Сочинения - Грей Дж.

СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА. ТРАКТАТ О ПРИНЦИПАХ ОБМЕНА. 1831 г.
ВЕРНОЕ СРЕДСТВО ПРОТИВ БЕДСТВИЙ НАРОДОВ. 1842 г.
Глава II. План менового банка и монетного двора
Глава III. О фабриках и складах.— Несколько общих замечаний о внешней торговле
Глава IV. Несколько слов в объяснение характера взаимных расчётов
Глава VII. Некоторые замечания о современных политических партиях
Лекция VIII. Краткое повторение и обзор всего вопроса
Автор: Грей Дж.
Теги: социальная философия собрание сочинений обществознание трактаты
Год: 1956
Похожие
История экономических учений
История русской экономической мысли. Том 1. Эпоха феодализма. Часть 2. 1800-1861 гг
Критика буржуазной политической экономии. Том 3. Кризис современной буржуазной политической экономии
Текст
                    ДЖОН ГРЕЙ
СОЧИНЕНИЯ
ГОСУДАРСТВЕННОЕ ИЗДАТЕЛЬСТВО
ПОЛИТИЧЕСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
Москва• 1956

Под общей редакцией
доктора экономических наук
И. Г. БЛЮМИНА

ПРЕДИСЛОВИЕ
Джон Грей (1798—1850 гг.) — один из виднейших предста¬
вителей английского утопического социализма.
Некоторые автобиографические сведения даёт сам Грей в при-
ложении к своей работе «Социальная система» (стр. 233 и ел.),
Как видно из этой работы, Грей уже в 14 лет вынужден был бро¬
сить школу и стал добывать себе средства к существованию в ка-
честве торгового ученика. По условиям работы ему приходилось
бывать в разных местах и общаться с большим количеством людей.
Это дало ему обширный материал для наблюдений и размышле-
ний, которые позже привели его к выводу, что в капиталистиче¬
ской системе «что-то не ладно, какая-то огромная ошибка имеет-
ся среди этой... массы живых существ» (стр. 234). Грей писал,
что к главному выводу своей теории он пришёл самостоятельно,
«без помощи какого бы то ни было автора», ибо до этого «не читал
ни одной строчки по вопросам политической экономии» (стр. 235).
Уже после того как Грей написал свою первую работу «На-
циональная торговая система», которая не была опубликована,
он познакомился с сочинениями Роберта Оуэна и нашёл, что
«результаты, обещанные г-ном Оуэном, по существу те же, в до¬
стижимость которых верил» и он сам (стр. 235).
Ознакомившись с произведениями Оуэна, Грей выступил
с пропагандой этого учения. Когда в 1825 г. была создана Авра-
амом Комбом, одним из наиболее преданных учеников Оуэна,
кооперативная община в Орбистоне, близ Глазго, Грей намере-
вался вступить в неё пайщиком. Однако он не сделал этого в си¬
лу разногласий с руководителями общины по вопросам собствен¬
ности.
Первая опубликованная работа Грея «Лекции о человеческом
счастье» (1825 г.) была написана им, как он сам указывает, «спе-
циально в защиту планов г-на Оуэна» (стр. 235), хотя он тут же
добавляет, что многих мнений Оуэна он никогда не разделял.

4
И. БЛЮМИН
«Лекции о человеческом счастье» представляют собой один
из наиболее ярких документов раннего английского утопиче-
ского социализма. Написанные очень популярно, в увлекатель¬
ной форме, «Лекции» были любимой книгой английских рабочих
в 20-х и 30-х годах прошлого столетия.
Наиболее ценной стороной этой книги является критика
капиталистического строя. Грей в своей критике капитализма,
как и другие представители английского утопического социализ-
ма, опирался на учение А. Смита и Д. Рикардо о том, что источ-
ником стоимости является труд. Английский утопический социа-
лизм повернул, выражаясь словами Энгельса, «...теорию стоимо¬
сти и прибавочной стоимости Рикардо в интересах пролетариата
против капиталистического производства...»1. Ход рассуждения
Р. Оуэна, В. Томпсона, Д. Грея и других английских социали-
стов-утопистов был таков: стоимость создаётся трудом рабочих;
прибавочная стоимость есть составная часть стоимости, создан¬
ной рабочими; присвоение прибавочной стоимости капиталистами
и землевладельцами, которые не участвуют в ее производстве,
противоречит требованиям закона стоимости, предполагающего
справедливый обмен, т. е. присвоение каждым результатов своего
труда.
Аргументация ранних английских социалистов страдала серь¬
ёзными теоретическими ошибками. Они не понимали, что произ¬
водство прибавочной стоимости осуществляется на базе закона
стоимости, что последний получает своё наиболее полное разви-
тие именно в условиях капиталистического способа производства,
что при посредстве механизма закона стоимости осуществляется
разорение мелких товаропроизводителей и распространение ка-
питалистических производственных отношений. Но при всех
этих теоретических ошибках литература раннего английского
социализма сыграла положительную роль — она вскрыла эксплу¬
ататорскую природу капиталистической прибыли и других
доходов господствующих классов буржуазного общества; она
последовательно и настойчиво проповедовала передачу всего
национального дохода трудящимся, т. е. устранение эксплуатации
человека человеком.
Грей не был оригинален в этом вопросе — он повторял взгля¬
ды Оуэна, Томпсона и других представителей раннего англий-
ского социализма, но он облёк их выводы в яркую публицистиче¬
скую форму и обеспечил тем самым широкое распространение
этих идей среди английских рабочих.
Он начинает свою книгу с резкого противопоставления ста¬
рого мира с его несправедливостью новому миру. «...В старом
мире люди почитаются в той мере, в какой они благодаря
1 ft. Маркс, Капитал, т. II, 1952, стр. 12. Предисловие Энгельса.

ПРЕДИСЛОВИЕ
5
владению имуществом могли распоряжаться трудом других.
Лень и бесполезность безусловно необходимы для почёта: люди
презираются в той мере, в которой они посвящают свой труд
полезным целям. В новом мире мы, напротив, желаем гаран¬
тировать всем людям ценность оказанных ими обществу услуг,
желаем уважать людей в соответствии с пользой, которую они
приносят для счастья нашего рода» (стр. 19).
По учению Грея общество подразделяется на три группы:
1) производительную, создающую всё материальное богатство;
2) непроизводительную, но полезную, оказывающую обществу
необходимые услуги (к этой группе он относит врачей, учителей
и т. д.), и 3) бесполезную, которая ничем не занимается или за¬
нимается вредным делом. К третьей группе Грей относит, в част¬
ности, большинство капиталистов. «Каждый непроизводительный
член общества,— заявляет он, — является прямым налогом на
производительные классы» (стр. 27). В отношении господствую-
щих классов, именуемых независимыми классами, он даёт следую-
щую замечательную характеристику: «Лица, из которых состоят
эти независимые классы, зависимы от двух обстоятельств: во-пер-
вых, от трудолюбия своих ближних и, во-вторых, от несправед¬
ливости, дающей возможность господствовать над ними» (стр. 45).
Опираясь на статистическую работу Колкгауна о распределе-
нии доходов в Англии в 1812 г. и применяя свои расчёты в отноше-
нии определения производительной части населения, Грей прихо-
дит к выводу,что производительные классы создали национальный
доход в сумме 430 млн. ф. ст.; за вычетом произведённой паупе¬
рами и пенсионерами части он составил 426 млн. ф. ст. Если бы
производительные классы получали весь созданный ими нацио-
нальный доход, то это составило бы 54 ф. ст. в год на каждого
мужчину, каждую женщину и каждого ребёнка из производитель-
ных классов, в действительности же на их долю приходилось
только 11 ф. ст., т. е. немногим больше одной пятой продукта их
собственного труда.
Расчёты Грея не претендуют на особую точность. Сам он
указывает, что «нельзя считать, что положения Колкгауна со¬
вершенно свободны от ошибок» (стр. 27). Весьма спорными
являются попытки Грея рассчитать долю производительного и
непроизводительного труда. Он руководствуется этическим кри-
терием и причисляет к непроизводительным занятиям ряд катего-
рий лиц, занятых в материальном производстве, но создающих
бесполезные, с его точки зрения, продукты, например предметы
роскоши. Для ряда профессий Грей пытается определить, какая
часть людей, занятых этими профессиями, достаточна для обслу-
живания общества. Подобного рода расчёты носят сугубо ориен-
тировочный характер. Значение расчётов Грея не в том, что они
точно определяли долю производительных классов в националь-
6
И. БЛЮМИН
ном доходе страны,— да и он сам не ставил такой задачи. Эти
расчёты имели иллюстративный характер — они должны были
проиллюстрировать очевидный факт, что значительная часть на-
ционального дохода присваивается эксплуататорскими классами.
«Лекции о человеческом счастье» Грея носят на себе печать
ограниченности, свойственной утопическому социализму. «...Уто¬
пический социализм,— писал В. И. Ленин,— не мог указать
действительного выхода. Он не умел ни разъяснить сущность наем-
ного рабства при капитализме, ни открыть законы его развития,
ни найти ту общественную силу, которая способна стать творцом
нового общества» \ Непонимание всемирно-исторической роли
пролетариата характерно для утопического социализма в целом.
Для большинства же представителей западноевропейского уто-
пического социализма, в частности английского, кроме того, ха¬
рактерно отрицательное отношение к классовой борьбе вообще
и к политической борьбе в частности. Это — типично «неполити¬
ческий социализм», по выражению В. И. Ленина.
Грей полностью стоит на позициях этого «неполитического
социализма», отвергая в принципе применение насилия. «Мы были
бы последними,— заявляет он,— кто прибег бы к насильственным
мерам для того, чтобы устранить нищету» (стр. 48). Отрица¬
тельное отношение Грея к политической борьбе настолько велико,
что в своей позднейшей работе «Социальная система» (1831 г.) он
требует от должностных лиц проектируемой им «Торговой палаты»,
чтобы они воздерживались от всяких политических споров и
отказались даже от права обращаться с петициями к парламенту.
Разделяя общую ограниченность, свойственную утопическо¬
му социализму в целом, Грей проявлял специфическую ограни¬
ченность, вытекавшую из сильно выраженных у него мелкобур-
жуазных тенденций. В этом отношении он значительно уступал
Оуэну, который отвергал частную собственность даже в форме
мелкой собственности.
Грей в «Лекциях о человеческом счастье» заявляет, что его
практическая программа отлична от программы Оуэна. «Планы,
о которых идёт речь, совершенно отличаются от плана г-на
Оуэна, но я надеюсь, что они окажутся полезными, доказывая
всему миру, что единство интересов вполне совместимо с индивиду¬
альностью и с имущественными различиями'» (стр. 74). Последние
слова весьма характерны для Грея, — он придаёт особое зна-
чение индивидуальному производству и собственности произво¬
дителя на средства производства, т. е. сохранению условий мел-
кого товарного производства.
Расхождение программ Оуэна и Грея имеет глубокий прин-
ципиальный смысл — оно выражает различие позиций идеолога
1 В. И. Ленин, Соч., т. 19, стр. 7.

ПРЕДИСЛОВИЕ	7
пролетариата, хотя и неразвитого, и идеолога, находящегося
под значительным влиянием мелкой буржуазии. Оуэн, как и
другие классические представители утопического социализма
(Сен-Симон и Фурье), решающее значение приписывал преоб-
разованию производства на началах коллективного производ¬
ства. Громадная заслуга классических представителей утопи-
ческого социализма состояла в том, что они поставили вопрос
о социализме как о новой системе организации производства,
показав, что социалистическая организация производства обес-
печит несравненно более высокую производительность труда
по сравнению с капиталистической системой.
Грей, отражая влияние мелкой буржуазии, ставит во главу
угла организацию обращения. Для мелкого товарного производ¬
ства оказываются особенно разрушительными последствия кон-
куренции; оно особенно страдает от колебаний рыночных цен.
Невозможность немедленной реализации товаров равносильна
катастрофе для мелкого товаропроизводителя. Последний осо¬
бенно болезненно чувствует власть денег. Владелец денег в об-
разе скупщика нередко подчиняет себе мелкого производителя.
В. И. Ленин раскрыл причину могущества владельца денег —
скупщика. «...Она состоит в том, что среди кустарей, живущих
со дня на день, самое большое с неделю на неделю, он один владеет
деньгами, т. е. продуктом прежнего общественного труда, кото¬
рый в его руках и становится капиталом, орудием присвоения
прибавочного продукта других кустарей» *. Отсюда — особая
популярность в мелкобуржуазных кругах проектов реоргани-
зации обращения, ставящих своей целью ликвидацию власти де-
нег, устранение противоречия между товаром и деньгами при
сохранении основы товарного производства — частной собствен¬
ности на средства производства.
В «Лекциях о человеческом счастье» не была развёрнута ещё
конкретная практическая программа Грея. Центр тяжести этой
работы — в критике капитализма, а в этой критике автор шёл
по стопам Оуэна и проводил его идеи. Мелкобуржуазные тенден-
ции, присущие Грею, в этой книге проявляются в скрытом
виде. Они выражаются в выпячивании особой роли обмени-
«...обмен и только обмен является основой общества и...все
другие отношения, существующие между людьми, всецело по¬
строены на нём!» (стр. 20); в признании конкуренции главной
причиной нищеты: «...конкуренция и только она одна ограничи-
вает годовой доход страны» (стр. 71); в призыве преобразовать
в первую очередь торговые порядки: «...только полное измене-
ние торговых порядков могло бы привести • к какому-либо су¬
щественному благу для человечества» (стр. 71). Мелкобуржу-
1 В. И. Ленин, Соч., т. 1. стр. 387

8
И. БЛЮМИН
азные тенденции проявляются и в особой заботе автора о со-
хранении индивидуального производства и мелкой собственно¬
сти, но выражены они в этой работе скорее в виде намёков,
нежели в виде конкретных выводов.
Всё это даёт основание расценивать «Лекции о человеческом
счастье» как лучшее произведение Грея, в котором получили
отражение наиболее сильные стороны английского утопического
социализма.
Практическая программа Грея впервые в развёрнутом виде
была изложена в его книге «Социальная система». Цент-
ральным пунктом этой программы является проект создания
«рабочих денег». «Учение о рабочем времени как непосредственной
единице измерения денег было впервые систематически развито
Джоном Греем» *,— указывал К. Маркс.
Основной источник бедствий буржуазного общества Грей
усматривает в том, что недостаточные размеры общественного
спроса создают узкую границу для общественного производства.
Основу узости рынка Грей ищет не во внутренних противоречиях
капиталистического производства, а в несовершенной, по его
мнению, организации обращения, в том, что продажа, т. е. пре-
вращение товара в деньги, совершается с значительно большими
трудностями, нежели купля, т. е. превращение денег в товары.
«Великое зло торгового общества,— пишет он,— состоит в том,
что спрос не имеет тенденции идти в ногу с производством: всегда
легче купить, чем продать-, и лекарство заключается в том, что¬
бы сделать одно столь же лёгким, как и другое» (стр. 250).
Иными словами, программа Грея ставит своей целью урав¬
нять обычные товары или «товарную чернь», выражаясь словами
Маркса, с деньгами, устранить привилегированное положение
денег, ликвидировать их власть. В «Социальной системе» даётся
резкое осуждение денег, которые сравниваются с демоном. «На¬
ша система обмена,— пишет Грей,— является убежищем злого
чудовища, господствующего над цивилизованным миром... Этот
демон торговой неурядицы будет держать наше благосостояние
в своих железных когтях и будет смеяться над нашим невежест-
вом и безумием» (стр. 105).
Проект «рабочих денег» был направлен против этого «чудо¬
вища». Основной принцип проекта сводился к замене денег
квитанциями, удостоверяющими количество рабочего времени,
затраченного на производство товаров отдельным товаропроиз-
водителем. Иными словами, деньги заменялись банкнотами на
1 рабочую неделю, 1 рабочий день, 1 рабочий час и т. д. По идее
Грея Национальный банк через посредство своих провинциаль-
ных филиалов должен был принимать на свои склады все пред-
1 К. Маркс, К критике политической экономии, 1953, стр. 75.
ПРЕДИСЛОВИЕ
9
лагаемые товары, учитывать количество труда, затраченного на
производство этих товаров, и выдавать соответствующие квитан-
ции. Квитанции должны были давать право их обладателю
получать любой другой товар, находящийся на складе, по экви¬
валенту, т. е. при условии, что в этих товарах содержалось бы та¬
кое же количество труда.
Маркс в работе «К критике политической экономии» исчерпыва-
ющим образом показал неосуществимость «рабочих денег» в услови-
ях стихийно развивающегося товарного производства. «Товары,—
писал Маркс,— суть непосредственно продукты обособленных,
независимых частных работ, которые через свсе отчуждение
в процессе частного обмена должны доказать свой характер все-
общего общественного труда; иначе говоря, труд на основе то-
варного производства становится общественным трудом лишь
посредством всестороннего отчуждения индивидуальных работ.
Если же Грей принимает содержащееся в товарах рабочее вре¬
мя за непосредственно общественное, то он принимает его за
обобществленное (gemeinschaftliche) рабочее время или за рабо¬
чее время непосредственно ассоциированных индивидуумов...
По его мнению, продукты должны производиться как товары,
но обмениваться не как товары» \
Теория «рабочих денег» основана на непонимании того, что
стоимость может выполнить роль регулятора стихийно разви-
вающегося товарного производства лишь на основе непрерывных
отклонений рыночных цен от стоимости. В условиях анархии
производства производители никогда не знают и не могут знать,
в каких товарах и в каком количестве нуждаются потребители
в данный момент. Колебания рыночных цен, которые Маркс
характеризует как «барометрические», дают возможность от-
дельным производителям судить о том, какие отрасли производ¬
ства следует расширять и какие — сокращать. Если бы рыноч¬
ная цена всегда равнялась стоимости, то стихийное регулиро-
вание общественного производства стало бы невозможным.
«...Возможность количественного несовпадения между ценою и
величиною стоимости... заключена уже в самой форме цены. И
это не является недостатком этой формы,— наоборот, именно эта
отличительная черта делает ее адэкватной формой такого способа
производства, при котором правило может прокладывать себе
путь сквозь беспорядочный хаос только как слепо действующий
закон средних чисел» г.
Практические попытки применения «рабочих денег» пока¬
зали неизбежность краха обменного банка, вынужденного при¬
нимать любые товары по их трудовой стоимости независимо
1 К. Маркс, К критике политической экономии, стр. 76—77.
* К. Маркс, Капитал, т. I, 1953, стр. 109.

10
И. БЛЮМИН
от того, существует ли спрос на эти товары или нет. Подоб¬
ного рода попытку сделал в 1832 г. Оуэн, организовавший «На-
циональный базар справедливого обмена» в Лондоне (в 1833 г.
было открыто отделение в Бирмингаме). Этот базар вскоре столк¬
нулся с непреодолимыми для него препятствиями. Ходовые
товары охотно забирались в первую очередь торговцами, к кото-
рым попадали «рабочие деньги», а неходовые товары заполняли
склады этой организации. «Рабочие деньги» стали даже пред-
метом спекуляции: те, кто не мог получить на них нужные им то¬
вары на «базаре справедливого обмена», сбывали их за бесценок
торговцам, которые, выждав появления на этом «базаре» ходо-
вых товаров, забирали их. Наконец, в 1834 г. эта организация
потерпела крах. В отношении этого случая применимо выра-
жение Маркса: «... банкротство взяло... на себя роль практи¬
ческой критики»1.
Опыт развития советского хозяйства показал, что и в социа-
листической экономике при наличии двух форм собственности —
общенародной и колхозно-кооперативной — и сохранении в свя¬
зи с этим товарно-денежных отношений невозможно введение
«рабочих денег». Хотя труд на всех социалистических предприя-
тиях является непосредственно общественным, однако имеются
различия между трудом в государственных предприятиях, где
он обобществлён в общенародном масштабе, и трудом в колхозах,
где он обобществлён лишь в рамках данной сельскохозяйственной
артели. Кроме того, колхозники применяют свой труд и в личном
подсобном хозяйстве, имеющем подчинённое значение. Эти раз-
личия в степени обобществления труда, при условии необходи¬
мости существования систематических связей между государст¬
венной промышленностью и колхозами, не дают возможности
сопоставить общественный труд, затраченный на производство
промышленной продукции, и общественный труд, затраченный
на производство колхозной продукции, и выразить его непосред¬
ственно в рабочем времени. Отсюда вытекает необходимость кос-
венного соизмерения общественного труда путём сведения через
обмен товаров разнообразных конкретных видов труда рабочих
и колхозников к абстрактному труду, создающему стоимость то¬
вара. Такое косвенное соизмерение труда невозможно без исполь-
зования денег.
Анализируя теорию «рабочих денег» Грея, Маркс вскрыл
наличие в ней внутренних противоречий. С одной стороны,
Грей исходит из того, что товары производятся отдельными то¬
варопроизводителями, с другой стороны, как указывает Маркс,
«...внутренняя последовательность заставляет Грея отрицать
условия буржуазного производства одно за другим, хотя он хочет
1 К. Маркс, К критике политической экономии, стр. 77—78.

ПРЕДИСЛОВИЕ
If
«реформировать» только возникающие из товарного обмена
деньги. Так, он превращает капитал в национальный капитал,
земельную собственность — в национальную собственность, и
если внимательно приглядеться к его банку, то обнаруживается,
что он не только одною рукою принимает товары и другою вы-
дает квитанции на доставленный труд, но регулирует и самое про¬
изводство» \
Эти внутренние противоречия, характеризующие проект
«рабочих денег» Грея, особенно отчётливо выступают в третьей
главе «Социальной системы», озаглавленной «Очерк торговой
конституции». Как видно из этого очерка, Грей проектировал
создание национальной торговой ассоциации, в которую могут
вступить «все лица, обладающие землёй или капиталом... а все
прочие лица допускаются в число ее членов, как только это поз-
волит развитие ассоциации» (стр. 94). Во главе этой ассоциации
должна стоять торговая палата, на которую Грей возлагал обя¬
занность руководить промышленными и сельскохозяйственными
процессами и торговыми операциями. Грей декларирует в каче-
стве «специальной цели» проектируемой им торговой ассоциации
необходимость «придать посредством тщательно организованного
плана производства, обмена, распределения и накопления наи¬
большую эффективность, какая только возможна, труду и ка¬
питалу, кем бы первый ни был затрачен и кому бы ни принад-
лежал последний» (стр. 96). По идее автора этого проекта, торго¬
вая палата должна управлять производством. «...Социальная
система,— пишет он,— признаёт полезной лишь одну контроли¬
рующую и руководящую силу, лишь одного судью в вопросе о том,
какого рода товары и в каком количестве целесообразно достав¬
лять на рынок,— Торговую палату, которая, имея возможность
всегда определить наличный запас любого рода товаров, могла
бы всегда сразу сказать, где производство должно идти быстрее,
где оно должно идти своим обычным темпом и где оно должно быть
замедлено» (стр. 100).
Хотя Грей мечтал о такой организации обращения, кото¬
рая сочеталась бы с созданием единого центра, управляющего
производством, в виде торговой палаты, но последнее условие
он отнюдь не считал обязательным. Торговая ассоциация мысли¬
лась им как чисто добровольное объединение, в которое входи¬
ли бы все желающие капиталисты и землевладельцы. Для функ-
ционирования такой торговой ассоциации он отнюдь не считал
обязательным, чтобы она охватывала большинство капиталов
данной страны и осуществляла контроль над большей частью на-
ционального производства. Иными словами, Грей не исключал
функционирования многочисленных частных капиталистов
1 К. Маркс, К критике политической экономии, стр. 77.

12
И. БЛЮМИН
наряду с национальной торговой ассоциацией. Эти частные капи¬
талисты имели бы также право представлять свои товары в об-
менный банк и получать рабочие квитанции. Очевидно, что при
этих условиях обменный банк не имел бы возможности осуществ¬
лять контроль над производством и предохранять свои склады
от переполнения малоходовыми товарами, что неизбежно привело
бы к краху этой затеи.
Следует учесть, что проектируемая Греем торговая ассоциа-
ция, если бы она была реализована, представляла бы собой весь¬
ма неустойчивое объединение. Грей всячески подчёркивал ин¬
дивидуальные права отдельных участников этой ассоциации.
«Национальная торговая ассоциация,— писал он,— должна рас-
сматриваться как корпорация, состоящая из коммерческих со-
участников, на основании того же самого принципа, в той же са¬
мой мере и только в той же мере, в какой в настоящее время
все люди являются политическими соучастниками в соответствую-
щих государствах... без малейшего смешения частной собствен¬
ности или пожертвования индивидуальным правом» (стр. 95).
Отдельным участникам торговой ассоциации предоставлялось
право выйти из нее в любой момент, когда они пожелают.
Грей пытался убедить капиталистов в том, что участие в
торговой ассоциации явится для них выгодным делом, что
оно обеспечит им устойчивую прибыль. Но капиталист стре¬
мится к наиболее высокой прибыли. Он меньше всего склонен
делиться своими сверхприбылями с другими капиталистами,
если какие-либо преимущества его предприятия обеспечивают
последнему более высокую рентабельность по сравнению с дру¬
гими предприятиями. Он старается использовать всякую благо-
приятную конъюнктуру для увеличения своих прибылей и не
остановится перед любыми действиями, хотя бы они угрожали
крахом торговой ассоциации.
Грей весьма ревностно защищает в своей работе «Социаль-
ная система» неприкосновенность частной собственности. Он
сочувственно приводит высказывание английского вульгарного
экономиста Мак-Куллоха: «Обеспечение собственности является
первым и самым неотъемлемым условием, необходимым для
производства богатства» (стр. 98). Но господство частной соб¬
ственности неизбежно порождает действие закона конкуренции
и анархии производства и обрекает на неудачу всякие попытки
организации народнохозяйственного планирования на капита¬
листической почве.
У Грея противоречия, связанные с теорией «рабочих денег»,
получили несколько иное выражение, нежели у других пред¬
ставителей английского утопического социализма. Хотя он
признавал необходимость некоторых преобразований в самом
производстве, но он не связывал эти преобразования с устране-
ПРЕДИСЛОВИЕ
13
нием капиталистических отношений. В этом вопросе он отли¬
чается от В. Томпсона и Д. Брея, которые рассматривали «ра-
бочие деньги» в органической связи с созданием новой, социали-
стической системы производства. На это обстоятельство указал
Маркс. «То, что у Грея,— писал Маркс,— остается скрытым и
неизвестным ему самому, а именно, что рабочие деньги суть эко¬
номически звучащая фраза, прикрывающая благое желание
уничтожить деньги, вместе с деньгами — меновую стоимость,
с меновою стоимостью — товар, а с товаром — буржуазную фор¬
му производства,— это прямо высказывается некоторыми анг-
лийскими социалистами, писавшими частью раньше Грея, ча¬
стью после него» х. (В сноске к этому месту Маркс ссылается на
сочинения Томпсона и Брея.)
Своеобразие Грея в том, что у него мелкобуржуазная струя
выражена значительно сильнее, нежели у других представителей
раннего английского социализма. Если в «Лекциях о человече-
ском счастье» ещё преобладают идеи оуэнизма, то в «Социальной
системе» на передний план выступают идеи мелкобуржуазного
социализма. Внутренние противоречия, пронизывающие это
произведение Грея, отражают переплетение двух различных
направлений общественно-экономической мысли.
Эволюция Грея в сторону мелкобуржуазного реформизма,
наметившаяся уже в «Социальной системе», продолжалась и
в дальнейшем и получила наиболее законченное выражение в по-
следней его книге «Лекции о природе и употреблении денег»,
вышедшей в разгар революции 1848 г. По меткой характеристике
Маркса, Грей в этом произведении «...трусливо старается пред¬
ставить свои рабочие деньги как чисто буржуазную реформу» 8.
«Лекции о природе и употреблении денег» носят на себе
явный отпечаток страха перед революционным движением масс.
Этот страх сквозит в нападках Грея на «неистовых радикалов»,
«которые путём разрушения индивидуальной собственности по¬
дорвали бы основание всего того, что может быть названо рес-
пектабельным в этом мире и что достойно быть предметом стрем-
лений разумных людей» (стр. 495). В последней работе Грея
имеются прямые выпады против французских революционеров.
«Они,— пишет Грей,— говорят, что добиваются организации
труда, тогда как вещь, которая им действительно нужна,— это
организованная система обмена» (стр. 482). Непосредственно
после февральской революции 1848 г. Грей послал временному
правительству Франции докладную записку, в которой поучал,
что Франция нуждается в «организации обмена», план которой
полностью разработан в предложенной им денежной системе.
1 К. Маркс, К критике политической экономии, стр. 78.
1 Там же, стр. 77.

14
И. БЛЮМИН
В «Лекциях о природе и употреблении денег» Грей считает
нужным оправдаться за грехи молодости. Он отказывается даже
от прежней терминологии, например от термина «социальная си¬
стема», заявляя, что тогда, когда он писал свою «Социальную
систему», слово «социальная» не имело ещё того «коммунистиче-
ского привкуса», который оно получило позже х.
В «Лекциях о природе и употреблении денег» противоречия,
характерные для ранних работ Грея, получили еще более резкое
выражение. В этом произведении, по словам Маркса, «...Грей
запутывается в еще более вопиющей бессмыслице» 2. С одной
стороны, внутренняя последовательность заставляет Грея искать
формы организации производства, которые позволили бы прео-
долеть конкуренцию и анархию производства. С другой стороны,
он всюду настойчиво подчёркивает, что он отнюдь не склонен
к потрясению основ существующего строя и стоит за сохранение
этих основ в их полной неприкосновенности.
Эти противоречия в последней работе Грея проявляются
на каждом шагу. Так, призывая капиталистов к объединению
и к созданию ассоциации, он в то же время старается успокоить
капиталистов, разъясняя им, что это объединение ничего нового
не представляет. «Не пугайтесь, однако, слова объединиться,—
взывает Грей к капиталистам.— ...Я требую взаимного сотрудни¬
чества и доверия между людьми не в большей степени, чем это
обычно наблюдается в настоящее время по всей Англии, Шот-
ландии и в лучших частях Ирландии» (стр. 384).
Эти противоречия, пожалуй, наиболее выпукло проявляются
в высказываниях Грея по поводу конкуренции. Рекламируя
свой проект денежной реформы как призванный установить по¬
стоянное соответствие между предложением и спросом, т. е.
устранить последствия анархии производства, Грей в то же
время в «Лекциях о природе и употреблении денег» всячески
расхваливает якобы благотворное влияние индивидуальной кон-
куренции. «...Должен признать,— пишет он,— что хотя в те-
чение многих лет я полностью понимал и признавал их истинную
ценность (имеются в виду принципы разделения труда и индивиду¬
альной конкуренции.— И. Б.), но лишь сравнительно недавно по-
нял ясно, каким образом можно практически осуществить и легко
удержать совершенно свободную и неограниченную систему произ¬
водства и обмена, или, другими словами, коммерческую систему,
в которой производство постоянно и неизменно создавало бы спрос
без нарушения в какой-либо степени неоценимого принципа ин¬
дивидуальной конкуренции...» (стр. 375). Не требует особых до-
1 Это высказывание имеется в приложении к книге «Лекции о природе
и употреблении денег», которое не вошло в данное издание.
* К. Маркс, К критике политической экономии, стр. 77.

ПРЕДИСЛОВИЕ
15
казательств, что положение о возможности совместить систему,
в которой производство постоянно создаёт спрос, с принципом
индивидуальной конкуренции остаётся лишь благочестивым по-
желанием Грея. Весь исторический опыт капиталистического
развития убедительно показал невозможность установления
такого соответствия между производством и спросом, т. е.
невозможность устранения кризисов перепроизводства в рамках
капиталистической системы.
Грей начал свою литературную деятельность с горячей про-
поведи права рабочего на полный продукт труда. В тот период,
когда Грей выступил со своими «Лекциями о человеческом
счастье», эта проповедь имела прогрессивный смысл. Она
была направлена против эксплуатации рабочего класса капи¬
талистами. Она была своеобразной формой протеста против ка-
питалистических производственных отношений. Маркс в «Кри-
тике Готской программы», подвергнув резкой критике требова-
ние о «неурезанном трудовом доходе», в то же время отметил, что
подобного рода представления «...в свое время имели некоторый
смысл...» х.
Грей закончил свою литературную деятельность как буржуаз¬
ный реформист, резко отрицательно относившийся к революцион-
ным событиям 1848 г. и подчёркивавший всюду необходимость
соблюдения интересов капиталистов.
Эволюция Грея отражает не только его индивидуальные осо¬
бенности, но и общую тенденцию развития, характерную для
утопического социализма. Возникнув в период неразвитого ра-
бочего движения, утопический социализм играл прогрессивную
роль. Но по мере роста активности, организованности и созна¬
тельности рабочего класса утопический социализм превратился
в течение, которое тормозило развитие классового самосознания
пролетариата. К- Маркс и Ф. Энгельс отметили в «Манифесте
Коммунистической партии», что «значение критически-утопи-
ческого социализма и коммунизма стоит в обратном отношении
к историческому развитию. По мере того как развивается и при-
нимает все более определенные формы борьба классов, это фан¬
тастическое стремление возвыситься над ней, это фантастически
отрицательное к ней отношение лишается всякого практического
смысла и всякого теоретического оправдания. Поэтому, если
основатели этих систем и были во многих отношениях ре-
волюционны, то их ученики всегда образуют реакционные
секты» 2.
1 К. Маркс и Ф. Энгельс, Избранные произведения в двух томах, Т.Н,
1952, стр. 15.
2 /G Маркс и Ф. Энгельс, Избранные произведения в двух томах т. I.
стр. 37.

16
И. БЛЮМИН
*
В Советском Союзе широко поставлено изучение утопического
социализма как одного из источников марксизма. Нескольки¬
ми изданиями вышли важнейшие произведения французских
социалистов-утопистов — Сен-Симона и Фурье. Хуже обстоит
дело с публикацией произведений английского утопического
социализма. Книга Р. Оуэна «Об образовании человеческого
характера» была выпущена третьим изданием ещё в 1883 г. и
стала библиографической редкостью. Из произведений предста¬
вителей английского утопического социализма в советский пе-
риод были изданы лишь экономические произведения Годскина
(в 1938 г.). На русском языке нет ни одного произведения
Томпсона, Брея и др. Издание сочинений Грея в русском пе-
реводе члена-корреспондента А. Н. СССР Ф. И. Михалевского
частично заполняет этот пробел.
И. Блюмин

ЛЕКЦИИ
О ЧЕЛОВЕЧЕСКОМ
СЧАСТЬЕ
W2-

Русский перевод данной работы сделан с немецкого издания.—Ред.

ПРЕДИСЛОВИЕ
Нижеследующие страницы представляют собой первую из
серии статей, которые будут печататься примерно каждые два
месяца \ Обсуждаемые здесь вопросы, возможно, будут рассмот-
рены с точки зрения, мало согласующейся с теми представления-
ми, которые всей системой воспитания привиты современному
поколению. Поэтому наши мысли покажутся, может быть, оши¬
бочными всем тем, кто ещё не составил себе никакого мнения,
противоречащего первым юношеским впечатлениям. Спраши¬
вается лишь, действительно ли последние ошибочны? Мы откло¬
няемся от традиции главным образом в следующем: в старом мире
люди почитаются в той мере, в какой они благодаря владению
имуществом могли распоряжаться трудом других. Лень и бес-
полезность безусловно необходимы для почёта: люди прези¬
раются в той мере, в какой они посвящают свой труд полезным
целям. В новом мире мы, напротив, желаем гарантировать всем
людям ценность оказанных ими обществу услуг, желаем уважать
людей в соответствии с пользой, которую они приносят для сча¬
стья нашего рода, и придавать ценность не кускам металла, но
каждой вещи, могущей улучшить положение рода человеческого
в физическом, моральном или умственном отношении.
ВВЕДЕНИЕ
Если сила, которой мы обязаны своим появлением на свет,
внушила человеку желание объединяться с другими людьми,
что является очевидным фактом, то это значит, что общество
является естественным состоянием человечества. Поэтому, если
в обществах возникают пагубнейшие неурядицы, если людям
1 В действительности из предполагавшейся серии напечатана одна только
эта работа.— Прим, перев.

20
ДЖОН ГРЕЙ
даётся власть подвергать других людей всякого рода жестоким
притеснениям, то это означает, что либо бог создал человека на
горе, либо человек должен ещё узнать те принципы, на которых
общества должны быть основаны, чтобы быть счастливыми!
Если бы люди никогда не стали жить общественной жизнью,
то их положение едва ли чем-либо отличалось от положения дру-
гих живых существ. Всё их занятие состояло бы в том, чтобы удов¬
летворять элементарные естественные потребности. И так как
каждый индивид мог бы иметь лишь то, что он приобрёл благо¬
даря своему собственному трудолюбию, то он был бы лишь чрез¬
вычайно скудно снабжён даже тем, что безусловно необходимо
для жизни. Скопление людей само по себе во всяком случае
ничем не способствовало бы улучшению их положения. Но склон¬
ность к взаимному обмену трудом, свойственная только чело-
веку, является первоначальной причиной, дающей ему возмож¬
ность столь неизмеримо превзойти неразумные создания.
Почему же мы приписываем так часто наши страдания ошиб-
кам правительств, если только благодаря обмену появилась
на свет сила, давшая отдельным лицам возможность насильст-
венного господства над народами? И здесь пусть человек, же-
лающий осчастливить своих ближних, остановится и поразмыс-
лит. Пусть в его уме отчётливо запечатлится тот факт, что об-
мен и только обмен является основой общества и что все другие
отношения, существующие между людьми, всецело построены
на нём! Пусть прежде всего в его уме запечатлится этот факт
во всей его значимости. И если он в состоянии настолько осво¬
бодиться от предрассудков, чтобы на мгновение забыть свои преж-
ние заключения о причинах человеческих бедствий, если он за-
хочет терпеливо и внимательно проанализировать современную
торговую систему, то он найдёт в ней причины некоторых ужас-
нейших недостатков, которым подвержена человеческая природа.
Напрасно филантропы стараются улучшить положение своих
ближних тем, что постоянно хватаются за следствия. Для того
чтобы в обществе могло быть сделано на длительное время нечто
хорошее, нужно обратить внимание на причины. Но наши планы
изобретаются главным образом для того, чтобы бороться с нуж¬
дой половинчатыми мерами. Мы стараемся преодолеть страда-
ния общества с помощью множества различных благотворитель-
ных учреждений, которые в одинаковой мере свидетельствуют
о доброй воле и о невежестве; но эта попытка тщетна. Пусть бу-
дут созданы общества для устранения причин, от которых проис-
ходят бедствия человечества, общества, которые не оказывали бы
поддержку нуждающимся, но устраняли бы причину нужды,
которые не помогали бы бедным деньгами, но устраняли бы при¬
чины бедности, которые не отыскивали бы воров, но устраняли
бы многочисленные искушения к воровству, общества, специаль-
ЛЕКЦИИ О ЧЕЛОВЕЧЕСКОМ СЧАСТЬЕ
21
ная цель которых — равномерно распределять блага счастья
между всеми и объединять людей в согласии, мире и единоду-
шии. Пусть только появятся общества, основанные на этом прин-
ципе,— они не будут нуждаться ни в какой дальнейшей помощи;
их успехи будут таковы, что спустя немного лет навсегда за¬
кроются книги любого благотворительного учреждения, какого
бы рода оно ни было и какие бы цели ни преследовало!
Творец природы, каким бы именем мы его ни называли, дал
всякой вещи, созданной его силой, свои особые свойства. Только
зная их и считаясь с ними, мы можем довести что-либо до совер¬
шенства или приблизить к совершенству. Растительному миру
он дал свои особые свойства, и при уходе за ним мы обращаем
внимание на особенности каждого растения и обеспечиваем его,
насколько это позволяют нам наше знание и искусство, той осо¬
бой почвой, особым местоположением и температурой, которые
ему требуются; ибо мы знаем, что тщетна была бы попытка при¬
способить его по нашему усмотрению к какой-либо иной почве,
местоположению или температуре. И человек наделён творцом
своими особенностями, своими естественными правами и склон¬
ностью пользоваться ими, и если бы мы хотели довести человека
до той степени совершенства, к которой он по природе способен,
или по крайней мере приблизить его к ней, то мы должны были бы
приспособить человеческие установления к его природе; ибо опыт
всегда в достаточной мере показывал, что мы не можем связы¬
вать природу человека установлениями по нашему произволу,
не разрушая его счастья. Попытка сделать это, попытка подчи¬
нить человеческую природу законам, установлениям и привыч-
кам, которые ей противоречат, является главным, если не един-
ственным, источником бедствий, которые окружают человека,
и всякая попытка сделать его счастливым будет бесплодна до
тех пор, пока в этом не произойдёт полной перемены.
Мы очень хорошо знаем, что невежественная часть общества
считает энтузиастами тех, кто защищает планы Оуэна; сам же
Оуэн в глазах этих людей является фантазёром, если не совсем
безумцем. Мы попытаемся объяснить, почему сложились о нём тако¬
го рода мнения, посвятив несколько слов природе вероятности.
Едва ли есть две вещи, более отличающиеся друг от друга,
чем действительная вероятность и вероятность возможная:
первая зависит от действительной осуществимости какой-либо
вещи, вторая — от знания её основ.
Только то является совершенно невероятным, что никак
не может быть приписано какой-либо известной причине. Если
бы, например, сказали, что церковь св. Павла в течение сле-
дующего года сама передвинется на другое место, то это было бы
совершенно невероятно, ибо никто не мог бы вообразить себе на-
личие в ней какой-либо силы, которая могла бы это осуществить
22
ДЖОН ГРЕЙ
и без которой самопроизвольная перемена места была бы невоз¬
можна.
Но вещи становятся более вероятными по мере того, как
уменьшается трудность дать себе отчёт в них.
Если бы, например, человек рассказал нам, что он сделал
открытие, с помощью которого он может с такой же лёгкостью
двигаться по воздуху, как и по воде, то мы не были бы склонны
отнестись к этому утверждению так же, как в предыдущем слу-
чае, ибо мы знаем силу, которою мог бы быть вызван первый шаг
по этому пути. Но так как мы не знаем, каким образом мы могли
бы двигаться в ином направлении, чем по ветру, то никоим об-
разом мы не поверили бы вполне этому утверждению до тех пор,
пока не была бы показана вновь открытая сила, благодаря ко¬
торой мы могли бы двигаться по воздуху в любом желательном
для нас направлении.
Но то, что легко может быть приписано известной силе, дей-
ствием которой оно вызывается, вероятно вполне. Возьмём, напри-
мер, следующее утверждение, которое мы без всяких сомнений выд-
вигаем, так как знаем, что можем доказать его правильность:
«каждому англичанину может быть предоставлена возможность ок¬
ружить себя всеми жизненными удобствами». В данном случае мы
знаем силу, которая даёт нам возможность создавать жизнен¬
ные удобства в достаточном количестве и даже в количестве втрое
большем, чем нужно для удовлетворения желаний каждого члена
общества. Мы знаем, что все люди охотно приобрели бы эти
удобства, если бы они могли. Мы знаем причину, которая до сих
пор препятствовала широким массам приобрести эти удобства, и
полностью объясним её в этих статьях; мы знаем также, какими
средствами можно устранить эту причину. У нас есть стремление
к богатству; у нас есть сила, для того чтобы создать его, и зна-
ние разнообразных планов, по которым оно может быть распреде-
лено таким образом, чтобы привести к ожидаемым последствиям.
Но это утверждение бесспорно будет взято под сомнение;
и было бы удивительно, если бы это было иначе: ибо мы никоим
образом не преувеличиваем, говоря, что 99 людей из 100 состав-
ляют своё суждение не в соответствии с только что изложенными
требованиями вероятности или с другими разумными основания-
ми, а в соответствии с прецедентами. А где имеется прецедент
всеобщего равенства в материальных благах и богатстве?
Когда мы слышим нечто новое и совершенно неожиданное,
то первым нашим чувством является удивление; и сила этого
удивления всегда находится в точном отношении к величине рас-
хождения между услышанным и чем-либо уже ранее существо-
вавшим, ранее слышанным или ожидавшимся. Но когда наше
удивление несколько уляжется, то первым вопросом будет:
«как это произошло?» или, если это было только исключитель-
ЛЕКЦИИ О ЧЕЛОВЕЧЕСКОМ СЧАСТЬЕ
23
ным случаем: «как это могло произойти?». И если нам станет
ясно, что причина соответствует следствию, то мы поверим этому,
в противном же случае не поверим. Поэтому, если вышеизложен¬
ное правильно (а мы не боимся никакого опровержения),то ясно,
что когда нужно представить себе следствие, не имеющее приме-
ра в прошлом, то прежде, чем оно может стать для нас вероятным,
нам, очевидно, должна стать понятной та сила, которая его по-
рождает. Было бы поэтому действительно странно, если бы
планы Оуэна были теперь популярны, ибо, для того чтобы прак¬
тически встретить по крайней мере всеобщее согласие, они дол¬
жны бы быть всеми поняты. В данный момент нет ни одного чело-
века из тысячи, который понимал бы современную систему, при
которой он родился и был воспитан. Поймёт ли в таком случае
хоть один из десяти тысяч систему Оуэна? И, несмотря на это,
бесчисленное количество людей осуждает её как фантастическую
и абсурдную, не подумав над вопросом в течение даже одной
минуты. Единственная причина этого заключается в том, что люди
в общем руководствуются прецедентами; отсутствие таковых не¬
посредственно означает невероятность. Допустим, что мы ни¬
когда ничего не слышали о воздушном шаре, никогда не думали
о нём. Если бы кто-нибудь сказал, что он может в экипаже, бо¬
лее лёгком, чем воздух, подняться вверх значительно выше об-
лаков, его сочли бы сумасшедшим. И если бы даже соображения,
подкрепляющие его мнение, говорили целиком в его пользу, то
он всё же встретил бы благоприятный приём только у немногих.
Если это верно, то люди, услышав, что новые следствия могли
бы быть вызваны новыми комбинациями, поступили бы гораздо
разумнее, если бы они не составляли своё суждение путём выяв-
ления различия между тем, что утверждают, и реальной действи-
тельностью, а спрашивали: «какая сила может это сделать?»
и потом исключительно на основании результатов исследования
решали бы, соответствует ли причина следствию. Это — един¬
ственно разумный способ составить себе мнение о чём-либо. Но
широкие массы никогда не давали себе труда усвоить этот способ.
Вот почему общественное мнение о чём-либо новом так редко бы-
вает правильным, и только по этой причине Оуэна называют фан-
тазёром те, кто либо слишком ленив, для того чтобы рассмотреть
его планы, либо неспособен понять их.
В начале исследования о человеческом счастье, прежде чем
рассматривать вопрос в деталях, будет, пожалуй, полезно вкрат-
це исследовать его сущность. Это действительно очень важно:
ведь если у нас нет ясного представления о цели, к которой мы
стремимся, то мы не в состоянии решать вопрос и о средствах
для её достижения. Мы попытаемся поэтому установить крите-
рий, который сделает для нас возможным суждение о человече-
ских целях.

24
ДЖОН ГРЕЙ
Мы не относим понятие «счастье» к неодушевлённым предме-
там, так как они ничего не чувствуют: они не испытывают ни ра¬
дости, ни горя. Они не могут ни смеяться, ни радоваться, так как
они не могут чувствовать. Чувство является, следовательно, пос-
редником счастья и несчастья; счастье заключается в приятных,
несчастье—в неприятных впечатлениях, оказываемых на нас
при его посредстве; степень счастья, которое мы можем испыты¬
вать, ограничена силой и числом приятных ощущений, которые
наша природа в состоянии воспринять.
Представим себе существо, отличающееся от растительного
мира лишь тем, что оно обладает одним единственным чувством,
например обонянием. Если бы у него впечатления от внешнего
мира были подобны тем, которые получают люди с помощью того
же чувства, то счастье такого существа заключалось бы в прият-
ном использовании этого одного органа. Но это счастье было бы
весьма ограничено. Оно не допускало бы никакого сравнения
со счастьем существа, которое помимо обоняния обладало бы ещё
слухом, ибо последнее могло бы воспринимать большее количе¬
ство приятных ощущений и могло бы достигнуть соответственно
более высокой ступени счастья.
Если к этому прибавить ещё прочие чувства, то каждое даст
возможность воспринимать тысячу приятных ощущений. О них
предполагаемое существо, о котором мы говорили выше, не име-
ло бы ни малейшего представления.
Ясно, что счастье заключается в том, чтобы воспринимать при-
ятные ощущения, и что его размеры определяются силой и коли-
чеством ощущений, которые может воспринимать наша природа.
И потому вышколенный умственным трудом и развитой чело-
век, характер которого ещё смягчается чувствами любви и друж¬
бы, способен к значительно более высокой радости и внутреннему
удовлетворению, нежели человек исключительно чувственный, удо-
вольствия которого ограничиваются животными наслаждениями.
Но так как сами чувства ведут себя пассивно и не имеют ника¬
кой власти над воздействующими на них обстоятельствами, то мы
должны исследовать те обстоятельства, которыеприводят к счастью.
Каждый человек обладает своеобразным характером, кото¬
рый у разных людей различен, хотя и не по составляющим его
элементам, но по степени их силы. Эго создаёт естественные раз-
личия в наших способностях и склонностях. И вопрос, который
мы сейчас хотим решить, таков: как должны мы управлять спо¬
собностями и склонностями, чтобы добиться счастья или, дру¬
гими словами, чтобы получить наибольшее число приятных и
наименьшее число неприятных ощущений; чтобы следовать лишь
тем склонностям, которые находятся в гармонии друг с другом,
и сохранять и, если это возможно, увеличивать их силу; чтобы уст¬
ранять все те, которые готовят нам страдание, если мы им следуем?

ЛЕКЦИИ О ЧЕЛОВЕЧЕСКОМ СЧАСТЬЕ
25
Если бы люди всё-таки захотели понять, что правильно толь¬
ко то, что в конце концов приносит благо, что неправильно толь¬
ко то, что приносит зло, что добро и зло отличаются друг от дру¬
га только тем, что первое увеличивает счастье человеческого рода,
а второе его уменьшает,— если бы люди захотели это понять,
то они обладали бы золотым правилом на любой случай своей
жизни!
Зло проистекает от необузданного потворства желанию;
воспоминание о радостях, которые приносило нам умеренное его
удовлетворение, ведёт нас к излишеству.
Пьянство — зло, так как оно несовместимо с телесным здо-
ровьем и с полным использованием духовных способностей. Не¬
честность — зло, так как она несовместима с теми средствами на-
слаждения, совокупность которых называется богатством.
Но гармоническое использование наших способностей не мо-
жет породить никакого значительного счастья, если наши склон¬
ности недостаточно сильны, для того чтобы мы находили радость
в их удовлетворении: нужно избегать пресыщения. Пища не мо-
жет нас радовать, если мы едим так часто, что никогда не знаем
голода. Для того чтобы наслаждаться чем-либо, мы должны из-
бегать подобного пресыщения.
Ясно без дальнейших доказательств, что для счастья необхо¬
димо, чтобы все склонности, уступка которым влечёт за собой
страдание, были искоренены. Конечно, для нас прискорбно иметь
желания и отказывать самим себе в их удовлетворении.
Но мы часто слышим замечание, что счастье заключается
скорее в стремлении к чему-либо, чем в обладании им. Действи-
тельно, человек при современном общественном устройстве не
является разумным существом. Он ещё не научился понимать
свою собственную природу и поступать в согласии с нею, он не
научился искать своего счастья там, где может найти его: все его
способности направлены по ложному руслу. Поэтому он расто-
чает свою энергию на получение таких вещей, обладание кото¬
рыми (о чём мог бы ему сказать его разум!) не может дать ника¬
кого действительного удовлетворения!
Посмотрите на наши общественные воспитательные учреж-
дения и скажите, даётся ли вообще в каком-либо из них разумное
направление человеческим способностям? Разве не направляют
юношеский ум на помыслы о войне и убийстве? По одной этой
причине тысячи побуждаются к тому, чтобы вести жизнь солдат:
в человеческой груди пробуждается честолюбие, и оно заставляет
человека искать своего счастья в уничтожении ближних! И после
того как он отдал этому призванию расцвет своей жизни, он в кон-
це концов восклицает: «Всё — суета, тлен и прах!».
Однако большая часть людей побуждается к тому, чтобы ис¬
кать счастья в погоне за богатством. Но так как они никогда
26
ДЖОН ГРЕЙ
не учились правильно пользоваться им, то оно очень часто ли-
шает их покоя.
Воззрение, что счастье состоит скорее в стремлении к чему-
либо, чем в обладании им, покоится на ложной основе. Кто из
нас, умирая от голода и жажды, нашёл бы большее наслаждение
в стремлении к пище и питью, чем в их употреблении? Кто из
нас, будучи во власти непогоды, промокнув от дождя и замерзая
от холода, нашёл бы большую радость в поисках камина, чем
в использовании его приятного тепла? Или кто из нас искал ког¬
да-либо радости в совершении доброго поступка и потерпел ра-
зочарование?
Итак, долой ложное мнение, будто счастье заключается толь¬
ко в представлении! Мы будем его впредь искать там, где, следуя
велениям разума, мы можем его найти. Мы хотим научиться
правильно оценивать вещи и не одурачивать самих себя, гоняясь
за мыльными пузырями, которые лопаются и приносят нам ра-
зочарование!
Следовательно, счастье — конечная цель всякого человече-
ского стремления — не может быть достигнуто до тех пор, по¬
ка не будут удовлетворены наши естественные потребности. Мы
поэтому прежде всего исследуем природу последних.
Потребности человека двоякого рода: во-первых, те, ко¬
торые присущи ему как живому существу, во-вторых, те, которые
свойственны ему как существу, одарённому разумом. Потреб¬
ности последнего рода в свою очередь могут быть разделены на
два вида: одни рождаются вместе с человеком и неотделимы от
него, другие он приобретает благодаря воспитанию, привычке,
примеру или влияниям своей среды. Что касается этих послед-
них, то очень важно, чтобы человек приобрёл лишь такие, кото¬
рые находятся в согласии с потребностями, данными ему при¬
родой, и о них здесь ничего не будет сказано, так как благодаря
своей зависимости от различных окружающих условий они не
поддаются определению. Но что касается потребностей первого
рода, то ясно, что человек как живое существо нуждается в пище,
одежде и жилище; что его положение должно давать ему возмож¬
ность содержать себя и свою семью, если она у него есть; что он
должен быть в состоянии делать это с умеренными усилиями и
без малейшего опасения не добиться когда-либо своими стара-
ниями желанной цели. Телесное здоровье и сила являются су¬
щественными условиями, необходимыми для счастья; они несов-
местимы с чрезмерным физическим трудом и большим умствен-
ным напряжением. Духовные потребности человека выражаются
в его любознательности. Природа дала её всем; но для того, чтобы
мы были духовно счастливы, семя разума — любознательность —
должно быть взлелеяно, иначе оно будет лежать втуне и принесёт
ничтожную пользу. Великая цель человеческих стремлений за¬
ЛЕКЦИИ О ЧЕЛОВЕЧЕСКОМ СЧАСТЬЕ
27
ключается в удовлетворении этих потребностей. Мы исследуем,
насколько пригодны наши усилия для удовлетворения их; ибо
если они уже разумным и целесообразным образом удовлетворе¬
ны, то новый, предложенный Оуэном, порядок вещей не нужен.
Мы попросим читателя прежде всего рассмотреть вместе с на¬
ми господствующую в настоящее время торговую систему, вели¬
кой задачей которой является обеспечение людей пищей, одеждой
и жилищем.
ОБЩИЙ ОБЗОР ОБЩЕСТВА
Всё необходимое для жизни, всё, что делает её приятной
и удобной, создаётся человеческим трудом. Во-первых, трудом,
применяемым для обработки самой земли, во-вторых, трудом,
употребляемым на то, чтобы приготовить плоды земли для жиз-
ненных нужд и приспособить их к ним, и, в-третьих, трудом,
нужным для распределения продуктов обоих первых видов тру¬
да. Таковы три важнейших занятия в жизни. К ним можно при¬
бавить ещё три: управление обществом или охрана его, обучение
людей и доставление им развлечений и, наконец, деятельность
врача. Каждый член общества, не участвующий в одной из пер-
вых двух категорий занятий, является непроизводительным
членом общества. Каждый непроизводительный член общества
является прямым налогом на производительные классы. Каждый
непроизводительный член общества является вместе с тем бес-
полезным t если он не даёт возмещения за то, что он потребляет.
Это — столь ясные и важные истины, что всякий разум¬
ный человек должен убедиться в них после мгновенного рассмот-
рения. Поэтому мы не можем составить себе никакого лучшего
суждения о человеческой деятельности, чем путём сопоставле-
ния её с этими истинами.
Мы просим читателя уделить теперь благосклонное внимание
общему обзору, дающему классификацию всего населения Анг-
лии в 1812 г. За эти сведения мы должны быть признательны од¬
ной в высшей степени ценной и обширной статистической работе,
которая была опубликована в 1814 г. Колкгауном (Colquhoun).
Нельзя считать, что положения Колкгауна совершенно свободны
от ошибок, но мы хотим лишь изложить основные принципы,
которыми мы руководствуемся; и если бы даже наши выдержки
из работы Колкгауна страдали неточностью на много миллионов,
то всё же они показывали бы достаточно ясно характер совре¬
менной системы.
В таблице дан состав всего народонаселения Великобритании
и Ирландии в 1812 г. с указанием доходов каждого класса наро-
донаселения. Особо выделяются лица, которые являются не только
непроизводительными, но и бесполезными членами общества.

28
ДЖОН ГРЕЙ
Р
IS
£
Ранг и положение
Приблизительная чис¬
ленность
годовойдоходкаждого
мужчины, женщины и
ребёнка (включая слуг)
1 ф. ст.
Приблизительное число
бесполезных членов
общества
Доход бесполезных
классов
ф. ст.
2
3
4
5
6
7
1
Королевский дом
Король, королева и прин¬
цессы их семьи	. .
50
146 000
2920
2
Принц-регент, принцесса
уэльская и принцесса
Шарлотта

50
172000
3440
3
Прочие принцы и прин¬
цессы королевской кро¬
ви
200
183000
915
■ ,
4
Высшее дворянство
Светские пэры, включая
женщин, имеющих са¬
мостоятельное право на
звание пэров . .
12900
5160 000
400
12900
5160 000
5
Духовные лорды, или
епископы
720
240 480
34
720
240480
6
Низшее дворянство
Баронеты

12915
3 022110
234
12915
3 022110
7
Рыцари и сквайры . . .
110000
22 000 000
200
110000
122000 000
8
Джентльмены и леди^
живущие на постоян¬
ные доходы
280 000
28 000 000
100
280 000
28 000000
9
Государственные
учреждения и финансы
Лица, занимающие выс-
шие гражданские долж¬
ности .

24 500
3 430 000
140
12 250
1715000
10
Лица, занимающие низ-
шие гражданские долж¬
ности
90 000
5 400 000
60
45000
2700000
11
Армия
Офицеры, включая хи-
рургов и квартирмей-
стеров, инженеров и
артиллерийских офице-
ров, штабных офицеров
и т. д.
40000
4200000
40
20000
2100000

ЛЕКЦИИ О ЧЕЛОВЕЧЕСКОМ СЧАСТЬЕ
29
Продолжение
С
а
Ранг и положение
Приблизительная чис¬
ленность
Совокупный доход
каждого класса
ф. ст.
Годовой доход каждого
мужчины, женщины и
ребёнка (включая слуг)
ф. ст.
Приблизительное число
бесполезных членов
общества
Доход бесполезных
классов
ф. ст.
1
2
3
4
5
6
7
12
Простые солдаты регу-
лярных войск и мили-
ции, включая унтер-
офицеров, артиллерию
и инженерный корпус
450000
9 800000
9
225 000
4900000
Флот
13
Флотские офицеры, хи¬
рурги, казначеи и т. д.
Матросы в военном и тор-
25 000
2095 000
50
12 500
1047 500
14
говом флоте
320000
7 204680
10
160 000
3 602 340
Получающие половинные
оклады и т. д.
15
Отставные офицеры и
врачи армии и флота,
получающие половин¬
ные оклады, престаре¬
лые офицеры, отстав¬
ные капелланы и офи-
церские вдовы и дети,
получающие пенсии. .
14 500
856600
20
Пенсионеры
16
Пенсионеры инвалидного
дома в Челси, пенсио-
неры инвалидных домов
в Гринвиче, Четэме и
т. д., живущие в них
и приходящие . . .
92 000
630 000
4
17
Указанные выше пенсио-
неры, которые помимо
того имеют заработок
420 000
2
духовенство
18
Высшее духовенство
9 000
1 080000
120
9 000
1080 000
Д9
Низшее духовенство
87500
3 500 000
40

30
ДЖОН ГРЕЙ
Продолжение
Ранг и положение
Приблизительная чис¬
ленность
Совокупный доход
каждого класса
ф. ст.
Годовой доход каждого
мужчины» женщины и
ребёнка (включая слуг)
ф.ст.
Приблизительное число
бесполезных членов
общества
Доход бесполезных
классов
ф. ст.
2
3
4
5
6
7
Юстиция
20
Судьи, адвокаты, стряп-
чие, клерки и т. д.
95 000
7600 000
80
95 000
7600000
Медицина
21
Врачи, хирурги, аптека-
5 400 000
ри и т. д.
90000
60
Изящные искусства
22
Художники, скульпторы,
25000
1 400 000
гравировщики и т. д.
56
Земледелие,
рудники и т. д.
23
Крупные земельные соб-
385 000
19 250000
ственники

385 000
19 250000
50
24
Мелкие земельные соб-
525000
10500 000
ственники
1 050 000
21 000 000
20
25
Арендаторы
1 540 000
33600 000
22
770 000
16 800000
26
Рабочие, занятые в земле-
делии, шахтах, рудни-
ках, включая женщин
3154142
33 396795
11
—
—
Внешняя торговля,
судоходство,
промышленность
и торговля
27
Крупные торговцы, бан-
26 250
6 825000
киры и т. д.	...
35 000
9 100 000
260
28
Менее крупные торговцы,
ведущие морскую тор¬
говлю (включая мак-
леров) ...
159 000
18354 000
112
119 700
13765500
29
Лица, применяющие про-
фессиональное искус¬
ство и капитал в ка-
честве инженеров, зем-
лемеров, подрядчиков
и т. д.
43 500
—
60
32625
1 957 500

ЛЕКЦИИ О ЧЕЛОВЕЧЕСКОМ СЧАСТЬЕ
31
Продолжение
Ранг и положение
Приблизительная чис¬
ленность
i Совокупный доход
каждого класса
: ф. ст.
Годовой доход каждого
мужчины, женщины и
ребёнка (включая слуг)
ф. ст.
Приблизительное число
бесполезных членов
общества
Доход бесполезных
классов
ф. ст.
2
3
4
5
6
7
30
Лица, применяющие ка-
питал в строительстве
и ремонте кораблей,
парусных судов и т. д.
3 000
402 000
134
1 500
201 000
31
Собственники фрахтовых
судов

43750
5 250000
120
43 750
5250000
32
Рабочие-водники в тор-
говом флоте, на рыбных
промыслах, на реках,
каналах и т. д. . .
400 000
8 100 000
11
33
Фабриканты, применяю-
щие капитал во всех
отраслях, каковы: хло-
пок, шерсть, лён, пень¬
ка, кожа, стекло, гли¬
няная посуда, золото,
серебро, цинк, медь,
железо, сталь и дру-
гие металлы, шелк, бу¬
мага, книги, порох,
краска для рисования,
красящие вещества и
т. д., пиво, портер,
дистиллированные на¬
питки, сласти, свечи,
масло, табак, нюхатель¬
ный табак и т. д.
264 000
35376 000
134
176 000
23 584 000
34
Крупные торговцы, про-
дающие товары оптом
5 400
723 600
134
2 700
361800
35
Лавочники и торговцы,
продающие товары в
розницу

700000
28 000000
40
466666
18666666
36
Лица, применяющие ка-
питал в качестве порт-
ных, портних, моди-
сток, в производстве
материала для уборов
и т. д

218 750
7875 000
36
37
Клерки и приказчики у
купцов, фабрикантов,
лавочников и т. д.
262 500
6 750 000
14
131 250
3375000

34
ДЖОН ГРЕЙ
Итак, совокупный доход всех классов общества в 1812 г. оце-
нивается приблизительно в 430 521 372 ф. ст. Сначала мы уста-
новим, какой частью общества производилось это огромное со-
стояние; если мы затем возьмём фактический доход производи¬
телей, то мы получим довольно ясную картину ныне действую-
щих принципов.
№i
Число лиц
Совокупный
доход
Средний доход на
одного человека
26
3 154 142
33 396 795
32
400 000
8 100 000
J 11 ф. ст.
40
4 343 389
49 054 752
7 897 531	90 551 547
1 Порядковые номера помещённой выше таблицы.
Эта таблица охватывает совокупность производящих клас-
сов.
Как показывают эти данные, их трудом был произведён
доход всей страны в сумме 430 521 372 ф. ст., за вычетом произве¬
дённой пауперами и пенсионерами суммы в 4291 000 ф. ст. оста¬
ётся 426 230 372 ф. ст.
Это составляет почти 54 ф. ст. в год на каждого мужчину,
каждую женщину и каждого ребёнка из производительных клас-
сов. Но из них они получают только 11 ф. ст., т. е. немногим
больше одной пятой продукта их собственного труда! Если при¬
бавить к сумме, которую они получили, а именно к сумме
в 90 551 547 ф. ст., сумму денег в 217 951 788 ф. ст., которая
уплачивалась бесполезным классам и которая в будущем также
могла бы быть сбережена, если в этом вообще будет необходи¬
мость (чего, как мы увидим в дальнейшем, не будет), то она по¬
высится до 308 503 335 ф. ст.
Это даёт почти 40 ф. ст. в год на каждого мужчину, каждую
женщину и каждого ребёнка — доход, который может дать с из-
бытком всё то, что необходимо для жизни и что делает её прият-
ной; это почти вдвое превышает доход крупных арендаторов
в 1812 г. Следует подчеркнуть, что по этому исчислению более
одной четверти годичного трудового дохода страны предназначе¬
но для покрытия расходов по управлению, руководству, надзо¬
ру и распределению. Никакой разумный человек не может счи¬
тать эту часть недостаточной г.
1 Основная цель приведённой выше таблицы — показать, как распреде-
ляется теперь продукция страны. Разница между доходами различных классов

ЛЕКЦИИ О ЧЕЛОВЕЧЕСКОМ СЧАСТЬЕ
35
Тем, кто вместе с Колкгауном думает, что «бедность является
источником богатства, что без неё не может быть никаких бога-
тых людей, никакой утончённости, ничего приятного», гаранти-
руем, что в этих статьях будет дан достаточный ответ на этот
аргумент.
При этом исчислении мы не принимали во внимание никакого
увеличения продукции страны, так как задача наша заключалась
лишь в том, чтобы показать, как распределяется создаваемое
в настоящее время богатство. Поэтому предположенное повыше-
ние доходов производительных классов должно было бы вызвать
соответствующее понижение доходов других классов. Но на са-
мом деле это не имело бы места. Благодаря предлагаемым новым
мероприятиям были бы совершенно устранены обстоятельства,
ограничивающие производство; поэтому всё, что заслуживает
названия богатства, стало бы тотчас же для всех доступно. Об¬
стоятельства, на которые мы здесь намекаем, будут ясно изло¬
жены в дальнейшем.
Теперь мы вкратце рассмотрим каждый класс общества в от-
дельности и укажем основания, почему мы называем бесполез¬
ными членами общества 5 437 917 человек, т. е. свыше трети на-
селения. При этом желательно, чтобы оценка правильности этого
суждения была отложена до тех пор, пока не будет выяснен весь
предмет; тогда всякий увидит, что вопрос сводится исключитель¬
но к тому, «достаточно ли одной четверти годичного продукта
значительно больше, чем кажете^ с первого взгляда вследствие неодинаковости
числа лиц в каждом классе.
Например, кажется, что доход каждого члена производительных классов
составлял в 1812 г. 11 ф. ст., а каждого члена королевской семьи —2 920 ф. ст.
В первом случае среднее число лиц в каждой семье составляет примерно 41/4,
а во втором — 50, включая слуг. В соответствии с этим в распоряжении главы
семьи находится в первом случае доход в 47 ф. ст., во втором случае— около
146 тыс. ф. ст. Таким образом, один доход почти в 3 тыс. раз превышает другой.
Но различие в этом отношении становится значительно меньшим, если мы не
будем рассматривать высшие сословия. Среднее число лиц в каждой семье
определяется для высшего дворянства в 25, для баронетов и епископов — около
15, для рыцарей и сквайров — около 10. Для остальных оно, повидимому, ко¬
леблется между четырьмя и шестью.
Не может быть ничего более трудного, чем установление того, какую часть
продуктов, созданных трудом их рук, фактически получают трудящиеся клас¬
сы. В высшей степени вероятно, что мы судим о современной системе значи¬
тельно мягче, чем она того заслуживает, когда мы обвиняем её в том, что она
отнимает у полезных членов общества только 4/5 продукта их труда. По мне-
нию некоторых, они получали только 1/24, другие утверждали, что Ум часть:
во всяком случае мы даём очень умеренную оценку, беря 1/$. Но так как глав¬
ной нашей целью является изображение основ современной системы, то мы
вполне довольствуемся наименее выгодными предположениями. Мы отдаём
им предпочтение, так как это даёт нам возможность предложить нашим чита-
телям в подкрепление наших взглядов исчисления, которые, по нашему мне-
нию, должны убедить любого толкового человека, желающего познакомиться
с ними.

36
ДЖОН ГРЕЙ
страны для покрытия необходимых расходов по управлению, ру¬
ководству, надзору и распределению?».
Номера 1, 2, 3 таблицы — король и другие члены королев¬
ской семьи. Они являются непроизводительными членами
общества. Мы включаем их в число полезных классов; но мы пре-
доставляем другим указать, каким образом они возмещают то,
что они потребляют.
Номера 4, 5, 6, 7, 8 — высшее и низшее дворянство, рыцари,
благородные господа и дамы. Все они — непроизводительные
члены общества, и так как они не дают никакого возмещения
за то, что они потребляют, то мы не можем причислить их к полез-
ным классам. Но никто не мог бы порицать их за это или чувство¬
вать к ним хотя бы малейшую вражду. Мы осуждаем не людей,
но систему: её мы хотим показать в настоящем свете. Не виной,
а несчастьем высших классов является то, что они родились при
несправедливой системе и были воспитаны так, чтобы следовать
ей; более того, наибольшая часть их не знает ничего о фундамен-
те, на котором они стоят.
Номера 9, 10—государственные учреждения и финансы:
лица, занимающие различные гражданские должности. Все они
являются непроизводительными членами общества, и большая
часть их не приносит пользы. Ибо к тысячам, которые получают
плату за свое ничегонеделание, присоединяются ещё тысячи,
которые оплачиваются за худшее, чем безделие: за то, что они
мешают человечеству пользоваться благами, которые для него
доступны. К этой категории относятся все лица с полномочиями
запретительного характера. К этому нужно прибавить ещё мно-
гие тысячи таких, чьи занятия порождаются только современной
ошибочной торговой системой. Мы во всяком случае были уме-
ренны и, несмотря на это, причислили половину лиц, занимаю-
щих различные гражданские должности, к полезным членам об¬
щества.
Номера 11, 12 — армия. Само звание солдата является по-
зором для человеческой природы. Это — звание, которое когда-
нибудь будет забыто. Почести, связанные с этой профессией, об¬
манчивы. Справедливо, если мы защищаемся, даже рискуя своей
жизнью; но не может быть ничего почётного там, где нет ничего
честного. А в чём же, спрашивается, состоит честность, если мы
узурпируем права других? И это необходимо предшествует за-
щите попранных прав. Люди охотно говорят: «Что может быть
почётнее защиты отечества?». Но они не говорят: «Что может
быть почётнее узурпации прав мирных людей, распространения
нужды и опустошения среди своих ближних». Но так как мы хо-
тим быть умеренными, то мы причисляем половину армии к по-
лезным классам. Однако благодаря новым порядкам армия и
флот состояли бы из всего населения; в случае нужды в любое
ЛЕКЦИИ О ЧЕЛОВЕЧЕСКОМ СЧАСТЬЕ
37
время люди защищали бы свою родину, в мирное же время со¬
держали бы сами себя.
Номера 13, 14 — флот. Исходя из приведённых выше сооб-
ражений, мы относим его к полезным классам.
Номер 15 — получающие половинные оклады и т. д. Среди
этого класса находятся, очевидно, многие вышедшие в отставку
и некоторые вдовы и дети офицеров. Трудно определить, какое
число из них могло бы быть обращено к полезным занятиям.
Поэтому мы не рассчитываем по этой статье на уменьшение.
Номера 16, 17 — пенсионеры Челси, Четэма и др. Мы про-
пустим их по тем же основаниям, что и получающих половинные
оклады.
Номер 18 — высшее духовенство. Число его с семьями и
слугами достигает 116 тыс. О религии здесь не следует ничего
говорить: она будет рассмотрена в другом месте.
Номер 19 — низшее духовенство. Оно-то и выполняет дело
церкви.
Номер 20 — юстиция: судьи, адвокаты, стряпчие, писцы и
т. д. Мы определённо считаем, что этот класс станет без всякого
исключения излишним. Мы очень хорошо знаем, что это покажет¬
ся невозможным тем, кто родился и был воспитан при современ¬
ной неразумной системе, никогда, однако, даже не подозревая
об её действительном характере. Но мы знаем также, что нужна
лишь воля населения нашей страны, для того чтобы сделать до-
ступным для всех её жителей всё то, что заслуживает названия бо¬
гатства. Мы знаем, что люди могли бы быть воспитаны так, что¬
бы жить друг с другом в мире, если бы все они были окружены
таким изобилием. Мы полагаем, что наказание никоим образом
не устраняет преступлений, но, напротив, постоянно их увели-
чивает. Мы полагаем, что прошлый и современный опыт обще¬
ства доказал правильность того взгляда, что размер преступле-
ний часто идёт нога в ногу с суровостью наказания. Мы знаем
лишь один путь, для того чтобы привести человека к полной по¬
корности: обращаться с ним с неизменной добротой и без
гнева, разъяснять ему последствия, к которым приводит дурное
поведение в обществе. Мы знаем, что такое обращение, если
его длительно практиковать, всегда даст желательные резуль¬
таты.
Поэтому мы говорим о каждом, кто подходит под название
«юрист», что у нас есть несомненная надежда на то, что вскоре
он не будет более извлекать свой доход из несчастья своих
ближних.
Номер 21 —медицина: врачи, хирурги, аптекари и т. д. Систе¬
ма объединённых интересов, быть может, не уменьшила бы
непосредственно числа членов этого класса, однако в конечном
счёте она всё-таки, несомненно, уменьшила бы его по сравнению
38
ДЖОН ГРЕЙ
с народонаселением. Чрезмерная роскошь и крайняя нище¬
та — в одинаковой мере враги здоровья. Физическое здоровье
в высокой степени зависит от духовного. И несомненно, что
физическому здоровью всей нации способствовало бы введение
такой системы, которая устранила бы для всех слоев населения
все денежные затруднения и тем самым пагубные последствия
очень большой нищеты и множество забот и нужд. Значительное
число людей, не могущих существовать и одного месяца без вра¬
чебной помощи, обязано своим плохим физическим состоянием
своей прежней распущенной жизни; и весьма вероятно, что они
не предавались бы этой распущенности, если бы их не окру¬
жали искушения. Мы причисляем всех врачей к полезным членам
общества.
Номер 22 — художники и т. д. При новой системе не после-
довало бы никакого уменьшения числа представителей этих
призваний. Страна могла бы даже оказывать им большую, чем
когда бы то ни было, поддержку.
Номер 23 — крупные земельные собственники. Все они яв¬
ляются непроизводительными членами общества. Они не дают
никакого возмещения за то, что они потребляют. Они получают
свои доходы от рент, процентов и капиталовложений.
Номера 24, 25 — мелкие землевладельцы и арендаторы. Их
занятие таково же во многих отношениях. Они являются по пре¬
имуществу руководителями и надсмотрщиками в земледелии.
Хотя они являются непроизводительными членами общества,
тем не менее они необходимы, но лишь в таком количестве, кото¬
рого достаточно для руководства и надзора за земледелием. В на¬
стоящее время их имеется втрое больше, чем было бы нужно.
Поэтому по крайней мере половина их относится к бесполезным
членам общества.
Номер 26 — рабочие в земледелии и горном деле. К ним мы
вернёмся в конце.
Номера 27, 28 — крупные торговцы. Они непроизводительные
члены общества. Если они дают какую-либо компенсацию за то,
что они потребляют, то лишь в виде руководства обменом с чу¬
жими странами. В настоящее время их имеется в десять раз боль¬
ше, чем нужно. По крайней мере три четверти их не являются
полезными членами общества.
Номер 29 — лица, которые применяют профессиональные
знания и капитал в качестве инженеров и т. п. При новом порядке
одной четверти их было бы вполне достаточно для того, чтобы
выполнить всю их работу.
Номер 30 — лица, применяющие капитал к постройке су-
дов и т. п. Лица, вкладывающие капитал, представляют то же
самое, что и лица, живущие на проценты. Они непроизводитель¬
ные члены общества и полезны лишь для высшего руководства;
ЛЕКЦИИ О ЧЕЛОВЕЧЕСКОМ СЧАСТЬЕ
39
однако последнее они осуществляют большей частью при посред-
стве доверенных лиц. Мы причисляем половину их к полезным
членам общества.
Номер 31 — собственники фрахтовых судов. Они непроиз¬
водительные члены общества. Весь их доход может достаться по-
лезным классам.
Номер 32 — рабочие-водники, работающие у купцов на рыб-
ных промыслах, на реках, каналах и т. д. Из одного указания,
данного ранее в работе Колкгауна, видно, что заработок от лов¬
ли китов и тюленей составлял в 1812 г., за покрытием всех из-
держек, 600 тыс. ф. ст. Из относящихся к этому классу людей
очень большое число справедливо могло бы считаться бесполез¬
ными членами общества, так как большая часть продукта их тру¬
да служит искусственно созданным нуждам, как, например, жир,
который употребляется в лавках и т. д., при продаже ночью тех
товаров, которые должны были бы продаваться днём. Но так
как мы не в состоянии определить, какая часть этих лиц занята
подобным образом, то мы причисляем всех их к полезным.
Номер 33 — фабриканты, вкладывающие капитал во все
отрасли. Они непроизводительные члены общества и полезны
лишь в качестве директоров и высших руководителей фабрик.
Большая часть их работы выполняется их заместителями, и
несомненно, что одной трети их было бы вполне достаточно.
Номер 34 — главные управляющие оптовыми магазинами.
При новой системе не потребуется и десятой части занятых в на¬
стоящее время. Мы можем назвать полезными не более поло¬
вины их.
Номер 35 — лавочники и розничные торговцы. Конечно, эти
люди не являются непроизводительными членами общества, ибо
ничто в целом мире никогда не производило и половины того
обмана и лжи, глупости и бессмыслицы, подавления физических
и проституирования духовных способностей, которые производит
современная система розничной торговли. В этом отношении,
но не в смысле ранее данного нами определения, розничные тор¬
говцы, безусловно, достаточно производительны. И несомненно,
что они не дают обществу никакого возмещения за то, что они
потребляют. Четвёртая или пятая часть их времени посвящается
украшению витрин, т. е. порче товаров, и по меньшей мере по¬
ловина — ожиданию клиентов и ничегонеделанию. Если кто-
нибудь пройдётся по улицам Лондона, то он при достаточном вни-
мании сразу же убедится в том, что по меньшей мере две трети
принадлежащих к этому классу излишни. Их численность оп-
ределяется не тем количеством, которое действительно необхо¬
димо, для того чтобы разумно и надлежащим образом обслужи¬
вать город, но тем количеством, которое может этим кормиться.
Одно это обстоятельство, необходимо порождаемое современным
40
ДЖОН ГРЕЙ
состоянием общества, должно было бы вызвать у каждого мысля-
щего человека предположение о том, что в нашей современной
торговой системе имеется коренная ошибка. До каких пор чело-
вечество будет поражено слепотой, не видя, что всё торговое на-
селение, начиная с купца и кончая овощной торговкой, только
распределяет богатство и оплачивается за свои усилия из труда
тех, кто его создаёт? До каких пор люди не будут понимать, что
с точки зрения общества держать трёх торговцев там, где доста¬
точно было бы одного, так же нелепо, глупо и смешно, как если
бы хозяин гостиницы поставил трёх официантов там, где для
обслуживания его посетителей было бы достаточно одного?
Номер 36 — лица, применяющие капитал в качестве мужских
и дамских портных и т. д. Так как объём работы этих классов
при новой системе поразительно вырос бы, то мы причисляем их
к полезным членам общества, хотя их имеется налицо значитель¬
но больше, чем может получить занятие при теперешнем положе-
нии вещей.
Номер 37 — клерки и приказчики. При системе объединён-
ных интересов потребовалось бы лишь сравнительно небольшое
число этих господ; по крайней мере для половины их нужно бы¬
ло бы найти более подходящее занятие.
Номер 38 — содержатели гостиниц и трактирщики. При но¬
вой системе половины этого класса, и притом при совсем иных
порядках, было бы более чем достаточно.
Номер 39 —зонтичные мастера и т. д. Их число не уменьши¬
лось бы.
Номер 40 —ремесленники, рабочие и т. д. Их мы рассмотрим
вместе с номером 26.
Номер 41 —разносчики и т. д. Эти люди приносят лишь
вред и совершенно бесполезны.
Номера 42, 43 — университеты и школы для воспитания лиц
обоего пола. Их имеется слишком мало!
Номер 44 — священники различных сект, странствующие
проповедники. Эти люди по крайней мере стараются дать воз-
мещение за то, что они потребляют.
Номер 45 — люди, занятые в театральном деле. Новая си¬
стема предоставила бы бедным членам этого класса более лёг-
кий и более приятный образ жизни.
Номер 46 — лица, содержащие дома для умалишённых.
Удивительно, что современный порядок сводит с ума сравни¬
тельно мало людей. В этом классе, безусловно, имеется не слиш-
ком много лиц.
Номер 47 — умалишённые. Мы не можем назвать этих нес-
частных полезными членами общества и не можем также отнести
их к числу тех, которые могли бы быть использованы для какого-
либо полезного занятия.

ЛЕКЦИИ О ЧЕЛОВЕЧЕСКОМ СЧАСТЬЕ
41
Номер 48 — лица, заключённые в долговые тюрьмы.
Вот прекрасный образчик современной системы! Сначала
мы побуждаем 17 500 лиц войти в долги, а потом мы заключаем
их в тюрьму, чтобы препятствовать им выпутаться из них.
Номер 49 — бродяги, плуты, мошенники, фальшивомонет¬
чики, проститутки и т. д. числом 308 741. Это — печальные пос-
следствия современной системы. Предупредительные мероприя-
тия уничтожили бы даже названия этих классов.
Номер 50 — разные. Этот класс охватывает лиц столь различ-
ного рода, что мы ими больше не будем заниматься.
Номер 51 — пауперы, которые создают своим трудом
3 871 000 ф. ст. и получают от приходов около 6 млн. ф. ст. по-
собий. Так как этот класс явно создаёт значительное количество
вещей, то его нельзя целиком причислить к бесполезным членам
общества, поэтому мы относим к таковым только три четверти
их.
Прежде чем перейти далее к рассмотрению производительных
классов, мы ещё раз категорически заявляем, что не придаём
особого значения предыдущим замечаниям, поскольку они ка¬
саются каждого класса в отдельности. Мы хотели только дать
общее понятие о том, каким образом и какими классами расто¬
чаются теперь плоды работы трудолюбивых. Характер вопроса
не допускает никакой точной оценки в деталях; но в общем мы
не боимся никакого опровержения. Вопрос весьма прост: «До¬
статочно ли одной четверти дохода страны для покрытия необ-
ходимых расходов по управлению, руководству, верховному над¬
зору и распределению?».
Номера 26 и 40 — рабочие, занятые в земледелии и в горном
деле; ремесленники и рабочие, занятые на фабриках, постройках
и работах всякого рода.
Мы подходим теперь к трудящимся классам, совокупность
которых мы отнесли к полезным членам общества, хотя многие
из них, строго говоря, не являются таковыми. На первый взгляд
может показаться странным называть прилежно работающего
человека бесполезным членом общества. Но более близкое рас-
смотрение ясно покажет, что во многих случаях чудовищное
имущественное неравенство вынуждает его быть таковым.
Если человек, который ранее вёл скромный образ жизни,
становится обладателем большого состояния, то он вскоре на-
чинает считать — мы говорим об образе действия среднего чело-
века,— что его дом для него слишком мал и неказист. Он поку-
пает себе имение и приличия и удовольствия ради обзаводится
ещё домом в городе. Прежде один слуга выполнял у него все
работы, теперь он держит особых слуг для каждого рода работы
и многих без какой бы то ни было работы; он имеет дворецкого
в деревне и в городе, смотрителя винного погреба и его помощника.
42
ДЖОН ГРЕЙ
камердинера, кучера, конюха, лакеев, поваров, кондитеров
и целый ряд экономов, прислужниц для дам и их горничных,
компаньонок и т. д. Как обычно тратят люди с большим состоя-
нием свои деньги? Тратят ли они их разумно? Не тратят ли они
большую часть на блеск, пышность и роскошь? Посмотрите на
домашние расходы дворянина с его свитой; посмотрите на затра¬
ты, которых требуют его парки и земли для охоты, его экипажи,
лошади и собаки; прибавьте к этому очень большие издержки на
женские платья и на все отдельные предметы роскоши, как то:
тепличные фрукты и овощи, всю безумную роскошь в еде — рыбу,
например, нельзя есть, если она дёшева, вообще никакой пред-
мет питания неприемлем для знати нашей страны, если он не куп-
лен по очень высокой цене. Всё это, говорят, «полезно для
торговли», и при современной системе это действительно так. Но
может ли разумное существо утверждать, что принципы, на кото-
рых зиждется общество, правильны, если мы видим, что роскошь
и излишества — их следствия — считаются достоинством? Дей-
ствительно ли мы убеждены, что чем больше мы расточаем, тем
больше мы имеем? Будем ли мы всегда утверждать, что человек,
тратящий тысячи на удовлетворение какой-либо безумной при¬
хоти, поступает хорошо, потому что он пускает деньги в обра-
щение между торговцами и создаёт занятие для некоторого
количества рабочих? Каждый занятый таким образом рабочий
является бесполезным членом общества, так как продукт его труда
бесполезен, а следствием этого является прямой налог на произ-
водительных, занятых полезным делом рабочих! Такое положе-
ние вещей придёт к концу; система эта так же нездорова, как не-
лепа и вредна!
Нам представляется ясным, что бесполезным членом обще¬
ства является тот, чей продукт сам по себе бесполезен, но мы хо-
тим эти вопросы исследовать немного ближе; это мы лучше всего
можем сделать на примерах. Мы хотим взять один пример, кото¬
рый значительно поможет нам уразуметь современное состояние
общества.
Кружевная промышленность достигла теперь в Англии боль¬
шого совершенства. В некоторых случаях одно платье стоит 100
гиней или больше, т. е. оно могло в действительности стоить тру¬
долюбивому человеку столько времени и труда, что тот, кто его
производит, не получал бы надлежащего вознаграждения, если
бы он должен был продавать его за меньшую сумму. Можем ли
мы назвать производителя таких платьев полезным членом об¬
щества потому, что благодаря его труду семья в течение того
времени, которое он этим занят, обеспечивается необходимым для
жизни? Конечно, нет! Продукт его труда — кружевное платье,
и оно бесполезно. Его нельзя ни есть, ни пить, и оно не является
полезным предметом одежды. Оно сделано для того, чтобы удов¬
ЛЕКЦИИ О ЧЕЛОВЕЧЕСКОМ СЧАСТЬЕ
43
летворить прихоть и вызывать удивление. Что касается его дей-
ствительной полезности, то оно не выдерживает сравнения с ко-
пеечным хлебом или со стаканом холодной воды. Предметы
питания, потребляемые их производителем, одежда, которую он
носит, и дом, в котором он живёт, являются продуктом труда дру-
гих людей, а не его самого. И эта бесполезная и бессмысленная
игрушка представляет собой ухищрение, дающее ему возможность
снабжаться всем необходимым за счёт труда других людей. Что
последние получают за это? Кружевное платье? Карету? Эле¬
гантный дом? Нет: небольшую сумму денег, дающую им лишь
возможность купить пятую часть продукта своего собственного
труда или соответствующего труда других людей. Что даёт,
спросим мы, покупатель такого платья за него? Он даёт 100 ги¬
ней, которые он, быть может, извлёк в виде земельной ренты из
продукта труда земледельческого рабочего,— из того же, что
действительно принадлежит ему самому, он не даёт даже стоимо¬
сти единой соломинки! Ни гроша. А что даёт рабочий за свою
скудную долю? Он даёт пятую часть продукта своего труда, кото¬
рую у него не похитили, а оставили ему. Не похитили не потому,
что его защитила от этого современная система, но потому, что
без этой пятой части он не мог бы жить, не мог бы более быть ра-
бом других людей! Богатый, который на самом деле ничего не
платит, получает всё; бедный, который на самом деле всё оплачи-
вает, не получает ничего!
Мы искренне спрашиваем каждого честного человека, должно
ли продолжать существовать подобное состояние общества?
Не противоречит ли оно всем принципам элементарной справед¬
ливости? Мы охотно допускаем, что зло не порождено никаким
отдельным человеком, никаким классом людей. Мы охотно при-
знаём, что было бы крайне несправедливо чувствовать хотя бы
малейшую вражду к человеку, случайно оказавшемуся в силу
обстоятельств, о которых он судить не мог, в положении угнета¬
теля. Но, оправдывая человека, мы осуждаем систему и гово-
рим о ней: «краеугольным её камнем является несправедли¬
вость».
В действительности не вина, но невежество довело нас до этого
положения. Мы до сих пор при установлении наших обычаев и
порядков упускали из виду все естественные принципы и вели
все свои дела наудачу. Это вело от одной ошибки к другой, пре¬
вратило буквально всё в хаос и создало бесчисленные бедствия,
которых в первобытном состоянии не было. Давно пора поло¬
жить конец такому положению вещей. И мы надеемся, мы не сом-
неваемся в том, что конец его близок.
Из предыдущего следует также, что многочисленные рабочие,
которые могли бы быть полезными членами общества, исполь¬
зуются для бесполезных работ. И это не зависит от того или иного
44
ДЖОН ГРЕЙ
рода занятий. Плотник, каменщик, кузнец, маляр, стекольщик,
литейщик и рабочий любой другой профессии беспрестанно ис¬
пользуются для постройки теплиц и оранжерей, красивых зда-
ний и для несчётного количества столь же полезных вещей, един¬
ственной целью которых является выполнение прихоти богача,
потакание его глупостям и удовлетворение его мнимых потреб¬
ностей. Такое положение было бы невозможно, если бы богатство
было распределено равномерно. Человек с умеренным доходом
не может допускать никакой чрезмерной роскоши. Тот, кто имеет
ежегодно 500 ф. ст. дохода, не может ежегодно тратить
5 тыс. ф. ст. на дорогостоящие глупости; и производительные
классы не могли бы быть заняты бесполезным трудом, если бы ни
у кого не было средств для того, чтобы давать им такое занятие.
Далее, тысячи членов производительных классов исполь¬
зуются для того, чтобы создавать вещи, которые благодаря
современной системе стали необходимыми и первоначально
не могли бы быть оправданы разумом: например, витрины и
многие иные подобные глупости, которых требует торговля.
Кто не знаком с этим делом, тот с трудом может представить себе,
какие огромные суммы денег ежегодно расточаются таким об-
разом. Такие вещи являются неотъемлемой принадлежностью
современной системы. Они проистекают от чрезмерной конкурен-
ции в торговле, но какую действительную пользу они приносят?
Их польза заключается в уничтожении товаров всякого рода.
Благодаря этому продавцы вынуждены больше зарабатывать
на своих товарах, дабы таким образом покрывать убыток, при¬
чинённый плохими, испорченными товарами. Ясно, что даже
многочисленные члены производительных классов становятся под
давлением современной системы бесполезными членами обще¬
ства!
ВЛИЯНИЕ ЗАНЯТИЙ НА ЛИЧНОЕ СЧАСТЬЕ ЛЮДЕЙ
Мы попытались дать общее понятие о том, как теперь распре-
деляются продукты нашей страны; мы старались показать,
сколько пользы люди при современном общественном устройстве
приносят друг другу. В дальнейшем мы хотим исследовать,
сколько они приносят пользы самим себе или, другими словами,
насколько их теперешние занятия пригодны для того, чтобы спо¬
собствовать их личному счастью.
При рассмотрении этой части нашей темы мы не будем более
касаться каждого класса в отдельности, а будем говорить о них
в совокупности.
Мы не будем говорить о королях, которые с колыбели приу-
чались окружающими считать роскошь и великолепие высшей
ЛЕКЦИИ О ЧЕЛОВЕЧЕСКОМ СЧАСТЬЕ	45
ступенью человеческого достоинства, но перейдём к высшим со-
словиям, а от них к тем жалким людям, которые едва-едва пере¬
биваются. Когда мы смотрим на них всех, то никакое человече-
ское существо не кажется нам достойным большего сожаления,
чем так называемые независимые классы. Сначала мы исследуем
их независимость.
Мы теперь подходим к вопросу, по которому мы будем выска¬
зываться напрямик, без больших церемоний. Поэтому мы просим
относить всё, что будет по этому поводу высказано, только к си-
стеме, а не к относящимся к ней людям.
Лица, из которых состоят эти независимые классы, зависимы
от двух обстоятельств: во-первых, от трудолюбия своих ближ-
них и, во-вторых, от несправедливости, дающей возможность
господствовать над ними.
Что они зависят от трудолюбия своих ближних,— это ясно.
Пища, которую они потребляют, одежда, которую они носят,
дома, в которых они живут, находящаяся в них обстановка и их
украшения — короче говоря, всё, кроме воздуха, которым они
дышат, доставляется им трудом человеческих рук. Более того!
Они так беспомощны, что зависят от других даже тогда, когда
им нужно лишь надеть своё, платье!
Они зависят от пекаря из-за хлеба, от мясника— из-за мяса.
Они -зависят от портного и модистки из-за платья и от камерди-
неров и служанок, когда они хотят одеться и раздеться \ Если
какое-либо название годится для обозначения этого класса людей,
то это слово «зависимый». «Но,— говорят они,— мы, правда, очень
хорошо знаем, что мы беспомощны, но мы живём за счёт своей
собственности». Это мы самым определённым образом отрицаем
и говорим в противовес этому, что они живут за счёт собствен¬
ности других.
Так как это просто вопрос фактов, то его лучше всего выяс¬
нить путём исследования природы собственности.
Единственным справедливым основанием всякой собствен¬
ности является труд. В самые первобытные времена человек
рассматривал бы животное, убитое им в целях добывания пищи,
как свою собственность. Если бы другой отнял у него добычу,
то это рассматривалось бы как несправедливость, и такой попыт-
ке был бы тотчас же дан отпор. Но нам нечего ходить так далеко
за примерами, ибо во всяком обществе труд является единствен-
ным источником собственности, следовательно, также её един-
ственным основанием. Если кто-либо когда-нибудь с полным пра-
1 Сравни «Метафорические очерки старой и новой системы» а. Комба.Ко
времени написания этих строк они ещё не появились, в противном случаемы
воспользовались бы его словами для изложения приведённого выше рассужде-
ния.

46
ДЖОН ГРЕЙ
вом говорит: «это принадлежит мне», то это, несомненно, в том
случае, когда предмет, о котором он говорит, является продуктом
труда его рук. Принадлежит ли человеку его правая рука? Не
в большей мере, утверждаем мы, чем продукт её труда.
Поэтому ясно, что труд является единственным основанием
собственности и что всякая собственность есть не что иное, как
накопленный труд. Вопрос стоит так: «потребляют ли лица, о ко-
торых у нас идёт речь, продукты труда других людей или они
потребляют продукт своего собственного труда?». Они потреб-
ляют продукты труда других людей. Но ведь они дают за это воз-
мещение в виде денег, которые сами являются накопленным тру-
дом или представляют его? Но разве деньги, которые они дают,
принадлежат им? Являются ли они продуктом их труда или же
труда других людей? Какое возмещение они за них дают? Они’не
дают никакого возмещения за них! И мы докажем тем, чей ум
не находится под влиянием старых традиций, что независимые
классы общества из-за хлеба насущного должны совершать
несправедливость. Люди этих званий получают свои доходы
большей частью от земельной ренты и денежного процента. Рас-
смотрим последние немного ближе.
Прежде всего мы отрицаем, что, строго говоря, какой-либо
человек вообще может быть собственником земли! Земля является
местом пребывания, естественным наследством всего современ¬
ного и будущего человечества. Это — местожительство, которое
принадлежит всем людям и никакому человеку в особенности, и
находиться на нём все люди имеют одинаковое право. Пусть спро-
сят земельного собственника, какое право имеет он на ту землю,
которою он обладает, и он покажет вам пачку пергаментов, что¬
бы доказать, что с незапамятных времён имение, которым он
владеет, было собственностью его предков. Но каким образом
его предки получили его? Он ответит, что путём завоевания или
захвата. Но ни то, ни другое не могло сделать землю их собствен¬
ностью. Существуют только три пути, которыми правомерно мо-
жет быть получена собственность: во-первых, созданием её, во-
вторых, покупкой её и, в-третьих, путём получения подарка от
других, собственностью которых она была. Но, очевидно, что ни
наши теперешние земельные собственники, ни их предки не соз¬
дали землю, и ясно, что тот, кто её создал, не дал её специально
им, не продал. Таким образом, они или какие бы то ни было дру-
гие живые существа никоим образом не могут быть собственни¬
ками ни одной её унции. Но право на пользование и владение
землёю покоится на собственности на неё. И этот вывод имеет
большое значение для настоящего исследования.
Чтобы пояснить наше мнение, предположим, что некоторое
число людей избрало своим местопребыванием необитаемый
остров. Каждый чувствовал бы, что имеет равное право на долю
ЛЕКЦИИ О ЧЕЛОВЕЧЕСКОМ СЧАСТЬЕ
47
от всех плодов, которые он нашёл бы на острове. Никто не рас-
сматривал бы несорванные плоды как свою собственность, но каж¬
дый рассматривал бы в качестве своей собственности плоды, для
сбора которых он приложил усилия. Он чувствовал бы и знал,
что имеет на них больше прав, чем кто-либо из его товарищей.
Подобным же образом никто из этих людей не подумал бы о том,
чтобы назвать необработанную землю своей собственностью;
и если бы кто-либо из них захотел назвать своею часть её, остав¬
шуюся в девственном состоянии, то его только осмеяли бы. Но
он обрабатывает эту землю, расчищает и вспахивает её; он сеет,
и этот посев даёт урожай; кто сказал бы про этот урожай: «он
не принадлежит ему?». Каждый сознавал бы, что он так же при-
надлежит ему, как и сорванный плод. Было бы известно, что он
был создан его трудом. Кто мог бы сказать про такой урожай:
«Я, ничего не сделавший для его создания, в такой же мере яв¬
ляюсь его собственником, как и тот, чьим исключительно трудом
он был создан?».
С этой точки зрения, спросим мы, почему же кто-либо считает
себя вправе получать ренту за пользование землёй? Называть
самого себя земельным собственником совершенно нелепо и
столь же уместно, как говорить: «солнце принадлежит мне, и
ты должен уплачивать мне ренту за то, что оно тебе светит».
Сама земля не имеет никакой стоимости до тех пор, пока к ней
не будет приложен труд. Ценен лишь ее продукт. Что делает
земельный собственник для его производства? Ничего! Поэтому
мы говорим, что земельному собственнику не может принадле¬
жать никакая часть продукта. Делал ли он самую землю? Нет!
Подготовил ли он её для посева? Нет! Добыл ли он семена и по-
сеял ли их? Нет! Содействовал ли он произрастанию семян?
Нет! Был ли он причиной того, что лучи солнца дали зерну воз¬
можность созреть? Нет! Собирал ли он урожай в житницу? Нет!
И не создало ли всёэто, вместе взятое, хлеб? Да! Где же в таком
случае правомерность его притязания на часть его, раз труд яв¬
ляется исключительным основанием собственности и раз она бы¬
ла создана всецело трудом других людей? Какое возмещение
даёт он за ту часть, на которую он претендует? Он не даёт ника¬
кого возмещения за продукт, и, если он завладевает им, это —
вопиющая несправедливость. Продукт был создан всецело тру-
дом других и является исключительно их собственностью.
Но мир говорит, что продукт принадлежит ему! Да! Каким
образом это произошло? Благодаря силе и благодаря привычке
владеть им! На этом и только на этом основывается притязание
земельного собственника на продукт. И если это рассматривают
в качестве справедливого обоснования собственности, то не озна-
чает ли это, что всё случайно узаконенное справедливо и что нет
никакой естественной основы для собственности?

48
ДЖОН ГРЕЙ
Но возьмём случай, когда человек, получив право на вла-
дение землёй благодаря обработке её, желает потом уступить это
право другому. Имеет ли он тогда право на вознаграждение за
улучшение земли? Конечно! Каковы были качества земли, когда
он взял её во владение? Такие-то! А каковы её качества теперь?
Иные! Вот почему он должен получать вознаграждение, т. е.
стоимость той массы удобрений и той массы труда, которая пот¬
ребовалась для того, чтобы привести землю в её теперешнее со-
стояние.
Затрагивать корни установившихся традиций страны — да¬
леко не приятная задача. Мы были бы последними, кто прибег
бы к насильственным мерам для того, чтобы устранить нищету;
и мы убеждены в том, что насилие никогда не может привести
к длительному улучшению: предпринятая нами попытка состоит
в том, чтобы выяснить ошибки современной системы и предложить
лучшую. Не потакать людским предрассудкам хотим мы, но по¬
казать правду, и тот, кто имеет подобное намерение, совершенно
не достигнет цели, если он смотрит на существующие обычаи
какой-либо страны с благоговением. Мы вынуждены назвать их
системой заблуждений, порождающих в избытке нищету и ис¬
порченность человеческого рода. И прежде чем мы сможем полу¬
чить те дары, которые готова нам дать природа, мы должны уст¬
ранить современное положение вещей; но это должно произой¬
ти— как мы ещё раз отмечаем — без насилия, без нарушения
чьих бы то ни было прав.
Теперь обратимся к денежному проценту — другому спо¬
собу получать продукт чужого труда, не давая за это возмещения,
или, другими словами, законным и несправедливым образом
поручать другим содержать нас в праздности. Приведём один
пример в пояснение. Коммерсант накапливает состояние, ска-
жем, путём изготовления шляп. Деньги, которыми он обладает,
представляют ту часть имущества страны, право на которую он
приобрёл путём введения своего промысла, за вычетом того ко¬
личества, которое он за это же время потребил. Если шляпа стоит
20 шилл., то мы предположим, что он накопил 10 тыс. шляп.
Но в его расчёты не входит нагромоздить их в магазине и дер¬
жать их там до своей старости, так как они обесценились бы;
а так как он не может обменять их по желанию на другие товары,
то он находит выгодным превратить их в деньги, которые не столь
легко обесцениваются и которые он может обменять в любое
время на любой товар. Мы очень хотели бы понять справедливость
того принципа, согласно которому человек, чьё состояние состав-
ляет 10 тыс. шляп или фунтов стерлингов (ибо безразлично, как
мы его обозначим), не более и не менее, мог бы получить 20—30
или 50 тыс. шляп или фунтов стерлингов в течение 40, 60, 80
или 100 лет, и если он или его потомство расходуют ежегодно

ЛЕКЦИИ О ЧЕЛОВЕЧЕСКОМ СЧАСТЬЕ
49
500 ф. ст., то по истечении этого времени он мог бы обладать
таким же количеством шляп или денег, как и ранее! Может ли
поступать так пчела? Может ли поступать так муравей? Нет!
Столь же мало может это делать человек, не нарушая прав
Других.
Возьмём случай, когда несколько людей вели бы свои работы
обособленно от остального общества и каждый имел бы храни¬
лище для продуктов своего труда. И вот один из этих господ,
которому больше повезло, чем другим, и у которого кладовая
совершенно полна, говорит другим: «Господа, так как у меня
очень большой запас продуктов, то я не хочу больше работать,
но хочу, несмотря на это, потреблять свою долю. Но вы, которые
ничего не накопили, должны продолжать работать, и я хочу по¬
треблять продукт по мере того, как вы его создаёте». Другие,
конечно, сочли бы это весьма странным предложением. Как же
странно то, что общество в теперешней его форме не только пред-
лагает, но и совершает это на сумму многих миллионов еже¬
годно!
Все лица, получающие свой доход от денежного процента,
существуют за счёт справедливости такого рода.
Могут сказать, что требование процента за пользование день¬
гами является лишь требованием выполнения договора, который
был заключён с согласия обеих сторон, и что этого нельзя назы¬
вать несправедливостью. Но это не ответ на нашу аргумента-
цию. Мы говорим не об обязанности выполнения заключённых
договоров, но о справедливости самих договоров. Если заключён
договор между двумя людьми, из которых каждый исходит из
своих собственных интересов, то отсюда не следует, что сам до-
говор обязательно справедлив. Основой всех справедливых до-
говоров является равенство количеств труда: поэтому если кто-
либо готов дать за какой-либо предмет вдвое больше, чем он
стоит, то он, быть может, юридически обязан выполнить свое
обещание, но это ничего не меняет в природе самого обязатель¬
ства, которое явно несправедливо.
Но и признавая, что благодаря обычаю получать проценты
за пользование деньгами человек часто получает обратно в двой-
ном и тройном размере то, что он ссужает, могут всё же сказать,
что деньги для заёмщика действительно стоят столько, сколько
он за них платит. Допустим. Но в этих случаях всегда оказывает¬
ся затронутой третья сторона. Что получает производительный
рабочий за ту часть продукта своего труда, который отнимается
у него ежегодно доходами, получаемыми заимодавцами? Ничего!
Итак, мы спрашиваем: является ли человек естественным собст-
венником продукта своего собственного труда? Если нет, то на
какой основе покоится тогда вообще собственность? При каких
условиях может кто-нибудь сказать: «это принадлежит мне»?

50
ДЖОН ГРЕЙ
Если продукт его труда принадлежит ему, то как может быть ос-
нованным на справедливости тот обычай, который берёт этот
продукт у него, не давая возмещения? Либо человек не является
правомерным собственником продукта своего собственного труда,
либо несправедливо взимать процент за пользование деньгами. Но
сочетание того и другого никак не может быть основано на спра¬
ведливости.
Если кто-либо скопил состояние и хочет уйти на отдых, то
начиная с того момента, когда он перестанег делать что-либо
для своего прокормления, его состояние должно уменьшаться
на каждый шиллинг, который он из него берёт. Подобным обра-
зом пчела наполняет свои ульи летом и потребляет продукт своего
труда зимой. Это означало бы жить за счёт собственности.
Мы полагаем, что теперь стало в достаточной мере ясно, что
независимые классы общества являются зависимыми: во-первых,
от труда других и, во-вторых, от несправедливости, дающей им
возможность распоряжаться этим трудом.
Но пусть доходы высших слоёв являются прямым налогом
на производителей собственности; имеют ли (спрашиваем мы)
сами эти высшие слои всё, чего они желают? Думаем, что нет.
Именно им приходится жить в условиях, каждое из которых
исключает возможность счастья. Правда, они имеют пищу, одежду
и жилище. Но как? Довольно ли им того, что их платья изготов¬
ляются наилучшим образом и наилучшего сорта? Привычка сде-
лала их орудием хвастовства и соперничества.
Достаточно ли для них, что одежда делается так, чтобы наи-
лучшим образом защищать тело, обеспечивать его здоровье и
удобство и показывать действительное изящество человеческой
фигуры? Нет! Нечто, именуемое «модой» и что правильнее было
бы назвать «безумием»,— вот что является предметом самых силь-
ных желаний. Не имеет значения то, как мало платье в состоя-
нии защищать тело; не имеет значения то, как мало оно приспо¬
соблено к его строению или как сильно вредит оно здоровью;
безразлично, как нелепо оно выглядит, если только оно модно;
и из этого необходимо следует, что величайшим человеческим до-
стижением является введение новой моды.
До каких ещё пор существа, которые могли бы быть разум¬
ными, если бы их способности были своевременно направлены
на такие цели, которые вознаграждают усилие действительным
удовольствием, будут одурачивать себя гнусным обманом, воз-
награждающим тех, кто ему доверяется, одними только постоян¬
но возобновляемыми обещаниями?
Достаточно ли для них вообще того, что их одежда и жилище
отвечают всем потребностям защиты от стихий, что они одинаково
приспособлены для общества, для уединения и для домашних
нужд, что их жилище является убежищем, местом отдыха после
ЛЕКЦИИ О ЧЕЛОВЕЧЕСКОМ СЧАСТЬЕ
51
деловой суеты? Нет! Они должны быть великолепными, должны
быть роскошными; они должны говорить: «мой владелец — бога¬
тый человек», в противном случае от них мало пользы!
Но можно ли отрицать, что благодаря положению этих клас-
сов им доступно любое наслаждение? Разве у них нет близких и
друзей, чтоб иметь обширные возможности проявлять доброде-
тель благодеяний, гостеприимства, дружбы и симпатий?
Мы, конечно, не можем отрицать того, что они обладают
всем тем счастьем, которое может быть куплено; но мы отрицаем,
что счастье вообще может быть куплено. Богатство без правиль-
ного направления способностей и склонностей может дать нам
лишь ничтожное удовольствие, а так как в теперешнем мире
целью, к которой все приучены стремиться, являются отличия,
то постоянным результатом этого оказывается неудовлетворён¬
ность.
Богатые охотно занимаются благотворительностью, если
они таким путём могут прославиться и показать различие между
их положением и положением их ближних. Но убедите их на ос-
новании неопровержимых фактов, что ежегодно затрачиваемые
ими на общественные благотворительные учреждения денежные
суммы могут быть употреблены таким образом, чтобы в течение
немногих лет поднять производительные классы до одинакового
с ними или до более высокого жизненного уровня и что при этом
их ежегодных пожертвований больше не потребуется, обратитесь
при этом к ним за помощью для такого начинания, и вы тогда
узнаете, с кем вы действительно имеете дело. Вы получите от
них больше золотых на постройку домов для бедных, чем пфен-
нигов для поднятия положения низших классов до полной неза¬
висимости и свободы.
Низшие слои должны сделать это сами для себя, и они это сде-
лают.
Склонности высших классов редко принимают естественное
направление. Посмотрите на их браки! Лишь очень немногие из
них могут сказать: «Нас связывают не человеческие законы, ча¬
сто столь суровые, противоестественные и противные разуму;
нас связывает согласие, указывающее страстям путь к безмятеж¬
ной любви».
Представьте себе на мгновение (и это будет нетрудно, так как
мы видим это часто в действительности) красивую девушку
из высших сословий, наделённую от природы добрым сердцем:»
открытым благородным характером и духовными способностями»
которые могли бы сделать её всюду уважаемой, почитаемой и лю¬
бимой; представьте себе, что эта девушка находится под влия-
нием родительского корыстолюбия, стремящегося к тому, чтобы
подавить лучшие её чувства, уничтожить всю её привлекатель¬
ность и прелесть и превратить её в рабыню, в светскую куклу.

52
ДЖОН ГРЕЙ
В конце концов она уступает, становится купленной собственно¬
стью мужчины, который мало ее любит и которого она любит
ещё меньше! Когда золотой сон приходит к концу, то она узнаёт
его настоящую цену, и ужасная действительность угрожающе
смотрит на нее. Какая-либо небольшая размолвка с тем, кого она
прежде ещё терпела как супруга, превращает безразличие в не¬
нависть, и тогда она,— если к ней раньше сватался другой, кото¬
рого она любила,— слишком поздно восклицает: «Как ужасно
я ошиблась!». Мучимая угрызениями совести, она обращается
к книгам, чтобы таким образом рассеять свою душевную тревогу.
Но и это ей не удаётся. Быть может, ей попадается пара строк,
описывающих радости добродетельной любви; она не осмеливает-
ся читать их, бросает прочь книгу, её удручает тоска, и единст-
венным властителем её души становится отчаяние... Таковы не¬
сравненные радости купленной любви, такова история половины
человечества!
Но дни и годы проходят, пока, наконец, постоянная борьба
не убивает благородные чувства, которыми она когда-то обладала.
Под конец она удивляется тому, что когда-то страдала, на-
зывает любовь детской мечтой и сама продаёт счастье своих
детей!
Если такова картина мира богачей, то мы не можем ему
завидовать! Если купленные радости богатого таковы, то не
будем больше бранить покупателя, который благодаря явно лож-
ным обещаниям радости гоняется за тенью, упуская действитель-
ность. Мы будем, напротив, думать о нём с состраданием и раз-
вернём перед его взором пример того, что является истинной
радостью. Тогда ложь будет тщетно добиваться своего; истина
победит, и человечество станет счастливым. Таким образом, среди
высших сословий видно мало счастья: их стремления устраняют
возможность существования его, ставя на место сердечности,
внутреннего удовлетворения и разумного наслаждения холод¬
ную церемонность, внешний блеск и мелочное соперничество.
Перейдём теперь к торговому миру и посмотрим, находится
ли он в лучшем положении.
' Характерными чертами этого класса, наиболее резко бросаю¬
щимися в глаза, являются неискренность, подавление физических
и проституирование духовных способностей и полное безразли-
чие к несчастью ближних. Мы никоим образом не хотим осуждать
этих людей, мы хотим только показать необходимые последствия
современной системы человеческого общества.
Может ли быть искренним тот, чьё постоянное занятие за¬
ключается в старании выставлять свои товары в лучшем свете,
чем товары соседа? А разве это не является постоянным занятием
торгового мира? Одинаковое количество капитала, искусства и
трудолюбия, употреблённое для изготовления товаров, создаёт
ЛЕКЦИИ О ЧЕЛОВЕЧЕСКОМ СЧАСТЬЕ
53
в общем товары одинаковой стоимости (по одинаковым ценам).
Если конкуренция низвела прибыль до минимума, то каким об-
разом может новый фабрикант, который столь же неизвестен,
как и его товары, получить на рынке клиентов иначе, как путём
возбуждения ложных представлений? Фактически у него не
остаётся никакой другой возможности; и как бы ни отличались
люди друг от друга по способу осуществления этого в соответ-
ствии с их большей или меньшей добросовестностью, они всё
это делают и вынуждены поступать так до тех пор, пока сущест-
вует современная торговая система.
Это в ещё большей мере применимо к розничным торговцам.
Одни и те же рынки открыты для всех. При одинаковом капи-
тале, одинаковой ловкости и одинаковом трудолюбии можно
располагать товарами по одинаковым ценам. Поэтому конкуренты
постоянно стремятся показать, что их товары дешевле, чем то¬
вары соседа. Правда при этом бесполезна. Из самой природы де-
ла вытекает, что приходится прибегать ко лжи. Что говорит опыт?
Ни одно из сотни газетных объявлений, появляющихся по по¬
воду товарных цен в розничной торговле, не соответствует исти-
не. Этого не станет отрицать никто, понимающий что-либо в
делах. Газеты должны были бы все объявления розничных торгов-
цев опубликовывать под заголовком: «неправда, ложные сведе-
ния» и т. д. Может ли при таком состоянии общества господство¬
вать всеобщая правдивость? Мы отрицаем возможность этого.
Может ли существовать всеобщее счастье, если отсутствует всеоб¬
щая искренность? Это невозможно! Ожидать этого было бы ве-
личайшим легкомыслием.
Самые дела представляют собою полнейшее порабощение.
Правда, на фабриках и в крупных предприятиях предпринима¬
тели лично не очень-то себя утомляют, но их дух находится
в состоянии постоянного беспокойства. Их мучает постоянное
опасение либо быть превзойдёнными своими конкурентами, либо
потерять благодаря своим должникам собственность. Их мысли
больше всего заняты колебаниями цен, торговыми убытками, неу¬
дачными спекуляциями и другими тому подобными неприятно-
стями. В результате этого они становятся угрюмыми, сердитыми,
скупыми, мрачными и ожесточёнными, хотя бы от природы они
обладали превосходным характером. О духовных интересах не
может быть и речи. Если кто-нибудь так глуп, что посвящает
значительную часть своего времени науке или отдыху, то он
разоряется. Для того чтобы иметь успех, все силы ума и тела
должны быть целиком посвящены достойной похвалы, восхище-
ния и одобрения цели — делать деньги. Если таково положение
работодателей, то как же тогда обстоит дело с наёмными ра¬
ботниками? Последние действительно могли бы завидовать зверю
в поле, птице в воздухе. Не говоря уже о заимствовании духовных
54
ДЖОН ГРЕЙ
качеств, которые мы только что описали, эти люди являются
самыми забитыми рабами, какие только существуют. В оптовой
торговле им в общем не так плохо, как в розничной; хотя и там
имеется достаточно такого, что внушает отвращение человеку,
не лишённому совершенно духовных интересов. Но действитель-
но достойно сожаления положение приказчика в розничной
лавке.
За ничтожное вознаграждение, как раз достаточное для того,
чтобы он мог прилично и нарядно выглядеть, он напряжённо
работает с утра до поздней ночи и часто «до тех пор, пока серое
утро прольёт свой бледный свет на ещё более бледного бедняка».
В течение этого времени на нём лежит интересная обязанность
украшать витрины, ставить этикетки на товарах, улыбаться и
клянчить за прилавком или слоняться без дела и, наконец, ве-
чером снова разрушать то, что он сделал утром. Великолепное
занятие, достойное разумных людей! Полезные члены общества!
С этим классом тесно связан другой — модистки и портнихи
со своими «подручными». Последние находятся даже в ещё более
безнадёжном положении: они начинают свою работу так же рано,
мало отдыхают, мало двигаются и часто получают самую худшую
пищу, для потребления которой им едва предоставляется доста¬
точно времени; так они сидят до последнего утреннего часа, до
какого может быть занята несчастная жертва, не разрушая свои
последние жизненные силы. Кто-либо, недостаточно знакомый
с условиями работы в этих ремёслах, может счесть это описание
преувеличенным. Но это не так. Тут дана истинная правда.
Но вернёмся к торговым приказчикам, беда, а не вина которых
заключается в том, что они находятся в таком положении. Чтобы
помочь их счастью и благополучию, им надо дать возможность
посетить пару собраний и обсудить своё положение. Пусть они
хорошо обдумают, что они собой представляют и чем они могли
бы быть. Пусть только они увидят своё теперешнее положение
таким, каково оно на самом деле. Их усилия избавиться от него
будут пропорциональны их знанию. Немногие подадут пример,
многие вскоре за ними последуют, и те, кто в настоящее время
принадлежит к малозначащему и малоинтересному сословию тор-
говых приказчиков, превратятся в разумных, интеллигентных и
полезных членов общества, столь же свободных, как и воздух,
коим они дышат.
Но если неискренность и рабство являются злом, сопутствую-
щим современной торговой системе, то насколько хуже та оже¬
сточённость сердец, которая необходимо создаётся ею.
Борьба интересов при употреблении капитала уже сама
по себе достаточна для того, чтобы устранить всякое доброе чув¬
ство, чтобы характер человека стал хуже звериного и чтобы пре¬
вратить человека в самое бесчувственное из всех созданий.

ЛЕКЦИИ О ЧЕЛОВЕЧЕСКОМ СЧАСТЬЕ
55
В нашей стране не найдётся никого, чьё существование не
зависело бы каким-нибудь образом от торговли и кто не имел бы
тысячи деловых врагов. Рабочий, который ищет работы, часто
находит антагонистов даже среди тех, которые должны были бы
быть его друзьями: его близкие могут получить работу, которая
в противном случае досталась бы ему. То же самое зло царит
среди всякого рода предпринимателей. Розничный торговец,
оптовый купец, ремесленник, каждый находит врага в том че-
ловеке, который занят в той же отрасли, что и он. Нищий хорошо
знает, что его просьбы были бы гораздо реже безуспешными, если
бы ему не приходилось бороться с бесчисленными конкурентами.
Таким образом, человек становится всеобщим врагом людей и
торжествует при падении того, кого природа повелевает ему лю¬
бить. Гибель одного есть счастье другого. Так возникают в душе
человека зависть, ненависть, злость, личная вражда и полное
безразличие к несчастью ближнего. Эти свойства являются необ¬
ходимыми, неотвратимыми следствиями современной системы, и
тем не менее — как бы замечательно и невероятно это ни каза¬
лось— у нас 116 тыс. (включая женщин и детей) практически
заняты тем, что искореняют путём обучения то, что порождается
и питается почти всеми общественными установлениями. Совре¬
менное состояние общества почти во всех своих частях приспособ¬
лено к тому, чтобы создать антагонизм между эгоизмом и лю¬
бовью к ближнему. Всмотритесь внимательно в это, вы, усиливаю-
щие беду, вы, желающие изменить плод и питающие корни не¬
счастья! Поймите это обстоятельство, устраните его и, если мир
будет тогда сопротивляться своему счастью, ругайте человече-
скую природу! Но до тех пор, пока это обстоятельство сущест-
вует, столь же умно ожидать счастья, как цветения сосновой
шишки на снежном поле!
Мы подходим теперь к низшим классам, нищета и вырожде-
ние которых слишком известны, чтобы ещё нужны были описа-
ния и объяснения. Мы пройдём мимо них, заметив лишь, что их
положение является безнадёжным до тех пор, пока существует
современная торговая система. Мы хотим лишь заметить кое-что
о современных бедствиях Ирландии. О следующих выдержках
из писем, в своё время опубликованных Лондонским комитетом,
следует как можно чаще напоминать общественному мнению.
ВЫДЕРЖКИ
«Из Вотри.— Из населения в 16 250 человек 7 000 ничего
не имеют, кроме пособия в 553 ф. ст. Это — ужасающее число
голодающих бедняков. Так как невозможно удовлетворить нуж¬
ды всех, то ежедневно наблюдаются сцены самой прискорбной
нищеты.

56
ДЖОН ГРЕЙ
Гордость этих людей усиливает нищету. Женщина, которая
стыдилась говорить об условиях своей жизни, умерла от изнуре-
ния вместе со своими тремя детьми. Многие от истощения лиша¬
лись чувств в течение того времени, которое требовалось для
раздачи продовольствия. Многие считали, что местных пожертво-
ваний без благосклонной поддержки английской публики не
хватило бы для покупки гробов тем, кто умер бы с голода. Тиф
и дизентерия быстро распространяются».
«Из Раткиля.— Я доложил вчера Комитету результаты обсле-
дования городских частей нашего прихода. Из 1382 лиц 883
были лишены каких бы то ни было средств добыть себе про-
питание. Многие семьи в течение длительного промежутка
времени обедали один-единственный раз, некоторые имели лишь
несколько оставшихся картофельных клубней, лежавших с
прошлого года в земле; у многих совершенно не было ника¬
кой пищи. Вследствие недостатка пищи некоторые заболели
горячкой».
«Из Листауэля.— От имени моих бедных земляков я шлю
вам сердечную благодарность за то, что вы столь гуманным об-
разом отвратили от нас неизбежно угрожавший нам голод. Эти
гуманные усилия спасут от смерти тысячи голодающих людей.
До сих пор они существовали за счёт усилий почти истощённой
страны — усилий, которые настолько превзошли средства жерт¬
вователей, что последние не в состоянии более ничего сделать.
Правда, до сих пор немногие умерли с голоду, но бледные, исто¬
щённые лица, которые встречались на улицах, свидетельствовали
о скором приближении к этой последней ступени. Кое-кто в те-
чение трёх дней не имел ни кусочка хлеба и, вытянувшись на своей
постели, ожидал смерти, но был спасён крохотным пособием и
медленно стал приходить в себя».
«Из Роскоммона. — Присланная для помощи обоим прихо-
дам Д. и Ф. сумма в 50 ф. ст. почти полностью израсходована.
Через несколько дней 3 тыс. человек будут снова обречены на
голодную смерть».
«Из Килларнэй.— Ничто не может превзойти нищету жителей
Ибрикейна. Полный неурожай в минувшем году лишил их необ-
ходимейших средств существования. Чтобы влачить дальше жал¬
кое существование, они вынуждены питаться травами, моллюс¬
ками и т. п. Сотнями сходились они ежедневно, чтобы собрать
скудный обед. Содрогаешься при виде ослабленных болезнью
и голодом людей. С радостной благодарностью приветствуют они
усилия, сделанные великодушной публикой, для того чтобы по¬
мочь им в их несчастье».
«Из Тарбута.— Без дальнейшей немедленной помощи недо-
статок пищи погубит 2 197 человек. Имеется ещё лишь незна¬
чительный запас на 6 или 7 дней».

ЛЕКЦИИ О ЧЕЛОВЕЧЕСКОМ СЧАСТЬЕ	57
«Из Мэйо.— Из 8 тыс. жителей прихода К. буквально голо-
дает половина. Число взывающих о помощи увеличивается с каж-
дым днём! К несчастью, в приходе нет ни одного состоятельного
человека».
«Из Галвея.— Я не в состоянии описать жалкое положение
этого страдающего народа. Многие питаются травой, которую
они тащат на спине за 20 или 25 миль с морского берега. На соб-
рании самых почётных жителей мы не могли получить и 10 ф. ст.:
так велика нужда в деньгах. Я добавлю ещё 50 ф. ст. Но что
это значит, когда дело идёт о том, чтобы прокормить 4 тыс. не-
счастных созданий до урожая».
«Из Корка.— Болезнь и голод делают ежедневно такие ужа-
сающие успехи, что, по моему мнению, только божья помощь
может спасти от голодной смерти половину моих несчастных
земляков».
«Из Клифдэна.— Через несколько дней бедняки будут не¬
способны ни к какой работе. Один бедный человек был занят пос-
ледние недели на уличных работах, вечером в субботу он ещё
работал,— когда он сегодня (в понедельник) встал утром, чтобы
отправиться на работу, он почувствовал себя слабым и усталым,
он лёг на землю и умер. Четыре человека умерли в Боффине, и
если опухшие члены, бледные лица, впалые щёки и запавшие
глаза являются предвестниками смерти, то смерть найдёт здесь
вскоре массу жертв. Я часто видал нужду, но до сих пор я ещё
никогда не имел понятия о том, что значит голод».
«От архиепископа Тюэм.— Я послал Комитету подробное
изображение ужасных сцен, свидетелем которых я был. Если
в Мэйо и Галвей не будут посланы тысячи, то всё население дол¬
жно погибнуть. На своём пути в Каслбар я натолкнулся на толпу
полумёртвых от голода мужчин, женщин и детей, искавших хотя
бы пригоршню пищи, которая могла бы спасти их от смерти».
«От него же.— Я говорю вам словами моего бедного народа:
да благословит бог ваши английские комитеты. Они делают всё,
что могут, для того чтобы спасти нас от голодной смерти, но я
боюсь, что всё это не поможет. Преданный вам. П. Тюэм».
Мы не прибавим к этому ни слова, даже если бы возможно
было возбудить ещё более глубокое сострадание, чем то, которое
возбуждают эти простые сообщения. Мы спрашиваем лишь, недо¬
статочно ли этого, чтобы вызвать у нас подозрение, что в нашей
системе есть очень серьёзный порок. Мы спрашиваем, будем ли
мы перед лицом таких фактов вечно оставаться в состоянии бесчув¬
ственной летаргии и вечно утешать себя старым правилом, что:
«всё на свете само собой приходит к концу!» К какому концу?
Ясно, что по крайней мере 500 тыс. ирландцев почти нашли свой
конец, и нам кажется, что все мы заслуживаем того конца, кото¬
рый они уже нашли, если мы не изменим наш образ действий!

58
ДЖОН ГРЕЙ
Можем ли мы успокоиться и удовлетвориться тем, что собрано
достаточно денег, чтобы предотвратить самую крайнюю нищету
Ирландии? Можем ли мы возложить на провидение вину за ее
прошлое неописуемо нищенское состояние и быть уверенными,
что теперь всё в порядке, что в будущем дела будут идти лучше?
И не правильнее ли будет посвятить наше неустанное внимание
открытию и устранению причин подобной нищеты? И должны ли
мы с этой целью стараться найти новую истину, оправдывающую
старые привычки, традиционные взгляды? Должны ли мы оста¬
новиться, когда на пути к нашей цели оказывается какая-либо
трудность? Не должны ли мы добиваться, наоборот, с неиссякае-
мой энергией нашей цели, пока мы её не достигнем, не считаясь
с трудностями и с мнением света?
Предприняв подобный опыт, мы должны иметь силы неизмен-
но и неуклонно стремиться к нашей цели и преследовать её
с прежней настойчивостью, несмотря на трудности, которые,
вероятно, встретятся.
Причиной нищеты Ирландии является следующее. Занимаю-
щиеся производительным трудом ирландцы, так же как и анг¬
личане, обречены вследствие разделения труда на службу ка¬
питалу. Они лишены естественного и неоспоримого права на про-
дукт своего собственного труда. Предоставьте им его, и они
не будут нуждаться ни в ваших деньгах для поддержки при
временных затруднениях, ни в вашем войске, чтобы поддержи¬
вать среди них спокойствие и надлежащий порядок. Мы гово-
рим: дайте им то, на что они имеют полное право; они хотят
лишь того, что им принадлежит. Мы сказали бы: не отнимайте
у них принадлежащие им урожаи, перестаньте грабить и угне¬
тать их, и они никогда не будут более претендовать на вашу
любовь к ближним, никогда не будут более нарушать ваш мир¬
ный покой. Но это было бы праздной потерей времени и слов:
бесполезно говорить богатому, что он не должен угнетать. Поспе-
шим научить бедняка, какими средствами может он обеспечить
для себя то, чего он желает, что ему требуется, чего он жаждет.
Продукт его труда! Эту утрату ему ничто не может заме-
нить.
Нужда Ирландии, а также и Англии стоит у нас ещё перед
глазами. Должны ли мы предоставить этому вопросу исчезнуть
с течением времени и кануть в Лету? Нет! Мы его не оставим.
Мы слишком хорошо знаем ценность принципов, за которые мы
боремся, чтобы допустить забвение их. Ложное понимание их
всем миром не может более продолжаться, а коль скоро они бу-
дут всеми поняты, все будут ими руководствоваться. Теперь мы
снова приведём заметку из прессы по этому вопросу.
Нижеследующее является выдержкой из одного еженедельника
от 4 августа 1822 г.:

ЛЕКЦИИ О ЧЕЛОВЕЧЕСКОМ СЧАСТЬЕ
59
«О проживающих за границей.— Те, кому это неизвестно,
вряд ли поверят, что в различных частях континента живет
от 100 до 125 тыс. английских и ирландских собственников. Це-
лые города полностью населены ими. В Париже герцог Г. и графы
С. и Ф., которые ежегодно тратят за свой счёт или скорее за счёт
своей страны 100 тыс. ф. ст., задают тон почти 20 тыс. англичан
разных сословий». В остальной части статьи устанавливается,
о каких людях идёт речь и где их местопребывание,— детали,
не имеющие для нас значения. Отсутствие этих лиц в своих име-
ниях рассматривалось как причина великого несчастья Ирландии,
и потому мы говорим о нём.
Теперь пусть кто-либо, кто привык вообще когда-либо думать,
кто хотя бы один раз внимательно взглянул на человеческие от-
ношения, посмотрит на это сообщение: сначала на самый факт,
а потом на его последствия.
Может ли кто-нибудь додуматься до утверждения, что люди
не могут свободно отправиться в любую часть света, в какую они
хотят? Существует ли в природе что-либо такое, что накладывало
бы на человека обязанность оставаться там, где он родился?
Имеется ли какое-либо основание к тому, чтобы состоятельный че-
ловек, живущий лишь в своё удовольствие, должен был быть при-
вязан к определённому клочку земли, на котором он случайно
впервые увидел свет, в то время как красоты природы и искус¬
ства так широко рассеяны по всему миру, что его желание видеть
их тем более растёт, чем более он видит? Разве в библии написано:
«ты должен жить в стране своих предков», или разве этого тре-
бует от людей совесть?
Если бы обычай покидать родину и был предосудителен,
то очень плохо знал бы человеческую природу тот, кто предпо-
ложил бы, что люди, которые всегда любят самих себя, стали бы
по такому вопросу поступать так, как это нравится другим, а не
им самим. Но этот обычай находит оправдание во всех принци-
пах естественного права, и шум по поводу него является пустым
и бессмысленным.
Теперь перейдём к очень простым последствиям этого дела,
которые легко разъяснить. Ирландцы, например, сначала выво-
зят весь продукт своего труда, для того чтобы иметь возможность
заплатить свои ренты, и полученные за этот продукт деньги они
также вывозят. Результат ясен. Так как остающаяся для них
часть как раз может лишь прокормить их, то, как только насту-
пает неурожай, они должны буквально умирать от голода. Тако¬
вы очевидные последствия того, что мы определили как невинный,
непредосудительный обычай. Да! Мы со всей уверенностью утвер-
ждаем: тот факт, что невинный, непредосудительный обычай по-
рождает такое большое зло, бесспорно доказывает, что причина
зла коренится глубже. То, что мы до сих пор рассматривали
60
ДЖОН ГРЕЙ
в качестве причины, является лишь следствием другой
причины.
Не отрицаем того, что некоторые определённые случаи,
вызванные особыми причинами, могли бы составить исключе-
ние; но мы берём на себя смелость выдвинуть в качестве всеоб-
щего и почти общезначимого принципа следующее: если человек
увозит свою собственность в какую бы то ни было часть света,
то этим он не может причинить несправедливости другой части
его. Лица, о которых теперь идёт речь, живут за счёт собственно¬
сти, которая не принадлежит им по природе. Они живут за счёт
собственности, которая в действительности принадлежит ограб-
ленным силою обстоятельств производительным классам. Собст¬
венность, за счёт которой они живут, не принадлежит им. Они
не создали её, они не дали за неё никакого возмещения. Пусть
они докажут, что имеют какое-либо право на неё. Вот где причина
нищеты. Их абсентеизм никогда не мог бы принести вреда, если
бы они жили за счёт того, что им действительно принадлежит.
Отчёт Комитета, исследовавшего занятия бедняков в Ирлан-
дии и назначенного парламентом по случаю последнего большого
несчастья, говорит: урожай картофеля, являющегося главной
пищей сельского населения, оказался плохим, но не было недо¬
статка в другой пище для поддержания жизни. Напротив, уро¬
жай хлеба отнюдь не был недостаточным, цены на хлеб и на ов¬
сяную муку были очень умеренные. Вывоз хлеба из некоторых по-
страдавших от неурожая районов Ирландии был значителен в
течение всего периода от мая до августа и намного превосходил
в течение этого периода ввоз; и эти округа на юге и западе пред¬
ставляли исключительный пример: они имели избыток пищи,
в то время как жители их терпели лишения. Похвальное терпе-
ние сельского населения под гнётом нужды заслуживает здесь
уважения и одобрения. Можно поэтому сказать, что бедствие
1822 г. возникло в меньшей мере из-за недостатка пищи, чем из-за
недостатка соответствующих средств для её покупки, или, дру¬
гими словами, оно возникло из-за недостатка выгодных занятий.
Наблюдательный шотландский сельский хозяин, посещавший
Ирландию в последние годы, говорит, что большая часть сель-
ского населения живёт в такой нищете, которую он никогда не
мог бы себе представить, ибо не мог допустить, чтобы человече-
ские существа могли жить в подобном состоянии убожества. В их
хижинах вряд ли было что-нибудь такое, что можно было бы на¬
звать обстановкой. В некоторых семьях не было одеял; крестьяне
показывали папоротник и кучу соломы, на которых они спали
в своём рабочем платье. Обед из картофеля они считали блажен-
ством. Большая часть пила только воду.
«Это заявление подтверждается многими сведущими лицами,
допрошенными Комитетом. Их показания не только согласуются
ЛЕКЦИИ О ЧЕЛОВЕЧЕСКОМ СЧАСТЬЕ
61
с этой печальной картиной положения значительной части ир-
ландского сельского населения; они также приписывают это по-
ложение полной безработице, на которую это население обречено.
Установлено, что в некоторых частях страны половина населе-
ния лишена заработка, в других эта пропорция ещё больше. И
все опрошенные сведущие лица единогласно приписывают в зна¬
чительной мере мятежный дух и эксцессы сельского населения
этой причине. В Клонэкилти, в графстве Йорк, где была введена
льняная промышленность, водворился, по имеющимся сведениям,
порядок. В графстве Мэйо, в котором производятся в значитель-
ных размерах пряжа и лён, общественное спокойствие не было на¬
рушено. Одно баронское владение в графстве Керри было самым
спокойным; это было единственное, где мануфактурная промыш¬
ленность была развита в значительной степени. По соседству
с Уотерфордом не было ни тени беспокойства, так как сельское
население имело постоянный рынок для своего труда. Напротив,
в частях Корка, где значительная часть населения не имеет ра¬
боты, недавно происходили очень опасные нарушения законов и
в высшей степени сильные нападения на собственность, и как раз
об этих округах Комитет узнал от одного выдающегося граждан-
ского инженера, что «он очень скоро успокоил сарану, дав насе-
лению много работы при проведении новой дороги». Член Коми¬
тета, давший эту информацию, прибавил от себя следующее:
«Если бы работы могли быть значительно расширены, то он не
сомневается в том, что население прекратило бы беспорядок».
Если помимо этого принять ещё во внимание лучшее положение и
спокойствие на севере Ирландии, где преобладает льняная про¬
мышленность, в противоположность плачевному положению юга,
то Комитет должен признать, что имеется непосредственная связь
между занятостью и миром и между недостатком полезных заня-
тий и мятежом».
«Комитет придерживается того мнения, что народ очень оза-
бочен вопросом о работе. Сельское население юга и запада по-
кидает свои жилища в определённые времена года, для того чтобы
искать работы. Господин Ниммо, гражданский инженер, допро¬
шенный Комитетом в 1819 г., заявил, что многие сотни крестьян
из Керри охотно нанялись бы в соседнем графстве Лимерик в
качестве рабочих за четыре пенса в день; а один член Комитета
заметил, что ему известны многие крестьяне из Керри, которые
покинули свою родину в поисках занятий, причём они брались
работать за самое небольшое содержание, какое можно было по¬
лучить, за самую небольшую заработную плату, какая была бы
возможна, а именно за два пенса в день,— короче говоря, за пла¬
ту, за которую можно было бы купить себе достаточно пищи,
чтобы в течение следующих 24 часов оставаться в живых. Кре¬
стьяне переутомляли себя, как это известно, с вредом для своего
62
ДЖОН ГРЕЙ
здоровья, когда они могли получить аккордную работу. Жители
тех полуостровов на юго-западе Ирландии, которые омываются
Атлантическим океаном, доставляют водоросли и известь с мор¬
ского берега на многие мили вглубь страны. А там, где горы об¬
рывисты, а дороги ещё не проложены, крестьяне тащат эти удоб-
рения две или три мили на своей спине. Поэтому Комитет чув-
ствует себя вправе сделать вывод, что крестьянское население
Ирландии вообще далеко от бездеятельности и лени и очень ста¬
рается получить работу».
Такова история несчастной Ирландии.
Комитет затем сообщает нам, что «из многих проектов, кото¬
рые ему были предложены, проект Роберта Оуэна из Нью-Ле-
нарка настолько возбудил внимание общественного мнения, что
он потребовал специального рассмотрения. О нём так долго го¬
ворили, он возбудил такой большой интерес в Ирландии, что
Комитет чувствовал себя обязанным подробно исследовать его
и отчётливо рассмотреть тенденцию тех принципов, на которых
он основан». В результате этого подробного изучения проект
был отклонён. Комитет «был бы очень склонен высоко оценить
плоды хорошего воспитания и раннего усвоения правил нравст¬
венности, но при условии, чтобы какая-либо совокупность об-
стоятельств могла освободить людей от их страстей и слабостей,
с тем чтобы они могли усвоить правильные сами по себе принци¬
пы; это — результат, которого никогда нельзя было бы предви-
деть».
Нашей задачей здесь не является обсуждение мнений коми-
тетов, но мы не можем цитировать такое высказывание, не отве-
тив вкратце на него: либо они вообще не знают планов г-на Оуэ¬
на, либо они излагают их умышленно неправильно. Важнейшей
чертой плана Оуэна, с точки зрения торговли, является то, что
он устраняет обстоятельство, ограничивающее теперь производ¬
ство, и даёт производителям то богатство, которое они создают.
В этом отношении его план не имеет ничего общего с воспитанием
или ранним приучением к нравственности. Он не имеет ничего
общего с освобождением людей от их страстей и заблуждений.
Речь идёт просто о том, чтобы дать людям занятие в соответствии
с принципом кооперации. И настолько необходимо, чтобы чело*
век освободился от своих страстей и заблуждений, прежде чем
получит занятие на таких началах, что любой человек в любой
части Соединённого королевства, который каким-либо образом*
связан с правительством страны, теперь поступает согласно этому
принципу, а различия в самих занятиях так велики, что он даже
не знает об их существовании.
Совершенно невозможно, чтобы какой-либо другой принцип
помимо принципа кооперации доставил всем неограниченные
занятия. Ужасны приведённые выше соображения о происхож-
ЛЕКЦИИ О ЧЕЛОВЕЧЕСКОМ СЧАСТЬЕ
63
дении ирландской нищеты; столь же ужасно, что, как видно
из сказанного выше, при существующей торговой системе не¬
счастные ирландцы не пользуются и не могут пользоваться ни¬
какой защитой.
Когда мы посмотрим на Ирландию в теперешнем ее состоянии,
то для нас не будет ничего удивительного в том, что почти в каж-
дом еженедельнике мы наталкиваемся на описания под заголов¬
ками: «Ужасное происшествие», «Зверский убийца», «Дьяволь¬
ское насилие» и т. д. Удивительно только, что их не в десять раз
больше!
Теперь мы подходим к важной части нашей темы. В предыду¬
щей части этой статьи было доказано, что производительные клас¬
сы лишаются благодаря современному общественному устройству
почти четырёх пятых продукта их собственного труда. Теперь мы
спрашиваем, каково было бы положение низших слоёв общества—
тех людей, которых желание получить работу побуждает к лю¬
бому отчаянному поступку; что человеческий ум может приду¬
мать для поддержания жизни тех людей, которые должны поль¬
зоваться милосердием богатых, для того чтобы спасти себя от го¬
лодной смерти,— каково, спрашиваем мы, было бы положение
низших классов тогда, когда было бы найдено средство,— для
чего? чтобы совершать какие-либо чудеса? геркулесову работу?—
Нет! Просто для того, чтобы дать возможность полезному рабо¬
чему самому употреблять ту собственность, которую он создаёт,
дать ему возможность обменять ту часть продукта своего труда,
которая ему не нужна для себя, на что-либо одинаковое по стоимо¬
сти, могущее ему пригодиться,— причём у него вычиталась бы
лишь часть, которая необходима для покрытия расходов по
управлению, руководству, надзору и распределению. Вот рефор¬
ма, которой мы желаем, с этого должна начаться реформа: без
осуществления этого принципа никакая другая реформа не
стоит ломаного гроша; и первым плодом этой реформы было бы
то, что трудящиеся классы общества непосредственно оказались
бы вследствие умножающегося благодаря человеческому труду
богатетву в лучшем положении, чем высшие классы торговцев
теперь! Мы гарантируем,— не боясь опровержения и не заботясь
о насмешках тех, кто склонен высмеивать всё, выходящее за узкие
рамки их кругозора,— что производительные силы труда в Анг-
лии в данный момент достигли такого совершенства, что каждый,
даже самый бедный нищий, прозябающий на английской земле,
непосредственно может быть в состоянии располагать столь же
значительной частью того, что необходимо для жизни, и делает
ее приятной, как в 1812 г. (ср. приведённую выше таблицу)
человек, который с женой и семьёй из 10 лиц, включая слуг,
имел доход в 400 ф. ст. Для того чтобы получить это, он должен
был бы заниматься лишь несколько часов в день полезным и

€4
ДЖОН ГРЕЙ
умеренным трудим. Это не было бы для него бременем, а укреп-
ляло бы его и делало бы для него приятными разумные удоволь-
ствия после окончания работы.
Это — не мечты разгорячённой фантазии, но очевидные, про¬
стые факты, столь же ясные, как то, что дважды два — четыре.
Приведённый ранее (см. таблицу) доход каждого мужчины, каждой
женщины и каждого ребенка составлял 11 ф. ст., продукт их тру¬
да — т. е. труда всех полезно и бесполезно занятых —54 ф. ст.,
причём одна четверть продукта страны уже вычтена на прави¬
тельственные расходы и хозяйственное управление.
Теперь мы спрашиваем: если бы возможно было довести тру-
дящиеся классы до такого положения,— а это не только возмож¬
но, но и очень легко,— каков был бы мир, в котором мы жили
бы? Можно ли было бы допустить, что мы ложились бы в постель,
держа поблизости оружие для того, чтобы защитить себя от по¬
луночного грабежа? Можно ли было бы допустить, что наши до¬
роги были бы тогда наполнены ворами, а наши тюрьмы мошенни¬
ками? Можно ли было бы допустить, что кто-нибудь просил бы,
а кто-нибудь подавал бы милостыню? Можно ли было бы, одним
словом, предположить, что люди прибегали бы ко всякого рода
преступлениям и насилию, чтобы с большими трудностями и
рискуя своей жизнью получить состояние, добиться которого
они могли бы без усилий с помощью занятий, которые давали бы
им наслаждение, окружая их богатством? Мы отвечаем, что сча¬
стье людей находится в их собственных руках, не в руках отдель-
ного человека, но в руках коллектива. Мы отвечаем, что противо¬
положность человеческих интересов при употреблении капитала
и при распределении продуктов их труда является причиной вся¬
кой нищеты и всякой нужды. Мы отвечаем, что единство интере-
сов устранило бы всякую нищету с её многочисленными послед-
ствиями, которые, все вместе взятые, лишают род человеческий
всего того, что делает жизнь ценной; и мы отвечаем далее, что
на пути к осуществлению этого принципа нет никаких непрео-
долимых трудностей, что, наоборот, никакая человеческая сила
не может воспрепятствовать его введению или даже существенно
замедлить его.
КОНКУРЕНЦИЯ КАК ГРАНИЦА ПРОИЗВОДСТВА
После того, что мы установили, может, пожалуй, показаться,
будто бы мы теперь исчерпали большую часть нашей темы, будто
бы мы изобразили новые планы в столь благоприятном виде, как
это только можно сделать, не отступая от истины. Однако это
предположение неверно. Мы не только не изобразили выгод коопе-
рации в достаточно ярких красках, но до сих пор не дали даже
ЛЕКЦИИ О ЧЕЛОВЕЧЕСКОМ СЧАСТЬЕ
65
правильного представления о них! Конечно, важной истиной
является то, что отстаиваемые нами принципы обусловили бы по
меньшей мере четырёхкратное увеличение дохода производитель-
ных классов. Но как ни важна эта истина, как ни велики проис-
текающие отсюда выгоды, она представляет собой ничто по
сравнению с истиной, которая ещё должна быть развита. Выгоды
от последней вообще неописуемы!
До сих пор было дано лишь слабое представление о выгодах,
которых мы в состоянии достичь. Мы направляем наше внима-
ние на важнейшую истину, которая когда-либо представлялась
человеческому уму по вопросу об условиях жизни человека,—
на истину, являющуюся основой огромного неописуемого разли-
чия между старой и новой системами, истину, которая должна
открыть всем, кто её поймёт, совершенно новый взгляд почти на
все вещи, которые нас окружают.
Если что-либо могло бы когда-либо возбудить вообще удив-
ление, стать предметом всеобщего пытливого изучения, пробу¬
дить энергию во всём роде человеческом и призвать его к общим
усилиям для освобождения себя от окружающей нищеты,— если
что-либо могло бы когда-либо привести к этому, то это следующее
положение: «Жители нашей страны и многих других стран ли¬
шены тех необходимых и приятных для жизни вещей, свободное
обладание которыми составляет то, что мы называем богатством.
Многие получают эти вещи в очень скудном количестве и лишь
с большими трудностями, ценой большого труда и усилий. Дру-
гие, которые ими владеют, находятся в постоянном страхе снова
лишиться их благодаря обстоятельствам, не поддающимся их
контролю. Тем не менее неоспоримо, что все эти люди с помощью
больших механических сил, которыми они располагают, могут
создавать своим трудом в почти неограниченных размерах все
необходимые и приятные для жизни вещи — безусловно в таких
размерах, которые совершенно достаточны для того, чтобы удов¬
летворить потребности каждого члена соответствующего об¬
щества».
Если это верно,— а кто может в этом сомневаться? — то не-
сомненно, что природа не даёт никаких оснований к тому, чтобы
кто-нибудь был обречён на бедность и нужду. Поэтому причину
того, что столь многие бедны, следует искать в общественных по-
рядках: и это приводит нас к той важной истине, о которой мы го¬
ворили, что теперь существует противоестественная граница
производства.
Очевидной причиной бедности среди способных и трудолюби-
вых классов населения является либо то, что люди не могут по¬
лучить никакой работы, либо то, что, когда они находят работу,
заработная плата не может избавить их от бедности. Но эти при¬
чины являются следствиями. Первая является следствием того

66
ДЖОН ГРЕЙ
обстоятельства, что теперь капитал конкурирует с другим капи-
талом, вместо того чтобы работать в союзе с ним; благодаря этому
он приносит вместо наибольших выгод, какие он может дать об¬
ществу, наименьшие, какие вообще может дать его применение.
Второе зло происходит от того обстоятельства, что общественные
порядки отнимают у производительных классов наибольшую
долю продукта их труда вместо той малой доли, которая необхо¬
дима для покрытия расходов по руководству делами и общему
надзору, распределению продуктов труда и управлению, причём
все занятые этим лица, очевидно, являются непроизводительными
работниками или, другими словами, хотя и полезными и необхо¬
димыми, при надлежащем числе их, членами общества, но не соз¬
дающими ничего из того, что они потребляют, и потому вынуж¬
денными существовать за счёт трудолюбия тех, кто создаёт своим
трудом богатство.
Первое из обоих этих обстоятельств создаёт non plus ultra
нищеты. Второе имеет лишь то более скромное последствие, что
обрекает полезнейших членов человеческого рода на нескончае¬
мый труд и мучение. Это мы уже объяснили. Мы показали, что
общественные порядки лишают производительные классы четы-
рёх пятых продукта их труда, а также, каким образом он у них
отнимается. Мы хотим теперь объяснить то обстоятельство, что
капитал оказывается конкурирующим с другим капиталом, вме-
сто того чтобы работать с ним в союзе. Причина та, что при сов-
ременном состоянии общества интересы людей в применении ка¬
питала и распределении продукта их труда расходятся — и здесь
мы подходим к источнику зла. Это обстоятельство вводит в заб-
луждение всякую эпоху и всякую нацию. Оно наполнило землю
нищетой и мешало всякой попытке сделать человечество доб-
родетельным и счастливым. Устранив это обстоятельство, можно
совершенно изгнать из мира бедность со всеми её разрушитель¬
ными последствиями!
Теперь мы попытаемся охарактеризовать эту противоесте¬
ственную границу производства.
Всегда должны существовать две естественные границы годо¬
вого дохода страны или, другими словами, той массы богатства,
которая ежегодно создаётся трудом народа. Это — исчерпание на-
ших производительных сил и удовлетворение наших потребностей.
Эта истина очевидна. В первом случае очевидно, что богат¬
ство страны достигло бы своей наибольшей высоты, если бы весь
труд страны, подкрепляемый наибольшими известными нам меха¬
ническими силами, был приведён в действие. Столь же очевидно,
что, обладая таким большим богатством, какого мы желаем, мы
не заботились бы более о том, чтобы создавать ещё большее.
И для нас было бы хорошо, если бы не было никаких других
границ для производства, кроме этих двух естественных границ.

ЛЕКЦИИ О ЧЕЛОВЕЧЕСКОМ СЧАСТЬЕ
67
Но, к несчастью, мы воздвигли третью границу, и эта третья
граница — конкуренция. Постараемся же показать, что конку-
ренция является границей производства.
1. При современном состоянии общества производство огра¬
ничено спросом.
Потребители товаров получают их обычно у розничного тор¬
говца, и количество товаров, которое покупается последним, будет
всегда определяться тем количеством, которое он надеется про¬
дать, или, другими словами, количеством, на которое он в своей
лавке ожидает спроса. При производстве товаров люди руко¬
водствуются тем же самым принципом. Фабриканты не рассчи-
тывают, сколько ткани необходимо для того, чтобы удовлетво¬
рить потребности людей. Они не устанавливают, сколько сюрту-
ков требуется всему человечеству в течение года и сколько
материи необходимо для их изготовления. Столь же мало задаются
они вопросом, сколько материи в состоянии они произвести.
Всё, о чём они спрашивают, и всё, что они хотят знать, это: сколь¬
ко материи могут они с выгодой продать, каким количеством
могут снабдить лавки и магазины своих покупателей, другими
словами, как велик будет вероятный спрос на них. Это и только
это регулирует производство. Если производится больше, чем
имеется спроса, то говорят, что рынок переполнен; а если про¬
изводится меньше имеющегося спроса, то говорят, что рынок
недостаточно снабжён. При этом не обращается ни малейшего
внимания на удовлетворение наших потребностей и на увеличе-
ние наших производительных сил!
2. Если производство ограничено спросом, то возникает
следующий вопрос: «Чем регулируется спрос?».
Мы отвечаем: спрос состоит из общей массы богатства, кото-
рым распоряжается вся нация благодаря труду, услугам и соб¬
ственности. Эта совокупность состоит из количеств, которыми
благодаря труду, услугам или собственности могут распоряжаться
индивиды.
Это разумеется почти само собой, ибо всем должно быть ясно,
что человек, существование которого зависит только от его-
труда, не может приобрести больше богатства, чем в состоянии
купить его труд; что никакой торговец, никакой другой непроиз¬
водительный член общества, существование которого зависит
только от его личных или духовных способностей, не может
приобрести больше богатства, чем ему полагается за его услуги;
что никакой независимый член общества не может приобрести
больше богатства, чем то, которым он распоряжается благодаря
своей собственности.
Таким образом, спрос, очевидно, состоит из совокупного коли¬
чества богатства, которым распоряжаются производительные
классы благодаря своему труду; зависимые, непроизводительные
68
ДЖОН ГРЕЙ
классы — благодаря своим услугам и независимые классы —
благодаря своей собственности. Единственный вопрос, остаю-
щийся ещё открытым, таков: «Чем ограничивается количество,
получаемое каждым индивидом?». Мы отвечаем:
3. Количество богатства, которым могут распоряжаться ин¬
дивиды в силу своего труда, своих услуг или своей собственности,
ограничивается конкуренцией между людьми.
Конкуренция определяет количество богатства, получаемого
производительными классами. Те из них, которые не находят
никакой работы, хотя всегда ждут ее, при системе личного со¬
перничества всегда будут сводить количество продукта, полу-
чаемого всей их совокупностью, к той доле, которая как раз
достаточна для поддержания телесных сил и для продолжения
хозяйственного соперничества. И если эти классы когда-либо
хотят подняться выше этого уровня, то они надеются на нечто
такое, чего они до тех пор, пока торговля ведётся согласно те-
перешним её принципам, никогда не могли бы получить на сколь¬
ко-нибудь значительный промежуток времени.
Конкуренция определяет массу богатства, получаемого тор¬
говыми классами. Каждый торговец беден или богат, смотря
по тому, дают ли ему его деловые усилия возможность распоря¬
жаться большим или незначительным количеством предметов
удобства и наслаждения; а последнее всегда определяется боль¬
шими или небольшими размерами доходов, которые он может
получить от продажи товаров. Едва ли требуется какое-либо
доказательство того, что доходы ограничены конкуренцией. Ре-
шающим доказательством является то, что торговцы вообще не
имели бы никакого дохода, если бы они продавали все товары
по издержкам производства, и что каждый из них должен тем
больше приближать продажную цену к издержкам производства,
чем больше конкуренция.
Те лица, которые получают свои доходы в виде ренты от
домов или в виде денежного процента, являются при сдаче домов
или отдаче денег взаймы коммерсантами, и количество богатства,
которое они получают для своего потребления, тоже ограничено
конкуренцией.
Так конкуренция ограничивает размеры богатства, получае-
мого индивидуумами. Количества, получаемые последними,
составляют в совокупности общее количество, получаемое обще-
ством; это совокупное количество образует спрос, а спрос огра-
ничивает производство.
Если это будет правильно понято, то все убедятся, что исчер-
пание наших производительных сил и удовлетворение наших пот¬
ребностей суть единственные естественные границы производства.
До тех пор, пока один капитал будет продолжать конкури¬
ровать с другим капиталом, вместо того чтобы работать в союзе
ЛЕКЦИИ О ЧЕЛОВЕЧЕСКОМ СЧАСТЬЕ
69
с ним, мы никогда не будем в состоянии исчерпать наши произ¬
водительные силы и удовлетворить наши потребности, так как
производство всегда должно будет ограничиваться тем количе-
ством продуктов, которым человечество может распоряжаться
в силу своего труда, своих услуг или своей собственности.
Количество богатства, получаемое производительными клас¬
сами, является наименьшим количеством, за которое может
быть куплен труд. Причина, в силу которой рабочий не полу-
чает вдвое больше, чем теперь, состоит в следующем: если бы он
один потребовал этого и отказался работать за меньшее количе¬
ство, то он стал бы безработным, так как другой человек согла¬
сился бы сделать то же самое за теперешнее количество, другими
словами, так как другой индивид стал бы конкурировать с ним.
Количество богатства, получаемое торговыми классами, яв¬
ляется наименьшим, за какое могут быть куплены их услуги.
Причина, по которой торговец не получает вдвое больше, чем
теперь, состоит в следующем: если бы он один потребовал этого,
т. е. если бы он потребовал удвоения дохода от продаваемых им
товаров и отказался продавать их с меньшей прибылью, то он
лишился бы совсем своей торговли, так как другой человек
предложил бы публике те же товары, ограничиваясь обычной
прибылью, т. е. стал бы с ним конкурировать.
Количество богатства, получаемое собственниками денег и
домов, является наименьшим количеством, за которое могут
быть отданы в пользование их дома и деньги. Причина, по кото¬
рой капиталист этого рода не получает вдвое больше, состоит
в следующем: если бы он один потребовал удвоения платы за
наём своих домов и процента за свои деньги и отказался отдавать
их во временное пользование за меньшее вознаграждение, он
вообще был бы исключён из числа людей, занимающихся этим
делом, так как другой человек предложил бы дома и деньги за
теперешнее вознаграждение, т. е. стал бы конкурировать с
ним.
Поэтому доход каждого индивида и, следовательно, общества,
исключая только лиц, имеющих фиксированные денежные до¬
ходы, ограничен конкуренцией, и каждый получает самое малое,
что возможно приобрести за свою работу, свои услуги или за
употребление собственности. Так как конкуренция вынуждает
людей пользоваться лишь в очень ограниченной мере жизненными
удобствами и удовольствиями (в ограниченной мере, если при¬
нять во внимание, насколько больше мы могли бы производить),
то, вероятно, возрастание нашей способности производить необ¬
ходимые вещи не вызвало бы в той же мере возрастания спроса
на предметы роскоши. Напротив, предметы роскоши приобрета-
лись бы лишь с возросшими трудностями, так как всё то, что раз-
решается в силу конкуренции потреблять многим, могли бы
70
ДЖОН ГРЕЙ
производить немногие; таким образом, конкуренция будет уве¬
личиваться ещё благодаря усиливающейся борьбе за работу.
Общее количество пищи, одежды, жилищ и других служащих
удобству и роскоши предметов, которое могут, таким образом,
получить все классы путём конкуренции, образует современный
искусственный спрос на продукцию. Ибо если капиталист пере-
оценивает рост этого спроса или неправильно исчисляет его и
доставляет на рынок массу товаров, которая превышает спрос
(г. е. превышает количество, которое конкуренция принудила
различных членов общества принять в качестве возмещения за
их труд, услуги или собственность), то он должен понизить де¬
нежную цену такого товара и, таким образом, потерпеть убыток
от спекуляции, которую предпринял ради прибыли.
Итак, конкуренция является при современном состоянии
общества границей производства, так как капиталисты никогда
в течение длительного времени не производили товары и не
будут производить их, чтобы продавать их в убыток: это неиз-
бежно имело бы место, если бы они производили достаточно для
удовлетворения наших потребностей и исчерпания наших про-
изводительных сил.
Поэтому при господстве системы индивидуальной конкурен-
ции безразлично, насколько могут быть бедны рабочие или на¬
сколько затруднительно может оказаться положение торговцев
и фабрикантов, как трудно может быть для землевладельцев
получать свою ренту. Вопрос не в том, какое количество богат¬
ства в состоянии создать народ. Даже если бы его труд при по¬
мощи его механических и других производительных сил был
достаточным для обогащения общества, то всё же количество
того, что он создаёт, не может обычно превышать того, что поз-
воляет ему потребить конкуренция, хотя бы оно никоим образом
не было достаточно для удовлетворения потребностей.
Таково в действительности положение Великобритании в
настоящее время! Жители ее обладают силами, с помощью кото-
рых они могли бы создавать богатство без каких-либо мыслимых
границ, и тем не менее половина их находится в состоянии под¬
линной нищеты.
Во всех обществах, в которых господствует конкуренция,
постоянно имеется некоторое количество безработных. Когда
рабочий находится в этом положении, то для него естественен
вопрос: «Как мне жить?». Он может либо прибегнуть к приход¬
скому пособию, либо вытеснить занятого рабочего. Приходское
пособие даёт лишь возможность не умереть с голоду. Занятые
рабочие получают, быть может, приличное вознаграждение.
Естественно, что они добиваются работы за более низкую плату:
неизбежным следствием этого является низведение доходов про-
изводительных классов до самого низкого уровня, т. е. до такого,
ЛЕКЦИИ О ЧЕЛОВЕЧЕСКОМ СЧАСТЬЕ
71
которого только хватает для поддержания жизни и для продол-
жения рода.
Тот же самый аргумент в такой же мере применим к торговым
классам. Если создаётся представление, что кто-нибудь извлекает
из своего дела слишком большие выгоды, то появляется конку-
рент и выступает против него. За этим следуют попытки и того
и другого продавать дешевле, и оба должны ограничить свои
расходы, ограничить себя тем, что необходимо для жизни, и
позволять себе лишь немногие её радости и удовольствия. И, та-
ким образом, человечество обрекается конкуренцией на вечный
труд, и вознаграждением его является рабское существо-
вание!
Но по этому поводу следует заметить ещё кое-что. Нам всегда
говорят, будто бы мы уже производим больше, чем нам нужно.
Какое удивительно глупое заблуждение! Тот, кто высказывает
подобные мысли, должен был бы в первую очередь вникнуть в
смысл своих собственных слов. Он говорит, что у нас больше
продуктов, чем нам нужно. Он имеет в виду, что у нас больше
продуктов, чем имеется налицо спроса. Тогда и только тогда,
когда каждый имел бы всё, что его душе угодно, это значило бы,
что мы произвели столько, сколько мы хотим. Но современное
общество находится в резком противоречии с этим! Посмотрите
на своих жалких ближних,тысячи которых странствуют голодные,
без крова и в лохмотьях, и спросите их, имеют ли они избыток
богатства. Вы, утопающие в роскоши и проводящие жизнь в
кутежах, направьтесь в ваши фабричные города, взгляните на
жалких производителей вашего богатства и спросите их, имеют
ли они больше, чем им необходимо. Краснейте после этого от
стыда, рассказывая нам об избытке! У нас больше продуктов,
чем имеется спроса, намного больше: устраните указанные нами
причины, и спрос будет равен даже тысячекратно возросшему
производству.
Итак, конкуренция и только она одна ограничивает годовой
доход страны. Она порождает бедность, влекущую человека в
мир скорби, и окружает его с детства горестями. Отчаянные по¬
ступки, на которые толкает его бедность, подготовлены конку-
ренцией. И так как конкуренция необходимо вытекает из проти¬
воположности людских интересов при употреблении капитала
и распределении продукта труда, то только полное изменение
торговых порядков могло бы привести к какому-либо существен¬
ному благу для человечества. Остановимся здесь и обратимся
за подтверждением этих положений к суждению любого разум-
ного существа. Мы спросим любой класс, любую группу, любую
партию, верно ли, что конкуренция при применении капитала
ограничивает производство? Не правда ли, что блага жизни
создаются человеческим трудом? Не правда ли, что для этих благ
72
ДЖОН ГРЕЙ
всегда могут существовать лишь две границы: исчерпание наших
производительных сил и удовлетворение наших потребностей?
Не правда ли, что в настоящее время мы руководствуемся не
этими границами? Не создали ли общественные порядки третью
границу? И не зовется ли она конкуренцией? И если это верно,
то существовала ли когда-либо истина, которая имела бы такое
значение для торговых интересов общества? Не является ли целью
коммерции приобретение богатства? Не является ли это главным
занятием всех или почти всех нас? Не стремимся ли мы к богат¬
ству с неутолимой жаждой, не посвящаем ли мы главные силы
ума и тела погоне за ним? Так пусть будет устранена эта третья
граница производства, и все, что заслуживает названия богатства,
станет тотчас же доступным для всех: ибо мы тогда обладали бы
таким большим богатством, какое имели бы силы производить!
Попробуйте его измерить: это невозможно. Ибо каждая неделя,
каждый номер технического журнала приносит новое изобрете-
ние, выгода от которого при новой системе равнялась бы сбере¬
жённой им работе.
Но может ли эта граница быть устранена? Мы отвечаем: она
может быть устранена в любое время без малейшей трудности,
без малейшего насилия, без малейшей действительной неспра¬
ведливости по отношению хотя бы к одному человеку.
Правители нашей страны могли бы в течение немногих лег
устранить эту границу, а с нею все бедствия нищеты. Правители
нашей страны должны это сделать, ибо сохранение этой границы
стоит людям страданий, крови и бесчисленных преступлений.
Они хорошо сделали бы, произведя это огромное изменение:
они могли бы тогда поставить себе также в заслугу то, что они
подали всему цивилизованному миру пример, которому стали
бы подражать с невообразимой быстротой! Ибо препятствовать
действительному развитию правители нашей страны всё же не
могут! Как разумные люди, они не могут хотеть препятствовать
ему, но если бы они и пожелали этого, то они с таким же успехом
могли бы попытаться взять в одну руку солнце, а в другую —
луну. Если они не произведут это изменение и притом немедлен¬
но, то его осуществят подданные!
Близок день, когда солнце истины осветит своими лучами
несчастные массы, которые теперь терпеливо несут свои цепи,
потому что не знают, откуда последние появились, не знают, ка-
ким образом освободиться, потому что все живут в рабстве. Каж¬
дый видит в своем ближнем товарища по несчастью и восклицает:
«Да, это бесчеловечно!». Но покажите им свободу, дайте им пред-
ставление о человеческом счастье, скажите им, что они могли бы
его достигнуть, докажите им это, и они не станут более жить в
рабстве и носить свои цепи! Солнце ещё не взошло, но лучи его
приближаются: рассвет наступил, и не пройдёт и двадцати лет,
ЛЕКЦИИ О ЧЕЛОВЕЧЕСКОМ СЧАСТЬЕ
73
как их могущественное действие произведёт в человечестве такую
большую перемену, какой люди никогда ещё не видали.
В общем мы пытались показать общество в теперешнем его
виде. Мы пытались показать, кем создаётся богатство и кем
оно потребляется. Мы пытались показать, что каждый род бо¬
гатства обязан своим происхождением человеческому труду, что
производительные классы теперь содержат не только самих себя,
но и всех непроизводительных членов общества и что лишь тот
является производительным членом общества, кто применяет
свои руки к обработке самой земли или же к тому, чтобы при¬
готовить или приспособить для житейских целей продукты земли,
что каждый незанятый таким делом человек является прямым
налогом на занятых подобным образом, что (не упоминая о много-
численных расточительных классах людей, которые не претен-
дуют даже на какую-либо полезность) все коммерсанты, фабри¬
канты, оптовые и розничные торговцы со своими клерками, по¬
мощниками и приказчиками являются либо руководителями или
старшими надсмотрщиками над производством, либо простыми
распределителями богатства, оплачиваемыми трудом тех, кто его
создаёт, и что полезно только такое количество этих лиц, которое
достаточно для руководства и надзора за работой и для распре-
деления её продукта.
Мы пытались показать, что действительный доход страны,
состоящий из ежегодно создаваемой народным трудом массы
богатства, отнимается у его производителей главным образом с
помощью земельной ренты, арендной платы за дома, денежного
процента и прибыли, получаемых лицами, покупающими работу
производителей по одной цене и продающими её по другой. Цым
мы выяснили, что эти огромные налоги в виде ренты, процента
и прибыли от чужой работы необходимо должны оставаться до
тех пор, пока существует система конкуренции индивидов, что
в новых обществах все стали бы производительными членами
общества, за исключением только лиц, которые непременно нуж¬
ны для непроизводительных занятий, но которые также посвя¬
тили бы своё время и способности общему благу, и что никто
не был бы обложен налогами в виде ренты, процента или при¬
были от его работы.
Всем, полагаем мы, должно быть ясно, что классы, которые
теперь влачат нищенское существование,— в то время как сред-
ние классы приходят в упадок, а высшие утопают в роскоши,—
могли бы, затрачивая гораздо меньше труда, направленного
исключительно к их собственной выгоде, окружать себя всеми
удобствами и навсегда распрощаться с малейшим представлением
о нужде или бедности. И, несомненно, что благодаря этому они
не только могли бы наслаждаться всем, что теперь достаётся на
долю людей, ничего не делающих для производства того, что они
74
ДЖОН ГРЕЙ
потребляют, но могли бы устранить величайшую из всех чело-
веческих ошибок — границу производства! В этом заключается
могущество и осуществимость нашей системы: ее могущество, так
как она ставит производителя богатства в положение, несравнен¬
но более высокое, чем то, которого он может достигнуть
другими средствами; ибо она даёт ему за небольшую неизнури¬
тельную работу впятеро большие выгоды, чем те, которые он
получает теперь путём непомерного труда и забот. Это побудит
всякого бедного трудящегося человека присоединиться к нашим
общинам; нужно ли ещё прибавить, что все остальные классы,
начиная с самых высших и кончая низшими, будут вынуждены
последовать этому примеру? А осуществимость нашей системы
вытекает из лёгкости, с которой даже малая сумма может при¬
вести в движение ту силу, которой, по указанным нами причи-
нам, при надлежащем ее использовании даже в небольших раз-
мерах ничто не может противостоять!
Итак, ясно, что общественные порядки самым плачевным
образом не соответствуют той цели, которую они преследуют.
Их цель — увеличение счастья человека, их результат — его
постоянные бедствия.
Если наши слова в некоторых случаях суровы, мы сожалеем
об этом; но вопрос требует безбоязненной трактовки, которой
мы и будем всегда держаться. Мы ценим благосклонность наших
ближних, но мы придаём большую ценность делу истины и че-
ловеческого счастья.
В будущем я постараюсь объяснить план другого устройства
на базисе национального капитала, благодаря введению которого
единственными границами нашего богатства было бы исчерпание
наших производительных сил и удовлетворение наших потреб¬
ностей. Планы, о которых идёт речь, совершенно отличаются от
плана г-на Оуэна, но я надеюсь, что они окажутся полезными,
доказывая всему миру, что единство интересов вполне совместимо
с индивидуальностью и с имущественными различиями. В период
времени, подобный теперешнему, я не колеблюсь утверждать,
что общество находится накануне упразднения навсегда тех
принципов, на основе которых оно вело до сих пор свою торговлю;
публике не может быть представлено слишком много вариантов
одного и того же основного принципа, ибо из каждого может,
вероятно, быть взято нечто полезное!

СОЦИАЛЬНАЯ
СИСТЕМА
ТРАКТАТ
О ПРИНЦИПАХ
ОБМЕНА

сЭкономист не должен создавать системы
и изобретать схемы для увеличения богат¬
ства и наслаждений отдельных классов,
но должен обратиться к открытию источ-
ников национального богатства и всеобщего
благосостояния».
Мак-Куллох
ПРЕДИСЛОВИЕ
Прошло много времени с тех пор, как я впервые убедился,
что в общественном организме имеется какая-то глубоко коре¬
нящаяся, но скрытая болезнь; и дальнейшее размышление на
эту тему только вело к подтверждению и укреплению этого
мнения.
Среди людей, повидимому, преобладает представление, что
в нашей социальной системе имеется саморегулирующее начало
и что торговый поток, подобно потоку реки, должен только быть
предоставлен самому себе, для того чтобы он нашёл надлежащий
уровень и мог течь плавно и успешно. Десять лет назад я сом-
невался, а сейчас я отрицаю существование такого начала. Я от¬
рицаю также возможность действительного устранения бедствий
нашей страны какими-либо иными средствами, кроме ассоциации
в деле применения капитала; и я утверждаю, что при помощи
такой ассоциации, при хорошо продуманных принципах и с усо-
вершенствованным планом обмена можно устранить незаслужен¬
ную нищету, уничтожить всякого рода торговые затруднения и
построить на обширном и непоколебимом фундаменте личное и
национальное благосостояние.
В пору своей молодости я изложил на бумаге мои тогдашние
взгляды по этому вопросу и послал рукопись самому умному
другу, которого я когда-либо имел, с просьбой прочесть и выска¬
зать суждение о работе; и вот дословная копия его ответа:
«Я собирался сделать, согласно просьбе, несколько замеча-
ний по поводу этой работы и с этой целью стал ее штудировать.
Но после прочтения третьей главы последней части (работа была
тогда разделена на три части) я убедился, что какие бы то ни
было замечания были бы пустой тратой времени. Я посоветовал
бы бросить книгу в огонь, достаточно большой для того, чтобы
уничтожить её».
Приговор моего друга, конечно, не был ни очень лестным, ни
поощрительным, однако я был мало склонен последовать его
78
ДЖОН ГРЕЙ
совету, и так как было совершенно очевидно, что он, быть может,
вследствие неясности языка не понял мыслей, которые я намере-
вался изложить, то я постарался утешиться надеждой на то, чт<
когда-либо в будущем я буду способен изложить свои взгляды
яснее и понятнее; и я надеюсь, что сейчас я это сделал.
Некоторое время спустя я переписал и опубликовал в виде
лекции часть указанной работы, несколько сот экземпляров
которой были проданы немедленно, а остальные были переданы
одному лондонскому издателю, который вскоре обанкротился;
с тех пор и поныне я не мог точно установить, что произошло
с ними. Памфлет, о котором идёт речь, был потом перепечатан
в Филадельфии, причём издание в тысячу экземпляров было
быстро распродано.
Вышеизложенное я делаю достоянием гласности с той целью,
чтобы признать справедливость критики моего друга, поскольку
дело касалось пригодности работы в тогдашнем её виде для опуб-
ликования. А так как та часть её, которая была потом напеча¬
тана, никогда, насколько мне известно, не рекламировалась и,
за исключением выпуска нескольких проспектов, не было при¬
нято никаких других мер, для того чтобы довести её до публики,
то я в настоящей книге цитирую, без обычных кавычек, те очень
немногие содержавшиеся в ней положения, которые я теперь
считаю заслуживающими сохранения.
Однако если я не стремлюсь спасти от забвения указанный
выше памфлет, который, между прочим, был лишь введением
к настоящей теме и не содержал в себе никакой попытки объяс¬
нить, как положение вещей может быть улучшено, то пусть не
думают, что я воображаю, будто настоящая работа совершенно
свободна от тех же самых ошибок. Всецело занятый с очень ран-
него возраста практическими делами, я не имел никакой воз¬
можности приобрести тот литературный опыт, который в наше
требовательное время столь важен для зрелого писателя. Будучи
важным, он, несомненно, не является в данном случае необхо-
димым. Поэт или новеллист должен быть богат как словами, так
и мыслями, чтобы пользоваться успехом; но когда дело касается
изложения своего мнения, то и неучёный человек обычно может
высказаться на свой лад. Действительно, в настоящее время
большинство людей в состоянии изложить мысли настолько
хорошо, чтобы быть понятыми; и поскольку целью этой неболь¬
шой работы является не доставить удовольствие воображению,
а помочь рассудку, то всё, на что она как литературное произве-
дение претендует, это чтобы её должным образом поняли.
С тех пор как вопрос о торговых интересах наций впервые
заинтересовал меня, прошёл промежуток в несколько лет, в те-
чение которых на мою долю выпало множество физических уси-
лий, душевных забот и огорчений. Это несколько способствовало,
СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
79»
я полагаю, ослаблению энтузиазма мысли, по природе смелой и
пылкой. Но новые размышления и опыт вели лишь к укреплению
моего мнения, что в торговых делах общества имеется ужасное
зло, похожее не на дряхлость от старости, которой может помочь
простой костыль, но скорее на занозу, которую требуется лишь
выдернуть из ноги юноши, чтобы вернуть ему силу и подвиж¬
ность. Мнения, изложенные здесь, по существу те же самые,
которых я придерживался много лет назад, но теперь они впер-
вые опубликовываются.
Пару слов в оправдание стиля. Смелость утверждений, полная
вера в свои* собственные мнения и невнимание к мнениям других
людей — таковы обычные недостатки неопытных писателей; это
присуще также и мне. Я нахожу, однако, гораздо более удобным
выражаться свободно, чем подражать несвойственному мне
более сдержанному и утончённому стилю. Моя неспособность
исправить эти недостатки может причинить книге вред. Но что
касается изложенной в ней теории, то на этот счёт не приводится
никаких подобных извинений: она внедрилась в мой ум благо¬
даря постоянному и длительному знакомству с деловым миром;
она здесь продумана и в систематической форме изложена после
внимательного изучения того, что написано другими на ту же
самую тему, и если эта теория не в состоянии будет выдержать
самого сильного обстрела, которому она может подвергнуться
со стороны наиболее образованного и непреклонного политика
или экономиста, и не сможет противостоять ядрам подобно желез-
ной мишени, к подножию которой последние падают расплющен¬
ными, то я недолго останусь её защитником.
Эдинбург, 14, Брендон-стрит
Октябрь 1831
ГЛАВА I
Введение.— Трудности темы.— Личные дела.— Всеобщая нелюбовь
к изучению социальной науки.— Необходимость приспособления от-
дельных частей друг к другу для образования симметричного целого.—
Всеобщее неверие в возможность существенного улучшения как серьёзное
препятствие к этому.— Благоприятные условия настоящего времени.—
Теория и практика.— Разные замечания.
Трудно найти менее привлекательное дело, чем то, которое-
предпринимает человек, обращающийся к своим ближним на
тему об их коллективном благополучии. Люди вообще настолько
заняты своими личными делами, что почти невозможно отвлечь
их внимание даже на самое непродолжительное время. При этом
те, кто является исключением из этого правила, либо увлечены
80
ДЖОН ГРЕЙ
какой-либо своей собственной излюбленной теорией, либо же
настолько удовлетворены существующим положением вещей,
что на их взгляд никакая перемена не может оказаться улуч-
шением.
И к несчастью, изучение социальной науки долго считалось
одним из самых сухих и неинтересных занятий. В то время как
ничто не кажется слишком маловажным для того, чтобы возбу¬
дить человеческое трудолюбие в тех случаях, когда от этого
ожидается непосредственная выгода для отдельного человека,
лишь немногие склонны заняться исследованием принципов, на
основе которых совершается или должна была бы совершаться
вся совокупность человеческих дел.
Однако небольшое размышление должно было бы убедить
нас в том, что одного видимого совершенства различных частей
общественного механизма недостаточно для того, чтобы иметь
какую-либо степень уверенности в том, что весь он в целом может
быть сделан совершенным. Каждая часть может быть хороша
во всех других отношениях, но если окажется, что ей недостаёт
должной пропорциональности и согласованности с каждой дру¬
гою частью, то нет основания удивляться, если результат неудов-
летворителен. И раз мы не вполне уверены, что дела общества
ведутся на основе правильных принципов, нет ничего удивитель-
ного, что, обладая большей частью элементов благосостояния, оно
вынуждено бороться с невзгодами.
Другим очень серьёзным препятствием к улучшению является
всеобщее неверие в возможность его. Общественное мнение ни¬
когда ещё не видело благоденствия в чём-либо, помимо хорошей
заработной платы и оживлённой торговли. Оно не имеет, пови¬
димому, никакого представления о том, что необходима какая-
либо перемена, выходящая за пределы парламентской реформы,
свободы торговли и сильного снижения налогов. Оно, повиди¬
мому, считает, что общественный порядок в целом покоится на
какой-то незыблемой основе, на каком-то неизменном законе
природы и что поэтому очистить его от некоторых извращений —
вот всё, что необходимо, чтобы заставить его действовать плавно
и столь хорошо, как только мы имеем право или основание рас¬
считывать.
Но это роковая ошибка. Это недуг столь же страшный, сколь
и распространённый. Он парализует общество, притупляет и
мертвит все наши усилия и делает нас добровольными рабами
того порядка вещей, который мы можем в огромной степени
улучшить. В теперешнем положении вещей имеются некоторые
благоприятные черты. Многое из того, от чего прежде ожидали
великого блага, уже сделано, но никакой благодетельной пере-
мены не произошло. Война сменилась длительным миром, налоги
•были снижены, правительственные акты отличались своей ли-
СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
81
беральностыо и благие стремления проявлялись и проявляются
в изобилии; тем не менее всё ещё нет никакого признака суще*
ственного улучшения; нужда и недовольство продолжают гос¬
подствовать, и нельзя совсем отрицать наличия опасности. Со-
седние нации испытывают не меньшие трудности. Революция и
кровопролитие, являющиеся, несомненно, большей частью ре-
зультатом угнетения и плохого управления,— плохие показатели
всеобщего благосостояния и счастья.
Но это положение вещей не совсем лишено выгодных сторон.
Общественное мнение, разочаровавшееся в своих прошлых
надеждах и ожиданиях, будет всегда настороже, доискиваясь
новых источников зла и новых причин недовольства; ибо, несмот¬
ря на злосчастный опыт веков, мир всё ещё, кажется, придержи¬
вается смутного представления, что вещи не совсем таковы,
какими они должны были бы быть, что может в конце концов
наступить эра улучшения; и так оно и будет.
Далее, доверие к какой-либо особой группе людей или мне-
ний не может быть очень велико при таком состоянии общества,
когда люди с установившейся репутацией таланта и честности
и имеющие одинаковый доступ к наилучшим источникам инфор-
мации оказываются несогласными почти ни в чём. Одна партия
защищает свободу торговли, другая протестует против неё; од¬
на — за экономию и сокращение расходов, в то время как дру¬
гая настаивает на том, что налоги — подлинное благо; одна хо-
тела бы уничтожить машины, тогда как другая с энтузиазмом
восхваляет их; одна стоит за золото, другая — за бумажные
деньги. Короче говоря, нет никакого единодушия, нет согласия
по поводу первых принципов социальной науки, и ещё не приз¬
нано, чтобы кто-либо победил на арене политических состязаний.
Но это положение вещей не может долго продолжаться.
Знание, всегда безмолвное, но неуклонно прогрессирующее,
должно в конце концов победить, и, когда хотя бы частица того
таланта, который в настоящее время посвящается усовершен-
ствованию различных частей социальной системы, будет обра¬
щена на упорядочение целого, многочисленные существующие
ныне политические аномалии исчезнут, подобно призракам, и
состояние общества станет столь же ясным, как тройное правило.
Мы располагаем почти всеми необходимыми материалами
для обеспечения благосостояния, и чего нам главным образом
недостаёт — это контролирующей и направляющей силы, с по¬
мощью которой различные части нашей коммерческой системы
могли бы быть так приноровлены и приспособлены друг к другу,
чтобы создать гармоническое целое вместо дисгармонического.
И как только такая сила будет создана на основе правильных
принципов, мы перестанем проводить жизнь в тщетных жалобах
и уверять, что бедность и несчастье останутся навеки уделом
82	ДЖОН ГРЕЙ
людей. Мы меньше удивимся, видя, что население нашей страны
пользуется относительным довольством и изобилием, чем удив¬
лялись, когда видели, как ливерпульская и манчестерская пуб¬
лика переносится через пространство со скоростью тридцати
миль в час. Больше всего мы будем удивляться тому, что мы так
долго были слепы по отношению к своему собственному интересу
и к главной причине тяжёлого и бедственного положения нации.
Настоящее время особенно благоприятно для полной реформы
торгового устройства общества. Правительство либерально и
будет поощрять реформу; высшие и средние классы находятся
в столь же затруднительном положении, как и все другие, в их
интересах было бы помогать её проведению; и народ, просве-
щённый в последнее время благодаря всеобщему распростране-
нию образования, не может ещё долго сомневаться насчёт того
курса, которого он должен держаться.
Приступая к рассмотрению наиболее подходящих способов
улучшения состояния общества, желательно, насколько воз¬
можно, освободить наши умы от веры в наличие каких-либо
установленных и неизменных законов торговли. Дело общества
создать законы, рассчитанные на то, чтобы привести к наилуч-
шим результатам, а не изучать те, которые навязало нам на¬
копленное поколениями невежество. Законным предметом поли-
тического исследования является не столько то, что есть, сколько
то, что должно было бы быть; а потому мы можем спокойно опу¬
стить, как имеющие мало практической ценности, все те теории,
главной задачей которых является объяснение того, как руко¬
водить жизнью наилучшим образом в соответствии с существую¬
щими принципами торговли. Самые принципы, как я здесь до¬
кажу, покоятся на глубочайшем заблуждении. Должна быть
проведена коренная реформа, для того чтобы мы могли пользо¬
ваться теми благами, которые неминуемо явятся следствием
рационального присвоения неистощимых ресурсов, предостав-
ленных нам природой.
Быть может, по поводу изложенного возразят, что речь идёт
только о новой теории; и тотчас же последует банальное замеча-
ние, что «теория и практика — вещи весьма различные». Истина,
однако, в том, что правильное в теории никогда не может быть
неправильным на практике. Теория и практика очень похожи
на умножение и деление: они проверяют друг друга. Вследствие
упущения какого-либо факта или неправильного рассуждения
по поводу имеющихся фактов мы можем ждать результата, от-
личающегося от того, который получился в действительности;
тем не менее всегда верно, что действительно правильное в тео-
рии правильно также и на практике.
Инженер может проверить, сделал ли он правильный чертёж
машины, исчислив результат на бумаге; ибо, если последний не
СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
83
соответствует тому, что он мог видеть в действии, он тотчас же
узнаёт, что, должно быть, допустил ошибку в своих чертежах.
По этому поводу можно привести пример. Недавно одному чело-
веку в Эдинбурге было поручено снять с машины чертежи для
оценки ее мощности. Выполнив свою работу, он взял чертежи
домой, а на следующий день он сообщил нанявшему его лицу,
что он, очевидно, вычертил неправильно какую-то часть машины,
потому что результат получается на бумаге не тот, какой он
видел на практике; после повторного осмотра это подтвердилось:
он ошибся в счёте зубцов одного из главных колёс.
И так обстоит дело с любыми теориями. Мы можем упустить
что-либо или ошибиться в каком-либо расчёте, и когда наши
проекты будут подвергнуты испытанию на практике, то резуль-
тат будет отличаться от того, на который мы рассчитывали; и
если это окажется так, то мы можем быть уверены, что на бу-
маге имеется ошибка, в точности соответствующая расхождению,
обнаруженному на практике. В противном случае невозможно
было бы описать ни одной вещи, ибо теория — это лишь иное
наименование описания. И если правильная теория, т. е. пра¬
вильное, должным образом понятое, описание, предвосхищающее
то, чего ещё нет в действительности, не всегда будет давать
обещанный результат, то должно быть в равной мере невозможно
дать надёжное описание какой бы то ни было вещи даже тогда,
когда последняя имеется налицо.
Без сомнения, чрезвычайно трудно при попытке исследовать
столь обширный вопрос, как коммерческие дела наций, быть
совершенно уверенным в том, что каждая вещь была надлежащим
образом учтена и что каждой части вопроса приданы её относи¬
тельный вес и значение. И мы можем быть уверенными в том,
что если бы даже целый век был потрачен на старания усовер¬
шенствовать теорию на бумаге, то, как только мы попытались бы
претворить теорию в практику, сами собой стали бы напраши¬
ваться улучшения и изменения. Но это не является достаточным
основанием к тому, чтобы возражать против теорий, ибо на
основе того же самого принципа мы могли бы возражать против
всего, поддающегося улучшению.
Составляя себе мнение насчёт тех средств, с помощью которых,
как будет далее предложено, могут быть совершенно устранены
коммерческие затруднения наций, читатель должен иметь в
виду, что я не предлагаю включить несколько новых пружин
или колёс в старую и сломанную машину с целью её исправле-
ния,— в этом случае полезность указанных пружин или колёс
должна была бы рассматриваться в соотношении с остальными
частями машины, к которым они должны были бы быть приспо¬
соблены. Я целиком отвергаю самую машину как плохо скон¬
струированную, сложную, не поддающуюся исправлению и не
6*

84
ДЖОН ГРЕЙ
имеющую никакой ценности, за исключением разве того, что
материалы, из которых она состоит, большей частью доброкаче¬
ственны и могут при реконструкции быть применены с большой
пользой.
Общественный порядок, подлежащий здесь описанию, должен
быть рассмотрен отдельно и обособленно от ныне существующего.
Их нельзя сравнивать по частям, потому что между ними имеется
мало связи. Мы должны взять каждый как целое и, судя по ре-
зультатам, к которым это должно привести, отдать пальму пер¬
венства тому, который, как окажется, этого больше заслуживает.
Это разделение необходимо, потому что если бы мы взяли
часть Социальной системы и попытались применить её к несо-
циальной системе, то это было бы подобно тому, как если бы по¬
пробовали прибавить дополнительное колесо к уже законченной
машине: для него не оказалось бы места. А если, с другой сто¬
роны, те громоздкие, сложные и неуклюжие составные части,
из которых состоит существующий ныне общественный порядок,
мы попытались бы применить к новому предлагаемому порядку,
то оказалось бы, что очень многие из этих частей являются со¬
вершенно излишними, следовательно, бесполезными.
Другой ошибкой, которой следует в особенности остерегаться,
потому что она очень распространена, является привычка, ко¬
торой весьма подвержены люди всех категорий, судить о любой
вещи, глядя лишь на предполагаемый результат, и если послед-
ний отличен от всего того, что они когда-либо считали возмож-
ным, то это является достаточным доказательством невозмож¬
ности этой вещи. Например, если бы инженер г-н Стефенсон
возвестил миру, что он намеревается вскоре проехать расстояние
в одну милю в течение пары минут в повозке весом в несколько
тонн, несущей в себе ту силу, с помощью которой она должна
столь быстро двигаться, то его, вероятно, сочли бы сумасшедшим,
а не разумным существом. Результат, который предполагалось
достигнуть, был бы достаточен, чтобы обеспечить ему название
мечтателя и энтузиаста. Тем не менее чудо наших дней на самом
деле осуществлено, и люди перестают удивляться, потому что
они видят, как это осуществлено. Когда они убеждаются, что
средства как теоретически, так и практически пригодны для
достижения цели, чудо оказывается не более, как естественным
следствием определённых принципов и комбинаций; и если бы
последние были поняты с самого начала, то для удивления вовсе
бы не было места.
Но, конечно, из того, что недавно совершилось чудо на же-
лезной дороге, ещё не следует, что готово совершиться другое
чудо в социальной науке. И мы не намерены делать такое заклю-
чение. Но можно заметить, что действительность так часто опе¬
режала фантазию, что наше суждение о проектах было бы часто
СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
85
более правильным с самого начала, если бы мы могли всегда
направить нашу мысль на их исследование, не считая ничего
невозможным потому лишь, что мы ничего подобного никогда
не видели. А потому, рассматривая предлагаемый теперь проект,
легче было бы составить правильное мнение’ о нём путём беспри-
страстного исследования того, пригодны ли данные средства
для достижения намеченной цели, чем путём допущения смутных
и необоснованных предположений, что цель недостижима ни¬
какими средствами.
В большинстве случаев истина в конечном счёте достигается
надёжнее, если упорно следовать принципам, которые сами по
себе, очевидно, истинны, чем если позволить уму отвлечься от
них вследствие случайной трудности согласования их с суще¬
ствующими фактами или вследствие бесчисленных «если» и «но»,
которые в таком обилии используются в полемических произ-
ведениях, чтобы превратить чёрное в белое. Например, постоян-
ным правилом человеческих действий является достижение же-
лаемых целей возможно более лёгким способом. Так, мы идём
в какое-либо место кратчайшим путём; если имеются различные
способы осуществления чего-либо, мы выбираем самый лёгкий,
какой мы знаем и в состоянии применить; никто не предлагает
больше денег за предмет, чем за него спрашивают. Таким обра-
зом, лёгкость и выгода являются почти синонимами. Поэтому
получать то, что нам нужно, самым лёгким способом, каким мы
можем,— это, очевидно, закон нашей природы, который никогда
не может быть изменён и никогда не может быть ошибочным.
Правда, могут сказать, что человек не всегда идёт к какому-
либо месту кратчайшим путём. Он может быть вынужден сделать
большой крюк, потому что и т. д. Но одно это «потому что»
свидетельствует о том, что он имеет в виду две цели вместо одной.
Он может не пойти кратчайшей дорогой, потому что она грязна
или опасна, или неприятна, или он может умышленно удлинить
своё путешествие ради прогулки. Но во всех этих случаях явно
имеется налицо двойная цель, которую он преследует, и он, сле-
довательно, всё-таки действует в соответствии с неизменным
принципом достижения цели наиболее лёгким для него способом.
Примените это правило на практике. Результатом изобрете-
ния машин является сокращение труда; например, прядение
хлопка более лёгким способом, чем с помощью любого ручного
приёма. Поэтому использование машин для производства того,
что нам нужно, должно быть всегда уместно, потому что делать
так — значит повиноваться одному из самых очевидных законов
нашего бытия. И этого мы должны придерживаться, не заботясь
ни о каких «если» и «но», ни о видимых противоречиях; и если бы
было доказано, что нищета и несчастье являются несомненными
последствиями сооружения и использования машины, — это
86
ДЖОН ГРЕЙ
доказательство свидетельствовало бы ещё об одном, а именно
о том, что имеется ужасная ошибка в чём-то другом.
Учение об излишествах совершенно неприменимо к этому
вопросу. Есть и пить — значит повиноваться закону природы,
есть и пить в излишнем количестве — значит нарушать его. Но
не может быть такой вещи, как излишнее повиновение законам
природы; а удовлетворение наших потребностей самым лёгким
для нас способом столь же очевидно является законом природы,
как ходить ногами или говорить с помощью языка.
ГЛАВА II
Определение. — Изложение и объяснение принципа и доказательство
его важности. —Земля, труд, капитал и свсбода обмена являются
четырьмя элементами, из которых состоит богатство.,
Специальная цель этих страниц — изложить, доказать, ил¬
люстрировать и попытаться обратить внимание публики на то
важное обстоятельство, что отнюдь не трудно было бы поставить
коммерческие дела общества на такое основание, чтобы произ¬
водство стало постоянной и неизменной причиной спроса или,
другими словами, чтобы продажа за деньги могла стать всегда
столь же лёгким делом, каким теперь является Покупка на
деньги.
Изложенный здесь принцип, столь же ясный, сколь и простой,
и столь же понятный, как и любой действующий в настоящее
время среди людей, следует понимать без каких бы то ни было
ограничений или урезок в отношении количества и стоимости
товаров, но не без регулирования рода товаров. Этот принцип
гласит: производите беспредельно, и я найду вам беспредельный
рынок. Увеличивайте в миллиарды раз ваши производительные
силы, и этим самым вы в точно такой же степени расширите ваш
рынок для продажи продукции.
Человек есть живое существо, существо моральное и духовное,
и его счастье состоит в надлежащем упражнении и удовлетворе-
нии всех его склонностей, чувств и духовных сил. Искусство сча¬
стья включает поэтому учёт всех человеческих желаний, а по-
следние подразделяются на множество частей или видов, одним
из которых и единственным, о котором я сейчас намерен рассуж-
дать, является наука добывания средств, которыми поддержи¬
вается жизнь и обеспечивается досуг для изучения и исследования
более утончённых и высоких областей знания. И как бы ни рас¬
ходились между собой отдельные люди относительно целесооб-
разности или пригодности той или иной вещи, как бы ни от¬
клонялись они, подобно пышной листве дерева, в отношении
СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
87
деталей рассматриваемого нами вопроса одни вправо, а другие
влево, не уменьшая общего достоинства и совершенства цело-
го,— все же имеются некоторые немногие условия или составные
элементы, без которых общества не могут когда-либо процветать
в той степени, какая по природе вещей им доступна. Они
сводятся к тому, что, во-первых, должно быть достаточно земли;
во-вторых, должно быть достаточно труда; в-третьих, должно
быть достаточно капитала и, в-четвёртых, производство должно
быть постоянной причиной спроса или, другими словами, прода¬
вать должно быть столь же легко, как покупать.
Эти четыре условия столь необходимо нужны для националь-
ного благополучия, что их с полным правом можно уподобить
элементам, без которых невозможно наше существование.
Первое — земля; её необходимость столь очевидна, что оста¬
навливаться на этом было бы совершенно излишним.
Второе — труд; он является источником богатства или перво¬
начальными деньгами, которыми оплачена любая вещь.
Третье — капитал; наличие его столь существенно, что для
получения дневного запаса пищи, не подлежащей потреблению
до следующего дня, мы должны иметь налицо запас, т. е. капи-
тал, достаточный для поддержания жизни до наступления этого
следующего дня.
Четвёртое условие — возможность немедленного обмена —
последний по счёту, но не по важности элемент благосостояния.
Отсутствие его является в настоящее время камнем преткновения
для всякого цивилизованного общества в мире; общества могли
вообще существовать при отсутствии этого условия только по¬
тому, что находили несовершенную и значительно худшую
замену его. Никогда не имея надлежащего орудия обмена, они
употребляли в различные времена быков, морские раковины,
металлы, табак, гвозди, бусы, золотые, серебряные и медные
монеты, банкноты, векселя, прямую мену, кредит и множество
других вещей; но до сих пор никогда не существовало рациональ-
ной системы обмена или надлежащего орудия для совершения
меновых сделок.
Нетрудно доказать огромное значение возможности в любое
время продавать так же легко, как покупать. С тех пор как че-
ловек отказался от метода добывания своим собственным трудом
тех именно предметов, в которых нуждался (а это, как предпола-
гают, он делал почти с первых дней своего существования), с тех
пор как он начал торговать и стал жить, посвящая своё внимание
специальным занятиям и имея возможность удовлетворять свои
потребности посредством обмена того, что он сам добыл или про-
извёл, на доли труда других людей,— с этих пор он стал суще-
ством, зависящим от общества, в котором он жил. Степень этой
зависимости неизмеримо возрастала, по мере того как общества
88
ДЖОН ГРЕЙ
прогрессировали, искусственные потребности умножались и
объекты труда все более и более разделялись между людьми.
Дикий обитатель лесов, например, будучи среднего здоровья,
силы и разума, может с помощью своего собственного труда
снабдить себя такой пищей, одеждой и жилищем, какие лес
в состоянии ему предоставить. Но цивилизованный человек,
живущий при таком состоянии общества, когда каждый акр
земли, каждое растение и животное присвоены, сам по себе яв¬
ляется самым беспомощным из смертных существ. Кузнец не
может питаться железом, равно как не может употреблять его
в качестве одежды и жилища. Дикарь может убить зверя, съесть
его мясо и одеться в его шкуру, но цивилизованный кузнец не
может сделать ни того, ни другого. Он может добывать средства
своего существования путем обмена, и только путём обмена
своего труда на доли труда других лиц; и если он не может сде-
лать этого, то всякий раз, когда у него нет в запасе средств су-
ществования, он вынужден просить милостыню, брать взаймы,
воровать или умирать с голоду.
Значение производительных классов часто иллюстрировалось
указанием на бесполезность в известных условиях денег. Несом-
ненно, что Робинзон Крузо с радостью обменял бы ящик с зо-
лотом, если бы он обладал таковым, на ящик с плотничьими ин¬
струментами, а миллион банкнот, если бы он его имел, он с такою
же радостью отдал бы за несколько акров удобной и хорошо
возделанной земли. Однако это замечание применимо не только
к деньгам; оно в равной мере применимо к любой вещи, потому
что ни одной вещи в отдельности недостаточно для существования
человека. Он не может существовать одним хлебом, он должен
иметь и другую пищу, а также одежду и жилище; а так как
в обществе трудность для любого человека создавать своими
собственными руками всё то, в чём он нуждается, неизмеримо
возросла, то возможность обменивать одну вещь на множество
других вещей становится для него настоятельной необходимо¬
стью. Иметь возможность обменивать — для него столь же
важно, как для Робинзона Крузо было важно иметь возмож¬
ность производить.
Итак, отбросив особые случаи, объяснимые дурным поведе-
нием, неблагоразумием или случайным несчастьем, имеют ли
люди, вообще говоря, возможность обменивать свой труд на
соответствующие доли труда других людей немедленно, без
затруднений и по справедливой цене? Одним словом, может ли
вся продукция Великобритании и Ирландии быть продана завтра
за деньги по справедливой цене? Может ли тот, кто обладает
одной вещью — например обширным запасом домашней ут¬
вари,— превратить эту вещь в доли любой другой вещи или
всего того, что ему требуется в обмен, без неизбежности полу-
СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА	89
чения большого убытка от обмена? Почти излишне отвечать на
этот вопрос, что при теперешнем состоянии общества это явно
невозможно. Хорошо известно, что человек, имеющий сравни¬
тельно обширный запас таких товаров, должен обычно держать
их в течение многих месяцев и затратить много хлопот и забот,
прежде чем он окажется в состоянии сбыть их по справедливой
цене, т. е. настолько выше издержек их производства, сколько
составит справедливая прибыль на применённый капитал и над¬
лежащее вознаграждение за непроизводительный труд, потра¬
ченный в его деле.
Итак, я говорю этому человеку следующее: современная
система обмена основана на глубочайшем невежестве и безумии,
и я хочу показать вам, как может продукция без каких бы то
ни было известных или мыслимых ограничений всегда сбываться
на определённых выше условиях в течение одного часа и без
вероятности наступления когда-либо такого времени, когда
рынок мог бы оказаться переполненным или производство могло
бы превысить спрос. И более того, способ, с помощью которого
это может быть достигнуто, столь ясен, столь прост и столь
практичен, что должно настать время, когда человечество будет
оглядываться на современное состояние общества с тем же самым
чувством, какое мы испытываем, оглядываясь на веру наших
предков в колдовство. Мы поражаемся тому, что столько безу-
мия и столько мудрости могло существовать одновременно и
в одних и тех же умах.
Итак, главной моей целью здесь является показать, как про¬
изводство может стать постоянной и неизменной причиной
спроса. Но для того, чтобы полностью объяснить это учение и
показать способ его действия, необходимо рассмотреть торговую
систему.
Найдутся, правда, некоторые лица, которые, увидев заглавие
книги, намеревающейся предложить систему для общества,
спросят: что это за бессмыслица? зачем вообще нужна какая-
либо система, отличающаяся от той, «которая выросла вместе с
человечеством, начиная с состояния варварства, и которая вместе
с реформой *, свободной торговлей и уменьшением налогов
составляет всё, что необходимо для нашего благополучия»?
Ответ на этот вопрос,— а я привёл здесь слова, в которых он
уже был мне задан,— заключается в том, что реформа, свободная
торговля и уменьшение налогов не представляют собой всего того,
что необходимо для нашего благополучия; ибо эта система, вы¬
росшая вместе с человечеством, начиная с состояния варварства,
содержит в себе такую важную, большую и тягостную по своей
силе и последствиям ошибку, что до тех пор, пока она не будет
1 Имеется в виду парламентская реформа. — Прим» перев.
90
ДЖОН ГРЕЙ
устранена, совершенно невозможно будет оказать человечеству
существенного благодеяния; и эта ошибка заключается в неудов¬
летворительной системе обмена. Устранить же последнюю можно
лишь с помощью значительного изменения торговой системы
общества; и отсюда — необходимость системы, отличающейся
в некоторых отношениях от ныне действующей.
Но могут далее сказать, почему бы не указать просто, каково
то специальное улучшение, которое вы хотите ввести, почему бы
не предоставить каждому человеку судить о нём и самому обра¬
титься к этому улучшению, вместо того чтобы заставлять его
следовать за вами в деталях, многие из которых он уже пони-
мает? Ответ состоит в том, что такой метод был бы совершенно
непонятен, что легко доказать именно применением этого метода.
Вот одна из главнейших черт того порядка, который я предла¬
гаю ввести.
Недостаток денег, который у всех на языке,— большое зло;
и я предлагаю исправить его, сделав так, чтобы создание и унич-
тожение товаров и денег происходили одновременно. Но тотчас
же спросят: как. предлагаете вы осуществить это и какая от этого
получится польза? Прочитайте книгу — таков ответ.
Лишь немногие из людей, привыкших вообще наблюдать
значительные изменения, имевшие иногда место в обществе
вследствие простых и, повидимому, незначительных открытий,—
как, например, расширение пространства, занимаемого водой,
с превращением ее в пар,— будут колебаться признать, что если
бы каким бы то ни было образом стало возможным превратить
производство в причину спроса, то теперешнее состояние общества
оказалось бы поистине бедственным по сравнению с тем состоя-
нием, которое предстоит ему.
Но когда, прослеживая действие причин и следствий, мы пы¬
таемся ответить на вопрос, каковы были бы для общества послед-
ствия указанного выше изменения, то огромность вопроса поло¬
жительно приводит наш ум в смущение, и наш усталый мозг
отказывается нам служить и как будто упрекает нашу волю за
то, что она неразумно направляет мысли на поиски бесконечного.
Защищаемая здесь система торговли не имеет ничего общего
с какими бы то ни было умозрительными теориями насчёт чело-
веческого совершенства; она одинаково доступна людям всех
классов, вероучений, партий и стран; она требует только орга-
низованного порядка обмена и рациональных денег; и при той
степени честности, какая вообще существенна для жизни цивили-
зованного общества, эта система могла бы быть повсеместно
введена в действие.
Но осуществима ли эта система? Уже было сказано, что она
осуществима. Великий критерий осуществимости какой-либо
вещи заключается в вопрссе, стоит ли она того, чтобы осуще¬
СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
91
ствить ее на практике.. Если бы всем фабрикантам в стране было
сказано, что, произведя определённое изменение в своем тепе-
решнем порядке ведения дела, они выиграли бы от применения
своего капитала лишних 2,5%, то они могли бы справедливо
возразить, что цель едва ли оправдывает хлопоты, необходимые
для её достижения. Но речь, обращённая к ним здесь, такова:
производите без каких бы то ни было ограничений, прибегайте,
если вам угодно, к колдовству для увеличения количества соот-
ветствующих продуктов труда, и тем не менее рынок никогда не
может быть переполнен, равно как не может быть никакой труд¬
ности при продаже по справедливой цене того, что вы произ¬
водите.
Это, несомненно, цель, достойная достижения, положение,
которое стоит защищать, награда, которой стоит добиваться;
ибо достижение её сделало бы незаслуженную бедность таким
словом, которое в словарях будущего обозначалось бы как вы¬
шедшее из употребления; национальный долг — игрушкой,
которой забавлялись бы в будущем политики, а недостаток де-
нег — выражением из фарса, который предстоит написать по-
томкам в насмешку над мудростью своих предков, т. е. нас.
Основание, по которому производство в настоящее время не
является причиной спроса, будет в достаточной мере объяснено
в дальнейшем. Правда, некоторые экономисты говорят, что «эф¬
фективный спрос» действительно зависит от производства; но
ложность такого учения также будет полностью показана в ходе
настоящей работы.
Я далёк от мысли, что тот особый план, который я сейчас
собираюсь изложить, является самым лучшим из всего, что
может быть придумано; напротив, я уверен в том, что он может
быть улучшен во многих деталях. Главное его достоинство со-
стоит в том, что он воплощает в себе четыре необходимых элемента
национального благосостояния: средство получить достаточно
земли; средство, обеспечивающее постоянное увеличение капи¬
тала, пропорциональное потребностям растущего населения;
возможность немедленного обмена труда на труд; а что касается
самих рабочих, то природа, кажется, производит их в изобилии,
достаточном для удовлетворения требований любой системы.
Я тщательно просмотрел лучшие работы по политической эко-
номии, и если бы я мог обнаружить, что какой-либо предшест-
вующий автор когда-либо показал, каким образом можно до¬
стигнуть того, чтобы капитал систематически увеличивался
столь же быстро, как и население, и каким образом производство
могло бы стать постоянной причиной спроса, то «Социальная
система» никогда не была бы написана. Однако значение указан-
ных условий таково, что искатель философского камня является
не большим мечтателем, чем человек, рассчитывающий увидеть
92
ДЖОН ГРЕЙ
состояние национального благополучия без этих условий: с та-
ким же успехом он мог бы надеяться дышать без лёгких или мыс¬
лить без мозга.
Правда, г-н Милль в своих «Началах политической экономии»
(изд. 2-е, стр. 58) допускает, что «искусственные средства для
того, чтобы население и капитал шли нога в ногу, могут быть
употреблены двояким путём: можно искать способов для того,
чтобы либо уменьшить тенденцию народонаселения к росту,
либо ускорить рост капитала за пределы его естественного дви-
жения». Но он не предложил никакого практического плана ни
для того, ни для другого. Он говорит, что «насильственные сред¬
ства, применённые для того, чтобы заставить капитал увеличи¬
ваться быстрее своей естественной тенденции, не привели бы к
желательным результатам». Однако, что обозначает выражение
«естественная тенденция», как не ту тенденцию, которая яв¬
ляется естественной в существующих условиях и которая может
выражаться в быстром или медленном увеличении в соответствии
с тем, благоприятствуют ли условия увеличению или наоборот.
ИЛЛЮСТРАЦИЯ ПРИНЦИПА
Современная система
Спрос — причина производства
Хотите ли вы купить?
Увы, мы все хотим продать.
Круги изображают различных чле-
нов общества, которые, не будучи
снабжены надлежащим орудием
обмена (поскольку ныне употреб¬
ляемые деньги представляют собой
только один из кругов), испыты-
вают, каждый в отдельности, не-
достаток в том, что совокупность
их в состоянии создавать в огром-
ном изобилии. Все они вопят о
рынке.
Социальная система
Производство — причина спроса
Продать так же легко, как
купить.
Внешние круги изображают
различных членов общества. Ка¬
налы— это деньги, с помощью ко-
торых каждый человек в состоянии
внести в общественный запас один
продукт и взять в обмен на то,
что он внёс, всё, что ему нужно.
Большой круг в центре —это об¬
щественный резервуар богатства.

СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
93
Богатство, подобно тысяче водяных потоков, возникающих
в различных местах и обладающих различными качествами,
должно стекаться в один большой резервуар; и после смешения
и объединения его различных качеств оно должно возвращаться
к своим производителям в количествах, равных тем, которые
внесены каждым, но обладающих качествами целого; а деньги
должны быть только мерой, используемой для того, чтобы дать
каждому человеку столько, сколько получено от него.
ГЛАВА III
Очерк торговой конституции. — Присвоение земли и капитала—
Руководство. — Управление. — Заработная плата, жалованье и
общие принципы Социальной системы.
Так как задача настоящей главы — описать в связной форме
главнейшие черты плана, который мы намерены не просто изло¬
жить, а скорее защищать со всем упорством, какого этот доку-
мент — торговая конституция — требует, то самую главу, быть
может, правильнее можно было бы озаглавить «Принципы Со-
циальной системы». Однако предпочтение отдано названию «Тор¬
говая конституция», поскольку оно само содержит в себе опи-
сание одного из элементов, признанных необходимыми для до-
стижения национального благосостояния.
Принципы, которые здесь должны быть определены, будут
сопровождаться лишь немногими доказательствами или иллю-
страциями; но после того, как будет описан весь план, будут
сделаны по поводу него общие замечания, которые покажут,
почему, по мнению автора, настоятельно требуется такое большое
и важное изменение в наших торговых делах.
После того, как достаточное число людей будет убеждено
в необходимости объединить свои капиталы с целью лучшего
снабжения себя предметами необходимости, удобства, комфорта
и житейской роскоши путём превращения производства в вер-
ную причину такого же по размерам спроса на них, предпола¬
гается, что они станут действовать согласно следующим прин-
ципам:
I. Должны быть избраны председатель и достаточное коли¬
чество представителей, чтобы контролировать, управлять и
регулировать дела ассоциации; лица, избранные таким образом,
должны быть на время своей службы наделены высшей властью
и должны в совокупности называться Национальной торговой
палатой.
II. В качестве должностных лиц члены этой палаты должны
воздерживаться от всяких политических и религиозных споров;
94
ДЖОН ГРЕЙ
они обязаны относиться с одинаковой справедливостью к людям
любых политических взглядов и любых религиозных верований;
они обязуются посвящать всё свое внимание интересам коммер-
ции, подчиняться во всём без возражений установлениям
властей страны, отказаться даже от права обращаться с пети-
циями к парламенту; а если им покажется желательным или
необходимым какое-либо изменение в торговом законодательстве
страны, то они рекомендуют его своим избирателям, предо¬
ставляя последним обратиться с петицией о необходимом изме-
нении.
III. Все лица, обладающие землёй или капиталом, пригла¬
шаются примкнуть к ассоциации, а все прочие лица допускаются
в число ее членов, как только это позволит развитие ассоци-
ации.
IV. Все члены этой ассоциации, обладающие землёй или ка-
питалом, получив определённую оценку последних, соглашаются
получать за использование этой земли или капитала фиксиро¬
ванное ежегодное вознаграждение, пропорциональное стоимости
последних, вместо того чтобы удерживать в своих собственных
руках шансы на барыш или убыток от их обработки или при-
менения.
V. Руководство и контроль в отношении всего земледелия,
промышленности и торговли должны быть поручены Торговой
палате.
VI. Обработка земли и управление всей торговлей и промыш¬
ленностью должны быть поручены служащим или управляющим,
которые должны быть наняты за определённое жалованье и
должны действовать под руководством и контролем Торговой
палаты.
VII. Продукты любого рода, промышленные и земледель-
ческие, должны быть помещены в национальные товарные склады
и вверены попечению служащих или управляющих, которые
должны оплачиваться жалованьем, устанавливаемым Торговой
палатой.
VIII. Эти национальные товарные склады должны снабжать
все розничные магазины; последние также должны быть вверены
попечению служащих или управляющих, назначаемых с твёр-
дым окладом Торговой палатой.
IX. Вся заработная плата и жалованье должны уплачиваться
деньгами, лишёнными внутренней стоимости, причём цена то-
варов состоит, во-первых, из издержек на материал, во-вторых,
из заработной платы и, в-третьих, из такого процента, или при¬
были, который будет достаточен для того, чтобы обеспечить по¬
степенное и достаточно быстрое увеличение капитала, равно
как и покрытие расходов на ренту, процент на капитал, жало¬
ванье, обесценение запасов, непроизводительный труд, неожи¬
СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
95
данные случайности и на все национальные издержки, которые
подлежат более подробному определению в дальнейшем.
X. Земля, капитал и труд ассоциации должны быть посвящены
в первую очередь снабжению национальных товарных складов
разнообразными товарами, являющимися обычными предметами
необходимости, удобства и житейского комфорта.
XI. Всякий раз как окажется, что какого-либо товара ско¬
пилось на национальных товарных складах слишком много, что
будет свидетельствовать о ненужности продолжать его произ¬
водство в прежнем объеме, тотчас же часть капитала и труда,
занятого в производстве указанного предмета, должна быть
посвящена другой цели, т. е. производству какого-либо другого
предмета, которого нет в таком избытке.
XII. Если эти изменения повлекут за собой потерю или убы-
ток, то последние должны быть отнесены за национальный счёт
и должны составить одну из статей, оплачиваемых с помощью
процента, надбавляемого к цене продукта труда ассоциации.
XIII. В течение того времени, которое необходимо должно-
пройти между оставлением одного занятия и обращением к дру¬
гому, работники должны оплачиваться полной еженедельной
суммой, которую они обычно получали; эти расходы также
должны быть отнесены на национальный счёт.
XIV. Если бы вследствие значительных усовершенствований
машин или по какой-либо иной причине производительные силы
труда сильно возросли, так что для производства обычных про-
даваемых на рынке запасов достаточно было бы небольшой доли
того необходимого количества людей, которое в настоящее время
в нём занято, то в таком случае пусть руководствуются следую-
щим простым правилом: коль скоро мы оказываемся снабжён¬
ными обычными предметами необходимости и житейского ком¬
форта, то мы применяем наш труд и капитал к производству
предметов украшения и роскоши; и столь же невозможно, чтобы
производство когда-либо превысило спрос, как невозможно, чтобы
человечество когда-либо перестало желать того, чем оно не
обладает. Это правило не имеет никаких ограничений, условий
и оговорок. Ему можно с определённой выгодой следовать до
тех пор, пока земля будет продолжать вращаться.
XV. Национальная торговая ассоциация должна рассматри-
‘ваться как корпорация, состоящая из коммерческих соучастни-
ков, на основании того же самого принципа, в той же самой
мере и только в той же мере, в какой в настоящее время все
люди являются политическими соучастниками в соответствую-
щих государствах, к которым они принадлежат, будучи одина¬
ково подчинены и пользуясь защитой одного и того же всеобщего
закона, но без малейшего смешения частной собственности или
пожертвования индивидуальным правом.

96
ДЖОН ГРЕЙ
XVI. Главной задачей ассоциации должен быть возможно
более быстрый возврат взятого в ссуду капитала, с помощью
которого ассоциация должна приступить к операциям, и обеспе-
чение себя, со всей возможной быстротой, достаточным количе-
ством собственной земли и капитала.
XVII. Национальный банк должен вести регулярный учёт
всех операций ассоциации способом, который будет в дальнейшем
описан, и должен опубликовывать ежегодный баланс, показы-
вающий все его поступления, расходы и состояние его финансов.
XVIII. Определённое число членов должно иметь право в
любое время потребовать и получить разъяснения обо всём, что
может показаться неудовлетворительным или неясным в нацио-
нальном балансе.
XIX. Торговая конституция должна быть составлена под¬
робно и в ясной форме, и нужно покорнейше просить прави¬
тельство его величества утвердить Национальную торговую
ассоциацию и покровительствовать ей под условием, что во всех
своих действиях она будет строго придерживаться принципов
своей конституции.
XX. Торговая конституция никогда не должна быть изме-
нена иначе, как с общего согласия установленной политической
власти и Торговой палаты.
Сведущий друг, который недавно оказал мне честь просмот-
ром этих страниц, когда они были в рукописи, был тотчас же
удивлён сходством между установленными здесь принципами
Социальной системы и правилами обыкновенной акционерной
компании. Следует сразу же признать, что сходство, действи-
тельно, на первый взгляд имеется, но оно не простирается ни на
йоту далее, чем сходство между грибом и поганкой или между
золотом и позолоченной медью.
Разница заключается в следующем. Обыкновенная акцио-
нерная компания является только соединением лиц и капитала,
первичная задача которого — вести какую-либо отрасль тор¬
говли или промышленности с целью конкуренции с другими тор¬
говцами или же с целью попытаться монополизировать торговлю
целиком, что, например, имеет место в случае с Ост-Индской
компанией; конечной целью всего предприятия является частная
выгода.
Напротив, специальная цель проектируемой торговой ассо-
циации — сделать производство неизменной причиной спроса и
придать посредством тщательно • организованного плана произ¬
водства, обмена, распределения и накопления наибольшую эф¬
фективность, какая только возможна, труду и капиталу, кем бы
первый ни был затрачен и кому бы ни принадлежал последний.
Конечной целью, следовательно, здесь является предоставление
всей выгоды от соглашения обществу и каждому входящему в его
СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
97
состав индивиду в долях, соответствующих его трудолюбию и
богатству.
Правда, эта тема слишком обширна и слишком сложна, для
того чтобы в ней можно было разобраться с первого взгляда и
чтобы ее можно было усвоить с той степенью внимания, какую
уделяет профессиональный критик новой повести, прочитывая
ее с целью рецензирования. Тем не менее очень небольшое
размышление убедит любого человека, вообще способного со¬
ставить себе мнение по такому вопросу, что рекомендуемый
здесь план действий неизбежно привёл бы к очень высокому
национальному благосостоянию. Ибо трудящиеся классы ни¬
когда не страдали бы более ни одного часа от безработицы, лич¬
ные тревоги о делах также исчезли бы. Хотя трудолюбие и вни-
мание были бы не менее необходимы, чем теперь, но незаслужен¬
ные несчастья в виде банкротства или несостоятельности были бы
совершенно предотвращены. В свою очередь высшие классы
получили бы прекрасную сферу для вложения своих денег; а
правительство, как надлежащим образом будет показано, было
бы избавлено от неприятного и дорогостоящего дела собирания
налогов. И, наконец, нация не знала бы никакой другой границы
для своего богатства, кроме исчерпания своего трудолюбия,
истощения своих производительных сил или удовлетворения
своих потребностей.
После того как главнейшие черты Социальной системы, та-
ким образом, вкратце описаны, я теперь перейду к более подроб¬
ному и точному рассмотрению вопроса.
ГЛАВА IV
Производство. — Труд — источник богатства. — Обеспечение собствен¬
ности.— Разделение занятий. — Капитал.—Описание способа, как
вести промышленность и земледелие, чтобы спрос всегда шёл в ногу
с производством.
Наслаждение жизнью является общей целью всего, что люди
предпринимают, а первоначальным источником всех средств
наслаждения является труд. Даже земля лишена какой бы то
ни было ценности до тех пор, пока не приложен труд для того,
чтобы собирать, увеличивать и регулировать ее продукты, а
капитал, т. е. накопленные ценности, является всецело резуль-
татом усилия, применённого либо для производства, либо для
присвоения богатства.
Но, хотя труд является единственным источником богатства,
имеются еще другие условия и обстоятельства, которые должны
быть учтены при рассмотрении вопроса о производстве и которые
98
ДЖОН ГРЕЙ
усиливают побуждение к трудолюбию и способствуют его дей-
ствиям.
Одним из этих условий является обеспечение собственности,
о котором г-н Мак-Куллох замечает следующее: «Обеспечение
собственности является первым и самым неотъемлемым условием,
необходимым для производства богатства. Его полезность в этом
отношении, действительно, столь очевидна и так бросается в
глаза, что оно в той или иной мере существовало в любой стране
и в самые ранние и невежественные времена. Ясно, что ничто
никогда не могло бы побудить кого бы то ни было заняться
каким-либо видом труда — никто не приручал бы диких живот-
ных, не расчищал бы и не обрабатывал бы почву,— если бы
по прошествии месяцев и лет труда, когда его стада стали бы
многочисленными, а его хлеба готовыми для жатвы, чужой че-
ловек мог бы похитить у него продукты его труда».
Если, однако, обеспечение собственности необходимо в ка-
честве побуждения к деятельности, то не меньшее значение имеет
разделение занятий, ибо значение его как средства для увели-
чения производительности труда совершенно неоценимо.
Выгоды, вытекающие из этого принципа, обычно подразде-
лялись на следующие рубрики: «во-первых, возрастание искус¬
ности и ловкости работников; во-вторых, сбережение времени,
обычно теряемого на переход от одного занятия к другому, и,
в-третьих, разделение занятий имеет тенденцию облегчать
изобретение машин и способов для сокращения и сбережения
труда».
Насчёт возрастания искусности, являющегося результатом
разделения занятий, г-н Милль в своих «Элементах политической
экономии» замечает, что «основанием этого рода усовершенст-
вований является то обстоятельство, что действие, выполняемое
нами вначале медленно, выполняется благодаря повторению со
всё большей и большей быстротой. Этот закон человеческой
природы столь известен и понятен, что он едва ли нуждается
в иллюстрациях. Хорошим примером является простейшее из
всех действий — равномерный барабанный бой. Человек,
никогда не практиковавшийся в подобном деле, при первой
пробе часто удивляется медленности, с которой он его выпол-
няет, но еще более поразительна быстрота опытного барабан¬
щика».
О сбережении времени благодаря разделению труда г-н Мак-
Куллох говорит: «Эффект разделения труда, заключающийся
в том, что не приходится терять времени на переход от одного
занятия к другому, что всегда имеет место, когда один человек
занимается различными делами, ещё более очевиден, чем выгода,
доставляемая увеличением искусности и ловкости рабочего.
Когда один и тот же человек занимается различными делами

СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
99
в различных и, быть может, далеко друг от друга отстоящих
местах и с помощью различных видов орудий, то, очевидно, не¬
возможно, чтобы он мог избегнуть потери значительной доли
времени на переход от одного занятия к другому. Если бы раз?
личные дела, которыми занят рабочий, могли выполняться в
одной мастерской, то потеря времени была бы меньшей, но даже
в этом случае она была бы значительной». И далее: «Что касается
влияния разделения занятий на облегчение изобретения машин
и способов для сокращения и сбережения труда, то очевидно,
что те, кто занят какой-либо отраслью деятельности, скорее
могут открыть более лёгкие и удобные методы ведения её, когда
всё их внимание посвящено исключительно этой деятельности,
чем когда их внимание рассеивается между множеством задач».
Но выгоды, проистекающие от разделения занятий, так часто
описывались и в настоящее время так общеизвестны, что здесь
достаточно только признать их, говоря языком экономистов,
в качестве установленных принципов социальной науки.
Другим условием, существенным для производства и без
которого невозможен сколько-нибудь значительный прогресс
по пути к благосостоянию, является накопление капитала,
о котором многое будет сказано ниже. На сей раз достаточно будет
ещё одной цитаты. «Что,— говорит г-н Мак-Куллох,— мог бы
сделать самый искусный земледелец, если бы он был лишён
своего плуга и заступа, ткач, если бы он был лишён своего станка,
плотник, если бы он был лишён своей пилы, топора и рубанка?
Разделение труда не может проводиться в сколько-нибудь зна-
чительном объёме без предварительного накопления капитала».
«Для того чтобы труд мог быть разделён,— говорит д-р Адам
Смит,— должен быть накоплен где-либо запас различного рода
товаров, достаточный для содержания рабочего и для снабжения
его материалами и орудиями. Ткач не может посвятить себя все-
цело своей специальности, если не имеется наперёд собранного
где-либо и находящегося либо в его владении, либо во владении
других лиц запаса, достаточного для его существования и для
снабжения его материалами и орудиями его труда до тех пор,
пока он не только произведёт, но и продаст свою ткань. Это
накопление, очевидно, должно быть сделано раньше, чем он
посвятил себя на столь продолжительный срок подобной спе-
циальности».
На указанных соображениях, как бы они ни были необхо¬
димы для систематического трактата по политической экономии,
едва ли необходимо задерживаться в данной книге, главная за¬
дача которой — доказать значение определённого принципа; и
когда мы говорим специально о промышленности, то производ¬
ство можно, быть может, яснее определить как результат мате-
риала, капитала и труда. Итак, задача этой главы — показать,
ДЖОН ГРЕЙ
жаким образом производство товаров может вестись со значи-
’тельно большей выгодой, чем в настоящее время; и если читатель
возьмёт на себя труд ознакомиться с самого начала с принци¬
пами Социальной системы, описанными в предыдущей главе,
то он тем скорее поймёт содержание этой и последующих
глав.
Читателям уже будет понятно, что Социальная система при-
знаёт полезной лишь одну контролирующую и руководящую
силу, лишь одного судью в вопросе о том, какого рода товары
и в каком количестве целесообразно доставлять на рынок,—
Торговую палату, которая, имея возможность всегда определить
наличный запас любого рода товаров, могла бы всегда сразу
сказать, где производство должно идти быстрее, где оно должно
идти своим обычным темпом и где оно должно быть замедленно.
Следовательно, хозяин фабрики, как его теперь именуют,
должен быть агентом, ибо он должен был бы увеличивать или
уменьшать размеры своего производства, когда бы от него этого
потребовали, или даже совсем прекратить своё дело, если бы
это оказалось нужным. Нет надобности долго думать, чтобы
понять, что если в каком-либо случае имеются налицо три фаб¬
рики там, где достаточно было бы двух, то было бы значительно
лучше, если бы одна из них с самого начала была приостановлена,
чем если бы все три вели конкурентную борьбу в ожидании того,
какая из них будет уничтожена. Человек перестаёт есть, когда
его голод утолён, а нация должна перестать производить опре-
делённый предмет, когда она имеет достаточное количество
его.
Но посмотрим на последствия этой перемены. На основе
принципов Социальной системы она создаст вместо зла благо.
Предположим, что А и В являются производителями предметов
жизненной необходимости и что цена этих предметов представ-
ляет собой, следовательно, заработную плату двух лиц. Но вот
оказывается, что А может производить достаточное количество
предметов необходимости для самого себя и, кроме того, для В.
Что отсюда следует? Цена предметов необходимости для обоих
теперь сведена к заработной плате одного. Поэтому в дальнейшем
В производит предметы роскоши; его предложение — предложе-
ние одного человека — является также спросом одного человека;
таким образом, образуется рынок для всех продуктов. А и В
оба теперь могут позволить себе иметь предметы роскоши, по¬
тому что половина предметов роскоши, производимых В, яв¬
ляется эквивалентом, отдаваемым им за половину предметов
необходимости, производимых А *
Но не так обстоит дело при современной системе обмена, и
отсюда сумасбродные идеи по вопросу о перепроизводстве. По¬
смотрите, что говорит по этому поводу человек первоклассного
СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
101
ума в своей недавно появившейся работе: «С помощью машин,—
говорит г-н Джордж Комб 1 в своем опыте о «Строении челове-
ка»,— и научных данных почва может обрабатываться, и все¬
возможные предметы необходимости и роскоши могут произво¬
диться в большом изобилии с умеренной затратой труда любым
населением, которое само по себе не является избыточным.
Если бы люди остановились, как только они достигли этого
пункта, и посвятили бы остаток каждого дня моральным и ин-
теллектуальным делам, то результатом был бы готовый и по¬
стоянный рынок, ибо последний не был бы переполнен». И далее:
«Трудящееся население Британии обречено на десяти-двенад-
цати- и даже четырнадцатичасовой ежедневный труд, истощающий
его мускульную и нервную энергию, совершенно калечащий его
и, кроме того, не оставляющий ему никакого досуга для мораль-
ных и интеллектуальных дел. Результат тот, что все рынки пере¬
полнены продуктами, цены вначале разорительно понижаются,
рабочие остаются без работы и лишаются средств к существова-
нию, до тех пор пока не будет потреблён излишний продукт их
прежней чрезмерной работы и даже несколько больше. После
этого цены поднимаются слишком высоко в результате падения
производства ниже размеров спроса, рабочие возобновляют свой
труд на основе своей прежней системы чрезмерного напряжения;
они снова переполняют рынок и снова становятся безработными
и испытывают страшную нужду».
Это было бы совершенно невозможно, если бы производство
было постоянной причиной спроса. Люди, я уверен, перестали бы
работать, как невольники, по двенадцати или четырнадцати
часов в день, если бы была введена рациональная система об-
мена, ибо, будучи надлежащим образом воспитаны,— что яв¬
ляется неизбежным результатом национального благосостоя-
ния,— они безусловно предпочитали бы работать половину этого
времени и наслаждаться в течение другой половины. Но я ут¬
верждаю, что при рекомендуемом здесь порядке обмена, если бы
люди должны были работать по двадцать четыре часа в сутки
и если бы сверх того труд каждого человека был равносилен
действию паровой машины в пятьдесят лошадиных сил, то про¬
изводство никогда не могло бы превысить спрос и рынок ни од¬
ного часа не мог бы быть переполненным, ибо, как неточно гово-
рит о современной системе г-н Милль, «спрос и эквивалент яв¬
ляются синонимами, и один может замещать другой. Эквивалент
может быть назван спросом, а спрос — эквивалентом». Характер
доставляемых на рынок продуктов может измениться, они могут
превратиться из предметов необходимости в предметы роскоши
и из предметов роскоши в предметы излишества, свободные
1 George Comb (1788—1858) — френолог и «моралист». — Прим, перев^
102
ДЖОН ГРЕЙ
профессии (правда, не юридическая и не медицинская, но искус¬
ство рисования, скульптуры, музыки и многие другие) умножи¬
лись бы до невероятных размеров, но не было бы переполненных
рынков.
В качестве общего примера того, как должны были бы вес¬
тись промышленность и земледелие, предположим, что сооружены
необходимые строения и машины и что управляющий, назначен¬
ный Торговой палатой для ведения дела, нанял некоторое коли¬
чество рабочих.
Итак, прежде всего управляющий в качестве доверенного
агента ассоциации должен иметь в неограниченном распоряже-
нии всё, чем ему как должностному лицу необходимо располагать.
Он должен быть снабжён всеми материалами, необходимыми для
ведения его дела, т. е. не только главными материалами, из коих
состоят сами товары, но также и теми, которые потребляются
в процессе производства, как каменный уголь, красящие веще¬
ства и т. д., на сумму, например, в тысячу фунтов. Он также
должен получить от банка, который сейчас будет описан, другую
тысячу фунтов деньгами. Рабочие, поставленные на работу,
производят из указанных материалов определённое количество
товаров и получают тысячу фунтов в качестве своей заработной
платы. Когда товары передаются в соответствующий националь-
ный товарный склад, счёт агента с банком тотчас же баланси¬
руется, причём сдаваемые товары являются единственным пла-
тежом, требуемым за материалы и деньги, вверенные агенту.
То, что можно назвать непосредственными издержками такого
производства товаров, состояло бы, следовательно, только из
материала и труда; и на этой стадии дела не представляется же-
лательным прибавление к их цене чего-либо на другие расходы
по ренте, управлению и т. д.
Таким образом, всякий вид производительного занятия,
заключается ли он в добывании или изготовлении материала
для использования его на других фабриках, как, например,
добыча металлической руды или прядение хлопка, или же в
производстве готовых для рынка товаров, может вестись с такой
степенью лёгкости и с такой выгодой, какие совершенно несов-
местимы с существующим общественным порядком, при котором
фабрикант, произведя товары, должен найти рынок для их про¬
дажи, где и как он может. Ассоциированному фабриканту не
нужно было бы искать рынка, торговаться с покупателями, опа¬
саться сомнительных долгов, мучиться из-за денег или беспо-
коиться из-за торговых затруднений. Ему ну^снобылобы только
выполнять ясные и простые обязанности и получать щедрое
вознаграждение.
Хозяевам существующих фабрик стоит только понять совре¬
менную систему, чтобы склониться к выбору лучшей. В самом
СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
103
деле, мало таких людей, которые долго колебались бы променять
случайность на уверенность при условии, что величина прибыли
была бы в последнем случае большей или даже одинаковой. А со¬
гласно предлагаемому теперь плану фабрикант мог бы перво¬
начально, т. е. до тех пор, пока не было бы всеми признано боль¬
шое превосходство Социальной системы, сохранять законное
владение своим капиталом и, став членом торговой ассоциации,
получать определённый и значительный доход, во-первых, в
виде фиксированных платежей за пользование его строениями и
машинами и, во-вторых, в виде жалованья в качестве управляю-
щего своими собственными предприятиями.
Земледелие должно было бы быть поставлено на точно такую
же основу. Вся земля, находящаяся во владении ассоциации,
должна была бы обрабатываться доверенными агентами, полу¬
чающими из национальных товарных складов все материалы,
необходимые для производства, и из банка деньги для оплаты
своих рабочих; взамен этого вся продукция должна была бы пере¬
даваться в другие национальные товарные склады. Например,
фермеру вверяется определённое количество земли, и он полу-
чает указания насчёт общего плана, согласно которому она
должна возделываться. Он нанимает рабочих, платит им деньги,
которые он берёт по своему усмотрению из банка, и передаёт
своё зерно и скот, когда в них есть надобность, в национальные
склады. Непосредственными издержками производства в этом
случае, как и в случае с фабрикантом, были бы, следовательно,
потреблённый материал и затраченный труд.
Особого замечания заслуживают здесь границы, существую-
щие для разделения занятий, о котором уже была речь в этой
главе. Разделение труда должно быть всегда ограничено разме-
рами рынка, и выгоды этого разделения мы уже видели. Очевидно,
что если какая-либо работа будет слишком незначительной вслед-
ствие её малого масштаба, для того чтобы занять человека це-
ликом, то он должен будет заниматься более чем одной работой,
и, таким образом, он неизбежно станет менее искусным и труд
его менее производительным.
Это помогает уяснению одного из преимуществ предлагаемой
Социальной системы. Рынок в настоящее время ограничивается
существующей между торговцами конкуренцией. Плотник, на-
пример, конкурирующий с другими плотниками, занимающимися
тем же делом, имеет сравнительно очень небольшой рынок для
продуктов своего труда; но если бы там, где в настоящее время
имеется двадцать небольших предприятий этого рода, было
вместо них учреждено одно большое, то разделение занятий и
продукция увеличились бы в огромных размерах.
Благодаря действию того же. самого принципа производитель¬
ные силы труда увеличились бы до удивительных размеров ещё
104
ДЖОН ГРЕЙ
в одном отношении. Вскоре были бы введены машины во множе-
стве отраслей, в которых они в настоящее время или совершенно
не применяются, или же используются лишь в очень ограничен-
ном объеме и в очень невыгодных условиях вследствие незначи-
тельных размеров индивидуальных предприятий. В настоящее
время действует то правило, что число отдельных предприятий
в любой данной отрасли обратно пропорционально капиталу,
требующемуся для их ведения. Таким образом, в Лондоне имеется
бесчисленное количество торговцев углем; в самом деле, их так
много, что уже общеизвестно: когда человек не может добиться
успеха в какой-нибудь другой области, он становится торговцем
углем и мучает своих дядюшек и двоюродных братьев и их дядю-
шек и двоюродных братьев своими предложениями поставлять
им уголь. Почему это происходит, как не потому, что в Лондоне
человек может стать торговцем углем или, скорее, угольным
агентом, не имея и шести пенсов.
Конечно, продажа угля не является отраслью, в которой
применяются машины, и она упомянута лишь как пример того,
что количество предприятий сильно зависит от суммы капитала,
требующегося для их ведения. Токарное дело является другим
занятием, часто ведущимся в столь же мелких масштабах. Оно
в настоящее время делится на столько маленьких предприятий,
что не найдётся и одного токаря из двадцати, который пользо¬
вался бы механической силой. Вместо неё, следовательно, исполь¬
зуются люди при издержках, быть может, в пятьдесят раз боль-
ших, ибо если бы примерно сотня таких мелких предприятий
была объединена в одно, то одна паровая машина доставляла бы
механическую силу для всех работ, и, как и в плотничьем деле,
различные операции подразделялись бы также в более значи¬
тельной стелен I
Нет надобности продолжать рассуждение, беря в пример
другие отрасли; в самом деле, перемена в этом отношении была
бы так благодетельна, что правильное изображение её преиму-
ществ показалось бы нелепым преувеличением. Если, однако,
можно установить как правило, почти не знающее исключений,
что машин не может быть введено слишком много и что человек,
постоянно занятый выполнением одной операции, сделает во
много раз больше, чем тот, кто постоянно меняет свои инстру¬
менты и переходит от одного вида занятий к другому, то ясно,
что современный торговый порядок общества превосходно рас-
считан на то, чтобы ограничить действие этих весьма благоде-
тельных принципов самыми узкими рамками, какие только
возможны.	»

СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
105
ГЛАВА V
Обмен. — Обмен — отец общества. — Современный порядок обмена в
корне дефективен. — Необходимость меры стоимости— Золото, серебро
и банкноты при теперешнем их употреблении совершенно непригодны
для той цели, для которой они предназначены. — Определение над-
лежащего употребления и свойств денег. — Описание усовершенство-
ванного порядка обмена. — План Национального банка. — Золотая,
серебряная и медная монеты. — Экспорт и импорт.
Если труд создаёт все ценные для человечества вещи, то об-
мен даёт отдельным людям возможность пользоваться множеством
вещей, которых без этого они с помощью своего собственного
труда никогда не могли бы получить. При развитом состоянии
общества пища, одежда и жилище, обычно употребляемые почти
всеми классами, состоят из огромного количества составных
частей, являющихся результатом трудолюбия людей, разбросан-
ных по поверхности целого полушария. Между тем очевидно,
что если бы каждый человек мог обладать лишь тем, что непо¬
средственно и прямо произвёл трудом своих собственных рук,
то человечество никогда не вышло бы из состояния грубейшего
невежества и варварства.
Обмен, следовательно, может быть назван связью и основой
общества. Тем не менее вполне законен вопрос, хорош ли суще-
ствующий порядок обмена, основан ли он на правильных прин-
ципах и приспособлен ли он к тому, чтобы дать нам все те блага,
на которые даёт нам право рассчитывать и надеяться современное
развитое состояние человеческих знаний и ресурсов.
И на эти вопросы я отвечаю недвусмысленно и решительно:
нет. Наша система обмена является убежищем злого чудовища,
господствующего над цивилизованным миром, вознаграждая
трудолюбие голодом, усилия — разочарованием, и лучшие стрем-
ления наших правителей приносить благо — затруднениями,
смятением и неудачей. И именно наша система обмена производит
путаницу в представлениях людей об их общих интересах хуже
вавилонского столпотворения.
Дайте нам — а это уже почти в наших руках — парламент¬
скую реформу, дайте нам всеобщее избирательное право и тай¬
ное голосование, одногодичные парламенты, свободную торговлю,
погашение государственного долга, свободу от всех налогов,,
отмену унии и любую другую вещь, которая когда-либо была
предметом надежд и разочарований,— и тем не менее этот демон
торговой неурядицы будет держать наше благосостояние в своих
железных когтях и будет смеяться над нашим невежеством и
безумием, когда он увидит, что все наши тяготы, как мы их назы-
ваем, устраняются одна за другой, между тем как мы продолжаем
всё глубже погружаться в бездну отчаяния под тяжестью угне-
тающего нас невидимого, но огромного бремени.

106
ДЖОН ГРЕЙ
Поскольку, однако, желательно и привычно для людей по¬
свящать себя отдельным занятиям и существовать каждому
с помощью обмена того, что он производит, на бесчисленные доли
труда других людей и поскольку мы не можем сколько-нибудь
удобно производить прямой обмен продуктов на продукты,
постольку необходимой принадлежностью всякого общества,
ведущего торговлю, является орудие обмена, служащее мерой
стоимости. И до сих пор ещё никогда ни одна нация на земле
не пользовалась удобным и хорошим орудием этого рода.
Подлинное употребление денег состоит точно в том же, в чём
состоит употребление весов и мер: в том, чтобы оценивать и со-
измерять меновые сделки, облегчать дачу и получение эквива-
лентов. Поэтому деньги в качестве самого обыкновенного пред¬
мета повседневной жизненной необходимости должны были бы
быть столь же дешёвыми, столь же простыми и столь же доступ¬
ными для тех, кто имеет какую-либо вещь для обмена, как весы
или фунтовая гиря.
Золотая монета совершенно непригодна для этой цели, по¬
тому что она всегда употребляется по принципу равенства её
по стоимости тому, представителем чего она является, а так как,
по крайней мере в девяноста девяти случаях из ста, вещи, пред-
ставителем которых является монета, способны значительно
быстрее увеличиваться в количестве, чем золото, то всякое уве-
личение количества других продуктов обычно сопровождается
неминуемым риском, что они будут проданы по пониженной де¬
нежной цене, т. е. с убытком вместо прибыли. И, таким образом,
производство постоянно ограничивается и тормозится имеющимся
всегда в сознании фабриканта опасением произвести слишком
много. Теперешней границей производства является не то коли¬
чество, которое может быть создано, а то количество, которое
может быть продано с прибылью.
Против банкнот верно то же возражение, что и против золота,
ибо они постоянно выпускаются против обеспечений, которые
в общей сложности всегда имеют большую стоимость, чем предо¬
ставленные под них в ссуду деньги. Таким образом, имеется
постоянный недостаток денег, постоянная лёгкая возможность
получить за деньги всё, что нам нужно, и постоянная трудность
получить деньги за другие вещи. Короче говоря, такие деньги,
какие употребляются в настоящее время, являются только
товаром, цена которого поднимается и падает подобно всякому
другому товару в соответствии с тем, насколько спрос на него
велик или мал.
Когда количество других годных к продаже продуктов уве¬
личивается, т. е. когда производство их идёт быстрее, чем пот-
ребление, то спрос на деньги в общем также увеличивается; но
так как деньги обычно не имеют тенденции возрастать в коли-
СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
107
честве столь же быстро, как другие продукты, то если бы фабри¬
канты давали полный простор своим производительным силам,
за деньги всегда требовалось бы всё большее количество всего
того, что обменивается на них. Отсюда — сильная задержка
производства, опасение производить слишком много, боязнь
того, как бы за предмет не было получено меньше денег, чем он
стоит. Фабрикант должен заботиться о рынке для своего товара,
прежде чем он произвёл его, или во всяком случае, если у него
большой запас, он не будет пополнять его быстрее, чем его по¬
купатели будут брать из этого запаса. Тщетно рабочие будут
говорить ему: «Мы трудолюбивы и хотим работать; у вас есть
капитал для того, чтобы занять нас; наши потребности не удов¬
летворены». Всё это сущие пустяки для делового человека, ко¬
торый с ловкостью фокусника должен играть своим капиталом,
как картами, чтобы выиграть ставку — получить приз.
Много забот должно всегда уделяться тому, чтобы товары
не производились слишком свободно, дабы не понижалась их
денежная цена, потому что в этом случае предприниматель по-
терпел бы убыток, между тем как его целью было получить при¬
быль. Человек, производящий товары, не чеканит в то же время
гиней: нет соответствия между увеличением вновь созданного
богатства и увеличением количества денег, являющихся его
представителями; и, таким образом, однофунтовая банкнота
подобно члену парламента, число избирателей которого возросло,
получает относительно большее значение. В одном случае умень¬
шается ценность отдельного избирательного голоса, в другом —
ценность отдельной товарной единицы.
Далее, подобно тому как деньги не имеют тенденции систе¬
матически увеличиваться в количестве по мере того, как увели¬
чивается количество других продуктов, они не имеют также
обыкновения уменьшаться по мере того, как другие продукты
потребляются. Шиллинг, на который покупается каравай хлеба,
одинаково находится в обращении, как до того, как хлеб произ-
ведён, так и после того, как он съеден.
Таким образом, стоимость денег постоянно подвержена изме-
нениям. Больше путаницы и вреда не могло бы получиться, если
бы такого же рода изменениям были подвержены весы и меры.
От денег требуется, чтобы они давали возможность любому
человеку в любое время обменивать с возможно меньшей затра¬
той времени, труда и заботы любой предмет любой стоимости
на любой продаваемый на рынке товар равной стоимости, кото¬
рый ему захочется иметь взамен.
Соответствует ли какой бы то ни было вид денег, находящихся
теперь в обращении, этому превосходному образцу? Если, на-
пример, человек строит дом, выращивает хлеб или изготовляет
товары, то может ли он наверняка и немедленно обменять дом.
108
ДЖОН ГРЕЙ
хлеб или товары на их стоимость в деньгах с тем, чтобы эта стои¬
мость была справедливым вознаграждением за хлопоты по над¬
зору и за пользование применяемым капиталом плюс издержки
на труд и материал для их производства? Общим ответом на этот
вопрос будет, если сказать истину,— нет.
Повторим вопрос: обладал ли бы тот вид денег, который мы
теперь намерены рекомендовать, всеми этими желательными
свойствами? Могли ли бы фабриканты, фермеры и строители
тотчас же получить в деньгах стоимость своих продуктов, дающую
им в каждом случае указанным выше путём справедливую и
разумную прибыль? Ответ гласит: конечно, могли бы, всегда, во
все времена года и без малейшей неопределённости или риска.
Могло бы наступить время, когда фермеру было бы указано
производить одного товара больше, а другого меньше, чем до
сих пор, когда фабриканту было бы указано снабжать людей
скорее предметами роскоши и удовольствия, чем предметами
необходимости, и когда строителю было бы указано лучше укра¬
шать, чем сооружать; но никогда не могло бы настать время,
чтобы производство могло превысить спрос или чтобы трудно
было найти немедленный сбыт для любой вещи в мире, произве¬
дённой в согласии с принципами Социальной системы. И тот,
кто попытался бы опровергнуть это утверждение, напрасно
изощрял бы свою изобретательность.
Деньги должны были бы быть только квитанцией, свидетель-
ством того, что обладатель их либо внёс определённую стоимость
в фонд национального богатства, либо приобрёл право на ука¬
занную стоимость от лица, передавшего её туда. Назначение
квитанции состояло бы в том, чтобы дать возможность держателю
её.'получить обратно стоимость, которая была отдана за неё,
когда бы ему ни заблагорассудилось и в любой, какая может ему
понадобиться, форме. Но деньги не должны были бы иметь
внутренней стоимости; и это им не в большей мере нужно, чем
нужно было бы человеку, имеющему полную кладовую ценных
вещей для продажи, носить в своём кармане золотые сертификаты,
для того чтобы доказать другим, что товары действительно
имеются там. С таким же успехом для этого пригодилась бы
засвидетельствованная опись, а деньги должны были бы быть
только портативными, удобопередаваемыми из рук в руки, де-
лимыми и не поддающимися подделке свидетельствами о на-
личии богатства в запасе.
Но опишем денежное устройство проектируемой ассоциации.
Должен быть учреждён Национальный банк, обладающий ис-
ключительным правом изготовления бумажных денег и выдачи
их по требованию агентов, уполномоченных ассоциацией. Банк
должен будет вести национальные книги и отдельные счета со
всеми агентами по способу, который мы теперь опишем.

СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
109
Все товары, как уже было сказано, должны передаваться из
соответствующих фабрик на национальные товарные склады,
и здесь к цене уже затраченного труда и материала, что в пред¬
шествующей главе было названо непосредственными издержками,
должен быть прибавлен процент, или прибыль, установленная
Торговой палатой для оплаты различных расходов в виде ренты,
процента на капитал, издержек по управлению, жалованья,
обесценения запаса, неожиданных случайностей и всех нацио-
нальных издержек. Так получилась бы розничная цена товаров.
Национальные товарные склады, разумеется, должны быть
многочисленны, и они должны быть также надлежащим образом
размещены по всей стране, чтобы в них находились предметы,
обычно потребляемые в том округе, в котором они производятся.
Но для товаров портативных и не очень подверженных порче,
как, например, большая часть предметов одежды и галантереи,
потребовалось бы гораздо меньше товарных складов, потому что,
как это происходит в настоящее время, их можно было бы от¬
правлять из одного края королевства в другой с сравнительно
небольшими издержками по отношению к их стоимости.
Следующая и последняя категория товарных складов должна
состоять из розничных магазинов, снабжаемых из общих товар-
ных складов всеми видами товаров, каждый по своей специаль-
ности. Они подобно всем другим управлялись бы агентами. Все
товары, отправляемые в розничные предприятия, должны были
бы засчитываться в оптовом отделении по розничной цене. Счёт
розничных агентов с банком тогда балансировался бы двумя
статьями: прежде всего он должен дебитоваться на сумму всех
отправляемых товаров. После продажи их во всех случаях за
наличные деньги, которые периодически передаются банку, под¬
водятся месячные, квартальные или годичные балансы; стоимость
наличного товарного запаса агента плюс сумма денег, передан-
ных им банку, всегда точно составляла бы стоимость товаров,
на которую агент был дебитован.
Согласно этому плану очевидно, что, поскольку номинальная,
или денежная, цена всего имущества, имеющегося в запасе, целиком
состояла бы из денег, выданных банком соответствующим членам
ассоциации, количество денег в обращении всегда было бы в точ¬
ности эквивалентно номинальной, или денежной, стоимости
запаса имущества. Деньги, следовательно, увеличивались бы в
количестве по мере того, как увеличивалось бы количество про-
дуктов', деньги уменьшались бы в количестве по мере того, как
продукты изымались бы или потреблялись, и спрос всегда шёл
бы в ногу с производством.
Последнее положение, однако, нуждается в единственной
оговорке или, скорее, в следующем пояснении: годовой спрос
оказался бы меньше годового производства именно на такое
но
ДЖОН ГРЕЙ
количество богатства, какое ежегодно накоплялось бы. Но это
различие скорее номинальное, чем реальное, ибо согласно изло-
женным принципам ни один подверженный порче предмет ни¬
когда не был бы произведён в количествах больших, чем нужно
было для потребления, а излишек или сбережение всегда состояли
бы из неподверженных порче товаров, как золото, серебро и
другие предметы такой внутренней стоимости, которые могли
бы всегда быть обменены на предметы потребления. Следова-
тельно, на излишек фактически был бы спрос для целей сбере-
жения; и очевидно, что этот излишек не только не был бы злом,
но был бы явным свидетельством благосостояния.
В действительности вся система обмена была бы в точности
похожа на ту, которая теперь практикуется во всём королевстве
по отношению к одному единственному предмету — деньгам.
В настоящее время деньги кладутся в банк частными лицами,
получающими их оттуда, когда они нужны, с помощью чеков или
ордеров. И главное условие, необходимое нашей и всякой циви¬
лизованной нации для обеспечения своего торгового процветания,
состоит в том, чтобы сделать точно то же самое с продаваемыми
на рынке продуктами всякого рода по плану, намеченному и
организованному с таким совершенством, что .не могло бы воз¬
никнуть на практике никакого затруднения или неудобства.
Пусть продукты после предварительной оценки будут положены
в банк и извлекаются обратно, когда потребуются, с тем только—
с общего согласия — условием, что тот, кто вкладывает какого-
либо рода имущество в проектируемый Национальный банк,
может извлекать из него равную стоимость, из чего бы она ни
состояла, вместо того чтобы обязательно извлекать ту самую
вещь, которую он вложил. Обыкновенный банкир получает и
заботится только о деньгах, и он даёт деньги, и только деньги,
в обмен на деньги. Проектируемый национальный банкир получал
бы и заботился бы о всякого рода ценностях и давал бы обратно
взамен их любой род ценностей.
Далее следует объяснить одну важную часть вопроса об об-
мене. Как было указано, все дела страны или ассоциации должны
вестись полномочными агентами или управляющими, которые
должны брать деньги из банка, когда они им нужны, и получать
материалы или товары друг от друга, когда это требуется. Могут
спросить, не будет ли исключительно трудно контролировать
надлежащим образом различных агентов? Ответ на это заклю¬
чается в том, что нельзя представить себе ничего более ясного
и простого, чем были бы эти национальные счета. Это станет
тотчас же очевидным, если представить всю ассоциацию тем,
чем она была бы на самом деле, а именно только одним большим
промышленным и торговым предприятием, а банк — его расчёт¬
ной конторой.

СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
111
Хотя каждый агент имел бы дело с каждым другим агентом,
всем сделкам можно было бы придать полную ясность. Уверен-
ность в правильности совершаемых людьми сделок была бы от¬
нюдь не меньше, чем та, которая существует где-либо в настоя¬
щее время.
Книги каждого агента должны, конечно, подвергаться конт¬
ролю банка; и благодаря тому, что от каждого агента требова¬
лось бы дебитовать себя всем, что он получает, и кредитовать
себя на всё, что он отчуждает, его счёт был бы всегда совершенно
ясным. Наличность, переданная банку, товары в запасе и товары,
проданные без платежа, т. е. посланные какому-либо другому
полномочному агенту ассоциации, всегда были бы в точности
равны по сумме наличности и товарам, которые были переданы
ему другими агентами и на которые он, следовательно, был бы
дебитован банком.
Не было бы надобности в ведении какого-либо дебиторского
и кредиторского счёта между одним агентом и другим. Не было
бы вообще надобности в каких-либо денежных сделках между
ними, равно как не было бы необходимости производить в какой
бы то ни было форме платёж за товары, полученные одним аген-
том от другого. Вместо того чтобы делать какой бы то ни было
платёж, каждый агент, кроме дебитования себя всем, что он
получает, и кредитования себя на всё, что он продаёт (все товары,
переданные одним агентом другому, всегда сопровождаются на¬
кладной), должен был бы посылать периодически, быть может,
еженедельно, копию кредитовой стороны своего счёта банку;
и эти документы составляли бы то, что может быть названо
банковским журналом. Поскольку различные статьи последнего
были бы внесены в счета соответствующих агентов,— причём
банк вёл бы дебиторский и кредиторский счета с каждым из
них,— сумму имущества в руках любого агента можно было бы
всегда установить при взгляде на его счёт в счётной книге банка.
Сам банк переносит также из своих книг на счета соответствую-
щих агентов всю наличность, переданную и полученную от них.
Чтобы сделать этот вопрос, если это возможно, ещё более ясным,
я приведу пример:
Во-первых, А — агент — получает товары стоимостью по
500 ф. ст. от каждого из агентов В, С и D, т. е. на 1 500 ф. ст.,
и от банка 500 ф. ст. наличными, что вместе составляет 2 000 ф. ст.
И он передаёт товары агентам Е, F,G и Н каждому по 500 ф. ст.,
всего на 2 000 ф. ст.
Следовательно, счёт А с банком балансируется в его собст-
венных книгах, и у него не остаётся в запасе ни товаров, ни денег.
Во-вторых, банк получает извещения от В, С и £>, что каждый
из них отправил А товары стоимостью в 500 ф. ст., что в совокуп¬
ности составляет 1 500 ф. ст.

112
ДЖОН ГРЕЙ
Банк вносит указанные статьи на дебет счёта А в банковских
книгах, равно как и ранее упомянутые деньги, отправленные им
самим А, т. е. 500 ф. ст.; итого 2 000 ф. ст.
Но когда А передаёт банку извещение, что он отправил то¬
вары стоимостью в 500 ф. ст. каждому из агентов Е, Е, G и Н,
что составляет вместе 2 000 ф. ст., то, после того как последние
вносятся банком на кредит А, его счёт теперь балансируется
в банковских книгах, и £, F, G и Н дебитуются банком на
500 ф. ст. каждый.
Этот порядок проще простого; он свёл бы дело ведения книг
менее чем к тысячной доле его современных размеров, и при
нём, очевидно, сохранялся бы эффективный контроль над чест¬
ностью агентов. Благодаря тому, что их счета никогда не балан¬
сировались бы между собой, а только с банком, ложное указание
насчёт каких-либо товаров, посланных какому-либо контрагенту,
немедленно помешало бы счёту этого контрагента балансиро¬
ваться в книгах банка и вело бы, таким образом, самым прямым
путём, какой только мыслим, к расследованию и разоблачению.
Другое неоценимое преимущество этого порядка вытекало бы
из лёгкости и определённости, с какой могла бы быть в любое
время установлена стоимость всего принадлежащего ассоциации
имущества или какого-либо особого его вида. Благодаря этому
Торговая палата имела бы наилучшее руководство для такого
регулирования производства товаров, при котором никогда не
было бы места для ненужного накопления каких бы то ни было
вещей.
Счета оптового агента с банком отличались бы от предыдущего
примера в одном отношении. В дополнение к сумме, на которую
они дебитовались бы другими полномочными агентами ассоциа-
ции, каждый оптовый агент должен был бы дебитоваться тем
процентом, о котором уже была речь и который было бы выгоднее
прибавлять здесь, чем в розничной торговле, вследствие большей
лёгкости осуществления этого дела, вытекающей главным образом
из очень небольшого количества оптовых фирм по сравнению
о розничными.
Например, оптовый агент дебитуется банком на 10 тыс. ф. ст.
за товары, переданные ему различными фабрикантами; но если
мы предположим, что необходимые начисления на издержки
производства товаров в соответствующих фабриках достигают
10%, то к дебету оптового агента в книгах банка должна была бы
быть прибавлена другая сумма в 1 тыс. ф. ст. под рубрикой
процента. И поскольку агент, таким образом, должен был бы
отчитаться в 11 тыс. ф. ст. вместо 10 тыс., он должен разложить
добавочную 1 тыс. на цену каждого в отдельности товара, т. е.
по 2 шилл. на каждый фунт, прежде чем этот товар будет передан
розничным агентам.

СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
113
Хотя мы утверждали, что бумажные деньги, увеличивающиеся
в количестве по мере того, как увеличивается продукция, и
уменьшающиеся в количестве по мере того, как продукция пот¬
ребляется, являются единственным рациональным орудием об-
мена, которое может употребляться для главных операций стра¬
ны, тем не менее очевидно, что для производства небольших
покупок необходим другой вид денег. И сейчас будет показано,
на основе каких принципов можно было бы продолжать употреб-
ление золотой, серебряной и медной монеты в качестве вспомо-
гательных орудий обмена. Одно или два вводных замечания мо-
гут помочь нам в наших стараниях достигнуть полного понимания
этого очень важного вопроса.
Если деньги имеют одинаковую стоимость с тем, представи¬
телями чего они являются, то они вообще перестают быть пред¬
ставителями. Одно из денежных свойств, которое более всего
желательно,— это, чтобы держатель их был вынужден в то или
иное время предъявить их к платежу в том месте, откуда он их
получил. Но если деньги будут иметь такую же внутреннюю
стоимость, как и та, что даётся за них, то в этом нет никакой
необходимости. Внёсший что-либо в национальный запас опла¬
чивается в действительности, когда он получает золотую или
серебряную монету за то, что он внёс. Он не имеет более притя-
зания на получение какой бы то ни было вещи в обмен на монету,
и его деньги не представляют более свидетельства того, что он
является собственником других товаров, в запасе. Он может,
правда, в будущем захотеть обменять свою монету на более
пригодные для потребления продукты, и, действительно, в рас-
чёте на это он получил монету; но это только является отдачей
одной ценности взамен другой, а подлинное использование денег
имеет совсем иной характер.
Деньги должны были бы означать только следующее: вы
внесли стоимость в запас национального богатства; мы являемся
свидетелями того, что она была получена от вас, и с нашей по¬
мощью вы будете в состоянии получить её снова обратно в любой
угодной вам форме. Ни один вид ныне существующих денег
вообще не соответствует этому требованию, поскольку первым,
самым существенным, самым ценным качеством денег является
их внутренняя бесполезность. У нас есть вещь, называющаяся
деньгами, состоящая либо из определённых товаров, обычно
употребляемых для осуществления меновых сделок, либо из
выпускаемых банкирами текущих обязательств, переходящих
из рук в руки таким же образом; но они заслуживают скорее
названия заместителей денег, чем самих денег. «Богатство, по¬
добно тысяче водяных потоков, возникающих в различных ме-
стах и обладающих различными качествами, должно стекаться
в один большой резервуар; и после смешения и объединения его
114
ДЖОН ГРЕЙ
различных качеств оно должно возвращаться к своим производи-
телям в количествах, равных тем, которые внесены каждым, но
обладающих качествами целого; а деньги должны быть только
мерой, используемой для того, чтобы дать каждому человеку
столько, сколько получено от него» (цитировано со стр. 93).
Золотая, серебряная и медная монеты, хотя и совершенно
непригодные для использования в качестве меры стоимости,
могут тем не менее употребляться в качестве вспомогательных
орудий обмена, для каковой цели их делает особенно пригодной
их прочность, делимость и удобство. Медная монета должна была
бы употребляться только в качестве вспомогательной, в качестве
некоего дополнения к шкале платежей, и все три вида монет
должны были бы рассматриваться в качестве товаров, совершенно
отличных от денег; они должны были бы покупаться и прода¬
ваться за деньги, но они никогда не должны были бы даваться
банком агентам в уплату за товары, полученные национальными
товарными складами, и банку нечего было бы делать с ними,
ибо, как сейчас будет показано, банку никогда не потребовалось
бы ни одной шестипенсовой монеты.
Золотые, серебряные и медные монеты, подобно всякому
другому товару, должны быть всегда подвержены повышению
и падению их стоимости, так как они добываются то с большим,
то с меньшим трудом. Следовательно; в различные периоды
времени их, равно как и других вещей, будут по необходимости
давать больше или меньше за однофунтовую банкноту, употреб¬
ляемую в качестве меры стоимости; но на практике эти изме-
нения не привели бы ни к каким затруднениям или неудобствам,
как это сейчас будет показано. Правда, владельцы металла,
равно как и владельцы любой другой вещи, подвергаются не-
большим потерям всякий раз, как стоимость его падает, и полу-
чают незначительные барыши всякий раз, как стоимость его
повышается. Однако что касается золота и серебра, то эти из-
менения происходят редко, и в каждый данный момент изменение
обычно бывает очень ничтожным.
Теперь я попытаюсь описать метод, с помощью которого, как
я полагаю, можно совершенно устранить всякую тень трудности,
связанной с этим вопросом. Читатель должен постоянно иметь
в виду, что вещь, о которой мы говорим, является товаром, ко¬
торый при Социальной системе предполагается производить и
продавать на таких же основаниях, как и любые другие товары,
за исключением того, что эта вещь, и только она, не должна бы
подлежать обложению обычным процентом: обложение ее этим
процентом повлекло бы за собой значительные хлопоты и труд¬
ности.
Итак, должна быть учреждена монетная фабрика под управ-
лением, как и во всех других случаях, полномочного агента ас-
СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
115
социации; в такую фабрику должен быть превращён монетный
двор. (Слова «монетный двор» опускаются при описании для
того, чтобы совершенно избавиться от путаных понятий, обычно
существующих по вопросу о деньгах.) В этом предприятии долж¬
ны были бы производиться золотые, серебряные и медные изде-
лия (монеты) двух различных видов или категорий.
Первая категория была бы нужна для уплаты балансовых
разниц другим странам; для покупки товаров в других странах,
которые не были бы расположены взять у нас какой-либо другой
товар; для предоставления эмигрантам возможности взять с
собой своё имущество в форме золота или серебра, если бы они
захотели это сделать; для предоставления возможности лицам,
расположенным накоплять имущество в виде металлов, делать
это у себя или в другом месте и для некоторых других немногих
целей подобного же рода.
Всем перечисленным выше и подобным целям прекрасно от-
вечал бы один вид монет, а именно унции золота и серебра, не-
сущие на себе штемпель для одновременного засвидетельство-
вания их пробы и веса.
Вторая категория надобностей, для которых оставалась бы
нужда в монете, состоит в том, чтобы дать нам возможность про¬
изводить небольшие покупки и платежи; ибо очевидно, что банк¬
ноты стоимостью в 20 шилл. никогда не могут дать нам возмож¬
ности покупать товары стоимостью в 1 пенс. Специфическая
стоимость однофунтовой банкноты будет определена в следую-
щей главе.
Итак, помимо изготовления указанных унций золота и се¬
ребра, другая обязанность монетной фабрики должна была бы
состоять в превращении количества серебра, которое можно
получить за однофунтовую банкноту, в двадцать монет, каким
бы ни оказалось в какой-либо данный период времени это коли¬
чество серебра. Это дало бы нам шиллинги, а монеты половинного
веса — шестипенсовики. Другая монета, пенни, состояла бы
из двухсот сороковой части количества меди, которое можно по¬
лучить за однофунтовую банкноту, каким бы ни оказалось в
какой-либо данный период времени это количество. Полпенса
составляли бы половину определённого выше веса пенни, а фар-
тинг — вес половины полпенса.
Указанные выше товары, будучи произведены в достаточном
количестве для удовлетворения обычного спроса на них, должны
быть переданы по требованию полномочным агентам ассоциации;
аза золото, серебро и медь, нужные для изготовления этих монет,
должны уплачиваться деньги — бумажные деньги — обычным
способом, т. е. они должны получаться из банка агентом монет¬
ной фабрики для покупки золота, серебра и меди по мере необ¬
ходимости.

116
ДЖОН ГРЕЙ
Я уверен, что изложенный выше принцип, на основании кото¬
рого предлагается делать звонкую монету, выдержит самое
строгое испытание и исследование. Подобно золоту, о котором
он трактует, чем более он будет подвергаться огню критики, тем
ярче он будет блестеть, и тем более очевидной будет его непре¬
ложность — я не колеблюсь употребить это слово. В дальней-
шем следует ответить на несколько вопросов, относящихся к
данной теме, которые, вероятно, могут возникнуть в уме у чи¬
тателя.
Первый вопрос. Агенты, т. е. фабриканты и про-
чие, не должны платить своим рабочим исключительно бумаж¬
ными деньгами, что на самом деле было бы невозможно, ибо
если не предполагается употреблять никаких бумажных денег
стоимостью меньше фунта, то для производства небольших пла¬
тежей понадобились бы серебро и медь. Для того чтобы удовлет¬
ворить этому требованию, предполагается, что агенты должны
получать по желанию монеты, так же как и банкноты. Каким
образом, спрашивается, в этом случае количество бумажных
денег в обращении может быть в точности эквивалентно товарам,
находящимся в общественном фонде, если часть ваших платежей
должна производиться монетами, которые можно переплавить
или вывезти в другие страны?
Ответ. Хотя агенты уплачивали бы часть заработной
платы монетой, разница всегда в точности возмещалась бы в
другом месте. Так, предположим, во-первых, что недельная за¬
работная плата на данной фабрике составляет 100 ф. ст., и ни¬
какая часть этой суммы не уплачивается монетой, а вся она
уплачивается бумажными деньгами. В этом случае выпущенные
бумажные деньги и стоимость, полученная в виде труда рабочих,
будут одинаковы, а именно равны 100 ф. ст. Предположим, во-
вторых, что заработная плата в 100 ф. ст. уплачивается наполо¬
вину монетой и наполовину бумажными деньгами. В этом случае
на 50 ф. ст. бумажных денег будет выпущено агентом фабрики
и на 50 ф. ст.— агентом монетной фабрики, который должен был
уплатить именно такую сумму бумажными деньгами за монеты,
для того чтобы иметь возможность передать их своим собратьям-
агентам. Следовательно, бумажные деньги, находящиеся в об-
ращении, составляют попрежнему 100 ф. ст. Предположим,
в-третьих, что рабочие получают в уплату своей заработной платы
только монеты. Тогда вся сумма в 100 ф. ст. бумажными день¬
гами будет выдаваться агентом монетной фабрики. Итак, избе¬
рите тот или иной путь,— результат будет один и тот же: если
один агент не выпускает бумажных денег на точную сумму стои¬
мости имущества, внесённого в национальные фонды, то недо¬
стающее количество, будет ли оно велико или мало, возмещается
другим.

СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
117
Второй вопрос. Если рабочие, которые, как предполо¬
жено, получили монеты, предпочтут истратить их за границей
или переплавить их для переделки в посуду, то не отразится
ли это на равенстве спроса и предложения?
Ответ. Пусть они делают с монетами всё, что им угодно.
Монеты здесь находятся в таком же положении, как и хлеб.
Рабочие могут есть их, если им это нравится, или истратить их
в Китае. За монеты были уплачены бумажные деньги, которые,
будучи лишь бумагой — квитанцией, должны рано или поздно
быть представлены к платежу в национальные склады, если
держатель их намерен получить за них что-либо, ибо ни на ка-
ком другом рынке эти бумажные деньги не будут стоить ни од¬
ного пенни иначе, как в качестве средства покупки на нацио-
нальных складах, что сводится к тому же самому. Спрос, следо-
вательно, должен всё же идти в ногу с производством.
Третий вопрос. Но кто будет давать золото, серебро и
медь за ваши бумажные обязательства? Каким образом монет¬
ная фабрика может удовлетворять многочисленные требования
на монету, которые будут обращены к ней? Каким образом может
она получить достаточно серебра и меди для изготовления та¬
кого большого количества монет, какое может потребоваться для
замещения тех, которые могут быть экспортированы или по¬
треблены иначе, о чём уже было упомянуто?
Ответ. Ответ на этот вопрос имеет важное значение, по¬
тому что он очень отчётливо выявит принцип. Монетный рынок
будет снабжаться одним из двух методов: или путём обратной
покупки монет, получаемых агентами-продавцами в уплату за
купленные у них товары, или путём покупки металла у ино-
странных и других торговцев и изготовления из него монет.
Предполагать, что иностранные торговцы не дали бы нам металла
за наши бумажные обязательства, равносильно предположению,
что они не взяли бы взамен своих слитков ни одной из вещей,
которые можно найти на наших рынках, ибо указанные бумаж¬
ные обязательства были бы представителями любой вещи, кото¬
рую мы имеем для продажи, включая золото и серебро. В дей-
ствительности количество монет, потребных для небольших
покупок, было бы очень незначительно по сравнению с тем,
каково оно теперь, потому что монеты переходили бы от монет-
ного двора к агентам и от агентов к монетному двору с удивитель¬
ной быстротой. Но, осуществляли ли бы они свои обороты быстро
или медленно, никогда не могло бы быть никакого недостатка
в монетах; ибо если бы однофунтовая банкнота постепенно дошла
до того, чтобы покупать только половину или четверть того ве-
сового количества металла, которое она покупает в настоящее
время, то это количество, каково бы оно ни было, попрежнему
делилось бы на двадцать частей, каждая из которых была бы
118
ДЖОН ГРЕЙ
шиллингом с таким же успехом, как и раньше. Повышение цены
слитков могло бы быть серьёзным несчастьем для любителей
табакерок, серебряных подсвечников, покрышек для блюд и т.д.,
но никакое повышение или падение цены слитков, поскольку
оно всегда было бы постепенным и крайне незначительным, не
могло бы ни на одно мгновение привести в расстройство какое-
либо торговое общество, ведущее свои меновые сделки в соот-
ветствии с изложенным здесь принципом, потому что главным
орудием обмена всегда были бы бумажные деньги, увеличиваю-
щиеся и уменьшающиеся в количестве вместе со всей совокуп¬
ностью продуктов.
Четвёртый вопрос. Каким образом должен балан¬
сироваться счёт монетной фабрики с Национальным банком?
Ответ. Точно таким же образом, как счёт любого другого
фабриканта, например: бумажные деньги, полученные от банка,—
1 тыс. ф. ст.; монеты, посланные полномочным агентам,—500 ф. ст.;
монеты в наличности — 500 ф. ст., всего 1 тыс. ф. ст.
Пятый вопрос. Что должны делать агенты-продавцы
с получаемыми ими в уплату за товар монетами?
Ответ. Возвратить их монетной фабрике, беря в обмен
за них от монетной фабрики бумажные деньги на ту же самую
сумму.
Таковы примерно вопросы, могущие возникнуть при рас-
смотрении этого предмета, и я не знаю никакого связанного с
ним затруднения, которого я сам не создал бы здесь на своём
пути ради того, чтобы устранить его. Быть может, в умах других
людей возникнет много других затруднений, но я твёрдо уверен
в том, что не может быть указано ни одного, которого нельзя
было бы легко и удовлетворительным образом преодолеть.
Правильные принципы никогда не могут вовлечь нас в заблуждение;
я уверен, что принцип правилен, и если кто-либо сможет доказать
обратное, то я буду первым, кто признает, что он это сделал
Я ищу не прозелитов для особого учения, будь оно правильным
или ошибочным, а пользы и истины. Обратить человека в оши¬
бочную веру почти столь же похвально, как низвести трезвого
человека до положения пьяницы.
Деньги, имеющие внутреннюю стоимость, никогда не могут
стать неизменным масштабом стоимости. Деньги, не имеющие
никакой внутренней стоимости, могут быть таковым; и только
благодаря принятию неизменного масштаба стоимости товары,
производство которых стоит попрежнему одинакового количе¬
ства труда, могут удерживать одинаковую цену на рынке.
Из того, что уже было сказано насчёт монет, ясно, что посколь¬
ку дело касается только осуществления меновых сделок, возмож¬
но употреблять монеты фиксированного веса, понижая заработ¬
ную плату и другие денежные вознаграждения, по мере того
СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
119
как драгоценные металлы становились бы относительно более
редкими либо вследствие большего спроса на них, проистекаю-
щего из большего увеличения производства других вещей, либо
по иной причине. Но как только имело бы место такое изменение,
неизбежным результатом этого было бы то, что цена всего налич-
ного фонда промышленных и земледельческих продуктов понизи¬
лась бы, все продажи в течение будущих месяцев совершались
бы в убыток, налоги и стоимость всех фиксированных доходов
увеличились бы, стоимость аренд изменилась бы, требования
государственного кредитора возросли бы и, одним словом, вся
торговля страны была бы ввергнута в такую же безысходную
путаницу и расстройство, в какой находится и в настоящее
время. Между тем благодаря принятию описанного здесь порядка
обмена всякого рода товары стали бы оплачивать друг друга;
продажа стала бы просто актом помещения имущества в опреде-
лённое место; покупка стала бы просто актом взятия его обратно
и деньги стали бы просто квитанцией, которую каждому чело-
веку понадобилось бы хранить в промежуток времени между
периодом продажи и периодом покупки.
Следующий и последний момент, подлежащий рассмотрению
по вопросам обмена,— это экспорт и импорт товаров— один из
вопросов, о которых в настоящее время имеется много споров,
что является также свидетельством того, как простой, ясный и
здравый взгляд на вещи утерян в нашем торговом лабиринте.
Строение общества очень напоминает в некоторых отношениях
строение человека. Природа ясно указала на то, что есть, пить,
спать и делать моцион свойственно человеческому организму, и
неспособность осуществлять что-либо из этого с пользой является
серьёзным свидетельством того, что организм находится в бо-
лезненном состоянии. Очевидно, что в интересах общества добы¬
вать самым лёгким и прямым путём всё то, что способствует
наслаждению жизнью. Несмотря на это, у нас имеет хождение мно¬
жество аргументов против машин, естественная тенденция кото-
рых — облегчать создание всех тех вещей, в производстве кото-
рых они применяются; у нас существуют аргументы против
свободной торговли, естественная тенденция которой заключается
в том, чтобы дать нам возможность покупать всё, что нам нужно,
там, где мы можем купить дешевле всего. Некоторые из этих
аргументов, может быть, имеют смысл; но если это так, то, зна-
чит, общество находится в болезненном состоянии, ибо для здо-
рового общества столь же невозможно производить товары слиш-
ком легко или покупать их слишком дёшево, как для здорового
человека находить пользу в воздержании от пищи и моциона.
Цель вывоза товаров заключается в том, чтобы ввозить дру-
гие. Экспорт и импорт страны должны в совокупности всегда
иметь одинаковую номинальную стоимость, и только здесь при-
120
ДЖОН ГРЕЙ
носят какую-нибудь пользу значительные суммы денег, имеющих
внутреннюю стоимость. И даже при рассмотрении этой стороны
вопроса было бы, быть может, лучше отбросить слово деньги в
применении к чему-либо, кроме бумажных денег.
Для ведения каждой отдельной отрасли торговли и промыш¬
ленности потребовался бы комитет, состоящий из людей (членов
Торговой палаты), основательно и на практике знакомых с дан¬
ной отраслью. А управление внешней торговлей, в отношении
как экспорта, так и импорта, необходимо составило бы одну из
самых важных обязанностей этих комитетов. Руководящим
принципом должно быть — импортировать всё то, в чём мы
нуждаемся и что можем купить с затратой меньшего количества
английских бумажных денег, чем стоило бы производство у себя
дома, и экспортировать всё, что мы можем продавать за большее
количество английских денег, чем было на это затрачено.
Импортируемые товары должны оплачиваться товарами или
деньгами; ибо ясно, что продавец, кто бы он ни был, потребует
чего-либо в обмен на свои товары, и что бы это ни было, ему
остаётся лишь потратить бумажные деньги, получаемые им за
свои товары, на покупку нужных ему товаров на соответствую-
щем рынке. Если ему потребуются английские товары, то он,
прежде чем продать свои собственные, ознакомится с ценой в
английских деньгах на те товары, которые он хочет купить, и
соответственным образом назначит цену своих товаров. А если
ему потребуются золото и серебро, то он предварительно выяснит
цену унции их в английских бумажных деньгах и соответствен-
ным образом произведёт свою сделку. После того как отстаивае¬
мый здесь принцип обмена будет надлежащим образом приведён
в действие, какое бы то ни было ограничение свободы торговли
вскоре не будет иметь ни одного защитника.
Необходимо понять, что в этой главе, как и в других, я только
пытался дать очерк усовершенствованной системы торговли, и я
надеюсь, что изложенного выше достаточно, для того чтобы озна¬
комить с принципами системы обмена, совершенно отличной и
бесконечно лучшей, чем та, на основе которой мы теперь дей-
ствуем. Чтобы проследить принцип в полном объёме, разъясняя
различные видоизменения, которые были бы необходимы в соот-
ветствии с особенностями различных занятий, было бы необхо¬
димо расширить работу далеко за пределы того, что сейчас имеется
в виду. Принцип одинаково применим ко всякой отрасли, и можно
утверждать с вероятностью, доходящей до достоверности, что
совершенно невозможно, чтобы мудрейший человек сумел управ¬
лять нашей или какой-либо страной так, чтобы обеспечить её
народу общее благосостояние, до тех пор пока не будет искоре-
нён в обществе теперешний порядок обмена и пока он не будет
заменён другим, благодаря которому производство стало бы по¬
СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
121
стоянной причиной спроса и спрос шёл бы в ногу с ним, хотя бы
производство увеличивалось в тысячу или в миллион раз.
После того как это будет осуществлено,— а это может быть
осуществлено легко и очень быстро,— я, признаюсь, совершенно
не могу представить себе, как при современном очень развитом
состоянии науки о производстве могла бы существовать в какой
бы то ни было цивилизованной нации в мире такая вещь, как
незаслуженная бедность или что-либо в малейшей степени на¬
поминающее её.
Общественное зло имеет не относительный, а безусловный
характер. Неправильная система обмена не является одним из
многих более или менее одинаковых по важности зол; она яв¬
ляется основным злом, основной болезнью, камнем преткнове-
ния для всего общества. Торговля есть своего рода машина, тре¬
бующая для хорошей работы множества согласованных друг
с другом частей, и одна ошибка приводит всю ее в расстройство.
Если огромная машина имеет единственное неправильное колесо,
в котором одним зубом больше или меньше, чем нужно, то это
совершенно нарушает действие целого. И так же обстоит дело
с торговлей: эта одна ошибка нарушает функционирование всей
системы, и, хотя, может быть, трудно или невозможно для скром-
ного и неизвестного человека пробудить в людях надлежащее
сознание её важности, время это сделает, и грядущие века будут
с удивлением оглядываться на злосчастное невежество современ¬
ного поколения в этом важнейшем вопросе.
Самое большее, быть может, на что можно немедленно рас¬
считывать,— это поставить вопрос на публичное обсуждение.
Если бы мне посчастливилось выполнить эту скромную задачу,
то я был бы более чем вознаграждён чувством удовлетворения
от сознания того, что я внёс свою лепту в постоянно возрастающий
запас знаний, с помощью которых человек в конечном счёте дол-
жен быть освобождён от того ужасного рабства, на которое он
в настоящее время обречён.
Деталям публикуемого здесь плана приписывается мало
значения; почти никакие из них и не приводятся. Они, быть может,
могут модифицироваться и изменяться, но было бы трудно бо¬
роться с великим заблуждением, не показав, по крайней мере
теоретически, действия иной системы обмена. Опустите всё, что
вам угодно, измените всё, разными способами модифицируйте
всё, что вам угодно, но сохраните, и не в виде ухищрения или
увёртки, а в прямой и наглядной форме один принцип, и осталь¬
ное приложится, по крайней мере в основном. Сделайте произ¬
водство причиной спроса. Не сделав этого, будь вы виг или тори,
радикал или реформатор, аристократ, республиканец, эконо-
мист,— вы утопист, мечтатель, энтузиаст, человек совершенно
слепой по отношению к главной причине человеческих мучений
122
ДЖОН ГРЕЙ
и бедствий, если вы надеетесь увидеть сколько-нибудь значи¬
тельное изменение к лучшему в состоянии общества. Между вами
и целью, которой вы хотели бы достичь, каменная стена, и вы
не можете ни перелезть через нее, ни обойти её. Вы при поддержке
других можете легко устранить её, если вы прежде всего уви¬
дите, что она существует и что ваше дело совершенно безнадёжно
до тех пор, пока она не удалена. Но и самая быстроногая лошадь
не может выиграть на скачках, коль скоро она заперта в конюшне,
и ваши мечты о благосостоянии никогда не смогут быть осуще¬
ствлены до тех пор, пока вы не разобьёте цепи коммерческого
заблуждения, которыми вы теперь прикованы к несчастью.
Г Л А В А VI
Распределение. — Замечание по поводу характера защищаемой здесь
теории. — Важность рассмотрения государственного долга при уста-
новлении размера заработной платы. — Определение надлежащих раз-
меров средней заработной платы. — Заработная плата. — Жалованье.—
Национальные издержки. — Национальный капитал. — Образование. —
Страхование. — Нетрудоспособность. —Обесценение запаса. — Непро¬
изводительный труд. — Перемена занятий. — Налоги. — Националь-
ный баланс. — Занятие для г-на Юма. — Заключение главы.
Можно, я думаю, признать правильным замечание, что защи¬
щаемая здесь теория свободной торговли, как внутренней, так и
внешней, более поддаётся, как это сразу видно, беспристрастному
исследованию, чем многие другие, по той причине, что она стоит
совершенно в стороне от тех буйных настроений, которые так ча¬
сто порождают у нас самые безрассудные и дикие проекты.
Есть определённые категории в нашем политическом словаре,
упоминание которых слишком часто направляло множество лю¬
дей на поиски блуждающих огоньков. Государственный долг,
налоги, свобода, народные права и различные другие выражения
сами по себе заменяют целые тома аргументов в пользу любой
теории, назначение которой — поддержка популярных требова-
ний по этим вопросам; и слишком часто эти ораторские лозунги
давались вместо хорошо обоснованных, убедительных аргументов.
Говорят, что сборщик налогов настигает нас не для того, чтобы
давать, а для того, чтобы брать. У нас была гинея, у нас её нет —
сборщик налогов взял её у нас, и нашему любостяжанию не нра¬
вится этот человек или по меньшей мере его занятие ненавистно
нам. Поэтому все проекты избавления от налогов заранее имеют
сторонников, чем в достаточной мере объясняется не только все¬
общее, хотя и в высшей степени ошибочное, мнение, что налоги—
величайшее зло в стране, но также и частое разочарование, яв¬
ляющееся результатом доверия, питаемого к любому проекту,
СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
123
имеющему своей целью уменьшение налогов. Напротив, тео-
рии, обращающиеся только к разуму и рассуждению, не имеют
таких поклонников. Тем не менее очевидно, что человек, не воз-
ражающий против банкнот, золота или серебра в качестве орудий
обмена, а утверждающий только, что те же самые орудия могут
употребляться лучшим образом, имеет больше права на то, чтобы
его терпеливо выслушали, нежели люди, ораторствующие против
налогов, ибо он может прийти к своим выводам только с помощью
работы мысли, чувства же и предрассудки имеют мало отношения
к подобному исследованию.
Другой причиной такого же порядка является то преимуще¬
ство этой теории, что она стоит в стороне от всех спорных вопросов
морали и религии.
Пища, одежда, жилище и мебель производятся с помощью
искусства, трудолюбия и материальных ресурсов человечества.
Для существования общества, ведущего торговлю на основе
каких бы то ни было принципов, несомненно, необходим
определённый критерий честности и правильного поведения. Но
эти качества, поскольку они необходимы для того только, чтобы
работать, покупать и продавать, теперь достаточно распростране¬
ны среди последователей всех верований, и их дальнейшее раз-
витие является скорее следствием материального прогресса, чем
причиной его. Защищаемая здесь система коммерции совместима
с индивидуальным соперничеством в физических и умственных
занятиях, с частным накоплением в любых размерах, со всеми
формами политического управления, имеющими хоть малейшее
подобие свободы или справедливости. Она представляет собой то,
в чём могут объединиться для взаимного блага христианин и ев¬
рей, турок и неверный, без малейшей помехи со стороны своих
противоположных религиозных верований и, поскольку речь
идёт о большой массе их, без необходимости даже знать, что они
действуют по какому-то согласованному плану. Защищаемый
здесь план требует скорее перестановки частей, чем изменения
каждой из них, и если бы он был осуществлён,— а он может быть
осуществлён без единого принудительного закона, — то населе-
ние нашей страны обязательно было бы полностью занято и ма-
териально хорошо обеспечено. Прибавьте к этому систему вос-
питания для «формирования характера» по наилучшему образцу,
какой только может быть найден, и тогда немедленно настанет
тысячелетнее царство, скорое наступление которого, как гово-
рят, уже возвещено г-ном Ирвингом. Почему бы не сделать его
истинным пророком?
Однако предметом нашего рассмотрения теперь является
не тысячелетнее царство, но распределение или делёж продуктов
труда между различными классами общества; и оно должно быть
осуществлено с помощью обыкновенного процесса платежа денег
124
ДЖОН ГРЕЙ
различным членам общества в качестве вознаграждения за их
труд в суммах, пропорциональных его стоимости. Этот вопрос мы
рассмотрим под соответствующими рубриками заработной платы,
жалованья, национальных издержек и налогов. Но здесь должно
быть сделано одно предварительное замечание — должен быть
восполнен пробел, оставленный в последней главе, должна быть
ещё описана однофунтовая банкнота.
Согласно предлагаемой системе деньги будут только мерой
стоимости и сами не будут иметь никакой стоимости, следователь-
но, поскольку дело касается какой бы то ни было части системы,
кроме государственных налогов и государственного долга, цена 1
заработной платы и жалованья не имеет никакого значения, если
только будут соблюдены надлежащие пропорции. И здесь нашему
рассмотрению подлежит вопрос глубочайшего значения.
Государственный долг складывался в течение длительного пе-
риода. За это время, главным образом благодаря изменениям в ко-
личестве выпущенных бумажных денег, деньги имели то одну,
то другую стоимость. Государственные кредиторы, говоря о
каждом из них в отдельности, никогда не могут быть правильно
оплачены, потому что невозможно определить, какова была стои¬
мость различных сумм, когда они были взяты взаймы. Прави¬
тельство, следовательно, должно было бы организовать исследо-
вание этого вопроса. Определив с возможной степенью точности
различные стоимости фунта стерлингов в заработной плате в
течение того времени, когда заключались займы, следовало бы
вычислить общую среднюю величину, настолько справедливую,
насколько это возможно; после того как было бы декларировано
мнение, что в среднем за весь период фунт стерлингов или иная
другая сумма покупала средний недельный труд ремесленника
или рабочего, эта сумма, какова бы она ни была, должна быть за¬
фиксирована в качестве средней заработной платы в бумажных
деньгах.
По вопросу о цене труда не должно быть предпринято ника-
ких решительных шагов без обоюдного согласия правительства и
Торговой палаты: правительство, соглашаясь получать нацио-
нальные бумажные деньги в уплату налогов, должно было бы
также согласиться на то, чтобы эти деньги имели указанную здесь
стоимость.
И если бы национальная банкнота имела меньшую стоимость,
чем фунт, который находится теперь во всеобщем обращении и
которым, конечно, оплачиваются все государственные обязатель¬
ства, то от этого не могло бы произойти никакой беды или неудоб¬
ства. Ибо, если бы новые деньги оказались недостаточно ценными
1 <The price of wages and salaries» — подразумеваются абсолютные раз-
меры заработной платы. — Прим, перев.

СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
125
для осуществления намерений правительства, т. е. если бы они
имели результатом уменьшение количества предметов необходи¬
мости и комфорта, которые могут теперь получить за соответст-
вующее жалованье зависимые от государства лица, ‘то в таком
случае как жалованье, так и налоги могли бы быть немедленно
увеличены в достаточном размере, чтобы возместить разницу.
Таким образом, все заинтересованные стороны были бы удовлет¬
ворены по справедливости.
Иметь в виду государственный долг — очень важно, потому
что если бы государственный кредитор оплачивался деньгами
большей стоимости, чем те, которые были взяты у него взаймы,
то сам долг возрастал бы; т. е. если получаемые им обратно деньги
покупают недельный труд двух человек, тогда как те, которые
он дал в ссуду, покупали труд только одного, то долг в действи-
тельности удваивается; и если бы, с другой стороны, националь-
ный кредитор оплачивался деньгами меньшей стоимости, чем те,
которые он дал в ссуду, то он оказывался бы обманутым.
Средняя цена труда, следовательно, должна была бы быть
предметом совместного обсуждения и соглашения правительства
и Торговой палаты; и, будучи раз установлена на справедливых
основаниях, она никогда не должна была бы изменяться', она мо-
жет оставаться одинаковой навсегда; ибо никогда не было бы боль-
шего основания для изменения ее, чем теперь,—для изменения веса
куска металла, называемого фунтом, объёма сосуда, называемого
пинтой, или длины меры, называемой футом.
После того как средняя цена труда была бы однажды опреде-
лена на основе изложенного здесь принципа, мы получили бы впер-
вые со времён Адама неизменный масштаб стоимости. Ибо, если
бы было определено, что фунт, например, должен быть платой за
средний труд человека в течение недели, состоящей из шести дней,
или семидесяти двух часов, то однофунтовая банкнота стала бы
впредь лишь другим названием недели умеренного (reasonable)
труда. И, как уже было сказано, никогда не могло бы быть ни¬
какого мотива для изменения этого масштаба, потому что умень-
шение заработной платы вдвое или вчетверо или же увеличение
ее вдвое или вчетверо не имело бы никакого значения: это было бы
лишь номинальным, а не реальным изменением, предполагая, что
размеры жапованья и всех других денежных вознаграждений
были бы всегда пропорциональны средней цене обыкновенного
труда. При этой системе товары никогда не могли бы упасть в
цене, за исключением случая увеличившейся лёгкости производ¬
ства, и они никогда не могли бы повыситься в цене, за исключе-
нием случая увеличившейся трудности производства.
Если бы не налоги и государственный долг, величина денеж¬
ной цены труда не имела бы значения. Важно лишь, чтобы она
уплачивалась деньгами, делимыми на достаточное количество
126
ДЖОН ГРЕЙ
небольших частей для облегчения производства небольших поку-
пок. Один пенни, например, никогда не годился бы для оплаты
недельного труда. Если бы даже цена товаров была так низка,
что один пенни был бы щедрой заработной платой, было бы необ¬
ходимо, чтобы заработная плата уплачивалась деньгами, делимыми
на мелкие части, поскольку недельное потребление составляется
из большого числа мелких покупок. Проектируемая же однофун¬
товая банкнота делится на 960 частей, и, следовательно, она или
половина её вполне была бы хороша, поскольку дело касается
удобства.
Здесь может, по недоразумению, возникнуть одно возра-
жение в уме читателя, которое, возможно, следует предупре¬
дить и опровергнуть, прежде чем идти дальше.
Вопрос. Если оставить в стороне налог и государственный
долг, то один пенни — металлический пенни, говорите вы, был
бы столь же хорошей заработной платой, как и фунт, за исклюяе-
нием только неудобства, возникающего из-за того, что он, следуя
теперешнему обыкновению, делится только на четыре части, а
именно на фартинги; каким же образом предотвратить перече¬
канку населением меди в пенсы и скупку на них всего вашего на-
ционального запаса?
Ответ. В предыдущей главе было полностью объяснено,
что слово пенни означает монету, состоящую из двухсотсороко-
вой части того количества меди, которое может быть получено за
однофунтовую банкноту. Итак, если бы недельная плата за труд
была установлена в один пенни, то однофунтовая банкнота по¬
купала бы средний недельный труд 240 человек, какой бы работой
они ни были заняты. Предположим, что 240 человек заняты раз¬
работкой медного рудника; денежная цена всей меди, которую они
добыли бы в течение недели, была бы равна одному фунту, и
вес одного пенни был бы весом количества меди, добытого одним
человеком в течение семидесятидвухчасовой недели. Следователь-
но, пенни, как предполагается, был бы несколько более увесистой
вещью, чем показалось моему воображаемому вопрошателю с пер¬
вого взгляда. Из этого примера вытекают два вывода: во-первых,
что предполагаемое возражение совершенно неосновательно, по¬
тому что нельзя было бы ничего выиграть от чеканки меди, и,
во-вторых, что медь не является достаточно ценным товаром, для
того чтобы употреблять ее в качестве главного металлического
орудия обмена.
ЗАРАБОТНАЯ ПЛАТА
Итак, средней заработной платой, устанавливаемой Торговой
палатой на основе определённого здесь принципа, была бы цена,
которая должна уплачиваться еженедельно за всякую обыкно¬
СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
127
венную работу производительных классов. Агенты, как было опи¬
сано в предыдущей главе, должны получать из банка столько де-
нег, сколько им понадобится, и уплачивать национальными день¬
гами заработную плату лицам, работающим под их руководством.
Очевидно, что ни у одного агента никогда не могло бы быть ни¬
какого мотива снижать цену труда или желать платить лицам,
работающим под его руководством, меньшую сумму, чем их труд
действительно стоил бы.
Но из общего правила уплаты средней цены за труд, т. е.
фиксированной суммы за определённое число обычных часов
еженедельной работы, по необходимости имелись бы некоторые ис-
ключения, вытекающие из неодинаковости самой работы. В зна-
менитом труде доктора Адама Смита эти различия описываются
следующим образом: «Пять следующих главных условий, насколь¬
ко я мог наблюдать, компенсируют малый денежный заработок в
одних занятиях и уравновешивают больший заработок в других:
1) приятность или неприятность самих занятий; 2) лёгкость и
дешевизна или трудность и дороговизна обучения им; 3) постоян¬
ство или непостоянство занятий; 4) большее или меньшее дове-
рие, оказываемое тем лицам, которые занимаются ими, и
5) вероятность или невероятность успеха в них».
Эти отклонения, в равной мере применимые как к предложен¬
ной Социальной системе, так и к ныне существующей несоциаль-
ной системе, могут, как мне кажется, легко регулироваться от¬
части при посредстве установленной шкалы оплаты за различные
занятия, допускающей вознаграждение несколько выше среднего
за один вид работы и несколько ниже среднего за другие виды;
отчасти же путём уступок в отношении времени работы, воз наг
граждан десяти- или одиннадцатичасовой труд в одном занятии
одинаково с двенадцатичасовым в другом; отчасти же путём
предоставления весьма незначительного права усмотрения полно-
мочным агентам ассоциации; но это усмотрение, будучи само по
себе злом, должно быть ограничено возможно теснейшими рам¬
ками.
ЖАЛОВАНЬЕ
Руководство и наблюдение за трудом столь же необходимы для
производства, как и самый труд; но так как человек, который толь¬
ко планирует, руководит, наблюдает и регулирует производство,
не имеет ничего для предъявления в осязательной форме, то он мо-
жет быть вознаграждён лишь процентным или фиксированным вы-
четом из косвенных результатов его труда. И было бы несравнен¬
но лучше допустить это вознаграждение в виде фиксированного
жалованья, чем в виде процента или прибыли от товаров, произ-
ведённых под его наблюдением. В самом деле, было бы совершенно.
128
ДЖОН ГРЕЙ
невозможно составить какую-либо шкалу процентов или прибыли
таким образом, чтобы воздать работникам должное; ибо в заня-
тиях, где так называемые обороты совершенно ничтожны, часто
необходима такая же степень внимания и забот, как и в других,
превышающих их в десять и двадцать раз по величине и значению.
За определённые обязанности должно было бы всегда существо¬
вать определённое вознаграждение, ибо только таким образом
можно устранить причины ссор и мелочной зависти, между тем
как попытка установить и соблюдать какое бы то ни было
правило вознаграждения, основанное на количестве продуктов,
выпускаемых фабрикой, была бы нескончаемым источником ссор
и неприятностей.
Следовательно, средняя заработная плата агентов, т. е. плата
за наблюдение и руководство, должна также быть фиксированной
суммой, находящейся в надлежащем отношении к цене обыкно-
венного труда; и отклонения от этой средней должны были бы ре¬
гулироваться точно такими же принципами, как и отклонения в
цене обыкновенного труда.
Жалованье агентов должно быть фиксировано на значительно
более высоком уровне, чем заработная плата за обыкновенный
труд, вследствие требующейся от них ответственности и высшей
квалификации. Щедрая оплата была бы также большим стимулом
к хорошему поведению, так как привела бы к тому, что эти долж¬
ности стали бы предметом соискания всякий раз, как имелась бы
налицо вакансия. В противоположность мнению некоторых лиц,
которые прочтут эту книгу,— я имею в виду многочисленную кате-
горию людей, являющихся теперь в большей или меньшей сте¬
пени сторонниками планов г-на Оуэна,—я считаю все системы
равенства несправедливыми в принципе и совершенно неосу¬
ществимыми. Природа, следовать руководству которой в этих
делах мы все претендуем, не признаёт никакой системы равенства
в отношении людей, напротив, она расточает свои блага в очень
большом соответствии с тем рвением, с которым согласно её соб-
ственным законам люди их добиваются. Любое страдание, нами
испытываемое, и любое удовольствие, которым мы наслаждаемся,
мне кажется, совершенно ясно показывают, что система природы
с начала до конца является системой наград и наказаний.
Далее, поднимаясь ещё выше по лестнице, мы должны рассмо-
треть жалованье президента и членов Торговой палаты. И здесь
понадобился бы ряд людей, весьма отличающихся от охотящихся
за лисицами дворянчиков и радикальных ораторов. Поскольку
работа Торговой палаты подразделялась бы между многочислен¬
ными комиссиями, могли бы быть полезны только люди, основа¬
тельно знакомые с деталями соответствующих отраслей; и к
знаниям, приобретенным путем прохождения через все стадии
работы, должны быть прибавлены опыт, талант, трудолюбие, на¬
СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
129
стойчивость и честность. Вознаграждение должно соответствовать
этому; оно должно, быть достаточным, чтобы побудить самых
ценных членов общества оставить другие занятия, как только они
были бы призваны выполнять эти важнейшие должности коммер-
ческого управления.
Я уверен, что экономия в одной этой статье национальных рас-
ходов (я имею в виду замену определённой корпорацией людей,
получающих щедрое жалованье, той саранчи торгового мира —
хозяев-фермеров, фабрикантов, оптовых и розничных торговцев,
которые теперь объедают общество и в придачу, оставаясь всё ещё
голодными, пожирают и друг друга) не могла бы быть менее 90 млн.
в год, что почти вдвое превышает всю сумму налогов. Посмотрев
на числа 25, 27, 28, 29, 30, 33, 34,35 и 38 в «схеме общества», дан¬
ной в главе девятой, читатель увидит, что в настоящее время
общество платит за управление его делами огромную сумму, оце-
ниваемую в 136 915 600 ф. ст. в год. Нет ни одного человека, име-
ющего какое-нибудь практическое знакомство с делами, который
не признал бы тотчас же, что вся эта работа могла бы несравненно
лучше выполняться при расходах втрое меньших, ибо жалованье
кладовщиков, приказчиков и конторщиков не включено сюда.
Итак, я принимаю одну треть и говорю, что по одной этой статье
общественных расходов может быть сбережено, в круглых цифрах,
90 млн. в год; и я употребляю этот термин, ибо, поскольку дело
касается общих интересов человечества, этот и все другие виды
непроизводительного труда с таким же правом можно называть
«статьями общественных расходов», как и любые потребности,
которым служат государственные налоги.-
Национальные издержки. Националь-
ный капитал. Первый вопрос, о котором следует упомя¬
нуть под рубрикой национальных издержек и который является
с коммерческой точки зрения важнейшим, это образование на-
ционального капитала. Без этого условия всякая попытка улуч¬
шить положение человечества в сколько-нибудь значительных раз-
мерах должна всегда оказываться бесплодной, тщетной. Были бы,
следовательно, необходимы в первое время издержки по уплате
ренты, а затем для покупки, поддержания и постепенного увели-
чения, в соответствии с требованиями обстоятельств, националь-
ного капитала, состоящего из земли, рудников, фабрик, товарных
складов, кораблей, машин, орудий и, короче говоря, всех вещей,
требующихся в производстве, обмене и распределении то-
варов.
Образование. Вторым по важности после уже упомя-
нутого вопроса является вопрос об образовании; и он является
вторым, а не первым только потому, что он должен быть следст-
вием создания национального капитала. При современном со-
стоянии общества производственные возможности столь велики,
130
ДЖОН ГРЕЙ
что мы вполне можем держать на полезных, но непроизводитель-
ных занятиях очень большую часть населения; и если бы существо¬
вала свобода обмена, то было бы непростительно для кого бы то
ни было в нашей стране не получить самое лучшее образование,
какое только возможно при современном состоянии человеческих
знаний.
Образование человека является делом государственной важ¬
ности. Дурной или невежественный человек является злом для
самого себя, но он является в десять раз большим злом для обще¬
ства. Поэтому скорее обязанностью общества в целом, чем каж-
дого из его членов в отдельности, является использование всех
доступных средств для преодоления невежества и для предотвра-
щения преступления; и нации должны платить за то, что столь
необходимо для их благополучия и благосостояния. Каждой ве¬
щью, которою род человеческий обладает сверх того, что имеют
дикие животные, он обязан своему духовному превосходству.
К чему же тогда, как не к нашей общей выгоде, может привести
улучшение как интеллектуальных, так и моральных и материаль-
ных условий всех наших ближних? Распространяться на эту тему
значило бы написать об этом целый том; поэтому здесь только
отмечается, что каждому сыну и каждой дочери Британии должно
быть дано за счёт нации самое лучшее, какое только возможно,
образование. Частные учреждения должны бы быть совершенно
устранены благодаря устройству таких превосходных обществен-
ных школ, что любой класс общества предпочёл бы их.
Многочисленные банальные возражения против широкого
образования низших классов стоят ниже всякой критики и не
заслуживают упоминания даже ради их опровержения. Нет ни¬
какого основания, за исключением нелепых обычаев общества,
почему бы пахарю не стать министром или почему бы министр
должен был чувствовать себя опозоренным, следуя по найму за
плугом. Мир видел примеры этого рода, он может увидеть их
вновь; и если настанет день, когда будет назначен национальный
комитет по образованию для наблюдения за тем, чтобы каждый
человек, мужчина или женщина, был надлежащим образом, т. е.
основательно, образован, то страна не преминет пожать в награду
богатый урожай.
Очень серьёзной ошибкой существующего порядка образова-
ния является то, что мальчики, которые должны сами зарабаты¬
вать себе на хлеб, сначала получают книжное образование, а по-
том отдаются в обучение ремеслу. В течение первого периода они
почти всегда проникаются стремлением, превышающим их об¬
щественное положение, ибо естественным для каждого человека
является положение производителя чмо, что он потребляет; а в
течение второго периода они обычно принуждены совершенно
оставить как умственное развитие, так и развлечения.

СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
131
В Шотландии — по крайней мере в Эдинбурге — это имеет
место в значительно меньшей степени, чем в Англии и, в частно¬
сти, в Лондоне; но те, кто лучше всего может знать этот факт, при-
знают, что в подавляющем большинстве случаев воспитание детей
низших и средних классов совершенно прекращается, как только
они покидают школу.
Привычка к труду, как физическому, так и умственному,
в соответствии с возрастом и полом детей должна была бы приви->
ваться практикой, равно как и обучением, начиная с очень раннего
времени и кончая далеко за пределами того возраста, когда при
современном состоянии общества обыкновенно оканчивается обра-,
зование в низших и средних классах общества.
Гомер и Виргилий — если в самом деле уменье читать их в
подлиннике стоит труда, необходимого для его приобретения,—
Эвклид, история, география, естественная философия, социальная
наука, художественная литература и изящные искусства, в осо¬
бенности музыка, равно как и личные и духовные совершенства,
должны были бы идти рука об руку с заступом, станком и плугом.
Нация, состоящая из людей, обученных и воспитанных подобным
образом, навсегда уничтожила бы самую презренную из всех су-
ществующих в мире нелепостей — презрение к полезному труду;-
спесь, с трудом выносимая даже теперь, спрятала бы свою поник¬
шую голову в складках своей собственной одежды; и титулован¬
ный хлыщ — редкая личность, быть может, даже и в настоящее
время — превратился бы в ничтожество перед судом своих соб-
ственных рабочих.
Г-н Джордж Комб говорит («Строение человека», стр. 214):.
«Экономистам никогда и не снилось, что мир построен на прин-
ципе превосходства нравственных чувств и интеллекта. Следо-
вательно, для того чтобы сделать человека счастливым, его глав¬
ные занятия должны быть такими, чтобы упражнять и развивать
эти способности. Его жизнь неизбежно будет несчастной, если
она будет всецело посвящена производству богатства. Экономи¬
сты исходили из представления, что накопление богатства являет¬
ся высшим благом; но вся история учит тому, что счастье нации
не возрастает в соответствии с национальным богатством, и до тех,
пор, пока они не постигнут и не поймут, что ум и нравственность
являются основой всякого длительного благосостояния, они ни¬
когда не возбудят интереса у большой части человечества и не
дадут правильного направления его усилиям. Если взгляды, содер-
жащиеся в настоящем исследовании, правильны, то главная зада¬
ча будущих учителей этой науки будет доказать, как необходимее
для цивилизованного человека ограничить физические и расши¬
рить нравственные и умственные занятия, что является единствен-
ным средством спасения от непрерывных наказаний, налагаемых за¬
конами природы. Идея обучения всего человечества естественной
9*

132
ДЖОН ГРЕЙ
философии, анатомии и физиологии, политической экономии и
другим наукам, излагающим естественные законы, высмеива-
лась как крайне нелепая и смешная. Но я спрашиваю, какими
занятиями человеческие существа столь поглощены, что не
.имеют досуга для изучения законов создателя?».
Г-н Джордж Комб придёт к совершенно иному взгляду насчёт
немедленной осуществимости всего этого, если он потратит хотя
бы один единственный месяц на размышление над проблемой спро¬
са и предложения.
Страхование. Другую статью национального расхода
должно составлять покрытие случайных убытков или потерь в
частном имуществе, причинённых огнём; не нужно было бы упла¬
чивать никаких индивидуальных премий, вести книги или под¬
держивать дорого стоящие предприятия с их сложными и излиш¬
ними принадлежностями. Свидетельство о непреднамеренном
убытке должно давать законное право на возмещение. Страхо-
вание судов было бы совершенно ненужным, потому что корабли
были бы национальной собственностью, их потеря была бы нацио-
нальной потерей, и страховать их означало бы только делать
затраты на учёт денег, взятых из одного кармана и положенных
в другой.
Страхование жизни могло бы производиться согласно сущест¬
вующему порядку; оно могло бы, конечно, производиться таким
же простым и дешёвым способом, как и страхование от огня, при
условии, чтобы все люди страховал и свои жизни, т. е. при условии,
чтобы это делала за них Торговая палата путём учреждения фонда
для поддержания престарелых, вдов и сирот. Но это, как мне
кажется, было бы неподобающим вмешательством в право част¬
ного суждения по вопросу, не затрагивающему общественного
блага. Почему, могут сказать, холостяки должны облагаться
налогами для содержания чужих вдов и детей? Подобное возра-
жение неприменимо к страхованию от огня, потому что этому бед-
ствию подвержены старый и молодой, богатый и бедный, женатый
и холостой.
Нетрудоспособность—умственная или физическая —
должна была бы составлять другую статью национальных издер-
жек, чтобы пострадавшие во всех случаях могли получить помощь
по праву, а не в порядке благотворительности. Много и часто
говорили в похвалу благотворительности; но не порождает ли
она спеси, притворной чувствительности и милосердия в сознании
дающего и не наносит ли она неизлечимую рану духовной неза¬
висимости получающего? И разве не является насмешкой над
здравым смыслом наличие её в стране, которая всегда жалуется
на перепроизводство? Каким большим вопросом для комиссии
палаты общин явилось бы следующее: невозделанные земли —
СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
133
незанятый капитал, избыточное население — перепроизводство —
нищета; примирите их!
Обесценение запаса. Все люди, практически зна¬
комые с делом, знают, что, с какой бы степенью благоразумия и
осторожности ни производились товары, в некоторых случаях
будет накопляться ненужный запас, в то время как в других слу-
чаях товары, подверженные порче, будут совершенно обесцени-
ваться. Это всегда будет так, до тех пор, пока товары будут
производиться прежде, чем они проданы, т. е. пока они не будут
производиться по специальному заказу; и, следовательно, неизбеж?
ная потеря, обусловливаемая этим, должна была бы составлять
ещё одну статью национальных издержек.
Непроизводительный труд. Помимо непроиз-
водительного труда по руководству и наблюдению многие лица
постоянно заняты полезными действиями, в результате которых
не создаётся никакого дополнительного богатства. Таково, на-
пример, дело перевозки товаров, равно как и занятие кладовщи-
ков, приказчиков и конторщиков: этот расход, следовательно,
должен был бы составить следующую статью национальных из-
держек. Свободные профессии будут рассмотрены отдельно.
Перемена занятия. Когда человек посвящает себя
занятию, которое в то время, когда он к нему приступает, по¬
лезно и необходимо для благосостояния общества, но которое
благодаря применению машин или по какой-нибудь другой не¬
предвиденной причине становится потом ненужным, то совер¬
шенно чудовищно, чтобы лицо, лишившееся таким образом рабо¬
ты, не делалось полноправным соучастником наравне с другими
в благах, возникающих таким образом для общества. Он должен
получать поддержку за счёт нации до тех пор, пока он не будет с
выгодой использован иным образом.
Одной из нелепостей современной системы является то, что
люди, которые имеют наибольшую возможность открыть, как
могут быть произведены усовершенствования в машинах, прямо
заинтересованы в том, чтобы препятствовать прогрессу техни-
ческих знаний. Каким безумцем будет при современном состоя^
нии общества человек, который сообщит своему нанимателю, как
может быть усовершенствован, например, его станок! Это было
бы равносильно тому, чтобы сказать: «Хозяин, я могу показать
вам, как мне и моей семье может быть предоставлено умирать с
голоду». И, несмотря на это, такова сила того человеческого чув¬
ства, которое френологи называют «любовь к похвале», что люди
повседневно это делают.
Насколько быстрее, однако, развивались бы технические зна-
ния, если бы каждый рабочий в стране, будучи предварительно
хорошо образован, имел, как это следовало бы, прямой и очевид¬
ный интерес к тому, чтобы заменить свой труд машиной! До тех
134
ДЖОН ГРЕЙ
пор, пока люди немногим лучше зверей, до тех пор, пока, нахо¬
дясь в состоянии варварства, каждый человек ест, пьёт и одевает
в основном только то, что он добывает своими личными усилиями,—
эгоизм является верным принципом, которым должен руковод¬
ствоваться каждый человек; тем не менее нации должны узнать,
по крайней мере на практике, что при развитом состоянии обще¬
ства эгоизм — настоящий, неподдельный, чистый эгоизм — со-
стоит в проявлении почти неограниченного великодушия.
Простая перемена моды в настоящее время часто обрекает
тысячи людей на нищету. «В дополнение к колебаниям, возни-
кающим вследствие перехода от мира к войне и от войны к миру,
хорошо известно,— говорит г-нМальтус,— как отдельные фабрики
подвержены банкротствам из-за капризов вкуса. Спайтлфильские
ткачи были погружены в самую жестокую нищету из-за моды
на муслин вместо шёлка; а в Шеффильде и Бирмингаме большое
количество рабочих было временно лишено работы в результате
распространения шнурков для обуви и покрытых материей пуго-
виц вместо пряжек и металлических пуговиц. Наше фабричное
производство, взятое в общей массе, возросло с удивительной бы¬
стротой, но в отдельных местностях фабрики обанкротились;
и приходы, в которых это произошло, неизменно переполнены тол¬
пой бедняков, находящихся в самом нищенском и жалком поло-
жении». Я говорю, что «масса» должна бы помогать жителям
«отдельных местностей» до тех пор, пока они не будут с выгодой
заняты иным образом. И все лица, чей труд стал ненужным благо¬
даря усовершенствованиям или по какой-либо иной причине,
за исключением недостатка капитала, для того чтобы дать им
занятие,— недостатка, которого при Социальной системе никогда
не могло бы быть,— должны быть достаточно обеспечены за
общественный счёт до тех пор, пока им не предложат другого
занятия; ибо таким и только таким образом национальный
разум может быть поставлен на службу нации
Налоги. При предлагаемой системе государственные на¬
логи могли бы взиматься без каких бы то ни было расходов, а
именно в форме одинакового процента, надбавляемого на каждый
вид продуктов, за исключением монеты; это — единственный
справедливый и рациональный способ, каким налоги могут когда-
либо уплачиваться. Так как все продукты проходили бы через
национальные товарные склады, где к издержкам на труд и ма-
териал прибавлялся бы процент, необходимый для покрытия раз-
личных расходов на жалованье и тех издержек, которые были
описаны под общим наименованием национальных, то здесь мог
бы также быть прибавлен дополнительный процент для покрытия
государственных расходов. И только таким образом налоги в
стране могут равномерно падать на каждого человека, в точной
пропорции к сумме его дохода.

СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
135
На это, быть может, могут возразить, что значительная часть
общества продолжала бы вести дела по-старому, поскольку при-
нуждение присоединиться к новым порядкам совершенно отвер¬
гается, и что, следовательно, если бы все другие налоги были
отменены и заменены одинаковым процентом, налагаемым на
каждый вид продуктов, то любители старины избегли бы обложе-
ния. Но это невозможно, ибо старый общественный порядок мог
бы не в большей степени конкурировать с новым, чем кареты,
запряжённые четвёркой, могут конкурировать с ливерпульским
поездом. Старая система коммерции была бы совершенно уни¬
чтожена в течение очень немногих лет благодаря непреодоли¬
мому действию хорошо регулируемой системы производства,
обмена и распределения продуктов страны, а до тех пор мог бы
быть сохранён теперешний порядок взимания налогов. Огромная
экономия на статье непроизводительный труд, которая была бы
результатом рассматриваемого здесь порядка обмена, сделала бы
конкуренцию с новым порядком настолько невозможной, что
экономия на государственных налогах совершенно не могла бы
служить стимулом для того, чтобы придерживаться старой сис¬
темы, даже если бы последняя была совершенно освобождена от
обложения.
Таким образом, при предлагаемой системе обмена различные
статьи, перечисленные под соответствующими рубриками зара¬
ботной платы, жалованья, национальных издержек и налогов,
составляли бы в итоге цену, и, как было показано в последней
главе, выпущенные деньги и имущество, находящееся на нацио-
нальных складах, всегда имели бы точно ту же самую стоимость,
и потому спрос всегда шёл бы в ногу с производством.
В работах по политической экономии потребление товаров
обычно составляет предмет особой главы, но здесь это представ¬
ляется совершенно ненужным. Пища потребляется, когда она
съедается, а одежда, дома и мебель, когда они изнашиваются.
Пусть производство, обмен и распределение регулируются спра:
ведливыми принципами, и мы можем вполне предоставить потреби-
телям руководствоваться своими собственными вкусами и склон¬
ностями. Существует, однако, то, что экономисты называют «произ-
водительным потреблением», что обозначает потребление пеньки
при превращении её в ткань, потребление солода и хмеля, когда
они превращаются в пиво, потребление семян при превращении
их в урожай и т. д. Потребление этого рода, однако, есть лишь
другое наименование процесса производства. Солод и хмель,
предназначенные для варки пива, суть эль и портер в незавер-
шённом состоянии. Самое название «производительное потребле-
ние» неудачно, оно сбило бы с толку даже фокусника. Этот вопрос,
я надеюсь, достаточно выяснен в главе о производстве, к которой
он собственно и относится.

136
ДЖОН ГРЕЙ
Итак, согласно описанному плану годичный продукт труда
ассоциации был бы всегда в точности равен годичным эмиссиям
банка, ибо, поскольку банк должен оплачивать каждую произве¬
дённую вещь, уплаченные деньги и имущество, поступившее в
общественный фонд, были бы всегда равны друг другу. Следова-
тельно, статьи национального баланса были бы таковы:
Баланс Национальной торговой ассоциации
по счёту с Национальным банком
Дебет
Кредит
Наличность, выданная полномоч-
ным агентам ассоциации для вы¬
дачи заработной платы и уплаты
за импорт товара с 1 января по
31 декабря включительно
Наличность для уплаты жалованья
Наличность по оплате националь-
ных издержек:
Национальный капитал
Народное просвещение
Страховой ф<>нД
Фонд для нетрудоспособных
Фонд обесценения

Непроизводительный труд
Перемена занятия

Наличность для уплаты налогов
Сальдо (если на этой стороне)
Наличность, полученная от полно-
мочных агентов ассоциации с
1 января по 31 декабря вклю¬
чительно, представляющая собой
всю сумму проданных или во-
стребованных обратно товаров в
течение года
Установленная стоимость запаса
в руках агентов
Сальдо (если на этой стороне)
Приведённый выше счёт всегда балансировался бы при усло-
вии, что процент, налагаемый на товары, был бы в точности доста-
точен для покрытия всех статей дебетовой стороны счёта, за иск-
лючением первой. Между прочим, кратчайшим и легчайшим спо-
собом, каким правительство могло бы действовать по вопросу о
налогах, было бы определить свои потребности, назвать сумму и
получать её в виде поквартальных платежей от банка. В этом слу-
чае все издержки и хлопоты по взиманию налогов состояли бы в
том, чтобы отчислить деньги и сделать в течение года четыре за¬
писи в кассовой книге с переносом их в главную книгу. Но вернём¬
ся к балансовому счёту.
Если бы обе стороны оказались неравными и баланс дефицит-
ным, следовало бы в будущем году повысить процент, но если
бы в балансе оказался излишек, процент в следующем году следо-
вало бы понизить. Процент никогда не должен изменяться чаще,
чем один раз в год.

СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
137
Таким образом, обязанности г-на Юма 1 сосредоточились бы
на одном пункте. Жалованье, национальные издержки, налоги —
каждые шесть пенсов, сбережённые по любой из этих рубрик,
были бы чистым выигрышем для производителей; и несколько эко-
номных людей во главе с г-ном Юмом достаточно легко поддержи¬
вали бы порядок вещей при этой системе; ибо каждый член нации
был бы заинтересован в том, чтоб помогать их усилиям. Но вопрос
более не заключался бы в том, какой налог должен быть отменён.
Внедрите экономию в каждую отрасль общественных расходов,
и национальный баланс будет сведён с излишком; последующее
понижение процента произойдёт как нечто само собой разумею-
щееся. Тостом реформатора на общественных, а также и на част-
ных обедах, следующим всегда после тоста «за короля», был бы
тост «за понижение процента».
Импорт на иностранных судах согласно принципам Социаль-
ной системы был бы только разрешением для иностранцев стать
условными членами нашей ассоциации. Различие между ними и
нами заключалось бы в том, что, поскольку все товары, произве¬
дённые внутри страны или ввезённые на наших собственных су-
дах, были бы произведены и ввезены с разрешения или по указа-
нию Торговой палаты, все они поступали бы в национальные
склады; между тем как из заграничных продуктов, отправленных
иностранцами в наши порты не по указанию Торговой палаты,
в наши склады были бы допущены лишь те, которые были бы нуж¬
ны, т. е. на которые существовал бы спрос. В одном случае реше-
ние было бы принято до производства или ввоза, в другом — после.
С этим ограничением, если это можно назвать ограничением,
представители всех наций могли бы быть приняты в качестве чле-
нов Национальной торговой ассоциации; и преимущества этой
свободной системы внешней торговли состояли бы, во-первых,
в том, чтобы побуждать производить каждую вещь там, где она
может быть произведена всего дешевле; во-вторых, в том, чтобы
увеличивать количество и многообразие предметов в нашем соб-
ственном фонде, и, в-третьих, в том, чтобы снизить процент на-
логов, заставляя их падать на большую массу продуктов.
Годичная эмиссия банка была бы, следовательно, равна но¬
минальной, или выраженной в бумажных деньгах, стоимости все¬
го произведённого в стране и ввезённого из других стран имуще¬
ства. Допуская в наш фонд беспошлинно и без какого бы то ни
было количественного ограничения иностранные товары, на ко¬
торые у нас имелся бы соответствующий спрос, мы никоим обра-
зом не допустили бы ничего неправильного, если только мы не
могли бы произвести их внутри страны за меньшее количество де-
нег, чем стоил бы их ввоз.
1 Hume — парламентский деятель-финансист. — Прим, перев.

138
ДЖОН ГРЕЙ
Наконец, так как земля, капитал, труд и свобода обмена яв¬
ляются четырьмя элементами, из которых состоит богатство, то
невозможно, чтобы какая-нибудь такая вещь, как незаслуженная
нищета, могла бы существовать в обществе, основанном на прин-
ципах Социальной системы, если бы только она не проистекала
от недостатка одного или нескольких из этих элементов.
Итак, если предположить недостаток земли, то, скажем мы,
пусть её будет больше куплено или арендовано; а если нет земли
ни для продажи, ни для сдачи в аренду внутри страны (взгляните
на Ирландию), то имеются миллионы и миллионы акров в дру-
гих странах, на которых рука человека ещё никогда не разбрасы¬
вала семян или не управляла плугом.
Если предположить недостаток капитала, то, скажем мы,
пусть процент, надбавляемый при продаже продуктов, будет уве-
личен в достаточной мере для восполнения недостатка.
Если предположить недостаток рабочих, то в таком случае дей-
ствительно наступила бы новая эра в истории человеческих
бедствий.
А если предположить недостаточную возможность обмена,
то в таком случае мы должны предположить, что эта система
вообще не существует, ибо самое её сердце и жизненные органы,
кости, мышцы, нервы воплощены в положении: свобода обмена.
Итак, разрешите считать, что был показан план, с помощью
которого коммерческое колесо фортуны может вращаться на
вечной оси до скончания веков и каждый оборот может по¬
рождать увеличение продукции до тех пор, пока отдалённейшие
уголки земли не будут возделаны, как сад, и пока в великой семье
человечества не прибавятся мириады человеческих существ. Тогда
человек скажет своему создателю: «Мы выполнили своё предна-
значение. Мы плодились и множились; мы наполнили землю и
покорили её; и мы господствуем над рыбой в море, и над птицей
в воздухе, и над каждым живым существом, двигающимся по
земле».
ГЛАВА VII
Предотвращение подделок. — Доказательство мнения, что подделка
банкнот может быть полностью предотвращена. — Необходимость
общественного критерия подлинности банкнот. — Недостаточность
принимаемых ныне мер для предотвращения подделки. — Банкноты
должны были бы все быть одинаковыми. — Описание плана для
предотвращения подделки. — Основание для уверенности в том, что
предлагаемый теперь план достиг бы цели.
На предыдущих страницах я пытался по возможности сжато
изложить мои взгляды, прибегая лишь к немногим иллюстрациям;
но остаётся несколько вопросов, на которые, вероятно, будут не-
СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
139
кать ответа в книге, смело утверждающей, что торговое общество
не таково, каким должно было бы быть, и что оно может быть
исправлено. Эти вопросы будут теперь приняты во внимание, но
элементы самой Социальной системы можно считать описанными в
предыдущих главах; то, что следует дальше, имеет целью пока¬
зать не основные части самой системы, а некоторые их детали.
До сих пор я воздерживался от каких бы то ни было фанта-
стических умозрений насчёт больших перемен в деталях обще-
ственного устройства, неизбежно вытекающих из тех важных
торговых изменений, на необходимости которых я настаивал.
С другой стороны, я не поколеблюсь в следующих главах высказы¬
вать то или иное мнение, подтверждаемое соответствующими фак¬
тами, как бы это ни противоречило взглядам тех, кто никогда
специально не рассматривал вопроса о торговле или кто только
смотрел на него сквозь непроницаемую атмосферу теперешнего
политического невежества и суеверия.
Поскольку в одной из предшествующих глав была сделана
попытка доказать превосходство бумажных денег, уместно будет
ответить на одно из возражений, которое может возникнуть по
поводу замены ими монет, а именно, что бумажные деньги легче
подделывать. Однако, может быть, замена — неподходящее сло¬
во, ибо, по крайней мере в Шотландии, в настоящее время почти
нет золота в обращении, а я не предлагаю заменить бумажными
деньгами ни серебряные, ни медные монеты.
Будучи давно уверен в том, что можно было бы полностью
предотвратить подделку банкнот, я написал по этому поводу в
1827 г. статью, которая была потом напечатана в небольшом ко-
личестве экземпляров и частным образом распространена. Однако
для осуществления предлагаемого там плана был бы необходим
парламентский акт; вот почему эта идея до сих пор практически
не была использована, но так как я никогда не мог найти никаких
оснований для того, чтобы изменить мнение, которого я тогда
придерживался, то я здесь перепечатаю почти дословно упомяну¬
тую выше статью, гласившую следующее:
«Было бы пустой тратой времени и слов убеждать в необходи¬
мости не допускать подделок, если это возможно. Важность этого
вопроса в достаточной мере доказана большими размерами зла,
постоянно порождаемого подделками, и тем, что на безуспешные
попытки сделать их невозможными тратится много ценного вре¬
мени и большие суммы денег. Если бы, однако, правительство
нашей страны старалось изобрести средства для поощрения под-
делок, то нет лучшего пути, как разрешить каждому банкиру
печатать свои собственные банкноты в любой угодной ему форме.
Путём принятия плана, совершенно противоположного этому и
имеющего некоторые другие преимущества, которые сейчас будут
описаны, подделка банкнот могла бы быть если не совершенно
140
ДЖОН ГРЕЙ
уничтожена, то сведена к самой ничтожной доле ее теперешних
размеров.
Для того чтобы дать публике нечто приближающееся к совер¬
шенной гарантии против потерь от' подделок, необходимо, чтобы
существовал какой-то наглядный признак или критерий подлин¬
ности банкнот. В настоящее время такого критерия нет. Мы про-
веряем шиллинг или соверен по звону или чекану, но мы кладём
в наши карманы или сундуки банкноты, не исследуя их, просто
потому, что обычно мы совершенно не располагаем способами для
проверки их. Действительно, дело обнаружения подделок счи¬
тается настолько трудным, что обычно полагают, что банковские
инспекторы и клерки распознают свои банкноты только благо¬
даря особым пометкам.
Метод, общепринятый для предотвращения подделок банкнот,
состоит в том, чтобы сочетать в их гравировании превосходную
работу, разнообразие и высокую стоимость; но эти качества сами
по себе должны быть совершенно недействительны, ибо в данный
момент имеется не менее тридцати двух банков, выпускающих
банкноты в одной только Шотландии, и выпускаемые каждым из
них банкноты различной стоимости имеюг очень мало сходства
между собой или никакого сходства. Действительно, в некоторых
случаях один и тот же банк имеет обыкновение выпускать банк¬
ноты одинаковой стоимости, напечатанные с различных штампов,
так что если предположить, что каждый банк пользуется только
тремя штампами, то мы имеем в настоящее время около девя¬
носта шести различных видов банкнот, обращающихся в Шот-
ландии.
Следовательно, гарантия против потерь от подделок этих банк-
нот могла бы здесь заключаться лишь в превосходном знании или
по крайней мере в очень близком знакомстве с ними всеми. Нет
почти надобности говорить, что это совершенно неосуществимо;
отсюда — тщетность всех тех планов предотвращения подделок,
которые основаны только на искусном гравировании.
Для фальшивомонетчика настолько излишне точно имитиро¬
вать банкноты какого-либо банка, что, если он выгравирует рису-
нок без какого бы то ни было сходства в отношении стиля с какой
бы то ни было существующей банкноты и если он отпечатает с
него банкноты, претендующие на то, чтобы быть банкнотами ка¬
кого-нибудь провинциального банка, о существовании которого
известно, он сможет сбыть их, притом в больших размерах и без
большой опасности. В действительности же публику так легко
надуть вследствие бесконечного разнообразия форм, платёжных
обязательств, что выпуск банкнот, носящих на себе название ни¬
когда не существовавших банков, издавна является удачным видом
мошенничества. Более того, всё что угодно теперь сходит за бу¬
мажные деньги; об этом свидетельствует случай в уголовном суде,
СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА	141
где некий Джемс Андерсон недавно обвинялся в сбыте соляных
-билетов вместо однофунтовых банкнот. Едва ли требуется лучшее
доказательство для того, чтобы показать необходимость установ-
ления какой-либо одной формы, в которой только и могли бы су¬
ществовать бумажные деньги.
После того как установлено, что первым существенным мо-
ментом, которого нужно достигнуть, является единообразие,
мы должны исследовать следующий вопрос: какого рода грави-
рование должно быть принято? Этот вопрос требует особого
внимания, ибо на основании большого опыта можно отважиться
на утверждение, что может быть выгравирован такой рисунок, ко¬
торый сделал бы тщетными все попытки удачной имитации.
Пусть правительство его величества распорядится, чтобы лю¬
бая банкнота в Соединённом королевстве, какой бы то ни было
стоимости и какого бы то ни было банка, прежде чем специальная
бумага, на которой она должна печататься, будет вручена банки¬
ру, была снабжена оттиском, состоящим главным образом из
человеческих лиц. Рисунок должен быть выполнен с самым утон-
чённым мастерством, какое в состоянии проявить соединённое
искусство многочисленных первоклассных художников, так чтобы
каждая банкнота, по крайней мере в одной своей части, могла
иметь самое точное сходство со всякой другой. Многообразие чело-
веческих лиц, выгравированных различными художниками вели-
чайшего мастерства, представляло бы изображение, столь отлич¬
ное от того, какое могло бы быть создано любой другой группой
гравировщиков, что публика, поневоле в совершенстве ознако¬
мившаяся с ним во время подсчёта банкнот, столь же легко отли¬
чала бы подделки от оригиналов, как теперь она отличает одного
человека от другого.
Никакой человек, хорошо знакомый с вопросом, не станет
оспаривать, что подделки, почти без исключения, при близком
рассмотрении их внимательным глазом оказываются отличными
от банкнот, которые они хотели имитировать, в большинстве
случаев даже весьма отличными. Почему же, могут спросить, они
не разоблачаются? Во-первых, по причине, уже указанной,—
потому, что в обращении имеется так много видов банкнот, что
лишь немногие очень близко знакомы с любым из них; и, во-вто-
рых, потому, что различие, которое действительно существует,
будь оно велико или мало, нелегко обнаружить. Очевидно, что
существуют некоторые вещи, в которых различия значительно
более заметны, чем в других. Так, например, животные, растения
и цветы редко рассматриваются так близко, чтобы другие, весьма
отличные в действительности, не могли быть приняты за них. По¬
этому в оттисках этого рода очень слабой имитации достаточно,
чтобы обмануть нас, ибо различие, хотя бы оно было факти¬
чески большим, не бросается в глаза.

142
ДЖОН ГРЕЙ
Существует, однако, одна вещь, и только одна, известная
мне, в которой малейшее различие тотчас же бросается нам в
глаза,—я имею в виду человеческое лицо, единственную вещь на
свете, в которой старый и молодой, богатый и бедный, образован¬
ный и необразованный больше всего привыкли распознавать ма-
лейшие различия и вкоторой многообразие выражений совершенно
бесконечно. Здесь и только здесь малейшее возможное различие
изменяет выражение и говорит нам с первого взгляда, что это —
не та же самая вещь.
Защитительный оттиск поэтому должен был бы состоять глав-
ным образом из большого числа человеческих лиц с исключитель¬
но разнообразным и своеобразным выражением, и они должны
быть выгравированы различными художниками. Они могли бы
быть обведены какой-нибудь украшающей каймой, требующей
большого искусства.
Образчик банкноты, иллюстрирующий этот план, был нари-
сован под наблюдением автора. Он имеет приблизительно разме-
ры банкноты Английского банка; одна половина его предназначе¬
на для государственного штампа, а вторая оставлена пустой,
для того чтобы на ней делал оттиск банкир. Первая половина
представляет собой изображение лиц тридцати пяти человек
с королём в центре, занимающих круг около двух с половиной
дюймов в диаметре; они окружены каймой, состоящей из ко¬
роны, изображения Английского, Шотландского и Ирландского
банков и нескольких цветков. Непосредственно над этим ука¬
зана стоимость банкноты, а внизу порядковый номер, о котором
сейчас должна быть речь. Общий результат, если бы это было
хорошо выгравировано, был бы исключительно красивым и зна¬
чительно более пригодным для того, чтобы привлечь внимание
и запечатлеться в памяти, чем что-либо до сих пор появляв¬
шееся в виде банкноты.
Печатание банкнот должно было бы также быть предметом
большого внимания, и, насколько это возможно, оттиски должны
быть одинаковой степени темноты. Банкиры могли бы потом от¬
печатывать на этих банкнотах всё, что им угодно, при условии,
чтобы они не замазывали и никоим образом не стирали государ-
ственного штампа.
Мультипликация гравировальных до-
сок. Установлено, что «метод Перкинса и Хита (Heath) основан
на возможности переноса всякого гравирования с меди на сталь и
на возможности увеличить таким образом количество тончайших
произведений искусства до любого числа копий». Если это в точ¬
ности верно, то Соединённое королевство может быть снабжено
банкнотами с одного гравированного оригинала; но если это не-
верно, то та же самая группа гравировщиков, и только она, могла
бы произвести больше штампов, и хотя в этом случае было бы
СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
143
заметно различие в банкнотах, но было бы тем не менее видно,
что они сделаны одними и теми же руками.
Бумага. Единственная находящаяся сейчас в обращении
банкнотная бумага, которая вообще пригодна для этой цели, это
та, которая употребляется Английским банком. Искусное грави-
рование, как все признают, совершенно необходимо для предот-
вращения подделок, но тончайшие части банкнотных штампов в
Шотландии дают оттиск только на поверхности бумаги. Бумага,
находящаяся обычно в употреблении здесь, так толста, что в неё
проникают только более грубые части штампа; следовательно,
прежде чем банкноты износятся наполовину, остаётся едва лишь
след первоначального рисунка, и самая скверная имитация может
сойти за них.
Даже тончайшие части банкнотных штампов должны были
бы проникать сквозь бумагу или почти проникать, насколько это
возможно, так чтобы рисунок мог быть сделан столь же прочным,
как и банкнота; и это почти буквально имеет место в банкнотах
Английского банка, и только в них.
Нумер ация. Очевидно, что благодаря описанному здесь
плану банкиры были бы освобождены от необходимости поль¬
зоваться дорогими штампами, ибо их целям столь же хорошо слу¬
жило бы обыкновенное типографское печатанье. Но была бы одна
вещь, которой нужно было бы остерегаться. В случае, если бы
банкнотные бланки попали в ненадлежащие руки, представилась
бы возможность для подделки любых банкнот в королевстве.
Для предотвращения подобного зла все билеты должны быть по-
мечены порядковым номером и продаваться только банкирам, ко¬
торые были бы ответственны за правильное их использование,
т. е. в случае если бы ими была допущена потеря или кража банк-
нотных бланков, которые были бы превращены в поддельные
банкноты других банков, то их первоначальные покупатели 1
были бы ответственны на сумму, которая тотчас же была бы уста¬
новлена путём справки в книгах конторы по продаже банкнотных
бланков, поскольку контора эта записывала бы каждую партию
проданных бланков, указывая их номера и имя покупателя.
Наконец, так как предполагается, что достоинство банкнот
указывалось бы в государственном штампе, то употребляемые в
настоящее время штампы стали бы ненужными и банкноты в один,
пять, десять и т. д. фунтов продавались бы банкирам по соответ-
ствующим ценам.
Самый большой дефект существующих средств против подде-
лок состоит в том, что они придают слишком много значения спо-
собностям гравёра, не обращая достаточного внимания на спо¬
собности человеческого ума. Большая лёгкость, с которою мы
1 Т. е. банкиры. — Прим, перев.
744	ДЖОН ГРЕЙ
отличаем любую хорошо знакомую нам вещь от других предметов
подобного рода, кажется, совсем упускается из виду. Если бы
дело обстояло иначе, то Шотландия никогда не была бы навод¬
нена почти сотней различных видов банкнот, многие из которых
лишь редко попадают в руки какого-либо индивида и которых
поэтому ни один человек никогда не может знать. Но при едином
рисунке описанного здесь рода, всегда представляющемся наше¬
му взгляду, банкноты были бы всем хорошо знакомы. Привычное
наблюдение' во время подсчёта банкнот запечатлело бы каждую
их чёрточку в нашей памяти, и отсюда гарантия против обмана,
которую никогда не могут нам дать существующие порядки и
меры предосторожности.
Если в ответ на то, что здесь выдвигается в качестве гарантии
против подделок, скажут, что сделанное одним человеком может
быть скопировано другим, то я возражу, что при указанных
мною условиях было бы чрезвычайно трудно, если не абсолютно
невозможно, скопировать банкноту с такой точностью, чтобы
обман удавался. Предполагается, что защитительный рисунок
будет делом рук многочисленных художников. Правительство,
конечно, в состоянии привлечь к этой работе лучших художников
королевства; тем не менее могут сказать, что найдутся другие
гравёры почти столь же искусные, и обыкновенный наблюдатель
по крайней мере не был бы в состоянии сказать, чьё мастерство
лучше, если бы ему были представлены образцы гравирования
тех и других. Это, быть может, верно: но хотя качество может
быть равным, стиль не может быть имитируем с такой точно¬
стью, чтобы ввести в заблуждение. Лица могли бы быть выграви¬
рованы такой же длины, ширины и полноты, тем не менее име-
лось бы различие, не поддающееся описанию, различие в выражении,
которое моментально обнаружило бы обман; и обыкновенный че-
ловек после небольшого опыта принял бы поддельную банкноту
за подлинную не с большей вероятностью, чем спутал бы лица
своих собственных детей.
Существует несколько хороших образцов банкнот, находящих¬
ся в настоящее время здесь в обращении; но даже лучшие из них
кажутся скорее изобретением искусных гравировщиков, жела-
ющих показать своё искусство, а не деловых людей, профессия
которых заставила их найти для себя средства, как обнаружить
подделку. Машинный штамп, которым теперь почти заполняются
банкноты, совершенно бесполезен. Быть может, его трудно вос¬
произвести, но в нём нет ничего запоминающегося, а всякий банк¬
нотный штамп,- который нельзя в совершенстве запомнить, со¬
вершенно бесполезен. Такой же характер имеет штамп в центре
однофунтовой банкноты Шотландского банка и некоторых дру-
гих, состоящий из бесконечного повторения слов «один фунт»
столь маленькими буквами, что только хороший глаз может раз¬
СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
145
личить их даже в новых банкнотах. Такой мелкий рисунок был
бы достаточно хорош, если бы каждый лавочник держал за своим
прилавком инспектора с микроскопом в руках для исследования
банкнот; но при отсутствии такого обыкновения он имеет малую
практическую ценность. Нам нужно нечто такое, что мы могли
бы узнать во время подсчёта банкнот, происходящего с обычной
быстротой, и нет ничего, что мы могли бы так легко и превосход¬
но запомнить, как человеческое лицо.
Чтобы составить правильное суждение о средствах, с помощью
которых предполагается достигнуть какой-нибудь цели, необ¬
ходимо ясно понять, какова эта цель. В данном случае безумием
было бы надеяться на то, чтобы какой бы то ни было штамп был
столь неподражаем, что не могло бы быть создано ничего, имею-
щего малейшее сходство с ним. Всё, что я считаю необходимым,—
это дать публике правило, следуя которому люди обыкновенных
способностей могли бы при обычном старании быть наверняка
ограждены от получения поддельных банкнот; и такое правило,
утверждаю, может быть дано публике, как только такая банкно¬
та, какая здесь была описана, будет находиться в исключительном
обращении по всему королевству. Это правило в отличие от осо-
бых примет, составляющих в настоящее время тайну банкирских
домов и совершенно скрытых от публики, может быть при посред-
стве прессы без опасений сообщено самому фальшивомонетчику.
Если предположить, что на каждой банкноте в королевстве
имеется тридцать пять тонко выгравированных лиц, то это пра¬
вило заключается в следующем: пусть каждый человек, обыкно¬
венно получающий банкноты, изберёт себе какое-либо одно из
тридцати пяти лиц, и пусть он бросит мельком взгляд на него
на каждой получаемой им банкноте. Благодаря этому его знаком¬
ство с этим определённым лицом будет совершенным, и только со¬
вершенная подделка могла бы обмануть его.
Теперь представим себе положение фальшивомонетчика: при
гравировании тридцати пяти лиц было применено соединённое
искусство самых выдающихся художников, и каждый человек,
как предполагается, в совершенстве знаком с одним из этих лиц,
но сбывающий фальшивые деньги не может знать, какое из этих
лиц избрано тем человеком, которому он хочет сбыть банкноту.
Поэтому единственный шанс на успех состоял бы для него в из-
готовлении совершенной имитации каждого лица-, и всякий, кому
известно что-либо о трудностях, которые должны быть преодолены
для изготовления такого штампа, тотчас же заявит, что только
тот мог бы попытаться сделать это с малейшими шансами на успех,
кто мог бы и честным путём составить себе состояние посредством
гравирования.
Тем не менее могут сказать, что есть люди, которых никогда
нельзя было бы побудить вообще взглянуть на банкноту; какую
146	ДЖОН ГРЕЙ
же защиту предоставляет им ваш план? Ответ ясен — никакой.
Пусть они несут последствия своей собственной беспечности.
В общем выяснено, что главная гарантия против подделок
должна быть найдена в том, чтобы сделать все банкноты в коро-
левстве до известной степени похожими, и до тех пор, пока это не
сделано, планы предотвращения подделок могут забавлять изо-
бретательных людей и доставлять занятие гравёрам, но подделки
никогда не будут предотвращены.
Ясно, что не в интересах гравёров было бы поддерживать пред¬
лагаемый здесь план, поскольку дорогие штампы, находящиеся
теперь в употреблении, стали бы совершенно излишними. По дан¬
ному вопросу ценны мнения банковских инспекторов и банков-
ских клерков, большинство которых хорошо знает, как легко в
достаточной мере ознакомиться с каким-либо штампому чтобы с
величайшей лёгкостью отличить его от любого другого».
Приведённая выше статья была написана с учётом современной
системы банкового дела, но тот же способ гравирования вполне
годился бы для проектируемой национальной банкноты, за ис-
ключением только того, что каждая банкнота одновременно пе¬
чаталась бы целиком, а не наполовину и за исключением также
того, что гербовая пошлина могла бы быть отменена. И если при
существовании в обращении почти такого количества банкнот раз-
ных видов, сколько существует в продаже образцов узоров, воз¬
можно вообще продолжать пользоваться бумажными деньгами,
причём проистекающее из бедности искушение совершить мошен¬
ничество так велико, как в настоящее время, то можно наверняка
сказать, что когда трудность подделки банкнот значительно воз-
растёт, а искушение подделывать их значительно уменьшится,
то было бы гораздо меньше возражений против употребления бу-
мажных денег, чем имеется теперь, поскольку дело касается опа-
сения подделок.
Порядковый номер должен был бы остаться в качестве послед-
ней гарантии против поддельной банкноты, когда-либо попадаю¬
щей необнаруженной в банк. Номера банкнот должны записы¬
ваться в книгу при выдаче их банком, и они должны проверяться
при обратном получении их банком. Таким образом, если бы в
банк поступили две банкноты с одним и тем же номером, то одна
из них должна была бы оказаться поддельной, и извещение об её
существовании заставило бы население присматриваться к банк-
нотам при их получении. Результатом противоположного поряд¬
ка вещей, т. е. отсутствия порядковых номеров банкнот, может
быть беспечность, ибо поддельная банкнота может быть представ¬
лена в банк с не большим риском её разоблачения, чем в любом
другом месте.
Некоторое время назад один господин, связанный с находя¬
щимся здесь банковским учреждением, сообщил мне, что господа

СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА	147
Перкинс и Хит выгравировали или предложили банкирам выгра¬
вировать банкноты, содержащие несколько лиц, в точности по-
хожих одно на другое. Но этот план значительно хуже изложенного
выше, потому что первый основывался бы на сравнении, второй
же — на знании. Тридцать пять лиц, искусно выгравированных,
но совершенно не похожих друг на друга, представляли бы не¬
сравненно большую гарантию, чем такое же количество лиц, по-
хожих друг на друга, при условии, чтобы каждое из тридцати
пяти лиц было одинаково на всех банкнотах. Один план содер-
жит тайну, а именно избранное лицо, другой же не имеет никакого
секрета; и должно быть несравненно легче подделать в совер-
шенстве тридцать пять лиц, похожих друг на друга, чем
тридцать пять лиц, совершенно отличающихся друг от друга,
по той же самой причине, по которой человек всегда может
значительно легче и совершеннее выполнять какое-нибудь одно
действие, которым поглощено всё его внимание, чем выполнять
несколько.
ГЛАВА VIII
Свободные профессии. — Различие между членами общества, занимаю¬
щимися коммерцией, и представителями свободных профессий. —
Способы вознаграждения лиц свободных профессий. — Полупрофес-
сиональные занятия. — Передача частной собственности. — Патенты.
Лица свободных профессий, хотя и тесно связанные с торговым
обществом и, повидимому, принадлежащие к нему, получают сред¬
ства к существованию иным путём, а при Социальной системе
они были бы особым классом общества в гораздо большей степе¬
ни, чем сейчас.
Доход каждого члена Национальной коммерческой ассоциации
составлял бы часть цены обмениваемых товаров, как уже было
полностью описано в предыдущих главах, доход же лиц свобод-
ных профессий обыкновенно извлекался бы из совершенно иного
источника. Годичная эмиссия банка была бы целиком предна¬
значена для оплаты требований различных членов ассоциации;
и лица свободных профессий продолжали бы получать свои до¬
ходы, как и в настоящее время, путём прямого обмена своих про-
фессиональных услуг на деньги, которые должны быть уплачены
им их покупателями или клиентами, за исключением, впрочем, тех
случаев, когда они использовались бы членами ассоциации в ка-
честве должностных лиц.
Например, врач, хирург или художник, используемые част-
ным членом общества, получали бы от своего клиента в виде де-
нег его право и титул на такую долю запаса национального
148
ДЖОН ГРЕЙ
богатства, которую он согласился бы дать в обмен на оказанную
ему профессиональную услугу, причём отдача денег одной сторо¬
ной и получение её другой были бы свидетельством или доказа-
тельством того, что А, член ассоциации, получивший деньги за
сделанный им вклад в национальный запас богатства, передал своё
право изъять свой вклад из национальных складов В, человеку
свободной профессии, в качестве вознаграждения за некоторую
услугу или благо, действительное или-мнимое, оказанное послед-
ним первому.
Но в других случаях, когда человек свободной профессии ис¬
пользовался бы членом ассоциации, действующим в качестве долж¬
ностного лица, например, когда профессиональное искусство или
талант архитектора потребовались бы в производстве какого-либо
вещественного и годного к обмену товара, который должен быть
доставлен для продажи на национальный рынок, тогда специа-
лист получил бы вознаграждение за свои услуги из рук полномоч-
ного агента, и стоимость его совета или услуги составила бы
часть цены произведённой вещи, как и в случае с обыкновен-
ным трудом.
Другим способом вознаграждения лиц свободных профессий
было бы, как и в настоящее время, фиксированное жалованье, в
частности в случаях, когда трйовалось бы всё их время и внима-
ние. Таким образом, должны были бы вознаграждаться такие
лица, например, как учителя, хирурги, работающие в учрежде-
ниях, и некоторые другие. Их жалованье должно было бы
составлять часть издержек производства товаров, попадая в
национальный баланс под какой-либо из рубрик, озаглавленных
«национальные издержки».
Но очевидно, что несправедливо было бы требовать от пред¬
ставителей свободных профессий, чтобы они согласились, подобно
рабочим и управляющим предприятиями, получать вознагражде-
ние, устанавливаемое кем бы то ни было, кроме их самих. Каждый
непосредственный член социального общества работал бы по прин¬
ципу определённых обязанностей и определённого вознагражде-
ния. Часы выхода на работу были бы установлены; работа, под¬
лежащая выполнению, когда речь идёт о производительном труде,
была бы определённого качества, и это может регулироваться,
да и теперь регулируется и всегда так регулировалось, с величай¬
шей лёгкостью. Мы можем сказать ткачу, что полотно должно быть
определённой степени тонкости или, употребляя техническое вы-
ражение, что оно должно иметь столько-то нитей в дюйме; ферме¬
ру — что он должен возделывать пшеницу или овёс, или ячмень;
строителю ~ что дом должен быть таких-то размеров и из таких-
то материалов; но ни один человек не может определить, каковы
должны быть внутренние свойства другого человека. Мы не мо-
жем разумно сказать художнику, .что он должен быть Лоуренсом,
СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
149
писателю — что он должен быть Шекспиром или Вальтер Скот-
том, музыканту — что он должен быть Паганини, наезднику —
что он должен быть Дюкроу.
Поэтому все лица, которым требуется помощь людей сво-
бодных профессий, должны попрежнему оплачивать духовное
материальным и отдавать надлежащую часть своей доли богат¬
ства на товарном складе за профессиональную услугу, оказанную
им по их собственному желанию.
Дело коммерции — кормить людей, одевать, давать им жи¬
лище и доставлять досуг для удовольствий и для умственной ра¬
боты. Предлагаемые здесь принципы были достаточно рассмотрены
в отношении очень многих отраслей и занятий; в течение послед-
них десяти лет они постоянно находились перед моим «умствен-
ным взором», и я могу поистине сказать, что в данное время я не
могу вспомнить ни одной отрасли, к которой они неприменимы, за
исключением только таких, которые целиком или отчасти отно¬
сятся к свободным профессиям.
Никаких трудностей не возникло бы от того, что какой-либо
товар подвержен порче, как, например, фрукты или рыба; нужно
было бы установить небольшие различия, соответствующие осо-
бенностям данных отраслей и занятий, но это были бы различия
только в деталях, а не в руководящем принципе.
Имеется, однако, разновидность занятий, наполовину отно¬
сящаяся к свободным профессиям, которую нужно отметить. Если,
например, человек захочет, чтобы какая-либо услуга была выпол¬
нена или какой-либо предмет произведён специально для него
каким-либо определённым лицом, то последнее благодаря этому
вправе поставить свои собственные условия своему клиенту.
Таким образом, под эту рубрику, повидимому, подходят портняж¬
ное и сапожное ремёсла, пока люди будут попрежнему предпочи¬
тать получать свои сюртуки и ботинки по заказу, вместо того
чтобы выбирать такие, какие им понравятся, из готового запаса;
производство же материалов, из которых выделываются сюртуки
и ботинки, сюда не относится. Другой отраслью подобного же
рода является парикмахерское дело. Имеются ещё и другие от¬
расли, в которых иногда предпочтение отдаётся определённым
производителям, в объяснение чего, быть может, невозможно
привести никакого иного довода, кроме того, что «мне нравится
предпочесть его всякому другому». Таково счастливое положение
различных производителей музыкальных инструментов, пистон-
ных ружей и некоторых других предметов, причём, впрочем,
часто основой их известности служит их действительное превос¬
ходство.
Таким образом, все лица, которые в качестве мастеров или
помощников нашли бы выгодным для себя по приведённым выше
основаниям отделиться от Социального объединения, оплачивались
150
ДЖОН ГРЕЙ
бы таким же образом, как лица свободных профессий. Для
оплаты их труда не создавалось бы никаких денег, потому что
продукты их никогда не поступали бы в общественный фонд. На-
пример, агент А имеет 100 ф. ст. деньгами и, следовательно, яв¬
ляется собственником находящегося на товарном складе богат¬
ства на эту же сумму. В — Джо Ментон или Эррард — продаёт
ему за деньги ружьё или арфу. А, следовательно, передаёт В своё
находящееся на товарном складе богатство, давая ему в обмен
на его ружьё или арфу деньги, являющиеся представителем этого
богатства.
Подобным же образом происходили бы передачи частной собст¬
венности. С, больной, желает жить в Италии. Он продаёт свою
домашнюю обстановку и другие ценности с публичного аукциона,
как и в настоящее время. В этом случае не создаётся никакого до-
полнительного богатства и, следовательно, не создаётся ни-
каких добавочных денег. Покупатели имущества С платят
ему чеками на общественный фонд; он извлекает из него, пред-
положим, золото и передаёт указанные чеки агентам нацио-
нального товарного склада, и отныне эти чеки перестают быть
деньгами.
Итак, испытывайте предлагаемый новый принцип обмена ка-
ким угодно способом, он с математической точностью соответст-
вует данной ему характеристике: «производство —.причина спро¬
са». Передача имущества не увеличивает его. Годичная эмиссия
банка, следовательно, представляла бы не все деловые операции
страны, но только её производство и ввоз.
Однако портные, сапожники и парикмахеры, равно как и все
другие лица свободных и наполовину свободных профессий, вы¬
играли бы от этой системы точно в такой же степени, как и другие
члены общества, ибо в тот момент, когда их ремёсла или занятия
перестали бы вознаграждаться платой, равной средней цене обык-
новенного труда, они потребовали бы осуществления своего
первородного права иметь занятие под эгидой национального
капитала.
Под рубрикой свободных профессий следует упомянуть о
вопросе, являющемся в настоящее время источником бесконечных
неприятностей и досад,— о патентном праве. Лишь немногие ста-
нут отрицать, что человек, который, посвятив какому-либо изы-
сканию годы умственного труда или благодаря простому случаю,
открывает нечто, могущее принести благо обществу, что этот че-
ловек имеет право на соответствующее вознаграждение. Однако
современное патентное право не приспособлено в достаточной мере
к тому, чтобы обеспечивать вознаграждение по заслугам и чтобы
воздать должное изобретателям. Часто случается, что действи-
тельно достойный награды изобретатель тратит многие годы своей
жизни и свои средства на изобретение и получает на него патент,
СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
151
срок которого истекает, прежде чем он получит хотя бы шесть пен-
сов от своего изобретения. Затем, быть может, кто-нибудь другой,
усовершенствовав изобретение, не только получит вознагражде-
ние, которое по строгой справедливости должен был бы получить
первоначальный изобретатель, но, что ещё хуже, совершенно не
даст самому изобретателю улучшить своё собственное творение,
взяв через его голову новый патент на какую-либо часть, кото¬
рая, как бы она ни была незначительна по сравнению с оригина-
лом, может быть тем не менее столь необходима для совершенства
всего изобретения, что машины без этой части никак не могут
конкурировать с машинами, имеющими её.
На полях моей рукописи я нашёл надпись, сделанную одним
другом: «Это — несущественный вопрос при рассмотрении столь
обширной системы. Вместо патентов не лучше ли было бы в со-
циальном обществе (Social Society) предоставить публике пользу
от любого усовершенствования и вознаградить изобретателя
деньгами?». Трудность заключается в том, чтобы оплатить дейст-
вительную стоимость изобретения. Девяносто девять изобрете-
ний из ста неудачны, но время от времени какое-либо из них по-
падает в цель, и трудность состоит в том, чтобы отличить вы¬
игрышный номер от пустого. В настоящее время это делается
опытом самих изобретателей. Существуют, несомненно, очень
серьёзные препятствия к предоставлению патентов таким образом,
чтобы воздать должное всем участникам. Те, кто всесторонне рас-
смотрел вопрос, должны установить наилучшие средства прими-
рения противоположных интересов. Здесь об этом вопросе упоми¬
нается только с целью показать, каким образом теперешнее па¬
тентное право может быть совместимо с принципами Социальной
системы.
Производство любого рода машин, признанных полезными и
незапатентованных, может при Социальной системе происходить
точно в том же порядке, как и всякий другой род производитель¬
ной деятельности. Лица, имеющие патенты, могут либо исполь¬
зовать инженеров ассоциации, будучи сами, вероятнее всего, из
их числа, для того чтобы производить свои машины обычным пу-
тём, просто обязываясь брать их из общественного фонда, как
только они будут сделаны на заказ, по обычной цене материала,
заработной платы и процента и затем продавать их по любой цене,
какую они могут получить; либо же они могут сами основать соб¬
ственные фабрики согласно уже описанному порядку для полу-
свободных профессий. Но, за исключением тех случаев, когда
требовалась бы глубокая тайна, последний способ почти никогда
не мог бы применяться с выгодой; ибо благодаря весьма обширным
масштабам, в которых велись бы ассоциированные предприятия,
труд в них был бы так широко разделён и соединён, что для кон-
куренции с ними потребовалась бы фабрика, включающая в себя
152
ДЖОН ГРЕЙ
скорее целый город, чем сравнительно немногих лиц. Поэтому,
вероятно, нельзя было бы получить никакой добавочной выгоды
от производства какого бы то ни было предмета вне привычных ра-
мок коммерческой ассоциации.
ГЛАВА IX
Обзор общества. — Вероятные последствия Социальной системы. —
Схема общества. — Общий обзор человеческих занятий и способа,
которым распределяется теперь богатство страны.
Желательно иметь здесь в виду различие между причиной и
следствием. В настоящей книге не выдвигается никаких возра-
жений против торговых институтов общества только потому, что
это — институты; они осуждаются исключительно вследствие их
совершенной непригодности для той цели, для которой они пред¬
назначены. Это доказывается тем, что они не выполняют своей
прямой задачи — снабжать человечество в целом предметами
необходимости и комфорта, оставляя ему в то же самое время до-
суг для использования и удовлетворения его физических, мораль-
ных и интеллектуальных способностей. Однако принятие обще-
ством защищаемого во всей этой книге принципа обмена, подобно
введению нового процесса труда на фабриках, сделало быизлиш-.
ним многое, существующее в настоящее время, и вообще придало
бы совершенно новый вид вещам. Поэтому изменения в общест-
ве, о которых будет речь ниже, не являются необходимыми для
принятия усовершенствованного метода покупки и продажи, но
они, вероятно, явились бы его следствием.
Это различие следует всегда иметь в виду, потому что если бы
было необходимо убеждать некоторых людей бросить определён-
ные отрасли и занятия, для того чтобы вместо них могли быть
основаны другие, то всякий прогресс вскоре приостановился бы.
На практике, однако, это не имеет места, ибо, как только вводится
новый принцип, делающий определённые занятия ненужными
(как, например, в деле взимания налогов, когда налог отменён),
эти занятия должны быть брошены, нравится ли это их исполни-
телям или нет: спрос на эти занятия прекращается, и они тогда
умирают естественной смертью за ненадобностью.
В статистической работе Колкгауна о богатстве и ресурсах
Британской империи имеется попытка показать, в каких пропор-
циях продукция страны распределяется между различными клас¬
сами общества. Приводимая здесь таблица датируется 1812 г.,
но, поскольку основы общества по существу теперь те же самые,
что и тогда, общая схема распределения не могла сильно изме-
ниться. Поэтому на основе одной из таблиц Колкгауна я построил
другую, чтобы показать, в связи с вопросом о свободе внутренней
СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
153
торговли, различные существующие классы общества. Таблица,
откуда отчасти скопирована приводимая ниже, в высшей степени
удачно названа Колкгауном «Схемой гражданского общества» 1.
Если посмотреть на приведённую ниже таблицу, допуская,
что она является некоторым подобием правильного изображения
того, как используется богатство страны в настоящее время, то
причина существующих мучений и бедствий не может представ¬
лять большой тайны. Сведите миллионы к единицам: вот семья
из семнадцати человек, имеющая доход в 430 ф. ст.; девять чле-
нов семьи заняты производительным трудом, а восемь заняты
непроизводительным трудом или совсем не заняты; мало того,
годовой паёк восьми, сравнительно праздных, составляет 330 ф.
ст., между тем как те, чьим трудом содержится вся семья,
получают только 100 ф. ст.
Действительным злом торгового общества является его неле-
пая система обмена, которая прежде всего сводит продукцию
страны только к небольшой части того количества, которого бы
она достигла, если бы с неё были сняты оковы, а затем втягивает
в свой ненасытный водоворот не меньше чем 56 млн. человек в год.
Посмотрите на номера 27,28, 34 и 35 таблицы. Спросим серьёзно
самих себя: что составляет богатство, кто его производит, и кем
оно потребляется? И, после того как будет дан ответ на эти
вопросы, спросим снова: не можем ли мы производить немного
больше и не могут ли некоторые люди, являющиеся в настоящее
время не праздными, но бесполезными, оказать помощь в произ-
водстве того, что они потребляют?
Главная задача приведённой таблицы — показать, каким
образом теперь распределяется продукция страны. Между дохо¬
дами различных классов существует большее различие, чем видно
с первого взгляда, благодаря различию в числе лиц в семьях
каждого класса. Например, кажется, что доход каждого лица в
производительных классах был в 1812 г. 11 ф. ст., а доход каждого
члена королевской семьи — только 2 920 ф. ст. Однако в первом
случае среднее число людей в каждой семье может быть около че-
тырёх с четвертью, а во втором — около пятидесяти, так как
сюда включены слуги: следовательно, в первом случае в распоря-
жении главы семьи может быть доход около 47 ф. ст., а в послед-
нем — доход в 146 тыс. ф. ст.; в данном случае один доход при¬
близительно в 3 тыс. раз 2 больше другого. Но в этом отношении
разница значительно меньше, когда мы оставляем в стороне выс-
шие классы: среднее число лиц в каждой семье определяется среди
1 Так как таблица Колкгауна в полном объёме дана в «Лекциях о челове-
ческом счастье», то мы её не повторяем здесь целиком, а даём только заключи¬
тельную сводную схему. Порядковые номера схемы обозначают слои населе-
ния. Расшифровку этих номеров см. на стр. 28—33. — Прим, перев.
2 В оригинале ошибочно написано «в 300 раз». — Прим, перев.

СХЕМА
гражданского общества, показывающая численность, доход и занятия всего населения
Великобритании и Ирландии в 1812 г, и различающая численность и доход производительных
классов от численности и дохода непроизводительных классов
№ п/п
Приблизитель-
пая численность
населения
Общий доход
каждого класса
общества Вели-
кобритании
и Ирландии
Годовой доход
каждого муж¬
чины, женщины
и ребёнка в каж-
дом классе
(включая слуг)
Численность и доход
производительных
классов
Численность и доход непроиз-
водительных классов
1
2
3
4
5
б
7
8
ф. ст.
ф. ст.
ф. ст.
1
50
146000
2920
50
146 000
2
50
172 000
3 440
50
172 000
3
200
183 000
915
200
183 000
4
12900
5160 000
400
12900
5160 000
5
720
240 480
334
720
240 480
6
12915
3 022 110
234
12915
3022110
7
110000
22 000 000
200
110000
22 000 000
8
280 000
28 000 000
100
280000
28 000000
9
24 500
3 430000
140
24 500
3430000
10
90 000
5 400 000
60
90 000
5 400000
11
40000
4 200 000
40
40 000
4 200000
12
450000
9 800 000
9
450 000
9 800 000
13
25 000
2 095 000
50
25 000
2 095000
14
320 000
7 204 680
10
320 000
7 204680
15
14 500
856600
20
14 500
856600
16
92 000
630 000
4
—
46 000
630000
17
420000
2
46 000
420000
—
—
18
9 000
1 080000
120
9 000
1080 000
19
87 500
3 500000
40
87 500
3500000
20
95 000
7 600000
80
95000
7600 000
21
90 000
5400000
60
90 000
5400000
22
25 000
1400000
56
25000
1400000
—
—
23
385 000
19 250 000
50
385 000
19 250000
24
1050000
21 000000
20
—
—
1 050000
21 000000
25
1 540 000
33 600000
22
1 540000
33600000
26
3 154 142
33 396 795
11
3 154 142
33 396 795
—
—
27
35 000
9100000
260
35 000
9 100 000
28
159600
18 354 000
112
159 600
18 354 000
29
43 500
2610 000
60
43 500
2610 000
30
3 000
402 000
134
3 000
402 000
31
43 750
5250000
120
43 750
5250 000
32
400 000
8100000
11
400000
8100000
—
33
264 000
35376 000
134
264 000
35 376 000
34
5400
723 600
134
5400
723600
35
700000
28 000 000
40
700 000
28 000000
36
218 750
7875 000
36
218 750
7 875 000
37
262 500
6 750 000
14
262 500
6 750 000
38
437 500
8750 000
14
437500
8 750 000
39
150 000
3 500 000
12
150000
3500000
40
4 343 389
49 054 752
И
4 343 389
49 054752
—
41
5600
63 000
11
5600
63 000
42
3 496
524 400
150
3496
. 524 400
43
210 000
7 140 000
34
210 000
7 140 000
44
20 000
500 000
25
20 000
500 000
45
3 500
175 000
50
3 500
175 000
46
700
35 000
50
700
35000
47
4 000
160 000
40
4 000
160000
48
17 500
105 000
6
17 500
105 000
49
308 741
3704 892
12
308 741
3 704 892
50
—
5211 063
5211063
51
1 548 400
3 871 000)
6 000 000 f
6
774 200
3871000
774 200
6 000000
17 096 803
430521 372
—
8892 731
99 742547
8204 072
330778825
Численность на-
Сумма доходов
Общая чис-
Сумма дохо-
Общая чис-
Сумма доходов
селения Вели-
всего населе-
ленность
дов произ-
ленность не-
непроизводи-
кобритании
и Ирландии
ния Велико-
производи-
водительных
производитель-
тельных
британии
тельных
классов
ных классов
классов
в 1812 г., вклю-
и Ирландии
классов
в 1812 г.
в 1812 г.
в 1812 г.
чая армию
в 1812 г.
в 1812 г.
ф. ст.
ф. ст.
и флот
ф. ст.
ДЖОН ГРЕЙ	СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА

156
ДЖОН ГРЕЙ
высшего дворянства в двадцать пять, среди епископов и бароне-
тов — около пятнадцати, среди рыцарей и сквайров — около
десяти, а затем оно, повидимому, колебле1ся от четырёх до шести.
Следует заметить, что в приведённой таблице только те лица
названы производительными членами общества, которые своими
собственными руками способствуют увеличению осязательного и
могущего быть обмениваемым богатства; и это правильный способ
рассмотрения вопроса. Умственный труд, т. е. труд изобретения,
руководства и наблюдения, равно как и распределения, столь же
необходим для благосостояния общества, как и физический труд;
но между ними имеется то различие, что тот вид труда, непосред-
ственным результатом которого является вещественное богатство,
никогда не может оказываться в избытке, до тех пор пока у нас
есть материал, на обработку которого он может быть потрачен,
и капитал, который требуется ему в помощь, в то время как умст-
венного труда нам требуется только количество, достаточное
для того, чтобы управлять, руководить и наблюдать за физиче-
ским трудом, а всё, что сверх того, порождает только борьбу за
работу, которая должна быть выполнена, не увеличивая ни на
один атом количество выполненной работы. Например, дома
воздвигаются не благодаря увеличению числа архитекторов или
товары производятся не благодаря увеличению числа лавочников;
в обоих случаях дополнительное богатство производится путём
предоставления работы людям, которые своими собственными
руками придают соответствующим материалам желательную
форму.
Поэтому всякое торговое общество заинтересовано в том, чтобы
сводить к минимуму каждый класс непроизводителей и увеличи¬
вать в наивысшей степени число всех производителей, для которых
может быть найдено полезное занятие. Жалованье премьер-ми¬
нистра и доход разносчика в одинаковой мере являются налогом на
производительные классы, и проведение различия между ними
при рассмотрении общих интересов нации только искажает суж-
дение и наводит исследователя причин человеческих мучений на
ложный след.
Дайте занятие человечеству, а для того чтобы люди были всег¬
да в состоянии давать друг другу занятие, пусть они установят
свободу обмена; пусть они, как правило, посвящают часть своего
труда увеличению капитала, пусть дадут тем, кто занят, весь про-
дукт их труда, за вычетом только той его части, которую всегда
должно быть необходимо взять у них для вознаграждения такого
количества непроизводительных членов общества, какое может
быть с большей пользой занято умственным трудом, чем физи-
ческим. Такова и только такова та реформа, которая может до¬
ставить существенное благо обществу; такова и только такова
та скала, на которой когда-либо могут быть воздвигнуты челове-
СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
157
ческне учреждения с какими-либо шансами на то, чтобы иметь
возможность не страшиться бури и противостоять шторму. И они
неизбежно должны будут, рано или поздно, покоиться на этой
основе, если врождённое желание улучшить свое положение не
будет вырвано из человеческого сердца. И другие реформы могут
принести благо. Парламентская реформа принесёт много пользы;
она будет делом справедливости, и, кроме того, она подготовит
путь для другой и более великой реформы. Образование низших
классов приносит много добра; оно подготовляет их умы к по-
ниманию их действительного положения, их действительного
значения, их несокрушимой силы. Но это только шаги на пути к
прогрессу; это лишь процессы в производстве материала для той
одежды, в которую общество будет ещё пышно наряжено; весь про-
цесс, однако, уже продвинулся далеко вперёд, и почти так же
быстро, как сукно превращается в платье, существующие мате-
риалы промышленности и торговли могут быть в любое время
превращены в средства национального благосостояния и счастья.
Теперь я вкратце упомяну о различных классах общества,
перечисленных в приведённой таблице, применительно к прин¬
ципу свободной внутренней торговли.
Номера 1, 2 и 3 — король и другие члены королевской семьи—
были бы облагодетельствованы учреждением Социальной системы
постольку, поскольку они имели бы удовольствие видеть своих
подданных и ближних хорошо обеспеченными.
Номера 4, 6, 7 и 8 — высшее дворянство, среднее и мелкое
дворянство, рыцари, сквайры, лэди и джентльмены. Доходы этого
класса получаются большей частью от ренты с земли и процентов
на деньги; и они могут быть попрежнему щедро вознаграждаемы
за пользование обоими при Социальной системе. Может, однако,
настать день, и я верю, что он настанет, когда дела каждой нации
будут вестись на основе национального капитала. В таком слу-
чае получалось бы мало ренты или процентов.
Номера 9 и 10 — лица, находящиеся на различных граждан-
ских службах. Занятия большого числа гражданских учрежде-
ний стали бы совершенно излишними благодаря установлению
свободной внутренней торговли — например, занятия сборщи-
ков налогов и таможенных чиновников.
Номера 11 и 12 — армия. Предполагается, что никто из людей,
взирающих на современное состояние Европы и ценящих безопас¬
ность нашей страны, не может желать в настоящее время сокраще-
ния британской армии. Улучшите повсеместно положение людей
путём установления свободной торговли в самом широком смысле
слова, и война умрёт в своё время естественной смертью.
Номера 13, 14, 15, 16 и 17 — флот, получающие половин¬
ные оклады, пенсионеры и т. д. Предыдущее замечание приме-
нимо также и к ним.

158
ДЖОН ГРЕЙ
Номера 5, 18 и 19 — епископы и другие духовные лица. Когда
свободная система обмена позаботится о теле, то духовенству
удастся значительно лучше, чем в настоящее время, заботиться
о душе: церковное имущество ни в малейшей мере не должно быть
затронуто установлением Социальной системы. Однако положе-
ние более бедных членов духовенства значительно улучшилось бы
вследствие этой перемены; не было бы более должностей викариев
с жалованием в 40 ф. ст. в год, ибо никто не захотел бы избрать
церковную профессию за меньшее вознаграждение, чем средняя
цена обыкновенного труда. Последняя же, как я полагаю, не
могла быть по стоимости меньше того, что можно теперь получить
за 200 ф. ст. в год. Называя эту сумму в качестве минимума, я,
с одной стороны, не позволяю себе смутных и необоснованных
догадок, а с другой стороны, я не опираюсь ни на какие очень
точные данные. К несчастью, нет никаких документов, на осно-
вании которых можно было бы составить какое-либо определён-
ное мнение по этому вопросу; но если это положение будет оспа¬
риваться, то я готов привести надёжные доказательства того, что
теперешняя стоимость 200 ф. ст. в год, в предметах необходимо¬
сти, удобства и комфорта, была бы самым низким вознаграждением,
которое получали бы при этой системе средние слои трудящихся
классов. Подробное рассмотрение этого вопроса потребовало бы
длинного отступления, и я отказываюсь от этого, потому что это
не имеет существенного значения для главного вопроса. Заработ¬
ная плата всё время определяется как продукт труда, подверга-
ющийся лишь самому незначительному вычету, достаточному для
содержания непроизводительных классов. Очевидно, что заработ¬
ная плата никогда не может быть больше этого, и столь же досто¬
верно, что она никогда не должна быть меньше.
Номер 20 — судьи, адвокаты, стряпчие, клерки и т. д. Доход
в 7 600 тыс. ф. ст. При предложенной системе*свободной внутрен¬
ней торговли не было бы ни должников, ни кредиторов, и никто
не мог бы стать мошенником из-за нужды: каждый может сам
догадаться, насколько благодаря этим изменениям практика юри-
стов увеличилась бы или уменьшилась.
Номер 21 — врачи, хирурги, аптекари и т. д. Благосостояние
и довольство — правда, при обязательном условии умеренного
труда,— вероятно, не очень способствовали бы увеличению этого
класса общества.
Номер 22 — художники. Увеличение спроса на произведения
искусства при Социальной системе совершенно неисчислимо:
спрос на жизненные удовольствия и развлечения неизменно бы¬
стро возрастал бы, поскольку получали бы удовлетворение более
насущные человеческие потребности.
Номера 23, 24 и 25 — земледельцы-собственники и фер¬
меры. При свободной системе обмена лица этой категории попали
СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
159
бы в число полномочных агентов, и их положение значительно
улучшилось бы от этой перемены.
Номер 26—рабочие в земледелии, на рудниках и т. д.— о
них будет сказано в конце.
Номера 27 и 28 — крупные купцы, банкиры, маклеры и т. д.
Члены Торговой палаты должны были бы большей частью выби¬
раться из этого класса общества.
Номера 29, 30 и 31 — лица, применяющие профессиональ-
ное искусство и капитал в качестве инженеров, надсмотрщиков,
строителей домов, кораблей и т. д. Эти лица пригодны быть пол¬
номочными агентами, но они слишком многочисленны, как и упо¬
мянутые перед этим.
Номер 32 — рабочие-водники на службе у купцов, на рыбных
промыслах, на реках, каналах и т. д. Занятие этих лиц осталось
бы тем же самым, но при Социальной системе они вознаграждались
бы лучше, чем в настоящее время.
Номера с 33 по 39 включительно — фабриканты, оптовые куп¬
цы, розничные торговцы, клерки, приказчики и т. д. Было бы
весьма желательно, чтобы этих лиц было значительно меньше:
некоторые стали бы агентами, тогда как другие при Социальной
системе поднялись бы до положения производителей.
Номер 40— ремесленники, мастеровые и рабочие — о них
должно быть сказано в конце вместе с номером 26.
Номер 41 — разносчики и коробейники. Эти люди приносят
только зло и совершенно бесполезны.
Номера с 42 по 45 включительно — лица, занятые в универ-
ситетах и школах, священники различных сект и актеры. Все
эти занятия относятся к свободным профессиям (см. главу VIII.
Свободные профессии).
Номера 46 и 47 — относящиеся к умалишённым. Социальная
система имеет в виду обеспечить их за счёт нации (см. четвёртую
статью национальных издержек).
Номер 48 — лица, заключённые в тюрьмы за долги. Это лю¬
бопытный образчик современной системы, которая сначала даёт
возможность 17 500 человек войти в долги, а потом помещает
их в тюрьму, для того чтобы не дать им возможности выпутаться
из долгов. Хотя Социальная система не признаёт таких ролей,
как должника или кредитора, она гарантировала бы любую вы¬
году, которую можно извлечь из самой обширной системы креди¬
та, какую когда-либо можно было бы придумать.
Номер 49 — бродяги, мошенники, праздношатающиеся, воры,
плуты, фальшивомонетчики и проститутки, числом в 308 741.
Воспитание и выгодное занятие суть единственные действитель-
ные лекарства, которые когда-либо могут быть применены про-
тив этих национальных болезней.

160
ДЖОН ГРЕЙ
Номер 50—это не поддающийся описанию класс (см. указатель
к приведённой таблице).
Номер 51 — пауперы. Существование незаслуженного паупе¬
ризма в стране, которая постоянно жалуется на перепроизводство,
является насмешкой над здравым смыслом.
Номера 26 и 40 — трудящееся население. Благодаря установ-
лению свободной системы обмена положение производительных
классов настолько улучшилось бы, что человеку, лишь поверх¬
ностно знакомому -с нашими теперешними огромными производ¬
ственными возможностями, истинная картина изменения пока¬
залась бы продуктом фантазии. Наш лозунг — торговая свобода:
установите ее, и спрос всегда будет идти в ногу с производ-
ством. Пусть кто может измерит наши ресурсы — в действитель-
ности невозможно измерить их сколько-нибудь точно; но, когда
будет установлена свобода обмена, можно спокойно утверждать,
что снабжать в изобилии человечество предметами необходимо¬
сти и комфорта было бы так же легко, как качать воду из никогда
не иссякающего источника; тем не менее никогда не могло бы быть
ничего столь абсурдного, как перепроизводство, и никогда не
приходилось бы тратить ни одного часа на тщетные поиски рынка
для любого продукта, который был бы когда-либо произведён в
согласии с принципами Социальной системы.
ГЛАВА X
Народонаселение. — Теория г-на Мальтуса. — Она противоречит оче-
виднейшим велениям природы—Она опровергается тем свидетель-
ством, к которому г-н Мальтус обращается для её доказательства. —
Факты, приводимые для её обоснования, неверны. — Даже если бы она
была правильная, то это было бы лишним доводом в пользу учрежде-
ния Социальной системы. — Теория г-на Сэдлера— Ссылка на неко-
торые из его таблиц. — Влияние неравенства в возрасте родителей на
пол их детей. — Животные подвержены тому же самому закону. —
Эмиграция.
А как, скажет последователь г-на Мальтуса, общий ваш прин-
цип, изложенный в предыдущей главе и заключающийся в том,
что закон природы никогда не может быть ошибочен, мирится с
самой обоснованной теорией народонаселения? И здесь я должен
предупредить, что я ставлю это препятствие на моём пути только
ради того, чтобы устранить его. Выдвигаемая мною задача не
имеет ничего общего ни с какими теориями народонаселения.
Она направлена к тому, чтобы все люди лучше, чем теперь, были
снабжены средствами наслаждаться жизнью. Указанная теория
выдвигает против всякого улучшения тот аргумент, что оно будет
слишком быстро увеличивать население. Если и считать, что этот
СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
161
аргумент имеет основание, законодатели могут сейчас идти в
отпуск. Все будет обстоять благополучно к их полному удовлет-
ворению Ч
Мало, быть может, таких теорий, которые больше осыпались
бы бранью и искажались, чем теория г-на Мальтуса; его предло-
жение отменить законы о бедных само по себе достаточно для
того, чтобы написать на него целый том ругани; цитаты из его
«Опыта о народонаселении» вызывали самые несправедливые
предубеждения против его теории. Единственное издание этой
работы, которое я когда-либо читал, это шестое, и в этом издании
суть того, что г-н Мальтус говорит по поводу законов о бедных,
сводится к следующему: прекратим попытки делать то, чего нель¬
зя дела1ь с успехом, потому что самые эти попытки производят
в десять раз больше нищеты, чем устраняют. Как бы ни рас¬
ходился филантроп с г-ном Мальтусом в вопросе о том, как лучше
устранить пауперизм, цель их обоих одна и та же.
Я, однако, не являюсь учеником г-на Мальтуса, и я с ним со¬
вершенно не согласен. Я перейду к самому краткому изложению
моих доводов в защиту мнения, весьма отличающегося от его
мнения по вопросу о народонаселении. Его учение состоит в том,
что население имеет тенденцию увеличиваться в пропорции, как:
1. 2 , 4, 8, 16, 32 , 64, 128, 256,
а средства существования, как:
1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9.
Если предположить, следовательно, что мы находимся сейчас
на уровне единицы в отношении как населения, так и средств
существования и что, как это предполагается г-ном Мальтусом, со-
ответствующие изменения в населении и в средствах существова-
ния охватывают периоде двадцать пять лет, то через два столетия
человечеству пришлось бы делить пищу 9 лиц между 256, допус¬
кая, что население будет расти в течение этого промежутка с та¬
кой быстротой, с какой это было бы возможно при отсутствии ка-
ких бы то ни было препятствий. По трём различным основаниям,
которые я сейчас изложу, я считаю, что это учение покоится на
заблуждении.
Во-первых, оно противоречит очевиднейшим велениям природы.
В некотором смысле всё то, что существует, естественно. Доб*
родетель и порок, знание и невежество, добро и зло — все они в
одинаковой мере являются продуктом природы; и положение че-
ловечества, каково бы оно ни было, столь же очевидно является
естественным плодом внутренних свойств людей и окружающих
их внешних условий, как яблоко, персик или слива являются
естественными плодами соответствующих деревьев.
1 Смысл тот, что при Социальной системе быстрый рост населения можно
только приветствовать.— Прим, перев.

162
ДЖОН ГРЕЙ
Но есть разница между обоими случаями. Природа, повидимо¬
му, говорит человеку: столько-то я сделаю для тебя, а столько-то
я сделаю при твоем участии. Например, форма, пол и строение
тела сделаны такими, каковы они есть, природой; кости, мясо,
связки, вены, мускулы и нервы — все они созданы для нас выс¬
шей силой, и мы не можем изменить их. Далее, наши естественные
потребности также находятся вне нашего контроля; мы не можем
появиться на свет без них или изменить их, после того как роди¬
лись. Но, с другой стороны, наши потребности удовлетворяются
почти исключительно нашими собственными средствами, и в этом
отношении природа так строга, что она положительно отказы¬
вается поддерживать наше существование на каких-либо иных
условиях, помимо привычного трудолюбия.
Итак, в рассматриваемом случае природа действует сама, вну¬
шая влечения, которые ведут к увеличению числа живых существ.
При посредстве же самого человека она снабжает его средствами
существования для его семьи. Итак, если признать затруднитель¬
ность содержания семьи, то остаётся вопрос, виновата ли в этом
природа или же люди. Я говорю, что люди, ибо природа не делает
ничего напрасно, и что если бы она не стремилась к тому, чтобы
все вступали в брак, то она не могла бы, без прямого нарушения
её собственных законов, наделить всех половым влечением.
Но исследуем немного явления природы в других областях,
где она действует на пользу человека, но без его содействия.
Посмотрим на строение человеческого тела: разве оно не полно,
не законченно и не совершенно? Не сконструированы ли и не
приспособлены ли друг к другу все его части так превосходно, что
они образуют целое, непостижимо сложное и красивое? Природа
даёт нам свет и воздух, по её велению солнце дарит земле живо¬
творящую силу, и разбросанное по лицу земли семя возрождается
и размножается; и во всех случаях, когда она действует для чело-
века, но без его помощи, она щедра до излишества. Но если она
делает более чем достаточно, когда она действует одна, то по
меньшей мере очень невероятно, чтобы она не делала своей доли в
тех случаях, когда всё, что ей остаётся сделать, сводится к одной
лишь части.
Итак, вместо того чтобы обвинять природу, примем лучше
признанную трудность содержания семьи за вероятное доказа¬
тельство того, что чего-то недостаёт с нашей стороны. Будем по¬
мнить, что, хотя солнце и заставляет созревать наш урожай,
оно не будет ни возделывать землю, пригодную для его про-
израстания, ни сеять семена, из которых он должен возникнуть.
И в рассматриваемом случае лучше усомниться в человеческой
мудрости, чем обвинять божью благость; ибо по меньшей мере
справедливо предположить, что причина зла с не меньшей вероят-
ностью должна усматриваться в нашей собственной небрежности
СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
163
в отношении использования средств, доступных нам по природе
вещей.
Г-н Мальтус, правда, старается показать, что учение, которое
он защищает, не является неестественным, и на стр. 259, т. II
(я цитирую всегда по 6-му изданию) он говорит: «Этот закон (т. е.
закон народонаселения.— Д. Грей) она (природа) провозгласила
таким же образом, как она провозглашает, что за неумеренно-
стью в еде и питье последует нездоровье, что, как бы ни было
приятно в данный момент предаваться этой склонности к излише¬
ству, такое потворство своим слабостям в конечном счёте приве-
дёт к несчастью. Вредность пресыщения для человеческого тела—
такой же закон природы, как и то, что умеренные еда и питьё
полезны для него. Непосредственное повиновение импульсу на-
ших природных страстей привело бы нас к самым необузданным
и самым роковым крайностям; и тем не менее у нас есть серьёз-
нейшие основания верить, что все эти страсти столь необходимы
для нашего существования, что они не могли бы быть в общем
ослаблены или уменьшены без ущерба для нашего счастья».
Всё это на первый взгляд достаточно правдоподобно; но,
увы, как бесплодна попытка провести аналогию между излишест¬
вами в еде и питье и умеренным удовлетворением каждым челове-
ком тех страстей, которые ведут к размножению рода! Разве воз-
держание состоит в том, чтобы одна половина человечества со¬
вершенно воздерживалась от употребления пищи, или разве
верно, что непосредственное повиновение побуждениям нашего
естественного аппетита привело бы нас к неумеренному и, следо-
вательно, вредному употреблению пищи? Между обоими случая¬
ми нет никакой аналогии. Природа требует, чтобы каждый чело-
век ел. «Непосредственное повиновение» не есть излишество.
Можно спокойно утверждать, что как раз то количество пищи, ко¬
торое мы обычно в состоянии употреблять с наибольшим удоволь-
ствием, представляет собой то именно количество, которое яв¬
ляется для нас наиболее полезным.
Если речь идёт о воздержании, то каким образом оно должно
осуществляться? В виде полного воздержания? Это не воздержа-
ние, а голод! В виде умеренного удовлетворения потребностей?
Нет надобности говорить г-ну Мальтусу, что эта самая умеренность
является лучшим средством для обеспечения многочисленного
и здорового потомства. Нет! Г-н Мальтус должен вычеркнуть сло¬
во природа из своего лексикона, ибо тщетно он пытается согласо¬
вать с велениями природы ту теорию, которая лишает каждого
сына или дочь Адама священных радостей брака. И, к великому
несчастью для только что цитированного рассуждения, случается,
что наказанием, которое природа навлекает на тех, кто благодаря
невоздержанности, пресыщению и излишеству нарушает её веле-
ния в рассматриваемом вопросе, является не добавочная дюжина

164
ДЖОН ГРЕЙ
сильных и здоровых детей, но слабое и нездоровое потомство или
же отсутствие какого бы то ни было потомства.
Дилемма, перед которой г-н Мальтус оказывается всякий
раз, как он пытается согласовать свою теорию с велениями при¬
роды, в высшей степени замечательна. В самом деле, ни один чело-
век, повидимому, не понимает лучше его самого преимуществ брач¬
ной жизни. «Лишь очень немногие,— говорит он на стр. 261,—
не сознают счастья, сообщаемого человеческой жизни этой стра¬
стью. Добродетельная любовь, восторженная дружба представ¬
ляются тем соединением чувственного и интеллектуального на-
слаждения, которое особенно соответствует природе человека,
самым могущественным образом способствует пробуждению душев¬
ной симпатии и создаёт самые изысканные удовольствия. Быть
может, едва ли имеется человек, испытавший однажды подлинный
восторг добродетельной любви и не оглядывающийся, как бы ни
были велики его умственные удовольствия, на этот период, как
на самую светлую полосу всей его жизни, на которой его вообра-
жение больше всего любит останавливаться, о которой он вспоми-
нает с страстным сожалением и которую он хотел бы вновь пере¬
жить». И далее, на стр. 262: «Вечерняя трапеза, уютная квартира
и удобный очаг потеряли бы половину своей привлекательности,
если бы мы должны были отказаться от мысли о каком-либо объек-
те любви, с которым они должны бы быть разделены. Мы имеем
также серьёзное основание верить, что взаимное влечение полов
оказывает самое могущественное влияние на смягчение и улучше-
ние человеческого характера и делает его более восприимчивым
ко всем добрым чувствам милосердия и сострадания».
Однако все попытки примирить столь красиво здесь изобра¬
жённые чувства с железной теорией народонаселения, предло¬
женной г-ном Мальтусом, должны, очевидно, навсегда оставать¬
ся тщетными, что яснее всего видно из его собственной книги. На
стр. 266 он говорит: «Мы не можем не понимать, что цель созда¬
теля — наполнить землю, и мне кажется ясным, что это не могло
бы произойти, если бы не тенденция народонаселения увеличивать¬
ся быстрее, чем пища', а так как при современном законе размно-
жения население земли растёт не очень быстро, то, мы, несомнен-
но, имеем некоторое основание верить, что этот закон не слишком
силен для своей очевидной цели». И далее, на стр. 267: «Если бы
эти две тенденции (т. е. тенденции к увеличению пищи и населе-
ния. — Д. Грей) в точности балансировались, то я не вижу, ка¬
кой мотив был бы достаточно силен для того, чтобы преодолеть
общеизвестную лень человека и заставить его прогрессировать
в обработке земли. Население любой обширной территории, как
бы последняя ни была плодородна, с таким же вероятием остано¬
вилось бы на уровне пятисот или пяти тысяч, как и пяти миллио-
нов или пятидесяти миллионов».

СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
165
Как ложно это рассуждение! Если население имеет тенденцию
увеличиваться быстро, а предметы питания имеют тенденцию
увеличиваться столь же быстро, то благодаря какому чуду насе-
ление плодородной территории должно остановиться на пятистах.
Тут простой вопрос цифр: если одно а имеет тенденцию в течение
определённого времени превратиться в два а при условии и только
при условии, что одно в имеет тенденцию в течение того же самого
времени превратиться в два в, то каким образом, во имя здравого
смысла, рост а может быть ускорен путём замедления роста в?
Или если как а, так и в имеют тенденцию увеличиваться в одина-
ковом отношении, и притом очень быстро, то благодаря какому
чуду ни одно из них вообще не должно увеличиваться? Г-н Маль-
тус говорит по существу следующее: привяжите борзую к тихо¬
ходу, и они будут двигаться значительно быстрее, чем пара бор-
зых, одинаково быстрых, поставленных друг подле друга и
пустившихся за одним и тем же зайцем.
На стр. 275 делается другая попытка примирить теорию с
природой или, вернее, сказал бы я, примирить природу с теорией.
«Молодая женщина без состояния, когда ей минет двадцать пять
лет, начинает опасаться, и с основанием, что ей придётся провести
жизнь в безбрачии. И, имея сердце, способное к глубокой привя¬
занности, она чувствует, как по истечении каждого года постепен¬
но уменьшаются её надежды найти объект для своей любви, и не¬
удобство её положения усугубляется глупыми и несправедливыми
предрассудками света. Если бы обычный возраст замужества для
женщин был более поздним, то период юности и надежд был бы
продлён, и было бы меньше разочарованных в конечном счёте.
Мы не можем ни минуты сомневаться в том, что такого рода пере-
мена принесла бы самую решительную выгоду более добродетель-
ной половине общества».
Глупые и несправедливые предрассудки! Рассмотрите их с
различных сторон. В какой период женщина имеет наибольшую
привлекательность для мужчины? О т в е т: до двадцати пяти лет.
Являются ли обычно наиболее счастливыми ранние или поздние
браки? Ответ: ранние. Доказывает ли опыт, что желательно
продолжительное ухаживание, скажем, в течение семи лет или
около этого? Ответ: нет. Поздние или же умеренно ранние
браки — скажем, до двадцати пяти лет — способствуют постоян¬
ному здоровью женщины? Ответ: ранние. Ранние или же
поздние браки создают больше всего сирот? Ответ: поздние.
Все это даёт основание не только подвергнуть сомнению, но со¬
вершенно отвергнуть положение, будто «такого рода перемена
принесла бы самую решительную выгоду»: было бы как раз
наоборот.
Имеется старое правило, гласящее: ешь, когда ты голоден,
и пей, когда у тебя жажда; и я очень сомневаюсь в том, чтобы
166
ДЖОН ГРЕЙ
мы могли найти лучший критерий надлежащего возраста для бра¬
ка, чем тот, который вытекает из примеров, когда, как можно
предположить, денежные соображения оказывали наименьшее
влияние. В этих случаях, судя по записям в книге пэров, в на¬
шей стране наиболее часты браки в возрасте от восемнадцати до
двадцати одного года для женщин и от двадцати двух до двадцати
пяти лет для мужчин. Но в более теплом климате, где «женские
чары и красота развиваются гораздо раньше, чем они распускают
свои цветы в северных областях», женщины становятся матерями
в возрасте, который в Англии считается немногим более чем дет-
ским. Поэтому, с какой стороны ни рассматривать вопрос, даже
сам г-н Мальтус должен против желания признать, что учение,
которое он проповедует, никогда не может быть подкреплено
ссылкой на веления природы.
Во-вторых, учение г-на Мальтуса решительно опровергается
тем самым свидетельством, на которое он ссылается в своих по-
пытках установить истину,— я имею в виду ссылку на мир живот-
ных. Г-н Мальтус утверждает, что имеется «постоянная тенден-
ция у всех животных размножаться быстрее роста пищевых ре-
сурсов».
Но на самом деле это совсем не так; в природе нет ни одного
факта более очевидного, чем тот, что количество птиц, зверей и рыб
в естественном состоянии не имеет какой бы то ни было тенденции
увеличиваться быстрее пищевых ресурсов. Это было самым мас-
терским образом показано г-ном Сэдлером х в той части его ра¬
боты («Закон народонаселения»), которая озаглавлена: «Рассуж-
дение о соотношении между пищей и количеством живых существ».
Сущность его доказательства состоит в том, что если А, В, С и D
образуют пищу друг для друга, т. е. если В является пищей для
А, С — пищей для В и D — пищей для С, то малейший просчёт,
допущенный природой, имел бы неизбежным последствием уни-
чтожение целого. Если бы, например, А поели всех В, то очевид¬
но, что С размножились бы выше всяких границ и что, как необ¬
ходимое последствие огромного размножения С, D были бы на¬
всегда истреблены, что в таком случае С умерли бы с голоду и что
В и А неизбежно последовали бы по тому же пути.
Если бы действительно было верно, что имеется постоянная
тенденция всех живых существ размножаться быстрее роста пи-
щевых ресурсов (между прочим, в доказательство истинности
этого утверждения в обоих томах «Опыта о народонаселении»
не приводится ни одного слова), то отсюда, несомненно, следо-
вало бы, что все живые существа должны постоянно находиться
в полуголодном состоянии. Если бы, например, недостаток пищи
1 Sadler Michael Thomas (1780—1835)— английский экономист.— Прим,
перев.

СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
167
ограничивал число сельдей, то несомненно, что сельди, подобно
ирландским коттеджерам, должны были бы питаться недостаточ¬
но, поскольку даже в море бедность должна была бы предшество¬
вать острой нужде. Поэтому средняя упитанность сельдей неиз-
бежно была бы очень низка; но это не так, и потому ясно, что сель¬
ди не имеют тенденции размножаться быстрее, чем доступное для
них пропитание.
Далее, если бы имелась постоянная тенденция у всех живых
существ размножаться быстрее роста их пищевых ресурсов, то
чем объяснить тот факт, что некоторые виды птиц, живущих оп-
ределённым родом пищи, бесконечно более многочисленны, чем
другие, существующие за счёт того же самого рода пищи? Если
пища является границей количества животных, то каким образом
оказывается тысяча воробьёв на одного зяблика, тысяча грачей
на одну галку, миллион ласточек на одного мухолова? На эти
вопросы, как мне кажется, можно удовлетворительно ответить,
только признав, что количество каждой птицы, зверя и рыбы в
естественном состоянии регулируется природным принципом,
который имеет не более общего с пространством или пищей, чем
с парламентской реформой. А что природа не действует по ошибоч¬
ному, пристрастному и иррациональному методу осуждения
одной половины живых существ на состояние безбрачия, для
того чтобы другая половина могла быть плодовитой,— это факт
совершенно очевидный.
Итак, если человеческие существа имеют тенденцию размно¬
жаться быстрее, чем увеличиваются средства их существования,
то они составляют единственное исключение из всеобщего про-
тивоположного правила, ибо, будучи далёк от того, чтобы числен¬
ность его регулировалась пищей, весь животный мир, за исключе-
нием человека, достаточно упитан, и птицы, звери и рыбы, суще-
ствующие за счёт одного и того же рода пищи, не размножаются
в одинаковой степени, но продолжают поддерживать нечто вроде
постоянной пропорции одних к другим, причём некоторые из них
очень многочисленны, тогда как другие весьма редки. Тем не
менее, если мы наблюдаем за каким-нибудь видом птиц или живот-
ных, то они, оказывается, наравне с человеком имеют тенденцию
размножаться. Следовательно, рассуждая по аналогии, мы долж¬
ны прийти к следующему выводу: так как прочие живые существа
не размножаются в диспропорции с предназначенной для них
пищей, то вероятно, что в природе человека также содержится
принцип, в силу которого его численность всегда будет регули¬
роваться без нарушения должной пропорции к предоставленному
ему пространству и к пище, которую он от природы способен для
себя приготовить; что, поскольку желание брака для всех есте¬
ственно, все должны иметь право на брак и что множество томов,
выпущенных по вопросу об ограничениях, было написано без
168
ДЖОН ГРЕЙ
учёта того факта, что при современном состоянии общества спрос
не имеет тенденции идти в ногу с производством или, другими
словами, что человечество никогда ещё не проявило всей той
силы, которою оно по природе обладает, для снабжения себя пред¬
метами необходимости, удобства и комфорта.
Что природа наказывает наше невежество — это признанная
истина: если идиот сунет руку в огонь, то он обожжётся не меньше
из-за того, что он идиот; и если общество до сих пор вело свой
обмен на основе идиотского принципа, то, по строгой аналогии
со всеми другими явлениями природы, общество наказывается
за своё безумие не меньше из-за того, что ему не привелось знать,
что принцип, на основе которого ведутся его меновые сделки,
является идиотским.
В-третьих, предполагаемые факты, на которых основана
теория народонаселения г-на Мальтуса, нереальны.
Определение того, по какой норме увеличивается население при
наиболее благоприятных условиях, потребовало бы исследова-
ния, которому не предвиделось бы конца. Что же касается нормы,
по которой, как утверждал г-н Мальтус, увеличивается количе¬
ство пищи, то она чисто воображаемая и столь же лишена правдо-
подобия и смысла, как самая невероятная сказка из «Тысячи и
одной ночи». Количество пищи подобно количеству всякой дру¬
гой производимой вещи зависит от действительного спроса на неё.
Сделайте производство причиной спроса, и заблуждение мгно¬
венно исчезнет.
Рынок, рынок! — таков вечный крик, раздающийся с одного
конца Европы до другого; средства существования имеются
у нас в изобилии, и нельзя найти никого, кто бы достаточно бы¬
стро покупал их. Рынки общества в настоящее время столь же
обильно снабжены пищей, как и другими товарами; и если, хотя
бы в течение одного месяца, дело обстояло иначе, то в отрасли,
производящие пищу, устремился бы дополнительный капитал.
Действительный спрос — термин, означающий, по удачному опре-
делению экономистов, желание обладать какой-либо вещью, сое¬
динённое со способностью дать за неё эквивалент,—является един-
ственным, чего не достаёт для того, чтобы дома строились, ткани
выделывались и пища производилась без каких-либо известных
или мыслимых количественных границ. В настоящее время на
рынке имеется изобилие пищи; те, у кого её нет, не имеют денег
для того, чтобы предложить их за неё; и, следовательно,причиной
того, что голодный не накормлен, является не недостаток самой
пищи, но недостаток выгодного занятия.
Для грядущих столетий не может быть недостатка пищи. Одно
лишь море представляет собой неисчерпаемый источник для её
производства, и, как хорошо известно, вкус к рыбе постоянно
увеличивается, по мере того как в обществе растёт утончённость.

СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
169
А если мы заглянем вперёд в очень отдалённые эпохи, то кто возь¬
мётся определить ресурсы человечества? Никакое положение не*
истинно в большей мере, чем то, что необходимость — мать изо-
бретательности. Что такое пища? Вещество, известным образом
видоизменённое. Что является специфическим и самым удиви-
тельным свойством вещества? Это его неразрушимость. Мы можем
изменить его форму, мы можем превратить его либо в землю, либо
в воздух, либо в воду; но мы можем только изменить его форму,
ибо мы не можем уничтожить или уменьшить хотя бы на единое
зёрнышко его абсолютное количество.
Весьма замечательно, что теория г-на Мальтуса получила
такое распространение наперекор тому факту, что теперешняя
политика почти всех наций состоит в том, чтобы всячески препят¬
ствовать ввозу и способствовать вывозу, причём первому обычно
ставятся препятствия в виде пошлин, тогда как вывоз поощряется
предоставлением премий.
Средства существования вообще не имеют прирождённой тен-
денции к увеличению; они способны увеличиваться путём приме-
нения человеческого труда, а с какой именно быстротой — это
зависит от надлежащего сочетания четырёх элементов, составля-
ющих богатство,— земли, труда, капитала и свободы обмена.
Недостатка земли при осуществлении принципов Социальной
системы никогда не может быть до тех пор, пока вся годная для
поселения поверхность земного шара не будет хорошо обрабо¬
тана; что касается рабочих, то вряд ли избыток населения может
вызвать недостаток их; в равной мере мы гарантированы в отно-
шении капитала, достаточного для доставления занятий людям,
ибо капитал есть лишь накопленный продукт предшествующего
труда, а все жалуются на отсутствие достаточного рынка для сбыта
продуктов труда, что, очевидно, подразумевает, что капитал соз-
дан в изобилии,— и так оно и есть. Что касается четвёртого эле¬
мента, свободы обмена, то излишне повторять те доводы, которые
поэтому вопросу так часто приводились на этих страницах.
Вся наука политической экономии, или наука о том, «как соз¬
дать богатство», может быть сведена к простому рецепту, столь
же ясному, как любой рецепт из поваренной книги. А именно:
возьмите надлежащие порции земли, труда и капитала, смешайте
их хорошенько в ступке, и богатство готово.
Примечание: капитал делается из земли и труда,
так что у вас никогда не должно быть недостатка в богатстве,
пока вы не истощите свой запас одного из этих двух элемен-
тов, при том условии, если ваша ступка не слишком
мал?»
Ступка — вот всё, чего не хватает: в настоящее время у нас нет
ступки. Поищите её, вы, по; итики и экономисты; поищите её,
170
ДЖОН ГРЕЙ
вы, реформаторы и филантропы; поищите ее, вы, Брум, Грей-
Рассел \ Юм 2, О’Коннель 3 и другие, которые уже сделали так
много для народной свободы; сделайте ещё одно усилие ради народ-
ного пропитания.
Но из того, что капитал уже накоплен в достаточной степени,
для того чтобы дать нам возможность производить в изобилии
товары, ещё не следует, что накоплять стало хоть сколько-нибудь
легче. Напротив, «капитал образуется из прибыли», и одной из
-аномалий, созданных современным порядком обмена, является
то, что чем легче мы можем создавать богатство, тем труднее на¬
коплять его. Причина та, что увеличение капитала зависит не от
лёгкости производства, но от суммы прибыли, которую можно
получить от продажи продукции. Конкуренция между фабрикан¬
тами вынуждает их продавать свои товары с очень небольшой
прибылью, настолько, действительно, незначительной в громад-
ном большинстве случаев, чтобы только покрывать их текущие
расходы и предотвращать обесценение их капитала. Рабочие, ко-
торых они нанимают, не могут накоплять капитал, ибо всё, что
удаётся получить рабочим, когда их много,—это пропитание.
И если мы последуем за произведёнными ими товарами на рознич¬
ный рынок, то мы увидим, что тот же самый принцип действует
там с удвоенной силой; в силу существующей между торгов¬
цами конкуренции прибыли снижаются до самой низкой доли,
какая только возможна.
Капитал не может иметь тенденции быстро увеличиваться,
пока мы продолжаем руководствоваться этими принципами;
он никогда не может идти в ногу с населением и даже не может
быть с какой-либо достоверностью гарантирован от уменьшения.
Но достаточно очевидно, что можно достигнуть того, чтобы ка-
питал увеличивался столь же быстро, как и население, ибо капи-
тал есть результат сбережения, а нация может сберегать ровно
столько, сколько она может производить сверх того, что необхо¬
димо для её потребления. Следовательно, как только мы приве-
дём в действие рациональную систему обмена, с помощью кото¬
рой наши производительные ресурсы могут быть освобождены от
теперешних уз, это не представит никакой трудности, ибо, по
какой бы норме ни увеличивалось население, можно заставить
капитал увеличиваться по такой же норме путём увеличения или
уменьшения процента, надбавляемого описанным уже выше спо-
собом при продаже товаров.
1 Brougham Henry (1778—1868), Gray Charles. (1764—1845), Russel John
(1792—1878) — крупные деятели партии вигов.— Прим, перев.
2 См. стр. 137.— Прим, перев.
3 O’Connell Daniel (1775—1847) — ирландский политический деятель,
представитель умеренных слоев ирландской буржуазии, боролся за автоно-
мию Ирландии.—Прим, перев.

СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
171
Явление случайного голода не есть доказательство неспособ¬
ности производить пищу в изобилии. Пища подобно всякому дру¬
гому товару производится в таких количествах, которые на основе
предшествующего опыта считаются достаточными для удовлет-
ворения обычного спроса на неё. Но если случается неурожай,
то в тот же самый момент не могут быть сделаны добавочные уси-
лия, нужные, чтобы восполнить недостаток. Земля возделывается
в Ирландии в достаточной мере, чтобы производить количество
пищи, необходимое для удовлетворения обычного спроса на нее;
но это не является гарантией от голода, потому что обычное коли¬
чество пищи, оставляемое для производителей, достаточно только
для поддержания их существования, и когда случается неурожай,
то они не могут моментально обработать больше земли. Удвойте
обычный спрос, и обычная продукция наверняка также удвоится.
Что говорит г-н Мак-Куллох? «Очень незначительный прогресс
в направлении к лучшей системе земледелия дал бы возможность
Ирландии вывозить в пять или шесть раз больше продуктов, чем
она теперь нам посылает». Ирландские голодные годы, следова-
тельно, не являются результатом неспособности производить
достаточное количество пищи, но они являются результатом вне-
запного недостатка пищи по сравнению с обычным спросом или
внезапного избытка спроса по сравнению с обычным предложе-
нием.
И тот же самый род голода по временам случается в промыш¬
ленности, равно как и в земледелии. Когда, например, в 1817 г.
умерла принцесса Шарлотта, то, поскольку это событие было
внезапным и неожиданным, ощущался недостаток чёрных шерстя-
ных тканей: цены на товары, продававшиеся обычно по 2 шилл.
и 2 шилл. 6 пенсов за ярд, повысились за один день до 4 и 5 шилл.,
а почему? — потому что не было времени, чтобы до начала все-
общего траура изготовить больше товаров, но если бы спрос пред-
виделся заранее, такого недостатка не было бы, напротив, навер¬
няка был бы избыток. С того времени умерли два английских
короля и две королевы, но подобного недостатка в траурном
платье никогда с тех пор не ощущалось, потому что события эти
не были столь внезапными, столь неожиданными: спрос предви-
делся заранее, и когда он появился, то имелся налицо обширный
запас, чтобы его удовлетворить.
Так же обстоит дело с Ирландией: если бы богу заблагорассу-
дилось наделить ирландских рабочих ненасытным аппетитом
так, что они не могли бы существовать или, вернее, не могли бы
работать, не получая вдвое ^лп1-ше пищи по сравнению с тем,
что получают в настоящее в	то неизбежным следствием этого
был бы обычный спрос на ее количество пищи, и послед-
ней было бы произведено б Но так как обычное предло-
жение было бы всё-таки как раз достаточно, чтобы удовлетворить
172
ДЖОН ГРЕЙ
обычный спрос, и так как обычным вознаграждением производите¬
лей попрежнему было бы то, что достаточно для поддержания их
существования и не больше, то наступление голода у них было бы
так же возможно, как и теперь. Или возьмём противоположный
случай и предположим, что богу вздумалось бы совершить чудо
для ирландцев, освободив их вообще от необходимости есть.
Столь же достоверно, как то, что брошенный в воздух камень упа-
дёт на землю, что средняя ставка заработной платы в Ирландии
быстро упала бы ровно настолько, сколько теперь тратится на
покупку картофеля и сыворотки из-под масла, и рабочие не были
бы ни лучше одеты, ни снабжены лучшими жилищами, ни лучше
образованны, чем в настоящее время.
Прежде чем расстаться с г-ном Мальтусом и обратиться к
другой теории народонаселения, которая сейчас будет указана,
допустим в качестве предположения, для того чтобы посмотреть
на вопрос с другой стороны, правильность всего того, что было
написано г-ном Мальтусом насчёт тенденции населения увеличи¬
ваться быстрее, чем растёт количество пищи. В таком случае,
говорю я, это не будет ни малейшим возражением против Социаль-
ной системы; более того, это составит добавочный очень сильный
довод в пользу её принятия.
Предположим, что ограничения необходимы. Но где это огра-
ничение благоразумно действует с наибольшей силой? Среди
необразованных, несчастных, полуголодных? Конечно, нет. Оно
оказывает наименьшее влияние на тех, кто больше всего в нём
нуждается, кому нечего терять, чьё жизненное положение уже
настолько низко, что оно не может упасть ещё ниже. Оно имеет в
тысячу раз большее значение среди купеческих и банкирских клер-
ков и приказчиков в Лондоне и других городах, чем в хижинах
умирающих от голода ирландцев. Итак, если в мире в данное
время уже есть столько населения, сколько он в состоянии соот-
ветствующим образом содержать, и если, следовательно, в настоя¬
щее время в интересах наций полностью приостановить дальней-’
шее размножение человечества, то в таком случае я считаю, что
нет иного способа, каким эта цель могла бы быть столь легко осу¬
ществлена, кроме установления системы всеобщей свободы об-
мена и неограниченной свободы образования; и это мнение, по¬
лагаю, находится в строгом согласии с мнением самого г-на
Мальтуса.
В самом деле, г-н Мальтус возражает против всех систем
равенства на том основании, что в них не хватает «тех стимулов к
труду, которые одни только могут преодолеть природную лень
человека и побудить его к надлежащему возделыванию земли и
изготовлению тех предметов удобства и комфорта, которые необ¬
ходимы для его счастья». Социальная система не является систе¬
мой равенства; её принятие, несомненно, имело бы следствием
СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
173
установление состояния общества, значительно более близкого
к равенству, чем существующее теперь, потому что она давала бы
одинаковое вознаграждение за одинаковый труд; но она не только
не устранила бы обычного стимула к труду, но значительно уве¬
личила бы его, возлагая на каждого человека необходимость со-
держания его семьи путём какого-либо полезного физического и
умственного труда, и в то же самое время она позволяла бы уде-
лять самое усердное внимание искусствам и наукам.
Имеется, однако, один вопрос, задаваемый г-ном Мальтусом
(т. II, стр. 45), на который я в качестве защитника системы, пред¬
ставляющей хотя бы подобие равенства, чувствую себя обязан-
ным ответить. Вопрос таков: «При любой системе равенства,
будь это система, предложенная г-ном Оуэном, или приходские
земельные товарищества, не только не было бы никаких возмож¬
ностей эмигрировать в другие приходы с какой-либо надеждой
на помощь, но и норма прироста сначала, конечно, стала бы зна¬
чительно большей, чем при современном состоянии общества.
Что же, спрошу я, должно помешать тому, чтобы каждый индивид
из года в год наделялся всё меньшим и меньшим количеством про-
дуктов почвы, до тех пор, пока всё общество и каждый его член
не будут подавлены нуждой и нищетой? Это очень простой и по¬
нятный вопрос, и, конечно, никто не должен был бы предлагать
или поддерживать систему равенства, если он не в состоянии дать
разумный ответ на него, по крайней мере теоретически. Но даже
в теории я ещё никогда не слышал ничего похожего на разумный
ответ на этот вопрос».
Я попытаюсь дать здесь ответ, столь же простой, понятный
и разумный, как и самый вопрос. Человеческое общество, без¬
различно какой численности, имеет такое количество земли, кото¬
рое производит ежегодно определённое количество хлеба, и об¬
щество выделяет достаточное число людей для обработки этой
земли. Так как предполагается, что земля является собственно¬
стью общества, то с неё не взимается никакой ренты; цена хлеба
будет, следовательно, состоять из стоимости семян, заработной
платы, стоимости надлежащего поддержания качества самой земли
и процента, о котором прежде была речь. Но так как хлеб должен
продаваться только за деньги, причём эти деньги могут быть по¬
лучены лишь путём внесения в общественный фонд какого-либо
годного к продаже товара, производство которого стоило такого
же количества труда, как и самый хлеб, то никто не может по¬
пробовать этого хлеба, пока за него не дано надлежащего эквива¬
лента, причём последний будет почти столь же действителен при
покупке хлеба, уродившегося по другую сторону Атлантического
океана, как и на земле самого общества. Так как, следовательно,
за хлеб нужно было бы отдать столько же труда, сколько стои¬
ло бы, прямо или косвенно, производство самого хлеба, то ввоз
174
ДЖОН ГРЕЙ
хлеба начинался бы всякий раз тогда, когда предлагаемые за
него эквиваленты количественно превышали бы соответствующие
количества хлеба, имеющиеся налицо для обмена на них, или,
другими словами, всякий раз, как спрос на хлеб превышал бы
внутреннее предложение его. Таким образом, не было бы допу¬
щено, чтобы «наделение каждого индивида продуктами почвы»
уменьшалось хотя бы в малейшей степени, тем более, чтобы оно
уменьшалось из года в год. Эквиваленты, предлагаемые за хлеб
сверх того его количества, которое произведено на землях об¬
щества, составляли бы спрос на иностранный хлеб; и надлежащее
количество общественного труда впредь употреблялось бы на
производство таких товаров, которые пожелали бы взять в обмен
на него импортёры хлеба.
Возразить на этот аргумент можно только одним из двух экст-
равагантных предположений: или, во-первых, что никакие ино¬
странные производители хлеба не продавали бы его ни за какую
вещь, которую мы могли бы либо произвести сами, либо получить
в обмен на тот или иной продукт нашего труда, или, во-вторых,
что вся земля была бы одинаково хорошо обработана 1. Мальтус
не должен использовать этот аргумент, ибо он сам говорит, что
«столь отдалённое событие может быть справедливо предостав¬
лено провидению». Я не спорю, что установление этой системы
привело бы к очень быстрому заселению и обработке земли; но
я опять-таки имею защитника в лице г-на Мальтуса, который
говорит: «Мы не можем не понимать, что цель создателя,— чтобы
земля была населена».
Этим, однако, моё доказательство не заканчивается, ибо доля
каждого человека в продуктах земли и труда в целом не только
не уменьшалась бы, но систематически увеличивалась бы по мере
роста населения. При этой системе впервые обнаружил бы свою
мощь великий кудесник науки производства — разделение труда;
его три волшебные палочки — увеличившаяся ловкость рабоче-
го, сбережение времени, обычно теряемого на перемену занятий,
изобретение и применение машин — теперь начали бы двигаться
ради блага человечества в целом. Размеры рынка, которыми раз-
деление труда должно всегда ограничиваться, увеличивались бы
вместе с населением, а благодаря расширившемуся разделению
труда, которое явилось бы следствием этого, умножились бы
продукты труда каждого человека. А так как вознаграждением за
труд был бы его продукт, то часть, приходящаяся на долю каждо-
го индивида, также в соответствующей мере увеличивалась бы.
Нужно, однако, провести разграничение. Количество одних
товаров можно увеличивать путём приложения добавочного труда
почти в неограниченной мере, тогда как количество других това-
1 Повидимому, подразумевается: «и одинаково населена».— Прим, перев.
СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
175
ров не может увеличиваться таким образом. При Социальной сис-
теме первые стали бы почти столь же изобильными и доступными,
как воздух и вода, тогда как последние постепенно становились
бы более редкими и дорогими. До тех пор, пока не будет обра¬
ботана вся пригодная для заселения поверхность земного шара,
пища во всех почти ее разновидностях будет принадлежать к пер¬
вой категории, так же как и большинство предметов одежды и
многие предметы, служащие для украшения. Хлеб, скот и вино-
град, например, могут быть умножаемы почти безгранично,
равно как и важнейшие материалы для одежды, как то: шерсть,
хлопок, пенька, кожи и т. д. Предметы роскоши особенно могут
быть умножены человеческим трудом. Сырой хлопок стоимостью
в один пенни может быть превращён в кружевное покрывало или
платье, стоящее в тысячу раз больше. Таковы, далее, картины,
равно как и музыкальные инструменты, книги, фарфор, стекло
и большинство предметов, украшающих жилище человека.
Примером второго рода является слоновая кость; если бы
вся могущая быть обитаемой поверхность земного шара была об¬
работана, то цена слоновой кости, доставляемой одним слоном,
предполагая, что всё остальное в этом животном, живом или мёрт-
вом, не представляло бы никакой ценности для человека, была бы
равна затратам на всю пищу и уход, уделяемые ему в течение его
жизни. Следовательно, слоновая кость постепенно повышалась
бы в цене, равно как и все другие предметы, количество которых
не может увеличиваться иначе, как путём применения возрос-
шего количества капитала и труда.
Однако что касается другой стороны вопроса о народонаселе-
нии, а именно закона размножения, то здесь г-н Мальтус не яв¬
ляется единственным монополистом. Недавно выступил по тому
же самому вопросу г-н Майкл Томас Сэдлер с двумя томами, со¬
держащими в себе свыше 1 300 напечатанных убористым шрифтом
страниц. Его теория заключается в том, что «плодовитость людей,
при прочих равных условиях, обратна их численности» и далее
«плодовитость людей, регулируемая размерами занимаемой ими
площади, находится, кроме того, под влиянием качества этой
площади или, иначе говоря, её потенциальной продукции, так что
одно и то же число браков среди населения, занимающего одина¬
ковую площадь, будет, при прочих равных условиях, менее пло-
довитым в гористых, чем в равнинных местностях, и в холодных,
чем в умеренных областях».
Хотя эта теория, на первый взгляд, несомненно, удивительна
и невероятна, г-н Сэдлер привёл в её подтверждение огромное ко¬
личество статистических данных. Конечно, весьма необычным
фактом, если это факт, является то, что одно и то же количество
состоящих в браке мужчин и женщин одинакового возраста,
здоровья и с одинаковыми средствами будет иметь больше детей,.

176
ДЖОН ГРЕЙ
■если они живут при таких условиях, когда на один акр прихо¬
дится только один житель, и меньше, когда на акр приходится
два или три жителя. Несомненно, желательно, чтобы закон раз-
множения содержал в себе саморегулирующий принцип подобно
описанному здесь. Поэтому я приведу некоторые из результатов
исследования г-на Сэдлера и основания, по которым он утвер-
ждает, что этот принцип действительно существует. Самая работа,
поскольку она опубликована,— ибо имеется ещё один том, кото¬
рый должен выйти, — иллюстрируется 104 таблицами. По по¬
воду этой теории г-н Сэдлер говорит: «Она построена не на подоб-
ранных или подтасованных доказательствах, но на всей совокуп¬
ности известных фактов, относящихся к данному вопросу, при-
чём эти факты настолько не связаны между собою и разрозненны,
что они противоречили бы друг другу и неминуемо привели бы
к самым противоположным выводам в отношении обсуждаемого
вопроса, если бы этот принцип и его обоснование не был и в одина¬
ковой мере верны.
Таблица, показывающая сравнительную плодовитость браков,
регулируемую плотностью населения в разных странах,
примерно за один и тот же период времени
Страны
Жителей
на 1 кв. милю
Детей
на 1 брак
Мыс Доброй Надежды
1
5,48
Северная Америка
4
5,22
Европейская Россия
23
4,94
Дания
73
4,89
Пруссия
100
4,70
Франция
140
4,22
Англия
160
3,66
В Англии, где имеется на 1 кв. милю
Жителей
Число
графств
Число
рождений
на 100 браков
От
50
ДО
100
2
420
ъ
100
ъ
150
9
396
ъ
150
ъ
200
16
390
»
200
250
4
388
250
300
5
378
300
»
350
3
353
500
600
2
331
4
000
и
выше
1
246

СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
177
Во Франции, где имеется на каждого жителя
Гектаров
Число депар-
таментов
Число
рождений
на 1 000 браков
От 4 до 5
2
5130
» 3 » 4
3
4 372
» 2 » 3
30
4 250
» 1 » 2
44
4 234
» 0,6 » 1
5
4 146
» 0,6
1
2 557
В Пруссии, где имеется на 1 кв. немецкую милю
Жителей
Число
провинций
Число
рождений
на 100 браков
в 1754 г.
Число
рождений
на 100 браков
в 1784 г.
Число
рождений'
на 100 браков
по Бюшингу1
Менее 1 000 . .
2
434
472
503
От 1 000 до 2 000
4
414
445
454
» 2000 » 3 000
6
384
424
426
» 3000 » 4000
2
365
408
394
В Соединённых Штатах Америки, там, где имеется
на 1 кв. милю
Жителей
Число
штатов
На каждые 100
женщин от 16 до
45 лет приходи¬
лось детей
моложе 10 лет
Менее 5
8
216
От 5 ДО 10
2
176
» 10 » 15
4
205
» 15 » 20
1
171
> 20 » 30
6
166
» 30 » 40
2
162
» 40 » 50
—
—
» 50 » 60
2
129
60 и свыше
1
120
1 Немецкий учёный (1724—1793). Автор 11-томного «Нового описания зем¬
ли».— Прим, перев.

178
ДЖОН ГРЕЙ
Таблица, показывающая уменьшающуюся
плодовитость браков в Англии по мере роста
её населения
Дата
Население
Число
рождений
на 1 брак
1680
5 500 000
4,65
1730
5800000
4,25
1770
7 500 000
3,61
1790
8 700 000
3,59
1805
10678 500
3,50
Приведённые шесть таблиц, если они в каждом данном случае
действительно изображают факты, являются серьёзным доказа-
тельством правильности теории г-на Сэдлера, обвинение кото¬
рого в выборе особых мест, применимых к его специфическому
пониманию вопроса, совершенно исключено. Чтобы настоять
на своём, человек может выбрать приход или город, или, быть
может, графство, но того, кто в числе своих примеров приводит
Англию, Францию, Пруссию и Соединённые Штаты Америки,
едва ли можно обвинить в подборе особых примеров ради попытки
установить излюбленную, но ошибочную теорию.
Кажущееся исключение из правила, встречающееся в таблице
Америки, объясняется г-ном Сэдлером в «Законе народонасе-
ления», т. II, стр. 244, следующим образом: «Я так подробно клас-
сифицировал двадцать шесть штатов и территорий (за исключе-
нием Колумбии или города Вашингтона), для того чтобы обнару¬
жить кажущееся отклонение от выявленного принципа, которое
имеет место во втором разделе и которое не обнаружилось бы,
если бы классификация была несколько иная. Но я умышленно
включаю и отмечаю его, для того чтобы указать на него как на
пример тех многочисленных исключений, которые постоянно
должны появляться в исследовании такого рода и которые, бу¬
дучи надлежащим образом рассмотрены и поняты, являются пря-
мым доказательством общего правила. Во второй строке фигу-
рируют штаты Мэн и Георгия. Первый из них действительно
включает территорию в 32 628 кв. миль с населением в 298 335 че-
ловек; получается только 9 человек на 1 кв. милю. Но как обстоит
дело в действительности? От лучшего авторитета (г-на Уордена)
мы узнали, что из этого протяжения, собственно говоря, только
7 578 кв. миль действительно населены; внутренняя же часть,
включающая свыше 25 тыс. кв. миль, почти совершенно не
населена, она насчитывала в 1817 г. только 1 500 семей. Следова-
тельно, Мэн с такой поправкой (необходимости этой поправки
в связи с данным исследованием никто не станет отрицать) по-
СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
179
падает в пятую строку вышеприведённой таблицы, т. е. именнб
туда, где он должен был бы быть согласно его действительной пло¬
довитости; с такой точностью обнаруживается закон народонасе-
ления, даже в самих исключениях из него, когда последние
надлежащим образом исследованы. Для другого штата, Георгии,
как известно, характерны, хотя и не в такой степени, те же усло-
вия, что и для штата Мэн».
Большая трудность вопроса о народонаселении с точки зре-
ния данного подхода к нему заключается в невозможности
добраться до фактов. Я даю приведённые выше таблицы, правда,
слегка изменённые ради большей ясности по форме, такими,
какими я их нашёл в очень обстоятельной работе по рассматрива-
емому вопросу. Прежде чем может быть составлено какое бы то
ни было окончательное мнение по вопросу об абсолютном при-
росте населения при разнообразных условиях, в которые оно по¬
ставлено, должно быть тщательно рассмотрено огромное коли¬
чество статистических данных и должна быть исследована их
достоверность. Предоставляя поэтому учёным разрешить спор
по вопросу, в котором я совершенно не компетентен, я здесь вкрат-
це пытался встретиться с г-ном Мальтусом на другой почве, и
я уверен, что всякий беспристрастный исследователь обстоя-
тельств, регулирующих теперь производство товаров, согла¬
сится, что содержание этой книги бросает новый свет на вопрос
о населении.
Другой факт, упомянутый г-ном Сэдлером, весьма примеча-
телен. На первый взгляд показалось бы, что поздние со стороны
мужчин браки со сравнительно молодыми женщинами обрекли
бы в результате большое число женщин на состояние безбрачия.
Таким образом, если бы родилось одинаковое число мужчин и
женщин и если бы все мужчины должны были жениться в возрасте
тридцати лет на женщинах в возрасте двадцати лет, то, очевидно,
что в населении, взятом в целом, имелось бы огромное преобла-
дание женщин в брачном возрасте, т. е. годных к браку женщин
было бы больше, чем мужчин, на всё количество последних, умер-
ших в возрасте от двадцати до тридцати лет. Например, предпо-
ложим, что на каждые 100 человек приходится.одинаковое число
мужчин и женщин и что одинаковое число представителей обоего
пола умирает до 30-летнего возраста. Результат будет следу-
ющий:
Мужчин
20 лет
Женщин
20 лет
Умирает тех и
других до 30 лет
предположим по
Осталось в
живых мужчин
Осталось в
живых женщин
100
100
10
90
90

180
ДЖОН ГРЕЙ
Таким образом, среди лиц брачного возраста на 100 женщин
приходится только 90 мужчин.
Но нелегко преодолеть намерения природы, которая является
более сильным защитником брака, чем г-н Мальтус. Поэтому
оказывается, что если бы такой обычай стал всеобщим, то срав¬
нительный недостаток мужчин брачного возраста был бы вскоре
возмещён в силу действия другого закона природы, благодаря
которому на всякое значительное количество браков приходится
наибольшее число рождений лиц мужского пола, когда муж
старше, и наибольшее число рождений лиц женского пола, когда
жена старше. Следовательно, если бы мужчины женились, только
достигнув 50-летнего возраста, притом во всех случаях на жен-
щинах двадцати лет, то наличие молодых женщин не превысило бы
спрос на них в большей степени, чем в настоящее время, ибо
огромное преобладание мужских рождений, которое тогда имело
бы место, компенсировало бы потерю всех мужчин, умерших
в возрасте до пятидесяти лет, и каждая женщина имела бы такие
же шансы получить мужа, как и в любое другое время.
В доказательство изложенного здесь г-н Сэдлер приводит нам
из книги пэров «381 случай первых браков. Это общее число
браков, в которых возраст обеих сторон может быть установлен».
Таблица, взятая из книги пэров и показывающая регулирующее влияние,
которое оказывает различие в возрасте родителей на соотношение
полов их детей
Разница в возрасте
Число
бра-
ков
Число
детей
мужского
пола
Число
детей
женского
пола
Откуда вытекает
соотношение
мужчин и жен-
щин
Муж
Моложе жены . .
54
122
141
1000:1 156
Одинакового возраста с ней
18
54
57
1000:1055
Старше
От 1 до 6 лет
126
366
352
1 000 :964
»	6 » 11 »
107
327
258
1 000 :789
» 11 » 16 »
43
143
97
1000: 678
» 16 » 21 »
22
48
30
1000: 625
» 21 года и более
11
45
27
1 000 :600
То же самое правило действует и в отношении животных.
Джордж * Комб («Строение человека», стр. 305) цитирует из
«Трёхмесячного сельскохозяйственного журнала» описание «спо¬
соба получения, при разведении скота, большего количества осо¬
бей определённого пола по желанию владельца». Правило таково,
что старые отцы производят большинство особей мужского пола,
а старые матери — большинство особей женского пола. Руково¬
дясь этим законом при отборе пооизводителей, получали при
СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
181
эксперименте с установкой на преобладание приплода женского
пола 84 рождения особей женского пола на 53 рождения особей
мужского пола, а в результате противоположного эксперимента—
80 рождений особей мужского пола на 55 рождений особей женско-
го пола. Таким образом, природа, повидимому, нелицеприятна,
поскольку королевские пэры и стадо овец одинаково подчинены
одному и тому же закону.
Эти примеры весьма примечательны и ясно свидетельствуют
о том, что создатель, говоря словами г-на Сэдлера, «сам урегу-
лировал плодовитость своих творений в соответствии с усло-
виями, в которые его провидение их поставит, вместо того чтобы
предоставить это регулирование, как бы маловажным оно ни
казалось само по себе, суетливому, эгоистическому и невежествен-
ному вмешательству людей, столь же некомпетентных со всех
точек зрения для выполнения задачи, которую они хотели бы
взять на себя, как и для сотворения мира».
Если, однако, оставить в стороне всякие другие соображения,
естественным лекарством против слишком плотного народонасе-
ления, до тех пор пока в любой части земного шара будет на¬
лицо обилие плодородной и необработанной земли, остаётся эми-
грация. Но последняя, как она происходит в настоящее время,
представляет лишь непривлекательную, мрачную перспективу.
Весьма незавидно и мало соответствует нашим лучшим чувствам
решение покинуть наши дома и наших друзей и пуститься безза¬
щитными странниками по обширному океану жизни при усло-
виях, едва дающих какой-то слабый проблеск надежды на то, что
мы, наши дети или дети последних будут в конце концов благо¬
даря этому осчастливлены. Энтузиазм, пыл юности может, несом-
ненно, найти удовольствие в таком предприятии, привлекатель¬
ность которого для некоторых людей может быть на время даже
усилена трудностями, заботами и лишениями, которые должны
быть преодолены. Но это только «наслаждения надеждой», бред
возбуждённого воображения, а не действительное довольство,
комфорт и благосостояние.
Но если родной кров и сцены молодого веселья и неомрачённых
радостей, о которых потом вспоминают, как об исчезнувшей мечте,
обладают таинственной силой, привязывающей нас к определён-
ному месту, то как ничтожно число тех из нас, кому удалось из-
бегнуть тоски, а порой и суровых дум разлуки. С другой стороны,
как вообще малы размеры волшебного царства: дом, сад, беседка
или дерево со скамьёй вокруг него, холм, долина, любимое место
для прогулок вдоль какого-нибудь ручейка, по парку или по те-
нистой аллее, а далее граница, за которой очарование исчезает
и весь остальной мир кажется одинаковым.
Если эмиграция есть зло, то нельзя ли уменьшить его раз-
меры, эмигрируя большими массами, скажем, от двадцати до
182
ДЖОН ГРЕЙ
пятидесяти тысяч сразу? Вместо того чтобы, подобно Дон-Кихоту,
уходить на поиски приключений, не лучше ли объединиться и
распределить роли между собою таким образом, чтобы каждый
мог играть свою роль на благо всему обществу? Это можно осу¬
ществить путём назначения компетентной группы людей для
определения наиболее удобных мест и для составления списков,
которые должны заполняться желающими эмигрировать, причём
число лиц каждой отрасли, профессии или занятия ограничива¬
лось бы надлежащими пропорциями.
Таким образом, как мне кажется, можно сделать очень много
для облегчения бедствий эмиграции. Можно специально иссле-
довать условия в различных странах и давать людям, которые
были бы склонны покинуть свою родину, ценные сведения и со-
веты. Если скажут, что каждый человек является лучшим судьёй
по вопросу о том, что он должен делать для самого себя, то я на
это отвечу, что при обычном в таких случаях отсутствии положи-
тельного знания получение сведений, на которые можно было
бы вполне и безусловно положиться, стоит обыкновенно больше
всего состояния эмигранта. Ежедневно слышишь о каком-ни-
будь несчастном, который, будучи обманут смутными и преуве¬
личенными известиями, отправился в отдалённую страну, горячо
надеясь найти в ней реки, текущие молоком и мёдом, но нашёл
в ней лишь горечь обманутой надежды.
Эмиграция не была бы так тяжела, если бы люди уезжали
одновременно большими партиями, беря с собой достаточный
запас капитала, знания и дарования, которые дали бы им воз¬
можность образовать с самого начала более или менее совершен¬
ное общественное целое.
Но противник роста населения может последовать за мной
и сюда, говоря: а что вы будете делать, когда вся земля будет
населена? Я отвечаю — и этого ответа достаточно,— что вопрос
этот должны рассматривать те, кто может быть заинтересован
в его решении. Для нас же достаточно быть уверенными в том,
что мы и дети наших детей не можем принадлежать к этому поко-
лению. Наше дело заботиться о нашем собственном благополучии
и о благополучии тех, кого мы можем произвести на свет, и мы
можем быть уверены в том, что, поступая так, мы не сделаем ни¬
чего для разрушения счастья будущих поколений.
Вы говорите нам, что количество пищи не возрастает с такой
быстротой, как население, и что в этом виновата природа; я от¬
рицаю правильность этого утверждения и доказал — думаю, что
могу употребить это слово,— что по крайней мере до сего времени
в этом повинен человек. Хулитель природы и её законов, опреде-
ли, если ты в состоянии, границу человеческого могущества!
Взгляни на этот прогресс, устремляющийся вперёд из поколения
в поколение подобно мощному потоку, с ненасытной жаждой по¬
СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
183
глощающему бесчисленные притоки, ежедневно увеличивающие
его размер и дающие новый толчок его быстроте, и укажи, если ты
можешь, где этот поток человеческой изобретательности и ресур-
сов должен остановиться. Брось только один взгляд назад и по¬
гляди, как мощно вздулись его воды, даже по сравнению со
вчерашним днём, а затем посмотри вперёд и дай свободу своему
воображению. Отбрось прочь всякие рассуждения, назови меч¬
той причину и следствие, и пусть самая неукротимая фантазия,
побуждаемая ненасытной жаждой невозможного, установит во¬
ображаемую границу человеческого могущества, и всё-таки буду-
щие поколения будут смеяться над ограниченностью твоих пред-
ставлений и удивляться слабости твоего мышления.
ГЛ АВ А XI
Политическая экономия. — Краткое замечание по поводу мнений эко-
номистов, обнаруживающее различие в некоторых отношениях между
их взглядами и взглядами автора Социальной системы и направленное
также к пояснению и защите принципа, изложенного на предыдущих
страницах.
Авторы, не согласные с мнениями других, писавших на те же
темы, обыкновенно впадают в одну из двух противоположных
ошибок. Они или недооценивают усилия своих соперников и ради
сомнительного удовольствия, которое это им доставляет, беспо-
щадно расправляются с их писаниями, или же они стараются
обезоружить противника, отдавая дань лести даже тем его взгля-
дам, которые они считают ошибочными. В интересах истины сле-
дует избегать и той и другой крайности.
Ошибаться свойственно человеку; и каждый обыкновенный
человек может лишь очень мало прибавить к тому запасу знаний,
который существовал до него. Тем не менее благодаря непрерыв-
ным попыткам людей поправлять и поучать друг друга истина,
несмотря на все препятствия, прокладывает себе дорогу. Подобно
тому как капля, падающая годами, долбит самый крепкий ка¬
мень, даже широко распространённые и глубоко укоренившиеся
заблуждения, которые кажутся непреодолимыми, рассеиваются
под неотразимым влиянием истины.
Экономистам, несомненно, принадлежит решительно вся за¬
слуга открытия принципов, на основе которых теперь функци-
онирует весь механизм торговли, и если кто-либо сейчас или позже
будет в состоянии прибавить что-либо к тому, что они сделали,
то, как бы ни был важен этот вклад, как бы практически беспо¬
лезны ни были без него предыдущие открытия, всё же наиболь¬
шая часть заслуги падает на долю предшественников.

184
ДЖОН ГРЕЙ
Главной задачей экономистов было исследование законов,
регулирующих производство, обмен и распределение товаров.
Наиболее важное дело состоит в том, чтобы открыть, какими
законами они могут регулироваться наилучшим образом, коль
скоро существующие законы не являются непреложными.
Не претендуя на то, что я затратил очень много труда на этот
вопрос, чего мои житейские дела никогда мне не позволяли, я
тем не менее в достаточной мере ознакомился с существующими
теориями политической экономии, для того чтобы убедиться,
что никогда ещё ни одним человеком не было указано эффектив¬
ное и практическое средство против бедствий торгового общества.
И, после того как содержание предыдущих страниц было изложе¬
но на бумаге, я тщательно изучил последнее издание «Принципов»
г-на Мак-Куллоха, чтобы попытаться найти что-нибудь, могущее
побудить меня к признанию, что я заблуждаюсь. Изложенное
здесь мнение насчёт осуществимости как бы чудесного перехода
от состояния нищеты и горя к состоянию обилия и довольства
не может не казаться на первый взгляд экстравагантным; но я
вынужден признаться в моей совершенной неспособности найти
хотя бы одну фразу в «Принципах политической экономии»,
благодаря которой я изменил бы своё мнение, между тем как, с
другой стороны, я встретился с очень многими местами, усили¬
вающими и подтверждающими его.
Было бы излишне сколько-нибудь подробно обсуждать мне-
ния других авторов, потому что работа г-на Мак-Куллоха —
самая значительная из недавно появившихся работ этого рода—
содержит изложение наиболее упрочившихся современных взгля-
дов по рассматриваемому ею вопросу. Поэтому я не пытаюсь дать
даже общий очерк защищаемой в ней теории. Знание последней
может быть лучше и легче всего приобретено теми, кто с нею
незнаком, путем прочтения самой работы, которую «Эдинбург¬
ское обозрение» называет «самым лучшим руководством по поли¬
тической экономии, какое до сих пор было представлено миру».
Я приведу здесь несколько извлечений из неё, главным образом
для того, чтобы выявить некоторые различия между существую¬
щими принципами торгового общества и принципами Социальной
системы.
«Принципы политической экономии с очерком возникновения
и прогресса науки» Дж. Мак-Куллоха, профессора политической
экономии в Лондонском университете, второе, исправленное и
значительно дополненное, издание 1830 г.
Стр. 7: «Цель политической экономии — указать средства,
с помощью которых можно достигнуть того, чтобы человеческое
трудолюбие производило наибольшее количество предметов не¬
обходимости, комфорта и наслаждений, составляющих богатство,
установить условия, наиболее благоприятные для его накопле-
СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
185
ния, пропорции, в которых оно распределяется между различ¬
ными классами общества, и способ, каким оно может быть с наи¬
большей выгодой потреблено». В этом определении вызывает воз-
ражение только одно слово, напечатанное здесь курсивом. Вместо
«распределяется» должно было бы быть — «должно распреде-
ляться». Но это определение, повидимому, не всегда имелось ав-
тором в виду, ибо на стр. 23 мы находим следующее место: «Эко-
номист не достигнет истинного знания законов, регулирующих
производство, накопление, распределение и потребление богат¬
ства, если его материалы не будут охватывать очень широкий
круг явлений». Это, очевидно, предполагает наличие законов,
которыми всё указанное регулируется и должно регулироваться.
Стало быть, обязанность экономиста состоит в том, чтобы откры¬
вать законы, а не в том, чтобы конструировать их.
Указав на общее пренебрежение к экономической науке в пре-
дыдущие века и на большее внимание, уделяемое ей в последние
годы, г-н Мак-Куллох на стр. 14 замечает: «Эти обстоятельства
в достаточной мере объясняют развитие науки в последнее время
и незначительное внимание, уделявшееся ей до очень недавнего
времени. И, с тех пор как она стала предметом более общего вни-
мания и исследования, расхождения, существовавшие между са¬
мыми выдающимися её представителями оказались исключительно
неблагоприятными для её развития и породили склонность не до-
верять самым обоснованным ее выводам». Совершенно очевидно,
что почти не может быть расхождения во взглядах по вопросам,
которые вполне поняты: следовательно, до тех пор, пока такие
люди, как профессора Вильсон, Мальтус и Мак-Куллох, не
смогут сговориться насчёт первых принципов политической эко-
номии, будет серьезное основание для того, чтобы считать по¬
литическую экономию скорее наукой сомнений, чем достоверно¬
стей.
Стр. 16: «Признанным принципом морали, равно как и поли¬
тической экономии, является то, что подавляющая часть людей
имеет значительно более ясное представление о том, что служит
их собственным интересам, чем может иметь любой другой чело-
век или избранное число людей. Правильная политика поэтому
состоит в том, чтобы предоставлять каждому человеку следовать
своей склонности и заняться любой отраслью деятельности, ка¬
кую он считает подходящей. Это — общее положение, одно из
тех, которые покоятся на самом обширном опыте».
Я без колебаний отрицаю правильность этого положения.
Если бы каждый человек существовал за счёт своей собственной,
лишённой содействия других деятельности, если бы каждый из
нас производил для себя пищу, одежду и жилище собственными
руками, то это положение было бы правильным, но коль скоро
человек становится членом торгового общества, коль скоро он
186
ДЖОН ГРЕЙ
соглашается составить часть огромного целого, вместо того
чтобы следовать своим наклонностям, то с этого момента контро¬
лирующая и руководящая сила столь же необходима для правиль-
ного функционирования всей торговли, как и для отдельной фаб¬
рики, или как необходим регулятор для правильного функциони-
рования паровой машины. Этим я не хочу сказать, что нужно вме-
шиваться во вкусы и склонности отдельных членов общества;
чего я добиваюсь,— это контролирующей и руководящей силы,
для того чтобы держав в руках все наши коммерческие дела;
и я утверждаю, кроме того, что без нее ни в каком торговом обще-
стве никогда не может существовать личная свобода и независи¬
мость. Когда человек становится членом политического общества,
то он связывает себя определённой линией поведения, и, не выпол-
нив своего обязательства, он должен поплатиться своим иму-
ществом, своей свободой и даже своей жизнью за нарушение за-
конов своей страны. А каков результат всего этого? Свобода!
Название её утрачено, а взамен этого получено её реальное со-
держание. Опыт всего мира доказывает, что неконтролируемая
система коммерции всегда имела следствием погружение массы
людей в бездну нищеты и несчастий. Каждый человек волен сле-
довать своей собственной склонности в выборе своего занятия,
но, для того чтобы общества могли когда-либо благоденствовать,
действия отдельных членов их должны регулироваться таким об-
разом, чтобы они могли совпадать с интересами других людей,
вместо того чтобы противоречить им. Г-н Мак-Куллох с таким же
основанием мог бы сказать армии солдат, что, если они будут
убивать друг друга, они победят своего общего врага, или орке¬
стру музыкантов, что если каждый в отдельности будет играть
красиво, не считаясь с тем, какой мотив или в какой момент
они играют, то их общая музыка будет восхитительна, или
нации соперников, конкурирующих в деле применения капитала,
что, нарушая интересы друг друга, они будут способствовать об¬
щему благу. Я не возражаю против индивидуального соперни¬
чества при физическом или умственном труде: соперничество, по-
моему мнению, является душой совершенства в любом деле,
которое мы предпринимаем; но я возражаю против конкуренции
в употреблении капитала. Капитал должен быть в коммерческом
мире тем же, чем является солнце в мире природы: он должен
был бы одинаково освещать труд всех людей, вознаграждая тру-
долюбие изобилием, а лень — бедностью и нуждой.
Стр. 17: «Всегда следует иметь в виду, что в обязанности эко¬
номиста никогда не входит исследование средств, с помощью ко-
торых увеличилось или уменьшилось состояние отдельных лиц,
за исключением тех случаев, когда это необходимо для опреде-
ления их общего действия и влияния. Исключительным предме-
том его внимания должны были бы всегда быть общественные ин¬
СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
187
тересы. Он не должен создавать системы и изобретать схемы для
увеличения богатства и наслаждений отдельных классов, но дол-
жен обратиться к открытию источников национального богат¬
ства и всеобщего процветания и средств, с помощью которых они
могут стать наиболее производительными». Пусть Социальная
система будет испытана этим критерием. Сравните её с любой
ранее существовавшей экономической теорией. Она выдержит
испытание, если только суд будет справедливым.
Стр. 71. По поводу трактата г-на Локка «О повышении стои¬
мости денег» г-н Мак-Куллох замечает: «Он выступает с широким
обобщением, что все налоги, как бы они ни были установлены,
должны в конце концов пасть на землю, между тем как ясно, что
он должен был бы в соответствии с изложенным выше принципом
показать, что они пали бы не исключительно на продукты земли,
но вообще на продукты труда или на все виды товаров».
В одной из предшествующих глав было показано, как можно
достигнуть того, чтобы налоги падали равномерно на продукты
всякого рода в точной пропорции с их стоимостью, а также
каким образом они могут взиматься без затраты единого шил¬
линга.
Стр. 76: «Большинство писателей по вопросам политической
экономии вступало в длительные дискуссии по поводу различия
между тем, что они называют производительным и непроизводи-
тельным трудом. Я, однако, признаться, не могу найти никакого
действительного основания для большей части этих споров или
для различий, которые часто проводились между одним видом
труда и другим. Вопрос, очевидно, не представляет никакой
трудности. Мы должны были бы смотреть не на виды выполняе-
мого труда, но на его результаты. Коль скоро человек занимается
чем-либо, не наносящим ущерба другим, и осуществляет цель,
которую он имеет в виду, то, очевидно, его труд производителен,
между тем как если он не осуществляет своей цели или не полу-
чает какой-либо равноценной выгоды от затраты труда, то послед-
ний, очевидно, непроизводителен. Это определение кажется яс-
ным и не ведет к недоумениям. В другом месте я покажу, что вся¬
кое другое определение ведёт к бесконечным трудностям и проти-
воречиям».
Различие между производительным и непроизводительным
трудом имеет огромное значение. На стр. 82 г-н Мак-Куллох
говорит: «Для всех ясна справедливость положения, гласящего,
что тому, кто сеет, должна быть дана возможность жать,— что
труд человека и произведение его рук должны считаться исклю¬
чительно его собственностью. Но как может человек сохранять
то, что, несомненно, ему принадлежит,— продукт его труда,—
если общественные порядки не таковы, чтобы гарантировать ему
это?». Никакая система коммерции не расходится более чудовищно
188
ДЖОН ГРЕЙ
со справедливым принципом, изложенным здесь г-ном Мак-Кул-
лохом, чем та, которая принуждает бедняка продавать свой труд
при условиях открытой конкуренции. С таким же успехом он мог
бы продавать самого себя; более того, по некоторым соображениям
для него было бы значительно лучше продавать свою личность,
чем продавать работу своих рук таким образом, каким он это де-
лает в настоящее время. Мы имеем номинально систему торговой
свободы, но реально — систему торгового рабства; мы имеем
призрак истины и субстанцию заблуждения. Пусть трудящийся
человек навсегда перестанет вообще продавать свой труд; пусть
он вначале пользуется за плату чужим капиталом, а потом обза¬
водится своим, пусть он производит богатство и накопляет его,
и пусть он нанимает слуг для того, чтобы заботиться об этом бо-
гатстве за него и давать ему последнее, как только оно могло бы.
ему в каком бы то ни было виде понадобиться. Таким образом,
трудящиеся классы могут сохранить распоряжение богатством,
которое они производят, до тех пор, пока оно не будет потреблено;
и только таким образом трудящиеся классы поставят себя
в положение, в котором они могут быть заслуженно названы сво¬
бодными людьми. Почему важно различать производительный и
непроизводительный труд? Потому что у нас никогда не может
быть в действии слишком много первого или, при условии если
имеется необходимый минимум его, слишком мало последнего.
Первый везёт, последний погоняет, и подлинный интерес каждой
нации состоит в том, чтобы возможно большую долю её торгового
населения перевести на положение производительных членов
общества и поднять это положение до состояния наивысшего воз¬
можного обилия и довольства. Пусть будет достаточное коли-
чествополезных непроизводителен, но так как они всегда состав-
ляют прямой налог на производителей, большой или малый,
смотря по тому, мало их или много, то пусть число их всегда
низводится до необходимого уровня.
Мало того, чтобы определить, что является и что не является
производительным трудом, мы должны смотреть на «виды выпол-
няемого труда», а не на «результаты», в противном случае мы ока¬
жемся вовлечёнными «в бесчисленные затруднения и противоре-
чия». Результатом карточной игры, например, часто является
получение хлеба, но производить хлеб — дело совершенно иное.
Юристу его профессия может доставить много тысяч в год, но он
не производит даже бумаги, на которой он пишет. Г-н Мак-
Куллох спутал здесь две вещи, которые порой столь же различны,
как белое и чёрное,— производство и потребление. Почему я был
вынужден в связи с национальным балансом (стр. 136) конста¬
тировать необходимость прибавления к издержкам производства
товаров процента, достаточного для оплаты всех расходов по
жалованью, налогам и национальным издержкам, как не потому,
СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
189
что все лица, занятые под этими рубриками, не являются про¬
изводителями? Почему для существования определённых классов
общества необходимы рента, процент и прибыль, как не потому,
что классы, живущие в основном на такие доходы, являются не¬
производительными? Почему правительство облагает нас прямо
и косвенно на сумму в сорок или пятьдесят миллионов в год, как
не потому, что его члены и подчинённые непроизводительны?
На стр. 525 г-н Мак-Куллох цитирует по этому вопросу д-ра
Адама Смита, и в оглавлении, на стр. 552, он говорит, что он док¬
тора опроверг. Посмотрим. Автор «Богатства народов» говорит:
«Труд некоторых самых уважаемых сословий общества, подобно
труду домашних слуг, не производит никакой стоимости и не за-
крепляется и не реализуется ни в каком длительном существую-
щем предмете или товаре, могущем быть проданным, который про-
должал бы существовать и по прекращении труда и за который
можно было бы получить потом равное количество труда. Напри-
мер, государь со всеми своими судебными чиновниками и офице¬
рами, вся армия и флот представляют собою непроизводительных
работников. Они являются слугами общества и содержатся на
часть годового продукта труда остального населения». Так гово-
рит доктор.
«Но,—> говорит г-н Мак-Куллох,— хотя эти положения прав¬
доподобны, нетрудно будет, я полагаю, показать ошибочность
разграничения, которое пытался провести д-р Смит. Начнём
с главного его примера, домашнего слуги. Он говорит, что его
труд непроизводителен, потому что он не воплощается в годном
для продажи товаре, тогда как труд промышленника производи-
телен, потому что он воплощается таким образом. Но что произво-
дит труд промышленника? Не заключается ли этот труд в предме-
тах комфорта и удобства, требующихся для пользы и обеспечения
общества? Промышленник является производителем не вещества,
а полезности. А разве не очевидно, что домашний слуга также яв¬
ляется производителем полезности? Общепризнано, что труд зем-
ледельца, добывающего хлеб, мясо и другие предметы питания,
производителен. Но если это так, то почему труд домашнего слуги,
который приготавливает эти предметы для потребления, должен
быть определён как непроизводительный? Совершенно ясно, что
нет никакого различия между обоими видами труда, они либо
оба производительны, либо оба непроизводительны. Для разве-
дения огня столь же необходимо, чтобы уголь был принесён из
подвала к решётке камина, как и чтобы он был доставлен со дна
шахты на поверхность земли; и если сказать, что труд шахтёра
производителен, то не должны ли мы сказать то же самое о слуге,
нанимаемом для разведения и поддержания огня? Все рассужде-
ния д-ра Смита исходят из ложной гипотезы. Он провёл различие
там, где его нет и где по природе вещей не может быть никакого
190
ДЖОН ГРЕЙ
различия. Цель всех человеческих усилий одинакова: она со-
стоит в том, чтобы увеличивать массу предметов необходимости,
комфорта и наслаждений, и следует предоставить решению каж-
дого, какую долю из этих предметов комфорта он получит в виде
домашних услуг, а какую — в виде материальных продуктов.
Верно, как это иногда констатировалось, что результаты труда
домашнего слуги редко могут оцениваться таким же образом, как
результаты труда земледельца, промышленника или торговца;
но разве они благодаря этому менее реальны или ценны? Могли ли
бы выполнять то же самое количество работы те, кого называют
производительными рабочими, если бы не помощь, получаемая
ими от тех, кого ошибочно называют непроизводительными?»
На стр. 512 г-н Мак-Куллох определил потребление как сино-
ним использования, и затем он добавляет: «Мы производим товары
только для того, чтобы мы могли их использовать или потреб¬
лять. Потребление, действительно, является результатом и целью
человеческих усилий», а на стр. 5 он определяет стоимость
как «пригодную к обмену ценность (worth)». Услуга, конечно, от¬
носится к категории пригодной к обмену ценности, и, следова-
тельно, цитированные выше мнения г-на Мак-Куллоха соответ-
ствуют и его определению значения терминов. Тем не менее между
производительным и непроизводительным трудом, даже в тех
случаях, когда непроизводительный труд обладает качеством
пригодной к обмену ценности, существует гораздо большее раз-
личие, чем думает г-н Мак-Куллох.
Производительным мы здесь назовем человека, участвующего
трудом своих рук в производстве какого-либо годного для пот-
ребления продукта. Последний можно по окончании работы либо
использовать, либо обменять на какой-либо другой товар, про¬
изводство которого стоило одинакового количества труда; не-
производительным мы назовём такого человека, который, как бы
ни были полезны и необходимы для благосостояния общества
его услуги, не участвует своими руками в производстве подоб¬
ного товара. Важность разграничения заключается в следую-
щем: непроизводительный человек, как он здесь определён,
должен всегда являться налогом на производительного человека
на всю сумму того, что он потребляет, между тем как производи¬
тельный не является налогом ни на кого.
Возьмём пример, приведённый самим г-ном Мак-Куллохом.
Заработная плата человека, разводящего или поддерживающего
огонь на фабрике, образует часть непосредственных издержек на
произведённые товары и прибавляется к их денежной цене. Ка¬
менный уголь, наблюдение за огнём, переработанные материалы
и труд, затраченный на них,— всё это — составные части издер-
жек производства товаров, из которых складывается их меновая
стоимость. Согласно принципам Социальной системы они были бы
СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
191
все представлены деньгами, вызванными к жизни вследствие
того, что товар, таким образом, был произведён. Но слуга, кото¬
рый разводит или поддерживает огонь в господском доме, не
прибавляет ничего к национальному запасу пригодного к обмену
богатства; напротив, он уменьшает его, и цена его полезной функ-
ции оплачивается требованием на национальный запас накоплен-
ного богатства, перешедшим к нему из кармана его хозяина; и
никаких добавочных денег не создаётся вследствие разведения или
поддержания указанного огня, как в первом случае. Огонь на
фабрике увеличивает совокупный запас ценностей, огонь в жилом
доме уменьшает его. Большое различие между обоими случаями
с практической точки зрения заключается в том, что этих услуг
никогда не может быть чересчур мало, при условии, конечно,,
если их имеется необходимое количество, тогда как производи-
тельных людей никогда не может быть слишком много, при усло-
вии, если имеется достаточно капитала для предоставления им.
занятия.
На стр. 527 Мак-Куллох пишет: «Д-р Смит, не колеблясь,,
признаёт справедливым включение рабочего, занятого починкой
паровой машины, в производительный класс; и, несмотря на это,
он поместил бы врача, способствовавшего спасению жизни Арк¬
райта или Уатта, в число непроизводителей». Конечно, и он прав:
ибо первый увеличивает запас пригодного к обмену богатства,
поскольку в этом отношении нет разницы между починкой и из-
готовлением, тогда как другой только приобретает право на
то, что ранее существовало. Если бы Аркрайт и Уатт были про¬
даваемыми на рынке товарами — рабами, то врач, который прод-
лил бы их жизни, имел бы право называться производительным
рабочим.	•
На стр. 529 г-н Мак-Куллох говорит, что актёры, певцы,
оперные танцовщицы и шуты являются производительными ра¬
ботниками, а на стр. 531, что высшие категории чиновников,
когда они надлежащим образом выполняют свои служебные обя¬
занности, являются «наиболее производительными работниками
в государстве». Несколько дальше на той же странице он говорит:
«Возьмём аналогичный пример — рабочих, занятых сооружением
изгородей; никто никогда не думал сомневаться в том, что их
труд производителен, и тем не менее они непосредственно не уча-
ствуют в производстве хлеба или любого другого генного продук¬
та». Разве нет? Разве изгородь не содержит пригодной к обмену
ценности? Разве каменная стена не является ценным продуктом?
Разве она не прибавляет меновой стоимости участку, на котором
она сооружена, предполагая, что она правильно помещена там?
Конечно, прибавляет, но сколько ценности, пригодной к обмену,
оставляет после себя на сцене театра оперная танцовщица или
шут? Нисколько; такие люди ничего не прибавляют к пригодному
192
ДЖОН ГРЕЙ
для потребления запасу богатства; а картёжник, гадальщик или
пляшущий медведь с таким же основанием могут быть названы
производительными работниками, как человек, не создающий
ничего, кроме позы или гримасы.
«Могло ли бы то же самое количество работы,— говорит г-н
Мак-Куллох,— быть выполнено теми, кого называют произво¬
дительными рабочими, если бы не помощь, получаемая ими от
тех, кого ошибочно называют непроизводительными?». Нет, но
то же самое количество работы могло бы выполняться произво¬
дительными рабочими с помощью одной пятой части имеющегося
в настоящее время количества тех, кого правильно называют непро¬
изводительными.
В некоторых немногочисленных случаях может быть трудно
провести очень отчётливую демаркационную линию между про-
изводительным и непроизводительным трудом. Как говорит по
этому вопросу г-н Милль («Элементы политической экономии»,
стр. 218) «между вещами, весьма различающимися друг от друга,
всегда имеется ряд вещей, приближающихся к ним незаметными
переходами», и далее: «Несмотря на эту трудность, абсолютно
необходимо, в целях человеческого рассуждения, чтобы классифи-
кация производилась и линия была где-либо проведена». При
Социальной системе, однако, это дело не представляло бы никакой
практической трудности, ибо, человек, будь он занят произво-
дительным или непроизводительным трудом, только в том слу-
чае принимался бы в члены ассоциации, если бы его физический
или умственный труд был признан полезным посредством созда-
ния денег для вознаграждения его за блага, доставляемые торго¬
вому государству. Общество может быть разделено натри класса—
производительный, непроизводительный, но полезный и трутней.
Первых у нас никогда не может быть чересчур много, до тех пор
пока капитал имеется в изобилии; вторых у нас никогда не может
быть чересчур мало, при условии, если у нас их достаточно, чтобы
поддерживать производителей в полном и беспрепятственном дей-
ствии; а третьих желательнее всего не иметь ни одного.
Стр. 80: «Присущая человеческому роду тенденция к размно-
жению столь сильна, что человечество никогда не преминет
быстро расшириться до границ средств существования, как бы
значительно они ни раздвигались. В самом деле, естественная
тенденция его — перейти эти границы или увеличивать числен¬
ность населения быстрее, чем возрастают запасы пищи и другие
необходимые для его существования средства».
Население не имеет тенденции увеличиваться быстрее, чем
средства существования, поскольку дело касается природы.
Нам много говорят о необходимости «ограничений» народонасе-
ления. «Сначала удали бревно из своего собственного глаза и
тогда ты увидишь, как удалить соломинку из глаза твоего ближ-
СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
193
него». Имеются, к несчастью, другие ограничения помимо огра-
ничений народонаселения, на которые следует обратить внимание:
ограничения производства, обмена, распределения и накопления.
Устраните эти ограничения, и тогда ясно станет, что нет необ¬
ходимости налагать новые. Природа без помощи человека про-
изводит мало пищи и совсем не производит детей; она вселила
в человека нужды и желания, обеспечивающие производство
первой и увеличение числа последних, но и то и другое увеличи¬
вается при посредстве добровольного действия самого человека,
и вмешательство самой природы значительно явственнее сказы¬
вается в установлении границы увеличения числа детей, чем
количества пищи. Мы не можем сеять детей акрами, как это мы
делаем с репой, или сажать их тысячами, как это мы делаем с ка¬
пустой, или ткать их с помощью пара, как это мы делаем с мате-
рией; самая огромная шишка1 плодовитости не может ничего по-
делать; природа соблюдает свой порядок, и дети, хотя и не яв-
ляющиеся необыкновенным продуктом, все же появляются на
свет медленно и осторожно.
Стр. 84: «Право собственности лендлорда нарушается, когда
его вынуждают принять какую-либо систему земледелия, даже
если она действительно имеет преимущества перед той, которая
ей предшествовала; право собственности капиталиста нарушает¬
ся, когда его вынуждают получать определённый процент на
свой капитал; и право собственности рабочего нарушается, когда
его обязывают заниматься определённой работой или работать
за определённую ставку заработной платы».
Ничьё право собственности не может быть нарушено установ-
лением таких порядков, в результате которых ставкой заработной
платы будет продукт труда, подвергающийся по возможности
лишь самому незначительному вычету для содержания непроиз-
водительного труда. Право собственности рабочего не только не
было бы нарушено таким определением его заработной платы,
но оно всегда будет нарушаться до тех пор, пока заработная
плата не будет определена таким образом. Существующая система
коммерции имеет точно такое же влияние, какое имел бы парла¬
ментский акт, который устанавливал бы цену труда на самом
низком уровне, достаточном для поддержания жизни и продол-
жения того же злосчастного рода рабочих. Действительно, так
экономисты определяют естественную норму заработной платы.
Я же, наоборот, считаю, что естественной нормой заработной пла¬
ты является все то, что произведено трудом, за исключением толь¬
ко определённого выше вычета.
Стр. 92: «Лёгкость обмена является животворящим принци-
пом для трудолюбия: она побуждает земледельцев принять
1 Выражение, заимствованное из френологии.— Прим, перев.
194
ДЖОН ГРЕЙ
наилучшую систему обработки земли и получать наибольшие уро¬
жаи, потому что она даёт им возможность обменивать всё то коли¬
чество продуктов их земель, которое превышает их собственные
потребности, на другие товары, служащие их удобству и наслаж-
дениям. Лёгкость обмена побуждает фабрикантов и купцов уве¬
личивать количество и разнообразие и улучшать качество их
товаров, чтобы таким путём получить большие запасы сырых
материалов».
Лёгкость обмена в настоящее время — это свобода рабства,
мудрость безумия, добродетель порока; ничего подобного не
существует. В настоящее время обмен свободен только с одной
стороны: имеется достаточно свободы при обмене денег на товары,
но нет никакой свободы при обмене товаров на деньги. Первое
очень легко, последнее очень трудно; но когда будет действительно
установлена свобода торговли, то будет столь же легко и просто
продавать, как теперь — покупать, превращать товары в деньги,
как и деньги в товары.
Стр. 95: «Подобно различным частям хорошо сконструирован¬
ной машины жители цивилизованной страны все находятся во
взаимной зависимости и связи друг с другом. Без всякого пред-
варительного уговора, повинуясь лишь могущественному и по¬
стоянному стимулу собственного интереса, они повсеместно
стремятся к одной и той же великой цели и способствуют, каждый
в своей сфере, доставлению наибольшего запаса предметов не¬
обходимости, роскоши, удобства и наслаждений». Вместо «ка-
ходятся» — читай «должны были бы находиться»: они не делают
ничего подобного, и без предварительного уговора они никогда
никоим образом не могут повсеместно объединиться в стремлении
к одной и той же великой цели.
Стр. 104: «Количество продуктов труда нации не может быть
увеличено иначе, как путём увеличения числа её рабочих или
их производительной силы; но в большинстве случаев невозможно
с выгодой нанять ещё одного рабочего без увеличения капитала».
И если бы общественные порядки были созданы с единственной
целью препятствовать увеличению капитала, то едва ли можно
представить себе, каким образом это можно было бы сделать
лучше.
Начиная со стр. 123, г-н Мак-Куллох посвящает небольшую
главу рассмотрению кредита и показывает полезность его при
современном состоянии общества. Социальная система включает
в себя бесконечно более обширную систему кредита, чем любая
существующая в настоящее время, и в то же время она сочетает
безопасность с удобством в несравненно большей мере, чем все
планы, которые когда-либо предполагались. Короче говоря, из-
бегая всех зол, Социальная система включает в себя все выгоды
современной системы кредита.

СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
195
Стр. 134: «Никогда не может быть дана какая-нибудь досто¬
верная оценка количества денег, необходимых для ведения дел
какой-либо страны; это количество во всех случаях определяется
стоимостью самих денег, услугами, которые они должны оказать,
и способами, которые употребляются для экономии пользования
ими». Сравните это расплывчатое, неопределённое и неудовлетво¬
рительное описание с принципами, изложенными здесь в главах
об обмене и распределении. При Социальной системе деньги, на-
ходящиеся в обращении, и товары на национальных складах
всегда были бы в точности равноценны, увеличиваясь и умень¬
шаясь одновременно. Деньги были бы спросом, имущество было
бы предложением, и одно всегда было бы равно другому.
Стр. 139: «Часто утверждают, что число розничных торгов-
цев в большинстве мест слишком велико и что для поддержания
своего существования они взимают огромную прибыль. Но легко
понять, что не может быть никакого действительного основания
для этих утверждений. Учёт своих собственных интересов не до-
пустит, чтобы слишком много людей занялось розничной торгов¬
лей, подобно тому как он не допускает этого в любом другом за-
нятии; в то же самое время конкуренция, которой они подвер¬
жены, не позволит им в действительности реализовать большую,
чем обычная, норму прибыли».
В интересах всех производителей — быть в возможно мень¬
шей степени обременёнными расходами на содержание непроиз-
водительного класса. Розничные торговцы являются непроизво¬
дительными работниками; и если бы их прибыли регулировались
на основе справедливых принципов вместо взаимной конкурен-
ции, то можно было бы обойтись по меньшей мере без двух третей
их, и работа их выполнялась бы несравненно лучше. Возьмите,
например, дело торговца сукнами, имеющего материалы для
всякого рода мужского и женского платья. В городе с двадцатью
тысячами жителей имеются обычно дюжины розничных торгов-
цев платьем, ведущих дело в более или менее широком масштабе.
Употребляемый капитал во много раз больше того, каким он
должен быть, и тем не менее благодаря большому однообразию
и раздроблённости совокупного запаса публика не получает ни¬
чего похожего на то преимущество, которое было бы получено от
замены всех их одним или двумя крупными предприятиями с
приблизительно втрое большим запасом, чем у любого существо-
вавшего ранее. Обороты в этом случае были бы значительно более
быстрыми; убытки на плохом товаре были бы сведены к двадца¬
той части теперешней их суммы, число лиц, требующихся для
выполнения какого-либо определённого количества операций,
невероятно уменьшилось бы, и самое это занятие стало бы значи¬
тельно более почтенным. Общий результат всей системы рознич¬
ной торговли, как она ведётся теперь, тот, что производители

196
ДЖОН ГРЕЙ
облагаются во много раз больше, чем было бы необходимо для
щедрой ее поддержки при надлежащих порядках.
Стр. 149: «Мы уже видели, что число рабочих, занятых в стра-
не, должно всегда ограничиваться тем количеством, которое ее
капитал может кормить и содержать. Но ясно, что никакое регу-
лирование не может непосредственно ничего прибавить к этому
капиталу». Благодаря установлению порядков, указанных в этой
книге, капитал страны увеличивался бы с такой же достоверно¬
стью и правильностью, как мог бы увеличиваться капитал отдель-
ного лица, которое, имея годовой доход в 100 ф. ст., расходовало
бы из него только 90 ф. ст.
Стр. 149: «Каждый человек всегда старается найти самые вы¬
годные способы применения своего капитала и труда. Правда,
он имеет в виду свою собственную выгоду, а не выгоду общества,
но, поскольку общество является не чем иным, как совокупно¬
стью индивидов, ясно, что каждый, постоянно добиваясь соб-
ственного возвышения, следует именно той самой линии поведе-
ния, которая в наибольшей степени служит общественной выгоде».
Это одно из великих заблуждений экономистов. К несчастью, не-
верно, что «каждый, постоянно добиваясь своего собственного воз-
вышения, следует именно той самой линии поведения, которая
в наибольшей степени служит общественной выгоде». При сов-
ременном состоянии общества люди, преследующие свои личные
интересы в применении капитала, неизменно действуют вразрез
с интересами других. Фабриканты и торговцы, если рассматривать
их в отдельности, будто бы противостоят только лицам, занятым
в таких же отраслях, как и они сами; ибо в силу того, что
цена товаров, повидимому, понижается из-за конкуренции при
покупке и продаже, то самая эта борьба, на первый взгляд, бла-
гоприятствует интересам публики. Но это не так: чем больше
отрасли подразделяются на отдельные предприятия, тем больше
процент прибыли, необходимый для их поддержания, и вся систе¬
ма, как она функционирует теперь, ничем не лучше национального
заговора для того, чтобы мешать увеличению капитала и для уве-
ковечения бедности и нищеты.
Стр. 149: «Собственный интерес является самым мощным сти-
мулом, который может быть применён для возбуждения трудолю-
бия и для обострения человеческого ума и изобретательности;
и никакое положение не может быть более истинным, чем то, что
каждый индивид может на своём месте лучше, чем любое другое
лицо, судить о том, что для него выгодно и полезно». Опыт лю¬
бой эпохи и любой нации доказал, что без помощи руководящей
силы, регулирующей деятельность всего общества, человек не
в большей степени может выбрать то особое жизненное положение,
которое наилучшим образом соответствует его личным интересам
или интересам всего общества, чем железный брусок может сам
СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
197
по себе превратиться в пружину, колесо или в винт, смотря по
тому, в чём больше всего окажется нужда в каком-либо механиз-
ме. Быть трудолюбивым ничего не значит: мы должны работать
совместно с нашими ближними, а не против них, для того чтобы
мы могли работать с успехом в их или в своих собственных инте-
ресах. До тех пор пока существует современная система обмена,
население всегда будет иметь тенденцию увеличиваться быстрее,
чем капитал, и через два столетия мы должны будем делить пищу
девяти человек между двумястами пятьюдесятью шестью.
Стр. 157: «Того, что было сейчас изложено, почти достаточно
для решения спорного вопроса о влиянии расходов лиц, прожива-
ющих за пределами своей страны. Если английский джентльмен,
живущий на родине и не употребляющий в своем хозяйстве ни-
каких предметов, кроме иностранных, в той же мере поощряет
промышленность, как если бы он не употреблял никаких пред-
метов, кроме английских, то, очевидно, результат был бы тот же,
если бы он поехал за границу. Всё, что он может получить от
иностранца, будучи в Париже или в Брюсселе, должно быть опла¬
чено, прямо или косвенно, английскими товарами совершенно
так же, как когда он жил в Лондоне. И нелегко представить себе
какое бы то ни было основание, для того чтобы считать его расходы
более благоприятными для нашей страны в последнем случае,
чем в первом.
Я не намерен утверждать, что абсентеизм не может быть в не-
которых отношениях вредным. В самом деле, легко было бы пока¬
зать, что как для Англии, так и для Шотландии было весьма по-
лезным пребывание крупных земельных собственников в своих
имениях. Никто не может сомневаться в том, что они в высшей
степени способствовали введению хороших манер и распростра-
нению вкуса к комфорту и наслаждениям более утончённого об¬
щества и что усовершенствованные пути сообщения между раз¬
личными местностями, дорогие и удобные фермерские постройки
и древесные насаждения, покрывающие и украшающие страну,
должны в значительной степени быть приписаны их пребыванию
в ней. Однако, учитывая обстоятельства, при которых большин¬
ство ирландских лендлордов приобрело свои имения, различие
между их религиозными верованиями и верованиями их аренда-
торов, специфические условия, на которых последние держат их
земли, и политическое положение страны,— можно сомневаться
в том, чтобы их пребывание в Ирландии приносило сколько-
нибудь значительную выгоду. Но, к какому бы выводу ни прийти
поэтому вопросу, это не может повлиять на то, что было изложено
втексте. (Этацитатаявляется в оригинале примечанием.—Д. Грей.)
Вопрос, о котором в действительности идёт спор, не имеет ника¬
кого отношения к улучшению имений; он касается только рас-
ходования дохода; и несмотря на всё, что было сказано в противо-
198	ДЖОН ГРЕЙ
положном духе, я ещё не убеждён в том, что абсентеизм в этом
отношении вообще вреден».
Слова «того, что было сейчас изложено» относятся к рассуж-
дению слишком длинному, чтобы процитировать его здесь. Смысл
его состоит в том, что «если экспорт хорошая вещь,— а самые
ревностные поклонники системы ограничений признают это,—
то и импорт должен быть также хорошей вещью; ибо оба они
неразрывно связаны; и разделение их, даже в воображении, озна-
чает полное незнание самых очевидных принципов». В прямую
задачу этой книги не входит борьба с экономистами на их соб¬
ственной почве, т. е. борьба с их мнениями по поводу их собствен¬
ной системы, но было бы, вероятно, не очень трудно открыть ошиб¬
ку во взглядах г-на Мак-Куллоха насчёт двух вопросов —
свободы торговли и абсентеизма.
Ни при какой системе торговля не может быть слишком сво¬
бодной, потому что, как заметил г-н Мак-Куллох, импорт и экс-
порт неразрывно связаны и невозможно препятствовать одному,
не нанося также ущерба другому. Однако каждая нация заинте¬
ресована в том, чтобы расходовать внутри страны полученную
от обмена товаров прибыль, равно как и любого рода доход.
Так, сукно, стоящее 100 ф. ст. золотом, производится в Англии
и продаётся в Перу за 120 ф. ст. золотом. Сукно отсылается в Перу,
а золото привозится в Англию, и от этой сделки английский ку-
пец выигрывает 20 ф. ст. Очевидно, что расходование этих 20 ф. ст.
на покупку перуанского труда не создаст никакого спроса на
английские продукты, и подобным же образом расходование их
на покупку английского труда не создаст никакого спроса на
перуанские продукты. Следовательно, в то время как экспорт
и импорт должны всегда иметь одинаковую номинальную стои¬
мость, расходование прибыли, полученной от обмена, всегда
благодетельно для той страны, труд которой покупается на неё,
потому что в результате сделки нет необходимости вывезти что-
либо из страны.
Далее, купец отправляет с прибылью в 20% хлопчатобумаж¬
ные ткани стоимостью в 100 ф. ст. во Францию и получает в обмен
на них шёлк стоимостью в 120 ф. ст.1 Он выигрывает на этой
сделке на 20 ф. ст. шёлка, половину которого он, предположим,
хочет превратить в платья для своей жены, и вместо денег отдаёт
другую половину портнихе за её труд; разве не ясно, как день,
что выгода, поскольку дело касается расходования дохода,. до¬
стаётся той стране, где живёт портниха? Английский дворянин,
«живущий на родине и не употребляющий в своём хозяйстве ни-
каких предметов, кроме иностранных, в той же мере поощряет
промышленность (подразумевается, английская промышлен-
1 В оригинале ошибочно указано 100 ф. ст.
СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
199
ность.— Д. Грей), как если бы он не употреблял никаких предме-
тов, кроме английских». Предположим, что иностранец — портной
и что вместо Пале-Рояля он живёт в Лондоне на Риджентстрит;
будет ли английский портной, живущий рядом с ним, получать
такое же поощрение, как он сам? Нет, не будет, как и любой
другой человек в Англии в какой бы то ни было отрасли.
Теперь насчёт человека, живущего за пределами своей страны,
о котором г-н Мак-Куллох утверждает, что в отношении расходо-
вания доходов безразлично, где он живёт. Для получения ренты
продукты должны продаваться внутри страны или за границей,
и в том и в другом случае тот, кто их покупает, имеет право по¬
треблять их, и постольку абсентеизм не имеет никакого значения.
Ирландский хлеб, продаваемый в Лондоне, должен доставлять
в Ирландию деньги или товары, имеющие такую же стоимость,
как и хлеб, вывезенный из Ирландии. Но разве из-за того, что
рента уплачивается деньгами, для Ирландии не имеет никакого
значения, будут ли деньги израсходованы на наём ирландцев или
французов? Предположим, что лендлорд имеет доход в 10 тыс.
фунтов и ему нужны дом и обстановка, пища, одежда, развлече-
ния, советы лиц свободных профессий, экипажи, свита, слуги,—
в то время когда тысячи людей в любой европейской стране го¬
товы снабдить своими товарами и трудом всех, у кого есть деньги
для уплаты за них. Предположим теперь, что рента была упла¬
чена натурой и что вместо денег доход лендлорда заключается
в 10 тыс. бушелей зерна; если он тратит свой доход в Ирландии,
то он передаёт ту часть своего хлеба, которая не требуется для
его собственного потребления, т. е. почти весь хлеб, ирландскому
строителю, мебельщику, торговцу продовольствием, суконщику,
актёру, врачу, каретнику и домашнему слуге в возмещение за
товары, которые в противном случае никогда не были бы произ¬
ведены, и за услуги, которые никогда иначе не были бы оказаны.
Но если он тратит свой доход в Италии, то он передаёт итальян¬
скому строителю, поставщику, торговцу продовольствием, су¬
конщику, актёру, врачу, каретнику и домашнему слуге в возме-
щение за услуги, оказываемые ими, ту часть своего хлеба, кото¬
рая составила бы пропитание для его соотечественников, если бы
он оставался на родине, и услуги, оказанные ему в Италии, ни¬
когда не были бы выполнены, если бы он и его имущество нахо¬
дились в Ирландии.
Врач, например, поселяется в лесу; разве деревья будут ле-
читься от колик, источать золото вместо сока и разве не будет
опавших листьев больше, чем банкнот? Но поселите вместо деревь-
ев или голодающего крестьянства Ирландии богатых лендлор-
дов с их жёнами, семьями и слугами возле продавца лекарств и
химических товаров и посмотрите, будет ли для него безразлично,
предназначаются ли огромные запасы богатства, созданного
200
ДЖОН ГРЕЙ
трудящимися, для иностранца или для него; и после того как
будет дан ответ на этот вопрос, повторите последний строителю,
мебельщику, купцу, суконщику, актеру и слуге.
Если бы герцоги Бедфордский и Беклечский действительно
потребляли всё то количество пшеницы, овса, ячменя, сена,
соломы, гороха, бобов и клевера, ягнят, телят, овец и быков, сви¬
ней, дичи и домашней птицы, которое производится в их име-
ниях и уплачивается им ежегодно в виде ренты, то имело бы очень
мало значения, будут ли они жить в Англии и Шотландии или
в другом полушарии. В действительности, из этих трёх мест пред-
почтительнее было бы последнее, ибо в этом случае потребова¬
лось бы отдать маленькую часть людям, занятым доставкой всей
этой еды. Но эти дворяне не потребляют и не могут потреблять
свою ренту; поэтому они передают её другим лицам в возмещение
за полученные услуги, которые в противном случае никогда не
были бы оказаны, и передача её англичанам и шотландцам вместо
передачи её иностранцам даёт в результате ту разницу, что
потребителями указанных продуктов являются первые вместо
последних.
Крайние случаи часто являются прекрасными доказатель¬
ствами истины. Ирландия сейчас, как говорят, в состоянии
содержать 7 млн. населения. Предположим, что Ирландия состав-
ляет собственность одного человека и что другой человек в
состоянии обрабатывать её для него. Собственник живет во Фран-
ции,— что отсюда следует? Во-первых, все ирландские продукты,
за исключением только заработной платы одного человека, вы¬
возятся из страны за деньги; когда деньги получены, они перево¬
дятся в Париж, и Ирландия содержит одного ирландца и 7 млн.
французов без одного. Возьмём обратный случай: собственник
живёт в Ирландии; предположим, попрежнему, что все продукты
вывозятся за деньги, но деньги, будучи расходуемы в Ирландии,
доставляют обратно в страну одинаковое количество продуктов
в обмен на те, которые вывезены, и Ирландия теперь содержит
на родине 7 млн. населения вместо одного человека.
Если смотреть только на поступление ренты в карманы ленд-
лордов, то покажется, что абсентеизм не приносит никакого вре¬
да; но, для того чтобы правильно судить о влиянии абсентеизма,
мы должны проследить не только за тем, как рента поступает в
карманы лендлордов, но и как она уходит из них.
Однако средством против этого зла должно быть не налоговое
обложение живущих вне страны и не жалкая неэффективная си¬
стема законов о бедных, но установление рациональной системы
обмена, с помощью которой можно достигнуть того, чтобы капи-
тал увеличивался с такой же быстротой, как и население, благо¬
даря чему, каждому человеку может быть дано выгодное занятие.
В настоящее время у четырёх пятых населения нашей страны
СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
201
почти нет выбора работы: нет постоянного увеличения капитала^
«идущего в ногу» с ростом населения, и, следовательно, идёт
постоянная борьба за любую работу. Таков тот вид свободы,
которым человек обладает теперь, «для того чтобы следовать
своей склонности и заниматься любой отраслью деятельности, ко¬
торую он сочтёт подходящей»! По принципу же, указанному здесь,
каждый человек мог бы получить занятие по средней ставке за¬
работной платы; и если бы рабочий не работал на богача, чтобы
иметь возможность участвовать в его богатствах, то он должен
был бы просто работать вместо этого на самого себя, и результат
для него был бы тот же самый. Теперь не производство является
причиной спроса, но спрос — причиной производства. Расходо-
вание дохода, следовательно, создаёт занятие, которого в против-
ном случае не существовало бы; но я уже показал, как может быть
создано для всех людей выгодное занятие без малейшей зависи¬
мости от желания или вкусов богатых и могущественных людей.
Стр. 173: «Не только не верно, что рабочие, занятые в промыш-
ленных предприятиях, менее интеллигентны и сообразительны,
чем те, которые заняты в земледелии, но на деле имеет место прямо¬
противоположное. Ткачи и другие мастеровые в Глазго, Ман-
честере и Бирмингаме обладают значительно большими знаниями,
чем земледельческие рабочие любого графства империи». Некото-
рые, быть может, будут оспаривать это, но я цитирую это заме-
чание с другой целью. Было бы трудно понять, почему ткач,
портной или сапожник должен быть менее интеллигентным, чем
лица, принадлежащие к любому другому классу общества. Нет
ничего позорного или смешного в полезных занятиях, и обычное
отвращение к ним среди более образованных классов вызывается
ассоциацией других представлений, а не тех, которые необходимо
связаны с самими занятиями. Если бы каждый человек получал
утончённое и обширное образование, звание рабочего не звучало
бы ни на йоту менее респектабельно, чем в настоящее время зва-
ние банкира или купца. Представление о чём-то низшем, связы¬
ваемое теперь с низшими слоями общества, имеет свою основу
скорее в отвращении к обычаям и манерам самих людей, чем к их
занятиям и делам. Но если бы была введена система народного
образования для просвещения всех людей в степени, достаточной
для создания умственного равенства людей, насколько это поз¬
волили бы различия интеллекта, то не было бы более антипатии
к производительным занятиям. Это констатируется в качестве
общего правила, которое, однако, допускает исключения, ибо,,
конечно, имеются некоторые очень необходимые в жизни занятия,
настолько отвратительные, что никакой человек, предающийся
им, как бы богат он ни был, не мог бы обладать очень большой
утончённостью. Человек может сеять хлеб и жать его, он может
изготовлять товары и продавать их, и всё это может быть вполне
•202
ДЖОН ГРЕЙ
совместимо с качествами и чувствами джентльмена; но разра¬
ботка копей, самые трудные занятия в литейных и некоторые дру-
гие, повидимому, требуют условий физического труда, совершенно
несовместимых с нашими современными понятиями об утончён¬
ности.
Наиболее достойно сожаления при современном состоянии
общества положение незамужних и зависимых женщин. Имеются
только два или три занятия, которыми теперь может заниматься
образованная женщина, без того чтобы быть наверняка исклю¬
чённой из общества, к которому она иначе имела бы полное
основание принадлежать. Хотел бы я знать, что, кроме нашей
современной варварской системы обмена, сводящей вознаграж-
дение за такие занятия только к самому необходимому для суще-
ствования, могло бы помешать леди браться за многочисленные
лёгкие, здоровые и приятные занятия, которые в большом разно-
образии существуют в различных отраслях нашей промышлен¬
ности? Разве было бы, например, менее приятно читать книги
потому, что они фальцевались пальцами, которые могли бы
играть на арфе? Или разве струны арфы были бы осквернены
прикосновением пальцев, которые недавно занимались превра-
щением в книгу листов из «Веверлея»1 или «Кипсека»2. Пред-
ставление, что полезные занятия должны всегда выполняться
бедными, грубыми и необразованными людьми, имеет своим ос-
нованием только самую нелепую слепоту в отношении тех при-
чин, которые большей частью в настоящее время делают людей
такими. Причины эти: недостаточное вознаграждение, бремя
непроизводительного труда и коммерческое неблагоразумие.
Женщины совершенно непригодны для продажи товаров любо¬
го рода, кроме только таких, которые теперь продаются исклю¬
чительно женщинами женщинам. Заведывание запасом товаров
какого бы то ни было рода является подходящим занятием только
для мужчин; и продажа товаров в магазине сверх того является
занятием, никоим образом несовместимым с изяществом и скром¬
ностью, которые принадлежат к женским качествам, особенно
в молодости. Но я твёрдо убеждён, что настанет день, когда мно-
гие из лёгких, приятных и полезных занятий на наших фабриках
будут выполняться — правда, не в течение десяти, двенадцати
или четырнадцати часов в день, но, вероятно, в течение четырёх
или шести часов — женщинами, с которыми нынешнее поколение
дам не могло бы ни на одно мгновение быть сравнено по знаниям,
утончённости или по изяществу внешности или ума.
Стр. 181: «Если бы при каких-либо обстоятельствах построе-
ние машины, которая производила бы две пары чулок с такими же
1 Роман Вальтер-Скотта.— Прим, перев.
2 Альманах.— Прим, перев.

СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
203
издержками, какие ранее требовались для производства одной
пары, было вредным, то вред, очевидно, был бы одинаков, если
бы такой же результат достигался благодаря увеличенной бы-
строте и искусству вязальщиц; если бы, например, женщины,
вязавшие обычно две или три пары в неделю, приобрели способ¬
ность вязать в дальнейшем четыре или шесть пар. Действительно,
нет никакой разницы между этими случаями». Эта цитата приво¬
дится лишь с той целью, чтобы передать на этих страницах такое
ясное, сжатое и убедительное рассуждение в пользу машин, ка¬
кое только можно себе представить. Однако спорить с г-ном
Мак-Куллохом по вопросу о том, заинтересованы ли мы в настоя¬
щее время в экономии или в расточительности, мы предоставляем
защитникам существующих общественных порядков.
Стр. 184: «Перепроизводство (gluts). Целью каж-
дого человека при затрате своих производительных сил должнф
быть — либо потреблять самому весь продукт своего труда,
либо обменивать его или его части на такие товары, которые он
хочет получить от других. Предположим теперь, что он непо¬
средственно потребляет всё, что производит: очевидно, что в этом
случае не может быть никакого перепроизводства или излишка;
ибо предположение, что товары, произведённые для непосред-
ственного потребления теми лицами, которые их производят,
могут быть в излишке, равносильно предположению, что произ¬
водство может вестись без какого бы то ни было мотива или что
может быть следствие без причины! Когда люди, вместо того что¬
бы непосредственно потреблять продукты своего труда, предла-
гают их в обмен другим, то их ошибочный расчёт может вызвать
перепроизводство. Если, например, А будет производить товары
и предлагать их в обмен В или С, которые неспособны снабдить
его тем, что он желает получить, то он Ошибётся в расчёте, и
будет иметь место перепроизводство: он должен был бы, очевидно,
либо предложить свои товары другим, либо приняться самому за
производство тех товаров, в которых он нуждается. Это, однако,
ошибка, которая вскоре будет исправлена; ибо если он видит, что
не может достигнуть своей цели, продолжая своё теперешнее за-
нятие, то он немедленно возьмётся за то, чтобы переменить его,
производя в дальнейшем только такие предметы, для которых
он может найти купца или которые намеревается потребить.
Поэтому ясно, что всеобщее увеличение лёгкости производства
никогда не может быть причиной постоянного переполнения
рынка».
Путаные и противоречивые представления, существующие
в настоящее время у людей по вопросу о перепроизводстве, все-
цело зависят от теперешнего порядка обмена. Все рассуждения,
основанные, как в приведённом выше примере, на том, что сделал
бы отдельный человек, теряют значение, когда речь идёт о
204
ДЖОН ГРЕЙ
трудности обмена одной вещи на другую, ибо они совершенно не-
применимы к теперешнему состоянию общества. Если бы действи-
тельно существовала свобода обмена и если бы люди пользовались
мерой стоимости в качестве орудия обмена, то никогда не могло
бы быть общего перепроизводства; но при отсутствии этих усло-
вий — а, к несчастью, они отсутствуют — может быть перепро¬
изводство почти всех вещей. Предположим, что завтра произой-
дёт огромное увеличение количества всякого рода товаров, за
исключением денег; не поможет то, что между товарами суще-
ствует соответствие и что фактически нет никакого перепроиз¬
водства какой бы то ни было вещи, поскольку дело касается чело-
веческих потребностей и желаний; ибо неизбежным следствием
этого общего увеличения было бы повышение цены денег, или,
что то же самое, общее падение денежной цены товаров. Поэтому
все наличные запасы пришлось бы продавать в убыток. И это —
зло, которое не устраняется и не может быть устранено само собой.
Совершенно так же, как товары всегда должны производиться
в очевидном избытке, прежде чем может иметь место какое бы то
ни было падение их денежной цены, они должны неизменно про¬
даваться в убыток везде, где они произведены в количествах, до-
статочных для снижения их денежной цены; ибо при этом низкой
продажной цене всегда предшествует более высокая производ¬
ственная цена. И нельзя возразить на это, что в подобном случае
количество денег также увеличилось бы, ибо совершенно невоз¬
можно, чтобы количество денег могло возрасти в размере, доста-
точном для предотвращения указанного зла.
Увеличение количества денег всегда производится с большей
осторожностью, чем увеличение количества других вещей.
Обеспечение, под которое они выпускаются, ограничено в коли-
честве и имеет специфический характер, как то: земля, дома,
надёжные векселя и другое удобосохраняемое и не подвергаю¬
щееся порче имущество. Кто когда-нибудь слыхал об авансиро-
вании банком 100 ф. ст. под обеспечение груза макрели или зре-
лых фруктов, оценённых только в 100 ф. ст.? И тем не менее,
пока количество денег не увеличивается по мере того, как ло¬
вится рыба и как созревает вишня и производится её сбор для рын¬
ка, и пока количество их не уменьшается по мере того, как рыба
и вишня потребляются, не может быть никакой гарантии против
повторяемости перепроизводства. Перепроизводство означает
не избыток доставленного на рынок товара по сравнению с по¬
требностями и желаниями общества или со способностью дать за
него эквивалент при том условии, если бы возможность обмена
была освобождена от своих оков. Перепроизводство означает та¬
кое количество товара, которое обусловливает падение денежной
цены и вытекающий отсюда убыток вместо прибыли для предпри¬
нимателя.

СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
205
Но, как я сказал, при современной системе обмена невоз¬
можно, чтобы количество денег увеличивалось с быстротой, до¬
статочной для предотвращения указанного зла. Существуют два
рода товаров, такие, которые могут, и такие, которые не могут
увеличиваться неограниченно в количестве путём приложения
человеческого труда; и имеются также все промежуточные сту¬
пени между обеими этими крайностями. Нет надобности доказы¬
вать этот факт, ибо достаточно указать на то, что золото не может
быть умножаемо человеческим трудом в той же мере, как сово¬
купность других продуктов. Если же совокупность других про-
дуктов увеличивается быстрее, чем золото, то она, т. е. совокуп¬
ность продуктов, должна быть продана с убытком: правилом,
а не исключением будет получение убытка от применения капи¬
тала вместо прибыли на него. А обязанность банкиров оплачивать
свои банкноты золотом делает для них совершенно невозможным
восполнение недостатка; ибо если бы они сделали такую попытку,
то золото немедленно повысилось бы в цене по сравнению с банк¬
нотами. Последние возвращались бы к ним с такой же быстротой,
с какой они могли бы выпускать их. Предположим, могут ска¬
зать, что банкиры не обязаны оплачивать свои банкноты звонкой
монетой, что произошло бы тогда? Что же, тогда банкнот было бы
так же много, как картофеля,— их было бы бесконечное множе¬
ство; скоро однофунтовую банкноту пришлось бы давать за фунт
бараньих котлет, и другая крайность вызвала бы самый нево¬
образимый хаос. Итак, рассматривайте этот вопрос с какой
угодно стороны, и вы найдёте, что единственным видом денег,
который когда-либо может позволить производству развиваться
беспрепятственно, должен быть не товар, а символ, увеличиваю-
щийся по мере того, как увеличиваются продукты труда, и
уменьшающийся по мере того, как продукты труда присваи¬
ваются частными лицами или потребляются.
Очень небольшое размышление убедит любого практического
человека в том, что перепроизводство — излишек товара — не
является результатом ошибочного расчёта: если бы это было так,
то никогда не могло бы быть ничего подобного всеобщему застою
торговли или всеобщей трудности получить справедливую и уме-
ренную прибыль от применения капитала. Немногие предметы
могли бы быть время от времени в избытке, но масса их всегда
продавалась бы столь же легко, как могла бы быть произведена,
и недостаточность товаров наблюдалась бы наравне с излишком.
Но вместо этого на деле имеется в любой отрасли производитель-
ного труда, к какой бы вы ни обратились, избыточная производ¬
ственная возможность или, другими словами, производство яв¬
ляется следствием спроса, а не причиной его. Перепроизводство
одной вещи, говорят нам, доказывает только соответствующий
недостаток какой-либо другой вещи; но если другая вещь, о
206
ДЖОН ГРЕЙ
которой идёт речь — не деньги, такое объяснение перепроизвод¬
ства является абсурдом.
Спрос не имеет тенденции идти в ногу с производством. Соз¬
дайте увеличенный спрос и будьте уверены, что за ним немедлен¬
но последует соответствующее увеличение производства. Если
бы эффективный спрос был действительно результатом производ¬
ства, то трудность получения по надлежащим ценам товаров за
деньги была бы всегда совершенно равна трудности получения
по надлежащим ценам денег за товары. Покупать и продавать
было бы всегда в общем одинаково легко и трудно; на самом деле
не было бы никакой трудности ни в том, ни в другом случае.
Все способы и планы, ухищрения и подделки, к которым теперь
прибегают продавцы для привлечения покупателей, исчезли бы,
потому что не было бы более никаких мотивов для их сохранения.
И при Социальной системе было бы действительно так: в отноше-
нии трудности не было бы никакого различия между покупкой
и продажей, эффективный спрос действительно зависел бы от
производства, потому что всякое производство обусловливало бы
эффективный спрос; естественный спрос был бы постоянно равен
всему произведённому количеству, и было бы не большим одол-
жением давать деньги за товары, чем давать товары за деньги.
На стр. 185 г-н Мак-Куллох возражает против учения г-на
Мальтуса, который «пришёл к отрицанию положения, что эффек¬
тивный спрос зависит от производства». Указанное положение —
простой софизм, если производство постоянно не вызывает эффек-
тивного спроса, а оно этого не делает. Непосвящённые в тайны
существующей школы политической экономии отрицают это по-
ложение без обиняков и не колеблются признать его очевидным
абсурдом, каковым оно в действительности и является. «Как,—
говорит портной,— действительно ли вы хотите сказать, что мне
не нужно делать ничего другого, кроме того, чтобы работать иг¬
лой от восхода солнца до полуночи, и что мои сюртуки и жилеты
найдут спрос с такой же быстротой, с какой они выделываются!
Нет, сэр, будьте уверены, что, несмотря ни на какие красивые
теоретические измышления для доказательства обратного, кото¬
рые могут существовать в вашем мозгу, спрос не зависит от про-,
изводства, но производство зависит от спроса; ибо, по крайней
мере в моей отрасли товары изготовляются, потому что они зака¬
заны, но они не заказываются обязательно, потому что случайно
изготовлены. Тысяча сюртуков не создаст тысячу покупателей,
но тысяча покупателей создаст тысячу сюртуков». Такой же от-,
вет был бы дан всеми портными в Англии и не только ими, но и
всеми руководителями существующих производительных про-
мыслов.
Итак, говоря практически, утверждение, что эффективный
спрос зависит от производства, является простой бессмыслицей
СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА	207'
«Но,— говорит г-н Мак-Куллох на стр. 184,— предположим,
что количества капитала и труда, вложенные в каждое из различ-
ных занятий, приведены в соответствие с эффективным спросом и
что они приносят одинаковую чистую прибыль; если бы произво¬
дительные силы труда повсюду увеличились, то все произведён¬
ные товары сохраняли бы то же самое отношение друг к другу.
Двойное или тройное количество одного товара давалось бы за.
двойное или тройное количество любого другого товара. Про¬
изошло бы общее увеличение общественного богатства, но не было
бы никакого избытка товаров на рынке; возросшие эквиваленты
на одной стороне в точности уравновешивались бы соответствую-
щим увеличением на другой. Но если бы в то время как одна кате-
гория производителей была трудолюбива, другая предпочла бы.
быть праздной, то имел бы место временный избыток. Ясно, од¬
нако, что этот избыток был бы обусловлен недостаточным про-
изводством праздной категории. Он был бы следствием не черес-
чур большого, но чересчур малого увеличения производства.
Увеличьте его в большей степени, заставив праздных быть такими
же производительными, как и другие, и тогда они смогут дать
последним эквиваленты за их товары, и избыток немедленно
исчезнет».
Всё это очень похоже на то, как если бы сказать: дайте мне
пару крыльев, и я тогда буду парить вместе с орлом и улетать
на зиму вместе с ласточкой. Условие, на котором основано всё
рассуждение, неосуществимо при современном состоянии обще¬
ства. До тех пор, пока мы продолжаем руководствоваться суще¬
ствующими торговыми принципами, производительные силы
труда не могут быть увеличены повсеместно ни отдельным про-
изводителем, ни совокупностью производителей без убытка,
угрожающего на каждом шагу лицам, применяющим капитал.
Производители теперь подобны лишённому руководства полку
солдат, которым экономисты говорят, что они должны марширо¬
вать в ряд, но так как нет никого, кто произнёс бы команду, то не
может быть никакого одновременного движения, а потому первый
человек, который шагнёт вперёд, ломает ряды и свою собственную
шею в придачу. Если бы производители, включая в надлежащей
пропорции производителей денег, действительно должны были
двигаться вперёд одновременно, то не могло бы быть никакого
перепроизводства.
Необходимым условием для всеобщего увеличения количества
товаров без изменения их отношения друг к другу является
соглашение относительно применения капитала; и этим единствен-
ным словом «соглашение» охарактеризована вся система, отстаи¬
ваемая на этих страницах. Но, говорит экономист, разве ваше
соглашение не похоже на мои крылья,— разве не является это*
условие также невозможным? Ничего подобного: термины?

208
ДЖОН ГРЕЙ
«товарищество», «соглашение» и «национальная ассоциация» оди¬
наково употреблялись при описании принципа, изложенного на
этих страницах. Однако при ближайшем исследовании окажется,
что отстаиваемое товарищество вообще не является товариществом
в общепринятом значении этого термина и что, вместо того чтобы
требовать большего единства мнений, чем присуще современному
общественному порядку, оно требовало бы гораздо меньшего
единства. Современная коммерческая система является только
совокупностью мелких объединений, небольших жалких союзов,
ведущих борьбу друг с другом и нередко внутри самих себя,
между тем как предполагаемое национальное объединение не
простиралось бы далее того, которое теперь существует между
членом парламента, главным почтмейстером, таможенным чинов-
ником и рабочим в Портсмутском порту. Подобно импульсу, дви¬
жущему нас и населяемый нами земной шар со скоростью многих
тысяч миль в час без того, чтобы мы чувствовали какое-либо дви-
жение, это национальное объединение было бы на практике
неизвестно, незаметно, неощутимо иначе, как благодаря его благо-
детельному влиянию. Каждый человек был бы одновременно
своим собственным хозяином и слугой торгового государства.
«Подобно различным частям хорошо сконструированной машины,
жители цивилизованной страны находились бы все во взаимной
зависимости и связи друг с другом. Предварительно сговорив¬
шись и повинуясь лишь могущественному и постоянному стимулу
собственного интереса, они повсеместно стремились бы к одной
и той же великой цели и способствовали бы, каждый в своей сфере,
доставлению наибольшего запаса предметов необходимости,
роскоши, удобства и наслаждений». Каждый человек в качестве
отдельного лица и при выполнении своих обязанностей был бы
совершенно не связан со всяким другим человеком,— это имело
бы место в значительно большей степени, чем в настоящее время;
но каждый тем не менее принадлежал бы к одной великой наци-
ональной компании страхования от всех бедствий нищеты, неве-
жества и угнетения.
Я считал необходимым подробно остановиться на этом во-
просе, потому что некоторые из первоклассных писателей со¬
временности утверждают, что в настоящее время уже существует
то, что является специальной целью этой книги. Г-н Милль,
автор «Истории Британской Индии», имя достаточно большое
в литературном мире, для того чтобы придавать значение любому
мнению по этому вопросу, говорит в предисловии ко второму Из-
данию своих «Начал политической экономии»: «Я попытался,
с помощью новых примеров, сделать более осязательным доказа¬
тельство важнейшего учения, что совокупный спрос и предложе-
ние нации всегда равны, что производство никогда не может опе¬
режать рынок; другими словами, что никогда не может быть об-
СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
209
щего перепроизводства товаров». Однако рассуждения г-на Милля
по существу те же самые, что и рассуждения г-на Мак-Куллоха,
и я предпочёл сразиться с последним только потому, что это со-
ответствовало плану этой главы настоящей работы. Г-н Милль
пишет по этому вопросу с величайшей уверенностью, но он тем
не менее ошибается, и по тем же самым основаниям, что и г-н Мак-
Куллох. Они оба упустили из виду тот факт, что, после того как
товары произведены, они должны быть обменены на вид денег,
который не способен увеличиваться в количестве с такой же бы¬
стротой, как совокупность других товаров. Я, однако, в конце
концов не совсем уверен, что г-н Милль имеет в виду нечто боль¬
шее, чем утверждение, что, как гласит заглавие отдела: «То,
что ежегодно производится, ежегодно потребляется». Сразу же
соглашаюсь, что совокупное предложение и спрос страны дви¬
жутся вместе, но в таком случае это — скаковая лошадь, запря¬
жённая в дилижанс; производство — скаковая лошадь, а спрос —
дилижанс. Производство не может идти быстрее, чем спрос: они
связаны воедино, но настроение и качества животного достаточно
проявляются в том самом перепроизводстве, спор о котором,
боюсь, уже вывел читателя из терпения. Как быстро я пролетел
бы всё расстояние, если бы позволил спрос, говорит горячий ры-
сак. Пожалейте же бедное животное и дайте ему впредь брать
с собой вместо дилижанса маленького жокея.
Покончим с этим вопросом. Г-н Милль говорит: «Всякий раз,
когда увеличивается количество товаров без увеличения коли¬
чества денег, цены падают и, по необходимости, в точной пропор-
ции к этому увеличению. Если это ещё недоступно пониманию
каждого, то можно это сделать очевидным с помощью простого
примера. Предположим, что рынок очень ограничен — состоит
только из хлеба на одной стороне и денег на другой. Предполо-
жим, что обычно на рынке бывает на одной стороне сто караваев
хлеба, а на другой — сто шиллингов, цена хлеба составляет
соответственно один шиллинг за- каравай. Предположим, что
в этих условиях количество караваев хлеба увеличивается до
двухсот, между тем как количество денег остаётся прежним:
очевидно, что цена хлеба должна упасть наполовину, или до шести
пенсов за каравай». Разве это не является, добавлю я, доводом
или, вернее, наглядным примером, достаточным для опроверже-
ния всего, что было написано с целью доказать, что эффективный
спрос зависит от производства? Всякий раз, как товары произ¬
водятся, они должны быть обменены на такой вид денег, который
никоим образом не может увеличиваться в количестве с такой же
быстротой, как совокупность других продуктов.
Стр. 194: «В конечном счёте, следовательно, введение машин
не может не быть в высокой степени выгодным для рабочего; и даже
тогда, когда они применяются впервые, они никогда не создают
210
ДЖОН ГРЕЙ
для него никакой иной трудности кроме необходимости для него
менять иногда свое занятие. Эта трудность, однако, редко бывает
очень ощутительной». А мне это действительно представляется
самой ощутительной трудностью. В наш век конкуренции немно-
гие из людей, неподготовленных к какому-нибудь определён-
ному занятию, в состоянии вообще конкурировать с теми, кто
имеет занятие. Каким ловким должен стать человек, для того
чтобы быть в состоянии конкурировать со своими соседями, и как
необходимы подготовка и длительная практика для успеха в лю-
бом занятии. Каким образом изложенное здесь мнение г-на Мак-
Куллоха о том, что необходимость менять своё занятие редко
является ощутительной трудностью, согласуется с его собствен-
ным мнением, изложенным на стр. 93 той же книги? «Особая игра
мускулов или ловкость рук необходима для наилучшего и быст-
рейшего выполнения самой простой операции; а это может быть
приобретено лишь путём систематической и постоянной практи¬
ки». «Д-р Смит,— продолжает г-н Мак-Куллох,— дал в случае
с гвоздильной мануфактурой поразительный пример огромной
разницы между обучением рабочего тому самому делу, которым
он должен быть занят, и обучением его другому занятию, сход¬
ному и тесно связанному с этим занятием». «Я уверен, что обык¬
новенный кузнец,— говорит он,— который хотя и привык ору¬
довать молотом, но никогда не занимался выделкой гвоздей,
если он, при каком-либо особом случае, будет вынужден попы¬
таться это сделать, едва ли сможет выделывать более двух или
трёх сотен гвоздей в день и притом очень плохих. Кузнец, привык-
ший выделывать гвозди, но для которого занятие гвоздильщика не
было единственным или главным занятием, редко может, при
саном большом старании, произвести больше, чем восемьсот
или тысячу гвоздей в день. Но я видел нескольких парней моложе
двадцати лет, которые никогда не занимались никаким другим
промыслом, кроме выделки гвоздей, и которые, когда старались,
могли выделывать свыше двух тысяч трёхсот гвоздей в день каж¬
дый, или втрое больше кузнеца, привыкшего делать их, но не по-
святившего себя всецело этому особому занятию».
Какие шансы имел бы ткач или экономист в конкуренции с
такими ловкими гвоздильщиками? Сколько раз бедняга, потра-
тивший свою предыдущую жизнь на любое другое занятие, уми-
рал бы с голоду, прежде чем он смог бы приобрести достаточно
проворства, чтобы быть в состоянии зарабатывать свой хлеб
выделкой гвоздей? Факт тот, что необходимость менять свою про-
фессию является для человека почти непреодолимой трудностью;
это несчастье, от которого с трудом можно оправиться в течение
всей жизни; и хотя некоторые, весьма немногие, люди обладают
гибкими способностями, которые дают им возможность легко пе¬
реходить от одного дела к другому, это является лишь исключе-
СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
211
нием из общего противоположного правила. В одной из преды-
дущих глав было показано, каким образом на основе справед¬
ливой социальной политики указанное выше зло должно быть
устранено.
Стр. 209: «Никакое произвольное постановление, никакой
законодательный акт не могут ничего прибавить к капиталу
страны; они могут только принудительно направить его по ис-
кусственным каналам». Разве не могли бы члены промышленной
и торговой общины сговориться между собой о том, чтобы сберечь
часть своего дохода? Разве они не могли бы выработать и принять
«произвольное постановление» для осуществления этого сбереже-
ния, которое по взаимному соглашению было бы обязательно для
всех? И разве это не могло бы увеличить капитал страны? Конеч¬
но, могло бы; и если это не будет сделано, то политики и эконо¬
мисты могут продолжать сбивать друг друга с толку до второго
пришествия, без всякого результата для повышения националь-
ного благосостояния.
Стр. 215: «Из таблиц, приведённых г-номМессансом (Messance)
в его ценной работе о народонаселении Франции, видно, что опу-
стошения, произведённые чумой в Марселе в 1720 г., были очень
скоро восполнены и что, несмотря на уменьшение населения,
немедленно после того, как эпидемия затихла, браки стали более
многочисленными и были также более плодовитыми». Это говорит
в пользу теории г-на Сэдлера. Вся теория излишней плодовитости
построена на предположении, что имеется естественная тенден-
ция населения увеличиваться в определённой пропорции и есте¬
ственная же тенденция средств существования увеличиваться
в иной пропорции; и если бы г-н Мальтус половину того труда,
который он затратил на доказательство необходимости поставить
препятствия увеличению населения, потратил на то, чтобы от¬
крыть существующие в настоящее время препятствия для произ¬
водства и накопления, то «Опыт о народонаселении» никогда не
цитировался бы в качестве евангелия г-ном Мак-Куллохом. На
стр. 216 г-н Мак-Куллох говорит: «Исключительная важность
контроля над народонаселением при помощи морального воздей-
ствия может быть показана путём сравнения естественной нормы
прироста населения с нормой прироста капитала. Мы уже видели,
что часть накопленных продуктов или капитала страны, состоя¬
щая из пищи и одежды или из предметов, непосредственно при-
♦годных для поддержания человека, образует единственный фонд,
из котброго население получает любую часть своих средств су-
ществования; и отсюда ясно, что если капитал имеет тенденцию
увеличиваться быстрее, чем население, то состояние общества
должно, вообще говоря, становиться всё более и более процве-
тающим». Главная ошибка заключается в том выводе, который
делают из этого. Упорно настаивают на необходимости ограни-
212
ДЖОН ГРЕЙ
чения народонаселения, между тем как вполне признают, что того
же самого результата можно достигнуть увеличением капитала.
Но мы ничего не слышим об обеих этих возможностях: говорят
только об одной. Природа регулирует плодовитость браков;
человек обладает возможностью регулировать накопление капи¬
тала; но экономисты в своей премудрости решили, что ошибается
природа, а не человечество. «Нет никаких иных средств,— го-
ворит г-н Мак-Куллох на стр. 379,— с помощью которых можно
было бы увеличить количество предметов необходимости и удобств,
находящихся в распоряжении трудящихся классов, кроме
ускорения роста капитала по сравнению с народонаселением или
замедления прироста населения по сравнению с капиталом; и
всякий план улучшения положения рабочего, не основанный на
этом принципе или не имеющий своей целью увеличение отноше-
ния капитала к населению, должен быть совершенно тщетным и
недействительным».
Социальная система основана на этом принципе, и достаточно
было бы небольшого размышления, для того чтобы убедить любого
человека, что благоденствие нации может быть достигнуто не
попытками противодействовать законам природы, а путем при-
способления нас самих к ним. Если мы не можем плыть по тече-
нию природы, то ясно, что не можем плыть против него.
Творец природы дал всякой созданной им вещи особые свой¬
ства. Только знание и учёт последних дают нам возможность до¬
вести что-либо до совершенства или до приближения к нему.
Растительный мир получил свои особенности, и при его куль-
тивировании мы считаемся с разнообразными свойствами каждого
отдельного вида растений, никогда не забывая дать ему, насколь¬
ко наше знание и способности нам позволяют, почву, местополо-
жение и температуру, в которых оно нуждается; мы хорошо знаем,
что было бы напрасно и глупо пытаться заставить его по нашему
произволу приспособиться к любой почве, местоположению или
температуре. Человеческие существа требуют лишь того, чтобы
с ними обращались так же, как мы обращаемся с растениями.
Стр. 383: «Никакое положение не может быть более истинным,
чем то, что беспримерная нищета ирландского народа непосред¬
ственно вызвана чрезмерным ростом его численности; и ничто не
может быть более бесполезно, чем ожидать какого-либо действи-
тельного или длительного улучшения его положения до тех пор,
пока не будет поставлена действительная преграда росту насе-
ления». Мнение, высказанное здесь г-ном Мак-Куллохом, пол¬
ностью опровергается им самим, ибо на стр. 491 он говорит:
«Однако каждый, побывавший в Ирландии или имеющий какое-
либо знакомство с этой страной, должен знать, что земледелие
находится там на самом низком уровне и что, принимая во вни-
мание исключительное естественное плодородие почвы, очень
СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
213
незначительный прогресс в направлении к лучшей системе обра¬
ботки земли дал бы возможность Ирландии вывозить в пять или
шесть раз большее количество продуктов, чем она посылает нам
теперь». И далее, на стр. 492: «По этим причинам видно, что есть
основание предвидеть очень большое увеличение импорта хлеба
и скота из Ирландии. И никого, кто учитывает её большие воз¬
можности прогресса, не удивило бы, если бы мы превратились
через несколько лет в экспортирующую нацию». Могут ли какие
’бы то ни было две вещи более полно расходиться между собой,
чем расходится первая из этих цитат со второй и третьей? В поло-
жении ирландцев может быть достигнуто действительное и дли¬
тельное улучшение путём устранения существующих преград для
j производства, обмена, распределения и накопления, но никогда —
; путём ограничения народонаселения. Бедствия Ирландии могут
’быть устранены в любое время и навсегда, и нежелающих жить
в Ирландии лендлордов (absentees) можно быстро образумить
не посредством обезлюдения страны и не посредством отмены суще¬
ствующей унии, но посредством образования торговой унии на
основе описываемых здесь принципов. Совершенно невозможно
устранить бедствия какой бы то ни было страны какими-либо
средствами иначе, как заставив спрос идти в ногу с производством,
как бы быстро ни двигалось это последнее.
Говоря о предусмотрительности трудящихся классов нашей
страны, г-н Мак-Куллох на стр. 409 пишет: «В доказательство
этого нас отсыпают к отчётам, полученным по распоряжению па¬
латы общин и показывающим, что в 1815 г. в Англии и Уэльсе было
не менее 925 439 (т. е. около одной одиннадцатой части имевше-
гося тогда населения) членов обществ взаимопомощи, основанных
.со специальной целью оказания помощи своим членам при болез-
нях и старости и дающих им возможность не прибегать к приход-
ским фондам. Вклады в сберегательных банках в настоящее время
достигают почти 14 млн. ф. ст.! Утверждают, что подобных несом-
ненных доказательств господства духа предусмотрительности и не¬
зависимости нет ни в какой другой европейской стране». Это
служит достаточным свидетельством того, что могут сделать низ-
шие классы, когда они за это примутся: в самом деле, они, несом-
ненно, могли бы благодаря своей подавляющей численности
самостоятельно и без чьей бы то ни было помощи привести в дей-
ствие принципы Социальной системы. Ибо при любом обществен*
ном порядке заработрая плата за труд должна быть достаточна
для поддержания усилий труда и продолжения рода рабочих,
а это минимальное вознаграждение или, как его называют эко¬
номисты, «естественная цена труда» никогда не может быть так
точно определена, чтобы трудящиеся классы не могли сберечь
что-либо из своих заработков. И хотя бы минимальный взнос был
определён в один фартинг в неделю, несомненно, что ради такой
214
ДЖОН ГРЕЙ
великой национальной цели, какая здесь защищается, среди
них самих могла бы быть учреждена столь совершенная система
добровольного обложения, чао быстро составилась бы сумма,
достаточная для того, чтобы привести в действие Социальную
систему, а раз только она как следует упрочится, то легче будел
приостановить приливы и отливы, чем задержать её развитие.
Просвещённая масса, добивающаяся улучшения своего положе-
ния с помощью законных средств честного труда, вскоре стала бы
самой непреодолимой силой в мире.
Стр. 445: «Но рента ни в коем случае не входит в цену, ибо
продукты, произведённые на худшей земле или с помощью пос-
ледней, затраты капитала на обработку почвы регулируют цену
всех остальных; а эти продукты не дают никакого избытка сверх
обычной и средней нормы прибыли». Это, конечно, ошибка. Тео-
рия ренты в изложении г-на Мак-Куллоха заключается в том, что
рента состоит из разницы между продуктами какого-либо опре-
делённого количества капитала и труда, затраченного на богатых
и на сравнительно бедных землях. Так, например, если земля
первого сорта
второго »
третьего »
четвёртого »
пятого »
производит
»
»
»
»
. 100
9
80
7
60
\ бушелей хлеба,
1	то рента
» с земли будет
1( равна стои-
50 бушелей
40	»
30
20
10
хлеба
»
»
>
>
шестого »
»
50
)	мости
0
»
Это имеет
место при
том
условии, если
обработано
значи
тельное количество земли шестого сорта; ибо издержки произ¬
водства хлеба с земли шестого сорта, или наихудшей, будут ре¬
гулировать цену хлеба на рынке. Следовательно, хотя бы те,
кто обрабатывает лучшие земли, и не платили никакой ренты,
цена на хлеб тем не менее будет та же самая, и они тогда положат
себе в карман разницу, которая теперь получается землевладель-
цами. Эта теория ренты, кажется, вполне установлена; и на
стр. 442 г-н Мак-Куллох говорит: «Этот анализ природы и причин
ренты вскрывает важное и фундаментальное различие между
сельским хозяйством, с одной стороны, и торговлей и промыш¬
ленностью — с другой. На фабриках вначале употреблялись худ-
шие машины, их мощность с каждым днём увеличивалась благо¬
даря новым изобретениям; при тех же издержках они могут да¬
вать всё больше продукции. И так как нельзя установить никаких
границ для количества усовершенствованных машин, которые
можно ввести, так как миллион паровых машин может быть cos-
fl *н с теми же самыми или, вернее, с относительно меньшими из¬
держками, чем потребовалось бы для создания одной, то конку-
ренция никогда не преминет свести цену продуктов промышлен¬
ности до той суммы, за которую они могут быть произведены по
самому дешёвому способу. В земледелии, напротив, первыми по-
СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
215
ступают в употребление наилучшие машины, т. е. наилучшие
почвы, а впоследствии происходит переход к худшим почвам,
требующим большего расхода для того, чтобы заставить их давать
те же самые продукты».
Таким образом, выходит, что если во всех случаях, когда не¬
ограниченные количества товаров могут быть произведены
со сравнительно одинаковыми издержками, рыночная цена
этих товаров регулируется самым дешёвым способом производ¬
ства их, то во всех случаях, когда добавочные количества товаров
могут быть произведены лишь с сравнительно большими издерж¬
ками, рыночная цена этих товаров регулируется самым дорогим
способом производства их. Если бы, например, прядение опре-
делённого количества хлопка машинами стоило 1 шилл., а руч¬
ное прядение его— 10 шилл., то в случае, если бы имеющиеся
машины не были в состоянии выпрясть весь хлопок, на который
имелся бы эффективный спрос, рыночная цена прядения хлопка
была бы равна 10 шилл., и собственники машин приобрели бы,
следовательно, возможность получить на каждом таком перера-
ботанном ими количестве хлопка прибыль в 9 шилл. сверх обыч¬
ной нормы прибыли, получаемой конкурирующими с ними
предприятиями с ручным трудом.
Но это не доказывает, что «рента ни в коем случае не входит
в цену». Возьмём вместо хлопка хлеб и допустим, что при самых
благоприятных условиях его издержки в труде и капитале плюс
средняя норма прибыли составляют 1 шилл.; но если мы последуем
за ним на рынок, то обнаружим, что цена, спрашиваемая за него,
составляет 10 шилл.; что же в таком случае, во имя политической
экономии, прибавляет к его цене 9 шилл., как не рента?
Кажется, нет никаких сомнений в том, что факт уплаты ренты
лендлордам попрежнему не будет затрагивать цену хлеба на
рынке до тех пор, пока мы будем продолжать руководствоваться
существующими торговыми принципами, потому что, если бы
лендлорды не получали ренты, то её получали бы и были бы в со-
стоянии получать арендаторы при условии сохранения суще-
ствующих ограничений ввоза хлеба. Но это не имело бы места
в том случае, если бы хлебные поля страны стали частью нацио-
нального капитала, которая была бы использована описанным
здесь способом, ибо все земли, заслуживающие обработки, были бы
обработаны, все издержки производства делились бы на всю про-
дукцию, дополнительные издержки по обработке худшей земли
в соответствии с полученным на них результатом одинаково
распределялись бы между всеми потребителями хлеба в королев-
стве, и цена хлеба была бы ниже, чем теперь, на всю сумму ренты,
ежегодно уплачиваемой за разрешение обрабатывать землю, на
которой хлеб произрастает. Различия в качестве земли являются
орудием силы — силы обстоятельств, с помощью которой народ
216
ДЖОН ГРЕЙ
теперь облагается огромнейшими налогами. Пусть правитель¬
ство нашей страны поможет своему народу привести в действие
порядок обмена, посредством которого он может быть освобож-
дён от всех тех налогов, которыми он в силу обстоятельств обла¬
гается, и жалобы на размеры государственных налогов совершен¬
но прекратятся. «Много споров,— говорит г-н Мак-Куллох на
стр. 468,— было по поводу наиболее подходящего размера ферм.
Это, однако, не такой вопрос, по которому можно прийти к каким-
либо очень точным выводам». Я с этим не согласен. Точным раз-
мером фермы должно быть всё количество земли в Англии, Шот-
ландии и Ирландии, предназначенное для производства годных
к продаже товаров, а точным количеством фермеров должно быть
количество, достаточное для обработки земли наилучшим спо-
собом и с минимальными издержками по надзору и управлению.
И если за это замечание против меня будет выдвинуто обвинение
в радикализме, то я не признаю себя виновным. Я не хотел бы
превращения ни одного акра земли в национальную собственность
каким-либо насильственным действием или каким-либо некон-
ституционным или бесчестным актом. Я только говорю следую-
щее: пусть будет образовано коммерческое общество на основе
определённых принципов, пусть это общество действует согласно
указанным принципам, и оно должно стать богатым, а будучи бо-
гатым, пусть общество покупает землю всякий раз, как имеется
какая-либо земля для продажи по справедливой цене. Я только
требую, чтобы трудящимся классам общества попрежнему доз¬
волялось делать то, что современный закон страны дозволяет
делать им и любому другому классу.
Для объяснения существующего порядка вещей в произведе-
нии г-ца Мак-Куллоха дано ещё много такого, чего мы здесь не
упомянули. Предыдущее извлечение из него является последним,
которое здесь будет приведено, за исключением одного извлече-
ния, которое ещё будет повторено. И как бы сильно я ни расхо¬
дился во многих отношениях с этим автором, я был бы недоста¬
точно справедлив, если бы я не признал, как много я обязан
«Принципам политической экономии» за ясное понимание ряда
вопросов, с которыми я ранее был плохо знаком. Однако пропо-
ведуемые в них доктрины в некоторых отношениях очень отли¬
чаются от доктрин Социальной системы: по первому ряду прин-
ципов производство всегда должно оставаться следствием спроса,
в то время как по второму оно стало бы его причиной; и лучшей
из обеих систем является та, которая наиболее согласуется с дан-
ным самим г-ном Мак-Куллохом определением нашей общей
задачи: «Экономист не должен создавать системы и изобретать
схемы для увеличения богатства и наслаждений отдельных клас-
сов, но должен обратиться к открытию источников национального
богатства и всеобщего благосостояния».

СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
217
ГЛАВА XII
Налоговое обложение— Общие замечания по поводу влияния налого-
вого обложения при современной системе торговли.— Увеличение про¬
изводства как результат взятия взаймы и израсходования правитель-
ством больших денежных сумм.— При Социальной системе налоги
были бы злом, в точности пропорциональным их сумме.
Подобно отдельному лицу нация в состоянии уплачивать
больше или меньше налогов, смотря по тому, велик или мал ее-
доход. Все доводы против налогового обложения основаны на
том предположении, что мы станем богаче по меньшей мере на
ту сумму, какую правительство перестанет взимать с нас. Но,
для того чтобы мы могли быть уверены в логичности этого вывода,
должно быть установлено одно из следующих двух положений,
а именно, что национальный доход, т. е. годовой продукт труда
населения, представляет постоянную величину или стоимость
или же что уменьшение налогов привело бы к увеличению, а не
к уменьшению национального дохода.
Иногда считают, что снижение или отмена налога на отдель-
ный товар имеет своим следствием значительное увеличение его
потребления; и на первый взгляд это кажется очень похожим на
доказательство того, что годовой продукт страны увеличивается
пропорционально уменьшению налогов. Однако это ничего по¬
добного не доказывает: это доказывает то и только то, что при рас-
поряжении своими доходами, т. е. при расходовании своих денег,
люди руководствуются желанием получить за них всё то, что, как
они думают, может доставить им наибольшую выгоду и удоволь-
ствие, а так как все вещи производятся в расчёте на удовлетворе-
ние известных потребностей и желаний общества, то каждый то-
вар занимает своё место в шкале предложения в соответствии
с тем, насколько он обладает двумя качествами — желательности
и дешевизны; ибо спрос в наибольшей мере всегда предъявляется
на те вещи, которые наиболее желательны и которые наиболее
легкополучаются. Например:
Шкала спроса
t	Первоочередные нужды	1
4	Умеренный комфорт	2
Зажиточность	3
Изобилие	4
Роскошь . .	5
Расточительность	6
Очевидно, что спрос всегда будет наибольшим для наимень-
ших цифр, ибо если сравнительно немногие могут быть потре¬
бителями шестой категории, то все, как богатые, так и бедные,
должны быть потребителями первой. Поэтому, если мы возьмём
какой-либо предмет, который благодаря своей теперешней цене
"218
ДЖОН ГРЕЙ
попадает в шестую категорию, и путём понижения цены переве-
дём его в третью категорию, то, несомненно, спрос на него в ог¬
ромной степени увеличится.
Но из этого не следует, что если бы вместо передвижения номера
шестого в номер третий была понижена денежная цена всех номе-
ров 1, 2, 3, 4, 5, 6, причём каждый сохранил бы своё соответству-
ющее место, то производство увеличилось бы в пропорции, сколь¬
ко-нибудь сходной с указанной выше. Напротив, это было бы
скорее номинальное, а не действительное изменение, и годовой
продукт страны, регулируемый совершенно иными принципами,
не увеличился бы ни на йоту.
Налоговое обложение имеет своим следствием повышение де¬
нежной цены товаров; но кому приносят пользу низкие цены?
Не рабочему, ибо пока два человека имеют занятия и двое без-
работных ищут занятия, первые два будут вынуждены конку-
ренцией принять любое предложенное им вознаграждение, пре¬
вышающее приходское пособие. Не торговцу, ибо если имеется
больше товаров, предназначенных к продаже, чем покупателей для
покупки их, то торговая прибыль наверняка будет уменьшаться
с такой же быстротой, с какой могут падать цены. И если бы кто-
либо спросил торговые классы громовым голосом, достаточным
для того, чтобы быть услышанным с одного конца королевства
до другого: «Каково, без всякого исключения, величайшее зло,
с которым вам приходилось бороться за последние годы», то в не-
которых очень обширных отраслях торговли они ответили бы
ему единодушно и единогласно: «Сокращающийся рынок, бла¬
годаря которому неизменно случалось, что товары, покупаемые
нами сегодня по такой низкой цене, какую только могут обеспе-
чить нам деньги, здравый смысл и основательное знание рынков,
стоят ещё меньше спустя три месяца. Таким образом, если мы
держим достаточный запас, для того чтобы предоставить нашим
покупателям преимущества большого выбора, то мы можем рас¬
считывать на верную ежегоднх ю потерю в несколько сот фунтов,
как на неизбежное следствие обесценения нашего запаса». Не¬
сколько лет назад имело место прямо противоположное; продукты
промышленности непрерывно повышались в цене, и тогда продаж¬
ные цены ранее купленных товаров должны были столь же регу¬
лярно повышаться до нового стандарта, как впоследствии они
должны были понижаться до него. Таким образом, производи-
тели'денег и лица, ведающие деньгами, боги коммерческого мира,
продолжали удерживать в своих руках экономические судьбы
людей.
Высшим классам, несомненно, выгодны низкие цены, когда
они могут получать ренту, установленную двадцать лет назад,
и во всех случаях, когда они имеют хорошо обеспеченные твёр¬
дые денежные доходы

СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
21»
Радикалы и некоторые другие политические шарлатаны назы-
вают клеветой на здравый смысл даже постановку вопроса о том,
являются ли ныне налоги полезными или вредными; но этих
господ легко опровергнуть, ибо большинство из них являются
хулителями машин и в качестве таковых сами они сторонники
налогов и расточительности. Презрительная усмешка, с которой
человек иногда третируется своими радикальными друзьями,
если у него случайно есть такие, за то, что он позволяет себе
сомневаться, являются ли в настоящее время налоги добром или
злом, очень мало способствует доказательству того, что налоги
являются злом. А тот, кто утверждает, что у всякого разумного
человека нет никаких -сомнений по этому поводу, тем самым го-
ворит нам, что его мнение не является результатом тщательного
и непредвзятого исследования вопроса. При больном состоянии
торгового общества может быть, как это, несомненно, часто
бывает с отдельным человеком, что зло приносит добро. Приме-
нение сильного и даже опасного лекарства, которое само по себе
является, несомненно, вредным, во многих случаях благотворно,
и если обложение налогами иррационального и плохо устроен-
ного торгового общества имеет следствием пробуждение его дрем-
лющих производительных сил, то оно приносит не больше вреда,
чем подхлёстывание ленивого, но сильного бродяги, которого
нельзя было бы заставить работать более мягким способом.
Никто, кроме самого настоящего политического лицемера,
не станет отрицать того, что производительные ресурсы нашей
страны в настоящее время не используются полностью. Имеются
три естественные границы производства: исчерпание нашего
трудолюбия, истощение наших производительных сил и удовлет-
ворение наших потребностей. Но в настоящее время производи¬
тельная сила общества не достигла ни одной из этих границ:
следовательно, существующая граница производства, какова бы
она ни была, является искусственной. Я полагаю, что она такова:
мы производим столько, сколько в общем мы можем продать за
большую сумму денег, чем мы на это затратили, и это количество,
я думаю, регулируется сравнительной редкостью товаров и денег.
Товары, как мне кажется, при современном состоянии общества
имеют такое же отношение к деньгам, как ртуть в термометре
к температуре воздуха; они расширяются от тепла обильного ко¬
личества средств обращения и сжимаются от холода недостаточно-
го количества их.
Если бы все производительные силы страны находились надле-
жащим образом в действии, то было бы совершенно невозможно,
чтобы огромное увеличение производства всегда следовало за
большим выпуском банкнот. Обращение банкнот создаёт спрос
на продукты; оно не делает, и по природе самого орудия очевидно,
что оно не может делать ничего большего.

220
ДЖОН ГРЕЙ
Далее, если бы производительные силы труда всегда полностью
приводились в действие, то взятие взаймы и расходование боль-
ших денежных сумм не могло бы иметь никакого другого послед-
ствия, кроме отнятия от массы населения огромной доли тех
предметов необходимости и комфорта, которыми они в противном
случае обладали бы. Если, например, продукция страны равня¬
ется десяти единицам, из коих пять единиц правительство по-
купает за деньги, полученные взаймы, то остаётся только пять
единиц для потребления населения, не получающего жалованья
от правительства. Следовательно, времена, когда государствен¬
ный долг растёт быстрее всего, должны бы быть самыми плохими:
однако, к несчастью для мнений тех, кто считает теперь эффек¬
тивный спрос следствием производства, имеет место прямо про¬
тивоположное. В течение 18’3 г. государственный долг увеличи¬
вался быстрее всего; тогда была взята взаймы сумма, не меньшая,
чем 64 млн., и что же за этим последовало? Почти каждый коммер-
сант должен помнить, что никогда, по крайней мере в его дни, не
было такого всеобщего процветания. Однако расходование всех
этих денег не создало богатства; оно создало только спрос на него;
производительные силы труда повиновались призыву, и богатство,
повинуясь велению денег, готовых быть отданными в обмен на
него, появилось в изобилии.
Только радикалы воображают, будто, для того чтобы попасть
немедленно в коммерческий рай, нам нужно лишь избавиться
от налогов. Если же мы обратимся к взглядам тех людей, которым
приходилось серьёзно думать над вопросом с целью изложения
своих мнений на бумаге в систематической форме, то мы не най-
дём такой склонности возлагать целиком вину на налоговое обло-
жение и государственный долг. «Тем,— говорит г-н Колкгаун,—
кто придерживается мнения, что нация, при всех трудностях
и опасностях, с которыми ей пришлось встретиться, была спасена
благодаря усилиям трудолюбия и изобретательности народа,
может показаться несколько неожиданным утверждение, что
внутреннему долгу и его прогрессивному увеличению принадле-
жит главная заслуга в создании того, что может считаться поли-
тическим феноменом, а именно быстрого роста общественных и
частных строений, фабричного и ремесленного производства,
торговли, мореплавания страны при накопившемся и растущем
бремени огромного государственного долга. Подобно семенам,
брошенным в землю, большие израсходованные суммы породили
добавочное трудолюбие и изобретательность, которые в различ-
ных отраслях увеличились во много раз».
«Правительство,— говорит г-н Мальтус,— в течение послед-
них двадцати пяти лет обнаружило не очень большую любовь
к миру и свободе и не особенную бережливость при использова-
нии национальных ресурсов. Оно действовало очень решительно.

СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
221
расходуя большие суммы во время войны и добывая их с помощью
очень тяжёлых налогов. Оно, несомненно, делало со своей сто¬
роны шаги к расхищению национальных ресурсов. Но тем не
менее каждому беспристрастному наблюдателю должен броситься
в глаза тот очевидный факт, что к концу войны 1814 г. националь-
ные ресурсы не были расхищены и что не только богатство и на-
селение были значительно больше, чем в начале войны, но они
увеличились за этот промежуток быстрее, чем это имело место
когда-либо ранее. Это, по справедливости, может рассматриваться
как один из самых необычайных фактов в истории».
Причина изложенных здесь фактов представляется мне со¬
вершенно ясной. Расходование во время войны огромных сумм
денег, взятых взаймы, создало спрос на труд, другими словами,
привело в действие те ресурсы, которыми страна тогда обладала
и продолжает обладать. Вызванный, таким образом, усиленный
спрос на продукты оживил торговлю; имевшемуся налицо ка¬
питалу было дано широкое применение; самый капитал образует¬
ся из прибыли, а прибыль была тогда на очень высоком уровне.
Капитал, следовательно, накоплялся быстро, и, как замечает
г-н Мальтус, национальные ресурсы, вместо того чтобы быть
расхищенными, увеличились во время войны быстрее, чем это
когда-либо имело место ранее. Некоторые, правда, пытаются
доказать, что с помощью своего рода магического процесса
мы расходовали, предвосхищая то, что мы должны получать
только в будущем, но это положение совершенно ошибочно,
ибо долг почти целиком подлежит уплате нам самим: немногим
более 17,5 млн.— вот всё, я полагаю, что мы должны другим
странам.
Что было в действительности израсходовано во время войны?
Это не был капитал, ибо он никогда ранее не накоплялся напо¬
ловину так быстро. Это были продукты народного труда — пища,
одежда, сабли, мушкеты, боевые припасы, снаряжение, которые
были изготовлены вследствие существовавшего тогда на них
спроса, которых при отсутствии этого спроса никогда вообще
не существовало бы и которые, в случае надобности, мы могли
Сы вновь произвести с такой же быстротой и со столь же малыми
затруднениями. Если бы, однако, был понят истинный принцип
спроса и предложения, то государственного долга никогда не
существовало бы; ибо народ, сумевший при помощи своего труда
и капитала покрыть огромный спрос, созданный расходованием
взятых взаймы денег, мог бы точно с такой же легкостью
удовлетворить этот спрос, если бы он был предъявлен ему в виде
•одинакового процента, налагаемого на продукты его трудо-
любия.
Я должен ограничить свои замечания по данному вопросу
лишь общими соображениями—скорее играть у дверей лабиринта.
222
ДЖОН ГРЕЙ
а не вступать в него,— потому что я имел только в виду по¬
стараться сосредоточить внимание на великом принципе, изло-
женном на этих страницах. Пусть сторонники теперешнего поряд¬
ка вещей сами, как могут, разгадывают свои собственные загадки
и разъясняют свои собственные тайны; и поистине, я не думаю,
чтобы они могли наткнуться на более трудную для удовлетвори-
тельного разрешения проблему, чем абсолютное влияние налого-
вого обложения при современном состоянии общества: имеется
так много «за» и «против», так много «если» и «но», что я сомне-
ваюсь, смог ли бы даже сам Джордж Биддер1 разобраться в этом.
Что касается принципов Социальной системы, то здесь нет
никаких трудностей такого рода, ибо если бы производительные
силы труда всегда полностью приводились в движение, налоги
были бы злом, в точности пропорциональным их размерам. Если
бы сила исполина всегда использовалась, то всякая часть ее,
которая требовалась бы для государственных нужд, была бы
потерей для него самого.
ГЛАВА XIII
Государственный долг.— Предварительные замечания.— Сопоставле-
ние государственного долга с частным.— Оценка общей суммы имуще¬
ства в Британской империи.— Краткий обзор прогрессирующего уве-
личения национального долга со времени революции до 1 февраля 1813 г.
Государственный долг является тем козлом отпущения, на
которого политически суеверные люди всегда сваливают вину
за все свои несчастья, трудности и беспокойства. Если человек
имеет задолженность и хочет избавиться от неё, то он должен
учесть размеры своего долга, размеры своего дохода и время,
которое потребуется для того, чтобы выплатить первый, откла¬
дывая для этой цели часть последнего. Требуется, однако, одна
важная предпосылка, а именно — возможность сокращения
расходов. Если, например, человек имеет задолженность в 100 ф.
ст., и его годовой доход составляет только 100 ф. ст., а для под-
держания его существования необходимо расходовать 100 ф. ст.,
то несомненно, что, если этот человек не может увеличить свой
доход, он в течение всей своей жизни не будет в состоянии по¬
гасить ни одного шиллинга из своего долга; но если его долг со-
ставляет 100 ф. ст., его доход — 100 ф. ст., а необходимые жиз
ненные потребности — только 90 ф. ст., ясно, что он может осво¬
бодить себя от долга в течение десяти лет. Это следует всегда
1 George Bidder (1806—1878) — английский инженер. Славился с дет-
ства умением быстро производить в уме сложные вычисления.— Прим, перев.
СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА	223-
иметь в виду при рассмотрении возможности уменьшения или
погашения государственного долга.
Теперешняя сумма государственного долга составляет в круг-
лых цифрах около 800 млн. ф. ст., и, по г-ну Колкгауну, годовой
доход страны составляет около 430 млн. ф. ст., следовательно,
при выделении для этой цели одной десятой части нашего тепереш-
него дохода, для погашения всего долга потребовалось бы около
двадцати лет.
Однако первое, что должно быть определено, это стоимость
денег, которые государственный кредитор должен получить в по-
гашение своих требований. Эта стоимость была подробно опреде-
лена в главе этой работы, озаглавленной «Распределение». Не
представляло бы, вероятно, большой трудности наложение до¬
вольно крупного процента на продукты страны с целью уплаты
государственным кредиторам, потому что на основе принципов
Социальной системы это было бы полезно вдвойне и потребовало
бы от нас только немного больше напряжённой работы, чем было
бы необходимо без погашения государственного долга. Чем
более мы работали бы, тем больше богатства, а также денег мы
создавали бы, причём эти деньги имели бы ту же стоимость, что
и те, которые дал взаймы государственный кредитор. Таким об-
разом, по истечении каждого года можно было бы уплатить
государственным кредиторам несколько миллионов, которые
они, по всей вероятности, возвращали бы обратно для превра-
щения их в земли, строения и прочий национальный капитал, за
что они получали бы обильное вознаграждение, предусматри¬
ваемое первой рубрикой национальных издержек, упомянутой
на стр. 136.
Возникает вопрос: были ли бы мы в состоянии выплачивать
ежегодно большую сумму, скажем, 20 млн. или около этого?
Я думаю, ответом на этот вопрос служит тот хорошо известный
факт, что наши теперешние трудности происходят главным обра-
зом от нашей способности создавать богатство с такой лёгкостью
и быстротой, что не оказывается никого, кто достаточно быстро
покупал бы его. Социальная система устранила бы это зло самым
успешным образом; ибо согласно изложенным здесь принципам
спрос должен всегда идти в ногу с производством.
Отбросим миллионы как для дохода, так и для долга; тогда
долг составит 800 ф. ст., доход — 400 ф. ст. И теперь нет ничего
абсолютно невозможного в том, чтобы человек, имеющий 800 ф ст.
долга и 400 ф. ст. годового дохода, мог освободиться в течение
нескольких лет от долга. И если наша нация будет осчастливлена
свободной и неограниченной системой обмена, то для неё будет
столь же легко погасить свой долг в 800 млн. ф. ст., как для че-
ловека, о котором шла речь выше, погасить свой долг в 800 ф. ст.,
поскольку в том и другом случае потребовалось бы сберегать
224
ДЖОН ГРЕЙ
для этой цели часть дохода, и была бы полная возможность это
сделать.
На стр. 60 второго издания своей книги г-н Колкгаун оцени-
вает имущество всей Британской империи в 4 096 530 895 ф. ст.,
а именно следующим образом (подробности были им ранее ука¬
заны более полно):
Оценка общей суммы имущества в Британской империи
ф. ст.
Европа —
Великобритания и Ирландия, включая флот
Зависимые земли

2736640 000
22161330
2758 801330
.Америка—
Британские владения в Северной Америке
Британские Вест-Индские колонии
Завоёванные колонии в Вест-Индии

46 575360
100 014 864
75220000
221810 224
Африка —
Английские поселения
Завоёванные	»
550400
4 220100
4 770500
Азия	—
Английские колонии и зависимые земли
Завоёванные »	»	»	»
11280 000
27 441 090
38 721 090
Области—
Владения под управлением Вест-Индской
компании

1072427 751
Итого
4 096 530895
Следовательно, если мы сравним государственный долг с до-
стоянием империи, а не с её доходом (между прочим, доход, о
котором была речь, является доходом только Великобритании
и Ирландии и не включает дохода колоний), то мы увидим, что
долг не достигает и пятой части всего достояния, так что, если бы
нация была объявлена банкротом, она могла бы уплатить свыше
100 шилл. за фунт. Правда, имущество империи не может быть
продано подобно имению банкрота; но это не делает самое имуще¬
ство менее ценным. Если г-н Колкгаун оценил достояние империи,
исходя из того, что оно стоит по частям, то всё оно в совокупности
имеет не меньшую внутреннюю стоимость оттого, что его невоз¬
можно продать. Его стоимость, поскольку дело касается рас-
сматриваемого нами теперь вопроса, должна исчисляться, исходя
из стоимости отдельных его частей в деньгах, имеющих такую же
■стоимость, как и те, что были даны в ссуду государственными
кредиторами, а не исходя из числа золотых гиней, за которые оно
СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
225
было бы продано с публичного торга своему собственному насе-
лению, ибо в последнем случае совершенно очевидно, что всё
это имущество могло бы быть продано лишь за ту часть его, кото¬
рая именуется золотом.
Было бы абсурдом исходить из оценок г-на Колкгауна, как
из установленных фактов, так как всё, на что он претендует,—
это приближение к истине. Они, однако, дают общую перспективу
и возможность получить некоторое представление обо всём по-
ложении страны. Сам г-н Колкгаун говорит о своих оценках, что
его правилом было избегать везде преувеличений.
Этот подход к вопросу, однако, гораздо менее важен, чем
сопоставление долга с доходом, потому что долг должен выпла¬
чиваться, если он вообще когда-либо будет погашаться, из до¬
хода, а не из имущества страны. А доход Великобритании и Ир-
ландии г-н Колкгаун оценивает в 430 млн. ф. ст., и его оценка,
вероятно, очень скромна. Ибо теперешняя годовая сумма налогов
составляет около 45 млн. ф. ст., которые целиком расходуются на
оплату государственных служащих и процентов по государствен¬
ному долгу. 45 млн. составляют в круглых цифрах около одной
десятой части от 430 млн., а несомненно, что, беря среднюю сумму
доходов, не более одной десятой части населения окажется живу¬
щей на деньги, полученные от государственных ценных бумаг
или в какой бы то ни было форме от государства. Имеется, следо-
вательно, достаточное основание считать, что совокупный доход
нашей страны составляет не менее 430 млн. ф. ст.
Аналогия между отдельным человеком и всем населением госу¬
дарства неполна по той причине, что последнее уже обложено
налогами примерно на одну девятую часть своего дохода. Но это
пустяки, которые едва ли заслуживают того, чтобы их прини¬
мали во внимание; так как этому должно быть противопоставлено
другое, значительно большее, может быть, во много раз большее,
упущение, а именно — имеющаяся у нас возможность увеличе-
ния самого дохода почти в неограниченных размерах путём пре-
вращения производства в причину спроса.
Человек очень не любит признаваться в своём невежестве
даже самому себе. Поэтому затруднения нашей нации должны
быть чему-то приписаны. Тот факт, что наши затруднения явля¬
ются только следствием наших торговых неурядиц, не был
общеизвестен, и государственный долг представлял очень удоб¬
ный предлог для легковерия публики вопреки, однако, тому фак¬
ту, что обременённая подобным образом страна продолжала про-
цветать, по меньшей мере в такой же степени, как и другие страны,
не имеющие такого объяснения для своих затруднений.
Нижеследующая краткая статистическая справка об истории
государственного долга из ценной работы г-на Колкгауна не мо-
жет не заинтересовать читателя-политика. Если эффективный
226
ДЖОН ГРЕЙ
спрос зависит теперь от производства, то какую загадку представ-
ляет собой нижеследующий документ? Если, напротив, производ¬
ство зависит от эффективного спроса и если можно сделать, чтобы
эффективный спрос зависел от производства, то что может поме-
шать нам погасить долг с такой же быстротой, с какой он возник?
Краткий обзор государственного долга со времени революции
до 1 февраля 1813 г.
Государственный долг во время революции . .
Увеличение его за время царствования короля Вильяма
Долг при вступлении на престол королевы Анны . .
Увеличение его за время царствования королевы Анны
Долг при вступлении на престол Георга I .
Уменьшение его за время царствования Георга I
Долг при вступлении на престол Георга 11
Уменьшение его за время мира . . .
Долг в начале испанской войны в 1739 г.
Увеличение его за время войны . . .
Долг к концу войны с Испанией в 1748 г.
Уменьшение его за время мира
Долг в начале войны в 1755 г.
Увеличение его за время войны .
Долг при заключении мира в 1762 г.
Уменьшение его за время мира . . .
Долг в начале войны с Америкой в 1776 г.
Увеличение его за время войны

Долг при окончании войны с Америкой в 1783 г.
Уменьшение его за время мира .

Долг в начале французской революционной войны в 1793 г.
Увеличение его за время войны .

Долг при окончании французской революционной войны в
1801 г

Увеличение его за время мира .	...
Долг в начале войны с Францией в 1803 г.
Увеличение его за время войны ..

Весь консолидированный и неконсолидированный долг на
1 февраля 1813 г.
ф. ст.
664 263
15 730 439
16 394 702
37 750661
54 145363
2 053 128
52 092 235
5 137612
46 954 623
31338689
78 293312
3721 472
74 571 840
72111 004
146682 844
10739 793
135943 051
102 541819
238 484 870
4 751 261
233 733 609
327 469 665
561 203 274
40207806
601 411 080
341784 871
943 195 951
Вычеты
Выкуплено за счёт фонда погашения	210 461356
Погашено за счёт поземельного налога	24 378 804
Превращено в пожизненные аннюитеты и передано
уполномоченным по сокращению государствен-
ного долга	1 961 582
236 801 742
Чистый остаток государственного долга на 1 февраля 1813 г. 706 394 209

СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
227
ГЛАВА XIV
Как приступить к делу.— Влияние прессы.— Парламент должен был
произвести исследование причин существующих неурядиц и харак¬
тера различных средств, предложенных для устранения бедствия.—
Последовательные шаги, необходимые для образования Национальной
торговой ассоциации.
Итак, если верно, что существует непреодолимое препят-
ствие для национального и личного благополучия в виде пороч¬
ной системы обмена — непреодолимое лишь до тех пор, пока пол¬
ностью не преобразован наш порядок обмена,— то мы должны
немедленно приступить к необходимым изменениям. Самым мо-
гущественным двигателем в мире является пресса. Обсуждаемый
здесь вопрос, будучи поднят и рассмотрен ею с обычной её неза¬
висимостью, может быть надлежащим образом доведён до публики.
После того как это будет сделано в качестве предварительного
шага, должны быть предприняты следующие последовательные
шаги для практического осуществления этой системы.
Пусть какой-нибудь влиятельный член парламента добьётся
назначения комитета для изучения состояния страны и характера
различных средств, предложенных для устранения общественных
бедствий, тогда, нужно полагать, будет в свою очередь обсуж¬
дена и Социальная система.
Если указанный комитет, действующий в качестве предвари¬
тельной инстанции, объявит защищаемый здесь принцип обмена
заслуживающим тщательного исследования, то пусть тогда для
этой специальной цели будет назначена внимательно подобран¬
ная комиссия и пусть её члены, между прочим, выразят желание
иметь в своём распоряжении все аргументы, которые могут быть
выдвинуты против этого плана. Когда эти последние будут соб¬
раны, пусть будет поручено компетентному лицу свести их в еди¬
ный связный обзор, изложенный в ясной, сжатой и понятной
форме.
Тогда пусть от автора Социальной системы, который требует
этого суда и уверен, что никто не в состоянии обнаружить суще¬
ственную ошибку в выдвинутой им теории или в сделанных им из
неё выводах, потребуют ответа на указанные возражения. После
того как доводы обеих сторон будут должным образом взвешены
и тщательно рассмотрены, пусть комиссия опубликует мнение
о достоинствах и недостатках Социальной системы.
Если в результате требуемого здесь строгого рассмотрения
предложенного принципа обмена общественное мнение признает
его важность, тогда может быть образовано ядро торговой ассо-
циации из любого количества частных лиц. И их первым делом!
будет проследить принципы Социальной системы во всех их раз'-
нообразных разветвлениях по различным отраслям торговли, а

228
ДЖОН ГРЕЙ
промышленности путём составления очень подробного плана,
описывающего тот способ, каким потребуется видоизменить,
устроить и направить каждую отрасль.
Затем пусть подробный план будет представлен публике, и
пусть все лица, обладающие капиталом, будут приглашены объ¬
единиться; при этом в первую очередь понадобятся имена лиц,
склонных принять новый принцип обмена; каждому кандидату
понадобится также описать характер своего дела, размер капи¬
тала, который он пожелал бы авансировать за справедливое
вознаграждение, равно как и характер самого капитала, представ-
ляет ли он землю, строения, машины, товары или деньги.
Если, после того как будут сделаны надлежащие усилия для
привлечения участников, окажется налицо достаточный капитал,
готовый к услугам новой коммерческой армии, то следующим ша-
гом были бы выборы Торговой палаты.
Торговая палата, будучи избрана, должна приступить к рас-
смотрению и согласованию различных предложений, дабы выяс¬
нить, в какой мере возможно составить с самого начала целую
промышленную и торговую общину; и когда число лиц и сумма
капитала окажутся достаточными для начала, следует обратиться
с ходатайством к правительству о конституции и договориться
с ним о цене, которая должна уплачиваться в качестве средней
заработной платы,— величайшая важность чего была доказана
в главе о распределении.
После того как эти предварительные мероприятия будут про¬
ведены, палата должна, далее, приступить к инвентаризации
и внесению в национальные книги всего капитала, предложен-
ного ей по процентной ставке, которая должна быть предвари¬
тельно установлена за пользование капиталом; когда это будет
сделано, должны быть назначены агенты для ведения соответ-
ствующих торговых и промышленных предприятий. Каждый агент
должен быть снабжён описью вверенного ему капитала, на сумму
которого он, следовательно, должен быть дебитован в банковских
книгах. Собственники капитала, обладающие также необходи¬
мыми знаниями, должны были бы во всех удобных случаях наз¬
начаться агентами.
Далее, согласно описанному плану должны быть учреждены
банк и товарные склады, и, после того как агенты наймут обыч-
ным способом рабочих с заработной платой, установленной Тор¬
говой палатой, операции могли бы немедленно начаться.
Когда новый порядок обмена будет однажды осуществлён
как следует и поставлен под контроль вполне опытных и прак-
тичных деловых людей, то вскоре выявится неотразимый характер
этого принципа; вскоре всеми будет признана полная невозмож¬
ность состязаться с ним. По мере того как будет увеличиваться
ассоциированный капитал, в результате ли присоединения новых
СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА	229
членов ассоциации или путём накопления, всё новые люди будут
привлекаться работать под его руководством, и рынок старого
общества будет с каждым днём всё более и более суживаться.
Но такое медленное развитие, какое здесь рассматривается,
было бы мало вероятно, ибо, если бы план был принят надлежа¬
щими кругами (я подразумеваю правительство) и была издана
официальная декларация о том, что новый порядек обмена будет
поощряться и в случае нужды ему будет оказана поддержка
в виде нескольких миллионов, то промышленные и земледельче-
ские круги, всегда достаточно проницательные во всём, что лично
их касается, видя полную невозможность противостоять потоку,
большей частью бросились бы в него. Между тем оставшиеся
очень скоро обнаружили бы, что внутренний рынок для них
быстро сокращается подобно описанному в Блеквудовском жур-
нале1 «железному савану», который, будучи сравнительно про-
сторным в момент заключения в него жертвы, постепенно умень¬
шался в длину и ширину до тех пор, пока на седьмой день не сжи¬
мался на теле заключённого и не тушил для него дневной свет
навсегда.
Единственная вещь, которая может, пожалуй, уничтожить,
хотя бы на время, описанный здесь принцип обмена,— это плохо
продуманный, поспешный и несовершенный первый опыт: ничто
на этом свете, относящееся к торговле, не может удаться, если не
будет правильно начато.
ГЛАВА XV
Заключительное слово.— Если мы продолжаем страдать от сущест-
вующих торговых ошибок общества, то это по нашей собственной вине.
Имя Англии велико и славно среди народов мира; во время
войны её боялись, во время мира ей завидовали; в Англии искус¬
ства процветали и наука прогрессировала большими и быстрыми
шагами; её торговля была предметом удивления для окружающих
наций и распространилась до отдалённейших углов земного шара;
тем не менее её народ беден, несчастен и испытывает тревогу.
Её правители подавлены затруднениями, и тот, кто пытается
провести самую хрупкую барку сквозь бушующие воды, берётся
за более лёгкое дело, чем тот, кто отваживается управлять госу-
дарственным рулём.
Её дворянство, будучи само частью возмущённого потока,
терзается беспокойными заботами и опасениями как о настоящем,
1 «Blackwood’s Magazine» — эдинбургский ежемесячный журнал, орган
шотландских тори.— Прим, перев.

230
ДЖОН ГРЕЙ
так и о будущем. Его ренты не могут быть получены, его имения
приходят в упадок, его имущество обесценивается, и его обычная
роскошь и великолепие почти терпят крах. t
Её духовенство, стараясь выполнить падающие на него обя¬
занности, силясь остановить поток испорченности, порока и пре-
ступлений, бороться с которыми является его специальной зада¬
чей, отбрасывается подобно соломинкам на поверхности воды не¬
преодолимой силой и стремительностью загрязнённого потока,
который постепенно увеличивается в размерах и с каждым днём
становится предметом всё большей боязни и ужаса.
Её средние классы, легковерно мечтавшие о мире и изобилии
даже под зловещей звездою войны, знают о радости почти только
по названию. Они уверены в будущем комфорте и процветании
едва ли более, чем флюгер в том, что он укажет юг в определён-
ный день и час декабря месяца текущего года. Тем не менее они
тянут изо дня в день утомительную карусель заботы, беспокойства
и тревог, которую можно скорее называть наказанием, нежели
полноценной жизнью.
Её трудящиеся классы благодаря распространению образова-
ния были просвещены только для того, чтобы видеть ужас тем¬
ницы, в которую они заключены, и с большей остротой чувство¬
вать глубину лишений и нищеты, в которую они считают себя
безысходно погружёнными.
Ирландия, несчастная Ирландия! Она всегда является по-
следним словом в повести человеческих несчастий и горестей;
подобно бедняге, который испускает дух на дыбе, она всё ещё
взывает о нашем сострадании и помощи, но нет помощи, заслу¬
живающей этого названия, для Ирландии.
Англии стоит только узнать свою огромную мощь, для того
чтобы в одно мгновение перенестись из самых глубин нищеты
и несчастий к высотам благосостояния и торгового благоден-
ствия. Всё, что ей нужно,— это освободить свои огромные про¬
изводственные возможности, которые теперь скованы цепью
торгового заблуждения. Подобно мощной машине, которой не-
достаёт единственного колеса, она теперь стоит в бездействии на
удивление тем, кто, не зная её устройства, не подозревает ука-
занного недостатка; но приведите вновь в порядок её части и
дайте ей это одно недостающее колесо, и нации пробудятся, как
от смертного сна, для того чтобы увидеть, как она работает, и
чтобы последовать её примеру.
Свобода, внутренняя свобода обмена — вот то, в чём главным
образом нуждается страна, для того чтобы сделать свой народ
благоденствующим и счастливым. Чтобы осуществить этот поря-
док обмена, не нужно совершать никакого чуда над человече-
ской природой, не нужно искать никакого гения изобретатель-
ности для её усовершенствования, ибо существует десять тысяч
СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
231
образцов его. Примените*к целому тот принцип, который всегда
считался необходимым для правильного функционирования
каждой части человеческих дел, и все готово.
Предполагаемое здесь единство действий не зависит от един¬
ства индивидуальных мыслей и чувств. Весьма примечательно,
что хотя этим принципом руководствуются во всех частях света,
хотя его значение таково, что без него в личных делах людей
почти ничего не может быть сделано, тем не менее он совершенно
исключается из движения огромного целого. Разделение труда
и единство действия выступают одновременно. Никакое промыш¬
ленное предприятие не могло бы вестись ни одного часа при
отсутствии этого принципа. Представьте себе, что на фабрику
послано некоторое количество людей, чтобы делать наобум и без
надсмотрщика, что кому вздумается; неизбежным результатом
этого был бы неуспех поставленной задачи. Люди могли бы быть,
каждый в отдельности, способными и достаточно трудолюбивыми,
но благодаря отсутствию контролирующей силы они в совокуп¬
ности не делали бы почти ничего иного, кроме того, что мешали
бы и надоедали друг другу. На практике, однако, это не так.
Рабочие идут на фабрику и, быть может, ссорятся по пути к ней
на улице; но, оказавшись в ее стенах, они подчиняются правилам
предприятия; каждый человек занимает свое место, и люди, между
которыми может существовать величайшая личная неприязнь,
немедленно начинают действовать согласованно ради полезной
цели.
Почта, одно из наилучше поставленных предприятий в ко-
ролевстве и, вероятно, единственное в нём коммерческое пред-
приятие, заслуживающее сохранения, ведётся по тому же самому
принципу. Здесь огромное количество агентов, клерков, посыль-
ных, сортировщиков, раскладчиков, кучеров, сторожей, лошадей
и карет, широко рассеянных по Соединённому королевству,
управляются все таким образом, чтобы работать согласованно
друг с другом.
И если мы посмотрим на громадное целое, частью которого
мы являемся, тот же самый принцип единства станет ещё более
заметным. Порядок, система, регулярность, приспособленность
одной вещи к другой и столь неизменное постоянство действий,
что астрономия может предсказать события за столетие до того,
как они происходят, — вот что в законах природы поразитель-
нее всего. И в людских делах, где только существует подобие пра-
вильного порядка, нет ничего, что нарушало бы эти законы. Но,
в то время как продуманность, порядок, план безусловно необхо¬
димы для каждой части, совокупности частей предоставляют функ-
ционировать, как она знает, без руководства. Таким образом,
в то время как бог требует порядка и плана в управлении мирами,
самонадеянный человек пренебрегает законами своего создателя
232
ДЖОН ГРЕЙ
и предоставляет те малые дела, о которых он должен заботиться,
их собственному течению.
Оставим же наш безумный путь: пусть Британское правитель¬
ство, заинтересованное в общем благосостоянии и несущее такую
ответственность, предпримет расследование причин человеческих
мучений. Пусть его члены рассмотрят внимательно и бесприст¬
растно принцип, изложенный в этой небольшой книге, и если они
увидят, что указан выход из лабиринта, то пусть они не отка¬
жутся воспользоваться им из-за того, что он был дан человеком,
не имеющим ни положения, ни богатства, ни имени, которые при¬
давали бы вес его мнениям. Пусть они примут добрый совет, где
бы они его ни нашли, как они подняли бы жемчуг с морского
песка, не спрашивая, как он туда попал, а интересуясь лишь его
ценностью и лучшими способами его использования. И если бы
оказалось, что этот небольшой трактат, хотя и грубый и неотшли¬
фованный, содержит драгоценный камень, то пусть этому камню
немедленно будет дана надлежащая оправа. Момент теперь ре-
шающий.
И пусть средние классы, чья твёрдость в несчастье заслужи-
вает лучшего вознаграждения, чем то, которое они имеют, оста¬
новятся, хотя бы только на короткое время, для того чтобы бро¬
сить беглый взгляд на новый предмет, стремящийся привлечь
и приковать внимание. Для них, торговых классов, в деятельном
общении с которыми автор Социальной системы провёл всю свою
жизнь, язык предыдущих страниц должен быть особенно понятен,
ибо лишь немногие из них не решатся признать, что теперь го¬
раздо легче добыть товары, чем покупателей для них. Пусть они
глубоко задумаются над разъяснённым здесь принципом обмена,
и пусть каждый из них спросит себя самого, не предпочёл ли бы
он стать уполномоченным английской нации, ответственным за
свои действия только перед выборной властью, получающим твёр¬
дое, определённое и щедрое вознаграждение за выполнение про¬
стой, лёгкой и почётной обязанности, чем оставаться вечным ра-
бом капризов, неизвестности, беспрестанных хлопот и бесконеч-
ного беспокойства.
И пусть трудящиеся классы подумают об этих вещах. «Зна-
ние — сила». Пусть они будут глухи к нелепому хвастовству
радикалов; пусть они упорно и с неослабевающим вниманием
последуют по извилинам того потока богатства, который воз-
никает непосредственно из их собственного груда; пусть они хо¬
рошенько заметят, где он течёт плавно и где его движение вперёд
преграждается препятствиями, и пусть они объяснят себе,
почему, имея своим источником неиссякаемый родник, он обна-
руживает в конце такую большую скудость.
Наконец, пусть наиважнейший вопрос об обмене хоть раз прив-
лечёт пристальное внимание общества, и мы можем быть уверен-
СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
233
ними в том, что вскоре настанет день, когда солнце истины осве-
тит своими лучами бесчисленные множества тех, кто ныне тер¬
пеливо влачит свои цепи, не зная, откуда последние появились
и как от них освободиться. Поскольку все порабощены, каждый
видит в своем брате раба и восклицает: увы, такова судьба чело-
века! Но покажите им свободу — дайте им только взглянуть на
то, чем они могут стать, скажите им, что благосостояние должно
бы стать уделом каждого человека, и докажите, что это сказано
правильно,— и они не станут более жить в рабстве и носить свои
цепи.
ПРИЛОЖЕ Н И Е
Теория Социальной системы есть всецело результат наблюдения и раз-
мышления.— Орбистонская кооперативная организация.— Мои советы
её основателям.— Замечания о покойном г-не Аврааме Комбе.— Цитаты
из его мемуаров.— Происхождение «Северобританского уведомителя» —
еженедельного журнала, издаваемого в Шотландии и содержащего
только объявления.— План г-на Оуэна из Нью-Ленарка.— Заключе-
ние приложения и книги.
После того как предыдущая работа была полностью готова
для печати, я решил присоединить к ней приложение для того,
чтобы посвятить несколько слов недавно учреждённой и затем
совершенно исчезнувшей Орбистонекой кооперативной органи-
зации в Ленаркшире, равно как и кооперативному плану г-на
Роберта Оуэна из Нью-Ленарка.
Чтобы, однако, выполнить эту задачу, оставаясь справедли-
вым по отношению к самому себе, необходимо несколько подробнее
остановиться на личных вопросах, чего я охотно избежал бы,
учитывая последующие события, с которыми эдинбургская пуб¬
лика в достаточной мере знакома. Однако нет ничего невероят-
ного в том, что в некоторые умы может вкрасться подозрение,
будто бы развитая здесь Социальная система является лишь но-
вым изданием некоей старой и отвергнутой теории или будто бы
ее идеи, по крайней мере в основном, позаимствованы из произве-
дений других авторов. Нисколько не колеблясь, я заявляю, что
эти мнения я ни целиком, ни частично не заимствовал ни у кого.
Имеются лица, живущие в Эдинбурге и не принадлежащие к моим
друзьям, которые могут обнаружить и показать малейшую неточ¬
ность в последующем изложении, если бы таковая имела место.
Проведя пять лет в Рептонской школе в Дербишире, где я имел
все возможности сделаться знатоком греческого и латинского
языков, если бы я когда-либо усердствовал в своих занятиях,—
я мало чему научился, кроме уженья рыбы, игры в шарики и ла¬
занья по деревьям. В возрасте четырнадцати лет я приступил к
исполнению тех обязанностей, которые в крупных промышленных
234
ДЖОН ГРЕЙ
и торговых фирмах Лондона обычно выпадают на долю маль-
чиков, могущих существовать лишь за счёт своего собственного
трудолюбия. Обязанности эти сами по себе в общем мало отве-
чают вкусам тех, кто слишком разборчив в своём выборе заня-
тия,— недостаток, в котором меня до сих пор никогда не обвиняли.
Я хорошо помню, что оставил школу с письменной аттестацией
«имеющего лишь посредственные способности». В течение пяти
указанных лет я не прочитал и полдюжины английских книг,
а в течение шести месяцев, после того как я оставил школу,
я позабыл почти всё, что когда-либо знал по-латыни; к изучению
греческого языка я никогда и не приступал.
Погрузившись тотчас же по окончании этого периода в самый
центр океана деловой жизни — Чипсайд,— я оказался в школе,
весьма отличной от той, которую покинул на берегах Трента.
Моя удочка была теперь отложена в сторону, и трудолюбие моё
было всецело посвящено выполнению моих очень скромных обя¬
занностей, которые, полагаю, всегда выполнялись к полному удов-
летворению тех, у кого я работал.
Почти ничего не прочитав до этого времени, я не приобрёл
материалов для размышления, но за неимением их я нашёл в
Лондоне обильную пищу для наблюдений. Всегда склонный,
почти с колыбели, как мне рассказывали, спрашивать «зачем
и почему» по поводу всего, что возбуждало моё любопытство,
я могу сказать, что задавать этот вопрос и пытаться отвечать на
него было главным развлечением и удовольствием моей жизни.
Я никогда не был и, надеюсь, никогда не буду удовлетворён
теми туманными и неубедительными объяснениями, которыми
склонны довольствоваться многие для того, чтобы избавить себя
от необходимости думать. Будучи совершенно не в состоянии
проникнуть в ту непостижимую тайну, которой всё казалось оку-
танным, я в течение ряда лет смотрел на Лондон и на его огром¬
ное население, как на запутанную проблему, разрешить которую,
как бы я этого ни хотел, я едва ли когда-либо смел рассчитывать.
Лондон вскоре утратил для меня всё своё внушительное вели-
чие: мои занятия приводили меня почти еженедельно во все его
углы, и таким, как он есть, я узнал его вскоре не хуже других
людей. Я увидел, однако, что ничто меня не удовлетворяет и всякая
вещь ставит меня в тупик. Что-то не ладно, какая-то огромная
ошибка имеется среди этой движущейся массы живых существ —
таково было мнение, которое вскоре возникло в моем уме для
того, чтобы, как я убедился, никогда его не покинуть. Неясное
подозрение, что коммерческая деятельность людей расходится
со всей системой природы и что бог никогда не мог бы желать,
чтобы его создания были друг для друга только камнями претк-
новения, как я видел это на каждом своём шагу, повергало мой
ум в мрачное, полусуеверное состояние и глубокую задумчивость.

СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
235
Когда, наконец, мои обстоятельства несколько изменились
к лучшему, моё внимание постепенно обратилось с большой на¬
стойчивостью к исследованию теории купли-продажи — с прак¬
тикой той и другой я был теперь вполне знаком. Без помощи ка¬
кого бы то ни было автора, ибо я не читал ни одной строчки по
вопросам политической экономии, я пришёл к заключению, со¬
ставляющему теорию этой книги: я ясно увидел, что всякого
рода товары производятся либо потому, что они заказаны, либо
потому, что имеются все виды на то, что они будут заказаны, и
продолжительное размышление убедило меня в том, что такое
положение вещей должно быть изменено в обратном направле-
нии, что производство, вместо того чтобы быть следствием спроса,
должно быть его причиной.
Полный сознания своего великого открытия,— ибо я его
тогда рассматривал и продолжаю рассматривать в качестве та¬
кового,— я достал экземпляр «Богатства народов» д-ра Смита
и после прочтения первого тома его приступил к изложению моей
теории в письменной форме; но, будучи во всех отношениях
неподготовленным к этой задаче, я сумел только составить
резкую, ребяческую, непонятную и не поддающуюся исправле-
нию книгу, которую я назвал «Национальная торговая система».
Самым лучшим в ней было заглавие. В ней не было ни одной фра¬
зы, пригодной для печати, хотя в настоящей книге едва ли име-
ется мысль, которая в той или иной форме не содержалась бы в
первой книге; главное различие, впрочем, состоит в том, что тогда
я отстаивал исключительно металлическое денежное обращение,
защищать которое, как я впоследствии увидел, безумно.
Безжалостный приговор, произнесённый над этой работой,
я привёл в предисловии. Однако старший брат, мой теперешний
компаньон и редактор «Северобританского уведомителя», рас-
судил -несколько иначе. Он видел все ошибки рукописи, но он
видел также, я полагаю, что в её идеях могло быть всё-таки нечто,
имеющее значение, и по его совету я отложил рукопись в сторону
и отдался чтению того, что написал по тому же вопросу г-н Оуэн.
До этого времени я не прочёл ни одной строчки из произведений
г-на Оуэна и даже не знал о существовании этого человека.
Однако я нашёл, что результаты, обещанные г-ном Оуэном, по
существу те же, в достижимость которых верил и я, и поэтому
я пришёл к убеждению, что опубликование моей книги только
доставило бы мне репутацию плагиатора.
Именно под этим впечатлением, как уже было указано в пре-
дисловии, я спустя некоторое время опубликовал специально
в защиту планов г-на Оуэна памфлет, суть которого содержится
в главе IX настоящей работы. Однако многих мнений г-на Оуэна
я никогда не разделял. А что я придерживался мнений, разви-
тых в настоящей книге, в течение значительного времени, —
236
ДЖОН ГРЕЙ
это достаточно доказывается следующим отрывком, которым
заканчивается указанный выше памфлет, опубликованный в
январе 1825 г.:
«В будущем я постараюсь объяснить план другого устрой¬
ства на базисе национального капитала, благодаря введению кото¬
рого единственными границами нашего богатства было бы исчер-
пание наших производительных сил и удовлетворение наших
потребностей. Планы, о которых идёт речь, совершенно отлича¬
ются от плана г-на Оуэна, но я надеюсь, что они окажутся полез¬
ными, доказывая всему миру, что единство интересов вполне сов-
местимо с индивидуальностью и с имущественными различиями.
В период времени, подобный теперешнему, я не колеблюсь
утверждать, что общество находится накануне упразднения
навсегда тех принципов, на основе которых оно вело до сих пор
свою торговлю; публике не может быть представлено слишком
много вариантов одного и того же основного принципа, ибо из
каждого может, вероятно, быть взято нечто полезное!».
Так как я, однако, был полностью склонен согласиться с г-ном
Оуэном в признании величайшего значения принципа коопера-
ции, причём под этим термином я подразумеваю только тща¬
тельно организованный порядок производства, обмена и распре-
деления богатства страны, я, узнав, что в Орбистоне подготов¬
ляется опыт осуществления его плана, тотчас же предложил его
инициаторам мои весьма скромные услуги. Последние были
приняты, и это привело меня в Шотландию. Ради того, чтобы
приехать туда, я отказался от выгодного положения, которого
я легко мог достигнуть в лондонской торгово-промышленной
фирме, у которой я тогда был вояжёром.
Однако по моём прибытии туда я вскоре обнаружил, к моему
искреннейшему сожалению, что управление Орбистонской орга-
низацией не находилось в руках людей практичных и деловых,
обладающих ясным умом. План работы никогда не был выражен
в сколько-нибудь определённой форме, даже на бумаге. Я увидел
сразу, что проект окончится полной неудачей. Насколько я мог
это сделать, не будучи одним из пайщиков, я протестовал, но
безуспешно, и тогда я решил не иметь больше ничего общего с этим
делом.
Говорю ли я это теперь потому, что Орбистон потерпел неуда¬
чу? Я никого не прошу верить мне на слово, что это не так. Вот
доказательство того, что с Орбистоном вышло в точности то, что я
предсказывал пять лет тому назад. Огорчённый и разочарованный
зрелищем затраты многих тысяч фунтов стерлингов на спекуля-
цию, которая наверняка должна была окончиться неудачей, я
написал 29 июня 1826 г. статью, которую я озаглавил: «Совет
орбисгонцам по поводу принципов, которыми должна регули¬
роваться их теперешняя деятельность». Я напечатал несколько
СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
237
сот экземпляров этого документа для распределения между хо¬
зяевами и арендаторами Орбистона. Вот выдержки оттуда.
«При всей моей склонности придавать величайшее значение
непрестанным стараниям хозяев Орбистонской организации за¬
щищать интересы своих арендаторов и будучи вполне убеждён
в том, что арендаторы, по крайней мере те из них, с которыми
я знаком, также горячо желают не только добиваться своей лич¬
ной выгоды, но и содействовать обширным планам хозяев,—
я тем не менее убеждён, что некоторые из самых влиятельных чле-
нов относятся с известным безразличием к характеру работ,
которые должны вестись в общине, что совершенно не согласуется
с наилучшими интересами общества.
Специальной задачей хозяев Орбистона является показать
миру общество трудящихся, находящихся в лучших условиях,
чем находятся люди того же класса в окружающем обществе.
Я поэтому считаю, что была допущена ошибка, когда было раз-
решено собраться там некоторому числу людей, которые ещё
должны обнаружить, что они умеют делать. Они ничего не
умеют делать, по крайней мере они ничего не умеют делать хо¬
рошо. Надеяться на то, что люди, собранные подобным образом,
будут в состоянии действовать совместно для какой-нибудь по¬
лезной цели, можно с таким же успехом, как и ожидать, что не¬
сколько случайно собранных вместе кусков дерева будут в со-
стоянии превратиться в хорошую машину или что случайная
смесь снадобий составит прекрасное лекарство.
Если мне на это скажут, что данные индивидуумы, сами по¬
винны в неудобствах, которые они терпят вследствие того, что
они поставлены в условия, к которым они не были подготовлены
предыдущей жизнью, то я спрошу: кто должен составлять об¬
щину, как не индивидуумы? И если люди, составляющие общину,
должны терпеть последствия своей неприспособленности как
членов общины, то каким образом можно показать то высшее со-
стояние довольства, которое, как надеются, должно побудить
весь мир руководствоваться принципами единства и взаимного
сотрудничества? Может ли организм быть здоровым, если состав-
ляющие его члены находятся в болезненном состоянии?
Высказавшись столь откровенно о том, что представляется
мне злом, я укажу теперь на средство для его устранения. Послед-
нее, по моему мнению, должно состоять в том, чтобы делать как
раз обратное тому, что здесь делалось до сих пор.
Вместо того чтобы позволять людям являться в Орбистон для
выявления того, что они могут делать, хозяева Орбистона должны
ясно указывать лицам, обращающимся с просьбой об их приёме,
какого рода рабочие требуются, в каком количестве и какая не¬
обходима квалификация. Приниматься должны такие люди, кото¬
рые вполне способны делать то, за что они берутся. И до тех пор,
238
ДЖОН ГРЕЙ
пока хозяева Орбистонской организации не готовы сделать это,
они не готовы к первому шагу, могущему привести их к процве-
танию; и я убеждён в том, что всякий шаг, сделанный до этого,
окажется недействительным.
Чтобы яснее изложить мои мысли по этому вопросу, я распо¬
ложу различные замечания, которые я должен сделать, по руб-
рикам, к которым они относятся.
Число жителей. Первое, что следует сделать в Ор-
бистоне,— это определить с возможной степенью точности число
лиц, которые должны составить общину. И, быть может, наиболее
подходящее количество людей, которых можно допустить в об¬
щину, это максимальное количество, которое можно с удобством
разместить в здании и для которого может быть найдено выгодное
занятие. Ибо за землю и строения причитается фиксированная
рента, которая должна уплачиваться из продуктов труда жите¬
лей; следовательно, чем многочисленнее последние, тем меньшая
сумма будет взиматься с каждого. Количеству жителей и их поку-
пательных средств будут соответствовать размеры рынка, кото¬
рый они образуют друг для друга. Это будет иметь большое зна-
чение, доставляя определённый источник вознаграждения для
разных видов занятий.
О том, какого рода люди требуются. Воп-
рос о числе лиц, могущих составить общину, имеет ничтожное
значение по сравнению с отбором тех и только тех, кто вполне
пригоден для обязанностей, которые он должен выполнить.
Чтобы Орбистон соответствовал той цели, ради которой он
учреждён, хозяева должны установить какие-нибудь две или три
(и их должно быть не более двух или трёх) главные отрасли труда,
которыми может быть занята масса населения. В результате орга-
низации в широком масштабе этих отраслей появится очень много
второстепенных занятий.
Предположим, например, что установлена какая-либо глав¬
ная отрасль промышленности; какова бы она ни была, для веде-
ния её наилучшим образом потребуется управляющий и люди
различных дарований и с различного рода знаниями и опытом,
чтобы действовать совместно; и в общество не должен быть допу-
щен ни один человек, который не был бы вполне подготовлен для
выполнения той задачи, которую он берёт на себя.
То обстоятельство, что таким образом будет занято значитель¬
ное число лиц, тотчас же породило бы другие второстепенные за-
нятия, как то: хлебопечение, пивоварение, поварское дело, хра-
нение запасов и множество домашних занятий, каждое из кото-
рых должно было бы выполняться людьми, занимавшимися всю
жизнь этим делом или по крайней мере могущими доказать, что
они подготовлены к тому, чтобы наилучшим образом выполнять
свои обязанности.

СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
239
Могут сказать: «Среди нас нет людей, привыкших к разно-
образным обязанностям, которые должны выполняться». Я спра¬
шиваю: почему их нет? Пытались ли вы когда-либо найти их?
Разве в наше время наблюдается недостаток рабочих рук? Или
вознаграждение, которое вы можете предложить, меньше того,
какое даётся за подобные занятия в окружающем обществе? Но
могут также сказать: «У нас есть в общине люди, для которых
нет какого-либо другого занятия». Я спрашиваю, как был допу-
щен в общину хоть один человек, прежде чем было установлено,
что его услуги нужны?
Что касается меня, то я совершенно убеждён, что, как бы это
ни было тяжело для всех участников, самой лучшей мерой в на¬
стоящее время было бы уволить из общины не только всех лиц,
для которых нет никакого выгодного занятия, но также всех тех,
кто заполняет места, для которых их предыдущие жизненные
привычки делают их неприспособленными; затем следует запол¬
нить эти места другими, более компетентными лицами и не при¬
нимать больше ни одного человека до тех пор, пока не понадобятся
его услуги.
Характер промыслов, имеющих шансы
на наибольший успех. Другим очень важным во-
просом является характер промыслов, которые должны быть вве¬
дены в Орбистоне в качестве главного источника занятий для
его жителей.
Выбор последних налагает на хозяев обязанность, от надле-
жащего выполнения которой главным образом зависит будущий
успех и процветание их предприятия. Важны, однако, как мне
представляется, лишь четыре главных условия:
Во-первых, изготовляться должны такие товары, для кото-
рых имеется хороший рынок на подходящем расстоянии.
Во-вторых, промыслы должны быть хорошо приспособлены к
местным условиям Орбистона.
В-третьих, они должны быть исключительно такие, какие мо-
гут вестись наилучшим образом.
В-четвёртых, они не должны быть такими, какие при совре-
менном состоянии общества допускают лишь плохой заработок
по сравнению с другими видами занятий.
Что касается первых двух главных условий, то о них я счи¬
таю совершенно ненужным делать какие-либо замечания; они
очевидны и не могут быть легко упущены из виду; но того же,
быть может, нельзя сказать о третьем. И здесь можно заметить,
что между различными занятиями имеется огромное различие
в том отношении, что некоторые допускают почти безграничное
разделение труда, тогда как другие допускают его только в очень
ограниченной степени. Например, если бы налицо был обильный
запас воды для приведения в движение необходимых машин, то
240
ДЖОН ГРЕЙ
бумагопрядильня не могла бы быть учреждена в Орбистоне или
где бы то ни было с какой-либо пользой, иначе как в очень обшир-
ных размерах: без этого условия операции, выполняемые маши¬
нами, недостаточно многочисленны и полны, облегчение, достав¬
ляемое этим труду, не столь значительно и, следовательно, са¬
мый труд не столь производителен. Так же обстоит дело в большом
количестве других отраслей промышленности.
Но в некоторых отраслях, например в портняжном или са-
пожном деле, операции не столь многочисленны; машины не при-
меняются или их применяется мало, и, следовательно, крупное
предприятие имеет меньше преимуществ перед мелким, чем в той
отрасли, о которой говорится выше. Не думайте, однако, что я
считаю портняжное или сапожное дело отраслями, ведение кото-
рых желательно в Орбистоне в широких размерах; я только упо¬
минаю о них для противопоставления той отрасли, которая была
названа ранее. Что существенно важно,— это необходимость
останавливаться лишь на таких ремёслах, которые могут вестись
в масштабах, наиболее соответствующих их природе.
Другая серьёзная ошибка была бы допущена в случае выбора
промыслов, дающих при современном состоянии общества сред¬
ства лишь для скудного существования, ибо, как я сказал ранее,
процветание общины должно заключаться в общем благосостоя-
нии тех лиц, из которых она состоит, а если будут введены самые
низкие или наименее выгодные ремёсла вместо более высоких
или более выгодных, то община будет представлять собой не очень
заманчивую перспективу для хорошо оплачиваемого рабочего
в окружающем обществе.
Что за некоторые виды труда получается значительно большая
заработная плата, чем за другие, это подтвердит охотно всякий,
в какой-либо мере знакомый с этим вопросом. Не исследуя при-
чин этих неравенств, я хочу привлечь внимание к самому факту
и к важности учёта его при выборе занятий в Орбистоне.
Вознаграждение управляющих. Вы мо¬
жете, если это вам нравится, говорить о равном распределении,
но, по крайней мере в течение ближайших нескольких лет, вы
не можете осуществить его.
Процветание Орбистона главным образом зависит от успеш-
ной организации большего или меньшего количества обширных
и хорошо ведущихся промыслов, и, каковы бы они ни были, они
должны иметь компетентных управляющих; а услуги людей, дей-
ствительно способных вести какое бы то ни было дело с такой
степенью активности и преданности,какие обязательно необходимы
для его успеха, никогда не могут быть получены в Орбистоне, как
и где бы то ни было, иначе как за очень солидное вознаграждение.
В течение последних лет в Лондоне появилось несколько
промыслов, которые благодаря масштабу, в котором они ведутся,
СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
241
получили совершенно иной характер, чем какое бы то ни было
прежнее предприятие в той же сфере деятельности. Они, как я
полагаю, в сто раз или около этого больше обычного размера.
Эти предприятия, успех которых был столь же поразителен,
как и их величина, были созданы немногими способными людьми,
которые, оставив избитые пути, отважились на свой особый образ
действий. Одной из замечательных черт в них является то, что
руководители или управляющие отделами выбраны за свои вы-
дающиеся способности в соответствующих занятиях, и жалованье,
которое они получают, от двух до шести или семи раз превышает
сумму, обычно даваемую за выполнение подобных обязанностей.
Следствием такого отношения, представляющего собой ре-
зультат не щедрости, но искушённой политики, является то, что
создаётся и поддерживается такая степень заинтересованности
в успехе дела, какой никогда не было и, по моему мнению, никогда
не может быть у тех, кто в качестве вознаграждения за своё
трудолюбие получает только средства к существованию.
Вы можете достаточно легко найти людей, которые возьмутся
выполнить некоторые важные обязанности за небольшое возна-
граждение, но опыт докажет, что процветания в результате их
работ не будет.
По той же причине, я сказал бы, важной должности президента
в Орбистоне должно быть присвоено очень щедрое жалованье.
Это — пример такой должности, которую готово будет принять
множество лиц, но г-н Комб является единственным человеком
в мире, который действительно станет выполнять эти обязанности
за небольшое жалованье.
По этому вопросу я прихожу к двум выводам:
во-первых, что в Орвистоне или где бы то ни было не будет
процветать никакое предприятие, во главе которого не стоит
компетентный и хорошо оплачиваемый управляющий; и во-
вторых, что было бы крайне неразумно пытаться вести более чем
два или три главных вида промыслов, потому что размеры сум¬
мы, которая должна уплачиваться в качестве заработной платы
за надзор и управление, зависят от того, для малого ли или
большого числа промыслов нужны будут управляющие.
Если бы можно было установить единственный промысел,
которым могло бы быть занято всё население, за исключением
только тех лиц, которые были бы заняты земледелием и домаш¬
ними работами, то можно было бы предвидеть самые счастливые
последствия этого, но если, напротив, начато огромное коли¬
чество промыслов с числом мастеров, лишь вдвое меньшим, чем
рабочих, то производство одного только вида превзойдёт все
границы, а именно разочарования.
От каждого вида дел я ожидаю выгоды главным образом в
зависимости от масштаба, в котором оно ведётся', если бы
242
ДЖОН ГРЕЙ
возможно было организовать мебельную фабрику в таком обшир-
ном масштабе, чтобы каждый рабочий в ней мог постоянно за¬
ниматься выполнением одной единственной операции; если бы
было возможно, чтобы каждый отдельный рабочий ограничивал¬
ся употреблением одного единственного орудия и чтобы каждый
стол или другой вид мебели проходил через столько рук, сколько
имеется различных операций при их изготовлении, то я полагаю,
что издержки производства предмета в части, касающейся труда,
не составляли бы и четверти, а ещё вероятнее и десятой части
теперешних обычных издержек в мелких предприятиях.
Не очень сложное дело изготовления корабельного блока
при старом методе выполнения разнообразных операций одним
человеком требует от двух до трёх часов труда, между тем как
благодаря чудесному могуществу широкого разделения труда,
которому приходят на помощь соответствующие машины, тот же
самый результат осуществляется в Портсмутской верфи в неве-
роятно короткий промежуток двух или трёх минут. Следова-
тельно, предполагая, что рабочие в обоих случаях получают еже-
недельно одинаковую сумму заработной платы, стоимость изго-
товления блока была бы в последнем случае сведена менее чем к
одной шестнадцатой части той цены, которая должна уплачи¬
ваться за него в первом случае.
Я не утверждаю, что такие же преимущества могли бы быть
распространены на мебельное дело, но говорю лишь, что, чем
шире вы в состоянии подразделить тот или иной вид промыш¬
ленной деятельности на различные операции и чем более эти
операции подразделяются между различными лицами, тем более
производительным будет труд каждого.
В общем я пришёл к убеждению:
что в Орбистоне была сделана ошибка в допущении людей
без разбора и прежде, чем был сделан выбор каких-либо про-
мыслов, в которых определённо требовались бы их услуги;
что хозяевам необходимо удалить из общины всех, занимаю-
щих места или выполняющих обязанности, для которых преды-
дущие занятия сделали их непригодными;
что для успеха общины настоятельно необходимо, чтобы хо¬
зяева, а не арендаторы установили промыслы, которыми сле-
дует заниматься;
что хозяевам необходимо выбрать с величайшей осторожно¬
стью людей доброго нрава и надлежащих способностей для ис-
пользования их в тех промыслах, которые будут функциониро-
вать, и для выполнения могущих появиться домашних обязан¬
ностей;
что при выборе промыслов должно заботиться о том, чтобы
изготовляемые товары были такими, относительно выгодного
сбыта которых может быть мало сомнений; чтобы промыслы
СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
243
были хорошо приспособлены к местным условиям Орбистона;
чтобы они были из числа тех, которые могут вестись наилучшим
образом и в широком масштабе, которые дают хорошую заработ¬
ную плату при современном состоянии общества;
что руководители или управляющие должны быть самыми
компетентными людьми, каких можно найти, и что щедрым
вознаграждением за их труды должно быть обеспечено их высшее
усердие и заинтересованность в успехе их отделов
и, наконец, что ни по каким соображениям не должно
быть попыток организовать более двух или трёх различных про-
мыслов.
Беспокоя добрых людей из Орбистона изложенными выше за-
мечаниями, я хорошо знаю, что выразил мнения, весьма враж¬
дебные некоторым их представлениям, и не рассчитываю на их
благодарность и одобрение. Я изложил то, что я считаю истин-
ным, ни в малейшей мере не считаясь с тем, кому это может по¬
нравиться или кого это может обидеть. С огорчением видел я
результаты слабого и нерешительного образа действия, приписы-
ваемого мною исключительно безграничной доброте характера,
не контролируемой ни одним из тех более суровых свойств ума,
которые я считаю столь необходимыми для надлежащего управ-
ления таким обширным предприятием, как Орбистон. И я совер¬
шенно уверен в том, что ни это, ни какое-либо другое предприя-
тие не может процветать иначе, как на основе полного и хорошо
продуманного плана действий, проведённого с величайшей ре-
шительностью и силой».
Таковы слова, с которыми я обратился к орбистонскому об¬
ществу 29 июня 1826 г. Не ставьте мне, следовательно, в укор па-
дение Вавилона, или Воволона, как назвало его с первых дней его
строительства деревенское население, ибо его неудача говорит
в пользу моего суждения, а не против него.
Я не могу, однако, закончить эту заметку об Орбистонской
общине, не принеся моей скромной дани уважения памяти того,
кто преждевременно пал жертвой своего неутомимого трудолю-
бия и энтузиазма в деле, которому он отдался,— я имею в виду
покойного Авраама Комба.
Г-н Авраам Комб был одним из самых ранних и самых верных
приверженцев г-на Оуэна. Обладая сильным и восторженным
умом, на который ненормальности существующего положения
вещей произвели неизгладимое впечатление, он пришёл к выводу,
что в современном строении общества что-то неладно. Его ум
скоро обратился к практическим мерам против того бедствия,
которое он справедливо приписывал дефективным общественным
порядкам. Чересчур мало склонный к теории, он слишком рано
направил свой ум на практические мероприятия. Он скоро ухва¬
тился за что-то неопределённое, что считал ценным. По моему
244
ДЖОН ГРЕЙ
скромному мнению, он должен был бы посвятить годы умствен-
ного труда формированию хорошо продуманной теории. Вместо
этого он начал действовать подобно строителю, не имеющему
плана, или подобно автору, не имеющему темы; он тщетно на-
деялся на то, что время и опыт развернут на практике то, что,
как он, повидимому, никогда не подозревал, должно было бы
первоначально существовать в теории, и не в общих чертах, а
определённо и подробно.
Правильность этих замечаний вполне доказана как произ-
ведениями г-на Комба, так и его действиями в Орбистоне. В не¬
большой работе, опубликованной им в 1823 г. и озаглавленной
«Метафорические очерки старой и новой системы», разбросано
много убедительных замечаний и сатиры по поводу безумия су-
ществующих порядков и мнений, вперемежку с гораздо большим
количеством неясного и неудовлетворительного материала. По¬
добно «Руинам» Вольнея \ которые эта работа напоминает также
и в некоторых других отношениях, она изобилует тем, что рас-
считана скорей на возбуждение любознательности, чем на удовле-
творение её. Три больших раздела социальной науки — про¬
изводство, обмен и распределение — не освещены в сколько-
нибудь систематической форме и потому не поддаются критике.
Всё, что вместо этого предлагается,— это кооперация и равное
распределение. Первая, как утверждают экономисты, уже су-
ществует, а второе осуждается как противоречащее всякому
принципу справедливости и той естественной системой, особым
поклонником которой был сам г-н Комб.
Однако г-н Комб был глубоко убеждён в правильности своих
мнений: главным принципом, на который он исключительно
возлагал упования, была кооперация, и, как это события пол¬
ностью доказали, он пренебрёг с вредом для себя тем важным
соображением, что в социальной науке принцип, подобно мощной
силе пара, требует управления, контроля и регулирования на
основе в совершенстве выработанного плана. Без этого его сила
является лишь пустым звуком.
По своим религиозным убеждениям г-н Комб был строгим де-
терминистом: он смотрел на человека, как на каплю в океане, ко¬
торая, будучи регулируема своей собственной тяжестью и внеш-
ними импульсами, движется вперёд и назад силой, над которой
она сама не имеет контроля. Вследствие этого он склонен был не
порицать, а жалеть тех, кому как по их характеру, так и по об-
стоятельствам мало приходится завидовать. Он поэтому с роковым
отсутствием должного отбора допускал в Орбистонскую общину
людей, совершенно неспособных ни к чему на свете, кроме бол¬
товни; он верил, что его принцип настолько силен, что он сможет
1 Книга французского писателя Volney (1757—1820).— Прим, перев.
СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
245
из любых материалов построить красивое здание — нерушимый
памятник превосходства кооперации. Но он в этом ошибся.
Однако его ошибки были ошибками суждения, и только суж-
дения; ибо мало кто превосходил Авраама Комба искренним,
пылким и бескорыстным намерением делать добро, приносить
пользу своим ближним, не тому или иному человеку, чтобы по¬
лучить в награду личную благодарность или лесть, но челове-
честву в целом. Избегая навязчивости и относясь с таким же
безразличием к мнениям света, как к случайному дуновенью
ветра, он целиком посвящал свои телесные и духовные силы делу,
которому он отдался,— попытке способствовать счастью рода
человеческого,— и наградой, которой он ожидал, было одобре-
ние его собственной совести.
И он получил его. Относясь с величайшим презрением ко
всему тому, что помогало лишь поверхностному влиянию на
умы других людей, он покорился с терпеливым и искренним
смирением своей последней серьёзной и продолжительной бо-
лезни. В результате чрезмерного труда с заступом — орудием, ко-
торым он не стыдился пользоваться — он сильно простудился, что
вызвало болезнь лёгких; за этим последовал туберкулёз. Смерть,
если можно так выразиться, предупредила его, что, хотя она и
не будет внезапной и очень быстрой, её приход не будет очень
надолго отсрочен. Наконец, 11 августа 1827 г. она явилась, и его
страдания прекратились х.
Так окончился жизненный путь того, чьи побуждения во
всём, касающемся общества, основателем которого он был, не
только чисты, но и выше всяких подозрений. Быть может,
разрушение орбистонских сооружений нанесло бы ему более
сильный удар, чем тот, который положил конец его бренной
жизни; но его последователи говорят, что если бы он остался
жить, то Орбистон продолжал бы существовать и благоденст¬
вовать.
Как бы значительно, однако, я ни расходился со многими
взглядами покойного г-на Авраама Комба, а я очень расхожусь
с ними, было бы ребячеством, ханжеством или мошенничеством
аргументировать ссылкой на судьбу Орбистонской общины, как
на убедительное свидетельство против учений, защитником ко-
торых был её основатель. Разве бывали случаи, когда что-либо
значительное, привлекавшее в определённый период внимание
человечества не терпело вначале неудачи? Вся история техни¬
ческой науки показывает нам почти непрерывную цепь неудач,
и тем не менее чем является теперешнее мировое чудо, как не
результатом последней попытки сделать то, что при предшест-
1 Грей далее даёт подробную биографию А. Комба. Эта биография опу¬
щена.— Прим, перев.

246
ДЖОН ГРЕЙ
вующих тысячекратных попытках оканчивалось до поры до
времени только разочарованием и гибелью? Как были встречены
впервые газовое освещение, паровая машина, пароход и желез-
ная дорога?
Фантастика, фантастика и фантастика — таковы до сих пор
суждения, критика и аргументы самодовольного болвана, кото¬
рый, будучи либо слишком занят, либо слишком тучен, чтобы
составить самому разумное мнение, и будучи в то же время
слишком спесив, чтобы признаться в этом, отделывается от всего
значительного и нового словом «фантастика», которое он повто-
ряет, как сорока, по всякому поводу, заботясь, однако, всегда
о том, чтобы произнести его достаточно решительно и дикта¬
торски.
Но времена «ipse dixit» миновали. Слова «я говорю, что это
так, или что это — не так», ныне не действительны. «Поход школь-
ного учителя» 1 «и наступление интеллекта» — не насмехайтесь
над этой фразой, ибо она выше насмешек,— гонит чистый дог-
матизм, как разжиревшую свинью, неохотно двигающуюся, но
тем не менее способную двигаться и поэтому вынуждаемую идти,
хотя и против воли.
Таковы причины, вследствие которых я никогда не имел ни
малейшей связи с Орбистонской общиной, хотя и приехал в
Шотландию с этой специальной целью. Будучи слишком доволен
Эдинбургом, для того чтобы иметь какую бы то ни было склон¬
ность вернуться в океан дыма, я решил устроиться здесь; и
после почти недельного размышления по этому вопросу я в
1825 г. основал бесплатный листок объявлений, названный
«Эдинбургским и литским уведомителем». Этот проект удался
очень хорошо: почти немедленно возникли в Шотландии пять
явных его подражаний. Газетчикам этот план не понравился,
они обратились по этому поводу с петицией в казначейство,
добились парламентского акта против беспошлинной публика-
ции объявлений, и я вынужден был прекратить свое дело.
Однако, имея в своём распоряжении капитал, я решил прев¬
ратить бесплатный листок в газету, носящую то же самое
название, и я это сделал, взяв в то же время в компаньоны
моего брата. С тех пор «Эдинбургский и литский уведомитель»
стал регулярной газетой; но из-за неопытности её руководи¬
телей в том деле, которым они занялись, недостатка средств,
необходимых для того, чтобы это дело выдержало длительное
и трудное испытание, и злосчастного спора о денежном обра-
щении, в котором она стала на защиту непопулярной сто¬
роны, газета прекратила свое существование после пятьдесят
третьего номера.
1 «School master is abroad» — поговорка лорда Брума.— Прим, перев.

СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
247
Приведя название «Эдинбургского и литского уведомителя»,
многие из экономических принципов которого я считал совер¬
шенно абсурдными, следует добавить, что в редакции этой газеты
я не участвовал. Она велась исключительно г-ном Джемсом
Греем, моим братом. В одном отношении я был с ним совершенно
согласен, а именно в том, что, до тех пор пока он будет продол¬
жать редактирование газеты, он по любому политическому во¬
просу, который возник бы, вправе излагать свои мысли, будут
ли они правильны или ошибочны, популярны или непопулярны,
выгодны или разорительны; и он так и поступал. Дальше этого
наше единомыслие не шло; и об этом уместно упомянуть потому,
что многие из мнений, с которыми ведётся борьба на предыдущих
страницах, защищались в «Эдинбургском и литском уведоми-
теле»: например, по мнению моего брата, абсентеизм не причинял
никакого ущерба Ирландии.
В знаменитый спор о денежном обращении он вступил с не-
которым энтузиазмом; его лозунгом было золото, лозунгом его
противников — бумажные деньги. Я полагаю, что одно почти
стоило другого: сторонники золота удвоили бы государствен¬
ный долг, сторонники бумажных денег уменьшили бы его вдвое,
но зато превратили бы на вечные времена банкиров в коммер-
ческих богов. Я не соглашался ни с тем, ни с другим, но так как
взгляды, которых я придерживался по этому вопросу, рассмат-
риваемые абстрактно и безотносительно к развитому здесь
принципу обмена, были непонятны, то я никогда не пытался на¬
вязывать их вниманию публики. Среди этих борющихся сторон
интересы общества казались мне очень похожими на шейло-
кову дочь Джессику, которой грозило возмездие с двух сто-
рон: 1 за грехи отца и грехи матери.
После того как «Эдинбургский и литский уведомитель» по-
терпел неудачу, я спланировал, организовал и учредил суще-
ствующий ныне «Северобританский уведомитель» — газету, из¬
даваемую в Шотландии, содержащую только объявления и
посылаемую бесплатно 11 тыс. лиц или семейств каждую
неделю,— который для пользы других людей продолжал про-
цветать, тогда как человек, который собственными силами и в
поте лица своего учредил его... но довольно об этом, это — во-
прос, с которым эдинбургская публика уже в достаточной мере
знакома.
От Орбистонской общины мы очень легко возвращаемся к ко¬
оперативному плану г-на Оуэна; но здесь мы снова в большом
затруднении из-за отсутствия систематического трактата, охва-
тывающего все части вопроса, который мог бы быть проанали-
зирован, опровергнут или одобрен. Как бы то ни было, план
1 См. Шекспир, Венецианский купец, действие III,сцена V.—Прим.перев.
248	ДЖОН ГРЕЙ
г-на Оуэна по существу обнимает, как видно, три различные от¬
расли человеческого знания: во-первых, нравственность, или
формирование человеческого характера; во-вторых, политиче¬
скую экономию, или, как она здесь называется, социальную
науку; и, в-третьих, домашнюю экономию, или искусство поль¬
зоваться тем, чем мы обладаем.
Первому разделу темы я уделю лишь очень мало слов, по¬
тому что невозможно заняться им сколько-нибудь обстоятельно,
не попадая в лабиринты религиозных споров, а для этого, как я
твёрдо решил, нет места в настоящей книге.
Сущность мнения г-на Оуэна по этому вопросу заключается
в том, что характер человека формируется для него, а не им и
что при соответствующей системе воспитания и образования
«любой общий характер, начиная от самого лучшего и кончая
самым худшим, начиная от самого невежественного и кончая
самым просвещённым, может быть придан любой общине и даже
всему миру».
Что касается этого учения, то я должен лишь заметить, что
нет ни малейшей необходимости воспитывать людей иначе, чем
они в настоящее время воспитываются в нашей стране, для того
чтобы снабдить каждого жителя населённой части земного шара
всеми материальными благами, другими словами, Д”я того
чтобы уничтожить незаслуженную нищету и установить вместо
неё всеобщее изобилие. Я утверждаю, что для осуществления
этого нет необходимости сделать людей ни на йоту умнее, лучше
или добрее по отношению друг к другу, чем это наблюдается у
жителей всех цивилизованных стран в настоящее время; нужно
лишь открыть им глаза на правильное понимание той единствен¬
ной ошибки, о которой так много говорится на этих страницах.
Гораздо худшие люди, чем теперешний средний житель города
Эдинбурга, могут быть в любое время и навсегда освобождены от
нищеты просто путём превращения производства в причину
спроса. Результатом этой перемены явилось бы доброе согласие
между людьми, но задача, которая стоит перед миром, заключает¬
ся не в том, чтобы сделать людей друзьями, для того чтобы они
могли благоденствовать, но в том, чтобы сделать людей благоден¬
ствующими, дабы они могли стать друзьями.
По этому вопросу я придерживаюсь того мнения, что г-н Оуэн
принял средство за цель, а цель за средство и что он и его ученики
питают иллюзию, будто необходимо учить людей быть доброде-
тельными, для того чтобы они могли быть богатыми. Я отрицаю
существование какой-либо такой необходимости и утверждаю,
что если вы хотите, чтобы люди стали добродетельными, то на¬
чните с улучшения их материального положения.
Во-вторых, г-н Оуэн никогда не излагал своих взглядов по
трём большим вопросам — о производстве, обмене и распреде-
СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
249'
лении — с достаточной ясностью, для того чтобы сделать их
подходящим предметом для критики; но что касается производ¬
ства, то община с взаимным сотрудничеством и равным распре-
делением должна сделать одно из двух: либо она должна изго¬
товлять внутри себя самой любую вещь, требующуюся для ее
потребления, либо она должна обменивать часть своих продук-
тов на продукты труда остального населения. Делать первое
совершенно невозможно, а для того, чтобы делать последнее,
нужно вести какую-то главную отрасль промышленности в таком
обширном масштабе, чтобы можно было конкурировать на рынке
с самым богатым из имеющихся фабрикантов. Следовательно,
для того чтобы иметь успех, община, я полагаю, должна вести
только одну главную отрасль промышленности. Другие же от¬
расли, которые всегда возникают там, где сосредоточено большое
количество населения, должны играть лишь второстепенную’
роль.
По вопросам обмена и распределения, поскольку дело ка¬
сается того, что производится или приобретается общиной для
её собственного пользования или потребления, г-н Оуэн выска¬
зывается достаточно определённо — равное распределение.
Я возражаю против этого, исходя из всех принципов справед¬
ливости. В оправдание его нельзя даже ссылаться на целесообраз-
ность. Равное распределение было бы премией за лень, оно за¬
держало бы, если бы не совсем уничтожило, развитие изящных
искусств, ибо, конечно, ни один человек не мог бы иметь нахаль¬
ства требовать от общины содержать его, в то время как он в
течение ряда лет продолжал бы посвящать себя рисованию,
скульптуре и т. п. в надежде на случайную возможность когда-
либо отплатить за услугу продуктами своего искусства. Далее,
оно уничтожило бы тот принцип, благодаря которому почти
всякая вещь, производимая сегодня, оказывается лучшей, чем
такая же вещь, произведённая вчера,— принцип индивидуаль-
ного соперничества.
В отношении остального общества и наших сношений с дру¬
гими странами вопрос об обмене оставляется г-ном Оуэном не-
затронутым. Так же обстоит дело с теми жизненно важными во¬
просами, которые требуют в первую очередь внимания эконо¬
миста,— с накоплением капитала, народонаселением и денеж-
ным обращением. Эти вещи не должны быть оставлены в тени или
рассматриваемы в качестве второстепенных и неважных, ибо-
древесный уголь и селитра не более необходимы для существо-
вания пороха, чем достаточное количество капитала и свобода
обмена — для национального благосостояния.
Что касается третьего раздела темы—домашней экономии,
то я считаю, что планы г-на Оуэна открывают нашему взору
широкое поле для развития и улучшения. Город в том виде, в;
250
ДЖОН ГРЕЙ
каком он построен в настоящее время, является насмешкой над
человеческим вкусом. Взглянув даже на лучший из городов,
Эдинбург, с вершины холма, можно подумать, что дух хаоса
работал здесь в течение столетия. Нет никакого сомнения, что
действительный комфорт и изящество, которые затмили бы даже
«Город дворцов», были бы даны рядом обособленных, симметри-
ческих групп зданий, таких, например, как недавно сооружён¬
ные в Риджент-парке или находящиеся на месте бывшего Карл-
тонского дворца. Между зданиями надлежащие интервалы.
Каждое отдельное сооружение находится в связи с планом и
пропорциями всех остальных. Все это перемежается с цветущими
садами, фонтанами, скульптурами, публичными читальными
залами, театрами, залами для собраний, храмами, музеями, по¬
строенными по плану и в совершенной архитектурной гармонии
друг с другом. И такая система строительства не только не увели¬
чила бы домашние расходы, но легко могла бы стать средством
огромного их уменьшения.
Потребовалось бы очень обширное исследование для опреде-
ления того, в какой степени домашние услуги могли бы быть
заменены механическими приспособлениями, если бы города
строились, как строятся в настоящее время дома, по плану,
вместо того чтобы нарастать кусочками до бесконечности. Нет
сомнений, что домашняя экономия является наукой, находящей¬
ся ещё в колыбели, и г-н Оуэн, которому, между прочим, обя¬
заны своим учреждением многочисленные детские школы, суще-
ствующие ныне в нашей стране, является отцом этого де-
тища.
Но я воздержусь от дальнейшего рассмотрения вопроса о
домашней экономии. Я считаю, что во всём, касающемся произ¬
водства, обмена и распределения товаров, Социальная система,
как она здесь объяснена, несравненно превосходит любую суще¬
ствовавшую ранее теорию; и во многих отношениях она совер¬
шенно совместима с планом г-на Оуэна. Социальная система,
однако, имеет следующее решающее преимущество: для того
чтобы привести её повсеместно в действие, не нужно начинать с
улучшения человеческого характера; деньги и комитет из ум-
ных и практичных деловых людей могли бы пустить её в ход в
любое время, и затем она пошла бы подобно железнодорожному
поезду сама собой. План же г-на Оуэна, повидимому, требует
от людей такого взаимного уважения и сдержанности, которые,
по моему смиренному мнению, никогда не могут стать причиной
улучшения материального положения: они могут быть его след-
ствием.
Великое зло торгового общества состоит в том, что спрос не
имеет тенденции идти в ногу с производством: всегда легче ку¬
пить, чем продать; и лекарство заключается в том, чтобы сделать
СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
251
одно столь же лёгким, как и другое. В настоящее время произ¬
водство идёт в ногу со спросом; это должно быть перевёрнуто:
спрос должен идти в ногу с производством, как бы быстро ни дви¬
галось это последнее.
Бумажные деньги, увеличивающиеся в количестве, по мере того
как увеличивается продукция, и уменьшающиеся, по мере того
как продукция потребляется, должны образовать стены, а нацио-
нальный капитал должен быть фундаментом нашего храма
благоденствия. Воздвигнем в первую очередь их, затем позовем
на помощь художника, скульптора и всякого рода декораторов,
чтобы закончить работу так, как этого требуют вкус, изящество
и опыт.
Но во всех наших действиях будем остерегаться идти когда-
либо наперекор законам природы под благовидным предлогом
полезности, целесообразности и т. п. Будем с величайшим вни-
манием изучать врождённые склонности человеческого ума и
существенные свойства того материального мира, который изо-
билует всем необходимым для поддержания тела в состоянии
здоровья и комфорта и человеческого ума в состоянии активной
и приятной деятельности и который достаточно богат, чтобы дать
каждому человеку всё то количество счастья, каким способна
насладиться его смертная натура или какое он мог бы получить,
если бы даже самый этот мир и всё, что в нём имеется, находились
в его личном распоряжении.
Я не могу, быть может, лучше закончить эту работу, чем
просьбой к каждому отдельному её читателю рассматривать пре-
дыдущие страницы не как простой трактат, имеющий целью
сообщить сведения по отдельному вопросу, а скорее как про-
спект проектируемого национального предприятия, в осущест-
влении которого он сам непосредственно заинтересован и для
содействия которому он, конечно, может сделать кое-что, а быть
может, и много.
Общая судьба важных открытий — лежать втуне в течение
столетия. Один век делал открытия, а другой или ещё следующий
за ним применял его. И это было вполне естественно при господ-
стве невежества и при трудности распространения знания. Но
времена изменились: британская пресса свободна, и её могуще¬
ство поразительно. Находить истину и возвещать её — дело от-
дельных лиц; внушать ее общественному мнению и добиваться
принятия практических мер, на которые она указывает, являет¬
ся специальной обязанностью прессы, всемогущей во всём, ка¬
сающемся общих дел людей, когда она ревностно и настойчиво
защищает правое дело. И как бы обширно ни было отстаиваемое
здесь дело и как бы величественны ни были результаты его осуще-
ствления, прессе Великобритании и Ирландии стоит лишь ска¬
зать нужное слово, и цель будет достигнута. Пробудить в
252	ДЖОН ГРЕЙ
публике должное понимание важности развитого здесь
принципа обмена — вот первый шаг; пусть только это будет
сделано, и вскоре последует принятие этого принципа на прак-
тике.
Итак, пусть каждый читатель «Социальной системы» соста-
вит себе мнение по этому вопросу, ибо как он думает, так он и
скажет; и если принцип правилен, то его защита или нападки на
него почти в одинаковой мере помогут делу. Я считаю правилом,
что редко человек может говорить по поводу того, что истинно,
не говоря, хотя бы против своей воли, в его пользу.

ВЕРНОЕ СРЕДСТВО
ПРОТИВ
БЕДСТВИЙ
НАРОДОВ

ГЛАВА I
Введение и общий очерк проблемы.
Чем объяснить наши бедствия? Как их устранить? На эти
вопросы у каждой группы политиков и деловых людей — свои
излюбленные ответы. Я не буду много спорить ни с кем из них.
Бедствия, на которые они указывают, могут в действительности
быть или не быть таковыми. Изменения, которые они хотели бы
ввести, могут или не могут оказать благоприятного влияния.
Но если пленник скован многими цепями, то какая польза ему
от того, что все цепи будут сняты, за исключением одной, на¬
столько крепкой, что все его старания освободиться будут на¬
прасны? Никакой пользы — таков ответ. Не больше пользы
было бы для бедствующего населения страны, если бы удовлет¬
ворить все его насущные требования, не изменив в то же время
коренным образом денежной системы общества.
Итак, вот предмет настоящего исследования: как обстоит
дело с существующей денежной системой? какая лучшая система
может быть принята? Моя задача ответить на оба эти вопроса.
Порок нашей нынешней денежной системы в том, что количе¬
ство денег никоим образом не может увеличиваться столь же
быстро, как совокупность других товаров. Следовательно, вся¬
кий раз, когда количество товаров увеличивается быстрее, чем
количество денег, товары должны либо оставаться у продав-
цов, пока равновесие не восстановится, либо же продаваться с
убытком, даже если половина человечества в них крайне нуж¬
дается.
Что количество золота не может увеличиваться столь же
быстро, как совокупность других вещей,— очевидно. Мы можем
увеличивать количество хлеба, пеньки, льна, хлопка, шерсти
и ещё полсотни вещей почти безгранично; мы можем также пре¬
вращать эти материалы в предметы необходимости и роскоши при
помощи всегда доступных, порою удивительно лёгких процессов.
Но мы не можем увеличивать количество золота в той же пропор-
ции. Поэтому, поскольку золото есть мера стоимости всех
•256
ДЖОН ГРЕЙ
вещей, все вещи во всех случаях, когда количество их возрастает
быстрее, чем количество золота, должны продаваться с убытком,
если они вообще находят сбыт. Если товары сейчас равны 1 и
золото 1, то товары должны оставаться на уровне 1 до тех пор,
пока золото не покажет примера и не увеличится до 2; в против-
ном случае результатом производства будет убыток. Практиче¬
ски говоря, деньги суть спрос, а товары — предложение, и
причина, по которой совокупное предложение всегда превышает
совокупный спрос, в том, что количество золота не может
увеличиваться столь же быстро, как совокупность других
вещей.
Целью изготовления товаров является продажа их за боль¬
шее количество денег, чем на них издержано. Но если бы мы
производили все товары, которые могли бы производить, то
продать их за большее количество денег, чем они стоят, было бы
■столь же невозможно, как невозможно вместить две бутылки
вина в одну и одновременно удерживать их там. Если бутылка
уже полна, то мы не можем вместить в нее больше вина до тех
пор, пока она не будет частично или полностью опорожнена.
И если денежный спрос на рынке покрыт, то остающиеся товары
должны ждать до тех пор, пока предложение не будет частично
или полностью исчерпано; в противном случае результатом их
сбыта будет не прибыль, а убыток. Если стоимость имеющихся
на рынке товаров равна сумме имеющихся на рынке денег, ко¬
торые можно получить в обмен на товары, то или все товары, ко¬
торые могут быть дополнительно доставлены на рынок, должны
оставаться в руках их владельцев непроданными, или же цена
всей массы товаров должна понизиться как раз до той суммы
денег, которую можно было бы получить за часть товаров, если
бы остальных совсем не существовало.
Отсюда следует, что так как количество золота или, что прак¬
тически то же самое количество банкнот, оплачиваемых по тре-
бованию фиксированным количеством золота, никогда не может
увеличиваться столь же быстро, как все другие товары, вместе
взятые, то на рынок может быть с выгодой доставлено не больше
товаров, чем имеется на рынке денег, которые могут быть отданы
за них на приемлемых условиях, т. е. со справедливой торговой
прибылью.
Таким образом, спрос есть причина производства, его госпо-
дин и руководитель, которому часто без сомнения не повинуются
и не оказывают должного внимания отдельные лица или даже
классы общества, причём всегда с ущербом для себя.
То, что я здесь констатирую, вероятно, покажется простым
трюизмом, который известен всем и каждому. Но если это так, то
насколько чудовищно допущение и как велика бессмыслица
того, что человечество должно было натолкнуться на систему,
ВЕРНОЕ СРЕДСТВО ПРОТИВ БЕДСТВИЙ НАРОДОВ
257
при которой наличное количество одной вещи делается регуля-
тором количества всякой другой,— хотя эта одна Ьещь не может
по естественным причинам получаться в сколько-нибудь значи-
тельном количестве,— тогда как количество прочих вещей, по¬
скольку дело касается естественных причин, может быть увели¬
чиваемо в почти неисчислимых размерах. Наши склады, говорит
нынешнее поколение, должны строиться из золота, а размеры
наших запасов должны соответствовать вместимости складов.
И практически это именно так.
Вот ответ на наш первый вопрос. Порочность нашей совре¬
менной денежной системы в том, что она сковывает наши произ¬
водительные силы, повергает в безысходный хаос и беспорядок
весь механизм торговли и порождает такую национальную анома-
лию, которая могла бы устыдить обитателей сумасшедшего дома,
а именно: трудности, нужду, голод среди изобилия.
Но какая лучшая система может быть принята? Это наш вто¬
рой вопрос и, отвечая на него, я говорю, что мы должны лишь
перевернуть то, что существует в настоящее время, т. е. произ¬
водство, ныне являющееся следствием спроса, должно стать при¬
чиной его. Это и есть то средство, на которое я указываю в загла-
вии данной книги. Это представляет собою во всякое время
верное средство против бедственного положения народов. Я ду¬
маю, что человеческая изобретательность бессильна создать дру¬
гое, имеющее хотя бы подобие эффективности, средство без
включения указанного мною предложения, равно как она бес¬
сильна доказать, что предлагаемое мною средство неосущест¬
вимо или что при испытании оно оказалось бы недействительным.
Каким образом производство может стать причиной спроса,
каким образом переполненные рынки, о которых мы так много
слышим, могут создать рынок для самих себя,— это я попытаюсь
показать. И, исходя из того, что подробное исследование этого
вопроса было уже дано в «Социальной системе», я постараюсь те¬
перь по возможности сократить развитый там план в надежде
сделать его, насколько это возможно, совместимым с существую¬
щими обычаями и предрассудками общества. Нижеследующее
можно рассматривать как общий очерк.
Масштаб стоимости. Есть лишь одна вещь на свете,
которая всегда может быть истинным масштабом стоимости:
это то, что создаёт стоимость, а именно труд, приводимый в дей-
ствие на основе определённых принципов, имеющих санкцию
правительства, и признаваемый последним во всех сделках его с
гражданами и во всех его требованиях к ним. Деньги должны
быть удобопередаваемыми представителями богатства, коли¬
чество которых увеличивается и уменьшается в точной и неиз-
менной пропорции с увеличением и уменьшением того, что они
представляют. Но никакие деньги не могут быть масштабом
258
ДЖОН ГРЕЙ
стоимости, если они сами не будут лишены стоимости. Все цен-
ные товары какого бы то ни было рода всегда подвержены и
всегда должны быть подвержены колебаниям, тогда как истин¬
ный масштаб стоимости никогда не может колебаться.
Для создания и сохранения масштаба стоимости необходимо
будет назначить особую секцию правительства, которая бы ор¬
ганизовывала и контролировала большое количество обширных
фабрик в различных отраслях промышленности, а именно в тех,
которые имеют наименее спекулятивный характер. Это значит,
что лица, которым доверена эта обязанность, должны произво¬
дить такие товары, в которых имеется постоянная потребность
среди различных классов общества, за исключением тех това-
ров, которые более обычного подвержены порче от хранения
на складах в течение срока, диктуемого необходимостью, или
обесценению от изменения моды, или по иной подобной причине.
При выборе производств, которые должны быть организо¬
ваны, я предложил бы включить, например, следующие товары:
шерстяные ткани всех наиболее общепринятых сортов, цветов и
качеств; шерстяные и байковые одеяла; ковры и драгеты про¬
стые хлопчатобумажные товары всякого рода и качества; анг-
лийские, шотландские и ирландские полотна всех обычных сор-
тов; простые шёлковые товары; трикотажные товары, перчатки,
шляпы и готовую обувь; комнатную мебель, избегая более при-
чудливых предметов; волосяную материю для стульев и диваноь,
мелкие скобяные товары во всех их неспекулятивных подразде-
лениях 2; режущие инструменты; замки и скрепления всех родов;
столовые ножи; весы и гири; простые зеркальные и оконные
стёкла; винные бутылки; простые и гранёные стеклянные изде-
лия для домашнего употребления, ограничивая гранёные изде-
лия такими предметами, которые были бы совершенно неспеку¬
лятивными; фарфоровую и фаянсовую посуду с тем же ограниче-
нием, как и стеклянные изделия; ружья и пистолеты наиболее
полезных видов; дробь; бумагу всех сортов для письма, печата-
ния и упаковки; шрифты для книг и газет всех сортов, за исклю-
чением рекламных образцов; книги, состоящие лишь из образ-
цовых произведений; стенные и карманные часы наиболее обще-
употребительных видов; серебряную посуду и посеребренные
изделия с тем же самым ограничением; бронзовые и медные из-
делия; мыло и свечи; пробки; зонтики. Я упоминаю эти предметы
так, как они приходят мне на ум, без особого внимания к по¬
рядку, в котором они перечисляются.
С другой стороны, я бы не хотел иметь никакого дела с та¬
кими предметами, как шали, кружева, искусственные цветы,
1 Род материи.— Прим, перев.
2 Г рей подразумевает товары, не подверженные резким колебаниям спро¬
са.— Прим, перев.

ВЕРНОЕ СРЕДСТВО ПРОТИВ БЕДСТВИЙ НАРОДОВ
259
ювелирные изделия, порох, рыболовные или охотничьи принад¬
лежности, музыкальные инструменты, экипажи и какие бы то ни
было предметы продовольствия, подверженные порче.
Как я уже сказал, контроль над этими разнообразными фаб¬
риками должен быть передан в руки агентов, назначаемых пра-
вительством, в то время как управление ими должно быть дове-
рено уважаемым лицам, вполне подготовленным предшествую-
щим опытом и жизненными привычками к тому, чтобы вести их
наилучшим образом. Управляющим должно быть дано право
принимать и увольнять по усмотрению своих служащих и помощ-
никрв всякого рода; рабочие и работницы должны наниматься
и увольняться, как в настоящее время, управляющими каждой
фабрики или теми их подчинёнными, кого они уполномочат на
это.
Эти фабрики должны отличаться от всех других в стране
наименованием фабрик меновой системы (standard manufacto¬
ries), и, где это только возможно, товары, производимые в них,
должны отличаться от других товаров ясным клеймом или пе¬
чатью, также со словом «standard», в то время как владельцам
всех других фабрик должно быть строго запрещено присвоение
такого же клейма какому-либо из их товаров под каким бы то ни
было предлогом.
Эти фабрики должны быть совершенно отличны от государст-
венных предприятий в строгом смысле этого слова, как, напри-
мер, морские арсеналы и др., и не должны быть связаны с
ними.
Продукция этих фабрик должна сдаваться в меновые магази¬
ны или склады (standard ware houses or depots), принадлежащие
также правительству, и передаваться под контроль прави-
тельственных агентов. Операции складов должны вестись управ¬
ляющими, назначаемыми агентами (как и управляющие фаб¬
риками), причём потребное количество служащих и помощников
предоставляется на усмотрение каждого управляющего.
Все товары, произведённые под контролем торгово-промыш-
ленных агентов, должны предлагаться для продажи в меновых
магазинах или складах, но только оптом и только в обмен на
рабочие деньги (standard money), определение которых дано бу*
дет ниже, с уплатой последних в каждом случае до отпуска то-
варов.
Таким образом, сбыт товаров меновой системы (standard
goods) в розницу, вместе со всеми другими товарами, был бы
предоставлен свободной конкуренции. Каждый, кто пожелал бы,
мог бы свободно торговать ими и продавать их с любой прибылью,
так что конкуренция между розничными торговцами регулиро¬
вала бы их прибыль точно таким же образом, как это происходит
в настоящее время*

260
ДЖОН ГРЕЙ
Рабочие деньги должны состоять из банкнот, выпускаемых
по требованию меновым банком (standard bank), который должен
быть учреждён в связи с организацией фабрик и складов. Этими
деньгами должна уплачиваться заработная плата и жалованье
всем рабочим и служащим, кладовщикам и управляющим фаб¬
риками, складами и магазинами. Такой платеж должен быть
фактически чеком или ордером, предъявляемым в меновые ма¬
газины для оплаты стоимости того, что каждый человек внёс
трудом или услугой для обогащения запасов. Но эти банкноты,
будучи признаны на основании справедливых принципов, под-
лежащих ниже определению, законным платёжным средством
для всех денежных обязательств какого бы то ни было рода, имели
бы фактически свободное хождение во всех случаях, когда тре¬
бовались бы деньги, точно так же, как нынешняя обыкновенная
банкнота и соверен. При этом каждый держатель рабочей банк¬
ноты (standard note) был бы благодаря обладанию ею собствен-
ником той части богатства, которую представляла бы и которой
распоряжалась бы данная банкнота.
Каким образом эти банкноты согласно «справедливым прин-
ципам» могут быть сделаны законным платёжным средством для
государственных налогов и всех денежных обязательств какого
бы то ни было рода, будет должным образом показано. Будет
показано также, с помощью каких средств правительство, уза-
конив этот вид денег, может по своему усмотрению установить
стоимость рабочей банкноты в сравнении с существующей банк¬
нотой и совереном. Но это должно быть сделано с самого начала,
ибо в дальнейшем стоимость рабочей банкноты уже никогда не
должна подвергаться изменениям.
Неизменный характер рабочей банкноты обусловливается
средней ценой труда, устанавливаемой торгово-промышленными
агентами с согласия и одобрения правительства. Этой средней
должны регулироваться заработная плата, жалованье и всякого
рода платежи. Средняя, фиксированная однажды, может оста¬
ваться навсегда неизменной. Вопрос этот, равно как и вопрос
о мелких платежах серебряными и медными монетами, будет
полнее рассмотрен в последующей части работы. Здесь же мож¬
но заметить, что если средняя цена труда в неделю будет, на-
пример, 1 ф. ст., а среднее недельное количество труда, требуе-
мого от рабочего,— 60 час., то фунтовый билет отныне и впредь
был бы лишь представителем 60 час. труда хорошего рабочего,
поставленного в такие условия, при которых он принуждён вы¬
полнять свои обязанности. Никогда не могло бы быть основания
для изменения этой суммы, потому что повышение средней цены
Труда не дало бы никакого увеличения, а снижение — никакого
■уменьшения реальной заработной платы рабочего, которая фак¬
тически состояла бы из действительного продукта его труда;

ВЕРНОЕ-СРЕ'ДСТВО ПРОТИВ БЕД- СТВИЙ НАРОДОВ	261
деньги же, уплачиваемые ему, независимо от того, много ли их
было бы или мало, служили бы лишь удобопередаваемым титулом
на получение той доли меновых запасов (standard stores), кото¬
рая за эти деньги создана его собственным трудом.
Итак, заработная плата плюс стоимость материалов, выра¬
женные в рабочих деньгах, составили бы первоначальные из¬
держки производства товаров. Однако при сбыте их в меновых
складах должен добавляться процент, достаточный для сохра-
нения и увеличения капитала, равно как и для возмещения из-
держек на жалованье служащих, случайные расходы и могущее
иметь место, вследствие порчи или по другой причине, обесце-
нение менового запаса.
Работа менового банка была бы чрезвычайно проста. Она
состояла бы только в выпуске банкнот по требованию управляю-
щих всеми фабриками и магазинами меновой системы и в ведении
их счетов. План монетного двора или монетной фабрики будет
надлежащим образом изложен. Сейчас отметим, что золото,
серебро и медь должны рассматриваться только как товары, и,
вместо того чтобы они определяли стоимость рабочей банкноты,
последняя должна определять их стоимость. Стоимость золота,
серебра и меди вместе со стоимостью всякого другого товара
подвержена колебаниям. Поэтому их цена за унцию, выражен¬
ная в рабочих деньгах, должна всегда состоять из такого именно
количества рабочих денег, которое найдут необходимым дать в
обмен на них.
Следствием принятия указанной системы обмена был бы ог¬
ромный рост производства и распределения реального богатства,
а именно предметов необходимости, комфорта и роскоши. Но так
как количество денег увеличивалось бы в точной пропорции к
увеличению товаров, то никакое падение цен не могло бы быть
вызвано ростом производства, как бы велик последний ни был.
Вещи, количество которых может быть свободно увеличено че-
ловеческой деятельностью, как то: большая часть предметов
питания, одежды, жилищ и мебели, стали бы удивительно дёшевы
в сравнении с золотом и серебром. Но это не повлекло бы за собой
никаких последствий. Ведь теперь на практике не является злом
то обстоятельство, что серебро дешевле золота, медь дешевле се¬
ребра, а свинец дешевле всех трёх указанных металлов. Напро-
тив, с коммерческой точки зрения эти различия в стоимости пред-
ставляют скорее удобства, чем неудобства. Применение серебра
и золота для домашних целей, украшений и т. п. очень жела¬
тельно благодаря их большей чистоте, опрятности и изяществу
по сравнению с неблагородными металлами. Но если бы золото
стало даже настолько редким, что за два десятка акров плодород¬
ной земли или за хорошо построенный дом не давали бы и 1 унции
золота, то это не имело бы никаких вредных последствий для
262
ДЖОН ГРЕЙ
коммерции, раз торговый оборот был бы подчинён правильному
принципу. Золото и серебро благодаря их удобству в качестве
объектов накопления, равно как и для производства в определён-
ных случаях платежей иностранным нациям, могут быть полезны
и нужны во все времена. Однако было бы совершенно безраз¬
лично, какова их сравнительная цена на рынке. Если когда-либо
в будущем рабочий фунт (standard pound) должен будет обме-
ниваться на количество золота, меньшее, чем четвёртая часть
современного соверена, он всё же будет представителем опреде-
лённого количества часов труда хорошего рабочего, поставлен-
ного в наиболее благоприятные условия, которыми мог бы рас¬
полагать ничем не ограниченный капитал; и этот фунт покупал
бы всё то, что могли бы создать эти часы труда. Между тем каждая
вещь, которая облегчила бы производство, каждое изобретение,
которое дало бы возможность человеку выполнить сегодня вдвое
большую работу, чем вчера, снизило бы наполовину цену про¬
изведённой вещи и, следовательно,— при фиксированности и
неизменности заработной платы — удвоило бы доступность этой
вещи для всех.
На основе этой вкратце описанной системы производство было
бы всегда причиной спроса. Для этого принципа нет предела
или ограничения. Не останавливаясь на отдельных специальных
отраслях, возьмём их основные подразделения. Если меновые
склады и внешний рынок переполнены предметами необходи¬
мости, то пусть труд будет применён к производству тех вещей,
которые являются в большей мере предметами роскоши. Если
окажется, что и последние имеются в избытке, поднимитесь ещё
выше по лестнице, и каждый шаг вперёд будет иметь последствием
расширение в равной мере и работы и спроса. Трудно охватить
эту перспективу до конца или сказать, до какого уровня благо-
состояние нации может быть поднято благодаря переходу к ра-
циональному методу обмена. Можно, однако, с уверенностью
утверждать, что народ мог бы обладать и пользоваться величай-
шим богатством, какое только могли создать его производитель¬
ные силы, причём каждый трудоспособный индивид, исключая
лентяя и развратника, обязательно получил бы соответствующую
долю этого богатства.
Пусть правительство рассмотрит этот вопрос, пусть будут
назначены компетентные лица для исследования принципа,
принятия которого я добиваюсь. Если последний окажется не-
опровержимым, то пусть будет поручено комитету зрело разра¬
ботать план и составить необходимые сметы. Затем дайте плану
санкцию парламентского акта, авансировав необходимые для
начала фонды и сделав рабочую банкноту законным платёжным
средством для всех внутренних сделок какого бы то ни было рода.
И хотя все большие предприятия сопряжены вначале с опасе-
ВЕРНОЕ СРЕДСТВО ПРОТИВ БЕДСТВИЙ НАРОДОВ
263
ниями и большими или меньшими трудностями, в данном случае
не может возникнуть никаких непреодолимых препятствий. Под
влиянием системы обмена, которой я добиваюсь, производство
должно стать неизменной причиной спроса, вместо того чтобы
оставаться, как теперь, его следствием. Как только эта великая
истина станет общим достоянием, на природу и причины тепереш-
них бедствий человечества будет брошен яркий свет. Все второ¬
степенные трудности, которые могли бы и, без сомнения, будут
сопутствовать введению этой системы, были бы лишь пылинкой на
весах и столь же легко были бы сметены.
Никакие иные средства какого бы то ни было рода не могут
спасти нашу страну от внутреннего потрясения. Существующие
ныне производительные силы труда могут быть сравнены с пере-
полненным паровым котлом мощной машины, готовым взорваться
и погубить нас. Свобода обмена является единственным предо-
хранительным клапаном, открытие которого не только обеспечит
безопасность, но превратит явное зло в величайшее благо. От¬
кажитесь открыть этот клапан, откажитесь изменить природу
денег,— и все другие планы улучшения положения общества
окажутся тщетными и бесплодными. Большие политические пар-
тии одинаково совершенно слепы по отношению к действитель-
ной природе болезни, постигшей общество, и, следовательно, к
природе лекарства, которое необходимо прописать. Уничтожьте
все ввозные пошлины, аннулируйте государственный долг,
добудьте чудом деньги, необходимые для правительства, умень-
шив все существующие ныне налоги, поставьте у власти каждый
класс политиков поочерёдно, и тем не менее, как бы ни были чи¬
сты их намерения и как бы ни были мудры их общие мероприя-
тия, облегчение, которое они в состоянии дать, будет ничтож-
ным и мимолётным. Несчастья, которые недавно постигли нас,
будут повторяться снова и снова с одинаковой и возрастающей
силой до тех пор, пока анархия и беспорядок не уничтожат самое
существование как общественной власти, так и частного права.
Попытавшись, таким образом, дать общий очерк предлагае-
мого плана обмена, я теперь попытаюсь расчленить его в извест¬
ной мере на части. В заключение я выражаю надежду, что буду
в состоянии доказать его пригодность для целей, указанных
мною выше.
ГЛАВА II
План менового банка и монетного двора.
Первым шагом, который должен быть предпринят для учреж-
дения рациональной системы обмена, должно быть назначение
уполномоченных агентов для приведения плана в действие.

264
ДЖОН ГРЕЙ
Эти агенты, будучи избраны и облечены полномочиями, должны
прежде всего приступить к учреждению менового банка с таким
начальным капиталом, который правительство найдёт нужным
ему предоставить.
50 млн. ф. ст. были бы не слишком большой суммой для того,
чтобы дать агентам возможность полностью и надлежащим об-
разом проводить самый обширный и самый важный эксперимент,
который когда-либо и где-либо проводился. И так как должно
пройти много времени, прежде чем могли бы быть разработаны
детали, сооружены здания, завершены все другие подготовитель¬
ные работы и приведён в действие новый способ обмена, я думаю,
что указанные 50 млн. не должны были бы оплачиваться процен-
том или вообще рассматриваться как ссуда. Правительство должно
просто возвратить эти деньги тому, с кого они взяты, а именно
обществу в целом.
На средства, предоставленные, таким образом, в их распоря-
жение, агенты должны купить или построить в какой-либо
подходящей части Лондона банк. Когда это будет сделано и
управляющий банком назначен, он должен стать ответствен-
ным хранителем ассигнованной суммы, причём первый платёж
из этого фонда производства был бы уже сделан за самое помеще-
ние банка. Затем агенты при содействии компетентных консуль-
тантов должны продолжать покупать или сооружать строения и
оборудование, необходимые для пуска различных производств,
причём предприятия по каждой отрасли организуются в тех райо-
нах и местностях, где данная отрасль наиболее широко развита.
Все платежи за счёт фабрик должны делаться меновым банком,
причём эти статьи расхода заносятся на кредит банковского
счёта у агентов. На этой стадии все платежи банка должны
делаться в существующих деньгах, а не его собственными банк¬
нотами.
Когда это осуществлено и все намеченные для начала фаб¬
рики, построенные и снабжённые необходимым оборудованием и
инструментами,— но не материалами,— готовы приступить к
работе, весь остаток капитала банка должен быть немедленно
превращён в слитки и передан управляющему монетным двором.
Так что если, например, 25 млн. были бы израсходованы на до¬
статочный для начала основной капитал, состоящий из зданий и
оборудования, то оставалось бы ещё 25 млн. на покупку мате-
риалов, необходимых для производства товаров.
После этого необходим был бы акт парламента, делающий
рабочую банкноту, подлежащую отныне выпуску меновым бан-
ком в уплату за все материалы, труд и издержки всякого рода
для фабрик меновой системы, законным платёжным средством
при уплате государственных налогов и всякого рода денежных
требований и обязательств как существующих, так и могущих
ВЕРНОЕ СРЕДСТВО ПРОТИВ БЕДСТВИЙ НАРОДОВ
265
возникнуть. Всем прочим банкам должен быть после этого пре-
доставлен выбор оплачивать предъявляемые к ним требования по
своему усмотрению — золотой монетой по её текущей рыночной
цене в рабочих деньгах или рабочими банкнотами, что практиче¬
ски было бы совершенно безразлично.
Здесь уместно будет показать, каким образом рабочие банк¬
ноты могут справедливо служить законным платёжным средством
при уплате по всем денежным обязательствам. По крайней мере я
могу показать, каким образом денежные требования всякого рода
могут быть погашены рабочими деньгами столь же справедливо,
как и всякими иными деньгами.
Долг может считаться действительно уплаченным полностью
лишь тогда, когда он погашен деньгами, которые, независимо
от того, к какому роду они принадлежат, возвращают кредитору
возможность распоряжаться предметами необходимости, ком¬
форта или роскоши в той же мере, в какой заёмщик мог распоря¬
жаться благодаря деньгам или другой стоимости, создавшим обя¬
зательство, при том условии, конечно, что кредитор пользуется
выгодами всех общественных усовершенствований и полезных
изобретений, которые могут появиться в промежуток времени
между получением займа и его погашением. Например, если один
человек 20 лет назад дал в ссуду другому такое количество денег,
какое распоряжалось бы годичным трудом данного количества
хороших работников, поставленных в наиболее благоприятные
условия и вооружённых наилучшим существовавшим тогда
искусством и оборудованием, то я считаю, что ему полностью
уплачено, если он получает такую же сумму денег какого бы то
ни было рода при условии, что эта сумма даст ему власть над
годичным трудом такого же количества хороших работников,
поставленных в такие же условия и вооружённых наилучшим
искусством и оборудованием, ныне существующим. Это по
крайней мере наиболее возможное приближение к справедли¬
вости. Что касается строгой справедливости в каждом отдельном
случае, то она совершенно невозможна, ибо колебания от вре¬
мени до времени стоимости денег в нашей стране таковы, что,
вероятно, ни один давно заключённый заём никогда ещё не был
точно уплачен, а стоимость длительной аренды в сотне случаев
по той же причине совершенно менялась.
Чтобы приблизиться, насколько это возможно, к указанно¬
му пожеланию, должно быть предпринято хорошо продуманное
обширное обследование существующих требований и обяза-
тельств, включая аренды всякого рода. На основании приня-
того решения должна быть фиксирована стоимость рабочей
банкноты: т. е. она должна быть фикс рована исходя из интере-
сов наибольшей по числу и сумме доли кредиторов и должников,
существующих во всём королевстве или имеющих требования к
266
ДЖОН ГРЕЙ
его жителям. Напомню, что я рассматривал этот вопрос раньше в
«Социальной системе».
Но я говорил, что правительство, допуская новую систему
обмена, имеет право установить такую стоимость рабочей банк¬
ноты по сравнению с существующей банкнотой и совереном, ка¬
кую оно сочтет подходящей. Это очень простое дело, как я сейчас
попытаюсь показать.
Во всех фабриках меновой системы для рабочих средней ква-
лификации за работы среднего типа средняя заработная плата
должна быть фиксированной и неизменной, и ею должно регули¬
роваться жалованье служащих и всякие другие денежные воз-
награждения. И, как уже было показано, её величина не имеет
никакого значения, поскольку дело касается рабочих и других
лиц, занятых на предприятиях меновой системы. Но коль скоро
рабочую банкноту сделали бы законным платёжным сред-
ством, ее стоимость имела бы первостепенное значение для
всех существующих теперь должников, кредиторов и аренда-
торов.
Чтобы пояснить это примером, возьмём два крайних случая,
что часто служит лучшим средством для установления истины.
Предположим сперва, что средняя недельная заработная плата
хорошего рабочего была бы фиксирована в 5 шилл. В этом случае
ясно, что все прежние кредиторы много выиграли бы; ибо, в то
время как каждые 5 шилл., ссуженных ими, вероятно, не распо¬
ряжались бы трудом хорошего рабочего даже в течение двух
дней, каждые 5 шилл., полученных ими обратно, распоряжались
■бы таким трудом в течение недели. Это было бы, очевидно, не¬
справедливо по отношению к должнику, который был бы принуж-
дён уплатить свой долг по крайней мере два раза вместо одного.
Далее, предположим, что средняя заработная плата фиксирована
в 5 ф. ст., тогда все прежние кредиторы были бы ограблены, ибо,
в то время как5ф. ст., которые они дали в ссуду, распоряжа¬
лись бы трудом по крайней мере трёх или четырёх хороших ра-
бочих в течение недели, 5 ф. ст., возвращённых обратно, распо¬
ряжались бы только трудом одного такого рабочего в течение
недели.
Справедливость лежит между этими двумя крайностями; и,
очевидно, вопрос, каков должен быть на самом деле средний
уровень заработной платы, является одним из вопросов пер¬
востепенной важности, требующих самого тщательного и обду-
манного рассмотрения со стороны указанных выше уполномо-
ченных агентов. Я не рискну здесь даже на какие-либо пред-
положения по этому поводу, поскольку моя цель состоит исклю¬
чительно в том, чтобы изложить принцип, в соответствии с
которым должно последовать решение вопроса, затрагивающего
интересы массы людей.

ВЕРНОЕ СРЕДСТВО ПРОТИВ БЕДСТВИЙ НАРОДОВ
267
Во избежание ошибочных представлений, могущих возник¬
нуть у случайного читателя, для которого этот вопрос может
быть совершенно нов, необходимо заметить, что, в то время как
средний уровень заработной платы был бы фиксирован и неизме-
нен, уровень индивидуальной заработной платы был бы, как
всегда, подвержен конкуренции. Лучший рабочий повсюду
получал бы высшую заработную плату, худший — более низкую,
а молодые рабочие обоего пола — плату, соответствующую их
возрасту и способностям; причём рабочие некоторых отраслей,
требующих исключительного искусства или напряжения, опла¬
чивались бы выше средней ставки, а рабочие в отраслях, тре-
бующих менее чем посредственных способностей или трудолю-
бия, оплачивались бы несколько ниже среднего. В действитель-
ности средняя заработная плата, о которой так часто говорится,
была бы только базисом, на котором основывались бы все догово¬
ры. Это была бы предположительная еженедельная сумма, ко¬
торую каждый человек был бы вправе получить. Любое откло-
нение от нее в ту или другую сторону было бы предметом согла-
шения между нанимателем и нанимаемым, причём тогда рабочий
фунт, как теперь фунт стерлингов, был бы единицей для всех
денежных сделок.
После этого отступления мы возвратимся к операциям мено-
вого банка; они состояли бы только в ведении расчётов со всеми
управляющими. Банк должен был бы дебитовать каждого из
них всеми деньгами, уплаченными ему или по его приказу, и
кредитовать каждого суммой всех денег, полученных от него, и
стоимостью всех товаров, которые он передавал бы другим
управляющим. При этом все управляющие, запятые на фабри-
ках и в магазинах, были бы аккредитованы у банка и друг у
друга на любую сумму, которая бы им потребовалась.
Но, как я показал в «Социальной системе», управляющим не
нужно было бы вести дебиторские и кредиторские расчёты друг с
другом; каждый вёл бы расчёт с банком и только с ним. Впослед-
ствии это будет пояснено полнее.
Хотя и в немногих словах, деятельность банка как будто
уже определена. Банк был бы фактически просто расчётной
конторой предприятий, оплачивающей все предъявляемые тре-
бования своими собственными банкнотами.
В Дублине, Эдинбурге и по всему королевству должны быть
соответственно учреждены филиалы банка. Моей целью здесь
является изложение принципов, основных черт весьма обширного
проекта, и если бы я пытался здесь решать второстепенные орга-
низационные вопросы, то вскоре мы потонули бы в массе деталей.
Здесь достаточно сказать, что задачей филиальных банков явля¬
лось бы облегчение операций центральной конторы, характер
которых я уже указал.

268
ДЖОН ГРЕЙ
Теперь мы подходим к очень важной части нашего плана,
которая может показаться на первый взгляд несколько стран¬
ной. Но я убеждён, что предложение, которое я намерен здесь
внести, выдержит самую суровую проверку, которой способен
подвергнуть его человеческий ум.
Определение рабочей банкноты было уже нами дано. Итак,
пусть 1 тыс. фунтов рабочих денег была, например, уплачена
рабочим в качестве заработной платы за их труд, а другая тысяча
затрачена на покупку материалов, которые они будут перераба¬
тывать; совокупная стоимость этого труда и материала в перера-
ботанном виде будет, следовательно, 2 тыс. рабочих фунтов. Но,
очевидно, невозможно, чтобы одинаковое количество таких про-
мышленных изделий, какого бы рода они ни были, могло бы из
года в год и из века в век обмениваться на определённое фикси¬
рованное весовое количество золота или серебра, как можно было
бы предполагать, исходя из существующей в настоящее время
системы. Эти металлы могут становиться всё более и более ред-
кими в сравнении со всей массой продуктов промышленности, что
вероятнее всего может случиться; или же можно предположить,
что они будут всё более и более обильными, чего, по-моему, нет
основания ожидать. Отсюда поэтому следует, что если придер¬
живаться теперешнего способа исчисления денег в фунтах, шил-
лингах и пенсах — а я не вижу серьёзных оснований для изме-
нения его,— то окажется совершенно невозможным, чтобы
1 шилл.> будучи 1/40 частью фунта фиксированной стоимости,
мог вечно сохранять свой фиксированный вес так же, как не мо-
жет быть неизменным количество хлеба, вина, угля, баранины,
которое можно получить от времени до времени в обмен на
фунтовую банкноту фиксированной стоимости. Стоимость
предлагаемой рабочей банкноты по самой своей природе обес-
печена от изменений. Следовательно, вес 1/80 части такой банк¬
ноты в серебре должен равняться точно 1/80 весового количества
серебра, могущего быть полученным в обмен за неё, как бы
велико или мало это количество серебра ни оказалось. То же
самое верно по отношению к золоту. Ныне употребляемые
серебряные монеты суть маленькие серебряные бессмыслицы,
на каждой из которых мог бы по праву быть оттиснут девиз
«ложное притязание», так как нет и никогда не может быть того,
чем монета претендует быть, а именно — нет вещи с неизмен-
ной стоимостью.
Но, прежде чем я укажу, как должна и может быть исполь¬
зована монета, чтобы во всех случаях, в которых она применяется
или может быть применена, она выполняла свою функцию споро
и бесперебойно как правильно сконструированная и хорошо со¬
держимая машина, следует вкратце рассмотреть одно из сделан-
ных уже предложений.

ВЕРНОЕ СРЕДСТВО ПРОТИВ БЕДСТВИЙ НАРОДОВ
2S9
Как было уже указано, помимо того, что правительство
должно было бы согласиться принимать рабочую банкноту,
стоимость которой предварительно определяется с его согла-
сия в уплату налогов, помимо того, что рабочая банкнота должна
была бы быть законным платежным средством при уплате по
всем существующим требованиям и обязательствам, все банки
должны быть отныне освобождены от обязательства оплачивать
свои банкноты фиксированным количеством золота. При этом
банкам предоставляется на выбор оплачивать свои банкноты либо
рабочими бумажными деньгами, либо золотом по его рыночной
цене в рабочих деньгах, что на самом деле одно и то же. Было бы
поэтому необходимо при введении рабочей банкноты в общее
обращение изъять всю массу серебряной и медной монеты во всей
стране и заменить ее серебряной и медной монетой, основанной
на рациональном принципе. Т. е. в случае, если бы шиллинг —
,/г0 рабочего фунта — оказался тяжелее или легче нашего со¬
временного шиллинга, что весьма вероятно, то существующие
монеты должны были бы быть изъяты. Ибо если предположим,
что новая чеканка серебра будет применяться лишь частично и
что новый шиллинг будет несколько легче теперешнего, то, по¬
скольку новый шиллинг будет пущен в обращение на рынке на-
равне с прежним, все старые монеты немедленно исчезнут ввиду
явной выгодности их накопления. То же самое верно и по отно-
шению к меди. Вот почему должна быть заново произведена че¬
канка монеты во всех трёх королевствах и притом одновременно с
открытием меновых складов для продажи товаров публике.
Система работы монетного двора должна быть, следовательно,
изменена или, по крайней мере в связи с организацией фабрик и
магазинов, должен быть учреждён специальный монетный двор,
к определению деятельности которого я сейчас перехожу.
Допустим, что начальник монетного двора наравне с другими
начальниками фабрик и управляющими обеспечен строениями,
оборудованием и аппаратурой для ведения своего предприятия
(которое в своей деятельности ничем принципиально не отличает¬
ся от любой обыкновенной фабрики) и что он имеет на этой ста-
дии в своем распоряжении на 25 млн. стерлингов в слитках (пред¬
полагаемый излишек авансированного правительством фонда,
одна половина которого, по нашему предположению, уже израс¬
ходована на приобретение строений, оборудования и т. д.).
Тогда начальник монетного двора должен действовать сле-
дующим образом:
Публике должна быть предварительно объяснена природа
рабочей банкноты. Все, кого это касается, должны быть постав¬
лены в известность, что впредь как для платежа всем лицам, за-
нятым на предприятиях меновой системы, так и для покупки всех
товаров и материалов, подлежащих использованию и перера-
270
ДЖОН ГРЕЙ
ботке в указанных предприятиях, будут употребляться рабочие
деньги. Должно быть объяснено, что плата, которую должен
получать средний рабочий, всегда будет составлять столько-то, а
следовательно, рабочая банкнота должна по необходимости рас¬
поряжаться такой-то определённой долей продукта его труда
или, поскольку банкнота является законным платёжным сред-
ством во всех других покупках, эквивалентным трудом среднего
рабочего, работающего где бы то ни было и доставляющего про-
дукт своего труда на рынок. Затем начальник монетного двора
должен предложить определённую сумму, скажем 1 млн. рабо¬
чими деньгами, за наибольшее количество чистого золота, кото¬
рое какой-либо контрагент даст в обмен на такую сумму в опре-
делённый срок. Другой миллион рабочими деньгами он даст за
наибольшее количество чистого серебра, которое какой-либо
контрагент даст в обмен на них; подобным же образом несколько
тысяч фунтов, предположим 10, он предложит за наибольшее
количество меди, которое может быть получено в обмен на эту
сумму. Каждый контрагент, конечно, должен представить над¬
лежащее обеспечение правильного выполнения своего обяза¬
тельства.
Первые публичные торги этого рода, несомненно, вызвали бы
смущение. Они дали бы торговцам кредитом новый и любопыт¬
ный объект для размышления. Проблема, которую им пришлось
бы решать, была бы такова: если я даю столько-то золота, сереб¬
ра или меди за однофунтовую банкноту теперь, то какова может
быть покупательная сила этой банкноты впоследствии, т. е. в
период, когда я предполагаю закончить свою операцию, и что
будет представлять большую стоимость для меня: то, что я пред¬
полагаю дать, или то, что я, вероятно, получу? Если я могу воз-
местить стоимость, которой я лишаюсь, с помощью меньшего
количества рабочих банкнот, чем я получаю в обмен на неё, то
я выигрываю разницу; но если, для того чтобы возместить эту
стоимость, я принуждён буду дать больше рабочих банкнот, чем
я получаю, то я тогда разницу теряю.
Я допускаю, что вначале это было бы трудным вопросом, но
при каждом последующем случае он становился бы всё менее
и менее запутанным, потому что стоимость золота, серебра и
меди в рабочих деньгах очень скоро стала бы столь же и даже
более устойчивой, чем стоимость булки.
Когда контракты заключены, начальник монетного двора
получает определённое количество золота, серебра и меди, упла-
тив за него чеком на меновой банк, причём на сумму этого чека
он дебитуется банком. Тогда он должен поступить следующим
образом.
После установления веса серебра он делит количество послед-
него, полученное в обмен на 1 млн. рабочими деньгами, на'4 млн.
ВЕРНОЕ СРЕДСТВО ПРОТИВ БЕДСТВИЙ НАРОДОВ
271
частей для получения пятишиллинговых монет, на 8 млн. частей
для полукрон, на 20 млн. частей для шиллингов, на 40 млн. частей
для шестипенсовиков или на 60 млн. частей для четырёхпенсовых
монет. Короче говоря, принципом, по которому должно быть
произведено его деление, было бы распределение всего весового
количества серебра между различными наименованиями монет,
которые были перечислены.
С медью начальник монетного двора делает то же самое, что
и с серебром: количество, полученное за каждый рабочий фунт,
делится на240 частей для пенсов и на 480 частей для полупенсов г
таким образом, мы будем иметь кроны, полукроны, шиллинги,,
шестипенсовики, четырёхпенсовики, пенсы и полупенсы, к ко-
торым можно прибавить фартинги, точно так же как мы имеем в
настоящее время. Вопрос о том, каков в то или иное время вес
этих монет, не имел бы ни малейшего значения. Их вес может
остаться тот же, что и в настоящее время, он может быть больше
или меньше, даже вдвое или вчетверо, тем не менее не было и
никогда не могло бы быть никакого обесценения денег, так же
как и никакого увеличения их стоимости, даже если бы вес шил¬
линга удвоился. Золото, серебро и медь могут, правда, повышать¬
ся или падать в цене, и это, несомненно, от времени до времени
будет иметь место. Но эти металлы совсем не деньги. Что касает¬
ся серебра и меди, то они являются товарами, наиболее удоб¬
ными для деления их на мелкие куски, для мелких сделок и
уплаты шиллингов и пенсов при более крупных платежах. И как
бы ни смущались общественный предрассудок и общественное не-
вежество при первом виде монет с меняющимся весом и фикси-
рованным наименованием, возражения против них были бы с
самого начала обречены на неуспех. Так как принцип, на основе
которого был бы произведён выпуск этих монет, правилен,
публика очень скоро признала бы его таковым; тем более
что перемена не причинила бы никому ни малейшего не¬
удобства.
Когда достаточное количество серебряной и медной монеты
будет изготовлено монетным двором согласно указанному мною
принципу, она будет готова для выпуска в обращение и может
быть немедленно получена в монетном дворе в обмен либо на
рабочие банкноты, либо на равные весовые количества серебра
и меди в форме ли старой монеты или в иной форме. И, таким
образом, новая монета была бы введена в общее пользование по
всей стране.
После первого выпуска новой серебряной и медной монеты
случилось бы, очевидно, одно из трёх: цена материала новой
монеты (я буду здесь говорить только о серебре) либо повыси¬
лась бы, либо упала в сравнении с ценой в период первой чеканки,
либо не случилось бы ни того, ни другого. Но, как было уже
272
ДЖОН ГРЕЙ
отмечено, изменение стоимости серебра с значительно большей
вероятностью имело бы место вскоре после первой чеканки, чем в
какой-либо последующий период. Возьмём, следовательно, три
случая и посмотрим, что потребовалось бы сделать в каждом из
них.
I. Если бы цена серебра не изменилась, т. е. если бы рабочая
банкнота продолжала покупать то же самое весовое количество
его, что и вначале, тогда не потребовалось бы никакого изме-
нения веса будущих серебряных монет. Их следовало бы чека¬
нить того же веса, что и первоначально, но во всё возрастающем
количестве, поскольку они нужны были бы для удовлетворения
текущего спроса на них; причём у монетного двора всегда был бы
запас монет для обмена либо на рабочие банкноты, либо на рав¬
ные весовые количества золота, смотря по тому, что потребова¬
лось бы.
П. Если бы с течением времени серебро повысилось в цене в
-сравнении с его ценой во время первого выпуска серебряной
монеты, был бы необходим новый контракт. Эти контракты
должны быть достаточно крупными, чтобы устранить, насколько
возможно, незначительные и ничтожные колебания. Итак, мы
предположим, что теперь за 1 млн. рабочих денег получается
меньшее весовое количество серебра, чем в первом примере. От¬
сюда следует, что теперь должно быть повторено то, что было
сделано в первый раз. Полученное весовое количество серебра,
каково бы оно ни было, должно быть разделено на 20 млн. частей
для получения шиллингов и в соответствующей пропорции для
остальных монет. После того как это сделано, монетный двор
должен немедленно выдать равные весовые количества новых
монет за равные весовые количества старых. Но, поскольку ста¬
рые монеты несколько тяжелее, чем новые, каждый крупный
держатель серебряной монеты выгадал бы определённое коли¬
чество монет при обмене, и так как цена других товаров не была
бы затронута этим ходом дел, то каждый держатель выгадал бы
стоимость всех тех предметов, которые он мог бы купить за полу¬
ченные добавочные монеты,— обстоятельство, имеющее не больше
значения с общественной точки зрения, чем то, что теперь хлеб,
вино, сахар, чай и многие другие товары бывают то дороже, то
дешевле. И было бы не больше соблазна накоплять серебро со
спекулятивной целью, чем теперь накоплять какой-либо из обык-
новенных предметов торговли. В действительности соблазна было
бы меньше, так как колебания стоимости серебра вскоре стали бы
совершенно ничтожными, и их легче было бы предвидеть, не¬
жели колебания стоимости таких вещей, как чай, кофе, сахар и
большая часть объектов теперешней спекуляции.
III. Третья возможность — та, что серебро упало бы в цене,
т. е. с течением времени за рабочую банкноту стали бы давать
ВЕРНОЕ СРЕДСТВО ПРОТИВ БЕДСТВИЙ НАРОДОВ	273
больше, а не меньше серебра по сравнению с количеством, ко¬
торое можно было получить за нее вначале. Тогда, в случае
заключения нового договора на покупку серебра, новые сереб¬
ряные монеты каждого наименования должны были бы чека¬
ниться соответственно тяжелее, поскольку за 1 млн. рабочих
денег было бы получено большее весовое количество его, чем
прежде. В этом случае все были бы вправе отказываться от се¬
ребра прежней чеканки и требовать новой во всех денежных
сделках друг с другом. Таким образом, если в предыдущем при-
мере все держатели серебра пожелали бы передать свои монеты
монетному двору для обмена на новые, учитывая, что таким об-
разом они могли бы выиграть, поскольку они получили бы изли-
шек новых монет в обмен на старые, то теперь все лица принуж¬
дены обменять их подобным же образом на равное весовое коли¬
чество новых монет, хотя они потеряли бы в числе; ибо публика
не соглашалась бы более брать старые монеты по их полной номи¬
нальной стоимости.
С чеканкой меди должно было бы быть проделано в точности
то же самое, что и с чеканкой серебра.
В работе подобного рода необходимо стараться выяснить все
пункты, устранить всякую трудность и в некоторых случаях
предупреждать такие препятствия, которые на деле никогда и
не возникнут, дабы выяснить действие защищаемого нами прин¬
ципа при всех возможных вариантах. Но, практически говоря,
от выпуска монет фиксированного наименования и меняющегося
веса не возникло бы ни малейших трудностей или неудобств.
Серебряные монеты были бы законным платёжным средством лишь
до 20 шилл., а медные — до 1 шилл. Изменения их веса в
каждый данный период времени были бы совершенно незначи¬
тельны. И эти изменения после первого раза происходили бы с
большими интервалами, причём они причиняли бы мало беспо-
койства или неудобства; тем более что изменения, о которых я
говорил, совсем не должны бы иметь места в отношении золотой
монеты, а только в отношении серебряной и медной. В последнем
случае мало вероятно, чтобы люди были заинтересованы в спе-
куляции на маленькую разницу между действительной и номи¬
нальной стоимостью монеты, законная платёжная сила которой
ограничена 1 шилл.
Я предложу здесь, однако, очень простой способ, при по¬
мощи которого можно было бы во всякое время мгновенно рас¬
познавать существующую стоимость серебряной монеты (а в слу-
чае надобности и медной). Под существующей стоимостью я
подразумеваю стоимость в данный период в отличие от преды-
дущего, причём цель состояла бы в том, чтобы монета недостаточ-
ного веса не сходила за монету законного веса. Этот способ за¬
ключается просто в том, чтобы нумеровать каждый отдельный
274
ДЖОН ГРЕЙ
выпуск монет всякий раз, как будет иметь место изменение их
веса. Допустим, что сейчас имеет место выпуск всех пяти различ-
ных видов серебряной монеты. На оборотной стороне этой монеты
должен быть отчётливо обозначен № 1. Этим номером будем
пользоваться, пока не произойдёт изменение в весе. Как только
произойдёт изменение в весе, в сторону ли увеличения или умень-
шения, пусть следующий и все дальнейшие выпуски обознача¬
ются № 2 до тех пор, пока дальнейшее изменение веса не потре-
бует перехода к новой нумерации и т. д.
Однако я полагаю, что старые монеты предлагались бы вместо
новых в очень редких случаях; ибо, если мы не найдём способа
значительно более быстрой добычи серебра, чем в настоящее
время, то, вероятно, монета последних чеканок будет обычно
наиболее легковесной, так что старая, конечно, исчезла бы из
обращения, поскольку изъятие ее всегда было бы выгодно. Однако
в случае если бы имели место изменения другого рода, т. е. если
бы новые серебряные монеты стали когда-либо тяжелее, чем их
предшественники, отчётливые номера, которые я предлагаю,
сделали бы обнаружение старой монеты делом одного мгновения.
Если, например, № 2 заменил бы № 1, то никто не брал № 1,
если бы № 2 был более тяжёлым.
Теперь мы подходим к последней части вопроса — к золоту.
Применение золотой монеты для обыкновенных нужд внутреннего
обмена не более рационально, чем желание домашней хозяй¬
ки употреблять для домашних целей только золотые горшки и
кастрюли, хотя железная или оловянная посуда в той же мере
или даже лучше соответствует своему назначению.
Когда мы примем рациональный метод обмена одной вещи на
другую, тогда отпадёт какая бы то ни было необходимость в
золотых деньгах крупнее 10 или 20 шилл. Бумага с любой точки
зрения бесконечно лучше. Бумага может быть сделана мерой
стоимости, золото — никогда. Причём по сравнению с золотом
бумага удобнее, легче, меньше подвержена просчётам; несрав¬
ненно труднее подделать хорошо спроектированную и изготов¬
ленную банкноту, чем подменить золото менее благородным ме-
таллом настолько ловко, чтобы обмануть публику. Я не вижу
поэтому никакой пользы в нынешней золотой монете. Но если бы
в связи с рабочей банкнотой должны были употребляться золо¬
тые монеты стоимостью в 10 и 20 шилл., то всё, что я сказал о
серебре, применимо в равной мере и к золоту. Нет никакой раз¬
ницы между обоими случаями. Монеты должны меняться в весе в
соответствии с ценой золота на рынке, причём принцип и порядок
таких изменений уже определены тем, что было сказано о серебре.
Я, однако, решительно подчёркиваю, что, по моему мнению, нам
было бы бесконечно лучше без каких бы то ни было подобных
золотых игрушек.

ВЕРНОЕ СРЕДСТВО ПРОТИВ БЕДСТВИЙ НАРОДОВ
275
Для целей внешней торговли, эмиграции, накопления и не-
которых других была бы весьма полезна монета, состоящая из
унции золота, носящая такой штамп, какой обычно ставится на
монетах для того, чтобы удостоверить одновременно их пробуй
вес. Подходящим наименованием для такой монеты было бы,
смотря по обстоятельствам, «королева» или «король». Она не
очень снашивалась бы от трения о другие монеты в карманах
мужчин или женщин. Злоупотребления Ист-Смитфильда не
могли бы так легко совершаться и оставаться, как теперь, нера¬
зоблачёнными. Я имею в виду хорошо известный способ фаб-
рикации золотого песка. Мало кто стал бы легкомысленно при¬
нимать монеты такого рода. Они стоили бы того, чтобы при
получении в уплату за какую-либо вещь их позаботились бы взве-
сить. Их обычно перевозили бы с места на место в упаковке, рас-
считанной на предохранение от трения и ущерба какого бы то
ни было рода.
Стоимость этих монет в рабочих деньгах должна быть уста¬
новлена таким же способом, как и стоимость серебра, а именно
путём контрактов, причём должны были бы предлагаться круп¬
ные суммы, например 1 млн. рабочими деньгами за наибольшее
количество унций золота, которое будет дано в обмен в течение
установленного периода. Разделите 1 млн. рабочих денег, выра¬
женный в его наименьших долях, т. е. в фартингах, на число
унций полученного золота, и вы получите цену унции золота в
рабочих деньгах.
Эти монеты, как и подобные им монеты из серебра (унции
серебра), которые могли бы быть названы «ноблями», должны
быть товаром, продаваемым на монетном дворе по своей стои¬
мости в рабочих деньгах на основании того же самого принципа,
как любой другой продаваемый на рынке предмет. Цена этих
«королев» и «ноблей» в рабочих деньгах служила бы показателем,
с помощью которого иностранные торговцы и другие лица были
бы в состоянии сравнивать в определённых количествах золота и
серебра цену товаров на нашем рынке с ценой их на других
рынках.
После того как с помощью указанного мною способа, а именно
путём договоров на крупную сумму, было бы определено, ка¬
кова должна быть относительная стоимость рабочего фунта по
сравнению с фунтом стерлингов, 50 млн. ф. ст., первоначально
авансированные правительством — теперь частью в строениях,
частью в слитках,— должны быть немедленно переведены в кни-
гах меновых банков и монетного двора в рабочие деньги, и от-
ныне в рабочих деньгах и только в них должна была бы совер¬
шаться каждая денежная операция в королевстве и вестись каж¬
дая счётная книга.

ZIG
ДЖОН ГРЕЙ
Правильное понимание настоящей главы необходимо для
того, чтобы дать возможность читателю составить правильное
суждение о всей схеме, которую я осмеливаюсь изложить под
заглавием, не очень отличающимся скромностью притязаний:
«Верное средство против бедствий народов».
ГЛАВА III
О фабриках и складах.— Несколько общих замечаний о внешней
торговле.
Теперь мы должны представить себе, что большое число фаб-
рик различного рода готово к работе, т. е. они построены или
куплены и снабжены всем необходимым оборудованием и ин¬
струментами для наилучшего функционирования, но на этой
стадии не имеют пока каких бы то ни было материалов, под-
лежащих переработке в годные для продажи товары. На каждой
фабрике назначен управляющий, и в его распоряжении имеются
принятые им самим необходимые служащие и помощники и, на-
конец, рабочие, готовые привести предприятие в действие.
Тогда управляющий немедленно начинает приобретать для
своего предприятия всякого рода материалы. В первый раз он
покупает их на деньги, которые берёт в случае надобности из
менового банка, в дальнейшем же, смотря по обстоятельствам,
он либо покупает эти материалы, как и вначале, либо они ему
передаются без платежа другими фабриками или складами. Он
также берёт деньги из банка для того, чтобы еженедельно платить
заработную плату своим рабочим и в установленные периоды —
жалованье своим служащим и помощникам, равно как и самому
себе.
Нанимая рабочих, он должен иметь в виду, что базисом вся¬
кого соглашения должен быть средний уровень заработной
платы, что ни под каким предлогом он не должен давать тому,
кто справедливо может считаться хорошим средним рабочим,
ни на 1 фартинг больше или меньше в неделю, чем средний уро¬
вень заработной платы, фиксированный агентами, и что в каждом
случае, когда он будет давать больше или меньше такой заработ¬
ной платы, в книге, содержащей список его рабочих, должно
быть вкратце отмечено основание, по которому будет сделано
такое изменение. Эта книга, равно как и все другие его счётные
книги, должна всегда быть открыта для просмотра и периодиче-
ски должна просматриваться компетентными лицами, которые
для этой цели назначаются торгово-промышленными агентами.
Определённые категории производств, требующие рабочих
ниже среднего уровня по искусству или трудолюбию, должны
платить своим рабочим в среднем немного меньше, чем общий
ВЕРНОЕ СРЕДСТВО ПРОТИВ БЕДСТВИЙ НАРОДОВ	277
средний уровень заработной платы. Но все работы, рассматри-
ваемые как заслуживающие большей или меньшей оплаты, чем
средняя, должны быть определены агентами, а не самими на¬
чальниками фабрик. Размеры таких отклонений в каждом слу-
чае также должны быть установлены агентами. Отклонения,
установленные в какой-либо профессии, должны распростра¬
няться на все фабрики меновой системы в королевстве, занимаю-
щиеся этим делом.
Принцип, на основании которого эти отклонения должны бы¬
ли бы иметь место и на основании которого они действительно
имеют место в настоящее время, достаточно разъяснён д-ром
Адамом Смитом, которого я цитировал по этому вопросу в моей
предыдущей работе. Но если и не детализировать всех основа-
ний, которые могут быть приведены, то достаточно очевидно, что
50 обыкновенных рабочих, занятых, например, определённое
число часов на чугунолитейном заводе, испытывающих всю тя¬
жесть работы в жаре и страдающих от таких условий работы,
должны по справедливости получать более высокую заработную
плату, чем 50 других рабочих, работающих в менее тяжёлых или
неприятных условиях, каковы, например, условия работы
ткача, печатника, наборщика или переплётчика. Число часов
■ работы в неделю, равно как и средняя заработная плата в каждом
виде производительного труда, должны также фиксироваться
агентами в каждом соответствующем подразделении производи¬
тельной деятельности.
От начальников фабрик затем потребуется, чтобы они над-
лежащим образом заботились об основном капитале, вверенном
их попечению,—о зданиях и оборудовании; следили бы за
тем, чтобы за среднюю заработную плату привлекать подходя-
щих работников средней квалификации и чтобы труд тех рабо-
чих, которые будут оплачиваться выше или ниже среднего,
также соответствовал оплате; следили бы за тем, чтобы все рабо-
тающие под их начальством выполняли свои обязанности; добы¬
вали бы материалы, необходимые для работы их предприятий;
проявляли бы максимальное искусство и бдительность в выпол-
нении этого; регулярно вели бы книги и счета по единообразному
плану, указанному им агентами; передавали бы все произве¬
дённые ими товары в назначенный для них магазин или склад,
или любому другому предприятию меновой системы по его тре-
бованию; нанимали бы всякого рода людей, которые могут им
понадобиться, и увольняли бы тех, без кого они могут обой¬
тись; и, наконец, брали бы деньги из менового банка для выдачи
заработной платы рабочим и жалованья себе самим и своим по-
мощникам. При этом периодические отчёты и балансы вверенных
их попечению предприятий должны составляться в соответствии
с существующими предписаниями агентов и передаваться банку.

ДЖОН ГРЕЙ
О всяком затруднении или необычном событии какого бы то ни
было рода, вызывающем необходимость совета или инструкции,
всегда должно быть быстро сообщено агентам, по отношению к
которым управляющие фабриками всегда должны быть на поло-
жении приказчиков.
Характер расчётов между управляющими фабрик и банков
будет надлежащим образом объяснён.
Товары, которые должны производиться, необходимо отно¬
сились бы к одному из двух родов. Они состояли бы или из ма-
териалов для какой-либо другой отрасли производства, как
хлопчатобумажная или льняная пряжа, подлежащая впослед-
ствии превращению в ткань, или из готовых товаров, пригод-
ных для рынка, как куски шерстяной, льняной или бумажной
материи. Но в связи с предложенной системой обмена здесь нет
практического различия, потому что обе категории товаров сбы¬
вались бы их производителями одинаковым образом; причём все
без исключения передавались бы на соответствующий склад или
же другим предприятиям меновой системы. Никакие товары не
должны продаваться управляющими кому бы то ни было.
Управляющие фабриками были бы, таким образом, поставлены
в положение, очень похожее на то, в котором находятся теперь
многие из тех, кто либо всецело занят обслуживанием одного
или двух торговых домов, забирающих все производимые ими то¬
вары, либо же является слугой капиталиста, нанятым для веде-
ния определённых предприятий в интересах нанимателя, перед
которым он ответственен за свой образ действий и от которого
получает заработную плату, соответствующую оценке его услуг.
Положение управляющего было бы высокопочтенным и весьма
выгодным, причём в то же время оно было бы весьма независи-
мым. Каждый управляющий руководствовался бы во всех своих
поступках твёрдыми правилами и существующими предписа-
ниями. Он был бы ограничен в своих действиях не волей какой-
либо отдельной личности, но лишь общественным учреждением.
Он был бы свободен в своих сделках от всякого риска. Его обя¬
занности, как бы они ни были важны, были бы легки благодаря
крайней их простоте и регулярности. Его положение было бы
почти в точности таким, как положение теперешнего управляю-
щего акционерным банком, страховой конторой или другой ком-
панией. Поскольку оно доставляло бы щедрое вознаграждение,
то каждая открывшаяся вакансия вызывала бы большое соревно-
вание. Поэтому всегда можно было бы найти вполне компетент-
ных лиц для занятия этих важных должностей.
В одном отношении положение управляющего предприятием
меновой системы было бы бесконечно более приятным, чем по-
ложение обыкновенного человека, занятого таким же делом в
настоящее время. Он был бы свободен от тяжёлой необходимости
ВЕРНОЕ СРЕДСТВО ПРОТИВ БЕДСТВИЙ НАРОДОВ
279
кредитовать и отказывать в кредите — необходимости, которая
является, быть может, одной из наиболее тягостных обязанно¬
стей, могущих выпасть на долю добросовестного человека, вы-
полняющего крупные операции по поручению других лиц. Фаб¬
рики и склады имели бы друг у друга неограниченный кредит в
одном смысле и никакого — в другом. Каждый промышленник
или управляющий предприятием должен был бы передавать
товары без ограничения в отношении количества или стоимости
по требованию какого-либо другого промышленника или управ-
ляющего складом. Но он это делал бы в соответствии с сущест¬
вующими предписаниями его нанимателей, причём в результате
никогда не оказалось бы сомнительных долгов. Такая передача
товаров была бы по существу простой пересылкой их с одного
склада на другой, в условиях когда оба склада являются соб¬
ственностью одной и той же компании предпринимателей. Мошен¬
ничество, кража могли бы иметь место на предприятиях меновой
системы и складах, равно как и в других; но система организа-
ции производства и обмена крайне затруднила бы всякое мошен¬
ничество. Кредит же в собственном смысле слова и, следователь-
но, сомнительные долги были бы совершенно исключены.
Кажется, ничего больше не остаётся сказать по этому воп¬
росу, за исключением того, что предприятие какого-либо рода,
будучи однажды пущено в ход, должно непрерывно и регулярно
производить определённое постоянное количество товаров, как
ему первоначально было предписано агентами, до тех пор, пока
не получит от них указаний о расширении или сокращении про¬
изводства или изменении рода или качества продукции.
Магазины или склады. Управление этими това¬
рохранилищами мало отличалось бы от управления обыкновен¬
ными оптовыми фирмами, существующими теперь в Лондоне и
в других местах, за исключением того, что за все товары, которые
были бы куплены у них, неизменно требовалась бы уплата день¬
гами до вручения их покупателям. Эти склады были бы как раз
вместилищами товаров, готовых для рынка, и торговым центром,
на котором должны были бы совершаться все покупки товаров
меновой системы.
Их местоположением должны были бы быть Лондон, Дублин,
Эдинбург и главные морские порты по всему королевству. В каж-
дом из этих городов, равно как, может быть, в немногих других
местах, должен быть сооружён и приспособлен для приёмки и
продажи товаров обширный ряд складов. При этом в каждом из
фабричных городов должен быть учреждён один склад очень
большого размера для приёмки и продажи особого рода товаров,
производимых там, как, например, хлопчатобумажный склад
в Манчестере, склад ножевых изделий в Шеффильде, льняной
склад в Бельфасте и т. п.

280
ДЖОН ГРЕЙ
Цена товаров, продаваемых на меновых складах, составля¬
лась бы из стоимости материалов и заработной платы за труд,
затраченный на их производство, плюс процент, признанный
достаточным для возмещения всех расходов на жалованье, слу¬
чайные нужды, убытки от обесценения запасов, от снашивания
строений, оборудования и прочего основного капитала, и, на-
конец, плюс установленная надбавка, которая должна обеспе-
чить постепенный рост капитала меновой системы и тем самым
расширить сферы ее операций до наибольших желательных пре-
делов.
С прибавлением к стоимости труда и материалов, затрачен-
ных на товары, указанного процента, норма которого должна
быть установлена торгово-промышленными агентами и который
в силу соответствующих причин по некоторым категориям това-
ров может быть выше, чем по другим, мы получим их оптовую
продажную цену; все лица, подходящие под понятие оптовых
покупателей, должны получать в меновых складах в обмен на
рабочие деньги по этой цене все товары, которые им могут пона¬
добиться. Лица, нуждающиеся в рабочих деньгах, могут полу¬
чить их в любом количестве на монетном дворе в обмен на их
эквивалент в золотой или серебряной монете или в слитках, или
же, не обращаясь непосредственно на монетный двор, через по¬
средство любого лица, выполняющего операции для менового
банка.
Купленные таким образом товары могут быть немедленно
использованы, экспортированы или проданы в розницу публике
обычным способом, причём их розничная цена регулируется,
как и в настоящее время, конкуренцией между продавцами.
И так как розничная отрасль торговли имела бы во всех отноше-
ниях тот же обычный и повседневный характер, к которому мы те¬
перь привыкли, то о ней, кажется, нечего больше сказать. Дей-
ствие правил и предписаний меновой системы, цель которых —
фиксировать стоимость денег и сделать производство причиной
спроса, оканчивается в оптовых складах. Вышедшие из них
однажды товары становятся собственностью каждого, кому за-
благорассудится их купить, и они могут быть употреблены или
присвоены любым способом. Однако, для того чтобы избежать
какого бы то ни было ошибочного представления насчёт неизмен-
ности равновесия между спросом и предложением, следует за-
-метить, что если какой-либо розничный продавец продаст товары
меновой системы, стоящие ему только 90 ф. ст., за 100 ф. ст., то
тем не менее вся сотня должна быть израсходована на складах,
для того чтобы из них могли быть извлечены товары, стоящие
100 ф. ст. по ценам меновой системы.
Полагаем, что здесь не меньше, чем где-либо, уместно будет
сказать несколько слов по вопросу о внешней торговле.

ВЕРНОЕ СРЕДСТВО ПРОТИВ БЕДСТВИЙ НАРОДОВ
281
Желая показать, каким образом масштаб стоимости может
надёжно и постоянно покоиться на прочном и незыблемом фун-
даменте, я старался избегать лишних умствований и ограни¬
чился изложением своего плана, исходя из внутренних отно-
шений. Теперь легко будет определить характер внешних
операций.
В известном смысле каждый необходимый или полезный пред-
мет, за исключением того, что мы создаём трудом наших соб-
ственных рук, является для нас чуждым. Для сапожника каж¬
дая вещь, за исключением сапог, является чуждой. Даже ко¬
жевенный материал, из которого он делает сапоги, хотя он может
состоять из кожи телят, вскормлённых в его собственном округе,
столь же чужд для него, как самые удивительные экзотические
продукты отдалённой страны. В качестве сапожника он в одина¬
ковой мере не способен произвести ни того, ни другого. Когда он
в этих вещах нуждается, ему приходится их покупать.
Точно так же все предприниматели должны покупать все
те материалы, какие им могут понадобиться для ведения своих
предприятий, везде, где они могут добыть их наиболее дёшево.
И наш взгляд на их положение станет очень ясным, если мы все
товары, за исключением тех, которые они сами производят, бу-
дем рассматривать как чуждые по отношению к ним.
Человек может двумя способами получить посредством об-
мена то, в чём он нуждается. Он может дать непосредственный
продукт своего собственного труда, как, например, пару сапог
за кусок кожи; или же, поскольку торговец кожей может не нуж¬
даться в сапогах, сапожник может продать свои сапоги за ка¬
кой-либо предмет, который торговец кожей согласен взять в
обмен на свой товар. Предмет, который охотнее всего принимает¬
ся, есть деньги, посредством которых каждый в состоянии поку¬
пать всё то, что он считает нужным.
Итак, промышленникам меновой системы потребовались бы
материалы для пуска своих предприятий. Эти материалы, будь
то иностранные или отечественные, всегда можно было бы купить
на рабочие деньги, которые, будучи законным платёжным сред-
ством во всей стране, дали бы их обладателю средства получать
любой товар или услугу, какие ему могут понадобиться. Если бы
получатель денег предъявил их какому-либо меновому складу,
то последний снабдил бы его любыми предметами, произведён¬
ными на предприятиях меновой системы, или если бы ему не
нужно было ни одной из таких вещей, то он мог бы получить
золото или серебро по их курсу в рабочих деньгах.
А так как предприятия меновой системы не производили бы
ни золота, ни серебра и так как эти металлы постоянно требова¬
лись бы в обмен на рабочие банкноты, находящиеся в обращении,
то ясно, что в обмен на них должны были бы давать те или иные
282
ДЖОН ГРЕЙ
товары. Но, как я указал раньше, не имеет значения, много или
мало золота или серебра может быть получено в обмен на другие
товары, при том, конечно, условии, что делается надлежащее
усилие получить их столько, сколько кто-либо согласится дать;
ибо если за товары дают много золота и серебра, то результат
только тот, что золото и серебро не дороги по отношению к рабо-
чим деньгам. Если же в обмен на товары дают всё меньше и меньше
золота и серебра, то, очевидно, золото и серебро повышаются
в цене,— обстоятельство, не имеющее никакого существенного
значения, ибо если в обмен на драгоценные металлы из меновых
складов регулярно требуется большое количество продуктов
человеческого труда, то совершенно очевидно, что те же самые
драгоценные металлы в свою очередь будут распоряжаться
большим количеством необходимых фабрикам товаров незави¬
симо от того, будут ли эти товары продуктами отечественного или
иностранного происхождения.
Двух примеров будет, вероятно, достаточно для иллюстра-
ции уже изложенного нами вопроса о внешней торговле. Среди
предприятий меновой системы в числе других имеются, предпо-
ложим, предприятия по дублению кож, причём выделанные кожи
передаются какому-либо из больших меновых складов. Сами
кожи первоначально являются собственностью мясников, ко¬
торые продают их управляющим кожевенными заводами за
рабочие деньги. Деньги же эти, будучи законным платёжным
средством, доставят мяснику рогатый скот и овец, он оплатит
ими ренту и налоги, купит для себя пищу, одежду и мебель,
оплатит заработную плату своих слуг. Короче говоря, он сделает
на них всё то, что делают для него в настоящее время билеты
Английского, Ирландского или Шотландского банков. Он, сле-
довательно, не стремится превратить рабочие деньги, которые
получает в уплату за свои кожи, в золото или серебро, так как,
очевидно, ему незачем это делать.
Но в числе предприятий меновой системы будут также пред-
приятия по окраске сукна, где многие из средств производства
являются продуктами чужих стран. Итак, хозяин красильни
платит своему поставщику, как и дубильщик, рабочими банк¬
нотами. Но импортёру красок может оказаться необходимым за¬
платить за свой товар золотом или серебром. Следовательно,
зная наперёд, какое весовое количество этих металлов он может
добыть за каждый рабочий фунт, и зная также относительную
стоимость этих металлов и его красок на рынке, где он их до-
стаёт/он, конечно, договорится о такой цене на свои товары в
рабочих деньгах, которая даст ему возможность реализовать в
результате своих операций соответствующую прибыль. Иначе
говоря, он позаботится о том, чтобы количество рабочих денег,
которое он должен получить в обмен на свои краски, было бы до¬
ВЕРНОЕ СРЕДСТВО ПРОТИВ БЕДСТВИЙ НАРОДОВ
283
статочно для того, чтобы купить на монетном дворе меновой
системы золота больше, чем потребуется для того, чтобы снова
произвести краски, которые он теперь реализует, причём разница
между обеими суммами образует его прибыль.
Часто простая вещь требует многих разъяснений — факт, с
которым почти всегда сталкиваются те, кому приходится давать
письменные инструкции относительно способа выполнения ка¬
кого-либо весьма простого дела. В действительности то, что я
сейчас пытаюсь описать, не сложнее, если не считать самого из-
ложения , любой повседневной покупки. Золото обычно не было бы
нужно даже для производства заграничных платежей; ибо,
когда меновая система была бы понята за границей столь же
хорошо, как и внутри страны, когда стало бы известным, что мил-
лионы накопленного богатства, хранящегося в английских об-
щественных складах, суть все bona fide продукты, представи¬
телями которых являются английские бумажные деньги, и что
эти деньги в любое время могли бы ими распорядиться, то эти
деньги получили бы такое же свободное хождение у всех циви-
лизованных наций, как это было бы у нас самих.
Что касается удобства публики, то при производстве поку-
пок малых или больших не было бы никакого различия по срав-
нению с существующим в настоящее время порядком. Банк¬
ноты, равно как и серебряные и медные монеты, обращались бы
точно так же, как и в настоящее время. В то время как между
старым и новым способами было бы большое различие в прин-
ципе, на основе которого совершаются сделки,— в самом акте
покупки или продажи не было бы заметно никакого изменения.
Однако существовало бы то не лишённое значения различие,
что если в настоящее время повышение стоимости золота, на-
пример на четверть, понизило бы совокупную цену товаров на
25% и довело бы десятки тысяч людей до разорения, то при мере
стоимости, основанной на принципе, который я изложил, повы-
шение стоимости золота в упомянутых размерах не затронуло
бы цены ни одного другого товара и не нарушило бы относитель-
ного положения ни одного должника или кредитора, лендлорда
или арендатора. Такое повышение было бы очень выгодно для
всех держателей самого золота как в форме монеты, так и в форме
слитков или предметов домашнего пользования или украше-
ния,— совершенно так же, как в настоящее время подобное по-
вышение стоимости какого-либо другого имущества (например,
железнодорожных акций) выгодно для его держателей. Но все
ренты, контракты и какие бы то ни было сделки покоились бы на
базисе прочном, справедливом, который не мог бы изменяться
или затрагиваться никакими случайными обстоятельствами;
ибо единственно, что могло бы нарушить эквивалентность де¬
нежной сделки, как бы ни был отдалён условленный день платежа
284
ДЖОН ГРЕЙ
это акт парламента, изменяющий среднюю цену труда (акт,
слишком явно несправедливый и чудовищный, чтобы когда-
либо быть допущенным или задуманным), или же грубое упуще-
ние, небрежность, обман при проведении закона о средней цене
труда,— вещь, которая при описанном мною порядке никогда не
могла бы случиться.
ГЛАВА IV
Несколько слов в объяснение характера взаимных расчётов.
До сих пор мы описывали план банка, монетного двора,
фабрик и складов для приёмки и продажи товаров, поскольку
все они — лишь части одного обширного торгово-промышленно-
го учреждения. Теперь желательно посмотреть, каким образом
следовало бы вести книги такого предприятия.
Этот вопрос, который частично был уже изложен, естественно
подразделяется на три части: во-первых, банковские расчёты с
начальниками фабрик и складов; во-вторых, расчёты названных
сторон с банком; в-третьих, периодические балансы в самих бан-
ковских книгах, подлежащие утверждению агентов правитель¬
ства. Почти невозможно себе представить, чтобы какие-либо
обширные расчёты могли быть больше, чем эти расчёты, свободны
от какой бы то ни было путаницы.
I. В банковском счёте, открытом управляющему фабрикой,
на дебетовую сторону будет заноситься стоимость основного
капитала, вверенного попечению управляющего, как то: зданий
и оборудования, далее все денежные суммы, переданные ему или
уплаченные по его приказу, и стоимость всех товаров, послан-
ных ему другими промышленниками меновой системы, в том
числе управляющим монетным двором, продукция которого —
монеты — должна рассматриваться так же, как товары всякого
другого рода. На кредитовую сторону этого счёта будут заноситься
суммы, уплаченные под наименованием жалованья, в отличие от
заработной платы, и стоимость товаров, переданных другим фаб-
рикам или складам, исчисленная по сумме издержек на мате-
риал и заработную плату за труд. Разница образует сумму иму¬
щества — основного капитала, товаров и денег,— остающегося в
то время в руках управляющего фабрикой.
Банковский счёт, открытый управляющему складом, был бы
в точности таким же, с той лишь разницей, что в дополнение к
дебетованию его по всем названным выше статьям он должен
также быть дебетован процентом, прибавляемым по приказу
агентов к цене товаров для покрытия издержек по поддержанию
и увеличению капитала, выплате жалованья и возможному обес-
ВЕРНОЕ СРЕДСТВО ПРОТИВ БЕДСТВИЙ НАРОДОВ
285
ценению товарного запаса. На кредитовой стороне была бы
также дополнительная статья — такое-то количество денег, воз-
вращённых банку; однако промышленникам никогда не придётся
возвращать деньги.
Необходимо сказать несколько слов по вопросу об обесцене-
нии товарного запаса. Товары, после того как они остаются в
запасе в течение некоторого времени, имеют всегда тенденцию
обесцениваться по двум различным причинам. Они могут по-
терпеть повреждение, могут быть сломаны, разбиты, как, на-
пример, стекло. Но даже товары, по природе менее подвержен¬
ные риску, чем стекло, могут потерпеть ущерб от слишком про-
должительного хранения или могут совершенно выйти из упо-
требления вследствие перемены моды или вследствие чего-либо
другого. Это — одна причина. Другая состоит в том, что мате-
риалы, из которых товары изготовлены, можно будет получать
легче, чем прежде, или же благодаря применению улучшений в
работе или лучшего оборудования их можно будет подвергать
необходимой обработке с меньшей затратой времени и труда, чем
до сих пор. Таковы естественные причины падения цены това-
ров. И когда эти причины начинают действовать, то цены на все
прежде существовавшие товары этого рода, которые окажутся в
запасе на меновых складах, необходимо должны будут пони¬
зиться до цены новых товаров. В противном случае товары вооб¬
ще никогда не будут проданы.
Для того чтобы возместить потери по обесценению, цены всех
товаров, которые окажутся слишком дороги, должны быть над-
лежащим образом снижены до их действительной цены при каж-
дом годовом балансе, который составляют начальники предприя-
тий и складов. Разница, составляющая убыток, должна быть
поставлена в кредит счёта этих предприятий в банке и проведена
также по их собственным книгам; возникший таким образом
убыток, когда бы он ни имел места, составит одну из статей, в
покрытие которой должна начисляться прибыль на все товары,
находящиеся до продажи в меновых складах.
При условии, что мы будем согласно указанному правилу
ограничивать работу предприятий меновой системы, насколько
возможно, производством неспекулятивных и не очень подвер-
женных порче товаров, размеры этого убытка должны быть не¬
значительны, тем более что вследствие повышения стоимости ма-
териалов иногда будет иметь место увеличение стоимости больших
количеств товаров в запасе. Разница между такими убытками и
прибылями была бы суммой действительных убытков или при¬
былей, возникших по указанной причине.
Читатель не преминет заметить, что этот род обесценения со¬
вершенно отличен от того, которым теперь рискует каждый тор-
говец, держащий значительный запас товаров, а именно —
286
ДЖОН ГРЕЙ
обесценения, вызванного сокращением рынка, обусловленным не
какой-либо естественной причиной, но только ныне функциони-
рующей более чем безумной системой обмена. Согласно нашему
плану хорошие новые товары или давно произведённые товары,
столь же хорошие, как и новые, никогда не могли бы подвер¬
гаться бедствию сокращения рынка по какой бы то ни было при-
чине, за исключением естественной, подобно тем, какие я уже
описал. Наиболее противоестественным и нелепым является то
положение вещей, вследствие которого сотни различных видов
товаров падают в цене только потому, что они увеличились в
количестве скорее, чем один товар, который человечество, дей-
ствующее под влиянием наиболее широко распространённого и
рокового заблуждения, когда-либо проникавшего в общество,
согласилось назвать критерием своего богатства, в то время как
критерием его этот товар в действительности никогда не был, не
является и никогда никоим образом не может стать.
И. Счета управляющих фабриками и складами, открытые ими
банку, имели бы характер, прямо противоположный счетам,
указанным выше: дебетовая сторона становится здесь кредитовой
и кредитовая сторона — дебетовой.
И это все дебиторские и кредиторские расчёты, которые су¬
ществовали бы, а именно — расчёты банка с каждым началь-
ником фабрики и склада, в том числе с начальником монетного
двора, и расчёты каждого начальника фабрики и склада с бан-
ком и только с ним. Например, начальник фабрики — А продаёт
товары В, который может быть либо другим промышленником,
либо начальником склада. При этом товары сопровождаются
фактурой, указывающей их род, качество и стоимость. Но Л
только кредитует свой собственный счёт в банке на сумму этих
товаров, в то время как, с другой стороны, В по получении их
дебетует свой собственный счёт с банком на такую же сумму; а
так как все промышленные предприятия и склады еженедельно
посылают банку сведения о движении произведённых расчётов,
то указанные статьи немедленно заносятся в дебет и кредит соот-
ветствующих контрагентов в банковских книгах. С помощью та¬
кой системы не только сохранялась бы совершенная ясность в
расчётах между всеми контрагентами при отсутствии всяких де-
биторских и кредиторских статей в расчётах между ними, но
также сохранялся бы наиболее эффективный контроль над акку¬
ратностью и честностью всех контрагентов, так как ни одно лож¬
ное сведение, касающееся передачи товаров агентами друг другу,
не могло бы оставаться неразоблачённым в банке дольше одной
недели. Но так как ни один из контрагентов не имел бы ни малей-
шего права контроля или вмешательства в дела другого, а все
были бы в равной мере независимы и ответственны только перед
банком, агентами и назначенными ими инспекторами, то всякое
ВЕРНОЕ СРЕДСТВО ПРОТИВ БЕДСТВИЙ НАРОДОВ
287
их потворство друг другу при каком бы то ни было нерадении к
обязанностям, равно как и допущение обмана в какой-либо фор-
ме, стало бы, в отличие от теперешнего, делом в высшей степени
трудным.
III. Периодическое составление балансов самими банками
для проверки и утверждения правительственными агентами.
Поскольку предполагается, что балансы будут годовыми, банку
нужно будет только составлять отчёт о своих операциях на опре-
делённый день таким же образом, как в настоящее время обычно
делает или должен был бы делать каждый обыкновенный тор-
говец.
Первым шагом банка должно быть подведение баланса своих
расчётов со всеми аккредитованными контрагентами, т. е. со
всеми начальниками фабрик и складов. Когда это сделано, банк
дебетует себя самого на всю сумму своей наличной эмиссии, ко¬
торая фактически представляет такое же количество неоплачен-
ных требований на меновые запасы. Равным образом он дебетует
себя и на первоначально ассигнованные 50 млн., которые пре¬
вращены в рабочие деньги и которые впоследствии должны со¬
ставить излишек, и кредитует самого себя на совокупную сумму
всех балансов контрагентов. И если последние превосходят
сумму первых более чем на 50 млн. плюс сумма предположенного
годичного увеличения капитала менового банка, то отсюда сле-
дует, что процент, надбавляемый при продаже товаров, был
слишком высок и может быть немедленно снижен. Если же по-
следняя сумма минус 50 млн., минус суммы предположенного
увеличения капитала не будет равна первой, то отсюда следует,
что процент, надбавляемый при продаже товаров предприятий
меновой системы, был слишком низок и должен быть, следова-
тельно, в будущем несколько выше.
Итак, цена товаров меновой системы составляется целиком из
стоимости материалов, заработной платы за труд, издержек по
перевозке и т. п. и процента прибыли, начисляемой на себестои¬
мость товаров для того, чтобы покрыть издержки на жалованье,
обесценение запаса и обеспечить сохранение и увеличение капи¬
тала. Так как стоимость материалов, труда, транспорта, про¬
цента и пр. уплачивалась бы рабочими деньгами, то отсюда сле-
дует, что сумма рабочих денег в обращении должна быть всегда
точно равна стоимости товаров на фабриках и складах меновой
системы, что совокупные держатели этих денег были бы совокуп¬
ными собственниками этих товаров и что каждый индивидуаль¬
ный держатель денег был бы собственником именно такой доли
указанного запаса, представителями которой были бы его деньги,
будь их много или мало.
Спрос, следовательно, должен всегда находиться в соответ-
ствии с производством. Удвойте запас, учетверите его, возведите
288
ДЖОН ГРЕЙ
его в квадрат, пусть он будет стоимостью в сто или тысячу
миллионов фунтов рабочими деньгами, всё же увеличение коли¬
чества денег должно происходить точно в той же пропорции. Сле-
довательно, производство никоим образом не может превзойти
спрос, как не может почтовая карета двигаться быстрее, чем ло¬
шади, которые её везут. Две вещи — производство и спрос — не-
раздельно связаны; их относительный рост, уменьшение или
неизменные размеры, смотря по обстоятельствам, должны тотчас
же стать и навсегда оставаться одинаковыми.
Люди, правда, при возможности и желании могли бы, как и
в настоящее время, делать сбережения, но это обстоятельство не
нарушает ни на йоту равновесия спроса и предложения. Не
тратить — значит только откладывать право на трату, но это не
значит отказываться от него. Депозитный банк в настоящее время
может иметь миллионы невостребованных денег, но его обяза¬
тельства остаются неизменными, и спрос, раньше или позже,
наверняка обнаружится. А если учесть, что в данном случае
деньги, удерживаемые кредиторами, внутренне не имеют ника¬
кой стоимости, то утверждение, что они никогда не будут исполь¬
зованы, равносильно утверждению, что люди, имеющие справед¬
ливое и неоспоримое право на собственность, тем не менее никогда
не будут стремиться получить ее.
В меновых складах всегда, несомненно, имелась бы огром¬
ная масса накопленного богатства. Но это накопление не уподоб¬
лялось бы способу передвижения слепого человека, лишённого
указателя пути, по которому он должен следовать: оно проис¬
ходило бы на основе ясного и рационального принципа действий,
благодаря которому существование избытка товаров стало бы
столь же, очевидно, невозможным, как и перенасыщение всех
потребностей, действительных или мнимых, которые люди могут
когда-либо иметь.
Здесь, может быть, уместно предупредить и опровергнуть
возражение, которое, вероятно, уже возникло у читателя по
поводу изложенного. Я сказал, что золотые, серебряные и медные
монеты всё ещё могут употребляться в качестве орудий обмена
между людьми и нациями и что, поскольку речь идёт о серебря¬
ной и медной монете, нет ничего лучше её для мелких покупок,—
разумеется, при том условии, если она будет употребляться на
основе правильного принципа. Могут спросить: как же у вас
спрос — деньги — должен быть всегда равен предложению —
товарам,— если, например, работники, оплачиваемые за свой
труд частично серебряной монетой, могут израсходовать послед-
нюю на покупку внутри страны товаров предприятий, не вхо-
дящих в меновую систему, или же послать эту монету за грани¬
цу, в каковом случае она может быть навсегда потеряна для
страны?

ВЕРНОЕ СРЕДСТВО ПРОТИВ БЕДСТВИЙ НАРОДОВ
289
Ответ ясен. Золотые, серебряные и медные монеты — сами
товары, такие же, как ирландские полотна или шотландское
виски, и тот, кто получает их в уплату за свой труд, уже предъ-
явил спрос и получил стоимость своего труда. Его спрос был уже
равен его производству, следовательно, он больше не имеет при-
тязаний на товары меновой системы, а если бы он их имел, то это
было бы злом, а не благом, ибо как его удовлетворить? Весь
запас, которым мы располагаем во всякий данный момент, есть
собственность держателей рабочих бумажных денег; следова-
тельно, он не может быть затронут без уменьшения средств для
удовлетворения имеющихся справедливых требований.
Собственники монеты могут, конечно, если пожелают, за¬
тратить её на покупку товаров в меновых складах. Но это опять-
таки не беда, ибо они просто дают нам товары за товары, и стои¬
мость нашего запаса, после того как они сделают свои покупки,
будет точно такой же, какой она была до того. Род стоимости
изменится. Сукно, скажем, было отдано за золотую монету.
Это, без сомнения, представляет удобство для нашего предпола-
гаемого покупателя, который иначе остался бы при одних день-
гах, но в результате обмена мы бы не стали ни на грош ни богаче,
ни беднее.
Если рабочий получает 25 шилл. в неделю за свой труд,
1 ф. бумажными деньгами и 5 шилл. серебром, то фунт вообще
не является оплатой. Строго говоря, ни одному человеку, полу¬
чившему в качестве заработной платы простой кусок бумаги,
не уплачено ни гроша. Что он действительно получает, так это —
ордер на имущество, появлению которого он содействовал, на
стоимость собственного участия. При этом он не получает уплаты,
пока не представит ордера к платежу, т. е. пока он не потратит
своих денег. Но когда он потратит их, то лицо, которому он их
уплатит,— будь то лавочник, кондуктор дилижанса, врач, му-
зыкант или кто-либо другой,— становится на его место. Он вместо
указанного работника стал теперь собственником менового за¬
паса и остаётся им до тех пор, пока сохраняет банкноту, пере¬
данную ему указанным образом. И этот род передачи может
продолжаться в течение неопределённого периода времени,
пока, наконец, банкнота не будет представлена вместе с другими
в обмен на товары, купленные из меновых запасов. Как бы часто
до сих пор она ни переходила из рук в руки, только теперь она
впервые оплачена и немедленно перестаёт существовать в каче-
стве денег до тех пор, пока не будет вновь выпущена в возна-
граждение за новый труд или при покупке какого-либо ценного
предмета для пополнения меновых запасов.
Совершенно другое — та часть предположенного платежа
работнику, которая произведена серебряной монетой в 5 шилл.
Она сама есть bona fide (добросовестный) платёж, и тот, кто
290
ДЖОН ГРЕЙ
получает её, не имеет более притязания на товары меновой си¬
стемы. Если он удерживает деньги, то меновые запасы не увели¬
чиваются, а если он их расходует, то они ничуть не уменьшаются.
Таким образом, если рабочий присоединяет своим трудом
к меновому запасу стоимость в 1 ф. 5 шилл. и если он получает
в уплату за этот вклад однофунтовую банкноту и 5 шилл. се-
ребром, то он прибавляет к указанному запасу стоимость лишь
в 1 ф., поскольку остальная стоимость в 5 шилл., которую он
вкладывает, есть лишь эквивалент стоимости 5 шилл. серебра,
которые он извлекает. Таким образом, содержимое хранилищ
меновой системы всегда должно быть равно сумме рабочих бумаж-
ных денег в обращении.
Здесь нелишне заметить, что, какова бы ни была средняя не-
дельная заработная плата за труд,— будь то 1 ф., 1 ф. 5 шилл.,
30 шилл. или другая большая или меньшая сумма,— было бы
весьма удобно создать рабочую банкноту на эту сумму, учитывая,
что огромное большинство людей во всех предприятиях меновой
системы еженедельно зарабатывало бы именно такую сумму.
Все они были бы, таким образом, оплачены с меньшими заботами
для нанимателей, чем если бы заработная плата всегда составляла
не круглую сумму и включала шиллинги, которые приходилось
бы уплачивать серебряной монетой, не говоря уже о том, что в
первом случае потребовалось бы в общем значительно меньше
серебряной монеты. Наличное количество монеты, каково бы оно
ни было, обращалось бы главным образом между розничными
торговцами и среди широкой публики и не требовалось бы часто
в больших количествах для фабрик.
Этот план мог бы, однако, быть принят только в том случае,
если бы средняя ставка заработной платы составляла либо
ровно фунт, либо несколько фунтов, либо фунт с четвертью, с
половиной или тремя четвертями, потому что менее удобные ку¬
пюры причиняли бы слишком много хлопот.
ГЛАВА V
Обычный аргумент.— Практически неосуществимые вещи.— Прямое
и косвенное влияние предложенной реформы.— Перепроизводство.—
Действие конкуренции.— Накопление.— Доход.— Как доход может
быть использован.— Расширение плана меновой системы.— Различные
замечания.
Итак, здесь в небольшом объёме четырёх коротких глав и,
надеюсь, в достаточно понятной форме изложены основные
черты плана, принятие которого, говорю без колебаний, может
быстро облегчить бедствия нашей страны и решительно уничто¬
жить всякую незаслуженную нищету.

ВЕРНОЕ СРЕДСТВО ПРОТИВ БЕДСТВИЙ НАРОДОВ
291
Прежде всего я замечу, что в данном случае едва ли можно
пытаться использовать то очень удобное убежище, в котором
склонны прятаться многие, когда им предлагается вопрос, тре-
бующий некоторого серьёзного размышления и продуманного
исследования. Я имею в виду столь часто встречающуюся ссылку
на практическую неосуществимость. На свете едва ли существует
какое-либо крупное достижение человеческого знания или иссле-.
дования, которое в своё время не признавалось бы практически
неосуществимым. И слова эти, ложность которых тысячи раз до¬
казывалась жизнью и опытом, даже когда они произносились де¬
вятнадцатью двадцатыми нации, всё ещё являются и, вероятно,
всегда будут являться заключением огромного большинства не-
вежественной публики по поводу всех проектируемых улучшений
большого масштаба.
Но в данном случае нет ни малейшего повода для подобной
ссылки. Я предлагаю учредить банк, где было бы гораздо легче
вести дела и где операции были бы гораздо менее сложны, чем в
любой большой банковской фирме, частной или акционерной, су¬
ществующей теперь в нашей или в какой-либо другой стране.
Я предлагаю, чтобы монетный двор изготовлял золотые,
серебряные и медные монеты согласно определённо установлен-
ным принципам, очень понятным и столь же легко осуществимым.
Я предлагаю, чтобы правительство авансировало денежную
сумму в 50 млн. для осуществления определённой цели. Такие
авансирования делались ранее и для целей, абсолютно не стоя-
щих упоминания, незначительных по сравнению с данной.
Я предлагаю, чтобы были организованы в крупном масштабе
определённые фабрики и чтобы управление каждой было пору¬
чено человеку, признанному достаточно квалифицированным
для ведения её; причем деятельность этого человека была бы ли-
тпена по крайней мере половины обычных забот и трудностей,
^сопряжённых с подобным занятием в настоящее время.
Наконец, я предлагаю, чтобы товары, которые должны
производиться этими фабриками, посылались в определённые
склады, приспособленные для их приёма, где они должны про¬
даваться за наличные деньги всем лицам, которым заблагорас-
судится их купить.
Одним словом, я предлагаю, чтобы всё то, что делается те¬
перь и делалось в течение прошлых столетий на основе сложного
& трудного плана и ложного принципа, делалось бы на основе
ючень простого и лёгкого плана и правильного принципа.
[• Я, таким образом, с самого начала отвожу ссылку на прак¬
тическую невыполнимость этого плана. Здесь предложено лишь
ко, что для правительства нашей страны вполне возможно и
[очень легко сделать в любое время. Я перехожу поэтому к рас-
смотрению влияния, которое оказала бы описанная мной перемена
292
ДЖОН ГРЕЙ
на общество. Это влияние было бы двоякого рода — прямое и
косвенное.
Напоминаю, что с самого начала я отметил, что предприятиям
меновой системы необходимо ограничиться производством пред-
метов простых, полезных и неспекулятивных. Причина очевидна.
За такими товарами, какие я перечислил в первой главе, можно
легко наблюдать на протяжении всех различных процессов их
производства. Они могут быть по изготовлении положены на
склад, где и могут оставаться в течение определённого периода
времени с сравнительно малым ущербом; причём деньги, упла¬
ченные за их производство, являлись бы их представителями.
И, несомненно, огромное большинство всех предметов торговли —
именно такого рода. Но иначе, как на основе очень сложной ор-
ганизации, нельзя было бы распространить эту систему на ско-
ропортящиеся товары, такие, например, как земледельческие (за
исключением зерна) и молочные продукты, на очень спекулятив¬
ные промышленные товары — такие, как модные ювелирные изде-
лия, модная одежда, домашние украшения и т. п., тогда как
труд свободных профессий никогда не мог бы быть сколько-
нибудь правильно включён в сферу этих отношений. Благотвор¬
ное влияние перемены может распространиться на все эти отрасли
труда, но только, как я сказал, косвенным, побочным путём.
Итак, что касается прямых результатов предложенного пла¬
на действий, то, предполагая, что фабрики меновой системы
охватили бы очень обширный круг производств, включая прак¬
тически почти все те продукты, которые могут легко сохраняться
на складах, ясно, что все лица, получившие работу на этих пред-
приятиях, были бы обильно снабжены всем необходимым. По¬
скольку деньги, которые они получали бы, были бы законным
платёжным средством, они могли бы уплачивать ими ренту и
налоги, равно как и покупать всякий товар или услугу, которые
им могут понадобиться. Так как их заработная плата была бы
равна результатам их работ, то, очевидно, ни при каких других
обстоятельствах они не могли бы оплачиваться лучше.
Могут спросить: если согласно нашему предложению мы
начнём дело в широком масштабе и создадим столько разнооб-
разных и обширных предприятий, то не будем ли мы производить
и производить до тех пор, пока рынок не переполнится всевоз¬
можными товарами? Не будут ли наши товары залёживаться на
складах, вместо того чтобы непрерывно продвигаться, освобож¬
дая место для новых товаров, находящихся в производстве?
Ответ на этот вопрос таков: нет, решительно ни в коем случае.
Тут мы встречаемся с великой ошибкой современности, с вопро-
сом о перепроизводстве, этим камнем преткновения для каждого
дилетанта в политической экономии, который всегда смешивает
производство в размерах, обусловливающих сжатие рынка, с

ВЕРНОЕ СРЕДСТВО ПРОТИВ БЕДСТВИЙ НАРОДОВ
293
тем, что правильно называется перепроизводством, т. е. произ-
водством какого-либо одного или нескольких товаров в диспро-
порции с общей массой.
Если бы некий универсальный гений мог произвести для
самого себя всё, что ему требуется, то он начал бы с удовлет-
ворения своих наиболее настоятельных потребностей в пище,
одежде и жилище. Имея достаточно этих вещей, он продолжал бы
обставлять свой дом и украшать его, украшать свой парк и по¬
степенно добиваться всё более и более высокого качества всех
разнообразных источников наслаждений или же он погрузился
бы в море роскоши и удовольствий. Совершенно так же поступило
бы человечество в целом, и оно действительно поступает таким
образом; это просто свойство нашей природы. Но здесь нет пере¬
производства, поскольку желание подняться на ступеньку выше,
иметь больше, чем мы имеем, настолько свойственно всем, что,
вероятно, не существует ни одного вполне довольного мужчины
или женщины.
Но если бы человек, наделённый, как мы предположили,
сверхчеловеческими силами, умудрился сделать два ботинка на
одну ногу и ни одного на другую или две перчатки на одну руку
и ни одной на другую, то здесь, очевидно, было бы перепроиз¬
водство. Но в то же самое время столь же очевидно было бы также
недопроизводство. Возможно, что оба эти термина могут быть с
пользой устранены из нашего политико-экономического словаря
и замещены одним, содержащим в себе смысл обоих,— я подра¬
зумеваю слово диспропорция.
Товары могут быть произведены в диспропорции один к
другому. Как было уже сказано, могут быть сделаны два бо¬
тинка на правую ногу и ни одного на левую. Но увеличьте произ¬
водство, сделав два левых ботинка, и диспропорция исчезнет.
Подобным же образом нация может произвести слишком много
товаров определённого рода, но это лишь доказательство недо¬
статка других, и зло может быть столь же легко исправлено пу-
тём расширения сферы операций, как и путём сокращения её.
Покажем, как следует применить эти взгляды к обсуждаемой
нами теперь теме, и в то же время будем помнить об одном обстоя-
тельстве, которое, наверное, всегда будет иметь место, хотим мы
этого или нет, а именно, что с течением лет машины будут всё
более совершенствоваться, как это происходит и в настоящее
время, и что с их помощью один человек будет в состоянии вы¬
полнить работу многих по сравнению даже с достигнутым теперь
прогрессом технических знаний. И как чудовищно предполо-
жение, встречающееся отнюдь не редко, что это привело бы к
ущербу для человечества!
Итак, не упоминая об особых отраслях, что только услож¬
нило бы ход рассуждения, отнюдь не делая его более ясным,
294
ДЖОН ГРЕЙ
обозначим предметы первой необходимости, как пища и одежда,
буквой А; вторую категорию товаров, способствующих тому,
чтобы поднять несколько выше уровень наших наслаждений,—
буквой В; третью, еще более высокую, категорию — буквой С;
четвёртую, поднимающуюся на ступень выше, состоящую из
предметов роскоши,— буквой D и пятую, наивысшую, доступ¬
ную только людям с большими средствами,— буквой £. Пред-
положим, что известное число людей, обеспеченных необходимой
землёй и капиталом, может в первом случае произвести для себя
все товары, необходимые для их собственного пользования или
потребления, которые мы обозначили буквой А; для наглядности
обозначим их продукты числом 100.
Пусть теперь окажется, что благодаря большему умению,
усовершенствованию оборудования или по какой-либо дру¬
гой причине эти люди начинают производить вдвое против того,
что они производили первоначально, следовательно, вдвое более,
чем количество, нужное им для собственного потребления: это
составит 200. Отсюда следует, что теперь есть занятие в рубрике В
для другой группы людей, равной по количеству первой группе.
Результат тот, что, в то время как производителям В нужна
для существования излишняя половина продуктов А, последние
очень рады улучшить свое положение, беря половину продуктов В
в обмен на половину своих собственных. Благодаря этому обмену
одинаково улучшается положение как А, так и В. Но вот про-
исходит дальнейшее усовершенствование искусства и техники,
вследствие чего как у А, так и у В появляется избыток продук-
тов. Этот избыток, будь он мал или велик, они могут употребить
для побуждения к активной деятельности класса С, который в
свою очередь снова создаёт избыток, пока не будет занят также и
класс D. Когда возникает ещё больший избыток, в круг вовле¬
кается последний класс — Е, Таким образом, самая идея пере¬
производства может быть поставлена рядом с самой дикой вы¬
думкой идиота, и человеку со здравым смыслом трудно будет
определить, которая из двух порождена слабоумием.
Было бы, однако, ошибочным предполагать, что теперешнее
состояние производительных ресурсов способно поднять нас
до какой-либо очень высокой ступени роскоши, как бы полно
ни было занято всё человечество и как бы ни было неизменно
действие принципа: «Производство есть причина спроса». Ре-
зультат труда или талантов одного человека, как бы ни был про-
изводителен первый и как бы блестящи ни были последние, мо-
жет быть эквивалентно обменен лишь на результаты труда или
талантов другого человека одинаковой квалификации. Хотя,
например, с одной стороны, продукция отдельного ножевщика
распространяется в течение его жизни на половине земного шара,
а, с другой стороны, его заработная плата расходуется на покупку
ВЕРНОЕ СРЕДСТВО ПРОТИВ БЕДСТВИЙ НАРОДОВ
295
предметов более многочисленных, чем его ножи, тем не менее
всё, что он даёт, и всё, что он получает, представляет в общей
сложности лишь продукт труда двух людей, ибо если бы этих
продуктов было больше на одной или на другой стороне, то обмен
не был бы справедливым. Если мы теперь посмотрим, сколько
труда тратится на производство предметов повседневного поль-
зования и потребления, обычных даже при скромном жизненном
уровне, т. е. на наши дома, мебель, пищу, одежду и бесчислен¬
ные продукты удобства и роскоши, прибавив к ним всё то, что мы
тратим на медицинскую или юридическую помощь, на налоги
для содержания правительства, общие и местные, на путевые
издержки, на развлечения, на благотворительность и т. д.; если
мы, далее, учтём, что когда речь идёт о человеке, не имевшем в
начале своего жизненного пути никакого состояния, то всё, чем
он пользуется, люди считают эквивалентом того труда, который
этот человек для них затратил, и тех услуг, которые он им ока-
зал,— если всё это учесть, удивительным покажется не то, что
человек способен потреблять так много, но что так много жиз-
ненных благ выпадает на его долю. И в то же время, до какой
степени бессмысленным становится понятие перепроизводства,
если принять во внимание, что даже люди, которые уже потреб-
ляют труд сотен своих сограждан, были бы в высшей степени
рады, если бы им только позволили превратить эти сотни в тысячи.
Для потребительной способности человека нет никакого пре-
дела или ограничения, за исключением пустого кармана; для
производительной же способности имеется предел. Один человек
может потреблять работу тысяч, если он может распоряжаться
ими, но по справедливости никто не может иметь права потреб¬
лять больше той стоимости, которую он сам в состоянии соз¬
дать, плюс та, которая может быть дана ему другими. За приме-
рами потребительной способности нам стоит лишь обратиться к
нашей собственной английской знати. Единственным занятием
её огромных штатов, почти за ничтожными исключениями, яв¬
ляется потребление, которое в каждом отдельном случае основы¬
вается на годовом доходе одного человека. Но даже эти примеры
больших расходов могут быть превзойдены. Богатый человек
может придумать блюдо, отыскание которого заняло бы дюжину
людей в течение года. В таком случае он съел бы за своим зав-
траком двенадцатилетний труд своего ближнего. Это своеобраз¬
ный пример, но не такой уж редкий. Разве, например, стоимость
большого брильянта не подтверждает того, что я говорю? Годы и
годы тратятся на его поиски, и когда он найден, то стоимость
многих лет труда, плюс соответствующая надбавка за риск не
найти его совсем образуют его цену столь же справедливо,
как полкроны составляет цену маловажного предмета или
услуги.

296
ДЖОН ГРЕЙ
И в обществе, устроенном надлежащим образом, в котором
денежная система построена на рациональных основах, спрос
на украшения, предметы удовольствия и роскоши, включая
произведения изящных искусств во всех их признанных видах,
должен возрастать настолько же быстро, насколько возросшие
производительные силы давали бы возможность занимать всё
меньшую часть общества выполнением наиболее трудной и чёр¬
ной работы. Так, человек, обладая уже обильным запасом обыч-
ных предметов комфорта и наслаждений и имея ещё лишние
деньги, которые он желает израсходовать, начинает приобретать
всё, что может пленить его фантазию. Единственной преградой к
тому, чтобы такое положение вещей существовало в националь-
ном масштабе, является ошибочная система обмена.
Вторая часть этого вопроса охватывает то косвенное влия-
ние, о котором я говорил. Оно было бы двух родов. Первое —
то, что миллионы денег, которые постоянно обращались бы на
оплату рабочих и других лиц, занятых на предприятиях, вызвали
бы огромный спрос на продукты всех тех полезных видов труда,
включение которых в меновую систему было бы не вполне удобно.
Большая часть их — это земледельческие продукты, пища;
сюда же относится продукция разнообразных, недоступных
контролю, если их можно так определить, промышленных от¬
раслей. Производимые ими товары таковы, что никто не может
оценивать их, кроме самого производителя, причём слишком
большие требования с его стороны обуздываются благоразумием
покупателей. Прибавьте к этому всякого рода работы, выполняе¬
мые на началах договорённости или в предположении, что при
расчёте не будет споров между сторонами. Прибавьте, наконец,
занятия представителей таких профессий, как, например, свя¬
щенника, врача, артиста, юриста, музыканта и других, деятель-
ность которых не создаёт никакого товара, могущего накапли¬
ваться.
Все эти люди оплачивались бы рабочими деньгами, которые
служили бы орудием обмена между ними и их покупателями, со¬
вершенно так же, как эту функцию выполняет в настоящее вре¬
мя обыкновенная банкнота. Последняя даже теперь есть лишь
простое передаточное свидетельство и представляет не в большей
степени платёж bona fide, чем рабочая банкнота. Вопрос о сво-
бодных профессиях нами затронут в «Социальной системе», из ко¬
торой я уже сделал извлечение.
Но второй род косвенного влияния был бы важнее первого.
Его природа такова. Поскольку появился бы масштаб Стои¬
мости и по всем работам внутри меновой системы была бы фик¬
сирована средняя цена труда, постольку эта средняя цена труда
необходимо существовала бы во всём деловом мире; ибо если
меновая система способна к безграничному расширению, под¬
ВЕРНОЕ СРЕДСТВО ПРОТИВ БЕДСТВИЙ НАРОДОВ
297
чиняясь лишь условиям, регулирующим виды продуктов, если
она может быть постепенно открыта для включения в неё всех
лиц, не могущих получить работу иным путем, то ясно, что
никакой хороший рабочий не нанялся бы к частному промышлен¬
нику или торговцу за более низкую ставку вознаграждения,
чем та, которую он мог бы получить в общественных предприя-
тиях. Действие этого принципа распространилось бы на армию
и флот так же, как и на всех домашних и прочих слуг, сельско-
хозяйственных рабочих и вообще на каждый класс общества, заня¬
тый свободными профессиями, коммерцией и физическим трудом.
Имеется ещё другая важная сторона вопроса. Поскольку
был бы устранён кошмар, гнетущий нынешних банкиров, они
были бы в состоянии без риска для себя помогать обширному
числу промышленных и торговых предприятий, которые теперь
совершенно лишены такой поддержки в силу того, что банки
обязаны оплачивать все выпускаемые ими банкноты фиксирован-
ным количеством золота. Их банкноты оплачивались бы теперь
либо рабочими деньгами, либо таким количеством золота, какое
покупалось бы на рабочую банкноту, что на самом деле одно и
то же. Таким образом, их эмиссия никогда не могла бы быть в
течение сколько-нибудь значительного времени избыточной,
потому что всякий раз, как они выпускали бы бумажные деньги
в таком большом количестве, чтобы сделать товары вне меновой
системы дороже товаров меновой системы, все держатели их
банкнот потребовали бы обмена таковых на рабочие банкноты
для того, чтобы иметь возможность потратить свои деньги на
более выгодном рынке. При этом их эмиссия могла бы всегда
расширяться до достижения соответствующего паритета, но не
дальше.
Таким путём оказалось бы, что никакой благоразумный полез¬
ный проект не мог бы остаться без средств, .необходимых для его
осуществления, ибо хотя выпуск денег акционерными и частными
банками никогда бы не мог происходить с такой математической
точностью и правильностью, как эмиссия меновой системы, при
которой сам банк стоял бы действительно на страже эквивалент¬
ности каждой банкноты, которую он выпускал бы в обращение,
тем не менее акционерные и частные банки могли бы всегда с
выгодой для себя расширять эмиссию в достаточной мере для
того, чтобы удержать ставку заработной платы вне меновой си¬
стемы на уровне средней ставки внутри её, но не выше. А это рав¬
носильно тому, чтобы сказать, что они могли бы всегда выпускать
достаточно денег для каждой хорошей и полезной цели, но не
больше.
Мы сказали, что меновая система способна к безграничному
расширению, подчиняясь лишь условиям, регулирующим род
продуктов, подлежащих производству. Это в самом деле было уже
298
ДЖОН ГРЕЙ
доказано, ибо было выяснено, что при рациональной системе об-
мена предложение и спрос должны всегда быть тождественны,
что увеличение в определённых размерах одного из них означает
увеличение в тех же размерах другого. Теперь, когда мы бросили
взгляд на внешнюю, т. е. не включённую в меновую систему,
часть общества, мы можем продолжить наше рассуждение не¬
сколько дальше.
Итак, поскольку торгово-промышленные агенты как главы
предприятий меновой системы использовали большую часть
своих первоначальных 50 млн. для основания системы произ¬
водства и обмена товаров и эти предприятия, как предполо¬
жено, работают полным ходом, постольку ясно, что в целом спрос
на товары и их предложение будут равны. Ибо раз все лица,
занятые в этой системе, оплачиваются требованиями на самый
меновой запас, то одновременно с каждым увеличением этого
запаса кому-либо должен выдаваться ордер на предъявителя,
дающий право на изъятие произведённого увеличения запаса. Но
хотя очевидно, что предложение и спрос должны быть по сумме
всегда равны, всё же естественно возникают известные вопросы,
подлежащие нашему рассмотрению; некоторые из них я сейчас
постараюсь выдвинуть и объяснить.
Мы придерживаемся принципа хорошо снабжать все меновые
склады разнообразными товарами, которыми мы должны торго¬
вать (каковые товары, ещё и ещё раз подчёркиваем, составляют
собственность публики, держащей рабочие деньги), но в то же
самое время заботимся о том, чтобы не доводить до степени дис-
пропорции производство таких товаров, которые, как показывает
опыт, не так быстро сбываются, как другие. Ясно, что производ¬
ство таких предметов должно быть уменьшено или в противном
случае должно быть увеличено количество других продуктов.
И то и другое имело бы следствием восстановление равновесия.
Здесь важно заметить, что было бы в одинакой мере очевидно,
■где потребуется увеличение и где уменьшение, и по следующей
простой причине: так как рабочие деньги сами по себе не имеют
никакой стоимости, то каждому держателю их потребовалось бы
что-либо в обмен на них. Что именно —это выявлялось бы, как
и теперь, спросом на рынке. Нужный товар должен принадлежать
к одной из двух категорий ценностей: он должен быть или чем-
либо, имеющимся в меновых складах, или чем-либо, не имею-
щимся в них. В первом случае уменьшившийся спрос в одном
месте был бы в точности уравновешен увеличившимся спросом в
другом месте. В последнем случае предъявивший требование,
естественно, покупает нужную для него вещь на внешнем рынке1,
1 Т. е. на рынке, находящемся за пределами меновой системы.— Прим,
перев.

ВЕРНОЕ СРЕДСТВО ПРОТИВ БЕДСТВИЙ НАРОДОВ
299
снабжение которого предметами, не входящими в ассорти-
мент менового запаса, представляло бы прибыльное применение
капитала; или же предъявитель спроса требует золото, с которым
может отправиться на любой рынок внутри страны или за гра¬
ницей.
Итак, учитывая, что в обмен на рабочие деньги может потре¬
боваться определённый товар, которого на меновых складах не
окажется, и что, следовательно, вместо него берут золото, прави¬
тельственные торгово-промышленные агенты должны сделать
одно из двух: либо организовать производство такого предмета,—
если это товар отечественного производства,— для того чтобы
покрыть впредь спрос, либо производить вместо него такие пред¬
меты, которые могут легче всего быть обменены на золото. И,
как я ранее показал, не имеет никакого значения, много или мало
золота мы получаем в обмен на наши товары; ибо если бы золото
повысилось в стоимости по сравнению с товарами меновой систе¬
мы, то оно необходимо должно было бы повыситься в такой же
пропорции по отношению ко всем товарам, количество которых
может быть увеличено трудом. В противном случае правитель¬
ственные агенты немедленно стали бы, если возможно, произво¬
дить такие товары, которые не упали в цене по сравнению с зо-
лотом, вместо того чтобы давать для покупки золото в обмен на
свои банкноты.
Могут спросить, как мы можем добыть материалы, необхо¬
димые для ведения таких обширных предприятий? Материалы бы-
вают двоякого рода — заграничные и отечественные. Послед-
ние могли бы быть куплены в любом потребном количестве на
рабочие деньги, учитывая, что все продавцы, получая их в
уплату за свои товары, получали бы законные деньги страны, на
которые они могли бы купить любую потребную им вещь, упла¬
чивать свои ренты и налоги и погашать любое обязательство.
Заграничные материалы могли бы быть куплены таким же об-
разом на рабочие деньги, в обмен на которые можно было бы по¬
лучить любой годный для продажи товар из числа меновых
запасов или вне их, включая золото. И если бы золото оказалось
в большом спросе для уплаты за заграничные продукты, то отсюда
следует, что точно в такой же степени развились бы те отрасли
отечественной промышленности, в обмен на продукты которых
очень легко было бы получить золото. Если Китай посылает нам
чай и не хочет брать в уплату ничего, кроме золота, то мы долж¬
ны применить наш труд к производству таких предметов, которые
наивыгоднейшим образом могут быть обменены на золото для
покупки на него чая. Если, например, таким предметом были бы
хлопчатобумажные изделия, то мы фактически покупали бы наш
чай за ситец и муслин, даже если бы мы никогда не послали ни
ярда каждого из них в то место, откуда получается наш чай. Мы
300
ДЖОН ГРЕЙ
продаём хлопчатобумажную ткань за золото для того, чтобы ку¬
пить чай на золото. Если постепенно всё меньше золота начинает
получаться за наши хлопчатобумажные товары, если хлопок,
после того как он подвергся обработке, не привлечёт золота на¬
много больше, чем он привлёк бы его в виде сырья, то отсюда
следует, что имеется тем большая необходимость употреблять
возможно лучшее оборудование и улучшить методы производ¬
ства, что не было бы большим злом для страны, всегда жалую¬
щейся на перепроизводство.
В действительности, однако, все трудности получения мате-
риала для создания богатства — чисто воображаемые, и такими
они останутся и для грядущих столетий. Безграничная мудрость
и огромная сила, с помощью которых существует и управляется
вселенная, не оставляют своим творениям желать ничего лучшего.
Но те блага, которые всегда, поскольку дело касается указан¬
ной силы, имеются к услугам человека, он может получить
лишь при определённом условии. Человек должен использовать
свой разум, равно как и свои телесные силы. В противном случае
он может ещё веками изнывать под бременем лишений, нищеты и
вытекающих отсюда раздоров с вечными идиотскими жалобами
на нищету и перепроизводство, хотя он в изобилии окружён
всем тем, что ему требуется.
Материалы для создания богатства, конечно, имеются в до-
статочном изобилии. Дома делаются главным образом из камня,
глины, дерева и железа. Шерсть, хлопок, лён, пенька и кожа —
главные составные части нашей одежды. Рогатый скот, овцы,
рыба, хлеб, рис, сахар, чай, молочные и огородные продук¬
ты— вот главные предметы нашего питания. Количество всего
этого может быть увеличено в неограниченных размерах путём
приложения капитала, мастерства и труда. Затем если мы об¬
ратимся к более высоким источникам наших наслаждений, то
найдём, что вопрос о материалах для их создания ещё менее ва-
жен. Возьмите, например, изящные искусства — литературу,
живопись, скульптуру, музыку; или науки — астрономию, фило-
софию природы, химию, ботанику и другие. Физические материа-
лы для этих занятий представляют сущие пустяки. Красок и
кистей, стоящих несколько шиллингов, и немногих ярдов холста
достаточно для того, чтобы художник создал меновую стоимость
в тысячу фунтов. Книги делаются из старой, сношенной одежды
и тому подобных вещей, причём материалы для печатания —
шрифты и печатные станки — составляют благодаря медлен¬
ности изнашивания только малую часть всей стоимости книги,
а стоимость чернил почти номинальна. Всё остальное — челове-
ческое искусство и трудолюбие. То же самое в большей или
меньшей степени применимо ко всем более возвышенным источ-
никам человеческих наслаждений; вычтите затрату искусства
ВЕРНОЕ СРЕДСТВО ПРОТИВ БЕДСТВИЙ НАРОДОВ
301
и труда, и остаток — материал — обычно окажется ничтожной
величиной.
Почему же человеческое существо, способное и желающее
работать, испытывает нужду в той или иной из этих вещей?
Потому, что мы ещё не применили, как должны были бы сделать,
тот дух исследования, которого требует суть этого дела. Вместо
того чтобы сосредоточить наши способности — я говорю сейчас
о моей родной стране — на совместном и беспристрастном иссле-
довании причин постигающих нас бедствий, мы раскололись на
мелкие, ничтожные партии и группировки — религиозные, по-
литические, деловые, социальные,— каждая из которых с гораздо
большим усердием старается добиться низкой и жалкой победы
над своим противником, нежели того, чтобы достичь истины.
При этом духовенство, специальной обязанностью которого
является утешать и помогать нам в наших несчастьях, будучи
погружено вместе с остальными в общую тьму, сообщает нам
с величайшим спокойствием и хладнокровием, что мы так
страдаем по мудрому соизволению божественного провиде-
ния. Я думаю, что мы были бы значительно ближе к истине,
если бы утверждали, что все те социальные бедствия, кото¬
рые подпадают под понятие застоя в торговле, нищеты и выте-
кающих отсюда бедствий и преступлений, должны быть при¬
писаны исключительно невежеству, безумию и испорченности
человека.
Резюмируем наше рассуждение. Очень скоро обнаружилось
бы, что на основе принципа выпуска однофунтовой банкноты
против каждой подлежащей потреблению вещи, стоящей 1 ф.,
и изъятия из обращения фунтовой банкноты за каждую потреб¬
лённую вещь той же стоимости было бы найдено безошибочное
средство против бедствий перепроизводства. Но человеческая
изобретательность, всегда действующая, всегда готовая превра¬
тить новые общественные условия в источник личной выгоды,
могла бы создать такой метод осуществления этой системы, ко¬
торый в одно и то же время затруднял бы действие менового плана
и поощрял частные интересы. Здесь я должен заявить, что не
выдвигаю затруднений только для того, чтобы возражать против
них, и не ограничиваюсь только такими, которые я в состоянии
рассеять. Напротив, я не знаю никаких других затруднений,
хотя бы самых маловажных, кроме тех, которые я стараюсь
разобрать. Затруднение, на которое я теперь ссылаюсь, заклю¬
чается в следующем. Каков был бы результат конкуренции част-
ных лиц, уплачивающих своим людям более низкую заработную
плату, чем предприятия меновой системы, и имеющих, таким об-
разом, возможность доставлять на рынок те же товары по более
низкой цене и тем самым побивать в конкуренции торговца то¬
варами меновой системы у самых его дверей?

302
ДЖОН ГРЕЙ
Ответ очевиден: ничего подобного они не могли бы сделать.
Предположим, например, что частный фабрикант полотна был
бы склонен продавать дешевле торговца полотном меновой
системы. Он должен продавать свои товары за один из трех
видов денег — за рабочие деньги, за банкноты акционерных
или частных банков или за золото. За последнее продавец мено-
вой системы в состоянии дать как раз столько своих товаров,
сколько может быть необходимо для того, чтобы купить нужное
золото, причём полученное относительное количество не имеет
никакого значения, поскольку купленное золото только ото-
бражает выраженную в рабочих деньгах цену товаров, отдавае-
мых в обмен на него. А я уже показал, что не имеет значения во-
прос, дёшево ли золото или дорого. Итак, при продаже за золото
не могло бы иметь места никакое сбивание цен. Продавать за
банкноты акционерных или других не меновых банков частный
промышленник должен на тех же самых условиях, как если бы
он продавал на рабочие деньги, ибо, поскольку все такие банк¬
ноты подлежали бы оплате их эмитентами в рабочих деньгах,
постольку эти банкноты должны в первую очередь распоряжаться
на рынке таким же количеством продуктов, как сами рабочие
банкноты. В противном случае держатели немедленно обменяли
бы их все на рабочие деньги и затем отправились бы на рынок
с последними. Далее, несомненно, что банкноты частных и
акционерных банков никогда не могли бы быть более ценными,
чем рабочие банкноты, ибо если бы это было так, то, поскольку
последние являются законным платёжным средством, человек
мог бы занять тысячу фунтов банкнотами акционерных банков
и вернуть эту сумму в тот же день тысячей рабочих фунтов,
кладя в карман разницу в стоимости. Мало того, он мог бы
t повторять этот процесс каждый день своей жизни.
Банкиры всегда заинтересованы в том, чтобы пускать в обра-
щение возможно большее количество .своих банкнот, при усло-
вии, что их стоимость не будет падать в сравнении с той вещью,
которую они обязаны отдать в обмен при предъявлении банкнот
к платежу в их конторы. И, действительно, их эмиссия фактиче¬
ски ограничивается той стоимостью, которую банкиры обязаны
давать в обмен на свои банкноты, когда последние предъявляют¬
ся. Не будь такого ограничения, бумажные деньги выпускались
бы в таких количествах, что приятная мечта вестминстерского
обозревателя по поводу лакея и чашки кофе 1 превратилась бы в
действ ител ь ность.
Таким образом, стоимость всех бумажных денег должна4 ре¬
гулироваться стоимостью рабочих денег; она не могла бы, с одной
стороны, подняться выше её, а с другой — пасть ниже.
1 Речь идёт о возможности обесценения денег до такого уровня, чтобы
чашка кофе стоила 5 ф. ст.— Прим, перев.

ВЕРНОЕ СРЕДСТВО ПРОТИВ БЕДСТВИЙ НАРОДОВ
303
Итак, беря третий случай, предположим, что конкурирующий
фабрикант захотел бы продать свои товары за меньшее количе¬
ство самих рабочих денег, чем спрашивалось бы за подобный
товар в меновых магазинах. Зто едва ли могло бы случиться, ибо,
делая так, он давал бы за фунтовую банкноту больше товаров,
чем покупала бы сама банкнота, и, таким образом, результатом
каждой такой сделки была бы добровольная потеря разницы.
Никто не мог бы купить материал по более низкой ставке, чем
торговец меновой системы, и благодаря очень обширному мас¬
штабу, в котором велись бы все операции, никто не мог бы про¬
давать товары с меньшей прибылью, чем тот небольшой процент,
который должен быть надбавлен для указанных выше целей на
первоначальную стоимость товаров. Таким образом, какая-
либо экономия могла бы быть достигнута только по рубрике тру¬
да. Верно, что средняя ставка заработной платы на предприя-
тиях меновой системы была бы фиксирована, в то время как цена
труда вне их была бы открыта для конкуренции, как и в настоя¬
щее время. Предположим теперь, что на предмет, произведён¬
ный на предприятиях меновой системы, было бы потрачено ма-
териалов на 10 шилл., труда — на 10 шилл. и надбавка процента
на прибыль составляла бы 1 шилл. Его продажная цена равнялась
бы тогда 21 шилл. Конкурент этих предприятий уплачивает ту
же цену за материал и прибавляет, скажем, ту же самую норму
прибыли. Но так как он, допустим, уплачивает лишь 5 шилл.
заработной платы вместо 10 шилл., то продажная цена его товара
составляла бы только 16 шилл. вместо 21.
Здесь имеются три серьёзных возражения против возмож¬
ности подобного образа действия. Во-первых, конкурент не
продаст таких товаров за 16 шилл. рабочими деньгами, если
каждые 16 шилл., которые он может получить за них, не имеют
сами по себе никакой стоимости, но суть лишь орудие, к кото¬
рому он должен добавить ещё 5 шилл., прежде чем он сможет
получить обратно в какой бы то ни было форме эквивалент за то-
вар, который он, как предположено, продаёт. Каждая такая
операция была бы по существу обменом 21 шилл. на 16 шилл.
Во-вторых, посмотрите на дело с такой точки зрения: в стоимость
предмета, являющегося продуктом меновой системы, входят
10 шилл. за материал, 1 шилл. процентной надбавки и его рыноч¬
ная цена — 21 шилл. В этом случае рабочий, который его произ-
водит, поставлен в следующее положение: поскольку материал
стоит 10 шилл. и прибыли начислено 1 шилл., он получает пред-
мет в свою собственность за 11 шилл. плюс тот труд, который он
затратил на него. Не так обстоит дело с рабочим, находящимся
вне предприятий меновой системы; с него также взимается
11 шилл. за материал и прибыль, но так как рыночная цена
предмета необходимо повышается до 21 шилл., то он должен дать
304
ДЖОН ГРЕЙ
16 шилл. плюс свой труд за то, что рабочий предприятий меновой
системы в состоянии получить за 11 шилл. плюс свой труд. По¬
добное положение вещей было бы невозможно. Но даже если эти
основания были бы недействительны, имеется ещё третье: про-
мышленник при нашем предположении получал бы столь неуме-
ренную норму прибыли, что конкуренция между ним и другими
очень скоро подняла бы цену труда до её надлежащего уровня.
Итак, как ни посмотреть на дело, выходит следующее. Цена
товаров меновой системы в рабочих деньгах должна регулиро¬
вать цену всех подобных товаров, произведённых кем бы то ни
было, выраженную в таких же деньгах; причём конкуренция с
меновыми магазинами ради золота была бы исключена, учиты¬
вая, что любое количество золота, будь то самое большое, ко¬
торое могло бы быть получено за предмет, было бы, поскольку
дело касается торговли, столь же хорошо, как и всякое другое.
Для целей потребления желательно, чтобы все вещи были дё¬
шевы. Но пусть будет создан масштаб стоимости, и тогда не будет
иметь никакого значения, с точки зрения обмена, много или мало
одного предмета должно быть дано за какой-либо другой. Хотя
бы каменный уголь получил цену золота, а золото цену угля,
от этого не последовало бы никакого неудобства при обмене,
никакого расстройства торговли. Что касается полезности, то
такое изменение было бы большим злом: ведь почти во всех слу-
чаях полезные предметы имеются в изобилии, а те, без которых
мы можем лучше обойтись, редки.
Но вопрос может быть представлен и с другой точки зрения,
дающей новую и утешительную перспективу для изнурённого
работой и плохо вознаграждаемого рабочего, равно как и дру¬
гой взгляд на учение о перепроизводстве.
Предположим, что все наши склады полны, что предметы
потребления, удобства и роскоши имеются даже в чрезмерном
изобилии, образуя те миллионы и миллионы реального богат¬
ства, представители которого, как предположено, существуют
в форме банкнот в руках общества в целом, и что всё же имеются
ещё лица, желающие получить занятие; что нам делать с ними?
Я уже сказал, что необходимо только подняться по лестнице
ступенькой выше, и все могут получить работу. Никогда не
следует упускать из виду, что, каково бы ни было действительное
число лиц, занятых созданием богатства, увеличение числа по-
следних есть увеличение в той же мере и спроса на товары мено-
вой системы. Однако существует другая дорога, по которой я
теперь поведу того, кто опасается перепроизводства, и4 затем
оставлю его, чтобы он прошёл её до конца, если будет в состоя-
нии это сделать.
Итак, наши склады полны; мы нуждаемся не в большем, но
точно в таком же одинаковом и постоянном количестве рабочих
ВЕРНОЕ СРЕДСТВО ПРОТИВ БЕДСТВИЙ НАРОДОВ
305
рук для того, чтобы удерживать меновой запас на должном уров-
не, т. е. всегда пополняя его товарами в количестве, достаточном
для того, чтобы удовлетворить текущий спрос, но не до степени
избыточности. На всякое дальнейшее рассуждение по вопросу о
перепроизводстве у нас есть ответ в одном слове — накопление.
Если мы имеем достаточно для потребления в настоящее время,
то мы можем позволить себе накоплять: собирать запасы золота
или серебра, строить дома, деревни, города, каналы, железные
дороги, мосты, доки, суда и общественные полезные предприя-
тия в каждой отрасли хозяйства, наконец, покупать земли.
Нуждаемся ли мы в спросе? Поистине мы найдём его здесь в до-
статочном количестве; здесь фонд, в который мы можем вклады¬
вать богатство наций; поле, в которое мы можем вложить
всё, что сможем сберечь, много ли или мало; и здесь также
доказательство моего утверждения, что меновая система,
как она изложена нами, способна к безграничному расши-
рению.
Вот каковы товары, которые можно накоплять в меновых
складах всякий раз, когда покажется, что они могут перепол¬
ниться более обычными и повседневными предметами пользова-
ния или потребления. Вот спрос, благодаря которому мы до¬
статочно быстро освободились бы от излишков средств потреб-
ления; причём в результате получится доход — достижение,
совершенно новое для рабочих Британии, поскольку они вряд ли
когда-либо интересовались доходом.
Прошу читателя заметить, что здесь моей целью является
опровержение общепринятых представлений о перепроизвод-
стве; иначе он может подумать, что мы слишком поспешны в на-
ших заключениях, так как для достижения всего того, что нами
вкратце намечено, был бы необходим огромный капитал. Позже
я скажу кое-что по вопросу о капитале. Здесь же я хочу, чтобы
поняли следующее. Если человек всегда может позволить себе
сберегать деньги, когда у него их больше, нежели он желает
тратить, то и нация может делать точно то же самое. Если её
производительные силы уже используются в достаточной степени
для того, чтобы дать жителям достаточное количество всех ве¬
щей, которые кажутся нужными для употребления в настоящее
время, то нация может начать накоплять и, когда выбраны над-
лежащие объекты накопления,— а таковым нет числа — она мо-
жет продолжать обогащаться всё больше и больше в совершенно
безграничных размерах, причём при надлежащем порядке каж¬
дое такое увеличение ее богатства вызывало бы соответствующее
увеличение ее дохода.
И здесь мне представляется случай предложить способ наи-
выгоднейшего использования дохода. Но прежде всего рассмот-
рим природу самого предмета. При равенстве товаров меновых
306
ДЖОН ГРЕЙ
предприятий и денег человек тратит часть своего дохода —
рабочие деньги — в уплату за пользование в какой-либо форме
имуществом, что отличается от платежа за приобретение такого
имущества. И вот, когда широкие массы населения производят
такие платежи, то в меновые кассы возвращается сумма денег,
в обмен на которую не было дано никаких товаров из меновых
запасов. Если эту сумму, при наличии достаточных к тому ос-
нований, кому-либо выдать, то получатели немедленно стано¬
вятся собственниками той доли богатства, которую она представ-
ляет.
Возникший таким образом доход, будучи частью богатства
меновой системы, принадлежал бы держателям рабочих денег в
точной пропорции к сумме таких денег, какой обладал бы каждый
из них. И имеются, возможно, различные способы, которыми
этот доход мог бы быть справедливо разделён между ними без
какого бы то ни было формального распределения.
Прежде всего можно было бы оплатить весь взятый взаймы
капитал, о котором в настоящее время могла бы быть речь,
так, чтобы процент на капитал не составлял части издержек
производства товаров меновой системы. В результате этого
самим производителям богатства достался бы весь процент с
того капитала, который доставляет им работу. После того как
это будет осуществлено, я полагаю, что указанный доход мог
бы быть целесообразно употреблён на уплату жалованья всем
лицам — управляющим, заведующим складами, служащим и
помощникам всякого рода, занятым на предприятиях нашей
меновой системы. Вследствие такого способа употребления до¬
хода на предприятиях меновой системы каждый рабочий и
другие лица получали бы несколько больше стоимости продукта
своего труда и услуг, в точной пропорции к сумме своего зара¬
ботка. Таким образом, этот способ действовал бы как постоянная
премия за трудолюбие и хорошее поведение; ибо, поскольку
жалованье уплачивалось бы указанным образом и цена товаров
в меновых складах не повышалась бы никакими начислениями
для покрытия издержек на жалованье служащим, постольку
каждый рабочий всякий раз, когда он тратил бы свои деньги,
получал бы обратно весь продукт своего собственного труда и,
кроме того, свою долю в стоимости работ всех служащих меновой
системы. И далее, так как товары продавались бы только за ра-
бочие деньги, никто вне сферы меновой системы не мог бы лишить
рабочего этой привилегии. Стоимость каждой рабочей банкноты
фактически повысилась бы в точной пропорции к сумме дохода,
который был бы, таким образом, присоединён к ней, и так'как
эти банкноты всегда сначала выдавались бы участникам меновой
системы, то уже делом последних было бы отдавать их только
за соответствующий эквивалент.

ВЕРНОЕ СРЕДСТВО ПРОТИВ БЕДСТВИЙ НАРОДОВ
307
Необходимо заметить, что такого рода увеличение стоимости
рабочих денег не противоречило бы приписываемому им неиз-
менному характеру. Если бы средняя ставка заработной платы
была 1 ф. в неделю, то однофунтовая банкнота была бы лишь
другим наименованием недельных продуктов труда среднего
работника, занятого при наиболее благоприятных условиях,
которыми богатство и власть могли бы располагать в данное
время; но эти условия были бы по необходимости подвержены
изменению. Чаще всего усовершенствование машин увеличивало
бы продукцию индивидуального труда и, следовательно, пони¬
жало бы денежную цену не труда, но произведённого им товара.
Далее, постепенное уменьшение процента на капитал, поскольку
последний выплачивался бы, понижало бы цену товаров, но не
труда. Третье обстоятельство, уже отмеченное, состоит в том, что
путем употребления дохода для уплаты жалованья служащим мог¬
ли бы быть снижены,— а при случае, быть может, совсем устране¬
ны,— большие издержки по управлению и надзору. Эти и другие
подобного рода обстоятельства могли бы влиять и влияли бы на
рыночную цену товаров, имея тенденцию неизменно понижать
ее в рабочих деньгах; но масштаб стоимости остаётся тем же
самым — неизменившимся и неизменяемым. Это — средняя цена
труда, употребляемого при наиболее благоприятных условиях.
Условия же производства будут, вероятно, становиться всё
более и более благоприятными до тех пор, пока земля будет
населена человеческим родом.
Что касается размеров операций по изложенному здесь
плану, то, очевидно, это должно зависеть от суммы капитала,
который может быть вложен в это дело. Поскольку первона¬
чально правительством дано достаточное ассигнование для того,
чтобы надлежащим образом обеспечить системе здоровое суще-
ствование, сумма капитала может быть увеличена двумя различ¬
ными методами. Путём начисления процента на товары, прода¬
ваемые из меновых складов с нарочитой целью увеличения ка¬
питала. И поскольку это был бы собственный капитал меновой
системы, он не оплачивался бы никаким процентом. Этот капитал
мог бы также быть увеличен другим способом, а именно путём
допущения постепенных, но неограниченных взносов от частных
капиталистов в суммах не меньше такого-то количества денег в
обмен на предъявительские рабочие облигации, приносящие опре-
делённую норму процента. Но эти облигации, поскольку они
представляли бы часть основного капитала меновой системы,—
хотя они могли бы переходить от одного собственника к другому,
по желанию их держателей, как многие виды государственных
ценных бумаг в настоящее время,— не должны быть погашаемы
в какой бы то ни было форме, по ним должен уплачиваться толь¬
ко процент; ибо указанные взносы были бы того же характера,
308
ДЖОН ГРЕЙ
как и обычные взносы компаньона в паевой капитал той компа-
нии, членом которой он является. Обратное востребование пая
компаньоном, на что имели бы право и другие участники, озна¬
чало бы совершенное разрушение предприятия.
В то же время торгово-промышленные агенты правительства
или управляющие предприятиями имели бы право погасить
эти облигации, когда увеличение собственного капитала пред-
приятия за счёт надбавок при продаже товаров или за счёт
дохода дало бы им эту возможность. Благодаря этому каждое
лицо, занятое на предприятиях меновой системы, фактически
становилось бы постепенно капиталистом, как было показано
в предыдущем параграфе, так как не было бы никакой надбавки
на продукт его труда, которую нужно было бы уплачивать за
пользование капиталом в какой бы то ни было форме. Одним
словом, капитал меновой системы мог бы стать со всей возмож¬
ной быстротой капиталом национальным, точно так же как мы в
настоящее время беспроцентно пользуемся многими обществен¬
ными сооружениями, как то: дорогами, мостами, Британским
музеем и т. д., при одном лишь условии содержания их в долж-
ном порядке.
Но эта картина имеет и другую сторону. Очень желательно,
конечно, чтобы рабочий получал весь продукт своего труда и,
более того, чтобы он мог участвовать в выгодах, которые воз¬
никли бы вследствие установления свободного национального
капитала. Но желательно также, чтобы у всякой нации был
общественный фовд, в который каждому индивиду было бы до¬
зволено вложить любой капитал, какой он мог бы сберечь и за
который он мог бы получить справедливый доход в форме про¬
цента. Такой фонд полезен в различных отношениях. Он образует
связующее звено между людьми, объединяя их интересы. Он
даёт людям, имеющим что-либо для сбережения, долю участия
в мире, процветании и счастье родной или усыновившей их стра¬
ны. В этот же фонд могут быть сделаны вклады для обеспечения
вдов и сирот без риска и с уверенностью получения справедли-
вого дохода. В итоге всех соображений, следовательно, может
быть, лучше, чтобы такой фонд существовал в связи с предлага¬
емой меновой системой и чтобы избыточный капитал употреблялся
на обширные предприятия, приносящие доход, нежели, чтобы
люди благодаря отказу меновой системы от уплаты какого бы
то ни было процента за пользование капиталом побуждались
вкладывать свои деньги в частные или акционерные спекуляции.
Но на этом вопросе я задерживаться не буду.
Есть другой вопрос, который, весьма вероятно, мог бы воз¬
никнуть в уме каждого, кто даёт себе труд уделить немного
внимания содержанию этой книги. Если деньги в их теперешнем
виде существуют на основе ложного принципа и должны постоян¬
ВЕРНОЕ СРЕДСТВО ПРОТИВ БЕДСТВИЙ НАРОДОВ
309
но создавать нам трудности, пока мы упорно придерживаемся
этой денежной системы, то не можем ли мы осуществить необхо¬
димое улучшение, не прибегая к столь большой перемене, какая
рекомендуется здесь? В ответ на этот вопрос я могу только кон¬
статировать, что в течение последних двадцати лет я видел оши¬
бочность существующей денежной системы, что я обычно посвя-
щал часть моих дум размышлению о том, как этому помочь, и
что до сих пор я совершенно не мог открыть более короткий путь
решения проблемы, чем тот, который я указал здесь. Человек
не может жить подобно птице, зверю или рыбе непосредственными
результатами своей собственной деятельности: он по природе —
животное меновое. А если это так, то, поскольку прямая мена при
развитом состоянии общества исключена, он должен иметь /по¬
средника при обмене — деньги,— и эти деньги должны стать мас-
штабом стоимости, количественным измерителем, весами, на
которых должны взвешиваться его вклады в общий фонд богат¬
ства. И этот масштаб, как я снова утверждаю, никогда, никоим
образом не может быть ценным сам по себе, потому что каждая
ценная вещь без единого исключения всегда подвержена значи¬
тельному изменению своей относительной стоимости по сравне-
нию с другими вещами. Отсюда безысходная путаница в торго-
вых делах, существующая не только на сей день, но в течение
всего времени, прошедшего с тех пор, как слово «деньги» имеет
какое-либо значение. Если же деньги не товар, если сами по
себе они должны быть лишены стоимости, то можно допустить
существование их лишь на основе некоторого фиксированного без-
ошибочного принципа, с помощью которого представляемая ими
стоимость может быть сделана неизменной. И я действительно
убеждён, что нет иного способа, каким это могло бы быть так же
легко и полностью осуществлено, как с помощью правительства
или части правительства, или отдельного коммерческого прави¬
тельства, действующего в согласии с политическим и гаранти-
рующего непоколебимую прочность государственных денег по-
средством превращения их в представителей реального богатства,
создаваемого при самых благоприятных из всех возможных ус-
ловий и охраняемого с величайшей бдительностью до тех пор,
пока оно не будет истребовано из меновых складов в обмен на
предварительно отданные за него деньги. После этого уже не
будет иметь значения с общественной точки зрения, что с ним
будет далее. Таким образом, повторяю, мера стоимости мамсет
быть создана, и в результате этого производство товаров будет
постоянно и безотказно создавать спрос на неё. Повторяя это
утверждение, я делаю вызов всей критической мысли трёх ко-
ролевств, предлагая доказать, что я неправ.
Я, однако, далёк от утверждения, что масштаб стоимости не
может быть создан какими-либо другими путями: я не вижу
310
ДЖОН ГРЕЙ
никаких других. Всё, что я предлагаю сделать, может быть из¬
ложено в очень немногих словах. Нужно позволить всем людям,
которые способны и желают сделать что-либо для блага общества,
бросать свои вклады в одну большую кучу и затем брать их об¬
ратно в той натуральной форме, которую они предпочитают,
причём брать долями, эквивалентными их соответствующим
вкладам. Этот метод, возведённый в законченную систему и ре¬
гулируемый во всех частях справедливыми законами, кажется
мне очень естественным. Но если кто-либо может указать луч-
ший, т. е. более короткий и лёгкий, способ, с помощью которого
обмен может быть освобождён от оков и наши огромные произво¬
дительные силы могут быть развязаны для того, чтобы исполнять
свое действительное назначение — удовлетворение наших по¬
требностей — вместо вечной борьбы за удержание уровня цен в
золотой монете (причём количество товаров может увеличиваться
в десятки раз, золотая же монета — только в единицы), то я буду
первым, кто признает, что он этого достиг.
Я знаю, однако, как и большинство людей, как трудно бы-
вает привлечь внимание публики к какому-либо специальному
вопросу и как трудно внушить другим то твёрдое убеждение,
которое сейчас заставляет меня выступить с этими суждениями
перед публикой. И, будучи далёк от оптимистической уверенно-
сти в том, что эта система будет принята в нашей стране в те-
чение того короткого промежутка времени, который согласно
естественному ходу вещей может остаться у того, кто уже пере-
шагнул за полдень своей жизни, я скорее бы удивился, если бы
эти страницы вызвали сколько-нибудь значительную степень
внимания, чем если бы произошло обратное. Человечество, стоя
в общем на ложном пути, может долго ещё отказываться принять
не только план, но и принцип обмена, который здесь изложен.
Пусть так, но тогда произойдёт вот что: неурядицы будут про¬
должаться, люди будут биться, как рыба на мели, иногда больше,
иногда меньше, но всегда в затруднениях, всегда в бедственном
положении, от которого не избавит их никакая удачная схема,
никакая выдумка и никакое средство. И это до тех пор, пока —
слишком поздно для того, чтобы принести пользу хотя бы одному
ныне живущему человеческому существу,— мир, наконец, не
дойдёт до того, чтобы открыть, признать и устранить ужасную
ошибочность своего торгового устройства, вскрыть и искоренить
которую является целью этих страниц.
Я закончу своё рассуждение в следующей главе, трактующей
о границах производства.

ВЕРНОЕ СРЕДСТВО ПРОТИВ БЕДСТВИЙ НАРОДОВ	311
ГЛ АВ А VI
В заключение — объяснение границ производства, каковыми они являются
и каковыми они должны были бы быть.— Несколько слов по вопросу
о населении и эмиграции.
Если вследствие преобразования денежной системы не могло
бы быть никакой другой границы для спроса, кроме надлежащим
образом регулируемого производства, то возникает важный
вопрос: каковы же границы самого производства? Если всякая
продажа за любую сумму будет означать тем или иным путём
покупку или готовность купить на туже сумму, то, спрашивается,
каковы будут последствия, где должно остановиться производство?
В предыдущей главе я уже упомянул, что результат труда
или талантов одного человека может по справедливости обме-
ниваться только на эквивалентные результаты труда или талантов
другого; так что максимумом того, чем может пользоваться рабо-
чий, является всё то, что он, при наиболее благоприятных усло-
виях, может произвести. Желательно, однако, проследить этот
вопрос дальше. Поэтому я теперь попытаюсь более подробно
показать, каковы существующие границы производства, также,
каковы естественные и действительные границы, т. е. те, которые
должны оставаться после того, как теперешние оковы будут
сломаны. Здесь может получиться некоторое повторение, но в
моём уме так запечатлелось значение той доктрины, на которой
я так ревностно настаиваю, что я охотнее рискую быть обвинён-
ным в том, что останавливаюсь на ней чересчур долго, нежели
соглашусь оставить невысказанным что-либо такое, что может
способствовать освещению вопроса.
Существующая граница производства может быть легко
определена. Природа всегда хочет, чтобы мы пользовались
всем тем, что наше трудолюбие и способности в состоянии сде-
лать из материала, который она в таком изобилии рассеяла во-
круг нас. Человек ничего не может получить без усилий, но он
должен иметь всё то, что ему может доставить его труд, пределом
которого является либо истощение, либо нежелание работать.
Но человек пока ещё не исчерпал своих производительных спо¬
собностей и не удовлетворил свои потребности. Первые так
велики, что было бы трудной задачей оценить или измерить их,
в то время как последние, действительные или воображаемые,
столь многочисленны, что удовлетворение их есть лишь посев,
который ещё должен дать урожай.
Наша нация остановилась на определённом товаре и сде-
лала его масштабом стоимости. Она провозгласила, что опре-
делённое весовое количество золота должно быть названо фунтом
стерлингов и что стоимость всех других вещей должна опреде-
ляться количеством фунтов стерлингов или их долей, которые
312
ДЖОН ГРЕЙ
они могут купить или за которые они могут быть проданы. Резуль-
тат этого порядка таков: так как золото есть мера стоимости,
то, как бы ни было велико или мало наличное количество зо¬
лота или его представителей (банкнот) в руках людей, предъяв-
ляющих спрос на товары, это количество есть максимум того,
что можно получить в обмен за одновременно существующее
количество товаров, ищущих обмена на деньги,— другими сло¬
вами, продающихся на рынке. Если количество денег в руках
лиц, желающих отдать их за товары, будет равно 100 и не боль¬
ше, то за товары на рынке можно получить только 100. Следо-
вательно, если на рынке будет больше товаров, чем то количест¬
во, которое по оценке их собственников стоит 100, скажем, на-
пример, больше наполовину, то, очевидно, либо избыточная
половина должна остаться непроданной, либо все количество
должно понизиться в цене до суммы в 100 — безразлично, будет
ли это 100 фунтов, 100 сотен, тысяч или миллионов.
Начнём с примера, в котором как деньги, так и товары стоят,
так сказать, по паритету, т. е. когда все товары, предназна¬
ченные к продаже на рынке, находят готовых покупателей по
подходящей цене и когда также спрос на товары уравновеши-
вается предложением. Поскольку положение таково, нам оста¬
ётся лишь сделать прибавление к запасу товаров, не увеличивая
денежного запаса для того, чтобы получить очень ясное представ-
ление о современном состоянии торгового общества.
Так:
Товаров 100, денег 100—справедливая цена.
Увеличьте количество товаров до ПО, денег попрежнему 100—убыток 10%.
Увеличьте количество товаров до 120, денег попрежнему 100 —убыток 20%.
Увеличьте количество товаров до 150, денег попрежнему 100—убыток 50%.
Увеличьте количество товаров до 200, денег попрежнему 100—убыток 100%.
Так как тем же способом можно продолжать и далее, то не¬
обходимость в таком средстве обращения, которое может посто¬
янно обычным путём увеличиваться столь же быстро, как сово¬
купность всех годных к продаже продуктов, достаточно очевид¬
на; ибо если количество денег соответственно не возрастёт, то
должно неизбежно произойти одно из двух — либо цены должны
пасть и притом в точной пропорции к разнице между увеличением
количества товаров и количества денег, либо же должно прекра¬
титься производство. Нет никакой альтернативы или выхода, к
которому мы могли бы прибегнуть, никакого средства спасения,
при помощи которого могли бы быть избегнуты эти последствия.
Раз дело обстоит так, первый вопрос, который, кажется,
сам собой напрашивается, таков: почему бы не увеличивать коли¬
чество денег столь же быстро, как и количество товаров, чтобы
продажа 200 давала ту же норму прибыли, какая предположена
при продаже 100? Ответ таков: до тех пор, пока золото или
ВЕРНОЕ СРЕДСТВО ПРОТИВ БЕДСТВИЙ НАРОДОВ
313-
какой бы то ни было другой товар, имеющий внутреннюю стои¬
мость, будет оставаться мерой стоимости, увеличивать количест¬
во денег столь же быстро, как мы можем увеличивать количество
товаров, абсолютно и явно невозможно, поскольку никакими
ухищрениями нельзя добиться, чтобы одна вещь так же быстро
увеличивалась в количестве, как все другие вещи, вместе взятые.
Сокращающийся рынок — вот что теперь является границей
материальных источников человеческих наслаждений, вот тог
враг, который преграждает путь производителю и говорит ему:
ты можешь двигаться вперёд настолько, но не дальше.
Так как масса товаров не может возрасти быстрее, чем масса
денег, без того чтобы неизбежным результатом был убыток,.
то последний и является обычно результатом производства.
Побуждаемые ненасытным стремлением использовать свой капи-
тал и, как они это называют, «делать деньги», промышленники,
то один, то другой, постоянно переступают демаркационную
линию. Но, к несчастью, они в таком случае производят не день¬
ги, а только блага или, вернее, бедствия, ибо едва ли может
быть благом то, что приводит своего производителя к банкрот¬
ству, а его жену и семью — в дом для бедных.
И это есть то, что создаёт так называемое перепроизводство.
Поскольку количество товаров увеличивается быстрее, чем ко¬
личество денег, цена товаров падает, и все кричат: о, бедствия
перепроизводства! Между тем можно показать двадцатью раз¬
личными способами, что никогда не было и не может быть общего
перепроизводства товаров. Действительное зло — это недопроиз¬
водство денег при полном отсутствии какого бы то ни было оп-
ределённого принципа их увеличения или уменьшения. Нач¬
ните опять, как мы это уже сделали, с состояния паритета, при
котором производство даёт справедливую прибыль, но регули¬
руйте рост количества денег наличным запасом товаров вместо
регулирования прироста товаров наличным запасом денег, как
это имеет место в настоящее время, и вы можете увеличить про¬
изводство в сто, тысячу, миллион или в сто тысяч миллионов раз.
и вы всё же будете не менее, чем когда-либо, далеки от перепро¬
изводства. Перепроизводства не будет и быть не может, даже
малейшая перспектива перепроизводства будет немыслима.
Регулирование видов производимых вещей, обеспечивающее
пропорциональность в приросте их количества — вот единст¬
венное необходимое для этого условие.
Но когда прекращается увеличение количества денег, то
увеличение количества товаров в общем тоже прекращается,
ибо, хотя легкомыслие часто преступает границу, благоразумие
гораздо чаще говорит — стоп. Последнее есть правило, первое —
исключение. Итак, производство приостанавливается. Но когда?
Когда потребности публики удовлетворены? Когда мы все в
314
ДЖОН ГРЕЙ
материальном отношении пользуемся довольством и комфор-
том? Когда каждый из нас и все мы имеем кров и приют; средства
содержать жену и семью, если мы имеем их; имеем мебель, музы¬
кальные инструменты, книги, карты, глобусы,— одним словом,
всё, необходимое для того, чтобы сделать жизнь комфортабельной
в общепринятом значении слова? — Нет. Когда мы могли бы
снабдить каждого отдельного жителя наших королевств предме¬
тами необходимости и комфорта и многими из второстепенных
предметов роскоши, наша производственная деятельность при-
останавливается, и до тех пор, пока существует теперешняя си¬
стема обмена, должна будет всякий раз приостанавливаться за¬
долго до того, как мы снабдили массы достаточным количеством
даже предметов первой необходимости — пищей, одеждой и
приличным жилищем.
Средство против этого зла — средство, которого нельзя найти
в словарях вигизма, торизма, радикализма, чартизма или любого
другого известного мне «изма»,— должно состоять в реформиро¬
ванной денежной системе, при которой количество денег будет
зависеть от количества товаров, вместо того чтобы последнее
регулировалось первым, как это делается в настоящее время.
При современном устройстве банков банкиры не могут этого
достигнуть. Банкноты подлежат оплате по требованию фиксиро-
ванным количеством золота, поэтому они не должны выпускаться
в таких количествах, при которых они ценились бы ниже золота,
ибо если бы они превышали эту границу, то наступил бы конец
прибыльности банкового дела, оно стало бы убыточным. Каждая
•банкнота вернулась бы в соответствующий банк так же быстро,
как она была бы выпущена, и результатом каждого такого вы¬
пуска был бы убыток. Если бы банкноты выпускались достаточно
свободно для того, чтобы дать возможность производству идти
беспрепятственно, то' золото неизбежно повысилось бы в цене
по сравнению с банкнотами. Товары, которые покупались бы на
банкноты, не обменивались бы более на прежнее весовое коли¬
чество золота, потому что отношение количества золота к массе
товаров уменьшилось бы благодаря только увеличению пос-
ледней. Таким образом, очевидно, банкиры в такой же степени
связаны в отношении размеров своих операций, как и остальная
часть общества.
Отсюда следует, что ни золото, ни банкноты, оплачиваемые
по требованию фиксированными весовыми количествами золота,
ни серебро, ни медь, ни бронза, ни железо, ни олово, ни свинец,
ни товары какого бы то ни было рода, имеющие внутреннюю
стоимость, никогда не могут быть использованы в качестве меры
стоимости без того, чтобы не тормозить производство подобно
железным цепям, которыми сковали бы по рукам и ногам трудя-
щиеся классы.

ВЕРНОЕ СРЕДСТВО ПРОТИВ БЕДСТВИЙ НАРОДОВ	315
Чтобы производство могло протекать беспрестанно; чтобы
спрос на более роскошные вещи возрастал, как только будет
удовлетворен спрос на вещи менее роскошные; чтобы совокуп¬
ный спрос был равен предложению и предложение спросу; что¬
бы цена товаров не уменьшалась при возрастании их количества,
если только не было изменений в труде, который их создаёт,—
мерой стоимости должна быть банкнота, представляющая опре-
делённое количество с пользой употреблённого труда и умения.
Выше я уже показал с математической точностью, по какому
принципу можно выпускать и изымать из обращения указанную
банкноту с её 20-ми, 240-ми, 480-ми и 960-ми долями.
Итак, следующий наш вопрос таков: каковы границы про¬
изводства по существу — границы, которые установлены по са¬
мой природе вещей как постоянные и неизменные?
Я уже указал, что естественной границей материальных
источников человеческих наслаждений является исчерпание
до конца нашей склонности или нашей способности произво¬
дить их. Но этот ответ носит, очевидно, чересчур общий ха-
рактер для того, чтобы вполне удовлетворить тех, кто вооб-
ражает, что наши производительные силы неисчерпаемы и что
единственное, чего не хватает, это — сбыта для наших това-
ров. Желательно поэтому более полное изложение этого воп¬
роса, ибо неспособность выполнять определённое действие мо-
жет возникнуть по многочисленным и весьма различным при-
чинам.
Источниками богатства нации являются её земля, капитал,
искусство и трудолюбие. Приведите все их полностью в дей-
ствие, и годовым результатом будет максимальное количество
богатства, которое они способны создать. Способы использо-
вания этих сил могут быть, как нам кажется, разделены по че-
тырём различным рубрикам. Это не значит, что каждое занятие
необходимо попадает в какую-либо одну из этих рубрик, ибо
часто может случиться, что занятие имеет смешанный характер.
Однако предварительное рассмотрение этих подразделений может
оказаться для нас полезным.
I. Нация может применять свою землю, капитал, искусство
и трудолюбие, создавая богатства из своих собственных мате-
риалов, для собственного непосредственного пользования, по-
требления и удовольствия. Для этого вида производства харак¬
терна независимость, подобно тому как независим человек,
который, имея мало потребностей, удовлетворяет большую
часть их на манер Робинзона Крузо трудом собственных рук.
II. Нация может посвятить большую часть своих производ-
ственных ресурсов созданию богатства, подлежащего обмену
на продукты других стран. Это подразумевает только обмен
в натуральной форме, а не увеличение стоимости, ибо всё, что
316
ДЖОН ГРЕЙ
получается, предполагается лишь эквивалентным тому, что
даётся за него. Тем не менее этот вид производства весьма обык¬
новенно является причиной действительного bona fide увеличе-
ния богатства, потому что мы можем оплачивать заграничные
продукты из наших излишков. После того как произведено
достаточно для внутреннего потребления, мы производим больше,
чтобы потратить излишек на покупку у других наций того, чего
мы не можем сделать в своей стране. В этом случае платёж со-
стоит из чего-то такого, чего никогда не существовало бы, если
бы не было возможности использовать его описанным образом.
При этом нация, с которой мы торгуем, будучи точно в таком же
положении, также в полном объёме использует своё производство.
Это — также здоровый и желательный вид работы. Это —
разделение труда между нациями, которое оказывается столь
благотворным для всякого общества, как бы мало оно ни было.
Продукты, созданные таким образом со специальной целью
обмена на богатство других наций, могут состоять либо из сырых
материалов, либо из промышленных товаров; будет ли обмен
произведён прямо или косвенно — результат один и тот же.
Т. е. мы можем посылать товары в Америку в уплату за аме¬
риканский хлеб, который потребляется в нашей собственной
стране, или мы можем посылать товары в Америку в обмен на
американский хлеб, подлежащий отправке во Францию в уплату
за вино или шёлк, импортируемые нами из этой страны.
III. Третий метод применения капитала, искусства и трудо-
любия может состоять просто в работе на другие нации.
Мы можем покупать иностранные материалы, в которых мы сами
не нуждаемся, перерабатывать их определённым образом, опять-
таки не для внутренних целей, затем посылать их на внешний
рынок, причём излишек вырученной там цены над издержками
производства является вознаграждением за наш риск и хлопоты.
Это едва ли может быть названо желательным родом заня-
тий. И если большие массы народа вовлекаются в него, то они
необходимо попадают в несколько рискованное положение. Ибо
какой бы капитал, искусство и трудолюбие ни были приведены
в действие при этих условиях, все они необходимо попадают в
положение подённого рабочего, которого можно уволить с пре-
дупреждением за один час. Народ, для которого мы хотим рабо¬
тать, может или начать выполнять работу сам, или найти дру¬
гой предмет, замещающий нашу продукцию, или он может найти
другой народ, который будет делать для него то же самое на< бо¬
лее приемлемых условиях. Правда, для мощной нации, подобной
Англии, такие изменения обычно наступают лишь постепенно,
и их можно более или менее предвидеть, но всё же они иногда
наступают, и тогда они влекут за собой огромные бедствия. Но
если бы в занятия такого рода какое-либо малое и слабое госу¬
ВЕРНОЕ СРЕДСТВО ПРОТИВ БЕДСТВИЯ НАРОДОВ
317
дарство вложило большую часть своего капитала и труда, то
сильный неприятель мог бы почти уничтожить его существование
и не вступая на его берега, а просто путем пресечения его внеш-
ней торговли. Поэтому положение рабочих, перерабатывающих
заграничные материалы для заграничных потребителей, не мо-
жет рассматриваться как желательное общественное положение
для большого числа людей. И было бы хорошо, если бы это об¬
стоятельство пользовалось несколько большим признанием,
чем в настоящее время.
IV. Капитал и искусство могут быть также применены в
спекулятивной деятельности — в простой покупке и продаже.
Это занятие не вызывает возражений, поскольку оно учитывает
нехватки и излишки у различных наций и извлекает выгоду
от нивелирования условий жизни людей. Одна страна богата
одними видами продуктов, другая — другими. И тот, кто дей-
ствует в качестве посредника при обмене соответствующих из-
лишков, приносит пользу обеим сторонам. Таково законное за-
нятие торговца. Но когда он пускается в море спекуляции и
вследствие этого привлекает тысячи своих сограждан к занятиям
третьего рода, описанным выше, он часто бывает немногим луч¬
ше обыкновенного мошенника и должен бы быть заклеймён в
качестве такового, если бы не то смягчающее обстоятельство, что,
разоряя других, он сам обыкновенно подвергается той же участи.
Теперь мы возвращаемся к более непосредственному предмету
нашего настоящего исследования.
Так как было показано, что под влиянием рационального
порядка обмена предложение и спрос были бы только двумя
названиями одной и той же вещи и что, следовательно, они
могут всегда идти рука об руку, то отсюда следует,— посколь¬
ку единственным требуемым для этого условием является регули-
рование,— что наша способность производить должна быть со-
размерной с нашей способностью регулировать^ и это действи-
тельно так.
Если большое число людей, снабжённых необходимым капи-
талом, занято во множестве разнообразных работ и оплачи¬
вается за свои труды ордерами на их собственную продукцию,
то отсюда следует, что совокупный спрос будет равен совокуп¬
ному предложению. Всё же вполне возможен избыток определён-
ных товаров, каковой избыток, однако, должен быть точно урав-
новешен недостатком других. Если, например, мы обозначим
произведённые товары и их производителей буквами A, Bt С
и D, то производители, получая свою заработную плату, могут
пожелать потратить все свои деньги на покупку только товаров
А и В, которых в этом случае будет ровно половина того, что
нужно для покрытия спроса, с одной стороны, тогда как, с дру¬
гой — на товары С и D не будет вообще спроса.

318
ДЖОН ГРЕЙ
Очевидно, что необходимо удвоить производство А и В и
прекратить производство С и D, Так как надобность в измене-
ниях этого рода обычно появлялась бы постепенно, то было бы
нетрудно их осуществлять, пока были бы налицо материалы,
нужные для изготовления желательной вещи, или до тех пор,
пока мы в состоянии были бы получить такие материалы в обмен
на какую-либо вещь, без которой мы можем обойтись и которую
мы готовы отдать за них.
Может, однако, случиться, что мы не будем в состоянии
сделать ни ту вещь, в которой мы нуждаемся, ни какую-либо
другую вещь, с помощью которой можно купить её. Тогда ясно,
что мы должны обойтись без неё, направив капитал и труд, ко¬
торые мы хотели бы потратить на желанный предмет, на какую-
либо другую цель, достижение которой не сопряжено с такими
непреодолимыми трудностями. Но если бы случилось, что нуж¬
ный товар, такой, без которого нельзя обойтись,— например, пища
(предполагая, что мы уже произвели самое большое количество
пищи, какое только мы в состоянии произвести внутри страны,
и что мы не способны также создать своим трудом какую-либо
другую вещь, в обмен на которую другие нации дали бы нам
пищу), тогда очевидно, что мы достигли бы естественной границы
производства. Ибо, поскольку мы теперь не в состоянии регули¬
ровать, не в состоянии произвести либо вещь, в которой мы
больше всего нуждаемся, либо какую-либо другую вещь, с по¬
мощью которой можно купить её, постольку все добавочные ра¬
боты, к которым мы можем приступить, могут иметь лишь один
результат, а именно увеличение спроса на ту самую вещь, кото¬
рой у нас и так недостаточно для того, чтобы покрыть ранее су-
ществовавший меньший спрос. И эта естественная граница про¬
изводства является, как я себе представляю, первой границей,
к которой нации когда-либо могут прийти.
Можно, вероятно, допустить .утверждение, что эмиграция
необходима лишь тогда, когда нации не в состоянии снабдить
свои рынки каким-либо необходимым товаром ни посредством
собственного труда, ни посредством работы части населения
для получения желанной вещи косвенно — путём обмена. Эми-
грация может быть желательна и до наступления -такого перио-
да, но необходимость не может быть, я полагаю, очень настоя¬
тельной; причём следует иметь в виду, что некоторое приближе-
ние к такому положению вещей при предлагаемой системе не-
изменно проявлялось бы, смотря по обстоятельствам, в постоянно
увеличивающемся спросе на запасы требуемого предмета на
внутреннем либо же на внешнем рынке.
Таким образом, под влиянием правильной системы обме-
на совокупное предложение и спрос представляли бы всегда
одно и то же, и в то же время было бы ясно, как день, где уве-*
ВЕРНОЕ СРЕДСТВО ПРОТИВ БЕДСТВИЙ НАРОДОВ
319
личивать и где уменьшать производство, причём постоянным ука-
зателем правильного пути — как внутри системы, так и вне её —
был бы увеличивающийся или уменьшающийся спрос на опреде-
лённые товары. Пополните ваши истощившиеся запасы, убавьте
немного там, где уже полно. При этом следует отметить, что
чрезмерное переполнение должно быть всегда в точном соответ-
ствии с дефицитностью, и наоборот.
Увы! Великобритания и Ирландия теперь не нуждаются ни
в каком показателе того, насколько наполнены или пусты их
склады. Полно! Полно! Полно! — таков однообразный ответ
на всякий вопрос такого рода. Дома, мебель, одежда и пища
имеются в одинаковом обилии, тогда как рынок! рынок! Таков
вечный вопль десятков тысяч людей, которым нужно только
устранить величайшую порочность, пронизывающую насквозь
их систему обмена, для того чтобы получить рынок в лице друг
друга.
Великобритания не имеет также никаких оснований опа¬
саться, что может скоро настать день, когда её производства
должны будут приостановиться по какой-либо естественной
причине: её ресурсы огромны; и если бы она только была сво¬
бодна в пользовании ими, то самая блестящая страница из исто-
рии прошлого, которой может похвалиться какая-либо страна,
представляла бы лишь печальную картину состояния челове-
ческого рода по сравнению с тем, что явили бы глазам вновь от¬
крытые врата процветания Англии. Ее ресурсы для создания
богатства почти безграничны, и в то же время точно так же
безграничны указанные здесь способы выгодного употребления
этого богатства.
Здесь уместно заметить, что при переходе к предлагаемой
системе могут быть полностью или почти полностью устранены
всякие поводы к уменьшению размеров какого-либо производ¬
ства. Это может быть достигнуто просто тем, что масштаб про¬
изводства был бы вначале меньше, нежели позволили бы размеры
наличного капитала. При этом условии можно постоянно
сохранять должную пропорциональность предложения удоб-
ным методом увеличения производства при дефицитности, вместо
того чтобы сокращать его всякий раз, когда получится
избыток.
Если, например, наличное состояние меновых запасов во
всех их различных подразделениях представить цифрами
2, 4, 2, 4, 2, 4,
в то время как пропорциональность предложения требовала
бы, чтобы они были таковы:
3, 3, 3, 3, 3, 3,

320
ДЖОН ГРЕЙ
то, очевидно, равновесие может быть восстановлено путём пре-
вращения либо трёх двоек в четвёрки, либо трёх четвёрок в двой¬
ки, либо всех шести цифр в тройки. Первый план требует
увеличения производства, второй — уменьшения, а третий —
«одинаково и того и другого. Первый план, очевидно, самый
желательный, но, для того чтобы мы могли его осуществить, не¬
обходимо, чтобы в нашем распоряжении всегда был добавочный
капитал, готовый направиться в любое место, где потребуется
дополнение. Это единственное, что необходимо в данном
случае.
Я предполагал, как указано в заглавии этой главы, ска¬
зать несколько слов по вопросу о населении и эмиграции, но
так как это не обычный трактат по политической экономии, а
только попытка обратить внимание на современное жалкое со-
стояние этой науки, то я только замечу, что все дискуссии о
населении и эмиграции в настоящее время преждевременны.
Ибо мы сейчас не в состоянии судить ни о том, ни о другом. Име-
ется одно зло, устранению которого только и должны быть^спер-
ва посвящены все мысли: дайте нам свободную торговлю внутри
страны, снимите оковы с производства, дайте ему полный про-
стор. Разбейте золотые цепи, обрекающие нас на нищету, тогда
мы будем в состоянии видеть с высоты сквозь прозрачный воздух
многие вещи, которые мы сейчас бесплодно стараемся различить
сквозь туман и тьму торговых заблуждений.
В «Социальной системе» я посвятил главу вопросу о населении
и сделал несколько замечаний по поводу эмиграции. Но мне не
хочется ни слишком растягивать свою работу, ни отвлекать вни-
мания от основного вопроса, которому она посвящена.
Г Л АВ А VII
Некоторые замечания о современных политических партиях.
! Едва ли возможно более убедительное доказательство распро-
странённого в обществе невежества в отношении причин челове-
ческих страданий, чем то большое расхождение во взглядах,
которое существует по этому вопросу; я говорю существует,
потому что есть все основания полагать, что все партии в из¬
вестной степени искренни в своих заявлениях по этому поводу;
другими словами, что очень немногие из них придерживаются
определённых мнений только потому, что последние благоприят-
ствуют их особым интересам. В известной мере у отдельных
лиц, без сомнения, превалируют корыстные партийные сообра-
жения, но я считаю подобное явление скорее исключением,
ВЕРНОЕ СРЕДСТВО ПРОТИВ БЕДСТВИЙ НАРОДОВ
321
нежели правилом. Нет ничего оскорбительного для рассудка
какого-либо человека в утверждении, что в вопросах торговли или
политики он считает чёрное белым, а белое чёрным; ибо в наблю-
даемых нами фактах есть достаточно противоречий для того,
чтобы оправдать самые противоположные заключения, смотря
по тому, рассуждает ли человек, исходя из одного или из другого
ряда условий.
Если бы паровая машина испортилась и перестала работать
и если бы было послано несколько инженеров, чтобы каждый в
отдельности исследовал её и сообщил о её дефектах, то есть
шансы на то, чтобы все они приписали бездействие машины
одной и той же причине, и притом действительной, ибо, поскольку
предполагается, что каждый инженер понимает природу и кон-
струкцию представленной ему вещи, её дефекты, каковы бы они
ни были, были бы тотчас же обнаружены. Хотел бы я знать, ка¬
кая степень сходства оказалась бы между докладами нескольких
комиссий, назначенных для вынесения в течение шести месяцев
решения по вопросу о торговых затруднениях, их причине и
способе устранения. Увы! Как различны и противоречивы мне-
ния нынешних политических и социальных инженеров: они,
кажется, не сходятся ни в чём, за исключением того, что бедствия
действительно существуют, и за исключением отрицания взгля-
дов друг друга в отношении причин бедствий и способов их
устранения.
Партия тори или консерваторов, кажется, не имеет ника-
ких особых лечебных средств. Согласно их недавним указа-
ниям они, кажется, взяли на себя роль охранителей, борю¬
щихся против всяких частых и значительных перемен в наших
экспериментальных изысканиях; вместо того чтобы улучшить
положение, они ухудшали его. Они обладают даром того по¬
рядка, который френологи называют ловкостью. Они приходят
к выводам чисто интуитивно. Ни в одном случае не пытаясь
отвечать на доводы своих оппонентов, они прибегают к более
короткому методу: «Вы не убедили нас». В этой житейской
предосторожности много здравого смысла, так как в вещах, ко¬
торые нельзя наглядно продемонстрировать, вовсе не следует,
что один человек прав, потому что другой, не менее способный,
не может показать, что он не прав. Консерваторы не говорят
прямо своим оппонентам: «То, что вы хотите сделать,— неспра¬
ведливо». Но они говорят: «Мы не видим, каким образом это
принесёт пользу, поэтому мы против». Эта партия может быть
не без успеха сравнена со старым строгим опекуном, который с
величайшим хладнокровием выслушивает самые пылкие и риско¬
ванные мнения своего подопечного; затем, не снизойдя до какого-
либо ответа, накладывает запрещение на все предложения, от¬
казавшись удовлетворить их. Герцог Веллингтон в опублико-
322
ДЖОН ГРЕЙ
ванном 16 июля ответе некоему г-ну Тейлору, который хотел
побеседовать с ним о лиге против хлебных законов, пишет, что
он «отказывается принимать визиты как депутаций от обществ,
так и отдельных джентльменов для обсуждения общественных
вопросов, но если какой-либо джентльмен считает нужным дать
ему в письменном виде сообщение или указание по какому-либо
вопросу, то он прочтёт его со вниманием». Это решение кажется
и мудрым и либеральным. По вопросу, который ставил челове-
чество в тупик в течение столетий, едва ли можно договориться
в течение короткого промежутка времени, обычно уделяемого для
интервью. Мнения могут быть установлены яснее и лучше в пись¬
менной или печатной форме, чем в разговорной. Письменное
изложение может быть прочитано и перечитано и, таким образом,
разумно понято, в разговоре же часто более или менее неправиль¬
но воспринимается мысль, которую хотели передать, причём три
четверти доводов обеих сторон очень скоро забываются. Публич¬
ные собрания, публичные и частные дискуссии очень полезны
для того, чтобы привлечь внимание участников к тем или иным
вопросам. Вместе с тем они способствуют формированию мнений
по этим вопросам. Но если вопрос трудный — а вопрос о на¬
родной нищете среди изобилия, кажется, несколько затрудняет
людей,— то он всегда значительно лучше может быть изучен и
освещён в кабинете, чем в зале для дебатов, в которой обычно
одерживает победу скорее самый искусный оратор, чем самый по-
следовательный мыслитель. Что свободный ввоз хлеба без одно¬
временного изменения природы денег не намного уменьшил бы
существующие и ожидаемые бедствия нашей нации, я сейчас
постараюсь доказать.
Виги идут в своих заключениях от причины к следствию,
и если бы только они учитывали все обстоятельства дела, то их
логические заключения были бы, конечно, неоспоримы. Но они
никогда ещё так не делали. Они приняли бы те меры, которые
имеют естественную тенденцию приносить пользу,— они избег-
ли бы ненужных расходов, понизили бы, насколько возможно,
налоги и допустили бы в значительной мере осуществление сво¬
бодной торговли. Естественная тенденция этих мер хорошая.
Нация нуждается в хлебе; и если она с большей лёгкостью мо-
жет получить хлеб путём прядения хлопка для отдачи в обмен
на хлеб, чем путём выращивания самого зерна, то очевидно, что
окольный путь более эффективен, чем прямой. Если один чело-
век работает у станка, а другой на полубесплодной почве гори¬
стой Шотландии, причём оба работают с целью получения хлеба,
то ткач является лучшим земледельцем из них обоих, если ока¬
зывается, что его труд доставляет больше хлеба в житницу,
чем труд его товарища. В самом деле, наиболее дешёвый способ
получения того, в чём мы нуждаемся, состоит в том, чтобы ни¬
ВЕРНОЕ СРЕДСТВО ПРОТИВ БЕДСТВИЙ НАРОДОВ
323
когда не делать самой вещи, раз мы можем, делая что-нибудь
другое, получать посредством обмена большее количество при
том же самом количестве труда.
Но поможет ли нам свободный ввоз хлеба? Посмотрите на
Америку! Там, конечно, достаточно хлеба, тем не менее Америка
не в лучшем положении, чем Великобритания. Напротив, она в
худшем положении. В газете от 27 августа 1842 г. мы читаем:
«Нью-йоркская газета содержит список почти семисот банкротов—
список, напечатание которого обычным порядком в Англии на¬
половину заполнило бы газету «Таймс»! Это показывает, какой
ураган пронёсся над торговым миром в Америке и какие ужасные
опустошения он оставил после себя». В чем причина этого, если
не в том, что американцы подобно нам самим совершенно лишены
надлежащего орудия обмена, или меры стоимости. Ибо там,
как и у нас, деньги суть вещь, которую скорее бросают в толпу,
чтобы все из-за нее дрались, чем выпускают согласно какому-
либо определённому принципу. В результате, чем больше жиз-
ненных благ народ в силах производить, тем больший убыток
должны терпеть торговцы и промышленники. Американцы,
как и мы, с таким же успехом могли бы попытаться заменить
вены и артерии человеческого организма, по которым циркули-
рует кровь, нагнетательным насосом, как и пытаться выгодно
осуществлять обмен без плана, столь же правильного математи¬
чески, как анатомически правильны вены человеческого орга¬
низма.
Если бы хлеб был в нашей стране столь же дёшев, как в Аме-
рике, то год или самое большее два вернули бы нас обратно к
нашему теперешнему положению. Заработная плата пала бы в
точном соответствии с падением цены хлеба. Сохранилась бы та
же диспропорция между возможностью производить товары и
производить деньги, как и в настоящее время. Товары были бы
дешевле, чем раньше, но никакой прибыли нельзя было бы по¬
лучить от них. Конечный результат был бы двояким: во-первых,
прежний безумный вопль о перепроизводстве появился бы
снова; и, во-вторых, англичане сделали бы большой шаг к дости-
жению лучшего порядка вещей; они поняли бы, что не дешёвый
хлеб, а что-то другое должно нас спасти. Но в то время, когда
делается так много усилий для снижения цен на все предметы,
следует по крайней мере иметь в виду, что понизить общую
цену товаров наполовину означало бы как раз удвоить процент
по государственному долгу, равно как сумму рент по всем арен-
дам и процент по каждому долговому обязательству до его по-
гашения.
В настоящее время хлеба на рынке много, и беда в недостатке^
не столько самого хлеба, сколько денег, для того чтобы купить
его. Увеличьте предложение хлеба, и зло скорее увеличится,
324
ДЖОН ГРЕЙ
чем уменьшится; ибо без соответствующего увеличения количе¬
ства денег хлеб будет только вздувать и так уже непомерно боль¬
шой совокупный спрос на деньги. Все доводы в пользу свобод-
ного ввоза хлеба предполагают свободную систему обмена внутри
страны, чего на самом деле нет. Имеются миллионы людей в Ан-
глии, Шотландии и Ирландии, которые способны и очень стре¬
мятся, но не могут быть полезными друг другу из-за отсутствия
надлежащего орудия обмена между ними. В таком положении
находятся десятки людей, живущих на одной и той же улице
большого города. Люди не живут за счёт прямого товарообмена:
пекарь не может отдавать хлеб за сукно, а суконщик — сукно
за хлеб; мебельщик не может отдавать мебель за тысячу пред-
метов, которые ему требуются для собственного пользования и
потребления. Пекарь, суконщик, мебельщик, к ним прибавьте
сотню других, должны все жить за счёт прибыли от своих про-
мыслов, избытка денег, которые они могут получить за свои
товары сверх тех денег, которые они затрачивают на них. Этот
избыток образует их доход; и если увеличение количества денег
не идёт рука об руку с увеличением количества, товаров, то
чем больше товаров они производят, тем меньше избытка или
дохода они могут получить. А, как я уже много раз говорил,
увеличение количества денег существующего вида не может
идти рука об руку с увеличением количества товаров. Таким об-
разом получается, что миллионы людей, способных и желающих,
говоря о них в целом, снабжать друг друга всякими предметами
разумного пользования, потребления и наслаждения, обречены
на вечные затруднения, замешательство и распри вследствие
простого жонглирования человеческими делами, ложного по¬
рядка, который может быть устранён в течение двух или трёх
лет. Пусть не думают, что я борюсь за сохранение хлебных
законов. Никто не радовался бы больше их полной отмене, чем
пишущий эти строки, но ожидать большой пользы от этой пере-
мены до тех пор, пока будет существовать современная система
обмена,— чистейшая иллюзия.
По тем же причинам идеи вигов, которые были бы разумны
при других обстоятельствах, остаются бесплодными. Они сперва
должны избавиться от разрушительного принципа, господствую-
щего в торговом обществе. Они должны поставить коммерцию
на такую основу, чтобы любое увеличение количества товаров не
могло иметь тенденции понижать их денежную цену, если оно
не сопровождается уменьшающимися издержками на материал
или труд по их производству. Пусть они сперва сделают это, а
потом дадут нам право свободной торговли чем угодно; никакое
разумное существо не будет этому противодействовать, и ни
одна здравомыслящая страна не будет долго ждать, чтобы по-
следовать их примеру.

ВЕРНОЕ СРЕДСТВО ПРОТИВ БЕДСТВИЙ НАРОДОВ
325
Но бесполезно и безнадёжно ждать прочного улучшения от
простого расширения нашей теперешней коммерческой системы.
Она прогнила до самой сердцевины и должна быть отброшена,
подобно старой изношенной одежде, чтобы освободить место для
другой из лучших материалов и нового образца.
ГЛАВА VIII
Обращение: автор очень просит исследовать достоинства развитой здесь
системы обмена.— Напоминание герцогу Веллингтону о сделанном им
в печати приглашении.
Читатель, к какому бы классу общества ты ни принадлежал,
соблаговоли выслушать несколько простых замечаний.
Мир полон бедствий; они встречают нас на углу каждой
улицы и проникают в самые отдалённые убежища наших горо-
дов и деревень; подробностями бедствий полна пресса, подобно
постоянно текущей реке. Главная причина всей массы этого
зла — нищета; имеются, без сомнения, и другие причины, но
эта причина — главная, подавляющая. Вы сожалеете о бед-
ствии, которое видите и о котором слышите, и с радостью облегчи¬
ли бы его, если бы вы только знали, как это сделать. Это трюизмы.
Но вот книга, которая выступает с заявлением, что всякая
незаслуженная нищета может быть устранена, и так как люди
могут и хотят создавать своим трудом изобилие для всех, то все
могут быть удовлетворены. Причина, по которой столь многие
находятся в настоящее время в нищете, указана, и средство её
устранения — перед вами в форме новой торговой системы, не¬
сложной по своей природе. Принятие этой системы было бы делом
ничуть не трудным; напротив, план её в одно и то же время и
прост и практичен. Результатом его осуществления было бы
превращение производства предметов необходимости, удобства и
комфорта в неизменную причину спроса на них. Таково утвер-
ждение автора: прав он или нет?
Если вы ответите отрицательно, то это значит, что между
нами расхождение относительно самих фактов; дискуссия тогда
исчерпана. Но автор уверен, что как бы вы ни были изобре-
тательны, вам не удастся вскрыть серьёзных ошибок как в от-
ношении причины, которой автор объясняет существование
таких огромных бедствий, так и в отношении действенности
того лекарства, которое он советует применить.
Может быть, однако, ваш ответ будет иной. Вы, может быть,
склонны допустить не только то, что тайное зло, которое удру-
чает нас, было выявлено, но также и то, что было указано дей-
ствительное лекарство. Тогда я со своей стороны согласен, что
проект обширен, что он предполагает значительное изменение
в коммерческой структуре, что могут пострадать денежные
326
ДЖОН ГРЕЙ
интересы отдельных лиц, что несколько изменился бы способ при-
менения частных капиталов, что пришлось бы учредить в стране
своего рода второе правительство и что должно произойти многое
другое, вплоть до революционизирования всей теперешней си¬
стемы промышленности и торговли. Но допуская всё это, я всё же
полагаю, что если бы благодаря этим изменениям была разбита
цепь, приковывающая нас к нищете, то священным долгом каждого
человека, от премьер-министра до крестьянина, должно быть —
смело дойти до корня зла и вырубить его как можно скорее.
Что-то должно быть сделано в непродолжительном времени
для того, чтобы утолить голод масс. Я пишу эти слова в августе
1842 г. Посмотрите на состояние страны. Что заполняет столбцы
половины общественной печати, как не известия о бунтах, бес-
порядках, насилии! Правда, как раз теперь зло уменьшается,
насколько это возможно, потому что потребление продолжается,
В то время как производство в застое. Но те же самые причины
будут продолжать действовать, и то же самое зло вновь будет
возвращаться к нам время от времени с одинаковой и возрастаю¬
щей силой. Люди будут есть до тех пор, пока существует какая-
либо пища, которую можно присвоить, и если дефекты торговой
организации не будут попрежнему препятствовать им получить
пищу путём применения своего трудолюбия, то они захватят
её при помощи незаконного оружия грабителя. Тщетны раз¬
говоры о том, что эти вещи исправятся сами; сами они никогда не
исправятся. Тщетно уверять нас, что нищета и несчастье, даже
незаслуженные, суть естественные спутники развитого и высоко-
цивилизованного состояния общества. Я доказал, что это утвер-
ждение ложно. Не существует никакой естественной причины
нищеты, за исключением умственной или физической неспособ¬
ности, лености, порока и преступления. Тщетно богатые предают¬
ся ложному, ненадёжному покою, убаюкивая себя постоянным
повторением общих мест: перепроизводство, слишком большой
дух спекуляции, чересчур много машин, перенаселение и тому
подобная бессмыслица. Нужно прибегнуть к мерам решительным:
зло не должно больше оставаться скрытым, подобно тигру в
своём логовище, готовому наброситься на нас в любой момент,
как только представится случай. Зло должно быть удалено, и
долг каждого человека — приложить руку к этому делу.
Нельзя, однако, ожидать, чтобы герцог Веллингтон при-
нимал теперь очень активное участие в общественных делах.
Солнце общественной карьеры герцога склоняется согласно
естественному ходу вещей к западу. Можно ожидать, что герцог
вскоре скажет словами Вальтер Скотта, вложенными последним
в уста Джона Кембла1:
1 John Kemble (1757—1823.1 — знаменитый английский артист.— Прим,
перев.

ВЕРНОЕ СРЕДСТВО ПРОТИВ БЕДСТВИЙ НАРОДОВ
327
Higher duties crave
Some space between the theatre and the grave;
That like the Roman in the Capitol,
I may adjust my mantle ere I fall:
My life’s brief act in public service flown,
The last, the closing scene, must be my own1.
Герцог Веллингтон сказал, что он прочтёт со вниманием
сообщение или указание, данное ему в письменном виде по лю¬
бому вопросу, связанному с государственными делами.
Всё, чего я осмелился бы просить у знаменитого человека,
с именем которого я так вольно обращаюсь, . это — заявления
(если бы он только нашел основание сделать его), что по
его мнению, разработанная здесь денежная система заслужи-
вает всестороннего внимательного рассмотрения. Я полагаю,
что, таким образом, его светлость мог бы присоединить еще
одно благодеяние ко всем тем, которые он доставил своей стране:
ибо большинство людей стало бы изучать то, что он счёл бы до-
стойным изучения, и тогда вопрос неизбежно должен встать
перед публикой в форме почти всеобщей дискуссии.
Следующее место по влиятельности после того, о ком я го-
ворил выше, занимает пресса. Я не премину дать значительному
числу уважаемых представителей этого почтенного братства
возможность составить мнение по данному вопросу; и если мне-
ния, выраженные в этой книге, правильны, то возражение или
одобрение будут иметь одинаковое влияние; ибо неоснователь¬
ное возражение против правильной доктрины часто является
лучшим способом поддержки, какая только может быть оказана;
если же эти мнения образуют лишь дополнительную главу в
великой книге заблуждений, то чем скорее их ошибки будут
вскрыты и показаны, тем лучше.
Но содержание этой книги адресовано скорее к средним и
низшим классам общества, чем к высшим. Они, и особенно
последние, не могут отнестись к проекту, имеющему своей целью
устранение их бедствий и обладающему хотя бы подобием разум¬
ности, как к простому философскому умозрению, которое может
в какой-то отдалённый период или никогда не сможет иметь
влияние на практическую жизнь. Если что-либо хорошее должно
быть сделано, то осуществить это должен какой-то класс или
классы людей, и чьё дело приступить к работе, как не тех людей,
для специального блага которых должна быть выполнена сама
работа.
1 Более высокие обязанности требуют некоторого промежутка между
театром и могилой, дабы, подобно римлянину в Капитолии, я мог привести
в порядок мою тогу, прежде чем я упаду. Краткий акт моей жизни прошёл
в служении обществу; последняя заключительная сцена должна принадлежать
мне самому.

328
ДЖОН ГРЕЙ
Определить правильность или ложность публикуемой здесь
доктрины было бы нетрудным делом. Предлагаемый механизм,
модель которого показана в этой книге, состоит из немногих
частей и может, следовательно, быть легко разобран и понят.
Если он хорош, то пусть трудящиеся классы подают петиции о
его принятии, и пусть они повторяют это снова и снова до тех
пор, пока он не будет принят. Если его качества действительно
таковы, какими я их представил, то отклонение будет тщетным.
Члены правительства — слуги, а не хозяева страны. Они держат
власть, которой они обладают, с согласия и по назначению тех,
которыми они управляют, и дело управляемых—оставлять ли их
на службе или отдать своё доверие другим, если они сочтут
нужным. Итак, если народ мог бы убедиться, что какой-либо
план в первую очередь облегчил бы его бедствия и постепенно
довел его до постоянного процветания и довольства, то он дол-
жен был бы лишь домогаться принятия этого плана, и последний
должен был бы быть принят.
Напрасно стали бы чартисты и другие приводить в каче-
стве довода против правильности этого предложения то, что
никогда не обращали внимания на петиции безумных и фанта-
зирующих ораторов, требования которых никогда не имели
специальной цели или задачи и которые только дсбивались
перехода власти из рук других в их собственные единственно
на основе того предположения, что они обладают высшей муд¬
ростью и сумеют лучше употребить власть, чем те, в руках ко-
торых она находится теперь. Эта категория прожектёров остав-
ляет совершенно в стороне вопрос, как бы они применили власть,
если бы они её получили; и, совершенно правильно, они ничего
не говорят по этому вопросу, ибо они сами не знают, что бы они
стали делать, не имея никакой определённой цели; они и не
способны определить её. Таковы сторонники расторжения унии
(Union Repealers) и чартисты.
Обратное мы видим в той цели, которая ставится здесь.
Она имеет определенный характер. Любой образованный чело-
век, тщательно рассмотрев её природу, может установить почти
точно, путём чисто мыслительного процесса, к чему она привела
бы, равно как и то, к чему бы она не привела; и поскольку весь
проект нарочито прост, то если бы была какая-либо ошибка в
расчётах автора об его преимуществах, такая сшибка могла бы
легко быть вскрыта и выявлена.
Ещё одно замечание, и на этом я заканчиваю. Пусть не ду-
мают, что точный план действий, который вкратце здесь освещён,
претенд'ует на какие-либо чрезвычайные достоинства, но я
настаиваю лишь на том, что современная денежная система долж¬
на быть упразднена в целом и что на её месте должна быть уста¬
новлена другая, при посредстве которой будет создано таксе
ВЕРНОЕ СРЕДСТВО ПРОТИВ БЕДСТВИЙ НАРОДОВ
329'
положение вещей по отношению к человеку, какое теперь су-
ществует по отношению к каждому зверю, птице, рыбе и пресмы¬
кающемуся на земле и в водах, которые разделяют землю.
Пусть человек пользуется таким количеством богатства, каксе
он способен и хочет создать; в настоящее время ему в этом ме-
шает искусственное препятствие. Оно должно быть устранено.
Было бы бесполезно и бессмысленно провозгласить этот
принцип, не показывая в то же время, каким образом он мог
бы быть приведён в действие. Всё, что я в состоянии был сделать,,
я сделал, притом значительно лучшим способом, чем одиннад¬
цать лет назад, так как теперешний проект освобождён от мно¬
гого, что было в прежнем проекте сложного и трудного. Всё, чего
я добиваюсь,— это, чтобы производство стало причиной спроса;
оно является таковой по природе вещей, пусть будет так на
практике,’ пусть слова «купля и продажа» станут синонимами..
Это должно быть фундаментом здания нашей коммерции, ибо
ни на каком другом оно не может стоять прочно. Что касается
надстройки, то пусть каждый архитектор даёт свой план, и пусть-
при выборе одного из этих планов в числе необходимых для его
принятия условий будут прочность, широта, точная пропор-
циональность и простота.

ЛЕКЦИИ
О ПРИРОДЕ
И УПОТРЕБЛЕНИИ
ДЕНЕГ
ЧИТАНЫ ДЛЯ ЧЛЕНОВ
ЭДИНБУРГСКОГО ФИЛОСОФСКОГО ИНСТИТУТА
В ФЕВРАЛЕ И МАРТЕ 1848 г.

ЛЕКЦИЯ I
Введение.— Подробное изложение трудностей проблемы.— Популярные
лекции обычно учат тому, что признано, в то время как в данном случае
задача лектора — отстаивать взгляды, которые большей частью явля¬
ются новыми для публики.— Общая характеристика этих взглядов.
Решаясь выступать перед вами, я испытываю большое беспо-
койство. Я убедительно прошу вашего любезного снисхождения
ввиду своеобразных особенностей положения, в котором я на¬
хожусь.
Прежде всего, как большинство из вас уже знает, я совер¬
шенно не привык обращаться к многочисленному собранию. Я не
имею привычки к публичным выступлениям, да и не очень часто
присутствую на каких-либо публичных собраниях; и потому
при попытке, которую я сейчас делаю, я, нисколько не сомне-
ваясь относительно тех взглядов, которые я намерен изложить
перед вами, всё же испытываю крайнее сомнение в своей способ¬
ности выразить их ясно и внятно.
Далее, предмет, к которому я должен привлечь ваше вни-
мание,— деньги, их природа и свойства, вопрос о том, что та¬
кое деньги, чем они могли бы быть, чем они должны стать для
того, чтобы наша или какая-либо иная нация на земле могла
благоденствовать,— предмет этот, по общему мнению, почти
недоступен пониманию. Вот почему тот, кто его выбрал, имеет
меньше всего шансов заинтересовать широкий круг слушателей
или доставить им удовольствие.
И далее, где необходимое учебное руководство по исследуе-
мому нами вопросу? Обычно в науках и искусствах, по вопросам
которых лекторы имеют обыкновение обращаться к собраниям
подобного рода, мы имеем большое число стандартных работ,
содержащих по крайней мере элементарные основы этих наук и
искусств, установленные, доказанные, проверенные, оспаривать
которые значило бы только демонстрировать собственное неве-
жество. Поэхому каждый, читающий лекцию на популярную
тему, находится в известной мере в таком же положении, как и
обыкновенный учитель арифметики. Он передаёт ранее установ¬
ленные и доказанные знания тем, кто хочет приобрести их и кто
поэтому приходит учиться тому, чему учитель, как предпола¬
гается, способен учить. И только в отдельных случаях, когда

334
ДЖОН ГРЕЙ
ему случится выйти за пределы элементарных начал своего пред¬
мета, он затрагивает вопросы дискуссионные, рискуя утверж¬
дать в качестве истины то, что другие лица, которых справедливо
считают столь же компетентными, как он сам, подвергли бы,
по всей вероятности, сомнению или отрицанию. По поводу глав-
ных фактов, по поводу первоначальных принципов никаких
расхождений во взглядах между профессорами не бывает.
Я опасаюсь, однако, что по вопросам политической эконо-
мии не существует даже и по сей день никакого руководства,
которое можно было бы указать изучающему науку для ознаком-
ления с бесспорными началами, не говоря уже о тонких расхож-
дениях по второстепенным вопросам, которые неизбежны в таких
неясных и трудных предметах вследствие того, что людям свой¬
ственно ошибаться. Верно, например, что Британская энцикло-
педия — великий труд. Последнее издание ее вышло недавно.
Но даже в этом своде древней и современной мудрости мы бы
тщетно искали определения основных принципов политической
экономии в неоспоримой форме.
Статья «Политическая экономия» в Британской энцикло-
педии была написана г-ном Мак-Куллохом, профессором поли¬
тической экономии в Лондонском университете. Но самые ос¬
новные принципы политической экономии, как они излагаются
г-ном Мак-Куллохом, оспариваются другими экономистами оди-
накового с ним положения и известности, например покойным
г-ном Мальтусом, профессором политической экономии в Ост-
индском колледже в Гертфордшире, автором хорошо известной
теории народонаселения — той самой теории, которая является
одним из многочисленных распространённых заблуждений по-
следних двадцати лет. Правда, г-н Мак-Куллох сходится с по-
койным г-ном Мальтусом по его излюбленному вопросу о народо-
населении, но по некоторым другим пунктам первостепенной
важности их мнения диаметрально противоположны.
Другой экономист, который согласен с профессором Мальту-
сом и возражает Мак-Куллоху по одному из основных принци-
пов политической экономии,— это г-н Самуэль Лэнг младший.
И хотя этот джентльмен значительно менее знаменит в качестве
писателя по политической экономии, чем ранее упомянутые ав¬
торы, мы всё же имеем полное право назвать его «известным»,
если учесть, что при 157 соискателях1 ему была присуждена
премия газеты «Атлас» в 100 ф. ст. за лучшую работу «О причи-
нах и средствах устранения существующего бедственного поло-
жения страны», причём судьями были лица такого значения,
как сэр Давид Брюстер, вице-президент Эдинбургского коро-
левского общества, г-н Герман Меривэйл, профессор политиче-
1 В этой же лекции на стр. 343 и др. Грей говорит о 158 соискателях.
Очевидно в оригинале здесь вкралась ошибка.— Ред.

ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
335
ской экономии Оксфордского университета, г-н Джордж Прайм,,
профессор политической экономии Кембриджского университета,
г-н Томас Тук, вице-президент Лондонского статистического обще¬
ства, и г-н Джон Вильсон, учёный президент этого института и
профессор политической экономии Эдинбургского университета.
Г-н Мак-Куллох говорит, например: «Действительный спрос
зависит от производства». Нет! — говорит г-н Мальтус. Нет! —
говорит также и г-н Лэнг. Таким образом, перед нами Куперы,.
Листоны и Саймы науки политической экономии1, спорящие по
простому и элементарному вопросу, зависит ли производство от
спроса или спрос от производства! Этот вопрос, как это я в своё
время докажу вам, имеет огромное решающее значение, и чело-
век, который в настоящее время, после того что было подготовлено
для него доктором Адамом Смитом, взял бы на себя задачу
изложить систему политической экономии без основательного
знания вопроса о спросе и предложении, поступил бы не более
разумно, чем тот, кто сел бы за писание элементарного трактата
по астрономии, не зная, вращается ли солнце вокруг земли или
земля вокруг солнца. Между тем я утверждаю, что в таком по-
ложении находятся все экономисты, включая и г-на Самуэля
Лэнга младшего вместе с лордом Джоном Расселем, сэром Ро-
бертом Пилем, с редакторами Эдинбургского и Вестминстерского8
обозрений, «Ведущей газеты Европы»8 и почти всех газет и пе-
риодической прессы Англии, насколько по крайней мере я мог
обнаружить или наблюдать.
Но, оставив на минуту в стороне все прочие авторитеты по
этому предмету, совершенно опуская споры современных эко-
номистов и тысячи случайных писателей, могут спросить: разве
сам доктор Смит не оставил нам в своём бессмертном «Богатстве
народов» начал политической экономии, изложенных прекрасным
языком в ясной и чёткой форме?
Ответ очевиден — не все начала политической экономииГ
Ибо если бы доктор Адам Смит оставил нам ясное и непогре-
шимое доказательство всех начал политической экономии, то,
конечно, его многочисленные комментаторы и популяризаторы
не составляли бы в настоящее время почти столь же многолюд¬
ной компании спорщиков. Если бы, например, доктор Адам
Смит объяснил 72 года тому назад истинную природу спроса и
предложения столь же ясно, как он доказал, что труд есть един¬
ственный первоначальный источник богатства, то не было бы —
совсем недавно — контроверзы между профессорами Мальтусом
1 Купер, Листон и Сайм — знаменитые английские хирурги того вре¬
мени.— Прим, перев.
8 В настоящее время это издание не принадлежит тем лицам, которых
я главным образом имею в виду.
8 Имеется в виду газета «Times».— Прим, перев.

336
ДЖОН ГРЕЙ
и Мак-Куллохом по тому же самому вопросу и, по моему скром¬
ному мнению, не было бы никогда необходимости для издателя
газеты «Атлас» добиваться с помощью публичного конкурса
какого-нибудь объяснения причин бедствий нашей страны и
средств их устранения.
Действительное положение вещей таково: в «Богатстве наро-
дов» мы имеем большую часть, но не все начала социальной науки,
а последователи и комментаторы учёного экономиста в своих
попытках развивать его принципы и продолжать его открытия
сбили с толку человечество вообще и самих себя, в частности,
и очень запутали вопрос. Остаётся неразъяснённым один прин-
цип социальной науки, одно начало политической экономии,
имеющее огромное значение и важность. Когда мы придём к
правильному пониманию его, то в обществе рассеется тот туман,
который до сих пор настолько затемнял весь вопрос о наших
общих интересах, что широкая публика в настоящее время, ка¬
жется, рассматривает науку политической экономии как «ни
для кого непонятную загадку».
Итак, задачей настоящей серии лекций является воспол¬
нить пробел, который я отметил,— доказать существование в
социальной науке принципа, до сих пор не замеченного одними,
ошибочно понятого другими экономистами и не оценённого пра¬
вильно ни одним из них. И если бы мне удалось сделать этот
вопрос настолько же ясным для понимания значительной части
моих слушателей, насколько он стал ясен для меня самого не¬
сколько лет тому назад, то я смел бы надеяться, что могу хотя
бы в малой степени участвовать в создании основ величайшей и
наиболее благотворной торговой революции, которая когда-либо
будет иметь место в нашей или любой другой стране. Сознание,
что путём более чем 25-летнего изучения этого вопроса я приоб-
рёл некоторое знание его, теперь побуждает меня отбросить все
частные и личные соображения и, как ни плохо я подготовлен
в некоторых отношениях для выполнения этой задачи, попы¬
таться сообщить вам результат моих исследований.
Этим мой перечень первоначальных затруднений ещё не
заканчивается. Ибо, как вы сейчас увидите, задача, которую
я взял на себя, состоит не в разъяснении или подробном изло-
жении установленных истин, принятых в качестве таковых всеми,
а в доказательстве ошибочности, по крайней мере по определён-
ным пунктам, некоторых излюбленных доктрин ваших наибо-
лее прославленных экономистов. Поэтому ваше право встречать
с подозрением и недоверием те своеобразные мнения, которые я
попытаюсь сообщить вам; вы вправе сомневаться во всём, что я
выдвигаю в противоположность учениям других, допуская
лучше заранее, что я неправ, а потому специально обязан дока¬
зать свою правоту. И я охотно принимаю эти условия.

ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
337
Последнее, но не менее важное, основание, в силу которого
я прошу вашего снисхождения, таково: я не являюсь опытным
оратором. Я не уверен в своей способности говорить экспром-
том на эту тему. И это, я чувствую, настолько большой недо-
статок, что я буквально со страхом и трепетом приступаю к сто¬
ящей передо мной задаче. Но тема этих лекций — огромного
и решающего значения, и я смотрел на восток, запад, север и
юг в надежде найти какого-нибудь компетентного адвоката для
того дела, которое я защищаю. Напрасно! Я не знаю ни одной
партии и даже ни одного лица, с которым я имел бы общие взгля¬
ды по вопросу о деньгах. А так как те взгляды, которые я наме-
реваюсь сообщить вам, являются, как я уже отметил, результа-
том долголетних размышлений, так как они могут быть ценными
и, насколько мне известно, не могут быть найдены в другом месте,
то я скорее рискну заслужить ваше неодобрение или даже на-
смешки, чем упустить представляющуюся мне сейчас возможность
попытаться, в меру моих способностей, выполнить долг каждого
человека перед обществом, в котором он живёт, а именно, де-
литься теми знаниями, которыми он — действительно или по
его предположению—обладает.
Но подойдём ближе к нашей теме: деньги — фунты, шил¬
линги и пенсы. Было бы излишне говорить вам, что в настоящее
время появилось очень много философов по вопросам денег.
Было бы излишне информировать вас о том, что в настоящее
время ведётся много споров между философами золотых и бумаж-
ных денег, между алхимиками, которые всё превратили бы в
золото, которые говорят вам, что булка это не хлеб, сюртук —
не предмет одежды, дом — не место для жилья, обеденный стол —
не предмет домашней обстановки, пока все они не будут соот-
ветственно оценены или измерены в золоте, и между сторонни¬
ками бумажных денег, которые говорят вам, что золото —¬
только товар, долженствующий, подобно хлебу, сыру и маслу,
найти свою собственную стоимость на рынке. Но, когда вы
требуете от них ясного и точного определения слова стои¬
мость, то они, к сожалению, не очень-то способны дать та¬
ковое.
Вы знаете также, что повсюду идёт борьба между сторонни¬
ками шотландской и английской банковых систем и что в пылу
последних выборов в нынешнюю палату общин немало канди-
датов выразило готовность заняться вопросом о денежной ре-
форме, если бы этот вопрос был поставлен перед ними как
перед членами парламента. В числе их был, например, наш до¬
сточтимый депутат от города Эдинбурга г-н Чарлз Коуэн. Это по
меньшей мере означает молчаливое допущение того, что в су¬
ществующей денежной или банковой системе, не исключая бан¬
ковой системы Шотландии, может быть не всё ладно.

338
ДЖОН ГРЕЙ
Я имею, однако, преимущество перед большинством указан-
ных господ, по крайней мере в отношении приоритета во вре¬
мени. Ибо, в то время как г-н Коуэн и другие только вчера впер-
вые в своей жизни сказали вам, что они намереваются теперь
пересмотреть наши денежные законы, я могу процитировать
следующие слова из моих собственных сочинений, напечатанных
и изданных свыше 16 лет тому назад.
«Если труд создаёт все ценные для человечества вещи, то
обмен даёт отдельным людям возможность пользоваться мно-
жеством вещей, которых без этого они с помощью своего соб-
ственного труда никогда не могли бы получить. При развитом
состоянии общества пища, одежда и жилище, обычно употреб¬
ляемые почти всеми классами, состоят из огромного количества
составных частей, являющихся результатом трудолюбия людей,
разбросанных по поверхности целого полушария. Между тем
очевидно, что если бы каждый человек мог обладать лишь
тем, что он непосредственно и прямо произвёл трудом своих
собственных рук, то человечество никогда не вышло бы из со-
стояния грубейшего невежества и варварства.
Обмен, следовательно, может быть назван связью и основой
общества. Тем не менее вполне законен вопрос, хорош ли
существующий порядок обмена, основан ли он на правильных
принципах и приспособлен ли он к тому, чтобы дать нам все
те блага, на которые даёт нам право рассчитывать и надеяться
современное развитое состояние человеческих знаний и ресурсов.
И на эти вопросы я отвечаю недвусмысленно и решительно:
нет. Наша система обмена является убежищем злого чудовища,
господствующего над цивилизованным миром, вознаграждая
трудолюбие голодом, усилия — разочарованием и лучшие стрем-
ления наших правителей приносить благо — затруднениями,
смятением и неудачей. И именно наша система обмена производит
путаницу в представлениях людей об их общих интересах хуже
вавилонского столпотворения.
Дайте нам — а это уже почти в наших руках — парламент¬
скую реформу, дайте нам всеобщее избирательное право и тай¬
ное голосование, одногодичные парламенты, свободную торгов¬
лю, погашение государственного долга, свободу от всех нало-
гов, отмену унии и любую другую вещь, которая когда-либо
была предметом надежд и разочарований,— и тем не менее этот
демон торговой неурядицы будет держать наше благосостояние
в своих железных когтях и будет смеяться над нашим невеже-
ством и безумием, когда он увидит, что все наши тяготы, как мы
их называем, устраняются одна за другой, между тем как мы
продолжаем всё глубже погружаться в бездну отчаяния под тя¬
жестью угнетающего нас невидимого, но огромного бремени»1.
1 См. стр. 105 «Сочинений».— Ред.

ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
339
В 1842 г. я снова повторил те же самые слова, а теперь,
22 февраля 1848 г., я говорю вам в третий раз, что любой ре-
бёнок в наших королевствах столь же способен улучшить общее
положение человечества, как и тот — будь то министр или са¬
мый последний человек,— для кого не ясно, как день, что в на¬
шей теперешней системе обмена, посеянной, укоренившейся,
выросшей и развившейся в заблуждениях, кроется причина по
крайней мере девяти десятых тех, как их правильно называют,
торговых бедствий, которые осаждают нас теперь и которым мы
будем подвержены, пока мы будем упорно придерживаться нашей
современной денежной системы.
Для процветания народа наши правители могут издавать
законы, о процветании могут вздыхать наши филантропы, наша
пресса может о нём писать, наши экономисты его предсказы¬
вать, всякий подданный во владениях королевы может наде-
яться на процветание, но никогда, по крайней мере до тех пор,
пока понятия «причина» и «следствие» не перестанут иметь ка¬
кой-либо смысл, мы не в состоянии будем достичь тех благ,
которые по природе вещей доступны для нас, пока мы не при-
ступим — не путём лишь ребяческих и частичных реформ бан-
кового дела, но путём изменения фундаментальных основ нашей
денежной системы — к преобразованию столь же великому, как
то изменение, которое мы все здесь присутствующие видели за
время своей жизни в способах передвижения. И я говорю вам
далее, что даже железная дорога — признанное чудо века —
представляет собой менее удивительную вещь, чем другое чудо,
существующее одновременно с первым; я имею в виду тот туман,
который до сих пор продолжает окутывать общественное мне-
ние в вопросе исключительной важности, в вопросе об об-
мене.
Вы возразите, что это слишком сильно сказано. Пусть так.
Моя настоящая цель — цель этого вечера — будет достигнута,
если, возбудив ваше любопытство, я буду в дальнейшем распо¬
лагать вашим вниманием,’ если это будет достигнуто, то мы
вскоре приступим серьёзно к делу.
Попробуем посвятить теперь несколько минут вопросу: есть
ли в действительности что-либо ненормальное в современном
состоянии общества, что-нибудь очень плохое, чего притом
нельзя объяснить ни отсутствием религиозности, ни безнрав¬
ственностью, ни леностью, ни непредусмотрительностью, ни
какими-нибудь другими причинами, которым люди вообще очень
склонны приписывать несчастье, безработицу, бедность, нищету,,
голод, преступления и преждевременную болезнь и смерть? Я
думаю, что есть. Мало того, едва ли возможно, чтобы кто-нибудь,
делая общий обзор теперешнего состояния общества, не пришёл
к заключению, что в наших общих условиях есть нечто весьма
340
ДЖОН ГРЕЙ
ненормальное и что самое глубокое исследование природы и
причин этой аномалии настоятельно необходимо.
Для примера возьмём человека, изолированного на несколько
лет от всего остального мира,— второго Робинзона Крузо.
Предположим, что этот человек располагает первоначально лишь
немногими самыми простыми орудиями и инструментами. Он
выброшен на остров, но почва последнего не бесплодна. Он об-
ладает большой умственной энергией и физической силой. Пра¬
вильно оценив своё положение, он мужественно решается исполь¬
зовать все шансы и лучше погибнуть в борьбе, нежели от недо¬
статка трудолюбия или от отсутствия упорного стремления жить
и — насколько позволяют обстоятельства — наслаждаться.
Конечно, человек, находящийся в таком положении, лучше
всего достиг бы своей цели — удовлетворения своих разум-
ных потребностей,— если бы он распределил своё время надле-
жащим образом и обращал свои силы на успешное осуществление
намеченных планов. Скажем, к примеру, что он посвящает
10 часов из 24 работе, 8 часов — отдыху и остающиеся 6 — еде,
развлечениям и умственному, нравственному нерелигиозному
образованию.
То, что может быть названо богатством этого человека, оче¬
видно, состояло бы из дома или хижины, которую он в состоя-
нии был бы построить и из такого запаса пищи, одежды, домашней
утвари и орудий, которыми он смог первоначально обеспечить
себя при высадке и которые он впоследствии создал трудом своих
РУК-
Если бы вначале, скажем в первые 12 месяцев, этот человек
должен был бы употребить только на добывание пищи всё своё
рабочее время, т. е. все 10 часов, которые он, как предполагается,
выделил для работы,— то ясно, что он не мог бы посвятить ни¬
какой доли указанных 10 часов для приобретения добавочной
одежды, домашней утвари или чего-нибудь другого: он должен
работать по меньшей мере все 10 часов только для добывания пищи.
Но если бы по какой-либо причине — по какой именно, это для
нашего рассуждения не существенно — Робинзон мог в течение
второго года своего изгнания получать свою пищу с затратой
8 часов труда в день вместо 10, то ясно, что он был бы в состоянии
увеличить свой небольшой запас одежды и утвари именно в том
объеме или количестве, сколько он может производить ежедневно
в течение тех добавочных 2 часов, которые он теперь имеет в
своём распоряжении. Далее, если бы в течение третьего года
своего изгнания он настолько наловчился, что должен был бы
работать только 6 часов в день для обеспечения себя пищей,
одеждой и утварью, то отсюда следует, что у него остались бы
теперь 4 рабочих часа, в течение которых он мог бы — не в ущерб
времени, первоначально выделенному для отдыха и развлече-
ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
341
ний,— заняться добыванием доступных для него предметов ро¬
скоши. Он мог бы также употребить эти вновь приобретённые
часы на постройку лучшего дома и на улучшение качества своей
обычной пищи, одежды или утвари, а если бы он этим не инте¬
ресовался, то мог бы увеличить свой досуг. Идя еще далее, мы
можем предположить, что наступит время, когда он с такой лёг¬
костью будет производить всё нужное ему для полного удовле-
творения его физических потребностей, что ему для этой цели
достаточно будет 1 часа в день; в этом случае, очевидно, 23 часа
из каждых 24 будут в его распоряжении для отдыха, еды, раз-
влечений и для того, чтобы упражнять по своему усмотрению
свои телесные и умственные способности.
Одним словом — и это есть тот принцип, который я хочу
сделать понятным для вас,— этот человек был бы плохо или
хорошо снабжён предметами необходимости, комфорта и роско¬
ши или, короче говоря, был бы беден или богат в соответствии с
трудностью или легкостью производства.
Я думаю, что это бесспорный факт. Если положение человека
таково, что в данное время он мог бы сделать в час то, на что ему
несколько лет назад нужно было 10 часов, то он мог бы выбрать
одно из двух: либо стать в 10 раз богаче, чем раньше, или посвя¬
тить остающиеся у него 9 часов досуга удовольствиям и отдыху.
Осуществили ли массы человечества этот принцип? Я говорю
не об особых классах людей, я говорю о населении нашей страны.
Когда производительность прогрессивно увеличивалась в Ман-
честере, Лидсе, Ноттингеме, Ковентри, Бирмингаме, Шеффиль-
де, Пайслей и других промышленных городах, то возросли ли
в одинаковой степени жизненные удобства жителей Манчестера,
Лидса, Ноттингема, Ковентри, Бирмингама, Шеффильда, Пай-
слей? Находятся ли в настоящее время рабочие — будь то ткачи
или кузнецы, механики в любой отрасли производства или даже
сельские рабочие — в лучшем положении, снабжены ли они пред¬
метами необходимости, удобства и комфорта лучше, чем такие
же рабочие десять, двадцать, тридцать, сорок, пятьдесят лет
тому назад, и в такой же ли точно мере, в какой увеличилась в
течение того же самого периода лёгкость производства? И улуч¬
шилось ли в такой же степени положение всех других классов
общества?
Если да, тогда конец всему рассуждению. Если положение
людей и человечества в целом действительно улучшилось в та¬
кой степени, если мы как нация действительно производим,
владеем и пользуемся всем богатством, которое мы способны и
готовы создавать, то это значит, что мы имеем сейчас все те блага,
которые можем получить при нашем современном объёме знаний
и ресурсов. Но если мы не имеем всего этого, если существует
какой-то предел для количества предметов, удовлетворяющих
342
ДЖОН ГРЕЙ
наши потребности помимо исчерпания нашей способности либо
нашего желания производить их, то я утверждаю, что в наших
общественных учреждениях не всё ладно, что есть нечто стоящее
между человечеством и тем богатством, которое по природе ему
доступно,— нечто такое, чего нельзя приписать ни одной из тех
«причин», которым обычно приписываются несчастья безработицы,
бедности, нищеты и вызываемых ими преступлений, преждевре-
менных болезней и смерти. Следовательно, есть какая-то свя¬
занная с этим вопросом тайна, которую следует раскрыть.
И как бы ваши мнения ни расходились по менее важным
вопросам, по вопросам религии, политики, коммерции, сво¬
бодной или скованной цепями торговли, уголовного права и
десяткам других вопросов, я уверен, что все вы согласитесь
со мной по одному вопросу, а именно: что, поскольку дело ка¬
сается наших социальных условий, независимо от всех полити-
ческих и религиозных соображений, великая потребность об¬
щества заключается в одном слове: работа— работа для всех,
кто способен и желает получить её. К этому прибавьте: «спра¬
ведливая ежедневная плата за хорошую ежедневную работу».
Итак, задачей моих лекций будет доказать, что оба эти тре-
бования осуществимы и что для этого нужно только правильно
использовать те природные возможности, которые всецело на¬
ходятся в нашем распоряжении.
Выраженное здесь так уверенно мнение, что есть какая-то
ужасная ошибка в торговом устройстве общества, отнюдь, как
вы хорошо знаете, не ново. В последние годы было представ¬
лено много различных схем и планов для улучшения условий
жизни массы наших соотечественников. Мы имели г-на Оуэна
с его системой кооперации, г-на Дж. М. Моргана с его ульевой си¬
стемой и многих других. Не похоже на то, чтобы кооперативные
товарищества процветали, а так как я никогда не был внутри
пчелиного улья, то я лишь совершенно поверхностно знаком с
пчелиной системой политической экономии. Однако, как бы то
ни было, если оставить в стороне возросшее стремление к поощ-
рению свободной торговли, тенденцию к более простой системе
налогового обложения и немногие мелкие реформы в деталях
наших торговых порядков, то до сих пор было достигнуто мало
или не было достигнуто никаких изменений. Главные принципы
нашей Социальной системы остались те же, и великая ошибка,
если таковая действительно имеется, ещё остаётся, если даже она
вскрыта, непризнанной ни обществом в целом, ни правительством.
В связи с этим вопросом я обращу ваше внимание толькр на
одно обстоятельство.
Все помнят, что не далее как в 1842 или 1843 г. тогдашний
владелец газеты «Атлас» предложил премию в 100 фунтов за
лучшую работу «О причинах и средствах устранения сущест-
ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
343
вующего бедственного положения страны» и что тем же лицом
были предложены две добавочные премии, в 50 и 25 фунтов за
второе и третье по достоинству произведение на ту же тему.
Кто возьмёт на себя труд перелистать страницы «Атласа»
за то время, о котором я говорю, тот убедится, что издатель
в своих писаниях решительно придерживается того мнения,
что должна быть какая-то особая причина великих бедствий, ко¬
торые нас удручают. Он, повидимому, не рассматривал эти
несчастья как естественно вытекающие из нашей обширной, запу¬
танной и непонятной торговой системы или, вернее, бессистем-
ности. Он не считал, что глубочайшие бездны нищеты, на кото¬
рую постоянно обречены массы наших ближних и сограждан,
необъяснимы или неустранимы. Напротив: «какова причина всех
этих бедствий и как можем мы устранить их?» — Таков был тон
его собственных писаний и смысл его обращения к соревную¬
щимся авторам.
Что же! В результате, как было уже упомянуто, явилось 158
соискателей, и жюри присудило главную премию в 100 фунтов
Самуэлю Лэнгу младшему.
Однако, прежде чем вкратце повторить главные причины
народных бедствий и средства их устранения, как они указаны
г-ном Лэнгом, я не могу не заметить с искренним сожалением,
что владелец «Атласа» не воспользовался специально предста¬
вившимся ему удобным случаем для того, чтобы составить и
опубликовать одну из самых любопытных книг, какие только
можно себе представить.
Я имею в виду следующее: он мог потребовать, чтобы каждый
из соревнующихся авторов дал в конце своего произведения крат-
кий итог или обзор своих взглядов — по крайней мере ”/10 всего
их числа во всяком случае сделали бы это — и чтобы владелец
«Атласа» имел право сохранить и опубликовать эту особую часть
каждого произведения.
Представьте себе только коллекцию 158 ответов от такого
же числа авторов на вопрос: «Каковы причины бедствий нашей
нации и средства их устранения?». Действительно, если бы от
множества советчиков можно было приобрести мудрость, то
бывший владелец «Атласа» и члены жюри были бы на сегодняш-
ний день самыми мудрыми людьми на свете, поскольку дело ка¬
сается этого особого вопроса. Из этой огромной массы аргумен-
тации они должны были извлечь нечто очень близкое к высшему
совершенству человеческой мудрости. Как бы то ни было компи-
ляция, о которой идёт речь и которая при указанных обстоятель-
ствах могла бы быть столь легко сделана, представляла бы, ко¬
нечно, чрезвычайный интерес.
Укажу здесь, что в то время, когда конкурс «Атласа» был
одной из популярных тем дня, я сам писал по тому же самому
344
ДЖОН ГРЕЙ
вопросу. Но у меня не было охоты стать одним из отвергнутых,
и поэтому, узнав, что некоторые экономисты должны были со¬
ставить большинство жюри, я сразу оставил всякую мысль об
участии в соревновании на премию. Джентльмены такого же
положения, как и те, которые были назначены, но совершенно
непричастные к публичным выступлениям или к авторству си-
стем политической экономии, были бы более подходящими
судьями в конкурсе «Атласа», нежели джентльмены, которые
при всей своей респектабельности и высоком положении, по всей
вероятности, были воспитаны, обучены и закоренели в заблуж-
дениях тех авторов, которые известны как лучшие писатели
по данному вопросу.
Но что же, по г-ну Лэнгу, является причиной народных
бедствий и каково лекарство? Отвечать здесь на этот вопрос
представлялось бы излишним. Работа на важнейшую тему,
избранная из 158, конечно, должна была быть прочитана всеми
теми членами данного института, которые давно уже изучают
великую социальную проблему. Но здесь имеются, несомненно,
многие, которые не видели работы г-на Лэнга и которым я ска-
зал бы, что в ней много достойного их внимания.
Обилие важных фактов, собранных из разнообразных досто-
верных источников и хорошо расположенных, свидетельствует
о большом трудолюбии и умении автора в качестве собирателя
материалов для размышления, что уже само по себе достаточно
для того, чтобы придавать ценность работе. Но великие вопросы
«Атласа» — «Каковы причины бедствий этой страны и каковы
средства их устранения» — остались без ответа. Более того,
г-ном Лэнгом не было брошено даже самого слабого проблеска
нового света на вопрос1. Будучи очень далёк от этого, он прямо
говорит, что существует огромная масса нищеты, что, увы, ему
было легко доказать, но что нет специальной или особой причины
этой нищеты и что, следовательно, не может быть никакого спе-
циального или особого средства её устранения. Но послушайте
его самого.
«Опасность заключается в положении трудящихся классов,—
сообщает он нам,— среди упоения богатством и прогрессом
и мечтаний о тысячелетнем царстве материального процветания,
которое должно наступить благодаря научным изобретениям,
открытиям политической экономии и свободному приложению
энергии и разума человека к окружающим его предметам, об¬
щество поражено было тем ужасным фактом, что с ростом богат¬
ства ещё быстрее растёт бедность и что почти в такой же точно
к
1 Очевидное доказательство плачевного невежества в этом же вопросе
большинства самих судей, ибо мне известно, что действительная причина
наших торговых бедствий, а именно наша безумная денежная система была
им ясно указана, по крайней мере одним из соревнующихся авторов.

ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
34&
пропорции, в какой идёт прогресс одной части общества в отно-
шении богатства, просвещения и цивилизации, происходит ре-
гресс другого и более многочисленного класса к нищете, деграда-
ции и варварству».
«Говоря более подробно, основные факты, к которым могут
быть сведены бедствия, в той или иной форме постоянно прико-
вывающие к себе внимание общества, таковы:
Во-первых, существование невыносимой массы нищеты,
включая в это понятие как официально признанный пауперизм,
так и непризнанную нужду, которая гнездится, подобно всепо¬
жирающей язве, в сердце наших больших городов и густо на-
селённых промышленных округов.
Во-вторых, условия жизни большой части независимого
рабочего класса, не могущей обеспечить себе в вознагражде-
ние за свой труд сколько-нибудь комфортабельное и устойчи¬
вое существование. Имеется слишком много оснований опа¬
саться, что она приближается к бездне пауперизма, которой она
будет рано или поздно поглощена, если только не будут приняты
какие-нибудь действительные меры к тому, чтобы задержать
её падение»1.
И далее: «Таковы условия жизни английского земледельче-
ского рабочего: будучи в несколько лучшем положении, чем
ручной ткач и безработное население больших городов, он при
обычных обстоятельствах до тех пор, пока имеет здоровье и силу,
может поддерживать семью самыми необходимыми средствами
существования и жить под собственной кровлей относительно
прилично и благопристойно; но он может делать это только при
условии неослабного труда и непрестанной экономии; ему аб¬
солютно нечего ждать в будущем и не на что надеяться».
«Говоря словами одного помощника комиссара «Закона о
бедных»2 (poor — law commissioner): у английского земледель-
ческого рабочего, даже если у него выдающиеся способности,
едва ли есть шансы возвыситься и стать мелким фермером. Он
начинает свою карьеру понедельным рабочим, и, вероятно,
каковы бы ни были его таланты и трудолюбие, он понедельным
рабочим кончит свои дни. Это — лицевая сторона медали, ка¬
кова же оборотная? Если у него нет шансов возвыситься, то
сколько у него шансов пасть? Что станет с ним, если он остался
без работы, если он потерял своё здоровье, если у него большая
семья, состоящая из дочерей и малых детей, если он поддаётся
соблазну и начинает вести неправильный образ жизни? Ответ
ясен: временно он будет получать помощь от случайных благо-
1 «Atlas Essay», р. 8.
1 Английским законом о бедных (1834 г.) был создан центральный кон¬
трольный орган по делам о бедных, состоящий из трёх комиссаров.— Прим,
перев.

346
ДЖОН ГРЕЙ
творителей и бороться с крайней нуждой, но если причины его
бедствий продолжают существовать, то его конечной судьбой
будет одно из двух: или он будет внесён в список 1 072 978 пау-
перов, получающих приходское пособие на жестоких условиях
нового закона о бедных, или он будет выгнан голодом из деревни
в какой-нибудь большой город и попадёт в ряды текучего насе-
ления, ютящегося в подвалах и ночлежных домах и живущих
за счёт наиболее плохо оплачиваемых видов промышленного
труда или при помощи воровства, проституции и случайных за-
нятий. Пусть это всегда помнят, чтобы знать, о чём практически
идёт речь в 9 случаях из 10, когда читают в докладах по поводу
закона о бедных и трактатах по политической экономии о при-
влечении к труду и исчезновении нищеты вследствие отказа в
пособии»1.
И, далее, он говорит: «Мы убеждены в том, что если бы мы
исчислили в 2 млн. человек класс, стоящий ниже последнего
независимого рабочего и включающий пауперов, получающих
пособие, преступников, бродяг и бедняков, живущих главным
образом на частную благотворительность, то мы бы значительно
недооценили его, и что гораздо более правильной цифрой пред¬
ставляется 2,5 млн., или от х/7 до 1/8 всего населения. Если мы
включим всех тех, кто обычно чувствовал бы голод и холод,
если бы не имел других средств, кроме заработков от честного
труда, кто существует, целиком или отчасти, за счёт преступных
источников или публичной и частной благотворительности — в
последнем случае преимущественно за счёт помощи людей их же
круга,— то мы убеждены, что 3 млн., или населения, не бу-
дет преувеличением. В Ирландии эта доля будет ближе к 1/3,
что даст для всего королевства в среднем более чем V8 населения,
неспособного жить при помощи честного труда. Из них очень
малая часть состоит из профессиональных преступников,
вероятно, не более 100 тыс. постоянных воров и стольких же про-
ституток, но многие восполняют недостаточную заработную пла¬
ту случайными мелкими кражами, и ещё большая доля в состоя-
нии существовать лишь при помощи случайной благотворитель¬
ности тех, кто стоит одной ступенькой выше их на социальной
лестнице. Следует помнить, что сюда не входят 1,3 млн. паупе-
ров, получающих законное пособие. Мы уверены также в том,
что эта цифра верна и что она ужасно возрастает.
Таково первое большое зло при наших современных социаль-
ных условиях.
Следующее зло состоит в том, что значительная часть неза-
висимого рабочего класса, включающая подавляющую часть
промышленного и земледельческого населения, находится в та-
1 «Atlas Essay», р. 31.

ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
347
ком положении, что не в состоянии поддерживать при помощи
своего труда достаточно приличное и комфортабельное суще-
ствование и делать сбережения на случай болезни, старости,
потери работы или какой-либо иной из многочисленных случай¬
ностей, которые могут в любое время бросить их в класс паупе-
ров или остро нуждающихся.
Третье зло заключается в том, что даже среди класса рабочих,
чьи денежные заработки достаточны для их существования, име-
ются различные деморализующие причины, такие, как женский
и детский труд, недостаток образования и религиозного просве-
щения, невоздержанность и т. п., которые имеют тенденцию
ухудшать их положение и во многих случаях низводить их до
одного уровня с теми, кто постоянно страдает под тяжестью ма-
териальной нужды.
Четвёртое и последнее большое зло — это то, что перечис¬
ленные бедствия обнаруживают явный рост под влиянием глу¬
боко коренящихся причин, которые принимают характер почти
неизбежных законов, и что вдобавок известные временные при¬
чины порождали очень большое и решительное отягощение пер¬
вого и второго из указанных зол в течение последних немногих
лет и особенно в течение последних двенадцати месяцев»1.
Каково же средство против этой огромной массы нищеты,
за открытие которого пять учёных судей присудили г-ну Лэнгу
премию «Атласа» в 100 фунтов? Послушайте на сей счёт самого
г-на Лэнга и, слушая, устыдитесь прискорбного невежества,
которое все ещё господствует в нашей стране в отношении общих
интересов нашего народа, слушайте и трепещите; и когда вам
случилось бы узнать, что за границей чума и моровая язва, то
скажите: пусть они направятся на восток и на запад, на север и
на юг, чтобы оказать милость и унести мириады существ, чей
удел — нищета, чья жизнь хуже смерти и для которых тщетна
и лишена основания всякая надежда на помощь в этом мире.
«Когда,— говорил г-н Лэнг,— мы переходим от созерцания
болезни к вопросу о лекарстве, то представляется очевидным,
что, поскольку не может быть установлена никакая специфи¬
ческая причина, постольку не может быть указано и никакого
специфического средства. Единственная эффективная реформа
заключается в том, чтобы каждый начал с реформирования себя
самого,— другими словами, в том, чтобы возрождение тех чувств
долга и моральной обязанности, упадок которых был первоис-
точником зла, привело к бесчисленным индивидуальным уси-
лиям и улучшению состояния общественного мнения. Без этого,
нужно прямо сказать, законодательство мало может сделать.
Во-первых, законодательные меры улучшения при современном
1 «Atlas Essay», р. 53 и 54.

348
ДЖОН ГРЕЙ
политическом строе Англии невозможны без поддержки обще-
ственного мнения высших классов. Во-вторых, даже если бы они
были возможны, то были бы недействительны, раз остались при¬
чины, в результате которых волна существующего зла всё более
нарастает, и даже если волна эта на минуту отгоняется назад,
она возвращается обратно, ещё более увеличившись в объёме»1.
Итак, таковы те утешения, которые г-н Лэнг может пред¬
ложить согласно его собственной оценке трём миллионам сво-
их соотечественников, которые каждый день обращаются — по
крайней мере мысленно — к тем, кто находится в лучших ус-
ловиях, с вопросами: «Разве мы не такие же люди, как вы? Раз¬
ве у нас нет тех же самых органов и чувств? Не нуждаемся ли
мы в пище, в защите от грозы и ветра и в образовании духовном,
нравственном и религиозном, как и вы? Откуда же такое огром¬
ное различие между нами? Откуда невидимая, но, как мы убеж-
даемся, непроходимая пропасть между нашим и вашим положе-
нием? И если, как сообщает нам г-н Лэнг, через эту пропасть
может быть переброшен мост лишь в том случае, если каждый
возьмётся за самоусовершенствование, то не будет ли он так
любезен сообщить нам, каким именно образом должны мы при¬
ступить к этому делу? Мы озябли и голодны, наги и бездомны,
способны и рады работать, но не можем получить никакой ра¬
боты, а имя нам — легион».
Однако я не намерен взывать только к чувствам или симпа-
тиям этой аудитории, по крайней мере более, чем это необходимо
для того, чтобы заставить вас осознать большую важность стоя¬
щей перед нами проблемы. Я бы специально обратился к вашему
рассудку и только к нему.
Итак, здесь перед нами нечто исключительное. Глава группы,
состоящей из 158 авторов работ «О причинах бедствий страны в
средствах их устранения», приходит к заключению, что огром¬
ные несчастья, которые он сам перечисляет, не могут быть припи¬
саны никакой особой причине и что поэтому мы должны ожидать
столь горячо желаемого всеми улучшения от исправления мно¬
жества мелких ошибок, устранимых только путём самоусовершен-
ствования членов общества.
С таким взглядом я совершенно не могу согласиться. Я пи¬
таю доверие к защитникам системы общего образования. Я
питаю доверие к сторонникам уменьшения часов труда — с той
целью, чтобы образование, начатое в детстве, могло закончиться
лишь на пороге могилы. Я питаю доверие к основателям инсти-
тутов, подобных данному, безразлично по какой специальности,
ибо тот, кто может уделить в пределах благоразумия часть своего
времени тем или иным похвальным учёным занятиям, не только
1 «Atlas Essay», р. 166.

ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
349
■обогащает, совершенствует и услаждает свой разум, но также
.избегает тех пороков, которым всегда наиболее подвержены люди,
умственно и физически ленивые. Ибо предаваться невинным
занятиям необходимо означает, по крайней мере на время, избе-
гать того, что пагубно. Я питаю также доверие, и самое глубокое,
к великим принципам свободной торговли, утверждённым д-ром
Адамом Смитом и постепенно прокладывающим себе дорогу под
.неослабным огнём невежественного, но упорного неприятеля,
принципам, которые стали теперь, по крайней мере для на-
стоящего момента, тождественными с именем г-на Кобдена1. Я пи¬
таю также доверие к духу века, всё более ценящего исследование и
полагающегося в отношении наших социальных условий и пер-
спектив больше на очевидность, чем на голые рассуждения, как
•бы ни были знамениты те, которые их высказывают. Но я говорю
вам, что, несмотря на всё это, имеется другой, гораздо более важ¬
ный, чем любой из перечисленных, первоочередной вопрос, пове¬
лительно требующий нашего внимания, а именно: наша ошибоч¬
ная денежная система, которая стоит нации, конечно, не меньше
100 млн. в год в современной валюте.
Почему я такого мнения, я надеюсь сделать в течение после-
дующего курса лекций ясным и очевидным для всякого, кто со¬
гласится меня внимательно и терпеливо слушать. В самом деле,
всё, чего я добиваюсь,— это чтобы человек, говоря в собиратель-
ном смысле, не знал никаких границ в материальных средствах
наслаждения, кроме исчерпания либо его трудолюбия, либо его
производительных сил. Между тем мы в результате принятия оши¬
бочной в принципе и разрушительной на практике денежной
системы согласились ограничить наши материальные средства
наслаждения тем именно количеством, которое может быть при¬
быльно обменено на товар, количество которого поддаётся увели-
чению в результате человеческого труда менее всех товаров, суще-
ствующих на свете.
ЛЕКЦИЯ II
В совершенно свободном торговом обществе, не подверженном влия-
нию какой бы то ни было денежной системы, производство было бы по¬
стоянной и неизменной причиной спроса.—В целом было бы так же легко
продать товары, как легко купить их, и это до бесконечности.— И слова
«предложение» и «спрос» были бы лишь двумя наименованиями одного
и того же понятия.
В моей вводной лекции я пытался возбудить в вас сознание
'большой важности стоящего перед нами вопроса. Теперь мы с
вашего позволения должны перейти к рассмотрению самого
1 Cobden Richard (1804—1865) — буржуазный политический деятель
основатель лиги борьбы против хлебных законов.— Прим, перев.

350
ДЖОН ГРЕЙ
вопроса. Мои взгляды я намерен изложить перед вами в форме
определённых точных положений, затрагивая в ходе изложения
по мере надобности и другие элементы политической экономии.
И когда различные части нашей темы будут таким образом иссле-
дованы, мы попытаемся собрать их в один фокус.
Итак, моя задача в этот вечер — постараться показать вам,
что при совершенно свободном состоянии общества, когда не было
бы никаких денег, общее перепроизводство, или избыточный запас
годных к продаже продуктов, было бы просто невозможно.
Приступая к этому, я чувствую крайнюю робость, конечно,
не в силу характера самой темы, которая отнюдь не трудна, но
потому, что покойный г-н Джемс Милль, автор «Истории Бри¬
танской Индии», уже так превосходно изложил её во втором из-
дании своих «Начал политической экономии», что для меня бу-
дет совершенно невозможно в каком бы то ни было доступном
мне стиле справиться подобно ему с этой темой. Однако суще-
ственным различием между нами является то, что г-н Милль на
протяжении всех своих рассуждений не расстаётся с существу¬
ющей денежной системой и потому, как я покажу вам в другой
лекции, фальсифицирует каждый слог своего рассуждения, тог¬
да как мы, ограничиваясь только рассмотрением обмена товаров
на товары, из коих ни один не является признанной мерой сто¬
имости других, несомненно, придём к заключению, что произ¬
водство является естественной причиной спроса до бесконечности.
Отмечу, что г-н Дж. Мак-Куллох во втором издании своих
«Начал политической экономии» впал в такую же точно ошиб¬
ку, как и г-н Джемс Милль. Оба эти автора утверждают, что
производство является теперь причиной спроса до бесконеч-
ности, тогда как в действительности это должно бы быть так.
Итак, оставляя в стороне какие бы то ни было соображе-
ния о деньгах, предположим, что каждый из находящихся в
этой зале господ, действуя единственно и исключительно к своей
собственной выгоде, стал производителем какого-нибудь то¬
вара и что все мы встречаемся на публичной территории, принося
с собой различные продукты наших работ. Совершенно очевидно,
что мы направились бы туда в равной мере как для купли,
так и для продажи. У одного был бы хлеб, у другого — мясо, у
третьего—пиво; у одного было бы сукно, у другого—обувь, у треть-
его — шляпы и т. д. Очевидно, что никто из нас никогда не по-
думал бы взять какую-либо из этих вещей на рынок без предвари-
тельного решения взять соответствующее количество вещей с
рынка. Делом каждого здесь был бы обмен избыточного продукта
его собственного труда на избыточный продукт труда других
людей; но, конечно, в его намерения совсем не входило бы отда¬
вать больше, чем получать. Булочник потребовал бы мяса, на-
питков и одежды; мясник потребовал бы хлеба и пищи всякого
ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
351
рода, за исключением той, которой он промышляет; суконщик
опять-таки нуждался бы в своей доле товаров мясника и булоч¬
ника, и отсюда по необходимости должны были бы произойти
бесчисленные меновые сделки между людьми, для того чтобы каж¬
дый мог удовлетворить свои потребности.
При этих обстоятельствах, однако, ни один человек не пред-
лагал бы своих товаров в большем количестве, чем требовалось
бы в обмен за те товары, которые он сам хотел бы получить. На-
против, его спрос был бы всегда равен его предложению. Он от-
давал бы или, вернее, продавал бы не просто ради удовольствия
отдавать или продавать, но для того, чтобы самому получить
часть товаров других людей, и чем больше эта часть, тем, без
сомнения, лучше он был бы удовлетворён.
Итак, поскольку контрагент, с которым он вступал бы в сдел-
ки, несомненно, действовал бы по тому же самому принципу,
их спрос и предложение были бы соответственно лишь двумя на-
званиями одной и той же вещи. Это были бы синонимы. Спрос од¬
ного был бы предложением другого, и спрос этого другого был бы
предложением первого. И так как в этом рассуждении отсутству-
ют деньги, то очевидно, что соответственные количества различных
товаров, которые давались бы и получались в обмен друг на друга,
должны были бы быть равной, стоимости, потому что в каждом
данном случае эти количества были бы результатом специаль-
ного соглашения. Последнее, необходимо подразумевая согла-
сование двух противоположных интересов, никогда не могло бы
осуществиться, если бы договаривающиеся стороны самым ак-
том обоюдного согласия отдать и получить не засвидетельствовали
бы равенства стоимости отдаваемой и получаемой. Ибо всегда в
условиях свободного, неконтролируемого обмена правильно счи-
тают, что вещь стоит столько, сколько она приносит.
Далее, общий принцип, регулирующий количество одной
вещи, обычно даваемой в обмен на другую вещь, это — отно¬
сительное количество капитала, искусства и труда, употребля-
емого при ее производстве.
Если бы два человека, обладающих в общем одинаковыми
способностями, были заняты различными производительными
работами, один в течение одного дня, а другой в течение двух
дней, то за половину продукта последнего по справедливости мож¬
но было бы получить весь продукт первого. Но из этого правила
есть значительные исключения. Доктор Адам Смит, например,
говорит: «Пять следующих главных условий, насколько я мог
наблюдать, компенсируют малый денежный заработок в одних за-
нятиях и уравновешивают больший заработок — в других: ^при-
ятность или неприятность самих занятий, 2) лёгкость и дешевиз¬
на или трудность и дороговизна обучения им, 3) постоянство
или непостоянство занятий, 4) большее или меньшее доверие,
352
ДЖОН ГРЕЙ
оказываемое тем лицам, которые занимаются ими, и 5) вероят-
ность или невероятность успеха в них».
Но, независимо от всех этих соображений, количество одной
вещи, которая может быть отдана в обмен на другую, всегда за-
висит от большего или меньшего спроса на неё на рынке.
Если, например, имеется избыток хлеба по сравнению с сук-
ном и если обычное состояние рынка таково, что один ярд сукна
обменивается на 2 бушеля хлеба, то ясно, что, пока предложение
хлеба будет непропорционально большим, в обмен на ярд сукна
могут даваться 2х/а или 3 бушеля хлеба вместо 2. Таким образом,
в обмен на сукно получается больше хлеба и притом без малей-
шего отношения к первоначальным издержкам или труду по про¬
изводству того или другого. Фунт хлеба при известных обстоятель-
ствах может обмениваться на унцию серебра, и едва ли найдётся
спортсмен, который не сказал бы вам, что много раз в своей жизни
он с величайшей охотой дал бы серебряную монету, стоящую 12
унций меди, в обмен на один стакан холодной воды, за который
при обычных обстоятельствах не дали бы и 1/4 унции того же
металла. Таким образом, во всех случаях, когда имеется недо-
статок какого-нибудь предмета, на который есть спрос, в обмен
на него, несомненно, понадобится большее количество других
вещей, а всякий раз, когда та же самая вещь оказывается в из-
бытке , требуется большее количество её в обмен на другие то¬
вары.
Следует, конечно, иметь в виду, что на данной стадии на¬
шего рассуждения мы совсем не исследуем вопроса, насколько
предполагаемые участники обмена вообще способны доставлять
что-либо на рынок. Такую способность необходимо допустить,
так как мы хотим сейчас установить лишь то, что, пока не суще-
ствует ещё такой вещи, как деньги, товары, доставленные на ры-
нок в должной пропорции, независимо оттого, какими средствами
они были добыты, являются одновременно и в равной мере предло-
жением и спросом, спросом и предложением', и далее, что никакое
мыслимое количество их, как бы велико оно ни было, не могло
бы никоим образом нарушить это положение вещей, пока строго
соблюдается единственное условие — должная пропорциональ-
ность.
Пару слов в объяснение выражения «должная пропорцио-
нальность». Оно просто означает, что, так как люди нуждаются в
пище и одежде, жилище, мебели и т. д., последние должны быть
доставлены на рынок в соответствующих пропорциях, в против-
ном же случае будет избыток одних вещей, который, однако, каж¬
дый раз. будет в точности уравновешен соответствующим недо-
статком других вещей. Совершенно так же, если бы человек,
вынужденный выполнять сам для себя все виды работ, настолько
плохо употребил своё рабочее время, что потратил бы его цели-
ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
353
ком, например, на производство хлеба, то вследствие этого он в
той же мере был бы лишён одежды, жилища и всего прочего, что
принято считать необходимым для безбедного существования,
в какой он был бы избыточно снабжён хлебом.
Не в лучшем положении был бы рынок, полный людей, тор-
гующих одним и тем же товаром. Никто не мог бы ничего ни
продать, ни купить, потому что каждый обладал бы уже избы-
точным запасом того единственного товара, который кто-либо
другой мог бы предложить. Все эти торговцы в равной мере хо-
тели бы быть продавцами, но так как не было бы ни одного жела-
ющего купить, то никто не был бы в состоянии и продать. Про¬
тивоположная крайность по сравнению с предположенным случаем
получилась бы при совершенно правильной пропорции: наличие
такой идеальной пропорции практически выразилось бы в рынке,
на котором каждый доставленный туда предмет мог бы быть отдан
в обмен на другие вещи, причём каждый участник обмена мог бы
отправиться вечером домой, обладая чем-либо таким, чему он
отдаёт предпочтение перед тем, что доставил на рынок утром.
И здесь уместно будет указать вам неоспоримую, как мы, по¬
лагаю, можем в этом случае сказать, доктрину политической эко-
номии, первоначально открытую и доказанную доктором Адамом
Смитом, что труд есть единственный источник богатства.
Труд стережёт наши табуны и стада; труд управляет плугом
и подготовляет почву для принятия семян, которые рассеивает
по её поверхности; труд превращает зерно в хлеб; труд снабжает
нас одеждой; труд строит дома, и труд же меблирует их. Труд
защищает нас в часы отдыха, и труд готовит ожидающую нас
утреннюю трапезу; труду мы обязаны весенними цветами, соз-
ревающими летом фруктами и осенним урожаем, короче говоря,
труду мы обязаны всем тем, чем мы обладаем или наслаждаемся,
всем, что подходит под понятие богатства. И если бы мы даже
питались и одевались чудом — если бы все нужные нам вещи сами
каким-то чудом падали на землю,— всё же положение учёного
доктора не было бы опровергнуто, ибо дикие плоды земли, птицы
в воздухе и рыбы в море не являются богатством до тех пор, пока
человеческий труд не сделает их таковым путём актов собирания,
отыскания и присвоения. Земля, правда, есть богатство, а также
вода и даже дичь на земле и рыба в воде, однако лишь благодаря
ТРУДУ — труду» употреблённому ранее для овладения ими. Ког¬
да земля, например, присвоена, она тотчас же может во всех
хорошо управляемых странах обрабатываться руками своего
собственника или его слуг ил'и передаваться другим либо во
временное пользование за вознаграждение, либо навсегда за
условленную цену. Но всё же во всяком случае такая собствен¬
ность первоначально появилась как собственность благодаря
применению человеческого труда.

354
ДЖОН ГРЕЙ
Эта доктрина, хорошо понятая теперь всеми, является, на¬
сколько я знаю, общим местом политической экономии, подобно
азбуке в словесности.
И далее, к той же категории признанных принципов поли¬
тической экономии относится следующий: собственность и бо¬
гатство всякого рода должны быть обеспечены их законным соб-
ственникам или владельцам, ибо для чего стали бы заботиться
об их приобретении, если не для непосредственного использова-
ния или потребления? Этот принцип настолько очевиден, что было
бы излишне распространяться о нём. Если бы человек мог за дан¬
ное время добыть своим трудом и искусством больше богатства,
чем ему потребовалось бы или чем он пожелал бы использовать
или истратить немедленно, то что могло бы побудить его к такому
трудолюбию, если бы избыточный продукт, который он, естест¬
венно, предполагал отложить ко дню болезни, несчастья или ста¬
рости, не достался ему в собственность? Сделайте накопленное им
собственностью других наравне с ним самим, и всему его трудо-
любию и предприимчивости немедленно наступит конец, кроме,
конечно, той доли, которая была бы необходима ему для удов-
летворения его повседневных нужд. Никто никогда не помыслил
бы накопить что-нибудь, если бы накопленное не оставалось его
собственностью до тех пор, пока он не нашёл бы нужным либо
использовать, потребить его, либо передать другому.
Примените этот принцип к современному состоянию Ирлан-
дии. Что за величайший фарс представляют наши периодические
подписки на помощь этой несчастной стране! Мы могли бы столь
же рационально тратить -наши богатства и ресурсы, покупая
воду для того, чтобы наполнять решето или бездонный резервуар,
сооружённый на вершине «Arthur's Seat»1. В самом деле, окажите
Ирландии действительную помощь, предоставьте ей ту же самую
степень охраны, человеческой жизни и собственности, какую вы
предоставляете собственности и жизни в Англии и Шотландии,
и Ирландия очень скоро сама себе поможет. Её земли будут арен¬
дованы людьми, способными и желающими возделывать их, её
города и сёла будут изобиловать фабриками и богатством по край¬
ней мере в одинаковой степени с Шотландией и Англией; ибо,
подобно потокам воды, устремляющимся в низины, большая
доля капитала и искусства всего королевства сама полилась бы,
чтобы обновить Ирландию, если бы только это первое условие
всяких попыток накопления было полностью и постоянно обес-
печено во всей стране. И если правительство действительно не
может сделать этого для Ирландии, то оно не может сделать
ничего. Отсюда следует, что взгляды, которые я изложу вам
в ходе этих лекций относительно денежного вопроса в Англии
1 Возвышенность вблизи Эдинбурга.— Прим, перев.
ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ	555
и Шотландии, не могут быть применены с такой же надеждой на
успех, поскольку дело касается Ирландии, до тех пор, пока
Ирландия не усвоит первого и самого необходимого урока в ис-
кусстве цивилизации (art of civilisation), на который я ука-
зал.
Никто, кажется, не отрицает, что иммиграция нескольких
сот шотландских фермеров в Ирландию с помощью той суммы
английского и шотландского капитала, которой они могли бы
свободно располагать, очень скоро удвоила бы и более чем уд¬
воила бы всю земледельческую продукцию этой несчастной стра¬
ны и вдобавок быстро создала бы состояния иммигрантам. По¬
чему же фермеры не идут и не доставляют выгоды ирландскому
народу в целом и самим себе, в частности? Просто потому, что
так или иначе самосохранение занимает для большинства людей
первое место в перечне человеческих желаний, а обеспечение
собственности — второе.
Да поможет бог ирландскому народу! Но если кто-либо
должен быть агентом провидения в выполнении этого, то он
во что бы то ни стало должен прежде всего изыскать действен-
ные меры к сохранению жизни и собственности жителей Ирлан-
дии — будь они ирландцы, англичане или шотландцы, или люди
из любой части света. И, кроме того, мероприятия, которые сле-
дует принять для охраны жизни и собственности в Ирландии,
должны быть таковы, чтобы внушить полную уверенность в том,
что такая охрана будет постоянной, а не только временной. Ког¬
да вы это сделаете для Ирландии — а это должно быть и рано
или поздно будет сделано,— за этим должно последовать обяза¬
тельное обучение детей; время сделает остальное, и через одно
или два поколения Ирландия займёт подобающее ей место на
лестнице цивилизации. Но это — отступление от темы.
Здесь можно также, кстати, упомянуть ещё об одном прочно
установленном принципе политической экономии — о разделе-
нии труда,— тем более что он приведёт нас прямым путём к рас-
смотрению другого принципа, имеющего большое значение для
благосостояния общества и особенно заслуживающего нашего
внимания в связи с вопросом о денежной системе, к которому всё
рассматриваемое нами теперь служит лишь введением. Я под¬
разумеваю принцип индивидуальной конкуренции, принцип,
отбрасываемый прочь почти всеми сторонниками кооперации,
коллективной собственности и других «пчелиных» систем поли¬
тической экономии.
Принцип разделения труда и принцип индивидуальной кон-
куренции настолько тесно связаны друг с другом, что их можно
назвать сиамскими близнецами политической экономии,— они
на самом деле почти неотделимы. Разделение труда приводит
к тому, что люди вместо многих дел или многих операций
356
г
ДЖОН ГРЕЙ
посвящают себя одному делу и нередко одной единственной опера-
ции, при помощи которой они добывают себе средства существова-
ния. При этом результат таков, что 100человек, каждый из кото-
рых используется таким образом, сделают в 10,20, а в некоторых
случаях и в 100 раз больше работы, чем они могли бы сделать,
если бы должны были действовать противоположным способом,
начиная, продолжая и завершая многочисленные серии опера-
ций с помощью одной пары рук. Но сущность этого принципа
также настолько хорошо известна, что было бы излишне оста¬
навливаться на нём.
В то время как разделение труда приводит людей к тому,
■чтобы вышеуказанным способом концентрировать своё внимание
и таким образом достигать удивительной искусности, родствен¬
ный принцип — принцип индивидуальной конкуренции — по-
буждает их проявлять эту искусность в наивысшей мере способ¬
ностей, приобретённых благодаря разделению труда. Устраните
разделение труда, и слова «ловкость» и «искусство» потеряют
всякий смысл, потому что не могло бы быть ни того, ни другого.
И далее, устраните принцип индивидуальной конкуренции, и
быстро исчезнут все стимулы к приобретению или проявлению
ловкости и искусства.
В самом деле, этим двум принципам мы обязаны тем удиви-
тельным фактом, что хотя каждый человек рождается настоль¬
ко похожим на всякого другого, что даже серьёзно, хотя и оши¬
бочно, доказывалась одинаковость самой их организации, всё
же существует мало людей, которые не могли бы указать на не-
которых других, как на своего рода чудо для них. Возьмите,
например, весьма обыденную профессию канатоходца или, что
проще, театрального танцора. Затем перейдите к драматической
сцене и посмотрите на первоклассного трагика или комика,
послушайте Паста или Дженни Линд, пройдитесь по улице и
посмотрите на полуголых индусов, поддерживающих в удиви¬
тельно точной и неизменной позе настоящий фонтан из мячей,
летающих вокруг них во всех направлениях и тем не менее всег¬
да перехватываемых и поочерёдно должным образом возвращае-
мых в воздух с ловкостью, едва ли менее удивительной, хотя и
низшей по цели и объекту, чем у самого совершенного артиста,
музыканта или механика.
Или войдите в художественные салоны и посмотрите на уди¬
вительную способность воспроизведения, будь то на мраморе
или на полотне. Войдите в одну из наших общественных больниц
и посмотрите, с какой величайшей, ловкостью и искусством
хирург своей опытной рукой освобождает людей от мучений, не-
которое продление которых довело бы их до могилы. Хирурги
возвращают, таким образом, несчастным страдальцам надежды
на жизнь и сразу восстанавливают их здоровье и силы ценой

ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ Й УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
357
небольшой временной боли, причём даже эта последняя во мно-
гих недавних примерах сведена путем применения новейших
* открытий к нулю.
Какому принципу социальной науки обязаны мы этим про-
грессом человеческих достижений и человеческого искусства?
Разделению труда совместно с главной причиной всего лучшего —
индивидуальной конкуренцией между людьми.
Я хочу обратить ваше внимание в особенности на эти важ¬
ные принципы, ибо должен признать, что хотя в течение мно-
гих лет я полностью понимал и признавал их истинную ценность,
но лишь сравнительно недавно понял ясно, каким образом мож¬
но практически осуществить и легко удержать совершенно сво¬
бодную и неограниченную систему производства и обмена, или,
другими словами, коммерческую систему, в которой производ¬
ство постоянно и неизменно создавало бы спрос без нарушения в
какой-либо степени неоценимого принципа индивидуальной кон-
куренции, о котором мы уже говорили.
Всякая истина, однако, неизменно согласуется сама с собой.
И хотя одно время мне трудно было согласовать неограничен¬
ную индивидуальную конкуренцию, с одной стороны, и самую
неограниченную свободу обмена, с другой, однако теперь я не
только не вижу этой трудности, но вполне готов доказать, что
такой трудности нет.
Но вы готовы напомнить мне, что специальная цель сегод¬
няшней лекции состоит в том, чтобы обосновать учение, соглас¬
но которому по природе вещей и вне отношения к какой бы то
ни было денежной системе производство является постоянной и
неизменной причиной спроса. Хотя я уже попытался вкратце
объяснить этот принцип, но было бы величайшей несправедли¬
востью и по отношению к принципу и по отношению к вам, если
бы я доверился исключительно моему слабому языку и разуму,
в то время когда мы можем обратиться к источнику, где этот же
вопрос изложен ясно, чётко и неоспоримо. Я не стану, поэтому
оправдываться, если заменю свою речь речью высокоуважае-
мого экономиста.
Итак, теперь к вам обращается по этому вопросу покойный
г-н Джемс Милль, на статью которого я ссылаюсь. Вы должны
иметь в виду, что здесь я опускаю несколько слов этого учё-
ного автора, где он упоминает деньги. И я делаю это потому, что
если рассуждение, которое я сейчас прочту, применить к суще¬
ствующей денежной системе общества, то в нём нет ни слова
правды, между тем как в рассуждении г-на Милля, взятом вне
отношения к какой бы то ни было денежной системе, человече-
ский ум не в силах открыть ошибку или найти уловку, при помо¬
щи которой даже завзятый софист мог бы опровергнуть заклю-
чение, к которому приходит г-н Милль.

358
ДЖОН ГРЕЙ
В предисловии ко второму изданию своих «Начал политиче¬
ской экономии» он говорит: «Я попытался при помощи новых
примеров сделать более очевидным то, что кажется мне доказа-
тельством той важнейшей доктрины, что совокупный спрос и
предложение нации всегда равны, что производство никогда
не может опережать рынок и что, другими словами, никогда
не может быть общего избытка товаров».
Обращаясь к самому сочинению г-на Милля и опуская лишь
одно короткое предложение, состоящее из пяти строк, где сн
упоминает слово деньги, мы находим следующее:
«Человек,— говорит г-н Милль,— производит лишь потому,
что он стремится к обладанию. Если товар, который он произ-
водит, есть тот товар, которым он хочет обладать, то он оста¬
навливается, когда произвёл столько, сколько хотел, и его пред-
ложение точно пропорционально его спросу. Дикарь, который
делает себе лук и стрелы, не делает их более того количества,
которым он хочет обладать.
Когда человек производит большее количество какого-ни¬
будь товара, чем ему требуется для себя, то это может быть
лишь по одной причине, а именно, потому что ему требуется
какой-то другой товар, который он может получить в обмен на
избыток того, что сам произвёл. Едва ли нужно чем-либо под-
креплять столь очевидное положение. Было бы несогласно с
известными законами человеческой природы допустить, что
человек взял бы на себя труд производить что-нибудь без жела-
ния иметь что-либо. Если ему нужна одна вещь, а он производит
другую, то это лишь потому, что ту вещь, которая ему нужна,
можно получить за вещь, которую он производит, и получить
лучше, чем если бы он попытался производить ее сам.
После того как труд был разделён и распределён в значи-
тельном масштабе и каждый производитель отдаётся производ¬
ству одного какого-либо товара или части товара, он потребляет
только малую долю того, что сам производит. Остальное он
предназначает для того, чтобы снабдить себя всеми прочими
товарами, которые ему нужны; и когда каждый человек огра¬
ничивается производством одного товара и обменивает то, что
он произвёл, на то, что произведено другими людьми, то оказы¬
вается, что каждый получает больше разных нужных ему вещей,
чем если бы он попытался сам произвести все эти вещи.
Пока человек потребляет то, что он производит, нет, соб¬
ственно говоря, ни предложения, ни спроса. Спрос и предложе-
ние, как это очевидно, суть выражения, имеющие» отношение к
обмену — к покупателю и продавцу. Если же человек производит
сам для себя, то нет обмена. Он не предлагает ничего ни для
продажи, ни для покупки. Он имеет собственность — он произ-
вёл её и не думает расставаться с нею. Если мы применим как

ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
359
своего рода метафору выражения «спрос» и «предложение» к
этому случаю, то из самых условий нашего предложения вытека-
ет, что спрос и предложение точно пропорциональны друг другу.
Итак, раз дело касается спроса и предложения на рынке, то мы
можем оставить совершенно без рассмотрения ту часть годово¬
го продукта, которую каждый из собственников потребляет в
той форме, в какой он её производит или получает.
Очевидно, что, говоря здесь о спросе и предложении, мы
говорим о совокупных величинах. Когда мы говорим о какой-
нибудь отдельной нации в какой-нибудь отдельный период, что
её предложение равно ее спросу, то мы подразумеваем не един
или два товара. Мы подразумеваем, что сумма её спроса на все
товары, вместе взятые, равна сумме предложения всех товаров,
вместе взятых. Вполне может случиться, что, несмотря на это
равенство общих сумм спроса и предложения, какой-нибудь то-
вар или товары могут быть произведены в количестве, большем
или меньшем, чем существующий на эти особые товары спрос.
Для образования спроса необходимы две вещи. Это, во-пер-
вых, желание иметь товар, во-вторых, наличие эквивалента для
уплаты за него. Спрос означает желание купить и наличие по-
купательных средств. Если одного из двух условий недостаёт,
то покупка не может иметь места. Эквивалент есть необходи¬
мая основа всякого спроса. Человек тщетно желает получить
товары, если он ничего не может дать за них. Эквивалент, ко¬
торый человек приносит, есть орудие спроса. Размеры его спро¬
са измеряются размерами его эквивалента. Спрос и эквивалент
суть выражения заменимые, и одно может быть замещено дру-
гим. Эквивалент может быть назван спросом, а спрос — экви-
валентом.
Мы уже видели, что каждый человек, который производит,
желает получить на сумму всего того, что он приносит на ры-
нок, товары, отличные от тех, которые он произвёл. Всё то,
что человек произвёл и не хочет удержать для собственного
потребления, есть, очевидно, запас, который он может дать в
обмен на другие товары. Следовательно, его желание покупать
и его покупательные средства, другими словами, его спрос в
точности равен количеству .того, что он произвёл без намерения
потреблять.
Но очевидно, что каждый человек вносит всё то, что он про-
извёл и не намерен потреблять, в общую сумму предложения.
В какой бы форме ни попала в его руки какая-либо часть годо¬
вого продукта, если он не предполагает потреблять сам ника¬
кой его части, то желает сбыть всю массу, и, следовательно,
вся масса становится объектом предложения; если же он по-
требляет часть, то он хочет сбыть остальное, и объектом пред-
ложения становится весь остаток.

360
ДЖОН ГРЕЙ
Так как, следовательно, спрос каждого человека равен
той части годового продукта или вообще имущества, которой
он располагает для сбыта, что в точности является и предло-
жением каждого человека, то предложение и спрос каждого ин¬
дивидуума по необходимости равны.
Между понятиями спрос и предложение существует особая
взаимосвязь. Товар, который предлагается, всегда одновременно
является орудием спроса. Товар, который является орудием
спроса, есть всегда в то же время товар, входящий в фонд пред-
ложения. Каждый товар всегда в одно и то же время есть пред-
мет спроса и предмет предложения. Из двух людей, осуществля-
ющих обмен, один не является только с предложением, а другой
только со спросом; каждый из них является как со спросом,
так и с предложением. Его предложение есть орудие его спроса,
и его спрос и предложение, конечно, в точности равны друг другу.
Но если спрос и предложение каждого индивидуума всегда
равны друг другу, то должны быть равны спрос и предложение
всех членов нации, взятых в совокупности. Каково бы, сле-
довательно, ни было количество годового продукта, оно ни¬
когда не может превысить сумму годового спроса. Весь годо¬
вой продукт делится на число частей, равное числу людей,
между которыми он распределяется. Общая масса спроса равна
той доле всей массы этих частей, которую собственники не остав-
ляют для собственного потребления. Но общая масса частей рав¬
на общей массе продукта. Доказательство, следовательно, за¬
кончено.
Как ни безукоризненно доказательство того, что спрос на-
ции всегда должен быть равен ее предложению и что она никогда
не может остаться без рынка, достаточно обширного для всей
массы продуктов, это положение редко правильно понимается
и иногда явно оспаривается.
Возражение строится на том, что товары часто оказываются
в чрезмерном изобилии по отношению к спросу.
Самый факт бесспорен. Однако легко убедиться, что он не
затрагивает достоверности того положения, для опровержения
которого он приводится.
Хотя спрос, предъявляемый каждым человеком, бесспорно
равен тому, что он предлагает на рынке, он может не найти
на рынке того покупателя, в котором нуждается. Может слу¬
читься, что никто не явится с требованием того вида товара,
который ему нужно сбыть. Но это не уменьшает верности того
факта, что он явился со спросом, равным его предложению, ибо
он нуждается в чём-либо взамен принесённых им товаров1.
1 Здесь опущено то предложение, о котором я упомянул и которое гласит:
«Нет никакой разницы, если допустить, что он нуждается только в деньгах,
ибо деньги суть сами товары, и, кроме того, ни один человек не нуждается

ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
36)
Так как спрос и предложение каждого человека равны,,
то если количество одного товара будет превышать спрос,
количество какого-нибудь другого товара должно быть меньше
спроса.
Если спрос и предложение каждого человека равны, то
всегда равны общий спрос и предложение. Предположим, что
оба эти равные количества, спрос и предложение, разделены
на одинаковое число долей и что эти доли точно соответству-
ют друг другу, что имеется ровно столько же долей предложе-
ния хлеба, сколько есть долей спроса на него, имеется столь¬
ко же долей предложения сукна, сколько есть долей спроса
на него, и т. д. Очевидно, что в этом случае не будет никакого
излишка независимо от того, будет ли количество годового
продукта велико или мало. Предположим теперь, что это точное
соответствие долей спроса и предложения друг к другу нару¬
шено; предположим, что, когда спрос на все вещи остаётся
неизменным, предложение сукна значительно увеличивается:
получится, конечно, избыток сукна, раз спрос на него не уве¬
личился. Но на ту же самую сумму получится по необходимости
недостаток других вещей, ибо добавочное количество сукна,
которое было произведено, могло быть создано только одним
способом — путем отвлечения капитала от производства других
товаров и тем самым путём уменьшения произведённого коли¬
чества их. Но если количество какого-нибудь товара уменьши¬
лось без уменьшения спроса, то этот товар будет дефицитным.
Следовательно, невозможно, чтобы в стране когда-нибудь был
товар или товары в количестве, превышающем спрос, без того,
чтобы количество какого-нибудь другого товара или товаров было
соответственно меньше спроса.
Последствия, вызываемые на практике тем, что нет соответ-
ствия между спросом на тот или иной товар и его предложением,
общеизвестны. Товар, оказывающийся в избытке, падает в цене;
товар, количество которого недостаточно, повышается. Эти ры¬
ночные колебания достаточно понятны каждому. Низкая цена
предмета, имеющегося в избытке, вскоре благодаря уменьшению
прибыли выталкивает из этой отрасли производства часть ка¬
питала; высокая цена дефицитного предмета привлекает капитал
в эту отрасль производства до тех пор, пока прибыли не урав¬
няются, т. е. до тех пор, пока спрос и предложение не приспо¬
собятся друг к другу.
Самым сильным аргументом в пользу того предположения,
что производство может увеличиваться быстрее, чем потребле-
ние, была бы, несомненно, ссылка на такой случай, когда
в деньгах иначе, как для того, чтобы потратить их на предметы производитель-
ного или непроизводительного потребления:». Это является, как будет надле-
жащим образом доказано, чудовищным заблуждением экономистов.

362	ДЖОН ГРЕЙ
каждый человек потреблял бы лишь необходимее, в силу чего сбе¬
регался бы весь остальной годовой продукт. На самом деле это
невозможный случай, потому что он противоречит человеческой
природе. Можно, однако, проанализировать последствия, ко¬
торые в таком случае получились бы. Это только лучше осветило
бы наше доказательство равенства спроса и предложения.
В подобном случае доля каждого человека в годовом про-
дукте, за вычетом потребляемых им самим необходимых средств
существования, была бы посвящена производству. Всё произ¬
водство было бы, конечно, направлено на производство сырья
и немногих полуфабрикатов, потому что это предметы, на ко¬
торые только и был бы какой-либо спрос. Поскольку доля каж-
дого человека в годовом продукте, исключая его собственнее
потребление, была бы затрачена для производства, постольку
она была бы затрачена на предметы, служащие для производства
сырья и полуфабрикатов. Но эти предметы сами суть точно так
же сырье и отчасти полуфабрикаты. Спрос каждого человека,
следовательно, состоял бы целиком из этих продуктов, но всё
предложение тоже состояло бы из тех же самых продуктов. Итак,
.доказано, что совокупный спрос и совокупнее предложение
по необходимости равны, потому что весь годовой продукт, за
исключением доли, потребляемой участниками, выступает как
орудие спроса, и весь годовой продукт, за тем же самым исклю-
чением, выступает как предложение.
Следовательно, всесторонней проверкой установлено, что про¬
изводство никогда не может идти слишком быстро по сравнению
со спросом. Производство есть причина, и единственная причина
спроса. Оно никогда не пополняет предложения, не пополняя
в одно и то же время и в одинаковой степени и спроса».
Таково рассуждение покойного г-на Милля, которое я счи¬
таю совершенно невозможным опровергнуть, если оставить в
стороне деньги. Однако каждый из присутствующих здесь, ве-
роятно, готов заявить:
«Но если это правильно, то, наверное, должен существо¬
вать у нас какой-то противодействующий этому принцип, ибо,
говоря практически, я отрицаю, что в настоящее время произ¬
водство есть причина спроса. Я отрицаю, что спрос и предло-
жение — синонимы; я отрицаю, что теперь невозможно увели¬
чить одно без того, чтобы в то же время и в одинаковой степени
не увеличить другое».
И это возражение было бы выдвинуто с полным основанием,
ибо имеется и действует противоположный принцип, и потому
производство в данное время не в большей мере является по¬
стоянной причиной спроса — в общепринятом и правильном
смысле этого слова,— чем причиной восточного ветра, неизмен-
но преобладающего в этом городе в течение весенних месяцев.-

ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
363
Природу этого противодействующего принципа я надлежащим
образом и полностью изложу вам.
Прошу, однако, не причислять меня к тем, кто не приз-
наёт учения экономистов. В ходе этих лекций я не буду
иметь повода оспаривать какую-либо из доктрин покойного д-ра
Адама Смита; один же из его принципов я сейчас выдвину и
буду отстаивать в гораздо большей мере, чем это было сделано
им самим.
У находящегося же в живых автора, г-на Мак-Куллоха,
мы сейчас возьмём несколько положений, которые должны бы
быть правильными, но которые, к несчастью, являются лишь
сплетением ошибок.
Например, по вопросу о перепроизводстве он говорит: «Целью
каждого человека, когда он применяет свои производительные
способности, должно быть либо потребление всего продукта его
собственного труда, либо обмен этого продукта целиком или
частью на такие товары, которые он хочет получить от других.
Предположим теперь, что он непосредственно потребляет всё
то, что производит: очевидно, что в таком случае не может быть
перепроизводства или избытка. Ибо предположить, что товары,
произведённые для собственного потребления, могут быть в
избытке, равносильно предположению, что производство может
вестись без цели или что может быть следствие без причины!
Когда индивиды, вместо того чтобы непосредственно потреблять
продукт своего труда, предлагают его другим, то благодаря их
ошибочному расчёту может получиться перепроизводство. Если
бы, например, А произвёл товары и предложил их в обмен В
или С, которые не в состоянии снабдить его тем, что он желает
получить, то он бы просчитался и получилось бы перепроизвод¬
ство: он должен был бы, очевидно, или предложить свои товары
другим контрагентам, или же перейти сам к производству тех
предметов, в которых он нуждается. Эта ошибка, однако, будет
скоро исправлена: ибо, если он убедится, что не может достичь
своей цели своим теперешним занятием, то он немедленно примет
меры к тому, чтобы переменить занятие, и в дальнейшем будет
производить только такие товары, на которые он может найти
покупателя или которые намерен потребить сам. Ясно, следова-
тельно, что общее увеличение лёгкости производства никогда не
может быть причиной постоянной перегрузки рынка»1.
Это прямо мучительно! Г-н Милль, первоклассный автори-
тет, утверждает, что производство есть постоянная и верная
причина спроса, что рынок, взятый в целом, не может быть
1 Это самое явное повторение уже полностью цитированного нами рассуж-
дения покойного Милля, не отмеченное Мак-Куллохом как таковое по недо¬
статку честности.

364
ДЖОН ГРЕЙ
переполнен, что предложение и спрос суть синонимы и что не¬
возможно увеличить предложение без того, чтобы в одно и то
же время и в одинаковой степени не увеличить спрос.
Удивлённые этим утверждением, столь противоречащим все¬
му нашему опыту, мы обращаемся к политико-экономическому
энциклопедисту, г-ну Мак-Куллоху, и он сообщает нам то же
самое.
К несчастью, однако, когда эти мудрецы сбили нас, рядо-
вых людей, с толку почти так же, как они сбили с толку друг
друга, я отправляюсь к какому-нибудь не мудрствующему лука¬
во практическому деловому человеку и говорю ему: «Г-н А. В.,
я недавно стал очень учёным человеком. Я прочитал некоторые
знаменитые произведения по интересному предмету, называемому
политической экономией; авторы говорят: «производство есть
причина, и единственная причина спроса; вы не можете увели¬
чить предложение без того, чтобы в одно и то же время и в оди¬
наковой степени не увеличить спроса». Скажите, пожалуйста,
сэр, находите ли вы на основании вашего опыта, что это
так?».
Вообразите ответ — я не буду утомлять вас попытками
передать его в многословной форме.— «Эго — теория, сэр,—
только теория, и такая, поверьте мне, в которой нет ничего
истинного»,— такова была бы суть его ответа. И это был бы,
несомненно, правильный ответ.
Тогда возникает большой вопрос, стоящий сейчас перед
нами: «Если бы была упразднена наша, ныне существующая де¬
нежная система и если бы вместо неё была установлена та денеж¬
ная система, которую я называю здоровой, то стало ли бы
производство действительно и на практике, причиной спроса?
Или, другими словами, было ли бы в общем и целом так же легко
продавать товары с соответствующей (reasonable) прибылью,
как теперь легко покупать их по сходной цене, и притом до
бесконечности?».
Безусловно, да; и я вызываю критическую мысль трёх коро-
левств выступить против этого утверждения или привести какие-
либо доводы, за исключением самых ребяческих и абсурдных, в
опровержение этой важнейшей доктрины. Словом, взгляды Милля
и Мак-Куллоха по этому вопросу не верны, но они должны были
бы быть верны, и они могут стать верными, и притом до послед-
ней йоты, как только общество сочтёт нужным сделать их тако¬
выми. Оба эти джентльмена, однако, не поняли другого дей-
ствующего у нас принципа, в силу которого их рассуждения
опровергнуты, их надежды обмануты, а их выводы вполне здраво
отброшены каждым человеком практики как чисто теоретические
догмы заблуждающейся школы. Факты таковы, что производство
есть естественная причина спроса до бесконечности, если от¬
ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
365
влечься от какой бы то ни было денежной системы или систем,
но что, к несчастью, те денежные системы, которые приняты на¬
шей и другими нациями, превратили этот неоценимый принцип
в пустой звук.
ЛЕКЦИЯ III
Производство, которое по природе вещей есть причина спроса, является
теперь следствием его, причём их роли переменились благодаря дейст-
вию нашей нынешней денежной системы.— Для того чтобы благоден-
ствие человечества стало возможным, должно быть восстановлено без¬
умно нарушенное взаимосоответствие между производством и спросом.
В моей предыдущей лекции я старался показать, что если
исключить всякое влияние денег, то производство есть причи¬
на, и единственная причина, спроса, что предложение и спрос
суть синонимы и что в целом одно всегда должно было бы быть
в точности равно другому. При таких условиях, следовательно,
перепроизводство было бы явно невозможно. Диспропорция может,
без сомнения, иметь место. Но это, употребляя выражение,
которым экономисты часто козыряют, такое зло, которое очень
быстро само себя излечивает.
Очевидно, однако, что если бы множество людей встрети-
лось вместе на рынке ради той цели, которая была указана в
моей предыдущей лекции, а именно для обмена разнообразными
продуктами своих промыслов, причём каждый имел бы что-либо
для сбыта и в то же время имел бы массу требований, то они
вскоре оказались бы в чрезвычайно затруднительном положении.
А имеет для продажи пищу, В — одежду, а С — дом, у D —
мебель, а у Е — топливо. Но, к несчастью, почти несомненно,
что, сколько бы ни собралось людей, не оказалось бы и одной
пары таких, которые находились бы в столь благоприятном по-
ложении, чтобы друг у друга требовать именно тот род и то
количество товаров, которые они хотели бы купить и продать.
А, например, имеет хлеб для сбыта, a D — стол из красного
дерева. Но если даже предположить, что А нуждается в столе,
то этот предмет стоил бы значительно больше хлеба, чем может
сразу потребоваться D; кроме того, собственник стола ищет
многих вещей помимо хлеба. Он нуждается, например, в сюрту-
ке, в шляпе или, возможно, в галлоне виски, причём все эти
предметы являются товарами других участников торговли. Стол
же не может быть без ущерба разрезан на столько частей, сколько
предметов пищи или одежды его собственник может потребовать
в обмен на него.
С, далее, находится, если это возможно, в ещё худшем по-
ложении. Он ищет по крайней мере двадцать различных вещей,
но единственная собственность, которую он может предложить
366
ДЖОН ГРЕЙ
в обмен на них, это — дом. Один из тех, с которым он хочет всту¬
пить в сделку, может случайно нуждаться в доме, но, к несчастью,
не в состоянии дать в обмен на него те многочисленные товары,
которых требует продавец дома.
Каким же образом должны обменяться своими товарами эти
попавшие в тупик дельцы? Предполагается, что всеми признан
в качестве базиса их сделок принцип эквивалентности', каждый
намерен получить то, что ему следует, но ничуть не больше;
короче говоря, каждый в равной мере готов требовать справед¬
ливости и оказывать справедливость; но каким образом, спраши¬
вается, должен он действовать?
Не пригодился ли бы здесь принцип весового равенства?
Конечно, нет. Ибо производство фунта часов, например, сто¬
ило бы во много раз больше труда, чем производство фунта
картофеля. Далее, элегантно сделанное шёлковое платье или
шаль едва ли были бы отданы в обмен на равное весовое коли¬
чество обыкновенной полотняной или бумажной материи. «Рав¬
ный вес за равный вес», следовательно, не решает вопроса.
Испытаем, далее, принцип меры за меру, подразумевая меру
длины. Но здесь мы оказываемся не в лучшем положении. Напри-
мер, ярд сукна за ярд тесьмы! Неравенство труда, требующего-
ся соответственно для их производства, сразу решает вопрос.
Следовательно, «мера длины за меру» не лучше, чем «вес за вес».
Что же тогда остаётся нам, как не прибегнуть к мерам объё¬
ма? Например, кубический фут угля в обмен на кубический
фут железа, свинца, меди, серебра, золота и драгоценных кам¬
ней. А почему нет? Потому, и исключительно потому, что обла-
дание кубическим футом этих последних товаров стоило бы в
сто, тысячу или в миллион раз большего количества труда, чем
обладание кубическим футом угля. Для того чтобы собрать
кубический фут алмазов, мог бы, например, потребоваться труд
одного человека в течение столетия, если бы он мог так долго
жить, быть здоровым и продолжать заниматься этим делом, в то
время как добыча кубического фута угля при обычных обстоя-
тельствах была бы делом лишь нескольких минут.
Далее, тщетно искали бы мы меры стоимости в одинаково¬
сти числа. Равное число овец, назначенных для убоя, вряд ли
могло бы справедливо обмениваться на равное число быков,
потому что труд и предметы труда, потребные для прокормления
и ухода за овцами, должны быть по необходимости в значи¬
тельно меньшем количестве, чем те, которые требовались бы для
прокормления и ухода за быками. И хотя бычья туша как пред-
мет питания гораздо больше, чем овечья, этот факт, взятый сам
по себе, совсем не является причиной того, что она имеет более
высокую цену на рынке. Как по справедливости, так и на деле
обмениваются друг на друга не равные количества питательных
ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
367
или поддерживающих жизнь веществ. Издержки производства
или относительное количество труда, затраченного на них,—
вот что делает одну вещь дорогой, а другую дешёвой или, точнее-
говоря, даёт одной вещи возможность обмениваться на совер¬
шенно различные количества другой вещи,независимо от того,
будут ли соответственные количества оцениваться весом, мерой
или числом.
Далее, мыслители в поисках меры стоимости могли иногда»,
останавливаться на полезности. Но, оставляя в стороне тог
факт, что в особых случаях товары полезны или нет в зависимо¬
сти от индивидуальной оценки людей, совершенно очевидно,
что вода, например, как общее правило, бесконечно более по¬
лезна, чем вино; и всё же никто никогда не подумал бы сравнить-
обмениваемые количества вина и воды.
Из этого следует, что так как справедливый принцип обмена
не может быть найден ни в равном весе за равный вес, ни в-
равной мере за равную меру, ни в равном числе за равное число,,
ни в равно оцениваемой полезности, то мы должны искать чего-
то другого. Словом, то, что нам нужно,— это мера стоимости-
того или иного рода, хорошая, плохая или безразличная, без
которой торговля перестала бы быть торговлей, общество пере¬
стало бы быть обществом и вся раса цивилизованных людей
выродилась бы до состояния варварства. Ибо если бы весь наш
обмен труда на труд, продукта на продукт и услуги на взаимную^
услугу был ограничен в числе и в объёме тем обменом, который
мог бы иметь место при отсутствии какой-либо признанной меры»
стоимости, то ясно, что каждый человек вынужден был бы тра¬
тить добрую половину своего времени на то, чтобы путём гро-
моздкого процесса прямой мены получить за избыточный продукт
своего собственного труда соответствующие доли избыточного
продукта труда полусотни других людей. Короче говоря, в допол-
нение к весам и гирям, к мерам длины и мерам объёма необхо¬
дима мера стоимости, с помощью которой могут осуществляться
все сделки между людьми, помимо безвозмездных услуг или
прямой мены. Необходимы также орудия обмена.
И, таким образом, мы теперь мало-помалу подошли к рас-
смотрению большой проблемы, которую мы должны решить,—
проблемы денег. Я думаю, что не мы одни заняты решением этой
проблемы, ибо пройдите нашу страну вдоль и поперёк, и вьь
найдёте множество людей, которые, сильно сомневаясь в пра¬
вильности существующей денежной системы, повидимому, вели¬
кодушно решились отказаться от мудрости, унаследованной от
предков, не принимать её больше на веру, а иметь по этим во-
просам свое суждение. И велик и славен будет тот день для сы¬
новей и дочерей рода человеческого, когда это намерение дол-
жным образом найдёт всеобщее осуществление.

368
ДЖОН ГРЕЙ
Итак, зная уже, что употребление денег должно дать нам
возможность осуществлять меновые сделки, которые не могут
совершаться по принципу равного веса, равной меры, равного
числа или равной полезности, мы можем следующим образом
перечислить желательные качества денег.
1. Прочность. Это качество существенно лишь постоль¬
ку, поскольку это касается внутренней стоимости самих денег.
Если бы фунт стерлингов должен, как это бывает с золотой мо¬
нетой, заключать в себе ту стоимость, которую он представляет,
то прочность имела бы большое значение, потому что при ее
отсутствии одна лишь годичная стоимость материала для че¬
канки денег составляла бы серьезный ежегодный налог на страну.
Но если бы, с другой стороны, наиболее употребительные деньги
имели представительный характер, как это имеет место в банк-
ноте, то, поскольку одно пенни, потраченное на бумагу и печа-
тание, может представлять стоимость от 240 до 240 тыс. раз боль¬
шую, вопрос о прочности потерял бы значение и мог бы быть
совершенно оставлен в стороне. Следовательно, с этой точки
зрения мы имеем все основания довольствоваться такими день¬
гами, какие существуют теперь.
2. Портативность. Портативность или лёгкость пере-
несения денег с места на место в самых малых или самых больших
суммах с очень незначительными издержками и с совершенной
гарантией против потерь уже так хорошо осуществлена в нашей
стране, что в этом отношении, кажется, едва ли есть место для
улучшения существующей денежной системы. При этом порта¬
тивность денег, которые кто-либо может пожелать самолично
истратить, такова, что герцогиня легко может нести с собой
сумму, достаточную для того, чтобы очистить от товаров пол-
улицы, нисколько не затрудняясь тем, что она сама должна
нести свой кошелёк. Так что с этой стороны опять-таки хоро¬
ши те деньги, которые существуют теперь.
3. Делимость и, следовательно, удобство. Наша денежная
система свободна от перечисленных выше неудобств, неизбежных
при всяком непосредственном обмене товара на товар. Фартинг —
очень малая сумма денег, миллион фунтов стерлингов — очень
большая. И всё же никто из тех, кто имеет задолженность на
ту или другую сумму или любую сумму между этими двумя, не
может испытывать затруднений при расчёте со своим кредито-
ром, если только он имеет достаточно денег для уплаты, так
как существующая делимость денег совершенно достаточна для
всех практических целей.
4. Однообразие качества и веса1. Первое
обеспечивается нам штемпелем монетного двора, отчеканенным на
1 Веса только в известных случаях, как будет полностью доказано в одной
из дальнейших лекций.

ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
369
наших монетах, в то же время оттиск подлинных печатных досок
соответствующих эмиссионных банков гарантирует доброкаче¬
ственность бумажных денег, конечно, в меру имеющихся у бан¬
кира возможностей их размена. Правда, на нас возлагается
обязанность выявить поддельную монету или банкноту, когда
нам предложат ту или другую. Но опыт показал, что в этом нет
большой практической трудности. Так что здесь опять-таки мы
должны считать нашу денежную систему удовлетворительной в
том виде, в каком она существует. Мы, конечно, не имеем воз¬
можности установить вес какой-либо монеты, не дав себе труда
взвесить её. Но делать это, кажется, необходимо только в слу-
чае с золотом, ибо ныне люди очень редко взвешивают серебря¬
ные деньги и никогда не взвешивают медные. Стало быть, с этой
сторойы всё обстоит благополучно.
5. Но могут спросить: если так много хороших и полезных
качеств признаётся за нашей денежной системой в том виде, в
каком она существует, то в чём состоит её огромный недостаток?
Каков тот порок, который настолько перевешивает в моих гла-
зах все хорошие стороны, что я предпринял против него курс
лекций и предложил издателю «Ведущей газеты Европы»1
по этому вопросу соревнование на сумму в 500 гиней.
Моё возражение против существующей денежной системы
заключается в одном слове — это её дороговизна. Я допускаю
достаточную прочность, портативность, делимость, удобство де-
нег, когда мы их имеем, и однообразие их качества и веса, но я
совершенно отрицаю, чтобы они обладали достоинством деше¬
визны.
Если вся сумма налогов составляет круглым счётом около
50 млн. фунтов в год, если весь доход страны по-разному оце-
нивается от 400 до 500 или 600 млн. в год и если националь-
ный долг исчисляется по нашим книгам около 800 млн., то
каковы ежегодные издержки по поддержанию нашей денежной
системы?
Равны ли они /, 2, 5,10,20 или 50 млн. ф. ст.? Одним словом,
являются ли все другие наши налоги, вместе взятые, столь же
серьёзным бременем для страны, как один налог за пользование
деньгами? Составляют ли издержки по сохранению нашей денеж¬
ной системы меньше 100 млн. ф. ст., другими словами, меньше,
чем одна восьмая этого величайшего из всех пугал — нацио-
нального долга?
Я отвечаю на эти вопросы утверждением, что по наиболее
скромной оценке наша денежная система стоит, конечно, не
меньше, чем 100 млн. ф. ст. в год. Я полагаю, что она стоит
больше, вероятно, значительно больше; но 100 млн. ф. ст. в
1 Имеется в виду газета «Times»,— Прим, перев.
370
ДЖОН ГРЕЙ
год есть минимум того, что мы платим за неё. И если мне удастся
сделать это положение столь же очевидным для вас, как оно
очевидно для меня, то, надеюсь, вы согласитесь с моим мнением,
что нашей денежной системе недостаёт существенного качества —
дешевизны, что мы заплатили слишком дорого за наш свисток1
и что если сохранение его стоит нам 100 млн. в год, то, чем скорей
мы избавимся от этой позолоченной игрушки, тем лучше.
На алтарь этого золотого тельца, который мы по невеже-
ству воздвигли и которому поклоняемся, мы принесли в жертву
великий принцип политической экономии, объяснённый мною в
предыдущей лекции: производство — причина спроса. Тщетно
покойный г-н Милль старался доказать, что производство есть
причина спроса, что предложение и спрос суть синонимы, что
мы никогда не можем увеличить одно без того, чтобы в одно и
то же время и в одинаковой степени не увеличить другое. Ибо
тот принцип, на основе которого покойный г-н Милль пришёл
к этому заключению, мы целиком и полностью принесли в жерт¬
ву золотому идолу. И равным образом тщетно ныне живущий
г-н Мак-Куллох отстаивал это же самое учение доводами, на
которые я обратил ваше внимание прошлый раз. Он и г-н Милль
одинаково не заметили, что, в то время как каждое слово их
рассуждения по этому вопросу должно бы быть верным, каждый
слог их в действительности ложен. Производство не есть теперь
постоянная и неизменная причина спроса; дай-то бог, чтобы это
было так, тогда мы очень мало слышали бы об английском чар-
тизме или о движении за отделение Ирландии. Короче говоря,
принцип, который отстаивали оба эти джентльмена — и при-
том один из них столь искусно,— практически не осуществляет¬
ся. Принцип этот был изгнан из так называемого цивилизован-
ного мира, который лучше всего выявил бы подлинность своей
цивилизации, если бы он вернулся к этому важному принципу и
полностью привёл бы его в действие в возможно короткий
срок.
Но как же, спросят, получается 100 млн. ф. ст. в год издер-
жек но содержанию нашей денежной системы? Идёт ли речь о
снашивании самого золота или о стоимости благородных ме-
таллов, которые нужны нам в столь большом количестве, для
того чтобы вести нашу торговлю, или я думаю оправдать моё
смелое утверждение ссылкой на окольный, медлительный и не¬
удовлетворительный способ, каким мы снабжаемся деньгами со
стороны тех, над кем мы не имеем никакого контроля? Конечно,
дело не в этом, ибо я могу указать вам по одному единствен¬
ному пункту всю сумму в 100 млн. ф. ст., которую я установил
1 «...that we have paid too much for our whistle» — оборот речи, займ
ствованный из известной побасёнки.— Прим.- перев.

ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
371
как минимальную годовую стоимость нашей современной денеж¬
ной системы.
Примем, во-первых, современный годовой доход страны в
500 млн. ф. ст., каковую оценку я считаю очень умеренной, учи¬
тывая, не входя в другие доказательства, что налоги, которые
мы ежегодно уплачиваем, составляют около 50 млн., а весь до-
ход страны, конечно, не может превышать сумму налогов менее
чем в 10 раз.
Возьмём, во-вторых, годовой доход страны, каким бы он был
под влиянием такой денежной системы, при которой пропорци-
ональное производство, действительно, было бы постоянной и
неизменной причиной спроса, когда продавать товары по справед¬
ливой (fair) цене за деньги было бы точно так же легко и притом
до бесконечности, как теперь покупать их. Допустим короче, что
мы поставлены в условия, благодаря которым все производитель¬
ные силы нации были бы полностью, во всю мощь пущены в ход,
тогда скажите, разве вся совокупность продуктов труда нашей
страны не увеличится в пропорции шесть к пяти?
А если вы согласитесь, что при указанных обстоятельствах
продукт труда, конечно, настолько увеличился бы, то этим самым
вы также признаете, что существующая у нас денежная система
действительно обходится нашему народу по крайней мере в
100 млн. ежегодно, беря товары, деньги, труд и всё остальное по
их современной денежной стоимости. Ибо то обстоятельство,
что пропорциональное производство не является в данный момент
безграничной причиной спроса не только в нашей стране, но и в
любой другой цивилизованной части земного шара, должно быть
приписано целиком и полностью характеру нашей денежной
системы.
Но рассмотрим в точности способ, которым существующая
денежная система наносит нам столь ужасный ущерб.
Не только хорошо известным принципом политической эко-
номии, но также фактом — я делаю это различие, потому что
многие из так называемых хорошо известных принципов поли¬
тической экономии не суть факты,— является то, что всякий раз,
как увеличивается спрос на какой-нибудь товар, денежная цена
этого товара повышается по сравнению с другими вещами; если
только — и обратите особое внимание на характер этого исклю-
чения — товар не может быть без повышения издержек доставлен
на рынок в достаточном количестве, для того чтобы удовлетво¬
рить избыточный спрос,— в последнем случае повышение цены
не обязательно. Теперь возьмите какой угодно товар, количество
которого не может быть произвольно увеличено затратой челове-
ческого труда, и пусть он будет вашей мерой стоимости. Пусть все
денежные контракты заключаются, все товары оцениваются, все
налоги взимаются в унциях или фунтах, ярдах или акрах этого
372
ДЖОН ГРЕЙ
товара — пусть, одним словом, ваш фунт, шиллинг и пенни со-
стоят соответственно из 1 весового фунта, из х/20 весового фунта и
из весового фунта или иной меры этого товара. Итак, будь то
золото или серебро, бронза или медь, жемчуг или алмазы, или будь
то какая-нибудь особенная вещь, принесённая из иного мира со
специальной целью быть для нас деньгами,— я утверждаю, что
ум человеческий бессилен доказать, будто указанная мера стоимо¬
сти и великий принцип производства как причины спроса совме-
стимы в течение хотя бы одной недели у любой нации на земле!
А почему? Просто потому, что для существования любой меркан¬
тильной системы, при которой производство будет постоянной
причиной спроса, количество денег при одном и том же способе
их употребления должно увеличиваться точь-в-точь с такой же
быстротой, как и количество всех остальных товаров, вместе взя-
тых. Ибо в противном случае цена каждого товара, количество ко¬
торого может быть увеличено человеком быстрее, нежели количе¬
ство денег, будет падать, хотя бы количество труда, нужного для
его производства, не уменьшилось. А раз это так, то величайший
и самый важный принцип политической экономии, который когда-
либо занимал ум человека,— производство как причина спроса —
изгнан из нашей торговой системы и, практически говоря, уни-
чтожен.
Я повторяю, что для естественного развития богатства наро-
дов и для благосостояния общества абсолютно необходимо,
чтобы количество денег при неизменном способе их употребле-
ния увеличивалось столь же быстро, но не быстрее, чем количе¬
ство всех остальных товаров, вместе взятых.
Допустим, что в городе Эдинбурге есть теперь на 1 млн. ф. ст.
оазных товаров, ждущих покупателей. Допустим, далее, что име-
ется и то, что теперь назвали бы удачной пропорцией покупате¬
лей, располагающих деньгами, могущих и желающих ку¬
пить все эти товары. Однако как раз в тот момент, когда покупа¬
тели хотят совершить намеченные покупки, количество товаров
по той или иной причине удваивается без соответственного увели-
чения количества денег, на которые могут быть куплены эти
товары. Ясно, что все предназначенные к продаже товары упали
бы в цене. На практике, однако, такое увеличение количества то-
варов никогда не имело бы места. Товаровладельцы, даже если
бы были способны доставить столько товара на рынок, никогда не
доставили бы его на такой рынок, легко получив своевременную
информацию о его состоянии и перспективах.
Таким образом, производство, по природе вещей явля ющееся
причиной спроса, на практике превращается в его следствие,
ибо влияние нашей денежной системы переменило их роли.
Следовательно, хотя современные деньги имеют преимущества
прочности, портативности, делимости и некоторые другие, хотя
ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
373
они устраняют затруднительную и непрактичную систему пря¬
мого обмена одних товаров на другие, они в то же самое вре¬
мя прекращают действие принципа, который имел место, прежде
чем вообще существовали деньги, принципа такого неоценимого
значения и в тоже время так специально приспособленного к сов-
ременным требованиям общества, что мы не можем долее обой¬
тись без него.
Короче говоря, мы продали наше право первородства! Исав
продал свое за чечевичную похлёбку, а мы выменяли наше на зо¬
лото! Более того, говорю это с надлежащим благоговением, мы
дошли до нарушения истинных заповедей самого господа бога,
берём ли мы эти заповеди из книги бытия или из книги природы,
ибо оба эти авторитета одинаково и безошибочно утверждают, что
человек должен жить в поте лица своего, что он должен жить
трудом.
Нет, говорит наша золотая мера стоимости, человек не дол-
жен жить в поте лица своего, ибо он не должен работать по
крайней мере в большем объёме, чем мне будет угодно позволить
ему. Он должен жить отныне в поте своего мозга. Он не
должен пользоваться тем количеством богатства, которое его тру-
долюбие может создать, но он должен быть отныне ограничен
такой мерой богатства, которую он может ухитриться обменять
на определённые количества одного из самых редких товаров в
мире.
Итак, с того часа, как люди своими законами провозгласили,
что золото должно стать мерой стоимости всех других товаров,
всех долгов, всех денежных обязательств и всех денежных кре-
дитов, с этого часа, говорю я, закон господа бога был нарушен,
уничтожен, отменён, приостановлен актом британского парла¬
мента, и выполнение его было объявлено наказуемым. Притом на-
казание налагается не своенравным человеком, не судьями, засе-
дающими в наших судах, которым часто даётся возможность смяг-
чения наказания, когда обстоятельства дела дозволяют применить
право помилования, — а никогда ещё не нарушенным законом
естественных последствий. Ибо верно то, что тот самый парла¬
ментский акт, который возвёл золото в положение нашей меры стои¬
мости, низвёл производство до положения служанки спроса, тог¬
да как прежде оно было его родителем, другом и ровней.
В этом заключается великая тайна всех наших коммерческих
затруднений, тайна, не раскрытая Смитом и одинаково запутан¬
ная Миллем и Мак-Куллохом, краеугольный камень всего мальту-
зианского заблуждения и камень преткновения этих закоренелых
игроков в жмурки — сэра Роберта Пиля и его многочисленных
учеников, среди которых нет ни одного человека, который может
взяться за перо по вопросу о спросе и предложении, не приходя
тотчас же к тому или иному явному абсурду.

374
ДЖОН ГРЕЙ
Доктор Адам Смит, к несчастью, не сообщил своих мнений
по этому вопросу сколько-нибудь подробно; вернее всего, по той
простой причине, что их у него не было.
Г-н Милль довольно смело утверждает и даже пытается дока¬
зать, что производство есть неограниченная причина спроса, и
притом забывает, очевидно, что если бы это было верно, то
продавать товары по справедливой цене за деньги было бы столь
же легко, как и покупать их на деньги. Далее, профессору Маль¬
тусу, когда он работал над двумя томами своих проповедей против
роста народонаселения, конечно, никогда не приходило в голову,
что в настоящее время спрос есть причина производства и что,
прежде чем можно будет проверить какое-либо положение его тео-
рии всеми относящимися к этому вопросу фактами, эти два слова
должны поменяться местами, т. е. производство должно стать
причиной спроса.
И разве не влияет например, на производство пищи тот факт,
что действительное количество произведённой пищи зависит
теперь от предполагаемого количества золотой монеты, которая
может оказаться на рынке для ее покупки, вместо того чтобы зави-
сеть, как это должно было бы быть, исключительно от нашей спо¬
собности произвести достаточное количество самой пищи для поль¬
зы населения? Было бы, например, простым трюизмом сказать,
что количество рыбы, доставляемое в настоящее время на рынок,
легко могло бы быть увеличено в сто раз, значительно ближе к
истине было бы сказать: в тысячу раз. И если бы этот товар —
будь то в сушёном или солёном виде — сам был причиной спроса,
равного произведённому количеству его, то вряд ли мы ещё раз
услышали бы о шотландском фонде помощи нуждающимся, по-
добном тому, в котором совсем недавно неизгладимыми чертами
запечатлелось как милосердие, так и невежество этого поко-
ления!
Если бы в общем продавать продукт человеческого труда со
справедливой прибылью было столь же легко, как и поставить
людей на работу, то что стало бы с бедностью? Что стало бы с на¬
шими периодическими подписками в помощь людям, которые и
сами способны и желают обеспечить себя своим трудом?
Если же мы перейдём от писаний наших экономистов к писа-
ниям критиков периодической печати и ежедневных обозревате-
лей, то приходило ли когда-нибудь в голову кому-нибудь из
этих господ— я говорю о них как о классе,— что производство,
являющееся по природе вещей причиной спроса, есть теперь след-
ствие его и что необходимым результатом такого положения ве¬
щей является то, что никто не может при этих условиях опреде-
лить объём наших производственных ресурсов? Ответ, к несчастью,
таков, что эти господа в общем и целом понимают вопрос не луч¬
ше, чем дети пяти лег от роду.

ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
375
Факт тот, что мы связали нашу промышленность и торговлю
по рукам и ногам; и вволю насладившись этим, мы, как одурелые,
разеваем рты и пялим глаза друг на друга, говоря при встрече
на улице: «Ужасное время! Дела очень плохи!», причём на эти
столь новые и оригинальные замечания эхо отвечает: «Очень!».
Каковы же, спросят нас, должны быть качества денег? На
этот вопрос я отвечаю: те самые, которые мы уже перечислили,
с прибавлением к ним первого, главнейшего и наиболее необхо¬
димого качества, а именно: деньги должны быть такой природы и
такого качества, чтобы производство при сохранении должной
пропорции между произведёнными товарами восстановило отныне
своё естественное право, т. е. право создавать на ту же сумму
спрос и притом, как я установил в другом месте, независимо от
того, будет ли производство увеличено в сто, тысячу, миллион
или сто тысяч миллионов раз. Короче говоря, спрос должен быть
всегда в состоянии сказать производству: «А я не отстал!».
Показать, каким образом это великое требование может быть
осуществлено, не входит в задачу сеюдняшней лекции, цель ко¬
торой состоит лишь в доказательстве того, что производство
теперь не является необходимой причиной спроса. После того
как я уже доказал это положение фактами, хорошо известными
всем вам, мне всё же остаётся обстоятельнее показать на конкрет-
ных примерах причины, вследствие которых производство в на¬
стоящее время, при существовании современной денежной систе¬
мы, совершенно не может быть причиной спроса.
Для этого я зачитаю вам одно из моих прежних рассуждений
по тому же вопросу, опубликованное в 1842 г.
«Существующая граница производства может быть легко
определена. Природа всегда хочет, чтобы мы пользовались всем тем,
что наше трудолюбие и способности в состоянии сделать из мате-
риала, который она в таком изобилии рассеяла вокруг нас. Чело-
век ничего не может получить без усилий, но он должен иметь всё
то, что ему может доставить его труд, пределом которого являет¬
ся либо истощение, либо нежелание работать. Но человек пока
ещё не исчерпал своих производительных способностей и не удов-
летворил своих потребностей. Первые так велики, что было бы
трудной задачей оценить или измерить их, в то время как послед-
ние, действительные или воображаемые, столь многочисленны, что
удовлетворение их есть лишь посев, который ещё должен дать
урожай.
Наша нация остановилась на определённом товаре и сделала
его масштабом стоимости. Она провозгласила, что определённое
весовое количество золота должно быть названо фунтом стерлин-
гов и что стоимость всех других вещей должна определяться
количеством фунтов стерлингов или их долей, которые они могут
купить или за которые они могут быть проданы. Результат этого
376
ДЖОН ГРЕЙ
порядка таков: так как золото есть мера стоимости, то, как бы
ни было велико или мало наличное количество золота или его пред¬
ставителей (банкнот) в руках людей, предъявляющих спрос на
товары, это количество есть максимум того, что можно получить
в обмен за одновременно существующее количество товаров,
ищущих обмена на деньги,— другими словами, продающихся на
рынке. Если количество денег в руках лиц, желающих отдать их
за товары, будет равно 100 и не больше, то за товары на рынке
можно получить только 100. Следовательно, если на рынке будет
больше товаров, чем то количество, которое по оценке их соб-
ственников стоит 100, скажем, например, больше наполовину,
то, очевидно, либо избыточная половина должна остаться непро¬
данной, либо все количество должно понизиться в цене до суммы
в 100 — безразлично, будет ли это 100 фунтов, 100 сотен, тысяч
или миллионов.
Начнём с примера, в котором как деньги, так и товары стоят,
так сказать, по паритету, т. е. когда все товары, предназначен¬
ные к продаже на рынке, находят готовых покупателей по подхо¬
дящей цене и когда также спрос на товары уравновешивается
предложением. Поскольку положение таково, нам остаётся
лишь сделать прибавление к запасу товаров, не увеличивая денеж-
ного запаса для того, чтобы получить очень ясное представление
о современном состоянии торгового общества.
Так:
Товаров 100, денег 100—справедливая цена.
Увеличьте количество товаров до ПО, денег попрежнему 100 — убыток 10%.
Увеличьте количество товаров до 120, денег попрежнему 100—убыток 20%.
Увеличьте количество товаров до 150, денег попрежнему 100—убыток 50%.
Увеличьте количество товаров до 200, денег попрежнему 100— убыток 100%.
Так как тем же способом можно продолжать и далее, то необ¬
ходимость в таком средстве обращения, которое может посто¬
янно обычным путём увеличиваться столь же быстро, как совокуп¬
ность всех годных к продаже продуктов, достаточно очевидна;
•ибо если количество денег соответственно не возрастет, то должно
неизбежно произойти одно из двух — либо иены должны пасть
и притом в точной пропорции к разнице между увеличением коли¬
чества товаров и количества денег, либо же должно прекратиться
производство. Нет никакой альтернативы или выхода, к кото¬
рому мы могли бы прибегнуть, никакого средства спасения, при
помощи которого могли бы быть избегнуты эти последствия.
Раз дело обстоит так, первый вопрос, который, кажется, сам
собой напрашивается, таков: почему бы не увеличивать количе¬
ство денег столь же быстро, как и количество товаров, чтобы
продажа 200 давала ту же норму прибыли, какая предполо¬
жена при продаже 100? Ответ таков: до тех пор, пока золото
или какой бы то ни было другой товар, имеющий внутреннюю стой-

ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
377
мость, будет оставаться мерой стоимости, увеличивать количе¬
ство денег столь же быстро, как мы можем увеличивать количество
товаров, абсолютно и явно невозможно, поскольку никакими
ухищрениями нельзя добиться, чтобы одна вещь так же быстро
увеличивалась в количестве, как все другие вещи, вместе взятые.
Сокращающийся рынок — вот что теперь является границей
материальных источников человеческих наслаждений, вот тот
враг, который преграждает путь производителю и говорит ему:
ты можешь двигаться вперед настолько, но не дальше. А так как
масса товаров не может возрасти быстрее, чем масса денег, без
того чтобы неизбежным результатом был убыток, то последний
и является обычно результатом производства. Побуждаемые нена-
сытным стремлением использовать свой капитал и, как они это
называют, «делать деньги», промышленники, то один, то другой,
постоянно переступают демаркационную линию. Но, к несчастью,
они в таком случае производят не деньги, а только блага или,
вернее, бедствия, ибо едва ли может быть благом то, что приводит
своего производителя к банкротству, а его жену и семью — в дом
для бедных.
И это есть то, что создаёт так называемое перепроизводство.
Поскольку количество товаров увеличивается быстрее, чем коли¬
чество денег, цена товаров падает, и все кричат: о, бедствия
перепроизводства! Между тем можно показать двадцатью раз¬
личными способами, что никогда не было и не может быть общего
перепроизводства товаров. Действительное зло — это недопро¬
изводство денег при полном отсутствии какого бы то ни было
определённого принципа их увеличения или уменьшения. Начните
опять, как мы это уже сделал и, с состояния паритета, при котором
производство даёт справедливую прибыль, но регулируйте рост
количества денег наличным запасом товаров вместо регулирова-
ния прироста товаров наличным запасом денег, как это имеет ме-
сто в настоящее время, и вы можете увеличивать производство в
сто, тысячу, миллион или сто тысяч миллионов раз, и вы всё же
будете не менее, чем когда-либо, далеки от перепроизводства.
Перепроизводства не будет и быть не может, даже малейшая пер¬
спектива перепроизводства будет немыслима. Регулирование ви-
дов производимых вещёй, обеспечивающее пропорциональность
в приросте их количества,— вот единственное необходимое для
этого условие.
Но когда прекращается увеличение количества денег, то
увеличение количества товаров в общем тоже прекращается,
ибо, хотя легкомыслие часто преступает границу, благоразумие
гораздо чаще говорит — стоп. Последнее есть правило, первое —
исключение. Итак, производство приостанавливается. Но когда?
Когда потребности публики удовлетворены? Когда мы все в мате-
риальном отношении пользуемся довольством и комфортом?

378	ДЖОН ГРЕЙ
Когда каждый из нас и все мы имеем кров и приют; средства содер¬
жать жену и семью, если мы имеем их; имеем мебель, музыкаль¬
ные инструменты, книги, карты, глобусы,— одним словом, всё,
необходимое для того, чтобы сделать жизнь комфортабельной
в общепринятом значении слова? — Нет. Когда мы могли бы снаб¬
дить каждого отдельного жителя наших королевств предметами
необходимости и комфорта и многими из второстепенных предме-
тов роскоши, наша производственная деятельность приостанав-
ливается, идо тех пор, пока существует теперешняя система об-
мена, должна будет всякий раз приостанавливаться задолго до
того, как мы снабдили массы достаточным количеством даже пред-
метов первой необходимости — пищей, одеждой и приличным жи-
лищем» Ч
Но есть другая сторона вопроса о деньгах, к которой мы дол¬
жны теперь обратиться.
Мы имеем товар, обращающийся в деловом мире, называемый
деньгами, а именно золото. Включение банкнот в наш анализ
мало изменило бы дело, так как банкноты, хотя сами и не сдела-
ны из золота, являются или должны быть простыми представите¬
лями или свидетельствами наличия золотого запаса, который в
любой момент, если потребуется, должен быть отдан в обмен на
обращающиеся банкноты, подобно тому как бесспорное облада-
ние актами на наследственное имущество равноценно для любой
коммерческой цели предъявлению самого имущества.
Фиксированное весовое количество любой ценной вещи в мире
никогда не было, не является и никоим образом не может стать
мерой стоимости.
Золото, без сомнения, есть теперь законная мера стоимости.
Но это лишь в такой мере, как в арифметике два плюс два могут
быть отныне объявлены законом равными не четырем, а шести.
Пусть такой закон будет издан, и тогда будет тотчас же призна¬
но, что два плюс два юридически равны шести, и они будут ше¬
стью совершенно так же, как золото теперь есть действительная
мера стоимости. Но все же два плюс два не есть шесть, и золото
не есть мера стоимости, никогда не было и так же мало может
стать ею, как собор святого Павла может быть послан в экспеди-
цию в Новую Зеландию или на луну.
Ибо если бы золото, вместо того чтобы быть мерой стоимости
лишь по названию, было таковой в действительности, то унция
золота при всех обычных условиях могла бы получаться путём
затраты одинаковых количеств капитала, искусства и труда,
целесообразно употреблённых. Это, однако, явно невозможно
по той совершенно достаточной причине, что, в то время как
капитал, искусство и труд могут быть затрачены десятками
1 См. стр. 311—314 «Сочинений».— Ред.
ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
379
тысяч различных способов, именно золото является одним из
немногих товаров, которые не способны увеличиваться в должной
пропорции с чем-либо другим.
Если бы, например, понадобилась для какой-нибудь цели
в каком-нибудь особом месте морская вода, то при сохранении в
течение всего времени, пока эта потребность существует, одних
и тех же способов получения и доставки её, последний потребный
галлон воды мог бы быть получен со столь же незначительным тру-
дом, как и первый. Но если бы для этой цели служила вода осо-
бого рода, добываемая из некоего особого колодца и только из
него, и если бы оказалось, что вышеупомянутый колодец достав-
ляет лишь постоянно уменьшающееся количество по отношению к
спросу, который предъявляется к нему, то последний галлон
потребной воды мог бы быть получен лишь при помощи значитель¬
но большего количества труда, ожидания и стараний, а потому
он мог бы стоить во много раз больше, чем первая бочка.
Примените этот пример к золоту. Может ли металл — золото—
быть получен в нашей стране во все времена и при всех условиях
в постоянно увеличивающихся количествах в обмен на увеличи¬
вающееся в точно такой же степени количество продуктов целе-
сообразно применённого капитала, искусства и труда?
Возьмём наличное количество и рыночную цену товаров и зо¬
лота в качестве исходного пункта. Если мы удвоим количество
товаров, то будут ли они непременно обмениваться на удвоенное
весовое количество золота? Если мы увеличили их количество в
сто или в тысячу раз, то будут ли они продолжать обмениваться,
и притом наверняка, на увеличенное в сто или тысячу раз весовое
количество золота?
Конечно, не будут! А если нет, то утверждаю, что золото по-
истине не в большей мере есть мера стоимости, чем лёд, денежная
цена которого в жаркую погоду повысится вточном отношении к его
редкости, в то время как спрос на него будет увеличиваться по той
же самой причине, по которой он тает, а именно вследствие жары.
Деньги, будь то золото или лёд, не могут быть мерой стои¬
мости, если увеличение массы рыночной продукции, производство
которой продолжает стоить прежнего количества труда, может
быть причиной какого бы то ни было падения денежной цены
этой продукции. Я подчёркиваю, рыночной продукции, под чем
я подразумеваю все такие товары, какие обыкновенно покупают
люди, располагающие средствами для покупок, которые они же-
лают сделать.
Если один день труда определённого рода, продолжительности
и качества доставляет определённое весовое количество золота,
то будет ли двенадцать месяцев спустя десятидневный труд подоб¬
ного рода доставлять в десять раз, а стодневный труд — в сто раз
больше этого весового количества?

380
ДЖОН ГРЕЙ
Никто из присутствующих здесь не нуждается в том, чтобы
ему поведали, что при современном состоянии общества зависит
только от случая, будут или не будут указанные выше количества
труда доставлять одинаковое количество денег за часовую работу.
Какой же величайший абсурд в таком случае наша парламент¬
ская мера стоимости. Десять раз десять бушелей зерна составят
сто бушелей. Десять раз десять фунтов чая будут весить сто фун-
тов. Десять раз десять ярдов холста составят сто ярдов. Но если
деньги, заработанные путем затраты какого-нибудь данного чи¬
сла дней труда определённого рода, качества и продолжительно¬
сти, составляют в настоящее время десять шиллингов, то деньги,
заработанные короткое время спустя путем затраты десятикрат-
ного труда того же самого рода, качества и продолжительности,
могут составить восемьдесят, сто или сто двадцать шиллингов,
соответственно лишь редкости или изобилию единственного то¬
вара, называемого деньгами. Ясно, что наша так называемая мера
стоимости есть фарс, фикция, блуждающий огонёк. Всё равно,
как если бы сегодняшняя пинта вчера вмещала кварту, днём
раньше — галлон, а завтра будет вмещать чарку. И хорошо бы,
если бы было только так! Но это нечто худшее — это орудие раз-
рушения, по сравнению с которым порох — безобидная вещь,
а шпага — простая игрушка.
Ибо если бы наши производительные силы и ресурсы были в
действительности так обширны, что мы могли бы кормить, оде-
вать, обеспечивать жилищем и мебелью, обучать и в других отно-
шениях обильно снабжать жителей другой планеты в добавление
к нашей собственной, и если бы мы были готовы соответственным
образом применять наши производительные силы,— немедленно
выступил бы вперёд золотой закон и властно воскликнул бы:
остановитесь, я приказываю вам! И каждый тотчас же повиновал¬
ся бы приказу по той простой причине, что в противном случае
денежная цена его товаров пала бы и, следовательно, убыток
вместо прибыли был бы его уделом навек, т. е. до тех пор, пока
человек не отступил и не склонился бы с униженной покорностью
перед повелениями закона, первоначально созданного при грубей-
шем непонимании его действительной природы. Этот закон тер-
пят до сего дня вследствие того же плачевного безумия. Ему с
ропотом подчиняются люди более слепые, чем крот, и в десять
раз более глупые, чем сова, чей ум, в десять раз превосходящий
их собственный, они привыкли поносить. Однако публика, кажет¬
ся, наконец, обратила испытующий взор на природу этого закона,
что является первым шагом к его устранению навек из человече-
ского общества. Членам британского парламента — Пилю, Рас¬
селу, Кобдену и всем им подобным (et hoc genus ошпе) — ещё
предстоит узнать важную истину, а именно: никакое увеличение
продукции, соответствующей должным пропорциям, как бы
ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
381
велико, как бы невообразимо огромно оно ни было,— продукции,
производство которой продолжает стоить прежнего количества
труда на ярд, на фунт, на фут,— не могло бы дать повода к
падению её денежной цены ни на грош, если бы у нас фактически
существовала такая вещь, как точная мера стоимости, подобно
тому как единицы веса, меры или счёта не уменьшаются от того,
что ими измеряются очень большие величины; при этом условии
соответствующая должным пропорциям продукция никоим обра-
зом не может превысить спрос.
И всё же, как это ни покажется непостижимым будущему исто¬
рику нашего века, тот факт, что цены падают всякий раз, как
количество товаров увеличивается с большей быстротой, чем
количество денег, прекрасно известен тем самым людям, которые,
как это видно из их писаний, защищают существующую денежную
систему. Эти господа в рассуждениях по данному вопросу не
приходят к выводу, что наша денежная система есть величайшая
бессмыслица в мире. Вместо того они начинают вопить по поводу
перепроизводства и чрезмерной спекуляции, в то время когда всё
количество нашей продукции явно не превышает пяти шестых
её естественной величины. Они настойчиво уверяют, что, посколь¬
ку дело касается денег, всё в порядке или, другими словами, что
человечество в целом должно приучаться напрягать свои усилия
не для получения пищи, одежды, домов, мебели, образования и
развлечений, но ради золота, золота и ничего кроме золота.
И даже не ради золота как орудия внутреннего обмена или посред¬
ника, при помощи которого нации могут войти в более постоян¬
ные и выгодные взаимные отношения. Золото само по себе — зо¬
лотой металл — вот высшее благо их жизни, и ради достижения
его несколькими сотнями или тысячами членов общества не счи¬
тается слишком высокой ценой голод трудящихся классов и яв-
ляющиеся скорее правилом, чем исключением, затруднения, бед-
ственное положение и банкротство меркантильных классов.
Вы думаете, что это преувеличенное и слишком сгущённое
изображение нашего положения? Нет! Истина позволяет продол¬
жить тот же ряд доказательств значительно дальше, чем я наме-
рен это сделать в данном случае. Я стремлюсь главным образом
навести вас на правильный след, для того чтобы всякий раз, когда
будет идти речь о несчастьях общества, вы могли с твёрдой уве-
ренностью указать на те законы, благодаря которым наше поколе-
ние искусственно обречено на лишения и нужду. Ибо не подлежит
сомнению, что торговые затруднения не вытекают естественно из
нашего положения в мире и не неизбежны. Напротив, они были
созданы и до сего дня увековечены актом парламента, и актом пар¬
ламента они могут быть в любое время прекращены.
Продолжим, однако, наше рассуждение. Итак, мы поистине
не имеем никакой меры стоимости, и, строго говоря, публика не
382
ДЖОН ГРЕЙ
имеет и орудия обмена какого бы то ни было рода, ни хорошего,
ни плохого или безразличного.
Взвесить, измерить или сосчитать товары любого рода стоит
нам мало или ничего не стоит, между тем, как это ни странно,
в качестве инструмента обмена одного товара на другой требу¬
ется сумма денег не меньшей ценности, чем самые товары. Короче
говоря, товары должны быть проданы за деньги какому-нибудь
лицу, которому они нужны, прежде чем владелец получит возмож¬
ность купить какие-либо другие товары за деньги, равноценные
его товару.
Вместо этого, как я докажу вам, все люди могут быть без ма-
лейшей трудности поставлены в такие условия, чтобы приобре-
тать собственность других в тот самый момент, когда они про-
дают свою, в каком случае производство — ныне неизменное
следствие спроса действительного или предвосхищаемого — ста¬
ло бы верной причиной его.
И это положение, как я надлежащим образом объясню, ни в
малейшей степени не затрагивается тем фактом, что окончатель¬
ная стоимость всякой рыночной продукции может быть определена
только ответом на вопрос: за сколько денег она действительно
будет продана? — что на самом деле есть очевидный критерий
всякой рыночной стоимости.
Что я здесь отстаиваю — это не только то, что наше тепереш¬
нее орудие обмена несовершенно, но что фактически мы вообще
не имеем общественного орудия обмена.
Известное число торговцев, например, встречается на обще-
ственном рынке, причём у каждого из них много товаров для про¬
дажи, но ничего больше, вследствие того что всё их достояние
превращено в товар. Как же могут быть обменены товары каждого
из них в отдельности и всех их вместе?
Их положение, очевидно, затруднительно, ибо, несмотря на
то, что все они стремятся продать, дабы купить, никто из них про¬
дать не может, потому что никто из них не в состоянии купить
первым: их торговля, следовательно, находится на мёртвой точке.
Но где банкир? Где золотой мешок (man of gold)? Не даст ли
он им возможность сделать всё, что им нужно?
Нет! В качестве частного лица он, действительно, купит у
них ровно столько товаров, сколько ему самому может потребо¬
ваться для использования или потребления, но в качестве банки¬
ра — ничего. В обмен на своё золото он не возьмёт ни чая, ни са¬
хара, ни сукна, ни полотна, ни столов, ни стульев. Если вы в
этом сомневаетесь, то пойдите завтра же в Шотландский, банк,
в Королевский банк или в Британскую льняную компанию со
стадом быков, двумя десятками овец или полусотней дюжин бу-
тылок вина и попросите счетовода занести это на кредит вашего-
счёта.

ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
383
На эту просьбу он, конечно, ответит: «Господа, для быков
у нас нет стойла, для овец у нас нет пастбища, а для вина у
нас нет погребов. Под обеспечение этих вещей или некоторых из
них мы, может быть, ссудим вас деньгами в установленном поряд-
ке по текущей процентной ставке, но мы этих вещей не покупаем.
Вы торгуете товарами, которые вы перечислили, мы торгуем
деньгами, продавать, ссужать и обменивать которые только на
деньги есть наше занятие; и у вас не больше оснований являться
сюда с вашими быками, овцами или вином, чем взять баранью
ногу в контору Королевского театра для уплаты за два или три
кресла».
Поскольку положение вещей таково, ясно, что не существует
ни общественного орудия обмена, ни просто орудия, всегда
готового выполнять для всех и каждого ту обязанность, кото¬
рую не могут выполнить ни весы, ни гири, ни меры, ни числа х.
И отсюда опять-таки следует доказательство того, что произ¬
водство не является теперь причиной и единственной причиной
спроса;
что продать товар со справедливой прибылью за деньги те¬
перь в общем гораздо труднее, чем купить товар по сходной цене
за наличные деньги;
что теперь предложение и спрос не суть синонимы и, наконец,
что возможно увеличение предложения без увеличения спроса
и притом в ужасающих размерах.
Вот все те выводы, которые я защищаю в этом разделе. Но вы,
соглашаясь с этими выводами, в чём я не сомневаюсь, помните и
память об этом унесите в свой домашний круг, что этим самым вы
восстаёте против учёных профессоров политической экономии и
по существу говорите им, что одна из самых важных и лучше всего
упрочившихся их доктрин есть простая иллюзия.
По этому вопросу я должен только добавить, что в дальней-
шем я постараюсь описать вам деньги, соединяющие в себе все
существенные качества, которыми деньги должны обладать, и,
следовательно, благодаря введению таких денег не только пра¬
вильно регулируемое производство стало бы верной причиной
спроса до бесконечности, но и вся система коммерческих отноше-
ний была бы поставлена на базу постоянного процветания. Коро¬
че говоря, денежные затруднения промышленных и торговых
классов общества и недостаток работы для производительных
классов могут в любое время стать не бедой, а виной людей.
Итак, до сих пор я пытался показать вам, во-первых, что вне
связи с какой бы то ни было денежной системой действительный
1 От денег требуется, чтобы они давали возможность любому человеку
в любое время обменивать с возможно меньшей затратой времени, труда и за¬
боты любой предмет, любой стоимости, на любой продаваемый на рынке товар
равной стоимости, который ему захочется иметь взамен.

384
ДЖОН ГРЕЙ
спрос, т. е. желание обладать каким-нибудь предназначенным
для продажи товаром, соединённое со способностью давать
за него эквивалент, зависит от производства; во-вторых, что этот
наиболее важный принцип исключительно благодаря нашей де¬
нежной путанице стал недействительным, мёртвой буквой, вещью,
существующей лишь в туманных мечтах некоторых экономистов.
Ясно, что путь наш должен быть таков: всем промышленни-
кам, торговцам, ремесленникам и производительным рабочим
следует объединиться и принять меры, могущие восстановить
без лишних проволочек неоценимое право первородства, которого
мы лишены,—право работать каждому по своему призванию,
чтобы мы могли жить и имели право жить, как люди, которые,
имея работу, способны и хотят выполнять её.
Не пугайтесь, однако, слова объединиться, ибо я не собира¬
юсь поставить на ваш суд никакой пчелиной или иной объедини¬
тельной системы. Я требую взаимного сотрудничества и дове-
рия между людьми не в большей степени, чем это обычно наблю¬
дается в настоящее время по всей Англии, Шотландии и в лучших
частях Ирландии. Чего я хочу — это твёрдого и неизменного ре-
шения со стороны публики требовать от правительства основа-
тельного и полного пересмотра и преобразования законов нашей
страны, касающихся денег. Это — категорически необходимая,
но давно пренебрегаемая мера, которая должна быть выполнена
рано или поздно и, следовательно, чем скорее, тем лучше; ибо,
говоря коммерческим языком, наше ложное денежное положе-
ние есть единственная причина наших несчастий.
И будьте уверены, что простые извинения за отсрочку де¬
нежной реформы не будут более приниматься вместо самой де¬
нежной реформы. Публике не закроют навеки рот путём повторе-
ния таких софизмов и туманных бессмыслиц, какими недавно
кормила нас до отвала газета «Таймс». Мы по крайней мере до не-
которой степени постигли важность вещи, именуемой деньгами.
Дискуссия о последних, повидимому, в самом деле становится
всеобщей по всей стране. И если уж возникает твёрдое убежде-
ние, что в нашей денежной системе глубоко коренится некое зло,
то пусть минувший опыт ответит на вопрос: вероятно ли, что делу
дадут снова остановиться раньше, чем будет достигнуто необхо¬
димое изменение относящихся сюда законов?
Газетная пресса, к несчастью, отстала в этом деле на сто лет:
она не понимает ни природы, ни причины, ни размеров зла, от
которого мы страдаем. Всё же имеются бесспорные признаки ра-
стущего внимания к вопросу о деньгах; и, поскольку истина все¬
гда лучше всего обнаруживается в борьбе мнений, я попытаюсь
в непродолжительном времени поощрить исследование вопроса,
предложив премию тому, кто представит лучшее возражение на
те взгляды, которые я сейчас излагаю вам, при условии, если
ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
385
компетентное и беспристрастное жюри признает такое возраже-
ние опровержением моих взглядов.
Я повторяю, однако, что я не предлагаю вам никакой схемы
объединений. Для того чтобы увеличить наш годовой доход на
100 млн. или около этого, мы не нуждаемся в реконструкции об¬
щества. Несколько спасительных денежных законов наряду с от-
меной некоторых нелепых — вот всё, в чём мы нуждаемся. Нам
должно быть предоставлено право обмениваться друг с дру-
гом различными продуктами нашего труда, право, которое ныне
отнято у нас актом парламента. Короче говоря, между людьми
должен быть открыт соединительный канал, при посредстве кото¬
рого могут быть оказываемы и получаемы взаимные услуги, и
притом согласно принципу, действительно заслуживающему наз-
вание свободного.
Заметьте, что перепроизводство — вещь, о которой мы обычно,
вращаясь в обществе, так часто слышим,— есть лишь иное наз-
вание излишка.
Какую же стоимость имеет излишек, пятьдесят излишков или
общий избыток всего на свете без возможности обмена? Ответ
очевиден: никакой стоимости. Человек, например, может быть
владельцем каменноугольной копи, но весь уголь, сверх
того количества, которое может понадобиться ему самому
для потребления, совершенно лишён стоимости для него, если
он не в состоянии обменять его на другие вещи. И так обстоит
дело с любым товаром. Цель всякого производства — использо¬
вать, потреблять или же обменивать. Следовательно, если мы по¬
ставлены в условия, когда мы можем только сами потреблять,
то мы вполне можем быть нацией, искусственно ввергнутой в
нищету, между тем как мы могли быв любое время превратиться,
просто путём открытия внутреннего рынка среди нас самих, в на-
цию сравнительно богатых людей.
Очевидно, однако, что совокупный рынок должен быть всегда
переполнен до тех пор, пока наша способность производить бу-
дет больше нашей способности обменивать', другими словами, до
тех пор, пока труднее продавать товары со справедливой прибы¬
лью, чем покупать их по справедливой цене. Между тем столь
же ясно, что если бы, напротив, всякого рода товары было бы так
же легко продавать, как их легко производить, то весь капитал
и труд, ищущие ныне прибыльного применения, немедленно по¬
лучили бы его, потому что производство действительно было бы
причиной спроса.
Далее, до тех пор, пока совокупный рынок труда будет оста¬
ваться переполненным, безусловно, будет возникать в большей
или меньшей степени, смотря по обстоятельствам, нежелательная
конкуренция между работающими и безработными. Последние
будут всегда стремиться вытеснить первых, соглашаясь выпол¬
386
ДЖОН ГРЕЙ
нять работы в любом количестве и любого качества за меньшую
сумму вознаграждения, чем то, которое получают в данное время
работающие.
В самом деле, стремление лишённого работы занимать на худ-
ших условиях место работающего настолько общепризнано, что
едва ли есть такая отрасль промышленности в королевстве, где
рабочие не имели бы своей системы профессиональных правил,
ограничений и шкалы цен, лишь в согласии с которыми они раз-
решают любому члену своей ассоциации брать работу.
Отсюда среди трудящихся классов явление стачек, имею-
щих целью либо получение более высокой заработной пла¬
ты, чем та, которую они получают в данное время, либо от-
ражение попыток хозяев понизить заработную плату. Отсюда
также нескончаемые распри, имеющие место в наших боль-
ших промышленных городах между нанимателями и нанимае¬
мыми.
Что же стало бы со всеми недоразумениями и враждой, кото¬
рые так часто возникают между хозяином и рабочим по поводу
заработной платы, если бы в общем и целом во всяком полезном
ремесле спрос на всю продукцию создавался уже одним актом
труда? Очевидно, что единственный мотив, побуждающий рабо-
чих к объединению, а именно стремление защитить более счастли-
вых из своей среды против конкуренции менее счастливых, исчез
бы. Следовательно, исчезли бы или по крайней мере потеряли бы
всякое практическое значение и самые объединения с бесконеч-
ным рядом присущих им плохих качеств.
Здесь я не могу не отметить апатию и безразличие, с которыми
мы, мало или совсем не задаваясь вопросами, переносим сущест-
вование огромного, но привычного зла, в отличие от внимания,
которое мы уделяем мелким, но непривычным неприятностям.
Пусть заболит лишь мизинец, и с быстротой молнии последует
вопрос: «В чём дело?» — и моментальный осмотр. Пусть лицо лю-
бимого родителя, ребёнка или друга будет чуточку менее румя-
ным, чем это бывает при цветущем здоровье, и по всему дому
раздаётся эхом: «В чём дело, в чём дело?» Или пусть цветок увя-
нет на день раньше обыкновенного, и эта неприятность вызовет
вопрос, по крайней мере мысленный: «Почему так быстро погиб
наш любимец?» И виновниками непредвиденной утраты объяв¬
ляются мороз, снег, жара, засуха или дождь. Но пусть страдает
нация, пусть краска исчезает со щёк половины её сынов, пусть её
дочери не единицами, но тысячами увядают, чахнут и умирают
без крова и очага, без пищи и в лохмотьях — это, по общему мне-
нию, считается настолько само собой разумеющимся, что если
кто-нибудь, выйдя из толпы безразличных зрителей, осмелится
спросить: «В чём причина всего этого бедствия?», то ответ, конеч¬
но, будет: «Здесь нет ничего особенного!».

ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
387
Это не фикция, не абстрактный вывод, ибо совсем недавно га¬
зета «Атлас» предложила этот самый вопрос британской нации
и за этот самый ответ заплатила 100 фунтов.
Джентльмены,— ибо долг исследсвания лежит на вас в боль¬
шей мере, чем на женщинах,— нет ничего в этом мире, что про¬
изошло бы из ничего. Нет ни одного атома во вселенной, который
занимал бы своё место, не повинуясь тому или иному непрелож¬
ному божественному закону. Нет ни одной артерии или вены,
мускула или нерва в человеческом организме, который не имел
бы своего специфического назначения; все они направлены к ва¬
шему удобству и благополучию, если их функциям и деятельво-
сти не мешают наша небрежность, невежество или глупссть. И
будьте уверены, что нет надобности ни в каких добавлениях к
тому, что есть в нашем организме. Однако для того, чтобы на¬
слаждаться нашей физической жизнью, мы должны повиноваться
физическим законам нашего существования. Подобным же об-
разом, для того чтобы получить наилучшие результаты от наш его
социального устройства, мы должны ознакомиться с естественны¬
ми законами этого устройства, повиновение коте рым так же несо-
мненно обеспечит нам социальное здоровье, как правильная еда
и питьё, сон и упражнения наилучшим образом рассчитаны на то,
чтобы обеспечить наше телесное здоровье.
Если, как утверждают, важнейшим предметом изучения для
человечества является человек, то работа наших школ показы-
вает, как мы это правило восприняли и как усердно мы его выпол-
няем, поскольку речь идёт об изучении как тела человека, так и
его духа. Но что касается науки об обществе, то ей как обычной,
повседневной области изучения и исследования ещё должно быть
положено начало. Имеется сравнительно мало людей, даже сре¬
ди наиболее образованных классов, когда-либо бравших на себя
труд изучать книги, которые мы имеем по вопросам политической
экономии. Впрочем, если бы даже все классы общества интересо¬
вались политической экономией, то, к сожалению, нет никаких
книг, по которым можно было бы учиться, за исключением лишь
некоторых, страдающих, подобно «Богатству народов» Смита,
неполнотой или представляющих, подобно «Началам политиче¬
ской экономии» Мак-Ку ллоха, довольно равномерную смесь пра-
вильных и ошибочных рассуждений, истины и заблуждения.
В связи с этим я, в частности, обратил бы внимание тех моло-
дых людей, которые теперь заканчивают своё образование в мно-
гочисленных школах и колледжах Эдинбурга, на пробел литерату¬
ры, имеющийся в этой важной отрасли науки. Если, как это несо-
мненно, политическая экономия находится в настоящее время на
заднем плане по сравнению почти со всякой другой наукой, то
в ней должна существовать сравнительная пустота, и тот, кто
полностью и совершенно заполнит её» сделает это, конечно, с
388
ДЖОН ГРЕЙ
выгодой и честью для самого себя, оказав в то же время длитель-
нее и неоценимое благодеяние своим соотечественникам. А так
как изучение этой науки обязательно требует постоянного упраж-
нения способности наблюдать и размышлять о человеческих де-
лах вообще, то эти способности, упражняемые таким образом,
не могут ни улучшиться и ни усилиться и для других целей, где
они при случае могут быть использованы. Впрочем, тот, кто
хотел бы овладеть наукой политической экономии, должен изу¬
чать окружающий его мир в большей мере, чем книги. Последние
он должен выбирать так, как если бы он собирал грибы, — с по-
дозрением и недоверием, дабы, ища настоящий гриб, не сорвать,
не проглотить и не пытаться тщетно переварить его ядовитое по-
добие. Короче говоря, нам очень недостаёт словаря политической
экономии по образцу словаря Джонсона, и, может быть, какому-
нибудь молодому человеку, которому теперь двадцать лет, пред-
стоит восполнить этот пробел к тому времени, когда ему исполнит¬
ся тридцать пять лет. Во всяком случае в настоящее время на ан-
глийском языке нет системы политической экономии, достойной
носить это имя.
Но вернёмся к нашей задаче, заключающейся в том, чтобы
убедить вас в необходимости уничтожения теперешней неестест¬
венной границы производства. Итак, если совокупное производ¬
ство зависит теперь, как мы уже установили, от спроса, то, оче¬
видно, не только ленивый и ничего не стоящий, но и трудолюби¬
вый и добронравный рабочий может по временам оставаться
без работы, и вряд ли есть надобность рассказывать, как ужас¬
но наказывается за своё безумие общество, допускающее таксе
положение вещей. Ибо человек, праздный сперва по необходимо¬
сти, легко превращается в лентяя. Мы видим, например, что
человек, как будто весьма трудолюбивый, не имеет работы, и его
очевидная почтенность в соединении с явной нуждой возбуждает
наши симпатии и, естественно, располагает нас помочь ему. Даже
наши эгоистические чувства получают удовлетворение от удоволь-
ствия, которое мы испытываем, оказав помощь в беде достойному
человеку. Другие, побуждаемые теми же причинами, тоже помо-
гают ему, и, вот, этот достойный до сих пор объект нашей благо¬
творительности неизбежно делает открытие, что, пока он может
поддерживать видимость того, что, увы, было вначале слишком
ужасной реальностью, ему нет смысла работать, поскольку празд¬
ность выгоднее, быть может, раз в пять. И вот, активный, трудо¬
любивый и достойный член общества превращается сперва в роб-
кого и нерешительного искателя небольшой поддержки, затем в
грубого попрошайку и, наконец, в последовательном порядке,—
в пьяницу, вора и преступника.
Если бы несчастный (а этот воображаемый случай есть один
из многих тысяч реальных) никогда не знал мук голода от
ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ	389
безработицы, то он, вероятно, мог бы настолько же отличаться
добродетелью, насколько он теперь погрязает в пороке. Возмож¬
но ли, чтобы не было бесчисленного множества таких случаев,
если мы благодаря парламентскому акту продолжаем ограничи¬
вать как производство, так и спрос на труд?
Это невозможно; вот почему мы никоим образом не можем
исправить положение нашей нации иначе, как посредством акта,
восстанавливающего в обществе великий принцип — производ¬
ство есть причина спроса, неисчислимых преимуществ которого
нас совершенно лишили существующие денежные законы.
Необходимость постоянной благотворительной поддержки
трудоспособных людей есть позор для нации. Временное затруд-
нение может быть вызвано исключительными обстоятельствами.
Иногда появляется модный промысел, существует короткое время
и затем приходит в упадок и совсем умирает, другие занятия мо-
гут перестать существовать по наилучшей из всех причин, а именно
благодаря усовершенствованиям в других разделах той же от¬
расли, как мы видели совсем недавно на примере почтальонов и
ямщиков, обслуживавших почтовые кареты и дилижансы. Но раз-
витие новой силы или внедрение нового товара происходит, вообще
говоря, настолько постепенно, что оно действует скорее путём
удержания молодёжи от умирающего промысла или занятия, чем
путём лишения старых работников их привычной работы.
Умственно или физически нетрудоспособным должна быть
оказана по закону страны широкая помощь. Я говорю широкая
помощь, потому что если — как мы это, несомненно, в настоящее
время делаем — мы можем себе позволить тратить 100 млн. в год
на поддержание безумной денежной системы, то, конечно, мы
должны иметь возможность поддерживать с полной готовностью
тех, которые не могут обеспечить себя своим трудом и талантами
и которые должны обращаться за помощью к другим. Однако
я питаю очень мало уважения к строителям роскошных зданий,
воздвигнутых у нас в столь большем количестве и всё ещё про-
должающих воздвигаться специально для благотворительных це-
лей. Что же касается самых зданий, то они в недалёком будущем
будут рассматриваться как мавзолеи, воздвигнутые в память о
веке торгового невежества.
Мы не нуждаемся в этих вещах. Наша нация более чем спо¬
собна кормить, одевать, обеспечивать жилищем, воспитывать и
в других формах снабжать каждого из её сынов и без помощи ча¬
стной благотворительности. И когда наши производственные ре¬
сурсы будут освобождены от оков, которыми они в настоящее
время связаны, то все признают, что для человека столь же ра¬
зумно отдать свои частные накопления на благотворительные
сооружения и фонды, слишком часто оказывающиеся рассадни-
ком порока и беззакония, как единолично взяться за построение
390
ДЖОН ГРЕЙ
паровоза. Позвольте производству занять среди нас подобающее
место, и мы не услышим более о госпиталях, школах или убежи-
щах, возникших в результате того, что богатства, к великому
огорчению наследников, отвлекаются от обычного и правильного
пути естественного наследования. Капля в море — таков именно
характер той помощи, которую может оказать нашей великой
стране частная благотворительность, в каких бы щедрых разме-
рах она ни предлагалась, будь то для обучения или же для про-
кормления её жителей. Верните нам то право, которого мы были
по невежеству лишены. Дайте торговцам, живущим на одной сто-
роне улицы, право свободно торговать с живущими на другой
стороне — право, которым в данный момент не пользуются жите¬
ли ни одной из улиц Европы,— тогда беднейший, честный и тру¬
долюбивый человек в королевстве не с большей вероятностью бу-
дет ощущать муки неутолённого голода, чем будущее высшее со-
словие страны, и притом без необходимости какого бы то ни было
уменьшения богатства последнего.
Позвольте мне здесь предупредить повторение той массы че¬
пухи, которая распространяется этим многоголовым путаником —
публикой—во всех тех случаях, когда ей преподносится что-
либо, хоть несколько отличающееся по характеру и цели от того,
что уже существует на свете в качестве хорошо известного и при-
знанного в течение полувека или около того.
Самые важные открытия, которые не являются абсолютно
очевидными для внешних чувств, и величайшие, какие можно
себе представить, нелепости находятся в этом опубликовании в со¬
вершенно одинаковом положении, а именно: при первом изложе-
нии они одинаково осуждаются, осмеиваются и объявляются не¬
осуществимыми, признаются просто иллюзиями энтузиаста. А
когда мало-помалу такие открытия, которые действительно за-
служивают этого, начинают восприниматься с некоторой меньшей
долей предубеждения, то всё же максимально лишь одна десятая
всего того, что данное открытие может дать, удостаивается приз-
нания; остальное же всё ещё приписывается фантазии энтузиаста.
Как же обстоит дело в действительности? Когда какой-либо
вновь открытый принцип брошен в великий океан идей,—если
мне позволено охарактеризовать так все произведения человече-
ского ума,— то указанный принцип, смотря по обстоятельствам,
оказывается истинным или ложным, другими словами — прин-
ципом или нет. В последнем случае он вскоре умирает естествен¬
ной смертью как заблуждение; в первом же — конечный, резуль-
тат почти неизменно таков, что реальная действительность остав-
ляет далеко позади самые оптимистические ожидания человека,
первоначально сделавшего открытие.
Вероятно ли, например, чтобы Джемс Уатт, даже в часы наи¬
большей уверенности в успехе, предполагал хотя бы на один

ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
39!
момент возможным существование паровой машины 1848 г. со
всеми чудесами, которые она проделывает в стационарном виде,
в паровозе и на пароходе? Мыслимо ли, чтобы первоначальный
изобретатель газового освещения когда-либо представлял себе
революцию, которую этому открытию предназначено произвести
в другой сфере потребления? Далее, Франклин с помощью дет-
ской игрушки отвёл молнию и таким образом доказал возможность
подчинения человеческому контролю даже небесного электриче¬
ства. Можно ли представить, чтобы тогда, хотя бы на мгновение,
промелькнуло в его мозгу, что этот самый ток станет в своё
время великим орудием мгновенной связи между людьми, живу¬
щими на сотни миль друг от друга, что ток станет таким образом
одним из орудий профессии самого Франклина — печатника и рас¬
пространителя известий, что ток будет хронометром будущего
века, выполняющим свою работу с точностью, не оставляющей же¬
лать ничего большего? 1.
Несомненно, по крайней мере в этих случаях, что разница
между надеждами первоначальных изобретателей и действитель-
ностыо, допускаемой и признаваемой в наши дни всем миром, не-
измерима.
Из этих и подобных им примеров извлечём урок: относиться с
презрением, которого заслуживает вечно готовая болтовня тех
бедных и ничтожных созданий, чьи рассуждения о каждом
предмете, новом для их слабых и ленивых умов, ограничиваются
простым шаблонным повторением слов: «горячая голова», «чи-
стейший энтузиаст», «может быть, в его взглядах и есть кое-что
верное, но, конечно, сильно преувеличено» и т. п. Научимся про-
верять принципы или то, что выдаётся за таковые, так, как делают
пробу золоту. Будем проверять их таким же строгим и бес-
пристрастным исследованием; и если мы найдём их истинными,
а не ложными, то пусть опыт прошлого научит нас стать немного
более скромными и воздерживаться от слишком поспешных выс-
казываний о пределах применения того или иного правильного
принципа.
Применим это рассуждение к нашему вопросу. Я вам го-
ворил, что по самой природе коммерции производство есть при¬
чина спроса. Я вам говорил, что мы отбросили этот принцип точно
так же, как мы можем случайно или по невежеству отбросить ко¬
робку алмазов, равную по стоимости государственному долгу
1 Когда г-н Александр Бэн, получивший патент на электрические часы,
впервые ввёл своё удивительное изобретение в Эдинбурге, то я тотчас же дал
ему заказ на электрические часы со специальными указаниями сделать мне, если
возможно, особенно хорошие. О достоинствах работы этих часов можно судить
по тому, что они идут с точностью до пяти минут в год, что в текущем году
с 9 января до 16 февраля они не ушли вперёд и не отстали ни на секунду, а
наибольшее отклонение их в течение этого времени было равно 20 секундам.

392
ДЖОН ГРЕЙ
Англии. И я говорю вам теперь, что мы должны вернуть эт^т
принцип обществу, основав на нём нашу будущую денежную
систему; и далее, что, сделав это, мы увеличим годовой доход
страны по крайней мере на 100 млн. А теперь, вместо того чтобы
насмехаться и наделять меня обычной серией почётных титулов,
которые всегда выпадают на долю ранних провозвестников вели-
ких истин, не будет ли разумнее и лучше потратить при случае
час или два на размышление по вопросу, изложенному мною вам?
Сделайте же это, и уверяю вас, что вы очень скоро будете склонны
относиться к этой серии лекций совершенно по-другому. Во вся-
ком случае принцип, который я установил, либо верен, либо ло-
жен и, конечно, стоит того, чтобы каждый здесь присутствую-
щий ответил на вопрос — каков же этот принцип?
ЛЕКЦИЯ IV
Описание банковой системы, путём учреждения которой производство,
ныне являющееся следствием спроса, может быть превращено в любое
время в причину его.
В предыдущих лекциях я попытался показать, что, вне связи
с какой бы то ни было денежной системой, производство есть
естественная причина спроса, что предложение и спрос суть си¬
нонимы и что одно было бы всегда равно другому, если быв нашей
торговой политике не было дано места какому-то ужасному вре¬
доносному механизму. Я попытался также показать, что так или
иначе действие этого великого принципа было прекращено и что
поэтому нашим безусловным долгом является восстановить его
влияние и подчинить все наши торговые дела его руководству и
управлению.
Но как это сделать? С чего начать и с помощью каких средств
можем мы выполнить эту задачу? Таковы вопросы, на которые
вы, несомненно, ждёте от меня ответа и на которые я готов отве-
тить.
Несмотря, однако, на эту готовность, я не намерен настаи¬
вать на принятии каких-либо моих собственных планов. Очень
далёкий от такого намерения, я прямо констатирую, что у меня
нет вообще никакого плана, который бы я рассматривал как един¬
ственно пригодный или к которому я питал бы какое-либо исклю¬
чительное пристрастие или предрасположение. Короче говоря,
авторитетно, категорически ответить на эти вопросы — дело
не одного лица, а скорее Англии, Европы, всего мира..
Я попытался раскрыть перед вами определённые принципы,
с которыми человечество вообще в настоящее время почти совер¬
шенно незнакомо, принципы, согласно которым нам абсолютно
ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
393
необходимо преобразовать наш порядок, торгового обмена, для
того чтобы достигнуть той степени процветания отдельных людей
и наций, которая по природе для нас достижима. Но принципы,
на которые я ссылаюсь, созданы не мной и не вами; это не какие-то
товары или предметы домашнего обихода, которыми можно йоль-
зоваться или пренебрегать, как нам заблагорассудится: они при-
надлежат к числу законов самого бога, начертанных во вселен¬
ной. Поэтому они неизменны; и за пренебрежение ими мы с неза-
памятных времён, и ужаснее всего в последнее время, бывали
наказаны, притом во многих тысячах случаев даже смертью. Мы
подвергаемся наказанию точно таким же образом, как был бы на-
казан каменщик, который, договорившись построить шпиц церк¬
ви, упорно ставил бы его вверх ногами. Шпиц постоянно обруши¬
вался бы на него точно так же, как наше денежное сооружение
вечно обрушивается на нас. По природе производство есть фун-
дамент здания нашей коммерции; в настоящее же время оно за-
нимает место простого флюгера.
Открыв, однако, теперь истинный принцип обмена, мы долж¬
ны поступать с этим принципом в коммерции таким же образом,
как мы поступаем с принципом расширения в механике. Огонь,
действуя на воду, производит пар. Вода, будучи превращена в
пар, мгновенно требует значительно большего пространства, чем
то, которое требовалось прежде. И если это пространство не пре¬
доставляется, т. е. если сосуд, содержащий пар, не открыт в тсй
или иной степени, то пар будет искать насильственного выхода;
и если, подобно механику «Крикета» \ мы решим удержать его
внутри, то немедленно возникнет борьба сил между паром и со-
судом, в котором он содержится, причём шансы борьбы будут —
по крайней мере на сто против одного — против сосуда.
Здесь мы имеем пример определённой, хорошо известной силы.
Однако применение этой силы есть вещь, совершенно отличная от
самой силы; сила — одна, способов использования её — много;
перечислить все возможности её применения было бы и в настоя¬
щее время неразрешимой задачей.
Вот почему у нас есть машины высокого и низкого давления,
стационарные машины, локомотивы и пароходные машины, и все
эти виды машин сконструированы в столь многообразных формах
и размерах и, как уже было указано, для такого множества раз-
личных целей, что полное и законченное описание паровой ма¬
шины 1848 г., несомненно, потребовало бы нескольких томов.
Подобным же образом я сейчас излагаю вам истинный принцип
обмена. Но, после того как это сделано, мне остаётся скорее
добиваться мнений других, чем настаивать на том, чтсбы были
1 Паровое судно на Темзе, недавно разрушенное в Лондоне вследствие на-
рушения действия предохранительных клапанов.

394
ДЖОН ГРЕЙ
приняты мои собственные мнения, поскольку дело идёт о точном
механизме, при помощи которого этот принцип может быть прак¬
тически приведён в действие с наибольшей пользой. Как и в слу-
чае с паровой машиной, хотя принцип один, но возможных спосо-
бов использования его много. Поэтому это скорее дело каждого
человека, чем какого-либо одного человека, обратить внимание
на вопрос и приложить все старания к тому, чтобы придумать
простые, практичные, эффективные и справедливые детали. В
особенности важно, чтобы, преследуя эту цель, никто не нару-
шил истинных принципов политической экономии, ибо, подобно
тому как в природе всё согласовано, все человеческие учрежде-
ния должны быть согласованы друг с другом, в противном же
случае наградой за наши усилия, как бы ревностно, честно и ста¬
рательно они ни были приложены, будет только разочарование.
В политической экономии, например, труд есть единственный
источник богатства. Разделение труда повышает количество про-
дукции. Пределы, до которых разделение труда может быть дове¬
дено, ограничены размерами рынка. Свободная, неограниченная
конкуренция между людьми, и притом независимо оттого, произ¬
водится ли работа головой или руками, естественна и благотворна
для общества. Результаты труда являются естественной собст¬
венностью рабочего. Обеспеченность собственности есть сущест¬
венное условие для его накопления. Накопление, называемое
иначе капиталом, необходимо для всех коммерческих предприя-
тий. Люди обменивают одну вещь на другую, потому что та
вещь, в которой человек нуждается, имеет для него большую цен-
ность, чем та, которую он хочет дать за неё. Отсюда в результате
всякого справедливого обмена получается выгода для обеих
сторон, а потому безграничная свобода обмена является благом
для всех людей и для всех наций. Существующая денежная си¬
стема общества целиком, абсолютно и решительно ошибочна в
принципе, потому что она запрещает и делает невозможным сво¬
бодный обмен собственности между людьми.
Я упоминаю об этих вещах лишь для того, чтобы пояснить
примером моё утверждение, что в старании построить нашу де¬
нежную систему на здоровом базисе мы должны избегать наруше-
ния какого-либо истинного принципа политической экономии.
Ошибка эта тем тщательнее должна быть избегнута, что в неё
впадают все те, кто, доверяясь ложным принципам временного
удобства вместо истинных принципов самой природы, не останав¬
ливается перед тем, чтобы достигнуть или, вернее, стараться до¬
стигнуть своих целей и задач вопреки здравому смыслу или по-
следовател ьности.
Однако хотя я стремлюсь возбудить в других интерес к изу-
чению вопроса, чтобы таким образом добиться для нации в целом
всех преимуществ массовых предложений, хотя я отказываюсь
ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
395
самым искренним образом и безоговорочно от всяких притязаний
на предпочтение в пользу каких-либо моих особых планов — по
крайней мере в большей степени, чем они по тщательном рас-
смотрении этого заслуживают,— всё же было бы очень непосле-
довательно с моей стороны говорить членам Эдинбургского фило-
софского института о достоинствах чисто абстрактного принципа,
не сопровождаемого каким бы то ни было планом. Моё намерение
не таково. Я попытаюсь изложить перед вами разработанный
мною в результате многолетнего тщательного изучения вопроса
план Национального банка, благодаря учреждению которого
производство, являющееся само естественным следствием сво¬
бодной и неограниченной конкуренции, неизбежно стало бы по¬
стоянной и неизменной причиной спроса до бесконечности (ad
infinitum). И всё это на основе справедливости ко всем людям и
без малейшего нарушения какого-либо признанного и безошибоч-
ного принципа политической экономии.
Для уничтожения почти всех бедствий, испытываемых ныне
нашей страной и вытекающих либо из безработицы, либо из пло¬
хой оплаты труда, мы требуем лишь двух вещей, а именно: во-пер-
вых, банковой системы, которая восстановила бы естественное
соотношение между предложением и спросом,— природу этого
соотношения я уже подробно объяснил вам — и, во-вторых,
истинной меры стоимости вместо существующей фикции, ложно
именуемой мерой стоимости.
И здесь я должен попросить любезного снисхождения моей
аудитории, и особенно дам, ибо рассматриваемый мною вопрос
не только труден в устном изложении, но сам по себе, т. е.
безотносительно к тем величайшим последствиям, к которым он
ведёт, считается обычно неинтересным и скучным, словом, по-
следним из тех вопросов, которые сколько-нибудь значительная
часть публики удостоит своего внимания.
Действительно, всё, чего я могу надеяться здесь достигнуть,
это разъяснить вам основную идею банковой системы, которую
я предлагаю. Но так как эти лекции, вскоре после того как они
будут закончены, будут опубликованы, то ошибки, если тако¬
вые окажутся в моих положениях, будут, по всей вероятности,
очень скоро исправлены.
Итак (будем иметь всё время в виду, что наша специальная
цель состоит в том, чтобы дать производству возможность стать
действительно и на практике причиной спроса до бесконечности),
основное характерное различие между банковой системой, как
она есть, и банковой системой, какой она должна была бы быть,
заключается в следующем.
В настоящее время промышленник или торговец обычно пере-
даёт дневную выручку своему банкиру, который заносит её на
кредит его счёта. Между тем банкир должен был бы все товары,
396
ДЖОН ГРЕЙ
поступающие на склад промышленника или торговца, заносить
на кредит его счёта по продажной цене в добавление ко всей сумме
денег, получаемой от продаж, которую упомянутый промышлен-
ник или торговец может передать своему банкиру и которая подоб-
ным же образом заносится на кредит его счета.’В то же время,
с другой стороны, клиент банка должен быть дебетуем, во-первых,
на сумму стоимости всех товаров, которые извлекаются из его то-
варного склада, и, во-вторых, на всю сумму денег, которую он
обычным путем получает из банка. Таким образом, банкиры дол¬
жны иметь на каждого своего клиента счёт товаров (stock acco¬
unt) в дополнение к счёту кассы (cash account), но, поскольку это
касается товаров, только в итоговых суммах, а не в подробностях.
Для обслуживания, за упомянутыми ниже исключениями,
всех промышленников и торговцев, комиссионеров и т. д., веду-
щих лишь оптовые операции в Соединённом королевстве, должен
быть учреждён банк, который было бы правильно назвать мено-
вым банком (standard bank), — один в Лондоне, другой в Эдин-
бурге и третий в Дублине — с одним или несколькими отделе-
ниями в каждом, даже самом незначительном, городе по всему ко¬
ролевству; т. е. отделения Лондонского банка должны быть учреж¬
дены по всей Англии, отделения Эдинбургского банка — по
всей Шотландии и отделения Дублинского банка — по всей Ир-
ландии.
Из числа промышленников и торговцев, с которыми эти мено-
вые банки имеют дело, должны быть исключены: во-первых,
все торговцы скоропортящимися товарами, как, например, све-
жей рыбой, неконсервированными фруктами и т. п.; во-вторых,
все торговцы товарами, зависящими от капризов вкуса, каковы:
дамские наряды или предметы моды; в-третьих, все торговцы то¬
варами, произведёнными или ввезёнными для специальных или
особых целей и, следовательно, непригодными для продажи на
общем рынке. В качестве примера назову применяемое на фабри-
ках машинное оборудование, которое в большинстве случаев де-
лается на заказ и, следовательно, в соответствии со вкусами,
суждениями и требованиями какого-нибудь лица, фирмы или ком-
пании. Очевидно, товары этого рода, если бы они были посланы
на какой-либо иной рынок, а не на тот, для которого они были
специально изготовлены, не реализовали бы, вероятно, и трети
того, что они первоначально стоили.
Четвёртое и последнее исключение, которое мне приходит в
голову, это то, что должны также быть исключены из клиентуры
меновых банков производители или импортёры товаров опасного
рода, как порох, ракеты и т. п.
Однако даже эти исключения были бы скорее номинальными,
чем действительными, поскольку благодетельное влияние системы
взаимного обмена, почти столь же доступной и дешёвой, как
ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
397
передача денег из правой руки в левую, вскоре проникло бы во
все закоулки общества сверху донизу. Поэтому хотя промышлен¬
ники и торговцы, которых я перечислил, должны быть вместе с
художниками и лицами свободных профессий исключены из числа
тех, с кем меновые банки имеют дело непосредственно, тем не ме-
нее блага, приносимые обществу этой банковой системой, ко¬
нечно, дошли бы до них косвенным путём столь же верно и почти
столь же быстро, как и прямым.
Итак, обязанность этих трёх меновых банков состояла бы в
том, чтобы на нижеизложенных условиях через посредство раз-
личных своих отделений вести счета со всеми ведущими лишь опто¬
вые операции лицами, чьи промыслы не исключены актом парла¬
мента; на основе которого учреждены меновые банки. Эти лица —
торговцы или промышленники — должны объявить себя участ¬
никами меновых банков и в качестве таковых должны быть вне¬
сены в банковские книги по определённой форме, законно уста¬
новленной актом парламента.
Упомянутые условия должны быть в основном таковы (хотя,
вероятно, потребовались бы ещё некоторые другие условия, бо¬
лее детализированные и имеющие второстепенное значение):
Во-первых, торговец или промышленник, участник меновой
системы, должен, по крайней мере в данном месте, вести дело
только как участник меновой системы. Учитывая, что в качестве
такового он станет членом великой национальной банковой ассо-
циации, он в ведении своих банковых операций должен следовать
принципу, на котором построен сам Национальный банк, однако,
строго говоря, без какого-либо объединения или малейшей общ¬
ности интересов с каким бы то ни было лицом.
Во-вторых, открывая счёт в меновом банке, каждый торговец
или промышленник должен указать максимальную сумму денег,
которую он когда-либо будет должен банку; и он долж:ен дать
банку гарантию уплаты сальдо, которое может причитаться с
него. Он должен также объявить банку минимальную сумму го-
дичных сделок, ниже которой его операции не должны опу¬
скаться.
В-третьих, если бы какой-либо промышленник или торговец
умышленно сделал или заставил сделать какую-нибудь ложную
запись в свой инвентарь или если бы такая запись была сделана
другим лицом с его ведома, санкции или попустительства, то от
виновного следует немедленно потребовать, чтобы он закрыл
свой счёт в меновом банке. Он навсегда должен быть лишён права
открыть вновь таковой, будь то лично или в качестве члена
фирмы или компании, и должен быть также на всю жизнь лишен
права поступить на службу в качестве кого бы то ни. был о к ка¬
кому-либо банкиру, торговцу или промышленнику меновой
системы.

398
ДЖОН ГРЕЙ
Таковы все условия, которые, как мне теперь представляется,
должны ставиться банком при открытии счёта какому-либо тор¬
говцу \ которые, повторяю, состоят в следующем. В том или
ином месте он должен быть торговцем только как участник мено-
вой системы и притом оптовым. С этой целью должно быть тща¬
тельно изложено законное определение понятия «оптовый». Тор-
говец должен указать максимальную сумму денег, которую он
когда-либо будет должен банку, и дать гарантию банку от потерь,
которые тот может потерпеть при сделках с ним или вследствие
этих сделок. Сумма его ежегодных операций с банком не должна
быть ниже определённого минимума, и по крайней мере в своих
делах с банком он должен быть добросовестен (honest). Думается,
что не было бы ничего особенно неразумного в этих требова-
ниях менового банка.
Торговец же, обязавшись подчиниться приведённым выше ус-
ловиям, являющимся предпосылкой предоставления ему всех
прав и привилегий члена менового общества, находится теперь
в таком положении. Он имеет, допустим, склад, двор или ряд под-
валов, как требует того характер товаров, которыми он тор-
гует, куда он доставляет готовые для продажи клиентам запасы,
стоимость которых по продажной цене, оценивается им в 10 тыс.
ф. ст. Соответствующие этому записи должны быть внесены в его
товарную книгу, которая должна вестись в двух экземплярах:
один для него самого, а другой — для банка.
Тогда банк при предъявлении торговцем товарной книги, со¬
держащей заверенную запись о поступлении на его склад това-
ров стоимостью в 10 тыс. ф. ст., немедленно записывает сумму в
10 тыс. ф. ст. на кредит его счёта в книгах банка, причём эту сум¬
му денег торговец может тотчас же, если захочет, получить из
банка до последнего шиллинга.
После этого товары, находящиеся во владении торговца, ста¬
новятся отныне, по справедливости и здравому смыслу, собст¬
венностью банка, учитывая, что банк, как предполагается,
уплатил торговцу их полную стоимость по продажной цене, кото¬
рую последний сам назначил. Но это, так сказать естественное,
право банка не должно быть использовано каким-либо путём.
Напротив, за торговцем должно быть оставлено полное и бесконт¬
рольное владение его товарами, которые он не только может
продать с наибольшей выгодой, точно так же как он делает в на¬
стоящее время, но которые он должен продать в тот или иной
период времени, по той или иной цене. Поскольку банк считает
торговца и его обеспечения ответственными за деньги, авансиро¬
ванные ему, эти деньги должны быть действительно возвращены.
1 Я здесь прекращаю постоянное повторение слова «промышленник» как
излишнее, причём когда употребляется только слово «торговец», то подразу¬
мевается всегда «промышленник или торговец».

ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
399
Следующее дело торговца — продать свои товары за рабочие
деньги (standard money) и притом с такой прибылью, какую он
в состоянии получить и которая будет продолжать регулировать¬
ся, точно так же как и в настоящее время, большей или меньшей
конкуренцией, имеющей место в данной отрасли торговли. Итак,
он, предположим, продаёт в разное время за наличные деньги и по
намеченной им цене весь свой запас товаров стоимостью в 10 тыс.
ф. ст., каковые деньги, вносимые день за днём, по мере продажи
товаров, в банк, полностью оплачивают банковскую ссуду. Вся
операция складывается следующим образом:
Торговец А. В. по счёту товаров в меновом банке Шотландии
Дебет
Кредит
1848 г.
января	4
»	6
»	9
»	12
»	16
»	21
»	26
Товары, взятые из
его склада
То же
»	»
ф. ст.
1 000
1 500
500
2 000
1 000
2 500
1500
1848 г.
января 1
Товары, поступив-
шие на его склад
ф. СТ.
10 000
10 000
10000
Торговец А. В. по счету кассы в меновом банке Шотландии
Дебет
Кредит
1848 г.
января 1
Наличными
ф. СТ.
10 000
1848 г.
января	4
»	6
»	9
»	12
»	16
»	21
»	26
Наличными:	сумма
дневной выручки 1
То же
»	»
» ъ
ф. ст.
1000
1 500
500
2000
1000
2 500
1 500
с
10 000
Ясно, однако, что если,
10 000
одной стороны, банк должен по-
зволить своим клиентам получать деньги по желанию на всю сум¬
му продажной цены всех товаров, которые они доставят в собст¬
венные склады, независимо от того, сколько миллионов или
1 Изъятие товаров из его помещений за чей бы то ни было счёт для какой
бы то ни было цели.

400
ДЖОН ГРЕЙ
сотен миллионов фунтов стоят в совокупности товары, то банк
должен также, с другой стороны, иметь какой-то очень ясный,
точный и безотказный способ получения возврата своих ссуд,
когда товары со стандартных складов продаются. Имеются раз¬
личные способы, с помощью которых может быть обеспечено это
необходимое условие правильной работы проектируемой системы
банкового дела; но, чтобы не усложнить наш вопрос, я опишу здесь
лишь один из них.
Очевидно, поскольку каждый торговец должен получать спол¬
на от менового банка деньги за все товары, которые он в состоя-
нии доставить в свои собственные помещения, постольку он,
следовательно, не может иметь никакого притязания на какую-
либо часть денег, за которые товары могут быть проданы. По¬
этому по закону эти деньги должны поступать только к агенту
менового банка, у которого торговец имеет свой счёт, причём
этот агент по получении от кого-либо известной суммы денег
на кредит счёта указанного торговца должен дать в обмен требо-
вание к торговцу о выдаче товаров на данную сумму.
При этих условиях вся сумма прибыли за проданные товары,
какова бы она ни была, попала бы в первую очередь в банк. Но
так как всякая прибыль сверх первоначально предусмотренной
была бы записана банком на кредит торговца, то отсюда не воз¬
никало бы никаких практических трудностей. Дефицит, возни-
кающий из продажи каких-либо товаров ниже их первоначаль¬
ной оценки, должен быть возмещён торговцем банку.
Здесь можно кстати заметить, что существующая система
внутреннего коммерческого кредита была бы целиком устранена
^благодаря параллельному существованию во всём королевстве
рабочих денег и товаров меновой системы. Вследствие этого было
бы уничтожено одно из многих зол, от которых страдает в настоя¬
щее время оптовая торговля. Не могло бы быть никаких сомни-
тельных долгов по той простой причине, что перестал бы сущест¬
вовать какой бы то ни было повод к тому, чтобы вообще полу¬
чать товары на условиях кредита.
Итак, из данного таким образом краткого описания банковой
системы видно, что деньги — рабочие банкноты — были бы лишь
передаваемыми удостоверениями, свидетельствующими о сущест-
вовании на рынке меновой системы эквивалентного продукта,
действительно продаваемого в обмен на рабочие билеты, а не на
какие иные деньги или какую бы то ни было вещь. И так как не
только оценочная, но и действительная 1 стоимость всех товаров
1 «Действительная», потому что, какая бы часть менового запаса ни ока¬
залась нереализуемой или реализуемой лишь по пониженной цене, оца должна
быть взята обратно с менового рынка по полной цене её собственником, который,
следует напомнить,прежде чем его имя будет допущенов книги менового банка,
должендать гарантию в том, что возьмёт товар обратно, когда это потребуется.
ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
401
на рынке меновой системы была бы всегда в точности равна сумме
рабочих денег в руках публики, то отсюда необходимо следует,
что производство всегда должно быть уравновешено спросом.
Совокупный меновой запас был бы совокупной собственностью
держателей рабочих денег, которые представляли бы этот за-
пас, и потому все товары либо были бы предметом спроса, либо
накоплялись бы, т. е. они либо были бы взяты с рынка, либо остав¬
лены на нём. В первом случае деньги, являющиеся представите¬
лями взятых товаров, должны были бы сперва быть внесены
в меновой банк или, другими словами, должны были бы перестать
существовать. Но если бы какой-либо товар был оставлен на ме-
новом рынке, т. е. если бы держатели денег, являющихся пред-
ставителем товара, пожелали накопить свои деньги, вместо того
чтобы истратить их, то в этом случае на одной стороне будет
накоплен меновой запас, а на другой — право спроса на него.
Но это накопление никогда не могло бы иметь места в не-
здоровых размерах, потому что, поскольку деньги в руках их соб¬
ственника не приносят ему процентовки всегда почти наверняка
либо ссудит их под проценты лицам, могущим их употребить,
либо же немедленно потратит их на покупку собственности, при¬
носящей доход.
Очевидно, следовательно, что совокупное производство ста-
нет верной причиной равного ему спроса, когда мы построим де¬
нежную систему страны на базе передаваемого свидетельства.
С этого дня единственной причиной избытка чего-либо будет не-
пропорциональное производство, в то время как теперь исключи¬
тельно вследствие нашей ошибочной денежной системы мы имеем,
вообще говоря, рынок, переполненный почти всем.
Так, например, приобретя право собственности на часть ме-
нового запаса страны, о чём свидетельствуют рабочие банкноты,
которые человек получил и которые сами по себе не имеют ника¬
кой стоимости, он уверен, что за них получит нечто. Что именно,
это он покажет, как это делается и теперь, актом покупки того,
что ему надо. Если он купит товар на рынке меновой системы,
то его деньги перестанут существовать. Если же он вообще не шёл
бы на рынок, а тратил бы свои деньги в другом месте, то это бы
означало только, что он передал лицу, с которым он имел дело, ту
долю собственности, какая была бы представлена уплаченными
деньгами.
Если же человек, вместо того чтобы купить те или иные товары
за свои деньги, хочет отдать их в рост или если он в порядке на-
копления хочет купить дома, земли, право на feu-duties 1 и т. п.,
то в этом случае он либо уплатит свои деньги частному лицу, у
1 Термином «feu-duties» в шотландском праве обозначаются платежи за
земли, находящиеся в наследственном пользовании,— Прим, перев.

402
ДЖОН ГРЕЙ
которого купит дом, землю и т. д., и таким образом передаст ему
свою долю в меновом запасе, либо же купит указанное имущество
от агентов меновой системы по продаже недвижимости. В послед-
нем случае деньги будут уплачены меновому банку и тем самым
перестанут быть деньгами.
Ибо принцип обмена, который я описал, применим не только
к обычному товару, являющемуся отечественным или импорти-
рованным продуктом, но также к любому виду недвижимого иму¬
щества, добросовестно предлагаемого к продаже на общественном
рынке. При этом единственным условием является то, что если
недвижимость не находит покупателя, то она должна быть взята
обратно первоначальным владельцем. Последний во всяком слу-
чае при передаче имущества для продажи по установленной цене
в руки агента меновой системы по торговле недвижимостью
должен дать полную гарантию в том, что если не найдётся поку¬
патель по назначенной цене, то он либо сам возьмёт имущество
назад по определённой цене, либо другим путём восполнит дефи-
цит, если имущество с его согласия будет продано за меньшую
сумму. Короче говоря, сумма денег, уплаченная банком за недви¬
жимость, переданную меновой системе, должна быть полностью
возмещена банку, когда указанное имущество будет взято с рын¬
ка: и, следовательно, если оно будет продано покупателю за
меньшую сумму денег, чем банк под него авансировал, то прода-
вец должен возместить разницу.
Здесь уместно будет отметить ошибочность денежного
принципа, отстаиваемого лигой противников золотого закона
(Anti -Gold-Law League).
Джентльмены, образовавшие в Лондоне общество под указан-
ным названием, достаточно ясно видели плачевную непригод¬
ность существующей денежной системы. Они правильно утверж-
дают, что золото не есть истинная мера стоимости. Но вместо одной
бессмыслицы они лишь предлагают нам принять другую. Пра- •
вительство, говорят эти господа, если я правильно понимаю их
план, должно выпустить на сумму, равную всей сумме налогов,
такие билеты, которые оно будет принимать в уплату налогов.
Таким образом, в будущем мы должны цепляться не за золото,
но за различные лоскутки бумаги, не обладающие никаким преи-
муществом перед самим золотом. В них нет никакой меры стои¬
мости, и между государственными налогами и общественным ору-
дием обмена существует не более разумная связь, чем между ука¬
занными налогами и законом тяготения х.
1 Если бы какой-либо добрый друг своей страны погасил государственный
долг, а другой оставил нам ежегодный доход, достаточный для покрытия всех
наших остальных государственных расходов, то согласно плану лиги против-
ников золотого закона мы остались бы совсем без денег.

ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
403
Предположим, например, что государственные налоги теку-
щего года составляют 50 млн., а весь доход страны за этот год
составляет 500 млн. Какая связь мыслима между этими двумя
фактами, исключая лишь то, что меньшая сумма должна быть
тем или иным способом выплачена из большей. Ясно, что нет ни¬
какой другой связи. Но допустим, что такая связь существует и
что при помощи какого-либо чуда 50 млн. налогов, представлен¬
ные 50 млн. государственных банкнот, выполняли бы в течение
года функции денег и выполняли бы хорошо, т. е. предположим,
что эти билеты дали бы нам возможность с достаточным удобст-
вом обмениваться между собою в течение года продуктами труда,
стоящими 500 млн. фунтов. Что тогда? В течение следующего
года сумма налогов, может быть, всё ещё будет равна 50 млн.,
между тем как наши производственные возможности могут тем
временем увеличиться на 25%, т. е. до 625 млн. В таком случае,
если способ употребления денег будет тот же, то добавочная воз¬
можность производства или вообще не будет осуществлена, или,
если она будет осуществлена, страна в результате потерпит
ужасный убыток вместо прибыли, ибо при сохранении тех же
самых способов использования денег количество продуктов труда
никоим образом не может быть увеличено быстрее, чем сами день¬
ги, не причинив при этом убытка, равного разнице между увели-
чением количества товаров и денег. Короче говоря, товары, стоя-
щие 625 млн., могли бы быть проданы лишь за 500 млн. фунтов.
Поэтому первое и наиболее необходимое условие всякой правиль¬
ной денежной системы состоит в том, чтобы количество денег,
из чего бы последние ни состояли, увеличивалось в должной
пропорции со всеми другими товарами, а не в неправильной про-
порции или, другими словами, не более быстро. Одним словом,
увеличение количества денег должно следовать за увеличением
количества товаров и притом в точной пропорции к сумме этого
прироста.
Поэтому все представления о выпуске денег, обеспеченных
землёй,— я подразумеваю обеспечение землёй, не предназначен¬
ной действительно к продаже,— суть чистейшая иллюзия, пос¬
кольку к этим представлениям применимы все приведённые выше
возражения. Нет разумной связи между этими двумя вещами, но
даже если бы какая-нибудь связь и была, то совершенно невоз¬
можно было бы для денег, выпускаемых на основе подобного
принципа, увеличиваться в количестве по мере необходимости,
по желанию, так же быстро, как могут увеличиваться наши про¬
изводственные возможности в каждой отрасли промышленности.
Повторится опять старая история. Всякий раз, когда товары уве¬
личатся в количестве быстрее, чем деньги, то либо должны упасть
цены без всякой естественной причины для их падения, либо же
вскоре после такого временного увеличения производство должно
404
ДЖОН ГРЕЙ
приостановиться, не использовав возможностей на добрую сотню
миллионов.
Деньги как представители земли и деньги как представители
золота всегда должны ограничиваться соответственно количест-
вом земли или количеством золота, которое они представляют.
Ното, в чём мы нуждаемся,— это деньги, представляющие
не только землю или золото, но и землю, и золото, и дома, и
серебро, одним словом, всякий товар, и обладающие в достаточной
степени двумя качествами — уд об о передаваемостью и удобохрани-
мостью.
Пусть сторонники денежной реформы, в какой бы мере они ни
были согласны или ни расходились друг с другом, проверяют свои
планы при помощи одного и единственного признака настоящих де-
нег. Позволит ли план лондонской лиги, бирмингамский план,
глазговский план, шотландский акционерный план или все эти
планы, вместе взятые, или некоторые отдельные их части увели¬
чить производство в надлежащих пропорциях, в сто, тысячу,
миллион раз, не вызывая повышения или падения ни на один фар-
тинг средней денежной цены товаров, пока для их производства
будут требоваться одни и те же количества труда? Если это
так, то эти денежные системы совершенно правильны в принципе,
и единственный остающийся по поводу них вопрос — это степень
их простоты и общие достоинства деталей каждой из этих систем.
Но если, напротив, они не позволят пропорциональному произ¬
водству развиваться до бесконечности, без повышения или паде-
ния денежной цены товаров, то эти системы в высшей степени и
абсолютно ошибочны в принципе. Будучи испытаны цифрами, они
окажутся иллюзией, основанной не просто на заблуждении, но
именно на том самом заблуждении, которым объясняется не¬
годность денежной системы нашей и всякой другой нации в мире.
Производство, являющееся по природе причиной спроса, при лю¬
бой из этих денежных систем продолжало бы быть подчиненным
спросу.
Существует один, и только один, принцип, на котором воз¬
можно основывать денежную систему без нарушения первейшего
условия человеческого существования, а именно, что человек
должен работать для того, чтобы он мог жить. Производство де-
нег должно следовать за производством всякого товара, самые
же деньги должны состоять из портативных, делимых и удобопе-
редаваемых удостоверений, свидетельствующих о том, что налицо
имеются вещи, которые владелец денег может получить взамен
их в любое время и в любой форме.
Богатство, как я почти в тех же словах констатировал 16 лет
тому назад, должно было бы, подобно тысяче потоков воды,
вытекающих из различных мест и обладающих различными свой¬
ствами, стекаться в один большой резервуар, смешиваться здесь
ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ	405
и объединять различные свои свойства, после чего оно должно
быть возвращено своим владельцам частями, равными по коли¬
честву соответствующим их взносам, но обладающими качествами
всего целого; причём деньги должны быть лишь мерой, употреб¬
ляемой с целью предоставления каждому человеку точно такой
же стоимости, какая была получена от него.
Тогда Англия, Шотландия и Ирландия, имея банковую систему,
за учреждение которой я сейчас борюсь, были бы тремя рын¬
ками, содержащими любой вид недвижимого и движимого имуще¬
ства, предназначенного для продажи согласно следующему прин¬
ципу.
Хозяин рынка, т. е. банкир меновой системы, обращаясь к
публике, говорит: «Доставьте на мой рынок всё, что у вас имеется
для продажи, и я уплачу вам денежную стоимость всего вашего
имущества — недвижимого и движимого — по вашей собственной
цене. При этом единственное моё. условие состоит в том, что, когда
указанное имущество будет изъято из моего ведения, мне
должен быть возвращён полностью мой аванс. Это, равно как и
то, что имущество действительно будет изъято из моего
ведения, вы до передачи мне имущества должны обеспечить соот-
ветствующей гарантией. Обязанность же продавать или, дру¬
гими словами, обменивать ваши продукты и имущество дол¬
жна оставаться всецело на вас самих».
Я не думаю, чтобы кто-либо мог указать малейшую практи¬
ческую трудность полного проведения в жизнь по всей стране
описанной здесь системы банкового дела или, если бы она была
учреждена, доказать возможность того, что производство, не на¬
рушающее необходимости пропорций, когда-либо перестало бы
порождать спрос. При этом вы видите, что благодаря особому
характеру предусматриваемых ею мер великий принцип индиви¬
дуальной конкуренции остался бы свободным и ничем не ограни-
ченным, как воздух, которым мы дышим. И я также совершенно
убеждён, что благодаря принятию этой системы банкового дела
жители Великобритании выиграли бы по крайней мере 100 млн.
в год в деньгах по их теперешней стоимости.
Деньги, выпущенные согласно предлагаемому плану, не были
бы товаром, а также не были бы в точном смысле квитанцией.
Короче говоря, банкноты удостоверяли бы существование имуще¬
ства, допущенного на рынок меновой системы и остающегося там
для продажи его владельцами по той цене, которую они могут
получить за него.
В настоящее время банкиры получают деньги от торговцев
после того, как их товары проданы, причём деньги выплачивают¬
ся обратно, когда торговцы их требуют. Банкиры также аванси-
руют деньги торговцам и другим лицам под определённые обеспе-
чения. Но истинный принцип банкового дела заключается в том,
406
ДЖОН ГРЕЙ
чтобы банкир оплачивал владельцам объявленную стоимость
всех товаров, которые могут быть доставлены на рынок, и эта
стоимость должна быть возмещена банкиру, когда указанное иму¬
щество будет взято с рынка. И как ни просто на первый взгляд
может показаться различие между этими двумя способами дейст-
вий, действительный вопрос в конечном счёте состоит в том, оста¬
нется ли производство следствием спроса или же станет причи¬
ной его?
Следует отчётливо понять, что на данной стадии нашего рас-
суждения мера стоимости ещё не была нами уточнена. Но так как
подразумевается, что таковая существует, то ясно, что имущество
любого рода, доставленное на рынок в любом количестве, дол¬
жно представлять собой одновременно и в равной мере предложе-
ние и спрос, спрос и предложение. Причём запас, остающийся в
какой-либо данный период времени на руках, есть лишь неистре¬
бованная разница между количеством товаров, доставленным на
рынок, и количеством, взятым с него, и против каждой доли этого
имеющегося на руках запаса необходимо должны существовать
где-либо точно на такую же сумму деньги, лишённые внутренней
стоимости.
На основании изложенного некоторые могут позволить себе
предположить в шутку, что я хочу превратить наполеоновскую
«нацию лавочников» в нацию содержателей ссудных касс, а все
наши фунты, шиллинги и пенсы — в такое же количество заклад-
ных квитанций. Я не возражаю против такого или какого-нибудь
другого предположения, но то, чего я на самом деле стремлюсь
достигнуть ценой любого числа повторений,— это сделать нашу
тему, деньги, понятной и ясной даже для самых молодых членов
этого института. Я хочу, одним словом, дать возможность даже
школьникам и школьницам опровергнуть сэра Роберта Пиля,
г-на Кобдена и любого другого защитника той ошибочной
денежной системы, из-за которой жители нашей и других стран
в настоящее время получают лишь часть своего естественного
дохода.
Проектируемый меновой банк не был бы, однако, простой
ссудной кассой, ибо в первую очередь между ними было бы
следующее различие: содержатель ссудной кассы выдаёт квитан-
цию в обмен на вещь, причём эта квитанция может купить только
одну вещь на свете, а именно ту, взамен которой она была первона¬
чально выдана, в то время как рабочие деньги покупали бы не
только любой вид имущества, недвижимого и движимого, в пре-
делах рынка меновой системы, но и любой вид имущества вне по-
следнего. Короче говоря, рабочие деньги оплачивали бы не только
наш хлеб и мясо, нашу одежду и мебель, но они оплачивали
бы также нашу ренту за дома или земли и налоги, и приток — воп¬
реки учёному и весьма мудрому «Таймсу» — оплачивали бы самым
ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
407
надлежащим образом. Они оплачивали бы также наше духо¬
венство и наших врачей, адвокатов, художников, учителей,
артистов, музыкантов, домашних слуг и, словом, всех непроизво-
дительных, равно как и производительных, членов общества.
Так как, однако, рабочие деньги не были бы, подобно ломбард¬
ной квитанции, простыми представителями только одного какого-
либо товара, но были бы представителями любого товара, прода-
ваемого на общественном рынке, то очевидно, что, поскольку все
люди сами за себя решают, каким образом они потратят свой до-
ход, рынок мог бы быть, несмотря на самую совершенную денеж¬
ную систему, снабжён непропорционально, хотя рынок в целом ни-
коим образом не мог бы быть переполнен, если бы только наше
орудие обмена было рациональным.
Я могу, например, допустить, поскольку я не уверен в про-
тивном, что Манчестер может переполнить внутренний рынок
хлопчатобумажными товарами, а Шеффильд — ножевыми изде-
лиями. Но такая возможность никогда ещё не была и не может
быть вполне доказана до тех пор, пока благодаря учреждению
свободной системы обмена выражения избыток и недостаток
не станут лишь двумя наименованиями одного и того же, а именно
диспропорции, а при описываемой мною теперь системе обмена
это было бы именно так.
Ибо в тот самый час, когда товары были бы готовы для рынка,
их можно было бы превратить в деньги, являющиеся представи¬
телями материалов, труда, транспорта, расходов по продаже и
прибыли промышленника. Причём деньги, будучи истрачены,
забирали бы с рынка меновой системы точно такую же стоимость
в той или иной форме, какая была бы предварительно доставлена
на рынок в обмен на те же самые деньги. Ясно, что если бы одна ка-
тегория складов, дворов или подвалов была переполнена, то дру¬
гая категория или категории необходимо должны были бы быть не
заполнены и притом в точно такой же степени.
Это был бы естественный указатель того, где можно получить
работу всегда, повсеместно и при всех обстоятельствах; если не
здесь, то там, так как где-либо работа должна быть непременно.
Родители и опекуны поэтому должны были бы лишь наблюдать
за общим потоком предложения и спроса, чтобы тотчас же узнать,
в каком направлении работа должна расширяться и в каком со¬
кращаться и, следовательно, каким образом воспитывать и обучать
своих детей. Ибо в отличие от современного состояния общества,
при котором, может быть, и часто бывает избыток всех товаров,
спрос на труд не мог бы уменьшиться в одной области без того,
чтобы не увеличиться обязательно и притом в такой же мере в
другой области или в других областях.
Теперь этого нет исключительно потому, что благодаря суще¬
ствующей денежной системе производство является следствием
408
ДЖОН ГРЕЙ
спроса, вместо того чтобы быть его причиной. Способ действия
этого факта таков: если вы производите товары быстрее, чем
деньги, то они, при неизменности способа употребления денег,
падают в цене. Весь наличный запас должен быть тогда продан за
меньшую сумму — вероятнее всего с убытком — или же он дол-
жен остаться непроданным до тех пор, пока потребление восста-
новит равновесие товаров и денег. При этом правилом на наших
больших фабриках является неполное рабочее время. В такой же
мере страдают сотни мелких заведений, работа которых зависит от
более крупных. Одним словом, производство останавливается, и
тогда один или два миллиона людей оказываются в несчастном и
весьма странном положении. По природе они способны создать пу-
тём соединённого применения своего капитала, искусства и тру-
долюбия изобилия жизненных благ для самих себя и для своих
семей: им искусственно мешает только невозможность обменивать
продукты своего труда.
А теперь посмотрим, что могли бы мы делать при золотом
денежном обращении наряду с предложенной мной банковой
системой, а также, что делали бы члены лиги противников золо¬
того закона со своими государственными бумажными день¬
гами.
У нас есть уже описанный выше рынок, а также банкир, ко¬
торый, удостоверившись, что товары доставлены на рынок, дол-
жен немедленно уплачивать полную цену их владельцам, кто бы
ни пришёл и какая бы сумма ни требовалась. Но вместо выдачи
простых бумажных удостоверений о том факте, что товары опре-
делённой стоимости доставлены на рынок и выставлены там
их владельцами для продажи, он должен платить золотой
монетой, равноценной всему тому имуществу, недвижимому и
движимому, которое может претендовать на то, чтобы быть
принятым.
Где, во имя сэра Роберта Пиля, должен он достать деньги?
Недостаточно, как видите, чтобы запас одного его товара — зо¬
лота — ибо, строго говоря, золото не является деньгами — был
равен по стоимости национальному запасу какого-либо другого
товара. Его запас должен быть равен всей совокупности всех
других товаров, предназначенных к продаже на рынке, или же,
в противном случае, каждый торговец будет добиваться получе-
ния его в свою пользу и в ущерб своему соседу.
Если, далее, унция золота равна по стоимости многим унциям,
фунтам, центнерам или даже тоннам некоторых других товаров,
то какое именно весовое количество золота должен меновой банк от¬
дать взамен разнообразных товаров, ищущих доступа на рынок,
хозяином которого он может быть назван? Единственный разум¬
ный ответ на этот вопрос: наименьшее, какое возможно. 'Именно
столько, сколько продавцы согласятся получать заразнообразные
ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
409
продукты своего труда предпочтительно перед альтернативой не
'продать их совсем.
Тогда я возражу, что напрасно спорить о достоинствах суще¬
ствующей денежной системы, ибо, строго говоря, нет никакой
денежной системы, о которой можно было бы спорить. То, что мы
теперь называем нашей денежной системой, есть, бесспорно, лишь
видоизменённая полуварварская система прямого обмена товаров
на товары, и притом такая громоздкая и несовершенная, что мы
не могли бы ни одной недели вести даже нашу внутреннюю тор¬
говлю без помощи таких жалких вспомогательных средств, как
векселя, кредит и т. п.
Мы не имеем никакой меры стоимости, ибо каждая истинная
мера, как я указал в предыдущей лекции, всегда имеет одинако¬
вую длину, площадь или объём. Но что содержит золотая монета?
Она содержит сегодня десять ярдов, а завтра — двенадцать той
же самой материи, реальная стоимость которой, состоящая из
действительного количества труда, необходимого для её произ¬
водства, могла не измениться в течение этого промежутка ни на
йоту.
При обращении металлических денег какого бы то ни было ви¬
да мы ни одного года не можем обойтись без того, чтобы не под¬
вергнуть себя самой безысходной путанице. Благодаря лишь уве-
личению количества жизненных благ по сравнению с золотом цены
меняются каждую неделю. Напрягайте ваши производительные
силы, будьте трудолюбивы, будьте полезны — и что же? Цены
падают, запасы обесцениваются, заёмщики обмануты, а кредито¬
ры вынуждены стать обманщиками или же получить вместо пол-
ных платежей лишь частицу, причём каждые десять или двена-
дцать лет вся коммерция страны приходит в расстройство, засто¬
поривается и почти сходит на нет, прекращается. Такова наша
денежная система!
Если же вернуться к фантазии лиги, то она не имеет ни базиса,
ни надстройки (superstructure), и ничего ровным счётом не
может дать выбор между не являющимся мерой стоимости зо-
лотом и не являющимися мерой стоимости государственными бу¬
мажными деньгами.
Наша нация нуждается в таких деньгах, которые позволяли
бы производству, не нарушающему необходимых пропорций Г
стать верной причиной спроса до бесконечности, для осуществле-
ния чего необходима мера стоимости.
Предположим, что тысяча людей способны и желают удовле¬
творять свои потребности путём объединения своего капитала, ис¬
кусства и труда и что всё, что им требуется,— это обмен их про-
дуктов между собою на основе некоего справедливого принципа.
Как, спрашивается, поможет им фикция государственных средств
обращения? Казначеи её величества не возьмут их товаров в обмен
410
ДЖОН ГРЕЙ
на выпущенные деньги, а если бы даже и взяли, то было бы ещё
хуже, ибо производители нуждаются в товарах для собственного
использования и потребления. Следовательно, им нужна собст¬
венная банковая система, с помощью которой — каков бы ни был
её механизм — они могли бы обменивать свои продукты и имуще¬
ство между собой с минимальной тратой времени и наименьшими
заботами и беспокойством. Однако никакие государственные
средства обращения, основанные на простой фикции, подобной
той, которая предлагается лигой, не смогут доставить нам ни на
одно мгновение свободной и неограниченной системы обмена. Мы
должны иметь всё время в виду, что никакая денежная система
не может быть основана на правильных началах, если она не поз-
воляет производству обеспечивать спрос.
Члены лиги противников золотого закона никогда не могут
мечтать о налогах, достигающих 500 или 600 млн. в год! А если
нет, то как же они сохранят необходимое соответствие между
производством и обращением? Дело в том, что они никогда не за¬
думывались о такой необходимости: однако она существует неза¬
висимо от того, знают ли они о ней или нет.
И хорошо, что план лиги противников золотого закона не был
испробован, ибо если бы он был завтра принят, то возможность
производить всё же превышала бы возможность обменивать.
Следовательно, цены то и дело падали бы, производство замед¬
лялось бы, снижалась бы заработная плата, наступила бы безра¬
ботица и вернулись бы все бедствия нашего теперешнего положе-
ния, усиленные тем, что денежным докторам, как их называют,
было бы позволено испытать своё лекарство. А насколько успеш-
но, заметили бы с триумфом их противники, пусть об этом скажет
современное состояние страны.
Таковы были бы, несомненно, последствия любой непроду¬
манной попытки ввести в обществе новую денежную систему, и
поэтому гораздо лучше ничего не делать, нежели прибегать к та-
ким мероприятиям, которые дают в результате ничто или кое-что
ещё худшее. Короче говоря, при тех условиях, в которые мы по¬
ставлены, не может получиться ничего хорошего от половинчатых
мероприятий. С тем же успехом мы могли бы сделать половину ло¬
комотива и надеяться на то, что она поведёт поезд, или половину
часов и надеяться на то, что она будет показывать время. Мы
должны принять правильный принцип обмена, диктуемый самой
природой, как фундамент для возведения здания всей нашей ком-
мерции. В противном же случае мы, несомненно, будем продол¬
жать работать так, как работаем сейчас, получая в награду одно
разочарование.

ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
411
ЛЕКЦИЯ V
Продолжение темы предыдущей лекции, т. е. продолжение описания
банковой системы, путём учреждения которой производство, ныне
являющееся следствием спроса, превратилось бы в его причину.
В предыдущих лекциях я пытался показать вам, что производ¬
ство есть естественная причина спроса, но что на практике в силу
существования нашей ошибочной денежной системы это не
так, и поэтому мы должны, сохраняя все второстепенные удоб¬
ства, предоставляемые теми деньгами, какие мы имеем в настоя¬
щее время, установить другую денежную систему, с помощью ко¬
торой великий принцип, только что упомянутый мною, мог бы
быть восстановлен. Я также сообщил вам в общих чертах, что это
может быть осуществлено путем учреждения менового банка,
дело которого должно состоять, во-первых., в выпуске бумажных
денег, представляющих стоимость всего имущества, недвижимого
и движимого, которое может быть доставлено на рынок меновой
системы, и, во-вторых, в неизменном обратном получении указан-
ных денег после того, как кто-либо возьмёт данное имущество с
рынка. Теперь напрашивается следующий вопрос.
Если лига противников золотого закона не сознаёт абсолют¬
ной необходимости точного равновесия между производством и
спросом, то существует ли где-либо какой-нибудь денежный план,
в котором этот принцип не только признаётся, но полностью про¬
водится? Боюсь, что нет! Правда, было сделано много предложе-
ний поставить нашу денежную систему на базис земельной соб¬
ственности.
Однако все денежные схемы, основанные либо на земельном
обеспечении, либо вообще на обеспечении чем-либо другим, оши¬
бочны в принципе и должны оказаться в высшей степени иллю¬
зорными на практике. Деньги, если только они будут первона¬
чально выпускаться на основе правильного принципа, могут пе¬
редаваться одним лицом другому. Они могут быть отданы лицом
А лицу В за что-нибудь или даром, или они могут быть отданы в
ссуду на проценты под обеспечение или без обеспечения, и всё
может происходить в надлежащем порядке. Но никаким правиль¬
но организованным банком деньги никогда не могут выпускаться
иначе, как в обмен на стоимость, которая bona fide должна быть
предложена к продаже, как только выпущенные под неё деньги
будут выданы банком.
Причина этого очевидна. Предположим, например, что бу¬
мажные деньги на сумму 10 тыс. фунтов авансируются банки-
ром какому-либо клиенту под обеспечение стоимости на точно та¬
кую же сумму, как и предлагаемый для продажи товар. Истрать¬
те 1 фунт из этих денег на покупку какой-либо части указанной
стоимости, и этот истраченный фунт перестаёт быть деньгами, в
412
ДЖОН ГРЕЙ
то время как стоимость, которую банкир держит как обеспече-
ние, теперь становится на 1 фунт меньше. Истратьте 5 тыс. фун-
тов на подобную покупку, останется только 5 тыс. фунтов денег;
истратьте всю сумму в 10 тыс. фунтов, и тогда на одной стороне
рынок будет опустошён, в то время как на другой не будет совсем
денег.
Но пусть 10 тыс. фунтов авансированы тому же клиенту под
обеспечение того же самого имущества, и пусть получатель денег
договорится теперь с банкиром, что переданное ему имущество
будет лишь храниться как обеспечение и не будет предлагаться
для продажи на рынке. Неизбежным последствием этой операции
будет то, что введение в обращение всей этой массы денег только
повысит денежную цену ранее существовавшего товарного за¬
паса. Одним словом, если бы все деньги были истрачены заёмщи-
ком, то они увеличили бы спрос на сумму в 10 тыс. фунтов, но они
не увеличили бы ни на грош предложение. Количество предна-
значаемого к продаже на рынке имущества было бы после аван-
сирования точно таким же, как и до него, и потому конкуренция
между покупателями, желающими получить его, имела бы
неизбежным следствием повышение его цены в размере как раз
10 тыс. фунтов, допуская всё время, что имеется действительный
спрос на всё имущество, предлагаемое для продажи.
Далее, если никакая сумма бумажных денег никогда не может
быть правомерно выпущена никаким правильно организованным
банком иначе, как под обеспечение на равную стоимость имуще-
ством, тотчас же предлагаемым добросовестно для продажи на
рынке, то деньги точно так же не должны быть выпущены в
меньшей сумме, чем полная стоимость указанного имущества
Ибо в этом случае получилась бы неурядица, прямо противопо¬
ложная той, которая описана выше. Если, например, в этом слу-
чае получено товаров на 10 тыс. фунтов, в то время как под обес-
печение их выданы деньги в сумме лишь 5 тыс. фунтов, и все
взятые взаймы деньги, как предположено ранее, тотчас же перехо-
дят в общее обращение, т. е. тратятся на рынке, то в результате
добавочные товары, стоящие 10 тыс. фунтов, будут находиться в
руках лиц, стремящихся продать их, в то время как на другую
чашу будет брошено денег лишь на сумму 5 тыс. фунтов. Таким
образом, предложение увеличится на 10 тыс. фунтов, в то время
как спрос увеличился лишь на половину этой суммы. Пропорцио-
нально увеличится также конкуренция между продавцами', сле-
довательно, денежная цена всех товаров должна пасть, и притом на
точную сумму разницы между стоимостью добавочного запаса това-
ров и добавочной суммой денег, одновременно брошенной на рынок.
Было бы просто абсурдом пытаться противопоставлять этому
положению смутные и общие предположения, вроде того—не
может ли-де быть такого-то влияния на рынок здесь или та¬
ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
413
кого-то влияния на рынок там? Совершенно верно, что вы можете
усложнить рассуждение, выдвигая мнимые возможности, но вы
не можете опровергнуть его. Вы можете, действительно, облечь
вопрос в такую запутанную сеть слов и ухищрений, что сделаете
его почти непонятным для большей части разнородной аудитории,
какой является настоящая. Распутать ваши бесконечные узлы и
распустить все петли вашей сети может оказаться весьма трудным
делом. Но, подобно тому как камень, брошенный в воздух, соглас¬
но закону тяготения, несомненно, упадёт обратно, несмотря на
любое искусственное приспособление, к которому вы можете при-
бегнуть, заставив его падать, насколько возможно слабее и неза-
метнее, подобно этому и денежные принципы, которые я сейчас
излагаю перед вами, продолжают действовать согласно законам,
столь же неизменным, как и самый закон тяготения, в ущерб нам
или к нашей выгоде, смотря по тому, будем ли мы продолжать на¬
рушать их, как мы это делаем сейчас, или же научимся искренно
подчиняться их руководству.
И здесь разрешите мне заметить, что мы обыкновенно прихо-
дим к открытию важных истин благодаря наиболее простым, а
не наиболее сложным примерам. Яблоко падает на землю, силь¬
ный ум пользуется этим фактом, и принцип вселенной открыт.
Адам Смит, с трудами которого по политической экономии до сих
пор ещё не сравнялись произведения ни одного человека, живого
или умершего, говоря о принципе обмена, освещает вопрос
следующим образом.
«Разделение труда,— говорит он,— приводящее к таким вы-
годам, отнюдь не является результатом чьей-либо мудрости...
оно представляет собою последствие — хотя очень медленно и
постепенно развивающееся — определённой склонности человече-
ской природы, которая отнюдь не имела в виду такой полезной
цели, а именно склонности к мене, торговле, к обмену одного
предмета на другой... Никому никогда не приходилось видеть,
чтобы собака сознательно менялась костью с другой собакой.
Никому никогда не приходилось видеть, чтобы какое-либо
животное жестами или криком показывало другому: это — моё,
то — твоё, я отдам тебе одно в обмен на другое»1.
Так же обстоит дело и со всеми людьми, действительно пони¬
мающими то, о чём они пишут; ясные и отчётливые мысли рождают
ясный и понятный язык, в то время как лабиринт слов есть вер-
ный показатель путаницы в уме.
Но вернёмся к нашему вопросу. После того как я объяснил, по¬
чему проект лиги противников золота есть фикция, равно как и
все схемы, основанные на выпуске денег под обеспечение
землёй,— остаётся ещё отметить фикцию бирмингамских денеж-
1 Адам Смит, Исследование о природе и причинах богатства народов, т. I,
Соцэкгиз, 1935, стр. 16. — Прим, перев.

414
ДЖОН ГРЕЙ
ных реформаторов, характер которой я могу лучше всего изло¬
жить, процитировав по газете «Таймс» слова г-на Мантца (Muntz),
произнесённые на публичном митинге в Бирмингаме в октябре
прошлого года.
«Теперь, сэр,— говорит он, обращаясь к председателю,— я
могу также указать на средство, предложенное мною в 1840 г.
комитету по эмиссионным банкам. Прежде всего, пока вопрос
обсуждается и улаживается, необходимо прекратить платежи на-
личными1. Второй необходимый шаг — полное размежевание
между Английским банком и правительством. Третий — изъя-
тие из рук банка управления денежным обращением страны и
передача его Национальному банку, управляемому агентами, на¬
значенными парламентом и ответственными перед ним, причём
этот банк должен выпускать банкноты, являющиеся законным
платежным средством. Этими банкнотами все прочие банки долж¬
ны оплачивать свои билеты по предъявлении. Четвёртый шаг —
уполномочить этих агентов выпускать свои билеты лишь посте¬
пенно, в таких размерах, чтобы действительно повысить все цены,
которые пали, а с ними золото и серебро до тех пор, пока цена се¬
ребра не дойдёт до 7 шилл. 6 пенсов за унцию, что будет удержи¬
вать пшеницу на уровне цены в среднем 7 шилл. 6 пенсов за бу¬
шель и все прочие цены в соответствующей пропорции. И когда
такая цена в 7 шилл. 6 пенсов была бы достигнута, Национальный
банк должен был бы всегда принимать серебро по 7 шилл. 6 пен-
сов и оплачивать билеты по предъявлении серебром по 7 шилл.
6 пенсов за унцию».
План г-на Мантца, подобно планам лиги противников золота и
сторонников денег с земельным обеспечением, основан на заблуж-
дении. Это план, не базирующийся ни на каком принципе,— это
часы без пружины, паровая машина без котла, мир без солнца.
Специфическая ошибка существующей денежной системы со-
стоит в том, что наши возможности увеличивать количество то-
варов большие, чем возможности увеличивать количество денег.
Поэтому, когда мы усиливаем работу нашей промышленности,
хоть и далеко не исчерпывая всех её возможностей, цены падают,
товары, уже имеющиеся налицо, могут быть проданы лишь с убыт-
ком, а когда это обнаруживается,то производство останавли¬
вается.
И специфическое исцеление, в какой бы форме оно ни явилось,
должно состоять в следующем: если даже наши производительные
силы напряжены до пределов возможного, цены не должны падать,
и тогда все наши товары до скончания века будут продаваться с
прибылью вместо убытка, при условии, если мы будем производить
их в должной пропорции.
1 Т. е. размен банкнот на золото. — Прим, перев.

ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
415
Ясно, что средство, предложенное г-ном Мантцем, было бы
совершенно неэффективно. В самом деле, его план напоминает мне
птичку в клетке, которая, подобно стерновскому1 скворцу, вечно
кричит: «Я не могу выбраться отсюда!». Эта птичка— производст¬
во. Но г-н Мантц — честный человек, ибо «Таймс» говорит, что
г-н Мантц честный человек, следовательно, г-н Мантц должен
быть честным человеком — довод безапелляционный.
Итак, честный г-н Мантц не любит неволи, и крик «я не
могу выбраться отсюда» мучительно режет его слух. «Ты долж¬
на выбраться»,— говорит г-н Мантц, немедленно отворяя дверцу
клетки, и наша птичка вылетает в комнату. Но когда птичка всё
еще повторяет: «# не могу выбраться отсюда», то г-н Мантц гово-
рит: «О, это уже слишком! Я нашёл тебя в клетке, я дал тебе сво¬
боду летать по комнате, а ты всё ещё жалуешься; так, хорошо же,
здесь тебе придётся остаться!».
Точно таково и наше положение. Производственные ресурсы
нашей нации заключены в клетку. Они заключены не тем или иным
человеком, не сэром Робертом Пилем и не редактором «Таймса»,
но крайним невежеством в вопросах обмена, которое царит во
всём обществе и в уме почти каждого из его членов. И этим произ-
водственным ресурсам г-н Мантц хотел бы дать свободу только в
известных, очень ограниченных рамках. Однако если бы они были
освобождены в этих рамках хоть завтра, то подобно нашей птичке
они всё ещё требовали бы свободы. Их требование, будучи разъяс¬
нено, означало бы: «Наше право и наша обязанность создавать
спрос, а не порождаться спросом».
Это и только это есть истинная коммерческая свобода, и толь¬
ко это есть критерий, которым должна быть испытана всякая де¬
нежная система и в зависимости от которого она должна сущест¬
вовать или пасть.
Оказалась ли бы денежная система г-на Мантца соответствую-
щей задачам нашей великой страны, если бы её проверили этим
критерием? Конечно, нет, и я искренно верю, что если бы сам г-н
Мантц сделал мне одолжение и вновь исследовал проблему денег
в данном мною освещении, то он, возможно, был бы склонен при¬
знать, что я прав.
Боюсь, что должен извиниться за свои многочисленные повто-
рения, но, разбирая вопрос, который, подобно данному вопросу,
для многих присутствующих, вероятно, нов отчасти, а для неко-
торых совершенно нов, я считаю нужным окончательно расчи¬
стить путь, по которому мы идём, закончить одно дело, прежде
чем начать другое, и, подразделяя, таким образом, наше исследо-
вание на части, основательно его выполнить.
1 Laurence Stern — английский юморист (1713—1768). — Прим, перее.

416
ДЖОН ГРЕЙ
Итак, если вне всяких разумных сомнений установлено, что
пропорционально построенное производство, которому не мешают
никакие капризы денежной системы, есть естественная причина
спроса, что, как говорит г-н Милль, «производство есть причина
и единственная причина спроса, оно никогда не создаёт предло-
жения, не создавая одновременно и в равной мере спроса», то от¬
сюда необходимо следует, что естественной границей самого про¬
изводства является неспособность поддерживать эту пропорцию.
Это положение, которое я считаю одним из самых важных во
всей политической экономии, к несчастью, кажется, совершенно
ускользнуло из поля зрения экономистов. Это верно по крайней
мере, насколько я знаком с их произведениями. Тем не менее,
как это ни странно, указанное положение является почти очевид-
ным. И из этой естественной границы производства и только из нее
возникают и только ей обязаны своим существованием две необ¬
ходимости, имеющие величайшее значение для коммерческих ин-
тересов наций. Первая из этих необходимостей есть внешняя тор¬
говля, вторая — эмиграция.
Не следует смешивать необходимость внешней торговли с её
выгодностью. Внешняя торговля становится выгодной в тех слу-
чаях, когда мы, нуждаясь в каком-либо предмете, получаем его
в обмен на другой предмет, производство которого требует мень¬
ше труда, чем производство того, который нам непосредственно
нужен.
Так, например, мы очень любим виноград. Как известно, весь¬
ма вкусный виноград может выращиваться в наших собственных
оранжереях. Чтобы подсчитать издержки по производству фунта
оранжерейного винограда, мы должны учесть ренту за оранже¬
рею, годичные издержки по содержанию её в исправности, стои¬
мость самих виноградных лоз, заработную плату садовника и
его помощников, стоимость топлива и ухода за печами и, наконец,
издержки по сбору готовых плодов и их доставке на рынок. Сло¬
жите вместе все эти расходы, сделанные на протяжении года,
разделите общую сумму на количество полученных фунтов вино¬
града, и в результате вы получите стоимость одного фунта.
На юге же Франции виноград очень хорошего качества выра¬
щивается на открытом воздухе. Следовательно, он производится
со значительно меньшей затратой капитала, искусства и труда,
чем требуется для его производства в нашей стране. Поэтому, ког¬
да мы будем иметь совершенно свободную торговлю с Францией,
что осуществится, когда обе нации выйдут из беспросветного не-
вежества в важном вопросе об обмене, тогда наш виноград будет,
вероятно, выращиваться большей частью в Шеффильде и не в оран-
жереях, покрытых стеклянными рамами, а в мастерской ножев¬
щика, товар которого при одинаковой затрате труда в такой же
мере превосходит по качеству товар французского конкурента,
ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ	417
как растущий на воле виноград юга Франции превосходит по ка¬
честву тепличный виноград Англии.
Теперь вы поймёте, какое огромное значение для интересов
наций имеет внешняя торговля, и притом задолго до того, когда
такая торговля становится необходимостью. Виноград может вы¬
ращиваться в нашей стране и притом с большим успехом, посколь¬
ку дело касается качества плодов. Подобным же образом ножевые
изделия могут производиться во Франции. Но жители обеих на-
ций платят теперь непомерную цену за эти нужные им предметы
и притом, очевидно, только ради удовольствия приносить попреж-
нему свои лучшие интересы в жертву торговому невежеству.
Торговля для наций есть то же, что обмен для индивидуума.
Например, первоклассный живописец хочет получить собственное
изображение в форме мраморной статуи, в то время как выдающий-
ся скульптор в равной мере стремится иметь своего двойника на
полотне. Посоветовали бы вы в этом случае художнику изваять
свою собственную статую, а скульптору — написать свой собст¬
венный портрет? Если нет, то для вас, очевидно, невозможно, не
допуская величайшей непоследовательности, санкционировать
какие бы то ни было ограничения в торговле как между индиви¬
дуумами, так и между нациями.
Но тут мы показываем наименее существенную сторону во¬
проса, ибо хороший художник мог бы попытаться изваять
плохую статую, а искусный скульптор—намалевать красками свое
подобие, между тем как вся избыточная производственная способ¬
ность тех или иных отраслей промышленности двух наций це-
ликом потеряна для этих наций, когда им препятствуют обме-
ниваться друг с другом продуктами. Это может быть пояснено уже
приведённым выше доказательством. Если бы, например, Фран-
ция могла производить фрукты стоимостью на 1 млн. фунтов боль¬
ше, чем она может в настоящее время продать, и если бы Англия
могла произвести ножевых изделий на ту же сумму больше, чем
она производит теперь, то очевидно, что, запрещая обмен, кото¬
рый обе стороны, как мы предполагали, хотят осуществить, —
мы облагаем обе страны налогом — по миллиону каждую, и это
столь же верно и несомненно, как если бы мы взяли из их сунду-
ков ту же самую сумму денег в золотой монете.
Отсюда вы поймёте, что когда свободным и неограниченным
торговым взаимоотношениям ставятся препятствия, то результат
получается двоякий. Во-первых, увеличиваются издержки произ¬
водства, причём получается продукция сравнительно низшего
качества, как в предположенном случае, когда художник* пре¬
вращается в скульптора и скульптор—в художника; и, во-вторых,
становится невозможным самое существование многомиллионного
богатства, которое при отсутствии всяких ограничений обмена
было бы создано и употреблено.

418
ДЖОН ГРЕЙ
До сих пор речь шла о выгодности внешней торговли, которую
как я уже сказал, не нужно смешивать с ее необходимостью,
вытекающей из совершенно иной причины, а именно из могущей
возникнуть у нации неспособности сохранять ту пропорциональ-
ность производства, от которой только, как уже многократно
указывалось, зависит наша способность производить до беско-
нечности, не превышая спроса.
Совершенно свободная система обмена была бы создана путём
учреждения национального менового банка по указанному мною
принципу, а именно банка, эмитирующего деньги для оплаты
промышленникам и торговцам меновой системы полной стоимости
всего недвижимого и движимого имущества, которое они доставят
на рынок.
Но, если бы при таком принципе банковой системы все могли
выбрасывать на рынок продукты своего труда и брать с рынка
эквиваленты в той форме, в какой сочли бы нужным, притом с та¬
кой же лёгкостью, с какой теперь вносят свои деньги в обществен¬
ный банк, чтобы в удобное время нужными им долями брать их об¬
ратно,— все же очевидно, что работа такого рынка неизбежно
была бы нарушена, коль скоро в обмен на товары, доставляемые
на рынок, нельзя было бы получить достаточного количества ка¬
кого-нибудь абсолютно необходимого для жизни предмета. Если
бы, например, население нашей страны настолько увеличилось,
что, сколько бы непосредственного труда мы ни затратили, мы не
могли бы снабдить себя достаточным количеством пищи, то либо
пропорциональное производство должно было бы немедленно
прекратиться, либо же некоторая часть нашего труда должна
была бы получить новое направление, т. е. мы должны были бы
производить такие товары, в обмен на которые жители какой-
нибудь другой страны или стран давали бы нам пищу. Наше рас-
суждение закончено: появилась необходимость во внешней тор-
говле, поскольку без неё мы больше не могли бы поддерживать то
пропорциональное снабжение на внутреннем рынке, от постоян-
ного наличия которого всегда зависит равенство между производ-
ством и спросом.
В отношении эмиграции ход рассуждения совершенно тот же.
Ибо, как и в случае с внешней торговлей, выгодность эмиграции
всегда должна в течение долгого периода предшествовать абсо¬
лютной её необходимости. Выгода, очевидно, появляется всегда,
когда какое-либо данное количество капитала, искусства и тру¬
да будет приносить больше дохода за границей, чем внутри
страны, между тем как абсолютная необходимость эмиграции
может возникнуть лишь тогда, когда пропорциональное снабже-
ние рынка не может долее поддерживаться ни нашим трудом, ни
применением нашего капитала во внешней торговле. О наличии
такой пропорции следует всегда судить по тому, может ли чело-
ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
419
век, имеющий деньги для расходования, получить за них по ра¬
зумной цене то, что он желает купить.
Однако тот день, когда мы более не будем в состоянии пропор-
ционально снабжать рынки нашей страны, мне кажется весьма
отдалённым. До сих пор всегда кричали не о товаре, а о покупа-
теле, и мы так легко могли бы в настоящее время производить и
распределять обширный запас всех материальных продуктов, ко¬
торые действительно необходимы для благосостояния общества,
что — я твёрдо верю — наступит день, когда открытие нации лю¬
дей, ходящих на головах, вызовет не большее изумление, чем исто-
рия торговой политики Европы и Америки в 1848 г. Ибо производ¬
ство и использование всего богатства, которое человек способен
и склонен произвести, столь очевидно являются его естествен¬
ной обязанностью и привилегией в этом мире, что будущие поколе-
ния потребуют серьёзного доказательства того, что было время
когда человек, при всей хвалёной силе его ума и философской
проницательности, действительно отказался от этого естествен-
ного предела материальных средств наслаждения и вместо него
принял воображаемую границу, благодаря которой миллионы че-
ловеческих существ умирали в различные периоды от искусст¬
венно созданного голода.
После того как я попытался показать элементарный принцип
обмена при наименее сложных условиях, стало, я надеюсь, доста¬
точно очевидным, что если производство вообще не будет необхо¬
димо создавать на рынке равный производству спрос, как бы ни
был свободен способ взаимного обмена, то пропорциональное
производство неизбежно должно и будет создавать такой
спрос.
Однако пропорциональное производство или, что то же самое,
пропорциональное снабжение внутреннего рынка, как было по¬
казано, зависит не только от нашей способности производить
внутри страны то, что нам требуется для потребления, использо-
вания или накопления; ибо внутренний рынок может продолжать
снабжаться пропорционально, пока мы можем производить та-
кие товары, в обмен на которые другие нации готовы давать нуж¬
ные нам товары. Вывоз и ввоз, таким образом, необходимо должны
быть при этом в точности равны друг другу.
Сохранение нашей внешней торговли не зависит, однако,
от какой-либо одной формы. Товары могут обмениваться непосред¬
ственно: например, английский каменный уголь может обмени-
ваться на французские вина. В этом случае естественные продукты
Англии даются в обмен на естественные продукты Франции.
Английские хлопчатобумажные ткани могут обмениваться на
французские шелка; в этом случае английский труд обменивается
на французский, поскольку материалы, на которые затрачен
труд, не являются продуктом ни одной, ни другой страны..

420
ДЖОН ГРЕЙ
Понятно, здесь, конечно, идёт речь лишь об основном материале,
ибо если бы мы взяли бесконечное множество второстепенных
предметов, необходимых для производства шёлковых и хлопчато-
бумажных товаров,— таких, как различные краски и химические
вещества, употребляемые в их производстве,— и если бы мы попы¬
тались проследить их первоначальные источники, то мы вскоре со¬
вершенно запутались бы в лабиринте деталей, не имеющих при-
том практического значения для нашего вопроса.
Далее, продукты одной страны — безразлично, состоят ли
они из отечественных материалов и отечественного труда, как в
первом случае, или только из отечественного труда, как во втором
случае,— могут быть даны другой стране в обмен на такие това¬
ры, которые самим покупателям не нужны, но которые могут
быть использованы покупателями для покупки у третьей страны
определённых товаров, за которые они не в состоянии предложить
какой-либо более прямой эквивалент.
Китай, например, производит чай, крупным потребителем ко¬
торого является Англия. Но Китай не возьмёт естественных про-
дуктов Англии в обмен на свой чай, а возьмёт золото, которое не
является продуктом нашей страны. Следовательно, для того чтобы
получить чай из Китая, мы должны сперва купить золото там,
где его можно получить в обмен на те товары, которые мы можем
за него дать. И для нас безразлично, можно ли получить
золото, нужное нам для этой цели, в обмен на продукты нашей
отечественной промышленности или же на заграничные про¬
дукты, полученные прямо или косвенно в обмен на нашу
продукцию.
Отсюда следует — и на этот пункт я хочу обратить ваше вни-
мание,— что как бы ни был сложен этот процесс, но до тех пор,
пока внутренний рынок может снабжаться пропорционально,
т. е. снабжаться в достаточной мере, такими товарами, какие на-
селение спрашивает в обмен на свои деньги,— до тех пор не мо-
жет быть никакого ограничения для действия важного принципа,
на котором я настаиваю и который заключается в том, что при пра¬
вильной денежной системе спрос стал бы и всегда продолжал бы
быть равным производству. Истинная цель и задача всякой тор¬
говли состоит в том, чтобы получить то, чем мы желаем обладать,
вместо того, что мы можем дать. И с коммерческой точки зрения
совершенно безразлично, достигается ли эта цель прямыми или
косвенными средствами. Ибо, если только она действительно
осуществляется без трудностей или неудобств, мы можем, если
хотим, вывозить всё, создаваемое нашим трудом, и ничего, не ис¬
ключая хлеба насущного, не потреблять, не использовать и не
накоплять, кроме предметов импорта.
Но может настать время, когда нельзя будет поддерживать
пропорциональное снабжение рынка внутри страны ни доставкой
ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
421
на наш рынок разнообразных продуктов нашей собственной про¬
мышленности, ни путем прямого или косвенного обмена этих
продуктов на продукты других стран, и тогда, но не раньше, не-
которые виды производительного труда станут избыточными в
нашей стране. Наступил ли этот период? Необходимо ли теперь
или было ли когда-нибудь необходимо производительному рабо¬
чему покинуть родную страну в поисках работы или, вернее,
была ли бы до сих пор необходима эмиграция, если бы в нашей
стране всегда действительно существовала свобода обмена, если бы
пропорциональное предложение было, как всегда должно быть,
единственным условием для постоянного равенства производ¬
ства и спроса?
Сознаюсь, что я не способен ответить на этот вопрос с какой-
либо уверенностью. Потребовалось бы утомительное и длительное
исследование, чтобы получить хотя бы правдоподобный ответ на
него. Решиться на это исследование было бы, однако, бесполез¬
ной тратой времени и работы ума. Нация в целом и все, не имею-
щие обеспеченного дохода, должны настаивать на немедленном
и тщательном исследовании данного вопроса. Ибо если утвержде-
ния, которые я уже сделал и ещё намерен сделать, верны, неопро¬
вержимы, как существование света или тепла, и могли бы быть
доказаны простыми подсчётами любому получившему приличное
образование двадцатилетнему юноше, то я утверждаю, что если
жители нашего государства в очень скором времени не потребуют
от правительства широких мер облегчения, то они будут вполне
заслуживать того, чтобы страдать, как они страдают теперь, от
постоянного недостатка денег, который для разнообразия сме-
няется время от времени денежным голодом.
Я бы, однако, серьёзно предостерёг вас от принятия по этому
вопросу каких-либо половинчатых мер, которые убаюкали бы
нас, создав иллюзию благополучия. Пропорциональное предло-
жение либо является естественной причиной спроса, либо нет.
Если оно не является таковой, то каждое из положений, выдвину-
тых мною перед вами, есть лишь сплетение бессмыслиц, заслужи-
вающих вашего презрения и насмешек, но если пропорциональ-
ное предложение есть, действительно, естественная причина спро¬
са, то наша задача ясна — добиться того, чтобы так было на
практике.
Возвращаюсь к описанию точной меры стоимости, состоящей
не из золота, не из серебра или какой бы то ни было ценной вещи,
но лишь из принципа (merely of a principle).
Если мы уже усвоили, что каждый участвующий в меновой
системе промышленности торговец или делец, торгующий до¬
мами, землёй или другой недвижимостью, должен сам назначать
стоимость товаров или имущества, которые он доставляет на ры-
нок, и что, получив гарантию полного возмещения, банк тотчас
422
ДЖОН ГРЕЙ
же должен уплатить ему полную стоимость указанных товаров
или имущества в деньгах по его собственной оценке, то возникает
вопрос, в какой именно форме можем мы получить ту точную
меру стоимости, при помощи которой все меновые сделки между
людьми должны осуществляться с не меньшей степенью точности
и правильности, чем в том случае, когда две вещи одинакового
вида и стоимости отдавались бы одна за другую весом, мерой или
счётом?
Я особенно просил бы вашего внимания к этому вопросу, по¬
тому что его, кажется, до сих пор ложно понимали все, но в осо¬
бенности первоначальные издатели «Вестминстерского обозрения»1,
теперешние издатели «Таймса», бирмингамские денежные рефор¬
маторы, представленные г-ном Мантцем, и лондонские денежные
реформаторы, представленные лигой противников золотого за¬
кона. Короче говоря, людям всех политических оттенков, чьи
мнения по вопросу о деньгах вообще известны публике, ещё
нужно усвоить самое представление о чём-либо похожем на истин¬
ную меру стоимости. Очень немногие среди них имеют хотя бы
малейшее понятие о том, что стоит нам лишь реформировать или,
скорее, реконструировать нашу денежную систему, чтобы не¬
медленно перейти к состоянию общества, настолько же превосхо¬
дящему с коммерческой точки зрения то, которое существует те¬
перь, насколько способ передвижения с одного места на другое
по железной дороге превосходит способ передвижения наших
предков.
Вы уже поняли, я думаю, что если бы всё то, что мир называет
богатством, как реальным, так и персональным 2, во всех его
разновидностях и в самых малых долях, могло бы с удобством
обмениваться на основе одинакового веса, одинаковой меры или
одинакового количества, то не было бы вообще необходимости в
деньгах; и что потому и только потому, что это не может быть
сделано, мера стоимости необходима не только для удобства,
но для самой возможности торговых сделок, сколько-нибудь зна-
чительных по размерам или величине.
Вы видели, далее, что золотая монета не с большим успехом
может быть названа мерой стоимости, чем восточный ветер, хотя
бы потому, что если любое число унций, делённое на 16, даст чи¬
сло фунтов, любое число футов длины, делённое на три, даёт
всегда и при всех обстоятельствах число ярдов, никакое данное
количество унций или футов любой вещи, исключая лишь само
золото, не будет постоянно обмениваться на одинаковое весовое
количество золота, даже если бы количество труда, необходимого
для производства обмениваемых вещей, и потребность в них
1 Этот орган, как уже было упомянуто, находится теперь в других руках.
1 Подразумевается имущество недвижимое и движимое.— Прим, перев.

ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
423
оставались бы совершенно неизменными. Следовательно, золото
не мера стоимости, а простой товар, цена которого, измеряемая
другими товарами, в действительности повышается и падает
так же часто, как и цена других вещей, хотя такие колебания до из¬
вестной степени скрываются от взгляда публики в силу действия
законной фикции, что стоимость золота составляет 3 фунта
17 шиллингов ЮУг пенсов за унцию. Действительно, предпола¬
гается, что золото является мерой стоимости. Законом страны
также провозглашено, что это так. Но фактически всё же утверж-
дение, что золото есть мера стоимости, не более верно, чем то, что
2 плюс 2 есть 5, 15, 50 или 500.
Закон может сделать очень многое, но все же есть очень много
вещей, которых он не может сделать. Закон, например, может
изменить имя человека или даже животного. Он может постано¬
вить, что отныне всех собак следует называть кошками, а всех ко-
шек собаками. И если бы такой закон был введён, то, что же, в
будущем все кошки стали бы лаять, а все собаки мяукать? Но за-
кон не может прекратить действия закона притяжения или пре¬
вратить полуночную тьму в полуденное солнце, или холодный
декабрьский ветер в июльский зной. И всё же закон пытается де-
лать вещь, столь же невозможную, как любая из указанных, когда
он издаёт идиотский приказ (idiotic mandate): «золото должно
быть одновременно масштабом и мерой стоимости». Ибо, подобно
тому как земля, на которой мы живём, одна, точно также сущест-
вует один масштаб, одна мера стоимости, данная нам рукой самой
природы. Кроме неё нет никакой другой. И сделать другую —
не более во власти человека, чем сделать другое солнце или дру¬
гую луну. Человек не может отбросить этот естественный масш-
таб стоимости и вместо него установить какое-либо золотое его
подобие, не понеся за свою безумную самонадеянность такое на-
казание, какое постоянно ждёт нарушителя всякого естественного
закона. Наказание за наше неповиновение должно наступить и
наступает независимо от того, знаем ли мы, что нарушаем какой-
либо естественный закон, или нет.
Объявляя вам, что человеческий труд есть одновременно источ-
ник и единственная возможная мера стоимости, я не сообщаю
вам ничего нового. Вам говорилось об этом много раз раньше,
и, может быть, никто так серьёзно не подчёркивал этого, как наш
великий соотечественник доктор Адам Смит. Вот его подлинные
слова:
«...Стоимость всякого товара для лица, которое обладает
им и имеет в виду не использовать его или лично потребить,
а обменять на другие предметы, равна количеству труда, кото¬
рое он может купить на него или получить в своё распоряжение.
Таким образом, труд представляет собою действительное мерило
меновой стоимости всех товаров.

424
ДЖОН ГРЕЙ
...Труд был первоначальной ценой, первоначальной покуп¬
ной суммой, которая была уплачена за все предметы. Не на зо¬
лото или серебро, а только на труд первоначально были приобре-
тены все богатства мира; и стоимость их для тех, кто владеет ими
и кто хочет обменять их на какие-либо новые продукты, в точности
равна количеству труда, которое он может купить на них или по¬
лучить в свое распоряжение.
...Таким образом, один лишь труд, стоимость которого никогда
не меняется, является единственным и действительным мери-
лом, при помощи которого во все времена и во всех местах можно
было расценивать и сравнивать стоимость всех товаров.
...Таким образом, очевидно, что труд является единственным
всеобщим, равно как и единственным точным мерилом стоимости
или единственной мерой, посредством которой мы можем срав¬
нивать между собою стоимости различных товаров во все вре¬
мена и во всех местах. Как уже было указано, мы не можем опре-
делять действительную стоимость различных товаров от одного
столетия к другому количествами серебра, которые даются за них.
Мы не можем определять ее от одного года к другому количествами
хлеба. Но количествами труда мы можем с величайшей точностью
определять её как от столетия к столетию, так и от одного года к
другому.
...Надо всегда помнить, что труд, а не какой-либо особый
товар или группа товаров, является действительным мерилом
стоимости как серебра, так и всех других товаров» Ч
Я думаю, что каждый беспристрастный читатель признает,
что на протяжении всех томов «Богатства народов» нельзя найти
ни одной доктрины, которая была бы изложена менее двусмыс¬
ленно и более чётко, чем та, которую я только что цитировал.
И всё же, странно сказать, на этом доктор оставляет свою аксио-
му — словно она вырвалась у него чисто случайно — нераз¬
работанной, неразъяснённой, непрослеженной в её результатах
и для всех практических целей мёртвой буквой, каковой, к не¬
счастью, она осталась до сего дня.
Однако, повторяя великую истину, которая была изложена
много лет тому назад тем, блеск чьего имени способствовал славе
этого просвещённого города 8, я хотел бы вам напомнить, что пре¬
небрежительное оставление в течение полувека или около того
наиболее важных открытий без практического применения — для
нас дело не новое. В самом деле, сравнительно немногие из тех лю¬
дей, которые принесли большую пользу миру, когда-либо встре-
1 «Wealth of Nations», Edition, Edinburgh, William Greech, J806, V.l,
p. 39, 40, 43, 44, 48, 49, 258 (см. Адам Смит. Исследование о природе и при-
чинах богатства народов, т. 1, стр. 30, 32—33, 35—36, 167.— Прим, персе.}.
• А. Смит в течение ряда лет жил в Эдинбурге. — Прим, перев.

ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И -УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ	425
чал и при своей жизни со стороны широких кругов общества до¬
стойную оценку результатов их исследований. Почему же мы
должны быть обескуражены тем, что принцип социальной науки,
подтверждённый одним из наших величайших философов нового
времени, оставался без действия в течение 72 лет? И, далее, по¬
чему мы, поддерживаемые таким авторитетом, должны отказы¬
ваться от надежды когда-либо увидеть труд получившим свое
истинное положение в мире в качестве общепризнанной меры
стоимости, равно как и ее источника? Почему должны мы хотя
бы одну минуту колебаться придать труду практически
то важное назначение, которого он, естественно, никогда, никоим
образом не может быть лишён? Дело совершенно ясно — труд
есть действительный масштаб, единственная действительная мера
стоимости. Следовательно, если мы будем продолжать упрямо
и глупо отказываться принимать его за таковую, то мы должны
тогда обходиться вообще без какой бы то ни было действительной
меры или масштаба стоимости, ибо ни в какой иной возможной
форме получить её мы не можем.
Итак, если мы будем склонны продолжить это исследование
несколько дальше, то ближайшей вещью, с которой мы встретим-
ся, будет старая серия стереотипных вопросов, повторяемых в
десятитысячный раз: «Как вы это сделаете? Как преодолеть то?
Как объяснить другое?» и т. д. В данном случае эти и подобные
вопросы могут быть немалочисленными и немаловажными. И всё
же после более чем двадцатипятилетних размышлений на эту
тему я вполне готов сказать, что я не только не вижу никакой
практической трудности в точном измерении трудом стоимости
любого рода (value of any kind), но, что я не думаю, чтобы кто-либо
мог выдвинуть против немедленного осуществления этого
какое-либо возражение, которое я не был бы в состоянии тотчас
же и раз навсегда опровергнуть.
Поскольку труд, как провозглашено доктором Адамом Сми-
том, является единственным истинным масштабом и мерой стои¬
мости, возникает вопрос: при помощи какого процесса возможна
измерять самый труд? Например, одинаковые количества труда—
часовая работа в каменноугольной копи и за ткацким станком,—
конечно, не вознаграждались бы одинаковой оплатой. Продукт
двенадцатичасового труда, затраченного в деле, требующем дли-
тельного обучения, например в гравировальном деле, не мог бы
справедливо обмениваться на продукт двенадцатичасовой рабо¬
ты, не требующей такого предварительного обучения или вообще
какой бы то ни было подготовки.
И, далее, едва ли возможно с полной справедливостью одина¬
ково оплачивать 50 человек, даже если они заняты одинаковой
работой. Существуют и всегда будут существовать не только от-
тенки различия, но большое различие в стоимости труда одного и
426
ДЖОН ГРЕЙ
другого человека по степени искусности, трудолюбия, добросо-
вестности и по поведению даже в тех случаях, когда люди номи¬
нально одинаковы по положению, занятию и общим усло-
виям.
Затем, когда речь идёт о лицах свободных профессий, как,
например, адвокаты, врачи и т. д., стоимость часа труда одного
человека часто больше, чем стоимость одного дня или даже не-
дели труда другого человека.
Поскольку это так, то как же, повторяю я свой вопрос, может
быть измерен самый труд — единственная мера стоимости,—
чтобы никому не причинить обиды, чтобы тем более не совершать
большой несправедливости, поставив человека в такое положение,
когда он не будет более в состоянии установить стоимость своего
собственного времени в сравнении с временем других при помо¬
щи единственного правильного способа проверки всякой сравни¬
тельной стоимости, каким является точная сумма денег, за кото¬
рую может быть продан при свободном взаимном соглашении
какой-либо труд, услуга или товар?
Ответ на этот вопрос таков, что природа не противоречит сама
себе. Поэтому, если только мы повинуемся её велению со скру¬
пулёзной точностью, — мы никогда не попадём в тупик. В данном
случае мы убедимся, что принцип свободной и неограниченной кон-
куренции между людьми во всяком занятии, будь то свободные
профессии, торговля, механическая или ручная работа, нахо¬
дится в совершенном согласии с естественной мерой стоимости —
трудом и что, следовательно, акт, который признал бы труд за¬
конной мерой и масштабом стоимости, подобно тому как он всегда
был и должен всегда быть естественной её мерой,— такой акт
не причинил бы никакого практического затруднения или
неудобства никакой категории конкурентов. В одних случаях
существуют огромные, в других — очень незначительные разли-
чия между стоимостью труда одного и другого человека. Но прин-
цип свободной и неограниченной конкуренции всегда будет со¬
гласовывать эти различия с достаточной для всех практических
целей точностью, пока каждый человек будет совершенно сво¬
бодно назначать стоимость своего труда и получать её, если
сможет.
А теперь мы оказываемся непосредственно перед великой ци¬
таделью булльонистов, укрепления которых, сделанные из со¬
ломы, мы легко сотрём в порошок.
Вечная ошибка булльонистов состоит в предположении, что
бумажные деньги, не размениваемые по предъявлении на фиксиро¬
ванное весовое количество золота или серебра, обязательно должны
обесцениваться.
Это предположение, однако, есть простая иллюзия, ибо стои¬
мость однофунтового билета, неразменного на какое-либо фикси¬
ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
427
рованное количество золота, серебра или чего-либо другого, со¬
вершенно легко может быть фиксирована законом с математиче¬
ской точностью и определённостью. Это может быть сделано
не только таким способом, чтобы не опасаться возможности
обесценения, но такому законному билету сверх того может быть
придана любая стоимость по усмотрению нации, и билет сохра-
нял бы эту стоимость, даже если бы число билетов было увеличе¬
но в сто, тысячу и миллион раз.
Мы уже указали, что неотъемлемой частью денежной системы,
под влиянием которой производство, ныне — следствие спро¬
са, могло бы превратиться в его причину, является то, что
товары, помещённые на меновых складах, должны немедленно
оплачиваться меновыми банками, в то время как обязанность
продать их остаётся на их производителях или импортёрах. Эта
великая привилегия получения оплаты наперёд до продажи
должна быть связана с одним условием, а именно, что на каждой
фабрике в королевстве, где производятся товары меновой системы,
должна существовать определённая минимальная цена труда,
выплачиваемая рабочими деньгами.
Пусть новички в вопросах политической экономии воздержатся
здесь от шуточек по поводу упоминания о какой-то фиксиро¬
ванной заработной плате, ибо если они и рискнут спорить со
мной по этому вопросу, то я знаю, что они будут разбиты. Спра¬
ведливость поэтому требует, чтобы они были об этом предупреж¬
дены.
Минимальная плата за труд, уплачиваемая бумажными день¬
гами, означает не что иное, как отправной пункт в конкурент¬
ной борьбе, принципу которой она нисколько не противоречит,
подобно тому как одновременный старт не противоречит прин¬
ципу состязания в Аскоте и Эпсоме х. Её значение таково: «Пусть
первым к финишу придёт тот, кто может, но стартовать по справед¬
ливости должны все одновременно».
С точки зрения общей постановки вопроса — к частностям
мы вскоре перейдём — безразлично, где именно назначается
старт. Минимум заработной платы может быть фиксирован в 5,
10, 20 или 50 шилл. в неделю. Никакого реального различия
между этими величинами, т. е. между суммой в 5 и 50 шилл. не
было бы, ибо реальной заработной платой рабочего в каждом слу-
чае был бы продукт его собственного труда, в то время как его
недельная заработная плата в деньгах была бы только наименова-
нием этого самого продукта.
Для большей наглядности обозначим отправной пункт, —
т. е. низшую ставку заработной платы за 60—72-часовую неделю,
которая по закону может быть назначена любому достигшему
1 Места знаменитых скачек.— Прим, перев.

428	ДЖОН ГРЕЙ
21 года рабочему на любой фабрике меновой системы в королевстве,—
наименованием 20 шилл., или один рабочий фунт. Тогда само со¬
бою следует,— ибо сама природа предначертала «да будет так»,—
что каждое лицо, обладающее большей ловкостью или искусст-
вом, выполняющее важную обязанность или занимающее высшую
должность на фабрике меновой системы, потребовало бы ставку
заработной платы, превышающую 2& шилл. в неделю, причём раз-
мер надбавки был бы строго пропорционален заявленной работни¬
ками и признанной хозяином степени превосходства данной рабо¬
ты над низшей ступенью, оплачиваемой, как уже сказано, мини¬
мальной ставкой в 20 шилл. в неделю.
Итак, если бы минимальная недельная ставка заработной пла¬
ты на большой фабрике была 20 шилл., то, очевидно, лучшие ра-
бочие зарабатывали бы от 21 до 25 шилл., а ещё лучшие — от 26
до 30 шилл., а мастера, может быть, — от 35 до 60 шилл. или даже
больше, тогда как конторские служащие, кассиры и другие лица,
занимающие места, требующие доверия и ответственности, потре¬
бовали бы жалованье, колеблющееся от ста до тысячи и более
фунтов в год. Так по крайней мере обстоит дело сейчас, и мы, пред¬
лагая совершенно иной базис для построения всей нашей денежной
системы, ни на йоту не нарушаем того принципа, которым в
настоящее время регулируются различия в норме вознаграж-
дения.
Ибо если мы согласимся удвоить минимальную ставку обыч¬
ной заработной платы, то всё останется на том же самом месте,
т. е. если мы удваиваем заработную плату кочегара, то мы должны
также удвоить и заработную плату инженера. Удваивая зара¬
ботную плату ткача, мы должны удвоить заработную плату ма¬
стера, кладовщика, конторского служащего, кассира и, короче
говоря, каждого работника. Так что, если отправной пункт или
минимальная ставка заработной платы были раз зафиксированы,
то удвоением мы абсолютно ничего не изменили бы; мы согласи¬
лись бы лишь обозначать ту же самую вещь большим и более вну-
шительным наименованием. Подобно тому как «то, что мы назы-
ваем розой, пахло бы столь же сладко и под любым другим име-
нем», недельный продукт труда рабочего будет точно таким же,
каков он есть, обозначим ли мы этот продукт наименованием 20,
50 или 500 шилл. в бумажных деньгах. Еали бы была введена
правильная денежная система, то не имело бы ровно никакого зна-
чения , была л и бы минимальная ставка заработной платы для раз-
личных работ меновой системы равна 20, 10, 40 или 5 шилл. в
неделю, конечно, при условии, что не существовало бы таких лиц,
как должники, кредиторы, лица, обременённые обязательствами,
контрактанты и т. п. Но освещение этого вопроса я должен оста¬
вить для следующей моей лекции.

ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
429
ЛЕКЦИЯ VI
Продолжение и окончание темы IV и V лекций.— Ошибочность
существующего принципа чеканки. — Объяснение и демонстрирование
истинных принципов чеканки.
В моей предыдущей лекции я старался показать, что только
трудом можно измерять стоимость и, далее, что, если бы не суще¬
ствовало долгов, кредитов и денежных обязательств, то, посколь¬
ку денежная цена товаров есть лишь одно наименование, выбор
последнего зависел бы всецело от нашего усмотрения, ибо, состав¬
ляла ли бы заработная плата человека 20, 10, 40 или 5 шилл.
в неделю, для него это было бы безразлично.
Но долги, кредиты, обязательства и контр акты существуют— и
притом на большую сумму. Не секрет, что один лишь разряд
долгов 1 составляет сумму в 800 млн. или около того. Со всеми
этими долгами и обязательствами следует поступить справедливо,
в противном случае мы принесём честь и славу Англии в жертву
на алтарь её нужды. Я уверен, однако, что наша нация охотнее
согласилась бы уплатить свой государственный долг вдвойне, чем
уплатить его не полностью, или, что то же самое, обесцененными
деньгами. И при правильной денежной системе уплатить наш го¬
сударственный долг вдвойне было бы гораздо менее трудной за¬
дачей, чем продолжать платить ежегодно проценты по этому долгу
при наших теперешних урезанных ресурсах.
Необходимо, однако, объяснить этот вопрос полностью, тем
более что ребяческие высказывания «Таймса» по этому поводу по¬
лучили такое широкое распространение, что многим лицам, имею-
щим здравое суждение по другим вопросам, было навязано оши¬
бочное предположение, будто бумажные деньги, неразменные
ни на какое фиксированное весовое количество золота или сереб¬
ра, необходимо должны быть обесценивающимися деньгами. Иначе
говоря, если я должен вам теперь 100 фунтов,— причём в уплату
этого долга вы можете потребовать при теперешнем законе 100
соверенов золотой монетой законного веса и пробы, — то, как
только у нас будет введён вместо теперешнего соверена бумажный
фунт, неразменный на какое-либо фиксированное количество зо¬
лота, мой долг в 100 фунтов не будет вам реально уплачен целиком,
поскольку вы получите такого рода билеты, а не золотую монету.
Для доказательства величайшей нелепости этого учения я
возьму сперва один крайний случай, потом другой, а затем попы¬
таюсь ознакомить вас с действительной природой банкноты, ко¬
торая должна быть немедленно установлена законом в качестве
нашего единственного национального масштаба и меры стоимости
и в которой, следовательно, должны отныне выполняться все
наши денежные обязательства — существующие и будущие.
1 Грей имеет в виду государственный долг Англии.— Прим, перев.

430
ДЖОН ГРЕЙ
Уже указывалось, что в будущем мы должны иметь в нашей
конкуренции отправной пункт, заключающийся в минимальной
ставке недельной заработной платы, которая уплачивается бу¬
мажными деньгами и ниже которой по закону страны не должно
оплачиваться ни одно лицо, достигшее 21 года, занятое на какой-
либо фабрике меновой системы или работой какого бы то ни было
рода. От этой минимальной цены труда все другие вещи столь же
определённо получили бы свою соразмерную денежную цену бла¬
годаря действию принципа индивидуальной конкуренции, как
они получают ее в настоящее время посредством действия того же
самого принципа при отсутствии какого бы то ни было масштаба
стоимости.
Предположим, что минимальная ставка заработной платы в
данной профессии составляет теперь 20 шилл. в неделю. Я беру
сумму в 20 шилл. только ради упрощения рассуждения. Я не
имею в виду сказать, что 20 шилл. в неделю составляют в дей-
ствительности минимальную ставку заработной платы в какой-
либо профессии в настоящее время, но я беру эту сумму для моего
рассуждения предпочтительно перед всякой другой, потому что
это есть наша денежная единица, а именно — фунт стерлингов.
Итак, если человек в настоящее время может получить фунт стер-
лингов в обмен на свой недельный труд, то ясно, что продукт его
труда, каков бы этот продукт ни был, должен теперь стоить одну
золотую монету, называемую совереном, потому что он,
действительно, обычно получает в обмен на свой труд либо эту
монету, либо же фунтовый билет, немедленно обмениваемый на
нее. Предположим, далее, что минимальная цена труда согласно
меновому принципу, установления которого я добиваюсь, была бы
фиксирована в 10 шилл. в неделю и что тот же самый человек, ко¬
торый, по нашему предположению, зарабатывает 20 шилл. в не-
делю в наших теперешних деньгах, получал бы отныне только 10
шилл. в неделю вместо 20 теперешних. Неизбежен вывод, что,
поскольку недельный продукт труда этого человека был бы точно
такой же, как и до того, наши 10 рабочих шилл. были бы в точно¬
сти равны по стоимости прежним 20 шилл. Другими словами, наш
однофунтовый рабочий билет стоил бы как раз два однофунтовых
билета Английского банка, или два золотых соверена.
Но если бы — и это ни на один фартинг не затронуло бы ин-
тересов работника — минимальная ставка заработной платы по
нашему принципу была фиксирована в 5 шилл. в неделю вместо
10, то наш однофунтовый билет стоил бы 4 соверена. Если бы мы
установили указанный минимум в 2 шилл. 6 пенсов в неделю вме-
сто 10 шилл.,— наш однофунтовый рабочий билет стоил бы 8 со-
веренов. Если бы минимальная ставка заработной платы была
установлена в один единственный шиллинг в неделю, то — всё
же без какого-либо мыслимого неудобства или потери для работ¬
ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
431
ника — один наш. рабочий фунт стоил бы ровно 20 фунтовых би-
летов Английского банка, или 20 золотых соверенов. Он на самом
деле обменивался бы на те или другие, причём наш рабочий шиллинг
оценивался бы ровно в 20 шилл. теперешней чеканки и стоил бы
соверен!
Это — по поводу «обесценения», которое, по мнению этих муд-
рых джентльменов — прежнего редактора «Вестминстерского
обозрения» и теперешнего редактора «Таймса», — необходимо дол¬
жно последовать в результате замены металлических денег бумаж¬
ными.
«Но,— говорят эти учёные персоны,— ибо если бы они не гово¬
рили этого, они отошли бы от той линии, которой они до сих пор
держались,— допустим, что существующие продукты труда об-
менивались бы на эквиваленты, которые могли бы называться без¬
различно 20, 10, 5 шилл., 21/г шилл. или 1 шилл. Действительно
ли вы хотите сказать, что если бы все производительные силы Ве-
ликобритании были выпущены на волю, подобно удерживаемым
в шлюзах водам озера, внезапно вырвавшимся из своего заклю-
чения, то ваш рабочий фунт, на какой бы теперешней стоимости
вы ни решили его фиксировать, продолжал бы обмениваться на то
же самое весовое количество золота, на какое он обменивался бы
первоначально? Этого, конечно, не могло бы быть».
Совершенно ясно, что этого не было бы, и в этом-то как раз ваша
слабость и моя сила! Это тот самый пункт, к которому направлено
всё рассуждение, итог и сущность всего того, на чём я настаиваю,
а именно: если мы увеличиваем количество товаров быстрее, чем
количество денег, то цены падают и производство должно остано¬
виться,’ если же мы увеличиваем количество денег столь же быст¬
ро, как и количество товаров, то цены не упадут и, следовательно,
пропорциональное производство может продолжать возрастать
до скончания века. И хотя в обмен на появившиеся во множестве
продукты, конечно, не давали бы столько же золота или серебра,
сколько давали бы первоначально, когда их было сравнительно
мало, всё же сами продукты, о которых только мы и должны за¬
ботиться, были бы не менее ценны в общепринятом смысле этого
слова, чем раньше. Вновь построенные дома, например, были бы
столь же комфортабельны, как и старые, и, возможно, были бы
немного лучше высушены и имели бы лучшую вентиляцию; до¬
бавочная пища была бы столь же питательна, одежда столь же
тепла и мебель столь же удобна, даже если бы количество всего
этого было увеличено в тысячу раз.
Стоящий перед нами вопрос ясен: будем ли мы удерживать наш
вымышленный масштаб стоимости — золото и, таким образом,
держать в заточении производственные ресурсы страны, или мы
прибегнем к естественному масштабу стоимости и тем самым
освободим наши производственные ресурсы?

432
ДЖОН ГРЕЙ
Это и есть суть всей денежной проблемы, итог и сущность раз-
ногласия между сторонниками золотых и бумажных денег. И я уве-
рен, что ни сэр Роберт Пиль, ни лорд Джон Рассел, ни г-н
Джонс Ллойд, ни г-н Кобден вместе с издателем «Таймса», с лю-
бым сторонником золота из членов обеих палат парламента
в придачу не в состоянии опровергнуть эти положения либо
возразить на них лучше, чем самой ребяческой и очевидной софи¬
стикой.
Но вернёмся к нашему рассуждению. Мы уже видели, что
если бы минимальная цена труда была фиксирована в очень не¬
большой сумме рабочих денег, т. е. если бы мы её назвали 5, 2‘Д
или даже 1 шилл. в неделю, стоимость рабочего фунта значительно
превышала бы стоимость существующего фунта стерлингов.
Отсюда, с другой стороны, следует, что, если бы минимальная цена
труда была выражена в очень большой сумме, результат был бы
обратный. Допустим, например, что мы установили минимальную
ставку заработной платы в 5 рабочих фунтов, в то время как зара¬
ботная плата того же рабочего составляла бы, как и в предыду-
щем примере, 1 ф. ст. Так как продукт труда этого человека оста¬
вался бы тот же, что и раньше, то, очевидно, полученная им за
неделю пятифунтовая рабочая банкнота распоряжалась бы только
1 совереном или тем, что стоит 1 соверен. Следовательно,
практически он со своими 5 фунтами в неделю был бы точно в та-
ком же положении, как и в предположенном прежде случае с 20,
10, 5, 2X/S шилл. или даже только с 1 шилл. в неделю. Его реаль¬
ная заработная плата состояла бы из того количества предметов
необходимости, удобства и комфорта, на которое обменивался бы
продукт его труда. И так как сущность этого продукта не была
бы затронута одним лишь наименованием, которое было бы ему
дано, то самому рабочему было бы решительно всё равно, будет
ли его заработная плата в рабочих деньгах равна 5 шилл. или 5
фунтам в неделю, поскольку его относительное положение в об-
ществе было бы в обоих случаях одинаковым.
Совершенно иначе выглядит вопрос с точки зрения имеющихся
долгов, кредитов и денежных обязательств. Ибо согласно дов-
леющему над всем принципу индивидуальной конкуренции каж¬
дая годная к продаже вещь в стране по указанному мною закону
неизбежно получала бы свою денежную цену от минимальной цены
труда, уплачиваемой на фабриках меновой системы. Фиксируйте
эту минимальную цену труда на слишком высоком уровне, и вы
ограбите каждого кредитора; фиксируйте её на слишком низком
уровне, и вы ограбите каждого должника.
Допустим, например, что минимальная недельная заработ¬
ная плата во всех отраслях промышленности по всему королевству
для людей в возрасте 21 года и больше равна теперь 10шилл.
Предположим, что эта оплата справедлива не только в отношении
ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
433
самих работников, но также и в отношении всех должников и
кредиторов. Современная цена всех товаров, следовательно,
соответствует этому положению вещей. Минимальная заработ¬
ная плата должна в этом случае равняться 10 шилл. и в рабочих
деньгах, так как при этом условии сравнительное положение
должников, кредиторов и всякого рода лиц, имеющих денежные
обязательства, оставалось бы тем же самым. Но фиксируйте этот
минимум в 20 шилл. вместо 10, и вы немедленно лишите каждого
кредитора в пользу должника половины следуемых ему сумм.
Фиксируйте минимум в 5 шилл., тогда вы подобным же образом в
точно таких же размерах ограбите каждого должника, т. е. вы как
раз удвоите его долг. В первом случае вы даёте возможность долж¬
нику погасить долг ровно половиной продуктов труда, которые он
действительно должен; в последнем же случае вы принуждаете
его уплатить свой фактический долг вдвойне.
Из сказанного, надеюсь, ясно, что стоимость бумажных де-
нег может быть фиксирована законом на том уровне, который бу-
дет признан правильным (proper), и притом с такой же математи¬
ческой точностью, с какой мы можем в любое время создать по
закону новую единицу меры или веса. Следующий наш вопрос та-
ков: какова, практически говоря, должна быть точная стоимость
рабочего фунта?
Это такой вопрос, на который можно ответить лишь другим
вопросом; правильный ответ на последний, осмелюсь утверждать,
не мог бы дать даже комитет из 20 лучших бухгалтеров Европы
менее чем в семилетний срок. Этот вопрос таков.
Кракова была стоимость денег, оцениваемая в труде взрослого
человека в различные периоды, когда был заключён каждый су-
ществующий на сей день денежный договор? Никто ни при каких
стараниях никогда не мог бы считать себя способным точно от-
ветить на этот вопрос. Возможно, что некоторое слабое подобие
справедливости, но не более того, можно было бы оказать мил-
лионам кредиторов. Одним словом, стоимость денег от момента
возникновения многих денежных обязательств, существующих
ныне и долженствующих существовать в будущем, колебалась в
столь большой степени, что вопрос о том, на каком уровне следует
фиксировать стоимость рабочего фунта так, чтобы справедливо
оплатить притязания всех существующих должников и кредито-
ров, совершенно равносилен такому вопросу: если 10 тыс. чело-
век в различные периоды времени ссудили 10 тыс. совершенно раз-
личных денежных сумм, то какую точно сумму денег должны мы
вернуть каждому человеку, для того чтобы справедливо оплатить
его притязание, при том непременном условии, чтобы всем было
уплачено поровну?
Итак, дать правильный ответ на поставленный нами вопрос
явно невозможно, и так как возникло бы много разногласий,
434
ДЖОН ГРЕЙ
если бы вопрос о точной стоимости однофунтового билета,
будущего нашего законного платёжного средства, стал предметом
общего обсуждения, то я ограничусь здесь только объяснением
принципа, согласно которому следует определить эту стоимость,
тем более что это исследование даст нам возможность решить дан¬
ный вопрос с точностью, почти достаточной для всех практиче-
ских целей.
Было уже разъяснено, что если бы не было таких людей, как
должники или кредиторы, и таких вещей, как денежные договоры
или обязательства, то наш рабочий фунт, будучи лишь условной
вещью, мог бы получить свою стоимость от минимальной недель-
ной заработной платы труда в меновой системе (standard labour),
фиксированной любым образом, учитывая, что 5, 10, 20 или 100
шилл. были бы фактически одинаковой стоимостью для каждого.
Но так как должники и кредиторы, а также денежные договоры
существуют, то фиксация законом минимальной ставки заработ¬
ной платы становится актом первостепенной важности.
Возьмём пример, совсем близкий для каждого находящегося
в этом помещении. В Шотландии существуют так называемые
feu-duties, что означает, говоря о них в единственном числе, веч-
ный годичный платёж такого-то количества денег собственнику
данного земельного участка за вечное и исключительное владе-
ние и пользование этой землёй. Причём право получать feu-duties,
с одной стороны, и право владеть и пользоваться землёй — с
другой,— это два различных наследственных права, передавае-
мых, если право наследования не ограничено, по желанию од-
ним лицом другому, до скончания века.
Итак, если считать теперешнюю стоимость денег правиль¬
ной — ибо это будет кратчайший и лучший способ рассмотрения
вопроса — и если, далее, принять теперешнюю минимальную
заработную плату в различных производительных занятиях,
существующих во всём королевстве, равной 10 шилл. в неделю,
то действительная минимальная цена труда на фабриках ме-
новой системы должна равняться тем же 10 шилл. в неделю,
и вот почему.
При указанных выше условиях человек, уплачивающий или
получающий 10 шилл. наследственной арендной платы, теперь
уплачивает или получает минимальный продукт недельного труда
одного взрослого человека. Следовательно, если фиксировать по
закону указанную минимальную цену труда в 10 шилл. в неделю,
то сравнительное положение каждого хозяина и его вассала
(every superior and his vassal) останется неизменным, но если
установить этот минимум в 20 шилл., вы немедленно лишите хо¬
зяина как раз половины следуемых ему сумм. Если устано¬
вить его в 5 шилл., тогда вы действительно удвоите сумму-аренд-
ной платы в ущерб вассалу. Ибо, в то время как сумма денег,
ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
435.
уплачиваемая вассалом хозяину, во всех этих случаях одна и
та же, стоимость самих денег уменьшается ровно наполови¬
ну в первом случае и увеличивается ровно вдвое — в пос-
леднем.
Избегнуть этих двух крайностей и найти золотую середину
(the happy medium) между ними, при фиксации минимальной
ставки заработной платы или, вернее говоря, при установлении
ее денежного наименования, есть обязанность законодательства.
Но раз эта минимальная заработная плата установлена наиболее
справедливым из всех возможных способов, она вечно должна
оставаться неизменной как закон, масштаб и мера стоимости для
британской нации.
Я хорошо знаю, что идея фиксации заработной платы в ка¬
кой бы то ни было форме или по какому бы то ни было прин¬
ципу будет казаться очень странной некоторым резонёрам. На са-
мом деле я не предлагаю фиксировать чью-либо заработную плату,
но лишь установить законом принцип, по которому заработная
плата сама будет устанавливаться в любой отрасли труда, будь
то свободные профессии, торговля, труд техников, рабочих или
же труд домашних слуг. В защищаемой мною доктрине нет ни
одного положения, которое предлагало бы нарушить хотя бы
на мгновение самую неограниченную свободу индивидуальной
конкуренции между людьми или нациями, как нет ни одного по-
ложения, которое в малейшей мере расходилось бы с правильно
понятым учением доктора Адама Смита. В самом деле, я только
сказал вам, как сделать то, что по указанию великого учителя
должно быть сделано.
«Таким образом, один лишь труд, стоимость которого никогда
не меняется, является единственным и действительным мерилом,
при помощи которого во все времена и во всех местах можно было
расценивать и сравнивать стоимость всех товаров».
«Надо всегда помнить, что труд, а не какой-либо особый то-
вар или группа товаров, является действительным мерилом
стоимости как серебра, так и всех других товаров».
«Таким образом, очевидно, что труд является единственным
( и всеобщим, равно как и единственным точным, мерилом стоимо¬
сти или единственной мерой, посредством которой мы можем
^сравнивать между собой стоимости различных товаров во все
времена и во всех местах». Меня поэтому не очень смутило бы,
если бы кто-нибудь возразил: «Но сэр Роберт Пиль не уплатил
исправно по векселю, выданному на его мудрость доктором Ада-
мом Смитом». Верно, он не сделал этого. Напротив, вексель по¬
зорно просрочен и давно опротестован. Но лучше поздно, чем
никогда. Кем-либо, если не самим сэром Робертом Пилем, век¬
сель всё же, конечно, будет оплачен, и притом до последнего фар¬
тинга.

436
ДЖОН ГРЕЙ
Итак, согласно изложенному мною плану обмена деньги
страны состояли бы из рабочих банкнот, варьирующих по стои¬
мости от минимума в 1 фунт до максимума, быть может, в 100 тыс.
фунтов.
Эти билеты должны выпускаться тремя родственными учреж-
дениями, которые нужно соответственно назвать меновым бан-
ком Англии, меновым банком Шотландии и меновым банком
Ирландии. Банкноты должны выдаваться банковским агентам,
которых в больших городах должно быть много, в Лондоне по
крайней мере двадцать и по одному в каждом меньшем городе,
вообще сколько-нибудь значительном по размерам.
Операции этих трёх национальных банков в их банкнотных
департаментах заключались бы в выдаче денег отделениям, в по-
лучении денег от них, в ведении счетов с этими отделениями и
в наблюдении за ними. В металлических департаментах опе-
рации были бы точно такими же. Эти банки должны выдавать
по требованию всем своим агентам золотые, серебряные и медные
монеты, когда указанные монеты потребуются. С другой стороны,
агенты должны периодически возвращать своим шефам бумаж¬
ные, золотые, серебряные или медные деньги, которые у них
окажутся в избытке. Таким образом, общество получит золотые,
серебряные, медные и бумажные деньги в количестве, достаточ-
ном для любой коммерческой цели.
На три родственных банка, следовательно, легла бы обязан¬
ность заготавливать достаточное количество золотых, серебря-
ных и медных денег, чтобы удовлетворить любой спрос, который
мог бы возникнуть во всём королевстве. Исходя из современного
опыта, вы, несомненно, подумаете, что это очень трудная задача.
Но предполагаемая трудность будет быстро уменьшаться
по мере того, как мы будем ближе подходить к ней, и очень скоро
окажется, что никакой трудности здесь нет. Однако, прежде
чем перейти к вопросу о чеканке монет, я хочу подчеркнуть, что
эти три меновых банка не вели бы никаких дел ни с кем, помимо
своих собственных агентов и правительства.
Я замечу здесь, что этим трём меновым банкам вскоре после
их учреждения правительство поручило бы собирать все налоги,
учитывая, что эти банки, конечно, были бы в состоянии выпол¬
нять эту обязанность без того, чтобы хоть одно лицо было занято
в буквальном смысле их сбором. Ибо пусть только банковая
система, учреждения которой я добиваюсь, будет основательно
понята — тогда, по всей вероятности, всё это нагромождение пош-
лин, акцизов, гербовых сборов, пооконных и всяких других сбо-
ров будет немедленно уничтожено. Одинаковый процент от вся¬
кого вида продукции меновой системы был бы единственным
налогом. И этот налог меновые банки могли бы собирать бей каких
бы то ни было или почти без издержек. Даже местные налоги для
ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
437
каждого округа, вероятно, также могли бы собираться без из-
держек отделениями менового банка. Но я не буду сейчас рас¬
пространяться на эту тему.
Сами меновые банки содержались бы за счёт взимания неболь¬
шого процента за эмиссию. Для этой цели был бы достаточен
очень малый процент, так как все денежные операции трех ко-
ролевств были бы гораздо менее сложны по своей природе, чем
операции любого крупного банкового учреждения, существую-
щего теперь в стране.
Но вы, вероятно, заметили, что мы до сих пор оставляли
без внимания одно из свойств денег, на важность которого я ука-
зал в одной из первых лекций. Я имею в виду свойство делимости.
До сих пор мы рассматривали принципы и план здоровой денежной
системы до банкноты в один фунт включительно. Наша дальней-
шая задача, следовательно,— обеспечить делимость указанного
фунта на шиллинги, пенсы, полупенсы и, если понадобится,
также и на фартинги.
И здесь позвольте мне задать вопрос: видел ли когда-либо кто-
нибудь из вас нечто невозможное? Вы, без сомнения, слыхали
о невозможных вещах, но я спрашиваю не об этом. Видели ли вы
когда-либо нечто невозможное? Да, вы видели и не одну только
невозможную вещь, а множество их. Вот нечто невозможное,
оно называется совереном х, а это — другая невозможность, она
называется шиллингом, а это — третья невозможность, она на¬
зывается пенни. Тем не менее я, может быть, не совсем прав,
ибо на самом деле эти монеты лишь воспринимаются как невоз¬
можности, не будучи в действительности таковыми. Они на деле —
самозванцы, путешествующие под ложным именем, и, к несча¬
стью для нас, они — нечто ещё худшее, ибо нет на сегодняшний
день в пределах Британии золотой, серебряной или медной мо¬
неты, которая не была бы сама неопровержимым свидетельством
величайшей порочности нашей денежной системы.
Шиллинг, например, считается неизменным по наименованию,
весу и стоимости. Тем не менее никогда со дня рождения Адама
не приходил на ум энтузиасту более абсурдный и немыслимый
проект, чем упорная попытка правительства этой страны соче¬
тать неизменность наименования, веса и стоимости в куске метал¬
ла определённой пробы. С таким же успехом мог бы быть сохранён
лёд в горне или горящие угли на ледяной глыбе.
Мы можем пользоваться монетой, дав ей наименование, ка¬
кое нам заблагорассудится. Она может состоять из золота, се¬
ребра, меди, бронзы или из какого-нибудь другого металла, ко¬
торый мы сочтем пригодным для ее изготовления. Она может
быть постоянно или одного и того же наименования и веса, или
1 Монета показывается аудитории.
438
ДЖОН ГРЕЙ
одного и того же наименования и стоимости, но изобрести моне¬
ту, которая будет всегда одного и того же наименования, веса и
стоимости,— это задача, неосуществимая ни для одного поколе-
ния человеческого рода.
Единственной истинной мерой стоимости является труд.
Следовательно, если бы наш фунт стал представителем труда
определённого количества и качества, то отсюда следует, что
наши шиллинг и пенс должны были бы отныне состоять соот-
ветственно из 1/20 и 4ii0 весового количества серебра и меди,
на которое будет обмениваться наш фунт. Но никакая истинная
мера стоимости не может постоянно обмениваться на одно и то же
весовое количество золота, серебра, меди или какого бы то ни
было вещества. Но просто признать золото мерой стоимости это
вовсе не значит сделать его таковой, точно так же как назвать
воду огнём не означало бы действительно превратить её в огонь,
с помощью которого мы могли бы согреваться и варить пищу.
Называйте его как вам угодно, но золото есть мера стоимости
не в большей степени, чем огонь и вода, и никто не знал этого
лучше и не высказался яснее и решительнее по этому поводу,
чем доктор Адам Смит.
Но мы должны теперь перейти к тому, чтобы практически рас-
смотреть вопрос о чеканке.
Итак, прежде всего, как я уже сказал, монеты могут быть
либо неизменного наименования и веса, причём в этом случае
их стоимость должна колебаться, или они могут быть неизменного
наименования и стоимости, но в этом случае их вес должен быть
подвержен изменениям. А для хорошего функционирования лю¬
бой правильной денежной системы необходимы оба эти вида мо-
нет, тогда как до настоящего времени мы имели лишь один из них.
Шиллинг, например, может постоянно быть шиллингом, т. е.
он может быть 1/80 фунта. Но если бы сам фунт был истинной
мерой стоимости, то, очевидно, невозможно, чтобы он мог из
года в год и из столетия в столетие покупать то же самое весовое
количество серебра. Наш шиллинг, следовательно, состоял бы
и действительно должен состоять из V10 того весового количе¬
ства серебра, которое будет покупаться за один рабочий фунт,
в то время как пенни должно состоять из V240 того весового ко¬
личества меди, которое будет покупаться за один рабочий фунт.
Подобным же образом полпенса и фартинг должны состоять из
х/<80 и х/мо того же весового количества этого металла.
Далее, очевидно, что никакой фунтовый билет, будучи сам
мерой стоимости, не может продолжать в течение неопределён-
ного периода обмениваться на одинаковое весовое количество се¬
ребра или меди. Ибо раз труд есть единственная истинная мера
стоимости, и за одинаковые количества труда, конечно, полу¬
чали бы не всегда одинаковые количества серебра или меди,—
ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
439
либо прямо, если этот труд непосредственно употреблён на руд-
никах, либо косвенно, в обмен на его продукты, если он употреб-
лён другим путём, — то, следовательно, никакое фиксированное
весовое количество серебра или меди не может постоянно стоить
х/20 или х/г40 части того, стоимость чего по природе неизменна.
Поэтому монетный двор должен был бы перестать существо¬
вать в качестве правительственного учреждения и стать простым
придатком к меновым банкам. Его задача в будущем — произ¬
водить для банков золотые, серебряные и медные монеты в том
количестве, в каком они могут понадобиться. Крона всегда дол¬
жна состоять из х/4, х/а кроны — из х/8, а шиллинг и шестипен¬
совая монета — соответственно из х/20 и 1/40 весового количе¬
ства серебра, получаемого в обмен на рабочий фунт, каково бы
это весовое количество серебра ни было.
Здесь при первом взгляде могут представиться одна или
две мнимые трудности, но так как на деле они в полном смысле
этого слова окажутся мнимыми, то достаточно будет очень не¬
большого исследования, чтобы рассеять недоразумение.
В настоящей лекции было указано, что меновые банки долж¬
ны по требованию выдавать своим агентам, а агенты подобным же
образом должны снабжать население всем тем количеством золо-
тых, серебряных или медных монет, которое может понадобиться.
Какими способами, спрашивается, должны меновые банки полу¬
чить достаточное количество золота, серебра и меди для изготов-
ления огромного количества монет, которое может потребоваться?
Ответ очевиден: банкирам меновой системы останется лишь
покупать всё потребное количество металлов за свои собственные
билеты. «Как! — скажет удивлённый булльонист, — покупать
золото и серебро, покупать драгоценные металлы и притом
«в любом количестве, которое может потребоваться», за простые
клочки бумаги, не имеющие сами по себе вообще никакой стоимо¬
сти? Не ослышался ли я?»
Совершенно верно. Деньги — рабочие банкноты,— предла¬
гаемые, таким образом, банками в уплату за такое количество
золота и серебра, какое им может понадобиться, будут состоять
из требований британскому рынку на всё то, что на этом рынке
находится. На нём будут продаваться земля, дома, хлеб, скот и
товары всякого рода и вида. И разве это не будет стоить по край¬
ней мере некоторого количества указанных драгоценных метал-
лов, которые сами находятся в числе предметов, всегда покупае-
мых за рабочие банкноты. Конечно, будет. В таком случае не
имеет значения, много или мало этих металлов можно получить
в обмен на то, что может быть дано за них. Рабочий шиллинг
может безразлично для кого бы то ни было быть величиной и ве-
сом с теперешнюю крону или с теперешнюю шестипенсовую мо¬
нету. До этого никому не будет дела, учитывая, что в общем,
440
ДЖОН ГРЕЙ
какова бы ни была стоимость того, что необходимо отдать за ун-
цию серебра, последняя, если речь идёт о небольшом промежутке
времени, всегда возместит эту стоимость. То же самое верно
также и в отношении золота и меди. Если же прошло бы много
времени прежде чем эти металлы, купленные таким образом бан¬
ками, были бы реализованы, то шансы таковы, что за этот про-
межуток они скорее повысились бы, чем понизились в стоимости
по сравнению с продуктами труда вообще. Следовательно, ка¬
кое бы количество других вещей мы ни были вынуждены когда-
либо отдать за эти металлы, последние, вероятно, будут обмени-
ваться по меньшей мере на такое же количество, если будет остав¬
лена безумная попытка сделать золото мерой стоимости других
товаров.
В самом деле, пусть золото и серебро займут принадлежащее
им на рынке место рядом с маслом и яйцами, сукном и ситцем.
Тогда стоимость благородных металлов будет столь же мало ка¬
саться нас с коммерческой точки зрения, как теперь нас мало
касается, с одной стороны, стоимость алмаза, а с другой — стои¬
мость самой дешёвой вещи, которую торговля удостаивает наз-
вания товара. Если бы этих металлов стало много, до абсолютного
избытка, или мало ввиду их крайней редкости, то это было бы
совершенно неважно. Ибо, как говорит доктор Адам Смит, «де¬
шевизна и обилие золотой и серебряной посуды были бы един¬
ственной выгодой, которую мы могли бы извлечь в первом слу-
чае; и дороговизна и редкость этих не имеющих большого значе-
ния предметов роскоши были бы единственным неудобством, от
которого мы могли бы страдать во втором случае» Ч
Таким образом, какое бы количество золота ни потребовалось
меновым банкам для того, чтобы снабжать своих агентов и через
них публику, это количество получалось бы без всяких затрудне-
ний в обмен на рабочие банкноты. И так как всё золото, серебро,
медь,которые могли бы быть куплены банками на рабочие день¬
ги, получили бы в точности цену денег, данных за них, то равно-
весие спроса и предложения было бы точно сохранено, как и
в случае с любым другим товаром. Золото, серебро и медь были
бы точно такой же частью запасов, т. е. предложением, в руках
самого менового банка, в то время как уплаченные за эти ме¬
таллы деньги в точности составили бы соответствующий спрос
в руках публики.
Другая мнимая трудность в отношении объясняемой мной
денежной системы может заключаться в изменяющемся весе пред-
лагаемых серебряных и медных монет. Но это возражение, если
оно будет выдвинуто, фактически лишено основания. Серебряная
монета должна быть законным платёжным средством только на
1 «Wealth of Nations», edition already quoted, V. 1, p. 332.

ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
441
сумму в 20 шилл., а медная — только на сумму в 1 шилл. Люди,
конечно, могли бы тезаврировать серебряную монету на тот
случай, если при следующем выпуске она будет легче, но польза
от этого получилась бы ничтожная. Во всяком случае единствен-
ным заметным результатом было бы оживление дел в серебряном
департаменте монетного двора. А если такое же замечание будет
сделано в отношении меди, то с ним можно совершенно не счи¬
таться. Практически говоря, эти монеты никогда не взвеши-
ваются, и каждому присутствующему здесь джентльмену моих
лет и старше должно быть хорошо известно, что шиллинги и ше¬
стипенсовики, не стоившие соответственно девяти и четырех
пенсов, долго были ходячей монетой в королевстве без большого-
или без всякого неудобства для кого-либо.
Таким образом, у нас предусмотрен достаточный запас банк-
нот, серебряных и медных монет, причём указанные монеты всегда
были бы одного и того же наименования и стоимости. Но я
уже сказал вам, что для бесперебойного функционирования пра¬
вильной коммерческой системы необходимы также монеты неиз-
менного наименования и веса. Таким образом, мы подходим к воп¬
росу о золотой монете, которая, поскольку она никогда не
должна изменяться ни в наименовании, ни в весе, необходимо
должна быть подвержена колебаниям в стоимости.
Единственная золотая монета, которую я хотел бы иметь,
должна состоять из одной унции золота теперешней монетной
пробы. Что касается её наименования, то это имеет мало значе-
ния. Предположим, что мы назовём её королевой в царствование
^женщины и королем в царствование мужчины *. Или избавимся
от этой беспримерной нелепости — от монеты, которая называется
совереном, и пусть это имя будет присвоено отчеканенной унции
золота, которая, конечно, была бы более достойной пред¬
ставительницей суверенности, чем теперешнее жалкое ничто¬
жество.
Такая же категория монет неизменного наименования и веса,.
в отличие от неизменного наименования и стоимости, могла бы
также состоять из унции серебра, т. е. каждая монета —
назовите её как угодно — должна состоять из одной унции
серебра.
Меновые банки должны были бы иметь эти товары — ибо
монеты были бы деньгами не более, чем говядина или бекон,—
в достаточном запасе, для того чтобы снабжать своих агентов и
через них публику. Поскольку золото и серебро, из которых эти
монеты соответственно состояли бы, покупались бы на рынке за
1 Ныне — июнь 1848 г.— я предпочёл бы эти названия всякому другому»,
хотя бы для того только, чтобы показать перед лицом Европы и всего мира*
наше неизменное уважение к британской конституции.

442	ДЖОН ГРЕЙ
рабочие банкноты (как я уже показал, эти металлы, несомненно,
-будут приобретаться за рабочие деньги в количествах, безусловно
достаточных, чтобы удовлетворить всем требованиям), постольку
цена унции золота и серебра должна, конечно, быть такой,
какую бы сочли необходимым уплатить за них рабочими день¬
гами. Эта цена, без сомнения, колебалась бы подобно всякой дру¬
гой. Но ведь нет никаких оснований к тому, чтобы цена золотой
и серебряной монеты не колебалась бы так же, как цена камня,
извести, леса, хлеба или угля. Что действительно нелепо — это
наша абсурдная попытка сделать одну вещь мерой стоимости вся¬
кой другой. И если бы эта попытка была просто нелепостью и ни-
чем более, то мы могли бы позволить себе смеяться над ней. Но,
к несчастью, это не так, ибо достоверно, что наша искусственная
денежная система не только стоит нам потери тысяч миллионов
богатства, которое было бы произведено и использовано, но она
превратила нас в нацию, вернее — в расу поклонников одного
только вещественного богатства (physical wealth), которое, по
самой высокой оценке, есть лишь одна из различных вещей, нуж-
ных в жизни, притом не самая главная.
Из сказанного, надеюсь, видно, что принятие предложенной
мной банковой системы немедленно и навсегда освободило бы
производственные ресурсы нашей страны и тем самым доставило
бы нам ту самую меру богатства, к созданию которой мы имели
бы способность и склонность, причём действительный спрос был
бы всегда равен пропорциональному предложению, а предложе-
ние было бы всегда равно действительному спросу. В то же время
я воздержался от малейшего ненужного вмешательства в сущест-
вующие обычаи и предрассудки общества, поскольку дело ка¬
сается наименований и подразделений самих денег.
Десятичная система счёта, без сомнений, проще, чем . наше ли¬
шённое стройности деление фунта стерлингов на двадцатые,
двухсотсороковые и девятьсотшестидесятые доли. Но я не был
бы склонен изменять наименования наших рабочих денег, во
всяком случае одновременно с принятием единственной правиль¬
ной меры стоимости вместо ложной меры, составляющей в на¬
стоящее время проклятие для нашего общества. Ибо такое изме-
нение, по крайней мере в первое время, привело бы многих в за-
мешательство, возникли бы некоторые неудобства, произошло бы
много ошибок, и всё это было бы отнесено за счёт вновь принятого
денежного принципа, а не за счёт десятичной системы чеканки,
с которой предложенный мной денежный принцип не находится
ни в какой необходимой связи. Рано или поздно десятичная си¬
стема чеканки вероятнее всего вытеснит все остальные. Но, по¬
скольку наше существующее подразделение фунтовОго билета
на шиллинги, пенсы и фартинги достаточно просто для вс’ех прак-
тических целей, я в настоящее время не желал бы его изменения.

ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ	443
Существует также и другой пункт, по поводу которого может
возникнуть много недоразумений при поверхностном рассмот-
рении темы этих лекций. Могут спросить: не применима ли опи¬
санная вами денежная система исключительно к нашей внутрен¬
ней торговле? Конечно, нет! И даже если бы это было так, то раз¬
ве это является основательным возражением против ее примене-
ния в нашей внутренней торговле? Конечно, нет. Но для указан-
ного возражения не только нет ни малейшего основания — дело
обстоит как раз наоборот: так как для нашей внутренней тор¬
говли не понадобилось бы ни одной унции золота, то всё количе¬
ство золотой монеты в стране, нужное в настоящее время для
ведения внутренней торговли, немедленно высвободилось бы для
целей внешней торговли. Таким образом, поскольку дело касается
тех вопросов, которые мы уже успели разобрать, результаты на¬
шего рассуждения говорят исключительно в мою пользу.
Но помимо всего этого было определённо указано, что в ка-
честве элемента денежной системы, введения которой я добиваюсь,
в меновом банке всегда должен быть достаточный запас благород-
ных металлов, состоящий из унций золота и серебра, для удовлет-
ворения любого требования, которое может быть к нему предъяв¬
лено. Было также доказано, что меновой банк может создать
/па/сой запас. Что же помешает нам вести нашу внешнюю торговлю
с помощью векселей, оплачиваемых соответствующим коли-
чеством унций золота или серебра? Я имею в виду все те случаи,
когда договорам в этой форме могут оказать предпочтение перед
договорами о фунтах менового банка. Нельзя возражать против
того, чтобы золото и серебро употреблялись как орудия обмена,
будь то между человеком и его ближайшим соседом или же между
одной и другой нациями. Безумие нашей современной системы
состоит в попытке сделать благородные металлы мерой стоимости,
а не в использовании их как орудия обмена.
Очень скоро выяснилось бы, сколько унций золота или се¬
ребра можно было бы получить в Лондоне, Эдинбурге или Дуб-
лине в обмен на сто- или тысячефунтовую рабочую банкноту.
Цена этих металлов была бы всегда известна публике из газет,
и потому купец, живущий в любой части света, желающий полу¬
чить золото или серебро в обмен на товар, отправляемый в Лон-
дон, Ливерпуль или в какой-нибудь другой британский порт,
мог бы, если бы захотел, обусловить платеж в золоте или се-
ребре точно так же, как он это может сделать в настоящее
время.
Едва ли нужно указывать, что огромная доля всех наших
иностранных платежей и поступлений в золоте или серебре суть
просто платежи и оплата разницы, причём на самом деле употреб¬
ляется очень мало золота или серебра по сравнению со всей сум¬
мой действительно совершённых операций. Однако во всяком
444
ДЖОН ГРЕЙ
случае нам незачем заниматься этим вопросом. Нам достаточно
сказать, что предложенная мной банковая система не только
не мешала бы употреблять золото и серебро в качестве посредни-
ков во внешнем обмене, но еще более облегчила бы это дело.
В настоящее время нет единообразной денежной системы
даже в Европе. Наш шиллинг не имеет хождения во Франции,
а франк — в Англии. Более того, на юг от Твида 1 отказываются
принимать даже наши шотландские банкноты, в то время как
банкнота самого Английского банка в более отдалённых частях
Шотландии составляет своего рода редкость.
Я должен изложить вам в этот вечер ещё один вопрос, объяс-
нением которого закончится настоящая лекция.
Каждый шиллинг, уплачиваемый коммерческими кругами
наших королевств Английскому, Шотландскому, Ирландскому
или любому другому существующему эмиссионному банку под
названием процента за деньги, представляет только напрасно
выброшенные деньги, а самый акт платежа процента представ-
ляет Прямую бессмыслицу. И с того момента, когда нация будет
иметь свой собственный банк, основанный на разумных началах,
от него можно будет получить любую нужную для ведения наших
операций сумму денег, не потратив ни пенса на уплату процента.
Что подумали бы вы о человеке, который, построив дом и уп-
латив за него всё до последнего гроша своими собственными
деньгами, пошёл бы к банкиру и сказал: «Я построил дом, сэр,
и так как он теперь совершенно готов, то я пришёл договориться
с вами о ренте, которую я должен платить вам за разрешение
в нём жить». «Я ничего не имею против того, чтобы взять ваши
деньги, сэр,— ответит банкир, — и потому допустим, что вы бу¬
дете платить мне 50 фунтов в год; но нельзя ли узнать, каким
именно путем получу я право на эту ренту?»
Но как бы абсурдно ни показалось это предположение, я ут¬
верждаю, что в предположенном мною случае имелось бы точно
столько же оснований для ежегодной уплаты 50 фунтов за ничто,
как теперь для платежа 50 фунтов в год каким-либо торговцем ка¬
кому-либо банкиру в качестве процента за его бумажные деньги,
и по вполне очевидной причине, а именно потому, что нация, мо-
жет в любое время учредить сама для себя банкирский дом, с по¬
мощью которого в будущем было бы сбережено, в точном смысле
этого слова, каждое пенни, потраченное на уплату процентов.
Вы, конечно, ясно понимаете, что в этом вопросе, как и во всех
других защищаемых мною вопросах, которые я изложил перед
вами, мой девиз, говоря словами г-на Мак-Куллоха, всегда та-
ков: «Экономист не должен создавать системы и изобретать
1 Река, впадающая в Северное море. Южная граница Шотландии. — Прим,
перев.

ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
445
схемы для увеличения богатства и наслаждений отдельных клас-
сов, но должен обратиться к открытию источников националь-
ного богатства и всеобщего благосостояния».
Подпишитесь все под этой цитатой, и у меня не будет никаких
трудностей в защите моего дела. У меня есть все основания ду¬
мать, что по крайней мере здесь это положение Мак-Куллоха
пользуется признанием, и, исходя из этого, я продолжу рассмот-
рение вопроса.
В первую очередь имейте, пожалуйста, в виду, что процент
на деньги, процент на капитал и собственно издержки по веде-
нию банкового дела являются или, скорее, должны быть тремя
совершенно различными вещами. Именно так они должны рас-
сматриваться для правильного понимания стоящего перед нами
вопроса.
Начнём с предположения, что коммерсант выбрасывает на
рынок меновой системы товары стоимостью в 10 тыс. фунтов,
под которые он получает от менового банка 10 тыс. фун-
тов. Что в этом случае ссужает банкир коммерсанту? Да ровно
ничего. Он только по получении надлежащего обеспечения пре-
доставляет коммерсанту портативное, удобопередаваемое и де-
лимое удостоверение о том, что последний доставил на рынок ме-
новой системы имущество стоимостью в 10 тыс. фунтов. При по¬
мощи этого удостоверения наш купец вместе со всяким другим
купцом, участвующим в меновой системе королевства, поставлен
в положение, когда он одинаково в состоянии покупать и прода¬
вать. Однако банкир не авансировал купцу стоимости ни в ка¬
кой форме, если не считать бумаги и печатания, стоящих шил-
линг или около этого. Следовательно, если он может требовать
проценты, то лишь на сумму, почти равную нулю. Действитель-
ным капиталистом здесь является заёмщик денег, а не их заимо-
давец, и, следовательно, если бы в этом случае процент вообще
должен был уплачиваться, то заёмщик должен был бы уплатить
его самому себе, ибо никто другой не может претендовать на него.
Британская нация никогда до сих пор не имела никакого банка.
Английский банк, например, это не банк для Англии, но лишь
для его собственных владельцев, интересы которых диаметрально
противоположны интересам публики, между тем как для всех
практических целей он представляет собой не что иное, как уза¬
коненную компанию безответственных людей, вмешивающихся
в чужие дела и распоряжающихся уровнем стоимости всякого
имущества. Банк недавно брал 7% и даже 8% за оказываемые им
якобы услуги, тогда как, как я сейчас покажу вам, 1/8 % с суммы
операций или около того — вот сколько примерно будет взи¬
мать будущий Английский банк, который должен быть учреждён
для защиты общественного интереса вместо интересов компании
частных спекулянтов. К этому вопросу я вернусь в следующей
446
ДЖОН ГРЕЙ
моей лекции; но вам необходимо понять сейчас следующее:
так как все деньги, в точном смысле этого слова, должны иметь
лишь репрезентативный характер, то тот, кто лишь эмитирует
деньги, не обязательно даёт взаймы какую-либо ценность и, не дав
ничего, не имеет права на процент.
Процент на капитал, однако, как я сейчас попытаюсь объяс¬
нить, есть вещь, отличная от процента на деньги. Человек, на-
пример, имеет товары, стоящие тысячу фунтов, которые он хо-
чет передать на меновой рынок. Банкир меновой системы, полу-
чив надлежащее обеспечение, уплачивает ему тысячу фунтов.
А так как эта сумма в тысячу фунтов в его руках представляет
его собственность, то акт ссуды этих денег кому-либо является
добросовестной передачей заёмщику капитала на такую же точно
сумму. Поскольку капитал был бы определённым источником
дохода, если бы остался у своего собственника, постольку он,
очевидно, может приносить разумную норму процента в обмен
за его использование, когда он передаётся другому лицу. Следо-
вательно, вто время как банкир меновой системы не может иметь
никакого разумного притязания на какой-либо процент за свою
эмиссию, ясно, что каждый другой человек имеет полное право
ссужать свои деньги по существующей норме процента, причём
эта норма, подобно любой другой цене, регулируется конкурен-
цией заимодавцев. И, таким образом, очевидно, что процент на
деньги и процент на капитал могут быть двумя очень различными
вещами; причём первый является в большинстве случаев про-
стым налогом, который в силу обстоятельств одна категория лю¬
дей может налагать на другую, тогда как процент на капитал
всегда является результатом совершенно справедливых и разум-
ных соглашений между людьми.
Итак, после того как мы старались показать существенное
различие между процентом на деньги и процентом на капитал,
нам остаётся ещё исследовать третью часть этого вопроса: что
представляют собой издержки по ведению банкового дела в точном
смысле этого слова?
Как это ни может с первого взгляда показаться странным, тем
не менее верно, что единственное крупное дело, которое не тре-
бует никакого оборотного капитала, — это банковое дело. Про-
мышленник, купец, лавочник, фермер, садовник, рыбак, более
того — даже подённый рабочий должны иметь по крайней мере
некоторый оборотный капитал, в то время как банкиру, и только
ему одному, требуется оборотного капитала на сумму не более
стоимости печатной бумаги, которую он может иметь в обраще-
нии. И хотя на основе принципа денежной системы, которую я
охарактеризовал, его специальная обязанность состояла бы в том,
чтобы доставлять чеканную монету в достаточном количестве
для употребления во всём королевстве, всё же ни одна шестипен¬
ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
447
совая монета из этих денег никогда, даже на один час, не была
бы его собственностью, и ни малейшая часть их никогда не до¬
ставлялась бы за его собственный счёт.
! Меновому банку, однако, потребовался бы значительный
Основной капитал, состоящий из зданий, в которых находились-
бы Английский, Шотландский и Ирландский банки, причём все
Отделения их — подразумеваю самые помещения — также при¬
надлежали бы соответствующим главным банкам. Прибавьте
к стоимости всех этих зданий стоимость специальной отделки,,
обстановки и приспособлений, сейфов, счётных книг и не особен¬
но обширную типографию при каждом из трёх главных банков,
и этим сказано всё о капитале, который требуется меновому
банку. Разветвлённая в национальном масштабе счётная контора
и её обстановка плюс три типографии — вот вкратце список,
всего банковского имущества, нужного нашей великой нации;
ни одной шестипенсовой монеты оборотного капитала, за исклю-
ением бумаги и стоимости печатания самих банкнот, не требует -
я, и ни для чего она не могла бы понадобиться.
Единственная плата, следовательно, которую меновые банки
ыли бы вправе взимать со своих клиентов, состояла бы из про¬
ектной надбавки, достаточной для того, чтобы оплатить,
о-первых, процент на их основной капитал, который мог бы быть
редоставлен правительством, но мог бы временно быть собран
[ обычной акционерной компанией; во-вторых, жалованье дирек-
торов, управляющих, счётчиков, агентов, клерков и швейцаров;
-третьих, случайные расходы; в-четвёртых, типографские рас¬
ходы и, наконец, расходы монетного двора, который, как уже
Упомянуто, был бы простым придатком к трём меновым бан-
кам.
Эти операционные расходы должны были бы покрываться
не годовой процентной ставкой за деньги, авансируемые бан¬
ками коммерсантам, но процентом с их сделок с банками. Бан-
кир меновой системы, как уже объяснено, не смог бы предъяв¬
лять своему клиенту никаких требований, связанных со сроком,
на который деньги ему ссужены, потому что сами деньги не име-
ли бы никакой стоимости. Предположим, например, что банк
авансирует коммерсанту меновой системы тысячу фунтов под то¬
вары, которые последний в течение продолжительного периода
времени совершенно не в состоянии продать. Ясно, что от этой
задержки страдает коммерсант, а не банкир. Очевидно поэтому,
что сумма, уплачиваемая банку для покрытия его расходов,
должна состоять из процента, уплачиваемого с суммы совершае-
мых операций, ибо этот способ одновременно совершенно спра-
ведлив и исключительно прост.
Возьмём для примера годовые операции на сумму 50 тыс.
фунтов. Исходя из */8%, она составила бы 62 ф. ст. 10 шилл. По¬
448
ДЖОН ГРЕЙ
скольку не было бы никакого процента на деньги, процента в х/3
с операции, вероятно, было бы достаточно для того, чтобы опла¬
тить все расходы банка, тогда как в настоящее время 62 ф. ст.
10 шилл. пришлось бы уплатить за авансирование 1 250 фунтов,
а не за 50 тыс. фунтов.
Я, однако, далёк от категорического утверждения, что ставка
в 1/8 % на сумму операций непременно была бы достаточна для
оплаты всех расходов банковых и монетных учреждений. Я ду¬
маю, что она могла бы быть достаточной, но какой бы ни оказа¬
лась эта ставка, она не содержала бы самого мошеннического из
всех налогов — процента на бумажные деньги.
Три меновых банка, само собой разумеется, должны были
бы быть учреждены актом парламента, причём число их директо-
ров было бы определено этим актом. Сами директора должны
были бы назначаться палатой общин и быть ответственными пе-
ред ней, и только перед ней, в то время как управляющие, аген¬
ты, клерки и всякого рода слуги должны были бы назначаться
директорами в порядке, указанном актом парламента.
Постаравшись объяснить вам, что деньги и капитал являются
или должны быть совершенно различными вещами, — что в то
время как, с одной стороны, за употребление только денег ни¬
когда не должно было бы взиматься никакого процента, с другой
стороны, требование процента на капитал во всех отношениях
справедливо,— я здесь воспользуюсь случаем для объяснения
другого вопроса, в котором многие, в том числе некоторые из¬
вестные экономисты, чрезвычайно любят сбивать друг друга
с толку.
Сплошь да рядом приходится слышать в известные времена и
сезоны, как люди толкуют об обилии денег — избытке денег,
о трудности получить что-нибудь, похожее на хороший процент
за деньги, и т. д. И в то же самое время вы найдёте одинаковую
многочисленную категорию людей, кричащих о нужде в деньгах,
о том, что трудно получить платежи по счетам, о крайней незна¬
чительности прибылей и т. п.
Истина же состоит в том, что обе эти категории жалующихся,
разница между которыми редко улавливается общественным мне-
нием, толкуют о двух вещах, настолько же не похожих одна на дру¬
гую, как мел и сыр. Короче говоря, одна сторона говорит о труд¬
ности получить прибыльное помещение для своего капитала,
тогда как другая жалуется на отсутствие действительного спроса
на её продукцию или товары.
Я вспоминаю, что прежний издатель «Атласа» оказался в
большом недоумении, когда писал по этому вопросу. Как, спра-
шивал он, мог бы сэр Роберт Пиль создать временное процвета-
ние путём выпуска однофунтовых банкнот в период переполнен-
ного денежного обращения, когда деньги не приносят достаточ-
ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
449
ного процента, когда буквально идёт охота за клиентами, причём
на деньги, равно как на товары всякого рода, на рынке нет ни¬
какого спроса.
Дело просто в том, что деньги, о которых говорилось, как
об избыточных, были капиталом, ищущим приложения, в резуль-
тате которого уже переполненный рынок, приведённый в состоя-
ние перенасыщения отсутствием денежного спроса еще больше
переполнился бы. Излишние деньги «Л/илоса», короче говоря, бы¬
ли предложением, в то время как недостающие деньги были
спросом. Но пусть наша денежная система будет воздвигнута на
надлежащем фундаменте, и немедленно деньги, в самом широком
смысле слова, будут всегда спросом, а рыночная продукция,
включая и самые монеты всякого рода, будет предложением; при-
чём одно всегда будет точно равно другому в силу того достаточ-
ного основания, что наличие денег было бы всегда результатом
создания равноценного богатства.
Так как, однако, в мою настоящую задачу едва ли входит
разъяснение многообразных нелепостей существующей денежной
системы общества, то возможно, что даже это небольшое отступ-
ление для объяснения различия между деньгами просто и bona
fide капиталом было излишне. Наша цель — этого никогда не
следует упускать из виду — заключается bJtom, чтобы устано¬
вить, при какой денежной системе пропорциональное производ¬
ство товаров, недвижимых и движимых, обязательно создавало
бы с максимальной простотой и минимальной возможностью оши-
бок равный спрос. А что это великое требование может быть
выполнено, и притом путём мер одновременно и простых и прак-
тичных, мной полностью доказано.
Большая ошибка современного устройства общества состоит
в том, что спрос не имеет тенденции идти в ногу с производством.
Это зло должно быть исправлено: производство, естественная
причина спроса до бесконечности, должно стать таковой на прак-
тике. А для того чтобы осуществить это изменение, как бы гран-
диозны ни были его результаты, необходимо только хорошо оз¬
накомить публику с природой, употребленная и надлежащими
качествами денег, с тем, каковы деньги теперь и чем они должны
стать. Ибо пусть только этот вопрос будет основательно понят
массами, и изменить ход дел было бы столь же возможно, как и
продлить ещё на' год существование денежной или, вернее,
лжеденежной системы нашей страны.
Итак, постараемся — и до тех пор, пока у меня хватит здо¬
ровья и сил, я никогда не перестану стараться — распространять
по всей Британии знание этого вопроса, и если только мы это бу-
дем делать серьёзно, тщательно и настойчиво, то наша цель бу-
дет наверное достигнута, и притом с лёгкостью, уверенностью и
возможной быстротой.

450
ДЖОН ГРЕЙ
ЛЕКЦИЯ VII
Лица свободных профессий, природа их занятий, рассматриваемая всвязи
с деньгами.— Снабжение деньгами для ведения таких розничных и
других операций, которые могут быть совершенно не связаны с предла¬
гаемой промышленной и торговой меновой системой. — Заблуждения
гг. Дж. Р. Мак-Куллоха и Ричарда Кобдена. |
Я начну настоящую лекцию с нескольких замечаний по по¬
воду предложения, о котором я уже говорил вам и дальнейшее
разъяснение которого приведёт нас к рассмотрению другого воп¬
роса, не затронутого нами до сих пор. Я имею в виду денежное
положение лиц свободных профессий и других лиц, которые не
будут каким-либо образом связаны с меновой системой, как мы
её до сих пор описали.
Было уже указано, что фабрики меновой системы должны
учреждаться всяким, кто был бы склонен вложить в них свой
капитал. На этих фабриках должна существовать минимальная
цена за труд взрослых, уплачиваемая бумажными деньгами,
причём действительная ставка заработной платы в каждом слу-
чае должна устанавливаться обычным регулятором, а именно:
индивидуальной конкуренцией. Хозяева будут стремиться к то¬
му, чтобы работа была сделана как можно дешевле, а рабочие,
напротив, будут стремиться получить от своих хозяев наивысшую
заработную плату; но всё это с одним неизменным условием, а
именно: заработная плата может понижаться до такого-то уровня,
но не ниже. Характер и значение этой меры были показаны в моей
последней лекции в связи с вопросом о существующих долгах,
кредитах и денежных обязательствах.
Вопреки, насколько мне известно, всему опыту прошлого,
вопреки, возможно, всем предвзятым представлениям о предмете
я утверждаю, что как только какое-либо количество товаров ме-
новой системы будет произведено и передано их владельцем
в законченном, т. е. в годном к продаже, виде на его собственные
склады, меновой банк должен уплатить за них владельцам их
цену.
Но, внимание! Я слышу, как булльонист — один из тех
мудрецов, которые, как полагают, руководят государственными
министрами, — говорит насмешливо: «Я думал, что для промыш¬
ленника лучше в первую очередь продать свои товары, во вто¬
рую —внести мне деньги, которые он получит за них, и в третью—
взять их у меня обратно, когда ему представится случай расхо¬
довать их».
Кому продаст он свои товары? Земледельцы, скотоводы, им¬
портёры товаров, строители домов, производители мебели, му-
зыкальных инструментов и предметов полезности и украшения

ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
451
всех наименований — все они находятся в одинаковом положе-
нии. Они имеют в изобилии товары всякого рода, но при посред-
стве чего должны они обменивать их не только между собой, но
со всяким членом общества, с которым они желают вести дела?
А это всё, что им требуется, при условии только, что все про¬
дукты доставлены на рынок в должной пропорции.
Тогда от своего имени и от имени свсих собратьев булльо-
нист скажет: «Что же, пусть они придут к нам и одолжат золото.
Мы им ссудим его, как нам кажется, в достаточном количестве за
проценты под хорошее обеспечение. И цена всех товаров, кото¬
рые указанные коммерсанты должны будут купить или продать,
будет в точности пропорциональна количеству золота, которое
мы дадим им в ссуду. Указанным вами лицам нет дела до цены
их собственных товаров; это дело наше и только наше. Следова-
тельно, будут ли цены на их товары высоки или низки, получат
ли они какую-либо прибыль или убыток, это всецело зависит от
степени конкуренции, которая будет иметь место в это время
между ними самими. Много ли золота мы дадим им или мало —
это смотря по тому, что будет больше соответствовать нашей соб¬
ственной выгоде; но вы должны ясно понять, что мы дадим его
не в обмен на их товары, но только в ссуду, на время, под хорошее
обеспечение».
На эту очень любезную и утешительную доктрину я отвечаю:
«Нет, господа, ваш день пришёл к закату, а для нас близится
яркое утро. Давно сделано открытие, что ваше так называемое
регулирование — кошмар, угнетающий нашу коммерцию, а не
опора и не поддержка, как вы уверяете. Мы в вас не нуждаемся,
и впредь мы отказываемся от вашей мнимой помощи».
Я повторяю своё утверждение, что бумажные деньги, изготов¬
ленные нашим собственным банком и выданные этим банком
в строгом соответствии с уже описанной мною мерой стоимости,
на полную сумму всей продукции, которую человек может до¬
ставить на рынок, моментально дали бы этому человеку возмож¬
ность стать покупателем по отношению к любому другому чело-
веку, в то время как любой другой член меновой системы, снаб¬
жённый деньгами, подобным же образом мог бы тотчас стать его
покупателем. И всё же принцип свободной и неограниченной кон-
куренции оставался бы незатронутым благодаря лишь тому, что
на каждом человеке осталась бы обязанность найти покупателя
для своих продуктов, хотя он и получил уже полную стоимость
их от менового банка. Деньги, выпущенные банком, дали бы воз¬
можность каждому человеку покупать, коль скоро он сам имел
бы нечто для продажи. Причём единственным условием со сто¬
роны банка было бы: если бы продавец не мог найти никого, кто
купил бы его товары, то он должен был бы в таком случае сам
уплатить за них банку. Таким образом, очевидно, было бы гаран¬
452
ДЖОН ГРЕЙ
тировано сохранение самой неограниченной конкуренции и со¬
перничества между торговцами одним и тем же видом товаров,
учитывая, что тот, кто доставил бы на рынок по данной цене
наилучший предмет, неизбежно был бы первым в снабжении
рынка.
И здесь я пользуюсь преимуществом положения того, кто
стоит на почве истины, с которой не могут сдвинуть меня все
булльонисты и мистификаторы с Printing House Square \
вместе взятые. Производите неограниченно, и я найду вам неог¬
раниченный рынок при том единственном условии, чтобы бумаж¬
ные деньги выпускались в меру производства товаров, но не бы-
стрее, и чтобы сами продукты, регулируемые точно так же, как
в настоящее время, принципом индивидуальной конкуренции,
доставлялись на рынок в должной пропорции друг к другу.
И чем после всего этого, как не простым трюизмом, является
утверждение, что мы могли бы получить, получили бы и должны
были бы получить и пользоваться именно таким количеством бо¬
гатства, произвести которое у всех нас, вместе взятых, имеется
способность и склонность.
Итак, до настоящей стадии нашего рассуждения мы излагали
вопрос о деньгах в связи с великими торговыми и производствен¬
ными нуждами общества. Было показано, что деньги, вместо того
чтобы быть товаром, как это имело место в настоящее время
должны были бы быть простым результатом производства богат¬
ства, которым можно пользоваться и наслаждаться. Причём един¬
ственная наша трудность, если таковая у нас действительно есть,
состоит в создании самого богатства, а не того простого предста¬
вителя, с помощью которого оно должно распределяться между
различными классами общества. Было показано, далее, что рас-
пространение денег, поскольку дело касается классов, о которых
уже было сказано, должно было бы происходить с такой степенью
упорядоченности, систематичности, регулярности и точности,
которая соперничала бы с движением самых совершенных машин.
Количество денег должно было бы не приближаться к действи-
тельно требующейся сумме с отклонением вверх или вниз на 1
или 2 млн., а должно было бы составлять действительно требую¬
щуюся сумму и ни на одну шестипенсовую монету больше или мень¬
ше, причём достижение такой степени точности не было бы со¬
пряжено ни с малейшей трудностью.
Однако мы должны ещё рассмотреть вопросы о розничной
торговле и свободных профессиях, а также о перечисленных
в нашей IV лекции промыслах, которых нельзя было бы вклю¬
чать в предлагаемую промышленную и торговую систему, кото-
х Площадь в Лондоне, на которой помещается типография газеты «Times».—
Прим, перев.

ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
453
рая, взятая в целом, должна уравнять навсегда’предложение —
товары — и спрос — деньги.
Напомним вкратце способ, который мы предложили для того,
чтобы снабдить в достаточной мере деньгами промышленные и
торговые классы общества.
Мы указали,что промышленникам почти всех категорий по
поступлении в их собственные склады товаров в годном для про¬
дажи виде должны были бы выдаваться деньги в размере полной
стоимости указанных товаров по их оптовым продажным ценам.
Деньги, выпущенные таким образом, были бы, очевидно,
затрачены в первую очередь на возмещение того капитала, кото¬
рый был употреблён самим промышленником на производство
его товаров. Это значит, что для непрерывного продолжения
своего дела он должен пополнять свой запас сырья, непрерывно
платить заработную плату своим рабочим, ренту за свои торго¬
вые помещения, процент на капитал, государственные налоги,
если такие существуют, и производить все случайные затраты,
общая сумма которых, взятая за год, составила бы себестоимость
его годовой продукции. Назовём сумму в 18 тыс. фунтов, к кото-
рым прибавим 2 тыс. фунтов — сумму предполагаемой его при¬
были. Тогда, поскольку банк должен уплачивать ему в течение
всего года всю номинальную стоимость его продукции, скажем
20 тыс. фунтов, эта сумма денег — спрос — немедленно распы¬
ляется среди производителей или импортёров сырых мате-
риалов, из которых сделаны его товары, среди его клерков, кла-
довщиков, надсмотрщиков, рабочих и служителей всякого рода,
среди собственников фабрик, складов и других торговых помеще-
ний, если таковые арендованы, среди собственников его капитала,
если он взят взаймы; и, наконец, та доля его, которая образует
его собственную прибыль, распыляется подобным же образом
при платеже ренты за дем, в котором он живёт, налогов, государ-
ственных и местных, и при частных расходах, во всех их беско-
нечных разновидностях, включая домашние расходы, заработ¬
ную плату слуг, воспитание детей, церковные взносы, оплату
медицинских и юридических советов, театральных или других
развлечений, добровольные пожертвования на общественные цели
всякого рода и разные расходы вообще.
Вся масса денег, израсходованных таким образом на бесчис¬
ленные цели и рассеянных между всеми классами общества, от
королевы до последнего из её подданных, рано или поздно неиз-
бежно вернётся в меновые банки, пройдя в первую очередь через
руки розничных торговцев — мясника, пекаря, торговца коло-
.ниальными товарами, далее, сапожника, портного, галантерей¬
щика, суконщика, краснодеревщика, обойщика, продавца книг
и нот, короче говоря, через руки всякого рода деловых людей,
имеющих ту или иную профессию или занимающихся торговлей,
454
ДЖОН ГРЕЙ
у которых люди, имеющие деньги в кармане, могут пожелать
истратить их. И так как общая сумма денег, пущенных таким
образом в обращение, была бы точно равна по стоимости,
во-первых, всему недвижимому имуществу меновой системы,
предназначенному bona fide для продажи в трёх королевствах,
и, во-вторых, всему движимому имуществу, т. е. товарам, пред-
назначенным для продажи на оптовых складах страны, то не-
известно, потребовались ли бы вообще какие-либо добавочные
деньги, учитывая, что деньги, уже находящиеся в руках публики,
прежде чем вернуться в меновой банк, переходили бы из рук в
руки и, таким образом, очень часто служили бы для осуществ-
ления меновых сделок, во много раз превышающих сумму их
самих.
С этой точки зрения, следовательно, сомнительно, чтобы когда-
либо вообще был необходим выпуск денег в добавление к тем,
которые были бы выпущены тремя меновыми банками; ибо раз
количество денег в обращении, как уже было показано, было бы
всегда равно по стоимости всему недвижимому и движимому за¬
пасу на рынке меновой системы, то эта сумма была бы огромна;
она, конечно, была бы во много раз больше суммы, находящейся
в настоящее время в обращении. Тем не менее вопреки денежным
премудростям «Таймса» каждый рабочий фунт должен всё время
представлять как раз ту сумму стоимости, которую государство
первоначально присвоило ему парламентским актом, причём
какое бы то ни было увеличение количества фунтов не могло бы
ни на одно мгновение, ни на грош затронуть их стоимость, ибо
появлению хотя бы одного добавочного фунтового билета обя¬
зательно должно предшествовать появление предмета, стоящего
один фунт.
Если бы, однако, предположение, что денег, эмитированных
согласно изложенному мной принципу и пущенных в обращение
тремя меновыми банками, будет достаточно для удовлетворения
всех потребностей страны, оказалось ошибочным, то в этом слу-
чае не могло бы быть ни малейших возражений против того, чтобы
необходимое прибавление было сделано ныне существующими
или вновь открытыми акционерными банками.
И здесь я могу заметить, что какие-либо ограничения суммы
таких вспомогательных эмиссий были бы совершенно излишни,
если только акционерные банки дадут публике достаточную га-
рантию в том, что за каждую выпущенную ими фунтовую банк¬
ноту они всегда по требованию будут давать в обмен рабочий
фунт. Меновые банки принимали бы только рабочие деньги.
Ни одному человеку, торгующему имуществом меновой системы,
недвижимым или движимым, не может быть позволено законом
отдавать часть его в обмен на что-либо иное, кроме рабочих денег.
Поэтому никакое увеличение банкнот акционерных или других

ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
455
банков не могло бы ни на грош затронуть цену этого имущества.
Банкнота акционерного банка была бы по отношению к рабочей
банкноте тем же, чем она является в настоящее время по отноше-
нию к соверену. Поэтому, как уже упомянуто, если публике
вполне будет гарантирован обмен на рабочие банкноты по пер¬
вому требованию, то всякому другому банкиру можно было бы
позволить выпускать банкноты на любую сумму, на какую он
нашёл бы выгодным выпустить их, и это не могло бы нанести
ущерба чьим бы то ни было интересам.
Банкноты акционерных банков были бы фактически вексе¬
лями, оплачиваемыми по требованию рабочими деньгами, и как
таковые они были бы лишь обещаниями платежа; в обмен на них
нельзя было бы требовать никакого имущества или погашать долг
иначе, как при согласии получателя; в то время как рабочие банк¬
ноты были бы не простыми обещаниями платежа, но bona fide,
представителями действительного богатства, которое можно
получить в любое время и в любой форме в обмен на них. Они
были бы также законным платежным средством при уплате всех
налогов, долгов и каких бы то ни было денежных обязательств.
Теперь я перейду к специальному рассмотрению особого поло-
жения лиц свободных профессий по отношению к описанной мною
денежной системе.
Лица свободных профессий, хотя и близко связаны с торго-
вым обществом, к которому они явно принадлежат, большей
частью получают средства к существованию совсем не так, как
обыкновенные коммерсанты.
Доход каждого участника торговой системы, предлагаемой
мною, составлял бы часть цены обмениваемых друг на друга това-
ров, тогда как доход лиц свободных профессий, не связанных
с обменом товаров, извлекался бы из совершенно иного источник
ка. Годичная эмиссия менового банка представляла бы материаль-
ную продукцию и предметы импорта всех участвующих в меновой
системе земледельцев, промышленников и торговцев, тогда как
лица свободных профессий большей частью продолжали бы полу¬
чать свои доходы так, как получают их теперь, т. е. путём пря¬
мого обмена своих профессиональных услуг на деньги, уплачи¬
ваемые им их клиентами.
Например, врач или художник получает от своего клиента
в форме денег право на такую часть запаса богатства меновой
системы, какую его клиент соглашается дать в обмен на получен¬
ную профессиональную услугу. Акт передачи денег одной сто¬
роной и получения их другой представляет законную передачу
определённого количества имущества меновой системы в возна-
граждение за некоторую эквивалентную услугу, оказанную одной
из сторон другой, или доставленную выгоду, действительную или
предполагаемую.

456
ДЖОН ГРЕЙ
Но в результате подобной сделки не создавалось бы никаких
добавочных денег и не было бы никакого применения для них,
учитывая, что все сделки этого рода — лишь непосредственный
обмен и в качестве такового совершенно отличаются по характеру
от тех сделок, где товары, прежде чем быть проданными, должны
быть произведены, выдержаны некоторое время на складе и дол¬
жны найти покупателей.
Здесь в связи с вопросом о деньгах следует иметь в виду раз-
личие между производительными и непроизводительными чле¬
нами общества — вопрос, по которому Мак-Куллох в своих «На-
чалах политической экономии» страшно напутал. Вообще как
в этом, так и почти во всех других случаях, когда он пытается
исправить доктора Адама Смита, он только сам запутывается.
В явном противоречии с доктором Адамом Смитом Мак-
Куллох сообщает нам, что артисты, певцы, танцоры и клоуны
суть производительные работники. Он не говорит того же о кар-
тежных игроках, гадалках и пляшущих медведях, и тем не менее,
если первые — производительные работники, то и последние
являются таковыми. На самом же деле все они являются полу¬
чателями богатства, но не производителями его. Госпожа Дженни
Линд, например, спела несколько песен на четырёх концертах,
которые были даны в Шотландии в минувшем сентябре, и полу¬
чила за это 1 600 фунтов. Но действительная стоимость всего су-
ществующего богатства была совершенно одинакова как до на¬
чала ее пения, так и послетого, как она его закончила, по крайней
мере, поскольку речь идет о влиянии её пения на эту стоимость.
Единственный реальный результат, созданный её выступлениями,
заключался в том, что до этих выступлений некое имущество,
стоящее 1 600 фунтов, принадлежало другим людям, тогда как не¬
медленно после того, как её выступления были закончены, эта
удивительно одарённая леди получила эту стоимость от её преж-
них владельцев по взаимному соглашению, следовательно,
справедливо. Но пусть такая же сумма денег будет затрачена на
наем, например, некоторого количества судостроителей. В резуль-
тате общая сумма существующего в стране богатства увеличится,
и притом на точную сумму разницы между стоимостью произве-
дённого богатства и стоимостью богатства, потреблённого судо¬
строителями в течение периода их работы.
Рассуждение Мак-Куллоха по этому вопросу совершенно
ошибочно. Он говорит на стр. 76:
«Большинство писателей по вопросам политической экономии
вступало в длительные дискуссии по поводу различия между
тем, что они называют производительным и непроизводительным
трудом. Я, однако, признаться, не могу найти никакого действи-
тельного основания для большей части этих споров или для раз-
личий, которые часто проводились между одним видом труда и

ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
457
другим. Вопрос, очевидно, не представляет никакой трудности.
Мы должны были бы смотреть не на виды выполняемого труда,
но на его результаты. Коль скоро человек занимается чем-либо,
не наносящим ущерба другим, и осуществляет цель, которую он
имеет в виду, то, очевидно, его труд производителен, между тем
как если он не осуществляет своей цели или не получает какой-
либо равноценной выгоды от затраты труда, то последний, оче¬
видно, непроизводителен. Это определение кажется ясным и
не ведёт к недоумениям. В другом месте я покажу, что всякое дру¬
гое определение ведёт к бесконечным трудностям и противоре-
чиям».
Я с этим учением не согласен. Напротив, я считаю очень важ-
ным различать производительный и непроизводительный труд,
потому что никогда у нас не может находиться в действии слишком
много первого или слишком мало второго, если только имеется
необходимый минимум. Первый есть живая тяга, последний —
возница. Поэтому, поскольку дело касается достижения только
вещественного богатства, истинный интерес нации должен, оче¬
видно, состоять в том, чтсбы держать возможно большую часть
населения в положении производителей этого богатства, причём
столь же очевидный священный долг каждой нации поднять это
положение до возможно более высокого уровня зажиточности и
благополучия.
Для того чтобы определить, что является и что не является
производительным трудом, мы должны смотреть на «виды выпол-
няемого труда», а не на «результаты». В противном случае мы
всегда будем «впадатьв бесконечные затруднения и противоречия».
Результат успешной картёжной игры, например, состоит не
в том, чтобы произвести какие-либо предметы необходимости,
удобства или комфорта, а в том, чтобы получить их. Адвокат
может получать с помощью своей профессии много тысяч в год,
но он не производит даже той бумаги, на которой он пишет.
Почему, далее, правительство, для того чтобы содержать себя,
вынуждено облагать страну налогами, как не по той единст¬
венной причине, что государственные служащие, как было
установлено доктором Адамом Смитом, не являются большей ча¬
стью производительными членами общества? Если бы народ и
правительство заняты были в равной мере производительным
трудом, то почему правительство облагает народ, а не народ пра¬
вительство или почему вообще нужно было обложение? Очевид¬
но, г-н Мак-Куллох смешал здесь две вещи, которые обыкновенно
так отличаются друг от друга, как только могут отличаться ка-
кие-либо две вещи в мире, т. е. производство и потребление.
Он цитирует по этому поводу доктора Адама Смита и очень
любезно сообщает нам, что он опроверг доктора. Посмотрим.
Автор «Богатства народов» говорит: «Труд некоторых самых
458
ДЖОН ГРЕЙ
уважаемых сословий общества, подобно труду домашних слуг, не
производит никакой стоимости и не закрепляется и не реализует¬
ся ни в каком длительно существующем предмете или товаре,
могущем быть проданным, который продолжал бы существовать
и по прекращении труда и за который можно было бы получить
потом равное количество труда. Например, государь со всеми
своими судебными чиновниками и офицерами, вся армия и флот
представляют собою непроизводительных работников. Они яв¬
ляются слугами общества и содержатся на часть годового продукта
труда остального населения». Так говорит доктор.
«Но,— говорит г-н Мак-Куллох, — хотя эти положения прав¬
доподобны, нетрудно будет, я полагаю, показать ошибочность
разграничения, которое пытался провести д-р Смит. Начнём
с главного его примера, домашнего слуги. Он говорит, что его
труд непроизводителен, потому что он не воплощается в годном
для продажи товаре, тогда как труд промышленника производи-
телен, потому что он воплощается в таком товаре. Но что произ-
водит труд промышленника? Не заключается ли он в предметах
комфорта и удобства, требующихся для пользы и обеспечения
общества? Промышленник является производителем не вещест¬
ва, а полезности. А разве не очевидно, что домашний слуга также
является производителем полезности? Общепризнано, что труд
земледельца, добывающего хлеб, мясо и другие предметы пита-
ния, производителен. Но если это так, то почему труд домашнего
слуги, который приготовляет эти предметы для потребления, дол-
жен быть определён как непроизводительный? Совершенно ясно,
что нет никакого различия между обоими видами труда, они либо
оба производительны, либо оба непроизводительны. Для разве-
дения огня столь же необходимо, чтобы уголь был принесён из
подвала к решётке камина, как и то, чтобы был доставлен со дна
шахты на поверхность земли; и если сказать, что труд шахтёра
производителен, то не должны ли мы сказать то же самсе о слуге,
нанимаемом для разведения и поддержания огня? Все рассужде-
ния д-ра Смита исходят из ложной гипотезы. Он провёл разли-
чие там, где его нет и где по природе вещей не может быть ни¬
какого различия. Цель всех человеческих усилий одинакова:
она состоит в том, чтобы увеличивать массу предметов необхо¬
димости, комфорта и наслаждений, и следует предоставить реше-
нию каждого, какую долю из этих предметов комфорта он будет
иметь в виде домашних услуг, а какую — в виде материальных
продуктов. Верно, как это иногда констатировалось, что резуль¬
таты труда домашнего слуги редко могут оцениваться таким же
образом, как результаты труда земледельца, промышленника
или торговца; но разве они благодаря этому менее реальны
или ценны? Могли ли бы выполнять то же самсе количество ра¬
боты те, кого называют производительными рабочими, если бы
ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
459
не помощь, получаемая ими от тех, кого ошибочно называют не¬
производительными?».
В другом месте Мак-Куллох определяет потребление как
синоним получения пользы и затем добавляет: «Мы производим
товары только для того, чтобы мы могли ими пользоваться или
потреблять их. Потребление есть, действительно, результат и
цель человеческих усилий». И далее, он определяет стоимость как
пригодную к обмену ценность (worth). Услуга, конечно, относится
к категории пригодной к обмену ценности, и, следовательно, ци¬
тированные выше мнения г-на Мак-Куллоха соответствуют его
определению значения термина. Но всё же имеются бесчислен¬
ные примеры, когда пригодная к обмену ценность не в большей
мере однозначна с производительностью (о чём именно идёт спор),
чем производство с разрушением. Прекрасную иллюстрацию этого
дал нам сам Мак-Куллох в том образце своих рассуждений, кото¬
рый я только что зачитал вам.
«Для разведения огня, — говорит он,— столь же необходимо,
чтобы уголь был принесён из подвала к решётке камина, как и то,
чтобы он был доставлен со дна шахты на поверхность земли; и
если сказать, что труд шахтёра производителен, то не должны ли
мы сказать то же самое о слуге, нанимаемом для разведения огня?»
Здесь мы имеем двух людей, из которых один ясно, опреде-
лённо и бесспорно занят актом производства, т. е. увеличения
существующего запаса товарной продукции, а другой ясно,
определённо и бесспорно занят актом разрушения, т. е. умень-
шения существующего запаса товарной продукции. Так как,
однако, оба они объявлены г-ном Мак-Куллохом в равной мере
производительными рабочими, то, если бы он был прав, отсюда
необходимо следовало бы, что результат их работ будет один и
тот же, потому что оба они работают над одним и тем же мате-
риалом, а именно над каменным углем. Предположим, что един
выполняет точно столько же работы, как и другой, и каждый
по-своему пропускает через свои руки одно и то же весовое коли¬
чество угля, например 1 т в рабочий день. Между тем к концу
года один накопит ровно 313 т угля, тогда как другой уничтожит
точно такое же количество ранее накопленного угля. Так обстоит
дело по вопросу о понятии производительного труда у автора
статьи «Политическая экономия» в последнем издании «Британ¬
ской энциклопедии».
Однако при других обстоятельствах человек, разводящий
или поддерживающий огонь, может быть производительным ра-
бочим. Например, заработная плата человека, который раз-
водит или поддерживает огонь на фабрике, образует часть непос-
редственных издержек производства продукции и увеличивает её
денежную цену. Самый уголь, присмотр за огнём, переработан¬
ный материал, каков бы он ни был, и труд, затраченный на него,—
460
ДЖОН ГРЕЙ
все это составные части издержек производства некоторого то¬
вара, увеличивающие его меновую ценность (add to its exchangea¬
ble worth), и согласно принципу меновой системы, которую я пред¬
лагаю вам принять, они все были бы представлены деньгами, поя¬
вившимися вследствие того, что товар был таким образом произве-
дён. Горничная же, которая разводит огонь в жилом доме, ничего
не прибавляет к наличному запасу годного к обмену богатства,
напротив, она берёт из этого запаса, и цена её полезной услуги
в отличие от производительного труда оплачивается притязанием
на запас товарного богатства меновой системы, переходящего
к ней из кармана хозяина. Никаких добавочных денег, как это
было на фабрике, вследствие разведения или поддержки огня
не создано. Короче говоря, на фабрике благодаря огню совокуп¬
ный запас богатства увеличивается, тогда как в жилом доме он
благодаря огню уменьшается 1.
Теперь — ив этом цель изложения вам этого вопроса,— если
бы г-н Мак-Куллох когда-либо правильно понимал природу,
употребление и надлежащие свойства денег, если бы его ум осоз-
нал великую и важную истину, что деньги, для того чтобы быть
точной мерой стоимости,необходимо должны иметь репрезентатив¬
ный характер, если бы он знал хотя бы наполовину так же хоро¬
шо, как знал доктор Адам Смит, что золотые и серебряные моне¬
ты, какую бы форму им ни придать, являются и всегда должны
оставаться простыми товарами и как таковые подвержены коле-
баниям в стоимости, что употреблять их как исключительное ору-
дие обмена означало бы совершенно упразднить то, что правильно
зовётся деньгами, и сохранить вместо них исключительную си¬
стему непосредственного обмена,— то он никогда не допустил бы
двойной ошибки, а именно: не стал бы отрицать истины, установ¬
ленной доктором Адамом Смитом, и не стремился бы заменить её
явным, несомненным и смешным заблуждением.
Всякие деньги, которые правильно так именуются, т. е. всякие
деньги, которые сами являются мерой стоимости, должны иметь
репрезентативный характер. Следовательно, в случае с углем,
о котором говорит г-н Мак-Куллох, против каждого количества
угля стоимостью в фунт, доставленного на угольный склад,
должен бы существовать фунт в деньгах. Поэтому, если предпо¬
ложить, что уголь стоит фунт за 1 т и производится, как было
ранее упомянуто, по 1 т за каждый рабочий день, то отсюда сле-
дует, что в течение года появилось бы товаров и денег одинаково
на сумму 313 фунтов, тогда как в случае со слугой, ежедневно за-
1 По г-ну Мак-Куллоху, человек, который ничего не делал бы кроме того,
что пожирал на обед быка с рогами и шкурой и запивал его бочкой пива, был
бы одним из наиболее производительных рабочих, какие существуют. Короче
говоря, г-н Мак-Куллох, очевидно, считает понятия производства и потребле-
ния синонимами.

ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
461
нятым сжиганием угля в таком же самом количестве и в течение
такого же периода времени, параллельное уничтожение товаров
и денег составило бы точно такую же сумму, а именно 313 фун-
тов. И несмотря на это, повторяю, эти двое — шахтёр и горнич¬
ная, — по мнению одного из ваших наиболее уважаемых совре-
менных экономистов, в равной мере являются производительными
рабочими.
Обратимся теперь от одного авторитета по вопросам полити¬
ческой экономии к другому, и здесь вы должны отдать мне спра¬
ведливость в том, что я не выбираю новичков в этой области,
что я не говорю вам о произведениях людей, сравнительно неиз-
вестных в качестве авторитетов в этом большом вопросе, а выби¬
раю таких и только таких лиц, которые обычно считаются достиг¬
шими самой вершины своего призвания и которые со своей сто¬
роны, кичась до крайней степени значением, придаваемым им
публикой, имеют обыкновение поучать самого доктора Адама
Смита.
В лице г-на Кобдена я теперь покажу вам образчик другого
современного экономиста, который, хотя только наполовину зна-
ком с истинным принципом обмена, тем не менее поднялся недавно
на крыльях этого самого принципа до европейской известности и
заслужил благодарность нации. Я надеюсь, что вы согласитесь
со мною, признав, что он имеет полное право на то и на другое.
Ибо г-н Кобден, как вам известно, не только признал, но, по
крайней мере в значительной степени, действительно довёл до
активного и действенного осуществления один из великих прин-
ципов доктора Адама Смита. Он учил не только массы людей,
таких, как мы, собравшиеся в этой комнате, что отказываться
от благ, которыми другие нации готовы и склонны обогатить нас,
величайшее безумие, но он выполнил более трудную и великую
задачу, преподав с успехом этот урок министрам. Он ещё продол-
жает это великое дело, и пусть он ещё долго живёт, чтобы далее
его продолжать.
Имеются, однако, другие ученики доктора Адама Смита, по¬
мимо г-на Кобдена, и другие доктрины этого великого и учёного
человека, на которые ещё нужно заставить публику и министров
обратить внимание. Короче говоря, есть ещё другая работа, ко¬
торую нужно выполнить, и когда я вижу, что г-н Кобден, как я
недавно убедился, пытается мешать успехам работников, кото¬
рые трудятся на одной ниве с ним и которым он первый оказал
бы помощь в их работе, если бы он дал себе труд понять её,— то я
стараюсь вежливо устранить его с их пути.
Итак, сущность великого торгового тезиса г-на Кобдена может
быть, по моему мнению, изложена краткой цитатой из г-на Мак-
Куллоха: «Лёгкость обмена,— говорит этот джентльмен,— есть
живительное начало промышленности».

462
ДЖОН ГРЕЙ
Однако на сегодняшний день лёгкость обмена — это свобода
рабства, мудрость безумия, добродетель порока: такой вещи не
существует. Свобода обмена теперь вся на одной стороне: имеется
достаточно свободы при обмене денег на товары, но нет свободы
при обмене товаров на деньги. Обменять деньги на товары легче
лёгкого, обмен товаров на деньги — сплошная трудность. Но когда
свобода обмена будет действительно установлена, то в общем бу-
дет точно так же легко превращать товары в деньги, как и деньги
в товары.
Так вот, с некоторого времени в Лондоне существует общество,
принявшее название лиги противников золотого закона, члены
которого, будучи все, казалось бы, верными учениками г-на Коб¬
дена или, скорее, будучи вместе с ним учениками общего учителя,
доктора Адама Смита, стремятся практически привести в дей-
ствие это прославленное живительное начало промышленности;
в ходе своей работы они, естественно, весьма склонны привлечь
г-на Кобдена если не прямо к себе на службу, то по крайней мере
к тому роду содружества, которое всегда приятно наблюдать
между лицами, защищающими общее дело. Повидимому, вслед-
ствие этого намерения имела место в декабре прошлого года пере¬
писка по вопросу о деньгах между г-ном Бенноком, председате-
лем лиги, и г-ном Кобденом.
«Переписка,— говорит «Дейли Ньюс»,— началась с того,
что г-н Беннок обратился к г-ну Кобдену с призывом уделить
внимание лиге противников золотого закона, которая, как го-
ворит г-н Беннок, предлагает уничтожение плохой системы и по-
строение лучшей. Лига противников золотого закона считает,
что до тех пор, пока Английский банк обязан согласно акту пар¬
ламента покупать и продавать по фиксированной цене всё предо¬
ставляемое ему и требуемое от него золото, торговля золотом не
свободна. Предположим, что какая-то гигантская корпорация,
которой парламент присвоил некоторые исключительные приви-
легии, была бы обязана покупать весь предоставляемый ей хлеб
по 3 фунта 17 шиллингов 9 пенсов за квартер и продавать его
по 3 фунта 17 шиллингов 101/8пенсов за квартер, независимо от
того, сколько труда тратилось на производство хлеба,—считали
бы вы торговлю хлебом свободной? Замените хлеб золотом, и
пример готов. Принципы лиги противников золотого закона,
изложенные менее чем в дюжине строк, таковы:
Против золота.Во-первых, наша внутренняя торговля не долж¬
на зависеть от иностранного продукта как посредника в обмене.
Во-вторых, эта зависимость является главной причиной колеба-
ния цен, гибельных паник и вытекающих отсюда национальных
бедствий. В-третьих, мы поэтому требуем отмены всех парламент-
ских актов, фиксирующих цену золота или делающих его осно¬
вой или необходимым элементом наших средств обмена.

ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ	463
В защиту бумажных денег. Во-первых, бумажные деньги при
определённых условиях экономнее и надёжнее, чем золото. Во-
вторых, нет ни одной важной функции, выполняемой теперь в
нашей внутренней торговле золотыми деньгами, которую бумаж¬
ные деньги не могли бы выполнять лучше. В-третьих, мы поэтому
выступаем за бумажные деньги в качестве нашего внутреннего
средства обмена. Эти положения мы готовы доказать с помощью
фактов и рассуждений тем, кто будет слушать. Если законода¬
тели не будут охотно и беспристрастно слушать, то как они могут
убедиться? Общественное мнение делает чудеса»,— так говорит
г-н Беннок.
Ответ г-на Кобдена от 21 декабря 1847 г. из Манчестера,
напечатанный в газетах, гласит следующее:
«Если вы обратите ваш ум на более тщательное рассмотрение
вопроса, то я уверен, что вы поймёте ошибочность положения,
будто цена золота вообще фиксирована в нашей стране. Золото —
только взвешивается, пробируется, и его качество и проба удосто-
веряются штампом, как это обыкновенно делалось во всех странах
и во все времена. Банк не покупает и не продаёт золота в обычном
смысле слова; он только сберегает торговцу или другим владель-
цам металла труд пойти на монетный двор, чтобы взвесить, про¬
бировать и чеканить его, и берёт за эту операцию 1г/2 пенса за
унцию. Каждый может доставить золото на монетный двор и пере¬
чеканить его в соверены, но это не меняет стоимости золота. Так
как Английский банк также может перечеканить своё золото на
монетном дворе, то последний не может ни выиграть, ни по¬
терять на «покупке золота», как её называют. Вы, полагаю, знае¬
те, что в Америке, Франции, России и в каждой другой стране
металлы чеканятся тем же самым путём, причём унция делится на
определённое число одинаковых по весу и пробе монет. Вы гово¬
рите: «Предположим, что какая-то гигантская корпорация, ко¬
торой парламент присвоил некоторые исключительные привиле-
гии, была бы обязана покупать весь предоставляемый ей хлеб по
3 фунта 17 шиллингов 9 пенсов за квартер и продавать его по
3 фунта 17 шиллингов Ю1/, пенсов за квартер, независимо от
того, сколько труда тратилось на производство хлеба,— считали
бы вы торговлю хлебом свободной?». Вопрос не в этом; вопрос в
том: должен ли хлеб иметь неизменную единицу измерения? С этой
целью закон установил имперский бушель, содержащий фикси¬
рованное и неизменное количество. И в случае с золотом он лишь
фиксировал в монете вес и пробу золота. Я ограничусь этим,
ибо я уверен, что если вы вторично продумаете этот вопрос, то вы
поймёте его в совершенстве».
Я сказал вам в предыдущей лекции, что я не согласен с
реформаторскими планами лиги противников золотого закона.
Я подробно изложил соображения, по которым я расхожусь с
464
ДЖОН ГРЕЙ
ними, указав лишь единственный пункт, в котором я согласен с
членами лиги,— то, что существующая денежная система в корне
плоха и должна быть поэтому улучшена. Следовательно, в мои
обязанности не входит защищать взгляды, с которыми у меня так
мало общего. Но всё же, что сказать по поводу ответа г-на Коб¬
дена? Каким образом опровергнуть принцип, который он, пови¬
димому, намерен защищать?
Эта не очень трудная задача, вероятно, может быть выполнена
двумя различными способами: с помощью высмеивания или дока¬
зательства, причём каждый из этих способов был бы достаточно
эффективен; но на случай, если бы кто-либо был склонен к иному
мнению, нам лучше применить оба.
В первую очередь я должен сообщить вам, что, размышляя
по этому предмету, я случайно увидел небольшой томик, оза¬
главленный «Книга маленькой девочки». Перелистав небрежно
эту книжку, я натолкнулся на приводимое ниже место. Так как
только за несколько минут перед тем я прочёл письмо г-на Кобдена
к г-ну Бенноку, мне пришло в голову, что это именно было бы
прекрасным ответом г-ну Кобдену.И в качестве такового разрешите
привести его:
«Чтобы испытать память человека, который хвастался, что он
может повторить наизусть любую вещь, однажды им услышан¬
ную, г-н Фут 1 сперва написал, а потом прочитал ему следующую
бессмыслицу: «Она пошла в сад сорвать капустный лист для яб-
лочного пирога; в это время большая медведица, которая шла по
улице, просовывает свою голову в лавку. Как, нет мыла? Он умер,
а она очень неблагоразумно вышла замуж за цирюльника. Раз¬
нообразные цветы и сам великий Пенджендрем2 с маленькой круг¬
лой пуговкой стали играть в пятнашки, пока порох не высыпался
из каблуков их сапог».
Как ни абсурдна может показаться на первый взгляд эта речь,
я утверждаю, что в ней бесконечно больше смысла, чем в ответе
г-на Кобдена г-ну Бенноку, и, следовательно, что она более до¬
стойна вашего серьёзного внимания, и это положение я сейчас
докажу.
Фут взялся за перо с явной целью написать бессмыслицу, и
он написал её, тогда как г-н Кобден, с другой стороны, взял перо
с намерением написать нечто разумное и написал бессмыслицу.
Поэтому я думаю, что бессмыслица г-на Фута имеет смысл, рас-
суждения же г-на Кобдена я считаю подлинной, примерной и
абсолютной бессмыслицей.
Если, однако, сказанное не является достаточным ответом
г-ну Кобдену, как некоторые из вас, быть может, будут склонны
1 Английский юморист и актёр (1721—1777).— Прим, перев.
1 Гротескная фигура, изображающая комическое величие.— Прим, перев.
ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
465
думать, то ему будет дан ответ, и притом к полному нашему и
его удовлетворению.
Итак, если речь г-на Кобдена принять всерьёз — а я положи¬
тельно стыдился бы сделать это, если бы она исходила от менее
выдающегося лица, чем он,— то г-н Кобден определённо и реши-
тельно настаивает на ошибочности положения, «.будто цена зо¬
лота вообще фиксирована в нашей стране». Тем не менее он, не
переводя духа, сообщает нам, что «монетный двор не может ни
выиграть, ни проиграть на операции покупки золота».
Если эти два положения объединить, изменив слова, но без
малейшего изменения смысла, то мы получим чёткое, насколько
вообще можно что-либо чётко выразить словами, утверждение
того, во-первых, что цена золота в нашей стране не фиксирована
и, во-вторых, что она в нашей стране фиксирована.
Так как едва ли возможно, чтобы г-н Кобден имел намерение
написать такую бессмыслицу (хотя, если газетная передача его
слов верна, он самым определённым образом написал таковую),
томы обязаны предположить, что цитированные выше слова пред¬
назначены иметь какой-либо разумный смысл. Если это так, то
г-н Кобден, должно быть, хотел сказать либо, что в нашей стране
совершенно не фиксирована цена золота, измеряемая им самим,
либо же, что не фиксирована цена золота, измеряемая другими то¬
варами. Третьего толкования сказанное им не допускает.
Ответ на первую альтернативу: каково значение слова цена?
Насколько я понимаю английский язык, слово цена означает
либо точное число фунтов, шиллингов, пенсов и фартингов, либо
фунтов, шиллингов, пенсов или фартингов, которые требуются,
которые уплачиваются или которые по соглашению должны быть
уплачены одним лицом другому в обмен на соответствующую стои¬
мость, действительную или предполагаемую. Так, человек может
спросить: какова цена этого стола? И ответ может гласить: десять
фунтов. Но спрашивающий может считать эту цену слишком вы¬
сокой и, следовательно, может отказаться от покупки. Далее:
какова цена булки? Скажем, 6 пенсов,— и, покупая её, мы со¬
глашаемся заплатить за неё 6 пенсов, независимо от того, платим
ли мы их в действительности или нет; последнее бывает в случае
неуплаты долга. Цена, одним словом, обозначает сумму денег
или количество имеющей хождение в королевстве монеты, которая
уплачивается за какой-либо предмет по обоюдному согласию по¬
купателя и продавца, либо сумму денег, записываемую в счёт¬
ную книгу в качестве денежного наименования какой-либо вещи,
которая продаётся в кредит. Таким образом, когда мы говорим,
что булка стоит 6 пенсов, ситец — 6 пенсов за ярд, сахар — 6 пен-
сов за фунт и т. д., то всегда подразумевается слово цена, и, на¬
сколько я знаю, это слово имеет только одно указанное и ника¬
кого другого значения.

466
ДЖОН ГРЕЙ
Итак, думает ли г-н Кобден всерьёз, что цена золота, измеряе-
мая им самим, не фиксирована в нашей стране? Разве цена унции
золота известной пробы не есть 3 фунта 17 шиллингов и 10г/г пен-
сов? Разве 3 фунта 17 шиллингов и Ю1/^ пенсов не являются
ценой унции золота? Если я должен вам 1 тыс. фунтов, то разве
я не должен вам точно столько унций золота и его долей, сколько
раз 3 фунта 17 шиллингов и 101/* пенсов содержатся в 1 тыс. фун-
тов? Если у меня в кармане тысячефунтовый билет Английского
банка, то разве я не могу пойти в Английский банк и потребовать
в обмен на него столько унций золота, сколько раз 3 фунта 17 шил-
лингов и 101/2 пенсов содержатся в билете? Разве не являются
синонимами унция золота и 3 фунта 17 шиллингов и Ю1/^ пенсов,
3 фунта 17 шиллингов и 10х/а пенсов и унция золота? Не означает
ли первое то же, что второе, и второе — то же, что первое?
Где другой подобный пример? Являются ли синонимами
пшеничный хлеб определённого веса и чистоты и сумма в 6 пенсов?
Являются ли синонимами ярд сукна определённого рода и каче¬
ства и соверен, или обеденный стол из определённого дерева,
определённой выделки, размеров и формы и сумма в 10 фунтов?
Притом являются ли они во всех этих случаях синонимами изо
дня в день, из года в год и из столетия в столетие?
Ведь нет ни одной леди или джентльмена из присутствующих,
нет даже ребёнка в городе Эдинбурге, который не знал бы, что
цена этих вещей колеблется. Сегодняшний шестипенсовый хлеб
завтра может стать семи- или пятипенсовым, ярд сукна данного
качества может сегодня стоить 20 шилл., а завтра только 19, или
он может повыситься до гинеи, стол из красного дерева или дру¬
гой стол, стоящий сейчас 10 фунтов, год спустя может стоить только
8—7 фунтов или даже меньшую сумму, хотя бы в течение этого
периода он совсем не был в употреблении, не был повреждён и
вид его не изменился.
Что же это за доктрина, которую г-н Кобден пытается таким
образом навязать лиге противников золотого закона и — через
посредство «Таймса» — всему свету? Г-н Кобден должен обяза¬
тельно дать объяснение. Пусть он, например, скажет, что указан¬
ное место он писал под влиянием сонного видения, месмеризма,
хлороформа или что действие его мыслительных способностей
было парализовано каким-либо иным путём.
Кратким и правильным ответом г-ну Кобдену является то,
что в нашей стране цена золота, измеряемая им самим, фиксиро¬
вана, причём эта цена круглый год, с 1 января до последнего дня
декабря, равна 3 фунтам 17 шиллингам и 101/, пенсам за унцию.
Но мысль г-на Кобдена могла быть такова — и никакой
другой альтернативы быть не может,— что в нашей стране совер¬
шенно не фиксирована цена золота, измеряемая другими това¬
рами.

ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
467
Но ведь это то самое, за что я борюсь,— основной пункт, итог
и сущность взгляда, который я развивал на протяжении восьми
долгих лекций и за общее признание которого я боролся шаг за
шагом в последовательном ряде работ. Все они были направлены
к доказательству именно того, что золото вообще не является мерой
стоимости, что его цена, измеряемая другими товарами, столь же
изменчива, как цена пятидесяти или, может быть, пятисот дру-
гих вещей, и что, следовательно, называть его мерой стоимости
есть очевидный абсурд, и вследствие того, что этот абсурд яв¬
ляется в нашей стране законом, наш народ ежегодно теряет по
меньшей мере 100 млн. фунтов в год или, что вероятнее, вдвое-
втрое больше.
Допустим, что на сей день общая масса товаров, с одной сто¬
роны, и общая масса денег — с другой, представлены каждая
суммой в сто. При этих условиях спрос и предложение будут рав¬
ны. Но что будет, если через 3 месяца количество товаров возрас-
тёт до двухсот, причём и количество материала и труда, затрачен-
ного на их производство, увеличится ровно вдвое в сравнении с
тем, что было затрачено на предыдущую сотню, между тем как
количество денег совсем не увеличится? В таком случае или рынок
перестанет оправдывать своё название, поскольку товары не будут
продаваться и покупаться, или же если товары будут продавать¬
ся, то они будут обмениваться лишь на сто в деньгах, хотя това-
ров будет вдвое больше и на них затрачено было вдвое больше
естественных издержек, т. е. труда \
1 Нельзя более сильно и ярко доказать это положение, чем этоТсделал по¬
койный г-н Милль в «Началах политической экономии», которые я подробно
цитировал в моей II лекции. «Всякий раз,— говорит он,— когда возрастает
количество товаров без увеличения количества денег, цена падает, и падает по
необходимости в точной пропорции к росту количества товаров. Если это ещё
не ясно для каждого, то это можно сделать совершенно очевидным с помощью
простого примера. Предположим, что рынок очень ограничен, причём на одной
стороне имеется только хлеб, а на другой — деньги. Предположим, что обыч¬
ное состояние рынка таково, что на одной стороне имеется 100 караваев, а
на другой — 100 шилл. и цена хлеба, соответственно, 1 шилл. за каравай.
Предположим, что при этих условиях количество караваев увеличится до 200,
в то время как количество денег останется прежним. Очевидно, цена хлеба
должна упасть наполовину, или до 6 пенсов за каравай» («Начала», стр. 162).
Тем не менее тот же том того же самого г-на Милля содержит в своём преди-
словии следующие слова:
«Я попытался при помощи новых примеров сделать более очевидным то, что
кажется мне доказательством той важнейшей доктрины, что совокупный спрос
и предложение нации всегда равны, что производство никогда не может опере¬
жать рынок; и что, другими словами, никогда не может быть общего избытка то-
варов».
Никто решительно не может примирить эти две цитаты иначе, как пред¬
полагая существование каких-то особых видов денег, количество которых мо-
жет увеличиваться столь же быстро, как и совокупность всех других вещей. Та-
ких денег в настоящее время не существует. Поэтому если бы должна была
соблюдаться директива, вытекающая из содержания второго абзаца, если бы

468
ДЖОН ГРЕЙ
Почему же, хотел бы я знать, товары, издержки производства,
количество которых увеличилось ровно вдвое, так же как их полез¬
ность (при помощи их можно теперь накормить, одеть и приютить
вдвое больше людей, чем раньше), должны к крайнему разоре-
нию их производителей упасть в цене до суммы в сто лишь из-за
того, что совершенно не возросло количество другого товара? По¬
чему стоимость вещи, которая не подверглась никаким измене-
ниям, должна удвоиться, в то время как другие продукты, коли¬
чество и полезность которых благодаря применению удвоенного
количества материала, труда, заботы и беспокойства удвоились,
должны сохранить без всякого изменения свою прежнюю совокуп¬
ную стоимость, которую они имели, когда их было достаточно
для того, чтобы питать, одевать и снабжать жилищем лишь поло¬
вину того числа людей, которые полностью снабжены теперь?
В нашей стране цена золота, измеряемая другими товарами,
не фиксирована. Но в результате фиксирования законом того,
что фактически не мажет быть фиксировано, британская нация
теряет по крайней мере сотню миллионов в год.
Люди не станут производить товары для того, чтобы прода¬
вать их с убытком. Однако до тех пор, пока существует золотой
закон, они не могут иметь никакой уверенности в том, что будут
в состоянии продавать их с прибылью. Отсюда — оковы на нашей
промышленности, отсюда — путы, которые удерживают наши
производительные усилия в очень ограниченном кругу, и от¬
сюда ответ на вопрос: почему граждане, способные и желающие
производить вдвое больше того, что им нужно для удов-
летворения своих насущных потребностей, голодают среди изо-
билия?
А где средство против этого огромного зла? Да оно же само
напрашивается. Оно столь же очевидно, как существование света
или тепла. Если вы удваиваете количество товаров, то вы должны
удвоить количество денег. Если вы учетверяете количество това-
ров, то вы должны учетверить также количество денег. Если вы
увеличиваете количество товаров в десять раз, то вы должны уве¬
личить количество денег в десять раз, и т. д. Таково лекарство,
и кроме него нет никакого иного. Примите этот принцип, и вы —
при том условии, что продукты, регулируемые принципом инди-
производители всякого рода руководствовались учением покойного г-на Милля
и в соответствии с ним увеличивали в течение некоторого времени количество
своих товаров, насколько это возможно быстро, то в результате каждый атом
их товаров упал бы в цене, сами они разорились бы, спрос вскоре совершенно
прекратился бы, остановилось бы производство, и трудящиеся классы были бы
по обыкновению обречены на голод и нищету. Но перестройте нашу денежную
систему согласно доказанному здесь принципу, и утверждение, содержащееся
во втором цитированном выше абзаце г-на Милля, будет совершенно истинным,
а предыдущая цитата станет разъяснением и подтверждением этой истины.

ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
469
видуальной конкуренции, всегда должны находиться в должной
пропорции друг к другу,— сможете производить и производить
беспрерывно до тех пор, пока мир и все люди в нём не будут насы¬
щены богатством. Тем не менее норма прибыли, получаемой от
продажи последней части доставленных на рынок товаров, может
быть равна норме прибыли на первый фунт.
Но я ещё и наполовину не покончил с г-ном Кобденом. «Я уве-
рен, что вы поймёте,— говорит он,— ошибочность положения,
будто вообще цена золота фиксирована в нашей стране. Золото
только взвешивается, пробируется, и его качество и проба удосто-
веряются штампом, как это обыкновенно делалось во всех стра-
нах и во все времена».
Таким образом, здесь перед нами г-н Кобден, ученик Адама
Смита, деятель лиги против хлебных законов, серьёзный, настой¬
чивый, талантливый и до известной степени победоносный борец
за свободу торговли во всём мире, доходит до пользования таким
оружием, как довод, таким же образом, «как это обыкновенно
делали во все времена и во всех странах». Но оставим это.
Итак, г-н Кобден сообщает нам, что золото «только взвеши-
вается, пробируется, и его качество и проба удостоверяются штам-
пом». А несколько позже он говорит, что хлеб имеет неизменную
для определения его количества меру, для каковой цели закон
установил имперский бушель, содержащий фиксированное и не-
изменное количество, в случае же с золотом закон только фикси-
рует в монетах вес и пробу золота. На это я отвечаю: «Вы ошибае¬
тесь, г-н Кобден, закон сделал нечто большее, чем это,— он пове-
лел, чтобы золото взвешивалось, пробировалось, чеканилось и
чтобы для него была установлена цена. Устанавливается ли цена
для имперского бушеля хлеба? Нет».
Но так как г-н Кобден отказывается рассматривать вопрос
дальше, то я хочу закончить рассуждение вместо него. С вашего
позволения, будем фиксировать цену хлеба вместо цены золота
и примем его за нашу мнимую меру всякой стоимости.
Так как, однако, в настоящее время у нас нет ни такой меры,
которая, будучи наполнена зерном, стоила бы при обычных усло-
виях именно 3 фунта 17 шиллингов Ю1/, пенсов, то предположим,
что мы создаём с этой целью таковую, и назовём её просто мерой.
Тогда мера зерна должна быть, во-первых, измерена соответст-
венно взвешиванию золота на монетном дворе, т. е. она должна
состоять из наполненного сосуда определённой вместимости в
кубических дюймах. Во-вторых, она должна быть опробована,
т. е. зерно должно быть определённого качества и определённой
крупности. В-третьих, она должна быть заштемпелёвана, т. е.
удостоверена правительством как имеющая надлежащее количе¬
ство и качество. И, наконец, должна быть установлена её цена
ровно в 3 фунта 17 шиллингов 10х/2 пенсов.

470
ДЖОН ГРЕЙ
Итак, мы имеем в данном предположении точную параллель
с современным законом о золоте. Сумма в 3 фунта 17 шиллингов
10х/г пенсов и мера зерна — синонимы, т. е. мера зерна означает
3 фунта 17 шиллингов 10х/а пенсов точно также, как сейчас унция
золота означает 3 фунта 17 шиллингов 101/, пенсов, сумма же в
3 фунта 17 шиллингов 10x/t пенсов означает меру зерна точно так
же, как в настоящее время сумма в 3 фунта 17 шиллингов 10х/а
пенсов означает унцию золота.
Для того чтобы Кобден мог полностью использовать свое соб¬
ственное доказательство и поскольку, по его словам, золото на¬
ходится в точно таком же положении с точки зрения закона,
как и зерно, я должен поставить последнее на место первого.
Теперь посмотрим, каков был бы в течение года или двух лет
результат такого рода хлебного закона. Он был бы именно таков.
Цена хлеба, не фиксированная законом, повысилась между
августом 1846 г. и июнем 1847 г. несколько больше чем на 100%.
Если бы цена хлеба была фиксирована законом в 3 фунта 17 шил-
лингов 101/2 пенсов за меру, цена хлеба, подобно нынешней цене
золота, осталась бы неизменной, в то время как цены прочих то-
варов упали бы в среднем несколько более чем вдвое. Вследствие
этого каждый человек в королевстве, чьи активы, взятые по
справедливой стоимости, на сентябрь 1846 г. не превышали бы
ровно вдвое сумму его денежных обязательств, в мае 1847 г. не-
избежно4 оказался бы банкротом.
Не надейтесь найти выход из этой дилеммы ссылкой на то, что
сравнительное положение вещей осталось бы прежним, так как
в предположенном случае все вещи, за исключением одного лишь
хлеба, одинаково упали бы в цене вдвое. Этот довод был бы со¬
вершенно правилен в применении к людям, не являющимся ни
должниками, ни кредиторами и не имеющим денежных обяза-
тельств. Такие люди, если бы они вообще существовали, не по¬
страдали бы. Но за этим единственным исключением каждый че-
ловек, который, как я сказал ранее, не был бы в состоянии пере¬
нести потерю ровно половины всего своего имущества, был бы
разорён.
И это не просто воображаемый случай. Ибо в точности то же
самое, что случилось бы в течение минувших 18 месяцев, если бы
хлеб был законной мерой стоимости, действительно случилось
вследствие того, что законной мерой стоимости является золото.
Конечно, золото, измеряемое самим собой, совсем не повысилось в
цене. Унция золота в прошлом, позапрошлом и в текущем году
равняется 3 фунтам 17 шиллингам 10х/2 пенсам, а сумма в
3 фунта 17 шиллингов 101/* пенсов равняется одной унции золота.
Но измеряемая другими товарами цена золота повысилась в пре-
дыдущем году в огромной мере. Она, действительно, повысилась
в такой степени, что по минимальной оценке денежная стоимость
ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ	471
всего имущества в стране пала одно время, например в минувшем
октябре, более чем на пятьсот миллионов по сравнению с денеж¬
ной стоимостью того же самого имущества в ноябре предыдущего
года. Иначе говоря, за истекший год стоимость всего имущества
Британии упала на сумму, несомненно превышающую на 100 млн.
ф. ст. половину суммы государственного долга нашей страны.
Чтобы доказать правильность этого утверждения, не требуется
никакого длительного или тщательного исследования. За дока-
зательством незачем далеко ходить.
При среднем состоянии денежного рынка стоимость всего
имущества нашей страны оценивается в 5 млрд, с лишним. Если
бы теперь всё это имущество по какой бы то ни было причине
обесценилось в размере только 10%, то сумма этого обесценения
была бы равна 500 млн., что на 300 млн. меньше всей суммы госу-
дарственного долга.
Верно одно из двух: либо мы действительно потерпели на эту
сумму убыток в минувшем году, т. е. имущество нашей страны
действительно было обесценено одновременно, примерно в октяб-
ре, на 500 млн. фунтов, либо же в среднем — если взять все вещи
в совокупности: дома, земли и товары всякого рода — денежная
стоимость имущества, недвижимого и движимого, не упала на
10%. Я утверждаю, что она упала на 10% и более чем на 10%,
тогда как тот, кто отказывается признать правильность нашего
рассуждения, должен отрицать это.
Бедствие от этого огромного обесценения денежной стоимости
имущества, однако, не является всеобщим, одинаково падающим
на всех лиц пропорционально стоимости их имущества. Напро-
тив, оно падает столь же неравномерно, как картечь на поле
битвы. Одних она уничтожает на месте, другим наносит смертель¬
ную рану, хотя смерть не наступает немедленно, третьих она
делает калеками или уродами до конца жизни, в то время как
очень большое число людей вообще остаётся невредимым. При¬
роду и причины этой неравномерности страданий нетрудно объяс¬
нить.
Общие повышения и падения денежной стоимости имущества
не затрагивают тех лиц, которые не являются ни должниками,
ни кредиторами и не имеют денежных обязательств. Если цены
всех вещей повышаются и притом в должной пропорции друг к
другу, то рабочий, уплачивающий сегодня за свой хлеб 6 пенсов,
завтра может уплатить 7. Но если его заработная плата за это
время увеличилась в одинаковой пропорции, то его средства для
покупки хлеба остаются неизменными. Возьмём обратный слу¬
чай: пусть хлеб упадёт в цене, и заработная плата также; он
опять будет не в лучшем и не в худшем положении, чем раньше.
Но вместо независимого работающего человека, который не
должен ничего и которому никто ничего не должен, возьмите
472
ДЖОН ГРЕЙ
купца, средства которого, подобно средствам его венецианского
собрата, гадательны, который «имеет одно торговое судно по до-
роге в Триполи, другое — в Индию, третье, находящееся в Мек-
сике», и т. д. и в придачу — запас товаров у себя дома на 50 тыс.
или 100 тыс. фунтов. Каково его положение, какие последствия
для него должно иметь десятипроцентное падение денежной цены
товаров? Разорение — крайнее, абсолютное и в тысячах случаев
непоправимое.
Возьмите, например, самый обыкновенный случай. Купец
имеет, скажем, для начала дела собственный капитал, состав-
ляющий по добросовестной оценке 20 тыс. фунтов, с помощью
которого он предпринимает широкие торговые операции. Его
положение вскоре будет таково. С одной стороны, его обязатель¬
ства, без малейшего неблагоразумия с его стороны, могут скоро
достигнуть 100 тыс. фунтов. Он живёт в Лондоне или Лите (Leith)1
и совершает комиссионные операции для многочисленной ино¬
странной клиентуры, покупая на обычных условиях кредита то¬
вары для своих доверителей на большую сумму, вследствие чего
его обязательства, как я уже сказал, достигают 100 тыс.
фунтов.
С другой же стороны, для покрытия своих обязательств он
имеет сумму собственного капитала, которую мы установили в
20 тыс. фунтов, далее, ряд книжных долгов (book-debts) и за-
тем наличный запас товаров. А так как он только недавно начал
дело и, следовательно, не успел ещё увеличить сумму своего пер-
воначального капитала, то его баланс, т. е. разница между сум¬
мой активов и суммой его обязательств, составит в итоге сумму
его собственного капитала, а именно 20 тыс. фунтов.
Хорошо. При этом положении вещей деньги повышаются
в стоимости, или — как закон этого хочет — товары падают в
цене ровно на 10%. Что же получается? В первую очередь умень¬
шается на одну десятую стоимость его наличного товарного за¬
паса. Наступает застой в торговле. Его покупатели не в состоянии
продать свои товары с прибылью и не хотят продавать их в убы-
ток. Они поэтому или прекращают платежи, или требуют возоб-
новления векселей, и он, следовательно, также должен либо
оставить свои векселя неоплаченными, либо, возобновив те,
которые выставлены им на его покупателей, должен учесть их на
любых условиях, быть может, на условиях огромных процентов,
что вместе с потерями на стоимости его товарного запаса и с сум¬
мой ненадёжных долгов, вероятно, лишит его последних шести
пенсов его собственного капитала.
Воображаемый ли это случай? Далеко нет. По существу это
лишь слишком верное изображение участи многих десятков бри-
1 Порт вблизи Эдинбурга.— Прим, перев.
ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
473
танских купцов, всё имущество которых было недавно конфиско¬
вано золотым законом.
Я думаю, что едва ли вы потребуете у меня какого-либо авто-
ритетного свидетельства по этому поводу, ибо факты, на которые
я указываю, должны быть хорошо известны каждому из присут-
ствующих. Если, однако, вам нужны свидетельства других лиц,
то вы можете получить их во множестве.
Лишь на днях лорд Джон Рассел, премьер-министр наших
королевств, в своем финансовом сообщении палате общин поучал
нас следующим образом и тем самым дал мне возможность дока¬
зать правильность этих утверждений его собственными сло¬
вами.
«Ни одного периода истории нашей страны, — говорит он, —
за исключением периодов войн и мятежей, нельзя сравнить с
истекшим годом или, вернее, с последними 18 месяцами. Измене-
ния и превратности цен, затруднения в торговле, неоднократные
паники, крайне бедственное состояние части Соединённого коро¬
левства, чрезвычайные усилия, сделанные для облегчения этого
бедственного состояния,— всё это вместе затронуло положение
нашей страны в такой степени, что, полагаю, было бы нелегко
найти пример такого бедствия в нашей истории. Для того чтобы
дать некоторое представление о больших превратностях, которые
мы испытали, я укажу на изменения цены пшеницы, ставки Ан-
глийского банка по коммерческому учёту и суммы металличе-
ского запаса указанного банка. В первую неделю сентября 1846 г.
средняя цена пшеницы была 49 шилл., в январе 1847 г.—70 шилл.,
а в последнюю неделю мая 1847 г.— 102 шиллинга 5 пенсов.
18 сентября она снова упала до 49 шиллингов 6 пенсов, что со-
ставляет разницу лишь в 6 пенсов по сравнению с ценой в сентяб-
ре предыдущего года и более чем на 100% по сравнению с май¬
ской ценой. Учётная ставка Английского банка— я подразуме¬
ваю минимальную учётную ставку — в ноябре 1846 г. была 3%.
В апреле 1847 г. она подскочила до 5%; в октябре самая низшая
процентная ставка, взимаемая Английским банком, была 8%,
и в январе 1848 г. она снова была равна 4%. Сумма металличе-
ского запаса, хранимого Английским банком, на 10 октября 1846 г.
была 15 078 135 фунтов; на 23 октября 1847 г. она была 7865 445
фунтов; и, далее, на 5 февраля 1848 г. она была 13 821 754 фун¬
та».
Итак, ссылаясь на авторитет теперешнего премьер-министра
Англии, я располагаю данными, которые доказывают, что если
бы нашей мерой стоимости в течение последних полутора лет
была какая-либо мера пшеницы с фиксированной законом ценой
в 49 шилл., то средняя цена всех других товаров была бы та¬
кова:

474
ДЖОН ГРЕЙ
При цене хлеба, бывшей
Но фикси¬
рованной
законом в 1
Цены других товаров
В сентябре 1846 г. 49 ШИЛЛ,
О пенс,
49 шилл.
за исходный пункт возьмём
49 шилл. 0 пенс.
» январе 1847 г. 70 шилл.
0 пенс,
49
теряют по 6 шилл. на фунт и
падают до 34 шилл. 0 пенс.
мае 1847 г. 102 шилл.
5 пенс,
49
падают снова до 24 шилл.
6 пенс.
сентябре 1847 г. 49шилл.
6 пенс.
49
поднимаются опять до 49 шилл.
0 пенс.
Так как при этих обстоятельствах цена пшеницы, являющейся
теперь мерой своей собственной стоимости, не могла бы повышать¬
ся, то совершенно очевидно, что должна была бы упасть цена всех
других вещей, и притом точно в том отношении, в каком была бы
удержана законом от повышения цена пшеницы.
При пшенице в качестве меры стоимости лицо, которое имело
бы состояние в 20 тыс. фунтов в сентябре 1846 г., в мае следую-
щего года имело бы состояние лишь в 10 тыс. фунтов, тогда как
ровно четырьмя месяцами позже, а именно в сентябре того же
года, то же самое лицо снова имело бы состояние в 20 тыс. фунтов,
притом не совершив за это время спекулятивной сделки и на 6 пен-
сов. Каждый же купец в королевстве, который в сентябре 1846 г.
спекулировал бы лишь на сумму, вдвое большую, чем его соб¬
ственный капитал и был бы вынужден благодаря трудности учёта
векселей реализовать стоимость объекта своей спекуляции в мае
следующего года, должен был бы пожертвовать своим имущест-
вом до последнего шиллинга. Таков принцип, на котором осно¬
вана существующая денежная система нашей страны. А теперь
обратимся к фактам.
Согласно тому же достоверному свидетельству, а именно со¬
гласно последней большой речи лорда Джона Рассела в палате
общин, минимальная учётная ставка Английского банка со¬
ставляла:
в ноябре 1846 г.	3%
» апреле 1847 г.	5%
» октябре 1847 г.	8%	и
» январе 1848 г. она снова была снижена до 4%.
Итак, в то время как колебание цены пшеницы лишь немно-
гим превысило 100% за 7 месяцев, между сентябрём 1846 г. и
маем 1847 г., колебание процента на деньги за 10 месяцев, между
1 Повторите этот заголовок в отношении всех нижеследующих строк, за
исключением первой, для которой вместо «но» поставьте «и». Таким образом
вы получите: «При цене хлеба, бывшей в сентябре 1846 г. 49 шилл. и фикси¬
рованной законом в 49 шилл. и т. д.»

ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
475
ноябрём 1846 г. и октябрём 1847 г., достигло почти 300%, причём
речь идёт о процентах на деньги, данные в ссуду самим Англий-
ским банком только под наилучшие векселя. Такова наша мера
стоимости. С этим мог бы сравняться только парламентский акт,
который устанавливал бы меру ярда сегодня в 36 дюймов, а че-
рез 10 месяцев в 12 дюймов, и весовой фунт — сегодня в 16 унций,
а в сентябре следующего года — без малого в 5х/2 унций.
Что же касается механизма действия всего этого, то он чрез¬
вычайно прост. Немного бессмысленной спекуляции со стороны
нескольких авантюристов, паника, «взвинчивание» (the screw) \
«благодарю тебя, иудей (я имею в виду сэра Роберта Пиля), за
то, что научил меня этому слову»,— и дело сделано. Происходит
это таким образом.
После некоторого периода всеобщего процветания, т. е. пе-
риода, когда среднее число людей, находящихся в крайней ни-
щете, на один или два миллиона меньше обычного, — спекулянты
начинают действовать: один принимается сооружать железные
дороги, другому нужен ещё мост или два через Темзу в Лондоне,
третий основывает строительное общество и т. д. Подавляющая
часть этих проектов исходит от людей, которым нечего терять
и которые лишь постольку заботятся об успехе дела, поскольку
последнее является для них орудием улучшения их финансовых
обстоятельств. Какая угодно схема — может быть, чем бессмыс-
леннее, тем лучше,—хорошо написанный проспект с несколькими
первоклассными именами в заголовке, безразлично с согласия
или без согласия их владельцев; акции, немедленно раскуплен¬
ные, неделю идут с премией, другую — со скидкой, а затем со¬
вершенно обесцениваются.
Но рыбка клюнула. Акции проданы, некоторый капитал изъят
оттуда, где он находил более правильное применение; в списке
участников числятся богатые и почтенные люди; их кредит
подорван вследствие этого, и наступает паника; тогда начинается
«взвинчивание», и дело сделано. Лучшие векселя, которые учиты¬
вались Английским банком в ноябре из 3 %, в апреле следующего
года учитываются не менее чем из 5 %, а в октябре — не менее
чем из 8%. Все прочие банки следуют примеру Английского бан¬
ка, и в результате происходит огромное уменьшение общего коли¬
чества денег в обращении, наиболее важную часть которых обра-
зуют векселя. Но деньги, цена которых измеряется ими самими,
не повышаются в цене, и потому должна упасть цена других то-
варов. Продавцы, не желающие терпеть убытка, некоторое время
держатся старых цен, но, поскольку покупатели не хотят пла¬
тить по этим ценам, торговля приходит в застой, и производство
1 Под «взвинчиванием» здесь подразумевается повышение учётной став-
ки.—Прим, перев.

476
ДЖОН ГРЕЙ
приостанавливается или возможности его используются лишь
наполовину, а промышленники, купцы и рабочие все вместе разо¬
ряются.
Следует, однако, определённо иметь в виду, что, когда мы
говорим о большом изменении процента на деньги, которое
произошло в течение упомянутого периода, мы не должны сме-
шивать процент на деньги с действительной стоимостью самих
денег, измеряемой другими товарами. Ибо если бы действитель-
ная стоимость денег повысилась в октябре прошлого года почти
втрое против их обычной стоимости, то вся страна была бы охва¬
чена всеобщим бедствием, и неизбежно должно было бы последо-
вать национальное банкротство.
Это различие между стоимостью денег и процентом, или
платой за пользование ими, вполне аналогично различию между
стоимостью дома и рентой с него.
Дом, например, при определённых обстоятельствах может
быть временно отдан в наём за более чем удвоенную против обыч¬
ной суммы ренту. Но так как период времени, в течение которого
может получаться такая непомерная рента, по необходимости
ограничен, то было бы, очевидно, невозможно вследствие времен¬
ного повышения получаемой с него ренты продать дом по удвоен¬
ной против обычной стоимости или даже с повышением в 20 или
30%. Таким же образом обстояло дело и с деньгами в октябре
прошлого года. Рента, или процент на деньги, достигла 8% при
самом лучшем частном обеспечении, состоящем из первоклассных
векселей; но самые деньги, например 100 фунтов, не оплачи¬
вали бы больше ренты, налогов или других, ранее существовав-
ших обязательств в октябре, когда норма процента была 8, чем
в ноябре предыдущего года, когда норма процента была лишь 3.
И здесь, оценивая разрушение, которое произвёл Английский
банк в истекшем году, сократив в огромной степени общую сумму
денег в стране, я принимаю убыток только в 10%, или всего в
500 млн.; между тем если бы имело место подобное повышение
стоимости самих денег вместо повышения лишь процента, то
обесценение собственности в октябре достигло бы почти 2/& стои’
мости, т. е. суммы около 3 млрд., что почти в четыре раза превы-
шает сумму государственного долга.
Такова наша денежная система. Некоторые авантюристы пу¬
стили в ход несколько проектов, обещавших временный успех.
Многие другие, поощрённые их примером, следуют ему, и торго¬
вая лихорадка развивается своим обычным ходом. В конечном
результате несколько спекулянтов без гроша за душою могут
так ловко повести дело, чтобы заставить вредоносный банк на
Трэд-Нидл-стрит 1 объявить, как это он делает каждые 10 лет
1 Подразумевается Английский банк.— Прим, перев.
ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
477
или около того: «Да уменьшится на х/10 достояние страны'» —
и оно сократится соответственно на ’/10.
На этом закончим о г-не Кобдене, который совершенно прав,
утверждая, что цена золота в нашей стране, измеряемая другими
товарами, не фиксирована. Пусть он, однако, вслед за тем пока-
жет, что издержки на золотого идола, за вечное поклонение ко¬
торому он борется, составляют меньше 100 млн. в год по тепереш¬
ней стоимости денег. Я уверен, что он этого доказать не сможет.
ЛЕКЦИЯ VIII
Краткое повторение и обзор всего вопроса.
Кто-то сказал, что все люди считают смертными всех, кроме
самих себя. Он мог бы, возможно, прибавить, что нации склонны
рассматривать свои государственные установления в том же све-
те. Таким образом, если я говорю вам: «Уничтожим денежную сис¬
тему нашей страны с корнем», то кто-нибудь может бросить реп¬
лику: «А заодно давайте осушим залив Форт» *.
Прежде я часто заявлял, что если бы я ещё на небольшое число»
лет сохранил жизнь и здоровье, то я бы совершенно изменил
денежную систему нашего королевства. Теперь прямо обещаю вам,
что эту задачу я выполню в течение семи лет с этого дня, 16 марта1
1848 г., если только — и только этим я ограничиваю своё обяза¬
тельство — кто-либо другой не изменит её до этого.
В нашей стране в течение последнего полувека умы были по¬
глощены рядом важных вопросов. В ранние дни моей сознатель¬
ной жизни великим властителем всех политических дум был На-
полеон Бонапарт, затем наступил мир с бесконечной цепью на-
дежд и разочарований, потом — парламентская реформа, первые
воспоминания о которой тесно связаны у меня с ваксой Уор¬
рена. Ибо в течение ряда лет, куда бы вы ни пошли в Лондоне или
в его окрестностях, вы могли быть уверены, что увидите на каждом
кладбище, в каждой казарме или на садовой ограде, на всех
развалинах или временных постройках сделанные не синими, зе¬
лёными, жёлтыми или даже золотыми буквами, как мы делаем,
это сейчас, но простым мелом следующие две весьма лакониче-
ские надписи:
«Парламентская реформа!»
«Испробуйте ваксу Уоррена!»
Вполне заслуженная сатира на почтенную палату, похожую-
в некоторых случаях на чистильщиков сапог, между тем как в
1 Залив Северного моря у берегов Шотландии. Вблизи этого залива
расположен город Эдинбург.— Прим, перев.

478
ДЖОН ГРЕЙ
других случаях она у всех своих достопочтенных членов отни-
мает всякий блеск, совсем не упоминая об их существовании,
чтобы тем удобнее прокламировать свое собственное.
Итак, после различных интермедий, вроде небольших слу-
чайных бунтов, тяжбы королевы Каролины и Вилльяма Гоуна,
шайки с улицы Като и нескольких тому подобных, главными
массовыми лозунгами стали: «Долой хлебные законы» и «Эманси-
пация католиков». А после осуществления всего этого мы оста¬
лись бы без всякого лозунга, если бы не нескончаемые споры
об Ирландии и подоходном налоге.
Таким образом, бедного денежного реформатора высмеивали,
когда бы он ни пытался представить свое скромное предложе-
ние на суд публики. Война, мир, бунт, измена и реформы всех ви-
дов — всё это отбрасывало его в сторону, как будто бы он был
ничтожеством. А теперь, исключительно для того, чтобы досадить
мне лично, французы поставили новую пьесу \ называемую ре-
волюцией и шедшую в первый раз в тот вечер, когда я читал в
городе Эдинбурге свою первую лекцию о природе и употреблении
денег.
Говоря более серьёзно, я полагаю, что наше время, наконец, на¬
ступило, более того, что уже этот час может оказаться нашим.
Ирландия, правда, может попрежнему в некоторой степени отвле¬
кать внимание от нас, но в действительности Ирландия уступит
нам первенство по той простой причине, что возрождение её за-
висит от нас и только от нас. Сторонники акцизной реформы опять-
таки должны будут ждать своей очереди, которая в книге судеб
находится позади нашей, ибо они фактически составляют лишь
часть нашего арьергарда и в качестве такового могут проложить
себе дорогу только в том случае, если пустят нас вперёд.
Но как обстоит дело с новой республикой? Как обстоит дело
с нашей соседкой Францией? Не будем ли мы снесены потоком
её дел, по крайней мере на ближайшие 20 лет, просто ввиду
того, что внимание всей Европы будет поглощено наблюдением
за её движением вперёд или вспять, вверх или вниз? Я думаю, что
нет. В самом деле, я имею основание подозревать, что она дей-
ствительно похитила копию моих планов и намеревается дей-
ствовать согласно им; ибо как иначе может она надеяться сдер¬
жать свое слово, как иначе мажет она «найти работу для всех
своих производительных классов»? 2
Я считаю невозможным, чтобы она нашла им занятие иначе,
как указанным мной способом. Я утверждаю, что морально и
1 Особо отмечаю, что эти слова не имеют никакого отношения к ужас-
ным июньским событиям. См. также примечание к следующей странице.
8 Копия этих лекций была срочно предложена временному правитель¬
ству Франции, но с каким результатом? Получение предложения не было
даже подтверждено.

ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
479
физически невозможно ни для какой существующей партии обеспе-
чить, по крайней мере на началах справедливости, работу фран¬
цузскому или какому-либо другому народу, если только их де-
визом, принципом, целью и решением не будет следующее: произ¬
водство, являющееся по природе вещей причиной спроса, должно
быть таковым на самом деле.
Пусть же это будет девизом французских реформаторов или,
в противном случае, их девиз превращается в пустой звук. Ибо,
если только они не в состоянии изменить самую природу вселен¬
ной и человека, они не смогут сдержать слово, которое дали \
ни на основе какого-нибудь принципа, ни каким-либо другим
способом. Если же члены временного правительства примут раз¬
витый нами принцип обмена, они могут оказаться в состоянии
сдержать свои обещания. И если бы только я был так же хорошо
знаком с французскими условиями, с языком и характером фран-
цузского народа, как я знаком с условиями, языком и характе-
ром народа нашей страны, то я дал бы голову на отсечение, что,
будь у меня соответствующие помощники, я смог бы менее чем
в год построить, организовать и упрочить во Франции такую де¬
нежную систему, которую в конце концов принял бы, чтобы не
сказать — «рабски скопировал бы», весь цивилизованный мир.
Но, боюсь, вы подумаете, что я совсем забыл о предмете сего¬
дняшней лекции, которая, как указано в программе, должна бы
состоять из краткого повторения и обзора того, что было изло¬
жено в семи предшествующих лекциях. Поэтому я перейду те¬
перь к возможно более сжатому и ясному изложению взглядов,
которые я составил себе по этому великому вопросу, не сопро¬
вождая или почти не сопровождая их какими-либо дальнейшими
доводами, учитывая, что таковых я привёл вам достаточно. Итак,
вот краткое резюме моего денежного кредо:
1. Производство есть естественная причина спроса.
2. Если совершенно оставить в стороне деньги, то предложе-
ние и спрос — синонимы. Предложение есть спрос, и спрос есть
предложение.
3. Поэтому, поскольку речь идёт об общей массе товаров, пере¬
производство или переполнение какого-либо рынка в мире со¬
вершенно невозможно.
4. Диспропорциональное производство возможно, общее же
перепроизводство — никогда.
5. Диспропорциональное производство, когда оно имеет ме-
сто, свидетельствует либо о том, что люди не в состоянии полу¬
чить на рынке то, что они желают купить, или, что они достав-
1 Беспристрастный читатель, окажи справедливость автору и вспомни,
что эта речь была обращена к большой и просвещённой аудитории в г. Эдин-
бурге 16 марта 1848 г. Парижские комментарии к этой речи, данные в конце
июня, к несчастью, не нуждаются в том, чтобы их здесь повторять.

480
ДЖОН ГРЕЙ
ляют на рынок большее количество какого-либо товара, чем они
в состоянии продать по цене, которая бы их разумно компенсиро¬
вала.
6. При условии совершенной пропорциональности рынка по¬
купался бы и продавался всякий предмет.
7. Естественной и единственно естественной границей про¬
изводства является, следовательно, исчерпание способности
снабжать рынок пропорционально.
8. До сих пор мы говорили лишь о непосредственном обме-
не, совершенно отвлекаясь от существования денег.
9. Если какой бы то ни было товар, обладающий стоимостью,
будет принят по закону или обычаю в качестве меры стоимости
на каком-либо рынке, то с этого момента на данном рынке произ¬
водство перестанет быть необходимой причиной спроса.
10. Так как количество какой-либо вещи, обладающей стои¬
мостью, никоим образом не может увеличиваться по желанию
столь же быстро, как количество всех других обладающих стоимо¬
стью вещей, вместе взятых, то, когда количество подлежащих
измерению товаров возрастает быстрее, чем товар, служащий
мерой их стоимости, при неизменности способа его употребления,
цены обязательно должны пасть и производство — остановиться.
11. В отличие от естественной границы производства это па-
дение цен и есть существующая граница производства в Велико-
британии, Франции, Америке и во всякой другой стране мира,
которая неправильно именуется цивилизованной.
12. Убыток, который терпит наша страна и который выте-
кает из принятия этого противоестественного ограничения на-
ших производительных сил или, вернее, из подчинения ему, пре-
вышает 100 млн. фунтов в год в деньгах теперешней стоимости,
и так из года в год.
13. Лорд Джон Рассел, сэр Роберт Пиль, г-н Кобден, изда¬
тель газеты «Таймс», пресса в целом и члены обеих палат пар¬
ламента, вместе взятые, совершенно ошибочно понимают природу,
употребление и действительные свойства денег. Временное пра¬
вительство Франции, как явствует из опубликованных им декре-
тов, вносит такую же путаницу в этот вопрос.
14. Только трудом возможно измерять стоимость.
15. Хорошо продуманный парламентский акт, устанавливаю-
щий, что законной, единой и единственно возможной мерой стои¬
мости должен быть труд, каковым он фактически является и
всегда должен оставаться, ни в малейшей степени не нарушал
бы принципа индивидуальной конкуренции между людьми сво-
бодных профессий, механического или ручного труда.
16. Подразделение денег на фунты, шиллинги, пенсы и фар¬
тинги, хотя и не столь простое, как десятичное деление, вполне
хорошо и не встречает серьезных возражений на практике.

ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
481
17. Единица нашей денежной системы должна состоять из
фунтового билета, который должен быть назван рабочим фунтом
(Pound Standard) и который делится по указанному ранее спо¬
собу на серебряные и медные монеты.
18. При наличии желания у законодателей фиксировать стои¬
мость рабочего фунта актом парламента это было бы практи¬
чески не более трудно, чем фиксировать законом число ярдов
в миле, унций — в фунте или дюймов — в футе.
19. Если бы стоимость рабочего фунта была фиксирована за-
коном, шиллинг должен был бы всегда состоять из 1/80 весо-
вого количества серебра, которое можно получить в обмен на
рабочий фунт.
20. Пенни же должно было бы состоять из 1/240 весового ко¬
личества меди, которое можно получить в обмен на рабочий фунт.
21. Определённое таким образом пенни должно быть закон-
ным платежным средством до суммы 1 шилл., а определённый
таким образом шиллинг — до суммы 1 фунта. В то же время ра-
бочий фунт должен быть законным платёжным средством на сум¬
му от одного до миллиарда фунтов, ибо последняя сумма немно-
гим больше самого большого из известных в настоящее время
долгов.
22. Металлические монеты могут быть постоянно одинакового
наименования и веса. В этом случае их стоимость по необходи¬
мости должна быть подвержена колебаниям.
23. Они также могут быть постоянно одинакового наимено-
вания и стоимости; в этом случае их вес по необходимости должен
подвергаться изменениям.
24. Попытка соединить в каком-либо куске золота, серебра
или другого металла данной пробы неизменность наименования,
веса и стоимости есть акт абсолютного, очевидного и подлинного
законодательного безумия, поскольку сделать это совершенно не¬
возможно.
25. Для правильного и бесперебойного функционирования
любой здоровой и эффективной денежной системы необходимы
оба указанных рода или обе категории монет.
26. Деньги и капитал являются или должны быть двумя со¬
вершенно отличными друг от друга вещами.
27. Оборотный капитал был бы совершенно не нужен всякому
правильно устроенному национальному или меновому банку Ч
1 Недавние проекты французского народа или, вернее, так называемых
парижских денежных реформаторов напоминают мне молодого спортсмена,
который всякий раз, когда дичь взлетает, способен вскинуть ружьё к плечу
« выстрелить, но неизменно безуспешно. Когда же он доказывает своему бо¬
лее опытному компаньону, что он чуть не попал в цель, то ему очень хладно¬
кровно говорят в ответ: всё равно, промахнуться ли слегка или на милю. Так же
обстоит дело и с некоторыми людьми во французской столице. Они хотят спра¬
виться с вопросом, которого они не понимают, хотя и не являются в этом

482
ДЖОН ГРЕЙ
28. Никакие проценты за пользование деньгами не могут по¬
честному (honestly) взиматься никаким правильно устроенным
национальным или меновым банком.
29. Требование же процента на капитал всегда является спра-
ведливым, разумным и правильным.
30. При учреждении согласно этим принципам, более полно
изложенным в семи предыдущих лекциях, трёх меновых банков —
одного в Англии, другого в Шотландии и третьего в Ирландии —
пропорциональное производство стало бы в этих странах и
всегда оставалось бы верной причиной спроса, и притом до
бесконечности.
Таковы общие принципы, на основе которых утверждалось,
что в обществе может быть введена простая система банкового
дела, которая облагодетельствовала бы человечество в совершенно
вопросе круглыми невеждами. Они говорят, что добиваются организации труда,
тогда как вещь, которая им действительно нужна, это — организованная си¬
стема обмена.
Национальные мастерские и фиксированная ставка заработной платы в зо¬
лотой или серебряной монете — только призрак, тогда как реальность, мель¬
кавшая перед их полуоткрытыми глазами,— это рынок для продукции, кото¬
рую они в состоянии произвести. Обязаться постоянно давать людям недель-
ную заработную плату в золотой или серебряной монете большего веса, чем та.
на которую будет обмениваться на свободном рынке продукт их труда,— это
просто обещать сделать то, что невозможно. Решить же эту задачу при помощи
средства, состоящего только из банковой системы, благодаря которой рабочие
всякого рода могли бы получать за продукцию, не нарушающую необходимых
пропорций, эквиваленты, в какой бы форме они их ни потребовали, или, дру¬
гими словами, найти им безграничный рынок для этой продукции,—это не толь¬
ко возможная, но настолько лёгкая задача, что правители нашей страны впол-
не в состоянии создать такой рынок, как только они сочтут это нужным.
«Но банк без капитала, какая чудовищная бессмыслица! Где же конец
безумию?» — так, хотя и в несколько иных выражениях, спрашивает газета
«Экономист» от 27 мая 1848 г., редактор которой, считая себя большим знато-
ком по этому важному вопросу, удостаивает просвещать нас следующим об-
разом.
«Из всех безумных и химерических схем, которые предлагались во Франции
с 23 февраля, нас более всего поражает та, которая подробно изложена в па-
рижских газетах на этой неделе. И не столько благодаря сногсшибательным
предложениям, на которых она базируется, сколько благодаря выдающимся
именам, которыми схема будто бы поддерживается. Мы говорим «будто бы»,
ибо не хотим верить, чтобы те выдающиеся и знаменитые люди, имена которых
мы видим на проспекте, действительно и заведомо санкционировали такие опас¬
ные и роковые иллюзии. Правда, в списке мы видим такие имена, как Луи
Блан, Э. Сю и Э. Араго, со стороны которых нас не удивила бы поддержка лю¬
бой схемы, как бы она ни была ошибочна и химерична. И если бы находящаяся
перед нами схема была подписана только ими, мы на неё, как на нечто неосу¬
ществимое, а потому и сравнительно безвредное, не обратили бы внимания. Но
когда мы находим в числе поддерживающих эту схему имена таких выдающихся
людей, как Мишель Шевалье, Эмиль де Жирарден и Ф. Бастиа, то это является
весьма печальным фактом.
Предлагается не более не менее, как создание совершенно нового средства
обмена, нового способа распределения товаров и труда путём неограниченного
выпуска общественных бумажных денег или меновых билетов в 20, 100, 500 и
ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
483-
беспримерной степени. Первый вопрос, который возникает сам
собою, таков: есть ли какие-либо трудности на пути к её установ-
лению и каковы эти трудности? Какие особенности самой чело-
веческой природы, человеческих учреждений или даже привычек
и обычаев общества могли бы помешать немедленному уста-
новлению указанной банковой системы, сулящей нам такие не-
оценимые выгоды?
На эти вопросы я отвечаю, что в предложениях, которые я
делаю, мало или вообще нет ничего нового. Ибо всё, что я хочу
установить, находится уже в действии по всей стране в обшир-
ных размерах. Короче говоря, главная особенность, связанная
с системой обмена, которую я изложил перед вами, может быть-
выражена так: организация денежного дела (monetary organisa¬
tion).
1 000 франков каждый и осуществление посредством этой схемы в конечном
счёте новой организации труда. В члены национального общества и менового
банка, как называется эта ассоциация, могут вступать все, кто захочет, все¬
классы общества — лендлорды, фермеры, промышленники, лица свободных
профессий и литераторы, торговцы всякого рода, рабочие любой категории —
короче говоря, все, кто имеет товары либо услуги для обмена, и фактически
все французы, которые захотят вступить в члены.
Непосредственная цель состоит в том, чтобы снабдить средствами обмена
всех, кто может предложить за них товары любого рода или труд, а конечная
цель, в дополнение к этому, состоит в том, чтобы осуществить полную реорга-
низацию труда.
В качестве первого принципа объявляется, что этот банк не должен иметь
никакого капитала и не должен получать никаких прибылей, причём взимается
лишь 1% для покрытия издержек.
Цели банка, если судить по находящемуся перед нами проспекту, могут
быть определены таким образом: банк должен вести дела только со своими чле¬
нами, среди которых он должен поощрять обмен всех товаров «без помощи де-
нег» и «неограниченное увеличение их количества» посредством выпуска выше-
упомянутых билетов. Эти билеты должны обмениваться банком по предъяв-
лении на товары и блага всякого рода, которые у него имеются, и на услуги.
И такие товары, блага и услуги также всегда должны обмениваться банком
на эти билеты. Таким образом, серьёзно утверждает проспект, обесценение
билета будет невозможно, потому что он будет выпускаться только против ре¬
альной ценности».
На вводные замечания по поводу этого проекта я осмеливаюсь возразить
следующее. Милый «Экономист», ты пока ребёнок, не достигший пятилетнего
возраста, так как твоё еженедельное излияние, из которого взята вышеприве¬
дённая цитата, помечено только 248-м номером. Пожелаем, чтобы на тебя
снизошла мудрость в более зрелых летах. А пока знай, что, как бы ни было
ново для вас предложение учредить «банк без капитала» и как бы ни казался
удивительным указанный ранее французский проект,— чего ему именно не
хватает — это по крайней мере новизны, принимая во внимание тот истинный
факт, что эти лекции о природе и употреблении денег, здесь только выправлен¬
ные и улучшенные для опубликования, были прочитаны мною в г. Эдинбурге
перед многочисленными, высокопочтенными и внимательнейшими слушате¬
лями 22, 24, 29 февраля и 2, 7, 9, 14 и 16 марта 1848 г.
Если же учесть тот достовернейший факт, что я никогда не слыхал ни о ка-
ком «французском банке без капитала», пока не был информирован по этому*

484
ДЖОН ГРЕЙ
Могут сказать, что предложенный план меновых банков вклю-
чает самую обширную систему кредита. Да, но, будучи поистине
системой, а не тем хаосом кредита, который существует в на¬
стоящее время, мой план не содержит в себе и одной сотой части
риска, присущего современной кредитной системе, между тем
как выгоды, которые он доставил бы обществу, неисчислимы.
Банкиры, равно как и купцы, промышленники и другие лица,
ведущие оптовые операции, ныне оказывают кредит тому, кому
-они хотят. При этом они руководятся только той информацией,
которую могут получить относительно платёжеспособности тех,
кто стремится получить у них кредит. И в огромном числе слу-
чаев информация так слаба и получаемые сведения так несовер¬
шенны, что едва ли найдётся оптовая фирма в лондонском Сити
или где-либо в другом месте, у которой сомнительные долги не
были бы значительным ежегодным налогом на прибыль.
При той же банковой системе, которую я предложил вам при¬
нять, вообще не могло бы быть при сбычных мерах предосторож¬
ности никаких убытков из-за невзысканных долгов. Банкир не
имел бы права давать кредит или отказывать в нём только по соб¬
ственному усмотрению или капризу, подобно современному бан¬
киру. Руководствуясь твёрдыми и неизменными правилами, бан-
кир должен был бы давать кредит всякому обращающемуся за
ним, и притом на любую требуемую сумму, конечно, при том
условии, если лица, требующие кредит, могут и желают подчи¬
няться законным требованиям банка и представлять необходимые
обеспечения.
А так как у банкира меновой системы законные нормы и усло-
вия обеспечения достаточно строги, то не могло бы быть никаких
невзысканных долгов, т. е. таких, которые затрагивали бы инте¬
ресы меновых банков.
И здесь я могу заметить, что эта сторона предложенной мной
банковой системы так похожа на шотландскую систему кассо-
вого кредита, что различие может быть изложено в нескольких
словах.
«опросу вами 27 мая, то совершенно ясно, что я не копировал французов. При-
чём я едва ли могу предполагать, что французы копировали меня, поскольку
до сего числа — 3 июля того же года — прочитанные лекции не были опубли¬
кованы.
Но вернёмся к основному вопросу, состоящему в том, что правильно уст¬
роенный Национальный банк не потребовал бы ни одного пенни оборотного ка¬
питала. Предлагается премия в 100 гиней человеку, который окажется способ-
ным наиболее успешно опровергнуть мои доводы. Выиграй же деньги, милый
«Экономист», конечно, не ради презренной наживы, но только для того, чтобы
показать высший стиль аргументации. Что же касается 100 гиней, то, что ж,
-отдай их, если ты их выиграешь, твоему типографскому мальчику.
См. также лекцию VI, стр. 446 и следующие, где указанный вопрос о банке
«без капитала обсуждался весьма подробно.

ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
4 85
Шотландский банкир получает от купца обеспечение по своему
собственному усмотрению,— скажем, например, в размере 1 тыс.
фунтов. Купец вправе пользоваться кредитом в пределах всей
этой суммы из 5% годовых.
По моему предложению, банкир меновой системы также тре-
бует обеспечения, как и в предыдущем случае, скажем, на сумму
в 1 тыс. фунтов, но в этом случае характер последнего фиксиро-
ван законом» а не предоставлен усмотрению банкира. Теперь тор¬
говцу разрешается получать деньги из банка на полную сумму
стоимости его наличного запаса товаров, но не больше, какова
бы ни была данная им банку сумма обеспечения. Банкир должен,
следовательно, иметь товарную книгу, которую имеет в настоя¬
щее время каждый оптовый торговец, ведущий вообще надле-
жащим образом свои книги, и он всегда должен быть осведомлён
о состоянии своей товарной книги. Никакого процента за деньги
здесь не взимается.
А теперь спросите любого торговца или промышленника в
королевстве, что бы он предпочёл, давая и в том и в другом слу-
чае достаточное обеспечение банкиру: иметь ли возможность
получать по своему желанию деньги от своего банкира, уплачи¬
вая, как он делает ныне» 5% в год за данные ему ссуды, ил и же иметь
возможность всегда получать, не платя вообще никаких про-
центов, деньги на полную сумму стоимости своего наличного за¬
паса товаров, но не больше.
Я полагаю, что в 99 случаях из 100 заинтересованные лица,
заботясь как простые смертные о своих личных интересах, весь¬
ма и весьма предпочли бы предложенную мною меновую систему
шотландской. Но даже если бы это было не так, то я едва ли могу
так плохо думать о человеческой природе, чтобы не верить, что
торговцы и промышленники без больших колебаний разрешили
бы своим банкирам доступ к счётной книге, открытой в настоящее
время для клерков и кладовщиков почти в каждой сколько-ни¬
будь солидной фирме в Англии, зная, что, применившись к
определённой системе банкового дела, они сами бы стали части¬
цей торговой системы, действия которой явно рассчитаны на
создание обилия материальных благ во всей стране и во всём
мире.
Ведь это единственная новая черта, которую я предлагаю
внести в систему банкового дела и которая требует в какой-либо
форме уступок со стороны клиента банка. Что ещё предложил я
такого, что является действительно новым, т. е. новым в отно-
шении существующих чувств, обычаев, привычек или предрас-
судков общества?
Да абсолютно ничего. Причём моё второе и последнее условие—
это то, что на всех работах меновой системы должна сущест¬
вовать минимальная ставка заработной платы.

486
ДЖОН ГРЕЙ
А эта минимальная ставка заработной платы, как я подробно
объяснил в одной из предыдущих лекций, означает только пункт
старта в беге конкуренции, не затрагивающий ничьих интересов,
за исключением лишь тех лиц, которые до учреждения меновых
банков были либо должниками, либо кредиторами. Следователь-
но, при определении размера минимальной заработной платы нуж¬
но, как мы уже указывали, считаться с их интересами, т. е. счи¬
таться специально с существованием государственного долга,
наследственных, арендных платежей и всех прочих денежных до-
говоров.
Если сумма этой минимальной ставки заработной платы будет
однажды справедливо установлена — а это должно быть делом не
рабочих или их хозяев, а самого правительства,— то не будет
больше места для жалоб.
В настоящее время, например, люди во многих случаях по-
лучают в качестве части вознаграждения за труд или услугу
стол и квартиру, а в добавление к этому также заработную
плату. Ясно, что первое они должны иметь в достаточном коли-
честве, тогда как сумма заработной платы есть всецело дело до¬
говора между ними и их нанимателями.
В предполагаемых фабриках меновой системы каждый, входя-
щий в какую-либо из них в качестве рабочего, имел бы немедлен¬
но как своё законное право такую-то сумму денег в неделю за опре-
делённое число часов работы. Но в огромном большинстве случаев
эта сумма была бы меньше той, которую он согласился бы полу¬
чить в качестве полной оплаты за свой труд. Действительная
сумма его заработной платы, следовательно, определялась бы,
как и в настоящее время, взаимным соглашением между ним и его
нанимателем.
Но если бы мне возразили, что стоимость рабочих денег па¬
дала бы вследствие того, что рабочие выставляли бы требования
непомерно высокой заработной платы, превышающей минималь¬
ную ставку, на которую по закону имел бы право каждый чело-
век, то я отвечу, что весь опыт человеческой жизни неоспоримо
доказал способность хозяев успешно бороться против чрезмерных
требований своих рабочих. Для того чтобы заработная плата
удерживалась как можно ближе к минимуму, существовал бы
очень сильный мотив. Никаких объединений ни в какой форме
не было бы. Хозяева в каждой отрасли промышленности должны
были бы конкурировать друг с другом, как и в настоящее время.
Поэтому никакой хозяин не захотел бы давать более высокую
заработную плату, чем необходимо, так как если бы он согласился
на это, то его конкуренты наверняка продавали бы дешевле его
на рынке меновой системы. Вследствие этого они либо имели бы
больший оборот, чем он, либо они, быть может, совершенно вы-
теснили бы его с рынка.

ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
С другой же стороны, для рабочих каждой отрасли бастовать
ради более высокой заработной платы, как это часто делают те¬
перь, было бы, очевидно, бесполезно. Ибо дайте им более высо¬
кую заработную плату, и другие категории рабочих потребуют
повышения в той же пропорции. Всё новые и новые категории
присоединялись бы к этому требованию, но чего бы они добились
и что бы они выиграли? Они были бы в том же положении, что и
раньше, и ничего не выиграли бы. Короче говоря, я требую* под¬
вергнуть самому строгому исследованию изложенный мной прин-
цип в связи с минимальной ставкой заработной платы, благодаря
установлению которой стоимость рабочего фунта могла бы быть
фиксирована с математической правильностью и точностью. Я по¬
лагаю, и даже уверен, что принцип окажется неуязвимым.
Было бы легко, повторив различные предложения, выдвину¬
тые мною перед вами, предусмотреть те возражения, которые,
вероятнее всего, могут у вас появиться, и дать на них ответ.
Однако это было бы бесполезным трудом. Ибо в первую очередь
®/1(Г всех возражений были бы легковесны; они возникли бы
исключительно вследствие слишком поспешного ознакомления с
обсуждаемым вопросом. Между тем нельзя, очевидно, рассчиты¬
вать, чтобы кто-либо выдвигал против своих собственных пла-
нов такое возражение, которое он не был бы вполне готов опро¬
вергнуть.
Составить продуманное мнение по вопросу, затрагивающему
такие огромные интересы, как денежная система общества, оче¬
видно, невозможно, не уделив этому много внимания, и потому
я в целях поощрения такого продуманного исследования решил
предложить за работу по этому вопросу премию. И если бы моя
цель состояла только в пропаганде какой-либо собственной из¬
любленной теории денег, то, очевидно, мне никогда не пришло
бы в голову предложить премию тому, кто опровергнет мои до¬
воды. Наоборот, если бы вообще речь шла о премии, я ее пред-
ложил бы за лучшее сочинение в пользу моего принципа. В этом
случае я сам бы назначил себя единственным судьёй сравнитель-
ных достоинств сочинений, которые могли бы быть написаны.
Но я не питаю подобных намерений, а имею в виду одну и только
одну цель, а именно — истину. И, как мне кажется, в этом слу-
чае, как и в других, делу истины можно лучше способствовать
поощрением таланта, придерживающегося противоположного
мнения, чем вознаграждением тех, кто защищает данное дело,
каковы бы ни оказались достоинства или недостатки последнего.
С этим делом связано некоторое затруднение, которое должна
быть преодолено. Я публично предложил сумму в 100 гиней вся¬
кому, кто будет в состоянии написать лучшее возражение и опро¬
вергнуть перед компетентным и беспристрастным судом теорию,,
защищаемую в этих лекциях. Найти «компетентный и беспри?
488
ДЖОН ГРЕЙ
страстный суд» будет нетрудно. Избранные обеими сторонами
арбитры и третейский судья, избранный арбитрами на случай
расхождения в мнениях между ними, составят предлагаемый
трибунал, конечно, при условии, если status этих судей будет
гарантировать их компетентность.
Но существует, конечно, как уже замечено, некоторое затруд-
нение в отношении способа выбора лучшего произведения, опро-
вергающего или пытающегося опровергнуть выдвинутую мной
теорию. Избирающий должен быть стопроцентным защитником
существующей денежной системы. Его положение и репутация
в обществе должны быть таковы, чтобы придавать вес его мнению,
чтобы, словом, соискатели были уверены, что с ними не только
поступят справедливо, но что в деле выбора будут проявлены
как необходимая способность, так и заинтересованность.
Поскольку же издатель «Таймса» является безоговорочным
защитником современной денежной системы, я прямо предло-
жил либо поручить задачу выбора лучшего сочинения тому, кого
он пожелает назначить, либо же вести словесный бой с ним самим
на сумму в 500 гиней — по 250 с каждой стороны. Но он на это
предложение не дал ответа.
Далее, по словам «Таймса», мы в лице г-на Кобдена имеем
другого способного защитника золотой денежной системы, поэто¬
му я в следующую очередь обратился к нему с предложением
взять на себя выбор лучшего сочинения, возражающего на мои
доводы. Но г-н Кобден также отказался на том основании, что
его время уже полностью занято.
Следовательно, должен ещё быть найден первоклассный за-
щитник современной денежной системы, который захотел бы
сделать указанный выше выбор. Однако я не думаю, чтобы найти
такого было невозможно. Ибо, конечно, когда булльонисты уви-
дят, что им брошен публичный вызов, не все они последуют при-
меру своего чемпиона — «Таймса», который, дразня и высмеи-
вая сторонников бумажных денег в течение нескольких месяцев
подряд, был способен ответить на помещённое более чем в ста га-
зетах публичное предложение хорошенько обсудить вопрос —
молчанием. Он, быть может, считает это очень достойным отве-
том, но другие, вероятно, будут склонны считать такой ответ
весьма трусливым.
Я уже заметил сегодня, что нельзя рассчитывать, чтобы кто-
либо выдвинул против своей собственной теории такое возраже-
ние, на которое он не был бы вполне готов ответить. Поскольку,
однако, один и тот же вопрос был мне поставлен дважды с тех пор,
как я начал читать эти лекции, и в одном из случаев — банкиром,
я здесь вкратце упомяну этот вопрос и отвечу на него.
Спрашивали, как предлагаю я преодолеть следующую труд¬
ность: участвующему в меновой системе промышленнику или
ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
489*
купцу, говорил я, должно быть позволено указать по своей оценке
стоимость своих товаров и получать деньги из менового банка на
полную сумму такой стоимости, как она оценена им самим. Ка¬
кими же средствами должны мы бороться против преувеличенной
оценки стоимости товаров, сделанной либо злонамеренно, либо
вследствие ошибки в оценке реальной стоимости, вытекающей
из обесценения товаров или же из какой-либо другой причины?
Предположим, например, говорит вопрошающий, что я вношу в
товарную книгу поступившие ко мне на склады товары с объяв¬
ленной стоимостью в 1 тыс. фунтов и что на основании такой за¬
писи я получаю 1 тыс. рабочих фунтов. Предположим, далее,
что это совершенно недобросовестная оценка, что товары фак¬
тически стоят лишь 500 фунтов или, другими словами, что
500 фунтов — это всё, что можно за них получить. Как в таком слу-
чае меновой банк может быть гарантирован от денежной потери?
В ответ тому, кто писал этот вопрос, изложенный мной почти
его собственными словами, и каждому искреннему исследовате-
лю данной важной проблемы я сказал бы: научитесь в первую
очередь совершенно отделять два различных предложения, кото¬
рые я изложил вам, состоящие соответственно из принципа и из
плана.
Что касается принципа обмена, который я отстаиваю, то я
утверждаю как факт, во-первых, что пропорциональное производ¬
ство есть естественная причина эквивалентного спроса', во-вто-
рых, что благодаря установлению денежной системы, совершенно
ложной в принципе и разрушительной на практике, мы парали¬
зовали действие этого естественного последствия и тем самым
причинили обществу зло, размеры которого совершенно невозмож¬
но оценить; в-третьих, что великая проблема, стоящая теперь
перед коммерческим миром, заключается в том, каким образом
можем мы наиболее легко, удобно, эффективно и справедливо
восстановить естественное равновесие спроса и предложения,
столь безумно нарушенного нами за этот промежуток времени.
Таким образом, я считаю, что самый первоначальный прин-
цип — «производство есть причина спроса», потеря или отклоне-
ние этого принципа обществом и абсолютная необходимость его
признания и восстановления для того, чтобы страна могла про-
цветать,— это не просто факты, но именно те особые факты,
на которых должны быть основаны все наши доводы в пользу уста-
новления новой денежной системы и на которых наша улучшен¬
ная денежная система должна покоиться.
Но это и есть всё, на чём я настаиваю. Я не настаиваю на при-
нятии каких-либо особых моих собственных планов. В самом
деле, я сообщил вам в одной из предыдущих лекций, что у
меня нет плана, которому я бы решил отдать предпочтение
перед всеми другими. Наоборот, я специально старался обратить
490
ДЖОН ГРЕЙ
внимание других лиц на этот вопрос, дабы правильный принцип
обмена был разработан возможно более разнообразными мето¬
дами.
Итак, в качестве вывода из этих замечаний мой серьезный
совет каждому беспристрастному искателю истины в вопросе о
деньгах таков: рассмотрите сперва изложенный мной принцип,
исследуйте, изучайте и критикуйте его всевозможными способа¬
ми. Вопрос этот — всецело вопрос цифр и поэтому может быть
либо доказан, либо опровергнут. Но, повторяю, постарайтесь
сначала ограничиться этим исследованием.
Если же по окончании исследования вы придёте к заключе-
нию, что принцип, который я отстаиваю, ложен, т. е. вообще
не является принципом, то, что ж, тогда вопрос исчерпан. Вы
сразу перестанете думать об этом предмете. Плану обмена, ко-
торым я также старался заинтересовать вас, вы будете уделять
внимания не более, чем домогательствам человека, серьезно со-
ветующего вам и вашей семье эмигрировать, например, в не-
кую прекрасную страну, богатую всеми материальными благами,
с наилучшей почвой и климатом, продукцией и т. п., но, к не¬
счастью, существующую лишь в богатом фантазией мозгу вашего
советчика.
Точно таков же или же совершенно не таков характер того
дела, которое я старался изложить вам. Я описал вам страну,
текущую молоком и мёдом. Я сообщил вам, что она богата хле-
бом и вином, что она изобилует прекраснейшими плодами земли,
что её дома хорошо построены, комфортабельны и хорошо обстав¬
лены и что все, без единого исключения, её дети получили при¬
личное образование (они умеют читать, писать и считать, хорошо
знают свой язык и могут удовлетворительно писать на нём),
что законы этой страны справедливы, её государственный долг
равен нулю и что её правительству почти нечего делать, что,
одним словом, её народ процветает, доволен и счастлив. По раз-
мерам же она в точности равна всей поверхности земного шара,
на котором мы обитаем. И я сообщил вам далее, что название
этой великой и счастливой страны — «производство есть причина
спроса».
Узнайте же в первую очередь, является ли страна, о которой я
говорю, вымыслом или фактом, является или, вернее, может
ли она стать реальностью, достижимой для всего человеческого
рода, или это просто создание возбуждённого ума. Ответьте сперва
на этот вопрос, и если вы удостоверитесь, что моё утвержде-
ние о существовании этой страны в будущем правильно, если вы
будете готовы сделать все возможное для того, чтобы и другие
узнали об этом, то будьте уверены, что вы очень скоро найдёте
сотню моряков, оспаривающих друг у друга честь первыми до¬
стичь её берегов.

ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
491
Подвергните же, прошу вас, представленный на ваше рас-
смотрение принцип строжайшему испытанию. Короче говоря, ис¬
пытайте, верен он или ложен; и если найдёте его правильным,
глупо будет прийти в уныние, увидев некоторые действительные
или мнимые трудности в том, что я представил вам просто как пла н
практического применения этого великого принципа к обществу.
Если мой план, по вашему мнению, не совсем пригоден, то пусть
каждый из вас примется разрабатывать или улучшать его, или
создавать совершенно новый. Тогда видно будет, какой из мно-
гих планов, которые могут появиться, обещает быть лучшим.
Но в то время как было бы, очевидно, напрасной тратой времени
заботиться вообще о каком бы то ни было плане обмена, если бы
принцип, на основе которого он предлагается, был иллюзией,
не допускайте явную ошибку, отбрасывая здоровый принцип
только потому, что вы не можете согласиться с защитником его
в некоторых простых деталях, не имеющих какого бы то ни было
существенного значения.
Однако я перешёл к общему вопросу о принципе не для того
лишь, чтобы обойти тот вопрос, с которого мы начали и ко¬
торый касается также и части предложенного мной плана
обмена.
Я весьма далёк от желания увильнуть от ответа на такой во-
прос; я уверен в эффективности выдвигаемых мною планов так
же, как и в их принципе. Они являются результатом многих лет
размышления и изучения. Поэтому я по крайней мере уверен
в том, что если какой-либо основательный довод может быть
кем-либо выдвинут против них, то такой довод мне придётся ус¬
лышать впервые.
Специальный ответ на вопрос об ограждении банкира мено-
вой системы от того рода мошенничества, о котором я говорил
несколько минут тому назад, был ясно дан в моей IV лекции. В
ней я установил, что Англия, Шотландия и Ирландия, снабжён¬
ные банковой системой, учреждения которой я добиваюсь, были
бы совершенно подобны трём рынкам, содержащим всякий вид
недвижимого и движимого имущества, предназначенного для
продажи согласно следующему принципу.
Хозяин рынка, т. е. банкир меновой системы, говорит публике:
«Доставьте на мой рынок всё, что у вас имеется для продажи, и
я уплачу вам денежную стоимость всего вашего имущества —
недвижимого и движимого — по вашей собственной цене. При
этом единственное моё условие состоит в том, что, когда указан¬
ное имущество будет изъято из моего ведения, мне должен быть
возвращён полностью мой аванс. Это, равно как и то, что имуще¬
ство действительно будет изъято из моего ведения, вы до пере¬
дачи мне имущества должны обеспечить соответствующей гаран-
тией. Обязанность же продавать или, другими словами, обмени-
492
ДЖОН ГРЕЙ
вать ваши продукты и имущество должна оставаться всецело на
вас самих».
Что же может при этих условиях побудить человека к тому,
чтобы назначать удвоенную цену на свои товары, если бы это
значило только погубить собственное дело, совсем не затрагивая
интересов менового банка? Если цена его товаров, например
шляп, будет 20 шилл. за штуку, в то время как другие торговцы
предлагают шляпы такого же качества по 10 шилл., то как же
он продаст свой товар? Или какие могут быть у него мотивы при
сделках с меновым банком к тому, чтобы указать хоть сколько-
нибудь более высокую стоимость своих товаров, чем при его сдел-
ках с покупателями? Совершенно очевидно, что никакого побуж-
дения к этому у него быть не может. Банк с самого начала имеет
в своём распоряжении обеспечение, гарантирующее все его сдел-
ки, на определённую договорённую максимальную сумму, како¬
вое обеспечение тот был обязан дать прежде, чем его имя было
внесено в книги банка. Если, следовательно, предположить, что
этот максимум равен 1 тыс. фунтов и что торговец вздумал бы
оценить одну единственную шляпу в 1 тыс. фунтов, то этот акт
безумия не нанёс бы никакого ущерба банку. Но так как в этом
случае производитель шляп, конечно, не был бы в состоянии
продать свою шляпу, то банк немедленно узнал бы, что он не
ведёт никаких дел. Счёт, который он, очевидно, открыл под фик-
тивным предлогом, был бы тотчас же закрыт и оплачен произво-
дителем шляп непосредственно или же за счёт его обеспечения,
к которому немедленно прибегли бы для возврата банковских
ссуд до последнего гроша.
По отношению к недвижимому имуществу, действительно,
пришлось бы правила банка составить так, чтобы предупредить
возможность махинации, а именно, чтобы нельзя было занять
денег в меновом банке под предлогом желания продать имущество.
В таких случаях на имущество была бы умышленно назначена
чересчур высокая цена с явной целью предотвратить продажу
его вообще. Но защищаться против махинаций этого рода было
бы нетрудно, поскольку их предвидели бы ещё до выработки за¬
кона о меновых банках. Если опять-таки скажут, что, как бы
закон ни был сформулирован, некоторые лица всё же попытаются
обойти его, то я отвечу, что если бы это возражение имело какую-
нибудь цену, то оно было бы применимо к трети или четверти всех
существующих законов о собственности. При этом мы должны были
бы прямо прийти к выводу, что род человеческий представляет
собой шайку таких закоренелых мошенников, против которых
бессильны какие бы то ни было законы. По отношению к обще¬
ству в целом это, однако, неверно.
Поскольку мы покончили, таким образом, с двумя существен¬
ными особенностями денежной системы, которую я попытался
ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
495
объяснить вам, почти не остаётся ничего такого, что в настоящее
время требовало бы каких-либо дальнейших комментариев.
Я проявил бы недостаток благодарности, если бы не восполь¬
зовался случаем выразить вам признательность за любезное и
терпеливое внимание, которое вам угодно было уделить мне в
течение необычно долгой серии из восьми лекций на очень непо¬
пулярную тему. Предсказывали, я знаю, что эти лекции не при-
влекут аудитории. Результат был совершенно иной. Аудитория
была многочисленнее, чем я предвидел или имел основание ожи¬
дать, особенно при невыгодном положении, в котором я ока¬
зался благодаря тому, что выступал в этом зале непосредственно
вслед за лектором, имеющим известность во всей Европе и за
океаном х.
Но моё намерение по крайней мере нашло отклик. Благодаря,
вашей любезности я мог продолжать дело, которое начал много
лет тому назад и которое, наверное, оставлю только тогда, когда*
не буду более способен заниматься какой бы то ни было ра¬
ботой.
Эти лекции сами по себе всё же ещё не выполнили своего на-
значения. Принцип обмена, признания которого я добивался,,
либо верен, либо ложен. И, поскольку это так, будьте уверены,
что я найду способ обеспечить один из двух результатов: или5
этот принцип будет отвергнут, или им будут руководствоваться,
притом будет руководствоваться британская нация.
Для осуществления этого решения я намерен в возможно
скором времени напечатать и опубликовать сообщения, которые^
я сделал вам. Экземпляры книги будут посланы некоторым чле-
нам верхней палаты парламента и каждому члену палаты общин.
Я пошлю также экземпляр каждому по крайней мере из пятисот
руководителей прессы по всему королевству. И с помощью-
конкурса, о котором я уже говорил, я буду ещё дал ее стараться
добиться дискуссии по этому важному вопросу.
Когда это будет сделано, то случится одно из двух — и это
почти столь же верно, как то, что мы здесь находимся вместе,
а именно:
I. Или кем-либо будет доказано, что принцип обмена, который
я отстаиваю, есть заблуждение. В этом случае я честно обязуюсь
столь же публично признать, что я заблуждаюсь, как ныне я ут¬
верждаю обратное.
II. Или же принцип обмена, который я защищаю, будет уста-
новлен на практике, несмотря на то, что он был ранее отверг-
нут министром, всегда чересчур мудрым для того, чтобы брать
уроки у скромных людей, и членами нижней палаты, всегда че-
ресчур равнодушными к вопросам, возникающим вне парламента,
1 Mr. Ralph Waldo Emerson.

494
ДЖОН ГРЕЙ
и даже несмотря на то, что осуществление его тормозилось ле-
таргией, слепотой и безразличием самого общественного мнения.
Есть по крайней мере сторона, которая не будет равнодушна
к истинам, изложенным мною, если они действительно окажутся
истинами. Эта сторона —трудящийся человек. И пусть сам ми-
нистр, имея перед глазами современное положение этого трудя-
щегося почти во всей Европе, дважды подумает, прежде чем ре-
шится отвергнуть предложение, имеющее огромную важность
для интересов каждого трудящегося. Как многим, а быть может,
всем вам здесь известно, я никогда не добивался и не склонен
добиваться репутации демагога и никогда не предлагаю для этой
цели своих услуг шумливым противникам наших общественных
учреждений, у которых всегда один и тот же лозунг: «Всё сущест¬
вующее несправедливо». Но значение принципа обмена, который
я объяснил вам, таково, что оно властно требует внимания зако¬
нодательства.
И если люди, олицетворяющие закон, будут упорно делать
вид, что они не слышат протестов по вопросу о денежной рефор-
ме, то пусть они в дальнейшем займут должное место в рядах
чартистов Англии и революционеров Ирландии. И будущий исто-
рик скажет правду, что фактически между ними не было никакой
разницы. Если Митчел, сосланный на каторгу, был революцио-
нером, то является им и г-н Джонс Ллойд. Если издатель «Айриш-
фелон» революционер, то издатель лондонского «Таймс» — тоже.
Они похожи друг на друга, как бобы, между ними нет никакой
разницы. Тенденция их поведения всегда одинакова — это тен-
денция подстрекать рабочий класс на действия, вызванные от-
чаянием и насилием. Разница между этими двумя партиями в том,
что одна из них ко всем прочим грехам виновна ещё в преднаме-
ренных действиях, в то время как другая, безвредная в помыслах
своих, закрывает глаза на происходящее.
Короче — одна партия проснулась (или бодрствует), другая
продолжает крепко спать и видеть сны.
По этому вопросу не может быть промежуточной точки зре-
ния. Производство является или не является естественной при¬
чиной спроса. Если производство по природе есть причина спро¬
са, но не является ею в настоящее время, то оно может или не
может быть сделано таковой немедленно и навсегда.
И над этими вопросами, от решения которых зависят ком-
форт и счастье всего человеческого рода, никогда, ни на один
момент, кажется, не задумываются наши законодатели, наша
пресса или даже значительная часть наших коммерческих кругов.
Не менее верно и то, что здесь также кроется ответ на вопрос —
способны мы или нет действительно осуществить многие дру-
гие цели, за которые столь ревностно борются различные полити-
ческие круги, как то: прогресс образования, охрана здоровья
ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
495
народа, улучшение жилищ ,для бедных, ограничение часов
работы и многое другое.
Взгляните же на это, и притом поскорее. Посмотрите, прав
я или нет в сделанных мною утверждениях. И если я прав, то не
является ли фактом, что 99 из 100 наших законодателей и обще-
ственных деятелей всех наименований уличены в данный момент
в самом плачевном незнании одного из главнейших принципов
человеческого общества, короче говоря, принципа, на котором и
только на котором может быть основано постоянное процветание
наций?
Они, таким образом, уличены, и притом начиная от премьер-
министра наших королевств, который растрачивает своё время
и энергию на то, чтобы сколотить с помощью всякого рода
мелких уловок и приёмов 50 млн. или около того в год для нужд
государства, в то время как он очень хладнокровно допускает
ежегодное обложение страны на лишних 100 млн. без пользы для
кого-либо, и кончая неистовыми радикалами, которые путём
разрушения индивидуальной собственности подорвали бы осно-
вание всего того, что может быть названо респектабельным в этом
мире и что достойно быть предметом стремлений разумных лю¬
дей.
Исследуйте же, прошу вас, эту великую проблему. Задача
эта окажется гораздо менее трудной, чем вы воображаете. Про¬
читайте с той старательностью и вниманием, которых оно заслу-
живает, небольшое произведение Милля, озаглавленное «Начала
политической экономии», и после этого всё написанное также г-ном
Мак-Куллохом о спросе и предложении. Затем внимательно про¬
чтите «Богатство народов» или даже только первый том его. И
если только вы изучите эти произведения так, как они этого за-
служивают, в связи с темой этих лекций, то вы поймёте, что не
так легко отвергнуть то особое учение, для утверждения которо¬
го в общественном сознании я никогда не перестану трудиться,
пока не добьюсь либо его принятия, либо доказательства его лож¬
ности или же пока не распрощаюсь одновременно с этим вопросом
и с моим земным существованием.

СОДЕРЖАНИЕ
Предисловие	 3
ЛЕКЦИИ О ЧЕЛОВЕЧЕСКОМ СЧАСТЬЕ. 1825 г.
Предисловие	 1
Введение

Общий обзор общества	27
Влияние занятий на личное	счастье людей	 44
Выдержки	55
Конкуренция как граница производства	 6
СОЦИАЛЬНАЯ СИСТЕМА
ТРАКТАТ О ПРИНЦИПАХ ОБМЕНА. 1831 г.
Предисловие 	 77
Глава I.
Введение. — Трудности темы. — Личные дела.— Всеобщая не¬
любовь к изучению социальной науки.— Необходимость при-
способления отдельных частей, друг к другу для образования
симметричного целого.— Всеобщее неверие в возможность су¬
щественного улучшения как серьёзное препятствие к этому.—
Благоприятные условия настоящего времени.— Теория и прак¬
тика.— Разные замечания	 79
Глава II.
Определение.— Изложение и объяснение принципа и доказа¬
тельство его важности.— Земля, труд, капитал и свобода обмена
являются четырьмя элементами, из которых состоит богатство		86
Глава III.
Очерк торговой конституции.— Присвоение земли и капитала.—
Руководство.— Управление. — Заработная плата, жалованье
и общие принципы Социальной системы	 93
Глава IV.
Производство.— Труд — источник богатства.—	Обеспечение
собственности.— Разделение занятий.— Капитал.— Описание
способа, как вести промышленность и земледелие, чтобы спрос
всегда шёл в ногу с производством—.— 	97

содержание
497
Глава V.
Обмен.— Обмен — отец общества.— Современный порядок обмена
в корне дефективен.— Необходимость меры стоимости.— Золото,
серебро и банкноты при теперешнем их употреблении совер¬
шенно непригодны для той цели, для которой они предназначены.—
Определение надлежащего употребления и свойств денег.— Опи-
сание усовершенствованного порядка обмена.— План Националь-
ного банка.— Золотая, серебряная и медная монеты.— Экспорт и
импорт	 105
Глава VI.
Распределение.— Замечание по поводу характера защищаемой
здесь теории.— Важность рассмотрения государственного долга
при установлении размера заработной платы.— Определение над-
лежащих размеров средней заработной платы.— Заработная пла¬
та. — Жалованье. — Национальные издержки. — Национальный
капитал.— Образование.— Страхование.— Нетрудоспособность.—
Обесценение запаса.— Непроизводительный труд.— Перемена
занятий. — Налоги. — Национальный баланс. — Занятие для
г-на Юма.— Заключение главы	122
Заработная плата	 126
Жалованье	 127
Глава VII.
Предотвращение подделок.— Доказательство мнения, что под-
делка банкнот может быть полностью предотвращена.— Необходи¬
мость общественного критерия подлинности банкнот.— Недоста¬
точность принимаемых ныне мер для предотвращения подделки.—
Банкноты должны были бы все быть одинаковыми.— Описание
плана для предотвращения подделки.— Основание для уверен-
ности в том, что предлагаемый теперь план достиг бы цели		138
Глава VIII.
Свободные профессии.— Различие между членами общества, за¬
нимающимися коммерцией, и представителями свободных про-
фессий.— Способы вознаграждения лиц свободных профессий.—
Полупрофессиональные занятия.— Передача частной собствен¬
ности.— Патенты	 147
Глава IX.
Обзор общества.— Вероятные последствия Социальной системы.—
Схема общества.— Общий обзор человеческих занятий и способа,
которым распределяется теперь богатство страны	 152
Глава X.
Народонаселение.— Теория г-на Мальтуса.— Она противоречит
очевиднейшим велениям природы.— Она опровергается тем свиде-
тельством, к которому г-н Мальтус обращается для её доказательст¬
ва.— Факты, приводимые для ее обоснования, неверны.— Даже
если бы она была правильная, то это было бы лишним доводом в
пользу учреждения Социальной системы.— Теория г-на Сэдлера.—
Ссылка на некоторые из его таблиц.— Влияние неравенства в
возрасте родителей на пол их детей.— Животные подвержены
тому же самому закону.— Эмиграция	 160

498
СОДЕРЖАНИЕ
Глава XI.
Политическая экономия.— Краткое замечание по поводу мнений
экономистов, обнаруживающее различие в некоторых отноше-
ниях между их взглядами и взглядами автора Социальной системы
и направленное также к пояснению и защите принципа, изложен-
ного на предыдущих страницах	 18$
Глава XII.
Налоговое обложение. — Общие замечания по поводу влияния
налогового обложения при современной системе торговли.— Уве-
личение производства как результат взятия взаймы и израсхо-
дования правительством больших денежных сумм.— При Социаль-
ной системе налоги были бы злом, в точности пропорциональным
их сумме	 217
Глава XIII.
Государственный долг. — Предварительные	замечания.— Со-
поставление государственного долга с частным.— Оценка общей
суммы имущества в Британской империи.— Краткий обзор про-
грессирующего увеличения национального долга со времени рево-
люции до 1 февраля 1813 г	 222
Глава XIV.
Как приступить к делу.— Влияние прессы.— Парламент должен
был произвести исследование причин существующих неурядиц и
характера различных средств, предложенных для устранения бедст-
вия.— Последовательные шаги, необходимые для образования
Национальной торговой ассоциации	 227
Глава XV.
Заключительное слово. — Если мы продолжаем страдать от
существующих торговых ошибок общества, то это по нашей соб¬
ственной вине	 229
Приложение
Теория Социальной системы есть всецело результат наблюдения и
размышления.— Орбистонская кооперативная организация. —
Мои советы её основателям.— Замечания о покойном г-не Аврааме
Комбе.— Цитаты из его мемуаров. — Происхождение «Северо-
британского уведомителя» — еженедельного журнала, издаваемого
в Шотландии и содержащего только объявления.— План г-на Оуэна
из Нью-Ленарка.— Заключение приложения и книги	 233
ВЕРНОЕ СРЕДСТВО ПРОТИВ БЕДСТВИЙ НАРОДОВ. 1842 г.
Глава I.
Введение и общий очерк проблемы	 255
Глава II.
План менового банка и монетного двора	-	 263

СОДЕРЖАНИЕ
49»
Глава III.
О фабриках и складах.—Несколько общих замечаний о внеш-
ней торговле	276
Глава IV.
Несколько слов в объяснение характера взаимных расчётов	 284
Глава V.
Обычный аргумент.— Практически неосуществимые вещи.— Пря¬
мое и косвенное влияние предложенной реформы.— Перепроиз¬
водство.— Действие конкуренции.— Накопление.— Доход.— Как
доход может быть использован.— Расширение плана меновой сис¬
темы.— Различные замечания	290
Глава VI.
В заключение — объяснение границ производства, каковыми они
являются и каковыми они должны были бы быть.—Несколько слов
по вопросу о населении и эмиграции	311
Глава VII.
Некоторые замечания о современных политических партиях. .. 320
Глава VIII.
Обращение: автор очень просит исследовать достоинства развитой
здесь системы обмена.— Напоминание герцогу Веллингтону о сде-
ланном им в печати приглашении	325
ЛЕКЦИИ О ПРИРОДЕ И УПОТРЕБЛЕНИИ ДЕНЕГ
читаны для членов
Эдинбургского философского института
в феврале и марте 1848 г.
Лекция I.
Введение.— Подробное изложение трудностей проблемы.— По¬
пулярные лекции обычно учат тому, что признано, в то время как
в данном случае задача лектора — отстаивать взгляды, которые
большей частью являются новымидля публики. —Общая характе¬
ристика этих взглядов	338
Лекция II.
В совершенно свободном торговом обществе, не подверженном
влиянию какой бы то ни было денежной системы, производство
было бы постоянной и неизменной причиной спроса.—В целом
было бы так же легко продать товары, как легко купить их, и это
до бесконечности.— И слова «предложение» и «спрос» были бы
лишь двумя наименованиями одного и того же понятия		349
Лекция III.
Производство, которое по природе вещей есть причина спроса,
является теперь следствием его, причём их роли переменились
благодаря действию нашей нынешней денежной системы.— Для
того чтобы благоденствие человечества стало возможным, долж¬
но быть восстановлено безумно нарушенное взаимосоответствие
между производством и спросом	365

500
СОДЕРЖАНИЕ
Лекция IV.
Описание банковой системы, путём учреждения которой произ¬
водство, ныне являющееся следствием спроса, может быть пре¬
вращено в любое время в причину его	392
Лекция V.
Продолжение темы предыдущей лекции, т. е. продолжение опи-
сания„банковой системы, путем учреждения которой производст¬
во, ныне являющееся следствием спроса, превратилось бы в его
причину	 411
■Лекция VI.
Продолжение и окончание темы IV и V лекций. — Оши¬
бочность существующего принципа чеканки.— Объяснение	и
демонстрирование истинных принципов чеканки	429
Лекция VII.
Лица свободных профессий, природа их занятий, рассматривае-
мая в связи с деньгами.—Снабжение деньгами^дл я ведения таких
розничных и других операций, которые могут быть совершенно
не связаны с предлагаемой промышленной и торговой меновой
системой.— Заблуждения гг. Дж. Р. Мак-Куллоха и Ричарда
Кобдена	450
Лекция VIII.
Краткое повторение и обзор всего вопроса	477
ДЖОН ГРЕЙ
Сочинения
Редактор О. Арав
Оформление художника Н. Симагина
Технический редактор М. Пиотрович
Ответственные корректоры А. Беляев и 3. Покровская
Сдано в набор 25 марта 1956 г» Подписано в печать 20 мая 1956 г. Формат 60X92 в
'Фиэ. печ. л. 34‘/4. Условн. печ. л. 31,25. Учётно-изд. л. 30,35. Тираж 20000 экз. А02526.
Заказ >6 526. Цена 9 руб.
Государственное издательство политической литературы.
Москва, В-71, Б. Калужская, 15.
Министерство культуры СССР. Главное управление полиграфической промышленности.
Первая Образцовая типография имени А. А. Жданоза, Москва, Ж-54, Валовая, 28.