Ленинградское дело - Кузнечевский В.Д.

Глава II. Закат режима единоличной диктатуры

$Глава III. Историческая канва \$

$Глава IV. Ход \$

Автор: Кузнечевский В.Д.

Теги: история сталинизм

ISBN: 978-5-7893-0260-6

Год: 2016

Похожие

Ленинградское дело

Русская нация в условиях глобализации, или Почему либеральная идеология не смогла справиться с вызовом времени в постсоветской России

Большевики и англичане. Советско-британские отношения, 1918—1924 гг.

«Вождь». И. В. Сталин в документах и фотографиях. Том 2, 1923-1928

Текст

В. Д. КУЗНЕЧЕВСКИЙ
"ЛЕНИНГРАДСКОЕ ДЕЛО"

РИСИ
В. Д. КУЗНЕЧЕВСКИЙ
"ЛЕНИНГРАДСКОЕ ДЕЛО"
МОСКВА
2016

Кузнечевский В. Д.
"Ленинградское дело". М.: РИСИ, 2016. 292 с, ил.
ISBN 978-5-7893-0260-6
Издание посвящено одному из самых загадочных и малоизученных
преступлений большевистского режима в послевоенное время — массо-
вому физическому уничтожению партийной и государственной элиты
русской национальности в 1949-1953 годах, которое в истории России
навсегда осталось под кодовым названием "Ленинградское дело".
В книге впервые собраны и подвергнуты анализу доселе секретные
архивные документы из личных фондов Сталина, Молотова, Жданова,
Хрущева, имеющие непосредственное отношение к этому судебному
делу. Это обстоятельство позволило, наконец, вскрыть подлинные при-
чины возникновения т. н. "Ленинградского дела", назвать поименно дей-
ствительных авторов этого преступления, более глубоко понять многие
острые проблемы современной России, пролить свет на то, почему в
1990 году съезд народных депутатов РСФСР принял решение о провоз-
глашении независимости России от СССР.
Книга адресована специалистам и широкому кругу любителей отече-
ственной истории.
На задней стороне обложки использована фотография Левашовской пусто-
ши (современный вид) — места расстрела главных фигурантов "Ленинградского
дела".
©
Кузнечевский В. Д., 2016
©
Российский институт
стратегических исследований, 2016

СОДЕРЖАНИЕ
От автора 4
Введение 9
Глава I. Ждановский призыв 19
Глава П. Закат режима единоличной диктатуры 62
Глава III. Историческая канва "Ленинградского дела" 92
Глава IV. Ход "Дела" 120
Вместо эпилога 165
Приложения 173

ОТ АВТОРА
Осенью 1997 г. в Москве вышла из печати книга мему-
аров близкого, в прошлом, к Сталину и Берии человека,
генерал-лейтенанта госбезопасности П. А. Судоплатова
(1906-1996) — "Спецоперации. Лубянка и Кремль. 1930-
1950 годы". Поражал воображение не только плотный по
информационному содержанию и откровенности сам текст,
но и чрезвычайно редкий для России сугубо деловой стиль,
когда словам тесно, а мыслям просторно. Собственно,
именно благодаря этой книге я впервые во всей полноте
узнал о том, что в 1949-1953 гг. РСФСР постигла кадровая
катастрофа, когда были физически уничтожены несколь-
ко десятков высших руководителей РСФСР, а потом под-
вергнуты политическим и административным репрессиям
тысячи партийных, государственных и хозяйственных ру-
ководителей русского происхождения, которые, благодаря
энергичным действиям Андрея Александровича Жданова,
сумели выдвинуться в эти структуры в военные и первые по-
слевоенные годы.
В истории эта спецоперация сталинского руковод-
ства получила название "Ленинградского дела". Генерал
Судоплатов без всяких обиняков сообщал, что основными
организаторами этого, вне всякого преувеличения, истори-
ческого события были четыре человека, тесно взаимодей-
ствовавшие друг с другом, — Маленков, Берия, Хрущев и
Булганин, а подлинным автором — лично Сталин.
Я в то время готовил к печати книгу о политической
биографии Сталина, и мемуары современника тех лет меня,
естественно, заинтересовали. К моменту выхода в свет вос-
поминаний Судоплатова его самого уже несколько месяцев
как не было в живых, но в предисловии он выразил "особую
личную благодарность за помощь" моему хорошему знако-

5
мому Л. В. Шебаршину, и потому с вопросом о достовер-
ности написанного я к этому последнему и обратился. "Там
нет ни одного слова неправды, — ответил генерал-лейте-
нант Шебаршин, — но надо учитывать, что это ведь не до-
кумент, а личные воспоминания, а потому нужна, конечно,
проверка по источникам".
Совет Леонида Владимировича был принят во внимание.
Многолетняя работа в архивах, изучение российской и зару-
бежной литературы привели к тому, что в 2013 г. я опублико-
вал небольшую монографию под названием „Ленинградское
дело": наивная попытка создать этнически чистое русское
правительство была утоплена в крови". Сегодня же я предла-
гаю читателю наиболее, как мне представляется, полное, в
российской и зарубежной исторической литературе, иссле-
дование, посвященное этому событию.
К сожалению, приходится констатировать, что в
"Ленинградском деле" и на сегодняшний день остаётся
очень много недоговоренностей и просто "белых пятен".
Выяснилось, в частности, что всё это "Дело" было инспи-
рировано лично Сталиным, но прямых указаний на это
в существующих государственных архивах практически
не осталось. И даже там, где в черновиках постановле-
ний Политбюро ЦК ВКП(б) по "Ленинградскому делу"
Г. Маленков заделывал подпись "Секретарь ЦК И. Сталин",
вождь аккуратно вычеркивал эту подпись и своей рукой
вписывал: "ЦК ВКП(б)".
Сложность поисков истины была обусловлена ещё и
тем, что архивные документы по этому "Делу" после смер-
ти Сталина были существенно "почищены" участниками
фальсификации этого процесса. В исторической литера-
туре при этом чаще других упоминается имя Г. Маленкова.
Однако, на мой взгляд, "чемпионом" здесь следует считать
Н. С. Хрущёва.
Как удалось выяснить на основе изучения крайне скуд-
ных (конкретно на этот счёт) мемуаров и косвенных свиде-

6
От автора
тельств современников, Президиум ЦК КПСС на следую-
щий день после смерти Сталина поручил "привести в поря-
док бумаги тов. Сталина" Маленкову, Берия и Хрущёву. Но
Никита Сергеевич перехватил инициативу, и в то время как
первые двое были заняты "более важными делами" — дели-
ли между собою властные функции в государстве — Хрущёв
с помощью своего старого знакомого, первого заместителя
внутренних дел Ивана Серова (в бытность Хрущёва первым
секретарем ЦК КП Украины Серов был членом Политбюро
ЦК КП Украины), в первые же недели после смерти Сталина
сумел убрать из архивов все упоминания о своём участии
в "Ленинградском деле". В результате в январе 1955 г. и в
июне 1957 г. Пленумы ЦК КПСС "назначили" основными от-
ветственными за организацию этого преступления Берию и
Маленкова. В принципе из этой посылки приходилось ис-
ходить и мне при написании настоящей книги.
Правда, с одной очень существенной коррекцией обще-
го плана.
С годами во мне крепло убеждение, что в "Ленинградском
деле" невозможно разобраться по существу без его связи с
историей развития так называемого "русского вопроса" за
весь период существования Советской России, начиная с
1917 г. и до 1991 г. Хотя до Октябрьского переворота 1917г.,
т. е. в Российской империи, "русского вопроса" как такового
не существовало. Корнями своими вопрос этот связан с по-
литической деятельностью Сталина.
Весьма интересно, что подтверждение этой позиции
не так давно пришло из-за океана, когда практически
одновременно со мной к тем же выводам пришёл профес-
сор Гарвардского университета Терри Мартин. В 2001 г.
на основе многолетнего изучения советской истории он
опубликовал монографию "Империя положительной де-
ятельности", где, анализируя столкновение И. Сталина С
В. Лениным в 1922 г. по поводу образования Советского
Союза, пришёл к выводу: "Из высказываний И. Сталина

7
видно, что причиной его разногласий с Лениным был
русский вопрос. Но сохраняя РСФСР, вместо того, чтобы
создать СССР, И. Сталин не собирался усиливать позиции
русских, наоборот, он хотел их ослабить. Больше всего он
боялся отдельной русской республики".
Следует также отметить, что в современной россий-
ской литературе серьёзное освещение проблемы, связан-
ное с русским вопросом, начинает набирать всё большую
силу. Так, в 2013 г. одновременно с названной выше неболь-
шой монографией вышла в свет книга Станислава Рыбаса
"Московские против питерских: Ленинградское дело
Сталина". Интереснейшие суждения и выводы автора хоть
и могут вызвать у читателя возражения, но в целом нельзя
не согласиться с Рыбасом в том, что "в человеческом и исто-
рическом плане „Ленинградское дело" продолжается до сей
поры в силу ряда обстоятельств", что "российское государ-
ство всегда было великой ценностью и великой тяготой для
русских", но что "созданное русскими государство никогда
не было чисто русским и не однажды переживало потрясе-
ния, вызванные как раз сопротивлением русского же насе-
ления имперской политике руководителей страны", а "раз-
рушение СССР, обособление национальных республик и
„освобождение" России от имперской миссии не привело к
победе „русской национальной идеи"".
Станислав Юрьевич, как мне кажется, совершенно
верно обнаруживает противоречие между "русской наци-
ональной идеей" и исторически имперской формой суще-
ствования нашего государства. К сожалению, он не стал
раскрывать содержание этого противоречия. Я в своей
предыдущей книжке о "Ленинградском деле" не ухожу от
этого, но по-настоящему пытаюсь выполнить эту задачу в
предлагаемом тексте.
Разумеется, я далёк от того, чтобы претендовать на
окончательное концептуальное решение той сложнейшей
проблемы, которую высветило т. н. "Ленинградское дело".

8
От автора
Нет, конечно. Но подтолкнуть людей к размышлению над
нашей исторической судьбой— в этом плане рассказ о
"Ленинградском деле" помочь нам может.
Владимир Кузнечевский. Март 2016 г.

ВВЕДЕНИЕ
"Коммунистическая партия
так и не смогла решить русский
вопрос, то есть, каким должен быть
статус РСФСР и русской нации в СССР",
Вячеслав Молотов, 1980 г.
Когда Станислав Рыбас обращает внимание на то, что
и в человеческом, и в историческом плане "Ленинградское
дело" в силу ряда обстоятельств продолжается до сей поры,
он имеет право на такую точку зрения. Прежде всего в
силу прочной связи этого события с исторической ролью
Сталина.
Дело в том, что в исторической литературе, и россий-
ской, и зарубежной, к сталинской эпохе обычно относят
период с апреля 1922 г., когда Иосиф Джугашвили был, по
рекомендации Ленина, избран на пленуме ЦК РКП (б) гене-
ральным секретарем ЦК, и до его смерти 5 марта 1953 г.,
то есть 31 год. Как представляется мне, такая датировка не
отвечает истинному положению дел, так как в СССР и после
1953 г. в основных своих параметрах действовала полити-
ческая система общества, созданная Сталиным (и, замечу,
в немалой степени в том, что касается организационных
начал функционирования российского общества, она дей-
ствует и сегодня). После смерти Сталина ушли в прошлое
гигантских масштабов "сталинские репрессии", но создан-
ная им система политической власти во всех своих основ-
ных составляющих не претерпела никаких существенных
изменений. Коммунистическая партия Советского Союза
по-прежнему непосредственно руководила всем обществен-
ным развитием страны, а послесталинские лидеры КПСС

10
Введение
(Хрущёв, Брежнев, Андропов, Черненко и Горбачёв), оста-
ваясь генеральными секретарями ЦК, обладали абсолют-
ной властью в стране вплоть до распада СССР в декабре
1991 г. Практически без существенных изменений продол-
жали действовать и такие важные гражданские и социаль-
ные институты, как судебная система, пенсионная и другие,
мало что изменилось и в целом в деятельности государства
по отношению к частной жизни граждан. Таким образом,
сталинская система власти в отношении к гражданской жиз-
ни общества продолжала действовать не только после 1953,
но даже и после 1991 г.
Что же касается исторического периода, связанного с
собственным именем Сталина, то на фоне более чем ты-
сячелетней истории России этот срок хоть и составляет
ничтожно малую величину — чуть более 1 %, но, судя по
всему, ничтожно малая эта величина оказалась навечно
впаянной в судьбы не только современников "вождя наро-
дов", но и последующих поколений российских граждан.
Обусловлена эта зависимость не только тем, что в ней
были большие достижения в экономической, военной и
социальной сферах, но и тем, что сопровождалась она, эта
эпоха, и не менее значимыми преступлениями перед об-
ществом и конкретными гражданами со стороны власти.
Не стану оспаривать, достижения очевидны, однако чем
дальше по времени они отстоят от нас, тем неоднознач-
нее выглядят их результаты (это относится даже к войне
1941-1945 гг.). А вот к оценке преступлений сталинского
режима подход более определённый, потому что неспра-
ведливое, со стороны государства, лишение жизни, или
свободы, даже одного человека заслуживает безусловного
осуждения, так что же говорить о репрессиях со стороны
власти в отношении миллионов людей?
Репрессиям со стороны сталинского режима подвер-
гались представители всех наций, народов и народностей,
проживающих на территории СССР. Но более всего от
них пострадал русский народ. И не только потому, что он

11
был самым многочисленным. А ещё и потому, что толь-
ко в нём Сталин усматривал основную угрозу созданному
им политическому режиму — т. н. сталинизму, — ив ещё
большей степени — созданному Лениным и сохранённо-
му Сталиным искусственному государственному образова-
нию — Советскому Союзу.
Сегодня, когда для исследователей открылись многие
архивы советского времени, стало ясно, что самый боль-
шой урон русскому народу сталинские репрессии нанесли
в процессе коллективизации 1929-1933 гг., ив дальнейшие
годы, когда был полностью уничтожен весь активный слой
русского крестьянства, который, собственно, и был рус-
ским народом. Как представляется мне, именно в эти годы
был надломлен дух пассионарности в русском народе.
Особняком в этом плане стоят 1949-1953 гг. В эти 5 лет
по инициативе Сталина были физически уничтожены не-
сколько десятков высших руководителей РСФСР, а потом
подвергнуты политическим и административным репресси-
ям тысячи партийных, государственных и хозяйственных
руководителей русского происхождения. В нашей истории
эти драматические для русского народа события навсегда
остались под кодовым названием "Ленинградское дело".
О внешней канве этого преступления сегодня знают все.
Но, по сути, как справедливо отмечают современные экс-
перты, "Ленинградское дело" и сегодня остаётся "одним из
самых загадочных и малоизученных судебных процессов
сталинского времени"1.
Более того, ни историческая наука, ни общественность
России до сегодняшнего дня не определились даже с тем,
1Как написал в небольшой, но очень ёмкой публикации без-
временно ушедший из жизни обозреватель "Независимой газеты"
СВ. Константинов (1968-2001), книгу очерков которого в 2008 г. опуб-
ликовали его товарищи по журналистскому цеху О.В. Давыдов, А.Ч. Ка-
саев, В.Э. Молодяков, "„Ленинградское дело" до конца никогда не будет
распутано не только потому, что Маленков в 1957 г. лично уничтожил ма-
териалы по этому делу, но и потому, что в самих этих документах правда
и ложь просто неразличимы".

12
Введение
как следует относиться к фигурантам этого "Дела" — одна
часть историков и публицистов считает, что Сталин "пра-
вильно расстрелял" его фигурантов, поскольку они "совер-
шили преступные деяния". Другие однозначно относят их к
несправедливым жертвам сталинских репрессий.
Трудности в освещении этого события действительно
есть. Документов об этом "Деле" в государственных архи-
вах осталось мало, но и те, что есть, до сих пор открыты
далеко не все, хотя со дня безжалостной расправы над "ле-
нинградцами" прошло уже около 70 лет (в частности, ис-
следователям до сих пор недоступны протоколы допросов
братьев Вознесенских и других фигурантов, непонятно, что
происходит с архивным делом министра госбезопасности
В. С.Абакумова и т. д.). Работники государственных архи-
вов в ответ на мой вопрос, почему для исследователей от-
крыта только часть документов по этому "Делу" и когда с
них будет окончательно снят гриф закрытости, на второй
вопрос отвечают: не раньше, чем через 20-25 лет. А в ответ
на первый просто молча разводят руками.
Но дело не только в недоступности архивов.
В отношении гонимых в этот же период евреев (дела т. н.
"космополитов", "врачей-вредителей") существует довольно
многочисленная литература. Есть даже фундаментальные
исследования, например, основательная, изобилующая мно-
гочисленными подробностями, работа Г. В. Костырченко
"Тайная политика Сталина: власть и антисемитизм" (2003).
А вот литература о репрессиях в отношении русских руко-
водителей в те же годы едва насчитывает какой-нибудь деся-
ток публикаций в виде статей, или частично затрагивается
в книгах, написанных совсем на другие темы.
При этом палачей "Ленинградского дела" вниманием не
обходят. Давно уже существуют специальные монографии,
посвященные биографиям тех, кто организовывал "ленин-
градское дело", подвергал его фигурантов физическим пыт-
кам (много пишут о Берии, Маленкове, Абакумове, даже

13
Булганине), а вот до написания биографий членов семьи
Вознесенских, Кузнецова, Попкова, Родионова, Бубнова,
А. Жданова, Вербицкого и других у историков руки ещё
не дошли.
Что же касается информации о самом этом собы-
тии, то на Западе, например, те, кому положено было,
о "Ленинградском деле знали практически всё. Но попу-
лярным оно там так и не стало. И это вызывает вопросы.
Почему об уничтожении партийных деятелей и командных
кадров Рабоче-крестьянской Красной Армии во второй по-
ловине 1930-х гг. и гонениях на евреев конца 1940-х гг. за
пределами нашей страны существует обширнейшая истори-
ческая и публицистическая литература, а "Ленинградское
дело" 1949-1953 гг. едва ли не замалчивается?
Как мне представляется, ответ на этот вопрос кроется
в национальности репрессированных. В 1930-1940-е гг. го-
нениям и репрессиям подверглось много лиц еврейского
происхождения, и потому пишут об этом и у нас, и за ру-
бежом тоже преимущественно евреи. А в "Ленинградском
деле" удар Сталина почти на 100 % пришёлся по этнически
русской элите. Вот в национальной психологии историков
и публицистов и надо искать объяснение замалчиванию
этого события. Евреям (и отечественным, и зарубежным)
о русских жертвах писать не интересно, а русские исто-
рики в массе своей всегда мало интересовались судьбой
своих соплеменников.
Русский "флёр" этого "Дела" отпугивает от него и аме-
риканских историков: эти никогда не станут будить инте-
рес к опасным для них (с геополитической точки зрения)
событиям русской истории (по большому счёту у англо-сак-
сонского политического класса по обе стороны Атлантики
с XVIII в. не было более постоянного конкурента и сопер-
ника, чем Россия; похоже, такое положение вещей сохра-
нится и в XXI в.). Причину этого опасения очень точно,
на мой взгляд, определил кандидат исторических наук

14
Введение
Л. П. Решетников: "Запад никогда не боялся большевист-
ской идеологии, которую он сам и вскормил. Он не боялся
диктатуры И. Сталина, пока речь шла о диктатуре руководи-
теля ВКП(б). Но Запад и советская номенклатура смертель-
но боялись возрождения исторической России. В связи с
этим примечательны слова одного из видных западных иде-
ологов С. Хантингтона (1927-2008): „Конфликт между либе-
ральной демократией и марксизмом-ленинизмом был кон-
фликтом идеологий, которые, невзирая на все различия,
хотя бы внешне ставили одни и те же основные цели: сво-
боду, равенство и процветание. Но Россия традиционалист-
ская, авторитарная, националистическая будет стремиться
к совершенно иным целям. Западный демократ вполне мог
вести интеллектуальный спор с советским марксистом. Но
это будет немыслимо с русским традиционалистом. И если
русские, перестав быть марксистами, не примут либераль-
ную демократию и начнут вести себя как россияне, а не как
западные люди, отношения между Россией и Западом опять
могут стать отдалёнными и враждебными""1.
Одновременно с Хантингтоном к такому же выводу
пришёл и сторонник прямо противоположных мировоз-
зренческих позиций знаменитый американский историк
и экономист британского происхождения Энтони Саттон
(1925-2002). В целой серии написанных в США книг
Саттон на основе анализа массивной документальной базы
убедительно показал, что с начала XX в. американским по-
литическим классом надёжно управляют банкиры с Уолл-
Стрит. Именно они, считал он, взрастили большевистский
режим в России, начиная с 1920-х гг., и фашистский режим
в Германии в 1930-е гг. В том, что касается России, Саттон
считал, что американские финансовые воротилы "могли
согласиться и на централизованную царскую Россию, и на
1 Решетников Л.П. Вернуться в Россию. Третий путь, или тупики без-
надежности. М.: ФИВ, 2013. С. 186-187.

15
централизованную марксистскую Россию, но никак не.на
децентрализованную свободную Россию"1.
По большому счёту другой причиной существования
"фигуры умолчания" является, вероятно, то, что речь идёт
не столько об отношении к фигурантам "Ленинградского
дела", сколько о том, что российская историческая наука с
1956 г. (со времени XX съезда КПСС) никак не может выра-
ботать единого подхода к исторической оценке сталинско-
го феномена в целом.
Крайне невелика по объёму и литература о "Ленинград-
ском деле".
Наиболее полную библиографию по состоянию на
2015 г. представил профессор советской истории Ричмонд-
ского университета США Д. Л. Брандербергер2. На между-
народной конференции "Советское государство и обще-
ство в период позднего сталинизма. 1945-1953 гг.", состо-
явшейся 4-6 декабря 2014 г. в Твери, он представил доклад
"О роли РКП(б) в „Ленинградском деле"", где назвал все
имеющиеся на тот момент российские и западные источ-
ники, посвященные этому событию. Всего по состоянию
на 2015 г. Бранденбергеру удалось обнаружить 37 ггублика-
1Цит. по: Романов П.В. Россия и Запад на качелях истории: От
Александра Ш до Сталина. СПб.: Торгово-издательский дом "Амфора",
2015. С. 282. Одна из наиболее известных книг Э. Саттона " Trilaterals over
America" ("Америка во власти Трёхсторонней комиссии") была им опу-
бликована в 1979 г., после чего по настоянию Белого Дома Саттон был
лишён финансирования своих исследований в Гуверовском институте
Стэнфордского университета (США). Исходя из приведённой выше цита-
ты Саттона и целой серии опубликованных им книг, становится понятным,
почему именно В. Путин, начиная с 2005 г., вызывает такую неприкрытую
ненависть Уолл-Стрита и верхушки политического класса США.
2Дэвид Бранденбергер (1970 г. р.), автор книги "Национал-
большевизм. Сталинская массовая культура и формирование русского
национального самосознания" (СПб., 2009). В указанной монографии
бездоказательно высказывает весьма спорное мнение, что русская на-
ция была создана И. Сталиным в 1930-е гг., а до этого на территории
Российской империи и СССР существовало, якобы, некое " русскогово-
рящее общество".

16
Введение
ций, в той или иной степени касающихся "Ленинградского
дела", в том числе и монографии Кузнечевского и Рыбаса.
При этом он особо выделил архивные ссылки, как россий-
ские — РГАСПИ, РГАНИ, ЦГАИПД СПб, ЦА ФСБ РФ, и
The Dmitrii A. Volkogonov Papers (US Library of Congress,
Washington, DC USA), так и западные1.
И тем не менее, проведённые мною в течение несколь-
ких лет изыскания позволяют сегодня более или менее уве-
ренно говорить как об основной канве этого "Дела", так и
о его действительных причинах и последствиях для после-
военной истории СССР. Предлагаю читателю приступить к
этому с Божьей помощью.
1 См.: Брандербергер Д О роли РКП(б) в "Ленинградском деле" //
Советское государство и общество в период позднего сталинизма. 1945-
1953. Материалы VII Международной научной конференции. Тверь,
4-6 декабря 2014 г. М.: РОССПЭН, 2015. С. 17-25. Правда, не совсем
понятно, зачем в общий список включена совершенно бредовая книга
А. Байгушева "Русская партия внутри КПСС" (М.: Алгоритм, 2005, 592 с),
не имеющая никакого отношения к "Ленинградскому делу", но, видимо,
автор в погоне за объективностью преследовал цель перечислить абсо-
лютно все публикации, которые, как он считал, могут пролить свет на
исследуемую им тему.

17
Главные фигуранты "Ленинградского дела"
М. И. Родионов
Н. А. Вознесенский
Я. Ф. Капустин
А. А. Кузнецов
М. А. Вознесенская
П. С. Попков

18
Введение
Т. В. Закржевская
Г. Ф. Бадаев
П. Г. Лазутин
И. М. Турко
П. И. Левин
Ф. Е. Михеев

ГААВАI
ЖДАНОВЫМИ "ПРИЗЫВ"
В весьма скудном сегменте российской исторической
науки и публицистики (как, впрочем, и зарубежном), по-
священном "Ленинградскому делу"1, считается, что главны-
ми фигурантами этого "Дела" были заместитель Сталина
в Совете Министров СССР, председатель Госплана СССР
Н. А. Вознесенский, секретарь ЦК ВКП(б) по кадровым
вопросам А. А. Кузнецов и министр образования РСФСР,
ректор Ленинградского государственного университета
А. А. Вознесенский. На мой взгляд, мнение неверное. После
нескольких лет изучения доступных к настоящему времени
документов в российских государственных архивах, бесед с
сыном А. А. Вознесенского, Л. А. Вознесенским и изучения
весьма немногочисленной мемуарной литературы участни-
ков событий тех лет и их родственников, у меня сложилось
твердое убеждение, что подлинным вдохновителем того фе-
номена, которое позже получило название "Ленинградское
дело", были секретарь ЦК КПСС, член Политбюро ЦК
А. А. Жданов (1896-1948) и председатель Совета Министров
1 За последние 66 лет "Ленинградскому делу" были посвящены всего
две небольшие монографии — С. Рыбаса и В. Кузнечевского; обе вышли
в свет в 2013 г., и обе в Москве. В западной же исторической науке, как
уже было сказано выше, этот феномен вообще никогда не был предметом
монографического исследования. Имеются лишь редкие попутные упо-
минания в статьях по совсем другим темам. Поэтому и текст настоящей
книги в подавляющей своей части опирается на архивные российские
(советские) источники, которые, кстати сказать, тоже весьма скудны
(как писал В. Маяковский, "в грамм добыча, в год труды") и мемуарную
литературу, где иногда проскальзывает скупая мимолетная информация
об этом событии. В целом же история "Ленинградского дела" представля-
ет собой огромное белое пятно.

20
Глава!
РСФСР в 1946-1949 гг. М. И. Родионов (1907-1950). Именно
эти двое выступили идейными вдохновителями процесса
возрождения государствообразующей роли русского на-
рода в Советском Союзе. И оба поплатились за это свои-
ми жизнями, потянув за собой и все последующие жертвы.
Но если о Жданове ещё существует какая-то литература,
к сожалению, для всех нас большей частью представляю-
щая его в абсолютно ложном, негативном свете, то в от-
ношении Михаила Ивановича Родионова, едва ли не един-
ственного настоящего идейного воспитанника Андрея
Александровича ещё по партийной и советской работе
в Нижегородском крае, неизвестно вообще ничего. Мне
пришлось в буквальном смысле по крохам восстанавливать
его жизненный путь и его идейное кредо, его контакты с
А. А. Ждановым и Сталиным. К сожалению, сделать удалось
немногое. Но и это немногое должно стать известным граж-
данам страны, за которых отдали свои жизни так называе-
мые "ленинградцы".
Ну, а теперь к делу и обо всём по порядку.
1. ОТКАЗ ОТ ИСТОРИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ П. Н. ПОКРОВСКОГО
Хорошо известно, какое огромное значение больше-
вистская партия придавала вопросам идеологической рабо-
ты. И тем не менее, за весь период существования советской
власти на территории бывшей Российской империи в ЦК
партии было всего три секретаря ЦК по вопросам идеоло-
гии — Николай Бухарин, Андрей Жданов и Михаил Суслов.
Н. И. Бухарина (1888—1938) на идеологическую стезю
сподвиг сам основатель большевистской партии — Ленин.
И сделал это ещё в декабре 1912 г., когда направил из
Кракова в Вену никому не известного Иосифа Джугашвили
для написания статьи "Марксизм и национальный вопрос",
а в помощь ему определил Бухарина.

Ждановский "призыв"
21
В Краков Бухарин приехал в сентябре 1912 г. специаль-
но для того, чтобы познакомиться с Лениным. 24-летний
юноша с чётко выраженными марксистскими взглядами
ещё ранее привлёк внимание руководителя большевист-
ской линии в РСДРП, и Ленин недолго думал, куда пристро-
ить таланты этого пышущего полемическим задором и жаж-
дой политической деятельности революционера. За год до
этого, в декабре 1911 г., Ленин через Орджоникидзе вы-
звал в Краков Иосифа Джугашвили, которому намеревался
поручить написать для большевистской партии статью по
национальному вопросу. Сталин в Краков приехал, произ-
вёл на Ленина неплохое впечатление, но выяснилось, что,
кроме грузинского и русского, никакими другими языками
он не владеет, а все теоретические разработки по интересо-
вавшей Ленина проблеме к этому времени были написаны
исключительно австрийскими и немецкими социал-демо-
кратами. Вот тут-то и сгодился Бухарин, который к этому
времени уже вполне освоился в Европе. Его-то Ленин и вы-
звал из Австрии в Краков, познакомил с И. Джугашвили и
поручил помочь "чудесному грузину" с переводами. Будущий
Сталин, который в то время ещё носил партийную кличку
Коба, Бухарину не приглянулся, но Ульяновым-Лениным
Мойша Долголевский (так Бухарин называл себя в те годы
по фиктивному паспорту) был очарован до глубины души и
данное поручение выполнил блестяще. Написанная с его
помощью сталинская работа "Социал-демократия и нацио-
нальный вопрос" (позднее переименованная в "Марксизм и
национальный вопрос") вызвала самую высокую оценку не
только Ленина, но и Троцкого.
А Бухарин с этого момента с подачи Ленина, который
позже назовёт его "превосходно образованным марксистом-
экономистом", "крупнейшим и ценнейшим теоретиком пар-
тии", становится основным и главным идеологом больше-
визма. В 1915 г. он публикует работу "Мировое хозяйство и
империализм", предисловие к которой пишет Ленин, затем

22
Глава!
публикует брошюру "Политическая экономия рантье" и дру-
гие труды. После победы Октябрьской революции 1917 г.
среди своих важнейших теоретических работ Бухарин на-
зывал "Азбуку коммунизма" (написанную в соавторстве с
Е. Преображенским), "Программу коммунистов (большеви-
ков)", "От диктатуры царизма до диктатуры пролетариата",
вместе с Г. Пятаковым "Экономику переходного периода"
и в период борьбы с Троцким — "К вопросу о троцкизме".
Кроме этого сделал огромное количество докладов на парт-
конференциях и съездах, опубликовал сотни передовиц и
статей в газетах "Правда" и "Известия" (в 1934-1937 гг. он
был главным редактором этих изданий). С 1924 по 1929 гг.
был членом Политбюро ЦК ВКП(б) и личным ближайшим
другом Сталина. Но в 1928 г. выступил против форсирован-
ной коллективизации и с 1929 г. переходит в оппозицию к
Генсеку. С этого момента Бухарин теряет все руководящие
политические должности в партии и в ИККИ. Несмотря на
это, ещё пытается влиять на вопросы идеологии. Публикует
в газете "Правда" статью "Злые заметки", изданную позже от-
дельной книгой, где жёстко критикует поэзию С. Есенина и
других русских поэтов. "Есенинская поэзия, — пишет он, —
по существу своему есть мужичок, наполовину превратив-
шийся в „ухаря-купца": в лаковых сапожках, с шёлковым
шнурком на вышитой рубахе, „ухарь" припадает сегодня к
ножке „государыни", завтра лижет икону, послезавтра ма-
жет нос горчицей половому в трактире, а потом „душевно"
сокрушается, плачет, готов обнять кобеля и внести вклад в
Троице-Сергиевскую лавру „на помин души". Он даже мо-
жет повеситься на чердаке от внутренней пустоты. „Милая",
„знакомая", „истинно русская" картина! Идейно Есенин
представляет самые отрицательные черты русской деревни
и так называемого „национального характера": мордобой,
внутреннюю величайшую недисциплинированность, обо-
жествление самых отсталых форм общественной жизни

Ждановский "призыв"
23
вообще"1. Таковы были взгляды на идеологию вообще, и ли-
тературу в частности, первого полуофициального идеолога
русской партии социал-демократов (большевиков).
С 1929 г. должность секретаря по идеологии в правящей
партии становится вакантной. Идеологические проблемы
нагромождались одна на другую, а профессионально занять-
ся их разрешением оказалось некому. Претендовавший на
эту роль председатель "Союза воинствующих безбожников"
Емельян Михайлович Ярославский (Миней Израилевич
Губельман, 1878-1943) хоть и пытался заменить своей де-
ятельностью уходящего из политики Бухарина2, сделать
этого не смог и Генеральный секретарь ЦК ВКП(б) был
вынужден основные функции разворота в сфере партий-
ной идеологии принять на свои плечи. Это сказалось, в
частности, и на заметной переоценке исторической роли
русского народа.
Ленин, как известно, исходил из того, что русский народ
в Российской империи только и занимался тем, что угнетал
все другие народы, и потому при образовании Советского
Союза вождь мирового пролетариата потребовал от ЦК
РКП(б) гарантий, чтобы в новом государственном образо-
1 Впоследствии, выступая на Первом съезде советских писателей
(1934) с докладом о поэзии, Бухарин несколько смягчил свою оценку
поэзии Есенина, отозвавшись о нём как о "звонком песеннике-гусляре,
талантливом лирическом поэте" и поставив его в один ряд с Блоком и
Брюсовым.
2 На самом деле у двух этих членов ЦК ВКП(б) было много общего.
Бухарин в одной из своих статей в "Правде" ратовал за "выселение богов
из храмов и перевод в подвалы, а злостных их почитателей — в концла-
геря", и Е. Ярославский в той же "Правде", в те же годы, писал в том же
ключе: "одним из убежищ, одним из прикрытий для крестьянина, кото-
рый не хочет в колхоз... остается религиозная организация с гигантским
аппаратом, полторамиллионным активом попов, раввинов, мулл, благо-
вестников, проповедников всякого рода, монахов и монашек, шаманов
и колдунов и т. п. В активе этом состоит вся махровая контрреволюция,
ещё не попавшая в Соловки, ещё притаившаяся в складках огромного
тела СССР, паразитирующая на этом теле" (речь на праздновании 1 мая
1929 г.). "Союз воинствующих безбожников" прекратил своё существова-
ние только в 1943 г. вместе со смертью своего председателя.

24
Глава!
вании — СССР — были заложены гарантии избавления от
якобы "векового угнетения" других наций со стороны рус-
ских в форме:
— во-первых, образования внутри СССР государствен-
ной организации наций в форме республик. В том числе и
Украины, хотя украинцы никогда своей государственности
не имели1.
— а во-вторых, в официально закреплённом в Консти-
туции праве выхода из СССР любой национальной союзной
республики.
Сталин, как известно, так не считал и предложил совсем
другую модель национальных взаимоотношений в создавае-
мом под неусыпным ленинским контролем СССР: нации и
народности в нём получали только национально-культур-
ную автономию.
Путём колоссальной силы ленинского натиска идея
Сталина была не просто отклонена, но разрушена и унич-
тожена, а Советский Союз был образован таким, каким его
навязал русскому народу Ленин. И это несмотря на то, что
даже верные последователи Ленина признавали, что со-
1 Уж на что основоположник послеоктябрьской советской истори-
ческой науки, идеологический и политический сподвижник Ленина, ака-
демик М.Н. Покровский (1868-1932) не жаловал историческую русскую
государственность, но и он был ошарашен, когда на заседании Общества
историков-марксистов (в июле 1930 г.) услышал требования украинского
Общества историков-марксистов к русской марксистской историогра-
фии признать "самостоятельность истории Украины на всём протяже-
нии исторического развития украинского народа", а также тот факт, что
"русская помещичье-буржуазная и мелкобуржуазная историография от-
рицала самостоятельность украинского народа, самостоятельность укра-
инской истории". Покровский тогда возразил: "Но Украина государствен-
ной самостоятельности никогда не имела. И во второй половине XVIII, и
в течение всего XIX и начала XX века Украины как государства не было.
Так что мы не понимаем, что это значит „самостоятельность истории
Украины", т. е. государства Украины на „всём протяжении историческо-
го развития украинского народа". Что же мы должны... воображать, что в
это время Николай I, Александр II и III были гетманами? (Смех)". — Цит.
по: Юрганов А.Л. Русское национальное государство: Жизненный мир
историков эпохи сталинизма. М.: РГГУ, 2011, с. 34-41.

Ждановский "призыв"
25
юзные республики в составе СССР конституируются из на-
родов и наций, которые никогда в истории своей государ-
ственности не имели.
В 1920-е гг. главным идеологом в исторической науке
был академик Покровский, который активно позициони-
ровал себя как верный и близкий соратник вождя в идеоло-
гии и которого благословлял на эту роль сам Ленин. Стоило
Покровскому в 1920 г. опубликовать книгу "Русская история
в самом сжатом очерке", как Ленин тут же её прочитал и 5
декабря 1920 г. направил академику краткое письмо:
Тов. М. Н. Покровскому.
Тов. М. НА Очень поздравляю вас с успехом: чрезвычайно по-
нравилась мне Ваша новая книга "Рус [екая] Щстория] в сам [ом]
еж [атом] оч[ерке]". Оригинальное строение и изложение.
Читается с громадным интересом. Надо будет, по-моему, переве-
сти на европейские] языки.
Позволяю себе одно маленькое замечание. Чтобы она
была учебником (а она должна им стать), надо дополнить её
хронологическим] указателем. Поясню свою мысль примерно так:
1) столбец хронологии; 2) столбец оценки буржуазной (кратко);
3) столбец оценки Вашей, марксистской; с указан[ием] страниц
Вашей книги.
Учащиеся должны знать и Вашу книгу и указатель, чтобы не
было верхоглядства, чтобы знали факты, чтобы учились сравни-
вать старую науку и новую. Ваше мнение об этом дополнении'?
Сталин до самой смерти Покровского чётко и недву-
смысленно поддерживал его позиции, например, утверж-
дение историка, что в СССР строится не национальное
государство, а государство мирового пролетариата. Так,
когда немецкий писатель Эмиль Людвиг 13 декабря 1931 г.
спросил Сталина, допускает ли он параллель между собой
и Петром Великим, то Генсек, не задумываясь, пояснил:
нет, с Петром он себя не отождествляет, прежде всего по-

26
Глава I
тому, что Пётр Великий создавал и укреплял национальное
государство помещиков и торговцев, а он, Сталин, ставит
себе в задачу "не укрепление какого-либо „национального"
государства, а укрепление государства социалистического,
и значит, — интернационального, причем всякое укрепле-
ние этого государства содействует укреплению всего между-
народного рабочего класса"1.
Не возражал он Покровскому и по вопросу историче-
ской роли русского народа. Михаил Николаевич чётко ис-
ходил из того, что русский народ не играл никакой объеди-
нительной роли по отношению к другим народам, а был,
как и указывал Ленин, "русским держимордой", угнетавшим
все другие присоединённые к русскому государству наро-
ды. Так, когда председатель ЦИК Грузинской ССР Филипп
Иесеевич Махарадзе (1868-1941), больше известный по
конфликту со Сталиным в 1922 г. в вопросе федеративно-
го устройства СССР, на Всесоюзной конференции истори-
ков-марксистов в 1931 г. имел неосторожность высказаться
о положительном историческом опыте взаимоотношений
Грузии и России, это так возбудило Покровского, что он тут
же взял слово, чтобы заявить: "Великорусский шовинизм
есть опасность много большая, чем это могут себе предста-
вить некоторые представители нацменьшинств. Ещё раз
повторяю, я считаю, что т. Махарадзе относится к нам, рус-
ским, слишком снисходительно. В прошлом мы, русские, —
а я великоросс самый чистокровный, какой только может
быть, — в прошлом мы, русские, величайшие грабители,
каких только можно себе представить"2.
1 Сталин И.В. Соч. М.: Госполитиздат, т. 13. С. 105.
2 См.: Юрганов А.Л. Русское национальное государство: Жизненный
мир историков эпохи сталинизма. М.: РГГУ, 2011. С. 89. Печать союзных
республик громко высказывалась на ту же тему. Так, например, газета
"Правда Востока" в номере от б августа 1930 г., акцентируя внимание на
том, что "борьба с великодержавным шовинизмом — наша основная зада-
ча", призывала "калёным железом выжечь колонизаторскую язву", гнездя-
щуюся в толще русских коммунистов.

Ждановский "призыв"
27
Более того, Михаил Николаевич в основание созданной
им схемы исторической науки послеоктябрьского перио-
да заложил тезис о том, что вся русская дореволюционная
историческая наука, базирующаяся на трудах Чичерина,
Соловьёва или Ключевского, — это наука помещичье-бур-
жуазная, а значит, контрреволюционная. Прежде всего, она
таковой является потому, что в свою основу кладёт исто-
рию русской нации и русского национального государства.
До самого своего ухода из жизни в 1932 г. Покровский бо-
ролся за то, чтобы прежнюю историю России заменить на
новую — историю народов СССР. Характерный в этом пла-
не пример: в августе 1928 г., когда Покровский задумывал
созвать Всесоюзную конференцию историков-марксистов,
то включил в структуру конференции секцию "История
России". Но через три месяца спохватился и переименовал
секцию в "История народов СССР", объяснив это в следу-
ющих словах: "от одной из устаревших рубрик нас избавил
коммунистический стыд. Мы поняли — чуть-чуть поздно —
что термин "русская история" есть контрреволюционный
термин, одного издания с трёхцветным флагом и "единой
неделимой"1.
Андрей Львович Юрганов справедливо замечает на
этот счёт: Покровский табуировал целую область знания об
этапах развития нации, особенно русской.
Однако к 1932 г. стало очевидно, что дальнейшее от-
рицание исторической роли русского народа грозит тем,
что политическая организация советского общества нач-
нёт расползаться по национальным швам. Жёстко контро-
лируемый из Москвы коммунистический партийный аппа-
рат своей политической и идеологической деятельностью,
конечно, достаточно прочно скреплял обручи советского
политического организма по всей стране, но всё же то тут,
то там возникали очаги политического недовольства по-
1 Отечественная история. 1994. № 3, с. 148. Цит. по: Юрганов А.Л.
Указ. соч. С. 90.

28
Глава I
литикой партии. Генсека это сильно беспокоило. Ленина
в политической жизни уже десяток лет как не было, и это
можно было пережить. Но под вопрос вставало существо-
вание самого ленинского творения — Советского Союза.
Спасать надо было государство и руководившую в этом госу-
дарстве абсолютно всем "партию меченосцев", как называл
её Сталин.
Следует учесть и то, что Сталин в эти годы жил под
гнётом абсолютной уверенности в том, что империалисти-
ческий Запад вынашивает мысль о скором нападении на
"первое в мире социалистическое государство рабочих и
крестьян". Дать отпор такому нападению можно было толь-
ко при условии сохранения крепкого единства советского
общества. А какая сила могла такое единство обеспечить?
Уж, конечно, не грузины, или галицииские хуторяне, кото-
рым Ленин "подарил" целую союзную республику. Это мог
обеспечить только русский национальный элемент, доля ко-
торого в общем составе населения СССР составляла около
70 %. Но для того, чтобы русские такую роль на себя приня-
ли осознанно, им нужно было сообщить, что именно они-то
и являются ведущей социальной силой советского общества.
И Генсек принялся разворачивать идеологическую лодку1.
Внешне этот поворот вначале выглядел довольно безо-
бидно. 27 декабря 1929 г. Сталин выступает на конференции
аграрников-марксистов и ставит вопрос о "разрыве между
1 Здесь я не могу не сделать отступления и не сказать, что ещё в
2010 г. доктор исторических наук, профессор РГГУ Андрей Львович
Юрганов [г.р. 1959] проделал очень большую работу в архивах Россий-
ской академии наук и Института истории Коммунистической академии
при ЦИК СССР 1930-1940-х гг., и пришёл к выводу о том, что по самым
существенным вопросам в означенном выше ключе Сталин начал расхо-
диться с М.Н. Покровским ещё в начале 1927 г., но окончательно порвал
с исторической концепцией Михаила Николаевича только после смерти
последнего. Андрей Львович всю эту историю подробно изложил в своём
почти 800-страничном фундаментальном труде "Русское национальное
государство. Жизненный мир историков эпохи сталинизма" (2011), уже
упоминавшемся выше.

Ждановский "призыв"
29
практическими успехами и развитием теоретической мыс-
ли". Этот упрёк в адрес исторической школы Покровского,
заключающийся в том, что предлагаемая им теория пере-
стаёт отвечать нуждам практического строительства соци-
алистического государства, никто не заметил, включая и
самого Покровского. Но Сталин не успокаивается на этом
и в октябре 1931 г. пишет письмо "О некоторых вопросах
истории большевизма", которое публикуют все москов-
ские партийные идеологические журналы ("Большевик",
"Пролетарская революция", "Коммунистическое просвеще-
ние", "Борьба классов").
Избрав адресатом своих критических замечаний тре-
тьестепенную фигуру — историка А. Г. Слуцкого (1894-
1979, с 1937 по 1957 г. — узник концлагеря в Сибири), до
этого малоизвестного даже среди своих коллег, Сталин на
самом деле ударил по историкам школы Покровского (а дру-
гих официальных историков в то время в СССР не было),
упрекая их в том, что они свои труды строят на "бумажных
документах", а не на реальных делах и практике большевиз-
ма. Статья заканчивалась куда как ясным выводом в этом
отношении: "...Даже некоторые наши историки, — я гово-
рю об историках без кавычек, о большевистских историках
нашей партии, — не свободны от ошибок, льющих воду на
мельницу Слуцких и Волосевичей [автор "Курса истории
ВКП(б). — Вл. К.]. Исключения не составляет здесь, к со-
жалению, и т. Ярославский, книжки которого по истории
ВКП(б), несмотря на их достоинства, содержат ряд ошибок
принципиального и исторического характера"1.
А. Л. Юрганов показал, что основной посыл письма
Сталина поняли многие историки, что проявилось на со-
браниях общества историков-марксистов. Но только не
Покровский, который вплоть до своей смерти 10 апреля
1 Сталин И.В. О некоторых вопросах истории большевизма: Письмо
в редакцию журнала "Пролетарская революция" // Пролетарская рево-
люция. № б (113), 1931. С. 101-102.

30
Глава!
1932 г. продолжал доказывать, что только он верно следо-
вал указаниям Ленина в развитии советской исторической
науки. А основной его тезис состоял в том, что русский на-
род никакой объединительной миссии по отношению к дру-
гим национальностям (народам) никогда не нёс.
В последнем (за 1930 г.) номере журнала "Историк-
марксист" Покровский в статье "Возникновение Москов-
ского государства и „великорусская народность"" отрицал
даже само существование "великоруссов": "А кто такие эти
"великорусы", — писал он, — ...никаких великорусов не
было вообще — на этой территории проживали финские
племена, автохтоны, которые... финизировали своих по-
работителей". "Уже Московское великое княжество, не
только Московское царство, было „тюрьмою народов".
Великороссия построена на костях „инородцев", и едва ли
последние много утешены тем, что в жилах великорусов
течет 80 % их крови. Только окончательное свержение ве-
ликорусского гнёта той силой, которая боролась и борет-
ся со всем и всяческим угнетением, могло послужить неко-
торой расплатой за все страдания, которые причинил им
этот гнёт"1.
Сталин свои соображения об исторической роли рус-
ского народа высказал ещё в 1913 г. в работе "Марксизм и
национальный вопрос", где он писал: "В России роль объ-
единителя национальностей взяли на себя великороссы,
имевшие во главе сложившуюся сильную организованную
дворянскую бюрократию". Однако в начале 1930-х гг. он
полностью отдал "русский вопрос" на откуп исторической
школе Покровского. И не только потому, что Покровский
и его многочисленные ученики в своей борьбе против го-
сударствообразующей роли русского народа опирались на
личную подцержку Ленина (в начале 1920-х гг.) и фактиче-
ски держали в своих руках всю историческую науку вплоть
до смерти Покровского. А ещё и потому, что для Сталина
1 Цит. по: Юрганов А.Л. Указ. соч. С. 108.

Ждановский "призыв"
31
в эти годы гораздо большее значение имела борьба на дру-
гих фронтах:
— за личное политическое выживание в схватке с людь-
ми из бывшего ближайшего окружения Ленина (а это были
не только Троцкий, Зиновьев, Каменев, но и такие, как лич-
но знавший Ленина И. Н. Смирнов1, бросивший в 1932 г. в
узком кругу единомышленников фразу "Сталин думает, что
на него не найдётся пули", и другие);
— за укрепление социальной основы политической
системы СССР и проведение индустриализации, которая
должна была подготовить Советский Союз к неизбежной,
как тогда считалось, войне с Европой и Японией;
— и наконец, на идеологическом фронте — за то, что-
бы обосновывать концепцию возможности победы социа-
лизма в одной отдельно взятой стране в условиях враждеб-
ного империалистического окружения.
В этих условиях в ЦК был настоятельно нужен специ-
альный руководитель, который занимался бы исключитель-
но идеологическими вопросами. Исполнявший до сих пор
эти функции Бухарин для такой работы не годился как в
силу своей интеллектуальной слабости и психологической
неустойчивости, так и в силу того, что сам он полностью
ушёл в политическую борьбу в верхах партии и выступал
при этом совсем не на стороне Сталина.
0 том, чтобы вернуть Бухарина на "должность" основно-
го идеолога партии, речь уже не шла. "Ценнейший теоретик
партии" к 1934 г. растерял все политические ориентиры.
Будучи к этому времени главным редактором "Известий",
но уже седьмой год как выведенный из состава Политбюро
ЦК, он не был посвящен в вопросы высшей политики.
И хотя видел, что с учением своего единомышленника ака-
1 Смирнов Иван Никитич (1991-1936), "победитель Колчака", аре-
стован в 1933 г., расстрелян в августе 1936 г., через несколько месяцев
были арестованы и расстреляны его жена и дочь, хотя именно под гаран-
тии следствия, что им будет сохранена жизнь, Смирнов подписал "при-
знание" в контрреволюционной деятельности.

32
Глава!
демика Покровского происходит что-то не то, тем не менее
21 января 1936 г. опубликовал в возглавляемой им газете
статью, где утверждал, что русские до 1917 г. были "нацией
Обломовых", а само слово "русский" употребляет как сино-
ним слова "жандарм". Автор статьи в буквальном смысле за-
дыхался от презрения к коренному населению страны: "Эта
расейская растяпа! Эти почти две сотни порабощенных на-
родов, растерзанных на куски царской политикой! Эта ази-
атчина! Эта восточная лень! Эта неразбериха, безалаберщи-
на, отсутствие элементарного порядка!"
Как заметил в 1990-е гг. в одной из своих работ из-
вестный литературовед и великолепный публицист Вадим
Кожинов (1930-2001), "Бухарин не замечал, или не хотел
замечать, что в стране уже начался коренной поворот" в об-
ласти идеологии1. Но что-то всё ж таки его тревожило и 27
января 1936 г. он решил отмежеваться от идей Покровского
и опубликовал в "Известиях" объёмную статью "Нужна
ли нам марксистская историческая наука? (О некоторых
существенно важных, но несостоятельных взглядах тов.
М. Н. Покровского)". Однако ему тут же дали понять, что
звание "любимца всей партии" хоть и остаётся за ним, но
партия от него уже отвернулась.
В этот же день "Правда" публикует постановление ЦК
ВКП(б) и СНК СССР о создании специальной комиссии под
руководством Жданова "для просмотра, улучшения, а в не-
обходимых случаях и для переделки уже написанных учеб-
ников по истории". Были опубликованы также "Замечания"
1 Профессор исторического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова
А.И. Вдовин считает, что причиной этого поворота стало "осознание не-
избежности войны" после прихода в Германии к власти Гитлера, и что
в этих условиях "в качестве силы, призванной по-новому собирать дру-
гие народы, был признан русский народ". См.: Вдовин А.И. Русские в XX
веке. Трагедии и триумфы великого народа. М.: Вече, 2013. С. 102, 106.
По большей части, наверное, так оно и было. Хотя в немалой степени
этот поворот был обусловлен и тем, что Сталин понял: приход мировой
революции в ближайшие десятилетия не просматривается.

Ждановский "призыв"
33
Сталина, Жданова и Кирова по поводу конспекта учебнцка
по истории СССР от 8 августа 1934 г. А передовица "Правды"
разъяснила смысл этих документов, призывая историков к
борьбе "с антиленинскими традициями школы Покровского
и в методе, и в конкретной картине русской истории", к
ликвидации присущих этой школе "полуменьшевистских
полуцентристских идей и троцкистской контрабанды".
СНК и ЦК указывали, что "задача преодоления этих вред-
ных взглядов" имела "важнейшее значение для дела нашего
государства, нашей партии и для обучения подрастающе-
го поколения". "Пришло время... — писал в том же номе-
ре газеты один из членов конкурсной комиссии, — чтобы
мы дали нашей молодёжи учебники истории, готовящие
её к предстоящим великим боям на международной арене.
История в руках большевиков должна быть конкретной на-
укой, объективной правдой и тем самым великим оружием
в борьбе за социализм".
А через три дня, 30 января, редактируемая Л. 3. Мех-
лисом (1889-1953) "Правда" публикует передовицу, в ко-
торой говорится, что "только любители словесных вы-
крутасов, мало смыслящие в ленинизме, могут утверж-
дать, что в нашей стране до революции „обломовщина
была самой универсальной чертой характера", а русский
народ был „нацией Обломовых,,м. Народ, который дал
миру таких гениев, как Ломоносов, Лобачевский, Попов,
Пушкин, Чернышевский, Менделеев, таких гигантов чело-
вечества, как Ленин и Сталин, — народ, подготовивший
и свершивший под руководством большевистской партии
Октябрьскую революцию, — такой народ называть „наци-
ей Обломовых" может лишь человек, не отдающий себе от-
чёта в том, что он говорит". Бухаринская статья была ото-
ждествлена с фашистской писаниной "в доказательство
того, что русские даже не люди", и с ненавистью, которая
"в первую очередь направляется на русский народ" именно
потому, что клеветники великолепно понимали реальную

34
Глава!
роль этого народа в борьбе за превращение России в "вели-
кую пролетарскую державу".
10 февраля этот новый тренд в отношении истори-
ческой роли русского народа был усилен. В написанной
Л. Мехлисом редакционной статье "Об одной гнилой кон-
цепции" указывалось: "Партия всегда боролась против...
"Иванов, не помнящих родства,,, пытающихся окрасить всё
историческое прошлое нашей страны в сплошной чёрный
цвет". Провозглашалось равенство в СССР всех народов,
"от самых маленьких до самых больших", но при этом под-
чёркивалось, что "первым среди равных является русский
народ, русские рабочие, русские трудящиеся, роль которых
во всей Великой пролетарской революции, от первых по-
бед и до нынешнего блистательного периода её развития,
исключительно велика".
В этот период Сталин начинает понимать, что в ЦК
нужно ввести ставку ещё одного секретаря ЦК, который
профессионально занимался бы идеологическими вопро-
сами. Вопрос крайней деликатности. Опыт Бухарина пока-
зывал, что таким секретарём мог быть только такой чело-
век, которому Сталин полностью доверял бы. Выбор пал
на С. М. Кирова — руководителя Ленинградской партий-
ной организации.
Протолкнуть решение Политбюро о введении новой
должности труда не составило. Но Киров, дав согласие стать
ещё одним секретарем ЦК, категорически отказался пере-
езжать из Ленинграда в Москву и уж тем более заниматься
вопросами Истории: "Ну, какой же я историк?!" — заявил
он Сталину.
Собраться с силами для решения идеологических во-
просов в развитии исторической науки Сталин смог только
к 1934 г.
5 марта 1934 г. появилось решение Политбюро по это-
му вопросу, а 20 марта заведующий отделом культуры и про-
паганды ЦК ВКП (б) А. И. Стецкий и нарком просвещения

Ждановский "призыв"
35
РСФСР А. С. Бубнов получили задание подготовить пред-
ложение о составе авторов учебников. 29 марта постанов-
лением Политбюро авторские коллективы были утвержде-
ны. В тот же день Политбюро приняло постановление о
введении исторических факультетов в составе универси-
тетов. Для выработки итогового документа Бубнову было
поручено вызвать из ссылки видного историка Е. В. Тарле.
Два постановления Политбюро от 29 марта были объ-
единены и составили основу постановления Политбюро
(и СНК СССР) от 15 мая "О преподавании гражданской
истории в школах СССР", текст которого был отредакти-
рован самим Сталиным.
Свидетельство о заседании Политбюро ЦК 29 марта
сохранил для истории приглашённый на это действо исто-
рик С. А. Пионтковский. Практически на заседании го-
ворил только Генсек, пишет он в своём дневнике, так как
остальные просто не были готовы к такому идеологиче-
скому развороту. "История, — говорил Генсек, — должна
быть историей. Нужны учебники древнего мира, средних
веков, нового времени, история СССР, история колониаль-
ных и угнетённых народов. Бубнов сказал, может быть, не
СССР, а история народов России? Сталин говорит — нет,
история СССР, русский народ в прошлом собирал другие
народы, к такому же собирательству он приступил и сейчас.
Дальше, между прочим, он сказал, что схема Покровского
не марксистская схема, и вся беда пошла от времён влияния
Покровского"1.
Современный публикатор архивных документов того
периода, относящихся к идеологическому развороту в раз-
витии исторической науки, М. В. Зеленов отмечает, что в
январе 1936 г., после волны публикаций о фашизации исто-
риографии в Германии, Сталин инициировал ряд статей
1 Цит. по: ЮргановА.Л. Указ. соч. С. 113.

36
Глава!
против концепции М. П. Покровского1. По мнению иссле-
дователя, пересмотр взглядов на исторический путь России
был для Сталина объективной необходимостью.
Кроме того, новая "линия партии" активно проводилась
через школьные учебники и истфаки университетов.
Результат проведённой реформы был оправдан в годы
войны: власть смогла сформировать такую идеологию, та-
кое понимание патриотизма, которые объединяли воеди-
но все народы, национальности в борьбе против фашизма.
При изменении массового исторического сознания через
кинематограф и литературу предпринятые меры дали жела-
емый эффект.
Как всегда, проведение реформ сопровождалось сме-
ной носителей старых идей на носителей новых идей. Если
в 1929-1930 гг. репрессировалась старая профессура, то в
1934-1936 гг. были репрессированы представители "школы
Покровского". Смена курса в 1938-1939 гг. также привела к
новым репрессиям, поскольку Сталин мыслил персонали-
стично: новую идеологию должны проводить новые люди2.
Чтобы завершить с этим важным политическим сюже-
том из политической истории страны следует сделать одно
замечание: позицию Сталина идеализировать в этом плане
не стоит. Выраженную Сталиным при образовании СССР
концепцию автономизации менее всего следует толковать
как русоцентризм, и уж тем более как русофильство. Нет,
конечно. Русофилом Сталин никогда не был. Генсек в сво-
ём поведении всегда руководствовался политической це-
лесообразностью, оставаясь при всех условиях холодным
прагматиком. Когда для достижения одной политической
цели, которую он сам же для себя и формулировал, было
необходимо усиливать политический вес русского наро-
1 См.: Сталин И.В. Историческая идеология в СССР в 1920-1950-е
годы. Переписка с историками, статьи и заметки по истории, стенограм-
мы выступлений: Сборник выступлений и материалов. Ч. 1. 1920-1930-е
годы / Сост. М.В. Зеленов. СПб., 2006. С. 183-186.
2 Там же.

Ждановский "призыв"
37
да — он это делал. Когда же ему казалось, что пришло время
делать обратное — он ровно это и делал. Не уяснив этой
истины, нам никогда не понять действительных пружин
"Ленинградского дела" 1949-1953 гг.
Итак, Сталин был вынужден принять на самого себя роль
главного идеолога в партии, но заниматься только идео-
логией он, в силу названных выше причин возможности не
имел. Поэтому, с одной стороны, не забывал повторять, что
главенствующую роль в идеологических вопросах в партии
была и остаётся за Лениным3, а с другой — настойчиво ис-
кал кандидата на роль идеолога партии, но с обязательной
русской составляющей.
Как уже говорилось выше, выбор пал на С. Кирова, но
тот категорически отказался от этой роли, и тогда взор
Генсека устремился за пределы двух столиц.
Сейчас мы уже никогда не узнаем, почему Сталин обра-
тил внимание именно на нижегородского партийного се-
кретаря. Но произошло это не мгновенно и не спонтанно.
А. Н. Волынец, автор первой за многие годы фунда-
ментальной биографии А. А. Жданова, написанной с пози-
тивных по отношению к нему позиций, отмечает, что ещё
в 1920-е гг., работая в Тверской партийной организации,
25-летний перспективный партийный активист Андрей
Жданов привлёк внимание председателя ВЦИК, тверско-
го уроженца М. И. Калинина и не без его подачи в 1922 г.
ЦК РКП(б) направил председателя Губисполкома Твери,
члена Губкома РКП(б) и члена ВЦИК тов. Жданова Андрея
Александровича для работы в пролетарский Сормово, то
есть в Нижний Новгород, заведующим Агитпропотделом
и членом бюро Нижегородского Губкома. Таким образом,
сын дворянина, надворного советника, инспектора народ-
3 В спорах с Зиновьевым в 1927 г. Сталин пишет, что именно "Ленин
является величайшим пролетарским идеологом, каким он, несомненно,
является". См.: Сталин И.В. Об оппозиции // Сталин И.В. Статьи и речи.
1921-1927. М.: Государственное издательство, 1927. С. 238.

38
Глава I
ных училищ с самого начала своей политической жизни
был по воле кадровиков ЦК партии "повенчан" с пропаган-
дистской профессией, на каковой он и пребывал до своего
смертного часа. Политические семинары, партийные дис-
куссии, лекции по внешней политике, непосредственные
рабочие контакты с огромным количеством активистов со-
циалистического строительства в период коллективизации
и индустриализации стали его повседневной жизнью.
Внимательно отслеживая борьбу за власть в верхах
партии, молодой партийный работник сразу же начал
ориентироваться на Сталина в его борьбе с Троцким и
Зиновьевым. И потому летом 1924 г. становится руководи-
телем Нижегородского губкома, а в декабре 1925-го избира-
ется кандидатом в члены ЦК ВКП(б).
Нижегородский край в эти годы оказался на самом
острие индустриализации и, как следствие, на пике рабочих
забастовок. В 1926 г. ЦК посылает в Нижний Нов-
город с инспекцией инструктора Организационно-распреде-
лительного отдела ЦК Георгия Максимилиановича
Маленкова. 25-летний партаппаратчик, что называется,
"рыл землю", чтобы показать своё рвение и неумелость се-
кретаря губкома А. Жданова. Как пишет А. Н. Волынец, в
документе, представленном в ЦК, "ситуация с настроения-
ми пролетариата в освещении Маленкова выглядела удру-
чающе. По его мнению, крайком не принимал никаких мер
по привлечению низового актива к пропаганде политики
партии, основная масса членов партии не посещала даже
партийных собраний, не участвовала в общественной жиз-
ни и не платила членских взносов. Маленков отметил также
большое количество растрат, краж и, особенно, пьянство"1.
Молодой инструктор Орграспреда ЦК, по-видимому,
рассчитывал, что после его доклада секретарь Нижего-
родского губкома будет снят с должности. 12 сентября
1926 г. Жданова действительно вызвали с объяснениями
на заседание Оргбюро ЦК. Заседание вёл Сталин, и выяс-
1 Волынец АЛ. Жданов. М.: серия ЖЗЛ, 2013. С. 113.

Ждановский "призыв"
39
нилось, что его заботило совсем не то, на что делал упор
Маленков: не игнорирование членами партии собраний и
не плохая уплата членских взносов. Стенограмма заседания
Оргбюро показывает, что Генсека волновал ход индустри-
ализации и потому вопросы, которые он задавал, касались
прежде всего действительных причин забастовок, конфлик-
тов по вопросам зарплаты между квалифицированными и
неквалифицированными рабочими.
К удивлению Сталина Жданов держался спокойно, на
вопросы отвечал вдумчиво и, что самое главное, по делу.
Вопрос повышения зарплаты и той, и другой группе ра-
бочих ставить, конечно, необходимо, отвечал секретарь
Нижегородского губкома, но только ставить, чтобы снять
напряжение, а вот обещать ничего не надо: средств-то всё
равно нет. "Товарищ Сталин, — сказал Жданов, обращаясь
лично к Генсеку, — бузят-то больше квалифицированные ра-
бочие. Они являются наиболее требовательным элементом.
Они поднимают вопрос, чтобы ещё больше сделать разни-
цу, а неквалифицированные боятся, как бы этого не произо-
шло... Мы считаем, что эту разницу между квалифицирован-
ными и неквалифицированными нужно оставить. Во всяком
случае, не давать квалифицированным уйти вперед"1.
Сталину очень понравились не только компетентность
руководителя края, но и сама его манера держаться на вы-
соком партийном суде. А несколько косвенных вопросов
Жданову и ответы на них показали Генсеку, что секретарь
Нижегородского губкома надёжно контролирует обстанов-
ку в большом и сложном регионе центральной России.
В итоге Маленков потерпел аппаратное поражение,
и в нём навсегда засела неприязнь к Жданову, а Сталин в
1926 г. "положил глаз" на секретаря Нижегородского губко-
ма, и уже больше не сводил с него взора. С этого момента
Жданов стал набирать политический и общественный вес,
а Нижегородский край стал лидером индустриализации
в СССР.
1 Там же. С. 113.

40
Глава!
15 ноября 1930 г. М. Горький (1868-1936) публикует в
газете "Правда" статью под заголовком "Если враг не сдает-
ся — его уничтожают". С этого момента Сталин начинает
финальный этап борьбы за возвращение знаменитого писа-
теля на Родину. В марте 1932 г. пролетарский писатель пу-
бликует в "Правде" и в "Известиях" статью-памфлет "С кем
вы, мастера культуры?", а в октябре окончательно возвра-
щается из итальянской эмиграции в СССР. Советское пра-
вительство отдаёт ему бывший особняк Рябушинского на
Спиридоновке и предоставляет две шикарные дачи в Горках
и в Крыму, а Нижний Новгород переименовывается в честь
своего уроженца и становится городом Горьким. Секретарь
губкома Жданов близко сходится с великим писателем, с ко-
торым познакомился ещё в 1928 г., когда Горький впервые
после 1917 г. посетил Советскую Россию. В связи с этим имя
горьковского секретаря губкома всё чаще попадает на стра-
ницы центральных газет, по разным поводам упоминается
на радио.
Вполне возможно, что Жданов так бы и работал, вполне
успешно, в своём крае, но судьба распорядилась иначе. Как
уже говорилось выше, в условиях нарастания международ-
ной напряжённости (а руководство ВКП(б) пребывало в уве-
ренности, что страна живет в преддверии большой войны),
усиления социальной напряжённости в обществе в связи с
процессами индустриализации и коллективизации, корен-
ным поворотом в сфере национальных взаимоотношений
в стране, продолжением (окончанием) борьбы Сталина со
своими политическими оппонентами и т. д., Генсек вынуж-
ден был взять на себя функции главного идеолога партии.
И хотя вождь идеологическими вопросами занимался охот-
но, но всё явственнее стал понимать, что всюду ему успеть
невозможно. Как считает А. Н. Волынец, по моим представ-
лениям наиболее полно изучивший архивные документы
того времени, "Сталину в связи с дикой загруженностью
потребовался дополнительный секретарь в ЦК — причём

Ждановский "призыв"
41
нужен был не просто функционер-исполнитель, а опытный,
проверенный человек, способный работать самостоятель-
но. По мнению Сталина, на такую работу идеально подходил
возглавлявший Ленинградскую парторганизацию Киров —
помимо способностей и политической надёжности он ещё
был достаточно близким другом кремлёвского вождя".
Как уже было сказано выше, Киров категорически не
согласился с предложением Сталина. На мой взгляд, не по-
тому, что ему, как пишет Волынец, очень уж хотелось "вме-
сте с ленинградскими товарищами выполнить вторую пя-
тилетку". Просто у Кирова напрочь отсутствовали способ-
ности к идеологической работе. Будучи человеком умным,
он это осознавал и предвидел своё грядущее фиаско на этом
поприще. Ну, и, кроме того, Мироныч, как его называли
в партийных кругах, был большим любителем жизненных
удовольствий (в особенности, женщин). В Ленинграде он
этими удовольствиями пользовался бесконтрольно (за что
и поплатился, в конце концов: выстрел Николаева), а пере-
ехав в Москву, был бы вынужден сильно сократить пере-
чень этих личных наслаждений. Так ли это было, или как-
то иначе, но в ночь с 10 на 11 февраля 1934 г. в результате
очень долгого разговора Кирова со Сталиным на квартире
последнего был найден компромисс: Киров соглашается
стать новым секретарём ЦК, но остаётся "на хозяйстве" в
Ленинграде, а для помощи ему как секретарю ЦК и для свя-
зи между ним и Сталиным вводится должность ещё одного
секретаря (таким образом, секретарями ЦК стали: Сталин,
Каганович, Киров, Жданов).
Биограф Жданова считает, что "решение по Жданову
было спонтанным", обязанности его неопределёнными и
потому на него "навесили" едва не все вакансии в ЦК, он
стал курировать: Сельскохозяйственный отдел, планово-
финансово-торговый, политико-административный, ру-
ководящих парторганов, управления делами, а потом ещё
и агитации и пропаганды. Фактически же по всем этим

42
Глава I
обязанностям Жданов стал неофициальным помощником
Сталина. Об этом свидетельствует хотя бы тот факт, что в
1934 г. Жданов провёл в кабинете Генсека 278 часов. Больше
него со Сталиным в том году работали только Молотов
и Каганович.
Но в отношении "спонтанности", думаю, что это было
не совсем так. При том "коренном повороте" по отношению
к истории России и роли в этой истории русского народа
Сталину был нужен не просто партийный функционер, раз-
деляющий на тот момент его взгляды на роль русского наро-
да в истории России, но ещё и этнически русский секретарь
ЦК, которому вождь мог бы безраздельно доверять в лич-
ном плане. Жданов таким человеком и был.
В первый же год работы Жданова в Кремле Сталин сра-
зу и резко приближает нового секретаря ЦК к себе, пригла-
шает его на застолья в своей кремлёвской квартире, а летом
1934 г. — на свою дачу в Сочи.
Сын Андрея Александровича в своих мемуарах вспо-
минает, что в августе того года на даче Сталина в Мацесте
вождь, Киров и Жданов "много говорили о Покровском
и покровщине", естественно, в сугубо критическом клю-
че. Именно в этой связи 8 августа 1934 г. здесь родились
два документа, которые "стали ключевыми директивами,
во многом определившими официальную идеологию той
эпохи" — а именно, подписанные Сталиным, Ждановым
и Кировым "Замечания по поводу конспекта учебника по
истории СССР" и "Замечания о конспекте учебника новой
истории". Биограф Жданова справедливо замечает: "Эти
тезисы во многом, даже в отдельных деталях хронологии и
формулировках, предопределили советскую историческую
науку и после завершения сталинской эпохи". Проводить
эти тезисы в жизнь Сталин поручает Жданову.
В этом же месяце в Москве состоялся Первый Все-
союзный съезд советских писателей, проводимый по лич-
ной просьбе Сталина М. Горьким, курировать который от

Ждановский "призыв"
43
ЦК Генсек поручает Жданову. Это был экзамен на идеологи-
ческую пригодность нового секретаря ЦК. Жданов этот эк-
замен выдержал. Его ежевечерние доклады Сталину о том,
как идут дела на съезде, как ведёт себя в процессе прений
М. Горький, как выглядят в своих выступлениях и в кулуа-
рах съезда Бухарин, Радек и другие, вождя полностью удов-
летворили. По окончании этого двухнедельного действа
Жданов окончательно становится идейно и по-человечески
(а две эти ипостаси Сталин никогда не разделял) близок к
вождю. Доверие Сталина Андрей Александрович исполь-
зовал в полной мере. И в кадровых вопросах в том числе.
С этого момента Жданов приступил к созданию вокруг себя
кадрового окружения из русских выдвиженцев.
Но в этом же 1934 г. положение Жданова круто изменя-
ется. 1 декабря в коридоре Смольного в Ленинграде выстре-
лом в затылок некто Николаев убивает Кирова, и Сталин
ставит на Ленинградскую партийную организацию нефор-
мального помощника Кирова в Москве — Жданова. Андрей
Александрович сохраняет за собой пост секретаря ЦК, но
в Москве теперь, вплоть о 1945 г., бывает только наездами.
2. КАДРОВАЯ РЕВОЛЮЦИЯ НИЖЕГОРОДСКОГО СЕКРЕТАРЯ ЦК
Сегодня, к сожалению, можно только гадать о том, со-
знательно Жданов с приходом в Кремль начал выдвигать
в руководящее звено партии и государства этнически рус-
ские кадры, или это были интуитивные, основанные на
проявлении национального самосознания действия, кото-
рые подтолкнул сам Сталин своим "коренным поворотом"
в национальном вопросе прочь от ленинской интенции и
исторической школы Покровского. Документов тех лет,
которые подтверждали бы эту догадку, в архивах не оста-
лось. Впрочем, зная психологическую атмосферу тех лет, в
которой "варились" руководители партии и правительства,

44
Глава I
можно с большой долей уверенности сказать, что таких до-
кументов и не могло быть. Остались только позднейшие
мемуарные воспоминания Н. Хрущёва о том, что с момен-
та переезда в Кремль Жданов в кратких разговорах с ним
в 1930-1940-е гг. постоянно возвращался к теме о том, что
русский народ в Советском Союзе незаслуженно обойдён в
своём социальном и материальном положении.
Остаётся, однако, фактом, что с 1934 г. Жданов начина-
ет настойчиво выдвигать наверх русские кадры. И тенден-
ция эта была настолько явственной, что биограф Жданова
А. Волынец в своих позднейших публикациях прямо назы-
вает эту тенденцию "аппаратной революцией Жданова".
Невозможно отрицать, что с приходом на верхи власти
Жданов действительно сразу же начал подбирать "свою"
команду, хотя в строгом смысле слова его окружение ко-
мандой не только никогда не являлось, но даже и не выгля-
дело таковой. К выходцу из центральной русской области
люди тянулись скорее в силу его личного обаяния, брызжу-
щего из него во всех обстоятельствах большого творческо-
го заряда, организационного импульса. Но невозможно,
конечно, сбрасывать со счетов и фактор национального,
русского, инстинкта.
Наверное, первым в этом ряду следует назвать
А. С. Щербакова (1901 —1945). Эта связка была самая давняя,
так как Жданов, по некоторым данным1, был женат на род-
ной сестре Щербакова. Во всех случаях между Щербаковым
и Ждановым всегда сохранялись очень тёплые отноше-
ния, начало которым было положено ещё в 1920-е гг., когда
Щербаков работал в партаппарате Нижегородской области
(крае) под началом Жданова. В1936 г. Жданов "вытаскивает"
Щербакова из провинции, назначая его вторым секретарём
Ленинградского обкома и горкома партии. В 1937-1938 гг.
1 Залесский К.А. Кто есть кто в истории СССР. 1924—1953. М.: Вече,
2009. С. 657, 209. Есть разночтения. Биограф Жданова А.Н. Волынец счи-
тает, что жена А.А. Жданова была дочерью ссыльного Кондратьева.

Ждановский "призыв"
45
по рекомендации Жданова Сталин направляет Щербакова
возглавить, последовательно, ряд областных комитетов
партии в Сибири и на Украине. Александр Сергеевич всюду
проводит массовые кровавые чистки партийного, государ-
ственного и хозяйственного аппаратов, а на место уничто-
женных руководителей ставит новых, которых Москва тут
же утверждает. Жданов, как член высшего руководства пар-
тии, принимает в этих утверждениях активное участие.
Случай со Щербаковым не был единичным. Переехав в
Ленинград, Жданов начинает формирование новой руково-
дящей команды в городе и области. В 1935 г. он "вытаскива-
ет" из Сталино (ныне Донецк, Украина) руководителя груп-
пы планирования и учёта Комиссии советского контроля
при СНК СССР 30-летнего Н. А. Вознесенского и ставит его
во главе Ленинградской городской плановой комиссии, а
потом делает его заместителем председателя горисполкома
Ленинграда. В 1937 г. освобождается должность председа-
теля Государственной плановой комиссии при СНК СССР1,
и Жданов, по воспоминаниям А. Микояна, рекомендует
Сталину поставить на эту должность Н. Вознесенского, что
и происходит.
В 1937 г. Жданов ставит директором ткацкой фабрики
"Октябрьская" 32-летнего выпускника текстильного инсти-
тута А. Н. Косыгина, а через год назначает его заведующим
промышленно-транспортным отделом Ленинградского
обкома. Через год Косыгин становится председателем
горисполкома, а ещё через год Жданов рекомендует его
Сталину, и вождь выдвигает Косыгина на должность нарко-
ма текстильной промышленности и в члены ЦК ВКП(б).
В 1937 г. Жданов "разглядел" на заводе "Большевик"
(бывший Обуховский) 30-летнего заместителя конструктор-
1 Многолетний Председатель Госплана В.И. Межлаук (1893-1938),
один из главных теоретиков и организаторов системы советского пла-
нирования и индустриализации СССР, был в 1937 г. арестован и при-
говорён к расстрелу. В тюрьме написал статью "О плановой работе и
мерах её улучшения".

46
Глава!
ского бюро Д. Ф. Устинова, и в 1938-м добился от Сталина
назначения Устинова директором завода; в 1941 г. Дмитрий
Федорович становится наркомом вооружений.
В самом Ленинграде Жданов формирует свою собствен-
ную команду. Уроженец старого русского городка Боровичи
Алексей Александрович Кузнецов, пройдя до этого школу
работы в партаппарате Новгородской области, был замечен
ещё Кировым и поставлен на руководство Дзержинским рай-
комом города, а в августе 1937 г., в 32 года, становится ближай-
шим помощником Жданова и вторым секретарём горкома.
В 1939 г. председателем Ленинградского горсовета ста-
новится П. С. Попков, за которым Жданов внимательно на-
блюдает с 1937 г., когда тот закончил Ленинградский инсти-
тут инженеров коммунального строительства и был избран
председателем Ленинского райсовета депутатов.
В 1939 г. в команду Жданова включается человек с не-
простой биографией — инженер Я. Ф. Капустин. В 1935 г.
он проходил производственную стажировку в Англии.
В 1937 г. исключался из партии за производственные ошиб-
ки (потом был восстановлен). Тем не менее, Жданов вводит
его в горком на должность секретаря по промышленности.
Возрастает политический вес и самого Жданова. 4 мая
1941 г. Политбюро принимает постановление "Об усилении
работы советских и местных органов", согласно которому
бывший нижегородский секретарь официально становится
"заместителем тов. Сталина по Секретариату ЦК", то есть,
по сути, вторым человеком в партии и в стране. Почти од-
новременно с этим Сталин назначает своим первым заме-
стителем по Совнаркому Николая Вознесенского, а началь-
ником Управления пропаганды и агитации ЦК становится
выдвиженец Жданова Щербаков, он же — и первый секре-
тарь Московского комитета партии.
Возрастание ждановского политического влияния про-
должится и после войны. На выборах Верховного Совета в
1946 г. Жданов становится председателем палаты Совета

Ждановский "призыв"
47
Союза Верховного Совета СССР и 19 марта председатель-
ствует на совместном заседании обеих палат. Это на его
адрес ("Председателя совместного заседания Совета Союза
и Совета Национальностей Верховного Совета СССР тов.
Жданова А. А.") Сталин направляет заявление с просьбой
утвердить правительство СССР во главе с И. В. Сталиным.
Жданов утверждает.
Параллельно с этим событием в Кремле проходит пер-
вый после 1939 г. Пленум ЦК, на котором с докладами высту-
пают три человека — Сталин, Жданов и Маленков. Только
эти трое избираются на Пленуме во все высшие органы пар-
тии — Политбюро, Оргбюро и Секретариат.
Застарелый, ещё с 1920-х гг., антагонист Жданова
Г. М. Маленков хоть и входит в тройку самых влиятельных
аппаратных и партийных политиков, вынужден смириться
с тем, что влияние Жданова продолжает расти в аппарат-
ном аспекте. Сталин соглашается со Ждановым в том, что-
бы первый секретарь Ленинградского обкома и горкома
А. А. Кузнецов стал секретарём ЦК по вопросам кадровой
политики партии (в Питере его сменяет П. С. Попков).
Сталин даже идёт дальше и уже сам, без подачи со стороны
Жданова, предлагает вменить Кузнецову и контроль над ор-
ганами безопасности в стране — должность, за которую шла
постоянная тяжба и "перетягивание каната" между мини-
стром госбезопасности (с 1946 г.) В. Абакумовым и Берией1.
Одновременно с Кузнецовым секретарём ЦК и членом
Оргбюро, оставаясь первым секретарём МГК и МК ВКП(б)
и председателем Моссовета, стал другой выдвиженец
Жданова — Г. М. Попов. А через месяц новым секретарём
1 Опытный интриган, Сталин понимал, что хотя в декабре 1945 г. он
и отобрал у Берии пост министра внутренних дел, но тот передал свои
полномочия своему выдвиженцу С.Н. Круглову, а значит, нужно было про-
ложить прокладку между Берией и Кругловым. Вот Кузнецов и должен
был выполнять роль такой "прокладки". Забегая вперёд, стоит сказать,
что неискушённый в царедворческих интригах АА. Кузнецов с этой ро-
лью справился плохо.

48
Глава!
ЦК и заведующим Организационно-инструкторским отде-
лом ЦК стал ещё один выдвиженец Андрея Александровича,
известный ему ещё со времени работы в Нижнем, — 38-лет-
ний Н. С. Патоличев.
Выходцы из ленинградской команды Жданова в
этот период возглавят и целый ряд регионов страны.
"Ленинградцы" займут ключевые посты во вновь создан-
ных в 1944-1945 гг. Псковской и Новгородской областях.
Второй секретарь Ленинградского обкома Иосиф Турко
возглавит Ярославскую область. Председатель Исполкома
Леноблсовета Николай Соловьёв возглавит входившую тог-
да в РСФСР Крымскую область. Секретари Ленинградского
горкома Георгий Кедров и Александр Вербицкий станут
партийными руководителями соответственно Эстонской
ССР и Мурманской области.
Кроме того, заместителем министра Вооружённых Сил
СССР становится близкий Жданову человек, бывший коман-
дующий Ленинградским фронтом маршал Л. А. Говоров,
а начальником Главного политического управления
Советской Армии — генерал И. В. Шикин, бывший техник
Горьковского автозавода. Были и другие назначения подоб-
ного рода. Судя по всему, Сталин, видя, что Жданов всех
своих выдвиженцев оценивает, прежде всего, по деловым
качествам, ничего не имел против этих кадровых движе-
ний. Можно к этому добавить: все эти выдвиженцы были
русскими. Хотя Сталин не мог, конечно, не видеть, что
ждановские выдвиженцы расширяют свой ареал влияния,
окружая самих себя своими собственными кадрами. Вождю,
по-видимому, в голову не приходило, что придёт такое вре-
мя, когда он будет в буквальном смысле выкорчевывать эти
кадры из всех пор управленческого механизма не только в
РСФСР, но и в других республиках. Даже в 1948 г., уже после
смерти Жданова, никто не обратил внимания и на то, как
Пётр Попков, выступая на объединённой областной и го-
родской партийной конференции Ленинграда, с гордостью

Ждановский "призыв"
49
расскажет, что за два минувших года Ленинградская пар-
торганизация выдвинула на руководящую работу 12 тысяч
человек. Забегая вперед, следует сказать, что в 1949-1953 гг.
все они переживут крушение своих судеб.
В декабре 1945 г. Сталин возвращает Жданова из
Ленинграда в Москву. Но за два года до этого имело место
одно весьма важное политическое событие, которому, на
мой взгляд, до сих пор ещё не дана должная оценка, но кото-
рое имеет прямое отношение к теме нашего исследования.
В мае 1944 г. Сталин неожиданно для всех собирает в
Кремле ведущих учёных-историков, ставит перед ними за-
дачу разработки нового учебника истории СССР и держит
всю эту братию в Москве до сентября. Казалось бы, с чего
это вдруг? Идёт война, страна задыхается в тисках голода
и перенапряжения от необходимости наращивать все виды
вооружений, идут тяжелейшие переговоры с англо-аме-
риканскими союзниками об открытии второго фронта в
Европе, а вождя вдруг заинтересовали проблемы препода-
вания истории.
Это закрытое (а правильнее было бы сказать — се-
кретное) многомесячное совещание историков в Кремле,
в котором приняли участие все главные идеологи ВКП(б),
начиная со Сталина (правильнее было бы сказать — закан-
чивая вождём) до сих пор овеяно ореолом загадочности
и тайны. Так, ещё в 2013 г. ведущий научный сотрудник
Института российской истории РАН Т. С. Бушуева отмеча-
ла: "Причины созыва этого совещания в Кремле в формате
нескольких заседаний, да ещё в секретном режиме, с участи-
ем более 50 ведущих исследователей истории СССР, а так-
же секретарей ЦК ВКП(б) А. С. Щербакова, А. А. Андреева,
Г. М. Маленкова и ответственных работников аппарата ЦК,
до сих пор остаются дискуссионными... Исследователи еди-
нодушны также в оценке того, что необходимость созыва
такого совещания была обусловлена личным директивным
вмешательством Сталина в трактовку ряда спорных про-

50
Глава I
блем истории России от древности до 1917 года, выработ-
кой так называемых „принципиальных установок для всех
историков"... Полной информации об этом мероприятии
историки не имеют до сих пор в силу сохраняющейся се-
кретности архивных материалов. К примеру, не найден,
или засекречен, текст ключевого выступления на совеща-
нии секретаря ЦК Георгия Маленкова. Известно лишь об-
щее указание Маленкова, что дискуссия в ходе Совещания
должна „идти а рамках дозволенного" и сводиться к тому,
чтобы лишний раз доказать правоту материалистического
понимания истории"1.
Сожаления Т. С. Бушуевой в общем-то лишены осно-
ваний, так как в 2011 г. была опубликована фундаменталь-
ная монография (с использованием не только российских
государственных архивов, но и архивов Российской ака-
демии наук — АРАН) профессора РГГУ Андрея Львовича
Юрганова2. На стр. 277-278 этой монографии интересую-
щийся данным Совещанием может прочесть: "В РГАСПИ
хранится текст выступления Г. М. Маленкова в этот день.
Текст называется „Вопросы, поставленные историками
перед ЦК ВКП(б)„" — и далее приводится весь текст этого
выступления. В монографии подробно рассматриваются и
причины созыва этого Совещания, и его ход.
Но наша книга посвящена не дискуссиям историков, а
"Ленинградскому делу11 и потому названное Совещание инте-
ресует нас только с одной стороны: в его связи с названным
"Делом". А связь была. На полях этого Совещания вновь,
уже в который раз, столкнулись пути Жданова и Маленкова.
В мае 1944 г. вождь поручил Маленкову разобраться с исто-
1 Бушуева Т.С. Закрытое Совещание в Москве, в ЦК ВКП(б) 1944 года
по важнейшим проблемам возникновения русской государственности.
URL: http://www.rusnauka.com/4_SND_2013/Istoria/l_127735.doc.htm
(дата обращения: 11.07.2016).
2 См.: Юргапов А.Л. Русское национальное государство: Жизненный
мир историков эпохи сталинизма. Глава 4. Совещание историков в ЦК
ВКП(б). С. 227-389.

Ждановский "призыв"
51
риками: провести это Совещание, и завершить его в доста-
точно краткий срок. Тот с энтузиазмом принялся задело, но
выполнить задание Генсека не сумел: недостало образован-
ности и умственных способностей. Тогда Сталин 17 июля
вызывает из Ленинграда Жданова и вручает ему бразды
правления историками. Забегая вперед, следует отметить,
что с поставленной задачей за три месяца не справился и
Жданов. Вождь несколько раз беседовал с ним по нескольку
часов в своём кабинете, Андрей Александрович несколько
раз по личным указаниям вождя переписывал проект фи-
нальной резолюции Совещания, но в сентябре 1944 г. исто-
рики так и разъехались из Москвы, не получив итогового
документа. А. Л. Юрганов считает, что причина такой ситу-
ации заключается в том, что Сталин и сам не знал, чего он
хотел от этого Совещания1.
Недоумевает не один Юрганов. Специально изучавший
этот вопрос профессор Ричмондского университета (США)
Дэвид Бранденбергер в 2002 г. высказал мысль, что не-
успех Совещания историков был вызван тем, что до 1944 г.
Сталин полагал, что во имя победы над Германией следует
изо всех сил поднимать роль русского народа, а в 1944-м,
когда убедился, что победа над Германией уже в кармане,
решил слово "русский" поменять на "советский"2.
Что же касается Жданова, то в 1944 г. он, похоже, так и
не понял, зачем Сталин в ночь на 12 июля внезапно вызвал
его из Ленинграда (блокада Ленинграда была окончатель-
но снята только в сентябре 1944 г.) и поручил возглавить
проходящее в Москве совещание историков. Если судить по
тому анализу архивных документов, которые были изучены
1 См. там же. С. 484.
2 Дэвид Бранденбергер. Национал-большевизм. Сталинская массовая
культура и формирование русского национального самосознания (1936-
1956). Часть П. 1941-1945. М.: 2009. См.: Глава 7. Идеология национал-
большевизма на войне: сражения на историческом фронте. URL: http://
www.e-reading.club/bookreader.php/1015686/Brandenberger_-_Nacional-
Bolshevizm.html (дата обращения: 11.07.2016).

52
Глава I
Юргановым, не только Жданов, но и никто из штатных иде-
ологов ЦК, руководивших этим Совещанием, не мог взять
в толк, чего добивается от них вождь. Сам же Сталин так
и не раскрыл своих карт. По-видимому, не хотел сказать в
открытую, что надо просто поменять акценты в освещении
советской истории и поставить во главу угла в развитии и
укреплении Советского Союза собирательную и объеди-
нительную роль не русского, как это было в официальной
идеологии с 1934 г., а советского народа. Открыто вождь
скажет об этом позже, уже после войны. А особенно актив-
но начнёт внедрять этот тезис после 1948 г., когда вовсю
начнёт разворачиваться "Ленинградское дело". Это нужно
будет ему для того, чтобы внедрить в умы граждан СССР
другой свой тезис: в 1941-1945 гг. солдаты Красной Армии
защищали не "матушку Россию", как он в 1942 г. признался
в этом У. Черчиллю, а советский строй, то есть созданный
им, Сталиным, политический режим. Жданов же в 1944 г.
если и понял что-то, то всё же, судя по его поведению, не
смог переломить себя и прямо написать в проекте резолю-
ции, что все заслуги в развитии СССР принадлежат не рус-
скому, а советскому человеку.
Судя по всему, Жданов начал что-то понимать в сталин-
ской идеологической игре только летом 1948 г. Но было
уже поздно. 13 июля состоялась последняя встреча Андрея
Александровича со Сталиным, перед тем как Политбюро
отправило его в двухмесячный отпуск, а 31 августа сердце
Жданова остановилось.
Впрочем, я сильно забежал вперёд. Пока же следует
сказать о том, что в декабре 1945 г. Жданов возвращается в
кремлёвский кабинет в Москве, и тут же начинает "подтяги-
вать" к себе своих сторонников. Секретарями ЦК становятся
Щербаков [одновременно и секретарём МК и МГК ВКП(б)],
Н. Патоличев, А. Кузнецов. В особенности сильные позиции
занимает последний, которому Сталин с подачи Жданова до-
верил не только всю работу с партийными кадрами, но и вру-

Ждановский "призыв"
53
чил ему селекцию кадров Министерства госбезопасности,
что привело к тесной смычке Кузнецова с В. Абакумовым,
которого Сталин вывел из-под влияния Берии, передвинув
последнего на руководство "атомным проектом".
Но Кузнецов, резко поднявшись с "муниципального"
(ленинградского) уровня политики сразу в высшие слои
политической стратосферы, нагромоздил кучу ошибок
политического характера, которые потом, после смерти
его шефа (Жданова) сильно ему аукнулись. Одной из та-
ких ошибок стало т. н. "дело авиаторов", в ходе которого
А. Кузнецов предпринял попытку, при мощной поддерж-
ке В. Абакумова1, политически уничтожить Г. Маленкова
(Георгий Максимилианович этого не забудет. В 1949 г. он
расправится с Кузнецовым, а в 1951-м и с Абакумовым).
"Дело авиаторов" началось в апреле 1946 г., когда со-
вершенно неожиданно для всех "выяснилось", что в во-
енные годы многие отечественные самолёты производи-
лись с большим процентом брака. Ответственными за это
"назначили" министра авиационной промышленности
А. И. Шахурина, главного маршала авиации А. А. Новикова
и их подчиненных. Состоялся судебный процесс, "вино-
вных" отправили в тюрьму. А поскольку курировал авиапро-
мышленность с партийной стороны в то время Маленков,
Генсек возложил на него "моральную ответственность" и на
два года убрал из Секретариата и Оргбюро ЦК, передав все
его полномочия Жданову.
В литературе можно прочесть, что это "дело" началось с
того, что сын вождя, генерал авиации Василий Иосифович,
чуть ли не спьяну пожаловался на недостатки в работе авиа-
прома Сталину, а тот не стал спускать всё это на тормозах.
Настоящая причина была, конечно, в другом. На самом деле
1 Абакумов знал, что когда в мае 1946 г. Сталин передвигал Берию на
"атомный проект" и убирал из МГБ его ставленника Меркулова, то под-
держал выдвижение Абакумова в министры, при молчаливом сопротив-
лении Берии и Молотова, только Жданов.

54
Глава I
вождь в этот момент начал многоходовую тактическую опе-
рацию по развенчиванию авторитета генералов военного
времени, которые, по мнению Генсека, стали слишком мно-
го говорить о своих заслугах во время войны и тем самым
умалять роль Верховного главнокомандующего в победе
над фашистской Германией.
Эта многоходовая комбинация, конечно, имела сво-
ей главной целью устранение из активной политической
жизни маршала Г. К. Жукова. Но она затронула по каса-
тельной большое число военных. Реабилитационная ко-
миссия А. Н. Яковлева в конце 1980-х гг. установила, что
в 1946-1948 гг. было арестовано 108 прошедших Великую
Отечественную войну генералов.
Первый архивист новой России, Р. Г. Пихоя, став
Руководителем Государственной службы РФ — Главным
государственным архивистом России и получив доступ
к совершенно закрытой дотоле информации, обращает
внимание на то, что А. Кузнецов, получив партийный кон-
троль над административными органами, министерством
внутренних дел, органами государственной безопасности и
армией, стал контролировать и Абакумова, который (в ос-
новном по распоряжению Сталина, но часто и по собствен-
ной инициативе) вёл систематическую слежку за высшим
руководством страны и о результатах докладывал (устно и
письменно) Сталину.
Пихоя пишет, что "именно в период его (Кузнецова)
„кураторства" над административными органами идёт из-
биение высшего командного состава Советской Армии, на-
чинается преследование Еврейского Антифашистского ко-
митета, происходит убийство С. Михоэлса... Его должность
предопределила обязательное участие в этих процессах"1.
По словам Р. Пихои, сотрудники аппарата ЦК вспоми-
нали позже, что Кузнецов "вскрыл целый ряд недостатков,
1 Пихоя Р.Г. Советский Союз: история власти. 1945-1991. М.: Изд-во
РАГС. 1998. С. 47-49.

Ждановский "призыв"
55
допущенных Маленковым в руководстве Управлением ка-
дров ЦК и министерством авиационной промышленности
и подверг эти недостатки жёсткой критике сначала на со-
браниях аппарата ЦК, а потом и на Политбюро. Сталину
вынужденно пришлось пожертвовать Маленковым, но
только временно.
Дело, однако, не в том, что, будучи провинциалом,
Кузнецов не смог разобраться в московских дворцовых ин-
тригах и критику Сталина в адрес Маленкова принял за чи-
стую монету, не поняв, что Генсек совсем не собирался "то-
пить" Маленкова, а "делом авиаторов" воспользовался всего
лишь как предлогом для политической атаки на маршала
Жукова и сочувствовавших ему генералов. Судя по всему,
Кузнецов "топил" Маленкова если и не по прямому поруче-
нию своего "большого шефа" (так все "ленинградцы" назы-
вали Жданова), то во всяком случае из желания угодить ему.
Стойкую неприязнь к себе со стороны Маленкова
Жданов ощущал всегда, начиная с 1920-х гг. Отвечал Георгию
Максимилиановичу тем же, и использовал любую возмож-
ность убрать личного врага со своего пути. Так, А. Волынец
обнаружил в записных книжках Жданова в РГАСПИ записи
последнего по подготовке к февральскому (1947) Пленуму
ЦК. В записях можно прочесть: "Посмотреть список членов
и кандидатов в члены ЦК... вывести Маленкова, Жукова...".
Что касается маршала Жукова, здесь всё понятно: сделать
это приказал Сталин. А про Маленкова вождь не говорил.
Это Андрей Александрович решил сделать сам, что называ-
ется под сурдинку. И в таком виде подал проект постановле-
ния Пленума вождю. Но вышла осечка, по поводу Жукова
Сталин поручил Жданову сделать специальное выступле-
ние (что Андрей Александрович и выполнил на Пленуме),
а фамилию Маленкова в список членов ЦК молча, ничего
не объясняя, самолично вписал. Жданов всё понял. Всё по-
нял и Генсек. И потому, поручив Жданову восстановление

56
Глава I
Коминтерна в виде организации Информбюро, приказал
ему взять Маленкова своим заместителем в этом деле.
Понял всё и Маленков. И запомнил. И, как показала
дальнейшая практика, не простил1.
Но всё это будет потом. А пока шёл 1946 г. Маленков вы-
водится из состава Секретариата и Оргбюро ЦК, 13 мая на-
значается председателем специальной Комиссии по ракет-
ной технике и надолго, до июля 1948 г., исчезает с публич-
ного политического горизонта. Ему перестают рассылать
решения Секретариата и Оргбюро ЦК. А Жданов, получив
право подписывать вместе со Сталиным постановления ЦК
и Совмина СССР (а иногда такие постановления он подпи-
сывает и единолично, без подписи Сталина), не направляет
Маленкову никаких бумаг.
Окончательно "выпасть" из иерархических структур
Маленкову не даёт Берия. Занимаясь "атомным проектом"
и замыкая на себя около десятка министерств, Берия, буду-
чи заместителем председателя Совмина СССР, создаёт под
себя Оперативное бюро Совмина СССР, а руководителем
этого бюро назначает Маленкова, что позволяет тому регу-
лярно бывать на приёме у Сталина с докладами о том, как
идёт работа над "атомным проектом" и средствами доставки
ядерной бомбы.
1 На июньском (1957) Пленуме ЦК КПСС Маленкову было предъяв-
лено прямое обвинение в том, что это именно он организовал фальси-
фикацию "Ленинградского дела". Стоя на трибуне, Маленков всё отри-
цал. Тогда неидентифицированный в стенограмме голос из зала крик-
нул: "„Но вы были секретарем ЦК. Кузнецова арестовали по выходе из
Вашего кабинета!" Маленков: „Совершенно правильно. К моему стыду,
ряд лиц был у меня, как у завотделом, их арестовали по выходе из каби-
нета, это верно, я не отрицаю... Но аресты производились по решению
соответствующих инстанций, причём были соответствующие показания
и доказывалось это. Я теперь вместе с вами также возмущаюсь и сам счи-
таю себя виновником. Это абсолютно верно"". См.: Молотов, Маленков,
Каганович. 1957. Стенограмма июньского пленума ЦК КПСС и другие
документы / Под ред. акад. А.Н. Яковлева. М.: МФД. 1998. С. 390-392.
Неправленная стенограмма.

Ждановский "призыв"
57
Пока же звезда Жданова всё ещё находилась в зените,
чем он и воспользовался в полной мере.
Инструментом укрепления политического веса "ле-
нинградцев" стали инициированные Ждановым т. н. "суды
чести". По замыслу Жданова, эта мера должны была стать
инструментом влияния, прежде всего, на центральный го-
сударственный и партийный аппарат.
В ноябре 1947 г. прошёл суд чести в Министерстве
высшего образования СССР над профессором Сель-
скохозяйственной Академии Жебраком за то, что тот
критиковал своего оппонента Лысенко не в советских из-
даниях, а на страницах американского журнала "Science".
Затем состоялись суды чести в Министерстве геологии
и Министерстве государственного контроля, в начале
1948 г. — в Министерстве электропромышленности и
Министерстве станкостроения. В январе 1948 г. проведён
суд чести в Министерстве вооружённых сил. Под суд по-
пали недавние высшие руководители ВМФ — адмиралы
Кузнецов, Галлер, Алафузов, Степанов. Общественными об-
винителями на таких "судах" выступали, как правило, близ-
кие Жданову и А. А. Кузнецову люди. А на "суде чести" в МГБ
в ноябре 1947 г. выступил сам Алексей Кузнецов: "Органы
государственной безопасности должны усилить чекистскую
работу среди нашей советской интеллигенции... Мы будем
воспитывать интеллигенцию в духе искоренения низко-
поклонства перед заграницей, будем судить судом чести...
Видимо, по отношению кое-кого из представителей интел-
лигенции, уж особо преклоняющихся перед Западом, мы
должны будем принять другие меры — чекистские меры".
Надо отметить, что А. Кузнецов настолько увлекся эти-
ми экзекуциями над аппаратными работниками, что не за-
метил, как перегнул палку. В конце 1947 г. под удар "суда
чести" попал Константин Сергеевич Кузаков — по неко-
торым сведениям, побочный сын Сталина. Он родился во
время вологодской ссылки Сталина — как предполагает-

58
Глава I
ся, от его связи с квартирной хозяйкой, молодой вдовой
Марией Прокопьевной Кузаковой, и был записан на имя её
мужа, умершего за два года до рождения младенца. После
революции Сталин помогал им материально. По воле
судьбы пути Сталина и сына Марии Прокопьевны пересе-
клись. Константин Кузаков стал заместителем начальника
Управления пропаганды и агитации Александрова, чинов-
ника, очень близкого к Г. Маленкову.
29 сентября на собрании работников аппарата на
Старой площади в присутствии Сталина А. Кузнецов вы-
ступил с разгромным докладом в отношении чуть не всего
маленковского Управления пропаганды и агитации. Говоря
о борьбе с антипатриотизмом, он вспомнил закрытые пись-
ма ЦК от 1935 г. — "Уроки событий, связанных с злодей-
ским убийством товарища Кирова" и "О террористической
деятельности троцкистско-зиновьевского революционного
блока", а также другие документы, посвященные "револю-
ционной бдительности". Кузнецов подчеркнул, что "глав-
ной задачей в подрывной деятельности против нашей стра-
ны иностранная разведка ставит, прежде всего, обработку
отдельных наших неустойчивых работников". Он привёл
много соответствующих примеров, и основной удар был
нанесён по Александрову и другим руководителям УПиА.
Ключевой фигурой в докладе стал бывший заместитель за-
ведующего отделом УПиА, директор государственного из-
дательства иностранной литературы Б. Л. Сучков, которо-
го обвинили в передаче американцам атомных секретов, а
также сведений о голоде в Молдавии. Кроме того, попытав-
шись помочь бывшему однокурснику Льву Копелеву, осуж-
дённому на 10 лет заключения за "контрреволюционную
деятельность", Сучков написал в его защиту письмо в проку-
ратуру. Из прокуратуры письмо переслали в ЦК Маленкову,
где в аппарате дело было замято. Испуганный Сучков сове-
товался с Кузаковым, не следует ли ему написать покаянное
объяснение. Тот советовал подождать, не раскрываться, то

Ждановский "призыв"
59
есть стал соучастником. Сталин доклад Кузнецова выслушал
молча и не стал вмешиваться в дальнейшие события.
23-24 октября 1947 г. "суд чести" рассмотрел дело об
антипартийных поступках бывшего заведующего отделом
кадров УПиА М. И. Щербакова и бывшего замначальника
УПиА Кузакова, обвинённых в потере политической бди-
тельности и чувства ответственности за порученную работу
в связи с разоблачением Б. Л. Сучкова, которого они реко-
мендовали в аппарат ЦК. Им объявили общественный вы-
говор. Решением Секретариата ЦК они были исключены из
партии. Сучкова приговорили к заключению и освободили
только в 1955 г. Возможно, Кузакова тоже арестовали бы,
но Сталин не позволил. В дальнейшем "сын вождя" работал
на киностудии "Мосфильм" и на Центральном телевидении
СССР главным редактором Главной редакции литературно-
драматических программ. Но предполагаемые отец и сын
так никогда и не поговорили друг с другом.
Вообще-то политическая наивность А. Кузнецова в этом
эпизоде поражает. Судя по его поведению, он даже не подо-
зревал, что наносит смертельно обидный удар сразу по двум
людям, делая их своими смертельными врагами: Маленкову
и Сталину.
Возможно, эти и другие обстоятельства повлияли на то,
что кампания по развертыванию "судов чести" шла с боль-
шим скрипом, а потом и вовсе сошла на нет. А Кузнецову
"суд чести" над Кузаковым потом аукнулся в 1950 г., когда
Сталин редакторски правил проект обвинительного приго-
вора центральной группе "ленинградцев".
Между тем ждановская команда продолжала наращи-
вать своё влияние в кадровом отношении.
Для обеспечения государства руководящими кадрами
Ждановым была создана целая новая система. В результате
совещаний со Сталиным и обсуждения этой темы с новым
секретарём ЦК по кадрам А. Кузнецовым 2 августа 1946 г.
появилось постановление ЦК "О подготовке и переподго-

60
Глава!
товке руководящих партийных и советских работников". В
епархии А. Кузнецова — Управлении кадров ЦК — вместо
существовавшей Школы парторганизаторов была создана
Высшая партийная школа, где должны были готовить ру-
ководителей не только для региональных партийных орга-
низаций — ЦК компартий союзных республик, обкомов и
крайкомов, но и для аппарата советских организаций. Здесь
же должны были готовить партийных пропагандистов и ре-
дакторов местных газет и радио. С этой целью в ВПШ были
созданы два факультета с трёхлетним сроком обучения —
советский и партийный.
Отбор кандидатур в ВПШ был довольно жёсткий: при-
нимались только лица, имеющие за плечами законченное
среднее образование и опыт работы секретарями или руко-
водителями отделов обкомов партии, исполкомов област-
ных Советов депутатов, ответственных сотрудников мини-
стерств, ведомств, руководящих сотрудников республикан-
ских и областных газет. На каждом курсе обоих факультетов
должно было обучаться по 300 человек. То есть по мере рас-
крутки в ВПШ должно было одномоментно обучаться около
1800 человек, а ежегодный выпуск руководящих работников
составлял 600 человек, плюс выпуск всевозможных девяти-
месячных курсов переподготовки кадров. Под эгидой ВПШ
на местах создавались местные двухгодичные партшколы,
при которых формировались шестимесячные курсы пере-
подготовки местных руководящих кадров. Окончившим эту
новую ВПШ выдавался диплом государственного образца
о высшем образовании с соответствующим нагрудным зна-
ком (т. н. "поплавок"), а само образование официально при-
равнивалось к окончанию исторического факультета педа-
гогических ВУЗов.
Не был забыт Ждановым и вопрос о подготовке тео-
ретических кадров партии. Этим же постановлением ЦК
при Управлении пропаганды и агитации ЦК, которое ку-
рировал Жданов, для подготовки высших теоретических

Ждановский "призыв"
61
кадров партии была создана Академия общественных наук,
а в Вооружённых Силах — Военно-политическая академия,
которую возглавил ещё один "ленинградец" генерал-майор
Алексей Ковалевский, который в 1941 г. работал вместе со
Ждановым в Военном Совете Северо-Западного фронта.
Словом, в отсутствие в высшем партийно-политическом
звене проштрафившегося в мае 1946 г. Маленкова полити-
ческий авторитет Жданова и выдвигавшимся им кадров не-
уклонно рос.
Как пишет А. Волынец, Жданов планировал в ближай-
шие годы провести через эти вновь создаваемые структуры
"весь руководящий аппарат партии". Так, в постановлении
ЦК подчёркивалось, что в течение ближайших трёх-четы-
рёх лет в стране должен был быть полностью обновлён весь
управленческий слой общества.
Понятно, что в организации этой акции Жданов и
Кузнецов опирались в основном на опыт Ленинградской
партийной организации.
Если бы всё в этом плане пошло, как было задумано, то
начиная с 1949 г. (первого выпуска новой ВПШ) в СССР на-
чалась бы смена руководящего партийного и советского ап-
парата страны под контролем Жданова и Кузнецова.
Но всё пошло не так: 31 августа 1948 г. умер
А. А. Жданов, а 1 октября 1950 г. были расстреляны по т. н.
"Ленинградскому делу" А. А. Кузнецов и другие.

ГЛАВА II
ЗАКАТ РЕЖИПА ЕДИНОЛИЧНОЙ ДИКТАТУРЫ
Между тем к концу 1947 г. ситуация в верхних эшелонах
власти в СССР стала радикально изменяться не в лучшую
сторону. Выражаясь современным языком, сталинский по-
литический режим пришёл в "точку бифуркации", когда
система власти уже не может пребывать в прежнем состо-
янии и должна либо распасться на отдельные фрагмен-
ты, либо вынужденно измениться, чтобы сохранить свою
целостность. Ни того, ни другого выхода из создавшегося
состояния не просматривалось, потому что вся система вла-
сти опиралась на волю только одного человека — Иосифа
Сталина. А он и сам находился в режиме бифуркации.
Колоссальное напряжение военных лет исчерпало, в ос-
новном, его интеллектуальные и психологические возмож-
ности. Осенью 1945 г. он пережил вначале микроинсульт, а
следом и микроинфаркт, и был вынужден взять на несколь-
ко месяцев отпуск, уехав на юг, оставив в Москве вместо
себя вначале "четвёрку", затем "пятёрку" своих заместите-
лей, а потом присоединил к ним Николая Вознесенского.
Но атмосфера диктатуры "Хозяина", созданная им в преды-
дущие годы, приводила к тому, что с проблемами управле-
ния страной не справлялась ни "пятёрка", ни "шестёрка".
Победивший гитлеровскую Германию народ ожидал от вла-
сти ослабления давления на материальные условия своего
существования, а власть не умела (и не хотела) адекватно от-
вечать на эти чаяния. И сам Сталин, и его ближайшие спо-
движники в своих действиях продолжали руководствовать-
ся нормами военного времени: народ обязан терпеть любые

Закат режима единоличной диктатуры
63
лишения во имя победы над внешним врагом, место кото-
рого к 1947 г. вместо гитлеровской Германии заняли США.
В таких вот условиях Генсек приходит к выводу, что при-
шло время задуматься о том, кто унаследует его власть, ког-
да он уйдёт в иной мир.
1. НЕРЕШАЕПАЛ ПРОБЛЕПА НАСЛЕДНИКА
В хранящихся в РГАНИ неправленых мемуарах Хрущё-
ва и А. Микояна (других источников на этот счёт, к сожале-
нию, нет) содержатся глухие упоминания о кратковремен-
ных приступах истерии со стороны вождя: "Вот придёт вре-
мя, и я уйду, как вы будете управлять страной без меня?! Вас
же передушат, как котят!"
Анастас Микоян вспоминает, что именно в этот пе-
риод во время одного неформального ужина на Ближней
даче Сталина в присутствии Молотова, Берия, Хрущёва,
Жданова и самого автора мемуаров, разгорячённый обиль-
ными возлияниями вождь вслед за восклицанием о том, что
власть нужно оставить более молодым, прямо сказал, что
партийные дела он считает возможным оставить после себя
Алексею Кузнецову, а с правительством может справиться
Николай Вознесенский. После этой реплики Генсека за
столом воцарилось гробовое молчание. Анастас Иванович
пишет, что все присутствовавшие и так были уверены, что
Сталина должен наследовать русский член Политбюро,
однако никто не ожидал от 'Хозяина" столь неожиданной,
ошеломляющей эскапады. Но как следует из мемуаров, всё
близкое окружение Сталина в этот момент поняло, что по-
литическая ситуация в верхах власти враз поменялась са-
мым кардинальным образом: СССР вступил в послесталин-
скую эпоху.
Многие нынешние историки считают эту фразу Сталина
о своих наследниках (сознательно оставляю это слово без
кавычек) тонко рассчитанной политической провокацией.

64
ГлаваП
Дескать, Генсек сознательно вбросил эту информацию в
среду своего ближайшего политического окружения с тем,
чтобы стравить всех и вся друг с другом и тем обезопасить
себя от возможного заговора против себя самого. Я не ис-
ключаю правомерности такого толкования. Однако мне эта
картина представляется по-другому.
Я склоняюсь к выводу, что Сталин искренне был озабо-
чен тем, кому именно он может оставить после себя создан-
ную им страну. К этому выводу подвигает вся история XX в.
В своих прежних работах я не раз касался этого вопро-
са на конкретных исторических примерах. Не стану напо-
минать о Конраде Аденауэре, Ли Куан Ю, Мао Цзедуне.
Сошлюсь только на два наиболее близких мне примера.
В 1970-е гг. я имел возможность воочию наблюдать,
как мучился вопросом о преемнике президент Югославии
Иосип Броз Тито. И не смог придумать ничего лучшего,
чем создать коллективного преемника, коллективного пре-
зидента страны из 8 человек. И оказался неправ, после его
смерти этот коллективный президент не смог сохранить
Югославию, страна распалась в результате наступившей
кровавой смуты. В ещё большей степени, и гораздо рань-
ше, мучился этим вопросом В. И. Ленин. И тоже, не дове-
ряя ни Троцкому, ни Зиновьеву с Каменевым, ни Сталину,
предложил в 1922 г. вместо себя коллективное руководство
Политбюро ЦК и расширение ЦК до 50-100 человек, в на-
дежде, что в этом расширенном составе центральный пар-
тийный орган сможет контролировать действия названных
выше руководителей. Не получилось у Ильича ничего с
этой задумкой, обернулась она большой кровью в 1930-е гг.
Забегая вперёд в нашем повествовании, следует сказать,
что ведь и Сталин попал в эту же западню. В 1952 г. на XIX
съезде КПСС он предложил упразднить Политбюро, состо-
ящее из 6 человек, и вместо него создать Президиум ЦК из
25 человек, полагая, что этот коллективный правящий ор-
ган сумеет сохранить созданное Лениным и Сталиным го-

Закат режима единоличной диктатуры
65
сударство в неприкосновенности. Государство-то на какое-
то время сохранить удалось, а вот преемника Сталина из
Президиума ЦК не получилось, смертельная драка в этом
коллективном органе власти началась сразу же после смер-
ти Сталина.
Так это было или иначе, но вопрос о своём наследнике
Генсек поставил в повестку дня сам. Но ответа на этот во-
прос у него не было.
Именно выдвижением Сталиным этой задачи (для са-
мого себя, разумеется) и неготовностью к её решению я
могу объяснить его решение созвать съезд партии и при-
нять на этом форуме жёсткие цели и ориентиры развития
Советского Союза на ближайшие десятки (!) лет.
Современные историки, исследующие послевоенный
период, как правило, пишут, что вопрос о созыве партий-
ного съезда поставил Жданов. При этом все опираются
на один-единственный источник: воспроизведём его. Речь
идёт о мемуарах сына Жданова.
Юрий Андреевич прожил долгую жизнь — 87 лет — и
за полтора года до смерти опубликовал свои мемуары1, где
описал эту ситуацию так:
В самом начале января 1947 г. на квартире Сталина со-
брался узкий круг Политбюро, на котором был поднят во-
прос о партийном съезде. "Анализируя итоги прошедшей
войны, — пишет Юрий Жданов, — в узком кругу членов
Политбюро Сталин неожиданно сказал: „Война показала,
что в стране не было столько внутренних врагов, как нам
докладывали и как мы считали. Многие пострадали напрас-
но. Народ должен был бы нас за это прогнать. Коленом под
зад. Надо покаяться". Наступившую тишину нарушил отец:
— Мы, вопреки уставу, давно не собирали съезда партии.
Надо это сделать и обсудить проблемы нашего развития, на-
шей истории.
1 Жданов ЮЛ. Взгляд в прошлое: воспоминания очевидца. Ростов-на-
Дону: Феникс, 2004. С. 227.

66
Глава П
Отца поддержал Н. А. Вознесенский. Остальные про-
молчали, Сталин махнул рукой:
— Партия... Что партия... Она превратилась в хор пса-
ломщиков, отряд аллилуйщиков... Необходим предвари-
тельный глубокий анализ...
Вернувшись домой и рассказав о случившемся матери,
отец вздохнул: „Не дадут"..."
Нет оснований в целом подвергать сомнению этот
мемуарный пассаж. Но нужно, конечно, учитывать, что,
во-первых, Юрий Андреевич услышал всё это от своей ма-
тери много лет спустя после смерти отца и никто, ни его
мать, ни он сам никогда не подвергали этот рассказ Андрея
Александровича политическому анализу. Да и вряд ли
Зинаида Сергеевна Жданова, журналистка местной прес-
сы, была в то время посвящена мужем во все тонкости по-
литической кухни в верхних этажах власти: очень уж опас-
ной могла оказаться тогда эта информация. А, во-вторых,
поведение самого Юрия Андреевича в те годы (а он был ни
много, ни мало, заведующим отделом науки ЦК) показало,
что в 1947-1948 гг. он насовершал очень много таких поли-
тических ошибок в своих взаимоотношениях со Сталиным,
которые показали, что он никогда и ничего не понимал в по-
литике. Как считали современники тогда, и считают исто-
рики ныне, эти его ошибки во многом способствовали тому,
что его отца в августе 1948 г. постиг инфаркт. Поэтому я
склонен считать нынешний анализ событий того времени,
подкреплённый знакомством с архивными документами,
более близким к истине. Однако в данном случае речь идёт
исключительно о внешней канве этого дела. Что же касает-
ся его сути, то у меня после многолетней работы в архивах
с документами тех лет и после внимательного прочтения
фундаментального исследования Алексея Волынца1 сложи-
лось твёрдое мнение, что Жданов, очень тесно в этот пе-
риод работавший с Генсеком, мог озвучить мысль о необхо-
1 Волыпец А. Н. Жданов. М.: Молодая гвардия, серия ЖЗЛ. 2013. 619 с.

Закат режима единоличной диктатуры
67
димости скорейшего созыва партийного съезда только в од-
ном случае — если эта мысль принадлежала лично Генсеку.
В одной из своих книг о Сталине я однажды написал: "Сам
Генсек был человеком очень скрытным и осторожным. Он
всю жизнь предпочитал, чтобы его настоящие мысли угады-
вали и преподносили ему другие. А он бы выступал в роли
редактора этих мыслей. Никого этой манерой обманывать,
конечно, не удавалось. А те, кто обманывался на этот счёт,
долго не жили". Думаю, что примерно так было и в этот раз.
Короче, высказанную Ждановым идею о съезде Сталин
энергично поддержал. Более того, не успело ещё ближай-
шее окружение Сталина обдумать эту идею, как 7 января
1947 г. собранное Сталиным в полном составе Политбюро
ЦК приняло решение: созвать Пленум ЦК ВКП(б) 21 февра-
ля 1947 г. Определили и темы для обсуждения на Пленуме:
1. О программной Комиссии.
2. Обсуждение Устава ВКП(б).
3. О созыве XIX съезда ВКП(б).
В последний момент Сталин по одному ему известным
соображениям предложил в повестку дня работы Пленума
включить ещё и четвёртый пункт: "Вопросы подъёма сель-
ского хозяйства (докладчик т. Андреев)1.
Пленум в назначенное время был созван и работал всю
рабочую неделю, а 26 февраля постановил создать в составе
25 человек Комиссию по подготовке Программы и Устава
ВКП(б). Председателем Комиссии был назначен Жда-
нов А. А., заместителем — Кузнецов А. А. В состав Комис-
сии дополнительно ввели Маленкова (впервые после "дела
авиаторов" фамилия Маленкова появилась в официальном
партийном документе), Хрущёва, а также Александрова,
Федосеева, Иовчука, Куусинена. В состав Комиссии Жданов
включил и первого секретаря Ленинградского обкома и
горкома ВКП(б) П. С. Попкова.
!РГАНИ. Фонд 3. Оп. 22. Ед. хр. 108. Л. 1. Решение Политбюро ЦК
ВКП(б) от 7 января 1947 г. № П56\34 100-кп.

68
Глава Л
В этой связи следует отметить два момента. "Ленин-
градцы" в Комиссии играли первую скрипку (Жданов,
Кузнецов, Попков), но в её составе отсутствовал кан-
дидат в члены Политбюро, заместитель председателя
Совмина СССР, председатель Госплана СССР, академик
АН СССР Н. А. Вознесенский.
Не лишне отметить, что вопрос об изменении Програм-
мы партии не был таким уж неожиданным. В марте 1939 г.
Пленум ЦК ВКП(б) уже ставил вопрос об изменении
Программы ВКП(б). Тогда тоже была создана соответству-
ющая Комиссия, в которую вошли Жданов, Вознесенский и
другие. Но ту Комиссию возглавлял лично Сталин. В 1947 г.
Генсек доверил эту работу Жданову.
Судя по всему, в феврале 1947 г. Сталин ещё не был го-
тов к предметному разговору по Программе партии, но во-
прос этот не выпускал из виду и вскоре вернулся к нему.
Заседание Политбюро, посвященное подготовке тек-
ста новой партийной Программы состоялось 15 июля
1947 г. Вёл заседание Сталин. Если на январском заседа-
нии по Программе он практически хранил молчание, пре-
доставив говорить Жданову, то в июле вождь выступил с
большой речью. Комиссии, сказал он, в своей работе по
подготовке текста Программы следует исходить из следу-
ющих соображений:
Программа должна состоять из двух частей:
а) из общей части, где должны быть даны, во-первых,
оценка победы Великой Октябрьской Социалистической
Революции с точки зрения исторического развития чело-
вечества, и, во-вторых, должен быть дан анализ нынешней
международной обстановки. В-третьих, должны быть подве-
дены итоги достижений Советского общества к настоящему
времени по всем линиям;
б) вторая часть должна была носить практически-по-
литический характер, где должны быть сформулирова-

Закат режима единоличной диктатуры
69
ны основные задания партии с точки зрения движения
Советского общества к коммунизму в разрезе 20-30 лет.
Комиссия, добавил Сталин, имеет право выдвинуть дру-
гую схему Программы, если она считает изложенную схему
недостаточной или неправильной1.
Последнее, как и то, что в состав Комиссии во главе со
Ждановым Сталин включил Н. Вознесенского в качестве
заместителя председателя, означало высокую степень дове-
рия Сталина к Жданову.
Таким образом, вождь дал Жданову карт-бланш. Более
того, Сталин торопил его: на вышеупомянутом заседании
Политбюро было записано, что первый доклад Комиссии
по разработке Программы ВКП(б) должен быть представ-
лен уже через две недели.
Вот это чуть ли не безграничное доверие к Жданову
было не совсем понятно. Ведь совсем недавно, летом 1944 г.,
Сталин попытался доверить Жданову решить важнейшую
идеологическую задачу, сорвал его с работы в только что
освобождённом от блокады Ленинграде и был вынужден
констатировать, что его протеже с задачей не справился.
А ведь летом 1944 г. Сталин идеологически не сошёлся со
Ждановым по острой программной теме — по "русскому во-
просу" (см. об этом выше). Сталин, конечно, не забыл о том,
что летом 1944 г., во время работы Совещания историков,
он не принял ни одного варианта подготовленного лично
Ждановым проекта резолюции по этому Совещанию имен-
но из-за того, что не согласился с оценкой своего "замести-
теля по работе в Секретариате ЦК" роли русского народа в
истории России и СССР. В итоге многомесячное Совещание
осталось без завершения. А. Л. Юрганов, изучивший все ар-
хивные документы, оставшиеся от этого Совещания, особо
обращает внимание на карандашную правку Сталина на ав-
1 См. выписку из протокола № 59 заседания Политбюро от 15 июля
1947 г., п. 48, "О проекте новой Программы ВКП(б)и. РГАНИ, Ф. 3. Оп.
22. Ед. хр. 108. Дело № 7-Д\1-2. Л. 7.

70
ГлаваП
тографах Жданова по этому Совещанию и прежде всего —
о трактовке патриотизма.
В 1944 г. Жданов, по старой памяти, отталкивался от по-
зиции Сталина 1934 г. по этому вопросу и не смог угадать на-
правления мыслей вождя. Если в 1934 г., возвышая истори-
ческую роль русского народа, Сталин готовил страну к гря-
дущей войне с мировым империализмом и потому ему был
нужен тогда русский патриотизм, то во второй половине
1944 г. Сталину стал нужен патриотизм не русский, а совет-
ский. В 1945 г. Генсек по инерции ещё сказал тост в честь
русского народа, но на самом деле он уже начал переклады-
вать в идеологии руль с национальной почвы на классовую
(русский народ в годы войны своё дело сделал, наступила
пора объяснить всем, что Германию победил не русский
солдат, как считал весь западный мир, а советский).
Поэтому осенью 1944 г. на автографе Жданова, где
речь шла о взглядах историков, Сталин напишет: "Сов. па-
триотизм окреп в годы Отечественной войны. Единство
народов" и пояснит: "Попытки подменить квасным па-
триотизмом. Истинные и квасные патриоты в прошлом.
Чернышевский — Пушкин. Аракчеев — царизм"1.
0 чем шла речь? 13 августа 1944 г. Жданов в предлага-
емом проекте резолюции Совещания напишет: "Ведущая
роль русского народа в борьбе за социализм, таким образом,
не навязана другим народам, а признана ими добровольно
в силу той помощи, которую оказывал и оказывает другим
народам русский народ в деле развития их государственно-
сти и культуры, в деле ликвидации их прежней отсталости,
в деле строительства социализма. Это не может не напол-
нять каждого русского чувством гордости". Но вождь эту
позицию решительно отринет: весь абзац о "ведущей роли
русского народа" Сталин предложил убрать.
И далее. Жданов пишет: "Советский патриот любит
свою страну и любит свою нацию". Сталин подчеркивает
1 ЮргановА.Л. Указ. соч. С. 420.

Закат режима единоличной диктатуры
71
слова "свою нацию" и на левой стороне пишет: "Какую?"1 Но
Жданову эту свою правку вождь уже не показывает.
В 1947 г. ситуация 1944 г. повторилась, только с ещё
более жёсткой реакцией со стороны вождя. Проект
Программы партии, написанный под непосредственным
руководством Жданова, Н. Вознесенского и А. Кузнецова (в
окончательной редакции он был написан П. Н. Федосеевым,
М. Б. Митиным и Л. А. Леонтьевым, а руководил этой
группой Д. Т. Шепилов) в августе 1947 г. был представлен
Сталину и был им с порога отвергнут2. По свидетельству ви-
це-президента АН СССР П. Н. Федосеева, Сталин на этом до-
кументе оставил очень краткую резолюцию: "В мой архив".
XIX съезд партии состоялся, как известно, лишь в 1952 г.,
уже не только без умершего в августе 1948 года Жданова, но
и без расстрелянных 1 октября 1950 г. по "Ленинградскому
делу" Н. Вознесенского и А. Кузнецова.
Но здесь, повторюсь, я забежал далеко вперёд. Сейчас
же предлагаю вернуться к подготовленной под руковод-
ством Жданова и Вознесенского Программе ВКП(б). А она,
как теперь ясно видно, представляет большой интерес не
только с исторической точки зрения, но и с позиций сегод-
няшнего, 2016 года.
2. СОВЕТСКИЕ ВПЕСТО РУССКИХ
Итак, в июле 1947 г. Жданов представил Сталину про-
ект новой Программы ВКП(б) и свои соображения о том,
что XIX съезд партии можно провести уже в 1947 г., или не
позднее первой половины 1948 г.
1 Там же. С. 457.
1 Полный текст этого документа см.: РГАНИ Ф. № 3. Оп. 22. Ед. хр. №
107-108-а. Л. 105-152. Все дальнейшие выдержки из проекта Программы
даются по этому источнику. О конкретной работе над этим докумен-
том мне хоть и скупо, но всё же поведали в 1984 г. во время работы в
Президиуме АН СССР два его соавтора — П.Н. Федосеев и М.Б. Митин.

72
ГлаваП
Но что-то подсказывало Жданову, что его настойчи-
вость с созывом партийного съезда не встречает понима-
ния у Генсека. И потому Андрей Александрович предложил
сначала провести в 1947 г. XIX Всесоюзную партийную кон-
ференцию и даже направил Генсеку проект постановления
ЦК ВКП(б) "О порядке представительства и порядке выбо-
ров на XIX Всесоюзную конференцию ВКП(б)".
Но главным был, конечно, текст проекта партийной
Программы. Размах здесь был очень широкий, в ней был на-
мечен путь развития советского общества до 1980 г.
Дело в том, что по договоренности со Сталиным Жданов
представил вождю не только текст проекта партийной
Программы, переданный ему руководителем группы по под-
готовке текста Д. Т. Шепиловым, но и ещё один документ,
над которым в течение нескольких месяцев работали веду-
щие работники Госплана СССР во главе Н. Вознесенским.
Если проект Программы охватывал период развития СССР
до 1976 г., то "Генеральный план хозяйственного развития
СССР" —до 1965 г.
Начать, по-видимому, надо всё же с партийной
Программы, поскольку, похоже, именно заложенные в ней
идеи в конечном счёте так напугали Сталина, что спустя пол-
тора года после смерти Жданова вождь в ходе сфабрикован-
ного им и его подручными "Ленинградского дела" пришёл к
выводу, что на перевоспитание оставшихся после Жданова
членов его команды у него времени может и не хватить, а
потому решение было принято кардинальное: сторонников
этих идей уничтожить физически.
Вопрос непростой, поскольку есть историки и пу-
блицисты, которые сегодня считают, что созданный под
непосредственным руководством Жданова, Кузнецова,
Вознесенского и других проект Программы ВКП(б) и за-
ложенные в нём идеи по демократизации советского обще-
ства были, одновременно, и идеями Сталина. Так, весь-
ма уважаемый мною Алексей Волынец в опубликованном

Закат режима единоличной диктатуры
73
в Интернете очерке "Ленинградское дело" несколько раз>
подчёркивает, что текст проекта партийной Программы
"ясно показывает, что высшие руководители СССР, Сталин
и Жданов, хотя бы только в теории, но прекрасно осозна-
вали необходимость эволюции по мере развития общества
от партийной диктатуры к иным, более сложным, формам
управления". С таким утверждение согласиться трудно уже
в силу того, что не было в то время в СССР никаких выс-
ших руководителей. Был один руководитель, который и
был высшим. И единственным. И звали его — Сталин. Да,
собственно, и сам А. Н. Волынец в этом же тексте неодно-
кратно, незаметно для себя самого, подчёркивает, что 1947-
1948 гг. были "пиком сталинского самодержавия", это был
период безраздельного "личного диктаторства Сталина" и
т. д. и т. п. Это, во-первых.
А есть ещё и во-вторых, на что не обратил внимание
Алексей Николаевич при чтении архивных документов:
на заседании Политбюро 15 июля 1947 г., которое вёл сам
Сталин и где он произнёс довольно большую речь, он всю
эту речь посвятил технологии написания Программы и ни
словом не обмолвился о её содержании. Более того, в про-
токоле Постановления приказал записать фразу (см. выше),
которую никак иначе невозможно было истолковать, как
только: пишите, что хотите, а я потом посмотрю.
В конце концов, ведь не случайно Сталин после прочте-
ния этих документов не только не утвердил их, но упрятал в
архивы так глубоко, что заключительного варианта этих до-
кументов больше не увидел никто, включая и тех, кто писал
черновые варианты. Во всяком случае, упомянутые выше
участники написания этих черновых вариантов Федосеев
и Митин спустя 37 лет в беседах со мной говорили, что
окончательного варианта Программы (после правки его
Ждановым и Вознесенским) они не видели. А сам Сталин,
выступив в 1952 г. со своей брошюрой "Экономические

74
Глава II
проблемы социализма", камня на камне не оставил от идей,
сформулированных Ждановым и Вознесенским.
Молено высказать предположение, что произнесён-
ная Сталиным 15 июля на заседании Политбюро фраза,
которую Генсек счёл необходимым даже зафиксировать
в пункте 48 протокола заседания Политбюро 15 июля
1947 г. ("Комиссия имеет право выдвинуть другую схему
Программы, если она считает изложенную схему недоста-
точной или неправильной", — а ведь схему-то эту изложил
не кто иной, как сам Генсек!) носила знаковый характер.
Может быть, потому Генсек в 1947 г. и не согласился воз-
главить Комиссию по подготовке Программы партии, а до-
верил это председательство Жданову, что не захотел связы-
вать себе руки именно по "русскому вопросу"?
Похоже на то, что всё именно так и было. Под руковод-
ством Жданова, Кузнецова и Н. Вознесенского был подго-
товлен такой проект Программы ВКП(б), в котором если
не главным новшеством, то близко к этому, была, как пишет
А. Волынец, "новация в определении места и роли русской
нации в СССР" в трактовке её государствообразующей роли1.
Что же именно написали Жданов и Вознесенский в
своём проекте партийной Программы?
Первое, и главное, проект ждановской Программы воз-
вещал: "Всесоюзная Коммунистическая партия (большеви-
ков) ставит своей целью в течение ближайших 20-30 лет
построить в СССР коммунистическое общество", то есть по-
строить такое общество к 1980 г.
Обозначалось и направление этого развития. "Развитие
социалистической демократии на основе завершения по-
строения бесклассового социалистического общества, —
говорилось в проекте Программы, — будет всё больше пре-
вращать пролетарскую диктатуру в диктатуру советского
1 См.: Алексей Волынец. Ленинградское дело: птенцы гнезда Жданова.
URL: http://www.apn-spb.ru/publications/printl2341.htm (дата обраще-
ния: 11.07.2016).

Закат режима единоличной диктатуры
75
народа. По мере вовлечения в повседневное управление
делами государства поголовно всего населения, роста его
коммунистической сознательности и культурности, раз-
витие социалистической демократии будет вести к всё
большему отмиранию принудительных форм диктатуры
советского народа, всё большей замене мер принуждения
воздействием общественного мнения, к всё большему суже-
нию политических функций государства, к превращению
его по преимуществу в орган управления хозяйственной
жизнью общества".
В проекте Программы "красной тряпкой для быка" было
не только придание характера политического фактора "об-
щественному мнению", что вождь никогда и на дух не при-
нимал, но и была сформулирована мысль о всенародных го-
лосованиях "по большинству важнейших вопросов государ-
ственной жизни как общеполитического, хозяйственного
порядка, так и по вопросам быта и культурного строитель-
ства". Причём, предполагалось, что граждане и обществен-
ные организации должны получить право законодательной
инициативы не только по вопросам внутренней, но и по во-
просам внешней политики.
Были также сформулированы положения о принципе
выборности руководителей всех рангов, ограничении сро-
ков их пребывания во власти и альтернативности кандида-
тов при выборах.
В связи с созданием проекта партийной Программы
Жданов и Вознесенский "замахнулись" и на то, что одновре-
менно с Программой партии, и в соответствии с заложен-
ными в ней идеями, необходимо будет разработать и новую
Конституцию СССР с упором на развитие идеи самоуправ-
ления в хозяйственной и общественной жизни, предостав-
ления больших прав местным советам и гарантий развития
мелкого частного хозяйства на селе и кустарного (т. е. того
же, частного) сектора в городах.

76
Глава II
Ну и, наконец, одно из самых главных положений про-
екта Программы: роль русского народа в продвижении со-
ветского общества к коммунизму. Жданов с Вознесенским
словно бы забыли о прецеденте 1944 г. и записали в тексте
положение о "ведущей роли русского народа в борьбе за со-
циализм". Генсек не стал даже на полях документа коммен-
тировать это положение, он просто написал на всём тексте
проекта: "В архив".
Между тем, Сталин получил от Жданова не только про-
ект партийной Программы, но и текст "Генерального хо-
зяйственного плана развития СССР на 1946-1965 годы",
подготовленный специалистами Госплана СССР во главе с
Н. А. Вознесенским. Этот проект был ещё более потрясаю-
щим воображение. Настолько, что Сталин, вопреки своей
привычке писать на полях свои замечания, не оставил на
этом тексте ни одной пометки.
А возражать, с точки зрения Сталина, было чему.
Первое, и главное, на что был нацелен Генеральный
план, заключалось в том, что русский народ (именно рус-
ский, живущий в РСФСР) после тягот военной поры заслу-
жил человеческие условия своего существования, а для это-
го Вознесенский, в полном согласии с позицией Жданова,
заложил в Генеральный план хозяйственного развития опе-
режающие темпы роста отраслей промышленности группы
"Б" (средства производства для лёгкой промышленности)
по сравнению с отраслями промышленности группы "А"
(средства производства для тяжёлой индустрии). Обращаю
внимание: только темпы. В целом пропорции на опере-
жение роста второй по сравнению с первой оставались в
Плане незыблемыми.
В принципе Жданов и Вознесенский с активной под-
держкой ещё одного "ленинградца" — заместителя пред-
седателя Совмина СССР, председателя Бюро по тор-
говле и лёгкой промышленности при Совмине СССР,
А. Н. Косыгина — здесь не входили в противоречие с во-

Закат режима единоличной диктатуры
11
ждём. Сталин 9 февраля 1946 г. в своём первом после войны
публичном выступлении перед избирателями хоть и сквозь
зубы, но всё же обозначил эту тему (4,5 строчки из 588), ска-
зав, что материальный уровень жизни народа необходимо
повышать и для этой цели следует развёртывать производ-
ство товаров народного потребления. Но в устах вождя это
было в общем-то пропагандистское заявление, не влекущее
за собой реальных действий: Сталина, Маленкова, Берию
и других в отличие от "группы Жданова" совершенно (если
судить iio принимаемым ими государственным постановле-
ниям) не интересовало жизненное положение трудящейся
массы, в особенности на территории РСФСР.
Нынешние исследователи отмечают негативный тренд
сталинской политики как раз в этой сфере. "После войны
заработная плата рабочих заводов снизилась в связи с со-
кращением трудовой недели и прекращением сверхуроч-
ных работ. Среднемесячная зарплата рабочих на заводах и
предприятиях Москвы, составляющая в мае 1945 г. 680 руб.,
снизилась до 480 руб. (то есть на 40 с лишним процентов. —
Вл. К.). На отдельных предприятиях сокращение оплаты
труда было ещё больше, примерно в 1,5-2 раза. Заработки
уборщиц, вахтеров, истопников и других не менялись с
1937 г. и были на уровне 200 руб. в месяц. Минимальная
заработная плата, не облагавшаяся налогами, составляла
150 руб. Значительную часть зарплаты отнимали налоги и
государственные займы. Так, из заработка в 200 руб. изы-
малось 67 руб. А на некоторых крупных заводах тяжёлой
промышленности средний размер зарплаты составлял за
отдельные месяцы 65 % от начисленного заработка, а 35 %
удерживалось по Госзайму. Крупных размеров достигали
удержания из заработной платы за сделанный брак. Иногда
рабочие в течение нескольких месяцев оставались должни-
ками заводов"1.
1 Пыжиков А.В.у Данилов АЛ. Рождение сверхдержавы. 1945-1953
годы. М.: ОЛМА-ПРЕСС. 2002. С. 132-133.

78
ГлаваП
В ещё более тяжёлом положении сталинская система
удерживала тружеников деревни. Специальными государ-
ственными постановлениями (например, постановление
правительства от 31 мая 1947 г.) "практика военных лет,
установившая повышенный минимум трудодней и судебную
ответственность за его невыполнение, была сохранена и
в последующие годы"1. Одновременно выросли налоги на
приусадебные участки. В 1946 г. Совет Министров СССР
принял два постановления, восстанавливающие закон от
7 августа 1932 г., карающий за хищение колхозного и ко-
оперативного имущества 10 годами тюрьмы и расстрелом.
Крестьяне стонали, в Москву потоком шли жалобы. В 1947-
1950 гг. в Совет по делам колхозов при Совете Министров
СССР поступило 92 795 жалоб от колхозников и было при-
нято 3305 так называемых "ходоков", которые добивались
личного приёма у чиновников. Но в ответ, как пишут на-
званные выше авторы, Москва "приняла решение о повы-
шении налогов на личные крестьянские хозяйства".
Народ протестовал, как мог. Даже на первичных пар-
тийных собраниях в центральных российских областях до-
ведённые до отчаяния члены ВКП(б) говорили: "Мы видим
собственными глазами, что в нашей стране построено мно-
го заводов и фабрик. Всё это верно, но мы, старики, что от
этого получили? Что нам дала Конституция? 250 грамм хле-
ба и больше ничего". В Ленинградской области на выборах
в Верховный Совет РСФСР в 1946 г. на некоторых бюлле-
тенях были обнаружены надписи: "Долой принудительный
труд!", "Да здравствует свобода слова и печати!", "Долой кре-
постное право коммунистов!" А в Молдавской ССР во время
избирательной кампании 1946 г. агитаторов вслух спраши-
вали: "Когда у нас будет много хлеба, жиров, сахара и других
продуктов?", "Когда народ будут кормить досыта?" и т. д.2
1 х Пыжиков А.В., Данилов А.А. Рождение сверхдержавы. 1945-1953
годы. М.: ОЛМА-ПРЕСС. 2002. С. 138-139.
2 Там же. С. 207, со ссылкой на РГАСПИ.

Закат режима единоличной диктатуры
79
Но главное в Генеральном плане развития до 1980 г. за-
ключалось не только в новом подходе к пропорции между
развитием промышленности по группам "А" и "Б" (хотя
Сталину не понравилось и это, и в октябре 1952 г. он в сво-
ей работе "Экономические проблемы социализма в СССР"
не оставил камня на камне от этого тезиса Вознесенского
и Жданова). Главное было в том, что Вознесенский сделал
акцент на развитии в СССР товарно-денежных отношений,
сформулировал необходимость расширения товарооборо-
та между городом и деревней, между районами и областя-
ми, между различными отраслями народного хозяйства и
между хозяйствующими субъектами, необходимость кон-
курентных отношений в торговой системе, зафиксировал
необходимость перестройки планирования и укрепления
экономических рычагов организации производства и рас-
пределения — денег, цены, кредита, прибыли, премии,
поставив в прямую зависимость от всех этих инструментов
экономического развития подъём благосостояния совет-
ских людей.
Вот уж этого Сталин стерпеть не мог никак.
Летом 2013 г. в беседах со мной Лев Александрович
Вознесенский, сын расстрелянного в октябре 1950 г. ми-
нистра образования РСФСР Александра Алексеевича
Вознесенского, рассказывал, что в 1949 г., Сталин, прочи-
тав "Генеральный план развития СССР до 1965 года11, мно-
го времени провёл в беседах с Николаем Алексеевичем
Вознесенским (вызывая его в кремлёвский кабинет, и в
длительных пеших прогулках на Ближней даче). Николай
Алексеевич в это время (за несколько месяцев перед аре-
стом) много и упорно работал над своим главным, как он
говорил, трудом — 850-страничной "Политической эконо-
мией коммунизма" и охотно делился со Сталиным своими
мыслями по поводу этой работы.
При аресте Вознесенского в 1949 г. рукопись главного
труда Вознесенского была арестована и, как говорят, унич-

80
Глава П
тожена. А Сталин в своих "Экономических проблемах" опу-
бликовал две страницы под заголовком "Международное
значение марксистского учебника политической эконо-
мии", подчеркнув: "Нам нужен учебник в 500, максимум в
600 страниц, — не больше", который должен стать "настоль-
ной книгой по марксистской политической экономии, —
хороший подарок молодым коммунистам всех стран". По-
видимому, эта главка стала единственным последствием тех
долгих пеших бесед.
Сейчас можно высказать предположение, что именно
в ходе этих бесед у Сталина родился замысел его брошю-
ры "Экономические проблемы социализма в СССР". Как и
то, что весь текст этого сталинского труда был полемикой
с проектом Программы ВКП(б), созданной Ждановым и
Вознесенским, и с идеями, заложенными в Генеральном
плане развития.
Так, категорически не согласившись с мыслями "ленин-
градцев" о постепенном отмирании директивных функций
государства, Генсек выдвинул прямо противоположное по-
ложение об усилении значения государственной власти в
ходе построения коммунизма.
Со временем, писал в этой работе Генсек, мы должны
прийти к такому положению, когда всю экономику будет
охватывать "государственный сектор" как "единый общена-
родный (выделено Сталиным. — Вл. К.) хозяйственный ор-
ган" "с правом сначала учёта всей потребительской продук-
ции страны, а с течением времени — также распределения
продукции в порядке, скажем, продуктообмена"1. При соци-
ализме, писал Генсек, разумеется, всё ещё действует закон
стоимости, в сфере обмена товаров через куплю-продажу,
но только "в известных пределах сохраняя за собой, конеч-
но, роль регулятора", и только в сфере "товаров личного по-
требления". Но со временем, "с исчезновением товарного
1 Сталин И. Экономические проблемы социализма в СССР. М.: 1953.
С. 43-44.

Закат режима единоличной диктатуры
81
производства исчезнут и стоимость с её формами, и закон
стоимости", а количество труда, затраченного на производ-
ство продуктов, будет измеряться не окольным путём, не
через посредство стоимости и её форм, как это бывает при
товарном производстве, а прямо и непосредственно — ко-
личеством времени, количеством часов, израсходованных
на производство продуктов"1.
В апреле 1952 г., когда писались "Экономические
проблемы", Сталин не мог, конечно, полемизировать
по всем этим вопросам с расстрелянным в 1950 г. по его
личному распоряжению Николаем Вознесенским, поэто-
му он избрал другую форму спора. Советский экономист
А. И. Ноткин (1901-1982) в ходе экономической дискуссии
об учебнике политэкономии в 1951 г. направил Сталину
письмо о необходимости признания действия в СССР за-
кона стоимости. Вот ему в своей книге Сталин и ответил.
Хотя у тех, кому довелось прочитать в архивах уничтожен-
ные после "Ленинградского дела" материалы по подготов-
ке в 1947 г. XIX съезда ВКП(б), не вызывает сомнения, что
вождь в своих "Экономических проблемах" полемизировал
именно с Николаем Вознесенским2.
Но всё это будет много позже, уже после того, как
Жданов умрёт на Валдае от инфаркта, а Н. Вознесенский со
товарищи в 2 часа ночи 1 октября 1950 г. будет расстрелян,
и тела их будут закопаны в безымянной яме на Л евашовской
пустоши под Ленинградом. А пока мы говорим о другом.
Завершался проект Генерального плана развития эко-
номики СССР предположением его авторов, что к 1980 г.
станет возможным "одну треть потребляемого народно-
1 Там же. С. 48, 54-55.
23 января 2015 г., будучи на охоте в Вологодской области, я
услышал в своём транзисторе выступление председателя КПРФ
Г. Зюганова, который убеждённо говорил о том, что И. Сталин в октя-
бре 1952 г. в своём труде "Экономические проблемы социализма в СССР"
один в один описал ситуацию в современной экономике Российской
Федерации, какой она должна бы быть, то есть единая государственная
собственность на все активы, бестоварное производство, прямой про-
дуктообмен и т. д. Создаётся впечатление, что Г. Зюганов даже в руках не
держал этот сталинский труд.

82
Глава II
го дохода распределить по потребностям". В частности,
бесплатными могут стать хлеб и картофель, а затем, по
прошествии времени и "почти все" продукты питания.
Бесплатным должно было также стать обслуживание граж-
дан "первоклассно поставленными по всем правилам техни-
ки и культуры столовыми, прачечными и другими культур-
но-бытовыми учреждениями". Жилищное строительство
должно было "обеспечить каждому трудящемуся отдельную
благоустроенную комнату", а каждой семье — отдельную
квартиру. Коммунальные услуги должны были со временем
стать полностью бесплатными. Кроме того, имелось в виду
"предоставить каждому гражданину возможность пользо-
ваться легковым автомобильным транспортом".
На первый взгляд, всё это выглядит какой-то утопией,
фантастическими мечтами, а ведь этот документ писали не
журналисты и философы, а работники Госплана СССР!
Между тем, не такая уж это утопия. Как выясняется
теперь, спустя почти 70 лет после расстрела "ленинград-
цев", Жданов, Вознесенский, Кузнецов и их сторонники в
1947-1948 гг. гениально уловили общемировую тенденцию
формирования цивилизованного социального государства.
Проявилась эта тенденция в том, что осенью 2015 г. швей-
царское правительство, а вслед за ним и парламентарии,
выступили с инициативой ежемесячно выплачивать своим
гражданам (всем и каждому!) по 2500 франков (2250 евро),
отменив при этом донельзя запутанную систему социальных
льгот. 125 тысяч швейцарских граждан эту инициативу под-
держали, и федеральное правительство приняло решение
5 июня 2016 г. провести по этому поводу всенародный рефе-
рендум. И хотя на референдуме большинство швейцарцев
высказались против, эта идея набирает всё большую попу-
лярность и в других странах — в Финляндии, Нидерландах,
Норвегии, Канаде, Швеции, Дании, Исландии. Мнения экс-
пертов по оценке такого шага разнятся, но тенденция наби-
рает все большую популярность. Дело в том, что правитель-
ства развитых в экономическом отношении стран, идущих

Закат режима единоличной диктатуры
83
по пути построения социального государства, всё больше
запутываются в чрезвычайно расширенной, разветвлённой
сетке социальных выплат и льгот и постепенно приходят к
выводу, что выплачивать определённые суммы в виде гаран-
тированных ежемесячных выплат проще в организацион-
ном отношении и с точки зрения сокращения государствен-
ного бюрократического чиновничьего аппарата.
Разумеется, "просвещённая" Европа и знать не знала, что
за 60 лет до её нынешних поисков наиболее эффективных
форм: в построении социального государства эти поиски в
концептуальном плане уже шли в России. Об этом незнании
тщательно позаботился Генеральный секретарь ЦК партии
большевиков Иосиф Сталин, расстреляв авторов этих идей
и запрятав глубоко в архивы их наработки.
Вот только самого Сталина в истории с "ленинградцами"
интересовало совершенно иное, а именно, выражаясь со-
временным политическим языком, — какой политический
дискурс будет в большей степени способствовать (если не
сказать больше — гарантировать) укреплению созданного
им, Сталиным, политического режима — национальный, с
опорой на русский народ, — или советский, при котором
четверть населения СССР в составе союзных республик как
жила 30 лет за счёт создаваемого на территории РСФСР
прибавочного продукта и интеллектуального потенциала,
так и будет продолжать это делать. Если же сказать совсем
кратко, то более всего вождя заботила (и волновала) одна
мысль, которая, по мере нарастания грозных признаков ин-
фаркта и инсульта после 1946 г., всё больше занимала его
ум — останется ли после его ухода в мир иной существовать
главное детище Ленина и Сталина — Советский Союз. Он
ведь не просто так ещё 7 ноября 1937 г. в очень узком кругу
единомышленников грозно предупредил: "Каждая часть,
которая была бы оторвана от общего социалистического
государства, не только бы нанесла ущерб последнему, но и
не могла бы существовать самостоятельно и неизбежно по-

84
ГлаваП
пала бы в чужую кабалу. Поэтому каждый, кто попытается
разрушить это единство социалистического государства,
кто стремится к отделению от него отдельной части и наци-
ональности, он — враг, заклятый враг государства, народов
СССР. И мы будем уничтожать каждого такого врага, хотя
бы был он и старым большевиком, мы будем уничтожать
весь его род, его семью... беспощадно будем уничтожать"1.
Поэтому Сталина пугали не только сами настроения у
"ждановцев", но также глубина и настойчивость в проявле-
нии этих настроений.
Жданов ведь открыто записал в проекте новой партий-
ной Программы: "Особо выдающуюся роль в семье совет-
ских народов играл и играет великий русский народ... [ко-
торый] по праву занимает руководящее положение в совет-
ском содружестве наций... Русский рабочий класс и русское
крестьянство под руководством ВКП(б) дали всем народам
мира образцы борьбы за освобождение человека от эксплу-
атации, за победу социалистического строя, за полное рас-
крепощение ранее угнетённых национальностей".
В развитие и углубление этой мысли в проекте
Программы подчёркивалась и особая роль русской культу-
ры, как самой передовой из культур составляющих СССР
народов — в ждановской формулировке это звучало так:
"ВКП(б) будет всячески поощрять изучение русской культу-
ры и русского языка всеми народами СССР". По сути, такая
формулировка не только официально закрепляла ведущее и
центральное значение русской нации в СССР, но и провоз-
глашала для неё почти мессианскую роль в мире. Сталин в
1947 г. уже даже слышать не хотел таких формул и потому
на полях этого черновика поставил отметку: "В мой архив".
1 Марьина В.В. Дневник Г. Димитрова // Вопросы истории. 2000.
№ 7. С. 32-55. Забегая вперед, можно сказать, что в 1950-1953 гг. расправ-
ляясь с "ленинградцами", Сталин именно так и поступил со всеми их се-
мьями, включая детей.

Закат режима единоличной диктатуры
85
По-видимому, в голове Сталина все эти моменты нака-
пливались, а результатом стало то, что в конечном счёте
вождь отклонил все наработанные "группой Жданова" под-
готовительные материалы к созыву XIX съезда ВКП(б) в
1947 г., отправил их в архив, а потом отказался и от самой
идеи созыва партийного съезда, согласившись на его прове-
дение уже после расправы с "ленинградцами" в 1952 г.
Собственно говоря, именно с категорического отклоне-
ния вождём материалов по подготовке к XIX съезду партии
у Сталина и обозначилось угасание интереса к русской теме.
Интересы вождя и его заместителя по Секретариату ЦК
стали всё больше расходиться по разные стороны выстра-
иваемой Сталиным идеологической баррикады. Вождь, ав-
торитет которого в этот промежуток времени становился
абсолютным, всё больше склонялся к тому, что в строитель-
стве социалистического общества в СССР на первое место
следует выдвигать не русский национальный фактор, а со-
ветский, интернациональный.
В этот исторический для нашей страны момент имело
место ещё одно событие, которое тоже оказало на Сталина
определённое воздействие и, похоже, укрепило его в том,
что с "ленинградцами" нужно повести борьбу на отторжение.
В высшем руководстве страны существовала группа лю-
дей, которая придерживалась иных взглядов на прогнозное
развитие СССР. Эта группа опиралась на сталинский тезис
о том, что СССР, существуя во враждебном окружении им-
периалистических государств, должен первостепенное вни-
мание уделять не немедленному улучшению жизни населе-
ния, а росту расходов на оборонные нужды, и в том числе
на производство ядерной составляющей. Решать одновре-
менно две такие крупные задачи, как оборона и социальные
проблемы, СССР не в состоянии, считали они. А потому
повышение жизненного уровня людей должно быть прине-
сено в жертву резкому наращиванию оборонных расходов

86
Глава II
и экономической поддержке стран Восточной Европы, ко-
торые следует держать под жёстким контролем Москвы.
Во главе этой второй группы стояли Маленков и Берия.
Оба были вхожи к Сталину и оба стремились торпедировать
многие инициативы Жданова и Н. Вознесенского по разви-
тию социальной сферы.
Совершенно неожиданно против Берии, Маленкова и
Сталина, и на стороне "ленинградцев" выступил крупней-
ший учёный-международник, пользующийся большим авто-
ритетом не только в СССР, но и за рубежом.
В глазах вождя в это время большим авторитетом поль-
зовался, и заслуженно, академик Евгений Варга (1879-1964).
Будучи директором созданного им Института мирового
хозяйства и мировой политики АН СССР, Варга занимал
должность академика-секретаря Отделения экономики и
права АН СССР, был главным редактором целого ряда ве-
дущих научных журналов ("Мировое хозяйство и мировая
политика" и др.)» был экспертом советской делегации на
Ялтинской и Потсдамской конференциях (1945).
В 1928 г. он удачно предсказал начало "Великой де-
прессии" в США, а в 1932-м, когда все советские аналитики
убеждали Генсека в том, что капитализм вследствие этой
депрессии заканчивает своё историческое существование,
Варга предсказал, что президент Рузвельт, применив эко-
номическую теорию Джона Мейнарда Кейнса (1883-1946),
выведет экономику США из кризиса. В 1946 г., когда СССР
уже втягивался в "холодную войну", и Сталин вернулся к
предсказаниям Ленина о том, что противоречия капитали-
стической системы должны только обостряться, а потому
нужно готовиться к тому, что это обострение неизбежно
приведёт к войне за новый передел мира, Варга вдруг высту-
пил против этого сталинского тезиса. Учёный опубликовал
книгу "Изменения в экономике капитализма в итоге Второй
мировой войны", где высказал мнение о временном смягче-
нии противоречий в развитии капиталистической системы

Закат режима единоличной диктатуры
87
вследствие использования правящими кругами США и дру-
гих западных стран в управлении экономикой всё той же
теории Кейнса.
Более того, Варга направляет вождю целую серию специ-
альных записок, где рекомендует Сталину отказаться от идеи
насаждения родственных СССР политических режимов в
странах Восточной Европы, не вбухивать в их экономики
деньги и средства, а сконцентрировать все усилия советско-
го государства на внутреннем экономическом развитии.
По сути, Варга, как и Н. Вознесенский, выступил против
линии Маленкова, Берии и других, толкавших Сталина на
ужесточение экономического давления на жизненный уро-
вень советских людей, только что вышедших из неимоверно
тяжких условий войны и справедливо ожидавших от руко-
водства СССР ослабления экономического давления на них.
Но Сталин не захотел принять во внимание основанные
на солидном научном анализе прогностические выводы
Варги. Более того, очень жёстко отреагировал на выступле-
ние учёного. Был ликвидирован возглавляемый им с 1925 г.
Институт мирового хозяйства и мировой политики, создан
новый Институт экономики Академии наук СССР, а кура-
тором этого нового образования Политбюро ЦК ВКП (б)
назначило председателя Госплана СССР, члена Политбюро
ЦК Н. А. Вознесенского, сделав, по сути, врагами двух са-
мых авторитетных академиков.
Не прислушался "Великий кормчий" и к советам Варги
по поводу того, что не стоит взваливать на плечи СССР эко-
номику стран Восточной Европы, как и тратить средства на
дармовую поставку вооружений нашим "социалистическим"
соседям и, с позволения сказать, "прогрессивным" поли-
тическим режимам Азии, Африки и Латинской Америки.
А жаль. Пройдут годы и десятилетия, которые с непрелож-
ностью покажут, что Евгений Самуилович Варга был гени-
ально прозорлив, предостерегая Сталина от стратегиче-
ской ошибки. Не надо было навязывать странам Восточной

88
Глава П
Европы ту модель существования, которая с грехом попо-
лам доковыляла до 1990-х гг. и с грохотом обрушилась, без-
возвратно погребя под своими обломками всю ту экономи-
ческую и прочую помощь, которую Советский Союз, тяня
из себя последние жилы, оказывал "братьям по социали-
стическому лагерю", лишая собственный народ многих ма-
териальных благ. Мало того, что сами мы надорвались, так
ещё и в этих пресловутых "странах социалистической ори-
ентации" воспитали враждебную к России интеллигенцию.
Я уже не говорю о том, что вся эта экономическая, военная
и прочая помощь оказывалась за счёт прибавочного продук-
та, создаваемого не во всём Советском Союзе, а в основном
в самой большой союзной республике — РСФСР, и самого
многочисленного народа СССР — русского народа. Но об
этой стороне дела будет сказано ниже.
Между тем, к 1947 г. политическая линия Сталина начи-
нает претерпевать изменения. Как считают А. Пыжиков и
А. Данилов, Сталин пришёл к выводу, что необходимо "вы-
свободить финансовые средства для противостояния с за-
падными странами в "холодной войне", а для этого следует
перейти к жёсткой политике государства в социально-эко-
номической политике1.
Расходы на военные дела, на которых настаивали Берия
и Маленков, и в не меньшей степени расходы на экономиче-
скую поддержку политических режимов так называемых со-
юзников в Восточной Европе, в Азии и Африке были огром-
ными. Иных источников, кроме как ужесточения экономи-
ческого пресса на собственное население, у Сталина и под-
держивавших его Берии и Маленкова не было. Принятием
целого ряда постановлений правительства было значитель-
но ужесточено экономическое давление на население.
Следует, однако, подчеркнуть, что расхождение между
Сталиным и Ждановым по вопросу о Программе ВКП(б) и
вообще по подготовке к XIX съезду партии совсем не испор-
1 См.: Пыжиков А.В., Данилов А.А. Указ. соч. С. 154.

Закат режима единоличной диктатуры
89
тило их личные взаимоотношения. Сталин по-прежнему
почти безоговорочно доверял своему заместителю по
Секретариату ЦК и поручал ему наиболее сложные и труд-
ные дела. Таким делом была реинкарнация Коминтерна1.
Как уже упоминалось выше, полностью доверяя Жданову,
Сталин, тем не менее, к созданию Информбюро вместе
с Андреем Александровичем подключил и Г. Маленкова.
Международную обструкцию титовской Югославии эти
двое организовывали на международном поле совместно.
После этого были ещё важнейшие поручения Генсека
в сфере философских дискуссий, было наступление на ли-
тературу и музыку в конце 1947 — начале 1948 гг. Сталин
всюду на первые позиции выставлял своего первого заме-
стителя по Секретариату ЦК, и Жданов всюду играл первую
скрипку. Все эти сталинские атаки на культурную жизнь со-
ветского общества в послевоенное время играли важную
роль в укреплении сталинского политического режима.
Я сейчас не буду углубляться в эту сферу, так как она хорошо
описана в российской литературе, а в особенности в публи-
цистике либерального толка, начиная со времён горбачёв-
ской перестройки. Для настоящей книги важно отметить,
что все эти поручения Сталина фактически приостановили
формирование Ждановым т. н. "русской партии" в высшем
звене политической власти. Сам он всё в большей степени
в буквальном смысле тонул во всех этих навязываемых ему
Сталиным политических мероприятиях, а в его "команде"
практически перестали появляться новые люди.
Последним крупным событием в этом плане можно счи-
тать назначение 26 марта 1946 г. нижегородского воспитан-
ника Жданова, 39-летнего Михаила Ивановича Родионова,
который с должности первого секретаря Горьковского
обкома партии сразу же шагнул на должность председа-
теля Совета Министров РСФСР, стал членом Оргбюро
1 Наиболее полно эта тема исследована в уже упоминавшейся выше
книге А. Волынца "Жданов", в главе "Коминформ" (с. 454-476).

90
Глава II
ЦК ВКП(б) и депутатом Верховного Совета СССР. Своим
первым заместителем в российском правительстве он
сразу же поставил 40-летнего заместителя председателя
Ленинградского горсовета Михаила Басова (оба они будут
расстреляны в 1950 г.).
И хотя в декабре 1948 г., уже после смерти Жданова, пер-
вый секретарь Ленинградского обкома партии Пётр Попков
и сообщил с гордостью, что в 1947-1948 гг. Ленинградская
парторганизация выдвинула на руководящую работу по
стране более 12 тысяч человек, тем не менее авторитет "ко-
манды" Жданова стал потихоньку растворяться в политиче-
ском пространстве.
Кроме того, всю эту бешеную нагрузку перестало вы-
держивать больное сердце Жданова. Дело дошло до того,
что в один из июльских дней 1948 г. Жданов по дороге
в Кремль по вызову Сталина потерял сознание прямо в
машине и вместо кабинета вождя оказался в реанимаци-
онном отделении Кремлёвской больницы. 5 июля врачи
вынесли категорический вердикт: Жданову немедленно
нужно предоставить отпуск в доме отдыха средней полосы
России минимум на два месяца.
Сталин сразу осознал всю серьёзность положения со
здоровьем своего первого заместителя по партии и при-
нял решение предоставить ему отпуск с 10 июля. Но перед
Генсеком встала трудноразрешимая проблема: оказалось,
что второго такого человека, которому бы Сталин доверял
безоговорочно, в окружении вождя не было. Пять дней
тяжёлых раздумий Сталина закончились тем, что на ме-
сто Андрея Александровича, кроме Маленкова, выдвинуть
оказалось некого. И хотя Маленков летом 1948 г. уже стал
наступать на пятки Жданову (1 июля Сталин вернул ему
должность секретаря ЦК и ввёл в состав Орготдела), но
полностью заменить Жданова Маленков, в силу своих лич-
ных способностей (неспособностей), даже близко не мог.
И потому Сталин 5 июля самолично набросал постановле-
ние Политбюро "О реорганизации аппарата ЦК ВКП(б)",

Закат режима единоличной диктатуры
91
в котором многочисленные компетенции Жданова были
распределены между пятью секретарями ЦК, и передал
эти наброски для выработки окончательного текста по-
становления Маленкову, как уже фактическому наследнику
Жданова.
Маленков в точности выполнил волю Сталина, и се-
кретарей ЦК перечислил не по алфавиту, а по реальному
весу: Жданов (отдел пропаганды и агитации), Маленков
(отдел партийных, профсоюзных и комсомольских орга-
нов и сельхозотдел), Суслов (отдел внешних сношений),
Кузнецов (отдел машиностроения и административный
отдел) и Пономаренко (транспортный отдел и планово-
финансово-торговый). Ранее почти все эти подразделения
курировал Жданов.
Весьма любопытно, что Маленков, как говорится, "почу-
яв запах крови", в первоначальном проекте постановления
Политбюро от 10 июля предпринял попытку сильно осла-
бить ждановскую "команду11 и ввёл в проект решения пункт,
которого в черновиках Сталина не было: "передать отде-
лам ЦК функции по подбору и распределению кадров, осу-
ществляемые ныне Управлением кадров ЦК, а Управление
кадров ликвидировать" (Управлением кадров с 1946 г., как
известно, командовал А. Кузнецов). Сталин с этим пунктом
не согласился, и в окончательном тексте постановления
Политбюро вычеркнул его1.
Тем не менее, с 10 июля 1948 г. многие управленческие
функции в партаппарате, которыми до этого момента обла-
дал Жданов, перешли к Маленкову, и вторым человеком в
руководстве партийным аппаратом стал Маленков. Жданов
12 июля покинул Москву и убыл в двухмесячный отпуск
на Валдай, где через 51 день его сердце остановилось, а
Маленков немедленно приступил к решающему наступле-
нию на оставшуюся без защиты своего шефа т. н. "ленин-
градскую команду".
^м.гРГАСПИ Ф.17. Оп. 3. Д. 1071. Л. 28-29; РГАСПИ Ф. 17. Оп.163.
Д. 1513. Л.. 75, 77, 79-80.

ГААВД 111
ИСТОРИЧЕСКАЯ КАНВА
"ЛЕНИНГРАДСКОГО ДЕЛА"
В Большой российской энциклопедии рассматривае-
мая нами тема освещена предельно кратко. "Ленинградское
дело", обозначено в ней, это "серия дел, сфабрикованных в
конце 40-х — начале 50-х гг., по обвинению ряда видных пар-
тийных, советских и хозяйственных работников в измене
родине, намерении превратить Ленинградскую парторга-
низацию в опору для борьбы с ЦК и т. п. Н. А. Вознесенский,
М. И. Родионов, А. А. Кузнецов, П. С. Попков, Я. Ф. Капу-
стин, П. Г. Лазутин приговорены к расстрелу, остальные — к
длительным срокам тюремного заключения. Одновременно
был осуществлён массированный разгром Ленинградского
партийно-административного руководства. В последующем
все реабилитированы, большинство посмертно".
13 строк. Не густо.
Но главное, не малый объём сообщения, а то, что и
во втором десятилетии XXI в., спустя 70 лет после это-
го преступления, Большая российская энциклопедия
сообщает своим читателям неверные сведения о жерт-
вах "Ленинградского дела". Что касается количества рас-
стрелянных, то их было не б человек, а десятки. Только в
одном, хранящемся в президентском архиве документе
(письме В. Абакумова Сталину с просьбой разрешить при-
менить ВМН (высшую меру наказания) к "ленинградцам" с
разрешающей резолюцией Сталина) названы поименно,
начиная с Н. А. Вознесенского, 85 человек. В это число,
правда, Абакумов, не афишируя этого, включил 16 членов

Историческая канва "Ленинградского дела"
93
Еврейского Антифашистского комитета. А были ведь и дру-
гие списки.
Это первое.
Есть и второе. Если верить энциклопедии, то обвине-
ние, выдвинутое против "ленинградцев", звучало как "из-
мена родине".
Между тем, в приговоре Военной коллегии Верховного
суда СССР по "Ленинградскому делу1' от 30 сентября 1950 г.
слов о<5 "измене родине" нет (забегая вперёд, сообщим, что
из текста приговора эти слова вычеркнул лично Сталин).
Из этой неверной подачи информации следует только одно:
кто-то из политических редакторов энциклопедии заинтере-
сован в том, чтобы у российской общественности и сегодня
осталось неверное, неадекватное впечатление как о самом
"Ленинградском деле", так и о политической позиции семьи
Вознесенских, М. Родионова, А. Кузнецова и десятков других
людей, расстрелянных по "ленинградскому11 списку.
Практически ничего не объясняет и предельно скупая
фраза "все реабилитированы". В архивах мне удалось обна-
ружить только текст постановления Президиума ЦК КПСС
от 29 марта 1954 г. с поручением Прокуратуре СССР под-
готовить текст постановления о реабилитации лиц, про-
ходивших по "Ленинградскому делу". А далее, в докумен-
тах Президиума ЦК КПСС, идут только ссылки на то, что
Военная коллегия Верховного суда СССР 30 апреля 1954 г.
"в отношении основных фигурантов „Дела"" приговор от-
менила, а лица эти "реабилитированы". Всё! Самого текста
решения Верховного суда СССР нет. По-видимому, этого
контента просто-напросто не существует. Есть всего лишь
политическое решение на этот счёт. Доследования этого
"Дела" так и не производилось.
В 2011 г. А. А. Амосова (Санкт-Петербургский государ-
ственный университет) пришла к выводу, что формальному

94
Глава 1П
доследованию этого "Дела" воспрепятствовал в тот момент
Н. Хрущёв, чтобы "скрыть своё участие в этом процессе"1.
По всей видимости, именно этим обстоятельством
можно объяснить тот факт, что полностью архивы по
"Ленинградскому делу" не открыты до сих пор: просто нече-
го раскрывать. В отличие, например, от того, что в той же
Большой российской энциклопедии в отношении реабили-
тации лиц, обвинённых в ходе сфабрикованного процесса
по Еврейскому антифашистскому комитету, который начал-
ся в том же, что и "Ленинградское дело", 1948 г., сказано чёт-
ко: "В 1955 году Верховный суд СССР признал обвинения
беспочвенными и приговор в отношении всех осужденных
(всех, а не „основных лиц"! — Вл. К.) отменил".
По-видимому, всё это надо понимать так, что если по 16
участникам ЕАК, расстрелянным в последний период жиз-
ни Сталина вместе с "ленинградцами", все реабилитацион-
ные процессы доведены до логического завершения ещё в
1954 г., то по 69 уничтоженным "ленинградцам" официаль-
ные доследственные действия не проведены до сегодняш-
него дня. То ли потому, что родственники этих 69 человек
не настояли на проведении всех этих юридических проце-
дур, то ли вследствие того, что те, кто после 5 марта 1953 г.
наследовал сталинскую власть, считали опасным поднимать
эту проблему.
В целом же из доступных на сегодняшний день архивов
становится ясно, каких масштабов ущерб русской нации
был нанесен в 1949-1953 гг. Фактически в массовом масшта-
бе была выбита из управленческих структур едва не вся ин-
теллектуальная элита русского народа, которая, благодаря
энергичному напору Андрея Александровича Жданова, су-
мела выдвинуться в эти структуры в предвоенные, военные
и послевоенные годы.
1 См.: Амосова АЛ. Реабилитация жертв политических репрессий (на
материалах "Ленинградского дела")// Новейшая история России. 2011,
№ 1. С. 154-155.

Историческая канва "Ленинградского дела "
95
1. ПАСШТАЕЫ РЕПРЕССИЙ
Эта драма развивалась стремительно, всего около года.
Летом 1949 г. начались аресты, а уже 30 сентября 1950 г. в
Ленинграде состоялся суд, который правильнее было бы
назвать судилищем, над центральной, как её назвали, груп-
пой фигурантов по "Ленинградскому делу". Осуждению
к высшей мере были подвергнуты: член Политбюро ЦК
ВКП(б), заместитель председателя Совета Министров
СССР (то есть заместитель И. Сталина), председатель
Госплана СССР, академик АН СССР по отделению эко-
номика Н. А. Вознесенский; секретарь ЦК ВКП(б),
член Оргбюро ЦК, начальник Управления кадров ЦК
А. А. Кузнецов, председатель Совета Министров РСФСР
М. И. Родионов, первый секретарь Ленинградского об-
кома и горкома ВКП(б) П. С. Попков, второй секретарь
Ленинградского горкома ВКП(б) Я. Ф. Капустин, пред-
седатель исполкома Ленинградского городского Совета
депутатов трудящихся П. Г. Лазутин. Все — депутаты
Верховного Совета РСФСР и СССР. Спустя час после
оглашения приговора они были расстреляны, тела их за-
рыты на Левашовской пустоши под Ленинградом и засы-
паны негашёной известью. Депутата Верховного Совета
СССР, заместителя председателя Владимирского облис-
полкома И. М. Турко, заместителя заведующего Отделом
партийных органов ЦК ВКП(б) Т. В. Закржевскую и депу-
тата Верховного Совета СССР, заместителя председателя
Владимирского облисполкома Ф. Е. Михеева осудили на
длительные тюремные сроки заключения.
Затем 28 октября на московском процессе по "Ленин-
градскому делу" к смертной казни были приговорены ещё
20 человек, в том числе родной брат председателя Госплана
СССР, министр образования РСФСР А. А. Вознесенский,
родная сестра Н. А. Вознесенского, первый секретарь
Куйбышевского райкома ВКП(б) г.Ленинграда Мария

96
ГлаваШ
Алексеевна Вознесенская. После немедленного расстрела
тела их вывезли на кладбище Донского монастыря, креми-
ровали, сбросили в яму и забросали землёй. Таким образом,
расстрелу были подвергнуты 26 высших и высоких руково-
дителей РСФСР, кроме того, 6 человек были запытаны до
смерти в ходе допросов. Репрессированы были и все члены
семей осуждённых, включая малолетних детей.
Судебные процессы, моральные и политические рас-
правы над этническими русскими руководителями по
"Ленинградскому делу" продолжались по всей стране вплоть
до смерти И. Сталина1. В Ленинграде на длительные сроки
тюремного заключения были осуждены более 50 человек,
работавших секретарями райкомов партии и председателя-
ми райисполкомов. Свыше 2 тыс. человек были исключены
из ВКП(б) и освобождены от работы. Как следует из архив-
ных материалов, хранящихся в АП РФ, ГАРФ, РГАСПИ,
РГАНИ, тысячи руководящих работников были репрес-
сированы в Новгородской, Ярославской, Мурманской,
Саратовской, Рязанской, Калужской, Горьковской, Псков-
ской, Владимирской, Тульской и Калининской областях,
в Крыму и на Украине, в среднеазиатских республиках.
Освобождены от должностей и понижены в должностях
более 2 тыс. военных командиров по всей стране. Всего по
позднейшим оценкам в СССР, но в основном, в РСФСР, ре-
прессиям по этому "Делу" были подвергнуты более 32 тыс.
этнически русских руководителей партийного, государ-
ственного, хозяйственного звена.
Репрессивная машина Сталина-Маленкова-Берии-
Абакумова жалости не знала. Гребли всех, невзирая на воз-
раст, степень родства и знакомств с арестованными. Так,
11-летняя Людмила, дочь расстрелянного 28 октября 1950 г.
Реабилитация. Политические процессы 30-50-х годов: Сб. док. /
Под общ. ред. А.Н. Яковлева. М.: Политиздат, 1991. С. 319-320. Сталин,
Маленков и Берия бдительно отслеживали эту селекцию русских управ-
ленческих кадров, последний процесс по "Ленинградскому делу" состоял-
ся за три месяца до смерти Сталина, в ноябре 1952 г.

Историческая канва "Ленинградского дела "
97
секретаря исполкома Ленинградского городского Совета де-
путатов трудящихся Алексея Александровича Бубнова, была
арестована сразу же по возникновении "Ленинградского
дела", отконвоирована в детприёмник-распределитель, а за-
тем направлена в трудовую воспитательную колонию № 2
г. Львова. После смерти И. Сталина Людмила Алексеевна
Бубнова (Вербицкая) окончила Ленинградский государ-
ственный университет, стала доктором филологических
наук, профессором, ректором Санкт-Петербургского госу-
дарственного университета, с 2008 г. — президентом СПбГУ,
а затем президентом Российской академии образования.
84-летняя мать Александра, Николая, Марии и Валенти-
ны Вознесенских Любовь Гавриловна Вознесенская была
арестована как "лицо, представляющее общественную опас-
ность", осуждена на 8 лет ссылки и по этапу отправлена в
Туруханский край, где перед Февральской революцией
1917 г. отбывал ссылку российский революционер Иосиф
Джугашвили. 15 января 1951 г., не выдержав издевательств
и мучений, она скончалась.
Ещё раз подчеркну, репрессиям были подвергнуты толь-
ко этнически русские руководители.
В связи с этим приведу лишь один, но типичный для
того периода факт, который позволит читателю предста-
вить себе действительную ситуацию тех лет.
Широко известный в России и за рубежом русский
историк Константин Залесский, автор уникальных энци-
клопедических словарей из серии "кто есть кто" по истории
Германии 1930-1940-х гг., русско-японской войны 1905 г.,
Великой Отечественной войны 1945-1945 гг., и всего ста-
линского периода российской истории, 13 марта 2013 г. по-
ведал мне историю, которая хранится в семейной хронике
его рода и подтверждает, что в 1949-1953 гг. Сталин дей-
ствительно открыл охоту на этнически русские управленче-
ские кадры. Вот этот рассказ.

98
Глава Ш
Родной дед К. Залесского А. Ф. Щёголев, русский, в 1950 г.
работал министром лёгкой промышленности РСФСР. Ни о ка-
ком "Ленинградском деле" он тогда и слыхом не слыхивал. Но
в конце 1950 г. его вдруг вызвали в управление кадров прави-
тельства РСФСР и молча, без всяких объяснений, вручили тру-
довую книжку, где уже была сделана запись о том, что он уволен
по сокращению штатов. И, не сказав даже "до свиданья", ото-
брали правительственный пропуск.
Сказать, что министр был потрясён произошедшим, —
ничего не сказать: в СССР ведь в те времена безработных
не было, а тут номенклатура ЦК ВКП(б) вдруг в буквальном
смысле была выпровожена на улицу, без выходного посо-
бия и предложения нового места работы.
Оказавшись в таком положении, Алексей Фёдорович в
поисках работы принялся обходить своих друзей и знако-
мых и узнал, что он такой не один: увольнениям без объяс-
нения причин были подвергнуты все его русские знакомые
начальствующего состава.
На работу экс-министру удалось устроиться только через
год в глухом уголке Московской области инженером на ме-
бельную фабрику. И только после смерти Сталина Алексей
Фёдорович смог вернуться в Москву и занять должность
инспектора на ВДНХ. Только тут и узнал, что пострадал он
по "Ленинградскому делу", что был тогда, в 1950 г., строжай-
ший негласный приказ с самых властных верхов увольнять
всех руководящих работников русской национальности.
О том, что в стране началось избиение русских управ-
ленческих кадров, не знала не только широкая обществен-
ность, но даже руководство правоохранительных органов.
Малейшая утечка информации об этом "Деле" строжайше
каралась. Насколько важное значение вождь придавал за-
секреченности этого события, видно по одному только
факту: лично доверенный на протяжении многих лет в
глазах Сталина человек — генерал-лейтенант НКГБ Павел
Судоплатов (1907-1996) о "Ленинградском деле" узнал

Историческая канва "Ленинградского дела"
99
только спустя несколько месяцев после расстрела его фи-
гурантов в Ленинграде и в Москве, и то в неофициальном
разговоре со своей родственницей, служившей в 1950 г. в
органах НКГБ1.
К слову сказать, режим секретности сохраняется и по
сей день: кто-то даже после антисталинской революции
1989-1991 гг. не разрешает полностью открыть историкам
архивы КГБ СССР по этому "Делу".
Вождю удалось добиться желаемого результата в этом пла-
не. До сих пор об этом событии упорно не желают рассказы-
вать даже те, кого это "Дело" затронуло только по касательной.
Так, известный советский писатель Даниил Гранин
в год своего 95-летия (2013) выпустил в свет книгу своих
дневниковых записей, под симптоматическим названием
ХВ марте 1939 г. Сталин в присутствии Л. Берии лично поручил
П.А. Судоплатову ликвидацию Л. Троцкого, назначив его заместите-
лем министра НКВД, а в октябре 1941 г. (опять же лично) поручил
Судоплатову защищать Кремль от могущих войти в Москву немцев и ми-
нирование зданий в Москве, в которых немцы, по мнению Сталина, мог-
ли бы проводить совещания высшего германского руководства после взя-
тия ими Москвы. Н. Хрущёв не простил Судоплатову близкого знакомства
со Сталиным. В августе 1953 г. Судоплатов был арестован (по делу Берии)
и приговорен к 15 годам тюрьмы строгого режима. Применённые к нему
изуверские пытки (в результате которых Судоплатов потерял зрение и
стал инвалидом первой группы), в целях выдачи нужной Хрущёву инфор-
мации в его схватке с Маленковым и другими коллегами, результатов не
дали: с 1953 по 1958 гг. Судоплатов разыграл роль сумасшедшего и ничего
о своих контактах со Сталиным не рассказал. Освобождён он был только
после отставки Хрущёва, в 1968 г. Реабилитирован в 1992-м, написал не-
сколько мемуарных книг, о которых последний начальник советской раз-
ведки Л. Шебаршин отозвался так: "Книжки хорошие, но содержат много
того, что может нанести ущерб нашей безопасности".
Сам генерал Судоплатов говорит об этом так: "„Ленинградское
дело" оставалось тайной и после смерти Сталина, и даже я, хоть и был
начальником самостоятельной службы МГБ, не знал о судьбе тех, кто по-
гиб в безвестности... Руки всех, кто был в тот момент членом Политбюро,
в крови, потому что они подписали смертный приговор обвиняемым
за три недели до начала процесса в Ленинграде". См.: Судоплатов ПА.
Спецоперации. Лубянка и Кремль. 1930-1950 годы. М.: Олма Пресс. 1997.
С. 517.

100
Глава Ш
"Всё было не так", где оставил таинственную фразу, смысл
которой в силу только ему известных причин раскрывать
не стал. "Так называемое "Ленинградское дело,,, — пишет
он, — самое для меня непонятное. Все осужденные были
яркими сталинистами. Никто из них никогда не проявлял
оппозиционных настроений. И в мыслях такого не было.
Все они были сталинскими выдвиженцами. Считается, что
"Ленинградское дело,, было затеяно Маленковым и Берией
в борьбе за власть. Вероятно, так оно и было. Документов
нет, всё уничтожено Маленковым... Меня же „дело" косну-
лось, пересекло мою жизнь. Осколок просвистел рядом.
Не то слово: так рядом, что опалил, контузил и надолго...
Никаких ясных обвинений („ленинградцам") не предъяв-
лялось. В печати ничего вообще о „раскрытии заговора", о
вине и о преступлениях участников не сообщалось. Всё тво-
рилось безмолвно..."1.
Что касается утверждения, что "ленинградцы" были
"сталинскими выдвиженцами", то Д. Гранин, ошибается: как
уже показано выше, все они были выдвиженцами Андрея
Александровича Жданова, подлинную роль которого в исто-
рии нашей страны 1930-х и 1940-х гг., да и в "Ленинградском
деле", российская общественность до сегодняшнего даже
близко не смогла по достоинству оценить2.
Неверно и то, что "документов нет, всё уничтожено
Маленковым". Уничтожено, но не всё.
А вот почему "Ленинградское дело" столь сильно напуга-
ло Даниила Гранина, что он и в 2013 г. не решился сказать, в
чём же именно оно, как он выразился, "опалило и контузило
1 Гранин Д. Всё было не совсем так. Второе издание. М.: ЗАО "ОЛМА
Медиа Групп". 2013. С. 199-200.
2 Лишь в последние годы, после выхода в свет фундаментальной
монографии А.Н. Волынца, фактически вернувшего в историю России
этого выдающегося государственного деятеля, мы можем по достоинству
оценить значение этой политической фигуры. См.: Волынец А.Н. Жданов.
М.: Молодая гвардия, 2013. Серия ЖЗЛ. 619 с.

Историческая канва "Ленинградского дела "
101
его надолго", писатель оставляет за пределами своей книж-
ки. Догадываться можно. Но только догадываться.
Между тем в отношении таинственности этого "Дела"
Гранин прав. Во-первых, документов о "Ленинградском
деле" в государственных архивах действительно осталось
мало, но и те, что есть, до сих пор открыты не все, хотя со
дня безжалостной расправы над "ленинградцами" прошло
уже около 70 лет (в частности, исследователям до сих пор
недоступны протоколы допросов братьев Вознесенских и
других фигурантов, непонятно, что происходит с архивным
делом министра госбезопасности В. Абакумова и т. д.).
Да, свидетелей и участников "Ленинградского дела"
давно уже не осталось. Практически нет уже и тех, кто мог
бы хотя бы косвенно рассказать об этом событии. Через
три года после смерти Сталина под хрущёвским нажимом
были расстреляны и те, кто непосредственно осущест-
влял следственные действия в отношении "ленинградцев"
(В. Абакумов и подчинённые ему следователи). Крайне
любопытно то, что в последние годы в архивах открыты
протоколы допросов следователей, имевших отношение
к "Ленинградскому делу", но эти люди, расстрелянные
в 1953-1954 гг., подробно рассказывая о преступлениях
Берии и Абакумова по отношению к партийным и военным
деятелям, молчат насчёт противозаконных методов допро-
сов "ленинградцев". Так и ушли на тот свет, унеся с собой
эту информацию. Впрочем, это моё утверждение не совсем
точно. Протоколы допросов "ленинградцев" всё же суще-
ствуют, но руководство архивов не торопится давать разре-
шение историкам на знакомство с ними. На сегодняшний
день единственным человеком, которому было разрешено
прочитать эти протоколы допросов в читальном зале КГБ
СССР, остаётся освобождённый в декабре 1953 г. из лагеря
Л. А. Вознесенский, сын расстрелянного в 1950 г. мини-
стра просвещения РСФСР Александра Алексеевича Воз-
несенского. В неоднократных личных беседах с автором на-

102
ГлаваШ
стоящей книги Лев Александрович рассказал, в частности,
и о том, что после смерти Сталина Г. М. Маленков действи-
тельно изъял из "Ленинградского дела" десятки страниц
архивного хранения в целях сокрытия своего личного уча-
стия в организации этого "Дела" (имеются и личные свиде-
тельства помощников Маленкова на этот счёт).
Но начать эту историю, по-видимому, нужно с мотивов
её возникновения.
2. АВТОРЫ Ш1СНШАШ "ЛЕНИНГРАДСКОГО ДЕЛА"
Как уже говорилось выше, с годами внимание исто-
риков и публицистов к "Ленинградскому делу" растёт, в
особенности со стороны этнически русских историков.
Последнее объяснимо. Первый биограф А. А. Жданова,
уроженец Московской области Алексей Волынец, в частно-
сти, объясняет это тем, что в целом речь идёт о росте "само-
сознания русского народа", подчёркивая, что А. А. Жданов
в этом плане "являлся последним концептуальным нацио-
нальным идеологом русского государства"1.
Наверное, так оно и было. Великая Отечественная
война резко всколыхнула рост самосознания русского на-
рода. Во многом этому способствовал и сам вождь. Если
в своей речи 3 июля 1941 г. он, в великой растерянности
от обрушившейся на страну катастрофы, по привычке ис-
пользовал исключительно большевистские идеологиче-
ские штампы и, подобно заезженной пластинке, говорил о
том, что враг "ставит своей целью восстановление власти
помещиков, восстановление царизма", что речь идёт о за-
щите "советскими людьми" "Советского государства", что
храбрость и отвага являются "основными качествами со-
ветских людей", то в речи б ноября, когда враг уже стоял
в 14 км от столицы, Сталин отбросил прочь всю эту сло-
1 "Культура", 26 февраля — 3 марта 2016. С. 5.

Историческая канва "Ленинградского дела "
103
весную пропагандистскую шелуху и прямо сказал, что речь
идёт о защите от порабощения "великой русской нации, на-
ции Плеханова и Ленина, Белинского и Чернышевского,
Пушкина и Толстого, Глинки и Чайковского, Горького и
Чехова. Сеченова и Павлова, Репина и Сурикова, Суворова
и Кутузова". А 7 ноября на Красной площади, перед ухо-
дящими на фронт войсками Красной Армии, уже напря-
мую обратился к военной исторической памяти русского
народа и произнёс: "Пусть вдохновляет вас в этой войне
образ наших великих предков — Александра Невского,
Дмитрия Донского, Кузьмы Минина, Дмитрия Пожарского,
Александра Суворова, Михаила Кутузова!" Добавив, правда,
и то, без чего обойтись не смог: "Пусть осенит вас победо-
носное знамя великого Ленина!".
Колоссальным самопожертвованием ответили на этот
призыв русские, украинцы и белорусы, а вместе с ними
и представители всех других народов, населявших
Страну Советов.
Так было в войну. Но не так стало к 1949 г. Из текста
второй главы видно, что отношение вождя к "русскому
вопросу" после войны поменялось радикально, Генсек
вновь вернулся к реанимации ценностей Октября 1917 г.
Государствообразующая роль русского народа в семье всех
других наций и народностей, на чём настаивал Жданов,
вождю уже была не нужна.
Задумавшись в 1947 г. над проблемой политического
наследства после своего физического ухода, Сталин неиз-
бежно должен был прийти к выводу о том, что содержание
этого наследства включает в себя не только созданный им
за 30 лет политический режим, но и само советское государ-
ство, советскую империю, Советский Союз. Опасность же
существованию этого последнего могла последовать только
с одной стороны. В семье советских народов существовал
только один народ, который мог поставить под вопрос суще-
ствование СССР — русский народ, в силу своей культурной

104
ГлаваШ
(цивилизационной) самостоятельности и многочисленно-
сти. Но не сам по себе как социальная и этническая масса,
а только в том случае, если идеи его национальной обособ-
ленности овладеют русским политическим классом (управ-
ленческим и общественным слоем). Как свидетельствует в
своих мемуарах А. Микоян, Сталин в поведении Жданова,
Н. Вознесенского, А. Кузнецова, П. Попкова и других стал
отмечать проявление элементов именно такого поведения,
и это его сильно обеспокоило, так как он понимал, что если
РСФСР обособится и начнёт защищать свои национальные,
республиканские, экономические интересы, то лишивши-
еся русской поддержки союзные республики восстанут, и
СССР распадётся.
Вот отсюда, видимо, и надо танцевать в определении
мотивов возникновения "Ленинградского дела".
Но внешне в поведении Сталина это никак не прояв-
лялось, поэтому те, кто пишет сегодня о "Ленинградском
деле", вслед за Хрущёвым тычут пальцем в Маленкова и
Берию и считают, что вот именно они-то и создали это
"Дело". Я же склоняюсь к тому, что прав, скорее, бывший по-
литический обозреватель Гостелерадио Лев Александрович
Вознесенский, который считает, что от самого начала и до
самого конца всё "Ленинградское дело" создал и довёл до за-
вершения лично Сталин, а Маленков, Берия и другие лишь
подыгрывали вождю, правда, не бескорыстно, преследуя
при этом и свои собственные цели..
Вот только Лев Александрович считает, что вождь это
сделал исключительно в силу своего садистского характера.
Я же исхожу из того, что причины были более глубокими.
Именно поэтому я не могу согласиться с мнением весь-
ма уважаемого мною, одного из самых информированных
экспертов этого периода Станислава Рыбаса, который по-
лагает, что Маленков и Берия, так сказать, втянули вождя в
"Ленинградское дело", чуть ли не вопреки его воле.

Историческая канва "Ленинградского дела"
105
Ниже я подвергну подробному анализу аргументы
Станислава Юрьевича, сейчас же остановлюсь ещё раз на
линии поведения Сталина в ареале этого "Дела", на том его
аспекте, который полностью остаётся за пределами внима-
ния пишущих на эту тему.
Как мне представляется, когда вождь в 1948 г. оконча-
тельно отказался от ждановских инициатив по поводу созы-
ва в 1947 г. XIX съезда партии, разработанной Ждановым
Программы ВКП(б) и новой Конституции СССР, он полно-
стью отдавал себе отчёт в том, что вступает на стезю устра-
нения из политики "русской управленческой команды", а
значит — вступает на тропу столкновения с русским нацио-
нальным элементом в широком смысле этого слова. Он ещё
не знал, что этот процесс примет форму "Ленинградского
дела", но именно к чему-то такому он уже шёл, так сказать,
дозревал в своих мыслях. И опасался этого столкновения.
Опасался, судя по его поведению, очень сильно. И начал
предпринимать превентивные конкретные меры.
Напуганный в 1947-1948 гг. энергичным всплеском на-
ционального самосознания со стороны ждановской "коман-
ды", вождь перестал вести разговоры о своём физическом
старении и возможном скором уходе в мир иной, перестал
пугать своё ближайшее окружение мрачной перспективой
по поводу того, что после его смерти их всех "передушат,
как котят", но готовиться к возможному повороту событий
после его ухода из жизни начал более энергично.
Если судить по реальному его поведению, то начиная с
1949 г. в его голове начали вызревать мысли о том, что необ-
ходимо физически поменять своё ближайшее окружение,
убрав с политической сцены такие мощные политические
фигуры, как Молотов, Берия, Микоян и кое-кого рядом с
ними (такую "пузатую мелочь", таких чиновников до мозга
костей, как Маленков, Булганин и им подобных вождь не
опасался, полагая, что если они будут действовать в создан-
ной им системе власти, то развалить Советский Союз после

106
ГлаваШ
его смерти они будут не в состоянии, да им и в голову такие
мысли прийти не могут). Это с одной стороны.
А с другой — после перенесённых им инфарктов и ин-
сультов вождя сжигала однажды пришедшая ему в голову
мысль о том, что надо принимать меры по дополнительно-
му укреплению самой системы созданного им политическо-
го режима. Никаких других обручей, способных ещё более
прочно скреплять СССР, кроме аппарата ВКП(б), в его рас-
поряжении не было.
В марте 1949 г. Сталин инициирует создание инсти-
тута уполномоченных ЦК во всех союзных республиках и
РСФСР, в дополнение к уже существующему на окраинах ин-
ституту вторых секретарей в ЦК союзных республик. Эти
уполномоченные ЦК, то есть Москвы, наделялись практи-
чески неограниченными правами. Положение об этом но-
вом институте Сталин поручил разработать Маленкову.
Георгий Максимилианович, получив такое задание от
вождя, много не мудрствовал. Он взял положение о правах
комиссаров, создание института которых Сталин иниции-
ровал 16 июля 1941 г., и просто переписал его, а Сталин на
заседании Политбюро тут же утвердил.
Назначаемому из Москвы партийному чиновнику
придавались поистине неограниченные полномочия.
"Уполномоченный ЦК ВКП(б), — говорилось в постанов-
лении Политбюро, — является независимым от местных
органов, непосредственно подчиняется ЦК ВКП(б) и регу-
лярно отчитывается перед ним". Этому чиновнику вменя-
лось в обязанность не только "обеспечивать правильную и
своевременную информацию для ЦК ВКП(б) и контроль
за выполнением партийными организациями решений ЦК
ВКП(б)", но и "принимать на месте необходимые меры по
обеспечению выполнения решений ЦК ВКП(б) и... улучше-
ния партийно-организационной работы, по подбору и боль-
шевистскому воспитанию кадров в духе строгого соблю-
дения советских законов и государственной дисциплины,

Историческая канва "Ленинградского дела"
107
периодически проверять местные партийные организации
по отдельным вопросам их работы" и т. д. Постановление
определяло и штатное расписание Уполномоченного: два
заместителя, 7 инспекторов и 7 технических работников1.
Судя по этим действиям, вождь хотел железными пар-
тийными обручами дополнительно упрочить созданную
им систему с тем, чтобы ни у кого не появилось и малей-
шей возможности рассыпать Советский Союз. Но собы-
тия в этом плане стали разворачиваться не по задуман-
ному им плану, стало набирать обороты то, что позднее
приобрело собственное название и стало именоваться
"Ленинградским делом", и работа по созданию нового ин-
ститута власти канула в Лету.
Как развивалось "Ленинградское дело" и кто же кон-
кретно стал организатором этого феномена?
Частичный ответ на этот вопрос содержится в доку-
менте, который публикуется ниже. Это проект закрытого
письма Политбюро ЦК к членам Центрального Комитета
ВКП(б), который подготовил лично Г. Маленков, а отре-
дактировал Л. Берия. Предполагалось, что это закрытое
письмо подпишет И. Сталин как Секретарь ЦК и потом его
разошлют по членам ЦК.
Тов. Сталину
Посылаю Вам выработанный нами проект письма
Политбюро членам и кандидатам в члены ЦК ВКП(б).
Г. Маленков, Л. Берия
12/Х(1949г.)
Закрытое письмо Политбюро членам и кандидатам в
члены ЦК ВКП(б) "Об антипартийной враждебной груп-
пе Кузнецова, Попкова, Родионова, Капустина, Соловьева
и др."
...В настоящее время можно считать установлен-
ным, что в верхушке бывшего ленинградского руковод-
ГРГАСПЙ~Ф. 17. Оп. 3. Д. 1075. Протокол № 424. С-т от 21.949. п. 1-е.
Л. 16-17.

108
Глава Ш
ства уже длительное время сложилась враждебная пар-
тии группа, в которую входили Кузнецов А., Попков,
Капустин, Соловьёв, Вербицкий, Лазуткин и некоторые
другие бывшие руководящие работники Ленинградской
парторганизации. При этом следует учесть, что с од-
ним из руководящих членов этой группы Капустиным,
как выяснилось теперь, во время пребывания его в
1936 году в Лондоне установила связь английская развед-
ка. Сейчас стало очевидным, что Кузнецов А. и Попков
имели сведения об этом, но скрыли их от ЦК ВКП(б)...
Враждебно-шпионская террористическая группа Кузне-
цова, Попкова и др. сложилась ещё перед войной...
Кузнецов теперь заявил:
"Я с 1938 года стал сплачивать вокруг себя верных мне
людей, на которых опирался в преступной деятельности.
Чтобы быть уверенным в своих подручных, я подбирал их
из числа подхалимов, лиц политически скомпрометиро-
ванных и имеющих тёмное прошлое".
Окружив себя политически сомнительными и мо-
рально разложившимися людьми, Кузнецов, Попков,
Капустин, Соловьёв уже перед войной представляли из
себя обособившуюся враждебную группу, стремившую-
ся рассадить угодные им кадры на руководящие посты в
Ленинграде...
В начале войны, и особенно во время блокады
Ленинграда, группа Кузнецова активизировала свою
антипартийную деятельность. Перетрусив и оконча-
тельно растерявшись перед сложившимися трудностя-
ми, Кузнецов, Попков и другие участники антипартий-
ной группы, как это стало известно теперь, не верили
в возможность победы советских войск над немца-
ми, распространяли злобную клевету на ЦК ВКП(б) и
Правительство за якобы неподготовленность стра-
ны к войне и превозносили силу фашистской армии.
Только решительное вмешательство ЦК ВКП(б) и Ставки

Историческая канва "Ленинградского дела"
109
Верховного Главнокомандования пресекло панику пере-
пуганных насмерть руководителей Ленинграда, утверж-
давших, что „всё пропало, все рушится и идет к концу" и
настаивавших перед ЦК ВКП(б) о выводе из Ленинграда
руководящих партийных, советских и военных органов,
что означало бы фактическую сдачу Ленинграда немцам...
После перехода А. Кузнецова на работу секретаря
ЦК ВКП(б)... опираясь на расставленные ими свои ка-
дры, группа Кузнецова вынашивала замыслы овладения
руководящими постами в партии и государстве. Во вра-
жеской группе Кузнецова неоднократно обсуждался и
подготовлялся вопрос о необходимости создания РКП (б)
и ЦК РКП(б) и о переносе столицы РСФСР из Москвы в
Ленинград. Эти мероприятия Кузнецов и др. мотивиро-
вали в своей среде клеветническими доводами, будто бы
ЦК ВКП(б) и Союзное Правительство проводят антирус-
скую политику и осуществляют протекционизм в отноше-
нии других национальных республик за счёт русского на-
рода. В группе было предусмотрено, что в случае осущест-
вления их планов Кузнецов А. должен был занять пост
первого секретаря ЦК РКП (б)...
В ходе следствия по делу о враждебной партии группе
Кузнецова, Попкова и др. установлено, что с этой группой
был связан Вознесенский Н. А. Предложения бывших ле-
нинградских руководителей Вознесенскому о "шефстве"
над Ленинградом, сделанное ему Попковым после смерти
Жданова, было не случайным, а вытекало из существа их
антипартийных связей. Теперь доказано, что только нали-
чием близких связей можно объяснить тот факт, что быв-
шие ленинградские руководители, в тайне от ЦК ВКП(б),
вернули из ссылки, восстановили в партии и выдвинули
на руководящую партийную работу активного врага пар-
тии и Советской власти сестру Вознесенского Н. А. —
М. Вознесенскую. По этой же причине бывшие ленинград-
ские руководители в своих враждебных целях осуществи-

по
ГлаваШ
ли выдвижение на руководящую работу сначала ректором
Ленинградского университета, а затем Министром про-
свещения РСФСР брата Вознесенского...
Следует указать на неправильное поведение Косы-
гина А. Н., который оказался как член Политбюро не
на высоте своих обязанностей... Он не разглядел анти-
партийного, вражеского характера группы Кузнецова,
не проявил необходимой политической бдительности
и не сообщил в ЦК ВКП(б) о непартийных разговорах
Кузнецова и др. Политбюро ЦК считает необходимым
отметить ту политическую ответственность, которая
ложится на Жданова А. А. за враждебную деятельность
ленинградской верхушки... Сейчас трудно объяснить,
как мог Жданов А. А. не разглядеть вражеского лица
Кузнецова, Попкова, Капустина, Соловьёва и др., кото-
рых он настойчиво выдвигал... Политбюро считает так-
же нужным сказать, что наиболее влиятельные из лиц,
замешанных во враждебной работе, являются людьми
близкими к тов. Молотову. Известно, что Вознесенский
пользовался много лет особой поддержкой и большим до-
верием т. Молотова, что т. Молотов покровительствовал
Кузнецову, Попкову и Родионову... Будучи близким с эти-
ми людьми, т. Молотов не может не нести ответственно-
сти за их действия...
Исходя из всего сказанного Политбюро выносит на
рассмотрение Центрального Комитета ВКП(б) следую-
щие предложения:
а) исключить Кузнецова А. А. из состава членов
ЦК ВКП(б) и из рядов ВКП(б) за враждебную антипартий-
ную деятельность;
б) исключить Попкова П. С. и Родионова М. И. из со-
става кандидатов в члены ЦК ВКП(б) и из рядов ВКП(б)
за враждебную антипартийную деятельность;
в) исключить Вознесенского Н. А. из рядов ВКП(б) за
связи с антипартийной группой Кузнецова;

Историческая канва "Ленинградского дела"
111
г) утвердить решение КПК об исключении из членов
ВКП(б) Капустина Я. Ф., Соловьёва Н. В.... за враждебную
деятельность;
д) вывести из состава Политбюро т. Косыгина А. Н.;
е) обязать т. Молотова дать объяснения ЦК ВКП(б) в
связи с тем, что касается изложенного в настоящем пись-
ме, и поручить Политбюро рассмотреть эти объяснения.
Советский вождь несколько недель держал этот проект
письма на своём рабочем столе, не один раз брал его в руки.
Находящийся в архиве (РГАСПИ) оригинал этого докумен-
та сохранил его многочисленные карандашные пометки и
вставки в текст. Генсек согласился с авторами письма, что
главным "преступником" следует определить бывшего секре-
таря ЦК А. А. Кузнецова, написав: "Во главе обвиняемых по-
ставить Кузнецова, затем Попкова и потом Вознесенского".
Но при этом фактически вывел из-под удара А. А. Жданова,
пометив лишь, что Кузнецов был переведён на работу в ЦК
"по рекомендации тов. Жданова", что Кузнецов "злоупотре-
бил доверием тов. Жданова", но потом сильно смягчил об-
винения в адрес Жданова, написав, что кадровые "назначе-
ния происходили при поддержке тов. Жданова, питавшего
полное доверие к Кузнецову". Причём, поначалу Сталин
написал "безграничное доверие", дважды зачеркнув слово
"полное", но потом зачеркнул и "безграничное" и оставил
слово "полное". И так по всему тексту письма.
Однако самое интересное заключается не в этом редак-
тировании. А в том, что в итоге Генсек вообще отказался
направлять это письмо членам ЦК ВКП(б) и отправил его
в свой архив (о причинах такого решения мы поговорим
ниже). Впрочем, авторы письма не согласились с тем, что
их работа была проделана впустую и постарались разрабо-
танные ими формулировки включить в обвинительное за-
ключение по "Делу" ленинградцев. Но не всё им удалось.
Из текста обвинительного заключения Военной кол-
легии Верховного суда СССР, возглавляемого генерал-май-

112
ГлаваШ
ором юстиции И. О. Матулевичем, исчезли прямые обви-
нения в измене родине, голословные утверждения о том,
что Капустин имел связи с английской разведкой, и что
Кузнецов и другие во время войны "перетрусили" и якобы
хотели сдать Ленинград немцам (текст обвинительного за-
ключения см. в Приложении).
Кроме того, Сталин приказал убрать из обвинительно-
го заключения фамилии Косыгина и Молотова. Ни тот, ни
другой так и не узнали о том, что Маленков и Берия хотели
"приговорить" их обоих к физическому уничтожению, по-
скольку одновременно с проектом этого письма Маленков
и Берия заготовили проект Указа Президиума Верховного
Совета СССР о возвращении в судопроизводство смертной
казни, которая была отменена Сталиным в 1946 г., и уже об-
говаривали проект этого Указа с председателем Президиума
Верховного Совета СССР Н. М. Шверником. Понятно, что
возвращение смертной казни в судопроизводство зависело
не от Шверника, а от Сталина. В январе 1950 г. Шверник
этот Указ подписал.
Тот факт, что Генсек своей рукой вычеркнул из про-
екта письма Маленкова фамилии Молотова и Косыгина,
спасло этих двух от смерти. А. Микоян много позже в сво-
их мемуарах рассказывал, что в особенности непонятно
Сталин повёл себя по отношению к Косыгину. В самый раз-
гар "Ленинградского дела", когда в Москве и второй россий-
ской столице разворачивалась спираль арестов фигурантов
этого "Дела", Сталин вдруг вызвал к себе Микояна, который
в то время занимал должности министра внешней торговли
и заместителя председателя Совмина СССР, и приказал ему
направить Косыгина в командировку на Урал. Без всяких
объяснений и обоснований. Алексей Николаевич, таким
образом, весь период арестов и расстрелов "ленинградцев"
провёл вне Москвы.
А. Н. Косыгин до конца своей жизни не забыл этого
факта. Д. Гранин рассказал, что когда он незадолго до смер-

Историческая канва "Ленинградского дела"
113
ти Косыгина брал у него интервью для "Блокадной книги",
Алексей Николаевич категорически отказался хоть что-
либо негативное говорить о Сталине (см. в Приложении от-
рывок из статьи Гранина "Запретная глава").
Сегодня, несмотря на все сложности с доступом к ар-
хивным документам, связанным с этими событиями, можно
вполне определённо утверждать, что инициаторами по осу-
ществлению репрессий в отношении основных фигурантов
этого "Дела", от начала и до конца, выступили два человека:
этнический македонец, сын железнодорожного служащего
из Оренбурга Г. М. Маленков и этнический грузин (мин-
грел), сын бедного крестьянина Л. П. Берия.
Активную организационную поддержку в фальсифика-
ции "Ленинградского дела" этим двум опытным царедвор-
цам оказал сын украинских переселенцев в Курской обла-
сти Н. С. Хрущёв1 (генерал Судоплатов в своих посмертных
мемуарах в 1997 г. прямо включает Хрущёва в число тех, кто
создавал "Ленинградское дело").
В декабре 1949 г. Сталин по рекомендации куратора
Управления кадров ЦК Маленкова (перенял на себя функ-
ции секретаря ЦК А. Кузнецова после ареста последнего
в августе 1949 г. прямо в кабинете Маленкова) вызвал из
Киева Хрущёва и поставил его вместо ждановского назна-
ченца Попова во главе МК и МГК ВКП(б), а также назна-
чил его и секретарём ЦК, поручив ему кураторство над ка-
драми МГБ. Сам Н. Хрущёв путается на этот счёт в своих
воспоминаниях, записанных в 1968 г. на магнитофонную
ленту, утверждая, с одной стороны, что он "ничего на знал
о Ленинградском деле", а с другой обмолвливается, что "мо-
жет быть, где-нибудь и присутствует его подпись в докумен-
тах" (см. Приложение). Объясняется эту путанность тем,
что, как уже говорилось выше, сразу после смерти Сталина
созданная заместителем министра МВД Иваном Серовым
1 "Я—украинец из Курской области": из речи Н.С. Хрущёва на митин-
ге в честь освобождения Сталинграда 4 февраля 1943 г.

114
Глава III
бригада произвела чистку архивов и убрала из документов о
"Ленинградском деле" все упоминания о Хрущёве. На июнь-
ском (1957) Пленуме ЦК, когда Маленкова обвинили в ор-
ганизации "Ленинградского дела", тот попытался заявить,
что и Хрущёв участвовал в создании "Ленинградского дела",
но Хрущёв, зная, что чистка архивов генералом Серовым за-
вершена успешно, эту попытку тут же отбил. "Я, — сказал в
своём выступлении Маленков, — выезжал в Ленинград вме-
сте с товарищами, которые сидят здесь". Ведший заседание
Хрущёв прервал его: "Я тоже сижу здесь, но я не выезжал и
не знаю, кто туда выезжал", на что Маленков саркастически
произнес: "Ты у нас чист совершенно, тов. Хрущёв. А ведь
тов. Сталин поручал в присутствии членов Политбюро, на-
ходившихся у него"1.
Хрущёв, используя свое уникальное положение в пар-
тийной иерархии после смерти Сталина, предпринял
огромные усилия, чтобы скрыть своё участие в уничтоже-
нии "ленинградцев", но жизнь постоянно демонстрирует
нам, что всего скрыть невозможно. Л. Вознесенский расска-
зывает, что в 1949-1950 гг. вся названная выше по именам
четвёрка принимала участие в допросах "ленинградцев" в
тюремных камерах. Но генерал Серов хорошо поработал
над поручением Никиты Сергеевича по чистке архивов.
На июньском (1957) Пленуме ЦК, когда Хрущёв прово-
дил политическую кампанию по лишению всех партийных
и государственных должностей Маленкова, партийному
ареопагу была продемонстрирована записка, подписанная
тремя ближайшими к Сталину руководителями:
" Товарищ Сталин!
По Вашему указанию Вознесенского А. А. допросили и
считаем, что он виновен.
Маленкову Берия, Булгапип,п.
1 Молотов, Маленков, Каганович. 1957. Стенограмма Пленума ЦК
КПСС и другие документы / Под ред. А.Н. Яковлева. М.: МФД. 1998.
С. 390-392.
2 Вознесенский Л. Указ. соч. С. 216.

Историческая канва "Ленинградского дела"
115
Даты на этом клочке бумаги, размером в половину те-
традного листа не указано, но ориентировочно это событие
состоялось где-то в конце ноября 1949 г.
Ничего подобного в отношении самого Хрущёва
Маленков Пленуму предъявить не смог. Но, как выясни-
лось много позже, Хрущёв в той же компании, только без
Берии, посещал в тюрьме бывшего председателя Госплана
СССР Николая Алексеевича Вознесенского. Сам Хрущёв
после смерти Сталина неосмотрительно рассказал об этом
секретарю ЦК Д. Шепилову (1905-1995), который помогал
первому секретарю ЦК в подготовке доклада на XX съезде
КПСС "О культе личности Сталина и его последствиях".
"...Когда Вознесенский написал Сталину письмо, в котором
клялся, что ни в чём не виноват1, — вспоминал Шепилов, —
Сталин поручил Хрущёву, Булганину и Маленкову посетить
Вознесенского Н. А. и переговорить с ним. Но, видимо,
он говорил это таким тоном, что все поняли, что судьба
Вознесенского предрешена. Кстати, сам Хрущёв крайне не-
приязненно относился к Вознесенскому, потому что Сталин
ценил Вознесенского, который позволял себе резкости
даже в отношении Молотова. Однако Хрущёв рассказывал
мне не об этом, а том, что когда они втроём вошли в камеру
к Вознесенскому, то тот вскочил со стула и бросился к ним:
„Товарищи, спасибо вам, что пришли. Наконец-то!" И тогда
Булганин подошел к нему и со словами: „Мы тебе не товари-
щи!" — так сильно ударил его в ухо, что тот рухнул на пол.
Вот о каких ужасных вещах рассказывал мне Хрущёв"2.
Мало этого, не успевает Н. Хрущёв появиться в дека-
бре 1949 г. в Москве, как Сталин тут же, по предложению
Маленкова, включает его в состав Комиссии КПК при ЦК
в составе Маленкова, Хрущёва и Шкирятова для изуче-
1 НА. Вознесенский после своего отстранения от должностей в пе-
риод с 1 сентября по 17 октября 1949 г. написал Сталину четыре письма,
и одно письмо после ареста, который последовал 27 октября.
2 Вознесенский Л. Указ. соч. С. 220.

116
Глава III
ния антипартийного поведения "ленинградцев". Так что с
1949 г. Н. Хрущёв принимал активнейшее участие в фальси-
фикации "Ленинградского дела".
Активными действиями поддерживал эту группу непо-
нятно как оказавшийся в узком высшем руководстве стра-
ны, поскольку, по отзывам современников, был абсолютно
бездарен во всех делах, которыми, по воле Сталина, он за-
нимался1, сын приказчика мукомольной фабрики, бывший
конторщик, этнически русский Булганин Н. А.2
Вот, собственно, и все организаторы "Ленинградского
дела".
Но из того, что мне удалось прояснить после много-
летней работы в архивах, анализа почти всех публикаций
по этому "Делу" и бесед с выжившими участниками тех со-
бытий, со всей уверенностью можно констатировать, что
подлинным мотором всей этой операции был сам вождь
Страны Советов. Именно он приказал арестовать проходя-
1 Как в 1968 г. говорил Н. Хрущёв, "когда мы вместе с Булганиным в
1930-е годы работали в Москве, я увидел, что Булганин очень поверхност-
ный, легковесный человек. Он не влезал глубоко в хозяйство, а в вопро-
сах политики мог считаться даже аполитичным".
2 К характеристике Н. А. Булганина. Из доклада Л. Берия И. Сталину:
"Маршал Булганин в ночь с 6 на 7 января 1948 года, находясь в обществе
двух балерин Большого театра в номере 348 гостиницы "Н", напившись
пьяным, бегал в одних кальсонах по коридорам третьего и четвертого
этажей гостиницы, размахивая привязанными к ручке от швабры панта-
лонами фисташкового цвета одной из балерин и от каждого встречного
требовал кричать "Ура маршалу Советского Союза Булганину, министру
Вооруженных Сил СССР!" Затем, спустившись в ресторан, Н.А. Булганин,
поставив по стойке смирно нескольких генералов, которые ужинали там,
потребовал от них "целования знамени", т. е. вышеуказанных панталон.
Когда генералы отказались, Маршал Советского Союза приказал метрдо-
телю вызвать дежурного офицера комендатуры со взводом охраны и дал
команду прибывшему полковнику Сазонову арестовать генералов, отка-
завшихся выполнить приказ. Генералы были подвергнуты арестованию
и увезены в комендатуру г. Москвы. Утром Маршал Булганин отменил
свой приказ". Докладная записка осталась без последствий: Булганин
Сталину был нужен. — Писатель Александр Головков. Зигзаги судьбы
маршала Победы (Г. К. Жукова). URL: chaskor.ru,<article/zigzag_sudby_
marshala_pobedy (дата обращения: 20.03.2016).

Историческая канва "Ленинградского дела "
117
щих по "Делу" основных фигурантов, по ходу судебного про-
цесса одобрил предложение Маленкова и Берии вернуть в
судопроизводство смертную казнь1, лично правил тексто-
вую часть обвинительного приговора, требуя от судебной
коллегии вынесения "ленинградцам" расстрельного вердик-
та, регулярно требовал от Абакумова протоколы допросов
братьев Вознесенских, внимательно вчитывался в них и
вплоть до расстрела обвиняемых интересовался, приведён
ли приговор в исполнение2.
Но был ещё один человек, который хоть и не был ор-
ганизатором "Ленинградского дела", но был ревностным
исполнителем функций палача, кто исключительно по
собственной инициативе, часто не спрашивая согласия
Маленкова и Хрущёва, как секретарей ЦК, курирующих
партийные кадры и кадры МГБ, стремясь угодить своему
главному шефу — Сталину, непосредственно распоряжался
применять к арестованным "ленинградцам" изуверские фи-
зические пытки. Это был этнически русский, сын истопни-
ка и прачки, министр государственной безопасности СССР
В. С. Абакумов. Это именно он 23 марта 1950 г., за 6 месяцев
до суда над "ленинградцами", направляет вождю письмо с
грифом "Сов. секретно":
Центральный Комитет ВКП(б)
Тов. Сталину И. В.
Докладываю, что после 14 марта с. г. в ЦК ВКП(б) вы-
зывались министр юстиции СССР тов. Горшенин, предсе-
датель Верховного суда СССР тов. Волин и Генеральный
прокурор СССР тов. Сафонов. Они теперь понимают
1С 1946 г. смертная казнь в СССР была отменена. Но в ходе судеб-
ного процесса над "ленинградцами" 12 января 1950 г. был издан Указ
Президиума Верховного Совета СССР "О применении смертной казни к
изменникам родины, шпионам, подрывникам-диверсантам".
2 В. Абакумов передавал Сталину все протоколы допросов "ленин-
градцев". Все их вождь внимательно прочитывал и на полях отражал своё
мнение. См.: Вознесенский Л. Указ. соч. С. 193-215).

118
Глава Ш
и считают правильным, что в соответствии с Указом
Президиума Верховного Совета СССР от 12 января 1950
года они должны рассматривать дела на лиц, подпадаю-
щих под Указ и применять смертную казнь к изменникам
родины, шпионам, подрывникам-диверсантам, исходя из
тяжести преступления, независимо от времени его со-
вершения, но не осуждённых до дня опубликования этого
Указа.
В связи с этим Министерство государственной без-
опасности СССР вновь пересмотрело законченные след-
ственные дела и подготовило список на 85 арестованных
изменников родины, шпионов, подрывников-диверсан-
тов..."
В списке под номером 1 поименован Вознесенский
НиколайАлексеевич, затем до номера 8 идут Кузнецов А. А.,
Попков П. С, Капустин Я. Ф., Соловьёв Н. А., Лазутин П. Г.,
Родионов М. И., Вознесенский А. А. В числе 85 арестован-
ных к "ленинградцам" добавлены 16 членов Еврейского
Антифашистского комитета...
"...Рассмотрение дел в Военной коллегии намечено на-
чать 27 марта с. г.
Прошу Вашего разрешения.
Министр МГБ
В. С. Абакумов1.
Итак, если подвести итог, то сегодня можно поименно
назвать тех, кто создал, фальсифицировал и довёл до кон-
ца преступное "Ленинградское дело", уничтожив или под-
вергнув репрессиям на многих уровнях значительную часть
управленческого слоя России, это:
И. Сталин
Г. Маленков
Л. Берия
Н. Хрущёв
Н. Булганин
В. Абакумов.
1АПРФ.Оп. 57. Д. 100. Л. 3-54.

Историческая канва "Ленинградского дела"
119
Нынешнее (и будущие) поколения должны знать, по
чьей вине в XXI веке управленческий слой Российской
Федерации никак не может выйти на стабильный, каче-
ственный, эффективный, высокопрофессиональный уро-
вень управления Россией.

ГЛАВА IV
ХОД "ДЕЛА
1. ТЕХНОЛОГИЯ ПРЕСТУПЛЕНИЯ
Как начиналось и развивалось т. н. "Ленинградское дело"?
Если судить по текстам обвинительных приговоров,
проекту секретного письма Политбюро членам ЦК ВКП (б)
под названием "Об антипартийной враждебной группе
Кузнецова, Попкова, Родионова, Капустина, Соловьёва и
др." от 12 октября 1949 г., представленному 18 января 1950 г.
Сталину министром госбезопасности СССР В. Абакумовым
проекту "Обвинительного заключения по делу привлекае-
мых к уголовной ответственности участников вражеской
группы, подрывников в партийном и советском аппарате" в
составе 10 человек, "ленинградцам" были предъявлены сле-
дующие обвинения:
— Проведение в Ленинграде без разрешения ЦК ВКП
(б) т. н. Всесоюзной оптовой торговой ярмарки по реализа-
ции неликвидной потребительской продукции;
— Фальсификация результатов выборов руководящих
партийных органов в ленинградской партийной организа-
ции на партийной конференции в декабре 1948 г.
— Пропажа в Госплане СССР с 1944 по 1948 гг. 236 се-
кретных документов, относящихся к планированию народ-
но-хозяйственного комплекса страны;
— Занижение планов хозяйственного развития страны
в первом квартале 1949 г.;
— Расхищение крупных государственных средств в це-
лях личного обогащения.

Ход "Дела
121
Большинство пишущих о "Ленинградском деле" утверж-
дают, что началось оно с проведения 10-20 января 1949 г. в
Ленинграде Всероссийской оптовой ярмарки, которую ру-
ководители "второй столицы" провели, якобы, несанкцио-
нированно, превратили во всесоюзную и (тоже якобы) тем
нанесли многомиллиардный (в рублях) ущерб народному
хозяйству страны.
Произведенные мною исторические (в том числе ар-
хивные) "раскопки" позволяют прийти к выводу, что это
утверждение представляет собой либо добросовестное за-
блуждение, либо преднамеренную ложь и подтасовку фактов
с целью снять ответственность за кровавое "Ленинградское
дело" лично со Сталина (сторонники этой версии обеими
ногами стоят на тезисе: "правильно расстреляли")1.
К этой пресловутой выставке мы ещё вернемся, а сейчас
следует отметить, что на самом деле всё началось гораздо
раньше и совсем не с неё.
Как пишет главный специалист Государственного архива
Российской Федерации О. В. Хлевнюк2, осенью 1948 г. в про-
цессе доклада Н. Вознесенским плана экономического разви-
тия страны на 1949 г. Сталину показалось, что план роста про-
мышленного производства первого квартала 1949 г. выглядит
слишком скромно, и он предложил повысить его на 5 %.
В архивных документах не сохранилось следов мотива-
ции этого сталинского вмешательства. Думаю, однако, что
причина была проста: Генсек сравнил поквартальные пла-
ны роста промышленности и не понял, почему темпы роста
первого квартала ниже, чем последнего. Но как нередко бы-
вает в политике, простота этой причины уподобилась тому
малому камешку в горах, микроскопическое шевеление ко-
1 Судьбы людей. "Ленинградское дело". СПб: Норма, 2009. С. 46.
2 См.: Олег Хлевнюк. Ленинградское дело и дело Госплана. URL:
http://rulibs.eom/ru._zar/sci_historyhlevnyuk/0/lj24.html (дата обраще-
ния: 21.03.2016).

122
Глава IV
торого приводит в движение огромную лавину, которая ло-
мает леса и погребает под собой дома и селения.
Вознесенский, по идее, должен бы был объяснить вож-
дю, что по стародавнему советскому обычаю в декабре люди
из кожи лезут, чтобы закрыть год с хорошими показателя-
ми, получить свои премии и встретить Новый Год с хоро-
шим настроением, а первый квартал следующего года всег-
да начинается с раскачки и потом всё навёрстывается по
ходу дела. Председатель Госплана едва не впервые в плане
промышленного развития 1949 г. отразил эти реалии, а не
дутые цифры, но объяснять это Сталину у него недостало
смелости. С поправкой вождя он согласился, а изменение
натуральных показателей в плане оставил "на потом", по-
видимому, рассчитывая сделать это по ходу. Но до сведения
подчинённых информацию о сталинской поправке довёл
сразу же и приказал пересмотреть цифры первого квартала
1949 г. в сторону увеличения.
Сотрудники Вознесенского при доработке плана это
учли, и 15 декабря 1948 г. три руководящих работника
Госплана направили своему шефу записку, в которой сооб-
щали, что в связи с перевыполнением плана 4-го квартала
1948 г. имеется возможность изменить плановые натураль-
ные показатели первого квартала следующего года в сторо-
ну увеличения на 1,7 млрд руб. Вознесенский записку прочи-
тал, с предложением согласился и прямо на тексте записки
поручил внести соответствующие изменения в план перво-
го квартала 1949 г.
Поручил, но исполнение не проверил. Распоряжение
было сделано, но что-то в бюрократической машине
Госплана не сработало сразу и этим люфтом во времени
(кстати сказать, очень недолгим) эффективно воспользо-
вался Г. Маленков.
Дело в том, что к этому моменту в коридорах кремлёв-
ской власти уже получила распространение брошенная в
декабре 1947 г. (на дне рождения Генсека) фраза Сталина

Ход "Дела
123
о том, что он уже стар и пришло время подумать о том, на
кого можно оставить Советский Союз, когда его, Сталина,
в силу физиологических причин уже не будет на этом све-
те. Как уже говорилось выше, Генсек как бы в раздумье
произнёс, что на посту руководителя Совета Министров
СССР он хотел бы видеть вместо себя председателя
Госплана СССР, заместителя председателя Совмина СССР
Н. А. Вознесенского, а на партийной должности — секре-
таря ЦК по кадрам А. Кузнецова. Повернувшись к присут-
ствующим, среди которых находились Жданов, Каганович,
Микоян, Маленков, Берия и Вознесенский, Сталин спро-
сил: "Есть ли у кого-нибудь возражения на этот счёт?"
Совершенно ошарашенные таким неожиданным поворо-
том мысли Генсека, все молча закивали головами (наибо-
лее полно эта ситуация описана в мемуарах А. И. Микояна,
но имеются и другие источники, подтверждающие этот
исторический момент).
Жданов в этот момент пребывал ещё в зените полити-
ческого доверия в глазах Сталина и ему, похоже, в голову
не пришло сделать тревожные для самого себя и для созда-
ваемой им в течение последних 10 лет команды управлен-
цев выводы. Андрей Александрович был талантливым в
творческом отношении человеком, но искусным царедвор-
цем он, к сожалению, для себя и своих единомышленни-
ков, никогда не был. Не таковы были политически проти-
востоящие ему Маленков и Берия, которые с этого судьбо-
носного для всего окружения вождя момента начали отсле-
живать все организационные ошибки Н. Вознесенского и
А. Кузнецова. Не просто отслеживать, но и формировать
соответствующее досье.
Николай Вознесенский был человеком талантливым и
образованным (академик АН СССР по отделению экономи-
ки), но в личном общении эти его качества слишком часто
обращались против него самого. Современники рассказы-
вали, что у него часто недоставало терпения объяснять под-

124
Глава IV
чинённым сложность ставимых перед ними задач, нередко
он эмоционально взрывался, мог накричать на сотрудника и
даже обозвать того дураком. И уж совсем терпеть не мог от-
кровенных лентяев. Близкие к нему заместители в Госплане
прощали ему эти издержки в поведении, отдавая дань его
талантам и образованности. Но так вели себя далеко не все.
В целом сотрудники Плановой комиссии Вознесенского не
любили. К тому же многие знали о неприязненном (если вы-
ражаться мягко) к нему отношении влиятельного в партап-
парате Г. Маленкова. Поэтому не может вызывать удивле-
ния, что в аппарате Госплана нашлись люди, которые ано-
нимно сообщили Маленкову, что председатель Госплана
без должного уважения относится к замечаниям, высказы-
ваемым товарищем Сталиным.
В январе 1949 г. на стол члена Политбюро ЦК ВКП (б),
секретаря ЦК, председателя оргбюро ЦК, заместителя
председателя Совмина СССР, председателя Бюро СМ СССР
Г. М. Маленкова лёг донос кого-то из работников Госплана о
том, что Вознесенский не выполняет распоряжений Вождя
по формированию плана экономического развития страны
на 1949 г.
Как сообщает главный специалист Государственного
архива Российской Федерации О. В. Хлевнюк1, опытный
царедворец Маленков, который уже давно искал повод к
компрометации Н. Вознесенского в глазах Сталина, ис-
пользовал этот промах коллеги по Политбюро на 100 %, но
не напрямую, а по-иезуитски. Он не стал сам информиро-
вать Сталина о том, что его распоряжение якобы проигно-
рировано Вознесенским, а пошёл в атаку на Вознесенского
обходным путём.
В начале февраля 1949 г. связанный с Маленковым
первый заместитель председателя Госснаба СССР
М. Т. Помазнев вдруг, ни с того, ни с сего, направляет на имя
1 Хлевнюк О.В. Хозяин. Сталин и утверждение сталинской диктатуры.
Ы.: РОССПЭН, 2010. 478 с.

Ход "Дела
125
Сталина записку о том, что председатель Госплана СССР
Н. А. Вознесенский закладывает в годовые планы экономи-
ческого развития страны заведомо заниженные показате-
ли1. Прямого выхода на Генсека у Помазнева, естественно,
не могло быть и потому записка ложится на стол Маленкову,
который тут же отдаёт её Берии, а тот передаёт Сталину
сразу два документа: копию записки трёх руководящих ра-
ботников Госплана от 15 декабря Н. Вознесенскому (без ре-
золюции на ней последнего) и записку Помазнева.
Судя по всему, Сталин сразу же, что называется, "навос-
трил уши": выходило так, что Вознесенский не только игно-
рирует личные указания Вождя, но ещё и делает это за его
спиной! Генсек назначает комиссию Совмина СССР по про-
верке этого факта, а во главу комиссии, по совету Берии,
ставит Маленкова.
Это был именно тот шаг, которого и добивался
Маленков.
А между этими событиями Маленков сделал ещё один
судьбоносный для "ленинградцев" шаг. Внешне он был на-
правлен на компрометацию политического руководства
Ленинграда и РСФСР, но цель была — политически по-
добраться к главной фигуре — Николаю Александровичу
*На связь Маленкова с Помазневым указывает вся дальнейшая
судьба Помазнева. Услугу Помазнева в "Ленинградском деле" Маленков
оценил высоко. Сразу после Постановления Политбюро ЦК о снятии
Н. Вознесенского с поста председателя Госплана, 13 марта 1949 г.,
Сталин принимает предложение Маленкова о назначении Помазнева
управляющим делами Совмина СССР, награждает его орденом, а позднее
Помазнев становится кандидатом в члены ЦК ВКП (б). Но Маленков от-
давал себе отчёт в том, что он сам и Помазнев слишком уж явно замазаны
в "Ленинградском деле", и потому после смерти Сталина сразу же убирает
Помазнева из Москвы, направляя его председателем Областной плано-
вой комиссии в Рязань, а записку Помазнева по поводу Вознесенского
со своими письменными следами из архива изымает. Судя по всему, на
сегодняшний день текста этой записки-доноса более не существует. В ар-
хиве сохранилась лишь запись, что все эти документы изъяты товарищем
Маленковым и не возвращены.

126
Глава IV
Вознесенскому, которым Сталин готовился заменить
Маленкова.
Речь шла о Всероссийской оптовой ярмарке в
Ленинграде.
С этой ярмаркой с самого начала и до самого конца тво-
рились чудеса бюрократической эквилибристики.
Нынешние сторонники "правильности" действий Ста-
лина в "Ленинградском деле", питерская журналистка
Е. Прудникова и итальянско-российский журналист (с
двойным гражданством), выступающий под псевдонимом
Сигизмунд Сигизмундович Миронин (настоящего своего
имени не раскрывает, отделываясь репликой, что не при-
шло ещё время), утверждают, что ленинградское руковод-
ство, проводя в январе 1949 г. в Ленинграде Всероссийскую
торговую оптовую ярмарку товаров народного потребления
и продовольственных товаров, совершило "антинародное
преступление", выразившееся в том, что в условиях, "когда
страна только что начала отходить от голода 1947 года", до-
пустило порчу этих товаров, что, якобы, привело к "астро-
номическому ущербу в четыре миллиарда рублей". "Уже за
одно только это, — пишет из своего итальянского далека
С. Миронин, — люди, совершившие подобный шаг, заслу-
живают самого серьёзного наказания"1.
0 чём действительно идет речь?
Никто сегодня уже не может ответить на вопрос, ка-
ким образом создалась совершенно фантастическая ситуа-
ция, когда после войны, в условиях острейшей нужды, на
складах Министерства торговли СССР скопилось нелик-
видных товаров народного потребления на сумму более
5 млрд руб. В том числе и продовольственных. Но терпеть
такую ситуацию правительство дальше не могло, и 14 ок-
тября 1948 г. Бюро Совмина СССР под председательством
Н. Вознесенского (председателем Бюро на тот момент был
Сталин, а его заместителями, которые попеременно вели
1 Миронин С.С. Сталинский порядок. М.: Алгоритм, 2007. С. 114-115.

Ход "Дела
127
заседания, — Вознесенский, Маленков и Берия) приняло
решение о разработке мероприятий по реализации этих не-
ликвидов. Позднее в числе этих мероприятий были названы
межобластные оптовые ярмарки, куда был разрешён вывоз
этих неликвидов и их реализация. К слову сказать, инициа-
тором организации таких мероприятий задолго до ленин-
градской ярмарки выступил Г. Маленков. 11 ноября 1948 г.
он подписал постановление Бюро Совмина СССР "О меро-
приятиях по улучшению торговли", где всем руководителям
союзных республик и областей указывалось: "Организовать
в ноябре-декабре 1948 года межобластные оптовые ярмар-
ки, на которых произвести распродажу излишних товаров,
разрешить свободный вывоз из одной области в другую ку-
пленных на ярмарке промышленных товаров"1.
Наибольшее количество подобных товарных остатков
собралось в РСФСР, и руководство республики (предсовми-
на РСФСР Н. И. Родионов) в точном соответствии с устано-
вившимся по таким поводам правилам вошло в Бюро Совета
Министров СССР с предложением провести, в целях реали-
зации этих неликвидов, 10-20 января 1949 г. в Ленинграде
Всероссийскую оптовую ярмарку. В предложении выража-
лась просьба разрешить участие в ярмарке торговых орга-
низаций союзных республик.
Бюро Совмина СССР предложение руководства РСФСР
рассмотрело и приняло решение согласиться с ним.
Председательствовал, в силу очерёдности, на этом заседа-
нии Бюро Н. Вознесенский.
В Ленинград были свезены образцы товаров 450 наиме-
нований. Ярмарка прошла успешно. Как пишет профессор
В. А. Кутузов, "по образцам заключались сделки и договоры
на доставку товаров в различные районы. А до этого това-
ры, в том числе и продовольственные, хранились на базах
и складах производителей. Всего было предложено заклю-
чить договоры на поставку промышленных товаров на 6
известия ЦК КПСС. 1989. № 2. С. 127.

128
ГлаваШ
млрд рублей и продовольственных — на 2 млрд рублей"1. Об
этих сделках 8,11 и 21 января сообщала на своих страницах
"Ленинградская правда". То есть всё происходило открыто
и гласно.
Перевирая эти факты, Е. Прудникова, С. Миронин,
А. Мартиросян пишут, что на эту оптовую ярмарку были яко-
бы свезены все товары, они там, якобы, испортились и на-
несли ущерб народному хозяйству на 4 млрд руб.2 и потому,
дескать, Сталин "правильно расстрелял" "ленинградцев"3.
Желание этих авторов с помощью подтасовки фактов "ре-
абилитировать" Сталина в "Ленинградском деле" объяснить
можно, ложь оправдания не имеет.
К сожалению, к этому искажению фактов в последнее
время присоединился и С. Рыбас, который, в упомяну-
той выше монографии "Московские против питерских:
Ленинградское дело Сталина", от своего имени напи-
сал следующее: "Однако на самом деле была проведена в
Ленинграде с 10 по 20 января 1949 г. Всероссийская оптовая
ярмарка с участием торговых организаций союзных респу-
блик. Кузнецов, Родионов и Попков не только не получи-
ли разрешения на её проведение, но и не поставили ЦК и
Политбюро в известность о предстоящей ярмарке. Налицо
было превышение должностных полномочий целой груп-
пой высших партийных и государственных работников, их
сговор. Ленинградские руководители и Родионов напря-
мую вышли на союзные республики, минуя Центр, создав
до сих пор небывалую управленческую коллизию и опасный
прецедент. Кроме того, устроители ярмарки не смогли тол-
ком реализовать продовольственные товары, свезенные в
1 Судьбы людей. "Ленинградское дело". СПб.: Норма, 2009. С. 47-48.
2 См. Мартиросян А.Б. Двести мифов о Сталине. Миф № 176 "Сталин
незаконно и жестоко расправился с ни в чем не повинными руководите-
лями ленинградской организации (Ленинградское дело)". URL: httrp://
gramotey.com/PopenJile=12690884#TOC_id290036 (дата обращения:
10.07.2016).
3 Судьбы людей... С. 46.

Ход "Дела
129
Ленинград со всей страны, что привело к их порче и ущербу
в четыре миллиарда рублей. Нелишне напомнить, что имен-
но в этот период колоссальные средства были направлены
на восстановление народного хозяйства и создание атомно-
го оружия. Ярмарка проводилась без рекламы"1.
К большому сожалению, Станислав Юрьевич в стремле-
нии бросить тень на "ленинградцев" пошёл и на более силь-
ное искажение истины. "Сталину было доложено, — пишет
он в другой публикации, — что ленинградское руководство
без согласования с Советом Министров СССР и Политбюро
провело в Ленинграде общероссийскую ярмарку, кото-
рая по неизвестной причине получила статус Всесоюзной.
Налицо были факты самоуправства (выделено мною. —
Вл. К.)9 присвоения полномочий вышестоящего органа, бес-
хозяйственность. Нелишне напомнить, что именно в этот
период колоссальные средства были направлены на вос-
становление народного хозяйства и создание атомного ору-
жия. Ярмарка проводилась без рекламы, на неё были вызва-
ны только партийные работники, возглавляющие крупные
области и города РСФСР, а это дало основания для подозре-
ний, что под прикрытием ярмарки состоялся подпольный
съезд крупных функционеров КПСС с тем, чтобы организо-
вать новую Коммунистическую партию РСФСР"2.
Здесь всё те же подтасовка и искажение фактов, всё та
же логика (в огороде бузина, а в Киеве дядька) и всё то же
стремление оправдать Сталина с его "расстрельным приго-
вором" высшим руководителям РСФСР.
Во-первых, повторюсь, решение о ярмарке принима-
лось не "втихаря", а на Бюро Совмина СССР. Представители
союзных республик, присутствовавшие на заседании, узна-
ли и о ярмарке, и о товарах, и немедленно (информация-то
1 Рыбас СЮ. Московские против питерских: Ленинградское дело
Сталина. М.: Алгоритм, 2013. С. 134.
2 Рыбас Святослав. "Ленинградское дело": разгром "русской партии"
// Культура, 3-16 августа 2012 г. С. 7.

130
Глава IV
горячая!) уведомили об этом свои столицы. Поэтому ника-
кой "небывалой управленческой коллизии", о которой с по-
казушным ужасом пишет С. Рыбас, не было и в помине.
А во-вторых, позиция С. Рыбаса по этому вопросу в
качестве профессионального историка вообще оставля-
ет странное впечатление. Дело в том, что если на ярмарку
съехались только (только!) партийные работники, тогда
кто же в ходе её проведения заключил договоры на сумму в
6 млрд руб.? Далее. Откуда Святослав Юрьевич взял утверж-
дение, что ярмарка эта "получила статус Всесоюзной"?!
Ни в каких документах это название не встречается. За
исключением только одного документа: написанного ру-
кой Г. М. Маленкова Постановления Политбюро о сня-
тии с должностей А. А. Кузнецова, М. И. Родионова,
П. С. Попкова от 15 февраля 1949 г.1 И слово "самоволь-
но" появляется именно в этом постановлении. Святослав
Юрьевич так торопился предъявить претензии "ленинград-
цам", что даже партию назвал не ВКП(б), а КПСС, хотя со-
временное её название появилось только в 1952 г., после
XIX съезда. Я уже не говорю о том, что двумя годами ранее,
в 900-страничной монографии в серии ЖЗЛ, этот исследо-
ватель высказал прямо противоположный взгляд по поводу
этой пресловутой ярмарки. "Если учесть, — писал он тог-
да, — что в Ленинграде была проведена не Всесоюзная, а
Всероссийская оптовая ярмарка для распродажи товарных
излишков, то все обвинения формально слабо мотивирова-
ны: обвиненные действовали в рамках своей компетенции"2.
Впрочем, "оставим мёртвым погребать своих мертве-
цов" (Мф. 8:22) и вернёмся к тому, как события разворачи-
вались дальше.
Не искушенные в кремлёвских интригах ленинградцы
были абсолютно уверены в рутинности своих действий
по поводу проведения этого мероприятия и никакого под-
1 См. РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 3. Д. 1074. Л. 35-36.
2 Рыбас СЮ. Сталин. 2-е изд. М.: Молодая гвардия, 2010. С. 814.

Ход "Дела"
131
воха не опасались. Они не подозревали, что в Москве
Маленков затеял большую политическую интригу против
Н. Вознесенского с целью устранения его как соперника во
власти. Столь же высокую наивность в таких делах проявил
в этом случае и сам Николай Александрович Вознесенский.
И только председатель Совета Министров РСФСР
М. И. Родионов через три дня после начала работы ярмар-
ки, 13 января 1949 г., почувствовал неладное и решил под-
страхрваться: направил Маленкову специальное письмо с
докладом о ходе работы ярмарки и о проявлении большо-
го интереса к ней со стороны торговых организаций со-
юзных республик.
Но оказалось, что заместитель председателя Совета
Министров СССР только и ждал повода для развития ата-
ки на Н. Вознесенского. Сразу по получении этой депеши
прямо на письме Родионова Маленков пишет: "Товарищам
Берии Л. П., Вознесенскому Н. А., Микояну А. И. и
Крутикову А. Д.1 Прошу Вас ознакомиться с запиской тов.
Родионова. Считаю, что такого рода мероприятия должны
проводиться с разрешения Совета Министров".
Вот эта январская резолюция и стала по-настоящему
спусковым крючком "Ленинградского дела".
Маленков и Берия немедленно расширяют поле на-
ступления на, условно говоря, "ленинградцев", и к двум
главным направлениям (якобы непрофессиональное и по-
литически неправильное руководство Н. Вознесенским
Госпланом и мнимое превышение полномочий ленинград-
ским руководством в деле проведения Всероссийской опто-
вой ярмарки, хотя бы и с разрешения заместителя предсе-
дателя Бюро Совмина СССР Н. Вознесенского) добавляют
третье, и тоже выводят его на Сталина.
Крутиков А.Д. (1901-1962) — заместитель председателя Совмина
СССР, председатель Бюро по торговле и легкой промышленности при СМ
СССР. Позже по представлению Маленкова должности своей лишился.

132
Глава IV
Этим третьим эпизодом стали нарушения в подсчё-
те голосов во время выборов партийных руководителей в
Ленинграде в конце 1948 г.
25 декабря 1948 г. в Ленинграде состоялась X област-
ная и VIII городская объединенная партийная конферен-
ция, в ходе которой были проведены выборы руководящих
партийных органов. На должность 1-го секретаря горкома
и обкома партии был избран П. С. Попков, 2-го секретаря
обкома партии — С. Ф. Бадаев, 2-го секретаря горкома —
Я. Ф.Капустин,председателяЛенисполкома—П. Г. Лазутин.
Как было зафиксировано в протоколах избирательной ко-
миссии, все руководители были избраны единогласно.
Но в первых числах января 1949 г. в ЦК ВКП (б) на имя
Сталина поступило из Ленинграда письмо анонимных авто-
ров, в котором говорилось о том, что "очень многие комму-
нисты" голосовали против руководителей Ленинграда.
Письмо было анонимным, но не случайным. Судя по все-
му, оно было инспирировано из Москвы и знающие люди
подозревали тогда, и так считают и сегодня, что этими ано-
нимами были люди, связанные с Маленковым. Косвенно
на это намекает бывший главный военный прокурор
СССР, а потом заместитель генерального прокурора СССР
А. Ф. Катусев (1939-2000; после увольнения из органов он
подвизался консультантом в частных коммерческих фир-
мах, покончил жизнь самоубийством при невыясненных
обстоятельствах в станице Голубинская Краснодарского
края). Он был членом "Комиссии Политбюро ЦК КПСС по
дополнительному изучению материалов, связанных с ре-
прессиями, имевшими место в период 1930-1940-х и 1950- х
годов", работавшей в марте 1988 г., и незадолго до своей
смерти рассказал под аудиозапись журналисту Столярову,
что следы возникновения этого анонимного документа ве-
дут к Маленкову: "...Маленков — один из главных вдохнови-
телей „Ленинградского дела". Он занимал в то время пост
председателя Совмина СССР. Кузнецов, Попков, Родионов,

Ход "Дела"
133
Лазутин и Соловьёв были арестованы 13 августа 1949 г. в ка-
бинете Маленкова, а Вознесенский арестован на основании
решения Пленума ЦК ВКП (б), проходившего 12-13 сентя-
бря 1949 г."1
По существующим тогда правилам анонимные письма
на имя Сталина (это были сотни, а иногда даже тысячи в
день) на стол вождя, как правило, не попадали. Их рассма-
тривал аппарат Генсека, где конечной инстанцией, прини-
мавшей решение класть их в папку для доклада или отпра-
вить гулять по аппарату ЦК партии, был генерал-лейтенант
А. Н. Поскрёбышев, заведующий канцелярией Генсека, лич-
ный секретарь Сталина. Кроме него, в Кремле было всего
лишь два человека, кто мог лично положить на стол Сталина,
то есть отдать ему в руки, анонимный документ — Берия и
Маленков. Как попало к Генсеку это письмо из Ленинграда,
теперь уже выяснить невозможно. Известно только, что
Генсек его прочитал и вызвал Маленкова для проясне-
ния ситуации.
Маленков, судя по всему, именно в этот момент и доло-
жил Сталину не только о нарушениях партийной демокра-
тии при выборах руководящих органов на ленинградской
партийной конференции, но и том, что в Ленинграде идёт
какая-то "непонятная" Всероссийская оптовая ярмарка, на
которую съехались торговые делегации из всех союзных
республик, и что ему, Маленкову, об этом мероприятии ни-
чего не известно (о том, что ещё 11 ноября 1948 г. именно
Маленков как председатель заседания Бюро Совмина СССР
рекомендовал проведение на территории СССР таких ярма-
рок, Георгий Максимилианович в разговоре со Сталиным,
конечно, умолчал).
Сталин выразил обеспокоенность и приказал Маленкову
через Комиссию партийного контроля при ЦК ВКП (б) разо-
браться и с партконференцией, и с ярмаркой. Уже 12 января
Комиссия доложила, что, действительно, против Попкова на
1 Столяров К.А. Палачи и жертвы. М.: ОЛМА-ПРЕСС, 1997. С. 135.

134
Глава TV
партконференции было подано 4 голоса, против Бадаева —
2, против Лазутина — 2, против Капустина — 151.
Вот после двух дней работы этой Комиссии в
Ленинграде, 13 января 1949 г., председатель Совмина
РСФСР Родионов и направил письмо Маленкову о работе в
Ленинграде Всероссийской оптовой ярмарки, достоверно
не зная о том, что дискредитация российского руководства
в глазах Сталина идёт полным ходом, а во главе её стоит
именно Маленков.
Международный журналист Сигизмунд Миронин о рабо-
те комиссии КПК пишет так: "Попков, Капустин и Кузнецов
подтасовали партийные протоколы по избранию на ответ-
ственные должности на объединённой партконференции
города и области 25 декабря 1948 г., когда 23 бюллетеня с
голосами "против" были заменены на положительные для
руководства... В то время самым ужасным преступлением
высокопоставленного партийного или государственного
деятеля была измена. Но не меньшим преступлением была
и фальсификация партийных выборов. Дело партии было
священным, и в особенности внутрипартийные выборы
тайным голосованием, которые считались наиболее эффек-
тивным инструментом внутрипартийной демократии"2.
Оставим пока в стороне демагогические рассуждения
Миронина (и Мартиросяна) о "священном" характере "вну-
трипартийной демократии" в ВКП(б). Не будем напоми-
нать читателю и о том, сколько партийных функционеров,
избранных в руководящие партийные органы до войны и
после неё расстались с жизнью по нормам этой самой "свя-
щенной внутрипартийной демократии", а таких были десят-
ки тысяч.
Миронин ведь не случайно не упоминает о том, что де-
легатов на упомянутой ленинградской конференции было
1 См.: Шульгина Н.И. Указ. соч.
2 Миронин С.С. Сталинский порядок. М.: Алгоритм, 2007. С. 113.

Ход "Дела"
135
около 1200, и 23 голоса, поданных "против" старого партий-
ного руководства, ничего, конечно же, не решали.
Он просто-напросто, вслед за Маленковым, Берией,
Хрущёвым и Сталиным повторяет их ложь по поводу дей-
ствий ленинградского руководства. Многие ведь пре-
красно знали и о казусе XVII съезда ВКП (б), прошедшего
26 января — 10 февраля 1934 г., так называемого "Съезда
победителей". 1966 делегатов было избрано на этот съезд,
из них 1227 с решающим голосом и 739 — с совещательным.
Почти все они потом были расстреляны, но в данном слу-
чае речь идет не об этом преступлении. После XX съезда
КПСС стало известно, что несколько сот делегатов на том
съезде при тайном голосовании руководящих парторганов
проголосовало против членов Политбюро. Выживший по-
сле съезда член счётной комиссии этого съезда, делегат от
московской парторганизации В. М. Верховых в записке в
Комитет партийного контроля ЦК КПСС 23 ноября 1963 г.
вспоминал: "Сталин, кажется, имел 122 или 123 голоса „про-
тив", а Молотов и Каганович — каждый более 100 голосов.
Но все бюллетени „против" были уничтожены".
Об этом инциденте в партии уже тогда знали многие. За
что и поплатились. А современные западные советологи в
один голос говорят, что хотя более сотни голосов против
Сталина на том съезде было действительно подано, но при-
знают, что этот факт никак не мог повлиять на выборы ру-
ководящих органов.
На партконференции в Ленинграде несколько голосов
из 1200 действительно были поданы против отдельных чле-
нов партруководства города и области, но, как удалось выяс-
нить Комиссии КПК, ни Попков, ни Лазутин, ни Капустин
и другие руководители об этом не знали. Председатель
счётной комиссии партконференции А. Я. Тихонов не стал
ставить в известность руководство Ленинграда и области о
нескольких поданных голосах "против" и на конференции
объявил, что все эти лица прошли единогласно.

136
Глава TV
Нет слов, это было нарушение партийных норм. Не
вызывает удивления и то, что Маленков, а вслед за ним и
Сталин, объявили это "фальсификацией" выборов. Им эта
подтасовка была нужна для того, чтобы представить ле-
нинградское руководство перед партийной общественно-
стью города преступниками. Удивление вызывает другое, а
именно то, что некоторые нынешние авторы, пишущие о
"Ленинградском деле", вслед за Маленковым и Сталиным
повторяют слова о фальсификации выборов. Так, С. Рыбас
уже от себя, а не от имени Маленкова и Сталина, повторяет:
"Комиссия партийного контроля при ЦК ВКП(б)... выявила
факт фальсификации"1. Между тем, С. Рыбас мог бы загля-
нуть в толковый словарь русского языка, где прочитал бы,
что под фальсификацией понимается сознательное измене-
ние качественного состояния подделываемого предмета2.
А в уголовном праве РФ именно в этом плане (решающее из-
менение качества) установлена ответственность за фальси-
фикацию избирательных документов, документов референ-
дума или неправильный подсчёт голосов (ст. 142 УК РФ).
Таким образом, выражение "фальсификация", упо-
треблённое Маленковым, Сталиным, а вслед за ними
Прудниковой, Мирониным, Рыбасом и другими, к выбо-
рам на ленинградской конференции отношения не име-
ет. Фальсификации выборов парторганов там не было.
Нарушения были, а фальсификации — нет.
Не стану больше утомлять читателя подробным "разбо-
ром полётов" по поводу пропажи документов в Госплане с
грифом "секретно" и обвинениях "ленинградцев" по части
так называемого личного обогащения. При ближайшем
рассмотрении ситуация, взятая в целом, показывает, что
и здесь в основном идут подтасовки и домыслы. Материал
1 Рыбас С. Московские против питерских: Ленинградское дело
Сталина. С. 134.
2 См.: Большой толковый словарь русского языка. РАН, Институт
лингвистических исследований. Санкт-Петербург: "НОРИНТ", 2004.
С. 1415.

Ход "Дела
137
этот в моём распоряжении имеется, но, скажу откровенно,
возиться с ним и скучно, и омерзительно.
Объективный исследователь должен с сожалением кон-
статировать, что "русской команде" (условно говоря) в борь-
бе с противостоящей группой Маленкова и Берии недоста-
ло политического умения и опыта. В своей правоте и благо-
родных целях они не сомневались ни на минуту. От того и
были политически беспечны. И ошибались.
Неосторожные политические ходы со стороны жданов-
ской "команды" начались сразу же после запущенного во-
ждём вышеприведенного пробного шара о возможном на-
значении своих наследников.
27 сентября 1947 г. председатель Совета Министров
РСФСР М. Родионов неожиданно для всего партийного аре-
опага направляет вождю следующий документ.
Записка М. И. Родионова И. В. Сталину
о создании Бюро ЦК ВКП(б) по РСФСР.
Товарищу Сталину И. В.
27 сентября 1947 г.
Секретно.
Прошу Вас рассмотреть вопрос о создании Бюро ЦК
ВКП(б) по РСФСР.
Создание Бюро, как мне представляется, необходимо
для предварительного рассмотрения вопросов РСФСР,
вносимых в ЦК ВКП(б) и Союзное Правительство, а так-
же для обсуждения важнейших вопросов хозяйственного
и культурного строительства РСФСР, подлежащих рас-
смотрению Советом Министров РСФСР.
Наличие такого органа при ЦК ВКП(б) даст возмож-
ность привлечь ещё большее внимание местных партий-
ных и советских организаций к более полному использо-
ванию местных возможностей в выполнении пятилетнего
плана восстановления и развития народного хозяйства.
Более лучшее использование местных возможностей осо-

138
Глава TV
бенно необходимо, наряду с Союзным хозяйством, и в
таких отраслях как городское хозяйство, дорожное стро-
ительство, сельское и колхозное строительство, местная
промышленность, просвещение и культурно-просвети-
тельская работа.
Председатель Совета Министров РСФСР
М. Родионов1.
Одновременно с письмом Сталину Родионов направля-
ет копию своего обращения к Генсеку и первому секретарю
МГК и МК, секретарю ЦК Попову.
Товарищу Попову Г. М.
Направляю Вам копию письма, посланного мною на
имя товарища Сталина И. В. по вопросу создания Бюро
ЦК ВКП(б) по РСФСР. Прошу Вас, Георгий Михайлович,
поддержать эту просьбу.
М. Родионов.
27 сентября 1947 г.2
В предложении Родионова не было ничего принци-
пиально нового. Ещё 19 июля 1936 г. по докладу Сталина
Политбюро образовало при ЦК ВКП(б) Бюро по делам
РСФСР во главе с А. А. Андреевым для "предварительного
рассмотрения хозяйственных и культурных вопросов, под-
лежащих обсуждению в СНК или в наркоматах РСФСР".
УГАСЛИ. Ф. 17. Оп. 121. Д. 569. Л. 68.
2 РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 121. Д. 569. Л. 67. Первый секретарь МГК был
то ли поумнее Родионова, то ли поопытнее в царедворских интригах и
на письмо не ответил. Возможно, что этим спас себе жизнь. Не случай-
но ведь из всех назначенцев Жданова после "Ленинградского дела" в жи-
вых остались только два человека — Попов и Косыгин. Про второго уже
было написано выше, а Попов был снят со своих должностей Сталиным
только в декабре 1949 г. и назначен вначале министром городского хо-
зяйства СССР, затем последовательно директором ряда авиационных за-
водов, а после смерти Сталина — послом в Польшу. На пенсию Г. Попов
ушел в 1965 г. в возрасте 59 лет, а умер на 61-м году жизни в своей постели,
пережив всю "команду" Жданова на целых 17 лет.

Ход "Дела
139
Бюро не имело своего аппарата и имело право пользоваться
аппаратом Секретариата ЦК ВКП(б)1.
По всей видимости, эту свою колоссальной политиче-
ской значимости записку Родионов не один раз обсуждал с
A. Ждановым. Во всяком случае, мне удалось обнаружить в
архиве личную записку Михаила Ивановича, адресованную
Жданову, где он писал:
"Товарищу Жданову А. А.
Направляю Вам копию письма, посланного мною на
имя товарища Сталина И. В. по вопросу создания Бюро
ЦКВКП(б)поРСФСР.
Прошу Вас, Андрей Александрович, поддержать эту
просьбу.
М. Родионов"2.
Поднимал этот вопрос Жданов в своих встречах с во-
ждём, или нет, неизвестно. Как не известна в целом и ре-
акция Сталина на письмо Родионова. Известно лишь то,
что в числе посетителей вождя Родионов в этот период не
значился. Правда, известно и нечто другое. В это же время
на стол Генсека ложится выполненная по распоряжению
B. Абакумова "прослушка" МГБ, зафиксировавшая на квар-
тире секретаря ЦК А. Кузнецова разговор с Попковым и
Родионовым о бедственном экономическом, по сравнению
с другими союзными республиками, положении РСФСР, и о
желании этих троих создать ЦК Коммунистической партии
РСФСР. С этого момента Абакумов взял за правило записы-
вать все разговоры Кузнецова и Родионова и класть эти за-
писи на стол вождя.
Похоже, Михаил Иванович действительно искренне
верил в то, что ему удастся изменить положение РСФСР в
семье союзных республик. Он даже провёл переговоры с
композитором Д. Д. Шостаковичем на предмет создания
гимна России. Шостакович согласился сразу, но заявил,
1 Там же. Оп. 3. Д. 979. Л. 3 - 4.
2 Там же. Л. 8.

140
Глава TV
что для написания музыки ему нужны стихи. Родионов об-
ратился к замечательному русскому поэту-лирику Степану
Щипачёву и тот написал текст гимна России. Российский
государственный архив социально-политический истории
сохранил этот текст, который заканчивался куплетом:
Славься Россия — отчизна свободы!
К новым победам пойдём мы вперёд.
В братском единстве свободных народов
Славься, великий наш русский народ!
В 1991 г., когда встал вопрос о восстановлении символи-
ки независимой от СССР России, созданный "ленинградца-
ми" гимн народным депутатам Верховного Совета РСФСР
не понадобился.
Но гимн — это, конечно, мелочь в сравнении с по-
литической обстановкой, которая складывалась вокруг
Родионова. Российский премьер не оценил зловещего
(не могу подобрать иного, в этом случае, слова) молчания
Сталина в ответ на своё письмо и ровно через год написал
новое письмо. А предупредить его об опасности уже было
некому: Маленков постарался от всей серьёзной информа-
ции А. Кузнецова отстранить (фактически блокировал), а
Жданова 31 августа 1948 г. не стало.
Буквально через неделю после смерти Жданова Родио-
нов направляет Маленкову выдержанное в сугубо деловом
официальном тоне письмо, где подробно объясняет не-
обходимость восстановить справедливость (экономиче-
скую) в отношении РСФСР в сравнении с другими союзны-
ми республиками:
"Совершенно секретно.
Центральный Комитет ВКП(б)
Товарищу Маленкову Г. М.
В целях ещё более успешного выполнения важней-
ших задач хозяйственного и культурного строительства в

Ход "Дела
141
Российской Республике назрела серьёзная необходимость
создания Бюро ЦК ВКП(б) по РСФСР.
Это необходимо для:
а) предварительного рассмотрения вопросов РСФСР,
вносимых в ЦК ВКП(б) и Союзное правительство.
В настоящее время такие вопросы, как народнохозяй-
ственный план, бюджет Республики, при внесении их в
ЦК ВКП(б) и Совет Министров СССР, предварительно ни-
где не рассматриваются. Поскольку Республика является
ведущей и удельный вес её в СССР превышает все вместе
взятые союзные республики, целесообразно эти вопросы
предварительно рассматривать в партийном органе;
б) обсуждения важнейших вопросов хозяйственного и
культурного строительства Республики, подлежащих рас-
смотрению Советом Министров РСФСР.
В городах и рабочих посёлках РСФСР около 120 млн
кв. метров жилой площади, огромное коммунальное и
городское хозяйство, 877 тыс. км дорог союзного, респу-
бликанского и местного значения, 117 295 школ и в них
около 16 млн учащихся, в республиканской и местной про-
мышленности насчитывается 276 тыс. рабочих, в коопе-
ративной промышленности Республики работают свыше
миллиона членов артелей и наёмных рабочих. План по то-
варообороту Министерства торговли РСФСР составляет
около 65 миллиардов рублей в год и т. д.
Решение главных вопросов по этим отраслям работы
требует предварительного их рассмотрения или согла-
сования в партийном органе. Кроме того, для лучшего
использования местных возможностей в решении этих
задач настоятельно требуется привлечение местных пар-
тийных организаций;
в) повышение роли и ответственности советских
органов перед вышестоящими советскими органами.
Известно, что роль исполкомов в выполнении задач хо-
зяйственного и культурного строительства в большинстве

142
Глава IV
своем недостаточна, их ответственность перед вышестоя-
щими советскими органами тоже недостаточна;
г) рассмотрения назревших вопросов советского стро-
ительства.
Прошло 12 лет, как принята Сталинская Конституция,
но до сих пор нет положений о местных советах, что ча-
сто способствует разного рода нарушениям социалистиче-
ской законности в работе местных советских органов.
Наконец, в отношении РСФСР требуется рассмотре-
ние ряда организационных вопросов.
Нужно чётко определить роль и обязанности
Министерства сельского хозяйства РСФСР. Положение,
в котором сейчас находится это Министерство, являет-
ся неопределённым. Нельзя считать нормальным, когда
Министерство сельского хозяйства ведущей Республики
лишено возможности заниматься вопросами жизни и ра-
боты колхозов, МТС, местных земельных органов и т. д.
В РСФСР нет Министерства государственной безопас-
ности, внутренних дел и республиканские органы лишены
всякой информации по их линии.
В РСФСР нет своего печатного органа. Если напом-
нить, что все республики имеют свои печатные органы, то
отсутствие печатного органа РСФСР труднообъяснимо.
Прошу ЦК ВКП(б) рассмотреть вопрос о создании
Бюро ЦК ВКП(б) по РСФСР.
Председатель Совета Министров РСФСР
М. Родионов
9 сентября 1948 г."
№ МР-16541.
Судя по личным пометам Маленкова на письме, он на-
чал этот документ читать очень внимательно, отчеркнул
первую фразу о необходимости создания Бюро ЦК ВКП(б)
по РСФСР, но дальше пометок на письме нет. Судя по всему,
вчитавшись в текст, Маленков понял, что если выполнить
всё, что Родионов просит в отношении повышения стату-
^ГАНИ. Центральный Комитет ВКП(б). Политбюро. Особая пап-
ка. Ф. 3. Оп. 22. Ед. хр. 63. Дело № 7-Б\4-а. Л. 10-12.

Ход "Дела"
143
са РСФСР, то с Советским Союзом как единым унитарным
государством можно будет попрощаться, на территории
СССР останется только РСФСР, и в подчинённом к ней по-
ложении будут пребывать другие союзные республики.
В РГАНИ лежит письмо Родионова Сталину от 9 сен-
тября 1948 г., где рукой вождя тоже отчеркнута именно
та фраза, которую пометил и Маленков. Значит, Георгий
Максимилианович никакого решения по письму россий-
ского премьер-министра сам принимать не стал, а сразу
пошёл на доклад к Сталину и, опять же, судя по всему, с по-
дачи Маленкова в сентябре 1948 г. судьба М. И. Родионова
была решена.
Российский премьер это почувствовал и попытался по-
пасть на личный приём к Сталину. Но сумел дойти только
до кабинета Поскрёбышева. В личном архиве Сталина ле-
жит (без единой пометы!) клочок бумаги с рукописной за-
пиской Родионова от 9 сентября 1948 г.:
"Дорогой Иосиф Виссарионович!
Убедительно прошу Вас принять меня по вопросу о
создании группы или Бюро ЦК по РСФСР.
М. Родионов'.
Мольба эта услышана не была. Маленков получил "до-
бро" на раскрутку т. н. "Ленинградского дела".
15 февраля 1949 г. Политбюро ЦК принимает поста-
новление "Об антипартийных действиях" и отрешения от
должностей "ленинградцев".
Проект текста постановления с крайне резкими оцен-
ками готовил Маленков (в машинописном тексте докумен-
те остались его личные вписывания), а на самом заседании
Политбюро замечания в текст вносил Сталин. Все обвине-
ния в адрес обсуждаемых лиц касались только оптовой яр-
марки в Ленинграде, но Маленкову впервые удалось в этом
документе привязать к действиям ленинградского руковод-
ства А. Кузнецова и Н. Вознесенского, а во-вторых, совер-

144
Глава IV
шить подмену понятий: Всероссийская оптовая ярмарка в
Ленинграде по образцам товаров широкого потребления и
продовольственных товаров (как она официально проходи-
ла по документам) в постановлении Политбюро была назва-
на "Всесоюзной ярмаркой".
Из текста документа можно было сделать вывод, что на
ярмарку были свезены все имеющиеся в РСФСР неликвиды,
и на этом основании и было построено основное обвинение.
В этом мнимом криминале удалось убедить и Сталина. Не ду-
маю, что Генсек не заметил этой подтасовки, но для себя он
уже, видимо, принял решение о расправе с "ленинградцами".
В постановлении Политбюро всё это было выстроено
по законам жёсткой драмы:
"Об антипартийных действиях члена ЦК ВКП (б)
т. Кузнецова А. А. и кандидатов в члены ЦК ВКП (б) т. т.
Родионова М. И. и Попкова П. С.
На основании проведённой проверки установлено,
что председатель Совета Министров РСФСР вместе с ле-
нинградскими руководящими товарищами при содействии
члена ЦК ВКП (б) тов. Кузнецова А. А. самовольно и не-
законно организовал Всесоюзную оптовую ярмарку с при-
глашением к участию в ней торговых организаций краёв и
областей РСФСР, включая и самых отдалённых, вплоть до
Сахалинской области, а также представителей торговых
организаций всех союзных республик. На ярмарке были
предъявлены к продаже товары на сумму около 9 млрд руб-
лей, включая товары, которые распределяются союзным
правительством по общегосударственному плану, что при-
вело к разбазариванию государственных товарных фон-
дов и к ущемлению интересов ряда краёв, областей и ре-
спублик. Кроме того, проведение ярмарки нанесло ущерб
государству в связи с большими и неоправданными затра-
тами государственных средств на организацию ярмарки
и на переезд участников её из отдалённых местностей в
Ленинград и обратно.

Ход "Дела
145
Политбюро ЦК ВКП (б) считает главными виновника-
ми указанного антигосударственного действия кандидатов
в члены ЦК ВКП (б) т.т. Родионова и Попкова и члена ЦК
ВКП (б) т. Кузнецова А. А., которые нарушили элементар-
ные основы государственной и партийной дисциплины,
поскольку ни Совет Министров РСФСР, ни Ленинградский
обком ВКП (б) не испросили разрешения ЦК ВКП (б) и
Совмина СССР на проведение Всесоюзной оптовой ярмар-
ки и, в обход ЦК ВКП (б) и Совета Министров СССР, само-
вольно организовали её в Ленинграде.
Политбюро ЦК ВКП (б) считает, что отмеченные выше
противогосударственные действия явились следствием
того, что у т.т. Кузнецова А. А., Родионова, Попкова имеет-
ся нездоровый, небольшевистский уклон, выражающийся в
демогогическом заигрывании с ленинградской организаци-
ей, в охаивании ЦК ВКП (б), который якобы не помогает
ленинградской организации...
В этом же свете следует рассматривать ставшее только
теперь известным ЦК ВКП (б) от т. Вознесенского пред-
ложение „шефствовать" над Ленинградом, с которым об-
ратился в 1948 году т. Попков к т. Вознесенскому Н. А., а
также неправильное поведение т. Попкова, когда он связи
Ленинградской партийной организации с ЦК ВКП (б) пы-
тается подменить личными связями с так называемым „ше-
фом" т. Кузнецовым А. А."
В тексте постановления была усмотрена связь такого
поведения "ленинградцев" с действиями Зиновьева, кото-
рый "прибегал к таким же антипартийным методам".
В постановляющей части Родионов, Попков и Кузнецов
отрешались от своих должностей1.
А потом наступила очередь Н. Вознесенского.
5 марта 1949 г. состоялось совместное заседание
Политбюро ЦК ВКП(б) и Совмина СССР, принявшее
Постановление ЦК "О Госплане". Проект Постановления
ГРГАСПЙ~Ф. 17. Оп. 163. Д. 15. Л. 125,126,127.

146
Глава IV
был вновь написан лично Маленковым и принят без каких-
либо изменений. Вёл заседание Политбюро Сталин.
Текст постановления Политбюро по своей тонально-
сти и лексике резко отличается от всех подобного рода до-
кументов. Маленков вложил в этот текст все свои эмоции по
отношению лично к Вознесенскому. Вот только некоторые
пассажи из этого документа:
"Являясь общегосударственным органом для планирова-
ния народного хозяйства СССР и контроля за выполнением
государственных планов, Госплан должен быть абсолютно
объективным и на сто процентов честным органом, — гово-
рилось в документе, — в работе его совершенно недопусти-
мо вихляние и подгонка цифр, ибо попытка подогнать циф-
ры под то или другое предвзятое мнение есть преступление
уголовного характера".
Однако в результате проверки, произведённой Бюро
Совета Министров СССР в связи с запиской Госснаба СССР
(т. Помазнев) о плане промышленного производства на
I квартал 1949 года вскрыты факты обмана Госпланом
СССР Правительства, установлено, что Госплан СССР допу-
скает необъективный и нечестный подход к вопросам пла-
нирования и оценки выполнения планов, что выражается,
прежде всего, в подгонке цифр с целью замазать действи-
тельное положение вещей, вскрыто также, что имеет место
смыкание Госплана СССР с отдельными министерствами и
ведомствами и занижение производственных мощностей
и хозяйственных планов министерств. Всё это подтвержда-
ется следующим:
Постановлением от 29 сентября 1947 г. Совет Мини-
стров СССР признал недопустимой повторившуюся в 1947
году практику снижения валовой продукции промышленно-
сти в I квартале по сравнению с IV кварталом предыдуще-
го года и указал на необходимость не только не допустить
снижения производства в I квартале 1948 г., но и достигнуть
дальнейшего серьёзного увеличения выпуска промышлен-
ной продукции.

Ход "Дела"
147
Госплан СССР вместо того, чтобы честно выполнять ди-
рективу Правительства, встал на путь обмана Правительства
и в этих целях ввел с I квартала 1948 года подозрительное
новшество в планировании, начав определять темпы роста
промышленности без сезонных отраслей...
Совет Министров СССР рассматривает отмеченные
выше антигосударственные действия, как сопротивление со
стороны Госплана СССР линии партии и Правительства в во-
просе обеспечения систематического роста промышленного
производства в I квартале по сравнению с IV кварталом...
Совет Министров Союза СССР постановляет:
Признать совершенно нетерпимыми вскрытые при
проверке факты обмана Госпланом СССР Правительства,
преступную практику подгонки цифр, осудить неправиль-
ную линию Госплана СССР...
Отметить, что проверка показала, что т. Вознесенский
неудовлетворительно руководит Госпланом СССР, не про-
являет обязательной, особенно для члена Политбюро, пар-
тийности в руководстве Госпланом СССР и в защите дирек-
тив Правительства в области планирования, неправильно
воспитывает работников Госплана СССР, вследствие чего
в Госплане СССР культивировались непартийные нравы,
имели место антигосударственные действия, факты обмана
Правительства, преступные факты по подгону цифр, и, на-
конец, факты, которые свидетельствуют о том, что руково-
дящие работники Госплана СССР хитрят с Правительством.
Обязать Госплан СССР решительно покончить с анти-
государственной практикой...
Освободить т. Вознесенского от обязанностей Председа-
теля Госплана СССР...
Председатель Совета Министров Союза ССР
И. Сталин,
Управляющий Делами Совета Министров СССР
Я. Чадаев"1.
ГРГАСПЙГф. 17. Оп. 3. Д. 1074. Л. 59. Л. 107-116.

148
Глава TV
Роль Маленкова вообще была самой зловещей в этом
"Деле". Сын его, А. Г. Маленков, попытался было оспорить
роль своего отца в уничтожении "ленинградцев"1, но доку-
менты неопровержимо свидетельствуют об обратном.
Если документы ЦК КПСС в 1955 г. возлагают на
Маленкова ещё только "моральную" ответственность за "ле-
нинградский процесс"2, то в 1957 и в 1988 гг. он уже был пря-
мо обвинен в организации этого "Дела"3.
Материалы КПКприЦККПСС 1989 г. не оставляют ника-
кого сомнения в участии Г. М. Маленкова в "Ленинградском
деле": "С целью получения вымышленных показаний о су-
ществовании в Ленинграде антипартийной группы Г. М.
Маленков лично руководил ходом следствия по делу и при-
нимал в допросах непосредственное участие. Ко всем аре-
стованным применялись незаконные методы следствия,
мучительные пытки, побои и истязания. Для создания ви-
димости существования в Ленинграде антипартийной груп-
пировки по указанию Г. Маленкова были произведены мас-
совые аресты... Более года арестованных готовили к суду,
подвергали грубым издевательствам, зверским истязаниям,
угрожали расправиться с семьями, помещали в карцер и т. д.
Психологическая обработка обвиняемых усилилась накану-
не и в ходе самого судебного разбирательства. Подсудимых
заставляли учить наизусть протоколы допросов и не откло-
няться от заранее составленного сценария судебного фарса.
1 Маленков AS. О моем отце Георгии Маленкове. М.: НТЦ, "Техно-
экос", 1992. С. 88.
2 Из постановления Пленума ЦК КПСС. 31 января 1955 г. "О товари-
ще Маленкове Г.М.":
"Заслушав доклад тов. Хрущёва Н.С. о тов. Маленкове Г.М. и полно-
стью одобряя предложения Президиума ЦК по этому вопросу, Пленум
ЦК КПСС считает, что... тов. Маленков несет моральную ответствен-
ность (только моральную. — Вл. К) за позорное „ленинградское дело",
созданное Берией и Абакумовым, оклеветавшее перед И.В. Сталиным
ряд руководящих работников... Тов. Маленков, находясь в столь тесных
отношениях с Берия, не мог не знать о клеветнических наветах на этих
работников со стороны Берия перед И.В. Сталиным".
3 Известия ЦК КПСС. 1989, № 2. С. 130.

Ход "Дела
149
Их обманывали, уверяя, что признания "во враждебной дея-
тельности" важны и нужны для партии, которой необходимо
преподать соответствующий урок на примере разоблачения
враждебной группы. Однако вопрос о физическом уничто-
жении Н. А. Вознесенского, М. И. Родионова, П. С. Попко-
ва, Я. Ф Капустина, П. Г. Лазутина был предрешён до судеб-
ного процесса"1.
Сын Л. Берии Серго в своих мемуарах рассказал, что 13
августа 1949 г. Маленков пригласил Кузнецова, Попкова,
Родионова, Лазутина и Соловьёва прийти к нему в кабинет
и именно здесь все они были арестованы офицерами НКВД
даже без предъявления санкции прокурора.
Функции непосредственного исполнителя репрессий
в отношении "ленинградцев" с огромной энергией выпол-
нял министр госбезопасности В. Абакумов. По малейшему
намёку Сталина, Абакумов приказывал производить аре-
сты, приказывал пытать фигурантов по "Ленинградскому
делу", если те отказывались подписывать наветы на самих
себя, помещал их в карцер-холодильник на несколько суток.
Арестованных сотни раз вызывали по ночам к следователям
и сутками не давали спать. А когда это не помогало, то под-
вергали зверским избиениям.
Ради выполнения приказа вождя добиться "признаний"
от арестованных, Абакумов не только подвергал их истяза-
ниям, но шёл на совершенно фантастические обещания и
беспардонный обман и ложь. В материалах заседания КПК
при ЦК КПСС 1988 г. были записаны показания о том, что
каков бы ни был приговор, даже к высшей мере, его никогда
не приведут в исполнение2.
известия ЦК КПСС. 1989, № 2. С. 130.
2 Летом 2012 г. я спросил Л.А. Вознесенского, что означали в этом
документе КПК слова о том, что следователи обманывали арестованных?
Сославшись на беседы с членом Комиссии партийного контроля при ЦК
КПСС А.И. Кузнецовым, Лев Александрович рассказал, что следователи
НКВД убеждали "ленинградцев", что если они подпишут навязываемые
им протоколы допросов, то на самом деле их не расстреляют, а направят
на подпольную партийную работу.

150
Глава TV
В архивах не сохранилось свидетельств этих пыток,
так как "ленинградцы" если и писали бумаги, то только та-
кие, в которых они опровергали возводимую на них ложь.
Но на следователей они не жаловались, считая это ниже
своего достоинства. В этом они кардинально отличались
от своих палачей.
Абакумов был именно таким палачом, с большой выдум-
кой и с большим энтузиазмом. Л. Млечин рассказал, напри-
мер, такой эпизод: когда Абакумова после смерти Сталина
судили, Генеральный прокурор СССР Роман Руденко ска-
зал: "Я не хочу расшифровывать некоторые формы пыток,
с тем, чтобы не унижать достоинство тех лиц, к которым
они применялись".
Но сам Абакумов при этом, даже когда его арестовали,
стремился сделать вид, что он, якобы, многого не знал.
Например, в архиве сохранилась жалоба В. Абакумова
на бывших его непосредственных подчинённых, которые
подвергали его пыткам после его собственного ареста
(Абакумов был арестован в июле 1951 г. по распоряжению
Сталина, а в декабре 1954 г. по распоряжению Хрущёва при-
говорён к расстрелу):
Письмо арестованного Абакумова В. С. из тюремной ка-
меры
"Товарищам Берии и Маленкову.
Дорогие Л. П. и Г. МЛ
...Со мной проделали что-то невероятное. Первые во-
семь дней держали в почти тёмной, холодной камере. Далее
в течение месяца допросы организовали таким образом,
что я спал всего лишь час-полтора в сутки и кормили от-
вратно. На всех допросах стоит сплошной мат, издеватель-
ство, оскорбления, насмешки и прочие зверские выходки.
Бросали меня со стула на пол...
Ночью 16 марта меня схватили и привели в так называ-
емый карцер, а на деле, как потом оказалось, это была хо-
лодильная камера с трубопроводной установкой, без окон,
совершенно пустая, размером 2 метра. В этом страшилище,

Ход "Дела"
151
без воздуха, без питания (давали кусок хлеба и две кружки
воды в день) я провел восемь суток. Установка включалась,
холод всё время усиливался. Я много раз впадал в беспа-
мятство. Такого зверства я никогда не видел и о наличии
в Лефортово таких холодильников не знал, был обманут...
Этот каменный мешок может дать смерть, увечье и страш-
ный недуг. 23 марта это чуть не кончилось смертью — меня
чудом отходили и положили в санчасть, впрыснув сердеч-
ные препараты и положив под ноги резиновые пузыри с го-
рячей водой...
...Уважающий Вас —
В. Абакумов.
18 апреля 1952 г."1
К этому письму следует добавить, что камера-холодиль-
ник, которую описывает в своём письме Абакумов, была той
самой, куда по требованию Сталина ускорить процесс "при-
знания" в якобы совершённых ими преступлениях Абакумов
лично приказывал поместить Н. А. и А. А. Вознесенских.
Так что Абакумов испытал "всего лишь" то же самое, на
что он обрекал "ленинградцев".
Но это всё было потом, когда Сталин уже расправил-
ся с "ленинградцами" и Абакумов больше не был ему ну-
жен. А в августе 1950 г. вождь приказал своему министру
госбезопасности предоставить ему список обвиняемых по
"Ленинградскому делу" и уже 10 августа такой список на 10
человек был Генсеку представлен. Сталин был разгневан
тем, что в списке были названы "всего лишь" 10 человек, в
грубой форме и в матерных выражениях обругал Абакумова
за "мягкотелость", потребовал увеличить список до 33 чело-
век, и приказал добиться от арестованных признательных
показаний. Поскольку министр не знал, кого ещё включать
в список, то Сталин лично вписал карандашом в список ещё
23 фамилии.
1 Цит. по: Столяров КЛ. Палачи и жертвы. М.: ОЛМА-ПРЕСС, 1997.
С. 57.

152
Глава TV
23 августа 1950 г. Абакумов представил Сталину новый
проект обвинительного заключения, уже на 33 человека с
протоколами допросов и личными "признаниями в престу-
плениях", полученными за эти месяцы от арестованных.
Но текст обвинительного заключения, представленный
Абакумовым, Сталина не удовлетворил, и тогда за дело взял-
ся Маленков.
По проекту обвинительного заключения, составленно-
му Маленковым, Генсек лично "прошёлся" с карандашом в
руке и оставил в нём плотную личную правку. Как уже го-
ворилось выше, изменил очерёдность перечисленных фа-
милий. Вместо Н. А. Вознесенского на первое место вывел
Кузнецова, а Вознесенского переместил на третье, написав:
"Во главе обвиняемых поставить Кузнецова, затем Попкова
и потом Вознесенского". К Кузнецову вождь вообще про-
явил повышенное внимание.
Надобно отметить, что, в конце концов, вся эта кро-
потливая работа Генсека с проектом закрытого письма во
многом оказалась напрасной: он так и не решился познако-
мить с творением Маленкова и Берии не только широкую
общественность, но даже членов ЦК ВКП (б). Вплоть до его
смерти о расстрелах и репрессиях по этому "Делу" знал толь-
ко самый узкий круг лиц. А с тех, кого согнали в Ленинграде
на так называемый "открытый процесс" в Доме офицеров
запугали так, что никто из них до самой смерти Генсека не
решился раскрыть рот.
Возникает естественный вопрос: почему Сталин не ре-
шился на обнародование этой информации? Ведь когда в
1930-е гг. он уничтожал своих старых соратников по партии
и военные кадры, об этом не только знала вся страна, но спе-
циально проводились массовые публичные мероприятия с
осуждением обвиняемых. Почему же в случае с процессами
1949-1950 гг. была соблюдена такая секретность?
Думаю, что Сталин страшился именно огласки того,
что массовая расправа им совершалась над представителя-

Ход "Дела"
153
ми русской руководящей элиты. Он ведь только что, после
войны, вознёс здравицу русскому народу, признав, что
именно благодаря его таланту и мужеству СССР победил
гитлеровскую Германию. Более того, Сталин практически
принёс публичные извинения русскому народу за военные
поражения 1941 и 1942 гг., вина за которые, он это признал,
лежит, прежде всего, на нём и его правительстве.
Наверное, нечеловеческая интуиция вождя подсказы-
вала ему, что опасаться было чего. Прошло всего четыре
года после Победы, а Генсек подверг кровавым репресси-
ям именно тех, кто в основном вынес на своих плечах эту
Победу — представителей государственного, партийного,
военного и хозяйственного аппарата не только Ленинграда
и Ленинградской области, но практически всех областей
центральной России и выдвиженцев РСФСР на руководя-
щую работу в другие союзные республики.
Таким образом, мы подходим к главной причине воз-
никновения "Ленинградского дела".
Главное обвинение, предъявленное "ленинградцам"
со стороны Сталина, было обвинение в "русском национа-
лизме", которое, по его мнению, могло привести к распаду
Советского Союза, а в этом вопросе Генсек о компромиссах
не хотел даже слышать.
Сам Генсек был человеком скрытным и осторожным.
Он всю жизнь предпочитал, чтобы его настоящие мысли
угадывали и преподносили ему на бумаге другие. А он бы вы-
ступал в роли редактора этих мыслей. Никого этой манерой
обманывать, конечно, не удавалось. А те, кто обманывался,
долго не жили.
Маленков и Берия эти скрытые мысли Сталина в
"Ленинградском деле" угадали и в проекте закрытого пись-
ма к членам ЦК написали прямо:
"Во вражеской группе Кузнецова неоднократно об-
суждался и подготовлялся вопрос о необходимости соз-
дания РКП (б) и ЦК РКП (б), о переносе столицы РСФСР

154
Глава IV
из Москвы в Ленинград. Эти мероприятия Кузнецов и др.
мотивировали в своей среде клеветническими доводами,
будто бы ЦК ВКП (б) и союзное правительство проводят
антирусскую политику и осуществляют протекционизм в
отношении других национальных республик за счёт русско-
го народа. В группе было предусмотрено, что в случае осу-
ществления их планов Кузнецов А. должен был занять пост
первого секретаря ЦК РКП (б)...н
Правда, авторы проекта перебрали с усердием.
Они так хотели оправдать необходимость возбуждения
"Ленинградского дела", что в проект письма ввели "шпион-
ский след".
"Следует учесть, — писали Берия и Маленков, — что с
одним из руководящих членов этой группы Капустиным, как
выяснилось теперь, во время пребывания его в 1936 году в
Лондоне установила связь английская разведка. Сейчас ста-
ло очевидным, что Кузнецов А. и Попков имели сведения об
этом, но скрыли их от ЦК ВКП (б)".
Но тут они явно перестарались. Во-первых, Сталин не
поверил в шпионскую связь Капустина с английской раз-
ведкой (Абакумов не смог предоставить Генсеку каких-либо
доказательств на этот счёт, и этот сюжет не вошёл ни в об-
винительное заключение по "Делу", ни в приговор).
А во-вторых (и это, видимо, и было главным соображе-
нием), Сталин просто не решился включать в письмо опас-
ный тезис о том, что русские коммунисты захотели иметь
свою собственную организационно оформленную компар-
тию. Генсек не стал подписывать такой политически взры-
воопасный документ своим именем. Публикация такого
письма грозила лишить его политической поддержки со
стороны русского народа. Поэтому сначала он зачеркнул
подпись под Письмом — "секретарь ЦК И. Сталин" и напи-
сал своей рукой: "Центральный Комитет ВКП(б)". А потом
и вовсе отказался от рассылки этого документа.

Ход "Дела
155
2. ПАТРИОТШ "ЛЕНИНГРАДЦЕВ": СОВЕТСКИЙ ИДИ РУССКИЙ?
Ленинградцы" были патриотами своей земли, Русской
земли. Как умели, они это выражали. Конечно, Советский
Союз был тоже их родиной. Но СССР Россией никогда не
был. И душа у них болела именно за Россию. За создавший
Россию и её духовную культуру русский народ. Поэтому, как
только уроженец Нижегородской губернии М. И. Родионов
в марте 1946 г. сменил на должности председателя Совета
министров РСФСР А. Н. Косыгина, он сразу же поставил пе-
ред Сталиным вопрос об образовании, по примеру других
союзных республик, Коммунистической партии России, и
символов России: трёхцветного знамени, гимна, а столицей
РСФСР предложил сделать Ленинград, словом, сделать всё
то, что уже было сделано в других союзных республиках.
Сделал это открыто.
Современники "ленинградцев" в высшем звене руко-
водства Советского Союза через много лет после смерти
Сталина свидетельствовали, что А. А. Жданов, Н. А. Возне-
сенский, А. А. Вознесенский, М. И. Родионов, А. А. Кузне-
цов, П. С. Попков и другие, действительно чувствовали
себя в большей степени патриотами России, нежели Совет-
ского Союза.
Откуда такие настроения возникали и преобладали
(если преобладали) у "ленинградцев"? Думаю, что ответ
на этот вопрос есть. Уж кто-кто, а председатель Госплана
СССР Н. Вознесенский хорошо знал, что ленинско-сталин-
ское творение — Советский Союз если и жизнеспособно,
то только в одном случае — если все союзные республики бу-
дут существовать и развиваться за счёт экономики РСФСР.
К "ленинградцам" это понимание стало приходить, ког-
да они один за другим стали после войны выдвигаться в выс-
шие эшелоны власти.

156
Глава IV
Дело в том, что сразу после образования Советского
Союза в конце декабря 1922 г. в новом государственном об-
разовании был сформирован общесоюзный бюджет, а в его
рамках постановлением ВЦИК от 21 августа 1923 г. был соз-
дан Союзно-республиканский дотационный фонд СССР1,
средства из которого стали направляться на экономиче-
ское и социальное развитие кавказских, среднеазиатских
и других союзных республик, включая Украину. Весь этот
Фонд формировался за счёт поступлений из РСФСР (из со-
юзных республик просто нечего было брать). В отличие от
РСФСР, в бюджеты союзных республик полностью зачисля-
лись сборы налога с оборота (один из основных источни-
ков бюджетных поступлений), также полностью оставался
в республиках подоходный налог. И хотя российская эконо-
мика играла решающую роль в формировании упомянуто-
го Фонда, дотациями из него она никогда не пользовалась.
Как откровенно признавал в 1930-е гг. Г. К. Орджоникидзе,
"Советская Россия, пополняя наш (Грузинской ССР) бюд-
жет, дает нам в год 24 млн рублей золотом, и мы, конечно,
не платим ей за это никаких процентов... Армения, напри-
мер, возрождается не за счёт труда собственных крестьян, а
на средства Советской России"2.
Доктор экономических наук профессор В. Г. Чебота-
рёва на международной конференции в Москве в 1995 г.
привела свои расчёты, которые показали, как протекал
процесс перекачки прибавочного продукта из РСФСР в со-
юзные республики.
Во-первых, денежные вливания в чистом виде. Опубли-
кованные отчёты Минфина СССР за 1929, 1932, 1934 и
1935 гг. позволяют сделать вывод о том, что в указанные годы
Туркменистану в качестве дотаций было выделено 159,8 млн
1 См.: Образование Союза Советских Социалистических республик.
Сб. документов. М., 1972. С. 23-24.
2 См.: Куличенко М.И. Образование и развитие Союза ССР. Ереван:
Айастан, 1982. С. 258.

Ход "Дела
157
руб., Таджикистану — 250,7 млн руб., Узбекистану — 86,3
млн руб., ЗСФСР — 129,1 млн. рублей. Что касается, напри-
мер, Киргизской автономной республики (с Казахстаном в
ее составе), то до 1925 г. она входила в РСФСР, из бюджета
которой и финансировалось её развитие.
Но в расчёт следует включать не только чисто денеж-
ные вливания. На протяжении десятков лет, доложила
международной и российской общественности профессор
Чеботарёва, кроме чисто денежной дани Россия отдава-
ла союзным республикам "свой самый драгоценный капи-
тал — высококвалифицированных специалистов. В 1959 г.
за пределами России находилось 16,2 млн русских, в
1988 г. — 25,3 млн. За 30 лет их численность увеличи-
лась на 55,5 %, а в пределах России — только на 22 %...
Представители российской диаспоры создавали значитель-
ную часть национального дохода в республиках. Например,
до 1992 г. 10 % русского населения Таджикистана произво-
дили до 50 % внутреннего национального продукта".
Образовался у этого феномена и ещё один, побоч-
ный, но существенный эффект. "Русский народ, — сказала
В. Г. Чеботарёва, — которому был навязан комплекс „исто-
рической вины" за злодеяния царизма, сделал всё, чтобы
покончить с вековой отсталостью братских народов. Но
на этом благородном поприще русский народ утратил эле-
ментарное чувство самосохранения; под влиянием полити-
ческой пропаганды он впал в беспамятство и погубил мно-
гие национальные традиции, среду своего исторического
обитания"1 (выделено мною. — Вл. К.).
1 Чеботарёва В.Г. Россия: донор или метрополия // Материалы меж-
дународного симпозиума "Куда идет Россия?" / Под ред. Т.И. Заславской.
М.: Аспект-Пресс, 1995. С. 343-344.
Профессор Чеботарёва довольно точно определила духовное со-
стояние русского народа после 27 лет сталинского руководства страной.
В 1949 г. ленинградскую поэтессу Ольгу Берггольц просто потрясло ду-
ховное состояние русских людей, тех самых русских людей, которых она
на высокой ноте все 900 дней ленинградской блокады призывала по ра-

158
Глава TV
В октябре 2010 г. в Академии повышения квалификации
работников образования прошла международная научно-
практическая конференция под названием "Неконфликтное
прочтение совместной истории — основа добрососедства",
на которой историки из Москвы, Саратова и Таллина пред-
ставили доклад под редакцией заведующего кафедрой исто-
рии МГПУ профессора А. Данилова, где по рассматривае-
мой теме были приведены следующие факты:
В 1987 г. в Латвии поступления из РСФСР и Украины
составили 22,8 % от величины всего произведенного наци-
онального дохода республики; только в денежном выраже-
нии Латвия получила 57,1 млн руб. С годами разрыв между
ввозом и вывозом только возрастал. Например, в 1988 г. для
Эстонии этот разрыв составил 700 млн руб., для Литвы —
1 млрд 530 млн руб., для Латвии — 695 млн руб.1
Иными словами, вся государственная политика строи-
лась на удовлетворении интересов национальных окраин, а
интересы коренного населения РСФСР приносились в жерт-
ву этому абсолютному меньшинству. В то время как эконо-
мика и инфраструктура союзных национальных республик
жирела и пухла, исконно русские города и веси нищали.
В 1997 г. известный писатель и учёный Александр
Кузнецов писал:
дио к сохранению стойкости духа. Приехав 20 мая 1949 г. под Ленинград
на отдых в село Старый Рахин, она сделала запись в своём дневнике о
лсизни колхозников: "Первый день моих наблюдений принес только
лишнее доказательство к тому же, всё к тому же: полное нежелание го-
сударства считаться с человеком, полное подчинение, раскатывание его
собой, создание для этого цепной, огромной, страшной системы... Вот
все в этом селе — победители, это и есть народ-победитель. Как говорит-
ся, что он с этого имеет? Ну, хорошо, послевоенные трудности, пиррова
победа (по крайней мере, для этого села) — но перспективы? Меня по-
разило какое-то, явно ощущаемое для меня, угнетённо-покорное состоя-
ние людей и чуть ли не примирение с состоянием бесперспективности"
[Ольга Берггольц. Из дневников (май, октябрь 1949 г.) // Знамя, 1991,
№3. С. 160-172].
1 Спасибо никто не сказал. Историки подсчитали, сколько нам долж-
ны Прибалтика и Средняя Азия... // Известия. 20.10.2010.

Ход "Дела
159
"Горько становится на душе, когда видишь старые рус-
ские города. Старинные дома с обвалившейся штукатуркой,
деревянные одноэтажные дома ушли по окна в землю, а
двухэтажные покосились и пропахли уборной. Картина зна-
комая. Так выглядят сейчас все старые русские города, не
то, что кавказские или среднеазиатские.
Ереван целиком построен в годы советской власти.
Раньше он состоял из глинобитных и каменных одноэтаж-
ных домишек, а теперь возведён из благоустроенных мно-
гоэтажных и, заметьте, нетиповых домов, облицованных
разноцветным туфом. И ни одного старого дома во всём
городе. Советский период — золотой век для Армении.
В Тбилиси оставили одну старую улицу, как памятник исто-
рии. Реставрировали её, выглядит как картинка. Всё осталь-
ное выстроено заново, как и в других кавказских городах.
0 среднеазиатских республиках и говорить нечего —
дворцы, театры, парки, фонтаны, все в граните и мраморе,
в каменной резьбе. Богатели, тяжелели 70 лет края государ-
ства, чтобы, насытившись, потом отвалиться. Россия же,
как была нищей, так и осталась".
Председатель Совета министров РСФСР в 1971-1983 гг.
М. С. Соломенцев вспоминал, как в начале 1970-х гг. в поезд-
ке по Брянской области он видел целую деревню, с Великой
Отечественной войны живущую в землянках. В своих ме-
муарах он пишет: "Когда Брежнев рекомендовал меня на
должность предсовмина РСФСР, я поставил лишь одно ус-
ловие: перестать затюкивать Россию. Леонид Ильич, по-
мнится, не понял меня, спросил: "Что значит затюкивать?"
Я объяснил: отраслевые отделы ЦК и союзное правитель-
ство напрямую командуют российскими регионами и кон-
кретными предприятиями, руководствуясь больше инте-
ресами союзных республик, оставляя России лишь крохи с
общесоюзного стола"1.
1 Известия. 20.10 2010 г.

160
Глава IV
Любопытную картину в июне 1992 г. нарисовал в этом
плане в "Независимой газете" (12 июня) Иван Силаев, пер-
вый премьер-министр ельцинского правительства.
Став летом 1990 г. первым председателем Совета
Министров независимой России, Иван Силаев обнаружил,
что в течение всех лет Советской власти РСФСР ежегодно
выплачивала союзным республикам, включая Украину, а с
1940 г. и прибалтийским республикам, по 46 млрд руб. в год.
Пересчитав эти деньги по существовавшему в 1990 г. валют-
ному курсу (один доллар США был равен 60 копейкам) пре-
мьер в июне 1991 г. доложил первому президенту России
Борису Ельцину, что РСФСР ежегодно направляла на раз-
витие союзных республик 76,5 млрд дол.
После его доклада независимое правительство РСФСР
потребовало в корне изменить практику истощения эконо-
мического ресурса России и в дотационный фонд заложить
только (только!) 10 млрд руб. Да и то при условии, что та
республика, которая будет брать средства из этого фонда,
будет делать это не безвозвратно, а только в кредит и обя-
зуется заключить с правительством РСФСР соглашение
о поставках своей продукции в счёт обязательного погаше-
ния кредита в оговоренный срок. Услышав это, республи-
канские лидеры, включая Украину и прибалтийские союз-
ные республики, тут же потребовали от президента СССР
М. Горбачёва "поставить этих русских на место"...
Эта большевистская линия сказывалась и на кадровой
национальной политике в союзных республиках.
В центральных комитетах партии в союзных республи-
ках СССР первым секретарём ЦК назначался, как правило,
представитель так называемой титульной нации, а вторым
секретарём ЦК (в обязательном порядке) — партийный ра-
ботник русской национальности. В задачи последнего вхо-
дило, в основном, соблюдение правил функционирования
единой (союзной) экономической политики. В политиче-
скую сферу, идеологическую в том числе, этот второй се-

Ход "Дела"
161
кретарь мог вмешиваться только в исключительных случа-
ях, и то не прямо, а исключительно через Москву.
Не мог он никак влиять и на кадровую политику в респу-
блике. Какой бы процент населения некоренной нации ни
проживал в республике, все ключевые должности во всех
сферах жизнедеятельности республики неизменно занима-
ли представители коренной национальности. Причём, это
относилось абсолютно ко всем некоренным нациям и на-
родностям. В Тбилиси, например, могла проживать сколь
угодно многочисленная армянская диаспора, но в руковод-
стве города, или республики её интересы представлять мог
только грузин.
До 1917 г. цари Дома Романовых проводили совсем
иную национальную политику.
Исследуя эту проблему, известный российский историк
Алексей Миллер пишет, что до революции "имперская на-
ция", то есть русские, в кадровом составе чиновничества
были представлены адекватно их численности, равно как и
другие существовавшие на тот момент нации и народности.
"Исследуя состав бюрократии на западных окраинах, — пи-
шет он, — следует отметить, что представители местного
населения были представлены среди чиновников в пропор-
циях, которые в целом соответствовали удельному весу раз-
личных этнических групп в этих губерниях".
Иными словами, Сталин, как единоличный властитель
в СССР с конца 1920-х гг., в этих вопросах кардинально ото-
шёл от политики русских царей, которые, во-первых, внима-
тельно следили за тем, чтобы во властных структурах наци-
ональных окраин строго соблюдалось пропорциональное
представительство всех народов и наций, проживающих на
этих территориях. А во-вторых, наместник "Белого царя"
на национальных окраинах отнюдь не был такой, по сути,
декоративной фигурой, какой был в союзных республиках
СССР русский второй секретарь ЦК союзной компартии.

162
Глава TV
Как пишет А. Миллер, большевики после 1917 г. вообще
создали довольно странную империю. В отношении мало-
численных национальностей и народов в её составе СССР
вообще представлял собой "империю наоборот". Эту осо-
бенность сталинской политики в отношении русских отме-
чают не только российские историки.
Профессор Гарвардского университета Терри Мартин
пришёл к выводу, что СССР был абсолютно новым видом
империи — империи наоборот, а советскую национальную
политику он охарактеризовал как "радикальный разрыв с
политикой империи Романовых"1.
Вслед за Т. Мартином профессор А. Миллер пишет:
"В рамках советской политики государствообразующий на-
род, русские, должен был подавлять свои национальные
интересы и идентифицировать себя с империей положи-
тельного действия". Большевики пошли даже на то, что
отказывали "в праве на национальную автономию в местах
компактного проживания русских в союзных республиках",
в "праве на национальное представительство во властных
структурах автономных республик", более того, осуждали
"русскую культуру как буржуазно-помещичью, как импер-
скую культуру угнетателей". "Большевики, по сути... создава-
ли национальные элиты там, где их не было или они были
слабы. Они распространяли и поддерживали в массах раз-
личные формы национальной культуры и идентичности
там, где эта задача стояла на повестке дня. Они способство-
вали территориализации этничности и создавали нацио-
нальные образования на разных уровнях"2.
*См.: Мартин Т. Империя позитивного воздействия: Советский
Союз как высшая форма империализма // Ab Imperio. 2002, № 2. С. 55-
87; Мартин Т. Империя "положительной деятельности". Нации и нацио-
нализм в СССР. 1923-1939. М.: РОССПЭН, 2011. С. 28-38.
2 Миллер А.И. Империя Романовых и национализм. Эссе по методо-
логии исторического исследования. Изд. 2, испр. и доп. М.: Новое лите-
ратурное обозрение, 2010. С. 55, 282, 283.

Ход "Дела
163
В результате вся эта политика привела к тому, что
возникшие национальные элиты в конце существования
Советского Союза создали свою собственную националь-
ную историю и на базе развития в их территориальных на-
циональных образованиях процессов индустриализации,
урбанизации, распространения грамотности, под лозунга-
ми демократии оправдывали их вычленение из состава со-
ветской империи.
Т. Мартин в своём исследовании внимательно проана-
лизировал столкновение Сталина с Лениным в 1922 г. по по-
воду образования Советского Союза и пришёл к выводу: "Из
высказываний Сталина видно, что причиной его разногла-
сий с Лениным был русский вопрос. (Но) сохраняя РСФСР,
вместо того, чтобы создать СССР, Сталин не собирался уси-
ливать позиции русских, наоборот, он хотел их ослабить.
Больше всего он боялся отдельной русской республики..."1
Собственно говоря, в этом выводе гарвардского исто-
рика и содержится ответ на то, почему Сталин столь безжа-
лостно расправился с "ленинградцами": Генсек панически
боялся пробуждения русского национального самосозна-
ния, видя в нём сильнейшую угрозу для своей безраздельной
власти в СССР.
Но Сталину удалось только отодвинуть во времени неиз-
бежный ход истории. Дело "ленинградцев" было продолже-
но через 40 лет после смерти Сталина.
Понимание истины, открытой ценою своих жизней
"ленинградцами" всё равно пришло к русской националь-
ной элите — в конце Горбачёвской перестройки в 1990 г.
Вот эти события и стали настоящим продолжением дела
"ленинградцев", которые фактически были предтечей про-
буждения русского национального самосознания. При всём
критическом отношении нашего народа к Борису Ельцину
следует, тем не менее, признать, что первый президент
1 Мартин Т. Империя "положительной деятельности". Нации и на-
ционализм в СССР. 1923-1939. М.: РОССПЭН, 2011. С. 545.

164
Глава TV
России, выступив за выделение РСФСР из Советского
Союза, инстинктивно своей политической линией отвечал
на давние чаяния русского, а не советского, народа.
Я хорошо помню июнь 1990 г. В то время я занимал
должность заместителя главного редактора нового печатно-
го средства массовой информации — "Российской газеты",
рупора Первого съезда народных депутатов РСФСР — и
присутствовал в зале заседания, когда российские депутаты
907 голосами "за" при 13 "против" и 9 "воздержавшихся" при-
няли Декларацию о государственном суверенитете России
(РСФСР), выделив российский бюджет из финансово-бюд-
жетной системы Советского Союза.
Это было, без всякого преувеличения, историческое
решение не только для России, но и для всего мирового со-
общества. 12 июня 1990 г. круто изменило судьбу России, и,
как позже выяснилось, не только России, но и всего осталь-
ного мира. В этот день было положено начало конца боль-
шевистскому периоду в жизни России.

ВПЕСТО ЭПИЛОГА
В03П0ЖН0 АН В РОССИИ ЭТНИЧЕСКИ ЧИСТОЕ
РУССКОЕ ПРАВИТЕЛЬСТВО?
Или может быть правильнее этот же вопрос сформулиро-
вать по-иному: Целесообразно ли нам в современной России
стремится к этнически чистому русскому правительству?
Вопрос не простой. По переписи 2010 г. в Российской
Федерации проживает 143 млн чел. Из них русскими назва-
ли себя около 81 %. Русским языком владеют 99,4 % чело-
век. Гражданство РФ имеют 138 млн чел., или 99,4 %. 5,6 %
зарегистрированного населения не определились с нацио-
нальностью, но поскольку своим родным языком назвали
русский, то попросили записать их как русских. Таким об-
разом, почти 87 % зарегистрированного населения РФ со-
ставили русские.
После воссоединения Крыма с Россией в 2014 г. состав
общей численности населения РФ возрос до 145,5 млн чел.,
а доля русских в этом составе возросла до 88,4 %.
Каким по национальной принадлежности в такой стра-
не должно быть правительство?
В одной из своих работ я привёл слова известного
русского историка, сына крепостного крестьянина, ака-
демика Русской академии Михаила Петровича Погодина
(1800-1875), который в 1836 г. написал: "Русский государь
родился, вырос из Русской земли, он приобрёл все обла-
сти с русскими людьми, русским трудом и русской кровью.
Курляндия, Имеретия, Алеутия и Курилия суть воскрилия
его ризы, полы его одежды, а его душегрейка есть святая
Русь... Видеть в Государе не Русского, а соборного человека
из живущих в России национальностей, это есть такая не-

166
Вместо эпилога
лепость, которой ни один настоящий русский человек слы-
шать не может без всякого негодования"1.
Но так было в XIX в. А что сейчас?
Академик Погодин не мог, конечно, предвидеть
Февральской революции и Октябрьского переворота
1917 г. и того, что во главе России на долгих три десятка лет
окажется этнический грузин. Но живший намного позже
Погодина А. И. Микоян (1895-1978) в своих мемуарах, соз-
данных им в конце 1970-х гг., вернулся к этой теме и напи-
сал, что когда в конце 1940-х гг. Сталин стал поднимать во-
прос о том, кто из членов узкого руководства ВКП(б) после
его смерти возглавит СССР, то у ближайшего сталинского
окружения сомнений в этом плане ни у кого не возникало:
наследовать власть Сталина мог только этнически русский
руководитель.
Как показали дальнейшие исторические события, так
считало сталинское окружение, но не сам диктатор. Назвав
в 1947 г. своими возможными преемниками в партии и в го-
сударстве двух русских руководителей — Н. Вознесенского
и А. Кузнецова, Сталин через два года уничтожил и назван-
ных им руководителей, и в придачу к ним ещё три десятка
других русских по происхождению государственных и по-
литических функционеров, а потом и вовсе провёл массо-
вую чистку всей тогдашней русской управленческой элиты.
Но кровавые эти события во все последующие после
смерти Сталина десятилетия не смогли снять с политиче-
ской повестки дня вопрос о том, представитель (представи-
тели) какого, проживающего на территории российского
государства народа, могут (должны?) управлять страной,
абсолютное большинство населения которой считает себя
русскими?
Ответ на этот вопрос дала сама жизнь. После смерти
в 1953 г. грузина Джугашвили-Сталина Россией (СССР)
1 Погодин М.П. Польский вопрос. Собрание рассуждений, записок и
замечаний. 1831-1867. М., 1867. С. 189.

Возможно ли в России этнически чистое русское правительство ? 167
правили украинцы Хрущёв, Брежнев, Черненко, еврей
(по отцу) Андропов (по свидетельству В. Крючкова —
Флеккенштейн), русский, но с прочными украинскими
корнями, Горбачёв. То есть среди генеральных секретарей
правящей партии вплоть до распада Советского Союза соб-
ственно русских фактически не было. Но как показала всё
та же жизненная практика, никого это особо не волновало.
Во всяком случае, в политической плоскости этот вопрос
как-то не возникал.
Однако не возникал лишь до определённого момента.
Как показала всё та же практика, стоило в 1989 г. появиться
на политическом небосклоне ярко (даже гротескно) выра-
женной фигуре лидера из русской глубинки в качестве аль-
тернативы Горбачёву, как русская масса в считанные меся-
цы развернулась на 180 градусов: на заборах по всей РСФСР
появились надписи: "Ельцин — последняя надежда России!"
Оказалось, что посыл, оставленный России "ленинградца-
ми" 40 лет назад, не потонул в той крови, в которой попы-
тался утопить его Сталин...
И тем не менее, следует заметить, что, как свидетель-
ствуют материалы "Ленинградского дела", "ленинградцев"
менее всего волновала политическая сторона "русского во-
проса". Они фактически вели речь не об этническом соста-
ве правительства, а о том, что государствообразующая на-
ция, составляющая абсолютное большинство населения в
стране, где в относительно небольшой доле (не более 15 %)
наличествуют другие нации и народы (народности), не мо-
жет оставаться на третьестепенных позициях в вопросах,
прежде всего, материального, социального и культурного
обеспечения. Вот в чём заключался главный вопрос. И не
только к расстрелянным по приказу Сталина "ленинград-
цам" это относилось. Вспомним, как в 1971 г. М. Соломенцев
при назначении председателем Совета Министров РСФСР
сказал Л. Брежневу, что ему больно смотреть на то, что

168
Вместо эпилога
в некоторых русских деревнях много лет спустя после вой-
ны люди продолжают жить в землянках1.
"Ленинградцев" возмущала обделённость русских, по
сравнению с другими народами, в плане материального уров-
ня жизни. Именно об этой стороне дела, по воспоминаниям
Н. Хрущёва, А. Микояна и других, хоть и робко, но часто, го-
ворили вслух А. Жданов и Н. Вознесенский. Как уже в наше
время сформулировал известный русский писатель из Санкт-
Петербурга Александр Мелихов, "для всякого народа длитель-
ное унижение смерти не просто подобно, но оно и есть сама
смерть. Поскольку народы создает не корысть, но гордость"2.
По всей видимости, именно этим обстоятельством можно
объяснить, ничем иным более не оправдываемое, часто про-
рывающееся раздражение Н. Вознесенского в отношении
представителей других наций в руководстве страны, которое
у него иногда неконтролируемо прорывалось.
Но тут неизбежно встаёт вроде бы сугубо теоретиче-
ский, но на самом деле куда как практический, вопрос о
том, что представляет собой в таких условиях националь-
ное государство?
Вопрос стоит так: о каком, с национальной точки зре-
ния, государстве идёт речь? Иными словами, что имеется
в виду под понятием национальное государство? По соста-
ву граждан или подданных? Но такого никогда и нигде ни
в мире, ни в истории не было, чтобы существовало, напри-
мер, чисто немецкое, чисто французское или чисто англий-
1 Бывший помощник Соломенцева Валентин Александров отмечал:
"Когда Брежнев назначал его на пост главы правительства России, то
в личной беседе сказал примерно так: „У нас нет отдельной компартии
России, есть только партия всей страны — КПСС, и я как генеральный
секретарь возглавляю и партийные организации России. А тебя про-
шу быть моим заместителем по Российской Федерации". Но вводить
Соломенцева в высший ареопаг власти — в Политбюро ЦК КПСС —
Брежнев так и не стал, оставив его кандидатом в этот орган. В этом по-
ступке как в капле воды отразилось настоящее отношение высшей власти
в СССР к положению РСФСР в "братской семье народов"...
2 Известия", 24.09.2008.

Возможно ли в России этнически чистое русское правительство ? 169
ское государство. Та же Германия даже во времена Гитлера
чисто немецкой не была. Да и сам Гитлер "чистым" немцем,
как известно, не был.
Тогда о чём идёт речь? На мой взгляд, если речь идёт
о национальном государстве, то при этом имеется в виду
главным образом не столько этнический состав населения
и этнический состав правительства, сколько понимаемая
в широком (и глубоком) смысле культура доминирующей
нации: от норм и форм государственного устройства до ху-
дожественной культуры и сферы искусства, и до обычаев и
норм поведения в общественном месте, в быту, на улице.
В этом плане в истории Руси-России доминирующей всег-
да (всегда!) была русская культура, от времён "Русской прав-
ды", полностью опубликованной ещё в 1123 г. в качестве "ко-
нечного кодифицированного результата Древнего русского
права"1, и до настоящего времени.
Но доминирование культуры великого народа совсем
не предполагает насильственное навязывание моноэтнич-
ности в управлении государством.
Несмотря на то, что термин „моноэтническое (монона-
циональное, однонациональное) государство" часто приво-
дится с отсылкой на некий „стандарт ООН (или Юнеско)",
на самом деле такого международно признанного стандарта
не существует.
В определениях Комитета по Науке, Образованию и
Культуре ООН (ЮНЕСКО) приведено определение "моно-
национального", то есть национального, государства: "The
nation-state is an area where the cultural boundaries match
up with the political boundaries. The ideal of 'nation-state' is
that the state incorporates people of a single ethnic stock and
cultural traditions". To есть, согласно глоссарию ЮНЕСКО
национальным (или "мононациональным") является го-
1 См.: Петров И.В. Государство и право Древней Руси (750-980). СПб.:
Изд-во Михайлова В.А., 2003. С. 228; его же: Торговое право Древней Руси
(VIII — начало XI в.) // LAMBERT Academic Publishing, 2011. С. 170.

170
Вместо эпилога
сударство, в котором культурные (этнические) границы
совпадают с политическими границами. Таким образом,
идея национального государства заключается в том, что
оно объединяет людей одного этнического и культурного
происхождения. Но большинство современных государств
являются полиэтническими или многонациональными.
Моноэтническое государство существовало бы, если бы
почти все представители одного этноса были объединены в
единое государство без присутствия других национальных
общин. Но у нас^го такого нет. И, следовательно, Россия под
понятие национального государства не подпадает. Вообще
же принято считать, что этнически однородными могут на-
зываться лишь те государства, где национальные меньшин-
ства составляют менее 5 % населения, а доля одного этноса
превышает 95 % от общей численности населения. У нас в
России этого нет и, похоже, никогда и не будет.
Следует ещё раз подчеркнуть, что в принципе "ленин-
градцы" и не ставили вопрос так, что даже в РСФСР, де-
скать, управлять должны только русские. Как показывает
анализ архивных документов, это Сталину зачем-то было
нужно интерпретировать позицию "ленинградцев" именно
таким образом, но это уже совсем иное дело.
В рассматриваемой же ситуации (в применении к России)
правильнее было бы сказать, что многонациональный состав
населения нашей страны диктует правило, в соответствии с
которым все инонациональные элементы имеют право на
участие во властных структурах. Однако речь должна идти
именно об УЧАСТИИ во власти, но никак не о господстве
меньшинства над интересами большинства населения.
А. И. Солженицын в своём двухтомном сочинении "200
лет вместе" пришёл, как мне представляется, к верному
выводу: правительство России должно в основном пред-
ставлять государствообразущую, то есть русскую нацию, но
только в основном и только потому, что русская духовная,
политическая и материальная культура в течение многих

Возможно ли в России этнически чистое русское правительство ? 171
веков сформировала российское государство, и потому, что
русское население составляет абсолютное численное боль-
шинство в этом государстве.
"Ленинградцам" мы должны быть благодарны за то, что
они ценою своих жизней поставили эту проблему на выс-
шем государственном уровне. Решать же её в каком-то вари-
анте, по-видимому, предстоит нам, их потомкам. Не факт,
что мы сможем решить её при жизни нынешнего поколе-
ния. Но пытаться надо.
Пришло время продвигаться и к оценке подвига "ленин-
градцев".
В этой связи стоит привести несколько мнений.
Святослав Рыбас: "Если спросить у автора, на чьей он
стороне — ленинградцев или на стороне их противников,
то он замолчит в долгой задумчивости". Однако в конце сво-
их размышлений всё же говорит: "А что было бы в случае
прихода к власти „ленинградцев"? Тогда судьба СССР была
бы иной. Думается, он избежал бы краха"1.
Фактически солидарен с Рыбасом доктор исторических
наук Г. Костырченко:
"Это тем более печально, что „ленинградская" полити-
ческая ветвь, питаемая соками робко возрождавшегося по-
сле войны российского самосознания и так безжалостно об-
рубленная с древа национальной государственности, могла
бы в перспективе стать для страны весьма плодоносной.
Правда, реализация ждановской идеи возрождения го-
сударственности России чревата была распадом империи,
чего, впрочем, так и не удалось избежать.
Спровоцировав, таким образом, в грозные предвоенные
и военные годы рост русского самосознания и прагматично
использовав его, в том числе и в интересах сохранения соб-
ственной власти, Сталин из страха перед возможной пер-
1 Рыбас СЮ. Московские против питерских: Ленинградское дело
Сталина. М.: Алгоритм, 2013. С. 198, 209-210.

172
Вместо эпилога
спективои выхода этого самосознания за рамки дозволен-
ного, безжалостно его растоптал"1.
Думаю, что это не последняя по времени оценка.
Уверен: будут и другие...
1 КостырченкоГ.В. Тайная политика Сталина: власть и антисемитизм.
Изд. 2-е, доп. М.: Международные отношения, 2003. С. 289.

ПРИЛОЖЕНИЯ
Постановление Политбюро о снятии с должностей
А. А. Кузнецова, М. И. Родионова, П. С. Попкова
15 февраля 1949 г.
Об антипартийных действиях члена ПК ВКП(б)
т. Кузнецова А. А. и кандидатов в члены ЦК ВКП(б)
т.т. Родионова М. И. и Попкова П. С. На основании про-
ведённой проверки установлено, что председатель Совета
Министров РСФСР вместе с ленинградскими руководя-
щими товарищами при содействии члена ЦК ВКП(б) тов.
Кузнецова А. А. самовольно и незаконно организовал
Всесоюзную оптовую ярмарку с приглашением к участию в
ней торговых организаций краёв и областей РСФСР, вклю-
чая и самых отдаленных, вплоть до Сахалинской области,
а также представителей торговых организаций всех союз-
ных республик. На ярмарке были предъявлены к продаже
товары на сумму около 9 млрд рублей, включая товары, ко-
торые распределяются союзным правительством по обще-
государственному плану, что привело к разбазариванию го-
сударственных товарных фондов и к ущемлению интересов
ряда краёв, областей и республик. Кроме того, проведение
ярмарки нанесло ущерб государству в связи с большими и
неоправданными затратами государственных средств на ор-
ганизацию ярмарки и на переезд участников её из отдален-
ных местностей в Ленинград и обратно.
Политбюро ЦК ВКП(б) считает главными виновника-
ми указанного антигосударственного действия кандидатов
в члены ЦК ВКП(б) т.т. Родионова и Попкова и члена ЦК
ВКП(б) т. Кузнецова А. А., которые нарушили элементар-
ные основы государственной и партийной дисциплины,
поскольку ни Совет Министров РСФСР, ни Ленинградский

174
Приложения
обком ВКП(б) не испросили разрешения ЦК ВКП(б) и
Совмина СССР на проведение Всесоюзной оптовой яр-
марки и, в обход ЦК ВКП(б) и Совета Министров СССР,
самовольно организовали её в Ленинграде. Политбюро
ЦК ВКП(б) считает, что отмеченные выше противого-
сударственные действия явились следствием того, что у
т.т. Кузнецова А. А., Родионова, Попкова имеется нездоро-
вый, небольшевистский уклон, выражающийся в демагоги-
ческом заигрывании с ленинградской организацией, в оха-
ивании ЦК ВКП(б), который якобы не помогает ленинград-
ской организации, в попытках представить себя в качестве
особых защитников интересов Ленинграда, в попытках
создать средостение между ЦК ВКП(б) и ленинградской
организацией и отдалить таким образом ленинградскую ор-
ганизацию от ЦК ВКП(б). В связи с этим следует отметить,
что т. Попков, являясь первым секретарём Ленинградского
обкома и горкома ВКП(б), не старается обеспечить связь
ленинградской партийной организации с ЦК ВКП(б), не
информирует ЦК партии о положении дел в Ленинграде и
вместо того, чтобы вносить вопросы и предложения непо-
средственно в ЦК ВКП(б), встаёт на путь обхода ЦК пар-
тии, на путь сомнительных закулисных, а иногда и рваче-
ских комбинаций, проводимых через различных самозван-
ных "шефов" Ленинграда, вроде т.т. Кузнецова, Родионова
и других.
В этом же свете следует рассматривать ставшее только
теперь известным ЦК ВКП(б) от т. Вознесенского предло-
жение "шефствовать" над Ленинградом, с которым обратил-
ся в 1948 году т. Попков к т. Вознесенскому Н. А., а также
неправильное поведение т. Попкова, когда он связи ленин-
градской партийной организации с ЦК ВКП(б) пытается
подменить личными связями с так называемым "шефом"
т. Кузнецовым А. А.. Политбюро ЦК ВКП(б) считает, что
такие непартийные методы должны быть пресечены в кор-
не, ибо они являются выражением антипартийной группов-

175
щины, сеют недоверие в отношениях между Ленобкомом и
ЦК ВКП(б) и способны привести к отрыву ленинградской
организации от партии, от ЦК ВКП(б).
ЦК ВКП(б) напоминает, что Зиновьев, когда он пытал-
ся превратить ленинградскую организацию в опору своей
антиленинской фракции, прибегал к таким же антипартий-
ным методам заигрывания с ленинградской организацией,
охаивания Центрального Комитета ВКП(б), якобы не забо-
тящегося о нуждах Ленинграда, отрыва ленинградской ор-
ганизации от ЦК ВКП(б) и противопоставления ленинград-
ской организации партии и её Центральному Комитету.
Политбюро ЦК ВКП(б) постановляет:
1. Снять т. Родионова с поста председателя Совета
Министров РСФСР, объявить ему выговор и направить на
учёбу на партийные курсы при ЦК ВКП(б).
2. Снять т. Попкова с поста первого секретаря
Ленинградского обкома и горкома ВКП(б), объявить ему
выговор и направить на учёбу на партийные курсы при ЦК
ВКП(б).
3. Снять т. Кузнецова А. А. с поста секретаря ЦК ВКП
(б) и объявить ему выговор.
4. Отметить, что член Политбюро ЦК ВКП (б) т. Возне-
сенский, хотя и отклонил предложение т. Попкова о "шеф-
стве" над Ленинградом, указав ему на неправильность
такого предложения, тем не менее, всё же поступил непра-
вильно, что своевременно не доложил ЦК ВКП (б) об анти-
партийном предложении "шефствовать" над Ленинградом,
сделанном ему т. Попковым.
РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 3. Д. 1074. Л. 35-36.

176
Приложения
Постановление Политбюро о распределении обязанно-
стей между секретарями ЦК ВКП(б) и порядке работы
Оргбюро и Секретариата
13 апреля 1946 г.
Вопросы Оргбюро и Секретариата ЦК ВКП(б).
(т. Маленков).
1. Утвердить следующее распределение обязанностей
между секретарями ЦК ВКП(б) т.т. Маленковым Г. М.,
Ждановым А. А., Кузнецовым А. А., Поповым Г. М.
а) т. Маленков Г.М. — вопросы руководства работой
ЦК компартий союзных республик; подготовка вопро-
сов к Оргбюро и председательствование на заседаниях
последнего;
б) т. Жданов А. А. — руководство Управлением пропаган-
ды ЦК ВКП(б) и работой партийных и советских органи-
заций в области пропаганды и агитации (печать, издатель-
ства, кино, радио, ТАСС, искусство, устная пропаганда и
агитация); руководство отделом внешней политики;
в) т. Кузнецов А. А. — руководство Управлением кадров ЦК
ВКП(б) и работой в области распределения кадров в пар-
тийных, советских и хозяйственных органах; подготовка
вопросов к Секретариату ЦК ВКП(б) и председательство-
вание на заседаниях последнего; вопросы руководства
работой обкомов партии областей, входящих в РСФСР.
Утвердить секретаря ЦК ВКП(б) т. Кузнецова А. А. на-
чальником Управления кадров ЦК ВКП(б);
г) т. Попов Г. М. — участвует в работе Секретариата и
Оргбюро ЦК ВКП(б), не неся специальных обязанностей
по ЦК, ввиду занятости по руководству Московской пар-
тийной организацией и Моссоветом.
2. Возложить на Оргбюро ЦК ВКП(б) проверку работы
обкомов, крайкомов, ЦК компартий союзных республик,
заслушивание их отчётов и принятие необходимых мер по
улучшению работы местных парторганизаций.

177
3. Возложить на Секретариат ЦК ВКП(б) распределе-
ние руководящих партийных, советских и хозяйственных
кадров.
4. Поручить Оргбюро и Секретариату ЦК ВКП(б) соста-
вить план работы Оргбюро и Секретариата на ближайшие
3 месяца.
5. Установить, что заседания Оргбюро ЦК ВКП(б) про-
исходят один раз в неделю по средам в 8 часов вечера.
6. Поручить т.т. Жданову и Александрову представить
предложения о мероприятиях по значительному улучше-
нию руководства агитпропработой и по укреплению аппа-
рата Управления пропаганды ЦК ВКП(б).
7. Поручить т. Кузнецову А. А. представить предло-
жения о мероприятиях по значительному улучшению
работы Управления кадров ЦК ВКП(б) в деле изучения,
подбора и распределения партийных, советских и хозяй-
ственных кадров.
8. Возложить руководство делом подготовки и пере-
подготовки партийных и советских кадров на Управление
кадров ЦК ВКП(б). Иметь при ЦК ВКП(б) в ведении
Управления кадров Высшую партийную школу с двумя фа-
культетами — партийным и советским — для подготовки
руководящих партийных и советских работников област-
ного, краевого и республиканского масштаба. При обко-
мах, крайкомах и ЦК компартий союзных республик иметь
областные, краевые и республиканские школы с двумя от-
делениями — партийным и советским — по подготовке
руководящих партийных и советских работников для села
и района.
9. Создать при Управлении пропаганды ЦК ВКП(б) га-
зету, основной задачей которой должна являться критика
недостатков в различных областях идеологической работы:
критические разборы газет, журналов, кинофильмов, теа-
тральных постановок, литературных произведений и т.д.

178
Приложения
10. Поручить т.т. Жданову и Александрову внести пред-
ложения об улучшении газеты "Правда". В предложениях
предусмотреть, чтобы в "Правде" было несколько редак-
торов по отделам газеты во главе с главным редактором
"Правды" и чтобы "Правда" была укреплена работниками,
способными самостоятельно писать статьи на внешнеполи-
тические темы.
11. Утвердить заведующим отделом внешней полити-
ки — члена Оргбюро ЦК ВКП(б) т. Суслова М. А.
12. Утвердить заведующим Оргинструкторским отделом
ЦК ВКП(б) — члена Оргбюро ЦК ВКП(б) т. Патоличева Н. С.
13. Ликвидировать Сельскохозяйственный отдел и
Транспортный отдел ЦК.
РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 3. Д. 1059. Л. 90-93.
Постановление пленума ЦК ВКП(б) об избрании
Н. А. Вознесенского членом Политбюро
26 февраля 1947 г.
5. — О пополнении состава членов Политбюро ЦК
ВКП(б). (т. Сталин). Ввести в состав членов Политбюро ЦК
ВКП(б) тов. Вознесенского Н. А.
РГАНИ. Ф. 2. Оп. 1. Д. 9. Л. 3.
Протокол № 9.
СТАЛИН. У меня небольшое заявление насчёт себя. Я
очень перегружен работой, особенно после войны рсобо
пришлось войти вглубь работы по гражданской части, и я бы
просит, чтобы Пленум не возражал против того, чтобы я был
освобождён от обязанностей Министра Вооружённых Сил.
Меня мог бы с успехом заменить товарищ Булганин — мой
первый заместитель. Очень перегружен я. Товарищи, я про-
шу не возражать. К тому же и возраст сказывается.
МОЛОТОВ. Есть ли желающие высказаться? Нет жела-
ющих высказаться. Есть ли возражения против предложе-
ния товарища Сталина?

179
ГОЛОСА С МЕСТ. Принять.
МОЛОТОВ. Принимается.
СТАЛИН. В составе Политбюро у нас полагается иметь
11 членов. Один из членов Политбюро выбыл из строя — то-
варищ Калинин. Его надо заменить. Ввести надо нового чле-
на Политбюро — одиннадцатого. Товарищи из Политбюро
считают, что целесообразно было бы ввести товарища
Вознесенского. Предлагаю не возражать против этого.
РГАНИ. Ф. 2. Оп. 1. Д. 14. Л. 32.
Постановление Политбюро о наблюдении за работой
Министерства государственной безопасности СССР
17 сентября 1947 г.
О наблюдении за работой Министерства Государ-
ственной Безопасности СССР (Постановление ПБ ВКП(б)
и Совета Министров СССР). Возложить наблюдение за ра-
ботой Министерства Государственной Безопасности СССР
на тов. Кузнецова А. А. — секретаря ЦК ВКП(б).
РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 3. Д. 1066. Л. 47.
Протокол № 59.
Записка А. А. Кузнецова и М. А. Суслова
И. В. Сталину об увеличении объёма журнала "Звезда"
18 октября 1947 г.
Товарищу Сталину.
Секретарь Ленинградского обкома и горкома ВКП(б)
т. Попков обратился в ЦК ВКП(б) с просьбой увеличить с
1948 года объём журнала "Звезда" с 12 до 18 печатных листов.
За истекший год в журнале было напечатано несколько
значительных литературных произведений. В настоящее
время редакция располагает достаточным количеством
интересных и содержательных литературных материа-
лов. К ним принадлежат романы: Ю. Германа "Несколько

180
Приложения
дней" — о советском Заполярье в годы войны; В. Пановой
"Мать" — о жизни советской интеллигенции; В. Саянова
"Ленинградцы"; П. Далецкого "Сорок лет спустя" — о раз-
громе Японии; Н. Тощакова "Дверь открыта настежь" — о
жизни колхоза в послевоенный период.
Увеличение объёма журнала послужило бы стимулом
дальнейшего улучшения его идейного и художественного
качества. Секретариат ЦК считает возможным поддержать
просьбу Ленинградского обкома ВКП(б) об увеличении
объёма журнала "Звезда" до 18 печатных листов.
Просим Вашего согласия.
А. Кузнецов.
М. Суслов.
РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 121. Д. 451. Л. 98.
На документе автограф: "Против. И. Сталин".
Постановление Президиума ЦК КПСС
о "Ленинградском деле"
"Расследованием, произведённым Прокуратурой СССР
по поручению ЦК КПСС, установлено, что дело по обвине-
нию Кузнецова, Попкова, Вознесенского и других в измене
Родине, контрреволюционном вредительстве и участии в
антисоветской группе было сфальсифицировано во враже-
ских авантюристических целях бывшим министром госбе-
зопасности СССР, ныне арестованным Абакумовым и его
сообщниками.
Используя факты нарушений государственной дис-
циплины и отдельные проступки со стороны Кузнецова,
Попкова, Вознесенского и других, за которые они были сня-
ты с занимаемых постов с наложением партийных взыска-
ний, Абакумов и его сообщники искусственно представили
эти действия как действия организованной антисоветской
изменнической группы и избиениями и угрозами добились
вымышленных показаний арестованных о созданном яко-

181
бы ими заговоре. По этим сфабрикованным Абакумовым
ложным материалам Военной коллегией Верховного
Суда СССР в 1950 году были осуждены Кузнецов, Попков,
Вознесенский Н., Родионов, Капустин и Лазутин к расстре-
лу, Турко — к 15 годам тюремного заключения, Закржевская
и Михеев — к 10 годам тюремного заключения. В связи с
этим делом Особым совещанием при бывшем МГБ СССР
и Военной коллегией Верховного Суда СССР было осужде-
но свыше 200 человек, часть как соучастники, а большин-
ство ->— близкие и дальние родственники осуждённых.
ЦК КПСС постановляет:
Поручить Генеральному прокурору СССР т. Руденко в
связи с вновь открывшимися обстоятельствами опротесто-
вать приговор Военной коллегии Верховного Суда СССР по
делу Кузнецова, Попкова, Вознесенского и других на пред-
мет его отмены и прекращения этого дела.
Принять к сведению сообщение Прокуратуры СССР,
что дела в отношении членов семей, осуждённых в связи с
этим делом, пересмотрены и эти лица реабилитированы.
Поручить Комитету госбезопасности при Совете
Министров СССР (т. Серову) и Прокуратуре СССР
(т. Руденко) вменить в вину Абакумову и его сообщникам
совершенное ими преступление — фальсификацию дела и
учинённую ими расправу в отношении Кузнецова, Попкова,
Вознесенского и других.
Поручить Управлению делами ЦК КПСС выдать пар-
тийным и советским работникам, которые были осуждены
по делу Кузнецова, Попкова, Вознесенского и других, а в на-
стоящее время реабилитированы, денежную помощь в раз-
мере 10 тысяч рублей и по 5 тысяч рублей на каждого члена
семьи (мать, отец, жена, дети). Обязать Ленинградский и
Московский обкомы КПСС предоставить работу этим ра-
ботникам и членам их семей. Обязать Министерство фи-
нансов СССР возвратить указанным работникам и членам
их семей конфискованное у них имущество или возместить
стоимость этого имущества.

182
Приложения
Обязать Ленинградский и Московский горисполкомы
депутатов трудящихся лицам, осуждённым в связи с делом
Кузнецова и др. и ныне реабилитированным, предоставить
надлежащую жилплощадь.
РГАНИ. Ф. 3. Оп. 10. Д. 108. Л. 113; Д. 81. Л. 31-32.
Из воспоминаний Н. Хрущёва
1968 г.
Расшифровка магнитофонной записи.
РГАНИ. Фонд 2, оп. 2. Ед. хр. 55. Книга 2. с. 1-4.
Возвращаюсь к прерванному столь печальным изве-
стием рассказу о моей работе в Москве. Когда я стал се-
кретарём ЦК ВКП(б) и Московской парторганизации,
Кузнецов-Ленинградский, как мы его между собой называ-
ли, был арестован. Развернулась охота за ленинградцами.
Ленинградская парторганизация вовсю громилась. Сталин,
сказав, что мне нужно перейти в Москву, уже сослался тогда
на то, что в Ленинграде раскрыт заговор. Он вообще счи-
тал, что Ленинград — заговорщический город.
В то время много людей было направлено в Москву из
Горьковской области. Председатель Совета Министров
Российской Федерации Родионов тоже был из Горького.
Думаю, что Жданов, который много лет работал там и знал
тамошние кадры, выдвигал их. Хороший был председатель,
нравился он мне: молодой, энергичный человек, имел соб-
ственные мысли, перспективный. Но тоже был арестован.
И не только он, многие были схвачены. Я много лет не ра-
ботал в Москве и поэтому не знал людей из числа арестован-
ных. Более или менее знал Кузнецова. Очень хорошо знал
Вознесенского. Вознесенский не был ещё арестован, когда я
прибыл в Москву, но уже был смещён с прежних постов. Он
ходил без дела и ожидал, чем это кончится, что принесёт
ему завтрашний день. Сталин к Вознесенскому раньше от-
носился очень хорошо, питал к нему большое доверие и ува-

183
жение. Да и к Косыгину, и к Кузнецову, ко всей этой тройке.
Тогда считалось, что вот тройка молодых — Вознесенский,
Кузнецов и Косыгин. Они идут нам на смену. Сталин стал
их продвигать. Кузнецов должен был заменить Маленкова.
Вознесенского он сделал первым заместителем председате-
ля Совета Министров СССР, то есть своим первым замести-
телем, и поручил ему председательствовать на заседаниях
Совмина. Косыгин занимался проблемами лёгкой промыш-
ленности и финансов. Полагаю, что гибель этих людей (без
Косыгина) определилась именно тем, что Сталин стал их
выдвигать, готовя смену старым кадрам.
Прежде всего, значит, замену Берии, Маленкову, Моло-
тову, Микояну. Они у него уже не пользовались тем дове-
рием, как раньше. Как конкретно удалось сделать подкоп,
подорвать доверие к новым людям, натравить Сталина на
них, его же выдвиженцев, мне сейчас трудно сказать. Могу
только делать выводы из своих наблюдений и отдельных ре-
плик, которые слышал при разговорах между Маленковым
и Берией. Кроме того, я видел, как вели себя Маленков и
Берия у Сталина, когда заходила речь об этих людях. У меня
сложилось впечатление, что как раз Маленков и Берия при-
ложили все усилия, чтобы утопить их. Главным образом тут
действовал Берия, а Маленкова он использовал как таран,
потому что тот сидел в ЦК партии и ему были доступны вся
информация и документы, которые передавались Сталину.
Ряд документов преследовал цель направить гнев Сталина
против "группы молодых": они заранее знали, как будет реа-
гировать Сталин.
В тюрьме уже сидел тогда Шахурин, нарком авиаци-
онной промышленности во время войны. Я очень хорошо
знал Шахурина, когда он находился на партийной работе и
был, в частности, парторгом ЦК на 30-м авиационном заво-
де. В качестве наркома его заменил Дементьев1. Я знавал и
1 Дементьев П.В. (1907-1977) - член ВКП(б) с 1938 г., до 1941 г. на-
ходился на инженерно-административной работе, в 1941-1953 гг. 1-й за-

184
Приложения
того, и другого и хорошо относился к ним, считая, что они
очень толковые инженеры и организаторы производства.
Шахурина посадили за то, что во время войны делали "пло-
хие самолёты". Это случилось, когда я был ещё на Украине,
и поэтому я не знал подробностей. Потом Маленков рас-
сказывал мне, что якобы соответствующую записку написал
(или лично наговорил отцу) Василий Сталин: делали такие-
то самолёты и такие-то у них имелись недостатки, а виноват
в этом нарком Шахурин. Косвенно задело это и Маленкова,
которому по линии Политбюро во время войны было по-
ручено наблюдать за работой авиационной промышленно-
сти. Теперь ему вменялось в вину покровительство плохой
работе наркомата. Кое-что тут было справедливо, потому
что погоня за количеством шла в ущерб качеству. Но ведь
шла война! Во многих отраслях промышленности при-
ходилось так поступать. Такого рода рассуждения задним
числом привели к аресту Шахурина и к временному осво-
бождению Маленкова от работы в ЦК. Его послали тогда,
кажется, в Ташкент. Но он там недолго пробыл и быстро
вернулся. Многие сейчас и не помнят, что имел место такой
факт. Возвратил же его в Москву Берия. Когда Маленкова в
Москве не стало, Берия, как он сам рассказывал, шаг за ша-
гом продвигал перед Сталиным идею возврата Маленкова.
В конце концов его вернули, и он опять занял свой пост
секретаря ЦК партии. Какой существовал повод к аресту
Кузнецова и других? Я не могу знать всех деталей, но что-то
знаю и хочу об этом рассказать. Сейчас многое звучит про-
сто неправдоподобно и даже вызывает удивление, что такие
причины могли вызвать гибель людей и целых партийных
организаций, которые все брались под подозрение. Вот
факты. Ещё до войны (не помню, в какие годы) в ЦК было
создано Бюро по Российской Федерации. Возглавлял это
меститель наркома (министра) и в 1953-1957 гг. министр авиационной
промышленности СССР, затем председатель Комитета по авиационной
технике и с 1965 г. вновь министр авиапрома. — Прим. ред.

185
бюро, кажется, Андрей Андреевич Андреев. Не знаю, при
каких обстоятельствах это бюро перестало существовать,
и снова возникло такое положение, что РСФСР не имела
своего высшего партийного органа, который разбирал бы
текущие вопросы экономики и прочего. Все они были роз-
даны по союзным наркоматам, только некоторые вопросы
третьестепенной важности рассматривались Совнаркомом
РСФСР. Частично из-за этого Российская Федерация и рабо-
тала значительно хуже, чем другие республики. Как-то после
войны, приехав с Украины, я зашёл к Жданову. Тот начал
высказывать мне свои соображения: "Все республики име-
ют свои ЦК, обсуждают соответствующие вопросы и реша-
ют их или ставят перед союзным ЦК и Советом Министров
СССР. Они действуют смелее, созывают совещания по вну-
триреспубликанским вопросам, обсуждают их и мобилизу-
ют людей. В результате жизнь бьёт ключом, а это способ-
ствует развитию экономики, культуры, партийной работы.
Российская же Федерация не имеет практически выхода
к своим областям, каждая область варится в собственном
соку. О том, чтобы собраться на какое-то совещание внутри
РСФСР, не может быть и речи. Да и органа такого нет, кото-
рый собрал бы партийное совещание в рамках республики".
Я с ним согласился: "Верно. Российская Федерация постав-
лена в неравные условия, и её интересы от этого страдают".
"Я, — продолжал Жданов, — думаю над этим вопро-
сом. Может быть, надо вернуться к старому, создав Бюро по
Российской Федерации? Мне кажется, это приведёт к нала-
живанию партийной работы в РСФСР". Говорю: "Считаю,
что это было бы полезно. Даже при Ленине внутри СССР
не было ЦК партии по РСФСР. Это и правильно, потому
что если бы у Российской Федерации имелся какой-то вы-
бранный центральный парторган, как у других республик,
то могло возникнуть противопоставление. Российская
Федерация слишком мощная по количеству населения, про-
мышленности, сельскому хозяйству. К тому же в Москве

186
Приложения
находились бы сразу два центральных комитета: один меж-
республиканский, а другой — для РСФСР. Ленин на это
не пошёл. Видимо, он не хотел создать двоецентрие, не
хотел столкнуть такие центры, а стремился к монолитно-
сти политического и партийного руководства. Так что ЦК
для РСФСР не нужен, лучше иметь Бюро". "Да, — говорит
Жданов, — видимо, целесообразнее создать такое Бюро".
Жданов перед своим отъездом на Валдай, где он отдыхал и
лечился, позвонил мне в Киев: "Вы были в Москве, но я с
вами не успел поговорить. У меня имеется важный вопрос.
Теперь я уезжаю, поговорим тогда, когда вернусь с Валдая".
Я пожелал ему всего хорошего. А в скором времени получил
известие о том, что Жданов умер. Таким образом, то, о чём
он хотел поговорить, осталось для меня загадкой. Он мне
в Киев звонил редко, как и я ему из Киева. У нас более все-
го возникало кадровых вопросов или по сельскому хозяй-
ству. Телефонный перезвон с Москвой у меня существовал,
но не со Ждановым, а с Маленковым. А теперь обвинили
"группу Кузнецова" в Ленинграде, будто там проявили "рус-
ский национализм" и противопоставили себя общесоюзно-
му ЦК. Что-то в этом духе, точно не помню, а документов я
не видел. Почему же у меня сложилось такое впечатление?
Я слышал соответствующие разговоры между Маленковым
и Берией, а иной раз и у Сталина. Сталин задавал какие-то
вопросы Маленкову, и их разговор вертелся вокруг этого.
У меня же как-то с Маленковым возник следующий разго-
вор. Я тогда разрабатывал вопрос о том, чтобы создать на
Украине республиканские министерства угольной про-
мышленности и металлургической промышленности. А за
отправное брал реалии ленинского периода. Когда Ленин
ещё был жив, то после гражданской войны на Украине был
создан Комитет по каменноугольной промышленности.
Возглавлял его Семен Шварц1, старый большевик. Я в то
1 Шварц С. ( И.И. ) (1879-1951) — член РСДРП с 1899 г., с 1921 г.
председатель Союза горняков, с 1929 г. член Президиума ВСНХ, член

187
время служил ещё в Красной Армии. Видимо, речь идет о
1921-м и начале 1922 года. Когда я вернулся на рудники и
стал работать на Рутченковских копях, угольную промыш-
ленность Донбасса возглавлял Георгий Пятаков1, крупный
политический и хозяйственный деятель. Он считался вид-
ным экономистом и слыл авторитетом. Потом его замени-
ли, не знаю точно, по каким причинам, но главной была,
конечно, политическая, потому что Пятаков являлся бли-
жайшим человеком у Троцкого, с которым шла тогда острая
борьба. Видимо, это и сказалось на том, что Пятакова пере-
местили из Донбасса. Его там заменил Чубарь. Тогда на гу-
бернских партийных конференциях пели много частушек
на злобу дня. Встречались и такие слова: "Шлёт ЦК нам
Чубаря. Что у нас изменится?".
Уголь в те годы главным образом добывали в Донбассе.
Наверное, процентов 80 занимала донбасская доля в об-
щей добыче советского угля. Я считаю, что и сейчас надо
бы создать на Украине объединенное правление по углю,
вернувшись к тому, что было при Ленине и сразу после
Ленина. На Украине находилась и Югосталь. Ее возглавлял
Иванов2, тоже старый большевик. Довольно толстый был
человек. Югосталь размещалась в Харькове, а Комитет по
каменноугольной промышленности — в Бахмуте (теперь
Артёмовск). Потом он тоже переехал в Харьков, и там воз-
главил его Рухимович, а Чубарь уже стал председателем
Совета народных комиссаров Украины.
ЦК партии в 1924-1934 гг. и кандидат в члены ЦК партии в 1934-1939 гг.
Репрессирован. — Прим. ред.
1 Пятаков ГЛ. (1890-1937) — советский государственный и партий-
ный деятель, член Компартии с 1910 г., участник революционного движе-
ния, комиссар Народного банка в 1917-1918 гг., председатель Временного
рабоче-крестьянского правительства Украины, руководитель восстанов-
ления Донбасса с 1920 г., зам. председателя Госплана РСФСР, зам. пред-
седателя ВСНХ с 1923 г., торгпред во Франции в 1927 г., председатель
правления Госбанка с 1929 г., зам. и 1-й зам. наркома тяжёлой промыш-
ленности СССР в 1932-1936 гг. Был репрессирован. — Прим. ред.
2 Иванов А.В. (1888-1927) — член РСДРП с 1906 г. — Прим. ред.

188
Приложения
Рухимовича я очень уважал. Это замечательный чело-
век, старый большевик, очень простой и доступный, рас-
судительный и умный. Донбасцы — шахтёры, включая их
руководство, которое соприкасалось с лидерами, — с очень
большим уважением относились к Рухимовичу. Он часто
проводил совещания работников угольной промышлен-
ности, и я всегда выезжал на эти совещания, когда был за-
воргом Сталинского окружного парткомитета. Рухимович
лично знал меня и хорошо ко мне относился. Видимо, я был
ему полезен, потому что активно работал в своём округе.
К тому же я был местный человек, вырос среди шахтёров и
знал условия производства как на рудниках, так и на заводах
металлургической промышленности.
Вот и хотел я в конце 40-х годов создать кое-что укра-
инское по углю, металлу и железнодорожному транспорту.
Поехал в Москву и прежде, чем свои документы подписать и
отдать Сталину, решил посоветоваться с Маленковым. Вижу,
Маленков на меня странно смотрит, и глаза у него на лоб ле-
зут: "Что ты делаешь? Да ты что?". "А что?". "Спрячь свои до-
кументы и никому больше о них не говори. Ты знаешь, что
сейчас в Ленинграде происходит то-то и то-то? А основным
обвинением приписали ленинградцам, что они проявляют
самостийность: самовольно собрали в Ленинграде ярмарку
и распродавали залежалые товары". Но я не увидел в том ни-
какого преступления и никакого проявления российского
национализма. Мы то же самое делали у себя в Киеве. У нас
имелась ярмарка, где продавались залежалые товары, кото-
рые в магазинах уже не находили покупателей, а здесь шли
с уценкой, со скидкой. Существовал завал всяческой дряни,
которую бесконтрольно производил кое-кто после войны.
От неё избавлялись. И вот это безобидное и полезное дело
было, видимо, в соответствующей форме преподнесено
Сталину, с политической окраской.
А кто же это сделал? Конечно, Берия и Маленков.
Сталину вообще немного было нужно при его болезнен-

189
ной подозрительности. Начал разматываться клубок. Уж не
знаю, как конкретно он разматывался, но размотался, что
называется, до сердцевины. И оказалось необходимым, с
точки зрения Сталина, пресечь "враждебную акцию", для
чего арестовать прежде всего Кузнецова и председателя
Совета Министров Российской Федерации Родионова. Они
к тому же поставили вопрос о создании каких-то республи-
канских органов, которые якобы должны были работать, не
подчиняясь союзным органам. Одним словом, им вменили в
вину противопоставление периферии центру.
Начались аресты. Арестовали массу людей в Ленинграде,
а также тех, кого ЦК брал из Ленинграда, выдвигая на по-
сты в других местах. Например, в Крыму тогда руководство
было создано из ленинградцев, и там тоже всех арестовали.
Вознесенского освободили от всех его должностей, ибо он
тоже ленинградец. В общем, раскрыли кубло, как говорят в
народе, то есть звериное логово. Выдумали ленинградское
заговорщическое гнездо, которое, дескать, преследовало
какие-то антисоветские цели. Опять возникло в стране тра-
гическое положение, да и в партии. Эта зараза репрессий
легко могла охватить кого угодно. Сейчас у меня возник-
ла мысль: не сфабриковано ли было письмо, которое мне
дал читать Сталин, по заданию Берии и через его агентуру,
чтобы припугнуть Сталина, что не только Ленинград, но
и Москва имеет заговорщиков? Сталин решил тогда меня
вызвать, чтобы я возглавил Московскую партийную ор-
ганизацию. Но если так, то я, ознакомившись с письмом,
пресек дело для москвичей, уверенно сказав Сталину, что
это выдумка проходимцев или же бред сумасшедших. Если
так, значит, я оказался преградой для распространения аре-
стов на Москву. Не то и в Москве, не знаю, сколько было
бы потеряно голов из партийного и хозяйственного актива.
Правда, в столице этот процесс в какой-то степени уже на-
чался. Когда я вернулся в Москву, были проведены большие
аресты среди работников ЗИС (Автомобильного завода

190
Приложения
имени Сталина). Возглавлял "заговорщическую организа-
цию американских шпионов" помощник Лихачёва, директо-
ра Автозавода им. Сталина. Не помню сейчас его фамилии,
но я лично знал этого паренька — щупленького, худенького
еврея1. Я познакомился с ним случайно, после войны. Как-
то встретил я Ивана Алексеевича Лихачёва и спросил: как
здоровье? "Работаю, — говорит, — но чувствую себя не-
важно". "Приехал бы ты к нам в Киев, отдохнул бы, у нас
очень хорошо, приезжай, когда захочешь, я всегда буду
рад, создадим тебе условия для отдыха". "Хорошо, — отве-
чает, — воспользуюсь этим приглашением". И вот однаж-
ды Иван Алексеевич позвонил мне: "Могу приехать. Хотел
бы и помощника взять с собой". "Приезжай с помощником,
пожалуйста, вези кого хочешь". Я их устроил, и они отды-
хали в Киеве. Лихачёв с помощником часто приходили ко
мне на квартиру или бывали на даче в выходные дни. Таким
образом я и познакомился с помощником. Обычный чело-
век, старательно выполнявший поручения Лихачёва. Я и
не думал, что он является, как его потом обозвали, главой
американских сионистов, через которого те организуют
свою работу в Советском Союзе. Его арестовали, и он, ко-
нечно, сознался. Я-то знаю, как "сознавались" люди, что
они английские, гитлеровские и другие агенты. Это было
не признание, а вымогательство, нужное тем, кто преследо-
вал корыстные цели. Дошло дело и до Лихачёва. Лихачёв
был тогда министром, кажется, автомобильного транспор-
та. Сталин поручил Берии, Маленкову и мне втроём допро-
сить Лихачёва. Вызвали Лихачёва, стали его допрашивать.
Мне было больно видеть это, но я ничего не мог поделать,
потому что обвинение основывалось на "документаль-
ных данных", на "показаниях" людей, которые работали с
Лихачёвым. Это ведь считалось неопровержимым доказа-
1 Эйдинов А.Ф., помощник И.А. Лихачёва, — член ВКП(б) с 1931 г.,
работал на АМО с 1930 г., был арестован в 1950 г. на АТЭ-2 (филиал ЗИСа,
снабжавший его электрооборудованием) и репрессирован.— Прим. ред.

191
тельством. Допрашивали его в помещении для заседаний
Бюро Совета Министров СССР в Кремле, на третьем этаже.
Там был раньше кабинет Ленина, стояли ленинский стол и
кресло. Да и сейчас, по-моему, стоит в отдельном углу это
кресло, перевязанное чёрной ленточкой.
Когда ему предъявили обвинение, Лихачёв стал
что-то говорить в своё оправдание, а потом разахал-
ся и упал в обморок. Его окатили водой, привели
в чувство и отправили домой, потому что допрашивать уже
было невозможно.
Рассказали Сталину, как всё было. Сталин послушал,
посмотрел на нас и обругал Лихачёва. Он очень хорошо
относился раньше к Лихачёву. Называл его Лихачом. Он
перенял это от Серго Орджоникидзе. Лихачёв был любим-
цем Серго, и Серго всегда его звал Лихачом. И Сталин тоже
стал его называть Лихачом. Видимо, сказалось хорошее в
ту пору настроение Сталина, и оставили Лихача в покое.
Иван Алексеевич вернулся к работе и пережил Сталина. Но
с зисовцами расправились. Абакумов, то есть нарком гос-
безопасности, сам вёл дознание. А уж если Абакумов лично
допрашивал, сам вёл дело, то все быстро признавались, что
они заядлые враги Советского Союза. И все они были рас-
стреляны. Вот какая существовала в Москве атмосфера в то
время, когда я вторично приехал туда с Украины. Сталин
уже постарел. Подозрительность стала развиваться в нём
всё больше, и он стал ещё опаснее. Да и мы смотрели на
него уже не так, как в первые годы разоблачений "врагов
народа", когда считалось, что он сквозь стены и железо всё
видел насквозь. Уже было поколеблено в нас прежнее дове-
рие к нему. Но после разгрома гитлеровских войск вокруг
Сталина сохранялся ореол славы и гениальности.
Помню дни, когда Вознесенский, освобождённый от
прежних обязанностей, ещё бывал на обедах у Сталина.
Я видел уже не того человека, которого знал раньше: ум-
ного, резкого, прямого и смелого. Именно смелость его

192
Приложения
и погубила, потому что он часто схватывался с Берией, ког-
да составлялся очередной народнохозяйственный план.
Берия имел много подшефных наркоматов и требовал льви-
ной доли средств для них, а Вознесенский как председатель
Госплана хотел равномерного развития экономики страны.
Не он, а страна не имела возможности удовлетворить запро-
сы тех наркоматов, над которыми шефствовал Берия. Но
не наркоматы выступали против Вознесенского, а Берия.
Берия, как близкий к Сталину человек, обладал большими
возможностями. Нужно было знать Берию, его ловкость,
его иезуитство. Он мог выжидать, выбирая момент, чтобы
подбросить Сталину либо доброе, либо худое, в зависимо-
сти от собственных интересов, и ловко этим пользовался.
А за обедами у Сталина сидел уже не Вознесенский,
но тень Вознесенского. Хотя Сталин освободил его от
прежних постов, однако ещё колебался, видимо, веря в
честность Вознесенского. Помню, как не один раз он об-
ращался к Маленкову и Берии: "Так что же, ничего ещё
не дали Вознесенскому? И он ничего не делает? Надо дать
ему работу, чего вы медлите?". "Да вот думаем", — отве-
чали они. Прошло какое-то время, и Сталин вновь гово-
рит: "А почему ему не дают дела? Может быть, поручить
ему Госбанк? Он финансист и экономист, понимает это,
пусть возглавит Госбанк".
Никто не возразил, но проходило время, а предложе-
ний не поступало. В былые времена Сталин не потерпел
бы такой дерзости, сейчас же заставил бы Молотова или
Маленкова взять карандаш, как обычно делал, и продикто-
вал бы постановление, тут же подписав его. Теперь же толь-
ко говорил: "Давайте, давайте ему дело", но никто ничего
не давал. Кончилось это тем, что Вознесенского арестова-
ли. Какие непосредственно были выдвинуты обвинения, и
что послужило к тому толчком, я посейчас не знаю. Видимо,
Берия подбрасывал какие-то новые материалы против
Вознесенского, и, когда чаша переполнилась, Сталин рас-

193
порядился арестовать его. Организовать это Берия мог с
разных сторон. По партийной линии подбрасывал материа-
лы Маленков, по чекистской линии — Абакумов. Но источ-
ником всех версий был Берия, умный и деловой человек,
оборотистый организатор. Он всё мог! А ему надо было не
только устранить Вознесенского из Совета Министров. Он
боялся, что Сталин может вернуть его, и Берия преследо-
вал цель уничтожить Вознесенского, окончательно свалить
его и закопать, чтобы и возврата к Вознесенскому не со-
стоялось. В результате таких интриг Вознесенский и был
арестован. Пошло следствие. Кто им руководил? Конечно,
Сталин. Но первая скрипка непосредственной "работы" на-
ходилась в руках Берии, хотя Сталин думал, что это он лично
всем руководит.
Почему я так считаю? Потому что Абакумов — это че-
ловек, воспитанный Берией. Его Сталин назначил в гос-
безопасность тогда, когда Берия был освобождён от этой
работы, чтобы сосредоточить своё внимание на Совете
Министров СССР. Сталин хотел, чтобы Министерство гос-
безопасности непосредственно ему докладывало все дела, и
Абакумов лично ему и докладывал. Сталин мог и не знать,
но я был убеждён, что Абакумов не ставил ни одного во-
проса перед Сталиным, не спросив у Берии, как доложить
Сталину. Берия давал директивы, а потом Абакумов докла-
дывал, не ссылаясь на Берию и получая одобрение Сталина.
Атмосфера сгущалась. В нашем государстве полагается,
чтобы серьёзные вопросы обсуждались или на Политбюро,
или в Совете Министров. Такое обсуждение было необхо-
димо, чтобы избежать крупных ошибок. Но этого не было и
в помине. Никаких заседаний не созывалось. Собирались у
Сталина члены Политбюро, выслушивали его, а он на ходу
давал директивы. Иной раз и он заслушивал людей, если ему
нравились их мнения, или же рычал на них и тут же, нико-
го не спрашивая, сам формулировал текст постановления
либо решения ЦК или Совета Министров СССР, после чего

194
Приложения
оно выходило в свет. Это уже сугубо личное управление, это
произвол. Не знаю, как и назвать это, но это факт.
Помню, что Сталин поднимал не раз вопрос о Шаху-
рине, который был в заключении. Сидел и Главный маршал
авиации Новиков, тоже посаженный после войны за то,
что принимал "недоброкачественные самолёты", то есть по
тому же делу авиастроения. Новикова я лично знал. Он поч-
ти всю войну прокомандовал нашими Военно-Воздушными
Силами. Скажу о его недостатках: он пил больше, чем надо.
Но это был человек, преданный Родине, честный, сам
лётчик, знавший своё дело. У Сталина, видимо, шевелил-
ся червячок доброго отношения к Шахурину и Новикову.
Смотрит он на Берию и Маленкова и говорит: "Ну что же
они сидят-то, эти Новиков и Шахурин? Может быть, стоит
их освободить?" Вроде бы размышляет вслух. Никто ему,
конечно, ничего на это не отвечает. Все боятся сказать "не
туда", и всё на этом кончается. Через какое-то время Сталин
опять поднял тот же вопрос: "Подумайте, может быть, их
освободить? Что они там сидят? Работать ещё могут". Он об-
ращался к Маленкову и Берии, потому что именно они зани-
мались этим делом. Когда мы вышли от Сталина, я услышал
перебрасывание репликами между Маленковым и Берией.
Берия: "Сталин сам поднял вопрос об этих авиаторах. Если
их освободить, это может распространиться и на других".
Разговор шёл в туалете, где мы собирались мыть руки перед
обедом и порою обменивались мнениями. Туалет был про-
сторный, так что иной раз мы собирались там и перед засе-
даниями, и после заседаний. Перед заседаниями говорили
о том, что предстоит, а после обеда обсуждали, с какими по-
следствиями прошла трапеза.
Когда я обдумывал этот вопрос, мне пришла в голову
мысль: о каких других говорил Берия? Он, видимо, боялся,
что если будут освобождены Шахурин и Новиков, то как бы
Сталин не вернулся к вопросу о Кузнецове и Вознесенском,
над которыми суда ещё не было. Этого боялись и Берия,

195
и Маленков. Тогда всё "Ленинградское дело" окажется
под вопросом. Хотя они согласны были, видимо, освобо-
дить Шахурина и Новикова, которые не стояли на пути ни
Маленкова, ни Берии. Правда, Маленков боялся и слово за-
молвить о Шахурине и Новикове, потому что его тоже об-
виняли по этому же вопросу. Ведь он покровительствовал
наркомату авиапромышленности и допустил, что появи-
лось много "недоброкачественных" самолётов, в результате
чего мы теряли лучшие кадры во время войны. Со мною о
"Ленинградском деле" Сталин никогда не говорил, и я не
слышал, чтобы он где-то в развёрнутом виде излагал свою
точку зрения. Только однажды он затронул этот вопрос,
когда вызвал меня с Украины в связи с переходом в Москву и
беседовал со мной о "московских заговорщиках". Маленков
и Берия всё же не допустили освобождения Шахурина и
Новикова. Следовательно, не были освобождены и люди,
арестованные по "Ленинградскому делу". Не зная подроб-
ностей этого дела, допускаю, что в следственных матери-
алах по нему может иметься среди других и моя подпись.
Происходило это обычно так: когда заканчивалось дело,
Сталин, если считал необходимым, тут же на заседании
Политбюро подписывал бумагу и вкруговую давал подписы-
вать другим. Те, не глядя, а опираясь лишь на сталинскую
информацию, тоже подписывали. Тем самым появлялся
коллективный приговор. Правда, в "Ленинградском деле",
если рассматривать прежнюю практику борьбы с "врагами
народа", была применена уже широкая судебная процедура:
не только следователи вели следствие, но и приезжал про-
курор, потом был организован суд, на который приглашал-
ся актив Ленинградской парторганизации, на суде вёлся
допрос подсудимых, потом им давали последнее слово. Ну
и что? А в 30-е годы на открытых процессах разве обстоя-
ло по-другому? Сталину рассказывали (я присутствовал при
этом), что Вознесенский, когда было объявлено, что он
приговаривается к расстрелу, произнес целую речь. В сво-

196
Приложения
ей речи он проклинал Ленинград, говорил, что Петербург
видел всякие заговоры — и Бирона, и зиновьевщину, и все-
возможную реакцию, а теперь вот он, Вознесенский, попал
в Ленинград. Там он учился, а сам-то родом из Донбасса.
И проклинал тот день, когда попал в Ленинград. Видимо,
человек уже потерял здравый рассудок и говорил несураз-
ные вещи. Дело ведь не в Ленинграде. При чём тут зино-
вьевщина? В 20-е годы имелась совсем другая основа поли-
тической борьбы: шла борьба взглядов о путях строитель-
ства социализма в СССР, тогда можно было занимать либо
ту, либо другую позицию. Я тоже занимал тогда сталинскую
позицию и боролся против Зиновьева. А Бирон — вообще
иная эпоха. Это же несовместимые понятия. Не помню, что
говорили в последнем слове Кузнецов и другие ленинград-
цы, но, что бы они там ни говорили, фактически их приго-
ворили значительно раньше, чем суд оформил и подписал
приговор. Они были приговорены к смерти Сталиным ещё
тогда, когда их только арестовывали. Много людей погибло
и в самом Ленинграде, и там, куда выехали из Ленинграда
для работы в других местах. Косыгин тоже висел на воло-
ске. Сталин рассылал членам Политбюро показания аре-
стованных ленинградцев, в которых много говорилось о
Косыгине. Кузнецов состоял с ним в родстве: их жены на-
ходились в каких-то кровных связях. Таким образом, уже
подбивались клинья и под Косыгина. Он был освобождён
от прежних постов и получил назначение на должность од-
ного из министров. Раньше он был близким человеком к
Сталину, а тут вдруг всё так обернулось и такое получилось
сгущение красок в "показаниях" на Косыгина, что я и сейчас
не могу объяснить, как он удержался и как Сталин не при-
казал арестовать его. Косыгина, наверное, даже допраши-
вали, и он писал объяснения. На него возводились нелепей-
шие обвинения, всякая чушь. Но Косыгин, как говорится,
вытянул счастливый билет, и его минула чаша сия. Это мог-
ло случиться с любым из нас. Всё зависело от того, как взгля-

197
нет на тебя Сталин или что ему покажется в такой момент.
Порою говорил: "Что это вы сегодня на меня не смотрите?
Что-то у вас глаза бегают". Или ещё что-либо в таком роде.
И всё это произносилось с таким злом! Разумный следова-
тель не ведёт себя так даже с заядлым преступником, а тут
произносилось за дружеским столом. Сидим мы, едим, а он
вдруг награждает такими эпитетами и репликами людей, ко-
торые по его же приглашению сидят за его столом и ведут с
ним беседу. Тяжёлое было время!
Постановление Политбюро о создании Закавказского,
Среднеазиатского и Дальневосточного бюро ЦК ВКП(б)
28 января 1949 г.
61. — О создании Закавказского, Среднеазиатского и
Дальневосточного Бюро ЦК ВКП(б).
1. В целях усиления связи между ЦК ВКП(б) и партор-
ганизациями отдаленных областей, краев и республик, обе-
спечения правильной информации для ЦК ВКП(б) и в це-
лях проверки исполнения решений ЦК ВКП(б) на местах —
создать на первое время Закавказское Бюро ЦК ВКП(б)
(для Закавказских республик), Среднеазиатское Бюро ЦК
ВКП(б) (для Узбекистана, Таджикистана и Туркмении)
и Дальневосточное Бюро ЦК ВКП(б) (для Хабаровского
края, Приморского края, Амурской области и Сахалинской
области).
2. Утвердить секретарём Дальневосточного Бюро ЦК
ВКП(б) т. Кузнецова А. А., освободив его от обязанностей
секретаря ЦК ВКП(б).
3. Утвердить секретарём Средазбюро ЦК ВКП(б)
т. Игнатьева С. Д., освободив его от обязанностей секрета-
ря ЦК КП(б) Белоруссии.
РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 3. Д 1074. Л. 14.
Протокол № 67.

198
Приложения
Постановление Политбюро о многочисленных фактах
пропажи секретных документов в Госплане СССР
11 сентября 1949 г.
100. — О многочисленных фактах пропажи секретных
документов в Госплане СССР.
а) Утвердить представленные КПК при ЦК ВКП(б)
предложения по вопросу о многочисленных фактах
пропажи секретных документов в Госплане СССР (см.
приложение).
б) Решение об исключении Вознесенского Н. А. из соста-
ва членов ЦК ВКП(б) внести на утверждение Пленума ЦК
Приложение к прот. № 71, п. 100
Строго секретно.
Постановление Бюро комиссии партийного контроля
приЦКВКП(б)
7 сентября 1949 г. (пр. № 121 п. 1-гс)
О многочисленных фактах пропажи секретных доку-
ментов в Госплане СССР.
Проверкой поступивших в Комиссию Партийного
Контроля материалов установлено, что в Госплане СССР на
протяжении ряда лет, в период работы Вознесенского Н. А.
председателем Госплана, пропало большое количество се-
кретных документов, составляющих по своему содержанию
государственную тайну. Всего за 1944-1948 гг. пропало бо-
лее 200 секретных материалов и документов, в том числе: в
1944 г. — 55, в 1945 г. — 73, в 1946 г. — 49, в 1947 г. — 19 и в
1948 г. — 19 документов; кроме того, 9 секретных докумен-
тов пропали в секретариате Вознесенского.
В числе секретных документов пропали: записка о ме-
рах по развитию нефтяной и угольной промышленности
в 1947 г.; материалы о восстановлении чёрной металлур-
гий Юга; записка об основных показателях плана произ-

199
водства цветных металлов в СССР; мероприятия об орга-
низации производства радиолокационных станций; ком-
плексный план материально-технического обеспечения
по наркоматам военно-морского флота, тяжёлого маши-
ностроения, химической промышленности, транспорт-
ного машиностроения, угольной, нефтяной и лесной про-
мышленности; балансы и планы распределения чёрных и
цветных металлов, жидкого топлива за различные годы;
баланс основных видов оборудования в пятилетнем плане
1946-1950 гг.; перспективный план восстановления народ-
ного хозяйства в освобождённых от немецкой оккупации
районах СССР; проект плана капитальных работ на 1945
год по министерствам — внутренних дел, государствен-
ной безопасности, материальных и продовольственных
резервов; записка к плану восстановления и развития же-
лезнодорожного транспорта СССР на 1946-1950 годы.
В Госплане СССР по вине бывшего председателя
Госплана Вознесенского Н. А. укоренилась система преступ-
ного отношения к делу охраны государственной тайны и обе-
спечения сохранности секретных материалов. Несмотря на
то, что Указами Президиума Верховного Совета СССР от
15.XI.1943 г. и от 9.VI. 1947 г. "Об ответственности за раз-
глашение государственной тайны и за утрату документов,
содержащих государственную тайну", предусмотрена уго-
ловная ответственность должностных лиц за утерю секрет-
ных материалов и документов, виновные в этом работники
Госплана не отдавались под суд, не принималось мер к ро-
зыску утерянных документов, об этих фактах не ставились
в известность органы Госбезопасности, а утраченные до-
кументы незаконно списывались с лиц, ответственных за
их сохранность.
В мае 1948 г. заместитель председателя Госплана Купцов,
ведающий секретным отделом, представил Вознесенскому
записку с указанием утерянных за 1947 год секретных мате-
риалов и ответственных за это лиц, дела на которых пред-

200
Приложения
лагалось передать в суд. Вознесенский дал распоряжение
своим заместителям Панову и Купцову, начальнику отдела
кадров Орешкину: "На решение, виновных наказать", умол-
чав о привлечении к судебной ответственности, а впослед-
ствии устно распорядился — виновных не предавать суду и
ограничиться административными взысканиями, тогда как
некоторые сотрудники подлежали уголовной ответственно-
сти. Такие двурушнические действия Вознесенского Н. А.
свидетельствуют о том, что он не только не вёл борьбы с
нарушителями закона об охране государственной тайны, но
и сам нарушал закон.
При изучении кадров аппарата Госплана после снятия
Вознесенского Н. А. установлено, что в Госплане СССР име-
ло место безответственное отношение к подбору и выдви-
жению кадров, в результате чего в аппарате Госплана ока-
залось много лиц, не внушающих политического доверия,
привлекавшихся органами советской власти к судебной от-
ветственности за политические преступления, поддержи-
вающих сомнительные связи с родственниками, прожива-
ющими за границей. При таком положении дел в Госплане
СССР нет гарантии, что пропавшие документы не попали в
руки агентов иностранных разведок.
Проверкой также установлено, что Вознесенский Н. А.
скрывал от Правительства и ЦК ВКП(б) факты пропажи в
Госплане СССР секретных документов, несмотря на то, что
эти факты ему были давно известны. Исходя из вышеизло-
женного, Комиссия Партийного Контроля при ЦК ВКП(б)
постановляет внести на утверждение ЦК ВКП(б) следую-
щие предложения:
1. За нарушение советских законов об охране государ-
ственной тайны и создание в аппарате Госплана СССР раз-
лагающей обстановки попустительства виновникам утери
секретных документов Вознесенского Н. А. исключить из
состава членов ЦК ВКП(б).

201
2. В соответствии с Указом Президиума Верховного
Совета СССР от 9.У1.1947 г. и ввиду особой серьёзно-
сти нарушений закона в Госплане СССР, предать суду
Вознесенского, как основного виновника этих наруше-
ний, а также бывшего заместителя председателя Госплана
Панова, заместителя председателя Госплана Купцова, нач.
отдела кадров Орешкина и начальника 5-го отдела Госплана
Белоуса, которые несут ответственность за пропажу секрет-
ных документов и за неприятие мер к сохранности секрет-
ных документов.
3. Предложить Генеральному прокурору СССР т. Сафо-
нову произвести необходимое следствие по делу пропажи
секретных документов в Госплане СССР.
РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 3. Д. 1078. Л. 20,166-169.
Протокол № 71.
На проекте постановления автографы: "за А. Косыгин
12/1Х-49 г.", "за А. Андреев" и помета секретаря: "тов.
Сталин — за","голосовали за: т.т. Маленков, Молотов,
Берия, Микоян, Каганович";
Постановление было утверждено опросом членов ЦК
ВКП(б) 12-13 сентября 1949 г.
РГАНИ. Ф. 2. Оп. 1. Д. 19. Л. 5.
Правленая стенограмма выступления Р. А. Руденко на со-
брании актива ленинградской партийной организации о
постановлении ЦК КПСС по "Ленинградскому делу"
6 мая 1954 г.
Товарищи! Центральный Комитет Коммунистической
партии Советского Союза поручил Прокуратуре СССР
тщательно проверить и доложить Центральному Комитету
о результатах проверки уголовного дела по обвинению
Кузнецова, Попкова, Вознесенского и ряда других ленин-
градских работников, арестованных в 1949 году бывшим
министром государственной безопасности Абакумовым и
осуждённых в 1950 году.

202
Приложения
Как известно, Абакумов был разоблачён Центральным
Комитетом КПСС как преступник, фальсифицирующий уго-
ловные дела, авантюрист, готовый на любые преступления
ради своих карьеристических, вражеских целей, буржуаз-
ный перерожденец. В связи с этим Абакумов был снят с поста
министра государственной безопасности, исключён из пар-
тии и арестован. После разоблачения врага народа Берия
было установлено, что Абакумов является соучастником
преступлений Берия, обязанный ему своим продвижением
и карьерой. В свете вскрытых Центральным Комитетом пар-
тии и Советским правительством злодеяний Берия и его со-
общников, в свете разоблачения преступной деятельности
Абакумова потребовалось особенно тщательно проверить
расследованные ранее Берия, Меркуловым и Абакумовым
уголовные дела о разного рода заговорах. Об одном из та-
ких "заговоров" секретарь Центрального Комитета нашей
партии тов. Хрущёв Никита Сергеевич сообщил здесь на
активе, зачитав решение Центрального Комитета партии
по делу Кузнецова, Попкова, Вознесенского и других. Как
сказано в этом решении, произведённым расследованием
Прокуратуры СССР по поручению Центрального Комитета
было установлено, что дело Кузнецова, Попкова и других
сфальсифицировано и обвинения всех этих лиц, предан-
ных суду, в измене Родине, контрреволюционном вреди-
тельстве, участии в контрреволюционной группе были лож-
но возведены на них Абакумовым и его сообщниками.
Также установлено, что обвиняемые по этому делу
оговорили как сами себя, так и других. В соответствии с
решением Центрального Комитета партии Прокуратурой
СССР в порядке, установленном законом, в связи с вновь
открывшимися обстоятельствами, был внесён протест в
Верховный Суд СССР на предмет прекращения этого дела
и реабилитации осуждённых. 30 апреля с. г. Верховный
Суд Союза прекратил дело производством из-за отсутствия
в действиях обвиняемых состава преступления. Таким

203
образом, Кузнецов, Попков, Вознесенский, Капустин,
Лазутин и Родионов реабилитированы посмертно. Турко,
Закржевская и Михеев, осуждённые на длительные сроки
тюремного заключения, освобождены из тюрьмы и также
реабилитированы. Ленинградской партийной организа-
ции памятно, что дело по обвинению Кузнецова, Попкова,
Вознесенского и других слушалось Военной Коллегией
Верховного Суда СССР в сентябре 1950 года в открытом су-
дебном процессе в Ленинграде. Все подсудимые признали
себя на суде виновными. Возникает вопрос: как же могло
случиться, что обвиняемые по этому делу ложно оговорили
себя не только на следствии, но и на суде?
Для того, чтобы представить, каким путём проник-
шим в органы государственной безопасности преступни-
кам удалось сфальсифицировать уголовное дело по об-
винению Кузнецова, Попкова, Вознесенского и других,
необходимо вспомнить некоторые выводы, вытекающие
из дела врага народа изменника Родине Берия и его сооб-
щников. Разоблачение Центральным Комитетом КПСС и
Советским правительством изменнической деятельности
Берия и его сообщников вскрыло, что проникшие в орга-
ны Министерства внутренних дел СССР преступники в
своих изменнических целях захвата власти, свержения со-
ветского строя и реставрации капитализма злодейски унич-
тожали преданные Советской власти и коммунистической
партии кадры путём фальсификации следственных дел и
ложных обвинений невиновных людей в контрреволюци-
онных преступлениях. Грубейшие, преднамеренные нару-
шения социалистической законности, надругательство над
советскими законами, циничные утверждения, что нормы
советского процесса якобы вообще не применимы к тем
"особым делам", которые расследуются в органах МВД, слу-
жили для участников антисоветского заговора Берия одним
из главных методов осуществления их злодеяний против
Советского государства. Истребляя честных советских и

204
Приложения
партийных работников, эти предатели наносили удар са-
мому дорогому достоянию коммунистической партии и
Советского государства — нашим кадрам. Для достижения
этих преступных целей участники заговора Берия не гну-
шались самыми подлыми, циничными и бесчеловечными
приёмами и средствами. Для фальсификации следствен-
ных дел применялись избиения и пытки арестованных.
В течение ряда недель и даже месяцев арестованные под-
вергались строжайше запрещённым советскими законами
методам физического и морального воздействия, угрозам и
избиениям, изматывающим ночным допросам, помещени-
ям в специальный карцер и т. д. Всё это делалось для того,
чтобы деморализовать человека, подавить в нём волю к со-
противлению, заставить его ложно оговорить самого себя.
Таким путём преступникам удавалось добиться от заклю-
ченных ложных показаний не только на предварительном
следствии, но и на суде. Фальсификация следственных дел,
злостные и преднамеренные нарушения социалистической
законности для избиения партийных и советских кадров
применялись не только преступниками, преданными суду
совместно с врагом народа Берия, но также другими их
ставленниками и, в частности, бывшим министром государ-
ственной безопасности СССР Абакумовым.
Одним из уголовных дел, сфальсифицированным по-
следним, и было дело по обвинению Кузнецова, Попкова,
Вознесенского и др. Фальсификация этого дела так же, как и
многих других дел, была произведена Абакумовым и его со-
общниками при помощи таких же бесчестных и преступных
приёмов, какими пользовались Берия, Меркулов, Кобулов
и другие заговорщики. Следствием по делу Абакумова уста-
новлено, что начало его близости к Берия относится ещё к
1938 году, когда после назначения на должность народного
комиссара внутренних дел СССР Берия, не ограничившись
переводом из Закавказья в центральный аппарат ряда бли-
жайших сообщников, стал окружать себя авантюристами

205
и карьеристами, готовыми выполнить любое его преступ-
ное распоряжение. Именно в это время Абакумов, прико-
мандированный к следственной части, которой ведал один
из ближайших соучастников Берия — Кобулов, сумел вы-
двинуться как фальсификатор следственных дел.
Для ответственной работы в органах государственной
безопасности у Абакумова не было ни достаточной опера-
тивной подготовки, ни политических знаний, ни общего
образования. Однако у Абакумова была собачья угодливость
перед Берия и Кобуловым и готовность выполнить любое
их преступное задание. Именно поэтому, узнав Абакумова
как карьериста и авантюриста, Берия и Кобулов сделали
его одним из своих приближенных. Начиная с 1938 года,
Берия и Кобулов всячески поддерживали и выдвигали
Абакумова. Первоначально он был назначен Берия на долж-
ность начальника УНКВД по Ростовской области. Затем
Берия сделал Абакумова заместителем наркома государ-
ственной безопасности и начальником армейских особых
отделов. И, наконец, Берия выдвинул Абакумова на пост
министра государственной безопасности. Являясь сооб-
щником Берия, Абакумов по заданиям этого изменника со-
вершал самые подлые и гнусные преступления. Как было
доказано на предварительном следствии и на суде по делу
Берия и его сообщников, они на протяжении ряда лет вели
подлую интриганскую борьбу против выдающегося деятеля
Коммунистической партии и Советского государства Серго
Орджоникидзе. После кончины Серго Орджоникидзе за-
говорщики продолжали жестоко мстить членам его се-
мьи. Сейчас установлено, что соучастником Берия в этих
гнусных преступлениях являлся Абакумов. Так, именно
Абакумов, будучи заместителем наркома внутренних дел
СССР, ещё в 1942 году санкционировал незаконное содер-
жание под стражей Константина Орджоникидзе. Ни в чём
не виновный Константин Орджоникидзе первоначаль-
но был осуждён в 1944 году через Особое Совещание при

206 Приложения
НКВД СССР к 5 годам тюремного заключения. После того,
как в мае 1946 года срок этого, ничем не обоснованного, на-
казания истек, Абакумов, занявший к тому времени пост ми-
нистра государственной безопасности, продолжал незакон-
но содержать Константина Орджоникидзе в особой тюрьме
под номером, тщательно скрывая от тюремного персонала
фамилию и имя заключённого.
Затем Абакумов и его соучастники сфабриковали фаль-
шивое, клеветническое "заключение" по делу Константина
Орджоникидзе и, используя в преступных целях Особое
Совещание при МГБ СССР, продлили ему срок заключения
в тюрьме ещё на 5 лет. Так, Абакумов помог врагу народа
Берия осуществить свою гнусную расправу с братом Серго
Орджоникидзе — Константином, который содержался в
тюрьме в одиночном заключении более 12 лет. Константин
Орджоникидзе был полностью реабилитирован в 1953
году, после разоблачения Центральным Комитетом пар-
тии и Советским правительством врага народа Берия. Из
обвинительного заключения по делу Берия известно, что
в своей изменнической деятельности он использовал гнус-
нейшие методы тайных похищений людей, злодейских
убийств из-за угла, совершал тягчайшие преступления про-
тив человечности, производя опыты над живыми людьми,
умерщвляя людей при помощи различных ядов и т. д. Для
совершения этих преступлений Берия создал особую груп-
пу готовых на всё головорезов — Судоплатова, Эйтингона,
Майрановского и др.
Абакумов был участником этих преступлений. Поэтому,
даже получив прямое указание от И. В. Сталина об аресте
Судоплатова и Эйтингона, Абакумов уберёг их от ареста.
Допрошенный по этому поводу Берия показал: "В 1950
году в середине или в начале года Абакумов, будучи у меня
в Совете Министров, рассказал, что он имеет указание
И. В. Сталина арестовать Судоплатова, Эйтингона... Я сказал
Абакумову: „Я бы на твоём месте сохранил Судоплатова..."

207
Абакумов, рассказывая мне о Судоплатове и Эйтингоне,
имел в виду моё отношение к ним". Абакумов выполнил это
преступное указание Берия. Эйтингон и Судоплатов не толь-
ко не были арестованы, но сохранены Абакумовым на руко-
водящей работе в органах МГБ и арестованы лишь после
разоблачения Берия. Абакумов был полностью осведомлён
о глубоком моральном падении Берия, сожительстве его с
многочисленными женщинами, связанными с иностран-
ными разведчиками. Абакумов не только скрывал эти фак-
ты, но пресекал всякую возможность появления сигналов о
моральном разложении Берия. Бывший начальник охраны
Берия, арестованный Саркисов показал: "О моральном раз-
ложении Берия я докладывал Абакумову... В 1948 или 1949
году я пришёл в его служебный кабинет и сказал ему, что я
больше не хочу работать в охране Берия. Абакумов спросил,
почему я не хочу там работать. Я сказал, что прошу переве-
сти меня в какое-либо другое место, т. к. Берия развратнича-
ет. Абакумов спросил: ,Д много у него женщин?" Я ответил:
„Сотни! В каждом переулке, на каждой улице". Причём рас-
сказал, что Берия специально разъезжал по улицам Москвы,
особенно по улице Горького и Столешникову переулку, вы-
искивал женщин с привлекательной внешностью и застав-
лял меня и других сотрудников охраны узнавать фамилии и
адреса этих женщин, после чего заводит с ними знакомство,
завозит в свой особняк и там сожительствует с ними".
Показаниями многочисленных свидетелей — оператив-
ных работников установлено, что Абакумову неоднократно
докладывалось о моральном разложении Берия. Абакумов
всегда с крайним раздражением реагировал на эти докла-
ды, запрещая "собирать клеветнические сведения" о Берия.
Вместе с тем доказано, что Абакумов использовал органы го-
сударственной безопасности для расправы над женщинами,
отказавшимися сожительствовать с Берия, подвергая этих
женщин заключению в лагери через Особое Совещание.

208
Приложения
Уже находясь под стражей, Абакумов не переставал возла-
гать свои надежды на помощь Берия.
Такова краткая характеристика теснейших связей, ко-
торые существовали между главарем разбойничьей шайки
заговорщиков, врагом народа Берия и его ставленником
Абакумовым, на которого возлагается непосредственная
ответственность за фальсификацию так называемого "ле-
нинградского дела". Приняв должность министра государ-
ственной безопасности СССР от одного из ближайших со-
участников Берия — врага народа Меркулова, Абакумов в
своей практической деятельности продолжал придержи-
ваться тех же преступных приёмов и методов, что и Берия,
Меркулов, Кобулов. Это касается, в частности, одного из
самых острых участков работы МГБ СССР — следствия по
делам, расследованным следственной частью по особо важ-
ным делам центрального аппарата министерства. В этой
следственной части должно было сосредотачиваться рас-
следование дел, возбуждённых по поводу наиболее опасных
государственных преступлений. Фактически, как это сей-
час установлено, Абакумов при содействии Берия обманы-
вал директивные органы, ложно информируя о раскрытии
несуществующих в действительности заговоров или о госу-
дарственных преступлениях, якобы совершённых такими
лицами, которые в действительности ни в чём виновны не
были. Так же, как и для самого Берия, этот бессовестный
и подлый обман служил вражеским целям Абакумова для
расправы с невиновными людьми. Так, в течение ряда лет
Абакумов незаконно содержал в заключении во внутренней
тюрьме МГБ СССР ряд генералов Советской Армии, не со-
вершивших никаких преступлений, но ложно обвинённых
Абакумовым в измене Родине и других тягчайших престу-
плениях. Эти генералы были реабилитированы после разо-
блачения изменника Родине Берия и его клики. Так назы-
ваемое "Ленинградское дело" было лишь одним из ряда дел,
сфальсифицированных Абакумовым и его соучастниками.

209
Преступные методы следствия, применённые с целью фаль-
сификации уголовного дела Абакумовым и его соучастника-
ми, ничем не отличаются от преступных методов, приме-
нявшихся для этих же целей врагом народа Берия. Так же,
как и Берия, Абакумов добивался от ложно обвиненных в
тягчайших государственных преступлениях людей сфаль-
сифицированных, не соответствующих действительности
"признаний" и самооговоров. С этой целью, по преступным
указаниям Абакумова, следователи создавали для арестован-
ных невыносимые условия, добиваясь, как они сами заявля-
ли, "сломить волю", "подавить способность к сопротивле-
нию" со стороны допрашиваемого, а фактически — заста-
вить невиновного человека подписать сфальсифицирован-
ный протокол допроса. Среди подручных Абакумова были
даже особые "специалисты" по составлению подобных "соб-
ственноручных" показаний и заявлений. Таковы были, на-
пример, Броверман, Шварцман, Комаров. Эти сообщники
Абакумова, исходя из его преступных заданий, составляли
проекты "собственноручных признательских показаний" и
заявлений обвиняемых. Затем проекты корректировались
Абакумовым и передгшались следователям, заставлявшим
арестованных переписывать от руки и подписывать вы-
мышленные "признания". Разумеется, получить от невино-
вных людей не только ложные оговоры других лиц, но и
ложные признания в собственной контрреволюционной
деятельности было возможно только при помощи преступ-
ных методов воздействия на арестованных.
Я уже говорил, что так называемое "Ленинградское
дело" было лишь одним в числе ряда дел, сфальсифици-
рованных Абакумовым и его соучастниками. Так, напри-
мер, в апреле 1946 года, при непосредственном участии
Абакумова, были сфальсифицированы следственные ма-
териалы по обвинению руководящих работников нарко-
мата авиационной промышленности и военно-воздушных
сил Советской Армии — Шахурина, Новикова, Шиманова

210
Приложения
и др. И в этом деле были сфальсифицированы "признатель-
ные заявления" арестованных. По этому поводу арестован-
ный Броверман показал: "По поручению Абакумова я вме-
сте с начальником секретариата Черновым и секретарём
Абакумова Комаровым сфальсифицировал заявление аре-
стованного Шиманова. Комаров заставил Шиманова пере-
писать печатный текст сфабрикованного нами заявления
от руки и, таким образом, получился подлинник заявления
Шиманова, в точности совпадающий с печатным текстом.
Снималась не копия с оригинала заявления Шиманова, а
наоборот, „подлинник" заявления Шиманова был скопиро-
ван Шимановым с текста, составленного нами по указанию
Абакумова... Заявления от имени Шахурина и Новикова
были сфальсифицированы таким же путём. Занимался этим
делом начальник следственного отдела СМЕРШ Леонов и
его заместитель Лихачёв под непосредственным руковод-
ством Абакумова". Верховный Суд СССР полностью реаби-
литировал Шахурина, Новикова и других.
О том, при помощи каких методов вымогались показа-
ния от арестованных, свидетельствуют показания
Закржевской. Но мы требовали такие показания в ре-
зультате давления Абакумова". Аналогичными приёмами
вымогались ложные показания и от привлечённой к от-
ветственности по этому делу бывшей заведующей отде-
лом партийно-комсомольских и профсоюзных органов
Ленинградского обкома КПСС Закржевской. Закржевская
была арестована и заключена в тюрьму, будучи беремен-
ной. В результате условий, в которых она находилась в
тюрьме, у Закржевской произошел выкидыш. Несмотря
на крайне тяжёлое физическое и психическое состояние,
Закржевская подвергалась систематическим вызовам на
ночные допросы, во время которых от неё требовали при-
знаться в якобы совершённых ею контрреволюционных
преступлениях, а также изобличить в этом других лиц. На
очной ставке с Закржевской Комаров показал, что, когда

211
он впервые увидел Закржевскую на допросе, то обратил
внимание на её беременность и, приехав в министерство,
доложил, что допросы беременной женщины производят
ночью. Как показал Комаров: "Абакумов грубо обрезал меня,
заявив: „Нашёлся мне тоже защитник. Врач не запрещает, а
ты определяешь возможности её допроса. Не вмешивайся
в это и занимайся своими делами". Закржевскую вызывали
на допросы не только следователи, но и Абакумов, который
требовал от неё ложных признаний о преступных связях с
Кузнецовым. Через некоторое время Закржевской стали да-
вать на подпись сфальсифицированные протоколы допро-
сов. Доведённая до состояния морального и физического
изнеможения, Закржевская подписала эти сфальсифициро-
ванные, лживые признания".
Михеев также подтвердил, что дал свои показания под
воздействием незаконных методов следствия. Перед судеб-
ным процессом Комаров по заданию Абакумова производил
специальную усиленную подготовку подсудимых и вовлёк в
это преступное дело следователей. Так, Турко по этому по-
воду показал: "Перед началом суда следователь Носов пред-
упредил меня, чтобы я в суде показал всё так, как записано в
протоколах допроса. Он говорил, что вина моя небольшая
и моя задача состоит в том, чтобы разоблачить подлость
Кузнецова. Затем меня вызвал полковник Комаров и по-
требовал, чтобы я на суде повторил лишь то, что записано
в протоколах допроса и с угрозой предупредил меня: „Суд
идёт и пройдёт, а вы останетесь у нас". Я это понял так, что,
если я в суде откажусь от показаний и расскажу о том, как
со мной поступали на следствии, то меня снова будут бить...
Накануне суда следователь Носов дал мне копию протокола
моего допроса от 30 октября 1949 года и сказал, чтобы я хо-
рошенько его прочёл, запомнил и повторил на суде. Копию
этого протокола я несколько раз прочёл, зазубрил и повто-
рил в суде. В перерывах судебного заседания ко мне прихо-
дили Комаров, Путинцев и Носов и говорили, что суду все

212
Приложения
ясно, что я должен на суде во всём признавать себя вино-
вным и просить у суда пощады. Так я и сделал". Подобные
же показания о подготовке к судебному процессу дали
Закржевская и Михеев.
Бывший следователь МГБ Носов показал: "Подготовка
обвиняемых к судебному процессу имела место, ведущая
роль в этом принадлежала Комарову11. Теперь ясно, почему
Кузнецов, Попков, Вознесенский и другие признавали себя
на суде виновными, и вряд ли кто-нибудь может поверить
этим вынужденным "признаниям". Фальсификация дела по
обвинению ряда ленинградских работников была установ-
лена после разоблачения Центральным Комитетом партии
и Советским правительством врага народа Берия.
Именно разоблачение Берия и его преступных связей
с Абакумовым нацелило на детальную и тщательную про-
верку так называемого "Ленинградского дела". В связи с де-
лом Кузнецова, Попкова и других враг Абакумов и его сооб-
щники подвергли репрессии свыше двухсот человек, часть
как соучастников, а большинство как близких и дальних
родственников осуждённых, использовав для этой гнусной
расправы Особое Совещание при МГБ СССР. В настоящее
время подавляющее большинство этих так называемых "уго-
ловных дел" пересмотрено и невинно осуждённые освобож-
дены и реабилитированы. В соответствии с решением ЦК
пересматриваются остальные дела.
Фальсифицируя так называемое "Ленинградское дело",
совершая эту гнусную политическую провокацию, враг на-
рода Абакумов, несомненно, стремился, представив себя
разоблачителем несуществующего заговора, пробраться
при помощи изменника Родины Берия к руководству в стра-
не. Не случайно ближайшее окружение Абакумова распро-
страняло слухи, что Абакумов скоро войдёт в Политбюро.
Фальсифицируя уголовные дела о несуществующих в дей-
ствительности заговорах, учиняя расправу с невиновными
людьми, Берия, Абакумов и другие предатели стремились

213
посеять страх среди советских людей, подозрительность
и недоверие друг к другу для того, чтобы в этой обстановке
пробиться к власти для осуществления своих изменниче-
ских планов по свержению советского строя. Являясь аген-
том реакционных империалистических кругов, иуда Берия
и его сообщники умышленно извратили известное положе-
ние, данное товарищем Сталиным на XVIII съезде партии,
о том что во второй фазе развития Советского государства
острие разведки обращено не во внутрь страны, а во вне её,
против внешних врагов.
Покровительствуя иностранным шпионам, агентам
американской и английской разведок, освобождая их от от-
ветственности, Берия, Меркулов, Абакумов и другие преда-
тели отвлекали внимание чекистского аппарата от борьбы с
врагами, пытаясь поставить под подозрение честных совет-
ских людей. Именно с этой преступной целью враг народа
Меркулов, выступая на совещании руководящего оператив-
ного состава МГБ СССР, давал преступную установку о соз-
дании массовой сети агентуры, "пронизывающей всё населе-
ние СССР". Это выступление Меркулова имело место в 1943
году, когда советский народ мужественно, не жалея жизни и
сил, защищал честь, свободу и независимость свой отчизны.
В это время предатели Берия, Меркулов, Абакумов и другие
пытались взять под подозрение советских людей. Однако,
выступая на этом совещании, Меркулов ни слова не сказал
о главной задаче нашей разведки в период Отечественной
войны — борьбе с гитлеровской и иной вражеской агенту-
рой. Центральный Комитет КПСС и Советское правитель-
ство пресекли вражескую деятельность Берия, Абакумова и
других изменников Родине. Враги народа, враги Советского
государства, пробираясь в те или иные звенья советского
аппарата, всеми мерами пытались подорвать, нарушить
социалистическую законность, чтобы создать обстановку,
способствующую их подрывной деятельности. Совершенно

214
Приложения
законен вопрос — где же был прокурорский надзор за след-
ствием в органах государственной безопасности?
Выступая здесь перед партийным активом, я должен
прямо сказать, что, по существу, этого надзора не было.
Преступники Берия, Меркулов, Абакумов и другие игнори-
ровали прокурорский надзор, а руководители Прокуратуры
СССР не нашли в себе мужества со всей остротой и партий-
ной принципиальностью поставить перед Центральным
Комитетом партии и Правительством вопрос о состоянии
прокурорского надзора и извращениях в следствии в МГБ-
МВД СССР. Сошлюсь на такой факт. За всё время суще-
ствования Прокуратуры СССР до последнего времени ни
разу не проверялись прокурорским надзором Внутренняя
и Лефортовская тюрьмы МГБ-МВД СССР, хотя именно в
этих тюрьмах совершались преступления. Внутренняя и
Лефортовская тюрьмы не проверялись по единственной
причине: Берия, Меркулов, Абакумов запретили пускать
туда прокуроров. Когда недавно представитель прокурор-
ского надзора проверял Лефортовскую и Внутреннюю
тюрьмы Комитета госбезопасности при Совете Министров,
он зашёл в камеру, где содержится арестованный Абакумов.
На вопрос прокурора — не имеет ли Абакумов каких-либо
жалоб на тюремный режим и условия содержания его под
стражей, Абакумов заявил, что никогда не поверит тому,
что прокурор смог посетить Внутреннюю тюрьму для про-
изводства проверки. Тогда представитель прокуратуры
предложил Абакумову ознакомиться с его прокурорским
удостоверением. На это Абакумов заявил: "Любое удостове-
рение можно сделать".
За крупные недостатки в прокурорском надзоре
Центральным Комитетом партии снят с поста Генерального
Прокурора СССР т. Сафонов, а дело о нём передано в
Комитет Партийного Контроля. Решением Центрального
Комитета партии упразднено Особое Совещание при МВД
СССР и строго установлено, что уголовное наказание мо-

215
жет быть назначено только по приговору суда и только за
совершенное преступление.
Тов. Хрущёв: Главное для них было — решать без след-
ствия.
Тов. Руденко: Совершенно верно.
Тов. Хрущёв: После смерти Сталина Берия хотел сохра-
нить это.
Тов. Руденко: Центральный Комитет партии и
Советское правительство приняли ряд мер, направленных
к установлению неослабного и систематического контро-
ля партийных организаций за деятельностью всех звеньев
советского аппарата, в том числе органов государственной
безопасности, за строгим соблюдением советской социа-
листической законности. Тем самым создана обстановка,
при которой обречены на провал попытки любых авантю-
ристических, карьеристских, враждебных нашему государ-
ству элементов использовать те или иные звенья советского
государственного аппарата в своих преступных подрывных
целях, против интересов народа. Особая роль в области
осуществления неустанного государственного надзора за
строгим соблюдением социалистической законности воз-
лагается на советскую прокуратуру. Созданная в 1922 г. по
инициативе великого основателя Советского государства
В. И. Ленина, прокуратура является органом, осуществляю-
щим высший надзор за точным исполнением законов всеми
советскими учреждениями, должностными лицами, а также
гражданами СССР. Работники прокуратуры делают все не-
обходимые выводы из указаний Центрального Комитета
партии о крутом подъёме прокурорского надзора за стро-
гим и точным соблюдением законов в стране.
В обращении Центрального Комитета Комму-
нистической партии Советского Союза ко всем избирате-
лям, к рабочим и работницам, крестьянам и крестьянкам,
к советской интеллигенции, к воинам Советской Армии и
Военно-Морского флота говорится: "Партия ведёт и будет

216
Приложения
вести непримиримую борьбу со всеми проявлениями бю-
рократизма и волокиты в отдельных звеньях советского ап-
парата, с фактами невнимательного, пренебрежительного
отношения к нуждам и запросам трудящихся, будет неустан-
но укреплять социалистическую законность, ограждающую
священные и незыблемые права граждан нашей Родины, за-
писанные в Конституции СССР". Волей советского народа,
волей партии стёрты с лица земли изменник Родине Берия и
другие злодеи. И подлых соучастников Берия, всех этих аба-
кумовых, рюминых, Комаровых постигнет суровая кара во
имя торжества справедливости, во имя торжества социали-
стической законности. (Продолжительные аплодисменты.)
ЦГАИГТД Санкт-Петербурга. Ф. 24. Оп. 83. Д. 438. Л. 6-2.
Из неправленой стенограммы выступления
Н. С. Хрущёва на собрании актива Ленинградской
партийной организации о постановлении ЦК КПСС
по "Ленинградскому делу" 7 мая 1954 г.
Теперь, товарищи, хочу ответить на некоторые вопро-
сы. Спрашивают насчёт "дела" врачей, а также о судьбе врача
Тимашук, по письму которой началось это дело. Заявление
Тимашук использовали провокаторы. Она не виновата, на-
писала заявление из честных побуждений. Нельзя же за
это человека наказывать. Она хороший врач, и она хотела
хорошего. Дело врачей — это позорное дело, да и некото-
рые другие дела не лучше. Взять, к примеру, Виноградова.
Это крупнейший профессор, он всех нас лечил до ареста и
теперь, после такой неприятности, я с ним встречаюсь, он
оказывает мне помощь в лечении, хотя я и редкий пациент,
огорчаю врачей. (Бурные аплодисменты.) Во время съезда
партии, когда я уже читал на него показания, он пришёл
меня лечить. Я ему верил. Но что я мог сделать как член
Президиума ЦК? Нам рассылают показания, в которых го-
ворится, что предъявляются такие-то обвинения. Человека
арестовали. Потом он сам признался. А в чём? Есть анекдот,

217
что он признался в том, что написал "Евгения Онегина"
(смех). Это было точно таким признанием.
Думаю, что такие позорные "дела" больше не повторят-
ся. Спрашивается, как могли возникнуть такие "дела", почему
врагам удалось состряпать липовые дела и расправляться с
честными людьми? Одной из причин является то, что враги
партии и народа Берия и Абакумов втёрлись в доверие к това-
рищу Сталину и, глубоко маскируясь, пытались использовать
органы МВД-МГБ против партии и правительства. Это вра-
гам часто удавалось потому, что в Президиуме ЦК, особенно
в последнее время, не было должной коллегиальности.
Надо сказать, что основой возникновения этих позор-
ных дел является возведение культа личности. Не все ещё
осознали, какое это зло для партии. Я говорю своё мнение
и знаю мнение товарищей по Президиуму ЦК. Мы считаем,
что во вред товарищу Сталину неимоверно был раздут культ
личности товарища Сталина. Товарищ Сталин действи-
тельно является большим человеком, гениальным маркси-
стом. Но даже таким людям нельзя давать таких прав, ка-
кими он пользовался. В результате этого мы имели "дело"
врачей и "ленинградское дело". Товарищ Сталин вызыва-
ет Абакумова, даёт ему указания, тот что-то докладывает.
Никто из членов Президиума, кроме Берия, не имел права
вызывать Абакумова или взять под сомнение то, что пишет
Абакумов, взять под сомнение протоколы допросов, кото-
рые он представляет. Мы же не допрашивали преступников.
Здесь некоторые обвиняют т. Козлова и других. Если
т. Козлов отвечает, то я в большей степени отвечаю за "ле-
нинградское дело", чем Козлов.
Вы обвиняете Андрианова. У него были ошибки, но
нельзя всё свести к Андрианову. Нужно понять, что если бы
он не стал выполнять указаний после решения о ленинград-
ских руководителях, то его бы сняли, наказали и, может
быть, исключили бы из партии. Ведь было записано, что
они враги народа. Значит, надо было новому руководству

218
Приложения
делать из этого выводы и относиться к ним, как врагам, и
делать соответствующие выводы к тем, кто с ними рабо-
тал. Ведь нельзя же делать так, как ректор университета
т. Александров. Что он здесь заявлял? Вот, говорит, Презент1
мне не нравится, приказали назначить на работу, но я не на-
значил и не буду назначать. Дорогой товарищ, за такое от-
ношение вас можно исключить из партии, не за Презента,
конечно, а за то, что не выполняете решения, не подчиняе-
тесь государственной дисциплине.
Товарищи, если у нас не будет дисциплины, не будет пар-
тии (аплодисменты), не будет государства. (Аплодисменты.)
Мы не можем так относиться, как т. Александров, который
проявил полное непонимание партийной и государствен-
ной дисциплины. Вы выступили как анархист: "выбираю,
что мне нравится, провожу, что нравится, а что не нравит-
ся — не провожу". За такие дела во время гражданской вой-
ны, во время Отечественной войны расстреливали. Вы это
должны понять.
Некоторые товарищи начинают шарахаться в другую
крайность, не понимают, в чём заключается коллегиаль-
ность и по каждому, даже пустячному вопросу требуют ре-
шения. Были заявления такого рода: "Вот он такой, сякой,
позвонил мне по телефону и требует выполнить, а ведь ре-
шения нет, как же я буду выполнять". Если, товарищи, мы
дойдём до такой глупости, то бюро обкома, горкома, рай-
кома партии будут ходить с протоколами и упрашивать:
смотрите — мы записываем коллегиально, видите — вот
вам бумажка, решайте. Надо исправлять ошибки, но не
терять при этом головы, проводить продуманно. Нужно
учитывать обстановку, которая была в то время. Нужно
учитывать, что было решение ЦК, был приговор, был суд
здесь, в Ленинграде. Если бы я работал здесь, то думаю,
что я меньше глупостей сделал бы, но я бы тоже поверил.
(Аплодисменты.)
1 Исаак (Исай) Израилевич Презент (1902-1969) — советский учёный
и педагог, автор работ по марксистской методологии науки. — Прим. ред.

219
Конечно, надо иметь разум. Если бы т. Андрианов не
был карьеристом, а более вдумчивым, более партийным,
он мог бы не допустить этого дела. В последние годы това-
рищ Сталин в результате болезни часто менял своё мнение,
у него часто менялись настроения. В поведении товарища
Сталина в последнее время, вследствие высокого кровяно-
го давления, появлялось немало странностей, чрезмерная
подозрительность и раздражительность. Этим пользова-
лись авантюристы типа Берия и Абакумова. Андрианов
тоже писал гнусные записки, подливал горючее. Он также
сыграл плохую роль в этом деле. Если бы он попытался трез-
во оценить обстановку и правильно доложить, то это "дело",
может быть, и не возникло бы.
В связи с этим уместно вспомнить такой случай. В кон-
це 1949 года товарищ Сталин предложил мне переехать на
работу в Москву. Он тогда мне сказал: "Товарищ Хрущёв,
плохие у нас дела в Москве и Ленинграде. Очень озабочена
партия. В Ленинграде провал, там оказались враги народа".
Товарищ Сталин верил в то, что в Ленинграде орудовали
враги. "В Московской организации Попов провалился, —
говорил товарищ Сталин. — Смотрите, что он творил.
Видимо, придётся Вам перейти в Москву. Надо, чтобы
Ленинградская и Московская организации были верной
опорой партии. Вам придётся перейти в Москву". Я говорю:
"С большим удовольствием. 13 лет проработал на Украине,
надо и честь знать". (Смех. Аплодисменты.)
Через некоторое время, после переезда в Москву, то-
варищ Сталин присылает мне анонимное заявление, напи-
санное в адрес лично Сталина. В этом заявлении написано,
что Попов является заговорщиком, что с ним в заговоре
заодно некоторые секретари райкомов, называют фами-
лии, указывалось, что Попов готовит в Москве переворот
с целью захвата власти. Стоило мне, прочитав это заявле-
ние, сказать товарищу Сталину, что заявление серьёзное,
надо проверить, сразу было б поручение Абакумову прове-

220
Приложения
сти следствие, и было бы новое дело. Но я, признаюсь, гре-
шен, затянул ответ. Я считал, пусть переварится, уляжется
у него, у товарища Сталина, впечатление от этого письма.
Через некоторое время он спрашивает меня: "Я передавал
письмо относительно Попова, как ваше мнение?" Я говорю:
"Это больной какой-то написал. Разве можно поверить, что
Попов готовит заговор, это чепуха!" — "А как секретари
райкомов?"— спрашивает т. Сталин. — "Секретари райко-
мов есть хорошие, есть плохие". — "Значит, ничего нет?" —
"Нет, — отвечаю, — я не верю. Попов дурак, но что он не
заговорщик, в этом никакого сомнения нет". Больше к это-
му вопросу тов. Сталин не возвращался.
Думаю, что у товарища Сталина был разговор с
т. Андриановым о бывших ленинградских руководителях.
И если бы так поступил Андрианов, никакого бы дела не
было. Это точно. Здесь могут сказать: значит, Андрианов
является главным виновником. Думаю, что такого вывода
нельзя делать. Андрианов, конечно, карьерист. Он видел,
что у Сталина кипит, что у него возникают подозрения
в результате доклада Абакумова. Андрианов вместо того,
чтобы трезво оценить и взвесить ответственность за свои
слова, начал подбрасывать горючего, начал подогревать.
Он посылал немало гнусных записок, в этом он гнусный
человек, оказался плохим коммунистом, хотя он и член
Центрального Комитета партии. В этом его большая вина.
Вы скажете, следует за это исключить Андрианова из партии
и наказать его. Я думаю, что этого не следует делать. Если
за ленинградские дела наказать Андрианова, то ей богу, вы
скажете — вот нашли с кого спросить. Уж вы себя лучше на-
кажите. Вы больше имели возможности подать свой голос.
Надо небольшой холодный душ принять, спокойно оценить
обстановку с тем, чтобы, исправляя ошибки и глупости, не
допустить новых ошибок, новых перегибов.
Центральный Комитет партии принял своё решение.
Но, товарищи, пусть каждый из нас соображает, анализиру-

221
ет, как его лучше выполнить, как лучше исправить ошибки.
Нам нужно, чтобы каждый коммунист сделал правильные
выводы из этого правильного решения, которое принято
Центральным Комитетом в интересах партии, которое ещё
больше укрепляет Ленинградскую партийную организацию
и партию в целом. (Аплодисменты.)
Пересматривая дела об исключённых из партии, надо
эту работу проводить вдумчиво, чтобы принять правильное
решение и восстановить тех, кто этого достоин. Приведу
такой пример. В связи с ленинградским делом снят с рабо-
ты и осуждён Куприянов — бывший секретарь ЦК Карело-
Финской республики. Узнав, что его арестовали по ленин-
градскому делу, я сказал т. Руденко: "Прошу пересмотреть
дело Куприянова". Он через несколько дней говорит: "Надо
подумать". "Что же тут думать, — спрашиваю, — мне хоро-
шо известно, что он арестован по ленинградскому делу".
"Верно, — говорит т. Руденко, — по ленинградскому делу,
но он в лагере снюхался с преступниками, с белогвардей-
цами, он разговаривает там языком бандитов, белогвар-
дейцев". Тов. Руденко правильно ставит вопрос. Если он
быстро пошёл на сговор с белогвардейцами, нашёл общий
язык с классовым врагом, то у него нутро гнилое. Его давно
надо бы из ленинградского "дела" исключить, гнилой чело-
век оказался. А разве других Куприяновых нет? Есть. И у вас
они есть. Поэтому, товарищи, будьте осторожны. Большая
ответственность лежит на всех нас.
Наша партия добилась больших побед, руководствуясь
учением марксизма-ленинизма. Но нельзя успокаиваться,
надо повышать ответственность всех коммунистов в борьбе
за новые успехи в коммунистическом строительстве. Меня
спрашивают, когда мы перестанем рассматривать аноним-
ные письма. Мы их мало рассматриваем. Но другой раз на
сотню анонимных писем бывает заявление, которое помо-
гает разоблачать преступления. Бывает так, что у человека
не хватает духа подписаться. Он воюет с безобразиями, напи-

222
Приложения
шет анонимное письмо, а вы формально, только на том осно-
вании, что оно не подписано, отбросите, а завтра выяснит-
ся, что это был серьёзный сигнал для партии и государства.
Надо с умом подходить. Нельзя допускать, чтобы по клевет-
ническим, непроверенным письмам обвиняли честных ра-
ботников. Я думаю, что коммунисты, которые не формально
подходят, разберутся, где наносное, а где зерно правды.
Спрашивают: почему до настоящего времени органы
МВД ещё не на все участки, не ко всем делам допускают про-
курора? Это неверно. Сейчас прокурор имеет право и дол-
жен контролировать все дела. Центральный Комитет пар-
тии придаёт большое значение укреплению советской закон-
ности и поднимает роль прокуратуры.
Товарищ спрашивает: как расценивать поступки комму-
нистов Попкова, Вознесенского и других, которые подпи-
сали вымышленные сфальсифицированные документы. Не
является ли это малодушием? Об этом, товарищи, сейчас
нам трудно судить. Вы слышали то, что говорил прокурор.
Условия были адские и, может быть, человек был доведён
до такого состояния, что думал, пусть лучше расстреляют,
поэтому и наговорил на себя. Конечно, с точки зрения пар-
тийной морали они поступили неправильно. Есть и стойкие
коммунисты. Возьмите, например, Кедрова. Вы читали об-
винительное заключение. Старый большевик, член партии с
1903 года. Как его ни били, расстреляли его, но он ложных
показаний на себя не дал. Но такой характер, как Кедров, не
каждый имеет.
Спрашивают: когда будет объявлено решение о Ста-
линских премиях? На это дам самый мудрый ответ: когда всё
будет готово, тогда и будет объявлено.
Есть записка, в которой товарищ предлагает разобрать-
ся в делах 1937-38 гг., когда происходило избиение кадров.
Недавно ЦК создал комиссию для рассмотрения этих дел.
Мы знаем, что в те годы пострадали некоторые работники
не заслуженно и есть люди, которые достойны, чтобы их

223
дела пересмотрели. Комиссия рассмотрит. Но это большая и
сложная работа. Некоторых лиц уже освободили. Месяц тому
назад освободили Снегова, члена партии с 1917 г., который
работал заворгом Мариупольского окружкома. Он просидел
16 лет. Он прислал в ЦК письмо, просил у меня приёма и я бе-
седовал с ним. Он мне рассказывал, что его судили пять раз.
Он вынужден был дать на себя показания во вредительстве.
Он признался, что написал вредительскую книжку. Я, гово-
рит, это сделал для того, чтобы скорее моё дело попало в суд.
Когда предъявили в суде обвинение на основании его при-
знаний, он обратился к судьям и сказал: возьмите эту книжку
и прочтите, я за каждую букву и запятую ручаюсь. После это-
го решили передать дело на доследование и так передавали
на доследование пять раз. Осудили его напрасно. Видимо, не
один Снегов такой, есть и другие.
Есть такая записка: "Серов долгое время работал вместе с
Берия, Кобуловым и другими, неужто он не знал, как комму-
нист, о всех этих методах, а если не знал, то как же это он не
знал". Если товарищ написал, значит, над этим вопросом за-
думываются. Центральный Комитет партии верит т. Серову
и поэтому его назначили на такой ответственный пост. Что
Серов знал и чего он не знал, я отвечать за Серова не буду. Но
у нас нет никаких данных к тому, чтобы не доверять т. Серову.
Нельзя придерживаться такого принципа, что если человек
работал в органах МВД во времена Берия и Абакумова, зна-
чит, ему уже нельзя доверять. Это как раз то, что вы сегодня
в своих выступлениях осуждали, что осуждает наша партия.
Как же можно так подходить к людям? Ведь если так рассуж-
дать, значит можно прийти к полному абсурду и говорить,
что Хрущёву, Маленкову, Молотову, Булганину тоже нельзя
верить, потому что мы работали с Берия много лет. Судить о
людях по такому принципу — это значит скатиться на весьма
вредный и опасный путь, который вы справедливо осуждае-
те в своих выступлениях и за что вы критиковали руководи-
телей Ленинградской организации.

224
Приложения
Должен сказать, что мы решили в Президиуме ЦК
партии созвать совещание работников МГБ и на этом со-
вещании хорошенько поговорить об улучшении работы.
Я считаю, что сейчас очень ответственный политический
момент, и такое неуважительное отношение к органам на-
шей разведки не способствует улучшению их работы, а,
наоборот, расстраивает работу этих органов. А кому это
выгодно? Это выгодно только нашим врагам, всем развед-
кам, кроме нашей. Дезориентировать разведку Советского
Союза — это значит облегчить работу разведки вражеских
стран, ослаблять работу нашей советской разведки. Мы не
можем допускать такого нетерпимого положения. Поэтому
надо наводить необходимый порядок в этом деле. Такой по-
рядок мы наведём. Но надо помнить, что органы нашей раз-
ведки необходимо хорошенько поддержать, чтобы совет-
ская разведка работала лучше, чтобы она с большей энер-
гией действовала против врагов нашего государства, чтобы
советские люди знали, что нам не грозит то, что в работе на-
шей разведки будут провалы. Поэтому, товарищи, мы под-
держиваем и будем поддерживать нашу советскую разведку
и органы государственной безопасности, будем доверять
им и постоянно их укреплять и всем это советуем делать.
Кому не доверяете — снимайте, но раз назначили человека
на ответственный пост, то поддержите его, помогайте ему,
не дергайте, дайте спокойно, с пользой для дела, работать.
Тогда будет польза. Работа с кадрами, с людьми — это очень
серьёзный вопрос, в котором нельзя допускать перегибов.
О прокуратуре также многие пишут, почему такая
жалкая роль была у нашего генерального прокурора.
Спрашивают об их беспомощности в обсуждаемом деле.
Законный вопрос. Надо знать обстановку, которая была в
то время. Тов. Руденко говорил здесь, что Абакумов (тов.
Руденко не назвал свою фамилию — это он заходил в камеру
к Абакумову) сказал, что кто-кто, а он-то, то есть Абакумов,
знает, что прокурор не имеет права заходить в камеру к пре-

225
ступнику, потому что он, когда был министром, сам катего-
рически не допускал этого. Почему? Вот я спрошу у сидя-
щих здесь секретарей райкомов. Вы слушали на заседаниях
райкомов партии отчёты начальника районного отделения
МГБ? Отчитывался ли он перед райкомом? (Голоса с мест:
Никогда.) Вот в том-то и дело. МГБ в результате интриг
Берия и его сообщников и, я бы сказал, в силу ненормаль-
ных условий, которые были в то время в работе ЦК, стало
не только бесконтрольным, а МГБ стало вроде какого-то
контроля над партией. В этом трагедия.
Я помню, когда работал на Украине, там после войны в
западных областях буквально была война с остатками вра-
жеских войск и буржуазно-националистическими бандами.
Там не просто враги из-за угла стреляли, там они первое
время были с пулеметами и артиллерией. Начальники рай-
онных отделений МГБ, конечно, не без ведома своего руко-
водства, говорили так — мы в райкомы о положении на ме-
стах не будем докладывать, потому что они наши секреты из
райкомов передают или могут передать бандитам. И на этом
основании перестали давать секретарям райкомов доклады
о положении дел в данном районе, о действиях вражеских
банд. Когда мне рассказали об этом, я тогда сказал — анти-
партийное дело. Ведь в 1937 году состоялось решение ЦК
партии, в котором было осуждено, когда чекистский аппа-
рат был поставлен над партией. Почему же сейчас проис-
ходят такие явления? Мои замечания незамедлительно ста-
ли известны Абакумову. И тот сразу же стал звонить всем
секретарям. Позвонил он и мне — мол, извиняюсь за тех
дураков, которые допускают такие беспорядки. Он видит,
что его на этом деле с поличным поймали, и начал вывёр-
тываться. Вывёртываться на словах, а по существу продол-
жал ту же антипартийную линию. Так что прокурор в таких
условиях ничего не значил, прокурор не мог вмешиваться в
дела, он был отстранён от выполнения своих обязанностей.

226
Приложения
Поэтому, вот в результате таких грубых нарушений и полу-
чились подобные безобразия и беззакония.
Задают мне такой вопрос: "Прошу Вас разъяснить,
было ли указание ЦК руководству обкома об освобождении
всех технических и ответственных работников, ранее ра-
ботавших при Кузнецове, из аппаратов обкома, горкома и
райкомов?" Товарищи, думаю, что вам самим понятно, что
Центральный Комитет партии не давал такого указания, и
вы не давали такой директивы своему руководству. Но логи-
ка борьбы имеет свои законы. Если бы я, например, узнал,
что Иванов является контрреволюционером, то я являюсь
врагом не только ему, но врагом всех его друзей. Верно? Это
верно. Вы поймите, отсюда всё начинается. Если бы мне по-
звонил Козлов, когда есть установка, что Кузнецов — враг,
Попков — враг, и спросил, как быть с людьми, которые
близко с ними работали, например, стенографистка, я бы
сказал: если Кузнецов или Попков враги, уберите стено-
графистку. Казалось бы, техническая должность. Но сте-
нографистка находится на заседаниях, она всё записывает,
она знает наши разговоры, она может быть источником ин-
формации вражеских сил. Или тот же невинный сторож в
райкоме или горкоме. Мы с вами работаем, бросаем разные
черновики, копии документов. Вы думаете, что они никому
не нужны. Но врагам они очень нужны. Брошенный мате-
риал, черновик, представляет для них огромную ценность.
А сколько ещё у нас расхлябанности! Ушёл работник, а доку-
менты на столе оставил; приходит, документы целы. Целы,
но сфотографированы, документы на месте, а ценные дан-
ные возможно уже пошли за границу. Это мог сделать не-
большой человек, который умеет щёлкнуть из фотоаппара-
та и всё, у него функция очень небольшая — он всего лишь
сторож. Вот вы и подумайте, правильно ли люди делали,
когда обновляли аппарат, располагая данными о том, что
во главе этого аппарата стояли враждебные люди. Я гово-
рю: правильно. Сейчас легко умным быть, когда решение

227
ЦК вышло, когда известно, что эти люди не виновны. И вот
начинают судить о поступках людей, которые делали пра-
вильное дело, заботясь об укреплении партийного аппара-
та. Они стояли тогда на позициях решения ЦК партии, а
некоторые хотят наказать этих людей за вчерашний день,
когда они вместе с ними поддерживали эти действия. Так
нельзя. Нельзя искать козла отпущения, хотя фамилия у ва-
шего секретаря и Козлов. (Смех в зале.)
Я прошу вас правильно понять меня — я не хочу выво-
дить из-под критики руководство, критиковать надо и это
полезно, но я хочу, чтобы при рассмотрении всех этих во-
просов не отыгрались на этих людях, чтобы отвести, как
громоотвод, удар от других, которые могут говорить — вы
бейте вон тех, а мы такие хорошие, мы ни при чём. Разве
не могли мы справиться с Андриановым, когда замети-
ли, что он начал финтить с Берия? Андрианова мы с вами
освободили, когда увидели, что он допускает грубые ошиб-
ки, работает не так, как следует. Мы могли бы и раньше это
сделать, если бы у нас было другое отношение. За те про-
ступки можно кого-то больше, кого-то меньше осуждать, но
в целом осуждать проводимую линию нельзя, потому что
они в других условиях эти проступки совершили, полагая,
что тогда в организации оставались пособники осуждённых
врагов. Тогда в тех условиях их действия не были проступ-
ками. Закон обратной силы не имеет, а некоторые хотят
сейчас вернуться к этим вопросам.
Товарищи, я извиняюсь, что очень затянул с ответами
на ваши вопросы. Хотел бы сказать относительно дела, ко-
торое мы с вами обсуждаем. Из зачитанного вам решения
Центрального Комитета партии и сообщения тов. Руденко
видно, что так называемое дело о Ленинградской антипар-
тийной группе было состряпано бандой Берия. Одним из
ближайших сообщников Берия являлся бывший министр
госбезопасности Абакумов, преступления которого хорошо
вскрыты и доложены вам прокурором т. Руденко. Видимо,

228
Приложения
в ближайшее время будет суд над Абакумовым. У меня было
такое мнение, мы обменивались мнениями, не знаю, насколь-
ко целесообразно: может быть, суд над Абакумовым следова-
ло бы организовать здесь, в Ленинграде. (Аплодисменты.)
Я вам скажу единственное, что удерживает нас от этого —
этот негодяй в своих показаниях будет много ссылаться на
товарища Сталина. Вот это немножко и сдерживает, а так
этого негодяя надо было бы судить здесь, чтобы вы посмо-
трели на этого врага, потому что прокуратура его разденет
и он предстанет во всех своих многочисленных грехах, ко-
торые совершил, во всех своих гнусностях. Об этом надо по-
думать. Надо в таких делах не давать воли чувству, а больше
доверяться рассудку, чтобы выгоднее решить для партии.
Ведь можно желать хорошего, а получить результат отрица-
тельный. Надо иметь в виду, что Абакумов арестован по рас-
поряжению товарища Сталина. Видите, какая сложность.
За что он был арестован? Если бы Абакумов всё дело знал,
он мог бы заявить: позвольте, вы меня неправильно аресто-
вали, наоборот, я достоин похвалы. Абакумова арестовали
за то, что он якобы укрыл от наказания врача Этингера —
старого профессора, который умер в тюрьме. Видимо, это
был невинный человек, но он во время следствия якобы
показал, что он способствовал умерщвлению товарищей
Щербакова и Жданова. Но это, как выяснилось, чепуха.
У тов. Жданова было больное сердце, и поэтому он умер. Мы
знаем, что тов. Жданов мог бы жить, если бы он немножко
осторожнее относился к своему здоровью. Но, видимо, во
время какого-либо допроса было получено какое-то пока-
зание. Рюмин написал об этом тов. Сталину. Сталин взял
тогда тот документ и поставил вопрос об аресте Абакумова.
Видите, не пожалел Абакумова, сказал — сейчас же аресто-
вать — и того арестовали.
Сейчас установлено, что тов. Жданов и тов. Щербаков
умерли естественной смертью. Значит, Абакумов прав, что
не поверил показаниям профессора, значит, он вроде как

229
бы зря сидит. Если формально разбирать историю, как она
складывалась, получается, что сидит в тюрьме он напрасно.
Но когда умер товарищ Сталин и мы получили возможность
после ареста Берия разобраться в делах МГБ, то выяснилось,
что Абакумова на костре сжечь надо. Это матёрый преступ-
ник, заговорщик, но по другим уже делам. Смотрите, какие
вещи он творил хотя бы с делом Кузнецова, Попкова и др.
Так что это очень крупный преступник, аферист и заговор-
щик. Вы смотрите. Когда он сидел в тюрьме, он направил
такое письмо Берия: "Дорогой Лаврентий Павлович, мне
стало крайне тяжело. Вы мой самый близкий человек и я
день и ночь жду, что вы меня вернёте. Я вам ещё крепко буду
нужен. (Вы понимаете, это лишь преступник может так пи-
сать: я вам крепко буду нужен. Он ещё будет нужен! Значит,
они ждали, что такое время будет.) Записку, которую я на-
правляю, прошу оставить у себя. Всегда ваш Абакумов". Это
из тюрьмы он писал Берия.
Эти преступники вовремя были схвачены. Какую цель
преследовали враги, фабрикуя "Ленинградское дело"?
Враги пытались ослабить Ленинградскую партийную ор-
ганизацию, поколебать её единство, пытались отвлечь
внимание от решения важнейших хозяйственных и поли-
тических задач, стоящих перед страной, опорочить кадры
Ленинградской организации, поколебать доверие партии
и народа к Ленинградской партийной организации. И, я
думаю, что в некоторой мере они этого достигли. Недавно
со мной разговаривал тов. Мжаванадзе, который сейчас яв-
ляется первым секретарём ЦК Компартии Грузии. Перед
этим он много лет работал и учился здесь, в Ленинграде.
В беседе со мной он сказал: "Знаете, когда я прочёл решение
о реабилитации, дышать стало легче. Я всегда чувствовал,
что в Ленинграде хорошая и крепкая партийная организа-
ция. Но вот мне было неудобно даже говорить, что я долго
здесь работал и воспитывался".

230
Приложения
Вы прекрасно понимаете, что правильное решение во-
проса — это большое дело. Но дело не только в том, что в
какой-то мере было поколеблено доверие к Ленинградской
организации. Вы помните, как фабриковалось дело.
Утверждалось, что в Ленинграде была заговорщическая
организация, которая хотела выделиться из Советского
Союза, захватить руководство страной в свои руки. Это по-
клёп не только на Ленинградскую организацию. Это поклёп
на Российскую Федерацию, поклёп на русский народ. К так
называемому "Ленинградскому делу" Родионова пристегну-
ли. Утверждалось, что в Ленинграде хотели создать какой-
то центр, противопоставить его Центральному Комитету
партии. Ведь этого же не могло быть и не будет, пока жи-
вёт и здравствует наша родная Коммунистическая партия,
потому что каждый из нас, её членов, понимает, что сила
нашего Советского Союза в единстве рядов нашей пар-
тии, в единстве и сплочённости всех народов Советского
Союза. Вот это каждому советскому человеку понятно.
(Продолжительные аплодисменты.)
Вражеская клика во главе с Берия состряпала так называ-
емое "Ленинградское дело". Враги обманули Центральный
Комитет, обманули товарища Сталина. Берия и Абакумов
втерлись в доверие к товарищу Сталину. Вот я сам ещё не
знал, когда, в каких условиях затевалось это "дело", мне тов.
Руденко здесь рассказал. Когда дело это было состряпано
кликой Берия и его сообщников, товарищ Сталин в это вре-
мя был в Сочи. Абакумов полетел туда и соответствующим
образом, видимо, докладывал товарищу Сталину. Вызвали
в Сочи военного прокурора, который должен был это дело
проверять. Приехал этот военный прокурор. Казалось бы,
и Абакумова надо послушать, и прокурора. А приехал про-
курор, его принял только Абакумов и сказал, что дело соз-
далось, надо ленинградцев осудить, и вы, мол, можете ехать
обратно. Вот как обстояло дело и как оно складывалось. Как

231
видите, были допущены грубые нарушения установленных
порядков. Вот в чём трагедия.
После этого некоторые товарищи могут сказать герой-
ски: надо хоть на плаху идти, но беззакония не допускать.
В борьбе с врагом, на фронте, наши люди так и поступали.
Они не сгибали свою голову перед захватчиками, стояли на-
смерть. У нас много людей шло на плаху — и юношей, и ста-
рых. Вот Зоя Космодемьянская — воплощение геройства,
мужества. Но ведь это же было перед немцами. А кому этот
самый прокурор должен был сказать — на плаху пойду, а уча-
ствовать в суде не буду, потому что нарушаются установлен-
ные законом порядки. Ведь Абакумов сказал бы ему — это
сам товарищ Сталин утвердил. Он сказал бы: "Раз товарищ
Сталин утвердил, значит это правильно". Другое дело, что
порядок был принят не тот. Теперь всем нам ясно, что ни в
коей мере нельзя нарушать советских законов и установлен-
ных порядков. По каждому делу должно вестись следствие,
чтобы это следствие проверялось далее прокурором. В то
время, когда Берия хозяйничал в МВД, установленные совет-
ским законом порядки грубо нарушались. Люди, заключён-
ные в тюрьмы и находящиеся под следствием, избивались,
чтобы получить от них нужные следователям показания.
Избиения арестованных в тюрьме, как вы теперь зна-
ете, не являлись секретом. Как это тогда объясняли, да и
сейчас некоторые говорят: врага надо бить. Но надо бить
врага. Я тоже за то, что врага бить надо. Но ведь надо знать,
что бьёшь именно врага, а не невинного человека. А то
вот результаты какие получаются, когда нарушаются зако-
ны, когда следствие ведётся не так, как полагается, когда
арестованных жестоко избивали, чтобы получить от них
нужные следствию показания, пусть даже неправильные.
Это приводило к тому, что из своих друзей делали врагов.
Запротоколировали вырванные путём побоев, бессонницы
и голода неправильные показания и делали из честных лю-
дей врагов. Так действовала клика Берия и его сообщников.

232
Приложения
Так грубо попирали они все законы, бесчинствовали и стря-
пали нужные им "дела", избивали наших честных советских
людей, пытаясь нанести как можно больший вред нашему
великому делу строительства коммунизма. Поэтому, когда
тов. Руденко вёл следствие по делу Берия и его клики, он
был лишён этих методов. Наши органы, которые ведут след-
ствие, прокуратура и суд должны настойчиво, не нарушая
законов, разбираться в делах, довести преступника до при-
знания совершённых им преступлений, доказать его вину.
Это, конечно, тяжёлая вещь, куда "легче" действовать ме-
тодами Берия. Но когда наша прокуратура разбирала дело
Берия и его клики, когда им дали все их показания, полу-
ченные не путём избиений, а законным путём, преступники
вынуждены были признать, что следствие было проведено
глубоко и обстоятельно, собран действительный материал.
Тут товарищи многие скажут, а как же товарищ Сталин?
Видите ли, последние годы очень сильно сказались на
Сталине. У него очень часто менялось настроение. Поэтому
были моменты, когда Сталину трудно было что-либо докла-
дывать. Власть большая, а силы слабые. Человек он стал
нервный, вспыльчивый. Не каждый хотел идти к нему и
вызвать на себя гнев. Видите, если бы были равные усло-
вия, как, например, сейчас у нас в Президиуме ЦК КПСС.
Пусть кто-либо из членов Президиума что-нибудь сморозит.
Ему скажут: слушай, ты не прав. Сталину так сказать никто
не мог, хотя не раз выслушивали такие вещи, на которые
могли бы сказать: товарищ Сталин, ведь это неправильно.
Вот такая была обстановка. Нельзя сейчас этого допускать.
Я говорю это к тому, чтобы у нас в партии всегда была кол-
лективность руководства, не создавался культ личности.
Наша партия настолько сильна, что она всегда, по любому
вопросу, найдёт правильное решение в своём коллективе. И
вот таким физическим состоянием товарища Сталина (это-
го раньше, до войны, со Сталиным не было) ловко восполь-
зовался Берия. Он играл на настроении товарища Сталина

233
как на рояле, так как у этого человека ничего святого не
было, потому что он был вражеским разведчиком.
Когда мы Берия арестовали и посадили в тюрьму (пусть
Руденко мне напомнит), а, может быть, уже после расстрела
Берия, Черчилль заявил примерно следующее: "Опоздали
мы с русскими, опоздали с ними вести разговоры. Сейчас
момент упущен". Что значит, упущен момент? С нами всегда
можно разговаривать. Черчилль жалел, что нет Берия, это-
го, хитрого и ловкого шпиона и провокатора. Когда Берия
не был ещё разоблачён, Черчилль надеялся на поддержку со
стороны Берия, а нет Берия — значит, и поддержки планов
империалистов не будет.
Теперь враги говорят, что у русских после смер-
ти Сталина сперва язык был другой, а политика та же.
Политика при жизни Сталина была совершенно правиль-
ной политикой, которую мы вместе со Сталиным прово-
дили и будем её неуклонно проводить дальше. (Бурные
аплодисменты.) А это значит отстаивать и укреплять наше
Советское государство, двигать его по пути строительства
коммунистического общества, накапливать и наращивать
наши силы, готовиться к грядущим боям, которые неиз-
бежны и от которых уйти нельзя, ставить вопрос, говоря
языком Чапаева, в мировом масштабе.
Некоторые товарищи спрашивают — какое отношение
Центрального Комитета партии к решению ЦК о партий-
ных проступках Кузнецова и других? Мы не разбирали этих
вопросов, и я не знаю, есть ли сейчас смысл возвращаться
к ним, потому что мы их наказали в своё время за допущен-
ные ими ошибки в партийном порядке. Что даст новое рас-
смотрение этого вопроса? Может быть, поколеблет веру в
правильность решения Центрального Комитета партии,
принятого на первом этапе партийных проступков бывших
руководителей Ленинградской организации. Тут может
быть степень наказания разная. Это я допускаю. Почему?
Известно, что тов. Кузнецов и другие допускали разные

234
Приложения
излишества, выпивки допускались. Ведь это факт. И рас-
ходование средств государственных не по назначению до-
пускалось, и бахвальство, и некоторое зазнайство. Было же
всё это, товарищи. Он болтал в Москве о том, что мы, мол,
ленинградцы, люди особого склада. Не понимаю, какой
это особый склад? Тогда давайте укажите, чтобы мы этот
"склад" заметили, а то начинают говорить: ленинградцы —
люди особого склада, москвичи — особого склада, киевля-
не — тоже особого склада. А какого же склада партия? Она,
получается, складывается из групп разных складов? Что за
чепуха? Это бахвальство. Оно и было осуждено и правильно
осуждено. И сегодня нужно осудить, а не воскрешать его.
Да, слушайте, товарищи ленинградцы, вы на самом
деле думаете, что вы лучше, чем коммунисты, работающие
в Свердловске? Если так полагать, тогда не может быть в
партии общего языка. Партия не может предоставить вам
какую-то полочку ленинградскую, да вряд ли вы сами захо-
тите иметь такую особую полочку. (Продолжительные апло-
дисменты.) То, что Ленинград сделал для партии, как пере-
довой отряд коммунистов, то, что сделал петроградский
рабочий класс для России, для Советского Союза, этого
не стереть никаким врагам истории. (Аплодисменты.) Но
нужно ли кичиться перед своими друзьями? Это не годится.
Поэтому я считаю, что в этих вопросах решение ЦК партии
было правильное.
Я допускаю, что в интриганских целях Берия ис-
пользовал изменение отношения Сталина к Кузнецову
и Вознесенскому. В то время я был на Украине и не знал,
как все эти вопросы тогда проходили. Одно время това-
рищ Сталин очень высоко поднял Вознесенского, чего,
конечно, не мог терпеть Берия. Ведь Сталин сделал тогда
Вознесенского своим первым заместителем по Совмину,
дал очень большие полномочия Кузнецову, сделав его се-
кретарём ЦК партии. Кузнецову было поручено наблю-
дать за органами МВД. Абакумов был подчинён Кузнецову.

235
В этих условиях я допускаю, что вражеской кликой Берия
было всё использовано, всякий малейший промах, малей-
шее пятнышко, где бы оно ни появилось, чтобы натравить
Сталина против Вознесенского и Кузнецова. И это им, как
видите, удалось.
Можно по-разному относиться к Вознесенскому. Очень
многие члены Политбюро не уважали Вознесенского за то,
что он был хвастлив, груб, к подчинённым людям относил-
ся по-хамски. Но это такие свойства, которые можно по-
рицать, которые дают право не дружить с ним лично. Но
это не значит, что такие свойства дают объяснение, что
Вознесенский являлся врагом. Наоборот, я глубоко убеж-
дён, что Вознесенский был честный и умный, но своенрав-
ный человек.
Кузнецова хвалили, когда он работал в Ленинграде.
Я с ним мало сталкивался. Раза два был у него, когда он ра-
ботал секретарём ЦК, так как в то время я редко приезжал
в Москву. Потом, сознаюсь, что, занимая такое положение
в партии, я имел возможность все вопросы решать непо-
средственно со Сталиным, поэтому и не было особой нуж-
ды встречаться с Кузнецовым. Короче говоря, я его плохо
знал. Как-то после окончания войны мне звонил товарищ
Маленков и предлагал избрать Кузнецова вторым секрета-
рём Центрального Комитета Коммунистической партии
Украины. Мне говорили, что он хороший работник, но ча-
сто болеет, у него, говорят, был туберкулёз. Я сказал, что,
если он серьёзно болен, то на Украину посылать его не сто-
ит, но если может работать, то, пожалуйста, пускай приез-
жает. На этом разговор и кончился. Знаю, что после этого
товарищ Сталин предлагал ему поехать на Дальний Восток,
на ответственную работу. Всё это было использовано Берия.
Я видел прохвостов, но такого законченного прохвоста
и негодяя, как Берия, трудно даже представить. Надо слиш-
ком большую фантазию иметь, чтобы представить, что это
был за подлец. Я удивлялся его хитрости, часто думал о том,

236
Приложения
что так поступать может лишь матёрый провокатор. Ведь как
вёл себя он при Сталине? К примеру, Берия мог грубо ска-
зать, что это, мол, белое. Другие соглашались с этим: "Да,
это действительное белое". Но потом Сталин мог сказать:
"Нет, это чёрное". Берия тут же менял свои позиции и спе-
шил "уличить" другого, что тот сказал, что это белое, хотя
всем было ясно, что это он, Берия, первый сказал, что это
белое и действительно было белым. Перестроившись, Берия
всюду начинал твердить, что это совсем не белое, а чёрное.
Повторяю, я видел много негодяев, но такого отъявленно-
го негодяя и мерзавца, как Берия, я не видел. Это Берия!
В нашем присутствии он не стеснялся говорить со Сталиным
только на грузинском языке. Почему в окружении русских, в
окружении друзей говорить на непонятном им языке? А он
этим демонстрировал перед нами свою особую близость к
Сталину. Да, это был коварный и хитрый враг.
Некоторые товарищи задавали вопрос: почему так позд-
но был разоблачён Берия, как это произошло? Думаю, что
вы читали протокол пленума ЦК. Когда на пленуме мы по-
ставили вопрос о враждебных действиях Берия, мы и деся-
той доли не знали того, что выявилось несколько позже,
когда повёл следствие прокурор. Таким образом, полно-
стью подтвердилось то, что мы чувствовали на протяжении
последних 15-20 лет, подтвердилось его подлое коварство.
Он, как говорится, в зубах у нас застрял.
Приведу вам и такой пример, показывающий, как орудо-
вал Берия. Когда мы в Президиуме ЦК стали говорить, что
надо кончить с Особым совещанием, Берия на словах про-
тив такого предложения не возражал. Особое совещание
могло дать человеку 15 лет тюрьмы или высылки, а он внес
предложение — дать Особому совещанию право высылать
на срок до 10 лет. Когда он внёс такое предложение, мы ста-
ли между собой говорить: что же это такое? Ведь существо
дела от этого не изменится. Я прямо заявил, что это значит:
сперва человека посадят на 10 лет, а потом ещё на 10. Ведь

237
Берия достаточно было человека на один год в тюрьму поса-
дить, чтобы потом держать его там всю жизнь. Константина
Орджоникидзе он вначале посадил на 5 лет, но тот двенад-
цать лет в одиночной камере просидел. Зачем Берия нужны
были Особые совещания? Он стремился оставить органы
МВД бесконтрольными, где полностью хозяйничает Берия,
который кого ему надо арестовывает, ведёт следствие и са-
мочинно судит через Особые совещания, где нет ни защит-
ника, ни прокурора. И когда он яростно стал бороться за
сохранение такой формы суда, он ещё более себя разобла-
чил. А потом его записки по западным областям Украины,
Белоруссии, по Литве, — всё это явно говорило о том, что
он поставил свой аппарат, созданный им в органах МВД,
над Центральным Комитетом партии. Он ведь Строкачу —
теперешнему министру МВД Украины позвонил во Львов и
потребовал у того представить ему полные сведения на пар-
тийных работников. "Почему у меня, — спросил тот, — об-
ращайтесь в ЦК". Тогда Берия ему заявил: "Тебе секретов
нельзя доверять". Когда нам стали известны все эти факты и
другие данные о враждебных действиях Берия, стало ясно,
что это опасный преступник. Было решено арестовать его
и судить. Теперь, после процесса над Берия, вы знаете о
"деле" Кедрова. Дважды суд его оправдывал, а Берия всё-
таки расстрелял его.
Чтобы этого не повторилось больше, а я думаю, что не
повторится, надо, чтобы у нас была развёрнута настоящая
критика, чтобы было действительно коллективное руковод-
ство. Нельзя создавать себе бога, который бы за нас всех
думал. Надо каждому думать, каждому принимать участие
в жизни партии, каждому брать на себя ответственность за
решение всех вопросов. Тогда этого не повторится. А всё ли
у нас ясно по вопросу о культе личности? По-моему, не всё.
Формально как будто бы и ясно, а по существу иногда и нет.
Некоторые и сейчас ещё прикидывают, кто в Президиуме
ЦК первый, кто второй, а кто третий. Это — вреднейшая

238
Приложения
вещь. Надо всем нам уяснить, что первый у нас — это пар-
тия. Руководство партией — это Центральный Комитет.
Президиум ЦК — это исполнительный орган, подотчётный
Центральному Комитету. Все члены Президиума ЦК в рав-
ной степени отвечают за порученное им дело, все они из-
браны, все пользуются равным правом и в одинаковой мере
несут ответственность перед Центральным Комитетом.
Правильно? (Голоса с мест: Правильно!) Надо всегда исхо-
дить из этого, тогда не будет неправильного понимания во-
проса о коллективном руководстве в партии. Думаю, что мы
должны сделать всё для того, чтобы укрепить это в сознании
людей и во всей нашей практической деятельности обеспе-
чить в партии действительное коллективное руководство.
Некоторые неправильно считают, что если, мол,
в Президиуме ЦК нет первого, второго, то все члены
Президиума как бы серые, незаметные. Почему серые? Разве
человек, избранный в состав Центрального Комитета, се-
рый? Конечно, нет. Его партия избрала в свой Центральный
Комитет, он пользуется полным доверием партии. Каждый
имеет сильные стороны, один в одном вопросе, другой в
другом, поэтому коллективное решение вопроса всегда наи-
более правильное. Разве это плохо? Это хорошо.
Товарищи, заканчиваю свое выступление. Уверен, что
Ленинградская партийная организация правильно поймёт
решение Центрального Комитета партии, правильно пой-
мёт, правильно оценит и сделает все необходимые выводы
из этого решения. Я очень хотел бы, чтобы Ленинградская
организация, её актив, руководящее ядро не проявляли
горячности, а мудро решили бы вопросы, вытекающие из
решения ЦК, чтобы вы не наломали дров. А опасность та-
кая имеется. Поэтому надо сдерживать горячие головы.
Я не стою на позициях беспринципного мира и спокой-
ствия, потому что всегда был противником беспринципно-
сти. Но, товарищи, просто поднять шум — для этого надо
мало ума. Необходимо ко всему подходить разумно. Ведь

239
вы сменили весь состав обкома, горкома, райкомов. Что
же теперь опять его менять? Ну что же это будет? Разве это
пойдёт на усиление работы? Это будет не усиление партий-
ной работы, а ослабление. Если допустить это, то получит-
ся общее избиение нового, подросшего коллектива. Думаю,
что это выгодно только нашим врагам. Конечно, нас пар-
тия учит вовремя менять слабых. Это является правом и
обязанностью каждого партийного органа. Но нельзя при
этом подходить огульно. Я уверен, товарищи, что все вы по-
нимаете, что эти вопросы не являются главными. Решение
Центрального Комитета партии следует выполнять вдумчи-
во, с умом. Одного ретивого сердца здесь ещё мало. Думаю,
что нам предстоит рассмотреть ряд дел 1937-1938 гг. Это
большая работа. Совершенно неправильно было бы пола-
гать, что тогда не было врагов. Враги были, и острие на-
шей борьбы было направлено против врагов. Но, видимо,
Берия, Ежов и другие много посадили и расстреляли неви-
новных людей.
Грешным делом, я даже склонен думать, что Берия унич-
тожил Ежова. Нам грузины помогают внести ясность в это
дело. Один бывший чекист написал в ЦК письмо, в котором
обратил внимание на тот факт, что ни одного заместителя
Берия нет в живых. Все заместители, которые работали с
Берия, уничтожены. И это верно, ибо Берия шел в Москву
через трупы.
Ежова я знал хорошо. Он сам ленинградец, довольно
простой человек. Может быть, старики помнят его. Был
рабочий, много лет работал в аппарате ЦК, потом стал
пить, спился. Берия его арестовал. Вы знаете, как дей-
ствовал Берия? В Закавказье одно время работал чекист
Реденс. Я также знал его. Реденс — старый член партии,
по национальности поляк, работал в ВЧК секретарём у
Дзержинского. Берия был у него заместителем, когда тот
был наркомом НКВД Грузии. Берия задался целью убрать
Реденса и достиг этого. Надо сказать, что Реденс был женат

240
Приложения
на сестре жены Сталина, так что имел доступ к Сталину.
Это для Берия имело большое значение, — ведь Реденс мог
пожаловаться Сталину, его часто встречали у Сталина на
квартире. Это и естественно, так как сестры встречались.
Берия однажды зазвал Реденса к себе в гости, напоил до бес-
чувствия и выбросил на улицу. Сам же Берия прислал мили-
цию, которая подобрала того пьяным на улице и установила,
что это нарком внутренних дел Грузии. Естественно, скан-
дал! Реденса убирают, Берия становится наркомом вместо
Реденса. Внешне здесь он как бы и ни при чём, но разве без
умысла он споил бывшего наркома? Никакими средствами
не гнушался Берия для достижения своей цели. Повторяю,
что это был страшный человек. Он добился, что Реденса
тоже сослали. Не знаю, жив ли он сейчас. До Грузии Реденс
был начальником НКВД Московской области. Это человек
не особо большого размаха, но не глупый, старый член пар-
тии. Вот как действовал Берия. Говоря вам об этом, я хотел
бы, чтобы вы знали, какие хитрые и коварные приёмы при-
менял Берия и какая была обстановка.
Всё это надо правильно оценить и разумно подойти к
решению той задачи, которая вытекает из решения ЦК.
Полагаю, что это решение мы опубликовывать не бу-
дем. Меня спрашивают, как довести до сведения всех чле-
нов партии? Я вам затрудняюсь сказать. Видите ли, раз мы
собрали такой широкий актив, то это говорит о том, что се-
крета из этого мы не делаем, но думаю, что нам не стоит пе-
ред широкой публикой разглагольствовать об этом, так как
это не будет способствовать укреплению Ленинградской
парторганизации и всей нашей партии. Сказать, что это се-
крет и об этом не следует говорить,— тогда, пожалуй, будет
больше разговоров (смех в зале), но специально звонить во
все колокола, по-моему, будет глупо. Думаю, что нам не надо
давать повода к тому, чтобы наши враги смаковали ошиб-
ки, которые были нами допущены. Поэтому каждый из вас
должен исходить из того принципа: не делай и не говори то

241
и тому, что ослабляет нашу партию, что ослабляет нашу борь-
бу, что вооружает наших врагов. (Бурные аплодисменты.)
Я понимаю переживания ленинградцев. Мы пока реше-
ние ЦК не рассылали в другие организации, считали, что
первой должна узнать о нём Ленинградская партийная ор-
ганизация. Думаю, что вся партия примет это решение с
большим удовлетворением. Такую организацию опозорить,
сделать её неполноценной, сделать, чтобы каждый стеснял-
ся произносить, что он из Ленинградской организации, а
именйо этого добивались Берия и его сообщники. То, что
произошло в Ленинграде — это очень тяжело не только для
ленинградцев, но и для каждого из нас. Вот почему мы не
могли мириться с этим и приняли такое решение. Думаю,
товарищи ленинградцы, что решение ЦК нашей партии
даст вам ещё больше возможности теснее сплотить свои
ряды и занять ещё более достойную позицию в нашей пар-
тии, в нашей общей борьбе за реализацию всех решений
Центрального Комитета, за выполнение задачи, которая
поставлена великим Лениным перед рабочим классом, пе-
ред всем советским народом, — добиться построения ком-
мунистического общества в нашей стране. (Бурные, продол-
жительные аплодисменты. Все встают. Возгласы: "Да здрав-
ствует Центральный Комитет нашей партии!")
АП РФ. Ф. 52. Оп. 1. Д. 398. Л. 63-114.
Записка уполномоченного ЦК Андреева о пропаже
секретных документов в Госплане СССР
22 августа 1949 г.
Секретарю ЦК ВКП(б) тов. Пономаренко П. К.
В Госплане СССР концентрируется большое количе-
ство документов, содержащих секретные и совершенно
секретные сведения государственного значения, однако
сохранность документов обеспечивается неудовлетвори-
тельно. Учёт документов организован плохо, размножение

242
Приложения
их производится часто бесконтрольно. Секретные и совер-
шенно секретные документы иногда оставляются в рабочих
столах, пересылаются от одного работника к другому без
соответствующего оформления. Значительное количество
документов, поступающих в Госплан, не регистрируется.
Отсутствие надлежащего порядка в обращении с доку-
ментами привело к тому, что в Госплане СССР в 1944 г. про-
пало 55 секретных и совершенно секретных документов, в
1945 г. — 76, в 1946 г. — 61, в 1947 г. — 23 и в 1948 г. — 21,
а всего за 5 лет недосчитывается 236 секретных и совершен-
но секретных документов.
В числе документов, утраченных в 1944 г., значатся:
Государственный план восстановления и развития на-
родного хозяйства на 1945 г. (план капитальных работ),
№ 18104, на 209 листах.
Основные показатели плана производства (цветные ме-
таллы), фактическое выполнение плана за 1940 и 1943 гг.,
ожидаемое выполнение за 1944 г. и проект плана на 1945-
1946 гг., № 9007-1, на 4 листах.
Проект постановления ГОКО о восстановлении про-
мышленности и городского хозяйства в гор. Ленинграде,
№ 2152, на 28 листах.
О поставке металлорежущего оборудования предпри-
ятиям Наркомчермета во II кв. 1946 г., № 261, на 10 листах.
Полученный из СНК СССР проект о восстановлении
чёрной металлургии юга, № 8353, на 10 листах.
О плане производства промышленной продукции и вводе
в действие новых энергетических мощностей по Наркомату
электростанций в IV кв. 1944 г., № 8654, на 5 листах.
Выписка из проекта постановления о перспективном
плане строительства электростанций, № 9023, на 2-х листах.
Проект плана по труду на 1944 г., № 3002, на 7 листах.
В числе документов, утраченных в 1945 г., значатся:
О расчётахнефтеперевозок на 1945 г., № 128, на 3 листах.

243
В документе приводятся данные о пропускной способ-
ности нефтепроводов и об объёме перевозок по железнодо-
рожному, морскому и речному транспорту.
Перспективный план восстановления народного хозяй-
ства в освобождённых районах СССР, № 1521, одна книга.
О пятилетнем техническом плане на 1946-1950 гг.,
№ 7218, на 114 листах.
О плане перевозок нефти и нефтепродуктов в 1945 г.
водным транспортом, № 166, на б листах.
Об организации производства радиолокационных стан-
ций, № 4103; на б листах.
Записка о плане восстановления железнодорожного
транспорта в 1946-1950 г., № 7576, на 4 листах.
Баланс основных видов оборудования в пятилетнем
плане 1946-1950 гг., № 7737, на 7 листах.
О развитии добычи марганцевой руды на рудниках
Чиатурмарганец, Наркомчермета, № 2663, на 10 листах.
Записка о дальнейшем развитии механизации сельско-
го хозяйства, № 1568, на 61 листе.
О покупке в США за наличный расчёт оборудования, не-
допоставленного американцами, № 557, на 15 листах.
Проект постановления ГОКО о вывозе оборудования
из гор. Швибос № 2739, на 2 листах.
Письмо и проект распоряжения об организации произ-
водства корпусов морского снаряда 152 мм на бывшей не-
мецкой судоверфи в Шихау, № 11736, на 6 листах.
Записка к перспективному плану заготовок сельскохо-
зяйственных продуктов на 1946-1950 гг., № 6676, на 8 листах.
Постановление ЦК ВКП(б) об издании учебников для
школ Украинской ССР в 1945 г., № 5, на 1 листе.
Перечень вопросов, составляющих государственную
тайну и подлежащих засекречиванию в аппаратах уполно-
моченных Госплана СССР, № 3134, экз. № 2.
Инструкция по ведению секретной и совершенно секрет-
ной переписки работниками Госплана, № 3132, экз. № 17.

244
Приложения
В числе документов, утраченных в 1946 г., значатся:
Записка к материальным балансам и планам распреде-
ления на 1947 г., № 6676, на 21 листе. В записке содержатся
совершенно секретные данные: о нефтепродуктах, цветных
металлах, вещевом снабжении армии.
Баланс и план распределения материальных фондов
(цветных металлов и кабельных изделий на IV кв. 1946 г.),
№ 4124, на 95 листах.
Перечень поправок к пятилетнему плану на 1946-
1950 гг., № 363, на 59 листах. В документе приводятся от-
чётные данные по добыче нефти и производству всех видов
нефтепродуктов, по меди черновой, рафинированной,
свинцу, цинку, алюминию, магнию, никелю и ртути за 1940 и
1945 гг., а также планы добычи на 1946-1950 гг.
Справка о поправках Министерства цветной метал-
лургии к проекту народнохозяйственного плана на III кв.
1946 г., № 3026, на 2 листах. В справке содержатся дан-
ные о плане на 1946 г. и приводятся отчётные данные по
производству свинца, кобальта, меди рафинированной и
численности производственных рабочих по отраслям за
III кв. 1945 г.
О плане распределения нефтепродуктов на III кв.
1946 г., № 2402, на 3 листах. В документе приводятся дан-
ные о плане на II кв. 1946 г. и проекте плана на III кв. 1946 г.
В числе других нефтепродуктов приведены данные по авиа-
бензинам и авиамаслам.
Заключение по предложениям производственных отде-
лов Госплана об увеличении лимита капитальных работ и
объёма строительно-монтажных работ на 1947 г., № 6439,
на 10 листах. В документе приведено общее количество
предприятий, занятых производством средств радиолока-
ционной техники.
Комплексный план материально-технического обеспе-
чения по НКвоенморфлоту, НКтяжмашу, НКхимпрому,

245
НКтрансмашу, НКуглю, НКнефти и НКлесу, № 931, на
26 листах.
Комплексный план материально-технического обеспе-
чения Наркомцветмета, Наркомхимпрома и НКВД на I кв.
1946 г., № 391, на 88 листах.
Записка и проект постановления о балансах и планах
распределения чёрных и цветных металлов на II кв. 1946 г.,
№ 1497, на 3 листах.
Баланс чёрных металлов на III кв. 1946 г., № 2372, на
12 листах.
Об итогах выполнения народнохозяйственного плана
за январь 1946 г., № 1063, на 12 листах.
Справка о советско-иностранных предприятиях за гра-
ницей, № 675, на 4 листах. В справке указано количество со-
ветских и советско-иностранных предприятий в Германии,
Маньчжурии, Кореи с количеством работающих на них (без
указания профиля предприятия).
Записка о состоянии демонтажа, вывоза и использо-
вания оборудования и материалов с немецких и японских
предприятий, № 3072, на 4 листах.
Справка о потребности в донецком, кузнецком и челя-
бинском углях по отдельным маркам и сортам на 1947 г. по
Минавиапрому, № 34963, на 1 листе.
Баланс и план распределения чёрных металлов на II кв.
1946 г., № Ц38, на 18 листах.
Баланс жидкого топлива (смазочные масла) на III кв.
1946 г., № 2387, на 112 листах.
Проект постановления об общем плане перевозок по
железнодорожному, речному и морскому транспорту на сен-
тябрь 1946 г., № 2037, на 2 листах.
В числе документов, утраченных в 1947 г., значатся:
Справка о дефицитах по важнейшим материальным ба-
лансам, в том числе: по цветным металлам, авиационному
бензину и маслам, № 6505, на 4 листах.

246
Приложения
Справка о запасах топочного мазута в госрезерве,
№ 6187, на 1 листе.
О росте производительности труда и заработной платы
в промышленности за время войны, № 1246, на 17 листах.
Отчёт о работе радиолокационной промышленности за
первое полугодие 1947 г. (утрачена 11-я страница), № 11807.
В числе документов, утраченных в 1948 г., значатся:
Записка в правительство о мерах по развитию нефтяной
и угольной промышленности в 1947 г., № 522, на 10 листах.
В записке имеются данные о добыче нефти за 1940-1947 гг.,
о бурении скважин и вводе их в эксплуатацию, о капиталов-
ложениях, строительстве, мощностях и приведена дислока-
ция перерабатывающих заводов (авиационного бензина и
авиационных масел.
Письмо Министерства морского флота о перевозках
за 1947 г. и проект плана перевозок на 1948 г., № 2424, на
4 листах.
Записка о выполнении народнохозяйственного плана в
январе 1948 № 865, на 13 листах.
Проект плана по труду на 1949 г. по министерствам ма-
шиностроения № 3619, на 4 листах.
Проект постановления о балансе и плане распределе-
ния чёрных металлов, № 53, на 6 листах.
Проект постановления о балансе и плане распределе-
ния лесных материалов на 1948 г., № 703, на 4 листах.
В нарушение действующей инструкции по обеспечению
сохранения государственной тайны, секретный отдел неза-
конно списывал утраченные документы с работников, за ко-
торыми они значились, и не ставил в известность МГ СССР
о пропаже секретных и совершенно секретных документов.
Списывали документы, главным образом, по указанию зам.
председателя Госплана т. Купцова, ведающего работой се-
кретного отдела.
Ни один из сотрудников, виновных в утрате государ-
ственных документов не был привлечён к суду, как этого тре-

247
бует закон. Абсолютное большинство виновных не понесли
никакого наказания даже в административном порядке.
Уничтожение секретных документов производится в
Госплане без соблюдения установленных правил. В 1944 г.
начальник 3-го отделения секретного отдела Бесчастнов с
группой сотрудников составил акт об уничтожении боль-
шой количества документов, при этом 33 документа, чис-
лящихся по акту уничтоженными, оставил у себя и бес-
контрольно хранил до конца 1946 г. Среди эти документов
имелись: пятилетний план восстановления и развития на-
родного хозяйства СССР на 1946-1950 гг.; пятилетний план
восстановления и развития железнодорожного транспорта
на 1946-1950 гг.; материалы по балансу и распределению
фондов электроэнергии, твёрдого и жидкого топлива, чёр-
ных и цветных металлов на II кв. 1946 г., данные о накопле-
нии в госрезерве нефтепродуктов и другие.
Руководство Госплана не провело никакого расследова-
ния этого преступного дела и ограничилось объявлением
Бесчастному выговора. Более того, Бесчастнов позже был
выдвинут на должность зам. начальника секретного отдела.
В настоящее время Бесчастнов уволен из Госплана, причи-
ной к увольнению послужило также и то обстоятельство,
что он давал противоречивые сведения о своём отце, про-
живающем в США.
Следует также отметить, что архив Госплана СССР со-
держится в беспорядке, размещён в тесном и неудобном
для работы помещении. Архив не имеет ни одного квали-
фицированного архивиста, который мог бы заниматься
систематизацией и обработкой материалов, имеющих боль-
шое народнохозяйственное значение. Хранение и учёт важ-
нейших государственных документов в архиве Госплана не
исключают возможности злоупотреблений секретными ар-
хивными материалами.

248
Приложения
Считаю совершенно необходимым проведение офици-
ального расследования обстоятельств пропажи в Госплане
СССР секретных документов.
Вопрос о наведении порядка в работе секретного отде-
ла поставлен перед т. Сабуровым. Принимаются меры по
укреплению секретного отдела кадрами.
В настоящее время секретное делопроизводство в
Госплане проверяется сотрудниками МГБ СССР.
Такая же записка мною направлена тов. Маленкову Г. М.
Уполномоченный ЦК ВКП(б)
по кадрам в Госплане СССР
Андреев.
РГАСПИ. Ф. 17. On. 135. Д. 16. Л. 83-89.
Записка Н. А* Вознесенского И. В. Сталину
о пропаже секретных документов в Госплане СССР
1 сентября 1949 г.
ЦКВКП(б)
товарищу Сталину И. В.
Сегодня меня вызвали в КПК к тов. Шкирятову и сооб-
щили, что проверкой в Госплане установлена пропажа за
последние 5 лет 236 секретных и совершенно секретных
документов, что в Госплане не было порядка в хранении
секретных документов, а лица, виновные в их пропаже,
не отдавались под суд, как того требуют советские законы.
В связи с этим, даю своё объяснение ЦК ВКП(б).
1) Из фактов, о которых мне напомнили в КПК или со-
общили, так как некоторые из них мне не были известны,
я, конечно, вижу и признаю, что в Госплане был серьёзный
беспорядок в хранении секретных документов, порядка, ко-
торого требует закон, там не было, и виновные в потере до-
кументов, не привлекались к суду.
Мне было известно из сообщений тов. Купцова о том,
что в Госплане имели место факты утери документов: во вре-

249
мя войны, когда в Госплане была массовая проверка сохран-
ности документов, в 1948 году, когда была представлена за-
писка т. Купцовым, а также по отдельным его сообщениям.
2) Почему же я не принял решения о привлечении вино-
вных к суду, а ограничился административными взыскания-
ми и не сообщил об этих фактах в ЦК и Правительство?
Когда я пытаюсь осмыслить причины такого проступка,
мне приходится разграничить вопрос: почему я не сделал
этого тогда и как я понимаю это дело теперь? Тогда мне ка-
залось, что поскольку нет данных, что документы исполь-
зованы для разглашения государственной тайны и что о
фактах недостачи документов, как мне говорил Купцов, он
сообщает в Министерство Госбезопасности, я думал, что
можно поверить объяснениям виновных и ограничиться
административными взысканиями.
Теперь я понимаю, что этот обывательский подход
недопустим, что я допустил большую вину перед ЦК и
Правительством, что нельзя субъективным толкованием
подменять закон, что их надо выполнять неукоснительно и
что только суд и следствие компетентны решать данный во-
прос. Всё это теперь мне ясно потому, что после моего сня-
тия с работы, ценой больших переживаний я ликвидировал
свою болезнь — самонадеянность и самомнение, что всё
отношение к партийным и советским решениям, конечно,
стало по-настоящему обострённым и бдительным.
3) Все сказанное относится и к документу Купцова от
5.05.1948 года, где он сообщал об отсутствии ряда докумен-
тов, числящихся за разными ответственными работниками
Госплана. Моя вина в том, что, давая поручения Панову,
Купцову и Орешкину, я не дал прямого указания о привле-
чении виновных к суду, а когда Купцов докладывал мне этот
вопрос ещё раз устно, уже не предлагая передавать дело
в суд, я снова не проявил достоинства руководителя и не
предложил поступить строго по закону. В этом я допустил
нетерпимую беспечность и самонадеянность; других мыс-

250
Приложения
лей и намерений у меня не было. Что касается практики
"списывания" не найденных секретных документов по ре-
золюциям Купцова, с которыми я впервые ознакомился в
КПК, то заявляю, что такой практики я не заводил, о ней не
знал и был в полной уверенности, что на каждый не найден-
ный документ составляется надлежащий акт.
4) В нарушение соответствующей инструкции, в
Госплане руководство секретным отделом было возложено
на зам. председателя т. Купцова, а не на меня, как руководи-
теля учреждения. В этом я нарушил инструкцию, но никако-
го умысла здесь не было; мне казалось, что Купцов больше
сделает для наведения порядка, располагая большим вре-
менем и понимая вопросы секретного делопроизводства.
Как раньше, так и теперь, я, конечно, понимаю, что в ко-
нечном счёте ответственность несёт руководитель учреж-
дения. Понятно также теперь, что все меры, принимаемые
в Госплане к наведению порядка в хранении документов,
были недостаточны, так как не выполнено основное — ви-
новные не привлекались к суду.
5) Хочу объяснить также вопрос о потере документов
в секретариате председателя Госплана, о чём мне сообщил
тов. Шкирятов. Заявляю, что мне об этом не было извест-
но. Напротив, зав. секретариатом председателя Госплана
Филатов, в бытность мою председателем Госплана, заявлял
мне, что все документы, числящиеся за секретариатом, в по-
рядке; Купцов, или кто другой, также не сообщали мне о про-
паже документов. После снятия меня с работы, б[ывший]
зав. Секретариатом в Сов[ете] Министров Колотов гово-
рил мне, что он полностью рассчитался, а за Филатовым
числятся какие-то два второстепенных документа. Поэтому
это сообщение т. Шкирятова для меня было совершенно
неожиданным. Что касается двух документов (Косяченко и
Любимова), то они находились у меня в Совете Министров,
пользовался ими только я: запиской Косяченко о денежном
обращении в связи с подготовкой и проведением денеж-

251
ной реформы и справкой Любимова о соотношении про-
изводства боеприпасов в период первой и второй мировых
войн — при работе над итогами военной экономики. Когда
я уходил из Совета Министров, эти документы, как и мно-
гие другие, я передал Колотову для возвращения.
Вот что могу сообщить по этому тяжёлому делу, в кото-
ром я допустил большую вину.
Обращаюсь в ЦК ВКП(б) и к Вам, товарищ Сталин,
и прошу Вас простить мне мою вину, изложенную здесь.
Наказание, которое я уже получил, и нахождение длитель-
ное время без работы настолько потрясло и переродило
меня, что я осмеливаюсь просить Вас об этом и поверить,
что Вы имеете дело с человеком, который извлёк уроки и по-
нимает, как надо соблюдать партийные и советские законы.
Н. Вознесенский.
АЛ РФ. Ф. 3. Оп. 54. Д. 26. Л. 78-91.
Постановление Политбюро ЦК ВКП(б) о Судах чести
в министерствах СССР и центральных ведомствах
от 28 марта 1947 г.
1. Утвердить с поправками проект постановления Совета
Министров СССР и ЦК ВКП(б) "О Судах чести в министер-
ствах СССР и центральных ведомствах" (прилагается).
2. В первую очередь в двухнедельный срок органи-
зовать суды чести в Министерстве здравоохранения,
Министерстве торговли и Министерстве финансов.
3. В целях содействия делу воспитания работников го-
сударственных органов в духе советского патриотизма и
преданности интересам советского государства и высокого
сознания своего государственного и общественного долга,
для борьбы с проступками, роняющими честь и достоин-
ство советского работника, в министерствах СССР и цен-
тральных ведомствах создаются Суды чести.

252
Приложения
4. На Суды чести возлагается рассмотрение антипатри-
отических, антигосударственных и антиобщественных по-
ступков и действий, совершённых руководящими, опера-
тивными и научными работниками министерств СССР и
центральных ведомств, если эти проступки и действия не
подлежат наказанию в уголовном порядке.
5. Суд чести состоит из 5-7 человек. В члены Суда вхо-
дят работники министерства или ведомства, избираемые
тайным голосованием на собрании руководящих, оператив-
ных и научных работников министерства или ведомства,
а также представители партийной организации министер-
ства или ведомства и представитель ЦК профсоюза.
6. Право выдвижения кандидатов в члены Суда на собра-
нии работников министерства и ведомства предоставляет-
ся как партийной и профсоюзной организации, так и участ-
никам собрания. Вопрос о включении в список кандидатов
в члены Суда чести или об отводе из списка решается от-
крытым голосованием. Избранными считаются кандидаты,
получившие абсолютное большинство голосов. Министр и
руководитель ведомства в состав Суда чести не входит.
7. Члены Суда из своего состава избирают открытым го-
лосованием председателя Суда чести.
8. Суды чести избираются сроком на один год.
9. Решение вопроса о направлении дела в Суд чести
принадлежит либо министру или руководителю ведомства,
либо профсоюзной организации, либо парторганизации
министерства или соответствующего ведомства.
10. Рассмотрению дел в Суде чести должна предшество-
вать проверка фактов, проводимая членами Суда по пору-
чению председателя. Председатель Суда определяет, кто
должен быть вызван в качестве свидетеля. Обвиняемому
предъявляются результаты произведенной проверки и пре-
доставляется право просить председателя Суда о вызове но-
вых свидетелей, о затребовании документов и справок.

253
11. Рассмотрение дел в Суде чести производится, как
правило, в открытом заседании. Разбор дела в Суде чести за-
ключается в рассмотрении собранных по делу материалов,
выслушивании объяснений привлечённого к Суду чести и
свидетелей и проверке представленных доказательств. При
рассмотрении дела в Суде чести могут выступать по суще-
ству дела работники министерства или ведомства, присут-
ствующие на заседании суда.
12. Решение Суда чести принимается простым боль-
шинством голосов членов суда. В решении указывается су-
щество проступка и определённая судом мера наказания.
13. Суд чести может постановить: а) объявить обще-
ственное порицание обвиняемому; б) объявить обществен-
ный выговор; в) передать дело следственным органам для
направления в суд в уголовном порядке.
14. Привлеченному к Суду чести работнику решение
суда объявляется публично. Копия решения Суда чести при-
общается к личному делу работника.
15. Решение Суда чести обжалованию не подлежит.
Председатель Совета министров СССР
И. Сталин
Секретарь Центрального комитета ВКП(б)
А. Жданов.
РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 3. Д. 1064. Л. 32, 49-51.
Постановление Политбюро ЦК ВКП(б) о Суде чести
в аппарате ЦК ВКП(б) от 23 сентября 1947 г.
1. Считать необходимым иметь в аппарате ЦК ВКП(б)
Суд чести.
2. Установить состав Суда чести в количестве 7 человек.
РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 3. Д. 1066. Л. 53.

254
Приложения
Постановление Секретариата ЦК ВКП(б) о выборах
Суда чести в аппарате ЦК ВКП(б) от 26 сентября 1947 г.
1. Выборы Суда чести провести 29 сентября с. г. на
собрании работников аппарата ЦК ВКП(б). Поручить
тов. Кузнецову А. А. выступить на собрании с докладом о
создании Суда чести.
2. Утвердить контингент участников собрания по выбо-
рам Суда чести согласно приложению.
РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 116. Д. 320. Л. 86
Доклад секретаря ЦК ВКП(б) А. А. Кузнецова
на собрании работников аппарата ЦК ВКП(б)
по выборам Суда чести 29 сентября 1947 г.
(Неправленная стенограмма.)
На совещании присутствовали все члены Политбюро ЦК
ВКП(б) во главе с И. В. Сталиным.
Товарищи, как вам известно, по решению Совета
Министров Союза и Центрального Комитета партии, во
всех министерствах и центральных ведомствах созданы
Суды чести. Вопрос о необходимости организации Судов че-
сти встал после того, как Центральным Комитетом партии
было установлено наличие вреднейших пережитков капита-
лизма в сознании у некоторых слоев нашей интеллигенции,
пережитков, состоящих в низкопоклонстве и раболепии пе-
ред иностранщиной и буржуазной реакционной культурой.
Поэтому на Суды чести возложена задача воспитания работ-
ников государственных органов в духе советского патрио-
тизма, в сознании своего государственного и общественно-
го долга. На Суд возложена задача борьбы с поступками, ро-
нявшими честь и достоинство советского работника.
В закрытом письме Центрального Комитета партии о
деле профессоров Клюевой и Роскина значение Суда чести
определяется следующим образом: "Сочетание разбора кон-

255
кретных поступков людей с политико-воспитательной рабо-
той в процессе суда... (читает цитату)".
Суды чести рассматривают антипатриотические, ан-
тигосударственные и антиобщественные поступки и дей-
ствия, совершённые руководящими, оперативными и на-
учными работниками министерств Союза ССР и централь-
ных ведомств, если эти поступки и действия не подлежат
наказанию в уголовном порядке. Итоги выборов Судов
чести в министерствах и ведомствах, а также организация
проведения Суда чести в Министерстве здравоохранения
подтверждает правильность постановления правительства
и Центрального Комитета партии. Сейчас можно уже ска-
зать, что в итоге собраний среди работников министерств,
ведомств, научно-исследовательских институтов поднялась
дисциплина, поднялась бдительность, чувство ответствен-
ности за охрану интересов государства.
Центральный Комитет партии в своём письме, как мож-
но уже теперь его назвать, историческом письме, предупре-
дил, что дело профессоров Клюевой и Роскина является не
единичным и, стало быть, не случайным и явно свидетель-
ствует о серьёзном неблагополучии в морально-политиче-
ском состоянии некоторых слоев нашей интеллигенции,
особенно работающей в области культуры. Это положение
закрытого письма Центрального Комитета совершенно
правильно. Теперь можно сказать, что мы имеем немало
примеров раболепия со стороны, я бы сказал, большого ко-
личества руководящих работников наших министерств и
ведомств, как сейчас установлено.
Позвольте привести несколько примеров. Центральный
Комитет партии вскрыл пресмыкательство перед заграни-
цей и раболепие со стороны бывшего начальника гидроме-
теорологической службы Фёдорова. Достаточно сказать,
что все наши материалы, которыми мы располагаем в об-
ласти гидрометеорологической службы, в том числе совер-
шенно секретные разработки и данные, оказались в руках

256
Приложения
у англичан и американцев, причём английские и американ-
ские разведчики распоряжались в гидрометеорологической
службе как в своём собственном доме. Об этом хотя бы гово-
рят следующие факты: по далеко не полным данным, при-
ёмную Главного управления в разное время посетили пред-
ставитель военно-морского атташе — 88 раз, представитель
гидрометеорологической службы Америки — 55 раз, со-
трудники военной миссии — Беркенс 41 раз, Клойд — 20
раз... и т. д.
Дело дошло до того, что в этом министерстве была ор-
ганизована специальная комната, где эти разведчики рас-
поряжались как у себя дома и изучали все секретные мате-
риалы, причём и американцам и англичанам выдавались на
руки документы с грифом "Сов. секретно" и "Для служебно-
го пользования". Систематически им посылались информа-
ции, письма со сведениями секретного характера, причём
на таких же равных основаниях, как рассылались секрета-
рям Центрального Комитета нашей партии.
Решением Совета Министров и Центрального Комитета
партии Фёдоров снят с поста, лишен воинского звания гене-
рал-лейтенанта, и на днях над ним будет организован Суд
чести. В Министерстве сельского хозяйства начальник от-
дела Всесоюзного института растениеводства Шлыков не
так давно отправил одному из иностранцев, находящемуся
в Москве, образец многолетней люцерны. В своём письме
этому иностранцу Шлыков обещал дополнительно выслать
семена однолетней люцерны, но это ему не удалось сделать.
В Министерстве путей сообщения профессор Попов,
раболепствуя перед иностранщиной, опубликовал в амери-
канском журнале статью "Теория ортогональных фокусов".
Эта статья имеет очень серьёзное значение при расчёте
проектирования вагонов. И в этой статье Попов подроб-
нейшим образом изложил результаты своей работы, кото-
рые стали достоянием американцев.

257
Я не буду приводить факты, их вполне достаточ-
но и в Министерстве нефтяной промышленности, и в
Министерстве лесной промышленности, в Академии наук,
в целом ряде учебных и научно-исследовательских инсти-
тутов. Я не буду говорить сегодня на этом собрании об ис-
точниках раболепия и низкопоклонства среди некоторой
части нашей интеллигенции. Они подробно и всесторонне
изложены в закрытом письме ЦК.
В письме Центрального Комитета намечены и пути пре-
одоления этих пережитков и, прежде всего, воспитание ин-
теллигенции в духе советского патриотизма, преданности
интересам советского государства, борьба с благодушием,
ротозейством и усиление бдительности и, наконец, усиле-
ние партийно-политической работы в министерствах, ве-
домствах, вузах и научно-исследовательских институтах.
Чтобы выполнить эти задачи, осуществить коренной пере-
ворот в сознании значительной группы нашей интеллиген-
ции, развить в ней чувство советской национальной гор-
дости, развить независимость духа, понимание огромного
превосходства передовой советской культуры над культу-
рой буржуазной, находящейся в состоянии маразма и упад-
ка, нужно начать перестройку в самой партии, с её партий-
ного аппарата, в первую очередь с аппарата её верховного
органа — с аппарата Центрального Комитета.
Что требуется в этой связи в партийном аппарате
в целом и, в первую очередь, в аппарате Центрального
Комитета? Необходимо, прежде всего, ликвидировать в ап-
парате Центрального Комитета ряд крупных недостатков в
практике работы, добиться, чтобы руководящие работники
и в целом аппарат Центрального Комитета нашей партии
были бы на высоте задач, стоящих перед нами. Наш партий-
ный аппарат играет большую роль в усилении и улучшении
партийно-политической работы, в послевоенном восста-
новлении и дальнейшем развитии хозяйства и культуры на-
шей страны.

258
Приложения
От работы партийного аппарата, призванного неуклон-
но осуществлять политику ЦК ВКП(б), нашей партии, во
многом зависит укрепление экономической мощи нашего
государства, подъём материального и культурного уровня
нашего народа, чёткость и слаженность работы всех зве-
ньев нашего социалистического общества. Поэтому всемер-
ное улучшение деятельности партийного аппарата являет-
ся одной из первостепенных задач Центрального Комитета
нашей партии. Большую роль в деле улучшения работы на-
шего аппарата и воспитания его работников призван сы-
грать Суд чести в аппарате Центрального Комитета. Я не
сомневаюсь, что постановление Политбюро ЦК нашей пар-
тии об организации Суда чести в аппарате Центрального
Комитета будет единодушно поддержано нашим сегодняш-
ним собранием. (Аплодисменты.)
Аппарат Центрального Комитета партии — здоро-
вый, работоспособный, умеющий проводить линию своего
Центрального Комитета и драться за неё. Но моя задача за-
ключается не в том, чтобы говорить об успехах или дости-
жениях, или положительных сторонах деятельности аппа-
рата Центрального Комитета. Наоборот, моя задача состо-
ит в том, чтобы вскрыть с большевистской прямотой его не-
достатки, тем более что работники аппарата Центрального
Комитета являются людьми небезгрешными, а наш аппа-
рат, как вы знаете, обучает кадры на их собственных ошиб-
ках. Секретариат Центрального Комитета располагает
достаточным количеством фактов, свидетельствующих о
том, что ряд работников аппарата Центрального Комитета
допускает и антипатриотические, и антигосударственные,
и антиобщественные проступки, которые, после того, как
они вскрыты, обсуждаются в лучшем случае в узком кругу
на партийных собраниях отдела. Разбор таких проступ-
ков не используется для воспитания работников аппарата
Центрального Комитета партии в целом, а это нужно делать
хотя бы потому, что кое у кого из руководящих работников

259
аппарата ЦК сложилось неправильное мнение, что раз че-
ловек работает в Центральном Комитете, значит, его функ-
ция состоит только в том, чтобы контролировать и поучать
других, что он уже совершенство как коммунист и как дея-
тель партии. Такие товарищи забывают о необходимости
постоянного политического самосовершенствования и вос-
питания нашего актива. Нужно считать за большую честь
доверие работать в аппарате Центрального Комитета.
Руководящие работники аппарата ЦК должны быть
истинными патриотами нашей Родины, быть образцом
в борьбе за соблюдение государственных интересов, об-
разцом морали, дисциплины, ревностного отношения к
своему партийному долгу, т. е. быть по-настоящему высоко-
идейными партийными людьми. Каждый работник аппара-
та Центрального Комитета должен являть собой пример
для государственных служащих, а аппарат Центрального
Комитета партии в целом должен служить примером для
всех министерств и ведомств.
Партия всегда проявляла заботу о своём партийном ап-
парате, ибо партия всегда вела борьбу за чистоту её рядов
и, прежде всего, за чистоту её партийного аппарата. Между
тем некоторые маловоспитанные в партийном отношении
считают работу в Центральном Комитете обычной служ-
бой, а пребывание на работе в ЦК — как отбытие какой-то
повинности: отсидел положенные часы — ив сторону. Эти
люди забывают, что они руководящие работники партии, а
не чиновники, что не каждому активисту нашей партии вы-
падает честь и счастье работать в аппарате Центрального
Комитета. Для таких товарищей Центральный Комитет не
является святая святых, они не испытывают благородного
трепета, когда переступают порог этого здания.
Среди руководящих работников аппарата ЦК есть та-
кие товарищи, которых нельзя назвать чиновниками или
чинушами, но есть такие, которые недобросовестно от-
носятся к своему партийному долгу. А работу в ЦК нужно

260
Приложения
рассматривать не как службу, а как партийный долг. Они ра-
ботают не с полным напряжением сил, слабо или недоста-
точно контролируют приданные им участки работы, не из-
учают происходящие в стране явления, не делают соответ-
ствующих выводов, если можно так выразиться, допускают
в своей работе брак. Нужно всегда помнить, что казалось бы
на первый взгляд мелкой оплошностью или ошибкой, допу-
щенной тем или иным работником ЦК ВКП(б), — сразу же
отрицательно скажется на соответствующем участке рабо-
ты партии и государства. В подтверждение этому позвольте
привести ряд примеров.
Например, выпуск политически вредной брошюры
Гиля "Шесть лет с Владимиром Ильичом Лениным" нанёс
вред делу идейного воспитания трудящихся, потому что
брошюра представляет собою измышления, искажающие
историческую деятельность и образ Владимира Ильича.
Центральный Комитет партии установил, что в этом деле со
стороны Госполитиздата и ИМЭЛа, Управления пропаган-
ды и агитации ЦК ВКП(б) проявлена безответственность в
публикации материалов о Ленине, в нарушение постанов-
ления ЦК ВКП(б) от 5 августа 1938 года, запрещающего
опубликовывать без санкции ЦК книги, брошюры и вос-
поминания периода деятельности Владимира Ильича. Вот
что говорится в решении ЦК по поводу выпуска брошюры
Гиля: Тосполитиздат допустил грубейшую ошибку, издав
эту брошюру о Владимире Ильиче Ленине, зная к тому же,
что фактическим её основателем является Вербицкий —
литературный пройдоха, который в течение ряда лет спеку-
лировал на материале из жизни Владимира Ильича Ленина,
назойливо предлагая разным издательствам. Центральный
Комитет партии считает, что появление таких книг, как
книга Гиля, стало возможным лишь в результате того, что
Управление агитации и пропаганды ЦК ВКП(б) не осущест-
вляет должного контроля за изданием работ, посвященных
жизни и деятельности Владимира Ильича Ленина. Зав. от-

261
делом издательств Управления пропаганды и агитации ЦК
ВКП(б) Морозов, консультант отдела издательств Зиновьев
и зав. отделом пропаганды Ковалёв легкомысленно отнес-
лись к решению вопроса об издании книги Гиля, ограни-
чились некоторыми стилистическими поправками и санк-
ционировали её издание, не разобравшись во всём деле
по существу.
В Институте Маркса-Энгельса-Ленина-Сталина от-
сутствует элементарный порядок в таком важном деле, как
дача заключения на издание книг и брошюр, посвященных
жизни и деятельности Ленина. Визы на издание книг, по-
священных жизни Ильича, даются рядовыми сотрудниками
института, а не руководителями ИМЭЛа.
Центральный Комитет партии наказал виновных в этом
деле работников. Но я хочу на сегодняшнем собрании задать
вопрос, как охарактеризовать такие действия работников
аппарата ЦК партии, ИМЭЛа, допустивших непартийное от-
ношение к своему долгу, к своим обязанностям? Безусловно,
такие действия надо характеризовать как антигосударствен-
ные и антиобщественные проступки, поэтому те товарищи,
которые сомневаются ещё в том, а есть ли у нас такие дела,
которые можно будет обсуждать в Суде чести, убедятся, что
таких дел наберется достаточное количество.
Возьмём другой пример. Недавно Министерством го-
сконтроля был установлен антипатриотический и антиго-
сударственный факт со стороны ряда руководящих работ-
ников и учёных Главсевморпути, когда важнейшие работы
по изучению Севера, составляющие государственную тай-
ну, были переданы американцам. Американцам было пере-
дано 2000 экземпляров книг, брошюр и закрытых статей,
в которых были разглашены конкретные результаты науч-
но-исследовательских работ, произведённых в Арктике за
истекшие 25 лет. А вы знаете, как сейчас американцы ин-
тересуются Севером. Всё то, что мы знаем о Севере, — всё
передано американцам. Я не буду приводить эти примеры.

262
Приложения
Вот если бы работники аппарата Центрального Комитета
партии, которым надлежало организовать контроль за этим
учреждением, его по-настоящему осуществляли, чувствова-
ли бы ответственность перед партией и страной, проявля-
ли внутреннюю тревогу за судьбу нашей страны, а внутрен-
няя тревога всегда должна сопутствовать в нашей работе,
то, конечно, вовремя можно было бы предупредить всё это.
Но этого сделано не было.
Позвольте привести примеры из практики нашей вну-
трипартийной жизни, из практики внутрипартийной рабо-
ты. Неудовлетворительный контроль, я бы сказал, несвоев-
ременный контроль за деятельностью обкомов по вопросу
роста партии, привёл к тому, что сейчас установили нали-
чие погони за ростом в ущерб политической работе среди
коммунистов. Следует также сказать, что среди части руко-
водящих работников аппарата ЦК ВКП(б) имеет место не-
допустимая для членов партии, а тем более для работников
аппарата ЦК ВКП(б) распущенность, недостойное поведе-
ние. Два примера. Лектор Управления пропаганды и агита-
ции ЦК Кулагин не дорожил, видимо, высокой честью ра-
ботника Центрального Комитета и доверием ЦК и в конце
месяца был обнаружен работниками милиции в нетрезвом
виде раздетым и ограбленным в одном из московских до-
мов. Спрашивается — какой это работник Центрального
Комитета? Или инспектор Управления кадров Смирнов.
Во время пребывания в командировке, в Минске, связался
с женщиной лёгкого поведения и вёл себя так недостойно,
что минские работники МВД вынуждены были взять его в
отделение милиции. Можно было бы привести ещё факты,
но я считаю, что достаточно этого.
Имеет место немало фактов, когда работники аппарата
небрежно относятся к документам ЦК и даже их теряют.
Инспектор Отдела внешней политики Шкуров потерял в
бюро пропусков весьма секретный документ. Инспектор от-
дела кадров Сусляев при переходе из дома № 5/8 в дом № 14

263
в письменном столе оставил секретный документ, который
через месяц был обнаружен комендатурой охраны зданий
ЦКВКП(б).
Или следующий пример. 28 августа была проведена
проверка состояния хранения секретных документов.
В результате проверки была обнаружена в незакрытом
письменном столе тов. Романова общая тетрадь отгрузки с
пунктов налива горючего для промышленности и сельского
хозяйства в целом по Союзу, по краям и республикам. Этот
документ даёт возможность знать объём и место производ-
ства горючего, пропускную способность железных дорог и
потребление горючего областями для сельского хозяйства.
В Центральный Комитет партии, нужно понять, сходятся
данные о состоянии хозяйственной, советской деятельно-
сти, деятельности нашей партии и государства, о его обо-
ронных мероприятиях, о внешней политике и т. д. Поэтому
работа в аппарате ЦК ВКП(б), независимо от должности,
вся по своему характеру является секретной работой.
Каждый работник аппарата ЦК партии наряду с облада-
нием серьёзными политическими и деловыми качествами
должен быть бдительным, неболтливым, умеющим хргшить
государственную и партийную тайну. Это должно стать не-
отъемлемым качеством каждого руководящего партийного
работника. Нужно всегда помнить нам, что большевистская
бдительность — наше острое оружие в борьбе с врагом, не-
рушимый закон жизни советского народа. Я считаю, что
на сегодняшнем собрании нужно напомнить нашим работ-
никам, что обо всём этом было изложено в закрытых пись-
мах ЦК: от 18 января 1935 г. "Уроки событий, связанных с
злодейским убийством товарища Кирова", от 29 июля 1936
года — "О террористической деятельности троцкистско-зи-
новьевского контрреволюционного блока", от 13 мая 1935
года — "О беспорядках в учёте выдачи и хранении партби-
летов и мероприятиях по упорядочению этого дела", от 29
июля 1941 года — Директива Совнаркома и ЦК ВКП(б).

264
Приложения
Основная мысль этих писем — поднять настоящую
большевистскую революционную бдительность. На это со
всей силой указывал товарищ Сталин на февральско-мар-
товском пленуме Центрального Комитета партии в 1937
году. Товарищ Сталин говорил, что буржуазные государ-
ства, в каких бы они взаимоотношениях ни находились
между собой, постоянно засылают друг другу массу шпио-
нов. Поэтому нет основания полагать, что к нам засылают
шпионов меньше. Наоборот, буржуазные государства к нам
засылают шпионов в два-три раза больше, чем в любую бур-
жуазную державу.
В настоящее время буржуазная реакция в лице Америки
и Англии проводит всё более откровенную реакционную
политику в отношении нас. Америка рассчитывает при-
ложить все силы к осуществлению своего плана, и откры-
то призывает к новому походу против Советского Союза.
Империалистические государства, говорит товарищ
Сталин, не заинтересованы в том, чтобы СССР встал на
ноги и получил бы возможность догнать и перегнать пере-
довые капиталистические страны, и все силы прилагают
к тому, чтобы оказать давление на внешнюю и внутрен-
нюю политику.
В СССР ликвидированы эксплуататорские классы. Ни
в одной другой стране нет такой общественной силы, на-
родной партии, как в СССР, которые никогда не пойдут на
службу иностранным государствам. Поэтому своей главной
задачей в подрывной деятельности против нашей стра-
ны иностранная разведка ставит, прежде всего, обработку
отдельных наших неустойчивых работников. Вопрос об
усилении революционной бдительности, об усилении от-
ветственности за разглашение государственной тайны при-
обретает сейчас, в условиях сложившейся международной
обстановки, исключительное значение.
Между тем у нас, в аппарате ЦК, имеются работники, у
которых захватывает дух от желания поделиться новостями,

265
поделиться знанием вопросов, которые известны небольшо-
му кругу лиц. У нас, к сожалению, не перевелась и семейная
болтовня. Работники рассказывают дома обо всём, что дела-
ется в нашем аппарате. Расскажут свои новости жене, она
соседке, а соседка своей приятельнице — и сведения стано-
вятся достоянием широкого круга людей. Так было с реше-
нием Совета Министров Союза о повышении цен. Решение
совершенно секретное, но через семейную болтовню ста-
ло, прежде всего, достоянием населения Москвы. Я не хочу
здесь; никого обидеть или оскорбить, но я передаю то, что
говорят. Недаром говорят у нас — хочешь узнать новости —
поезжай на Можайку (в зале оживление, смех).
У нас в министерствах и центральных ведомствах про-
сто существует определённая группа людей, которая время
от времени, периодически, раз в неделю или раз в декаду
идут в Центральный Комитет партии проинформировать-
ся. Что значит проинформироваться? Узнать, что нового
по международной линии и т. д. Самые настоящие сплетни-
ки. А наши работники аппарата ЦК, не замечая этого, бол-
тают, о чём я скажу ниже. О людях, которые управляются
не их разумом, а языком, в своё время очень хорошо сказал
товарищ Сталин. Есть люди, говорил товарищ Сталин, ко-
торые имеют язык, умеют владеть и управлять им. Это люди
обыкновенные. И есть люди, которые сами подчинены сво-
ему языку и управляются им. Это люди необыкновенные.
(Смех.) Человек, которому дан язык не только управлять,
но и подчиняться, не будет в состоянии знать, когда и что
взболтнул. Такие есть люди и в аппарате ЦК, они не помнят,
болтали они или не болтали. Я ниже остановлюсь и на этих
людях, которые часто забывают о том, что они наболтали.
Работники, которые много болтают, не соображают,
что их сообщениями могут воспользоваться иностранные
разведчики, не хотят утруждать себя тем, что это может слу-
читься, что хотя бы сказанное и близкому для тебя челове-
ку может стать известным и для других. Нельзя забывать,

266
Приложения
что тайна, известная другому, хотя бы и близкому другу, уже
перестаёт быть тайной.
Товарищи, нам, работникам Центрального Комитета,
нужно иметь в виду, что иностранная разведка стара-
ется проникнуть к сердцу нашей партии — в аппарат
Центрального Комитета. Если разведке не удаётся поймать
в свои сети работника Центрального Комитета партии, она
обычно действует через родных или знакомых этого работ-
ника. Приведу несколько примеров. В этих примерах фигу-
рируют фамилии. Я не хочу заподозрить этих товарищей,
что они продались шпионажу и т. д., но раз я привожу эти
факты, придётся привести эти фамилии, они из аппарата
ЦК уволены.
В начале этого года слушательница курсов иностранных
языков при Политехническом музее некто Харламова, кото-
рая была связана с иностранной разведкой, молодая девица
по возрасту, она в доме своей матери познакомила с амери-
канским разведчиком Токарева, работающего в аппарате
ЦК. Что общего может быть между руководящим работни-
ком ЦК и разведчиком? Дальше выяснилось, что Токарев,
оказывается, пил с этим разведчиком и вёл с ним задушев-
ные разговоры, но об этом в ЦК партии никому не сооб-
щал. Почему, спрашивается, заинтересовалась им разведка?
Что он, красивый мужчина, чтобы интересно было с ним
познакомиться? Нет. Ему надо было через этого работника
узнать, что делается в Центральном Комитете. Второй при-
мер. В аппарате ЦК работал Калинин, который через сестру
был знаком с американской подданной, а эта американская
подданная работала в шпионаже, и этот Калинин система-
тически с ней встречался, находился даже в особой связи.
Разве можно работнику аппарата допускать такие вещи? Его
уволили. Я не знаю, что с ним было дальше. В аппарате ра-
ботал Червинцев, имел знакомство и связь не с маленьким,
а с большим работником посольства — секретарём англий-
ского посольства, с установленным разведчиком, и это зна-

267
комство скрыл от Центрального Комитета. Видите, как дей-
ствует разведка, если не через самих работников, то через
знакомых добивается нужных ей данных.
Недавно арестован и разоблачён как агент американ-
ской разведки директор Государственного издательства
иностранной литературы, работавший ранее заместителем
заведующего Управления пропаганды — Сучков. Сучков
на следствии показал, что, будучи враждебно настроенным
против Советской власти, завязал связь с американской
разведкой и был завербован американским посольством
для шпионской работы в Америке. В дальнейшем, как выяс-
нилось, на протяжении ряда лет он снабжал американскую
разведку шпионскими сведениями, которые были ему из-
вестны по работе в издательстве и в аппарате Центрального
Комитета партии.
Мне хотелось бы здесь остановиться и задать вопрос
тов. Александрову, если он присутствует на собрании, и тов.
Щербакову о том, какими партийными данными обладал
Сучков, что его выдвинули в аппарат ЦК? Почему он вдруг
попал в партийный комитет? Позвольте на несколько ми-
нут остановиться на его автобиографических данных.
Сучков 1917 года рождения. До середины 1941 года
учился, жизненного опыта не имеет. В партию вступил в
1941 году, в рядах партии не переварился, на низовой пар-
тийной работе не был и её не знает. Какой вывод можно сде-
лать? Для партийного аппарата такой человек не годится.
Правильно? (Голоса с мест. Правильно.) Почему, спрашива-
ется, он был взят в партийный аппарат тов. Александровым?
Взят он был в аппарат на руководящую работу, видите ли,
как человек, знающий иностранные языки, иностранную
литературу. Взят был в аппарат как специалист. Это не слу-
чайно брошено слово — специалист. Тов. Александров ча-
сто употребляет это слово, когда мы его на Секретариате ЦК
критикуем за плохую работу Управления. Он говорит —в
Управлении у меня 250 человек, большинство из них специ-

268
Приложения
ал исты. Я спрашиваю, с каких пор стали подбирать в аппа-
рат Центрального Комитета проявивших себя не как деяте-
ли партии, а как специалисты? Ещё 57 лет тому назад для
основоположников марксизма было ясно, что только одно
звание учёного не может служить основанием для руково-
дящей работы. В 90-х годах в "Социал-демократе" Маркс1
писал — пусть же они поймут, что их "академическое обра-
зование", требующее к тому же основательной критической
самопроверки, вовсе не дает им офицерского чина на соот-
ветствующий пост в партии, что в нашей партии каждый
должен начать службу с рядового.
Чтобы занять ответственный пост в партии, недоста-
точно только литературного таланта и теоретических зна-
ний, даже тогда, когда то и другое бесспорно налицо, но
что для этого требуется хорошее знакомство с условиями
партийной борьбы и полное усвоение её форм, испытание
личной верности и силы характера и добровольное включе-
ние себя в ряды борцов. Таким образом, что было ясно для
классиков марксизма 60 лет тому назад, неясно в наши дни
для некоторых руководящих товарищей, хотя они именуют
себя образованными марксистами.
Товарищ Сталин дал нам указание о принципах, кото-
рых мы должны придерживаться при подборе работников
в аппарат Центрального Комитета нашей партии. Таких
принципов товарищ Сталин назвал три. Первый — нуж-
но, чтобы работник, которого мы принимаем на работу в
Центральный Комитет нашей партии, знал хорошо работу
партийной организации и, прежде всего, областную пар-
тийную работу. Второй — был бы марксистски образован-
ным человеком. Третий — знал бы политику нашей партии,
а у нас, я уверен, есть в аппарате ЦК работники, которые
политику партии не знают, а сидят и воображают, что они
большие деятели, и поучают других. Вот, исходя из указа-
1 На самом деле цитата принадлежит Ф. Энгельсу (из его работы
"Ответ редакции "Sachsische Arbeiter-Zeitung"). — Прим. ред.

269
ния товарища Сталина и учитывая то, что у нас были нару-
шения, это можно сказать в порядке самокритики, партий-
ного принципа подбора в аппарат Центрального Комитета,
нам нужно посмотреть, нет ли у нас в аппарате просто спе-
циалистов, и не помочь ли этим товарищам стать настоя-
щими партийными работниками, если они хотят, послав
их на низовую работу, а кое-кого, видимо, надо будет пере-
дать по специальности. Я думаю, что вы с этим согласитесь.
(Голоса: Правильно.)
Как теперь признают товарищи, Сучкова выдвигали по-
тому, что он Александрову помогал доклады писать и нахо-
дился в приятельских отношениях.
Возвращаясь к делу Сучкова, надо поставить и второй
вопрос: была ли возможность его разоблачить, или это
был такой ловкий, замаскированный враг, что его трудно
было раскрыть. Оказывается, фактов было более чем до-
статочно для его разоблачения. Первое. В феврале 1943
года решением Центрального Комитета был закрыт журнал
"Интернациональная литература", редактором которого
был Сучков. Оказывается, издание этого журнала было пре-
кращено в связи с тем, что этот журнал стал проводником
англо-американской буржуазной литературы и наносил по-
литический вред Советскому Союзу, причём закрыт этот
журнал был не по инициативе работников Управления про-
паганды и агитации ЦК. Нет, закрыт он был по инициативе
покойного Александра Сергеевича Щербакова, и те товари-
щи, которые написали записку, как сейчас при следствии
установлено, они изложили в ней мысли, которые им были
сказаны. Я читаю записку: "В журнале публикуются главным
образом произведения англо-американских писателей, при
этом отбор материалов для печати крайне односторонний.
Из журнала изгоняются материалы с критикой англо-аме-
риканских порядков". Дальше, "журнал печатает большое
количество рассказов, очерков и статей иностранных и со-
ветских авторов...

270
Приложения
В ряде своих материалов журнал фактически солида-
ризируется с англо-американской печатью в оценке роли
Англии и Америки в нынешней войне против Германии".
'Установлены факты, когда редакцией журнала в публику-
емых произведениях делаются ошибки в духе англо-амери-
канской пропаганды. Идеализируя общественный строй и
условия жизни в Англии и Америке, журнал превратился
в рупор англо-американской пропаганды в нашей стране".
Так было установлено Центральным Комитетом. Позвольте
привести несколько выдержек из показаний Сучкова по
этому вопросу о журнале. Он показывает: "Представители
зарубежной литературы, зная о моем раболепии перед ино-
странщиной, о моей связи с иностранцами, протаскивали с
моей помощью в журнале „Интернациональная литература"
реакционные произведения и статьи. В результате моей пре-
ступной деятельности в советский журнал проникли произ-
ведения и другие литературные материалы, дезориентиру-
ющие советскую интеллигенцию и вносящие ложные пред-
ставления о буржуазной демократии и политике англичан и
американцев. Я напечатал в журнале „Интернациональная
литература" ряд произведений англо-американских писате-
лей, крайне идеализирующих, преувеличивающих военные
усилия Англии и Америки в нынешней войне. Советский
журнал стал широко использоваться иностранными раз-
ведчиками, маскирующимися под корреспондентов и пи-
сателей. Примером может служить напечатанная англий-
ским журналистом Джоном Р. (...) его корреспонденция
в журнале „Интернациональная литература"... (Читает.)
Как вы думаете, достаточный факт или нет, чтобы за это
не только снять, а исключить из партии, по крайней мере.
Оказывается, после этого т. Щербакову вносится предложе-
ние взять его в аппарат ЦК. Тот сказал, чтобы его на выстрел
не допускать к Центральному Комитету. Воспользовавшись
смертью т. Щербакова, всё-таки в аппарат ЦК его втиснули.
Это — Александров, Щербаков, Кузаков.

271
Что у нас делается в партийных организациях? После
снятия Сучкова с работы в журнале, в 1944 году, в сентя-
бре месяце, секретарь Московского комитета Соколов даёт
следующую характеристику Сучкову: "Работая редактором
журнала „Интернациональная литература" и зав. сектором
иностранной литературы, с работой справлялся". Видимо,
настала пора у Соколова спросить — на основании чего
он писал в ЦК такую характеристику, а наши работники
ЦК партии читают такие характеристики, видят, что здесь
лоЖь, и ничего не делают. У таких людей, как Щербаков (он
снят сейчас с работы), на первом плане стояло чувство това-
рищества к Сучкову.
Шкирятов. И чувство прикрытия.
Кузнецов. Второй факт — открытая связь Сучкова с
иностранцами: семейные вечера, на которых присутство-
вали иностранные корреспонденты, взаимные посещения,
главным образом в гостиницах и т. д. Если бы партийная
организация хоть немного бы поинтересовалась бытом
Сучкова, то сразу возник бы вопрос, почему он связан с ино-
странцами. Неправильно стали поступать партийные орга-
низации, когда перестали интересоваться бытом коммуни-
ста, его окружением. Я считаю это неправильным.
Третий факт — защита троцкиста Копелева, которо-
го арестовали в ноябре 1946 года. Сучков ходатайствовал
об освобождении его из-под ареста. Сучков учился вместе с
Копелевым в институте Ленина и вместе вёл антисоветские
разговоры. Сучков решил друга своего выручить и пишет
письмо прокурору т. Афанасьеву. Последний вызвал Сучкова
и говорит ему: ты неправильно поступаешь, я пошлю доку-
мент в Центральный Комитет т. Маленкову. Сучков, желая
предотвратить события, прибегает к Кузакову и говорит: я
как будто допустил ошибку, нужно ли мне писать объясне-
ние? Тот говорит: может быть, тебя вызовут? Оказывается,
Щербаков его вызывал, пожурил по-товарищески, и на этом
всё кончилось. Я после интересовался, знал ли кто об этом

272
Приложения
письме. Оказывается, не знали — скрыли от секретаря ЦК,
что было такое письмо. Четвёртый факт — его антисовет-
ские разговоры. Как после установлено, многие товарищи
знали, что Сучков вёл антисоветские разговоры, но молчали.
Пятый факт — чрезмерная его пытливость. Оказыва-
ется, когда он работал в издательстве, то имел задачу обхо-
дить все управления для выяснения новостей, чтобы сразу
после этого тёпленькие вести нести в американское по-
сольство. Благодаря чрезмерной болтливости ряда руково-
дящих работников ЦК Сучков многое узнавал и передавал
американцам. Например, от руководящих работников он
узнал о направлении ряда работников на заграничную ра-
боту, называл конкретные фамилии. А потом удивлялись —
почему проваливаются наши люди. Потому что знали зара-
нее, кто куда едет. Так, от Кузакова и Щербакова узнавал о
важнейших проблемах, которые решаются в нашей стране,
и сразу же передавал американцам. Речь идёт об атомной
продукции. От тов. Еголина и тов. Владыкина узнал о тяжё-
лом продовольственном положении в Молдавии, о случаях
смертности от голода среди населения. Они между собой
вели переговоры, он в это время пришёл и услышал.
Дело Сучкова и ряд приведённых мною примеров го-
ворят о неблагополучии в отдельных звеньях аппарата
Центрального Комитета. Из этого мы должны сделать со-
ответствующие выводы и, прежде всего, поднять бдитель-
ность. Бдительность должна явиться необходимым каче-
ством советских людей. Она должна являться, если вы хоти-
те, нашей национальной чертой, заложенной в характере
русского советского человека. И в первую очередь, ею долж-
ны обладать наши партийные работники. Бдительность
должна находить своё выражение в каждом действии пар-
тийного работника в любой обстановке — в какой бы ему
ни приходилось работать, в каждом шаге практической де-
ятельности, в повседневной жизни и быту. Бдительность
должна заключаться в той тщательной проверке людей,

273
с которыми работает или с которыми общается тот или
иной партийный работник. Бдительный человек постоян-
но думает о том, каковы могут быть последствия тех или
иных его собственных действий или действий других лю-
дей. Нужно свято хранить государственную тайну. Тот, кто
не умеет её хранить, может оказаться ценной находкой вра-
гу и стать его пособником. Нужно помнить, что иностран-
ные разведки из всех сил стараются выведать наши государ-
ственные секреты и с этой целью используют болтливость,
бахвальство, ротозейство некоторых наших работников.
Таковы, товарищи, факты. Из них видно, как нам нуж-
но крепко подтянуть наш аппарат, а работникам аппарата
ЦК предъявить к себе более повышенные требования. Нет
сомнений, что в этом деле большую помощь Секретариату
ЦК окажет Суд чести, в состав которого вы, несомненно,
изберёте достойных работников. Нужно, чтобы ещё более
активизировали свою деятельность наши партийные орга-
низации управлений и отделов, нужно всемерно развивать
и поддерживать здоровую критику, добиваться, чтобы боль-
шевистская критика и самокритика звучала в нашем аппара-
те смело, громко.
Позвольте, товарищи, выразить уверенность, что вы
из сегодняшней критики Секретариата ЦК нашей партии
сделаете соответствующие большевистские выводы и при-
ложите все силы к тому, чтобы аппарат ЦК работал так об-
разцово, как этого требует от нас товарищ Сталин. (Бурные
аплодисменты.)
РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 121. Д. 616. Л. 6-28.
Даниил Гранин. Запретная глава.
Из "Блокадной книги" А. Адамовича и Д. Гранина
Случилось это в 1978 году. Гранину согласился
дать интервью председатель Совета Министров СССР
А. Н. Косыгин.

274
Приложения
...Косыгин существовал для меня издавна. На портретах,
которые мы носили во время демонстрации, на портретах,
которые вывешивали шеренгами по улицам: все в одинако-
во чёрных костюмах, одинаковых галстуках, разница была в
золотых звёздочках Героев — были с одной, были с двумя.
Годами, десятилетиями они пребывали, не старея. На экра-
нах телевизоров, неизменно благожелательные и строгие,
они, тоже шеренгой, появлялись в президиуме, вместе на-
чинали аплодировать, вместе кончали. Что мы знали о них,
об их характерах, взглядах, пристрастиях? Да ничего. Ни
про их друзей, ни про детей. Не было слышно, чтобы кто-то
из них когда-нибудь покупал что-то в магазине, ехал в трол-
лейбусе, беседовал с прохожими, ходил в кино, на концерт,
сам по себе, просто так.
Индивидуальность скрывалась тщательно.
Впрочем, Косыгин чем-то отличался. Пожалуй, его
отличала хмурость. Он её не скрывал, и это привлекало.
Хмурость его шла как бы наперекор общему славословию,
болтовне, обещаниям скорых успехов.
Из мельчайших чёрточек, смутных ощущений мы, ни о
чём не ведающие винтики, накапливали симпатию к этому
озабоченному работяге, который силится и так и этак вы-
тащить воз на дорогу.
...Под коротким седым ёжиком лицо узловатое, давно
усталое, безулыбчивое. Никаких предисловий, делови-
тость человека, привыкшего быстро решать, а не просто
беседовать.
Но мне^го надо было именно беседовать, заняться вос-
поминаниями, мне надо было сбить его деловитость.
Поэтому вместо вопросов я принялся осматривать ка-
бинет. Нарочито глазел, как бы по-писательски, не скрывая
любопытства. Дубовые панели вдоль стен, могучий старо-
модный письменный стол в глубине, ковровые дорожки, тя-
жёлые кресла. Чем-то этот просторный кабинет и высокие
окна, и вид из них показались знакомыми. Как будто я видел

275
все это, но когда?.. Он уловил моё замешательство. "Да это
же кабинет Сталина", — подсказал мне Косыгин.
Вот оно что! Тогда ясно. Сколько навидались мы фото-
графий, кинофильмов, где Сталин, попыхивая трубочкой,
прохаживался по этой дорожке, вдоль этого стола. Годами
он работал здесь.
...Всё во мне насторожилось, напряглось, словно бы
шерсть вздыбилась.
— М-м да-а, — протянул я с чувством, где вместо востор-
га било то, в чём я сам не мог разобраться. Косыгин бросил
на меня взгляд, линялые его глазки похолодели.
Мы сели за маленький столик поблизости от входа,
подальше от того рабочего письменного стола. Втроём.
Косыгин, Б-ов и я. На столике стоял белый телефон. Ни
разу за весь вечер никто не отвлёк нас звонком, никто
не вошёл.
Я достал магнитофон, небольшой испытанный магнито-
фон, который безотказно послужил нам уже в сотне встреч.
Но Косыгин отвергающе помотал головой.
— Нельзя! Почему? — я недоуменно уставился на него.
"Нельзя", повторил он именно это слово. "А от руки записы-
вать карандашом?" — Это можно. И предупредил, что когда
запись будет обработана, прежде чем включать в книгу, он
просит обязательно дать её ему прочесть. И ещё: поменьше
упоминать его личные заслуги, не выпячивать его роль.
Всё это было изложено сухо, бесстрастно и без каких бы
то ни было пояснений. С самого начала мне давали понять:
всё это не так просто, извольте соблюдать.
Он испытующе подождал, не откажусь ли я?..
Итак, что меня интересует? Я перечислил вопросы.
Один из них касался октябрьских дней 1941 года в
Москве, самых критических дней войны. Москва поспеш-
но эвакуировалась, в Куйбышев отбыл дипломатический
корпус, отправили артистов. Академию наук, наркомов...
Из руководителей остались Сталин, Маленков, Берия и он,

276
Приложения
Косыгин. Между прочим, организуя отправку, Косыгин на-
значил Николая Алексеевича Вознесенского главным в пра-
вительственном поезде.
Вознесенского такое поручение рассердило, характер
у него был крутой, его побаивались, тем более что он пре-
бывал в любимцах у Сталина. Сталин его каждый вечер
принимал. Вознесенский пригрозил Косыгину, что пожа-
луется на это дурацкое назначение. Следует заметить, что
Вознесенский был уже кандидатом в Политбюро, а это мно-
го значило.
— Я не отступил, и Вознесенский вскоре сдался: чёрт с
тобой, буду старшим. А я не боялся, мы с ним друзья с ленин-
градских времен...
Косыгин вдруг замолчал, сцепил пальцы, останавливая
себя.
Мало уже кто слыхал про Вознесенского. Сделали всё,
чтобы имя это прочно забыли. Как и "Ленинградское дело".
Не было такого, и следов нет.
Тем более, что делу этому не предшествовала борь-
ба мнений, оппозиция, никого не разоблачали. Да и
разоблачать-то было нечего. Не было публичного процесса.
Уничтожили втихую. Наспех заклеймили, прокляли, но тол-
ком никто не понимал, за что, почему.
Значит, они были друзья... Вознесенский Николай
Алексеевич, один из самых образованных и талантливых
в том составе Политбюро. "Один из" — это я по привыч-
ке. Просто самый образованный, талантливый, знающий
экономист.
Заодно уничтожили и брата его, министра просвещения
РСФСР, бывшего ректора Ленинградского университета, и
сестру, секретаря одного из райкомов партии Ленинграда,
всю их замечательную семью. Всех подверстали к ленин-
градским руководителям — П. Попкову, Я. Капустину,
А. Кузнецову, в то время уже секретарю ЦК. Происходило
это спустя четыре года после войны. В 1949-1950 годах. Те,

277
кто вернулся оттуда в шестидесятые годы, случайно уце-
лев, рассказывали мне, как пытали и Кузнецова, и других.
Добивались от них, чтобы признали заговор, будто собира-
лись создать российское ЦК, сделать Ленинград столицей
России, противопоставить, расколоть партию...
Словом, даже для того времени — бредовина, состря-
панная кое-как. Преподносил её в Ленинграде на активе
Маленков, не заботясь о правдоподобии, — наплевать,
сожрут.
Кто там с кем боролся за власть — Маленков с Берией,
оба ли они против Вознесенского, не разбери-поймёшь.
Убрать Вознесенского устраивало и остальных, поскольку
Сталин прочил его в преемники, механика клеветы была
отработана.
Косыгин, конечно, знал подноготную тех страшных
репрессий, что опустошили Ленинград, перекинулись и на
Москву, и на другие города. Брали бывших ленинградцев, и
не только их. Косыгин уцелел чудом, почти единственный
из "крупных" ленинградцев. В ту зиму 49-50-х годов за ним
могли прийти, взять его в любую минуту. Внешне он оста-
вался на вершине власти, его чтили, боялись, сам же он
жил день и ночь в непрестанном ожидании ареста. Смерть
предстояла совсем иная, чем наша фронтовая, солдатская, с
пулевым присвистом или снарядным грохотом, отчаянная
или нечаянная, и другая, чем блокадная — обессиленно^ги-
хая, угасание... Он^го хорошо знал, что вытворяли с его дру-
зьями, про ту пыточную, издевательскую...
Понимал ли он гнусность происходившего? Или всё
простил за то, что его минуло? Нет, вроде не простил... Но
оправдывал ли Сталина? Чем мог его оправдать? Позволял
ли себе думать об этом? Что же, гнал от себя недозволенные
мысли, чтоб не мешали работать? С годами привык гнать,
ни о чём таком не задумывался? Куда ж они деваются, при-
давленные сомнения, загнанные в подполье мысли, во что
превращаются старые страхи?

278
Приложения
Ничего нельзя было прочесть на его твёрдом, опрятно
прибранном лице.
— За что же его так, — начал я про Вознесенского, —
если Сталин его привечал, то почему же...
Но тут Косыгин, не давая мне кончить, словно бы и не
было паузы, словно бы я помешал ему, сделал останавлива-
ющий жест и продолжал свой рассказ.
Позже я понял значение этого предупреждающего
жеста...
В Ленинград он вновь прибыл в январе 1942 года.
Решилось это под Новый год. 31 декабря к Косыгину зашел
П. Попков, в то время председатель Ленгорисполкома.
Приехал он в Москву в командировку. С Косыгиным они
дружили — земляки, да к тому же Косыгин сам когда-то
работал в Ленинграде на той же должности. За разгово-
ром припозднились, и Косыгин предложил поужинать
вместе. В это время позвонил Вознесенский, спрашива-
ет: где будешь Новый год встречать? "Не знаю". "Давай у
меня дома". "Хорошо, но я с Попковым приду". "Годится".
Договорились, поехали к Вознесенскому, поужинали у
него, хозяин предложил посмотреть какую-нибудь коме-
дию. Всё же Новый год. Отправились в просмотровый зал
на Гнездниковский переулок.
Сидят, смотрят, смеются, вдруг появляется дежурный:
Косыгина к телефону. "Вас товарищ Сталин вызывает".
Действительно, Сталин его разыскал, спрашивает, что он,
Косыгин, делает? Кино смотрит? С кем смотрит?
Выслушал, помолчал, потом спрашивает — каким обра-
зом вы вместе собрались?
Косыгин подробно объяснил, как происходило дело.
Сталин говорит: "Оставь их, а сам приезжай к нам".
Косыгин приехал. Было часа три ночи. У Сталина сидели
за столом Маленков, Берия, Хрущёв, ещё кто-то. Выпивали.
Настроение было хорошее. Берия подшучивал над тем, как
лежали в канаве. И тут Сталин сказал: "Неплохо бы вам,

279
Косыгин, в Ленинград поехать, вы там всё знаете, наладить
надо эвакуацию".
— Так состоялось мое назначение.
— Ну и ну, — сказал я. — Хорош Сталин, что ж это он
на каждом шагу подозревал своих верных соратников?
У меня это вырвалось непроизвольно, я был полон ис-
креннего сочувствия к Косыгину.
Он помрачнел и вдруг с маху ударил ладонью по столу,
плашмя, так что телефон подпрыгнул.
— Довольно! Что вы понимаете!
Окрик был груб, злобен, поспешен. Весь наш разговор
никак не вязался с такой оплеухой.
Меня в жар бросило. И его бескровно-серое лицо пошло
багровыми пятнами.
Б-ов опустил голову. Молчание зашипело, как под иглой
на пластинке. Я сунул карандаш в карман, с силой захлопнул
тетрадь. Пропади он пропадом, этот визит, и эта запись, и
эти сведения. Обойдёмся. Ни от кого начальственного хам-
ства терпеть не собираюсь.
Но тут Косыгин опередил меня, не то чтобы улыбнул-
ся, этого не было, но изменил лицо. Качнул головой, как бы
признавая, что сорвался, и сказал примирённо:
— О Сталине лучше не будем. Это другая тема.
И сразу, без перехода, стал рассказывать о том, как го-
товился уехать в блокадный Ленинград в январе 1942 года,
как собирал автоколонны для Дороги жизни, обеспечивал их
водителями, ремонтниками, добывал автобусы, нельзя же в
стужу везти по озеру детей и женщин в открытых грузовиках.
Записывал я машинально, всё ещё не мог прийти в себя.
На кой он выдал мне эту историю про Сталина, мог же по-
нять, что любой слушатель на это отозвался бы так же. Если
у тебя болит, так какого чёрта ковыряешь?
Сталинист он или кто? В самом деле, почему он ни-
чего не изменил в этом кабинете, всё оставил, как было?
Почитает? Боится?

280
Приложения
Исподлобья по-новому я озирал громоздкую мебель ка-
бинета, угрюмо-добротную, лишённую украшений и при-
мет, торжество канцелярского стиля... Массивная дверь в
глубине, позади письменного стола, откуда, бесшумно сту-
пая в мягких сапожках, появлялся вождь народов. Спустя
четверть века дух его благополучно сохранился и мог при-
вольно чувствовать себя среди привычной обстановки. Есть
ли они, духи прошлого, обитают ли они в местах своего жи-
тия, — не знаю, какая-то чертовщина всё же действует, для
меня ведь что-то витало, для нынешнего хозяина тем более
многое должно было оставаться. Он-то наглядно представ-
лял, как решались здесь судьбы того же Вознесенского, и
Попкова, и Кузнецова, и всех остальных тысяч, уничтожен-
ных по "Ленинградскому делу", как обговаривали здесь вы-
селение калмыков, чеченцев, балкар с родных мест, прове-
дение разных кампаний то по борьбе с преклонением, то с
космополитизмом, то со всякими Шостаковичами, зощенка-
ми, ахматовыми.
Господи, какие молитвы и какие проклятия неслись к
стенам этого респектабельного кабинета из всех тюрем, ла-
герей, эшелонов. Кровавые призраки прошлого, они блуж-
дали здесь и поныне неприкаянные, куда же им деваться?
Звенели телефоны, шелестели бумаги, заседали министры,
замы, референты, секретари приноровисто двигались
сквозь бесплотные видения.
Минувшее действовало незаметно, как радиация.
Сталинист, не сталинист — такое упрощённое опре-
деление не годилось. Он вспылил необязательно из-за
Сталина, тут ведь тоже вникнуть надо: вам излагают факты,
преподносят случай разительный, вот и толкуйте его, как
хотите. Но не вслух! И не требуйте выводов! Факты святы,
толкование свободно... Это не то чтоб осторожность, это
условие выживания. Не трактуй, и не трактован будешь.
Усвоено, стало привычкой, вошло в кровь.

281
Любые сомнения в правоте вождя опасны. Чем выше
поднимаешься, тем осмотрительней надо держаться, тем
продуманней вести себя. Взвешивай каждый жест, взгляд.
Оплошка приводила к падению, а то и к гибели. Недаром
большая часть членов Политбюро погибла.
Выучка обходилась дорого. Личность по мере подъёма
состругивалась, исчезала. Когда-то Фёдор Раскольников до-
вольно точно описал, как Сталин растаптывал души своих
приближенных, как заставлял своих соратников с мукой и
отвращением шагать по лужам крови вчерашних товари-
щей и друзей.
Страху хватало. На всех. Ни с того ни с сего высовыва-
лись чудовищные морды подозрений: а не агент ли ты чей-
нибудь?.. Страх сковывал самых честных, порядочных.
"Вот и вся хитрость — запугивали. Все боялись", — под-
хватывают молодые, и в голосе их звучит пренебрежение.
Попробуй объяснить, что, кроме страха, была вера,
были обожествление, надежда, радость свершений, —
сколько всякого завязалось тугим узлом.
Моему поколению и то не разобраться, следующие и во-
все не собираются вникать. 'Уважать? — спрашивают мо-
лодые. — За что? Предъявите!" Упрощают самонадеянно,
обидно, несправедливо, но, наверное, так всегда обходятся
с прошлым. Оно или славное, или негодное.
— Отношения Сталина и Жданова к тому времени стали
неважными, — как бы невзначай бросил он. — Это Берия
постарался...
Разговор коснулся продовольственных поставок, что
шли через Микояна.
Тут тоже, как я понял, сказались трения между Микояном
и Ждановым, не случайно Жданов жаловался Сталину на
Микояна. От всего этого возникали дополнительные труд-
ности в снабжении города, Косыгину приходилось манев-
рировать, учитывать сложные взаимоотношения вождей...

282
Приложения
Из записки В. С. Абакумова И. В. Сталину
в связи с заявлением следователя Рюмина
5 июля 1952 г.
ЦКВКП(б)
Товарищу СТАЛИНУ И. В.
В связи с поданным на Ваше имя заявлением тов.
Рюмина даю Вам своё объяснение.
О необходимости ареста Этингера первый раз во-
прос был поставлен перед ЦК ВКП(б) 18 апреля 1950 года
№ 6669/А. В этом документе докладывалось, что Этингер
антисоветски настроен, является еврейским национали-
стом и неоднократно допускал вражеские выпады против
вождя, что было зафиксировано оперативной техникой.
Санкции на арест получено тогда не было.
В ноябре 1950 года, 16 числа за №7278/А я вторично
направил записку в гор. Сочи с просьбой разрешить аре-
стовать Этингера. Товарищ Поскрёбышев А. Н. мне позво-
нил и передал, что эту записку смотрел, и она направлена в
Москву товарищу Булганину Н. А., от которого и получите
соответствующие указания. На следующее утро мне позво-
нил товарищ Булганин Н. А., сказал, что он получил письмо
в отношении Этингера, и спросил, как быть? Я ему ответил,
что Этингер большая сволочь и его следует арестовать, по-
сле чего товарищ Булганин Н. А. дал согласие на арест, и
18 ноября Этингер МТБ СССР был арестован.
После ареста Этингера я его допрашивал в присут-
ствии начальника 2 Главного Управления МТБ СССР
тов. Шубнякова Ф. Г. и зам. начальника отделения этого
Управления тов. Тангиева Н. А., которые подготавливали
арест Этингера.
После того, как я вспомнил, что при этом допросе при-
сутствовали тов. тов. Шубняков и Тангиев, я 5 июля их спро-
сил об этом. Они подтверждают, что действительно при до-
просе мною Этингера они присутствовали.

283
В процессе допроса я требовал от Этингера, чтобы он
правдиво рассказал о своей вине. Он отнекивался и заяв-
лял, что не виноват и арестован зря. Я продолжал требо-
вать, чтобы он рассказал о своих преступлениях и тогда
Этингер заявил, что он пользовался доверием, лечил зам.
министра государственной безопасности Селивановского и
даже приглашался для консультаций вместе с профессором
Виноградовым к больному тов. Щербакову А. С.
В связи с этим я, несколько пошло, Этингеру сказал, что
ему следует рассказать о своей вине и в этом деле, как он за-
мочил Щербакова. На это Этингер заявил, что здесь он ни
в чём не повинен, ибо Щербаков А. С. был крайне больным
человеком, причём Этингер тогда стал объяснять, в чём за-
ключалась серьёзность болезни Щербакова А. С. и что его
основным лечащим врачом являлся профессор Виноградов.
Почему на допросе Этингера я затронул этот вопрос?
Мне было известно из агентурных сводок и от некото-
рых сотрудников, кого именно не помню, что многие ев-
рейские националисты считали, что якобы по указанию
Щербакова А. С. удаляли евреев из наиболее важных ве-
домств. Имея это в виду, а также то, что арестованный
Этингер сам являлся еврейским националистом и что он
бывал как врач у Щербакова А. С, я и счёл необходимым
задать ему этот вопрос, желая выяснить, не причастен ли
Этингер к каким-либо злонамеренным действиям в отноше-
нии Щербакова А. С, хотя никаких данных, которые под-
тверждали бы это, у меня не было.
Далее я спросил, знает ли Этингер, кто его допрашива-
ет. Когда он ответил, что не знает, я сказал, что допрашива-
ет его Министр государственной безопасности и что у него
есть возможность начать правдиво рассказывать обо всём,
в чём он виноват, — так будет для него же лучше. Этингер
продолжал отрицать, и я, как помнится, ему сказал — пой-
дите в камеру, подумайте и, когда вас вызовут на допрос,
обо всём рассказывайте.

284
Приложения
Вести допрос Этингера в Следственной части по осо-
бо важным делам было поручено одному из старших сле-
дователей — товарищу Рюмину, которому 2-е Главное
Управление передало разработку и другие имеющиеся ма-
териалы на Этингера и обязано было, по существующим в
МГБ порядкам, ориентировать следователя обо всех осо-
бенностях этого дела.
Спустя несколько дней зам. начальника Следственной
части по особо важным делам тов. Лихачёв доложил мне,
что арестованный Этингер начинает рассказывать о сво-
их антисоветских националистических настроениях. При
этом тов. Лихачёв, насколько помню, сказал, что Этингер
недостаточно ясно, но говорит, что мог бы лучше лечить
тов. Щербакова А. С, после чего я предложил тов. Лихачёву
вместе со старшим следователем Рюминым привести ко мне
на допрос Этингера.
На допросе Этингер действительно стал говорить мне,
хотя и недостаточно внятно, путано, что у него имелись
антисоветские националистические настроения, что он за-
являл среди своего близкого окружения о существующем
в СССР притеснении евреев и высказывал намерение вы-
ехать в Палестину. После этого я потребовал от Этингера
рассказать, как он преступно вёл лечение товарища
Щербакова А. С. Этингер в ответ заявил, что ничего осо-
бенного по этому вопросу сказать не может и что вообще
о Щербакове А. С. он стал кое-что говорить потому, что у
него на следствии требуют показания об этом. Я его вновь
спросил — говорите прямо, конкретно и приведите факты,
как вы неправильно лечили Щербакова А. С. Этингер опять-
таки, как и на первом допросе, заявил, что Щербакова А. С.
постоянно лечил профессор Виноградов, а он приглашался
лишь периодически, вместе с Виноградовым.
Я потребовал от Этингера, чтобы он повторил те показа-
ния, которые давал до этого старшему следователю Рюмину.
Как заявил Этингер, следователю он говорил о том, что мог

285
бы настаивать, чтобы Щербаков А. С. имел больше покоя,
но на самом деле Щербаков А. С. имел такой покой. Правда,
сказал Этингер, Щербаков А. С. был не очень послушным
пациентом. При этом Этингер привел пример, когда 9 мая
1945 года, в День Победы, Щербаков А. С. выехал из дома и
врачи только после узнали об этом.
Далее Этингер сказал, что следователю он рассказывал
по поводу препарата, якобы неправильно применявшегося
при лечении Щербакова А. С. На самом же деле, как утверж-
дал: Этингер, этот препарат не мог принести никакого вре-
да. Тогда же Этингер вновь стал объяснять мне серьёзность
болезни Щербакова А. С, заявляя, что он был болен без-
надёжно, и это подтвердилось впоследствии (как я понял,
Этингер имел в виду результаты вскрытия).
После этого я сказал Этингеру — вы не выдумывайте
и не крутите, а рассказывайте правду, как вы преступно ле-
чили Щербакова А. С. Однако, несмотря на мои настояния,
Этингер ничего нового тогда не сказал.
Таким образом, Этингер как на первом, так и на втором
допросе ничего конкретного не сказал, никаких доводов и
фактов не привёл, а то, что он рассказывал на допросе у сле-
дователя Рюмина в отношении лечения Щербакова А. С,
Этингер объяснил тем, что от него требовали показаний по
этому поводу. Из поведения Этингера у меня на допросе я
понял, что путаные и неясные показания, которые он давал
тов. Рюмину, появились в результате того, что на первом
допросе я сам поставил Этингеру вопрос об этом, а следо-
ватель, очевидно, напрямик его спрашивал. Из всего этого
я внутренне пришёл к выводу, что мои предположения о ка-
ких-либо злонамеренных действиях Этингера в отношении
Щербакова А. С. не оправдались.
Несмотря на это, после допроса Этингера я дал указа-
ние тов. Лихачёву — зам. начальника следственной части
по особо важным делам (не помню, был ли при этом тов.
Рюмин) — продолжать усиленно допрашивать Этингера

286
Приложения
с тем, чтобы подробно выявить его преступную деятель-
ность и вражеские связи, одновременно стараться выявить
в процессе допросов что-либо существенное касательно
неправильного лечения тов. Щербакова А. С. При этом я
указал, что допрос Этингера следует вести тщательно, про-
думанно, чтобы Этингера показывал правду и выдавал свои
преступные связи, но не смог бы повести следствие по не-
правильному пути, а возможно, я и сказал: "завести в дебри".
Вот как всё это было, насколько я помню. В дальнейшем
я докладывал, что Этингер ничего существенного на допро-
сах не даёт, что у него продолжались сердечные припадки,
которых в общей сложности было больше 20, и что смерть
его произошла сразу же после возвращения с очередного
допроса от тов. Рюмина.
Теперь по поводу заявления т. Рюмина о том, что яко-
бы я намекнул Этингеру, чтобы он отказался от показаний.
Этого не было и не могло быть. Это неправда. При наличии
каких-либо конкретных фактов, которые дали бы возмож-
ность зацепиться, мы бы с Этингера шкуру содрали, но это-
го дела не упустили бы, тем более что я сам на первом же
допросе Этингеру поставил вопрос, касающийся лечения
т. Щербакова А. С. Однако, повторяю, Этингер никаких
фактов и доводов не привёл, больше того, он заявил, что
начал говорить что-то по этому вопросу только потому, что
на него нажимали и требовали, тогда как в действитель-
ности никаких преступных действий в процессе лечения
Щербакова А. С. он не допускал.
Что же касается того, что я настойчиво добивался, что-
бы Этингер привёл конкретные факты и доводы, то, мне
кажется, я поступил как министр правильно. Я должен был
знать истину, так как нельзя было основываться на его не-
вразумительных и неясных показаниях по такому серьёзно-
му вопросу.
Не располагая проверенными и, по сути дела, не имея
никаких данных, свидетельствующих о злонамеренных дей-

287
ствиях Этингера в лечении Щербакова А. С, докладывать в
ЦК ВКП(б), как я полагал, тогда было не о чем.
Не соответствует действительности утверждение тов.
Рюмина о том, что я якобы заявил, что если Этингер будет
давать показания о преступном лечении Щербакова А. С, то
придётся арестовать половину работников Санупра Кремля
и многих работников охраны. Я этого не мог сказать, хотя
бы потому, что Этингер не служил в Санупре Кремля. Не
мог я говорить и об охране, так как охрана никакого отно-
шения к этому делу не имела...
О том, как велось дело Этингера, должен знать и тов.
Огольцов, который, как первый заместитель министра го-
сударственной безопасности, непосредственно руководит
Следственной частью по особо важным делам, утверждает
документы, следит за ходом следствия и принимает еже-
дневно доклады тов. Леонова и его заместителей. В част-
ности, по делу Этингера мною было утверждено только по-
становление на его арест, а все остальные доклады по этому
делу докладывались тов. Огольцову и были им утверждены.
Должен сказать, что меня удивляет, почему и по каким
причинам делает тов. Рюмин подобные заявления... Я не
могу понять одного: дело Этингера всё время находилось
на руках у тов. Рюмина, никому никогда не передавалось,
арестованный Этингер числился за этим же следователем,
и больше его никто не допрашивал, и умер Этингер, придя
с допроса от тов. Рюмина, — почему же тов. Рюмин написал
только теперь о своих сомнениях после смерти Этингера,
несмотря на то, что со дня допроса мною Этингера по день
его смерти прошло несколько месяцев...
Касательно второго вопроса, который описывает
в своем заявлении тов. Рюмин, — это об арестованном
Салиманове, бывшем заместителе генерального директора
акционерного общества "Висмут"...

288
Приложения
В результате проведённых агентурных мероприятий
Салиманов прибыл на квартиру агента МГБ и затем был
схвачен и доставлен в секретном порядке в Москву.
Должен сказать, что меня в Москве тогда не было, я на-
ходился в Сочи, и, когда мне об этом доложил по телефону
тов. Огольцов, я его спросил, верно ли всё это, и попросил
ещё раз всё тщательно проверить, поскольку я буду доклады-
вать об этом товарищу Сталину И. В. ...После того, как мне
то же самое подтвердили тов. тов. Питовранов и Шубняков,
я позвонил товарищу Поскрёбышеву с тем, чтобы он доло-
жил об этом Вам, товарищ Сталин.
...Что касается длительного составления протокола до-
проса Салиманова... Следует указать, что в связи с поимкой
Салиманова, по линии 2 Главного Управления МГБ СССР,
имелось в виду продумать возможность организации даль-
нейших агентурных мероприятий против американцев.
...В отношении нарушений в следственной работе, о
чём указывает тов. Рюмин в своём заявлении.
Как правило, во всех чекистских органах протоколы
допросов составляют следователи сразу. В Следственной
части по особо важным делам МГБ СССР, где допрашива-
ются наиболее важные преступники, допрос их связан с из-
вестными трудностями по проверке показаний и подбору
материалов и документов, подтверждающих их показания.
В связи с этим действительно, как раньше, так и теперь,
следователи Следственной части по особо важным делам,
допрашивая арестованного, составляют необходимые про-
токолы или делают записи какого-либо факта, а затем уже,
на основании нескольких протоколов и записей, составля-
ют более полный протокол...
Вчера, при вторичном вызове в комиссию, тов. Рюмин
представил новое заявление, которое мне зачитывали.
То, что им написано в этом заявлении, просто-напросто
неправильно.

289
Во-первых, тов. Рюмин обвиняет работников След-
ственной части по особо важным делам МГБ СССР в том,
что они избивают арестованных. Я должен прямо сказать,
что действительно часто бьют арестованных шпионов, ди-
версантов, террористов с тем, чтобы заставить их расска-
зать о своих преступных делах и связях. Но делается это с
умом и только с санкции Министра государственной безо-
пасности и его первого заместителя, а в местных органах —
с санкции начальника органа. Никакого массового побоища
и йаких-либо других нарушений в этом деле нет, тем более
что на этот счёт мы имели разрешение ЦК ВКП(б).
Во-вторых, тов. Рюмин заявляет, что ему тов. Лихачёв
будто бы поручал допрашивать арестованного Салиманова
в отношении тов. Кобулова, а арестованного Этингера — в
отношении тов. тов. Ванникова и Завенягина.
<...> Известно лишь, что Салиманов на допросах гово-
рил, что, будучи у американцев, он назвал им многие фа-
милии ответственных людей — кто они и где работают, в
том числе он указал и о Кобулове, который ранее работал в
органах государственной безопасности, а теперь находится
в Германии. Также не было никаких оснований, насколько
мне известно, допрашивать арестованного Этингера в отно-
шении тов. тов. Ванникова и Завенягина. Во всяком случае,
мне никто не докладывал, что эти фамилии как-либо упоми-
нались в материалах разработки или следственного дела на
Этингера. Я считаю, что если бы были такие основания, то
органы ЧК обязаны были допрашивать арестованного, не-
взирая на лица, в том числе и о Ванникове и Завенягине...
В-третьих, тов. Рюмин утверждает, что мною якобы да-
вались указания допрашивать арестованных о руководящих
партийных работниках. Непонятно, о ком и чём идет речь.
Действительно, иногда велись допросы арестованных в
отношении ряда работников, занимающих ответственные
должности, но делалось это, как Вы знаете, по специально-
му указанию. Тов. Рюмин говорит в своём заявлении о недо-

290
Приложения
статках в следственной работе Министерства государствен-
ной безопасности. Это совершенно верно.
Со своей стороны должен сказать, что недостатков в ра-
боте органов МГБ гораздо больше, чем об этом пишет тов.
Рюмин, и они сводятся, главным образом, к следующему:
Мы ещё недостаточно уделяем время работе с чекист-
скими кадрами...
Со стороны руководящего состава порой не проявляет-
ся достаточно требовательности к подчинённым работни-
кам, среди работников органов государственной безопасно-
сти есть такие, которые нарушают дисциплину, руководя-
щий состав не всегда умело и тонко принимает надлежащие
меры к нарушителям чекистской дисциплины...
Наши следователи, хотя и много работают, иногда ещё
недостаточно целеустремленно допрашивают арестован-
ных, не всегда умело и тонко используют имеющиеся в их
распоряжении улики для разоблачения арестованных, а
получив признательные показания от арестованных, ча-
сто не умеют как следует чётко и ясно записать их в про-
токол допроса...
Главным недостатком является то обстоятельство, что
не во всех представительствах Советского Союза за грани-
цей имеются чекистские работники по обслуживанию со-
ветской колонии.
Мы никак не может завершить разгром украинских на-
ционалистов в Западных областях Украины, а также нацио-
налистов в Прибалтийских республиках...
Эти недостатки я знаю и вместе со своими заместителя-
ми всемерно стараюсь их устранить...
Я всегда помню Ваши указания, тов. Сталин, о том, что
необходимо быть непримиримым к недостаткам в работе с
тем, чтобы своевременно выявлять их и устранять...
В то же время я с открытой душой должен сказать Вам,
товарищ Сталин, что я отдаю все свои силы, чтобы послуш-
но и чётко проводить в жизнь те задачи, которые Вы стави-

291
те перед органами ЧК. Я живу и работаю, руководствуясь
Вашими мыслями и указаниями, товарищ Сталин, стараюсь
твёрдо и настойчиво проводить вопросы, которые Вы ста-
вите передо мной...
Аналогичное объяснение мною представлено в
Комиссию Политбюро ЦК ВКП(б) товарищам Мален-
кову Г. М., Берия Л. П., Шкирятову М. Ф., Игнатьеву С. Д.
АП РФ. Ф. 3. Оп. 58 Д. 216 Л. 40-59.

Научное издание
Кузнечевский Владимир Дмитриевич
"ЛЕНИНГРАДСКОЕ ДЕЛО"
Ответственный за выпуск О. А. Стрижак
Редактор С. Э. Цветков
Корректор Е. Ю. Лапина
Художественное оформление О. А. Фаренковой
Компьютерная вёрстка О. А. Фаренковой
Сдано в набор 31.10.2016. Подписано в печать 02.11.2016.
Формат 60x84/16. Бумага офсетная 80 г/ м2.
Гарнитура "NewBaskerville". Цифровая печать. Уч.-изд. л. 16,97.
Физ. печ. л. 18,25. Тираж 500 экз. Заказ № 13/2016.
Оригинал-макет подготовлен в издательстве федерального
государственного научного бюджетного учреждения
"Российский институт стратегических исследований".
Отпечатано в типографии РИСИ.
125413, г. Москва, ул. Флотская, д. 15Б.

Владимир Кузнечевский
Родился в 1939 г. в г. Тюмени. Окончил
философский и экономический факуль-
теты МГУ им. М. В. Ломоносова. Профес-
сор, кандидат философских наук, доктор
исторических наук. По первой профессии
геолог-разведчик, в 1950-е гг. — начальник
геолого-поисковых отрядов в Восточной
Сибири, на Алтае, в Забайкалье. В 1970-е гг. —
1-й секретарь посольства СССР в Югосла-
вии, в 1980-1985 гг. — учёный секретарь
Президиума АН СССР, с 1990 по 2006 гг. —
заместитель главного редактора правитель-
ственной "Российской газеты".
С 2009 г. — ведущий научный сотрудник
Российского института стратегических
исследований, советник директора РИСИ.