Исторія военнаго искусства въ средніе века (V-XVI стол.). Часть II - Пузыревскій А.

Автор: Пузыревскій А.
Теги: военное искусство исторія исторія искусства исторія военнаго искусства средніе века
Год: 1884
Похожие
Краткій курсъ исторіи военнаго искусства в средніе и новые века. Часть 2
Краткій курсъ исторіи военнаго искусства в средніе и новые века. Часть 3
Краткій курсъ исторіи военнаго искусства в средніе и новые века. Часть 1
Исторія инквизиціи въ Средніе века. Томъ 2
Текст
                    А. Пузыревскій.
ИСТОРІЯ ВОЕННАГО ИСКУССТВА
ВЪ
СРЕДНІЕ ВЪНА
(V—XVI стол.)
Съ отдѣльнымъ атласомъ.
Часть II.
Издано при содѣйствіи Николаевской академіи генеральнаго штаба.
С.-ПЕТЕРБУРГЪ.
Типографія штаба войскъ гвардіи п Петербургскаго военнаго округа.
1884.
А. ПузыревсЕій.
ИСТОРІЯ ВОЕННАГО ИСКУССТВА
ВЪ
СРЕДНІЕ ВѢНА
(Ѵ-ХѴІ стол.)
Съ отдѣльнымъ атласомъ.
Часть II.
Издано при содѣйствіи Николаевской академіи генеральнаго штаба.
С.-ПЕТЕРБУРГЪ.
Типографія штаба войскъ гвардіи и Петербургскаго военнаго округа.
1884-
ОГЛАВЛЕНІЕ II ЧАСТИ.
Стр.
ГЛАВА V. Появленіе и распространеніе огнестрѣльнаго
оружія въ Европѣ............................................ 1.
ГЛАВА VI. Начало возрожденія пѣхоты ...... іб.
ГЛАВА VII. Окончательное возстановленіе значенія пѣхоты
и разрушеніе феодальной военной системы
въ борьбѣ гусситовъ съ нѣмцами и швейцар-
цевъ съ Карломъ Смѣлымъ. Соотвѣтственныя
измѣненія въ составѣ армій и военномъ ис-
кусствѣ вообще..............................................34.
ГЛАВА VIII. Переходная эпоха отъ средневѣковаго къ но-
вому военному искусству. Господство наем-
никовъ. Ланцкнеты. Новая кавалерія. Воз-
рожденіе тактическаго искусства. Увлеченіе
огнестрѣльнымъ оружіемъ. Начало новой
фортификаціи................................................88.
Приложеніе къ	I части....................................215.
Примѣчанія ко	II части...................................219.
Глава V.
Появленіе и распространеніе огнестрѣльнаго
оружія въ Европѣ.
Въ Средніе вѣка въ Европѣ появляется новый дѣятель, кото-
рому суждено было оказать существенное вліяніе на развитіе воен-
наго искусства и сдѣлаться однимъ изъ могущественныхъ орудій
войны—мы говоримъ, конечно, объ огнестрѣльномъ оружіи. Какъ
увидимъ ниже различнаго рода зажигательные составы съ давнихъ
временъ находили на Востокѣ обширное примѣненіе въ военномъ
дѣлѣ; тамъ-же слѣдуетъ искать появленіе пороха и начало прило-
женія его къ метанію снарядовъ; но развитіе огнестрѣльнаго ору-
жія до нынѣшняго его состоянія вполнѣ принадлежитъ западнымъ
народамъ. Первые образцы огнестрѣльнаго оружія были крайне
несовершенны и матеріальная дѣйствительность его совершенно ни-
чтожна, такъ что въ теченіи весьма продолжительнаго времени но-
вое оружіе не могло вытѣснить прежнихъ метательныхъ машинъ и
употреблялось въ бою наряду съ ними, постепенно завоевывая себѣ
приличествующее мѣсто въ ряду прочихъ средствъ вооруженной
борьбы. Въ концѣ концовъ это оружіе, оказало рѣшительное
вліяніе на развитіе военнаго искусства, видоизмѣнивъ не только
различные частные пріемы въ веденіи войны и боя, но и самый со-
ставъ армій, а‘также внутреннія ихъ отношенія. Рыцарь, воспи-
танный для боя съ дѣтства, искусно владѣвшій своимъ оружіемъ,
закованный въ желѣзо сдѣлался вполнѣ уязвимымъ для презираемаго
имъ мужика или лавочника, который смѣлѣе прежняго выступаетъ
на борьбу съ своимъ грознымъ врагомъ. Военное ремесло демокра-
тизируется и дѣлается постепенно достояніемъ всѣхъ классовъ обще-
ства; пѣхота возрождается, устанавливаются правильныя отношенія
1
2
ПОЯВЛЕНІЕ ОТНЕСТРѢЛЬНЛГО ОРУЖІЯ ВЪ ЕВРОПѢ.
между различными родами оружія. Ошибочно было-бы думать, что
одно лишь огнестрѣльное оружіе привело къ подобнымъ результа-
тамъ, но оно могуіцествено имъ содѣйствовало въ ряду другихъ
причинъ, которыя указаны въ своемъ мѣстѣ. Съ другой стороны
высокая стоимость матеріальной части артиллеріи, необходимость
значительныхъ запасовъ вызывали такія затраты, которыя соотвѣт-
ствовали средствамъ лишь могущественнѣйшихъ владѣтелей, а по-
тому новой артиллеріей могли пользоваться въ обширныхъ размѣ-
рахъ только эти сильнѣйшія лица, что уже само по себѣ содѣй-
ствовало усиленію центральной власти и влекло за собою всѣ не-
избѣжныя государственныя и соціальныя послѣдствія такого явленія.
Невозможно указать въ точности времени перваго появленія по-
роха и огнестрѣльнаго оружія. Такъ какъ порохъ явился не ре-
зультатомъ сознательныхъ научныхъ изысканій, а встрѣчается уже
между зажигательными составами, то мы вкратцѣ разсмотримъ исто-
рически этотъ вопросъ.
Зажигательные составы порождены Востокомъ, гдѣ ранняя циви-
лизація и сухой жаркій климатъ способствовали ихъ появленію,
распространенію и болѣе частому примѣненію нежели въ лѣсистыхъ
и туманныхъ сырыхъ странахъ Западной Европы. Употребленіе за-
жигательныхъ составовъ было извѣстно еще древнимъ грекамъ (по
свидѣтельству, напримѣръ, Ѳукидпда, Энея тактика и пр.) и рим-
лянамъ, которые бросали стрѣлы съ особымъ составомъ, на остріяхъ,
изъ смолы, сѣры, пеньки, манны, ладона и оскребковъ смолистаго
дерева. При этомъ смола, тая отъ жара, распространялась по по-
верхности зажженнаго тѣла, приставала къ нему, предохраняла
отъ смачиванія водой и такимъ образомъ затрудняла тушеніе го-
рящаго тѣла, что и было отчасти причиною баснословныхъ разска-
зовъ о дѣйствіи я силѣ этихъ зажигательныхъ составовъ. Уксусъ,
смачивающій лучше воды, пыль и песокъ прилипающіе къ жирнымъ
веществамъ и преграждающіе доступъ къ нимъ необходимаго для
горѣнія воздуха, считались единственными средствами для тушенія
такого пожара. Греки Византійской имперіи, хотя не оставили спе-
ціальныхъ техническихъ сочиненій ио этому предмету, но умѣли
приготовлять сильные зажигательные составы и пользоваться ими
для военныхъ цѣлей, *) поражая младенческое воображеніе малооб-
•) Въ Византійской имперіи греческій огонь появился относительно довольно поздно
и по словамъ мѣстныхъ писателей секретъ его былъ сообщенъ сюда константинополь-
скимъ грекомъ Калиниконъ въ 671 г.
ГЛАВА V.
3
разованныхъ народовъ и поддерживая въ извѣстной мѣрѣ этимъ
средствомъ свое эфемерное могущество. Анна Комненъ, говоря объ
осадѣ Дурацо Боэмундомъ, упоминаетъ, что осажденные пользова-
лись зажигательными снарядами и сообщаетъ ихъ составъ, ничѣмъ
по существу не отличающійся отъ древняго. Византійцы употреб-
ляли также зажигательные составы въ морской воинѣ, причемъ ко-
рабли ихъ снабжались трубами выдававіпимпся изъ за борта (во
избѣжаніе опасности при ихъ употребленіи) и спускавшими огонь на
непріятеля (см. л. 13, черт. 5). *)
Употребленіе селитры, столь важной составной части пороха,
слѣдуетъ искать прежде всего у китайцевъ, гдѣ она, съ примѣсью
землистыхъ частицъ, встрѣчается въ значительномъ количествѣ на по-
верхности почвы; но когда именно они познакомплись съ нею неиз-
вѣстно. По свидѣтельству исторіи, въ 969 году въ этой именно
странѣ была изобрѣтена ракета; фактъ этогъ сдѣлался извѣстнымъ
въ Европѣ гороздо позже, когда монголы, завоевавшіе Китай, дойдя
войною до Египта, въ первой половинѣ XIII ст.? познакомили Европу
съ ракетою и петардою. Ракета китайцевъ, набитая составомъ
изъ селитры, сѣры и угля отличалась значительно отъ нынѣшней.
Набивка была сплошною, занимала часть трубки и дѣйствовала слабо
такъ что ракета подвязывалась къ такъ называемой огненной стрѣлѣ,
которую метали лукомъ, а зажигательный составъ служилъ только
для поддержки скорости сообщеннаго стрѣлѣ движенія. Изобрѣтеніе
китайцевъ и употребленіе ими селитры для зажигательныхъ соста-
вовъ, вѣроятно, сдѣлалось-бы въ Европѣ извѣстнымъ ранѣе при
посредствѣ аравитянъ, поддерживавшихъ сношенія съ китайцами уже
въ 8 и 9 столѣтіяхъ, но сношенія эти были прерваны на долгое
время, вслѣдствіе смутъ наступившихъ въ имперіи, и возобновились
лишь въ срединѣ XIII ст.
*) Судя по лѣтописямъ, наши предки познакомились съ греческимъ огнемъ въ
941 г., когда дружина Игоря встрѣтилась на своихъ лядъяхъ съ греками и потерпѣла
сильное пораженіе отъ непріятеля дѣйствовавшаго огненными снарядами. Секрета этого
огня русы не узнали и впослѣдствіи; византійцы не посвящали ихъ въ тайпы этого
наводившаго ужасъ пламени. Спустя болѣе 200 лѣтъ, а именно въ 1185 году, русскіе
встрѣтили примѣненіе зажигательныхъ снарядовъ у другого своего врага, когда Кончавъ
съ толпами половцевъ вторгнулся въ предѣлы Россіи, причемъ у него былъ «басур-
манъ» стрѣлявшій «живымъ огнемъ». Русскіе неособенно видно испугались этого огня
такъ какъ разсѣяли половцевъ п взяли въ плѣнъ басурманина со всѣми снарядами,
но секрета огня все таки наши предки не узнали (см. Бранденбургъ «Историческій
каталогъ С.-Петербургскаго артиллерійскаго музея» С.-Петербургъ 1877 г., стр. 29 —
31. Сочиненіе весьма обстоятельное и составленное съ знаніемъ дѣла).
4
ПОЯВЛЕНІЕ ОГНЕСТРѢЛЬНАГО ОРУЖІЯ ВЪ ЕВРОПѢ.
Въ Лейденской библіотекѣ имѣется арабская рукопись, относя-
щаяся къ 1225 году и озаглавленная: «Сочиненіе о военныхъ хи-
тростяхъ, о войнѣ, о взятіи городовъ и защитѣ дефиле, согласно
наставленій Александра сына Филипа». Во многихъ главахъ этого
сочиненія, посвященныхъ описанію военныхъ и потѣшныхъ огней,
указываются многочисленныя составныя ихъ части (нефть, деготь,
различныя масла, сѣра, мастика, канифоль, мышьякъ, жиръ тюле-
ній, собачій, медвѣжій, волчій, бычачій, молоко и пр.), но о се-
литрѣ не упоминается, изъ чего можно заключить, что она или
была совершенно неизвѣстна арабамъ до 1225 г. или же не упот-
реблялась для военныхъ огней. Съ этимъ сочиненіемъ слѣдуетъ
сопоставить весьма замѣчательную книгу подъ заглавіемъ: «ІлЬег
і§піиш а<1 сотЬигешіоз Іюзіез». Авторъ ея, Маркъ Грекъ, можетъ
быть латинянинъ по происхожденію, писалъ во времена Латинской
имперіи (1204—1261 г.). Говоря о фейерверочныхъ штукахъ и
зажигательныхъ составахъ, онъ упоминаетъ о тѣхъ же предметахъ
какъ и авторъ лейденской рукописи, а также прибавляетъ и нѣко-
торые новые составы. Но для насъ особенно важно то, что въ
ЬіЬег і§піипі находятся указанія относительно приготовленія селит-
ры и пользованія ею для устройства ракетъ и петардъ, причемъ
именно только для этихъ двухъ снарядовъ. Такимъ образомъ, вѣ-
роятно, свѣдѣнія о селитрѣ и ракетахъ достигли Европы въ поло-
винѣ ХШ ст. независимо отъ аравитянъ, а черезъ монголовъ, за-
имствовавшихъ эти знанія у китайцевъ. Дальнѣйшій прогрессъ за-
жигательные составы сдѣлали у аравитянъ, которые вначалѣ упо-
требляли селитру («китайскій снѣгъ», «китайская соль») только въ
числѣ аптекарскихъ рецептовъ, а съ 1240 года называютъ ее осо-
бымъ словомъ «барудъ», означавшимъ впослѣдствіи порохъ. Судя
по сочиненію «О боѣ на конѣ и военныхъ машинахъ», относимому
къ 1285—1295 г., аравитяне достигли замѣчательнаго искусства
въ пиротехніи, причемъ селитра играетъ главную роль въ ихъ со-
ставахъ. Ее мѣшали въ различныхъ пропорціяхъ съ измѣльченною
сѣрою и углемъ, приготовляя ракеты, солнца и другія фейервероч-
ныя штуки. Прибавляя къ этимъ смѣсямъ металлическія опилки,
ладанъ, мышьякъ, камфарныя зерна, получали красные, зеленые и
желтые огни. Многіе изъ составовъ и фейерверочныхъ штукъ были
заимствованы у китайцевъ, положившихъ начало пиротехническому
искусству, служащему и нынѣ украшеніемъ публичныхъ празд-
нествъ. Но арабы, занимаясь этимъ искусствомъ, не ограничились
ГЛАВА V.
5
исключительно употребленіемъ его для развлеченія глазъ, а изобрѣ-
ли разнообразные военные снаряды, метательныя машины и ручное
оружіе, назначенное для зажиганія.
Такъ у нихъ встрѣчаются пустые шары и сосуды различныхъ
формъ, наполненные зажигательными составами и приспособленные
къ ручному дѣйствію, причемъ ихъ прикрѣпляли къ оконечности
пикъ и разбивали о непріятеля. Въ другихъ пикахъ имѣлись пус-
тые желѣзные наконечники, выбрасывавшіе пламя. Помощью лу-
ка и арбалета бросали стрѣлы, снабженные зажигательными снаря-
дами. Бортабъ представлялъ стеклянный шаръ съ отверстіями, на-
полненный зажигательнымъ составомъ и подвѣшенный на цѣпи къ
древку. Зажегши составъ, били шаромъ непріятеля. По примѣру
китайцевъ старались увеличить скорость полета стрѣлы, соединяя
ее съ ракетами (л. 11 чер. 4); иногда нѣсколько ракетъ прикрѣп-
лялись къ большой стрѣлѣ, имѣющей на своей оконечности зажи-
гательный снарядъ и бросаемой метательной машиной (мангоно).
Большія метательныя машины, требюше, бросали значительныхъ раз-
мѣровъ желѣзные, пустые, съ нѣсколькими отверстіями, снаряды,
наполненные зажигательными веществами.
Селитра, смѣшанная съ сѣрой и углемъ, употреблялась глав-
нымъ образомъ для заготовокъ и сообщенія огня зажигательному
составу; но постепенно примѣненіе ея увеличилось и это обуслови-
ло собою быстрые успѣхи пиротехніи.
Въ XIII столѣтіи (во 2-й половинѣ) арабы изобрѣли оружіе,
состоявшее первоначально изъ прежней зажигательной булавы, на
днѣ которой помѣщался пороховой зарядъ, который при воспламе-
неніи выбрасывалъ прежнюю арбалетную пулю или бондокъ. Тако-
во было первое огнестрѣльное оружіе пѣхотгѵнца. Они также изо-
брѣли оружіе и для всадника, состоявшее изъ пустаго, открытаго
цилиндра, укрѣпленнаго на концѣ шеста или копья; внутри ци-
линдра помѣщалась другая трубка, меньшей длины, наполненная
порохомъ; сверху этого заряда помѣщалась пуля (бондокъ) или
стрѣла (л. 13, ч. 6). Для зажженія заряда въ стѣнѣ трубки про-
дѣлывалось отверстіе или запалъ. Такимъ образомъ, первое огне-
стрѣльное оружіе было ручное. Изъ вышесказаннаго видно, что
порохъ былъ вполнѣ готовъ, когда употребленіе его перешло въ
Европу изъ Азіи,- причемъ арабы первые воспользовались его мета-
тельной силой.
Зажигательные составы, извѣстные подъ названіемъ <греческаго
6
ПОЯВЛЕНІЕ ОГНЕСТРѢЛЬНАГО ОРУЖІЯ ВЪ ЕВРОПѢ.
огня*, не были вовсе потеряны. Венеціанцы часто употребляли ихъ
въ XIV и XV столѣтіяхъ, причемъ оставили много рисунковъ за-
жигательныхъ орудій, машинъ и снарядовъ. Сдѣлавшись общеиз-
вѣстными, составы эти не производили уже болѣе паническаго стра-
ха; лѣтописцы перестали о нихъ говорить и изъ этого заключили,
что секретъ греческаго огня утерянъ. Въ настоящее время не оста-
лось ничего темнаго въ вопросѣ о сущности и дѣйствіи греческаго
огня: это не одинъ какой либо составъ, а цѣлая пиротехнія, при-
ведшая къ изобрѣтенію пороха. Свойство послѣдняго—приводить
въ движеніе ракеты—было извѣстно и имъ пользовались съ давняго
времени; что-же касается разрывнаго и метательнаго его свойствъ,
то трудно опредѣлить въ точности, когда именно они были перво-
начально примѣнены. Ни одинъ писатель не упомянулъ объ этомъ,
казавшемся столь маловажнымъ, изобрѣтеніи; но во всякомъ случаѣ
можно отнести его ко времени между 1270 и 1320 годами.
Во 2-й половинѣ XIII ст. упомянутое выше сочиненіе Марка
Грека познакомило христіанскіе народы запада съ ракетами, петар-
дами и селитрою, какъ видно изъ сочиненій Альберта Великаго (Бе
іпігаЪіІіЬиз піипсіі) и Рожера Бэкона (Ориз та]из). Первый изъ
нихъ, умершій въ 1280 году, въ точности выписываетъ изъ ЬіЬег
і§піит Марка Грека рецепты изготовленія ракетъ и петардъ, а
второй, умершій въ 1294 г., тоже изучалъ эту рукопись, хотя и
не списалъ изъ нея буквально, какъ Альбертъ. Это обстоятельство
было причиною, что изобрѣтеніе пороха приписывалось то одному,
то другому изъ названныхъ лицъ, хотя это, какъ мы видѣли, не-
справедливо. Какъ Альбертъ, такъ и Бэконъ имѣли лишь смутное
понятіе о метательныхъ и разрывныхъ свойствахъ пороха и такимъ
образомъ успѣхи въ выясненіи и примѣненіи этихъ свойствъ никакъ
не могутъ быть связаны съ именами упомянутыхъ двухъ замѣча-
тельныхъ ученыхъ.
Первое примѣненіе у европейскихъ народовъ пороха’ къ метанію
снарядовъ не оставило слѣда въ исторіи, такъ какъ нововведеніе
это считалось маловажнымъ и едва было замѣчено. Такимъ обра-
зомъ, первыя извѣстія о немъ слѣдуетъ искать въ документахъ
иного рода: въ городскихъ счетахъ, крѣпостныхъ описяхъ и проч.
Одна хроника, впрочемъ, утверждаетъ, что пушки впервые были
изобрѣтены въ Германіи монахомъ Бертольдомъ Шварцомъ въ 1313
году. Если п предположить, что онъ произвелъ въ Германіи первый
выстрѣлъ, то все-таки Шварцъ былъ несамостоятельнымъ изобрѣтя-
ГЛАВА V.
7
телемъ, какъ это видно изъ предъидущаго изложенія. Впрочемъ,
какъ этотъ фактъ, такъ и другія данныя показываютъ, что огне-
стрѣльное оружіе было весьма сочувственно встрѣчено въ Германіи
и получило тамъ быстрое развитіе. Существуютъ положительныя
доказательства, что въ 1326 г. въ Италіи были изготовлены желѣз-
ныя пули и металлическія орудія, и нѣкоторыя подробности показы-
ваютъ, что изготовленіе тѣхъ и другихъ уже значительно удалилось
въ это время отъ зародышеваго, младенческаго состоянія. Въ 1338
году огнестрѣльное оружіе находилось въ Руанѣ, а вскорѣ затѣмъ
и въ другихъ городахъ Франціи. Въ Россіи оно появляется въ
1389 г. Сначала орудія дѣйствовали весьма слабо и снаряды не
превосходили вѣсомъ фунтовъ 4-хъ. Испанскіе мавры опередили въ
этомъ отношеніи христіанъ; уже въ 1342 году онп употребляли
желѣзныя ядра величиною съ большое яблоко, причемъ попадали
ими со стѣнъ Алджезираса въ испанскій лагерь и даже перебрасы-
вали черезъ него, что казалось осаждавшимъ новостью.
Сначала артиллерія назначалась дѣйствовать только противъ
людей, могла опрокидывать всадниковъ покрытыхъ латами, но была
безсильна противъ стѣнъ и крѣпостей. Медленность ея развитія
обусловливалась недостаткомъ практической опытности и техниче-
скихъ знаній, причемъ люди, употреблявшіе порохъ и орудія, под-
вергались значительной опасности. Не смотря на все это, артил-
лерійскія орудія размножались и калибръ ихъ, а также устройство
разнообразились. Уже въ этотъ первый періодъ существованія ар-
тиллеріи появилось вредное стремленіе къ изготовленію возможно
большихъ орудій. Такъ, въ 1362 г. пизанцы имѣли бомбарду вѣсив-
шую 2,000 фунт. Въ 1377 году бросали снаряды въ 200 фунтовъ,
а герцогъ Бургундскій въ томъ-же году имѣлъ бомбарду, вѣсъ ка-
меннаго снаряда которой простирался до 437 фунтовъ, а самое
орудіе должно было вѣсить не менѣе 14,000 фунтовъ! *)
Первыя орудія (л. 15, чер. 1, 2, 3) состояли изъ простаго же-
лѣзнаго ствола (чер. 3), или изъ такого-же ствола скрѣпленнаго
кольцами, открытаго съ обоихъ концовъ, и изъ отдѣльной каморы,
въ которой помѣщался пороховой зарядъ. Казенная часть орудія
въ послѣднемъ случаѣ оканчивалась ящикомъ съ окномъ и отвер-
*) Впослѣдствіи встрѣчаются еще болѣе громадныя орудія, перевозка которыхъ
иногда была невозможна, вслѣдствіе чего они изготовлялись на мѣстѣ, какъ это было
при осадѣ Константинополя Магометомъ И, отлипшимъ орудіе, для котораго было рас-
плавлено около 2000 п. металла (Бранденбургъ стр. 11).
8
ПОЯВЛЕНІЕ ОГНЕСТРѢЛЬНАГО ОРУЖІЯ ВЪ ЕВРОПѢ.
стіями. Заряженная камора вкладывалась черезъ окно и прижима-
лась къ стволу особымъ клиномъ. Въ ней-же имѣлся запалъ, въ
который, для воспламененія пороха, пропускался раскаленный же-
лѣзный прутъ. Орудіе помѣщалось на станокъ или простой дере-
вянный кубъ съ выемкой. Такимъ образомъ, весь прогрессъ XIV
ст. заключался почти исключительно лишь въ томъ, что отъ малыхъ
орудій перешли къ большимъ.
Орудія изготовлялись, обыкновенно, кузнецами, которые прода-
вали ихъ королямъ, вельможамъ и городамъ; па ряду съ этимъ
являются уже со второй половины XIV ст. въ Германіи и Италіи
литейщики, отливающіе орудія изъ сплава олова и мѣди. Для из-
готовленія бомбардъ большаго калибра въ извѣстномъ пунктѣ соби-
рились лучшіе кузнецы, которые и производили работы подъ вѣ-
дѣніемъ и руководствомъ свѣдущаго пушкаря.
Порохъ приготовлялся ручнымъ способомъ лицами, которыя имъ
торговали. Полная свобода этой промышленности, при отсутствіи
казеннаго производства, хотя и содѣйствовала техническому про-
грессу, но въ то-же время, вслѣдствіе неумѣнія опредѣлить степень
чистоты пороха, а также и различія состава и способовъ обработки,
получался порохъ неодинаковой силы. Такъ какъ притомъ и орудія
были весьма различной прочности, то, во избѣжаніе разрыва, упо-
требляли медленно-горящій порохъ, при которомъ опасность умень-
шалась, въ такой-же, впрочемъ, степени, какъ и сила дѣйствія ар-
тиллеріи. Понятно поэтому, что въ теченіи XIV столѣтія прежнія
метательныя орудія не только употребляются на ряду съ бомбар-
дами, но и предпочитаются имъ, такъ какъ дѣйствуютъ сильнѣе и
менѣе опасны въ употребленіи.
Гораздо болѣе точныя свѣдѣнія имѣются объ орудіяхъ первой
половины XV столѣтія.
Орудія прикрѣплялись къ станкамъ или лафетамъ посредствомъ
веревокъ и желѣзныхъ скрѣпъ. Иногда они могли измѣнять накло-
неніе для прицѣливанія, но въ большинствѣ случаевъ оставались
неподвижными, тѣмъ болѣе, что это отвѣчало желанію по возмож-
ности уничтожить откатъ орудія. Въ то время не понимали значе-
нія и пользы отката въ смыслѣ сбереженія орудія и лафета, а по-
тому употребляли всѣ средства для уничтоженія отдачи; съ этою
цѣлью, напримѣръ, орудія ввинчивались казенною частью въ боль-
шой кусокъ металла, вѣсъ котораго былъ достаточенъ для уничто-
женія отдачи. Если при этихъ условіяхъ орудія не слишкомъ бы-
ГЛАВА V*.
9
стро портились, то это потому, что порохъ былъ слабъ и снаряды
относительно легкіе.
Нѣкоторые станки устраивались такъ, что можно было подни-
мать орудія почти вертикально; чтобы при этомъ порохъ и заготов-
ка не спадали съ запала, камора орудія располагалась подъ угломъ
къ оси канала, образуя съ линіей полета прямой уголъ. Около по-
ловины XV ст. (1443 г.) швейцарцы изобрѣли орудія на двухко-
лесныхъ лафетахъ (іагаз-ЪйсЬзе), съ приспособленіемъ для уничто-
женія отдачи и получили нѣчто въ родѣ полевой артиллеріи, хотя
орудія эти не могли измѣнять своего наклоненія.
Орудія получаютъ различныя названія въ зависимости отъ ихъ
устройства. Такъ, кромѣ бомбардъ (у нѣмцевъ—бюксы) мы встрѣ-
чаемъ веглеры (ѵеи§1аігез). Это были орудія, заряжавшіяся съ ка-
зенной части, а по калибру и силѣ дѣйствія меньшія бомбардъ.
Каждая изъ нихъ имѣла нѣсколько переносныхъ каморъ, способ-
ствовавшихъ болѣе быстрому заряжанію. Каменныя ихъ ядра вѣ-
сили отъ 3 до 100 ф. Краподо (сгареапбеаих) назывались сзади
заряжавшіяся орудія, стрѣлявшія самыми маленькими каменными
ядрами. Вѣсъ орудія простирался отъ 100 до 250 ф. Кулевринами
назывались орудія еще меньшаго калибра, заряжавшіяся съ дула и
стрѣлявшія свинцовыми снарядами. Вѣсъ ихъ простирался отъ 12
до 50 ф. Мортиры бросали каменныя ядра и отличались отъ бом-
бардъ болѣе короткимъ каналомъ.
Нѣсколько орудій малаго калибра (веглеры, краподо, кулеври-
ны), помѣщались на одномъ лафетѣ на колесахъ, называвшемся
рибодекенъ. У нѣмцевъ были орудія, извѣстныя подъ именемъ каро-
надъ. Каменныя ядра не отличались прочностью, а потому для дѣй-
ствія противъ стѣнъ, для пробиванія брешей употребляли камен-
ныя ядра, скрѣпленныя желѣзными кольцами- Карро (большія стрѣ-
лы) и обыкновенныя стрѣлы въ началѣ XV ст. уже болѣе не бро-
саются изъ бомбардъ, какъ это было въ XIV ст. во Франціи. Ино-
гда снарядомъ служили каменья связанные глиною или куски желѣза
и пр., и ими дѣйствовали какъ картечью. Для зажиганія городовъ
употреблялись снаряды, превосходившіе зажигательныя средства
арабовъ. Такъ, напримѣръ, бросали изъ мортиръ «-пылающіе кам-
ни»., состоявшіе изъ каменнаго ядра, обмакивавшагося въ горючій
составъ и обмотаннаго матеріей, пропитанной тѣмъ-же составомъ
(смола, сѣра, известь); или-жо зажигательное ядро имѣло въ цен-
трѣ пороховой шарикъ, который обматывался шерстяной оболочкой,
10
ПОЯВЛЕНІЕ ОГНЕСТРѢЛЬНАГО ОРУЖІЯ ВЪ ЕВРОПѢ.
пропитанной горючимъ составомъ, и оомакивался въ смѣсь воска, смо-
лы и сѣры. Накаливали также свинцовыя ядра и обмакнувши въ
мокрую шерстяную оболочку, опускали въ орудіе поверхъ пороха
и проч.
Явились даже предположенія стрѣлять разрывными снарядами
изъ длинныхъ орудій, но мысль эта слишкомъ опередила тогдаш-
нее состояніе артиллерійскаго техническаго искусства и могла осу-
ществиться только гораздо позже.
Составъ пороха былъ весьма разнообразенъ; обыкновенно селит-
ра, сѣра и уголь брались въ равной пропорціи, но иногда изготов-
лялся и болѣе сильный порохъ, когда, напримѣръ, брали двойное
количество селитры противъ сѣры и угля взятыхъ вмѣстѣ. Со-
ставъ этотъ приближается къ нынѣшнему. Замѣтили, что величи-
на зеренъ пороха имѣетъ вліяніе на его дѣйствіе, поэтому для бом-
бардъ употребляли крупно-зернистый порохъ. Зарядъ вѣсилъ ’Д
вѣса каменнаго ядра. Длина каморы равнялась пятерному ея діа-
метру. Порохъ занималъ 3/5 каморы, 75 пустоты каморы оставалась
свободной, для того чтобы ослабить первоначальное разрушитель-
ное дѣйствіе пороха, и наконецъ, х/5 длины каморы занята была
деревяннымъ пыжемъ. Камень тщательно обматывался масляною
тряпкою и придерживался въ каналѣ деревянными клиньями; для
уничтоженія зазора иногда законопачивали пространство вокругъ
ядра. Все это дѣлалось съ цѣлью достигнуть возможной правиль-
ности и дѣйствительности стрѣльбы причемъ дальность полета ка-
меннаго ядра простиралась до 2000 шаговъ. Для наведенія орудій
уже въ XIV ст. употребляли квадрантъ.
Младенческая артиллерія XIV и начала XV ст. имѣла свою ли-
тературу. Въ Мюнхенской государственной библіотекѣ находится
манускриптъ XIV ст. подъ заглавіемъ: «Ап1еііип§ Зсіііеззриіѵег ги
Ьегеііеп, ВйсЬзеп ги Іабеп ип<1 ги ЬезсЬіеззеп» (Руководство для
приготовленія пороха, заряжанія и стрѣльбы изъ орудій). Здѣсь
находятся современные рисунки, изображающіе наглядно состояніе
артиллерійскаго искусства того времени. Въ парижской библіотекѣ
хранится рукопись начала XV ст. подъ заглавіемъ: «Ье Ііѵге би
зесгеС йе Гагі сіе ГагіШегіе еі сапоппегіе*.
Изъ этихъ книгъ и изъ другихъ документовъ, между прочимъ,
видно какого рода опасностями сопровождалась и какими, вслѣд-
ствіе того, суевѣріями была окружена въ то время служба при ору-
діяхъ. Пушкари-канониры во Франціи, бюксенмейстеры въ Германіи,
Г Л А В А V.
11
нанимавшіеся на службу къ королю, городу или феодальнымъ вла-
дѣльцамъ, должны были исполнять все то, что касается артиллеріи,
въ томъ числѣ они должны были умѣть изготовлять зажигательные
снаряды, разрѣшать всѣ вопросы, касающіеся стрѣльбы, опредѣ-
лять величину заряда, вѣсъ снаряда, степень прочности орудія и
проч. Бюксенмейстеры скоро сознали свою силу и значеніе, и хотя
они со своими помощниками не составляли особаго цеха, но при-
надлежали къ тѣмъ почетнымъ гражданамъ, которые назывались
констаблями. Особыя сословныя права, установленныя сначала обы-
чаемъ, были впослѣдствіи включены въ число привилегій, дарован-
ныхъ пушкарямъ Фридрихомъ IV въ 1444 г. Главою и судьей ору-
жейныхъ мастеровъ былъ поставленъ цейхмейстеръ». Оружейный
мастеръ долженъ всегда помнить Бога, остерегаться богохульства и
вина, заботиться объ орудіи, какъ о собственномъ тѣлѣ, безъ раз-
рѣшенія цейхмейстера не отлучаться отъ своего орудія ни днемъ
ни ночью и не стрѣлять изъ него*. Бюксенмейстеры подлежали суду
цейхмейстера не только въ своихъ дѣлахъ, но и при столкнове-
ніяхъ съ солдатами.
При разграбленіи страны бюксенмейстерамъ принадлежали коло-
кола, снаряды, заряды, порохъ въ разбитыхъ ящикахъ, самое боль-
шое орудіе въ городѣ, и почему-то, городская висѣлица. Св. Варва-
ра, убійца которой погибъ отъ молніи, была объявлена покрови-
тельницей артиллеріи (2).
Такимъ образомъ мы видимъ, что артиллерія въ теченіе почти
полутора-вѣковаго ея существованія сдѣлала мало успѣховъ какъ
боевое оружіе; калибръ орудій значительно увеличился и сдѣлался
разнообразнымъ, но орудія и снаряды были непрочные, порохъ
разнообразный—все это лишь слѣдствіе низкаго состоянія техни-
ческихъ познаній. Лафеты или вовсе не дозволяли или допускали
въ относительно незначительной степени, съ большими притомъ не-
удобствами, измѣнять направленіе орудій въ вертикальномъ или го-
ризонтальномъ направленіи, а потому нетрудно было быстро пройти
поражаемое пространство и очутиться внѣ сферы ихъ дѣйствія.
Теоріи стрѣльбы не существовало и о полетѣ снаряда имѣли самое
смутное представленіе. Перемѣщеніе орудій на полѣ сраженія при
несовершенствѣ лафетовъ и станковъ было невозможно, а между
тѣмъ подвижность артиллеріи, составляетъ одно изъ важнѣйшихъ
условій ея боевой пригодности, давая возможность сосредоточить
въ требуемомъ пунктѣ необходимое число орудій. Чтобы доставить
12
ПОЯВЛЕНІЕ ОГНЕСТРѢЛЬНАГО ОРУЖІЯ ВЪ ЕВРОПѢ.
орудія, особенно большаго калибра, на театръ войны или на поле сра-
женія приходилось исполнить трудную работу: нужно было помѣ-
стить орудіе на станокъ, потомъ на повозку, перевезти то и другое
къ данному пункту, снять орудіе, снять станокъ, расположить на
позиціи послѣдній, на немъ помѣстить орудіе. Какъ труденъ былъ
подъемъ повозки на позицію, состоявшую напримѣръ изъ холма,
видно по тѣмъ пріемамъ, которые практиковались при исполненіи
такой работы. Для этого нужно было заготовить двухколесный
ящикъ наполненный камнями; отъ него шли цѣпи къ орудію; когда
при этомъ люди тащили ящикъ внизъ по скату, то орудіе подыма-
лось на высоту по противоположному и пр. (3). Въ общемъ мы при-
ходимъ къ заключенію, что въ разсматриваемую эпоху начальнаго
существованія артиллеріи, она: 1) дѣйствовала на противника пре-
имущественно нравственнымъ эфектомъ, 2) могла находить примѣ-
неніе чаще въ осадной и крѣпостной войнѣ нежели въ полевой.
Ручное огнестрѣльное оружіе. Усовершенствованіе этого
оружія шло еще медленнѣе нежели большихъ орудій. Мы уже зна-
комы съ примитивнымъ видомъ ручнаго оружія и замѣтимъ лишь,
что съ умноженіемъ калибровъ и различныхъ родовъ артиллерійскихъ
орудій исчезла рѣзкая, существующая, напримѣръ, нынѣ грань
между тѣмъ и другимъ оружіемъ. Мы уже видѣли какъ малы были
нѣкоторыя изъ артиллерійскихъ орудій, стрѣлявшія свинцовыми
ядрами; съ другой стороны и въ изготовленіи ручнаго оружія скоро
обнаружилось стремленіе къ увеличенію его тяжести, не смотря на
незначительную длину. Такъ напримѣръ, въ 1364 г. пятьсотъ руч-
ныхъ стволовъ изготовленныхъ въ Перуджіи имѣли длину каж-
дый менѣе фута. Въ то же время мы узнаемъ, что нѣкоторые об-
разцы ручнаго оружія вѣсили отъ 30 до 40 ф.. такъ что дѣйство-
вать съ руки такимъ оружіемъ очевидно было невозможно.
Изъ одной рукописи видно, что первыя «ручныя пушки» не
имѣли запала, и огонь сообщался заряду посредствомъ раскаленной
проволоки, которая воспламеняла выходившую изъ дула зажига-
тельную нитку. Стрѣлявшій имѣлъ время, схвативъ ружье обѣими
руками, направить его въ цѣль, такъ какъ выстрѣлъ не слѣдо-
валъ мгновенно вслѣдъ за воспламененіемъ нитки (4)- Наибольшіе
успѣхи въ изготовленіи ручнаго оружія сдѣлали, кажется, сначала
фламандцы; въ Лютихѣ приготовлялисъ ручныя пушки или малень-
кія ручныя каноны (реШз сапопз а шаіп), названныя нѣмцами
КпаІІЪисЬзеп, распространившіяся почти одновременно вь Литвѣ,
ГЛАВА V.
13
Швейцаріи и Италіи, гдѣ, по архивнымъ документамъ Болоньи,
онѣ названы зсіоро, откуда происходитъ зсіореіо и езсореііе. Съ
теченіемъ времени ручное оружіе становится весьма разнообразнымъ,
причемъ до половины XV ст. можно указать слѣдующія главнѣй-
шія его виды. Ручные каноны или пушки (*) (сапой & таіп) се-
редины XIV ст. Они состояли изъ короткаго желѣзнаго ствола,
приложеннаго къ деревянной ложѣ неудобной для прикладки; за-
палъ находился въ верхней части ствола и иногда имѣлъ покрыш-
ку па шарнирѣ, для, предохраненія пороха отъ сырости. Позже
запалъ стали продѣлывать съ правой стороны ствола. Для дѣй-
ствія изъ этого оружія часто назначалось два человѣка, причемъ
одинъ управлялъ имъ, а другой воспламенялъ зарядъ. Въ умень-
шенномъ размѣрѣ (короче) и съ желѣзнымъ длиннымъ казенникомъ,
оно служило для кавалеріи (въ XV ст.). Ручные каноны съ прикла-
домъ (Іе сапоп а таіп & ёраиіег) конца XIV ст. отличались отъ
предъидущихъ тѣмъ, что ложа ихъ обдѣлывалась сообразно назна-
ченію и снабжалось иногда прикладомъ. Огонь сообщался во всѣхъ
упомянутыхъ образцахъ фитилемъ. Ручные каноны съ куркомъ или
серпентиномъ (сапоп & таіп а зегрепііп) изобрѣтены были въ 1424 г.
Съ этого времени фитиль часто уже находится непосредственно при
оружіи, прикрѣпленнымъ въ куркѣ. Оружіе этого-же вида, но луч-
шей фабрикаціи называлось ручною кулевриною (соиіеиѵгіпе а таіп),
а также петриналемъ (рёігіпаі или роіігіпаі), имѣвшимъ прикладъ
для упора въ кирасу(5) (л. 13, ч. 9 и 11). Недостатки описаннаго
огнестрѣльнаго оружія слишкомъ очевидны: тяжесть, медленность и
неудобства заряженія; невозможность точнаго прицѣливанія, какъ по
отсутствію необходимыхъ приспособленій, такъ и по способу воспла-
мененія; медленность, неудобство и невѣрность воспламененія—все
это обусловливало собою малую боевую пригодность ручнаго огне-
стрѣльнаго оружія и ничтожность его матеріальнаго дѣйствія въ
современныхъ бояхъ; а потому и въ этомъ случаѣ нравственный
эфектъ выстрѣла имѣлъ гораздо больше значенія нежели возмож-
ность наноситъ матеріальный ущербъ.
Общія заключенія. Зажигательные составы и порохъ по-
являются впервые на востокѣ, тамъ-же они сначала и примѣняют-
(*) Иногда всѣмъ видамъ этого оружія дается названіе аркебузъ, хотя въ стро-
гомъ смыслѣ это и неправильно; съ настоящими аркебузами мы познакомимся впослѣд-
ствіи.
и
ПОЯВЛЕНІЕ ОГНЕСТРѢЛЬНАГО ОРУЖІЯ ВЪ ЕВРОПѢ.
ся къ военному дѣлу, но усовершенствованіе и развитіе огнестрѣль-
наго орудія принадлежитъ западной Европѣ. Появленіе и распро-
страненіе новаго дѣятеля оказало рѣшительное вліяніе на военное
искуство, какъ въ частности, такъ и въ основныхъ его элемен-
тахъ, измѣнивъ составъ армій, условія ихъ содержанія взаимное
отношеніе различныхъ родовъ оружія и предоставивъ широкое по-
прище подготовительному бою и искуснымъ комбинаціямъ.
Упостребленіе зажигательныхъ составовъ для военныхъ цѣлей
восходитъ до глубокоіі древности, до временъ Александра Маке-
донскаго и даже ранѣе. Византійцы знали ихъ въ VII ст. по Р.
X. Селитра ранѣе всѣхъ извѣстна китайцамъ, которые изобрѣ-
таютъ ракету въ X ст. по Р. X, Черезъ монголовъ знанія и изо-
брѣтенія китайцевъ достигаютъ Европы (Маркъ-Грекъ) и арави-
тянъ въ XIII ст. Особенно развиваются фейерверочные и зажига-
тельные составы у послѣднихъ, которые, узнавъ метательную и раз-
рушительную силу смѣси изъ селитры, сѣры и угля, пользуются ею
все чаще и чаще и наконецъ приходятъ къ устройству метатель-
ныхъ ручныхъ снарядовъ, находящихся въ тѣснѣйшей связи съ
дальнѣйшимъ развитіемъ огнестрѣльнаго оружія и могущихъ быть
признанными его прототипомъ. Прежніе зажигательные составы утра-
тили свое значеніе, новые стали общеизвѣстными, не возбуждая
того паническаго страха, какъ бывшій таинственный греческій
огонь, секретъ котораго ошибочно считали утеряннымъ. Греческій
огонь—цѣлая пиротехнія, тайна которой вполнѣ разъясняется со-
хранившимися докуме нтами.
Въ западной Европѣ огнестрѣльное оружіе, заимствованное по
идеѣ у аравитянъ, появляется между 1270 и 1320 годами. Пер-
вые его образцы принадлежали къ типу ручнаго оружія, но затѣмъ
калибры стали возврастать и уже къ концу XIV ст. достигли громад-
ныхъ размѣровъ, нисколько не отвѣчая состоянію тогдашней ар-
тиллерійской техники. Первыя артиллерійскія орудія—бомбарды—бы-
ли желѣзныя, непрочныя, неуклюжія и помѣщались на станкахъ
или простыхъ деревянныхъ кубахъ. Прицѣливаніе и передвиже-
ніе ихъ на полѣ сраженія было почти невозможно. Изготовленіе
матеріальной части артиллеріи и пороха было дѣломъ частной пред-
пріимчивости и конкуренціи, а потому въ устройствѣ орудій, стан-
ковъ, снарядовъ, въ составѣ пороха—господствовало безконечное
разнообразіе. Съ теченіемъ времени являются попытки къ устрой-
ству приспособленій для прицѣливанія орудій, но все это въ весь-
ГЛАВА V.
15
ма грубой формѣ. Такъ какъ при этомъ теорія стрѣльбы неиз-
вѣстна, а лафеты крайне несовершенны, то матеріальная боевая
дѣйствительность артиллеріи ничтожна. Калибры продолжаютъ быть
разнообразны, но появляется нѣсколько типовъ орудій: бомбарды,
веглеры, кулеврины, краподо, мортиры. Снаряды у большихъ ору-
дій каменные, у малыхъ свинцовые. Кромѣ того употребляютъ за-
жигательные снаряды и подобіе картечи. Заряжаніе медленно и
крайне несовершенно. Еще со 2-й половины XIV ст. появляются
частью и бронзовыя орудія, пожелѣзныя продолжаютъ преобладать
Нѣкоторые сорты пороха приближаются по составу къ современно-
му намъ, но непрочность орудій и снарядовъ заставляетъ предпочи-
тать медленно-горящій порохъ. Мастерами дѣла и прислугой при
орудіяхъ служатъ наемные пушкари (канонпры, бюксенмейстеры)
съ особыми корпоративными правами.
Первые образцы ручнаго оружія короткіе, но тяжелые. Они но-
сятъ названіе ручныхъ пушекъ и петрпналей; стрѣляютъ свинцовы-
ми пулями, причемъ зарядъ воспламеняется раскаленной желѣзной
проволокой, особымъ фитилемъ или при посредствѣ курковаго ме-
ханизма. Для дѣйствія иногда нужно два человѣка. Приспособленій
для прицѣливанія—никакихъ.
На этой ступени своего развитія огнестрѣльное оружіе не мо-
жетъ наносить непріятелю существеннаго матеріальнаго ущерба и
важно было преимущественно нравственнымъ впечатлѣніемъ произ-
водимымъ на противника. Малоподвижная, плохо—приспособленная
для прицѣливанія артиллерія находитъ примѣненіе главнымъ обра-
зомъ въ осадной войнѣ.
Глава VI.
Начало возрожденія пѣхоты.
Въ предъидущихъ главахъ выяснено въ достаточной мѣрѣ какое
направленіе приняло развитіе феодальнаго военнаго искусства и тѣ
конечные результаты, къ которымъ оно привело въ крайнемъ сво-
емъ проявленіи. Полное пренебреженіе къ пѣхотѣ, преобладающее
значеніе кавалеріи на полѣ сраженія, слабость общаго управленія
войсками, параллельный бой, состоявшій изъ множества поединковъ
и исключавшій необходимость искуссныхъ комбинацій въ приложеніи
къ общимъ условіямъ пользованія своими силами—таковы характе-
ристическія черты феодально-рыцарскаго военнаго искусства. Из-
вѣстно также въ какой степени оно оказалось несостоятельнымъ
передъ военнымъ искусствомъ, основаннымъ на болѣе широкихъ
началахъ, когда чисто феодальная армія столкнулась и вела сто-
лѣтнюю борьбу хотя съ такою же по внѣшнимъ формамъ устрой-
ства арміею, но отлично организованною, дисциплинированною, хо-
рошо снабженною п гдѣ всѣ роды оружія были поставлены вь пра-
вильныя отношенія: для веденія подготовительнаго боя имѣлась
отличная легкая пѣхота; стойкая, мужественная, рыцарская пѣхота
отбивала стремительныя атаки непріятельской конницы, колебала
его главныя силы, а затѣмъ конница окончательно его разстраивала
и довершала пораженіе рѣшительнымъ преслѣдованіемъ. Такимъ об-
разомъ Столѣтняя война ясно показала всю важность хорошей пѣ-
хоты въ составѣ войскъ, и дальнѣйшаго развитія военнаго искус-
ства слѣдуетъ искать въ тѣхъ фактахъ, въ которыхъ проявилось
возрожденіе изъ состоянія глубокаго упадка въ Средніе вѣка этого
главнаго рода оружія. Позорно-унизительное положеніе, которое за-
ГЛАВА VI.
17
нимала въ составѣ дворянскихъ феодальныхъ ополченій пѣхота, со-
стоявшая большею частью изъ рабовъ ленныхъ владѣльцевъ, ука-
зываетъ, что на этой почвѣ не было никакихъ элементовъ для воз-
рожденія пѣхоты. Крѣпостной мужикъ не могъ и помыслить о
борьбѣ съ могущественными сеньерами и благородными господами,
закованными въ желѣзо, снабженными всѣми родами оружія, въ
употребленіи котораго они пріобрѣли навыкъ съ младенчества. По-
видимому болѣе могли обѣщать въ этомъ отношеніи городскія дру-
жины. Дѣйствительно, уже съ давнихъ поръ для борьбы съ врагами
вообще, для защиты промышленности отъ разбойниковъ-рыцарей, го-
рода должны были возводить стѣны и отъ времени до времени пе-
реходить за черту этихъ стѣнъ, чтобы нападать на своихъ враговъ
въ ихъ собственныхъ жплищахъ. Города подъ вліяніемъ сознанія
солидарности своихъ интересовъ вступаютъ между собою въ союзы.
Съ конца ХШ ст. начинаютъ возрастать въ своей силѣ и могуществѣ
города голандскихъ, рейнскихъ, швабскихъ и сѣверо-германскихъ сою-
зовъ, подобно тому, какъ еще ранѣе поднялись въ своемъ значеніи лом-
бардскіе города. Повидимому городское населеніе при его зажиточности
при извѣстныхъ корпоративныхъ правахъ, развитіи демократическаго
элемента, при обязательности воинской службы, могло образовать изъ
себя хорошую пѣхоту, воспитанную для боя прп частыхъ столкно-
веніяхъ съ многочисленными врагами, какъ подъ защитой городскихъ
стѣнъ, такъ и въ открытомъ полѣ. Дѣйствительно пѣхота городскихъ
дружинъ представляется нѣсколько болѣе надежной боевой силой,
нежели входившая въ составъ феодальныхъ ополченій и состоявшая
преимущественно изъ крѣпостныхъ крестьянъ и слугъ ленныхъ вла-
дѣльцевъ. Но на ряду съ этими обстоятельствами существовало много
другихъ, которыя воспрепятствовали полному развитію городской
пѣхоты. Съ увеличеніемъ богатства и значенія городовъ увеличива-
лась и сфера ихъ внѣшнихъ сношеній, а слѣдовательно являлась
необходимость отдаленныхъ продолжительныхъ походовъ. Собствен-
ныхъ личныхъ средствъ у городовъ для веденія такихъ операцій
не было, но они легко могли находить таковыя, во первыхъ, всту-
пая въ союзы съ могущественными феодальными владѣльцами п
князьями, которые должны были признавать новую силу и находили
для себя часто въ этомъ выгоды, во—вторыхъ, нанимая людей для
веденія внѣшнихъ войнъ, что было возможно съ умноженіемъ бо-
гатства городовъ. Какъ въ томъ такъ и другомъ случаѣ на службу
городамъ являлись преимущественно конные отряды, потому что у
2
18
ЙАЧАЛО ВОЗРОЖДЕНІЯ ПѢХОТЫ.
феодальныхъ владѣльцевъ и у наемниковъ только всадникъ считался
истиннымъ воиномъ. При этихъ условіяхъ пѣхота въ составѣ город-
скихъ войскъ не могла пріобрѣсти должнаго, почетнаго значенія.
Слѣдуетъ также замѣтить, что въ тѣхъ случаяхъ, когда могуще-
ство городовъ приводило ихъ къ обладанію цѣлыми областями они
относились къ послѣднимъ совершенно также какъ ленные владѣль-
цы къ своимъ подданнымъ и водворяли тамъ обычные военные по-
рядки (6).
Очевидно что трудно было ожидать возрожденія пѣхоты при та-
кихъ условіяхъ. Историческій ходъ событій показываетъ, что пѣ-
хота пріобрѣла значеніе и завоевала себѣ почетное боевое положе-
ніе не въ городскихъ войнахъ, а совершенно въ иныхъ условіяхъ.
Самыя важныя ея побѣды, окончательно выдвинувшія ея на должное
мѣсто, были одержаны ею въ борьбѣ гусситовъ съ нѣмецкими фео-
дальными ополченіями и въ битвахъ швейцарцевъ съ Карломъ Смѣ-
лымъ.
Основою успѣховъ въ первомъ случаѣ служило необычайное ре-
лигіозное воодушевленіе всего народа, руководимаго геніальнымъ
вождемъ (Жижкой), а во второмъ особенно благопріятныя обще-
ственно-политическія и территоріальныя условія для развитія хо-
рошей, мужественной пѣхоты. Въ то время когда гусситы создали
громкую славу для этого рода оружія въ восточной части Западной
Европы, швейцарцы утвердили ея могущество въ западной ея части.
Но еще ранѣе этого мы замѣчаемъ отдѣльныя событія, которыя
были провозвѣстниками близившагося выступленія на блестящее
военно-историческое поприще новой пѣхоты. Главнѣйшими изъ та-
кихъ событій слѣдуетъ признать сраженіе при Куртрэ въ 1302 г.
и битвы швейцарцевъ съ австрійцами въ XIV ст. Изученіе этихъ
событій укажетъ намъ путь постепеннаго развитія боеваго могуще-
ства главнаго рода оружія.
Сраженіе при Куртрэ 11 ІЮЛЯ 1302 Г. Французскій король
Филипъ Красивый началъ войну съ Фландріей, которая находилась
въ государственной связи съ Германіей и въ тоже время ея графы
были перами Франціи. Графъ Фландрскій съ сыновьями содержался
въ плѣну у французовъ, а королевскіе чиновники господствовали
въ странѣ и притѣсняли населеніе, опираясь на дворянъ и город-
скихъ патриціевъ. Результатомъ этого было національное демокра-
тическое возстаніе, причемъ чернь перебила всѣхъ французовъ, на-
ходившихся въ городѣ Брюгге; такой примѣръ нашелъ подражате-
ГЛАВА Ѵі.
19
лей, а затѣмъ предводители возстанія рѣшили атаковать города
занятые французскими гарнизонами (7).
Разсмотримъ предварительно вооруженіе, организацію и составъ
фламандскихъ войскъ. Нѣкоторые писатели утверждаютъ что мили-
ціонеры имѣли всѣ виды оружія подобно дворянскимъ войскамъ;
другіе лѣтописцы упоминаютъ только объ окованныхъ желѣзомъ па-
лицахъ. Такое противорѣчіе объясняется разнороднымъ составомъ
арміи фландрцевъ. Прежде всего она заключала въ себѣ богатыхъ
людей вооруженныхъ желѣзными касками, кольчугами, латами и пр.
Они образовали отборную часть войскъ и располагались впереди,
служа надежнымъ оплотомъ для хуже снабженныхъ своихъ сотова-
рищей. Главнымъ наступательнымъ оружіемъ ихъ были пики длин-
ною въ 7—8 футовъ съ ромбическимъ желѣзнымъ наконечникомъ;
плотная стѣна изъ этихъ мужественныхъ, хорошо вооруженныхъ
воиновъ, образовавшихъ впереди фронта цѣлый лѣсъ копій, доста-
точна была для удержанія напора пылкихъ рыцарскихъ всадниковъ.
За этнми отборными пѣхотинцами слѣдовали люди не имѣвшіе пол-
наго предохранительнаго вооруженія; они носили легкій шлемъ,
басинетъ, и деревянный щитъ, подвѣшивавшійся на шею. У иныхъ
встрѣчаются гамбесоны, т. е. кожанные шлемы, или прикрытія для
тѣла изъ толстой холщевой простеганой куртки. Въ качествѣ на-
ступательнаго оружія они имѣли толстыя, грубыя палки, верхняя
желѣзная оправа которыхъ образовала родъ яблока и затѣмъ окан-
чивалась желѣзнымъ наконечникомъ въ видѣ кинжала, такъ что это
оружіе можно было употреблять не только какъ пику, но отчасти
и какъ булаву—это знаменитый §ое(1еп(1а§, пріобрѣвшій скоро въ
ихъ рукахъ громкую славу. Современники не имѣли сначала ника-
кого довѣрія къ этимъ жалкимъ пѣхотинцамъ такъ плохо вооружен-
нымъ и называли ихъ «грязными зайцами», но послѣ сраженія при
Куртрэ они дѣлаются предметомъ общаго вниманія. По словамъ
Вилани въ это время одинъ жалкій пѣхотинецъ, вооруженный го-
дендагомъ, осмѣливался атаковать двухъ кавалеристовъ. Кромѣ пе-
речисленной линейной пѣхоты имѣлись еще легкіе лучники, кото-
рые завязывали бой, а затѣмъ удалялись подъ защиту фаланги,
такъ какъ не могли выдерживать атакъ конницы и тяжелой пѣхоты;
болѣе дѣятельную поэтому роль они имѣли при атакѣ и оборонѣ крѣ-
постей. Войска строились глубокими плотными фалангами, которыя
располагались въ одну или нѣсколько линій (8,).
Въ виду наступленія французской арміи фламандцы избрали
20
НАЧАЛО ВОЗРОЖДЕНІЯ ІІѢХОТЬІ.
пунктомъ соединенія своихъ войскъ г, Куртрэ, замокъ котораго
былъ еще въ рукахъ непріятеля и можно было ожидать попытокъ
выручки гарнизона. Дѣйствительно вскорѣ появились королевскія
войска и расположились къ западу отъ города на высотѣ, съ кото-
рой могли замѣтить сигналы осажденныхъ, указывавшихъ въ
какомъ направленіи слѣдовало подать помощь, —а именно нужно бы-
ло двинуться къ востоку. Атакуя въ этомъ направленіи фламанд-
цевъ, французамъ приходилось дѣйствовать на Гренингенской рав-
нинѣ, простиравшейся между городомъ и ручьемъ Тренингомъ. *)
Равнина представляла приблизительно квадратъ, сторона котораго
простиралась до 1200 ш. Наиболѣе возвышенная ея часть образо-
вала плато по обѣ стороны дороги изъ Куртрэ въ Гентъ. На
этой равнинѣ фландрцы рѣшились встрѣтить французовъ, гдѣ, по
тѣснотѣ позиціи, превосходство силъ непріятеля утрачивало отчасти
свое значеніе.
Важнѣйшимъ предметомъ позиціи фламандцевъ былъ ручей Тре-
нингъ, шириною около 10 футовъ, прикрываясь которымъ пикене-
ры могли отразить атаку конницы. Лѣвый флангъ защищался рѣ-
кою Лисъ (Ьуз), а правый ручьемъ, соединявшимъ Тренингъ съ
водянымъ бассейномъ у города.
Съ разсвѣтомъ 11 іюля 1302 г. фламандцы вышли изъ города
и заняли свою позицію позади Тренинга. Боевой ихъ порядокъ
былъ очень простъ. Главныя силы построились въ глубокія (вѣ-
роятно около 15 шеренгъ) и плотныя массы или фаланги, парал-
лельно ручью и нѣсколько отступя, чтобы не быть подъ выстрѣла-
ми непріятельскихъ арбалетовъ. Правый флангъ образовала брюг-
ская милиція числомъ около 6 т.; центръ, приблизительно такой-же
числительности, состоялъ изъ различныхъ контингентовъ; оба отря-
да состояли подъ начальствомъ Вильгельма де—Жюльера, лѣвое
крыло, подъ начальствомъ Гюи Фландрскаю, образовали волонтеры
Гента и восточные фламандцы, числомъ около 5 т. Впереди разсы-
паны были отъ главныхъ силъ лучники и арбалетчики. Выдѣлено
было еще два резерва: одинъ, числомъ около 1200 чел. назначал-
ся для удержанія французскаго гарнизона въ замкѣ Куртрэ, а дру-
гой долженъ былъ подавать помощь главнымъ силамъ гдѣ-бы это
ни понадобилось. Силу резерва можно опредѣлить приблизительно,
если принять во вниманіе что общая числительность фламандской
*) Си. л. 13 ЬІ8, чер. 1.
ГЛАВА VI.
21
арміи простиралась до 20 т. человѣкъ. Резервъ состоялъ изъ от-
борныхъ отрядовъ выставленныхъ дворянствомъ фламандской пар-
тіи; онъ былъ подъ начальствомъ доблестнаго сеньора зеландскаго
Іоанна-де-Ренесса, который былъ окруженъ дворянами, спѣшив-
шимися чтобы сражаться во главѣ своихъ отрядовъ (9). Позиція фла-
мандцевъ могла быть обойдена съ праваго ея фланга. Обратимся
теперь къ французамъ.
Французская армія, съ занятой ею къ западу отъ города высо-
ты, съ разсвѣтомъ 11 іюля двинулась на востокъ, чтобы оттуда
атаковать фламандцевъ и деблокировать замокъ. Числительпость
французовъ была не менѣе 47 т. челов., но 2/3 этой арміи состоя-
ло изъ негодныхъ, не заслуживающихъ имени воиновъ милиціоне-
ровъ. Лучшую часть пѣхоты образовали наемники, преимуществен-
но ломбардцы, числительностью около 10 т. челов., почти все ар-
балетчики и только незначительная ихъ часть (бицали) была воо-
ружена дротиками. Кавалерія составляла отборнѣйшую часть арміи
и состояла изъ доблестнѣйшаго феодальнаго или наемнаго дворян-
ства числомъ свыше 6 т. Всѣми силами командовалъ гр. д’ Артуа,
славившійся своею опытностью и одержанными имъ побѣдами.
При своемъ движеніи французы встрѣтили значительныя за-
трудненія и только въ 6 ч. утра первые эскадроны развернулись
передъ Гренингской равниной. Тѣснота позиціи не позволила
всѣмъ 10 баталіямъ или отдѣльнымъ отрядамъ, на которыя дѣли-
лась армія, вытянуться въ одну боевую линію и войска (не считая
пѣхоты) расположились въ три линіи. Впереди фронта находилось
10 т. ломбардскихъ арбалетчиковъ и бидалей, служившихъ для ка-
валеріи развѣдчиками. За ними находилась 1-я линія изъ двухъ
баталій подъ начальствомъ коннетабля Гюи де-Неля и его брата
коннетабля Рауля. Слѣдующія двѣ линіи были построены какъ
указано па планѣ. Гр. С. Поль начальствовалъ арьергардомъ, со-
стоявшимъ изъ 200 всадниковъ, къ которымъ была причислена вся
остальная пѣхота, обреченная на бездѣйствіе. Такъ какъ ручей
Тренингъ не былъ окаймленъ плотинами по берегамъ, то его труд-
но было замѣтить издали и его могли открыть только арбалетчики
подвигавшіеся впереди фронта. Вилани, а съ нимъ и Рюстовъ, оши-
баются, полагая, что вслѣдъ за этимъ французскія конныя баталіи
бѣшено поскакали очертя голову, одна за другой, впередъ и свали-
лись въ канаву (10). Ничего подобнаго не было. Напротивъ того:
французы построились въ боевой порядокъ около 7 ч. утра, аата-
22
НАЧАЛО ВОЗРОЖДЕНІЯ ПѢХОТЫ*
ка началась лишь въ девятомъ часу; этотъ промежутокъ времени
былъ употребленъ на передвиженіе арміи влѣво, такъ какъ француз-
скій главнокомандующій, убѣдившись въ недоступности непрія-
тельской позиціи съ фронта, рѣшился обойти ее и атаковать вне-
запно фламандцевъ съ ихъ праваго фланга. Сначала Коннетабль
Рауль де-Нель, начальникъ всей первой линіи, совѣтовался о пред-
стоящихъ дѣйствіяхъ съ Іоанномъ Бюрласкимъ и начальниками
арбалетчиковъ.
По ихъ мнѣнію, въ виду мѣстныхъ препятствій и рѣшимости
противника принять бой, было-бы неблагоразумно компрометиро-
вать столь блестящее дворянство передъ этими бандами плебеевъ,
которыхъ отчаяніе сдѣлало безумными. Они полагали, что лучше
было-бы выдвинуть впередъ всю остальную часть пѣхоты, окру-
жить фламандцевъ, стать между ними и городомъ, гдѣ они оста-
вили свой багажъ. Голодъ заставитъ ихъ отойти отъ ручья, чтобы
отразить войска, неправленныя на ихъ сообщенія и этимъ самымъ
будетъ облегченъ для конницы переходъ черезъ ручей. Но этотъ
совѣтъ былъ отвергнутъ французскимъ главнокомандующимъ въ
оскорбительныхъ выраженіяхъ. Между тѣмъ фламандцы твердо рѣ-
шились защищаться; всѣ войска причастились.
По приказанію гр. д’ Артуа ломбардскіе арбалетчики поднялись
вверхъ по ручью Гренингъ и нашли тамъ удобное мѣсто для пе-
рехода. (*) За ними слѣдовали баталіи первой линіи одна за дру-
гою и вскорѣ довольно значительная часть французской арміи раз-
вернулась на правомъ флангѣ фламандцевъ. Скрытности движенія
способствовалъ сильный туманъ и этимъ объясняется почему фран-
цузамъ удалось почти безпрепятственно дебушировать на равнину;
только часть фламандскихъ арбалетчиковъ выдвинулась на встрѣ-
чу непріятелю. Іоаннъ Бюрласкій. командовавшій французскимъ аван-
гардомъ, двигаясь по большой дорогѣ, могъ, наконецъ, выдвинуть
на сухое мѣсто свою пѣхоту, которая заняла около 450 пі. по
фронту при значительной глубинѣ; но вмѣсто быстраго наступленія
эта пѣхота завязала безплодную, продолжительную перестрѣлку съ
фламандскими арбалетчиками, которые держались до тѣхъ поръ
пока подошла непріятельская конница и затѣмъ отошли въ поряд-
кѣ назадъ на другую позицію, образуемую дорогою съ канавами
изъ Куртрэ въ Гентъ. Въ то время какъ ломбардскіе арбалетчики
Си. л. 13 ЬІ8, чер. 2. ч
ГЛАВА VI.
23
вели безполезную перестрѣлку, подошла, какъ сказано, француз-
ская конница, но ей не было мѣста для развертыванія л чѣмъ
больше дебушировало кавалеріи тѣмъ тѣснѣе она себя чувствовала:
это наконецъ вывело изъ терпѣнія гр. д’Артуа, который прика-
залъ стрѣлкамъ отходить назадъ, чтобы очистить мѣсто для ры-
царства; къ этому рѣшенію французскій полководецъ побуждался
тѣмъ важнымъ соображеніемъ, что чѣмъ долѣе продолжался безвред-
ный стрѣлковый бой, тѣмъ болѣе оставалось фламандцамъ времени
перемѣнить фронтъ боеваго порядка и тогда атака лишится вне-
запности. Дѣйствительно это удалось имъ исполнить и они заняли
новую позицію, опираясь правымъ флангомъ въ Куртрэ, а лѣвымъ
въ ручей Гренингъ. Ровъ окаймлявшій дорогу представлялъ но-
вое препятствіе для французской конницы.
Первая атака французской кавалеріи. Гр. д’Артуа встрѣтилъ
весьма сильныя препятствія при своемъ движеніи противъ непрія-
теля. Первое изъ нихъ заключалось въ необходимости избавиться
отъ пѣхоты, которая отступая назадъ въ поспѣшномъ бѣгствѣ за-
громоздила путь для конницы; пришлось нѣкоторыхъ изъ нихъ
опрокинуть и тогда часть бѣгущихъ бросилась по направленію къ
городу. Между тѣмъ отряды кавалеріи выстраивались и разверты-
вались довольно медленно, прибывая одинъ за другимъ. Тѣ изъ
эскадроновъ, которые находились въ центрѣ, имѣли передъ собою
болѣе твердую почву и могли подаваться впередъ; но выстроившіе-
ся на флангахъ двигались по болотистой почвѣ; лошади увязали и
подали, а вмѣстѣ съ ними валились и всадники. Такимъ образомъ,
не смотря на горячность французскаго главнокомандующаго, атака
могла начаться почти только въ 9 ч. утра. Силы которыми онъ
въ это время располагалъ состояли изъ 5 баталій кавалеріи, рань-
ше другихъ дебушировавшихъ на равнину (см. л. 13 Ьіз, чер. 3).
Едва выстроившись, первая линія подъ начальствомъ Рауля Неля
бросилась на фламандскія фаланги; почти всѣ отряды (2—3 т.
всадниковъ) одновременно атаковали непріятеля. Фламандцы стоя-
ли непоколебимо. Подскочивъ къ самому фронту непріятельской
пѣхоты, французская конница встрѣтила неожиданное препятствіе
во рвѣ, окоймлявшемъ дорогу. Всадники взяли въ шпоры своихъ
боевыхъ коней, но фламандцы бросились на прыгавшихъ съ свои-
ми пиками и годендагамп и ударами по лошадямъ опрокидывали
ихъ назадъ. Нѣсколько освирѣпѣвшихъ раненыхъ лошадей проры-
вали ряды, но затѣмъ были истребляемы задними шеренгами. Атц-
24
НАЧАЛО ВОЗРОЖДЕНІЯ ПѢХОТЫ.
ка на обоихъ флангахъ была отражена. Коннетабль де-Нель палъ
въ геройскомъ бою; многихъ знатныхъ рыцарей постигла та-же
участь. Только въ центрѣ позиціи, гдѣ было болѣе возвышенное и
сухое мѣсто, французской кавалеріи, подъ начальствомъ маршала
де-Неля (брата коннетабля), удалось сначала прорвать центръ не-
пріятеля. Находившіеся тамъ мелкіе контингенты различныхъ об-
щинъ, подались назадъ и побѣжали къ городу, но отрядъ, выстав-
ленный въ тылу для удержанія французовъ въ замкѣ, преградилъ
имъ путь и сталъ безпощадно истреблять бѣгущихъ. Остальная
часть боеваго порядка крѣпко держалась подъ начальствомъ Виль-
гельма де Жюльера, сражавшагося пѣшкомъ, и кромѣ того къ угро-
жаемому пункту поспѣшилъ резервъ Іоанна де Ренесса, который
атаковалъ пришедшихъ въ безпорядокъ французовъ и удержалъ
ихъ. Такимъ образомъ первая атака французовъ была отражена на
всѣхъ пунктахъ.
Вторая атака французской кавалеріи. До этихъ норъ еще
не замѣчалось особеннаго безпорядка во французской арміи; по
заднія баталіи, видя бой и горя желаніемъ поскорѣе сразиться со
врагомъ и раздѣлить лавры побѣды съ передовыми сотоварищами,
стали тѣсниться впередъ, обгоняя одна другую. При этомъ безпо-
рядочномъ движеніи имъ приходилось двигаться по той-же болоти-
стой мѣстности, о которой упомянуто выше; кромѣ того часть отброшен-
ныхъ баталій налетѣла на двигавшихся впередъ, что еще болѣе содѣй-
ствовало разстройству французской конницы. Въ концѣ концовъ,
въ первой линіи очутились баталіи д’Артуа, брабантская и норманд-
ская (см. л. 13 Ъіз, чер. 4). Атака была поведена этими частями
съ такимъ же пыломъ, какъ и первая; но фламандскіе милиціонеры
уже были воодушевлены первымъ своимъ успѣхомъ, а потому, вообще
говоря, встрѣтили противника съ полнымъ хладнокровіемъ и не
страшились сами броситься со своими годендагами на непріятель-
скихъ всадниковъ. Не смотря на это центръ фламандцевъ находил-
ся въ опасности. Маршалъ це-Нель, хотя отбитый резервомъ, еще
держался и къ нему на помощь успѣли подойти брабантцы; произ-
веденная послѣдними атака была такъ стремительна, что самъ
Вильгельмъ де-Жюльеръ и знаменосецъ были опрокинуты; къ
счастью для фламандцевъ числительность атаковавшихъ была не-
значительна, такъ что подоспѣвшіе на выручку товарищей пики-
неры могли справиться съ непріятелемъ и даже покончить съ са-
мимъ французскимъ маршаломъ. На лѣвомъ флангѣ фламандцевъ
ГЛАВА VI.
25
борьба была также упорна. Правда, стремительная атака норманд-
цевъ произвела такое впечатлѣніе на милиціонеровъ, что часть ихъ
разбѣжалась, но оставшіеся въ рядахъ (контингентъ гор. Гента)
съ неустрашимымъ мужествомъ, не смотря на свою малочисленность,
отбили атаку противника. Наконецъ сюда подоспѣлъ резервъ де-
Ренесса и успѣшно атаковалъ нормандцевъ съ прибывшими къ нимъ
подкрѣпленіями. О ходѣ дѣла на правомъ флангѣ фламандцевъ не
имѣется достаточныхъ свѣдѣній, но онъ былъ благопріятенъ для
нихъ и на этомъ пунктѣ.
Третья атака французской конницы. Не смотря на отбитыя ата-
ки дѣло еще нельзя было считать оконченнымъ. Въ тылу показа-
лось пламя изъ домовъ, зажженныхъ гарнизономъ, сдѣлавшимъ вы-
лазку. Съ другой стороны отброшенныя баталіи не пришли еще въ
такой безпорядокъ, чтобы не могли собраться для новой атаки; на-
конецъ, не считая оставшуюся позади значительную массу пѣхоты
и различныхъ мелкихъ отрядовъ, гр. д’Артуа еще имѣлъ нетро-
нутыя три баталіи конницы. Пылая негодованіемъ, онъ прика-
залъ трубить сборъ своей баталіи, съ которой уже сражался, и
снова устремился на врага, не выждавъ содѣйствія прочихъ свѣ-
жихъ отрядовъ. Атака была поведена съ отчаянною смѣлостью и
даже удалось прорвать непріятельскую линію; но это было уже
послѣднее усиліе храбрыхъ. Вмѣстѣ съ тѣмъ вылазка гарнизона
была отражена. Тщетны были всѣ усилія французовъ сокрушить
непобѣдимыхъ фламандцевъ. Цвѣтъ французскаго рыцарства погибъ
на копьяхъ и годендагахъ плебейскихъ фалангъ.
Фламандцы не ограничились отраженіемъ атаки: оба ихъ фланга
перешли въ рѣшительное наступленіе и погнали къ ручью бѣжав-
шаго непріятеля въ томъ самомъ направленіи, въ которомъ онъ при-
шелъ. Но дефиле было запружено двигавшимися еще впередъ вой-
сками, вслѣдствіе чего на этомъ пунктѣ произошло страшное стол-
пленіе людей; многіе въ паникѣ пытались перескочить черезъ ру-
чей и гибли въ немъ, другіе завязали въ болотѣ, остальныхъ без-
пощадно истреблялъ опьяненный успѣхомъ побѣдитель. Фламандцы
перешли ручей и далѣе продолжали преслѣдованіе и безпощадное
истребленіе. Одной конницы французской погибло болѣ 4000 чело-
вѣкъ (и). Такъ кончилось это замѣчательное сраженіе, первая въ
Средніе вѣка рѣшительная побѣда неблагородной пѣхоты надъ ры-
царской конницей.
Въ описанномъ событіи л въ другихъ успѣхахъ фламандцевъ
26
НАЧАЛО ВОЗРОЖДЕНІЯ ПѢХОТЫ.
современники видѣли нѣчто «новое и удивительное». Казалось здѣсь
существовали задатки для развитія хорошей пѣхоты, но при бур-
гундскихъ герцогахъ фламандская пѣхота сходитъ со сцены и
Карлъ Смѣлый не извлекъ изъ нея никакой пользы.
Такимъ образомъ дальнѣйшихъ слѣдовъ развитія могущества
этого рода оружія, въ борьбѣ его съ феодальной конницей, слѣ-
дуетъ искать у другихъ народовъ.
Сраженіе при Моргартенѣ 16-го ноября 1815 г.
Въ концѣ XI ст. Гельвеція была пожалована Генрихомъ IV герцогу
Церингскому Бертольду, родъ котораго пересѣкся въ 1218 году, послѣ
чего страна снова отошла къ Имперіи и управлялась австрійскими
намѣстниками. Дурное управленіе ихъ и притѣсненія подали по-
водъ къ неудовольствіямъ и возстанію населенія. Въ послѣдовав-
шихъ смутахъ развился воинственный духъ народа. При этомъ,
вслѣдствіе бѣдности населенія, въ высшей степени пересѣченной и
горной мѣстности, швейцарцы не могли образовать коннаго войска
и не имѣли предохранительнаго оружія. Такъ они начали борьбу
съ Австріей; но вскорѣ, благодаря своимъ постояннымъ побѣдамъ
и, какъ плоду ихъ,—многочисленной добычѣ, швейцарцы вооружились
шлемами, чешуйчатыми латами, щитами, копьями, булавами, кин-
жалами. Въ этой борьбѣ за независимость города тѣсно соедини-
лись съ поселянами, вольными крестьянскими общинами, и если пер-
вые изъ нлхъ внесли въ военное дѣло умственный элементъ, то
вторые были представителями мужественной стойкости и вѣры въ
собственныя силы—вѣры несмущаемой невѣдомымъ имъ предраз-
судкомъ времени, что только кавалеристъ можетъ быть истиннымъ
воиномъ.
Вооруженіе швейцарскихъ войскъ первоначально состояло изъ
длинныхъ пикъ, тяжелыхъ обоюдоострыхъ мечей, которыми можно
было дѣйствовать только двумя руками и аллебардъ. Строй состоялъ
изъ глубокихъ фалангъ, вѣроятно квадратной формы; строй этотъ
получилъ названіе Ііегіззоп, отъ копій, которыми былъ обставленъ,
такъ какъ пикинеры составляли наружныя шеренги, чтобы отра-
жать атаки, а аллебардисты составляли внутреннюю часть массы и
своимъ сравнительно короткимъ оружіемъ могли удобнѣе дѣйство-
вать въ послѣдующемъ рукопашномъ бою (12). Дальнѣйшая борьба
вполнѣ выяснила всѣ преимущества новой вооруженной силы (12).
Послѣ возстанія швейцарскихъ кантоновъ ПТвица, УрииУнтер-
вальдена и признанія ихъ независимости германскимъ императоромъ
ГЛАВА VI.
27
Генрихомъ VII Люксамбургскимъ, герцогъ Леопольдъ Австрійскій,
не желая отказаться отъ прежнихъ своихъ правъ на эти кантоны,
собралъ значительную армію и двинулся въ Швейцарію для подчи-
ненія непокорныхъ кантоновъ (См. л. 12, ч. 1, л. 14). Общая чп-
слптельность австрійскихъ войскъ простиралась (по Мюллеру) до
15000 чел», изъ которыхъ 12400 чел. образовали главную колон-
ну, получившую назначеніе дѣйствовать противъ главныхъ силъ
союзниковъ, остальныя войска раздѣлены были на двѣ демонстра-
тивныя колонны: изъ нихъ одна съ 1300 люцернцевъ, этлинбахцевъ
и ааргауцевъ и другая въ связи съ 4—5000 обергаслернцевъ, подъ
начальствомъ гр. Отто Страсбергскаго, должны были наступать отъ
Люцерна и Бріенца къ границамъ Унтервальдена. Главная колонна
(12400 чел.) состояла изъ 8000 пѣх., 4000 кавалеріи и 400 коро-
нованныхъ шлемовъ (высшаго дворянства). Австрійцы отличались
воинской опытностью и искуствомъ, въ смыслѣ рыцарскаго способа
веденія боя. Рыцари носили кольчуги, усиленныя желѣзными на-
плечьями, наручами и поножьями; головнымъ уборомъ служили ме-
таллическіе шлемы съ нашлемьемъ и затыльниками. Сѣдла были вы-
сокія, тяжелыя и имѣли спереди крылья для защиты ногъ. Воору-
женіе: пики, мечи, булавы, кинжалы и пр. Предохранительное ору-
жіе пѣхотинцевъ было изъ стеганнаго холста или кожи и только
голова, затылокъ и плечи покрывались иногда желѣзными бляхами.
Главнокомандующій австрійскихъ войскъ, герцогъ Леопольдъ, былъ
во цвѣтѣ лѣтъ и пользовался славой храбраго и искуснаго воена-
чальника.
Главныя силы австрійцевъ двинулись отъ Цуга къ оз. Эгри,
чтобы овладѣть Шорненскимъ проходомъ, который предполагался
слабо защищеннымъ.
Жители возставшихъ кантоновъ взялись за оружіе и выставили
нѣсколько отрядовъ для противодѣйствія, какъ главнымъ непріятель-
скимъ силамъ, такъ и демонстраціямъ, а также для защиты нѣко-
торыхъ важныхъ пунктовъ страны. Противъ главныхъ силъ против-
ника собрано всего 1300 чел. (400 изъ Ури, 300 изъ Унтерваль-
дена и 600 изъ Швица). Войска эти, направляемыя совѣтами пре-
старѣлаго Рединга, рано утромъ 15 октября 1315 г. расположи-
лись между Мооргартеномъ и Ротентурмомъ, или же между дорога-
ми отъ Эгри и изъ Эйнзиделя за сѣдловиной, не переходя швицкой
летцъг (т. е. въ предѣлахъ территоріи Швица, обнесенной по гра-
ницѣ старой стѣной), чтобы такимъ образомъ не быть обвиненны-
28
НАЧАЛО ВОЗРОЖДЕНІЯ ПѢХОТЫ.
ми въ нарушеніи нейтралитета. По всѣмъ направленіямъ были вы-
сланы развѣдчики. Въ тотъ же день рано утромъ явилось 50 из-
гнанниковъ, которые предложили свое участіе въ отраженіи врага,
но получили отказъ,—тогда они рѣшились дѣйствовать отдѣльно.
Съ этою цѣлью они расположились внѣ швицкой летцы на Матли-
гючѣ въ получасѣ пути отъ своихъ главныхъ силъ (13). Между
тѣмъ 15 ноября 1315 г. рано утромъ, Леопольдъ съ 12400 чел.
главной колонны выступилъ изъ Цуга. Гордое дворянство, презирав-
шее своего противника, двигалось безъ всякихъ мѣръ охраненія.
Въ Оберэгри остановились на ночлегъ, причемъ рѣшено было на
другой день атаковать шорненскую летцу, за которой предполага-
лись швейцерцы. При этомъ кавалерія, съ небольшою частью пѣхо-
ты должна была слѣдовать вдоль оз. Эгри на Моргартенъ, а боль-
шая часть пѣхоты направиться на Ротентурмъ, чтобы затѣмъ дѣй-
ствовать противъ праваго фланга швейцарцевъ. На другой день
герцогъ Леопольдъ продолжалъ свое движеніе въ прежнемъ поряд-
кѣ, т. е. безъ всякихъ мѣръ охраненія и имѣя кавалерію впереди.
Густой туманъ покрывалъ оз. Эгри и окрестности, такъ что части
колонны не могли видѣть одна другую; наконецъ прояснилось и
солнце освѣтило блестящее вооруженіе рыцарей, безпечно подходив-
шихъ къ Газельматрузе (14).
Едва передовая часть стала подниматься по направленію къ Шор-
нену, (см. л. 12, ч 1), какъ изгнанники осыпали австрійцевъ съ
вершины древесными пнями и бревнами; рыцари въ замѣшательствѣ
остановились. Леопольдъ рѣшился штурмовать Матлигючъ, чтобы
отбросить войска, находившіяся въ засадѣ. Двигаться въ атаку пря-
мо со стороны озера было невозможно,—необходимо было сперва
взобраться на Газельматрузе, а оттуда уже наступать къ южному
склону Матлигюча, чтобы дѣйствовать противъ тыла и пути от-
ступленія изгнанниковъ. Такъ какъ въ конномъ строю исполнить
этого было невозможно, то часть австрійской кавалеріи спѣшилась
и двинулась въ указанномъ направленіи. Но не успѣли австрійцы
еще подняться на высоту, какъ союзники, извѣщенные о первона-
чальномъ ходѣ дѣла, быстро поспѣшили на помощь своимъ сооте-
чественникамъ и атаковали непріятеля. Успѣхъ атаки былъ быст-
рый и полный, чему способствовали: внезапность появленія швей-
царцевъ, привычность ихъ къ горамъ, знаніе мѣстности и превос-
ходныя нравственныя качества милиціонеровъ. Спѣшенные австрій-
цы были опрокинуты къ своимъ лошадямъ, а затѣмъ къ озеру, гдѣ
Глава Ѵі.
29
остальныя войска ожидали исхода боя передовыхъ войскъ (15). Ав-
стрійцы обратились въ полное бѣгство; испуганныя лошади броси-
лись назадъ на пѣхоту, тѣснившуюся въ дефиле, и смяли ее, при-
ведя совершенно въ безпорядокъ. Потери австрійцевъ простирались
до 3000 челов , кромѣ утонувшихъ въ озерѣ; у швейцарцевъ вы-
было 15 убитыми и около 30 ранеными (1в). Обходъ пѣхоты на Ро-
тентурмъ былъ послѣ того отбитъ безъ труда. Демонстративныя ко-
лоны также успѣха не имѣли. Хотя описанное сраженіе имѣетъ
важное значеніе въ цѣпи фактовъ, опредѣляющихъ путь развитія
военнаго искусства, но нельзя не замѣтить, что успѣху швейцар-
цевъ много содѣйствовало счастье; сочетаніе нападенія отряда на-
ходившагося въ засадѣ и главныхъ силъ было случайно; большая
часть австрійской арміи не приняла никакого участія въ бою и бѣ-
жала въ паникѣ назадъ. Въ иномъ видѣ представляется сраженіе
при Лаупенѣ 21 іюня 1339 года, гдѣ мы замѣчаемъ съ стороны
швейцарцевъ не только смѣлую борьбу пѣхотинцевъ съ рыцарствомъ,
но и удачное маневрированіе двухъ отрядовъ и полное приложеніе
принципа взаимной поддержки и выручки, что такъ рѣдко встрѣ-
чается въ феодальныхъ войскахъ, знающихъ лишь единоборство.
Отчаянное мужество и неустрашимость швейцарцевъ, въ совокупно-
сти съ эволюціонною ловковстью, обнаружилось въ сраженіи при
Земпахѣ въ 1386 году, которое мы и разсмотримъ въ заключеніе
настоящей главы.
Сраженіе при Земпахѣ 9-го іюня 1386 года. Вслѣд-
ствіе успѣха Моргартенскаго сраженія союзъ трехъ кантоновъ уси-
лился присоединеніемъ Люцерна, Цюриха, Берна и др. Сначала
австрійскіе герцоги не рѣшались сами дѣйствовать противъ союзни-
ковъ, а только ограничивались подстрекательствомъ рыцарей къ
борьбѣ съ ними. Наконецъ Леопольдъ рѣшился подчинить себѣ
Швейцарію и возстановить права своего дома на эту страну. Въ
началѣ іюня 1386 года онъ сосредоточилъ у Бадена около 25 т.
человѣкъ. Всѣ эти силы раздѣлены были на три отряда; два изъ
нихъ должны были двинуться изъ кантона на Ааргау къ Люцерну
(самъ герцогъ) и отъ р. Лейты въ долину Гларненъ, а третій на-
правленъ былъ вдоль р. Лимата къ Цюриху, чтобы угрожать этому
городу.
Съ своей стороны союзники распорядились слѣдующимъ обра-
зомъ: жителямъ Цюриха предложено было принять мѣры осторож-
ности противъ нечаяннаго нападенія австрійцевъ; жителямъ Цуга
30
НАЧАЛО ВОЗРОЖДЕНІЯ ПѢХОТЫ.
и Гларнена приказано быстро собраться для обороны своей страны;
прочіе должны были дѣйствовать непосредственно противъ герцога
Леопольда. Послѣдній, съ отрядомъ въ 6 тысячъ человѣкъ (въ томъ
числѣ 4 т. тяжелой кавалеріи), выступилъ отъ Штейна въ Баденъ
черезъ Нейсу къ Зюрзее (см. л. 14, л. 12, пл. 1) (17). Отрядъ
его состоялъ изъ ленныхъ дворянскихъ войскъ и городскихъ дру-
жинъ; рыцарство образовало конницу, а городскія дружины пѣхоту;
кромѣ того, какъ видно изъ хода сраженія, спѣшивались не только
оруженосцы и конные рыцарскіе слуги, но и самые рыцари. При
отрядахъ везлись тяжелыя орудія (бомбарды, ВисЬзеп) для осады
Земпаха.
По пути герцогъ взялъ и разрушилъ мѣстечко Рейхензе, а жи-
телей его приказалъ казнить какъ мятежниковъ. 8-го іюня аван-
гардъ австрійцевъ достигъ Земпаха, а 9-го подошли туда и глав-
ныя силы. Леопольдъ расположился лагеремъ выше города.
Швейцарцы въ числѣ 1400 чел. собрались у Люцерна и рас-
положились впереди его, въ полу переходѣ, поперегъ дорогп изъ
Зурзее въ Люцернъ. Они были вооружены мечами, паками, алебар-
дами и топорами; нѣкоторые имѣли латы и щиты, или вмѣсто по-
слѣднихъ деревянныя доски, подвѣшивавшіяся къ лѣвой рукѣ и
на груди. Начальники дружинъ объявили своимъ воинамъ, что каж-
дому изъ нихъ придется сражаться противъ 4-хъ непріятелей и
кто считаетъ себя неспособнымъ на такой подвигъ можетъ удалить-
ся; только 100 этлинбахцевъ ушли въ лѣсъ.
Между тѣмъ еще вечеромъ 8-го іюня начальникъ австрійскаго
авангарда маркграфъ Гохбергскій, явившись передъ Земпахомъ, по-
требовалъ его сдачи, но получилъ отказъ. На другой день, когда
подошли главныя силы, рѣшено было, въ виду малочисленности
противника, немедленно его атаковать. Такъ какъ мѣстность
представляла затрудненія для движенія, то Леопольдъ приказалъ
рыцарямъ спѣшиться и отвести лошадей назадъ. Изъ 4000 спѣ-
шенныхъ рыцарей образовалась грозная фаланга, въ 30 шеренгъ
глубиною и съ цѣлымъ лѣсомъ копій впереди, передъ фронтомъ.
Лѣвый флангъ боевой линіи примыкалъ къ заборамъ и кустамъ,
занятымъ пѣхотою и стрѣлками, а правый былъ поданъ назадъ, къ
Земпаху (І8). Союзники двинулись отъ Гилъдисридена, черезъ труд-
но-проходимое ущелье, на высоты надъ Земпахомъ, гдѣ находилась
фаланга рыцарей. Швейцарцы шли одною глубокою колонною, имѣя
впереди роты Люцерна, Ури, Швица и Унтервальдена, слѣдовав-
ГЛАВА VI.
31
шія одна за другою. Колонна была встрѣчена широкимъ фронтомъ
рыцарской фаланги, вслѣдствіе чего сначала вступила въ бой только
одна, находившаяся въ головѣ, рота Люцерна, которая была охва-
чена превосходнымъ противникомъ и должна была вести неравную
борьбу, такъ что австрійцамъ удалось потѣснить ее назадъ. Слѣ-
довавшіе за люцернцами урійцы, не смотря на трудно-проходпмую
мѣстность, выдвинулись вправо и очистили тѣснимымъ люцернцамъ
мѣсто для отступленія; наконецъ двигавшаяся позади рота Швица
тоже успѣла продвинуться впередъ. Эти двѣ роты, прикрывая от-
ступленіе люцернцевъ, завязали бой съ австрійцами, но, имѣя ко-
роткое оружіе, ничего не могли сдѣлать противъ фаланги рыцарей,
вооруженныхъ длинными пиками. Въ это время успѣли выдви-
нуться на высоту и вступить въ передовую линію боеваго порядка
унтервальденцы. Предводитель этой роты, &рнольдъ-фонъ-Впнкель-
ридъ, рѣшился пожертвовать собою, чтобы открыть для свонхъ со-
отечественниковъ проходъ въ рыцарской фалангѣ (19). Бросившись
на рыцарскія копья, онъ захватилъ ихъ обѣими руками сколько
могъ и направилъ себѣ этотъ снопъ въ грудь, образуя такимъ об-
разомъ, брешь въ живой стѣнѣ рыцарей. Тогда унтервальденцы,
съ криками мести, при звукахъ роговъ, отчаянно устремились, по
теплому еще трупу героя, въ самую среду непріятеля (20). Съ это-
го времени побѣда становится для швейцарцевъ уже несомнѣн-
ной; ихъ короткое оружіе болѣе годилось для рукопашнаго боя
нежели длинныя копья рыцарей и для работы алебардами бы-
ло достаточно простора; рыцари, подъ тяжестью вооруженія и
безпомощные съ копьями въ рукахъ, падаютъ толпами подъ
ударами мечей топоровъ и аллебардъ швейцарцевъ. Герцогъ
Леопольдъ, прискакавъ на помощь своимъ, добровольно бросился въ
общую сѣчу и нашелъ смерть въ густыхъ рядахъ непріятеля. Въ
тоже время австрійцы неуспѣшно сражались и на лѣвомъ флангѣ,
особенно послѣ смерти командовавшаго здѣсь военачальника (Ве-
линга) (21). Этлинбахцы, узнавъ о благопріятномъ ходѣ дѣла, вер-
нулись назадъ, сдѣлали вылазку вмѣстѣ съ земпахскимъ гарнизо-
номъ, ударили въ тылъ австрійцамъ и довершили ихъ пораженіе.
Рыцари бросились къ лошадямъ, но оруженосцы ихъ ускакали; то-
гда они рѣшились дорого продать свою жпзнь и сражались съ ве-
личайшимъ мужествомъ, но не могли устоять передъ побѣдоносны-
ми швейцарцами. Около 2 т. австрійцевъ осталось на полѣ сраже-
нія; швейцарцы лишились до 200 чел., въ числѣ которыхъ нахо-
дились почти всѣ начальники.
32
НАЧАЛО ВОЗРОЖДЕНІЯ ПѢХОТЫ.
Въ описанномъ сраженіи побѣду швейцарцамъ доставили, кромѣ
ихъ замѣчательнаго геройскаго мужества, еще и умѣнье дѣйство-
вать на пересѣченной, гористой мѣстности, подвижность и эволю-
ціонная ловкость небольшихъ единицъ, ротъ, которыя проворно
выдвигались въ боевой порядокъ и послѣдовательно вступая въ
дѣло, утомили и разстроили неуклюжую громадную фалангу рыца-
рей, пока, наконецъ, геройское самопожертвованіе Винкельрида от-
крыло путь къ рѣшительной побѣдѣ. Въ сущности заднія роты
имѣли значеніе, по отношенію къ переднимъ, резерва, котораго у
австрійцевъ не было.
Швейцарцы довершили земпахскую побѣду, разрушивъ рыцар-
скіе укрѣпленные замки, а два года спустя, въ 1388 г., гларнен-
скій округъ отбилъ у Нефелъса нападеніе австрійцевъ и тѣмъ обез-
печено было на нѣкоторое время спокойствіе. Съ этого времени
швейцарцы являются уже грозною силою; успѣхи въ борьбѣ съ
рыцарской конницей подготовили торжество пѣхоты, а вмѣстѣ съ
тѣмъ обезпечили и прогрессъ военнаго искусства въ послѣдующемъ
столѣтіи.
Общія заключенія. Военное искусство, вытекавшее изъ
условій феодальнаго склада общества успѣло развиться до крайнихъ
возможныхъ для него предѣловъ и вылилось въ опредѣленныя,
вполнѣ законченныя формы. Односторонность и несостоятельность
его обнаружилась въ крупнѣйшихъ военныхъ событіяхъ эпохи Сред-
нихъ вѣковъ, начиная съ Крестовыхъ походовъ и особенно въ Сто-
лѣтнюю войну. Вообще феодальное военное искусство дало все, что
могло дать по условіЯхѴіъ самой его сущности; дальнѣйшее развитіе
военнаго искусства, на болѣе широкихъ началахъ, обусловливалась
прежде всего возстановленіемъ боеваго значенія пѣхоты. Но это
возможно было только при стеченіи особенно благопріятныхъ и
многоразличныхъ условій. Въ феодальныхъ ополченіяхъ пѣхота игра-
ла слишкомъ унизительную роль и трудно ей было вступить въ
успѣшную борьбу съ рыцарствомъ при обычныхъ условіяхъ тогдаш-
нихъ общественныхъ отношеній и состояніи западно-европейскаго
общества. Городскія дружины, хотя и могли-бы, повидимому, по-
служить зерномъ для образованія хорошей пѣхоты, но скоро об-
ширность внѣшнихъ отношеній городовъ, промышленно-торговое
направленіе ихъ дѣятельности, союзы между собою и съ феодаль-
ными владѣльцами были причиною того, что состоявшія на службѣ
этихъ городовъ войска, по составу своему и взаимнымъ отношеніямъ
Т Л А В А VI.
33
различныхъ родовъ оружія мало чѣмъ отличались отъ тогдашнихъ
феодальныхъ войскъ. По всѣмъ этимъ причинамъ пѣхотѣ суждено
было возродиться на иной почвѣ, а именно въ Богеміи, когда весь
народъ, фанатически-воодуіпевленный религіозно-политическими идея-
ми, сокрушилъ силу воинственнаго рыцарства, и въ Швейцаріи, въ
борьбѣ простаго, но мужественнаго свободнаго народа, возставшаго
на защиту своей политической независимости и приэтомъ благо-
пріятствуемаго мѣстными условіями. Но еще ранѣе замѣчается
цѣлый рядъ военныхъ событій, которыми новая пѣхота пробиваетъ
себѣ путь къ торжеству и почетному значенію въ ряду другихъ
родовъ оружія. Сраженія при Куртрэ, Мооргартенѣ, Лаупенѣ, Зем-
пахѣ, Нефельсѣ и нѣкоторыя другія отмѣчаютъ собою постоянно
возрастающую роль пѣхоты на поляхъ сраженій, а вмѣстѣ съ тѣмъ
и путь прогрессивнаго развитія военнаго искусства вообще.
3
Глава VII.
Окончательное возстановленіе значенія пѣ-
хоты и разрушеніе феодальной военной си-
стемы въ борьбѣ гусситовъ съ нѣмцами и
швейцарцевъ съ Карломъ Смѣлымъ. Соот-
вѣтственныя измѣненія въ составѣ армій и
военномъ искусствѣ.
Со времени начала Столѣтней войны и до выступленія на ис-
торическое поприще гусситовъ, какъ вооруженной народной силы,
военно-историческія событія сопровождаются явленіями новаго ха-
рактера, мало еіце понятными современникамъ, но отмѣчающими
собою новую эпоху въ развитіи военнаго искусства. То тамъ, то
здѣсь пѣхота одерживаетъ побѣды надъ рыцарской кавалеріей. При
всей рѣшительности послѣднихъ, все-таки они носятъ частный ха-
рактеръ; причины ихъ могутъ такъ или иначе быть объяснены слу-
чайностями, исключительно благопріятными для пѣхоты обстоятель-
ствами. Событія этого характера могли зародить въ умахъ совре-
менниковъ смутное, инстинктивное сознаніе серьезности пробивав-
шейся наружу новой силы, могли повліять до нѣкоторой степени
на понятія о боевыхъ отношеніяхъ между различными родами ору-
жія, но отсюда далеко было еще до признанія не только преобла-
дающей боевой роли пѣхоты на полѣ сраженія, но и равноправ-
ности этого рода оружія съ царицей боя—кавалеріей. Необходимъ
былъ цѣлый рядъ послѣдовательныхъ успѣховъ, непререкаемыхъ
побѣдъ, безспорнаго и грознаго торжества обыкновенной, народной,
а не рыцарской, пѣхоты, чтобы завоевать ей почетное и должное
мѣсто на ряду съ гордой противницей—кавалеріей. Разрѣшеніе
этой исторпческой задачи выпало на долю гусситовъ на востокѣ
Европы, швейцарцевъ—на западѣ. Слава первыхъ изъ нихъ напол-
нила собою всю восточную часть западной Европы, проникла оіту-
Г Л А В Л VII.
о
да въ Венгрію, Турцію, Польшу, разнеслась даже по обширнымъ
равнинамъ и лѣсамъ Руси. Знамена богемскихъ наемныхъ воиновъ,
сопровождаемыя сокрушительными побѣдами, развѣваются скоро также
на отдаленныхъ театрахъ юго-вочточной Европы. И дѣйствительно
нельзя не видѣть наступленія новой эры въ военномъ искуствѣ
когда простой народъ, совершенно незнакомый съ военнымъ искус-
ствомъ, но воодушевленный религіознымъ огнемъ, подвигается на
защиту своей духовной свободы какъ одинъ человѣкъ и, внося въ
дѣло борьбы неслыханную дотолѣ дисциплгіну, нравственную чисто-
ту, въ высшей степени своеобразные военные пріемы, руководи-
мый геніальнымъ вождемъ наноситъ рѣшительные, постоянные удары
своимъ врагамъ, опытнымъ въ военномъ дѣлѣ, прирожденнымъ
воинамъ, и вмѣстѣ съ тѣмъ разрушаетъ старую феодальную воен-
ную систему. Параллельно съ этимъ геройскіе подвиги швейцарцевъ
въ борбѣ съ Карломъ Смѣлымъ также рѣшительно выдвигаютъ но-
вые элементы военнаго искусства, забытые со временъ паденія древ-
няго Рима. Гусситскія войны въ исторіи военнаго искуства едва-
ли до сихъ поръ оцѣнены по достоинству, а между тѣмъ не говоря
уже о значеніи ихъ съ точки зрѣнія развитія военнаго искусства
вообще, особенности этой продолжительной борьбы дали видное
мѣсто нѣкоторымч» весьма важнымъ сторонами» военнаго дѣла, зна-
ченіе которыхъ полностью проявилось и можетъ быть изучено надле-
жащимъ образомъ только вь этихъ войнахъ. Пользуясь преимуще-
ственно превосходными трудами Мейнерта, мы познакомимся съ
военнымъ пскуствомъ гусситовъ въ эпоху дѣятельности Жижки (22).
Мы уже раньше ознакомилась съ началами военнаго искусства
чеховъ на зарѣ ихъ политической жизни. Съ теченіемъ времени,
съ усложненіемъ общественныхъ и государственныхъ отношеній,
при безпрерывныхъ столкновеніяхъ съ западными народами, эти
начала потерпѣли существенныя измѣненія, причемъ военное дѣло
чеховъ вылилось въ западно-европейскія, т. е. феодальныя формы.
Въ частности преобладало то нѣмецкое, то французское вліяніе, но
со времени Венцеслава (1378—1419) военное дѣло богемцевъ воз-
рождается снова на чисто національныхъ началахъ. Древнее мѣст-
ное военное право было возстановлено и приведено въ систему
Гаекомъ Годетинымъ: составленныя имъ законоположенія представ-
ляются древнѣйшими въ этомъ отношеніи постановленіями у чеховъ
и превосходятъ всѣ тогдашніе западно-европейскіе воинскіе уставы.
Уставъ предписывалъ воинамъ благочестіе и честное поведеніе,
з*
36
ОКОНЧАТЕЛЬНОЙ ВОЗСТАНОВЛЕНІЕ ЗНАЧЕНІЯ ПѢХОТЫ.
запрещая, подъ страхомъ тяжкихъ наказаній, непристойныя, по-
стыдныя игры, ложь, безстыдныя рѣчи, распутство, насиліе, раз-
бой, поджоги церквей и монастырей, разрушеніе алтарей и обра-
зовъ, грабежи въ предѣлахъ дружественныхъ странъ, брань и ссо-
ры въ войскахъ, въ особенности съ обнаженнымъ оружіемъ, само-
вольныя отлучки въ походѣ и въ лагерѣ и пр. Полезныя занятія
мирнаго времени, учрежденія и орудія, какъ напримѣръ, мельницы,
земледѣльческія орудія, рыбные садки, ульи п пр. приняты были
подъ охрану законовъ.
ѣойсковогі обозъ имѣетъ не только хозяйственное, но и боевое
значеніе, вслѣдствіе чего на его устройство и организацію обраще-
но серьезное вниманіе. При каждой повозкѣ должно находиться двое
слугъ, вооруженныхъ щитомъ и копьемъ, а подъ повозкою должны
висѣть цѣпь и доска. Кромѣ того принадлежность каждой повозкп
составляли: аркебуза, два топора, двѣ лопаты, двѣ кирки, двѣ сѣ-
киры, двѣ мотыги, одна рогатка, одна пика съ крючкомъ и знамя.
На походѣ передъ каждымъ рядомъ повозокъ двигаются рабочіе съ
инструментами для разработки пути въ случаѣ надобности.
Каждый сотникъ, пятидесятникъ или капральный обязанъ былъ
при уплатѣ войскамъ жалованья представлять военному писарю
(имѣвшему нѣкоторое значеніе инспектора) каждаго пзъ подчинен-
ныхъ ему воиновъ. Ппсарь обязанъ былъ также осматривать разъ
въ мѣсяцъ оружіе и слѣдить чтобы оно всегда содержалось въ по-
рядкѣ.
Эти общія начала воинскаго устройства установленныя Гаекомъ
получили широкое развитіе въ «Воинскомъ уставѣ» Жижки, который
онъ далъ соотечественникамъ съ согласія магистратовъ многихъ го-
родскихъ общинъ. «Воинскій уставъ» представляетъ собою замѣча-
тельный памятникъ геніальности Жижки, его всепроникающаго ду-
ха, знанія людей и военнаго дѣла. Прежде всего слѣдуетъ указать
на установленіе Жижкой твердаго военнаго порядка среди двину-
таго имъ на борьбу вооруженнаго народа, водвореніе въ войскахъ
несокрушимой дисциплины и глубокаго религіознаго духа. Строго-
сти Гаека достигаютъ аскетической суровости у Жижки. «Тутъ не
забыто ничего, что можетъ электризовать массу и держатъ ее въ
уздѣ». Жижка рекомендуетъ воинамъ набожность, молитву, внут-
реннее очищеніе передъ лицемъ Бога. Великій народный вождь тща-
тельно заботится о соблюденіи строгаго порядка на походѣ и въ
лагерѣ: никто не смѣетъ выходить впередъ изъ лагеря или поход-
ГЛАВА VII.
37
ной колонны, чтобы занять квартиру въ городѣ, строго запрещает-
ся самовольно отлучаться, зажигать огни и пр.
Передъ выступленіемъ, а также и передъ началомъ всякаго пред-
пріятія войско, передъ лицемъ Бога и съ принятіемъ св. тайнъ,
должно пасть на колѣни и молиться, чтобы Всемогущій обратилъ
«священную борьбу имъ на славу, на умноженіе добра, на благо
вѣрующихъ*.
Военная добыча собирается вся вмѣстѣ; а для раздѣла ея по
заслугамъ и справедливости избираются старосты изъ начальниковъ,
горожанъ и крестьянъ; безъ этого никто не смѣетъ присвоить себѣ
ничего самомалѣйшаго; пойманный же въ такомъ самовольствѣ су-
дится, безъ разбора его положенія, какъ воръ за присвоеніе боже-
скаго и народнаго достоянія. Раздоры, брань и шумъ въ войскахъ
запрещены; а убійства, раны и увѣчья подлежатъ строгимъ нака-
заніямъ. Дезертиръ наказывается какъ предатель передъ Богомъ и
людьми, потому что онъ старается избавиться отъ священной борь-
бы. Непослушные и лживые люди, игроки въ кости, разбойники,
грабителиг пьяницы, прелюбодѣи, развратники, блудницы и налож-
ницы и другіе явные грѣховодники и грѣховодницы не терпятся
въ войскахъ, а преслѣдуются, изгоняются и наказываются, «потому
что въ священной борьбѣ требуется вести жизнь добрую, христіан-
скую и порядочную, въ любви и страхѣ божіемъ, чтобы всѣ желанія
и надежды возлагались только на Бога».
Отсюда видно какое значеніе придавалъ Жижка духовной при-
родѣ человѣка, его нравственной сторонѣ, устанавливая свой воен-
ный распорядокъ и организуя свой народъ для борьбы съ врагомъ.
Ничего подобнаго не знали феодальныя арміи; но онѣ были силь-
ны чисто воинскимъ духомъ, воспитаннымъ въ безпрерывныхъ вой-
нахъ и мелкихъ стычкахъ, онѣ были опытны въ воинскомъ искусст-
вѣ, въ умѣньи владѣть оружіемъ; онѣ были хорошо, по времени
вооружены. Закованнымъ въ желѣзо, храбрымъ и гордымъ рыца-
рямъ Жижка могъ противопоставить только своихъ горожанъ ре-
месленниковъ и толпы крестьянъ, которые, кромѣ цѣповъ и пово-
зокъ приносили съ собою лишь преданность своему вождю и рели-
гіозное воодушевленіе. Съ другой стороны какъ вести въ бой эти
толпы, какой системѣ войны слѣдовать съ неопытными милиціоне-
рами? Пассивная оборона не могла обѣщать успѣха въ такомъ дѣ-
лѣ какъ религіозное возстаніе гусситовъ. а наступленіе съ толпами
плохо вооруженныхъ милиціонеровъ было, въ высшей степени опас-
38
ОКОНЧАТЕЛЬНОЕ ВОЗСТАНОВЛЕНІЕ ЗНАЧЕНІЯ ПѢХОТЫ.
по. Только геній Жижки могъ разрѣшить эту задачу и поставить
его въ ряду великихъ вождей всѣхъ временъ. Увеличивъ по воз-
можности свои военныя средства, онъ научилъ своихъ сподвижни-
ковъ оковывать имѣвшіеся у нихъ цѣпы такимъ образомъ, чтобы
они сдѣлались пригоднымъ боевымъ оружіемъ и обратилъ особое
вниманіе на устройство повозокъ, которые обращаются у пего въ
своего рода боевыя колесницы. Пользуясь ими для военныхъ цѣлей,
сочетая искусно ихъ расположеніе и боевое построеніе, Жижка
далъ своимъ войскамъ цѣлыя подвижныя крѣпости или укрѣпле-
нія. Повозки крѣпости давали защиту воинамъ, дѣлали ихъ стой-
кими и до извѣстной степени неуязвимыми въ борбѣ съ рыцаря-
ми, а подвижность этой защиты позволяла предпринимать само-
стоятельныя операціи, появляться тамъ и въ такихъ силахъ, какъ
это было желательно. Этимъ способомъ былъ геніально разрѣшенъ
вопросъ о сочетанігі наступленія съ обороною въ военныхъ дѣйст-
віяхъ милиціонеровъ—гусситовъ. Разсмотримъ ближе всѣ принятыя
Жижкой мѣры и установленные имъ порядки.
Табориты Жижки вскорѣ раздѣлились на двѣ части; домаш-
нихъ (сіогоасі) и служащихъ въ походѣ (роіет ргаспрсі). Полѣдніе
занимались исключительно веденіемъ войны, а на первыхъ лежали
ремесла и земледѣліе, причемъ они должны были доставлять все
необходимое для войны; предполагаютъ что эти общины время отъ
времени смѣнялись и, вмѣстѣ со своими женами и дѣтьми, пере-
ходили отъ войны къ мирнымъ занятіямъ и обратно.
Что касается обозной крѣпости, то мы видѣли, что уже въ
уставѣ Гаека повозки играютъ нѣкоторую боевую роль; Жижка—
же развилъ ихъ примѣненіе въ этомь отношеніи до небывалыхъ
размѣровъ. Сначала повозки были не что иное какъ простыя обоз-
ныя телѣги, соединявшіяся межбу собою посредствомъ цѣпей; на
20 человѣкъ приходилось ихъ по одной, или на 1000 чел. по 50.
Этими повозками обыкновенно оцѣплялось мѣсто сбора, укрѣплен-
ный лагерь (таборъ), а въ сраженіи изъ нихъ составлялись раз-
личные линіи, проходы и крылья въ формѣ: Е С -О.,
Эней Сильвій говоритъ, что соединеніе возовъ между собою было
такъ искусно, что ихъ можно было расцѣпить и привести въ дви-
женіе на любомъ пунктѣ, въ любое время, для преслѣдованія про-
тивника пли отступленія. Каждый военный возъ запрягался двумя
лошадьми цугомъ: задняя въ оглобляхъ, а передняя на уносѣ.
Передній и задній возы имѣли знамена, служившія команднымъ
ГЛАВ А VII.
39
знакомъ, такъ что съ помощью ихъ можно было ввести порядокъ
въ маневры обоза. Для построенія обозной крѣпости лошади вы-
прягались, оглобли подымались на заднюю часть передняго воза
и прикрѣплялись цѣпью. На выпряженныхъ оставшихся подлѣ
лошадей садились вооруженные павезами *) возницы, готовые во
всякую минуту снова запречь коней и выдвинуться съ возами изъ
линіи. На каждомъ возѣ стояло по 4 воина съ цѣпами и зудли-
цами (аллебарда). перемѣшанные съ лучниками и ружейнымп стрѣл-
ками. За ними, въ проходахъ, стояли подкрѣпленія, роты для
поддержки и смѣны людей находившихся на возахъ. Позади, у
сборной площади, находился резервъ, а кругомъ обозной крѣпости
объѣзжали легкіе всадники, конеберки, которые должны были ло-
вить вырывавшихся лошадей. Проходы между рядами возовъ за-
пирались тарасами или рогатками. Подъ каждымъ возомъ висѣла
доска, защищавшая отъ пуль ноги стоявшихъ позади воиновъ **). По
словамъ Энея Сильвія, въ сраженіи Жижка образовалъ изъ возовъ,
наполненныхъ вооруженными воинами, два крыла, между которы-
ми располагалъ войска, а кавалерію высылалъ внѣ обозной крѣ-
пости на фланги. **) Какъ только подавался сигналъ къ сраже-
нію, начальники обоза совершали движенія къ непріятелю по
извѣстнымъ предписаннымъ имъ фигурамъ, образуя проходы, ко-
торые были извѣстны только таборитамъ, вслѣдствіе упражненій,
для противника-же представляли опасный лабиринтъ, въ который
его можно было поймать какъ въ сѣти и изъ котораго онъ не могъ
болѣе выбраться. Если непріятеля такимъ образомъ отрѣзывали, про-
рывали его ряды и разъединяли отряды, то тогда пораженіе его
безъ труда доканчивала мечами или цѣпами пѣхота, или стрѣлки
съ возовъ. Войска Жижки можно-бы сравнить съ многорукимъ чу-
довищемъ, которое быстро и неожиданно схватывало свою добычу,
душило ее, проглатывало куски и уничтожало. Если отдѣльнымъ
людямъ и удавалось выйдти изъ лабиринта повозокъ, то они попа-
дали въ руки кавалеріи, которая стояла съ наружной стороны обо-
зной крѣпости и умерщвляла ихъ.Если-же кавалеріи угрожалъ зна-
чительно превосходный новый противникъ, то сомкнутая передъ
тѣмъ обозная крѣпость быстро открывала новые проходы, сквозь
которые конница отступала, какъ чрезъ ворота въ крѣпостныхъ
стѣнахъ.
*) Большіе щиты, нижній заостренный край которыхъ доходилъ до земли.
*♦) Таковъ слѣдовательно былъ первоначальный видъ боеваго порядка Жижки.
40
ОКОНЧАТЕЛЬНОЕ ВОЗСТАНОВЛЕНІЕ ЗНАЧЕНІЯ ПѢХОТЫ.
Въ рядахъ гусситовъ служили не одни чехи, но и иностранцы
(поляки, галичане), стремившіеся сюда или въ надеждѣ на добы-
чу или съ цѣлью изученія военнаго искусства таборитовъ. Еще
при жизни Жижки, а въ особенности послѣ него составлялись особые
военные союзы пли роты, которые управлялпсь своими собственны-
ми законами п повиновались только своимъ начальникамъ. Богем-
скіе наемные воины призывались въ Венгрію, Германію, Польшу,
Россію, такъ что вскорѣ въ средней и восточной Европѣ ни одна
война не происходила безъ участія въ ней богемскихъ наемщиковъ.
Всѣхъ страшнѣе и извѣстнѣе были военныя дружины называвшія-
ся «братьями* или «братцами», непріятель-же называлъ ихъ «жеб-
раками* (нищими). Въ апогеѣ своей славы, въ теченіе нѣсколькихъ
лѣтъ, они считались въ Европѣ совершенно особенною самостоя-
тельною властью, которая распространялась на много земель.
Военное искусство Жижки, сохраняя свои существенныя черты,
вскорѣ, впрочемъ, потерпѣло нѣкоторыя измѣненія. Свѣдѣнія о раз-
вившемся изъ указанныхъ началъ воинскомъ искусствѣ въ послѣ-
дующее время оставилъ намъ одинъ изъ знаменитыхъ атамановъ
гусситскихъ бандъ Влчекъ изъ Ченова, который около 1490 г. из-
ложилъ его сущность. Эволюціонное искусство Жижки у Влчека
является уже разработаннымъ въ цѣлую научную систему и видо-
измѣненнымъ въ зависимости отъ самаго грознаго противника съ
которымъ приходилось имѣть дѣло, а именно—турокъ. Характери-
стическая черта боеваго строя Влчека заключается въ увеличеніи
глубины строя, какъ для лучшаго прикрытія фланговъ, такъ и въ
видахъ болѣе легкаго преодолѣнія препятствій повозками при дви-
женіи; такимъ образомъ глубина построенія войскъ въ нѣсколько
разъ превосходитъ протяженіе фронта. Съ половины ХѴЧ ст. гус-
ситы отбрасываютъ повозки, конечно вслѣдствіе преимущественно
развитія огнѣстрѣльиаго оружія, и строй принимаетъ квадратную
форму. Около трети войскъ составляли авангардъ, который дѣлился
на два-три отдѣльныхъ отряда; прочія войска образовали главныя
силы. На походѣ, впереди колонны двигались стрѣлки или гарков-
ники и завязывали бой; если они отступали, то ихъ принимали на
себя гонцы (Ьопсі, бѣгуны), которые затѣмъ вмѣстѣ со стрѣлками
бросались на непріятеля; затѣмъ въ случаѣ надобности вступала
въ бой остальная часть арміи, главныя ея силы. Описанный методъ
веденія боя по существу и по внѣшней формѣ весьма сходенъ съ
дѣйствіями римскаго легіона, гдѣ послѣдовательно .вступали въ дѣ-
ло гастаты, принципы и тріаріи.
ГЛАВА VII.
41
Оружіе кавалеріи состояло изъ пикъ, мечей и бердышей; пѣ-
хота имѣла партизаны, копья, пистолеты и луки, а стрѣлки были
снабжены кромѣ луковъ еще и щитами. На флангахъ помѣщались
щитоносцы.
Тяжелыя орудія размѣщались въ четырехъ батареяхъ, а имен-
но, по словамъ Влчека: 20 передъ боевой линіей, 20 сзади ея,
для защиты тыла и по нѣсколько орудій на флангахъ. Вообще
оружіе становится весьма разнообразнымъ въ это время *)•
Категоріи воиновъ тоже были различны, какъ въ пѣхотѣ такъ
и въ кавалеріи **).
На 100 вооруженныхъ гуситовъ—приходилось 900 пѣшихъ, 100
конныхъ солдатъ и 50 военныхъ повозокъ. Для одной такой по-
возки требовались; 1 погонщикъ (лѵагаіа)), 2 всадника, 4 павез-
ника и 13 стрѣлковъ.
Употребленіе пороха и огнестрѣльнаго оружія уже было извѣстно
богемцамъ во второй половинѣ XIV ст.; вначалѣ орудія употреб-
лялись, какъ и вездѣ, преимущественно лишь при осадахъ, но съ
1423 года они уже появляются и въ полевомъ бою. Въ Богеміи,
какъ и въ другихъ странахъ, сначала подъ общимъ названіемъ
ризка понимали, какъ ручное, такъ и тяжелое оружіе, причемъ
послѣднее отличалось отъ перваго только прилагательнымъ «боль-
шой»—«лѵеііка ризка». Позже тяжелыя орудія различались назва-
ніями и дѣлились на разряды въ зависимости отъ ихъ величины,
наружнаго вида и употребленія (ІіанГпісе, Іагазпісе, різѣаіу—пи-
щали, превратившіяся потомъ въ ручное оружіе и пр,). Въ Прагѣ
въ началѣ XVI ст. отливаютъ мортиры, а вскорѣ появляются тамъ
и картауны.
*) Такъ кролѣ мечей, копій, дротиковъ, самострѣловъ (арбалетъ) мы тутъ нахо-
димъ: цѣпы, палицы (раІСОІу), зудлпцы (зисШсе аллебарды), копья (озііру),
павезы (ра№ё2у, кожанные щиты), ружья (гиспісе), гаубицы (ІіапГнІсе), гар-
ковнпцы (Ііагкодѵпісе), срубницы (згиЬпісе), тарасницы (іагазпісе), гаковни-
цы (1іако\Ѵ1)ісе, аркебузы) и различнаго рода осадныя орудія.
**) Напримѣръ, по вооруженію отличались: стрѣлки, СврПІСІ (цѣпники), корІП-
ПІСІ (коиейщики), зибіісѵпісі (аллебардисты), ра\Ѵв2ПІСІ и т. п. По распоже-
ложенію въ боевомъ порядкѣ и обязанностямъ службы: ЗІгасѲПСІ (отчаянные), ко-
иёЪегку (легкіе кавалеристы), 11ОПСІ, рОЗІІСІ (подкрѣпленія), ІіагкохѵпІСІ (наѣзд-
ники), лѵогпісі и уѵо2а1о]’олѵё (обозные), ріеолѵпіеі (Фуражиры), ІіаиГолѵе,
хЬуІПІ (резервъ), ИаиГотсё ХѴаІПІ (главныя силы). Повозки у Жижки и впослѣд-
ствіи раздѣлялись на кга]11І (наружныя), рІЯСПІ (внутреннія), рІСПІ (фуражныя),
котогпі (магазинныя и пр.).
42
ОКОНЧАТЕЛЬНОЕ ВОЗСТАНОВЛЕНІЕ ЗНАЧЕНІЯ ПѢХОТЫ.
Орудія еще при Жпжкѣ перевозились лошадьми, причемъ необ-
ходимое число послѣднихъ опредѣлялось земскими правленіями
и выставлялось землевладѣльцами.
Столь-же замѣчательны гуссисты и въ фортификаціонномъ от-
ношеніи. Самый ихъ боевой порядокъ съ повозками показываетъ
умѣнье сочетать требованія тактики и фортификаціи. Жижка столь
былъ искусенъ въ устройствѣ укрѣпленій, что ему нѣкоторые при-
писываютъ первое начертаніе бастіоновъ. Онъ умѣлъ также отлично
укрѣплять лагери, мѣстные предметы и т. п. Такъ укрѣпленіе горы
Витковъ, близь Праги, въ 1420 г., содѣйствовало самымъ рѣшитель-
нымъ образомъ пораженію, нанесенному нѣмцамъ, предпринявшимъ
въ числѣ 150000, подъ начальствомъ Сигизмунда, осаду. Два спѣш-
но возведенныхъ Жижкой укрѣпленія, обороняемыя слабыми гарни-
зонами, выдержали атаку 30000 нѣмцевъ. Говорятъ, что Жижка
мало безпокоилъ осаждавшихъ, позволилъ имъ перейти ровъ и под-
ступить къ валу, но затѣмъ, со свѣжими войсками, быстро пере-
шелъ въ наступленіе и нанесъ врагу рѣшительное пораженіе, въ
память чего гора до сихъ поръ носитъ имя Жижки. Въ томъ-же
году жители Праги заперли р. Молдаву цѣпями и бревнами, что
является первый разъ въ эту эпоху (23).у
Что-же нѣмцы могли противопоставить замѣчательной военной
организаціи, дисциплинѣ, воодушевленію и своеобразному искус-
ству гусситовъ? Военное дѣло у нѣмцевъ во второй половинѣ XIV
и началѣ XV* столѣтій носитъ такой-же характеръ, какъ у францу-
зовъ и почти ничѣмъ по существу не отличается отъ состоянія его
въ предшествующую эпоху. Мы видимъ здѣсь уже знакомую намъ
отживающую систему ленныхъ ополченій, городскихъ и наемныхъ
войскъ.
Города и князья повсюду заключаютъ союзы для защиты отъ
насилія, разбоя, грабежа и пр. Государственная военная служба,
какъ сказано, представляется въ видѣ ленныхъ ополченій; но, вмѣ-
стѣ съ тѣмъ, число освобожденій было такъ велико, что числитель-
ность собиравшихся подъ знамя императора вассаловъ оказывалась
недостаточной, а потому по необходимости приходилось увеличи-
вать наемныя войска. Для борьбы съ гусситами государственные
чины положили въ 1427 г. содержать на границѣ постоянные кон-
тингенты, но такъ какъ ихъ оказалось мало, то рѣшено было со-
бирать на уплату жалованья войскамъ общій налогъ (детеіпег
РГепі§). Установленный налогъ поступалъ въ казну неисправно, а
ГЛАВА VII.
43
между тѣмъ набѣги гусситовъ увеличивались. Тогда для обороны
богемской границы опредѣлено было содержать на жалованьи че-
тыре тысячи глевовъ или полныхъ копій, въ 3 челов. каждое. Всѣ
эти мѣры не могли остановить храбрыхъ гусситовъ, а между тѣмъ
развитіе системы наемныхъ войскъ окончательно содѣйствовало
упадку военнаго духа въ дворянскомъ сословіи, которое перестаетъ
быть исключительнымъ выразителемъ военнаго могущества страны.
Города для выставки своихъ контингентовъ тоже должны были
обращаться преимущественно къ наемникамъ, такъ какъ ремеслен-
ники не могли слишкомъ часто отлучаться отъ своихъ занятій. Го-
родскія дружины постепенно освободились отъ коронныхъ предво-
дителей (фохтовъ, бургграфовъ) и для управленія военнымъ вѣдом-
ствомъ образовали коммисію изъ нѣсколькихъ гражданъ; уполномо-
ченные этихъ коммисій назывались Кгіедз ОЬегзіеп и выбирались
часто изъ всѣхъ цеховъ; главное начальство принадлежало бурго-
мистру, ниже котораго находились квартальные и начальники
улицъ. Иногда предводительство войсками поручалось, по особому
договору, иностранному рыцарю или опытному военачальнику. Про-
довольствіе на походѣ производилось на средства городской казны,
съ какою цѣлью налагалась новая подать, или отдавались подъ за-
логъ городскія имущества, или прибѣгали къ займу. Дисциплина
городскихъ войскъ находилась вообще въ жалкомъ состояніи.
Главнымъ родомъ оружія считалась кавалерія. Она раздѣлялась
на взводы (йсііаагеп) въ 32 тяжеловооруженныхъ всадника, имѣв-
шихъ при себѣ значекъ (Рапеп, Вапіег и пр.).
Пять значковъ образовали дружпну или роту (Кишрапеу) подъ
начальствомъ ротмистра; въ ротѣ еще имѣлись', фенрихъ, вах-
мистръ, маршалы и писарь. Четыре роты составляли эскадронъ
(Зсінѵабег), подъ начальствомъ Ѵѵегзіег ОеЬіеіі§ег. Предохрани-
тельное оружіе начало было облегчаться сравнительно съ прежнимъ.
Дружины строились глубокими массами, авангардъ состоялъ изъ
легкихъ всадниковъ, преимущественно наемныхъ венгровъ или сла-
вянъ. Эскадроны строились для боя на нѣкоторыхъ интервалахъ
одинъ отъ другаго. Если легкая кавалерія была опрокинута, то
тогда вступали въ бой рыцари, которые въ это время охотно об-
ращаются къ пикѣ, выигравшей въ своей дѣйствительности съ об-
легченіемъ предохранительнаго оружія. Легкая кавалерія иногда
дѣйствовала противъ фланговъ противника, а затѣмъ, при успѣхѣ
атаки, преслѣдовала его.
44.
ОКОНЧАТЕЛЬНОЕ ВОЗСТАНОВЛЕНІЕ ЗНАЧЕНІЯ ПѢХОТЫ.
Пѣхота раздѣлялась на сотни НипсІзсЬаГІеіі, изъ которыхъ каж-
дая имѣла свое знамя Ѵап, почему впослѣдствіи онѣ назывались
Еаііпеп или Кишрапеу. Начальникъ сотни назывался Наѵеітап
(Наирітап), а ему подчинялись въ ротѣ: унтеръ-гауптмаиъ, фен-
рихъ, фельдфебель, глевенмейстеры, ефрейторы и писаря. Восемь
сотенъ или ротъ образовали массу, гуфъ (НапГ). Главнымъ оружіемъ
пѣхоты былъ глевъ или пика въ 10 ф. длины. Изъ предохрани-
тельнаго оружія пѣхота должна была имѣть кирасы или чешуйча-
тые панцыри. Строилась пѣхота въ 10 шеренгъ, отдѣльными от-
рядами около 200 чел. каждый. При войскахъ городскихъ общинъ
имѣлись повозки Ѵогзіеѵа^еп для перевозки тяжелой пѣхоты, при-
чемъ одинъ возъ подымалъ 6 чел. Кромѣ того были еще Визі-
\ѵа§еп и Неегш^еп; къ первымъ изъ нихъ назначался погонщикъ
съ желѣзными кнутами и пр.. а къ послѣднимъ аркебуза (Накеп-
Ьйсѣзе), 2 топора, 2 лопаты, 2 косы, 2 серпа, подковы, гвозди,
колья, продовольствіе и пр.
Все это нѣмецкое воинство, плохо устроенное, плохо предводи-
тельствуемое, мало дисциплинированное оказалось несостоятельнымъ,
въ борьбѣ съ гуссистами. Парализовавъ своей обозной крѣпостью
дѣйствія главнаго и лучшаго непріятельскаго рода оружія,—конни-
цы - гуссисты безъ особаго труда разбивали его малогодную пѣхоту;
очень скоро утвердилась вѣра въ непобѣдимость пламенныхъ вои-
новъ Жижки, вслѣдствіе чего впослѣдствіи всѣ битвы съ.ними окан-
чивались паническимъ страхомъ у нѣмцевъ. Гусситовъ погубили въ
копцѣ концовъ не нѣмцы, а собственныя внутреннія несогласія п
дробленіе наразпартіи (2і)-
Тѣмъ не менѣе эти простые воины оставили замѣтный слѣдъ
въ исторіи военнаго искусства, во-первыхъ, возвысивъ значеніе пѣ-
хоты, во-вторыхъ, давши замѣчательные образцы сочетанія насту-
пательнаго и оборонительнаго способовъ дѣйствій, въ третьихъ,
выработавши первый систематическій военный кодексъ, въ четвер-
вертыхъ, выяснивъ значеніе на войнѣ строжайшей дисциплины и
вообще высокаго развитія нравственнаго элемента, въ пятыхъ, пред-
ставивъ образцы правильной организаціи народныхъ массъ для во-
оруженной борьбы и, въ шестыхъ, примѣнивъ съ удивительнымъ
искусствомъ простѣйшія средства (цѣпы, телѣги) для военныхъ цѣ-
лей и сдѣлавши ихъ важными элементами своихъ побѣдъ, долго
приводившихъ въ трепетъ какъ Германію такъ и другихъ сосѣдей.
Обратимся теперь къ борьбѣ швейцарцевъ съ Карломъ Бургунд-
ГЛАВА VII.
45
стмъ. Армія Карла Смѣлаго представляется вполнѣ типическою,
для своего времени. Несостоятельность феодальной военной системы
основанной на службѣ ленныхъ владѣльцевъ въ такой степени об-
наружилась повсюду, что ни одно изъ правительствъ не можетъ
ограничиться исключительно лишь тѣми средствами вооруженной
борьбы, которыя представляетъ эта система. На ряду съ ленными
дружинами, мы въ это время повсюду на западѣ встрѣчаемъ город-
скіе контингенты, вербованныя (въ томъ числѣ и постоянныя) и
наемныя иноземныя войска. Постепенное распространеніе огнестрѣль-
наго оружія при нѣкоторомъ подъемѣ народнаго благосостоянія бы-
ло существенной причиной развитія наемныхъ войскъ. Люди съ
предпріимчивымъ характеромъ, но съ небольшимъ достаткомъ, при
воинственности тогдашняго времени, охотно выбпрали своей про-
фессіей военное ремесло, жаждая славы и добычп; не будучи въ
состояніи пріобрѣсти полнаго рыцарскаго вооруженія, они охотно
образовали пѣшія дружины, тѣмъ болѣе, что и борьба пѣхоты съ
кавалеріей становилась все смѣлѣе и рѣшительнѣе. Правда что хо-
тя престижъ рыцарства уже значительно упалъ, но конный лат-
никъ-дворянинъ по прежнему еще считалъ себя воиномъ по пре-
имуществу и съ высокомѣріемъ смотрѣлъ па своего пѣшаго сорат-
ника. Такія отношенія явственно обнаруживаются въ бургундской
арміи; тѣмъ не менѣе во время несчастныхъ войнъ Карла Смѣлаго
со швейцарцами, эти отношенія должны были нѣсколько измѣнить-
ся, что проявилось, какъ увидимъ, въ нѣкоторыхъ частностяхъ ор-
ганизаціи его арміи, и тѣмъ самымъ признаны были новыя требо-
ванія времени, прогрессивныя начала развивающагося военнаго ис-
кусства.
Воинственный герцогъ Бургундскій былъ однимъ изъ сильнѣй-
шихъ владѣтелей въ Европѣ. Обширныя его владѣнія (Бургундія,
Лимбургъ, Фроншъ-Конте, Рейнскій Пфальцъ, Брабантъ, графства:
Голландъ, Гель дернъ, Фриславдъ и пр.) давали ему возможность
содержать огромную армію весьма разнороднаго состава. Армія
управлялась военнымъ совѣтомъ (сопзеіі), подъ предсѣдательствомъ
герцога и прп двухъ военныхъ секретаряхъ. Военный казначей
(ігёзогіег йе Іа §пегге) завѣдывалъ военными суммами и расходо-
валъ пхъ черезъ войсковыхъ казначеевъ. Высшее командованіе вой-
сками принадлежало, въ отсутствіе герцога, маршалу, соотвѣтство-
вавшему коннетаблю Франціи. Если-же герцогъ самъ стоялъ во
главѣ арміи, то маршалъ командовалъ авангардомъ. Маршалъ за-
46
ОКОНЧАТЕЛЬНОЕ ВОЗСТАНОВЛЕНІЕ ЗНАЧЕНІЯ ПѢХОТЫ.
ыѣщался намѣстникомъ (Ііеиіепапі) или полевымъ маршаломъ,
фельдмаршаломъ. Къ составу главнаго управленія арміи принадле-
жалъ и высшій судъ [§гап(і ргёѵбі).
Карлъ при его безпокойной воинственности, вовсе не обладалъ
военными талантами, хотя ему нельзя отказать въ пониманіи де-
талей военнаго дѣла и въ томъ мелочномъ умѣ, который способенъ
совершенствовать частности военнаго механизма; но напрасно бы-
ло-бы въ его многочисленныхъ «ордоннансахъ» искать прочныхъ
и опредѣленныхъ началъ для установленія общей системы устрой-
ства вооруженныхъ силъ и сплоченія разнородныхъ элементовъ ар-
міи въ одно, единодушное цѣлое. Составными элементами его мно-
гочисленной арміи были:
1)	Ленныя ополченія. Они образовали большую, хотя и наиме-
нѣе надежную, часть вооруженныхъ силъ Карла Смѣлаго. Ополче-
нія (Ьап и аггіёге-Ъап) собирались на извѣстныхъ уже намъ осно-
ваніяхъ, но приэтомъ слѣдуетъ замѣтить, что служба ленниковъ
оплачивается ихъ сюзереномъ, начиная со дня смотра и до ро-
спуска по домамъ (25). Приэтомъ латникъ, получивши одинъ уста-
новленный окладъ, обязанъ былъ являться съ тремя лошадьми, изъ
которыхъ одна назначалась для него, другая для его кутильера
(сопзііііегз, оруженосецъ) и третья для слуги (ѵаіеі). Два конныхъ
лучника, хорошо вооруженныхъ, получали одинъ окладъ; такой же
окладъ назначался тремъ пѣшимъ хорошо вооруженнымъ лучни-
камъ; наконецъ четыре пѣхотинца, хорошо снаряженные и воору-
женные пиками, копьями и дротиками, получали одинъ окладъ (26).
Слѣдуетъ отмѣтить также, что въ ополченіе призывались не толь-
ко владѣльцы ленныхъ участковъ п свободныхъ земель, но также
и вообще благородные люди (іоиз Іез аиігез §епз ѵоиіапі ѵіѵге
поЫетепі), привычные владѣть оружіемъ (27).
Только при сборѣ части войскъ для незначительныхъ дѣйствій
или наоборотъ, для отраженія вторгнувшагося въ страну врага,
плата не производилась (28).
Собранныя войска соединялись въ роты (сошра^піе), командуе-
мыя бальи или капитанами. Роты раздѣлялись на отдѣленія (сѣатЬ-
гез) въ 5—6 копій, командуемыя своими начальниками (сѣеГ бе
сѣатЪге) и ихъ помощниками (циагіегоппіег) (29).
Смотръ собраннымъ войскамъ производится тремя правитель-
ственными агентами: во-первыхъ, соотвѣтствующими мѣстнымъ на-
чальникамъ—бальи, затѣмъ коммисаромъ по фгінансовоіі части и
ГЛАВА VII.
47
наконецъ офицеромъ по строевой части. Въ опредѣленное время
и въ указанномъ мѣстѣ, капитанъ представлялъ свою роту на
смотръ коммисарамъ, которые окончательно распредѣляли людей по
категоріямъ и производили уплату жалованья (30).
2)	Иноземные наемники. Наемники составляли значительную
часть вооруженныхъ силъ Карла Смѣлаго. Англійскія, шотландскія,
итальянскія, французскія и др. банды сопровождалп его во всѣхъ
важныхъ военныхъ предпріятіяхъ.
Съ характеромъ этпхъ войскъ мы отчасти уже знакомы, а от-
части изучимъ ихъ впослѣдствіи.
3)	Орданнансовыя роты. Начиная съ 1470 года Карлъ Смѣ-
лый принялъ цѣлый рядъ мѣръ для устройства ордоннансовыхъ
ротъ по примѣру Франціи. Первоначально онъ приказалъ набрать
всего 1000 копій, вскорѣ это число было доведено до 1250, а по-
томъ достигло 2200. Набранные люди раздѣлялись на роты по 100
копій въ каждой. Копье состояло: изъ 1 латника, 1 кутильера, 1
пажа, 3 конныхъ лучниковъ и 3 пѣхотинцевъ (арбалетчика, куле-
вриньера п пикенера) (31). Такимъ образомъ существеннымъ отли-
чіемъ отъ французскихъ ордоннансовыхъ ротъ было то, что въ со-
ставъ бургундскаго копья входило три пѣхотинца *). Впослѣд-
ствіи (11 мая 1476 г.), во время швейцарскихъ войнъ, Карлъ от-
нялъ лошадей и у конныхъ лучниковъ, вслѣдствіе чего въ составѣ
копья пѣхота являлась преобладающей въ числѣ шести чело-
вѣкъ (32).
Приказами были точно опредѣлены снаряженіе и вооруженіе
людей, съ которымъ они должны были являться на службу. На
первомъ смотру лучники и кутильеры получали отъ герцога пальто
двойнаго цвѣта (бѣлый и голубой) и обязаны были продолжать
одѣваться по той же формѣ впредь, а также носить знакъ своего
капитана. Герцогъ также подарилъ всѣмъ латникамъ по кресту св.
Андрея съ обязательствомъ носить его всегда на своемъ снаряженіи.
Такова была форма одежды для этихъ войскъ.
Жалованье опредѣлено было латнику съ его людьми (кутильеръ,
пажъ) и 3 коннымъ лучникамъ по 15 фр. въ мѣсяцъ, т. е. по 5
на каждаго; кулевриньеръ и арбалетчикъ получали по 4 фр. въ
мѣсяцъ, а пикенеръ—2 патарда (раІаг<І8)въ сутки (33).
*) Припомнимъ, что копье французскихъ ордоннансовыхъ ротъ состояло; изъ 1
латника, 1 кути ль ера, 1 пажа, 2 лучниковъ и 1 слуги.
48
ОКОНЧАТЕЛЬНОЕ ВОЗСТАНОВЛЕНІЕ ЗНАЧЕНІЯ ПѢХОТЫ.
Подраздѣленія ордоннансовой роты основаны были сначала на
десячичной системѣ, впослѣдствіи же это было измѣнено. Ротой ко-
мандовалъ особый начальникъ—сошіисіеиг съ довольно обширной
властью; затѣмъ вмѣсто прежнихъ десятковъ рота была раздѣлена
на четыре эскадры (езсасігез) или взвода въ 25 копій каждый;
взводы въ свою очередь дѣлились на четыре отдѣленія (сѣашЪгез)
каждое въ 5 латниковъ и 1 отдѣленный начальникъ (34). Изъ чи-
сла начальниковъ эскадръ три выбирались сошіисіеиг’омъ, а четвер-
тый назначался герцогомъ. Командиры ротъ имѣли свои штандарты
или знамена (епзеі^вез) различавшіяся цвѣтами, а начальники эс-
кадръ—свои значки или корнеты (согпеііез) по цвѣту ротныхъ штан-
дартовъ, и съ буквенными и цифровыми отличіями одинъ отъ дру-
гаго (35) *).
Пѣхотинцы, входившіе въ составъ копья имѣли, общую органи-
зацію и управленіе. По словамъ современника (Оііѵіег сіе Іа Маг-
сііе) пѣхотинцами предводительствовалъ рыцарь, общій началь-
никъ всей этой пѣхоты, которому подчинялись всѣ прочіе началь-
ники. Каждая рота въ 300 пѣхотинцевъ имѣла капитана, знамен-
іцпка (рог1е-епзеі§пе) и гидона (§’нісіоп, вожатый); сотнями началь-
ствовали сотники, конные латники, имѣвшіе знамена нѣсколько ко-
роче ротныхъ. Сотни подраздѣлялись на тридесятки, подъ началь-
ствомъ тридесятниковъ. Такимъ образомъ ордонансовыя роты при
выдѣленіи пѣхоты состояли изъ 100 латниковъ съ прислугой и ору-
женосцами и 300 конныхъ лучниковъ (36).
Роты были правильно расквартированы въ странѣ и подчиня-
лись извѣстнымъ правиламъ въ своемъ домашнемъ и общественномъ
быту. Смотры имъ производились правительственными коммпсарами
черезъ каждые три мѣсяца или чаще, по желанію герцога; тогда
же обыкновенно производилась военнымъ казначеемъ уплата вой-
скамъ жалованья; при этомъ присутствовалъ, назначенный прави-
тельствомъ, въ каждую роту нотаріусъ или аудиторъ (поіаіге ои
аисіііеиг), выдававшій квитанціи въ полученіи платы (37).
Люди ордоннансовыхъ ротъ должны были тщательно обучаться
въ мирное время. Въ этомъ отношеніи до насъ дошли слѣдующія
свѣдѣнія. Командиры ротъ, эскадръ л отдѣленій должны были вы-
*) Первые зачатки формы одежды встрѣчаются въ Германіи во второй половинѣ
XIV столѣтіи, когда городскія войска обязаны были носить цвѣта своихъ городовъ
(М, Лаііпз: СезсѣісЫе сіез Кгіе§е\ѵезеп8 р. 986).
Г ЛАВА Ѵ11.
49
водить подчиненныхъ имъ людей въ поле и упражнять ихъ для то-
го, чтобы сдѣлать искусными въ владѣніи оружіемъ и опытными въ
военномъ дѣлѣ. Онн обучались умѣнью дѣлать выпады пикою, дер-
жаться въ строю ровно и плотно, быстро атаковать, разсыпаться
по командѣ, а затѣмъ собпраться, поддерживать другъ друга и пр.
Тѣже офицеры обучали конныхъ лучниковъ спѣшиваться и стрѣ-
лять изъ лука, привязывать поводьями по 3 лошади къ ленчику
сѣделъ пажей, двигаться быстро всѣмъ фронтомъ, не разрываясь.
Они обучали пикинеровъ выдвигаться въ сомкнутомъ строѣ передъ
лучниковъ, опускаться, приэтомъ, по сигналу на колѣни и держать
пики низко, на высотѣ ленчика осѣдланной лошади, такъ чтобы
лучники могли стрѣлять черезъ ихъ головы, какъ изъ за бруствера.
Если непріятель приходилъ въ безпорядокъ, то пикинеры должны
были быть готовыми тотчасъ по полученіи приказанія броситься для
преслѣдованія. Точно также они обучались строить каре пли кругъ
для защиты во всѣ стороны, имѣя за собою лучниковъ, а внутри
каре или круга—пажей и лошадей конныхъ лучниковъ. Обученіе
производилось небольшими группами (38).
Также точно былъ опредѣленъ порядокъ для походнаго движе-
нія роты.
По тремъ сигналамъ командира роты люди собирались по отдѣ-
леніямъ, эскадрамъ, въ роту, а затѣмъ выступали по назначенію.
Двигались, въ зависимости отъ обстоятельствъ, всѣмъ фронтомъ, по
эскадрамъ, или по отдѣленіямъ. Каждый латникъ, конный лучникъ
или пѣхотинецъ долженъ былъ слѣдовать за своимъ знаменемъ и пи
въ какомъ случаѣ не покидать его и не выдвигаться изъ рядовъ, за
исключеніемъ лишь квартермистра (Іо^епг) п людей назначенныхъ для
его сопровожденія. Запрещалось отставать, грабить и т. п. (39).
4)	Артиллерія. Еще съ начала XV ст. герцоги бургундскіе
почитали за честь имѣть возможно большія артиллерійскія орудія и
испытывали всевозможныя усовершенствованія въ матеріальной ча-
сти. Арсеналы Карла Смѣлаго заключали въ себѣ 400 осадныхъ п
полевыхъ орудій, не считая бомбарделлъ (ЬотЬаЫеІІез)—этихъ пер-
выхъ образцовъ крѣпостныхъ ружей, и ручныхъ кулевринъ (сиіеѵ-
гіпез й Іа шаіп), называвшихся также аркебузами съ крюкомъ (Ьас-
^пеЬиіез а сгос). Ручныя кулеврины въ концѣ XV ст. (1476 г.)
были усовершенствованы (стволъ удлиненъ, ложе улучшено, прида-
на сошка), вслѣдствіе чего и дѣйствительность ихъ увеличилась.
По виду и устройству онѣ приближались къ эскопетамъ (зсѣіорро)
4
50
ОКОНЧАТЕЛЬНОЕ ВОЗСТАНОВЛЕНІЕ ЗНАЧЕНІЯ ПѢХОТЫ.
или аркебузамъ (агсІііЬи^іо). Легкая бургундская артиллерія со-
стояла изъ серпентинъ (зегрепііпз) и кулевринъ на лафетахъ съ дву-
мя станинами. Лафеты эти не имѣли приспособленій для вращенія
орудій въ вертикальной плоскости; въ усовершенствованныхъ же об-
разцахъ были продѣланы только по три отверстія въ станинахъ для
перемѣщенія центра тяжести. По этой причинѣ дѣйствіе орудій въ
бою было ничтожно: стоило только наступающему пройти неболь-
шое пространство обстрѣливаемое артиллеріей, какъ онъ уже ока-
зывался внѣ всякаго ея дѣйствія; если къ этому еще прибавить
малую подвижность артиллеріи, то легко понять какъ ничтожна бы-
ла въ то время боевая роль этого рода оружія, не исключавшая
возможности употребленія еще старыхъ и осадныхъ машинъ. Ору-
дія располагались частью передъ фронтомъ пѣхоты, частью по флан-
гамъ. Калибръ этихъ орудій былъ отъ 54 до 72 милим., причемъ
они бросали свинцовыя и желѣзныя ядра вѣсомъ отъ одного до
трехъ фунтовъ. Сюда же слѣдуетъ отнести фоконы и фоконо, а
также аркебузы съ крюкомъ, составлявшія среднюю ступень между
артиллерійскими орудіями и ручнымъ оружіемъ. Всей артиллеріей
завѣдывалъ особый начальникъ—шаізіге сіе ГаіЧіІІегіе, которому
подчинялась вся матерьяльная часть, а также чины управленія
(казначей, контролеръ). При артиллеріи состояли различнаго рода
мастеровые—шаізіге без оеиѵгез. По замѣчанію современника, ар-
тиллерія была въ такой степени обезпечена во всѣхъ отношеніяхъ,
что. напримѣръ, герцогъ могъ безъ препятствій переправитсься че-
резъ рѣку шириною въ 1000 ш. Для службы при орудіяхъ Карлъ
содержалъ на жалованьи отборныхъ англійскихъ лучниковъ и кор-
пусъ италіянской пѣхоты.
Тяжелая артиллерія выставлялась и содержалась преимуществен-
но городами. Если эти орудія предназначались для полевой войны,
то ихъ сопровождали и при нихъ служили горожане тѣхъ городовъ,
которымъ они принадлежали. Въ составѣ этой артиллеріи были преи-
мущественно большія бомбарды, стрѣлявшія каменнымп ядрами и
располагавшіяся на станкахъ безъ колесъ, далѣе мортиры, бросав-
шія камни, и нѣчто въ родѣ гаубицъ, съ каморою (соигіеаиііз),
всего въ 4у2 ф. длиною, на колесныхъ станкахъ (см. л. 12, 13, 15).
5)	Городскія милиціи, по примѣру Франціи, и наконецъ 6)
личная гвардія герцога (англійская гвардія — агсЬегз (Іи согрз,
дворянская гвардія—§агс!е сіе §епіі11іоттез и пр.)—всего около
1400 всадниковъ и 600 пѣхотинцевъ.
ГЛАВА VII.
51
Такова была эта армія, числительность которой хотя въ точ-
ности и неизвѣстна, но была, конечно, весьма значительной; нѣ-
которые опредѣляютъ ее болѣе чѣмъ въ 80 т. человѣкъ, причемъ
сила ордоннансовыхъ ротъ простиралась до 20000 челов. Несмотря
на это и на нѣкоторый порядокъ въ устройствѣ, организаціи, со-
держаніи и обученіи войскъ, Карлъ Смѣлый понесъ рѣшительныя
пораженія отъ значительно-слабѣйшихъ числомъ, но бодрыхъ ду-
хомъ, сильныхъ пламеннымъ патріотизмомъ и единствомъ воли
швейцарцевъ. Объясняется это, разумѣется, отчасти личной неспо-
собностью Карла Смѣлаго какъ полководца, но главнымъ образомъ
разнороднымъ составомъ его войскъ, отсутствіемъ въ нихъ внут-
ренней сплоченности и хорошей пѣхоты.
Намъ остается указать еще типъ боеваго порядка, примѣняв-
шагося Карломъ Смѣлымъ на практикѣ.
Армія дѣлилась на авангардъ, главныя силы и арьергардъ. Въ
бою этп части располагались или уступами или одна за другою,
что и бывало причиною пораженія, когда опрокинутая передняя
часть разстраивала заднія; впослѣдствіе (послѣ Грансона) по при-
чинѣ пересѣченной и гористой мѣстности Швейцаріи, армія Карла
была раздѣлена на 8 частей. Въ боевомъ порядкѣ эти отряды обра-
зовали восемь послѣдовательныхъ линій, одна за другою, «въ раз-
стояніи небольшого полета стрѣлы или камня-». Въ центрѣ каждой
линіи помѣщалась тяжелая пѣхота (въ 3 —4 шеренги) по флангамъ
ихъ спѣшенные конные лучники (если же оставались на коняхъ—
то за жандармами и пажами), а латники ордоннансовыхъ ротъ
(построенные въ одну шеренгу, еп Ііауе) образовали крылья *) Ар-
тиллерія, съ ея непосредственнымъ прикрытіемъ (англичане или
италіянцы),—передъ фронтомъ первой линіи. Повозки, расположен-
ныя на открытомъ флангѣ, должны были служить импровизирован-
нымъ укрѣпленіемъ (41). Конные лучники при спѣшиваніи вѣроятно
(судя по упражненіямъ мирнаго времени) иногда располагались за
пикинерами, чтобы оттуда пускать свои стрѣлы. Въ бою конница
дѣйствовала по рыцарскому образцу, а пѣхота (лучники) метала
стрѣлы или, какъ увидимъ ниже, бездѣйствовали. На походѣ армія
или отряды двигались, смотря по мѣстности, въ одной, двухъ или
трехъ колоннахъ, при этомъ впереди всегда слѣдовали копья, за
*) Въ числѣ 3-хъ конныхъ лучниковъ копья былъ одинъ конный арбалетчикъ или
кранекенъ (с^апе^иіпе5), стрѣлявшій изъ арбалета съ коня. Всѣ конные лучники
при отдѣленіи отъ своихъ жандармовъ получали особыхъ начальниковъ (МеІЗІег, р. 20).
4*
52
ОКОНЧАТЕЛЬНОЕ ВОЗСТАНОВЛЕНІЕ ЗНАЧЕНІЯ ПѢХОТЫ.
ними конные лучники и затѣмъ пѣхота. Если мѣстность дозволяла
то двигались развернутыми ротами. Сто латниковъ строились въ
одну линію; если-же этого нельзя было, то по 50, по 25 или по 6
чел. Конные лучники слѣдовали за своими латниками если они
были развернуты въ одну линію, или же соотвѣтственно дѣлились
на части (49.
Если войска двигались въ одной колоннѣ, то обозъ образовалъ
вторую колонну. Въ головѣ обоза шла легкая артиллерія, затѣмъ
вьюки съ палатками и багажемъ кавалеріи и наконецъ провіантскія
и парковыя телѣги. Войсковая колонна слѣдовала всегда парал-
лельно обозной и со стороны противника. Если войска двигались
въ двухъ колоннахъ, то обозъ шелъ по серединѣ; а при движеніи
въ трехъ колоннахъ повозки раздѣлялись на два транспорта, ко-
торые размѣщались между войсками, имѣя въ головѣ легкую артил-
лерію. Тяжелая аритллерія и обозъ, при движеніи въ одной колон-
нѣ, слѣдовали за 7-мъ отрядомъ, а 8-й шелъ на высотѣ тяжелой
артиллеріи, служа ему прикрытіемъ (42).
Войска швейцарскаго союза состояли изъ контингентовъ, вы-
ставлявшихся кантонами; военная организація этихъ контингентовъ
была вообще однообразна, при нѣкоторомъ различіи въ ихъ админи-
стративномъ устройствѣ, особенно между войсками городскихъ и
сельскихъ округовъ. Городскіе кантоны заключали въ себѣ двѣ со-
ставныя части: господствовавшій городъ и сельскія общины, имѣв-
шія самостоятельное управленіе или подчинявшіяся фогтамъ, назна-
чаемымъ городомъ. Сельскія общины обязаны были: 1) доставлять
гарнизоны для защиты замковъ, въ которыхъ помѣщались фогты,
2) нести пограничную службу у оборонительныхъ линій—Ьеіхе иля
Ьеігетанег, если таковыя окаймляли ихъ территорію, и 3) вы-
ставлять, каждая въ отдѣльности или въ совокупности отъ нѣсколь-
кихъ небольшихъ, извѣстную войсковую часть въ составъ общаго
контингента кантона. Главный городъ по отношенію къ отбыванію
воинской повинности дѣлился на тактическія единицы илл цехи;
каждый гражданинъ обязанъ былъ непремѣнно принадлежать къ
одному изъ послѣднихъ и нести воинскую службу лично, а если
это было невозможно, то дѣлать опредѣленный взносъ на воинскія
потребности. Вся воинская служба регулировалась цехами, которые
заботились какъ о наборѣ людей, такъ и о снабженіи ихъ деньга-
ми на путевые расходы. Для дѣйствій въ полѣ, внѣ города и
укрѣпленныхъ пунктовъ, для выставки контингента въ составъ
ГЛАВА VI.
53
союзныхъ войскъ каждый кантонъ отдѣлялъ изъ общей массы во-
оруженныхъ силъ особыя дѣйствующія войска, называвшіяся выбо-
ромъ Аизяпд, а люди его составлявшіе—выборными (аиз^епоштеп).
Для учета людей, которыхъ каждый кантонъ могъ поставить въ
выборъ, имѣлся особый списокъ или рейхород ель гдѣ отмѣчалось во-
оруженіе и подраздѣленіе людей.
По всѣмъ условіямъ страны, кантоны могли выставлять почти
исключительно лишь одну пѣхоту \ только юнкерскіе (дворянскіе)
или констабльскіе цехи доставляли незначительную часть кавалеріи.
Войска выбора каждой общины дѣлились на ряды, въ 6—12
среднимъ числомъ 10 чел., при чемъ эти рады были или одинаково
вооружены (напр. аллебардисты) или же различно (пикинеры и
стрѣлки часто соединялись въ одномъ рядѣ). Каждый цехъ или
община выставляли одинъ рядъ стрѣлковъ, одинъ пикинеровъ
(иногда со стрѣлками) и одинт> или нѣсколько рядовъ аллебарди-
стовъ. Рядами и цехами командовали начальники (Нарітапп; въ
сельскихъ общинахъ фогтъ). Встрѣчаются также начальники копей-
щиковъ, стрѣлковъ, аллебардистовъ.
Аллебарды составляли 3/5 всего прочаго оружія; копья—т/4 хо-
лоднаго оружія; метательное (луки, арбалеты, аркебузы) х/4 холод-
наго, а огнестрѣльное у48 всего прочаго, причемъ его было не-
сравненно болѣе у городскихъ нежели у сельскихъ жителей. Изъ
прочаго оружія слѣдуетъ упомянуть о мечахъ, партизанахъ и мор-
генштернахъ. Предохранительное оружіе было ничтожно.
Главная масса кантональнаго контингента, строившаяся вмѣстѣ,
называлась дружиною или знаменемъ (Ваппег), имѣя знамя кантона.
Аллебардисты составляли основной элементъ дружины и строились
одинъ подлѣ другого, глубиною въ 20 чел. Знамя помѣщалось по-
серединѣ, окаймленное съ боковъ знаменнымъ прикрытіемъ (Ваппег-
лѵасЬе), въ составъ котораго каждый цехъ выставлялъ по 2 чел.
Правѣе и лѣвѣе прикрытія находились люди привилигированныхъ
цеховъ или цилеты; затѣмъ люди простыхъ сельскихъ общинъ
нигдѣ не скоплялись въ дружинѣ вмѣстѣ, а перемѣшивались съ бо-
лѣе опытными. Часть пикъ или копій окаймляла фланги строя.
Около Ѵ4 и болѣе войскъ составляли авангардъ и арьергардъ.
Послѣдній, если не имѣлъ особаго тактическаго назначенія, былъ
немногочисленъ и прикрывалъ обозъ, состоя изъ небольшаго числа
аллебардистовъ, копейщиковъ и невооруженныхъ слугъ. Авангардъ
составлялся изъ всѣхъ стрѣлковъ, значительнаго числа копейщи-
ковъ п небольшой части аллебардистовъ.
54
ОКОНЧАТЕЛЬНОЕ ВОЗСТАНОВЛЕНІЕ ЗНАЧЕНІЯ ПѢХОТЫ,
Послѣдніе, а также копейщики, назначались для поддержки
стрѣлковъ. Умѣя отлично пользоваться мѣстностью, а также при-
крываясь аваргарднымъ боемъ, швейцарцы легко опредѣляли непрія-
тельскій пунктъ для рѣшительнаго удара; это тѣмъ болѣе было вы-
полнимо, что они отдѣльныя части своей арміи располагали не по
принятой тогда системѣ, т. е. рядомъ въ одной линіи или одна
за другой, а уступами т. е. такъ, что авангардъ приходился впе-
реди л съ боку главныхъ силъ (см. л. 18 ч. 1), а арьергардъ по-
зади и въ сторонѣ, въ разстояніи около 200 шаговъ (Макіавели),
такъ что являлась возможность сочетанія фланговаго и фронталъ,
наго ударовъ. Этотъ способъ дѣйствій весьма часто употреблялся
швейцарцами какъ въ наступательномъ (Муртенъ),такъ и въ оборо-
нительномъ бою или въ выжидательномъ положеніи (Моргартенъ).
Въ послѣднемъ случаѣ они часто отступали за свои оборонитель-
ныя стѣны, летцы, летцмауеры, тянувшіяся поперегъ долинъ и
горъ, доступныя только въ нѣкоторыхъ пунктахъ. Держа за летцой,
по дорогѣ въ долинѣ, въ томъ пунктѣ, котораго не могъ миновать
противникъ, только часть своихъ войскъ, остальныхъ они высыла-
ли на окаймляющія дорогу горы, для дѣйствія противнику во флангъ.
Подобные маневры, вообще говоря, тѣмъ болѣе удавались швейцар-
цамъ, что, при легкости снаряженія и привычкѣ къ движенію по
горамъ, они отличались съ давнихъ временъ эволюціоннымъ искус-
ствомъ.
Они умѣли перестраиваться изъ фаланги въ походный порядокъ,
въ нѣсколько рядовъ по фронту, а затѣмъ деплоировать для по-
строенія боеваго порядка. Для движенія въ совокупности вблизи
противника и защиты обоза, пѣхота строилась въ четыреугольники
внутри пустые; иногда спереди этотъ четыреугольникъ былъ от-
крытъ и имѣлъ только два рога, между которыми помѣщался обозъ
(л. 16, ч. 2). Для обороны строили крестъ (л. 16, ч. 2), помѣщая
передъ середину главныхъ силъ копейщиковъ и аллебардистовъ
авангарда, а за середину арьергардъ. Стрѣлки (арбалетчики и ар-
кебузеры) авангарда находили защиту въ углахъ креста.
Впослѣдствіи, съ развитіемъ вооруженныхъ силъ швейцар-
цевъ, ихъ войска дѣлились тоже на три главныя массы; аван-
гардъ, главныя силы, арьергардъ, силою въ 5—8—10000 чел.
Каждая масса имѣла нѣчто въ родѣ своего собственнаго авангарда
изъ такъ называемыхъ отчаянныхъ (ѵегіогепе КпесМе), стрѣлковъ,
копейщиковъ и аллебардистовъ. Они выдвигались впередъ и дѣйство-
ГЛАВА VII.
55
вали смотря по обстоятельствамъ, ведя метательный или рѣшитель-
ный бой съ непріятельскими передовыми частями. Отдѣльныя массы
имѣли также свой небольшой арьергардъ для прикрытія обоза.
Контингенты, входившіе въ составъ упомянутыхъ массъ, можно
было располагать рядомъ и тогда получалась глубина построенія фа-
ланги въ 20 шеренгъ. Но если масса была слишкомъ велика чи-
сломъ, то тогда фронтъ выходилъ очень длиннымъ, что было неу-
добно особенно для дѣйствій въ горной странѣ; съ другой сто-
роны фланги строя казались недостаточно обезпеченными противъ
атакъ кавалеріи. По этой причинѣ въ подобныхъ случаяхъ стали
прибѣгать къ болѣе глубокому построенію напримѣръ въ 60 шеренгъ,
окаймленныхъ пиками, что впослѣдствіи обратилось въ нелѣпое пра-
вило, по которому строй принялъ (начало XVI ст.) квадратную
форму, несообразную часто ни съ общими условіями боя. ни съ дѣй-
ствіемъ постоянно совершенствовавшагося огнестрѣльнаго оружія (43).
Относительно артиллеріи слѣдуетъ замѣтить, что первое орудіе
для Берна было отлпто въ 1413 г. въ Пюренбергѣ, а затѣмъ въ
XV ст. Бернъ имѣлъ свою литейную мастерскую. Къ древнѣйшимъ
швейцарскимъ орудіямъ принадлежатъ белеръг съ короткими ствола-
ми, прочно укрѣпленныя въ деревянномъ срубѣ, нѣчто въ родѣ
мортиръ: далѣе орудія на колесныхъ лафетахъ, снабженныя большими
деревянными щитами въ видѣ двускатной крыши сверху орудія, для
защиты прислуги, и стрѣлявшія кусками желѣза. Это такъ называе-
мыя Тагаз-ВйсЬзе. Не слѣдуетъ забывать, что лафеты эти служили
лишь для помѣщенія орудій въ бою, а не для перевозки ихъ. Затѣмъ
Каггепіоппеп, бросавшія желѣзныя ядра вѣсомъ до 80 ф. Изъ болѣе
легкихъ: шланги (кулеврпны, серпентины) ядро которыхъ вѣсило
25 — 30 ф., полевые шланги съ ядромъ въ 20 ф., полушланги (НаІЬ-
зсЪ1ап§еп) съ ядромъ въ 15 ф., фоконы (Гаісопе, 5 ф.) и фоконо
(Гаісоппеііе, Р/2 Ф«)3 дѣйствовавшіе желѣзными ядрами. Артилле-
рія въ Швейцаріи, какъ и вообще въ Германіи, составляла пред-
метъ частнаго ремесла и для выставки ея заключали контрактъ съ
пушкаремъ (СезсМгтеізіег). Въ фортификаціонномъ искусствѣ швей-
царцы пошли весьма недалеко, равно какъ и въ кастраметаціи.
Въ теченіи XV столѣтія были введены такъ называемыя путе-
выя деньги, которыя выплачивались войскамъ при продолжитель-
ности кампаніи. Источникомъ необходимыхъ суммъ служили главнымъ
образомъ субсидіи, получавшіяся съ иноземныхъ владѣльцевъ (44).
Сраженіе при Грансонѣ и Муртенѣ выяснятъ въ достаточной
56
ОКОНЧАТЕЛЬНОЕ ВОЗСТАНОВЛЕНІЕ ЗНАЧЕНІЯ ПѢХОТЫ.
степени боевыя отношенія двухъ армій—бургундской и швейцар-
ской, этихъ типическихъ представителей окончательно падающаго
феодализма п зараждающагося народнаго могущества.
Грансонское сраженіе 2-го марта 1476 г. Частыя столк-
новенія швейцарцевъ съ Карломъ Смѣлымъ, столкновенія, въ кото-
рыхъ первые не всегда занимали оборонительное положеніе, привели
наконецъ къ настоящей войнѣ въ 1476 году. 18-го февраля (45)
Карлъ Смѣлый подошелъ къ Грансону (л. 12, ч. 3) съ многочислен-
ной арміей *) и сдѣлалъ первый приступъ. Пунктъ этотъ былъ занятъ
500 швейцарцевъ, которые сопротивлялись всей арміи въ теченіи
десяти дней; наконецъ 28-го они сдались, обнадеженные данными
Карломъ обѣщаніями; тѣмъ не менѣ онъ приказалъ повѣсить всѣхъ
оставшихся 412 ч. грансонскаго гарнизона. Вѣсть о походѣ Карла
быстро была сообщена бернцами сосѣдямъ: фрейбургцамъ, солотурн-
цамъ и пр., которые поспѣшили собрать свои контингенты, въ числѣ
9 т., у Муртена. Узнавши о нападеніи на Брансонъ союзники рѣ-
шились немедленно двинуться на выручку, но опоздали. На другой
день по взятіи Грансона, Карлъ двинулся съ частью гвардіи впе-
редъ къ замку Вомаркю, гдѣ находился гарнизонъ въ 40 чел., ко-
торые капитулировали безъ выстрѣла и были отпущены на свободу.
Отъ нихъ союзники узнали о жестокой участи грансонскаго гарни-
зона; ужасная вѣсть переходила изъ устъ въ уста и вызывала жажду
мѣсти. Карлъ, занявши Вомаркю гарнизономъ въ 400—500 чел.
аршеровъ (лучниковъ) и отборныхъ гвардейцевъ, двинулся далѣе на
рекогносцировку къ Рейсѣ, и затѣмъ, возвратясь въ лагерь, прика-
залъ было наступать всѣмъ войскамъ по лѣвому берегу озера; но
на военномъ совѣтѣ было выяснено, что, въ виду состава бургунд-
ской арміи, заключавшей въ себѣ многочисленную кавалерію и артил-
лерію, движеніе по стѣсненной и трудно-проходимой мѣстности было-
бы неудобно и лучше выждать швейцарцевъ въ укрѣпленномъ гран-
сонскомъ лагерѣ. Лѣвый флангъ послѣдняго подходилъ къ горѣ Те-
венонъ, отъ которой отдѣлялся лощиной и глубокими рвами; правый
его флангъ упирался въ озеро; многочисленная артиллерія, распо-
ложенная за окопами, прикрывала фронтъ, а орудія, перемѣшанныя
съ повозками образовали тыльный ретраншементъ.
*) Числптельность ея опредѣляютъ отъ 40—50 т. чел. Послѣднюю, вѣроятно сильно
преувеличенную, цифру даетъ I. Мюлеръ (см. ДбЬпз: ОезсЬісЫе сіез Кгіеизхѵе-
зепз, р. 998).
ГЛАВА VII.
57
Карлъ однако рѣшился двинутся впередъ 2-го марта, но не идти
далѣе Вомаркю.
Между тѣмъ союзники въ числѣ 18000 чел. пѣхоты и 300 ч.
кавалеріи собрались въ Нешательской области и на военномъ совѣтѣ
въ Будри рѣшились двинуться, тоже 2-го марта, къ Вомаркю, чтобы
атакой этого пункта выманить Карла изъ его крѣпкаго грансонскаго
лагеря.
Швейцарцы двигались двумя колоннами: правѣе слѣдовалъ аван-
гардъ подъ начальствомъ Кетци, около 3000 чел., по горной дорогѣ
на Фрезенсъ къ ущелью Комбъ-де-Рюо (нынѣ СотЬе-йе-РопІ-Роггеі),
гдѣ протекаетъ ручей впадающей въ озеро у Вомаркю; лѣвѣе у озера
шли главныя силы, около 10000 чел. подъ начальствомъ Шарнах-
таля, а за ними слѣдовалъ тыльный отрядъ въ 4000 чел.—Кетци,
достигнувъ Комбъ-де-Рюо, выслалъ впередъ къ Вернеа передовой
отрядъ, который замѣтилъ на высотѣ у Ла-Ланса-Шартреза бургунд-
скихъ квартермистровъ снимавшихъ лагерь, по которымъ открылъ
огонь, а спускаясь далѣе и подходя къ Консизу увидѣлъ бургунд-
скій авангардъ, о чемъ и послалъ донесеніе Кетци (4В).
Армія Карла при движеніи была раздѣлена на авангардъ (пре-
имущественно ордоннансовыя роты), подъ начальствомъ маршала
Антона Бургундскаго, главныя силы (итальянцы и савойцы), при
которыхъ находился самъ герцогъ, и арьергардъ, подъ начальствомъ
принца Клевскаго и Эгмонта.
Карлъ, узнавъ о наступленіи швейцарцевъ, поспѣшилъ съ частью
гвардіи къ авангарду, приказалъ спѣшиться лучникамъ ордоннан-
совыхъ ротъ и отбросить передовыя части Кетци. Кетци, видя что
завязывается серьезный бой послалъ объ этомъ извѣстіе въ главныя
силы съ просьбою о помощи. Колонна Шарнахталя уже достигла
Вомаркю и голова ея ожесточенно атаковала этотъ замокъ. Шар-
нахталь, получивъ сообщеніе Кетци, оставилъ передовую часть сво-
ихъ войскъ продолжать бой у Вомаркю, а хвостъ колонны собралъ
и повелъ на помощь къ Кетци, причемъ успѣлъ подойти къ нему
ранѣе чѣмъ бой принялъ рѣшительный хорактеръ. У обоихъ пред-
водителей собралось около 8000 чел., которыхъ они построили въ
одну общую колонну, за исключеніемъ 300 стрѣлковъ, разсыпанныхъ
на правомъ флангѣ, чтобы примкнуть къ горамъ. Полевыя орудія
поставлены были по флангамъ колонны.
Въ такомъ порядкѣ швейцарцы спускались отъ Вернеа и отбро-
сили спѣшенныхъ бургундскихъ конныхъ лучниковъ, которые было
58
ОКОНЧАТЕЛЬНОЕ ВОЗСТАНОВЛЕНІЕ ЗНАЧЕНІЯ ПѢХОТЫ.
сначала потѣснили передовой отрядъ швейцарцевъ. Карлъ, замѣтя
что его передовыя части потѣснены, пріостановилъ маршъ своихъ
войскъ и выстроилъ авангардъ въ боевой порядокъ. Пѣхота въ
глубокихъ колоннахъ и спѣшенные лучники авангарда построились
въ центрѣ, кавалерія на флангахъ, артиллерія выдвинулась передъ
пѣхоту. Швейцарцы, въ виду предстоявшаго боя, не смутились
готовностью противника къ встрѣчѣ, но пріостановились, по обы-
чаю, чтобы совершить общую молитву. Карлъ принялъ это за при-
знакъ трусости и закричалъ: «канальи просятъ помилованія; кано-
ниры, стрѣляйте по мужицкой сволочи!» Но скоро онъ долженъ
былъ убѣдиться въ своей ошибкѣ. Первыми выстрѣлами было выр-
вано человѣкъ 8—10 изъ строя швейцарцевъ, но затѣмъ артилле*
рія не наносила уже вреда. Бернскія орудія стали отвѣчать бур-
гундскимъ. Послѣ нѣсколькихъ выстрѣловъ швейцарцы продолжали
наступленіе. Тогда Шато Гюйонъ съ копьями лѣваго крыла, а
Карлъ съ конницей праваго двинулись въ атаку. Первый потѣс-
нилъ швейцарскихъ стрѣлковъ, но попытка обойти правый флангъ
союзниковъ и отрѣзать отъ Вомаркю была неудачной: быстро дви-
нувшись вправо швейцарцы загородили путъ латникамъ и дали имъ
рѣшительный отпоръ. Атака Карла тоже не удалась: пики и алле-
барды швейцарцевъ оказались для нея неопродолимымъ препят-
ствіемъ. Артиллерія и пѣхота въ это время бездѣйствовали: пер-
вая потому, что цѣль стрѣльбы была закрыта для нея кавалеріею,
а вторая потому что не играла никогда серьезной роли въ феодаль-
ныхъ арміяхъ и осуждена была на молчаливое созерцаніе битвы.
Карлъ, видя, что на этой мѣстности ему трудно достигнуть
рѣшительныхъ результатовъ, приказалъ своей конницѣ отойти на-
задъ и построиться на плоской возвышенности у Корселя, гдѣ
можно было дѣйствовать значительными массами кавалеріи—его луч-
шаго войска. Пѣхота авангарда, замѣтя отступленіе кавалеріи и
полагая, что это есть слѣдствіе пораженія, въ страхѣ бросились на-
задъ, опрокинулась при этомъ на свою вторую линію, гдѣ, на вы-
сотахъ Корселя, оставила свои орудія, и увлекла ее съ собою; въ
этомъ бѣгствѣ обѣ первыя линіи обрушились на третью, которая
послѣдовала ихъ примѣру. Карлъ, видя результаты своего опаснаго
распоряженія, приказалъ авангардной конницѣ повернуть снова къ
противнику, а самъ съ обнаженнымъ мечемъ бросился къ пѣхотѣ и,
рубя на право л на лѣво, старался остановить бѣгущихъ; но все
было напрасно, никто его не слушался. Тогда герцогъ снова от-
ГЛАВА VII.
59
правился къ авангардной кавалеріи, надѣясь прикрыть ею отсту-
пленіе и спасти орудія. Прибывъ сюда онъ замѣтилъ, что до сихъ
поръ имѣлъ дѣло только съ авангардомъ швейцарцевъ, такъ какъ
увидѣлъ, что по береговой дорогѣ отъ Вомаркю наступали ихъ
главныя силы. Послѣднія, а также арьергардъ, потерпѣвъ неудачу
въ штурмѣ замка Вомаркю, оставили его безъ вниманіе и, обойдя
съ обоихъ сторонъ, двинулись на помощь соотечественникамъ по
гулу пушечныхъ выстрѣловъ. Они вышли на высоты Ла-Ланса
лѣвѣе авангарда и громкими звуками своихъ роговъ дали знать
товарищамъ о своемъ прибытіи. Тогда войска Кетци и ПІарнахталя
смѣло двинулись противъ бургундской кавалеріи. Карлъ, видя это,
сталъ поспѣшно отступать. Швейцарцы погнались за разбитымъ
врагомъ, но, понятно, не могли настигнуть его кавалеріи. Соб-
ственно ихъ конница, всего въ числѣ 60 чел., ничего не сдѣлала,
такъ какъ начальникъ ея жалѣлъ лошадей, а 200 союзныхъ страс-
бургскихъ всадниковъ находились слишкомъ далеко отъ поля сра-
женія. Пѣхота Карла еще ранѣе, какъ мы видѣли, бѣжала и по-
тому избѣгла ударовъ швейцарцевъ. Потеря бургундцевъ была поэтому
относительно незначительна, но швейцарцы захватили много до-
бычи: лагерь со всѣмъ имуществомъ, около 400 орудій разнаго
вида и калибра, 800 аркебузъ, 28 знаменъ, 600 значковъ, до
1000 лошадей и проч. (47).
Разсматривая Грансонское сраженіе легко видѣть въ какой мѣ-
рѣ Карлъ Смѣлый былъ самъ причиною испытанной имъ неудачи:
его неосновательное презрѣніе къ врагу, его безполезное движеніе
къ Вомаркю изъ укрѣпленнаго лагеря и въ особенности неблагора-
зумное приказаніе кавалеріи отступать въ виду насѣдавшаго про-
тивника— все это лишь могло подготовить успѣхъ швейцарцевъ.
Что касается послѣднихъ, то вопреки мнѣнію большинства писав-
шихъ объ этомъ сраженіи, нужно сознаться, что союзникамъ не
могло представиться въ Грансонскомъ бою обширнаго поприща для
проявленія особеннаго военнаго искуства. Въ дѣло едва успѣлъ
вступить лишь авангардъ и затѣмъ противникъ уже бѣжалъ въ
паникѣ. Швейцарцы побѣдили своимъ мужествомъ, своимъ едино-
душіемъ, живымъ чувствомъ взаимной выручки, рѣшимостью драть-
ся на смерть, а не какими либо особенно искусными тактическими
комбинаціями. Это обстоятельство и имѣетъ важное значеніе съ
точки зрѣнія военнаго искусства, отмѣчая собою одинъ изъ непре-
рекаемыхъ фактовъ въ исторіи возрожденія главнаго рода оружія
(пѣхоты).
60
ОКОНЧАТЕЛЬНОЕ ВОЗСТАНОВЛЕНІЕ ЗНАЧЕНІЯ ПѢХОТЫ.
Сраженіе при Муртенѣ 22-го іюня 1476 г. Союзники,
побѣдивъ Карла Смѣлаго при Грансонѣ, не извлекли всей возмож-
ной пользы изъ своей побѣды, такъ какъ, не смотря на убѣжденія
бернцевъ, не желали продолжать наступательныхъ дѣйствій и не-
медленнно возвратились назадъ. Вслѣдствіе этого Карлъ имѣлъ
полную возможность собрать уже къ 9 марта, у Нозеруа, большую
часть своихъ разсѣявшихся войскъ и затѣмъ отвести ихъ къ Ло-
заннѣ, гдѣ онъ расположился лагеремъ (48). Выборъ этого пункта
для сосредоточенія, въ видахъ дальнѣйшихъ операцій, имѣлъ, во
первыхъ, важное политическое значеніе, такъ какъ тамъ Карлъ на-
ходился вблизи своихъ союзниковъ—герцога Миланскаго и герцо-
гини Савойской, войсками которыхъ надѣялся подкрѣпиться и въ
тоже время мѣшать этимъ владѣльцамъ вступать въ переговоры со
швейцарцами; во вторыхъ, въ стратегическомъ отношеніи Лозанна
тоже не лишена была значенія: туда ведутъ пути изъ Италіи на
С. Бернаръ, изъ Савои—къ Женевскому озеру, изъ Бургундіи че-
резъ проходы: С. Клодъ, С. Сергъ и Юнь. Наконецъ въ хозяй-
ственномъ отношеніи этотъ пунктъ представлялъ важные источ-
ники (49).
14-го марта Карлъ прибылъ въ Лозанну (л. 14) и занялся ре-
организаціей и устройствомъ своей арміи. Онъ могъ этому предаться
съ полнымъ спокойствіемъ, такъ какъ, не смотря на то что бернцы
весьма быстро разузнали о намѣреніяхъ Карла и сообщили объ
этомъ союзникамъ, швейцарцы и не думали быстрыми и рѣшитель-
ными дѣйствіями разрушить замыслы своего врага. На собранномъ,
10-го марта, въ Люцернѣ, совѣтѣ трактовали лишь о второстепен-
ныхъ оборонительныхъ мѣрахъ въ родѣ занятія нѣкоторыхъ крѣп-
кихъ пунктовъ и пр.
Пользуясь подареннымъ ему временемъ, Карлъ прежде всего
озаботился водвореніемъ совершенно расшатанной въ его войскахъ
дисциплины; затѣмъ онъ старался усилиться частью ленныхъ войскъ,
частью гарнизонами нѣкоторыхъ укрѣпленій; наконецъ онъ не оставилъ
безъ вниманія, въ виду особыхъ условій театра войны и важнаго
значенія въ бою пѣхоты, боеваго устройства своей арміи. Такъ онъ
упразднилъ лошадей конныхъ лучниковъ, что уменьшило, во пер-
выхъ, потребность въ фуражѣ и ремонтѣ, во вторыхъ, обезпечи-
вало лучшую стрѣльбу этихъ войскъ: пѣшій лучникъ стрѣлялъ бо-
лѣе мѣтко нежели конный и болѣе быстро, успѣвая выпустить три
стрѣлы въ то время какъ послѣдній выпускалъ только двѣ. Вслѣд-
ГЛАВА VII.
.61
ствіе трудно-проходимости мѣстности, раздѣленіе арміи на три круп-
ныя части (авангардъ, главныя силы и арьергардъ) было неудобно,
а потому онъ дѣлитъ войска на болѣе мелкія части, а именно—на
четыре отряда и резервъ или на восемь линій (см. ниже), съ тою
цѣлью чтобы въ тѣхъ случаяхъ, когда мѣстность дозволяла развер-
нуть только небольшой фронтъ можно было вести бои самостоятель-
ною единицею (50). Сообразно этому новому ордоннансу (Іа поиѵеііе
огсіоппапсе шііііаіге, 12-го мая) было сдѣлано слѣдующее боевое
росписаніе войскъ (огіге йе Ъаіаіііе):
Главнокомандующій: герцогъ Карлъ.
І-й отрядъ.
Командиръ: герцогъ д’Атри.
1-я линія (Ъа1а§1іа).
Капитанъ: Вильгельмъ де-ла-Бомъ.
Лѣвое крыло
100 копій, 300 луч-
никовъ.
Центръ
1000 чел. пѣхоты.
Правое крыло
300 лучниковъ, 100
копій.
2-я линія. Гвардія.
4 езсасігез Оагсіе поЫе, 300 пѣхотинцевъ, 400 лучниковъ, Сепіііз-
400 англ, лучниковъ. 100 лучниковъ. Іюпнпез (1е 4 Еіаіз.
Езсайге зсЬатЬеІІапз
(знаменное прикрытіе)
100 лучниковъ, 300
пѣхотинцевъ.
П-й отрядъ.
Командиръ: принцъ Тарентскій.
3-я линія.
Капитанъ: Троило-де-Россаріо.
100 копій, 300 луч- 500 чел. пѣхоты. 300 лучниковъ, 100
никовъ.	.	копій.
4-я линія.
Капитанъ: Антоніо ди-Линьяна.
100 копій, 300 луч- 500 чел. пѣхоты. 300 лучниковъ, 100
никовъ.	копій.
ІІІ-й отрядъ.
Командиръ: графъ де-Марль.
5-я линія.
Капитанъ: Яковъ Галечото.
100 копій, 300 луч- 500 чел. пѣхоты. 300 лучниковъ, 100
никовъ.	копій.
62
ОКОНЧАТЕЛЬНОЕ ВОЗСТАНОВЛЕНІЕ ЗНАЧЕНІЯ ПѢХОТЫ.
6-я линія.
Капитанъ: сеньоръ Фіуме.
100 копій, 300 луч- 500 чел. пѣхоты. 300 лучниковъ, 100
никовъ.	копій.
ІѴ-й отрядъ.
Командиръ: графъ де-Ромонъ.
7-я линія.
Капитанъ: Де-Вилльарну.
100 копій, 300 луч- 500 чел. пѣхоты. 300 лучниковъ, 100
никовъ.	копій.
8-я линія.
Капитанъ: помощникъ (Ііеиіепапі) графа де-Ромона.
Савойцы:	Бургундцы:
Антонъ д’Орліе.	Владѣтель Нешательскій.
Резервъ.
Командиръ: квартирмейстеръ (тагёзсЬаІ-сІез-Іо^із);
Антонъ Бургундскій.
400 англ, лучниковъ. 100 англ, лучни- 200 полукопій (51).
ковъ, 500 пѣх.
Это росписаніе войскъ служило лишь нормой, и при послѣдую-
щемъ наступленіи Карла къ Муртену нѣсколько измѣнилось.
Общую числительность войскъ можно опредѣлить въ 14800; за-
тѣмъ ко времени Муртенскаго сраженія прибыли еще подкрѣпленія,
вмѣстѣ съ которыми сила бургундской арміи можетъ быть опредѣ-
лена шахіпшт въ 25000 чел., не считая 3000 лагерныхъ женщинъ
(семейныхъ и публичныхъ), торговцевъ при обозѣ (52) и пр.
27-го мая Карлъ выступилъ изъ Лозанны и двигался, съ коле-
баніями и остановками, довольно медленно къ Муртену, куда при-
былъ 9-го іюня. Муртенъ былъ занятъ гарнизономъ въ 1500 чел.
подъ начальствомъ Адріена ф. Бубенберга. Герцогъ рѣшился оса-
дить этотъ пунктъ и этимъ, наконецъ, вызвалъ энергію союзниковъ,
напрасно доселѣ возбуждаемыхъ къ болѣе энергическимъ дѣйстві-
ямъ бернцами. Черезъ три дня, а именно 12-го іюня, Карлъ пред-
принялъ рекогносцировку къ Лаупену и Гюменену, намѣреваясь
овладѣть переправами на пути къ Берну черезъ Заану и перепра-
вой черезъ Ааръ у Ааарберга, но бернское ополченіе мужественно
его отразило, причемъ эта попытка болѣе не возобновлялась. Бернцы
зорко слѣдили за всѣми дѣйствіями Карла и своевременно извѣща-
ли обо всемъ своихъ соотечественниковъ. Бернское ополченіе было
ГЛАВА VII.
63
быстро собрано, въ виду намѣреній Карла овладѣть переправами,
и расположилось впереди Гюменена, который былъ приведенъ въ
оборонительное состояніе, какъ общій сборный пунктъ кантональ-
ныхъ милицій.
Съ 10-го іюня Карлъ приступилъ къ обложенію Муртена. Каж-
дый изъ его 4-хъ отрядовъ занималъ блокадный участокъ» Такъ
четвертый отрядъ гр. Ромона прикрывалъ с.-в. сторону (см. л. 16,
ч. 3), *) захватывая пути Гюмененъ—Муртенъ, Ульмицъ—Мур-
тенъ. Слѣва къ нему примыкалъ, упираясь лѣвымъ флангомъ въ
озеро, второй отрядъ подъ командою Антона Бургундскаго. Оба
остальные отряда (I и III), подъ начальствомъ самого Карла, рас-
положились позади вышеупомянутыхъ двухъ отрядовъ на участкѣ
между Курвольфомъ, Курлевономъ и Курсиберлемъ, по обѣ стороны
фрейбургской дороги. Наконецъ резервъ, большею частью изъ ка-
валеріи, сталъ позади арміи между Фаугомъ, Гренгомъ и Курволь-
фомъ. Юго-восточнѣе Гренга помѣщалась, въ роскошномъ перенос-
номъ домѣ, главная квартира герцога, откуда онъ могъ созерцать
весь лагерь.
Въ тотъ-же день (10-го) Карлъ произвелъ рекогносцировку
окрестностей и озаботился усиленіемъ своего расположенія искус-
ственными преградами, особенно на Курсиберльскомъ плато. Для пре-
кращенія сообщенія города по озеру, приказано было судамъ, во-
оруженнымъ и снабженнымъ войскамп, отправиться изъ Ивердона
и замкнуть блокаду съ указанной стороны (53).
Осажденные сопротивлялись съ замѣчательнымъ мужествомъ и
энергіей. Они весьма искусно пользовались своими орудіями и не-
утомимо исправляли всѣ поврежденія въ стѣнахъ, возводя новыя
преграды тамъ, гдѣ это оказывалось необходимымъ. Карлъ прила-
галъ всѣ средства, чтобы поскорѣе овладѣть городомъ: штурмъ слѣ-
довалъ за штурмомъ—-съ 11-го на 12-е, съ 12-го на 13-е, 18-го
іюня—но всякій разъ безполезно, истощая лишь силы и энергію
бургундцевъ въ то время, какъ швейцарцы сосредоточивались и
крѣпли духомъ. Къ 18-му іюня собралась большая часть контин-
гентовъ, опоздали только цюрихцы, тургауцы, да союзники: эль-
засцы, лотарингцы, шварцвальдцы (54). Сосредоточенныя войска
перешли къ Ульмлцу. Военный совѣтъ рѣшилъ атаковатъ бургунд-
*) Планъ Муртенсваго сраженія для точной оріентировки слѣдуетъ представить себѣ
повернутымъ правой стороной градусовъ на 30 кверху.
64
ОКОНЧАТЕЛЬНОЕ ВОЗСТАНОВЛЕНІЕ ЗНАЧЕНІЯ ПѢХОТЫ.
цевъ 22-го іюня, произведя предварительную рекогносцировку. Съ
своей стороны Карлъ, оставаясь все время въ пассивномъ положеніи
тоже произвелъ рекогносцировку, результатомъ которой было уси-
леніе передовыхъ постовъ. Силы союзниковъ простирались до 25000,
въ томъ числѣ до 2 т. кавалеріи. О количествѣ имѣвшихся ору-
дій свѣдѣній не имѣется. Указаніе Ф. Комина, что швейцарцы
имѣли въ муртенскомъ сраженіи 10000 кулевринъ (ручныхъ) пре-
увеличино, такъ какъ всѣ пхъ силы онъ принимаетъ вмѣсто 25 въ 34
тысячи. На ряду съ луками и огнестрѣльнымъ оружіемъ важное
значеніе у шверцарцевъ имѣли пики въ 18 ф. длиною. Для боя
пики опускали книзу 2—3 переднія шеренги; прочія-же держали
ихъ прямо. Рукопашнымъ оружіемъ служили аллебарды, морген-
іптерны и мечи.
Силы бургундцевъ (25 т.) и отношеніе различныхъ родовъ ору-
жія въ ихъ арміи намъ извѣстны. Изъ артиллеріи они имѣли 3
громадныхъ орудія, 30 бомбардъ и 150 полевыхъ шланговъ (сер-
пентины и пр.). Первыя два вида употреблены были для осады
Муртена.
Согласно рѣшенію военнаго совѣта 22 іюня, часовъ около 5
утра, выдвинута была страсбургская кавалерія, въ числѣ около 600
чел., для рекогносцировки непріятельскаго расположенія, съ цѣлью
опредѣленія направленія для атакующихъ частей. Страсбургцы,
открывъ расположенія противника, вернулись обратно, гдѣ застали
уже армію готовую къ выступленію. Между тѣмъ, встревоженные
бургундцы, собрались по тревогѣ и заняли указанную имъ позиціи;
такъ какъ противникъ долго не показывался, погода-же была небла-
гопріятна, то Карлъ отпустилъ войска въ лагерь, тѣмъ болѣе что
онъ былъ убѣжденъ въ пугливомъ отступленіи швейцарцевъ. Всѣ
силы послѣднихъ, подъ командою Вильгельма Гертера, раздѣля-
лись на передовой отрядъ (ѴогЬиі), главныя силы (Ое^аНЬапГеп)
и тыльный отрядъ (ХасМіиІ), а именно:
1)	Передовогі отрядъ, подъ начальствомъ рыцаря Гальвиля, въ
числѣ около 5500 чел. пикинеровъ и стрѣлковъ и почти всей ка-
валеріи.
2)	Главныя силы, подъ начальствомъ Вальдманна Цюрихскаго,
числомъ около 11000 чел. пикинеровъ и пр.
3)	Тыльный отрядъ, подъ начальствомъ люцернскаго судьи Гер-
тенштейна, силою около 6 т. чел. Для прикрытія со стороны Мур-
теца былъ направленъ впослѣдствіи незначительный отрядъ. Высту-
ГЛАВА VII.
65
пивъ изъ Ульмица въ 11 часу союзники двигались по направленію
на Сальвенахъ. Впереди слѣдовалъ передовой отрядъ, за нимъ не-
посредственно главныя силы; направленіе движенія тыльнаго отря-
да неизвѣстно; предполагаютъ, впрочемъ, что онъ получилъ назна-
ченіе обойти съ тылу непріятельскую позицію. Движеніе швейцар-
цевъ по лѣсистой мѣстности было до такой степени скрытно, что
они совершенно неожиданно появились противъ праваго фланга не-
пріятеля. Послѣ того бургундцы немедленно открыли канонаду.
Швейцарцы, видя что бой начинается, пріостановились для совер-
шенія молитвы. Какъ упомянуто выше, бургундская армія, не выж-
давъ швейцарцевъ, отошла къ лагерю, а на передовыхъ позиціяхъ
оставались 200 копій съ артиллерійской прислугой и до 600 пѣхо-
тинцевъ, занимавшихъ передовые караулы. Бургундскія укрѣпленія
описывали до сихъ поръ, какъ особенно сильныя; на самомъ же
дѣлѣ они состояли изъ сплошнаго забора, построеннаго изъ бревенъ,
-балокъ и жердей; мѣстами были устроены засѣки изъ деревьевъ.
Ни вала, ни рва не существовало. Подобнаго рода преграда была
устроена у Кусиберля и перерѣзывалась по серединѣ дорогой изъ
Гризаха на Кусиберлъ и Муртенъ, причемъ проѣздъ (лошади въ 3—4-)
былъ открытъ. Позади этой засѣки была столь обширная открытая
площадь, что Карлъ могъ выстроить на ней всѣ свои 8 линій; ар-
тиллерія размѣщена была еще далѣе на высотѣ и могла обстрѣли-
вать проходъ въ укрѣпленія. Расположеніе I, III, П-го и резервнаго
отрядовъ Карла находилось въ получасѣ отъ засѣки. Бургундцы
обѣдали; часть лошадей была разсѣдлана; такимъ образомъ по тре-
вогѣ могла прибыть сначала только часть бургундской кавалеріи и
кое-какъ выстроиться линіями.
Ходъ боя можно себѣ представить въ слѣдующемъ видѣ. Аван-
гардъ Гальвиля, слѣдуя на Крессье иКусиберль наткнулся на пе-
редовые посты противника и отогналъ ихъ къ укрѣпленію. Часть
стрѣлковъ оставалась впереди послѣдняго, поражая вмѣстѣ съ ар-
тиллеріею густыя массы швейцарцевъ. Вслѣдствіе этого, а также по
причинѣ движенія авангардъ нѣсколько разстроился, но тѣмъ не
менѣе за нимъ наступали съ барабаннымъ боемъ главныя силы. Въ то
время какъ часть разстроеннаго авангарда достигла укрѣпленія, со-
биравшіеся бургундцы строились за преградой; желая воспользо-
ваться удобной минутой, часть бургундской конницы выдвинулась
въ проходъ, атаковала швейцарскую конницу и опрокинула ее.
Стоявшіе за засѣкой англійскіе лучники истребляли отдѣльныхъ лю-
5
66
ОКОНЧАТЕЛЬНОЕ ВОЗСТАНОВЛЕНІЕ ЗНАЧЕНІЯ ПѢХОТЫ.
дей, пробивавшихся впередъ черезъ укрѣпленіе. Тогда командовав-
шій частью авангарда Кальвиля швицкій ландманъ Кетци, весьма
искусный военачальникъ, который еще на совѣтѣ предлагалъ избѣ-
гать лобоваго удара, а стараться охватить противника, сталъ во
главѣ своихъ войскъ и повелъ ихъ въ обходъ лѣваго фланга про-
тивника. Тогда остальная часть авангарда, а также и главныя си-
лы уже могли смѣло напирать съ фронта и пробраться черезъ за-
сѣку, гоня все передъ собою, тѣмъ болѣе, что артиллерія, при бы-
стротѣ дѣйствій авангарда, едва ли успѣла зарядить второй разъ
и измѣнить направленіе орудій, что такъ трудно было въ то время.
Кетци. при дальнѣйшемъ движеніи, атаковалъ правый флангъ
бургундской конницы, а могучая масса главныхъ силъ, глубиною
въ 40—50 чел. п съ лѣсомъ копій впереди, прорвала съ фронта
непріятельское расположеніе. Карлъ пытался на кусиберльскомъ пла-
то остановить противника кавалерійскими атаками, но швейцарцы
наступали такъ энергически и быстро, что ему не удалось оставить
и устроить для отпора отборную часть его войскъ—англійскихъ луч-
никовъ. Опрокинутыя на Курмбельскомъ плато бургундскія массы,
наваливались одна на другую и стремительно бѣжали по направ-
ленію на Курвольфъ и Гренгъ. Здѣсь слѣдовательно обнаружились,
какъ и въ Грансонскомъ сраженіи, всѣ неудобства боеваго порядка
бургундцевъ. У Курвольфа протекаетъ ручей, проходимый только
по мосту. Здѣсь путь бургундцамъ былъ перерѣзанъ по всей вѣ-
роятности тыльнымъ отрядомъ, а также вылазкой изъ Муртена.
Вслѣдствіи этого всѣ кто не спаслись были или истреблены или по-
топлены въ волнахъ Муртенскаго озера; этимъ и объясняется ог-
ромная потеря бургундцевъ—до 12000 чел., т. е. 50% всей арміи.
Что касается отряда Ромона, то, замѣтя отступленіе на Кусиберль-
скомъ плато, онъ заблаговременнно рѣшился тоже отойти, подъ при-
крытіемъ пальбы оставленной на мѣстѣ артиллеріи. Часть его войскъ
успѣла пробраться черезъ главный лагерь; часть же впослѣдствіи
обошла тылъ швейцарцевъ на Мюнхенвилеръ, Гризахъ и т. д.
Было 6 часовъ вечера когда окончился кровавый бой; трупы
противника лежали на далекомъ разстояніи по направленію его от-
ступленія на Штаффисъ и Петерлингенъ, куда послѣдовала за нимъ
вся швейцарская кавалерія. Побѣда была полная; половина непрія-
тельской арміи истреблена (взятъ въ плѣнъ только одинъ человѣкъ),
половина разсѣяна. Потери швейцарцевъ убитыми и ранеными не
превосходили 500 чел. (5б).
ГЛАВА VII.
67
Съ самаго начала похода Карлъ Смѣлый показалъ мало рѣши-
мости, колеблясь въ своихъ задачахъ и двигаясь съ постоянными
остановками, чѣмъ далъ время союзникамъ собраться. Остановка его
передъ Муртеномъ, занятымъ полуторатысячнымъ гарнизономъ, вмѣ-
сто того, чтобы атаковать главныя силы швейцарцевъ и разбить ихъ
по частямъ не понятна съ точки зрѣнія военнаго искусства и мо-
жетъ быть объяснена отсутствіемъ въ герцогѣ военныхъ дарованій
и свойствами его личнаго характера: преслѣдовать съ упорствомъ
ближайшую бросающуюся въ глаза цѣль, не соображаясь съ общи-
ми условіями войны.
Блокадное расположеніе было совершенно необезпечено, такъ какъ
не только пѣхота, но и вся кавалерія, за исключеніемъ неболь-
шихъ форпостовъ, были назади. Правый флангъ былъ совершенно
открытъ. О противникѣ развѣдокъ почти не производилось причемъ
герцогъ держался вполнѣ пассивно и ничего не предпринималъ
чтобы помѣшать сосредоточенію и операціямъ швейцарцевъ. Явясь
въ превосходныхъ силахъ уМуртена, онъ занялъ пассивно—оборо-
нительное положеніе и кончилъ тѣмъ, что былъ застигнутъ въ
расплохъ сильнѣйшимъ противникомъ. Принятый имъ боевой поря-
докъ, какъ нормальный, былъ крайне неудобенъ, что можно было
предвидѣть уже по общему ходу Грансонскаго сраженія; этотъ бое-
вой порядокъ велъ къ раздробленію силъ, отсутствію единства въ
управленіи войсками и къ крайне опаснымъ боевымъ положеніямъ,
когда опрокинутая головная часть увлекаетъ за собою всѣ позади
стоящія линіи.
Швейцарцамъ-же еще разъ пришлось доказать всѣ преимуще-
ства своей простой, безхитростной тактики и важное значеніе въ
бою высокаго воодушевленія и рѣшимости побѣдить или погибнуть.
Политическое устройство союза не отвѣчало возможности вести рѣ-
шительныя, наступательныя войны. Отсутствіе единства управленія
вооруженными силами союза и препирательства кантоновъ часто
были причиною того, что благопріятныя минуты упускались безпо-
лезно, союзники лишались важныхъ стратегическихъ выгодъ и, въ
свою очередь, могли-бы за это жестоко поплатиться (какъ передъ
Муртенскимъ сраженіемъ), имѣя искуснаго противника. Но за то
разъ какъ уже было рѣшено общимъ голосомъ союза искать боя съ
непріятелемъ л такимъ образомч» спасти отечество отъ врага, глубо-
кое патріотическое чувство объединяло всѣ сердца, и тактическія
операціи велись съ замѣчательнымъ единодушіемъ, мужествомъ и
5*
68
ОКОНЧАТЕЛЬНОЕ ВОЗСТАНОВЛЕНІЕ ЗНАЧЕНІЯ ПѢХОТЫ.
самоотверженіемъ. Подобно древнимъ римлянамъ швейцарцы, от-
крывъ противника, устремлялись на него въ прямомъ направленіи,
и въ рукопашномъ бою, лицомъ къ лицу, наносили ему смертель-
ные удары. У нихъ, также какъ и въ геройскій періодъ историче-
ской жизни великаго классическаго народа, все дѣло лежало на пѣ-
хотѣ, которая господствовала на полѣ сраженія и не боялась за-
кованной въ латы конницы. Со времени описанныхъ нами событій
пѣхота безповоротно становится во всей западной Европѣ главнымъ
п почтеннымъ родомъ оружія, что и составляетъ крупнѣйшій фа-
зисъ въ исторіи развитія военнаго искусства.
Побѣды швейцарцевъ надъ Карломъ Смѣлымъ заставили Людо-
вика XI обратить особое вниманіе на устройство арміи, причемъ
онъ не могъ не отдать рѣшительнаго преимущества наемнымъ швей-
царцамъ надъ своими вольными стрѣлками, которые въ концѣ кон-
цевъ были уничтожены, при чемъ приходы вмѣсто выставки 16000
стрѣлковъ обязались платить налогъ на содержаніе 50.000 пѣхо-
тинцевъ. Полученныя такимъ путемъ средства дали королю возмож-
ность содержать ордоннансовыя роты кавалеріи, наемныя банды
французскихъ авантюрьеровъ и 6000 швейцарцевъ, которые были
отборною частью арміи и должны были служить образцомъ при обу-
ченіи французскихъ наемниковъ. Съ этою цѣлью въ 1481 г., въ ла-
герѣ при Ропі-йе-ГАгсЬе, сосредоточено было 25 т. французовъ и
6 т. швейцарцевъ, которые по два раза въ день собирались на
ученье и упражнялись какъ въ дѣйствіи оружіемъ, построеніяхъ и
пр., такъ и въ маневрированіи въ боевомъ порядкѣ, устроенномъ по
швейцарскому образцу.
Людовикъ XI самъ занимался теоретическимъ изслѣдованіемъ
военнаго дѣла и оставилъ наставленіе, «-Возіег сіез §иеггез>, для
воспитанія дофина—будущаго короля Франціи Карла VIII. Въ этомъ
манускриптѣ (напечатанномъ впервые въ 1520 г.) король выражаетъ
нѣкоторыя мысли заслуживающія вниманія. Такъ онъ говоритъ, что
народъ непобѣдимъ если его государь мужественъ и обладаетъ воен-
ными способностями; рекомендуетъ обращать вниманіе на правиль-
ный наборъ войскъ и ихъ обученіе, согласное съ боевыми требова-
ніями; указываетъ, что полезнѣе имѣть резервъ, нежели растяги-
вать фронтъ боеваго порядка; рекомендуетъ усиливать позицію по-
левыми укрѣпленіями. Сраженіе—дѣло опасное, такъ какъ сдѣлан-
ныя при этомъ ошибки непоправимы и наказаніе слѣдуетъ немед,-
ленно. На войнѣ» слѣдуетъ дѣлать то, что намъ полезно, а непрія-
ГЛАВА VII.
69
телю вредно, и не нужно поддавать пылу молодежи, жажду ющей
боя. «Сражаются не ради войны, а чтобы завоевать страну». Лю-
довикъ указываетъ пять видовъ боеваго порядка (заимствуя ихъ у
древнихъ писателей); перечисляетъ важнѣйшіе элементы обезпечи-
вающіе успѣхъ на войнѣ (хорошій боевой порядокъ и числительное
превосходство, свойства позиціи, атмосферическія условія, знаніе
намѣреній противника и пр.), указываетъ обстоятельства благо-
пріятствующія атакѣ, при чемъ главными считаются: неготовность
противника къ бою, напримѣръ, при переправѣ черезъ рѣку, при
подъемѣ въ горы; атмосферическія условія, т. е. направленіе вѣтра,
положеніе солнца и пр. Однимъ словомъ все сочиненіе составляетъ
смѣсь вѣрныхъ и ложныхъ понятій о военномъ дѣлѣ, частью заим-
ствованныхъ у древнихъ, частью основанныхъ на тогдашнемъ со-
стояніи военнаго искусства *).
Инженерное искусство.
Успѣхи инженернаго искусства со времени изобрѣтенія огне-
стрѣльнаго оружія шли рука объ руку съ усовершенствованіями и
распространеніемъ этого оружія. Но мы знаемъ какъ сначала слабы
были артиллерійскія орудія и какъ мало они могли вліять на из-
мѣненіе прежнихъ способовъ атаки и обороны крѣпостей и укрѣп-
леній.
Крѣпостная и осадная артиллерія. Первыя орудія этихъ ка-
тегорій были весьма малаго калибра и хотя довольно быстро пере-
шли къ увеличенію послѣдняго (болѣе 30 ф. вѣсъснаряца), но, тѣмъ не
менѣе, но слабости дѣйствія каменныхъ снарядовъ, орудія не могли
состязаться въ разрушеніи крѣпостныхъ верковъ съ прежними осад-
ными машинами, такъ что ихъ употребляли преимущественно для
бросанія зажигательныхъ снарядовъ, стрѣлъ и т. п. (57). Орудія
(бомбарды) помѣщались на неподвижныхъ станкахъ, а во избѣжаніе
отката дѣлались различныя приспособленія. Орудія прикрывались
спереди щитами, которые подымались для выстрѣла или же имѣли
прорѣзи въ видѣ амбразуръ. Иногда, какъ станки, такъ и щиты дѣ-
лались подвижными на колесахъ. Крѣпостная артиллерія вслѣдствіе
трудности расположенія на тѣсныхъ крѣпостныхъ постройкахъ не
имѣла такихъ большихъ калибровъ, какъ осадная. Осадныя батареи
состояли изъ большихъ бомбардъ и орудій малыхъ калибровъ; по-
*) Выдержки изъ этого сочиненія помѣщены у Наг(1у: «ОгІ§Іпе8 бе Іа
Іасіідие ігапсаізе», I. II, рр. 255—260.
70
ОКОНЧАТЕЛЬНОЕ ВОЗСТАНОВЛЕНІЕ ЗНАЧЕНІЯ ПѢХОТЫ.
слѣдніе назначались для того чтобы въ промежуткѣ, весьма значитель-
номъ, между выстрѣлами бомбардъ мѣшать осажденному дѣлать исправ-
ленія въ поврежденіяхъ, произведенныхъ большими снарядами. Вообще
говоря еще въ концѣ XIV и въ началѣ XV столѣтія большихъ ору-
дій въ составѣ осадной артиллеріи было мало. Небольшое число осад-
ныхъ орудій обыкновенно былослабо снабжено снарядами (9—Юна ору-
діе), отдѣлка которыхъ требовала немало труда. Дурное изготовленіе
орудій требовало слабаго заряда, а это влекло за собою необходи-
мость увеличенія калибра если желали увеличить разрушительное
дѣйствіе снарядовъ; слабость зарядовъ вызвала стрѣльбу подъ боль-
шими углами возвышенія, т. е. повлекла за собою уменьшеніе
мѣткости огня. Чтобы предохранить снаряды отъ раздробленія, ихъ
оковывали желѣзными обручами, но тогда мѣткость стрѣльбы еще бо-
лѣе уменьшилась. Такимъ образомъ артиллерія этого времени могла
дѣйствовать преимущественно по внутренности укрѣпленій, а не
противъ каменныхъ стѣнъ (58).
Только приблизительно съ половины XV столѣтія, когда снаря-
ды стали изготовлять изъ чугуна, артиллерія значительно выиграла
въ своей силѣ и стала постепенно вытѣснять прежнія осадныя ору-
дія. Во Франціи этими нововведеніями прославились во время сто-
лѣтней войны братья Бюро (Иванъ и Гаспаръ). Сила новой артил-
леріи такъ стала чувствоваться, что напримѣръ Людовикъ XI, во
Франціи, приказалъ разрушить всѣ небольшія крѣпостцы и защи-
щать противъ герцога Бургундскаго только значительныя. Искус-
ство отливки орудій тоже весьма усовершенствовалось и потому
стали относительно легко изготовлять весьма длинныя, большаго
калибра орудія. Но особенно замѣчательно усовершенствовалась
артиллерія во Франціи при Карлѣ VIII. Бомбарды и каменные
снаряды постепенно были брошены и послѣдніе оставлены лишь
для мортиръ. Орудія отливались изъ бронзы и были снабжены
крѣпкими цапфами, назначенными служить не только для упора
при перевозкѣ орудій, но и при пальбѣ; съ тѣхъ поръ уже и
большія орудія стали перевозиться не на повозкахъ, а на лафетахъ;
благодаря этому: быстрота стрѣльбы, удобство наводки, быстрота
сосредоточенія орудій въ батареи значительно увеличились. Тогда
артиллерія оказалась способной дѣлать бреши въ крѣпостныхъ стѣ-
нахъ и могла-бы дать рѣшительный перевѣсъ атакѣ надъ оборо-
ною въ крѣпостной войнѣ, если-бы фортификація не отвѣтила съ
своей стороны усовершенствованіями въ устройствѣ ея верковъ (59).
ГЛАВА VII.
71
Метательныя осадныя машины. Въ крѣпостной войнѣ употреб-
лялись, какъ метательныя машины требюше, такъ и большіе туровые
арбалеты. Первые не слѣдуетъ ни въ какомъ случаѣ смѣшивать съ
древними римскими машинами, хотя многіе средневѣковые, а за
ними и новые писатели упоминаютъ о балистахъ п катапультахъ.
Устройсто требюше (л. 16) основано на дѣйствіи противовѣса,
а балистъ и катапультъ на скручиваніи. (60) Людовикъ—Наполеонъ
Бонапартъ, производя опыты надъ метательными машинами, устро-
илъ чудовищное требюше, которое могло дѣйствовать на 70 метровъ
снарядомъ, вѣсившимъ 1100 киллограмовъ (около 80 пуд.) при про-
тивовѣсѣ въ 16400 килл. (около 1000 пудовъ). Машины, употреб-
лявшіяся при осадахъ, конечно были меньшей силы и размѣровъ
(61). Снаряды онѣ метали навѣсно, а не прицѣльно, по этому упо-
треблялись подобно нынѣшнимъ мортирамт, и дѣйствовали по вну-
тртнности укрѣпленныхъ пунктовъ; бреши-же производились пре-
имущественно таранами и минами. Еще при Людовикѣ XI (во 2-й
половинѣ XV ст.) встрѣчаются требюше, что указываетъ на сла-
бость тогдашней артиллеріи (б2).
Укрѣпленные пункты и крѣпости. Въ XIV столѣтіи, какъ и
въ прежнее время, Европа была покрыта феодальными замками и
укрѣпленными городами. Города *) часто имѣли нѣсколько стѣнъ,
фланкировавшихся круглыми, четырехъ—или треугольными башня-
ми. Замки обыкновенно представли большую силу сопротивленія
нежели города. Стѣны, кромѣ донжоновъ, не отличались толщиной
(напр. толщина стѣнъ С. Клу въ 1411 г. не превосходила 3 ф.)
и не имѣли земляной присыпки. Высота ихъ простиралась отъ
24 до 28 ф.; башни, чтобы господствовать надъ деревянными соо-
руженіями атакующаго, были значительно выше. Для уничтоженія
мертваго пространства и обороны подошвы стѣнъ устроивали, какъ
мы знаемъ, машикулп. Рвы были рѣдко глубокими; иногда вырыва-
ли ихъ по два. Иногда вокругъ вала впереди возводилась передо-
вая стѣнка; она часто снабжалась палисадомъ, называвшимся
Ъаіііе и располагавшимся впереди воротъ (*3). Съ усиленіемъ дѣй-
ствія артиллеріи во второй половинѣ XV ст. стали значительно
увеличивать толщину стѣнъ.
*) Въ Германіи надо отлипать въ это время города римскаіо происхожденія,
воторые имѣли каменные верки, и города произошедшіе изъ селеній, укрѣпленные
большею частью земля иными валами и деревянными сооруженіями (М11П8 Сезсіі.
йез Кгіе§85ѵезепз, р. иіб—1117).
72
ОКОНЧАТЕЛЬНОЕ ВОЗСТАНОВЛЕНІЕ ЗНАЧЕНІЯ ПѢХОТЫ.
Орудія, при тонинѣ стѣнъ, помѣщались преимущественно въ
башняхъ, по одному въ этажѣ, для чего, между прочимъ, пробива-
лись круглыя, съ прорѣзомъ вверху для прицѣливанія (см. л. 17),
амбразуры. Если рѣшались вооружать куртины орудіями, то дѣла-
ли для этого деревянныя пристройки, опасаясь земляныхъ присы-
покъ, производящихъ сильное давленіе на стѣны. Для настильной
обороны подошвы стѣнъ помѣщали орудія на горизонтѣ земли, а
въ стѣнахъ дѣлали полукруглыя ниши съ амбразурами; это назы-
валось въ Россіи подошвеннымъ боемъ. Впослѣдствіи, особенно со
второй половины XVст., стали утолщать стѣны: башенъ до 25 ф.
и болѣе, а куртинъ до 18 ф. Такъ толщина башенъ замка Гамъ,
построеннаго при Людовикѣ XI, простиралась до 30 ф. Затѣмъ
стали присыпать валгангъ съ отлогостью, одѣтою каменной стѣнкой.
Такъ какъ машикули представляли слишкомъ значительную цѣль,
то пришлось ихъ уничтожить, хотя это лишило возможности про-
изводить навѣсную оборону подошвы стѣнъ. Брустверная зубчатая
стѣнка была замѣнена каменнымъ брустверомъ съ закругленіемъ для
отраженія попадающихъ снарядовъ; въ немъ продѣлывались для
стрѣльбы амбразуры. Превышеніе стѣнъ надъ горизонтомъ было
уменьшено, а для обезпеченія отъ эскалады углубили и уширили
рвы, причемъ лишнюю землю выбрасывали за контръ-эскарпъ и
поддерживали ее иногда стѣнкою (см. выше), что можно разсматри-
вать какъ начало гласиса. Контръ-форсы контръ-эскарпа, стали
обращать къ непріятельской сторонѣ, а не ко рву, для лучшаго
фланкированія послѣдняго.
Для лучшей фланговой обороны стѣнъ башни стали замѣнять
полукруглыми бастеями или ронделями съ большимъ выступомъ и
съ открытой горжей. При относительно значительной дальности
стрѣльбы изъ орудій оказалось возможнымъ располагать рондели на
большемъ разстояніи чѣмъ прежде, а именно до 375—400 метровъ.
Рондели дѣлались или насыпными или съ дворикомъ; онѣ воз-
вышались немного надъ куртинами, чтобы представлять меньшую
цѣль для артиллеріи. Иногда этими ронделями окружали уже суще-
ствующія башни, а иногда впереди ихъ располагали отдѣльныя
стѣнки, образовавшія дозорный путь, называвшійся фоссебреею
(л. 22).
Въ ронделяхъ располагали казематы, но рѣдко, такъ какъ въ
то время не умѣли отводить пороховой дымъ; кромѣ того сооруже-
ніе казематовъ стоило дорого, а навѣсный огонь былъ ничтожный;
ГЛАВА VII.
73
наконецъ опасались за прочность стѣнъ при стрѣлбѣ. Для обезпе-
ченія мостовъ, располагали, впереди крѣпостныхъ воротъ (64) рон-
дели, называвшіяся демилюнами. Впослѣдствіи изъ круглыхъ рон-
делей образовались пятиугольные бастіоны, которые были удобнѣе
для дѣйствія орудій по извѣстнымъ направленіямъ. Но первые ба-
стіоны, построенные въ концѣ XV ст., имѣли короткіе фланки, длин-
ные фасы, причемъ орудіями вооружались только фланки для бли-
жайшей обороны. Между каждыми двумя смежными бастіонами рас-
полагали нѣчто въ родѣ тенали (шоіпеаи) для прикрытія воротъ.
Такія укрѣпленія скоро не отвѣчали успѣхамъ артиллеріи: стѣны
были дурно построены и слишкомъ высоки; находившаяся позади
нихъ насыпь, какъ только въ стѣнѣ была пробита брешь, обруши-
валась, засыпала ровъ, что облегчало штурмъ. Фланкирующіе верки
не были достаточно обширны и давали слишкомъ слабую фланко-
вую оборону, а къ дальней оборонѣ укрѣпленія не были вовсе при-
способлены. Всѣ эти недостатки были въ большей или меньшей мѣрѣ
устранены новою системою, предложенною въ Италіи въ началѣ
XVI ст. (б5).
Атака крѣпостей. До изобрѣтенія огнестрѣльнаго оружія, а
также долго спустя и послѣ этого, атака укрѣпленныхъ пунктовъ
производилась по извѣстнымъ уже намъ способамъ. А именно: а)
атакующій старался овладѣть крѣпостью сразу посредствомъ эска-
лады, пользуясь лѣстницами. Подобныя попытки въ то время пред-
ставляли несравненно меньше опасности нежели нынѣ, такъ какъ
дѣйствіе метательныхъ снарядовъ по покрытому бронею атакующему
было относительно незначительно; б) если это не удавалось, то при-
готовляли метательныя машины и пытались завалить ровъ, а за-
тѣмъ прибѣгали къ той же эскаладѣ, стараясь тучею стрѣлъ и кам-
ней прогнать защитниковъ со стѣнъ; в) при неудачѣ и этого спо-
соба, пробовали посредствомъ крытыхъ подвижныхъ построекъ при-
близится къ стѣнамъ, которыя затѣмъ пробивались людьми, снаря-
женными ломами, или же пользовались для того старинными бель-
ерами, называвшимися баранами. Другое медленное средство для
разрушенія стѣнъ представляли мины, устройство которыхъ, намъ
извѣстно.
Послѣднее средство атаки заключалось въ устройствѣ деревян-
ныхъ подвижныхъ башенъ, превосходившихъ высотою стѣны или
даже башни крѣпости; башни эти подвигались къ стѣнамъ, для чего
нужно было предварительно завалить ровъ; затѣмъ производился
74
ОКОНЧАТЕЛЬНОЕ ВОЗСТАНОВЛЕНІЕ ЗНАЧЕНІЯ ПЪХОТЫ.
штурмъ, причемъ, стрѣлки подвижной башни сгоняли со стѣнъ обо-
роняющагося, а затѣмъ по откидному мостку переходили на стѣну
или башню. Подойдя къ крѣпости атакующій располагался въ од-
номъ или нѣсколькихъ лагеряхъ, конечно значительно ближе отъ
верковъ нежели въ настоящее время, приэтомъ онъ весьма часто ок-
ружалъ себя контрволаціонными линіями, на случай внѣшнихъ по-
пытокъ къ деблокадѣ. Лагери тоже укрѣплялись, образуя сомкну-
тыя укрѣпленія, которыя напоминаютъ послѣдующія (XIV, XV ст.)
бастиды или бастиліи (см. ниже осаду Орлеана). Кстати упомянуть
и объ употреблявшихся тогда такъ называемыхъ бульварахъ, это
тѣже, по частностямъ своего устройства (изъ дерева и земли), басти-
ліи, но несомкнутыя; часто одно названіе употреблялось за другое.
Бастиліи были полезны при продолжительныхъ блокадахъ, когда
феодальныя ополченія, являвшіяся на службу лишь весьма на ко-
роткій срокъ, съ истеченіемъ его большею частью расходились по
домамъ и тогда осажденный могъ производить вылазки въ превос-
ходныхъ силахъ. Между лагерями сообщеніе производилось иногда
посредствомъ траншей 3 но послѣднія въ то время еще не служили
для приближенія къ крѣпости: для этого пользовались другими
средствами. Впрочемъ при тогдашнемъ огромномъ командованіи крѣ-
постныхъ верковъ траншеи и не могли бы достаточно прикрыть
осаждающаго; точно также этой цѣли не удовлетворяли вполнѣ,
особенно по мѣрѣ приближенія къ крѣпости, и высокіе щиты или
парапеты. Атакующій для приближенія къ стѣнамъ пользовался:
а) подвижными деревянными парапетами, которые, уменьшаясь въ
размѣрѣ, остались въ употребленіи до временъ Вобана, подъ назва-
ніемъ манталетовъ; б) крытыми галереями, приводившими къ маши-
намъ или ихъ карауламъ; в) наконецъ крытыми подвижными по-
стройками, болѣе или менѣе обширными. Подвижныя башни носили
разнородныя названія: кошекъ (сііаіз), свиней (ітиіе), бефруа (ка-
ланча) и проч.
Самымъ труднымъ актомъ при правильной атакѣ было подвести
закрыто людей къ стѣнамъ (б6). Сначала артиллерійскія орудія,
по слабости и невѣрности дѣйствія, употреблялись лишъ какъ вспо-
могательное оружіе, располагаясь въ одной или въ двухъ батареяхъ,
на 2—3 ор. каждая. Они ставились между большими трурами, при-
крывались опускными деревянными щитами и оберегались карауль-
ными, которые помѣщались по обѣ стороны въ траншеяхъ или
ямахъ (б7). При сомнительности успѣха штурма прибѣгали къ бло-
ГЛАВА VII.
75
кадѣ, но съ половины XV ст. вмѣсто бастиліи и бульваровъ стали
устраивать, въ центральномъ расположеніи передъ крѣпостью, общій
осадный паркъ, отъ котораго вели траншеи къ батареямъ (68). Съ
усовершенствованіемъ артиллеріи, во избѣжаніе медленной блокады
стали прибѣгать къ постепенной атакѣ. Величину осаднаго корпуса
опредѣляли, разсчитывая по 2 т. ч. на бастіонъ, причемъ чаще
всего вели двѣ атаки: одну демонстративную, другую дѣйствитель-
ную и на каждую имѣли по 3 батареи въ 3—4 ор. каждая—всего
18—24 оруд. Прежніе деревянные подступы уже не могли сопро-
тивляться дѣйствію артиллеріи, а потому пришлось обратиться къ тран-
шеямъ, узкимъ и глубокимъ, о примѣненіи которыхъ впервые упоми-
нается въ 1420 г. при осадѣ Мелюна. Траншеи велись змѣеобразно или
зигзами, но не были соединены поперечными траншеями, не было
помѣщеній для траншейныхъ карауловъ; а потому трудно было от-
ражать вылазки и противодѣйствовать при этомъ порчѣ осадныхъ
работъ (й9). Артиллерія первоначально служила только для того
чтобы прогнать обороняющагося со стѣнъ, пожалуй разбить ворота
крѣпости и дѣйствовать по ея внутренности. Только съ половины
XV ст., съ изобрѣтеніемъ чугунныхъ снарядовъ, артиллерія могла
производить бреши, что впрочемъ не представляло для нея особен-
ныхъ затрудненій при тогдашнихъ высокихъ и тонкихъ стѣнахъ,
какъ это показалъ италіянскій походъ Карла VIII. Обыкновенно онъ
выдвигалъ легкія орудія, чтобы прогнать обороняющагося со стѣнъ,
а затѣмъ подвозились тяжелыя орудія для производства бреши, по-
слѣ чего слѣдовалъ штурмъ. Съ утолщеніемъ же стѣнъ этотъ спо-
собъ атаки оказывался часто недѣйствительнымъ. Метательныя ма-
шины къ половинѣ XV ст. выпілп изъ употребленія, а подвижныя
башни были въ послѣдній разъ примѣнены турками при осадѣ
Константинополя въ 1453 году, но тутъ онѣ были разрушены ар-
тиллерійскими орудіями (70).
Оборона крѣпостей и укрѣпленій. Древніе отлично умѣли
давать такое начертаніе укрѣпленіямъ, чтобы они брали во
флангъ и въ тылъ атакующаго. Вегецій совѣтывалъ употреблять
входящіе и исходящіе углы, и хотя средневѣковые писатели пов-
торяютъ совѣтъ Вегеція, но на практикѣ онъ не примѣнялся (за
исключеніемъ барбаконовъ и муано, о которыхъ скажемъ ниже),
вслѣдствіе вызываемыхъ имъ излишнихъ издержекъ и большаго чи-
сла людей для обороны укрѣпленія. Но это впрочемъ не представ-
ляло большихъ неудобствъ, такъ какъ подошва стѣны оборонялась
76	ОКОНЧАТЕЛЬНОЕ ВОЗСТАНОВЛЕНІЕ ЗНАЧЕНІЯ ПѢХОТЫ.
навѣсно. Ограда была полигональнаго начертанія съ башнями на
извѣстномъ разстояніи. Ее окружали одинъ или нѣсколько рвовъ.
Затѣмъ устройство башенъ, воротъ, проходовъ и проч. намъ уже
извѣстно.
Если рва передъ воротами крѣпости не было, или если мостъ
былъ не подъемный, солидной постройки, то устраивали такъ на-
зываемые барбаконы, состоявшіе изъ двухъ параллельныхъ стѣнокъ,
оканчивавшихся закругленіемъ. Барбаконы вызывали предваритель-
ную атаку осаждавшаго и способствовали вылазкамъ осажденнаго.
Колоколъ въ одной изъ башенъ призывалъ послѣдняго къ стѣ-
намъ или же предупреждалъ о стрѣльбѣ непріятельскихъ машинъ.
Противъ метательныхъ машинъ атакующаго, обороняющійся упо-
треблялъ такія-же; причемъ постройка ихъ изъ дерева, дѣлала для
нихъ опасными пожары, которыхъ не могли предупредить и покры-
вавшія ихъ сырыя кожи. Осажденный вслѣдствіе этого весьма часто
прибѣгалъ къ вылазкамъ, имѣвшимъ цѣлью разрушеніе непріятель-
скихъ машинъ. Чтобы помѣшать движенію послѣднихъ дѣлали под-
копы. Контръ-мины были въ большомъ ходу (71)« Обороняющійся
возводилъ ретраншементы, палисады, капониры во рву и проч. За-
тѣмъ могущественнѣйшимъ средствомъ обороны были вылазки; онѣ
повели къ изобрѣтенію прикрытаго пути, служившаго имъ мѣстомъ
сбора и опорой при отступленіи. Но когда населеніе стало прини-
мать меньшее участіе въ оборонѣ, когда артиллерія болѣе усовер-
шенствовалась, а осаждающій сталъ строить завороты и редуты для
отраженія вылазокъ, тогда вылазки сдѣлались не . столь энергиче-
скими, частыми и важными по послѣдствіямъ. Артиллерія служила
обороняющемуся для обстрѣливанія подступовъ, но стала приносить
существенную пользу лишь съ того времени, какъ ее стали помѣ-
щать не только въ башняхъ, но и на куртинахъ, а также когда
уменьшилась высота профилей, явились наружныя пристройки и
начали выводить контръ-апроши. Ружейный огонь тоже началъ
пріобрѣтать значеніе, затрудняя атаку (72).
Въ общемъ нельзя не видѣть, что долговременная фортификація
въ теченіе разсмотрѣннаго періода времени (около РД столѣтія)
сдѣлала ничтожные успѣхи и не выработала прочной системы, за-
нимаясь лишь исправленіемъ стараго; но за то въ послѣдующее
столѣтіе прогрессъ проявился въ широкихъ размѣрахъ.
Мины. Къ минамъ прибѣгали въ крѣпостной войнѣ съ давниш-
нихъ временъ. Время перваго употребленія пороха въ минахъ точ-
ГЛАВА VII.
77
по неизвѣстно, хотя должно быть отнесено къ XV ст. На востокѣ
устройство пороховыхъ минъ было хорошо извѣстно въ этомъ сто-
лѣтіи, какъ это видно изъ осады Константинополя въ 1453 г., гдѣ
о нихъ говорится, не какъ о новомъ какомъ либо изобрѣтеніи (73)-
Во всякомъ случаѣ первое вполнѣ удачное примѣненіе пороховыхъ
минъ сдѣлано было въ 1503 г. Педро Наварро, котораго поэтому
считаютъ ихъ изобрѣтателемъ (74). Въ этомъ году имъ были
взяты посредствомъ минъ два форта (СЬаІеаи-ЯеиГ и СШеаи-Де-
ГОеиГ или Дель-Ово) близь Неаполя. Испанцы на лодкахъ подъѣ-
хали къ скалѣ, на которой былъ построенъ фортъ Дель-Ово, зало-
жили въ ней мину, которая при взрывѣ обрушила часть скалы,
что заставило французовъ сдаться послѣ трехлѣтней осады (75).
Послѣ этого мины пріобрѣли такое значеніе, что стали полагать
возможнымъ брать любую крѣпость этимъ средствомъ, что конечно
было излишнимъ увлеченіемъ, тѣмъ болѣе, что вопросъ объ упо-
требленіи минъ былъ еще разработанъ плохо, не умѣли опредѣлять
величины необходимаго заряда, руководствуясь при этомъ эмпири-
ческими данмыми, а не опредѣленной научной системой. Обороняю-
щійся прибѣгалъ къ контръ-ми намъ, но опять-таки безъ опредѣлен-
ной системы, устроивая эскарповую или контръ-эскарповую галереи
съ минными рукавами (заблаговременно или въ минуту нужды воз-
водимыми), которые въ первомъ случаѣ шли подъ дномъ рва, а во
второмъ—подъ гласисомъ (7б).
Полевая фортификація. По условіямъ веденія войны рыцар-
скими войсками, полевое инженерное искусство или вовсе не могло
имѣть примѣненія, или же имъ пользовались только для второсте-
пенныхъ цѣлей: для укрѣпленія вагенбурга, лагеря и т. п.; на
самомъ-же полѣ сраженія сооруженіе искусственныхъ преградъ могло
найти мѣсто только въ исключительныхъ случаяхъ. По этой при-
чинѣ даже искусство разбивки и укрѣпленія лагеря пало по срав-
ненію съ умѣлостью В7> этомъ дѣлѣ древнихъ римлянъ. Правда, въ
средніе вѣка довольно часто встрѣчаются случаи устройства цѣлыхъ
переносныхъ деревянныхъ городковъ, но едва-ли эти сооруженія
можно отнести къ полевой фортификаціи. Такъ въ 1386 году Карлъ
VI намѣревался произвести высадку въ Англію и, какъ для своего
обезпеченія, такъ и для склада продовольственныхъ припасовъ,
устроилъ разборчатый городокъ, для подъема котораго требовалось
72 судна. По разбивкѣ на мѣстѣ, онъ долженъ былъ быть окру-
женъ палисадомъ и тогда имѣлъ въ поперечникѣ 300 шаговъ (77).
78
ОКОНЧАТЕЛЬНОЕ ВОЗСТАНОВЛЕНІЕ ЗНАЧЕНІЯ ПѢХОТЫ.
Вообще деревянныя сооруженія, при обиліи повсюду лѣса и отсут-
ствію или слабости огнестрѣльнаго оружія, были употребляемы въ
то время очень часто.
Собственно полевыя укрѣпленія мы встрѣчаемъ довольно рѣдко,
и можемъ, напримѣръ, указать на сраженіе при Гэстингсѣ, гдѣ
англо-саксы устроили барикады изъ повозокъ и насыпи; во вре-
мя Столѣтней войны англійскіе лучники всегда почти устраивали
впереди фронта частоколъ, изъ-за котораго пускали свои стрѣлы и
который служилъ также для разстройства атакъ рыцарской конни-
цы. Въ сраженіи при Барнетѣ (1471) во время войны Алой и Бѣ-
лой Розъ, король Генрихъ II въ виду непріятеля, пользуясь тума-
номъ, приказалъ немедленно обнести весь лагерь рвомъ и палиса-
домъ. чтобы имѣть опорный пунктъ на случай отступленія. Его
противникъ графъ Барвикъ тоже быстро устроилъ опорный пунктъ
позади своей боевой позиціи, приспособпвъ позади лежавшій лѣсъ
къ упорной оборонѣ посредствомъ засѣкъ и баррикадъ изъ пово-
зокъ, которыя онъ приказалъ разставить по обращенной къ непрія-
телю опушкѣ лѣса. Въ копцѣ боя, сначала успѣшнаго для Барвика,
онъ вслѣдствіе своей ошибки долженъ былъ съ горстью рыцарей
и небольшою частью пѣхоты, вооруженной луками, отступить къ
опорному пункту, гдѣ и держался противъ всѣхъ непріятельскихъ
силъ, надѣясь, что остальныя его войска соберутся и выручатъ
его. Только послѣ продолжительнаго боя, когда лагерь былъ обой-
денъ съ обоихъ фланговъ, а самъ Барвикъ палъ, король побѣдилъ
мужественнаго противника.
Мы знаемъ какъ гусситы искуссно пользовались своими возами
для устройства подвижныхъ укрѣпленій, но въ данномъ случаѣ по-
возки эти имѣли значеніе скорѣе, подобно древнимъ колесницамъ,
особаго рода оружія, а не средства для устройства укрѣпленій (76).
Впрочемъ Жижка вообще умѣлъ укрѣплять свои лагери п даже
позиціи.
Полевыя укрѣпленія имѣли нѣкоторое значеніе у бургундцевъ
въ швейцарскихъ войнахъ: мы выше уже ознакомились съ укрѣп-
леннымъ лагеремъ Карла Смѣлаго при Грансонѣ и съ преградами
устроеннымп имъ при Муртенѣ, причемъ въ послѣднемъ сраженіи
укрѣпленія обнаружили нѣкоторое вліяніе на ходъ боя. Вообще у
Карла возводимыя имъ укрѣпленія имѣли видъ линій, которыя
впсслѣдствіи играли такую важную роль въ полевой фортификаціи.
Швейцарскія летцы, возведенныя по границамъ для обороны стра-
ГЛАВА ѴІІ.
79
ны, должны быть отнесены къ укрѣпленіямъ временнаго харак-
тера.
Изъ вышеприведеннаго очерка видно, что нолевая фортификація
не сдѣлала, повидимому, никакихъ успѣховъ въ теченіи изучен-
наго періода времени и къ концу XV ст. находилась въ такомъ-же
состояніи, какъ и концу перваго тысячелѣтія. Послѣдующая эпоха
господства наемныхъ войскъ не могла содѣйствовать, какъ увидимъ,
успѣшному развитію этой отрасли военнаго искусства (79).
Осада Орлеана въ 1428—1429 г. Осада Орлеана англи-
чанами въ эпоху Столѣтней войны наглядно выяснитъ намъ состоя-
ніе инженернаго искусства и покажетъ, что въ немъ было преж-
няго п что можетъ быть отмѣчено, какъ отличительныя характери-
стическія черты, для интересующаго насъ времени.
По смерти Карла VI два лица были призваны ему наслѣдовать:
Генрихъ IV англійскій, владѣвшій частями французской территоріи
къ сѣверу отъ Луары и къ югу отъ Гаронны, и дофинъ Карлъ,
сохранившій только Турень, Овернь, Орлеанэ, Берри, Бурбонэ,
Лангедокъ, Дофинэ и Ліоннэ. Бедфордъ, дядя и опекунъ англій-
скаго короля, заключилъ союзъ съ герцогами Бретаньскимъ и Бур-
гонскимъ и рѣшилъ окончить завоеваніе Франціи, истощенной по-
раженіями при Кресси, Пуатье и Азинкурѣ. Съ этою цѣлью онъ
прежде всего долженъ былъ овладѣть Орлеаномъ, составлявшимъ
стратегическій ключъ оставшейся части Франціи. Лѣтомъ 1428 г.,
герцогъ Бедфордъ ввѣрилъ 10-тысячную армію генералу Сэлисбэри
(ЗаИзЪигу), который немедленно открылъ кампанію, овладѣлъ бли-
жайшими къ Орлеану пунктами и, перейдя на лѣвый берегъ Луа-
ры у Оливё СОІіѵеѣ), появился передъ Орлеаномъ 12-го октября
1428 г. Орлеанцы предвидѣли осаду; они сожгли окрестности, вы-
рубили кругомъ виноградники и деревья на разстояніи одного лье,
получили подкрѣпленія изъ Буржа, Поатье, Ла-Рошели, Блуа, а
генеральные штаты, собранные Карломъ VII, предписали всѣмъ
французамъ содѣйствовать защитѣ отечества. Хотя Орлеанъ былъ
недостаточно вооруженъ и снабженъ, но это вознаграждалось отлич-
нымъ духомъ населенія, а также энергіей п военнымъ искусствомъ
находившихся тамъ вождей: Гокура, Дюнуа, Лагира, Сантраля и
другихъ.
Орлеанъ былъ соединенъ съ предмѣстьемъ (л. 18, чер. 2), на
лѣвомъ берегу Луары, Портро (Рогіегаи) прочнымъ каменнымъ мо-
стомъ. Мостъ этотъ прикрывался построеннымъ на немъ сильнымъ
80
ОКОНЧАТЕЛЬНОЕ ВОЗСТАНОВЛЕНІЕ ЗНАЧЕНІЯ ПѢХОТЫ.
фортомъ Ьез Тоигпеііез, впереди котораго на лѣвомъ берегу рѣки
находился такъ называемый бульваръ, служившій ему прикрытіемъ
и находившійся съ нимъ въ связи. Хотя предмѣстье Портро было
обращено въ пепелъ, но Сэлисбэри прочно утвердился на развали-
нахъ п приступилъ къ работамъ по устройству укрѣпленнаго лаге-
ря; обѣ стороны старались обезпечить себя возведеніемъ или уси-
леніемъ бастилій. Эти постройки состояли изъ горизонтальныхъ бре-
венъ, связанныхъ между собою и прикрѣпленныхъ къ вертикаль-
нымъ бревнамъ; пустое между ними мѣсто наполнялось землею. Валъ
обдѣлывался въ видѣ террасы и усиливался сверху брустверомъ съ
амбразурами для орудій. Постройки эти обыкновенно были четыре-
угольныя и могли вмѣстить гарнизонъ силою въ 500—600 чел. На
лѣвомъ берегу Луары англичане устроили три такихъ бастиліи и,
образовавъ изъ нихъ сомкнутыя батареи, стали, 17-го октября,
обстрѣливать городъ. Въ этотъ день они изъ своихъ бомбардъ и
тяжелыхъ орудій бросили въ городъ 204 камня. Послѣ продолжи-
тельной канонады англійскій полководецъ повелъ 21-го октября
атаку на тетъ-де-понъ; штурмъ былъ отбитъ съ потерею 240 англ,
убитыми. Французы бросали на атакующаго камни, обливали его
горящимъ масломъ, осыпали горячимъ пепломъ и пр.; женщины со-
дѣйствовали также оборонѣ, доставляя храбрымъ защитникамъ мос-
товаго прикрытія пищу и пр. Сэлисбэри отступилъ, но не отка-
зался отъ овладѣнія передовымъ укрѣпленіемъ: онъ намѣревался
взять его минами. Когда все было готово къ новому штурму,
французы зажгли передовой бульваръ или бастилію и отошли въ
Турели. Впрочемъ здѣсь они не могли долго держаться: вслѣдствіе
сильнаго непріятельскаго огня они должны были очистить фортъ л
отойти на лѣвый берегъ Луары. Такъ какъ при этомъ французы
разобрали двѣ мостовыя арки, а для обороны моста устроили земля-
ной и фашинный, одѣтый деревомъ, валъ, то овладѣніе тетъ-де-
пономъ не принесло англичанамъ существенной пользы. Вслѣдствіе
большихъ потерь въ войскахъ, Сэлисбэри рѣшился превратить осаду
Орлеана въ обложеніе этого пункта.
Между тѣмъ какъ французы къ этому времени получили силь-
ное подкрѣпленіе, состоявшее изъ италіанской пѣхоты и шотланд-
скихъ лучниковъ, англичане лишились своего превосходнаго полко-
водца. 27-го Сэлисбэри поднялся вмѣстѣ съ комендантомъ Турлей,
Гласпдасоыъ, во второй этажъ укрѣпленія, желая наблюдать дѣй-
ствіе артиллеріи, но въ это самое время онъ былъ смертельно ра-
ГЛАВА VII.
81
йенъ въ лицо осколкомъ камня, отбитымъ попавшимъ въ укрѣпленіе
ядромъ. Умирая, Сэлисбери совѣтывалъ своимъ товарищамъ про-
должать обложеніе Орлеана. Лордъ Суффолькъ принялъ начальство
надъ войсками. Оставивъ Глассидаса съ гарнизономъ въ Туреляхъ,
онъ отступилъ назадъ и въ нѣкоторомъ разстояніи отъ города пере-
шелъ на правый берегъ Луары. Къ 30 декабря Суффолькъ утвер-
дился въ истребленныхъ жителями форштадтахъ на правомъ берегу
рѣки и окружилъ городъ такими-же 13 бастиліями, какъ тѣ 3,
которыя были возведены англичанами на лѣвомъ берегу; бастиліп
были связаны между собою 60-ю редутами и траншеями. Тѣмъ не
менѣе, при растянутости линій и слабости силъ англичанъ, фран-
цузы имѣли возможность при своихъ частыхъ вылазкахъ прорывать
блокадную линію и поддерживать постоянныя сношенія со значи-
тельною массою войскъ, собранною гр. Клермонскюгь у Блуа.
Одно довольно маловажное обстоятельство имѣло вліяніе на упа-
докъ духа гарнизона. Изъ Парижа былъ высланъ къ блокадному
корпусу значительный транспортъ съ продовольствіемъ (преимуще-
ственно съ селедками и другими постными продуктами). Узнавши
объ этомъ гр. Клермонъ двинулся немедленно съ 3 т. чел.. чтобы
атаковать англійскій транспортъ и въ тоже время отрядъ долженъ
былъ сдѣлать вылазку изъ города и участвовать въ вышеупомяну-
той атакѣ. Французы напали 12 февраля на англичанъ у Руврэй
(Коиѵгау) между Орлеаномъ и Этаномъ (Еіашрез), но начальникъ
транспорта построилъ изъ своихъ повозокъ вагенбургъ и отбилъ
французовъ съ большимъ урономъ. Это «нападеніе на селедки»
чрезвычайно подняло духъ англичанъ и такъ какъ въ тоже время
къ нимъ примкнули войска герцога Бургундскаго, то рѣшено было
еще болѣе стѣснить блокаду, чтобы окончательно прервать всѣ сооб-
щенія гарнизона; приэтомъ осаждающіе подвигались впередъ тран-
шейными ходами. Англичане старались также прекратитъ сообще-
ніе по рѣкѣ, держа ее подъ сильнымъ огнемъ. Французы произво-
дили вылазки, чтобы мѣшать работамъ и предпріятіямъ англичанъ
и въ этихъ частныхъ стычкахъ гарнизонъ пользовался при вылаз-
кахъ свои мп легкими артиллерійскими орудіями.
; Между тѣмъ положеніе гарнизона постоянно ухудшалось, а жи-
тели стали ощущать недостатокъ въ продовольствіи; вслѣдствіе
этого, послѣ 6-мѣсячной блокады, орлеанцы обратились къ герцогу
Бургундскому, предлагая сдать ему городъ, если англичане согла-
сятся на миръ; но послѣдніе этого не пожелали и тогда герцогъ
6
82
ОКОНЧАТЕЛЬНОЕ ВОЗСТАНОВЛЕНІЕ ЗНАЧЕНІЯ ПѢХОТЫ.
Бургундскій отозвалъ свои войска изъ состава блокаднаго корпуса;
хотя при этомъ силы англичанъ уменьшились, но это не помѣшало
имъ отразить смѣлую вылазку французовъ 18 апрѣля 1429 г.
Казалось все было потеряно для французовъ: дворянство, духо-
венство, горожане были безпомощны; король готовился снять свою
корону; Франція должна была пасть въ руки англичанъ. Но въ это
время раздался голосъ Іоанны д’Аркъ; лотарингская дѣвственница
зажгла своимъ пламеннымъ воодушевленіемъ сердца всѣхъ своихъ
соотечественниковъ и спасла Францію *).
Послѣ долгихъ колебаній король вручилъ Іоаннѣ начальствова-
ніе надъ отрядомъ, въ 4—5 т. человѣкъ, назначеннымъ въ помощь
Орлеану.
Начальники,сопровождавшіе Іоанну, не особенно вѣрили ея мис-
сіи. Іоанна съ конвоемъ подошла къ Орлеану съ той стороны, гдѣ
было мало англичанъ; въ Шесси, въ двухъ лье отъ Орлеана, она
сѣла на суда, нагруженныя продовольствіемъ и 200 лошадей, и,
подъ предводительствомъ Дюнуа, приплыла въ городъ, куда при-
была 29 апрѣля. Англичане, считая Іоанну колдуньей, а не послан-
ницей «царя небеснаго», не воспрепятствовали маленькому отряду
вступить въ городъ. Іоанна хотѣла въ тотъ-же день начать
атаку, но гарнизонъ предпочелъ выждать прибытія тѣхъ подкрѣп-
леній, которыя шли за посланницей. Тѣмъ не менѣе появленіе
Іоанны произвело сильное впечатлѣніе въ Орлеанѣ. 5 мая нѣсколько
капитановъ, когда Іоанна еще спала, рѣшили атаковать бастилію
*) 6 марта 1429 года къ королю Карлу явилась въ Иіинонѣ, гдѣ онъ тогда на-
ходился, дѣвушка въ возрастѣ около 20 лѣтъ, одѣтая по мужски и называвшаяся
Іоанной. Рожденная между Бургонью и Лотарингіей близь Вокулера, она въ теченіи
продолжительнаго времени служила горничной въ трактирѣ, гдѣ пріучилась смѣло обра-
щаться съ лошадьми и ѣздить на нихъ, а также искусна была въ различныхъ муж-
скихъ работахъ. Іоанна объявила что она послана «царемъ небеснымъ», чтобы возвра-
тить королю его государство.
Послѣ четырехдневныхъ колебаній, Карлъ VII рѣшился выслушать необыкновен-
ную дѣвушку. «Дофинъ—говорила она—царь небесный послалъ меня, чтобы помочь
вамъ, если вы соизволите дать мнѣ войскъ. Божьею милостью и силою оружія я за-
ставлю снять осаду Орлеана и приведу васъ на вѣнчаніе въ Реймсъ». Хотя король и
его совѣтъ считали Іоанну безумной, но тѣмъ не менѣе онъ отправилъ ее въ Пуатье,
гдѣ коммисія изъ теологовъ и членовъ магистрата допрашивала Дѣвственницу въ тече-
ніи 15 дней и наконецъ объявила, что Іоанна послана «не отъ сатаны» Послѣ этого
король рѣшился поручить ей отрядъ войскъ, и 27 апрѣля она двинулась съ 4—5000
человѣкъ. Въ то же время она послала объявленіе герцогу Бетфорду и всѣмъ англи-
чанамъ, требуя чтобы они немедленно очистили Францію и убирались во своясн.
Т Л А В А VI.
83
Заіпі-Ьопр (въ планъ не вошла; расположена далѣе къ востоку),
построенную на большомъ островѣ; атака была отбита съ большою
потерею; но вдругъ появляется Іоанна въ то самое время какъ
Дюнуа велъ подкрѣпленіе въ 1500 чел.—бастилія взята штурмомъ
(4 мая 1429 г.). Два дня спустя англичане, изгнанные изъ басти-
ліи, устроенной въ монастырѣ св. Августина, отступаютъ въ Ту-
рели и принимаютъ оборонительное положеніе. Французы-же наобо-
ротъ переходятъ къ рѣшительному наступленію. 7-го мая Іоанна
объявляетъ, что къ вечеру ни одного англичанина не останется уже
къ югу отъ Луары. Она приказываетъ отворить городскія ворота и
ведетъ рѣшительную атаку на Турели. Послѣ трехчасоваго боя,
Іоанна, замѣчая, что французы подаются назадъ, бросается ко рву
и первая приставляетъ лѣстницу чтобы взобраться на валъ. Ан-
гличане бросаются на нее, видя какъ она, пораженная въ шею
арбалетной стрѣлой, падаетъ въ ровъ, но одинъ изъ началь-
никовъ рубитъ сѣкирой всякаго, кто намѣренъ къ ней при-
близиться. Пока Іоанну отнесли и дѣлали ей перевязку, фран-
цузы потеряли мужество, и Дюнуа думалъ уже отступать, но новое
появленіе Іоанны и ея крикъ: «все наше! войдемъ!» увлекаетъ
всѣхъ и Турели захвачены въ ту самую минуту, когда бульваръ
взятъ былъ штурмомъ. Укрѣпленія достались французамъ; англій-
скій гарнизонъ весь былъ истребленъ. На другой день, 8 мая, ан-
гличане сняли осаду, оставивъ своихъ больныхъ, багажи, продо-
вольствіе, часть артиллеріи и 500 труповъ въ сѣверныхъ укрѣп-
леніяхъ. Они напрасно нѣсколько часовъ ожидали сраженія впереди
своего лагеря: по случаю воскреснаго дня Іоанна дозволпла имъ
безпрепятственно удалиться.
Силою духа крестьянской дѣвушки былъ сломленъ гордый, храб-
рый и опытный въ военномъ дѣлѣ противникъ—таково могущество
нравственнаго элемента на войнѣ.
Съ точки зрѣнія исторіи военнаго искусства осада Орлеана за-
мѣчательна въ томъ отношеніи, что она стоитъ на рубежѣ старой
и новой тактики крѣпостной войны. Подобно тому какъ и въ преж-
нее время мы видимъ, что осадный или блокадный корпусъ зани-
маетъ частями главнѣйшія дороги, гдѣ и укрѣпляется въ отдѣль-
ныхъ лагеряхъ. Почти ежедневныя схватки подъ стѣнами крѣпости,
по характеру своему напоминаютъ битвы гомеровскихъ героевъ подъ
стѣнами крѣпости или состязанія крестоносцевъ съ сарацинами. На-
конецъ оборотъ данный блокадѣ появленіемъ Орлеанской Дѣвы пред-
6*
84
ОКОНЧАТЕЛЬНОЕ ВОЗСТАНОВЛЕНІЕ ЗНАЧЕНІЯ ПѢХОТЫ.
ставляетъ столько-же высоко-романтическое, сколько и героическое
явленіе. Новому времени принадлежатъ: употребленіе артиллеріи
какъ при осадѣ и блокадѣ вообще, такъ и при вылазкахъ въ част-
ности, постройка редутовъ, апрошей, возведеніе новыхъ верковъ въ
замѣнъ разрушенныхъ огнемъ артиллерія. Прп широкомъ развитіи
дѣйствій этого рода оружія, бастиліи построенныя изъ дерева уже
не выполняютъ своего назначенія и легко истребляются.
Общія заключенія. До гусситскихъ и бургундскихъ войнъ
побѣды пѣхоты надъ рыцарской кавалеріей, хотя прославили возрож-
давшійся родъ оружія, но, будучи явленіями частнаго характера, не
могли еще завоевать пѣхотѣ равноправнаго съ рыцарской кавалеріей
боеваго значенія. Только рѣшительные и непрерывные успѣхи на-
родной гусситской пѣхоты въ восточной части западной Европы и
швейцарской въ западной ея части окончательно опредѣляютъ на-
стоящее боевое значеніе главнаго рода оружія. Такъ какъ гусситы
п швейцарцы внесли много новыхъ элементовъ въ военное искусство
своего времени или выдвинули нѣкоторые изъ находившихся въ
пренебреженіи, то событія этой эпохи составляютъ одинъ изъ важ-
нѣйшпхъ фазисовъ въ развитіи военнаго искусства.
Съ начала XV ст. военное дѣло у гусситовъ, какъ оно выра-
зилось въ замѣчательномъ уставѣ Гаека Годетина, возрождается на
національныхъ, демократическихъ началахъ. Весь уставъ отличается
характеромъ строгой нравственности и дисциплины. Особенное зна-
ченіе пріобрѣтаетъ обозъ, который, по боевому его устройству, можно
разсматривать, какъ своеобразный родъ оружія. Общія начала Гаека
получили самое широкое развитіе въ воинскомъ уставѣ геніальнаго
Жижки. Строгости Гаека достигаютъ у Жижки аскетической суро-
вости; въ уставѣ не забыто ничто могущее электризовать массу
и держать ее въ уздѣ. Со времени паденія древняго Рима въ вой-
скахъ не было примѣра такого строгаго порядка, дисциплины и
единства власти. Въ матеріальномъ отношеніи Жижка, между про-
чимъ, заботится о вооруженіи своего народа, а въ повозкахъ обоза—
даетъ ему новый видъ боевыхъ колесницъ, пригодныхъ для наступ-
ленія и обороны, маневрирующихъ по извѣстной системѣ съ удиви-
тельнымъ искусствомъ. Весь народъ получаетъ военную организа-
цію, дѣлясь на домашнюю и служащую части, которыя мѣняются.
Послѣ смерти Жижки слава чеховъ была такъ велика, что ихъ
охотно вербуютъ повсюду въ военную службу въ составѣ пѣхот-
ныхъ дружинъ. Подъ вліяніемъ столкновеній съ новыми народами
Г Л А В А VII.
85
(венгерцами, турками), которые располагали громадными массами
легкой кавалеріи, боевые пріемы гусситовъ нѣсколько измѣняются,
какъ это выразилось въ уставѣ Влчека Ченовскаго (1490 г.)
Огнестрѣльное оружіе употреблялось въ Богеміи уже во второй
половинѣ XIV ст. въ крѣпостной войнѣ, а съ 1423 и въ полевой;
артиллерія перевозилась земскими лошадьмп. Жижка замѣчателенъ
и какъ инженеръ, что видно отчасти даже изъ общаго вида его
боеваго порядка. Онъ умѣлъ также отлично укрѣплять свои
позиціи, искусство находившееся въ то время въ большомъ
упадкѣ. Противники Жижки, нѣмцы, могли при всей своей храб-
рости и воинственности противопоставить пылкимъ фанатизирован-
нымъ дружинамъ Жижки свое одностороннее феодальное военное
искусство, и если въ концѣ концовъ гусспты пали, то не столько
отъ оружія противника, сколько отъ своихъ внутреннихъ раздоровъ.
Для борьбы со страшнымъ противникомъ—нѣмцами—приходится уве-
личивать число наемныхъ войскъ и это влечетъ еще болѣе къ упадку
военнаго духа среди дворянскаго сословія. Правда городскія дру-
жины развиваются, получаютъ своихъ собственныхъ начальниковъ,
города вступаютъ въ обширные союзы, но всѣ эти милиціи дурно
дисциплинированы, плохо обучены, а въ наемныхъ городскихъ вой-
скахъ преобладаетъ кавалерія, которая была въ бою парализована
обозною крѣпостью гусситовъ, и тогда съ городской пѣхотой не
трудно уже было справиться.
Въ швейцарскихъ войнахъ столкнулась бургундская армія Карла
Смѣлаго съ народными ополченіями. Первая, по преобладающему
въ ней значенію кавалеріи, по разнородности состава, по способу
веденія боя представлялъ типъ феодальной арміи, но уже видоиз-
мѣнившійся подъ условіями новыхъ требованій. Такъ всѣ войска
Карла Бургундскаго оплачивались жалованьемъ. Далѣе лучшую часть
его арміи составляли наемныя, постоянно содержимыя на службѣ,
устроенныя по французскому образцу ордоннансовыя жандармскія
роты. [Существеннымъ отличіемъ ихъ отъ французскихъ было то,
что въ составъ кольевъ входила частью и пѣхота, въ чемъ нельзя
не видѣть постоянно возраставшаго значенія этого оружія. Карлъ
располагаетъ многочисленной артиллеріей. Частности организаціи
войскъ улучшаются, и армія получаетъ уже отчасти правильное
устройство.
Въ боевомъ порядкѣ пѣхота и артиллерія занимаютъ центръ и
составляютъ какъ-бы его основу; подготовительному метательному
86
ОКОНЧАТЕЛЬНОЕ ВОЗСТАНОВЛЕНІЕ ЗНАЧЕНІЯ ПѢХОТЫ.
бою какъ-бы отведено должное мѣсто. Но на самомъ дѣлѣ духъ,
традицій этой арміи, отношеніе въ ней различныхъ родовъ оружія,
способы дѣйствій—остаются прежніе; пѣхота, какъ и въ феодаль-
ныхъ ополченіяхъ, играетъ въ бою пассивную роль, а кавалерія ве-
детъ главное нападеніе. Если принять во вниманіе еще и отсутствіе
внутренней спайки въ этой разнородной арміи, отсутствіе общихъ
патріотическихъ интересовъ, то тогда понятны рѣшительныя побѣды,
одержанныя надъ гордымъ герцогомъ плотными, мужественными,
дисциплинированными массами швейцарцевъ.
Контингенты союзныхъ швейцарскихъ кантоновъ заключали въ
себѣ цвѣтъ всего населенія, какъ городовъ, такъ и сельскихъ об-
щинъ. Внутренняя организація этихъ пѣхотныхъ дружинъ была превос-
ходно обдумана, причемъ простой, сильный тѣломъ и нравственнымъ
духомъ крестьянинъ находилъ рядомъ отличную себѣ помощь въ ра-
сторопномъ, знающемъ дѣло горожанинѣ. Управленіе войсками было
устроено просто; дисциплина твердая и господство единоначалія, разъ
какъ война была объявлена. Швейцарская дружина представляла собою
дѣйствительно одно тѣло, воодушевленное общимъ, глубокимъ чув-
ствомъ патріотизма и мужественною рѣшимостью жертвовать собою
для дорогого отечества. При этихъ условіяхъ, а также при эволю-
ціонной ловкости швейцарцевъ, привычкѣ къ горамъ, они безъ
особеннаго труда нанесли рѣшительное пораженіе феодальной арміи
въ сраженіяхъ при Муртенѣ, Грансонѣ, Нанси и др. Стратегія и
тактика швейцарцевъ были просты какъ у древнихъ римлянъ:
искать противника по ближайшему направленію и бить его, не щадя
себя.
Кавалеріи, вслѣдствіе особенныхъ условій страны, швейцарцы
почти не имѣли вовсе и пользовались союзнической; артиллерія,
при тогдашней ея неподвижности и неспособности къ маневрирова-
нію, не могла играть существенной роли въ наступательныхъ сра-
женіяхъ швейцарцевъ.
Инженерное искусство со времени изобрѣтенія огнестрѣльнаго
оружія также медленно развивалось, какъ и усовершенствованіе ар-
тиллеріи. До конца XV столѣтія не было выработано какой либо
новой системы крѣпостей, а ограничивались стариннымъ начерта-
ніемъ, но съ нѣкоторыми исправленіями, вызванными успѣхами ар-
тиллеріи, особенно съ половины XV столѣтія, когда каменные снаряды
стали замѣнять чугунными, производившими большее разрушитель-
ное дѣйствіе и давшими возможность перейти къ орудіямъ меньшихъ
ГЛАВА VII.
87
калибровъ, болѣе прочнаго устройства, выдержавшими большіе за-
ряды. Атака крѣпостей производилась сначала прежними способами,
при слабомъ участіи артиллеріи, дѣйствовавшей преимущественно
по внутренности укрѣпленій и только съ усиленіемъ орудій и сна-
рядовъ оказалось возможнымъ производить бреши издали, а не не-
посредственно ручной работой, какъ прежде. Пониженіе профили
долговременныхъ укрѣпленій и нѣкоторые успѣхи въ устройствѣ
артиллеріи, были причиною постепеннаго исчезновенія прежнихъ
подступныхъ машинъ и замѣны ихъ траншейными ходами. 'Оборо-
няющійся начинаетъ постепенно пользоваться артиллеріей не только
съ крѣпостныхъ валовъ, но и при вылазкахъ. Къ концу изученнаго
періода съ успѣхомъ примѣняются пороховыя мины. Полевая фор-
тификація, вслѣдствіе условій веденія войны вообще и боя въ част-
ности, сдѣлала въ Средніе вѣка успѣхи даже меньшіе нежели дол-
говременная. Въ тѣхъ случаяхъ когда къ ней прибѣгали, однимъ
изъ важнѣйшихъ матеріаловъ для сооруженія верковъ было дере-
во,—матеріалъ вообще пригодный по ничтожному дѣйствію тог-
дашняго огнестрѣльнаго оружія.
Чаще всего встрѣчается укрѣпленіе лагерей; въ тѣхъ исключи-
тельныхъ случаяхъ когда укрѣпляли позиціи, возводимыя преграды
имѣли преимущественно видъ линій и состояли изъ засѣкъ, пали-
садовъ, валовъ и т. п.
Осада Орлеана англичанами въ 1428—1429 г.г. интересна, сов-
мѣщая въ себѣ пріемы стараго и новаго веденія крѣпостной войны.
Глава VIII.
Переходная эпоха отъ средневѣковаго къ но-
вому военному искусству. Господство наем-
никовъ. Ланцкнехты. Новая кавалерія. Воз-
рожденіе тактическаго искусства. Увлеченіе
огнестрѣльнымъ оружіемъ. Начало новой
фортификаціи.
Предъидущими изслѣдованіями мы подошли къ той эпохѣ въ ис-
торіи развитія военнаго искусства, которая извѣстна подъ назва-
ніемъ ^переходной*, и обнимаетъ собою во времени около полутора
столѣтія (конецъ XV все XVI и начало XVII до дѣйствій Густава
Адольфа въ Германіи). Въ области военнаго дѣла мы видимъ дѣй-
ствующими еще прежнія основныя условія, но наряду съ ними но-
выя начала пробиваютъ себѣ путь съ большимъ или меньшимъ ус-
пѣхомъ. Составъ армій измѣняется рѣзко; вмѣсто прежнихъ фео-
дальныхъ ополченій мы видимъ рѣшительное господство наемни-
ковъ (швейцарцы и ланцкнехты); вырабатывается общій типъ ли-
нейной пѣхоты; появляются разнообразные виды новой кавалеріи;
огнестрѣльное оружіе, особенно ручное, дѣлаетъ значительные ус-
пѣхи и распространяется съ поразительной быстротой; формы строя,
видъ боевыхъ порядковъ рѣзко измѣняются.... всѣ эти перемѣны
совершаются какъ подъ вліяніемъ причинъ, коренившихся непосре-
ственно въ государственныхъ, общественныхъ и военныхъ услові-
яхъ даннаго времени, такъ и подъ вліяніемъ знакомства съ преда-
ніями классическаго міра, который сдѣлался предметомъ тщатель-
наго изученія, удивленія и поклоненія.
Вліяніе классическихъ идей о военномъ устройствѣ и военномъ
искусствѣ отразилось на умахъ и воззрѣніяхъ лучшихъ людей эпохи*
Хотя духъ учрежденій древняго міра далеко не всегда былъ поня-
тенъ для дѣятелей эпохи «Возрожденія*, тѣмъ не менѣе много здра-
выхъ мыслей о военномъ дѣлѣ проникло въ сознаніе общества я
ГЛАВА VIII.
89
получило осуществленіе въ жизни именно указаннымъ путемъ. Ка-
ково было вліяніе классическаго міра на умы дѣятелей разсматри-
ваемой эпохи лучше всего указываетъ намъ примѣръ Маккіавели.
Не будучи военнымъ человѣкомъ, но руководимый своимъ прони-
цательнымъ умомъ, житейскою опытностью и знаніями почерпну-
тыми при изученіи учрежденій древней Греціи и Рима, Маккіавели
написалъ въ началѣ XVI ст. замѣчательное сочиненіе о «Военномъ
искусствѣ», въ которомъ указалъ, какъ недостатки военнаго ис-
кусства и устройства его времени, такъ и идеалы, заимствованные
изъ прошлаго, къ которымъ слѣдуетъ стремиться, приспособляя со-
временныя условія къ образцамъ выработаннымъ древнимъ міромч.;
поэтому изученіе соч. Маккіавели знакомитъ съ одной стороны съ
общимъ состояніемъ военнаго дѣлавъ его время, съ другой указы-
ваетъ то направленіе, которое, по мнѣнію передовыхъ людей эпохи,
слѣдовало дать развитію этого дѣла. Правда, Маккіавели писалъ въ
эпоху, когда въ Италіи господствовали на военномъ поприщѣ кон-
дотьеры, низвергшіе военное искусство, какъ мы видѣли выше, на
степень «позорныхъ фарсовъ». Въ другихъ странахъ оно находи-
лось на болѣе высокомъ и почетномъ уровнѣ.
Сочиненіе Маккіавели состоитъ изъ 7 книгъ; форма изложенія-
діалоги, или бесѣды, которыя ведутъ поочередно почетнѣйшіе граж-
дане Флоренціи съ Фабриціемъ Колонной—однимъ изъ лучшихъ
военачальниковъ этого времени; мнѣнія, выражаемыя Колонной, суть
именно тѣ, которыя принадлежатъ автору сочиненія. Остановим-
ся на важнѣйшихъ пзъ нихъ.
Маккіавели не предлагаетъ постоянныхъ армій; онъ доволь-
ствуется милиціями, собираемыми въ минуту надобности, но форми-
руемыми изъ вполнѣ обученныхъ гражданъ, подобно тому какъ это
было въ Греціи и республиканскомъ Римѣ. Набору подлежатъ всѣ»
граждане въ возрастѣ отъ 17 до 40 лѣтъ. Кавалерію онъ предпо-
лагаетъ формировать изъ городскихъ, а не изъ сельскихъ жителей,
въ чемъ ему образцомъ служатъ опять таки древніе, хотя нельзя
не замѣтить, что въ этомъ случаѣ онъ сталъ въ противорѣчія съ
условіями своего и послѣдующаго времени, когда сельскіе жители
сдѣлались, по своему быту, болѣе привычны къ обращенію съ ло-
шадьми, нежели городскіе. Маккіавели защитникъ небольшихъ ар-
мій, силою въ 24—30 т. человѣкъ; онъ полагаетъ, что такая ар-
мія будетъ вполнѣ самостоятельна и вмѣстѣ съ тѣмъ не затруднитъ
полководца продовольствіемъ войскъ. Имѣя армію указанной числи-
90
ПЕРЕХОДНАЯ ЭПОХА ВОЕННАГО ИСКУССТВА.
тельности главнокомандующій не можетъ быть вынужденъ сражать-
ся если онъ этого не желаетъ: если противникъ соберется въ зна-
чительныхъ силахъ, то, сохраняя боевую готовность, можно погу-
бить его, заставляя оставаться сосредоточеннымъ, если же онъ раз-
дѣлится, то можно разбить его по частямъ.
Маккіавели считаетъ пѣхоту основой могущества государства п
вовсе не придаетъ кавалеріи такого значенія, какъ его современ-
ники. «Кавалерію не должно цѣнить выше того, какъ ее цѣнили
древніе... Тѣ правительства, которыя обращаютъ болѣе вниманія
на кавалерію, нежели на пѣхоту, обнаруживаютъ несовершенство
своей военной системы и подвергаются всевозможнымъ злополучі-
ямъ... Безъ всякаго сомнѣнія должно имѣть кавалерію, но не глав-
нымъ, а вспомогательнымъ родомъ войскъ. Пѣхота, двигаясь по
гористымъ мѣстамъ, совершенно безопасна отъ стремительныхъ ка-
валерійскихъ нападеній; если же она дѣйствуетъ въ равнинахъ, то
почти всегда можетъ пользоваться для обороны небольшими лѣсами
и селеніями: всякій кустарникъ, всякій ровъ можетъ остановить
стремительность конницы; а виноградники и фруктовые сады, об-
несенные заборами, представляютъ ей непреодолимыя препятствія»
и т. д. Вообще онъ полагаетъ что кавалерія должна быть, сравни-
тельно съ пѣхотою, немногочисленна, но за то превосходнаго каче-
ства. Артиллеріи и вообще огнестрѣльному оружію, по его несо-
вершенству въ то время, Маккіавели не придавалъ большаго зна-
ченія. Въ своемъ сочиненіи онъ даетъ подробныя указанія отно-
сительно раздѣленія арміи на части, указываетъ различныя построе-
нія, правила для употребленія сигналовъ, которымъ придаетъ боль-
шое значеніе, и пр. Боевыя движенія авторъ разсматриваемаго со-
чиненія раздѣляетъ на два вида: движенія отдѣльнаго солдата въ
баталіонѣ и движенія баталіона въ общемъ расположеніи войскъ,
причемъ солдатъ твердо усвоившій первыя легко исполнитъ и вто-
рыя—отсюда важное значеніе одиночнаго обученія. По примѣру
древнихъ рекомендуется упражняться съ оружіемъ болѣе тяжелымъ
нежели боевое.
Походныя движенія проектируемой арміи Маккіавели совѣтуетъ
совершать не въ одной колоннѣ, а въ нѣсколькихъ параллельныхъ,
между которыми должна поддерживаться связь.
Бой Маккіавели считаетъ самымъ рѣшительнымъ средствомъ и
главною цѣлью на войнѣ, но при этомъ, вѣроятно, по причинѣ
несовершенства современныхъ ему войскъ, предпочитаетъ наступ-
ленію выжиданіе противника въ оборонительной позиціи.
ГЛАВА ѴШ.
91
Въ крѣпостяхъ, по его мнѣнію, не слѣдуетъ строить ни цита-
делей, ни редюитовъ, чтобы не ослаблять энергіи гарнизона при
защитѣ крѣпости и уничтожить всякую мысль о возможности убѣ-
жища въ этихъ закрытіяхъ.
Въ заключеніе Маккіавели даетъ сводъ важнѣйшихъ общихъ
правилъ или рядъ афоризмовъ, приводимыхъ нами въ выноскѣ.
Изученіе ихъ онъ считаетъ (80) весьма полезными. Слѣдуетъ,
впрочемъ, замѣтить, что многія изъ этихъ правилъ заимствованы
почти цѣликомъ у Вегеція *).
Маккіавели не былъ вполнѣ понятъ своими современниками и
его сочиненіе нашло должную оцѣнку лишь въ новѣйшее время.
*) 1) Все, что полезно вашему противнику, вамъ вредно и на оборотъ, все, что ему
вредно, можетъ клониться къ вашей пользѣ. 2) Чтобы избѣжать многихъ опасностей
и получить большую вѣроятность успѣха, необходимо возможно тщательнѣе наблюдать
за непріятелемъ и постоянно заниматься образованіемъ своихъ войскъ. 3) Не вводите
никогда въ дѣло своихъ войскъ, не обучивъ ихъ по надлежащему и не поселивъ въ
нихъ самоувѣренности; не вступайте въ бой, если они не увѣрены въ побѣдѣ. 4) Го-
раздо вѣрнѣе можно побѣдить врага голодомъ, нежели желѣзомъ; успѣхъ на войнѣ за-
виситъ бодѣе отъ счастья, нежели отъ храбрости. 5) Наилучшлми соображеніями по
всей справедливости должны считаться тѣ, которыя сохраняются въ тайнѣ до времени
ахъ исполненія. 6) Важнѣе всего въ военномъ дѣлѣ—умѣнье оцѣнить выгоднѣйшія
обстоятельства и не пропускать ихъ. 7) Храбрость не всегда бываетъ врожденною, но
преимущественно пріобрѣтается военнымъ образованіемъ и привычкою. 8) Дисциплина
важнѣе храбрости. 9) Весьма полезно переманить на свою сторону приверженцевъ про-
тивника, если только можно полагаться па ихъ вѣрность. 10) Располагая армію въ
боевой порядокъ, гораздо выгоднѣе оставить сзади первой линіи часть войскъ въ ре-
зервѣ, нежели употребить ихъ для увеличенія длины фронта. 11) Трудно побѣдить того,
кто умѣетъ оцѣнивать, какъ свои, такъ и непріятельскія силы. 12) На войнѣ мужество
войскъ важнѣе, нежели ихъ многочисленность; но всего болѣе оказываетъ вліянія на
успѣхъ дѣйствій умѣнье пользоваться мѣстностью. 13) Ничто такъ не устрашаетъ
войска, какъ предметы, поражающіе ихъ своею новостью и неожиданностью; поэтому,
ведя войну первый разъ противъ какой либо арміи, должно вводить войска въ стычки
прежде вступленія въ рѣшительный бой. 14) Кто преслѣдуетъ опрокинутаго противни-
ка, не сохраняя порядка въ собственныхъ войскахъ, тотъ добровольно уступаетъ врагу
побѣду. 15) Полководецъ, не заботящійся о продовольствіи своихъ войскъ, подвергается
несомнѣнному пораженію. 16) При выборѣ мѣста для боя необходимо обращать вни-
маніе на составъ и свойства различныхъ родовъ войскъ, какъ своей, такъ и непрія-
тельской арміи. 17) Совѣтуйтесь со многими: ввѣряйтесь взбраннымъ. 18) Полково-
децъ долженъ рѣшаться на сраженіе только въ случаѣ необходимости, либо тогда,
когда бой обѣщаетъ ему вѣрныя выгоды. 19) Для избѣжанія замѣшательства, не
должно въ продолженіи боя измѣнять безпрестанно назначенія частей войскъ. 20) Вой-
на требуетъ: солдатъ, оружія, денегъ и хлѣба. 21) Истинный воинъ не долженъ вы-
соко цѣнить ни вкусной пищи, ни богатой одежды.
92
ПЕРЕХОДНАЯ ЭПОХА ВОЕННАГО ИСКУССТВА.
Переходимъ къ очерку дѣйствительнаго состоянія военнаго искус-
ства въ разсматриваемую эпоху.
Пѣхота.
Успѣхи швейцарцевъ и гусситовъ въ такой мѣрѣ возвысили
значеніе тѣхъ и другихъ и подняли ихъ военную славу, что не-
только сосѣдніе владѣтели, но и отдаленные старались вербовать
для войны ихъ храбрыя дружины. Вскорѣ затѣмъ, какъ увидимъ,
пріобрѣли громкую извѣстность и согнали швейцарцевъ со сцены—
нѣмецкіе наемники: ланцкнехты (пѣхота) и рейтары (кавалерія).
Съ конца XV столѣтія наемники пріобрѣтаютъ рѣшительно господ-
ствующее значеніе въ составѣ вооруженныхъ силъ всѣхъ запално-
европейскихъ государствъ и сохраняютъ таковое въ теченіи продол-
жительнаго времени, несмотря на то, что Густавъ Адольфъ въ эпоху
тридцатилѣтней войны показалъ блестящій образецъ постоянной,
національной арміи.
Въ итальянскихъ войнахъ конца XV и начало XVI столѣтія
выработался типъ европейской пѣхоты: этому способствовало, во-
первыхъ, постепенно возраставшее значеніе этого рода оружія,
пріобрѣвшаго первостепенное боевое значеніе; во-вторыхъ, основный
характеръ дѣятельности наемниковъ, которые служили то той, то
другой сторонѣ; наконецъ характеръ самыхъ итальянскихъ войнъ,
сопровождавшихся разнородными и измѣнчивыми союзами, когда нѣ-
мецкій ланцкнехтъ сражался то рядомъ съ швейцарскимъ наемни-
комъ, съ испанцемъ или французомъ, то противъ того или другаго;
въ этихъ условіяхъ сглаживались постепенно рѣзкія національныя
различія, особенно когда, въ совокупности съ явленіями указаннаго
порядка, стали зарождаться начала теоріи военнаго дѣла, а изъ
пыли архивовъ блеснулъ лучъ животворныхъ понятій и идей клас-
сической старины. Первообразомъ новой пѣхоты, какъ мы уже
знаемъ, послужила гивегщарская.
Вербовка гивейцарскихъ дружинъ производилась сначала съ раз-
рѣшенія и подъ надзоромъ мѣстныхъ властей; такое дозволеніе скоро
стало пріобрѣтаться за деньги, богатые подарки и пенсіи. Высшія
власти тоже принимали въ вербовкѣ дѣятельное участіе: они услов-
ливались съ нанимателемъ о платѣ, которую онъ долженъ . былъ
давать своимъ войскамъ, сзывали, посредствомъ публикацій, людей
ГЛАВА VIII.
93
и назначали имъ изъ своей среды достойныхъ начальниковъ. Въ
этомъ порядкѣ коренились источники величайшей безнравственности
и растлѣнія. Явилась конкуренція между нанимателями, стремленіе
переманить людей къ себѣ обѣщаніемъ большей платы, особенныхъ
выгодъ, подарковъ властямъ, ихъ подкупъ, обманы и всевозможныя
постыдныя продѣлки; подъ вліяніемъ этихъ причинъ скоро заглохли
всѣ интересы и осталась только алчность къ деньгамъ (81). Само
собою разумѣется, что при такихъ условіяхъ военныя доблести не
могли долго сохраниться въ наемныхъ дружинахъ и ихъ слава на-
шла себѣ могилу на поляхъ Италіи въ борьбѣ съ ланцкнехтами и
испанцами.
Съ началомъ новыхъ вѣковъ нѣмецкое военное искусство начи-
наетъ быстро развиваться, благодаря императору Максимиліану I.
Сожалѣніе о прошедшихъ временахъ рыцарства не помѣшало ему
понять измѣнившейся обстановки и новыхъ требованій его времени.
Сознавая вполнѣ всѣ недостатки ленной военной системы, онъ ста-
рался парализовать ихъ хотя отчасти, сочетая эту систему съ наем-
кой войскъ; содержаемые имъ наемные дворянскіе отряды въ сово-
купности съ земскими ополченіями обезпечивали требованія внутрен-
ней обороны, но для внѣшнихъ предпріятій, ихъ было недостаточно,
а потому пришлось обратиться къ иному источнику формированія
войскъ. Вербовка въ Германіи, какъ и во многихъ другихъ странахъ
развилась довольно рано; военная служба сдѣлалась ремесломъ и
военное искусство приняло цеховой характеръ. Существовалъ особый
классъ людей: копейные бойцы (ГейегГесЫег) и мастера меча, ко-
торые обучали, за опредѣленную плату, каждаго, желавшаго из-
учить искусство колоть и рубить и выдавали соотвѣтствующія сви-
дѣтельства своимъ ученикамъ, молодымъ людямъ, которые тихой
трудовой домашней жизни предпочитали веселую лагерную жизнь
съ надеждами на богатую добычу. Эти наемники, не справлялись
о томъ за какое дѣло имъ приходилосъ сражаться, а шли къ тому
кто больше платилъ. Неуплата жалованья или роспускъ дружинъ
по домамъ сопровождались обыкновенно грабежами, насиліями и
всевозможными неистовствами. Эти искатели приключеній отлича-
лись также отвратительной нечистоплотностью, почему въ исторіи из-
вѣстны, между прочимъ, подъ ругательнымъ названіемъ «козловъ».
Пока наемныя дружины не находились въ тѣсной связи между со-
бою, до тѣхъ поръ съ ними еще можно было справиться; но они
стали страшными, когла сплотились постепенно въ товарищества,
94
ПЕРЕХОДНАЯ ЭПОХА ВОЕННАГО ИСКУССТВА.
съ круговой порукой, и стали не только производить грабежи п
разбои, но даже предписывать законы королямъ п возбуждать вражду
между ними. Такъ, въ сѣверной Германіи образовалась старая
гвардія, а въ южной—наемническія братства (ЗбІіпегЪгйсіегзсЬаГ-
іеп), которыя ввели у себя отдѣльное самостоятельное управленіе и обя-
зались защитой другъ друга. Эти братства, подъ начальствомъ одного
или нѣсколькихъ предводителей, образовали странствующія военныя
республики и дѣйствовали совершенно самостоятельно. Къ счастью
для общественныхъ интересовъ, наряду съ этими братствами, ком-
плектовавшимися преимущественно подонками общества, образовались
такія-же товарищества изъ дворянъ и вообще лучшаго класса лю-
дей, по причинамъ-ли обѣднѣнія или подъ вліяніемъ послѣднихъ
вспышекъ рыцарскаго духа. Такимъ образомъ разбойничьимъ шай-
камъ противопоставленъ былъ болѣе чистый, благородный элементъ,
содѣйствовавшій, сохраненію въ войскахъ рыцарскихъ преданій и
болѣе возвышенныхъ побужденій нежели инстинктъ грабежа и раз-
боя. Система наемныхъ войскъ въ Германіи получила особенное
развитіе при Максимиліанѣ I. Мы уже знаемъ, что этотъ государъ
сначала стремился исправить недостатки ленной системы пополне-
ніемъ ея наемными войсками, но устроенными на рыцарскій обра-
зецъ; между тѣмъ быстрое распространеніе огнестрѣльнаго оружія
въ связи съ другими обстоятельствами, выдвинули на первый планъ
пѣхоту и нечего было думать о рыцарствѣ; пришлось, напротивъ,
позаботиться о томъ чтобы обезпечить себя надежными пѣшими
войсками. Швейцарцы, служившіе и итальянцамъ и французамъ
(врагамъ имперіи) не представлялись для Максимиліана надежнымъ
источникомъ, а потому оставалось обратиться къ германскимъ наем-
никамъ: но при этомъ нужно было озаботиться о поднятіи духа и
доблести этихъ развращенныхъ войскъ. Первымъ шагомъ въ этомъ
направленіи было то, что въ пѣхоту стали вербовать не только
разныхъ авантюристовъ, но и дворянъ. Затѣмъ Максимпліанъ по-
старался ввести въ наемныхъ дружинахъ рыцарскіе обычаи и по-
рядки, для чего учредилъ орденъ ланцкнехтовъ. Составъ ланцкяехт-
скихъ дружинъ былъ принятъ на подобіе наемныхъ конныхъ ры-
царскихъ отрядовъ Максимиліана, такъ называемыхъ кириссовъ
(Кугіззег); а именно въ новой пѣхотѣ подобно рыцарямъ кавалеріи
дворяне, ратники двойнаго оклада (ПорреІзбМпег), образовали кадръ
своихъ частей; они обязаны были (подобно кириссамъ) сами вы-
ставлять обученныхъ пѣшихъ воиновъ, которые въ боевомъ по-
ГЛАВА VIII.
95
рядкѣ строились за ними, какъ всадники за кириссами; названіе
свое (существовавшее въ Германіи еще раньше), ланцкнехты полу-
чили отъ пикъ (Ьапге), которыми были вооружены; званіе ихъ было
такъ почетно, что самъ Максимиліанъ считалъ себя старшимъ между
ними и появлялся часто въ рядахъ ихъ простымъ ланцкнехтомъ съ
пикою на плечѣ. Время учрежденія ланцкнехтовъ можетъ быть
отнесено къ 1488 году, а способъ и пріемы формированія новыхъ
войскъ показываютъ, что идея лежащая въ основаніи ихъ устрой-
ства родилась въ умѣ главы послѣднихъ рьтцарей. Въ началѣ сво-
его существованія новое учрежденіе оправдало надежды своего
основателя и дружины покрыли себя славой, но вскорѣ оно пришло
въ упадокъ. Система наемныхъ войскъ успѣла уже пустить глубо-
кіе корни и различные классы общества настолько отвыкли отъ
военной службы, что дворянамъ—воинамъ трудно было нанимать
ратниковъ въ средѣ своихъ подданныхъ и приходилось вербовать
ихъ по старому обычаю, почему прежняя система болѣе или менѣе
опять возобновилась; авторитетъ дворянъ, при этомъ, упалъ; они
сдѣлались только старшими товарищами своихъ сослуживцевъ и
наемныя дружины приняли прежній характеръ. Во всякомъ случаѣ
ланцкнехты, явившіеся дѣятелями на поляхъ сраженій всего XVI
столѣтія имѣли очень мало общаго съ максимпліановскими ланцкнех-
тами (82).
Способъ набора ланцкнехтовъ, развившійся послѣ Максимиліана
заключался въ слѣдующемъ. Военачальникъ, желавшій собрать
войска, посылалъ какому нибудь извѣстному воину патентъ на
должность командира пѣхотнаго или кавалерійскаго полка. Въ па-
тентѣ опредѣлялись: число ротъ въ полку, ихъ составъ и числи-
тельность. О платѣ уговаривались ранѣе, причемъ деньги для начала
вербовки выплачивались полковнику или немедленно или, по уго-
вору, впослѣдствіи. Послѣ того полковникъ обращался къ прежнимъ
своимъ сослуживцамъ, пригоднымъ для дѣла, и предлагалъ имъ роты
въ своемъ полку. Принявшіе предложеніе, сперва формировали свой
штабъ, а затѣмъ въ извѣстныхъ, знакомыхъ имъ пунктахъ, во
время церковныхъ празднествъ или ярмарокъ, объявлялся походъ
и вербовка, для чего тамъ-же разставлялся вербовочный столъ.
Желавшій завербоваться, подходилъ къ столу объявлялъ свое имя,
указывалъ съ какимъ оружіемъ можетъ явиться, и, если оказывался
годнымъ, то принимался, въ знакъ, чего ему выдавалась задаточ-
ная сумма денегъ и объявлялось, когда онъ долженъ явиться, въ
96
ПЕРЕХОДНАЯ ЭПОХА ВОЕННАГО ИСКУССТВА.
условленномъ вооруженіи, на сборный пунктъ полка, гдѣ произво-
дился смотръ. Сначала вербовка производилась разборчиво, прини-
мались только свободные, имѣвшіе нѣкоторыя средства люди, такъ
что поступали на службу преимущественно жители городовъ и сво-
бодныхъ крестьянскихъ общинъ, но потомъ составъ ланцкнехтовъ
значительно ухудшился и вербовались безъ разбора бѣглые крѣ-
постные, разные авантюристы и т. п-
Въ назначенный день собравшіеся завербованные люди осма-
тривались особымъ, назначеннымъ военачальникомъ, инспекторомъ
("Мизіегііегг) съ нѣсколькими писарями. Каждый капитанъ (Наирі-
юапп) долженъ былъ пропустить передъ инспектирующими, сидѣв-
шими за столомъ, черезъ ворота, устроенныя пзъ пикъ, всѣхъ лю-
дей своей роты по одиночкѣ. Инспектирующіе дѣлали провѣрку по
списку, представленному капитаномъ, смотрѣли, чтобы не было лю-
дей негодныхъ къ службѣ и убѣждались, выдано-ли двойное жа-
лованье, назначенное военачальникомъ тѣмъ людямъ ротъ, которые
заслужили его хорошимъ снаряженіемъ (особенно предохранитель-
нымъ оружіемъ), боевымъ опытомъ и пр. По окончаніи инспектор-
скаго смотра полковникъ принималъ свой полкъ, собиралъ его въ
кругъ, убѣждалъ служить честно, вѣрно и добросовѣстно и затѣмъ
приказывалъ прочесть, такъ называемый АгНкеІзЪгій*. Это былъ
сводъ правилъ, составлявшійся повсюду по одной формѣ (установ-
ленной еще Максимиліаномъ) и съ одинаковымъ, за мелкими исклю-
ченіями, содержаніемъ. Эти правила представляютъ собою нѣчто въ
родѣ договора между начальникомъ и полкомъ, причемъ первый
скрѣплялъ его своею подписью и печатью, а солдаты — присягою,
которую полковникъ принималъ отъ нихъ въ присутствіи инспек-
тора (83). Послѣ того роты расходились, каждый капитанъ здоро-
вался со своею ротою, представляя?, ей должностныхъ лицъ: пору-
чика, фенриха (знаменщика) п фельдфебеля, затѣмъ приказывалъ
выбрать унтеръ-офицеровъ (ОешеіівѵеЬеІ) и присяжныхъ судей, о
которыхъ будетъ сказано далѣе; наконецъ люди дѣлились на ряды
или капральства (іп Войеп) въ 10 человѣкъ, каждое изъ которыхъ
выбирало капральнаго (ВоМтеізіег). Ланцкнехты, подобно швейцар-
цамъ, вносили въ рогы и полки свои обычаи и свое самоуправленіе;
отношенія въ войскахъ существовали договорныя, причемъ права
ланцкнехтовъ поддерживались всѣми начальниками, въ томъ числѣ
и офицерами, которые смотрѣли на свое званіе, какъ на должность,
ГЛАВА Ѵ’П.
97
исполняемую ими съ одной стороны по порученію военачальника,
а съ другой—ланцкнехтовъ (84) *).
Во Франціи недостатокъ хорошей пѣхоты чувствовался весьма
сильно и принимались частныя мѣры къ ея возстановленію, но,
вообще говоря, онѣ не принесли желаемыхъ результатовъ, вслѣд-
ствіе отчасти недовѣрія къ вооруженному народу, а отчасти по
причинѣ противодѣйствія правительственнымъ цѣлямъ въ этомъ
дѣлѣ со стороны феодальнаго дворянства. А между тѣмъ важное
значеніе этого главнаго рода оружія не могло не быть замѣченнымъ;
въ такомъ предположеніи убѣждаетъ напримѣръ ордоннансъ 1484
года, имѣвшій въ виду возстановленіе вольныхъ стрѣлковъ, этого
важнаго по идеѣ, но пришедшаго совершенно въ упадокъ учрежде-
нія; между прочимъ тамъ встрѣчается замѣчаніе, что «кавалерія не
можетъ легко выполнить крупныхъ предпріятій безъ помощи пѣ-
хоты >. Но и этотъ ордоннансъ не имѣлъ успѣха, по всей вѣроят-
ности потому, что набирать вольныхъ стрѣлковъ приказано было
только изъ среды мелкой буржуазія (85). Поэтому французскіе ко-
роли обращались обыкновенно къ помощи наемной пѣхоты, т. е.
къ швейцарцамъ, ланцкнехтамъ, бандамъ авантюрьеровъ и пр.
Таковъ былъ составъ французской пѣхоты въ итальянскія воины.
•) Кромѣ строевыхъ чиновъ при частяхъ ланцкпехтовъ имѣлся еще значительный
не боевой и даже не военный элементъ, гнѣздившійся въ «обозѣ», состоявшемъ изъ
торговцевъ, барышниковъ, кочующихъ поваровъ, конюховъ, погоныциковъ, маркитан-
товъ, солдатскихъ женъ, представлявшихъ въ этихъ военныхъ республикахъ стран-
ствующій семейный элементъ. Кромѣ того въ обозѣ было еще значительное количество
публичныхъ женщинъ и мальчиковъ-прислужниковъ, извѣстныхъ подъ именемъ «него-
дяевъ и блудницъ» «Нигеп ППСІ ВиЬеп*. Не смотря на свое названіе, «блудницы
и негодяи» во многихъ отношеніяхъ были полезны войскамъ. Они мыли, чпстплп, варили,
Таскали провизію, а также ухаживали за больными; обозъ принималъ къ себѣ ране-
ныхъ, а также хранилъ солдатское имущество и вообще весь ненужный въ данное
время матеріалъ. Въ видахъ той пользы, которую приносилъ обозъ этимъ самоуправ-
лявшимся, странствовавшимъ военнымъ республикамъ, ланцкнехты обязывались защи-
щать его, предупреждать возможныя столкновенія сосредоточенныхъ тамъ разнородныхъ
элементовъ и поддерживать вообще порядокъ. Лицо па которомъ спеціально лежали эти
обязанности называлось сфельдфебелемь блудницъ» (НигѳпѵѵаіЬеІй), что. впрочемъ,
нисколько не уменьшало его достоинства. Онъ былъ командиромъ обоза и облеченъ со-
отвѣтственными полномочіями; между прочимъ онъ долженъ былъ такъ вести обозъ,
чтобы послѣдній не мѣшалъ сражающимся; когда лагерь трогался, упомянутый фельд-
фебель, не дозволялъ обозу разъѣзжаться, обгонять войска и проч. Нѣкоторые требо-
вали даже такого устройства и правилъ для обоза, чтобы онъ, въ случаѣ нападенія,
защищался самъ, тѣми элементами, которые въ немъ находились, безъ помощи
войскъ (84).
7
98
ПЕРЕХОДНАЯ ЭПОХА ВОЕННАГО ИСКУССТВА.
Разумѣется иноземные наемники не представляли такого надежнаго
орудія, какъ національныя войска; кромѣ того они дорого обходи-
лись и притязанія ихъ возрастали съ увеличеніемъ трудности пред-
пріятія; такъ, напримѣръ, въ 1507 году швейцарцы отказались
штурмовать крѣпость, говоря, что они нанимались сражаться въ
открытомъ полѣ, а не взбираться на утесы (86). Борьба Франсуа 1
съ Карломъ V привела французскаго короля къ сознанію совер-
шенной необходимости созданія національной пѣхоты. При этомъ,
живя умственно въ мірѣ идей классической древности, Франсуа за-
думалъ устроить пѣхоту по «римскому образцу», хотя въ концѣ
концовъ въ этомъ учрежденіи римскимъ оказалось только одно на-
званіе. Эдиктомъ 14-го іюля 1534 года предписывалось сформиро-
вать семь областныхъ легіоновъ, числительностью въ 6000 челов.
каждый *).
Легіонъ состоялъ изъ 6 когортъ, по 200 аркебузеровъ и 800
иикинеровъ или аллебардистовъ въ каждой. Офицеры—уроженцы
однихъ провинцій съ легіонерами. Одинъ изъ шести капитановъ,
кромѣ своей когорты командовалъ и легіономъ; король оставлялъ
за собою право назначать легіону высшаго начальника или полков-
ника. Въ сущности учрежденіе легіоновъ было не болѣе какъ воз-
становленіемъ въ новой формѣ прежнихъ вольныхъ стрѣлковъ. Наборъ
легіонеровъ производился не изъ числа охотниковъ, какъ въ кон-
ныхъ ордоннансовыхъ ротахъ, а по церковнымъ приходамъ, про-
порціонально населенію, причемъ муниципальныя управленія выби.
рали людей въ составъ контингента легіоновъ; легіоны не содержа-
лись постоянно на службѣ (хотя обязывались упражняться въ мир-
ное время), — имѣлись только небольшіе кадры; зачисленные
на службу частью освобождались отъ налоговъ и обмундировыва-
лись на счетъ приходовъ, кромѣ того онп получали и денежное
содержаніе. Легіонеры комплектовались изъ низшаго слоя общества,
а между тѣмъ ничего не было сдѣлано для развитія военнаго духа
народа; поэтому легіонеры представляются совершенію несвѣдущими
въ военномъ дѣлѣ крестьянами, не имѣющими никакого навыка
во владѣніи оружіемъ, которое по политическимъ причинамъ, опа-
сались даже давать имъ слишкомъ часто въ руки; крѣпостное раб-
*) Одинъ легіонъ долженъ быть набранъ въ Нормандіи, другой въ Бретани, третій
въ Пикардіи, четвертый ьъ Лангедокѣ, пятый въ Гіеннѣ, шестой въ Бургонѣ, Шам-
ланьи и Нивернэ, наконецъ седьмой въ Дофинэ, Овэрни и .Ііоннэ.
ГЛАВ А VII.
99
ство заглушало въ нпхъ военныя доблести, а непривычная свобода
на войнѣ совершенно ихъ разнуздывала и дѣлала неспособными
къ повиновенію и строгой дисциплинѣ (87); вотъ почему француз-
скіе короли охотнѣе обращались къ бандамъ авантюрьеровъ. Впро-
чемъ Генрихъ II ордоннансомъ 1558 г. пытается еще разъ возста-
новить легіоны, которыхъ предполагалось сформировать семь. Ле-
гіонъ силою въ 6000 чел. дѣлился на 15 ротъ, по 400 чел. каж-
дая. И эта организація не дала хорошихъ результатовъ; скоро ле-
гіоны сходятъ окончательно со сцены (88).
Несравненно лучшими боевыми качествами отличались француз-
скія наемныя банды, какъ это видно напримѣръ въ кампанію 1512,
когда они со славой дѣйствовали подъ начальствомъ Гастона де-Фуа.
Наборъ ихъ производился при посредствѣ капитановъ, въ распоря-
женіе которыхъ отпускались всѣ необходимыя суммы. Сообразно дѣ-
ленію страны на четыре военныхъ округа, банды группировались
также по слѣдующимъ названіямъ: Пикардіп и Шампаньи (сѣвер-
ныя и восточныя), Гіэнни и Пьемонта (южныя). При удовлетвори-
тельныхъ боевыхъ качествахъ этп банды пользовались въ нрав-
ственномъ отношеніи печальной репутаціей. По словамъ Брантома,
за небольшими исключеніями это были все «нищіе и висѣльники»
(89). Числительность бандъ была различна (въ зависимости отъ
славы, достоинствъ капптана и пр.) и простиралась отъ 100 до
1000 и даже до 2000 чел. Въ 1569 году во Франціи окончательно
устанавливается система дѣленія пѣхоты на полки (отъ ге^іетепі—
управленіе), въ составъ которыхъ постепенно поступили банды аван-
тюрьеровъ (90).
Въ Испаніи истиннымъ творцомъ новой пѣхоты былъ «великій
капитанъ'» Гонзальвъ Кордуанскій. Продолжительная борьба съ мав-
рами и внутреннія неустройства поддерживали въ народѣ военный
духъ и любовь къ военному дѣлу; вслѣдствіе чего правительство
имѣло въ изобиліи подходящій матеріалъ и принимало соотвѣтствую-
щія мѣры для организаціи войскъ. По мнѣнію Гонзальва Кордуан-
скаго всѣ граждане, способные носить оружіе, должны быть обязаны
воейной службой. Всѣ люди, подлежащіе конскрипціи и записанные
въ войска, не должны получать въ мирное время никакой платы,
но быть совершенно готовыми вступить въ ряды арміи въ случаѣ
пхъ призыва. Въ праздничные дни, всѣ обязанные службой, соби-
раются подъ начальствомъ своихъ капраловъ и капитановъ, въ
центральныхъ пунктахъ, для воинскихъ упражненій. Въ войска
7’
100
ПЕРЕХОДНАЯ ЭПОХА ВОЕННАГО ИСКУССТВА.
набираются люди въ возрастѣ отъ 17 до 40 лѣтъ. Въ организаціи
войскъ малыя части предпочитаются большимъ (91). Наибольшую
славу п окончательное устройство испанская пѣхота получила въ
Италіи, когда Гонзальвъ былъ отправленъ туда съ арміей Ферди-
нандомъ Католическимъ. Въ то время какъ у швейцарцевъ и нѣм-
цевъ элементы пѣхоты постоянно ухудшались, у пспанцевъ замѣ-
чается обратное явленіе.
Испанская армія въ Италіи должна была сражаться вдали отъ
родины, почему охотниковъ для поступленія туда не находилось;
пришлось брать людей насильственно и довольствоваться тѣмъ, что
удавалось захватить, въ томъ числѣ нпщимп, бродягами и т п. Но
тутъ проявились разсудительность и серьезный складъ характера
испанцевъ. Попавши въ войска, люди самой сомнительной репута-
ціи старались отличиться. Вдали отъ родины, между полюбившимъ
ихъ народомъ, они крѣпко держались другъ друга, заключали не-
большія товарищества] члены такого братства никогда не покида-
ли другъ друга, а общая связь между ними поддерживалась послу-
шаніемъ, оказываемымъ унтеръ-офицерамъ, умѣвшимъ пріобрѣсти
общее уваженіе подчиненныхъ. Скоро п бѣдное дворянство стало
охотно поступать въ пѣхоту не только офицерами, но и нижними
чинами, если только товарищество удостоивало ихъ принятіемъ въ
свою среду. Испанцы прославились тогда своею храбростью, выно-
сливостью, проворствомъ и искусствомъ въ бою; а разумная система
денежныхъ вознагражденій за выдающіеся подвиги, служила побуж-
деніемъ къ отличіямъ. При всѣхъ этихъ свойствахъ, испанцы нико-
гда не умѣли пріобрѣсти расположенія тѣхъ жителей, среди кото-
рыхъ вели войну. Объясняется это, во-первыхъ, ихъ замкнутостью
п сдержанностью, а во-вторыхъ тѣмъ, что, воюя далеко отъ роди-
ны и не получая исправно жалованья, они изобрѣли раскварти-
рованіе съ довольствіемъ отъ жителей. На каждаго офицера или
солдата назначалось нѣсколько дворовъ, изъ которыхъ одинъ да-
валъ квартиру и продовольствіе, другой платилъ жалованье и пр.
Скоро французы и нѣмцы усвоили себѣ это изобрѣтеніе и старались
превзойти другъ друга безжалостностью его практическаго примѣ-
ненія. Система эта, конечно, должна была повести за собою вели-
чайшія злоупотребленія и возмущать народъ, который къ этому не
привыкъ (92).
На востокѣ заслуживаетъ полнаго вниманія корпусъ постоянной
турецкой пѣхоты—знаменитые янычары.
ГЛАВА VIII.
101
Во времена Османа (основателя Турецкой имперіи) и его отца,
Эртогрула, всѣ мусульмане, способные носить оружіе, призывались
на войну, какъ только въ этомъ встрѣчалась надобность; затѣмъ
по окончаніи кампаніи армія расходилась по домамъ. Кромѣ того
при султанѣ существовало нѣчто въ родѣ постоянной гвардіи. Съ
помощью этихъ силъ турки завоевали многочисленныя земли. Тѣмъ
не менѣе, при Орханѣ, наслѣдникѣ Османа, владѣнія турокъ еще
болѣе расширились и потому, за трудностью быстро собирать во-
лонтеровъ съ отдаленныхъ странъ и для болѣе прочнаго обезпече-
нія спокойствія и цѣлости государства, необходимо было болѣе пра-
вильно устроить вооруженныя силы. Братъ Орхана Ала-Эддинъ,
предложилъ мѣры по реорганизаціи войскъ, въ чемъ былъ поддер-
жанъ Чандарли Халилемъ, на котораго впослѣдствіи возложено бы-
ло осуществить разработанный проэктъ. Новыя войска организова-
ны были на началахъ найма (элюфе). Каждому изъ завербованныхъ
опредѣленъ былъ размѣръ ежедневной платы, но только въ военное
время; въ мирное-же они получали земельные участки; войска эти
извѣстны подъ именемъ лайя или пеяде (пѣхотинецъ). Новая пѣ-
хота, впрочемъ, не пріобрѣла расположенія султана, благодаря сво-
ему поведенію, оправдываемому, съ другой—стороны, неакуратной
уплатой жалованья. Тогда одинъ изъ уважаемыхъ кади (судья),
Чандерли Кара-Халиль, предложилъ организовать новую пѣхоту на
иныхъ началахъ, а именно собирать съ христіанъ подданныхъ сул-
тана тысячу мальчиковъ и, воспитавъ ихъ въ мусульманскихъ нра-
вахъ и религіи, создать изъ нихъ новое правильно пополняемое
войско. Такая мѣра, съ одной стороны, увеличивала вооруженныя
средства государства, а съ другой—умножала число мусульманъ.
Новая пѣхота, названная янычарами (іени-чери), размѣщалась въ
казармахъ и люди получала ежедневную денежную плату (которая
измѣнялась въ зависимости отъ заслугъ и отличій) и продоволь-
ствіе *).
*) Названіе «янычары> дано при слѣдующихъ обстоятельствахъ. Султанъ Орханъ,
находясь у «снятаго* Хаджи-Бекташа, въ окрестностяхъ Амассіи, просилъ его благо-
словить новыя войска; Хаджи приказалъ привести къ себѣ одною изъ солдатъ и, воз-
ложивъ руки на его голову, такъ, что широкій рукавъ покрывалъ весь затылокъ бла-
гословляемаго и спину до таліи, произнесъ: «да называются эти новые воины іени-
черами (новыми молодцами): дай Богъ, чтобы лицо ихъ было всегда бѣлымъ, руки
мощными, сабли острыми, стрѣлы смертельными, а они сами побѣдоносными». Къ
головному убору янычаръ придѣлывался висящій кусокъ сукна, на подобіе рукава
хаджи.
102
ПЕРЕХОДНАЯ ЭПОХА ВОЕННАГО ИСКУССТВА.
Правила, касательно устройства новыхъ войскъ изложены въ
особомъ уставѣ девшгірме (наборъ войскъ). Учрежденіе первой наем-
ной пѣхоты относится къ 1326 году, а янычаръ приблизительно къ
1330—такимъ образомъ Турція опередила прочія европейскія го-
сударства въ устройствѣ постоянныхъ войскъ. Корпусъ янычаровъ,
въ высшемъ административномъ смыслѣ, на подобіе другихъ частей
турецкой арміи, образовалъ такъ называемый аджакъ; аджакъ дѣ-
лился на орты и оды\ орта представляетъ нѣчто въ родѣ такти-
ческой единицы измѣнчивой числительности (обыкновенно отъ 100 до
500 чел., хотя бывали орты въ 1000 и даже до 2000 чел.); одой-
же называлось собственно мѣсто, въ которомъ обитала орта. Всѣхъ
ортъ было до 165, а потомъ до 196. Общая числительность кор-
пуса янычаръ весьма часто измѣнялась въ смыслѣ преимуществен-
но увеличенія; такъ въ первой четверти XVI ст. она простиралась
до 12 т. чел., а въ концѣ этого столѣтія до 48 т., въ слѣдую-
щемъ столѣтіи до 70 т., въ XVIII—до 80, а въ XIX до 110—140
т. Какъ упомянуто выше сначала набрано было для образованія
янычаръ 1000 ч. и затѣмъ собирали для укомплектованія ихъ
столько сколько оказывалось нужнымъ. Мурадъ I вмѣсто слѣдуемой ему
по корану Ѵ5 военной добычи бралъ мальчиками. При Мурадѣ II ихъ
стали отправлять для обученія турецкому языку и религіознаго
образованія въ Малую Азію, а затѣмъ, на корабельныхъ верфяхъ
въ Галиполи, пріучали къ тяжелымъ работамъ, послѣ чего только
они становились янычарами. Числительность собираемыхъ молодыхъ
людей постепенно увеличивалась, причемъ явилось много охотни-
ковъ къ добровольному поступленію въ этотъ корпусъ, пользовав-
шійся блистательной боевой славой, отличнымъ содержаніемъ и
помѣщеніемъ. Сами турки часто подставляли своихъ дѣтей вмѣсто христі-
анскихъ, такъ что въ концѣ XVI ст. въ подготовительной школѣ
было меньше христіанъ чѣмъ турокъ. Молодой янычаръ поступалъ
въ качествѣ прислуживающаго сотоварища къ тому изъ янычаръ,
который желалъ его имѣть; безусловное, молчаливое послушаніе
считалось первой обязанностью. За ослушаніе, опущеніе по служ-
бѣ, ночную отлучку изъ казармъ назначались жестокія наказанія
(палочные удары); за болѣе крупные проступки и преступленія
взыскивалось, конечно, еще строже. Янычары называли себя
братьями и оскорбленіе одного изъ нихъ считалось оскорбленіемъ
ГЛАВА ѴШ.
103
всего корпуса. Преданность султану составляла ихъ гордость; онъ
былъ ихъ отцомъ, а они ему дѣтьми *).
Вооруженіе янычаръ состояло изъ лука со стрѣлами и корот-
кой сабли; нѣкоторые кромѣ того носили за поясомъ ятаганъ и
топоръ для рубкп дровъ. Въ первой половинѣ XVI ст. янычары
были вооружены аркебузами, а луки оставлены только особому
отряду изъ заслуженныхъ ветерановъ, несшихъ почетную службу.
Главной причиной паденія янычаровъ было зачисленіе . въ этотъ
корпусъ дѣтей мусульманъ. Попадая въ строй по протекціи, они
гораздо менѣе были подготовлены къ тягостямъ военной службы,
менѣе строго воспитаны въ воинскихъ доблестяхъ, не отличались
такой беззавѣтной преданностью султану, какъ прежніе яныча-
ры. Кромѣ того многіе изъ нихъ стали жпть внѣ казармъ, зани-
маться ремеслами, а въ началѣ XVI ст. нѣкоторые уже вступаютъ
въ бракъ, и это нарушеніе одного изъ основныхъ законовъ стано-
вится столь частымъ, что въ 1580 г. уже всѣмъ янычарамъ раз-
рѣшено было обзаводитться семьей. Тогда зачисленіе въ корпусъ
сдѣлалось наслѣдственнымъ, причемъ молодые люди стали прене-
брегать почти всякой предварительной военной подготовкой; мѣста
стали отдаваться по протекціи или за деньги; среди янычаръ
упалъ духъ товарищества, явились партіи и раздоры совершенно
почти истребившіе военные доблести нѣкогда знаменитаго, повсю-
ду грознаго и побѣдоноснаго войска (93).
Слѣдуетъ еще упомянуть, что въ Россіи первый опытъ устрой-
ства постоянной пѣхоты сдѣланъ былъ Иваномъ IV учрежденіемъ
стрѣльцовъ (около 1550 г.); съ этой цѣлью были набраны вольные
люди, не состоявшіе въ тяглѣ, изъ жителей уѣздовъ и горо-
довъ и записаны лично и съ семействами на службу безсмѣнно до
конца жизни или до увольненія по неспособности. Стрѣльцы были
*) Основные законы янычаръ формулируются въ слѣдующихъ положеніяхъ:
1) безусловное послушаніе начальникамъ, 2) полное согласіе и единство между всѣмн
янычарами. 3) пренебреженіе всякими предметами роскоши и прихоти; предпочтеніе
простоты, 4) строгое слѣдованіе предписаніямъ хаджи Бекташа и правиламъ ислама,
5) принятіе въ среду янычаровъ только лицъ указанныхъ въ девширме, 6} исполне-
ніе смертной казни надъ янычарами но особымъ правиламъ, 7) повышеніе въ чинахъ
по старшинству, 8) наложеніе взысканій на янычаръ составляетъ исключительное пра-
во только ихъ собственныхъ начальниковъ, 9) увольненіе въ отставку неспособныхъ и
увѣчныхъ, 10) обязательное бритье бороды, 11) воспрещеніе жениться, 12) воспреще-
ніе отлучки изъ казармъ, 13) воспрещеніе заниматься ремеслами; упражненія въ
военномъ искусствѣ.
104
ПЕРЕХОДНАЯ ЭПОХА ВОЕННАГО ИСКУССТВА.
не только пѣшіе, но и конные; они въ мирное время поселены
были въ Москвѣ п другихъ городахъ, гдѣ исполняли гарнизонную
и полицейскую службу, а въ военное время присоединялись къ
прочимъ войскамъ. Каждый изъ стрѣльцовъ получалъ отъ казны
землю и выстроенный домъ, гдѣ онъ жилъ съ семействомъ и могъ
заниматься разными промыслами, при чемъ освобождался отъ пода-
тей и натуральныхъ повинностей (если торговалъ на сумму свыше
50 р.). Кромѣ того стрѣльцы получали денежное жалованье и про-
віантъ, а въ случаѣ войны подводы или деньги на подъемъ; благо-
даря этимъ преимуществамъ охотниковъ записываться въ стрѣльцы
всегда было достаточно и потому начальники принимали только
такихъ за которыхъ представляли круговую поруку старые стрѣль-
цы. Стрѣльцы дѣлились на московскихъ (пользовавшихся большими
преимуществами) и городовыхъ; а тѣ и другіе на полки, сотни,
пятидесятки.
Числительность полковъ была въ 1200 ч. и менѣе (94)- По
свидѣтельству иностранныхъ писателей въ концѣ XVI ст. пѣшихъ
стрѣльцовъ было всего около 10.000 чел. (95). Эта замѣчательная
мѣра не дала всего того, чего можно было отъ нея ожидать, такъ
какъ войска не получали правильнаго и систематическаго образо-
ванія, не могли быть обезпечены назначеніемъ свѣдущихъ началь-
никовъ и назначались преимущественно для внутренней, а не для
внѣшней службы.
Изложенное выше показываетъ, что въ концѣ XV и началѣ
ХѴ’І столѣтій почти во всѣхъ европейскихъ государствахъ появляется
могущественная болѣе пли менѣе правильно устроенная пѣхота, ко-
торая, какъ уже намъ извѣстно п какъ увидимъ ниже, постепенно
заняла первую боевую роль на поляхъ сраженій. Новая пѣхота не
была еще, впрочемъ, національной въ полномъ значеніи этого слова;
она не могла служить выраженіемъ военнаго могущества страны, за
которую сражалась, такъ какъ лучшіе ея представители—швейцарцы и
ланцкнехты—были наемниками, предлагавшими свой мечъ тому, кто
дороже платилъ; что-же касается янычаровъ, то комплектованіе этой
пѣхоты было основано на исключительныхъ началахъ, которыя ни-
когда не могли найти примѣненія въ прочихъ европейскихъ госу-
дарствахъ. Причины господства наемниковъ въ разсматриваемую
эпоху были слѣдующія: 1) далеко не всѣ государства могли выста-
вить сразу достойную боевую пѣхоту; глубокій упадокъ ея значе-
нія въ Средніе вѣка, обусловливался главнымъ образомъ соціальными
ГЛАВА VIII.
105
причинами, общественнымъ складомъ европейскихъ государствъ, а
потому и возрожденіе пѣхоты должно было идти рука объ руку съ
измѣненіемъ указанныхъ условій; такимъ образомъ организація хо-
рошихъ пѣхотныхъ войскъ представлялась частнымъ явленіемъ, ко-
торое различные владѣтели, конечно, стремились эксплоатировать,
при надобности, въ свою пользу, нанимая прославившихся швейцар-
цевъ, ланцкнехтовъ и пр.; 2) никто почти изъ владѣтелей, за исклю-
ченіемъ императора Максимиліана, не обладалъ достаточными сред-
ствами, умѣньемъ, настойчивостью и пр. необходимыми для созданія
своей собственной, хорошей, національной пѣхоты; 3) многіе госу-
дари и феодальные владѣльцы не доверяли народу и съ опасеніемъ
смотрѣли на его вооруженіе; 4) центральная власть не обладала до-
статочнымъ могуществомъ, чтобы создать послушное и преданное
орудіе въ лицѣ національнаго войска. Этотъ великій вопросъ въ
исторіи развитія вооруженной силы былъ разрѣшенъ отчасти только
въ слѣдующемъ (XVII) столѣтіи.
Въ вооруженіи пѣхоты главное значеніе, изъ холоднаго оружія,
принадлежало пикѣ. Еще въ концѣ XV ст. она имѣла у швейцар-
цевъ дилну всего въ 10 ф., но затѣмъ всѣ націи старались прево-
зойти другъ друга длиною этого оружія, такъ что въ первой чет-
верти XVI ст., копье достигло 18 футовъ и это былъ крайній пре-
дѣлъ его длины, какъ у швейцарцевъ такъ и ланцкнехтовъ. Испанцы,
появившись въ Италіи, имѣли легкія, короткія копья, гиннеты; но
потомъ и они удлинили свои пики, хотя никогда не доходили въ
этомъ отношеніи до такой крайности, какъ другія націи. Далѣе
слѣдутъ аллебарда. Начальники предпочитали аллебардѣ пику, ко-
торая болѣе надежна при дѣйствіи противъ грознаго врага пѣхоты—
кавалеріи, хотя и менѣе удобна для рукопашнаго боя; но солдаты
отдавали преимущество аллебардѣ, которая была легче и менѣе обре-
менительна на походѣ нежели пика; по этой причинѣ трудно было
достигнуть такого уменьшенія въ вооруженіи войскъ аллебардъ, какъ
это желали начальники.
Пѣхота имѣла также шпаги; у нѣмцевъ и швейцарцевъ онѣ были
коротки и закруглены на концѣ, такъ какъ эти войска расчитывали
преимущественно на пику; на оборотъ испанцы, отважные и искус-
сные въ рукопашномъ бою, предпочитали длинныя шпаги и кромѣ
того имѣли еще кинжалы; по примѣру испанцевъ и другіе стали
удлинять шпаги, особенно когда число ружейныхъ стрѣлковъ стало
увеличиваться, а роль ихъ сдѣлалась значительная и когда встрѣти-
лась имъ надобность въ хорошемъ холодномъ оружіи.
106
ПЕРЕХОДНАЯ ЭПОХА ВОЕННАГО ИСКУССТВА.
Изъ огнестрѣльнаго оружія осталась отъ прежняго времени арке-
буза. Для устраненія неудобствъ фитильнаго замка (серпентинъ)
изобрѣтенъ былъ, около 1515 г., въ Нюренбергѣ, колесный замокъ
(ріаііпе а’гопеі), состоявшій изъ колеса соединеннаго съ пружиною.
При спускѣ курка, колесо приходило въ быстрое вращательное дви-
женіе, ударяя въ стальную пластинку, и производило искры, ко-
торыя, падая на полку, воспламеняли порохъ. Этотъ механизмъ былъ
сложенъ, а потому и оружіе, снабженное имъ, не могло получить
общаго распространенія л было отчасти введено только въ кавалеріи.
Такъ какъ обыкновенныя аркебузы были неудовлетворительны (ма-
лая мѣткость, вліяніе дождя и пр.), то лукъ еще встрѣчается и въ
XVI ст., какъ, напримѣръ, у французовъ и въ особенности у англи-
чанъ. Только съ изобрѣтеніемъ въ 1521 г. мушкетовъ лукъ рѣши-
тельно вытѣсняется изъ войскъ: аркебуза тоже постепенно уступаетъ
мѣсто новому оружію. Мушкетъ отличался отъ аркебузы большимъ
калибромъ, большею длиною п тѣмъ, что при стрѣльбѣ помѣщался
на вилку пли сошку. Длина аркебузы съ прикладомъ была въ 5 ф.,
а мушкета въ 6 футовъ; калибръ послѣдняго сначала былъ такой,
что приходилось по 8 пуль на фунтъ; затѣмъ нидерландцы, испан-
цы п пр. уменьшили его и на фунтъ приходилось уже 10 пуль;
длина вилки, въ зависимости отъ роста людей, была въ 4—4*/2 ф.;
причемъ на концѣ имѣла заостренный наконечникъ для удобнаго
втыканія въ землю. Шомпола были сначала желѣзные, но съ на-
чала XVI ст. введены деревянные. Боевые припасы носились
въ бандельерѣ, висѣвшемъ черезъ лѣвое плечо и приходившимся
подъ правою рукою; вокругъ бандельера привѣшивались деревян-
ныя, обтянутыя кожею, мѣрки съ порохомъ или патроны въ числѣ
11 штукъ; вѣсъ заряда приблизительно равнялся вѣсу пули. Про-
тивъ середины груди прикрѣплялся къ бандельеру кожаный мѣшокъ
съ пулями, осаленными тряпками и протравниками, а подъ мѣш-
комъ—-пороховница для пороха. Фитиль употреблялся кусками дли-
ною 3—4 ф. Въ третьей четверти XVI ст. былъ изобрѣтенъ бумаж-
ный патронъ, т. е. зарядъ пороху съ пулей въ одной гильзѣ, тогда
введенъ былъ патронташъ.
Предохранительное оружіе, которое стало уже выходить изъ упо-
требленія, снова получило распространеніе. Пгѵкинеръ имѣлъ нагруд-
никъ или полныя латы, которыя въ XVI ст. вошли въ общее упо-
требленіе; латы состояли изъ кирасы, покрывавшей плотно грудь и
спину; внизу края ея расходились; далѣе—изъ легкаго воротника,
ГЛАВА VIII.
107
наручниковъ и набедренниковъ или тассетъ. Кромѣ того пикинеры
имѣли желѣзный шлемъ безъ шишака (ЗіигтЬаиЪе, тогіоп), но съ
желѣзнымъ гребнемъ. Изъ нападательнаго оружія, какъ мы знаемъ
у нихъ были пики и шпаги. Мушкетеры не имѣли ни желѣзныхъ
латъ ни даже шлема; послѣдній замѣнялся круглой войлочной шля-
пой съ загнутыми кверху полями и съ перьями. На портупеѣ, надѣ-
той черезъ правое плечо, висѣла нѣсколько закривленная шпага;
затѣмъ они имѣли огнестрѣльное оружіе со всѣми указанными выше
принадлежностями- Такимъ образомъ пѣхота, подобно древней, раз-
дѣлилась на два рода: тяжело вооруженныхъ пикинеровъ или пан-
цырниковъ (ЬагпізсЬе, согзеіеіз) и на легко вооруженныхъ или стрѣл-
ковъ (96).
Рота и полкъ вербованныхъ войскъ составляли администра-
тивную единицу; тактической.же единицы была масса (Наиіе)
или баталіонъ, называвшійся у итальянцевъ з^пайгопе или Ьаіа-
§1іопе; впослѣдствіи въ императорскихъ и испанскихъ войскахъ
такой единицей была терція, а у нидерландцевъ полуполкъ. Вели-
чина баталіи была различна, въ зависимости отъ числительности
пѣхоты входившей въ составъ арміи; обыкновенно эта пѣхота дѣ-
лилась приблизительно на три ровныя части: авангардъ, главныя
силы п арьергардъ, каждая изъ которыхъ у императорцевъ и обра-
зовала въ боевомъ порядкѣ баталіонъ; у испанцевъ и нидерланд-
цевъ названныя части въ свою очередь еще дѣлплись, такъ что так-
тическія единицы были, какъ увидимъ ниже, болѣе мелкія, нежели
въ императорскихъ войскахъ.
Числительность ротъ сначала была вездѣ значительна отъ 400
до 500 ч., а у французовъ доходила иногда до 1000 чел., но въ
1523 г. была уменьшена до <300 чел. Впрочемъ уже въ началѣ ре-
лигіозныхъ войнъ (1562 г.) сила французскихъ ротъ не превышала
150 чел., а потомъ спустилась до 80 и менѣе чел. Нѣмецкія роты
тоже должны были состоять изъ 400 чел., но на самомъ дѣлѣ онѣ
были слабѣе; у нидерландцевъ во время войнъ за независимость
роты были силою въ 70—100 чел. Полкъ у нѣмцевъ и французовъ
долженъ былъ состоять изъ 10 ротъ, у испанцевъ въ 24—29 ротъ,
у нидерландцевъ 9—17 ротъ.
Огнестрѣльное оружіе распространялось съ замѣчательной бы-
стротой. Въ 1495 г. у швейцарцевъ, входившихъ въ составъ ар-
міи Карла VIII, на 1000 чел. приходилось по 100 стрѣлковъ, слѣ-
довательно холодное оружіе относилось къ огнестрѣльному, какъ
108
ПЕРЕХОДНАЯ ЭПОХА ВОЕННАГО ИСКУССТВА.
9 къ 1, а въ 1511 году у тѣхъ же швейцарцевъ, нанятыхъ папою,
стрѣлки составляли 7-. всѣхъ войскъ. Во время религіозныхъ войнъ
у французовъ стрѣлки умножились въ огромной пропорціи; такъ
протестантская армія 1568 г., числительностью въ 16—18 т. чел.
состояли изъ 6000 старыхъ п 6000 молодыхъ стрѣлковъ; изъ осталь-
ныхъ 4000—6000 большая часть были тоже стрѣлки, а прочіе
имѣли холодное оружіе, болѣе аллебардъ нежели пикъ.
У нѣмецкихъ ланцкнехтовъ въ первой четверти XVI столѣтія,
судя по нѣкоторымъ отдѣльнымъ фактамъ, стрѣлки составляли око-
ло У7 пѣхоты, а въ половинѣ этого столѣтія около */б—ХЛ; въ
нѣкоторыхъ частныхъ случаяхъ ихъ было гораздо болѣе. Въ нача-
лѣ XVII ст. Вальгаузенъ принимаетъ слѣдующій составъ роты:
100 копейщиковъ, 160 мушкетеровъ, 20 аллебардистовъ и 20 рун-
даршировъ, вооруженныхъ мечами и небольшими круглыми щитами.
Одной изъ важныхъ причинъ быстраго распространенія огнестрѣль-
наго оружія было то, что народъ предпочиталъ его холодному, такъ
какъ пикенеръ долженъ былъ имѣть латы—дорогую и тяжелую на
походѣ принадлежность снаряженія. Хотя такое распространеніе
огнестрѣльнаго оружія вовсе не отвѣчало видамъ начальниковъ, хо-
рошо сознававшимъ всѣ боевыя неудобства подобнаго состава войскъ
(трудность управленія ими въ бою, нерѣшительный характеръ стол-
кновеній), но они ничѣмъ не могли противодѣйствовать этому злу,
такъ какъ при господствовавшей системѣ вербовки приходилось до-
вольствоваться тѣмъ, что имѣлось подъ рукой и брать такихъ сол-
датъ, которые предлагали свои услуги. Впрочемъ къ концу XVI
столѣтія замѣчается общая реакція въ пользу холоднаго оружія и
устанавливаются болѣе правильныя численныя отношенія между пи-
кенерами и мушкетерами (97).
Господствующей формой строя въ пѣхотѣ XVII ст. была
квадратная. Предположимъ баталіонъ изъ 10 ротъ по 120 ч. въ
каждой. Рота должна была имѣть въ глубину столько же сколькой
баталіонъ; тогда въ нашемъ случаѣ придется 5 чел. по фронту и
35 въ глубину; кромѣ того будетъ остатокъ въ 25 ч. Если соеди-
нить роты по парно, то свободный остатокъ людей окажется мень-
шій, а глухіе ряды легко пополнить знаменами и музыкантами.
Располагая пары ротъ одна за другою—получаемъ походный поря-
докъ. Собственно въ разсматриваемомъ случаѣ получился только,
такъ сказать численный, по количеству людей съ фронта и въ глу-
бину, квадратъ, что же касается дѣйствительнаго протяженія строя,
ГЛАВА ѴШ.
109
то глубина таковаго была болѣе значительна нежели фронтъ, такъ
какъ на каждаго человѣка въ шеренгѣ полагалось около 21/а ф.,
а между шеренгами 3—4 фута. Для дѣйствія копьемъ противъ не-
пріятельской пѣхоты, пикинеръ выставлялъ лѣвую ногу примѣрно
на 1 ф. передъ правою, лѣвою рукою обхватывалъ копье снизу, а
правую вытягивалъ горизонтально назадъ, обхватывалъ задній ко-
нецъ копья сверху и нажималъ его, для равновѣсія внизъ; такимъ
образомъ если копье имѣло длину въ 18 футъ, то оно выступало
передъ фронтомъ на 15 ф.; остріе копья направлялось противъ
шеи или лица противника; чтобы пикенеръ могъ вытянуть правую
руку назадъ, разстояніе между шеренгами должно было быть не
менѣе 3 ф., какъ указано выше. Для отраженія противника съ
фланга крайніе шесть рядовъ поворачивались въ требуемомъ на-
правленіи п такъ какъ для дѣйствій противъ пѣхоты пикинеры въ
шеренгахъ сжимались, причемъ на каждаго приходилось по фрон-
ту только Р/2 ф., а разстояніе между шеренгами оставалось въ
3 ф., то послѣ поворота необходимо было перестроиться, для чего
люди втораго ряда входили въ промежутки перваго, четвертаго въ
промежутки втораго и т. д. Для отраженія атакп, направленной
противъ угла пикинеры обучались выдвигать ппкп наискось, въ
полоборота.
Противъ кавалеріи брали пики на руку слѣдующимъ образомъ:
пикинеръ выставлялъ впередъ лѣвую ногу, которую сгибалъ въ ко-
лѣнѣ; задній конецъ копья упиралъ въ правую ногу, а лѣвой ру-
кой охватывалъ копье у лѣваго колѣна; въ правой рукѣ держалъ
обнаженную шпагу, а пику направлялъ противъ груди и шеи ло-
шади.
Глубокая, квадратная форма строя пикинернаго баталіона удер-
живалась, во-первыхъ, изъ подражанія строю швейцарцевъ, кото-
рые первоначально служили образцомъ для пѣхоты другихъ странъ,
а, во-вторыхъ, такая форма строя признавалась, какъ представляв-
шая одинаково сильной со всѣхъ сторонъ, наиболѣе удобной для отра-
женія атакъ кавалеріи,—тогда грознаго и ожесточеннаго врага пѣ-
хоты. У швейцарцевъ, въ началѣ ихъ военной славы, когда они
дѣйствовали небольшими массами, квадратная форма строя была
цѣлесообразной, но впослѣдствіи, при операціяхъ значительныхъ
армій п усовершенствованіи огнестрѣльнаго оружія, существованіе
громадныхъ квадратныхъ баталіоновъ не можетъ быть оправдано ра-
ціональными основаніями.
110
ПЕРЕХОДНАЯ ЭПОХА ВОЕННАГО ИСКУССТВА.
Разсмотримъ теперь дѣйствія стрѣлковъ въ совокупности съ пи-
кинернымъ баталіономъ. При началѣ распространенія огнестрѣль-
наго оружія, когда людей вооруженныхъ аркебузами было немного,
размѣщеніе ихъ не представляло особыхъ трудностей и не могло
серьезно озаботить военачальниковъ.
Въ походномъ порядкѣ всѣ стрѣлки, или только принадлежав-
шіе одной или двумъ головнымъ ротамъ, помѣщались впереди, такъ
какъ они должны были завязать бой; при движеніи въ боевомъ
порядкѣ, по ровной и открытой мѣстности, они помѣщались въ
заднихъ шеренгахъ, или внутри пустыхъ квадратовъ. Послѣ за-
вязки перестрѣлки, стрѣлки, вооруженные кромѣ шпаги только ар-
кебузами, при первой серьезной атакѣ кавалеріи отходили и спа-
сались позади пикинеровъ; огонь ихъ былъ медленъ. Съ увеличе-
ніемъ числа стрѣлковъ, естественно явилось желаніе извлечь изъ
нихъ пользу, а такъ какъ на открытой мѣстности они были без-
защитны противъ атакъ кавалеріи, то военачальники стали выби-
рать для боя пересѣченную мѣстность и тѣмъ болѣе хлопотали объ
этомъ, чѣмъ болѣе имѣли, сравнительно съ противной стороной,
стрѣлковъ. Отсюда появилось въ теченіи XVI столѣтія, особенно
во Франціи во время Религіозныхъ войнъ и въ Шмалькальденскую
войну въ Германіи, стремленіе къ продолжительному огнестрѣльно-
му бою, наклонность къ оборонительнымъ позиціямъ. Явилось даже
стремленіе упорядочить стрѣлковый бой, располагая аркебузеровъ за
плотинами, насыпями и канавами, въ нѣсколько шеренгъ до 10
(въ зависимости отъ времени, нужнаго для заряжанія оружія), въ
шахматномъ порядкѣ, для поддержанія непрерывности стрѣльбы по-
мощью контрмарша рядами. Впрочемъ, до самаго конца столѣтія
не удалось достигнуть порядка въ этомъ отношеніи. Для болѣе
тѣсной связи въ дѣйствіяхъ пикинеровъ и стрѣлковъ и для подчи-
ненія аркебузеровъ извѣстнымъ требованіямъ порядка и дисципли-
ны были, во-первыхъ, приданы къ одному или къ обоимъ флан-
гамъ пикинернаго баталіона стрѣлковыя крылья; во-вторыхъ, около
половины XVI ст. стали располагать во второй шеренгѣ баталіона
вмѣсто пикинеровъ—стрѣлковъ; послѣднее, впрочемъ, скоро выве-
лось изъ употребленія (98). Стрѣлковыя крылья, служили главнымъ
образомъ для охвата непріятельскаго строя съ фланговъ и для его
обстрѣливанія. О дальнѣйшемъ развитіи строевыхъ формъ пѣхоты
будетъ подробно сказано ниже при изложеніи развитія тактическаго
искусства.
Г ЛАВА VIII.
111
Кавалерія.
Измѣненіе политическихъ, общественныхъ и экономическихъ
условій въ западной Европѣ, въ разсматриваемую эпоху, измѣненіе
отношеній различныхъ родовъ оружія, причемъ пѣхота повсюду
стремится завоевать себѣ первое мѣсто въ составѣ вооруженныхъ
силъ, и, наконецъ, быстрое распространеніе и успѣхи огнестрѣль-
наго оружія—все это внесло глубокія перемѣны въ систему устрой-
ства, организаціи, состава, способовъ дѣйствій и пр. кавадергіи. На
ряду съ рыцарской или ордоннансовой кавалеріей появляются наем-
ники (рейтары), на подобіе пѣхотинцевъ ланцкнехтовъ; появляются
также многочисленные виды легкой кавалеріи] огнестрѣльное оружіе
своивается и конницей, причемъ значеніе его для послѣдней въ
увлеченіи преувеличивается до крайнихъ предѣловъ; зарождает-
ся, наконецъ, тотъ родъ кавалеріи, которому вскорѣ суждено было
завоевать себѣ громкую славу, а въ настоящее время пріобрѣсти первен-
ствующее значеніе, въ общемъ составѣ кавалеріи современныхъ намъ
армій—мы говоримъ о драгунахъ. Способъ формированія наемной
кавалеріи по существу вполнѣ отвѣчалъ вербовочной системѣ, при-
нятой для пѣхоты; можно только замѣтить, что въ рядахъ кава-
леріи находилось сравнительно больше дворянъ. Правительство вы-
давало извѣстнымъ храбростью и опытностью рыцарямъ патентъ
на вербовку рейтаровъ (Веііег), въ количествѣ четырехъ или бо-
лѣе ротъ (Ситрапеіеп, Еаітеп, Согпеііеп), которыми они предво-
дительствовали въ званіи полковниковъ (Веііег ОЬегзіе), подъ на-
чальствомъ фелъдмаршала, какъ общаго начальника кавалеріи. Пол-
ковники, въ свою очередь, обращались къ ротмистрамъ (Воіішеізіег)
или начальникамъ ротъ, а послѣдніе заключали договоры только
съ латниками, которые уже отъ себя выставляли другихъ всадни-
ковъ или простыхъ рейтаровъ. Въ контрактѣ опредѣлялось сколько
ротъ долженъ былъ выставить полковникъ, числительность этихъ
ротъ (250—300 ч.), жалованье, время и пунктъ сбора и проч. Вслѣд-
ствіе дороговизны содержанія всадниковъ, ихъ нанимали обыкно-
венно только на три мѣсяца, съ условіемъ, если понадобится, про-
должать службу (") на прежнихъ основаніяхъ*). Подобно рыцарямъ,
*) Слѣдующія цифры показываютъ, принимая во вниманіе тогдашнюю цѣнность
денегъ, какъ дорого обходилось содержаніе рейтаръ: полковникъ получалъ въ мѣсяцъ
сперва 400, а потомъ 600 гульденовъ и 64 гульд на 8 драбантовъ; подполковникъ
40 гульд.: ротмистры по 1/2 гульдена на каждую строевую лошадь въ ротѣ и но
16 гульд. на двухъ драбантовъ: поручикъ получалъ 40 гульд., фенрихъ 30, про-
стой рейтаръ 12 гулъд., кромѣ того, на каждыхъ 12 рейтаръ полагалось но 1
слугѣ и по одной четырехконной фурѣ для перевозки фуража.
112
ПЕРЕХОДНАЯ ЭПОХА ВОвННАГО ИСКУССТВА.
рейтары раздѣлялись сначала на латниковъ, оруженосцевъ и кон-
ныхъ слугъ; но вскорѣ оруженосцы замѣнились конными стрѣлка-
ми и пикинерами.
Вооруженіе рейтаръ (называвшихся также черными латниками
и пистольерами) состояло изъ желѣзнаго шлема, грудныхъ латъ,
длинной шпаги, пары пистолетовъ и ружья или карабина.
Ордоннансовая кавалерія осталась еще отъ прежнихъ временъ;
французскіе жандармы славились какъ первые по храбрости и пыл-
кой отвагѣ всадники въ западной Европѣ; первоначально, какъ мы
знаемъ, сформировано было во Франціи 15 ротъ, но потомъ ко-
личество ихъ увеличилось, хотя числительность къ концу XV ст.
была различна: 200, 80, 50—30 копій, что объясняется стремле-
ніемъ французскаго дворянства къ чести командованія этими ро-
тами (1(,п). Жандармы были закованы въ латы, и лошади ихъ
имѣли предохранительное снаряженіе. Главнымъ оружіемъ ихъ
были по прежнему пики, мечи и проч., но съ распространеніемъ
огнестрѣльнаго оружія пика должна была постепенно уступить мѣ-
сто аркебузѣ, а къ арчаку прикрѣплялся пистолетъ; подъ влія-
ніемъ этихъ перемѣнъ видоизмѣнились и пріемы дѣйствій въ бою
жандармовъ, что увидимъ ниже.
Съ половины XVI ст. къ каждой ротѣ жандармовъ придано было
по 50 конныхъ стрѣлковъ. Во время итальянской войны Франсуа I
организовалъ отрядъ шево-лежеровъ, подъ начальствомъ главнѣй-
шихъ сеньоровъ Италіи; эти всадники были нѣсколько легче воо-
ружены, нежели жандармы и удержались впослѣдствіи въ органи-
заціи французской кавалеріи (101).
Первоначально въ ордоннансовыхъ ротахъ роль легкой кавалеріи
исполняли сателиты, т. е. пажи, слуги и пр., подъ названіемъ
лучниковъ (102), кренекеновъ, аргулетовъ (103), вооруженныхъ лу-
комъ пли арбалетомъ. При началѣ италіанскихъ войнъ всѣ эти ка-
валеристы были отдѣлены отъ ордоннансовыхъ ротъ и сформирова-
ны въ особыя части, извѣстныя подъ общимъ именемъ легкой ка-
валеріи (104). Въ составѣ послѣдней пріобрѣтаютъ извѣстность
аргулеты, вооруженные копьемъ и пистолетомъ, вмѣсто лука,
который они носили до изобрѣтенія «этой дьявольщины—писто-
лета». Впослѣдствіи пистолетъ былъ замѣненъ аркебузой; аргу-
леты носили кирасы и каски. Людовикъ XII увеличилъ число аргу-
летовъ, но отдалъ ихъ подъ начальство страдіотовъ, албанцевъ
по происхожденію, извѣстныхъ въ Италіи какъ отличные кавале-
Глава VIII.
113
ристы. По словамъ Филиппа Комина, албанцы были одѣты по ту-
рецки, за исключеніемъ тюрбана, вмѣсто котораго носили остроко-
нечный колпакъ; оружіе ихъ состояло только изъ короткаго копья
и ятагана. Французскіе короли, воюя въ Италіи, охотно принимали
въ свою службу всякихъ иноземныхъ кавалеристовъ, жителей Мо-
рей, разныхъ авантюристовъ и пр. Эти перемѣны въ организаціи
и службѣ кавалеріи мало по малу провели рѣзкую черту между
ордоннансовыми ротами, которыя хранили дворянскія традиціи и
составили собою отборныя резервныя войска подъ именемъ жан-
дармовъ, и легкой кавалеріей, которая широко открыла своп ряды
авантюристамъ всѣхъ классовъ общества и приняла демократическій
оттѣнокъ. Съ теченіемъ времени въ результатѣ соперничества и
борьбы двухъ видовъ кавалеріи побѣда осталась за легкой. Дво-
рянинъ предпочиталъ положеніе офицера въ рядахъ легкой кава-
леріи, положенію солдата въ тяжелой, и потому послѣдняя кончи-
ла тѣмъ, что сдѣлалась практической школой, въ которой молодые
дворяне изучали свое ремесло (105)- Все содѣйствовало въ XVI ст.
упадку тяжелой кавалеріи: и знакомство съ древними, и возросшая
сила пѣхоты, и распространеніе огнестрѣльнаго оружія.... Послѣд-
нее, какъ упомянуто выше, вытѣснило пику; оно-же заставило уве-
личить прочность предохранительнаго оружія и тогда тяжелая кавале-
рія сдѣлалась еще менѣе подвижной, а слѣдовательно менѣе годной
къ бою; впрочемъ, толщина латъ съ усовершенствованіемъ оружія
должна была уступать удару снарядовъ и тогда замѣтили, что луч-
шее предохранительное средство для кавалеріи—это ея подвиж-
ность, быстрота, легкость, т. е. такія условія, которыя именно
противоположны природѣ тяжелой кавалеріи (106).
Подъ вліяніемъ этихъ обстоятельствъ легкая кавалерія умно-
жается въ числѣ и разнообразится во внѣшнемъ видѣ. Изъ наибо-
лѣе извѣстныхъ ея родовъ можно упомянуть слѣдующіе.
Гинеты, легкая испанская конница, въ кольчужной бронѣ, во-
оруженная легкими пиками—гинетами именами. Гинеты формирова-
лись въ роты разнообразной числительности (50—80 ч., встрѣчают-
ся, впрочемъ, и въ 25 ч. и болѣе 80 ). При Филиппѣ II числи-
тельность ротъ кавалеріи была опредѣлена въ 50 ч. Въ ордоннан-
сѣ 1560 ч., впервые упоминается о ѣеггегисіоз’ахъ—легкой конни-
цѣ, такъ наименованной по своимъ плащамъ и потомъ пріобрѣвшей
извѣстность подъ именемъ пистолъеровъ. Въ бою они обыкновенно
располагались линіей впереди жандармовъ (которыхъ съ фланговъ
8
114-	ПЕРЯХОДНАЯ ЭПОХА ВОЕННАГО ИСКУССТВА.
обезпечивали конные аркебузеры) и атаковали противника въ раз-
сыпную, причемъ производили сперва огонь съ соотвѣтствующаго
разстоянія, а затѣмъ съ мечами въ рукахъ врывались въ ряды не-
пріятеля (108).
Въ Венгріи существовала національная легкая кавалерія—гусары,
учрежденные около половины XV* столѣтія постановленіемъ, обязы-
вавшимъ каждаго 20-го венгерца къ военной службѣ *). Главнымъ
оружіемъ гусаръ была прямая или закривленная широкая сабля, и
только немногіе имѣли длинныя шпаги, пригодныя для уколовъ.
Одѣты гусары были въ длинные доломаны, ментики, высокіе шапки
п сапоги. Къ ментикамъ иногда прикрѣплялись крылья коршуновъ
и пр., чтобы видомъ и шумомъ ихъ при атакѣ пугать лошадей
противника. Боевые эволюціи гусаръ, въ разсматриваемую эпоху,
состояли изъ разсыпныхъ атакъ и нападеній мелкими партіями.
Лошадьми гусары управляли помощью уздечекъ, весьма искусно;
сѣдла ихъ были сдѣланы изъ легкаго дерева и клались на войлоч-
ный потникъ; сверхъ сѣдла надѣвалась звѣриная шкура, волосомъ
наружу, прикрывавшая пистолеты и различныя сѣдельныя принад-
лежности. Слѣдуетъ также упомянуть о турецкой кавалерігі, кото-
рая пріобрѣла по справедливости извѣстность, какъ лучшая легкая
кавалерія этого времени. Турецкіе спаги и волонтеры сражались въ
разсыпную и полагались болѣе всего на свою храбрость, провор-
ство и острыя сабли; регулярныхъ эволюцій они не знали; изъ
предохранительнаго оружія имѣли легкія кирасы и каски. Въ
бою они то заманивали противника, разстраивали и ослабляли его,
то затѣмъ стремительно бросались на него плотными массами въ
формѣ клина, чтобы прорвать его ряды, а затѣмъ истребить въ
рукопашной схваткѣ, въ которой они имѣли рѣшительное прево-
сходство надъ непріятелемъ, благодаря удивительно ловкому владѣ-
нію саблей. Лошади ихъ были невелики, но сильны, рѣзвы, неуто-
мимы, отлично выѣзжены и отлично управлялись уздечкой; снаря-
женіе, за исключеніемъ сѣдла, было легко. Хотя копья и употреб-
лялись ими иногда, но не были ихъ любимымъ оружіемъ, какъ
малогодные въ бою; кромѣ того турки пользовались также отчасти
луками, а потомъ огнестрѣльнымъ оружіемъ.
Въ Россіи и Польшѣ въ качествѣ хорошей легкой кавалеріи
служили казаки, о свойствахъ (109) которыхъ излишне было-бы
*) Названіе гусаръ производятъ отъ словъ: 111182, что означаетъ но мадьярски
двадцатый, и аг — плата.
ГЛАВА VIII.	115
распространяться. Между очерченными крайними типами тяжелой
и легкой кавалеріи существовали промежуточные виды, изъ которыхъ
слѣдуетъ упомянуть о кирасирахъ. Кирасиры составляли переходную
ступень отъ прежнихъ рыцарскихъ тяжелыхъ всадниковъ, къ но-
вымъ болѣе легкимъ родамъ кавалеріи. Главнымъ ихъ оружіемъ
былъ длинный мечъ и пистолетъ. Полная организація этому роду
кавалеріи дана была принцемъ Морицомъ Нассаускимъ во время
Нидерландскихъ войнъ; названіе свое кирасиры получили отъ ки-
расы, составлявшей главную часть ихъ предохранительнаго оружія.
Морицъ, одинъ изъ искуснѣйшихъ полководцевъ своего времени,
не имѣлъ возможности добыть лошадей годныхъ для тяжелыхъ ко-
пейіциковъ; кромѣ того для дѣйствія такой кавалеріи требуется
открытая, непересѣченная мѣстность и твердая почва; между тѣмъ
театръ военныхъ дѣйствій въ Нидерландахъ представлялъ мѣстность
пересѣченную, неудобную для дѣйствій тяжелой конницы. По этимъ
причинамъ Морицъ, вмѣсто копейіциковъ организовалъ болѣе лег-
кихъ кирасиръ, предохранительное оружіе которыхъ состояло изъ
кирассы, а вооруженіе изъ пистолета съ длиннымъ ложемъ и па-
лаша, годнаго какъ для рубки такъ и для уколовъ. Кирасиры
обучены были встрѣчать противника (испанскихъ копейщиковъ)
залпами, послѣ чего они раздавались въ центрѣ и быстро съ пала-
шами въ рукахъ бросались на фланги непріятеля. Маневръ этотъ,
благодаря болѣе легкому вооруженію нидерландскихъ всадниковъ,
относительной ихъ легкости и условіямъ мѣстности, удавался (110)
тѣмъ болѣе, что испанцы прибывали на театръ войны издалека, на
истощенныхъ лошадяхъ, которыхъ притомъ ремонтировать было
трудно; при этихъ условіяхъ огнестрѣльное оружіе являлось важ-
нымъ преимуществомъ и въ кавалеріи.
Предъпдущія строки показываютъ, какъ разнообразна сдѣлалась
кавалерія въ теченіи непродолжительнаго времени, сравнительно съ
тяжелой рыцарской конницей, господствовавшей почти исключи-
тельно въ западной Европѣ въ теченіи многихъ столѣтій.
Въ сущности весьма трудно даже перечислить всѣ камбипаціи,
которыя, отъ времени до времени въ XVI ст. появились въ орга-
низаціи различныхъ видовъ кавалеріи и въ способѣ ихъ соединенія
между собою для взаимной поддержки, въ вооруженіи и т. п.
Почти каждый годъ представляются перемѣны, обнаруживаются
новыя идеи, смотря по понятіямъ военачальниковъ. Не смотря на
это мы пока не замѣчаемъ такого рода кавалеріи, который-бы хотя
8*
116
ПЕРЕХОДНАЯ ЭПОХА ВОЕЙ НАГО ИСКУССТВА.
въ первоначальномъ зародышевомъ видѣ отвѣчалъ идеалу конни-
цы. если таковымъ считать ея единство, способность удовлетворять
всякимъ боевымъ требованіямъ. Требованія войны въ высшей сте-
пени разнообразны, а потому, какъ въ пѣхотѣ, такъ и въ кавале-
ріи, тотъ типъ каждаго изъ этихъ родовъ оружія принесетъ наи-
большую пользу, который способенъ къ многоразличнымъ, или
даже всевозможнымъ назначеніямъ, сообразно основнымъ своимъ
свойствамъ. Съ этой точки зрѣнія единство, какъ пѣхоты,
такъ и кавалеріи является одной изъ существенныхъ чертъ тре-
буемаго идеала. Кавалеріи можетъ прійдтись дѣйствовать и въ
разсыпную и сомкнуто, и въ пѣшемъ и въ конномъ строю—вотъ
предѣлы ея боевыхъ свойствъ, условія ея универсальности. Ры-
царская кавалерія, какъ типъ крайне односторонній, неспособна
была для разсыпныхъ дѣйствій, для малой войны и для боя пѣш-
комъ; хотя она часто спѣшивалась въ Средніе вѣка, но ни по сво-
ему вооруженію, ни по одеждѣ, ни по снаряженію не отвѣчала
условіямъ такого боя. Народившаяся легкая кавалерія большею
частью не годилась для сомкнутыхъ атакъ или-же не назначалась
для боя въ пѣшемъ строю. Только въ половинѣ XVI ст. зарож-
дается тотъ родъ кавалеріи, которому въ послѣдующее, особенно
въ новѣйшее, время суждено было осуществить собою идею единст-
ва и боевой универсальности кавалеріи, а именно—драгуны. Со-
временная важность этого рода кавалеріи обязываетъ насъ про-
слѣдить въ исторической послѣдовательности развитіе идеи, лежа-
щей въ основѣ организаціи драгунъ. Одинъ изъ лучшихъ совре-
менныхъ кавалерійскихъ генераловъ (Шмидтъ) замѣчаетъ: «всякое
предписаніе должно быть исполнено (кавалеріей). Если это воз-
можно на конѣ—то впередъ съ холоднымъ оружіемъ въ рукахъ,
если нѣтъ—то съ коней и, не смотря на препятствіе, проложимъ
себѣ путь огнемъ)).
Идея спѣшивающейся кавалеріи или конной пѣхоты весьма
древняя. Еще Александръ Македонскій, воюя съ персами, сформи-
ровалъ отрядъ, посаженныхъ на коней пѣхотинцевъ, называвшихся
дгімахами, т. е воинами, сражающимися двоякимъ способомъ.
Служба ихъ заключалась въ томъ, что они быстро выдвигались на
коняхъ къ тому пункту, гдѣ ихъ не ожидали, спѣшивались для
боя, а затѣмъ возвращались на свои мѣста; чтобы сдѣлать ихъ
еще болѣе независимыми Александръ придалъ имъ слугъ, на кото-
рыхъ возложено было охраненіе лошадей при спѣшиваніи димаховъ.
ГЛАВ А VIII.
117
Организація Александра нашла подражаніе у римлянъ, гдѣ Ромулъ
сформировалъ отборныя войска целеровъ (сеіегев), названныя такъ
по способности быстро изготовляться къ пѣшему или конному бою;
оружіемъ они имѣли пики и мечи; молодые люди, служившіе въ
этихъ войскахъ, получали названіе эквгтовъ или римскихъ рыца-
рей. Подобно тому, какъ и у греческихъ димаховъ, имъ приданы
были рабы,—для охраненія при спѣшиваніи лошадей—чтобы не
уменьшать числа сражавшихся (П1). Впрочемъ слѣдуетъ замѣтить,
что римскіе всадники спѣшивались главнымъ образомъ потому, что
плохо ѣздили и вообще были плохими кавалеристами. Такъ въ
сраженіи при Каннахъ, атакованные отличной карфагенской конни-
цей римскіе всадники спѣшились, чтобы сражаться по болѣе
привычному и удобному для нихъ способу. Въ сраженіи при Тичи-
но мы видимъ тоже самое. Ю. Цезарь требовалъ отъ своей кава-
леріи умѣнья дѣйствовать въ пѣшемъ строю. Тоже встрѣчается и
въ послѣдующее время Римской имперіи (П2).
Германская кавалерія, въ началѣ завоевательныхъ подвиговъ
этого народа, умѣла тоже сражаться пѣшкомъ; но съ установле-
ніемъ ленныхъ отношеній пѣхота постепенно утрачиваетъ свое
значеніе, а потому и кавалерія выработываетъ въ себѣ односто-
роннія спеціальныя свойства; наконецъ при полномъ расцвѣтѣ фео-
дальной системы пѣхота почти совершенно исчезаетъ съ полей
сраженій и тогда мы видимъ ислючительныя дѣйствія кавалеріи
противъ кавалеріи въ конномъ строю; такъ какъ только всадникъ
считался воиномъ, а пѣхотинецъ былъ вполнѣ презираемъ, то фео-
дальные дворяне считали постыднымъ для себя спѣшиваться и
даже при осадахъ дѣйствовали въ конномъ строю. Тѣмъ не менѣе
именно условія осадной войны, затѣмъ Крестовые походы, разви-
тіе метательнаго боя, условія веденія Столѣтней войны, какъ мы
видѣли выше, выяснили важное значеніе хорошей пѣхоты, при-
чемъ, за отсутствіемъ таковой, заставили рыцарей самихъ спѣши-
ваться, не смотря на тяжесть нхъ вооруженія и неудобства сна-
ряженія для дѣйствій пѣшкомъ. Вслѣдствіе этого часть вновь
образованной постоянной конницы ордоннансовыхъ ротъ умѣетъ
дѣйствовать въ пѣшемъ строю. Такъ аргулеты Карла VII обучают-
ся спѣшиванію, причемъ въ этихъ случаяхъ привязываютъ лошадей
къ сѣдламъ пажей своихъ латниковъ. Конные лучники Карла
Смѣлаго, камъ мы знаемъ, тоже были навычны въ пѣшемъ бою.
Франсуа I предписываетъ всѣмъ своимъ капитанамъ обучать часть
людей ихъ ротъ спѣшиваться (из).
118
ПЕРЕХОДНАЯ ЭПОХА ВОЕННАГО ИСКУССТВА.
Изобрѣтеніе огнестрѣльнаго оружія привело къ образованію въ
кавалеріи конныхъ стрѣлковъ или конныхъ аркебузеровъ (агдиеЪизіегз
а сііеѵаі). замѣнившихъ конныхъ лучниковъ и послужившихъ
прототипомъ драгунъ. Въ тридцатыхъ годахъ XVI ст. во Франціи
начали придавать по 50 конныхъ аркебузеровъ къ каждой ротѣ
жандармовъ; эти войска, успѣвшіе замѣтно отличиться уже въ сра-
женіи при Черпзаллѣ (1544), умѣли сражаться въ пѣшемъ и кон-
номъ строю. При Генрихѣ II чпслптельность конныхъ аркебузеровъ
возрасла; въ ротахъ ихъ имѣлось до 100 чел., и они образовали
уже отдѣльныя части. Они предназначались для сопровожденія тран-
спортовъ, мелкихъ нападеній, быстраго занятія важныхъ пунктовъ,
къ которымъ не могла подоспѣть пѣхота и пр. Они сражались въ
нѣсколько линій, строившихся въ значительномъ разстояніи одна отъ
другой, причемъ передняя шеренга, произведя выстрѣлъ, уходила
въ хвостъ и т. д. Если въ этихъ конныхъ аркебузерахъ слѣдуетъ
видѣть спѣшивающуюся кавалерію, то у Маршала Бриссака, во
время его кампаніи въ Піемонтѣ (1550—15549, мы встрѣчаемъ
пѣхоту посаженную на коней.
Нѣкоторые его солдаты, захвативши у непріятеля лошадей,
пользовались ими для того, чтобы перенестись къ требуемому пунк-
ту, гдѣ іг спѣшивались для дѣйствій. Достигнувши извѣстныхъ
выгодъ при помогли этой конной пѣхоты, маршалъ Бриссакъ не
замедлилъ дать должную ей организацію, приказавъ соединить
въ небольшія банды всѣхъ имѣвшихся конныхъ аркебузеровъ, и
далъ указанія для ихъ дѣйствій.
Съ этихъ поръ всѣ современные писатели уже считаютъ необ-
ходимымъ упоминать о конныхъ аркебузерахъ, какъ о полезномъ
родѣ кавалеріп. Оружіемъ ихъ была аркебуза; а изъ предохрани-
тельнаго они имѣли кирасы, легкіе шлемы и кольчужные рукава.
Позже (при Генрихѣ III) конные аркебузеры принимаютъ и преж-
нее названіе аргулетовъ. Имя драгунъ *) впервые упоминается въ
третьей четверти XVI ст.; затѣмъ встрѣчаются указанія о суще-
’) Вольтеръ въ своемъ сочиненіи: «Вѣкъ Людовика 1Ѵ> говоритъ: «происхожденіе
слова драгунъ (Йга§‘Оп) слѣдуетъ мекать въ томъ, что при маршалѣ Брпссакѣ,
учредившемъ этотъ корпусъ въ пьемонтскую кампанію, на штандартахъ назван-
ныхъ войскъ имѣлось изображеніе дракона». Лптре говоритъ.’ «драгуны сперва, на-
зывались конными аркебузерамп, впослѣдствіи знамя дало названіе солдатамъ».
Эта этимологія наиболѣе вѣроятна. (См. СЬоррІИ: НібІОІГе §ёпёга!е СІС8
сіга^оиз, р. 5—10).
ГЛАВА VIII.
119
ствованіи ихъ въ 1585 г.; въ сущности они много имѣли общаго
съ конными аркебузерами, или аргулетамп, называвшимися въ концѣ
столѣтія уже карабенами (1И). Слѣдуетъ, впрочемъ, замѣтить, что
въ началѣ на нихъ смотрѣли какъ на конную пѣхоту; это видно,
напримѣръ изъ замѣчаній Вальгаузена, который говоритъ что такъ
какъ кавалерія не можетъ выполнить нѣкоторыхъ назначеній, то
весьма выгодно посадить на коней часть пѣхоты; для этого слѣ-
дуетъ выбрать половину мушкетеровъ и половину пикинеровъ.
Этотъ писатель считаетъ драгунъ находящимися въ большей связи
съ пѣхотой нежели съ кавалеріей; лошади у нихъ должны быть не-
дорогія, чтобы возможная при пѣшемъ боѣ потеря ихъ не была
чувствительной; при спѣшиваніи небольшая часть людей остается
на коняхъ чтобы присматривать за лошадьми. Вообще въ эту эпоху
организація драгунъ существовала только въ зародышѣ и важное зна-
ченіе такой кавалеріи сознавалось лишь весьма въ слабой степени,
причемъ въ драгунахъ видѣли преимущественно конную пѣхоту. Та-
кимъ образомъ кавалерія по внѣшнему виду, по составу, способамъ
боевыхъ дѣйствій, назначенію—представляла пестрое разнообразіе.
Тактической единицей нисшаго порядка въ кавалеріи, вмѣсто
средневѣковаго копья сдѣлались корнетъ или рота; числительность
корнета и роты были весьма различны; мы находимъ, корнеты въ
40, 100, 150. 300 чел. Такъ корнеты французской легкой кавале-
ріи были сперва въ 200 чел., потомъ встрѣчаются корнеты въ 150,
100, 80, 40 челов. Въ рейтарской ротѣ сперва считалось 300
челов.; 15 человѣкъ образовали рядъ; на сто лошадей полагался
кузнецъ; иа двѣнадцать—вьючная лошадь. По одному изъ предпи-
саній императора Карла V въ ротѣ должно было состоять 60 лат-
никовъ вооруженныхъ пиками, 120 съ половиннымъ предохранитель-
нымъ вооруженіемъ, при огнестрѣльномъ оружіи, и 60 чел. легкихъ
всадниковъ съ аркебузами. Въ концѣ XVI ст. рота рейтаръ дѣли-
лась на три капральства (Согрогаізсііайеп), а послѣднія на ряды
(Воііеп). Одна половина такой роты состояла изъ кирасиръ, а дру-
гая изъ копейщиковъ и карабинеръ,—послѣднихъ въ большемъ
числѣ.
Во Франціи Генрихъ II уменьшилъ въ 1547 году числитель-
ность ордоннансовыхъ ротъ до 40—30 копій (,и). Нѣсколько кор-
нетовъ соединялись иногда въ эскадроны.
. О вооруженіи кавалеріи уже упомянуто въ соотвѣтственныхъ
мѣстахъ; въ общемъ пика постепенно утратила свое значеніе/ а ор
120
ПЕРЕХОДНАЯ ЭПОХА ВОЕННАГО ИСКУССТВА.
нестрѣльное оружіе получило обширное распространеніе, причемъ
сначала конница имѣла петриналъ или грудное ружье, названное
такъ потому, что прп стрѣльбѣ упиралось въ выемку въ латахъ на
правой сторонѣ груди; затѣмъ колесцовый замокъ, изобрѣтенный въ
1515 г. въ Нюренбергѣ, нашелъ примѣненіе въ огнестрѣльномъ ору-
жіи кавалеріи; наконецъ послѣдняя вооружается аркебузой; кромѣ
того въ этомъ же столѣтіи входитъ въ большое употребленіе въ ка-
валеріи пистолетъ, названный такъ потому что калибръ его соот-
вѣтствовалъ весьма распространенной тогда монетѣ такого же наз-
ванія, а не потому, чтобы это оружіе было изобрѣтено въ г. Пис-
тойѣ (см. соч. Наполеона III объ артиллеріи).
Относительно предохранительнаго оружія, не вдаваясь въ под-
робиости, можно замѣтить, что усовершенствованіе огнестрѣльнаго
оружія, вызвало сначала желанія, путемъ утолщенія или увеличе-
нія брони, найти защиту отъ пуль; такъ, напримѣръ, нагрудники
утолщаются и принимаютъ значительно выпуклый видъ и т. п. Это
увеличеніе тяжести брони вызвало необходимость уничтоженія нѣ-
которыхъ ея частей, какъ напримѣръ тассетъ, гревьеровъ, замѣ-
ненныхъ сапогами изъ буйволовой кожи и проч., для того, что-
бы уменьшить общій вѣсъ брони. Нѣкоторые военачальники
этой эпохи, Таваннъ, Лану и проч., идутъ еще далѣе и тре-
буютъ полной отмѣны предохранительнаго оружія. Солдаты тоже
относились къ нему съ отвращеніемъ, во первыхъ, потому что оно
дорого обходилось, во вторыхъ, потому что обременяло на походѣ
и, въ третьихъ, потому что, будучи сомнительнымъ предохранитель-
нымъ средствомъ противъ огнестрѣльнаго оружія, оно своими неу-
добствами порождало лишь болѣзни у солдатъ. Примѣръ нѣмецкихъ
рейтаровъ, явившихся во Франціи въ буйволовыхъ курткахъ, еще бо-
лѣе возбудилъ нерасположеніе къ бронѣ; вслѣдствіе этого старались
одѣвать латы только для боя или совсѣмъ ихъ бросали, и даже жан-
дармы часто дѣйствовали безъ кирасъ. Однако государи и воена-
чальники требовали отъ войскъ, чтобы они носили броню, видя въ
этомъ одно изъ средствъ дисциплины. При осадахъ, въ траншеяхъ
броня еще остается въ общемъ употребленіи. Головной уборъ въ
кавалеріи состоялъ изъ легкаго шлема, а конные аркебузеры (дра-
гуны) носили пѣхотный моріонъ (гдѣ главнымъ головнымъ уборомъ
въ XVI ст. были: у ппкинеръ бурггініотка, состоявшая изъ колпа-
ка, назатыльника л наушниковъ, а у аркебузеровъ моріонъ—остро-
конечный шлемъ). Замѣтимъ также, что, по примѣру швейцарцевъ,
ГЛАВ А VIII.
121
жандармы отбрасываютъ щитъ, который уже въ началѣ XVI сто.і.
встрѣчается весьма рѣдко, а послѣ Франсуа I—какъ исключеніе,
кромѣ осадъ, рекогносцировокъ и т. п., гдѣ онъ остается въ упот-
ребленіи до конца XVII ст. Впрочемъ шотландцы являются со щи-
тами даже въ половинѣ XVIII ст. (ср. при Фонтенуа) (115)-
Германская кавалерія, какъ намъ извѣстно, строилась сначала
по рыцарскому образцу, т е. разомкнутой шеренгой (еп Ьауе), за
которой помѣщались оруженосцы и конные лучники; но съ обѣдне-
ніемъ дворянства, съ ухудшеніемъ кавалеріи и съ упадкомъ рыцар-
скаго духа, шеренги стали смыкать, причемъ латники становились
впереди, за ними двѣ шеренги конныхъ стрѣлковъ и двѣ или три
шеренги пикинеровъ. Рейтары строились въ четыреугольники или
эскадроны (швадроны—Сезсіпѵайег, Зсііѵѵайгоп) изъ 2-хъ ротъ (слѣд.
числительностыо отъ 500 до 600 чел.), причемъ впереди и на флан-
гахъ этотъ строй обрамлялся латниками (см. л. 20 ч. 10). Полкъ
изъ двухъ тысячъ человѣкъ состоялъ изъ 400 стрѣлковъ-аркебузе-
ровъ и 1600 копейщиковъ; въ числѣ послѣднихъ заключалось не
менѣе 100 чел., называвшихся кирасирами или латниками, снаб-
женныхъ полнымъ предохранительнымъ оружіемъ, и имѣвшихъ ло-
шадей снабженныхъ тѣмъ же. Глубина и протяженіе фронта швад-
роновъ обыкновенно были одинаковы, но часть конныхъ стрѣлковъ
выдвигалась впередъ для службы фланкеровъ (наѣздниковъ), въ ви-
дѣ летучихъ разъѣздовъ и пр. Если представить себѣ четыре роты
рейтаровъ построенныя въ квадраты и расположенныя двѣ съ фронта
н двѣ въ глубину, то получимъ понятіе о рейтарскомъ полку (П6)!
въ Германіи кавалерійскіе полки встрѣчаются уже около половины
XVI ст.
Способъ дѣйствія рейтаровъ въ бою заключался въ томъ, что
они рысью подъѣзжали къ непріятелю и передняя шеренга давала
залпъ по непріятелю, затѣмъ, очищая фронтъ для второй шеренги,
поварачивалась налѣво и мимо фланга отъѣзжала за фронтъ, гдѣ.
всадники снова заряжали свои пистолеты; точно также поступала
вторая шеренга и т. д. Такой способъ оказывался часто успѣш-
нымъ противъ тогдашней тяжелой, неповоротливой кавалеріи (1П).
Испанская кавалерія хотя и строилась въ глубокія массы, но Карлъ V
не желалъ принять для нея германскаго квадратнаго строя, какъ
свидѣтельствуетъ о томъ Авила, историкъ религіозныхъ войнъ, въ
своихъ «Комментаріяхъ»; этимъ опровергается распространенное мнѣ-
ніе, что Карлъ V ввелъ въ германскую кавалерію квадратный строй.
122
ПЕРЕХОДНАЯ ЭПОХА ВОЕННАГО ИСКУССТВА.
Герцогъ Альба тоже находилъ строй рейтаровъ излишне глубокимъ и
у него эскадронъ занималъ по фронту примѣрно два раза большее
протяженіе нежели въ глубину. Такъ, напримѣръ, эскадронъ въ
1700 ч. былъ построенъ въ'17 шеренгъ.
Французская тяжелая ордоннансовая кавалерія, сохранившая ры-
царскій духъ, долго придерживалась и прежняго способа дѣйствій,
причемъ производила атаки разомкнутымъ строемъ пошереножно и
бросалась въ карьеръ съ незначительнаго разстоянія. Въ сраженіи
при С. Кантонѣ глубокіе эскадроны испанской кавалеріи опрокину-
ли французскихъ жандармовъ, построенныхъ разомкнутымъ поряд-
комъ. Въ сраженіи при Дре 1562 г. рейтары тоже опрокинули жан-
дармовъ/вскорѣ латники французскіе строятся уже въ двѣ шерен-
ги, а ко времени (11&) Генриха IV* ордоннансовыя роты, понизив-
шіяся въ своемъ достоинствѣ и постепенно отбросившія пики,. дѣ-
лятся каждая на четыре бригады, которыя строятся уже по гер-
манскому образцу въ квадраты, имѣя пять человѣкъ по фронту и
пять въ глубину; а рота изъ 200 ч. имѣла по фронту 20 ч. и 10
шеренгъ въ глубину. > Легкая французская кавалерія строится въ 16.
шеренгъ. Жандармы считаются надежнѣйшимъ резервомъ кавалеріи
и вступаютъ въ бой только въ рѣшительную минуту.
Относительно пріемовъ ихъ боевыхъ дѣйствій одинъ современ-
никъ (Монтгомери) даетъ слѣдующія указанія: при атакѣ жандармы
подходятъ къ непріятелю шагомъ; затѣмъ двигаются рысью шаговъ
на 25—30, сохраняя полный порядокъ и пистолеты въ кобурахъ;
когда трубачи протрубятъ атаку, а легкая кавалерія, двигающая-
ся впереди, произведетъ залпъ, жандармы, подвигаясь умѣреннымъ
алюромъ, стрѣляютъ пзъ аркебузъ (эскопетовъ), а затѣмъ атакуютъ
въ карьеръ, съ пистолетами въ рукахъ, изъ которыхъ стрѣляютъ
противнику въ упоръ, въ нижнюю часть живота; вторая шеренга дѣй-
ствуетъ въ промежутки первой; затѣмъ ведется рукопашный бой
при помощи огнестрѣльнаго оружія; если противникъ устоитъ тогда
капитанъ собираетъ свою роту въ удобномъ мѣстѣ, перестраиваетъ
ее при помощи поручика и квартермистра, выдвигая впередъ тѣхъ
всадниковъ, которые не стрѣляли, а затѣмъ снова производитъ атаку,
какъ сказано и смотря по разнообразнымъ обстоятельствамъ боя
«которыхъ нельзя подчинить правиламъ; капитанъ пользуется этими
обстоятельствами, какъ укажутъ ему па полѣ сраженія его опыт-
ность и разсудокъ—быстро, безъ совѣщаній, ибо совѣщаніе умѣстно
на коврѣ, а быстрое рѣшеніе—имѣя сѣдалище въ сѣдлѣ (1е сиі
зиг Іа зеііе)*.
ГЛАВА VIII.
123
Чтобы выиграть флангъ у противника кавалерія совершала эво-
люціи извѣстныя подъ названіемъ караколя. Генрихъ IV, понимая
какъ неповоротливы были эскадроны въ 1500—2000 копей, по-
строенные квадратомъ, уменьшилъ, во-первыхъ, числптельность эскад-
роновъ до 300—600 чел. и строилъ ихъ въ 5 шеренгъ (сраженіе
при Иври). Впрочемъ это не было общепринято не только на прак-
тикѣ, но и въ теоріи; такъ нѣкоторые писатели требуютъ, глубину
въ 10 шеренгъ, другіе въ х/4 фронта (,19).
Не только легкая кавалерія, по и тяжелая, сохранившая ники,
какъ напримѣръ часть испанскихъ латниковъ, въ необходимыхъ слу-
чаяхъ спѣшивается и въ плотныхъ массахъ отражаетъ атаки не-
пріятельской пѣхоты, какъ это случилось, напримѣръ, при защитѣ
испанцами транспорта, слѣдовавшаго въ 1594- г. въ Ла-Феръ, (Л.
Наполеонъ).
Кавалерія присоединялась для боя къ пѣхотнымъ баталіонамъ,
вблизи которыхъ, и на одной почти съ ними высотѣ и располага-
лась.
Для лучшаго выясненія взаимныхъ боевыхъ отношеній между
различными роцами кавалеріи того времени, приведемъ указанія нѣко-
торыхъ современниковъ. По словамъ Мельцо. кирасиры должны всегда
слѣдовать за копейщинами, чтобы воспользоваться тѣми промежут-
ками, которые послѣдніе образуютъ въ рядахъ противника. Кира-
сиры могутъ, въ извѣстной мѣрѣ, дѣйствовать на мѣстности неров-
ной и на почвѣ мягкой; они также не нуждаются въ лошадяхъ
лучшей породы, и всякій имѣющій соотвѣтствующее вооруженіе
можетъ пріобрѣсти необходимую для этой службы ловкость и умѣнье.
Кирасиры двигаются въ атаку рысыо и не нуждаются въ значи-
тельномъ пространствѣ; поэтому ихъ можно соединять въ значи-
тельныя плотныя массы, силою отъ 300 до 400 чел.
Относительно 'копейщиковъ австрійскій генералъ Георгъ Баста
замѣчаетъ, что для успѣха прорыва непріятельскаго строя копьями
необходимы лучшія и сильнѣйшія лошади. Копейщикп должны въ
бою слѣдовать за стрѣлками, чтобы броситься на противника съ
фронта и фланговъ, когда послѣдніе произведутъ безпорядокъ въ
его строѣ. Для успѣшнаго дѣйствія копейщиковъ необходимы: ^от-
крытая мѣстность и твердая почва, чтобы атаковать быстрымъ ал-
люромъ; 2) отличныхъ качествъ лошади; 3) искусное владѣніе
копьемъ; 4) раздѣленіе копейщиковъ на небольшія части, человѣкъ
въ 30, такъ какъ при большихъ массахъ трудно удержать ровный
124
ПЕРЕХОДНАЯ ЭПОХА ВОЕННАГО ИСКУССТВА.
н быстрый аллюръ и порядокъ при атакѣ; съ 50—60 шаговъ слѣ-
дуетъ бросаться на непріятеля въ карьеръ. Легкая кавалерія (кон-
ные стрѣлки и пр.) должна служить для внезапныхъ нападеній,
чтобы прогнать непріятельскихъ лошадей съ поля сраженія и изъ
окрестныхъ селеній; конный стрѣлокъ долженъ обскакивать поле
сраженія, развѣдывать о непріятелѣ, преслѣдовать его во время
бѣгства и т. п.
Относительно конныхъ стрѣлковъ Мельцо, называющій ихъ также
драгунами, говоритъ, что они, будучи вооружены аркебузой съко'
леснымъ замкомъ, служатъ главнымъ образомъ для прикрытія квар-
тиръ (лагерей) и для сопровожденія транспортовъ.
При отступленіи они могутъ иногда спѣшиться и занять пози-
цію, чтобы задержать противника или нанести ему ударъ. Иногда,
на походѣ ихъ высылаютъ впередъ для нападенія на непріятеля;
они также, благодаря своей подвижности, могутъ своей пальбой на-
нести значительный вредъ противнику въ то время, когда онъ вы-
ступаетъ всѣми войсками изъ лагеря или когда отступаетъ; но вт>
этихъ случаяхъ они должны имѣть въ резервѣ копейщиковъ или
кирасиръ.
Они также полезны для обороны, для обезпеченія пути отступ-
ленія отряда, высланнаго на рекогносцировку или для другой какой
либо цѣли; они могутъ строить мосты, занимать тѣснины и тѣ по-
зиціи, къ которымъ пѣхота не можетъ поспѣть съ требуемой ско-
ростью или при оборонѣ которыхъ изолпрованность ея положенія
была-бы опасна (12°).
Съ тридцатыхъ годовъ шестнадцатаго столѣтія часто встрѣчается
соединеніе стрѣлковъ съ кавалеріей (легкой); аркебузеры будучи
почти беззащитны въ рукопашномъ бою, нуждались въ поддержкѣ
другихъ войскъ. Придача къ нимъ кавалеріи считалась выгодной
въ томъ отношеніи, что хотя кавалерійскія части и не могли слу-
жить стѣной для укрытія за собою, подобно пикинерамъ, пѣшихъ
аркебузеровъ, но онѣ могли быстро поспѣвать всюду па выручку.
Эта связь между легкой кавалеріей и стрѣлками была такъ обык-
новенна во второй половинѣ XVI ст., что часто пѣшіе стрѣлки и
конные аркебузеры соединяются въ одну роту и вербуются вмѣстѣ
(Рюстовъ).
Все сказанное приводитъ къ заключенію, что кавалерія успѣла
выработать нѣкоторыя вѣрныя тактическія начала, но увлеченіе
огнестрѣльнымъ оружіемъ и разнообразіе ея видовъ съ исключи-
Г Л А Ё Л VIII.
125
тельно спеціальными боевыми назначеніями, долго еще сохранялись
въ кавалеріи п препятствовали еп стать на путь правильнаго раз-
витія *).
Артиллерія.
Выше было указано, что Малкіавели, писавшій въ первой чет-
верти XVI ст., придавалъ очень мало значенія артиллеріи и не вѣ-
рилъ ея будущности; выводы его были основаны главнымъ обра-
зомъ на жалкомъ младенческомъ состояніи этого рода оружія въ
Италіи; несравненно большихъ успѣховъ достигла артиллерія во
Франціи, такъ что появленіе ея въ составѣ арміи Карла VIII по-
разило итальянцевъ. Въ то время какъ во всѣхъ западно-европей-
скихъ государствахъ имѣлись орудія самыхъ разнообразныхъ ка-
либровъ, причемъ были тяжелы и стрѣляли преимущественно ка-
менными снарядами, во Франціи было принято относительно не-
большое число калибровъ средней величины; бомбарды были выве-
дены изъ употребленія, а камнями дѣйствовали исключительно изъ
мортиръ.
Въ употребленіи имѣлись слѣдующія орудія: двойная пушка
(1е (ІоиЫе соигіаиі) 50 <[)., пушка-серпентинъ 24 ф., большая ку-
*) Оканчивая статью о кавалерія считаемъ умѣстнымъ сдѣлать нѣсколько замѣ-
чаній объ искусствѣ верховой ѣз^ы. Упражненія въ верховой ѣздѣ у древнихъ гре-
ковъ считались столь-же необходимыми какъ и гимнастическія; такъ, напримѣръ,
въ Аѳинахъ правительство содержало учителей., которые публично, въ акаде-
міяхъ, обучали верховой ѣздѣ. Вѣроятно и римляне слѣдовали примѣру грековъ, такъ
какъ въ кругъ образованія ихъ юношества входило также умѣнье ѣздить на лошади;
въ особенности это относилось къ сыновьямъ патриціевъ и всадниковъ. Въ средніе
вѣка пажи и оруженосцы обучались этому искусству подъ руководствомъ рыцарей,
при которыхъ онн состояли. По имѣющимся свѣдѣніямъ, первая школа верховой ѣзды
была учреждена въ Неаполѣ въ началѣ XVI ст.; по крайней мѣрѣ въ это время яви-
лась ея, систематически-формудцрованная, теорія. Впослѣдствіи подобныя заведенія
стали учреждаться при княжескихъ конюшняхъ, подъ названіемъ рыцарскихъ акаде-
мій, и при университетахъ. Бъ XVI ст. главными учителями верховой ѣзды были
Фіаши и Гризонъ; ихъ ученики перенесли это искусство въ Англію, а Пиньятелк и
Плювинель—во Францію; герцогъ Ньюкэстельскій основалъ для Голландіи школу въ
Антверпенѣ; такія-же потомъ появились въ Вѣнѣ, Кобургѣ, Геттингенѣ.
Первоначально верховая ѣзда была проста и раціональна, но скоро въѣвшійся въ
это дѣло педантизмъ и мелочность стали убивать въ человѣкѣ и животномъ ихъ при-
родныя способности и энергію.
Лучшими лошадьми въ XVI ст. считались выводимыя изъ Неаполя; они раздѣляли
славу съ берберійскими скакунами (Ноланъ. «Исторія и тактика кавалеріи>).
126
ПЕРЕХОДНАЯ ЭПОХА ВОЕННАГО ИСКУССТВА.
леврина 16 ф., средняя кулеврина 12 ф. и фоконы 1 и 2 ф. ка-
либра; послѣднія орудія стрѣляли свинцовыми снарядами. Лафеты
во Франціи также усовершенствовались, служа какъ для перевозки,
такъ и для дѣйствія въ бою орудій всѣхъ калибровъ. Хотя впо-
слѣдствіи, съ раздѣленіемъ артиллеріи на осадную и полевую, изо-
брѣтеніе особыхъ походныхъ станковъ, было довольно важнымъ
улучшеніемъ, но въ разсматриваемую эпоху, когда орудія огром-
ныхъ калибровъ вводились въ нолевой бой одинаково съ малыми,
существованіе лафетовъ пригодныхъ для обѣихъ указанныхъ цѣлей
представляло извѣстное преимущество. Фоконы, считавшіеся по пре-
имуществу полевыми орудіями, имѣли для облегченія быстроты
стрѣльбы ящики на лафетахъ, а также клинья для приданія угла
возвышенія. Передокъ имѣлся только у лафета двойной пушки, при-
чемъ колеса его былп чрезвычайно низки, такъ какъ назначеніе
передка заключалось лишь въ томъ, чтобы облегчить оглобли; у
всѣхъ прочихъ лафетовъ передка не было. Во главѣ артиллеріи
стояли главный начальникъ (§гаші-таіІге), его помощникъ (Ііеи-
іепаиі іи отапі-шаііге) и главный контролеръ (сопігоіеиг §ёпёга1).
Артиллерія дѣлилась на банды подъ начатьствомъ коммисара (сош-
тіззаіге), состоявшія изъ опредѣленнаго числа повозокъ, людей и
лошадей (отъ 400 до 1000). Нисшія должности раздѣлялись на
значительное число спеціальностей: ординарные и экстраординарные
канониры, ихъ помощники, бомбардиры, заряжатели и разряжатели,
мастеровые и пр. Ординарные канониры содержались въ городахъ,
какъ спеціалисты, на которыхъ между прочимъ возлагалась и обя-
занность отливки орудій; экстраординарные канониры присоединя-
лись къ первымъ прп надобности увеличить личный составъ артил-
леріи и т. п.
Карлъ двинулся въ Италію со 140 ор., изъ которыхъ око-
ло 42 (въ томъ числѣ 14 большаго калибра) сопровождалп ар-
мію при переходѣ черезъ Альпы. Тяжелыя орудія при этомъ
были перетащены людьми, а снаряды перенесены частью въ
шляпахъ, частью просто въ рукахъ. При походныхъ движеніяхъ
часть легкихъ орудій придавалась авангарду, всѣ-же тяжелыя на-
ходились при главныхъ силахъ. Артиллерія, какъ сказано, произ-
вела эффектъ при своемъ появленіи въ Италіи, но это впечатлѣніе
обусловливалось преимущественно ея внѣшнимъ видомъ, хорошей
администраціей, и богатствомъ матеріальной части: все-таки эта ар-
тиллерія была тяжела (двойная пушка перевозилась 35 лошадьми,
серпентинъ 23, большая кулеврина 17, средняя 7, большой фо-
Г Л АВА VIII.
127
конъ 2 и малый 1 лошадью), не могла передвигаться съ позиціи
на позицію, заряжаніе было медленію, теоріи стрѣльбы не существо-
вало и пр.
Къ тому-же уже въ ото время (сраж. при Форново) артилле-
ристы обнаружили стремленіе, столь пагубное вліяніе на успѣхъ
дѣйствій этого роп,а оружія во все послѣдующее время, до нашихъ
дней, а именно стремленіе состязаться съ непріятельской артилле-
ріей, а не дѣйствовать по его пѣхотѣ и кавалеріи.
Около середгшьг XVI ст, французская артиллерія сохранила
прежнюю относительную простоту устройства матеріальной части и
незначительное число калибровъ, а именно при Генрихѣ II были
приняты для полевой и осадной артиллеріи слѣдующія орудія:
	Вѣсъ снаряд. Фунты. Унціи.		Вѣсъ орудія. Ч"“° лошад«# 1,1	въ запряжкѣ	
Пушка			. 33	4	5200 ф.	21
Большая кулеврина	. 15	2	4200 —	17
Незаконная кулеврина.	. 7	о	2500 —	11
Средняя кулеврина.	2	»	1500 —	4
Фоконъ 		1	1	800 —	3
Фоконо ....		14	500 —	2
Около-же эмого времени, въ Германіи, по свѣдѣніямъ Фронспер-
гера (или Фрундеберга въ его извѣстномъ сочиненіи «Кгіе§зЬис1і>)
имѣлись орудія: 100 ф., 75 ф., 25 ф., стрѣлявшія желѣзными
ядрами и перевозившіяся на походныхъ станкахъ: затѣмъ орудія
18 ф., 8 ф., 5 ф. и 2 ф., стрѣлявшія желѣзными или свинцовыми
ядрами и перевозившіяся на лафетахъ; онъ упоминаетъ тоже о
ГепегЬйсѣз’ахъ (нѣчто въ родѣ гаубицъ), длинсю всего въ 4 ф.,
при калибрѣ около 1 фута, изъ которыхъ дѣйствовали по городамъ
или значительнымъ массамъ войскъ калеными ядрами, зажигатель-
ными грагнатами и каменной картечью; наконецъ Фронспергеръ
говоритъ о мортирахъ и органныхъ орудіяхъ, состоявшихъ изъ нѣ-
сколькихъ аркебузъ, помѣщенныхъ вмѣстѣ на одномъ лафетѣ.
Изъ этого видно, что хотя германская артиллерія отличалась
большимъ разнообразіемъ и сложностью матеріальной части, но вмѣстѣ
съ тѣмъ въ техническомъ прогрессѣ она опередила французскую,
такъ какъ имѣла уже такіе виды орудій и снарядовъ, которые впо-
слѣдствіи пріобрѣли чрезвычайно важное значеніе.
Ещё большихъ успѣховъ достигла нѣмецкая артиллерія въ послѣ-
дующее время Впрочемъ въ половинѣ XVI ст. въ Ш малька ль донскую
128
ПЕРЕХОДНАЯ ЭПОХА ВОЕННАГО ИСКУССТВА»
войну германцы имѣли весьма подвижныя орудія, предназначен-
ныя для сопровожденія кавалеріи. Въ 1591 г. принцъ Ангальтскій
привелъ Генриху IV орудія, которыя стрѣляли съ необыкновенной
для того времени быстротой. Съ начала XVII ст. нѣмецкая артил-
лерія получила столь замѣчательную организацію, что, спустя сто-
лѣтіе, послѣдняя послужила образцомъ Грибовалю при организаціи
французской артиллеріи. Правда, нѣмцы имѣли много калибровъ
(48, 24, 12, 6, 3, Р/2, 3/4 ф.—пушки; 24, 18, 12, 6, 3, ф.~
кулеврины), но на практикѣ орудія менѣе 6 ф. калибра употреб-
лялись весьма рѣдко.
Въ Италіи орудія были самаго разнообразнаго устройства. Въ
Испаніи при Карлѣ V усовершенствована была отливка бронзовыхъ
орудій. Двѣнадцатьпушекъ, отлитыхъ по приказанію этого государя для
его Тунисской экспедиціи (45 ф., длина 15кил., вѣсъ 7000 ф.), наз-
ванныя 12-ю апостолами, долго служили лучшимъ образцомъ тяже-
лей артиллеріи. Для своей артиллерій Карлъ V принялъ слѣдую-
щіе калибры: 40 ф., 24 ф., 12 ф., 6х/2 ф., 3 ф.
Къ концу XVI столѣтія замѣчательное устройство получила гол-
ландская артиллерія; устроенная первоначально по испанскому об-
разцу, она затѣмъ ограничилась только тремя калибрами, а имен-
но: 48 ф., 24 ф. и 12 ф.
Правда, въ составѣ этой артиллеріи имѣлись еще 36 ф. 9 ф. и
6 ф. пушка, но онѣ мало употреблялись. Голландская артиллерія
(подобно испанской) отличалась отъ французской болѣе сильными ка-
либрами и употребленіемъ передка.
Во второй половинѣ XVI ст., по свѣдѣніямъ Дилиха, приводи-
мымъ Мейнертомъ (т. 2, стр. 378), нѣмецкимъ пѣхотнымъ полкамъ
придавалось около 2 фальконетовъ и 2 камерныхъ или картечныхъ
орудій, при которыхъ состояло прислуги и разныхъ мастеровыхъ
52 чел., 40 лошадей подъ орудія (каждое изъ которыхъ запряга-
лось парой лошадей) и обозъ.
Отливка орудій сдѣлала замѣчательные успѣхи, причемъ бронза
и чугунъ замѣнили желѣзо во всей Европѣ. Составъ артиллерій-
скаго металла былъ изъ 10 ч. олова на 100 ч. мѣди, это пропор-
ція п новѣйшаго времени, только тогда не умѣли опредѣлять сте-
пени чистоты металловъ, что, конечно, имѣло важное значеніе—при-
ходилось предоставить почти полную свободу литейщикамъ. Длина и
толщина стѣнъ орудій не были съ точностью опредѣлены и каждый
литейщикъ могъ ихъ измѣнять въ зависимости отъ качества упо-
ГЛАВА ѴШ.
129
требляеиаго имъ металла. Точно также несовершенство техники
влекло за собою необходимость допуска большаго зазора»
Кромѣ ядеръ артиллерія имѣла сильные и вѣрные зажигатель-
ные снаряды. Граната состояла изъ пустаго ядра хрупкаго металла,
набитаго до 3/4 пустоты порохомъ; остальное пространство напол-
нялось зажигательнымъ составомъ, который воспламенялся передъ
бросаніемъ снаряда рукою. Зажигательныя стрѣлы, бросаемыя ар-
балетомъ и аркебузой еще, оставались въ употребленіи. Въ герман-
ской артиллеріи производились секретные опыты надъ стрѣльбою
изъ мортиръ разрывными снарядами.
Заряды сначала равнялись полному вѣсу ядра, но потомъ были
уменьшены сь улучшеніемъ пороха п съ измѣненіемъ его состава.
Около половины XVI ст. былъ измѣненъ составъ пороха (въ
смыслѣ увеличенія его силы) и вмѣстѣ съ тѣмъ составныя его ча-
сти лучше измельчались и далѣе обработывались подъ толчеями.
Во Франціи, съ введеніемъ 6 калиберной системы орудій, было
принято, около половины XVI ст,, 6 лафетовъ; они состояли изъ
2 станинъ, 4 подушекъ, деревянной оси, 2 колесъ и оглобель; ши-
рина хода 4-хъ большихъ орудій была одинакова. При постройкѣ
лафетовъ давались указанія только относительно главнѣйшихъ раз-
мѣровъ. Станины должны были располагаться на оси почти въ рав-
новѣсіи, чтобы на оглобляхъ не лежало большой тяжести; мѣсто
вырѣзовъ для цапфъ орудія опредѣлялось этимъ-же условіемъ.
Нѣмецкія двухколесныя орудія не имѣли оглобель и не были хо-
рошо приспособлены къ перевозкѣ орудіи.
Во Франціи Генрихъ II учредилъ коммисаровъ артиллерійскихъ
парковъ, которые сдѣлались подрядчиками, обязанными доставлять,
въ короткій срокъ, лошадей, сбрую, повозки и обозныхъ, необхо-
димыхъ для передвиженія артиллеріи.
Въ XVI столѣтіи итальянскій математикъ Тарталья первый при-
нялся за разрѣшеніе вопроса о траэкторіи снарядовъ. Замѣчатель-
нѣйшими его сочиненіями были: «Ве поѵа зсіепга^ 1537 и сфиезііе
е іпѵепгіопі (ііѵегзі^ 1546.
Такъ какъ въ эту эпоху законы тяготѣнія п разложенія силъ
еще не были извѣстны, то выводы его были ошибочны. Онъ пола-
галъ, что снарядъ, брошенный изъ орудія, не подвергался сначала
дѣйствію тяжести, которое начиналось только съ уменьшеніемъ ско-
рости полета и оканчивалось исключительно дѣйствіемъ на снарядъ
и паденіемъ его вертикально къ землѣ. Такимъ образомъ траэкторія,
9
130
ПЕРЕХОДНАЯ ЭПОХА ВОЕННАГО ИСКУССТВА.
по представленію Тартильи, состояла сначала изъ прямой линіи,
затѣмъ изъ кривой, составлявшей часть окружности, п наконецъ
изъ прямой, образуемой снарядомъ падающимъ вертикально подъ
исключительнымъ вліяніемъ тяжести. Хотя Тарталья впослѣдствіи
исправилъ свою ошибку и пришелъ къ заключенію, что траэкторія
составляетъ кривую въ плоскости выстрѣла, но не могъ дать ясной
ея теоріи и облегчить этпмъ практически прицѣливаніе. Такое по-
ложеніе теоріи стрѣльбы длилось долго, а потому артиллерія могла
дѣйствовать успѣшно только на самыхъ близкихъ дистанціяхъ.
Большую пользу, принесла также артиллеріи доказанная Тар-
тальей теорема, что вѣса двухъ тѣлъ, одного и того-же матеріала,
относятся между собою, какъ кубы сходственныхъ измѣреній; это
дало возможность по вѣсу одного каменнаго, чугуннаго или свинцо-
ваго ядра опредѣлять вѣсъ всѣхъ прочихъ ядеръ. Къ тому-же вре-
мени относится дѣятельная разработка металлургическихъ вопросовъ,
а также устройство казенныхъ литейныхъ заводовъ и другихъ тех-
ническихъ заведеній, особенно прп императорѣ Карлѣ V, и учреж-
деніе артиллерійскихъ школъ, что ослабило вліяніе бюксенмейсте-
ровъ (пушкарей). Изъ школъ особенно замѣчательна была Бур-
госская въ Испаній. Одинъ изъ ея воспитанниковъ, Діего Уфано
написалъ въ 1613 г. «Тгаііаіо йеііа Агііііегіа у изо (іе еііа» Оно
заключаетъ въ себѣ много практическихъ, полезныхъ свѣдѣніи; но въ
научномъ отношеніи уступаетъ трудамъ Тартальи (см. въ энц.
лексиконѣ бар. Зедделера).
Въ бою сосредоточеніе орудій на извѣстныхъ пунктахъ встрѣ-
чается чрезвычайно рѣдко; обыкновенно артиллерія разсѣевается
по всему полю сраженія, чтобы вознаградить малую дѣйствитель-
ность стрѣльбы и продержать непріятеля подольше подъ огнемъ;
позиція выбираютъ на мѣстности богатой преградами; наступленіе
было часто невыгодно, такъ какъ атакующій почти лишался содѣй-
ствія своей артиллеріи, не имѣвшей возможности его сопровождать,
а ручное оружіе медленно заряжалось,—вотъ почему, между прочимъ,
сраженія этого времени носятъ по преимуществу оборонительный
характеръ.
На практикѣ при стрѣльбѣ, даже въ концѣ столѣтія, руковод-
ствовались кое какими поверхностными даннными. Такъ одпнъ изъ
бюксенмейстеровъ говоритъ, что при горизонтальномъ положеніи оси
всякаго тяжелаго орудія снаряды при стрѣльбѣ долетаютъ на
300 ш., затѣмъ для наводки нужно пользоваться инструментомъ,
ГЛАВ А ѴПІ.
131
няжнее дѣленіе котораго отвѣчаетъ 400 шаг., слѣдующее 500 ш.
и т. д. При стрѣльбѣ въ гору, къ каждымъ 500 ш. дѣленій ин-
струмента слѣдуетъ дѣлать надбавку въ 100 ш., стрѣляя поверхъ
воды, <которая притягиваетъ и поглощаетъ селитру», а также
въ дождь, туманъ и т. ц. нужно дѣлать тоже вышеуказанную
надбавку.
О дальномѣрѣ впервые упоминается въ 1598 г. въ сочиненіи
итальянца Кампобіанко, считающаго себя изобрѣтателемъ этого ин-
струмента, имѣвшаго крайне несовершенное устройство, улучшен-
ное лишь въ послѣдующее столѣтіе.
И такъ въ теченіи XVI столѣтія матеріальная часть артиллеріи
сдѣлала замѣтные успѣхи; этотъ родъ оружія не представляется
уже болѣе какой то второстепенной принадлежностью, маловажнымъ
придаткомъ къ кавалеріи и пѣхотѣ; артиллерія оказываетъ весьма
важное вліяніе на исходъ сраженій при Равеннѣ, Мариніано,
Павіи, С. Кантенѣ, Дре, Монконтурѣ и пр. Тѣмъ не менѣе даже
въ серединѣ столѣтія между военными людьми устанавливаются два
различныхъ мнѣнія относительно пользы и значенія этого рода
оружія; однп, высчитывая громадные расходы, требуемые артилле-
ріею, затрудненія причиняемыя ею на походѣ, медленность ея
стрѣльбы и пр. полагали, что артиллерія можетъ быть полезна
только при атакѣ и оборонѣ крѣпостей, но не въ полевой войнѣ;
другіе, напротивъ, указывали на значительный вредъ, который
артиллерія могла причинять тогдашнимъ громаднымъ кавалерійскимъ
и пѣхотнымъ массамъ, если сосредоточитъ на нихъ свой огонь, на
выгоды, которыя она даеті> атакующему, фланкируя своимъ огнемъ
его, колонны, на вредъ, который она можетъ причинить обороняю-
щемуся на его позиціи, признавали чрезвычайную важность ея въ
сраженіяхъ и указывали только на необходимость увеличенія ея
подвижности. Разсматривая эти мнѣнія и сопоставляя ихъ съ со-
стояніемъ тогдашней артиллеріи и военнаго искусства вообще, можно
придти къ заключенію, что артиллерія XVI ст. была дѣйствительно
весьма сложна по устройству, тяжела, малоподвижна, не обладала
научными и достаточными техническими средствами для веденія
правильной стрѣльбы; но тѣмъ не менѣе, она фактически принесла
пользу во многихъ сраженіяхъ, какъ упомянуто выше, а потому,
представлялась уже тогда, важнымъ боевымъ средствомъ, тѣмъ бо-
лѣе что массивные строи служили ей отличными цѣлями и не дѣ-
лали особенно чувствительной малую мѣткость тогдашней артилле-
9*
132
ПЕРЕХОДНАЯ ЭПОХА ВОЕННАГО ИСКУССТВА.
ріи; но для извлеченія всей пользы изъ послѣдней необходимо было
знаніе техническихъ свойствъ артиллерія, умѣнье справиться съ
тѣми трудностями которыя она причиняла на походѣ и въ бою—
однимъ словомъ введеніе этого элемента въ соображенія военачаль-
ника усложняло работу его мысли, увеличивало его заботливость,
дѣлало военное искусство болѣе сложнымъ, а это не могло нравиться
всѣмъ военноначальникамъ, да п не каждому было по плечу; съ дру-
гой стороны сами артиллеристы должны были хорошо понимать
общія условія боя, умѣть направлять огонь по важнѣйшимъ цѣлямъ
и сразу подъѣзжать на дистанцію вѣрнаго выстрѣла, — а это на
практикѣ» не всегда встрѣчалось. Въ сраженіяхъ: при Павіп—пспанцы,
при Дрё — католики, при С. Дени—протестанты достигли замѣча-
тельныхъ успѣховъ дѣйствіемъ изъ аркебузъ, потому что обстрѣли-
вали противника съ разстоянія 50 ш.; тоже можно замѣтить и
относительно артиллеріи: при Мариніано орудія дѣйствовали съ раз-
стоянія 150 ш. противъ солдатъ, считавшихся первыми въ мірѣ, и
небольшимъ числомъ выстрѣловъ поколебали ихъ мужество. Такое-
же явленіе наблюдаетт, въ сраженіяхъ при Бикокѣ, Дре, Монкон-
турѣ и пр. Наоборотъ во время Шмалькальденской войны проте-
стантская артиллерія выпускаетъ множество снарядовъ противъ
войскъ Карла V, но, дѣйствуя весьма издали, не причиняетъ имъ
почти никакого вреда (121).
О ручномъ оружігі отчасти упомянуто уже въ статьѣ о пѣхотѣ,
Можно напомнить, что, вслѣдствіе слабости дѣйствій аркебузы, она
была постепенно замѣнена мушкетомъ; но вѣсъ послѣдняго былъ
сначала весьма значителенъ, вслѣдствіе чего стали уменьшать тол-
щину стѣнъ ствола и самый калибръ. Морицъ Оранскій первый
установилъ въ 1598 г., чтобы на одинъ фунтъ приходилось пуль:
для хмушкета 10 и для аркебузы 20; эта норма сохранилась до
конца XVII ст.
Не смотря на эти облегченія, мушкетъ съ вилкой все-такн вѣ-
силъ около 17 фунтовъ. Въ концѣ XVI ст. изобрѣтенъ (въ Испаніи
и Голландіи) зажимной курковый замокъ, на который можно смо-
трѣть, какъ на предшественника послѣдующаго францускаго крем-
леваго замка.
Время и мѣсто изобрѣтенія нарѣзнаго оружія неизвѣстно.
Можно предположить, что винтовымъ нарѣзамъ предшествовали пря-
мые и если послѣдніе стали примѣняться въ серединѣ XV ст.. то
первые получили распространеніе только къ концу этого или въ
ГЛАВА ѴПІ.
133
началѣ послѣдующаго столѣтія. Весьма, впрочемъ, возможно, что
и ранѣе употребляли винтовые нарѣзы, такъ какъ еще до изобрѣ-
тенія огнестрѣльнаго оружія извѣстны были выгоды, доставляемыя
вращательнымъ движеніемъ снаряда, при его полетѣ; а именно въ
концѣ XIV и въ началѣ XV ст. швейцарскіе арбалетчики употре-
бляли особую стрѣлу относительно которой, какъ положеніе при-
крѣпленныхъ къ ея хвосту крыльевъ, такъ и самая ея конструкція
доказывали, что снаряду желали придать во время полета враща-
тельное движеніе. Число нарѣзовъ было обыкновенно нечетное
(5, 7, 9, 11), съ той цѣлью, чтобы противъ каждаго поля прихо-
дился нарѣзъ, такъ какъ при этомъ снарядъ лучше направлялся
нарѣзами; форма нарѣзовъ была тоже различна: треугольная, съ
закругленіемъ, смѣшанная и пр.
Хотя изобрѣтеніемъ нарѣзовъ была улучшена мѣткость боя руч-
наго оружія, но мѣткость стрѣльбы находилась въ зависимости отъ
несовершенства прицѣливанія. Въ видахъ улучшенія послѣдняго
мушку начали дѣлать тоньше прежняго, а прицѣлъ изготовляли
изъ куска желѣза, съ пропиломъ на верху, и прикрѣпляли его
перпендикулярно къ оси канала, въ нѣсколькихъ дюймахъ разстоя-
нія отъ задняго обрѣза ствола. Для заряжанія оружія вводятся
патроны, йотъ 1597 года сохранилось полное описаніе патрона въ
томъ видѣ, какъ его употребляли неаполитанскіе аркебузеры; ранѣе
всего, впрочемъ, патроны нашли примѣненіе въ легкой кавалеріи, такъ
какъ возить порохъ и заряжать изъ пороховыхъ мѣрокъ на конѣ было,
конечно, весьма неудобно.
Во второй половинѣ XVI ст. во Франціи пѣхота имѣла два рода
ручнаго оружія: тяжелый мушкетъ съ вилкою и легкую аркебузу;
кавалерія была вооружена короткими аркебузами или пистолетами
съ колесцовымъ замкамъ- Употребленіе пистолета было повсюду
распространено нѣмецкой наемной кавалеріей. Въ Германіи ручное
оружіе было однородно съ французскимъ.
Къ пистолетамъ иногда присоединились нѣкоторыя принадлеж-
ности, которыя могутъ быть разсматриваемы, какъ прототипы штыка.
Такъ во Франціи встрѣчаются пистолеты, къ которымъ прикрѣпля-
лись то шпага, то сабля, то сѣкира; въ послѣдней полая рукоять
образовала стволъ огнестрѣльнаго оружія; въ пистолетѣ — шпагѣ
стволъ помѣщался на поверхности клинка по направленію острія.
Замѣтимъ, что и русскія войска имѣли ружья и пистолеты, снаб-
женные спереди топоромъ (122).
Въ общемъ выводѣ относительно ручнаго огнестрѣльнаго оружія
134
ПЕРЕХОДНАЯ ЭПОХА ВОЕННАГО ИСКУССТВА.
можно замѣтить тоже, что сказано было объ артиллерійскіе ору-
діяхъ этой эпохи: ручное оружіе XVI ст. весьма разнообразно,
плохаго устройства, не имѣетъ хорошихъ принадлежностей, для
надлежащаго прицѣливанія; стрѣльба производится медленно и бо-
лѣе или менѣе на удачу; но она уже является могущественнымъ
боевымъ средствомъ, существенно вліяетъ на формы строя п самый
характеръ боя; въ его разнообразіи проявляется кипучая работа
мысли, стремящейся къ выработкѣ наилучшихъ типовъ ручнаго
оружія; но такой типъ еще не былъ выработанъ; тѣмъ не менѣе
нѣкоторыя идеи, осуществленныя только впослѣдствіи, или лишь
въ наше время (нарѣзное оружіе, сочетаніе въ одномъ образцѣ*
свойствъ холоднаго и огнестрѣльнаго оружія) были порождены въ
разсматриваемую отдаленную эпоху, въ вѣкъ «Возрожденія».
Отношеніе между различными родами оружія.
Отношеніе пѣхоты къ кавалеріи было, конечно, измѣнчиво, но
въ общемъ пѣхота увеличивалась, кавалерія уменьшалась въ числѣ.
Въ самомъ началѣ столѣтія во французской арміи въ Италіи ка-
валерія составляла нѣсколько менѣе !/3 противъ пѣхоты, а въ
испанской, Гонзальва Кордуанскаго, около ‘Д—У5; во второмъ де-
сятилѣтіи во французской арміи кавалерія относилась къ пѣхотѣ
какъ 1:5; ау имперцевъ въ 1525 году это отношеніе было равно
1:6 (ш); въ сраженіи при Дре (1562 г.) у католиковъ приходилось
на 1 кавалериста около 1\/2 пѣх. (у протестантовъ это отношеніе
было несравненно благопріятнѣе для кавалеріи), а въ сраженіи при
С. Дени 1567 г. на 1 кав. 8 пѣхот. (у протестантовъ на 1 кав.
2 пѣх.). Къ концу столѣтія у французовъ относительное число ка-
валеріи снова увеличивается: въ 1589 году на 1 кав. приходится
3—4 пѣх., а въ 1590 г. въ сраженіи при Иври указанное отно-
шеніе равно было съ обѣихъ сторонъ 1:3 (124).
Артиллерія была немногочисленна. Правда въ первой половинѣ
столѣтія за войсками тянулись многочисленные артиллерійскіе обозы,
но въ составъ ихъ входили не только полевыя, но я осадныя ору-
дія; вообще же полевая артиллерія считалась сильною если на 1000
чел. приходилось около 1 орудія (125). Такъ въ сраженіи при С.
Дени (1562) у протестантовъ было 3 т. пѣхоты и кавалеріи и 4
ор.; при Иври (1590 г.) 11 т. пѣхоты и кавалеріи при 6 орудіяхъ,
ГЛАВА VIII.
135
а у противника 16 т. чел. при 4 орудіяхъ; впрочемъ въ нѣкоторыхъ
сраженіяхъ артиллерія была въ большей пропорціи (12ь‘).
При арміи возилось еще значительное число тяжелыхъ аркебузъ
(УѴаІЬйсЬяеп, зсіореііа шигаііа), составлявшихъ переходную сту-
пень отъ артиллерійскихъ орудій къ ручному оружію. Эти арке-
бузы назначались обыкновенно только для обороны позицій (127).
Военная іерархія и устройство военнаго управленія.
Первымъ лицомъ, въ іерархическій системѣ французской арміи
былъ Маршалъ Франціи, о званіи и должности котораго было уже го-
ворено раньше. Затѣмъ слѣдовалъ генералъ-полковникъ (соіопеі-^ёпё-
гаі)—должность котораго существовала съ 1534 г, до 1561 г.; онъ
командовалъ всею французскою пѣхотою и имѣлъ надъ нею пол-
ную судебную власть; при немъ состояли для помощи: по строевой
части зег^епі <1е Ъаіаііі и по судебной ^гапб-ргёѵбі (генералъ-
прокуроръ); генералъ-полковникъ пользовался обширными привиле-
гіями и такимъ значеніемъ въ войскахъ, что власть его станови-
лась иногда даже опасной для верховнаго правительства.
Съ давнихъ временъ существовала должность генералъ-капитана
(сарііаіпе-^ёпёгаі) ополченія и она сохранилась во французской
арміи на случай призыва арьербана, образовавшаго, со времени учреж-
денія ордонансовыхъ ротъ, феанцузскую милицію.
Время учрежденія во Франціи должности главнаго начальника
артиллеріи неизвѣстно, но при Генрихѣ IV въ числѣ придворныхъ
лицъ было одно, носившее это званіе. Затѣмъ съ половины XVI сг.
упоминается о генералъ-лейтенантѣ артиллеріи, замѣщавшемъ глав-
наго начальника въ случаѣ его отсутствія.
Обязанность размѣщенія войскъ на походѣ по квартирамъ въ
прежнее время лежала на маршалахъ Франціи, а затѣмъ возложена
была на фельдмаршаловъ (шагёсііаі (іе сашр.); этотъ титулъ до
Генриха IV не обозначалъ постояннаго званія, а опредѣлялъ только
родъ обязанностей; фельдмаршаловъ и ихъ помощниковъ было обык-
новенно нѣсколько, причемъ первыхъ въ отличіе отъ послѣднихъ
называли генералъ-фельдмаршалами (шагёсііаі §ёпёгаІ без сатрз).
Титулъ тезіге-бе-с а тр принадлежалъ офицерамъ исполнявшимъ
различныя обязанности, какъ, напримѣръ, при расположеніи на
квартирахъ нѣсколькихъ пѣхотныхъ частей надт> ними назначался
шезгіе-бе-сашр; они командовали также сводными частями пѣхоты;
136
ПЕРЕХОДНАЯ ЭПОХА ВОЕННАГО ИСКУССТВА.
наконецъ онп назначались для распредѣленія по квартирамъ из-
вѣстнаго числа войскъ. Впослѣдствіи, съ учрежденіемъ полковъ ка-
валеріи, командиры этихъ полковъ получили названіе теніге-йе-сатр
(въ пѣхотѣ—полковникъ, соіопеіе).
Должность капитана считалась весьма почетною и до Генриха IV
предоставлялась храбрѣйшимъ и достойнѣйшимъ офицерамъ (рыц.
Баяръ, Монлюкъ и др.). За капитаномъ слѣдовалъ его помощникъ
или поручикъ (Ііеиіепапі), а за нимъ подпоручикъ (доиз-ііеиіепапі—
не ранѣе Генриха IV, а въ пѣхотѣ еще позже). Аоряеты, знамен-
щики и гидонъг (согпеііе, епзеі^пе, ^иійоп)—носили штандарты, зна-
мена и значки въ пѣхотѣ и кавалеріи. Званіе сержанта въ пѣ-
хотѣ-одно изъ древнѣйшихъ во французской арміи; при Людо-
викѣ XII это были субалтеръ офицеры, прошедшіе ступени ефрей-
тора и капрала, отличавшіеся своего храбростью и доблестями и
обязанные вѣдать квартирное расположеніе своей роты, поддерживать
дисциплину, полицейскій порядокъ и проч.
Капралы, (сарогаі) слѣдовали за сержантами и командовали сво-
ими отдѣленіями (езсоиабе); названіе это встрѣчается со временъ
Генриха II.
Анспессады (авзреззабе)—нѣчто въ родѣ ефрейторовъ, отбор-
ныхъ солдатъ. Они обучали новобранцевъ дѣйствію оружіемъ и,
въ отсутствіе сержантовъ, разставляли часовыхъ; приказанія они
получали, отъ своихъ капраловъ (128). Изъ нестроевыхъ должностей
слѣдуетъ упомянуть учрежденныхъ Генрихомъ II командировъ артил-
лерійскихъ парковъ. Полное развитіе французская военная іерархія
получила при Людвикѣ IV, когда была издана, разработанная зна-
менитымъ министромъ Лувуа, табель о рангахъ.
Въ разсматриваемую эпоху гораздо шире нежели во Франціи
развилась система чиноначалія въ нѣмецкихъ войскахъ, особенно
у наемныхъ ланцкнехтовъ (129).
Высшая должность въ нѣмецкихъ наемныхъ войскахъ принадле-
жала генералъ-полковнику (ОёнёгаІ-ЕеІбоЪегзІ). Онъ былъ намѣст-
никомъ государя, велъ войну, имѣлъ право заключать перемиріе, на-
казывать всѣхъ за проступки и награждать за отличія, назначать
старшихъ начальниковъ (полковниковъ и капитановъ) и пр. Но не
имѣлъ права, возбуждать новую войну и заключать миръ или продол-
жительное перемиріе, развѣ въ исключительныхъ случаяхъ, причемъ
и тогда долженъ былъ выслушать мнѣніе лучшихъ воиновъ я чле-
новъ военнаго совѣта, въ составъ котораго входили: фельдмаршалъ
Г Л А В А ѴПІ.
137
(начальникъ кавалеріи), начальникъ артиллеріи и главный провіант-
мейстеръ. Съ ними же обсуждались и утверждались полевые штаты.
Кромѣ того въ общее собраніе военнаго совѣта приглашались: пол-
ковники, ротмистры и старшіе капитаны.
Состоявшій при генералъ-полковникѣ генералъ-подполковникъ (Ое-
пегаІ-ОЬегзіІіеиіепапі) исполнялъ порученія своего началъника; при
раздѣленіи войскъ или лагеря на части онъ начальствовалъ одною
изъ нихъ; наблюдалъ на походѣ за порядкомъ и мѣрами охраненія.
Главные коммиссары (ОЬегзіе-Кгіе^зсоттіззагіеп) обязаны были
слѣдить за порядкомъ обученія людей и за выдачею войскамъ всего
слѣдуемаго по положенію.
Главный казначей (ОЬегзІе-РГеппі^теізІег) хранилъ росписки и
деньги и выдавалъ крупныя суммы начальствующимъ лицамъ; онъ
обязанъ былъ также умѣть искусно добывать деньги.
Главнымъ начальникомъ кавалеріи былъ фельдмаршалъ (ГеИ-
гоагбсЬаІІ), а артиллеріи—главный чейгмегістеръ, аркелеймейстеръ
(Яеи^-шиі Агкеіеішеізіег). За ними, по рангу должности, слѣдо-
валъ главный провіантмейстеръ (ОЪегзіе-Ргоѵіапііпеізіег). Онъ обя-
занъ былъ заботиться, чтобы въ лагерь доставлялся провіантъ въ
должномъ количествѣ, ему подчинялись провіантмейстеры и комми-
сары.
Важнымъ лицомъ въ лагерѣ былъ главный нолевой профосъ
(ОЬегзіе-ЕеІсІргоГоз), называемый также капитаномъ юстиціи (Сарі-
Іап сіе Іизііѣіа). Онъ слѣдилъ, чтобы не было безпорядка въ ла-
герѣ; о всѣхъ проступкахъ, подлежавшихъ дисциплинарной власти
полковниковъ, онъ доводилъ до ихъ свѣдѣнія; за остальныя самъ
налогалъ взысканія, но предварительно сообщалъ о томъ фельдмар-
шалу; въ случаѣ сильнѣйшаго безчинства онъ могъ повѣсить пре-
ступника на мѣстѣ преступленія. Главный профосъ имѣлъ въ сво-
емъ распоряженіи эскадронъ и разъѣзжалъ по лагерю, какъ съ
цѣлью пресѣченія грабежа и насилій, такъ и для того, чтобы не
позволять отдѣльнымъ лицамъ скупать хлѣбъ въ однѣ руки; онъ
принималъ провіантъ передъ лагеремъ, сопровождалъ его къ глав-
ному провіантмейстеру или на общій провіантскій лагерный плацъ
(Ргоѵіапіріаіг) и раздѣлялъ его между полками, согласно получен-
нымъ приказаніямъ. Отъ него зависѣли также маркитанты, имѣвшіе
право торга не въ полкахъ, а на общемъ плацу; онъ наблюдалъ за
цѣнами п за тѣмъ, чтобы маркитантамъ не дѣлали притѣсненій;
онъ наблюдалъ за чистотой въ лагерѣ и указывалъ мясникамъ мѣ-
138
ПЕРЕХОДНАЯ ЭПОХА ВОЕННАГО ИСКУССТВА.
ста для бойни. При выступленіи изъ лагеря главный профосъ на-
ходился у выхода и наблюдалъ за тѣмъ, чтобы каждый шелъ на
своемъ мѣстѣ, чтобы обозъ шелъ въ указанномъ порядкѣ.
Старшій генеральный писарь (ОЬегзіе ОепегаІ-ЗсЪгеіЬег) или
секретарь (Зесгеіагіиз) долженъ быть: «ученъ и краснорѣчивъ и
умѣть хорошо владѣть перомъ». Онъ составлялъ письма къ инозем-
нымъ государямъ и властямъ, переписывалъ договоры, трактаты и
т. и.
Главный квартирмейстеръ (ОЬегзіе-Опагііегтеізіег) состоя при
фельдмаршалѣ, осматривалъ и разбивалъ лагерь, раздѣлялъ его меж-
ду различными родами оружія, рѣшалъ споры по квартирнымъ во-
просамъ и т. д.
Главный врачъ (ОЪегзіе-Аггі) или протомедикъ (Ргоіопіесіісиз),
начальствуя соотвѣтствующею частью въ арміи, былъ снабженъ осо-
бою аптекою и необходимыми инструментами.
Главный вахтмейстеръ (ОЬегзіе ’ѴѴ'асІіітеізіег) принималъ отъ
полководца и отдавалъ войскамъ лозунгъ, вѣдалъ караулы, ка-
раульную и сторожевую службу, а на походѣ начальствовалъ арьер-
гардомъ. Герольдъ (НегоІ<і) провозглашалъ всѣ распоряженія по ла-
герю и установленныя мѣры для службы и поведенія войскъ внѣ
лагеря.
Брандмейстеръ (ВгапЛтеізіег) назначался на случай значи-
тельнаго похода; онъ имѣлъ при себѣ роту, знамя которой разво-
рачивалось при отдачѣ приказанія совершить поджогъ; брандмей-
стеръ собиралъ также контрибуцію.
Всѣ перечисленныя должности состояли въ непосредственномъ
вѣдѣніи генералъ-полковника.
Въ кавалеріи должности подраздѣлялись на главныя войсковыя
и отдѣльныхъ частей войскъ. Къ первымъ принадлежали:
Фельдмаршалъ, или начальникъ кавалеріи. Онъ получалъ при-
казанія, какъ отъ воюющаго государя такъ и отъ полководца. Онъ
принималъ участіе во всѣхъ важныхъ и секретныхъ совѣщаніяхъ;
ему принадлежала судебная власть въ кавалеріи, разрѣшеніе всѣхъ
недоразумѣній между всадниками по поводу карауловъ, квартиръ,
добычи фуража, походныхъ движеній и проч.; ссоры и недоразу-
мѣнія между кавалеристами и пѣхотинцами, онъ разрѣшалъ при
участіи пѣхотныхъ полковниковъ и капитановъ. Онъ устраивалъ по-
ходный порядокъ, слѣдовалъ во главѣ колонны и слѣдилъ за соб-
люденіемъ порядка на маршѣ. При помощи своего лейтенанта, квар-
ГЛАВА VIII.
139
термистровъ, вахтмеіістеровъ и фурьеровъ онъ выбиралъ мѣсто для
лагера и указывалъ какъ разбивать послѣдній. Распоряжался при-
водомъ къ присягѣ сдавшихся; обезпечивалъ безопасность маркитан-
товъ; устанавливалъ дешевыя цѣны, употребленіе вѣрныхъ вѣсовъ
и мѣръ. При фельдмаршалѣ состоялъ подмаршалъ (Спіегшагьсііаіі)
или помощникъ (Ьіеиіепат), вѣдавшій менѣе важныя дѣла. При
значительной массѣ войскъ назначался генералъ-полковникъ кавале-
ріи (бепегаІ-Веііег-ОЪегзі).
Полковникъ назначался главнокомандующимъ для вербовки нѣ-
сколькихъ конныхъ ротъ, которыми и командовалъ.
Обязанности генералъ-квартирмейстера, генералъ-вахтмепстера и
профоса кавалеріи (РгоГоз (Іег Кеізі^еп) соотвѣтствовали обязан-
ностямъ такихъ же лицъ общаго управленія. Румормейстеръ (Ви-
тогшеі8Іег) имѣлъ при себѣ нѣсколько всадниковъ отъ каждаго от-
ряда; люди эти объѣзжали лагерь, а на походѣ слѣдовали по сто-
ронамъ колонны и сгоняли къ войску разбревшихся солдатъ; иногда
при нихъ находился профосъ, со своимъ помощникомъ, который и
заковывалъ въ цѣпи пойманныхъ мародеровъ.
Въ каждомъ эскадронѣ или конной ротѣ существовали слѣдую-
щія должности: Ротмистръ (Кііітеізіег)—вербовалъ роту согласно
существующимъ положеніямъ, подъ наблюденіемъ полковника, къ
которому являлся каждый вечеръ за полученіемъ приказанія; онъ
поддерживалъ въ своей части дисциплину и командовалъ ею, согла-
сно постановленіямъ; людей наказывалъ съ вѣдома полковника, ко-
торому докладывалъ о всѣхъ происшествіяхъ.
Поручикъ (ШМшеізіег—Ьеіиіепапі) исполнялъ всѣ приказанія
ротмистра. Корнету (Веііег-Еаііпсігісіі) ротмистръ торжественно вру-
чалъ передъ ротой штандартъ, который онъ былъ обязанъ хранить,
а въ бою не опускать, но держать поднятымъ; въ отсутствіи рот-
мистра корнетъ устроивалъ эскадронъ къ бою, а въ его присутствіи
наблюдалъ за построеніемъ; онъ обязанъ былъ воодушевлять людей
для атаки увѣщаніями и личнымъ примѣромъ. Конный фурьеръ
(Кеііег-Гопгіег) указывалъ начальствующимъ лицамъ квартиры п
долженъ былъ быть опытнымъ грамотѣемъ, чтобы ловко и быстро
изготовлять билеты. Слѣдуетъ еще упомянуть о дожности полеваго
трубача (Ееісііготреіег).
Чины главнаго управленія пѣхоты были слѣдующіе:
При значительной числительности арміи или присутствіи при ней
высокопоставленныхъ лицъ, которымъ желали дать особый постъ
140
ПЕРЕХОДНАЯ ЭПОХА ВОЕННАГО ИСКУССТВА.
учреждалась должность генералъ-полковника надъ пѣхотой (Сепегаі
ОЬегзіе ііЬег сіав Гиззѵоік), содѣйствовавшая генералъ-полковнику
кавалеріи. Полковникъ ланцкнехтовъ (ЬапгкпесМ-ОЬегзіе) вербо-
валъ кнехтовъ или ратниковъ при посредствѣ капитановъ; онъ на-
блюдалъ за правильной выдачей людямъ провіанта, сукна, товара,
жалованья и пр., а также не допускалъ обмановъ въ ущербъ ин-
тересамъ главнокомандующаго. Въ лагерѣ полковникъ производилъ
ученья, распредѣлялъ больныхъ по госпиталямъ и наблюдалъ за ихъ
содержаніемъ. Имущество лицъ лишенныхъ чести и жизни въ ла-
герѣ поступало въ пользу полковника, которому также принадлежа-
ла десятина съ добычи. Полковникъ самъ устраивалъ свои полкъ,
замѣщалъ въ немъ должности, строилъ его въ боевой порядокъ и
велъ его въ бой и на штурмъ. Генералъ-лейтенантъ пѣхоты ((Зепе-
гаІ-Ьіеиіепапі (Іез Гиззѵоікз) соотвѣтствовалъ фельдмаршалъ-лейте-
нанту (ЕеМтагзсЬаІІз-Ьіеиіепапі), кавалеріи точно также какъ
должности квартирмейстера, провіантмейстера и вахтмейстера.
Шультгейсу (ЗсЬикІіеізз) подчинялись: судебный писарь
(бегісІііззсЬгеіЬег), судебный приставъ (Оегіс1ііз\ѵаіЬеІ) и чле-
ны суда; онъ долженъ быть весьма опытенъ въ судебныхъ дѣлахъ.
Когда къ шультгейсу обращались съ жалобой, то онъ созывалъ
черезъ пристава судъ, открывалъ его и произносилъ приговоръ.
Члены суда, числомъ 12, собирались отъ всѣхъ ротъ и въ своихъ
рѣшеніяхъ руководствовались артикуломъ (АгіікеІЪгіеГ).
Профосъ, исполнявшій тоже что и въ кавалеріи, имѣлъ помощ-
ника и трабантовъ (конвой).
Начальникъ обоза и блудницъ (НпгепѵѵаіЬеІ, ТгоззГйІігег) изби-
рался пзъ старыхъ увѣчныхъ капитановъ, имѣлъ своего лейтенанта
и вѣдалъ всѣмъ касавшимся обоза и обозной команды. Пѣхотный ру-
мормейстеръ «долженъ быть мущина крѣпкаго тѣлосложенія, энергич-
ный и имѣть грозный видъ; особое остроуміе и умъ въ немъ не
важны», ибо онъ долженъ былъ только водворять тишину и спо-
койствіе въ лагерѣ: а также сгонять и принуждать къ работѣ
обозныхъ женщинъ и бродягъ, въ случаѣ если желали возвести
окопы. Тюремщики (Зіосктеізіег), поимщики (ЗіескепкпесЫе), пала-
чи, (ЫасІігісЫег) исполняли соотвѣтствующія обязанности и подчи-
нялись профосу.
Въ пѣхотной ротѣ встрѣчаемъ слѣдующія должности:
Капитанъ (Нанрітапп) вербовалъ свою роту и приводилъ се
на смотровой плацъ (Мизіегріаіг); деньги для раздачи жалованья онъ
глав а Ѵ’ІП.
141
получалъ отъ коммиссаровъ, а всѣ приказанія—отъ полковника.
Капитанъ долженъ былъ быть открытаго характера, храбръ, че-
стенъ, отваженъ, справедливъ, сообщптеленъ, вѣжливъ, безъ фамиль-
ярности съ нижнимичинами, но щедръ и пр. Поручикъ (ЬіеиСепапі), его
помощникъ, командовалъ ротой въ отсутствіе капитана. Прапор-
щикъ ланцкнехтовъ долженъ былъ быть искусенъ и опытенъ въ воен-
ныхъ дѣлахъ, средняго возраста и «представлять рослую, строй-
ную фигуру.» Во всѣхъ прочихъ отношеніяхъ онъ соотвѣтствовалъ
корнету въ кавалеріи. Фельдфебель (РеМхѵаіЬеІ) назначался полков-
никомъ, собиралъ роту въ кругъ и строилъ ее, распредѣляя, по
правиламъ, людей имѣвшихъ различное оружіе; онъ разставлялъ
караулы; въ бою шелъ со стрѣлками, чтобы увеличить ихъ стой-
кость и энергичнѣе преслѣдовать непріятеля.
Вожатый (ЕііЬгег), выбирался изъ числа опытныхъ людей
лѣтъ; отводилъ роту на квартиры, а передъ выступленіемъ являлся
къ полковнику за проводникани; онъ ходатайствовалъ передъ пол-
ковникомъ въ интересахъ ланцкнехтовъ.
Фурьеръ слѣдилъ за увольненіемъ п пріемомъ на службу ланцк-
нехтовъ, и въ прочемъ соотвѣтствовалъ фурьеру въ кавалеріи.
Два унтеръ-офгщера (СетеіпАѵаіЬеІ) разставляли посты, подготов-
ляли походный порядокъ роты и пр.
Ротный писарь (МпзіегзсІігеіЬег), какъ и въ кавалеріи, велъ
списки и книги для расчетовъ съ кбммисаромъ пли казначеемъ.
Отъ ротнаго фельдшера (ЕеШзсѣегег) Фронспергеръ требовалъ
немногаго: онъ не долженъ выбираться изъ числа «плохихъ ци-
рюльниковъ и банщиковъ»; а въ концѣ столѣтія признаютъ уже,
что: «фелыперъ долженъ быть лицо много путешествовавшее много-
опытное, хорошій хирургъ, операторъ грыжей и свѣдущій медикъ»
и пр. Онъ долженъ быть снабженъ необходимыми медикаментами
и инструментамп п имѣть уходъ за больными и ранеными. При
каждой ротѣ имѣлось по два барабанщика и по два флейтщика.
Въ артиллеріи были слѣдующія должности. Артиллеріи пол-
ковникъ (Агкеіеі ОЬегзі) или фелдцейхмейстеръ (ЕеМиеи^теізІег)
вѣдалъ высшее управленіе артиллеріи и имѣлъ помощника въ ли-
цѣ артиллеріи лейтенантъ ('Агкеіеі 2іепіепапі). Казначей (Агкеіеі
2а1і1теізІег) производилъ денежные отпуски. Смотргѵтелъ артил-
лерійскихъ запасовъ (2еи§‘\ѵагі) имѣлъ въ своемъ вѣдѣніи всѣ ору-
дія. снаряды, порохъ, парки; онъ выдавалъ оружіе, порохъ, сви-
нецъ и фитили, въ пѣхоту и кавалерію, за деньги пли подъ квіі-
142
ПЕРЕХОДНАЯ ЭПОХА ВОЕННАГО ИСКУССТВА.
танціи, по которымъ уплачивали капитаны довольствуемыхъ ротъ.
Онъ имѣлъ лейтенанта- Шанцмейстеръ (Зсѣапгтеізіег) вмѣстѣ
съ цейгмейстеромъ и его помощниками, а также при участіи дру-
гихъ лицъ, командируемыхъ военнымъ совѣтомъ, изслѣдовалъ по-
ложеніе и устройства крѣпостей, возможность ихъ обстрѣливанія,
пригодность мѣстности для устройства траншей и укрѣпленій.
Шанцмейстеръ наблюдалъ за правильнымъ приготовленіемъ туровъ,
а также за устройствомъ и исправленіемъ сообщеній. Капитанъ
рабочихъ (ЗсІіапяЬаиегп-Наирітапп) былъ нижнимъ чиномъ равнымъ
простому артиллеристу.
Гегиирмейстеръ (Оезсііігзшеізіег) вербовалъ фурлейтовъ, осмат-
ривалъ дорогу, ѣхалъ впереди фурлейтовъ указывая путь. Ваген-
мейстеръ ('ѴѴа§еппіеі8Іег) вѣдалъ повозками и, въ случаѣ опасности,
строилъ вагенбургъ. Архитекторъ онъ-же понтонеръ (Ваи—ипй
Вгііскептеізіег) долженъ былъ умѣть производить различныя пос-
тройки, строить мосты на сваяхъ и судахъ и заготовлять нужные
для того матеріалы, съ какою цѣлью въ его распоряженіе отдава-
лись плотники и лошади фурлейтовъ. Обязанности профоса уже
извѣстны. Цейгдинеръ (2еио’<ііеппег) наблюдалъ, чтобы никто, вер-
хомъ пли въ экипажѣ, не въѣзжалъ между орудіями и дозволялъ
только больнымъ солдатамъ садиться на артиллерійскія повозки.
Обязанности артиллерійскаго врача (ѴѴишіагяІ бег Агкеіеі) не
требуютъ объясненія.
Если во Франціи система военной іерархіи не была вполнѣ за-
кончена во всемъ своемъ развитіи, то, съ другой стороны, нельзя
не замѣтить, что въ іерархіи нѣмецкихъ войскъ уже отчасти заклю-
чались зародыши будущаго чрезмѣрнаго развитія чиноначалія.
Въ общемъ можно заключить, что нисшія должности у наемниковъ
замѣщались частью по выбору ланцкнехтовъ, частью по назначенію
старшихъ начальниковъ, изъ числа извѣстныхъ имъ опытныхъ въ служ-
бѣ и достойнѣйшихъ людей. Офицерское званіе вообще было при-
надлежностью дворянскаго сословія, но у наемщиковъ чтобы полу-
чить роту или полкъ нужно было самому сформировать такую часть,
т. е. обладать достаточными матеріалънымгс средствами. Отноше-
нія между офицерами и нижними чинами обусловливались строгими
требованіями военной службы и дисциплины, но вмѣстѣ съ тѣмъ
они основаны были на договорѣ, исполненіе котораго было обяза-
тельно для обѣихъ сторонъ.
ГЛАВА VIII.	143
Содержаніе, призрѣніе и одежда войскъ.
Съ учрежденіемъ постоянныхъ войскъ, съ прекращеніемъ
междоусобицъ, развитіемъ культуры и усиленіемъ центральной
власти натуральныя воинскія повинности постепенно сокращаются
л замѣняются различнаго вида постоянными податями, которыя,
впрочемъ, долго еще оказываются недостаточныйп, вслѣдствіе доро-
говизны наемниковъ и постепеннаго увеличенія воинскихъ потреб-
ностей. Повсюду подати являются болѣе или менѣе подъ одними и
тѣми же названіями: питейная, поземельная, помольныя, донативная
(или подать дворянъ въ замѣнъ выставки лошадей) и пр.
Составъ войскъ въ каждомъ изъ западныхъ государствъ былъ,
какъ мы знаемъ, весьма разнообразенъ, а потому и не было общей
системы военнаго хозяйства. Войска, собиравшіяся на основаніи
стариннаго леннаго права, снабжались и довольствовались тоже бо-
лѣе или менѣе на прежнихъ основаніяхъ; переворотъ въ этомъ
дѣлѣ былъ произведенъ системой нѣмецкихъ наемныхъ войскъ, къ
хозяйству которыхъ мы и обратимся.
При объявленіи вербовки и при выступленіи завербованныхт,
людей въ походъ, они получали въ задатокъ «вербовочный гуль-
денъ (ѴГегЬе^пМеп)» и путевыя деньги до сборнаго пункта. Со
дня сбора начиналось производство жалованья (8о1сІ). Содержаніе
наемниковъ до времени сборовъ падало на жителей и вызывало
обыкновенно съ одной стороны насилія, а съ другой справедливыя
жалобы. Плата, производимая войскамъ, по тогдашней цѣнности
денегъ, была весьма велика, не смотря на то что солдаты на эти-
же деньги обязаны были заводить оружіе и одежду. Въ XVI сто-
лѣтіи обыкновенное мѣсячное жалованье пѣхотнаго солдата про-
стиралась до 4 флориновъ, а коннаго до 8.
Всѣ, носившіе полные латы, получали двойное жалованье (Вор-
реізоійпег). Дворяне и бароны получали двойное, а графы пятер-
ное или шестерное жалованье того рода оружія, къ которому при-
надлежали. Размѣръ жалованья начальствующихъ лицъ равнялся
жалованью простаго солдата, увеличенному въ нѣсколько разъ; такъ
капитанъ, вахмистръ, квартермистръ, лекарь получали десятерное
солдатское жалованье; главнокомандующій въ 1500 году получалъ
1300 флориновъ въ мѣсяцъ. Во время перваго смотра каждому нпж-
нему чину выдавались на вооруженіе 2 флорина и на одежду 2
локтя сукна, а передъ выступленіемъ полум Ьсячное содержаніе. Мѣ~
ш
ПЕРЕХОДНАЯ ЭПОХА ВОЕННАГО ИСКУССТВА.
сяцъ считался въ 30 дней, но иногда послѣ штурма, взятія города
и пр. сокращался, что вскорѣ сдѣлалось обычаемъ. Жалованье съ
теченіемъ времени постепенно увеличивалось; такъ кирасиръ двой-
ной платы, получавшій по 16 флор. въ мѣсяцъ, сталъ затѣмъ по-
лучать 18 флор., а въ 30-лѣтнюю войну по 24 флор. въ мѣсяцъ.
Жалованье полковника, получавшаго при Карлѣ V 100 флор.,уве-
личилось при Максимиліанѣ до 400 флор., а при Фердинандѣ III
было болѣе 800 флор. Но ланцкнехты не довольствовались полу-
чаемымъ жалованьемъ, а разсчитывали еще, главный ь образомъ, на
добычу. Дѣятельностью воиновъ руководили не понятія о долгѣ,
чести, патріотизмѣ, не любовь, наконецъ, къ своему ремеслу, а
хладнокровный расчетъ о прибыльности предпріятія. Не только
солдаты, по и начальники, полководцы такъ смотрѣли на дѣло.
Фельдмаршалъ Шертлинъ открыто сознавался, что хотя-бы послѣд-
ствія похода были неудачны, но если онъ самъ возвращался домой
съ туго набитымъ кошелькомъ, то предпріятіе должно считаться
счастливымъ. Поджоги и грабительства отнесены были въ то время
въ область военнаго искусства, для чего, между прочимъ, суще-
ствовала особая должность брандмейстера, которую нашелъ возможнымъ
выпросить себѣ тотъ-же Шертлинъ, назначенный въ 1544 г. ве-
ликимъ маршаломъ и главнокомандующимъ въ войнѣ съ Франціей.
Не только населеніе но и государи были предметомъ спекуляціи:
часто полковники и капитаны получали жалованье за большее число
людей, нежели у нихъ было на лицо, а жалованье, причитавшееся
такимъ несуществовавшимъ людямъ присвоивали, себѣ.
Такъ какъ воины сами должны были заботиться о своемъ про-
довольствіи, то и не находили нужнымъ принимать соотвѣтствен-
ныхъ общихъ мѣръ; само собою разумѣется, что результатомъ та-
кого порядка вещей долженъ былъ явиться грабежъ, вызываемый
иногда не только буйствомъ, но естественнымъ чувствомъ голода;
неправильныя дѣйствія при сборѣ продовольствія приводили къ раз-
зоренію и опустошенію страны и къ гибели самихъ солдатъ; такъ
во время обратнаго похода Карла V изъ Италіи, въ 1530 году,
въ арміи состоявшей изъ 50000 чел. погибло отъ недостатка въ
продовольствіи около 30.000 чел.
Карлъ V сдѣлалъ попытку, въ 1548 г., заложеніемъ магазиновъ
въ Регенсоургѣ оказать помощь довольствію войскъ въ тѣхъ слу-
чаяхъ, когда у жителей нельзя было ничего достать, но содержа-
ніе этихъ магазиновъ потребовало значительныхъ суммъ, не соот-
ГЛАВ л VIII,
145
вѣтствовавшихъ тогдашнимъ финансовымъ средствамъ правительства.
Всѣ распоряженія по продовольствію войскъ ограничились, поэтому,
лишь заботами объ образованіи вблизи лагерей торговыхъ рынковъ.
Солдатъ, легко пріобрѣтая деньги, также легко ихъ и растра-
чивалъ; это приманивало въ лагери торгашей, чувствовавшихъ воз-
можность тамъ легкой наживы; съ другой стороны и полковники
обратило въ свою доходную статью право торговли въ лагеряхъ,
конечно въ ущербъ интересамъ солдата. Фуражъ собирался*въ окрест-
ностяхъ лагеря посредствомъ реквизиціи.
Правительство, нанимавшее воиновъ, часто не имѣя возможности
аккуратно выплачивать жалованье, должно было вызывать грабежи
п фактически признавать ихъ.
Съ распространеніемъ огнестрѣльнаго оружія, явилась потреб-
ность въ значительныхъ, дорогихъ запасахъ орудій, оружія, поро-
ха и всей вообще матеріальной части артиллеріи; точно также по-
требовалась болѣе сложная система военной администраціи, явилась
надобность въ учрежденіи школъ, нужно было сооружать и содер-
жать болѣе сильныя и обширныя крѣпости и пр. По этимъ причи-
намъ полководцы (кромѣ развѣ Валленштейна) не имѣли возможно-
сти брать на себя подрядъ по выставкѣ и содержанію арміи во
всѣхъ отношеніяхъ, а это заставило государей самихъ принимать
особыя мѣры по снабженію арміи и по ея продовольствію, дѣйствуя
въ послѣднемъ случаѣ при посредствѣ особыхъ чиновниковъ — ге-
нералъ-провіантмейстеровъ.
Но главный недостатокъ этихъ мѣръ, помимо ихъ шаткости
вслѣдствіе бѣдности центральной власти, заключался въ томъ, что
все таки обращались въ концѣ -концовъ къ маркитантамъ^ и кро-
мѣ того, что въ войскахъ не существовало общаго или артельнаго
хозяйства, а каждый солдатъ имѣлъ свое особое хозяйство.
Государи, какъ и полководцы, уже вслѣдствіе дурныхъ понятій
о государственномъ хозяйствѣ, старались сами извлекать барыши
при заготовленіи и продажѣ войскамъ продовольствія. Такъ въ од-
ной саксонской инструкціи генералъ-провіантмейстеру говорится,
между прочимъ: *не вводить насъ въ ущербъ, а, напротивъ, гдѣ,
по справедливости, можно имѣть выгоду, тамъ ограничиваться умѣ-
реннымъ выигрышемъ. Эта выгода, какого бы рода ни была, въ
монетѣ или въ выигрышѣ при покупкѣ и продажѣ припасовъ, при-
надлежитъ не генералъ-провіантмейстеру или кому другому, а соб-
ственно намъ».
10
146
ПЕРЕХОДНАЯ ЭПОХА ВОЕННАГО ИСКУССТВА.
Правильное продовольствіе войскъ было еще возможно въ са-
момъ началѣ сбора до выступленія въ походъ; съ этого же времени
все получало другой видъ и о правильномъ продовольствіи войскъ
никто и не думалъ; содержаніе наемниковъ тогда основывалось на
насиліи. Послѣ этого понятнымъ становится отвѣтъ Валленштейна,
данный имъ въ 1 623 году императору: «20000 человѣкъ погибнетъ
съ голоду, а съ 50000 чел. я готовъ выступить въ походъ, потому
что съ такимъ числомъ помощниковъ можно налагать контрибуціи
во всѣхъ земляхъ*. Слѣдуя этой системѣ и подчиняясь силѣ об-
стоятельствъ, вооруженныя шайки наемниковъ, подобно саранчѣ,
истребляли фуражъ, пожирали полевыя овощи и плоды, грабили до-
ма и погреба; современники жалуются императору: «съ бѣднымъ на-
родомъ поступаютъ варварски; жены и дѣвицы предаются безчестію
и наказываются; не щадятся даже трупы. Все сопровождается по-
боями, поджогами и грабежемъ. Жители, лишенные самой необхо-
димой пищи, голодаютт» и, чтобы спастись отъ голодной смерти,
утоляютъ свой голодъ самою неестественною ппщею, какъ то: дре-
весными почками и травою, пожираютъ даже собственныхъ дѣтей
и мертвечину*.
Разоренная, опустошенная, обезлюденная наемными войсками
Германія, одичала, погрязла въ нищетѣ и невѣжествѣ. Изслѣдуя
вопросъ о вліяніи наемныхъ войскъ на финансы и военное хозяй-
ство и отмѣчая прежде всего явную несоразмѣрность способовъ къ
необходимымъ издержкамъ и недостатокъ финансовъ, находившихся
въ младенчествѣ, компетентный въ этихъ вопросахъ ученый писа-
тель Рихтгофенъ приходптъ къ заключенію, что необходима была ра-
дикальная реформа, которая измѣнила бы отношенія подданныхъ къ
государямъ и заключалась бы: а) въ увеличеніи власти государей
относительно налога податей; б) въ изысканіи искуственныхъ средствъ
для увеличенія государственныхъ доходовъ, а именно—въ введеніи
государственныхъ долговъ и в) въ введеніи правильнаго управленія
финансами.
Устанавливаемыя подати были вообще недостаточны, да и по-
ступать могли лишь спустя 10—12 мѣсяцевъ послѣ объявленія объ
пхъ сборѣ, а между тѣмъ расходы уже являлись тогда, когда лишь
задумывали войну. Кромѣ того, чтобы не раздражать населенія и
не дѣлать для него войну ненавистной, государи избѣгали сразу
увеличивать налоги. Въ такихъ обстоятельствахъ правительству при-
ходилось, во первыхъ, обращаться къ займамъ, а во вторыхъ, по-
ГЛАВА ѴПІ.
147
степенно незначительно увеличивать налоги. Тогдашніе займы за-
ключались у частныхъ лицъ, на весьма высокіе проценты; они по-
служили началомъ новѣйшей обширной государственной кредитной
системы; причемъ главнымъ основаніемъ содержанія войскъ въ воен-
ное время служатъ государственные долги, но въ то время этотъ
источникъ представлялъ еще весьма слабые ресурсы и искус-
ство дѣлать долги было на столь низкой степени развитія, что не
давало возможности покрывать всѣ необходимые расходы.
По этимъ причинамъ приходилось изыскивать другія средства,
въ ряду которыхъ можно упомянуть: а) конфискаціи; это испытан-
ное, старинное средство, пользованіе которымъ находило обширный
примѣръ у древнихъ грековъ и римлянъ; въ 1622 г. въ Богеміи
было конфисковано 642 имѣнія; б) чеканка монеты считалась тогда
однимъ изъ средствъ для покрытія увеличивавшихся военныхъ ра-
сходовъ; съ этою цѣлью увеличивали нарицательную цѣну монеты,
понижали ея пробу и т. п.; в) субсидіи иностранныхъ государей;
это средство было весьма неопредѣленно, ненадежно; субсидіи при-
томъ опредѣлялись цѣлями войны, а эти цѣли иногда измѣнялись
самимъ ходомъ военныхъ событій.
Все это показываетъ, что правительства не располагали вѣрны-
ми и обильными источниками для содержанія войскъ; предвидя не-
возможность акуратной уплаты, правительства въ договорахъ обя-
зывали войска въ подобныхъ случаяхъ терпѣливо выжидать; но го-
лодъ громко заявлялъ свои требованія и тогда вспыхивали бунты.
Результаты такого неправильнаго содержанія войскъ были пла-
чевны, какъ въ нравственномъ, такъ и въ гигіеническомъ отноше-
ніи; солдатъ переходилъ отъ изобилія и роскоши къ нищетѣ; явил-
ся разгулъ, пьянство въ перемежку съ голодомъ, а за ними—по-
вальныя болѣзни, опустошавшія войска. Начальники мало этимъ
безпокоились: имѣя деньги они вербовали новыхъ людей, а при от-
сутствіи денегъ у нихъ были въ рукахъ квитанціи п документы съ
лихвой вознаграждавшія ихъ за произведенные расходы (13°).
Санитарная частъ въ войскахъ была въ плачевномъ состояніи:
медиковъ или фельдшеровъ было недостаточно, да и искусство ихъ
было весьма сомнительно. Вся забота правительствъ по части сани-
тарной заключалось въ томъ, что они приходили къ соглашенію
съ начальниками кавалеріи и пѣхоты относительно призрѣнія боль-
ныхъ нижнихъ чиновъ; въ кавалеріи всякій дворянинъ, содержав-
шій отъ себя нѣсколько солдатъ и слугъ, обязанъ былъ также за-
10*
148
ПЕРЕХОДНАЯ ЭПОХА ВОЕННАГО ИСКУССТВА.
ботиться о нихъ въ случаѣ болѣзни. Для больныхъ, но могшихъ слѣ-
довать за войсками, указывались особые пункты, куда они и от-
правлялись для пользованія. Иногда полковники и ротные коман-
диры рѣшали вычитать небольшую сумму изъ ежемѣсячнаго содер-
жанія, которую и выдавали особому Зрііаішеізіег’у, обязанному
вести отчетность по этимъ деньгамъ, назначеннымъ на пользованіе
людей.
У французовъ тоже вся заботливость ограничивалась поданіемъ
заболѣвшимъ и раненымъ воинамъ нѣкоторой помощи войсковыми
медиками; по ордоннансу, составленному Колиньи въ 1550, въ каж-
дой ротѣ полагалось имѣть по одному хирургу, обязанному пода-
вать помощь людямъ, какъ въ гарнизонѣ, такъ и на походѣ, но
только при Генрихѣ IV, во время осады Аміеня, въ 1597 году,
впервые были организованы, при содѣйствіи Сюлли, войсковые ла-
зареты] такимъ образомъ раненый и больной солдатъ находилъ
тамъ правильно-устроенный пріютъ и необходимѣйшія, для успѣш-
наго возстановленія здоровья, средства (131/
Обязательной формы одежды для всѣхъ войскъ вообще, въ на-
чалѣ разсматриваемой эпохи, пе существовало, хотя во многихъ го-
сударствахъ бывали особые случаи, когда отдѣльные отряды полу-
чали однообразную одежду; съ теченіемъ времени эти случаи повто-
ряются и пріобрѣтаютъ болѣе обширное значеніе; мы знаемъ также,
что во Франціи люди ордоннансовыхъ ротъ носили цвѣта своихъ
капитановъ. Генрихъ VIII въ Англіи категорически предписалъ
своимъ войскамъ носить однообразное платье, а при Елизаветѣ
цвѣтъ мундировъ былъ измѣненъ. Въ началѣ XVII ст. вводится
однообразная одежда у московскихъ стрѣльцовъ.
У ланцкнехтовъ не была введена, прп учрежденіи ихъ, форма
одежды: каждый являлся въ своемъ національномъ костюмѣ или въ
томъ, какой ему нравился. Тѣмъ не менѣе въ началѣ XVI ст. бо-
лѣе или менѣе общими принадлежностями были: маленькій баретъ
или шапочка съ перьями, короткіе волосы, маленькая борода или
отсутствіе ея, куртка, длинные узкіе панталоны и сильно заострен-
ные носки сапогъ; платье было узко, но, для большей свободы дви-
женій, оно на сочлененіяхъ разрѣзывалось на отдѣльные полосы,
связанныя между собою шнуркомъ; иногда вся одежда состояла изъ
широкихъ пестрыхъ полосъ, сшитыхъ вмѣстѣ; точно также часто
правая и лѣвая стороны туловища, та и другая нога были покрыты
одеждой различнаго цвѣта, что придавало данцкнехтамъ причудли-
ГЛАВА ѴЩ.
149
вый видъ. Въ послѣдующее время этотъ костюмъ подвергся значи-
тельнымъ измѣненіямъ.
Ланцкнехты не жалѣли денегъ на украшенія и отъ увлеченія
франтовствомъ одежда сдѣлалась обременительною и не удовлетво-
ряла своему назначенію. Часто уже слышатся жалобы па стремле-
ніе военныхъ къ роскоши, на ихъ дорогіе наряды изъ дорогаго
бархата, шолка, тонкаго сукна, нидерландскаго полотна и пр.. съ
серебрянными и золотыми украшеніями; тяжелые кафтаны, подби-
тые ватою, сильно обременяли людей какъ на походѣ, такъ и въ бою,
особенно въ жаркое время; а тяжелое оружіе еіце болѣе истощало
силы воиновъ.
Во второй половинѣ XVI ст. одежда ланцкнехтовъ состояла пзъ
высокой войлочной шляпы съ узкими полями, съ множествомъ
перьевъ и часто съ повязкой: кафтанъ; широкіе шаровары изъ
цвѣтныхъ длинныхъ полосъ; башмаки. Рукава, корпусъ и бедра
разукрашивались несиметрично многочисленными и разнообразными
прорѣзами, валиками и буфами. Своимъ безпорядочнымъ и лоскут-
нымъ видомъ эта одежда характеризовала распутную и безпорядоч-
ную жизнь тогдашняго наемщика. «Общее впечатлѣніе всего костюма
фантастично, заносчиво, тщеславно и вычурно: симетрія, какъ сдер-
живающее правило, отброшена; всѣ цвѣта—самые рѣзкіе; всѣ раз-
рѣзы—красные, какъ хвастливый символъ храбрости».
Въ послѣдней четверти XVI ст. повсемѣстно стала господство-
вать испанская одежда. Головной уборъ составляла шляпа съ перья-
ми, вокругъ шеи были брызжи на подобіе жернова; камзолъ съ
длинной таліей. Пуфы шароваръ ниспадали съ самыхъ бедеръ;
плотно облегавшіе ногу чулки и узкіе башмаки—все это изобли-
чало стремленіе пофрантить. Такъ какъ однообразной формы одежды
не существовало, да притомъ наемники одной и той-же націо-
нальности сражались за любое дѣло и встрѣчались въ составѣ обѣ-
ихъ враждебныхъ сторонъ, то, для отличія своихъ отъ чужихъ,
устанавливались обыкновенно различныя примѣты, въ видѣ—ка-
кихъ либо внѣшнихт» знаковъ, лозунга и т. п.; всѣ эти примѣты
при надобности измѣнялись (13 -)-
Бытъ, духъ и дисциплина войскъ; военно-судебные порядки.
Мы уже въ достаточной степени выяснили тѣ условія, подъ
вліяніемъ которыхъ складывался бытъ воина—наемника. Воз-
150
ПЕРЕХОДНАЯ ЭПОХА ВОЕННАГО ИСКУССТВА*
вишенныя побужденія, облагораживающія военное ремесло, были
для него совершенно чужды; понятія о долгѣ, чести, патріо-
тизмѣ, были для него пустымъ звукомъ; онъ шелъ къ тому,
кто лучше платилъ или гдѣ предстояла болѣе богатая нажива; сра-
жаясь сегодня за интересы одного владѣльца, онъ безъ колебанія
переходилъ завтра на сторону его врага, если это оказывалось бо-
лѣе выгодно; будучи протестантомъ или католикомъ и сражаясь за
интересы своихъ единовѣрцевъ, онъ, не задумываясь надъ вопросами
совѣсти, легко становился затѣмъ въ ряды своихъ враговъ. То ни-
щій, то расточитель награбленнаго имущества, наемникъ былъ по-
лонъ распутства и всякихъ гнустныхъ пороковъ; привыкшій къ
праздности, неспособный къ честному терпѣливому труду, онъ въ
мирное время превращался не въ скромнаго работника, а въ раз-
бойника и врага своихъ согражданъ. Пьянство было однимъ изъ
самыхъ распространенныхъ пороковъ среди ланцкнехтовъ; способ-
ность «много и хорошо пить»—цѣнилась высоко, а не обладавшіе
ею осмѣливались товарищами. Какъ пьянство, такъ и неумѣренность
въ ѣдѣ—одинаково характеризовали и офицера и солдата. Азарт-
ныя игры были любимымъ занятіемъ наемниковъ, которые проиг-
рывали не только всѣ свои деньги, но часто и оружіе. Тогда
какъ благочестивые солдаты временъ имп. Максимиліана I доволь-
ствовались тѣмъ, что брали съ собою въ походъ женъ, наемники
конца XVI ст. таскали за собою въ обозѣ, подъ видомъ кухарокъ,
прачекъ и пр., массу развратныхъ женщинъ. Наемники открыто
похвалялись своею безнравственностью; клятвы, богохульство не схо-
дили съ ихъ языка, а въ отвѣтъ на увѣщанія они требовали
^короткихъ проповѣдей и длинныхъ колбасъ». При тогдашнемъ
религіозномъ настроеніи общества, военные считались людьми по-
гибшими и солдаты, зная это, покорялись своей участи и за одно
уже, не считая нужнымъ воздерживаться, предавались безъ борьбы
всякимъ порокамъ.
Въ этихъ условіяхъ суевѣріе, присущее вообще тогдашнему
пробуждавшемуся обществу, нашло благопріятную почву для своего
розвитія. Среди войскъ были распространены самыя нелѣпыя по-
вѣрія будто-бы веревка отъ повѣшеннаго, волчій глазъ, голова и
кровь летучей мыши п т. п. талисманы предохраняли отъ раненія;
той-же цѣли служили такъ называемыя (Моіііешсіе), рубашки, сот-
канныя и сшитыя непорочными дѣвушками въ ночь передь Рож-
дествомъ; раны излечиваются «волшебными травами;» насыпая ка-
ГЛАВА ѴШ.
151
кого-то порошку на ранившее оружіе и, нагрѣвая его, узнавали
по извѣстнымъ примѣтамъ, останется-ли раненый въ живыхъ или
умретъ; чтобы предохранить себя отъ раненія, проглатывали бу-
мажку, исписанную волшебными знаками и запивали это виномъ,
предварительно его перекрестивъ и т. п. Однимъ словомъ, вспоми-
ная иногда о Богѣ, наемники, почитаемые обреченными дьяволу,
не прочь были искать покровительства и милости и у этой страш-
ной силы.
Недостатки въ организаціи арміи привели къ существованію
массы бродячихъ солдатъ; это были распущенные изъ арміи солда-
ты, которые, промотавъ все пріобрѣтенное на службѣ, посвящали
себя мародерству и грабежамъ, не будучи способными къ какому
либо труду. Къ этимъ бывшимъ солдатамъ присоединялись также
обыкновенные бродяги. Занимаясь своимъ промысломъ эти шайки
изобрѣли особый языкъ (ВоІІпѵаІзсЬ), изъ смѣси исковерканныхъ
нѣмецкихъ, итальянскихъ и еврейскихъ словъ; на этомъ языкѣ
они, между прочимъ, приглашали къ поступленію въ ихъ сотовари-
щество, говоря: «каждый умѣющій распознавать мужиковъ, ихъ
надувать, искусно владѣть Кескесіізз’омъ (инструментъ для ловли
куръ, гусей) и ловкій на всякое воровство—получаетъ жалованья по
одному гульдену въ день.»
Образъ веденія войны былъ самымъ жестокимъ и сопровождал-
ся грабежами, поджогами и убійствами. Нѣмецкіе солдаты отлича-
лись наибольшею алчностью, а испанскіе—кровожадною свирѣ-
постью. Взятымъ штурмомъ городамъ и мѣстечкамъ часто грозила
жестокая участь; такъ въ 1512 году, по взятіи Бресчіи, вооружен-
ныя толпы солдатъ бродили по всѣмъ направленіямъ и убивали
какъ враждебныхъ солдатъ такъ и жителей; кто-же попадалъ въ
плѣнъ лишался имущества, а женщины обезчестивались, что счита-
лось самымъ обыкновеннымъ явленіемъ. Ни строгость законовъ, ни
висѣлицы, сооружавшіяся во всѣхъ лагеряхъ, не способны были
обуздать буйную солдатчину.
При взятіи города штурмомъ обыкновенно слѣдовалъ дозволенный
грабежъ въ теченіи непродолжительнаго времени, а затѣмъ войска
выводились и ставился гарнизонъ. Каждый сохранялъ все то, что
успѣвалъ захватить. Полковнику обыкновенно принадлежала У10
часть добычи, но потомъ начальникамъ опредѣлялось каждый разъ
особо часть добычи. Обычай собирать общую добычу, чтобы затѣмъ
дѣлить ее, неохотно признавался начальниками, такъ какъ вызы-
152
ПЕРЕХОДНАЯ ЭПОХА ВОЕННАГО ИСКУССТВА.
валъ въ людяхъ менѣе храбрости, нежели въ томъ случаѣ, когда
каждый, такъ сказать, работалъ на себя.
Таковы были недостатки военной системы, основанной на наймѣ
для войны войсковыхъ частей; она вызвала уже недовольство и
жалобы современниковъ, хотя только послѣдующему столѣтію, ХѴИ,
суждено было разрѣшить вопросъ о національной арміи. Проница-
тельнѣйшіе изъ современниковъ наемныхъ войскъ указывали даже на
возможность и необходимость новой военной системы. Такъ Швенди
въ своихъ сКгіе§8<іі8сиг8> говоритъ: совершенно необходимо, чтобы
каждая страна была всегда готова къ воинѣ, имѣя войска состоя-
щія не изъ чужеземныхъ наемниковъ, которыхъ трудно привлечь
и еще труднѣе содержать, а изъ собственныхъ подданныхъ, для
сбора которыхъ слѣдуетъ раздѣлить страну на участки и въ каж-
домъ изъ нихъ выбрать людей годныхъ для войны. Далѣе, ихъ
слѣдуетъ вооружить, дать имъ искусныхъ начальниковъ и, пре-
доставивъ извѣстныя преимущества и содержаніе, установить еже-
годные сборы, смотры и упражненія; затѣмъ образовать ополченія
трехъ призывовъ; каждое въ опредѣленномъ числѣ людей. Дворяне
и богатые горожане должны содержать лошадей и служить въ
кавалеріи. Въ случаѣ надобности можно въ составъ арміи прини-
мать и чужеземцевъ.
Такимъ образомъ во всякое время можно будетъ быстро и со-
отвѣтственно занять свои крѣпости, а также съ массой войскъ
двинуться въ поле. При такомъ способѣ войска были-бы лучше
обучены; обмундированіе и содержаніе ихъ было-бы дешевле не-
жели наемниковъ и страна могла-бы долѣе вести оборонительную
войну, противъ могущественнаго врага нападающаго съ наемной
арміей.
Мнѣнія въ пользу національныхъ войскъ и противъ наемниковъ
высказывались также и во Франціи, какъ, напримѣръ, Беллейемъ
(сіи ВеІІау). Но осуществленію этихъ идей помѣшала еще надолго
загорѣвшаяся въ первой четверти XVII ст. Тридцатилѣтняя
война (,33).
Весьма замѣчательнымъ у ланцкнехтовъ было судопроизводство.
Основанное первоначально на условіяхъ заключенныхъ между полков-
никомъ и ланцкнехтами, оно постепенно пріобрѣло силу закона, и.
будучи разсмотрѣно и утверждено имп. Карломъ V, перешло и въ
другія европейскія государства. Франспергеръ или Фрундсбергъ,
въ своей извѣстной «Кгіе^зЪисѣ* сохранилъ всѣ подробности этого
ГЛАВА VIII.
153
судопроизводства. Послѣднее было двоякаго рода: судъ присяжныхъ
или обыкновенный военный судъ (Кгіе§8гесМ) и судъ длинныхъ
копій или просто судъ копья (йаз КесЬі сіег 1ап§еп Зріеззе или
ЗіапбгесЫ или ЗріеззгесЫ); кромѣ того въ кавалеріи производил-
ся судъ по особому кавалерійскому праву (сіаз Ееііеггесііі).
Судъ присяжныхъ производился слѣдующимъ образомъ. При
сформированіи полка ланцкнехтовъ, полковникъ выбиралъ гиулът-
гейса или судебнаго старшину, изъ числа опытныхъ и заслужен-
ныхъ капитановъ, причемъ вручалъ ему бѣлый жезлъ, «жезлъ пра-
восудія.» Шулытейсъ выбиралъ изъ ланцкнехтовъ всѣхъ ротъ Г2
присяжныхъ (бгезсінѵогепе), писаря и судебнаго пристава (СегісЫз-
хѵаіЬеІ). Кромѣ того къ составу суда принадлежали: профосъ, изби-
равшійся изъ числа унтеръ-офицеровъ, палачъ и его помощники;
Для сужденія уголовныхъ преступленій, кромѣ упомянутыхъ 12 при-
сяжныхъ, назначались еще временные судьи: три старшихъ офице-
ра, три фенриха, три фельдфебеля и три унтеръ-офицера—отъ каж-
дой роты (фенлейна) поочередно.
Присяжные присягали судить по долгу совѣсти и справедли-
вости, а все происходящее въ судѣ хранить въ тайнѣ до гроба.
По приказанію полковника судебный приставъ приглашалъ всѣхъ
судей собраться къ опредѣленному мѣсту и часу для сужденія из-
вѣстнаго преступника. Судъ собирался подъ открытымъ небомъ;
піультгейсъ привѣтствовалъ всѣхъ собравшихся рѣчью и излагалъ
предстоявшее къ рѣшенію дѣло; затѣмъ всѣ судьи присягали въ
добросовѣстномъ исполненіи возложенной на нихъ обязанности, не
дѣлая разницы между богатымъ и бѣднымъ, не соображаясь съ
личной дружбой, родствомъ и пр. Послѣ того писарь прочитывалъ
соотвѣтствующія законоположенія и спрашивалъ каждаго члена со-
блюдены ли всѣ обряды и нѣтъ-ли какихъ возраженій; затѣмъ
шультгейсъ открывалъ судъ именемъ Бога, государя, полководца и
полковника. Профосъ приводилъ преступника и, въ качествѣ пуб-
личнаго обвинителя, требовалъ себѣ и обвиняемому защитниковъ и
двухъ совѣтниковъ изъ числа присяжныхъ. Обѣ стороны удалялись
для совѣщаній и соображенія съ законами, затѣмл» защитникъ
профоса излагалъ обвиненіе, судный писарь прочитывалъ соотвѣт-
ствующія статьи артикула и наконецъ защитникъ подсудимаго
старался опровергнуть обвиненіе. Послѣ того піультгейсъ распу-
скалъ судъ; на другой денъ, по возобновленіи засѣданія соблюдались
тѣ-же формальности и прочитывались добытыя свѣдѣнія и свидѣтельскія
ш
ПЕРЕХОДНАЯ ЭПОХА ВОЕННАГО ИСКУССТВА»
показанія; на третій день слѣдовали пренія, чтеніе тѣхъ пунктовъ
артикула, которые нарушены подсудимымъ и какое слѣдовало нака-
заніе. Защитники п совѣтники возвращались на свои судейскія мѣ-
ста, а подсудимый, ставъ на колѣни, просилъ о милосердіи. Затѣмъ
шультгейсъ приказывалъ всѣмъ подсудимымъ удалиться.
Судьи совѣщались въ тѣсномъ кругу и приговоръ ихъ публично
прочитывался писаремъ подсудимому. Шультгейсъ ломалъ палочку
и бросалъ ее къ ногамъ обвиненнаго произнося: «Богъ да поми-
луетъ твою душу и даетъ ей послѣ настоящей жизни радостное
воскресеніе*. Осужденный псповѣдывался и предавался палачу; на
мѣстѣ казни профосъ увѣщевалъ воиновъ принять къ сердцу участь
товарища и въ особенности воздерживаться отъ пьянства—главнаго
повода къ преступленіямъ.
Судъ длинныхъ копій производился въ чрезвычайныхъ случаяхъ
и лишь тогда, когда полковникъ разрѣшалъ самимъ ланцкнехтамъ
судить своего товарища; это былъ судъ тоже публичный, по ско-
рый, вполнѣ военнаго характера. Весь полкъ собирался въ кругъ
и ланцкнехты присягали соблюдать артикулъ. Профосъ приводилъ
арестанта, объявлялъ вину и просилъ «любезныхъ товарищей ланц-
кнехтовъ*, поступить съ виновнымъ но закону. Назначались за-
щитники профосу и преступнику; старшій фельдфебель, выступи въ
впередъ спрашивалъ ланцкнехтовъ желаютъ ли они исполнить тре-
бованіе закона, на что отвѣчали поднятіемъ правой руки. Весь
полкъ со вниманіемъ слушалъ пренія и показанія свидѣтелей. Послѣ
того приступали къ опредѣленію приговора; знаменщики, свернувъ
знамена, перевертывали ихъ и втыкали остроконечіемъ въ землю,
а одинъ изъ фенриховъ или фельдфебель говорилъ: «дорогіе ланц-
кнехты, вотъ стоятъ фенрпхп съ опрокинутыми знаменами и не
хотятъ развертывать ихъ прежде чѣмъ преступленіе будетъ нака-
зано во имя поддержанія дисциплины; когда-же они получатъ пол-
ное удовлетвореніе, то по прежнему развернутъ знамена».
Фельдфебель призывалъ къ себѣ одного ланцкнехта, чтобы онъ
далъ совѣтъ какъ разрѣшить тяжбу между профосомъ и обвиняе-
мымъ, и сообщалъ ему тихимъ голосомъ свое мнѣніе и мѣру нака-
занія; ланцкнехтъ, избравъ сорокъ товарищей, состовлялъ съ ними
отдѣльный кругъ для совѣщанія. Опредѣленіе выборныхъ сообща-
лось полку и еще двукратно обсуждалось, при участіи защитниковъ,
въ двухъ кругахъ, числительностыо равныхъ первому. Послѣ того
фельдфебель приказывалъ ударить въ барабанъ и требовалъ рѣшенія
Т Л А В А ѴПІ.
155
полка, которое утверждалось по большинству голосовъ подаваемыхъ
поднятіемъ правой руки. Профосъ благодарилъ ланцкнехтовъ за вы-
полненную ими обязанность, знаменщики развертывали знамена, а
обвиненный, въ случаѣ опредѣленія казни пиками, три раза обхо-
дилъ товарищей, прося у нихъ прощенія; полкъ выстраивался
«улицей»; преступникъ исповѣдывался. Знаменщики увѣщевали,
приговореннаго быть мужественнымъ, вспомнить божественныя стра-
данія и пр. Осужденный «долженъ былъ бѣжать», т. е. профосъ,
ударивъ его по плечу, толкалъ въ строй, гдѣ его и пронизывали
пиками. Затѣмъ ланцкнехты, ставъ на колѣни, молились за душу
усопшаго, потомъ проходили церемоніальнымъ маршемъ вокругъ
трупа казненнаго, а стрѣлки дѣлали три залпа.
Въ разсмотрѣнныхъ формахъ встрѣчаются всѣ элементы совре-
меннаго процесса: устность, гласность, участіе временныхъ судей,
обвинитель и защитники и пр. Все у ланцкнехтовъ носило отпе-
чатокъ той общинной жизни въ гражданскомъ быту изъ сферы ко-
торой они вышли; только въ кавалеріи рыцарскій элементъ поко-
рялъ себѣ крестьянскій и городской, преобладавшій у ланцкнехтовъ.
Судъ кавалерійскій имѣлъ въ виду права рыцарскаго, благороднаго
сословія, а потому онъ былъ судомъ сословнымъ, не гласнымъ
и безъ вмѣшательства шультгейса, а исполнляся подъ руковод-
ствомъ фельдмаршала и его лейтенанта (13і)-
Несравненно на нисшей степени находилось военное судоустрой-
ство во Франціи гдѣ, виновные или наказывались произвольно ка-
питанами, пли подвергались превоталъному суду, т. е. единолич-
ному суду прево (ргеѵозі), который находился въ полной власти
войсковой администраціи и могъ приговаривать даже къ смертной
казни. Полковые и отрядные прево подчинялись высшему прево
(§гаш! ргеѵозі) (І36).
Наказанія по нѣмецкимъ уставамъ были вообще строги: смертная
казнь составляла одно изъ весьма обычныхъ наказаній; за менѣе
важныя преступленія виновные изгонялись изъ службы, подверга-
лись аресту въ цѣпяхъ или простому, удерживалась часть жалованья
и пр. Тѣлесное наказаніе примѣнялось только къ слугамъ и неволь-
никамъ. Смертная казнь была нѣсколькихъ видовъ: отсѣченіе головы,
прогнаніе сквозь строй на копья и висѣлица; кромѣ того четверто-
ваніе и колесованіе принадлежали къ числу чрезвычайныхъ видовъ
смертной казни. Существовало позорное наказаніе заключавшееся въ
томъ, что преступнику отрубали 2 пальца, объявляли его шельмою
156
ПЕРЕХОДНАЯ ЭПОХА ВОЕННАГО ИРКУССТВА.
и изгоняли изъ лагеря. Военные артикулы Карла V’ не перечис-
ляютъ родовъ военныхъ преступленій; убійство, грабежи, случаи
неповиновенія они предоставляютъ разбирать начальникамъ (13в).
Несравнено большей жестокостью отличалось французское законо-
дательство, причемъ строгость его возростала съ упадкамъ дисци-
плины и усиленіемъ междоусобицъ фанатическихъ религіозныхъ
войнъ. За грабежи и воровство полагалась висѣлица; жандармъ,
сдавшіеся въ плѣнъ непріятелю, но владѣвшій еще правою рукою
и конемъ, подвергался смертной казни; за богохульство солдата за-
ковывали въ ошейникъ на шесть часовъ, а за повтореніе этого
преступленія прокалывали языкъ раскаленнымъ желѣзомъ, послѣ
чего легіонеръ изгонялся изъ легіона; оставленіе сторожеваго поста,
обнаженіе оружія противъ сержанта, словесное оскорбленіе прево,
дезертирство—наказывались смертью; солдатъ, обругавшій товарища
во время исполненія послѣднимъ служебныхъ обязанностей, подвер-
гался смерти прогонаніемъ сквозь строй на пики; даже такія пре-
ступленія, какъ похищеніе скота, нанесеніе постояльцемъ—солдатомъ
раны хозяину или хозяйкѣ, ломка хозяйскихъ вещей лжесвидѣтель-
ство наказывались висѣлицей или колесованіемъ. Тѣлесное наказаніе
встрѣчается во французскихъ ордоннансахъ весьма рѣдко. Жесто-
кость наказаній не была смягчена даже великодушнымъ Генри-
хомъ IV, такъ какъ по его ордоннансамъ смертная казнь назна-
чалась также за такія, напримѣръ, преступленія, какъ взятіе подъ стра-
жу священика и церковниковъ, за самовольный входъ съ дурнымъ на-
мѣреніемъ въ дома дворянъ, даже принадлежавшихъ къ числу вра-
говъ государя и пр. Мародеровъ казнила безъсуда на мѣстѣ. Несмотря
на жестокія наказанія, на произвольную власть капитановъ и об-
ширныя полицейскія права прево, солдаты позволяли себѣ неимо-
вѣрныя насилія надъ жителями, что обусловливалось нравами эпохи,
дурной администраціей, плохимъ обезпеченіемъ солдата, отсутствіемъ
всякихчэ мѣръ къ его воспитанію и фанатическою страстностью ре-
лигіозныхъ войнъ (І37).
Строевое обученіе.
Обученіе бою на копьяхъ и мечахъ, что такъ необходимо было
во времена рыцарства, производилось съ давнихъ временъ; впослѣд-
ствіи къ нему присоединилось также упражненія съ кинжалами, саб-
лями, аллебардами, булавами, щитами и пр. Императоръ Макси-
миліанъ I, изучившій всѣ способы тогдашняго боя, въ юности своей
ГЛАВА ѴШ.
157
обучался сперва безъ предохранительнаго оружія, а затѣмъ пѣ-
шему бою «съ богемскимъ павезомъ (щитомъ), и бою на конѣ «съ
гусарскимъ легкимъ щитомъ (Тагізсіііеіп)», саблей, топоромъ (Могб-
Ьаскеп) и метательной сѣкирой (АѴиіТахі). Это обученіе доступно
было только высшимъ лицамъ и сами учителя не желали слишкомъ
большаго распространенія своего искусства, во избѣжаніе его про-
фанаціи. Впослѣдствіи, съ распросраненіемъ наемныхіэ войскъ,
фехтовальное искуство получило большую популярность и сначала
было чрезвычайно просто.
Необходимость правильнаго обученія частей сознавалась многими,
причемъ въ этомъ отношеніи издавались частныя указанія, проекты
и пр. Весьма любопытны предложенія для обученія легіонеровъ во
Франціи сдѣлалы были Дю-Белэй-Ланжеемъ, во время управленія
имъ Піемовтомъ (1535 г.).
Приведемъ нѣкоторыя изъ этихъ указаній.
Одиночное обученіе. Главное дѣло при обученіи войскъ заклю-
чается въ развитіи въ людяхъ способности къ перенесенію труд-
ностей военной службы, въ привитіи навыка должнымъ образомъ дѣй-
ствовать свопмъ оружіемъ, сохранять порядка на походѣ и въ бою,
устропвать лагерь. Люди обучаются возможно чаще, не исключая
и праздничныхъ дней, для чего начальники сотенъ, взводные и отдѣ-
ленные командиры собираютъ пхъ, какъ только представится возмож-
ность. Сотенные начальники обучаютъ людей бѣгу, съ тою цѣлью,
чтобы они легко производили штурмъ; они упражняютъ ихъ въ мета-
ніи камней и пр., и въ борьбѣ, чтобы развить ихъ физическія си-
лы—безъ этихъ качествъ солдатъ ничего не стоитъ. Необходимо
упражнять людей въ носкѣ значительныхъ тяжестей, дабы при
внезапныхъ предпріятіяхъ они могли переноспть на себѣ нужные
запасы продовольствія, а также перетаскивать лѣсъ, землю и проч.
фортификаціонные матеріалы. Необходимо обучать людей плаванію,
чтобы они не могли быть остановлены рѣками, чрезъ которыя от-
сутствуютъ переправы.
Прежде всего всякій начальникъ обучаетт» своихъ людей дѣй-
ствію саблею; послѣ того онъ упражняетъ пикинеровъ, аллебарди-
стовъ и аркебузеровъ употребленію каждымъ своего оружія. Ученіе
производится въ полномъ снаряженіи, для того чтобы люди, въ
случаѣ надобности, могли совершать въ немъ продольжителъныя
движенія; кромѣ того всѣ люди должны знать значеніе сигналовъ
на трубѣ и барабанныхъ боевъ, опредѣляющихъ движенія и ново-
158
ПЕРЕХОДНАЯ ЭПОХА ВОЕННАГО ИСКУССТВА.
роты, такъ какъ этимъ облегчается командованіе и сохраненіе
порядка при движеніи; полковники-же должны наблюдать, чтобы
горнисты и барабанщики однообразно исполняли сигналы: тревога,
построеніе боеваго порядка, сборъ, наступленіе, отступленіе, по-
воротъ на право или налѣво и пр.
Обученіе бандъ (баталіоновъ). Банда можетъ считаться обученной,
если она умѣетъ сохранять свое мѣсто при всѣхъ движеніяхъ и
маневрахъ; если она быстро исполняетъ сигналы и команды. Про-
стѣйшее построеніе банды заключается въ перестроеніи по баталіон-
ному расчету легіона, имѣя 102 ряда по фронту и 5 шеренгъ въ
глубину; за тѣмъ во вздвоиваніп шеренгъ послѣдовательно до
двухъ разъ (10 и 20 шеренгъ) и въ обратномъ перестроеніи на
ходу. Далѣе банды обучаются контръ-маршу по рядамъ (Гаіге 1і-
шаззоп). Банды обучаются также дѣйствовать въ составѣ легіона,
причемъ фланговые пикинеры и аркебузеры выходятъ изъ перво-
начальнаго строя и устроиваются сбоку, а остальные люди пере-
строиваются въ 21 шеренгу при 20 рядахъ; пикинеры становятся
впереди и сзади фронта, а аллербардисты въ серединѣ.
Необходимо на примѣрныхъ военныхъ дѣйствіяхъ показать лю-
дямъ какъ завязывается бой, какъ нужно схватиться съ непріятелемъ,
какъ отступать и пр.; эти примѣрные штурмы и бои полезны для сол-
датъ въ смыслѣ ознакомленія съ ходомъ дѣйствительнаго боя, особенно
если баталіоны при этомъ эшелонированы такимъ образомъ, чтобы
могли послѣдовательно оказывать одинъ другому помощь. Далѣе
Дю-Белэй говоритъ объ обученіи легіоновъ съ придачей имъ кавале-
ріи; при этомъ онъ указываетъ порядокъ походнаго движенія, рас-
положенія въ лагерѣ, боевой порядокъ легіона, основанный на со-
четаніи идей греческой фаланги, римскаго легіона и современныхъ
ему понятій, что уже находится въ тѣсной связи съ тактическимъ
искустсвомъ эпохи и будетъ разсмотрѣно въ своемъ мѣстѣ (137 а).
Нельзя не замѣтитъ что мысли Дю-Белэйя, основанныя на изуче-
ніи греческихъ и римскихъ писателей, отличаются въ своихъ осно-
ваніяхъ вѣрностью, простотой и практичностью. Все обученіе у
него подчиняется исключительно требованіямъ боя или вообще вой-
ны; ничего лишняго, показнаго. Впрочемъ слѣдуетъ имѣть въ ви-
ду, что подобныя указанія болѣе выражаютъ идеи ихъ составите-
лей нежели состояніе строеваго обученія войскъ этого времени.
Господствовавшіе вездѣ наемники служили только во время войны
и довольствовались тѣмъ практическимъ навыкомъ, который пріобрѣ-
ГЛАВА ѴІП.
159
тали во время наемной службы на войнѣ, т, е. самыми простыми
пріемами дѣйствія оружіемъ и самыми несложными построеніями.
Только во время Нидерландскихъ войнъ является строевое
обученіе въ истинномъ смыслѣ слова, и творцемъ его былъ знаме-
нитый Морицъ Оранскій. Первыми, изложившими это искусство
были: извѣстный своей «КгІедзЪисИ» Дилпхъ и нидерландецъ
Гейнъ (Оеуп), издавшій въ 1608 году книгу о «пріемахъ ору-
жіемъ» (АѴаГГепЬапс11ип§) *). Дилихъ дѣлитъ упражненія на
«ехсгсіііа іп нерагаіа и соіуипсіа»; первыя суть тѣ, которымъ
каждый кавалеристъ и пѣхотинецъ должны выучится, какъ необ-
ходимымъ «для ихъ собственной персоны, для ихъ личнаго искус-
ства и умѣнія употреблять оружіе»; вторые соотвѣтствуютъ обуче-
ніи людей «въ составѣ рядовъ, шеренгъ, частей и боеваго
порядка».
При одиночномъ обученіи мушкетеръ изучаетъ: какъ взять муш-
кетъ въ руки, положить его на подставку или вилку, изготовить
фитиль, произвести выстрѣлъ взять мушкетъ на плечо и пр. Это
обученія съ небольшими лишь измѣненіями сохранилось до нача-
ла ХѴШ ст.
Пикинеры и аллебардисты обучались различныя?, пріемамъ съ
ихъ оружіемъ.
При <соп)ипсіа ехегііііа» стрѣлки обучались производить по-
слѣдовательно (смѣняясь) стрѣльбу, пикенеры—носить оружіе, дѣ-
лать имъ выпадъ для встрѣчи атаки, держаться плотно въ рядахъ
и шеренгахъ и проч. Въ нидерландскомъ уставѣ встрѣчаются прі-
емы со щитомъ.
Кавалерія обучалась какъ безъ оружія такъ и съ оружіемъ; безъ
оружія обучались: садиться на лошадь и слѣзать, волтижировать и
ѣздить. При одиночномъ обученіи съ оружіемъ кирасиры и конные
стрѣлки практиковались въ стрѣльбѣ; копейщики учились дѣйстві-
ямъ пикою, упражнялись въ употребленіи огнестрѣльнаго оружія,
предполагая, что копье сломано и пр.
Совокупное обученіе кавалеристовъ заключалось: а) въ употреб-
леніи оружія на различныхъ аллюрахъ; б) въ движеніяхъ шерен-
гами и рядами на разныхъ аллюрахъ; в) въ движеніяхъ галопомъ
и карьеромъ; г) въ прыганіи черезъ барьеры, рвы, заборы и д)
въ плаваніи.
♦) Рюстовъ ошибается, говоря что первымъ соткрывшимъ тайны» этого искус-
ства былъ Вальгаузенъ, данцигскій оберъ-вахтмейстеръ.
160
ПЕРЕХОДНАЯ ЭПОХА ВОЕННАГО ИСКУССТВА.
Многія упражненія были общими для пѣхоты и кавалеріи.
Солдаты дожны были умѣть вздваивать и выстраивать ряды и
шеренги; поворачиваться всѣмъ фронтомъ или частями въ сторо-
ны и проч. Это новое искусство строеваго обученія получило осо-
бое названіе «Тгіііеп» *); явилпсь трильмейстеры.
Строевое обученіе, будучи сложнымъ уже въ эту эпоху, скоро
еще болѣе усложнилось; по указаніямъ Вальгаузена, написавшаго
въ 1615 г. «Кгіе^зкипзі ги Епзз» и въ 1616 г. <Кгіе§зкип8І ги
Ріегсіе*, пикинеръ долженъ былъ изучить 21 пріемъ, а мушкатеръ
для того только чтобы выстрѣлить и снова изготовиться долженъ
былъ исполнить 99 пріемовъ (145).
Въ первые уставы илп руководства, такимъ образомъ, вкралось
уже много лишняго, имѣвшаго значеніе невинной забавы пли фо-
кусничества, служившаго только для развлеченія глаза, а не для
боевыхъ цѣлей. Вальгаузенъ, въ школѣ пикинеровъ, говоритъ: «за-
мѣть, большею частью все ты долженъ исполнять какъ и съ
мушкетомъ въ три темпа, и это желательно не только для щего-
лаватостл, но и ради ловкости и быстроты.> «Что «нравственный
элементъ» поддерживается менуэтнымъ шагомъ (указаннымъ у Ди-
лиха и Вальгаузена)—говоритъ Рюсто въ—кажется еще не прихо-
дило на умъ доброму оберъ-вахтмейстеру и полковнику славнаго
города Данцига. Все имѣетъ свое время* (К6).
Тактическое и стратеггіческое искусство.
Въ ряду различныхъ элементовъ военнаго искусства, тактиче-
ское искусство сдѣлало едва-ли не наибольшій успѣхъ въ изслѣдуемую
эпоху; ближайшее изученіе древнихъ писателей, распространеніе
огнестрѣльнаго оружія, измѣнившіяся отношенія между различными
родами оружія—все это существенно повліяло на тактическія фор-
мы, на боевые и походные порядки, на употребленіе и сочетаніе
въ дѣйствіяхіэ различныхъ родовъ войскъ; и если въ началѣ раз-
разсматриваемой эпохи, т. е. въ концѣ XV и началѣ XVI ст., встрѣ-
чаются понятія и формы тактическія, напомпнающія отдаленнѣйшія
Среднія вѣка, то въ концѣ XVI и въ началѣ ХѴИ столѣтія мы
уже видимъ вполнѣ развитыми тѣ элементы, изъ которыхъ созда-
лась шведская тактика, тактика Густава Адольфа, послужившая
*) Слово Тгііі однозначуще слову КпесЫ, слуга. Тгіііеп—обучить для
службы.
ГЛАВА VIII.
161
прототипомъ послѣдующей линейной, временъ Людовика XVI и
Фридрпха Великаго. По важности самого предмета и вслѣдствіе за-
мѣчательнаго прогресса въ его развитіи необходимо въ подробности
остановиться на тѣхъ фактахъ, которые отмѣчаютъ собою путь
этого развитія и его характеръ.
Авторъ рукописи, относящейся къ началу разсматриваемаго вре-
мени, и озаглавленной «Тгасіаіпз йе агшашепііз ЬеШсіз* даетъ
довольно подробныя свѣдѣнія о боевомъ и походномъ порядкѣ конца
XIV и начала XV ст. Воюющій государь, по мнѣнію автора, дол-
женъ запастись доброконными и хорошо вооруженными арбалетчи-
ками и копейщиками. Прибывъ на поле ожидаемаго сраженія, онъ
долженъ выбрать необходимое число арбалетчиковъ, дать имъ на-
чальника (Наирітапп) и значокъ, за которыми они должны всюду
слѣдовать. Для перестрѣлки или боя стрѣлкп должны изготовить
свои арбалеты, причемъ одна половина выстрѣливаетъ, а другая
ожидаетъ стрѣльбой пока первая снова изготовитъ арбалеты, затѣмъ
стрѣлять и т. д. пока это окажется нужнымъ или пока не перей-
дутъ къ рукопашному бою. Точно также военачальникъ долженъ
избрать изъ числа копейщиковъ необходимое число воиновъ п дать
имъ начальника и значокъ; далѣе онъ избираетъ мечниковъ (Зсівѵег-
іег) и организуетъ ихъ, какъ указано выше. Значки служатъ для
того, чтобы каждый зналъ, куда держаться и къ какому отряду
онъ принадлежитъ; знамя государя вручается одному изъ знатнѣй-
шихъ воиновъ. Если начинается конный бой, то государь долженъ
выстроить передъ собой часть лучше вооруженныхъ копейщиковъ,
изъ числа оставшихся при немъ; эти всадники держатся возможно
плотнѣе другъ къ другу, чтобы ихъ трудно было прорвать; за ними
слѣдуетъ самъ государь со своимъ знаменемъ, а далѣе прочія вой-
ска. Послѣ того начальникъ копейщиковъ выдвигается со своей
частью противъ праваго фланга противника, а начальникъ мечни-
ковъ противъ лѣваго, стараясь быть нѣсколько впереди стрѣлковъ.
Послѣдніе двигаются передъ фронтомъ наступающаго и ведутъ пе-
рестрѣлку съ непріятелемъ. Между тѣмъ начальники копейщиковъ
и мечниковъ должны ударить, соотвѣтственно, на правый и лѣ-
вый флангъ непріятеля, двигающагося за своими стрѣлками, что
называлось «забѣгать за щиты-» (ипіег біе Зсѣіісіе геппеп). Копей-
щики, слѣдующіе впереди государя, а также и послѣдній должны
быстро двигаться за стрѣлками, какъ бы по одному мановенію, и
притомъ въ плотномъ строѣ.
11
162
ПЕРЯХОДНАЯ ЭПОХА ВОЕННАГО ИСКУССТВА.
Если-же сражаются пѣгикомъ, то относительно стрѣлковъ, копей-
щиковъ и мечниковъ слѣдуетъ придерживаться вышеуказаннаго
порядка, но за стрѣлками строится клинъ, въ которомъ число лю-
дей въ шеренгахъ, начиная съ головной, въ три человѣка, увели-
чивается на два, такъ, что во второй шеренгѣ будетъ пять чело-
вѣкъ, въ третьей семь и т. д. Такого способа придерживались,
говоритъ авторъ рукописи, еще прежде до употребленія въ бою
орудій (Вйсіізеп) и вагенбурга: именно строили клинъ и та сторона,
которой удавалось не только сохранить его въ порядкѣ, но и ра-
зорвать непріятельскій, пробившись въ самую середину врага, та и
одерживала побѣду. Тоже самое можетъ, по словамъ цитируемаго
автора, случиться и теперь, а потому клинъ долженъ состоять изъ
отборнѣйшихъ людей, хорошо снабженныхъ латами, кирасами и про-
чею бронею. Вслѣдъ за нимъ долженъ идти государь или полково-
децъ со своимъ знаменемъ; впереди, позади и по сторонамъ отъ него
должны находиться, для защиты его и знамени, стойкіе, храбрые
воины; за ними уже двигаются всѣ прочія войска, и весь боевой
порядокъ сохраняетъ вышеуказанный видъ и соотношеніе между
различными его частями, причемъ стрѣлки, мечники п копейщики
дѣйствуютъ въ конномъ строю (138).
Очерченный боевой порядокъ и способъ веденія боя напоминаютъ
во всѣхъ существенныхъ чертахъ послѣднія столѣтія Среднихъ вѣ-
ковъ: конные арбалетчики впереди фронта, далѣе отборныя конныя
части, на которыхъ возложена главнѣйшая дѣятельность въ бою и
которыя дѣйствуютъ на фланги противника, пассивность главныхъ
силъ, состоящихъ изъ худшихъ элементовъ, ничтожное значеніе
артиллеріи—все это носитъ отпечатокъ рыцарской эпохи и рѣзко
отличается отъ тѣхъ боевыхъ картинъ, которыя встрѣчаются уже
лѣтъ черезъ 10—15 съ усилившимся употребленіемъ огнестрѣль-
наго оружія и болѣе рельефнымъ выступленіемъ на сцену элемен-
товъ характеризующихъ собою военное дѣло XVI ст.
Увеличеніе числа стрѣлковъ сначала отвѣчало видамъ военачаль-
никовъ и заботы ихъ были направлены только къ тому, чтобы
регулировать дѣятельность этихъ стрѣлковъ и сдѣлать ихъ удобо-
управляемыми; съ этою цѣлью ихъ иногда располагали во второй
шеренгѣ баталіона съ тѣмъ, чтобы они могли стрѣлять и вмѣстѣ съ
тѣмъ были подъ защитой пикинеровъ, такъ какъ оружіе ихъ, не
имѣя штыка, тогда еще неизвѣстнаго, не давало имъ возможности
свети рукопашный бой съ непріятелемъ; кромѣ того изъ стрѣлковъ
глава VIII.
163
составляли крылья, пристраивавшіяся къ флангамъ шікинернаго
баталіона и назначенныя для охвата фланговъ непріятеля: здѣсь
стрѣлки, при условіи единовременности пальбы, могли располагаться
пе болѣе какъ въ три шеренги. Если при этомъ принять во вни-
маніе тогдашнюю квадратную форму строя, при которой баталіонъ
въ 3600 чел. имѣлъ по фронту и въ глубину всего по 60 чел., то
очевидно, что вышеуказанные способы построенія стрѣлковъ давали
возможность размѣстить лишь относительно незначительное ихъ
число; это неудобство стало сказываться весьма сильно съ увеличе-
ніемъ числа стрѣлковъ, особенно когда въ скоромъ времени ихъ
оказывалось уже гораздо болѣе нежели пикинеровъ. Правда, когда
обѣ стороны не особенно энергически стремились къ опредѣленному
рѣшенію дѣла, какъ это мы видимъ въ Шмалькальденскую войну,
во время французскихъ Религіозныхъ войнъ и пр., то вопросъ раз-
рѣшался въ томъ смыслѣ, что противники занимали оборонительныя
позиціи, разсыпали тучи стрѣлковъ и вели безцѣльную нерѣшитель-
ную перестрѣлку, но очевидно, что такой способъ дѣйствій и такая
система построенія и расположенія войскъ не отвѣчали рѣшитель-
нымъ наступательнымъ операціямъ. Такимъ образомъ въ концѣ
XVI и началѣ XVII ст. тактика должна была найти такую форму
связи пикинеровъ со стрѣлками, при которыхъ первымъ обезпечи-
валось-бы въ наибольшей степени содѣйствіе вторыхъ, а вторымъ
безопасность и защиты подъ покровительствомъ первыхъ. Этого ста-
рались достигнуть: а) посредствомъ окруженія пикинерпаго бата-
ліона стрѣлками; б) развитіемъ крыльевъ, въ связи съ окруженіемъ
или безъ таковаго и в) расположеніемъ пикинерныхъ и стрѣлковыхъ
частей рядомъ въ перемежку. Рядомъ съ этимъ явился также во-
просъ о величинѣ и глубинѣ построенія пикинернаго баталіона.
Величина и глубина баталіона опредѣлялись еще въ первой по-
ловинѣ XVI ст. традиціоннымъ примѣромъ швейцарцевъ, которые,
какъ извѣстно, дѣлили армію па три части: авангардъ, главныя
силы и арьергардъ и пѣхоту каждой изъ этихъ частей строили въ
квадратную массу, для болѣе надежнаго сопротивленія страшнѣй-
шему нѣкогда ихъ врагу—рыцарской кавалеріи. Съ теченіемъ вре-
мени, хотя числительность арміи значительно иногда увеличивалась,
а огнестрѣльное оружіе уже наносило значительный вредъ непово-
ротливымъ, громаднымъ массамъ пѣхоты, тѣмъ не менѣе вышеупо-
мянутая традиція сохранялась въ своей силѣ; въ этомъ отношеніи
особенно замѣчательны построенія императорскихъ войскъ въ борь-
іг
164
Переходная эпоха военнаго искусства.
бѣ съ турками, гдѣ примѣнялся въ теченіи продолжительнаго вре-
мени впослѣдствіи (часто и на другомъ театрѣ войны) такъ
называемый венгерскій боевой порядокъ. Въ 1532 году,
императоръ Карлъ V собралъ армію изъ 90,000 ч. пѣхоты (70,000
пикинеровъ и 20,000 стрѣлковъ), 30,000 кавалеріи и множества
орудій п расположился съ нею на позиціи у Вѣны. Боевой поря-
докъ для арміи былъ принятъ слѣдующій (см. л. 20, ч. 3). Пики-
неры дѣлились на 3 равныя массы или баталіоны, около 24,000
каждый, что при квадратной формѣ строя даетъ около 155 чел. по
фронту л въ глубину. Въ интервалахъ между баталіонами помѣща-
лась вся кавалерія, за исключеніемъ венгерской, въ двухъ массахъ,
каждая около 10,000 коней; венгерская же конница находилась
внѣ строя на флангахъ. Вокругъ всего строя помѣщались, въ раз-
стояніи около 30 пі., всѣ стрѣлки, въ 5 шеренгъ глубиною, причемъ
осіавлено было только два отверстія для выхода кавалеріи. Во-
кругъ стрѣлковъ разсѣяны были орудія. Огонь должна была от-
крыть артиллерія, за тѣмъ къ ней присоединялись стрѣлки, смѣняя
шеренги посредствомъ контрмарша рядами. Если бы огонь неоста-
новилъ атаки непріятельской конницы, то она должна была раз-
строиться орудіями, остававшимися на своихъ мѣстахъ; еслибы и это
не остановило противника, то ближайшіе къ нему стрѣлки должны
были отбѣгать подъ защиту пикинеровъ, далеко выдающіяся пики
которыхъ образовали подъ собою безопасное убѣжище для стрѣл-
ковъ. Легко, впрочемъ, видѣть, что даже при столь абсолютно пас-
сивномъ образѣ дѣйствій, масса стрѣлковъ, убѣгающихъ назадъ и
толпящихся неравномѣрно передъ строемъ, приводили въ безпоря-
докъ пикинеровъ и мѣшали имъ спокойно и должнымъ образомъ
дѣйствовать оружіемъ, да п самп они не могли извлечь пользы изъ
своего собственнаго въ самое нужное время. Тѣмъ не менѣе вы-
шеуказанный способъ окруженія пикинернаго баталіона стрѣлками
въ серединѣ ХѴТ ст. былъ принятъ какъ правило. Когда же число
стрѣлковъ еще болѣе увеличилось, то для соотвѣтственнаго ихъ
размѣщенія можно было, во-первыхъ, уменьшить величину баталіо-
новъ, такъ какъ при этомъ большее число баталіоновъ могло укрыть-
ся подъ пиками; во-вторыхъ, можно было увеличить периметръ или
окружность баталіона, сдѣлавъ его внутри пустымъ (см. л. 20,
ч. 4-а); въ-третьихъ можно было измѣнить форму баталіона и дать
ей, напримѣръ крестообразный видъ (см. л. 20, ч. 4-с.). Послѣд-
няя форма строя цѣнилась теоретиками весьма высоко (хотя на
ГЛАВА VIII.
165
практикѣ ее трудно было построить), такъ какъ давала возможность
взаимной обороны различнымъ частямъ баталіона, что, при тогдаш-
ней наклонности къ перенесенію въ тактику фортификаціонныхъ
формъ, считалось весьма важнымъ преимуществомъ» Столь же важ-
ныя, по теоретическимъ понятіямъ того времени, выгоды имѣлъ и
восьмиугольникъ или октогонъ (см. л. 20, ч. 4-в), такъ какъ, хотя
окружность его была не велика, приближаясь къ правильному кру-
гу, но за то онъ представлялъ равносильный фронтъ во всѣ сто-
роны, не имѣя острыхъ угловъ и вообще выдающихся сильно ча-
стей. На практикѣ-же употреблялся только квадратъ полный, а
иногда и пустой.
Частности построенія квадратнаго баталіона со стрѣлками за-
ключались въ слѣдующемъ. Основную часть баталіона образовали
ппкинеры, которые и строили квадратъ; впереди ихъ помѣщались
аллебардисты или вообще вооруженные короткимъ оружіемъ, если
таковые имѣлись, а кругомъ баталіона размѣщались стрѣлки въ 6
шеренгъ. При встрѣчѣ кавалерійской атаки, первыя двѣ шеренги
стрѣлковъ становились на колѣни, имѣя оружіе па готовѣ; слѣдующія
двѣ шеренги стрѣляли, когда противникъ приближался на разстояніе
дѣйствительнаго выстрѣла, послѣ чего становились тоже на колѣ-
на, а 5 и 6 шеренги стрѣляли; стрѣлки первыхъ двухъ шеренгъ
открывали огонь съ самаго близкаго разстоянія. Если строился пу-
стой квадратъ, то внутри его помѣщалась часть стрѣлковъ; двѣ
шеренги ихъ могли выстрѣлить послѣ того, какъ дадутъ залпъ и
станутъ на колѣни о-я и 6-я шеренги, такъ какъ пикинеры, опу-
ская пики и сгибаясь для встрѣчи атаки, находились въ наклон-
номъ положеніи и слѣдовательно казалось возможнымъ стрѣлять че-
резъ ихъ головы.
Стрѣлковыя крылья нашли употребленіе въ венгерскомъ боевомъ
порядкѣ, особенно со времени турецкихъ войнъ, гдѣ непріятель-
ская кавалерія оказалась столь грознымъ врагомъ, что желательно
было имѣть всѣхъ стрѣлковъ при баталіонѣ, гдѣ они могли бы най-
ти защиту подъ пиками; при этомъ квадратная форма строя была
принята и для нихъ; крылья, въ числѣ 2-хъ или 4-хъ употребля-
лись или въ связи съ окруженіемъ баталіона стрѣлками или неза-
висимо отъ такого окруженія (см. л. 20, ч. 6; 4 крыла съ окру-
женіемъ). Непрерывная стрѣльба крыльями производилась посред-
ствомъ контрмарша рядами (см. л. 20, ч. 5, а, Ъ); стрѣлки раз-
мыкали ряды, первая шеренга выдвигалась нѣсколько впередъ,
166
ПЕРЕХОДНАЯ ЭПОХА ВОЕННАГО ИСКУССТВА.
производила выстрѣлъ, затѣмъ, повернувшись направо или налѣво,
люди проходили сквозь строй въ замокъ; при наступленіи выбѣга-
ла впередъ сквозь строй послѣдняя шеренга, выстрѣливала и про-
должала двигаться впередъ; ее обгоняла предпослѣдняя и т. д.
Если непріятель приходился съ фланга, то пальба производилась
повернутымъ къ нему ближайшимъ рядомъ (см. л. 20, ч. 5, с),
который затѣмъ поворачивался въ первоначальное положеніе и про-
должалъ движеніе, потомъ поворачивался второй рядъ и т. д.
Ясно, что всѣ указанныя дѣйствія могли быть исполнены толь-
ко отлично обученными войсками, чего на самомъ дѣлѣ не суще-
ствовало, а потому на практикѣ пальба велась крайне безпорядочно;
въ минуту суеты люди заднихъ шеренгъ, вмѣсто смѣны контрмар-
шемъ, стрѣляли по головамъ переднихъ и т. д. Стрѣлки тѣснились
на пикинеровъ, причемъ въ нѣкоторыхъ мѣстахъ ихъ оказывалось
слишкомъ много, въ другихъ мало, такъ какъ не всякій попадалъ
на свое мѣсто. Только въ концѣ XVI ст. Морицъ Оранскій ввелъ
настоящее обученіе въ войскахъ и тогда явилась возможность осу-
ществлять совѣты и указанія теоріи.
На ряду съ развитіемъ вышеуказанныхъ идей является также
стремленіе къ уменьшенію глубины строя. Такое стремленіе было по-
рождено не исключительно подъ вліяніемъ дѣйствія огнестрѣльнаго
оружія—это лучше всего видно изъ того обстоятельства, что перво-
начально для самихъ стрѣлковъ принята была квадратная форма
строя. Важнѣйшими побужденіями въ указанномъ отношеніи были,
во первыхъ, зародившіяся понятія о важности резервовъ въ боевомъ
порядкѣ и, во вторыхъ, примѣръ древнихъ, у которыхъ, какъ из-
вѣстно, глубина строя никогда не превышала 16 шеренгъ. Бсевымъ
порядкомъ, въ которомъ впервые нашли примѣненіе идеи о тонкомъ
строѣ, былъ нидерландскій боевой порядокъ.
Въ концѣ XVI ст. у нидерландцевъ были небольшіе полки, чн-
слнтельностью всего въ 800—1000 чел.—половина пикинеровъ, по-
ловина стрѣлковъ. Тактической единицей считался полуполкъ, при-
мѣрно въ 400 чел.; если пикинеровъ (200 чел.) построитъ въ квад-
дратный строй, то послѣдній будетъ имѣть 14 чел. по фронту и
столько же въ глубину; этотъ квадратъ и составлялъ центръ рас-
положенія полуполка; на флангахъ же его помѣщались стрѣлки
(раздѣленные пополамъ), части которыхъ, при принятыхъ нами
данныхъ, имѣли каждая 7 чел. по фронту и 14 въ глубину. От-
сюда видно, что при нидерландской системѣ построенія, сохраняя
ГЛАВА ѴІП.
167
въ частности основанія квадратнаго строя, въ общемъ видѣ полу-
полкъ имѣлъ 28 чел. по фронту и 14- въ глубину—таково было
устройство элементарной тактической единицы.
Теперь разсмотримъ общій видъ боеваго порядка. Армія дѣли-
лась по принятому порядку на передовой отрядъ (авангардъ), на
главныя силы (Ьаіаіііе) и тыльный отрядъ (арьергардъ); если въ
арміи имѣлось 9 полковъ числптельностью въ 9000 чел., то въ каж-
дой изъ означенныхъ частей ихъ могло быть по 3 или же шестъ
полуполковъ —элементарныхъ тактическихъ единицъ. Эти послѣдніе
располагались въ три линіи (см. л. 20, чер. 8), въ каждой по два
полуполка; причемъ два полуполка первой линіи стояли рядомъ,
два второй въ 300 футахъ за нею и въ 100 футахъ внѣ ея флан-
говъ и наконецъ въ 600 ф. за второю, противъ середины первой
линіи, стояли оба вмѣстѣ полуполки третьей линіи. На самомъ
дѣлѣ глубина строя была уменьшена и отдѣльный полуполкъ стро-
ился такъ: пикинеры имѣли 25 чел. по фронту и 10 шеренгъ въ
глубину; стрѣлки на флангахъ имѣли по 12 рядовъ и по 10—11
шеренгъ; каждое стрѣлковое крыло дѣлилось на три четырехряд-
ныхъ отдѣленія съ интерваломъ между ними въ 6 ф. (см. л. 20
ч. 7). Стрѣлки каждаго отдѣленія отбѣгали, послѣ пальбы, шерен-
гами, или по два, повернувшись направо и налѣво. Таково было
въ отдѣльности построеніе авангарда, главныхъ силъ и арьергар-
да; эти части въ бою могли стоять рядомъ, причемъ главныя силы
располагались въ центрѣ, авангардъ правѣе, а арьергардъ лѣвѣе ихъ,
или же, при недостаткѣ мѣста, онѣ разворачивались одна за дру-
гой (”*).
Кавалерія дѣлилась у нидерландцевъ на корнеты, соединявшіяся
въ эскадроны или массы (Напіеп) около 200 челов., 40 челов. по
фронту и 5 въ глубину. Въ боевомъ порядкѣ часть эскадроновъ
держалась на высотѣ второй линіи, часть на наружныхъ флангахъ
расположенія, часть позади второй или третьей линіи. Такъ въ сра-
женіи Морица Оранскаго па Тильскомъ полѣ, въ 1597 году, кава-
лерія была сосредоточена въ шести эскадронахъ, состоявшихъ изъ
нѣсколькихъ (4) корнетовъ каждый (14°). Въ сраженіи при Нью-
портѣ (см. ниже) по флангамъ авангарда находились два эскадро-
на; при головной части стоявшихъ за авангардомъ главныхъ сплъ,
расположено было, по обѣ стороны, тоже два эскадрона; остальная
часть кавалеріи входила въ составъ арьергарда (14°).
Не трудно опредѣлить свойства нидерландскаго боеваго поряд-
168
ПЕРЕХОДНАЯ ЭПОХА ВОЕННАГО ИСКУССТВА.
ка: тонкія формы строя, взаимное содѣйствіе стрѣлковъ и пикине-
ровъ, глубина расположенія, система послѣдовательныхъ частныхъ
резервовъ, удобство расположенія кавалеріи, гибкость; недостатокъ
этого боеваго порядка заключался въ дробности отдѣльныхъ частей
слишкомъ разъединенныхъ—и потому относительная ихъ слабость и
трудность управленія войсками, отсутствіе общаго резерва при рас-
положеніи всѣхъ частей арміи рядомъ.
Если сомкнуть ближе три линіи каждой изъ частей (авангардъ,
главныя силы, арьергардъ) нидерландскаго боеваго порядка, при-
чемъ тыльный отрядъ придется въ затылокъ авангарду, а главныя
силы будутъ выдаваться изъ за его фланговъ, то получимъ въ сущ-
ности шведскую бригаду] располагая таковыя рядомъ и въ двѣ ли-
ніи, Густавъ Адольфъ далъ начало линейному построенію боеваго
порядка.
Нидерландскій боевой порядокъ былъ порожденъ идеями XVI
ст., главнымъ образомъ вытекавшими изъ изученія древнихъ гре-
ковъ и римлянъ; но и венгерскій боевой порядокъ, происходившій
отъ швейцарскаго, не остановился окончательно въ своемъ дальнѣй-
шемъ развитіи. Большіе квадратные баталіоны, окруженные стрѣл-
ками п со стрѣлковыми крыльями, составлявшіе основу венгерскаго
и родственнаго ему испанскаго боеваго порядка, могли строиться
по нидерландскому образцу, т. е. одинъ баталіонъ впереди въ пер-
вой линіи, два позади, на извѣстномъ между ними интервалѣ, об-
разуя вторую линію и, наконецъ, четвертый баталіонъ (если тако-
вой имѣлся) въ третьей линіи. Расположенные такимъ образомъ че-
тыре баталіона венгерскаго пли испанскаго боеваго порядка образо-
вали такъ называемую полную испанскую бригаду (см. л.20,
ч. 9, а). Если армія была незначительной числительностыо, то всю
ее можно было построить въ одну такую испанскую бригаду; но
съ теченіемъ времени этого вообще стали избѣгать и дѣлить какъ
авангардъ, такъ главныя силы и арьергардъ на отдѣльныя испан-
скія бригады; при расположеніи этихъ частей рядомъ, мы тоже
получаемъ начала линейнаго построенія боеваго порядка.
Первоначально, какъ извѣстно, каждый баталіонъ венгерскаго
или испанскаго боеваго порядка составлялъ приблизительно треть
всей пѣхоты арміи, а потому и назывался терціей или третью]
это же названіе сохранилось и за полками или баталіонами новаго
испанскаго расположенія, хотя эти терціи вовсе уже не составляли
каждая трети пѣхоты.
ГЛАВА ѴПІ.
169
Кавалерія, соединенная въ эскадроны, придавалась къ авангар-
ду, главнымъ силамъ и арьергарду, причемъ легкая массировалась
преимущественно на флангахъ, а тяжелая располагалась также
частью и при пѣхотныхъ баталіонахъ. Такимъ образомъ, хотя при
испанской бригадной системѣ сохранилась квадратная форма строя,
но величина баталіоновъ сильно уменьпіплась, части боеваго поряд-
ка сдѣлались менѣе массивны, болѣе подвижны, явилась большая
возможность взаимной поддержки и пользованія частными резервами
для послѣдовательнаго веденія боя, отраженія разныхъ случайностей,
нѣкоторой возможности сосредоточенія силъ къ извѣстному пункту
и пр.; но общаго резерва и здѣсь мы не находимъ.
Войска располагаются для боя иногда уже по заблаговременно
отдаваемымъ диспозиціямъ *). При походномъ порядкѣ баталіона
•) Мейнертъ приводитъ дословно такую диспозицію, относящуюся къ 1600 году:
«Господину Францолу, съ его конными аркебузерами, завтра раннимъ утромъ, быть
готовымъ въ баталіи, въ боевомъ порядкѣ, рядомъ и лѣвѣе фонъ-Гермштейна, имѣя
лѣвѣе себя, на одномъ фронтѣ, своихъ гайдуковъ (пѣхота), и ждать тамъ наступленія.
Господину генералу фонъ-Гермштейну съ его конницей и пѣхотой, завтра раннимъ
утромъ, быть готовымъ н въ боевомъ порядкѣ, имѣя аркебузеровъ въ баталіи, по пра-
вую ихъ руку нѣмецкую пѣхоту, а по лѣвую его руку будетъ находиться господинъ
Францолъ съ кавалеріей; гайдукп-же его будутъ находиться между обоими отрядами
кавалеріи, на одномъ съ ними фронтѣ.
«Господину полковнику фонъ-Калоничу съ его конными аркебузерами, завтра ран-
нимъ утромъ быть готовымъ и въ боевомъ порядкѣ, и расположиться въ баталіи ря-
домъ съ пѣхотой г. фонъ-Гермштейна; по его правую руку будетъ находиться госпо-
динъ полковникъ Ирейнеръ.
«Господину полковнику Прейнеру съ его полкомъ, завтра раннимъ утромъ, быть
готовымъ, въ боевомъ порядкѣ, стать въ баталіи рядомъ съ г. полковникомъ фонъ-Ко-
лоничемъ; правѣе его будетъ г. полковникъ Годицкій.
«Господину полковнику Годицкому съ его конницей, завтра раннимъ утромъ, быть
готовымъ, въ боевомъ порядкѣ, и расположиться въ баталіи рядомъ съ полкомъ г. пол-
ковника Прейнера; по правую его руку будетъ находиться г. графъ фонъ-Шалиньи.
«Господину графу фонъ-Шалиньи сь обоими его полками, завтра раннимъ утромъ,
быгь готовымъ, въ боевомъ порядкѣ, и стать въ баталіи рядомъ и по правую руку ка-
валеріи господина Годицкаго; подъ его начальствомъ будетъ находиться его превосходи-
тельство (?) со своей кавалеріей.
«Его римскаго императорскаго величества артиллеріи генералу графу фонъ Зулшу
со всѣми его орудіями, завтра раннимъ утромъ, быть готовымъ, въ боевомъ порядкѣ, имѣя
орудія какъ передъ обоими полками, такъ и между г. де-Шалиньи и г. ф. Іохкирхе-
номъ; повозки должны слѣдовать позади въ надлежащемъ порядкѣ.... (МѳупѳгѢ В. 2,
стр. 163—165). Далѣе идетъ въ такомъ-же порядкѣ перечень прочихъ частей армія.
Разсматривая эту диспозицію, конечно, безъ труда можно замѣтить ея недо-
статки: отсутствіе точности въ опредѣленіи времени, утомительныя повторенія и пр*;
170
ПЕРЕХОДНАЯ ЭПОХА ВОЕННАГО ИСКУССТВА,
роты или двигались одна за другою, имѣя по фронту 5—7 чел.,
илк-же соединялись попарно, имѣя по фронту 6—8 чел.
Стрѣлки распредѣлялись различно; а) половина въ головѣ ба-
таліона, половина въ хвостѣ; б) половина стрѣлковъ каждой роты
въ головѣ ея, половина въ хвостѣ; в) при слѣдованіи ротъ парами,
стрѣлки первой роты шли впереди своей пары, а второй роты по-
зади; фронтъ стрѣлковъ могъ быть при этомъ не равнымъ таковому-
же пикинеровъ (141).
Въ общей походной колоннѣ у германцевъ особая конная дру-
жина, ренфане (ВепГаІіпе), всегда составляла ближайшую къ не-
пріятелю часть, т. е. при наступленіи она была въ головѣ аван-
гарда, при отступленіи въ хвостѣ арьергарда, причемъ по прибытіи
на мѣсто оставалась въ боевой готовности до окончанія разбивки
лагеря и выставки войсками карауловъ. Впереди ренфане слѣдо-
вала небольшая часть въ видѣ развѣдчиковъ, обязанныхъ рекогнос-
цировать мѣстность и доставлять всѣ необходимыя свѣдѣнія. Ос-
тальная часть колонны дѣлилась на передовой, средній и тыльный
отряды, каждый изъ которыхъ имѣлъ своего особаго начальника.
При выступленіи прежде всего устраивалась фу ражи ровочная коман-
да съ фендрихомъ и главнымъ вагенмейстеромъ, къ которымъ со-
бирался весь обозъ. Если колонна была велика, то каждый отрядъ
высылалъ свое особое знамя, при которыхъ собирались соотвѣт-
ствующія повозки, а затѣмъ двигались къ фуражировочной коман-
дѣ. По сборѣ войскъ въ колонну, слѣдовали въ такомъ порядкѣ:
ренфане, передній отрядъ (авангардъ), позади его или нѣсколько
въ сторонѣ обозъ конницы съ фуражировочной командой, повозки
частей авангарда, далѣе средній и тыльный отряды, имѣя каждый
за собою свой обозъ; орудія и повозки съ боевыми припасами слѣ-
довали въ головѣ обозной колонны, вмѣстѣ съ повозками главнаго
начальника—маркитанты, каждый при обозѣ своей части (142).
За исключеніемъ распредѣленія обоза и довольно слабыхъ мѣръ
по организаціи развѣдыванія о противникѣ (о чемъ тогда обѣ сто-
но тѣмъ не менѣе диспозиція весьма удобопонятна и проста въ своемъ основаніи.
Указаніе мѣста каждому полку или каждой отдѣльной части объясняется тѣмъ, что въ
то время не существовало той связи между частями въ боевомъ порядкѣ, какъ въ наше
время и группировки ихъ по участкамъ, а каждая масса дѣйствовала относительно
независимо, преслѣдуя преимущественно лишь свои частныя цѣли.
ГЛАВА ѴШ.
171
роны менѣе заботились нежели нынѣ) общія основанія распредѣле-
нія войскъ на походѣ представляются вообще правильными *).
Стратегическое искусство, какъ извѣстно, находилось въ
теченіе всего періода Среднихъ вѣковъ на жалкой ступени развитія:
отсутствіе ясно сознаннаго общаго плана въ дѣйствіяхъ, преслѣдо-
ваніе второстепенныхъ цѣлей, неумѣніе обезпечить операціи, от-
сутствіе единства въ дѣйствіяхъ и пр.—таковы характеристическія
черты средневѣковой стратегіи. Начало изучаемой въ этой главѣ
эпохи открывается кампаніей, въ которой замѣчаются нѣкоторые
проблески истинныхъ началъ стратегіи; при дальнѣйшемъ ходѣ дѣ-
ла въ этомъ направленіи можно думать стратегія возродилась-бы
изъ своего ничтожества и успѣхами своего развитія завершила-бы
прогрессъ прочпхъ элементовъ военнаго дѣла, отмѣчая такимъ обра-
зомъ начало новѣйшаго военнаго искусства; но послѣдовавшія меж-
доусобицы и религіозныя войны въ западной Европѣ задержали еще
на долго развитіе стратегическаго искусства, и общія основанія ве-
денія войны остались до Густава Адольфа тѣми-же, какъ и въ пред-
шествующее время Среднихъ вѣковъ.
Кампанія, о которой выше упомянуто,—это итальянскій походъ
французскаго короля Карла ѴШ. Бѣглый стратегическій очеркъ
этого похода, укажетъ намъ въ какой степени Карлъ былъ бли-
зокъ истиннымъ началамъ стратегіи въ операціяхъ предпринятой
имъ войны (см. л. 13. Ъіз, ч 5).
Прежде чѣмъ вторгнуться въ Италію Карлъ ѴП1 озаботился
ѵ) Людовикъ-Наполеонъ въ 1-мъ томѣ своего сочиненія: <<ЕѢііПе8 8ПГ 1е ра880
еѣ Гаѵепіг сіе Гагііііегіе» (СТР- 27С приводитъ нижеслѣдующій частный при-
мѣръ походнаго порядка арміи:
500 коней, два отряда и развѣдчики.
3,000 пѣхоты.
4 молевыхъ и 12 болѣе тяжелыхъ орудій съ частью парковыхъ, шанцовыхъ и
пр. повозокъ,
3,000 шево-лежеровъ,
10,000 пѣхоты.
Половина парковыхъ повозокъ арміи, половина провіантскихъ фуръ
12,000 пѣхоты
Багажъ, остальная часть провіантскихъ фуръ, парковыя повозки и оборонитель-
ныя средства арьергарда,
8,000 пѣхоты арьергарда,
11 орудій 3 калибровъ, 3 полевыхъ орудія съ необходимыми принадлежностями.
2,000 пѣхоты.
500 добровонныхъ кавалеристовъ.
172
ПЕРЕХОДНАЯ ЭПОХА ВОЕННАГО ИСКУССТВА.
изученіемъ мѣстности предстоявшаго театра дѣйствій; вмѣстѣ съ
тѣмъ онъ могъ разсчитывать на содѣйствіе герцогства Савойи, Ге-
нуи, Людовика Сфорцы и герцога Ферарскаго; далѣе Карлъ VIII
обезпечилъ себѣ нейтралитетъ Венеціи, Флоренціи и Рима; заклю-
чилъ миръ съ Англіей, Испаніей и Германіей. Увѣренный въ хоро-
шемъ къ нему расположеніи итальянскихъ государей и прави-
тельствъ, Карлъ VIII зналъ, что его громко призываютъ народы
Италіи и что они поддержатъ его притязанія. Кромѣ главной ар-
міи. сосредоточенной у Ліона, онъ собралъ въ Генуѣ особый деся-
титысячный корпусъ, подъ начальствомъ герцога Орлеанскаго; эти
войска должны были дѣйствовать въ побережьи или амбаркировать-
ся на суда.
Король Неаполитанскій Альфонсъ, чтобы отодвинуть войну отъ
предѣловъ его государства, направилъ противъ французовъ два
корпуса: одинъ изъ нихъ двинулся въ Романью (южнѣе нижняго По),
другой, посаженный на суда, долженъ былъ высадиться въ Генуэз-
ской Ривьерѣ; такимъ образомъ эти отряды такъ сказать угрожали
флангамъ французскій арміи, направлявшейся къ Апеннинамъ. Но
Карлъ VIII, сосредоточившій свои войска у Асти, не желалъ рискО’
вапно бросаться впередъ, безъ обезпеченія своихъ фланговъ. Онъ
двинулся къ По не прежде чѣмъ герцогъ Орлеанскій нанесъ пора-
женіе флоту и неаполитанскимъ войскамъ, высадившимся у Рапалло
(восточнѣе Генуи) и не перешелъ черезъ Апепеннины у Понтремоли
прежде чѣмъ былъ выгнанъ изъ Романьи герцогъ Калабрійскій.
Наконецъ онъ оставилъ у Асти отрядъ подъ начальствомъ герцогъ
Орлеанскаго, который долженъ былъ наблюдать за герцогомъ Милан-
скимъ и обезпечить путь отступленія французской арміи. Для
лучшаго обезпеченія нейтралитета Венеціи онъ отправилъ туда
посломъ извѣстнаго Филиппа Комина. На ряду съ этими мѣрами
французскій флотъ долженъ былъ плыть вдоль западнаго прибрежья
Италіи и снабжать армію продовольствіемъ и боевыми припасами.
При дальнѣйшемъ движеніи Карлъ ѴШ овладѣвалъ всѣми крѣ-
постями, запиравшими важнѣйшіе проходы, и оставлялъ въ нихъ
необходимые гарнизоны; занявъ-же прибрежные пункты (Сарацана,
Пиза), онъ устанавливалъ связь со своимъ флотомъ; онъ также
овладѣлъ важными позиціями (Витербъ и пр.) по пути къ Риму, а
энтузіазмъ населенія еще болѣе, казалось, обезпечивалъ его опера-
ціи. Въ самомъ Римѣ онъ нашелъ поддержку въ извѣстной партіи,
къ которой принадлежала между прочимъ могущественная фамилія
ГЛАВА ѴШ.
173
Колонъ. Флотъ высадилъ часть войскъ, которыя присоединились къ
арміи въ Римѣ. «Капитолій трепеталъ передъ новымъ Бренномъ» и
папа оставилъ Карлу главнѣйшія свои крѣпости, въ томъ числѣ
Терачину и Чивита-Векію. Всѣ приморскіе пункты отъ Генуги до
Гаэты были во власти французовъ.
Прп движеніи къ Неаполю Карлъ VIII направился по горной
дорогѣ на Велетрп, Валь-Монтане, Чепрано, имѣя въ виду овладѣть
важной позиціей Санъ-Жермано, гдѣ король Неаполитанскій со-
бралъ всю армію; для обхода этой позиціи, онъ высылаетъ на Аквилу
особую колону, которая должна обезпечивать его слѣва и выйти въ
тылъ непріятеля. Всѣ эти распоряженія указываютъ что планъ
войны былъ составленъ и выполненъ искусно. Конечно, если-бы
французы не могли разсчитывать на расположеніе мѣстнаго населе-
нія, то силъ ихъ было-бы недостаточно для подчиненія Италіи;
но итальянцы встрѣчали ихъ повсюду восторженными криками; та-
кимъ образомъ невозможно упрекать Карла VIII за это смѣлое
вторженіе въ глубь страны, при томъ условіи, что его путь от-
ступленія былъ обезпеченъ особымъ обсерваціоннымъ корпусомъ и
важными союзниками; что фланги его упирались: одинъ въ море,
на которомъ онъ господствовалъ, а другой въ значительную горную
цѣпь (Апеннины); что продовольствіе и снабженіе его были обез-
печены; что населеніе принимало его восторженно.
Но наряду съ этимъ политическія дѣйствія Карла VIII были
самыя плачевныя; онъ нисколько не позаботился объ удовлетворе-
ніи нуждъ и требованій населенія, которое скоро убѣдилось, что
оно лишь перемѣнило одно иго на другое и что свое правленіе,
пожалуй, лучше иноземнаго. Хотя отложеніе герцога Миланскаго
и Венеціи заставили его возратиться во Францію, но приэтомъ
Карлъ VIII нашелъ путь до самыхъ Апеннинъ открытымъ, благо-
даря гарнизонамъ, оставленнымъ имъ въ тылу. Французскій король,
уступая просьбамъ и желая сохранить за собою нѣкоторые пункты,
значительно ослабилъ свои силы, отдѣленіемъ гарнизоновъ въ Сіенну
и Пизу, и сдѣлалъ важную ошибку, отправивъ изъ Сарацаны на-
ходившіеся тамъ 5000 чел. въ Геную; флотъ его былъ разбитъ
вблизи послѣдняго пункта, который послѣдовалъ примѣру герцога
Миланскаго. Послѣдующія дѣйствія французскихъ войскъ, подъ
начальствомъ герцога Орлеанскаго, отличались нерѣшительно-
стью (143). Какъ-бы то ни было нельзя не видѣть въ италянскомъ
походѣ Карла ѴПІ нѣкоторыхъ совершенно вѣрныхъ основныхъ
началъ стратегіи.
174
ПЕРЕХОДНАЯ ЭПОХА ВОЕННАГО ИСКУССТВА.
Въ Шмалькальденской войнѣ сражались между собою войска
одной и той-же страны, одной и той-же національности. Карлъ V,
будучи сначала слабѣе своего противника, не желалъ компромети-
ровать своего достоинства; съ другой стороны ландргафъ Гессенскій
и курфюрстъ Саксонскій, во первыхъ, не могли все-таки забыть,
что онп сражаются противъ своего императора, а это конечно
ослабляло энергію вхъ дѣйствій; во-вторыхъ между ними не всегда
могло существовать необходимое единодушіе; наконецъ въ этой
войнѣ къ военнымъ соображеніямъ примѣшивались еще вопросы
религіи, церкви—все это, разумѣется, должно было отразиться на
самомъ характерѣ войны, на рѣшительности операцій. Изобиліе
въ войскахъ огнестрѣльнаго оружія вполнѣ соотвѣтствовало выше-
указаннымъ общимъ условіямъ войны. Обыкновенно обѣ стороны
укрывались въ укрѣпленныхъ городахъ или позиціяхъ, между ко-
торыми и вокругъ ихъ велась нескончаемая перестрѣлка и малая
война; вмѣсто осады часто видимъ блокаду (144). Въ такихъ-же
приблизительно условіяхъ велись и французскія Религіозныя войны,
что въ концѣ концовъ и характеризуетъ собою низкій уровень
стратегическаго искусства во второй половинѣ XVI и въ началѣ
XVII столѣтія.
Сраженія.
1. Сраженіе при Равеннѣ. 11 апрѣля 1512 г. Молодой
французскій полководецъ, Гастонъ де Фуа герцогъ Немурскій, ища
встрѣчи съ уклонявшимся отъ боя испанскимъ главнокомандующимъ
Кардоной, рѣшился приступить къ осадѣ Равенны, расчитывая
этимъ вызвать противника на активныя предпріятія. Этотъ пріемъ
оказался дѣйствительнымъ: Кардона двинулся изъ Имолы въ Форли,
перешелъ тамъ черезъ Ронко и, направившись вдоль по правому
берегу рѣки, остановился въ 3-хъ миляхъ отъ Равенны, рѣшившись
принять тамъ, въ случаѣ надобности, оборонительный бой; съ этою
цѣлью онъ приказалъ укрѣпить занятую позицію (см. л. 21, ч. 2)
и вырыть вдоль всего фронта ровъ, оставивъ лишь вблизи рѣки
проходъ въ 20 локтей, для наступательныхъ вылазокъ кавалеріи. Вы-
боръ оборонительной позиціи и укрѣпленіе ея были сдѣланы по со-
вѣту Педро Наварро, пользовавшагося большимъ вліяніемъ на Кар-
дону, слушавшаго его какъ оракула. Наварро,—сначала купецъ,
потомъ солдатъ и офицеръ,—участвуя въ войнахъ того времени,
пріобрѣлъ репутацію отличнаго, знающаго офицера, особенно по
ГЛАВА VIII.
175
техникѣ огнестрѣльнаго оружія и минному искусству (1503 г.
взрывъ замка Дель-Ово), такъ что когда Гонзальвъ Кордуанскій
былъ отозванъ съ итальянскаго театра войны, то Наварро продол-
жалъ послѣ него усовершенствованіе устройства испанской пѣхоты;
но въ то время какъ Гонзальвъ обращалъ главное вниманіе на
пріученіе войскъ къ рукопашному бою, Педро Наварро стремился
развить въ напвысшей степени умѣнье пѣхотою извлекать выгоды
изъ огнестрѣльнаго оружія—отсюда его стремленіе къ оборонитель-
нымъ позиціямъ и пассивному бою. Кавалерію онъ не уважалъ,
какъ малоспособную къ огнестрѣльному бою. Но если Кардона
внималъ благоговѣйно совѣтамъ Наварро, то среди прочихъ выс-
шихъ начальниковъ онъ далеко не пользовался такой репутаціей:
рыцари его ненавидѣли, какъ выскочку изъ плебеевъ; кавалеристы—
какъ отчаяннѣйшаго пѣхотница.
Узнавши о движеніи непріятеля, Гастонъ рѣшился перейти че-
резъ Ронко и искать встрѣчи съ арміей лиги; собранный военный
совѣтъ одобрилъ мысль о сраженіи. Ночью былъ построенъ мостъ
и на утро французская армія стала переходить черезъ рѣку; во
главѣ двинулись нѣмцы; гасконцы, соревнуя имъ, бросились въ
бродъ. Назади оставлены были: 1000 чел., подъ начальствомъ от-
борныхъ офицеровъ, у моста на Монтоне и 250 к. у моста на Рон-
ко, подъ начальствомъ Иво д’Алегре; назначеніе этихъ войскъ за-
ключалось: въ наблюденіи за гарнизономъ Равенны и въ обезпеченіи
пути отступленія французской арміи; въ случаѣ надобности они
также могли принять участіе въ сраженіи.
Узнавши о движеніи французовъ, одинъ изъ военачальниковъ
въ арміи лиги, Фабрицій Колонна *), предложилъ перейти въ на-
ступленіе, чтобы разбить армію Гастона по частямъ, прежде чѣмъ
она вся успѣетъ переправиться черезъ Ронко; но совѣтъ Наварро:
выжидать непріятеля въ оборонительной позиціи одержалъ верхъ.
Испанская армія расположилась на позпціп—въ слѣдующемъ по-
рядкѣ: авангардъ сталъ на лѣвомъ флангѣ, а именно 800 ч. тя-
желой кавалеріи Ф. Колонны—за проходомъ оставленнымъ въ укрѣ-
пленіи, имѣя лѣвѣе часть орудій, а правѣе квадратную массу въ
6000 чел. испанской пѣхоты; главныя силы стали уступомъ назадъ и
правѣе: ближе къ береговой насыпи 600 ч. тяжелой кавалеріи, правѣе
квадратная пѣхотная масса въ 4000 чел., подъ начальствомъ вице-
*) Тотъ самый, котораго Макіавелли заставляеть высказывать его мнѣнія вь кни-
гѣ <0 военномъ искусствѣ».
176
ПЕРЕХОДНАЯ ЭПОХА ВОЕННАГО ИСКУССТВА.
короля Кардоны; арьергардъ, подъ начальствомъ стараго испытанна-
го Карваяля, сталъ позади и правѣе главныхъ силъ: 400 ч. тяже-
лой кавалеріи у береговой плотины, имѣя правѣе квадратную мас-
су пѣхоты въ 4000 чел. Правѣе и позади пѣхоты арьергарда рас-
положился молодой, пылкій маркизъ Пескара съ 1000 чел. легкой
кавалеріи. Слѣдуетъ еще упомянуть, что впереди испанской пѣхо-
ты авангарда находилось тридцать легкихъ орудій помѣщавшихся
на колесницахъ, снабженныхъ далеко выдававшимся впередъ коса-
ми. Наварро выбралъ себѣ 500 ч. испанской пѣхоты, съ которы-
ми предполагалъ двинуться туда, гдѣ встрѣтится надобность.
Гастонъ, перейдя рѣку, съ высоты береговой насыпи обратил-
ся къ войскамъ съ пламенной рѣчью; восторженные клики, при
звукахъ трубъ и громѣ барабановъ были ему отвѣтомъ; затѣмъ
французы двинулись впередъ и въ разстояніи 200 шаговъ отъ по-
зиціи непріятеля пріостановились, какъ кажется для того, чтобы
дать время дѣйствовать своей артиллеріи. Расположеніе ихъ было
слѣдующее: авангардъ, подъ начальствомъ герцога Ферарскаго, со-
ставилъ правое крыло: 750 ч. тяжелой ордоннансовой кавалеріи
стали на крайнемъ правомъ флангѣ; лѣвѣе и уступомъ назадъ
квадратная масса изъ 8000 нѣмецкихъ ланцкнехтовъ, подъ началь-
ствомъ Моллара и Іакова Омскаго; 900 ч. легкой кавалеріи при-
крывали съ фронта выстраиваніе авангарда; главныя силы распо-
ложились лѣвѣе: пѣхотная масса въ 3000 гасконцевъ и пикардій-
цевъ въ первой линіи, а позади ея и правѣе 580 ч. тяжолой
ордоннансовой кавалеріи Ла-Палиса; арьергардъ составилъ лѣвое
крыло: пѣхота, преимущественно изъ итальянцевъ образовала массу
въ 4400 чел., а на крайнемъ лѣвомъ флангѣ сосредоточилось око-
ло 3000 легкой кавалеріи; артиллерія заняла позинію передъ фрон-
томъ.
Юный, двадцати трехлѣтній герой полководецъ, Гастонъ, не
командовалъ лично какой либо частью, а въ сопровожденіи лишь
нѣсколькихъ рыцарей желалъ быть тамъ, гдѣ его присутствіе ока-
жется необходимымъ; на его боевомъ конѣ находилось пышное по-
крывало, цвѣтовъ Фуа и Наварры, что отличало Гастона для
войскъ.
Всего съ обѣихъ сторонъ было: у Кардоны 14500 ч. пѣхоты
и 2800 ч. кавалеріи; у Гастона—15400 пѣх. и около 5000 кава-
леріи, а съ оставленными у Ронко и Монтоне 16400 пѣх. и
5700 ч. кавалеріи. Орудій у испанцевъ, кромѣ находившихся на
ГЛАВА УШ.
177
колесницахъ, было около 20; у французовъ—неизвѣстно. Бой на-
чался артиллерійской канонадой, отъ которой много терпѣли густыя
массы обѣихъ сторонъ, въ особенности французы, такъ какъ ис-
панская артиллерія была расположена весьма выгодно; однимъ
удачно попавшимъ ядромъ вырывались изъ строя десятки людей;
квадратъ ланцкнехтовъ, стоя на мѣстѣ, потерялъ отъ канонады
около 1000 чел. Видя это герцогъ Ферарскій, лучшій артиллеристъ
своего времени, доставившій французамъ многочисленную артилле-
рію изъ своихъ арсеналовъ, взялъ часть орудій съ праваго фланга
провелъ ихъ, въ тылу расположенія войскъ, на крайній лѣвый
флангъ позиціи, откуда онъ взялъ противника во флангъ и частью
даже въ тылъ; особенно пораженіе наносилось войскамъ авангарда
испанцевъ. Наварро приказалъ своимъ пѣхотинцамъ лечь за бере-
говую плотину; но кавалерія не могла воспользоваться такимъ
средствомъ предохраненія отъ огня и, стоя на мѣстѣ, сильно стра-
дала. Фабрицій Колона съ нетерпѣніемъ воскликнулъ: «неужели
всѣ мы должны умирать здѣсь постыдною смертью ради этого злоб-
наго жиденка? неужели всѣ эти войска должны быть принесены
въ жертву упрямству какого нибуть Наварро, не сдѣлавъ ни одно-
го удара? неужели мы позабудимъ ради него всѣ наши побѣды
надъ французами и честь Испаніи и Италіи погибнетъ въ этихъ
укрѣпленіяхъ?* Такъ какъ Кардона, убѣждаемый Наварро, не
соглашался на неоднократныя просьбы Колонны о переходѣ въ
наступленіе, то послѣдній самовольно двинулся со своей тяжелой
кавалеріей черезъ проходъ; его примѣру послѣдовала кавалерія
главныхъ силъ и арьергарда. Педро Наварро, видя свой планъ
нарушеннымъ и не желая оставить безъ поддержки кавалерію, то-
же поднялъ свою пѣхоту, чтобы предоставить ей честь боя. Ква-
дратъ испанской пѣхоты, съ развѣвающимися знаменами, подъ
свистъ флейтъ и громъ барабановъ, двинулся къ выходу, черезъ
который только что проскакали латники, и, пройдя его, повернулъ
вправо, чтобы обезпечить правый флангъ своей кавалеріи и ата-
ковать нѣмецкихъ ланцкнехтовъ. За испанскою пѣхотою двинулись
итальянцы главныхъ силъ, за ними пѣхота арьергарда—испанцы и
итальянцы; всѣ они слѣдовали между Ронко и береговою плотиною,
такъ какъ выходъ изъ укрѣпленій былъ загроможденъ пѣхотой
авангарда и кромѣ того, при принятомъ направленіи движенія,
прикрывался лѣвый флангъ кавалеріи.
Между тѣмъ Фабрицій Колона, со своею, слѣдовавшею за
12
178
ПЕРЕХОДНАЯ ЭПОХА ВОЕННАГО ИСКУССТВА.
нимъ, тяжелою кавалеріею бросился на латниковъ крайняго праваго
фланга французовъ и, располагая двойнымъ превосходствомъ силъ,
потѣснилъ ихъ; тогда Ла-Палисъ поспѣшаетъ на помощь къ сво-
имъ и возстановляетъ бой; но храбрые французскіе латники все еще
уступаютъ превосходному противнику. Въ это время неожиданно
налетаетъ на испанцевъ Иво д’Алегре, который, стоя со своими
250 копій у моста на Ронко, внимательно слѣдилъ за ходомъ боя:
въ первой атакѣ, произведенной Алегро, падаетъ, сраженный смер-
тельно, его сынъ; пораженный отчаяніемъ, отецъ, ища смерти, стре-
мительно снова бросается въ атаку и погибаетъ героемъ, но и
противникъ обращенъ въ безпорядочное бѣгство.
Выше было сказано, что пѣхота главныхъ силъ и арьергарда
Кардоны двигалась лѣвѣе своей кавалеріи; для дѣйствій противъ
этой пѣхоты Гастонъ выдвинулъ гасконцевъ и итальянцевъ своихъ
главныхъ силъ и арьергарда, такъ какъ его ланцкнехты были за-
няты испанской пѣхотой авангарда. Выдвинутая Гастономъ вправо
пѣхота прошла позади своей кавалеріи и тоже наступала между
плотиной и Ронко. Неожиданное появленіе здѣсь французовъ сму-
тило испанскую пѣхоту главныхъ силъ, но она скоро оправилась,
будучи подкрѣпленаслѣдовавшейзаней пѣхотойаръергарда, и завязала
съ непріятелемъ бой. Между тѣмъ тяжелая кавалерія Ф. Колоны бы-
ла разбита на голову; часть бѣжавшихъ (въ томъ числѣ Кардона
и Карваяль) въ долинѣ Ронко увлекла за собою и сражавшуюся
тамъ пѣхоту лиги. На крайнемъ правомъ флангѣ Кардоны, мар-
кизъ Пескара съ своей кавалеріей выдвинулся впередъ, обогнулъ
ровъ съ юга п атаковалъ противостоявшую легкую кавалерію и
конныхъ лучниковъ ордоннансовыхъ ротъ; послѣ упорнаго боя,
испанцы были отброшены и самъ Пескара попался въ плѣнъ.
Въ то время, какъ фланги испанской арміи потерпѣли пораже-
ніе, центръ ихъ не только держался упорно, но сначала даже
подвигался побѣдоносно впередъ.
Квадратная масса испанской пѣхоты авангарда, какъ упомяну-
то выше, устремилась противъ ланцкнехтовъ; сойдясь на близкое
разстояніе съ противникомъ, испанцы пріостановились; съ обѣихъ
сторонъ вышли на единоборство: испанскій капитанъ Цамудіо и
нѣмецкій Яковъ Эмскій; послѣдній палъ въ этомъ бою; тогда
ланцкнехты, опустивъ копья и гремя оружіемъ, бросились на испан-
цевъ; послѣдніе нѣсколько попятились, но затѣмъ, схватившись
за кинжалы л сабли, съ пиками на руку устремились противъ
ГЛАВА VIII.
179
квадрата ланцкнехтовъ; прорвавши головные ряды и рубя напра-
во и налѣво, они добрались до самой середины непріятельскаго
строя; но дѣло лиги было уже проиграно на всѣхъ прочихъ пунк-
тахъ; Гастонъ собралъ всю свободную кавалерію и бросилъ ее на
испанскую пѣхоту авангарда; имѣя передъ собой ланцкнехтовъ,
окруженная со всѣхъ сторонъ латниками, она вынуждена была
отойти назадъ.
Наварро, видя и пѣхоту побѣжденной, бросился искать смерти,
но вмѣсто того попалъ въ плѣнъ. Испанскіе военачальники подо-
брали все, что могло еще сражаться, построили густую массу пѣхо-
ты и стали отступать къ плотпнѣ, а далѣе между плотиной и Ронко.
Эти .храбрые остатки испанцевъ увѣренно и спокойно отходили,
гордо останавливаясь для отраженія непріятельскихъ атакъ. Гастонъ,
желая довершить пораженіе испанцевъ, собралъ эскадронъ латни-
ковъ и во главѣ ихъ бросился на непріятельскія копья; ударъ ал-
лебарды покончилъ его молодую жизнь въ самомъ концѣ побѣдо-
носнаго для него сраженія. Франція лишилась въ немъ лучшаго
полководца этой эпохи. Общая потеря въ бою простиралась до
10000 чел., изъ которыхъ 2/3 приходилось на долю побѣжденнаго.
Разсматривая это сраженіе мы видимъ: а) кавалерія сражается
по старинному рыцарскому обычаю, т. е. построившись разомкну-
тымъ строемъ еп Ііауе и дѣйствуя въ рукопашную; лучники ордон-
нансовыхъ ротъ прикрываютъ построеніе боеваго порядка, а затѣмъ
сосредоточиваются въ массы и сражаются отдѣльно отъ латниковъ;
послѣдніе группируются въ большія массы, подъ командой особыхт>
начальниковъ, но состоятъ изъ отдѣльныхъ частей, силою не бо-
лѣе 100 копій, что было почти крайнимъ предѣломъ, при которомъ
оказывалось еще возможнымъ единоличное управленіе въ бою и
личный примѣръ начальника; б) пѣхота сражается въ густыхъ
квадратныхъ массахъ, силою въ нѣсколько тысячъ человѣкъ; она
играетъ въ бою первостепенную роль и дѣйствуетъ холоднымъ
оружіемъ: стрѣлки пока имѣютъ ничтожное значеніе; прежній обы-
чай единоборства еще не былъ окончательно забытъ; в) артиллерія
наноситъ сильныя потери огромнымъ массамъ, въ которыя сосредо-
чивэются войска; въ этомъ сраженіи артиллерія, при всемъ несо-
вершенствѣ тогдашней ея матеріальной части, обнаруживаетъ замѣ-
чательныя маневренныя способности, переносясь съ одного фланга
позицій на другой, причемъ достигаетъ поразительныхъ результа-
товъ своими дѣйствіями, доказывая, уже въ эту раннюю эпоху своей
12*
180
ПЕРЕХОДНАЯ ЭПОХА ВОЕННАГО ИСКУССТВА.
исторіи, что польза приносимая ею на полѣ сраженія, не столько
обусловливается совершенствомъ ея матеріальной части, сколько
истиннымъ пониманіемъ ея свойствъ и умѣньемъ извлечь изъ нихъ
пользу. Въ рукахъ высоко-талантливаго герцога Ферарскаго не-
уклюжая, неповоротливая, младенческая артиллерія начала XVI ст.
оказывается уже страшнымъ оружіемъ (147).
Сраженіе при Черизоллѣ 11-го апрѣля 1544 года.
Война, затѣянная Франсуа I, желавшимъ воспользоваться неудач-
нымъ походомъ Карла V въ Тунисъ, тянулась безъ особыхъ резуль-
татовъ въ теченіи двухъ лѣтъ; но зимою 1553—1554 г. Карлъ V
усилилъ свои войска въ Пьемонтѣ, а Франсуа I назначилъ новымъ
главнокомандующимъ Франсуа Бурбонскаго, графа Энгіенскаго, че-
ловѣка молодаго и пылкаго, но нерѣшительнаго и лишеннаго за-
мѣтныхъ военныхъ способностей. Гр. Энгіенскій прежде всего при-
ступилъ къ осадѣ крѣпости Кариньяна, причемъ могъ ожидать рѣши-
тельныхъ дѣйствій непріятельскаго полководца, Маркиза Гуасто, на
выручку этой крѣпости. Нерѣшительный гр. Энгіенскій отправилъ
въ Парижъ капитана Монлюка, чтобы выхлопотать подкрѣпленій и,
главное,—разрѣшеніе дать сраженіе. Призванный въ королевскій
совѣтъ, Монлюкъ встрѣтилъ возраженія противъ рѣшительнаго стол-
кновенія. Совѣтникамъ короля казалось невозможнымъ рисковать
сраженіемъ, которое могло повлечь за собою уничтоженіе арміи въ
то время, какъ императоръ, Карлъ V, съ одной стороны, а король
англійскій, союзникъ его, Генрихъ ѴІП, съ другой вторгнутся въ
предѣлы Франціи, гдѣ встрѣтятъ только новобранцевъ и легіонеровъ.
Но Монлюкъ въ живыхъ краскахъ изобразилъ отличное настроеніе
арміи, желаніе всѣхъ сразиться со врагомъ, что обѣщало несомнѣн-
ную побѣду, такъ какъ «побѣждаетъ не численное превосходство, а
мужественное сердце (се п’езі раз 1е §гапй потЪге циі ѵаіпс, с’езі
1е Ьоп соеиг)>. Въ концѣ концовъ просимое разрѣшеніе было дано
и Монлюкъ торжествующимъ возвратился въ армію. Между тѣмъ
Гуасто, сосредоточивъ свои войска въ Асти, 8 апрѣля двинулся по
направленію къ Сомаривѣ (см. л. 13 Ъіз, ч. 5 и 6).
Главная квартира французовъ находилась у Карманіолы, при-
чемъ черезъ По было построено нѣсколько мостовъ, для свободы
маневровъ на обоихъ берегахъ рѣки.
Въ день выступленія Гуасто изъ Асти, во французскую армію
прибылъ Ланжей (Мартинъ дю-Белэй) съ жалованьемъ для войскъ;
привезенной суммы оказалось недостаточно, а потому, чтобы оттянуть
ГЛАВА VIII.
181
расчетъ, рѣшено было на слѣдующій день произвести смотръ вой-
скамъ, а на другой день поднять ихъ еще по тревогѣ. Дѣйстви-
тельно 10-го апрѣля войска были подъ оружіемъ, такъ какъ из-
вѣстно было, что противникъ двигается по близости. Французскій
главнокомандующій, сбиваемый различными совѣтами, колебался въ
нерѣшительности, что ему предпринять; наконецъ онъ двинулся къ
Черизоллѣ, во главѣ отряда изъ легкой кавалеріи, 1200 чел. стрѣл-
ковъ и 3-хъ орудій для развѣдки о противникѣ. Отойдя версты
173—2 отъ Кармоніолы, онъ остановился и выдвинулъ впередъ на
высоты небольшой отрядъ Монлюка и д’Оссэна; съ этого пункта
открыты были непріятельскія войска между Черизоллой и Соммари-
вой, но направленіе движенія Гуасто не могло быть открыто. Въ
теченіи всего дня, 10-го апрѣля, дѣло ограничивалось одной пере-
стрѣлкой со стороны французскаго рекогносцировочнаго отряда и вой-
ска, благодаря нерѣшительности гр. Энгіенскаго, возвратились въ
лагерь, гдѣ, наконецъ, положено было искать на другой день боя
съ непріятелемъ.
Боевое распредѣленіе французской арміи было слѣдующее:
Авангардъ, подъ начальствомъ де-Бутъера-. 2 ордоннансовыя
роты (всего около 60 латниковъ), 640 чел. легкой кавалеріи, подъ
начальствомъ полковника Терма и 4000 пѣх. гасконскихъ бандъ,
подъ начальствомъ полковника Тэ (Таіз).
Главныя силы, подъ начальствомъ гр. Энгіенскаго: 3 ордоннан-
совыхъ роты (около 100 латниковъ), 100 конныхъ дворянъ, прибыв-
шихъ изъ Франціи и ставшихъ подъ штандартъ главнокомандую-
щаго; 150 шлемовъ, подъ начальствомъ д’Оссэна, со свитою около
50 шлемовъ, 4000 пѣх. швейцарцевъ, полковника С. Жюльена,
подъ командой капитана Фурли.
Арьергардъ, подъ начальствемъ Дампьера: около 320 чел. кон-
ныхъ лучниковъ ордонаннсовыхъ ротъ; 4000 пѣх. грейерцовъ, на-
вербованныхъ въ Фрейбургѣ и Ваадтландѣ, и 3000 пѣх. итальян-
цевъ, подъ начальствомъ д’Эскро и Дроза; часть итальянцевъ при-
крывала одинъ изъ мостовъ на р. По. Общая числительность фран-
цузской арміи простиралось до 15.000 пѣх. и 1420 чел. кавалеріи.
Въ часъ утра, 11-го апрѣля, французы двинулись по направ-
ленію къ Черизоллѣ. Собрано было изъ различныхъ баталіоновъ
нѣсколько сотъ стрѣлковъ (аркебузеровъ), которые выдвинулись впе-
редъ подъ начальствомъ Монлюка. Часовъ въ 6—7 утра Монлюкъ,
съ высоты, на которой остановился наканунѣ гр. Энгіенскій замѣ-
тилъ, въ разстояніи пушечнаго выстрѣла, на противоположномъ
182
ПЕРЕХОДНАЯ ЭПОХА ВОЕННАГО ИСКУССТВА»
скатѣ пологой долины, голову непріятельской колонны, и приказалъ
своимъ аркебузерамъ развернуться.
Гуасто 10-го апрѣля двигался отъ Черизоллы къ* Сомаривѣ и
на походѣ былъ атакованъ, какъ упомянуто, французскимъ реког-
носцировочнымъ отрядомъ; тогда онъ притянулъ отъ Сомаривы
свои передовые отряды и, сосредоточившись, рѣшился на другой
день двинуться по направленію къ Карманіолѣ. 11-го апрѣля вой-
ска его двинулись въ трехъ колоннахъ рядомъ; на правомъ флангѣ
шелъ авангардъ гер. Сульмонскаго изъ 5000 нѣмецкихъ и испан-
скихъ ветерановъ, подъ начальствомъ Раймунда Кардоны и Зейс-
неха, и 300—400 кавалеристовъ; среднюю колонну составили глав-
ныя силы Гуасто, изъ 10000 ланцкнехтовъ, подъ начальствомъ
де Мадруцо, и 300—400 кавалеристовъ Гуасто; лѣвѣе слѣдовалъ
арьергардъ принца Салернскаго изъ 6000 итальянской пѣхоты и
700—800 итальянскихъ рыцарей. Числительностъ арміи Гуасто
простиралась до 21000 пѣхоты и 1400 кавалеріи. У итальянцевъ
въ составѣ пѣхоты находилось очень много стрѣлковъ, у нѣмцевъ
же и испанцевъ не болѣе 3600.
Авангардъ нѣсколько опередилъ прочія колонны; выдвинувши
часть стрѣлковъ впередъ въ равнину и подкрѣпивши ихъ кавале-
ріею, онъ завязалъ огнестрѣльный бой съ непріятелемъ, а подхо-
дившія войска прочихъ колоннъ стали перестроиваться въ боевой
порядокъ: авангардъ составилъ правое крыло общаго расположенія,
главныя силы—центръ, арьергардъ—лѣвое крыло; кавалерія каж-
дой колонны стала правѣе своего пѣхотнаго баталіона. Французы
расположились слѣдующимъ образомъ: противъ центра Гуасто сталъ
баталіонъ гасконценъ, подъ начальствомъ Тэ; влѣво ордоннансовая
кавалерія Бутьера; позади и лѣвѣе баталіонъ швейцарцевъ Фурли;
лѣвѣе кавалерія главныхъ силъ подъ начальствомъ гр. Энгіенскаго,
далѣе баталіонъ грейерцевъ и итальянцевъ, противъ нѣмецко-ис-
панскихъ ветерановъ, и на крайнемъ лѣвомъ флангѣ конные луч-
ники арьергарда Дампьера. Впереди баталіона гасконцевъ нахо-
дился въ долинѣ отдѣльный домикъ; по склону, занятому францу-
зами, тянулись изгороди: покатость во многихъ мѣстахъ была по-
крыта кустарникомъ.
Монлюкъ, получивъ въ командованіе аркебузеровъ, выбралъ се-
бѣ въ помощь четырехъ капитановъ: Бреля, Гаске, Менара и Фа-
ві. Послѣднихъ двухъ онъ выслалъ, для управленія стрѣлковымъ
боемъ, вправо, а самъ съ двумя остальными направился къ доми-
ГЛАВ А VIII.
183
ку, о которомъ сказано выше; тамъ онъ поручилъ каждому изъ
капитановъ часть цѣпи, выслалъ впередъ 40—50 аркебузеровъ, подъ
начальствомъ сержанта, а самъ съ поддержками остался у домика.
Здѣсь завязалась оживленная перестрѣлка; то та, то другая сто-
рона подавалась впередъ и такъ продолжалось часа 3—4; наконецъ
лѣвый флангъ аркебузеровъ Монлюка долженъ былъ отступить на-
задъ, такъ какъ непріятельскихъ стрѣлковъ поддерживала кавале-
рія, а Монлюкъ таковой не имѣлъ. Аркебузеры его у домика за-
нимали выдающееся расположеніе и могли быть отрѣзаны непрія-
телемъ, поэтому онъ рѣшился оставить домикъ, отступить нѣсколь-
ко назадъ и занять удобную позицію; послѣ этого огнестрѣльный
бой возобновился съ новою силою, хотя и не могъ дать никакихъ
положительныхъ результатовъ. Монлюкъ получилъ приказаніе снова
овладѣть домикомъ, но это для него оказывалось невозможнымъ,
такъ какъ стрѣлки, при движеніи по открытой мѣстности, подверга-
лись атакамъ непріятельской кавалеріи, а Монлюку таковой не при-
сылали, не смотря на его просьбы. Наконецъ къ нему прибыло
сначала 60, а затѣмъ еще 25 всадниковъ, но безъ особаго прика-
занія поддержать аркебузеровъ. Монлюкъ уговорилъ начальника
этой кавалеріи не дѣлать его причиной потери сраженія и поддер-
жать при атакѣ домика; тотъ согласился; тогда Монлюкъсоединилъ
стрѣлковъ своихъ и Бреля и расположилъ ихъ по правую руку;
стрѣлковъ Гаске подтянулъ слѣва, а кавалерію помѣстилъ въ сере-
динѣ между стрѣлками и въ такомъ порядкѣ сталъ наступать съ
разстоянія около 300 ш. отъ противника; подойдя шаговъ на 100—
120, аркебузеры открыли огонь, заставившій непріятельскую кава-
лерію и стрѣлковъ отступить; французы снова заняли домикъ, а
стрѣлки разсыпались на прежней позиціи.
Между тѣмъ Гуасто, убѣдившись въ превосходствѣ своихъ силъ,
рѣшился перейти въ наступленію; для этого онъ приказалъ дви-
нуться впередъ пикинерамъ авангарда и главныхъ силъ; этимъ бата-
ліонамъ предшествовала батарея, которая должна была расположиться
вблизи домика; чтобы отнять у французовъ послѣдній, Гуасто прика-
залъ усилить своихъ аркебузеровъ; французы сдѣлали тоже, вслѣд-
ствіе чего снова завязался живой огнестрѣльный бой; наконецъ
испанцы овладѣли домикомъ и расположили здѣсь свою батарею
(противъ которой вскорѣ выставили французы свою артиллерію); по-
зади ея сталъ нѣмецкій баталіонъ, который съ немалыми затрудне-
ніями пробрался черезъ болотистую мѣстность; аркебузеры, двпгав-
184
ПЕРЕХОДНАЯ ЭПОХА ВОЕННАГО ИСКУССТВА.
шіеся правѣе испано-нѣмецкаго баталіона, тѣсня Монлюка, вышли
почти на флангъ тяжелой кавалеріи Бутьера, но, послѣ отчаянныхъ
усилій Монлюка, были оттѣснены нѣсколько назадъ, а затѣмъ очи-
стили фронтъ для наступавшихъ пикинеровъ.
Въ то время какъ правое крыло и центръ Гуасто перешли въ
наступленіе, полковникъ Тэ, со своими гасконцами, не замѣтивт,
направлявшихся на него нѣмцевъ, двинулся вправо противъ прин-
ца Салернскаго, что вызвано было какъ отступленіемъ праваго флан-
га стрѣлковой цѣпи Монлюка, такъ и желаніемъ выйти изъ подъ
непріятельскаго артиллерійскаго огня. Монлюкъ, замѣтя наступле-
ніе гасконцевъ, бросился къ нимъ, чтобы разъяснить цѣль этого
движенія. «Мы предпочитаемъ умереть сражаясь лицомъ къ лицу съ
непріятелемъ, нежели погибать отъ артиллеріи, стоя на мѣстѣ*
крикнули ему капитаны; но Монлюкъ, обративъ вниманіе полков-
ника Тэ на наступленіе ланцкнехтовъ, убѣдилъ его остаться на преж-
немъ мѣстѣ, а для предохраненія отъ выстрѣловъ приказать бата-
ліону лечь на мѣстѣ, подобно тому, какъ это сдѣлали швейцарцы
Фурли. Одновременно пришло такое же приказаніе съ другой сто-
роны. Мартину-дю-Белэйю поручено было въ этотъ день наблюдать
за ходомъ боя и обращать вниманіе начальниковъ на то, что этого
заслуживало. Мартинъ-дю-Белэй замѣтилъ, какъ движеніе испано-
нѣмецкаго баталіона по направленію къ швейцарцамъ, такъ и ра-
сположеніе ланцкнехтовъ за домикомъ, откуда они въ прямомъ на-
правленіи могли атаковать гасконцевъ, если бы тѣ оставались на
мѣстѣ, или обрушиться съ испано-нѣмецкимъ баталіономъ на швей-
царцевъ, если бы гасконцы продолжали свое движеніе противъ пр.
Салернскаго, пока еще съ своей стороны и не думавшаго о наступ-
леніи. Вотъ почему дю-Белэй предупредилъ о всемъ Фурли и при-
казалъ Тэ оставаться на прежнемъ мѣстѣ.
Гуасто приказалъ наступать баталіонамъ праваго крыла и цент-
ра; вмѣстѣ съ послѣднимъ должна была двинуться также кавале-
рія лѣваго фланга; главный ударъ предполагалось произвести ланц-
кнехтами.
Право-фланговый испано-нѣмецкій баталіонъ, имѣя впереди
стрѣлковъ и справа стрѣлковое крыло, двинулся быстро впередъ,
причемъ атаковалъ не швейцарцевъ, а открыто стоявшихъ грейер-
цевъ и италіанцевъ; стрѣлки его захватили французскую батарею.
Кавалерія Сульмона, прикрывавшая правый флангъ Кардоны, тоже
двинулась впередъ, но была атакована Дампьеромъ и опроки-
ГЛАВА VIII.
185
нута. Между тѣмъ оаталіонъ Кардоны бросился на грейерцевъ, а
его стрѣлковое крыло противъ открытаго фланга непріятельскаго
баталіона и стало въ упоръ его обстрѣливать. Офицеры и солдаты
первыхъ шеренгъ оказывали сопротивленіе; но вообще грейерцы, по
словамъ Монлюка, хотя и сосѣди швейцарцевъ, но между ними не
болѣе сходства чѣмъ «между осломъ и испанскою лошадью^; огонь
аркебузеровъ такъ ихъ испугалъ, что заднія шеренги разбѣжались
въ постыдной трусости; тогда Кардона безъ усилій разбилъ наголо-
ву этотъ баталіонъ. Еще передъ схваткой Энгіенъ рѣшился помочь
грейерцамъ. Ставши во главѣ командуемой имъ непосредственно ка-
валеріи, онъ бросился въ атаку на нѣмецко-испанскій баталіонъ и
ударилъ его въ лѣвый передній уголъ; атака была такъ стремитель-
на, что ему удалось прорвать непріятельскій строй, но при этомъ
передніе ряды прорваннаго баталіона сжались впередъ, а задніе на-
задъ, такъ что образовался проходъ, по которому пронеслась по діа-
гонали конница Энгіена; многіе всадники попали на пики, другихъ
опрокинули лошади, взвившіяся на дыбы; выскочивъ изъ праваго
задняго угла баталіона латники попали подъ огонь непріятельскихъ
стрѣлковъ, примкнувшихъ, послѣ перестрѣлки къ правому флангу
баталіона. Когда гр. Энгіенскій опомнился послѣ этой бѣшеной ата-
ки, то къ ужасу своему замѣтилъ, что грейерцы были разсѣяны.
Собравъ кое какъ часть своихъ латниковъ, онъ сталъ отходить пе-
редъ побѣдоноснымъ шествіемъ (по направленію къ Карманьолѣ) Кар-
доны и Зейснеха, полагая, что сраженіе окончательно имъ проиг-
рано; отойдя уже на значительное разстояніе онъ остановился и
присоединилъ къ себѣ прибывшія на подкрѣпленіе три роты легкой
италіанской кавалеріи, которыя, услышавъ выстрѣлы, посадили по-
зади себя на крупы лошадей стрѣлковъ изъ гарнизона одной бли-
жайшей небольшой крѣпостцы и двинулись на поле сраженія.
Во время этихъ событій, въ центрѣ произошло слѣдующее. Когда
Гуасто приказалъ наступать ланцкнехтамъ, то лѣвый флангъ бата-
ліона, состоявшій изъ полка Мадруца, двунулся впередъ, правый же
флангъ баталіона (полки Скалигера) былъ отчасти задержанъ мѣст-
ностью, а отчасти неохотно исполнилъ приказаніе, вслѣдстіе чего от-
сталъ, такъ что ланцкнехты слѣдовали въ безпорядкѣ; правѣе баталіо-
на двигалась кавалерія центра (Гуасто), а лѣвѣе кавалерія Баліони
(лѣваго крылья).Монлюкъ, замѣтивъ что непріятельскіе аркебузеры ста-
ли очищать фронтъ для своихъ пикинеровъ, приказалъ также отходить
къ сомкнутому строю своимъ стрѣлкамъ и самъ направился къ гас-
186
ПЕРЕХОДНАЯ ЭПОХА ВОЕННАГО ИСКУССТВА.
концамъ, съ которыми пожелалъ участвовать пѣшкомъ въ атакѣ;
тутъ онъ вооружился пикой, которую за нимъ носилъ его слуга,
обошелъ баталіонъ, подавая добрые совѣты, какъ старый опытный
воинъ, и пр. Онъ между прочимъ предлагалъ держать пики по
швейцарскому образцу, т. е. за середину, а не за задній конецъ,
какъ нѣмцы, потому что при послѣднемъ способѣ дѣйствій ланц-
кнехты имѣли преимущество ловкости передъ французами; сержантъ-
мажору баталіона, капитану Бурту, онъ совѣтовалъ обходить бата-
ліонъ и побуждать солдатъ напирать впередъ, заднимъ шеренгамъ
жаться къ переднимъ и не оставлять интерваловъ въ строю. На-
конецъ гасконцы съ барабаннымъ боемъ двинулись впередъ; лег-
кая авангардная кавалерія Терма сопровождала баталіонъ справа,
а тяжелая, Бутьера,—слѣва. Термъ атаковалъ противостоявшаго
ему Бальони, опрокинулъ его и наскочилъ при преслѣдованіи на
баталіонъ пр. Салернскаго, гдѣ и былъ взятъ въ плѣнъ, но своей
атакой вполнѣ обезпечилъ правый флангъ наступавшаго баталіона.
Гасконцы, приближаясь къ нѣмцамъ замѣтили, что фронтъ, не-
пріятельскаго баталіона былъ больше нежели ихъ (90 рядовъ про-
тивъ 60), вслѣдствіе чего часть заднихъ шеренгъ была выдвинута
вправо, послѣ чего оба баталіона, сойдясь на самое близкое раз-
стояніе, пріостановились и произвели залпъ. Во второй шеренгѣ
гасконскаго баталіона были помѣщены, по совѣту Монлюка, арке-
бузеры; этимъ изобрѣтеніемъ онъ полагалъ заслужить репутацію са-
маго остроумнаго военачальника (<]е репзаіз ёіге 1е ріпз йп сарі-
(аіпе (1е Іа ігопре), такъ какъ представлялась возможность перебить
всѣхъ непріятельскихъ офицеровъ; но оказалось, что, во-первыхъ,
и у ланцкнехтовъ вторая шеренга была вооружена длинными пи-
столетами, а во-вторыхъ, всѣхъ офицеровъ перебить не удалось.
Послѣ залпа вышли единоборцы, причемъ Мадруцъ палъ тяжело-
раненымъ; затѣмъ баталіоны столкнулись и завязался упорный бой.
Между тѣмъ, какъ сказано, Бутьеръ сопровождалъ гасконцевъ съ
лѣваго фланга; онъ атаковалъ противостоявшую ему кавалерію
Гуасто, опрокинулъ ее на баталіонъ ланцкнехтовъ и пронесся, пре-
слѣдуя непріятеля, черезъ ряды послѣднихъ, чѣмъ и привелъ ихъ
въ безпорядокъ. Къ несчастью ланцкнехтовъ за Бутьеромъ слѣдо-
валъ швейцарскій баталіонъ Фурли; слѣдя за кавалеріей Бутьера
и видя безпорядокъ приведенный ея атакою, Фурли стремительно
атаковалъ противника, окончательно прорвалъ его строй и сталъ
безпощадно рубить ланцкнехтовъ: съ фронта они также были опро-
ГЛАВА VIII.
187
кинуты гасконцами, и, наконецъ, бросились назадъ; кавалерія
Терма, Бутьера и, вернувшаяся изъ преслѣдованія, Дампьера, на-
кинулись на отступавшихъ ланцкнехтовъ. Швейцарцы, жаждавшіе
отомстить послѣднимъ за Мондови, не давали имъ пощады и же-
стокое преслѣдованіе было ведено совмѣстными усиліями пѣхоты и
кавалеріи; немногимъ нѣмцамъ удалось спастись; трупы ихъ по-
крывали путь остатковъ баталіона отступавшаго на Черизоллу; у
часовни Черизоллы кавалерія и швейцарцы получили приказаніе
возвратиться на помощь къ гр. Энгіенскому.
Въ то время какъ гасконцы и швейцарцы опрокинули ланцк-
нехтовъ, Сенъ-Жульенъ, слѣдившій за ходомъ столкновенія, поспѣ-
шилъ розыскать гр. Энгіенскаго, чтобы сообщить ему извѣстіе о по'
бѣдѣ. Онъ нашелъ юношу полководца не въ особенно веселомъ рас-
положеніи духа, отступавшимъ по направленію къ Карманіолѣ, и
сообщилъ ему радостную неожиданную для него вѣсть, что онъ выи-
гралъ сраженіе; тогда-то и послано было приказаніе швейцарцамъ
и кавалеріи вернуться назадъ. Между тѣмъ, увлекшійся наступле-
ніемъ, Кардона замѣтилъ что онъ никѣмъ не поддерживается и пре-
доставленъ своимъ собственнымъ силамъ; тогда онъ рѣшился отсту-
пать и исполнилъ это сначала въ большомъ порядкѣ; прикрывшись
аркебузерами, онъ отводилъ пикинеровъ назадъ, останавливался,
притягивалъ къ себѣ стрѣлковъ, затѣмъ опять отводилъ пикинеровъ
и т. д.; но, двигаясь такимъ образомъ и преслѣдуемый гр. Энгіен-
скимъ, Кардона быль перехваченъ спѣшившими на помощь своему
полководцу швейцарцами и кавалеріею. Атакованные со всѣхъ сто-
ронъ пѣхотой и конницей, видя себя отрѣзанными, ветераны испано-
нѣмецкаго баталіона частью разбѣжались, частью были истреблены
пли взяты въ плѣнъ; въ числѣ послѣднихъ находился самъ Кардона.
Итальянцы пр. Салернскаго, какъ только ланцкнехты были опро-
кинуты гасконцами и швейцарцами, разбѣжались ища, спасенія въ
окрестныхъ лѣсахъ.
Французамъ досталось 14 орудій, множество оружія, 3150 плѣн-
ныхъ. Убитыхъ было съ обѣихъ сторонъ до 12000 чел. Дю-Белэй
увѣряетъ будто французы потеряли всего 200 чел., что, конечно,
невѣроятно (148).
Сраженіе при Черизоллѣ, съ точки зрѣнія исторіи военнаго иску-
ства, заслуживаетъ особеннаго вниманія въ смыслѣ развитія стрѣл-
коваго боя\ мы видимъ тутъ дѣйствующими огромныя массы въ нѣ-
сколько тысячъ аркебузеровъ, которые ведутъ ожесточенную пере-
188
ПЕРЕХОДНАЯ ЭПОХА ВОЕННАГО ИСКУССТВА.
стрѣлку, борятся за обладаніе той или другой позиціей, хотя вся
эта борьба не приводитъ, конечно, къ рѣшительнымъ результатамъ.
Кромѣ того стрѣлки образуютъ крылья на флангахъ баталіона для
того, чтобы обезпечить эти фланги или охватить непріятельскіе.
Пикинерные баталіоны собственно не поддерживаютъ своихъ стрѣл-
ковъ (это возлагается на кавалерію}, но своимъ столкновеніемъ рѣ-
шаютъ бой. Пѣхота строится въ массивные, глубокіе, квадратные
баталіоны. Кавалерія дѣйствуетъ частями, которыя придаются и къ
стрѣлкамъ и къ пикинернымъ баталіонамъ; она сопровождаетъ атаку
послѣднихъ, обезпечиваетъ ихъ фланги, атакуя противостоящую не-
пріятельскую кавалерію, или-же пикинерные баталіоны; въ послѣд-
немъ случаѣ атаки ея стремительны, прорываютъ непріятельскій
строй, но безъ поддержки пѣхоты не приводятъ еще къ рѣшитель-
нымъ результатамъ, такъ какъ разметать громадную массу пикинер-
наго баталіона, даже при успѣшности самой атаки, для относительно
небольшой кавалерійской части весьма трудно, а разорванныя части
баталіона сами по себѣ еще представляютъ достаточно грозныя мас-
сы. Замѣчательно, что уже въ этомъ сраженіи мы встрѣчаемъ кава-
лерію дѣйствующую въ перемежку съ аркебузерами (атака Мон-
люка). Дѣйствія артиллеріи не заслуживаютъ вниманія; она, хотя
и наноситъ вредъ пѣхотнымъ квадратамъ, но дѣйствуетъ пассивно
и неподвижно. Управленіе боемъ со стороны главнокомандующихъ
весьма слабо; а различныя части боеваго порядка дѣйствуютъ са-
мостоятельно, безъ необходимой связи, часто не зная вовсе о томъ
что происходитъ о-бокъ съ ними.
Боевое значеніе резерва обнаруживается въ дѣйствіяхъ швей-
царцевъ противъ баталіона ланцкнехтовъ.
Сраженіе при Ньюпортѣ 2-го іюля 1600 г. (см. л.
22 ч. I) Морицъ Оранскій осаждалъ Ньюпортъ; испанскій прави-
тель Нидерландовъ, эрцгерцогъ Альбрехтъ, собравши, при Уден-
бургѣ, 10000 ч. пѣхоты и 1500 кав., двинулся на выручку осаж-
деннаго пункта. Узнавши объ этомъ Морицъ раздѣлилъ свои войска
слѣдующимъ образомъ: а) авангардъ: 3 эскадрона кавалеріи, каж-
дый въ 3 корнета, 2 гв. роты пѣхоты, англійскій полкъ Франца
Вира въ 13р., полкъ Горація Вира въ 11 ротъ, фризскій полкъ 17
ротъ; всего 9 корнетовъ и 43 роты; б) главныя силы (Ьаіаіііе): 2
эскадрона кавалеріи въ три и четыре корнета; пѣхотные полки:
Генриха Нассаускаго въ 9 р., швейцарскій полкъ, 9 р.—и фран-
цузскаго полка де-ла-Ну 12 р.; всего 6 корнетовъ и 25 ротъ;
ГЛАВА ѴШ.
189
6) арьергарды 1 эскадронъ кавалеріи, пѣхотные полки: гр. Эрнеста
Нассаускаго—13 р., Гистеля—8 р., Гюхтенброка—7 р.; всего 3
корнета 28 р. Общій итогъ: 96 ротъ и 19 корнетовъ, или около
13000 чел.
Для развѣдки о противникѣ Морицъ выслалъ о корнетовъ (въ
томъ числѣ два корнета конныхъ аркебузеровъ), которые были
опрокинуты передовой непріятельской кавалеріей числительностью въ
600 чел. Въ 11 ч. утра испанская кявалеріи находилась въ 6000—
7000 шаг. отъ Ньюпортской гавани и выжидала подхода своей
пѣхоты и артиллеріи, которыя двигались медленно. Это дало воз-
можность Морицу перевести свою армію, во время отлива, черезъ
устье канала (Ь); только два полка арьергарда перешли впослѣдствіи
черезъ мостъ (а).
Эрцгерцогъ, подойдя къ непріятельской позиціи п будучи чис-
ленно слабѣе нидерландцевъ, нѣкоторое время колебался относи-
тельно атаки; но, замѣтивъ вправо, на морѣ, корабли, заключилъ,
что Морицъ снялъ осаду и амбаркировалъ свою армію слѣдовательно
ему придется онъ думалъ, имѣть дѣло только съ непріятельскимъ
арьергардомъ, а потому и рѣшился наконецъ вести атаку.
Между тѣмъ Морицъ построилъ свои войска въ боевой порядокъ
слѣдующимъ образомъ.
Авангардъ раздѣлился на передовой отрядъ п главныя силы.
Передовой отрядъ состоялъ изъ 2-хъ гв. ротъ, 4 отрядовъ фриз-
скихъ мушкатеровъ и 6 орудій ф); назначеніе этой части боеваго
порядка заключалось между прочимъ въ томъ, чтобы взять во флангъ
австрійцевъ при двпженіи-ли ихъ въ прямомъ направленіи или по
отлогому берегу моря; въ послѣднемъ случаѣ имъ должна была
оказать содѣйствіе своимъ артиллерійскимъ огнемъ флатилія (0,
которую Морицъ расположилъ между прочимъ также съ цѣлью
воспрепятствовать австрійцамъ воспользоваться выгодами направле-
нія вѣтра, дувшаго съ моря. Главныя силы авангарда построились
въ три линіи: въ первой—*/2 полка Горація Вира (у), во второй—
другая */2 этого полка и полкъ Франца Вира (о); въ третьей-полкъ
фризовъ (е), за исключеніемъ той его части, которая вошла въ со-
ставъ передоваго отряда; на правомъ флангѣ главныхъ силъ стала
кавалерія авангарда; правѣе второй линіи авангарда расположили
2 легкихъ орудія (р).
Главныя силы Морпца: въ первой линіи стали два баталіона
французскаго полка (п); во второй—полкъ Генриха Нассаускаго
190
ПЕРЕХОДНАЯ ЭПОХА ВОЕННАГО ИСКУССТВА.
(ѵ) и швейцарцы (г); третьей линіи въ главныхъ силахъ не было;
кавалеріи ихъ (X) расположились позади авангардной.
Арьергардъ: первая линія—полкъ Гистеля (у), вторая—полкъ
Эрнеста Нассаускаго (ѵ) и Гюхтенбрака (о); кавалерія арьергарда
(к) составила его третью линію.
Противъ этого глубокаго, подвижнаго боеваго порядка австрій-
цы расположились въ массивныхъ, тяжелыхъ квадратахъ, причемъ
пѣхота образовала «испанскую бригаду,ъ а сосредоточенная кава-
лерія стала лѣвѣе.
Бой открыли выдвинутые впередъ аркебузеры, причемъ со сто-
роны голландцевъ приняли въ немъ участіе и стрѣлки первой ли-
ніи главныхъ силъ, которые, двинувшись въ направленіи сй, стали
правѣе авангарда. Эрцгерцогъ Альбрехтъ попытался спуститься съ
дюнъ въ долину АА, но огонь съ караблей и начавшійся приливъ
заставили его вернуться на прежнее мѣсто, и въ это время онъ
былъ атакованъ Морицомъ. Справа бросилась кавалерія противъ
непріятельской конницы; одновременно пикинеры первой линіи
авангарда атаковали испанскій баталіонъ (1); къ нему поспѣшилъ
на помощь баталіонъ (2); но противъ него двпнулись французскіе
пикинеры п; атаковавшія части Морица были опрокинуты стойки-
ми испанскими баталіонами; тогда со стороны голландцевъ вводят-
ся въ бой: вторая линія авангарда (уо) и главныхъ силъ (гѵ), но и къ
двумъ испанскимъ баталіонамъ подходитъ на помощь еще одинъ-(4).
При этихъ условіяхъ въ центрѣ завязался нерѣшительный бой:
но на правомъ флангѣ Альбрехта баталіонъ (3) побѣдоносно подви-
гался впередъ, не смотря на усилія лѣваго фланга непріятельскаго
авангарда и выдвинутаго пзъ третьей линіи фризскаго баталіона.
Кавалерія испанцевъ (5) была потѣснена непріятельской. Такимъ
образомъ, хотя бой былъ еще не рѣшенъ, но со стороны испанцевъ
въ немъ приняли участіе уже всѣ войска, у Морица-же были еще
совершенно свѣжія силы; пользуясь этимъ онъ дѣлаетъ слѣдующія
распоряженія: два корнета изъ кавалеріи главныхъ силъ высланы
на помощь лѣваго фланга, а пѣхота арьергарда (28 ротъ) направ-
лена въ помощь главнымъ силамъ; это окончательно рѣшило дѣло:
испанцы сначала отступили, а затѣмъ обратились въ безпорядочное
бѣгство. Потеря ихъ полагаютъ, простиралась до 2700 чел. (П9).
Описанное сраженіе показываетъ въ достаточной степени всѣ
преимущества нидерландскаго боеваго порядка, для упорнаго и
послѣдовательнаго веденія боя, сравнительно съ испанскимъ. Уто-
ГЛАВА ѴШ.
191
мивъ противника предварительнымъ боемъ и втянувъ въ него всѣ
непріятельскія, войска, Морицъ затѣмъ беретъ свой резервъ,—свѣжія
войска арьергарда—и, направивъ его сосредоточенно въ центръ бое-
ваго порядка, наноситъ рѣшительный, побѣдоносный ударъ против-
нику. Заслуживаетъ также вниманія подвижность всѣхъ частей
боеваго порядка у Морица и взаимное содѣйствіе различныхъ ро-
довъ оружія. Изъ этихъ тактическихъ формъ, какъ отмѣчено выше,
развился боевой порядокъ шведовъ Густава Адольфа, принадлежа-
щій уже военному искусству новаго времени. Три изученныя сра-
женія съ достаточной рельефностью выражаютъ собою три фазиса
въ развитіи тактическаго искусства въ «переходную эпоху» отъ сред-
нихъ къ новымъ вѣкамъ.
Инженерное искусство.
Въ теченіи почти всей разсматриваемой эпохи военно-инженерное
дѣло не составляло вполнѣ самостоятельной спеціальной отрасли
военнаго искусства, а входило частью въ область общаго строитель-
наго и архитектурнаго искусства, частыо-же тѣсно слито было съ
артиллеріей л только во Франція при Генрихѣ IV являются особые
военные инженеры. Тѣмъ не менѣе усовершенствованія въ артил-
леріи вызвали сильное движеніе въ области долговременной форти-
фикаціи, которая въ своемъ развитіи сдѣлала замѣтный шагъ въ
XVI столѣтіи.
Во главѣ этого движенія шла Италія, инженеры которой, бу-
дучи тогда искуснѣйшими въ Европѣ, призывались во всѣ государ-
ства и такимъ образомъ содѣйствовали распространенію своей си-
стемы далеко за предѣлы своего отечества. На развитіе военно-
инженернаго искусства имѣли значительное вліяніе: усовершенство-
ваніе артиллеріи Карломъ VIII, войны его, а также Франсуа 1 съ
Карломъ V и война Испаніи съ Нидерландами (1569 г.—1608 г.).
Въ виду успѣховъ огнестрѣльнаго оружія, условія которымъ
должны были удовлетворять укрѣпленія заключались въ слѣдую-
щемъ: а) приспособленіе для надлежащей артиллерійской обороны;
6) обезпеченіе отъ атаки открытою силою посредствомъ каменныхъ
стѣнъ, могущихъ сопротивляться дѣйствію пушечнаго огня съ даль-
няго разстоянія; оба эти условія требовали измѣненія профили*.
далѣе: в) сильное фланкированіе артиллерійскимъ огнемъ; г) пре-
дохраненіе выходовъ и входовъ отъ нечаяннаго захвата и отъ мри-
192
ПЕРЕХОДНАЯ ЭПОХА ВОЕННАГО ИСКУССТВА.
цѣльнаго огня,—оба эти условія требовали соотвѣтствующихъ измѣ-
неній въ планѣ. Въ удовлетвореніе этимъ различнымъ условіямъ
явилось нѣскольско системъ укрѣпленій которыя мы и разсмотримъ
по существу (15°).
Итальянская система. Эта система постепенно развилась изъ
прежнихъ крѣпостныхъ оградъ съ ронделями, замѣнившими собой,
какъ мы уже знаемъ, старинныя башни. Недостатокъ ронделей за-
ключался въ томъ, что во рвѣ передъ ними, по капитали, всегда
находилось мертвое пространство; для устраненія этого неудобства
переднюю часть ронделей стали располагать исходящимъ угломъ,
т. е. образовать фасы, а оставшіяся ихъ части—замѣнять прямыми
линіями, перпендикулярными къ куртинамъ, причемъ обезпечивалась
фланговая оборона рвовч, послѣднихъ; такимъ образомъ получился
бастіонъ, изобрѣтеніе котораго приписываютъ различнымъ лицамъ
(Ахметъ-Паша, Жижка, Людовика Савойскій, Санъ-Микели и пр.);
время появленія его—конецъ XV и начало XVI ст.
Для лучшаго прикрытія орудій отъ выстрѣловъ сч> поля, х/з
фланка, примыкающую къ куртинѣ, подали назадъ и дѣлали ниже
вала—получился отступной, пониженный фланкъ] за нимъ распо-
лагался второй фланкъ, одинаковой высоты съ валомъ—получились
ярусные фланки; подъ пониженнымъ располагались иногда казематы
для орудій. Двѣ трети фланка иногда закругляли—это орильоны.
Такъ какъ куртпна была велика (114—228 саж.), то иногда по
серединѣ ея располагался еще неболыпей бастіонъ - ріаіа Гогта.
Гласисъ былъ безъ прикрытаго пути; каменный брустверъ на вал-
гангѣ замѣненъ землянымъ; отлагость валганга одѣта камнемъ,—для
затрудненія атакующему спуска съ него. Въ эскарпѣ часто вдоль
всего фронта располагалась минная галлерея. Таковъ былъ видъ
первоначальныхъ бастіонныхъ фронтовъ.
Дальнѣйшее ихъ усовершенствованіе заключалась въ слѣдую-
щемъ. Для лучшей обороны рва, а также впередилежащей мѣстности,
и для командованія надъ постройками атакующаго, внутри бастіо-
новъ, на ихъ валгангѣ, располагали и кавальеры съ фасами фланками
параллельными таковымъ-же бастіоновъ; эти верки, съ громаднымъ
командованіемъ надъ главнымъ валомъ въ 20—40 ф., возводились
также въ горжѣ бастіоновъ. Затѣмъ, въ видахъ усиленія обороны
рвовъ, на орильонъ стали отдѣлять только */3 фланка; гласисъ на-
чалъ отодвигать отъ контръ-эскарпа—получился прикрытый путъ
(описанный впервые Тартальеи въ 1554 г.)—дешевая, чрезвычайно
Г Л- АВА VIII.
193
полезная постройка, облегчающая производство вылазокъ, достав-
ляющая мѣстности ближайшую настильную ружейную оборону и
прикрывающая отчасти каменныя одежды. Для сбора вылазокъ и
обстрѣливанія гласиса прикрытаго пути Катанео предложилъ исхо-
дящіе и входящіе плацдармы. Для обезпеченія выходовъ черезъ
мостъ, передъ серединой куртины располагали полукруглые деми-
люны, замѣненные вскорѣ равелинами, прикрывающими также от-
части куртину и фланки.
Главнѣйшіе недостатки этихъ бастіонныхъ фронтовъ были слѣ-
дующіе: куртина слишкомъ длинна, а потому оборона ея рвовъ
основана не на ружейномъ, а на артиллерійскомъ огнѣ, между тѣмъ
орудія могутъ быть подбиты издали; бастіоны, преобразованные изъ
ронделей, тѣсны; фланки, будучи перпендикулярными къ куртинѣ,
слабо обороняютъ рвы фасовъ бастіоновъ; рвы равелиновъ почти
безъ обороны; эскарповая одежда, доходящая до наружнаго гребня
бруствера, можетъ быть обнаружена и сбита съ дальняго разстоянія.
Фортификація въ Германіи. Альбрехтъ Дюреръ, издавшій въ
1527 году: «Руководство для укрѣпленія городовъ, замковъ и тѣ-
снинъ», положилъ въ Германіи основаніе фортификацій какъ науки
и предложилъ свою систему укрѣпленій, которая впрочемъ не имѣла
послѣдователей, такъ какъ бастіонное начертаніе скоро проникло
въ Германію и нашло поддержку въ инженерахъ этой страны, изъ
которыхъ талантливѣйшимъ былъ Даніилъ Спекле, извѣстный наи-
болѣе по сочиненію (1589 г.): «Архитектура крѣпостей». Важнѣй-
шіе изъ основныхъ положеній, которыхъ придерживался Слекле
были слѣдующіе: чѣмъ болѣе сторонъ имѣетъ укрѣпляемый много-
угольникъ, тѣмъ лучше, такъ какъ при этомъ усиливается взаимная
поддержка верковъ; острые углы бастіоновъ хуже тупыхъ,—что
справедливо, но Спекле почему то отдаетъ предпочтеніе пря-
мымъ; бастіоны у итальянцевъ слишкомъ тѣсны; часть фланковъ
или весь фланкъ долженъ быть перпендикуляренъ не къ куртинѣ,
а къ оборонительной линіи; казематированныя галери нужны для
обороны рвовъ и устраненія минеровъ атакующаго; необходимо
имѣть готовые ретраншаменты, частные и общіе; прикрытый путь-
одна изъ важнѣйшихъ частей укрѣпленія; Спекле устраиваетъ его
кремальерами и снабжаетъ входящими плацдармами; каменныя одежды
должны быть скрыты отъ атакующаго такъ, чтобы онъ могъ начать
пробивать брешь только съ гребня гласиса; въ этихъ видахъ Спекле
предлагаетъ весьма замѣчательныя полуодежды съ примкнутыми
13
194
ПЕРЕХОДНАЯ ЭПОХА ВОЕННАГО ИСКУССТВА.
сводами. Система Спекле была примѣненена къ постройкѣ нѣкото-
рыхъ крѣпостей въ Германіи.
Фортификація въ Нидерландахъ. До половины XVI ст. въ
Нидерландахъ господствовала итальянская система укрѣпленій; но
когда вспыхнула война за независимость, принявшая оборонитель-
ный характеръ, то пришлось возводить много новыхъ крѣпостей, а
между тѣмъ ни время ни средства не позволяли примѣнять доро-
гія каменныя одежды; тогда нидерландскіе инженеры, подчиняясь
этому и примѣняясь къ мѣстнымъ условіямъ, постепенно вырабо-
тали свою національную, «нидерландскую», систему укрѣпленій.
Отличительными ея чертами были: широкіе, неглубокіе водяные
рвы, невысокіе земляные валы съ фоссебреями, отсутствіе камен-
ныхъ одеждъ, богатство придаточныхъ построекъ, искусное навод-
неніе рвовъ и пр.
Въ числѣ наружныхъ построекъ мы видимъ: контръ-гарды,
кувръ-фасы, горнверки (бастіонный фронтъ съ крыльями), кронверки
простые (два бастіонные фронта съ крыльями) и двойные (три баст.
фронта съ крыльями). Обиліе наружныхъ построекъ объясняется
тѣмъ, что война съ Испаніей была вполнѣ народная, населеніе
самоотвержено защищало свою свободу и храбро дралось за укрѣпле-
ніями; при этихъ условіяхъ наружные верки, выдаваясь далеко
впередъ, навлекали на себя атаку непріятеля, заставляли брать
ихъ постепенно одинъ за другимъ, что было не легко при упорной
оборонѣ брешей. Въ наше время, конечно, этп верки утратили
свое значеніе, такъ какъ, вопервыхъ, ими легко овладѣть, ибо,
при незначительномъ протяженіи фронтовъ, ихъ огонь слабъ; во-вто-
рыхъ, атакующій, утвердившись въ этихъ постройкахъ, будетъ
закрытъ отъ боковыхъ выстрѣловъ смежныхъ верковъ и слѣдова-
тельно его атака будетъ облегчена.
Во Франціи господствовала итальянская система и имѣла та-
лантливѣйшимъ представителемъ Эрара-де-Баръ-ле-Дюка («Изложе-
ніе искусства фортификаціи» 1594) (151).
Въ общемъ выводѣ относительно укрѣпленій можно придти къ
слѣдующимъ заключеніямъ. Подъ вліяніемъ успѣховъ огнестрѣль-
наго оружія стали измѣнять профиль и планъ укрѣпленій, имѣя
въ виду сначала пассивную оборону. Куртины стали постепенно
дѣлать короче, а бастіоны — обширнѣе и тупѣе; въ связи съ
стремленіемъ достигнуть сильной ближайшей фланговой обороны
ГЛАВА VIII.
195
пришли къ выработкѣ бастіанной системы съ усовершенствован-
ными фланками; затѣмъ «расы получили назначеніе служить для
дальной артиллерійской обороны, причемъ значеніе куртины въ
этомъ отношеніи постепенно уменьшилось, тѣмъ болѣе, что она
была значительно маскирована наружными верками. Активный
образъ дѣйствій при оборонѣ получилъ начало вмѣстѣ со введені-
емъ прикрытаго пути, сообщенія съ которымъ и выходы изъ него
были еще плохо устроены.
Закрытыхъ помѣщеній, вслѣдствіе слабости навѣснаго огня, бы-
ломало. Контръ-мпнныя системы встрѣчаются какъ исключеніе (І52).
Главнымъ родомъ выстрѣловъ оставался прицѣльный — для де-
монтированія (въ смыслѣ срытія бруствера, что трудно достигалось)
и производства брешей; послѣднія пробивались безъ опредѣлен-
ной системы, начиная съ вершины стѣны, хотя уже Фрундсбергъ
или Фронспергеръ указывалъ для этого нѣкоторыя правила. Анфи-
ладный выстрѣлъ былъ, повидимому, впервые употребленъ въ 1530 г.;
для предохраненія отъ него Марки предложилъ, шестнадцать лѣтъ
спустя, траверзы.
Атака укрѣпленій. Атака начиналась обыкновенно съ устрой-
ства контръ—валаціонныхъ линій, которымъ теперь стали прида-
вать большее значеніе, такъ какъ съ введеніемъ наружныхъ вер-
ковъ и прикрытаго пути, вылазки получили значительное развитіе.
1. Артиллерійская атака крѣпостей, при дурно прикрытой
куртинѣ и незначительности наружныхъ верковъ начиналась съ
устройства противъ куртины демонтирной батареи, въ разстояніи
отъ нея 400—600 метр., для командованія противникомъ батарея
эта располагалась на возвышенномъ или искуственно насыпномъ
мѣстѣ и называлась во Франціи «Ьаііегіе гоуаіе*. а въ Германіи
«СепегаІЬаМегіе». Иногда устраивались, тоже на возвышенныхъ
мѣстахъ пли кавальерахъ, на флангахъ атаки, анфиладныя бата-
реи] командованіе ихъ было тЬмъ необходимѣе, что, по неизвѣст-
ности тогда уменьшенныхъ зарядовъ, анфилируемыя линіи не мог-
ли быть поражаемы при стрѣльбѣ снизу вверхъ.
Послѣ окончанія демонтпрной стрѣльбы начинали пробивать
брешь съ СепегаІЪаНегіе, или Ъаііегіе гоуаіе; при плохомъ устрой-
ствѣ дурно скрытыхъ эскарповъ, пробитіе бреши со столь значи-
тельнаго разстоянія сначала оказывалась возможнымъ; но во вто-
рой половинѣ XVI ст., со введеніемъ гласиса, принуждены были
пододвигаться подступами гораздо ближе, почти до гребня контръ-
13*
196
ПЕРЕХОДНАЯ ЭПОХА ВОЕННАГО ИСКУССТВА.
эскарпа. 2. Съ распространеніемъ мортиръ бомбардированіе укрѣп-
леній получило важное значеніе, тѣмъ болѣе что сначала закрытыхъ
помѣщеній (153) было мало; но широкое примѣненіе этого средства
относится уже къ XVII ст. 3. Блокада часто примѣнялась, такъ
какъ дѣйствіе артиллеріи было слабо, а штурмъ—рискованъ. По
мѣрѣ усовершенствованія артиллеріи блокадныя линіи стали уда-
лять отъ крѣпости, строить ихъ исключительно изъ земли и поль-
зоваться разными мѣстными закрытіями и искусственными препят-
ствіями. Линіи эти, особенно цирку мвалаціонныя, часто располага-
лись въ нѣсколько рядовъ, а въ составъ ихъ входили различныя
сомкнутыя и открытыя укрѣпленія: реданы, двойные реданы,
горнверки, редуты, штерніпанцы (154) и пр. 4. Постепенная или
инженерная атака развивалась весьма медленно. Траншеи служили
только ходами сообщеній, но не для отраженія вылазокъ; онѣ не
вмѣщали въ себѣ траншейнаго караула и не были связаны между
собою поперечными траншеями; только Монлюкъ впервые въ 1558
году, при осадѣ Тіонвиля, устроилъ болѣе широкія траншеи и сна-
бдилъ ихъ заворотами для помѣщенія караула, на случай отраже-
нія вылазки. Траншеи располагались сперва противъ куртинъ, а
впослѣдствіи ихъ, вмѣстѣ съ батареями, направляли противъ ба-
стіоновъ *). Съ усовершенствованіемъ устройства крѣпостей, въ
смыслѣ придачи наружныхъ, невысокихъ верковъ, а слѣдовательно
съ увеличеніемъ дѣйствительности настильнаго огня, траншеи стали
вести съ болѣе далекаго разстояніи (около 500 метровъ). Во второй
половинѣ XVI ст. являются сапы съ траверзами—обыкновенными
и съ двойнымъ обходомъ. Турки рано употребляли перекидную са-
пу, которая въ западной Европѣ появляется только въ 1578 году.
Летучая сапа изобрѣтена при осадѣ Остенде (1601 г.); двойная—
при осадѣ Буа-ле-Дюка (1624), но крытая — гораздо ранѣе—въ
1575 г. (осада Гарлема). Мины были усовершенствованы преиму-
щественно турками, которые въ 1523 году впервые употребили
при оборонѣ Родоса контръ-мины; это средство оказалось вскорѣ
провосходнымъ (155).
Способъ атаки, выработанный во время Нидерландскихъ войнъ
назывался «способомъ принца Оранскаго*. Осада начиналась устрой-
ствомъ циркумъ и контръ-валаціонныхъ линій, состоявшихъ изъ не-
*) Вслѣдствіе того, что ровъ бастіоновъ былъ уже нежели нуртіны, оборонялся
съ одного фланга, а тѣсные бастіоны, не дозволяли располагать ретраншементовъ и
сосредоточивать для обороны много войскъ.
ГЛАВА VIII.
197
прерывнаго бруствера со рвомъ впереди, слабой профили. Впереди
контръ-валаціонныхъ линій возводились редуты или «Гогііпз», воору-
жавшіеся артиллеріею; такъ какъ въ этихъ линіяхъ помѣщался тран-
шейный караулъ, то ихъ называли <согрз сіе^апіе». Затѣмъ вели,
зигзагами, траншеи по капиталямъ бастіоновъ; эти траншеи служи-
ли ходами сообщеній къ батареямъ, но, какъ упомянуто, до устрой-
ства въ нихъ помѣщеній для пѣхоты, мало могли обезпечивать ба-
тареи отъ вылазокъ. Работы веденныя такимъ образомъ на одной
капитали назывались «аііадие». Дальнѣйшія дѣйствія атаки со-
стояли изъ разбитія бреши, спуска въ ровъ (подземный или открытый),
перехода черезъ ровъ (крытыя галереи, траншеи съ мантелетомъ,
фашинныя плотины, мостъ на турахъ и пр.) и штурма бреши.
Вообще атака велась медленно и въ ней не было произведено
почти никакихъ усовершенствованій; на отдѣльно подвигавшихся
подступахъ сосредоточивался, какъ артиллерійскій огонь обороняю-
щагося, такъ и его наступательныя дѣйствія посредствомъ выла-
зокъ. Главнымъ боевымъ средствомъ атакующаго была артиллерія;
а пѣхота держалась оборонительнаго способа дѣйствій, такъ что
наступленіе вела артиллерія со своими батареями, и въ то же
время осадныя работы оставались почти безъ всякой защиты про-
тивъ вылазокъ.
Оборона укрѣпленій. Первоначально главную роль играла
ближняя артиллерійская оборона при помощи фланковъ, изъ кото-
рыхъ обстрѣливался ровъ передъ куртиной, и вооруженіе которыхъ
трудно было уничтожить вслѣдствіе особаго устройства, какъ этихъ
фланковъ, такъ и орильоновъ. Впослѣдствіи увеличенные бастіоны,
имѣвшіе большой выступъ въ наружу значительно усилили дальнюю
артиллерійскую оборону, причемъ поражали иногда во флангъ глав-
ную батарею. Недостаткомъ артиллерійской обороны было то, что,
вслѣдствіе плохаго дѣйствія мортиръ, атакующій не поражался въ
траншеяхъ. Дѣйствіе пѣхоты при оборонѣ, вслѣдствіе дурнаго
устройства крѣпостей и неудовлетворительности ручнаго огнестрѣль-
наго оружія, было сначала пассивное; но со введеніемъ прикрыта-
го пути и съ улучшеніемъ ходовъ сообщеній вылазки получили
широкое развитіе и пріобрѣли важное значеніе, вслѣдствіе оборо-
нительнаго образа дѣйствій атакующей пѣхоты.
Въ стычкахъ передъ крѣпостью начала принимать участіе не
только пѣхота но и кавалерія; приэтомъ иногда кавалеристы бра-
ли къ себѣ на крупы лошадей пѣхотинцевъ, которые сходили ст»
198
ПЕРЕХОДНАЯ ЭПОХА ВОЕННАГО ИСКУССТВА.
коней у ближайшихъ осадныхъ работъ и атаковали тамъ пѣхоту,
а кавалерія направлялась противъ резервовъ. Въ общемъ оборона
имѣла въ этотъ періодъ перевѣсъ надъ атакой (156).
Полевыя укрѣпленія довольно часто употребляются въ разсматри-
ваемую эпоху. Такъ въ великихъ сраженіяхъ первой четверти XVI сто-
лѣтія—Равенна, Мариньяно, Павія—встрѣчаются полевыя укрѣпле-
нія. Хотя они сооружались безъ особыхъ соображеній съ требованія-
ми искусства и не были плодомъ систематическаго знанія, тѣмъ не
менѣе въ общемъ отвѣчали требованіямъ своего времени. Сообраз-
но тогдашнему боевому порядку и строю войскъ, они преимуще-
ственно имѣли видъ сплошныхъ линій съ небольшими выходами;
при этомъ разсчитывали первоначально поражать огнемъ насту-
пающаго изъ за брустверовъ, а затѣмъ полагали, что эти бруст-
вера способны будутъ разстроить громадныя квадратныя массы про-
тивника, котораго можно послѣ того съ выгодой атаковать, не да-
вая ему времени привести себя въ порядокъ. Выходы оставлялись
на случай частнаго (премущественно кавалеріей) или общаго пере-
хода въ наступленіе. Устраивать перекрестную огнестрѣльную обо-
рону впередилежащей мѣстности или-же обезпечивать фланги пози-
ціи возведеніемъ надлежащихъ укрѣпленій или батарей вообще го-
воря не умѣли (157).
Въ послѣдующее время Шмальканденской, Религіозной во Фран-
ціи и Нидерландской войнъ, примѣненіе укрѣпленій еще чаще
встрѣчается, чему способствуетъ быстрое распространеніе огнестрѣль-
наго оружія и увлеченіе огнестрѣльнымъ боемъ, повлекшее за со-
бою, какъ уже упомянуто выше, пристрастіе къ крѣпкимъ позиці-
ямъ и предпочтеніе оборонительныхъ дѣйствій наступательнымъ.
Въ 1569 году роялисты, прибывъ къ Шатонефу (близь Коньяка)
возстанавливаютъ разрушенную мостовую арку и устраиваютъ
тетъ-де-понъ въ видѣ равелина для защиты головы моста. Въ сра-
женіи при Аркѣ 1590 г. фронтъ позиціи Генриха, простиравшій-
ся отъ р. Онъ до Арскаго лѣса, былъ прикрытъ ретранпіаментомъ,
поперегъ дороги Аркъ-Мартенъ-Эглизъ, весьма простаго устройства,
состоявшимъ изъ прямолинейнаго бруствера, на протяженіи котора-
го въ одномъ мѣстѣ находилась часовня, занимавшая выдающееся
положеніе и фланкировавшая отчасти брустверъ; между лѣвой око-
нечностью послѣдняго и р. Онъ оставленъ былъ проходъ въ 150
метр., ширины. Позади этого ретраншамента, въ разстояніи 800
метр., возвышался другой ретраншаментъ, бастіоннаго начертанія,
ГЛАВ А ѴШ.
199
замыкавшій королевскую позицію съ тылу. Самъ маршалъ Биронъ
трасировалъ эти укрѣпленія, что показываетъ какую важность
тогда имъ придавали. Отдѣльные посты тоже укрѣплялись.
Войска рѣдко занимались земляными работами; это лежало на
обязанности піонеровъ, входившихъ въ составъ артиллеріи (,58);
точно также къ этимъ работамъ привлекали нестроевыхъ изъ обо-
за, мѣстныхъ жителей и т. п.
При расположеніи на мѣстѣ, на походѣ и въ боевомъ порядкѣ,
въ разсматриваемую эпоху и даже до половины XVII ст., употреб-
ляется еще вагенбургъ. Въ Германіи на каждую повозку полагалось
по 6 жел. двойныхъ крюковъ и по 6 стрѣлковъ и особые отряды
пѣхоты при вагенбургѣ; къ составу послѣдняго принадлежали так-
же особыя боевыя повозки (8ігеіі\ѵа§еп), располагавшіяся при по-
строеніи на выдающихся углахъ вагенбурга, въ видахъ его флан-
кированія. По протяженію сторонъ вагенбурга, въ выдающихся ча-
стяхъ, помѣщались артиллерійскія орудія. Эти подвижныя укрѣпле-
нія употреблялись далеко не во всѣхъ сраженіяхъ; въ это время
появляются даже голоса противъ нихъ. Замѣчали что вагенбурги
стоятъ слишкомъ дорого и что ихъ съ удобствомъ можно замѣнить
окопамщ но противъ такихъ соображеній указывали на важное пре-
имущество вагенбурговъ, а именно на ихъ подвижность, между
тѣмъ, какъ окопы хороши только при расположеніи на мѣстѣ, а
потому и рекомендовали сочетать, сообразно обстоятельствамъ, упо-
требленіе обоихъ оборонительныхъ средствъ и не отказываться отъ
вагенбурговъ, напримѣръ: при отступленіи, при кратковременномъ
пребываніи на позиціи, или, если, по условіямъ скалистаго грунта,
нельзя окопаться; также для загражденія дефиле, при фуражиров-
кахъ (|59) и пр. При тогдашнемъ состояніи артиллеріи и вообще
огнестрѣльнаго оружія, доводы умѣренныхъ защитниковъ вагенбурга
не лишены были извѣстной доли истины.
При устройствѣ и разбивкѣ лагерей уже обращали вниманіе на
дѣйствіе огнестрѣльнаго оружія. Такъ гр. Сольмсъ въ своей <Кгіе§8-
Ъпсѣ», появившейся въ 1559 г., говоритъ между прочимъ, что раз-
бивка лагеря, составляя дѣло главнокомандующаго (ГеІбоЬегзіеп),
фельдмаршала, начальника артиллеріи (АгЫегеітеізіег) и началь-
ника вагенбурга (ЧѴа^впЪпгдтеізіег), должна удовлетворять между
прочимъ слѣдующимъ требованіямъ: лагерь долженъ быть самымъ
расположеніемъ обезпеченъ отъ возможности внезапнаго непріятель-
скаго нападенія; пѣхотѣ и кавалеріи нужно отводить особыя про-
200
ПЕРЕХОДНАЯ ЭПОХА ВОѲННАГО ИСКУССТВА.
сторныя мѣста, чтобы войска эти легко собирались по тревогѣ и
занимали свои мѣста на позиціи; на сборномъ пунктѣ должно быть
мѣсто для размѣщенія орудій; кавалерію располагать ближе къ во'
допою, апѣхоту на болѣе возвышенномъ мѣстѣ и вблизи артилерія,
для прикрытія послѣдней; для облегченія мѣръ охраненія слѣдуетъ
всѣ части лагеря обнести окопами и рвами; при невозможности раз-
бить общій лагерь, такъ располагать артиллерію чтобы она не могла на-
нести вреда войскамъ на частныхъ сборныхъ пунктахъ; въ лагерѣ
разбивать просторныя дороги для быстраго сбора и выхода войскъ,
а также на случай пожара и пр. (1бП). Таковы были общія требо-
ванія отъ лагерей. Въ частности, конечно, встрѣчаются болѣе или
менѣе значительныя отступленія отъ этихъ общихъ указаній, что
обусловливалось мѣстностью, составомъ войскъ, личнымъ усмотрѣ-
ніемъ начальника и т. п.
уОсада Меца, съ 20-го октября 1852 г. до 2-го января
185Д г. Мецъ, лежащій на правомъ берегу Мозеля, имѣлъ въ
1В52 году 60000 жителей; крѣпость состояла изъ двухъ весьма не-
ровныхъ частей, раздѣленныхъ между собою рукавомъ Мозеля и
имѣвшихъ въ общемъ въ окружности около 4500 туазовъ. Въ крѣ-
пость велп 8 воротъ: Серпенуазъ (о), Тибо (о1), Мозельскія (о2),
Нѣмецкія (о3), Св. Варвары (о4), Крысьи (о5), Понтифрой (о8) и
Смерти (о7); мосты имѣлись какъ черезъ Мозель и его рукавъ, про-
текавшій черезъ городъ (т—т8), такъ и черезъ ручей Сель (з—з5);
въ городѣ находилось три площади, обозначенныя на планѣ буква-
ми р—р2; важнѣйшія церкви означены крестами съ цифрами. Ограда
состояла изъ старинной стѣны съ башнями, укрѣпленіями для обо-
роны воротъ и изъ рва. Башни на углахъ были круглыя, большихъ
размѣровъ, а на протяженіи сторонъ — меньшія и четыреугольной
формы (важнѣйшія изъ нихъ: I1—V). На артиллерійскую оборону
сначала можно было разсчитывать только съ нѣкоторыхъ пунктовъ,
а именно: съ платформы, находившейся по близости церкви Св. Ма-
ріи (ѵ), и Крысьихъ воротъ (ѵб), съ бастеи впереди воротъ Серпе-
нуазъ (ѵ1), нѣчто въ родѣ рондели Дюрера, и изъ за фоссебреи
впереди ограды между I и о. Стѣна во многихъ мѣстахъ была по-
вреждена, а ровъ почти повсюду обсаженъ деревьями. Крѣпость
командовалась нѣкоторыми окрестными высотами и окружена была
семью предмѣстьями, многими церквами, монастырями, постройками,
садами и пр., которые облегчали непріятелю закрытое приближеніе:
изъ заслуживающихъ, въ данномъ случаѣ, вниманія пунктовъ, слѣ-
ГЛАВА VIII.
201
дуетъ упомянуть: Зихенгаузъ, нѣсколько сѣверо-западнѣе отъ
замокъ Монтиньи, западнѣе Зихенгаузена, по дорогѣ въ Нанси;
абатство Св. Мартина (-(-), туазахъ въ двустахъ западнѣе воротъ
Смерти? по дорогѣ въ Вердюнъ,
Съ цѣлью приведенія крѣпости въ болѣе соотвѣтственное обо-
ронительное положеніе герцогъ Гизъ, частью въ теченіи трехъ мѣ-
сяцевъ прошедшихъ отъ назначенія его комендантомъ до начала
обложенія, частью уже во время послѣдняго, возстановилъ стѣны,
углубилъ рвы до требуемыхъ размѣровъ, уничтожилъ нѣкоторые
дома и монастыри, а также предмѣстья. Мосты на Мозелѣ, ш1 и пГ
были прикрыты палисадами и валами: пять вороть (о, о1, о3, о*
и отбыли заграждены насыпями, а во многихъ мѣстахъ за стѣной
между воротами Серпенуазъ и Тибо набросанъ валъ (напр. ѵ2, ѵ\
ѵ4, ѵ5). Сдѣланы запасы довольствія; лишніе рты удалены изъ крѣ-
пости, а люди способные къ оружію привлечены къ оборонѣ города •
202
ПЕРЕХОДНАЯ ЭПОХА ВОЕННАГО ИСКУССТВА.
Числительность императорской осадной арміи простиралась до
56,000 чел., а именно: пѣхоты—30 т. нѣмцевъ и нидерландцевъ,
6 т. испанцевъ и 4 итальянцевъ—всего 40.000 чел.; кавалеріи—
8 т. нѣмцевъ п нидерландцевъ и 2 т. испанцевъ,—всего 10.000
чел.; артиллеріи 113 пушекъ и 5 мортиръ; далѣе — техническія
войска, т. е. рабочіе и артиллерійская прислуга, всего около 6 т.
человѣкъ.
Такимъ образомъ пѣхота относилась къ кавалеріи какъ 4:1 и
на 700 чел. приходилось по 1 орудію.
Французскій гарнизонъ простирался всего до 8000 чел. Гизъ
нашелъ въ крѣпости всего 12 ротъ пѣхоты, и только по его на-
стоятельнымъ требованіямъ гарнизонъ былъ усиленъ еще 7 ротами
пѣхоты, 3 ротами жандармовъ и 3 ротами легкой кавалеріи (аргу-
летами, карабенами и пр.).
Въ общемъ составѣ войскъ было 4500 пѣх., 1350 кавалеріи
(2:7); остальное составляли рабочія команды. Артиллерія къ этому
времени была упрощена, такъ какъ три большіе калибра (большой
василискъ, двойная пушка и сапоп зегрепгіп, змѣевикъ) были за-
мѣнены 33 ф. пушкой.
17 октября императорская армія подошла къ крѣпости верстъ
на 14, двигаясь весьма медленно по направленію съ востока. 19-го
октября герцогъ Альба, съ отрядомъ изъ 1000 чел. испанской и
итальянской пѣхоты, 2 нѣмец. полковъ и 5000 коней, произвелъ
рекогносцировку крѣпости. 21-го октября армія подошла къ стѣ-
намъ, но сильный дождь заставилъ ее отойти назадъ версты на
двѣ и выжидать тамъ болѣе благопріятной погоды. 27-го октября
можно было опять приблизиться къ крѣпости, причемъ императорцы
намѣревались произвести три бреши, для чего назначено было 80
орудій (пушки, полупушки, кулеврины, полукулеврины). Осажден-
ные сперва полагали, что противникъ намѣренъ возвести батарею
на холмѣ Белькруа (3) л вести главную атаку въ этомъ направле-
ніи, черезъ островъ Шамбьеръ, поэтому они приняли соотвѣтствен-
ныя мѣры; но вскорѣ обнаружилось, что здѣсь велась только де-
монстрація для отвлеченія вниманія французовъ отъ главнаго пункта
атаки. Альба, овладѣвъ мостомъ Маньи черезъ Сель, перешелъ эту
рѣку 3 ноября, заставилъ французовъ отойти въ крѣпость и раз-
билъ свой лагерь южнѣе развалинъ предмѣстьевъ С. Клименъ и С.
Арну. Пространство между воротами С. Тибо (р) и башнею Небес-
ною (і) было занято пѣхотою. Кавалерійскіе отряды расположились
ГЛАВА ѴШ.
203
у Зихенгаузена, у деревень Блери и Олери, южнѣе Меца, и въ
другихъ окрестныхъ пунктахъ; мостъ Моньи оставался занятымъ
пѣхотою. Особый обсерваціонный отрядъ расположился у Гримона
и Шатильона. Западная сторона крѣпости оставалась открытой пока
маркграфъ Бранденбургскій Альбрехтъ присоединился къ импера-
торской арміи со своими войсками въ числѣ 15000 чел. (4 полка =
62 роты, 20 корнетовъ кавалеріи, 30 тяж. и 20 легкихъ орудій)
и разбилъ свой лагерь въ свободномъ интервалѣ (2).
Подступы были открыты прежде всего противъ воротъ Серпе-
нуазъ (о) и С. Тибо (о1), что было неожиданностью для осажден-
ныхъ, имѣвшихъ здѣсь платформу лишь на 2 орудія, которыя ско-
ро непріятельскими орудіями у (о) приведены были къ молчанію.
Черезъ четыре дня имперцы возвели возвышенную батарею (ка-
вальеръ) на 7—8 орудій (1) и затѣмъ еще другую, лѣвѣе, на 6
орудій (2). Въ то же время начаты подступы противъ воротъ С.
Тибо (1)» Однако эти работы скоро были замедлены отвратительной
погодой и подвигались такъ тихо, что Гизъ имѣлъ время восполнить
нѣкоторые недостатки своихъ оборонительныхъ средствъ, сдѣлать
насыпь въ бастеи воротъ Серпенуазъ, возвести валъ, толщиною въ
24'. позади стѣны между церковью Августина
ф
и лежащей вбли-
зи капеллой, усилить турами валъ между воротами С. Тибо и цер-
ковью св. Глоцины, и возвести за этимъ валомъ еще другой, на
случай очищенія перваго. Стѣна церкви св. Гангульфа (І) и вы-
шеупомянутой капеллы были усилены п приспособлены для распо-
ложенія двухъ верхнихъ и двухъ нижнихъ батарей, назначавшихся
для обстрѣливанія куртины.
По обѣ стороны воротъ Серпенуазъ былъ устроенъ брустверъ
(ѵ2, ѵ3) съ траншеями для аркебузеровъ, защищавшихъ входъ въ
ворота и фассебрею.
Въ то же время произведена была вылазка, при которой рабо-
ты наступающаго сильно были повреждены. Наконецъ 18 ноября
окончена упомянутая выше батарея (з) на 7 полевыхъ и 5 тяже-
лыхъ орудій и на слѣдующій день отырыла огонь противъ воротъ
Серпенуазъ. Послѣ того какъ входъ въ ворота былъ въ одномъ
мѣстѣ пробитъ, одна изъ башень разрушена, а другая приведена
въ близкое къ паденію состояніе,—огонь былъ направленъ на баш-
ню лежащую вблизи церкви св. Глоцины. Скоро оба этажа этой
башни были повреждены, точно также какъ деревянныя сооруженія
204
ПЕРЕХОДНАЯ ЭПОХА ВОЕННАГО ИСКУССТВА.
платформы на церкви Августина и у воротъ С. Тибо (о1)-
Въ два послѣдующіе дня брошено было противъ воротъ Серпенуазъ
476 снарядовъ, которыми въ 18-ти футовой стѣнѣ ихъ была про-
бита брешь; но осажденные тотчасъ задѣлали ее земляною насыпью
и деревянными сооруженіями. Въ теченіи послѣднихъ 7 дней осаж-
дающіе дѣлали среднимъ числомъ по 250 выстрѣловъ ежедневно,
причемъ этотъ періодъ атаки отличался сравнительно вялымъ ха-
рактеромъ. Слѣдствіемъ этого было, съ одной стороны, возрожденіе
увѣренности въ силахъ обороняющагося и упадокъ духа атакую-
щаго, обусловливаемый еще болѣзнями, неакуратной уплатой жало-
ванья и пр. Только 12 ноября, когда марграфъ Бранденбургскій
измѣнилъ свое пассивное положеніе и сталъ рѣшительно помогать
императору, осада поведена была энергичнѣе.
Въ главной квартирѣ имперцевъ расчитывали овладѣть крѣпостью
дней черезъ 5—6. Подступы подведены были весьма близко (Р) къ
равелину воротъ С. Тибо, но далѣе дѣло затянулось. 20 ноября
Карлъ V впервые лично осмотрѣлъ осадныя работы и отдалъ новыя
приказанія для ихъ продолженія. Съ этого времени начинается вто-
рой періодъ осады. Атака, веденная до сихъ поръ противъ воротъ
С. Тибо, направлена теперь западнѣе: противъ воротъ Серпенуазъ
и Небесной башни, распространяясь до интервала между Мозелемъ
и крѣпостью, такъ какъ въ этомъ направленіи предполагали встрѣ-
тить менѣе затрудненій нежели на прежнемъ фронтѣ атаки.
Кромѣ подступовъ рѣшено было идти минами. Для выполненія
этихъ приказаній уже на слѣдующій день вооружили орудіями ка-
вальеръ, находившійся непосредственно у дороги (з) и которымъ
до сихъ поръ не пользовались, разсчитывая подъ его прикрытіемъ
начать указанные подступы противъ Небесной башни и Мозеля.
Какъ только герцогъ Гизъ выяснилъ себѣ вполнѣ значеніе новыхъ
работъ атакующаго, то немедленно приступилъ, работая день и
ночь, къ усиленію участка между воротами Серпенуазъ и Небесной
башней, гдѣ до тѣхъ поръ были только разрушены дома вдоль
крѣпостной стѣны. Ночью съ 23 на 24 ноября имперцы демаски-
ровали батарею въ 8 орудій (X), въ 25-ти туазахъ отъ контръ-
эскарпа; эти орудія, вмѣстѣ съ 12 оруд. двухъ кавальеровъ нача-
ли обстрѣливать башни Дез Ѵаззіеих (V), без Ьі^піегз (і2) и св.
Михаила (I1), но безъ особеннаго успѣха, такъ что вскорѣ огра-
ничились пальбой по верхушкамъ башенъ, церквей л близь лежащихъ
домовъ. 24 ноября императоръ осмотрѣлъ работы, а въ слѣдующую
ГЛАВА VIII.
205
ночь удалось не только отбросить непріятельскую вылазку, но и
окончить двѣ новыя батареи: одну на 36 орудій (ь) и другую на
15 (ё); съ разсвѣтомъ онѣ открыли сильнѣйшій огонь и, бросивъ
1448 снарядовъ, опрокинули туры на платформѣ св. Маріи (ѵ),
повалили башни: св. Михаила (I1) и (іез Ьі§піегіз (і2), а башню
(іез Ѵаззіеих (I3) сильно повредили. Тѣмъ не менѣе Гизъ въ пять
дней успѣлъ возвести, позади разрушенной стѣны, валъ такихъ
размѣровъ, что онъ могъ уже сопротивляться съ успѣхомъ дѣйствію
снарядовъ непріятельской артиллеріи. 26 ноября осаждающій во-
оружилъ свои брешь-батареи 22 орудіями, которыя совмѣстно съ
другими выпустили въ теченіи дня 1343 снаряда. Черезъ день
была произведена въ Небесной башнѣ брешь въ 3—4 туаза шири-
ною; а послѣ полудня обвалился участокъ стѣны въ 45 ту азовъ,
между башнями (іез Ѵаззіеих и (іез Ьі^піегз; но эта брешь не была
удобовосходимой, а между тѣмъ осажденный успѣлъ позади нея воз-
вести новый валъ. На ряду съ этой малоуспѣшной артиллерійской
пальбой, велись наступающимъ, съ большой энергіей и минныя ра-
боты; главная мина была направлена противъ Небесной башни
и продвинута скоро довольно далеко впередъ; но наводненіе рва,
подъ которымъ должна была пройти эта мина, надолго прервало
работу.
1 декабря французы произвели сильную вылазку, которую нѣм-
цамъ удалось отразить только съ огромными усиліями и потерями.
Иа слѣдующій день поведенъ былъ новый подступъ (I2). 13 де-
кабря произведены бреши въ башняхъ (іез Ѵаззіеих; въ тоже время
снова возобновлены минныя работы, но, не смотря на удобный
грунтъ и отсутствіе контръ-минъ, никакой опредѣленной цѣли не
было достигнуто. Между тѣмъ работамъ осаждающаго мѣшала ча-
сто дурная погода, суровое время года и развившіяся въ лагерѣ
болѣзни, такъ что наличная числительность арміи уменьшилась на
половину.
Тщетно императоръ личнымъ посѣщеніемъ и осмотромъ, въ тре-
тій разъ, работъ старался воодушевить войска; напрасно также
нѣмцы прибѣгали къ хитрости (снабдили одну роту лѣстницами и
направили ее къ бреши, чтобы потомъ обстрѣлять сосредоточеннымъ
огнемъ собравшихся французовъ)—па овладѣніе крѣпостью не оста-
валось никакой надежды, и 24-го декабря Карлъ V рѣшилъ по-
степенно отвести войска назадъ. Какъ только это рѣшеніе сдѣлалось
извѣстнымъ, караульная служба стала вестись небрежнѣе прежняго и
206
ПЕРЕХОДНАЯ ЭПОХА ВОЕННАГО ИСКУССТВА.
французы произвели вылазку съ большимъ для себя успѣхомъ. 1-го
января императоръ покинулъ лагерь и затѣмъ началось отступленіе
войскъ, которыя, на другой день двинулись двумя колоннами, при-
крываясь со стороны крѣпости тыльнымъ отрядомъ, состоявшимъ
преимущественно изъ бранденбургскихъ войскъ. Одна колонна глав-
ныхъ силъ (нидерландцы) слѣдовала по правому берегу Мозеля, - а
лругая (Альбы), переправившись черезъ Мозель, направилась по
его лѣвому берегу. Артиллерія, больные и раненые сплавлены по
рѣкѣ въ Тіонвиль; часть боевыхъ припасовъ, за недостаткомъ пе-
ревозочныхъ средствъ, брошена; тяжелобольные оставлены на
мѣстѣ. Тыльный отрядъ оставался передъ крѣпостью 5 дней, а за-
тѣмъ послѣдовалъ за главными силами. По французскимъ источни-
камъ, имперцы потеряли при осадѣ погибшими 30000 чел. и 10000
лошадей, 15000 пуд. пороху и 21000 снарядовъ; французы лиши-
лись 250 чел. и 100 кавалеристовъ (т). Разсматривая описанную
осаду мы видимъ, что она ведена была при громадномъ превосход-
ствѣ силъ (около 9 кратъ) атакующаго и при содѣйствіи значи-
тельнаго числа орудій, въ присутствіи самого императора и тѣмъ
не менѣе окончилось полной неудачей. Причины этого были отча-
сти общаго характера, отчасти частныя, вытекавшія изъ условій
тогдашняго состоянія военнаго искусства. Къ числу первыхъ при-
надлежатъ выдающіяся дарованія герцога Гиза, какъ коменданта,
который отлично подготовилъ крѣпость для обороны, не смотря на
ограниченность тѣхъ средствъ, которыми онъ располагалъ: исправ-
леніе стѣнъ, рвовъ, уничтоженіе закрытій на подступахъ и пр.; а
также неутомимо работалъ, днемъ и ночью, во время самой осады,
внимательно слѣдилъ за предпріятіями противника, принималъ не-
медленно всѣ необходимыя мѣры для противодѣйствія частнымъ
успѣхамъ непріятеля и наконецъ велъ оборону въ высшей степени
активно, производя сильныя вылазки, чѣмъ и замедлялъ ходъ ра-
ботъ осаждающаго, утомлялъ его и задерживалъ подъ крѣпостью въ
суровое время года. Въ этомъ смыслѣ онъ остается и для нынѣш-
няго времени образцомъ достойнымъ подражанія. Важною причиною
второй категоріи было неумѣніе методически вести осаду, разроз-
ненность работъ атакующаго, отсутствіе между ними связи, урывча-
тость предпріятій и вполнѣ пассивный образъ дѣйствій пѣхоты
осаждающаго, на что указано выше, какъ на характеристическую
черту инженернаго искусства эпохи. При этомъ условіи хотя артил-
лерія оказывается уже достаточно сильной для того, чтобы обвалить
ГЛАВА ѴШ.
207
старыя стѣны и башни, но одна она не можетъ всего сдѣлать. Ра-
боты сильно замедляются вылазками, которыя отражаются тоже
пассивно. Минная война въ младенческомъ состояніи.
Общія заключенія. XVI столѣтіе составляетъ переходную эпо-
ху въ исторіи военнаго искусства. Новыя государственныя и общест-
венныя условія, новое оружіе, возрожденіе классическихъ идей—вы-
двинули на сцену, въ сферѣ военнаго дѣла, новые или забытые эле-
менты и создали новыя отношенія. Теорія ищетъ идеаловъ въ про-
шедшемъ и, отправляясь отъ нихъ, указываетъ путь для дальнѣйша-
го развитія военнаго дѣла. Замѣчательнѣйшимъ представителемъ
этого направленія служитъ въ началѣ столѣтія Маккіавели, но и
онъ впрочемъ понимаетъ древнихъ часто съ формальной, внѣшней сто-
роны.
На практикѣ, явно обнаружившаяся несостоятельность прежней
военной системы, приводить къ необыкновенному развитію и прео-
бладающему значенію наемныхъ войскъ, причемъ швейцарскія дру-
жины должны уступить свое (первенствующее) мѣсто— ланцкнехтамъ,
начало образованія которымъ положилъ Максимиліанъ I, учрежде-
ніемъ ордена ланцкнехтовъ или копейщиковъ. Наборъ этихъ войскъ
производится по системѣ вербовки; правительство заключаетъ дого-
воръ съ военачальникомъ, который беретъ на себя поставку извѣ-
стнаго числа пѣхотныхъ или кавалерійскихъ полковъ опредѣленна-
го состава и набираетъ войска, при посредствѣ полковниковъ и ка-
питановъ, отъ своего имени; такимъ образомъ сущность всѣхъ отно-
шеніи въ арміи—договорная, и въ этихъ только предѣлахъ армія
является орудіемъ власти, притомъ на извѣстный, строго-опредѣ-
ленный срокъ, по окончаніи котораго всякій воинъ можетъ сра-
жаться противъ того государя или дѣла, за которые онъ обязывался
наймомъ проливать свою кровь. Такой порядокъ велъ еще къ тому,
что требованія наемниковъ и ихъ содержаніе постепенно увеличи-
вались и возростали.
По боевымъ достоинствамъ не только на ряду, по и выше ланц-
кнехтовъ, должна быть поставлена испанская пѣхота, образованная
въ концѣ XV ст. Гонзольвомъ Кордуанскимъ.
Франція, по потребностямъ времени и подъ вліяніемъ классиче-
скихъ идей, пытается создать національную милицію, въ лицѣ ле-
гіоновъ, но, вслѣдствіе недовѣрія правительства къ народу, отвыч-
ки нисшихъ классовъ общества отъ оружія и дурно расчитанныхъ
мѣръ, такая организація вооруженныхъ силъ не даетъ ожидаемыхъ
208
ПЕРЕХОДНАЯ ЭПОХА ВОЕННАГО ИСКУССТВА.
результатовъ и французскіе короли должны довольствоваться наем-
никами, какъ своими (банды), такъ и иноземными (швейцарцы,
ланцкнехты).
На востокѣ, въ Турціи, гораздо ранѣе создана была превосход-
ная пѣхота—янычары; организація которыхъ, служба и обученіе
могли бы послужить превосходнымъ образцомъ для западныхъ го-
сударствъ, если бы самый способъ комплектованія янычаровъ не
обусловливался слишкомъ исключительными условіями господства ос-
мановъ. Къ этой эпохѣ относится образованіе и въ Россіи особаго
вида постоянной вооруженной силы—стрѣльцовъ.
Такимъ образомъ мы видимъ, что въ XVI ст. въ Европѣ обра-
зуется сильная, истинно боевая пѣхота, которая захватываетъ себѣ
первую роль на поляхъ сраженій; но эта пѣхота не вездѣ была
постоянной и національной, и только послѣдующимъ столѣтіямъ
суждено было разрѣшить задачу правильнаго устройства національ-
ныхъ постоянныхъ войскъ. Главными причинами господства наем-
никовъ въ это время было, во-первыхъ, то что не всѣ государства
по историческимъ причинамъ, указаннымъ въ своемъ мѣстѣ, мо-
гли выставить настоящую боевую пѣхоту, а потому приходилось ис-
кать и нанимать таковую; во-вторыхъ, многія правительства не
довѣряли вооруженному народу и, въ третьихъ, при слабости и
бѣдности центральной власти, едва сокрушившей феодальный поря-
докъ вещей, правительства не имѣли достаточныхъ матеріальныхъ
средствъ для образованія и содержанія своихъ постоянныхъ войскъ.
Въ вооруженіи пѣхоты главную роль играютъ, изъ холоднаго
оружія, пика и аллебарда, причемъ первая постепенно вытѣсняет-
ся второй, какъ болѣе удобной для солдата. Изъ огнестрѣльнаго
оружія аркебуза замѣняется мушкетомъ —оружіемъ болѣе значитель-
наго калибра, болѣе дѣйствительнымъ и снабженнымъ сошкой;
огнестрѣльное оружіе умножается до излишнихъ размѣровъ; но въ
концѣ столѣтія появляется наконецъ реакція такому направленію.
Люди, вооруженные пиками и аллебардамп, сохраняютъ еще предо-
хранительное оружіе и потому пѣхота раздѣляется на два вида:
тяжеловооруженныхъ или панцырниковъ и легковооруженныхъ пли
стрѣлковъ.
Тактической единицей остался, по прежнему, баталіонъ или мас-
са, квадратной формы строя, состоявшая изъ неопредѣленнаго чи-
сла ротъ, бывшихъ, равно какъ и полкъ, административной едини-
цей. Стрѣлки сначала были плохо организованы и не находятъ се-
ГЛАВА ѴШ.
209
бѣ мѣста въ составѣ баталіона, но за тѣмъ ими окружаютъ пики-
неровъ и формируютъ изъ нихъ крылья, для обезпеченія фланговъ
своего баталіона и для дѣйствій противъ таковыхъ же непріятеля.
Въ кавалеріи, на ряду съ прежней рыцарской, ордоннансовой
является у германцевъ наемная кавалерія—рейтары; кромѣ того
образуются новые виды легкой конницы: прежніе лучники ордон-
нансовыхъ ротъ отдѣляются, формируются въ отдѣльныя самостоя-
тельныя части, замѣняютъ лукъ огнестрѣльнымъ оружіемъ и начи-
наютъ играть важную роль подъ названіемъ арі'улетовъ, карабеновъ,
конныхъ аркебузеровъ. На ряду съ этимъ появляются промежуточ-
ные виды, средняя кавалерія—шеволежеры, кирасиры, которые, со-
храняя предохранительное оружіе, въ общемъ нѣсколько легче сна-
ряжены сравнительно съ жандармами, а въ вооруженіи ихъ холод-
ное оружіе (пика) уступаетъ мѣсто огнестрѣльному. Въ конныхъ
стрѣлкахъ лежитъ зародышъ драгунъ, т. е. кавалеріи предназна-
ченной для всевозможныхъ дѣйствій, какъ въ конномъ такъ и въ
пѣшемъ строю. На востокѣ Европы, историческимъ путемъ, обра-
зуются разнородные виды превосходной легкой кавалеріи, славив-
шейся уже съ давнихъ временъ: гусары, казаки, турецкіе спагп
и проч.
Увлекаясь огнестрѣльнымъ оружіемъ, болѣе доступнымъ въ прі-
обрѣтеніи для относительно денежнаго кавалериста, нежели для
пѣхотинца, кавалерія, особенно нѣмецкая, принимаетъ глубокую
форму строя. Долѣе другихъ удерживаютъ прежнее рыцарское, ра-
зомкнутое построеніе французскіе жандармы, но и онп, съ ухудше-
ніемъ состава ордоннансовыхъ ротъ и уничтоженіемъ пикъ, перехо-
дятъ къ сплошному и глубокому строю.
Предохранительное оружіе сперва утолщается, чтобы противо-
дѣйствовать удару снарядовъ, но съ усовершенствованіемъ огне-
стрѣльнаго оружія, это становится п безполезнымъ и слишкомъ об-
ременительнымъ, а потому многіе предметы этого оружія исчезаютъ
какъ безполезные. Тактическая единица въ кавалеріи—корнетъ или
рота и эскадронъ.
Легкая кавалерія, а также рейтары, кирасиры, дѣйствуютъ въ бою
огнестрѣльнымъ оружіемъ, смѣняясь по шереножно; рукопашный
бой—рѣдкое явленіе и къ нему прибѣгаетъ только тяжелая кава-
лерія, маневрируя подъ прикрытіемъ легкой и пользуясь благо-
пріятными, подготовленными для нея случаями.
Артиллерія сложна по устройству, малоподвижна, обладаетъ ма-
14
210
ПЕРЕХОДНАЯ ЭПОХА ВОЕННАГО ИСКУССТВА.
лоіі мѣткостью, но массивные строи представляютъ длл нея отлич-
ныя цѣли, а потому въ искусныхъ рукахъ, или при счастливой
случайности, она является уже довольно могущественнымъ боевымъ
средствомъ (Равенна). Ее трудно двигать, трудно ею управлять,
надо умѣло ею пользоваться, а потому военачальники неохотно
имѣютъ съ нею дѣло; но и въ эту эпоху можно подмѣтить, что
главная сила артиллеріи заключается въ умѣніи ее употреблять над-
лежащимъ образомъ. Ручное оружіе становится постепенно сильнѣе,
но тяжело и медленно заряжается; такая медленность искусственно
еще увеличивается введеніемъ излишнихъ пріемовъ заряжанія. Яв-
ляются опыты устройства нарѣзнаго оружія а также приспособленія
въ видѣ штыка: вообще замѣтна большая работа мысли на попри-
щѣ усовершенствованія огнестрѣльнаго оружія, по плоды этихъ
попытокъ пріобрѣли практическое значеніе только въ послѣдующее
время. Въ XVI же столѣтіи стрѣльба была медленной, немѣткой и
производилась болѣе или менѣе на удачу, хотя на близкихъ раз-
стояніяхъ ручное оружіе, также какъ и артиллерія, было весьма
дѣйствительнымъ противъ громадныхъ массъ боеваго порядка.
Кавалерія уменьшилась относительно пѣхоты и встрѣчаются
случаи, когда пропорція эта равна была 1 : 9; артиллеріи прихо-
дилось, вообще говоря, не болѣе 1 орудія на 1000 чел., что въ
четверо меньше противъ нынѣшняго.
Для содержанія войскъ установлены были подати, которыхъ
оказывалось обыкновенно недостаточно, тѣмъ болѣе, что требованія
наемниковъ съ теченіемъ времени возрастали непомѣрно; не доволь-
ствуясь жалованьемъ, они еще расчитывали на добычу, которая со-
ставляла предметъ приманки, какъ для простаго солдата, такъ и
для главнаго начальника. Не смотря на все это войска часто стра-
дали отъ голода и невзгодъ всякаго рода, такъ какъ, во первыхъ,
по бѣдности правительствъ и отсутствію правильной широкой кре-
дитной системы, жалованье выплачивалось крайне неакуратно, а,
во вторыхъ, не существовало вовсе общаго войсковаго хозяйства и
каждый долженъ былъ самъ заботиться о себѣ; правительства и. на-
чальники брали на себя только заботу объ открытіи торговыхъ
рынковъ вблизи лагерей. По этимъ причинамъ грабежъ былъ неиз-
бѣжнымъ спутникомъ войнъ, а въ войскахъ существовала оффиціаль-
ная должность брандмейстера, для поджоговъ и сбора контрибуцій.
Когда-же страна была истощена, то наступала очередь голода п
для войскъ, сопровождаемаго иногда бунтами и грозными требова-
ГЛАВА ѴШ.
211
ніямп. Санитарное состояніе войскъ, по условіямъ ихъ быта и по
отсутствію какихъ либо этого рода учрежденій, находилось въ са-
момъ плачевномъ состояніи и потери армій людьми принимали ча-
сто видъ страшныхъ эпидемическихъ опустошеній. Духъ и дисцип-
лина войскъ не могли, при очерченныхъ условіяхъ, находиться на
высокомъ уровнѣ. Чуждый интересовъ и дѣла за которое сражался,
незнакомый съ высшими понятіями гражданскаго долга и чести,
наемникъ продавалъ себя тому, кто дороже платилъ. Богатый жа-
лованьемъ и награбленнымъ добромъ, ланцкнехтъ предавался раз-
гулу, пьянству, азартнымъ играмъ; нищій и голодный, при отсут-
ствіи добычи и неакуратноп уплатѣ жалованья, онъ бунтовалъ или
разбойничалъ; отвыкшій отъ скромнаго терпѣливаго труда въ граж-
данскомъ быту, онъ былъ бичемъ своихъ соотечественниковъ. На-
прасно писались строгіе законы, напрасно и въ артикулахъ и на
практикѣ примѣнялись жестокія наказанія — зло лежало слишкомъ
глубоко и коренилось въ самой системѣ устройства и содержанія
войскъ. Впрочемъ слѣдуетъ отмѣтить, что въ теченіи изучаемой
эпохи были выработаны основныя начала и многія подробности
военнаго законодательства, сохранившіяся частью и до нашего вре-
мени, а ланцкнехты оставили примѣръ замѣчательнаго судоустрой-
ства и судопроизводства, основаннаго на началахъ гласности, уст-
ности и состязанія.
Системы строеваго обученія съ половины XVI ст. являются
вполнѣ выработанными, нона практикѣ осуществляются съ должною
правильностью и методичностью только со времени Морица Оран-
скаго, хотя уже п въ это время тутъ замѣчается много совершенно
лишняго, ненужнаго, предназначеннаго исключительно лишь для
развлеченія глаза.
Въ развитіи тактическаго искусства главными вопросами были:
надлежащее размѣщеніе и употребленіе стрѣлковъ, величина и фор-
ма строя пикпнернаго баталіона и общій видъ боеваго порядка.
Съ умноженіемъ числа стрѣлковъ приходилось озаботиться такимъ
ихъ построеніемъ и размѣщеніемъ, чтобы, во-первыхъ, извлечь изъ
нихъ наилучшую пользу при условіи подчиненія ихъ власти на-
чальниковъ; во-вторыхъ, чтобы дать имъ нужную защиту пикпне-
ровъ, такъ какъ онп мало былп способны къ рукопашному бою, т. е.
къ самозащитѣ Это привело къ окруженію пикинернаго баталіона
стрѣлками и къ организація стрѣлковыхъ крыльевъ при пикинер-
ныхъ баталіонахъ; кромѣ того, впослѣдствіи (въ нидерландскомъ
14*
212
ПЕРЕХОДНАЯ ЭПОХА ВОЕННАГО ИСКУССТВА.
боевомъ порядкѣ) стрѣлковъ располагали рядомъ сл> пикинерами, по
обѣ стороны отдѣльной тшкннерной части. Чтобы имѣть возмож-
ность помѣстить болѣе стрѣлковъ вокругъ пикинерпаго баталіона,
послѣдній стали строить иногда внутри пустымъ или предлагали
для него крестообразную форму и т. п. Всѣ эти предложенія нахо-
дились также въ связи съ фортификаціонными понятіями, которыя
въ это время проникли въ тактику.
Ппкинерный баталіонъ сохранилъ квадратную форму строя,
причемъ первоначально каждая изъ трехъ частей пѣхоты, входив •
шихъ въ составъ арміи, т. е. авангардъ, главныя силы и арьер-
гардъ, образовала одинъ квадратный баталіонъ или массу въ нѣ-
сколько тысячъ человѣкъ, съ окруженіемъ стрѣлками—это такъ на-
зываемый венгерскій боевой порядокъ; впослѣдствіи величина ба-
таліона уменьшилась и каждая изъ означенныхъ частей могла об-
разовать «испанскую бригаду» пзъ четырехъ (полная) или трехч>
(неполная) баталіоновъ. Уменьшеніе величины послѣднихъ вызвано
было съ одной стороны успѣхами огнестрѣльнаго оружія, а съ дру-
гой—желаніемъ имѣть частные резервы, какъ для взаимной под-
держки баталіоновъ, такъ и для лучшаго содѣйствія стрѣлкамъ и
ихъ прикрытія.
На ряду съ развитіемъ этихъ идей является стремленіе къ умень-
шенію глубины строя; примѣромъ этому служили древніе, гдѣ наи-
большая глубина фаланги не превосходила 16 шеренгъ. Указанное
направленіе выразилось въ «нидерландскомъ боевомъ порядкѣ*,
причемъ пѣхота строится всего въ 10 шеренгъ. Арміи продолжаютъ
дѣлиться на авангардъ, главныя силы и арьергардъ, которые въ
бою располагаются рядомъ, хотя, • по недостатку мѣста, могутъ
строиться одна часть за другой. Кавалерія и артиллерія придается
къ каждей изъ этихъ частей. Недостатки новыхъ боевыхъ поряд-
ковъ заключались въ отсутствіи общаго резерва и въ слишкомъ боль-
шой самостоятельности крупныхъ подраздѣленій арміи: авангардъ,
главныя силы и арьергардъ дѣйствовали, обыкновенно, безъ долж-
ной взаимной связи, чему способствовала самая ихъ организація.
Стратегическое искусство сдѣлало менѣе успѣховъ нежели про-
чія отрасли военнаго дѣла; итальянскія войны конца XV и начала
XVI ст. повидимому обѣщали правильное, прогрессивное развитіе
стратегіи; но послѣдовавшія религіозныя и междоусобныя войны
снова возвратили систему веденія войны къ началамъ и пріемамъ
средневѣковаго невѣжества. Стратегическое искусство—эта высшая
отрасль военнаго дѣла, объединяющая въ себѣ всѣ его элементы—
ГЛАВА ѴПІ.
213
было возстановлено въ томъ смыслѣ, какъ мы его понимаемъ нынѣ,
и какъ оно выразилось въ дѣйствіяхъ величайшихъ полководцевъ
древности, только Густавомъ Адольфомъ—вотъ почему, по всей спра-
ведливости, его германская кампанія отмѣчаетъ эру новаго военнаго
искусства.
Успѣхи огнестрѣльнаго оружія обратили вниманіе инженеровъ
на приспособленіе крѣпостей къ надлежащей артиллерійской обо-
ронѣ, обезпеченіе пхъ отъ атаки открытою силою посредствомъ ка-
менныхъ стѣнъ, могущихъ сопротивляться дѣйствію пушечнаго огня
съ дальняго разстоянія; на сильное фланкированіе ихъ артиллерій-
скимъ огнемъ и на предохраненіе входовъ и выходовъ отъ нечаян-
наго захвата и отъ прицѣльнаго огня. Въ удовлетвореніе этимъ
условіямъ явились: такъ называемая «итальянская система* устрой-
ства крѣпостей и предложенія различныхъ инженеровъ, изъ кото-
рыхъ въ Германіи особенно замѣчателенъ Спекле. Нидерландцы,
примѣняясь къ условіямч> своей страны и къ характеру борьбы съ
испанцами, выработали свою особенную систему. Вообще въ гео-
метрическомъ и архитектурномъ, такъ сказать, смыслѣ фортификація
сдѣлала большіе успѣхи; но атака крѣпостей не шла въ параллель
съ такимъ развитіемъ инженерной техники. Атака почти исключи-
тельно ведется артиллеріей; пѣхота дѣйствуетъ оборонительно, безъ
связи и при отсутствіи наступательно-активныхъ предпріятій, Обо-
рона до изобрѣтенія прикрытаго пути ведется пассивно и только
съ введеніемъ этого усовершенствованія въ устройствѣ крѣпостей
гарнизонъ предпринимаетъ частыя вылазки, въ которыхъ участвуетъ
не только пѣхота, но и кавалерія. Благодаря такому способу дѣй-
ствій и дурному веденію атаки, оборона имѣетъ рѣшительный пе-
ревѣсъ надъ послѣдней.
Успѣхи огнестрѣльнаго оружія, особенно ручнаго, повлекли за
собою стремленіе къ занятію оборонительныхъ позицій п ихъ укрѣп-
ленію; полевыя укрѣпленія состояли преимущественно изъ сплош-
ныхъ линій съ небольшими выходами, что указываетъ на пассив-
ность обороны. Сила рыцарскихъ традицій и самый составъ армій,
не желавшихъ рыть ся въ землѣ, до нѣкоторой степени противодѣй-
ствовали болѣе обширному и частому примѣненію полевыхъ укрѣпле-
ній. Въ крайнихъ случаяхъ они могли быть замѣнены, до нѣко-
торой степени, вагенбургами, противъ которыхъ, впрочемъ, раз-
даются голоса, предпочитающіе имъ окопы.

Приложеніе къ 1-й части.
Сраженіе при Аугсбургѣ 10-го августа 955 г. Едва
только король Оттонъ Великій, послѣ продолжительной осады Регенсбурга,
успѣлъ подчинить себѣ мятежнаго сына Лудольфа, какъ получилъ извѣ-
стіе отъ своего брата Генриха Баварскаго о вторженіи несмѣтной массы
(говорятъ до 100,000 ч.) мадьяровъ, которые предали страну огню и мечу
и осадили наконецъ епископа Удальриха въ слабой крѣпости Аугсбургѣ
(см. л. 4, ч. 7). Оттонъ собралъ саксонцевъ и поспѣшилъ въ Баварію,
гдѣ къ нему присоединились значительныя массы франковъ, подъ началь-
ствомъ храбраго герцога Конрада, баварцевъ, швабовъ и 1000 богемскихъ
рыцарей подъ начальствомъ самаго герцога Волеслава. Числительность со-
бранной арміи опредѣляетъ современная хроника въ 26,000 чел.,—цифра,
которую одинъ изъ новѣйшихъ изслѣдователей (Кестлеръ) неосновательно
уменьшаетъ до десяти—девяти тысячъ.
Между тѣмъ штурмъ мадьяровъ былъ отбитъ храбрымъ епископомъ; въ
то-же время получено было извѣстіе о движеніи Оттона на выручку осаж-
денныхъ; эти обстоятельства вынудили венгерскихъ предводителей, Лехеля
и Вербульча, снять осаду Аугсбурга и, перейдя на правый берегъ Леха,
расположиться лагеремъ у Гунценлеха.
Оттонъ, достигнувши долины Леха, вошелъ въ связь съ крѣпостью и
рѣшилъ, подкрѣпившись частью гарнизона, атаковать противника на слѣ-
дующій день, т. с. 10 августа. Въ назначенный день, рано утромъ, прежде
чѣмъ солнечные лучи освѣтили долину Леха, король взялъ изъ рукъ епи-
скопа священный образъ, явился съ нимъ къ собраннымъ уже войскамъ
и, воодушевивъ ихъ рѣчью, быстро затѣмъ выстроилъ боевой порядокъ,
состоявшій изъ нѣсколькихъ массъ и линій. Три массы передней линіи со-
стояли изъ баварцевъ, какъ знакомыхъ уже съ мадьярскимъ способомъ
боя; ими предводительствовалъ, за болѣзнью Генриха Баварскаго, графъ
216
ПРИЛОЖЕНІЕ КЪ 1-Й ЧАСТИ.
фонъ-Эберсбергь. Во второй линіи находились: франки подъ начальствомъ
герцога Конрада и саксонцы, приведенные королемъ, который находился
при нихъ вмѣстѣ со священнымъ копьемъ, государственнымъ знаменемъ и
изображеніемъ Архангела Михаила и окруженный храбрѣйшими рыцярями;
Шестая и седьмая массы, состоявшія изъ швабовъ, подъ начальствомъ
герцога Буркгарда, образовали третью линію боеваго порядка; за ними на-
ходился обозъ (вагенбургъ), а далѣе, въ видѣ тыльнаго отряда, расположи-
лись 1000 богемскихъ рыцарей.
Король подалъ знакъ къ бою; мадьяры не заставили долго себя ждать:
ихъ несмѣтныя легкія конныя толпы перешли вплавь черезъ Лехъ и охва-
тили нѣмцевъ со всѣхъ сторонъ, пуская въ нихъ тучи стрѣлъ. Вмѣстѣ съ
тѣмъ венгерцы раздѣлились на двѣ части: одна изъ нихъ, большая, завя-
зала бой съ фронта и особенно съ лѣваго фланга, а другая обскакала оба
фланга (или можетъ быть только лѣвый) и, осыпавъ противника стрѣлами,
бросилась стремительно на богемцевъ. Послѣдніе не выдержали удара зна-
чительно превосходныхъ силъ и были частью истреблены, частью разбѣ-
жались. Стоявшіе въ третьей линіи швабы должны были податься подъ
напоромъ побѣдоносныхъ мадьяровъ, которые, впрочемъ, не довершивъ успѣ-
ха, бросились грабить обозъ; а между тѣмъ Оттонъ выслалъ имъ на по-
мощь мужественнаго Конрада съ его франками. Конрадъ, храбро бросившись
на венгерцевъ, разбилъ ихъ на голову и отбилъ захваченное въ обозѣ.
Съ фронта баварцы были уже сильно утомлены продолжительнымъ боемъ
Сіъ ловкимъ, проворнымъ непріятелемъ. Оттонъ, освободившись отъ непрія-
тельскаго нападенія съ тылу, двинулся съ саксонцами на помощь бавар-
цамъ, ставъ самъ, со священнымъ копьемъ въ рукахъ, въ головѣ подкрѣп-
ленія, направленнаго на сильно тѣснимый лѣвый флангъ баварцевъ. Въ
тѣсно-сплоченныхъ массахъ, прикрываясь щитами отъ сыпавшихся стрѣлъ,
ударили нѣмецкіе латники на густыя толпы венгерцевъ, прорвали ихъ и
отбросили къ Леху. Чѣмъ тѣснѣе становилось пространство для движеній
венгерцевъ, тѣмъ безпощаднѣе дѣйствовалъ нѣмецкій мечъ. Мадьяры бро-
сились въ рѣку, ища спасенія въ бѣгствѣ, но крутой берегъ рѣки въ
атомъ мѣстѣ мѣшалъ имъ взобраться на противоположную сторону и многіе
изъ ускользнувшихъ изъ боя нашли смерть въ рѣкѣ. Бѣглецовъ всюду пре-
слѣдовали по раззоренной имъ передъ тѣмъ странѣ и горе тѣмъ, которые
попадали въ руки отрядовъ или населенія: ихъ безпощадно увѣчили и каз-
нили, какъ разбойниковъ. Захваченные въ плѣнъ Лехель и Вербульчъ были
повѣшены въ Регенсбургѣ (182).
Описанное сраженіе интересно съ точки зрѣнія исторіи военнаго искус-
ства въ томъ отношеніи, что оно показываетъ какую важную роль въ
западной Европѣ играла кавалерія уже въ X столѣтіи.
ПРИЛОЖЕНІЕ КЪ 1-Й ЧАСТИ.
217
Одно изъ важнѣйшихъ сраженій эпохи разыгрывается безъ всякаго
участія и даже присутствія пѣхоты! Въ тактическомъ отношеніи оно пред-
ставляетъ весьма высокій образецъ для своего времени; а именно, мы ви-
димъ, что характеръ противника и его способъ дѣйствій вѣрно оцѣнены
Оттономъ и сообразно этому приняты превосходныя мѣры: сплошной строй,
глубокое построеніе, единство въ дѣйствіяхъ; нѣмецкая армія строится въ
три, даже въ четыре линіи, чѣмъ обезпечиваетъ себѣ содѣйствіе резервовъ,
искусно отражающихъ всякую попытку непріятеля. Венгерцы держатся сво-
его обычнаго способа дѣйствій, который столько разъ давалъ имъ побѣду
надъ врагами (въ томъ числѣ и надъ тѣми-же нѣмцами); но въ данномъ
случаѣ они встрѣтили, въ лицѣ Оттона, искуснаго противника, который
способенъ былъ выдержать свой планъ сраженія и не поддался на зама-
ниванія и демонстраціи мадьяръ; но главное — поле сраженія для вен-
герцевъ было слишкомъ тѣсно, а это нарушало одно изъ основныхъ
условій, обезпечивавшихъ успѣхъ ихъ дѣйствій, которое требовало простора
и состояло въ свободѣ маневрированія, въ утомленіи противника, въ раз-
стройствѣ его метательнымъ оружіемъ, продолжительнымъ движеніемъ, а
затѣмъ въ ударѣ массой. Вотъ почему, между прочимъ, описанное сраже-
ніе въ общемъ смыслѣ и не могло служить доказательствомъ въ пользу
превосходства тяжелой кавалеріи надъ легкой.

Примѣчанія но 2-й части.
(1)	Каѵ ё: „Ёіисіез зиг 1е разве еі Гаѵепіг сіе Гагііііегіе*, I. 3-е,
сЬар. I—IV.
(2)	Меупегі: Оезсііісіііе (іез Кгіе§з\ѵезеп8 ип<і сіег Неегѵег-
Газзип^еп іп Еиі'ора, Егзіег ВаікІ, р. р. 362—368.
(3)	ІЪісІ., р. 360.
(9 ІЬісІ, р. р. 407—408.
(5)Сетіпіп: „Оиісіе (Іез атаіеигз (і’агтез еі аг-
тигез апсіеппез*. 2-те ёсііііоп, Рагіз 1879, р. р. 82—84,
509—510, 533.
(6)	Рюстовъ: „Исторія пѣхоты*, т. I, ст. 115—116.
(7)	ІЪісІ., стр. 119.
(8)	М. Моке: “Мётоіге зиг Іа Ьаіаіііе <1е Соигігаі сіііе аиззі сіе
Огоепіп§Ье еі іез Ёрегопз“, р. р. 7—12. Весьма добросовѣстная моно-
графія, составленная по лучшимъ, подлиннымъ источникамъ. Она пред-
ставлена авторомъ въ академію въ 1845 г., а отдѣльные оттиски помѣчены
1851 годомъ.
(9)	ІЪісІ., р. р. 12—22.
(10)	ІЪісІ., р. р. 28—33. Рюстовъ, слѣдуя Вилани, повторяетъ всѣ сто
ошибки. Истинный ходъ боя возстановленъ въ прекрасномъ мемуарѣ г. Моке,
которымъ мы и руководствуемся при описаніи сраженія.
(І1)	ІЪісІ., р. р. 33—62.
(12)	Срав. а) Рюстовъ: „Исторія пѣхоты*, т. I, стр. 117—118,
б) ВгапсИ: „СгезсЫсМе Дез Кгіедѵѵезепз^, 1 В. 2 АЪІІі. р. р.
37 6—380.
(13)	Рюстовъ: „Исторія пѣхоты*, т. I. стр. 106.
(14)	4. ѵ. (Наг(іе^§): «Ап1еііип§ ипт Зіисііит сіег Кгіе§з§е-
зсііісіііеэ, I ч,, стр. 363.
220
ПРИМѢЧАНІЯ КО 2-Й ЧАСТИ.
(15)	Рюстовъ: „Исторія пѣхоты*, т. I. стр. 107. Въ описаніи швей-
царскаго военнаго искусства и битвъ швейцарцевъ мы слѣдуемъ главнѣй-
шимъ образомъ Рюстову. Этотъ высоко-талантливый и ученый писатель,
служа въ войскахъ республики, превосходно изучилъ исторію военнаго дѣла
у швейцарцевъ по лучшимъ источникамъ. Многіе запутанные вопросы въ
этомъ отношеніи были имъ впервые выяснены.
(1В)	Вгапйі: ^безсііісіііе йез Кгіе^зхѵезепз. I В., 2 АЫІъ,
р. р. 376—380. Я. ѵ. Н. (агйе§§), стр. 365.
(,7) В г алій. р. р. 385—392.
(18) ЙЬій. Рюстовъ, т. I. стр. 137—138.
(І!)) Рюстовъ: „Исторія пѣхоты*, т. I. стр. 135. См. тамъ-жѳопро-
верженіе мнѣнія о построеніи швейцарцевъ клиномъ.
(ао) Вгалйі. I В., 2 АЫІі. р. р. 385—392.
(21)	Лій.
(22)	См. Меулегі: «безсЫсМе йез Кгіедзтсезелз шій йег Неег-
ѵегГаззип^еп іп Еигора», т. 2, гл. 5, а также его-же «Оезсііісіііе
ОезіеггеісЬз», 3 ч. стр. 651 и пр. Основными источникоми для изуче-
нія военнаго искусства гусситовъ служатъ: а) Хеузіагзз] Сезкё гфепу
\ѵа§елзкё зегзапё па гогкаг кгаіе ѴѴасІаѵѵа ой рапа Наемка Нойеѣ)па.
Рукопись эта найдена Палацкимъ въ пражскомъ архивѣ и помѣщена въ:
„Сазаріз зраіеслозіі хѵіазіепзкёііо Мизеит ѵ?. СесЬасЬ*, годъ 2,
тетр. I, Прага 1828 г. б) „Вай. ѵо]елзку Дала 2ігку а зрауепсиѵ
Іеко*. Напечатанъ въ „ѴуЪог 2. Іііегаіигу сезкё ой ЕгЪепа*, Прага
1845 г., т. 2, стр. 271—278. Полный переводъ этого устава помѣщенъ
Мейнертомъ въ его: „бесЬзісІііе ОезіеггеісЬз*, Валй 3, стр. 651 и пр.
в) Военное искусство гусситовъ послѣ Жижки изложено въ концѣ XV ст.
знаменитымъ военачальникомъ АѴІсек’омъ изъ Ченова въ рукописи, най-
денной Палацкимъ и помѣщенной въ Сазоріз сезк. тид., годъ 2, тетр. 2.
Прага 1828 г. г) Аепеаз 8у1\ѵіиз Ріссоіотіпі: „Нізіогіа ВоЬетіае*
Вите 1475 и Нюренбергъ. д) Аепеае Зуіѵіиз орега диае ехзіапі
ошпіа. Вазііеае 1551 г. е) Изъ новѣйшихъ, кромѣ Мейнерта, слѣдуетъ
упомянуть: труды Палацкаго, помѣщенные въ Сазоріз, а также его
-СезсЬ. ѵ. ВбЬшеп* и статьи Вигіап, помѣщенныя въ: „Ратаіку аг-
сЬаеоІо^іеке тізіорізкее* (1874 г.), въ особенности-же „ОЪіазпепі
иазіагаіусіі пагѵпѵ ѵаіеспет ителі СесЬиѵ XV зіоіеіі*, въ Саз.
сезк. тиз. 1836 г. Въ одномъ изъ новѣйшихъ сочиненій (Егпезі Белі з:
,Низз еі Іа §иегге йез Низзііез*, Рагіз 1878 г.), встрѣчаются об-
щія свѣдѣнія о военномъ дѣлѣ гусситовъ, извлеченныя изъ вышеупомяну-
тыхъ источниковъ (см, гл. V); въ особенности стоитъ вниманія указанія
ПРИМѢЧАНІЯ КО 2-Й ЧАСТИ.
221
на литературу предмета. Къ величайшему сожалѣнію источники на чеш-
скомъ и латинскомъ языкахъ для меня совершенно недоступны.
(23)	ВгапсН: ,Оезс1і. сіез Кгіе§зхѵ.“, Егзіег Вапб, 2хѵ. АЫіі.,
р. р. 476—477.
(2І) ІЬісІ., р. р. 446—460.
(’ь) Ое Іа Сііаиѵеіауз: „Ъез аітпёз бе СЬагІез 1е Тётёгаіге
бапз Іез беих Воиг^о^пез8. Рагіз, Витаіпе, 1879 г., р. р. 1—2.
Трудъ основанный на подлинныхъ документахъ и печатавшійся предвари-
тельно въ Мётоігез бе ГАсасІетіе сіез Зсіепсез, Агіз еі. Веііез—
Ьеіігез бе Віуоп, I. V. Относительно организаціи и состава высшаго
управленія арміи см. I. ѵ. Н. (агсіевд): Апіеііип^ яит Зіибіит бег
Кгіе^здезсЬісЫе8, 1868, 2 Т. 2 НаиріаЪзсЬпіІ. р. 26.
(Э6) ІЬісІ., р. р. 9-10.
(27)	ІЬісІ.,	р.	18.
(28)	ІЬісІ.,	р.	92.
(28)	ІЬісІ.,	р.	18	еі 37.
(ЗІ>)	ІЬісІ.,	р.	40.
(”)	ІЬісІ.,	р.	133.
(з2) ІЬісІ., р. 214. (33) ІЬісІ., р. 126. (34)ІЬіб., 172—174 и 159—
163. (’») ІЬісІ., р. р. 162—163.
Г) ІЬісІ., р. р. 174—175. С’) ІЬісІ., р. р. 129—130.
(38) ІЪіН., р. р. 169—170. (30) ІЬісІ., р. р. 129—133.
0°) На г сіу: „Огідіиез сіе Іа іасіі^ие Ггапсаізе. I. 2, р. р. 16—
26. 1. ѵ. Н : ,Ап1еіІип§“ и пр. ч. 2, отд. 2, стр. 31—32.
(4‘) ІЬісІ., р. 45. Ср. Рюстовъ „Исторія пѣхоты8, т. 1, стр. 158.
I. ѵ. Н. ,Ап1еііип§“ и пр., ч. 2, отд. 2. стр. 26—31.
(і2) ІЬісІ., р. р. 45—46. Авторъ дословно цитируетъ Родта (.Войны
Карла Бургундскаго8, Шафгаузенъ 1844), котораго мы не имѣемъ подъ
рукой.
(43) Рюстовъ: .Исторія пѣхоты8, т. 1, стр. 138—147.
(“) I. ѵ. Н. ,Ап1еііип§8 и пр., ч. 2, отд. 2, стр. 35—36.
(4ь) Ргёсіёгіс 6и Воіз: яЬа Ваіаіііе бе Огапзоп8, р. 45.
Авторъ этой монографіи перепечаталъ въ своей книжкѣ нижеслѣдующія
хроники, заключающія въ себѣ свѣдѣнія о Ррансонскомъ сраженіи: а) Ьіе-
Ьоісі Йсіііііііід, б) ЕНегІіп, в) Ваѵісі Ваіііоі, г) Апопугае. Въ концѣ
г. дю-Вуа дѣлаетъ сводку всѣхъ данныхъ, заключающихся въ вышеприве-
денныхъ хроникахъ.
Въ описаніи этого сраженія мы будемъ слѣдовать этимъ источникамъ,
а также , Исторіи пѣхоты8 Рюстова, т. 1 стр.
222
ПРИМѢЧАНІЯ КО 2-й ЧАСТИ.
(<*) Дю-В?га разнится въ описаніи этихъ дѣйствій съ Бюстовымъ; мы
слѣдуемъ преимущегтвено послѣднему.
р7) М. Д а 1і п з: -ГтезсІіісЫе сіез Кгіе§8\ѵезев8“, р. 1000. Весьма
вѣроятно, что приведенная цифра потери въ людяхъ преувеличена; но съ
другой стороны показаніе Филиппа Камина, что бургундцы потеряли въ
Грансонскомъ сраженіи всего 7 чел. вооруженныхъ,— лишено всякаго вѣроя-
тія. См. Мётоігез сіе Рііііірре <1е Соттупез, р. 304 Ёсі. Сііапіе-
Іаихе, Рагіз 1881 г.
(і8) Ріостооъ .Исторія пѣхоты, т. 1, стр. 157.
С9) Меізіег: -Веггас1іСип§еп иЬег <1аз Епізіеііеп сіег Виг§ип-
<1ег-Кгіе§е ипб сіег ѴегІаиГ (Іез Та§ез ѵоп Мигіев сіеп 22 Дипі
1476й. 2игісЬ 1877. Новѣйшее, весьма обстоятельное, замѣчательное пол-
нымъ безпристрастіемъ, изслѣдованіе и описаніе Муртенскаго сраженія.
(50)	Рюстовъ: .Исторія пѣхотыт. 1, стр. 157—158.
(51)	Меізісг: -ВеігасІіТип^еп" и ир. р. 20.
(52)	ІЬісІ., р. 21. Всѣ прочіе писатели значительно преувеличиваютъ
числптельность бургундской арміи. См. напримѣръ: Гардегга, Іенса, 1’юстова,
Ф. Комина и пр.
І43) ІЪісІ., р. р. 25—26.
(54) ІЬісЪ, р. р. 27—28.
р5) Меізіег, р. р. 31—32.
(56) Меізіег, стр. 33 и слѣд. до конца.
(?т) Ьоиіз^ароіёоп ВоварагГс: ^ЁЪкІез зиг Іа раззе
еі Гаѵепіг (Іе ГагШІегіе”, Рагіз 1851, I. 2, р. р. 61--62.
р8) ІЬісі., р. р. 62—67.
(Ч ІЬісІ., р. р. 109, 113—114.
О .Іюдовикъ-Наполеонъ Бонапартъ основательно изслѣдовалъ этотъ
вопросъ и указалъ ошибки предшествовавшихъ ему изслѣдователей; см. его
-Ёіисіез4 и пр.,	т.	2, гл.	1, стр. 26-54.
С1)	ІЬІСІ..	р.	48.
И	ІЬісІ.,	р.	р.	53-54.
(6,\)	ІЬісІ..	р.	р.	1—4.
(ві) Кюи: .Краткій очеркъ исторіи долговременной фортификаціи \
стр. 23—24.
(г'л) Миллеръ: -Исторія крѣпостной войны со времени введенія огне-
стрѣльнаго оружія до 1880 года“. Перси. съ нѣмецкаго Ііодраха. С.-Пе-
тербургъ 1881, стр. 12.
С6) Ь.-Х. Воварагіе: „Ё1.иаез“ еіе, I. 2, р. 5 и слѣд.
С”) Кюи: .Краткій очеркъ исторіи долговременной фортиф.*, стр. 44.
ПРИМѢЧАНІЯ КО 2-й ЧАСТИ.
223
(68)	Ь.-Х. Вопарагіе, I. 2, р. 97.
(69)	Кюи, стр. 45—46.
(70)	Миллеръ: „Исторія крѣпостной войны*, стр. 10.
(71)	Ь.-К Вопарагіе, і. 2, р. о. 22—26.
(72)	Кюи, стр. 51.
(73)	Ь.-Х Вопарагіе, і. 2, р. р. 139—132; ЯаЬпз: ОесЬзісЬіе
Цез Кгіе^з\ѵ., р. р. 1140—1141.
(74)	Ь.-№ Вопарагіе, і. 2, р.
(75)	ІЬіа., р. р. 128-129; Кюи, стр. 51-52.
(76)	Кюи, стр. 52.
(77)	Вгапсіі: „Оезсііісіііе <1ез Кгіе^зхѵ/, 1 В., 2 Хйі., р. 443.
(78)	„Поспѣшныя укрѣпленія14. Инжен. журналъ 1878 г. А? 5, стр.
419—420.
(79)	При описаніи осады Орлеани мы пользовались слѣдующими тру-
дами: а) „Ь’Нізіоіге еі йізсоигз аи ѵгау би зіе^е* и пр. — весьма
подрбное заглавіе; это современное изложіе событій орлеанской осады было
первый разъ напечатано ВоупагсГомъ и ХуоіГамъ въ Орлеанѣ въ 1606;
Нашъ экземпляръ новѣйшаго изданія, но годъ не обозначенъ; б) Яаітз.
„(ЗесЬзісЬіе Нез Кгіе§з\ѵезепз, р. р. 1137—1140. Пользующемуся этимъ
сочиненіемъ нѣтъ надобности обращаться къ соч. Брандта (Оезсііісіііе (іея
Кгіе§85ѵезепз), такъ какъ г. Іенсъ все существенное заимствовалъ у
послѣдняго; в) кромѣ того мы просмотрѣли еще нѣкоторые труды, изъ которыхъ,
въ лучшемъ случаѣ, взяли лишь отдѣльные факты, относительно второсте-
пеннаго значенія, въ другихъ-же—не нашли ничего новаго, какъ напр. въ
сочиненіи Л. Н. Бонапарта, который разсказываетъ объ осадѣ подлинными
выписками изъ „І/Ызіоіге еі (Іізсоигз14 и пр.
(80)	Маккіавели: „Военное искуство1*. Перев. М. И. Богдановича.
„Военная Библіотека11, изд. Глазунова 1839 г., т. V.
(81)	Рюстовъ: „Исторія пѣхоты14, т. 1, стр. 164.
(82)	Меупегі, і. 2. Сар. II. Мейнертъ съ наибольшей, нежели кто
либо изъ авторовъ сочиненій по исторіи военнаго искустсва въ Средніе
вѣка, основательностью изслѣдовалъ вопросъ о происхождеоіи ланцкнехтовъ;
вотъ почему въ этомъ вопросѣ мы слѣдуемъ ему исключительно.
(83)	Рюстовъ: „Исторія пѣхоты“, т. 1, стр. 176—177. Срав. также
Мейнерта, т. 2 гл. III.
Считаемъ не безполезнымъ привести здѣсь сущность главнѣйшихъ ста-
тей АгіікеІЬгіеГа. Солдатъ обязывался присягой честно и вѣрно слу-
жить военачальнику, быть послушнымъ и исполнительнымъ, не производить
бунтовъ и не отказываться отъ похода „противъ или отъ непріятеля*1
224
ПРИМѢЧАНІЯ КО 2-й ЧАСТИ.
(т. е. отъ наступленія или отступленія), или, въ какомъ-бы то ни было
другомъ направленіи. Солдаты не должны требовать ничего сверхъ услов-
леннаго жалованья; тридцать дней службы считается мѣсяцемъ и жало-
ванье уплачивиется за 4—5 дней до срока или столько-же спустя. Никто
не долженъ за двухъ являться на смотръ или одолжать, другому для смотра
свое оружіе, броню и пр. Получившій жалованье, а слѣдовательно обязан-
ный службой, не можетъ отлучаться безъ позволенія начальника подъ угро-
зою усиленнаго тѣлеснаго наказанія. Всякій нарушающій походный поря-
докъ силою водворяется на своемъ мѣстѣ. Роженицы, беременныя женщины
и дѣвушки, старики, священники и другія духовныя лицы охраняются и
защищаются. По овладѣніи укрѣпленнымъ замкамъ, городомъ, каждый ланц-
кнехтъ получаетъ мѣсячное жалованье. Никто не долженъ вторгаться и
грабить города, занятые по договору, и особенно оставаться тамъ безъ раз-
рѣшенія. Если кто въ бою, при осадѣ и пр. захватить что нибудь у врага
то все остается въ его пользу, за исключеніемъ пушекъ пороха и вообще
тѣхъ предметовъ, которые способствуютъ удержанію за собою завоеваннаго
пункта; указанные предметы поступаютъ въ распоряженіе главнокомандую-
щаго. Взятый у непріятеля скотъ и провіантъ не долженъ быть увозимъ
изъ лагеря, а продается, для пользы солдатъ, по дешевой цѣнѣ. Послѣ
постанввки караула никто не долженъ продолжать бой, какъ на улицахъ,
такъ и въ домахъ. Всякаго скрывающаго или убѣгающаго ланцкнехта,
ближайшій къ нему солдатъ обязанъ стараться поймать, причемъ можетъ
его не только бить, но и убить. Никто не смѣетъ безъ надобности произ-
водить тревогу, но когда таковая послѣдуетъ, то всякій долженъ спѣшить
на назначенное ему мѣсто и, подъ страхомъ смерти, не оставаться, безъ
достаточной причены, на квартирѣ. Безъ разрѣшенія начальника никто не
можетъ налагать контрибуцій. Когда провіантъ провозится въ лагерь, то
прежде оцѣнки никто не смѣетъ забирать его. Если конные и пѣшіе люди
располагаются въ лагерѣ вмѣстѣ, то послѣдніе должны почтительно усту-
пать мѣста первымъ для помѣщенія лошадей. Гдѣ двое дерутся или ссо-
рятся, тамъ никто не долженъ вступаться, но товарищи должны три раза
возвать къ примирѣнію, и если кто убьетъ нежелающаго мириться, то это
послужитъ убитому наказаніемъ. Если кто нибудь имѣетъ противъ другого
старую вражду или ненависть, то, состоя въ полку, онъ долженъ забыть
о ней и не мстить ни словамъ, ни дѣломъ, ни даже судебнымъ порядкамъ.
Каждый долженъ воздерживаться отъ пьянства. Никто не долженъ вовле-
кать другого въ игру или играть иначе, какъ на наличныя деньги. При
отставкѣ или роспускѣ со службы людямъ выдается половинный окладъ
мѣсячнаго жалованья. Кто не выслушалъ устава или не понялъ его тотъ
ПРИМѢЧАНІЯ КО 2-й ЧАСТИ.
225
долженъ попросить у шультгейса прочесть его или разъяснить непонятное
и пр. См. Меупегі, і. 2, р. р. 76 —78. Полный текстъ АгіікеІзЬгіеГ'а
находится у Фрундсберга въ его ,Кгіе§зЬис1і“.
(84)	Меупегі, I. 2, р. р. 82—83. Рюстовъ т. 1, стр. 177 — 178.
(8й) Циаггё бе ѴегпеиіІ: „І/агтёе еп Ггапсе*, р. 62.
(86)	ІЬісІ., р. р. 76—77.
(87)	ІЬісІ., р. р. 90—92.
(88)	ІЬісІ., р. р. 105—106.
(89)	ІЬісІ., р, р. 95—97.
(90)	ІЬіб., р. 130.
(9І)	Вгіх: „бесЬзісМе бег Ог^апізаііоп сіег ІпГапіегіе иікіКа-
ѵаііегіе сіег К. ЗрапізсЬеп Агтее ѵоп сіет ГгйЬезіеп 2еіІеп Ьіз
гит баЬге 1855“. Вегііп 1861, р. р. 46—47. (Это переводъ съ
испанскаго сочиненія неизвѣстнаго автора).
(93)	Рюстовъ: ,Исторія пѣхоты*, т. I, стр. 183—185.
(93)	Наиболѣе полныя свѣдѣнія относительно устройства и исторической
судьбы корпуса янычаровъ встрѣчаются въ сочиненіи Джевадъ-Бея (В^е-
ѵаб-Веу): .Ёіаі тіііѣаіге Оіотапп сіериіз Іа Гапсіаііоп сіе Гетріге
]изциа поз )оигз“. Сопзіапііпоріе Рагіз 1882, I. 1 Ііѵге 1. Сочине-
ніе это задумано по широкой программѣ и авторъ обѣщаетъ изложить исто-
ріи отоманской арміи въ 22 книгахъ, изъ которыхъ вышла пока только
первая (съ хорошимъ атласомъ). Судя по первой книгѣ, сочиненіе едва-ли
будетъ отличаться, выдающими научными достоинствами, но оно даетъ
богатый фактическій матеріалъ. Кромѣ этого сочиненія мы еще пользовались
драгоцѣннымъ трудамъ г. Мейнерта.
(94)	Бѣляевъ: ,0 русскомъ войскѣ* и пр., стр. 44—56.
(95)	Кн. Голицынъ: „Русская военная исторія*, ч. 2, стр. 13.
(06) Рюстовъ: „Исторія пѣхоты*, т. 1, стр. 186—204.
(87) ІЬісІ., р. р. 204—215
(98)	ІЬісІ., стр. 226 и слѣд.
(99)	Меупегі, 2 В., сар. 21; Баронъ Зедделеръ: „Исторія
военнаго искусства среднихъ вѣковъ*, стр. 197—200.
(10°) Циаггё (Іе ѴегпеиіІ: „Ь’агтёе еп Ггапсе сіериіз
СЬагІз ѴШ ^из^и,а Іа гёѵиіиііоп*, р. 97.
(1,п) ІЬісІ., р. р. 139—140; Ъ.-Кароіеоп: Ёіибез зиг Гагііііегіе,
I. 1, р. 158.
(1оа) вау (іе Ѵегпоп: „Еззаі Ьізіогідие зиг Гог§апізаііоп бе
Іа саѵаііеге Іёдёге* Рагіз 1853, р. 12.
15
226
ПРИМѢЧАНІЯ КО 2-Й ЧАСТИ.
(*03) Сіюрріп: -Нізіоіге §ёпёга!ебезёга^опе, Рагіз 1879, р. 15.
С04) Рагіз: -Нізіоіге сіе Іа саѵаіегіе і'гап^аізе”, Рагіз 1874,
1. 1, р. 42.
(*Оі) Зизапз, і. I, р. 42, 42.
(,ое) ІЬісІ., р. р. 44—45.
(,г”) Вгіх: „СезсЬісМе <іег Ог§апізаііоп сіег ІпГ. ипб Каѵ. сіег
К. брапізсііе Агтее, р. 50.
(10в) ІЬісІ., р. 90—91. Рюстовъ ошибается, говоря что гинеты (на-
зываемые имъ гіанетарами) существовали только до 1512 г.; мы ихъ встрѣ-
чаемъ и во второй половинѣ этого столѣтія.
С1'9) Ьепізоп.
С") іыа.
(“') Вопіе: -Ёіибе зиг ІесотЬаС а ріе<1 <іе Іа саѵаіегіе4 Рагіз
1877, р. р. 15-16.
(,п) ІЬісІ., р. р. 17-18.
(нз) ша., р. 27.
(Ні) СЬарріп: „Нізіоіге без 4га§опз“, р. р. 50—62. Оиаггё бе
ѴегпеиіІ, р. 112; Меупегі, 2 В., р. р. 377—378.
(*15) ЬасошЬе.
(,16) Баронъ Зедделеръ: ,Исторія военнаго искусства среднихъ
вѣковъ”, стр. 204—205; Ь.-К а ро 1 ёо п. Ёіибез зиг ГагІіПегіе, і. 1,
р. 461, и др. соч.
("’) Сепізоп, Ь.-Кароіёоп: „Ёіисіез зиг ГагІіПегіе”, I. 1, р. р.
161 — 162.
(*”) 61 и а г гё бе ѴегпеиіІ: „ІГаггоёе еп Егапсе” еіс., р. 81;
Ь.-Хароіёоп „Ёіисіез зиг ГагІіПегіе”. і. 1, р. р. 225—226.
(“9) ІЬісІ.: 1) р. р. 140—141; 2) р. р. 262—263.
(12°) Меупегі, 2 В., Сар. 21.
С21) Іі.-Ы. Вопарагіе: .Ёіисіез зиг ГагІіПегіе”, і. 1, р. р.
57—278; Меупегі, 2 В., Сар. 22.
(*22) Меупегі, 2 В., Сар. 22; ЗсІітісИ: „Ьез агтез а Геи
рагіаііѵез”, р. р. 22—23.
(І23) Рюстовъ: „Исторія пѣхоты”, т. 1, стр. 240—241.
С24) Ьа Вагге ^ира^с^: „Ь’агі іпііііаіге репбапі Іез §иег-
гез бе ге!і§іоп“, р. р. 32—24.
(125) Рюстовъ: „Исторія пѣхоты”, т. 1, стр. 142.
(т) Ьа Вагге Ьирагсд: „Ь’агі іпііііаіге” еіс., р. р. 22—29.
(,27) Рюстовъ: „Исторія пѣхоты”, т. 1, стр. 242—243.
ПРИМѢЧАНІЯ ко 2-й ЧАСТИ.
227
(,за) Р. Оапіеі: „АЬгё^ё <1е ГЬізіоіге бе Іа тііісе Ггап^аізе",
I. 1., 350 и слѣд.; (Іиаггё де Уегпеиіі: „І/агілёе еп Ггапсе",
Сар. V.
(139 Наиболѣе полныя свѣдѣнія по этому вопросу находятся у Фрон-
спергера (Кгіе§зЪис1і) и у Дилиха (Кгіе§зЬис1і). Мы пользовались, во-
первыхъ^ Фронспергерамъ (изд. 1573 г.; въ нашемъ экземплярѣ не достаетъ
первыхъ 70 страницъ), у котораго говорится о должностяхъ въ первой
части въ книгахъ: 3, 4, 5 и 6, а затѣмъ въ 3-й части, стр. 63—102,
въ стихахъ и съ соотвѣтствующими илюстраціями; во-вторыхъ, часто ци-
тируемыми сочиненіемъ Мейнерта, у котораго этому вопросу посвящена 26
глава втораго тома. Въ порядкѣ изложенія мы слѣдуемъ Мейнерту.
Фронспергеръ даетъ слѣдующій перечень должностей:
а)	Генералъ-полковникъ и его управленіе: Ьеиіепапі, Кгіе§8-Ва11і
(военный совѣтъ), МизіегЬеггеп, Соттізагіеп, РГеппіпртеізіег, ОЪег-
зіег-ЕеМргоГозз, ОЬегзіег-ГеІбргоГапдтеізіег, НегоИ, ЗсЬгеіЬег,
йиагіігтеізіег, Вгапётеізіег, ЕеМагігі. Эти должности не принадлежали
ни къ какой отдѣльной части, а составляли общее управленіе арміи.
б)	Управленіе кавалеріи: ЕеИтагзсЬаІек, его Ьепіепапі, начальные
люди кавалеріи или КіНтеізіег, ихъ Ьеиіепапі, Оиагі.ігтеізіег, Рго/озз.
в)	Должностныя лица кавалерійскаго эскадрона: Наирітапп или
Вііітеізіег, его Ьеиіепапі, Еепдгісіі, Еіііігег, Сарріап, Тготтѳіег.
г)	Артиллерійскія должности: Ееіёгеі^теізіег, его ЬеііепапІ,
РГеппіп^теізіег, 2еі§тгі, Зскапгтеізіег, СезсЬіегтеізіег, Зсііапг-
Ъаиѵѵгеп—Наирітапп, РгоГозз, РиІГГегЪйіег, 2еі§4іепег, ВйсЪзеп-
теізіег, Геідзсііег, Зсііпеііег.
д)	Должностныя лица ѣѣхотнаго полка: ОЬегзі, его Ьеиіепапі,
Гизкпесііі Наирііеіі, ЗсЬиІіІіеізз, СегісЬізсйгеіЬег, ОегісЬгз\ѵеіЬе1.
Оегісііізіеиі, ЛѴасЬітеізіег, РгоГапётеізіег, Циагіігтеізіег, РгоГозз,
НигпѵѵеіЬеІ, Зіосктеізіег, Зіескепкпесііі (послѣдніе двое въ вѣдѣніи
профоса).
д)	Должностныя лица въ ротѣ: Наирітапп, его Ьеиіепапі, Еепсі-
гіск, ЕеИѵѵеіЪеІ, ГйЬгег, Еиіігіег, 2 ^етеіп ЛѴеіЬеІ, Сарріап,
ЗсЪгеіЬег, ГеМзсЬегег РГіГГег и Тготтепзс1і1а§ег, Воіітеізіег,
ТгаЪапіеп, АтЪезапіеп. — См. Фронспергеръ: Кгіе§зЪисЪ, 3 Висіі,
р. р. 81—83.
(но) Рихтгофенъ: „Военное хозяйство" и пр. ііерев. Затлера, т. 1,
стр. 234—270.
228
ПРИМѢЧАНІЯ КО 2-Й ЧАСТИ.
(131)	СЬ аз 8 і§пеі: .Еззаі Ігізіогідие зиг Іез іпзіііиііопз
шііііаігез’ еіс., Рагіз 1869, р. р. 232—233, 252—253.
(*33) Меупегі, 2 В., Сар 3 ип<1 26.
(,зэ) Меупегі, 2 В., Сар. 26.
(,3‘) а) Фронслергеръ: ,Кгіе§зЬисЬ“; б) Бобровскій: .Со-
стояніе военнаго права въ западной Европѣ въ эпоху учрежденія постоян-
ныхъ войскъ11. С.-Петербургъ 1881 г., гл. II Старо-имперское военная право;
в) Баронъ Зедделеръ: , Исторія военнаго искусства среднихъ вѣковъ»,
стр. 192-197.
(,эз) Бобровскій: .Состояніе военнаго права’ и пр., гл. III. Фран-
цузское военное право.
(*36) ІЬіб., р. 197.
(’37) ІЬіб., гл. III стр. 260—281.
(”’) Нагбу: .Огідіпез <іе Іа СасіЦпе Ггап?аізе“, і. 2, р.
365-383.
(,33) Меупегі, 2 В., Сар. 25, р. р. 345—348.
(,зэ) Рюстовъ: .Исторія пѣхоты’, ч. I, стр. 282—312.
(,і0) ІЬісі., срав. также Меупегі, т. 2, стр. 354 и Ь.-Мароіёоп,
т. I, стр. 306.
(“*) Рюстовъ: .Исторія пѣхоты’, ч. I, стр. 293—294.
(,43) Меупегі, 2 В., р. р. 349—350.
(*43) Ь.-Яароіёоп, і. 1, р. р. 115—120.
(“*) Рюстовъ, т. I, стр. 269—270.
(“’) Меупегі, 2 В„ р. р. 337-343.
(,4е) Рюстовъ, ч. I, стр. 227.
(*47) Вгапбі: .Оезсііісйіе (іез Кгіе^зхѵезепз’, 1 В., 3 АЫй.,
р. р. 181—222; Рюстовъ: .Исторія пѣхоты’, т. 1, стр. 243—250.
('“) Мопііис: .Сотгаепіаігез’ (ВіЫіоіЪёдие бе 1’агтёе Ггап-
саізе), Рагіз 1872, і. I, р. р. 199—234. Рюстовъ: .Исторія пѣхоты’,
т. 1, стр. 250—267.
(“’) «Іаііпз: „НапбЬисІі еіпег ОезсЬісЬіе (іез Кгіе§8\ѵезеп8“,
р. р. 1223—1224. Рюстовъ: .Исторія пѣхоты’, т. I, стр. 312—315.
(,59) Миллеръ: .Исторія крѣпостной войны’, стр. 13.
(”*) Ц. Кюи: ,Краткій очеркъ исторіи долговременной фортификаціи’,
стр. 27—42.
(*’’) Миллеръ: .Исторія крѣпостной войны’, стр. 18, 30—31.
('”) ІЪіб., стр. 21—26,
(*54) Ц. Кюи, стр. 45.
ПРИМѢЧАНІЯ КО 2-Й ЧАСТИ.
229
(,а“) ІЬісІ., и Миллеръ, стр. 26—27.
(,5в) Миллеръ, стр. 27—30.
(,5;) Вгапбі: „ОезсЬісЫе Лез Кгіе^зАѵезепз1*, 1 В., 2 АЬіЬ.,
р. р. 341—342.
(,58) Ьа Вагге Вирагсд: ,Ь’агі тііііаіге репЛапі Іез §иег-
гез сіе ге1і§іоп\ р. р. 80—81, 90—91.
(,59) Меупегі, 2 В., Сар. 25.
(,вй) ІЪіё.
(*е1) I. ѵ. Н. (агЛе§’§): „Ап1еііип§ гит ЗіиЛіит Лег Кгіе^з-
§езсЬісЫе“, 1868; ч. 2, отд. 2., стр. 66—84.
(Ів2) Во IЬ е п Ьи г,8с1і1ас1іІеп-АНаз“; Кбзііег: „Ьіе Вп-
§агзсІі1асЬі аиГ Лет ЬесМеІЛе апі 10 Аи^изі 995 ипЛ сііе Ео1§еп-
Лег Вп§агпкгіе§е иЬегЬаиЫ'.