научныхъ работъ. Польза въ нихъ не­
сомнѣнная.
Эти работы, давая громадную практику для приложенія
цѣнныхъ академическихъ познаній въ соотвѣтствующемъ на­
правленіи, принесутъ громадную пользу нашему общему дѣлу,
освѣщая научно наиболѣе существенныя стороны его.
Къ такого рода самостоятельнымъ работамъ должны привле­
каться обязательно всѣ офицеры Генеральнаго Штаба. Темы
для разработки могутъ они выбирать сами или но указанію
генералъ-квартирмейстера, но во всякомъ случаѣ съ его вѣ­
дома. Наиболѣе цѣнныя изъ этихъ работъ будутъ проникать въ
печать и т. о. сдѣлаются достояніемъ всей читающей публики.
Оцѣнка и разборъ такихъ работъ должны производиться
Окружными комиссіями, въ составѣ старшихъ офицеровъ Ге­
неральнаго Штаба и подъ предсѣдательствомъ окружныхъ
генералъ-квартирмейстеровъ.
При такой постановкѣ дѣла нашлось бы достаточно мате­
ріала для издаванія въ каждомъ Округѣ своего спеціальнаго
печатнаго военнаго органа и для созданія мѣстнаго кружка
общества ревнителей военныхъ знаній.
Какъ, напримѣръ, общество военное и прочее живо инте­
ресовалось всѣми текущими военными событіями въ минувшей
кампаніи, какъ нуждалось въ правильномъ освѣщеніи всѣхъ
сообщеній съ театра войны и какъ мало было сдѣлано свое­
временно въ этомъ направленіи.
А между тѣмъ серьезное освѣщеніе работы частей войскъ
на театрѣ войны по примѣненію тамъ всякихъ нововведеній:
уставныхъ, техническихъ и проч, несомнѣнно оказало бы гро­
мадную услугу частямъ войскъ, находившимся въ то время
еще въ мѣстахъ постояннаго своего пребыванія и командиро­
ванныхъ потомъ на театръ военныхъ дѣйствій.
Думается, что при такой постановкѣ дѣла не вышли бы въ
печать статьи нѣкоторыхъ военныхъ авторовъ, которыя, мало
освѣщая съ научной стороны текущія военныя событія, давали
неправильную и не совсѣмъ умѣстную оцѣнку имъ.
4. Систематическое ознакомленіе, въ популярномъ изложе­
ніи, строевыхъ офицеровъ, о всѣхъ выдающихся явленіяхъ совре­
менной военной эпохи и подготовка ихъ путемъ регулярнаго
обученія къ сознательному примѣненію тактическихъ и устав­
ныхъ требованій въ полевой работѣ войскъ.
3*

36

„ВОИНА и МИРЪ“

№ Е

Реорганизація службы офицеровъ Генеральнаго Штаба.

Вопросъ этотъ сводится къ тому, чтобы въ каждой части
войскъ особо назначенные въ помощь командирамъ частей
офицеры Генеральнаго Штаба производили регулярныя занятія
со строевыми офицерами.
Въ курсъ этихъ занятій должны войти: рѣшеніе тактиче­
скихъ задачъ на планѣ и въ полѣ, военная игра и сообщенія
на военныя темы самими обучающими. Попутно съ разрѣше­
ніемъ тактическихъ задачъ будутъ вмѣстѣ съ тѣмъ укореняться
и знанія существенныхъ положеній тактики и соотвѣтствую­
щихъ уставовъ.
Намъ скажутъ, что подобныя занятія со строевыми офице­
рами давно уже ведутся.
Мы въ свою очередь зададимъ встрѣчный вопросъ: <А какъ
эти занятія ведутся? Могутъ ли они при настоящей постановкѣ
дѣла принести ожидаемую пользу?»—полагаю, что едва ли ктонибудь отвѣтитъ въ утвердительномъ смыслѣ.
Въ большинствѣ войсковыхъ частей на занятія эти смот­
рятъ какъ на отбываніе номера, а между тѣмъ занятія эти
можно такъ обставить, что они, несомнѣнно, заинтересуютъ
строевую среду, такъ какъ запросовъ въ ней въ этомъ напра­
вленіи и посейчасъ много.
Если занятія эти до сихъ поръ не давали положительныхъ
результатовъ, то это объясняется главнымъ образомъ тѣмъ об­
стоятельствомъ, что у руководителей—офицеровъ Генеральнаго
Штаба—не было достаточно времени, чтобы обставить эти за­
нятія надлежащимъ образомъ.
Неожиданно оторванные отъ повседневныхъ занятій, не под­
готовивши себя заблаговременно къ предстоящей работѣ въ
войсковыхъ частяхъ, такіе руководители не заинтересуютъ
аудиторію.
Выше мы намѣтили распредѣленіе офицеровъ Генеральнаго
Штаба между строевыми Штабами. Вотъ если бы каждому
изъ 4-хъ офицеровъ Генеральнаго Штаба, состоящимъ въ
Штабѣ Дивизіи, было бы поручено регулярно производить так­
тическія занятія съ офицерами опредѣленнаго полка, по вы­
работанной особой программѣ, подъ наблюденіемъ и руковод­
ствомъ начальника Штаба Дивизіи,—тогда бы результаты по­
добной работы были бы иные. Заранѣе подготовленный къ
предстоящей работѣ руководитель умѣло, толково и интересно
обставитъ эти занятія.
Ежегодно офицеры-руководители, по окончаніи работъ въвойсковыхъ частяхъ, должны представлять начальнику Штаба

.VI.

яВОЙНА и МИРЪ“

37

Реорганизація службы офицеровъ Генеральнаго Штаба.

Дивизіи подробныя свѣдѣнія по существу дѣла со своими за­
ключеніями.
Начальникъ Штаба Дивизіи, обобщая частные доклады, дол­
женъ составить общій докладъ со своими заключеніями на­
чальнику Дивизіи.
При такой постановкѣ дѣла вопросъ обученія войскъ можно
было бы поставить на надлежащую ногу, такъ какъ началь­
ники дивизій при помощи своихъ ближайшихъ помощниковъ,
стоящихъ у этого дѣла, всегда были бы въ надлежащемъ курсѣ.
5. Отбываніе строевыхъ цензовъ для практическаго ознаком­
ленія съ бытомъ, устройствомъ и работой строевыхъ частей
всѣхъ трехъ родовъ оружія.
Вопросъ по отбыванію строевыхъ цензовъ тѣсно связанъ
съ вопросомъ о томъ, къ какого рода дѣятельности въ буду­
щемъ готовитъ себя офицеръ Генеральнаго Штаба.
Тѣ изъ нихъ, которые болѣе склонны идти по строевой
карьерѣ, все же должны быть достаточно использованы до
полученія полка по своей спеціальности, какъ офицеры Гене­
ральнаго Штаба.
Для этой категоріи офицеровъ установленные сроки отбы­
ванія строевыхъ цензовъ нужно признать нормальными, при
чемъ командованіе полкомъ уже не будетъ трехлѣтнимъ от­
бываніемъ ценза, а станетъ обязательнымъ въ теченіе болѣе
продолжительнаго періода на ряду со строевыми ихъ сверстни­
ками командирами.
Для тѣхъ изъ офицеровъ, которые желали бы идти по
службѣ въ линіи офицеровъ Генеральнаго Штаба, двухлѣтній
срокъ командованія ротой (эскадрономъ) нужно признать про­
должительнымъ; достаточно было бы командовать ротой въ
теченіе одного года.
При опредѣленіи сроковъ отбыванія строевыхъ цензовъ нужно
считаться съ тѣмъ обстоятельствомъ, что въ эти періоды много
офицеровъ Генеральнаго Штаба совершенно отрываются отъ
всѣхъ прочихъ серьезныхъ работъ по своей спеціальности.
Заканчивая настоящую статью, мы опять повторяемъ, что
затронутые въ ней вопросы по реорганизаціи службы офи­
церовъ Генеральнаго Штаба настолько серьезны, что для
полнаго ихъ освѣщенія потребуется особо составленная ком­
петентная комиссія; мнѣнія же отдѣльныхъ лицъ, въ томъ
числѣ и наше, можетъ быть дадутъ ей подходящій матеріалъ
при разработкѣ и проведеніи въ жизнь затронутаго нами на­
сущнаго вопроса.

38

„ВОЙНА и МИРЪ“

№ Г

Реорганизація службы офицеровъ Генеральнаго Штаба.

Академія широко раскрываетъ военный горизонтъ слуша­
телей. Служба въ настоящемъ ея положеніи постепенно усушиваетъ все пріобрѣтенное въ академіи.
Такая уродливая эксплоатація знанія и труда работоспо­
собныхъ офицеровъ-академиковъ по меньшей мѣрѣ не рас­
четлива.
Обставьте службу офицера Генеральнаго Штаба такъ, что­
бы онъ могъ приложить въ жизни цѣнныя познанія, пріоб­
рѣтенныя въ академіи, дайте ему время для постояннаго раз­
витія этихъ познаній, и тогда несомнѣнно—корпусъ офицеровъ
Генеральнаго Штаба займетъ подобающее ему высокое мѣсто
въ арміи.

Генеральнаго Штаба полковникъ ВИРАНОВСКІЙ.

Боевыя дѣйствія пулеметовъ въ отрядѣ
изъ трехъ родовъ оружія.
Современная техника выдвинула на сцену новое оружіе

борьбы—пулеметъ.
Скорострѣльность, удобоуправляемомъ и примѣнимость къ
мѣстности составляютъ главныя основныя его свойства.
По силѣ огня, какую можетъ развить пулеметъ при автома­
тической стрѣльбѣ, онъ можетъ быть приравниваемъ ротѣ пѣ­
хоты, но при этомъ, какъ машина, имѣетъ нѣкоторыя особен­
ности, какъ то: а) управлять огнемъ пулемета гораздо легче,
чѣмъ огнемъ роты въ боевомъ положеніи порядкѣ; б) при­
стрѣлка, для опредѣленія разстоянія до цѣли, благодаря боль­
шой кучности выстрѣловъ, производится быстрѣе; в) перемѣна
вида огня и цѣли возможна гораздо скорѣе и г) скрыть пуле­
метъ въ складкахъ мѣстности легче, чѣмъ роту въ боевомъ
порядкѣ.
Близкій по свойствамъ огня къ пѣхотѣ, пулеметъ примѣняется
въ тѣхъ случаяхъ, когда необходимо содѣйствіе сильнаго ру­
жейнаго огня, и умѣлое пользованіе имъ даетъ громадныя пре­
имущества. <Русская армія выступила въ послѣднюю русско­
японскую войну безъ пулеметовъ, но испытавъ на себѣ гро­
мадную силу этого новаго оружія, она стала ихъ поспѣшно
выписывать, даже на экономическія суммы полковъ...» (Марты­
новъ: <Изъ печальнаго опыта Русско-Японской войны»).
Пулеметъ далъ пѣхотѣ силу и дѣйствительность огня, кон­
ницѣ—устойчивость и большую свободу въ дѣйствіяхъ.

40

„ВОИНА и МИРЪ“

Л» 1.

Боевыя дѣйствія пулеметовъ въ отрядѣ изъ трехъ родовъ оружія.

А. Наступательный бой (схема № 1).

Развѣдка.

Въ районѣ вѣроятной встрѣчи съ противникомъ отрядъ вы­
сылаетъ въ сторону движенія мелкія партіи. Однѣ изъ нихъ,
высланныя, далеко впередъ, собираютъ свѣдѣнія, всячески за­
держиваютъ движеніе непріятеля и преграждаютъ доступъ къ
нашему отряду его развѣдывательныхъ частей; другія —
обезпечиваютъ спокойствіе главныхъ силъ отряда въ бли­
жайшей къ нему полосѣ, стараясь создать непроницаемую
завѣсу, за которой главныя силы маневрируютъ и подготовля­
ются къ бою.
' Для лучшаго выполненія указанныхъ задачъ передовыя части
должны обладать при большой подвижности еще и устойчи­
востью. Только тогда онѣ могутъ довести работу свою до конца
и не открыть завѣсы преждевременно, не обнаружить тѣмъ
нашего расположенія въ то время, когда обстановка для этого
не вполнѣ еще благопріятна.
Для дальней развѣдки высылается кавалерія. Чтобы придать ея работѣ большую устойчивость и дать
возможность удержать до подхода тыловыхъ частей захвачен­
ную мѣстность, необходимо придать ей пулеметы, но не
ѣздящіе и вьючные, которые замедлятъ движеніе, а конные,
передвигающіеся съ такой же быстротой, какъ и сама конница,
и притомъ негромоздкіе.
Ближайшая охрана будетъ лежать на обязанности частей,
охраняющихъ походное движеніе, т.-е. на авангардѣ, голов­
номъ и боковыхъ отрядахъ, походныхъ заставахъ и дозорахъ;
въ составъ этихъ отрядовъ входятъ уже всѣ три рода оружія
и минимумъ двѣ — пѣхота и кавалерія. Пулеметы—какъ не­
отъемлемая принадлежность пѣхоты—будутъ также входить въ
составъ авангарда и того изъ боковыхъ отрядовъ, который или
отдѣленъ доступной въ опредѣленныхъ мѣстахъ преградой, или
же двигается по дорогѣ, значительно удаленной отъ пути слѣ­
дованія авангарда.
Войдя въ соприкосновеніе съ противникомъ передовыми ча­
стями, необходимо передъ боемъ дополнить развѣдкой имѣю­
щіяся свѣдѣнія о главныхъ силахъ противника, стараясь про­
никнуть за линію его охраненія, чтобы выяснить окончательно
количество силъ, группировку ихъ и направленіе движенія.
Эта задача нерѣдко возлагается на охотничьи команды. Подрб-

Л. 1.

„ВОИНА и МИРЪ“

41

Боевыя дѣйствіи пулеметовъ въ отрядѣ изъ трехъ родовъ оружія.

ныя задачи трудны и потребуютъ отъ исполнителей большого
напряженія ума и воли. Способовъ исполненія указать нельзя,—
указать можетъ лишь обстановка на мѣстѣ, но очевидно, что
придется работать гдѣ хитростью и скрытно, а гдѣ и откры­
той силой.
Въ послѣднемъ случаѣ для успѣха полезно придать охотни­
камъ пулеметъ (вьючный). Притянувъ огнемъ и дѣйствіемъ
вниманіе противника къ какому-либо пункту, одна изъ группъ
охотниковъ облегчитъ тѣмъ исполненіе задачи въ другихъ
мѣстахъ и дастъ возможность если не мелкимъ партіямъ, то
отдѣльнымъ лицамъ проскользнуть незамѣтно черезъ линію
охраны и получить желаемыя свѣдѣнія.
Я указалъ пулеметъ «вьючный», какъ удобопереносимый и
малозамѣтный изъ существующихъ, что, конечно, весьма важно
при производствѣ развѣдокъ, когда отъ мелкихъ частей тре­
буется подвижность до неуловимости.
При дальнѣйшемъ сближеніи обѣихъ сторонъ первыми ввя­
жутся въ бой авангарды, а затѣмъ уже и главныя силы.
Наступленіе,

Во время производства артиллерійскихъ развѣдокъ и состя­
занія артиллерійскихъ массъ на дальнихъ дистанціяхъ (4—5 в.)
пулеметамъ нѣтъ работы, а потому мѣсто ихъ—при общемъ
резервѣ. Но съ высылкой боевого порядка для поддержки его
и обстрѣливанія случайныхъ цѣлей, какъ то: переѣздѣ не­
пріятельской артиллеріи, движеніе резервовъ или атаки кон­
ницы и т. п., пулеметы должны слѣдовать вблизи наступаю­
щихъ частей на линіи полковыхъ, а иногда и частичныхъ ре­
зервовъ.
При этомъ необходимо помнить, что дальній огонь пуле­
мета малодѣйствителенъ и ведетъ лишь къ непроизводительной
тратѣ патроновъ, а ихъ надо беречь,—впереди предстоитъ еще
рядъ серьезныхъ задачъ.
Если при наступленіи встрѣтится преграда движенію въ
видѣ лѣсной группы или иного закрытія, облегчающаго про­
тивнику оборону въ данномъ пунктѣ,—полезно выдвинуть пуле­
меты; усилить ими направленную сюда часть и помочь ей вы
бить противника изъ-за закрытія.
Но обратимся къ движенію, боевого порядка.
Боевой порядокъ значительныхъ силъ, растянутый иногда
на нѣсколько верстъ, не можетъ, конечно, двигаться вездѣ

42

„ВОИНА и МИРЪ“

-№• 1.

Боевыя дѣйствія пулеметовъ въ отрядѣ изъ трехъ родовъ оружія.

съ одинаковымъ успѣхомъ въ силу различной важности
участковъ позиціи противника, противъ которыхъ онъ напра­
вляется; въ одномъ мѣстѣ противникъ самъ перешелъ въ на­
ступленіе; невыяснившаяся обстановка заставила насъ пе­
рейти къ оборонѣ,—пулеметъ усилитъ ее; въ другомъ—про­
тивникъ бросилъ на наступающаго конницу,—боевой порядокъ
пріостановился, выставилъ пулеметы, обстрѣлялъ кавалерію и
двинулся далѣе.
Въ виду того, что атаки на позицію, занятую противникомъ,
заблаговременно ведутъ къ громаднымъ, иногда безрезультат­
нымъ, потерямъ, а также въ виду чувствительности фланговъ
и тыла боевого порядка ко всякаго рода неожиданностямъ,
необходимо фронтальную атаку соединить съ обходомъ или
охватомъ.
Для большаго успѣха въ дѣйствіяхъ и большей самостоя­
тельности обходящую или охватывающую часть необходимо
снабдить пулеметами; особенно это полезно когда посылается
въ обходъ конница; пулеметы дадутъ ей, какъ уже сказано,
устойчивость въ работѣ, свободу въ маневрированіи и при­
кроютъ въ случаѣ неудачи.
Указать въ какой участокъ наступленія сколько придать
пулеметовъ—не представляется возможнымъ; все будетъ зави­
сѣть отъ обстановки; можно только сказать одно: что въ пол­
номъ составѣ пулеметной ротѣ не будетъ мѣста при наступле­
ніи; дѣйствія ея разобьется на дѣйствія единицъ, ее соста­
вляющихъ.
Подойдя къ послѣдней позиціи—рубежу наступленія, необ­
ходимо въ послѣдній разъ попытаться сломить противника
огнемъ или если не сломить, то настолько деморализовать его
силою своего огня, чтобы движеніе въ атаку было облегчено
до послѣдней крайности.
Въ это время пулеметъ долженъ показать себя во всю,—
самый сильный огонь долженъ изливать на противника массу
свинца. Къ этому времени всѣ ленты пулемета должны быть
полны, чтобы въ рѣшительную минуту не было задержки въ
огнѣ изъ-за недостатка патроновъ.
Цѣли пулеметамъ наступающаго будутъ при этомъ пред­
ставляться разныя, а потому чуть не каждому пулемету при­
дется работать самостоятельно.
Не всегда, какъ показалъ опытъ войны, участь боя рѣ­
шается огнемъ; при равныхъ нравственныхъ силахъ бойцовъ
дѣло можетъ дойти и до штыка. Противникъ, до принятія шты-

Л» 1.

„ВОИНА и МИРЪ“

43

Боевыя дѣйствія пулеметовъ въ отрядѣ изъ трехъ родовъ оружія.

нового удара, используетъ, конечно, всѣ средства, чтобы отбить
наступающаго, не доводя дѣла до штыка, но въ то же время
приметъ, конечно, мѣры и къ встрѣчѣ атаки штыкомъ; съ этой
цѣлью, слабо маскируясь, онъ начнетъ передвигать резервы,
броситъ на наступающаго свою кавалерію, усилитъ огонь до
послѣдней степени напряженія и, наконецъ, перейдетъ въ част­
ное наступленіе. Всѣ обнаруженныя обороняющимся цѣли
пулеметы наступающаго должны обстрѣлять своимъ огнемъ и
оказать полное содѣйствіе пѣхотѣ.

Атак а.

Наконецъ пѣхота двинулась въ атаку—пулеметы выжидаютъ
результата ея, чтобы при удачѣ развить успѣхъ, а при не­
удачѣ облегчить отступленіе.
Пргь удачной атакѣ на захваченную позицію сейчасъ же
взойдутъ пулеметы; разстроенная атакой пѣхота для преслѣ­
дованія должна разобраться, и первое время противникъ пре­
слѣдуется лишь огнемъ сильно порѣдѣвшихъ частей; въ это
время огонь пулемета, направленный по кучкамъ отступающаго,
довершитъ окончательно его разстройство, поможетъ отразить
атаку подходящихъ резервовъ противника и вмѣстѣ съ артил­
леріей закрѣпить за атакующимъ обладаніе позиціей.
Высланная для преслѣдованія конница будетъ имѣть въ
своихъ пулеметахъ, направленныхъ на фланги и тылъ отсту­
пающаго, средство ослабить сопротивленіе подходящаго про­
тивника и ускорить его отступленіе.
При отбитой атакѣ пулеметы, совмѣстно съ артиллеріей,
дѣйствіемъ своего огня должны сдержать порывъ противника,
перешедшаго въ наступланіе, и дать возможность пѣхотѣ пе­
рейти на новую позицію, чтобы оправиться и вновь повторить
атаку. Рѣшаетъ участь боя пѣхота; остальные роды оружія
лишь содѣйствуютъ ей въ достиженіи конечныхъ цѣлей по­
стольку, поскольку позволяютъ имъ то ихъ основныя свойства,
а потому они должны приложить всѣ усилія вначалѣ облегчить
пѣхотѣ атаку противника илп же помочь отбить таковую; при
удачѣ въ атакѣ—довершить работу пѣхоты, а при неудачѣ—
закрыть ее.
Итакъ, разсмотрѣвъ примѣненіе пулеметовъ въ наступатель­
номъ бою, мы видимъ, что отъ пулеметовъ требуется большая
подвижность не только въ глубину боевого порядка, но и по
фронту; они должны всюду неотступно слѣдовать со своей пѣ-

44

„ВОЙНА и МИРЪ“

Ml.

Боевыя дѣйствія пулеметовъ въ отрядѣ изъ трехъ родовъ оружія.

хотой и составлять съ ней одно цѣлое, а для этого они должны
быть также подвижны, поворотливы, удобопримѣнимы къ мѣст­
ности, какъ отдѣльный стрѣлокъ; поэтому, казалось бы, въ бою
надо отдать предпочтеніе изъ существующихъ вьючному пуле­
мету, какъ болѣе легкому, удобопереносимому и маловидимому.
Съ практическимъ пользованіемъ пулеметами необходимо зна­
комить еще въ мирное время не только всѣхъ офицеровъ, но
и нижнихъ чиновъ, чтобы прислугой при пулеметѣ могъ быть
всякій рядовой, а не только спеціально приставленная къ пу­
лемету прислуга.

Б. Оборонительный бой (схема № 2).
Если обстоятельства заставятъ принять бой, временно при­
бѣгнувъ къ оборонѣ, то пулеметы, умѣло примѣненные, позво­
лятъ сохранить для активныхъ дѣйствій большую часть живой
силы въ рукахъ для нанесенія или отраженія рѣшительнаго
удара. Если бой разыгрывается встрѣчный, то пулеметы аван­
гарда помогутъ задержать первый натискъ противника и выяс­
нить обстановку.
Далѣе, смоіря по обстановкѣ, или отрядъ, подкрѣпивъ свой
авангардъ, перейдетъ въ наступленіе, или же временно прибѣг­
нетъ къ оборонѣ, чтобы, ослабивъ противника, перейти потомъ
въ наступленіе. Въ первомъ случаѣ дѣйствія будутъ какъ при
наступленіи, а во второмъ—составивъ планъ дѣйствій, оцѣ­
нивъ по достоинству силу позиціи и подступовъ къ ней, надо
распредѣлить пулеметы по участкамъ позиціи, прикрывъ силою
ихъ огня слабость мѣстности. Если позицію занимаютъ забла­
говременно, то пулеметы слѣдуетъ поставить на пунктахъ
вѣроятной атаки для обстрѣла подступовъ, уничтоженія мерт­
выхъ пространствъ, охраны фланговъ и часть держать въ ре­
зервѣ для усиленія того или иного участка позиціи, смотря по
ходу боя.
Если придется занять передовую позицію или передовой
пунктъ для того, чтобы заставить противника раньше обнару­
жить свои силы и намѣренія, то въ этомъ случаѣ будетъ
весьма умѣстно придать войскамъ, назначеннымъ для. занятія
передовой позиціи, пулеметы.
■
Когда войска займутъ главную позицію—часть пулеметовъ
станетъ (въ передовыхъ окопахъ, если таковые имѣются) бокъо-бокъ съ своей пѣхотой. Пока идетъ бой на; дальнихъ ди­
станціяхъ—пулеметъ молчитъ и не обнаруживаетъ своего при­
f)

,V 1.

„ВОЙНА и МИРЪ“

45

Боевыя дѣйствія пулеметовъ въ отрядѣ изъ трехъ родовъ оружія.

сутствія, но когда противникъ поведетъ наступленіе на ближ­
нихъ дистанціяхъ—пулеметъ открываетъ автоматическій огонь
съ разсѣиваніемъ, пріостанавливая его по мѣрѣ исчезновенія
цѣлей. Въ моментъ атаки позиціи пулеметъ обороняющагося
заливаетъ свинцомъ ряды наступающаго, обстрѣливая въ упоръ
до отказа, помня, что успѣхъ окупитъ всѣ усилія; раннее же
прекращеніе огня можетъ подбодрить наступающаго.
Но фронтъ—самое сильное мѣсто въ боевомъ порядкѣ, бу­
детъ ли то при наступленіи или при оборонѣ, а потому есте­
ственно, занимая обороняющагося на фронтъ рядомъ отчаян­
ныхъ атакъ, противникъ постарается нанести ударъ съ фланга
и тыла, наиболѣе чувствительныхъ ко всякаго рода случайно­
стямъ. Для парированія этихъ ударовъ полезно, обезпечивъ
фланги соотвѣтственнымъ расположеніемъ резервовъ, создать
закрытія заблаговременно для пулёметовъ и при обходномъ
движеніи противника не обнаруживать себя до дистанціи дѣй­
ствительнаго огня, а затѣмъ поразить противника неожидан­
ностью и устроить поливку съ различными высотами прицѣ­
ловъ въ отдѣльныхъ пулеметахъ.
Если бы противникъ былъ обнаруженъ въ пунктѣ, на ко­
торомъ его не ожидали, то часть изъ резерва, подкрѣпленная
пулеметами, должна обезпечить спокойную работу остальныхъ
войскъ.
Отбивъ атаку противника, слѣдуетъ довершить его разстрой­
ство штыковымъ ударомъ, не выпуская его въ то же время изъподъ огня пулеметовъ, направляя послѣдній на подходящіе ре­
зервы или если таковыхъ нѣтъ, то на отдѣльныя кучки непрія­
теля, старающіяся устроиться и прикрыть отступленіе.
Кромѣ разобранныхъ здѣсь случаевъ примѣненія пулеметовъ
они весьма полезны въ сторожевыхъ отрядахъ: при десантахъ,
вылазкахъ изъ крѣпости, при осадѣ крѣпости въ передовыхъ
окопахъ, въ малой войнѣ,—словомъ, во всѣхъ положеніяхъ пу­
леметъ всегда долженъ быть при войскахъ; лишь ночь пара­
лизуетъ его дѣйствія, да и то при наступленіи, а при оборонѣ,
заранѣе установленный, онъ можетъ принять участіе въ отра­
женіи атаки.
Подполковникъ Вихиревъ.

Стихеттнія
Послѣ битвы.
(Ватерлоо).
Затихъ жестокій громъ сраженья;
Ряды послѣдніе легли;
Исчезла конница вдали,
Чтобъ довершить уничтоженье,
И санитаровъ мѣрный шагъ
Умолкъ... Упорно бился врагъ,
Онъ поле трупами усѣялъ.
Вотъ старой гвардіи карре
Лежитъ, какъ листья въ октябрѣ;
Наполеонъ ее лелѣялъ
Не даромъ: былъ ея отвѣтъ
И простъ и кратокъ: «сдачи нѣтъ».—
И пала, славою покрыта...
И поле битвы обозрѣть
Царь пожелалъ. И вотъ .со свитой
Онъ ѣдетъ, горемъ весь убитый.
И правда—есть о чемъ скорбѣть!
Тѣла, тѣла лежатъ повсюду
Среди запекшейся крови.
Тутъ, какъ дрались, столпившись въ груду,
Такъ вмѣстѣ люди и легли.
Зіяютъ черной пастью раны,
Одеждъ оторванныхъ куски,
Обрывки мяса, кисть руки,
Убитый конь, осколокъ странный,
И лужи крови .. кровь кругомъ...

•V 1.

„ВОИНА II МИРЪ“

47

Послѣ битвы.

Пируетъ птицъ зловѣщихъ стая,
И вѣетъ смертный духъ крыломъ,
Окрестность ядомъ заражая...
Глядитъ, поникнувъ головой,
Царь Александръ Благословенный,
Желавшій мира всей душой,
Но принужденный злой судьбой
Провесть всю жизнь въ грозѣ военной.
Безшумно свита ѣдетъ вслѣдъ:
Изъ уваженья къ царскимъ думамъ
Остановился гулъ бесѣдъ.
Смеркалось. Сумракомъ угрюмымъ
Ночь надвигалась. Съ дальнихъ горъ
Текла прохлада. Грустный взоръ
Царь поднялъ и прервалъ молчанье:
<Ахъ, вещь ужасная война!»—
И скорби, ужаса, страданья
Въ словахъ сказалась глубина.
Василій Дмитріевъ.

ДУХЪ АНГЛІЙСКОЙ АРМІИ.
(Очеркъ кн. М. Трубецкой).

Такъ озаглавлена анонимная статья, напечатанная въ од­
номъ изъ послѣднихъ номеровъ издающагося въ Лондонѣ жур­
нала «Blacwood’s Magasine». — Въ ней указывается на полное
отсутствіе боевой готовности Англіи, обусловленное весьма
неудовлетворительнымъ состояніемъ ея арміи.
<Пока у насъ такое войско»,—говоритъ авторъ,■—<намъ не­
чего и думать о какомъ-либо военномъ вмѣшательствѣ въ
европейскія дѣла или объ успѣшной защитѣ нашихъ гра­
ницъ, въ случаѣ легко могущей представиться надобности.
Да что и говорить объ увеличеніи нашихъ военныхъ силъ,
когда намъ не хватаетъ людей даже для той сравнительно
малочисленной арміи, которой теперь, такъ же какъ и два­
дцать лѣтъ назадъ, довольствуется государство. Правительству
стоитъ большихъ трудовъ заручиться услугами достаточнаго
числа офицеровъ; что касается запасныхъ войскъ,—ихъ нѣтъ и
въ поминѣ. Въ гвардіи и то приходится констатировать недоста­
токъ въ людяхъ». (Авторъ видитъ въ этомъ признакъ близкаго
паденія практикующейся въ Англіи системы «добровольнаго вер­
бованья» (voluntary enlistment).
«Неужели,—спрашиваетъ онъ,—неужели не стоитъ зада­
ваться вопросомъ, почему военная служба потеряла свою при­
влекательность для тѣхъ классовъ населенія, изъ которыхъ
происходятъ наши офицеры; почему большинство военныхъ
жалуется на свое положеніе? — Весьма вѣроятно, что суще­
ствуетъ нѣсколько причинъ, въ большей или меньшей степени
способствовавшихъ такому положенію вещей, но среди нихъ

Æ I.

„ВОЙНА и МИРЪ“

4‘)

Д ухъ англійской арміи.

есть одна причина — далеко не второстепенной важности, на
которую, между тѣмъ, мало обращаютъ вниманія:
Это, такъ сказать, ослабленіе нравственныхъ устоевъ, по­
ниженіе духа нашей арміи, — а кому не извѣстно, что въ
войскѣ, какъ и во всякомъ другомъ собраніи людей присут­
ствіе «духа живого» является непремѣннымъ условіемъ для
достиженія конечной цѣли, а также для плавнаго дѣйствія об­
щественнаго организма».
Авторъ здѣсь выражаетъ опасенія, что его заподозрятъ въ
пристрастіи «къ доброму старому времени».
«Я вполнѣ сознаю многочисленные недостатки нашей арміи,
лѣтъ сорокъ или пятьдесятъ тому назадъ, но на ряду съ этими
недостатками существовало одно высокопрекрасное качество—великолѣпный духъ въ войскахъ. Всѣ носители мундира, на­
чиная съ главнокомандующаго и кончая барабанщикомъ, были
воодушевлены однимъ и тѣмъ же чувствомъ долга — у всѣхъ
былъ одинъ законъ воинской чести. Никто не думалъ о сво­
емъ «я», но каждый сливалъ свою личность съ великимъ цѣ­
лымъ, къ которому принадлежалъ. Въ то время награды и от­
личія были не правиломъ, а исключеніемъ, но, тѣмъ не менѣе,
никому не приходило въ голову уклоняться отъ возложенной
на него задачи, съ какими трудностями и опасностью она бы
ни была сопряжена. Зато готовность поддержать товарища,
оказать ему помощь въ какой-нибудь сложной боевой опера­
ціи была обычнымъ явленіемъ».— «Примѣромъ послѣдней мо­
жетъ служить суровая рѣшимость Блюхера при Ватерлоо, его
стремленіе во что бы то ни стало исполнить обѣщаніе, данное
герцогу Веллингтону—привести ему подкрѣпленіе. Вдохно­
венный жестъ, которымъ онъ поощрялъ утомленные ряды сол­
датъ, его умоляющія слова: «Дѣти, вѣдь вы не допустите,
чтобы я измѣнилъ своему слову!»—эти мелочи заслуживаютъ
вѣчно жить въ исторіи сраженія».
Найдется ли хоть одинъ человѣкъ, который станетъ утвер­
ждать, что этотъ высокій духъ живъ и понынѣ въ нашихъ
войскахъ, что офицеры британской арміи съ первыхъ дней
службы проникаются сознаніемъ святости долга, какъ прин­
ципомъ всей своей служебной дѣятельности?—Вѣдь слишкомъ
очевидно, что иными изъ нихъ личныя выгоды преслѣдуются
гораздо ревностнѣе, чѣмъ интересы арміи, что иные главнымъ
образомъ стремятся обратить на себя вниманіе, добиться по­
вышенія». «Вспомнимъ исторію послѣднихъ войнъ: какъ часто
наши офицеры, дѣйствуя по собственному усмотрѣнію въ про­
4

50

„ВОЙНА и МИРЪ“

Л’ I

Духъ англійской арміи.

тивоположность распоряженіямъ своихъ начальниковъ, явля­
лись виновниками нашихъ пораженій,—едва не нашего по­
зора! — Какъ часто они уклонлялись отъ обязанности поддер­
жать товарища, которому представился случай отличиться,
когда отъ своевременной поддержки зависѣлъ весь успѣхъ
дѣла! Всѣ эти печальныя явленія послѣднихъ лѣтъ указыва­
ютъ на значительную перемѣну нравовъ въ нашей арміи, на
исчезновеніе въ ней <духа живого». — Постараемся же выяс­
нить кое-какія причины этой перемѣны.
Въ чувствѣ зависти кроется роковая сила; оно играетъ боль­
шую роль въ управленіи людскими дѣйствіями и побужде­
ніями,—нѣтъ человѣка, который бы могъ счесть себя вполнѣ
застрахованнымъ отъ его развращающаго вліянія.
И вотъ приходится сознаться, что за послѣдніе полвѣка
сдѣлано многое, что способствовало возбужденію зависти и
недоброжелательства въ военной средѣ.
Я уже говорилъ, что награды и отличія являлись въ преж­
нее время скорѣе исключеніемъ нежели правиломъ, и не одинъ
доблестный воинъ прошелъ весь свой длинный и трудный слу­
жебный путь, не имѣя ни одного ордена. Можетъ-быть, такое
положеніе .вещей и не совсѣмъ желательно, но оно несо­
мнѣнно имѣетъ свои хорошія стороны. Въ тѣ времена требо­
ванія ко всѣмъ предъявлялись одинаковыя и не было слышно
скрытыхъ насмѣшекъ по адресу тѣхъ, которые украшаютъ
свою грудь цѣлой выставкой медалей и орденовъ въ доказа­
тельство того, что они храбрые и испытанные воины. Вѣдь
ни для кого не тайна, что въ военное время награды у насъ
раздаются безъ всякаго разбору; нерѣдко ихъ получаютъ тѣ,
что ни разу даже не были въ дѣлѣ, не подвергались опасности
и не знали отвѣтственности,—-ихъ равняютъ съ товарищами по
оружію, перенесшими тяжелыя испытанія и много разъ видѣв­
шими смерть лицомъ къ лицу.—Мнѣ хорошо памятенъ одинъ
такой случай, когда люди, не успѣвшіе даже высадиться на
непріятельскій берегъ, получили знаки отличія наравнѣ съ
тѣми, кто участвовалъ въ многочисленныхъ походахъ и сра­
женіяхъ.—-Положимъ, что орденъ безъ мечей не имѣетъ ровно
никакого значенія, но пора намъ знать, что и при наличности
мечей онъ доказываетъ весьма мало—развѣ только, что носи­
тель его побывалъ въ непріятельской странѣ».
«Погоня за орденами»—спортъ, одно время бывшій въ боль­
шой модѣ и теперь еще привлекающій нѣкоторыхъ, хотя высшія
власти очевидно употребляютъ всѣ усилія, чтобы искоренить его.

As 1.

„ВОИНА и МИРЪ“
Духъ

51

англійской а р м і и.

«По мнѣнію многихъ свѣдущихъ людей, учрежденіе «креста
королевы Викторіи» (Victoria Cross) по своимъ послѣдствіямъ
оказалось довольно нежелательнымъ для военнаго вѣдомства
даромъ. Полученіе этого креста является во всякое время про­
стой случайностью. Для того, чтобы заслужить его, требуется
совершить какой-нибудь военный подвигъ непремѣнно на гла­
захъ старшаго по чину, которому предоставляется доложить о
немъ высшему начальству. Но предположимъ отсутствіе стар­
шаго по чину или нежеланіе его, по той или другой причинѣ,
представить отличившагося къ наградѣ—и намъ станетъ ясно,
что на одинъ подвигъ, награжденный «крестомъ Викторіи»
приходится двадцать такихъ же, если не болѣе, блестящихъ
подвиговъ, которые прошли незамѣченными. Къ тому же, по­
лученіе этой награды имѣетъ, пожалуй, слишкомъ большое
значеніе среди нашей военной молодежи; всякій тщеславный
юнецъ только и мечтаетъ выдвинуться, обратить на себя вни­
маніе, забывая, что добросовѣстнымъ исполненіемъ своей пря­
мой обязанности онъ принесетъ гораздо больше пользы, чѣмъ
какими-нибудь изъ ряда вонъ выходящими, быть-можетъ, лишними
заслугами».
«Благодаря общему характеру нашихъ послѣднихъ войнъ,
«крестъ королевы Викторіи» сдѣлался въ большинствѣ слу­
чаевъ наградой за спасеніе погибающихъ. Намъ зачастую при­
ходилось воевать съ дикарями, которые варварски расправля­
лись съ попадавшими въ ихъ руки ранеными; потому-то спа­
сеніе раненаго отъ непріятеля сдѣлалось самымъ обычнымъ и
доступнымъ путемъ къ полученію вышеназванной награды.
Въ послѣдніе годы это понятіе сдѣлалось до того общепри­
нятымъ, что на военныхъ играхъ и состязаніяхъ часто при­
ходилось быть свидѣтелемъ такъ-называемаго «конкурса креста
Викторіи»,—(V. С. competition); цѣлью его было похищеніе,
съ преодолѣніемъ всевозможныхъ препятствій, — чучела, дол­
женствующаго изобразить раненаго!—И, несмотря на это, у
насъ нисколько не увеличилось число героевъ!—До учрежденія
креста Викторіи ихъ было ничуть не меньше».
(Авторъ находитъ, что вознагражденіе за спасеніе погибаю­
щихъ слѣдовало бы предоставить въ вѣдѣніе «человѣколюби­
ваго общества»).
«О множествѣ другихъ орденовъ, которые ежегодно разда­
ются въ британской арміи, можно сказать приблизительно то
же: для посвященныхъ они вовсе не служатъ доказательствомъ
того, что ихъ носители проявили особенную храбрость или

52

„ВОИНА и МИРЪ“
Духъ англійской

№ Ь

а р и і и.

отличаются обширными познаніями; нѣтъ, они скорѣе указы­
ваютъ на покровительство высокопоставленныхъ лицъ». «Ma
foi, c’est bien distingué», замѣтилъ Таллейранъ, когда на вѣн­
скомъ конгрессѣ лордъ Кастельра—единственный среди всѣхъ
собранныхъ дипломатовъ—явился безъ лентъ и орденовъ.
«Много было упомянуто по поводу креста Викторіи, о томъ,
что многіе изъ военныхъ усердно ищутъ случая заслужить
его, нерѣдко пренебрегая для этого своей прямой обязанностью.
Существуетъ и другая форма «Саморекламированіе» (если
можно такъ выражаться), которая всегда имѣла и по сіе
время имѣетъ пагубное вліяніе на духъ войскъ. Въ высшихъ
сферахъ почему-то сложилось убѣжденіе, что для спеціаль­
ныхъ командировокъ предпочтительнѣе избирать офицеровъ
и нижнихъ чиновъ-добровольцевъ, чѣмъ назначать тѣхъ, чьи
имена стоятъ на очереди, или на кого указываютъ начальники
части. Сами добровольцы тутъ не при чемъ. Они стремились
отличиться и все дѣлали, чтобы достигнуть цѣли; нерѣдко,
также ими руководило желаніе уйти отъ одного собранія обы­
денной жизни военнаго, —- только едва ли они были самыми
компетентными судьями своей пригодности въ данномъ случаѣ!
Не обходилось безъ неудовольствій со стороны многихъ изъ
обойденныхъ товарищей: одни по скромности не рѣшались
сказать: «Возьмите меня,—я имѣю всѣ данныя»,—другіе, бу­
дучи связаны семьей или еще какими-нибудь обязательствами,
можетъ-быть, не сочли себя, въ правѣ рисковать жизнью, если
это не было связано съ долгомъ службы.
«Результатомъ этой системы явилась все возрастающая ан­
типатія къ рутинѣ будничныхъ занятій. Добросовѣстнымъ ра­
ботникамъ постоянно приходится убѣждаться, что какъ бы
безукоризненно они ни исполняли возложенныя на нихъ обя­
занности,—ихъ все-таки обгоняютъ по службѣ далеко не бо­
лѣе старательные или даровитые товарищи, а они поневолѣ
привыкали смотрѣть на эти обязанности, какъ на нѣчто вто­
ростепенное, не заслуживающее вниманія».
«Но изъ всѣхъ обстоятельствъ, въ послѣдніе годы способ­
ствовавшихъ измѣненію нравовъ нашей арміи, самымъ вред­
нымъ по своимъ послѣдствіямъ безспорно является система
«секретныхъ донесеній» (confidential reports). Благодаря ей
каждый офицеръ любую минуту можетъ ожидать, что кто-нибудь посягнетъ на его честь и доброе имя, а онъ не имѣетъ
даже возможности узнать, откуда на него обрушился ударъ!
«При такихъ условіяхъ британская армія стала нѣсколько­

Л» 1.

„ВОЙНА и МИГЪ“

S3

Духъ англійской арміи.

похожа на французскій «lycée», гдѣ среди учениковъ поощряет­
ся фискальничество,—отнюдь не на англійское учебное за­
веденіе; здѣсь подобный обычай вызвалъ бы глубокое негодо­
ваніе».
«При введеніи вышеупомянутой системы предполагалось,
теоретически, что если въ секретномъ донесеніи заключается
что-либо неблаговидное, то послѣдній будетъ немедленно
извѣщенъ объ этомъ, чтобы имѣть возможность въ случаѣ
желанія защищаться. Но приходится сознаться, что это на­
мѣреніе далеко не всегда приводилось въ исполненіе, — и
вообще, отъ подобныхъ оговорокъ пользы мало, потому что
повредить человѣку можно далеко не одними прямыми обви­
неніями,—весьма часто это дѣлается путемъ опущеній и недо­
молвокъ.
«Ради чести британской арміи я не желаю допустить мысли,
что «секретныя донесенія» когда-либо составляются съ ковар­
ной цѣлью, — зато личныя предубѣжденія или недальновид­
ность составителя безспорно играютъ здѣсь большую роль.
Притомъ всегда можетъ статься, что кто-нибудь изъ стар­
шихъ офицеровъ, являясь въ одномъ случаѣ отвѣтственнымъ
лицомъ, при составленіи доклада, хотя бы совершенно ис­
кренно заблуждаясь, припишетъ часть вины своему подчи­
ненному, послѣдній лишь спустя много времени узнаетъ, что
ему повредило такое-то донесеніе, а принять мѣры—доказать
свою невиновность—уже поздно.
Такимъ образомъ ни одинъ военный не можетъ сказать съ
увѣренностью, что онъ на хорошомъ счету, ни одинъ не чув­
ствуетъ себя обезпеченнымъ и спокойнымъ, что далеко не со­
дѣйствуетъ поднятію духа въ военной средѣ.
«Въ этомъ прискорбномъ явленіи, которое я назвалъ измѣ­
неніемъ духа нашей арміи, отчасти виновата и сама англій­
ская нація или скорѣй—.англійская пресса, имѣющая большое
вліяніе на общественное мнѣніе.
Наше общество крайне непослѣдовательно въ своемъ отно­
шеніи къ войскамъ; солдаты и офицеры въ его глазахъ по­
очередно являются кумирами и козлищами отпущенія, и эти
взгляды чередуются съ необыкновенной быстротой.
«Несмотря на всю сложность военной организаціи, эта
область почему-то считается открытой для критики и обсу­
жденія, флотъ находится въ болѣе благопріятныхъ условіяхъ;
не обладая спеціальнымъ образованіемъ, пикто не берется су­
дить о морскихъ дѣлахъ,—а тутъ существуетъ убѣжденіе, что

„ВОЙНА и МИРЪ“

54
Духъ

Л» L

англійской ар м і и.

все, относящееся къ военнымъ и къ ихъ дѣлу, доступно пони­
манію всякаго, хотя бы и не освѣдомленнаго человѣка».
Наши журналисты готовы судить и рядить о всевозмож­
ныхъ предметахъ, даже о такихъ, въ которыхъ весьма мало
смыслятъ. Они зачастую подхватятъ какой-нибудь инцидентъ,
раздуютъ его сколько возможно, и тутъ принимаются строчить
убѣжденные очерки и передовыя статьи... Во всемъ этомъ, по­
жалуй, есть частица правды,—на основаніи которой дѣлаются
самые дикіе выводы; нѣтъ вреднѣе лжи, чѣмъ та, въ которой
заключается доля истины!
Результатомъ подобнаго отношенія является! вѣчная боязнь
нашихъ военныхъ подвергнуться общественному суду, который
можетъ ихъ поставить въ неловкое положеніе; — тѣмъ болѣе,
что если имъ и предоставлено защищаться, то все-таки имъ
предстоитъ нелегкая задача—отдѣлить истину отъ лжи и пра­
вильно освѣтить всѣ обстоятельства дѣла.
«Критика прессы сама по себѣ не страшна, по бѣда въ
томъ, что ея сужденія попадаются на глаза государственнымъ
дѣятелямъ; послѣдніе, сами не обладая опытомъ въ военныхъ
дѣлахъ, нерѣдко руководятся ими и однимъ росчеркомъ пера
создаютъ или разбиваютъ всю карьеру военнаго».
<Что-же удивительнаго, если при такихъ условіяхъ духъ
нашихъ войскъ не таковъ, какъ мы бы желали? Быть-можетъ,
дѣіо еще поправимо, но гдѣ же средства для этого, и кто у
ласъ сумѣетъ ими воспользоваться?»

Еще о сигнализаціи.
Въ самый разгаръ войны съ Японіей, въ то время, когда
съ театра военныхъ дѣйствій все чаще и чаще приходили
корреспонденціи объ умѣлой сигнализаціи японцевъ, пользо­
вавшихся для этой цѣли всевозможными средствами — у насъ
приказомъ по В. В. 21 сен. 1904 г. № 579 въ войскахъ бы­
ла введена семафорная сигнализація. До изданія этого приказа
въ войскахъ существовали разнообразныя системы сигнализа­
ціи (азбука Морзе, Полибіева таблица и друг.). Въ зависимо­
сти отъ взглядовъ на нее высшаго начальства дѣло сигнали­
заціи въ частяхъ стояло въ большей или меньшей степени
совершенства. Мнѣ лично извѣстно, что въ одномъ погранич­
номъ корпусѣ послѣ долгихъ исканій была принята система
Морзе и дѣло сигнализаціи стояло на должной высотѣ. Вве­
деніе въ войскахъ семафорной сигнализаціи можно объяснить
лишь недостаточнымъ знакомствомъ съ другими системами и
главное—спѣшностью изготовленія. Раздумывать было некогда,
нужно было посылать подкрѣпленія, обученныя хотя по какойнибудь системѣ. Въ настоящее время назрѣла необходимость
окончательно разобраться въ данномъ»вопросѣ, тѣмъ болѣе, что
опытъ войны выяснилъ непригодность семафорной сигнализаціи.

56

„ВОЙНА и МИРЪ“

№ 1.

Еще о сигнализаціи.

Большинство строевыхъ офицеровъ, вернувшихся съ театра
военныхъ дѣйствій, стоитъ за необходимость введенія простыхъ
условныхъ знаковъ для обозначенія цѣлыхъ понятій, безъ по­
буквенной передачи словъ, напр.: «непріятель приближается»,
«непріятель обходитъ» (справа, слѣва), «видны орудія», «видны
резервы», «видны посты», «недолетъ», «перелетъ» и т. п. Но
не подлежитъ сомнѣнію, что кромѣ этой, такъ сказать, домаш­
ней сигнализаціи, которая по своей несложности будетъ зна­
кома всей ротѣ, и для изученія которой понадобится всего
2—3 урока,—обстоятельства военнаго времени часто предъ­
явятъ требованія на болѣе совершенную систему сигнализа­
ціи, при помощи которой можно во всякое время дня и ночи
безошибочно послать донесеніе или передать приказаніе. Это
своего рода телефонъ, который нельзя испортить, и притомъ
доступный самой маленькой строевой части. На войнѣ мы не
могли имъ пользоваться, благодаря несовершенству системы и
плохой подготовкѣ въ мирное время. Между тѣмъ, при совре­
менной пустотѣ полей сраженій, при громадной растянутости
строевъ по фронту и въ глубину, сигнализація, правильно
поставленная, является однимъ изъ лучшихъ средствъ для
службы связи. Прошло уже два года со времени введенія у
насъ семафорной сигнализаціи, и недостатки ея окончательно
выяснены. О нихъ буду говорить ниже, теперь же перечислю
тѣ существенныя условія, которымъ должна удовлетворять си­
стема сигнализаціи, при чемъ имѣю въ виду лишь ту систему,
посредствомъ которой возможна передача словъ побуквенно.
1) Условные знаки для буквъ должны быть одинаковые какъ
для дневной, такъ и для ночной сигнализаціи. Это условіе
необходимо для легкости изученія.
2) Знаки для буквъ должны быть ясно видны на большом ь
разстояніи между постами.
3) Близко подходящихъ по начертанію другъ къ другу
условныхъ знаковъ не должно быть, такъ какъ это сходство
при передачѣ буквъ вызываетъ ошибки, путаницу, неточность
и медленность въ передачѣ вслѣдствіе частаго отставленія не­
понятныхъ знаковъ. При большомъ разстояніи между постами
этотъ недостатокъ системы сильно отражается на скорости
передачи.
4) Въ виду громадной растянутости современныхъ боевыхъ
строевъ въ глубину и по фронту необходимымъ условіемъ
является увеличеніе разстояній между постами: минимумъ до
1 версты на всякой мѣстности.

№ 1.

„ВОИНА и МИРЪ“

57

Еще о сигнализаціи.

5) Этому условію можетъ удовлетворятъ только сигнальный
щитъ не менѣе 1 аршина въ квадратѣ, но не флагъ. Сильнымъ
вѣтромъ флагъ захлестывается и полотно его вытягивается па­
раллельно землѣ по вѣтру. Въ этомъ случаѣ флагъ совсѣмъ не
виденъ. Въ тихую погоду полотно виситъ вдоль палки при от­
вѣсномъ держаніи и площадь флага уменьшается въ 4—5 разъ.
6) Ночная сигнализаиія должна бытъ основана на продол­
жительныхъ (2—3 секунды) и короткихъ (1 сек.) появленіяхъ
свѣто-вспышкахъ, что достигается закрываніемъ и открываніемъ
дверецъ простого фонаря или нажатіемъ кнопки электрическаго.
Пока электрическій фонарь мало пригоденъ для ночной сигна­
лизаціи, вслѣдствіе частой порчи батарей, легко подверженныхъ
вліянію погоды, ио надо полагать, что техника производства
скоро устранитъ означенный недостатокъ и дастъ намъ со­
вершенный электрическій фонарь.
Сигнализація вспышками, <искровая», видна на громадныя
разстоянія.
Всякія цвѣтныя стекла (красныя, зеленыя, синія) непри­
годны, т. к. ихъ не видно на большомъ разстояніи.
Вотъ общія положенія. Теперь разсмотримъ, насколько при­
нятая у насъ семафорная сигнализація далека отъ вышепри­
веденныхъ существенныхъ условій.
1) Принятыя въ семафорной сигнализаціи знаки для изоб­
раженія буквъ хороши лишь на рисункѣ. Въ дѣйствительности
же флагъ никогда не сохраняетъ (исключеніе—горизонтальное
положеніе древка въ тихую погоду) той прямоугольной формы,
которая показана на рисункѣ. Если днемъ фигура сигнальщика
вмѣстѣ съ флагами напоминаетъ условный, показанный на
рисункѣ, знакъ, то ночью видны только 3 свѣтящіяся точки.
Одна—неподвижный фонарь на груди сигналера и 2 фонаря
въ рукахъ. Эти 3 точки даже на самомъ близкомъ (800—
1000 ш.) разстояніи своимъ относительнымъ положеніемъ
очень далеки отъ изображенныхъ на рисункѣ знаковъ, и
нужно обладать большимъ воображеніемъ, чтобы по этимъ 3
точкамъ отличить, напр., букву <Я> отъ <К>, <Х> отъ <Ю>,
«Ш> отъ <Щ> и др.
2) Разстояніе между т< чками, какъ показалъ опытъ, не мо­
жетъ быть болѣе 500 шаг., и то лишь въ тихую погоду. Я
не имѣю въ виду тѣхъ исключительныхъ случаевъ, когда фи­
гура сигнальщика обрисовывается на фонѣ неба. Въ послѣд­
немъ случаѣ и при семафорной сигнализаціи разстояніе между
постами можетъ быть увеличено до 1 версты.

58

Aî 1.

„ВОЙНА и МИРЪ“

Еіце о сигнализаціи.

3) Скорость передачи, по сравненію съ азбукой Морзе, только
кажущаяся. При азбукѣ Морзе со складнымъ сигнальнымъ
щитомъ 1 кв. ар. посты могутъ быть поставлены другъ отъ
друга на разстояніи отъ 1 до 2 верстъ, тогда какъ при сема­
форной сигнализаціи на этомъ разстояніи нужно поставить
отъ 3 до 6 постовъ.
4) Всего важнѣе—точность передачи, но по семафорной
сигнализаціи, даже при обученныхъ хорошо сигнальщикахъ,
она значительно уступаетъ таковой же по азбукѣ Морзе. Кто
имѣлъ практику по двумъ системамъ, тотъ согласится съ по­
слѣднимъ мнѣніемъ. А отъ точности главнымъ образомъ зави­
ситъ и скорость передачи.
5) Сигналировать съ коня двумя флагами нельзя.
6) Для ночной семафорной сигнализаціи требуется на каж­
дый постъ 3 фонаря, что крайне неудобно. Къ фонарямъ
нужны палки, и чѣмъ длиннѣе, тѣмъ лучше; въ противномъ
случаѣ точки будутъ сливаться въ одну. Но длинными палками
работать неудобно и тяжело для рукъ.
Посты могутъ быть не далѣе 500—800 шаг.,—на большемъ
разстояніи точки сливаются въ одну. Всѣмъ вышеприведен­
нымъ условіямъ дневной и ночной сигнализаціи удовлетворяетъ
азбука Морзе.
Оборудованіе поста: 1 складной двухцвѣтный флагъ-щитъ
(1 кв. ар.); 1 фонарь — простой или электрическій. Передача
дневная: точка—флагъ вверхъ, тире—флагъ вправо или влѣ­
во. Ночная: точка—короткая вспышка—1 сек., тире—3 сек.
Несмотря на всѣ достоинства системы Морзе, у насъ при­
нята по какому-то недоразумѣнію семафорная сигнализація.
За послѣднее время все чаще и чаще раздаются голоса про­
тивъ этой системы. Эти голоса идутъ не изъ комиссій, а отъ
людей опыта, и къ ихъ голосамъ грѣшно не прислушиваться.
И. Б—сній.

Нѣсколько словъ о нашей конницѣ въ минувшую

войну.
(изъ БОЕВЫХЪ ВОСПОМИНАНІЙ).

„Кузнецъ виноватъ, а цыгана повѣсили“.
Помекал п оговорка.

I.

Раннее утро; тонкая струйка сѣраго осенняго дня чутьчуть пробивается сквозь щель въ ставнѣ и, колеблясь, ложится
на полъ, словно разрѣзая его. За окномъ холодно и вѣтрено
Ставня колышется, дергается отъ упорныхъ порывовъ вѣтра
сломать ее; напрягая всѣ свои силы, она жалобно стонетъ и
стучитъ о стѣнку, вырываясь изъ объятій осенней непогоды.
Вѣтеръ холодный и очень сильный; по воспринятой привычкѣ
человѣка, жившаго раньше долго у моря, съ языка срывается
слово <штормъ» и воображеніе уже переноситъ далеко-да­
леко—туда, гдѣ дуетъ ледяной нордъ-вестъ, гдѣ море очень
короткое время бываетъ ярко, красиво, спокойно, гдѣ оно из­
рѣдка только освобожается отъ савана, сбитаго изъ густого,
плотнаго свинцоваго тумана.
Воображеніе пронесло только одну картину, но за ней по­
спѣшила другая, третья; образы, картины, воспоминанія по­
тѣснились, столпились, безпорядочно сбились въ кучу, всплыли,
какъ сказочные призраки утопленниковъ, требующихъ о себѣ
вѣчнаго поминовенія, протягивающіе руки, умоляющіе о со­
страданіи, о прощеніи, о незабвеніи... Но ихъ все равно не
забыть... Волна призраковъ выросла, поднялась до неба, колых­
нулась и вдругъ разбилась въ мелкія яркія точки, изъ кото­
рыхъ опять тянется нескончаемая цѣпь все новыхъ и новыхъ
наслоеній памяти...

60

„ВОЙНА и МИРЪ“

№ 1.

Нѣсколько словъ о нашей конницѣ въ минувшую войну.

За окномъ, со двора почудились знакомые звуки: «таххъаххъ»; глухо, какъ будто, далеко; звуки полные, мощные, но
тихіе, едва слышные и при всемъ томъ страшные почему-то.
Гдѣ я ихъ слыхалъ?.. Звуки не смолкаютъ... Я напрягаю слухъ,
хочу познать музыку звука, чтобы объяснить природу его.
но это мнѣ не удается—и чѣмъ больше я этого желаю, тѣмъ
мнѣ труднѣе, а тревога, непонятная, необъяснимая тревога,
все растетъ. Опять <таххъ-аххъ>...
Воспоминанія текутъ... Я наконецъ начинаю догадываться:
это, вѣроятно, на дворѣ у меня или рядомъ, складываютъ
бревна дровъ, бросая ихъ въ общую кучу. Это такъ, но по­
чему звукъ мнѣ знакомъ и такъ страшенъ? Да, да, я припоми­
наю: точно такіе же удары я слышалъ ровно два года тому
назадъ, послѣ боевъ на Шахэ всю ночь, когда захотѣлъ от­
дохнуть и пріѣхалъ къ ставкѣ командующаго у Мукдена.
Странная вещь,—эти отдаленные звуки послѣдней агоніи уми­
равшихъ боевъ меня больше безпокоили, чѣмъ громыханіе пу­
шекъ рядомъ въ теченіе всѣхъ восьми дней.
И вотъ я опять, безсильный, во власти своихъ воспомина­
ній... Насъ, кто былъ на войнѣ, очень много бранятъ; бранятъ,
однако, и всѣхъ, кто работалъ и кто бездѣйствовалъ, кто остался
тамъ, на поляхъ Манчжуріи и кто вернулся цѣлымъ и невре­
димымъ съ тайнымъ сожалѣніемъ, что судьба, пощадивъ его,
не дала ему ранъ, лишила его внѣшняго права плевать въ
глаза возмущающимся результатами чудовищно позорной кампа­
ніи и въ своемъ возмущеніи забывающимъ святое, таящееся
въ сердцѣ каждаго изъ насъ, побывавшихъ «тамъ». Бранятъ
артиллерію, бранятъ штабы, генеральный штабъ, инженеровъ,
врачей, военное духовенство, «КрасныйКрестъ», сестеръ мило­
сердія, бранятъ корреспондентовъ, — закидываютъ грязью по­
ложительно все. Бранятъ, конечно, и кавалерію, но на этотъ
разъ брань исходитъ почти' преимущественно изъ арміи. Об­
щественное мнѣніе, инспирируемое прессой, представители
которой видѣли дѣятельность конницы въ отрядахъ генераловъ
Мищенко, Ренненкампфа, полковника Мадритова и, стоически
проживъ съ нею всю кампанію, стали понимать ее лучше
многихъ другихъ, — не такъ категорично, не такъ жестоко и
безсмысленно въ своихъ обвиненіяхъ, какъ тѣ, отъ которыхъ
зависѣла судьба конницы и которые въ свою очередь вообра­
жали, что они ввѣряютъ ей судьбу и свою, и вмѣстѣ съ тѣмъ
всей войны. Они не понимали ея, не знали ея до войны, они
ничему въ этомъ направленіи не научались во время войны.

№ 1.

„ВОИНА и МИРЪ“

61

Нѣсколько словъ о пашей конницѣ въ минувшую войну.

Конница не оправдала надеждъ, которыя на нее возлагались.
Другой вопросъ—насколько эти надежды были основательны,
но разочарованіе наступило слишкомъ рано. Еще въ февралѣ
мѣсяцѣ 1904 года, когда части отдѣльной Забайкальской ка­
зачьей бригады съ Уссурійскимъ полкомъ подъ начальствомъ
генерала Мищенко выдвинулась впередъ, вглубь Кореи, безъ
переводчиковъ, безъ картъ, безъ средствъ не только на орга­
низацію тайной развѣдки, но даже для жизни, конницѣ стави­
лось въ упрекъ, что она до сихъ поръ «не развѣдала о си­
лахъ противника», и не вѣрили въ то же время о сосредото­
ченіи у Пеньяна арміи Куроки.
Генералъ Мищенко телеграфировалъ: «Японцы на меня сер­
дятся, да и въ Ляоянѣ мною недовольны».
Легко нашли причину «неудовлетворительнаго» дѣйствія кон­
наго отряда: «Генералъ Мищенко не былъ природнымъ кава­
леристомъ, а потому ит. д.>.
Репутація конницы падала все ниже и ниже.
Въ бою подъ Вафангоу 1—2 іюня того же года генералъ
Штакельбергъ всю неудачу операціи приписалъ конницѣ, кото­
рая, будто бы, не увѣдомила своевременно о сосредоточеніи
значительныхъ силъ Оку противъ праваго фланга корпуса. Но
это опровергается документально, и этому теперь никто не
вѣритъ.
Первое донесеніе,—первый намекъ на обходъ—было получено
рано утромъ 2 іюня, до начала рѣшительной атаки дивизіи
Гернгроса, и генералъ Самсоновъ получилъ обратно конвертъ
съ распиской въ прочтеніи адъютанта командира корпуса.
Конница виновата въ томъ, что не могла выяснить составъ
арміи Оку у Сеньючена. Подъ Ляояномъ конница виновата въ
томъ, что Куроки удалось перебросить дивизію на правый бе­
регъ Тайцзыхэ, обратить въ паническое бѣгство части 54-й
пѣхотной дивизіи и вырвать изъ рукъ нашего командую­
щаго арміей побѣду, но достовѣрно извѣстно, что первыя
свѣдѣнія о переправѣ японцевъ были получены 16 августа.
Въ операціи Сандепу конница нашла свое опредѣленное
мѣсто въ спискѣ привлекаемыхъ къ отвѣтственности, такъ какъ
не сумѣла отвлечь на себя атаку пяти японскихъ дивизій, раз­
бивающихся у Хейгоутая объ алмазную стойкость все таяв­
шаго, умиравшаго 1-го Сибирскаго корпуса.
Мы потеряли Мукденъ, мы бѣжали, мы проиграли кампаніюи въ заревѣ горящихъ китайскихъ деревень сожгли свою преж­
нюю славу, опять-таки по винѣ конницы: вѣдь она только
*

62

„ВОИНА и МИРЪ“

№ 1.

Нѣсколько словъ о .нашей конницѣ въ минувшую войну.

16 февраля донесла о движеніи пяти японскихъ колоннъ въ
полосѣ праваго берега Хунхэ.
Когда я прочелъ въ мартѣ мѣсяцѣ 1904 года телеграмму о
дѣлѣ коннаго отряда генерала Мищенко подъ Чонджю (въ
Кореѣ), мнѣ сдѣлалось безконечно грустно: безполезно, без­
смысленно мы потеряли нѣсколько прекрасныхъ офицеровъ и
нижнихъ чиновъ. И эта боевая кровавая страница кампаніи
испугала меня своей безсодержательностью. Въ своемъ доне­
сеніи отъ 15 марта генералъ Мищенко полагаетъ, что <японцы
понесли тяжелыя потери, но, къ сожалѣнію, у насъ тяжело
ранены... и т. д.>. И это все.
Совѣсть, должно-быть, никого не мучила; казалось естествен­
нымъ, что сегодняшній, завтрашній, еще слѣдующій день при­
несутъ вѣсти о смерти; вѣдь это была война и немногіе за­
думались, можетъ быть, надъ тѣмъ, что самый бой подъ Чон­
джю, не нужный въ началѣ, безрезультатный въ концѣ,
являлся лишь удовлетвореніемъ общаго ожиданія какойнибудь кровавой выходки отъ конницы, которая до сихъ
поръ—такъ прекрасно руководимая своимъ начальникомъ,
сумѣла избѣжать безцѣльныхъ перестрѣлокъ. Нужна была
кровь, чтобы доказать доблесть и отсутствіе страха предъ
противникомъ.
Конницѣ отряда генерала Самсонова несправедливо ставили
въ упрекъ неосвѣдомленность о группировкѣ арміи Оку и, за­
бывъ ея славное кавалерійское дѣло у Вафангоу 17 мая, гу­
били силы, конскій составъ, ея духъ на сторожевыхъ постахъ
въ Сеньюченской равнинѣ съ тѣмъ, чтобы нанести ей оконча­
тельный ударъ въ іюлѣ, впереди Айсандзяна, у Геньчжуандзъ,
гдѣ ежедневно умирала въ гаолянѣ. <Пусть спѣшатся», писалъ
генералъ Штакельбергъ на представленіе начальника отряда
о невозможности для конницы нести сторожевую службу въ
гаолянѣ, въ которомъ ничего не видно, не слышно, въ кото­
ромъ ей можно двигаться лишь по дорогѣ. Считалось возмож­
нымъ десятью эскадронами съ конной батареей поднять въ
ружье всю армію Оку и опредѣлить ея группировку на лѣвомъ
берегу Синіокохэ подъ Сеньюченомъ въ началѣ іюня 1904 г.
Подобная мысль не казалась больной, и такія распоряженія
исходили отъ лица, вся служба котораго протекла въ кавале­
ріи. И если тюренченскій ужасъ не уничтожилъ катаракта со
всѣхъ глазъ, то операція у Вафангоу, начиная съ 17 мая,
должна была показать, что мы имѣемъ дѣло съ противникомъ
умнымъ, осторожнымъ, Систематичнымъ, не впечатлительнымъ,

Л» 1.

„ВОИНА и МИРЪ“

63

Нѣсколько словъ о нашей конницѣ въ минувшую войну.

прекрасно освѣдомленнымъ, храбрымъ, и презирающимъ все на
войнѣ, кромѣ славы, хотя бы посмертной,—все, кромѣ побѣды
родного знамени. Но десять эскадроновъ, если бы даже они
всѣ полегли, шепча святыя слова Великой гвардіи,—ихъ смерть
не могла бы раскрыть всѣхъ силъ Оку, не могла бы въ дѣлѣ
развѣдки перейти границы возможнаго.
Въ іюнѣ или іюлѣ 1905 года на сторожевыхъ постахъ кон­
наго отряда генерала Мищенко было получено письмо, напи­
санное по-русски; смыслъ его приблизительно былъ таковъ:
«передайте своему генералу, чтобы онъ напрасно не произ­
водилъ рекогносцировокъ. Это потеря людей, не больше. Вѣдь
мы васъ не безпокоимъ, не тревожимъ, ио тѣмъ не менѣе зна­
емъ, что вчера на постахъ у васъ была 4-я сотня Уманскаго
полка»...
Если письмо апокрифическаго происхожденія, то никогда
японцы не могли бы сказать лучше и ярче охарактеризовать
свою развѣдочную дѣятельность. А между тѣмъ нѣкоторые
иностранные корресподенты и военные агенты заявляютъ, что
японская конница сыграла очень очень скромную роль вѣ
войнѣ, и что всѣ офиціальные отчеты умалчиваютъ о дѣятель­
ности кавалеріи, какъ бы въ подтвержденіе высказываемаго
мнѣнія. Да, это правда: у японцевъ конницы не было, иначе
послѣ Мукдена не на Сыпингайскихъ позиціяхъ, а только у
Харбина намъ удалось бы собрать, успокоить, размѣстить, на­
кормить, одѣть и привести въ сознаніе солдатъ, уже форми­
ровавшихся въ опасный вооруженный сбродъ. И если у япон­
цевъ не было кавалеріи, которой можно было воспользоваться
много разъ, какъ оружіемъ злого бога, разъ судьба сплела имъ
счастье, то намъ недоставало тѣхъ обстоятельствъ, которымъ
бы могъ принадлежать рѣшающій голосъ въ вопросѣ о при­
годности къ чему-нибудь нашихъ эскадроновъ и сотенъ. Тѣмъ
не. менѣе японцы пользовались своей конницей, уступающей
нашей уже съ середины 1904 года, какъ по численности, такъ
и качеству конскаго матеріала, много лучше, много умнѣе, не
требуя невозможнаго и мирясь съ достижимымъ. Даже столь
счастливыя положенія японцевъ, какъ послѣ Тюренчена (18
апрѣля), Вафангоу (2 іюня) и Мукдена не могли бы, случи­
лись они въ нашей арміи, вызвать полнаго напряженія кон­
ницы и увѣнчать ее блестящими успѣхами. Существовали дру­
гія причины, не зависимыя отъ театра, противника и свойствъ
кавалеріи. Конница дробилась ежедневно, сортировалась по
отрядамъ, вновь размѣщалась и получала начальниковъ, иногда

64

„ВОЙНА il МИРЪ“

№ 1.

Нѣсколько словъ о нашей конницѣ въ минувшую войну.

отбывшихъ не только боевой, но вообще какой либо строевой
цензъ въ командованіи значительной группой. Въ конномъ от­
рядѣ генерала Мищенко въ началѣ 1905 года въ теченіе 41
дня перемѣнилось 11 начальниковъ, при этомъ бывали слу­
чаи, что одновременно спѣшили къ отряду принять командо­
ваніе двое и назначались лица, никогда до этого времени въ
бою не участвовавшія.
Конный отрядъ генерала Самсонова къ 24 мая 1904 года
былъ усиленъ нѣсколькими сотнями 4 и 5 Сибирскихъ казачьихъ
полковъ и врученъ генералу Симонову, какъ начальнику Си­
бирской казачьей дивизіи. Ничего не могло быть болѣе есте­
ственнаго, какъ оставить конницу въ вѣрныхъ рукахъ гене­
рала, зарекомендовавшаго себя уже 17 мая. Въ ночь на 2
іюня генералъ Симоновъ упросилъ генерала Самсонова при­
нять командованіе отрядомъ, мужественно признавшись, что
15-лѣтняя служба внѣ строя дѣлаетъ его въ данное серьезное
время отвѣтственнымъ не по силамъ.
Наканунѣ мукденскихъ боевъ на западѣ генералъ Ренненкампфъ, которому поручено было принять начальство надъ кон­
ницей послѣ невыздоровѣвшаго еще отъ ранъ генерала Ми­
щенко, получаетъ спѣшное приказаніе бросить все и торо­
питься на лѣвый флангъ, куда обращены уже взоры, тревоги
и сердце главнокомандующаго, куда уже спѣшитъ 1-й Сибир­
скій корпусъ, — этотъ слетающій Голландецъ» въ легендахъ
Манчжурскихъ горъ. Всѣ эти факты настолько всѣмъ извѣ­
стны, что можно было бы о нихъ и не вспоминать, если бы
не упрямое желаніе нѣкоторыхъ не придавать этимъ фактамъ
никакого значенія и считать ихъ нормальнымъ явленіемъ.
Что къ нимъ во время войны привыкли, я не стану оспа­
ривать, но если не считали ихъ нормальными, то относились
съ спокойствіемъ Полонія, говорящаго про Гамлета, что «въ
его помѣшательствѣ есть что-то систематическое», конница не
оправдала надеждъ, въ которыхъ войсковые начальники, до
командующаго арміей включительно, воспитывались многіе годы
и которыя были положены въ основу представленія о развѣдкѣ
средствами кавалеріи. Директивы, инструкціи и приказанія мир­
ныхъ упражненій выливались въ неопредѣленныя формы, скры­
вавшія требованія знать самое существенное на войнѣ въ каж­
дую минуту боя, это—группировку силъ противника. «Конницѣ
развернуться на линіи такой-то, повести развѣдку въ напра­
вленіи туда-то, развѣдать силы и расположеніе противника у
.... и съ началомъ боя отойти за такой то флангъ» — та-

№ 1.

„ВОЙНА и МИРЪ“

65

Нѣсколько словъ о нашей конницѣ въ минувшую войну.

кова была нормальная редакція диспозиціи, въ составленіи
которой руководимые и руководящіе практиковались въ мирное
время на тактическихъ занятіяхъ, на военныхъ играхъ, въ
теченіе общихъ сборовъ и большихъ маневровъ. Иногда схо­
дили съ рукъ приказанія, въ которыхъ стыдливо пряталась
фраза <раскрыть намѣреніе противника...».
Организація развѣдки конницей всегда была вопросомъ, ко­
торый разрѣшался разнообразно въ зависимости отъ взглядовъ.
Спорными являлись положенія о величинѣ разъѣзда, о разстоя­
ніи, на которое онъ можетъ бытъ высланъ, о службѣ связи
при развѣдкѣ, о времени работы каждаго разъѣзда и физиче­
скомъ успѣхѣ ея и т. п.
Но какъ кажется, не задумывались надъ границами возмож­
наго, которое можетъ дать подобная развѣдка, — эта мысль
какъ-то сама собой уходила, словно на нее не могли или не
хотѣли дать отвѣта. На войнѣ всегда имѣется возможность
подвести конницу къ противнику, оставивъ далеко позади нея
другіе роды оружія, и тогда весьма важно поставить конницѣ
ясныя требованія, исполнимыя и въ то же время необходимыя.
Достаточно, чтобы она только выполнила.
Прежде всего условимтесь, чего конница, имѣя только коня,
всадника, винтовку и шашку, не можетъ сдѣлать? Можетъ ли
она, напримѣръ, опредѣлить величину гарнизона какой-нибудь
деревни или укрѣпленнаго пункта въ общемъ фронтѣ распо­
ложенія противника, а вмѣстѣ съ тѣмъ силы его передовыхъ
частей?
Нѣтъ, не можетъ. Одинъ изъ офицеровъ 1-го Читинскаго
полка изъ коннаго отряда генерала Мищенко, участвовавшій
въ развѣдкѣ тыла японцевъ, однажды взорвавшій мостъ въ
окрестностяхъ Ляояна,—офицеръ опытный, отличный, смѣлый и
разумный, откровенно сознается, что разъѣздъ, встрѣченный
огнемъ изъ деревни, можетъ сказать опредѣленно только одно:
«деревня занята японцами», но такъ какъ это отвѣтъ мало удо­
влетворительный по существу, то приходится добавлять: ротой,
полуротой, двумя ротами... въ зависимости отъ очень обман­
чиваго впечатлѣнія. Этимъ самымъ, вначалѣ прекрасная и пра­
вильная развѣдка обращается во вздорный базарный слухъ,
заимствованный у китайцевъ.
19 января 1905 года послѣ боевъ у Хейгоутая, въ виду новой
роли 1-го Сибирскаго корпуса во время готовящагося повто­
ренія атаки Сандепу, я отправился съ генер. штаб, капи­
таномъ А. на рекогносцировку Сандепу-Баотайцы со стороны
5

G6

г,ВОЙНА и МИРЪ“

Л? 1.

Нѣсколько словъ о нашей конницѣ въ минувшую войну.

разнесенной и нашими и японцами гранатами дер. Бейтайцзы.
Спустя нѣкоторое время, мы направились въ дер. Хуанди. Со
мной было человѣкъ 10 драгунъ,—группа довольно значитель­
ная. Хотѣли ѣхать прямо вдоль фронта, я уговорилъ капи­
тана А. повернуть сначала на сѣверъ, проѣхать саженей
100—150 и только тогда взять вправо, на востокъ, къ Хуанди.
Уже подъѣзжая къ деревнѣ, въ шагахъ 300 отъ нея, услы­
шали, какъ раздался хорошій прекрасный залпъ и одновре­
менно со звукомъ выстрѣла пули упали подъ ноги лошадей,
зашуршавъ въ гаолянѣ и никого не ранивъ, взвили лошадей
въ галопъ. Я до сихъ поръ не могу сказать, сколько стрѣляло
винтовокъ, —5, 10, 15, можетъ, болѣе. Только въ деревнѣ Ху­
анди намъ сказали, что тутъ недалеко засѣлъ японскій сек­
ретъ, человѣкъ 8, которыхъ никакъ нельзя выкурить,—ихъ бе­
регутъ и поддерживаютъ огнемъ изъ деревни, лежащей про­
тивъ Хуанди. Нѣсколько ранѣе, 9 января того же года, во
время рекогносцировки д. Хуланлотьцзы, которая впослѣдствіи
была взята I. Е. В. В.-С. стрѣлковымъ полкомъ въ ночь на
12 ѳ, 2 небольшія рекогносцировочныя партіи подошли ша­
говъ на 700—600 къ деревнѣ, увидѣли каменную стѣнку съ
бойницами, ровъ впереди, отсутствіе какихъ-либо проволоч­
ныхъ загражденій и окоповъ по бокамъ деревни, но встрѣчен­
ные пачками, — отошли, не имѣя возможности по силѣ огня
опредѣлить всю величину гарнизона деревни, присутствіе ар­
тиллеріи и подобрать убитаго или тяжело раненаго охотника.
Какъ нельзя по огню опредѣлить силы противника, въ особен­
ности если принять въ соображеніе, что для того, чтобы пуг­
нуть разъѣздъ, нагло подошедшій на дальность постояннаго
прицѣла, — нѣтъ необходимости выводить на линію огня все
количество стрѣлковъ, такъ и равно очень трудно сказать,
кому принадлежитъ огонь: пѣхотѣ или спѣшенной кавалеріи.
26 сентября (первый день наступленія на Шахэ) конный
отрядъ генерала Грекова (М), служившій связью между двумя
группами: восточной и западной, двигался отъ дер. Ліученхутунь на Фыньдяпу-Хаматанъ-Ліухедзы-Падядзы-Чаусанлинскій
перевалъ.
Лѣвѣе шелъ 4 В.-С. Стрѣлковый полкъ, правѣе — отрядъ
генерала Мищенко и часть 4 Сибирскаго корпуса.
Недалеко отъ Хаматана движеніе пріостановилось; 2-й
Верхнеудинскій полкъ выбивалъ японцевъ, задерживавшихъ
движеніе. На одной дорогѣ столпились части двухъ корпусовъ
и двухъ конныхъ отрядовъ; дорогой могла служить только уз- .

Л« 1.

,

„ЕІЙНА и МИРЪ“

67

Нѣсколько словъ о нашей конницѣ въ минувшую войну.

кая полоса между грядами порядочныхъ холмовъ. Слышался
трескъ пулеметовъ, залпы, пачки.
Можно было скорѣе догадаться, что наступленіе задержи­
ваетъ спѣшенная японская конница, отлично обученная въ
веденіе пѣхотнаго боя, чѣмъ говорить объ этомъ увѣрен­
но,—до того упорно, шагъ за шагомъ, угрожаемые обходомъ
съ обоихъ фланговъ, японцы выиграли время, отстрѣливаясь
отъ Верхнеудинцевъ и охотничьей команды и 5-го Иркутскаго
полка.
Я не представляю себѣ случая, когда конница можетъ на­
щупать группировку всѣхъ силъ противника, глубину его рас­
положенія или очертить довольно точно районъ, имъ занимае­
мый,—хотя бы противникъ не принималъ такихъ тщательныхъ
мѣръ охраненія и обезпеченія фланговъ, какія практиковались
японцами въ минувшую войну.
Успѣхъ можетъ принадлежать лишь случаю, но не системѣ,
не говоря уже о томъ, что опредѣленіе этихъ данныхъ не
дастъ цифръ, соотношенія родовъ оружія, числительности по
группамъ и многаго другого. Такъ, случайно, неожиданно для
самаго разъѣзда, послѣднему удалось въ концѣ мая 1904 года
увидѣть съ сопки движеніе большой колонны съ артиллеріей
по береговой дорогѣ отъ Пуландяна на сѣверъ. Его скоро
прогнали, разъѣзду не удалось пропустить всю колонну, но и
такіе результаты были внѣ всякихъ ожиданій. Развѣдка кон­
ницы, произведенная высылкой разъѣздовъ, отдѣльныхъ смѣ­
лыхъ людей или цѣлымъ отрядомъ, явится во всякомъ случаѣ
поверхностной; она можетъ дать лишь каркасъ тѣхъ свѣдѣній,
которыя необходимо дополнить при помощи иныхъ средствъ.
Конница, пріурочивая свои свѣдѣнія къ опредѣленному вре­
мени, можетъ безошибочно установить первую линію въ рас­
положеніи противника, длину, фланги и степень обезпеченія
ея. Освѣжая эти свѣдѣнія ежедневно одними лишь разъѣздами,
конница, разъ ея достаточно собрано въ рукахъ одного началь­
ника, способна испытать упорство, съ которымъ противникъ
намѣренъ удержаться на занятыхъ мѣстахъ,—прибѣгнуть къ
болѣе сильному средству—бою, который можетъ вызвать раз­
вертываніе въ боевой порядокъ .нѣкоторыхъ частей против­
ника, обнаружить присутствіе артиллеріи, сбить, отбросить
первую линію и такимъ образомъ опредѣлить, хотя бы въ
одномъ какомъ-нибудь мѣстѣ, присутствіе серьезной поддержки
у атакуемаго. Усиленныя рекогносцировки, т.-е бой съ цѣлью
развѣдки, можетъ дать плѣнныхъ, оружіе, снаряженіе, мун5*

68

„ВОИНА и МИРЪ“

№ Ь

Нѣсколько словъ о нашей конницѣ въ минувшую войну.

диры, переписку, разбираться въ которыхъ конница предо­
ставитъ штабу корпуса или арміи, но которыя явятся драго­
цѣннѣйшимъ успѣхомъ всякаго боя, завязаннаго въ указан­
ныхъ цѣляхъ.
Все это позволительно ожидать отъ конницы, и все это въ
границахъ возможнаго для нея, хотя далеко не всегда до­
стижимо.
Для атаки лѣваго фланга нашего расположенія въ февралѣ
1905 г. японцы назначили 11 дивизію, прибывшую изъ ПортъАртура. Бѣшеныя атаки японцевъ какъ нельзя лучше убѣ­
ждали Куропаткина въ истинномъ направленіи главнаго удара.
Крики по-русски нѣкоторыхъ изъ атакующихъ: <Дорогу ПортъАртурцу> не оставляли сомнѣнія, что армія Ноги группи­
руется противъ Гаотулина.
А вѣдь это было нѣчто посерьезнѣе кавалерійской развѣдки.
Я выразился, что бой конницы, завязанный ею съ цѣлью раз­
вѣдки, можетъ дать цѣнные результаты, которые послужатъ
дополненіемъ къ поверхностной развѣдкѣ, произведенной разѣздами. Эти послѣдніе, нащупывая расположеніе передовыхъ
частей противника, могутъ только сказать: < стойте, не двигай­
тесь ни вправо, ни влѣво, ищите здѣсь, попробуйте хватить
зубами,—можетъ-быть, удастся урвать что-нибудь. И тогда кон­
ница, если она достаточно сильна, пытается разрыть муравей­
никъ. Иногда ей это удается: разрывъ муравейникъ, можно
видѣть не только стаи муравьевъ, но и гнѣзда ихъ, чьи-нибудь
кости, чьи-нибудь останки.
17 мая 1904 года, послѣ боя у Вафангоо, съ двадцати двухъ
или двадцати трехъ лошадей, отбитыхъ у японцевъ послѣ
уничтоженія эскадрона 13 полка, остались вороха картъ, за­
писныхъ книжекъ, писемъ, дневниковъ и т. д. Этотъ ворохъ
бумажнаго матеріала обнаружилъ высадку бригады 5-й дивизіи
15 мая.
Послѣ рекогносцировки 14 іюня подъ Сеньюченомъ погра­
ничники, въ виду наступленія бригады пѣхоты съ лѣваго берега
Синіокохэ, начали отходить, но не забыли въ пылу боя и при
отступленіи захватить съ собой восемь пѣхотныхъ ранцевъ,
наученные генераломъ Самсоновымъ цѣнить клочокъ письма
дороже непріятельской винтовки. Вся переписка была препро­
вождена въ штабъ арміи, но съ ея содержаніемъ начальника
отряда, къ сожалѣнію, позабыли ознакомить. Надо думать, что
она удовлетворила до нѣкоторой степени генералъ-квартирмей.стѳрскую часть, такъ какъ генералъ Харкевичъ генералу Сам-

А» 1.

„ВОЙНА и МИРЪ“

69

Нѣсколько словъ о нашей конницѣ въ минувшую войну.

•сонову и начальнику штаба отряда неоднократно говорилъ;
что <самыя серьезныя и цѣнныя свѣдѣнія дала конница южнаго
отряда».

И карты, и записныя книжки, и письма являлись всегда
'крупымъ трофеемъ всѣхъ рекогносцировокъ не столько вслѣд­
ствіе абсолютной цѣнности этого вороха бумаги во всѣхъ
войнахъ, со всякимъ противникомъ, сколько въ силу частнаго
интереса японскаго солдата къ этой войнѣ, его высокой куль­
туры и патріотизма; эти данныя обращали каждый дневникъ
въ документъ рѣдкой точности, правдивости и аккуратности,
съ описаніемъ всѣхъ моментовъ боевой жизни владѣльца, съ
указаніемъ на планѣ мѣста стоянки, направленія движенія,
пункта первоначальнаго появленія и т. д.

Національныя качества- японскаго солдата способствовали и
успѣху развѣдки конницы, которая въ иномъ случаѣ едва ли
оправдала бы принесенныя жертвы боя цѣнностью захвачен­
ной переписки. Интересно знать, многое ли удалось японцамъ
узнать, роясь въ вещевыхъ мѣшкахъ нашего солдата или даже
въ бумажникѣ офицера не только послѣ какой-нибудь рекогнос­
цировки, а, напримѣръ, послѣ покинутаго поля сраженія у
Вафангоо. Я думаю, что или ничего вообще, или ничего но­
ваго, во всякомъ случаѣ—нѣчто маловажное. Мнѣ пришлось
видѣть японскую конницу до войны: впечатлѣніе не отличалось
отъ того, которое являлось у каждаго иностранца. Нескладная
фигура на сѣдлѣ, некрасивая посадка, слабая техника ѣзды,—
все это говорило не въ пользу японскаго кавалериста. Японцы
создали свою кавалерію, пользуясь исключительно конскими
средствами другихъ государствъ, но если нѣтъ основанія уди­
вляться тому, что японцы прекрасные моряки, что въ средніе
вѣка ихъ пираты грабили побережье Индокитая и Филиппинъ,
слыли за однихъ изъ самыхъ морскихъ разбойниковъ, что
значительная часть населенія занимается рыболовствомъ, жи­
ветъ и питается рыбой, то на такомъ же основаніи естественно
примириться съ мыслью, что въ Японіи, горной, пересѣченной
странѣ, безъ обширныхъ пастбищъ и луговъ, не могло быть
природной конницы въ томъ видѣ, какъ въ Англіи, АвстроВенгріи или Россіи.
Тѣмъ не менѣе японцы прекрасно понимаютъ природу ка­
валеріи, какъ элементъ скорости, подвижности, неустойчи­
вости, какъ подобіе остраго, рѣжущаго, молніеносно про­
никающаго оружія, которое въ силу своихъ особенныхъ

70

„ВОИНА и МИРЪ“

Л» 1,

Нѣсколько словъ о нашей конницѣ въ минувшую войну.

свойствъ не можетъ взаимно замѣнить тупой, раздавливающій
ударъ молота или медленное, но властное разрушеніе пилы.
Вотъ поэтому, признавая за каждымъ изъ своихъ бойцовъ,
къ какому бы роду оружія онъ ни принадлежалъ, доблестное
безразличіе передъ страхомъ смерти и полное презрѣніе къ
ней въ цѣляхъ общей идеи, японцы, тѣмъ не менѣе, во время
войны никогда не подвергали свою кавалерію тяжелымъ ис­
пытаніямъ; берегли, охраняли, укрѣпляли ее пѣхотой *), —
оставляли для нея обширное поле дѣятельности, въ которой
она безъ чьей-нибудь поддержки сдѣлаетъ все, что отъ нея
ожидаютъ.
Прежде всего японцы сообщили нѣкоторую устойчивость
своей конницѣ, придавъ ей пулеметы, а затѣмъ увеличивъ свои
конные отряды небольшими пѣхотными частями, которыя съ
съ одной стороны вводили насъ въ заблужденіе, съ другой—
разбивали такъ легко, почти шутя, всѣ попытки нашей кон­
ницы прорвать, сбить сторожевое расположеніе противника,
проникнуть, заглянуть за линію непріятельскихъ постовъ. Эти
неудачи производили впечатлѣніе, что наша конница ни къ
чему не годна, но это было несправедливо въ отношеніи ея,,
и мы слишкомъ поздно примѣнили улучшенный способъ япон цев'ь, путемъ усиленія своихъ конныхъ отрядовъ конно-охот­
ничьими командами,—должно-быть, изъ упрямства на почвѣ
отжившихъ и въ своемъ рожденіи невѣрныхъ теорій. Одно­
временно съ этимъ, обвиняя конницу, мы не хотѣли вспомнить
систему обученія мирнаго времени, въ которомъ веденіе пѣ­
хотнаго боя не пренебрегалось лишь формально и практико­
валось главнымъ образомъ въ отношеніи перехода изъ коннаго
строя въ пѣшій. Эта сторона обученія кавалериста являлась
какой-то кому-то уступкой,—это не могло быть иначе, разъ
въ воздухѣ, которымъ дышала наша конница, дрожала и носи­
лась тенденція: всякими упражненіями пѣшаго строя не уби­
вать коннаго духа.
14 іюня 1904 года у Сеньючена конный отрядъ генерала
Самсонова произвелъ усиленную рекогносцировку, увѣнчав­
шуюся полнымъ успѣхомъ; его бы не послѣдовало, если бы
главная задача развѣдки не была поручена сотнямъ погранич*) Долженъ оговориться: придача пѣхоты къ кавалерійскимъ частямъ

не принадлежитъ, какъ первоначальная идея, японцамъ. И германцы, и
австрійцы до войны ввели, какъ обычное положеніе, батальныхъ егерей
въ конномъ строѣ, а равно и пулеметы.

А 1.

„ВОЙНА и МИРЪ“

71

Нѣсколько словъ о нашей конницѣ въ минувшую войну.

ной стражи и конно охотничьей командѣ 13-го В.-С. Стрѣлко­
ваго полка.
Что изъ себя представлялъ во время войны пограничникъ
въ Манчжуріи,—это, вѣроятно, всѣмъ извѣстно. Тотъ же кава­
леристъ, но сидящій на хорошей, крѣпкой, выносливой, ко
многому привыкшей лошади, умѣющій великолѣпно владѣть
своей винтовкой, и ко всему тому, по обстоятельствамъ службы,
развитой индивидуальной боецъ. Въ томъ же мѣсяцѣ, во время
усиленной развѣдки 21 іюня, развертываніе японской пѣхоты
заставило отступить драгунъ, не разсчитывающихъ на свои
силы, мало привыкшихъ къ борьбѣ съ пѣхотой. Но война тѣхъ
же драгунъ научила очень многому, такъ какъ во время боевъ
на Шахэ, 30 сентября 1904 г. два эскадрона въ пѣшемъ
строю атаковали вмѣстѣ съ 19-мъ В.-С. Стрѣлковымъ полкомъ
горный массивъ у <сопки съ кумирней» и взяли 7 человѣкъ
плѣнныхъ 2-го Гвардейскаго пѣхотнаго полка.
Въ то время, какъ японцы, установивъ принципъ неустой­
чивости, свойственной кавалеріи, какъ роду оружія, никогда
не составляли сѣоего охраненія изъ одной только конницы, не
усиливъ ея пулеметомъ, какъ элементомъ стрѣлковаго боя или
чаще всего пѣхотой, у насъ считали возможнымъ въ директи­
вахъ выражаться стереотипной фразой: <установить непро­
ницаемую завѣсу на фронтѣ...», и вѣрили въ возможность
этого.
Послѣ боя 17 мая у Вафангоо 1-й Сибирскій корпусъ
началъ сосредоточиваться у ст. того же имени. Сосредоточеніе,
конечно, не могло укрыться отъ глазъ и ушей японцевъ. Послѣ
обмѣна выстрѣлами 21 мая, генералъ Акіяма отступилъ къ
Вафандяну и далѣе на югъ, а конному отряду, перешедшему
24-го къ Вафандяну, предписано было создать именно такую
завѣсу, при чемъ командиромъ корпуса лично, на фронтѣ 40 вер.,
были намѣчены мѣста заставъ, разставленныхъ на разстояніи
/ 4—2 вер. другъ отъ друга.
*
1
Подобная <непроницаемая завѣса» являлась прежде всего
запоздалой, но она, кромѣ того, была курьезной по двумъ
причинамъ: во-первыхъ, нѣжная прозрачная ткань, сотканная
изъ одной только конницы, слабыми частями разбросанной безъ
серьезной поддержки позади на фронтѣ, потребовавшемъ на­
ряда почти половины коннаго отряда, могла быть разорвана
въ любомъ мѣстѣ, въ любомъ направленіи безъ особенныхъ
усилій, а затѣмъ, во-вторыхъ, слабая сама по себѣ ткань
имѣла прорѣхи или узоры,—назовите какъ хотите,—въ видѣ

72

„ВОЙНА и МИРЪ«

’

№ 1.

Нѣсколько словъ о нашей конницѣ въ минувшую войну.

горныхъ массивовъ, хребтовъ, возвышенностей, который исклю­
чались изъ наблюденія конницы и были доступны глубокому
любопытству китайцевъ. Армія, привыкшая главнымъ обра­
зомъ упражняться на равнинѣ, приноравливать свои силы и
знанія къ этого рода мѣстности, не могла сразу, безъ круп­
ныхъ ошибокъ, весь укладъ своихъ свѣдѣній по военному
искусству траспонировать на совершенно иной тонъ, до по­
слѣдняго времени ей почти совершенно неизвѣстный. Про
войну въ горахъ, про дѣйствія въ сильно пересѣченной мѣст­
ности этой арміи говорили только вскользь: говорили про
трудность движенія и связи, про необходимость прибѣгнуть къ
дальнимъ обходамъ, сообщали еще кое-что, но это было именно
<кое-что>, какъ говорится вездѣ, на всякій въ общемъ пред­
видѣнный, но маловозможный случай. И наша армія, перебро­
шенная изъ равнинъ Европейской Россіи, попала въ горы,
кровью расплачиваясь за свои первые, самые дорогіе, впро­
чемъ, уроки,—уроки собственнаго опыта.
За нѣсколько дней до боя у дер. Лягоулинъ, 18 іюля 1904
года Тамбовскій полкъ былъ выдвинутъ въ горы, на правый
берегъ р. Сихэ (дѣйствія X арм. корпуса). Расположились
бивакомъ. Впереди высокую гору заняли нѣсколькими наблю­
дательными постами. Гора была слишкомъ высока, крута и
для Тамбовцевъ представлялось, конечно, лѣствицей Іакова,
на которую взобраться такъ же тяжело, какъ и спуститься
съ нея,—а потому считали себя обезпеченными въ отношеніи
полнаго покоя. Рано утромъ 18 іюля, около 4 час., въ лагерь
Тамбовскаго полка, спокойно отдыхавшаго въ палаткахъ, посы­
пались пули; подъ огнемъ, бросивъ часть обоза, лагерь, имъ
пришлось отходить на тыловой гребень, теряя нижнихъ чиновъ,
офицеровъ, священника.
Такимъ образомъ элементъ мѣстности, всегда игравшій
важную роль на войнѣ, а тѣмъ болѣе въ минувшую кампанію,
не былъ принятъ извѣстнымъ коэффиціентомъ къ боевымъ
свойствамъ нашей арміи и преданъ одинаковымъ образомъ
забвенію въ требованіяхъ, предъявляемыхъ конницѣ и при
оцѣнкѣ ея дѣятельности. Не только характеръ м&стяости не
служилъ коррективомъ въ инструкціяхъ, даваемыхъ конницѣ,
но даже забывали обстановку и условія веденія войны въ
странѣ, въ которой каждый камень на горѣ, каждая струя
воды, растеніе до корней дышали холоднымъ равнодушіемъ
къ судьбѣ нашей арміи, и если это ледяное безразличіе не
переходило въ открыто - враждебное настроеніе, то отношеніе
мѣстнаго населенія очерчивалось, какъ благопріятное.

Л* 1.

„ВОЙНА и МИРЪ“

73

Нѣсколько словъ о нашей конницѣ въ минувшую войну.

Но подобное безразличіе, во всякомъ случаѣ, являлось отри­
цательной величиной въ тѣхъ случаяхъ, когда необходимо
было сохранить тайну. А ложно усвоенный первоначально
пріемъ заигрыванія съ населеніемъ Манчжуріи вмѣсто кате­
горическихъ угрозъ и готовности во всякій данный моментъ
отдѣлить у китайца голову отъ туловища, — обратилъ и это
равнодушіе въ явно враждебный тонъ, взятый населеніемъ не
столько изъ-за симпатіи къ японцамъ, сколько изъ-за страха
передъ ихъ безпощадной расправой. ГГрн такихъ обстоятель­
ствахъ даже идея «непроницаемой завѣсы» не могла покоиться
на серьезныхъ основаніяхъ. '
Отъ начала войны до конца кампаніи 1905 года конницѣ
была опредѣлена странная роль, съ которой легко можно было
бы мириться, если бы она была только «странной» въ смыслѣ
боевого употребленія кавалеріи на театрѣ войны и не влекла
бы за собой полнаго разстройства конскаго состава, истоще­
нія людей и съ каждымъ днемъ прогрессирующей гибели ея.
Въ серединѣ марта начался ледоходъ на Ялу, затаяли
снѣга, поднялся уровень воды, и число бродовъ, и безъ того
незначительное въ рѣкѣ, уменьшалось; 12 марта конница
испытала первый толчокъ арміи Куроки у Чонджю. Опасаясь
высадки японцевъ въ устьѣ Ялу, а также въ виду ледохода,
не задерживаясь въ Кореѣ, съ большимъ трудомъ, но тѣмъ
болѣе успѣшно, отрядъ отошелъ на правый берегъ рѣки. Слу­
чайно ей не было мѣста впереди расположенія 3-й В.-С.
Стрѣлковой дивизіи, и она стала лѣвѣе, т.-е. сѣвернѣе, вмѣ­
сто того, чтобы, не переправляясь на правый берегъ, отки­
нуться къ сѣверу, войти въ связь съ нашей арміей въ вер­
ховьяхъ Ялу и попытаться висѣть на флангѣ арміи Куроки.
Такое положеніе представляло бы нѣкоторую угрозу для япон­
цевъ, которые вмѣстѣ съ тѣмъ предоставили бы для развѣдки
значительно большій фронтъ. Но директива въ этомъ напра­
вленіи конному отряду не было дано,—его же начальникъ не
былъ настолько самостоятеленъ, чтобы вводить поправки въ
стратегическое расположеніе арміи. Съ 26—31 марта Ичжю
было занято лишь слабымъ авангардомъ изъ полка пѣхоты,
трехъ эскадроновъ кавалеріи и двухъ батарей. Ближайшая
поддержка была расположена въ 5 переходахъ позади, но объ
этомъ въ то время въ штабѣ отряда не знали.
При иномъ расположеніи конницы Мищенко, японцы не
пошли бы на такой рискованный шагъ, а нѣкоторый выигрышъ
во времени, можетъ быть, позволилъ бы начальнику В. отряда

74

..ВОЙНА и МИРЪ“

Л» 1'

Нѣсколько словъ о нашей конницѣ въ минувшую войну.

осмотрѣться и избѣгнуть нѣкоторыхъ ужасовъ катастрофы.
Какъ извѣстно, генералъ Засуличъ прибылъ на Ялу лишь
9-го апрѣля.
Съ момента сосредоточенія І-го Сибирскаго корпуса у Вафангоо, въ окрестностяхъ котораго войска расположились и
подготовляли позицію на случай наступленія японцевъ, кон­
ница протягиваетъ «непроницаемую завѣсу>, сосредоточивается
главной группой у Вафандяна, на оси корпуснаго располо­
женія, и несетъ сторожевую службу на полъ - перехода впе­
реди пѣхоты.
Съ выдѣленіемъ чуть ли не половины отряда на заставы и
необходимость организовать собственное охраненіе у Вафан­
дяна, для болѣе или менѣе серьезной развѣдки нѣтъ больше
силъ.
Фланги корпуса остаются безъ наблюденія, конница по­
степенно теряетъ силы въ сторожевомъ охраненіи и диффе­
ренцированная до крайности сохраняетъ лишь слабый намекъ
на отрядъ въ 20—21 сотенъ и эскадроновъ.
Результатъ подобнаго распредѣленія кавалеріи сказывается
непосредственно вслѣдъ за боемъ 2 іюня, когда корпусъ,
отступая сначала въ порядкѣ, какъ снѣжная лавина, начав­
шая медленно скатываться и увеличивающая съ каждымъ мгно­
веніемъ свою разрушительную скорость, подходитъ къ Сеныочену почти бѣгомъ, напуганный призракомъ параллельнаго
преслѣдованія со стороны Фуджоу, гдѣ мы имѣли вначалѣ
только одну сотню, сбитую очень скоро, и геліографную ко­
манду, но гдѣ не было отдѣльной кавалерійской группы для
освѣщенія праваго фланга.
Корпусъ отходитъ къ Койджау, и конный отрядъ генерала
Самсонова, въ составѣ 10 сотенъ и эскадроновъ, имѣя на по­
стахъ 4, исполняетъ задачу по дальнему охраненію корпуса,
для чего несравненно удобнѣе, безопаснѣе и разумнѣе было
бы назначить 1%— 2 баталіона пѣхоты.
Половину іюля и начало августа конница І-го Сибирскаго
корпуса получаетъ правильное назначеніе по освѣщенію пра­
ваго фланга и поддержанію связи между группой у Гендчжуандзы и авангардомъ корпуса.
Но она безполезна и безсильна въ гаолянѣ, — ея служба
могла бы несравненно успѣшнѣе въ этомъ случаѣ быть вы­
полнена тѣми же пластунами подполковника Запольскаго,—
но частныя условія не приняты во вниманіе. Почти ежедневно

№ 1.

„ВОЙНА и МИРЪ“
Нѣсколько словъ о пашей конницѣ въ минувшую войну.

въ отрядѣ потери отъ нечаяннаго нападенія японской пѣхоты,
перерѣзавшей посты, людей и лошадей.
Правильное положеніе было дано конницѣ въ X корпусѣ,
гдѣ она наблюдала лѣвый флангъ до Тайцзыхэ, но это сча­
стливое исключеніе я охотно объяснилъ бы почти непосред­
ственной близостью пѣхоты противника къ авангардному рас­
положенію корпуса (въ іюлѣ 1904 года).
Во всякомъ случаѣ тенденція имѣть конницу впереди пѣхоты
на полъ-перехода и создавать двѣ линіи охраненія въ неболь­
шомъ растояніи одну отъ другой вмѣсто того, чтобы запол­
нять ею промежутки между группами или сосредоточивать на
флангахъ въ крупныхъ массахъ, — вновь ярко выступаетъ
послѣ Ляояна, напримѣръ, къ 10 му сентября.
І-й Сибирскій корпусъ группировался у Фулина, его аван­
гардъ стоялъ въ полупереходѣ, а въ верстахъ 6—7 южнѣе
располагалась конница у Босинзая. Правѣе коннаго отряда
полковника Гурко тѣ же обязанности несла конница генерала
Самсонова, штабъ котораго находился у Фыньдяпу,—лѣвѣе
казаки Ренненкампфа. Заполнять промежутки конницей все
равно не приходилось, такъ какъ корпуса стояли плечомъ
къ плечу, въ непосредственной связи.
Послѣ боевъ на Шахэ, при всемъ желаніи не щадить кон­
ницу, изматывая ее на постахъ въ охраненіи, никого не обез­
печивающемъ и ничего не прикрывающемъ,—кавалерія отошла
частью на отдыхъ, частью заняла свойственное ей располо­
женіе на флангахъ стратегическаго расположенія арміи.
Къ началу августа конница была настолько потрепана,
что, въ случаѣ счастливаго для насъ поворота кампаніи, она
на этотъ разъ заслужила бы вполнѣ справедливые упреки и
не могла бы дать того, для чего рождена: она не смогла бы
развить тѣхъ усилій, которыя приканчиваютъ разбитаго про­
тивника. Какое счастіе для конницы, что она прибывала на
театръ войны по частямъ, иначе ее сумѣли бы погубить
задолго до того момента, для котораго собирали, чтобы возпользовавшись длинными коммуникаціями японцевъ по выходѣ
ихъ въ долину Хунхэ-Ляохэ, начать войну за цѣлость сооб­
щеній.
Чѣмъ больше рушившихся надеждъ, чѣмъ грубѣе дѣйстви­
тельность и рѣзче обнаружившаяся несостоятельность плановъ,
чѣмъ богаче фантазія, которая была положена въ основаніе
предположеній, вмѣсто доводовъ здраваго смысла,—тѣмъ разо­
чарованіе ужаснѣе, больнѣе, невѣроятнѣе.

76

„ВОЙНА и МИРЪ“

№ 1.

Нѣсколько словъ о нашей конницѣ въ минувшую войну.

Человѣкъ склоненъ тогда сильнѣе, чѣмъ когда-нибудь, быть
несправедливымъ въ упрекахъ, безпощаднымъ въ озлобленіи
п слѣпымъ въ осужденіяхъ.

II.

Отъ конницы ожидали очень многаго съ началомъ войны,—
не переставали питать какія то надежды и до конца ея. Ка­
кую-то особую, рѣшительную роль борьбы съ японцами дол­
жно было сыграть «оружіе боговъ», о которомъ такъ много
говорили съ каѳедры военнаго искусства, говорили скорѣе
красиво, но не убѣдительно, —предположительно, но далеко не
научно. И эту роль, говорили, могла взять на себя конница
главнымъ образомъ потому, что пока существуетъ человѣкъ
и его нервная система, пока культура, отшлифовывая, граня,
утончая человѣка, продолжаетъ дѣлать его болѣе воспріим­
чивымъ, чуткимъ и быстрѣе реагирующимъ на внѣшнія впе­
чатлѣнія,—до тѣхъ поръ всякія неожиданности въ минуты и
-безъ того высокаго напряженія духа и вмѣстѣ съ тѣмъ по­
давленности отъ висящей надъ головой угрозы смерти не
перестанутъ ошеломлять человѣка и выдвигать на первый планъ
элементарное чувство—чувство самосохраненія. Но надо было
считаться и съ тѣмъ фактомъ, что человѣкъ, зная свои ахил­
лесовы обнаженія, постарается прикрыть, обезпечить себя
и навсегда оградить даже въ минуты полнаго безволія. И
возможное вообще, но не обычное, возвели въ постоянный
принципъ судебъ конницы. Ей приготовляли лавры, для нихъ
ее собирали со всѣхъ концовъ Россіи: съ Кавказа, Запада
Сибири, не обращая вниманія ни на какія условія войны, на
характеръ мѣстности, соотношеніе боевыхъ силъ противника...
Было что-то тупое, стихійное и ужасное въ стремленіи на­
воднить Манчжурію отдѣльными группами русской кавалеріи.
А пока ожидали лавровъ,—конницѣ вплетали терновый вѣнецъ.
Къ 4 февраля 1904 года у насъ на театрѣ войны было
69 сотенъ и эскадроновъ, въ то время, какъ японцы въ раз­
личные сроки первыхъ двухъ мѣсяцевъ кампаніи мобилизо­
вали восемь дивизій съ резервами и могли выставить только
24 эскадрона дивизіонной кавалеріи и 16 отъ двухъ отдѣль­
ныхъ кавалерійскихъ бригадъ,—всего 40 эскадроновъ.
Сибирскіе казачьи полки ожидались раньше пѣхоты и въ
маѣ мѣсяцѣ уже были на театрѣ. Тѣмъ же менѣе 26 марта

Л» 1.

„ВОЙНА и МИРЪ“

77

Нѣсколько словъ о нашей конницѣ въ минувшую войну.

была объявлена мобилизація Кавказской казачьей бригады^
7 апрѣля того же 1904 года Оренбургской казачьей дивизіи
и Уральской бригады; затѣмъ, послѣ боевъ на Шахэ, прибыла
4-я Донская дивизія и позднѣе—Сводная Кавказская дивизія,
т.-е. свыше 200 эскадроновъ и сотенъ собралось въ мѣстно­
сти, только отчасти благопріятствующей какимъ бы то нибыло дѣйствіямъ конницы, въ то время какъ противникъ могъ
выставить не свыше 70 эскадроновъ, нисколько не ощущая,
повидимому, недостатка въ кавалеріи и не страдая отъ этого.
Мало этого, мы находили возможнымъ высылать и получать
маршевые эскадроны пополненія: такъ, Приморскій драгунскій
полкъ получилъ 150 всадниковъ во время боевъ на Шахэ,
28 сентября; пѣхота, которую такъ нетерпѣливо ждали, кото­
рую несравненно легче было мобилизовать и подвести, кормить
и размѣщать, прибывала значительно позднѣе. Едва лишь
21 апрѣля 1904 года послѣдовалъ приказъ о мобилизаціи
X и XVII армейскихъ корпусовъ, а вмѣстѣ съ послѣднимъ
еще 12 эскадроновъ 2-ой отдѣльной кавалерійской бригады.
Нѣтъ сомнѣнія, что только особыми надеждами, возлагаемыми
на конницу, можно объяснить себѣ столь несоотвѣтственное
условіямъ борьбы громадное преждевременное скопленіе ея
на театрѣ войны. И армія, вдохновленная, покоренная идеей
командующаго, властвовавшаго первое время безгранично надъ
сердцемъ и умомъ каждаго изъ насъ, сама начинала вѣрить
въ особую миссію конницы и ожидать, ожидать безъ конца,—
чего?—она сама не могла бы дать себѣ въ этомъ яснаго от­
чета. И чѣмъ дольше эти неопредѣленныя ожиданія не пога­
шались реальными подвигами, приближавшими войну къ бле­
стящему концу,—тѣмъ сильнѣе росло столь же неопредѣлен­
ное раздраженіе, которое въ первое время охотно выливалось
въ формы обвиненія въ неуспѣхѣ той или другой операціи.
Насколько характерно было это явленіе,—указываетъ случай во
время боевъ на Шахэ: были голоса, которые всю неудачу опе­
раціи объясняли несвоевременностью или даже отсутствіемъ
донесенія начальника коннаго отряда, служившаго связью
между западной группой и Восточнымъ отрядомъ, о томъ, что
японцы заняли Каугоулинскій перевалъ и этимъ фактически
порвали связь. Интересно, что о Каугоулинскомъ перевалѣ въ
штабѣ арміи узнали оч|нь поздно,—изъ отчета о дѣятельности
отряда; кроки его, впрочемъ, были представлены въ штабъ
Восточнаго отряда еще вечеромъ, 23 сентября, а о занятіи
перевала японцами утромъ 29 числа были увѣдомлены тот-

78

„ВОЙНА и МИРЪ“

№ 1.

Нѣсколько словъ о нашей конницѣ въ минувшую, войну.

часъ же 4-й Сибирскій корпусъ, генералъ Мищенко, І-й Си­
бирскій корпусъ; къ начальнику же Восточнаго отряда барону
Штакельбергу командировали офицера для доклада и предста­
вленія кроки. Къ довершенію всего японцы не воспользова­
лись успѣхомъ, не имѣя картъ и не зная мѣстности одинаково
съ нами, а потому и ограничились лишь занятіемъ перевала,—
такъ что обвиненіе помимо всего остального падаетъ само
собой. Это обвиненіе исходило отъ лицъ изъ штаба коман­
дующаго арміей,—лицъ, обязанность которыхъ была держать
армію, а особенно ея голову, въ курсѣ вѣрныхъ свѣдѣній о
противникѣ.
Вмѣстѣ съ тѣмъ эти лица были именно представителями
того органа, дѣятельность котораго, независимо отъ способно­
стей и труда работавшихъ въ немъ, громоздила совершенно
незаслуженныя обвиненія по адресу конницы со стороны арміи.
Неудовлетворительная оріентировка о противникѣ, недостатокъ
общей глубокой развѣдки приписывались конницѣ, которая при
тѣхъ условіяхъ, въ какія она была поставлена, и по своимъ
свойствамъ могла быть или совершенно невиноватой, или ви­
новатой слишкомъ мало. Думаю, она была бы въ правѣ на
всѣ упреки возразить словами короля Филиппа ІІ-го (Шил­
леръ, < Донъ -Карлосъ >: < Ich habe das meinige gethan, thun Sie
das Ihre» <я свое дѣло сдѣлалъ, предоставляю вамъ вершатъ
дальше»)...
Конницѣ охотно прощали и безцѣльное дѣло у Чоиджю, и
безумно-отважную атаку сотни донцовъ на японскую батарею,
и усиленныя рекогносцировки по собственной иниціативѣ на­
чальниковъ конныхъ отрядовъ генерала Мищенко или генерала
Ренненкампфа, не приводившія ни къ какимъ существеннымъ
результатамъ, не устанавливавшихъ опредѣленныхъ границъ
возможнаго для кавалеріи и словно пытавшихся санкціониро­
вать виновность ея за отсутствіе полныхъ и несомнѣнныхъ
свѣдѣній о японцахъ; а этого послѣдняго армія не могла про­
стить конницѣ, ошибочно считая ее виновницей очень многихъ
бѣдствій минувшей кампаніи.
Набѣгомъ на Инкоу конница дискредитировала себя въ гла­
захъ всего вооруженнаго міра, несмотря на то, что всѣ пре­
красно понимали, кому слѣдуетъ приписать главнѣйшія ошибки,
которыя во всякомъ случаѣ не крылис^ въ матеріалѣ: при нѣ­
сколько иныхъ условіяхъ управленія и организаціи это пред­
пріятіе закончилось бы успѣхомъ, порадовавшимъ бы и не
такую утомленную неудачами армію, какова была наша. Тогда

Л» 1.

„ВОИНА и МИРЪ“

79

Нѣсколько словъ о нашей конницѣ въ минувшую войну.

же непосредственно, во время самаго набѣга и послѣ него,
мнѣ представлялось ненормальнымъ столь многое, что всякая
острота надъ собственной неудачей русскаго человѣка, склон­
наго осмѣивать самого себя, не измѣнившаго себѣ и на этотъ
разъ, казалось, относились лишь къ двумъ-тремъ лицамъ, отъ
которыхъ или. зависѣло назначеніе руководителя операціи, или
выполненіе ея. Во главѣ предпріятія былъ поставленъ чело­
вѣкъ, физически неспособный использовать наиболѣе цѣн­
ное свойство конницы,—ея ноги; а на этомъ покоилась идея
набѣга.
Начальникомъ штаба отряда былъ нааначенъ офицеръ, не
бывавшій ранѣе въ бояхъ, безъ всякаго опредѣленнаго бое­
вого коэффиціента и не знавшій полосы мѣстности, по кото­
рой конница должна была летѣть,—картъ не было. О готовив­
шемся набѣгѣ знали давно всѣ китайцы на базарѣ и не пере­
ставали любопытствовать, когда же послѣдуетъ начало его.
Самый набѣгъ не захотѣли совмѣстить съ наступленіемъ въ
январѣ П-й арміи, когда та же конница, утомленная недавнимъ
походомъ, сдѣлала очень многое, но она бы могла сдѣлать
больше въ иномъ направленіи и съ иными силами.- Мнѣ вполнѣ
достовѣрно извѣстно, что генералъ Самсоновъ, начальникъ
одной изъ колоннъ, урезонивалъ, доказывалъ, упрашивалъ раз­
рѣшить выдвинуться съ приморскими драгунами и погранични­
ками, ему давно извѣстными частями къ Иикоу, но генералъ
Мищенко отказалъ, очень можетъ быть потому, что былъ увѣ­
ренъ въ успѣхѣ этого дѣла. По собственному признанію гене­
рала Самсонова, онъ потерялъ здоровье только въ тѣ нѣсколько
дней кампаніи, которые необходимы были конницѣ, чтобы по­
дойти къ Инкоу и вернуться обратно. Итакъ, конницу не
знали, ея свойствъ не понимали, требовали отъ нея непосиль­
ной работы; наконецъ, тѣ, отъ которыхъ зависѣла судьба ея,—
не умѣли распредѣлять на театрѣ войны и руководить ея бли­
жайшими начальниками.
Въ недавно вышедшемъ военномъ журналѣ въ Вѣнѣ «Ка­
валерійскій Ежемѣсячникъ» («Kavaleriestische Monatsheft») объ­
явленъ конкурсъ на тему: «какіе уроки для примѣненія кон­
ницы дала русско-японская война». Первые два приза предо­
ставлены эрцгерцогами Фридрихомъ и Францемъ Сальваторъ.
Еще не остыли свѣжія, недавно мелькнувшія впечатлѣнія
войны, не вылились въ формы боевыхъ записокъ, наблюденій
и заключеній очевидцевъ, еще не появилось офиціальной
исторіи кампаніи,—какъ уже во всѣхъ концахъ вооруженнаго

80

„ВОЙНА и МИРЪ“

№ 1.

Нѣсколько словъ о нашей конницѣ въ минувшую войну.

міра раздаются голоса, иногда прямо противорѣчивые, относи­
тельно новыхъ положеній въ военномъ дѣлѣ, будто бы, только
впервые открытыхъ войной, тяжкой для однихъ, счастливой
для другихъ. Въ отношеніи конницы, несмотря на нѣкоторыя
несогласія во взглядахъ, все-таки слышится одинъ звукъ, то
тихій, едва слышный, боязливый, то рѣзкій, шумный, поглощаю­
щій всѣ остальные звуки, но этотъ звукъ все-таки суще­
ствуетъ даже въ томъ случаѣ, когда робкая осторожность въ
выраженіи своего взгляда заставляетъ нѣкоторыхъ совершенно
отрицать возможность опредѣленной мысли въ виду того, что
вся конница въ русской арміи состояла изъ казаковъ, которые
ничего общаго, будто бы, съ регулярной кавалеріей не имѣ­
ютъ, а у японцевъ ея было подавляюще незначительное коли­
чество.
Всѣ голоса, сознательно или безсознательно, напѣваютъ
одинъ и тотъ же мотивъ: времена Фридриха Великаго для кон­
ницы прошли безвозвратно. Помнится мнѣ у Достоевскаго,
кажется, въ «Бѣсахъ», описана мастерская игра артиста.. Раз­
даются мощные звуки «Марсельезы»,—они не могутъ умолкнуть;
аккорды растутъ, разрѣшаются, мелодія становится все шире,
ярче, полнѣе, но гдѣ-то въ верхнемъ регистрѣ, чуть-чуть
слышно, проскальзываютъ какіе-то обрывки посторонней мело­
діи. Какъ будто слабые, хилые, словно умирающіе,—они тѣмъ
не менѣе звенятъ даже въ громѣ торжественной «марсельезы»,
которая напрасно старается заглушить ихъ.—Отъ этихъ уси­
лій они, какъ будто, становятся, наоборотъ, навязчивѣе, наглѣе
и, не переставая ни на минуту, сначала крадучись, затѣмъ
приподымаясь все выше и выше, начинаютъ заглушать аккорды
французскаго гимна, который, обезсиленный, становится все
тише и тише, совершенно заволакиваясь ровной, но дерзкой,
таящей въ себѣ много скрытой энергіи, нагло смѣющейся,
противной нѣмецкой пѣсенкой «Ach, mein lieber Augustin».
Для конницы русско-японская война послужила не только
цѣлымъ рядомъ уроковъ: это былъ рѣдко вполнѣ удавшійся
опытъ, который въ такихъ случаяхъ разбиваетъ остроумнѣйшія
научныя теоріи и самыя вѣроятнѣйшія гипотезы, не говоря
уже объ одностороннихъ увлеченіяхъ въ области совершенно
фантастическихъ идей.
И обстоятельства, въ которыхъ происходили дѣйствія кон­
ницы на войнѣ, были, съ одной стороны, настолько разно­
образны, съ другой,—настолько благопріятны въ смыслѣ поучи­
тельности, что они не могли не измѣнить нѣкоторыхъ взгля-

Д’ 1.

„ВОЙНА и МИРЪ“

81

Нѣсколько словъ о нашей конницѣ въ минувшую войну.

довъ на этотъ родъ оружія или, по крайней мѣрѣ, поколебать,
пошатнуть ихъ.
Подавляющее превосходство конницы въ русской арміи,
сравнительно съ японской, — небывалое массированіе ея въ
исторіи послѣднихъ войнъ,—длинныя линіи сообщенія какъ съ
одной стороны, такъ и съ другой, разнообразіе мѣстности:
горы и плоская равнина, позволяющая развить вполнѣ глав­
нѣйшее свойство конницы,—скорость ея ногъ, разнохарактер­
ность, разновидность конницы и сохраненіе за все время войны
одного и того же легкаго типа, по преимуществу даже болѣе
легкаго, чѣмъ драгунскій, именно казачьяго; великолѣпный кон­
скій составъ главной массы, на ряду съ этимъ послѣднее слово
техники огнестрѣльнаго оружія, — крайнее упорство главно­
командующаго русской арміей заставить конницу удовлетвори­
тельно отвѣтить на тѣ вопросы, на которые она, по его мнѣ­
нію, не можетъ не отвѣтить, и, какъ результатъ того, что она
все-таки не смогла отвѣтить,—созданіе двухъ сотенъ развѣдчи­
ковъ, набранныхъ изъ лучшихъ людей 25 тыс. массы кон­
ницы,—послѣдній актъ неудовольствія, недовѣрія и собствен­
ной косности въ предвзятой идеѣ, а въ сущности—очень узкое
представленіе о силахъ конницы и очень для нея нелестная
оцѣнка. Что времена Великаго Фридриха канули въ вѣчность,
въ этомъ до нѣкоторой степени не сомнѣвались и до войны,
Ію если охотно мирились съ невозможностью въ данное время,
рѣшать сраженія однимъ лишь героическимъ налетомъ конницы,
то все-таки допускали мысль, что тактическія дѣйствія ея на
полѣ сраженія такъ же обязательны, какъ контръ-атаки со
стороны выдержавшаго наступленіе.
Затѣмъ, даря конницѣ эпитеты «глазъ и ушей арміи» по­
лагали, что достаточно имѣть сотню эскадроновъ, чтобы быть
вполнѣ оріентированнымъ въ боевой обстановкѣ, не прибѣгая
къ какимъ-нибудь другимъ средствамъ..
Война же разбила первое и зло осмѣяла второе; и въ томъ
и другомъ случаѣ слѣдовали однѣ лишь неудачи, повтореніе
которыхъ было еще больнѣе; причину же искали во всемъ, исклю­
чая самихъ себя, иногда лгали и обманывали одинаково и себя
и другихъ.
Въ донесеніи начальника штаба арміи въ главный штабъ
отъ 16 августа 1904 года сообщается, что наканунѣ, т.-е,
15 числа, конный отрядъ задержалъ колонну : противника, пы­
тавшагося обойти нашъ правый флангъ въ бояхъ подъ Ляояномъ.
6

82

„ВОЙНА и МИРЪ“

№ I.

Нѣсколько словъ о нашей конницѣ въ минувшую войну.

Впечатлѣніе отъ этого донесенія получается такое: весьма
важный тактическій пріемъ во время боя со стороны японцевъ
потерпѣлъ полную неудачу;—цѣлая колонна остановлена каза­
ками генерала Самсонова, — конница сыграла роль пѣхоты,
лучшей, чѣмъ пѣхота японцевъ. Въ дѣйствительности же про­
тивникъ обхода не предпринималъ и своимъ же коннымъ отря­
домъ генерала Акіяма произвелъ лишь рекогносцировку. Если
бы японцы рѣшили хотя бы демонстрировать противъ нашего
праваго фланга, то выслали бы для этого часть пѣхоты, по­
вели бы наступленіе такъ, какъ они умѣли дѣлать, и, конечно,
не остановились бы передъ доблестью Сибирскихъ казаковъ.
Такой обстановки на самомъ дѣлѣ не существовало; конница
вообще, да еще въ гаолянѣ, на ровной плоской мѣстности,
ничего бы не могла сдѣлать не только противъ колонны, но
даже противъ очень маленькой колонки.
Когда Куроки, перейдя Тайцзыхэ, оттѣснилъ части 54 ди­
визіи, та же конница генерала Самсонова въ мѣстности, со­
вершенно иного характера, ей благопріятнаго, въ сознаніи
серьезной необходимости задержать возможно дольше движеніе
японцевъ въ направленіи Янтай-Мукденъ,—послѣ чувствитель­
ныхъ для себя потерь, должна была отойти съ небольшимъ
лишь выигрышемъ во времени. Практическій умъ американца
цѣнитъ время очень дорого,—-самъ онъ существуетъ для дол­
ларовъ и пріобрѣтаетъ деньги, чтобы существовать такъ, какъ
ему представляется удобнѣе всего. Время—деньги. Но на
войнѣ время дороже денегъ: оно стоитъ крови, жизни нѣ­
сколькихъ отдѣльныхъ личностей, десятковъ, сотенъ—иногда
тысячи, разъ вопросъ касается выигрыша крупной ставки, въ
которой заинтересованы сотни тысячъ, отстаивающихъ право
на политическое существованіе милліонной націи. И въ арміи,
въ которой умѣютъ цѣнить время, сумѣютъ также не забыть
использовать разумнымъ образомъ свойства того оружія, съ
которымъ, какъ постоянный успѣхъ, слѣдуетъ выигрышъ вре­
мени. И крупныя и мелкія неудачи на войнѣ произошли чаще
всего отъ того, что кто-то, гдѣ-то прозѣвалъ; всѣ такъназываемые упущенные благопріятные случаи служатъ прямымъ
послѣдствіемъ неумѣнія или нежеланія оцѣнить хотя бы ми­
нуту въ боевой жизни арміи.
Крошечныя, сомнительныя природныя военныя способности
выступаютъ въ человѣкѣ прежде всего въ его обращеніи съ
конницей и въ отношеніи къ ней.
И то и другое служитъ для военнаго человѣка способомъ

№ 1.

83

„ВОЙНА и МИРЪ“

Нѣсколько словъ о нашей конницѣ въ минувшую войну.

спектральнаго анализа, изобличающаго чуть замѣтное наро­
жденіе военнаго таланта.
На войнѣ потеря времени не всегда зависитъ отъ неумѣнія
направить дѣйствіе конницы, но выиграть время почти всегда
возможно при ея помощи.
Въ бояхъ подъ Ляояномъ командующій арміей, узнавъ о
переправѣ 12 дивизіи черезъ Тайцзыхэ, рѣшаетъ сосредото­
ченными значительными силами обрушиться на Куроки. По­
теря позиціи у Сыквантуня въ ночь съ 19 на 20 августа
останавливаетъ захожденіе арміи лѣвымъ плечомъ. Армія те­
ряетъ цѣлый день. Останавливаетъ не серьезная потеря важ­
ной позиціи, а только потеря серьезной по своему значенію
точки. Съ потерей цѣлаго дня рушится вся операція, въ част­
ности терпитъ погромъ отрядъ Орлова.
Во время тѣхъ же боевъ 13 баталіоновъ генерала Орлова,
расположенныхъ у Янтайскихъ копей, получаютъ первоначально
директиву содѣйствовать войскамъ генерала Бильдерлинга. Ге­
нералъ Орловъ понимаетъ директиву самымъ широкимъ обра­
зомъ и, узнавъ, что правѣе его пошли въ атаку, разверты­
вается и начинаетъ наступленіе, не зная о томъ, что послѣ­
довало уже измѣненіе первоначальной директивы, что ему при
данной обстановкѣ надлежитъ врасти, вкопаться въ землю и
только, только упорно обороняться. Диспозиція приходитъ
тогда, когда всѣ войска отряда введены въ бой и уже
разбиты.
Въ операціи подъ Сандепу, къ 10 час. вечера 12 января
1905 г., 1-мъ Сибирскимъ корпусомъ взяты укрѣпленные
пункты: д.д. Хуланлотцзы, Тутайцзы, Тоупау и Хэйгоутай.—
Тяжелый день требуетъ отдыха, и вмѣсто того, чтобы сейчасъ
же, вслѣдъ за взятіемъ Хэйгоутая, постараться прочно занять
впереди лежащія деревни и только съ небольшими усиліями
развить дальнѣйшій успѣхъ, — мы даемъ отдыхъ всѣмъ вой­
скамъ корпуса и даже на слѣдующій день слишкомъ поздней
высылкой къ юго-западу бригады 1-й В. С. Стрѣлковой дивизіи
мы все еще продолжаемъ систематически терять время, а вмѣ­
стѣ съ нимъ теряемъ и д. Безымянную или Сумапу впереди
Хэйгоутая, которой обязанъ 1-й С. корпусъ значительной
частью потерь за 4 '/2 дня (мы потеряли нѣсколько больше
7 */ 2 тыс.). Потерей времени вслѣдъ за взятіемъ Хэйгоутая
1-й Сибирскій корпусъ поставилъ границы своему наступленію
и не могъ ихъ перейти, несмотря на чудовищное, эпическое
проявленіе героизма и активности.
6*

84

„ВОЙНА и МИРЪ“

№ 1.

Нѣсколько словъ о нашей конницѣ въ минувшую войну.

27 сентября 1904 года начавшій наступать Восточный
отрядъ получаетъ дневку; офицерамъ генеральнаго штаба при­
казано произвести рекогносцировку расположенія японцевъ,,
вмѣсто того, чтобы ту же рекогносцировку попытаться про­
извести авангардными частями и вслѣдъ за выясненіемъ обста­
новки бросить значительныя силы. Отрядъ теряетъ цѣлый
день, совершенно достаточный для того, чтобы японцы могли
оріентироваться, спокойно взвѣсить шансы того или другого
способа дѣйствій и предпринять какое-нибудь рѣшеніе. Рано
утромъ на слѣдующій день японцы, обороняясь на крайнемъ
своемъ правомъ флангѣ, переходятъ въ наступленіе на всемъ
остальномъ фронтѣ противъ западнаго отряда и частей, свя­
зывающихъ дѣйствія обѣихъ группъ.
Подъ Портъ-Артуромъ генералъ Ноги, рѣшивъ взять крѣ­
пость открытой силой, назначаетъ штурмъ укрѣпленія Восточ­
наго Пандунга и Сѣвернаго Киквана на 8 августа. Всѣ атаки
9 и 11 пѣхотной дивизіи отбиты защитниками фортовъ съ ко­
лоссальными для японцевъ потерями, превышающими всѣ пред­
положенія Ноги. Въ полдень 9-го случайно были взяты Во­
сточный и Западный Пандунга, гдѣ тотчасъ же японцы сумѣли
утвердиться. Брешь въ крѣпости была пробита, но 10 ав­
густа японцы не развили успѣха, потративъ время на отдыхъ
и подвозъ огнестрѣльныхъ припасовъ. Этотъ отдыхъ стоилъ
имъ, пожалуй, Портъ-Артура. А всѣ предположенія относи­
тельно продолженія атаки на 11 августа были разрушены
вылазкой гарнизона. Японцы потеряли въ эту ночь 5 тыс.,
отказались отъ атаки открытой силой и считаютъ этотъ бой
самымъ печальнымъ для себя. Въ исторіи осады—это блестя­
щая страница для крѣпости.
Классическій примѣръ потери времени представляетъ ян­
варскій набѣгъ 82 эскадроновъ п сотенъ съ 22 орудіями. Весь
успѣхъ его зиждился на быстротѣ движенія, на внезапности,
случайности появленія, котораго хотя и ждали, но которое
въ любомъ пунктѣ расположенія японцевъ могло вызвать пе­
реполохъ, смятеніе, тревогу, а вслѣдъ за этимъ разгромъ
конницей.
Терять время въ этомъ случаѣ являлось уже крупнымъ пре­
ступленіемъ. Конница двигалась шагомъ; за пять дней сдѣлала
лишь 136 верстъ, проходя въ среднемъ 27 верстъ въ сутки.
Потеря времени въ общемъ сопровождалась потерей его въ
частностяхъ. Такъ, подойдя къ Инкоу 30 декабря , въ 11 час.
дня, колонна отдыхаетъ 5 час., послѣ чего предпринимаетъ

Л» 1.

„ВОИНА и МИРЪ“

-85

Нѣсколько словъ о нашей конницѣ въ минувшую войну.

атаку станціи, къ которой японцы успѣли подвести два бата­
ліона изъ Ташичао, воспользовавшись тѣмъ, что желѣзнодо­
рожная вѣтвь Ташичао-Инкоу не только не была разрушена,
но даже не повреждена сколько-нибудь серьезно.
Всѣ дѣйствія конницы на войнѣ въ главныхъ чертахъ пред­
ставляютъ не что иное, какъ одинъ изъ способовъ разумной
утилизаціи времени: нужно ли узнать о противникѣ, когда онъ
удаленъ на нѣсколько переходовъ и получить первыя пред­
ставленія о направленіи его волны,—эти свѣдѣнія дастъ кон­
ница. Нужно ли задержать преслѣдованіе хотя бы на нѣ­
сколько часовъ, чтобы дать возможность арьергардамъ отойти
и устроиться,—является ли благопріятный случай продолжать
наступленіе со скоростью, превосходящею сумму скоростей
обыкновенныхъ физическихъ силъ человѣка, гнетущаго чувства
послѣ пораженія, ужаса предъ окончательнымъ смертельнымъ
ударомъ и полнаго въ своемъ проявленіи инстинкта самосо­
храненія,—это сдѣлаетъ конница, обладая способностью легко
ввязаться въ бой и еще легче ускользнуть изъ него. Одина­
ковымъ образомъ конницѣ принадлежитъ благородная и есте­
ственная роль въ томъ случаѣ, если ей указана задача захва­
тить находящійся далеко впереди или позади важный пунктъ,
удержаніе котораго до подхода пѣхоты есть вопросъ крупнаго
успѣха; точно также отъ конницы армія и полководецъ въ
правѣ ожидать, чтобы она своими самостоятельными и ши­
роко организованными дѣйствіями въ тылу или на флангѣ не­
пріятельскаго расположенія задержала, атрофировала бы вре­
менно работу мозга враждебной арміи.
Въ концѣ апрѣля 1905 года въ штабѣ главнокомандую­
щаго имѣлись «положительныя свѣдѣнія о наступленіи япон­
цевъ». Для того, чтобы задержать противника въ теченіе нѣ­
сколькихъ дней и завершить укомплектованіе арміи, генералу
Мищенко поручено было произвести набѣгъ. Причины, вы­
звавшія его, были такого свойства, что полное развитіе ско­
рости конницы являлось нежелательнымъ, а скрытность рейда
парализовалась узкой полосой мѣстности на флангѣ японскаго
расположенія между Факумынъ — Монгольской границей. Не­
обходимо было возможно дольше, насколько позволитъ соб­
ственная безопасность при обратномъ движеніи, тормошить,
тревожить японцевъ и такимъ путемъ вмѣстѣ съ дѣйствитель­
нымъ выигрышемъ во времени продолжительностью 8—9 дней,—
быть увѣреннымъ въ возможности атрофировать наступатель­
ные порывы противника еще въ теченіе нѣкотораго проме­
жутка времени.

86

„ВОЙНА и МИГЪ«

Л» 1.

Нѣсколько словъ о нашей конницѣ въ минувшую войну.

Конница выполнила свою задачу въ стратегическомъ отно­
шеніи безупречно и, кромѣ того, представила нѣсколько образ­
цовъ тактическихъ дѣйствій, сдѣлавшихъ бы честь не только
любой кавалеріи, но также и пѣхотѣ.
ч
И если исходить изъ положенія, что вся дѣятельность кон­
ницы должна быть направлена къ постоянному стремленію
наверстать потерянное время или получить нѣкоторый вы­
игрышъ его, и если побѣды и пораженія большей частью на­
ходятся въ прямой зависимости отъ недостаточнаго вниманія
со стороны полководцевъ къ элементу времени на войнѣ, то
конницѣ предоставляется роль фактора, столь же важнаго,
какъ и стратегія: одинаковымъ образомъ и то и другое при­
водитъ къ наивыгоднѣйшей комбинаціи противныхъ сторонъ
для полководца, сумѣющаго стратегическія соображенія сочетать
съ дѣятельностью кавалеріи. Установивъ болѣе широкій взглядъ
на нее, возможно примириться и съ тѣми кажущимися полу­
оконченными результами, которые иногда объясняются полной
непригодностью кавалеріи, но которые для конницы собственно
являются послѣдними и окончательными. Въ минувшую кам­
панію конницѣ предъявляли требованія почти исключительно
тактическаго характера, а въ тѣхъ случаяхъ, когда случайно
сообщали правильное направленіе ея дѣятельности, легко и
скоро вслѣдъ за этимъ коверкали свою же собственную счаст­
ливую мысль. Такъ было въ извѣстномъ набѣгѣ на Инкоу,
настолько чудовищно неудачномъ, что майскій рейдъ 5‘/2 т.
коней подъ начальствомъ того же генерала Мищенко, не мо­
жетъ уничтожить жуткаго впечатлѣнія отъ подробностей Инкоуской операціи. Происходило же это явленіе по той же при­
чинѣ, какая объясняетъ существованіе въ настоящее время во
Франціи тяжелой кавалерійской массы въ 9 тыс. коней въ
13 кирасирскихъ полкахъ. Причина эта кроется въ господ­
ствѣ несвоевременныхъ, отжившихъ идей о значеніи конницы
на войнѣ, и та огромная неподходящая роль, которая навя­
зывается ей въ сферѣ боевыхъ дѣйствій на полѣ сраженія, а
также и въ развѣдкѣ. Слѣдствіемъ этого служитъ, во-первыхъ,
дробленіе кавалеріи, вмѣсто отчетливо выраженнаго стремленія
группировать ее въ крупные отряды, оставляя только необхо­
димое количество въ качествѣ дивизіонной для службы связи,
ординарческихъ обязанностей, для освѣщенія района стороже­
вого охраненія и ближней развѣдки; во-вторыхъ, неумѣніе
использовать болѣе или менѣе значительное число коней и
употребленіе этого числа опять-таки для слишкомъ мелкихъ

№ 1.

„ВОИНА и МИРЪ“

87

Нѣсколько словъ о нашей конницѣ въ минувшую войну.

цѣлей въ томъ случаѣ, если, за выдѣленіемъ нѣсколькихъ
эскадроновъ въ распоряженіе дивизіи, остается сотня-другаятретья всадниковъ; въ-третьихъ, игнорированіе одной стороной
въ дѣлѣ обученія кавалеристовъ, а именно дѣйствіями въ пѣ­
шемъ строю съ винтовкой въ рукахъ.
Конница не станетъ ѣздящей пѣхотой, если научится хо­
рошо стрѣлять, наступать и обороняться, потому что всякая
конница прежде всего должна имѣть прекрасныхъ, сильныхъ
коней, способныхъ не столько къ развитію въ короткій про­
межутокъ времени большой скорости передвиженія, сколько
выносливыхъ, нетребовательныхъ и способныхъ выдерживать
длинные марши на среднихъ скоростяхъ, — иначе, это будетъ
не конница, къ которой можно было приложить тѣ или другія
требованія.
Японцы въ качествѣ дивизіонной кавалеріи имѣли лишь
эскадронъ,—это было не много; но исправить недостатки орга7
низаціи и увеличить общее число эскадроновъ уже на войнѣ
было невозможно. Сознавъ несоотвѣтственно малое отношеніе
этого рода оружія къ прочимъ, они въ данное время въ рядъ
предположенныхъ реформъ включили увеличеніе числительности кавалеріи.
У насъ не существовало, строго говоря, дивизіонной кава­
леріи. Такъ было въ началѣ кампаніи въ 1-мъ Сибирскомъ
корпусѣ и на Ялу. Впослѣдствіи, нѣсколько сотенъ и эскадро­
новъ находилось въ распоряженіи командира корпуса, но ди­
визіи своей части не получали,—это было почти общее явленіе.
А вмѣстѣ съ тѣмъ расходъ конницы былъ значителенъ: во
второй половинѣ февраля 1905 г. Урало-Забайкальская диви­
зія считала выдѣленными 6 сотенъ (различныхъ полковъ) у
командующаго второй арміи, 2 сотни у интенданта тыла арміи
(опять-таки не одного полка), 1 с. у главнокомандующаго,
2 сотни у командира 10 корпуса, одна сотня въ Портъ Артурѣ,
затѣмъ 5 сотенъ у генерала Грекова и 2 сотни у князя Орбеліани.
Къ началу мая 1904 года 1-й Сибирскій корпусъ группи­
ровался у Ташичао. Въ переходѣ отъ него у Кайджоу стоялъ
конный отрядъ генерала Самсонова; у него было 6 эскадро­
новъ Приморскихъ драгунъ (16-ряднаго состава), 48 сотня
пограничной стражи, набранная почти вся изъ бывшей охран­
ной стражи при Китайской желѣзной дорогѣ, около ста чело­
вѣкъ конныхъ охотниковъ 13-го В. Сибирскаго стрѣлковаго
полка и лучшая казачья батарея Забайкальскаго войска. Ему

88

„ВОИНК и МИРЪК

№ 1.

Нѣсколько словъ о нашей конницѣ въ минувшую войну.

же подчинялись 42-я, часть 43, учебная команда, 13 и нѣ­
сколько пѣхотныхъ ротъ пограничной стражи.
Противникъ былъ обнаруженъ верстахъ въ 10 южнѣе Вафандяна, т.-е. въ разстояніи приблизительно 120 верстъ отъ
Кайджоо. За дѣйствіями противника наблюдали передовыя
сотни, т.-е. 42, часть 43 и учебная команда; изрѣдка изъ
Кайджоо высылались летучіе разъѣзды, но ни тѣ, ни другіе
какой-нибудь сносной развѣдки произвести не могли,
и ко­
мандиръ корпуса по своей же собственной винѣ не былъ орі­
ентированъ въ отношеніи тѣхъ свѣдѣній, которыя конница мо­
жетъ дать. Не было извѣстно, кѣмъ занята линія передового
расположенія,—не одной ли только спѣшенной конницей; гдѣ
находятся ближайшія поддержки, имѣется ли у японцевъ ар­
тиллерія и насколько упрямо они рѣшили отстаивать занятыя
мѣста. Кое-что лишь знали по слухамъ отъ китайцевъ. На всѣ
неоднократныя представленія генерала Самсонова о разрѣше­
ніи выдвинуться ему къ югу, сократить разстояніе и произ­
вести развѣдку отвѣтомъ былъ категорическій отказъ. Когда
же послѣдовало давно ожидаемое разрѣшеніе, то оно вызвано
было не столько сознаніемъ нераціональнаго до этого времени
употребленія слишкомъ 1000 всадниковъ для цѣлей дальняго
охраненія, сколько планомъ наступленія всего корпуса противъ
надвигающейся арміи Оку.
Насколько наша конница несклонна была дѣйствовать въ
лѣшемъ строю и становилась жалко-безпомощной противъ не­
большихъ частей пѣхоты, на это указываетъ вся дѣятельность
коннаго отряда генерала Самсонова подъ Сеньюченомъ въ іюнѣ
1904 года/ За время войны, прежніе образцы и эпизоды ста­
новились все рѣже и, наконецъ, исчезли безслѣдно,— война
научила многому и также многихъ перевоспитала. Но отвра­
щеніе къ дѣйствіямъ въ пѣшемъ строю, когда подобный образъ
вызывается обстоятельствами, отражалось иногда на конно­
охотничьихъ командахъ, прикомандированныхъ къ коннымъ
отрядамъ, дѣлая ихъ почти столь же безпомощными и уже
усвоившими цѣпкую тенденцію не разставаться съ конемъ, а
драться только при его помощи. Приведу одинъ изъ эпизодовъ
въ началѣ войны, по разсказамъ и сообщеніямъ японцевъ.
Къ концу апрѣля, послѣ сраженія у Тюринчена, промежу­
точная база должна была быть перенесена изъ Кореи къ устью
Ялу. Городъ Анчжу былъ однимъ изъ этаповъ, пока -еще не
вполнѣ оставленной старой коммуникаціонной линіи, на кото­
рой было разбросано значительное количество запасовъ. Отрядъ

№ 1.

„ВОЙНА н МИРЪ“

89

Нѣсколько словъ о нашей конницѣ въ минувшую войну.

подполковника Мадритова въ составѣ трехъ сотенъ и 2-хъ
охотничьихъ командъ окружилъ Анчжу, гарнизонъ котораго
состоялъ изъ семидесяти пѣхотныхъ резервистовъ подъ коман­
дой какого-то капитана, 1 унтеръ-офицера при 8 нижнихъ
чинахъ интендантскаго вѣдомства и, кромѣ того, оригинальной
вольной дружины, тогда же сформированной изъ 5 солдатъ и
2 жандармовъ, наблюдавшихъ кули, пяти почталіоновъ, девяти
телеграфистовъ, одного доктора, аптекаря и 50 кули. Изъ
всей дружины нашлось 30 человѣкъ, умѣющихъ стрѣлять.
Общее число защитниковъ Анчжу не превышало ста чело­
вѣкъ. Анчжу отстояли; въ критическую минуту подошло под- .
крѣпленіе изъ 70 пѣхотинцевъ при офицерѣ, иначе малень­
кій гарнизонъ не смогъ бы дольше сопротивляться въ пятеро
превосходящему противнику, не сумѣвшему атаковать.
Успѣхъ конницы при выполненіи стратегическихъ задачъ
зависитъ не только отъ конскихъ ногъ, но и отъ умѣнія
всадника владѣть одинаково хорошо оружіемъ, которое ему
вручено.
Такъ японская кавалерія, прекрасно обученная дѣйствіямъ
въ пѣшемъ строю, въ этомъ отношеніи можетъ служить при­
мѣромъ; 29 сентября, во время боевъ на Шахэ, 2-я отдѣльная
кавалерійская бригада принца Канинъ, имѣвшая пулеметы,
продвинулась въ тылъ отряда генерала Ренненкампфа, и въ то
время, какъ тотъ, увлекшись боемъ противъ гвардейской ре­
зервной бригады, южнѣе Бенсиху, уже охватывалъ расположе­
ніе японцевъ, принцъ Канинъ энергичными дѣйствіями и уси­
ленный пулеметами заставилъ Ренненкампфа отказаться отъ
дальнѣйшей атаки и отойти.
Во время январскихъ боевъ японская кавалерія, какъ
утверждаютъ иностранные военные агенты, обороняла долго и
упорно противъ превосходныхъ силъ 14-й пѣхотной дивизіи
укрѣпленное селеніе Сандепу. Какъ кажется, это какое-то не­
доразумѣніе, такъ какъ въ то время отрядъ генерала Акіяма
былъ обнаруженъ передовыми частями у Ашенюла и Абанюла;
д.д. Тутайцзы, Хэйгоутай, Хуланлотоцзы, Чинтайцзы и Мамыкай были заняты пѣхотой, тѣмъ не менѣе несомнѣнно, что
если японская кавалерія ни разу не проявила себя въ столкно­
веніи на конѣ съ саблей, то въ рѣшеніи задачъ стратегиче­
скаго характера, въ тѣхъ случаяхъ, когда необходимо было
замѣнить пѣхоту, она дѣлала много и хорошо, часто своимъ
искусствомъ вводя насъ въ заблужденіе относительно рода ору­
жіи, особенно когда яркіе расшитые мундиры конница замѣ­
нила костюмомъ <хаки>.

90

„ВОЙНА и МИГЪ“

№ I.

Нѣсколько словъ о нашей конницѣ въ минувшую войну.

Любопытно, что, оцѣнивая дѣйствія

конницы

въ Русско-

Японскую войну, нѣкоторые изъ наблюдавшихъ ея эпизоды на
мѣстѣ или изучающихъ по матеріаламъ, останавливая свое вни­
маніе на выводахъ и урокахъ кампаніи, тѣмъ не менѣе избѣ­
гаютъ высказываться вполнѣ опредѣленно о дѣйствіяхъ русской
кавалеріи или потому, что она почти исключительно принадле­
жала къ казачьему типу, не охотно спѣшивалась и не была
пригодна къ боевымъ дѣйствіямъ безъ коня, или потому, что
она слишкомъ часто спѣшивалась и не была въ строгомъ
смыслѣ слова кавалеріей. Какъ бы то ни было,—война указала
на необходимость имѣть легкую подвижную кавалерію одинако­
ваго типа, такъ какъ война предъявляетъ одинаковое ко вся­
кому кавалеристу требованіе—и всадника, способнаго во всякую
минуту стать удовлетворительнымъ пѣхотинцемъ. Та же война
неоднократно подчеркнула невозможность для конницы служить
единственнымъ, полнымъ органомъ развѣдки, охватывающей
всѣ детали расположенія противника, составъ и численность
его арміи, порядка укомплектованія, состояніе тыла, устройство
питательныхъ артерій и т. д.
Значеніе конницы, какъ органа развѣдки, преувеличено, и
если она въ состояніи скоро и вѣрно указать направленіе
болѣе глубокой развѣдки, то дальнѣйшее необходимо развѣды­
вать иными средствами или попутно съ развѣдочными дѣй­
ствіями кавалеріи, или вполнѣ самостоятельно распоряже­
ніемъ высшихъ штабовъ, начиная отъ корпусного. И въ
томъ и другомъ случаяхъ, которые можно примѣнить одно­
временно, необходима организація, отъ свойствъ и силъ кон­
ницъ независимая.
Если бы у генерала Мищенко во время его похода въ Корею
существовалъ цѣлый штатъ переводчиковъ корейскаго и япон­
скаго языковъ, если бы въ его распоряженіи были бы отпу­
щены средства на подкупъ мѣстнаго населенія, наемъ шпіо­
новъ, лазутчиковъ, если бы,—что было бы прекрасно,—мы еще
въ мирное время организовали тайную развѣдку въ Кореѣ, то
результатъ глубокаго туда движенія генерала Мищенко отвѣ­
чалъ бы вполнѣ стратегической идеѣ, которая легла въ основу
этого марша.
Почти полтора года, тяжелыхъ полтора года, прошло со дня
объявленія войны,—и когда въ маѣ 1896 года конный отрядъ
генерала Мищенко получилъ приказаніе произвести набѣгъ на
сообщенія арміи Ноги,—конница даже при такихъ исключи­
тельныхъ обстоятельствахъ, на короткій промежутокъ времени,

№ 1.

„ВОЙНА и МИРЪ“

91

Нѣсколько словъ о нашей конницѣ въ минувшую войну.

не была снабжена переводчикомъ японскаго языка,—и масса
захваченнаго матеріала осталась не использованной.
Генералъ Самсоновъ въ первые дни, вслѣдъ за столкнове­
ніемъ съ японцами 17 мая у Вафангоо, понялъ, что старыя,
традиціонныя формы развѣдки не ^скажутъ много и не дадутъ
арміи того, чего она ждетъ. Началась высылка отдѣльныхъ
смѣльчаковъ - лазутчиковъ, — китайцевъ-шпіоновъ, усиленныя
рекогносцировки не съ цѣлью развить бой, а завязать его,
чтобы дополнить развѣдку.
Расходовались личныя средства начальника отряда, открыв­
шаго неограниченный кредитъ для этой цѣли. Штабъ корпуса
пришелъ на помощь только вслѣдствіе личнаго ходатайства
начальника штаба отряда, въ небольшомъ размѣрѣ, такъ какъ
самъ былъ крайне ограниченъ въ средствахъ на тайную раз­
вѣдку. Такой способъ развѣдки далъ болѣе или менѣе удовле­
творительные результаты, но они были достигнуты мѣрами, не
имѣющими ничего общаго съ тѣми, которыя казались раньше
нормальными или почти единственными.
Результаты были бы несравненно лучше, если бы развѣдка
на тѣхъ основахъ получила начало раньше, и это «раньше»
легко можно было бы достигнуть при помощи конницы, не
приковывая ея къ расположенію корпуса у Ташичао.
Война перевоспитала нашу конницу, по крайней мѣрѣ ту
часть, съ которой я имѣлъ честь проводить боевые дни въ
теченіе 6 первыхъ мѣсяцевъ войны.
Безпомощность Приморскихъ драгунъ въ бою съ пѣхотой
при явно не сдерживаемыхъ порывахъ атаковать на конѣ
японцевъ, укрытыхъ въ траншеяхъ, смѣнилась пріобрѣтенной
способностью не только обозначать наступленіе въ пѣшемъ
строю, но и атаковать хотя бы части гвардейской пѣхоты.
(30 сентября 1904 г.). Пренебреженіе къ нѣкоторымъ пред­
метамъ обмундированія и снаряженія убитыхъ японцевъ усту­
пило мѣсто внимательному отношенію даже къ подписи на
обратной сторонѣ мундира или на подкладкѣ околыша фуражки
(14 іюня 1904 года). Безцѣльныя перестрѣлки въ разъѣздахъ
при первой же встрѣчѣ съ японцами прекратились очень
скоро. Драгунъ или Сибирскій казакъ оставлялъ своего коня,
пику, какъ вѣху, указывавшую направленіе его движенія, и
пробирался въ горы, влѣзая на сопки, чтобы наблюдать вос­
ходъ солнца надъ японскимъ бивакомъ. Вмѣсто безучастнаго
раньше отношенія къ тому, что дѣлалось въ тылу японцевъ,
куда они никакъ не могли проникнуть на конѣ безъ потерь и

92

■

№ 1.

„ВОЙНА и МИРЪ“

Нѣсколько словъ о нашей конницѣ въ минувшую войну.

безъ всякихъ результатовъ,—явилось сознательное, чисто охот­
ничье желаніе партіи въ нѣсколько человѣкъ съ китайскими
переводчиками, компасами, деньгами для вознагражденія за
мелкія услуги мѣстному населенію, отправиться на нѣсколько
дней въ отвѣтственную, но почти всегда удачную развѣдку.
Только этимъ партіямъ генералъ Самсоновъ обязанъ инте­
ресными и вѣрными свѣдѣніями о движеніи арміи Оку къ
Кайджоо 23 іюня 1904 года.
Въ то время, какъ война учила, перевоспитывала войска и
ихъ ближайшихъ начальниковъ, разбивала прежнія невѣрныя
-теоріи, ставила новыя положенія и жестоко карала за невы­
ученный урокъ, тамъ, все выше и выше, не хотѣли отказаться
•отъ того, что имъ далъ или продолжительный личный опытъ
прежнихъ войнъ, или выводы ихъ исторій, или долгая, упор­
ная работа мозга надъ вопросомъ, получившемъ вначалѣ не­
правильную отправную точку. Какой ироніей и злой насмѣш­
кой надъ семью мѣсяцами войны мнѣ лично кажется сформи­
рованіе развѣдочной сотни, которая должна была никогда не
закрывать передъ очами главнокомандующаго горизонта, гдѣ
виднѣлись биваки японцевъ, горѣли костры, сверкалъ огонь
пушекъ и тянулись нескончаемыя и словно безсмертныя цѣпи
атакующихъ японцевъ. Но эта сотня успокоенія главнокоман­
дующему не дала.
Сипигусъ.

Fерой
МИРНАГО
времени.

Памяти военнаго врача-гуманиста

И. В. Лешко-Попеля.
Иллюстрированный біографическій очеркъ.

А. Г. Авчинниковъ.

ъ концѣ 1903 года въ Екатери­
нославѣ скончался врачъ, воспри­
нявшій въ себя и проводившій
въ жизнь величайшую идею че­
ловѣчества—единеніе и братство
людей, возвѣщенную почти два
тысячелѣтія тому назадъ Боже­
ственнымъ Учителемъ. Какъ еван­
гельскій самарянинъ, онъ считалъ
каждаго своимъ ближнимъ и не
только врачевалъ раны и болѣзни
всякаго, искавшаго его помощи,
но часто окружалъ больного нѣжнымъ уходомъ, снабжалъ
средствами и для лѣченія и для питанія.
Его сердобольная душа откликалась не только на физическія
страданія людей-братьевъ,—она проявляла дѣятельную любовь
ко всякому несчастному, ко всякому обиженному судьбою; онъ
не могъ равнодушно видѣть слезъ несчастнаго, чтобы не уте­
реть эти слезы тотчасъ же, не оказать ему помощи и поддержки.
Его ласковое обращеніе, его безконечная доброта, его кроткая
незлобливость привлекали къ нему симпатіи всѣхъ. Душа его
была чиста и такъ далека отъ всякихъ мелкихъ житейскихъ
дрязгъ, что ничто грязное въ жизни не могло коснуться ея.
Смерть его потрясаетъ тѣмъ болѣе, что онъ умеръ, какъ
солдатъ на своемъ посту, жертвой долга и самопожертвованія,
заразившись отъ пользованнаго имъ больного. Всего какуюнибудь недѣлю протекло это зараженіе крови и погибъ чело­
вѣкъ, погибъ неустанный труженикъ, свѣдущій врачъ, истин­
ный другъ больныхъ и несчастныхъ.
А. Ѳ. Кони въ своемъ художественномъ біографическомъ
очеркѣ *
), заканчивая жизнеописаніе извѣстнаго доктора-фи*) А. Ѳ. Кони. Ѳедоръ Петровичъ Гаазъ. Біографическій очеркъ. С.-Петербургъ.
1897 г. Стран. 162.

96

„ВОЙНА и МИРЪ“

№ 1.

Памяти военнаго врача-гуманиста.

лантропа Ѳ. П. Гааза, говоритъ, что вскорѣ за подъемомъ
чувствъ послѣ смерти друга обездоленныхъ наступило обычное
у пасъ равнодушіе и забвеніе, и память <о фанатикѣ добра»
стала блекнуть и исчезать. Никто своевременно не собралъ
любящею рукою живыхъ воспоминаній о немъ, и объемъ ихъ
сталъ съ каждымъ годомъ, съ каждой смертью людей, знав­
шихъ его, суживаться. Не нашлось никого, кто бы тотчасъ,
подъ неостывшимъ еще впечатлѣніемъ, съ умиленіемъ предъ
личностью «утрированнаго филантропа», набросалъ дрожащею
отъ душевнаго порыва рукою его «житіе». Знавшіе его замкну­
лись въ область личныхъ воспоминаній и не почувствовали
потребности повѣдать не знавшимъ о томъ, что такое былъ Гаазъ.
Таково, впрочемъ, говоритъ далѣе А. Ѳ. Кони, свойство
нашего образованнаго общества, нашей такъ - называемой «ин­
теллигенціи». Мы мало умѣемъ поддерживать сочувствіемъ и
уваженіемъ тѣхъ немногихъ дѣйствительно замѣчательныхъ
дѣятелей, на которыхъ такъ скупа наша судьба. Мы смотримъ
обыкновенно на ихъ усилія, трудъ и самоотверженіе съ без­
участнымъ и лѣнивымъ любопытствомъ, «съ зловѣщимъ так­
томъ», какъ выразился Некрасовъ,— «сторожа ихъ неудачу».
Но когда такой человѣкъ внезапно сойдетъ со сцены, въ насъ
вдругъ пробуждается чувствительность, проснувшаяся память
ясно рисуетъ и пользу, приносимую усопшимъ, и его душев­
ную красоту,—мы плачемъ поспѣшными, хотя и запоздалыми
слезами, каждое слово наше проникнуто чувствомъ нравствен­
ной осиротѣлости. Однако все это скоро, очень скоро прохо­
дитъ. Скорбь наша менѣе долговѣчна, чѣмъ башмаки матери
Гамлета. На смѣну ея является равнодушіе и затѣмъ—забве­
ніе. Черезъ годъ - другой горячо оплаканный дѣятель забытъ,
забытъ совершенно и прочно, и лишь въ немногія молчаливыя
сердца память о немъ, «какъ нищій въ дверь—стучится бояз­
ливо». Затѣмъ и обладатели этихъ сердецъ уходятъ, и имя, ко­
торое должно бы служить ободряющимъ и поучительнымъ при­
мѣромъ для каждаго новаго поколѣнія, уже произносится съ
вопросительнымъ неудомѣніемъ: «Какъ? Кто это такой?» У насъ
нѣтъ вчерашняго дня. Оттого и нашъ завтрашній день всегда
такъ туманенъ и тусклъ. Поэтому и смерть выдающагося об­
щественнаго или государственнаго дѣятеля напоминаетъ у насъ
паденіе человѣка въ море. Шумъ, пѣна, высокія брызги воды,
широкіе волнующіеся круги, а затѣмъ все сомкнулось, сли­
лось въ одну безформенную, одноцвѣтную, сѣрую массу, подъ
которою все скрыто, все забыто...

Л» 1.

„ВОЙНА и МИРЪ“

Памяти военнаго врача-гуманиста.

Память о людяхъ, подобныхъ доктору Гаазу, должна быть
поддерживаема, какъ свѣтильникъ, льющій кроткій, примиряю­
щій свѣтъ. Въ этой памяти единственная награда безкоры­
стнаго, святого труда такихъ людей; въ ея живучести — утѣ­
шеніе для тѣхъ, на кого могутъ нападать минуты малодушнаго
невѣрія въ возможность и осуществимость добра п справед­
ливости на землѣ. Люди, подобные Гаазу, должны быть близки
и дороги обществу, если оно не хочетъ совершенно погряз­
нуть въ низменной суетѣ эгоистическихъ расчетовъ.
Къ такимъ свѣтлымъ личностямъ принадлежалъ, безспорно,
и покойный военный врачъ Иванъ Васильевичъ Лешко-Попель.
Авторъ настоящаго очерка, приступая къ своему скромному
труду, обратился къ обывателямъ города Екатеринослава съ
просьбой подѣлиться личными воспоминаніями о незабвенномъ
врачѣ-идеалистѣ и на свой призывъ получилъ множество писемъ,
свидѣтельствующихъ о высокихъ душевныхъ качествахъ Ивана
Васильевича. Въ мѣстныхъ газетахъ было напечатано много
статей, посвященныхъ скорбнымъ днямъ прощанія населенія
города съ «другомъ бѣдныхъ».
По своимъ воспоминаніямъ, а также выбравъ изъ писемъ
наиболѣе характеризующія личность покойнаго и воспользовав­
шись частію газетнаго матеріала, авторъ составилъ, на сколько
сумѣлъ, біографическій очеркъ всей жизни святого доктора и
свой трудъ представляетъ благосклонному вниманію читателя.

Авторъ.

7

I.

На Тихой улицѣ.
О милыхъ спутникахъ, которые нашъ свѣтъ
Своимъ сопутствуемъ для насъ животворили.
Не говори съ тоской: „ихъ нѣтъ“,
Но съ благодарностію: „были!“
В. А. Жуковскій.

ринадцатаго декабря 1903 года
въ екатеринославскихъ мѣст­
ныхъ газетахъ появилась за­
мѣтка: «Извѣстный въ городѣ
военный врачъ И. В. ЛешкоПопель серьезно занемогъ. Мно­
гочисленные паціенты заболѣв­
шаго врача изъ бѣднѣйшей части
городского населенія буквально
осаждаютъ квартиру, справля­
ясь о здоровьи Ивана Василь­
евича» и вслѣдъ за этой замѣт­
кой въ тотъ же день какъ гро­
момъ всѣхъ поразила ужасная
вѣсть:
«Иванъ
Васильевичъ
умеръ». Это сообщеніе мигомъ
облетѣло весь городъ, и уже
съ самаго утра у квартиры по­
койнаго, горячо любимаго всѣ­
ми врача-человѣка, стали соби­
раться его многочисленные па­
ціенты. Здѣсь были преимуще­
ственно бѣдняки всѣхъ вѣроисповѣданій. Къ 11 часамъ утра
сосредоточилась такая огромная толпа, что потребовался на­
рядъ полиціи и посѣтителей пропускали въ домъ по очереди.
Плачъ и глухіе стоны все время раздавались въ толпѣ, кото­
рая не рѣдѣла до вечера. Всѣ молча проходили къ усопшему,

Æ 1.

„ВОЙНА и МИРЪ“

81

Памяти военнаго врача-гуманиста.

цѣловали его холодныя руки и съ подавленными рыданіями
уходили, уступая мѣсто другимъ посѣтителямъ. По скончав­
шемся въ нѣсколькихъ мѣстахъ были отслужены панихиды.
Наступилъ вечеръ груст­
наго тринадцатаго декабря.
Врачи города Екатеринослава
съ душевнымъ прискорбіемъ извѣщаютъ о смерти Незаб­
Темно на Тихой улицѣ.
веннаго товарища
Издалека мелькаетъ от­
Ивана Васильевича
свѣтъ фонарей, чуть слыш­
/ІЕШКО-ПОПЕ/ІЯ
но доносится гудѣніе трам­
Выносъ тѣла 14-го декабря въ 12 ч. дня въ женскій.монас­
тырь, погребеніе 15 декабря въ 9 ч. утра.
вая. Жизнь не доходитъ
-сюда, да она была бы и
безсильна сегодня здѣсь,—
Изъ газетныхъ объявленій.
здѣсь царство смерти. Около небольшого домика, отдѣленнаго
заборомъ отъ улицы, толпа народа. Фигуры кажутся черными.
Онѣ неслышно передвигаются—точно скользятъ, разговарива­
ютъ шопотомъ, точно боясь разбудить кого-то. Чего вы боитесь?Онъ не спитъ,—онъ умеръ. Пойдемте за мною по этому
скользкому досчатому тротуару къ широко открытымъ дверямъ
бѣдной квартиры того человѣка, который не собиралъ золо­
тыхъ сокровищъ, потому что
азйявзшзняг імяиминитіннтм
былъ слишкомъ богатъ ду•fr
шевными. Вотъ онъ лежитъ
въ гробу, усѣянномъ цвѣта- |
МИ, СЛОЖИВЪ СВОИ трудовыя
руки. Лобъ нахмуренъ. Ка- | Редакція „Приднѣпровскаго Края" в
Редакція „Придвѣпровскаго Края" в
жегся, что умершій еще си- g служащіе
служащіе типографіи
типографіи М.
М. С.С. Копылова
Копылова
лится разгадать ту загадку, I извѣщаютъ о кончинѣ любвеобиль
любвеобиль-­
наго
предъ которой въ смущеніи а
иаго врача-человѣка
врача-человѣка
останавливались величайшіе !
умы. Но для него тамъ, за g
преградой гроба, должно быть
все просто, все ясно, какъ g
*■
ȴ***
Выносъ тЬла-І4-го декабря, въ 12 час. дня, аъ
проста и ясна была его жизнь. ч
| жененій
’вонаегырь.
ѣла"І4'Г0пПогребеніе
д6иабра'въ-15-го
'2 ча<декабрямъ
’- Т *' ь|Ш®
жененіи монастырь.
-І5-го декабря,в
8 ч.асовъ
часовъ'утра.
8
Онъ боролся весь свой вѣкъ
9
’утра.
со смертью и палъ на полѣ мяпвммшаяиЕввшшвашямжі
■ввтавмвваиЕввв^вашшЕМ»
битвы, какъ и слѣдуетъ—рыизъ
Изъ газетныхъ
газетныхъ объявленіи.
объявленіи.
царемъ своего долга. Эта самая смерть, которую онъ столько разъ
лишалъ жертвы, теперь сама коснулась его своимъ ядовитымъ
жаломъ, и онъ лежитъ съ неподвижно сложенными руками въ
позѣ человѣка, свершившаго свой трудъ, окончившаго свою
работу. Онъ опочиваетъ, а около проходятъ люди. Многимъ
онъ спасъ жизнь, многимъ вернулъ дѣтей, многихъ оставилъ

g
I

g

ИВАНА ВАСИЛЬЕВИЧА !
лвшко-пошя.
ЛЕШКи'ПиІіЕЛл I

ыѵідздшмі g

7*

82

„ВОЙНА и МИРЪ“

№ U

Памяти военнаго врача-гуманиста.

семьѣ... Вотъ кто-то зарыдалъ глухо, безпомощно. «УходитеГ
Ухрдите!» говорятъ кругомъ, будто эти рыданія могутъ потре­
вожить его покой.—Умеръ на операціи! Отъ зараженія крови.
Не пожалѣлъ себя.—Да развѣ онъ когда-нибудь боялся чегонибудь? Мы позвали его ночью въ мятель — пріѣхалъ! Хилая
старушка съ красными отъ слезъ глазами добавляетъ: <Къ намъ
на балку пріѣхалъ, посмотрѣлъ внука, сталъ ѣздить. Ничего
не бралъ за это!..»
И разсказы слѣдуютъ одинъ за другимъ. Монотонное пѣніе
псаломщика сливается съ этимъ говоромъ любви людей, кото­
рые бросили все и пришли сюда взглянуть на тѣло спасав­
шаго имъ жизнь.
Въ передней собираютъ на памятникъ. Есть большія суммы,,
но ихъ немного, а все больше рубли, трудовые рубли, кото­
рыхъ онъ не бралъ, когда былъ живъ. <Не жертвуемъ, долгъ
платимъ!» говоритъ, шамкая, старикъ и кладетъ рубль.
А народъ все идетъ. Не шевельнется онъ въ гробу, не от­
зовется больше на призывъ больного или стонъ умирающаго:
онъ далеко отъ насъ, но вмѣстѣ съ тѣмъ и близко, потому
что онъ въ Богѣ, а Богъ съ нами всюду и вездѣ...

Собственноручное письмо И. В—ча 5а нѣсколько дней до смерти.

„ВОЙНА и МИРЪ“

1.

83

Памяти военнаго врача-гуманиста.

II.

На жизненномъ пути.

Какъ маяки въ пустынѣ водной
Намъ лучезарные умы
Роняютъ смѣло свѣтъ свободный
Въ хаосъ ничтожества и тьмы!
Но жизнь бы холодомъ знобила,
Но жизнь бы мудростью томила,
Какъ скучной сказкой безъ конца,
Когда бъ не грѣли пасъ- лучами,
Когда бъ не бились рядомъ съ нами
Другія,—добрыя сердца!
К. ІИ. Фофановъ.

акъ же свершалъ свой
жизненный путь врачъидеалистъ, оплакиваемый
бѣднымъ людомъ?
Иванъ Васильевичъ
Лешко - Попель родился
въ г. Рогачевѣ 5-го сен­
тября 1860 г. Среднее
образованіе получилъ въ
могилевской
гимназіи.
Его безконечная добро­
та и удивительная мяг­
кость характера сильно
привязывали къ нему его
товарищей по гимназіи,
я
наперерывъ другъ пе­
редъ другомъ старавшихся заполучить къ себѣ И. В. гостемъ на каникулярное
время. Обладая далеко не большими средствами, И. В. долженъ
■былъ заниматься репетиторствомъ, не дававшимъ ему, тѣмъ

л

84

„ВОИНА и МИРЪ“

Л» 1

Памяти военнаго врача-гуманиста.

не менѣе, особенной поддержки, такъ какъ онъ всегда умуд-"
рялся обезпечить себя прежде всего нѣсколькими безплатными
уроками, отъ которыхъ, конечно, другіе отказывались. Товари­
щи гимназисты не запомнятъ, чтоб
маленькій Ваня Попель
когда-нибудь кого-нибудь ударилъ, дразнилъ или иначе какъ
обидѣлъ. Напротивъ, чѣмъ кто былъ слабѣе, тѣмъ онъ болѣе
съ нимъ дружилъ. Если кого другіе товарищи обижали, вы­
смѣивали, дразнили,— съ тѣмъ Попель особенно былъ ласковъ,,
ходилъ съ нимъ подъ руку, игралъ. Кто былъ мало способенъ
и не успѣвалъ,—тѣмъ Попель старался всячески помочь, об­
легчить занятія.—Пожалуйста, будемъ учить вмѣстѣ,—проситъ
кого-нибудь изъ малоуспѣвающихъ Попель.—Мнѣ легче, если
кто-нибудь со мною учитъ. Товарищъ соглашался. Начинали
читать одинъ другому. Усвоивъ заданное, Попель опять про­
силъ:—Будь добръ, выслушай меня. Тотъ слушалъ, а Попель
старался говорить какъ можно подробнѣе и понятнѣе. Това­
рищъ, выслушавъ, къ великой своей радости, убѣждался, что
онъ и самъ хорошо все знаетъ.—А ну, выслушай теперь ме­
ня,—весело говоритъ онъ. Попель слушаетъ и въ заключеніе
благодаритъ:—Вотъ и хорошо. Спасибо, что помогъ мнѣ вы­
учить урокъ. Вдвоемъ мнѣ всегда легче. И каждый день Ваня
Попель кого-нибудь такъ благодаритъ. Съ годами, въ стар­
шихъ классахъ гимназіи Попель дѣлается уже заправскимъ
репетиторомъ. Онъ имѣетъ нѣсколько уроковъ съ учениками
младшихъ классовъ, но «чудачество» Ивана Попеля сказы­
вается и тутъ. Въ то время, какъ другіе товарищи Попеля
по репетиторству получаютъ дорогіе, хорошо оплачиваемые
уроки—Иванъ Попель ухитряется взять уроки за гроши, да
еще гдѣ-нибудь три-четыре часа въ недѣлю занимается да­
ромъ.—Что жъ бѣдному малышу дѣлать?—смущенно поясняетъ
Попель, когда ему смѣются надъ его доходами съ уроковъ.
Неужели, если у его отца нѣтъ лишнихъ десяти рублей въ
мѣсяцъ, такъ ему и терять лишній годъ напрасно? Бѣдному-то,
братъ, время еще дороже, чѣмъ богатому!
Окончивъ гимназическій курсъ въ 1879 году, онъ въ томъ
же году поступилъ на естественный отдѣлъ физико-математи­
ческаго факультета с.-петербургскаго университета, по окон­
чаніи курса котораго, въ 1883 году, перешелъ на 3-й курсъ
военно-медицинской академіи. Въ университетѣ Иванъ Василь­
евичъ занимался уроками съ тѣмъ же матеріальнымъ успѣ­
хомъ: времени на нихъ тратилъ много, зарабатывалъ мало.—
Въ большихъ деньгахъ соблазну много, — добродушно шутилъ

jV 1.

„ВОИНА и МИРЪ“

85

Памяти военнаго врача-гуманиста.

онъ. — Станешь много получать, всякая блажь въ голову по­
лѣзетъ. Меньше получать для . души полезнѣе. Изъ своихъ
скудныхъ грошей Иванъ Васильевичъ еще частенько помогалъ
другимъ товарищамъ, кто оставался безъ всякаго заработка.—
Ты Попель, богачъ, капиталистъ,—смѣялись товарищи,—у тебя
всегда есть свободныя деньги.—Богатъ не тотъ, у кого много
денегъ,—отшучивался Иванъ Васильевичъ,—а кто мало тра­
титъ.
Домой, однако, на родину, Попель возвращался всегда «на­
легкѣ», какъ онъ самъ говорилъ: денегъ ни копейки, только
доѣхалъ, и бѣлья никакого. Что есть на себѣ; остальное, сколько
бы мать съ осени ни справила,—все Иванъ Васильевичъ раз­
дастъ за зиму товарищамъ.—Гдѣ твои вещи Ваня?—спрашивали
его встрѣчающіе.—Ошпіа шеа mecum porto (все мое съ собой
ношу, — какъ говорилъ древній мудрецъ) смѣется Попель. —
Лишнія вещи—одна обуза въ дорогѣ. Безъ нихъ, такъ, «на­
легкѣ» гораздо удобнѣе. Даже злоупотребленія его добротою
не вызывали осужденія съ его стороны: въ одинъ изъ своихъ
пріѣздовъ домой на каникулярное время онъ встрѣтилъ вече­
ромъ, около своего дома, оборваннаго, голоднаго нищаго; боясь
ввести его въ домъ,, чтобы не вызвать, быть можетъ, нарека­
ній со стороны домашнихъ, онъ отвелъ нищаго на сѣновалъ,
накормилъ его своимъ ужиномъ и, такъ какъ ночь была до­
вольно холодная, а нищій дрожалъ въ своихъ лохмотьяхъ,
принесъ ему кое-что изъ своего платья, обѣщавъ утромъ при­
нести вновь поѣсть. Утромъ, когда не оказалось, конечно, ни
нищаго, ни платья и домашніе стали укорять его за легкомы­
сленное довѣріе къ первому встрѣчному, И. В., въ отвѣтъ на
всѣ укоры, сказалъ только: «Вѣроятно этому бѣдняку ужъ
очень нужно было платье, если онъ его взялъ!»
Когда Лешко-Попель перешелъ въ военно-медицинскую ака­
демію,—здѣсь ему матеріально пришлось еще тяжелѣе. Частные
уроки приходилось сокращать: некогда было. Занятія запол­
няли все время. Предметы были обширные, спрашивались,
строго. Товарищи иной разъ роптали на профессоровъ за стро­
гости. Лешко-Попель всегда былъ за строгость.—Если бы я
былъ профессоромъ,—-говорилъ онъ, — я строго бы съ ними
обращался. Помилуйте, доктору ввѣряется самое дорогое,—
жизнь человѣка. Какія тутъ снисхожденія! Требуются самыя
точныя и полныя знанія.
Будучи уже студентомъ старшихъ классовъ военно-медицин­
ской академіи, онъ, пріѣзжая домой на каникулярное время-,

86

„ВОЙНА и МИРЪ“

Де 1.

Памяти военнаго врача-гуманиста.

ходилъ по окраинамъ города, выискивая бѣдныхъ больныхъ,
лѣчилъ ихъ и помогалъ чѣмъ могъ. Бывали случаи, когда
больному, не желавшему дать себѣ вскрыть нарывъ или сдѣлать
какую-либо другую операцію и подвергавшему себя изъ-за этого
опасности, онъ давалъ изъ своихъ средствъ полтинникъ—рубль
за согласіе подвергнуться операціи и тѣмъ, противъ воли невѣ­
жественнаго больного, избавлялъ его отъ недуга. Во время
студенчества на четвертомъ курсѣ онъ нашелъ себѣ <наслѣдника>. Какъ-то подъ его кураторствомъ (наблюденіемъ) лежала
въ клиникѣ тяжело больная, служившая въ кухаркахъ. Надежды
на выздоровленіе было мало. Это чувствовала и сама больная и
очень убивалась. — Не себя жалко, а сына,—плакала она.—
Мальчику девять лѣтъ. Что съ нимъ будетъ? Горе больной тро­
нуло Попеля. Онъ утѣшалъ ее, разспрашивалъ и разъ сказалъ:—
Что тебѣ легче было бы, если бы ты знала, что твой мальчикъ
устроенъ?—Родной мой, да я бы тогда умерла съ молитвой
Богу, съ миромъ на сердцѣ.—Такъ не бойся, тетка Ирина: я
возьму твоего Костю.—Да ты шутишь?—не смѣла вѣрить
больная. — Вѣрное слово! — Спаси тебя Христосъ. Теперь и
смерть не страшна. Тебѣ вѣрю и спокойна за сына. На дру­
гой день къ вечеру больная умерла, а на слѣдующее утро
Иванъ Васильевичъ привелъ Костю къ своей квартирной хо­
зяйкѣ:—Дарья Ивановна, вотъ вамъ еще нахлѣбникъ. Примите
и его, какъ меня.
Спалъ Костя въ тѣсной каморкѣ Попеля на сундукѣ, и за
харчи его Иванъ Васильевичъ платилъ шесть рублей изъ
своихъ послѣднихъ грошей.
12 ноября 1886 г. И. В. окончилъ курсъ военно-медицинской
академіи и получилъ званіе врача, которое онъ высоко цѣнилъ и
ввей своей послѣдующей жизнью и смертью заставилъ также цѣ­
нить другихъ. 30 ноября того же 1886 года И. В. былъ зачи­
сленъ младшимъ врачомъ въ 54 резервный кадровый баталіонъ,
переименованный впослѣдствіи въ 210 Перекопскій резервный
баталіонъ (нынѣ полкъ). Послѣ двухмѣсячнаго отпуска, про­
веденнаго на родинѣ, онъ пріѣхалъ въ Екатеринославъ 7 фев­
раля 1887 года. Съ этого момента началась врачебная дѣятель­
ность И. В.,—^дѣятельность, доставившая ему общую любовь какъ
въ баталіонѣ, такъ и всего населенія города. Солдаты боготворили
И. В. за его ласковое, внимательное къ нимъ отношеніе, за заботы
о ихъ здоровьѣ. Нижнихъ чиновъ, заболѣвшихъ тяжкимъ неду­
гомъ, И. В. посѣщалъ въ лазаретѣ по нѣсколько разъ въ день,
часами просиживая у ихъ постели. Нерѣдко привозилъ съ

Л» 1.

„ВОЙНА и МИРЪ“

87

Памяти военнаго врача-гуманиста.

собою пріобрѣтенныя для нихъ въ частныхъ аптекахъ, на его
личныя средства, дорогія лѣкарства, на которыя не положено
-отпуска отъ казны. Бывали случаи, что солдаты другихъ
воинскихъ частей, расположенныхъ въ томъ же городѣ, на­
слышавшись о мягкомъ сердцѣ И. В-ча, направлялись на
амбулаторный осмотръ не въ свои лазареты, а къ И. В-чу,
чѣмъ, конечно, значительно увеличивали и безъ того большое
число его обязательныхъ безплатныхъ паціентовъ. И, В. ихъ
терпѣливо выслушивалъ и никогда не отказывалъ въ помощи.
Съ возникновеніемъ въ городѣ отдѣленія С.-Петербургскаго
врачебнаго общества взаимной помощи И. В. состоялъ непре­
рывно однимъ изъ трехъ судей чести, для избранія въ кото­
рые, кстати сказать, необходимо полученіе не менѣе 2/3 голо­
совъ общаго собранія. Несмотря на громадную работу, какъ
•только учредились въ городѣ ночныя дежурства врачей, И. В.
сейчасъ же заявилъ, что считаетъ своимъ нравственнымъ
долгомъ принять въ нихъ участіе и всегда съ величайшей
аккуратностью безвозмездно исполнялъ обязанности дежурнаго
врача.
Въ Екатеринославѣ И. В. пробылъ 17 лѣтъ. Эти семна­
дцать лѣтъ были временемъ непрестаннаго его горѣнія. Иванъ
Васильевичъ не зналъ ни отдыха, ни праздниковъ, ни знако­
мыхъ. Съ утра, съ семи часовъ, у него начинался пріемъ.
Толпились бѣдняки, рабочіе, кузнецы, слесаря и другая масте­
ровщина, торговки-бабы, прачки, еврейская нищета. ЛешкоПопель всѣхъ осмотритъ внимательно, ободритъ, утѣшитъ,
пропишетъ рецептъ, частенько тутъ же сунетъ и на лѣкарство.
Послѣ пріема отправляется на визиты. Худенькая, тощая фи­
гура скорыми шагами колеситъ городъ изъ конца въ конецъ.
Тоненькое военное пальто не всегда застегнуто. Некогда.
День такъ коротокъ, а больныхъ такъ много, и все въ раз­
ныхъ концахъ города, на окраинахъ. Попозже завелся велоси­
педъ, и та же тощая фигурка, покашливая, стала вѣтромъ но­
ситься по городу.—Иванъ Васильевичъ,—спрашивали его гдѣнибудь у состоятельныхъ паціентовъ подъ вечеръ,—не пообѣ­
даете ли съ нами?—Некогда. А не дадите ли тамъ чего-нибудь
кусочекъ на скорую руку?—спрашивалъ, торопясь, ничего весь
день не ѣвшій докторъ.
Одна изъ постоянныхъ паціентокъ Ивана Васильевича не
выпускала его отъ себя, пока онъ не съѣстъ кусокъ бифштекса
и не выпьетъ стаканъ кофе или чая.—Не накорми его голубчика,
онъ и объ ѣдѣ совсѣмъ забудетъ!

88

„ВОЙНА и МИРЪ“

Л» X,

Памяти военнаго врача-гуманиста.

Домой Иванъ Васильевичъ возвращался поздно и бывалъвконецъ измученъ. Камнемъ падалъ въ постель и крѣпко за­
сыпалъ, а частенько ночью звонокъ—и бѣднота издалека, съ
окраинъ, изъ-за балки, проситъ Ивана Васильевича. Ближайшіе
врачи не идутъ. Измученный Лешко-Попель встаетъ и идетъ.
На утро, съ семи часовъ, новый пріемъ и новые визиты. И
такъ семнадцать лѣтъ. Разъ только какъ-то близкимъ друзьямъ
удалось залучить Ивана Васильевича къ себѣ на семейный
праздникъ. Онъ пробылъ весь вечеръ и даже поигралъ въ пре­
ферансъ. Послѣ И. В. долго съ удовольствіемъ вспоминалъ
этотъ вечеръ.—Пріятно провелъ время. Но сейчасъ же доба­
влялъ: — Не хорошо только, что я сидѣлъ безъ дѣла и дажеза картами, а въ это время кому-нибудь можно было бы по­
мочь. Другой разъ, по веснѣ, когда все было въ цвѣту п
воздухъ благоухалъ, знакомые увидѣли въ городскомъ саду Попеля. Онъ былъ здѣсь по дѣлу (хлопоталъ объ устройствѣ
благотворительнаго вечера въ пользу бѣдныхъ). — Присядемъ,,
докторъ. По усталому, блѣдному лицу доктора пробѣжала
улыбка: — Да, хорошо присѣсть, отдохнуть. Но взглянулъ на
часы и побѣжалъ дальше.—Некогда. Больныхъ у меня сегодня
много.
Практика Ивана Васильевича была большая и у богатыхъ.
Онъ зарабатывалъ здѣсь много. При желаніи могъ бы соста­
вить большое состояніе. Но онъ не могъ. — У нашего Ивана
Васильевича дырявые карманы,—говорили близкіе друзья. Все,
что получалъ Иванъ Васильевичъ у богатыхъ, онъ несъ
бѣднымъ.
Приходитъ бѣдная дѣвочка - школьница съ испитымъ зеле­
нымъ лицомъ.—Малокровіе. Попель прописываетъ желѣзо.—
Принимайте передъ ѣдой. — А передъ чаемъ можно? — Боже
сохрани. Чай и желѣзо выйдутъ чернила!—Какъ же быть?—
недоумѣваетъ тощая крошка. — Мы съ мамой никогда не обѣ­
даемъ, пьемъ только чай съ ситнымъ. Докторъ даетъ пакетъ.—
Передай мамѣ на мясо. Тамъ три рубля. Потомъ швея—вдова
съ дочерью два мѣсяца получаетъ мясо изъ мясной ежедневно.
Приносятъ и говорятъ: <3аплачено>. Не было той услуги, того
одолженія, какихъ не былъ готовъ исполнить Лешко - Попель.
лишь бы чѣмъ-нибудь и какъ-нибудь помочь больному, облег­
чить положеніе его и окружающихъ. Напримѣръ, у одной изъ
учащихъ въ городской школѣ Екатеринослава была взрослая
больная дочь. Мать свезла больную къ университетскимъ про­
фессорамъ. Тѣ осмотрѣли и нашли чахотку въ послѣдней сте­

№ 1.

„ВОЙНА il МИРЪ“

89

Памяти военнаго врана-гуманиста.

пени. Смерть неизбѣжна, но, чтобы не пугать больную, они
прописали какіе-то порошки, послали ее домой и сказали:—
Цройдетъ: пусть только докторъ время отъ времени присма­
триваетъ. Вернулись мать и дочь домой, въ Екатеринославъ.
Дочери надоѣли осмотры, и она сказала, что другого доктора,,
кромѣ Лешко-Попеля, она и видѣть не хочетъ. Мать не знала,
какъ быть: Лешко-Попель жилъ отъ нихъ на другомъ концѣ
города. Одни извозчики, что будутъ стоить. А средствъ нѣтъ
никакихъ. Только и дышатъ поддержкой, что столуютъ семи­
наристовъ, тоже бѣдняковъ, съ которыхъ много не получишь.
Однако дочери хуже и хуже. Пришлось идти къ Попелю.—
Докторъ, — говорила бѣдная мать,—моя дочь приговорена къ
смерти. Помочь ей нельзя. Будьте добры, придите разокъ, чтобы
ободрить ее. Попель въ тотъ же день пришелъ. Утѣшилъ, обод­
рилъ, успокоилъ больную. Та радовалась какъ ребенокъ. Го­
ворила доктору: <Вы только пришли, а мнѣ уже легче». При
уходѣ мать суетъ Попелю въ руку какую-то бумажку. Попель
мягко отстраняетъ:—Не дѣлайте этого ни сейчасъ, ни послѣ.
Какъ послѣ?—удивляется мать. — Развѣ еще разъ придете?
Вѣдь бѣдняжкѣ ничѣмъ нельзя помочь.—Помочь нельзя, но
облегчить ея послѣдніе дни можно. Вы видѣли, какъ она обра­
довалась приходу доктора. Ей одно появленіе доктора даетъ
надежду. Не будемъ эту надежду отнимать. Я буду каждыйдень заходить на минутку.—Зачѣмъ каждый день?—смущенно
говорила несчастная мать.—Мы будемъ вамъ безконечно благо­
дарны, если вы раза два въ недѣлю заглянете къ намъ. И то
такую даль отъ васъ до насъ тащиться. Докторъ, однако, на­
стоялъ на своемъ и ходилъ до самой смерти больной каждый
день, а больная, задыхаясь отъ кашля, увѣренно говорила ма­
тери:;—<Ты не безпокойся, мама, что кашляю. Это пустяки?
Видишь, Иванъ Васильевичъ ходитъ каждый день. Если бы не­
было надежды, зачѣмъ бы онъ тратилъ напрасно время?»
Мать, та, конечно, знала истину и не разъ, благодаря, гово­
рила:—Зачѣмъ вы напрасно на насъ тратите столько вре­
мени.—Не напрасно, если можно дать больной хоть скольконибудь радости! И ради этой радости другимъ Иванъ Василье­
вичъ былъ готовъ на все. Лѣчилъ онъ въ одной семьѣ ре­
бенка. Ребенокъ былъ слабенькій, нервный, болѣзненный. По­
сѣщать приходилось часто. За время лѣченья онъ очень при­
вязался къ доктору. Приглашаютъ разъ Попеля въ эту семью
вечеромъ. Ребенокъ слабъ, возбужденъ и не хочетъ спать, а
сонъ необходимъ. Попель проситъ всѣхъ уйти изъ спальни

90

„ВОЙНА и МИРЪ“

А» 1.

Памяти военнаго врача-гуманиста.

ребенка, остается одинъ съ нимъ. Затѣмъ снимаетъ сюртукъ,
сапоги и ложится на постель няньки. Ребенокъ радъ, что съ
нимъ вмѣстѣ будетъ спать <дядя доктолъ», и начинаетъ весело
бить въ ладоши. Тогда докторъ беретъ его къ себѣ, кладетъ
рядомъ на постель и начинаетъ сначала разсказывать сказку,
а потомъ напѣвать пѣсенку. Ребенокъ слушалъ слушалъ и за­
снулъ. Попель пождалъ, слышитъ—ребенокъ дышитъ спокойно,
всталъ и тихонько вышелъ на цыпочкахъ. — Спитъ. Теперь и
мнѣ можно идти спать,—утомленнымъ голосомъ сказалъ раз­
битый за день докторъ.
Зовутъ Ивана Васильевича къ кузнецу на балку, на край
города. Семья самъ-семь. Кузнецъ въ ревматизмѣ, а другихъ
работниковъ въ семьѣ нѣтъ. Живутъ въ хибаркѣ. Хибарка
холодная, сырая. Со стѣнъ течетъ. Какъ тутъ лѣчить ревма­
тизмъ? Надо перемѣнить квартиру, а выѣхать не съ чѣмъ. Че­
резъ три дня найдена сухая квартира.. За нее заплачено за
полгода впередъ. Это прописалъ докторъ Попель.
Лѣчилъ Иванъ Васильевичъ трудно больного офицера. Жа­
лованье'скромное, а семья большая. Дѣти растутъ, ходятъ въ
гимназію, надо платить. Подходитъ срокъ взноса,—денегъ ни
рубля. Попель беретъ прощеніе и ѣдетъ къ начальницѣ гим­
назіи съ ходатайствомъ освободить дѣвочку офицера отъ платы
за ученіе. Начальница пообѣщала похлопотать въ коми­
тетѣ. Семья офицера тревожится: — Вдругъ откажутъ? При­
дется брать дѣвочку изъ гимназіи. Дня черезъ три - че­
тыре начальница, чувствуя себя не совсѣмъ хорошо, про­
ситъ вечеркомъ заѣхать къ ней. Попель пріѣзжаетъ около 11
часовъ вечера усталый, блѣдный, голодный, доведенный чуть
не до обморока. Начальница встрѣчаетъ:—Поздравляю. Вашей
дѣвочкѣ удалось устроить стипендію. Попель осмотрѣлъ го­
ворившую больную, затѣмъ поднялся и сталъ прощаться.
Начальница ему:—Куда вы? Посидите, передохните немного.
На васъ лица нѣтъ.—Простите, некогда. Надо обрадовать ро­
дителей.—Какъ? Сейчасъ? Да вѣдь они отъ васъ совсѣмъ на
другомъ концѣ города. Вы о себѣ не думаете. Уѣзжайте спать.
Завтра скажете.—Нѣтъ,—возражаетъ Попель.—Надо сейчасъ
ѣхать. Одной ночью безпокойства у нихъ меньше будетъ.
Посовѣтовалъ И. В. одной больной женщинѣ принимать ванны.
Бѣдная женщина рукой махнула. Гдѣ ужъ тутъ думать о ваннѣ,
когда въ домѣ нѣтъ кастрюли, чтобы сварить что - нибудь.—
Все-таки ванны необходимы,—твердо заявилъ И. В. и уѣхалъ.
Бѣдная женщина осталась въ отчаяніи. Каково же было ея

№ 1.

„ВОИНА и МИРЪ“

91

Памяти военнаго врача-гуманиста.

удивленіе, когда черезъ часъ подъѣхалъ на извозчикѣ Иванъ
Васильевичъ, а на козлахъ лежала новая ванна.
Въ другой разъ И. В—ча позвали ночью куда-то на окраи­
ну города.
Пріѣхавъ и осмотрѣвъ больную, онъ велѣлъ немедленно
добыть изъ аптеки льняного сѣмени. Встревоженный мужъ
помчался самъ въ аптеку, ибо прислуги, по бѣдности, въ
семьѣ не было. Прибѣжавъ обратно, онъ увидѣлъ на столѣ
кипящій самоваръ. Конфузясь, онъ спрашиваетъ доктора:—Кто
поставилъ самоваръ? И. В—чъ, улыбаясь, отвѣтилъ:—Что жъ,
развѣ это такъ трудно? Я самъ его поставилъ....
Поздней осенью ночью зовутъ И. В—ча на отдаленную
улицу, зоветъ бѣднякъ, у котораго нѣтъ денегъ на извозчика,
да и извозчика-то за позднимъ временемъ не достанешь. Ночь
темная, на улицѣ грязно. Идетъ И. В—чъ съ бѣднякомъ по
безлюднымъ улицамъ. Пришли. Видитъ И. В—чъ—необходимъ
ледъ. Спрашиваетъ:—Есть ледъ?—Гдѣ же ему быть? Ледника,
нѣтъ. Да если бы и былъ, хозяинъ не дастъ...—Пойдемъ!—ска­
залъ И. В—чъ, и оба поплелись обратно къ дому И. В—ча.

Домъ И. В. Лешко-ІТопѳля.

Тамъ, зажегши фонарь и взявъ ведро, И. В—чъ самъ опу­
стился въ свой ледникъ; нарубилъ льду и вмѣстѣ съ бѣдна-

92

„ВОЙНА и МИРЪ«

№,1.

Памяти военнаго врача-гуманиста.

комъ, призывавшимъ, сквозь слезы благодарности, на врача
благословеніе неба, отправился снова къ больной.
И нѣтъ конца подобнымъ разсказамъ о великомъ, безгранично
любившемъ всѣхъ страдальцевъ, сердцѣ этого рѣдкаго человѣка.
Тамъ онъ доставлялъ топливо, тамъ оставлялъ незамѣтно на
столѣ золотую монету—и все это тихо, безшумно, единственно
по побужденію своего чистаго сердца.
Характерно его отношеніе къ прислугѣ, къ денщику. Когда
бы и сколько бы ни будили ночью И. В — ча, онъ старался
обойтись безъ услугъ своего солдата, не желая будить его. И
самъ одѣвался, самъ запиралъ и отпиралъ двери, тщательно
охраняя заслуженный покой своего слуги.
Незадолго до кончины И. В—ча во время пріема боль­
ныхъ, къ нему обратилась вся въ слезахъ бѣдная вдова: < Я
здорова, докторъ, и дѣти мои здоровы, но мнѣ нечѣмъ кор­
мить своихъ пятерыхъ дѣтей. Совѣтуютъ мнѣ купить корову
и продажей отъ нея молока поддерживать семью, но у меня
недостаетъ 15 рублей». Иванъ Васильевичъ тотчасъ же далъ
ей нужную сумму и тѣмъ осушилъ слезы вдовы и ея дѣтей.
Случилось разъ доктору быть у одной старухи - еврейки.
Крайнее истощеніе. Нужно не лѣченіе, а питаніе.—Сварите
сейчасъ же супъ изъ курицы и давайте больной. Супъ! Дома
не было хвоста селедки. Иванъ Васильевичъ садится на сталь­
ного коня, мчится въ городъ и покупаетъ курицу. Этого мало.
Старуха-еврейка —правовѣрная, ие станетъ ѣсть мяса, если оно
не одобрено рѣзникомъ. Докторъ разыскиваетъ рѣзника, про­
ситъ его скорѣй зарѣзать курицу и выдать удостовѣреніе. Ку­
рица зарѣзана, удостовѣреніе въ карманѣ, еврейка сыта и
докторъ Попель счастливъ. Съ довольной улыбкой онъ покаш­
ливаетъ и ѣдетъ къ другимъ такимъ же бѣднякамъ.
— Самому бы не мѣшало хорошенько полѣчиться,__ гово­
рили друзья, смотря на его заморенное тѣло.—Главное же—
отдохнуть бы. Кашляетъ все.
Уговорили разъ близкіе друзья. Зазвали въ имѣніе на от­
дыхъ. Пріѣхалъ Иванъ Васильевичъ, оглядѣлся. Кругомъ по
деревнямъ больные. Сталъ лѣчить,—народъ повалилъ. Вышло
хуже города. — Поѣзжайте, Иванъ Васильевичъ, съ Богомъ
лучше въ городъ!
’
Тѣ же добрые позаботились и о семьѣ Ивана Васильевича.
< У мретъ бѣдняга,—думали они,—куда дѣнутся жена и дѣти. А
самъ вѣдь не подумаетъ». Была одна знакомая, больная ста­
рушка со средствами. Чувствуетъ, что не долго жить. Какъ-

Jfe 1.

„ВОИНА п МИРЪ“

93

Памяти военнаго врача-гуманиста.

то и проситъ: — Иванъ Васильевичъ, дорогой! Вездѣ вы ко­
лесите по городу. Приглядите мнѣ въ сторонѣ тихій уютный
домикъ съ садикомъ тысячъ на десять. Докторъ нашелъ. Ста­
рушка купила. Прошло немного, она умерла. Вскрыли завѣ­
щаніе: домъ завѣщанъ Ивану Васильевичу Попелю. Иванъ
Васильевичъ зажилъ въ своемъ домикѣ. Но отдохнуть ему не
пришлось. Среди разгара работы онъ заболѣлъ. По обыкно­
венію, не обратилъ вниманія на свою болѣзнь, а когда сва­
лился—было уже поздно.

Тихая улица.

Иванъ Васильевичъ Лешко-Понель былъ врачъ - идеалистъ,
онъ былъ христіанинъ въ самомъ высокомъ смыслѣ этого сло­
ва.—Чудакъ! говорили о немъ знакомые.—Оригиналъ!—добав­
ляли другіе. — Развѣ можно такъ работать, какъ онъ, и для
чего? Онъ не думаетъ о своемъ будущемъ, совершенно не
заботится о своей семьѣ. Ивеѣ смотрѣли на этого <чудака> съ
полуулыбкой, которой онъ, конечно, не замѣчалъ или не хо­
тѣлъ замѣчать, опять таки въ силу своей безконечной доброты.
.Докторъ выѣзжалъ на практику и бралъ съ собою столько
денегъ, сколько въ данный моментъ у него было. Самые ужасные вертепы, углы, ночлежные дома — ничто не вызывало въ

94

„ВОИНА и МИРЪ“

Л» 1.

Памяти военнаго врача-гуманиста.

немъ отвращенія. Онъ безбоязненно опускался <на дно> в
работалъ тамъ, не покладая рукъ. — Охота вамъ, — говорили
ему. — А какъ же иначе? — говорилъ онъ съ удивленіемъ въ
голосѣ.—Я врачъ! И званіе свое онъ ставилъ такъ же высоко,
какъ это дѣлаетъ ревностный пастырь. Послѣдній исцѣляетъ
душу, первый тѣло. Зато съ какой удивительной любовью
встрѣчали доктора Лешко-Попеля въ этихъ балкахъ, гдѣ
ютится бѣднѣйшее населеніе города. При видѣ его проливали
слезы, ему цѣловали руки...—Осчастливили вы насъ!—Помо­
гите!—Спасите ради Бога! Докторъ Лешко-Попель не обра­
щалъ вниманія во имя какого Бога его молили, — онъ не от­
личалъ эллина отъ іудея и одинаково помогалъ всѣмъ. Его
приглашали къ больному одинъ разъ,—онъ ѣздилъ два, три
раза въ день, проводилъ цѣлую ночь около койки и возвра­
тившись утромъ, говорилъ своимъ товарищамъ:—Ахъ, какъ я
доволенъ!—Что такое?—Да вотъ, одинъ больной совсѣмъ уми­
ралъ, вырвалъ его!—А вы устали!—Ничего, высплюсь сегодня!
Но сегодня его звали уже въ другое мѣсто, и такъ изо дня
въ день. — Вы бы отдохнули!—совѣтовали ему.—Некогда!—
Полноте, другіе же отдыхаютъ. — Можетъ быть, но другіе,
уѣзжая, передаютъ своихъ больныхъ коллегамъ, а моихъ боль­
ныхъ никто не возьметъ,—не нужны они никому!
И надвинувъ фуражку и засунувъ поглубже руки въ фор­
менное пальто, онъ ѣхалъ куда-нибудь опять, поеживаясь отъ
пронизывающаго его вѣтра.
Лѣтомъ онъ иногда отдыхалъ въ своемъ маленькомъ садикѣ,
читалъ и копался въ цвѣтникѣ. Но бывало и такъ, что тутъ-же,
между клумбами, онъ давалъ медицинскіе совѣты или кричалъ
въ открытыя окна домашнимъ:—Я уѣзжаю!-—Да вы же хотѣли
остаться.... Гремѣли дрожки, и Тихая улица вновь погружалась
въ безмолвіе. Надъ городомъ тихо опускался лѣтній вечеръ,
гдѣ-то гремѣлъ оркестръ, чернѣли толпы гуляющихъ, а въ
какой-нибудь лачугѣ глухо плакалъ этотъ маленькій докторъ
съ большимъ, любвеобильнымъ сердцемъ и проклиналъ эту
нужду, которая не могла сохранить кормилица для семьп.—
Хоронить его надо,—говорилъ Лешко-Попель, оглядывая убо­
гую обстановку,—а вѣдь ничего не припасено!—Какое,—за
болѣзнь послѣднее проѣли... Докторъ отворачивался. Рука его
шарила въ карманѣ, и онъ совалъ деньги грубо, отрывисто,
какъ бы сердясь за свою доброту... Онъ понималъ, вѣроятно,
что это что-то стихійное, что это несвоевременно, съ чѣмъ онъ
не могъ бороться.....

№ 1.

„ВОЙНА и МИРЪ«

95

Памяти военнаго врача-гуманиста.

Ужасны екатеринославскія балки, бывшая арена дѣятель­
ности И. В—ча, съ своими покосившимися ветхими лачугами,
зачастую уносимыми весеннимъ потокомъ стремящихся съ го­
рода водъ. Тяжела жизнь обитателя балки. Особенно не­
счастны тамъ дѣти. У этцхъ бѣдняжекъ нѣтъ никакихъ радо­
стей, нѣтъ воспоминаній. Свѣтлыя воспоминанія дѣтства, это—
та святая-святыхъ, которую мы носимъ постоянно въ своемъ
сердцѣ, и стоитъ только обратиться къ нимъ, чтобы морщины
разгладились на лбу и веселая улыбка змѣйкой скользнула
подъ сѣдой полоской усовъ.—Хорошо было!—со вздохомъ вы­
рывается изъ груди. — Были счастливы! И это сознаніе, что

человѣкъ былъ счастливъ, что онъ зналъ радость, эту кроткую
посланницу небесъ, даетъ ему громадный подъемъ, новый при­
ливъ энергіи. Онъ снова силенъ для борьбы, онъ стремится
къ этой завѣтной странѣ счастья, въ которой онъ былъ когдато давно, много лѣтъ тому назадъ.
У дѣтей балокъ нѣтъ и этого счастья! Нежеланными явля­
ются они на свѣтъ, являются въ сырости и грязи, то на лавкѣ,
то на холодномъ, осклизломъ земляномъ полу и видятъ посто­
янно согнутую спину отца, который работаетъ,, не покладая
рукъ, мать, которая плачетъ и клянетъ мужа. И такъ—изъ
года въ годъ! Ни просвѣта, ни надежды! Только вѣчный страхъ,
чтобы не случилось еще чего-нибудь, что выбросило бы уже
совершенно на улицу и заставило медленно умиратъ съ про8 '

96

„ВОЙНА и МИРЪ«

№ 1.

Памяти военнаго врача-гуманиста.

тянутой дрожащей рукой и прощальнымъ взглядомъ на эту
балку, которая тогда начнетъ казаться раемъ.
День тянется однообразно и тоскливо, а вечеромъ сплош­
ная тьма глядитъ въ окно. Только отъ времени до времени
землянку прорѣзываетъ чей-то отчаянный крикъ: — Ратуйте,
грабятъ!—Должно съ кого-нибудь пальто снимаютъ,—говоритъ
спокойно отецъ.—Вѣчно такъ,— поддакиваетъ мать. А стоны
все глуше и глуше, наконецъ и совсѣмъ замолкли. На утро
разносится по балкѣ вѣсть, что человѣка зарѣзали, и, дѣйстви­
тельно, поперекъ узкаго и покатаго прохода, между домами,
лежитъ трупъ. Около него толпа людей грязныхъ, блѣдныхъ,
взирающихъ на эту картину съ тупымъ любопытствомъ и не
стѣсняющихся говорить между собою:—Эго Ванькино дѣло! Его
рукъ! Черезъ день Ваньку, конечно, находятъ спокойно спя­
щимъ, проводятъ черезъ всю балку и онъ пропадаетъ навѣки.
Доходятъ отдаленныя вѣсти, что его приговорили на много
что-то лѣтъ каторги, что на судѣ онъ говорилъ, что зарѣзалъ
отъ плохой жизни,—хотѣлось хоть какой-нибудь перемѣны.
Потомъ забываютъ о немъ, и снова жизнь идетъ обычной
чередой до новаго происшествія.....
И ребенокъ балки вырастаетъ въ такой обстановкѣ. Онъ
видитъ только одно зло. Онъ слышитъ, что сосѣдъ съ лѣвой
стороны сначала былъ ремесленникомъ, потомъ рабочимъ на
заводѣ, потомъ началъ пить и сталъ воромъ. Онъ бродитъ
всюду, гдѣ только можно, безъ всякаго выбора, и глаза у него
такъ и бѣгаютъ, выискивая, что можно спрятать подъ полу
изорваннаго пальто. И ребенокъ все это видитъ и слышитъ.
Онъ—больной душой, онъ измученный и усталый. Онъ ра­
стетъ озлобленный, при чемъ злоба его стихійная, потому что
онъ не знаетъ, на кого злиться, потому что всѣ противъ него
виноваты. Въ то же время онъ бродитъ безцѣльно по балкамъ
и, какъ хищный звѣренокъ, высматриваетъ себѣ добычу. Но
здѣсь для него добычи нѣтъ. Нужда прежде его прибрала все,
и тупымъ взглядомъ обводитъ онъ эту балку, съ обваливши­
мися краями, по которымъ, скользя и падая, взбираются ея
обитатели. Все мертво, ниоткуда не доносится ни звука ра­
дости, ни отзвука довольства. Вотъ гдѣ-то жалобно стонетъ
собака, околѣвающая отъ голода или заброшенная хозяевами,
да воетъ вѣтеръ, унося куда-то сѣрые, разорванные клочья
тучъ.
Дитя балки стоитъ и дрожитъ въ своихъ лохмотьяхъ съ
чужого плеча, пронизываемое вѣтромъ. Давно бы слѣдовало

-V 1.

„ВОИНА и МИРЪ“

97

Памяти военнаго врача-гуманиста.

уйти домой, да что-то удерживаетъ, точно балка эта прико­
вала его къ себѣ невидимыми цѣпями. Дома тепло, хотя сыро
и тяжело дышится, но тамъ цѣлый день висятъ въ воздухѣ
брань отца, ругань матери и плачъ младшихъ братьевъ и се­
стеръ. Однако надо идти. Онъ приходитъ, мается кое-какъ
весь день, но уже къ вечеру чувствуетъ что-то странное: го­
лова горитъ, виски точно стиснуты желѣзнымъ обручемъ, а
по всему тѣлу пробѣгаетъ ознобъ и хочется лечь. Онъ ло­
жится, и одинъ сонъ за другимъ немедленно начинаетъ за­
глядывать ему въ глаза.

Онъ видитъ радужныя
картины, блескъ,—веселые
голоса, но стоитъ только
повести глазами, и все
исчезаетъ. Передъ никъ
снова знакомый отсырѣ­
лый
[уголъ,
умирающій
Жандармская балка.
огонь въ очагѣ и блѣд­
ный спящій отецъ съ полуоткрытымъ ртомъ. Ребенокъ мается
до утра, а утромъ онъ слабымъ голосомъ проситъ пить.—
Вставай! Онъ пробуетъ подняться, но его охватываетъ ка­
кая-то истома, и онъ падаетъ на руки успѣвшаго подско­
чить во - время отца. И такъ лежитъ онъ весь день въ
жару, слабо стонетъ, проситъ пить и чувствуетъ, что дѣйстви­
тельность куда-то уходитъ и смѣняется чѣмъ-то другимъ, чуж­
дымъ и незнакомымъ ему.—Плохо что-то!—говоритъ отецъ,
осматривая отданный въ починку сапогъ.—А что?—Да малыйто нашъ свалился!—Не умеръ бы!—говоритъ мать и отвора­
чивается, чтобы скрыть слезы. Отецъ молчитъ, потомъ разомъ
поднимается и беретъ шапку.—Ты куда?—За докторомъ!—За

*
.8

98

„ВОЙНА и МИРЪ“

.V 1.

Памяти военнаго врача-гуманиста.

какимъ? Еще спрашиваетъ!—со злобой говоритъ отецъ.—Да
какой же докторъ поѣдетъ къ намъ сюда? Что онъ забылъ
здѣсь? Конечно, за Иваномъ Васильевичемъ пойду. Этотъ по­
можетъ! И онъ идетъ съ твердой увѣренностью, что ЛешкоПопель не откажетъ,—онъ не можетъ отказать,—не такой онъ
человѣкъ!
Но доктора нѣтъ дома, и онъ терпѣливо ждетъ цѣлыми ча­
сами, то прогуливаясь по Тихой улицѣ, то стоя на крыльцѣ в
задумчиво куря трубку.
А мысли—всѣ въ полуразвалившейся лачугѣ на балкѣ. Что-то
тамъ? Гдѣ-то загремѣли дрожки. Неужели это онъ? Нѣтъ! Двѣ
дамы—нарядныя и веселыя. Онѣ смѣются и болтаютъ! Опять ти­
шина, и время ползетъ медленно, убійственно медленно. Но вотъ
опять дрожки, ближе, ближе, остановились у воротъ... Какой-то
военный, съ черной бородкой и блѣднымъ лицомъ, усталымъ
шагомъ направляется къ крыльцу.—Вы докторъ Лешко-По
пель? — Да, я! — Ради Бога, пріѣзжайте ко мнѣ! — Я такъ
усталъ,—только что съ практики!—Онъ умираетъ, г. докторъ!
Ахъ, тогда и разговаривать нечего! И Иванъ Васильевичъ
поварачиваетъ назадъ.—Папа, ты куда?—вслѣдъ ему разда­
ются дѣтскіе голоса. Онъ останавливается на мгновеніе, но
въ головѣ мелькнула мысль, что если ему дороги его дѣти,
то какъ же долженъ страдать этотъ несчастный отецъ!—Ну,
ѣдемъ,—ѣдемъ скорѣе!—теперь уже въ свою очередь торо­
питъ онъ. И черезъ четверть часа Лешко-Попель, спотыкаясь
и чуть не падая, пробираетоя по тропинкамъ къ лачугѣ боль ного. Ребенокъ уже не узнаетъ никого,—онъ весь во власти
недуга. Докторъ начинаетъ разсматривать несчастнаго. Лицо
его становится серьезнымъ.—Ну что?—Плохо!—Но живъ оста­
нется!—воплемъ вырывается изъ груди матери.—Богъ дастъ!..
Надо скорѣе лѣкарство! И рука доктора быстро набрасыветъ
на полоскѣ бумаги нѣсколько строкъ.—Вотъ въ аптеку! Но
онъ видитъ взгляды родителей больного и отлично понимаетъ.—
А вотъ деньги. Скорѣе!... Спасибо, ангелъ вы нашъ! пыта
ются тѣ броситься ему въ ноги.—Не надо,—ничего не надо!
Я не люблю!.. Скорѣе!..
’Лѣкарство принесено. Иванъ Васильевичъ даетъ первую
ложку и усаживается въ усталой позѣ около очага, въ кото­
ромъ пляшутъ сотни языковъ пламени надъ раскаленными
угольями. Утомленіе беретъ свое. Хорошо бы теперь домой,
выпить чаю, вытянуться на постели, но объ этомъ и думать
нельзя. Онъ часовой, на боевомъ посту, надо внимательно

X 1.

„ВОЙНА и МИРЪ“

99

Памяти военнаго врача-гуманиста.

слѣдить за каждой вылазкой врага—болѣзни. И онъ наноситъ
этому врагу одинъ ударъ за другимъ. Между тѣмъ ночь ухо­
дитъ. Брежжитъ первый разсвѣтъ. По тѣлу пробѣгаетъ лихо­
радочная дрожь—послѣдствіе безсонной ночи.
Не выдержалъ отецъ ребенка,—такъ и заснулъ съ шапкой
въ рукѣ, какъ онъ бѣгалъ въ аптеку: склонилась мать, при­
жавъ къ груди другого ребенка, которому также суждено судь­
бой вырасти въ болѣзни. Одинъ докторъ не спитъ.
Вотъ больной открылъ глаза, сначала онъ испугался, уви­
давъ передъ собой это незнакомое лицо, но потомъ успо­
коился, потому что нельзя бояться человѣка съ такими крот­
кими глазами!
Докторъ пользуется мгновеніемъ, мѣряетъ температуру, щу­
паетъ пульсъ.—Спи,—говоритъ онъ,—спи крѣпкимъ сномъ и
проснешься здоровымъ. Тебѣ нужно много силъ, потому что
тебѣ суждено всю жизнь работать. Гдѣ взяться такимъ силамъ?
Люби людей—всѣхъ, безъ различія, бѣдныхъ и богатыхъ, хо­
рошихъ и дурныхъ,—всѣхъ—только за то, что они люди! И
чѣмъ больше ты будешь любить ихъ, тѣмъ больше будетъ у
тебя силъ! Спи, мой хорошій, спи!
И мягкая, точно женская, рука гладитъ шершавую голову
больного. И онъ сладко засыпаетъ. Засыпаетъ спокойнымъ
сномъ, и одинокая, первая, слеза счастья скатывается изъ
дѣтскихъ глазъ на подушку...
И докторъ тихо выходитъ изъ лачуги.
Проснутся отецъ и мать, ребенокъ также проснется напо­
ловину здоровымъ, и долго они не будутъ знать, было ли про­
исшедшее дѣйствительностью, или ихъ посѣтилъ ангелъ, при­
нявшій только на этотъ, разъ образъ военнаго врача...
И въ полугнилой лачугѣ на балкѣ, послѣ ночи, проведен­
ной тамъ Лешко-Попелемъ, начиналась новая жизнь. Тамъ
загорался другой огонекъ,—огонекъ любви къ людямъ, ко­
торый всѣ обитатели бережно хранили и готовы были пожер­
твовать собой, чтобы только не задуло его холоднымъ дыха­
ніемъ нищенской жизни.
Люди въ трущобѣ, люди—почти звѣри, въ первый разъ уви­
дали сердечное отношеніе человѣка, не погнушавшагося ими.
Ясно, что забыть этого они не могли, какъ не могли и не
боготворить этого человѣка.

100

„ВОЙНА и МИРЪ“

Лі 1.

Памяти военнаго врача-гуманиста.

Всѣ факты изъ врачебно-филантропической дѣятельности
Ивана Васильевича достаточно ярко рисуютъ съ разныхъ сто­
ронъ кристалически чистую душу человѣка, въ истинномъ
смыслѣ слова,—душу, которая, подобно Эоловой арфѣ, отвѣ­
чала малѣйшему скорбному движенію души ближняго сочув­
ствіемъ и состраданіемъ.
И шли со всѣхъ сторонъ къ этой душѣ обиженные судь­
бой, больные тѣломъ и духомъ, и никогда никому не было
отказано въ помощи. Во всякую погоду, во всякое время дня
и ночи, здоровый или больной, И. В—чъ отправлялся испол­
нять свой долгъ, не справляясь ни объ имени, ни состояніи,
ни о мѣстѣ жительства нуждающагося въ помощи. Нѣтъ по­
тому ничего удивительнаго въ томъ, что не особенно крѣпкій
отъ природы физическій организмъ Ивана Васильевича, исто­
щаемый постоянною изнурительною работой, не выдержалъ
борьбы съ первой же тяжелой болѣзнью. Серьезно заболѣвъ,
Иванъ Васильевичъ все же продолжалъ еще въ теченіе двухъ
дней ѣздить къ своимъ больнымъ и только на третій день,
когда при попыткѣ встать и одѣться для выѣзда, отъ сильной
боли въ ребрѣ и высокой температуры, онъ лишился чувствъ,
тогда только сложилъ оружіе, легъ, чтобы больше не встать.

№ 1.

„ВОЙНА и МИРЪ“

101

Памяти военнаго врача-гуманиста.

III.

Въ вѣчный путь.
Горними тихо летѣла душа небесами,
Грустныя долу она опускала рѣсницы,
Слёзы, въ пространство отъ нихъ упадая звѣздами,
Свѣтлой и длинной вилися за ней вереницей.
Встрѣчные тихо ее вопрошали свѣтила:
Что ты грустна? и о чемъ эти слезы] воТвзорѣ?
Имъ отвѣчала она: Я земли не забыла,
Много оставила тамъ я страданья и горя.
Здѣсь я лишь ликамъ блаженства и радости внемлю.
Праведныхъ души не знаютъ ни скорби, ни злобы,
О, отпусти меня, снова Создатель, иа землю,
Было-бъ о комъ пожалѣть и утѣшить'кого бы.
А. К. Толстой.

ежа въ постели. Иванъ
Васильевичъ все время ду­
малъ о семьѣ, ея буду­
щемъ. Онъ составилъ ду­
ховное завѣщаніе, распоря­
дился всѣмъ своимъ имуще­
ствомъ и высказалъ цѣлый
рядъ пожеланій, которыя, конечно, и были свято исполнены.
Подозвавъ къ своей постели дѣтей, онъ долго смотрѣлъ на.

102

„ВОИНА и МИРЪ“

№ 1.

Памяти военнаго врача-гуманиста.

нихъ глубокими кроткими глазами и затѣмъ тихимъ, прерываю­
щимся голосомъ началъ давать имъ прощальныя наставленія.
Женѣ Иванъ Васильевичъ не говорилъ ничего, но глаза его
каждый разъ наполнялись слезами, когда онъ смотрѣлъ на
свою подругу жизни, которая бодро прошла съ нимъ путь дол­
гихъ трудовыхъ годовъ.
Послѣ первой операціи Иванъ Васильевичъ почувствовалъ
себя лучше, но страдалъ онъ сильно и, несмотря на свое
терпѣніе, порой не могъ скрыть мученій. «Хоть бы мускусу
мнѣ дали!»—говорилъ онъ, глотая шампанское, которое при­
слали ему врачи для подкрѣпленія силъ,— «а то—вино!—Я и
здоровый-то не любилъ его никогда!»
Передъ второй операціей, удачнаго исхода которой ожидать
было трудно, между домашними зашелъ разговоръ о необходи­
мости пригласить священника, боялись только сказать это боль­
ному, чтобы не встревожить его, но Иванъ Васильевичъ самъ
высказалъ желаніе причаститься Св. Таинъ. Поздно ночью
явился священникъ и причастилъ больного.

На смертномъ одрѣ.

— Вотъ и все сдѣлано! — говорилъ Иванъ Васильевичъ,
слабо улыбаясь и отвѣчая на поздравленіе. — Вотъ я и со­
брался въ вѣчный путь. Жизнь кончена! — вырвалось у него
со вздохомъ. Вошли врачи и приступили къ операціи, которой
онъ не вынесъ. Случайный гость земли, онъ ушелъ туда, куда

№ 1.

„ВОЙНА и МИРЪ“

103

Памяти военнаго врача-гуманиста.

вѣчно стремилась его свѣтлая душа, не умѣвшая равнодушно
относиться къ чужому горю.
Одинъ изъ писателей, И. Б. Левнеръ, благоговѣя передъ
памятью Лѳшко-Попеля, создалъ поэтическую легенду о гор­
немъ полетѣ души Ивана Васильевича и легенду эту передалъ
для напечатанія въ настоящемъ очеркѣ. Вотъ содержаніе ея:
.... И повелъ архангелъ Гавріилъ Сострадательнаго въ рай и
подвелъ его къ пышному лугу, усѣянному множествомъ чуд­
ныхъ цвѣтовъ и сказалъ: <Сострадательный, это твое!» И отвѣ­
чалъ Сострадательный: «Ангелъ Божій! скажи мнѣ, чѣмъ за­
служилъ я этотъ дивный, безподобный коверъ!» И сказалъ
архангелъ Гавріилъ: «Наклонись къ чуднымъ, живымъ цвѣтамъ,
и ты узнаешь!» И наклонился Сострадательный къ пышнымъ
цвѣтамъ и воскликнулъ: «Истинно! Я узнаю ихъ: это улыбки
несчастныхъ братьевъ и сестеръ моихъ, которыми они дарили
меня, когда я оказывалъ имъ помощь!»... И подвелъ архангелъ
Гавріилъ къ источникамъ прозрачнымъ какъ хрусталь и ска­
залъ: «Сострадательный, это—твое!» Удивился этимъ словамъ
Сострадательный и сказалъ: «Ангелъ Божій, яви свою милость
и скажи мнѣ, чѣмъ заслужилъ я эти чудные, прозрачные источ­
ники, которые веселятъ взоръ мой?» И сказалъ архангелъ
Гавріилъ: «Всмотрись въ нихъ, и ты узнаешь!»
И сталъ Сострадательный всматриваться въ хрустальную
влагу, наполнявшую источники, и радостно воскликнулъ: «Ис­
тинно! Я узнаю ихъ: это слезы радости матерей и отцовъ,
появлявшіяся на глазахъ ихъ, когда мнѣ удавалось упорнымъ
трудомъ спасти малютокъ ихъ отъ когтей смерти»... Едва
произнесъ Сострадательный эти слова, какъ на него повѣяло
чуднымъ зефиромъ, наполнявшимъ душу неизъяснимымъ удо­
вольствіемъ, и Сострадательный сказалъ архангелу Гавріилу:
«Великъ Господь, и безгранична милость Его! Этотъ зефиръ
посланъ мнѣ въ даръ: да будетъ Имя Господне благословенно
вовѣки-вѣковъ!»
И сказалъ архангелъ Гавріилъ: «Сынъ мой, здѣсь даромъ
ничего не дается! Въ раю находитъ каждый человѣкъ только то,
что онъ приготовилъ себѣ во время земного своего шествія...
Зефиръ, который такъ обрадовалъ душу твою—не что иное,
какъ вздохи облегченія, вырывавшіеся изъ груди твоей, когда
тебѣ удавалось неусыпными трудами своими устранять опас­
ность, грозившую несчастнымъ братьямъ твоимъ».
Въ эту минуту послышалось чудное пѣніе, эхо котораго
уносилось въ безграничное пространство, и почудилось Состра­

104

„ВОЙНА и МИРЪ“

№ 1.

Памяти военнаго врача-гуманиста.

дательному что-то знакомое, родное въ разлившемся повсюду
пѣніи и щебетаніи райскихъ птичекъ, и онъ обратилъ свой
кроткій вопросительный взоръ на архангела Гавріила. И ска­
залъ архангелъ Гавріилъ: <Лась народа, состраданіемъ къ
которому ты страдалъ, превратился для тебя въ чудные да­
леко разносящіеся божественные звуки... Трели, которыя до­
ходятъ до слуха твоего, это—плачъ и рыдатя малютокъ, ли­
шившихся въ лицѣ твоемъ усерднаго исполнителя воли
Божіей...»
При этихъ словахъ воскликнулъ Сострадательный: «О, ангелъ
Божій! Возроди меня опять, верни меня къ братьямъ моимъ:
тамъ осталось еще очень много горя и страданій, слезъ и
рыданій. Возроди же меня опять!» И сказалъ архангелъ Га­
вріилъ: <Не возродиться человѣку вновь. Но не горюй. Дѣло
твое не умретъ. Люди, помня твои труды и заслуги, станутъ
подражать тебѣ и имя твое будетъ имъ путеводной звѣздой
въ дѣлахъ милосердія!»

Натокъ
древней литературы,
II, Б. Левнеръ въ только - что
законченномъ имъ капитальнѣй­
шемъ произведеніи «Еврейскія
легенды» помѣстилъ небольшой
набросокъ, аллегорически ха­
рактеризующій обаятельную лич•
постъ Ивана Васильевича, отда­
вавшаго всѣ свои силы, здо­
ровье il средства бѣднякамъ,
забывая собственную семью и
дѣтей. Въ приведенной древней
легендѣ есть какъ бы оправда­
ніе альтруистическихъ подви­
говъ Лешко-Попеля... Въ зной­
ной пустынѣ
ветхозавѣтный
Моисей видитъ надъ головой
своей ястреба на лету схватив­
шаго перепела.— <Не убій\у грянулъ голосъ пророка, потрясая
пустыню. Дрогнула земля и померкло солнце, при свѣтѣ котораго

А 1.

„ВОЙНА и МИРЪ“

105

Памяти военнаго врача-гуманиста.

готовилось убійство. Ястребъ выпустилъ птичку изъ когтей и
бросилъ къ стопамъ Моисея. Моисей, поднявъ раненаго перепела,
прижалъ его къ груди своей и согрѣвалъ дыханіемъ... А
ястребъ, подлетѣвъ къ пророку, сталъ упрекать его: «Сынъ
человѣческій, зачѣмъ ты вырвалъ добычу изъ моихъ когтей?
Взгляни, вотъ голодные птенцы мои открываютъ клювики и
жалобно пищатъ: сжалься надъ ними и отдай мнѣ мою до­
бычу...»
Преисполненный жалости къ голоднымъ птенцамъ, Моисеи
взялъ ножъ, вырѣзалъ кусокъ мяса изъ руки своей и кинулъ
ястребу, сказавъ: <Да, ты правъ,—и твоимъ птенцамъ надо
жить!..»

106

„ВОЙНА и МИРЪ“

Л> I.

Памяти военнаго врача-гуманиста.

IV.

Послѣднее „прости!“

...Ты ушёлъ. Но твой образъ любимый
Будетъ вѣчно въ сердцахъ нашихъ жить
II научитъ насъ, свѣтлый, незримый.
Нашихъ братьевъ, какъ ты, полюбить!..

етырнадцатаго декабря, около 12 ч. дня, по­
слѣдовалъ выносъ тѣла Ивана Васильевича
въ Новодѣвичій монастырь. Толпа бѣдняковъ,
почти нищихъ, уже съ утра ждала выноса
Изъ дома показались вѣнки.
Вѣнки фарфоровые, вѣнки изъ цвѣтовъ,
вѣнки металлическіе. Вѣнки отъ товарищей врачей, вѣнки отъ
сослуживцевъ военныхъ, вѣнки отъ благодарныхъ паціентовъ, отъ
редакцій газетъ, типографій п проч., скромный вѣнокъ съ тро-

.V 1.

„ВОЙНА и МИРЪ“

107

Памяти военнаго врача-гуманиста.

гательною надписью: «дорогому нашему доктору Ивану Василь­
евичу отъ нижнихъ чиновъ 210 Перекопскаго резервнаго ба
таліона».
— А мы что же?—заговорила бѣднота.—Вѣдь онъ былъ нашъ
докторъ! Что же мы-то его съ пустыми руками пойдемъ провожать?
Надо и отъ насъ вѣнокъ! Кто-то снялъ шапку и кинулъ туда
пятакъ. Полѣзли грязныя заскорузлыя руки въ карманы, и по­
сыпались въ шапку дорогія монеты: копейки, двухкопеечники и
трехкопеечники. Сосчитали: два рубля къ копейками. Пошли
въ магазинъ:—Дайте намъ вѣнокъ въ два рубля для нашего
дорогого доктора. Неудача: вѣнка въ два рубля пѣтъ. Цѣны
много выше. Вышелъ хозяинъ:—Кому вѣнокъ?—Ивану Василье-

Процессія на Садовой улицѣ.

вичу!—Дайте имъ хорошій вѣнокъ,—распорядился хозяинъ,—
и сдѣлайте надпись, какую они просятъ: «Дорогому доктору
отъ благодарныхъ бѣдняковъ >.
Рыданія и плачъ сотенъ людей въ многотысячной толпѣ,
сопровождавшей гробъ покойнаго, смѣшивались съ звуками по­
хороннаго марша и пѣнія молитвы, надрывая душу. Екатерино­
славъ никогда еще не видалъ такой толпы, объединившейся

108

„ВОИНА и МИРЪ“

№ 1.

Памяти военнаго врача-гуманиста.

вокругъ гроба человѣка такимъ искреннимъ, глубокимъ чув­
ствомъ. Здѣсь не было равнодушныхъ зрителей, которыхъ при­
влекаетъ одно любопытство. На лицѣ каждаго было отраженіе
глубокой скорби. Совершенно незнакомые люди плакали, падали
другъ другу въ объятія. Ихъ сближало общее горе, и эти люди
чувствовали себя братьями. Сдѣлалъ это тотъ врачъ, котораго
гробъ колыхался надъ толпой.
Сѣрое небо окутывало городъ своимъ пологомъ, по узкимъ
улицамъ несли вѣнки за вѣнками, звучалъ хоръ пѣвчихъ и

Могила Ивана Васильевича въ Новодѣвичьемъ монастырѣ.

глухо гудѣли трубы окрестра, исполнявшаго маршъ Бетховена
«На смерть героя». Былъ ли покойникъ героемъ? На этотъ
вопросъ можно отвѣтить безъ всякаго колебанія:—Да, онъ
былъ героемъ'. Но героя- мы привыкли рисовать себѣ непре­
мѣнно въ ореолѣ славы, въ блескѣ, подъ грохотъ орудій и
аплодисменты толпы. Незамѣтный героизмъ такъ рѣдокъ, что
мы его совершенно забываемъ. Мы считаемъ вполнѣ естествен­
нымъ, что человѣкъ исполняетъ свой долгъ и гибнетъ при
этомъ, забывая и о себѣ, и о семьѣ своей.

Л» 1.

„ВОЙНА II МИРЪ“

109

Памяти военнаго врача-гуманиста.

16 декабря состоялись похороны. ■ Отдать послѣдній долгъ
явились многіе, несмотря на дальность разстоянія. Монастыр­
ская церковь была переполнена. Пѣли два хора монашекъ. По
окончаніи отпѣванія священникъ произнесъ прочувственное
слово, охарактеризовавъ всю жизнь Лешко-Попеля.
При пѣніи < пріидите вей любящій мя и цѣлуйте послѣд­
нимъ цѣлованіемъ» къ гробу протиснулся бѣдно одѣтый, на
видъ не болѣе 10 лѣтъ, еврейскій мальчикъ, присталъ къ
холодной рукѣ Ивана Васильевича и долго не могъ оторваться.
Стужа и дальность разстоянія не остановили этого ребенка,
чтобы въ послѣдній разъ взглянуть на того, который, быть
можетъ, спасъ отъ смерти его мать пли отца, или отъ голо­
довки всю семью.
Когда выносили изъ церкви гробъ—плачъ и рыданія въ толпѣ
усилились до истерики. И какъ онъ любилъ людей, не разли­
чая ихъ, кто они, такъ и люди эти отвѣтили ему своим ь го­
ремъ, своими слезами.
Они всѣ плакали, идя за гробомъ, они всѣ молились, какъ
кто умѣлъ, тѣснясь около его могилы, когда земля мерзлыми
комьями стучала о крышку гроба, точно желая еще разъ убѣ­
диться, не отзовется ли онъ на это горе,—онъ, который отзы­
вался на всякую скорбь.
Но онъ не отозвался, потому что скорбѣли о немъ, а онъ,
не признававшій своихъ заслугъ и видѣвшій въ своей дѣя­
тельности только обычную работу рядового врача, не могъ
придать этому значенія. Если бы среди этой толпы кто-ни­
будь заплакалъ о себѣ или о своихъ дѣтяхъ, о, тогда онъ,
навѣрно, отозвался бы и сбросилъ бы крышку гроба!..
Надъ свѣжей могилой много было произнесено надгробныхъ
рѣчей, въ которыхъ обрисовывалась жизнь покойнаго, какъ
рѣдкаго идеалиста. Почти всѣ ораторы не могли кончить своего
слова, подавляемые рыданіями.
Одинъ изъ офицеровъ Перекопскаго баталіона прочиталъ
свое стихотвореніе, растрогавшее всѣхъ:
Съ думой скорбной, съ тоской унылой,
Съ потрясенною горемъ душой—
Предъ твоей незабвенной могилой
Собрались мы проститься съ тобой.
Ты уснулъ... Но душа твоя съ нами,—
Она видитъ, какою тоской,

110

„ВОЙНА и МИРЪ“
Памяти военнаго врача-гуманиста.

Какимъ горемъ, какими слезами
Провожаютъ тебя, нашъ герой!
Да, герой! Не въ сраженьяхъ съ врагами
Ты геройство свое показалъ:
Не скакалъ подъ огнемъ предъ полками,
Не взбирался ты первымъ на валъ!..
Но герой ты ужъ тѣмъ, что безъ страха,
Не жалѣя здоровья и силъ,
Ты защитникомъ бреннаго праха
Образцовымъ и ревностнымъ былъ!
Ты не вѣдалъ ни сна, ни покоя,
Забывалъ ты себя для другихъ.
И не бралъ своей честной рукою
Съ бѣдняковъ ихъ грошей трудовыхъ:
Какъ немногіе люди-герои,
Ты творилъ незамѣтно, въ тиши,
Не кичась своей славой земною
И богатствами свѣтлой души.
Кто не зналъ тебя, общій любимецъ!
Кто не помнитъ твоей доброты?
И богачъ, и бѣднякъ-проходимецъ—
Къ нимъ ко всѣмъ одинаковъ былъ ты!
Кто не видѣлъ знакомца родного,
Какъ онъ мчится на полныхъ парахъ,
Чтобъ скорѣе провѣдать больного,
На < ванькѣ > и съ газетой въ рукахъ?
Зналъ тебя и богатый, и бѣдный...
Зналъ весь городъ... И тѣхъ не найти
Кто бы обликъ твой призрачный, блѣдный
Вспомнилъ бранью на новомъ пути.
И дома, и дворцы, и палаты,
И лачужки бездольныхъ людей—
Всѣ печалью глубокой объяты
О безвременной смерти твоей.
И конецъ твой геройства исполненъ:
Ты погибъ, за другого скорбя.
Этимъ подвигомъ трудъ твой заполненъ!
А теперь! Оглянись вкругъ себя:
Видишь скорбные лица и взоры...
Тутъ весь городъ! Тутъ бѣдность и знать!
Всѣмъ ты былъ намъ надежной опорой
И пришли тебя всѣ провожать!

jVä 1.

„ВОЙНА и МИРЪ“

№ 1.

Ill

Памяти военнаго врача-гуманиста.

Спи жъ спокойно, товарищъ! Весною
Сбросятъ листья свой зимній нарядъ
И распустятся дружной семьею,
И могилу твою осѣнятъ.
Лунной ночью отъ вздоха зефира
Они будутъ шептать при лунѣ
О ничтожествѣ этого міра
И о новой чудесной странѣ,
Гдѣ безплотный твой духъ поселился.
Мы же, люди грѣховной земли,
Гдѣ ты жилъ и для ближнихъ трудился,
Мы простились съ. тобой, какъ могли.
Ты ушелъ... Но твой образъ любимый
Будетъ вѣчно въ сердцахъ нашихъ жить
И научитъ насъ, свѣтлый, незримый,
Нашихъ братьевъ, какъ ты, полюбить!

Иванъ Васильевичъ умерь, и надо было, чтобы стонъ со­
жалѣнія пронесся по рядамъ многотысячной толпы, чтобы не­
поддѣльныя рыданія вырвались изъ груди сотенъ людей, оплаки-

I

Увитая горемъ семья безвременно погибшаго

|

[Ивана Васильевича!
| ЛЕШКО-ПОПЕЛЯ, !

глубоко тронутая выражѳвнымъ ей сочувствіемъ сослуживцевъ.]
[знакомыхъ и всего населенія города, приноситъ искреннюю

'благодарность всѣмъ, почтившимъ; память покойнаго. Эго рѣд­
кое, неподдѣльное сочувствіе служитъ eft большимъ облегченіемъ'

въ тяжкой, невозвратной потерѣ

вающихъ въ немъ своего друга и врача,—все это надо было
для того, чтобы всѣмъ и каждому стало ясно, что выражала
собою жизнь незабвеннаго Ивана Васильевича, чѣмъ горѣла
душа его.
Точно пелена спала съ глазъ людей, и они, оторванные отъ
житейской суеты, приблизились къ истинному познанію жизни.
Уничтожилась земная оболочка, и тотчасъ же яркимъ пламе­
немъ освѣтилось то, что составляетъ неувядаемое украшеніе
благородной души, предметъ ея высокихъ и вѣчныхъ стремле­
ній, что не стирается никакими страданіями и лишеніями, что
9

112

,ВОЙНА и МИРЪ“

№ 1.

Намяти военнаго врача-гуманиста.

всегда живетъ въ сердцахъ людей, пробуждая въ нихъ то роб­
кую и смутную надежду, то могучую увѣренность въ насту­
пленіи свѣтлаго будущаго.

Смерть^лучшихъ людей, какъ молнія среди темной ночи, оза­
ряетъ на мгновеніе вѣковѣчные идеалы, и въ этомъ смыслгъ сама
смерть есть только апоѳеозъ жизни. Смерти нѣтъ. Живое не
умираетъ, но къ живому возвращается!

к.

Г. Авчинниковъ.

юИКМЁМІ»

Изъ альбома
мирнаго Времени

Рисунки художника

Jrf. О. сролькбаумъ

„5ольноопредѣляюіц,іесяи

Они же черезъ 8—9 мѣсяцевъ.

Повѣрца часовыхъ.
— Ну, a когда подходитъ смѣна, что дѣлаетъ часовой.

— Радуется, Ваше Благородіе!

■

Съ базара.

Мимоходомъ.
I.
Старикъ Ли-ва-чанъ только - что закончилъ свой трудовой
день. Онъ съ утра усердно собиралъ конскій пометъ по доро­
гамъ, ведущимъ къ селу Вафангоо, и довольный сдѣлан­
нымъ запасомъ драгоцѣннаго удобренія толькр-что намѣревался
проглотить первую за весь день щепотку вареной чумизы,
какъ раздавшійся во дворѣ топотъ конскихъ копытъ привлекъ
его вниманіе.
Ли выглянулъ въ щелку приподнятой верхней оконной рамы
и съ ужасомъ увидѣлъ во дворѣ человѣкъ пять <ян-кюйдзы> ') въ красныхъ рейтузахъ и съ ужасными винтовками
за плечами.
<Тссс...» погрозилъ старикъ своему сыну Чжану, красивому
юношѣ лѣтъ пятнадцати, и старухѣ-женѣ, побѣлѣвшей отъ
страха.
Между тѣмъ одинъ изъ спѣшившихся всадниковъ, сказавъ
что-то своимъ спутникамъ, быстрыми шагами направился къ
фанзѣ.
Когда онъ распахнулъ ея дверь, старуха Ли-ва-чана броси­
лась передъ нимъ на колѣни и, ударяя сѣдой головой по
земляному полу, быстро и жалобно заговорила. Она говорила,
что они—честные бѣдняки и ничего не украли у великаго
японскаго таженя (военачальника), что они готовы дать госпо­
дину офицеру и его великолѣпнымъ солдатамъ все, что тѣ

‘) „Ян-кюн-дзы“ общее названіе всѣхъ иностранцевъ. Въ буквальномъ
переводѣ съ китайскаго означаетъ „заморскій чортъ“.

9*

114

ВОЙНА и МИРЪ

№ 1,

Мимоходомъ.

пожелаютъ, что съ давнихъ поръ завѣтной мечтой ихъ было
увидѣть храбрыхъ и великодушныхъ японскихъ воиновъ, и
т. д. А въ это время старикъ Ли, криво улыбаясь трясущимся
ртомъ, дрожащими руками совалъ офицеру пару яицъ и нѣ­
сколько твердыхъ, какъ дерево, мѣстныхъ групп , надѣясь этими
жалкими дарами бѣдноты расположить въ свою пользу грознаго
ипэнъ (японца;.
Японецъ, поставивъ передъ собою саблю, презрительно слу­
шалъ всѣ эти рѣчи перепуганной старухи и, наконецъ, рѣзко
ее оборвалъ, заявивъ по-китайски, что онъ и не собирается
дѣлать зла почтенному Ли или его семьѣ. Его привела къ
нимъ необходимость достать вѣрнаго человѣка для исполненія
небольшого порученія. Дѣло въ томъ, что завтра предстоитъ
встрѣча побѣдоносной японской арміи съ отвратительной ордой
русскихъ угнетателей и на горахъ Вафангоо произойдетъ вели­
кое сраженіе. Но для скорѣйшаго уничтоженія русскихъ ба­
тарей необходимъ сигнальщикъ изъ китайцевъ; онъ долженъ
сегодня ночью пробраться за русскіе аванпосты и съ разсвѣ­
томъ начать сигнализировать славнымъ японскимъ артиллери­
стамъ о попаданіи ихъ мѣткихъ снарядовъ. По мнѣнію го­
ворившаго, роль сигнальщика вполнѣ подходитъ къ молодому
сыну Ли-ва-чана. Онъ крѣпокъ и силенъ, а въ случаѣ удач­
наго выполненія возложеннаго на него порученія получитъ
цѣлую кучу серебряныхъ долларовъ. Если же онъ почему-либо
не исполнитъ, то онъ, офицеръ, принужденъ будетъ разстрѣ­
лять его отца, Ли ва-чана.
Услыхавъ эти слова, жена Ли-ва-чана громко заплакала.
Какъ, неужели мало того, что десять лѣтъ тому назадъ японцы
убили у нея старшаго сына, а 4 года тому назадъ русскіе
убили втораго! Неужели ее хотятъ лишить и послѣдней ея
утѣхи, послѣдней опоры въ старости—ея дорогого Чжана! Не
можетъ быть, чтобы люди были такъ злы... Вѣдь они, бѣдные
старики, въ потѣ своего лица пашутъ несчастный клочокъ
земли,, чтобы не умереть съ голоду, а въ городахъ есть бога­
тые китайцы, у которыхъ много и дѣтей, и денегъ... Отчего
великодушные японцы не берутъ дѣтей богатыхъ въ сигналь­
щики? И отчего они съ Ли-ва-чаномъ такіе несчастные? Она
знаетъ, что это порученіе очень опасно и ей не надо никакихъ
денегъ, только бы ей позволили дожить ея послѣдніе дни съ
ея единственнымъ сыномъ, ея безцѣннымъ мальчикомъ... Да
онъ къ тому же еще слишкомъ молодъ и глупъ, господинъ
великій начальникъ, вѣроятно, замѣтилъ это, онъ не сумѣетъ

JÊ 1.

„ВОЙНА и МИРЪ“

115

Мимоходомъ.

выполнить столь труднаго порученія и погибнетъ безъ пользы...
Горе, горе!..
Японецъ молчалъ. Въ его маленькихъ черныхъ глазкахъ не
отражалось ничего, кромѣ равнодушнаго любопытства. Темнѣло.
Въ тишинѣ наступающаго 'лѣтняго вечера громко раздавались
жалобные вопли и плачъ старухи...
— Великій полководецъ!>—сдавленнымъ голосомъ заговорилъ
угрюмо молчавшій до сихъ поръ Ли-ва-чанъ: «если ваше
великодушное сердце позволитъ, я пойду вмѣсто моего сына...
Японецъ оглядѣлъ старика съ ногъ до головы; Ли-ва-чанъ
старался выпрямить свою спину, сгорбленную годами и тяже­
лымъ трудомъ...
—Хорошо, идемъ,—отвѣтилъ офицеръ.
Старикъ бросилъ взглядъ на плачущую жену и тупо смо­
трѣвшаго по сторонамъ сына и покорно поплелся за японцемъ.
Стало совсѣмъ темно. Въ опустѣлой деревнѣ гулко разда­
вался топотъ уходившаго патруля.
Съ несжатыхъ полей несся сладкій ароматъ. Теплый вѣте­
рокъ шелестѣлъ въ гаолянѣ. Лѣтній вечеръ былъ нѣженъ, какъ
ласка матери...

IL

— Сходите, Александръ Павловичъ, посмотрите, что тамъ на
батареѣ, отчего такой крикъ,—говорилъ полный, высокій пол­
ковникъ молодому адъютанту.
— Слушаю, г-нъ полковникъ,—отвѣчалъ тотъ и пошелъ по
направленію къ батареѣ.
Батарея иногда ахала глубокимъ, сильнымъ вздохомъ, и тогда
казалось, что ахаеть сама земля. Шелъ второй день боя подъ
Вафангоо. Японскія батареи осыпали градомъ снарядовъ наши
орудія. Надъ ними и ровиками для прислуги часто пролетали
съ жалобнымъ визгомъ, вспыхивали и лопались какъ ракеты,
шрапнели, оставляя по себѣ бѣлыя облачка, медленно таявшія
въ воздухѣ. Шимозы рыли и разбрасывали землю, подымая
столбы чернаго дыма и песку... Пристрѣлка японцевъ была
удивительно точная; намъ не удалось еще вывести изъ строя
ни одной японской пушки въ то время, какъ у насъ замолчали
уже цѣлыхъ двѣ батареи.
— Диковинное дѣло,—говорили наводчики, а офицеры пожи­
мали плечами: — Чудная маскировка батарей у противника!

116

п ВОЙНА и МИРЪ “

.VI.

Мимоходомъ.

—Угломѣръ, батенька, угломѣръ!—твердилъ маленькій штабсъкапитанъ, стоя въ группѣ офицеровъ у подбитаго орудія.
Раздавшіеся невдалекѣ крики привлекли вниманіе разговари­
вавшихъ...— «Вотъ онъ, сволочь эдакая, вотъ онъ, ваше вы­
сокоблагородіе!» кричалъ, задыхаясь отъ быстраго бѣга фейер­
веркеръ, «вотъ за кого мы терпѣть должны!» Фейерверкеръ
держалъ за шиворотъ полунагого старика китайца; голова его
съ рѣденькой сѣдой косичкой безпомощно повисла на грудь,
кровь текла изъ носу, весь онъ былъ сильно избитъ и худое
тѣло его, подавшись впередъ, буквально висѣло на рукѣ дю­
жаго солдата.
— Въ чемъ дѣло, Логачевъ?—спросилъ командиръ батареи.
— Енъ, ваше высокоблагородіе, забрался за горку, устро­
илъ себѣ таку маленьку ямку, самъ сидитъ и вѣеромъ машетъ,
японцу, значитъ, паденіе ихнихъ снарядовъ показываетъ, су­
кинъ сынъ! Ихняя шимоза перелетъ дѣлаетъ,—правой рукой
махаетъ, недолета—ёнъ лѣвой, холера проклятая...—говорилъ
фейерверкеръ, волнуясь и со злобою глядя на старика.
Старикъ молчалъ... Вѣроятно, полученные имъ обильные
побои затемнили его сознаніе, а можетъ быть онъ фаталисти­
чески ждалъ конца... Но все-таки онъ пробовалъ улыбнуться
беззубымъ ртомъ, и губы его складывались въ жалкую, кривую
улыбку.
Прибѣжавшій на крики адъютантъ наблюдалъ эту сцену...
— Перестань его бить,—вдругъ закричалъ онъ высокимъ дѣт­
скимъ фальцетомъ,—отведи къ генералу, тамъ разберутъ!—
— Оставьте ихъ, Александръ Павловичъ,—вполголоса замѣ­
тилъ ему командиръ батареи,—дайте имъ сердце сорвать—у
насъ человѣкъ пять ужъ убито и много раненыхъ...
Офицеры отошли въ сторону, дѣлая видъ, что не замѣ­
чаютъ старика-китайца и солдатъ, плотно его обступившихъ...
А его привязали къ лафету... И всякій разъ, какъ ахало
орудіе, колеса откатывались назадъ и сѣдая голова безпомощно
трепалась около зеленаго лафета. Ота страха старикъ поте­
рялъ сознаніе и глаза его были закрыты... А можетъ быть онъ
умеръ или сошелъ съ ума.
Попрежнѳму надъ батареей вспыхивали бѣлые дымки и съ
визгомъ пролетали шрапнели. Иногда какое-нибудь орудіе или
зарядный ящикъ какъ-то неестественно шарахалось въ сто­
рону или вскидывалось вверхъ, и тогда со всѣхъ сторонъ
бросались къ нимъ солдаты, какъ на помощь раненому чело­
вѣку...

№ 1.

„ВОНА и МИРЪ“

117

Мимоходомъ.

Иногда слышался вопль, полный ужаса и недоумѣнія: «Ца­
рица Небесная!.. Братцы, убило!»
«Носилки!» раздавалась команда.
Дальнія горы продолжали посылать изъ невидимыхъ сво­
ихъ щелей тысячи смертей, методически хладнокровно трещали
пулеметы, нервно переливалась, замирала и усиливалась ру­
жейная пальба.

III.
Такъ продолжалось два дня, а къ концу второго дня мы
покинули эти горы и пошли на сѣверъ, унося на рукахъ сво­
ихъ раненыхъ и злобу въ сердцѣ...
Невдалекѣ отъ опустѣвшей станціи Вафангоо какая-то ста­
руха рвала на себѣ волосы, кричала и плакала надъ истерзан­
нымъ трупомъ стараго китайца. Ее поддерживалъ высокій,
стройный юноша. Онъ мрачно смотрѣлъ на проходившія мимо
нихъ отступающія колонны. Что думалъ онъ, какое чувство
росло въ немъ? Какіе планы мести крѣпли въ его головѣ?
Солнце садилось за окровавленныя горы, стебли гаоляна
шептались, передавая другъ другу о видѣнномъ ими страш­
номъ дѣлѣ...

ПОДВИГЪ ИЛИ НѢТЪ?
(Изъ жизни незамѣтныхъ).

Это было очень далеко...
Восемь съ лишнимъ тысячъ верстъ отдѣляло насъ отъ милой
родной Россіи... Это было въ чужой непривѣтной Манчжуріи,
гдѣ многія тысячи русскихъ мужчинъ за что-то дрались и уми­
рали, дрались съ неизвѣстными имъ до того времени малень­
кими желтыми людьми—<макаками>... Тамъ было ровное поле
безъ конца; не наше поле —степь, безпредѣльная степь Мало­
россіи, съ чуднымъ ковромъ травъ и цвѣтовъ, съ бѣлыми чи­
стенькими хатками хуторовъ, съ тополями, несущими свои
вершины въ безпредѣльную высь, къ великому доброму Богу
и съ милыми людьми — <хохлами>. Нѣтъ, ни травы, ни цвѣ­
товъ, ни своихъ людей не было—здѣсь чужіе цвѣты, травы,
люди, чужое непривѣтное небо... и здѣсь вездѣ была смерть...
— Это была война...
Война не такая, что видите вы на батальныхъ картинахъ,
гдѣ ровные красивые строи пѣхоты, красивыя атаки блестящей
кавалеріи, едва затемненные клубочками дыма, идутъ и скачутъ
на смерть, какъ на праздникъ. Нѣть, это не тѣ картины!

№ 1.

„ВОЙНА и МИРЪ“

119

Подвигъ или нѣтъ?

Покойный художникъ Верещагинъ былъ ближе къ нашей
войнѣ...
Мы не видѣли красивыхъ зрѣлищъ, мы, господа, были на
другой (иной) войнѣ: были на неприкрашенномъ праздникѣ
людской злобы, на свадьбѣ чорта со смертью. Мнѣ кажется,
что только адскія силы для своего торжества могли изобрѣсти
такое представленіе!..
Были, положимъ, и у насъ случаи, когда шли умирать какъ
на парадѣ, шли тысячи людей; но это не было красиво: люди
эти были ужъ больно неказисты—истомленные, грязные, обо­
рванные,—однимъ словомъ, «рвань»!
Бывало, что и отдѣльные люди искали смерти, но не отъ
геройства... Отъ переутомленія...
Представьте себѣ, что за годъ—полтора безпрерывной войны
можно дойти до такого состоянія, что захочется успокоиться,
голодъ, холодъ, грязь... б-ррръ! А еще когда хочеться спать.
Знаете, иногда спать нельзя, а такъ хочется, такъ хочется!..
Все это и просто, и некрасиво.
Я вспоминаю сейчасъ боевую жизнь своей охотничьей
команды, которую за полтора года войны изрядно тыкали вездѣ,
даже иногда хвалили (вѣроятно, по добротѣ сердечной) —вспо­
минаю и не нахожу подвиговъ, годныхъ для картины.. Не
могу найти, а этого такъ хочется! Хочется бросить такими
картинками въ лицо <публикѣ», которая заплевала побѣжден­
ныхъ, которая забыла, что мы—они! Но что же сдѣлать, нѣтъ
и нѣтъ!
Вотъ развѣ ряд. Василій Рябовъ (Чембарскаго полка), о
которомъ сами враги-японцы писали, что онъ геройски по­
гибъ? Да нѣтъ, вѣроятно, онъ не годится на картину, иначе
ужъ пора было бы... прошло два года.
Передъ глазами списки убитыхъ и раненыхъ охотниковъ,
полевыя книжки — исторія боевой работы команды... Гдѣ же
картинныя смерти и подвиги? Гдѣ мои герои? Все просто,
обыкновенно, сѣро...
Вотъ хотя бы на выдержку одинъ моментъ, который я по
молодости считалъ подвигомъ.

Начальнику отряда
15 окт. 1904 года. Мѣсто отправл. д. Каудитай.

«Доношу, что сегодня утромъ былъ мною посланъ разъѣздъ
изъ 3-хъ всадниковъ для наблюденія за лѣвой частью д. Хо-

120

„ВОИНА и МИРЪ“

№ Ь

Подвигъ или нѣтъ?

лентай. Охотники подошли на 300—400 шаговъ къ стѣнкѣ
деревни и окопу, держась (параллельно фронта) въ 100 ш.
другъ отъ друга. Въ такомъ порядкѣ они шли вдоль деревни,
изъ которой по нимъ было сдѣлано 3 залпа небольшими ча­
стями противника (по ихъ оцѣнкѣ въ 10—15 ружей). У охот­
ника Фомичева лошадь, испугавшись, ударилась о-земь—Фоми­
чевъ вылетѣлъ изъ сѣдла ')• Лошадь, вскочивъ, бросилась вдоль
деревни, затѣмъ пошла на японскую сторону, при чемъ у ки­
тайскаго сѣдла лопнули подпруги и весь вьюкъ свалился. Рядо­
вой Хабибулла Сафіулинъ, подъ сильнымъ огнемъ, открытымъ
по нему японцами, поскакалъ за убѣгавшимъ конемъ Фомичева
и наконецъ поймалъ его почти въ самой непріятельской де­
ревнѣ (за прудомъ, что передъ фронтомъ середины). Поймавъ
коня, онъ отыскалъ свалившееся сѣдло и все привезъ въ
команду...»
Картинка простая, но хорошая, а я по молодости думалъ,
что это <подвигъ> и представилъ Сафіулина къ Георгію,—
Начальство отказало...
За подвигъ поступокъ Сафіулина я почиталъ вотъ почему:
Фомичевъ недавно пришелъ въ команду и Сафіулину былъ
чужой,—думаю, что они и полсотни словъ не сказали между
собою; Сафіулинъ не былъ старшимъ въ разъѣздѣ; если конь
что-либо стоитъ, то ужъ паршивое китайское сѣдло стоитъ
слишкомъ мало, чтобы искать его подъ страхомъ почти неиз­
бѣжной смерти. Итакъ, въ силу чего же Сафіулинъ по­
старался за Фомичева, рискуя смертью? Пусть онъ отвѣтитъ
самъ...
Когда сталъ мнѣ извѣстенъ этотъ случай, я позвалъ Сафіулпна въ фанзу и наединѣ спросилъ, что его подвинуло на такой
хорошій поступокъ.
Вотъ его отвѣтъ:
— Онъ не земляка, ваша б—дія, онъ охотницка команда гу­
лялъ, товарища сталъ. Ево коня бѣжитъ, ты ругаешь, тебя
началства ругаетъ, команда совѣстна. Бригадный скажетъ: пло­
хой твоя охотника!..
Изъ-за того, чтобы я не поругалъ Фомичева, а меня бри­
гадный, изъ-за того, чтобы не сказали, что команда плоха—

*) Команда только за 4—5 дней сѣла на конем, раньше была пѣшей.
Кони—монголки изъ табуна, не носившіе раньше сѣдла.

,

Примѣч. автора.

№ 1.

„ВОЙНА и МИРЪ ‘

121

Подвигъ ми нѣтъ?

рисковать почти вѣрной потерей высшаго блага—жизни... Это
высшая красота душевная, это великое сердце русскаго сол­
дата! Это просто, но это простота святая!
Не надо его на картину, этого солдата-татарина, несущаго
въ сердцѣ великую заповѣдь <люби ближняго, какъ себя» и
даже въ любви этой забывающаго о себѣ, но преклонитесь
предъ его святымъ величіемъ вы, отказавшіе ему въ наградѣ,
которую часто другимъ давали <по случаю»!
Кучукъ-Ламбатъ.
27 сентября.

В

Гавриловъ.

Постъ подъ Мркаліѳй.
(Эпизодъ изъ боснійскаго движенія 1882 года).
Съ польскаго; Изидора К.

Былъ 5-й часъ утра, но черная зимняя ночь покрывала
еще своимъ плащомъ скалистые снѣжные бока Пуха-горы На
небѣ, затканномъ тучами, не видно было ни одной звѣздочки.
Окрестности казались мрачными и безлюдными,— однако без­
людны онѣ не были.
За гигантскимъ переваломъ свѣтился небольшой костеръ,
вокругъ котораго на снѣгу сидѣли и лежали скорчившіяся
фигуры солдатъ; около самаго костра помѣщалосъ трое офи­
церовъ, закутанныхъ въ бурки съ поднятыми башлыками;
офицеры вели сдержанный разговоръ.
— Какъ вы думаете, капитанъ?—обратился одинъ изъ по­
ручиковъ къ пожилому бородатому мужчинѣ, начальнику отря­
да:—дождемся мы инсургентовъ или нѣтъ?
Капитанъ стряхнулъ съ сигары пепелъ и помолчалъ.
— Кто можетъ знать, — сказалъ онъ: — кажется. Донесеніе
было вполнѣ ясное: «Иванъ Спутичъ собираетъ повстанцевъ
въ Претори и двинется съ ними черезъ Улёбицъ-плянину на
Кикалё и Мркалію». А потому проходить они должны здѣсь.
— Хорошо, — отозвался другой поручикъ, — но мы здѣсь
ждемъ двадцать четыре часа, а ихъ нѣтъ и нѣтъ.
— Подумать можно,—усмѣхнулся капитанъ,—что ты тоску­
ешь по нимъ, Праунвицъ?..
— И натурально! Вѣдь цѣлыхъ два мѣсяца мы находимся
въ области, охваченной возстаніемъ; каждый день получаемъ
вѣсти о кровавыхъ встрѣчахъ и схваткахъ; почти всѣ полко-

№ 1.

„ВОЙНА и МИРЪ“

■

123

Постъ подъ Мркаліей.

вые товарищи побывали въ огнѣ, а я до сихъ поръ даже и
не нюхалъ боснійскаго пороха!
— Ну, а я, — сказалъ первый поручикъ, — нанюхался его
досыта, когда еще былъ кадетомъ, во время оккупаціи; былъ
я тогда подъ Банялукой и при взятіи Сараева. Но признаться
долженъ, что все-таки предпочитаю именно тогдашнюю кампа­
нію, такъ какъ велась она и правильнѣе, и болѣе походила
на настоящую войну... Хотя... эти партизанскія стычки стран­
нѣе, безпощаднѣе... И представляется невольно, что у босній­
цевъ прибыло съ теченіемъ времени и настойчивости, и ди­
кости.
На минуту разговоръ пресѣкся.
Мокрыя вѣтви, подбрасываемыя въ костеръ, шипѣли и лѣ­
ниво тлѣли.
Съ запада, отъ Вичэво-брда и Дрины подулъ легкій вѣте­
рокъ, предвѣстникъ близкаго разсвѣта.
— Дааа... Этимъ безумцамъ нельзя отказать въ смѣлости,—
произнесъ капитанъ, возможно плотнѣе заворачиваясь въ бур­
ку:—и даже можно сказать, что бездѣльники эти обладают^
нѣкоторыми изъ качествъ, присущихъ средневѣковымъ рыцарямъ-богатырямъ: такъ же, какъ и послѣдніе, они порой спо­
собны на величайшіе подвиги самопожертвованія; хотя и средь
нихъ тоже есть не мало простыхъ висѣльниковъ...
— Какъ, напримѣръ, этотъ Торопъ Спутичъ, который вы­
даетъ намъ своего родного брага, — воскликнулъ поручикъ
Праунвицъ.
— Въ Фочѣ мнѣ разсказывали о немъ цѣлую исторію,—
проговорилъ другой поручикъ, — только не знаю, сколько въ
* этомъ правды.
— Объ отношеніяхъ братьевъ Спутичей къ дочери Кабачъ-бэга?
— Да. Младшій, Торопъ, собирался жениться на ней, и
даже назначенъ, говорятъ, былъ день свадьбы, когда появился
вдругъ старшій, Иванъ, и, склонивъ родителей невѣсты на
свою сторону, забралъ у него изъ-подъ носа дѣвку. По этому
поводу произошли разные романическіе скандалы: дѣвка соби­
ралась бѣжать; Торопъ хотѣлъ ее убить; но кончилось все
это тѣмъ, что Торопъ далъ клятву отмстить своему брату, и
съ той поры и началъ преслѣдовать его на каждомъ шагу.
И очевидно, что въ настоящее время онъ пользуется лег­
кимъ способомъ осуществленія своей мести, предавая брата въ
наши руки.

124

„ВОИНА и МИРЪ“

№ 1

Постъ подъ Мркаліей.

— Ну, это намъ на руку, — процѣдилъ сквозь зубы капи­
танъ: — Иванъ Спутичъ слишкомъ много испортилъ нашей
крови .. Хотя... во всякомъ случаѣ... Этотъ Торопъ—большой
висѣльникъ.
Вдругъ со стороны впереди лежащей мѣстности раздался
неожиданный окликъ часового: «Halt! Wer da?>
Офицеры мгновенно сорвались съ своихъ мѣстъ, а солдаты
быстро разобрали оружіе... Воцарилась полная тишина неопре­
дѣленности ожиданія...
Одинъ изъ офицеровъ, какъ начальникъ поста, взялъ съ
собою солдата и отправился впередъ. Изъ-подъ ногъ уходя­
щихъ пронесся рѣзкій звучный скрипъ снѣга, затихавшій по
мѣрѣ удаленія шаговъ; вотъ онъ совсѣмъ слабый... Наконецъ
все стихло.
Отрядъ, съ офицерами во главѣ, началъ тревожно вслуши­
ваться въ тишину, не зная — нарушатъ ли ее въ грядущую
минуту грозные крики и трескъ выстрѣловъ...
Но скоро до отряда дошелъ отзвукъ сдержаннаго разговора;
потомъ снѣгъ снова заскрипѣлъ и вырисовались изъ мглы си­
луэты сторожевыхъ солдатъ.
Впереди конвоирующихъ часовыхъ шелъ молодой босніецъ,
съ связанными за спиною руками. Шелъ онъ смѣло и, освѣ­
щенный костромъ, вотъ остановился гордо передъ начальни­
комъ отряда. Всѣ были изумлены дороднымъ и сильнымъ ви­
домъ человѣка, одѣтаго необыкновенно богато для простого
боснійца.
— Ты кто такой?—мѣряя суровымъ взглядомъ приведеннаго
боснійца, спросилъ капитанъ.
Тотъ поднялъ взглядъ и уставился въ лицо офицера.
— Я?.. Торопъ Спутичъ,—отвѣтилъ босніецъ.
Звуки произнесеннаго имени вызвали общее движеніе въ
отрядѣ; на лицахъ офицеровъ изобразилось крайнее любопыт­
ство, не безъ примѣси и извѣстной доли радости.
— ’Есть у тебя что-нибудь такое, чѣмъ бы ты могъ дока­
зать, что ты именно тотъ, за кого выдаешь себя?—продолжалъ
капитанъ допросъ, сохраняя важное спокойствіе.
Губы боснійца искривились усмѣшкой.
— Да, господа, есть... новыя вѣсти о возстаніи.
— Говори.
— Ровно черезъ часъ, съ восходомъ солнца, на васъ уда­
рятъ съ трехъ сторонъ.
— Какъ такъ? У твоего брата такъ много людей?

Л’ 1.

„ВОИНА II МИРЪ“

125

Постъ подъ Мркаліей.

Босніецъ вздрогнулъ и угрожающе вытянулся.
— У моего брата?! Екъ, господа (нѣтъ, господинъ): то—не
братъ мой, то мой врагъ, чтобы его шайтанъ задавилъ!
Цвѣтущее и гладкое лицо боснійца исказилось гримасами;
глаза вспыхнули злобнымъ мщеніемъ, а изъ устъ показались
два ряда бѣлыхъ клыковъ, бѣлыхъ и острыхъ, какъ у волка.
Но это продолжалось не болѣе минуты; скоро овладѣвъ со­
бой, босніецъ началъ отвѣчать на допросъ.
— Иванъ Спутичъ вчера соединился въ Улёбицъ-плянинѣ
съ отрядомъ Станка Сдрѣевича, въ которомъ считается двѣсти
головъ; и оба, зная, что у васъ только одна рота, рѣшили
окружить и атаковать васъ ровно съ восходомъ солнца, съ
трехъ сторонъ: отъ Вичэво-брда, отъ Перушицы и отъ Улёбицъ-плянины. Первый поведетъ атаку Сдрѣевичъ отъ Кучэвобрда, но это будетъ лишь демонстрація, исполненная незначи­
тельными силами; потомъ, когда вы обратитесь противъ нея,
Иванъ со всѣмъ своимъ отрядомъ ударитъ на васъ отъ Улёбицъ-плянины и Перушицы.
Капитанъ все время испытующе-подозрительно смотрѣлъ на
говорившаго боснійца и, когда допросъ окончилъ, произнесъ:
—- Если только ты налгалъ, то на дерево и пулька въ голову!
— Колп мнѣ не повѣрите, то завтра васъ не будетъ.
Наступило глубокое молчаніе.
Капитанъ жестомъ пригласилъ офицеровъ на совѣщаніе. И
скоро рѣшили: 50 человѣкъ оставить подъ командой Праунвица на занимаемой позиціи, для привлеченія всѣхъ силъ
противника, а остальныхъ отодвинуть . къ Снѣсницѣ-плянинѣ,
чтобы оттуда своевременно ударить на флангъ атакующаго
позицію Ивана Спутича.
По составленіи засѣданія капитанъ еще разъ позвалъ бос­
нійца.
— Послушай, скажи откровенно, что тебя побудило къ
тому, что ты пришелъ съ доносомъ и предостереженіемъ?
— Если бы Иванъ Спутичъ сегодня одолѣлъ васъ, то я
долженъ былъ бы очень долго ждать новаго случая отмщенія,—
отвѣтилъ Торопъ.
Капитанъ на это только покивалъ головой и ничего не
сказалъ больше.
Затѣмъ, отдавши дополнительныя приказанія Праунвицу,
чтобы тотъ задержалъ боснійца при себѣ, какъ плѣнника, до
особаго распоряженія, начальникъ отряда отступилъ съ резер­
вомъ къ Снѣсницѣ.

126

„ВОЙНА и МИРЪ“

№ I.

Постъ подъ Мркаліей.

Восточный вѣтеръ становился все сильнѣе и сильнѣе; мо­
розный воздухъ былъ переполненъ какой-то странной мглой:
синѣло-брежжило.
Поручикъ Праунвицъ быстро занялъ позицію.
Отъ Вичэво-брда отдѣляла его глубокая пропасть и узкій
скалистый хребетъ, а кромѣ того прикрывала стѣна обрыва,
такъ что онъ былъ вполнѣ защищенъ отъ выстрѣловъ непрія­
теля, и флангъ этотъ требовалъ самаго незначительнаго на­
блюденія; главное же вниманіе приковывалось фронтовой по­
зиціей и ея правымъ флангомъ.
Цѣпь примѣнилась къ мѣстности и залегла. Разбросанная
среди камней и втиснутая въ щели и складки мѣстности, она
казалась въ изгибахъ снѣга и мглистаго воздуха вытянутой и
изогнутой линіей сѣрыхъ птицъ.
Сторожевое охраненіе было снято. Праунвицъ помѣстился
подъ стѣной обрыва и сталъ всматриваться въ окружающую
мглу, но кругозоръ пронизался не болѣе какъ шаговъ на
двадцать.
Въ природѣ царила полная, ничѣмъ не смущаемая тишина;
только отъ времени до времени слышенъ былъ вдали, у лѣ­
совъ Райевацъ-плянины, тягучій вой волчьей стаи.

Такъ прошло съ часъ времени, но часъ длинный, вѣчный
часъ ожиданія нападенія.
Мгла порѣдѣла; на востокѣ она окрасилась розовымъ цвѣ­
томъ, въ которомъ обрисовались верхушки Вичэво-брда, увѣн­
чанныя золотистымъ краемъ.
Солнце всходило медленно.
И вдругъ Торопъ Спутичъ, котораго Праунвицъ держалъ
около себя подъ стражей, вскочилъ съ кучи камней и, вытя­
нувши шею, началъ прислушиваться...
— Идутъ!—шепнулъ онъ черезъ минуту, показывая глазами
на востокъ.
Офицеръ напряженно началъ всматриваться, во ничего не
увидѣлъ. Вичэво-брда представлялось огромной выпуклой бѣлой
равниной, командующіе пункты коей, залитые блескомъ восхо­
дящаго солнца, свѣтились какъ многочисленные огоньки, раз­
сыпанные по снѣгу... нигдѣ тамъ не было и признака чело­
вѣка...
Скалистый перевалъ, тутъ же, за пропастью, отдѣлявшій
Вичэво-брдо отъ Пуха-горы, также былъ пустыненъ и мертвъ;

№ 1.

„ВОЙНА и МИРЪ“

145

Постъ подъ Мркаліей.

костлявые кустарники и карликовые дубы, растущіе на его
вершинѣ, казалось, дремали, еще не вполнѣ пробужденные
отъ сна...
— Гдѣ тамъ ты видишь кого-то?—спросилъ тихо Праунвицъ.
— Идутъ!!—повторилъ босніецъ, упорно вслушиваясь въ эхо
звуковъ, очевидно доступное только его уху.
И что же? Въ ту же минуту между кустарниками что-то
начало двигаться; неопредѣленныя тѣни стали проталкиваться
отъ одного дуба къ другому. Нц вокругъ была все прежняя
тишина, и можно было бы подумать, что движеніе тѣней—есть
игра мглы и утренняго свѣта, создающая для глаза причудли­
вые и неясные образы.
Но вотъ, на перегибѣ горы промелькнула огненная змѣйка,
и тотчасъ же грянуло нѣсколько десятковъ выстрѣловъ.
Праунвицъ дольше не колебался; донесеніе Торопа Спутича
было справедливо: Станко Сдрѣевичъ началъ наступленіе...
— Огонь!—скомандовалъ Праунвицъ лѣвому участку своей
цѣпи. И съ обѣихъ сторонъ завязалась перестрѣлка, скоро
перешедшая въ бѣшеную трескотню.
Синій пороховой дымъ смѣшался съ утренней мглой, еще
не разсѣявшейся надъ пропастью, и повисъ надъ бездной сѣ­
рымъ помостомъ, такъ что боснійцамъ не представлялось пре­
пятствія для рѣшительнаго и убійственнаго удара на своего
слабаго противника... Но они не думали объ атакѣ; стрѣляли
правильно, расчитанно, при этомъ изрѣдка оглашали воздухъ
протяжнымъ окликомъ:
— Вэй, вэй! Удри до шваба! (Бѣда, бей непріятеля!).
Тонкая стрѣльба инсургентовъ, однако, приносила мало
вреда обороняющемуся, по причинѣ дальности разстоянія; въ
самомъ началѣ боя убитъ былъ одинъ солдатъ, потомъ легко
ранены двое; но густой градъ пуль непрерывно осыпалъ по­
зицію дождемъ осколковъ скалы.
Праунвицъ началъ, согнувшись, проходить вдоль цѣпи, слѣ­
дуя за движеніемъ и намѣреніями возстанцевъ; и онъ замѣ­
тилъ какой-то особенный ихъ маневръ, такъ что ему казалось
возможнымъ ихъ наступленіе черезъ... пропасть.
— Сумасшедшіе!—подумалъ онъ.
Но въ этотъ самый моментъ пронесся рѣзкій залпъ съ пра­
вой стороны, сразу объяснившій Праунвицу все: Иванъ Спутичъ двинулся съ главными силами; Праунвицъ бросился къ
этому флангу.
Тамъ, противъ горсти солдатъ, показались и развернулись
10

146

„ВОИНА и МИРЪ“

№ 1.

Постъ подъ Мркаліей.

изъ за взгорья тѣсныя шеренги боснійцевъ; пользуясь склад­
ками мѣстности, они начали быстрое наступленіе, охватывая
полукольцомъ ненавистныхъ имъ «швабовъ
.
*
Представлялось
вполнѣ очевиднымъ, что дальнѣйшее сопротивленіе будетъ не­
возможно, и Праунвицъ началъ тоскливо поглядывать въ сто­
рону Спѣсницы, не видя обѣщаннаго резерва. А вотъ босній­
цы, дошедши до равнины, задержались и открыли убійственную
стрѣльбу на малое разстояніе и 'большое пораженіе.
Черезъ нѣсколько минутъ около третьей части цѣпи оказа­
лось убитой и раненой. Но остальные, однако, напрягли всѣ
усилія для боя и сопротивленія: они понимали, что спасеніе
ихъ заключается лишь въ томъ, чтобы удержаться на позиціи;
стоитъ имъ отступить на шагъ—-боснійцы ринутся за ними и
въ пухъ и прахъ разнесутъ кинжалами.
— Ку хондажору! Ку хондаааажааору! ).*
Отчаянная стрѣльба солдатъ удержала боснійцевъ отъ
атаки.
Поднимаясь, они снова припадали къ снѣгу и открывали
огонь.
Среди боснійцевъ метался, какъ саламандра въ пламени,
молодой юнакъ, съ черной бородой, распущенной по вѣтру;
онъ былъ безъ шапки и съ обнаженнымъ кинжаломъ въ зу­
бахъ; подбадривалъ онъ возстанцевъ короткимъ прерывистымъ
рычаніемъ.
Сразу было можно узнать въ немъ предводителя, и солдаты
брали его на мушку, но въ цѣль не могли попасть.
— Это—Спутичъ!—прошепталъ Праунвицъ:—онъ долженъ
погибнуть, или погибнемъ мы... Капралъ Марко! Ко мнѣ, ко
мнѣ!
Капралъ Марко, лучшій стрѣлокъ въ полку, подползъ на
четверенькахъ къ офицеру.
— Видишь того бородача? Если его снимешь, то получишь
дукатъ и повышеніе... Но спѣши!
Капралъ склонился къ камню, вставилъ прикладъ въ плечо
и... въ ту же секунду палъ, пораженный насмерть пулей въ
голову и обрызгивая кровью платье Праунвица.
Праунвицъ схватилъ винтовку самъ; стрѣлокъ онъ былъ
недурной. Но лишь прицѣлился, какъ кто-то потянулъ его за
рукавъ... зубами.
Ч На кинжалы!—боевой кличъ боснійцевъ.

Aî 1.

„ВОЙНА и МИРЪ“

147

Постъ подъ Мркаліей.

Это былъ Торопъ Спутичъ.
— Господа! — судорожно скаля зубы, прохрипѣлъ онъ: —
снимите веревки,—я его... не промахнусь!
Офицеръ замялса. Положеніе отряда критическое, но брато­
убійство претило. И. . вдругъ движеніемъ сабли онъ перерѣ­
залъ веревки.
— Стрѣляй, если хочешь! Но попади!!
Торопъ нервно схватилъ брошенную на снѣгъ винтовку и,
легши на животъ, началъ старательно прицѣливаться. Нѣ­
сколько разъ онъ отставлялъ, а потомъ снова тщательно под­
водилъ мушку: было видно, что онъ не хочетъ зря тратить
выстрѣлъ. Спокойно и долго прицѣливался онъ, и вдругъ!
вздрогнулъ и затрясся всѣмъ тѣломъ; упавшую винтовку от­
бросилъ отъ себя въ сторопу. Лицо его сдѣлалось блѣдно; губы
тряслись—какъ отъ страха.
— Господа,—воскликнулъ онъ тихо,—не могу стрѣлять...
Могъ бы задѣть кого-другого, а я хочу убить именно его.
Но Праунвицъ уже не слышалъ этихъ словъ, такъ какъ
боснійцы поднялись для новой атаки и огласили воздухъ гро­
мовымъ крикомъ: <Ку кандажору!» Крикомъ этимъ заглушенъ
былъ гулъ выстрѣловъ.
Боснійцы впередъ бросились тѣсной лавой и, падая рядами,
неудержно понеслись на непріятеля.
До солдатъ оставалось не болѣе 200 шаговъ, такъ что видны
были обороняющемуся, чрезъ розоватыя облака дыма, отдѣль­
ныя лица разъяренныхъ боемъ страшныхъ возстанцевъ.
Праунвицъ съ ужасомъ сознавалъ, что рѣшительная минута
наступила, и огненная мысль, какъ молнія, завертѣлась въ его
мозгу: <Что же дальше? Что же будетъ, если капитанъ сей­
часъ же не придетъ съ резервомъ?>
Но помощь явилась въ самую пору. Въ рѣшающій дѣло
моментъ на. правомъ флангѣ загремѣли залпы и промчалось
<хурао!>; это пришли свѣжія силы поддержки.
Лава боснійцевъ мгновенно остановилась. Она начала
свиваться въ клубокъ и заметалась, какъ трепещутъ вѣтви
подрѣзаннаго подъ корень дуба раньше, чѣмъ грянуть объ
земь.'
Неожиданное нападеніе на нихъ съ той стороны, въ которой
они не предполагали присутствія противника, привело ихъ
въ замѣшательство и породило мысль, что они окружены вра­
гомъ, значительно превосходящимъ ихъ въ силахъ, сопроти­
вляться коему они не въ состояніи, слѣдовательно—тѣмъ бо­
10*

148

„ВОИНА и МИРЪ“

№ 1.

Постъ подъ Мркаліей.

лѣе — не въ состояніи одержать надъ нимъ побѣду; пере­
крестный огонь обратилъ ихъ чрезъ минуту въ паническое
бѣгство.
Тщетно Иванъ Спутичъ громовымъ голосомъ призывалъ бос­
нійцевъ къ себѣ,—удержать ихъ не могли уже никто и ничто.
Они начали дико удирать, воя нечеловѣчески объ измѣнѣ и
устилая дорогу своими трупами.
Солдаты ринулись за ними, непрерывно преслѣдуя огнемъ
и ни на минуту не давая остановиться.
О сопротивленіи, дѣйствительно, не могло быть и рѣчи;
отрядъ Ивана Спутича кончилъ свое существованіе.
Чрезъ полчаса послѣ этого на Пуха-горѣ умолкли послѣд­
ніе выстрѣлы, и солдаты, находясь еще подъ впечатлѣніемъ
боевого одурѣнія, возбужденные побѣдой, начали строиться въ
отдѣленія, при чемъ поздравляли другъ друга, обнимались, смѣ­
ялись и пѣли.
Капитанъ съ офицерами стоялъ надъ краемъ пропасти и
осматривалъ чрезъ бинокль впереди лежащую мѣстность.
Кругомъ вездѣ было пусто; только на самой Пухъ - горѣ
снѣжная плоскость, изрытая слѣдами ногъ, чернѣла пятнами
убитыхъ тѣлъ и алѣла пятнами крови. Видно было, какъ ра­
неные съ неимовѣрными усиліями приподнимались на руки и
стономъ взывали о пощадѣ; многіе, удручаемые страданіями,
извивались и ползали по снѣгу.
Но эти стоны исчезали въ хорѣ радостныхъ восклицаній:
ихъ никто не замѣчалъ, кромѣ ястребовъ, кружившихся въ
высотѣ и слѣдившихъ падаль.
Офицеры начали разборъ подробностей боя, и такъ занялись
этимъ, что даже не обратили вниманія на приблизившагося къ
нимъ Торопа Спутича.
Спутичъ измѣнился до неузнаваемости: какъ-то сгорбился и
сократился и еле-еле волочилъ за собою ноги; лицо его отра­
жало страшную муку,—черную, безысходную тоску.
Онъ подошелъ и сталъ въ сторонкѣ.
— Господа,—произнесъ онъ послѣ короткаго молчанія, об­
ращаясь къ капитану,—донесеніе мое было правдиво и приго­
дилось вамъ; позвольте теперь мнѣ уйти.
— Ты свободенъ,—отвѣтилъ капитанъ,—но, однако, я думаю,
что, ради твоей безопасности, тебѣ лучше было бы остаться
съ нами. Съ нами ты могъ бы добраться до Фочи, а оттуда и
ДЭіЛЬШѲ«
Торопъ покачалъ головою.

Jè' 1.

„ВОИНА и МИРЪ"

149

Постъ подъ Мркаліей.

— Я долженъ остаться здѣсь, чтобы снова преслѣдовать
его, такъ какъ вѣроломство мое оказалось безплоднымъ: онъ
ушелъ.
Но когда Торопъ произносилъ эти слова, взглядъ его слу­
чайно упалъ на группу боснійцевъ, плѣнниковъ, которыхъ сол­
даты били прикладами и связанныхъ тащили къ капитану.
Впереди всѣхъ шелъ юнакъ съ черной бородою, развѣвавшейся по вѣтру; у него изъ щеки, проколотой штыкомъ, лилась
широкой струей полузапекшаяся кровь; но движенія и видъ
плѣннаго были исполнены смѣлости: голову онъ держалъ вы­
соко, глаза метали молніи ненависти и презрѣнія.
— Ааа!!!—вдругъ крикнулъ Торопъ,—поймали-таки его!!! Не
ушелъ!
— Ааа!!!
И, какъ дикій звѣрь, онъ скакнулъ впередъ, но взоръ Ивана
приковалъ его къ мѣсту.
— Добро ютро, братчи (день добрый, братъ),—сказалъ ему
Иванъ спокойнымъ и ровнымъ голосомъ.
Торопъ не отвѣтилъ на привѣтствіе и обернулся къ ка­
питану.
— Господа! — закричалъ онъ съ горячностью, — это Иванъ
Спутичъ, предводитель бунтовщиковъ! Не дайте ему уйти! Онъ
по вашимъ законамъ долженъ погибнуть на висѣлицѣ!
Капитана передернуло отъ этихъ словъ; а Праунвицъ вслухъ
произнесъ:—Каналья!
Но капитанъ, храня неизмѣнное спокойствіе, началъ допросъ:
— Ты—Иванъ Спутичъ?
— Я.
— Знаешь, что тебя ожидаетъ?
— Знаю.
— Ты будешь отправленъ мною въ Фочу; тамъ военный
судъ и...
Не окончивъ фразы, капитанъ повернулся на каблукахъ
кругомъ и отдалъ офицерамъ приказаніе о погребеніи убитыхъ
и оказаніи помощи раненымъ. Легко раненыхъ предполагалось
отправить пѣшкомъ за отрядомъ, для тяжело раненыхъ потре­
бовать подводы изъ Мркаліи.
Разсвѣтало. Мгла разсѣялась; золотое солнце остановилось
надъ Руйѳвачъ - пляниной и лило потоки свѣта на покрытыя
снѣгомъ взгорья. И тысячи лучей играли на мѣстѣ побоища,
заглядывая въ очи каждому изъ убитыхъ, какъ бы желая убѣ­
диться, нѣтъ ли между уснувшими навсегда и живыхъ еще.

„ВОЙНА и МИРЪ“

150

№ 1-

Постъ подъ Мркаліей.

Перевязка была раненымъ сдѣлана наскоро; убитыхъ начали
относить въ сторону и складывать въ двѣ кучи: отдѣльно солдатъ
и отдѣльно боснійцевъ; могилы для нихъ должны были выко­
пать хлопы изъ Мркаліи, за которыми и послали.
Капитанъ производилъ, по-очередно, допросъ плѣнниковъ.
Когда онъ кончилъ опросъ послѣдняго изъ нихъ и хотѣлъ
отойти отъ толпы, къ нему приблизился Иванъ Спутичъ.
— Господа!—сказалъ Иванъ,—позвольте передъ тѣмъ, какъ
заберутъ меня отсюда, сказать нѣсколько словъ брату съ глаза
на-глазъ... Бога ми (клянусь Богомъ), у меня нѣтъ ничего по­
дозрительнаго въ сообщеніи, — прибавилъ онъ быстро, видя,
что капитанъ раздумываетъ: — скажу только нѣсколько словъ
отъ отца... Позвольте! Молимъ васъ!

III.
Капитанъ кивкомъ головы подозвалъ Торопа, а самъ съ сол­
датами отошелъ немного вбокъ.
Братья встрѣтились; минуту, мѣряя другъ друга глазами,
они стояли молча. Заговорилъ Иванъ:
— Двукратно выдалъ насъ, Торопе?
— Выдалъ тебя, такъ какъ хотѣлъ, чтобы ты погибъ подлой
смертью отъ рукъ швабовъ.
— Помнишь, Торопе, Банишъ-халъ (халъ—усадьба, стоящая
отдѣльно) — въ дубовой рощѣ на Грнимъ Врху *). Родились
тамъ мы обое. Я тамъ былъ позавчера; голову мою оцѣнили,
слѣдовательно, ходилъ я съ опасностью для жизни... Умиралъ
старикъ-отецъ: долженъ я былъ пойти... Умеръ онъ на моихъ
рукахъ... И приказалъ передать тебѣ, Торопе, что явится обо­
ротнемъ на этотъ свѣтъ и будетъ тебя преслѣдовать, куда бы
ты ни направился; и кровь твою по ночамъ высасывать бу­
детъ...
— Хорошо,—отвѣтилъ Торопъ, блѣднѣя, но силясь усмѣх­
нуться.
— Говорилъ отецъ передъ смертью также, что Торопъ не
сынъ его: «никакой настоящій босніецъ не сдѣлаетъ того, что
онъ>... «Когда бы,—говорилъ,—была у него, Торопа, обида
на брата, отбившаго у него дѣвку, то пусть бы онъ собралъ
*) Холмъ иа югѣ Фочи.

№ 1.

„ВОИНА и МИРЪ“

151

Постъ подъ Мркаліей.

юнаковъ и силой отнялъ жену... пусть бы, наконецъ, искалъ
съ нимъ встрѣчи и вызвалъ бы на поединокъ. Но онъ этого
не сдѣлалъ: онъ предпочелъ быть предателемъ, предпочелъ
оскорбить святое дѣло — предпочелъ служить швабамъ изъ-за
мести... И потому,—говорилъ,—пусть будетъ проклятъ на вѣч­
ныя времена!... Пусть внуки и дѣти его будутъ прокляты!
Пусть сгніетъ, какъ жалкій пёсъ, ибо изъ-за дѣвки не прода­
ютъ ни вѣры, ни отчизны!>... Слышишь, Торопъ? Это отецъ
приказалъ передать тебѣ.
Торопъ молчалъ; голова была опущена на грудь.
По лицу Ивана носились черныя тучи.
— Молись,—вдругъ произнесъ послѣдній:—молись и кайся
въ своихъ грѣхахъ!
Торопъ поднялъ голову и вызывающе взглянулъ на брата.
— Ты самъ кайся! Ты скорѣе съѣдешь съ этого свѣта! Послѣ­
завтра ты будешь въ Фочѣ на висѣлицѣ, а я буду смотрѣть
на твои мученія и громко кричать, что мое сердце радуется!
— Никто своего дня и своего часа не вѣдаетъ,—возразилъ
Иванъ понуро.—Справедливость ходитъ всѣми дорогами, и ни­
кто не увернется отъ нея. Торопе... отецъ приказалъ еще пе­
редать тебѣ, что въ минуту твоей смерти появится со стороны
Банишъ-хала и станетъ предъ тобою съ новымъ проклятіемъ...
Смотри!!! Смотри!!! Я вижу отца! Вонъ онъ сходитъ съ обла­
ковъ и сюда идетъ!!!
Торопъ машинально повернулъ голову и оглянулся.
Связанный Иванъ однимъ прыжкомъ подскочилъ къ брату
и ударилъ его тяжестью своего тѣла.
— Изъ-за дѣвки не продаютъ отчизны!—съ дикой радостью
крикнулъ онъ, свергаясь за братомъ въ пропасть.
Помощь солдатъ была запоздалой.
Въ черной пасти бездны было тихо: ни стона, ни звука.
Только послѣднія слова Ивана, отраженныя скалистыми го­
рами, шумѣли эхомъ на снѣгахъ Пуха-горы, покрытой еще
тучами.
Капитанъ Кузнецовъ.

Разъѣздъ.

Офицерскій вопросъ во Франціи.
О чинопроизводствѣ офицеровъ во Франціи *)•
Генералъ Ланглуа.
Во Франціи офицеры производятся въ слѣдующій чинъ еще
на основаніи закона 1832 г.: въ низшихъ чинахъ часть офи­
церовъ производится по старшинству и часть по избранію;
въ высшихъ чинахъ—исключительно по избранію; неспособные
отъ производства не отставляются.
Каждый годъ въ <Journal Officiel» печатаются списки офице­
ровъ, удостоенныхъ къ производству по избранію. Всѣмъ офи­
церамъ, попавшимъ въ эти списки, принципіально обезпечено
производство въ теченіе слѣдующаго года. Такая система про­
изводства офицеровъ по избранію, какъ бы ни былъ идеаленъ
способъ составленія списковъ, имѣетъ серьезные недостатки;
1) Когда офицеръ достигаетъ извѣстнаго старшинства въ
чинѣ, то во власти начальника сдѣлать представленіе о его
производствѣ, которое можетъ быть или уважено, или нѣтъ.
Съ этого момента будущность офицера зависитъ отъ оцѣнки его
начальниковъ, которая имѣетъ громадное вліяніе на его карьеру;
но при этомъ слишкомъ мало обращается вниманія на оцѣнку,
данную офицеру предыдущими начальниками, а иногда даже и
на прежнюю службу. Это происходитъ отъ того, что комиссія
по производству имѣетъ въ своемъ распоряженіи аттестаціи
офицеровъ только за послѣдніе три года.
2) Наносится серьезный ущербъ интересамъ многихъ офи­
церовъ. И въ самомъ дѣлѣ,—число офицеровъ, попадающихъ
въ списки по избранію, крайне ограничено; оставляя въ сто­
ронѣ случайныя ошибки, возможныя при оцѣнкѣ, нельзя не
Questions de defense nationale. Edition. Paris. 1906.

154

„ВОЙНА и МИРЪ“

Со всего

Л? 1.

свѣта.

согласиться съ тѣмъ, что разница въ служебныхъ заслугахъ
между тѣми, которые стоятъ въ послѣднихъ строчкахъ списка,
и тѣми, которые не попали въ списки, очень небольшая и
совершенно не соотвѣтствуютъ разницѣ въ служебной карьерѣ
лицъ обѣихъ категорій. Такимъ образомъ система производства
по избранію представляется весьма несправедливою: однимъ—
все, другимъ — ничего. Бывшій военный министръ генералъ
Цурлинденъ, сторонникъ системы производства по избранію,
въ оправданіе этой системы ссылается на интересы государ­
ства и всего военнаго дѣла, но наврядъ ли генералъ относился
бы такъ спокойно къ жалобамъ обойденныхъ, если бы ему
самому пришлось быть жертвой. Несправедливое же отношеніе
къ интересамъ офицеровъ вноситъ въ ихъ среду нежелатель­
ное раздраженіе.
3) Практическое примѣненіе системы производства по из­
бранію представляетъ громадныя трудности, которыя станутъ
ясными при ознакомленіи съ самой техникой дѣла.
1. Комиссіи по производству.
Правила производства по избранію были установлены послѣ
всевозможныхъ измѣненій указомъ Фрейсинэ 5 марта 1899 г.
Согласно этого указа, списки для низшихъ чиновъ утвержда­
ются войсковой комиссіей; для штабъ-офицеровъ — комиссіей,
состоящей изъ командировъ корпусовъ, для генераловъ—выс­
шимъ военнымъ совѣтомъ. Такой порядокъ заимствованъ отъ
спеціальныхъ родовъ оружія, гдѣ еще задолго до ФранкоПрусской войны списки утверждались комиссіей, состоящей изъ
генералъ-инспекторовъ. Эти комиссіи дали удовлетворительные
результаты, но все-таки въ настоящее время онѣ въ большой
немилости.
Но прежде, чѣмъ разобрать по существу недочеты въ дѣя­
тельности комиссіи по производству, нужно коснуться вопроса,
насколько справедливы басни, распространенныя о вей въ
военной средѣ. Говорятъ, напримѣръ, что на комиссіи имѣютъ
вліяніе посторонніе элементы, а именно — клерикалы. Чтобы
опровергнуть это, достаточно прослѣдить прохожденіе службы
французскихъ генераловъ.
Генералъ Андре въ продолженіе всей своей служебной
карьеры былъ производимъ по избранію. Онъ никогда не
скрывалъ своихъ антиклерикальныхъ воззрѣній, всегда былъ
приверженцемъ республиканскаго образа правленія, но это

№ 1.

„ВОИНА и МИРЪ“

155

Со всего свѣта.

нисколько не помѣшало ему черезъ всѣ чины прийти произ­
водствомъ по избранію. Можно указать и другихъ артиллерій­
скихъ генераловъ, тоже антиклерикаловъ и такихъ же добрыхъ
республиканцевъ, какъ и генералъ Андре, пользовавшихся
милостями комиссіи по избранію; они служатъ лучшимъ опро­
верженіемъ несправедливыхъ обвиненій, возводимыхъ на ко­
миссію. Но все-таки, при самомъ честномъ отношеніи къ дѣлу
со стороны членовъ комиссіи, они по существу дѣла не мо­
гутъ не дѣлать ошибокъ.
Г, Клотцъ въ своемъ рапортѣ о военномъ бюджетѣ гово­
ритъ, что комиссіи по избранію уже отжили свое время. Ге­
нералъ Цурлинденъ предлагаетъ обнародовать заключенія ко­
миссіи; но на самомъ дѣлѣ дѣятельность комиссій заслуживаетъ
другихъ болѣе серьезныхъ упрековъ.
Посмотримъ, какъ происходитъ работа комиссіи. Предполо­
жимъ, что въ какой-либо чинъ нужно произвести, а слѣдова­
тельно и занести въ списки, 20 офицеровъ; членовъ въ ко­
миссіи, допустимъ, 14. На практикѣ заносится въ списокъ
первый кандидатъ каждаго инспектора, и легко можетъ слу­
читься, что первый кандидатъ одной инспекціи будетъ ниже по
достоинствамъ второго и даже третьяго кандидата другой
инспекціи—вотъ возможность первой ошибки. Затѣмъ, чтобы
догнать до числа двадцати, между членами комиссіи начинается
споръ, и, конечно, побѣдителемъ въ немъ остается не тотъ,
чей кандидатъ наиболѣе сильный, но кто обладаетъ наиболь­
шимъ авторитетомъ; каждый членъ комиссіи считаетъ за честь
провести наибольшее число своихъ кандидатовъ, да онъ и въ
дѣйствительности убѣжденъ самымъ искреннимъ образомъ, что
офицеръ, котораго онъ видѣлъ на работѣ и за котораго онъ
подаетъ свой голосъ, во всѣхъ отношеніяхъ достойнѣе канди­
дата своего коллеги. Точно такъ же голосъ члена комиссіи, не
пользующагося авторитетомъ, не принимается во вниманіе
остальными членами. Создается щекотливое положеніе, и стра­
дающимъ отъ этого лицомъ будетъ опять-таки офицеръ, имѣю­
щій несчастіе находиться въ зависимости отъ инспектора, пе
имѣющаго вліянія.
Еще важнымъ недостаткомъ системы производства по избра
нію служитъ то обстоятельство, что для производства въ выс­
шихъ чинахъ нужно имѣть за собой голоса почти всей ко­
миссіи. Если самый отличнѣйшій офицеръ, подлежащій оцѣнкѣ
для производства, встрѣтитъ въ комиссіи члена, мнѣніе кото­
раго ему не посчастливилось опровергнуть, то онъ можетъ

156

-ВОИНА и МИРЪ“

№ 1.

Со всего свѣта.

быть увѣренъ, что за него и другими членами никогда не
будутъ поданы голоса, и онъ останется за флагомъ; при этомъ
инспекторъ, враждебно агитирующій противъ этого офицера,
будетъ дѣйствовать съ полнымъ сознаніемъ своейправоты, что
онъ приноситъ военному дѣлу пользу, препятствуя, такимъ спосо­
бомъ, распространенію въ арміи идей, по его мнѣнію, вредныхъ.
Итакъ, комиссіи, преслѣдуя идею справедливости, будутъ
покровительствовать офицерамъ, которые воздерживаются отъ
высказыванія своихъ идей, или потому, что ихъ не имѣютъ,
или потому, что не обладаютъ достаточнымъ характеромъ,
чтобы ихъ высказывать. Это—тріумфъ осторожной и благора­
зумной посредственности — система, противоположная герман­
ской, гдѣ до высокихъ чиновъ допускаютъ < офицеровъ, хотя
и съ дурнымъ характеромъ, но лучшихъ» (фонъ-деръ-Голтцъ).
2. Всемогущество министра.

Согласно декрета отъ 5-го марта 1899 г., военный министръ
получаетъ въ законченномъ видѣ списки производства по
утвержденіи ихъ начальниками, но этимъ мало стѣсняются
политики-сектанты. Они хотятъ или дезорганизовать армію, или
же заставить ее слѣдовать своему антимилитаристскому напра­
вленію, а для этого имъ нужна неограниченная власть мини­
стра, которымъ они могутъ управлять. Такъ, декретомъ отъ
29-го сентября 1899 г. военный министръ облеченъ властью
единолично рѣшать вопросъ о составленій списка генераловъ,
для представленія его президенту республики; начиная съ
1900 г., комиссія только представляетъ министру списокъ,
который его самъ утверждаетъ; въ томъ же году, чтобы рас­
ширить свои права, военный министръ предписалъ увеличить
листъ представленій; въ 1901 году онъ упраздняетъ генералъинспекторовъ; однимъ словомъ, шагъ за шагомъ у офицеровъ
отнимаются гарантіи въ безпристрастномъ отношеніи къ ихъ
заслугамъ, и съ 1902 года наступаетъ режимъ полнѣйшаго про­
извола. И какъ результатъ этого—офицеры, признаваемые своими
начальниками, товарищами и подчиненныіми наиболѣе посред­
ственными, стали пользоваться непонятнымъ покровительствомъ;
лучшіе офицеры стали безжалостно отстраняться; лица, извѣст­
ныя во всей арміи своей неспособностью къ военному дѣлу,
назначаются высшими начальниками.
Послѣдствія подобнаго режима не замедлили дать о себѣ знать.
Лучшіе офицеры, оставшись въ сторонѣ, или пали духомъ,

№ 1.

„ВОИНА и МИРЪ“

157

Со всего свѣта.

или начали покидать армію; большинство же оставшихся те­
ряетъ усердіе къ службѣ. Другіе, видя незаслуженное повы­
шеніе своихъ товарищей и принимая это, какъ результатъ
посторонняго вліянія, вмѣсто службы, сами начинаютъ зани­
маться интригами, нанося этимъ ущербъ товариществу, соли­
дарности и поселяя въ своей средѣ недовѣріе и зависть. Вмѣ­
стѣ съ тѣмъ, по мѣрѣ того, какъ падаетъ вліяніе начальника
на служебную карьеру офицера, падаетъ и его авторитетъ въ
глазахъ подчиненнаго, падаетъ и уваженіе къ начальнику,
хотя бы онъ обладалъ недюжинными военными способностями.
Небезпристрастное производство дѣлаетъ начальниками людей,
которыхъ подчиненные офицеры считаютъ недостойными; съ
другой стороны, вновь назначаемые начальники, сознавая
чувства, которыя къ нимъ питаютъ, становятся сухими, при­
дирчивыми и тяжелыми на службѣ, и вслѣдствіе этого теряютъ
привязанность и довѣріе своихъ подчиненныхъ. Въ довершеніе
всего—доносы.
3. Производство по старшинству за отличіе.

Нѣсколько лѣтъ тому назадъ военный министръ предложилъ
новую систему выслуги старшинства. Она состоитъ въ слѣ­
дующемъ:
Каждый годъ военный министръ точно опредѣляетъ для
каждаго чина число мѣсяцевъ старшинства для распредѣленія
ихъ между наиболѣе заслуженными офицерами; одинъ офицеръ
получаетъ старшинство четырехъ мѣсяцевъ, другой — трехъ
мѣсяцевъ и т. д.; такъ, напр., офицеръ, произведенный въ свой
чинъ 1-го апрѣля 1900 г. и получившій старшинство трехъ мѣ­
сяцевъ, считаетъ свое старшинство уже съ 1-го января 1900 г.
Такой способъ производства имѣетъ цѣлью, съ одной сто­
роны, сейчасъ же вознаградить за заслуги, оказанныя въ про­
долженіе года и съ другой—открыть путь къ высшимъ чинамъ
тѣмъ офицерамъ, которые въ продолженіе всей своей службы
доказали свои способности. Постепенный подборъ высшихъ на­
чальниковъ является полной противоположностью системѣ произ­
водства по избранію,—режима «однимъ—все, другимъ—ничего>.
Принципъ производства «по старшинству> можетъ имѣть
противъ себя противниковъ среди старыхъ офицеровъ, кото­
рые за всю свою жизнь привыкли къ другимъ порядкамъ, и
которыхъ пугаетъ все новое. Между прочимъ и генералъ Цурлинденъ находитъ недостатки въ новомъ предложеніи.

158

„ВОЙНА и МИРЪ“

№ 1.

Со всего свѣта.

Онъ находитъ, «что оно не отвѣчаетъ нуждамъ государства,
въ интересахъ котораго награждать офицеровъ производствомъ
именно въ тотъ моментъ, когда ими оказаны заслуги, а не за
тѣ, которыя нужно отнести къ болѣе или менѣе отдаленной
эпохѣ». Мы же видимъ, что какъ система производства по
избранію, такъ и система производства по старшинству за от­
личіе даютъ возможность выдвигать хорошихъ офицеровъ.
Другое возраженіе генерала Цурлиндена, касающееся чрезмѣр­
ныхъ полномочій военнаго министра при личномъ распредѣ­
леніи старшинства, совершенно справедливо, но оно не ка­
сается по существу самаго принципа производства.
Еще одно соображеніе: допустимо ли, говорятъ, чтобы офи­
церъ одновременно имѣлъ два старшинства въ одномъ чинѣ;
какъ урегулировать вопросъ подчиненія при одинаковыхъ
чинахъ?—Такимъ же образомъ, какъ этотъ вопросъ поставленъ
и въ настоящее время для офицеровъ «breveté», т.-е. стар­
шинство для подчиненія опредѣляется датами производства въ
чинъ.
Принципы производства.

Принципіально въ правила о производствѣ должны войти
слѣдующія положенія:
1. Производство офицеровъ опредѣляется частью старшин­
ствомъ, частью избраніемъ, опредѣляемымъ старшинствомъ за
отличіе.
2. Неспособные офицеры не должны быть назначаемы на­
чальниками отдѣльныхъ частей.
3. Децентрализація власти.
Принципомъ производства, согласно закона 1832 г., было
производство части офицеровъ по старшинству и части по
избранію. Проведеніе въ жизнь этого принципа дало вполнѣ
удовлетворительные результаты, но можетъ дать еще лучшіе,
если способъ производства по избранію замѣнить производ­
ствомъ тоже по избранію, но опредѣляемымъ старшинствомъ
за отличіе.
Исключеніе офицеровъ по неспособности нужно отнести къ
двумъ моментамъ ихъ служебной дѣятельности: 1) при произ­
водствѣ въ штабъ-офицеры и 2) при производствѣ въ гене­
ралы. Съ этихъ моментовъ служба офицеровъ, ихъ отвѣтствен­
ность и требованія, предъявляемыя къ нимъ, радикально измѣ­
няются. Какъ не всякому капитану подъ силу самостоятельно

Л» 1.

„ВОЙНА и МИРЪ“

159

Со всего свѣта.

командовать баталіономъ или батареей, такъ и полковникъ,
отличный начальникъ отдѣльной части, кромѣ этихъ качествъ
долженъ обладать солиднымъ общимъ образованіемъ, знаніемъ
всѣхъ трехъ родовъ оружія и тактическими свѣдѣніями.
Какой же изыскать способъ для опредѣленія неспособности
капитановъ къ дальнѣйшему повышенІЕО въ чинъ? — Отвергая,
во имя поднятія авторитета власти и отвѣтственности началь­
ника, мысль генерала Цурлиндена, предлагающаго предоставить
всѣмъ капитанамъ держать экзаменъ, надлежитъ обязать ко­
мандировъ корпусовъ и дивизіонныхъ генераловъ лично озна­
комиться съ капитанами, представляемыми въ слѣдующемъ году
къ производству; для этого имъ слѣдуетъ слѣдить за ними на
маневрахъ и на занятіяхъ, составить себѣ точную оцѣнку ихъ
способностей и сдѣлать въ этомъ смыслѣ представленія гене­
ралъ-инспектору. Капитанамъ, признаннымъ неспособными къ
командованію баталіономъ, группой батарей или нѣсколькими
эскадронами, предоставить должности, административныя или
въ военныхъ учрежденіяхъ, которыя они займутъ по очереди
своего старшинства и на вакансіи; при отсутствіи свободныхъ
мѣстъ капитаны остаются безъ повышенія въ строю, пока не
очистится вакансія. Та же система можетъ быть примѣнена и
для полковниковъ при производствѣ ихъ въ генералы, при
чемъ право представленія объ удаленіи ихъ изъ строя предо­
ставить генералъ- инспекторамъ.
Чтобы дать оправданіе чрезмѣрнымъ полномочіямъ военнаго
министра, говорятъ, что онъ, неся большую служебную отвѣт­
ственность, имѣетъ право на эти полномочія, но военный ми­
нистръ несетъ также отвѣтственность за обученіе и дисциплину
въ войскахъ, однако никому не придетъ въ голову предложить
ему инспектировать взводъ или роту, и никто не поставитъ
ему въ вину, что какого-нибудь капрала не было въ свое
время на занятіяхъ. Почему же въ его рукахъ будущность
офицеровъ, которыхъ онъ не знаетъ? Централизація есть ре­
зультатъ подозрительности, свойственной всѣмъ плохимъ госу­
дарственнымъ учрежденіямъ. Если даже комиссіи по произ­
водству не знакомы съ младшими офицерами; то какъ, напри­
мѣръ, генералъ-инспекторъ артиллеріи можетъ судить о до­
стоинствахъ лейтенанта или капитана? Все равно ему придется
руководствоваться мнѣніемъ бригаднаго генерала или началь­
ника части. Тогда почему же не предоставить рѣшеніе этихъ
вопросовъ низшимъ команднымъ степенямъ, единственно ком­
петентнымъ въ этомъ дѣлѣ. Потому что при системѣ произ­

160

„ВОЙНА и МИРЪ“

Л» 1.

Со всего свѣта.

водства по избранію, въ расчетѣ на безпристрастіе, власть
ввѣряется начальникамъ болѣе удаленнымъ. При производствѣ
же по старшинству за отличіе создается совершенно другое
положеніе. Бригадный генералъ объявляетъ старшинство за
отличіе лейтенантамъ, послѣ представленій, мотивированныхъ
командиромъ роты, командиромъ баталіона и командиромъ полка,
чѣмъ и уменьшаются случаи ошибокъ и пристрастія. Но, пред­
полагая даже возможность ошибочной оцѣнки для одного года,
нужно принять во вниманіе то обстоятельство, что на слѣдую­
щій годъ часть начальниковъ можетъ перемѣниться; въ про­
долженіе всей своей служебной карьеры каждый лейтенантъ
или капитанъ .перемѣнитъ трехъ или четырехъ командировъ
частей и четырехъ или пяти бригадныхъ генераловъ. При
такихъ условіяхъ власть бригадныхъ генераловъ не будетъ
чрезмѣрной; было бы иначе, если бы бригадный генералъ еди­
нолично составлялъ списки старшинства за отличіе или имѣлъ
бы власть скомпрометировать однимъ почеркомъ пера всю
карьеру офицеровъ, которыхъ онъ оставляетъ за флагомъ.
Изъ всего этого можно заключить, что система старшинства
за отличіе болѣе всего обезпечиваетъ справедливость; она
позволяетъ безъ опасности децентрализировать власть и наи­
болѣе проста въ примѣненіи. Конечно, производство по стар­
шинству за отличіе должно идти въ строгой пропорціи. Право
объявлять старшинство должно принадлежать бригаднымъ
генераламъ по отношенію къ лейтенантамъ, дивизіоннымъ
генераламъ — для капитановъ, командирамъ корпусовъ — для
маіоровъ и подполковниковъ, генералъ-инспекторамъ—для пол­
ковниковъ и бригадныхъ генераловъ и, наконецъ, военному
министру для дивизіонныхъ генераловъ, признанныхъ гене­
ралъ-инспекторомъ способными къ командованію корпусомъ.
М. Б—ъ.

Турниръ.

ысли
’ В.СЛУХХ
Безполезность домашнихъ казачьихъ учебныхъ

сборовъ.
ъ текущемъ 1907 году учебные лагер­
ные сборы въ войскѣ отмѣнены. Вы­
сочайше повелѣно не призывать каза­
ковъ приготовительнаго и строевого
разряда въ учебные лагери.
Ничто такъ благодатно не дѣй­
ствуетъ на поднятіе казачьяго благо­
состоянія, какъ вотъ такія разумныя
мѣры. Каждая такая мѣра, побужда­
ющая казака-воина поступиться частью расходовъ въ пользу
казака-пахаря, отражается на духѣ и на матеріи войскового
населенія.
Уставомъ о нашей воинской повинности по редакціи при­
казовъ по В. В. 1901 года за № 125 и 1905 года за № 447
установлены двойные учебные сборы: станичные — зимніе и
лагерные—лѣтніе. Въ первые привлекаются къ обученію воен­
ному дѣлу молодые казаки приготовительнаго разряда, а во
вторые—два разряда: приготовительный и строевой. Изъ при­
готовительнаго разряда—тѣ же молодые люди, которые зимою
перваго года состоянія въ этомъ разрядѣ учились военному
дѣлу, а изъ строевого—казаки 2-й очереди—въ годъ, предше­
ствующій перечисленію ихъ въ полки 3 й очереди. Продолжи­
тельность тѣхъ и другихъ сборовъ 3 недѣли.
Прежде, чѣмъ говорить о лагерныхъ сборахъ, мы позволимъ
себѣ высказаться о зимнихъ станичныхъ сборахъ.
Молодежь приготовительнаго разряда съ осени перваго года
своего зачисленія въ этотъ разрядъ привлекается къ обученію
военному дѣлу въ станицахъ и поселкахъ въ теченіе 3-хъ

11

162

„ВОЙНА и МИРЪ“

А 1.

Мысли вслухъ.

недѣль. Время сборовъ, сплошная безъ перерывовъ ихъ про­
должительность и предметы занятій устанавливаются каждый
годъ наказнымъ атаманомъ. Уставомъ же требуется, чтобы
казакъ, являясь на станичные сборы, имѣлъ: домашнюю одежду,
годную для ученья лошадь, холодное оружіе (шашку и пику)
и исправное конское снаряженіе.
Понятно, предъявляя скромное требованіе къ казаку, зако­
нодатель имѣлъ въ виду облегчить его и безъ того тяжелое
положеніе, обусловленное состояніемъ. Такое облегченіе по
теоріи какъ будто и ничего, но къ практической жизни совер­
шенно неприложимо. Постараемся изобразить наше мнѣніе
яснѣе:
1. У оренбуржцевъ типъ самой распространенной домашней
одежды—-овчинная шуба. Съ нею населеніе не разстается пи
зиму, ни лѣто, ни красную весну; она здѣсь, благодаря суро­
вому климату, благодаря постоянному колебанію температуры,
незамѣнима,—никакое другое платье по теплотѣ, простору ея
замѣнить не можетъ, но какъ одежда мундирная, одежда для
строя, она никуда не годна. Опять-таки климатическія условія
побуждаютъ:—носить на головѣ овчинную шапку съ наушни­
ками, на рукахъ—теплыя варежки, снизанныя съ рукавицами
изъ кожи, на ногахъ—большіе валенки (пимы).
Можно ли такъ одѣтаго казака поставить въ строй?...
Какъ вы потребуете отъ него молодецкаго вида, правильной
стойки, правильной выправки? А когда посадите на коня, то
какъ вы научите его правильной посадкѣ, держанію поводьевъ,
управленію конемъ и ѣздѣ?
2. Подъ сортомъ лошади, годной для ученья, все-таки нужно
признать масштака, который <возитъ воду и воеводу»; въ про­
тивномъ случаѣ, при видѣ рабочей клячи, какъ вы преподадите
молодому казаку понятіе о конѣ —«вѣрномъ товарищѣ», какъ
влюбите казака въ его главное оружіе—коня, какъ сцентаврируѳте всадника съ конемъ, какъ научите правильно сѣдлать,
ѣздить и какъ потребуете отъ казака, чтобы онъ былъ
«увертливъ».
3. Холодное оружіе—Боже мой, что это за оружіе! Кривые,
ржавые клинки шашекъ, самодѣльныя сосновыя дрѳвкп пикъ
съ жестянками на концахъ. Невыполнимая задача научить
наглядно устройству оружія, его содержанію и владѣнью имъ,
научить увѣровать казака въ свое оружіе. Нужно ли гово­
рить, что научить дѣйствовать такимъ оружіемъ совсѣмъ
нельзя.

№ 1.

„ВОИНА и МИРЪ“

163

Мысли вслухъ.

4. Исправное конское снаряженіе. Таковое лишь у казаковъ
служилаго разряда; для молодыхъ же людей остаются домашнія
сѣдла разныхъ конструкцій: старо-казацкой и киргизской.
Теперь ясно видно, можно ли ожидать какого-нибудь ре­
зультата выучки, если казакъ будетъ являться на сборы въ
домашней одеждѣ, на рабочей лошади, съ домашнимъ оружіемъ
и конскимъ снаряженіемъ.
Сами казаки не пользуются такимъ облегченіемъ, зная,
что оно непригодно, и предъ началомъ сборовъ шьютъ себѣ
комплектъ одежды: теплой, легкой, удобной и красивой, въ
видѣ укороченнаго пальто или рубашки, теплую татарскаго
покроя шапку и теплые сапоги. Словомъ, одѣваются удобно и
красиво.
Къ слову сказать, эти два типа одежды — излюбленные.
Можно было бы завести поношенный мундиръ, но казакъ орга­
нически не любитъ эту «длинную хламиду, сфантазированную
на псевдо-традиціонный ладъ>. Большинство казаковъ пріобрѣта­
ютъ строевого коня къ началу сборовъ, а тѣ, кто этого не сдѣлаетъ
почему-либо, берутъ строевого коня напрокатъ. Такъ же на­
прокатъ берутъ оружіе и конское снаряженіе. Разные прокаты
и явка на время сбора въ чужой поселокъ со своимъ продо­
вольствіемъ, не говоря объ излишней экипировкѣ, тяжело
ложатся на казачій бюджетъ.
Странное дѣло: вопросъ, какъ бы уменьшить казацкую
справу, а вмѣстѣ съ тѣмъ оставить въ казачьихъ войскахъ
домашнее обученіе военному дѣлу, не сходитъ съ канцеляр­
скихъ бланокъ вотъ уже нѣсколько лѣтъ, но рѣшенію не под
дается. Правда, и подходятъ-то къ его рѣшенію слишкомъ поканцелярски казуистично.
Пересматривая уставъ о воинской повинности, въ прошломъ
году, почему было не обязать мѣстное начальство имѣть на
каждаго казака къ началу зимнихъ сборовъ готовое то обмун­
дированіе и снаряженіе, въ которомъ казакъ будетъ выкомандированъ на полевую службу. Такое обязательство нисколько
не противорѣчитъ уставу и не усложняетъ порядка экипировки.
Надо полагать, это не сдѣлано изъ боязни, что казакъ,
проучась всѣ сборы, явится въ полкъ съ подержаннымъ об­
мундированіемъ и снаряженіемъ. И тогда возникаетъ нескон
чаемая переписка между штабами, — словомъ, пойдетъ писать
губернія.
Всего разумнѣе рѣшить этотъ вопросъ—упразднить сборы,
какъ не достигающіе цѣли, тѣмъ болѣе, что положеніе объ
*
И

-

164

„ВОЙНА и МИРЪ“

Л» 1.

Мысли вслухъ.

обученіи молодыхъ кавалеристовъ (приказъ по В. В. 1902 г.
за № 36) фактически примѣнено къ молодымъ казакамъ, когда
они вливаются въ дѣйствующую часть. Давно уже тамъ, въ
частяхъ, нашихъ молодыхъ казаковъ переучиваютъ по своему;
наше ученье въ прокъ нейдетъ. Выходитъ, что мы ихъ не
учимъ, а только мучимъ.
Перейдемъ къ-учебнымъ лагернымъ сборамъ.
Конечная ихъ цѣль, во-первыхъ, утвердить молодого казака
въ тѣхъ познаніяхъ, кои онъ умудрился захватить во время
недѣльныхъ сборовъ зимой, во-вторыхъ, возстановить въ па­
мяти старослужащаго тѣ его познанія, кои онъ пріобрѣлъ въ
полку. Явка въ учебный лагерь обусловлена — молодого съ
тѣмъ же обмундированіемъ, снаряженіемъ и на рабочей клячѣ,
стараго казака <во всей къ службѣ исправности и на строе­
вомъ конѣ», какъ пишется въ бумагахъ.
Программа занятій въ лагерныхъ сборахъ составляется ата­
маномъ отдѣла, а утверждается наказнымъ атаманомъ.
И чего-чего только нѣтъ въ этой программѣ: и полное на­
ставленіе для веденія занятій въ кавалеріи, и всѣ наставленія
до боевой стрѣльбы включительно, и разныя свѣдѣнія, помимо
уставовъ, изъ казачьихъ памятныхъ книжекъ своихъ доморо­
щенныхъ сочинителей.
Ни плана, ни системы нѣтъ. Все дѣло обученія ведется
скачками, наспѣхъ. Ни одинъ предметъ людьми не усваивается,
нѣтъ времени. Къ тому же изъ этого короткаго времени
отнимаютъ минимумъ пять сутокъ на полное медицинское
освидѣтельствованіе молодыхъ людей въ годности къ военной
службѣ.
Введеніе учебныхъ лагерныхъ сборовъ въ уставъ 1876 года
имѣло смыслъ; тогда казакъ висѣлъ на волоскѣ, его какъ
обособленное воинское сословіе приговорили къ переименова­
нію въ податное. И тогда, чтобы показать міру внѣшнюю
свою особь, придумали разные искусственные способы, въ
томъ числѣ и лагерь, для поддержанія старой казацкой добле
сти. Положа руку на сердце, можно сознаться—наши лагери
никогда никому: — ни казакамъ, ни учителямъ (офицерамъ)—
пользы никакой не приносили, а всего менѣе — дѣлу; выра­
жаясь фигурально, лагерные сборы приносили одно сплошное
нѳдоразумѣніе.
Зато казакъ несъ, помимо всѣхъ расходовъ, вызываемыхъ
нашимъ способомъ служенія, еще косвенный налогъ: на заве­
деніе комплекта удобной для занятія одежды, на уплату за

№ 1.

ВОИНА н МИРЪ

165

Мысли вслухъ.

прокаты, путевые въ лагерь и обратно, терялъ самое дорогое
страдное время, да не одинъ, а съ конемъ, телѣгой и упря­
жью. Войсковая казна ежегодно затрачивала до 80,000 руб­
лей, тогда какъ на школьное дѣло населенія удѣляла лишь
2,000 рублей.
Не пора ли, господа, выйти изъ рутины, всѣ учебные сборы
въ войскѣ отмѣнить, какъ совершенно безполезные? Не пора
ли уразумѣть, что казаку не учебные сборы въ станицахъ
дали и даютъ духъ, энергію, дружество, сплоченность, взаимо­
выручку и поддержку, а даютъ ихъ воспитаніе, среда, ея ин­
стинкты? Казакъ родится казакомъ и въ духѣ славныхъ казац­
кихъ традицій растетъ. У него вѣками создалась самобытность,
потому-то она и прочна.

К. К—въ.

О ГОРНОЙ войнъ
Швейцарія.
Ассигнованы деньги на расходы по пріобрѣтенію горнаго
снаряженія для трехъ пѣхотныхъ бригадъ.
Къ снаряженію относятся: снаряженіе отдѣльныхъ людей:
взводовъ, ротъ и вьючныхъ животныхъ. Послѣднихъ будетъ:
4 для бригаднаго Штаба, три для полкового Штаба и 44 для
баталіона. На каждое животное навьючивается или 2.880 па­
троновъ, или 72 порціи хлѣба и мясныхъ консервовъ, или
офицерскія и другія вещи, или шанцевый инструментъ, или
санитарный матеріалъ, или фуражъ.
Изъ числа 44 животныхъ, приданныхъ баталіону, возятъ:
12 животныхъ—патроны, 14—продовольствіе, 6—багажъ (Ge­
päck), 3—шанцевый инструментъ, 5—санитарный матеріалъ,
3—фуражъ, одно животное запасное.
Каждый полкъ имѣетъ небольшое полевое лазаретное отдѣле­
ніе, имѣющее 15 вьючныхъ животныхъ. {Revue Militaire. Suisse).

Италія.
Бъ 3 корпусѣ (Миланъ) произведенъ 8-дневный маневръ
альпійскихъ группъ. {Militaire Wochenblatt).
Въ маѣ мѣсяцѣ была во Франціи, въ ея альпійскомъ раіонѣ,
произведена поѣздка подъ руководствомъ генерала Метцингера,
бывшаго долгое время командиромъ 15 армейскаго корпуса и
считающагося за выдающагося знатока горной войны. Поѣздка
начата изъ Valence и имѣла цѣлью изучить условія жизни и

*) Опытъ минувшей войны съ полной наглядностью показываетъ важ­
ность изученія горной войны. Въ виду этого редакція журнала предпола­
гаетъ отъ времени до времени давать краткія свѣдѣнія о подготовкѣ
войскъ къ этого рода дѣйствіямъ въ иностранныхъ арміяхъ.
Ред.

•V. 1.

„ВОЙНА и МИРЪ“

167

О горной войнѣ.

оперированія арміи, которая могла бы вторгнуться во Францію
со стороны Савойи. Въ поѣздкѣ приняли участіе: командиры
14 и 15 корпусовъ (Ліонъ и Марсель), начальники штабовъ
15 и 19 корпусовъ и 10 офицеровъ. При нихъ были 109 ниж­
нихъ чиновъ и 108 лошадей. (La France Militaire).
Италія очень заинтересована маневрами, которые Австрія
производитъ на Венеціанской альпійской границѣ. Этому Ита­
лія противупоставляетъ дивизіонные маневры, производящіеся
въ направленіи отъ Падуи въ долину Кордеволь и упражненія
Венеціанскихъ альпійскихъ егерей въ прилегающемъ къ Австріи
горномъ раіонѣ. (Baseler Nachrichten).
Новые Императорскіе стрѣлки, сформированные въ Австріи,
будутъ находиться въ горномъ раіонѣ и будутъ пріучаться къ
горной войнѣ. Въ эти стрѣлки переименованы Тирольскіе
стрѣлки полки № 1 и 2, и Каринтійскій Ландверный пѣхот­
ный полкъ № 4. Зимою части останутся на своихъ тепереш­
нихъ мѣстахъ (Инспрукъ, Боценъ и Клагенфуртъ); а лѣтомъ
они будутъ разбросаны, по-ротно, по горнымъ стоянкамъ. Зимою
роты будутъ въ составѣ 80, а лѣтомъ 120 человѣкъ. Они
будутъ имѣть горное снаряженіе и снабженіе и магазинные
штуцера, такого же образца, какъ піонеры и крѣпостная
артиллерія. Лѣтняя одежда ихъ будетъ сѣро-каменистаго цвѣта
(Steingrau). (Berliner Tagblatt).
По другимъ свѣдѣніямъ, эти стрѣлки получили легкіе и
очень удобные складные карабины. (Lie Zeit.) С. Ѳ.

10.000 БАРАБАНЩИКОВЪ ’).
< Стоятъ ли они вниманія?> —спросите вы. Если считать
что 2% милліона рублей, бросаемыхъ Россіей на вѣтеръ, не
стоятъ вниманія, тогда, конечно, не для чего говорить о такихъ
пустякахъ.
Не будетъ большой ошибки сказать, что мы въ мирное
время содержимъ громаду въ 10.000 барабанщиковъ въ нашей
арміи; каждый изъ нихъ обходится примѣрно въ 250 руб. въ
годъ, да на столько же онъ создалъ бы (заработалъ бы), если
бы былъ дома.
Итого эта несовременная <игра> на барабанѣ обходится въ

5 милліоновъ рублей въ годъ!
Дѣло выходитъ не шуточное; пожалуй, что слѣдуетъ сказать
о немъ пару словъ!
Расходъ этотъ не только при настоящихъ тяжелыхъ финан­
совыхъ обстоятельствахъ непроизводителенъ, но думаемъ, что
онъ былъ всегда непроизводителенъ.
Дѣйствительно, назначеніе барабанщиковъ:
1) въ мирное время отбивать тактъ при обученіи марши­
ровкѣ и <бить> пресловутую <зорю>;
2) въ мирное и военное время подавать сигналы. Однако,
пользоваться для подачи сигналовъ такимъ архаическимъ, гро­
моздкимъ и часто дающимъ отказъ инструментомъ по меньшей
мѣрѣ странно въ наше богатое техническими изобрѣтеніями
время.
Необходимость работать на немъ двумя руками и его гро­
моздкость заставляютъ терять барабанщика, какъ стрѣлка.
Вѣроятно, для того, чтобы его не считали человѣкомъ не­
военнымъ, его вооружили револьверомъ, стрѣляющимъ на 40
шаговъ. Тратятъ время на обученіе этой стрѣльбѣ. Въ случаѣ

9 ..Голосъ Кавказа“ №91.

№ 1.

„ВОЙНА и МИРЪ“

169

С м ѣ с ь.

призыва его изъ запаса на службу во время войны онъ го­
денъ или въ барабанщики, или въ обозъ.
Хорошъ бы получился корпусъ, укомплектованный наполо­
вину барабанщиками! А вѣдь они 3—4 года обучались воен­
ному дѣлу—только... не умѣютъ стрѣлять изъ винтовки!
Что касается самаго инструмента — барабана, то. онъ не
только во время дождя, но даже просто въ сырую погоду
отказывается отъ своихъ «обязанностей». Звукъ извлекается
при помощи ударовъ по натянутой на металлическій цилиндръ
кожѣ, которая отъ сырости теряетъ упругость, и звука извлечь
тогда нельзя.
Ясно, что это, дѣйствительно, не только ненужный, но и
вредный инструментъ.
Обычаи же крѣпки: мы все-таки имѣемъ барабанщиковъ въ
пѣхотныхъ полкахъ (стрѣлки не имѣютъ, и очень рады) и
саперахъ по числу 2 на роту, что составляетъ въ мирное время
около 2°/с—цифра большая!
Въ такомъ же числѣ содержатся у насъ горнисты или
сигналисты, вооруженные винтовкой. Они снабжены мѣдной,
довольно портативной трубой, которая, однако, также не мо­
жетъ быть признана -вполнѣ удовлетворительной: даетъ отказъ
во время морозовъ.'
Неужели техника не даетъ никакихъ звуковыхъ приборовъ,
вполнѣ удовлетворяющихъ цѣлямъ, которыя ставитъ военное
дѣло? Не рѣшая этого вопроса, скажемъ, что если будутъ по­
ставлены требованія, то техника имъ удовлетворитъ прекрасно.
Приблизительно ихъ можно даже намѣтить: приборъ долженъ
быть легкимъ, малымъ (положить въ карманъ), имѣть сильный
звукъ во всякую погоду, имѣть 4 ноты и т. п.
Ручные ревуны, сирены, быть можетъ (какъ дополнитель­
ные), приборы, подражающіе рѣзкому крику птицъ, были бы
болѣе пригодны, чѣмъ неуклюжіе, тяжелые, на недалекое раз­
стояніе слышные барабаны.
Казалось бы поэтому, что слѣдуетъ уничтожить барабаны
(или оставить для мирнаго обученія), а съ барабанщиками
поступить:
1) или обратить ихъ въ стрѣлковъ, и тогда численный со­
ставъ и расходъ на армію останутся существующіе, но
боевой элементъ увеличится почти на цѣлый корпусъ мирнаго
состава;
2) или барабанщиковъ уволить домой—численный составъ
(число ртовъ) арміи уменьшится, боевой останется прежній,

170

„ВОЙНА и МИРЪ“

А» 1.

Смѣсь.

(уйдетъ элементъ не боевой), зато почти на 2‘/, милліона руб.
уменьшится ежегодный расходъ на армію.
Мы не имѣемъ основаній уменьшать нашу боевую готов­
ность (какъ ни желательны сокращенія денежныхъ расходовъ,—
однако, не за счетъ боевой готовности арміи); поэтому надо
придержаться перваго пріема: барабаны, какъ снаряженіе
военнаго времени, уничтожить навсегда, а барабанщиковъ обра­
тить въ настоящихъ боевыхъ солдатъ.

!! ВОЕННЫЙ и ГРАЖДАНСКІЙ ПОРТНОЙ !!

=Веніаминъ ГЛЕЙЗЕР Ъ.—
Кто хочетъ носить дѣйствительно хорошо сшитую форму
или платье, пусть обращается по слѣдующему адресу:
МОСКВА,

Тверская, уг, Камергерскаго пер. д. бтахѣева.
Телефонъ 64—56.

Заказы исполняются очень тщательно и аккуратно. Цѣны
самыя умѣренныя. Громадный выборъ матеріаловъ фабрикъ
Штиглица, Торнтонъ и друг. Матеріалъ монетъ быть по
>1<еланію и заказчика!
Съ соверш. почтен.

в. н. глсйзеръ.
МАГАЗИНЪ
Военныхъ и гражданскихъ

вещей
Ивана Тимоѳеевича

КАТКОВА.
Уголъ Тверской и Камер­
герскаго пер., д. Толмачевой,

въ Москвѣ.

VERKAUF
von Militäreffecten für
Offiziere und Beamte
Ivan Timofeievitsch
K A T К О F F.
Ecke Tverskaja Kammer­
herr Pereoulok, Haus Tolmatschevoi.
Moskau.

Телефонъ № 33-86.

№ 1.

Объявленія.

172

ФАБРИКА

А ЩЕТИНИНА

въ МОСКВѢ

(Вол. Якиманка, Якиманскій пер. соб. д. Телефонъ Л» 7-92. Телеграф,
адресъ:

„Москва—Форма“, состоитъ изъ

нѣсколькихъ отдѣловъ и

производитъ спеціально для частей войскъ:

Обмундированіе, снаряженіе нижнихъ чиновъ.
Сѣдла, упряжъ всѣхъ существ, образцовъ.
Палатки, брезенты, лазаретн. госпитальн. вещи.
Въ отдѣлѣ по обработкѣ металловъ производятся:

Мѣдные пищевые котлы, кубы, банки для разноски пищи, чайники
и проч, посуда. Мастерскій инструментъ установл. образца, кузнецы
системы Гарднера, параллельн. тиски, кузнеч. и проч, инструм. Для
обоза: оси, втулки, чеки, шайбы и проч, штамповальное производ­
ство гербовъ, знаковъ разн. и проч, фирма продаетъ по фабричнымъ
цѣнамъ:

Полущубки, одѣяла, матеріалъ для постельнаго и носильнаго бѣлья
ПОДКОВЫ, ШИПЫ, гвозди, смазочный матеріалъ, краски и проч-

и для постройки мундирной одежды,

ТОВАРИЩЕСТВО
кожевеннаго завода, военно-шориосѣдельной фабрики и торговли ко­
жевенными и военными товарами.
М.ДЕМЕНТЪ и СЫНЪ въ Москвѣ.

Доставляетъ во всѣ войсковыя части:
Сѣдла для гг. офицеровъ и нижнихъ чиновъ.
Упряжь артиллерійскую и обозную.
Снаряженіе и обмундированіе нижи, чиновъ.
Палатки лагерныя, походныя и госпит.
Манежныя, вольтиж. и Фехтов. принадлежности.
Сапоги, сапожн. товаръ и кожи, брезенты и бре­
зентовую парусину.

Чемоданъ-кровати сист. Я. Дементъ.
Вьюки разныхъ системъ и проч, походныя принад­
лежности для гг. офицеровъ
Адресъ для писемъ:
Правленію Товарищества М. Дементъ и Сынъ, Москва. Кожевники.
Адресъ дм телеграммъ:
М О С К В А—Д Е М Е Н Т Ъ.

Л» 1.

Объявленія.

173

СТИРАЛЬНАЯ МАШИНА

„паромойка“

Ж'; не разрываетъ и не портитъ бѣлья;

стираетъ, варитъ, испариваетъ и дезинфецируетъ
бѣлье одновременно.

Итога эішоатаціі „Паромш" и ром:
Люди мѣняютъ все бѣлье 4 раза въ мѣсяцъ, а портянки 8 разъ.
Грязное бѣлье никогда не хранится у людей.
Два часа бани, вмѣсто на стирку, люди употребляютъ на мытье тѣла.
Бѣлье стирается въ кипяченой водѣ и вт парѣ 104 до ПО градусовъ,
убивая всѣ болѣзненныя бациллы.
Полный расходъ солдата на стирку: */ 2 фунта мыла въ мѣсяцъ.
Расходъ роты на уголь — 1 пудъ на стирку, т.-е. 16 пудоиъ въ
мѣсяцъ.
Машина, работая на роту около 16 часовъ, въ недѣлю можетъ об­
служить двѣ роты, а даже и 3 роты.

Проспекты и описанія высылаетъ по требованію безплатно.
ПРЕДСТАВИТЕЛЬ

Торговый Домъ КАРЛЪ ЭД. ДРЕЙЭРЪ, Москва.
Милютинскій пер., домъ Арбатскаго, № 12.

Объявленія.

174

№ 1

На послѣдней международной промышленной, художественной и гигіе­
нической выставкѣ въ г. Брюсселѣ, состоявш. подъ Высочайшимъ по­
кровительствомъ Ея Королевскаго Высочества принцессы Клементины
Бельгійской

изобрѣтеніе А. Г Е Ф Т Е Р А:
„КРЕМЪ-ЭМАЛЬ“

для лица удостоено
ВНИМАНІЮ

ЗОЛОТОЙ МЕДАЛИ.

МИЛЛІОНОВЪ ГРАЖДАНОКЪ!

какъ избавиться отъ отвратительныхъ мор­
щинъ и старости кожи лица?

Красота женщины—ея могучая и властная
сила, красота покоряетъ и гипнотизируетъ, но
старость — могила красоты. Женщины, бере­
гитесь старости! Старость кожи лица, ста­
рость, наводящая на (такъ украшающихъ
нашу планету) женщинъ паническій ужасъ,
морозными обручами сжимающая ихъ го­
ловки и сердца, старость,—придающая лицу
видъ зловѣщей маски (и зазмѣится морщинка,
за ней другая, третья, борозда ляжетъ попе­
рекъ лба), ужасная, неумолимая сатанинская
старость кожи лица возстановляется и пере­
рождается
„КРЕМЪ - ЭМАЛЬЮ“ (изобрѣтеніе

Александра Гефтера).

„Кремъ-Эмаль“ (разрѣшен. московск. врачебн. управлен.)—послѣднее слово
научной косметики. Новѣйшее произведеніе прелестнаго запаха. Никогда не
портится. Не содержитъ вредныхъ для кожи веществъ, придаетъ лицу не­
обычайную свѣжесть, предупреждаетъ появленіе морщинъ, устраняетъ крас­
ноту кожи. „Кремъ-Эмаль“ придаетъ лицу аристократическій неподражаемо­
матовый видъ и бархатистую нѣжность.^
„КРЕМЪ - ЭМАЛЬ“ облагораживаетъ лицо и радикально уничтожаетъ всѣ
эстетическіе дефекты кожи лица. Высылается за наличныя или наложеннымъ
платежомъ. Въ Азіатскую Россію наложеннымъ платежомъ не высылается.
Никакимъ аптекарск. и парфюмернымъ магазинамъ продажа „КРЕМЪ-ЭМАЛИ11 мною
не поручена, а потому съ требованіями прошу обращаться искючительно
по слѣдующему адресу: МОСКВА, Тверская. Леонтьевскій пер., д. № 4-й,
Сорокоуыовской, кв. № 7 (подъѣздъ 2-й съ улицы), Александру Гефтеру.

ТЕ ЛЕФ О НЪ 149—15.
При каждой банкѣ прилагаются: 1) Иллюстрированное приложеніе, заклю­
чающее въ себѣ способъ употребленія „Кремъ-Эмали“ и схему правильнаго
массажа лица по новѣйшей англійской методѣ. 2) Собственноручно написан­
ные отзывы о „Кремъ-Эмали“ княгини А. М. Трубецкой, артистки Императорскихъ
театровъ Е И. Грачевской. 3) Великолѣпнае исполненные Фототипическимъ
способомъ портреты 2-хъ элегантныхъ и шикарныхъ дамъ Фешенебельнаго
общества, цвѣтъ лица которыхъ служитъ лучшей похвалой „Кремъ-Эмали“.
4) Портретъ изобрѣтателя „Кремъ-Эмали“.

Всѣмъ своимъ уважаемымъ кліенткамъ практически демонстрирую СОВЕР­
ШЕННО БЕЗВОЗМЕЗДНО 1 сеансъ массажа лица.

ЦѢНА: 1 малой банки 2 р. 50 к.; 1 средн, банки 3 р. 50 к.; 3 средн, банки
7 р. 50 к. ЦѢНА: 1 болып. банки 5 р.; 3 больш. бан. Юр
Владѣльцы провинціальныхъ аптекъ, аптекарскихъ и парфюмерныхъ магази­
новъ, а также оптов. торговцы въ провинціи пользуются обычной скидкой

№ 1.

Объявлен! я.

175

ОТЗЫВЪ о „КРЕЙІЪ-ЭМАЛИ“ княгини А. М. Трубецкой.

Я наконецъ, додумалась, какимъ путемъ Мефистофель превратилъ дряхлаго
старика Фауста въ молодого человѣка; онъ просто на просто далъ доктору
Фаусту двѣ банки „Кремъ-Эмали“, а черти и вѣдьмы тутъ не при чемъ...
ОТЗЫВЪ о ,,КРЕМЪ-ЭМАЛИ“ артистки Императорскихъ театровъ Е. Грачевской.

Мнѣ 33 года, но уже два года тому назадъ у меня появились едва замѣт­
ныя, тонкія, какъ волосъ, предательскія морщинки на вискахъ... Одной ил­
люзіей меньше въ жизни! 31 годъ! Это немножко рано! Я съ ожесточеніемъ
отодвинула зеркало прочь и стала прибѣгать къ Французскимъ, англійскимъ
и даже (очень дорогимъ) японскимъ косметическимъ средствамъ; я, наконецъ,
обратилась къ Саррѣ Бернаръ, любезно сообщившей мнѣ, къ какимъ косме­
тическимъ препаратамъ прибѣгаетъ она — эта первоклассная театральная
звѣзда. Но увы! Всѣ мои эксперименты оказались неудачными. Я уже поте­
ряла всякую надежду сгладить свои морщинки, я, наконецъ, стала свыкаться
съ ними... „Въ XX вѣкѣ чудесъ не бываетъ, но „Кремъ - Эмаль“—чудо кос­
метики“, такъ урезонивала меня одна изъ артистокъ балетной труппы, ре­
комендуя пріобрѣсти пресловутый „Кремъ-Эмаль“. Уже послѣ двухнедѣльнаго
употребленія „Кремъ-Эмали“ проявились поразительные результаты. Втирая,
по указаніямъ изобрѣтателя, „Нремъ-Эмаль“ въ ножу лица гигроскопической ватой
а не руками, какъ это двлають всѣ) и слегка массируя ее, я достигла того, что
у меня въ настоящее время нѣтъ ни одной морщинки на лицѣ, и я не нахожу словъ
д)ля выраженія г. Гефтеру своей признательности и благодарности.

Лица, желающія получить заказъ внѣ очереди, благоволятъ ссылаться на это
объявленіе.

ЦАРИЦА

АѴГОВЪ”
W пгъжпый
Ж
(ЮАЕБЫКЪ
ЦВСКГОБЪ

ПАРФЮМЕРІЯ

ЦВПЯУЩІИ
M-KIBÄ
ЦЙ ОДЕ-КОАОПЪ,
Ж ДЖМ,МЫАО,

Ш °пудрсѵ

запахъ
весеннимъ
распускающихся
листьевъ)

чудный

0)

ВАЖНОЕ СООБЩЕНІЕ
КАЖДОМУ УТРОИВШЕМУ ФИЗИЧЕ­
СКУЮ ЭНЕРГІЮ.

ДЛЯ ВСѢХЪ, КТО СТРАДАЕТЪ БЕЗСИЛІЕМЪ,
у меня приготовлена посылка, которая принесетъ и
радость, и надежду. Въ моихъ рукахъ чудесное средство
для всѣхъ, чьи НЕРВЫ совершенно РАСШАТАНЫ
вслѣдствіе дурныхъ привычекъ, или подъ вліяніемъ не­
благопріятныхъ обстоятельствъ. Какъ изобрѣтатель сред­
ства „АМРИТА“, я считаю своимъ долгомъ дать воз­
можность всякому безсильному, нервному человѣку испы­
тать его СОВЕРШЕННО БЕЗПЛАТНО, я увѣренъ, что оно принесетъ здоровье
и счастье тѣмъ, кто теперь тайно страдаетъ.
Мое средство—БЛАГОДѢЯНІЕ ДЛЯ ВСѢХЪ, оно приноситъ всѣмъ здо­
ровье и силу; но оно особенно дѣйствительно тамъ, гдѣ дѣло идетъ о врачеваніи
и укрѣпленіи половыхъ органовъ, оздоровляя всю нервную систему. Оно примѣ­
няется съ большимъ успѣхомъ, когда безсиліе явилось слѣдствіемъ употребленія
спиртныхъ напитковъ, чрезмѣрнаго куренія табаку, игры въ карты,полевыхъ изли­
шествъ, а также секретныхъ дурныхъ привычекъ, причинившихъ ущербъ половой
силѣ. Даже привычки, которыя не всякій назоветъ дурными, иногда чрезвычайно
вредно дѣйствуютъ на половую и нервную систему; къ такимъ привычкамъ надо
отнести употребленіе крѣпкаго чая или кофе, плохой пищи и. т, д.
Многимъ изъ тѣхъ, кто теперь ведетъ самый строгій образъ жизни, молча страда­
ютъ и расплачиваются за свои ошибки молодости, мое средство СКОРО ДАСТЪ
ТУ РАДОСТЬ, КЪ КОТОРОЙ ОНИ ПЛАМЕННО СТРЕМЯТСЯ.
„АМРИТА“ дѣйствительна для людей всякаго возраста.
' ф
—источникъ исцѣленія; она даетъ половымъ органамъ силу
для новой жизни.
Непріятные симпто-__

БЕЗІШКО.

чезаютъ безслѣд­
но, нѣтъ больше тяжести въ головѣ, безпокойнаго сна, меланхоліи и другихъ не­
пріятныхъ ощущеній.
§
„АМРИТА“ дѣлаетъ разслабленнаго человѣка мужественнымъ и юношески бодрымъ.
Кто впалъ въ уныніе, можетъ написать ко мнѣ въ пол­
ной увѣренности, что я вышлю ему СРЕДСТВО, КОТО­
РОЕ СНОВА ДАСТЪ ЕМУ СИЛУ И КРѢПОСТЬ. Отъ
употребленія этого средства вы скоро почувствуете себя
на 10—30 лѣтъ моложе, ВСЯКІЙ, КТО ОБРАТИТСЯ
КО МНѢ, можетъ разсчитывать на вполнѣ корректное
отношеніе Нужно только написать письмо со вложені­
емъ 3-хъ 7-ми коп. марокъ на почтовые расходы. Я при­
шлю пробу „АМРИТА“ въ тщательной упаковкѣ, такъ
что никто не будетъ знать, что вы получаете.
Г-нъ Картеръ говоритъ: „боль­
Не откладывайте и не относитесь съ пренебре- ше
1 не страдайте; пишите ко мнѣ
женіемъ къ моему предложенію, а поспѣшите восполь- и1 вы получите то, что ищете“.
зоваться удобнымъ случаемъ, чтобы выздоровѣть.

Горашіо Картеръ, Большая Лубянка, домъ №

•98. Морель,

УПоекеа,

Стр.

1. Основы организаціи нашей арміи. В. Косовъ..........................
1
2. Реорганизація службы офицеровъ Генеральнаго Штаба.
Полк. Вирановскій. . . ................................................................. . 23
3. Боевыя дѣйствія пулеметовъ въ отрядѣ изъ трехъ родовъ
оружія. Подполк. Вяхиревъ....................................................................... 39
4. Послѣ битвы (стих.). В. Дмитріевъ......................................................... 46
5. Духъ англійской арміи (очеркъ). Кн. Трубецкая ... 48
6. Еще о сигнализаціи. И. Б-скій............................................................... 55
7. Нѣсколько словъ о нашей конницѣ въ минувшую войну.
Сипигусъ...................................................................................................................... 59
8. Горой мирнаго времени. Памяти военнаго врача-гумани­
ста И. В. Лешко-Попеля. А. Г. Авчинниковъ .... 93
9. Мимоходомъ. А. Б —нъ................................................................................. ИЗ
10. Подвигъ или нѣтъ? В. Гавриловъ........................................................ 118
И. Постъ подъ Мркаліей. Кап. Кузнецовъ....................................... 122
12. Со всего свѣта. М. Б—ъ.......................................................................... 152
13. Мысли въ слухъ. Безполезность домашн. казачьихъ учеб­
ныхъ сборовъ. К. К—въ. —О горной войнѣ. С. 0. . . 161
14. Смѣсь. 10,000 барабанщиковъ.............................................................. 168
15. Объявленія....................................................................................................
. 171

Кожевенный, Обмундированный, Военно-Шорный, Пухо­
вой Вадйной обуви, Брезентно - Химически - Пропитанной
ткани и Кожевенно-Дакировадьный заводы

Карла Карловича ТИЛЬ,
торговавшаго подъ фирмою КАРЛЪ ТИЛЬ и К0 въ
г. Москвѣ, Пятницкой части, 2-го участка, по Ивановской
улицѣ, въ с. д.
cÿupecTBÿeTT, съ 1854 года.

Производство товара простирается до 6.000.000 р.
Рабочихъ до 3.000 человѣкъ.
Во время Русско-Японской войны работало до
10.000 человѣкъ.
Заводскія зданія расположены на 35.000 квадр.
саженяхъ земли.
Адресъ для Москвы, почтовый: Кожевники; Карлъ Тиль и К9.
„ „
„
для телеграммъ: Тилько.

Отдѣленіе ьъ С.-Петербургѣ: Екатерининскій каналъ, у Кокушкина
моста, домъ № 70, кв. № 6.

ТИПОГРАФІЯ
ПОДЪ ФИРМОЮ

агатъ и Гравюра“
В. А. ЖДАНОВЫМЪ.
і) Бол. Дмитровка, домъ Георгіев, мон. Телеф. № 79-73.
2) Бол. Тверск. д. Ряшина, № ЗД. Телеф. № 63-12.

ПРИНИМАЮТСЯ ЗАКАЗЫ:
ГАЗЕТЫ, ЖУРНАЛЫ,
КНИГИ, АФИШИ,
ПРЕЙСЪ-КУРАНТЫ,
СЧЕТА, БЛАНКИ, СМѢТЫ,
ОТЧЕТЫ, КВИТАНЦІИ,
КОНТОРСКІЯ КНИГИ,
КОНВЕРТЫ,
ЦИРКУЛЯРЫ,
ПЛАКАТЫ.

АДРЕСНЫЯ И
ВИЗИТНЫЯ
КАРТОЧКИ,
ХУДОЖЕСТВЕННЫЯ
МЕНЮ
(съ рисунка художн. спец,
по заказу ресторан.)
СВАДЕБНЫЕ И
ТРАУРНЫЕ БИЛЕТЫ
и проч.

ОТШ-ЫТА ПОДПИСКА НА ПЕРВЫЙ ВЪ РОССІИ ЧАСТНЫЙ ЕЖЕМѢСЯЧНЫЙ
ВОЕННО-ОБЩЕСТВЕННЫЙ ХУДОЖЕСТВЕННО-ИЛЛЮСТРИРОВАННЫЙ ЖУРНАЛЪ
w

U

8 т. „ВОИНА и МИРЪ 8
, 33

ВТОРОЙ ГОДЪ ИЗДАНІЯ 1907 г.

==

Съ Марта 1906 г. сталъ впервые выходить журналъ „Война и Миръ“.
Въ нѣсколько мѣсяцевъ журналъ успѣлъ пріобрѣсти симпатіи читателей и
вызвать повсемѣстно одобрительные отзывы. (Рекомендованъ всѣми военными
округами и военными управленіями).
Основная цѣль журнала-служить интересамъ родины, ея арміи и флота, на
слѣдующихъ основаніяхъ:
Прогрессивное движеніе арміи и флота по пути усовершенствованія.
Безусловная внѣпартійность.
Правдивость и объективность въ изложеніи необходимаго матеріала для
предстоящихъ реформъ.
Ознакомленіе военнаго общества, съ текущими политическ. и общественными
вопрос., излагая ихъ общедоступно, безъ всякихъ попытокъ къ тенденціозности.
Ознакомленіе общества съ жизнью цѣлаго грандіознаго военнаго міра,
доселѣ невѣдомаго обществу.
Армія должна быть близка и интересна обществу, должна быть окру­
жена уваженіемъ и почетомъ. Вотъ та сила, которая сдѣлаетъ армію не­
побѣдимой и двинетъ ее по пути прогресса.
Интересы общества къ арміи проснулись и общество найдетъ въ журналѣ
полный отвѣтъ на всѣ свои запросы и узнаетъ армію въ правдивомъ освѣщеніи.
Сознавая, что подписная цѣна въ 1906 г. была слишкомъ высока и не общедо­
ступна, редакція идя напомощь читателю,понижаетъ ее, ожидая,что новый органъ
получитъ самое широкое распростран. среди всего общества,а особенно военнаго.

ПОДПИСНАЯ ЦѢНА НА ЖУРНАЛЪ:
1) Для войсков. библіотекъ, управленій,
учрежденій, заведеній Военн. Вѣдом.
съ пересылкой и доставкой . <О р.
2) Для гг. офицеровъ, выписывающ.
журналълично длясебя,а также л
и для проч, отдѣл. лицъ, цѣна за М
годъ съ доставкой и пересылкой Ußt

Для первой катет.

Для второй катет.

На х/2 года 6 р.
На -1,2 года S, р.
, х/і года 3 „
, х/1 года 2 „
, 1 мѣс. 1 „
1 мѣс. 1 „
Розничн. продажа номера журн. 1 р.
Разсрочка какая угодно, за поручи­
тельствомъ гг. казначеевъ.
Каждый подписчикъ, доставившій или приславшій въ редакцію новаго под­
писчика, получаетъ серію открытыхъ писемъ изданія журнала, доставившій 10
подписо ъ—получаетъ 11-ую БЕЗПЛАТНО. Книготорговцамъ скидка 5°/о.
Номера прошлаго года по первому требован. разсыпаются всѣмъ безплатно
для ознакомлен. ;почтов расходы по пересылкѣ взимаются наложеннымъ платеж.
ПОДПИСКА ПРИНИМАЕТСЯ: 1) Москва, Александровское Военное
Училище. 2) ГЛАВНАЯ КОНТОРА РЕДАКЦІИ: Москва, уг. Бол. Дмитровки и
Георгіевскаго пер., домъ Георгіевскаго монастыря, при типографіи „Печать
и Гравюра“ Телефонъ № 79-73. Для личныхъ переговоровъ ежедневно отъ
10—12 час. ОТДѢЛЕНІЯ КОНТОРЫ и РЕДАКЦІИ: 3) Москва, Больш.
Афанасьевскій пер., домъ Шиловскаго. 4) Тверская-Ямская, д. Ряшина, при
типогр. „Печать и Гравюра“. Телефонъ 63-12. 5) Петербургъ, Невскій 110,
Книгоиздательство „Новый Край“ П. Артемьева. 6) Харбинъ, въ редакціи
газеты „Новый Край“. 7) Одесса, Ришельевская, 9. Военно-книжный магаз.
Лукьянова, а также: Въ Москвѣ, въ книжномъ магазинѣ Суворина („Нов.
Времени“), Вольфа и Карбасникова. Въ типографіи подъ фирмою „Печать и Гра­
вюра“. Въ писчебумажномъ магазинѣ Штаба Округа. Въ магазинѣ Экономическ.
Общества. Въ конторѣ Н. Н. Печковской, Петровскія линія. Въ Петербургѣ.
Въ магазинѣ Главнаго Штаба. Въ книжномъ магазинѣ В. А. Березовскаго.
Въ книжн. магаз. „Нов. Времени“ и Вольфа. Въ Одессѣ. Въ книжн. магаз.
„Новаго Времени“ и во всѣхъ большихъ книжн. склад, и магаз. Столицъ ипровинц.
'
Издатель В. Г. Ждановичъ.
Ищу повсемѣстно дѣятельныхъ агентовъ по распространенію журнала,
пріема объявленій и подписки. Условія чрезвычайно выгодны.

Æ