/
Автор: Тушин Ю.П.
Теги: судостроение история россии история украины международные отношения внешняя политика мореплавание морской флот
Год: 1978
Текст
ю.п.тушин
РУССКОЕ
МОРЕПЛАВАНИЕ
КАСПИЙСКОМ,
АЗОВСКОМ
И ЧЕРНОМ
МОРЯХ
ЛЕНИНГРАДСКИЙ ОРДЕНА ЛЕНИНА
ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ
ИМЕНИ А. А. ЖДАНОВА
ю.п.тушин
РУССКОЕ
МОРЕПЛАВАНИЕ
мл КАСПИЙСКОМ,
АЗОВСКОМ
И ЧЕРНОМ
МОРЯХ
(XVII век)
8
Пида тельс гео «Паука*
1'.1авна.ч />1'<)акцп.ч восточной литературы
Москва 1978
9(C) 1
Т92
Ответственный редактор
В. В. МАВРОДИН
Тушин Ю. П.
Т92 Русское мореплавание на Каспийском, Азовском
и Черном морях (XIX в.). Предисл. В. В. Мавроди-
на. М., Главная редакция восточной литературы из-
дательства «Наука», 1978.
183 с. с ил. и карт.
Книга посвящена героическому прошлому русского и украинского
народов, которые в трудной борьбе с турецко-татарской агрессией за-
воевывали право на свободу мореплавания на Азовском и Черном мо-
рях, одерживали победы над турецким флотом, овладевали приморскими
крепостями. В ией рассказывается также о развитии судостроения и о
торговых связях России с Ираном по Каспийскому морю.
„ 10604-238
Т -------------124-78
013(02)-78
9(C) 1
(Р Главная редакция восточной литературы
издательства «Наука», 1978.
ПРЕДИСЛОВИЕ
В отечественной дореволюционной исторической науке поч-
ти полностью отсутствуют исследования по истории русского
мореплавания с XIII и до конца XVII в., от Батыева нашест-
вия н до создания Азовского флота Петром I. Даже в специаль-
ных трудах по истории русского флота (Ф. Ф. Веселаго,
А. В. Висковатова, П. И. Бславснца, Е. И. Аренса, Н. Д. Кал-
лнстова, Е. Н. Квашпппа-Самарипа, С. И. Елагина) столь зна-
чительный период истории русского мореходства ие освещен
и достаточной степени. Исключение делалось лишь для кораб-
лей 'Фрпдерпк» и «Орел», построенных в XVII в. для плава-
ния па Каспийском 'морс, да и то лишь потому, что один закла-
дывался с санкции, а другой—по инициативе правительства.
Правда, историки Украины писали о черноморских походах
запорожских казаков, а историки донского казачества — о- по-
ходах донских казаков на побережье Черного, Азовского и
Каспийского морей. Однако активность казаков на море рас-
сматривалась лишь как определенный аспект истории Украи-
ны и Допа, а отнюдь не как составная часть истории русского
мореплавания.
Работы советских историков в какой-то мере восполнили
этот пробел. Но, к сожалению, и советская историческая нау-
ка нс дала еще обобщающих работ по истории русского море-
ходства данного периода. Только вышедшая в 1955 г. книга
автора настоящего предисловия «Русское мореходство на юж-
ных морях» доводит изложение до XVI в. включительно. По-
этому предлагаемая читателям книга Ю. П. Тушина заслужи-
вает самого серьезного внимания.
Большую часть своей книги Ю. П. Тушин посвящает мор-
ским походам казаков. (Мореходство и русских и украинцев
восходит к единому источнику — к мореплаванию Киевской
Руси, к тому времени, когда весь восточнославянский мир объ-
единился в единую древнерусскую народность, являющуюся
предком трех народностей: русской, украинской и белорус-
ской. С XVI в. походы украинских — запорожских и русских —
донских казаков направлялись нс против Византии, а против
могущественной, агрессивной Османской империи и ее васса-
ла хищного Крымского ханства.
Запорожское мореходство, особенно во второй половине
XVII л., было тесно связано с интересами Москвы, от которой
3
исходила инициатива многих походов, предпринимавшихся
Запорожской Семью; Москва помогала материально, снабжала
Сечь и Войско Донское корабельным лесом («колодой») для
строительства запорожских чаек и донских морских стругов;
запорожцы и московские ратные люди нередко сражались пле-
чом к плечу па суше и на море. Что же касается запорожских
и донских казаков, то они действовали в тесном контакте.
Основанная на многочисленных и разнохарактерных источ-
никах, работа Ю. П. Тушина опровергает весьма распростра-
ненную в свое время точку зрения, наиболее отчетливо сформу-
лированную Н. П. Загоскиным, писавшим, что «применительно
к Руси Южной история русского судоходства представляет со-
бою едва ли не tabula rasa для четырех с лишним веков, по-
следовавших за покорением ее татарами»1. Материалы, исполь-
зованные Ю. П. Тушиным, свидетельствуют о народном, а не
правительственном, не государственном характере русского мо-
реплавания на Черном и Азовском морях, о закономерности
употребления термина «русское мореплавание» для обозначе-
ния плаваний и походов и запорожских и донских казаков.
Не только в XVI—XVII вв., но и позднее в Подесенье н Под-
непровье, в Прикарпатье п Закарпатье не умирало чувство, что
все— «люди русьские».
Ю. П. Тушин опровергает также традиционное представле-
ние о том, что море было нужно казакам только для того, что-
бы совершать походы с целью захвата добычи. Он убедительно
показывает огромное значение морского пути по Каспию для
торговли России с Востоком и обстоятельно исследует торговые
связи России со Средней Азией и Ираном. Большое значение
имели торговля донских казаков и купцов из России с Азовом
н приезд азовских купцов в Черкасск для торговли с донскими
казаками.
Автору впервые удалось систематизировать материалы, сви-
детельствующие о важной роли запорожских казаков в торгов-
ле на «украинных» землях России, Польши и Литвы. Торговля
с Турцией и Крымом велась на турецких судах, поднимавших-
ся вверх по Днепру до Сечи; при этом запорожские казаки были
лоцманами, из чего они извлекали большую прибыль. Казаки,
по сути дела, контролировали днепровскую торговлю, строго
следили за тем, чтобы их позиции никто не пытался ослабить.
Свидетельством этого является договор между Турцией, с од-
ной стороны, и Войском Запорожским и «русьским» народом —
с другой, заключенный в 1649 г.
Как совершенно справедливо отмечает Ю. П. Тушин, на Чер-
ном и Азовском морях преобладало военное мореплавание,
целью которого была борьба за свободу морской торговли и
1 Загоскин, 1909, с. 382.
4
промыслов. На Каспийском же море первенствовало торговое
государственное мореплавание.
Активность запорожских и донских казаков создала необ-
ходимые предпосылки для выхода России к Азовскому и Чер-
ному морям. К. Маркс подчеркивал, «что... ни одна великая
нация ие находилась в таком удаленном от морских побере-
жий и устьев ее рек положении, как русская нация, что Россия
уже не могла оставить в руках шведов устья Невы, а также
устья Дона, Днепра и Буга и Керченский пролив—-в руках
кочующих и разбойничающих татар»1 2. Он указывал, что при-
соединение устьев этих рек «в силу географической конфигура-
ции для той нации, в руках которой находится местность, рас-
положенная позади них, является естественным следствием
обладания ею, что, одним словом, Петр в этом направлении
завладел всем, что было абсолютно необходимо для естест-
венного развития его страны»3.
Велико было значение деятельности Петра I для создания
русской регулярной армии п флота. Однако не следует забывать,
что «преобразовательные настроения» существовали в России
еще в царствование Алексея Михайловича. Корни русского
«воронежского флота», сыгравшего столь большую роль в азов-
ских походах, которые положили начало превращению России
в черноморскую державу, восходят к казацкому флоту — стру-
гам и чайкам донских и запорожских казаков, к речному и
морскому флоту в верховьях Дона, созданному русским прави-
тельством в 60-х годах XVII в.
Работа 10. П. Тушина вплотную подводит читателя к пре-
образованиям и войнам Петра I, результатом которых явилось
превращение России в могущественную державу с сильной
армией и огромным «регулярным» флотом, овеянными славой
Полтавы и Гангута, Чесмы и Синопа, славой Румянцева и Су-
ворова, Ушакова и Нахимова. Присоединение всего побережья
Азовского моря и северного побережья Черного моря значитель-
но усилило Россию, открыло ей новые морские пути, способство-
вало развитию обширных земель.
Книга Ю. П. Тушина будет полезна историкам, людям воен-
ной профессии, морякам, всем, кто интересуется героическим
прошлым нашей Родины. Доброго ей пути!
Заслуженный деятель науки РСФСР
доктор исторических наук, профессор В. В. Мавродин
1 К. М а г х. Secret Diplomatic Ilislory, с, 87.
’ Там же.
ВВЕДЕНИЕ
Ни в отечественной дореволюционной, ни в советской лите-
ратуре по истории России и Украины история мореплавания
русских и украинцев на Каспийском, Азовском и Черном мо-
рях еще в достаточной степени не отражена. До недавнего
времени это относилось ко всему периоду от упадка Киевской
Руси до азовских походов Петра I (1695—1696). Работа
В. В. Мавродина «Русское мореходство на южных морях» 1
лишь отчасти восполнила пробел. Между тем накопилось до-
статочно материала для освещения истории русского морепла-
вания на Каспийском, Азовском и Черном морях в XVII в., что
создает возможность рассмотреть взаимосвязанные проблемы,
подвести к истории военно-морского флота эпохи Петра I.
XVII век, с которого начался «новый период русской исто-
рии» 2, — важный этап в истории России. Это век укрепления
межобластных связей Российского государства и складывания
всероссийского рынка, зарождения буржуазных связей в на-
родном хозяйстве и появления первых мануфактур; «бунташ-
ный век», начавшийся Смутным временем и завершившийся
стрелецкими восстаниями 1682 и 1698 гг.; время становления
и укрепления русского абсолютистского государства.
Задачи огромной важности нужно было решить, чтобы обес-
печить нормальное развитие складывавшегося русского много-
национального государства: воссоединение братских народов
Украины и Белоруссии с Россией, выход к берегам Балтийского
моря и создание самостоятельной торговли со странами Запад-
ной Европы (без услуг Польши и Швеции), доведение до кон-
ца борьбы с турецко-татарской агрессией и обеспечение без-
опасности на южных границах государства с последующим
выходом к Азовскому и Черному морям. Естественно, что
XVII век, во многом переломный для судеб России, вызвал
повышенный интерес у русских историков. Некоторые из них
не обошли вниманием и проблемы выхода в Приазовье и При-
черноморье. А так как закрепиться на этих берегах без флота,
по их мнению, было невозможно, то исследователи пытались
ответить на вопрос, каким он был в XVII в.
1 В. В. М а в р о д и и, 1955.
2 В. И. Л с и и и. Что такое «друзья парода» и как они воюют против со-
циал-демократов?, с. 153.
в
Поскольку русское мореплавание XVII в. связано в основ-
ном е походами казаков, нельзя пройти мимо трудов, посвя-
щенных истории казачества.
Лучшая дореволюционная работа по истории донского ка-
зачества— труд Василия Дмитриевича Сухорукова (1795—
1841), декабриста, друга А. С. Пушкина. На него был возложен
сбор материалов для «Исторического и статистического описа-
ния Земли Войска Донского». Так как войсковой архив сгорел
еще в XVIII в., В. Д. Сухоруков объехал все земли Войска
Донского, познакомился с архивами бывших крепостей Ново-
хоперской, Димитровской (Ростов-на-Дону), Азовской, Таган-
рогской, Астраханской и многих станиц, попутно записал все-
возможные устные предания. Занятия историей Донского края
представили В. Д. Сухорукову случай познакомиться с истори-
ком II. М. Карамзиным, который указал на богатые материалы
в Московском архиве Государственной коллегии иностранных
дел (ныне находящиеся в ЦГАДА СССР). В общей сложности
В. Д. Сухоруков собрал около 2 тыс. документов.
За причастность к делу декабристов В. Д. Сухоруков был
н.вгт под тайный надзор полиции; все материалы — черновые
тетради составленной уже истории и записи — он вынужден
был передать генералу И. Ф. Богдановичу. В. Д. Сухоруков
был командирован на Кавказ, где и состоялось его знакомство,
вскоре перешедшее в дружбу, с А. С. Пушкиным, который, по
словам очевидца, «чуть не плакал и все думал, как бы, по
возвращении в Петербург, выхлопотать Сухорукову эти доку-
менты»
Только в 18.11 г. была начата подготовка к изданию «.Исто-
рического п статистического описания Земли Войска Донско-
го» с изменением тех мест, которые расходились с официаль-
ной историографией. В 1834 г. рукопись была представлена
Богдановичем военному министру А. И. Чернышеву для под-
несения императору Николаю I и наследнику престола Алек-
сандру (последний был августейшим атаманом всех казачьих
войск). За составление труда И. Ф. Богданович в том же году
был пожалован золотой табакеркой, украшенной бриллианта-
ми, зачислен в сенаторы и произведен в генерал-лейтенанты.
Сам же В. Д. Сухоруков в 1841 г. умер в безвестности. Про-
шло еще много времени, прежде чем небольшим тиражом и
без указания автора были изданы два тома работы В. Д. Су-
хорукова
В обстоятельном описании жизни донского казачества с
момента его зарождения по XVIII в. В. Д. Сухоруков много
места уделил и значению в его жизни морских промыслов,
Юзефович, 1880, с. 435—43G. См. также: Линин, 1949, с. 166.
* Историческое описание Земли Войска Донского. Т. 1—2. Новочеркасск,
1867—1872. Второе издание вышло в Новочеркасске в 11903 г.
7
многочисленным походам казаков на Азовское п Черное моря.
Отмечая ценность 'работы В. Д. Сухорукова, необходимо пом-
нить, что цензура во многом исказила взгляды В. Д. Сухору-
кова на историю донских казаков.
На основании рукописных материалов В. Д. Сухорукова
была составлена «История Донского войска» В. Бропевского5.
Преданный до конца дней своих работе над историей донского
казачества и требовательный к себе и другим, В. Д. Сухоруков
в «Критическом разборе книги Броневского»6 (опубликованном
посмертно) характеризует ее как «грустную компиляцию со
всех сочинений, в которых что-нибудь говорилось о Доне, без
всякой критики и согласования сообщений». Резко отрицатель-
ную рецензию на работу В. Броневского дал и В. Г. Белин-
ский 7.
В. Броневскому и другим дореволюционным историкам ка-
зачества 8, как, впрочем, и всей русской дворянско-буржуазной
историографии, свойственно увлечение фактами в ущерб обоб-
щениям и анализу. Собрав 'большой фактический материал, они
не смогли правильно оценить роль казачества в русской исто-
рии, отметить его классовую природу. Зачастую извращалась
сама суть морских и сухопутных походов казаков, которые
представлялись разбойничьими походами «за зипунами» (до-
бычей), неоднократно навлекавшими на южные окраины Рос-
сии опустошительные набеги крымских татар.
В трудах историков Украины М. С. Грушевского, Н. И. Ко-
стомарова, П. А. Кулиша, Д. И. Эварницкого, В. Каховского9
введено в научный оборот большое количество документов (в
том числе и посвященных черноморским походам запорожских
казаков), по сей день не утративших своего значения. Особен-
но ценными для нас являются описание подготовки и проведе-
ния морских походов, стратегии и тактики ведения казаками
войн на суше и на море, а также сведения о формировании
запорожского войска, управлении им, данные о вооружении и
материальном обеспечении.
Понимание истории украинского народа этими исследова-
телями в основе своей было националистическим. Они идеали-
зировали прошлое запорожского казачества, что приводило к
отказу от рассмотрения истинных причин борьбы русского и
украинского народов за объединение, за совместное отражение
турецко-татарской агрессии, к недооценке согласованных дей-
ствий на море запорожских и донских казаков.
5 Броневскнй, 1834.
6 «Донской вестник». 1867, № 27—29.
7 В. Г. Белинский. История Донского войска Владимира Бронев-
ского.— Полное собрание сочинений. Т. 1. М., 1953, с. 217—219.
• Багалей, 1887; Карпов, 1914; Никольский, 1902, и др.
’ Грушевський, 1909; Костомаров, 1884; Кулиш, 1877; Эварннцкнй, 1897;
Каховский, 1862.
8
В обширных трудах по русской истории В. Н. Татищева,
М. М. Щербатова и Н. М. Карамзина можно найти сравни-
те, и,но немного данных о мореплавании русских на южных
морях в XVII в., так как эти историки заканчивают свои изы-
скания первыми десятилетиями XVII столетия.
С. М. Соловьев в 29-томной «Истории России с древнейших
времен» семь томов отводит XVII веку, но по установившейся
традиции отождествляет историю страны с историей государ-
ства, а историю государства — с историей самодержавия. При
таком подходе С. М. Соловьев без должного внимания отно-
ciriCH к пароду, недооценивает народные формы борьбы, а на-
родные массы показывает как пассивную силу. Казачество у
С. ЛА. Соловьева всюду изображается в виде вольницы, живу-
щей разбоем; только в моменты появления выдающихся руко-
водителей казаки оказываются в поле зрения историка. Поэто-
му и описания морских походов казаков встречаются редко.
Зато рассмотрены попытки создания флота для Каспийского
моря: строительство «Фрпдерика» в 1636 г. и дединовской фло-
тилии, включая корабль «Орел», в 1667—1668 гг.10.
Таким образом, труды наиболее крупных представителей
дореволюционной дворянско-буржуазной историографии содер-
жат немного сведений о русском мореходстве XVII в. Они
включали в свои работы по истории России лишь те морские
походы, которые были связаны с внешнеполитической деятель-
ностью Русского государства. .При этом зарождение и история
русского мореплавания в XVII в. оставались вне поля их зре-
ния,
Если дворянско-буржуазная историография запорожского и
донского казачества допускала факт существования казацкого
мореплавания п выявила довольно значительный материал о
походах казаков в Черном и Азовском морях, то сочинения
дворянско-буржуазных историков русского военно-морского
флота 11 почти не содержат сведений по русскому мореплава-
нию в XVII в.
И. Елагин, Л. II. Маркевич, А. С. Кротков, В. Ф. Голова-
чев, Ф. <1>. Веселаго, 41. Д. Каллистов, Е. Н. Квашнин-Самарин,
11. II. Велавепец, Е. А. Мязговский, Е. И. Аренс 12 и другие
либо пишут о ничтожно малом числе морских походов казаков
в первой половине XVII в., либо вообще отрицают мореплава-
М. ('. <> а о в в < в, кв. V (г. 9), гл. IV; кн. VI (т. 12), гл. V.
" Питерсе к птучепшо нгторнц русского флота усилился накануне нерпой
миронов войны. В тгом нельзя нс усмотреть влияния разработки большой
программы стро1ггсл1.с1п.'| русского флота, явившейся следствием поражения
пл море и ходе русско-японской войны н тесно связанной с великодержавным
престижем государства, с надеждой царизма добиться полноправного, а по
ио 1М<1жноети и преобладающего положения в Антанте.
Елагин, 1864; Головачев, 1898; Веселаго, 1875; Квашнин-Самарин, 1912;
Ixjianeiieii, 1910; Каллистов, 1912; Мязговский, 1914; Аренс, 1919; Кротков,
1803; Маркевич, 1890.
ft
ние русских в этом столетии, полагая, что история военно-мор-]
ского флота и мореходства начинается с создания регулярного
флота Петром I.
Характерно в этом плане следующее высказывание видного
историка флота С. И. Елагина: «Издавна проникнутые убеж-
дением в важности услуг, оказываемых мореходством, запад-
ные народы не замедлили предоставить ему обширное право
гражданства... Россия... должна была внезапно усвоить себе
новое дело, требовавшее глубокого изучения, мысль о котором
была еще совершенно чужда нашему отечеству... уснувшее
стремление страны к морю начало пробуждаться только с соз-
дания военного флота» 13.
Недооценивая народные корни русского мореходства, зани-
маясь изучением лишь государственного флота, дореволюцион-
ные историки флота считали, что только последний выражает
активность страны, преувеличивали роль и значение отдельных
личностей. Не исследуя экономические предпосылки, подгото-
вившие развитие русского мореходства в XVII—начале
XVIII в., они, анализируя деятельность Петра I, успехи в раз-
витии флота связывали исключительно с личными качествами
«гениального мастера п венценосного моряка» 14.
Безосновательность подобных суждений в какой-то мере
была ясна Н. Д. Каллистову и Ф. Ф. Веселаго, которые пони-
мали, что деятельность Петра I была подготовлена предшест-
вующими событиями, что флот русский появился не на пустом
месте и не в результате заграничного заимствования, а ввиду
насущной необходимости выхода Российского государства к
морям. Но и у этих исследователей мы можем почерпнуть очень
немного по истории русского, особенно казацкого, мореплава-
ния в XVII в. Например, из 650 страниц «Очерка русской мор-
ской истории» Ф. Ф. Веселаго лишь три страницы отведено
истории созданного народом флота, который «по странной слу-
чайности, в то время, когда Россия лишилась выхода к Бал-
тийскому морю, сделался ужасом прибрежья Черного моря и
самого Константинополя»15. Нередки были и фактические
ошибки. Так, Е. Н. Квашнин-Самарин пишет об удачных дей-
ствиях казаков на Черном и Азовском морях, где они отвое-
вывали города (Трабзон, Синоп и др.), удерживая их якобы
по нескольку лет 16.
Рассматривая народные формы борьбы в духе дворянско-
буржуазной историографии, официозные историки флота не
могли правильно оценить значения казацкого мореплавания и
считали походы явлением стихийным, набегами «за зипунами»,
13 Елагин, 1864, с. 17.
14 Белавенсц, 1910, с. 95.
's Веселаго, 1875, с. 47.
16 Квашнип-Самарии, 1912, с. 76.
10
«потому что им опричь сего кормиться 'нечем» 17 * * *. «Добытничест-
но» и том виде, в каком оно представлено этими историками,
служило казакам основным и постоянным средством сущест-
вования, а роль промыслов, ремесленного производства, торгов-
ли фактически отрицалась.
Сломать традиции удалось не сразу. Известный историк
флота Е. И. Аренс даже в послереволюционный период после-
довательно стоял на позициях С. И. Елагина и Е. Н. Квашни-
на-Самарипа |В.
Из всей дореволюционной литературы по данной теме выде-
ляется работа декабриста Н. А. Бестужева—блестящего моря-
ка, талантливого изобретателя и писателя-историка,—которая
полностью была опубликована лишь в советское время1Э.
И. Л. Бестужев предпринял попытку создать морскую историю
России на фоне общественно-политической жизни страны, по-
ставив перед собой цель дать развернутую картину развития
русского флота с дреинеГпннх времен. По мнению Н. А. Бесту-
жени, ослабление русского флота началось с периода феодаль-
ной раздробленности, а новый подъем — с централизации Рус-
ского государства и ликвидации последствий иностранной ин-
тервенции в XVII и. Он был первым, кто пришел к правильному
выводу, что в эпоху, когда Московское государство оказа-
лось отрезанным от морей, успехи в судостроении были уна-
следованы па юге страны казаками и что без успехов в строи-
тельстве легких судов и мореплавании в предшествующий пе-
риод Петру I нряд ли удалось бы достигнуть тех результатов,
которых он добился к концу царствования.
Борьбу России за выходы к морям iH. Л. Бестужев связы-
вает с pa iBHTHciM ппешией торговли. Он высоко оценивает лик-
видацию Пианом Грозным Казанского и Астраханского ханств.
Владея Астраханью, главным портом на Каспийском мо-
ре, Русское государство могло вести обширную торговлю с
Персией, Хивинским и Бухарским ханствами, Индией и други-
ми странами Среднего Востока. Но размеры астраханской
торговли ограничивались вследствие постоянных нападений
«'соседних кочующих народов и беспокойных казаков». Поэтому
для охраны торговых судов при царе Алексее Михайловиче
было решено «завести флот», и начало этому было положено
< |роц|слы'твом в Дедииове корабля, яхты и нескольких более
мелких судов, Дорогу к торговле па Черном море пролагало
воссоединение Украины г Россией2П.
Работа 11, А. Бестужепп небогата фактами, относящимися
17 Ьсзанепеп, I Ч I О, с. >1 I.
"• Аренс, 1919.
Бестужев, 1901. Отрывки из >(ий работы были опубликованы автором
под itii inaii ням и «Опыт истории российского флота. Введение» и «Сражение
ири Гдиго-удде» о журнпле «Соревнователь» (т. XX, ч. II—III, 1822—1823).
" !»<•<•) ужен, 1901, с. 44, 40.
И.
! । и 'и'।му мпреилпилинк), не всегда правильна его оценка
1‘Ц Hiiihoi<i Gyniа», по ряд положений, касающихся причин
м"р| 1ми"| активности русских, сохраняет свое значение.
Немало нперные введенных в научный оборот архивных све-
дении о дейс1 ни я х па морс донских казаков содержит белоэми-
11111111 <• к а в литература по истории донского казачества21. Но
ни мп ггриплы используются для фальсификации реальной
не।орнн кн.1пчества. С. Г. Сватиков и И. Ф. Быкадоров рассмат-
ривают Доп нас связи со всей страной, идеализируют казачест-
во, гщ.ггся доказать его социальную однородность, пытаются
। ра а ас и । > ему «исключительные заслуги» в спасении Восточной
I 'uponы от турецкого владычества.
llciopiDi русского мореходства в XVII в. рассматривается
и ряде работ зарубежных авторов. Их оценка во многом схожа
с выводами русских дореволюционных историков флота: ска-
||.1вается близость'методологических принципов подхода к проб-
леме исследования. Поэтому буржуазная зарубежная историо-
графия не признает наличия русского мореплавания на южных
морях в XVII 41. Это характерно как для работ, вышедших в
начале XX в., так н для опубликованных в середине столетня
н в натп дни22 23. Даже о Каспийском морс, но которому Рус-
ское государство поддерживало регулярные морские торговые
спя ан с восточными странами, говорится, что оно и во времена
Алексея Михайловича продолжало оставаться «Персидским
озером» 2Я.
IJcKOTopwe сведения о русском мореплавании на Каспии
встречаются в трудах по истории Ирана. Но они часто носят
тенденциозный характер. Так, каспийский поход Степана Ра-
зина представлен как поход царского агента 24.
Много интересных работ, посвященных истории южных ок-
раин Русского государства, Украины, отношениям России с
Турцией, Ираном, Крымским ханством и Польшей, борьбе на-
родов России с турецко-татарской агрессией, роли казачества
в этой борьбе в XVII в., создано советскими историками 25.
В научный оборот было введено много новых интересных
источников, в том числе турецких. Советские историки вскрыли
социальную структуру казачества, что помогло им правильно
определить причины казацких походов. Наряду с исследова-
нием политики царского правительства много места было уде-
лено положению народных масс, их участию в отражении ту-
рецко-татарской агрессии. Отмечалось, что наиболее активной
21 Сватиков, 1924; Быкадоров, 1937.
22 Джейн, 1899; Митчелл М., 1949; Митчелл Д., 1974.
23 Митчелл М., 1949.
2* Локхарт, 1938; Локхарт, 1958.
25 Для исследуемой темы наиболее ценными представляются следующие
работы: Смирнов, 1946; Смирнов, 1954; Новосельский, 1948 (1); Алекберлн,
1961; Пронштейн, 1961; Лунин, 1956; Голобуцкий, 1957; Апанович, 1961; Бу-
шев, 1976.
12
фирмой всенародной борьбы по охране южных рубежей были
t>pi .-шипованные военные действия казаков, в которых преиму-
щественная роль принадлежала морским походам. Шагом впе-
ред в этих исследованиях явилось описание боевого содружест-
ва донских и запорожских казаков, их согласованного участия
в походах, положившего начало совместным действиям русско-
го и украинского пародов против общих врагов.
Проблемы мореплавания в XVII в. не нашли достаточного
развития в работах советских историков флота. Первая попыт-
ка заполнить этот пробел была сделана Н. В. Новиковым26,
однако его статьи носили популярный характер. Немного ново-
io в решение проблемы как в методологическом плане, так и
и плане накопления новых, неизвестных фактов было внесено
«1х(свой летописью русского флота»27. Составители и редактор
ограничили гною задачу пополнением новыми фактами трудов
Л. Кротксна и Ф. Ф. Веселаго. Борьбе Русского государства
ли выход к морю в IX XVII пи., характеризуемой авторами
как -предыстория» русского военно-морского флота, посвящен
первый раздел «Боевой летописи». Однако число описанных в
нем походов донских и запорожских казаков невелико и не
позволяет дать полную картину русского мореплавания на юж-
ных морях в XVII столетии.
Аналогичную картину мы находим и в статье М. Н. Тихо-
мирова в сборнике «Русское военно-морское искусство» и в
«Истории носино-морского искусства»28 *, вышедших вслед за
«Боевой летописью». Они создают впечатление об эпизодиче-
ским хпрвктере мореходства русских па Азовском и Черном
морях и XVII и,, что явно не соответствует действительности.
Советские историки в критических статьях справедливо ука-
зывали на ошибки составителей «Боевой летописи». Особенно
важной в методологическом отношении оказалась статья
С. Ф. Панды-"', рассмотревшего основные этапы развития рус-
ского 'флота и предложившего его периодизацию, связанную с
ключевыми моментами развития Русского государства. В дру-
гой статье, вышедшей за год до издания «Боевой летописи»,
Ф. Найда указывал, «что в течение XVI—XVIII вв. украин-
ское и донское казачество вело беспрерывные войны против
крымских татар и турок, защищая от нападения свои земли
и население, отстаивая свободу промыслов и торговли. Осо-
бенно упорно казаки стремились пробить выходы к Черному
и Азовскому морям и закрепиться на их побережье»30.
В. П. Загоровский31 собрал и обобщил неопубликованные
Новиков, 1941 (1); Новиков, 1941 (2).
Боевая летопись, 1948.
" Тихомиров, 1951; История военно-морского искусства, 1953.
" Найда, 1950.
Найда, 1947, с. 64.
" Загоровский, 1960; Загоровский, 1957 (1); Загоровский, 1957 (2).
13
архивные данные, на основе которых достаточно полно пока-
зал развитие государственного речного судостроения на верх-
нем Дону в XVII в., обосновал причины подобного строитель-
ства в Воронежском крае.
Большим достижением советской науки (картографии п
истории, океанографии и метеорологии) является издание
«'Морского атласа». Естественно, что на его листах не могли
быть отражены все места морских сражений казаков, а данная
в <Военно-историческом описании к Морскому атласу» таблица
морских походов не включает и половины походов первой по-
ловины XVII в. и совершенно исключает морские походы вто-
рой половины столетия и, следовательно, нуждается в значи-
тельной доработке 32.
Из сказанного видно, что мореплавание русских на Каспий-
ском, Азовском и Черном морях в XVII в. должного освещения
в исторической литературе не получило. Нельзя не отметить,
что такие события, как освободительная война украинского на-
рода 1648—1654 гг., воссоединение Украины с Россией и их по-
следующая совместная борьба с Речью Посполитой, крестьян-
ская война под руководством Степана Разина, заслонили от ис-
следователей рассматриваемую проблему. До настоящего вре-
мени нет обобщающего труда, в котором излагалась бы история
судостроения и мореплавания русских и украинцев на южных
морях (Черном, Азовском, Каспийском) в XVII в.
Предлагаемое вниманию читателя исследование имеет целью
восполнить этот пробел и полнее раскрыть одну из славных,
но малоизвестных страниц истории русского флота. Для этого
имеется более чем достаточное количество разнообразных дан-
ных, Помимо тех фактов, о которых рассказывается в отме-
ченной выше исторической литературе, много нового ппгерес-
ного неиспользованного материала можно найти в ряде архи-
вохранилищ страны.
Основным источником при изучении проблемы служат ма-
териалы ряда фондов Центрального государственного архива
древних актов (ЦГАДА). Особенно ценными для нас явились
фонды, касающиеся дипломатических и торговых сношений
России с Персией, Турцией и государствами Средней Азии,
в которых в той или иной степени отражены н вопросы русско-
го судостроения и мореплавания. Так, в материалах фонда
«Сношения России с Персией» (1588—1813) значительное место
занимают документы о казацком «воровстве» на море и о стро-
ительстве бус для плавания по Каспию. Среди материалов
фонда «Сношения России с Турцией» (1512—1719) содержатся
статейные списки и дела русских и турецких послов, докумен-
ты о поездках русских купцов в Кафу (Феодосия), Азов и
32 Морской атлас, 1959, с. 167.
14
К• >11•'t;iiitiiионоль (Стамбул), о морских набегах казаков на
11< pmiMopcKoe побережье Турции и Крыма. Фонд «Сношения
России с Крымом» (1474—1801) представлен делами русских
и крымских посольств, содержащими сведения о взаимоотно-
шениях Крымского ханства с казаками.
Большой интерес представляют документы фонда «Дела
о выездах иностранцев в Россию» (1600—1763), рассказываю-
щие о найме иностранцев для морской службы и кораблестрое-
ния (Д. Бутлера, адмирала Ф. Лефорта и др.), помогающие
правильно оценить место иноземцев в строительстве русского
государственного флота. Фонд /«Донские дела» (1666, 1669, 1676,
1686 гг.) содержит много ценных малоизвестных материалов
о морских походах казаков во второй половине XVII в. В фон-
дах «Малороссийский приказ» (1649—1722) и «Приказ Вели-
кие России» (1688—1699) имеется значительное число интерес-
ных документов о войнах Русского государства и воссоединив-
шейся с ним Украины с Турцией и Крымским ханством.
Из других неопубликованных материалов важными следует
считать Астраханские акты, хранящиеся в архиве Ленинград-
ского отделения Института истории СССР АН СССР (ЛОИИ).
Особенно интересен фонд «Астраханская приказная изба», со-
держащий документы о посольствах, о торговой деятельности
русских и иностранных купцов, об условиях мореплавания по
Каспийскому морю, организации «делового двора», ведавшего
строительством судов для торговли на Каспии со среднеазиат-
скими государствами и Ираном и для «плавной» и «остров-
ной» службы 33.
Весьма важными в источниковедческом плане представля-
ются и многочисленные публикации документов. Еще до Ок-
тябрьской революции было издано множество архивных доку-
ментов, отражающих жизнь южных районов Русского госу-
дарства 34. Они включают обширный материал, необходимый
для исследования мореплавания в XVII в.
Особую ценность представляют «Донские дела»35, содержа-
щие сведения о морских походах донских и запорожских каза-
ков, об их совместной борьбе с иноземными захватчиками; «Ма-
териалы по истории Узбекской, Таджикской и Туркменской
ССР» 36 и «Русско-индийские отношения в XVII в.»37, рисующие
связи среднеазиатских государств с Россией путем морской
торговли и постоянных посольств, попытки установления ди-
пломатических связей между Россией и Индией, торговлю ин-
дийских купцов в Астрахани; «<1Крестьяпская война под предво-
33 Архив ЛОИИ, ф. 178.
3* АИ, т. 2—5; ДАИ, т. 4, 5, 7, 9—42; Акты ЮЗР, т. 2—15; Источники
для истории; Акты к истории Войска Донского.
35 РИБ, т. 18, 25, 26, 29. 34 (Донские дела, кн. 1—5).
36 Материалы по истории Узбекской, Таджикской и Туркменской ССР.
37 Русско-индийские отношения.
15
дительством Степана Разина»38, помогающая воссоздать кар-
тину крупнейшего похода казаков на Каспийское море.
Особое место среди источников занимают труды украинских
летописцев Р. Ракушки-Романовского, Г. Грабянки, С. Велич-
ко, повествующие о казацких войнах второй половины XVII в.39.
Хотя они освещают в большей степени войны с Польшей и вза-
имоотношения казаков с Россией, там можно найти интересные
сведения и о действиях казаков на море.
Значительный интерес представляют мемуары иностранных
купцов и путешественников, посетивших русские и украинские
земли, Кавказ и Крым, а также записки европейцев, находив-
шихся на службе в России и Польше. Их сообщения являются
важным источником по истории торговли Московского государ-
ства и тесно связанного с ней мореплавания, жизни и боевых
походов донских и запорожских казаков. Особо следует выде-
лить описание путешествия в Московию и Персию секретаря
голштинского посольства, участника плавания на корабле
«Фридерик» А. Олеария40; записки голландского парусного
мастера Я. Стрейса, участника строительства и плавания на
корабле «Орел»41; сподвижника Петра I по азовским походам
адмирала К. Кризиса42; французского военного инженера на
польской службе Гийома Левассера де Боплапа, прожившего
на Украине 17 лет43; турецкого префекта Кафы Эмиддио Дор-
телли д’Асколи44; турецкого путешественника и историка Эв-
лия Челеби45, свидетеля мужественной защиты казаками
Азова во время знаменитого «сидения» и русско-турецкой вой-
ны 1676—1681 гг. за Правобережную Украину.
Свидетельства современников в значительной степени до-
полняют акты тех лет. И хотя они отражают субъективные
взгляды их авторов и нередко тенденциозно освещают собы-
тия, а иногда таят в себе вымыслы и легенды, записанные с
чужих слов, ценность их заключается в том, что по большей
части они дают живые и яркие картины быта, нравов и обы-
чаев.
Обилие источников, порой имеющих весьма отдаленное от-
ношение к теме, но ценных тем, что часть материалов содержит
факты, непосредственно относящиеся к проблеме исследования,
усложняет задачу их поиска. Однако найденные после долгих
разысканий материалы позволили восстановить истинную исто-
рию русского мореплавания на южных морях в XVII в.
38 Крестьянская война.
39 Летопись Самовидца, 1846; Летопись Самовидца, 1878; Грабяпка. 1854;
Величко. Летопись; Величко. Сказание.
40 Олеарий, 1906.
41 Стрейс, 1935.
42 Крюйс, 1824.
43 Боплан, 1896.
44 код л 1 ^0^
45 Эвлия Челеби, 1961; Эвлня Челеби, 1872.
ГЛАВА I
ПРЕДПОСЫЛКИ РУССКОГО МОРЕПЛАВАНИЯ
НА КАСПИЙСКОМ, АЗОВСКОМ И ЧЕРНОМ МОРЯХ В XVII в.
Со времени образования Киевского государства Каспийское,
Азовское и Черное моря осваивались русскими мореплавателя-
( ми. Когда-то в древности по берегам Буга и Днестра «до моря»
_ обитали многочисленные племена уличей и тиверцев, стояло
на морском побережье близ устья Днепра Олешье, Саркел
< (Белая Вежа), Корчев и Тмутаракань. Воды Черного моря
г бороздили русские ладьи. Не случайно с IX и до XVI в. оно
^называлось «Русским морем». Постепенно обживая Приазовье,
Восточный Крым и Тамань, русские не забывали и о Каспий-
ском море. Волжско-Каспийский путь становится главной ма-
гистралью для торгового обмена между Русью п странами
Среднего Востока уже с IX в. Как свидетельствует арабский
ученый Абдуль Касум в «Книге путей и государств», написан-
ной в 60—70-х годах IX в., «купцы русские ходят на кораблях
по реке... Волге...» от хазарской столицы «к морю Джурджа-
на» '. Но в XI—XII вв. половцы преградили путь к морю,
и «землей незнаемой» стали Тмутаракань и Лукоморье. Еще
более ощутимое влияние на мореплавание русских в южных
морях оказало Батыево нашествие, когда Русь оказалась в
«кровавой грязи монгольского ига»2. Татаро-монгольские
захватчики отрезали Русь от берегов Черного, Азовского и Кас-
пийского морей. Золотая Орда и Тимуровы войска, дошедшие
до Ельца, оставили после себя опустошенные земли, «Дикое
поле».
Мореходные традиции на юге Руси прочнее всего держались
у русской вольницы. В XII—XIII вв. воды Черного моря бо-
роздили ладьи берладников (галицких «выгонцев» с низовьев
Прута н Дуная).
В 1363 г. великий литовский князь Ольгерд во главе своих
дружин, в состав которых входили «|русьские», т. е. великорос-
сы, украинцы, белорусы, «Синюю Воду и Белобережье повое-
1 Тебеньков, 1896, с. 12. Джурджаиа — город на р. Джорджам (Горган)
г пристанью А’баскун (иранское побережье Каспийского моря).
2 К. М а г х. Secret Diplomatic History, с. 78.
'.> In к. 535 17
ва» 3, а в 1436 г. князь Витовт с русскими дружинами совершил
поход на (Кафу4. В XIV—XV вв. ‘«русьские», жившие на Укра-
ине, построили крепость на месте современной Одессы, Бужин
(на Южном Буге), Мишурин Рог, Тягинь (Бендеры), Черный
город (Черн), Маяк-Караул, Очаков и др.5. Русские письмен-
ные памятники XV—XVI вв. сохраняются в городах Нижнего
Дуная, о многочисленном русском населении Северного При-
черноморья говорят папские инструкции XVI в. По-прежнему
на генуэзских картах Черное море именуется «Русским морем» 6.
На «Диком поле», как стали официально именоваться богатые
южнорусские земли между Окой, Доном и Днепром, продол-
жало жить, хотя и сильно поредевшее, русское население. Это
были охотники, рыболовы, скотоводы — так называемые брод-
ники.
Тяга к «заморским плаваниям», интересы торговли и мор-
ского промысла были столь сильны, что даже иго золотоор-
дынских ханов не смогло прервать связи Руси с Северным
Причерноморьем и Каспием: с XIV в. ведется торговля с гену-
эзской колонией в Крыму Сурожем (Судаком); в начале того
же века была основана русская торговая колония в Кафе.
В XV в. торговля с Сурожем значительно возросла, и из Кафы
и Сурожа русские купцы ездили в '«Заморье», в Малую Азию,
в «Святую землю»7.
Следуя по исстари проложенному пути, купцы спускались
вниз по Волге к Каспию, а оттуда проникали в Закавказье,
Иран и Среднюю Азию. В 1404 г. в Самарканде видели рус-
ских купцов наряду с торговцами татарскими, индийскими и
китайскими 8. Тем же путем тверской купец Афанасий Никитин
совершил в 1468 г. поездку в Иран, а затем по Аравийскому
морю приплыл в Индию.
В тяжелых условиях золотоордыпекого господства русский
народ собирал силы для освобождения от татаро-монгольского
ига. Развитие сельского хозяйства, ремесла, торговли, усиление
общественного разделения т.руда — все это способствовало по-
степенной ликвидации экономической изолированности отдель-
ных русских земель, создало возможность объединения их сил,
следствием чего явилась блестящая победа на Куликовом по-
ле. Могущество Золотой Орды шло к закату. Последняя по-
пытка восстановить зависимость русских земель от Орды, пред-
принятая в 1480 г., окончилась провалом. Татаро-монгольское
иго пало. Русское государство становится одним из крупных
3 ПСРЛ, т. 11, с. 2. «Синяя Вода и Белобережьс»— Северное Причерно-
морье.
4 Мавродин, 1955, с. Г14.
5 АЗР, с. 4; ЗООИД. Т. II. Одесса, 1848, с. 439.
• Мавродин, 1943, с. 12.
7 Мавродин, 1955, с. 119—120; Сыроечковский, 1935, с. 43—53.
8 Аристов, 1866, с. 194—195.
18
н м<п ущсственных государств (Восточной Европы. Русь вновь
начала играть большую роль в международной жизни. «Изум-
ленная Европа, в начале царствования Ивана III едва ли даже
подозревавшая о существовании Московии, стиснутой между
Литвой и татарами, была поражена внезапным появлением ог-
ромной империи на ее восточных границах»9 *.
Дальнейший экономический подъем страны, преобразование
государственного аппарата и вооруженных сил, крупные внеш-
неполитические успехи позволили в середине XVI в. значитель-
но укрепить Русское государство. К России были присоедине-
ны Казанское (1552 г.) и Астраханское (1555 г.) ханства, в
ее состав вошли многие народы Поволжья. С этого времени
Болта на всем протяжении стала русской рекой. Включение
в состав Русского государства всего Волжского бассейна спо-
собствовало дальнейшему хозяйственному развитию страны и
расширению ее связей со странами Востока. «Кроме славы и
блеска, Россия, примкнув свои владения к морю Каспийскому,
открыла для себя новые источники богатства и силы, ее торгов-
ля и политическое влияние распространились. Звук оружия
изгнал чужеземцев из Астрахани, но спокойствие и тишина
возвратили их. Они приехали из Шемахи, Дербента, Шавка-
ла»,— справедливо писал о значении присоединения Казани
и Астрахани Н. М. Карамзин'°. С этого момента торговля
Руси с Востоком приобретает постоянный характер и отличает-
ся широким охватом стран '(узбекские ханства, Иран, Ногай-
ская Орда, Закавказье) и большой интенсивностью товарооб-
мена. Значительную роль в русском импорте стали составлять
не только предметы роскоши, но и товары широкого потребле-
ния (хлопчатобумажные и дешевые шелковые ткани, перец
и др.) и производственного назначения (краски, камедь, квас-
цы, нефть и др.). В экспорте же преобладали товары собст-
венного производства (кожа, железные и деревянные изделия,
вооружение) и продукты промыслов (пушнина, мед, воск).
Главным путем русской торговли становятся Волга и Каспий.
Более широкий характер приобретают также политические и
культурные связи Руси со странами Востока.
Завоевание Казанского и Астраханского ханств, присоедине-
ние Поволжья к России явилось предпосылкой для интенсив-
ного хозяйственного освоения «Дикого поля». В XVI столетни
началось постоянное поступательное движение русского насе-
ления па восток и юг. Однако условия освоения оставались
очень тяжелыми. В 30-х годах XV в. возникло Крымское хан-
ство, ставшее сильнейшим из вновь образованных татарских
ханств. Примерно в это же время образовалась Ногайская
Орда, кочевья которой располагались между Кубанью и Днеп-
* К. М а г х. Secret Diplomatic History, с. 81.
1,1 Карамзин, т. VIII, с. 139
2*
19
ром, а также за Волгой до Иртыша. Татарские отряды постоян-
но совершали набеги на посольские и купеческие караваны,
нападали и на центральные области Русского государства и
Украины.
В борьбе против Руси татары имели сильного покровите-
ля — Османскую империю, которая во .второй половине XV —
первой половине XVI в. достигла вершины своего могущества.
29 мая 1453 г. под ударами турок пал Константинополь. После
этого турки вторглись в Европу и в короткий срок овладели
Балканским полуостровом и территорией современной Румы-
нии. Уже в 1454 г. турецкая эскадра появилась у берегов
Крымского полуострова. iB 1471 г. турки овладели Приазовь-
ем, в 1475 г. взяли крепость Азак (Азов). Захватив эту клю-
чевую позицию, запиравшую выход из Дона в Азовское и
Черное моря, Османская империя в 1476 г. поставила в вас-
сальную зависимость от себя Крымское ханство и орды нога-
ев. В 1484 г. она овладела в Северном Причерноморье Белго-
родом, Килией, Качибеем и другими городами со значитель-
ным русским населением.
Пытаясь закрепиться на Азовском и Черном морях и соз-
дать базы для дальнейшей экспансии в Восточную Европу,
турки с помощью крымского хана Менгли-Гирея построили
на Днепре ряд крепостей: Ислам-Кермен (1492 г.), а затем
Муберек-Кермен, Мустрит-Кермен, Кызы-Кермен и др. Это
строительство вызвало недовольство Ивана III, потребовавше-
го, чтобы хан «то дело пооставил».
Завладев Приазовьем и Северным Причерноморьем, Тур-
ция поначалу поддерживала выгодную для нее торговлю с
Русью. Русские купцы систематически посещали Азов, Кафу,
Токат, Бурсу, Стамбул, где вели торговые операции не только
с местным купечеством, но и с персидскими и среднеазиатскими
купцами. В свою очередь, турецкие купцы, среди которых было
много армян и греков, часто посещали Новгород, Москву и
Путивль11. Развитие торговли становилось поводом к ведению
переговоров об основах взаимоотношений двух стран. В конце
XV в. Москва направляла в Турцию посольства: Михаила Пле-
щеева в 1497 г., Алексея Голохвастова в 1499 г.12. Но господ-
ствовавшая в Турции военно-феодальная олигархия жила не
торговлей, а войной, жила грабежом народных масс. К сере-
дине XVI в. под пятой Османской империи находились земли
от Гибралтара до восточного побережья Средиземного моря.
Черное море стало как бы внутренним турецким морем. В его
воды был запрещен вход военным кораблям и торговым судам
других стран.
Турция начала занимать все более агрессивную позицию
11 Фехнер, 1956, с. 7.
12 Смирнов Н. А., 1946, т. 2, с. 71—72.
20
.....ношению к России. Турецкие правители оказывали под-
II |окку экспансионистским планам ханов Крыма и Казани.
11 о ологической основой политики грабежа и насилия стано-
1111 i.icb пропаганда религиозной нетерпимости к «неверным».
Отношения с Турцией резко ухудшились после присоедине-
ния к России Казанского и Астраханского ханств. Султан Су-
лейман II (1520—1566), стремившийся укрепиться в бассейне
Полги и на Северном |Кавказе, был крайне обеспокоен ликви-
дацией самостоятельности этих двух ханств. Однако Сулей-
ман II, осторожный политик, занятый к тому же войнами в
Венгрии и Иране, не решился открыто вмешаться в русские
дела. Дело изменилось при его преемнике Селиме II (1566—
1574), который предпринял ряд военных авантюр, приведших
к первым серьезным трещинам в военной мощи Османской им-
перии. Одной из этих авантюр явился поход на Астрахань в
1569 г. Султан рассчитывал овладеть низовьями Волги н обес-
печить себе свободный проход через Северный Кавказ в За-
кавказье и Иран. Это 'было первое широкое военное столкно-
вение между Россией и Турцией.
Соединенная армия турок и крымцев двинулась к Астра-
хани двумя отрядами. 17 тыс. турецкого войска под предводи-
тельством «афинского паши |Касима двигались из Азова вверх
по течению Дона, причем конница шла берегом, а пушки, все
воинские припасы и казну везли на судах. Крымская конница
в количестве 50 тыс. человек под начальством хана Девлет-
Гирея двигалась степью. Оба отряда соединились у Переволо-
ки, у («речки Царицыной». Касим-паша надеялся также на
помощь третьего отряда, который должен был приплыть к
Астрахани морем от дербентских берегов. Однако разыграв-
шаяся на Каспии непогода помешала турецким галерам про-
никнуть в Волгу.
Очевидцем всех обстоятельств похода был Семен Мальцев,
отправленный из Москвы к ногайским татарам и захваченный
в плен азовскими «лазунниками». Вместе с другими пленными
прикованный к цепи, он был гребцом на одной из галер, вхо-
дивших в состав плывшего на Астрахань турецкого флота. По
словам Мальцева, число галер достигало 100. От Азова до
Переволоки турки плыли пять недель; большие мели на Дону
очень затрудняли движение. Лишь в середине августа турецкий
флот прибыл к Переволоке, где стали вытаскивать на берег
все снаряжение, а также галеры н другие суда, с тем чтобы
по сухопутью переправить их на Волгу. Недели две занимались
тем, что ставили флот на колеса и волоки. Наконец, тронулись
в путь, но уже несколько часов спустя пришлось остановиться,
так как колеса и волоки не выдерживали тяжести. Турки по-
пробовали рыть канал, но эта грандиозная затея оказалась
невыполнимой. В турецком войске начались волнения, и Ка-
гпм-паша вынужден был отправить все галеры, тяжелые ору-
21
дня и снаряды обратно в Азов; туда же было отпущено более
5 тыс. человек турецкой конницы, которая решительно отказы-
валась двигаться далее к Астрахани. С оставшимся войском
в середине сентября Касим-паша подошел к Астрахани, но
«приступить» к ней не решился и, остановившись ниже города,
на старом городище, решил строить здесь крепость п зимовать,
а хана отпустить назад в Крым. В турецком войске вновь
вспыхнуло возмущение: перспектива зимовки не привлекала
янычар. К тому же к Астрахани направлялось большое рус-
ское войско под начальством воевод князя Петра Серебряного
и Замятии Сабурова. Турецко-татарские войска сожгли свои
деревянные укрепления и поспешно отступили от Астрахани 13.
Героическая оборона Астрахани разрушила планы завоева-
телей, но Османская империя продолжала вмешиваться в рус-
ские дела.
Турецкое наступление на русские и украинские земли в
XVI—XVII вв. проходило по трем основным направлениям: че-
рез Молдавию и Валахию — на Украину; через Крым, в ос-
новном силами местных татар, — на южные и центральные
районы Московского государства и, наконец, через устье Дона
и крепость Азов — на Поволжье и юго-восточные окраины
Руси.
Положение турецкого государства, раздираемого внутрен-
ними противоречиями, несколько пошатнулось в XVII в. Выход
из кризиса турецкие правители видели в новых войнах, в за-
хвате чужих территорий, в ограблении соседних стран и на-
родов.
Направляемая турками татарская экспансия длительное
время была настоящим бедствием для народов России и Украи-
ны. Проникая в глубь страны, татарские орды разоряли горо-
да и села, грабили и сжигали имущество, а жителей угоняли
в Крым, где на невольничьих рынках Гёзлева (Евпатории) и
Кафы шла бойкая распродажа «ясыря» (пленных) заморским
купцам и местным феодалам. Ливонская война (1558—1583)
и русско-польские войны начала XVII в. способствовали турец-
ко-татарской агрессии против «украинных» земель враждо-
вавших государств.
Русскому государству приходилось почти 'непрерывно вести
борьбу с разбойничьими набегами крымских татар. В первом
десятилетии XVI в. состоялось три набега, в 1511 —1520 гг.—
четырнадцать, в 1521 —1530 гг. — три, в 1531 —1540 гг. — три-
надцать, в 1541—1550 гг. — десять походов. А если к этому
прибавить годы, когда крымские царевичи и мурзы готовили
вторжения в русские земли и московскому правительству при-
ходилось выдвигать на крымскую «украину» значительные во-
енные силы, то действительно мирных лет останется и вовсе
13 Хлебников, 1907, с. 83—86.
22
m.i.'ui, M:i 24 лет Ливонской войны только три года не были
<>1 мечены набегами татар.
Колоссальными были убытки, причинявшиеся татарскими
нппадсниями. Татары и ногаи не только сжигали города и села,
инн уводили массу населения в плен. Так, в течение первой
половины XVII в. было взято «в полон» 150—200 тыс. русских
людей. Огромные деньги ежегодно уходили в Крым в качест-
пе «поминок» хану и мурзам, на содержание крымских пос-
лов в Москве и т. п. Только за первую половину XVII в., по
подсчетам А. А. Новосельского, на эти цели из московской
казны было израсходовано более 1 млн. руб. (в среднем по
26 тыс. руб. в год 14 — деньги по тем временам весьма внуши-
тельные: на них можно было ежегодно строить по крайней мере
четыре города, подобных Вольному н Хотмышску — новым ук-
репленным центрам Белгородской засечной черты).
Другим источником обогащения для татарских агрессоров
была Украина.
Очевидец событий на Украине первой половины XVII в.
Г. Левассер де Боплан свидетельствует, что крымские татары
иногда в количестве до 80 тыс. всадников вторгаются в преде-
лы Речи Посполитой и Московского государства, жгут, грабят
«и опустошают все, что встречается на пути, и приводят иног-
да от 50 до 60 тысяч русских пленников в свою страну, где и
продают их для галерной работы»15. На турецких галерах
нельзя было найти почти никаких других гребцов, кроме рус-
ских и украинцев.
Турецко-татарская экспансия на юге, так же как и поль-
ско-шведская интервенция, задерживала развитие Русского
государства, но не могла его остановить.
XVII век представляет собой важный этап в развитии про-
изводительных сил. Домашняя крестьянская промышленность
сохраняет свое значение, но уже не она характерна для про-
мышленного развития страны. Отмечается высокое развитие
ремесла, все большее сосредоточение его в городах, специализа-
ция по отраслям и районам, постепенный, но неуклонный пере-
ход ремесленного производства от работы на заказ к работе на
рынок.
Промышленное развитие России в XVII в. не останавливает-
ся на уровне мелкого товарного производства. Возникают ран-
ние формы крупной промышленности — мануфактуры. Замет-
ных успехов достигает сельское хозяйство. Хотя свойственные
земледелию эпохи крепостничества рутинность н примитивность
агротехники сохраняются ib полной мере, за счет распашки но-
вых земель значительно возрастает производство продуктов
сельского хозяйства и все большее количество их (хлеба,
14 Новосельский, 1948 (1), с. 17, 436, 442.
15 Боплан, 1896, с. 325.
23
пеньки, льна, продуктов животноводства) начинает выбрасы-
ваться на внутренний рынок. С развитием ремесла и торговли
увеличивается численность городского населения. Происходит
процесс первоначального накопления. Купечество оформляется
в значительную социальную силу. На основе развития произ-
водительных сил наблюдается расширение и углубление ры-
ночных отношений, в которые втягиваются мелкие производи-
тели. Появляются торговцы-скупщики, подчиняющие себе не-
посредственных производителей. В товарооборот вовлекается
все большее количество продуктов сельского хозяйства, про-
мыслов и ремесла. Идет специализация местных рынков, и,
самое главное, на что указывал В. И. Ленин, развитие торгов-
ли сопровождалось «концентрированием небольших местных
рынков в один всероссийский рынок»16. Всероссийский рынок
начинает слагаться на основе производственной специализации
отдельных районов.
Вследствие роста экономики и расширения внутреннего
рынка увеличивался спрос на импортные товары и развивался
экспорт. Все это влекло русских купцов к мировым торговым
путям. Однако добраться до них было нелегко. В частности,
выходу к морскому пути по Азовскому, Черному, Эгейскому
и Средиземному морям к странам Ближнего Востока, Италии
и Южной Франции препятствовала владевшая Приазовьем и
Северным Причерноморьем Турция.
Особое место занимал район среднего н нижнего течения
Волги, Дона и Днепра. Эти речные магистрали открывали путь
из центральных областей страны к южным морям. В те време-
на их явно предпочитали сухопутным дорогам из-за меньшей
стоимости перевозок и большей безопасности от «кочевых раз-
бойников». Важным преимуществом этих водных путей была
также возможность довольно несложного перехода с одного
на другой, так как их верховья и многие притоки соединялись
волоками. По речным дорогам началось в XVI столетии мед-
ленное, но неуклонное продвижение русского и украинского на-
селения в сторону Азовского и Черного морей.
Особенное развитие процесс колонизации южных земель
получил во второй половине XVI в., когда в результате завое-
вания Казанского ханства «Дикое поле» оказалось как бы
зажатым между Поволжьем и Северской землей.
Еще в начале XVI в. главной оборонительной линией Рос-
сии на юге служила Ока, на юго-западе граница Московского
государства проходила через города Северской земли — Черни-
гов, Путивль, Рыльск, Новгород-Северский, Новосиль, Мценск,
Одоев. С присоединением Рязанского княжества (1521 г.) во
владении Москвы оказались русские селения по рекам Сосне,
16 В. И. Лени и. Что такое «друзья народа» и как они воюют против
социал-демократов?, с. 154.
24
Ik pMie.uy Дону, Воронежу, Цне и нижней Суре. В результате
и линия береговой охраны спустилась южнее и в 1557 г. про-
\(|дпла уже через Калугу, Козельск и другие южные города.
Однако население этих городов и их окрестностей не чув-
гтовало себя в безопасности и не отходило далеко от укреп-
ленных пунктов, так как через «Дикое поле» пролегли шляхи,
по которым крымские татары совершали набеги на территорию
Русского государства. Основным был Муравский шлях, кото-
рый шел от Крымского перешейка (крепости Перекоп) на север
по водоразделу Днепра и Дона, а затем по водоразделу Окн
п Дона и упирался в Тульскую оборонительную черту. От
Муравского шляха ответвлялся Изюмский, который пересекал
Донец около устья Изюмки н шел по водоразделу Донца и
Оскола. Этот шлях севернее, у верховьев р. Быстрой Сосны,
соединялся с Кальмиусскнм шляхом, шедшим от р. Кальмиус
но водоразделу Оскола и Дона.
Для защиты от нападений царское правительство строит
в «Диком поле» .новые 'города, устраивает сторожевые «засе-
ки», организует станичную службу. В 60-х годах XVI в. в бас-
сейне верхней Оки возводятся города Орел, Чернь и Крапив-
на, в бассейне верхнего Дона — Епнфань н Данков. В .конце
века строятся Елец на Быстрой Сосне (1592 г.), Воронеж на
реке того же названия (1586 г.), Ливны на Быстрой Сосне
(1586 г.), Кромы на р. Крома, недалеко от впадения ее в Оку,
Курск на Тускори при впадении ее в Сейм и ряд других горо-
дов. По свидетельству летописца, царь Федор, «видя от крым-
ских татар своему государству войны многия, и помысля поста-
вити по сакмам татарским городы, и посла воевод своих со
многими ратными людьми. Они же шедше поставиша на степи
городы: Белгород, Оскол и Валуйки и иные городы» 17. Борис
Годунов присоединил к этим городам еще Царев-Борисов
(1600 г.).
Что же способствовало заселению «Дикого поля», в част-
ности успехам там правительственной колонизации?
Объяснение быстрому продвижению русского населения на
юг нужно искать во внутреннем положении России. В экономи-
ческой и социальной жизни русского народа произошли сдви-
ги, которые заставили крестьян двинуться с насиженных мест
и переселиться в плодородные, но постоянно подвергавшиеся
опасности лесостепные районы.
Следует согласиться с предположением акад. М. Н. Тихо-
мирова, что «важнейший экономический сдвиг, открывший
южные степи, произошел в силу быстрого роста населения Рос-
сии после прекращения внутренних феодальных войн»18. Ра-
псе население северных и центральных областей России могло * 16
17 Летопись, 1788, с. 35.
16 Тихомиров, 1962, с. 414
25
удовлетворять свои потребности в хлебе за счет небольших
участков пашни, восполняя его недостаток охотой и рыболов-
ством. Быстрый рост населения требовал резкого увеличения
запашки, но при сохранявшейся рутинности сельскохозяйствен-
ной техники, обилии лесных массивов и болот достигнуть этого
было вряд ли возможно. Образовавшийся «излишек» населе-
ния должен был искать счастья в других местах.
Наряду с экономическим сдвигом происходил и социальный
сдвиг в жизни русского народа. С образованием во второй
половине XV в. единого централизованного государства резко
возросли государственные расходы, в связи с чем на неслужи-
лую массу населения легли новые налоги н повинности. При
активной поддержке государства стала формироваться обще-
государственная система крепостного права. Уже в конце
XV в. право ухода крестьянина от своего господина было огра-
ничено одним сроком в году, а в XVI в. крестьяне, по существу,
вообще потеряли эту возможность.
Усиление самодержавно-крепостнического гнета вызывало
рост классовой борьбы. Она выражалась, однако, не только
в открытых выступлениях крестьян и посадских людей, но и во
всевозраставшем бегстве тяглого люда от своих господ в по-
исках лучших условий существования. Крепостные люди ухо-
дили из родных мест и 'брели туда, где, по слухам, жилось
вольготнее. Этих выходцев из оседлых общин с нх податями
и прочими повинностями на Руси прозвали «гулящими людь-
ми» илн татарским именем «казаки» («вольные люди»),
К. Маркс и Ф. Энгельс писали, что, пытаясь освободиться
от крепостной зависимости, крестьяне находили убежище в
городах, где объединялись против феодалов в самоуправляю-
щиеся вооруженные организации |9.
Несколько иначе происходил этот процесс на Руси. Достиг-
нув значительных успехов в ремесле, промыслах и торгах, го-
родские тяглые общины еще в начале XVI в. добивались у мос-
ковских властей особых льготных грамот, чтобы в городе или
волости «нетяглым казакам и лихим людям не быти». При
таком отношении к себе в городах внутри Руси и при слухах
о привольном житье на южных окраинах государства нетяглые
казаки скапливались в «украинных» городах и уездах. Некото-
рой части беглого населения, уходившего туда, удавалось
осесть в пределах оборонительных линий и попасть в состав
служилого казачества. Но для большинства беглых подобный
путь был закрыт, а оставаться в этих районах на нелегальном
положении было очень трудно, ибо государственная власть
была там уже достаточно сильной. Вот почему оторванные от
общества смельчаки шли дальше, собирались в ватаги и прони-
кали на Дон и его притоки.
19 К. М а р к с и Ф. Энгельс. Немецкая идеология, с. 50—51.
26
Предприятия этой вольницы со временем становились все
iin.iee частыми и организованными. Во время походов их участ-
.mi убеждались, что богатое «Дикое поле» изобилует укром-
ными местами, а отдаленные районы его посещаются только
кочевниками: ногаями, калмыками, крымскими и кубанскими
i.парами и другими народностями — осколками некогда ве-
.... Золотой Орды.
В стычках с ними казаки убеждались, что могут осилить
храбрых, но плохо вооруженных кочевников. С годами отряды
казаков из беглых крепостных крестьян все глубже прони-
кали в «Дикое поле», все ниже спускались по Дону, с Десны и
Сейма переходили на Донец и Оскол. Поражения и потерн
лишь прочнее сбивали казаков в общины и заставляли воору-
жаться страшным для неприятельской конницы «вогненным
боем». Руководителем, атаманом, теперь выбирали не просто
опытного в промысле, но храброго и способного к военному
делу человека.
Постоянно остерегаясь ременного аркана или стрелы, каза-
ки подмечали сакмы — дороги, по которым татары совершали
набеги, сообщали царским воеводам о готовившихся походах.
Наблюдали с болью в сердце зарева пожаров на русских «ук-
раинах», а по возвращении из походов узнавали, что их родные
и друзья убиты или угнаны в неволю. И .пуще озлоблялись
тогда они на «бусурман» и охотно переходили от самозащиты
к намеренным ударам по улусам и торговым караванам раз-
личных ханств и орд.
Подобные нападения зачастую приводили к конфликтам
с воеводами «украинных» русских городов из-за противоречий
с политикой правительства в отношении татарских ханств.
Гонения на казаков привели к тому, что, опасаясь плахи или
тюрьмы, они с «Дикого поля» не возвращались. Местами при-
юта для них становятся зимовники, превращенные в укреплен-
ные городки — станицы. Теперь они могли переждать, пока
утихнет поднятый по поводу набега на татарские кочевья шум,
сбыть взятый полон и захваченную рухлядь.
Таким образом, условия существования в этом богатом
крае были особыми. Людям приходилось вести непрерывную
вооруженную борьбу с турецко-татарскими отрядами и одно-
временно отстаивать свое независимое положение от государст-
венных властей. Поэтому большинство беглых не решалось
уходить на Дон, а оседало в непосредственной близости от
границ. В полный же опасностей край шли в то время лишь
смельчаки, но их и тогда было немало. Путнвльский воевода
Михаил Троекуров ,в 1546 г. писал в Москву: «Ныне, госу-
дарь, казаков на Поле много: и черкасцев, н кыян, и твоих
государевых, вышли, государь, на Поле изо всех украин»20.
Сухоруков, 1903, с. 3.
27
Селившихся в бассейне Дона казаков стали называть дон-
скими в отличие от рязанских, мещерских, волжских, украин-
ски^ запорожских и других, в зависимости от места их жи-
тельства.
Временем возникновения донского казачества считается
первая половина XVI в. Со второй четверти этого столетия
появляются первые казачьи городки. Построенные на .крутых
берегах рек или на островах, они служили опорными пунк-
тами. К концу века выявились основные районы расселения
донцов. Одна группа осела на среднем Дону, в районе Вешек,
Усть-Медведицкого и Клетского городков, другая — на нижнем
Дону, на значительном пространстве, от Раздор до самого
Азова 21.
В силу особых условий, в которых оказались на Дону каза-
ки, когда право на жизнь приходилось отстаивать в непре-
рывной борьбе с крымскими и ногайскими татарами, главной
формой хозяйства стало не земледелие, а рыболовство и охо-
та. Казаки отправлялись из городков «за зверем и рыбою вдаль
и надолго» и часто неделями и месяцами жили «по лесам, по
рекам и на взморье для звериной ловли»22. При этом рыба
и дичь были не только одними из основных продуктов питания,
но и важными предметами торговли между южными окраинами
Руси и низовьями Дона, которая велась почти беспрерывно,
легально и беспошлинно.
В низовья Дона на речных судах воронежские, белгород-
ские, курские, елецкие «торговые люди» везли муку, крупы,
мед, вино, изделия из кожи, посуду, мелкую галантерею. С ни-
зовьев Дона пригоняли коней, привозили рыбу, икру, соль.
С Украины на Дон вывозили хлеб, соль, водку, табак, порох,
причем русское правительство разрешало воеводам пропускать
украинских купцов на Дон, а русских купцов — на Украину,
через Путивль.
.0 связях 'Московского государства с нижним Доном сви-
детельствует жалованная грамота на беспошлинную торговлю
донского казачества с окраинными городами Русского госу-
дарства, датированная 2 сентября 1615 г. На землях Войска
Донского постоянно находились «торговые люди» из России,
многие из которых принимали участие также в осуществляв-
шейся между войнами торговле казаков с кочевавшими ордами
и Азовом.
Способствуя развитию экономических, в первую очередь
торговых, связей с Доном, московское правительство стреми-
лось укрепить свое политическое влияние среди казачества,
превратить его в служилое сословие.
Сходные экономические и социальные сдвиги, усиленные
31 История Допа, с. 105.
33 РИБ, т. 26 (кн. 3), с. 820.
28
и ।ому же игом панской Польши и усугубленные господство-
iiiiiinieii в этой стране феодальной анархией, произволом маг-
нитов и шляхты, происходили и на Украине, что также при-
водило к бегству населения. Украинские крестьяне группами
п семьями, а нередко целыми селениями уходили в почти без-
людные восточные и южные окраины Подолии, Брацлавщины,
Киевщины. Порывая с феодальной зависимостью и оседая на
новых местах, беглые считали себя казаками.
Во второй половине XV — начале XVI в. немало новых сло-
бод и хуторов появляется в верховьях Южного Буга, у Соба
и Синюхи, на Роси, Тясмине, а также на левобережье Днепра —
по Трубежу, Суле, Пелу. Вскоре казацкие поселеиия заняли
значительную полосу восточного украинского пограничья
вплоть до Днестра 23.
Появление казаков в пограничных землях оживило мало-
людные, пустынные, богатые природными ресурсами и пло-
дородные степи Южной Украины.
Казаки положили начало земледелию в степном крае. Од-
новременно успешно развивались скотоводство и промыслы —
рыболовство, звероловство, селнтроварение. Об успешном ос-
воении казаками земель на окраинах писал Боплан: «Местное
народонаселение... так далеко отодвинуло его (государства)
границы н приложило столько усилий к обработке пустынных
земель, встреченных им, что в настоящее время их необыкно-
венное плодородие составляет главный источник дохода... го-
сударства»24. Среди казаков было немало и ремесленников,
которые селились у редких степных замков—Брацлава, Вин-
ницы, Переяслава, Канева, Черкасс и т. д., основывая местеч-
ки. Наряду с этим большое значение имела и торговля про-
дуктами сельского хозяйства и промыслов.
Феодалы, естественно, не могли спокойно смотреть на уси-
ление по соседству с их землями казачества, которое служило
примером угнетенным массам крестьянства и могло прийти им
на помощь. Поэтому они стремились во что бы то ни стало
вернуть казаков в прежнее, крепостное состояние. Большую
роль играло и стремление польских н литовских панов захва-
тить освоенные казачеством земли. Для этой цели они не
жалели сил н средств.
Хозяйственные интересы н необходимость борьбы с феода-
лами заставляли казаков объединяться в самоуправляющиеся
общины, которые были одновременно вооруженными органи-
зациями.
Но паны, опиравшиеся на королевскую власть, оказались
сильнее. В конце XV—XVI в. им удалось присвоить зна-
чительную часть земель на Подолии, Брацлавщине, Киевщи-
33 Голобуцкий, 1957, с. 44.
Боплан, 1896, с. 295.
29
по. Часть казаков, не желавшая признавать над собой власть
феодалов, была постепенно оттеснена к югу, в низовья днепров-
ских^ притоков — Тясмина, Роси и др. Именно тогда начинает
заметно возрастать казачье население на самых отдаленных,
юго-восточных окраинах Украины, главным образом в окрест-
ностях Канева и Черкасс. Не случайно именно этот район ,в
глазах современников представлялся основным местом сосре-
доточения украинского казачества, а па Руси в XVI в. «черка-
сами» называли вообще всех украинцев.
Беглые в это время также заселяли пустовавшие земли по
Днепру и его притокам—Орели, Самаре, Московке, Конским
Водам, Волчьей и другим речкам. Затем вместе они «простерли
себя» до р. Миус, «вселились» по рекам Кальмиусу, Калчику,
Берде и по берегу Азовского моря. Там они имели свободные
звериные и рыбные промыслы и пчелиные «заводы».
Во второй половине XVI в., как отмечали многие совре-
менники, шел непрерывный процесс образования новых горо-
дов и сел. Например, польский шляхтич М. Литвин писал: «На
Борисфене (Днепре. — Ю. Т.) и его притоках расположены
многолюдные города и села, жители которых с детства при-
вычны к плаванию, судоходству, рыбной ловле и охоте»25.
Дальнейшее наступление польско-литовских феодалов заста-
вило казаков спуститься южнее по Днепру, за пороги. На
расстоянии приблизительно 400 км от Канева (около совре-
менного Днепропетровска), там, где Днепр круто поворачивает
на юг, течение реки преграждалось каменной грядой из грани-
та и гнейса, образовавшей знаменитые днепровские пороги.
Пороги занимали длинную полосу—около 100 км по течению
реки, между современными Днепропетровском и Запорожьем.
За порогами начинался тот край, который позже получил
известность под названием Запорожье. Здесь Днепр, преодо-
лев гранитные гряды, разливался по широкой низменности и
был усеян множеством больших и малых островов.
Одним из основных богатств Запорожья была рыба.
В Днепре и его притоках водилось около 60 видов рыбы. По
словам Боплана, рыбы было тут такое множество, что в устье
Орели, например, казаки за один заход вынимали нз сети бо-
лее 2 тыс. шт., причем самая мелкая была не меньше фута
(около 30 см) 26. В плавнях водились бобры, выдры, куницы,
кабаны, водяная птица — утки, гуси, лебеди, пеликаны и т. д.
В балках было множество лисиц, волков, медведей, зайцев.
В степи паслись стада диких коз, табуны диких лошадей, лоси
и т. д. Обильные сочной травой запорожские степи могли слу-
жить прекрасными пастбищами, а целинные черноземные поч-
вы — стать основой богатого земледелия.
25 Литвин, 1890, с. 53.
26 Боплан, 1896, с. 310.
30
Однако днепровские плавни были малопригодны для за-
। едения. iB сухие весны воздух наполняли тучи саранчи, а в лет-
нее время их сменяли комары, ядовитые мухи и мошки. Плав-
ни были очагом малярии и других тяжелых болезней.
Неизмеримо большую опасность для направлявшихся за
пороги казаков представляли их степные соседи. Над казака-
ми постоянно висела страшная угроза внезапного нападения.
Ротмистр Бернард Претвич, отмечая частые нападения татар
па степных промысловиков, писал, что /«не проходит года без
того, чтобы татары не увели в неволю рыболовов»27.
Тем нс менее Запорожье властно влекло к себе казаков.
Уже в начале XVI в. начинается хозяйственное освоение края.
Бее многочисленнее становятся казаки, которые не только хо-
дят вниз по Днепру, за пороги, но и обитают там.
Опасность, подстерегавшая казаков со стороны польско-
литовских панов и татар, сплачивала их, заставляла создавать
за порогами «городки» (укрепления) и «сечи» (засеки).
В 40-х годах XVI в. «на Низу», на острове Томаковке, каза-
ки построили укрепление и создали свою организацию •— кош,
насчиты>вавшую несколько сот человек. Так возникла Запорож-
ская Сечь,-— по словам К. Маркса, «христианская казацкая
республика» 28, сыгравшая огромную роль в хозяйственном ос-
воении края и ставшая центром борьбы украинского народа
с турецко-татарской и польской агрессией.
Освоение богатств края носило специфический характер.
Несмотря на благоприятные почвенно-климатические условия,
развитие земледелия тормозила постоянная угроза со стороны
кочевников. Поэтому население занималось главным образом
скотоводством, бортничеством, охотничьим промыслом и ры-
боловством. 'Ремесло развивалось преимущественно в городках,
защищенных от набегов. Археологи, проводившие раскопки в
Запорожской Сечи в 1940 и 1951 гг., обнаружили остатки
кузниц, медеплавильных и плотничьих мастерских, где изготов-
лялись морские и рыбацкие суда и вооружение29. Волынский
каштелян Веневский в послании польскому королю в 1658 г.
указывал на жизненную необходимость для запорожцев зани-
маться промыслами в степях: «Запорожцы без речек, выходов
на моря и поля татарские обойтись не могут, запретить им это
невозможно»30.
Но запорожские промыслы были важны не только для про-
живавших там казаков. Рыба, например, была в то время од-
ним из распространенных продуктов питания. По окончании
промыслового сезона, осенью, запорожцы грузили обработан-
ную рыбу и жир на телеги и лодки и сушей или водой отправ-
27 Голобуцкий, 1957, с. 65.
29 Архив К. Маркса и Ф. Энгельса. Т. VIII, с. 154.
29 Апаиович, 1961, с. 22.
30 Памятники Киевской комиссии, т. III, л. 282.
31
ляли вверх по Днепру — в Черкассы, Канев, Киев и другие
города. Тот факт, что по Днепру в Киев сплавлялось «безмер-
ное количество рыбы», отметил в 1550 г. и известный уже нам
М. Литвин. Кроме рыбы из Запорожья вывозились и другие
товары, которые пользовались большим спросом. По словам
того же М^-Литвина, по Днепру в Киев доставляли «Мясо,
меха, мед, а также соль из таврических лиманов»31.
На деньги, вырученные от продажи своих товаров, казаки
покупали в городах оружие и припасы, хлеб, снасти, топоры,
одежду и многое другое. Кроме того, с Запорожьем вели тор-
говлю непосредственно купцы из украинских городов. Мимо
Запорожья по Днепру пролегали и пути иноземных купцов, на-
правлявшихся с Черноморского побережья и Ближнего Восто-
ка в Восточную Европу. Ценные сведения относительно орга-
низации таможенной системы у запорожских казаков содер-
жатся в трудах румынского историка Н. Йорги. Армянских
и персидских купцов, которые ездили в Москву закупать доро-
гие меха и другие товары Севера, «пропускали они свободно»,
турок же и христианских подданных султана заставляли «пла-
тить... пошлину со своего имущества и доходов»32.
Распространение зимовников и промысловых артелей от
Войска Запорожского на области Украины, занятые татарски-
ми кочевьями, приводило ко все более частым конфликтам.
Тем не менее казаки продолжали ездить за солью в Хаджибеев
лиман, водить барки с солью через днепровские пороги, ловить
рыбу в водах Черного моря. Казаки хорошо знали речной путь
в море и были опытными мореплавателями; они служили лоц-
манами, проводя через пороги торговые суда.
Донские и запорожские казаки, ближайшие соседи татар,
становились первыми жертвами их нападений. Военные походы
казаков были вынужденным ответом на турецко-татарское на-
ступление, актом самозащиты.
Донцы в войсковой отписке в Москву от 3 декабря 1637 г.
так объясняли причины своего похода на Азов: «И оне, азов-
ские люди, искони поругалися нашей истинной православной
крестьянской вере... И за море отец, и братию, и сестер наших
продовалп, на каторги и корабли тем русским полоном в ту-
рецкую землю грузили... И нам, государь, холопям твоим, шко-
ту великую те поганые азовцы чинили, в наших юртах, и на
речках, и на комышах, и на переходах нас, холопех твоих, хва-
тали и за море, государь, то ж нашу братью на катерги про-
девали и великой скорби и неволю чинили... Крымских и но-
гайских людей те азовские люди под наши юрты казачьи под-
водили» 33.
В борьбе против татар и турок сложились Войско Запорож-
31 Литвин, 1890, с. 49—50.
32 Парга, 1910, с. 111.
33 Смирнов Н. А., 1946, т. 2, с. 21—22.
32
• hue ,i Донское Войско и их прочный боевой союз. К единству
происхождения и общности исторических судеб, одинаковым
фирмам общественной организации и быта добавился п такой
• ильный фактор, как общий враг. Само существование казаков
минсело от эффективности борьбы с татарами и турками. По-
мочу они часто объединяли свои силы и устраивали совмест-
ные походы. История не знает случая, чтобы запорожцы и
донцы, неся службу двум враждующим — Русскому и Поль-
скому — государствам, участвовали в бою друг против друга.
Ведя непрерывную войну, казаки не ограничивались только
обороной, а сами совершали нападения на Крым и турецкое
побережье Черного моря. Одной из наиболее эффективных форм
борьбы стали морские походы казаков, во время которых они
топили и захватывали турецкие суда, нападали на прибрежные
крепости и города Крымского ханства и Турции, освобождали
попавших в неволю русских и украинцев.
Д’Асколи в своем «Описании Черного моря», составленном
и 1634 г., сообщает: «Эти россы, называемые иначе казаками,
дабы мстить татарам, ежегодно набегавшим на них с целью
грабежа, стали в последние тридцать лет спускаться на вы-
долбленных челнах и хорошо вооруженные по этой самой
великой реке Оза в Черное море» 34. Нельзя не обратить внима-
ние на тот факт, что хорошо информированный д’Асколи спра-
ведливо считает черноморские походы казаков ответными ме-
рами, направленными против татар, .которые ежегодно совер-
шали грабительские набеги на Украину и Придонье.
Причины походов следует искать и в условиях хозяйствен-
ной жизни казачества. 'Скотоводство, рыболовство и подсоб-
ные промыслы не могли обеспечить всех потребностей казаков.
Им были необходимы также хлеб, оружие и боеприпасы, снас-
ти для рыбной ловли и охоты и т. д. Одним из источников
добывания средств существования при низком уровне развития
производительных сил становились морские набеги для захва-
та добычи. Кроме того, необходимо помнить, что казаки были
детьми своего времени, а в XVI—XVII вв. подобные действия
были не исключением, а правилом даже для регулярных армий.
Борьба казачества против турок и татар была одной из
причин пристального внимания московского правительства к
действиям казаков. Оно проявляло большую заинтересован-
ность в экономических и политических делах казачества — и
донского и запорожского.
Нередко испытывая недостаток сил и средств для защиты
«татарской украины», русское правительство со второй поло-
вины XVI в. пыталось использовать донских казаков как бое-
вую силу в борьбе против Крымского ханства, пыталось пре-
вратить их в активный элемент своей внешней политики, обе-
3< Д’Асколи, 1902, с. 97.
3 3 л к. 535
33
щая за это жалованье. За отдельные услуги (сопровождение
русских послав через донские степи в Турцию и другие госу-
дарства, доставку «языков» и т. д.) казаки получали его уже
в XVI в., а с 1615 г. оно стало присылаться на Дон ежегодно
и становилось важным источником обеспечения казаков хле-
бом, оружием, боеприпасами и одеждой.
Однако в XVI — первой половине XVII в. политика казаков
определялась не в Москве, а на Раде и на Войсковом круге.
Об этом свидетельствуют их решения о боевых действиях, ко-
торые принимались вопреки царскому запрету. Отличительной
особенностью организации власти и управления в Войске Дон-
ском и в Запорожской Сечи являлась автономия не только в
области суда и управления, но и в области внешних сношений.
Однако ее нельзя отождествлять с независимостью. Так как
запорожские и донские казаки не были изолированы от сопре-
дельных государств, в первую очередь от России и Речи Поспо-
литой, то и их политика в целом зависела от внешнеполитиче-
ской деятельности этих государств.
Относительная самостоятельность казаков держалась на
военной силе, с которой, по единодушному признанию совре-
менников, нельзя было не считаться. Вот что писал в 1618 г.
известный польский публицист Пальчовский: «..истребить каза-
ков бесчестно, бесполезно и невозможно. Бесчестно: ибо это
значит исполнить требование неприятеля — турка, истребить
христиан, тогда как Украина при дворах европейских считает-
ся единственной оградой христианства. Бесполезно: так как
если не будем иметь соседями казаков, то будем иметь сосе-
дями турок и татар: что лучше? Невозможно: еще при короле
Стефане хотели истребить казаков, да отложили намерение
за невозможностью, а тогда казаков было гораздо меньше, чем
теперь. Если кто скажет, что можно, ведь немецких рыцарей
уничтожили же, то отвечаю: с немецким орденом Польша бо-
ролась 200 лет, пока его уничтожила; кто будет советовать
начать двухсотлетнюю борьбу с казаками для их уничтожения,
того надобно подвергнуть остракизму»35. Оставалось использо-
вать их военную силу. И мы увидим, как Россия, Польша, Тур-
ция, Крымское ханство, Швеция, Венеция и даже Франция пы-
тались прибегнуть к этой силе, используя ее в своих интересах.
Итак, к концу XVI в. с полной очевидностью выявилась
необходимость расширения территории Русского государства на
юг, к берегам Азовского и Черного морей. Захватив в свои
руки проливы Босфор и Дарданеллы, берега Черного моря,
турки совместно со своими вассалами — крымскими татарами —
овладели устьями важнейших судоходных рек, преградили рус-
ским путь к морским берегам, соорудив там ряд крупных кре-
35 К. Пальчовский. О казаках — уничтожить их или пет? — Цит. по:
Соловьев, ки. 5 (т. 9—10), с. 440. •
34
..кй, сделали опасным поселение на юго-восточной окраине
< ।раны.
До тех пор пока у юго-восточных границ Московского iro-
« \ ырства стояла такая могучая крепость, как Азов, Россия не
могла удовлетворительно решить задачу ни обороны южных
н'мель, ни выхода к Азовскому и Черному морям. В этих ус-
ловиях невозможно было и нормальное хозяйственное развитие
« граны, особенно ее южных районов, и торговое сообщение по
Допу и Днепру, по Азовскому и Черному морям со странами
Юго-Западной и Юго-Восточной Европы и странами Ближне-
го Востока. «Ни одна великая нация,— писал К. Маркс, — не
могла мириться с тем, чтобы ее морские побережья и устья ее
рек были от нее оторваны». Что же касается России, то она,
как отмечал К. Маркс, «не могла оставлять... устья Дона, Днеп-
ра, Буга и Керченский пролив в руках кочующих и разбойни-
чающих татар»36.
Нелегко было Русскому государству решить эту проблему,
гак как перед ним стояли и другие, не менее неотложные за-
дачи, в первую очередь выход к берегам Балтики и воссоеди-
нение в едином государстве братских русского, украинского и
белорусского народов. Одновременное решение этих задач, как
показала Ливонская война, было России еще не по силам. Од-
нако определенные предпосылки к более активной борьбе «с ту-
рецко-татарскими агрессорами, стоявшими на пути русского
мореплавания на южных морях, уже сложились. С середины
XVI в. Волга стала русской рекой на всем своем протяжении,
что способствовало развитию на Каспии русской морской тор-
говли со странами Средней Азии и Ираном. В процессе осво-
ения «Дикого поля» и украинских степей и дальнейшего эко-
номического развития Придонья и Приднепровья формировался
комплекс социально-политических и экономических связей в
низовьях Волги, Дона и Днепра. В тяжелой борьбе с турецко-
татарской экспансией здесь из вольных казачьих общин сло-
жились военно-политические организации — Низовое Войско
Запорожское и Войско Донское, ставшие инициаторами борьбы
за свободу мореплавания на Азовском и Черном морях и пер-
выми перенесшие ее на море.
36 К. М а г х. Secret Diplomatic History, с. 87.
3*
ГЛАВА 11
СУДОСТРОЕНИЕ
Русское судостроение на Волге, Дону и Днепре в XVII в.
развивалось в тесной связи с другими явлениями экономиче-
ской и политической жизни России и Украины.
Обитая на крупнейших реках Восточной Европы, русский
народ сумел накопить богатый опыт строительства речных су-
дов, на которых отваживался отправляться в плавание вдоль
берегов Каспийского и Черного морей. Централизация русских
земель, присоединение Казанского и Астраханского ханств и
выход к Каспию, наконец, борьба за свободу плавания на Азов-
ском и Черном морях заставляли строить торговые и военные
корабли.
Бассейн Волги и ее притоков издавна был районом разви-
того судостроения. С присоединением Казани и Астрахани в
руках России объединяется весь волжский путь и открывается
выход к Каспийскому морю для торговли с Ираном, Закав-
казьем и Средней Азией. Волга вновь обретает свое прежнее
значение великого русского транзитного пути, наступает пери-
од усиленного развития судоходства и судостроения.
Ежегодно по Волге в Астрахань приходило по 500 судов и
более. Так как плавание по Волге было сопряжено с опасно-
стями нападения со стороны казаков или ногайских татар, суда
шли караваном в сопровождении отряда стрельцов, находив-
шегося на передовом, конвойном судне, которое снабжалось
пушками. Эти караваны ходили по Волге между Астраханью и
Нижним Новгородом дважды в год. Товары с верховьев Вол-
ги прибывали в Астрахань летом, а низовые и восточные това-
ры в Нижний Новгород — осенью. На судах, входивших в со-
став каравана, плавали персидские, бухарские, хивинские пос-
лы в Москву, русские посольства в эти страны и служилые
люди, отправлявшиеся в Астрахань и другие низовые волжские
города. С караваном обычно плыли и купцы из разных русских
городов '. Кроме караванов по Волге ходили в одиночку госу-;
дарственные и частные суда1 2. Иногда торговцы составляли
товарищества и отправляли свои суда, связав их вместе, так
1 АН, т. V, с. 171.
2 АИ, т. IV, с. 15.
36
•но большое судно тянуло за собой меньшие3. Едва ли не каж-
дый город на Волге имел свое «плотбище», т. е. верфь. Верфи
пыли в Нижнем Новгороде, Козьмодемьянске, Казани, Чебок-
uipax, Свияжске, Вятке, Костроме, Ярославле, Самаре, Сара-
।one, Царицыне, Астрахани.
По способу изготовления или предназначению суда на Вол-
। г назывались: «струги», «кладни», «насады», «дощаники»,
• каюки», «лодьи». Суда, отличные от распространенных на
Волге, сделанные на отдаленных верфях, носили название по
месту их изготовления: «коломенки», «унжанки», «ржевки»,
«белозерки», «устюжны» и т. д. О стругах следует сказать осо-
бо, так как именно они чаще других плавали не только по ре-
кам, но и по морю. Струги строились в большом числе в при-
полжских городах, особенно в Нижнем Новгороде и Казани.
Основанием струга был выдолбленный ствол дерева, чаще
псего липы, так называемая струговая труба. К ней с боков
прибивались скобами ошивины — длинные доски, по две или
три с каждой стороны. Название «однодеревый струг» говорило
не о том, что он весь состоял из одного куска дерева, а лишь
о том, что основой, дном струга был выдолбленный ствол.
Обычная длина струга была от 10 до 20 м при 2—3 м ширины.
Каждый струг имел кормовое весло, служившее рулем, и не-
сколько загребных весел (от 6 до 20). Осадка большого одно-
деревого струга не превышала 90 см. Со временем размеры
стругов заметно увеличились. По описанию Олеария, в 1636 г.
грузовые струги поднимали 600—800 и даже до 1000 т. Кроме
грузовых были и пассажирские струги с так называемыми
чердаками, т. е. каютами, защищавшими пассажиров от непо-
годы 4.
В распоряжении воевод волжских городов для военных це-
лен находилась флотилия «есаульных» стругов (парусно-греб-
ные суда с 60—80 стрельцами и 2—4 легкими пушками). По-
требность в строительстве такого рода судов возникла еще во
времена походов на Астрахань (в 1554 и 1556 гг.) и особенно
совместных походов русских и украинцев на Крымское побе-
режье в 1556 и 1559 гг. Значительная по тогдашним масштабам
транспортировка войск (до 13 тыс. человек) активизировала
судостроение на |Волге, Дону и притоках Днепра—Сейме,
Десне и Пеле, где этому благоприятствовали и природные ус-
ловия, особенно наличие значительных лесных массивов с мно-
говековыми деревьями.
В наказе казанскому воеводе И. М. Воротынскому (апрель
1614 г.) для борьбы с казаками И. М. Заруцкого предлагалось
изготовить 110 стругов «под ратных людей, под наряд (артил-
лерию.— Ю. Т.) и под хлебные запасы» и 150 стругов «боевых
’ ДАИ, т. III, с. 145.
* Олеарий, 1906, с. 362.
37
оХнодеревых с судовыми принадлежностями... В случае невоз-
можности сделать струги в Казани, Вятке, Свияжске послать
в Нижний, Кострому и Ярославль и отписать' на государя у
всяких людей готовые струги»5.
Судостроение на верхнем Дону, как и на Волге, развивалось
быстро в связи с ростом экономических связей и складыванием
всероссийского рынка.
Документы XVII в. свидетельствуют о преобладании двух
типов судов: стругов и дощаников. Строившиеся на Дону стру-
ги фактически не отличались от волжских. Донские дощаники
были плоскодонными судами, построенными из досок. По сво-
им размерам они обычно превосходили струги, достигая в дли-
ну 30—35 м. Крупные дощаники начали строить под Вороне-
жем в 40-х годах XVII в. в связи с увеличением донских
отпусков и ростом донской торговли. Особенно большое рас-
пространение они получили во второй половине XVII столетия.
При плавании русских войск по Дону на дощанике размеща-
лось обычно 200 человек6.
В силу специфических условий Воронежского края, распо-
ложенного на путях из Центральной России к Приазовью, част-
ное судостроение серьезно отставало от государственного, осо-
бенно в 60—70-е поды XVII в. Состояние государственного су-
достроения в бассейне верхнего Дона во многом зависело от
внешнеполитического курса русского правительства, от взаимо-
отношений России с Турцией и Крымским ханством, а иногда
даже с Польшей и Швецией.
Непосредственными причинами массового строительства го-
сударственных судов в Воронежском крае были донские от-
пуска, отправка русских посольств в Турцию и особенно похо-
ды русских войск в Приазовье с целью создания угрозы Кры-
му и нанесения ответных ударов по Крымскому ханству.
Оживленные дипломатические отношения с Турцией вели
к частому направлению посольств: русских в Стамбул и ту-
рецких в Москву. Их путь всегда пролегал по Дону, и для
каждого посольства требовалось несколько десятков речных
судов.
В XVII в. русское правительство не раз посылало войска
на судах вниз по Дону. Для переброски войск в Приазовье и
предполагаемых походов через Азовское море на верхнем Дону
строились сотни речных и морских судов.
Первая попытка создания морского флота на Дону была
предпринята русским правительством в 1646 г. Сначала оно
распорядилось, чтобы морские суда были построены под Воро-
нежем весной «вольными охочими людьми» — самими участ-
никами предстоящего похода. Когда это сделать не удалось,
5 Архив ЛОИИ, ф. 178, on. 1, д. 23, Л. 1; д. 25, л. 1.
6 Загоровскнй, 1957 (2), с. 140. ,
38
priiK'iio было летом 1646 г. перебросить 100 судов на Дон с
Ни.нги п одновременно построить 100 морских судов на верх-
нем Дону силами московских плотников и местного населения.
• )днако правительство не учло всех трудностей, особенно от-
сугствия опыта в морском судостроении у населения цент-
ральных и южных уездов России. В результате все 200 судов —
и доставленные в низовья Дона с Волги, и построенные на
оерсгах р. Мечи у г. Ефремова под руководством Федора Ла-
дыженского— оказались непригодными для морского похода7.
Создание азовско-черноморской флотилии в 60-х годах
XVII в. было связано с военными действиями против Крымско-
н) ханства и Турции. В 1659 г. строительство стругов в бассейне
нерхнего Дона планировалось для нападения на Крым, с тем
чтобы отвлечь союзника Польши — крымского хана — для за-
щиты собственных владений, что позволило бы облегчить тяже-
лое положение русских войск на Украине. Руководил построй-
кой судов на верхнем Дону дворянин Иван Романчуков, строи-
ли их служилые люди и крестьяне.
Строительство не всегда было качественным. Плотник Ки-
рилл Петров, донской казак, посланный «по государеву указу»
и Козлов для «стругового дела» с тремя другими казаками,
«в распросе сказал... что сделал де он на образец в Козлове
трн струга и велел он плотникам... все таковы струги делать,
и твой государев дворянин Володимер Еропкин твоим госуда-
ревым посошным плотникам велел струги делать наскоро в
мерзлом и сыром лесу в зимнюю пору в два дня струг. А у нас,
государь, делают недели по две и больше... морские струги
делаются не в мерзлом и то, государь, в летнюю пору» 8. iB дру-
гих документах находим, что за «дурно сделанные» в сыром
Трубчевском лесу и отправленные в Брянск струги, «из кото-
рых повыволилась конопать», приказано было с виновных
взять пени 9.
Все же к весне 1660 г. у села Торбеево на р. Воронеж
(Козловский уезд) и у села Романово на Дону (Лебедянский
уезд) было построено 500 стругов10 (о действиях созданного
в 1660 г. флота см. гл. VI). Весной 1663 г. там же, у села Ро-
маново, было построено 175 морских парусно-гребных судов,
но использовать их для морского похода не удалось, так как
международное положение и внутренняя обстановка в 60-х го-
дах не позволили России продолжать боевые действия в При-
азовье11. В 1670 г. в Нижнем Новгороде для войск воеводы
11. Урусова было сделано «100 стругов на морской ход с якорь-
ми и с варовыми снастями и со всякими струговыми припасы,
7 Там же, с. 141 —142.
• РИБ, т. 34 (ки. 5), с. 832—833.
’ Новомбергский, 1914, с. 147—148, 218.
10 Загоровский, 1957 (2), с. 143—144.
11 ЦГАДА, ф. 89, 1661, д. 1. л. 228.
39
и на парусы холсты, да на волский (волжский.— Ю. Т.) ход
ясаульных 45 стругов» 12.
В 1673 г. в качестве транспортных средств для русских
войск, а также для предстоящего морского похода снова, как
и в 1660 г., понадобились сотни речных и морских судов. Мо-
сковскому дворянину Я. Л. Полуектову, главному распоряди-
телю постройки корабля «Орел» в селе Дединово (1667—
1668), было поручено строительство 20 судов в селе Романово.
К нему командировались донские казаки — судовые мастера
Лукьян Высоцкий, Григорий Кириллов и Никита Яковлев. Для
работы на верфях были собраны плотники, кузнецы и работ-
ные люди из 41 уезда России. В том же году на Дону было
построено 130 судов 13. Суда эти выходили в море и вели бое-
вые действия против Турции и Крыма в 1674 г.
Кроме того, на расположенных на реке Воронеж пристанях
(верфях) Березовская, Ступинская, Куринская, Уваровская,
Казинская и др. в 1673 г. было построено 556 государственных
транспортных судов, в 1674 г. — 465, в 1675 г.—250, необходимых
для переброски в низовья Дона подкреплений и для снабжения
русских войск продовольствием и боеприпасами 14.
С каждой новой попыткой улучшалось качество строивших-
ся на Дону морских парусно-гребных судов, а также речных
судов — государственных и частных. Однако возможности 'раз-
вития судостроения определялись в первую очередь состоянием
экономики страны. Успех в этом деле был возможен только
при наличии в стране достаточной материальной базы. Слабость
материальной базы (в частности, недостаток железа) затруд-
няла строительство судов. Уровень социально-экономического
развития России в XVII в. не позволял в широких масштабах
применять новые, более 'совершенные методы судостроения.
Ярко проявилось это и на Каспии.
Одним из центров морского судостроения была Астрахань.
Здесь в ведении воеводы находилось специальное государст-
венное учреждение — деловой двор, — которое занималось и
строительством судов, и самим мореплаванием на Каспии. При
деловом дворе состоял штат корабельных мастеров, подчиняв-
шийся «голове»; здесь же имелись «кормщики», т. е. шкиперы
для мореходных бус. В ведении делового двора числилась так-
же флотилия речных и морских есаульных стругов, на которых
стрельцы несли «плавную» службу по охране судоходства. Ко-
рабельный лес сплавлялся в Астрахань плотами из Казани и
других городов бассейна Волги.
Ценовые росписи, челобитные торговых людей рассказыва-
ют о поступлении на деловой двор веревок, холстов, судовых
скоб, канатов, смолы, лесных материалов, нитей парусных,
12 Крестьянская война, т. 2, с. 21.
13 ЦГАДА, ф. 111, 1674, д. 16, л. 107—108; Новомбергский, 1914, с. 267.
н Там же, с. 145—146.
40
пит|<>в еловых и прочих судовых принадлежностей, отписанных
пи «государево имя» для строительства различных судов15 *.
Среди судов, плававших по Каспийскому морю в XVII в.,
чище других упоминаются бусы. Происхождение этого назва-
нии трактуется по-разному. Одни считают, что оно принадле-
жит к старинной английской терминологии |6, другие убеждены,
по оно норманнское или голландское17. В русских источниках
г>уса впервые упоминается в Троицкой летописи (начало XV в.).
По что буса — судно для морского плавания, явно видно как
и 1 материалов, отражающих деятельность делового двора и
дипломатические связи России со странами Востока, так и из
воспоминаний современников (Дженкинсон, А. Олеарий, Ян
<:грейс, Ф. Соймонов, де Бруин и др.).
Бусы — остроносые круглодонные крутобокие суда с одним
парусом. На них имелись запасные канаты, якоря и паруса.
Командовал бусой служилый человек, бравший с собой плот-
ника, десятка два стрельцов и пушкарей. В составе экипажа
бусы также были кормщик, носовщик, махоня (сигнальщик),
а для выхода в море брали в Астрахани опытного вожа (лоц-
мана), хорошо знавшего фарватер. Чердаки для членов по-
сольств, купцов и экипажа были выше и вместительнее, чем
па стругах; на бусе обязательно имелись складские помещения
для товаров 18.
По свидетельству очевидцев, бусы отличались значительной
грузоподъемностью. Так, англичанин Дженкинсон в конце
XVI в. купил в Астрахани судно для плавания по Каспию и
перевез на нем груз, для которого потребовался караван в
1000 верблюдов, т. е. более 200 т, в то время как из Англии
и Архангельск он прибыл на судне грузоподъемностью 120 т 19.
Постройка бус на верфи делового двора носила организо-
ванный и стабильный характер, там всегда можно было изго-
товить необходимое число судов в короткий срок. Так, в 1588 г.
и течение месяца была построена буса, вместившая и русское
посольство во главе с Г. Б. Васильчиковым, и возвращавшееся
домой персидское посольство, да, кроме того, «для гребли де-
вять человек... да по государеву указу для провожанья двадцать
человек стрельцов»20.
Снаряжая посольство, его обеспечивали продовольствием на
несколько лет; вместо денег посла снабжали мехами, с тем
чтобы на деньги, вырученные от их продажи, он мог приобре-
тать самое необходимое. Все это требовало много транспорт-
ных судов. Бусы, предназначавшиеся, как правило, для тор-
1S Архив ЛОИИ, ф. 178, № 906, 907, 924, 932, 954.
18 Срезневский, т. 1, с. 194—195.
17 Веселаго, 1875, с. 53.
18 Хлебников, 1907, с. 92, 102.
19 Английские путешественники, 1937, с. 75.
20 Памятники сношений России с Персией, т. 1, с. 13.
41
говли и перевозки посольств, всегда были вооружены, чтобы
защищаться от нападений жителей прибрежных областей, осо-
бенно казаков. На бусе стояли две пушки — нарядная пищаль
и медный «тюфяк» (от персидского «туфенг» — «пушка»), В бо-
лее спокойное для плавания время на такой же бусе была
одна пушка, «пуд пороха, полпуда дроби, сорок ядер, двадцать
стрельцов, пушкарь...»21. Подобное вооружение служило лишь
средством защиты. О преследовании и нападении с таким во-
оружением на море не могло быть и речи.
В оценке мореходных качеств бус современники проявля-
ют редкое единодушие. И сами эти суда, и способы их вожде-
ния были примитивны. По словам английского торгового аген-
та в Прикаспии Ионы Хайвея (середина XVIII в.), русские
судостроители при сооружении бус обходились без железных
гвоздей, которые заменяли сосновыми или еловыми костылями
с круглыми шляпками; вместо смолы или дегтя употребляли
длинные полосы лыка, которыми сшивались доски, образующие
палубу; щели между ними забивались паклей или лыком. Тем
же способом закреплялись и плохо забитые втулки 22. По сви-
детельству А. Олеария, «персы, татары и русские плавают по
Каспийскому морю, но так как у них плохие и дурно снаря-
женные суда, а сами они почти только и плавают, что по ветру,
то они никогда не отваживаются пускаться на средину моря,
но держатся берегов, у которых могут останавливаться на
якорях»23. Русский гидрограф, картограф и географ, соратник
Петра I Ф. И. Соймонов (1682—1780), характеризуя каспий-
ское судоходство до Петра, писал, что бусы были небезопасны
в плавании. Устройство их не позволяло лавировать. Они ходи-
ли по ветру с большим парусом, а если ветер менялся, то под-
нимали малый парус, называвшийся «гуляй-парус», и заходили
в какой-нибудь залив 24.
Нельзя не удивляться мужеству купцов и мореходов, от-
важивавшихся пускаться в плавание по опасному и капризному
Каспийскому морю на столь ненадежных судах, выдерживав-1
ших не более двух рейсов — от Астрахани до Мангышлака;
(или до Дербента и Низабада) и обратно, после чего необходи-
мо было либо ремонтировать их, либо строить новые.
Еще во времена царя Михаила Романова (1613—1645) ста-
ло понятно, что будущее русского мореплавания — за судами
европейского типа. В 1633 г. царь Михаил разрешил голштин-
ским купцам организовать компанию для торговли с Персией
и Индией через Московское государство без уплаты таможен-
ных пошлин. Разрешение, вероятно, объясняется тем обстоя-
тельством, что голштинцы обещали платить в казну ежегодно
21 Костомаров, 1862, с. ПО.
22 Байкова, 1964, с. 156.
23 Олеарий, 1906, с. 507.
21 Соймонов, 1763, март, с. 205—206.
42
Фрагмент карты XVII в. с изображением бусы
баснословную по тому времени сумму в 600 тыс. ефимков
(талеров, шедших по два на тогдашний русский рубль). Для
организации транзитной торговли компания получила право
построить десять судов в «земле царского величества, и лес
покупать у царских подданных вольною торговлею, плотников
нанимать царских подданных охочих людей, и от этих плот-
ников корабельного мастерства не таить»25.
Первый из этой серии кораблей, «Фридерик», был построен
в том же году в Нижнем Новгороде корабельным мастером
Михайлой Кордесом с помощью русских плотников из сосно-
вых досок; его длина равнялась 120 футам, он имел 3 мачты,
24 весла и обладал небольшой осадкой26. А. Олеарий писал,
что осматривавшие корабль «персы-мореходцы» удивлялись
его размерам и говорили, «что Кюльзюм — так называли они
Каспийское море — с тех пор, как по нем ездят, не видал еще
столь большого судна»27. По сведениям Н. И. Костомарова,
«Фридерик» был построен по образцу тогдашних русских судов,
но отличался отделкой и парусной оснасткой28, которая про-
изводила внушительное впечатление своими размерами. В Аст-
рахани многие купцы и мореплаватели уверяли голштинцев,
что такое судно не годится для Каспия, где волны коротки и
чрезвычайно высоки, и поэтому советовали по крайней мере
укоротить мачты. Их опасения оправдались. В первом же пла-
вании грот-мачта сломалась на три части, корабль потерял
управление и был выброшен на берег. Расстроился и договор
с голштинской компанией.
Тем не менее царские власти не оставляли попыток строи-
тельства кораблей европейского типа, так как морская торгов-
ля сулила казне большие выгоды. В феврале 1660 г. голланд-
ский купец ван Сведен был послан в качестве торгового упол-
номоченного московского правительства в Голландию, и одной
из его задач была вербовка на русскую службу корабельных
мастеров и людей, умеющих управлять судами.
Инициатором строительства флота для Каспийского моря
стал ближайший советник царя Алексея Михайловича (1645—
1676). глава Посольского и Малороссийского приказов Афана-
сий Лаврентьевич Ордин-Нащокин. Еще в 1656 г. он добивался
создания флота для войны со Швецией за Прибалтику и Ка-
релию.
19 июня 1667 г. последовал царский указ «для посылок из
Астрахани на Хвалынское море делать корабли в Коломен-
ском уезде, в селе Дединове, и то корабельное дело ведать
в Приказе Новгородские Чети боярину Ордину-Нащокину, да
25 Соловьев, кн. 3 (т. 5—6), с. 199.
26 Олеарий, 1906, с. 356—357.
27 Там же, с. 407.
28 Костомаров, 1862, с. 106.
44
MKVEX ХОГбОЯЯ»
Корабль «Фридерик»
думным диакам Герасиму Дохторову да Лукьяну Голосову,
да дьяку Ефиму Юрьеву»29.
Непосредственным поводом к этому указу послужило за-
ключение договора с компанией персидских армян (1667 г.) о
торговле шелком-сырцом. Но строительство кораблей для
Каспийского моря как назревшая необходимость было задума-
но значительно раньше.
Первоначально местом строительства предполагалось сде-
лать Астрахань, как о том свидетельствуют договоры с иност-
ранцами, нанятыми на службу ван Сведеном. Сообщения аст-
раханских воевод об активизации на нижней Волге казацкой
вольницы, предводительствуемой Степаном Разиным, заставили
избрать местом строительства дворцовое село Дединово Коло-
менского уезда, удобно расположенное на р. Оке, недалеко
от впадения в нее р. Москвы; к тому же близость к столице
обеспечивала контроль со стороны центральных властей.
Необходимые для кораблестроения инструменты были при-
обретены за границей. Нанятый капитаном голландец Давид
Бутлер привез карту Каспийского моря, «астрономическое коль-
цо» для измерения высоты солнца и «корабельного строю
письмо», нечто вроде проекта морского устава30.
29 ДАИ, т. 5, с. 211.
° Попов, 1858, с. 3; Веселаго, 1875, с. 63.
45
К участию в строительстве судов был привлечен полковник
Корнелиус фон Буковен, который приехал в 1647 г. в капи-
танском чине из Голландии с боярином Ильей Милославским.
По словам ван Сведена, «он на море многие пути хаживал на
корабли, и морской .бой ему в обычай и корабельное дело и
руской извычай знает»31. За границей ван Сведен нанял де-
сять голландских мастеров, часть которых, получив задаток,
бежала32.
15 июля 1667 г. в Вяземский уезд был послан подьячий
Савин Яковлев с заданием искать пригодный для корабле-
строения лес. Ему было поручено обследовать леса на р. Угре
и возле села Дединово. Коломенский воевода Никита Кутузов
был обязан оказывать Яковлеву всяческое содействие, предо-
ставить необходимое количество подвод и стрельцов для пере-
возки леса.
В начале сентября 1667 г. начальником строительства по
рекомендации А. Л. Ордин-Нащокина был назначен дворянин
Яков Леонтьевич Полуектов. Правительство дало ему большие
полномочия. Его помощником стал подьячий Степан Петров 33.
Владелец тульских и каширских заводов Петр Марселис обеспе-
чивал строительство железными изделиями 34.
В приказ Новгородской Чети было подано прошение об
отправке для «корабельного строения» в Дединово 30 плот-
ников, «которые наперед сего бусы и струги делывали», 4 куз-
нецов для ковки якорей и других принадлежностей к судам,
4 пушкарей, необходимого количества канатов, веревок, смолы,
дегтя, киндяка (цветной ткани) на знамя, 8 шести- и 4 четырех-
фунтовых пушек, 40 мушкетов, 40 пар пистолетов, 40 берды-
шей, 'необходимого количества пороха, свинца, фитиля, ядер,
железа и угля для кузнечного дела35.
К осени 1667 г. подготовительные работы были закончены
и началось строительство корабля, яхты, двух шлюпов.
Правительство торопилось завершить строительство к весне
1668 г., так как из Астрахани поступали все более тревожные
известия об угрожающих торговым сношениям и прибрежным
городам действиях казацкой голытьбы во главе со Степаном
Разиным. Но сразу же ощущалась острая нехватка самых не-
обходимых материалов. Вот почему 1 октября 1667 г. Полуек-
тов сообщал в Москву о том, что на верфи не хватает плот-
ников и кузнецов. 27 октября он жаловался царю и Ордин-
Нащокину на Петра .Марселиса, который не выполнил указа
о своевременном обеспечении строительства железом 36. 28 ян-
31 Внсковатов, 1946, с. 82.
32 Там же, с. 81.
33 ДАИ, т. 5, с. 226, 244.
34 ЦГАДА, ф. 141, д. 121, л. 96—98, 137, 163, 185.
35 ДАИ, т. 5, с. 218—221.
33 Там же, с. 236.
46
1668 г. Полуектов писал об отсутствии денег, жаловался
и.। приказного из села Дединово, отказавшегося дать подводы
। in перевозки леса37.
11о распоряжению приказа Новгородской Чети, а часто п по
прямым царским указам местным властям поручалось неукос-
шпсльно выполнять требования руководителей строительства.
II как к тебе (Полуектову. — Ю. Т.) наша, великого государя,
ip.iMora придет, и ты для поспешания плотников в прибавку
нанял как мочно, а будет охотою наймоватца не станут, и ты б
пелел имать от дел у посадских людей на Коломне, якорных
кузнецов в Переяславле-Рязанском, а подводы под железо на
Кашире у воевод, а к ним о том и всем наш, великого госуда-
ря, указ послан».
В результате темпы строительства убыстрились, и вскоре
11олуектов с гордостью сообщал в Москву: «И у меня, холопа
тоего, карабль и яхту делают; а у карабля, государь, дно и
стороны основаны и кривые деревья все прибиты. И на верх на
карабль брусья растирают; а лесу у меня, холопа твоего, куп-
лено и что отписано на тебя, великого государя, с карабль
и яхту будет, и смолы и дегтю, и конопати, и сала у меня, хо-
лопа твоего, куплено ж» 38. 26 мая 1668 г. он доносил: «Карабль
опущен и доделывается на воде, а яхта и шлюпка поспеют в
скором времени».
7 августа того же года вновь дан царский указ о скорей-
шем окончании строительства, а месяц спустя Полуектов писал:
«Карабль, яхта, два шлюпа и бот сделаны совсем» 39. Корабль
с осадкой 1,5 м имел три мачты и был длиной 24,5 м и шири-
ной 6,5 м. Общая сумма расходов на строительство составила
9021 рубль 25 алтын и полденьги 40.
20 октября фон Буковен писал в Москву: «Вода мала, идти
кораблю нельзя»41. Полуектов же и старосты окрестных де-
ревень по-иному оценивали причину задержки: «В Оке вода
велика и кораблям идти мочно, а подьячий с полковником пьет
и бражничает и о государственном деле не радеет» 42. 4 ноября
Ока замерзла. Таким образом, в навигацию 1668 г. не суждено
было вывести построенную флотилию в Астрахань.
Весной 1669 г. Полуектов был снова послан в Дединово для
оснащения и вооружения кораблей. Не дождавшись пушек,
.заказанных Марселису, он 7 мая дал распоряжение направить
флотилию к Нижнему Новгороду. В начале плавания под
командованием Давида Бутлера на корабле, названном «Орел»,
было 20 иностранцев и 35 нижегородских стрельцов.
37 Там же, с. 238.
38 Висковатов, 1856, № 1, отд. III, с. 112.
39 ДАИ, т. 5, с. 257.
40 Там же, с. 258, 267.
41 Там же.
42 Там же.
47
Корабль *Орел» (гравюра Деккера по рисунку Стрейса)
Как же выглядел первый русский военный корабль?-Неко-
торые авторы, описывавшие строительство корабля «Орел»,
дают его изображения. Они различаются как по размерам
корабля, так и по его парусному и артиллерийскому вооруже-
нию. Сам факт такого изобилия разнообразных рисунков на-
стораживает. Несомненно, достоверным источником является
книга парусного мастера корабля «Орел» Яна Стрейса «Три
путешествия», в которой помещена гравюра С. Деккера «Вид
Астрахани с кораблем „Орел"», сделанная по рисунку ав-
тора 43.
К сожалению, П. И. Белавенец не воспользовался книгой
Я. Стрейса и опубликовал в своих трудах гравюру из много-
томного издания «Города четырех частей света» (1729) извест-
ного нидерландского собирателя и издателя Ван дер Аа, на
которой изображены два сорокапушечных корабля на фоне
Нижнего Новгорода. Один из этих кораблей П. И. Белавенец
выдает за «Орел», хотя в России. XVII в. был лишь один воен-
ный корабль.
Ван дер Аа, никогда не бывавший в России, взял этот ри-
43 Стрейс, 1676.
48
i\iii>ii из сочинения А. Олеария «Подробное описание путе-
шествия голштинского посольства в Московию и Персию в
Hi.’l.'l, 1636 и 1639 гг.». Он точно воспроизвел данный у А. Олеа-
рпп вид Нижнего Новгорода, однако 'вместо корабля «Фриде-
]>пк», построенного в 1635 г., изобразил два корабля «новой
постройки» с парусным и артиллерийским вооружением нача-
111 XVIII в. Таким образом, единственным правильным изобра-
жением «Орла» является гравюра С. Деккера, выполненная
по рисунку Я. Стрейса.
В Нижнем Новгороде «Орел» наконец получил полное во-
оружение. Он имел 22 пушки от двух- до пятифунтового
калибра.
24 августа 1669 г. Астрахань приветствовала «Орел» ору-
дийным салютом. Вся флотилия поступила в распоряжение
делового двора.
Строительству «Орла» уделялось большое внимание как в
русской дореволюционной, так и в советской историографии.
Однако все эти публикации, особенно в периодических изда-
ниях, не только не внесли ясности, но, наоборот, дали повод
к различным и зачастую противоречивым толкованиям такого
знаменательного события. Это относится и к судьбе корабля.
Многие исследователи считают, что после прибытия деди-
повской флотилии в Астрахань все суда, в том числе «Орел»,
были сожжены разницами; при этом они не дают никаких ссы-
лок на источники.
В предисловии к первому изданию Морского устава (где
содержится наиболее раннее упоминание в печати о судьбе
«Орла») говорилось, что царь Алексей Михайлович вознаме-
рился «делать корабли и навигацию на Каспийском море. И по
псотменному желанию его величества вывезен был из Голлан-
дии капитан Давид Бутлер с компанией мастеров и матрозов.
Которые сделали корабль именем «Орел» и яхту или гелиот
па Волге реке в Дединове и сплыли в Астрахань. Но непости-
жимыми судьбами Божиими пресеклось оное таковым случаем:
забунтовал в то время Разин, и в нашествии своем на Астра-
хань как иным многие вреды сделал, так и суды оные, яко
противник всякого добра, разорил и капитана убил, а протчие
ушли в Перейду и отоль в Индийскую компанию»44.
В это сообщение вкрались некоторые неточности: во-первых,
Дединово находится не на Волге, а на Оке; во-вторых, Бутлер
пс был убит разницами. Но, главное, речь здесь идет о «разо-
рении» судов, а не об их сожжении, причем известно, что пуш-
ки с корабля были использованы для усиления обороны кре-
пости (1670 г.). Разницам, не встретившим сопротивления со
стороны разбежавшейся команды45, не было необходимости
44 Книга устав морской, 1720, с. 10.
45 Стрейс, 1935, с. 354, 358.
4 Зпк. 535
49
уничтожать корабль. Кстати, ли в сообщениях иностранцев —
очевидцев событий в Астрахани, ни в приговоре Разину, где
перечислялись все его «вины», нет упоминаний о сожжении
«Орла». Более того, в документах имеются сведения, что «Орел»
и другие суда дединовской постройки, лишенные вооружения,
простояли в течение многих лет в волжской протоке Кутуме,
у стрелецкой слободы. Вот что по этому поводу сообщал аст-
раханский 1воевода: «В прошлых годах, до 180 году (1672 г.—
Ю. Т.), блаженные памяти великого государя царя и великого
князя Алексея Михайловича... прислан с верху в Астрахань
карабль да полукарабелье, а стоят в Кутумове реке; а в кото-
ром году и с кем имены тот карабль и полукарабелье в Аста-
рахань присланы и что каких карабелыных припасов 'было,
того в приказной палате не сыскано, потому что >в смутное
время от воровских казаков приказные палаты писма все
изодраны... Карабль ветхой, дно и бока сгнило, в ход не го-
дитца; а на нем припасов 3 дерева щегольных (мачты. — Ю. Т.)
с кругами деревянными, ветхими и в том числе на носу дерево
щегольное с кружком деревянным, да у той же щеглы внутрь
в карабле конец утвержден обоймам железным; на носу ж,
на водорезе, перилы решетчатые, под перилами лев резной,
крашеной; на носу чердак, а на корме два чердака (каюты.—
Ю. Т.), верхние да нижние; кругом чердаков, на носу и на
корме, перилы. В карабле двои палаты (палубы. — Ю. Т.),
верхние да нижние... В карабле 4 якоря лапчатых больших
карабельных... По сторонам у карабля 24 цепи с векшами де-
ревянными и в том числе в остатке 8 цепей с векшами, а 16 це-
пей нет. У карабля по сторонам 22 окошка (порты по числу
орудий. — Ю. Г.) без закрышек и в том числе одно с закрыш-
кою... Да подле того же карабля стоит полукарабелье с дере-
вом, на нем 2 чердака крыты и намощены тесом...» 46.
Таким образом, есть основание полагать, что суда, о ко-
торых астраханские власти доносили царю,— это «Орел» и
яхта дединовокой постройки.
Строительство «Орла» не было последней попыткой улуч-
шения используемых на Каспийском море судов. Еще в декаб-
ре 1668 г. Д. Бутлер представил в Посольский приказ проект
постройки гребных судов, более пригодных, по его мнению,
для плавания по Каспию: 36-весельных галер (каторг) и
20-весельных баркентин (стругов). Переводчик Посольского
приказа Виниус, также считавший гребные суда более пригод-
ными для Каспийского моря, чем парусные, предлагал не огра-
ничиваться постройкой единичных судов, а заложить сразу
несколько. «То море, — писал Виниус, — глубокостью не как
Океян, н того ради во время бури валы ходят не таковы вели-!
ки. как в Океяне, но часты, и тем караблю (парусному. —
41 ДАИ, т. 8, с. 250—251.
50 * <
/< > /.) чинится великая шкода... Те каторги гораздо лутче бус
крепостью, и великими бурями тех не будет разбивать, как
<iyi i.i разбивает часто» 47.
На стругах были направлены в Астрахань необходимые ма-
к'рпалы для строительства по проекту Д. Бутлера военного
корабля на манер венецианской галеры и 20-весельной бар-
|ич1тины с шестью или семью однофунтовыми пушками для
действий в Каспийском море против разбойников. В качестве
гребцов собирались использовать закованных в кандалы плен-
ных 48.
Некоторые авторы склонны считать, что «Орел» и другие
суда постройки 1667—1668 гг. не были последними, сошедши-
ми с дединовской верфи49. «Например, в 1670 г. там была спу-
щена на воду яхта (без названия) и 32-весельная галера, мо-
дель которой долго сохранялась в „Модельной камере**»50.
Попытка сооружения новых, отвечающих своему времени
судов показала сложность этого начинания и потребовала
огромных усилий. Постройка дединовской флотилии русскими
мастерами имеет большое историческое значение как первый
опыт на пути создания отечественного военного кораблестрое-
ния. Некоторые мастера, строившие дединовскую флотилию,
стали впоследствии участниками петровского корабельного
строительства, и петровское судостроение не было бы таким
успешным, если бы в России не имелось в достаточном коли-
честве опытных корабельных мастеров: плотников, кузнецов,
парусных швецов.
Еще одним свидетельством того, что созданию флота при-
давалось большое значение, служит изданный в 1647 г. устав
«Учение и хитрость ратного строя пехотных людей» Иоганна
Вальхаузена, в предисловии к которому говорилось, что седь-
мая (еще не изданная) книга будет посвящена корабельной
ратной науке51. Цели кораблестроения наглядно раскрываются
и в первом временном уставе — так называемых «34 статьях
артикульных», которые получила дединовская флотилия. В них
Бутлеру было указано, «как ему на корабле и на яхте итти».
Эти же статьи были посланы астраханскому воеводе52.
Если на Каспии определяющими причинами судостроения
были потребности заморской торговли и необходимость охраны
ее от казаков и прибрежных жителей, то важнейшими пред-
посылками казацкого судостроения были борьба казаков про-
тии турецко-татарской агрессии и связанное с ней стремление
добиться свободы мореплавания на Азовском и Черном морях.
47 ДАИ, т. 5, с. 404—405.
48 См. там же, с. 272.
49 Белокуров, 1906, с. 38; Сукновалов, 1946, с. 76—93.
’° Сукновалов, 1946, с. 86.
61 Веселаго, 1875, с. 67.
62 Сукновалов, 1946, с. 86.
4*
51
Запорожская чайка (реконструкция по Боплану)
По свидетельству Боплана, запорожские казаки строили
челны около 60 футов в длину, 10 или 12 футов в ширину и
до 12 футов в высоту. Суда были без киля. Основанием им
служила огромная долбленая колода из ивового или липового
бревна длиной около 45 футов53. С бортов колода обшивалась
досками, «причем каждый ряд выпускался над предыдущим».
Доски прибивались гвоздями. Вдоль бортов крепились пучки
сухого камыша толщиной в бочонок, обвязанного липовым
или черемуховым лыком. Камыш служил для остойчивости
и непотопляемости судна. Челны имели перегородки и попереч-
ные скамьи и снабжались двумя рулями — кормовым и носо-
вым. Рули представляли собой длинные весла с широкими
лопастями. Казаки ставили два рулевых весла потому, что
иначе «вследствие значительной длины судна потребовалось
бы слишком много времени при поворотах, чем сильно затруд-
нялась бы свобода и быстрота движений»54. По бортам каж-
дый челн был снабжен 10—15 парами весел. Кроме того, на
нем устанавливалась мачта с парусом, которым казаки поль-
зовались только при попутном ветре. Судно не имело палубы,
и высокие волны перехлестывали через борт. Но даже напол-
ненное водой во время бури или вследствие попадания ядра
оно не тонуло: его держал на плаву камышовый пояс55.
Откуда и когда пришло на Украину столь широко распро-
странившееся там название запорожского судна — «чайка»?
Еще польский историк Марцин Бельский (XVI в.) свидетель-
ствует о том, что казаки переправлялись через пороги в лод-
ках, которые они называли чайками (czajke) 56. Такое наимено-
вание казацких челнов мы находим и в других источниках
53 Старый парижский фут равен 0,325 м.
64 Боплан, 1896, с. 344.
55 Там же, с. 344—345. .
58 Бельский, 1856, с. 1359.
82
XVII в.67. Термин «чайка» в значении «судно», «корабль»,
• пиратское судно» поныне встречается в языках средиземно-
морских и черноморских стран (тур. sayka, румын, saica, бол.
шпака, сербохорват, sajka, новогреч. оаеха, итал. saicca,
цгнг. sajka, франц, saique, нем. tschaike).
Скорее всего термин этот итальянского происхождения,
(ипмствование из итальянского языка судоходной и судострои-
к'льной терминологии вообще характерно для народов, овя-
ппшых с бассейном Средиземного моря. В частности, в русский
и украинский языки слово «чайка» могло войти из речи генуэз-
цев и венецианцев, постоянно проживавших в прибрежных го-
родах Черного моря57 58.
Описание казацкой чайки, сделанное Бопланом, подтверж-
дается в сочинениях его современников. Д’Асколи в 1634 г. пи-
сал: «По Нипро... спускаются польские казаки (так называли
украинских казаков в первой половине XVII в. — Ю. Т.) на
сноих „чайках” для опустошения Черного моря... Эти „чайки"
длинноваты, наподобие фрегатов, вмещают 50 человек, идут на
послах и под парусами. Дабы они могли выдержать жестокие
бури, их обвязывают вокруг бортов соломой, поддерживающей
их на воде... на море же ни один корабль, как бы он ни был
не.чик и хорошо вооружен, не находится в безопасности, если,
к несчастью, встретится с ними, особенно в тихую погоду»58.
С большой долей уверенности можно считать, что суда
запорожских и донских казаков в XVII в. были идентичны.
Это объясняется как сходными условиями плавания, так и по-
стоянными связями и совместными действиями казаков.
В официальных государственных документах XVII в. упот-
ребляются термины «чайка» для Днепра и «струг» для Волги
и Дона с прибавлением «морской» или «черноморский».
Вице-адмирал Корнелий Крюйс в описании судостроения
па Дону в конце XVII в. сообщает: «Суда их, кои они челнами
называют, беспалубные и подобны неаполитанским фелюкам
или гишпанским баркелонгам, с кормы и с носу островаты,
длиною от 50 до 70 и более футов, а шириною от 18 до 20 фу-
1он, оные снабдевают они по бокам шанцами из тростника,
соломы или камыша в 6,7 и 8 футов толщины, которые им в
защиту груди против стрел служат; на них имеется только
по одной мачте с раенным парусом, который употребляют толь-
ко по ветру и то по нужде, а поспевают больше на греблях,
имея количеством по великости судна от 16 до 40 весел, коими
они не только татар, но и турок скоро нагоняют... Некоторые
суда имеют на корме и на носу по рулю или загребному веслу,
п которые из них бывают очень шатки, на тех употребляют тол-
57 Жерела, 1908, с. 122, 324.
58 Богородский, 1963, с. 79—88; Богородский, 1968.
58 Д’Асколи, 1902, с. 98.
53
стые пучки камыша, привязывая оные к бортам, дабы тем
себя от опрокидывания сохранить»60 61.
Все сказанное свидетельствует о том, что чайки и струги
были судами достаточно остойчивыми, быстроходными и ма-
невренными; на них запорожцы и донцы ходили в морские по-
ходы, и о них исторически сложилось понятие не только как
о речных, но и как о морских судах.
Наиболее благоприятным для строительства подобных су-
дов был район средней Волги, верхнего Дона и Днепра, на
протяжении многих лет служивший базой для снабжения каза-
ков различными материалами для постройки судов, и в пер-
вую очередь струговыми трубами. Кроме того, жители этих
мест имели богатый опыт строительства речных судов.
Н. П. Загоскин, собрав значительный материал по истории
судостроения в допетровской Руси, сообщает ряд способов пер-
воначальной обработки этого материала. Липовому или осо-
коревому стволу придают путем обтесывания, долбления или ।
выжигания ладьеобразную форму, а затем вымачивают, ставя
распорки, чтобы придать корпусу желаемую форму; эта опе-
рация длится один-два года, после чего полученный остов,'
носящий наименование «ботник», «липа» или «труба», посту-
пает в продажу преимущественно с плотов, следующих из ле-'
систых притоков Днепра. Доставленные к Киеву, или за поро-
ги, или к землям Войска Донского судовые остовы подлежали
дальнейшей обработке. Особенно серьезной она была для су-
дов, предназначавшихся к выходу в море. Для окончательной
отделки корпуса внутри его укрепляли еловые «опруги» (шпан-,
гоуты, ребра) и нашивали по бортам один или несколько поя-
сов досок («нашвы») 6|.
Нередко царское жалованье казакам включало струговые
трубы для морских .судов62. «Для морского ходу указали мы,
великий государь, послать к вам на Дон в Войско с Воронежа
30 стругов морских да 50 труб струговых выделанных, а на
ошивку к тем трубам 200 досок липовых по 9 и по 8 сажен,
да на щоглы, да и на реины 200 дерев»63. Для оснащения су-
дов к морскому плаванию царь жаловал казаков смолой, же-1
лезом и холстом на паруса64.
Понимая значение флота для борьбы с Крымом и Турцией,,
московские власти снабжали казаков и готовыми судами.
28 июня 1646 г. они приняли решение купить для Войска Дон-
ского сто стругов, «к морскому ходу пригодных», в Юрьевце, >
” Крюйс, 1824, с. 68—70.
61 Загоскин, 1909, с. 372—373.
82 РИБ, т. 18 (ки. 1), с. 276—278; т. 24, с. 94; АЮЗР, т. 2, с. 137—138;
260; материалы ИВД, № 7, с. 55; СГГД, ч. 4, с. 324.
83 АИВД, т. 1, с. 83—84.
84 Синбирский сборник, т. 1, с. 67, 70; РИБ, т. 26 (ки. 3), с. 41; АЮЗР,
т. 6, с. 204; т. 5, с. 171, 228; Эварницкнй, 1892—1897, т. 3, с. 102. НО, 117.
54 i
Ii.i.i.чхне, Нижнем Новгороде, Козьмодемьянске, Чебоксарах,
( ппяжске, Тетюшах, Казани и Лаптеве, а если не хватит
। гругов в этих городах, то построить недостающее число их
и Казани. Для указания, какие нужны струги, были посланы
iiioe казаков из «станицы» Максима Пещурова с наказом:
•Спруги брать девяти-, восьми-, семи- и шестисаженные. Если
и тыда не хватит стругов, буде не успеют их достроить в Каза-
ни, докупать струги в Самаре, Саратове и Царицыне». Постро-
енные струги требовалось сплавить в Царицын, а оттуда еще
ниже по Волге, к тому месту, где их ближе всего можно «при-
полочить» к Дону.
Для морской оснастки этих стругов царская грамота от
9 августа 1646 г. извещала Войско о посылке с новым госуда-
ревым жалованьем также «железа и на паруса холсты»65.
В войсковой отписке, полученной в Посольском приказе 4 но-
ября того же года, сообщалось, что струги прибыли на Дон
через станицу Пятиизбенскую, куда их доставил и сдал каза-
кам дворянин Андрей Племянников. В Войско он не поехал,
и послал в Черкасск со стругами стрелецкого сотника Степана
Коржавина. Казаки, однако, стругов в отсутствие «морского
нойска», которое находилось в походе, принять не посмели,
потому что струги оказались, по их мнению, для морского хода
непригодными. Казаки Григорий Черкес и Сидор Павлов, по-
сланные для выбора и осмотра стругов, предупреждали еще
раньше А. Племянникова об их плохом качестве, но тот их не
слушал, ссылаясь на государев указ 66. Случаи поставки недо-
брокачественных судов бывали часто, если суда строились без
участия или без присмотра казаков.
К середине XVII в., с началом интенсивного судостроения,
население среднего Дона все чаще жалуется на отсутствие
струговых труб. Простота изготовления струга привела к тому,
что корабельные леса в местах судостроения оказались вы-
рубленными. Так, в 1641 г. из Ливен били челом «всем горо-
дом», что у них «не стало лесу для струговых труб». К этому
времени вековые липы нужного размера были вырублены так-
же в Ефремовском уезде, в бассейне р. Мечи. К 80-м годам
прекратилось строительство однодеревых судов в Лебедяни.
В 1696 г. донские казаки просили сделать струговые трубы в
Ольшанских лесах, так как «на Воронеже и в других городах
таких лесов нет» 67.
Конец XVII — начало XVIII в. — новый этап в истории судо-
строения в России, когда казакам запрещалось законом стро-
ить суда непромышленным способом и хищнически расходовать
строительные материалы. Из документов Архива морского ми-
нистерства явствует, что в связи со строительством военно-
85 РИБ, т. 26 (кн. 3), с. 103.
68 Там же, с. 268.
87 Новомбергский, 1014, с. 75.
55
Днепровский дуб
морского флота, предпринятым Петром I, запрещалась без осо-
бого разрешения порубка, и леса, «пригодные на струговое и
корабельное строение», были описаны. Был составлен «регла-
мент», определявший потребность в материалах на постройку
судов различного класса. Не липовые колоды, а дубовый пило-
вочник стал основным материалом для строительства судов по
«вновь определенным пропорциям шпангоутов». Указ от 30 ию-
ня 1722 г. узаконил постройку судов нового образца; он гово-
рил «о понуждении к сему судостроителей» и об оснастке «по-
морскому» судов, которые плавали по рекам, впадающим в
моря. Документы, датированные 11 января 1723 г., упоминают
о «заготовке досок... искоренении староманерных судов, о до-
ставке дуба» и подтверждают новый характер судостроения 68.
Прогресс судостроения в России в XVIII в. не мог не по-
влиять на технику строительства судов и казаками, превратив-
шимися в иррегулярные войска Российской империи.
В начале XVIII в. на Днепре и на Дону появляется новый
тип судна — «дуб». Это — деревянное парусное грузовое судно, j
применявшееся у северо-западных берегов Черного моря, в |
устьях Днепра, Буга, Дона. Прибрежный дуб в длину дости-
” ОДАММ, с. 47, 55, 62, 135, 197, 220, 341,368, 369.
56
। ।'i '..41 м, имел палубу и две мачты. Речной дуб был меньше
и in- имел палубы69. Тогда же термин «дуб» распространился в
.... казаков. Это произошло вместе с появлением у них нового
И1И.1 судов для прибрежного плавания. Если принять во внима-
.., ио название судна возникло в XVIII в., одновременно с но-
нин техникой строительства судов прочной конструкции, с
И1Н.НЫМ продольным и поперечным набором из дуба, на уси-
ii-iiiiom болтовом креплении, то оно может быть связано с рус-
।кпм словом «дуб».
Таким образом, чайка и струг — казацкие суда XVI—
XVII вв., предназначенные для морских походов, а дуб — это
уже судно XVIII столетия, сделанное из «набора». Как раз-
меры, так и конструктивные особенности кокорного дубового
। удпа, описанного Д. И. Эварницким 70, имеющего палубу, спе-
цифический нос и отрубную корму, существенно отличают его
hi судна, описанного Бопланом. Это — корабль, относящийся к
новому периоду истории русского судостроения.
В историческую литературу проникло суждение о наличии
\ запорожцев в XVII в. не только чаек, но и больших кораб-
.1с|"|. Приведенные Д. И. Эварницким изображения таких судов
ничего общего с запорожским флотом не имеют.
Он воспроизводит рисунок из вышедшей в Киеве в 1622 г.
книги «Вирш на жалостный погреб заднего рыцера Петра Ко-
нашевича Сагайдачного»71. На нем показано взятие Кафы
казаками. Эварницкий дает лишь фрагмент из помещенного
и книге рисунка: большой корабль с казаками на борту. Ри-
сунок же в книге издания 1622 г. дает более ясное представле-
ние о характере происходящих событий. Корабль с казаками
на борту — это турецкий корабль, взятый ими на абордаж, так
как на заднем плане показано бегство турок с аналогичного
корабля и видны атакующие казацкие чайки.
В другом случае Д. И. Эварницкий приводит изображение
корабля на войсковом знамени, дарованном казакам Екатери-
ной II. Это трехмачтовый двухпалубный корабль с двухъярус-
ной рубкой, несколькими люками, иллюминаторами, большой
кормой и резными украшениями. Корабль — многопушечный,
со сложным такелажем 72. Следует отметить, что подарок им-
ператрицы сделан уже во второй половине XVIII в.
Ни один источник XVII столетия не говорит о наличии у
казаков такого рода кораблей. Они им просто были не нужны.
Как известно из мемуаров Боплана, Литвина и других, казаки,
захватив турецкие галеры, жгли их или пускали ко дну. Не рас-
полагая морскими базами, они не могли иметь такие морские
•* Морской словарь, с. 222.
70 Эварницкий, 1892—1897, т. 1, с. 462.
71 Сакович, 1622, с. 18.
72 Эварницкий, 1892—1897, т. 1, с. 280, 463; Эварницкий, 1889, с. 117—120.
57
корабли, как турецкие галеры или корабли типа «Фридерика»
и «Орла». Правда, казаки иногда использовали более крупные
суда. Но специфический характер морской войны с турками
и татарами, владевшими крепостями в устье Днепра и Дона,
необходимость быстро маневрировать, укрываться в камышо-
вых зарослях, мелководных протоках и переносить суда по
суше или в случае надобности затапливать весь свой флот —
все это обусловливало строительство такого типа судов, какими
являлись чайки, вполне оправдавшие себя в морской войне с ту-
рецкими галерами и при высадке на морское побережье.
Особо следует сказать об идеализации казацкого флота.
В литературу попали сведения о якобы имевшем место захвате
запорожскими казаками Синопа в 1595 г. при помощи под-
водных чаек и их дальнейшем использовании как об историчеч
ски достоверном факте73. В основе всех этих домыслов лежит
73 Монжери, 1827, с. 426; Адамович, 1905, с. 1, 30; Трусов, 1963, с. 16:
Подводники, с. 4; Супруненко, 1965, с. 9&—99.
58
Казаки, овладев турецкими каторгами, штурмуют Кафу
нтестие иезуита Фурнье, побывавшего в конце XVI в. в Кон-
стантинополе и писавшего со слов напуганных казаками турок:
Здесь мне рассказывали совершенно необыкновенные истории
и нападении северных славян на турецкие города и крепости.
< bin являлись неожиданно, они поднимались прямо со дна моря
и повергали в ужас всех береговых жителей и воинов. Мне и
раньше рассказывали, будто славянские воины переплывают
мире под водой, но я почитал рассказы выдумкой. А теперь я
шчпо говорил с теми людьми, которые были свидетелями под-
подпых набегов славян на турецкие берега»74. Вполне допусти-
мо, что турки, напуганные успешными действиями казаков,
71 Трусов, 1963, с. 16. Но откуда взята эта ссылка па Фурнье в сочинении
Мопжери? В русском издании 1827 г. речь идет только о том, что «украинцы»
родили от турецких галер «с помощью больших подводных лодок». Текст
. иобщепня Фурнье приводит в своей работе Г. М. Трусов, ссылаясь при этом
и.। II. И. Адамовича, ио у того на указанной Трусовым странице 30 речь идет
in- и казацких подводных лодках, а о проекте самого Монжерн.
59
пытались объяснить европейцам свои неудачи такого рода вы.
мыслами.
Не располагая никакими другими данными, кроме сообще-
ния Фурнье (1595 г.), Монжери .в 1820 г. комментирует эти
записки и довольно смело реконструирует легендарное казац-
кое судно. Но успешные действия подводного казацкого флотг
в 1595 г., конечно, повлекли бы за собой его дальнейшее раз-
витие. Однако, несмотря на то что казацкое мореплаванш
нашло отражение в материалах русского, украинского, поль-
ского, турецкого, французского происхождения, никаких дру
гих сведений о подводном флоте казаков они не сообщают
Уже одни тот факт, что все авторы на протяжении полуторг
столетий повторяют фантастический рассказ Фурнье и «пред
положение»75 Монжери, настораживает. Ясно также, что со
стояние техники того времени совершенно исключает подобнук
возможность.
Утверждение некоторых историков, будто чайки н отру
ги превосходили по мореходным качествам корабли, непра
вильно. Хотя эти суда и были более быстроходными, че?.
турецкие галеры, они оставались, по сути дела, судами дл>
прибрежного плавания. Но именно из них состоял флот за
порожских и донских казаков, столь успешно боровшийся 1
XVII в. с турками на море.
75 Там же, с. 17.
ГЛАВА III
ТОРГОВОЕ МОРЕПЛАВАНИЕ
Торговые связи России с Востоком, завязавшиеся еще в
павпие времена, в XVI в. приобрели постоянный характер, от-
личались широким охватом стран и большой интенсивностью
товарообмена. Экономическая значимость восточной торговли
для Русского государства еще больше повысилась после уста-
новления через ее территорию европейско-азиатского тран-
1ита.
Контрагентами Русского государства в XVI в. были узбек-
ские ханства, Азербайджан, Иран, Турция, Крым и Ногайская
Орда. Если в начале века преобладала торговля с Турцией,
го после объединения в руках Русского государства всего
Волжского бассейна на первое место выходят торговые связи
с Ираном и Средней Азией. Новому положению во многом
способствовало укрепление России на северных берегах Кас-
пийского моря.
Несколько ниже Хаджи-Тархана (так называли старую Аст-
рахань восточные купцы и писатели) русские служилые люди
построили небольшой посад, вокруг которого насыпали зем-
ляной вал; новый город обнесли палисадом, поставили гарнизон
с пушками. Новое поселение, по справедливому замечанию
II. Б. Байковой, было еще так бедно, торговля его была на-
столько незначительной, что даже окрестные кочевники, заня-
п.ю бесконечными столкновениями между собой, не зарились
па пего ’. Однако очень скоро этот город стал таким же важ-
ным торговым центром, как и его блестящие предшественни-
ки в устье Волги.
Вот каким застало город в 1599 г. иранское посольство,
направлявшееся через Россию в страны Западной Европы: «Го-
род Астрахань имеет 5000 жителей. Все дома его деревянные,
только крепость, очень сильная, где живет главный началь-
ник, выстроена из камня; стены ее значительной высоты и
толщины. Она охраняется весьма бдительно множеством рат-
ников, и доступ в нее можно получить только по особому раз-
решению» 1 2.
1 Байкова, 1964.
2 Дон Хуан Персидский, 1898, с. 6.
61
В Смутное время Астрахань сильно пострадала от казаков
Заруцкого, разграбивших город, но быстро оправилась, и ее
роль и русской восточной торговле продолжала возрастать.
Уже в 1625 г. по приказу воеводы князя Семена Прозоровского
в Астрахани были построены гостиные дворы армянский, пер-(
сидский, бухарский и отдельно индийский — «каменные, па
обряду азиатскому, неподалеку от Спасского монастыря» 3j
В 30-х годах XVII в. был построен «Белый город», обнесенный
каменной стеной. I
Астрахань превратилась в одну из основных пограничных
крепостей Русского государства, охранявшую устье Волги и
плавание по Каспийскому морю, а также в крупный торговый
центр и порт.
Развитие торговли после присоединения Астрахани (1556 г.)’
в значительной степени было обязано активной политике Рус-
ского государства, которое экономически было заинтересовано
в расширении и укреплении торговых связей со странами Во-
стока. Одной из наиболее действенных >мер, которая подчерки-
вала заинтересованность России в мирной торговле и во мно-
гом способствовала увеличению ее масштабов, было создание
во второй половине XVI в. русского торгового флота «а Кас-
пийском море.
В 50-х годах XVI в. регулярными становятся и дипломати-
ческие связи России со странами Средней Азии по Каспийско-
му морю. ,В 1557 г., спустя год после завоевания Астрахани
там появляются гости из «Юргенча» (г. Ургенч) с различным!1
товарами. Начались сношения и с Бухарским ханством. В по
следующие десятилетия торгово-дипломатические отношени!
между Русским государством и Средней Азией крепнут.
В русско-среднеазиатской торговле второй половины XVI—
XVII в. надлежит различать три основных ее вида, которые
характерны и для более оживленного товарооборота Росси!
с Ираном.
Первым, совершенно особым видом торговли был обмеь
подарками — так называемыми поминками — между москов
скими царями и среднеазиатскими ханами. Поминки состоял!
из редких и дорогих вещей. Эта своеобразная замаскирован
ная форма личной торговли между владетелями, естественно
была освобождена от всяких пошлин и поборов.
В привилегированном положении находилась и торговл!
самих ханов и царей, которая велась через посредство дове
ренных царских и ханских «гостей», «купчин». Подобную тор
говлю разрешалось вести повсеместно на территории Москов
ского государства, и юна также была освобождена от пошли!
и поборов.
И, наконец, так называемый повольный торг частных куп
3 Пальмой, 1934, с. 163.
62
Каспийское море
цов, которым удавалось тем или иным путем отправлять това-
ры на свой страх и риск. Их товары подлежали обычному об-
ложению попудной, продажной, проездной и прочими пошли-
нами. Московское правительство то разрешало частную тор-
говлю повсеместно, то ограничивало ее Астраханью и Ка-
занью4.
Намечаются и основные пути сообщения. Если купцы пред-
почитали ехать сухопутьем, то товары их перегружались в Ка-
зани или Самаре с судов на возки или телеги, запряженные
верблюдами. Караван шел через степи к устьям Янка и Эмбы,
затем по плато Устюрт на Хиву и Ургенч, откуда большая!
караванная дорога вела на Бухару. Долгий и изнуритель-'
ный путь из Астрахани в Хиву и Ургенч по безводным и жар-
ким степям и пустыням был опасен из-за нападений калмыков
и туркмен. Поэтому купцы предпочитали другой, более быстрый
и безопасный путь, значительная часть которого пролегала nd
морю. Русские бусы регулярно направлялись из Астрахани к
восточным берегам Каспийского моря на Кабаклыцкое при-
станище.
С 20-х годов XVII в. в Астраханских антах упоминаются
рейсы государевых бус на пристань Караган в Мангышлак-
ском заливе5, так как Кабаклыцкое пристанище, хотя и на-
ходилось ближе к Астрахани, из-за мелей было менее доступно,
В последней четверти XVII в. к названным выше прибави-
лись еще две пристани на восточном побережье Каспия —•
Назаровская и Седеева, куда также ходили русские бусы6.
Навигация на (Каспийском море начиналась в апреле —•
мае, а заканчивалась в октябре — ноябре. В указанный период
государевы бусы отправлялись к восточному побережью Кас-
пия не менее двух :раз в год (от трех до семи бус за навита-,
цию). Но этого было недостаточно. Бусы перевозили в первую
очередь послов и сопровождавших их купцов с ханскими и
царскими поминками, а также купцов с ханскими товарами.
Поэтому большие торговые караваны, собиравшиеся из ханств,
не могли разместиться на немногочисленных государевых бу-
сах, которые весной и осенью прибывали на мангышлакские
пристани. Вот почему русские и восточные купцы посылали на
имя царя челобитные с просьбами увеличить количество бус,
курсирующих по данному .маршруту, причем соглашались даже
на увеличение платы за проезд.
Нередко вопрос о бусах становился настолько неотложным,
что сами хивинские ханы в своих грамотах просили об увели-
чении числа бус и о согласовании времени их отправки. Так
в письме хивинского посла Хаджи-Юсуфа царю Михаилу Фе-
4 Чулошников, 1932, с. 68—69.
5 Архив ЛОИИ, Астраханские акты, д. 5613.
6 Материалы по истории Узбекской, Таджикской и Туркменской ССР
ч. 1, с. 374. .
64
ннропичу в январе 1617 г. говорилось: «...И чтоб вы, великий
ни ударь, из Астрахани велели послать на Кабаклытцкое при-
ппппце для юргенского коравану 7 бус для того, что на Ка-
нпклытцкое приходят из государя нашего области бухарцы и
нпнкентцы и иных разных земель многие торговые люди, и
н м всем торговым людям государь мой указал итти ныне на
Кпбаклытцкое пристанище со мною, вопчим холопом вашим, и
пфговые, государь, многие люди со мною пришли на Кабак-
лытцкое пристанище и поворотились назад для того, что бус
было мало» 7.
Московское правительство шло навстречу этим пожеланиям,
но резкое увеличение рейсов по ряду объективных обстоя-
тельств было невозможно. «Теперь лучше всего будет, чтобы
и начале весны, как только сойдет лед, послали 4 корабля. Для
•того великого множества (купцов. — Ю. Т.) 2 кораблей не
хватает. И тогда от разбойников никакой опасности нет»8.
В интересах поддержания торговых отношений с прикас-
пийскими государствами русское правительство стало заботить-
ся об организации более регулярного сообщения между Астра-
хниыо и портами Каспийского моря, объявив каспийское море-
ходство делом «царским» — государственным.
Как уже отмечалось выше, в Астрахани существовало го-
сударево учреждение — деловой двор, который управлялся на-
пильником из боярских детей и целовальниками9 10. Одной из
основных задач делового двора было строительство бус для
поддержания каспийской торговли и обеспечения ее безопас-
ности с помощью флотилии «есаульных» стругов.
Первостепенное значение имел тот факт, что численность
бус делового двора далеко не всегда поспевала за ростом тор-
сового оборота вследствие ограниченного срока службы этих
судов и необходимости ежегодного строительства множества
новых бус взамен вышедших из строя. Вот почему в первые
десятилетия XVII в. была ограничена, а затем и запрещена
практиковавшаяся ранее продажа морских судов в Казани или
Астрахани иностранным купцам.
Торговые рейсы далеко не всегда были безопасными: рус-
ские бусы нередко оказывались жертвами нападений казаков
к прибрежных народов. Поэтому астраханские воеводы, отправ-
ляя бусы в море, вверяли их кому-либо из служилых людей,
шюружали пушками и посылали с ними стрельцов «для вся-
кого береженья от воровских казаков и ото всяких воинских
людей» |0.
В отписке астраханского воеводы Ю. А. Сицкого об отправ-
ке в Иран морем индийских, персидских и русских купцов в
7 Там же, с. 122.
’Там же, с. 156.
’ АИ, т. 3, с. 203.
10 Русско-индийские отношения, 1958, с. 42.
Л Зак. 635
65
1639 г. читаем: «А для всякого береженья от воровских казаков
пошлем с ними (с купцами. — Ю. Т.) из Астрахани на той
твоей государевой бусе твоих государевых ратных людей с
нарядом и с вогненным боем, против же того, как ныне по
твоему государеву указу посылаютца под бухарцы и под юрген-
цы твои государевы бусы с провожатыми ежегодна Кабак-
лытцкое пристанище... А по твоему государеву указу... посла-
ли мы, холопи твои, на той бусе астраханца сына боярского
Олексея Бахмурова, а с ним 50 человек стрельцов, да наряду
3 пищали, да трех человек пушкарей» ”.
Начальник бусы был обязан наблюдать за тем, чтобы на
ней находились только те пассажиры, которые имели специаль-
ные разрешительные грамоты; он также должен был осматри-
вать предназначенные для перевозки товары, чтобы не до-
пустить ввоз и вывоз «заповедных» товаров, являвшихся цар-
ской монополией. «Велено смотреть накрепко, чтоб никто за-
поведных никаких товаров, золота и сребра, железа и олова,
и стрельной стружи, и стрел, и железец стрельных, и пищалей,
и гвоздей, и ясырю ногайского, и татар и татарченков мужеска
полу и женска, ,и птиц — соколов и кречетов... их торговым
тезикам (таджикам. — Ю. Т.) никоторыми делы не продавали,
а послам и посланникам и купчинам кызылбашским заповед-
ные товары давать покупать по грамотам великого государя,
сколько чево купить указано» |2.
По прибытии на Караган или Кабаклы начальник бусы или
каравана бус отправлял двух или трех иноземных купцов &
Хиву и Бухару известить местных торговцев о прибытии рус-
ских бус с товарами. К пристани съезжались «тезики» и «юр-
генчи», и начинался торг, который, по подсчетам Н. И. Косто-
марова, продолжался около месяца |3. После окончания торга
начальник бусы извещал, что тот из иноземцев, кто захочет
ехать с ним тотчас, может грузиться. Тот, кто желал ехать
будущей весной, должен был своевременно в назначенное вре-
мя явиться на берег14.
Вернувшись в Астрахань, начальник бусы, не подплывая к
пристани, посылал воеводе сообщение о прибытии; являлись
таможенники, осматривали, описывали товары и взимали пош-
лину. Только после этого бусу разрешалось разгружать15.
Парусный мастер на корабле «Орел» Ян Стрейс писал, что
Астрахань очень велика и «государь получает с города боль-
шие доходы вследствие постоянного ввоза и вывоза различных
товаров, обложенных пошлиной»16. Морская торговля позво-
11 Там же, с. 44 —42.
12 Там же, с. 179.
13 Костомаров, 1862, с. 112.
14 Там же, с. 113.
15 Там же; АИ, т. 5, с. 267.
16 Стрейс, с. 193—194.
66
лила взимать не только пошлину за ввоз и вывоз товаров, но
н плату за их провоз («водяное мыто») и за проезд самих
купцов («посаженное», «посиделое»), И плата эта была весьма
шачительной. Так, в 1639 г. строительство бусы обошлось де-
ловому двору «в 200 в 6 .рублей в 13 алтын в 6 денег», а с
отравившихся на ней в Низабад персидских и индийских
купцов «взято... провозу и посаженного 308 рублев 20 алтын с
полуденьгою» 17 *.
С русской стороны активнее всего в торговле со Средней
Азией участвовали астраханские жители (76,1% общего числа
торговцев), обитатели Терского городка (6,7%) и москвичи
(7,9%). Правда, последние, в основного «гости», вели наиболее
масштабную торговлю; именно они возили товары в Хиву и
Бухару. Астраханцы часто образовывали компании, состояв-
шие из посадских людей, стрельцов, пушкарей, записных кузне-
цов и каменщиков, митрополичьих «служебников» и других
категорий населения. Некоторые из этих компаний имели соб-
ственные струги, нанимали людей для охраны товаров, глав-
ным образом кож, и для их вывоза. Направление вывоза —
Караганское пристанище. Это, с одной стороны, объяснялось
относительной близостью и доступностью Карагана, а с дру-
гой — спросом на русскую кожу в Средней Азии |8.
Полной статистики русской торговли на Каспии нет. Поэ-
тому о ее объеме можно судить по отдельным фактам. Таблицы
но Астраханским таможенным выписям для последних десяти-
летий XVII в. (70-е и 80-е годы) свидетельствуют о том, что
стоимость товаров, отправленных на Караганскую пристань,
колебалась от 3 тыс. до 10 тыс. руб. в год. Эти цифры, ви-
димо, преуменьшены, что становится ясным, если сопоставить
их с более ранними, например со стоимостью отобранных в
1646 г. у русских купцов в Хиве товаров, .составлявшей у от-
дельных купцов от 700 до 10 тыс. руб.19. А. Чулошников счита-
ет, что общий товарооборот Русского государства со Средней
Азией выражался в сумме около 100 тыс. руб., составляя одну
пятую основной московской торговли через Архангельский
порт; большая часть русских товаров, вывозившихся в Сред-
нюю Азию, и бухарских и хивинских товаров, шедших в Рос-
сию, проходила через Астрахань20.
Обширную торговлю вело в XVII в. Русское государство с
Ираном. Русско-иранские экономические и политические отно-
шения были в основном дружескими и добрососедскими. Этому
способствовало то, что во второй половине XVI—XVII в. у
Московского государства и Ирана существовали более или ме-
17 Русско-индийскне отношения, 1958, с. 42—43.
Ермолаева, 1977, с. 44—46. Приведенные данные относятся к 70—
80-м годам XVII в.
19 Юлдашев, 1964, с. 74.
20 Чулошников, 1932, с. 85.
5*
67
нее совпадавшие интересы — взаимная потребность в обмене
товарами и борьба против общей внешней опасности, грозившей
со стороны Османской империи и Крымского ханства. Торго-
вые отношения между двумя странами строились на основе
равиоправия.
Выгоды и преимущества русско-иранской торговли хорошо
понимало московское правительство, и «государевым началь-
ным людям», которые находились на службе в Астрахани, бы-
ло велено искать «во всем прибыли, которая б прибыль была
государю вперед прочная и постоятельна, а всяким людям не
в тягость». Доходы от торговли с Ираном превосходили при-
быль, получаемую от торговли со среднеазиатскими ханствами.
В отписке таможенного головы Дмитрия Панкратова говори-
лось, что «на бухарских бусах привозят товары недорогие
и с них де твоя государева пошлина сойдет в твою госуда-
реву казну небольшая, а с Кизылбаш де, государь, тезики,.
кизылбашцы и гилянцы и индейцы и русские торговые
люди вывозят в твою государеву отчину в Асторохонь
товары дорогие, жемчюги и каменье и бархаты и камки
и дороги и киндяки и шолки. И с тех де, государь, кизылбаш-
ских товаров по твоему государеву указу збираетца большая
таможенная пошлина — против бухарских и юргенских това-
ров со всякие бусы вдвое»21.
Отвергнув претензии иностранцев, правительство взяло
торговлю с Ираном в свои руки, заключив ряд выгодных тор-
говых договоров (1664, 1667, 1676 гг.) 22.
Центром торговли с Ираном и входившим в состав Сефе-
видокого государства Азербайджаном была Астрахань. Боль-
шая часть товаров отправлялась по морю. Несмотря на все
неудобства морского пути, он был выгоднее: «А степью ездить
им (иранским и индийским купцам. — Ю. Т.) с Кизылбашские
земли с товары своими в Астарахань, а из Астарахани в Кизыл-
баши становитца проторно, потому что емлют в горах кумыц-
кие, и кабардинские и черкаские князи и мурзы с товаров их
пошлину десятую, а верблюды и телеги наймуют они под себя
и под товары свои дорогою ценою»23.
Русские товары доставлялись в Иран, подобно тому как
это делалось в торговле со Средней Азией, па государевых
бусах, которые отправлялись в Баку, Дербент и Низабад, а
уже оттуда доверенные царские люди и купцы ездили в Ше-
маху, где происходил большой торг персов с русскими 24. Оста-
вив в Шемахе нескольких целовальников, русские проникали
во внутренние области Ирана, где скупали товары и свозили
их в Шемаху.
21 Русско-индийские отношения, 1958, с. 41—42.
22 СГГД, ч. 4, № 56, 81, 105.
23 Русско-нндийскне отношения, 1958, с. 41.
24 Костомаров, 1862, с. 112. • ,
68
Была развита и частная торговля. Русские купцы мппип
морем в 'восточные страны, большей частью также на ни упи
репых бусах.
В 1654 г. в Иран ездили приказчики крупного ... ...
гостя Василия Шорина. В 1667 г. били челом государю roriii
Владимир Воронин, Афанасий Алисов и кадашевцы Андриян
Луковников и Степан Якушев, что в прошлом году продали
и долг персам свои товары. Срок долга уже истек, поэтому
гости послали своих приказчиков, а кадашевцы решили сами
ехать «для долговой выдирки». По их просьбе им разрешили
воспользоваться государевыми бусами25.
Пользовались русские купцы и собственными судами. Вот
что рассказывает о возвращении из этого трудного путешест-
вия Андриян Луковников: «Ехал де он из-за моря из Шамахи
на Терки сухим путем, а с Терка морем в Астарахань с това-
рищем своим, с павловцем с Мишкою Васильевым, а иные де
товарищи у них были иноземцы тезики и индейцы во... стругах
с товарами... на них наехали воровские казаки. А взяли де у
них один струг с товары. А людей де на том стругу взяли во-
ровские казаки трех человек индейцев да трех человек татар,
а три человека индейцев же да пять человек татар с того
струга переметались к нему, Андреянку, на струг, потому что
струги у них были вместе»26.
Юрий Крижанич сообщал, что, когда торговцы ехали вме-
сте, они размещали свои товары на всех судах, чтобы в слу-
чае гибели одного судна не пропал весь груз27.
Московские власти, стремясь монополизировать торговлю,
ограничивали приобретение иностранными купцами судов в рус-
ских городах, включив их в список заповедных товаров. Те
же обходили эти ограничения, вступая в совместное владение
судами с русскими торговыми людьми, как упоминает Андри-
ян Луковников.
В Астраханских актах нередко встречаются документы о
выплате денег за изъятие в пользу делового двора различных
судов. Об этом говорит, например, дело Астраханской приказ-
ной палаты 1668 г. об уплате денег за изъятие деловым двором
у индийского купца струга и лодки. «По приказу боярина и
воевод князя Ивана Семеновича Прозоровского с товарыщи
великого государя делового двора голова Иван Акинфиев сын
Колупаев да целовальники Офонасий Комаров с товарыщи
взяли на деловой двор с Индейского двора у жильца у Салак-
пы Пекенова струг кладной да лотку однодеревую. И тот струг
и лотку оценили по святой Христове непорочной евангельской
.таповеди господней еже ей-ей, цену стругу 22 рубли, а лотке
25 АИ, т. 4, с. 206; ДАИ, т. 7, с. 221.
“ Крестьянская война, т. 1, с. 135.
27 Крнжанич, 1964, с. 397.
цена 3 рубли с полтиною. А тот струг отдан на верховой ход
терскому воеводе Оверкию Опухтину, а лотка отдана на Терек
Шин-Гирею Мурзе к стругу»28.
Государевы бусы, подчиненные астраханскому деловому
двору, ходили и на Кавказ для поддержки дальних русских
поселений и снабжения казаков необходимыми припасами, в
первую очередь хлебом.
В отписке терского воеводы П. Прозоровского астраханско-
му воеводе И. Прозоровскому от 20 июля 1668 г. говорится:
«А с хлебными, господа, запасы пришли на Терек 5 бус, а ше-
стая буса не бывала, потому что пришли с нее работные люди
для хлеба и пресной воды, а сказали, что ту де бусу морем
прибило к берегу и стоит на Брянской косе на мели».
Ответ астраханского воеводы от 3 августа того же года
позволяет сделать вывод о регулярном снабжении русских по-
селений на Тереке по морю: «А бусы, которые отпущены из
Астарахани на Терек с хлебными запасами, прислати бы вам
в Астарахань без мотчанья (промедления.— Ю. Т.) для того,
что те бусы в Астарахани надобны к отпуску светлейшего кир
Макария, патриарха божия великого града Антиохии и всего
Востока, со властями и для отпуску на Терек хлебных запа-
сов» 29.
Большей частью царскими бусами пользовались и иранские
посланники, и шахские «купчины», и купцы из Азербайджана
и Ирана. Правда, Каспийское море бороздили и персидские
бусы. Они были так же примитивны, как и русские. Олеарий
так описывал их: «Их персидские суда устроены как наши
небольшие баржи. По форме своей они похожи на наши ку-
пальные ванны; они стоят очень высоко над водою, скрепляют-
ся с низу до верху многими балками и поперечными брусьями,
выходящими по обе стороны наружу и укрепленными помощью
клиньев. Посредине они совершенно открыты, не имеют пом-
пы, так что воду приходится вычерпывать. У них только один
большой парус, как у русских, и они не умеют лавировать»30.
К тому же и мореходами персы были не слишком умелыми.
«Правду сказать, большинство персиян мало знакомы с море-
плаванием»,— писал дон Хуан Персидский 31. Путешествие на го-
сударевых бусах в известной степени обеспечивало и от напа-
дений «воровских» казаков, так как в состав их команд всегда
входило немало «государевых ратных людей» (см. выше).
Русское государство получало значительную прибыль и от
торговли с индийскими купцами в Астрахани, на Макарьевской
ярмарке, близ Нижнего Новгорода, и в Москве. В челобитной
21 Архив ЛОИИ, ф. 178, № 23, 25, 594, 906, 924, 932, 936, 5106, 5117, 5134,
5166; Русско-индийские отношения, 1958, с. 165—166.
28 Крестьянская война, т. 1, с. 114.
80 Олеарий, 1906, с. 407.
81 Дон Хуан Персидский, 1898, с. 4.
70
Ии имя государей Петра и Ивана ипдиАгине iiyiiiii.i hhiihiii
к 1684 г.: «А всего тех пошлинных денег бы ппе i, । < и у и к р и, <
наг, индейцев, в платеже в вашу государскую кашу на ЛЬ и и
иг и в Астарахани в год по 20000 рублей и больше. Да <п<-р\,
(осудари, тех пошлинных денег в вашу ж государскую кишу
мы ж, индейцы, привозных денег, как наши товары из-за мори
и Лстарахань приходят и за моря пойдут, з бус, и с полубус,
и с струшков, и пожилого, где живем в Астарахани и на Моск-
ие, анбарщины на всякий год по 3000 и по 4000 рублев»32.
Начиная с XVI в. московское правительство искало средст-
иа для налаживания торговых и дипломатических связей с Ин-
дией через Среднюю Азию и Иран. Об этом свидетельствует
тот факт, что посольствам поручалось собирать сведения о воз-
можных путях в Индию.
До середины XVII в. экономические связи Московского го-
сударства с Северо-Западной Индией сводились исключительно
к частной торговле, в которой инициативу сохраняло индий-
ское купечество. В Астрахани существовала многочисленная,
временами до 100 человек, индийская колония; такая же коло-
ния была и в Москве33. Русские же купцы в Индию почти не
ездили. Все это подтолкнуло русское правительство к мысли
установить с Великими Моголами дипломатические отношения,
что позволило бы развить с Индией и два других обычных в
сношениях с Востоком вида торговли, доставлявшие царю зна-
чительные выгоды.
Довольно подробное описание торговых путей — «ходу в
Персидское царство и из Персиды в Турецкую землю, и в Ин-
дию, и в Урмуз, где корабли приходят»,— мы узнаем из «до-
рожника» русского купца Ф. Котова, отправленного царем в
1623 г. в Иран. В статейном списке русского посла в Бухару
Анисима Грибова (1646 г.) говорится: «Про индейскую доро-
гу сказывали, что в Индейское государство от государевы от-
чины, от Астарахани ходити податнее на Кызылбашское госу-
дарство, а итти из Астарахани в Кызылбаши морем же на
Кызылбашский город Фарабат... И Борис с товарищи о индей-
ской дороге посылали нарочно в Балх и проведали имяино, да
и туточными индейскими старожилы и ездоками, которые при
них, Борисе, в Бухары из Индеи приезжали... И от Астарахани
в Индейскую землю в город Жанабат, в котором царь Уран-
зеп (Аурангзеб. — Ю. Т.) индейский живет, податнее и прямее
дорога морем на Караганское пристанище»34.
Во всех сообщениях начальным пунктом пути была Астра-
хань, а наиболее удобной и близкой считали дорогу морем.
В середине XVII в. московское правительство попыталось
установить дипломатические связи с Индией. Однако отправ-
32 Русско-индийские отношения, 1958, с. 315.
33 Юхт, 1957, с. 138.
31 Русско-индийские отношения, 1958, с. 81, 168.
71
ленные туда в 1646 г. купцы Никита Сыроежин и Василий
Тушканов, а в 1651 г. — Родион Пушников и Иван Деревен-
ский были задержаны в Иране. В 1675 г. был послан Мухам-
мед Юсуф Касимов с наказом привезти из Индии искусных
ремесленников, добиться ответного посольства от Великого
Могола и получить для русских купцов разрешение торговать
в Индии.
Вариант пути для этого посольства был избран средне-
азиатский: от Астрахани морем до Караганской пристани, а
оттуда верблюжьим караваном через Хиву на Бухару и далее
в Индию. Но и это посольство сумело доехать только до
Кабула: оно не было пропущено в Дели из-за мятежа в ин-
дийской столице. Лишь в 1696 г. русскому купцу Семену Ма-
ленькому удалось побывать при дворе Аурангзеба, вручить
ему царскую грамоту и получить для русских торговых людей
разрешение торговать в Индии.
Распродав с выгодой царские и свои товары и закупив
индийские, Семен Маленький в январе 1701 г. отплыл из порта
Сурат обратно в Иран, погрузив купленное на два торговых
корабля —«один индейский, а другой армянский». На обрат-
ном пути через Персидский залив его дважды «пограбили»
корсары на сумму около 18,5 тыс. руб. Уже на пороге родной
страны, в Шемахе, Семен Маленький и его племянник Аникеев
умерли 35.
Ряд факторов оказывал сдерживающее влияние на разви-
тие торговли Русского государства со странами Востока по
Каспийскому морю. Один из них — низкие мореходные качест-
ва судов, другой — запрет провоза «заповедных» товаров, до-
просы, переписи и конфискации в пользу казны дорогих това-
ров с уплатой стоимости, оцененной по «евангельской запове-
ди».
Необходимость получить разрешение воеводы подойти к
причалу и выйти на берег для торговли часто давала повод
ко многим злоупотреблениям, затруднявшим не только разви-
тие торговли, но и всего судоходного дела.
Конечно, донская и днепровская торговля не могла по своим
масштабам идти ни в какое сравнение ни с северной, ни с волж-
ско-каспийской. Объяснялось это не столько постоянной враж-
дой казаков с Крымом и Турцией, сколько политикой Турции,
ревниво охранявшей свою монополию на плавание в водах
Азовского и Черного морей.
Этого нельзя сказать о торговле между Доном, Левобе-
режной Украиной и южными окраинами Московского государ-
ства, которая была постоянной и на протяжении XVII в. зна-
чительно расширилась. Торговля находила поддержку со сто-
роны московского правительства и была связующим звеном
35 Байкова, 1964, с. 73.
72
мгжду окраинными городами и 1111:10111.ими Дони >m ni.i t.i in
ппчиая колониальная меновая торгопля. ()iличи.................pin
гг слияние с военной деятельностью. 'Гик, и Ib’,1/ 1 цмн н>
। казаками, нападавшими на купеческие караилni.i пи Ilion г,
• зимовали и торговали русские торговые люди; у кпзпкои они
покупали ясырь, а сами продавали порох и свинец»311. Bmwiii
г «домовитыми» казаками торговые люди субзидировалп не-
имущих участников персидского похода Степана Разина37.
Имеются прямые указания на то, что приезжавшие из «ук-
раинных» городов с товарами и запасами на Дон «купеческие
люди» ходили вместе с казаками в походы, давали им ружья,
сиинец и порох с условием выдачи половины или третьей части
поенной добычи38.
Нерегулярно велась торговля на Азовском и Черном морях.
Несмотря на частые военные столкновения казаков с турецким
гарнизоном в Азове, выработался своеобразный modus vivendi,
благодаря которому возможен был мирный торг с Азовом.
Колее того, военная добыча донских казаков служила предметом
торговли с жителями Азова, иногда извлекавшими выгоду от
ее перепродажи. Имеются сведения о приезде из Азова в Чер-
касский городок купцов с товарами39.
Захват Азова в 1637 г. казаками привел к сосредоточению
в низовьях Дона более 10 тыс. казаков и торговых людей. В то
время сюда приезжали русские купцы и торговые люди из
Крыма, с Кавказа и из Ирана. Шла бойкая торговля дорогими
товарами и ясырем. Так продолжалось до 1642 г., когда под
напором превосходящих турецких сил казакам пришлось ос-
тавить Азов.
Изгнав в 1696 г. турок из Азова, Россия не успела наладить
внешнеторговые связи, так как снова натолкнулась на сопро-
тивление Турции, заявившей, что Черное море будет только
тогда свободным для иностранных кораблей, «когда Турское
государство падет»40. После неудачного Прутского похода
(1711 г.) русские покинули Азов, и вопрос о свободе плавания
для торговых судов России в Азовском и Черном морях был
снят на несколько десятилетий. Морская торговля там велась
па судах под турецким флагом, причем турецкие корабли с
помощью запорожских лоцманов доходили до самой Сечи. За
посредничество в торговле России, Польши и Литвы с Кры-
мом и Турцией казаки получали соответствующую прибыль.
Так, на допросе у «государевых людей» в Москве они отвечали:
«Пограбили мы их (греческих купцов, шедших из Турции в Рос-
сию.— Ю. Т.) за то, что они Сечу нашу миновали, ругаясь над
38 Новосельский, 1948, с. 208.
37 ЦГАДА, Донские дела, 1674, № 23.
33 Янчевский, 1930, с. 167.
39 Новосельский, 1948, с. 212, 215.
40 Цит. по: Богословский М. М., 1940, т. 5, с. 153.
73
нами, ставя войско Запорожское ни во что, а прежде греки и
другие купцы мимо нас никуда не проезжали и нанимали нас в
проводники»41. Казаки захватили и такие ключевые позиции на
торговых путях, как пороги, переправы и волоки.
Первые сведения о торговле запорожцев относятся к XVI в.
В своих записках Михаил Литвин сообщает, что по Днепру
на судах везли рыбу, мясо, меха, мед и соль из таврических
лиманов, называемых Качибеевыми, где погрузка целого кораб-
ля стоит десять стрел 42. Д’Асколи отмечал большую выгоду та-
кой торговли 43.
Торговые связи запорожцев и жителей близлежащих рай-
онов с татарами и турками поддерживались главным образом
водным путем — через Днепр и Черное море. Об этом свиде-
тельствует договор, заключенный около 1649 г. турецким сул-
таном с Войском Запорожским и народом «русьским». Статьи
договора дают основание предполагать наличие казачьего тор-
гового мореплавания по Днепру и, может быть, далее в Крым.
В исторической литературе этому договору уделено недоста-
точное внимание. Одни исследователи вообще отказывались от
его рассмотрения, считая договор пустой формальностью.
Другие обращали внимание только на его политическую и юри-
дическую стороны.
Основные пункты договора сводились к следующему:
1) разрешить запорожским казакам и украинскому народу
свободно плавать по Черному морю, заходить во все порты
Турецкого государства и проходить к портам «других госу-
дарств и владениям христианским»;
2) предоставить украинским купцам право беспошлинно
торговать по крайней мере в течение 30 лет и содержать то-
варные склады в портовых городах на Черном и Мраморном
морях;
3) для защиты прав украинских торговых людей «намест-
ник Войска Запорожского и его народа иметь будет свое пре-
бывание в Стамбуле». В свою очередь, и Войско Запорожское
«наместника Султанского в портовом городе своем будет иметь»;
4) для обеспечения безопасности торговли, для удержания
«своевольных людей от нападения на море с дозволения Сул-
тана Войско Запорожское заложит несколько городов порто-
вых ниже порогов до устья реки Буга в Днепр, откуда торгов-
лю свою производить будет и безопасность на море против
своевольства обеспечит». Запорожцы должны были согласиться
на введение в договор положений о принятии строгих мер про-
тив возможных нападений отдельных казачьих отрядов на море
и о совместных действиях с турецкими галерами в случае по-
явления на море донских «своевольников»;
41 Соловьев, ки. 7 (т. 13—14), с. 638.
42 Литвин, 1890, с. 49—50.
42 Д’Асколи, 1902, с. 99.
74
5) во всех же остальных случаях «галер или кораблей ка-
зацких ни на какие потребы, ни на какую службу Султан
Турецкий употреблять не позволит».
Остальные пункты договора упорядочивали правовые обя-
зательства сторон, связанные с охраной собственности в 'Случае
катастрофы судов 44.
Совершенно очевидно, что в таком виде торговый договор
1649 г. мог быть заключен только в том случае, если торговые
связи с черноморскими городами существовали раньше и нуж-
дались в дальнейшем развитии.
Некоторые положения договора свидетельствуют о социаль-
ных изменениях в казацкой среде. В частности, они показыва-
ют, что существовали «купцы казацкие — владельцы галер с
невольниками». Известно, что в казацких походах принимало
участие зажиточное купечество украинских городов, которое
по договору получало право на торговлю в Черном море. Имев-
шие средства торговые люди выступали в качестве кредиторов
п скупщиков военной добычи.
Целый ряд пунктов договора можно сравнить со статьями
древнерусских договоров X в. Эта параллель не случайна. Как
и семь веков назад, в Черноморском бассейне завоевывалось
право народа на жизнь, обеспечивалась свобода русского и
украинского мореплавания и торговли на Черном море на
равных правах с Турцией. В этом была историческая заслуга
казачьего морского войска в новый период русской истории.
Гот факт, что договор 1649 г. должен был обеспечить населе-
нию Поднепровья свободу мореплавания, торговли и промыс-
лов и положить конец боевым действиям запорожских казаков
па море,— лучшее тому доказательство. Не столько «грабежи»
п «добытничество» кормили население этого региона, сколько
производство сельскохозяйственных продуктов, особенно жи-
вотноводство, рыбный промысел, торговля и торговое посред-
ничество. Политические и правовые стороны договора также
представляют большой интерес, но их рассмотрение выходит за
пределы нашей темы.
Все сказанное позволяет с полной уверенностью утверждать,
что на Азовском и Черном морях в XVII в. преобладало воен-
ное мореплавание донских и запорожских казаков, имевшее
целью борьбу за выход в море, свободу 'морской торговли и
промыслов, в то время как на Каспийском море по преиму-
ществу было развито торговое мореплавание.
* ♦ *
Одной из причин, сдерживавших развитие торговых связей
и.ч Каспии, были нападения ногайцев, татар и других кочевни-
11 СГГД, ч. 3, с. 444—447.
7Б
ков прибрежных районов, а также казачьей вольницы с Дона
и Яика (Урала) на суда, перевозившие товары, и на купцов.
Контроль правительства на отдаленных окраинах был еще слаб,
военные силы недостаточны, поэтому московские власти не
могли парализовать казацкие набеги.
Походы казаков на Каспийское море в XVII в. были доволь-
но частым явлением. Но по своему характеру они отличны от
азово-черноморских.
Первые известия о появлении казаков на Волге относятся
к 60—80-м годам XVI в. Ногайские князья жаловались русско-
му правительству на нападения казаков на ногайские улусы,
ногайских послов и торговых людей на Волге. Казачьи набеги
мешали и торговым сношениям по Волге и Каспийскому морю
с Персией.
Правительство приняло энергичные меры. В 1577 г. против
казаков были посланы царские войска под начальством столь-
ника Мурашкина. Казаки вынуждены были искать себе при-
станища в новых местах.
По преданию, в 1579 г. три атамана волжских казаков со-
вещались в низовьях Волги, куда им скрыться от царского гне-
ва. Старший, Ермак Тимофеев, ушел на службу к Строгановым
и покорил затем царство Сибирское. Другой, Нечай, с частью
казаков направился по Каспийскому морю к устью Яика и
основал Яицкое казачье войско. Третий с остальными казака-
ми направился к устью Терека; так родилось Терское казачье
войско.
Около 1580 г. появились казачьи городки на Яике. Один
из них, на острове Кош-Яик, против впаденйя в Яик р. Илек,
построенный около 1585 г. отрядом в 600—700 казаков, был
особенно хорошо укреплен. В первые десятилетия XVII в. го-
род был перенесен на место будущего Уральска, к месту впа-
дения в Яик р. Чагана, где были устроены деревянный острог
и земляной вал, защищавшие казачьи курени.
Земледелия на Яике в то время не существовало, так как
пахать было «не мочно» из-за опасности набегов кочевавших
рядом ногайцев и калмыков. Для закупки хлеба в Сызрань
и Самару посылались вооруженные станицы45. Основным заня-
тием яицких казаков было рыболовство.
Бежавшие на Терек волжские казаки совместно с кабар-
динскими и кумыкскими выходцами-беглецами поставили трех-
стенный городок46. Терские низовые казаки мало интересова-
лись сельским хозяйством, тяготея к морским и речным про-
мыслам, охоте. Излюбленным местом их обитания был остров
Чечень в Каспийском море, напротив Апраханского полуостро-
ва; владея этим островом, они могли контролировать значи- 44
45 Карпов, 1911, с. 124, 870, прил. XI.
44 Там же, с. 160—161, прил. XI.
76
гельные участки моря и побережья* * 47. Казаки основывали кре-
постцы и городки, население которых пополнялось главным
образом за счет беглых крестьян из России. Реки изобиловали
рыбой, леса—дичью, дикорастущими ягодами и плодами, а
небольшие сады и огороды при станицах и городках снабжали
поселенцев фруктами и овощами 48 *.
В XVII в. в жизни яицких и терских казаков важную роль
играли военные походы. Богатую добычу казаки захватывали
на водных торговых путях — на Волге и Каспийском море.
Терские и особенно яицкие казаки поддерживали тесные сно-
шения с донскими, с которыми договаривались о совместных
действиях на море или на Волге.
Походы казаков на Каспий вновь участились со второго де-
сятилетия XVII в.
В документах того времени говорится об участниках похо-
дов на Каспий как о «воровских казаках». Так их называли
потому, что в отличие от реестровых казаков, состоящих на
государственной службе, они совершали свои походы без ведо-
ма войскового круга4Э. Казачьи набеги не только нарушали
торговые сношения Русского государства, но нередко приводи-
ли к дипломатическим осложнениям с юго-восточными соседями.
Царские посланники в Стамбул Иван Кондырев и дьяк Бор-
масов сообщали, что в 1622 г. на Дону «нашли они, посланни-
ки, волжских воровских казаков атамана Богдана Чернушкина
с товарищами человек с 50... были они на море и громили пер-
сидские суда»50. Это сообщение относится к июлю 1622 г., что
дает основание датировать поход казаков на Каспий 1621 го-
дом, иначе их нельзя было бы повстречать на Дону в столь
благоприятное для действий на море время; о том же свиде-
тельствует и датированное июлем 1621 г. донесение астрахан-
ских воевод в Москву, где сообщалось, что казаки «воруют»
на Каспийском море, грабят служилых и торговых людей, ата-
ман у них Тренка-Ус51.
Правительство стремилось установить более эффективный
контроль над действиями казаков, которые наносили ущерб
торговле и внешней политике России на Востоке. При этом
оно опиралось на казацкую старшину, которая была заинтере-
соиана в твердом государственном жалованье, в покровитель-
. ню Москвы и обеспокоена действиями голытьбы, в которой
усматривала своего социального противника.
Под давлением правительства в 1627 г. старшина провела
<7 Попко, 1880, с. 7—8.
<в Заседателсва, 1974, с. 194—195.
По официальной терминологии XVII в., «воровством» называлось всякое
нарушение закона. Все классовые движения в документах того времени обо-
шачаются этим термином. Современные понятия «вор», «кража» выражались
1 пипами «тать», «татьба».
“ Соловьев, кн. 5 (т. 9—10), с. 202.
61 Там же, с. 228.
77
на ’Войсковом кругу постановление: «Впредь и навсегда чтобы
никто с Дону не ходил для воровства на Волгу; а ежели кто'
таковым объявится на Дону, и тому быть казнену смертью»52 53.
Однако это решение оказалось малодейственным. Более того,,
в 30-х годах «воровство» даже усилилось, так как затруднение
выхода в Азовское и Черное моря вследствие обновления и
усиления турецких крепостей в устьях Дона и Днепра и кате-
горических запрещений правительства в известной степени спо-
собствовало направлению боевой активности казаков на Волгу
и Каспий.
С 30-х годов XVII в. начинаются непрерывные нападения
казаков на караваны купеческих и «государевых» судов, набе-
ги на прикаспийские земли.
Казаки имели на море лишь им известные многочисленные
убежища. Казацкие ватаги с Дона обычно проходили в море
или вдоль Кумы и Терека, или же Волгой. Выйдя из устья
Волги, они огибали северо-восточный берег моря и шли на
Казачий проран, где у них была пристань5?, а оттуда направля-
лись к устью Янка, поросшему густым камышом и представ-
лявшему надежное убежище. Острова Каменный, Пешной и
другие, находящиеся недалеко от устья Яика, были удобными
местами для стоянки и наблюдательными пунктами. Подоб-
ные стоянки на островах, где казакам нередко случалось зи-
мовать по нескольку лет, находились также вблизи туркмен-
ских и иранских берегов.
В 1631 г. более тысячи донских и запорожских казаков про-
никли в устье Волги, соединились там с 250 яицкими казаками
и совместно ограбили учуги и рыбные ловли, затем вышли в
Каспийское море и разгромили несколько купеческих карава-
нов. Астраханские воеводы неоднократно посылали на них
стрельцов, но те возвращались, не добившись успеха 54.
В следующем году донские казаки совместно с яицкими
нападали на прибрежные области Ирана55. 'Статейные списки
русских послов в Турцию Прончищева и Бормасова сообща-
ют, что в 1633—1634 гг. донские и яицкие казаки ходили «на
Хвалынское (Каспийское.— Ю. Т.) море и воевали под Дер-
бенью, и под Низовью, и под Бакою и Гилянскую землю и на
Хвалынском море погромили многие бусы со многим товаром»,
а затем, вернувшись на Дон, торговали «кизылбашскими» то-
варами 56.
В 1636 г. отряд численностью 500 человек во главе с Ива-
ном Поленовым захватил и разграбил на южном побережье
Каспийского моря крупный иранский город Ферахабад, после
52 Степанов, 1966, с. 279.
53 ДАИ, т. 7, с. 251.
04 Сухоруков, 1903, с. 150.
65 Соловьев, кн. 5 (т. 9—10), с. 211.
53 Сухоруков, 1903, с. 161. .
78
чего, объединившись с отрядом атамана Ивана Самары, напа-
дал на торговые 'суда в Каспийском море и па Волк*1’7.
Вероятно, действия казаков продолжались и и дальнейшем,
так как в 1641 г. посол иранского шаха Сефи подал цирю
челобитную: «С вашей государевой стороны всякие пабродные
\удые люди безыменные, беглые, собравшись, приходят па
гплянские и мазендаранские места, воюют, людей бьют, гра-
бят, в полон берут, то же делают и над торговыми людьми,
которые ходят по морю» 57 58 59.
По указанию русского правительства для охраны морских
путей в 1643 г. была значительно укреплена крепость Терки,
которая ранее подверглась разорению ширванским беглербегом
Хооров-ханом.
В 1647 г. казаки совершили нападения на поселения по
р. Куре5Э.
Правительство стремилось воспрепятствовать набегам каза-
ков. В Терках устанавливается власть царского воеводы. Цепь
укрепленных пунктов создается на Волге, особенно в районе
Царицына, где Волга наиболее близко подходит к Дону. При
устье Яика построили деревянное укрепление, названное Усть-
Яицким острогом. Оно стало опорным пунктом правительства
и должно было служить для охраны безопасности торговли
в восточной части Каспийского моря.
Занятие устья Яика оказалось наиболее эффективной мерой
для борьбы с походами яицких казаков, так как затруднило
им выход из реки в море. В 1645 г. царским указом крупному
рыбопромышленнику Михаилу Гурьеву было разрешено пост-
роить близ устья Яика «город каменный»60 *.
И все же набеги казаков не прекращались.
В 1649—1650 гг. в Каспийском море действовал отряд ка-
заков во главе с атаманом Иваном Кондыревым. Казаки часты-
ми нападениями на русские и персидские торговые суда, по
существу, прервали на время нормальные торговые сношения
между Ираном и Россией 6|.
К весне 1659 г. относится постройка казаками «воровского»
городка Риги у р. Иловли, служившего им опорным пунктом
для переволоки на Волгу. Разгром этого городка в январе
следующего года не приостановил походов казаков. Весной
1660 г. донские казаки вновь появились на Волге и Каспии.
Отряд в 700 человек под руководством атаманов Парфения
Иванова и Тимофея Радилова грабил торговые суда и рыбные
учуги крупнейших московских купцов Михаила Гурьева и Ва-
57 Степанов, 1966, с. 282.
58 Соловьев, кн. 5 (т. 9—10), с. 228.
59 Дори, 1876, с. 532.
60 Рябинин, 1863, с. 327—328.
81 Степанов, 1966, с. 283.
79
силия Шорина62. Около 1660—1663 гг., по свидетельству Му-
хаммеда Тагера Бахида, казаки напали на побережье Гиляна63.
Действия казаков на Волге и Каспийском море не только
затрагивали торговые отношения Москвы с Ираном и Средней
Азией, но и грозили самому феодально-крепостническому госу-
дарству. Наиболее ярко это проявилось в походе казаков под
руководством Степана Разина (1667—1669). От обычных казац-
ких набегов на Волгу он отличался своим размахом. Если
прежде максимальная численность казацких отрядов составля-
ла 700 человек, то отряд Разина по возвращении из похода
насчитывал около 1200 человек, а в Иране в его состав входи-
ло до 3700 человек.
Это был поход за «добычей» казацкой голытьбы, беглых
крестьян и холопов, лишенных источников существования. Но
совершался он в условиях ожесточенной классовой борьбы в
стране. Поход Разина явился началом крупного народного дви-
жения, к казакам присоединялись все недовольные, в том чис-
ле значительное количество беглых крестьян и холопов, а
также стрельцы из посланных против него отрядов.
К морскому походу Степан Разин начал готовиться весной
1667 г. в верхнедонских городках Паншинском и Качалинском.
Разин и его ближайшие сподвижники призывали донскую го-
лытьбу двинуться за «зипунами» на Волгу и Каспийское море,
пограбить богатые купеческие караваны, «пошарпать» владения
персидского шаха.
Разин хорошо понимал, что предстоящий путь будет труд-
ным и опасным. Было очевидно, что прорваться мимо укреплен-
ных царских городов с сильными стрелецкими гарнизонами
можно лишь хорошо вооруженному и подготовленному отряду
при условии внезапных и решительных действий.
Первоочередной задачей Разина было обеспечить свой от-
ряд продовольствием, одеждой, оружием и боеприпасами.
С этой целью разницы перехватывали торговые суда с това-
рами, идущие к Черкасску64. Другую часть необходимого сна-
ряжения казакам ссудили под долю от будущей добычи во-
ронежские посадские люди65.
Разницы провели тщательную разведку путей на Волгу и
Каспийское море. Особое внимание Разин уделил положению
в Яицком каменном городке66 как предполагаемой базе отряда
для действий на Каспийском море. Проживавший в этом город-
62 РИБ, т. 29 (кн. 4), с. 657—658; т. 34 (кн. 5), с. 723—726.
63 Дорн, 1876, с. 532.
64 Крестьянская война, т. :'1, с. 78, 87.
95 Там же, с. 102—103.
66 Под этим названием мы подразумеваем каменный городок, строитель-
ство которого было начато Михаилом Гурьевым в 1645 г. и который поныне
носит его имя, и отличаем его от другого городка в устье Яика— Усть-Яиц-
кого городка, деревянного, и Яицкого городка выше по реке — современного
Уральска.
80
кс казак Федор Сукнин призывал Разина отправиться в поход
и, паяв Дицкий городок, «самому сесть в том городке и, выходя
и । того городка, на море и на Волге воровать»67.
Зажиточное казачество низовых городков отмежевалось от
и иго похода, но попытка старшины оторвать от Разина казац-
кую голытьбу не увенчалась успехом. Тогда «домовитые» каза-
ки сообщили царским властям о намерениях Разина и возглав-
лявшегося им голутвенного казачества.
Завершив подготовку, отряд Разина в начале мая 1667 г.
р. Иловлей поднялся к переволоке в р. Камышинку и появился
на Волге, несколько выше Царицына. Здесь он напал на боль-
шой караван судов, часть которых принадлежала царю, патри-
арху и московскому купцу Василию Шорину. Разницы забра-
ли значительную часть товаров и пошли Волгой к морю. Идея
похода была популярна, и отряд быстро рос.
Царицынский воевода в это время послал на Дон «к казачью
Паншину городку вожа Ивашка Бакулина да с ним пять че-
ловек стрельцов для проведыванья воровских казаков и чтоб
и лыка у них поймать»68. Расспросив атамана и зажиточных
казаков Паншина городка, Иван Бакулин сообщил воеводе в
Царицын: «Приставали они, воровские казаки, к Паншину
городку и ружье, и зелье, и свинец, и запас, и тележные коле-
са, и деготь насильством имали, а в эбаре их было с 800 чело-
иск и больши. И еще де за ними после того воровские казаки
мимо Паншина городка проехали многие, а чаять де, их будет
всех в зборе человек с 1000 и больши, потому что де из их
донских казачьих городков к тем воровским казакам тайным
обычаем многие люди уходят беспрестанно»69.
В конце мая отряд казаков «в 35-ти в морских стругах» про-
шел благополучно мимо Царицына, разбил воеводу С. Бекле-
мишева, высланного со стрельцами для усиления заставы у вхо-
да в Бузанскую протоку Волги70. Затем отряд Разина, мино-
пав Астрахань, вышел в море, быстро достиг устья Дика и по-
дошел к Яицкому городку. С помощью своих сторонников в
городке казаки овладели им, причем значительная часть гар-
низона была уничтожена, остальные добровольно присоедини-
лись к разницам71. Отряд «полуполковника» И. Ружинского,
следовавший морем за казаками Разина, не только не смог
предупредить захват ими Яицкого городка, но и понес тяжелые
потери в бою с ними в устье Дика72.
Таким образом, первая задача, стоявшая перед Разиным,
была выполнена. Он прорвался в Каспийское море, получил
67 Крестьянская война, т. 1, с. 87, 135, 138.
68 Там же, с. 87.
69 Там же, с. 87—88.
70 Там же, с. 80, 137.
71 Там же, с. 138; т. 3, с. 260—265.
72 Там же, т. 1, с. 137—(138.
6 Зак. 535
81
базу, обеспечившую ему укрытие и свободу действий на море.
Зимой 1667/68 г. казаки активно готовились к дальнейшим опе-
рациям — к походу на богатые города западного побережья
Каспийского моря, славившиеся обширной торговлей и боль-
шими невольничьими рынками.
Обеспокоенное успехами казаков, правительство послало на
Яик значительное стрелецкое войско под командованием од-
ного из помощников астраханского воеводы — Я- Безобразова.
Разин понимал, что из удобной базы Яицкий городок может
стать ловушкой. Поэтому в начале марта 1668 г., как только
взморье вскрылось ото льда, его отряд вышел в море и стал
действовать в районе от устья Волги до Терека, захватывая
суда русских и персидских купцов.
Опорным пунктом на западном побережье Каспийского мо-
ря разницы выбрали о-в Чечень, расположенный напротив
Аграханского полуострова73. Владея островом, казаки могли
контролировать значительный участок моря и побережья. От-
сюда они совершали набеги на пограничные селения, подвласт-
ные иранскому шаху, перехватывали торговые суда, ходившие
между городом Тарку и Астраханью. От о-ва Чечень флотилия
Разина вдоль западного побережья Каспийского моря стала
продвигаться на юг.
Тем временем отряд донской голытьбы под руководством
Сергея Кривого повторил прошлогодний путь Степана Разина,
разгромил в Карабузанской протоке стрельцов воеводы Хилко-
ва, захватил суда с провиантом и присоединился к разницам.
Теперь, когда казацкая флотилия насчитывала уже 40 стругов
с 2 тыс. казаков, они напали на Дербент, где захватили бога-
тую добычу, и, двигаясь по направлению к Баку, разорили ряд
прибрежных селений. Остров Жилой, находящийся недалеко
от Баку, сделался базой казаков для набегов на побережье
Азербайджана74.
Первое крупное столкновение отряда Разина с иранскими
войсками произошло у Решта, главного города провинции Ги-
лян. Персы, сосредоточив в этом районе большие силы, неожи-
данно напали на казаков. Потеряв в бою около 400 человек,
флотилия Разина вынуждена была покинуть Гилянский залив
и в поисках стоянки направилась вдоль южного побережья
Каспийского моря 75.
Взбешенные внезапным нападением иранских войск и тя-
желыми потерями, казаки ответили набегами на восточные
провинции Ирана. Они совершали смелые налеты на прибреж-
ные селения и даже на такие крупные города, как Ферахабад
и Астрабад на р. Горган76.
73 Там же, с. 140.
74 Там же, с. 120, 141, 143.
75 Там же, с. 142, 146.
76 Там же, с. 143, 144, 147.
82
Однако отряд Разина в это время испытывал большие
|рудности. С потерей Яицкого городка он лишился базы, где
можно было бы привести в порядок потрепанные морскими
бурями струги, продать добычу, запастись боеприпасами, про-
довольствием и питьевой водой, оставить раненых и больных.
Особенно беспокоили казаков приближавшаяся зима и труд-
ности зимовки на островах Каспийского моря.
Казакам необходимо было в кратчайший срок найти удоб-
ную стоянку для стругов. Они выбрали п-ов Мианкале в юго-
носточной части Каспийского моря, который укрепили: «И вде-
лан у них городок деревянной, а от берегу зделан и вал земля-
ной» 77.
Условия зимовки оказались очень тяжелыми. Остро ощу-
щался недостаток продовольствия, постоянные стычки с иран-
скими войсками привели к гибели значительного числа каза-
ков. И хотя они «на полон выменивали руских людей... да к
ним же приставали для воровства иноземцы, скудные многие
люди»78 79, отряд был ослаблен.
С наступлением весны 1669 г. отряд Разина покинул сто-
лику и ушел к туркменским берегам, чтобы получить пере-
дышку. Шахское правительство сосредоточило на Каспии круп-
ные силы и перешло от обороны к решительным действиям.
Даже у туркменского побережья казаки вынуждены были
нвязываться в постоянные стычки с превосходящими по числен-
ности иранским флотом и войсками и несли большие по-
тери 7Э.
Активные операции персов заставили казаков укрепиться
на Свином острове, расположенном у западного побережья
Гпляна. Здесь в июле 1669 г. произошло крупнейшее за все
время похода сражение казаков с иранским флотом, состояв-
шим из 50 судов, на которых 'находился отряд в 3700 человек
по главе с астаринским Мамед-ханом. Несмотря на значитель-
ное численное превосходство персов, сражение закончилось
блестящей победой казаков. Весь иранский флот, за исключе-
нием трех судов (успевших выйти из боя), был потоплен или
сожжен. Казаки захватили 33 пушки, много другого оружия,
провианта, различное имущество и большое число пленных80.
Однако, несмотря на крупную победу, обстановка остава-
лась для казаков неблагоприятной. Потери их были весьма
велики. Было очевидно, что в ближайшее время против них
будут брошены еще более крупные силы. Разницы приняли
решение повернуть на север81. В начале августа 1669 г. отряд
Разина на 22 судах подошел к устью Волги.
77 Там же, с. 143.
78 Там же, с. 143—144.
79 Там же, т. 3, с. 302.
80 Там же, т. 1, с. 144, 147; т. 3, с. 292.
81 Там же, т. 1, с. 144.
6*
83
В условиях крайнего обострения внутриполитической обста-
новки в стране, нарастания крестьянского движения царские
власти готовы были пойти на перемирие с разницами в .случае
прекращения ими антиправительственных действий. Такая го-
товность была обусловлена и тем, что казаки были настроены
решительно и, несмотря на потери, представляли собой значи-
тельную военную силу.
В результате переговоров с астраханскими властями Степа-
ну Разину с товарищами разрешили вернуться на Дон, но при
условии исполнения определенных требований. Казаки обеща-
ли впредь верно служить царю, отдали 21 наиболее крупную
пушку, часть пленных и отпустили из своего отряда всех поже-
лавших его покинуть служилых людей низовых городов82.
4 сентября на 9 стругах, вооруженных 20 пушками, отряд
покинул Астрахань и направился вверх по Волге, к Царицыну,
и далее на Дон83. Так закончился крупнейший морской поход
казаков в Каспийском море, длившийся свыше двух лет.
Самостоятельные действия казаков на Каспии не прекра-
тились и после подавления восстания Степана Разина.
В мае 1677 г. донской атаман Василий Касимов «со това-
рыщи», всего около 300 человек, двинулись вниз по течению
Волги, вышли в море, подошли к Усть-Яицкому городку и за-
няли его, захватив находившуюся там казну, оружие, порох
и свинец. После этого они решили идти промышлять в море
к иранским и туркменским берегам. Но на этот раз, наученное
опытом долголетней борьбы с казаками, московское правитель-
ство действовало быстро и решительно. Казакам пришлось
выдержать бой со служилыми людьми .стрелецкого головы Ни-
киты Мамонова, окончившийся не в их пользу. Они ушли в
открытое море с пробитыми стругами, без воды и с ничтож-
ным запасом провианта. С трудом достигли казаки туркмен-
ских берегов, около Караганской пристани, но и здесь потер-
пели поражение. Перезимовав на Святом и Жилом островах,
весной казаки решили еще раз попытать счастья и напасть на
Баку. Но жители города были заранее уведомлены о возмож-
ном нападении. Кроме того, казакам мешало сильное волнение
на море. В результате часть казаков была взята в плен, осталь-
ные ушли в море и впоследствии, не видя возможности про-
браться на родину, приняли мусульманство и поселились в
Шемахе 84.
Последний из известных нам походов казаков на Каспий
состоялся в 1682 г., когда Калина Родионов и Максим Скало-
зуб двинулись с Дона к Царицыну, захватив с собой 60 лодок.
С боем прошли казаки мимо Царицына и дальше через Кас-
пий на Яик. С наступлением морозов казаки бросили лодки и
82 Так назывались города по Волге от Нижиего Новгорода до Астрахани.
83 Крестьянская война, т. 1, с. 147, 149—152.
м ДАИ, т. 7, с. 249—263.
84
пегались зимовать в Усть-Яицком городке. Весной по приказу
царя они вернулись «а Дон85.
Подводя итоги казацкому мореплаванию на Каспийском
морс в конце XVI—XVII в., отметим, что впервые после рус-
ских мореходов времен Киевской Руси, бороздивших воды
Хпалынского моря и доходивших до Бердаа (ныне г. Барда
и Азербайджанской ССР) и Мианкале, на Каспии появились
поеные суда русских, в первую очередь струги донских и яиц-
кнх казаков.
Походы русских на Каспийском море в IX—XII вв. далеко
нс всегда предпринимались по приказу великого киевского
князя. Их инициаторами бывали отдельные воеводы, вследствие
чего многие из этих походов не попали в «Повесть временных
лет». Так и походы казаков в XVII в. были прежде всего ре-
|ультатом активности самих казаков. Боевые суда астрахан-
ского воеводы если и выходили в море, то только с целью
преследования казаков.
До персидского похода Петра I русских военных кораб-
лей на Каспии не было. Торговые суда вооружались лишь
цля обороны от нападений казаков и жителей прибрежных
областей. «Фридерик», затонувший у берегов Дагестана,
хотя и имел вооружение, не был военным кораблем, а «Орел»
тик и не вышел в море, ибо во время штурма Астрахани Рази-
ным команда «Орла» разбежалась.
К боевым кораблям на Каспии можно отнести только казац-
кие струги и «есаульные» струги делового двора, предназначен-
ные для «плавной службы» и для борьбы с казаками.
85 Сухоруков, 1903, с. 321.
ГЛАВА IV
«МОРСКОЕ КАЗАЧЬЕ ВОЙСКО»
И ТУРЕЦКИЙ ФЛОТ НА ЧЕРНОМ МОРЕ
В борьбе ю Османской империей за Азовское и Черномор-
ское побережья тлавную роль играло «морское казачье вой^
ско». Смелые морские походы казаков на Турцию и Крым про-!
изводили огромное впечатление на европейцев. Достаточно!
сказать, что в XVII в. во Франции и Англии, в германских и]
итальянских государствах, славившихся своими мореплавате-
лями, появились специальные сочинения, посвященные военно-
морскому искусству запорожских и донских казаков1.
Европейские государства не из простой любознательности
интересовались успехами морских предприятий против могу-
щественной Турции. На протяжении XVII в. они не раз при-1
глашали казаков на морскую и военную службу. Морское
искусство казаков признавалось как их противниками, так и!
союзниками.
Оценивая боевые походы казаков, итальянец д’Асколи, дол-
гое время находившийся на службе у Порты, писал: «Казаки
так отважны, что не только при равных силах, но и 20 чаек
не побоятся 30 галер падишаха, как видно это ежегодно на
деле»2. Польский историк того времени Павел Пясецкий от-
мечал: «Можно без конца перечислять преимущества... милиции,
которая подрывает силу турок и намного превосходит любое
из европейских войск. По словам самих турок, никого они не
страшатся больше казаков»3.
Не менее интересно высказывание турецкого историка-лето-
писца Наимы по поводу морских походов казаков; «Можно
уверенно сказать, что не найти во всем мире людей более от-
важных, которые бы меньше думали о жизни или меньше бо-
ялись бы смерти. Как рассказывают люди, сведущие в военном
деле, эта голь своим уменьем и храбростью в морских бит-
вах превосходит все другие народы»4.
В русской дворянско-буржуазной исторической науке гос-
1 Для примера можно назвать: Отчет, 1683; Отчет, 1684; Отчет о победе,
1683; Новый отчет, 1684; Новейший отчет, 1684.
2 Д’Асколи, 1902, с. 193.
3 Бельский, 1856.
4 Цит. по: Голобуцкий, 1957, с. 171.
86
иодствовало мнение, что морские походы казаков не имели
.грьезных политических целей и сколько-нибудь выраженной
формы организации, так как были явлением стихийным. Одна-
ко внимательное изучение этого вопроса позволяет сделать вы-
вод о тщательной подготовке и организации походов.
Имеющиеся материалы позволяют систематизировать прин-
ципы организации казацких морских походов, тактику десанта
и ведения боя с турецкими кораблями. Большое место занима-
.1.-1 подготовка к походам. Часть вооружения и необходимых
припасов казаки получали от русского правительства и неко-
|<>рых купцов, субсидировавших походы под долю военной до-
бычи. Казаки частично сами обеспечивали себя боеприпасами.
В Сечи, например, делали порох, отливали железные и свинцо-
вые (для фальконетов) ядра. Кошевой атаман Иван Сирко,
обращаясь к гетману Левобережной Украины Самойловичу,
просил «о прислании селитры, чтоб всяку по своему обычаю
наделать пороху»5. Это подтверждает и Боплан: «Опытные во
всех ремеслах, необходимых в человеческой жизни, как-то:
плотники, умеющие строить как дома, так и суда, экипажные
мастера, кузнецы, оружейники, кожевники и шорники, сапож-
ники, бочары, портные и т. п. Они очень искусны в изготовле-
нии селитры... Из нее сами делают превосходный порох»6.
Оружие, употреблявшееся казаками в морских походах
XVII в., было крайне разнообразным: мушкеты, пистолеты, саб-
ли, сагайдаки (луки), списы (пики), ратища (копья), дротики,
топоры, цепи 7. Самым распространенным вооружением в бою
были кремневые ружья (ручницы или самопалы), об украшении
п чистоте которых казаки весьма заботились. Только в походе
они специально замачивали поверхность стволов ружей, чтобы
па них появилась небольшая ржавчина и чтобы «вражеское
око на ясной сброе не играло»8. Многие казаки не употреб-
ляли луков и сабель, но все владели ружьями9 10.
А вот как казаки вели морской бой: они привязывали весла
к кочетам (уключинам) лозой, затем одни, не трогаясь с лавок,
стреляли, а другие заряжали ружья и подавали их своим то-
парищам, меткие выстрелы которых не прекращались ни на
минуту |0. Захватывая турецкие суда или крепости, запорожцы
приобретали и орудия. Так, Дмитрий Вишневецкий, предводи-
тельствуя запорожскими казаками, в 1557 г. взял Ислам-Кер-
мен и, как указывается в летописи того времени, «людей побил
н пушки вывез»11. Овладев турецкими судами, запорожцы сни-
5 АЮЗР, т. 13, с. 3.
6 Боплан, 1896, с. 301.
7 Грабянка, 1854, с. 20.
8 Эварницкий, 1892—1897, т. 1, с. 265.
9 Собеский, 1849; Собеский, 1896, с. 92.
10 Боплан, 1896, с. 348.
11 ПСРЛ, т. 13, первая половина, с. 277.
87
мали с них орудия, которые хранили в войсковой скарбнице.
Вероятно, орудия малого калибра с кораблей использовались
для вооружения чаек.
Таким же образом вооружались и донские казаки. На Дону,
огнестрельное оружие не производилось. Оно приобреталось у;
воронежских и елецких купцов, которые снабжали казаков-1
оружием за известную (от трети до половины) часть добычи^
Артиллерийское вооружение донские казаки, так же как и за-(
порожские, добывали в бою. j
Легкими корабельными пушками (фальконетами) казак#
пользовались уже в XVI в. Эти пушки имели диаметр ствола
1,5—3 дюйма (9—18-го калибров) |2. Появление тяжелой ар-
тиллерии относится к моменту взятия 'казаками Азова, откуда
в Черкасск было перевезено 80 пушек12 13 14 15 16. J
Казаки были хорошо осведомлены о положении дел в Кры-1
му и Турции. Эти сведения они получали от пленных, бежав-
ших из турецкой неволи, от «языков», а также от торговых^
людей и послов. Решение о походе принималось на Раде или
Войсковом кругу. Затем запорожские казаки сносились с дон-
скими и договаривались о совместных или одновременных дей-
ствиях. Конечная цель похода определялась в условленное вре-
мя в море, а куда им идти, до того не объявляли.
Боплан так описывает сборы: «В Запорожье собирается от
5 до 6 тысяч вооруженных казаков, искусных во всех ремес-
лах. По 60 человек трудятся около одного челна и отделывают
его через 15 дней, так что в две или три недели изготовляют
около 80 или 100 судов; в каждом помещается от 4 до 6 фаль-
конетов и от 50 до 70 казаков, из которых всякий имеет саблю,
две пищали, 6 фунтов пороха, достаточное количество пуль
и квадрант; туда же кладут ядра для фальконетов и необхо-
димые жизненные припасы» |4.
Плавали обычно в летнюю пору. Как указывает Боплан,
«казаки выходят на морские поиски после Иванова дня, а воз-
вращаются не позже первых чисел августа месяца» |5. Он же
пишет, что в отмщение татарам за разорение Украины казаки
выходят в море и в осеннее время 1с.
Приходится удивляться храбрости, с которой казаки пуска-
лись на столь несовершенных судах в далекие морские путе-
шествия. Осенние сильные северные ветры делали плавание на
таких судах крайне опасным. На сильной волне челны теряли
управление и не могли принимать участие в бою. Боплан пи-
шет: «Невозможно... чтобы море не поглотило несколько лодок,
так как не все могут быть настолько прочны, чтобы выдержать
12 Хоперский, 1886, с. 10.
13 Краснов, 1863, с. 7.
14 Боплан, 1896, с. 345.
15 Там же, с. 346.
16 Там же, с. 344.
88
п<спедицию» 17. В думе «Про бурю на Черном море» читаем:
<Л по Черному морю супротивна хвиля вставае, судна казацк!
и.) три части разбивае: одну часть взяло — в землю Атарьску
in несло, другу часть прло Дунайське пожерло, а трети де, ея
мае — в Черному море потопае» 18 19.
Успех похода во многом определяли погодные условия. Иног-
да казаки приходили к берегам Анатолии «после дня Касы-
ма» |9. День Касыма падал на 26 октября по юлианскому ка-
лендарю. После этого дня военные действия на море и море-
плавание прекращались.
1В XVI—XVII вв. реки Восточной Европы были полноводнее.
Возросшая интенсивность земледелия, порубка леса и увели-
чение пахотных площадей понижали уровень грунтовых вод, и
реки постепенно мелели. Итальянские карты XVI в., например,
изображали Днепр впадающим в море двумя рукавами: од-
ним— в Черное, а другим — в Азовское. Очевидно, путь каза-
ков, переходивших с Днепра на Дон, был известен итальянцам.
По свидетельству Боплана, когда турки совершенно пре-
граждали путь в днепровское устье, запорожские казаки поль-
зовались р. Волчьей. Вероятно, ее название происходило от
«волочить» — «волок»20 21.
Для выхода в море казакам, как правило, не нужно было
преодолевать пороги, за исключением тех случаев, когда каза-
ки возвращались с добычей через Дон и приток Днепра —
Самару. Тогда они выходили выше первого Кодакского порога,
у крепости Кодак. Например, в 1635 г. запорожцы во главе
с атаманом Сулимой, возвращаясь описанным выше путем, на-
пали на только что построенную крепость Кодак и разрушили
ее2|.
Казаки пользовались бассейнами Дона и Днепра для скрыт-
ного выхода в море и возвращения после похода, особенно в
течение двух-трех недель весеннего половодья, когда большая
пода значительно приближала друг к другу притоки больших
рек, уберегала от нападения с берега22.
Больше всего мешали казакам выходить в море турецкие
крепости с многочисленными гарнизонами. Боплан объясняет
смелость казаков при выходе в море жалким состоянием кре-
постей23. Противоположного мнения о крепостях был другой
очевидец — Эвлия Челеби24. Оба высказывания не противоре-
17 Там же, с. 347.
14 Исторические песни, с. 186.
19 Эвлия Челеби, 1861, с. 116.
20 Брун, 1863, с. 133; Загоскин, 1909, карта № VIII, IX — Азовско-Днеп-
ровские водные пути.
21 Воссоединение Украины с Россией, т. 1, с. 159; Боплан, 1896, с. 313.
22 ЦГАДА, ф. 210, д. 141, л. 9—10, 20—21, 48—49, 352—354, 442—445.
23 Боплан, 1896, с. 345.
24 Эвлия Челеби, 1961, с. 198—204.
89
чат друг другу, так как казаки в разное время разрушали кре-
пости, а турки их постепенно восстанавливали.
Хорошо известен по описаниям современников путь казаков
вниз по Дону и Днепру.
Мешая казакам выйти в море, турки засыпали камнями
узкие протоки, а русла перегораживали цепями. Однако пере-
хитрить казаков было трудно. Они ночью пускали впереди себя
по течению бревна, которые ударялись о цепи, — и турки па-
лили из батарей. А когда огонь стихал и турки успокаивались^
казаки уходили в море25. ’
С. И. Мышецкий дополняет сведения подобного рода.*
«У турок имелися по Днепру реке славные города: Кизикер-
мень и против оного Тавань-город, лежащий по острову Днеп-
ра, и на устье ж острова был городок Ослан (Ислам-Кермен.—
Ю. Т.)\ и от того Кизикерменя до Тавань-города, через Днепр,
бывали цепи тяжелые перетянуты, дабы никто из неприятелей
ночью пройти не мог; також и от Ослана, через Конскую реч-
ку, до Крымской стороны; а посреди оных рек останавливаны
были ворота, и пушки из оных городков были наведены па
оные ворота...» Далее более подробно описывается способ пре-
одоления преграды, указанный Бопланом: «Иногда случалось,'
что и дубы свои оттягивали, ехав к Прогною, и от оного Прог-
ноя имеется проток или креница в море, и так мимо Очакова
и Кинбурна проезживали, что их никто не видал и умыслов их
никто не знал»26. ;
О «невидимом» способе, которым пользовались казаки, со-’
общает Эвлия Челеби: «В правление Ибрагим-хана (1640— '
1648 гг.) случалось, что кяфиры-казаки перетаскивали на своих
спинах, словно носильщики с лямками, 300 чаек по суше, по
землям казаков и по землям валахов, потом выходили в Чер-
ное море, грабили и опустошали его побережье»27. Эти сведе-
ния интересны как свидетельство постоянной угрозы со стороны
казаков и как указание на способ переброски чаек по суше,
к чему, видимо, казаки прибегали нередко, минуя крепостные
заслоны или засады так, как об этом свидетельствует в своих
мемуарах Боплан.
Пожалуй, главной формой морских походов были набеги
на турецкие и татарские владения на берегах Азовского и Чер-
ного морей. Ширина фронта гарантировала внезапность, а зна-
чит, и успех. Турки находились зачастую в неведении, где ожи-
дать казаков. Турецкий флот, численно и качественно превос-
ходивший казацкий, вынужден был искать их вдоль всего по-
бережья, а рассредоточенный не представлял угрозы для каза-
ков, которые без особого труда уничтожали его по частям.
Чтобы предотвратить набеги казаков или перехватить их
25 Тяпкин и Зотов, 1850, с. 178.
м Мышецкий, 1852, с. 11 —13.
27 Эвлия Челеби, 1961, с. 116.
S0
ни возвращении из похода, турецкий флот обычно дежурил в
уггье Дона или в гирлах Днепра.
Приемы ведения казаками боя складывались в течение мно-
। их десятилетий. В их основу казаки положили опыт собствен-
ных походов, правильную оценку своих сил и сил противника.
Ф. Энгельс, характеризуя тактику гребного флота феодаль-
ного общества, писал о двух возможных способах морского
Ноя: маневрировать таким образом, чтобы острый, крепкий же-
натый конец носовой части корабля со всей силой нанес на
ходу удар в борт неприятельского корабля и пустил его ко
дну; или же сойтись с противником вплотную бортами и взять
его, таким образом, на абордаж28. Но если преимущества пер-
вого варианта были полностью на стороне галерного флота, то
нторой вариант был более приемлем для быстрых на ходу и
маневренных чаек и стругов, уклонявшихся от тарана и созда-
вавших превосходство для абордажного боя трехсторонней ата-
кой с кормы и бортов.
Боплан в своих мемуарах приводит описание тактических
приемов морского боя запорожских казаков. Увидав вдали вра-
жеский корабль, они немедленно складывали мачты, замечали
направление ветра и маневрировали таким образом, чтобы к
вечеру солнце было у них за спиной. За час до захода солнца
они на всех веслах плыли к кораблю и останавливались при-
мерно за милю от него, чтобы не упустить неприятеля из виду.
Наконец, в полночь по сигналу устремлялись на врага: поло-
вина удальцов, готовых к бою, с нетерпением ждала абордажа
и, сцепившись с турецким судном, в одно мгновение взбиралась
па него29. В бою с казаками, особенно при штиле, галеры были
менее поворотливы и служили хорошим объектом атаки для
более подвижных казацких челнов.
На галерах того времени кроме крупных орудий, стоявших
па корме и предназначенных для ведения боя, было и несколь-
ко орудий небольших калибров для удержания в повиновении
гребцов-невольников, которыми часто бывали пленные казаки.
Па корме же находился в бою капитан, командующий эскадрой
пли флотом. Овладеть кормой значило захватить жизненно
важный для исхода боя объект. Это была конечная цель абор-
дажного боя, успех которого определялся подготовкой воинов
и качеством их вооружения.
Если казакам не удавалось подойти к галерам для рукопаш-
ного боя, то пушки последних разгоняли их, по выражению
Боплана, «как стаю скворцов». Иногда в подобных случаях
казаки теряли до двух третей своих сил.
При возвращении в устье Днепра казаков обычно ждали
корабли турецкого флота и отряды из состава гарнизона Оча-
28 Ф. Энгельс. Военно-морской флот, с. 381.
29 Боплан, 1896, с. 346.
91
ковской крепости. Чтобы обмануть противника, казаки прибе-
гали к различным военным хитростям и уловкам. Иногда они
высаживались в трех или четырех милях восточнее Очакова,
где к морю примыкает балка длиной около трех миль, на чет-
верть мили заливаемая водой. По ней казаки перетаскивали
овои чайки. Над каждым судном трудилось по 200—300 чело-
век, и через два-три дня весь флот с добычей уже плыл по
Днепру30.
Турки, как правило, не отваживались преследовать казаков,
так как были научены опытом и боялись подстерегавших их;
в плавнях опасностей. Боплан писал: «Здесь (в днепровскил
плавнях. — Ю. Т.) погибло немало турецких галер, которые..,
запутавшись между островами, не могли отыскать дороги
между тем как казаки в своих лодках беспрепятственно стре
ляли по ним из тростников. С этого времени галеры не захо
дят в Днепр дальше 4—5 миль от устья» 31.
Боплан упоминает еще об одном пути — через пролив меж^
ду Таманью и Керчью в Донской лиман (Азовское море.—
Ю. Т.), далее вверх по р. Миус до тех пор, пока она может
поднять их лодки. Верховья Миуса находятся всего в миле oi
истоков речки Тачаводы, впадающей в Самару, которая, в
свою очередь, впадает в Днепр па расстоянии мили выше Ко-
дака 32.
В этом случае путь казаков в Сечь лежал через пороги.
Но он не был для них новым. По нему исстари велась ожив-
ленная торговля. Казаки знали повадки реки, места переправ,
волоков в различное время года и имели навыки в преодоле-
нии порогов. Это и составляло основное занятие для той части ।
казаков, которая несла лоцманскую службу.
При невозможности пройти водным путем казаки топили
свои суда в море, а сами отбивали у турок и татар табуны ло-
шадей и на них отправлялись с добычей в Сечь. «А иногда
случалось, что от них, казаков, проедет одна партия водою, а
другая сухим путем конницею и тамо совокупляются вместе.
А потом как турки уведали их потайной проезд, в великом
смотрении оных караулили и многих брали и рубили, то они
уже, казаки, тем умыслом мало проезживали, а сыскали ни-
жеследующий способ: брали с собою малые лодки до означен-
ных городков, оттягивали сухим путем, а тамо пришедши, на
большие свои затопленные лодки саживались» 33.
Острова на Днепре, отгороженные порогами и засеками,
были удобной естественной границей для Сечи, но в таких
местах не смогли бы укрыться большие морские суда.
Регулярные походы против турецко-татарских захватчиков
30 Там же, с. 347—348.
31 Там же, с. 318.
32 Там же, с. 347—348.
33 Мышецкий, 1852, с. 13—14.
92
иыработали единую систему действий. Это, во-первых, подго-
|<мп<а к походу — строительство и оснащение чаек, вооружение,
обеспечение отряда всем необходимым. Во-вторых, организация
перехода — разведка, охранение, беспрекословное повиновение
пгаману обычно не склонных к порядку казаков. В-третьих,
тщательное изучение путей выхода в море; казаки пользова-
лись тем или иным маршрутом в зависимости от складываю-
щейся обстановки. Это, наконец, тактика боевых действий,
сложившаяся в результате использования, с одной стороны,
специфического вида судов — чаек и стругов и особенностей их
иооружения, а с другой — опыта многочисленных морских бо-
ги с турецким флотом и гарнизонами прибрежных городов
и крепостей.
* * *
В XVI в. Османская империя стала, по словам К- Маркса,
«единственной подлинной военной державой средневековья»34.
Турция фактически была владычицей Средиземного, Мрамор-
ного и Черного морей. Ее правительство уделяло большое вни-
мание созданию военно-морских сил.
В правление султана Селима I (1512—1520) турецкий
флот возрос до 300 военных кораблей, а при султане Сулей-
мане I Великолепном (1520—1566) насчитывал уже 400 ко-
раблей. Владения Османской империи простирались почти от
самого Гибралтара до Персидского залива и от «Железных во-
рот» на Дунае до Нильских порогов. Великий визирь Мехмет-
паша Соколлу намеревался отвоевать у России Казань и Аст-
рахань 35.
Только в морском сражении при Лепанто (1571 г.) 36 с испа-
но-венецианским флотом считавшийся непобедимым турецкий
флот был разбит эскадрой дона Хуана Австрийского. Великий
писатель Сервантес писал: «В тот день разрушено было ложное
убеждение всего мира и всех народов в непобедимости турок на
море... посрамлена была оттоманская честь и гордыня». Турец-
кий флот понес значительные потери и в условиях начавше-
гося внутреннего экономического и политического кризиса не
смог полностью оправиться. Так, в 1591 г. программа строи-
тельства 180 новых галер провалилась37.
Наиболее полное описание турецкого флота в XVII в. мы
находим у де Марсильли. Граф де Марсильли вместе с сена-
тором Венецианской республики Чурани прибыл в Стамбул в
1679 г. и прожил там 11 месяцев, изучая военное состояние
34 К. М а р к с. Хронологические выписки.— Архив К. Маркса н Ф. Энгель-
са. Т. 6, с. 189.
35 Миллер, 1948.
33 Во время веиециаиско-турецкой войны 1570—1573 гг.
37 Алекберли, 1961, с. 85.
93
Османской империи. Ему посчастливилось за большие деньги
приобрести «Канун-наме», излагавший все уставные положения
по организации и вооружению турецкой армии и флота. Труд
де Марсильли был опубликован в 1735 г. во Франции и спустя
два года — в России.
Согласно «Канун-наме», турецкие вооруженные силы под-
разделялись на сухопутные и морские. «Морская армия», т. е.
военно-морские силы, состояла из арсенала, в котором строи-
лись, ремонтировались и оснащались суда; морской пехоты и
парусно-гребного флота. По штатам арсенала для работы в
доках, на вспомогательных судах и для караульной службц
предусматривалось 1364 человека, сведенных в команды по|
шесть-семь человек. Два раза в неделю они обучались всему]
что касается военно-морского дела. Руководство работавшим^
в арсенале возлагалось на офицеров турецкого флота 38.
Морская пехота охраняла побережье в крепостях и служи-;
ла на морских судах.
Основу военно-морских сил Турции составлял парусно-греб-j
ной флот, который включал фрегаты (до 12 банок для греб-;
цов), бригантины (18 банок), галиоты (24 банки), галеры, или!
каторги 39 (25 банок), галеасы (26 банок), средние баштарды
(27 банок), баштарды (32 банки) и парусные талионы, или
средиземноморские каравеллы40.
Галерный флот состоял из двухмачтовых «закале», содер-
жавшихся за счет государственной казны, и галер «беглер»,
которые содержались капитанами на средства подчиненных
прибрежных городов и земель (Гелиополя, Кафы, Трабзона,
Кипра, Алжира, Туниса, Ливии и др.— всего 14). Те и дру-
гие галеры имели огуречную форму и были длиной около 50 м,
шириной около 6 м, с осадкой около 2 -м.
На строительство галеры расходовалось 150 ц железа, 168 ц
веревок и канатов на снасти. Галера имела три треугольных
паруса на большой и передней мачтах и две парусины, которы-
ми судно закрывали от дождя. В навигацию на одну галеру
отпускалось 20 ц смолы, 12 ц пеньковой пакли, 4 ц сала, 2 кот-
ла для троекратного смоления за сезон, много свинца для про-
тивовесов на весла, на свинцовые пластины для заколачивания
отверстий от пробоин и на свинцовый лот. На галере имелись
в запасе руль, мачта и 25 весел. Артиллерийское вооружение
галеры составляли три-четыре пушки с ядрами весом более
15 кг. Для стрельбы галеры в походе снабжались 20 ц пороха.
Как и на всех боевых кораблях, на галере находились морская
38 Марсильли, 1737, ч. 1,с. 104—105.
39 Именно слово «каторга» прочно вошло в бытовую русскую речь и ча-
сто употреблялось в отписках, расспросных речах и других документах до
начала XVIII в. Лишь с введением Петром I ииостраииых морских терминов
это слово получило современное смысловое значение.
40 Марсильли, 1737, ч. 1, с. 47, 101.
04
Турецкая галера (каторга)
карта, компас и подзорная труба. Много денег тратилось на
фонари, флаги и украшения. Стоимость галеры составляла
1344 рейхсталера.
Для движения галеры использовались 25 пар весел с 5 греб-
цами-невольниками на каждое. Паруса употреблялись для пла-
нация при попутном ветре.
Невысокий надводный борт галеры, занятый к тому же греб-
цами, затруднял применение на ней артиллерии. Вот почему в-
турецком флоте по примеру венецианского в конце XVI в. стали
строиться более прочные и лучше вооруженные корабли — га-
леасы.
Галеас был трехмачтовым кораблем. Его длина достигала
80 м. Заваленный вовнутрь борт был выше и имел окна (пор-
ты) для размещения 24 пушек, так что галеас многократно
превосходил в огневой мощи галеру. На 52 веслах трудилось
до 400 гребцов, на палубе могли размещаться до 300 солдат.
О прочности такого корабля и о размерах его парусной оснаст-
ки свидетельствует расход железа (на 328 ц больше, чем на.
галеру) и веревок и канатов (на 25 ц больше) 41.
41 См. там же, с. 98—110.
95
Самые крупные парусные корабли с сильным артиллерий-
ским вооружением — галионы — строились в Алжире и Туни-
се. Д’Асколи упоминает также, что в Бала1клею, на р. Буг,
сплавляется строевой лес и «там строят крупнейшие галио-
ны» 42.
В военное время благодаря мобилизации и вооружению тор-
говых судов общая численность турецкого флота в XVII в. воз-
растала до 400 единиц.
В войсковой отписке донских казаков царю 1641 г. читаем;,
«...Пришли под Азов войною от турского царя паши: Усеин-5
паша, капитан-паша Пела-паша, с воинскими людьми и с крым-j
ским царем и с царевичем и со многими землями в судех моЛ
рем, а конные полем... двести сорок тысяч человек, а каторп
больших беломорских сто, да кораблей больших восемьдесят
да мелкого морского девяносто судов, да с порохом и с ядры
20 кораблей больших»43.
О пришедшем к захваченному казаками Азову значительном
турецком флоте пишет и Эвлия Челеби: «С морской стороны
(Азова. — Ю. Т.) стал султанский флот, состоявший из 150 га-
лер, стольких же фрегатов, двухсот чаек и карамурзалей, кото-
рые, взяв с собой сорок тысяч человек, снялись в Анапском
порту» 44.
Обычно на военном корабле находилось 100—140 человек
морской пехоты для абордажного боя и охраны побережья, мат-
росы, гребцы из христиан-невольников и мастеровые—плотни-1
ки, кузнецы, конопатчики и канатчики. Командовал галерой ка-5
питан, которому помогали штурман, два надсмотрщика над
гребцами, помощник штурмана по управлению матросами, два
весельных мастера.
Военно-морскими силами Османской империи командовал<
адмирал — капудан-паша, постоянная резиденция которого на-
ходилась на о-ве Родос в Эгейском море. Его помощником и
наместником на острове был первый вице-адмирал. Второй
вице-адмирал постоянно находился в Стамбуле.
Таким образом, в XVII в. турецкий флот по-прежнему пред-
ставлял собой внушительную силу. Большинство судов имело
достаточно высокие мореходные качества, мощный корпус, бо-
лее сильное вооружение и более многочисленный экипаж, чем
казацкие суда.
Вот какой противник господствовал на Азовском и Черном
морях, когда казаки в начале XVI в. появились там и стали
грозой турецких портов, прибрежных земель и флота.
42 Д’Асколи, 1902, с. 120—121.
43 Сухоруков, 1903, с. 184.
44 Эвлия Челеби, 1872, с. 162.
ГЛАВА V
ПОХОДЫ КАЗАКОВ НА АЗОВСКОЕ
И ЧЕРНОЕ МОРЯ
Русско-польские войны начала XVII в. способствовали ту-
рецко-татарской агрессии против «украинных» земель двух
враждовавших государств. В этих условиях все более решитель-
ной становилась стихийная и организованная борьба вооружен-
ного народа. В этой борьбе запорожское и донское казачество
ныросло в мощную военную силу, противостоявшую туркам
и татарам.
Походы казаков на Черное и Азовское моря начинаются с
конца XV в. Казаки ходили под Тягинь (1492 г.), Тавань (1502,
1504 г-г.), -Белгород (1516 г.), Очаков (1523, 1527, 1528, 1538,
1541, 1545, 1547, 1548, 1551 гг.). Активность казаков возросла
с середины XVI в., когда складывались и укреплялись Хортиц-
кая, Томаковская, Чертомлыцкая, Перегноинская сечи. Послед-
няя, лежавшая у Кинбурнской косы, играла роль черномор-
ского порта запорожских казаков ’.
С первых же лет существования Запорожской Сечи поль-
ское и русское правительства оказывали казакам помощь и
использовали их для борьбы с Крымским ханством и Турцией.
Русское государство, присоединив Астрахань, стремилось
надежно защитить южные «украины» страны; оно прилагало
большие усилия для достижения прочного мира с Крымом,
однако безуспешно. Крымский хан Девлет-Гирей, хотя и потер-
пел ряд серьезных неудач в открытых боях с Русским государ-
ством, продолжал проводить враждебную Москве политику и
ожидал только удобного -случая для нападения. Поэтому, ста-
раясь обеспечить безопасность южных уездов страны и ней-
трализовать Крым в связи с подготавливаемой войной с Ли-
шишей за освобождение Балтийского побережья, московское
правительство вынуждено было прибегнуть к военным мерам
и, не ожидая появления крымских отрядов в непосредственной
близости от границы, послать войска под крымские улусы.
Правительство Ивана IV велю переговоры с запорожцами, ми-
нуя польские власти, признавая тем самым за Сечью право
самостоятельности в вопросах внешней политики. Не удивитель-
1 Мавродин, 1955, с. 133—1'34; Жерела, 1908, с. 4, 17, 20.
7 Зак. 535
97
но, что Иван Грозный поддержал предложение игравшего зна-
чительную роль в Запорожье украинского феодала Дмитрия
Вишневецкого совершить в 1556 г. совместный поход на Крым.
В намечавшемся походе значительная роль отводилась дейст-
виям на море.
Русским отрядом командовал участник осады Казани вое-
вода Матвей Ржевский. На Днепре к нему присоединились
украинские казаки во главе с Михаилом Еськовичем (Мишкой ।
Черкашениным) 2. Примерно в то же время вниз по Дону спус-
кался другой отряд — Ивана Мальцева и Даниила Чулкова3Л
Матвей Ржевский ходил на Ислам-Кермен и Очаков, а Михаил
Еськович, через приток Днепра Самару, реки Волчью и Каль-
миус и Азовское море,— на Керчь. Поход Ржевского сорвал
планы крымского хана, вынужденного отказаться от нападения
на Москву, но одновременно показал, что борьба с татарами
предстоит тяжелая, что она потребует много сил.
В 1558 г., по сообщению французского посла в Стамбуле,
русские разбили турок, стерегших «устье Танаиса»4. В феврале
следующего года Иван Грозный поручил Вишневецкому с пяти-
тысячным войском идти на Донец, построить там суда, взять
Азов и, выйдя в Азовское море, напасть на Керчь. Второй от-
ряд русских войск, под командованием Даниила Адашева,
насчитывавший до 8 тыс. стрельцов, казаков и детей боярских,
должен был выйти в море из устья Днепра. Войско Вишневец-
кого действовало вяло и нерешительно; на реке Айдаре оно
нанесло поражение небольшому отряду крымских татар и этим<
ограничилось. В то же время отряд Адашева, выйдя из Днепра
в «малых челнах», направился к о-ву Долгий, у Кинбурнской
косы, оттуда на Джарылгач и Перекоп. Шесть недель, «ходя
подле них берегом», русские держали в страхе Крым. Возвра-
щались через Березань и Очаков с большой добычей и без
потерь5.
Начавшаяся в 1558 г. и затянувшаяся на четверть века Ли- i
венская война потребовала крайнего напряжения военных сил
Русского государства. Основное внимание правительства было
обращено в эти годы на северо-запад; оборону крымской «ук-
раины» оно стремилось обеспечить минимальным количеством
войск, расположенных на укрепленной линии по берегам Оки.
Тем большее значение приобретали действия казачества Днеп-
ра и Дона, которому Россия оказывала'значительную полити-
ческую, военную и материальную помощь.
В начале 1561 г. русские и запорожцы выходили Доном в
2 В начале XVI в. казачество на Украине проживало в основном в райо-
не Канева и Черкасс. Поэтому не случайно русские долгое время называли
украинцев «черкасами» и «черкасцами».
3 ПСРЛ, т. 13, первая половина, с. 269.
4 Кушева, с. 250.
3 ПСРЛ, т. 13, первая половина, с. 319. .
98
Черное и Азовское моря
Крепость Перекоп
море и нападали на Кафу. В 1574 г. донские и запорожские
казаки напали на Азов и сожгли Белгород (Аккерман). В сле-
дующем году к запорожским казакам прибыло русское посоль-
ство, привезшее деньги, селитру, оружие и обещавшее продо-
вольствие и «всякий запас». Помощь была оказана вовремя.
Татары совершили налет на окраинные русские и украинские
земли, уведя с собой значительное количество мирных жите-
лей. В ответ запорожцы во главе с гетманом Богданом Ружин-
ским совершили морской поход на Крым, где высаживались
у Гёзлева и Кафы, затем внезапным налетом захватили Траб-
зон и Синоп и дошли до Стамбула.
В 1576 г. запорожские казаки овладели Ислам-Керменом.
Вместе с ними действовали русские ратные люди во главе с
А. Веревкиным. Несколько позже запорожцы появились на за-
падном берегу Черного моря, у устья Дуная, нападали на Ки-
лию, Силистрию, Варну.
Предотвратить крупные вторжения татар в пределы Рус-
ского государства в годы Ливонской войны не удалось, но
известному отвлечению сил Крымского ханства от южных ру-
бежей России морские действия донских и запорожских каза-
ков способствовали.
Черноморские походы запорожских и донских казаков ста-
новились обычным явлением. Они следовали один за другим.
В 1578, 1583, 1586—1590, 1593—1595, 1599 гг. казацкие суда
плавали у берегов Крыма, у Перекопа, Гёзлева, Азова, Белго-
рода, Очакова, Синопа и Трабзона.
XVII век ознаменовался еще большей активностью казаков.
Если в XV—XVI вв. Турция была сильным военно-феодальным
государством, расширявшим свои границы и всерьез претендо-
вавшим на господство в Черноморском, и Средиземноморском
100
бассейнах, то в XVII в. ее военная мощь начинает падать. Кро-
ме внутренних экономических и социально-политических причин,
ипределявших начавшееся падение мощи Османской империи,
н.шестную роль в этом сыграли и сокрушительные удары запо-
рожских и донских казаков .по турецким приморским крепо-
стям, судостроительным базам, торговым портам. В XVII в.
турецкий флот на Черном море вынужден был перейти к обо-
ронительным действиям. Он уже не был в состоянии полностью
контролировать мореходство и часто с трудом защищал собст-
венные торговые суда и прибрежные города. Подчас хозяевами
моря становились донские и запорожские казаки. Об этом сви-
детельствуют и турецкие источники (Кятиб Челяби, М. Наима,
Эвлия Челеби), и донесения иностранных дипломатов из Стам-
була — посланников Франции и Англии де Сези и Т. Роэ. Это
была морская война Турции и Крыма, с одной стороны, и ка-
зачества при военной поддержке России, а иногда и Польши —
с другой.
В условиях обострившейся классовой борьбы в начале
XVII в., первой крестьянской войны в России, польско-швед-
ской интервенции, поставившей вопрос о самом существовании
самостоятельного Русского государства, Россия не могла про-
являть значительной активности и старалась избежать конф-
ликтов с Турцией и Крымским ханством. Подобной позиции при-
держивалась и Польша, когда стремилась привлечь Турцию и
Крым на свою сторону в противоборстве с Россией. Поэтому и
Россия и Польша пытались отмежеваться от действий своих
строптивых подданных — казаков. В 1607 г. между Польшей
и Турцией был заключен мир. В договор были включены пунк-
ты, обеспечивавшие безопасность польской территории от на-
падений татар и турецких владений — от нападений запорож-
цев. Но реальных средств, которые могли бы сдержать дейст-
вия казачества на море, польское правительство не имело.
Для первой четверти XVII в. наиболее характерны самосто-
ятельные походы казаков. В мае 1602 г. на 30 чайках и несколь-
ких галерах, отбитых у турок, казаки вышли в море из Днепра
п вступили в бой с вражеской эскадрой под Килией; в этом
сражении казаки захватили у противника одну галеру и не-
сколько купеческих судов. В Днестровском лимане казаки на-
пали на галеру турецкого военачальника Гасан-аги, подошли
к Белгороду и захватили вражеский корабль, плывший из Ка-
фы, а затем, дождавшись попутного ветра, направились к
Днепру6.
В 1606 г. казаки вновь нападали на Килию и Белгород, за-
хватили в море 10 турецких галер7. Но наиболее значительным
успехом года стала экспедиция казаков на город-крепость Вар-
• Грушевський, 1909, т. 7, с. 322.
1 Там же, с. 325—326.
101
ну. Подробности этого события сообщаются в казацкой песне
XVII в. Подойдя к Варне и убедившись в силе ее укреплений,
казаки не знали, как им начать приступ: то ли с моря, то ли
с «поля», то ли с «речки-невелички». Плененный ими турок ска-
зал, что .наиболее удобный способ — штурмовать Варну со
стороны реки. Так и поступили казаки. На чайках они подня-
лись по реке, открыли огонь из пушек и ружей и после оже-
сточенного штурма овладели «Варной, издавна славной»8. При
взятии города казаки уничтожили стоявшие в гавани суда9 10 11.
В том же году казаки во главе с гетманом Петром Сагай-
дачным захватили и сожгли турецкую крепость Кафу. В 1607 г.
казаки Петра Сагайдачного рассеяли под Очаковом отряд
турецких судов |0. Два года спустя 16 казачьих чаек появились
в устье Дуная, захватили и опустошили Измаил, Килию, Бел-
город. Другой отряд судов направился к Кафе и также овладел
городом По сведениям т^фецких источников, несколько похо-
дов было предпринято казаками и в 1610—1612 гг.12. В 1612 г.
запорожцы под предводительством Петра Сагайдачного «про-
брались Днепровским лиманом в Черное море и причинили там
большие разорения турецкому населению» 13.
Как уже отмечалось, сохранение статус-кво на южных гра-
ницах было в первые десятилетия XVII в. существенным направ-
лением внешней политики русского правительства. Начиная с
1607 г. в течение почти десяти лет татары грабили и разоряли
южную часть Московского государства практически безнаказан-
но: русский народ в то время сражался с польско-шведскими
интервентами за свою независимость, отдавая этой борьбе все
силы. Поэтому русское правительство стремилось удержать
донских казаков ют действий на море, старалось убедить Пор-
ту, что ответственность за нападения на турецкие города и су-
да несут .исключительно запорожские казаки.
В 1613 г. царь Михаил Федорович в наказе послам в Стам-
бул предписывал просить, чтобы султан, «видя неправду поль-
ского короля», послал повеление крымскому хану идти на зем-
ли Речи Посполитой. Прибывшее в столицу Османской империи
польское посольство, в свою очередь, клятвенно заверяло ту-
рецкое правительство, что на Черном море «разбойничают»
донские казаки. По поводу же отдельных действий запорожцев
послы заявляли, что за них польское правительство не может
нести ответственности: «Казаки — не подданные короля, и ко-
роль не может принимать обязательств за своевольный 'народ,
живущий в пустынях; .между ними, правда, есть и поляки, но
8 Голобуцкий, 1957, с. 169.
9 Грушевський, 1909, т. 7, с. 326.
10 Алекберли, 1961, с. 149.
11 Жерела, 1908, с. 122.
12 Алекберли, 1966, с. 42.
13 Эварницкий, 1892—1897, т. 2, с. 189. •
102
есть и москвитяне, и волохи, и турки, и татары, и люди всяко-
го языка; пусть татары и истребляют их, когда захватят в сво-
их пределах» |4.
Возлагая вину за действия на море на донских казаков и
пытаясь отречься от ответственности за походы запорожцев,
польское правительство хотело заручиться поддержкой Турции
против Московского государства. Но казаки продолжали дей-
ствовать самостоятельно, не считаясь с планами ни польского,
пи русского правительств.
В 1613 г. запорожские казаки дважды ходили на Черное
море и разорили несколько городов Крыма. Султан выслал
к днепровскому устью эскадру, чтобы разгромить казаков на
обратном пути. Однако те опередили турок, неожиданно напав
на них ночью. Казаки захватили шесть галер 14 15 16.
Весной 1614 г. казаки снова предприняли поход на Черное
море. Однако разыгравшаяся буря разметала их чайки в раз-
ные стороны. Часть затонула, а другие были выброшены на
анатолийский берег, где на казаков напали турки |6.
Исключительно дерзким был второй поход того же года,
совершенный в последних числах августа 2 тыс. запорожцев
на 40 чайках к берегам Турции. Путь им указывали беглецы
с турецких галер. Достигнув Трабзона, казаки высадились на
малоазиатском побережье, а затем (по словам турецкого исто-
рика Наимы) напали на Синоп, захватили там старинный за-
мок, уничтожили гарнизон, разграбили и опустошили мусуль-
манские дома, а потом подожгли город. Были уничтожены турец-
кий арсенал и верфи, 'сожжены стоявшие на рейде галеры,
галионы и другие суда. О том, какое впечатление на 'совре-
менников произвело это нападение, пишет Станислав Жолкев-
ский, отмечавший, что «ни от кого другого, ни от казаков не
было здесь такой тревоги и опасности с тех пор, как турки
овладели Малой Азией» 17.
Разгневанный султан приказал повесить великого визиря
Насух-пашу, а румелийскому бейлербею Ахмет-паше поручил
стеречь возвращавшихся казаков в Днепровском лимане и для
предупреждения походов в будущем начать постройку новых
крепостей в устье Днепра. Специально с этой целью из Белго-
рода в Очаков перебросили пушки и послали около 4 тыс.
янычар 18.
Из Стамбула была отправлена эскадра Али-паши. Глав-
ным силам турецкого флота во главе с капудан-пашой султан
приказал направиться из Средиземного в Черное море. Для
борьбы с казаками в Азовском море предназначались корабли
14 Костомаров, 1870, т. 1, с. LII.
15 Кулиш, 1874, с. 183—184.
16 Там же, с. 185.
17 Грушевський, 1909, т. 7, с. 346.
18 Кулиш, 1874, с. 185.
103
под командой Шакшак Ибрагим-паши. Фактически в Черном
и Азовском морях к осени 1614 г. сосредоточился почти весь
военно-морской флот Турции. Узнав об этом, казаки не пошли
на прорыв к Очакову, а высадились на Кинбурнской косе и,
перетащив по суше челны, вошли в днепровское устье. Во вре-
мя этого перехода на казаков напали турки. Казаки потеряли
200 человек убитыми и 20 пленными |9.
С осени турки начали строительство крепости Балаклавы
на Буге, в 6 милях от Очакова. В этом же районе строилась
еще одна крепость 19 20. Осенью того же года в Азовском море,
у устья Дона, отряд кораблей Ибрагим-паши вступил в бой
с 60 челнами запорожских и донских казаков, которые возвра-
щались на Дон из морского похода. Туркам удалось захватить
в плен 40 казаков, которых визирь в письме к польскому коро-
лю именует «челниками»2I.
В 1615 г. русские послы в Турцию П. И. Мансуров и Семен
Самсонов по пути в Стамбул убедились, что донские казаки
ведут военные действия с азовским гарнизоном. Уже во время
пребывания русского посольства в столице Османской империи
туда пришло известие, что казаки 12 дней атаковали Азов, «на
Миусе 'много кораблей погромили и теперь на семидесяти стру-
гах под городом Кафа». А вскоре в Стамбул пришли новые
вести о действиях донских казаков, на этот раз на анатолий-
ском побережье, где они «города Трапезунт и Синоп взяли,
выжгли, людей многих побили и в плен побрали»22.
Не проходило почти ни одного года без того, чтобы татары
или турки, или те и другие вместе, не вторгались на земли дон-
ских казаков и на Украину, не жгли сел и станиц, не убивали
и не уводили в плен население. Так, в августе-сентябре 1615 г.
крымский хан Джанибек-Гирей с огромным войском, в кото-
ром, кроме татар, были и турки, опустошил Подолию вплоть
до Тарнополя и Львова. Сообщения русских посланников из
Крыма говорят об огромном полоне. Пленников гнали «стада-
ми», в каждом по 2—3 тыс., кроме тех, что’везли с собой на
конях татары. При переправе через Днепр, убедившись в не-
возможности довести весь полон до Крыма, татары «старых
всех рубили по цареву (ханскому. — Ю. Т.) приказу»23.
В том же году запорожские казаки появились непосредст-
венно в районе Стамбула, где кроме моряков постоянно нахо-
дились 24 тыс. янычар и 6 тыс. сипахов, составлявших гвардию
султана, и сожгли порты Мизевну и Архиоку. Султан в это
время охотился поблизости от столицы и сам видел дым и
огонь горящего города. Он приказал находившемуся в Стам-
19 Грушевський, 1909, т. 7, с. 347; Эварницкий, 1892—1897, т. 2, с. 193.
20 Жерела, 1908, с. 141.
21 Там же, с. 133.
22 Соловьев, кн. 5 (т. 9—10), с. 62.
23 Новосельский, 1948, с. 86—87. .
104
буле флоту немедленно начать преследование казаков. Турец-
кие корабли под командованием капудан-паши догнали каза-
ков только у устья Дуная. Те приняли бой и, полностью раз-
громив турецкую эскадру, захватили несколько талер и взяли
и плен самого капудан-пашу. На захваченных галерах 'казаки
подошли к Очакову и на глазах неприятельского гарнизона
сожгли их24.
Успешными походами казаков ознаменовался 1616 год. Вес-
ной, предводительствуемые Петром Сагайдачным, 2 тыс. за-
порожцев разбили в Днепровском лимане 14-тысячный турецкий
отряд и эскадру под командованием Али-паши. Казаки захва-
тили 15 галер и около 100 вспомогательных судов; самому
Лли-паше с трудом удалось бежать25. Затем казаки направи-
лись к Кафе и овладели и городом и крепостью26. В этих дей-
ствиях принимали участие и 700 донских казаков.
Не менее успешными были операции другого отряда запо-
рожских казаков. Осенью 1616 г. он подошел на судах к ана-
толийскому берегу, захватил Трабзон, Синоп и порт Минер, где
сжег 26 турецких судов 27. Турецкая эскадра под командова-
нием адмирала Циколи-паши, состоявшая из шести галер и
значительного числа вспомогательных судов, напала на ка-
зачью флотилию. Потопив три галеры, казаки разгромили ту-
рок. Отряд Ибрагим-паши подошел к Очакову, чтобы пере-
резать путь казакам, но те не спешили с возвращением в Сечь.
Благоприятный ветер сопутствовал им, и они направились
вновь к побережью Малой Азии. Они еще раз овладели Сино-
пом, а затем их суда появились в Босфоре28. О взятии запо-
рожцами Синопа в 1616 г. свидетельствует также Эвлия Челе-
би, который писал, что казаки взяли город в темную ночь и
что великий визирь Насир-паша был казнен в назидание дру-
гим сановникам за то, что пытался скрыть это от султана29.
Так как в Днепровском лимане казаков ждала эскадра
Ибрагим-паши, казаки направились в Азовское море и, долж-
но быть, по р. Молочной пришли на Конские Воды. Ибрагим-
паша, не дождавшись казаков, двинулся вверх по Днепру и,
захватив в полупустой Сечи ясырь, полтора десятка чаек и
несколько пушек, также пришел на Конские Воды30. Петр
Сагайдачный внезапным нападением разгромил Ибрагим-пашу,
отнял добычу и освободил пленных.
В 1617 г. при гетмане Дмитрии Барабаше запорожские ка-
заки подошли к Стамбулу и «замигали своими походными ог-
24 Эварницкий, 1892—1897, т. 2, с. 193.
25 Там же, с. 194.
26 Там же, с. 613—614.
27 Аренс, 1919, № 4, с. 21; Броиевский, 1834, с. 107.
28 Эварницкий, 1892—1897, т. 2, с. 194—195.
29 Эвлия Челеби, 1872, с. 172.
30 Грушевський, 1909, т. 7, с. 356; Эварницкий, 1892—1897, т. 2, с. 195.
105
нями в окна самого сераля»31. В открытом море они одержали
победу над турецкой флотилией, причем в этом бою был убит
турецкий адмирал32.
Султан обратился к польскому королю Сигизмунду III с
требованием «угомонить» казаков. Готовившаяся к новой войне
с Россией Польша пошла навстречу пожеланиям Турции, и
23 сентября 1617 г. между ними был заключен договор, пер-
вый пункт которого гласил: «Разбойники казаки не должны
выходить из Днепра в море, в краях цисарских [султанских]
никаких шкод не чинить и вообще каким-либо способом они
должны быть изничтожены, чтобы больше ни от нас [поляков],
ни от казаков не было никаких шкод, чтобы цисарскому флоту
больше не нужно было выходить в Черное море...»33. Договор ‘
был дополнен универсалом короля, где опять подчеркивалось,
что 'Следует пресечь снабжение казаков боеприпасами и мате- I
риалами для судов; старостам предписывалось «абысте з мест
и местечек также держав своих жадное живности, прохов, оло-
вов на низ не пусчали, так же вшеляких чолнов и статков вод- j
ных готовить и приспособлять заказалы, и зготованные на I
вшеляках местцах гомовали»34. )
В следующем году польское правительство под угрозой ли-
шения казаков жалованья потребовало от них уничтожить мор-
ские челны и дать клятву рыцарским словом не ходить из
Днепра в море «на шкоду земель цисаря турецкого». Казаки
не подчинились, и в 1619 г. Искандер-паша писал молдавскому
наместнику Грациани, что запорожцы прошли с большим вой-
ском на чайках в море35.
Одним из самых ярких и значительных эпизодов истории
запорожских и донских казаков являются морские походы
1620—1625 гг. Это было время польско-турецких войн, жесто-
ких битв под Цецорой (1620 г.) и Хотином (1621 г.). Не полу-
чив помощи от своих союзников — папы и Габсбургов, Польша
была вынуждена временно прекратить враждебные акции по
отношению к запорожцам и даже обратиться к помощи нена-
вистных ей «грицей».
В феврале 1620 г. польскому королю донесли, что казаки
готовят к морскому походу 300 чаек36. Набеги казаков на турец-
кие города начались весной, задолго до начала военных дейст-
вий между Польшей и Турцией, и продолжались до глубокой
осени. 9 августа французский посланник в Стамбуле де Сези
доносил в Париж: «Казаки появляются поблизости отсюда в
Черном море и захватывают невероятную добычу. Они поль-
81 Эвариицкий, 1892—1897, т. 2, с. 196.
82 Грушевський, 1909, т. 7, с. 358.
83 Там же, с. 359.
34 Архив ЮЗР, т. 1, с. 202.
88 Грушевський, 1909, т. 7, с. 378.
38 Жерела, 1908, с. 211.
106
зуются такой славой, что нужны удары палкой, чтобы заста-
вить турецких солдат выступить против них». 25 августа он
писал: «Казаки со 150 лодками опустошают все побережье
Черного моря, ограбили и полностью сожгли Варну, где было
не менее пятнадцати или шестнадцати тысяч душ»37.
Вместе с запорожцами активно выступало донское казаче-
ство. Весной 1621 г. 1300 донских казаков и 400 запорожцев
во главе с атаманами Сулимой, Шилом и Яцком ходили «за
Черное море» на турецкий город Ризу и двор паши. Во время
приступа казаки понесли большие потери, а буря разбила мно-
го стругов. Довершением преследовавших казаков в этом похо-
де неудач был их разгром турецким флотом, состоявшим из
27 галер. Только 300 донских и 30 запорожских казаков на
8 стругах вернулись, как сообщает Семен Апухтин, посланный
на Дон с жалованьем и для встречи турецкого посла Фомы
Кантакузина 38.
Летом 1621 г. в Черном море действовало морское войско
запорожцев. 17 июня де Сези сообщал из Стамбула: «Страх,
охвативший жителей этого города, был так велик, что невоз-
можно описать. 16 лодок с казаками в эти дни достигли колонн
Помпея у входа в канал в Черное море, чтобы захватить Ка-
рамуссал»39.
Подступы к Босфору охраняли только три галеры. В городе
началась паника. На улицах Стамбула хватали первых попав-
шихся людей, вооружали их чем придется и отсылали на суда.
Реквизировали оружие на иностранных судах, стоявших в Зо-
лотом Роге. Только через два дня удалось снарядить и воору-
жить еще около 40 торговых и вспомогательных судов. Эскад-
ра вышла в Босфор па поиски казаков, опустошавших в это
время окрестности турецкой столицы. Но турки так и не реши-
лись вступить в бой с 16 казацкими чайками, хотя половина
казаков находилась на берегу. Под покровом ночи турецкие
суда возвратились в пролив40.
Дальнейшие сообщения свидетельствуют о действиях двух
отрядов казаков. В донесении польского агента говорится, что
11 июля в Килин находилась эскадра турецкого адмирала Ха-
лиль-паши. Когда стало известно, что на море появились каза-
ки, он выступил против них и стал преследовать. Тогда казаки
заманили турок на мелководье и разгромили их. Они потопили
20 турецких кораблей, а оставшуюся часть эскадры заставили
искать убежища в Стамбуле41. Это известие отчасти подтвердил
пленный поляк, бежавший с турецкой галеры 16 июля 1621 г.
Он писал: «Посылал султан турецкий до Белограда морем на
37 Висковатов, 1946, с. 141.
38 Воссоединение Украины с Россией, т. 1, с. 24.
39 Висковатов, 1946, с. 141.
40 Там же.
41 Жерела, 1908, с. 228; Величко. Летопись, т. 1, приложение, с. 11.
107
каторгах несколько больших штурмовых орудий, порох, тюки
с разными припасами... Но все это казаки наши запорожские
разгромили». Затем казаки напали на Стамбул и Галац42.
Де Сези доносил Людовику XIII, что капудан-паша «захва-
тил 16 или 17 казачьих лодок, которые так защищались, что
турки потеряли столько же, сколько выиграли» 43. Захваченных
в плен казаков предали жестокой казни: часть была раздавле-
на 'слонами, других, привязав к галерам, разорвали на части,
третьих закопали заживо, а около 40 казаков посадили в челн
и, облив смолой, сожгли на Дунае.
Осенью во время сражений польских войск и запорожской
конницы с турецкой армией под Хотином на море действовало
одновременно около 10 тыс. казаков, которые «12 суден з ар-
матами (артиллерией. — Ю. Т.) турецкими разбили и потопи-
ли... и самому Цариграду превеликое смятение и страх учини-
ли, от всюду оного порохом оружейным окуривши. Потом дру-
гим разом того же лета на том же Черном море тие ж козаки
несколько суден турецких з арматами розбили и потопили...»44.
Вот почему во время переговоров о заключении мира после про-
игранной ими Хотинской битвы турки пожелали включить в
текст соглашения пункт о запрещении запорожским казакам
не только выходить в море, но и вообще плавать по Днепру,
об уничтожении морских чаек и о строгом наказании казаков,
нарушающих это условие. Польша приняла указанный пункт45.
Но уже события следующего года продемонстрировали, что
казаки не считали этот договор для себя обязательным. Когда
польский сейм направил депутацию в Сечь, чтобы добиться
выполнения условий мира, депутаты заявили, что поездка для
них «смертью пахнет», хотя и добавили, что «сладка смерть
за отчизну». Казаки же предупредили, что, если не будет в
срок уплачено обещанное жалованье, они сейчас же отправят-
ся в море. Об уничтожении же чаек вообще не могло быть и
речи46.
В 1622 г. русское правительство вело переговоры с Турцией
о наступательном союзе против Польши. В свою очередь, поль-
ское правительство пыталось заручиться таким союзом для
войны с Россией. Поэтому оба правительства слали казакам
(русское — донским, а польское — запорожским) вместе с жа-
лованьем грозные грамоты, запрещавшие им выходить в Чер-
ное и Азовское моря и нападать на турецкие корабли и при-
морские города.
Но никакие запреты не могли помешать казакам проводить
морские походы. Так, в показаниях стрельца Алешки Василь-
42 Жерела, 1908, с. 225—226.
43 Висковатов, 1946, с. 142.
44 Величко. Летопись, т. 1, приложение, с. 28, 41.
45 Собеский, 1896, с. 122.
48 Жерела, 1908, с. 172; Грушевський, 1909, т. 7, с. ,495.
108
сна говорится, что «был он на Дону в нынешнем во 130 году
(1622 г. —Ю. Т.) после светлаго воскресенья о Пиколине дни,
н до его де приезду ходило на море донских атаманов и каза-
ков с 1500 человек, а черкас де запарожеских ходило с ними
вместе на море человек с 300... и к ним навстречу для обере-
ганья ходили черкасы ж в пяти стругах, а в струге во всяком
человек по 30»47. В мае 1622 г. эти пять запорожских стругов
захватили турецкий корабль48.
В июне донские казаки громили турецкие и татарские по-
селения на Крымском побережье, под Кафой захватили два
корабля и направились к Балыклее49. Затем казаки появились
у берегов Анатолии и «турского царя города Трапизоиа мало
не взяли, а посады .выжгли и высекли и живота всякого, и
корабли, и наряд, и гостей турского царя поймали»50. Казаки
продолжали плавание на запад и вскоре оказались вблизи
Стамбула.
12 июня де Сези доносил в Париж: «Казаки появились в
15 лье (60 км. — Ю. Т.) отсюда на 30 лодках, чтобы захватить
город Кодриа, расположенный в 6 лье от Черного моря в На-
талии. Они оставили по себе следы разрушения и увели более
тысячи пленных из Карамуссала» 51. Донесение де Сези нахо-
дит подтверждение и в русских документах, сообщающих о
том, что казаки вызвали смятение в Стамбуле, от которого на-
ходились всего в полутора днях плавания.
Турки выслали навстречу казакам эскадру из 16 галер и
предложили выкуп за пленных. Казаки причалили к берегу
и три дня вели переговоры. Тем временем турецкие корабли
коварно напали на них52. В бою казаки потеряли 15 стругов
и свыше 400 человек убитыми53. Гаммер, пользовавшийся ту-
рецкими источниками, указывал, что казаки потеряли 18 чел-
нов и 500 человек 54. Уцелевшие казаки 8 августа возвратились
на Дон.
Посланники к турецкому султану Иван Кондырев и Тихон
Бормасов, привезшие в Монастырский городок казакам жа-
лованье, были свидетелями еще одной операции 800 казаков
во главе с атаманом Исаем Мартемьяновым, которые поджида-
ли шедший в Азов караван турецких судов. Узнав о прибытии
посланников с жалованьем, Исай Мартемьянов 20 июля явился
н Монастырский городок, оставив небольшой караул, а 21 ию-
ля, получив известие от караула о приближении турецкого ка-
равана, тотчас направился в море. Казаки захватили вблизи
47 Сухоруков, 1903, с. 109.
48 Жерела, 1908, с. 263.
49 Сухоруков, 1903, с. 109.
50 РИБ, т. 18 (кн. 1), с. 219.
51 Висковатов, 1946, с. 142.
52 Сухоруков, 1903, с. 114.
53 Там же.
64 Гаммер, т. 4, с. 565.
Азова корабль и две комяги55. 26 мюля они вернулись в Мо-
настырский городок и «привезли наряду, что взяли на корабле,
три пушечки да погромной рухляди»56.
Следует отметить, что походы казаков на Азовское и Черное
моря в 1623 г. до настоящего времени остаются наименее изу-
ченными. Сопоставление различных источников позволяет вос-
становить картину событий.
Как уже отмечалось выше, польское правительство рассчи-
тывало на дружелюбную политику Порты в обмен на свое
обязательство полностью воспретить запорожским казакам вы-
ход в море. Россия, в свою очередь, стремилась заручиться сою-
зом с Турцией для войны с Польшей и ожидала возвращения
своего посольства из Стамбула с результатами переговоров57.
На Дону события развертывались следующим образом. 27 апре-
ля 1623 г. на Войсковом кругу атаманы и казаки приняли от
князя М. В. Белосельского государеву грамоту, а с ней и го-
сударево жалованье. Они уверяли, что «по государеву указу
с азовцы в миру и на море для добыч под крымского и к тур-
ским ни к которым городам не ходят»58.
Но еще до прибытия князя Белосельского часть казаков,
совместно с запорожцами вышла в Азовское море59. На Куба-
ни казаки захватили в плен черкесов. Царь велел прислать их
со станицей в Москву: «Велим вам за тех черкас (черкесов,—
Ю. Т.) заплатити окуп, а однолично б есте тех черкас сыскав,
к нам прислали, тем бы есте к нам службу свою показали»60.
Более подробно о действиях казаков мы узнаем из статей-
ного списка возвратившихся из Стамбула русских послов Ива-
на Кондырева и Тихона Бормасова.
От азовского аги крымскому хану стало известно о выходе
казаков в море, и он написал в Кафу, чтобы московских послов
берегли, а если придут казаки под Кафу, то его следует изве-
стить немедленно61. Так как вестей о казаках не было, рус-
ских послов отпустили в Керчь.
Только они прибыли в Керчь, как 24 июля тысяча казаков
на 30 стругах подошла к городу. Казаки потопили комягу, за-
хватили немало татар. Керченские жители и советники, при-
бывшие из Кафы, пришли к Ивану Кондыреву и Тихону Бор-
масову на корабль и увели их в крепостную башню. Они по-
требовали, чтобы послы уговорили казаков не нападать
на корабли и уйти на Дон. Одновременно все корабли
были отведены к крепости, а весть о нападении казаков была
послана крымскому хану. * * 67 68
68 Комяга — небольшое купеческое судно.
68 Сухоруков, 1903, с. 113.
67 Там же, с. 122.
68 Там же, с. 124.
68 Там же.
80 Там же, с. 122.
81 Там же, с. 118.
110
По сообщению послов, казаки прошли мимо Керчи в Черное
море. На следующий день русским послам угрожали распра-
вой в Темрюке черкесы, у которых казаки «погромили многия
комяги и взяли в полон таманского города воеводского сына
и отдали его на окуп». Когда же послы добрались до Азова,
то узнали, что возвратившиеся с моря казаки стояли в устье
Дона, ждали турецкие корабли, следующие в Азов из Кафы,
н собирались на них напасть62.
О совместном походе летом 1623 г. запорожских и донских
казаков на анатолийское побережье Черного моря сообщает
Эвлия Челеби. В год вступления на престол султана Мура-
да IV (1623 г.) запорожские и донские казаки на 300 чайках
пересекли Черное море и высадились на малоазиатском побе-
режье, около Трабзона. Казаки выжгли пригороды, захватили
в плен купцов, забрали много имущества, в том числе корабли
и пушки63.
В рукописи Афонского Иверского монастыря, содержащей
одну из редакций хронографа Псевдодорофея, находится гре-
ческая запись о нападении казаков на Стамбул 9 июля 1623 г.
Около 6 тыс. казаков, пришедших на 100 челнах, разграбили
окрестности столицы и сожгли два квартала. Но затем казаки
потерпели поражение, так что их осталось около 70 человек64 65 66 67.
Как писал Эвлия Челеби, «Турция принимала меры с целью
обезопасить побережье Черного моря от вторжения казаков.
Султан приказал воздвигнуть у входа в Босфор крепость Ка-
вак, а напротив нее—крепость Юрус. И в тот же год он
приказал построить крепости (вернее, вновь отстроить. — Ю. Т.)
Очаков, Тулча и Кара-Харман. Эти днепровские крепости явля-
ются надежнейшими и сильнейшими из всех османских укреп-
лений на черноморском побережье»65. Под давлением турецко-
го султана польское правительство также приняло меры против
запорожцев: королевским чиновникам было приказано жечь и
забирать казачьи челны и задерживать жалованье. «Тогда-то,—
по ^словам Эвлия Челеби, — побережье Черного моря обрело
мир, спокойствие и безопасность»66.
Но уже события следующего года показали, что Порте не
удалось обезопасить свои владения от казаков. По свидетель-
ству де Сези от 12 марта 1624 г., 80 запорожских чаек вышли
из устья Днепра в море и направились к Крымскому полу-
острову. Казаки высадились в окрестностях Кафы и разграбили
город67. Когда в Стамбуле были получены эти сведения, к
62 Там же, с. 118—119.
63 Эвлия Челеби, 1961, с. 114.
м Греческая запись, с. 51—52.
65 Эвлия Челеби, 1961, с. 114.
66 Там же.
67 Висковатов, 1946, с. 143.
111
Кафе отплыл весь турецкий флот под командованием Реджеб-
паши.
Почти одновременно весной 1500 запорожских и донских
казаков под предводительством Демьяна Черкашенина на
55 стругах вышли Доном в Азовское море, разорили Старый
Крым и улусы возле Керчи, разделили добычу и возвратились
одни на Доп, а другие в Запорожье, ио у первого отряда на
обратном пути 12 стругов было разбито бурей68 69.
Летом того же года в море к запорожской флотилии вновь
присоединились струги донских казаков, и весь флот двинулся
к Стамбулу.
21 июля, на рассвете, передовой отряд, состоявший из 70—
80 чаек, появился в Босфоре. В столице началась паника. Сам
султан выехал к морю, чтобы руководить обороной. Из-за от-
сутствия галер снарядили несколько сот малых судов и высла-
ли их против казаков. Но эта армада не испугала казаков.
Расположив свои чайки полукругом, они спокойно ждали ата-
ки. Командующий турецкой флотилией Халиль-паша не ре-
шился напасть на казаков, так как боялся в случае поражения
оставить город без всякой защиты, а казаки при встречном
ветре не могли атаковать. Так казаки простояли в течение
10 часов до вечера на виду у всего населения столицы Ос-
манской империи и только ночью удалились в море.
Две недели спустя, 4 августа, казаки вновь были у стен
Стамбула. Киевский митрополит Иов (Борецкий) сообщает,
что отряд казаков насчитывал 102 чайки и еще по выходе из
Днепровского лимана встретился с турецкой эскадрой, состояв-
шей из 25 больших галер и 300 мелких судов — ушкалов 6Э. Это,
очевидно, была часть флота капудан-паши Реджеб-паши, на-
правлявшегося к Кафе. Сражение продолжалось несколько
дней, но казакам все же удалось прорваться в море.
В Босфоре казаки сожгли маяк Фарос, разгромили г. Нео-
корнис, грозили нападением на арсенал, затем сожгли на ев-
ропейском берегу приморские укрепления Бююкдере, Еникёй
и Истинье70.
К 1624 г. относится еще один поход, в котором участвовало
150 судов. Из-за неблагоприятных погодных условий флотилия
казаков задержалась примерно на месяц в районе Очакова,
испытывая недостаток в продовольствии. Часть казацких чаек
вернулась в Сечь, а другие, дождавшись благоприятной пого-
ды, в начале октября достигли окрестностей Стамбула. Разгро-
мив предместья турецкой столицы, казаки и на этот раз благо-
получно ушли с добычей71.
В 1625 г. казаки продолжали свои походы. Наиболее круп-
66 Сухоруков, 1903, с. 125.
69 Виленский сборник, с. 82.
70 Висковатов, 1946, с. 143; Жукович, 1908, с. 143.
71 Виленский сборник, с. 82.
112
Набег казаков на Стамбул (с офорта Ромейн де-Хооге)
ным событием этого года стали действия 350 чаек против ту-
рецкого флота72. Относительная легкость выхода казаков в
море в 1625 г. объяснялась тем, что вся турецкая эскадра во
главе с капудан-пашой стояла у Кафы. В Крыму в это время
шла борьба за ханский престол, в которой приняли участие
и запорожские казаки. От этих казаков или перебежчиков от-
правлявшиеся в морской поход запорожцы могли узнать о том,
что турецкая эскадра ,под командованием Реджеб-паши еще
весной отправилась из Стамбула в Кафу. Правда, в самом
Стамбуле на этот раз приняли меры предосторожности и еще
с марта начали готовиться к встрече казаков.
23 марта де Сези писал Людовику XIII: «Большая часть
галер великого господина будет использована для охраны с
тем, чтобы казаки перестали быть хозяевами Черного моря
и больше не являлись в предместья Константинополя, как это
было в прошлом году»...73.
Капудан-паша Реджеб тщательно следил за действиями
казаков. С этой целью он отправился из Кафы с большим ко-
личеством кораблей к Очакову, но опоздал. Казаки уже успе-
ли выйти в море.
72 Д’Асколи называет цифру в 300 с лишним судов. Турецкие источники и
английский посланник в Турции Т. Роэ говорят о 350 челнах. По свидетельст-
ву русских источников, 10 тыс. запорожцев плыли иа 300 стругах и к ним
присоединилось 2030 донских казаков, что соответствует свидетельству Т. Роэ
(д’Асколи, 1902, с. 98; Сухоруков, 1903, с. 128).
73 Висковатов, 1946, с. 144.
8 Зак. 535
из
Весной 1625 г. более 2 тыс. донских казаков также 'вышли
в море, где уже находились многочисленные запорожские чай-
ки. По предварительной договоренности оба отряда направи-
лись к Трабзону, чтобы объединенными силами овладеть го-
родом.
Донские казаки подошли к Трабзону раньше и, боясь поте-
рять внезапность, решили штурмовать город, но смогли овла-
деть лишь внешними укреплениями. Не помогла и помощь
подоспевших запорожцев. Понеся значительные потери, казаки
вынуждены были отказаться от штурма цитадели. В резуль-
тате вспыхнувшей между донцами и запорожцами из-за неуда-
чи ссоры донской атаман был убит, и дальше казаки дейст-
вовали отдельными отрядами 74.
Донские казаки вернулись домой, где нашли разоренные
азовским гарнизоном жилища и городки. Движимые чувством
мести, они штурмом овладели одной из Каланчинских башен 75,
разорили ее, захватив при этом 9 пушек и 117 пудов меди76.;
Запорожцы, расставшись с донскими казаками у Трабзона,
двинулись на запад. Эскадра капудан-паши в составе 43 галер’
крейсировала между Стамбулом и Варной. Прождав напрас-1
но здесь чуть ли не полтора месяца, Реджеб-паша направился
вдоль побережья Черного моря на север, к Очакову, в надежде
перехватить казаков, которые в это время действовали уже у
дунайского устья. У Кара-Кермена произошла встреча турец-
кого флота с запорожскими судами. Турецкие галеры, растя-
нувшись по фронту, шли медленно, так как не было ветра, а
гребцы устали от длительного перехода. Поэтому в бой с за-
порожцами вступила только 21 галера. На 9 из этих галер на-
ходились янычары. На каждую турецкую галеру напало почти
по 20 чаек77. Особенно яростно казаки штурмовали галеру
капудан-паши.
Ярко передает картину боя турецкий хронист: «Началась
страшная битва, мусульмане сражались с несказанной отва-
гой. Корабль капудан-паши очутился в 'беде и чуть не стал
добычей разъяренной сволочи. Эти злодеи, узнав его галеру
по трем фонарям, помещавшимся на корме, как неистовые на-
бросились на нее с трех сторон, так как сзади ее защищали
пушки и частая ручная стрельба. Несмотря на массу своих
трупов, двести негодяев все-таки влезли на палубу корабля и
вступили в горячий бой. Все пространство от носа корабля
до мачты было так завалено трупами неверных, что нельзя бы-
ло пройти. Гребцы галеры, все из казацких пленных, перестали.
74 Сухоруков, 1903, с. 126—127.
75 Каланча — судоходная протока в дельте Дона, в 3 км выше г. Азова,
где турками были построены две крепостные башии, вооруженные 15 и 21 ору-
диями.
76 Сухоруков, 1903, с. 127.
77 Грушевський, 1909, т. 7, с. 535.
114
работать веслами и, наверное, ударили бы вместе с врагами
ил мусульман, если бы не были закованы заблаговременно в
кандалы... Много других кораблей уже становилось жертвой
разъяренных неверных; уже мусульмане, видя неминуемую
гибель, припадали к земле, моля о помощи бога, как вдруг эту
страшную тишину... развеял счастливо налетевший шквал.
Надуваются паруса, жизнь и надежда возвращаются к отчаяв-
шимся воинам, и через несколько мгновений множество пере-
пернувшихся и разбитых челнов наполняет море тысячами не-
приятельских трупов, и из 350 чаек едва 30 добрались до бе-
рега» 78 79.
Бой длился 6 часов. Капудан-паша отправил гонца в Стам-
бул за помощью. И только начавшийся шторм спас турецкий
флот от разгрома. Последнее подтверждает де Сези: «Победа
над казаками была далеко не такой, какой она опубликована
в Порте. Если бы не северный ветер, который поднялся и по-
мог паше, казаки разгромили бы его армию, которую они храб-
ро атаковали на 380 лодках»7Э.
Сведения турецкой хроники подтверждает д’Асколи, сооб-
щающий, что «300 с лишним челнов вышли в море и сразились
с целым флотом падишаха. По словам всех очевидцев, если
бы в день битвы была тихая погода, то ни одна галера не
вернулась бы обратно, так как казаки уже овладели кормовой
частью адмиральской галеры, но при поднявшейся сильной
буре галеры могли двинуться против неприятеля на всех пару-
сах и тем потопить нескольких»80.
Судя по турецким источникам, турки захватили 172 чайки
с 786 казаками и 100 чаек потопили. Но эти цифры сомнитель-
ны, так как если считать, что в каждой чайке находилось 40 ка-
заков, то на захваченных челнах должно было бы быть 5—
6 тыс. казаков, даже учитывая значительные потери в сраже-
нии. Нам кажутся более вероятным сведения о 70 уничтожен-
ных чайках и 786 пленных81.
А. Бертье-Делагард высказал сомнение в том, что этот по-
ход произошел в 1625 г. Он считал маловероятным, чтобы на
Украине в год восстания против панской Польши и вступле-
ния на территорию восставших областей в июле 1625 г. 30-
тысячного польского войска «нашлось около 15000 лучших,
храбрейших, свободных казаков, готовых идти поздней осенью
искать добычи и славы в отважном заморском походе»82. Вто-
рой его аргумент заключается в том, что, согласно сообщению
Гаммера, капудан-паша Реджеб со своими янычарами пу-
78 Там же, с. 535—536.
79 Висковатов, 1946, с. 144.
80 Д’Асколи. 1902, с. 98.
81 Там же, комментарии А. Бертье-Делагарда, с. 147—148.
82 Там же. с. 142—143.
8*
115
сбился в погоню за казаками только после 13 сентября 1625 г.,
т. е. при плохой погоде, тогда как, по сообщению Боплана,
казаки выходят *в море только после дня св. Иоанна (24 июня),
чтобы возвратиться в Сечь не позднее начала августа83. На-
конец, А. Бертье-Делагард высказал изумление по поводу
того, что 15 тыс. казаков на чайках не давали о себе знать в
течение двух месяцев. И последний аргумент — свидетельство
д’Асколи, который пишет, что это сражение было 10 лет на-
зад, а так как д’Асколи написал свою работу в 1634 г., то по-
ход датируется им 1624 г.84.
Вот почему А. Бертье-Делагард считает возможным все
эти события связать с 1624 г. Но попытка перенести события
1625 г. в 1624 г. ошибочна, потому что в марте — октябре
1624 г. состоялись три больших похода запорожских и дон-
ских казаков, о которых хорошо известно. Если бы в том же,
1624 г. была и битва 350 казацких челнов с турецким флотом,
то о ней стало бы известно не менее точно, чем о трех больших
походах.
Что касается обстановки в 1625 г. на самой Украине, то
вступление на ее территорию коронного войска во главе со
Станиславом Конецпольским относится лишь к сентябрю
1625 г. Поход на казаков намечался еще на сейме 1623 г., и
выступление Конецпольского с коронным войском и посполи-
тым рушением украинских воевод как раз и было обусловлено
тем, что большая часть казаков находилась в море.
Вряд ли следует исключить возможность боевых действий
казаков в бурное осеннее время. Действительно, все имею-
щиеся в нашем распоряжении материалы — от «Повести
временных лет» и сочинений Константина Багрянородного —
говорят о летних месяцах как наиболее благоприятном времени
для плавания по Черному морю. Но ведь речь идет о наиболее
благоприятном времени, а не о возможности плавания вообще.
Как мы видели, казаки нередко выходили в море и осенью.
Об этом говорит и такой авторитетный свидетель, как Эвлия
Челеби, сообщающий, что казаки «приходили в эти места»,
т. е. на южное побережье Черного моря, «после дня Касыма»
(8 ноября н. ст.) 85.
Отметим, что и пассивность, которую приписывает казакам
А. Бертье-Делагард, не находит подтверждения в источниках.
Так, в королевской инструкции сеймикам указывалось, что
казаки, не считаясь с королевским запрещением, три раза хо-
дили в 1625 г. на море.
Все приведенное выше дает основание утверждать, что
именно в 1625 г. состоялся один из крупнейших морских по-
83 Боплаи, 1896, с. 046.
м Д’Асколи, 1902, с. 98.
м Эвлия Челеби, 1961, с. 116.
116
ходов казаков и сражение более чем 350 чаек со всем турец-
ким флотом.
Озлобленные неудачами этих походов донские и запорож-
ские казаки осенью 1625 г. обратили свой гнев на прибрежные
поселения близ Гёзлева и «в полон многих людей поймали» 86.
Обострение социальных и национальных противоречий нака-
нуне национально-освободительной войны украинского народа
(1648—1654) в известной степени отвлекало запорожских ка-
заков от борьбы против турецко-татарской агрессии. В эти тя-
желые годы украинский народ ищет союза с братским русским
пародом, а военные связи между запорожскими и донскими
казаками становятся более тесными.
Киевский митрополит Иов обращается в Москву за по-
мощью и поддержкой, указывая на готовность казачества на-
чать войну с Польшей. Однако в Москве иначе оценивали по-
ложение: «И по тому письму и по твоим речам та мысль и в
самех вас еще не утверждена и о том укрепления меж вас еще
нет. А про казаков еси сказал, что казаков столько не будет,
чтоб им стоять против поляков собою без помочи, а в вестях
сказываешь, что ныне запорожское войско идет на весну на
Турского морем. И ныне царскому величеству того дела печа-
ти нельзя потому, что еще у вас о том укрепления нет и казаки
идут все на море на Турского войною»87. Поэтому миссия луц-
кого епископа Исакия, отправившегося в Москву по поруче-
нию киевского митрополита, чтобы выяснить, примет ли мос-
ковский государь Украину и войско казацкое под руку и, про-
стив казакам их прежние опустошения московских земель,
защитит их от поляков, успеха не имела 88. Русское правитель-
ство, оценивая сложившуюся на Украине обстановку, считало
несвоевременным вмешиваться в назревавший конфликт между
Польшей и украинским казачеством и, чтобы как-то удержать
татар от набегов на русские земли, запрещало донским ка-
закам сноситься с Украиной и участвовать в морских похо-
дах 89.
Вспыхнувшая война украинских казаков против Польши
окончилась заключением в ноябре 1625 г. Куруковского догово-
ра, одним из пунктов которого было полное запрещение «вое-
вать турок» на море — условие, которое отныне неизменно
фигурировало во всех договорных соглашениях между Поль-
шей и запорожским казачеством. Куруковский договор гласил:
«Казаки не должны предпринимать морских походов ни по
Днепру, ни по другим рекам, сопредельным с территорией Речи
Посполитой, и не должны нарушать трактатов, заключенных
с Турецким султаном... Морские суда они должны сжечь немед-
86 Сухоруков, 1903, с. 128.
87 Грушевський, 1909, т. 7, с. 523.
88 Там же.
89 Воссоединение Украины с Россией, т. 1, с. 60.
117
ленно в присутствии ревизоров и, под опасением строгого на-
казания, не должны спускать в море по Днепру и по другим
рекам ни судов, ни липовых колод»90.
Весной 1626 г. гетман Михаил Дорошенко с реестровыми
казаками двинулся на Запорожье, чтобы в присутствии пред-
ставителей коронного гетмана выполнить условия Куруковско-
го договора относительно запорожцев. Однако реестровцы су-
мели сжечь лишь часть лодок, главным образом тех, которыми
казаки пользовались для рыболовства на Днепре, а затем
вследствие решительного сопротивления запорожцев вынужде-
ны были отступить. Однако неудача Дорошенко не помешала
полякам уведомить турок об укрощении «задорнейших беев»
и заявить, что реестровцы «сожгли все лодки»91.
1626 год ознаменовался двумя крупными совместными по-
ходами донских и запорожских казаков. Из отписки астрахан-
ских воевод П. Головина и А. Зубова известно, что «на весне
донских казаков и черкас з 2000 человек ходили под Азов и
к Азову приступали, и около Азова огороды пожгли, и отвод-
ные башни разломали»92. Как бы продолжением этого похода,
обеспечившего свободный выход в море, были совместные дей-
ствия донских и запорожских казаков, возглавленных запорож-
ским полковником Алексеем Шафраном, который, сам еще не-
давно прикованный цепью к галере, совершил дерзкий побег
из турецкой неволи.
Шафран пришел с моря на Дон на турецком корабле с
освободившимися невольниками, русскими и поляками. Он рас-
сказал, что был гребцом на каторге, и, когда у берегов Крыма
она оказалась скованной льдами, всех гребцов, а их было
300 человек, разделили на две партии и посадили в тюрьмы
Балыклеи. Весной, среди бела дня, партия, в которой нахо-
дился Шафран, организовала побег и захватила корабль, по-
теряв при этом 30 человек. На этом корабле 120 человек и
прибыло на Дон93.
Опытный мореход, Алексей Шафран выступил инициатором
нового похода на турецкие земли. Казаки «ходили на море в
осьми челнах по 50 человек в челну, итого 400 человек. А стар-
шина де у них был он, Олексей, а с ним были запорожские
черкасы и донские казаки смесно за один. А пошли они з Дону
на море в великий пост за 4 недели до великадни. И взяли в
Турской земле турского город Трапизон; и, быв в Трапизоне,
пришли на Азовское море»94. Позже Алексей Шафран
«у войска отпросился опять для добычи на море. И ходили в
90 Мемуары, с. 145.
91 Воссоединение Украины с Россией, т. 1, с. 69; Жерела, 1908, с. 293—
294, 298.
92 Там же, с. 75.
93 Там же, с. 69—70.
94 Там же, с. 70. ,
118
дву челнах, а с ним 100 человек донских казаков и запорож-
ских черкас; и, ходя на море, в Турской земле громили села
и деревни» 95.
В том же году 70 запорожских чаек вышли в море. Пред-
принятый казаками поход к Босфору не был удачным: они
потеряли 25 чаек96. Об этом походе сообщают в отписке аст-
раханские воеводы П. Головин и А. Зубов: «По лету з Дону
ездили на Чорное море донские казаки и запороские черкасы,
которые на Дону зимовали, многие люди. И на Чорном де,
государь, море казаки и черкасы ничем не добылись. А иных
де, государь, казаков и черкас турские люди, пришед на катор-
гах, побили»97.
М. А. Алекберли, ссылаясь на материалы зарубежных источ-
ников, допускает участие в казацких походах 1626 г. 400—
700 чаек.
Нам кажется это предположение маловероятным, так как
сомнительно, чтобы после тяжелых потерь во время морского
похода 1625 г. и жестокой борьбы с поляками, закончившейся
Куруковским договором, запорожские казаки смогли выставить
такое число чаек, которого они не собирали даже в наиболее
благоприятные для себя годы. Добавим, что именно к этому
времени относится восстановление крепостей в устье Днепра
наместником Турции в Бессарабии Гасан-пашой98 99.
К 1626 г. относятся дипломатические переговоры запорож-
цев с представителем шведского короля. Началось с того, что
казаки, ограниченные статьями Куруковского договора о запре-
те плавания по Черному морю, намереваясь сохранить свой
флот, предложили польскому королю перевести чайки по Днеп-
ру и Западной Двине в Балтийское море для участия в мор-
ской войне против Швеции. Но шведское правительство, зару-
чившись поддержкой Москвы, послало к казакам Александра
Рубцова, предложившего им выйти в Балтийское море, но уже
для участия в борьбе против Польши. Переговоры Рубцова с
казаками продолжалисывплоть до 1631 г.
Шведский посол в Стамбуле Страсбургер в 1628 г. настой-
чиво рекомендовал королю Густаву II «употребить влияние на
суеверных и религиозных казаков константинопольского пат-
риарха», а также советовал разжечь у казаков жажду мести
против польских панов и обратить их внимание на богатое мо-
настырское имущество и панские владения ".
Все переговоры, касающиеся использования флота казаков
и Балтийском море в интересах как Швеции, так и Польши,
удовлетворительных результатов не дали.
95 Там же.
96 Костомаров, 1884, т. 1, с. XXVII, 82; Алекберли, 1961, с. 165.
97 Воссоедииеиие Украины с Россией, т. 1, с. 74—75.
99 Костомаров, 1884, т. 1, с. XXVIII; Эвлия Челеби, 1961, с. 113.
99 'Молчановский, 1899, с. 83.
119
Весной 1627 г. запорожские казаки на 86 чайках вышли в
море. Летом они повторили поход 10°. По приказанию султана
крымский хан начал в этом году опять отстраивать располо-
женную против Таванской переправы днепровскую крепость
Ислам-Кермен, разрушенную ранее казаками.
Еще об одном походе 1627 г. известно из сообщения турец-
кого посла в Москве Фомы Кантакузина. Запорожцы совмест-
но с донскими казаками «на море ходили и городы турского
воевали; и приходили близко самого Царягорода; и многие
городы взяли; и села и деревни пожгли, а людей побили; и с
Азовом воевались» 100 101. Ф. Каптакузин привез предложение сул-
тана русскому правительству о союзе против Польши при обя-
зательстве удерживать татар от нападения на Русское государ-
ство. Одновременно посол требовал запретить донским казакам
нападать на турецкие владения.
Не готовое еще к войне с Польшей и не уверенное в устой-
чивости турецкой политики, русское правительство сдержанно
отнеслось к предложению султана, но на Дон была направлена
очередная грамота, запрещавшая нападения на турецкие и
крымские владения. После Деулинского перемирия с Польшей
(1618 г.) походы казаков противоречили внешней политике
Москвы, имевшей целью поддержание мира с Турцией и Кры-
мом. Поэтому русское правительство в течение всего периода,
предшествовавшего Смоленской войне, старалось, чтобы каза-
ки не подвергали риску сохранение мира на юге, стремилось
подчинить действия казачества достижению общегосударствен-
ных целей.
Усилия правительства были направлены в первую очередь
на укрепление западных границ. На юге ограничивались вос-
становлением старой оборонительной системы. После кризиса,
перенесенного страной в годы интервенции, на большее сил
не было. Поэтому после заключения мира с Крымом в 1614 г.
правительство стремилось не осложнять отношений ни с хан-
ством, ни с Турцией. Благодаря такой политике ему удалось
добиться некоторого затишья на юге вплоть до начала 30-х го-
дов. Однако спокойными эти годы можно считать лишь по
сравнению с периодом Ливонской войны и временами Смуты
и интервенции. Нападения отдельных татарских отрядов по-
прежнему происходили почти ежегодно. Больше всех от них
страдали земли, где проживали донские казаки. Вот почему
призывы из Москвы далеко не всегда находили у них отклик.
В 1628 г. запорожцы поддержали в качестве претендента
на крымский престол Шагин-Гирея. Свое участие в борьбе с
турецким 'ставленником Джанибек-Гиреем они объясняли не-
обходимостью «разрушения крепости Ислам-Кермен, построен-
100 Жерела, 1908, с. 324, 328.
101 РИБ, т. 18 (кн. 1), с. 273—274.
120
пой у переправы -через Днепр». Они также имели в виду «не
допустить достройки других крепостей, сооружение которых
было предположено в нынешнем году, для чего -султан турец-
кий отправил уже к северным берегам Черного -моря пашу в
сопровождении флота, состоявшего из 20 галер и нескольких
сот мелких судов» 102.
-Переговоры представителей Шагин-Гирея с гетманом Доро-
шенко привели к заключению -соглашения, по которому хан
обязался сдать казакам Ислам-Кермен и уплатить им 100 ты-с.
червонцев, если они своевременно придут ему на -помощь. По-
лучив -Ислам-Кермен, запорожцы разрушили укрепления и пе-
ревезли в Сечь 20 пушек, а затем стали готовиться к морскому
походу против турецких крепостей в Крыму 103.
Весной 1628 г., -когда Шагин-Гирей оказался осажденным
в Бахчисарае мурзой Кантемиром, ему на помощь пришло
6 тыс. (по д’Асколи — 4 тыс.) запорожцев во главе с -гетманом
Дорошенко. Казаки опустошили и сожгли Кара-субазар и -мно-
гие другие -селения с турецкими гарнизонами. В ожесточенном
бою под Бахчисараем -погибли -гетман и 100 казаков. Татары
Кантемира -потеряли до 200 -человек 104. Мурза, сняв -осаду, бе-
жал в Белгород на Днестре под защиту турок, а казаки, вы-
полнив -свои обязательства по договору, наполнили чайки до-
бычей и пленными и благополучно ушли от берегов Крыма.
Осенью казаки снова высадились у Балыклеи. В этих походах
активное участие принимали и донцы 105.
В мае 1629 г. около 2 тыс. донских и запорожских -казаков
напали на Кара-субазар, разграбили и -сожгли окрестные се-
ла 106. Часть казаков -возвратилась на Дон, а остальные на ше-
сти стругах (на трех из них находились запорожцы) направи-
лись к румелийским берегам и достигли Сиз-ополя.
У Сизополя стоявшие у берега струги были неожиданно
атакованы турецкой эскадрой из 15 каторг, на каждой из ко-
торых было 300 янычар. В результате все -струги и 150 казаков
попали в руки турок, а уцелевшие 150 -казаков укрылись за
стенами православного монастыря. Восемь дней продолжалась
осада. Затем появилось 80 стругов с 3200 запорожских казаков.
Завязался бой, в результате которого была -снята осада, ос-
вобождены казаки и уничтожены две каторги с янычарами;
13 галер ушли к Стамбулу 107.
Султан послал против -казаков новую эскадру из 14 галер.
Между Варной и Коварной на нее напоролся другой отряд
102 Мемуары, -с. 161. Вместе с запорожцами па стороне Шагин-Гирея дей-
ствовал небольшой отряд донских казаков.
103 Там же, с. 154—155, 163—166.
104 Новосельский, 1948 (1), с. 120.
105 Сухоруков, 1903, с. 138.
106 Там же, с. 143.
107 Воссоединение Украины с Россией, т. 1, с. 95.
121
запорожцев — 260 казаков на 8 стругах. Казаки были разби-
ты, большинство погибло, только нескольких пленных туркам
удалось привезти в Стамбул 108.
По данным С. Величко, в том же году в Черном море дей-
ствовал еще один, более значительный отряд запорожских ка-
заков, опустошивший окрестности Стамбула, разоривший га-
вани в Килии, Измаиле, Балчике, Варне и Сизополе 109.
В письме крымскому хану Мурад-Гирею (1675 г.) кошевой
атаман Иван Сирко, вспоминая о наиболее славных действиях
казаков на море, пишет об этом походе: «Потом року 1629,
братя наши, запорожьци, воюючи в чолнах по Евксинопонту,
коснулися мужественно и самих стен константинопольских; и
оные, довольно окуривши дымом мушкетным, превеликий сул-
танов и всем мешканцам цареградским сотворили страх и смя-
тение и, некоторые оглейшии селении Константинопольские
запаливши, тож щасливе и с многими добычами до Коша своего
повернули» 110 *.
В 1630 г. на Украине с новой силой вспыхнули крестьянско-
казацкие восстания под предводительством Тараса Федоровича
против панской Польши, но не прекращалась борьба и против
турецко-татарских завоевателей. В этих условиях логика со-
бытий диктовала еще большее сплочение донских и запорож-
ских казаков. Когда в 1630 г. московское правительство по-
требовало от донских казаков пойти на помощь турецкому
паше, стоявшему под Очаковом, так как предполагалось на-
чать совместные с турками действия против Польши, казаки
ответили, что «турским Мурат-салтанам не служивали» ш, а в
ответ на угрозы Москвы применить к ним военные и экономи-
ческие санкции были готовы дать отпор совместно с запорож-
цами: «И к нам де придут на помочь запороские черкасы —
многие люди, тысеч 10 и больши... а Дону де нам так бес кро-
ви не покидывать» 112.
В 1630 г. морские походы донских и запорожских казаков
продолжались. Однако обстановка для казаков сложилась не-
благоприятная: из Средиземного в Черное море вошли глав-
ные силы турецкого флота под командованием капудан-паши.
Тем не менее в марте 1630 г. на Дон прибыло 500 запорожцев,
которые объявили о своем намерении идти в море. К ним при-
соединилась тысяча донских казаков. В апреле на 28 стругах
они подошли к Керчи, но, потеряв в бою у стен крепости около
100 человек убитыми и ранеными, вынуждены были уйти113..
Летом донские казаки разорили богатые греческие селения»
106 ЦГАДА, ф. 123, кн. 23, л. 258—260; Сухоруков, 1903, с. 114.
109 Величко. Летопись, т. 2, с. 380.
110 Письмо, с. 88.
Чаев, 1955, с. 267.
112 Воссоединение Украины с Россией, т. 1, с. 123.
113 Сухоруков, 1903, с. 145—146; д’Асколи, 19Д2, с. 98.
122
подвластные Турции, на побережье Черного моря — Айсерес,
Лрпаты, Инеболу и др.; при этом 300 казаков с 8 стругов ока-
зались плененными и были обращены в гребцов на галерах114.
Другой значительный отряд запорожских казаков на 150 су-
дах (к ним присоединилось 40 донских казаков) достиг Траб-
зона и благодаря внезапности взял много пленных. При дува-
не (дележе добычи) на долю донцов достались дочь трабзон-
ского кадия (мусульманский судья) и 80 пленных. На обрат-
ном пути у Очакова на запорожцев напала турецкая эскадра;
турки захватили 55 судов и взяли в плен свыше 800 казаков115 *.
В 1631 г. 1500 донских и запорожских казаков организо-
вали поход на Крым. Казаки громили улусы в окрестностях
Керчи. В августе они овладели Гёзлевом, Инкерманом и близ-
лежащими селениями. Крымский хан Джанибек-Гирей прика-
зал агам Маметше и Канту собрать оилы для отпора. 800 та-
тар напали на казаков недалеко от Мангупа, но были обраще-
ны в бегство и потеряли две пушки. Затем казаки пошли к
Бахчисараю, разгромили близлежащие селения и вновь овла-
дели Инкерманом П6.
Из отписки царицынского воеводы Л. Волконского извест-
но, что в 1631 г. «пошли з Дону на Черное море воровать под
Турского городы войною тысеча пятьсот человек, и тех де,
государь, казаков турские люди с моря в Дон не пропустили,
и те де Донские казаки пошли с моря Непром в Запороги.
И после де того тех Донских казаков пришло из Запорог на
Дон пятьсот человек, а тысеча человек Донских же казаков
осталась в Запорогах» *17.
Не желая нарушать мир с Турцией, заключенный в 1621 г.
и подтвержденный договором 27 сентября 1630 г., польское пра-
вительство всеми силами стремилось удержать запорожцев от
морских походов. Оно послало в Сечь 500 реестровых казаков
специально для уничтожения морских судов, по донские казачьи
струги «запорожские черкасы» жечь не дали.
Содружество запорожских и донских казаков не только
обеспечивало успешные действия на море, но и становилось
прочной нормой жизни социально близких организаций. «А у
нас де, у Донских казаков, с Запороскими черкасы приговор
учинен таков: как приходу откуды чаять Донских людей мно-
гих на Дон или -в Запороги, и Запороским черкасам на Дону,
нам, казакам помогать, а нам, Донским казаком, помогать
Запороским черкасом»118. Такого рода соглашения в разное
время заключались и подтверждались, несмотря на то что за-
1,4 Сухоруков, 1903, с. 145—146; д’Асколи, 1902, с. 98.
118 Д’Асколи, 1902, с. 98; Эвариицкий, 1892—1897, т. 2, с. 214.
118 Сухоруков, 1903, с. 151 —152.
117 РИБ, т. 18 (кн. 1), с. 340—341.
118 Там же.
123
порожцы и донцы находились в зависимости от разных госуда-
рей, часто враждовавших между'собой 119.
В 1632 г. вспыхнула война России с Польшей. Началась
она в неблагоприятной обстановке, так как диплом этически не
была подготовлена. С апреля по июнь 1632 г. крымцы стали
посылать крупные разведывательные отряды в русские погра-
ничные уезды. Татары могли убедиться, что оборона южных
границ была значительно ослаблена. Численность «украинных»
полков сократилась более чем наполовину, гарнизоны южных
городов также значительно уменьшились. Донское казачество
направило лучшие свои силы в армию под Смоленск 12°. Вос-
пользовавшись этим, татары совершили два крупных вторже-
ния в южные уезды Русского государства. Оставшиеся на Дону
казаки приняли участие в отражении разбойничьих набегов
крымских татар, нанесли ряд сильнейших поражений ногайским
татарам, стремившимся объединиться с Крымом.
Не прекращались и морские действия казаков. С Дона в
Запорожье ушли донские казаки во главе с атаманом -Павли-
ным. Вместе с запорожцами на сохранившихся и вновь постро-
енных судах казаки ходили на Синоп и возвратились с богатой
добычей. Часть казаков с атаманом осталась зимовать в За-
порожье, а другая вернулась на Дон. Аналогичные переходы
осуществлялись постоянно, несмотря на запрещение царя при-
нимать на Дону запорожцев.
По окончании неудачной Смоленской войны московское пра-
вительство приступило к коренному переустройству обороны
южных границ государства. Эти меры требовали длительного
времени.
Активная роль в борьбе с татарами была отведена Москвой
донскому казачеству. Однако относительно направления этой
борьбы между казаками и правительством сразу же намети-
лось существенное расхождение. Правительство было заинте-
ресовано в том, чтобы казаки в первую очередь выступили
против ногаев. Казаки и сами охотно сражались с ногайскими
татарами, но корень зла видели в азовцах и считали невоз-
можным достигнуть решительного результата в борьбе с но-
гаями без захвата Азова. В этом были заинтересованы и за-
порожские казаки, которым все чаще приходилось пользо-
ваться донскими путями для морских походов.
В августе 1634 г. 30 запорожских чаек с гетманом Иваном
Сулимой вышли в Азовское море, «да к черкасом же де при-
шли воры, донские казаки, утаясь войска, человек со сто» 121.
Казаки в течение четырех дней «приступали» к Азову, обстре-
ливая его из пушек, и чуть не овладели городом. Затем объеди-
119 Д’Асколи, 1902, с. 99.
120 Новосельский, 1948 (1), с. 204—205, 210.
121 Воссоединение Украины с Россией, т. 1, с, 143.
124
псиный казацкий отряд направился к устьям Днестра и Ду-
ная и разорил Аккерман, Килию, Измаил 122.
Весной 1635 г. донские казаки договорились с запорожцами
о совместных действиях. «А договор на том положен, одполнч-
110 над Азовом нынешним летом промышлять, и чтоб поиск
учинить» 123.
20 апреля 1635 г. донцы во главе с атаманом Алексеем Ло-
мом на 34 стругах и запорожцы ю гетманом Сулимой на 30 чай-
ках вышли в Азовское море, где соединились еще с 20 пайками
запорожцев. На общем совете было решено захватить Керчь,
а на обратном пути взять штурмом Азов. Время приступа на-
значили на Петров день и начали готовиться к штурму 124.
Султан был встревожен появлением казаков у Азова и, не-
смотря на продолжавшуюся войну с Персией, приказал кафин-
скому паше послать его ратных людей в Азов, чтобы усилить
гарнизон крепости. Казаки, увидев невозможность взять за-
щищаемый усиленным отрядом Азов, отступили.
Эти действия Войска Донского не оставляют никакого сом-
нения в том, что они не были случайным эпизодом, походом «за
зипунами», а представляли собой планомерные боевые опера-
ции, связанные со всем ходом борьбы Московского государ-
ства с татарами.
Пока запорожские казаки находились в море, польский
сейм постановил начать сооружение крепости Кодак (против
устья р. Самары, острова Князева и первого Кодацкого поро-
га). Проектируемая крепость должна была стать опорой пан-
ского господства в Поднепровье и вместе с тем разорвать вся-
кую связь Запорожья с остальной Украиной, служить базой
для борьбы с запорожскими казаками и для предотвращения
их походов на Черное море125. Построенная крепость Кодан
представляла собой редут, периметр которого был равен 900 са-
жен, с валами более 10 сажен высотой и глубокими рвами.
Первым командиром гарнизона был назначен француз, полков-
ник Марион.
Возвращаясь из азовского похода, .казаки во главе с Ива-
ном Сулимой в ночь на 3 августа внезапным штурмом овладели
только что выстроенной крепостью, полностью уничтожив
польский гарнизон 126.
В 1637 г. вспыхнуло антипольское восстание запорожских
казаков под руководством Павлюка. По свидетельству совре-
менника, восставшие намеревались «соединиться с донскими
казаками и татарами, признать власть Московского царя, сде-
лать набег на турецкое государство, для чего уже приготовлено
122 Там же; Величко. Летопись, т. 2, с. 381; Ригельман, 1847, ч. 1, с. 41.
123 РИБ, т. 24 (ки. 2), с. 744.
124 Сухоруков, 1903, с. 168.
125 Воссоединение Украины с Россией, т. 1, с. 144—146, 158.
126 Боплан, 1902, с. 313; Голобуцкий, 1957, с. 216—219.
125
50 лодок»127. Восстание было подавлено, и казаки обязались
сжечь морские челны 128.
Осенью 1635 г. и в следующем году большей части улусов
ногайских татар удалось прорваться на крымскую сторону До-
на, что усиливало возможности Крымского ханства. Но вместе
с тем степные пространства между Волгой и Доном опустели,
Азов был обнажен и лишился поддержки, которую ему оказы-
вала раньше орда Малых ногаев. Переход ногайских татар в
крымское подданство, борьба Крымского ханства за независи-
мость, поход крымцев за Днепр для борьбы с белгородскими
татарами Кантемира в апреле—мае 1637 г. 'создавали усло-
вия, благоприятствовавшие захвату Азова казаками. Последние
внимательно следили за всеми этими событиями, и весной
1637 г. донской Войсковой круг постановил овладеть Азовом.
Азов состоял из трех «каменных городов»: собственно Азо-
ва, Тапракалова и Ташкалова. Один из них был «град ста-
ринной», стены которого, сделанные еще генуэзцами, «издав-
на» считались очень крепкими. В других же «городах» стены
были сложены без извести, «камень с землею», отчего они раз-
валивались от «дождевого мочения». Ташкалов-городок приле-
гал к Дону и к степи, а потому назывался «нижним». Крепост-
ные стены имели 11 башен, «города» были разделены между
собой стенами 129 130.
Совместно с запорожцами донские казаки под командой
атамана Михайлы Татаринова сушей и водой двинулись к гроз-
ной крепости.
21 апреля 1637 г. 4400 казаков подошли'к Азову. Осада про-
должалась почти два месяца. Лишь 18 июня казаки овладели
городом и крепостью. С этого времени начинается четырехлет-
няя борьба с превосходящими силами турецкого флота и турец-
ких сухопутных войск за удержание Азова. Не останавливаясь
отдельно на истории «азовского сидения», ибо это не входит в
задачи настоящей работы, осветим лишь морские действия
казацкого флота в этот период, особо подчеркивая все факты,
подтверждающие продолжавшуюся боевую связь между дон-
скими казаками и запорожцами.
В 1638 г. на Дон прибыло 10 тыс. запорожских казаков 13°.
9 мая «послало Войско 75 стругов по 70—80 казаков в каждом
под Кафу и в иные места для воинского промысла». Взяв
«языков» в Керченском проливе, казаки в конце мая возврати-
лись в Азов. «Те языки говорили, что крымская конница пере-
правляется через пролив на ногайскую сторону. А в Азовское
море вошло 40 каторг. Донским казакам погода не позволила
127 Окольский, 1896, с. 174.
128 Архив ЮЗР, ч. 3, т. 1, с. 370.
129 РИБ, т. 18 (ки. 1), с. 778—780, 800—802.
130 Воссоединение Украины с Россией, т. 1, с. 203.
326
напасть на них. И тех каторг при них разбило погодою четыре
каторги. А идут де конные и морем каторги на осаду под
Азов» 13 *.
Позже из Азова на 30 стругах вышли 1600—1700 казаков-
и направились под Тамань131 132. Навстречу им двинулась турец-
кая эскадра под командованием начальника арсенала Пиала-
;|ги. Турецкий флот начал теснить казацкие суда. Вошедшие в
дельту Кубани казаки были у .мыса Чук окружены морскими
п сухопутными силами турок и татар, пришедшими из Очако-
ва и Крыма. Потеряв в бою около 500 человек и 5 челнов, ка-
заки поднялись вверх по Кубани. Турки и татары преследова-
ли отступавших и в семидневных боях убили 700 казаков и
уничтожили все суда 133.
В годы обороны Азова казаками Польша стремилась пара-
лизовать активность запорожцев. В 1639 г. немецкий инженер
Фр. Геткант восстановил Кодак. При осмотре крепости, соглас-
но преданию, коронный польный гетман Конецпольский лукаво
спросил у стоявшего рядом Чигиринского сотника Богдана
Хмельницкого: «Каков вам кажется Кодак?» — на что послед-
ний будто бы ответил: «Manu facta, manu destruo» («Создан-
ное руками руками и разрушается») 134. Инструкция вменяла
польскому коменданту Кодакской крепости в обязанность «пре-
дупреждение экскурсий в море и казацкого своеволия, сделать,
чтобы за пороги не пропускать ни одного живого человека» 135.
Однако «экскурсии» предпринимались казаками, как и прежде.
После подавления восстания на Украине многие его участ-
ники бежали на Дон. На южных окраинах России поселились
и вожди восстания Дмитро Гуня (в Азове) и Яцко Остряница
(в Чугуеве). Один из донских казаков, рассказывая о мор-
ском походе 23 стругов в 1640 г., говорил, что атаманом этого
отряда был Гунка Черкашенин. У Керченского пролива казаки
встретили турецкую флотилию из 40 галер и вынуждены были
вернуться к Азову; в конце концов они все же вступили в бой
и даже потопили 2 галеры 136.
В походе 1641 г. участвовали запорожцы и донцы на 12 чай-
ках, всего около 600 человек. В Днепровском лимане польская
стража предложила им возвратиться в Сечь. Однако казаки
продолжали готовить свои чайки к выходу в море 137.
131 Сухоруков, 1903, с. 183.
132 Там же.
133 Эварницкий, 1892—1897, т. 2, с. 227. В. Д. Сухоруков и Е. Аренс
склонны считать этот бой, несмотря на значительные потери казаков, их по-
бедой. Кроме того, Аренс утверждает, что флот казаков в сражении у мыса
Чук насчитывал тысячу чаек, одиако данные источников этого не подтверж-
дают.
134 Грабянка, 1854, с. 30—31.
135 Украина, с. 204.
136 РИБ, т. 24 (кн. 2), с. 44—45; Грушевський, 1909, т. 8, ч. 2, с. 344.
137 Грушевський, 1909, т. 8, ч. 2, с. 344.
127
Султан Мурад IV решил во что бы то ни стало вернуть себе
Азов и с этой целью поспешил в мае 1639 г. заключить мир
с Ираном. Порта стала готовиться к походу на Азов. Но и
марте 1640 г. султан неожиданно умер, и в Стамбуле разго-
релась борьба различных группировок за трон, что несколько
отсрочило поход. Приготовления к нему, однако, продолжа-
лись.
Положение казаков в крепости было нелегким. Им не хва-
тало пищи и боеприпасов. X началу 1641 г. в Азове оставалось
всего около тысячи человек.
В 1641 г. турки собрали для штурма крепости огромное
войско и флот. Грамота царя Михаила Федоровича от 2 декаб-
ря 1641 г. исчисляет турецкое войско в 240 тыс. «разных лю-
дей», «а каторг было больших беломорских сто, да кораблей
больших восемьдесят, да мелкого морского девяносто судов, да
с порохом и с ядры двадцать кораблей больших, да стенопро-
битных сто пушек» 138 139.
На помощь же к защитникам крепости прибыло свыше 4 тыс.
казаков с Дона и Запорожья. 7 июня турецкая армия во главе
с Гусейн-пашой подступила к стенам Азова. 14 недель длилась
осада. Турки неоднократно предпринимали штурмы, но безре-
зультатно 13Э. Убедившись в невозможности взять крепость в
ближайшее время и опасаясь приближения зимы, турки реши-
ли снять осаду и 27 сентября ушли из-под Азова.
Казаки предложили русскому правительству принять Азов
под свою власть, но Москва не имела еще в те годы намерения
менять основное направление внешней политики, а борьба за
Азов, несомненно, должна была повлечь за собой руоско-ту-
рецкую войну. Вот почему Земский собор 1642 г. специальным
постановлением рекомендовал царю отказаться от поддержки
казаков, осажденных в Азове, и посоветовать донцам очистить
крепость. В 1642 г. казаки покинули Азов. Они вывезли оттуда
80 пушек, железные крепостные ворота, взорвали башни.
«Азовское сидение» обеспечило безопасность южных окраин
Московского государства от набегов татар, и царское прави-
тельство смогло приступить к строительству новой Белгород-
ской засечной черты, которая оказала существенное влияние
на дальнейшее освоение юга страны.
Потеряв при обороне Азова до 3 тыс. человек, казаки под-
верглись затем нападению турок, разоривших казачьи городки.
Уцелевшие казаки ушли в Раздоры, где на кругу порешили
строить город на Черкасском острове. Город назвали
Черкасском. В апреле 1644 г. казаки устроили земляной
вал и возвели деревянные стены, на которых поставили пуш-
ки, частично взятые в Азове, частично присланные из Москвы.
Одновременно казаки готовились к новым походам на море.
138 Сухоруков, 1903, с. 184.
139 Смирнов Н. А., 1946, т. 2, с. 71, 75.
128
Как свидетельствуют расспросные речи в Посольском при-
h.iie воронежца Василия Струкова, в 1644 г. «в октябре при-
шло де с моря стругов с тридцать черкас и стали к Озову
приступать, и Озовоких де многих людей на том приступе по-
гнили и шкоту многою учинили. И о том де запороские Черка-
сы з Донским Войском сослались, чтоб они к ним на помочь
под Озов пришли. И донские атаманы и казаки под Озов с те-
ми Черкасы ходили, а к городу к Озову с ними приступали,
л около города шкоту многою чинили; и городовые стены са-
женей з двенадцать из снаряду выбили; а иные Черкасы были
и в городе» 14°.
Большие походы объединенных сил запорожских и донских
казаков предпринимались после предварительных переговоров,
совместной разработки планов и тщательной подготовки как
па Дону, так и в Сечи. О беспрерывном обмене информацией
перед походом, совместном определении его основных этапов
п целей свидетельствует документ 1645 г. Московский агент
доносил: «Апреля в 20 день з Дону отоманы и казаки пошли
па Черноя моря 34 струга, а отоман с ними Олексей Старов,
да с ними Запороский полковник Сулим з Запороскими
Черкасы, да к ним же де на моря пригребло 30 стругов Черкас,
п еще де их и з Запорох 20 стругов идет на моря; всего Запо-
роских стругов 50; и з Донским Войском сошлись вместе.
И быть де им под Керчью, а с моря идучи, промышлять под
Азовом; и десницы на море делают, а срок положен Петров
день». Всего московские послы насчитали свыше 2 тыс. каза-
ков с Дона да запорожцев на 54 чайках — около 2700 чело-
век 140 141.
В 1644 и 1645 гг. крымские татары, поощряемые Турцией,
неоднократно совершали нападения на территории Русского
государства и Речи Посполитой. Эти агрессивные действия
побудили русское правительство внимательнее отнестись к
польскому предложению о союзе против Крыма. В 1645 г.,
когда король Владислав IV готовился к войне против Турции
в союзе с Венецией, польский посол в Москве Г. Стемпковский
предложил организовать поход на Крым. Однако русские пос-
лы, прибывшие в Варшаву в 'следующем году, нашли положе-
ние дел совершенно изменившимся: планы короля не встретили
поддержки шляхты на сейме, что не давало возможности Вла-
диславу начать войну 142.
В это же время в Варшаву прибыл венецианский посол
Джованни Тьеполо. Не располагая никакими реальными воз-
можностями для того, чтобы заставить казаков принять уча-
стие в походе на Турцию, Владислав продолжал составлять
фантастические планы. Получив от Тьеполо 30 тыс. реалов, он
140 РИБ, т. 24 (кн. 2), с. 742.
141 Там же, с. 742—744.
142 ЦГАДА. Польские книги, д. 68, л. 168, 128 об; д. 71, л. 141—142.
9 Зак. БЭ5
129
уверял (венецианского посла, что казаки уже изготовили для
похода чайки и намереваются сжечь турецкие галеры, строив-
шиеся на черноморских верфях 143.
К 1646 г. относится еще одна авантюра Владислава IV, ввя-
завшегося в Тридцатилетнюю войну. Король обещал прислать
казаков под Дюнкерк для участия в его штурме. Н. И. Косто-
маров сообщает, что Богдан Хмельницкий был незадолго до
этого во Франции и обещал французскому послу в Польше
графу де Брежи отправить под Дюнкерк 2400 казаков144,
«Козаки эти были присланы польским королем Владиславом
по просьбе кардинала Мазарини и путь свой во Францию со-
вершили морем, спустившись из Варшавы по Висле в Дан-
циг» 145. Прибыв во Францию, они сейчас же потребовали
плату вперед, а во время осады часть их воевать не захотела
и даже перешла на сторону испанцев, хотя большинство каза-
ков, по мнению французского командования, сражались непло-
хо. Эти сведения, сообщенные Н. И. Костомаровым, к сожале-
нию, не были им подтверждены ссылкой на источник. Поэтому
особый интерес представляет сообщение, сделанное А. В. По-
ловцевым в Обществе любителей древней письменности 26 мар-
та 1899 г.
А. В. Половцев обратил внимание на отсутствие у Н. И. Ко-
стомарова указаний на документы, которые (раскрывали бы
эпопею осады Дюнкерка в 1646 г., и стал разыскивать эти
материалы в архивах Дюнкерка, Парижа и Брюсселя. Ему уда-
лось обнаружить обширную переписку принца Конде и кар-
динала Мазарини, касающуюся осады Дюнкерка. К сведениям,
сообщаемым Н. И. Костомаровым, А. В. Половцев добав-
ляет, используя при этом письмо Мазарини к Конде от 1 но-
ября 1646 г., что переход некоторых казаков на сторону испан-
цев объяснялся задержкой выплаты жалованья 146.
Но вернемся к русским делам. В 40-х годах по Белгородской
черте было построено 18 городов (Усмапь, Коротояк, Новый
Оскол, Вольный, Хотмышск, Карпов, Обоянь и др.) и создано
два укрепленных района с целой системой острожков, валов,
рвов и засек в Комарицкой волости, под Севском, и в Лебе-
дянском уезде. К концу 40-х годов в основном было завершено
строительство Белгородской черты от р. Ворсклы до Тамбова
на Цне147. Таким образом, оборона южных границ стала зна
чительно более надежной, что позволило Москве перейти к бо
лее активным действиям против татар и турок.
Колонизация юга поставила перед Москвой важную проблс
му — необходимость заселения нижнего Дона верными правп
143 Костомаров, 1884, т. 9, с. 31.
144 Там же.
I4S Половцев, 1899, с. 74.
146 Там же.
147 Новосельский, 1948 (1), с. 368—370.
130
тельству людьми. Так должна была решаться задача ограни-
чения самостоятельности политики, вырабатываемой Войско-
пым кругом. Этой задаче и был подчинен поход, состоявшийся
осенью 1646 г.
27 мая 1646 г. на 70 «больших, и средних, и меньших су-
дах с 3037 охочими» людьми из Москвы в Черкасск прибыл
иоевода Ждан Кондырев 148 149. Казаки не были готовы к походу
п неохотно соглашались принять в нем участие. Особое их
недовольство вызвало назначение руководителем экспедиции
неопытного в мореходстве, по их мнению, царского воеводы.
В войсковой отписке от 10 июля 1646 г. казаки писали:
«Судов у нас, государь, мало, всево ныне прибрано у нас на
морские струги тритцать стругов. И мы, холопи твои, и в тех
малых стругах ради итти на твою государеву службу, сколько
пас в те струги вместитца, а большим, государь, людей нам,
холопем твоим, на такую твою государеву службу поднятца
не на чем; а надобно, государь, нам морских стругав на такую
твою государеву службу ста с три или четыре; а мера, госу-
дарь, тем стругам длина у трубы девяти сажен или полудевя-
ти. А твоему государеву дворянину Ждану Кондыреву на та-
кую твою государеву великую службу водяным путем с нами,
холопи твоими, быти ему невозможно, потому, государь, что
он жил при твоей государьской светлости, и человек он неж-
ной, а нынешние, государь, нужи и морских походов и пешие
службы ему будет не терпеть» 14Э. Но московские власти насто-
яли на своем. К тому времени, что показало наглядно и «азов-
ское сидение», стала сильнее сказываться зависимость Дона
от Москвы. Эта зависимость выражалась особенно заметно
в снабжении казаков оружием и продовольствием, так как Дон
питался привозным хлебом.
В дополнение к отряду Ждана Кондырева на нижний Дон
прибывали и другие отряды, так что общее число «охочих лю-
дей» к лету превысило 10 тыс.150. Сын боярский Тимофей Ко-
чапик привез государево денежное жалованье, а также доста-
вил казакам железо и смолу для морских судов, «и после де
тово, спустя дни с четыри, у казаков был круг о том, чтоб
добыть языков Азовских для того, чтобы им подлинно прове-
дать, сколько в Азове служилых людей, и много ль у них за-
пасов, и ведают ли они про ратных, про прибылых людей» 151.
Первый поход, который возглавил войсковой старшина Осип
Петров, состоялся в июне. В нем приняло участие около
1500 казаков на 150 «лехких судах». В море, в 8 верстах от Азо-
ва, они повстречали шедшие из Кафы пять турецких комяг.
В завязавшемся бою казаки уничтожили свыше 100 турок,
"• РИБ, т. 26 (ки. 3), с. 39—40.
149 Там же, т. 24 (кн. 2), с. 901—902.
150 Там же, с. 794, 810—811, 860, 901—903, 919.
151 Там же, т. 26 (кн. 3), с. 69—70.
9*
131
захватили две комяги с многочисленными товарами и 70 плен-
ных. «А как де они (казаки. — Ю. Т.) пришли назад в Войско,
и языков де распрашивали старшины одни, Осип Петров с то-
варыщи тайным делом» 152.
24 августа 1646 г. Ждан Кондырев организовал вторую мор-
скую экспедицию. 37 морских стругов с казаками и «вольными
охочими людьми», по 50—60 человек в струге, вышли в Азов-
ское море. От пристани Верхние Берды пошли к Казанрогу
(Таганрогу), а затем к крымскому городку Роботок (Арба-
ток) . Шли морем день и ночь, но подойти к городку не реши-
лись, боясь «быть захваченными крымцами, почему и стали на
якорях». Поднялся сильный ветер, струги разнесло по морю
и носило три дня, после чего прибило выше Гнилого моря (Си-
ваша) к Бирючьей косе. Во время бури разбило пять стругов,
запасы затонули, а людей подобрали оставшиеся струги. Из-за
непогоды пришлось простоять на косе десять дней. Крымцы
заметили их и стали собираться, чтобы напасть на казаков.
Тогда по совету Ждана Кондырева и Михаила Шишкина каза-
ки поплыли до Нижних Берд, где опять простояли «за пого-
дой» восемь дней; затем они двинулись к Кривой косе и там
пробыли пять дней.
Когда казаки вернулись к Таганрогу, бурей вновь разбро-
сало по морю их струги. Но вот ветер стих, казаки стали со-
бираться в устье Дона. И тут опять «учинилась морская по-
года великая и ветер противный»; струги, отнесенные в море,
сели на мель. Ночью сойти с мели было нельзя, а днем казаки
перевели струги в донскую протоку—Кутюрму. Однако девять
стругов находились далеко от берега, и снять их с мели не
удалось. Татары горящими стрелами подожгли эти струги.
Казаки с них отошли к своим в устье донской протоки. Здесь
на них напали татары, чтобы не дать уйти им обратно на Дон.
Казаки с боем прорвались и 4 октября без добычи вернулись
в Черкасск 153.
Морской поход Ждана Кондырева был неудачен. Большая
часть новоизбранных людей ушла в «украинные» города154.
Тем не менее подготовлявшийся татарами большой набег
вследствие этого не состоялся 155.
П. П. Смирнов, ссылаясь на секретную инструкцию Ждану
Кондыреву, утверждает, что поход 1646 г. имел целью захват
низовий Дона 156. Пожалуй, можно назвать это всего лишь по-
желанием московского правительства. В. П. Загоровский спра-
ведливо считает, что удар по Крыму — главная цель похода 157.
162 Там же, с. 70.
153 Там же, с. 265—267, 579—580; ЦГАДА, ф. 210, д. 228, л. 146—154.
164 Сухоруков, 1903, с. 200.
,ю Новосельский, 1948 (1), с. 379.
,и Смирнов П. П., 1948, с. 137.
167 Загоровский, il961, с. 146—148.
132
В июне 1647 г. казаки на 33 стругах появились у берегов
Крыма. Между Темрюком и Таманью они потеряли во время
шторма часть стругов и оружия. Выброшенные на берег у Та-
мани, они подверглись нападению татар. Оставив неприятелю
16 стругов и понеся большие потери в людях, казаки ушли в
бурное море. Не будучи в состоянии предпринять какие-либо
действия против татар, они постановили возвращаться, но,
прежде чем достичь устья Дона, во время новой бури потеряли
еще четыре струга. В устье Дона их поджидал азовский гарни-
зон. Предупрежденные татарами, турки засыпали камнями
Мертвый Донец, по которому казаки вышли в море. Отразив
нападение и потеряв еще один струг, казаки прорвались сквозь
заслон к Черкасску158 159.
Тогда начальник азовского гарнизона решил, что настало
время уничтожить Черкасск и другие городки. В июле на
280 судах, сопутствуемые отрядом татарской конницы, турки
двинулись вверх по Дону, но казаки, отразив все атаки непри-
ятеля, обратили его в бегство, захватили много судов и плен-
ных. Турки не прекратили нападений и в последующие месяцы.
В этих боях казаки истощили свои силы. Поэтому в ок-
тябре 1647 г. они обратились за помощью к царю, и из Вороне-
жа был отправлен тысячный отряд под командованием А. Ла-
зарева 15Э. Пытаясь замаскировать эту помощь, царь заверял
турецкого султана и крымского хана, что согнать казаков с
Дона невозможно, «ибо казаки живут на Дону по своей воле
кочевным обычаем, с ними же вместе живут различных стран
люди: литовцы, немцы, горские и запорожские черкасы, и
крымцы, и ногайцы, и азовцы, а не одни они, донские казаки,
а нашего царского повеления не слушают... Они людишки ху-
дые и от государевых украинных городов удалены и живут
в разных местах по займищам, и по малым речкам, и по про-
точинам; только Ислам-Гирей царь изволит, и ему тех воров
мочно с Дону свести и без царского величества ратных людей,
великий государь его царское величество о том на Ислам-
Гирея царя досадовать не учнет» 16°.
Походы казаков продолжались и в следующие годы. Летом
1648 г., «об Ильине дни», 300 казаков на 8 малых стругах по-
шли к берегам Крыма, на Тонкие Воды, «на Урмаметовы улу-
сы». Там они повстречали татар, возвращавшихся с большим
«полоном» после набега на Украину. В бою казаки отбили
пленных, уничтожили до 50 татар и взяли в плен 5 человек.
«...И тех татар в войске |распрашивали, не чаят ли Крымского
войною на Московское государство и на украинные места и
нет ли людей в зборе» 161.
1И Там же, с. 201.
159 Там же, с. 204.
160 Там же, с. 205.
1,1 РИБ, т. 29 (ки. 4), с. 16.
133
В том же году 600 казаков на 20 стругах напали у Тонких
Вод на другой улус, освободили 5 польских пленных и убили
20 татар.
В третьем, осеннем походе казаки ходили на 16 стругах под
Темрюк, где захватили 50 пленных и там же отдали их на
«окуп» 162.
* * *
Во второй четверти XVII в. Украина представляла собой
узел сложнейших экономических, политических и социальных
противоречий, одной из основных причин которых была поли-
тика социального и национального угнетения, проводимая там
панской Польшей. С 30-х годов XVII в. с новой силой вспыхну-
ли крестьянско-казацкие восстания против польских феодалов:
под предводительством Тараса Федоровича (1630 г.), Ивана
Сулимы (1635 г.), Павла Бута (1637 г.), Яцко Остряницы, Кар-
па Скидана и Дмитро Гунн (1638 г.),— во время которых шло
массовое оказачивание крестьянства и пополнение людскими
резервами Запорожской Сечи и Войска Донского.
Инициатива большей части морских походов переходит к
донским казакам, а совместные действия все чаще совершаются
из устья Дона.
Апофеозом борьбы казачества в эти годы явилось взятие
донскими и запорожскими казаками крепости Азов и четырех-
летнее «азовское сидение». Героически защищая крепость от
превосходящих сил турок и татар, казаки в качестве одного из
средств активной обороны использовали морские походы на
приморские города и селения Крыма и Османской империи.
1,2 Сухоруков, 1903, с. 206.
ГЛАВА VI
РУССКИЙ ФЛОТ В АЗОВСКОМ МОРЕ
В середине XVII в. огромные просторы Восточной Европы,
включая Украину, Северное Причерноморье и Приазовье, стали
ареной ожесточенной борьбы России, Речи Посполитой, Тур-
ции, Крымского ханства и Швеции, борьбы, имевшей огромное
значение для дальнейшей судьбы трех братских народов —
русского, украинского и белорусского.
Крупнейшим событием в политической жизни русского и
украинского народов стало воссоединение Украины с Росси-
ей. Оно внесло качественно новый элемент в историю борьбы
России за выход к Азовскому и Черному морям, в развитие
русского флота, в характер мореплавания.
Освободительная борьба украинского народа началась в
благоприятной международной обстановке. Турция и Крым на-
ходились во враждебных отношениях с Польшей. Кроме того,
крымский хан Ислам-Гирей вышел из повиновения турецкому
султану. Положение Турции осложнялось и вследствие затяж-
ной войны с Венецией (1645—1669). Венецианский флот, бло-
кировав Дарданеллы, запер в Черном море военно-морские
силы Блистательной Порты. Венеция искала союзников, чтобы
нанести Турции решительный удар. К участию в этой борьбе
щедрыми посулами были привлечены господари Валахии и
Молдавии. Венецианцы рассчитывали и на помощь запорож-
ского флота, 'боевые качества которого высоко оценивались
европейскими державами и самими турками.
Еще д’Асколи отмечал в 1634 г., что «казаки наводят та-
кой страх не только на татар и на всем Черном море, но и в
Константинополе, что из-за них вооружают ежегодно флот,
часть или весь» Турки «из-за страха перед казаками совер-
шенно не знали ни сна, ни отдыха», — писал Эвлия Челеби1 2.
По сообщению де Сези Людовику XIII, «менее чем с 50 тыся-
чами экю в год, розданными казакам, можно владеть основны-
ми силами турков в Черном море и устьем канала (Босфо-
ра,— Ю. Т.)»3.
1 Д’Асколи, 1902, с. 98.
2 Эвлия Челеби, 1961, с. 81.
3 Висковатов, 1946, с. 144.
135
Поэтому венецианский посол в Вене Сагредо поручил Аль-
берто Вимине вести тайные переговоры с Польшей и отдельно
с запорожцами о морской войне с Турцией, ссылаясь на обе-
щания, якобы данные казаками польскому королю Владисла-
ву IV в 1646 г. Польские магнаты (Юрий Оссолинокий, Иере-
мия Вишневецкий, Николай Потоцкий) полностью поддержали
венецианский план, рассчитывая отвлечь казачество от участия
в развернувшейся национально-освободительной борьбе.
В 1650 г. Вимина отправился на Украину. В беседе с Бог-
даном Хмельницким он сообщил, что венецианский флот вот
уже в продолжение 22 месяцев блокирует пролив Дарданеллы,
и предложил немедленно снарядить морскую экспедицию запо-
рожцев к Босфору. В дальнейшем планировался совместный
штурм Стамбула венецианским флотом и запорожцами. Даль-
новидный Хмельницкий справедливо рассудил, что согласие с
предложением Вимины отвлекло бы основные силы казачества
от борьбы с польской шляхтой. Уклонившись от прямого отве-
та, он заверил посла, что запорожское казачество всегда вело
борьбу с исконным врагом «народа русьского» — Турцией, и
отметил, что и сейчас у казаков готовы к походу чайки у днеп-
ровского устья, но польские магнаты не дают возможности
«подать руку помощи светлейшей Венецианской республике»4.
Украинские казаки могли оказать решающее влияние на
исход войны Турции с Венецией. Это вынудило султана принять
меры, чтобы не допустить их выступления. В частности, Порта
оказала давление на Крым с целью заставить хана выступить
на стороне Богдана Хмельницкого в его борьбе с Польшей.
Ведя войну с Венецией, турецкое правительство не могло
позволить использовать свой флот еще и для борьбы с казаками
и потому вынуждено было искать временного союза с ними..
Кроме того, оно стремилось предотвратить появление возмож-
ных союзников Венеции или другой враждебной туркам евро-
пейской державы. Вот почему стало возможным заключение
в 1649 г. договора Турции с Войском Запорожским, по которо-
му для всего украинского народа провозглашалась свобода
мореплавания на Черном море, свобода заселения низовьев
Днепра и свобода морских промыслов. Предотвратив этим до-
говором союз Турции и Крыма с Польшей, Богдан Хмельниц-
кий показал себя выдающимся дипломатом.
Хотя основные статьи договора 1649 г. не были выполнены,
он привел к временному перемирию: украинскому народу в
известной степени обеспечивалась безопасность на южных гра-
ницах, и в то же время на некоторый срок прекратились мор-
ские походы запорожцев на турецкие и татарские селения и
города. Последнее в значительной мере способствовало освобо-
дительной борьбе украинского народа против Польши.
4 Грушевський, 1909, т. 9, ч. 1, с. 50.
136
В 1648—1654 гг. русское правительство оказывало диплома-
тическую и экономическую поддержку Украине, но воздержи-
иалось от оказания вооруженной помощи: это неминуемо при-
пело бы к войне с Речью Посполитой и Крымом, к которой
Россия еще не была готова. Вынужденный искать внешней
поддержки, Хмельницкий получил помощь от крымского хана
и вследствие этого строго следил за соблюдением запорожцами
мира с Крымом и его сюзереном — Османской империей. Мало
того, в договор 1649 г. был включен пункт о том, что «если
бы с Дону какое возникло своевольство и оттуда на море вы-
ехали для разбоя, то вместе с турецкими галерами ловить над-
лежит и казацких своевольников наказывать»5. Совершенно
ясно, что запорожцы не собирались выступать против своих
верных и давних союзников — донских казаков, хотя и обра-
щались к ним с просьбами не нападать на Крым и Турцию.
Русское мореплавание на Черном и Азовском морях в се-
редине XVII в. поддерживалось усилиями донских казаков, ко-
торые продолжали совершать смелые набеги на приморские го-
рода и селения Турции и Крыма и уничтожать турецкие суда.
В 1651 г., пользуясь тем, что турецкий флот был занят вой-
ной с Венецией, 900 донских казаков на 12 больших стругах
вышли в море. Они внезапно напали на город «Каменный Ба-
зар», недалеко от Синопа, и, взяв 600 пленных, ушли в море.
Буря прибила их к северо-восточному побережью Черного моря,
где часть добычи они .продали черкесам. Позже казаки захва-
тили на Черном море три турецких торговых судна, которые
шли «со пшеницей да с орехи в Царьгород», и беспрепятствен-
но вернулись в Черкасск6.
Турецкий султан приказал крымскому хану, соединившись
с азовским гарнизоном, уничтожить городки на Дону. Однако
хан, получив сведения, что по указу царя к границам Крымско-
го ханства движутся калмыки, остановился на Перекопе, а с
наступлением зимы распустил войско.
В следующем году около 1 тыс. казаков на 15 стругах во
главе с атаманом Иваном Богатым ходили «близко к Царю-
Городу под Рюмельскую сторону и на Рюмельской стороне
турские многие села и деревни повоевали и здобыч взяли
большую». На обратном пути они вступили в бой с 10 галерами,
одержали победу и благополучно вернулись на Дон 7.
В мае 1653 г. состоялся морской поход на 19 стругах, в ко-
тором участвовало 1300 казаков во главе с атаманом Федором
Буданом (Волошанином) и Иваном Богатым. Сначала они
разорили крымское побережье между Судаком и Балыклеей,
а затем направились к Трабзону, но из-за непогоды не смогли
5 СГГД, ч. 3, с. 446.
’ Сухоруков, 1903, с. 211.
7 РИБ, т. 29 (кн. 4), с. 541—542.
137
пристать к берегу. Поэтому казаки пошли вдоль анатолийского
побережья на г. Триполь (Тиреболу), расположенный в 75 км,
от Трабзона, овладели «посадом» и захватили три пушки, а
когда подошел турецкий корабль, с помощью этих пушек от-
бились и направились в обратное плавание. Когда казаки близ
Керчи брали пресную воду, их атаковали татары, но безуспеш-
но. 18 августа после трехмесячнопо плавания все струги верну-
лись в Черкасок8.
В том же году казаки ходили «в малых лотках с атаманом
с Семеном Свегуном», на Азовское море, где захватили не-
сколько турецких судов, шедших из Стамбула в Азов с грузом
проса и пшеницы для гарнизона. Эти действия донские казаки
предприняли, вероятно, с одобрения московских властей, кото-
рые вели с Богданом Хмельницким переговоры о воссоединении
Украины с Россией.
Ведя переговоры, русское правительство опасалось, с одной
стороны, неизбежной войны с Польшей и Крымом, а с дру-
гой — возможного союза Украины с Крымским ханством. Поэ-
тому Россия не реагировала на жалобы турецких и татарских
посланников по поводу морских походов донских казаков и
продолжала оказывать им материальную помощь, рассчитывая,
что донцы сумеют действиями на море повредить союзу Хмель-
ницкого с Крымом.
В январе 1654 г. Переяславская рада оформила воссоедине-
ние Украины с Россией. Так осуществились давние стремления
и надежды украинского народа.
В расширении территории Русского государства, в союзе
двух братских народов Османская империя, Крым и Польша
видели угрозу своим экспансионистским планам. Продолжав-
шаяся война с Венецией не позволила Турции сразу же начать
военные действия против Украины и России, но Польша и
крымский хан выступили без промедления.
В русско-польской войне (1654—1667) объединенным силам
России и Украины предстояло бороться на два фронта: на
Украине и в Белоруссии — против польско-литовских войск и
действовавшей вместе с ними татарской конницы, на юге —
против Крыма. Одной из главных форм борьбы с крымскими
татарами стали морские походы казаков и русского парусно-
гребного флота. Нападения на Крым с моря должны были ско-
вать силы татар в пределах их владений и упредить нападения
на южные районы Русского государства и Украины.
Угроза нападения со ‘стороны Крымского ханства на рус-
ские земли и Украину весной и летом 1654 г. была весьма ре-
альной. В июне 1654 г. значительные силы крымских татар на-
считывавшие около 40 тыс. человек, стояли у Волчьих Вод.
Поэтому по царскому указу было «велено ис Путивля итти в
•Там же, с. 663, 698—699.
138
Белгород или в Карпов боярину и воеводам Василыо Борисо-
вичи) Шереметеву да окольничему нашему Федору Васильеви-
чу Бутурлину с нашими ратными людьми»9".
Одновременно русское правительство отправило грамоту на
Дон, >в которой писало, что если крымский хан пойдет войной
на украинские и русские земли, то донские казаки должны бу-
дут открыть военные действия против Крымского ханства и
воевать против него в степи и на море 10.
Казаки на 30 стругах в течение двух месяцев плавали у
крымских берегов, узнавая новости о происходящих в Крыму
событиях от бежавших из Крыма пленных или от «языков».
Были подтверждены сведения о готовившемся походе Ислам-
Гирея, «как на Руси жниво и сенокосы поспевают в августе»,
но позднее казаки сообщили о внезапной смерти хана и рас-
строившемся походе11 12 13. Весной 1655 г. Богдан Хмельницкий
предлагал В. Б. Шереметеву активизировать действия на море:
«Тогда бы татары свои города оберегали, а не к ляхам на по-
мощь шли» |2.
Преемник Ислам-Гирея хан Мухаммед-Гирей, ставленник
Турции, в январе — феврале 1655 г. посылал отряды татарской
конницы в помощь польским войскам, а весной того же года
начал подготовку к большому походу на Украину. По распоря-
жению русского правительства 6 июля 1655 г. 2030 донских и
700 запорожских казаков на 34 стругах вышли в море. 15 ию-
ля они штурмом овладели Таманью и более двух месяцев дер-
жали в страхе весь Крым. В результате крымские татары так
и не смогли покинуть полуостров и участвовать в летней кам-
пании против русских войск и казаков Хмельницкого |3.
В 1656 г. казаки осадили крепости Очаков и Азов, тем са-
мым в значительной степени сковав действия противника14.
В том же тоду в черноморском походе участвовало 2 тыс. дон-
ских и запорожских казаков. У Гёзлева они громили близле-
жащие селения, отбили 200 украинцев п русских и захватили
в плен 600 турок и татар 15.
6 июня 1659 г. казаки на 30 стругах вышли к берегам Кры-
ма и разорили селения вблизи Темрюка, Тамани, Кафы, Ба-
лыклеи, освободили много русских и украинцев и взяли в плен
2 тыс. человек. Тогда же казаки были «и под городами Синоп
и Костянтинова острова и города Кондры и до Царя города за
судки»16. А 21 августа, выбрав особенно крепкие струги, так
как осенью дуют сильные ветры, казаки второй раз направи-
9 Мальцев, 1954, с. 273—274.
10 АМГ, т. 2, № 596, с. 374.
11 РИБ, т. 29 (кн. 4), с. 877—878.
12 АЮЗР, т. 14, с. 566.
13 РИБ, т. 34 (ки. 5), с. 45—47.
н Там же, с. 154; Смирнов В. Д., 1887, с. 568.
16 РИБ, т. 34 (кн. 5), с. 254—255.
13 Там же, с. 490, 509, 560, 561.
139
лись к крымским берегам — хану в «ево подъеме и походе
помешать» *7.
Весной 1660 г. в верховьях Дона начались сборы восьми-
тысячного отряда, который должен был 'разместиться на
500 стругах. В начале июля казаки вышли в море на 30 стру-
гах. Обстрелянные турецкой эскадрой, насчитывавшей в своем
составе 35 галер, казаки искусно сманеврировали и, не понеся
потерь, по р. Каланче ушли в Черкасск *8. В ответ на операции
казаков хан при содействии Турции в дополнение к азовским
укреплениям восстановил городок на Донце и две башни в устье
Каланчи, которые были разрушены казаками еще в 1642 г. 17 18 19.
Теперь для казаков единственный путь из Дона в море лежал
через Казачий ерик—мелководную протоку, которую азовский
гарнизон постоянно засыпал камнями и около которой устраи-
вал засады. Морским походам запорожцев препятствовали кре-
пости на Днепре: Очаков, Кызы-Кермен, Ислам-Кермен и др>
Весной 1660 г., чтобы освободить выход из Днепра в море,
атаман Иван Оирко с 5 тыс. запорожцев напал на Очаков и
сжег его пригороды, затем захватил город-крепость Ослам
(Арслан) 20, но пробиться к морю не смог.
Серьезным препятствием в борьбе казаков за свободный вы-
ход в Черное море стала бушевавшая на территории Украины
война, а особенно — ожесточенные схватки за власть различ-
ных старшинских групп, часто искавших поддержки то у Поль-
ши, то у Крыма и Турции. Следствием этой борьбы стали разо-
рительные походы татар, особенно на Правобережную Украи-
ну. Что касается южной «украины» Московского государства,
то начиная с 1648 г. в течение многих лет не было сколько-
нибудь значительных вторжений крымских татар в русские
пределы. Это явилось результатом усилившейся обороны юж-
ных границ Русского государства. Немалую роль в этом сыгра-
ли и морские походы казаков.
В августе 1661 г. после неудачного штурма Каланчинских
башен казаки, прокопав под огневым прикрытием Казачий
ерик, вышли в море. Пять турецких кораблей, имевших иа бор-
ту 500 янычар, были атакованы 20 стругами. Турки понесли
значительные потери, и их корабли вынуждены были укрыться
под стенами Азова. Казаки же вышли в Черное море и разори-
ли 10 селений между Кафой и Судаком. На обратном пути, под
Арбатком, семь стругов были разбиты бурей 21.
Царская грамота 1662 г. предписывала воеводам Ивану и
Якову Хитрово во взаимодействии с донскими и запорожскими
казаками выйти в море и «над бусурманы... промысл чинити»,
17 Там же, с. 561—562.
18 Там же, с. 683, 684, 734—735.
19 Там же, с. 765.
20 Эварницкий, 4892—1897, т. 2, с. 310.
21 Сухоруков, 1903, с. 230—231.
140
17 апреля, раскопав с помощью казаков вновь засыпанный тур-
ками Казачий ерик, русская флотилия в составе 26 парусно-
гребных судов опустошила окрестности Керчи, Трабзона и
Ичели. На обратном пути у Свиной протоки отряд был встре-
чен крымскими татарами, ио с помощью казаков, подоспевших
из Черкасска, крымцы были разбиты. Суда были оставлены
па р. Миус под охраной 306 казаков 22. Отсюда продолжались
операции против турок, в одной из которых казаки на трех
стругах захватили два турецких судна, убили 40 и взяли в
плен 60 турок. Однако весной следующего года казаки вы-
нуждены были .сжечь свои суда.
В 1663 и 1665 гг. запорожцам было отправлено значитель-
ное царское жалованье, состоявшее из денежной казны, пороха,
свинца, пушек, ядер, парусного полотна, якорей и стругов23.
Вероятно, именно на этих стругах запорожцы в 1663 г. бились
в Черном море с турецкими галерами три дня и две ночи; бой
сложился для них неудачно, и они вынуждены были отступить
и уничтожить свои суда24. В следующем году казаки потопили
несколько турецких судов, высланных из г. Тавань под Сечь,
и взяли в плен 60 турок25.
Весной 1666 г. 500 донских казаков во главе с атаманом
Родионом Осиповым (Калужениным), выйдя в море на 20 стру-
гах Казачьим ериком, громили крымские улусы26.
В августе того же года казаки получили из Москвы цар-
скую грамоту о мире с Азовом и крымцами, в которой содержа-
лось требование прекратить военные действия на море27.
Тринадцатилетняя русско-польская война за Украину исто-
щила силы обеих сторон, а нараставшая угроза со стороны
Турции требовала скорейшего заключения мира. Длительные
мирные переговоры между представителями России и Речи Пос-
политой завершились 30 января 1667 г. в деревне Андрусово,
близ Смоленска, подписанием перемирия на 13 с половиной
лет (до июня 1680 г.). За время перемирия следовало подго-
товить условия «вечного мира».
По Андрусовскому перемирию Польша возвращала России
Смоленскую и Северскую земли, Левобережную Украину и на
два года Киев. Правобережная Украина и Белоруссия отходили
к Речи Посполитой. Запорожье должно было находиться под
совместным управлением России и Польши и помогать им в
случае отказа крымского хана соблюдать условия перемирия.
В ходе многолетней войны между Россией и Речью Поспо-
литой за Украину и Белоруссию русскому правительству не
22 АИ, т. 4, с. 323.
23 АЮЗР, т. 5, с. 171; Сихбирский сборник, 1848, с. 67—70.
24 Эварницкий, 1892—1897, т. 2, с. 336.
25 Там же, с. 360; АЮЗР, т. 5, с. 237, 240.
29 ЦГАДА, ф. 111, 1666 г., д. 3, л. 5.
27 Там же, д. 6, л. 7.
141
удалось решить всех поставленных задач. Правобережная Ук-
раина и Белоруссия по-прежнему оставались в руках Польши.
Условия Андрусовского перемирия вызвали недовольство на
Украине, так как ‘мечта украинского народа о воссоединении
всех украинских земель осталась неосуществленной.
В целом же заключение Андрусовского перемирия в усло-
виях тяжелой внутренней и внешней обстановки для России
явилось большим внешнеполитическим успехом. Московскому
правительству удалось вернуть Смоленщину и другие русские
земли, отторгнутые Польшей в начале XVII в., и тем самым
укрепить безопасность Русского государства.
Значение Андрусовского перемирия состоит и в том, что
оно знаменовало крушение планов польской шляхты об агрес-
сии иа востоке. К тому же Польша брала обязательство не
заключать договоров с Турцией без участия России.
После окончания войны с Польшей узловым вопросом внеш-
ней политики Русского государства сделалась борьба с Ос-
манской империей.
Освободительная война украинского народа 1648—1654 гг.
привлекла внимание Турции, решившей, что настало время для
захвата Украины. В связи с этим Порта еще в 1651 г. предло-
жила Богдану Хмельницкому перейти в подданство султана.
Предложение было повторено в 1653 г. Когда же в 1654 г.
Украина воссоединилась с Россией, Порта пошла на обостре-
ние дипломатических отношений с Москвой, и на целых десять
лет (1650—1660) прекратился обмен представителями. Крым-
ский хан получил от султана разрешение нападать на украин-
ские и русские земли. Одновременно Турция склонялась к тому,
чтобы принять сделанное шведским королем Карлом X во
время 'русско-шведской войны 1656—1658 гг. предложение о
военном союзе против России. Однако Порта не могла немед-
ленно начать войну из-за напряженной внутренней обстановки,
сложившейся в годы царствования Мухаммеда IV вследствие
затянувшейся войны против Венеции. Поэтому Турция ограни-
чилась лишь тем, что установила со Швецией тесный контакт
и оказывала ей постоянную поддержку на протяжении всех
трех лет русско-шведской войны.
Прекращение вооруженной борьбы между Россией и Речью
Посполитой (в результате Апдрусовского перемирия) могло
создать реальную угрозу срыва захватнических планов Турции
в отношении Украины. Поэтому, не дожидаясь возможного
создания коалиции ряда держав (России, Польши, Австрии,
Венеции) для борьбы против Турции в Юго-Восточной Европе,
о чем хлопотала русская дипломатия, Порта решила овладеть
военной инициативой.
Турецкие правители настойчиво подготавливали почву для
вторжения своих войск на Украину. Вступив в переговоры с
гетманом Правобережной Украины Петром Дорошенко и скло-
142
пив его перейти в подданство Турции, они заявили свои пре-
тензии на всю Украину.
Решение Дорошенко вызвало недовольство народных
масс ло обе стороны Днепра, отражением чего стали действия
запорожских казаков, которые, хотя и выступали против кре-
постнической политики старшины и поддерживавшего ее цар-
ского правительства, в то же время неоднократно отвергали
и предложения Дорошенко о подчинении Украины Крыму и
Турции. Запорожские казаки продолжали наносить удары по
татарам и туркам.
Осенью 1667 г., воспользовавшись тем, что татарское войско
двинулось на помощь Дорошенко, воевавшему с Польшей, за-
порожцы появились у Перекопа. После взятия Перекопской
крепости, 'служившей ключом к полуострову, казаки двинулись
в глубь Крыма, где разгромили улус Ширин-бея, одного из
крупнейших крымских феодалов, взяли г. Арбаток и напали
на Кафу. Страх, охвативший татар, был так силен, что сам
хан бросил 'Крым на произвол судьбы: он бежал из Бахчиса-
рая к морю, сел на судно и переправился на азиатский берег
Турции28.
Летом 1670 г. запорожские казаки во главе с кошевым ата-
маном Иваном Сирко осаждали Очаков, «чтобы Днепр очистить
для проезда на морской путь», и просили воеводу и белгород-
ского наместника князя Григория Ромодановского прислать
пушки, гранаты и военного инженера29.
Не прекращали морских боевых действий и донские казаки.
В 1669 г. они предприняли поход за «языками». В бою с азов-
ским гарнизоном казаки захватили пять знамен и много пу-
шек 30.
Россия тоже не собиралась отказываться от своих прав на
Украину, но сначала русское правительство попыталось пред-
отвратить нависшую угрозу войны дипломатическими средст-
вами. 12 мая 1672 г. в Стамбул отправились толмач Василий
Даудов и подьячий Никифор Венюков. Они везли султану гра-
моту с предложением присоединиться к миру, заключенному
между Россией, Польшей и Крымским ханством. Грамота пре-
дупреждала, что в случае нападения турок на Польшу «повеле-
ние пошлем донским атаманам и казакам, чтобы они на Дону
и Черном море всякий военный промысел имели»31.
Выступление Турции против Польши в 1672 г. означало, что
султан Мухаммед IV и его министры решили пренебречь сове-
тами и угрозами, которые содержались в царской грамоте.
300-тысячная армия турок вторглась в Подолию, захватила
важную крепость Каменец-Подольск и принудила польского
28 Голобуцкий, 1957, с. 315.
29 АЮЗР, т. 9, с. 243.
80 ЦГАДА, ф. 111, 1669 г., д. 9, л. 8-9.
31 Сухоруков, 1903, с. 290.
143
короля к значительным уступкам. По Бучачскому миру от
22 октября 1672 г. Польша уступала Турции и ее ставленнику
Петру Дорошенко большую часть Правобережной Украины и
Подолию с Каменец-Подольском. Добившись успеха в борьбе
с Польшей, турецкое правительство высокомерно потребовало,
чтобы Россия отказалась от Украины и предоставила ему сво-
боду действий иа Кавказе. Прямое столкновение России с Тур-
цией делалось неизбежным.
Если турецкая армия становилась подвижной благодаря
татарской коннице, то для русского войска такой подвижной
силой были казаки. В стратегические планы включались и
уже испытанные формы боевых действий — морские походы
донских и запорожских казаков против Крыма.
Чтобы обеспечить свободу выхода в море и создать перевес
в силах в низовьях Дона, русским войскам совместно с дон-
скими казаками предписывалось взять Каланчинские башни и
на их месте соорудить крепость с артиллерией; после этого они
должны были через азовского пашу довести до сведения султа-
на и крымского хана требование России о прекращении войны
против Польши и о возвращении ей Каменец-Подольска и дру-
гих городов, угрожая в противном случае вступить всеми вой-
сками сухим путем и морем в пределы Крыма и турецких вла-
дений.
5 ноября 1672 г. на Дон пришла царская грамота, вызывав-
шая в Москву донских атаманов Михайлу Самаренина, Фрола
Минаева, Родиона Осипова «или которого одного человека, а
с ним двух человек казаков таких же знающих... о походе на
крымские улусы, также и на Черное море каким обычаем
и тти» 32.
Планы будущей кампании согласовывались и с запорожца-
ми. Последние предлагали объединиться с донцами для мор-
ского похода на о-ве Коноре, где с общего согласия и решать
вопрос о дальнейших действиях. В случае предпочтения сухо-
путных операций, по мнению запорожцев, было бы удобнее,
разделившись на три отряда (два сухопутных и один морской),
ворваться в Крым33. Командование всеми силами казаки хо-
тели поручить находившемуся тогда в ссылке в Тобольске Ива-
ну Сирко. Посланцы Сечи просили русское правительство осво-
бодить Сирко и оказать казакам помощь судами34 * *.
Уже в июле 1672 г. донские казаки разрушили одну из Ка-
ланчинских башен, и только наводнение не позволило уничто-
32 Там же, с. 291.
33 Там же; АЮЗР, т. 11, с. 15. Смирнов Н. А. (1946, т. 2, с. 128) указы-
вает иа возможное объединение флотилии на о-ве Теидра.
3* Сухоруков, 1903, с. 291—292. Иван Снрко возглавил оппозицию стар-
шины, выступавшей против выдвижения кандидатуры И. Самойловича иа пост
гетмана. Между тем московское правительство оказывало поддержку этой
кандидатуре. В связи с этим в 1672 г. Сирко был отправлен в ссылку в То-
больск, но вскоре возвращен.
144
жить другую. Немного позже казаки на 34 стругах навели
панику на турецкое население. По сообщению В. Дау-
дова, «турским людям учинилось ведомо, что казаков на море
с 700 стругов и для того охочии люди никто не нанимались
(на флот. — Ю. Г.)»35.
13 июня 1673 г. на Дон прибыли русские войска на 338 реч-
ных и 30 морских стругах во главе с думным дворянином Ива-
ном Хитрово, «чтобы прежняя его царского величества земля,
на которой поставлены Каланчинокие башни, была очищена»,
однако успеха в этом не добились. Великий визирь Фазыл Ах-
мед-лаша, умный и хитрый политик, знал цену развертывав-
шейся борьбе за выход в море и принял необходимые меры для
усиления гарнизонов крепостей 36.
Казаки во главе с атаманом Михайлой Самарениным, рас-
копав засыпанный азовцам!и Казачий ерик, вышли в Азовское
море на И стругах, намереваясь по возвращении из поиска по-
ставить в устье Миуса крепость и остаться в ней на зиму, что-
бы впоследствии совершать оттуда морские походы на Крым-
ское побережье и не пропускать в Азов суда с войсками и про-
виантом, посылаемые из Стамбула.
Дождавшись ухода 18 турецких галер в Черное море и про-
изведя разведку на Азо<вском побережье, казаки вернулись в
дельту Миуса и на речке Некленовке, впадающей в Миус,
заложили с помощью присланных Москвой 300 стрельцов ук-
репление37 38. Зимовать там остались 150 казаков с двумя пушка-
ми. Весной 1674 г. Некленовское укрепление было затоплено
вешней водой, а затем до основания срыто туркамизв.
Неудачными оказались еще две попытки сооружения кре-
постей: в 1674 г. — в устье Миуса и в 1675 г. — на Казачьем
ерике. Одна из главных причин этих неудач заключалась в от-
рицательном отношении к их строительству самих казаков, опа-
савшихся усиления позиций царской администрации на землях
Войска Донского и ограничения казацких вольностей.
Но казаки не прекращали действий на море. Весной 1674 г.,
покинув затопленное вешней водой Некленовское укрепление,
они захватили турецкий корабль и вернулись в Черкасск. Тог-
да же Родион Осипов (Калуженин) с 250 казаками по Дону,
а Фрол Минаев с таким же числом казаков по суше подошли
к Азову. Встретив отпор азовского гарнизона и прибывшего к
нему на 33 судах подкрепления, они отступили, потеряв 15 че-
ловек убитыми 39.
В 1674 г. русская парусно-гребная флотилия в составе 25 су-
а5 Там же, с. 290.
ав Смирнов Н. А., 1946, т. 2, с. 129.
а7 Сухоруков, 1903, с. 295—296.
38 Там же, с. 300.
39 Там же.
Ю Зак. 535
145
дов вышла в море под командованием полковника Г. И. Коса-
гова. На этих же судах находились донские казаки во главе
с атаманом Родионом Калужениным. Однако около мыса Ка-
занрог (Таганрог) они встретили эскадру турецких галер, и
Г. Й. Косагов приказал вернуться в Черкасок40.
В 1675 г. казаки постоянно тревожили Азов и его окрест-
ности. Однажды 500 казаков во главе с Беркулатом напали на
20 турецких судов, стоявших в устье Дона, людей побили, а
суда привели в Черкасск. В другой раз казаки приступали к
Каланчинским башням, громили окрестности Азова41.
Заботясь об укреплении своих позиций на Украине, цар-
ское правительство поддерживало морские силы запорожцев.
Так, кошевому атаману Лукьяну Андреевичу сообщалось: «Да
мая в восьмой день к нам же, великому государю, писал гет-
ман, что челны морские сделаны и одни уже привезены рекою
Семью под Батурин, а иные доделывают. И как доделают, ве-
лят спустить в Запороги со всеми довольствы»42.
Суда эти были задержаны до тех пор, пока запорожцы не
прислали в Москву самозванца, выдававшего себя за умершего
в 1670 г. сына царя Алексея Михайловича Симеона, и его то-
варища Ивана Миюску, которым казаки некоторое время ока-
зывали покровительство. Выдавая самозванца, запорожцы, со-
провождавшие его в Москву, «били челом о царского величе-
ства жалованья и о ломовых пушках, и о гранатах, и о ядрах,
и о мастерах, которые б умели стрелять... и о чайках, и о вся-
ких воинских и хлебных запасах»43.
Чтобы обеспечить себе тыл и участие в войне Крымского
ханства, Турция в 1675 г. увеличила численность гарнизонов
крепостей в устье Дона до 9 тыс. человек, и галеры с яныча-
рами все время продолжали прибывать. В такой обстановке
каждый поход в море для казаков был сопряжен с большими
трудностями и кровопролитными боями. Поэтому предприни-
мались совместные сухопутные действия донских и запорожских
казаков против крепостей, запиравших устья Дона и Днепра,
захватывались турецкие суда, снабжавшие их гарнизоны44.
Так, только в сентябре 1676 г. казаки действовали на Азовском
море на 99 легких стругах45.
Существенные изменения произошли к 1676 г. и в положе-
нии на Украине. Украинский народ не признал Бучачского
договора. Жители Правобережья отказались впустить в свои
города турецкие гарнизоны. Возобновила борьбу с турецко-та-
тарскими войсками и Польша.
40 Загоровский, 1961, с. 234.
41 Сухоруков, 1903, с. 306.
42 АЮЗР, т. 11, с. 260.
4а Там же, с. 324, 343; СГГД, ч. 4, с. 312.
44 Сухоруков, 1903, с. 306; Эварницкий, 1892—1897, т. 2, с. 493.
45 ЦГАДА, ф. 111, 1676 г., д. 9, л. 29.
146
В 'сложившихся условиях Андрусовское перемирие примени-
тельно к Правобережной Украине фактически потеряло силу
(уже по Бучачокому договору). В 1674 г. старшина сместила
Петра Дорошенко и выбрала гетмана Левобережной Украины
Ивана Самойловича гетманом всей Украины. Дорошенко с
12-тысячным отрядом занял крепость Чигирин, ожидая под-
хода турецкой армии, но весной 1676 г. русско-украинское
войско под командованием Г. Г. Ромодановского и Самойло-
вича двинулось за Днепр и осадило Чигирин. Население Пра-
вобережья видело в нем освободителей от турок и их 'Ставлен-
ников и оказывало ему всяческую поддержку. В результате
в том же году Дорошенко со всеми своими силами капитули-
ровал перед русскими и казацкими полками. Оставив в Чиги-
рине 12-тысячный гарнизон, русско-украинское войско ушло
на левый берег Днепра.
Тем временем польская армия потерпела от турок пораже-
ние на Днестре у села Журавиа. 17 октября 1676 г. был
заключен крайне невыгодный для Речи Посполитой Журавнин-
ский мирный договор, по которому она уступала «на вечные
времена» Турции Подолию с Каменец-Подольском и большую
часть Правобережной Украины, а также обязывалась помогать
туркам в войнах против их врагов.
Россия отказалась считаться с этим договором в отноше-
нии Украины. Тем самым вопрос о русско-турецкой войне был
предрешен.
Война была начата Турцией, пытавшейся подчинить себе
всю Украину и превратить ее в вассальное княжество. Основ-
ные боевые действия между русской и турецкой армиями раз-
вернулись в степях Украины. На казачество полностью возла-
гались морские диверсии против Крыма и Турции. Дважды,
в 1677 и 1678 гг., огромная турецкая армия вторгалась в пре-
делы Правобережной Украины, причем во время второго похо-
да после длительной осады она захватила Чигирин. Однако ее
потери под Чигирином и в последующих сражениях с русски-
ми войсками оказались столь значительными, что турки вы-
нуждены были покинуть пределы Украины и уйти за Дунай.
В 1679—1680 гг. на Украине отмечались лишь небольшие столк-
новения.
На море же события развивались следующим образом. Еще
до начала военных действий на Дон были отправлены русские
войска46. Их основной задачей было воспрепятствовать сов-
местно с донскими казаками вторжению иа окраины Русского
государства турецкого гарнизона Азова, а также крымских и
ногайских татар и тем самым обезопасить тыл действовавших
против турок на Украине войск.
Весной 1677 г. шесть стругов с казаками и пушками стали 48
48 Смирнов Н. А., 1946, т. 2, с. 127—133.
10*
147
на Казачьем ерике против Каланчинских башен. Тем временем
700 казаков с атаманом Родионом Осиповым (Калужениным)
вышли в море. Потеряв при штурме Темрюка атамана, есаула
и еще 20 человек убитыми, казаки выжгли (предместья и со
150 пленными вернулись в Черкасск. Двумя неделями позже
Войско Донское действовало под Азовом. Со стороны Калан-
чинских башен казаков прикрывал Иван Волынский на шести
стругах с пушками, стоявших на Казачьем ерике47 *.
Подготавливая новый поход на Украину, турки в 1679 г.
приступили к сооружению на Днепре двух новых крепостей —
Ислам-Кермен (недалеко от Сечи, на о-ве Тавань) и Муберек-
Кермен. Это были каменные городки с башнями, оснащенные
соответственно 50 и 24 пушками48. Как полагала Порта, эти
крепости вместе с другими должны были не только закрыть
доступ казакам к морю, но и стать опорными пунктами для
дальнейшего захвата Украины. Казачий ерик и река Миус про-
должали тогда служить выходом в море, преимущественно для
небольших казацких отрядов на малых судах49.
Допуская возможность нового вторжения турок и татарских
набегав, русское правительство постаралось укрепить свои юж-
ные рубежи. К концу 1679 г. в основном была построена новая,
третья в XVII в. засечная черта — Изюмская, протянувшаяся
примерно на 400 км и прикрывавшая собой Слободскую Ук-
раину 50 51.
В то же время русское правительство предприняло ряд ди-
пломатических шагов. В 1679 г. оно обратилось к Польше и
Австрии с предложением организовать совместную оборону
Юго-Восточной Европы, так как угроза постоянных турецких
нападений распространялась на весь этот регион. Однако обе
державы отклонили план создания антитурецкой коалиции.
Русское правительство вынуждено было тогда в 1680 г. на-
чать мирные переговоры с Турцией и Крымом. Они закончились
заключением мирного договора в Бахчисарае в январе 1681 г.
(утвержден султаном в марте следующего года).
Основные его положения сводились к следующему: 1) за-
ключается перемирие на 20 лет; 2) граница проходит по Днеп-
ру, причем Киев, Васильков, Триполье и прилегающие местечки
остаются за Русским государством; 3) земли между Днепром
и Бугом не должны заселяться; 4) татары получают право ко-
чевки по обеим 'сторонам Днепра. В свою очередь, казаки и
русские люди получили право ловить рыбу в Днепре и его
притоках, а также добывать соль в лиманах, охотиться, сво-
бодно плавать по Днепру до Черного моря BI.
47 Сухоруков, 1903, с. 309.
« ЦГАДА, ф. 210, д. 963, л. 13.
4» ЦГАДА, ф. 111, 1679 г., д. 12, л. 2-3.
w Багалей, 1887, с. 485—491.
51 Смирнов Н. А., 1954, с. 369—370.
148
Бахчисарайский мирный договор означал крушение захват-
нических планов турок в отношении России и части Украины.
Но обе стороны были недовольны многими статьями договора.
Все это свидетельствовало о непрочности мира, и не удиви-
тельно, что договор постоянно нарушался. На Левобережье и
на Дону татары совместно с турецким гарнизоном Азова ра-
зоряли казачьи городки, грабили купеческие суда52. Казаки
в отместку за это ходили на море и даже бывали у берегов
Турции53.
Пожалуй, наиболее крупными были походы 1685 г. В мае
тысяча донских казаков вышла в море. У Азова они захватили
два турецких судна «с харчем и с товары», а на берегу раз-
били конный отряд в 500 человек и отправились к Темрюку,
где сожгли несколько татарских сел и захватили много скота.
На обратном пути они вели бой с преградившими им путь си-
лами азовского гарнизона, «переволокли суда через Казачий
ерик, пришли на Дон накануне Петрова дня» 54.
В мае того же года другой отряд казаков на 56 стругах
вышел в Азовское море, где в бою захватил пять турецких
кораблей. Готовясь к новым походам, казаки затопили свои
суда в устье Миуса55. «За неделю до Семена дня» вышли в
море еще 1500 донских казаков на 35 стругах, но их в самом
начале похода постигла неудача. На Казачьем ерике, на пере-
волоке, против них выступил весь азовский гарнизон вместе с
прибывшими из Крыма подкреплениями. В упорном бою каза-
ки потеряли убитыми 50 человек и вынуждены были вернуться
в Черкасск56.
Все описанные походы 80-х годов совершались вопреки цар-
ской воле. Правительство предписывало казакам «для отвраще-
ния неприятельской войны» походов «на Азовское море в судах
и конницею на неприятельские улусы и деревни не только не чи-
нить», но и не мыслить о них, «потому что у нас, великих госу-
дарей, с турским султаном и с крымским ханом учинен мир»57.
Инициаторами таких походов, как и прежде, выступали ка-
зачьи низы, не слушавшие старшину, требовавшую, «чтобы пе-
ремирье с турским салтаном и с крымским ханом не разруша-
ли». Войсковой атаман Фрол Минаев доносил, что донские ка-
заки не слушали его и что на Дону «много голыдьбы и наброду
и присланное к ним (донским казакам.— Ю. Т.) жалованье
многим недостается и для того унять их невозможно»58.
В 1683 г. Австрия, Венеция и Польша заключили антиту-
52 Смирнов Н. А., 1946, т. 2, с. 167; Сухоруков, 1903, с. 324.
53 ЦГАДА, ф. 111, 1682 г., д. 6, л. 29; ф. 123, 1683 г., д. 73, л. 588.
54 Сухоруков, 1903, с. 324—325.
55 ДАИ, т. 12, с. 120, 291, 292.
53 Сухоруков, 1903, с. 325—326.
57 АИВД, т. 1, с. 140—142.
4 Сухоруков, 1903, с. 927.
149
редкий оборонительно-наступательный союз и открыли боевые
действия против Османской империи. Вопрос о присоединении
России к коалиции решил выгодный для нее «вечный мир»
(1686 г.) с Польшей, по которому Речь Посполитая признала
границу, установленную Андрусовским перемирием, окончатель-
но отказалась от своих притязаний на Киев и от вмешательст-
ва в дела Запорожья. Россия же, в свою очередь, обязалась
выступить против Крыма в составе антитурецкой коалиции.
Заключив договор с Польшей, Россия начала подготовку
к походу на Крым. В начале сентября 1686 г. было объявлено,
чтобы ратные люди готовились к выступлению и ждали указа
направляться на сборные пункты. Тогда же на Дон была от-
правлена грамота, предписывавшая казакам, чтобы они, «со-
брався всем войском... шли войною и воинский промысл над
ними (турецким султаном и крымским ханом. — Ю. Т.) морем
и сухим путем чинили и побивали и корысть себе и волный
проход на море по-прежнему получали»59. Аналогичная грамо-
та была направлена запорожцам60.
Для свободного прохода Мертвым Донцом в море донские
казаки попытались овладеть вновь отстроенной крепостью Лю-
тик. Подобные действия предприняли и запорожцы совместно
с донцами против Кызы-Кермепа, по, понеся большие потери,
вынуждены были отступить61. Одновременно 800 казаков во
главе с атаманом Фомой Голодным вышли в Азовское море.
Под Темрюком казаки захватили в плен много татар и боль-
шую добычу. При возвращении в устье Дона путь им прегра-
дил азовский гарнизон. Бой продолжался целый день, но про-
рваться на Дон казакам не удалось. Поэтому они отправились
морем к устью Миуса, где и оставили свои суда под охраной
300 человек. Остальные вернулись в Черкасск за помощью.
Некоторое время спустя 600 донцов во главе с атаманом Ива-
ном Беляем на судах направились по Миусу под стены Азова,
разгромили его окрестности и беспрепятственно вернулись в
Черкасск62. Тогда же 500 казаков на 30 стругах вели «воинский
промысел» у берегов Турции63.
В мае 1687 г. русско-украинское войско под командованием
князя В. В. Голицына (около 100 тыс. человек) двинулось с
Украины. Оно наносило главный удар по Крымскому ханству.
С двух сторон должны были действовать донские и запорож-
ские казаки. Ратные люди воеводы Григория Косагова были
посланы на судах к Кызы-Кермену. Одновременно отряд дон-
ских казаков с атаманом Фролом Минаевым направлялся во
59 Там же.
•° Эварницкий, 1892—1897, т. 2, с. 609; т. 3, с. 8.
61 Сухоруков, 1903, с. 328; Эварницкий, 1892—1897, т. 3, с. 11.
62 Сухоруков, 1903, с. 328—329.
63 ЦГАДА, ф. 111, 1686 г., д. 16, л. 5, 8; д. 19, л. 40; Загоровский, 1961,
с. 347.
150
фланг крымских татар, а 800 «добрых молодцев», (возглавляв-
шихся атаманом Петром Калмыком, вышли в море64.
Внезапно появившись под Темрюком, казаки пожгли посады
и близлежащие селения, освободили русских пленных, уничто-
жили много татар и с большой добычей отправились обратно
на Дон. Весть о набеге казаков быстро облетела Крым. Хан
отправил для усиления гарнизона Азова, намеревавшегося пе-
рехватить казаков при возвращении иа Дон, значительный от-
ряд. Ночью, как только казаки оказались на переволоке Ка-
зачьего ерика, на них со всех сторон обрушился превосходя-
щий в силах противник. В ожесточенном бою турки и татары
«отбили 40 суден больших, а которые были суда на переди
[казаки] перетащили, и те за великим боем от них отошли, а
иных [казаков] от судов отбили, пришли наги и босы, а иные
приходили разбиты, раненые и теперево страждут, а досталь-
ных добрали живьем, терпят неволю»65. Походный атаман был
ранен, взят в плен и казнен в Азове. В неравном бою казаки
потеряли 400 человек66
Не имели успеха и главные силы русских войск. После того
как они в середине июня перешли р. Конские Воды, крымские
татары подожгли степь. Русское войско лишилось подножного
корма для коней. 17 июня было принято решение о возвра-
щении.
В 1688 г. шла подготовка к новому походу на юг. У впаде-
ния р. Самары в Днепр была сооружена крепость Новобогоро-
дицкая, а в следующем году недалеко от нее — Новосергиев-
ская; эти крепости стали опорными пунктами русских войск во
время следующего похода. Строительство укреплений вблизи
Сечи вызвало недовольство запорожцев, усматривавших в этом
посягательство на их вольности со стороны царского правитель-
ства. Но опасность со стороны Турции и Крымского ханства
побуждала Сечь готовиться к новым походам против «бу-
сурман».
Пока изготовлялись струги и чайки, казаки неоднократно
выступали против Азова, Очакова, Кызы-Кермена и Ислам-
Кермена67. Так, в 1688 г. они сожгли посад Очакова, но самой
крепости взять не смогли. В апреле 1689 г. 700 казаков Войска
Донского во главе с Иваном Семеновым направились для уси-
ления гарнизона в крепость Новобогородицкую.
Второй Крымский поход (1689 г.) происходил в неблагопри
ятной для России международной обстановке. Русскому прави-
тельству стало известно, что Речь Посполитая не намерена про-
должать военные действия и что в Вене (ведутся мирные перего-
воры с Турцией. Позиция Польши и Австрии дала возможность
64 Сухоруков, 1903, с. 329—330.
65 Там же, с. 330.
69 Там же, с. 331.
97 Эвариицкий, 1892—1897, т. 3, с. 68—69.
151
крымскому хану собрать все силы кочевавших за Перекопом
орд общей численностью до 150 тыс. всадников. Численность
русских войск совместно с казаками гетмана Мазепы во втором
Крымском походе достигала также 150 тыс. человек при 350—
400 легких орудиях.
Русское 1войско, взяв припасы в Новобогородицкой крепо-
сти, в конце апреля 1689 г. двинулось по степи к Перекопу.
После боев с крымскими отрядами оно 20 мая подошло к
крепости Перекоп, но из-за недостатка сил не стало ее осаж-
дать и 21 мая начало отход.
Отряд из тысячи донских казаков на 45 стругах во
главе с атаманом Зотом Камышниковым направился к Азову.
Узнав об отступлении русской армии от Перекопа, он пошел
к Темрюку, спалил близлежащие татарские и турецкие селе-
ния и с богатой добычей и многочисленными пленными благо-
получно вернулся в Черкасск68.
В августе 690 казаков атамана Тимофея Долгого, тайно прой-
дя Казачьим ериком, вышли в море и напали на селения в
устье Кубани. Разорив их и уничтожив сопротивлявшихся,
казаки с богатыми трофеями вновь появились в Азовском
море, где повстречали два судна со 150 янычарами, шедшие из
Азова в Стамбул. Казаки в абордажном бою овладели судами.
80 янычар было убито, а остальные попали в плен и были до-
ставлены в Черкасок69.
Таким образом, поход русских войск на Крым в 1689 г. в
целом окончился неудачно, но успешные действия казаков спо-
собствовали сносным условиям перемирия70.
Ссора с калмыцким тайшей Аюкой и богатый ясырь, кото-
рый мог быть реализован казаками лишь на невольничьих
рынках, побудили Войско Донское в декабре 1689 г. прекратить
военные действия и заключить соглашение с Азовом. Казаки
обязались не нападать на татарские селения и турецкие суда,
а азовцы, в свою очередь, не должны были нападать на ка-
зачьи городки.
Когда же казаки узнали о готовящемся против них походе
объединенных сил крымских татар, ногайцев, калмыков, чер-
кесов и азовцев, военные действия возобновились. Объектом на-
падения казаков в 1690 г. стали турецкие крепости на Днепре
и татарские селения в Крыму. В ходе военных действий запо-
рожцы в низовьях Днепра захватили ханскую казну, ясырь и
два морских судна 7I.
Весной 1691 г. гетман Мазепа от имени царей Ивана и Пет-
ра предписал кошевому атаману Запорожской Сечи Ивану Гу-
саку «чинить промысел против врагов святого креста», для че-
“ Сухоруков, 1903, с. 333.
69 Там же, с. 334.
70 Белов, 1949, с. 154—183.
71 Эварницкий, 1892—1897, т. 3, с. 102, ПО. .
152
го запорожцам были .переданы находившиеся .в Новобогородиц-
кой крепости челны; для ремонта челнов им было отправлено
Мазепой «четыре воза гнутого железа и десять бочек смолы»72.
В ожидании третьего похода русских на Крым прошел весь
1691 год. В этом году в разное время донские старшины по-
сылали в море по 800 казаков73.
Через год 1200 донских казаков на 77 лодках во главе с
атаманом Ф. Головой «городы Темрюк и Кызылташ боем били»
и освободили из неволи свыше 200 русских. В сентябре другой
отряд казаков вышел в море на 15 стругах, и «суды их бусур-
манские, которые к Азову шли, боем били... и около Азова
всякое утеснение им чинили и на отъезжие их азовские карау-
лы боем ж и до смерти многих побили и живьем взяли их бу-
сурманов душ с десять»74. В том же году запорожцы вновь при-
ступали к Очакову, но самой крепости взять не смогли.
В мае 1694 г. тысяча донских казаков на 65 стругах, пред-
водительствуемые атаманом Борисом Даниловым, ходили под
Темрюк и Кызылташ. Население побережья, извещенное о по-
ходе, ушло в степь. Казаки разорили и пожгли селения. На
обратном пути у Азова «салтана его ратные люди больше
30 судов в каторгах и кораблях и в иных мелких судах... засту-
пили проходы». Завязался бой, в котором казаки отбили
корабль и тумбас, но и сами потеряли более 20 человек уби-
тыми. После этого они ушли в устье Миуса, где вынуждены
были затопить свои суда, 'чтобы сухим путем пройти на Дон.
Позже турки из Азова отыскали казацкие суда и сожгли их.
Через некоторое время Войско Донское направило в море
300 казаков на 17 стругах во главе с атаманом Зотом Андре-
евым. У Тонких Вод они соединились с запорожцами и пошли
Гнилым морем на Чонгарский городок, овладев которым взяли
семь пушек и знамя. С тремя пушками и знаменем донцы
возвратились в Черкасск, а запорожцы остались для дальней-
ших поисков в море75.
Походами на Крым в 1687 и 1689 гг. и боевыми действиями
казаков проблема выхода в Черное и Азовское моря и сво-
боды мореплавания решена не была. Однако морские походы
казачества подготовили условия для возникновения нового эта-
па в истории русского мореплавания на южных морях.
Готовясь к первому Азовскому походу, Петр I усилил на-
жим на устье Днепра, чтобы турки не могли перебросить отсю-
да войска в Азов. С этой целью в низовья Днепра двинулась
120-тысячная армия под командованием боярина Б. П. Шере-
метева. Одновременно и «войску низовому запорожскому» бы-
72 Там же, с. 121—122.
73 Сухоруков, 1903, с. 342.
74 Там же, с. 343.
75 Там же, с. 346.
153
ло приказано .«отворить ворота Днепром в Очаковский лиман
и в то же Эвкси'нское море»76.
Запорожские казаки во главе с атаманом Михаилом Самой-
ленко пошли по Днепру на чайках. На их пути стояли турец-
кие крепости Кызы-Кермен, Мустрит-Кермен (Тавань), Аслан-
Кермен и .Муберек-Кермен (Шагин-Кермен). Кызы-Кермен был
взят русскими войсками и украинскими казаками штурмом
31 июля. Вслед за этим, блокированная со всех сторон чайка-
ми, сдалась запорожцам крепость Тавань. Этим решилась и
участь двух других крепостей, гарнизоны которых бежали, не
дожидаясь осады77. Выход в Днепровский лиман был открыт,
и кошевой атаман Иван Гусак вышел Днепром к Очакову. На
то, чтобы овладеть хорошо укрепленной крепостью силами од-
них запорожцев, можно было рассчитывать только при внезап-
ности нападения, но этого достигнуть не удалось. Казаки на-
вели страх на соседние города, захватили много скота и с на-
ступлением холодов вернулись в Сечь78 79.
Двинувшиеся к Азову русские войска и донские казаки
(всего около 35 тыс. человек со 170 орудиями) в конце июня —
начале июля обложили крепость с суши. Однако предпринятые
5 августа и 25 сентября штурмы не имели успеха, главным
образом вследствие беспрепятственного снабжения азовского
гарнизона с моря. В эту кампанию .Петр I взял лишь две Ка-
ланчинские башни, преграждавшие подход по Дону к Азову,
а казаки захватили в море турецкую галеру.
После неудачи первого Азовского похода, связанного преж-
де всего с отсутствием флота в Азовском море, Петр I начал
создавать регулярный флот.
Осенью 1695 г. Петр I приступил к подготовке нового по-
хода на Азов. 30 ноября, по 'возвращении в Москву, он писал
архангельскому губернатору Апраксину, что на «консилии гос-
под генералов указано к будущей войне делать галеи, для чего
удобно быть шхип-тимерманам всем от вас сюды, понеже они
сие зимнее время туне будут препровождать, а здесь в то вре-
мя могут тем временем великую пользу к войне учинить, а
кормы и за труды заплата будет довольная и ко времени от-
шествия кораблей возвращены будут»7Э.
Село Преображенское на Яузе превратилось в верфь. Здесь
к концу февраля 1696 г. были изготовлены части для 22 галер
и 4 брандеров с модели привезенной в 1695 г. голландской га-
леры. Строителями судов были солдаты Преображенского п
Семеновского полков, переяславские судовые мастера, плотни-
ки с Волги.
76 Величко. Летопись, т. 3, с. 272.
77 Богословский М. М., 1940, т. 1, с. 249; Эварницкий, 1892—4897, т. 3,
с. 223.
79 Эварницкий, 1892—1897, т. 3, с. 225—226.
79 Елагин, 1864, с. 21.
154
Главным центром строительства был Воронеж, где строи-
лись два 36-пушечных корабля, а также собирались и спуска-
лись на воду галеры и брандеры, части которых были изготов-
лены в Преображенском. В Козлове, Добром и Сокольске соо-
ружались транспортные речные суда. К началу навигации
1696 г. было построено 23 галеры, 4 брандера, 1300 стругов,
300 морских лодок, 100 плотов, закончилось сооружение 36-пу-
шечного корабля «Апостол Петр».
Одновременно гетман Мазепа высказал готовность соору-
дить суда, которые, «плавая по морю, не будут допускать турок
под Азов», а также, заняв низовье Днепра, будут защищать
Украину. Местом для строительства судов он избрал Брянск80.
Изготовленные в Брянске 42 больших струга были посланы в
Тавань и Кызы-Кермен с хлебными запасами для гарнизонов
этих крепостей. Одновременно в устье Днепра был направлен
думный дворянин и воевода С. П. Неплюев с 2500 солдатами
на стругах, сооруженных на Украине, «для воинского промыс-
ла над Крымом и для обороны завоеванных у турок город-
ков» 81.
История второго Азовского похода Петра I и взятие Авова
изучены хорошо. Поэтому мы коснемся лишь той помощи, ко-
торую оказала регулярным войскам и флоту казацкая фло-
тилия.
Русская армия (свыше 90 тыс. человек) в конце апреля дви-
нулась на судах по рекам Воронежу и Дону, а также су-
хопутьем. 3 мая отплыла галерная флотилия во главе с
царем.
Еще до прибытия флотилии войсковой атаман Фрол Мина-
ев отправил станичного атамана Леонтия Поздеева с 250 ка-
заками на легких судах в Азовское море для разведывания
турецкого флота. 17 мая Поздеев вернулся в Черкасск и изве-
стил царя, что напал на два турецких корабля. Казаки броса-
ли на корабли ручные гранаты, стреляли из ружей и пытались
прорубить их топорами. Взобраться же на них «по высоте бор-
тов не было возможности». Отбитые пушечными выстрелами
и камнями, казаки отступили82.
18 мая на военном совете было решено выйти Каланчой в
море галерному флоту и казацким стругам, атаковать турец-
кие суда и блокировать Азов с моря, но галеры из-за малой
воды не прошли. Выйдя в морс, казаки увидели на рейде 13 не-
приятельских тумбасов п 11 ушкалоз, в которых доставляли
припасы с внешнего рейда в крепость, а также 13 кораблей,
предназначенных для их конвоирования.
20 мая, вечером, как только 14 турецких судов двинулись к
Азову, быстроходные струги казаков внезапно напали на них
60 Эварницкий, 1892—1897, т. 3, с. 250.
81 Смирнов Н. А., 1954, с. 372.
62 Елагин, 1864, с. 41.
155
План осады и взятия Азова в 1696 г.
1« Город Азов. 2. Река Дон. 3. Часть реки Дона, которая течет мимо замка Лютика.
4. Меньшой Донец. 5, 6. Обе каланчн. 7. Военный корабль его величества с прочими су-
дами. 8. Корабль генерала адмирала Лефорта. 9. Лагерь боярина н воеводы Алексея Се-
меновича Шеина (инфантерия, кавалерия). 10. Лагерь генерала Гордона. 11. Лагерь гене-
рала майора Рихмана. 12. Черкасский гетман с 10 000 пешнх и 6000 конных казаков.
13. Лагерь донских казаков, состоящий из 4000 пехоты. 14. Российские гренадеры и бом-
бардиры. {5. Артиллерия. 16. Амуниция. 17. Калмыки. 18. Мост на судах. 19. Наружное
укрепление каланчей, в котором 3000 человек Российского войска в прошедшем году
город в блокаде держали.
из-за Каноярского острова, захватили и, перегрузив провиант,
сожгли их на глазах турецкой эскадры. Турки, не располагая
точными сведениями о численности казаков, поспешили под-
нять паруса и обратились в бегство. Воодушевленные успехом,
казаки преследовали турок, атаковали два корабля, один из
которых потопили, а другой сожгли. Захваченная казаками до-
быча состояла из 300 бомб большого калибра, 86 бочек поро-
ху, 5 тыс. гранат, большого количества свинца, огнестрельного
и холодного оружия. Много турок было перебито, 27 взято в
плен83.
27 мая 1696 г. петровская флотилия блокировала крепость
со стороны Азовского моря. 14 июня против устья Дона появи-
® Богословский М. М., 1940, т. 1, с. 314—315; Никульченков, 1933, с. 67.
156
Взятие Азова 18 июля 1696 г. Корабль «Апостол Петр» и галеры Азовского флота
(с картины А. Шхонебека)
лась турецкая эскадра в составе 23 кораблей, но при встрече с
русской флотилией ушла в море.
Более месяца продолжалась усиленная бомбардировка Азо-
ва с суши и моря, причинившая крепости большие разрушения.
17 июля донские и запорожские казаки ворвались в пред-
местье крепости и засели на валу, откуда турки не смогли их
выбить. Неприятель, не предвидя помощи с моря, не стал до-
жидаться общего штурма и, выговорив условие — выйти из
крепости с семьями, 19 июля капитулировал.
500 запорожских казаков в это время действовали ,в Черном
море84.
♦ * ♦
Изложенное выше доказывает, что утверждение дворянско-
буржуазных историков о возможности лишь со времени азов-
ских походов Петра I говорить об активных военных действиях
русских на Черном и Азовском морях несостоятельно. Русское
мореплавание на этих морях в XVII в. было представлено мор-
скими походами казаков. Казаки создали свой флот, почти еже-
годно совершавший походы на Азовское и Черное моря в зна-
чительных по тому времени масштабах. Силу казацкою флота
сознавали и турецкий султан, и крымский хан, и царское пра-
вительство. Свидетельством этого служат, с одной стороны,
строительство турками и татарами крепостей на Дону и Днеп-
ре для предотвращения выхода казаков в море, а с другой —
стремление царского правительства использовать военно-мор-
ские походы казаков в своей борьбе против Турции и Крыма.
Во второй половине XVII в. московское правительство при-
ступает к совместным с казаками действиям на море. Пред-
принимаются попытки строительства «государевых» парусно-
гребных флотилий с использованием опыта казаков в судостро-
ении и действиях на море.
Донское и запорожское казачество, военно-морское искус-
ство которого долгое время не находило достойного места в
истории русского флота, сыграло важную роль и в азовских
победах Петра I.
w Эварницкий, 1892—1897, т. 3, с. 231.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Русское мореходство на Азовском и Черном морях отлича-
лось от мореплавания поморов и казаков-землепроходцев, хо-
дивших в XVII в. по Белому и Баренцеву морям на Новую
Землю и Г.румант (Шпицберген), устремлявшихся на кочах
«встреч солнцу» по морям Ледовитого океана, пока Федот
Алексеев и Семен Дежнев, обогнув в 1648 г. мыс Большой
Каменный Нос, сами того не ведая, решили задачу, лишь поч-
ти столетие спустя поставленную перед Витусом Берингом и
Алексеем Чириковым.
На севере морская граница России тянулась на многие ты-
сячи верст; никто не препятствовал русским людям на кочах
выходить из многоводных рек в море и идти вдоль берега или
«голоменью». Здесь они беспрепятственно ловили рыбу, били
зверя и птицу, ставили зимовья, чувствуя себя хозяевами безгра-
ничной прибрежной тундры и моря. С малочисленным корен-
ным населением вели торг, «объясачивали» его, брали «амана-
тов», обучали ремеслам, новым, «добычливым» приемам охоты
и рыболовства, сами заимствовали у племен Севера их само-
бытную культуру, великолепно приспособленную к тайге, тунд-
ре, океану, к суровым условиям «стран полунощных».
Отмечая прогрессивную роль русских, в частности новгород-
цев, в истории народов Севера, К. Маркс писал: «Его жители
сквозь дремучие леса проложили себе путь в Сибирь; неизмери-
мые пространства между Ладожским озером, Белым морем,
Новой Землей и Онегой были ими несколько цивилизованы и
обращены в христианство»
По-иному обстояло дело на южных морях, которые были
хорошо известны русским еще во времена Киевской Руси. Та-
таро-монголы, а затем турки закрыли России пути к берегам
Черного, Азовского и Каспийского морей. Выход в причер-
номорские и прикаспийские земли, к южным морям был на-
стоятельно необходим русским и украинцам. Пробить же себе
дорогу к тем местам можно было только с оружием в руках,
поэтому мореплавание неизбежно должно было сопровождать-
ся военно-морскими походами. Вот почему и действия казаков
в XVII в. на Черном и Азовском морях, безразлично, идет ли
речь о запорожцах или о донских казаках, и операции «госу-
1 К. Маркс. Хронологические выписки.— Архив К. Маркса и Ф. Эн-
гельса. Т. VIII, с. 156.
159
даревых» судов выступают прежде всего как военное морепла-
вание. Иным в те времена оно и быть не могло.
Борьба России за свободу мореплавания на южных морях
сыграла большую роль и в жизни народов, населявших их бе-
рега. Ф. Энгельс в письме К- Марксу от 23 мая 1851 г. писал:
«Россия действительно играет прогрессивную роль по отноше-
нию к Востоку... господство России играет цивилизаторскую
роль для Черного и Каспийского морей»2.
Более благоприятные условия существовали в XVII в. на
Каспийском море, побережье которого от устья Терека до устья
Яика (Урала) с середины XVI в. находилось в руках России.
Прибрежная полоса столь большой протяженности в сочета-
нии с древними и обширными торговыми связями с Закав-
казьем, Ираном и Средней Азией обусловливала преобладание
на Каспийском море русского тортового мореплавания. На Кас-
пий «за зипунами» казаки ходили не так часто, как на Черное
и Азовское моря.
Известный английский историк Ф. Джейн первые страницы
своего труда «Русский флот в прошлом, настоящем и буду-
щем» начинает вынужденным признанием: «Русский флот, по-
явление которого обычно относят к сравнительно позднему
периоду — времени правления Петра Великого, имеет в дейст-
вительности больше права претендовать на древность, чем бри-
танский. За столетие до того, как Альфред построил первые
британские корабли, русские суда сражались в ожесточенных
морских боях; и тысячу лет назад лучшими моряками того
времени были они, русские. Этот флот умер...»3.
Но Ф. Джейн не .прав. Морские традиции русских не умер-
ли. Между IX—XII и XVIII вв. отнюдь не зияет бездонная
пропасть. Русское мореплавание на Черном, Азовском и Кас-
пийском морях, несмотря на изменившиеся условия, не пре-
кращалось и в XIII—XVI вв.4.
Отличительной чертой морской истории XVII в. был посто-
янный рост активности как русского торгового мореплавания
на Каспии, так и военных походов донских и запорожских ка-
заков на Черном и Азовском морях.
В XVII в. в результате экономического укрепления страны,
складывания всероссийского рынка, роста мощи Русского мно-
гонационального централизованного государства стало возмож-
ным поставить вопрос о выходе России к берегам Черного и
Азовского морей.
Отстаивая национальную независимость в борьбе с поль-
ско-шляхетским гнетом, украинский народ, воссоединившись
с братским русским народом, сумел не только успешно бороть-
2 К. М а р к с и Ф. Э н г е л ь с. Т. 27, с. 241.
3 Джейн, 1899, с. 1.
4 Мавродин, 1955.
160
ся с польской агрессией, но и вести активные военные действия
совместно с русскими на южных морях.
Развитие феодализма в России в XVII в. привело к обост-
рению социальных противоречий, крестьянским войнам, в ко-
торых активно выступило казачество. Народные формы борьбы
нашли отражение и в мореплавании. Именно казацким похо-
дам принадлежит первенствующая роль в русском мореплава-
нии XVII в. на юге. Казаки были не только отважными и опыт-
ными мореходами, но и хорошими судостроителями. Их мастер-
ство оказало влияние и на государственное судостроение.
Создание русского регулярного флота, как известно, связа-
но с именем и деятельностью Петра I. Все значение Северной
войны заключалось в превращении России в великую морскую
державу, в ходе которой и был создан русский военный флот.
Много сделал Петр и для создания флота на юге. Однако не
следует забывать, что, до того как Петр I, этот «действительно
великий человек»5, начал создавать на Черном и Азовском
морях корабельный государственный флот, там издревле су-
ществовал флот донских и запорожских казаков.
5 Ф. Энгельс. Внешняя политика русского царизма, с. 20.
П Зак. 535
ПРИЛОЖЕНИЕ
ЛЕТОПИСЬ МОРСКИХ походов русских
НА КАСПИЙСКОЕ, АЗОВСКОЕ И ЧЕРНОЕ МОРЯ В XVII в.
Торговое мореплавание русских на Каспийском море было регулярным.
По нескольку раз в год торговые караваны и отдельные суда ходили из Аст-
рахани иа Караганское, Кабаклыцкое, Наэаровское и Седеевское пристанища
на восточном побережье и в Терки, Тарки, Ниэабад, Низовую пристань, от-
куда товары шли в Шемаху, Дербент, Баку, Решт, Астрабад и другие города.
Походы казаков иа Черное и Азовское моря начинаются с конца XV в.
В XVI в. казаки ходили иа Тавань (1502, 1504 гг.), Белгород (1516 г.), Оча-
ков (1523, 1527, 1528, 1538, 1541, 1545, 1547, 1548, 1551 гг.), Очаков,
Керчь (1556 г.), Джарылгач, Перекоп (1558 г.), Кафу (1560 г.), Азов, Бел-
город (1574 г.), Трабзон, Синоп, Стамбул (1575 г.), Килию, Силистрню, Вар-
ну (1576 г.). Затем походы на черноморское побережье Турции следуют поч-
ти ежегодно (1578, 1583, 1586—1590, 1593—1595, 1599 гг.).
16 0 2 г.
На 30 чайках и захваченных турецких галерах около 2 тыс. запорожских
казаков вступили в бой с турками сначала у Килии, а затем у Белгорода
и в обоих сражениях вышли победителями.
1 6 0 3 г.
Запорожцы совершили налет на побережье Крыма, а затем сожгли Из-
маил и Обличицу.
16 0 6 г.
Запорожские казаки несколько раз нападали на Килию и Белгород, за-
хватили в море 10 турецких галер, взяли Варну и уничтожили весь стоявший
там флот. Во главе с Петром Сагайдачным казаки овладели сильно укреплен-
ной турецкой крепостью в Крыму — Кафой (Феодосия).
1 6 0 7 г.
Отряд казаков во главе с Петром Сагайдачным рассеял под Очаковом
турецкие сторожевые суда.
1 60 9 г.
Запорожские казаки совершили несколько успешных походов на Килию,
Белгород, Измаил и Кафу.
16 10 г.
Запорожцы действовали с переменным успехом у Измаила, Кнлии, Белго-
рода, Облучи, Новоседло. ,
162
1612 г.
Казаки на 60 чайках совершили несколько удачных походов на Гёзлев,
Бабадаг, Варну и Месембрин. Осенью запорожские н донские казаки снова
громили татар у Гёзлева.
16 13 г.
Запорожские казаки дважды ходили на Черное море. В днепровском устье
они напали на турок и захватили шесть галер и несколько вспомогательных
судов.
16 14 г.
В августе 40 чаек с 2 тыс. запорожских и донских казаков внезапно
штурмом овладели Синопом, уничтожили верфи н много судов, стоявших в
гавани.
16 15 г.
Донские и запорожские казаки на 70 стругах разгромили турецкий флот
в устье р. Миус и, выйдя в Черное море, подошли к Кафе, захватнлв Траб-
зон, Синоп и стамбульские гавани Мизевиу и Архноку, разгромили турецкую
эскадру в устье Дуная, пленив адмирала, а захваченные галеры сожгли на
глазах гарнизона Очакова.
1616 г.
Весной 2 тыс. запорожских казаков на чайках, выйдя Днепром в море,
вступили в бой с эскадрой Али-паши и захватили 15 галер и около 100 вспо-
могательных судов. Объединившись с донскими казаками, они затем овладели
последовательно Кафой, Синопом и Трабзоном, где сожгли 26 турецких су-
дов. В морском бою разгромили эскадру адмирала флота Циколи-паши, по-
топив три галеры, и отняли добычу у Ибрагим-паши, возвращавшегося после
похода на Сечь.
16 17 г.
Запорожские казаки одержали победу над турецкой флотилией у Стамбу-
ла и в бою убили турецкого адмирала.
16 19 г.
Запорожское «морское войско» успешно действовало в Черном море.
16 2 0 г.
Казаки на 150 судах опустошали побережье Черного моря и сожгли
Варну.
16 2 1 г.
В апреле—мае 1300 донских и 400 запорожских казаков штурмовали
г. Ризу и потерпели поражение в бою с 27 турецкими галерами.
В июне—июле другой отряд запорожских казаков разгромил эскадру
адмирала Халяль-паши, 20 галер потопил, а остальные обратил в бегство.
Затем казаки напали на Стамбул и Галац.
В августе—сентябре на Черном море действовал отряд из 10 тыс. каза-
ков. Казаки потопили 12 галер н угрожали Стамбулу.
На Каспийском море действовали казаки с атаманами Чернушкиным и
Тренкой-Усом.
И*
163
1 6 2 2 г.
Около 2 тыс. донских и запорожских казаков на 30 стругах успешно дей-
ствовали у берегов Крыма н Турции. Во время переговоров о выкупе пленных
турки вероломно напали на казаков, убив 400 человек н уничтожив 15 стругов.
В ню се казаки успешно действовали в Азовском море.
1 6 2 3 г.
7 тыс. казаков на 130 судах действовали в Азовском и Черном морях.
16 2 4 г.
В марте запорожцы на 80 чайках подошли к Кафе и овладели городом.
Одновременно 1500 донских казаков на 55 стругах действовали у Керчи.
В июле 80 запорожских чаек появились у Босфора. Соединившись с дон-
цами, подошедшими на 70 стругах, 4 августа они вошли в Босфор, где раз-
рушили Неокорис, Бююкдере, Еникей, Истннье и маяк Фарос.
В конце августа 102 чайки с боем вышли из Днепровского лимана. Часть
их, дождавшись благоприятной погоды, в начале октября достигла окрест-
ностей Стамбула.
1 6 2 5 г.
Весной 10 тыс. запорожских и 2 тыс. донских казаков более чем на
350 судах штурмовали Трабзон. Около месяца спустя в сражении со всем ту-
рецким флотом во время неожиданно разыгравшегося шторма потерпели по-
ражение.
16 2 6 г.
Весной 2 тыс. донских н запорожских казаков разрушили башни Азова
и вышли в Азовское море. Затем, соединившись с отрядом запорожцев из
тысячи человек, нападали на города малоазиатского побережья Турции.
Запорожские казаки на 70 чайках совершили поход на Стамбул.
1 62 7 г.
Запорожские и донские казаки на 86 судах ходили на Черное море и
овладели несколькими городами вблизи Стамбула.
1 6 2 8 г.
До 6 тыс. запорожских и донских казаков поддержали претендента иа
крымский престол Шагин-Гирея действиями против турецких крепостей в
Крыму.
1 6 2 9 г.
Более 3 тыс. запорожских и 2 тыс. донских казаков успешно действовали
у Килин, Измаила, Балчика, Варны, Сизополя, Карасубазара и других при-
морских городов.
16 3 0 г.
В апреле 1500 донских и запорожских казаков на 28 судах вышли в море
и безуспешно штурмовали Керчь. После того как к ним присоединился еще
один отряд запорожцев, общая численность казаков превысила 6 тыс. На
150 судах они разорили Айсерес, Арпаты, Инеболу, Синоп, Трабзон и другие
города. У Очакова произошел бой с турецким флотом, в котором казаки
потеряли 800 человек и 55 чаек.
164
163 1 г.
1500 донских и запорожских казаков действовали на Азовском и Чер-
ном морях (у Керчи, Гёзлева, Инкермана). Более тысячи донских и запорож-
ских казаков, соединившись с яицкими казаками, громили на Каспия купече-
ские караваны.
1 6 3 2 г.
Донские казаки совместно с запорожскими ходили на Синоп.
Донцы вместе с яицкими казаками вышли в Каспийское море и совер-
шали набеги на прибрежные районы Ирана.
1 63 3 г.
Донские казаки совместно с яицкими захватили иа Каспийском море
много бус; нападали на Дербент, Ниэабад, Баку и города провинции Гилян.
16 3 4 г.
Донские и яицкие казаки продолжали действовать у берегов Ирана.
В августе запорожцы совместно с донскими казаками четыре дня штур-
мовали Азов. Затем громили Белгород, Килию и Измаил.
163 5 г.
Запорожские и донские казаки действовали у берегов Крыма и Турции;
в море захватили четыре корабля. На обратном пути запорожцы овладели
только что построенной польской крепостью Кодак, полностью уничтожив ее
гарнизон.
16 3 6 г.
Отряд казаков численностью 500 человек захватил иранский город Фе-
рахабад, а затем, объединившись с другим отрядом, нападал иа торговые
суда.
1 6 3 7 г.
Запорожские и донские казаки овладели Азовом.
1 6 38 г.
1700 запорожских и донских казаков потерпели поражение от турецкого
флота у дельты Кубани, потеряв при этом все суда и 700 человек убитыми.
16 4 0 г.
Донские н запорожские казаки на 23 стругах вступили у Керченского
пролива в бой с турецкой эскадрой из 40 галер н, потопив две из них, ушли
в Азов.
16 4 1 г.
600 запорожских казаков па 12 чайках Днепром вышли в Черное море.
Весь турецкий флот находился в Азовском море и принимал участие в
осаде Азова. 240-тысячное турецкое войско, не добившись успеха в 24 штур-
мах, вынуждено было сиять осаду.
Казаки действовали у берегов Ирана.
165
1 642 г.
28 мая казаки приняли в Азове царского посланника с грамотой об от-
казе русского правительства принять во владение Азов и, разрушив крепость,
покинули город.
1 6 4 4 г.
Запорожские казаки на 30 стругах, возвращаясь из похода Азовским мо-
рем, объединились с донскими казаками и пытались вновь овладеть Азовом.
1 6 4 5 г.
Около 5 тыс. запорожских и донских казаков иа 84 судах действовали на
Черном и Азовском морях, штурмовали Керчь и Азов.
16 4 6 г.
2400 запорожских казаков принимали участие в осаде Дюнкерка (Фран-
ция).
В июне 1500 донских казаков совершили разведывательный поход в Азов-
ское море. На нижний Дон на 70 судах прибыло более 3 тыс. «охочих» людей
во главе с царским воеводой Жданом Коидыревым, который осенью совместно
с донскими казаками на 37 стругах совершил поход в Азовское море, однако
осенняя непогода не позволила добиться успеха.
16 4 7 г.
Весной донские казаки произвели нападение иа крымский городок Арба-
ток н улусы под Темрюком.
В июне донские казаки на 33 стругах вышли в Азовское море, по в ре-
зультате разыгравшегося шторма потеряли 21 струг.
16 4 8 г.
300 донских и 600 запорожских казаков на 20 стругах успешно действо-
вали у Тонких Вод (у Крымского побережья), отобрав у возвращавшихся из
набега на Украину татар пленных и добычу.
Осенью казаки на 16 стругах ходили на Темрюк.
1649 — 1650 г г.
В Каспийском море отряд казаков в несколько сот человек во главе с
атаманом Иваном Коидыревым нападал на торговые суда.
16 5 1 г.
900 донских казаков на .12 стругах совершили поход на анатолийское по-
бережье, захватили в Черном море три турецких судна.
16 5 2 г.
Тысяча донских казаков на 15 стругах действовала у южных берегов Чер-
ного моря, выиграла бой с 10 галерами и благополучно вернулась на Дон.
1 653 г.
1300 донских казаков иа 19 стругах ходили к берегам Крыма и Турции;
после трехмесячиого плавания с 600 пленными вернулись на Дон.
160
Донские казаки захватили несколько турецких судов, направлявшихся в
Азов с запасами продовольствия.
16 5 4 г.
Донские казаки на 30 стругах два месяца плавали у берегов Крыма.
1 6 5 5 г.
2030 донских и 700 запорожских казаков иа 34 стругах вышли в море,
овладели Таманью и сорвали намечавшийся на лето поход крымских татар
на Украину.
16 5 6 г.
Казаки осаждали Азов и Очаков.
В черноморском походе участвовало 2 тыс. донских и запорожских ка-
заков. У Гёзлева они отбили 200 пленных украинцев н русских и захватили
в плен 600 турок и татар.
16 5 9 г.
Летом казаки на 30 стругах громили предместья Темрюка, Тамани, Ка-
фы, Балыклеи, Синопа, Кондры н других городов. Осенью снова побывали
у берегов Крыма.
1 6 6 0 г.
Весной отряд из 700 казаков во главе с атаманами П. Ивановым и Т. Ра-
диловым громил на Волге и Каспии торговые суда и рыбные учуги круп-
нейших московских купцов Михаила Гурьева и Василия Шорина, а затем
совершил набег иа побережье иранской провинции Гилян.
Весной 5 тыс. запорожцев во главе с Иваном Сирко напали на Очаков
и сожгли пригород; позже захватили город-крепость иа Днепре Арслан.
В июле донские казаки вышли в море иа 30 стругах и вступили в бой
с турецкой эскадрой из 35 судов, которая шла для строительства крепостей
в низовьях Дона.
166 1 г.
После неудавшегося штурма Каланчинскнх башен (Азов) донские каза-
ки на 20 стругах в Азовском море напали на 5 турецких судов; на побережье
Черного моря, между Кафой и Судаком, разорили 10 поселений.
16 6 2 г.
Казаки и «охочие вольные люди» на 26 стругах государственного флота
опустошили окрестности Керчи н Трабзона. Осенью донские казаки на трех
стругах захватили в Азовском море два турецких судна.
16 6 3 г.
Запорожцы трн дня сражались в Черном море с турецким флотом.
16 6 4 г.
Запорожские казаки уничтожили несколько турецких судов, высланных
из Тавани под Сечь.
1 6 6 6 г.
500 донских казаков во главе с атаманом Родионом Осиповым на 20 стру-
гах совершили нападение на крымские улусы.
167
1 6 67 г.
3700 казаков во главе со Степаном Разиным захватили Усть-Яицкий го-
родок и разбили в устье Яика царские войска под командованием «полупол-
ковника» М. Ружинского.
166 8 г.
Казаки во главе со Степаном Разиным напали иа Дербент, сражались
у Решта с иранскими войсками, нападали на Ферахабад, Астрабад и другие
иранские города.
16 6 9 г.
С наступлением весны отряд Степана Разина направился к туркменским
берегам. В июле произошло сражение с иранским флотом, состоявшим из
50 судов. Казаки одержали победу, но их потери были весьма велики, и оия
вынуждены были вернуться на Волгу.
Донские казаки ходили к окрестностям Азова.
1 6 7 0 г.
Запорожские казаки во главе с атаманом Иваном Сирко осадили Оча-
ков, «чтобы Днепр очистить для проезда иа морской путь».
16 7 2 г.
В июле донские казаки разрушили одну из Калаичинских башен. Позже
иа 34 стругах действовали у берегов Турции.
1 6 7 3 г.
В июне русские войска иа 338 речных и 30 морских стругах под коман-
дованием царского воеводы Ивана Хитрово пытались овладеть Калаичиискими
башнями.
В августе 350 казаков на 11 стругах во главе с атаманом Михаилом Са-
марениным вышли к устью Миуса и заложили Некленовское укрепление.
16 7 4 г.
Весной, производя поиск на Азовском море, донские казаки захватили
турецкий корабль.
Донские казаки во главе с атаманом Родионом Осиповым и Фролом Ми-
наевым действовали под Азовом, а воевода кияэь Петр Хованский пытался
заложить крепость в устье Миуса.
Русский парусно-гребной флот в составе 25 судов выходил в море под
начальством воеводы Григория Косагова.
16 7 5 г.
Попытка строительства русской крепости в дельте Дона.
В течение лета донские казаки неоднократно топили турецкие суда близ
Азова и опустошали его окрестности.
16 76 г.
Казаки на 99 стругах действовали в Азовском море.
168
16 7 7 г.
Весной шесть стругов с артиллерией прикрывали у Каланчинских башен
выход в море отряда из 700 казаков, который напал на Темрюк и сжег его
окрестности.
После официального начала войны с Турцией воевода Иван Волынский
совместно с Войском Донским действовал под Азовом.
В мае казаки овладели Усть-Яицким городком, вышли в Каспийское мо-
ре и пытались захватить Баку.
16 8 3 г.
Донские казаки в отместку за разорение казачьих городков ходили к бе-
регам Турции.
1 6 8 5 г.
В мае донские казаки вышли в море. Тысячный отряд у Азова захватил
два турецких судна с «харчем и товары», у Темрюка сжег несколько татар-
ских сел. Одновременно другой отряд на 56 стругах захватил 5 кораблей.
1 6 8 6 г.
Штурм крепости Лютик донскими казаками и крепости Кызы-Кермен за-
порожцами успеха не имел. Однако он облегчил выход в море отряда из
800 донских казаков во главе с атаманом Фомою Голодным и помог его
успешным действиям под Темрюком.
500 донских казаков на 30 стругах ходили к берегам Турции.
1 68 7 г.
Во время крымского похода русских войск ратные люди под командова-
нием воеводы Григория Косагова были посланы на судах на Кызы-Кермен.
Одновременно 800 донских казаков во главе с атаманом Петром Калмыком
успешно действовали под Темрюком, но на обратном пути потерпели на Ка-
зачьем ерике поражение.
168 9 г.
Атаман Зот Камышников возглавил тысячный отряд донских казаков, ко-
торый на 45 стругах достиг Темрюка.
В августе другой отряд из 690 казаков во главе с атаманом Тимофеем
Долгим также действовал в устье Кубани, а на обратном пути уничтожил
два турецких судна.
1 6 9 0 г.
Казаки напали на турецкие крепости на Днепре и татарские селения в
Крыму. В низовьях Днепра запорожцы захватили ханскую казну и два мор-
ских судна.
16 9 1 г.
В разное время о Черное морс выходили отряды донских казаков по
800 человек.
16 9 2 г.
1200 донских казаков па 77 стругах во главе с атаманом Ф. Головой опу-
стошили Крымское побережье, «городы Темрюк и Казылташ боем биля».
169
В сентябре донские казаки на 15 стругах действовали в окрестностях
Азова.
Запорожцы осаждали Очаков.
1 694 г.
Тысяча донских казаков иа 65 стругах во главе с атаманом Борисом Да-
ниловым ходила под Темрюк н Кызылташ. На обратном пути в устье Дона
турецкий флот преградил им путь. В бою казаки отбили корабль и тумбас
и ушли иа р. Миус.
300 донских казаков с атаманом Зотом Андреевым, соединившись с за-
порожцами, овладели Чонгарским городком. Затем запорожцы ушли в море,
а донцы вернулись в Черкасск.
1 6 9 5 г.
Запорожские казаки с атаманом Михаилом Самойленком совместно с рус-
скими войсками штурмом овладели крепостью Кызы-Кермен. Затем пала
блокированная запорожскими чайками крепость Тавань. Узнав об этом, гар-
низоны крепостей Аслаи-Кермеи и Муберек-Кермен бежали. Однако взять
Очаков казакам с атаманом Иваном Гусаком не удалось.
На нижнем Дону русские войска овладели Каланчинскими башнями, а
казаки захватили в море турецкую галеру.
1 6 9 6 г.
Донские казаки захватили 14 судов, груженных провиантом для Азова,
обратили в бегство турецкую эскадру и, преследуя ее, уничтожили два ко-
рабля.
Одновременно 500 запорожских казаков действовали на Черном море.
Русский флот, построенный на воронежских верфях и в селе Преобра-
женское, вышел в Азовское море.
При овладении Азовом запорожские и донские казаки первыми ворва-
лись в предместья крепости и засели иа валу, откуда турки не могли их вы-
бить. Неприятель, не дожидаясь общего штурма, сдал крепость.
ИСПОЛЬЗОВАННЫЕ ИСТОЧНИКИ И ЛИТЕРАТУРА
Труды классиков марксизма-ленинизма*
Маркс К. Объявление войны.— К истории возникновения восточного во-
проса.— Т. 10.
Маркс К. Хронологические выписки.— Архив К. Маркса и Ф. Энгельса.
Т. V. Под ред. В. Адоратского. М., 4938. Т. VI. Под редакцией М. Б. Ми-
тниа. М„ 1938. Т. VII. М„ 1940, Т. VIII, М., 1946.
М а р к с К. Стеиька Разин.— «Молодая гвардия». 1926, № 1.
Marx К. Secret Diplomatic History of the Eighteenth Century. L., 1899.
Энгельс Ф. Письмо К. Марксу от 23 мая 1851 г.— Т. 27.
Энгельс Ф. Военно-морской флот.— Т. 14.
Энгельс Ф. Внешняя политика русского царизма.— Т. 22.
Маркс К. и Энгельс Ф. Немецкая идеология.— Т. 3.
Ленин В. И. Что такое «друзья народа» и как онн воюют против социал-
демократов?— Т. 1.
Ленин В. И. Речь с Лобного места на открытии памятника Степану Ра-
зину.— Т. 38.
Источники
Архив ЛОИИ.— Архив Ленинградского отделения Института истории СССР
АН СССР, ф. 178. Астраханская приказная палата.
ЦГАДА, ф. 111.— ЦГАДА. Донские дела.
ЦГАДА, ф. 210.— ЦГАДА, ф. 210. Разрядный приказ, Белгородский стол.
ЦГАДА, ф- 123.—ЦГАДА, ф. 123. Сношения России с Крымом.
ЦГАДА, ф. 77.— ЦГАДА, ф. 77. Сношения России с Персией.
ЦГАДА, ф. 89.— ЦГАДА, ф. 89. Сношения России с Турцией.
ЦГАДА, ф. 199.— ЦГАДА, ф. 199. Коллекция Миллера Г. Ф.
АИ. — Акты исторические, собранные и изданные Археографической комис-
сией. Т. 2—5. СПб., 1841—1842.
АМГ. — Акты Московского государства, изданные Имп. Академией наук.
Т. 2—3. СПб., 1894, 1901.
АЗР.— Акты, относящиеся к истории Западной России. Т. 2. СПб., 1848.
АИВД.— Акты, относящиеся к истории Войска Донского, собранные А. А. Ли-
шипым. Т. 1—3. Новочеркасск, 1891—1894.
Английские путешественники. 1937.— Английские путешественники в Мос-
ковском государстве в XVI пеке. Пер. с англ. Ю. В. Готье. М„ 1937.
Архив ЮЗР.— Архип Юго-Западной России. Ч. 3. Т. 1—2. Киев, 1863, 1868.
Ч. 7. Т. 1. Киев, 1886.
Д’Асколи, 1902.— Д’Асколи. Описание Черного моря и Татарии префектом
Каффы, Татарии и проч. Эмиддио Дортслли д’Асколи. 1634 г.— «Записки
Имп. Одесского общестиа истории и древностей» (далее — ЗООИД).
Т. XXIV. Одесса, 1902. Примеч. А. Л. БсртьеДелагарда.
* Произведения К. Маркса и Ф. Энгельса даны по 2-му изданию Сочи-
нений, а В. И. Ленина — по Полному собранию сочинений.
171
Л103Р.— Акты, относящиеся к истории Южной и Западной России, собран-
ные и изданные Археографической комиссией. Т. 2—15. СПб., 1865—1892.
Байер, 1782.— Байер Г. 3. Краткое описание всех случаев, касающихся до
Азова, от создания сего города до возвращения онаго под Российскую
державу. Пер. с нем. И. К. Тауберта. Изд. 3. СПб., 1782.
Баитыш-Камеиский.— Бантыш-Кам енский Н. Н. Обзор внешних сно-
шений России (по 1800 г.). Ч. 1—4. М., 1894—1902.
Белокуров, 1889.— Белокуров С. А. Сношения России с Кавказом. Ма-
териалы, извлеченные из Московского Главного Архива Министерства
иностранных дел. Вып. I (1578—1613). М., 1889.
Боплан, 1896.— Боплан Гильом Левассер де. Описание Украины. — Ме-
муары, относящиеся к истории Южной Руси. Вып. 2. Киев, 1896.
Величко. Летопись.— Величко С. Летопись событий в Юго-Западной Рос-
сии в XVII в. Составил Самоил Велнчко, бывший канцелярист канцеля-
рии Войска Запорожского (1720). Т. 1—4. Киев, 1848—1864.
Величко. Сказание.— Величко С. Сказание о войне казацкой с поляками.
Киев, 1926.
Виленский сборник.— Виленский археографический сборник документов, от-
носящийся к истории Северо-Западной Руси. Т. 7, Вильно, 1870.
Вимииа, 1900.— Вимииа А. Донесение венецианца Альберто Вимипа о ка-
заках и Богдане Хмельницком. Киев, 1900.
Воронежские акты, 1851.— Воронежские акты. Древние грамоты и другие
письменные памятники, касающиеся Воронежской губернии и частью
Азова. Собр. и изд. Н. Второвым и К. Александровым-Дольником. Изд.
2-е. Кн. 1—3. Воронеж, 1851—1853.
Воссоединение Украины с Россией.— Воссоединение Украины с Россией. До-
кументы и материалы (1654—4954). В трех томах. М., 1953. Т. 1. Украи-
на накануне освободительной войны. 1620—1647 гг.; т. 2. Освободитель-
ная война украинского народа и борьба за воссоединение с Россией.
1648—1651 гг.; т. 3. Завершение борьбы украинского народа за воссо-
единение с Россией. Переяславская рада. 1651—1654 гг.
Грабянка, 1854.— Грабянка Г. И. Действия предельной и от начала по-
ляков крвавшой нубывалой брани Богдана Хмельницкого гетмана Запо-
рожского с поляки. Киев, 1854.
Греческая запись.— Греческая запись о нападении казаков на Константино-
поль в начале XVII века. Доклад В. М. Истрина.— ЗООИД. Т. XXI, 1898.
ДАИ.— Дополнения к актам историческим, собранные н изданные Археогра-
фической комиссией. Т. 4, 5, 7, 9—12. СПб., 1846—1875.
Договоры России, 1869.— Договоры России с Востоком политические и тор-
говые. Собрал и издал Т. Юзефович. СПб., 1869.
Документы об освободительной войне, 1965.— Документы об освободительной
войне украинского народа 1648—1654 гг. Кнев, 1965.
Дон Хуан, 1898.— Из рассказов Дон-Хуана Персидского. Путешествие пер-
сидского посольства через Россию от Астрахани до Архангельска в 1599—
1600 гг. Пер. с исп. С. Соколова. М., 1898.
Жерела, 1908.— Жерела до icTopii Украши—Pyci. Т. 8. Льв1в, 1908.
Исторические песни.— Исторические песни малорусского народа. С объясне-
нием М. Н. Драгомаиова и В. Антоновича. В двух томах. Т. 1. Киев,
1874; т. 2. Киев, 1875.
Источинкн для истории.— Источники для истории запорожских казаков.
Д. И. Эварницкий. В двух томах. Владимир, 1903.
Источники малороссийской истории.— Источники малороссийской истории, со-
бранные Д. И. Баитыш-Каменским и изданные О. М. Бодянским. Ч. 1
(1649—1687), М„ 1858; ч. 2 (1691 — 1722), М„ 1859.
Книга устав морской, 1720.— Книга устав морской о всем, что касается доб-
рому управлению, в бытности флота иа море. СПб., 1720.
Кордт.— Кордт В. А. Материалы по истории русской картографии. Сер. I.
Вып. 1—2. Киев, 1899; сер. II. Вып. 1. Киев, 1910.
Котов, 1958.— Хожение купца Федота Котова в Персию. М., 1958.
Крестьянская война.— Крестьянская война под предводительством Степана
172
Разина. Сборник документов в четырех томах. Сост. и коммент.
Е. А. Швецовой. М., 1954—4977.
Крнжанич, 1965.— Крижаиич Ю. Политика. М.. 1965.
Крюйс, 1824.— Крюйс К- Разыскание о Доне, Азовском море, Воронеже
и Азове.— «Отечественные записки». 1824, сентябрь—декабрь.
Кулиш, 1877.—Кулиш П. Материалы для истории воссоединения Руси. Т. 1.
М„ 1877.
Курбатов, 1893.— Курбатов А. Посольство царя Михаила Федоровича
в Персию в 1629 г.— «Известия Тамбовской ученой архивной комиссии».
Вып. XXXVIII. Тамбов, 1893.
Летопись, 1788.— Летопись о многих мятежах. М., 1788.
Летопись Самовидца, 1846.— Летопись Самовидца (Ракушки-Романовского)
о войнах Богдана Хмельницкого и междоусобиях, бывших в Малой Рос-
сии по его смерти. М., 1846.
•Летопись Самовидца, 1878.— Летопись Самовидца (Ракушки-Романовского)
по новооткрытым спискам. Киев, 1878.
Литвин, 1890.— Литвин М. О нравах татар, литовцев и московитян.—
Мемуары, относящиеся к истории Южной Русн. Вып. 1. Киев, 1890.
Ляссота, 1890.— Л ясс от а Эрнх. Дневник.— Мемуары, относящиеся к исто-
рии Южной Руси. Вып. 1. Киев, 1890.
Марсильли, 1737.— Марсильли де. Военное состояние Оттоманской им-
перии. Пер. с франц. Ч. 1—2. СПб., 1737.
Масса, 1937.— Масса И. Краткое известие о Московии в начале XVII ве-
ка. М., 1937.
МГСР — Материалы для географии и статистики России, собранные А. Ряби-
ниным. Ч. 2. Уральское казачье войско. СПб., 1866.
Материалы ИВД, 1864.— Материалы для истории Войска Донского.— «Дон-
ские войсковые ведомости». 1864, № 7, 48—50.
Материалы для истории Воронежской губернии.— Материалы для истории
Воронежской и соседних губерний. Подготовили к печати Л. Вейнберг
и А. Полторацкий. Т. 1—2. Воронеж, 1887—1891.
Материалы для истории Воронежской и соседних губерний, 1861.— Материа-
лы для истории Воронежской и соседних губерний, состоящие из царских
грамот и других актов XVII и XVIII столетий. Кн. 1 (Орловские акты).
Воронеж, 1861.
Материалы для истории русского флота, 1864.— Материалы для истории рус-
ского флота. Ч. 4. СПб., 1864.
Материалы по истории СССР.— Материалы по истории СССР в семи томах.
Т. 2. Документы XV—XVII вв. М„ 1955.
Материалы по истории туркмен.— Материалы по истории туркмен и Туркме-
нии. Т. 2. XVI—XIX вв. Иранские, бухарские и хивинские источники. М.—
Л., 1938.
Материалы по истории Узбекской, Таджикской н Туркменской ССР.— Мате-
риалы по истории Узбекской, Таджикской и Туркменской ССР. Ч. 1.
Торговля с Московским государством и международное положение Сред-
ней Азии в XVI—XVII вв. Л., 1932.
Мемуары.— Мемуары, относящиеся к истории Южной Руси. Вып. 2. Киев,
1896.
ОДАММ.— Описание дел Архива морского министерства. Т. 1. СПб., 1877.
Окольский, 1896.— О к о л ь с к и й С. Дневник.— Мемуары, относящиеся к
истории Южной Руси. Вып. 2. Киев, 1896.
Олеарий, 1906.— Олеарий Адам. Описание путешествий в Московию и че-
рез Московию н Персию и обратно. Пер., внед., прпмеч. н указ А. М. Ло-
вягина. СПб., 1906.
Описание Турецкой империи, 1890.— Описание Турецкой империи, составлен-
ное русским, бывшим н плену у турок во второй половине XVII в.—
«Православный Палестинский сборник». Т. 10. Вып. 30. Под ред. н с пре-
дисл. П. А. Сырку. СПб., 1890.
Особая повесть об Азове, 1907.— Особая повесть об Азове 4637—1641 гг.
К изданию подготовил н объяснил А. Орлов. М., 1907.
173
Очерки внутреннего управления, 1914.— Очерки внутреннего управления в
Московской Руси. Материалы Белгородского и Приказного столов Раз-
ряда. Т. 1. Под ред. Н. Новомбергского. Томск, 1914.
Памятники истории Московского государства, 1929.— Памятники соцналыю-
экоиомической истории Московского государства XIV—XVII вв. Т. 1.
М„ 1929.
Памятники Киевской комиссии.— Памятники, изданные Киевской комиссией
для разбора древних актов. Т. I—III. Изд. 2-е. Киев, 1898.
Памятники сношений Крымского ханства с Московским государством, 1891.—
Памятники дипломатических сношений Крымского ханства с Московским
государством в XVI—XVII вв. Крымские шертные грамоты, 1535—
'1692 гг. Ф. Ф. Лашков. Симферополь, 1891.
Памятники сношений России с Персией. — Памятники дипломатических и
торговых сношений Руси с Персией, 1588—1621. Т. 1—3. Под ред.
Н. И. Веселовского. СПб., 1890—1898.
Письмо.— Письмо к хану Крымскому войска запорожского низового коше-
вого атамана Ивана Серка.— «Русская старина». 1873, т. 8.
Половцев, 1899.— Половцев А. В. Сообщение, сделанное в Обществе лю-
бителей древностей 26 марта 1899 г.— «Киевская старииа». 1899,
май.
Посольский наказ, 1846.— Посольский наказ А. И. Приклонскому в Персию,
-1673 г.— «Нижегородские ведомости». 1846, № 21—26.
ПСЗ.— Полное собрание законов Российской империи с 1649 по 1825 г.
Т. I—X. СПб., 1830—1845.
ПСРЛ — Полное собрание русских летописей. Т. 9—13. Никоновская летопись.
М., 1965.
Путешественники об Азербайджане, 1961.— Путешественники об Азербай-
джане. Составил В. И. Ямпольский. Баку, 1961.
Путешествия русских послов, 1954.— Путешествия русских послов XVI—
XVII вв. Статейные списки. М.—Л., 1954.
РИБ.— Русская историческая библиотека, издаваемая Археографической ко-
миссией. Т. 18, 24, 26, 29, 34 (Донские дела. Кн. 1—5). СПб.,
1896—1917.
РИБ. Т. 23.— Русская историческая библиотека. Т. 23 (Дела Тайного при-
каза. Кн. 3. Книга Персидских товаров). СПб., 1904.
Русско-ннднйские отношения, 1958.— Русско-индийские отношения в XVII ве-
ке. Сборник документов. М., 1958.
Сакович, 1622.— Сакович К. Вирш на жалостный погреб зациого рыцера
Петра Конашевича Сагайдачного, гетмана Войска его королевской мило-
сти Запорожского. Киев, 4622.
Сведения о походе в Крым, 1896.— Сведения о походе в Крым Михаила До-
рошенка, 1628 г.— Мемуары, относящиеся к истории Южной Руси. Вып. 2.
Киев, 1896.
СГГД.— Собрание государственных грамот и договоров, хранящихся в Го-
сударственной коллегии иностранных дел. Ч. 1—4. М., 1811—1828.
Сиибирский сборник.— Синбирский сборник. М., 1848.
Сказание об Азовском сидении, 1898.— Сказание об Азовском сндении, как
донские казаки сидели в осаде от турок в граде Азове, 5000 человек про-
тив 300 000 (1642).— «Русский архив». 1898, кн. 2.
Собеский, 1849.— Собеский Я. Записки о Хотннской войне.— «Чернигов-
ские губернские ведомости», 25.XI и 16.XII.1849.
Собеский, 1896.— Собеский Я. История Хотинского похода 1621 г.—
Мемуары, относящиеся к истории Южной Руси. Вып. 2. Киев. 1896.
Список лицам, начальствовавшим морской частью, 1831.— Список лицам, на-
чальствовавшим в России морской частью от учреждения корабельного
приказа 1667 г. до настоящего положения. СПб., 1831.
Срезневский.— Срезневский И. И. Материалы для словаря древнерус-
ского языка по письменным -памятникам. Т. 1—3. СПб., 1893—1903.
Стрейс, 1935.— Стрейс Я. Я. Три путешествия. Пер. с голландского Э. Бо-
родиной. М., 1935.
174
Тяпкин и Зотов, 1850,—Т я п к н н и Зотов. Статейный список Великого
Государя Его Царского Величества посланников Стольника Василия Ми-
хайловича Тяпкина, дьяка Никиты Зотова к Крымскому хану Мурад-Ги-
рею в 1681 году.— ЗООИД. Т. II. 1850.
Укра1на.— Украша перед внзвольною в!йною 1648—4654 рр. Зб1рка доку-
менте АН УРСР. КиТв, 1946.
Фабрициус, 1968.— Фабрициус Л. Записки.— Записки иностранцев о вос-
стании Степана Разина. Л., 1968.
Царские грамоты на Дон.— Царские грамоты на Дон.— «Донские войсковые
ведомости». 1861, №45; 1865, № 3—12, 14—19.
Шарден, 1937.— Шарден Жан. Путешествие шевалье Шардена по Персии
н другим странам Востока. Сокр. пер. с франц. М., 1937 (изд. стеклогр.).
Шевалье, 1960.— Шевалье П’ер. 1стор1я в!йии козаюв проти Польше
КиТв, 1960.
Эвлия Челеби, 4870.— Эвлия Челеби. Биография и описание его путе-
шествия в Анапу.— Газета «Кавказ». 1870, № 64, 65, 68.
Эвлия Челеби, 1872.— Эвлия Челеби. Неудачная осада Азова турками
в 1641 году и занятие ими крепости по оставлеини оиой казаками.—
ЗООИД. Т. VIII, 1872.
Эвлия Челеби, 1961.— Эвлня Челеби. Книга путешествия. Вып. 1. Земли
Молдавии и Украины. Извлечения из сочинений турецкого путешествен-
ника XVII века. М., 1961.
Стрейс, 1676.— Struys J. Drie aarirncrkclijkc еп feer rampfpoedige Reysen...
Amsterdam, 4676.
Бельский, 1856.— Kronica M. Bielskiego. T. 3. Sanok, 1856.
Литература
Адамович, 1905.— Адамович H. И. Подводные лодки, их устройство и
история. СПб., 1905.
Алекберли, 1961.—А л е к б е р л и М. А. Борьба украинского народа против
турецко-татарской агрессии во второй половине XVI — первой половине
XVII в. Саратов, 1961.
Алекберли, 1966.— Алекберли М. А. Борьба украинского народа против
турецко-татарской агрессии в период от Люблинской унии 1569 г. до
30-х годов XVII в. Автореф. докт. днсс. Ростов-на-Доиу, 1966.
Антонович, 1863.— Антонович В. Б. Исследование о казачестве по актам
с 1500 до 1648 г. (вступительная статья к ч. 3 первого тома Архива Юго-
Западной России). Киев, 1863.
Аланович, 1961.— Апаиович О. М. Запор!зька С1ч у боротьб! проти ту-
рецько-татарскоТ arpeccii 50—701 роки XVII ст. КиТв, 1961.
Аренс, 1904.— Аренс Е. И. Русский флот. Исторический очерк. СПб., 1904.
Аренс, 1919.— Аренс Е. И. Страницы морской истории. Морской элемент в
Древней Руси.— «Морской сборник». 1919, № 1—6.
Аристов, 1866.— Аристов Н. Я. Промышленность древней Руси. СПб.,
1866.
Багалей, 1887.— Бпгалсй Д. И. Очерки нз истории колонизации и быта
степной окраины Москопского государства. Т. 1. М., 1887.
Багров, 1912.— Багров Л. С. Материалы к историческому обзору карт
Каспийского моря. СПб., 1912.
Байкова, 1964.— Байкова II. Б. Роль Средней Азии в русско-индийских
торговых связях (первая половина XVI — вторая половина XVII в.). Таш.,
1964.
Баитыш-Камеиский, 1903.— Б а п т ы ш - К а м с п с к и й Д. Н. История Ма-
лой России в трех частях. Изд. 3. СПб., 1903.
Баранович, 1955.— Баранович А. И. Украина.— Очерки истории СССР.
Период феодализма. Конец XV — начало XVII в. Под ред. А. Н. Насоно-
ва, Л. В. Черепнина, А. А. Зимина. М., 1955.
175
Белавенец, 1910.— Белавенец П. И. Нужен ли иам флот и значение его
в России. СПб., 1910.
Белавенец. 1940.— Белавенец П. И. Материалы по истории русского
флота. Изд. 2-е. М.—Л., 1940.
Белов, 1949.— Белов М. И. К истории дипломатических отношений в пе-
риод крымских походов (1686—1689 гг.).— «Ученые записки ЛГУ». Се-
рия исторических наук. Вып. 14, Ns 112. Л., 1949.
Белокуров, 1906.— Белокуров С. А. О посольском приказе. М., 1906.
Берг, 1940.— Берг Л. С. Первые русские карты Каспийского моря.— «Изве-
стия АН СССР». Серия географии и геофизики. М., 1940, № 2.
Берх, 1831.— Берх В. Н. Жизнеописания первых российских адмиралов
или опыт истории Российского флота. В четырех частях. СПб., 1831—
1836.
Бестужев, 1961.— Бестужев Н. А. Опыт истории Российского флота. Л.,
1961.
Бирюков, 1911.— Бирюков И. А. История Астраханского казачьего войска.
Ч. 1. Саратов, 1911.
Боголюбов, 1879.— Боголюбов Н. П. История корабля. В двух томах. М.,
1879—1880.
Богородский, 1963.— Богородский Б. Л. О некоторых сербохорватских
элементах в терминологии черноморских водинков. — «Вестник ЛГУ».
1963, Ns 14. Серия истории, языка и литературы, вып. 3.
Богородский, 1968.— Богородский Б. Л. К истории судовых терминов
«шайка» и «чайка».— Вопросы теории и истории языка. Л., 1968.
Богословский М. М., 1940.— Богословский М. М. Петр I. Материалы для
биографии в пяти томах. Т. I. М., 1940.
Богословский П. А., 1859.— Богословский П. А. О купеческом судо-
строении в России. СПб., 1859.
Боевая летопись, 1948.— Боевая летопись русского флота. Хроника важней-
ших событий поенной истории русского флота с IX в. по 1917 г. Под
ред. Н. В. Новикова. М., 1948.
Броневский, 1834.— Бро невский В. История Донского войска. Ч. 1. СПб.,
1834.
Бруи, 1863.— Бруи Ф. К. След древнего речного пути из Днепра в Азов-
ское море.— ЗООИД. Т. V, 1863.
Бушев, 1976.— Бушев П. П. История посольств и дипломатических отно-
шений Русского и Иранского государств в 1586—1612 гг. М., 1976.
Быкадоров, 1930.— Быкадоров И. Ф. История казачества. Кя. 1. Прага,
1930.
Быкадоров, 1937.— Быкадоров И. Ф. Донское войско в борьбе за выход
в море (1546—1646 гг.). В двух частях. Париж, 1937.
Веселаго, 1875.— Веселаго Ф. Ф. Очерк русской морской истории. Ч. 1.
СПб., 1875.
Веселаго, 1893.— Веселаго Ф. Ф. Краткая история русского флота. В двух
выпусках. Вып. 1. СПб., 1893.
Веселовский, 1884.— Веселовский Н. И. Прием в России и отпуск сред-
неазиатских послов в XVII—XVIII вв.— «Журнал Министерства народ-
ного просвещения» (далее — ЖМНП). 1884, июль.
Веселовский, 1891.— Веселовский Н. И. Иван Данилович Хохлов (рус-
ский посланник в Персию и Бухару в XVII в.). СПб., 1891.
Веселовский, 1912.— Веселовский Н. И. Неудавшееся посольство в Крым
стольника Б. А. Пазухина.— ЗООИД. Т. XXX, 1912.
Висковатов, 1856.— В исков а то в А. В. Строение военных судов в России
при царях Михаиле Федоровиче и Алексее Михайловиче.— «Морской сбор-
ник». 1856, Ns 1.
Висковатов, 1946.— Висковатов А. В. Краткий исторический обзор мор-
ских походов русских и мореходства их вообще до исхода XVII столе-
тия. Изд. 2-е. С предисл. и под ред. проф. К. В. Базилевича. М., 1946.
Всемирная история.— Всемирная история. Т. IV—V. М., 1958—1960.
176
Гафуров, 1955.— Гафуров Б. Г. История таджикского парода в кратком
изложении. Т. 1. М., 1955.
Гермайзе, 1928.— Герма йзе О. Ю. УкраТна та Д1и у XVII стор. КиТв, 1928.
Глазман. 1950.— Глазмаи А. Морское судостроение па Руси с древиих
времен до XVIII века.— «Морской флот». М., 1950, № 1, 2.
Голобуцкий, 1957.— Голобуцкий В. А. Запорожское казачество. Киев,
1957.
Голобуцкий, 1962.— Голобуцкий В. А. Дипломатическая история осво-
бодительной войны украинского народа 1648—1654 гг. Киев, 1962.
Головачев, 1898.— Головачев В. Ф. О значении флота для России на
основании истории.— «Морской сборник». 1898, № 9.
Головнзннн, 1885.— Голов из ни и К. Русский флот па Черном море.—
«Морской сборник». 1885, № 9.
Грушевський, 19Ю9. — Грушевський М. С. Истор1я УкраТнн—Руси
в 10-ти томах и 13-ти книгах. Т. 7 (Козацьк! часи — до р. 1625). КиТв—
Льв1в, 1909. Т. 8, ч. 1 (роки 1626—1638). КиТв—Льшв, 1913; ч. 2 (роки
1639—1648). КиТв, 1916; ч. 3 (роки 1648—1650). М„ 1917. Т. 9, ч. 1
(Хмельииччнии роки 1650—1653). КиТв, 1928; ч. 2 (Хмельниччиин роки
1654—1657). КиТв, 1931. Т. 10, ч. 1. КиТв, 4936.
Гусейнов, 1963.— Гусейнов А. Азербайджано-русские отношения XV—
XVII веков. Баку, 1963.
Гуслистый, 1954.— Гуслнстый Г. К. Исторические связи Украины с Рос-
сией до освободительной войны 1648—1654 гг.— Воссоединение Украины
с Россией. М., 1954.
Дмитриев, 1934.— Дмитриев А. Д. Хмельиичина (из истории классовой
борьбы на Украине в первой половине XVII , в.). М., 1934.
Дружинин, 1917.— Дружинин В. Г. Первая черноморская флотилия рус-
ского Московского государства.— ЖМНП. Пг., 1917, № 2.
Дружинин, 1911.— Дружинин В. Г. Попытка московского правительства
увеличить число казаков на Доиу в середине XVII в.— «Записки разряда
военной археологии и археографии Русского военно-исторического обще-
ства». Т. 1. СПб., 1911.
Дядиченко, 1954.— Дядиченко В. А. н Стецюк Е. И. Борьба украин-
ского народа за воссоединение Украины с Россией. Киев, 1954.
Елагин, 1864.— Елагин С. И. История русского флота. Период Азовский.
СПб., 1864.
Ермолаева. 1977.— Ермолаева Л. К. Экспортная торговля русских куп-
цов отечественными товарами в 70—80-х гг. XVII в. (по материалам
Астраханской таможни). — «Герценовские чтения. Научные доклады.
Исторические науки». Л., 1977.
Жигарев, 1896.— Жигарев С. Русская политика в восточном вопросе (ее
история в XVI—XIX веках, критическая оценка и будущие задачи).—
Историко-юрндические очерки Сергея Жигарева. Т. 1. М., 1896.
Жукович, 1908.— Жукович П. Сеймовая борьба православного западно-
русского дворянства с церковной унией. В шести выпусках (1623—
1625 гг.). Вып. 4. СПб., 1908.
Забелин, 1877.— Забелин И. Е. Русское посольство в Турции в XVII сто-
летии. Исторический очерк.— «Русская старина». 1877, сентябрь.
Загоровский, 1957 (1).— Загоровскнй В. П. Попытка создания русского
военно-морского флота па верхнем Доиу в 60-х годах XVII в,—«Труды
Воронежского университета». Т. 60. Вып. 2. Воронеж, 1957.
Загоровский, 1957 (2).— 3 л г о р о в с к и й В. П. Флот па Допу до Петра I.—
«Подъем». Воронеж, 1957, № 2.
Загоровский, 1960.— Загоровский В. П. Вопрос о русском морском фло-
те на Доиу до Петра I. Обзор источников п историографии.— «Труды
Воронежского университета». Т. 3. Вып. 1. 1960 (изд. 1961).
Загоровский, 1961.— Загоровский В. П. Судостроение на Дону в XVII в.
и использование Россией донского парусно-гребного флота в борьбе про-
тив Крымского ханства и Турции (каид. дисс.). Л., 1961.
12 Зак. 535
177
Загоскин, 1909.— Загоскин Н. П. Русские водные пути и судовое дело
в допетровской России. Казань, 1909.
История военно-морского искусства, 1953.— История военно-морского искус-
ства. Учебное пособие для академий н училищ. Т. I. М., 1953.
История Дона, 1973.— История Дона (с древиейшнх времен до падения кре-
постного права). Ростов-на-Доиу, 1973.
Заседателева, 1974.— За сед а те лева Л. Б. Терские казаки (середина
XVI — начало XX в.). М., 1974.
История Украинской ССР, 1956.— История Украинской ССР. Т. 1. Киев,
1956.
Каллистов, 1912.— Каллистов Н. Д. Значение мореходства и морской си-
лы для России до Петра Великого.— История русской армии н флота.
Вып. 7. М., 1912.
Карамзин.— Карамзин Н. М. История Государства Российского. Кн. II,
т. VIII. СПб., 1842.
Каргалов, 1974.— Карг а лов В. В. На степной границе. М., 1974.
Карпов, 1911.— Карпов А. Б. Уральцы. Исторический очерк. Ч. 1. Янцкое
войско (1550—1725). Уральск, 1911.
Каховский, 1862.— Каховский В. Опыт изучения войн Богдана Хмельниц-
кого. М., 1862.
Квашнии-Самарнн, 1912.— К в а ш и н н - С а м а р и н Е. Н. Морская идея в
русской земле. История допетровской Руси с морской точки зрения. СПб.,
1912.
Ключевский, 1866.— Ключевский В. О. Сказания иностранцев о Мос-
ковском государстве. М., 1866.
Коков, 1965.— Коков Дж. К истолкованию топонима «Черкассы» и слова
«казак».— «Ученые записки Кабардино-Балкарского университета». Се-
рия филологическая. Вып. 25. Нальчик, 1965.
Костомаров, 1862.— Костомаров Н. И. Очерк торговли Московского
государства в XVI—XVII столетиях. СПб., 1862.
Костомаров, 1870.— Костомаров 11. И. Богдан Хмельницкий. Изд. 3-е.
Т. 1—3. М„ 1870.
Костомаров, 1905.— Костомаров Н. И. Исторические монографии и ис-
следования. Кн. 8. СПб., 1905.
Краснов, 1885.— Краснов Н. И. Казачий флот.— «Военный сборник». 1885,
№ 10—12.
Краснов, 1863.— Краснов Н. И. Материалы для истории и статистики Рос-
сии, собранные офицерами Генерального Штаба. Т. 2. Земля Войска Дон-
ского. СПб., 1863.
Кротков, 1893.— Кротков А. С. Повседневная запись замечательных собы-
тий в русском флоте. СПб., 1893.
Кузнецов, 1956.— Кузнецов В. П. Речные деревянные суда. Л., 1956.
Кулиш, 1874.—Кулиш П. А. История воссоединения Руси. Т. 2. СПб., 1874.
Кулишер, 1923.— Кулишер И. М. Очерк истории русской торговли. Пг.,
1923.
Кушева.— К у ш е в а Е. Н. Политика русского государства на Северном
Кавказе в 1552—1572 гг.— «Исторические записки». Т. 34.
Лебедев, 1912.— Лебедев А. И. Стремление Петра Великого выйти к юж-
ным морям. Азовский флот.— «История русской армии и флота». Вып. 7,
М„ 1912.
Линин, 1949.— Линин А. М. Историк Дона В. Д. Сухоруков и А. С. Пуш-
кин.— «Дон». 1949. № 2.
Лунин, 1949.— Лунин Б. В. Очерки истории Подонья — Приазовья. Кн. 1—2
(от XVI—XVII веков до упрочения Советской власти в 1920 г.). Ростов-
иа-Дону, 1949—1951.
Лунин, 1956.— Лунин Б. В. Боевое содружество донских и запорожских
казаков в борьбе против турецко-татарской агрессии в первой половине
XVII в.— Из истории Дона (XVII—XX вв.). Вып. 1. Ростов-иа-Дону,
1956.
178
Львов, 1895.— Львов Л. Отношения между Запорожской Сечыо и Кры-
мом. Одесса, 1895.
Мавродин, 1943.— Мавродин В. В. Русские на Дунае.— «Ученые записки
ЛГУ». Серия гуманитарных наук, № 87. Саратов, 1943.
Мавродии, 1954.— Мавродин В. В. Начало совместной борьбы русского
и украинского народов против иноземных захватчиков.— «Вестник ЛГУ».
1954, № 3.
Мавродии, 1955.— Мавродин В. В. Русское мореходство на южных морях
(Черном, Азовском и Каспийском с древнейших времен до XVI века
включительно). Симферополь, 1955.
Маганов, 1929.— Маг а но в Е. А. Борьба царской России и Турции за об-
ладание Крымским ханством. Симферополь. 1929.
Мальцев, 1954.— Мальцев А. Н. Содружество русского, украинского и
белорусского народов в борьбе за освобождение Украины и Белоруссии
(1654—1655 гг.).— Воссоединение Украины с Россией. М., 1954.
Маркевич А. Н., 1890.— Маркевич А. Н. Краткий очерк русского судо-
ходства в Черном море. СПб., 1890.
Маркевич Н. А., 1842.— Маркевич Н. А. История Малороссии. Т. 1—5.
М„ 1842—1843.
Миллер, 1948.— Миллер А. Ф. История Турции. М., 1948.
Молчановский, 1899.— Молча новский Н. Письмо к редактору из Сток-
гольма (о бумагах шведского государственного архива по истории Мало-
россии).— «Киевская старина». 1899, апрель.
Монжери, 1827.— Монжери. О подводном плавании и войне.— «Славянин».
1827, ч. 3, отд. 1, № XXXVIII.
Морской атлас, 1959.— Морской атлас. Т. 3. Военно-исторический. Описания
к картам. Ч. 1. М., 1959.
Морской словарь.— Морской словарь. М., 1959.
Мышецкий, 1852.— Мышецкий С. И. История о казаках запорожских.
Одесса, 1852.
Мязговский, 1914.— Мязговский Е. А. История Черноморского флота.
1696—1912 гг. СПб., 1914.
Найда, 1947.— Найда С. Ф. К истории морского флота в России с IX до
XVIII века.— «Морской сборник». 1947, № 5.
Найда, 1950.— Найда С. Ф. Попытка реставрации дворянско-буржуазных
взглядов по военно-морской истории.— «Вопросы истории». 1950, № 1.
Незнамов, 1941.— Незнамов П. А. Карта Азовского моря 1699 г.— «Тру-
ды Государственного Исторического музея». Вып. 14. М., 1941.
Нестеренко, 1959.— Нестеренко О. О. Розвиток промислов1ст1 на УкраТ-
н1. В трьох частннах. Ч. I. Ремесло i мануфактура. КиТв, 1959.
Никольский, 1902.— Никольский А. И. Столетие Военного министерства.
1802—1902. Главное управление казачьих войск. Исторический очерк.
СПб., 1902.
Ннкульченков, 1933.— Никульченков К. Создание Азовского военного
флота.— «Морской сборник». 1933, № 6.
Новиков. 1941 (1).— Новиков Н. В. Борьба Московского государства за
выходы па море в XV—XVI вв.— «Партийно-политическая работа в
ВМФ». 1941, № 3.
Новиков, 1941 (2).— 11 о пик on Н. В. Борьба России за выход на моря.—
«Партийно-политическая работа п ВМФ». 1941, № 6.
Новиков, 1941 (3).— Иоников 11. В. Походы русских па Черном и Кас-
пийском морях.— «Партийно-политическая работа п ВМФ». 1941, № 1.
Новиков, 1941 (4).— Новиков II. В. Создание военно-морского флота при
Петре I.— «Партнйпо-политпчсская работа п ВМФ». 1941, № 7.
Новомбергский, 1914.— Н о в о м б с р г с к п й II. Очерки внутреннего управ-
ления в Московской Руси. Т. I. Томск, 1914.
Новосельский, 1948 (1).— Новосельский А. А. Борьба Московского го-
сударства с татарами в первой полопине XVII в. М.—Л., 1948.
Новосельский, 1948 (2).— Н о в о с с л ь с к и й А. А. Из истории донской тор-
говли в XVII в.— «Исторические записки». 1948, № 26.
12*
179
Новосельский, 1955 —Н о в о с е л ь с к и й А. А. Русско-турецкие и русско-
крымские отношения в 30—40-х годах.— Очерки истории СССР. Период
феодализма. XVII век. М., 1955.
Нуджевский, 1897.— Нуджевский М. Е. Опыт военио-исторического ис-
следования о казачестве. Вып. 1. Житомир, 1897.
Орловский, 1836.— Орловский П. Г. Взгляд на мореходство и морские си-
лы у всех народов в мире. Выбрано у разных авторов с рисунками ко-
раблей по эпохам. СПб., 1836.
Павлова, 1953.— Павлова Г. Е. Декабрист Николай Бестужев — историк
русского флота. М., 1953.
Пальмов, 1934.— Пальмов Н. И. Астраханские архивы.— «Запнскн Инсти-
тута востоковедения АН СССР». II. Вып. 4. Л., 1934.
Панков, 1927.— Панков А. В. К истории торговли Средней Азии с Рос-
сией XVI—XVII вв.— В. В. Бартольду. Туркестанские друзья, ученики
и почитатели. Таш., 1927.
Плисецкий, 1963.— Плисецкий М. М. Взаимосвязи русского и украин-
ского героического эпоса. М., 1963.
Подводники.— Подводники. Сб. очерков. М., 1962.
Покровский, 1966.— Покровский М. Н. Избранные произведения. Кн. 1.
Русская история с древнейших времен. Т. 1—2. М., 1966.
Половцев, 1899.— Половцев А. В. Сообщение, сделанное в Обществе лю-
бителей древностей 26 марта 1899 г.— «Киевская старина». 1899, май,
отд. И.
Попко, 1880.— Поп ко И. Д. Терские казаки со стародавних времен. Вып. 1.
СПб., 1880.
Попов, 1858.— Попов А. О построении корабля «Орел» в государствование
царя Алексея Михайловича. М., 1858.
Преображенский, 1951.— Преображенский А. А. Из истории сноше-
ний Русского государства со Средней Азией в XVII в.— «Исторические
записки». 1951, № 36.
Пронштейн, 1973.— Пронштейн А. П. Дон в период образования рус-
ского централизованного государства (конец XV—XVII век).— История
Дона (с древнейших времен до падения крепостногр права). Ростов-на-
Дону, 1973.
Пронштейн, 1961.— Пронштейн А. П. Земля Донская в XVIII в. Ростов-
на-Дону. 1961.
Ригельман, 1846.— Р и гельм ан А. И. История или повествование о дон-
ских казаках, отколь н когда они начало свое имеют и в какое время и
из каких людей па Дону поселились, какие их были дела и чем просла-
вились... Труды 1778 Г. М., 1846.
Ригельман, 1847.— Ригельман А. И. Летописное повествование о Малой
России и ее народе и казаках вообще, отколь и из какого народа оные
происхождение свое имеют и по каким случаям они ныне при своих местах
обитают. Ч. 1—2. М., 1847.
Рябинин, 1863.— Рябинин А. Яицкое казачество.— «Русский вестник».
1863, № 7.
Рябинин, 1863.— Рябинин А. Яицкое казачество.— «Русский вестник»,
вестник». 1864, № 8.
Савельев, 1904.—С а в е л ь е в Е. П. Очерки по истории торговли на Дону.
Новочеркасск, 1904.
Сахаров, 1914.— Сахаров Н. П. Происхождение вольного Донского каза-
чества и первые службы донцов России. Новочеркасск, 1914.
Сватиков, 1924.— Сватиков С. Г. Россия и Дон. Белград, 1924.
Смирнов В. Д., 1887.— Смирнов В. Д. Крымское ханство под верховенст-
вом Оттоманской Порты до начала XVIII в. СПб., 1887.
Смирнов Н. А., 1946.— Смирнов Н. А. Россия и Турция в XVI—XVII вв.
В двух томах.— «Ученые записки МГУ». Вып. 94, 1946.
Смирнов Н. А., 1954.— Смирнов Н. А. Борьба русского и украинского на-
родов против агрессии султанской Турции в XVII—XVIII вв.— Воссоеди-
нение Украины с Россией. 1654—1954. М., 1954.
180
Смирнов П. П., 1948.— Смирнов П. П. Посадские люди и их классовая
борьба до середины XVII в. Т. 2. М.—Л., 1948.
Сморгонский, 1936.—С м о р г о н с к и й И. К. Кораблестроительные и неко-
торые морские термины нерусского происхождения. М.—Л., 1936.
Соймоиов, 1763.— Соймонов Ф. И. Описание Каспийского моря и чинен-
ных на оном росийских завоеваний яко часть истории Петра Великого.—
Ежемесячные сочинения и известия о ученых делах. СПб., 1763, январь—
ноябрь.
Соловьев.— Соловьев С. М. История России с древнейших времен. Кн. 3
(т. 5—6). М,, 1961; кн. 5 (т. 9—10). М„ 1962; кн. 7 (т. 13—14). М„ 1963.
Степанов, 1966.— Степанов И. В. Крестьянская война в России в 1670—
1671 гг. Т. 1. Восстание Степана Разина. Л., 1966.
Сукновалов, 1946.— Сукновалов А. Е. Строительство флота в России во
второй половине XVII в.— «Морской сборник». 1946, № 3.
Супруненко, 1965.— Супруненко Я. П. Казаки-п1дводиики.— «Укра1нсь-
кш кторнчний журнал». 1965, № 6.
Сухоруков, 1903.— Сухоруков В. Д. Историческое описание земли Войска
Донского. Изд. 2-е. Новочеркасск, 1903.
Сыроечковскнй, 1935.— С ы р о е ч к о в с к н й В. Е. Гости-сурожане. М.—Л.,
1935.
Тебеньков, 1896.— Тебеньков М. Древнейшие сношения Русн с прикас-
пийскими странами и поэма «Искапдср-памэ» Низами. Тнфлис, 1896.
Тихомиров, 1951.— Тихомиров М. Н. Борьба русского народа за выход
к морю в XIII—XVII вв.— Русское военно-морское искусство. Сборник
статей. Отв. ред. Р. Н. Мордвинов. М., 1951.
Тихомиров, 1962.— Тихомиров М. Н. Россия в XVI столетии. М., 1962.
Трусов, 1963.— Т русов Г. М. Подводные лодки в русском и советском фло-
те. Изд. 2-е, испр. и доп. Л., 1963.
Уляницкнй, 1889.— Уляницкий В. А. Сношения России со Средней Азией
и Индией в XVI—XVII вв. М., 1889.
Фехнер, 1956.— Фехнер М. В. Торговля Русского государства со странами
Востока в XVI в. Изд. 2-е. М., 1956.
Фоменко, 1966.— Фоменко В. Г. Про казацью човни «чайки» та «дуби».—
«Укратнський кторнчний журнал». 1966, № 8.
Хлебников, 1907.— Хлебников П. X. Астрахань в старые годы. I. Вторая
половина XVI в. СПб., 1907.
Хоперский, 1886.— Хоперский М. Краткая история артиллерии войска
Донского. Новочеркасск, 1886.
Чаев. 1955.— Чаев Е. С. Донское казачество.— Очерки истории СССР. Пе-
риод феодализма. XVII век. М„ 1955.
Чулошников, 1932.— Ч у л о ш п и к о в А. Торговля Московского государства
со Средней Азией в XVI—XVII вв.— Материалы по истории Узбекской,
Таджикской и Туркменской ССР. Л., 1932.
Шевченко, 1963.— Шевченко Ф. П. Политические и экономические связи
Украины с Россией в середине XVII столетия. Автореф. дисс. на соис-
кание ученой степени д-ра ист. наук. Киев, 1963.
Шпаковский,‘1915.— Шпаковский А. Я. Торговля Московской Русн с
Персией в XVI—XVII вв.— Сборник историко-этнографического кружка
при университете св. Владимира. Вып. VII. Киев, 1915.
Штылько, 1896,—Ш т ы л ь к о А. Волжско-каспийское судоходство в стари-
ну. СПб., 1896.
Эварницкий, 1888.— Эварницкий Д. И. Запорожье в остатках старины и
преданиях народа. Ч. 1—2. СПб., 1888.
Эварницкий, 1892—1897.— Эварницкий Д. И. История запорожских ка-
заков. В трех томах. Т. 1. СПб., 1892; т. 2. СПб., 1895; т. 3. СПб.,
1897.
Юзефович, 1880.— Юзефович М. В. Памяти Пушкина.— «Русский архив».
1880, кн. 3.
Юлдашев, 1964.— Юлдашев М. Ю. К истории торговых и посольских свя-
181
зей Средней Азии с Россией в XVI—XVII вв. Таш., 1964.
Юхт, 1957.— Юхт А. И. Индийская колония в Астрахани.— «Вопросы исто-
рии». 1957, № 3.
Янчевский, 1930.— Янчев с кий Н. Л. Колониальная политика на Доиу
торгового капитала Московского государства в XVI—XVII вв. Ростов-
на-Дону, 1930.
Гаммер, 1830.—Hammer J. von. Geschichte des Osmanischen Reiches. Bd 4.
Wien, 1830.
Джейн, 1899.— Jane F. T. The Imperial Russian Navy, its Past, Present and
Future. L„ 1899.
Иорга, 1910.— Jorga N. Geschichte des Osmanischen Reiches nach den Quel-
len dargestellt. Bd 3. Gotha, 1910.
Локхарт, 1958.— Lockhart L. The Fall of Safavi Dinasty and the Afghan
Occupation of Persia. Cambridge, 1958.
Локхарт, 1938.— Lockhart L. Nadir Shah. A Critical Study Baised Mainly
upon Contemporary Sources. L., 1938.
Митчелл Д., 1974.— Mitchell D. W. A History of Russian and Soviet Sea
Power. L., 1974.
Митчелл M., 1949.— Mitchell M. Maritime History of Russia 848—1948. L.,
1949.
Новейший отчет, 1684.— Relazione novissima della segnalata vittoria ottenuta
dalli Cosacchi, Valachi e Moldovi contro Tartari. Venezia, 1684.
Новый отчет, 1684.— Nuova Relazione che contiene nuove Battaglie da
Cosacchi e Tartari. Roma, 1684.
Отчет, 1683.— Relazione con la quale s’hanno diverse notizie di quello si va
operando nella Polonia da Cosacchi el altri con 1’attaco e prosa del luogo di
Perkop. Venezia e Milano, 1683.
Отчет, 1684.— Relazione dell’incursioni, vittorie prese di diverse citta e prigioni
fatti da Cosacchi nella Tartaria Crimense. Venezia, 1684.
Отчет о победе, 1683.— Relazione della segnalata vittoria ottenuta da Cosacchi
di Zaporovia. Bologna, 1683.
Источниковедение. Библиография
Аделуиг, 1864.— Аделунг Ф. П. Критико-литературное обозрение путе-
шественников по России до 1700 года и их сочинений. М., 1864.
Бескровный, 1957.— Бескровный Л. Г. Источниковедение русской воен-
ной истории. М., 1957.
Войны русского народа, 1942.— Войны русского народа 1558—1878 гг. Биб-
лиографический указатель воспоминаний, дневников и писем, вышедших
до 1917 года на русском языке. М., 1942.
История Дона.— История Дона. Указатель литературы в двух частях. Соста-
вил Н. Г. Бригадиров. Отв. ред. А. П. Пронштейн. Ч. 1. Ростов-иа-Дону,
1968; ч. 2. Ростов-на-Дону, 1969.
История СССР, 1966.— История СССР. Аннотированный перечень русских
библиографий, изданных до 1965 г. Изд. 2-е. М., 1966.
История СССР, 1958.— История СССР. Указатель советской литературы за
1917—1952 гг. в двух частях. Ч. 1. История СССР с древнейших времен
до вступления России в период капитализма. М., 1958.
Карпов, 1870.— Карпов Г. Критический обзор русских источников по исто-
рии Малороссии, относящихся за 1654—1672 гг. М., 1870.
Кауфмаи, 1904.— Кауфман А. Свод трудов местных комитетов по Кав-
казу, области Войска Донского, Сибири, Степному краю и Туркестану.
СПб., 1904.
Лазаревский, 1858.— Лазаревский А. М. Указатель источников для изу-
чения Малороссийского края. СПб., 1858.
СОДЕРЖАНИЕ
Предисловие.............................................I
Введение..............................................
Г лава I. Предпосылки русского мореплавания иа Каспийском,
Азовском и Черном морях в XVII в...................17
Глава II. Судостроение................................ЗС>
Глава III. Торговое мореплавание.......................61
Глава IV. «Морское казачье войско» и турецкий флот на Чер-
ном море............................................86
Глава V. Походы казаков на Азовское и Черное моря 97
Г лава VI. Русский флот в Азовском море . ... 135
Заключение............................................159
Приложение. Летопись морских походов русских на Каспий-
ское, Азовское и Черное моря в XVII в..............162
Использованные источники и литература ... . . 171
Юрий Петрович. Тушин
РУССКОЕ МОРЕПЛАВАНИЕ
НА КАСПИЙСКОМ, АЗОВСКОМ
И ЧЕРНОМ МОРЯХ
(XVII ВЕК)
Рекомендовано к печати Ученым советом
исторического факультета Ленинградского
ордена Ленина Государственного
университета имени А. А. Жданова
Редакторы И. М. Дижур, М. А. Сидоров
Младший редактор Л. А. Добродеева
Художник Д. Станкович
Художественный редактор Э. Л. Эрман
Технический редактор 3. С. Теплякова
Корректор Т. А. Алаева
ИБ № 13387
Сдано в набор 12/VII 1978 г. Подписано к
печати I3/XI 1978 г. А-06586. Формат 60Х
X90'/ie. Бум. № I. Печ. л. 11,5. Уч.-изд. л.
12,93. Тираж 10 000 экэ. Изд. № 4195.
Зак. № 535. Цена 85 к.
Главная редакция восточной литературы
издательства «Наука»
Москва К-45, ул. Жданова, I2/I
3-я типография издательства «Наука»
Москва Б-143, Открытое шоссе, 28
ОПЕЧАТКА
Стр. Строка Напечатано Следует читать
2 5 сверху (XIX в.) (XVII В.)
Зак. 004